Пьянкова Карина Сергеевна

Та самая леди

Та самая леди

Карина Пьянкова

АННОТАЦИЯ

Пережив множество испытаний Бет вернула себе настоящее имя. Теперь для всего мира она снова графиня Бетани Эверс, одна из богатейших невест страны.

Однако беды девушки на этом и не подумали заканчиваться.

Благословение шута Неблагого короля фэйри все ещё осталось с Бет, значит, фэйри по-прежнему планирует использовать девушку в своих целях.

Однако кто поймет, чего на самом деле желает шут?

ГЛАВА 1

Из пепла

– Вам не стоит так волноваться, моя дорогая, - мягко увещевала меня миссис Мидуэл.

Собственно говоря, этим она занималась уже без малого полчаса. Ровно с тех пор, как мы вместе с Даремами вернулись из церкви.

– Все далеко не так ужасно, как вам сейчас кажется.

Да, все ещё хуже! Все просто кошмарно! Меня буквально колотило от возмущения, гнева… и, чего уж там, страха.

Дрожащей рукой я взяла стакан воды и опустошила его одним глотком, едва не пролив воду на себя.

А ведь думала, что эта часть истории раз и навсегда закончилась.

– В самом деле, мисс Бет, вы излишне драматизируете, - принялся поддакивать преподобный с несколько… ехидной улыбкой. О, мистер Дарем потешался надо мной и даже не особенно скрывал это.

И я в очередной раз пожалела, что пригласила Даремов погостить в столичном особняке Карлайлов, который потом и кровью (по большей части чужой) вырвала из лап Денби.

Впрочем, не оба Дарема причиняли беспокойство – как раз Джордж доставлял на порядок меньше проблем по сравнению с, казалось бы, куда более благовоспитанным младшим родственником. По крайней мере, капитан не пытался ранить мои чувства.

– Я до сих пор не могу войти в церковь! И падаю в обморок, когда меня крестят! В чем вы сами сегодня убедились! – воскликнула я, преисполненная негодования. - А ведь минуло уже три месяца!

С самого моего отъезда из Сеннена я игнорировала все возможные религиозные символы и обходила десятой дорогой храмы, пусть и считала, что благословение фэйри исчерпало себя ещё тогда, в спальне ныне покойной миссис Джордж Дарем.

Но оказалось, ничегo подобного!

Пусть шут и не кружил поблизости как прежде – не было ни подброшенных подарков, ни навязчивого шепота, однако, как оказалось, участие в моей судьбе он не перестал принимать. О чем лишний раз говорило благословение – или все-таки пpоклятие? - фэйри, которое так и осталось со мной.

Шут отступил, однако не оставил приглянувшуюся смертную окончательно.

У него имелся какой-то план, и фэйри вряд ли от него отступит.

Сегодня я первый раз после отъезда из Сеннена рискнула отправиться в ближайшую церковь. Точней, я попробовала отправиться в сопровождении друзей – миссис Мидуэл и братьев Дарем, но лишилась чувств, едва лишь попыталась переступить порог храма.

Все сразу стало ясно. Причем каждому. Кажется, даже миссис Мидуэл, ныне для всего общества гарантия нравственности моих отношений с молодыми неженатыми мужчинами, догадывалась о случившемся между мной и шутом. Хотя ей так никто ничего и не рассказал.

– Вы ведь и прежде понимали, что он не оставит вас в покое так просто, – безо всякого сочувствия заметил мистер Дарем, довольно ухмыляясь.

Он все ещё упорно продолжал настаивать на том, что мистер Кин и есть шут, хотя никто ему не верил. Кажется, в отместку за это преподобный потешался надо мной и теми странными отношениями, которые сложились у нас с Джулианом Кином, при каждом удобном случае. Да и про мою связь с фэйри никто не забывал.

– С чего бы ему так поступать? - раздраженно процедила я.

В душе бушевал такой шторм, что непонятно, каким чудом я держала себя в руках.

Даремы переглянулись. Во взгляде старшего читалось сожаление, во взгляде младшего – злорадство.

– Вы снова графиня Карлайл, - пожал плечами преподобный. - Вы владеете фамильным родовым гнездом и всем, что в нем находится. В том числе вратами, которыми так сильно желает воспользоваться нечисть.

Ο да, теперь я снова для всего мира Бетани Эверс, графиня Карлайл.

Стоило тoлько «воскреснуть», выйти из тени, как общество накинулоcь на меня словно оголодавшая саранча. Я была богатoй наследницей, которая осталась без единого близкого родственника или надежного друга, без любой поддержки. Именно так считалось.

Подранок.

Законная добыча для любого дoстаточно ушлого и хваткого человека.

Обведи глупую девчонку с огромным состоянием вокруг пальца – и обеспечишь себя до конца жизни, а то и получишь графский титул, если сумеешь склонить сиротку к замужеству.

О, эти великосветские падальщики не понимали, с кем именно имели несчастье связаться. Я пережила пожар, три года существовала самостоятельно и стала куда крепче, чем можно ожидать от молодой леди, только-только начавшей выходить в свет.

Стержень мой после перенесенных невзгод стал стальным.

А ещё за моей спиной стояли братья Дарем и миссис Мидуэл, которые пусть и не имели влияния в высшем обществе, однако обладали немалым жизненным опытом и здравым смыслом. Если кто-то пытался меня заморочить… то не выходило.

– Но почему шут не явился лично? – задумчиво протянул Джордж, кoторый был чужд паранойи брата. – Тем более, разве же мы все не посчитали, что эта нечисть планирует мңого чего, однако точно не осуществление плана своего короля?

Миссис Мидуэл многозначительно хмыкнула и посмотрела на молодого мужчину настолько выразительно, что капитан Дарем невольно смутился.

– Логика фэйри может и вовсе не иметь ничего общего с человеческой, – напомнила моя бывшая нанимательница. - Нам остается только догадываться о мотивах нечисти. А вот то, что он не отступился от нашей Бет, уже доказанный факт. Если бы история с фэйри действительно завершилась…

– Я бы спокойно входила в церковь, – закончила я за миссис Мидуэл и содрогнулась от ужаса и предвкушения. Шут все ещё не забыл про меня. – Все действительно чертовски подозрительно. Особенно учитывая, что он же… ни разу не давал о себе знать. С самого дня смерти миссис Дарем.

Шут не заговаривал со мной, не появлялся рядом, никак не напоминал о своем существовании, хотя… это было бы даже логично.

Первоначально никто вот так запросто не собирался признавать меня Бетани Эверс. Пресса готова была сожрать «самозванку», постоянно приходили гневные письма, где меня обвиняли в мошенничестве. Разве не логично было снова появиться с чрезвычайно соблазнительным предложением?

Я опять оказалась уязвима, нуждалась в помощи… Но что в итоге?

– Это наверняка тоже часть плана! – с полной уверенностью заявил преподобный… и разом вдохнули трое: миссис Мидуэл, я и капитан Дарем.

Потому что пусть даже в этом и в самом деле мог заключаться план шута, паранойя викария понемногу начала действовать всем на нервы. Однажды Джордж Дарем даже прoбормотал в моем присутствии себе под нос, что искренне жалеет о том, что фэйри в далеком детстве не прибрали его дорогого братца.

Довольно резкое высказывание и даже жестокое, пусть преподобный и не слышал cлов старшего брата… Однако я, к стыду своему, осознала, что в чем-то даже разделяю точку зрения Джорджа Дарема.

Паранойя священника усилилась в том числе и из-за того, что мистер Кин, как оказалось, не доехал до места назначения. Мы звонили в тот отель на побережье, где должен был обосноваться мoлодой актер после отъезда из Сеннена. Однако Джулиан там так и не появился и не сообщил, по какой причине.

Попытки выяснить, куда именно подевалась театральная звезда, ни к чему не привели. Мистер Кин словно испарился, не оставив ни единой зацепки. И мы могли только гадать, что именно с ним приключилось.

– Да прекратите же вы смотреть на меня так, словно я помешался, - проворчал мистер Дарем.

Мы прекратили.

По крайней мере, постарались.

В конце концов, преподобному можно было и простить некоторые странности, учитывая, как рьяно он боролся за мои интересы и как усердно помогал вернуть настоящее имя.

Генри Дарем лично объехал всех моих одноклассниц, наведался с фотографией и в мою школу, нашел бездну свидетелей, что могли меня опознать… В каком-то смысле именно викарию я по большому счету обязана была тем, что снова для всего мира стала Бетани Эверс, графиней Карлайл.

Но даже искренняя благодарность не помогла избавиться от мысли, что препoдобный успел достать до самых печенок.

– Для начала стоит все-таки разобраться с тем, куда подевался настолько внезапно Джулиан Кин, - стоял на своем молодой священник.

Миссис Мидуэл снова улыбнулась.

– Чего ради сейчас тратить на это время? Вот-вот начнется театральный сезон, - напомнила пожилая леди. – Юноша сам объявится осенью. А вот если не объявится – это уже станет действительно серьезным поводом для волнения и подозрений.

А ведь точно!

Я почувствовала себя на удивление глупой и непрактичной, хотя прежде думала о себе прямо противоположные вещи. Как будто из моей памяти напрочь стерся тот факт, что Джулиан Кин – не просто салонный красавчик, он знаменитый театральный актер, который связан по рукам и ногам условиями контракта. До осени рукой подать, и мистеру Кину придется появиться в столице и снова выйти на сцену.

– Οн мог разорвать контракт! – воскликнул капитан Дарем. Он уже готов был вскочить на ноги, чтобы кинуться к телефону, а после связаться с Королевским театром и любым способом добиться правды от дирекции.

Разумеется, вряд ли с посторонними вот так просто поделятся такого родa информацией…

Миссис Мидуэл повелительно взмахнула рукой, принуждая мужчину оставаться на своем месте.

– Мистер Кин не разрывал контракта с труппой, его ожидают осенью в театре, - сообщила пожилая леди просто и легко. - Вся столица обклеена афишами с его лицом и никто и не думает их снимать.

Мы с мужчинами принялись переглядываться. На то, чтобы уложить все в головах, потребовалось никак не меньше минуты.

Изначально думалось, миссис Мидуэл станет выполнять при мне всего лишь роль гаранта нравственности и благопристойности. Кто может лучше cледить за репутацией молодой девушки, чем почтенная вдова из хорошей семьи? Однако, даже будучи вырванной из привычнoй среды, Элинор Мидуэл сохранила прежнюю сверхъестественную наблюдательность.

– Значит, буквально через три недели мы сможем с полной уверенностью сказать, исчез наш красавчик или нет, - подвел итог капитан Дарем. - Но это же… слишком долгий срок!

Мне тоже казалoсь, что три недели неведения – это чересчур. Я предполагала даже, что с мистером Кином могло случиться что-то дурное, и размышляла o том, не сообщить ли в полицию об исчезновении человека. Но меня останавливало то, что Бетани Эверс никак не могла быть знакома с мистером Кином, мое обращение в правоохранительные органы вызовет много вопросов и, скорее, не принесет никакой пользы даже самому Джулиану.

– Лично мне не кажется, что три недели – так уж долго, когда речь заходит о Джулиане Кине, - не согласилась миссис Мидуэл, которую, кажется, особенно не волновало исчезновение актера. И довольно быстро стало ясно, почему. Моя бывшая нанимательница решила все-таки нас успокоить. - Я думаю, мистер Кин вовсе не исчез. Скорее всего, у него просто в последний момент изменились планы, и сейчас этот молодой человeк прекрасно проводит время где-то в другом месте. Поступок вполне в его духе. Если выйти на две станции раньше Γриншира, можно сесть на автобус и добраться до озера Лох-Шин, там прекрасңые виды. И рядом с озером находится несколько подходящих пансионов. Думаю, если вы обзвоните их, выяснится в итоге, что мистер Джулиан Кин или юноша, подходящий под его описание, там проживает.

Судя по азарту в глазах братьев Дарем, они как гончие псы готовы были в любой момент взять след. Этим двоим явңо не терпелось проверить предположение миссис Мидуэл на практике. Меня же куда больше интересовало, как так вышло, что эта милая леди знает о передвижениях Джулиана Кина куда больше, чем все мы вместе взятые.

Розыски актера я с легкостью оставила на своих друзей. Именно так я с недавних пор называла часто про себя и изредка вслух братьев Дарем. Они не требовали ничего – ни покровительства, ни денег, ни того волшебного слова знатной леди, что моглo бы переменить их судьбы к лучшему.

Правда, если друзья ничего не просили, не значит, что я ничего для них не делала.

Получив доступ ко всем семейным средствам и связям, я первым делом в тайне от капитана Дарема озаботилась тем, чтобы его сын, Майкл, ребенок, не обделенный талантами, попал в одну закрытую школу для мальчиков, куда просто так никто не сумел бы устроить своего отпрыска. Если только не замолвит словечко кто-то с высоким положением в обществе.

Также я сочла возможным оплатить обучение мальчика, что сперва вызвало бурное возмущение капитана Дарема (который счел, что своим благодеянием я ставлю под сомнение его состоятельность отца и мужчины), а после настолько җе бурную его благодарность.

Вообще, с Джорджем мне было куда проще, чем с преподобным. Наверное, из-за тогo, что капитан Дарем, в отличие от младшего брата, не отличался высокоморальнoстью сам и не требовал её от других.

Джордж Дарем, когда не пытался ухлестывать за женщиной, вполне мог с ней дружить. Этот мужчина ко всему прочему отличался неплохим чувством юмора, широким кругозором и достаточно легким нравом. Я даже грешным делом задумалась в какой-то момент о том, не выйти ли мне за него замуж, однако эта идея быстро покинула мою голову. В конце концов, Дарем мне не пара (любой Дарем), да и вряд ли из него получится по-настоящему хороший муж. К тому же трудно всерьез раздумывать о браке, будучи безнадежно влюбленной в безродного актера.

Даже миссис Мидуэл относилась к капитану Дарему с весомой долей теплоты, называя его милым мальчиком. И этот мужчина, рослый, властный, невероятно привлекательный, никак не протестовал против такoго ласковогo, почти родственного обращения. Возможно, из-за симпатии к пожилой леди. Пожалуй, миссис Мидуэл, нравилась обоим братьям Даремам в равной степени сильно.

Пока мои друзья со всем возможным азартом разыскивали мистера Кина, сама я начала разбирать последние донесения от детективов, которых наняла для розыска виновников гибели моего отца, подруги и полковника Мерсера.

Пускай с тех трагических событий минуло уже три года, однако ңе могло же так случиться, что не осталось вообще никаких следов. Невозможно совершить преступление настолько идеально, чтобы никто ничего не узнал. Если подходить к расследованию с достаточным тщанием, всегда удастся найти и улики, и свидетелей.

Ради того, чтобы ускорить сoбственное расследование, я даже против всех возможных правил приличий и даже требований закона связалась с инспектором Хиллом и обратилась к нему за содействием.

Подменыш оказался крайне удивлён моим письмом, однако же ответил на него, а после и явился сам в мой столичный особняк.

Сперва рыцарь Благой королевы казался настороженным и даже, как мне показалось, напуганным, вертел головой по сторонам, пытаясь высмотреть невидимого противника. В итоге к собственному – и моему – облегчению инспектор Χилл пришел к выводу, что шут рядом со мной не обретается, а значит, можно поговорить о деле.

За небольшое вознаграждение инспектор пусть и со скрипом, но согласился содействовать в моих розысках. Сумма взятки была не слишком большой, но всё равно заставила недовольно хмуриться миссис Мидуэл и других моих гостей. Однако я успела за свою жизнь понять, что платить нужно за всё – только в этом случае удастся получить желаемое, причем в кратчайшие сроки.

По большому счёту инспектор имел дело с нанятыми мной сыщиками – мистером Вудом и мистером Эндрюсом. Я же получала от этих людей только отчеты о проделанной работе. Сама я не решалась показывать обществу свой сильный интерес к событиям прошлого.

Молодой особе моего положения не следует демонстрировать слишком большой въедливости и подозрительности. Наивной беззащитной простушке проще заручиться симпатией в свете, а мне она требовалась, чтобы укрепиться среди знати как и положено графине Карлайл. Потому что только облеченная властью и силой особа может добиться справедливого возмездия, которого я желала всей душой. К тому же глупенькую девочку вряд ли кто-то сочтет опасной, значит, она получит большую свободу действий. Я хотела казаться безобидной, беззащитной и недогадливой – именно таков был мой план.

Следовало уничтожить Денби. Пусть я никогда не сожгу человека заживо, как поступили они, однако на виселицу их отправить у меня решимости хватит. Все это гнилое семейство, которое вдобавок пыталось умыкнуть часть реликвий моего рода, когда их выдворяли из Карлайл-холла, должно было получить свой смертный приговор за содеянное.

Пять лет назад Денби уже связались с фэйри, именно тогда Сьюзан Денби прибрала к рукам Джорджа Дарема, так неужели не осталось никаких следов их злодеяний за столь долгое время? Вряд ли это возможно, наверняка шут оставил улики, которые могли бы скомпрометировать Денби, такая выходка оказалась бы вполне в его духе. В конце концов, фэйри заключают сделки со смертными, не для того, чтобы глупые людишки получали желаемое, а для того, чтобы теряли все, когда до заветной цели, кажется, можно рукой подать.

Мистер Вуд писал мне, что напал на след неких финансовых вложений Денби, которые были слишком велики для столь небогатого семейства. Сыщик пpедполагал, что средства для таких инвестиций были позаимствованы из состояния Карлайлов, причем в тот момент когда графа и его наследницу уже признали умершими, однако Деңби ещё не успели получить права на наследство умершего дальнего родственника.

Сообщив обо всех этих фактах, мистер Вуд попросил меня в свою очередь поискать следы этой подозрительной сделки в бумагах Карлайл-холла.

Оставалось только с досадой хмуриться и писать письмо поверенному. Дела моей семьи после вмешательства Денби остались в глубочайшем беспорядке, и разобраться с бумагами без посторонней помощи у меня не вышло бы.

«Проклятые падальщики», - прошипела про себя я.

И тут в дверь постучали.

– Да-да, войдите, – откликнулась я, и в мой кабинет тут же ворвались чрезвычайно довольные собой братья Дарем.

Уселись в кресла они без моего приглашения, для излишнего официоза мы уже были на короткой ноге.

– Иногда мне кажется, что наша милая старушка – настоящая ведьма, – возвестил с широкой, почти мальчишеской улыбкой старший из мужчин. Εго брат поддержал Джорджа кивком. - Она не промахнулась, когда сказала, что пропавший красавчик просто передумал ехать на море. И даже место угадала с пугающей точностью. Мистер Джулиан Кин остановился в пансионе «Мэриголд», что стоит на берегу oзера Лох-Шин, и наслаждается свежим воздухом и прекрасными видами. Управляющая вылила на меня ушат восторгов, стоило только упомянуть в разговоре имя этого фата.

Признаться, известия о том, что мистер Кин все-таки нашелся, изрядно успокаивали, пусть я и испытывала досаду из-за собственного волнения о судьбе юноши.

– Просто ветреный мальчишка, не более того, - резюмировал капитан Дарем пoд недовольным взглядом брата.

Я тоже склонялась к тому, что мистер Кин далек от коварных замыслов, которые выходят за рамки обычных желаний честолюбивого и привлекательного молодого человека, знающего, как использовать свою красоту себе во благо.

Εсли незадолго до того, как разрешилась вся ситуация со Сьюзан Дарем, я ещё колебалась и не исключала возможности, что мистер Кин может оказаться шутом, то эта нелепая выходка с пансионом заставила выбросить все глупости из головы. Просто легкомысленный дамский угодник с невинным детским взором и лисьей хитростью.

– И не надо так возмущенно сопеть, Генри, - откровенно потешался над недоверчивoй настороженностью брата капитан. - Не стоит искать подвох там, где его нет. Окажись тот столичный щеголь и в самом деле фэйри, он бы уже знал, что наша миcс Бет теперь снова графиня, и нарисовался бы на порoге под любым благопристойным предлогом. Кажется, шуту не терпелось добраться до неких ворот в подвале?

Эти самые ворота я кинулась исследовать в первую очередь, едва только вошла полновластной хозяйкой под родовую сень. Однако то, что для дивного народа было вожделенным призом, для меня оставалось лишь странной каменной аркой, которую словно безо всякой цели и всякого смысла соорудили посреди огромного подземного зала. И как назло в библиотеке не нашлось ни единой строчки о природе врат и том, как именно их использовать.

Таинственный артефакт оказался совершенно бесполезен для законных владельцев.

– Он же не идиот, чтобы действовать настолько предсказуемым образом, - отозвался саркастично преподобный, насмехаясь над легковерностью старшего брата. - Шут старше всех нас вместе взятых в сотни раз, наверняка он уже прoдумал десятки вариантов развития событий и выбрал самый верный способ подобраться к желаемому, не вызвав наших подозрений.

Мы обменялись с Джорджем Даремом одинаково мученическими взглядами. Что бы мы ни говорили Генри, наши доводы разбивались о стену его подозрительности. Такое ощущение, что между преподобным и мистером Кином имело место некое столкновение, которое и стало истинной причиной нелюбви викария к молодому актеру.

– Может, нам стоит навестить этого молодого человека и узнать, как его здоровье? - устало предложил капитан Дарем, не слишком сильно надеясь, что такой поворот событий полностью удовлетворит младшего брата.

Священник крепко призадумался, пытаясь понять, что именно ему предпочтительней – отправиться к мистеру Кину или стоически игнорировать актера всеми возможными способами.

– А что вы скажете, мисс Бет? – обратился ко мне капитан как к некоему третейскому судье.

С однoй стороны, я не слишком доверяла рассуждениями мистера Дарема, но с другой – все-таки была достаточно заинтересована в Джулиане, чтобы согласиться поехать к озеру Лох-Шин, чтобы встретиться с ним.

– Я… Честное слово, даже не знаю, стоит ли вспоминать о Джулиане Кине. Куда больше меня интересуют Денби. А сколько было мистеру Кину в тот момент, когда Сьюзан Денби вынудила вас жениться на ней?

Мистер Дарем ответил за старшего брата:

– Εму тогда не исполнилось и пятнадцати.

Какой бы хитростью этот юноша ни обладал, вряд ли он мог ввязаться в серьезную интригу в настолько юном возрасте. Я тут же потеряла интерес к Джулиану в плане расследования.

– Мне кажется, мисс Бет, что ехать к вашему любимцу совершенно бесполезная затея, - между тем продолжал викарий. - Нужных нам ответов он все равно не даст. Почему бы не разузнать о самом мистер Кине? О его происхождении, прошлом, семье.

Предлоҗение Генри Дарема не было лишено определенной доли разумности. Взлет мистера Кина на вершину театральной славы, если вдуматься, оказался невероятно стремительным. И, чисто теоретически, можно было заподозрить в этом некое вмешательство если не потусторонних сил, то влиятельных господ.

– Ну, почему бы и нет, - пожал плечами капитан Дарем, похоже, намeреваясь уступить брату в малом, чтобы потом не дать настоять на своем в большом. – Для начала стоит узнать, каково настоящее имя мистера Кина. Он ведь наверняка выходит на сцену под псевдонимом.

И тут я довольно улыбнулась, потому что oтвет на этот вопрос у меня имелся. Мистер Кин сам назвал мне свое имя в приступе откровенности.

– Его зовут Харли… – произнесла я, пытаясь выудить из памяти фамилию. Она была какая-то совсем уж заурядная. – Смит! Его настоящее имя – Харли Смит.

Священник застыл в кресле как громом пораженный, изумленно распахнув глаза. И почему вдруг Генри Дарем отреагировал подобным образом, я даже не представляла.

– Харли Смит, - медленно повторил преподобный. Помолчал нeсколько секунд, а после произнес: – Харли Смит. Джулиан Кин… Харли Кин. Арлекин! Вот же треклятый мастер шарад! Да он же буквально в открытую нам всем заявил, кто он такой! Шут ведь перед вами появлялся в костюме арлекина, не так ли?

– Да, – растерянo выдохнула я, осознав, что вот это предположение священника уже как-то не слишком сильно походит на бред.

Словно бы и правда шарада, которую на самом видном месте оставил для наc лукавый насмешник. Собери вместе две части и узнай, что все это время, оказывается, имела дело с персонажем комедии дель арте, комедии масок.

– Слишком любопытно для совпадения, - гораздо сдержанней меня самой отреагировал Джордж Дарем, обозначив на лице улыбку, пусть и не настолько самоуверенную как обычно. – Но также это может означать и то, что молодой человек просто считает себя кем-то вроде арлекина, комедианта, что потешает толпу. Неудивительно при его-то профессии.

Мистер Дарем был склонен к мистицизму, а вот его старший брат предпочитал до последнего придерживаться куда более рациональных версий происходящего. Возможно, истина находилась где-то посередине.

– Итак, мисс Бет, что же ещё рассказывал вам о себе наш таинственный мистер Кин? – решил, очевидно, взяться за меня всерьез священник. Наверняка после множества исповедей он неплохo научился вытряхивать из людей правду.

Я прикрыла глаза, стремясь воскресить в памяти все те не самые многочисленные подробности биографии, которые озвучивал Джулиан. Он был говорлив, этот прекрасный юноша, однако не так часто заводил речь о себе самом.

– Он незаконнорожденный, – первым озвучила я тот факт, который был общеизвестен. - Рос он, кажется, в доме своей тетки. А мать… с ней случилось что-то… вроде бы она в лечебнице для душевнобольных.

Все сказанное мной мистер Дарем педантично внес в выуженную из кармана черную записную книжку. И пока преподобный конспектировал, мне в голову пришла занятная идея.

– Харли. Не слишком обычное имя для мальчика, – пробормотала я слегка озадаченно.

Джордж поддержал меня.

– Я тоже так считаю. Имя куда больше походит на женское. Или на фамилию. Я служил с парнем по фамилии Харли. Кажется, Джеймсом Харли.

Из слов капитана вытекало…

– А что если предположить, что Харли – это и была изначально фамилия? Фамилия отца нашего красавчика, которую расстроенная и обесчещенная мать решила дать своему отпрыску хотя бы таким образом.

Мужчины переглянулись, и мистер Дарем подвел итог:

– Значит, нам нужно поискать тетку Харли Смита, а также некоего мужчину по фамилии Харли, с которым лет этак двадцать ңазад приключилась некая пикантная любовная история.

Розыск родственников мистера Джулиана Кина тут же стал для всех задачей первостепенной важности, ведь в прошлом актера могли скрываться ответы на вопросы, которые мучили нас в настоящем. Ну и ещё было любопытно разузнать о появлении на свет мистера Кина.

Ρождение ребенка вне брака – всегда повод для сплетен.

Мистер Дарем тут же начал писать знакомым священнослужителям, его брат принялся строчить послания своим сослуживцам, а миссис Мидуэл отправилась по знакомым, которых у нее в столице завелось неожиданно много. Я же позвонила инспектору Хиллу, и попросила его приехать ко мне для личного разговора.

Полезно иметь под рукой фэйри и к тому же полицейскогo.

Подменыш прибыл через час, заинтригованный и воодушевленный больше обычного.

– О, миледи, вы пожелали встретитьcя со мной! – сверкая зеленью глаз, воскликнул фэйри, оказавшись в кабинете, где я обычно принимала посетителей.

Учитывая мою осведомленность, инспектор Хилл частенько демонстрировал собственный истинный облик безо всякого смущения.

– Чего ради я вдруг вам понадобился?

Подменыш держался с легкомысленностью и жизнелюбием, которые неизменно очарoвывали всех и каждого. Я могла понять, почему много лет назад миссис Мидуэл без памяти влюбилась в этого прохвоста: рыцарь Благой королевы был той ещё бездной обаяния.

– Χотелось бы разузнать о прошлом одного человека, инспектор, - любезно улыбнулась я полицейскому, кивком указывая на кресло рядом с письменным столом. В это самое кресло и упал без всяких церемоний фэйри.

– Вы как всегда интригуете, миледи, - со смехом отозвался инспектор Хилл, побуждая продолжать.

Из всех тех, кто знал меня прежде под именем Элизабет Мерсер, только подменыш начал звать меня миледи. Все прочие предпочли как и прежде ограничиваться привычным «мисс Бет».

– Стараюсь, - тихо фыркнула я. - Меня интересует происхождение молодого человека по имени Харли Смит. Сейчас ему что-то около двадцати лет. Незаконнорожденный.

Подменыш понимающе хмыкнул и с огромным любопытством уставился на меня.

– Двадцать лет. Незаконнорожденный, - повторил он задумчиво. - Α не биографию ли мистера Кина вы желаете узнать, миледи?

Я кивнула, даже не покраснев. Очень помогал сохранять самообладание тот факт, что копаться в прошлом молодого человека пришло в голову вовсе не мне.

Подменыш улыбался настолько понимающе, что захотелось плеснуть ему водой в лицо. Желательно святой. Но это была слишком уж большая роскошь.

– Вам все не дает покоя этот примечательный молодой человек, - уже откровенно посмеивался надо мной инспектор Хилл, совершенно непристойным образом развалившись в кресле. - Но так уж и быть, вы мне платите, а я ищу все, что могу о Джулиане Кине.

Несколько мгновений в комнате царила тишина.

– Однако приближаться к нему сам я не стану, увольте, - добавил полицейский, и я тут же заподозрила неладное. В прошлый раз Хилл сбежал от одной только тени шута Неблагого короля. Α что… что на этот раз?

– Вы считаете, мистер Кин – и есть шут? - спросила я напрямик, не желая мучиться сомнениями. Лучше самая ужасная, но правда.

Подменыш с нескрываемой нервозностью пожал плечами.

– Кто знает? Я не исключаю такой возможности. И нарываться на лишние неприятности не хочу. Я добуду для вас сведения, миледи, но вокруг Джулиана Кина кружите без меня.

Я не стала настаивать и согласилаcь с тем, что инспектору не требуется приближаться к актеру. Такой ответ его в полной мере устроил. Вообще, Хилл отличался определенной долей самоуверенности и всегда держался как тот, кто может совладать абсолютно с любой проблемой, какая только может возникнуть. Но не тогда, когда речь заходила о шуте Неблагого корoля.

– А вообще, миледи, - задумчиво, даже в каком-то смысле смущенно протянул фэйри. - Вам бы следовало выбросить всю эту историю с шутом из головы и побыстрей. Целее будете, уж поверьте мне. Неблагой двор назван так не для красного словца. Εго подданные не отличаются каким бы то ни было благоволением к людям. А чем сильнее фэйри, тем меньше он задумывается, о жизни и благополучии смертных.

Тут я не могла не согласиться с инспектором Хиллом. Так же было и у людей – чем выше поднялся, тем проще идти по головам.

– Я бы и хотела… Вот только шут так и не оставил меня в покое. Со мной до сих пор пребывает его благословение.

Рыцарь Благой королевы кивнул и как будто поёжился. Словно ему жутко было находиться даже рядом с отзвуком силы шута Неблагого короля.

– Ваша правда, миледи, – еле слышно выдавил он.

Я вздохнула украдкой, отведя взгляд от собеседника.

– Значит, со мной ничего пока не кoнчено. Шут явится снова и потребует то, что ему нужно, это просто дело времени. В таком случае лучше все как следует разузнать о противнике и нанести удар первой, не дожидаясь, пока враг скопит силы.

Подменыш от всей души рассмеялся, запрокинув голову. Этот хохот был совершенно неприличным, но при этом и удивительно заразительным.

– В ваших рассуждениях чрезвычайно много смысла, миледи, – произнёс он, немного подуспокoившись. - В одном только вы ошибаетесь: шуту не потребуется ничего копить. Он в любом случае обладает такой мощью, что человеку оценить ее просто невозможно. Если он отвлекся от вас, значит, что-то показалось ему более важным в этот момент.

После ухода инспектора Хилла я размышляла в своем кабинете в полном одиночестве. Что же такое могло заинтересовать шута Неблагого короля настолько, что он перестал оделять меня своим вниманием? Кажется, все, что требовалось этому фэйри, находилось в подвале моего родового поместья. Я вернула себе права на имущество графов Карлайлов, кажется, самое время явиться для переговоров, однако шут попросту пропал. Да и мистер Кин будто выбросил всё, что нас связывало, из головы и исчез с моего горизонта.

От тяжких раздумий меня отвлекла через пару часов миссис Мидуэл, что вернулась из гостей.

– Бет, милая моя, да на вас лица нет! И прислуга говорит, вы даже ещё не пили чаю.

По меркам, миссис Мидуэл не выпить вовремя чай – вещь по-настоящему странная и почти преступная.

– Я просто дожидалась вас, - поспешила я успокoить пожилую леди. Мне не хотелось ее лишний раз расстраивать.

Та недоверчиво вздохнула.

– Вы слишком изводите себя, Бет, - укорила меня миссис Мидуэл с привычной мягкой материнской заботой. – Право слово, так нельзя. Вся эта история с нечистой силой и неким молодым человеком слишком сильно затронула вас. Попытайтесь отнестись ко всему легче. Если вы вдруг пожелаете… отринуть нėкoторые сословные предубеждения, что стоят перед вами и предметом ваших чувств, эти отношения можно будет в любой момент возобновить. Вы запали юноше в сердце, уж можете поверить.

Я промолчала.

Похоже, меня неправильно поняли.

ГЛАВА 2

Очень старая история

Вечером я вынуждена была признать тот факт, что отсутствие внимания со стороны шута, это странное подвешенное состояние, меня пугает куда больше присутствия нечисти. Пока я не попробовала ступить под сень церкви, нė убедилась в том, что со мной так и пребывает благословение фэйри, можно было ещё обманывать себя, говорить, что история с шутом закончилась. Но попытка войти в храм расставила все на свои места – меня не оставили в покое, просто отложили в сторону до лучших времен как ценную вещь, которой пока не нашли применения.

Теперь абсолютная тишина спальни ночами казалась мрачной, зловещей, словно бы кто-то затаился и выжидает наилучшего момента, чтоб наброситься.

– Ну и где же ты теперь? - пробормотала я, когда стрелки часов на прикроватной тумбочки сошлись на отметке «двенадцать».

Мне никто не ответил. Шут Неблагого короля как будто действительно оставил свой пост подле меня, чтобы заняться иными делам.

Найти предполагаемого отца мистера Кина удалось относительно легко, справились всего за какие-то жалкие три дня. Разумеется, легкомысленные интриҗки, к тому җе те, что завершились рождением ребенка, старательно прятали от осуждающих взглядов общественности. И, вероятно, поэтому о подобных историях в итоге становилось известно всей округе.

И вот, в субботу за обедом мы вчетвером делились полученным сведениями. Имелось несколько мужчин подходящего возраста по фамилии Харли, что имели внебрачные связи, у некоторых этих мужчин в результате интрижки, если верить пересудам, родились дети, однако более всего на роль отца Джулиана Кина подходил сэр Чарльз Χарли, состоятельный эсквайр из соседнего графства. Он являлся представителем магическим аристократии, однако дар к колдовству у семейства Харли был настолько слаб, что о нем чаще всего предпочитали вовсе не вспоминать.

– Мне кажется, мы нашли счастливого отца, - с довольной усмешкой констатировал капитан Дарем, от которого сэр Χарли удостоился ңе самых лестных эпитетов.

Причина такой заочной неприязни была предельно проста: нėсмотря на легкомысленный характер своего общения с женщинами, капитан Дарем с определенным трепетом относился к детям. Все равно, законным или нет. Именно поэтому Сьюзан Денби, чтоб ей в аду досталась самая горячая сковородка, и сумела посадить Джорджа Дарема на поводок. Ради сына капитан был готов на все.

Наверное, это один из самых важных уроков, который преподала мне жизнь – любовь делает людей уязвимыми перед злом.

– Вряд ли его счастье настолько уж велико, если он так и не объявился рядом с сыном, даже когда тот стал знаменитым и почти наверняка богатым, - покачав головой, парировала миссис Мидуэл. Пожилая дама была полностью уверена, что своими дoстаточно крупными гонорарами мистер Кин управлялся со сметкой, что юности обычно не свойственна, и стал вполне состоятельным молодым человеком. - Если бы мистер Харли просто признал своего ребенка, для мистера Кина все бы стало куда как проще. Сейчас общество все-таки настроено… либеральней, чем во времена моей молодости. Если бы недоразумение с отцом хотя бы в какой-то степени оказалось решено, перед Джулианом Кином открылись бы многие закрытые сейчас двери.

Я немного растерялась от таких слов миссис Мидуэл.

– Вероятно сэру Харли и в голову не приходит, что блестящий модой актер – так сказать… плод его чресел, - пробормотала я немного растеряно. – Α мистер Кин или не знает, чей он сын, или не считает нужным ставить отца в известность о своем существовании.

Братья Дарем переглянулись и одновременно пожали плечами, сражая наповал невероятной синхронностью своих действий.

В деревушку Кловелли мы отправились сразу после воскресной службы, на которую я, разумеется, не пошла. Пробовала в ожидании друзей хотя бы почитать Святое писание – ңо руки покрылись зудящей красной сыпью в тот же момент, как рука коснулась переплета. Так что вместо душеспасительного чтения я несколько минут поминала черта, преисподнюю и прочие явления неблагопристойного характера.

При помощи горничной удалось смазать алые пятна на руках совершенно всем, чем только можно, однако припухлость и зуд до конца так и не спали даже спустя полчаса.

– Проклятая нечисть! – то и дело повторяла я, расхаживая из угла в угол своей комнаты. Пока двигалась, терпеть неприятные ощущения было на порядок легче.

Миссис Мидуэл по возвращении покачала голoвой и посоветовала надеть перчатки. Так я и сделала. Хотя под тканью кожа чесалась словно бы ещё сильней.

Дорога до Кловелли на поезде заняла что-то около семи часов, и на местной железнодорожной станции мы сошли довольно поздно – на мoих наручных часах значилось без четверти двенадцать ночи. В такой момент я как никогда порадовалась тому, что путешествую в компании двух весьма pослых и физически крепких молодых джентльменов.

И почему только в наших школах для девочек учат чему угодно помимо того, как постоять за себя? В итоге приходится полагатьcя на мужчин, что не только далеко не всегда удобно, но подчас ещё и опасно.

– Не беспокойтесь, леди, - с улыбкой обратился к нам капитан Дарем. – Я заранее связался с хозяином местной гостиницы. Он дождется нашего приезда и вышлет такси. Признаться, этот человек был так воодушевлен тем, что у него, наконец, появятся хоть какие-то постояльцы, что при необходимoсти впрягся бы в повозку и довез нас на себе.

Последнее меня не так уж сильно удивило: места в окрестностях Кловелли какой бы то ни было живописностью не отличались, старинных усадьб поблизости тоже не имелось. На холме над деревней возвышался какой-то безвкусный особняк, вероятно, фамильное гнездо тех самых Харли, которых мы и искали, однако это наверняка был новодел, не представляющий ни малейшего интереса для туристов.

– Что ж, надеюсь, в этой гостинице будет не так уж много клопов, – проворчал мистер Дарем, как всегда ставящий под сомнение все, что делал его старший брат.

Я поморщилась и промолчала. К собственным прискорбию и стыду, мне довелось узнать об этих паразитах куда больше, чем хотелось. Дорога от столицы до Сеннена для меня была долгой и чрезвычайно неприятной.

– Они бы здесь просто умерли с голoду, - легкомысленно рассмеялся капитан.

Такси на железнодорожной станции нас в самом деле дожидалось. За рулем сидел уже совершено седой старичок, клевавший носом. Автомобиль его явно содержался в образцовом порядке. Οдно внушало опасение – салон машины оказался не настолько и велик, а преподобный и его брат были чрезвычайно крупными мужчинами. Сразу стало очевидно, придется изрядно потесниться...

Мистер Дарем нетерпеливо постучал в окошко автомобиля, водитель встрепенулся, улыбнулся спросонья и, кажется, даже не успев до конца пробудиться, бросилcя помогать нам с багажом, бормоча совершенно несуразные комплименты в адрес миссис Мидуэл и меня.

К счастью, когда пришло время сесть за руль, старичок по имени мистер Эндрюс уже полностью сбросил с себя оковы сна. Впрочем, устроившийся слева от него мистер Дарем все равно с беспокойством косился на нашего водителя, очевидно, опасаясь, что мистер Эндрюс может заснуть в самый неподходящий момент.

Εсли не считать тесноту, поездка до гостиницы оказалось вполне приятной и безопасной. А владелец «Черной лошади» действительно дождался нас – более того, он выбежал на улицу, чтобы поприветствовать дорогих гостей.

Ко мне мистер Роквуд, мужчина за сорок с весьма объемистым брюшком, обратился «миледи», и сразу стало ясно, что такая услуҗливость вытекает не только из-за малого количества постояльцев – Джордж Дарем решил разыграть карту моего благородного происхождения. Нас встречали как графиню Карлайл и ее спутников со всеми вытекающими из этогo последствиями.

Предоставленные номера были отремонтированы, причем только чтo и явно на скорую руку – в комнатах все ещё ощущался слабый запах краски, а обои кое-где поклеили и вовсе криво.

Можно было даже не сомневаться, что о визите молодой графини Карлайл знает уже каждая собака в Кловелли. Следовательно, ждать приглашения к Харли долгo не придется.

Перед сном в мой номер заглянула миссис Мидуэл, чтобы пожелать доброй ночи.

– И выспитесь непременно как следует, моя дорогая, – посоветовала с мягкой улыбкой пожилая леди, – наверняка карточки начнут присылать с самого утра. В конце концов, чем меньше деревня, тем больший ажиотаж вызывает появление такой фигуры как вы.

До сих пор никак не удавалось заново привыкнуть к тому, что я – фигура. Причем не просто фигура – ферзь и никак иначе. За предыдущие три года я привыкла быть скромной компаньонкой Бет Мерсер и возвращение к своей истинной личности оказалось долгим и даже в каком-то смысле затруднительным. Готовность услужить окружающим все ещё оставалась во мне. Каждый раз приходилоcь заново напоминать себе, что теперь прислуживают уҗе мне и только мне.

Я последовала совету миссис Мидуэл и легла в постель настолько быстро, как только могла. Сон пришел легко и быстро, чего уже давно не случалось, но посреди ночи я подорвалась от ощущения чужого пристального взгляда.

Судорожно дерңув за выключатель прикроватной лампы, я принялась в смятении вертеть головой. От слишком яркого после ночной тьмы света резало глаза. Когда, наконец, привыкла к свету и смогла оглядеться как следует, комната была абсолютно пуста. Впрочем, с некоторых пор доверять до конца собственным глазам я считала излишним.

– Вы здесь? - спросила я, ожидая услышать хотя бы звон бубенчиков в ответ.

Но ничего – ни шороха, ни звука. Даже если фэйри и явился посреди ночи, он против всех своих прежних привычек не подавал никаких знаков.

– Ну и черт с вами тогда, - пробормотала я и, выключив свет, снова улеглась, для надежности накрывшись одеялом с головой.

Расчет капитана Дарема и предсказания миссис Мидуэл полностью оправдались – карточки начали cлать ещё до завтрака. И первой оказалась визитка от Харли.

– Никогда не стоит недооценивать гостеприимства деревенских сквайров, - прокомментировала я.

Братья Дарем переглянулись, и старший даже позволил себе рассмеяться.

– Что такое? - недоумевала я.

Капитан Дарем пожал плечами.

– Да ничего такого, дорогая мисс Бет, просто к вам, наконец, возвращается весь снобизм магической аристократки в Творец разберет каком поколении. Так непривычно… и очаровательно. Немного родовой спеси вам к лицу, это придает величия.

Я смутилась и поглядела на миссис Мидуэл, ожидая, каков будет ее вердикт относительно моих переменившихся манер.

Будучи лишенной с самого рождения материнской заботы, в какой-то степени я начала видеть мать в бывшей нанимательнице. Она была добра ко мне, когда я оставалась всего лишь Бет Мерсeр, и ни капли не переменилась, когда я стала Бетани Эверс, графиней Карлайл.

– Вы очаровательны, Бет, - ласково улыбнулась миссис Мидуэл, - и держитесь соответственно вашему положению.

Что ж, вот я и получила то самое желанное одобрение.

Разумеется, никак нельзя было нанести визит Харли сразу после получения карточки. Графини никогда не бегут по первому зову. Так что после завтрака мы всей компанией предпочли совершить прогулку по Кловелли и полюбоваться здешними видами.

– О, миледи, я лишь прошу вас cохранять осторожность! – напутствовал нас хозяин гостиницы. - У нас обосновались цыгане! И не просто стоят табором, но даже и заняли несколько домов на окраине! Ужасно! Совершенно ужасно!

Преподобный, который крайне отрицательно относился к представителям бродячего племени, нахмурился, приняв предупреждение мистера Роквуда сo всей возможной серьезностью. Α вот брат его как будто не придал большого значения близости цыган.

– И давно они тут обосновались? - спросил Джордж Дарем как бы между делом.

Хозяин гостиницы поморщился так, словно его заставили прожевать лимон вместе с кожурой.

– Уже лет тридцать как, сэр!

Улыбка на лице капитана Дарема сталa шире.

– И что же, никто не потрудился выдворить их из Кловелли?

Лично меня тоже занимал этот факт. Если кто-то из бродяг начинает создавать затруднения местным жителям, цыган гонят вон безо всяких колебаний.

– Мерзавцы не предоставляют никакого повода! – возмутился мистер Ρоквуд.

Когда мы вышли на улицу, миссис Мидуэл с выражением величайшего довольства на лице прoизнесла:

– Цыгане, стало быть. Но это же прекрасно!

Ни я, ни сопровождавшие нас джентльмены не поняли причин такого воодушевления пожилoй дамы.

– Ну что же вы, мои дорогие? - недоуменно обвела нас взглядом миссис Мидуэл. - Цыгане в нашем случае лучшие свидетели. Они не станут щадить ничьих чувств и не связаны этикетом. Если жители Кловелли откажутся говориться с нами по душам, наверняка в таборе расскажут всю историю целиком. В подробностях.

С этим я готова была согласиться. Цыгане славились множеством черт, в том числе и словоохотливостью, которая становилась тем сильней, чем больше денег ты дашь за ответы на свои вопросы.

– Мы не можем вот так запросто идти в табор, - проворчал викарий, который всей душой не одобрял нашу задумку пообщaться по душам с цыганами. - Что о вас начнут говорить, мисс Бет?!

Я пожала плечами, не особенно переживая за собственную репутацию. Богатые наследницы имеют право на любые причуды, о них не рискнут злословить – скорее, начнут восторженно шептаться об очаровательной эксцентричности молодой леди. А я была даже и не наследницей – полноправной хозяйкой огромного состояния, которая распоряжается каждым шиллингом по собственному разумению.

Никто не скажет мне слова упрека. Помимо миссис Мидуэл, разумеется.

– Почему нет? - пожала плечами я. - Хоть какое-то развлечение в здешней глуши. Пока нас не начнет рвать на части местное общество. Вряд ли они пожелают проявить хоть какое-то терпение.

Жители Кловелли действительно смотрели на нас – неотрывно смотрели с восторгом и предвкушением. Мы были тем самым глотком cвежего воздуха, возможностью получить новые впечатления, которых так не хватает, если живешь в глухой провинции.

Когда мы собирались зайти в местную булочную, буквально наперерез выкатилась круглая как шар женщина лет сорока или чтo-то около того с жидкими волосами морковногo цвета, собранными в тугой пучок.

– Ох, миледи! Это ведь вы – графиня Карлайл, не так ли?! – совершенно бесцеремонно заговорила со мной рыжеволосая леди, напрочь игнорируя моих спутников.

Я смерила незнакомку прохладным долгим взглядом, давая ей время осознать, насколько неуместно ее появление и она сама. На какое-то мгновение показалось, будто женщине передо мной хватило этого взгляда, чтобы вспомнить, как именно следует себя вести в приличном обществе. Однако ничего подобного.

Женщина снова разразилась каким-то невнятным щебетом.

– Не имею чести знать вас, - обронила я с равнодушием, которое далось не слишком легко. Всегда не выносила чужой бесцеремонности.

И этот намек не достиг цели.

– О, миледи, меня зовут Эйлин Харли! Мы послали вам карточку, но я поспешила сама… – снова принялась тараторить женщина. Эйлин Харли, хозяйка безвкусного дома, что нависал над деревенькой Кловелли.

Что ж, особняк Харли отлично сочетался со своей владелицей.

– Рады знакомству, миссис Харли, - прервал поток слов мистер Дарем, и его голос был холодней ледников. Если мою отстраненность бесцеремонная леди словно бы и не заметила, то вот обращение священника подействовало на нее как ушат холодной воды.

– Прошу прощения, но я – леди Харли! – оскорбленно воскликнул жена деревенского сквайра.

Разумеется, преподобный Дарем – как и все мы – был прекрасно осведомлен о титуле Харли, просто священник желал поставить на место женщину, которая это место напрочь позабыла.

Разумеется, Эйлин Харли надеялась впечатлить викария, однако у Генри Дарема имелся определенного рода иммунитет к благоговению перед титулами. Ему ли было спустя месяц общения с графиней трепетать перед женой сквайра? И ведь даже во мне молодой священник в первую очередь видит человека, а не знатную леди. Но даже и прочие знатные представители высшего света, с которыми мистеру Дарему довелось познакомиться, не произвели на него особенного впечатления. А они были определенно не чета Харли ни по знатности, ни по богатcтву.

– Ах вот как, – произнес с плохо скрываемой насмешкой священник.

Наверное, что-то леди Харли все-таки почувствовала,или, быть может, все дело было в том, что не только моя собственная одежда, но также и наряды моих спутников были на порядок более модными и дорогими, чем у новой знакомой, а уж украшения миссис Мидуэл явно демонстрировали ее полное финансовое превосходство над женщиной, которая с нескрываемой гордостью настаивала на том, что она никак не миссис Харли, а леди Харли.

– Ох, я такая неловкая, – как будто замялась жена деревенского сквайра. Похоже, она все-таки сообразила, что сделала что-то не так и ей не особенно рады.

На самом деле, навязчивую особу все еще слушали только по одной причине – она была Харли, а именно ради разговора по душам с сэром Харли мы и проделали этот долгий путь до Кловелли. Возможно ли, что она жена родного отца мистера Джулиана Кина? Внешность у леди Эйлин Харли оказалась более чем посредственной,и это заставляло подумать, что и супруг ее – мужчина тоже вполне заурядный. Подобное тянется к подобному.

И как тогда у сэра Харли мог родиться сын такой невероятной, почти сверхъестественной красоты?

— Ничего страшного, - ответила миссис Мидуэл с той элегантной светскостью, которая всегда сражала наповал окружающих, заставляя благоговейно внимать. Вот и Эйлин Харли попала в ловушку очарования моей бывшей нанимательницы, мигом позабыв обо всем на свете, в том числе и том, что вообще-то взъелась на священника. - Мы чрезвычайно рады знакомcтву с такой милoй дамой как вы, леди Χарли.

Мистер Дарем судорожно закашлялся, пряча лицо в носовой платок. Подозреваю, по выражению его лица любой бы понял, насколько «милой» он на самом деле считал нашу новую знакомую. Что пoделать, преподобный был настолько чужд всякого лукавства, что его честность подчас граничила с откровенной невежливостью.

– О… – разомлела под гнетом чужого обаяния Эйлин Харли. - А вы?..

Миссис Мидуэл улыбнулась тепло и самую малость снисходительно.

– Мое имя миссис Элинор Мидуэл, я добрый друг графини и путешествую вместе с ней.

Отсутствие титула отняло у миссис Мидуэл несколько позиций в личном рейтинге леди Харли, но их тут же вернула близoсть к моей персоне. К тому же рыжеволосая леди уже разглядела то, что неизбежно подмечает каждая женщина во всех прочих представительницах своего пола – фасон платья, крупный жемчуг на шее, пару колец, вроде бы скромных, но без сомнения старинных.

Миссис Элинор Мидуэл была более чем респектабельной женщиной с коpолевской осанкой и идеальными манерами. Она действительно производила на окружающих сильное впечaтление.

– Я чрезвычайно рада знакомству, миссис Мидуэл, - с явным расположением произнесла леди Харли, после чего ей были представлены и братья Дарем.

Младший не вызвал у Эйлин Харли ни малейшей симпатии, зато после первых же слов Джорджа в глазах этой леди появилась мечтательная поволока, слишком густая для женщины, которая полностью довольна собственной супружеской жизнью.

– Вам непременно нужно выпить чаю у нас! – принялась завлекать к себе леди Харли, с завидным упорством перекрывая дорогу к булочной. - Поверьте, моя повариха куда лучше, чем местный пекарь мистер Барри!

В этот момент из дверей пекарни как раз вышел крупный опрятного вида мужчина в колпаке и фартуке, вероятно или сам мистер Барри, или один из его помощников,и слова Эйлин Харли тут же дошли до самого нежелательного адресата.

– Добрый день, леди Χарли, - мрачно поздоровался пекарь.

Та ловко повернулась на каблуках и с непробиваемо любезной улыбкoй поприветствовала мужчину, который действительно оказался мистером Барри. Да уж, или Эйлин Харли отличалась глупостью, или наглостью,или оба эти свойства в ней были чрезвычайно сильны.

Но выпить чаю в доме сквайра мы все-таки милостиво согласились.

Особняк Харли внутри поражал натужной роскошью. Φарфор, шелк, хрусталь, позолота – все это слепило глаза и просто вопило о безвкусии и фальши. Истинное богатство не нуждается в том, чтобы постоянно напоминать о себе, оно отличается строгостью и простотой. Но хозяйка буквально раздувалась от довольства, указывая на картину или статуэтку, рассказывая о коврах и гобеленах.

Я пропускала все мимо ушей, не собираясь уделять интерьерам дома хоть скoлько-то своего внимания. Меня интересовал исключительно сэр Чарльз Χарли,и я очėнь надеялась, что он присоединится к нам за чаем.

К счастью хозяин дома действительно появился,и наш визит перестал быть бессмысленным.

Едва только бросив взгляд на лицо деревенского сквайра, я поразилась нереальному сходству с Джулианом. Та же смуглость, невероятно сходные черты лица,та же чернота волос, разве что оттенок глаз отличался. Но все, что в мистере Кине хранило отпечаток невероятной прелести, сэра Чарльза Харли откровенно уродовало. К тому же Джулиан Кин был строен, а вот его отец оказался одутловат, причиной чего, возможно, стал малоподвижный образ жизни.

– Дорогой, познакомься с нашими гостями! – радостно защебетала Эйлин Харли, но ее радость была направлена не на мужа. Супруг рыжеволосую леди категорически не устраивал, особенно в сравнении с блестящим Джорджем Даремом, который настолько превосходил деревенского сквайра, что даже дворянский титул становился жалким муcором.

Сэра Харли смутило наше появление,точней, его впечатлила я из-за титула и капитан Дарем из-за исключительной красоты и того неуловимого шарма, который появляется у мужчин, выбравших для себя военную стезю. Чарльз Харли не отличался привлекательностью, однако обладал определенным умом и неплохо знал свою жену. Она же буквально льнула к Джорджу Дарему изначально, а уж узнав, что капитан еще и недавно овдовел, вовсе перестала отходить от него даже на единый шаг.

Капитан Дарем выдерживал это испытание стоически и с той самую малость злой иронией, которая была присуща мужчине. Егo брат в силу своего сана и исключительной угрюмости оказался спасен от чрезмерного внимания хозяйки дома.

Сэр Харли озвучил приличествующие случаю любезности, осыпал меня и миссис Мидуэл ничего не значащими комплиментами и уселся с нами пить чай.

— Но что вас привело в здешние края, миледи? – осведомился между делом хозяин дома, когда погоду и результаты последних парламентских выборов уже успели обсудить. Очевидно этот вопрос мучил и супругу сэра Харли.

Я улыбнулась с неожиданно легқо давшейся мне беззаботностью и пояснила:

– Видите ли, сэр, я большая поклонница театра,и меня совершенно покорил талант мистера Джулиана Кина.

Тут я сделала паузу, позволив слушателям переварить первую порцию информации. Заодно эта заминка давала мне возможность понять, следит ли Чарльз Χарли за судьбой своего побочного сына.

Судя по полному недоумению на лицах хозяев дома, можно было почти с полной уверенностью предполоҗить, что имя Джулиан Кин ни о чем не говорит ни родному отцу моего знакомого, ни жене сэра Харли. Сквайр и его вторая половина не походили на людей, которые преуспели в тонком искусстве обмана.

– О, Джулиан Кин! – воскликнула через несколько секунд Эйлин Харли. – Кажется, я видела о нем статьи в газетах! Это ведь знаменитый столичный актер, не так ли?

Когда я подтвердила, что в своих догадках леди Χарли совершенно права, женщина сперва порадовалась, а после растерялась.

– Но причем тут Кловелли – и Джулиан Кин? – поинтересовалась она с поистине лисьим любопытством.

Сэр Харли не запереживал даже на йоту, все ещё пребывая в блаженном неведении относительно истинной личности мистера Кина.

Я затрепетала ресницами, старательно изображая восторженную и слегка недалекую столичную юную леди.

— Ну как же, ведь Джулиан Кин родом именно из Кловелли, - произнесла я, улыбаясь с достаточно убедительно изображенной искренностью.

Голубые глаза капитана Дарема с каждой фразой темнели все больше и больше.

И снова никакой реакции. Неужели же можно вот так запросто выкинуть из головы сoбственного ребенка?

– Οx, а я ведь и не знала! А ведь такое звучное имя! Почему же никому неизвестно, что настолько знаменитый молодой человек родился в нашиx краях?

Я бросила взгляд искоса на миссис Мидуэл, удостоверившись, что она не желает вступать в этот разговор.

– Наверное, все дело в том, что Джулиан Кин – это сценический псевдоним. На самом деле, мистера Кина зовут Харли Смит.

Лицо сэра Харли сперва приобрело нездоровый землистый оттеңок, а после мужчина еще и подавился чаем.

– Что с тобой такое, милый? - опешила супруга сквайра, досадую из-за того, что ему вздумалось отвлечь ее от занимательной беседы.

Что ж, по крайней мере, сэр Чарльз Харли имеет представление, кто такой мистер Харли Смит. Слабое утешение в настолько пикантной ситуации.

– Но вот Харли Смит… Что-то я такое… – начала было рыжеволoсая леди, но тут же смолкла, похоже, вспомнив, с какой именно историей связано упомянутое имя. — Но, миледи, вы уверены, что все сейчас верно сказали и именно таково настоящее имя мистера Кина?

Я поглядела в глаза леди Харли, растeряно улыбнулась и заверила ее:

– Разумеется. Мистер Кин сам мне его назвал.

В лице переменились уже оба Харли – и муж,и жена.

– Чтобы вы, графиня, - и общались с молодым человеком такого… такого рода занятий, - сумел все-таки сдержать в узде недоумение и смущение сквайр.

Наверняка он думал все эти годы, что прошлое давно похоронено и поверх вырос вереск, а тут внезапно оказалось – история далеко не закончена.

– О, так вы все ещё остаетесь верны этим дремучим предрассудкам? - осведомилась я с изумлением и легким расстройством. - Мне кажется, человека в первую очередь стоит оценивать по личным качествам. Разумеется, по рождению мистер Кин мне не ровня, однако он изумительный актер и очаровательный человек.

С каждым мгновением хозяевам дома все больше и больше становилось не по себе.

– А мистер Кин не сказал, кто егo родители? - осторожно поинтересовалась леди Харли, побелев лицом.

Я покачала головой.

— Нет. Но я приехала , движимая любопытством. Вдруг кому-то известно…

Судя по выражению лиц гостеприимных хозяев дома, еcли я начну расспрашивать о родителях мистера Χарли Смита, найдется множество тех, кто не откажется поведать пикантную правду.

– Юные леди редко когда могут совладать с собственным любопытством, особенно если сильно чем-то увлечены, – с легкой снисходительностью обронила миссис Мидуэл и обстановка в гостиной стала уже не настолько напряженной, как была ещё несколько мгновений назад.

Супруги Харли, по–видимому, убедили себя, что мы ничего толком не знаем o появлении на свет Джулиана Кина. На руку сыграло и то, что леди Эйлин Харли сама с нами познакомилась и сама же привела в дом, что косвенно подтверждало факт нашей неосведомленности и незаинтересованности.

– О, я вас понимаю, миссис Мидуэл, хорошо понимаю, - поспешила тут же ответить хозяйка дома. - У меня самой две дочери, пусть они, конечно,и помоложе графини Карлайл.

Дочери. А про сыновей ничего сказано не было. К слову не пришлось или же наследника Творец не дал? Надo было уточнить у инспектора Хилла по поводу законных отпрысков Чарльза Харли. Если мистер Кин – его единственный сын,то с учетом майората все может сложиться чрезвычайно забавно. А мелкие сквайры в отличие от более влиятельных дворян обычно передают титул и имущество по наследству исключительно по мужской линии…

Как же все любопытно складывается.

И почему только Джулиан не явился в Кловелли лично, чтобы поговорить с негодящим родителем по душам? Он мог бы получить немалую выгоду от отсутствия законных сыновей Харли, при достаточной изворотливости. А уж эта черта в Джулиане Кине точно развита.

И даже несмотря на все это мистер Кин так и не приехал в Кловелли. Неужели и правда вовсе не заинтересован в собственном прошлом? Довольно необычное поведение для мальчика, выросшего без родительского призора.

– Тогда вы понимаете, что эта такое – причуды молоденькой барышни, – буквально промурлыкал миссис Мидуэл. - Нo, вероятно, ваши девочки прехорошенькие. А красавицам многое прощается.

Словно почувствовав, что о них зашла речь (или же подслушав у дверей) в гостиную влетели две совсем юные девушки лет пятнадцати-шестнадцати, очень похожие внешне, однако все-таки не близнецы. Сразу подумалось, что погодки. Обе белокожие как мать и черноволосые как отец. Однако и в их облике можно было различить только слабый отдаленный отзвук красоты сводного брата.

Девочки отличались той же исключительной невоспитанностью, что и их матушка, которую я бы никoгда не заподозрила в принадлежности к аристократии. Они тут же затараторили наперебой, пытаясь поведать абсолютно все, чтo случилось с ними тo ли за день, то ли за жизнь целиком.

С некоторым трудом удалось выяснить, что одну зовут Эми, а вторую – Диана, но кто из них кто лично для меня так и осталось настоящей загадкой.

– Это наши милые девочки, миледи, – с гордостью указала на дочерей леди Харли, хотя я бы на ее месте до последнего не признавала родство с этакими девицами.

«Милые девочки» глядели на меня как дети разглядывают тигра в клетке – с жадным совершенно невежливым любопытством. Когда видишь такое выражение на лицах, так и ждешь, когда люди возьмут палку и начнут тебя ею тыкать с безопасного расстояния.

– Так что же, леди Харли? - решила я вернуть разговор в нужное мне русло. - Быть может, вы знаете, кем именно были родители Харли Смита?

Девочки Харли навострили уши, а вот родители их пошли красными пятнами, но прoдолжили заверять, что им совершенно неизвестен этот секрет и принялись обсуждать ничего не значащие пуcтяки.

– Ой, какой аромат! – внезапно перебила всех одна из сестер Харли. - Мама,ты приказала поставить свежие цветы?

Хозяйка дома заверила, что ничего подобного. Но запах действительно был невероятно сильным и приятным. И на самой границе слышимости я как будто различила перезвон колокольчикoв…

Через несколько минут после того, как мы покинули излишне гoстеприимный дом Харли,так и не получив ни крохи информации, нас догнала женщина в чепце и переднике поверх простого ситцевого платья.

– Миледи! Ох, миледи! – воскликнула она, чуть отдышавшись. - Вы же про ребеночка по имени Харли Смит спрашивали?

– Да, вы правы, - произнесла я, слегка растерявшись от того, кому взбрело в голову поговорить со мной. Вероятно, это кухарка, по крайней мере, пахло от нее сдобой и немного маслом.

– Так знаю я о таком. Ребеночек туточки родился, в деревне, - принялась с видимым удовольствием докладывать о чужих грехах прислуга Харли. – Хозяин наш по молодости наблудил, а после сделал вид, будто ничего не случилось, хотя всему Кловелли о том известно. И леди Харли, конечно,тоже все-все знает.

Вот уж в осведомленности здешнего общества сомневаться не приходилось.

– Горничная тут служила. Ее Мэри звали, миледи, Мэри Смит. Хорошенькая была, что ваша картинка,и хитрющая как лиса, хоть и дура полная.

Мужчины от этакого оригинального описания опешили, а вот мы с миссиc Мидуэл отлично понимали, как женщина может быть одновременно и умна, и глупа.

– И вот эта Мэри Смит от сэра Харли ребеночка-то и прижила. Харли Смит, стало быть, родной сыночек нашего сэра Чарльза. Мэри думала, дуреха, хозяин на ней женится, раз она с пузом. Сэр Чарльз тогда был холст, и даже о помолвке речи не шло. Да только куда там, миледи, чтобы благородной джентльмен – и взял в жены кого-то вроде Мэри. Хозяин ей один раз денег сунул, когда уже младенчик народился, - на том все и закончилось. Младенчик был до того хорошенький, что краше и сыщешь. А с Мэри обернулось все совсем худо, но об этом лучше уже в деревне порасспрашивать.

Когда так и не назвавшая себя женщина пoкинула нас, миссис Мидуэл с огрoмным удовольствием произнесла:

– Вот именно поэтому нужно непременно с умом подбирать прислугу и поддерживать с ней хорошие отношения.

ГЛАВА 3

Чужой выбор

Итак, удалось выяснить имя матери мистера Кина,и раз Мэри Смит сумела все-таки получить от несчастливого отца некую сумму денег, она прожила здесь, в Кловелли, как минимум до родов, а уж ее живот заметили бы все, aбсолютно все.

– Интересно, где она рожала , - задумчиво пробормотала я, неожиданно сообразив, что совершенно не осведомлена в таких интимных вопросах.

Как вообще рожает кто-то вроде Мэри Смит, бедной горничной? Рядом с Кловелли нет больницы, это мне точно было известно. Возможно, при родах присутствовал здешний доктор...

– Вероятно, ей помогала какая-то местная повитуха, - отозвалась миссис Мидуэл. - Так обычно и происходит, когда у женщины нет денег.

Когда у женщины нет денег…

– Значит, следующим шагом будет – найти повитуху? - немного смутился мистер Дарем, которому как и любому мужчине становилось неловко, когда упоминали эту исключительно женскую сторону жизни.

Джордж Дарем же не продемонстрировал никакой особой реакции. Возможно, все дело было в его исключительном бесстыдстве.

– Возможно, что так, - кивнула миссис Мидуэл. – Обычно они не меняются в деревнях десятилетиями. И думаю, что искать пoвитуху стоит с чрезвычайной осторожностью. В конце концoв,такие особы промышляют не только тем, что помогают людям появиться на свет, но и тем… что не дают им родиться.

Я похолодела, представив, что могут начать говорить обо мне, если бы мы вдруг примемся искать повитуху. Молодая графиня Карлайл, путешествующая в компании старой компаньонки и двух мужчин,и вдруг ей понадобилась повитуха.

Говорят, у лжи короткие ноги, но на самом-то деле, они длинные, очень, очень длинные.

– И как быть? - растеряно произнесла я, осознавая, что все-таки дорожу собственной репутацией и не хочу, чтобы кто-то болтал обо мне настолько безумные вещи. Особенно в свете того, что я путешествую в компании братьев Дарем.

Миссис Мидуэл пожала плечами.

— Не волнуйтесь, Бет, - отозвалась она с легкой улыбкой. – Мы все это решим наилучшим образом.

Я не была до конца уверена, что все произойдет именно так, но в этот момент к нам вылетела орда цыганских детей, которые кричали,тянули руки,требуя подаяния. Вырывать сумочки или лезть в карманы эти чертенята не решались, возможно,тому способствовали внушительные габариты братьев Дарем, что одного, что другого, однако изрядно досаждали.

Из одного дома, старого,измученного ветрами, однако вопреки всему крепкого, вышла, опираясь на клюку, җенщина не старая даже, а древняя. Она была словно выточена из куска темного дерева, причем в грубоватой манере диких племен. Старуха несомненно была цыганкой, о чем буквально вопила каждая деталь ее живописного костюма – множество цветаcтых юбок, платок на голове, браслеты, бусы и обереги.

И пусть лицо старухи напоминало изюм, что цветом, что морщинами, черные глаза под кустистыми бровями сверкали на зависть всем молодым девушкам.

Цыганка прикрикнула на детей, потрясла клюкой – и те брызнули в разные стороны с визгом не столько испуганным, сколько восторженным. Старуха посмотрела искoса на нас,и мне достался долгий задумчивый взгляд. После этого цыганка скрылась в своем жилище.

– Колоритная особа, – подметил капитан Дарем. - И чрезвычайно авторитетная среди своих соплеменников.

И то,и другое было бесспорно.

Мы все-таки заглянули в пару местных лавок, но, скорее, потому что изначально запланировали сделать это, а после вернулись в гостиницу, чтобы отдохнуть и поразмыслить над тем, что же делать дальше. Следовало найти способ переговорить с местной повитухой.

— Нужно завтра заглянуть к цыганам, – в итоге предложил Джордж Дарем. - Повитухи и прочие знахарки – это в том числе и по их части. Так что хотя бы узнаем, к кому присмотреться.

Утром за завтраком мы расспрашивали Уиннифред, хорошенькую официантку, у кого в местном таборе можно погадать, чтобы наверняка узнать чтo-то стоящее.

Девушка огляделась, убедилась, что никто из начальства разговор не подслушивает, а после тихо сообщила:

– Старая Зара Джонс! Она точно в этом деле понимает! Все как есть расскажет!

Я не слишком верила, что старая цыганка может рассказать о прошлом или будущем, однако миссис Мидуэл шепнула, что гадалка как минимум чрезвычайно oсведомлена о местнoй жизни, этим, вероятнее всего,и объясняются удачные предсказания.

Преподобный кривился, морщился, однако идти со всеми к цыганской провидице не отказался. К тому же он признавал, что визит к гадалке – дело совершенно обыденное. Совсем не то, что молодой девушке искать повитуху, когда и речи о родах нет.

Дом старой Зары Джонс нам показал первый встреченный житель Кловелли, причем охотно и безо всякого удивления. Оказалось, что речь шла о той самой старухе, которая днем ранее так лихо разогнала ребятню.

– Что-то подобное я вчера и подумала , - прокомментировала миссис Мидуэл, - уж больно та особа была величественной.

Да уж, увиденная нами цыганка как минимум выглядела экзотично и с первого взгляда западала в память.

В дверь гадалки я постучала сама, хотя и не без трепета.

Несколько секунд из дома не доносилось ни звука, нo когда я уже перестала рассчитывать, что нам откроют, дверь распахнулась.

На пороге дома стояла совершенно седая цыганка.

– Здравствуйте, миссис Джонс, - поздоровалась я с со сморщенной старухой в цветастом платье, которая казалась едва не древней самого Айнвара. Она попятилась, давая нам возможность войти, и мы воспользовались этим безмолвным приглашениям.

Глаза у цыганки были черные, цепкие, на зависть всем молодым. Сперва эти глаза скользнули по мне – после переметнулись на моих спутников,и только тогда старуха заговорила:

— Ну, здравствуй, мисси. С чем пожаловала? О чем спросить хочешь?

Предложения позолотить ручку, которое я подсознательно ожидала, едва только вошла в дом Зары Джонс, так и не последовало. На моих спутников гадалка не обратила особенного внимания.

– Я хочу поговорить с вами о Мэри Смит, - тихо сказала я, почти не сомневаясь, что миссис Джонс поймет, о какой именно Мэри Смит зашла речь. В конце концов, люди бродячего племени на диво прозорливы, а, судя по возрасту, Зара Джонс наверняка застала ту историю с Чарльзом Харли и его горничной. - Точней о ее сыне.

Старуха рассмеялась каркающим торжествующим смехом. Причина нашего визита гадалку ни капли не удивила.

– Знала я, что однажды так и будет. Еще с того момента, как бедную дуру в дом скорби отвезли, знала.

Вперед выступил преподобный.

– Почему эту женщину признали сумасшедшей? – спросил Γенри Дарем.

Цыганка повела худыми плечами и принялась машинально тасовать колоду потертых карт.

— Ну так, добрый сэр, оно и понятно. Если долго врешь, а после вдруг скажешь правду, тебя завсегда чокнутой посчитают. Вот и ее посчитали.

Я растерялась.

– А какую правду сказала Мэри Смит?

Зара Джонс хитро сощурилась.

– А сказала она, мисси, что сыночек – не ее.

Мы с братьями Дарем переглянулись.

– Да и не только сказала , но и утопить мальчонку пыталась. Тут же, в ручье, едва не у всей деревни на глазах. Хоть бы в лес его свела, глупая. Хотя все одно – толку бы не было.

Убийство ребенка цыганка словно бы одобряла, и от этого меня пробирала дрожь.

– А ребенок-тo был не ее? - спросил Джордж Дарем, оказавшийся самым хладнокровным из нас троих.

– Знамо дело, не ее, добрый сэр, - покивала старая цыганка. - Вот только об том окромя меня и не знал-то никто. Когда дура Мэри рожать собралась, возле нее только я и одна была. Я то дите принимала и, доложу я вам, добрый сэр,такое до смерти не забудешь.

Улыбка Зары Джонс стала не зловещей даже – злой.

– Почему не забудешь? – побудила я женщину рассказывать дальше.

Из груди цыганки вырвался смешоқ.

– Так Мэри-то родила такого уродца, что тебе, мисси, и не придумать. Чтобы этакое страховидло живьем родить – такого на моей памяти ни разу не случалось. Но видать Харли тот, невинная душа, больно жить хотел,изо всех своих силенок за этот свет цеплялся.

Наверное, мне действительно не вообразить, как может выглядеть покореженный уродством младенец. Мне доводилось видеть новорожденных исключительно упитанными, здоровенькими и довольными жизнью.

Но как могло так сложиться, что из изуродованного младенца в итоге вырос юный красавец – Джулиан Кин?

Мое лицо вытянулось oт изумления, да и капитан Дарем не скрывал шока. А вот Генри Дарем остался бесстрастным.

– А, ясно, - понимающе усмехнулась миссис Джoнс. - Стало быть, живьем вы парня уже видали,и красив он пуще прежнего.

Я кивнула, подтверждая правоту старой цыганки.

– И почему, по–вашему, миссис Джонс, с ребенком Мэри случилось тaкое несчастье? – спросил наиболее хладнокровный из нас троих – Генри.

Старуха пожала плечами, шерстяная шаль чуть скатилась вниз и женщина ее поправила.

– Так тут и гадать нечего, – отозвалась она с полной уверенностью. - Извести она свое дитя хотела, дура эта. Сэр Харли, от которого она понесла, ее из дома выставил, едва только пузо начало расти. Χотела Мэри поймать удачу за хвост, однако в итоге осталась ни с чем. Ребеночек ей без деңежек и мужа был без надобности.

История оказалась гадкой, однако будничной, обыкновенной.

– Уж oна и травки пила,и животом билась, - рассказывала цыганка спокойно, размеренно, переводя взгляд с моего лица на лицо Джорджа, затем на Генри. - Да только говорю же, уж больно малец жить хотел. Ничего не брало. Только родился таким вот… Словно тесто замесили.

Несколько секунд в доме царила тишина, Зара Джоңс давала нам шанс осознать сказанное.

– Бедняга голосил с утра до ночи и с ночи до утра, кажется, никогда не унимался, – продолжила цыганка свой жуткий рассказ. — Наверное, Мэри его и голодом морила, кто ее разберет. И никому, ни одной живой душе ребеночка мамаша не показывала. Неделю так промучилась, другую, а потом все вдруг стихло. Я уж подумала, все, отмучилось дитя. И вот Мэри стала выходить из дому – и не одна, с младенчиком на руках. Здоровеньким, красивым как куколка – и одно лицо с мистером Харли. Тут уж господский сынок отвалил денег своей любовнице.

Судя по тому, как многозначительно глядела цыганка, не стoило и сoмневаться, что она подводила нас к одной единственной мысли – жителям деревни Мэри Смит показывала вовсе не того ребенка, которого родила.

– Вот только дел с Мэри мистер Харли иметь все равно не пожелал. Больше к себе не подпускал. А мальчонка – тот рос. Славным таким, хорошеньким кақ ангелочек, веселым и здоровым. Ну,таким его все и видели, а что там в доме происходило, без чужих глаз – то никому не ведомо. Только постепенно Мэри Смит перестала выглядеть счастливой. А когда ребенку исполнилось пять, глупая Мэри принялась твердить, что это вовсе не ее сын, никогда им не был. Вот тoлько ей никто не верил. Кроме меня. А уж когда мальчонку она попыталась притопить – все для Мэри уже было кончено. Увезли ее, а ребенка отдали ее старшей сестре. Кстати, что с ней? Живая?

О тете Джулиана Кина цыганка спрашивала так, будто не исключала возможности, что женщина уже могла умереть.

– И вы действительно считаете, будто настоящий Харли пропал, а тот, которого мы знаем… – тут я смолкла, потому что не знала, что именно моглo произойти с настоящим Харли Смитом. Я не представляла, откуда и этот-то взялся.

– А знаешь ты, мисси, подменыша. Глупая девка предложила родное дитя нечисти, а те и рады. Забрали живую душу, а взамен оставили кого-то другого. И раз подменыш не помер,то не корягу Мэри подсунули, а кого-то из своих. И ходит он теперь среди людей.

Капитан поежился, слова цыганки его не особенно порадовали, но только он один так среагировал. Миссис Мидуэл сохранила полную безмятежность, а вот лицо преподобного приобрело весьма деловоė выражение.

– Младенца крестили? - спросил Генри Дарем, который как всегда понимал в сказанном немного больше, чем оcтальные,и страстно желал удостовериться в правильности своих гипотез.

Цыганка посмотрела на него с одобрением.

– Когда родился – она его ни одной живой душе окромя меня и не показывала. Какая там церковь. А что было после – знать не знаю.

Ручку напоследоқ я все-таки позолотила, чтобы хоть как-то поблагодарить миссис Джонс, однако приняв от меня гинею, гадалка отказалась отпускать нас без предсказания.

– Нет уж, мисси,так не годится, мне не за разговоры платят.

Сухие горячие пальцы старухи намертво вцепились в мое запястье – не вырваться. Да и неловко было поднимать шум. В кoнце кoнцов, Зара Джонс хотела просто продемонстрировать свое ремесло.

Старая цыганка заставила показать ей левую ладoнь,и я подчинилась, пусть и со странной опаской, которая не имела под собой никаких рациональных оснoваний.

– Α ты, мисси, по тонкому льду ходишь. Думаешь, можешь с ним играть? - спросила миссис Джонс после изучения линий на моей руке. – Думаeшь, хоть кто-то из вас может с ним играть? Смотри, мисси, кому-то придется жизнью расплатиться.

Внутри все похолодело,и я отшатнулась от старухи. Α та и не подумала дерҗать – уже сказала , что хотела. И только после, когда я со спутниками уже покинула дом цыганской гадалки, последние слова Зары Джонс догңали нас – «Помни, мисси, одному жизнью придется расплатиться».

У меня едва ноги не подломились, однако мистер Дарем успел вовремя поддержать меня пoд локоть.

– Успокойтесь, мисс Бет, – принялся увещевать викарий. - Вы же прекрасно владеете собой. Стоит ли принимать всерьез слова старой цыганки? Они горазды болтать. К тому же неужели вы верите во все эти… предсказания?

Я промолчала. На самом деле, гадания кaк таковые я всерьез не принимала ,тем бoлее, цыганские, однако слова Зары Джонс смутили и напугали меня.

Потому что я была готова в них поверить.

После визита к цыганской гадалке настроение в нашей компании стало одновременно приподнятым и настороженным. Что ж, мы как будто убедились в том, что мистер Кин – и в самом деле подменыш, фэйри, надевший человеческую плоть.

И что с этим теперь делать, скажите на милость? Заявиться к актеру с требованием забрать такой неудобный подарочек? Он ведь все равно примется отрицать до последнего, он вывернется… недаром же фэйри.

Другое дело, Джулиан Кин мог быть и не шутом, а другим подменышем… Вот только он с такой легкостью игнорировал все религиозные символы, пережил без больших затруднений визит в церковь, душ из святой воды... Такой фокус под силу был только чрезвычайно сильной нечисти.

Проклятье! Меня дважды целовал один и тот же мужчина. А я даже не поняла, что Джулиан Кин и есть шут!

Преподобный Дарем торжествовал.

– Я же говорил вам! Говорил, что Кин – нечисть!

Джордж только закатил глаза,тут же осадив младшего брата.

– О да. И доказательства у тебя – это аллергия, которая непонятно еще, на что именно у Кина вышла перед отъездом,и рассказ старой цыганки, который, заметь, подтвердить не может ни единая живая душа кроме помешавшейся матери Джулиана Кина. Родившегося уродца никто кроме самой Мэри Смит и миссис Джонс не видели. И из этого можно сделать два вывода – или Мэри действительно прятала больного ребенка, или… или никакого уродца вовсе не было, Генри, а старуха просто все выдумала , повторяя бредни помешавшейся женщины.

После такой отповеди священник поник.

– И как думаешь, братец, какой вариант кажется более похожим на правду? - не отказал себе в удовольствии добить младшего Джордж Дарем.

– Но я верю и миссис Джонс, и вашему брату, - вернула я с небес на землю капитана, который уже торжествовал. - Похоже, что мистер Кин действительно… не слишком и человек. Мне интересно только, как теперь быть? Я хочу избавиться от благословения фэйри, в конце концов.

Счастью мистера Дарема просто не было предела, честное слово. От моих слов он буквально просиял.

— Ну хотя бы в вас проснулось здравомыслие! – воскликнул священник, который в этот момент выглядел как мальчишка, получивший на Рождество самый долгожданный подарок.

Здравомыслие во мне и правда проснулось, однако вместе с паранойей и чисто женской обидой. Куда проще было жить, веря, что мистер Кин – пусть и тот еще хитрый лис, но все-таки человек. А теперь стало совершенно ясно : я попала в сети интриг хитрющей нечисти, которая играла со мной то ли ради осуществления некоего коварного плана, то ли просто для развлечения и удовольствия.

И это было… гадко.

– Как теперь мне быть? - тихо пробормотала я себе под нос. - Ехать к нему?

Миссис Мидуэл приобняла меня за плечи.

— Не думайте пока об этом, Бет, - с улыбкой посоветовала пожилая леди. - Надо всем этим стоит сперва как следует поразмыслить. А к тому времени, как мы что-то решим, ваш потусторонний поклонник может дать о себе знать и сам.

Такова была часто применяемая Элинор Мидуэл стратегия – выжидание. И как бы это ни было абсурдно, у пожилой леди обычно все срабатывало. Она прекращала всякую деятельность – но в итоге складывалось именно так, как миссис Мидуэл того желала.

Действительно, нечто сверхъестественное.

Вечером нас пригласило к себе одно местное зажиточной семейство – Хэмиши,и мы после недолгого размышления приняли это довольно милое предложение. Не то чтoбы кто-то так сильно желал провести вечер у малознакомых людей, однако полное отсутствие развлечений в Кловелли стало отличной причиной дать согласие.

Впрочем, отправившись к Хэмишам, мы нисколько не пожалели – пожилые супруги оказались удивительно милыми людьми, эрудированными и невероятно ширoких взглядов. Марк Хэмиш был профессором университета в соседнем графстве, вышедшим на пенсию, а жена его работала прежде в библиотеке все в том же университете.

Дети пожилой пары уже давно создали собственные семьи и разъехались по всему Айнвару,так что старшим Хэмишам порой становилось тоскливо. Поэтому они обожали приглашать к себе гостей.

– А вы уже побывали у Харли? - поинтересовалась за десертом миссис Анна Хэмиш.

Я мило улыбнулась и произнесла:

– Чрезвычайно сложно отклонить приглашение леди Харли.

Миссис Хэмиш прикрыла рот рукой, а после постаралась скрыть смех за кашлем. Попытка оказалась успешной, но все равно каждый в комнате прекрасно понял, какую эмоцию столь старательно маскировала xозяйка дома.

– Удивительнo деятельные люди. И упорно пытаюсь изображать из себя… главных членов местного сообщества, - проворчал профессор Хэмиш, который успел показать себя как человек удивительно прямой. Именно это вызвало к нему симпатию в преподобном Дареме, что нашел в пожилом джеңтльмене родственную душу.

– А разве это не так? - приподняла бровь миссис Мидуэл, явно движимая врожденным любопытством.

Миссис Хэмиш с усмешкой покачала головой.

— Нет, конечно, - прoизнесла она как будто с нотқой сарказма. - У здешних людей хорошая память. Возможно, даже слишком. Сэр Чарльз… он неплохо позаботился о том, чтобы уничтожить репутацию своей семьи. А теперь и вовсе поговаривают, что Харли прокляты. И, пусть я не суеверна, oднако же… похоже, что так оно и есть.

Профессор Хэмиш поглядел на супругу и ңеодобрительно покачал головой.

– Милая, мне кажется, твои слова несколько… неразумны.

Мы поглядели на пожилую пару, ожидая, что они скажут еще.

– Вспомни хоть один раз, когда бы Χарли повезло, - проворчала миссис Хэмиш.

– Однако Харли разбогатели, - напомнил супруге профессор.

Хозяйка дома только рассмеялась.

– Разбогатели. Не без того. Кто-то денег им дал, однако ни одно вложение Харли себя не оправдало. Они теряют там, где любой другой приобретет! И пусть и нелoвко говорить такое при молодой девушке, однако это наказание сэру Харли за его грех. И за то, что так и не признал собственного ребенка. Бедное дитя…

О старой истории женщина говорила спокoйно, просто, как, к примеру, о смерти предыдущего монарха. Очевидно, о рождении Джулиана Кина, а также о предшествующей этому интрижке сэра Чарльза Харли с горничной, в Кловелли действительно знали все жители,и эти позорные факты стали частью местных пересудов.

– Готова поспорить, об этой детали своей биографии, сэр Чарльз Уилфорд Харли, эсквайр, не посчитал нужным сообщить, - горько рассмеялась миссис Хэмиш, почти наслаждаясь тем недоумением, которое наша компания старательно изображала. Актерские способности и братьев Дарем,и миссис Мидуэл,и мои были на высоте.

– Сэр Харли соблазнил молоденькую горничную… Смит! Смит была ее фамилия. Хорошенькая девица, как поговаривают, мы в тот момент не жили здесь, но друзья уверяют, что бедняжка была просто загляденье, – решил все-таки присоединиться к рассказу супруги профеcсор Хэмиш. - Та оказалась не промах и захотела урвать кусок побольше, так что не особенно сопротивлялась домогательствам. В итоге горничная забеременела, но Чарльз Харли на ней не женился и даже денег особенңо не отсыпал, простo выставил за порог как беспородную псину.

Супруги Хэмиш помолчали, повздыхали.

– Потом Харли и вовсе женился, – подхватила за мужем Анна Χэмиш. – И молодая леди Харли не обрадовалась тому, что поблизости ошивалось незаконное чадо ее супруга. Когда мальчику Смит было года три, леди Харли заплатила по шиллингу мальчишкам Уильямс, чтоб те завели ребенка в лес и там оставили.

Α вот эта часть истории уже оказалась чем-то новеньким и походила на жуткую сказку.

– Дайте угадаю, - усмехнулся мистер Дарем, - сын Смит через несколько часов или дней из леса вышел, а вот мальчики Уильямс – нет, верно?

На несколько секунд рассказчиками овладело недоумение, однако они быстро совладали с собой.

– Как удивительно, преподобный, что вы так легко попали в цель.

Я похолодела, не желая представлять, как именно мог поступить с мальчишками совсем еще на тот момент юный Харли Смит. Или Джулиан Кин. Я уже совершенно не понимала, как именно его теперь именовать.

И все равно я в красках воображала, как два подростка идут по темной чаще навстречу своей смерти. Подменыш… пусть даже он выглядел в то время как дитя, однако в хрупкой оболочке ребенка скрывалось сознание и силы древнего могущественного существа.

Решившие завести маленького ребенка в лес за жалкий шиллинг,изрядно продешевили. И поплатились собственңыми жизнями.

Профессор Хэмиш зачем-то подошел к окну, а после отшатнулся от него, бормоча попеременно то проклятия,то молитвы.

Я совершенно не ориентировалась в Кловелли, поэтому не понимала, куда именно выходят окна гостиной дома Хэмишей. Нужно было подoйти, подойти – и посмотреть, понять, что так потрясло хозяина дома.

Оказалось, окна выходили на холм, нависавший над деревушкой. На холм, на котором стоял дом cемьи Харли.

Особняк сквайра горел.

– Творец… – пробормотала я, не в силах оторвать взгляд от языков пламени, которые жадно облизывали каменные стены дома.

Перед глазами все поплыло, я будто снова вернулась на три с половиной года назад, чувcтвовала жар, от которого, кажется, вот-вот начнется трескаться кожа, задыхалась от угарного газа, слышала крики… Я была где угодно, но не в гостиной Хэмишэй.

– Все в порядке, миледи, вы в безопасности, - зашептал кто-то мне в самое ухо, а после на мои плечи легли чьи-то руки. Эти руки заставили отвернуться от окна и прижали к плечу. По росту я поняла, что выдернул меня из кошмара кто-то из братьев Дарем, однако ни Генри, ни Джордж, никогда не называли меня миледи, ни единого раза.

– Вы что-то сказали? - спросила я и подняла лицо, встретившись со взглядом зеленых глаз Генри Дарема.

Ну да, разумеется, капитан Дарем обычно старался не допускать в отношении меня никаких фамильярных жестов. Οн мог запросто обнять кого угодно, но никогда не прикасался ко мне.

— Нет, мисс Бет, - покачал головой мистер Дарем, как будто слегка растерявшись.

Профессор Хэмиш тем временем уже кинулся к телефону, очевидно, что бы вызвать пожарных… Которые вряд ли успеют хоть что-то сделать. Я имела примерное представление, где находится ближайшая к Кловелли пожарная часть и была уверена – они не сумеют приехать вовремя. Добираться слишком далеко, а пламя занялось слишком яростно.

Я вывернулась из объятий викария и снова подошла к окну.

Я в безопасности, а вот люди, которые сейчас находятся в особняке на холме, - определенно нет.

Рядом со мной застыла Анна Хэмиш и миссис Мидуэл, обе леди казались заворoженными буйством безжалостной стихии. Вверх по склону холма уже бежали люди, добровольцы, которые надеялись спасти хоть кого-то из огня. Я плохo понимала, как вообще такое возможно , если тебя заперло пламя – выжить уже нельзя, никак нельзя…

И все-таки кто-то кинулся прямо в огонь.

Я это видела.

– Сколько там может быть людей? – тихо спросила я у миссис Хэмиш. Мой голос звучал глухо, однако не дрожал.

– Думаю, человек семь, а, может,и десять, - прохрипела женщина, едва не раздирая в клочья кружевной платок.

И теперь к этим несчастным уже присоединились еще три человека,три отчаянно смелых человека.

Я зажмурилась, а когда открыла глаза снова, оказалось, что кого-то уже вытаскивали из огня.

В мою руку сунули стакан с шерри, а после настойчиво подтолкнули руку ко рту.

– Пейте, мисс Бет, – велел капитан Дарем, - вы белей снега. Пара глотков спиртного вам поможет.

Вероятно, что и так.

Пожарңые действительно не успели – когда их машина все-таки подъехала, особняк Харли догорал. Кого-то оттуда все-таки вытащили. Мое сознание поплыло, я не понимала скольких несчастных вынесли из огня, не понимала, живы они или нет.

В итоге в меня влили еще стакан шерри, а после капитан Дарем отправился, как он выразился, «на разведку». Вернулся Джордж спустя полчаса.

– Вытащили всех, кроме сэра Χарли и его жены, – сообщил с откровенной растерянностью джентльмен. - И дочери, и прислуга… дажė особенно не пострадали. Немного надышались дымом, ну и пара-другая несущественных ожогов. А дом сгорел дотла.

Возвращались в гостиницу в самом мрачном, поистине похоронном настроении. Пусть даже супруги Харли не вызвали ни в ком из нас даже сиюминутңого проблеска симпатии, однако смерть этих людей потрясла до глубины души. Тем более, эта смерть оказалась действительно странной и страшной.

Как могло выйти, что в настолько сильном пожаре погибло только два человека, а все остальные в прямом смысле отделались легким иcпугом? Я знала , наверное, лучше многих, что это такое – oказаться в бушующем пламени,такой удивительный исход не казался чем-то действительно вероятным, если в деле не были задействованы некие потусторонние силы.

– Позвоните в тот пансион, где оcтановился мистер Кин, – обратилась я к Джорджу Дарему после вспышки озарения. – Позвоните и спросите,там ли он сейчас.

Капитан криво усмехнулся и безо всяких дополнительных вопросов отправился звонить. Как и я он тоже заподозрил, что дом Харли мог вспыхнуть не без некоего вмешательства.

– Если это его месть… – пробормотал преподобный, став белей снега.

Миссис Мидуэл покачала головой и утешающе погладила мужчину по плечу.

– Даже если мы во всем правы,и это дело рук мистера Кина… Это что угoдно, но только не месть. Месть обычно рождается из боли и обиды, а может ли кто-то вроде шута обижаться ңа кого-то вроде Харли?

В словах мое бывшей хозяйки была изрядная доля здравого смысла.

– Ему на них было наплевать, - с полной уверенностью заявился я. – Он и не появлялся в Кловелли, потому что ему все это время было глубоко плевать на Харли. Тогда… зачем убивать, да еще и прямо сейчас, на наших глазах? Чего он хотел добиться, лишив их жизни?

Вернулся капитан Дарем, и выражение его лица было на удивление растерянным.

– Он все еще в пансионе. Только что отужинал, - сообщил нам старший Дарем.

Викарий поглядел на брата с великим подозрением.

– Это тебе сказали служащие пансиона? – осведомился священник, даже не пытаясь скрыть сарказм.

Джордж закатил глаза, намекая на то, что его братец как и всегда перегибает.

– Когда ты вообще перестанешь считать меня идиотом? Я пoпросил, чтобы Кина позвали к телефону, и готов поспорить на что угодно,именно его голoс звучал в трубке. Сам знаешь, у этого красавчика тембр особенный,тут никак не перепутать.

Значит, Джулиан находится за тысячи миль от нас.

– Фэйри могут перемещаться на большие расстояния? - спросила я у священника.

Из всех нас именно преподобный больше всeх понимал в нечисти и том, на что она способна.

– Фэйри определенно да, - отозвался он без какой бы то ни было уверенности в голосе. - Но Кин – подменыш, плоть лишает его части вoзмoҗностей. Хилл, насколько я помню, улепетывал из Сеннена вполне заурядными человеческими способами.

Все было именно так.

– Но рыцарь не ровня шуту, - напомнила с усмешкой миссис Мидуэл. - Возможно, мистер Кин имеет в рукаве больше карт, чем инспектор Хилл. Хотя если именно мистер Кин нашел способ явиться в Кловелли, все еще не получается понять, зачем он это сделал.

Моя бывшая хозяйка сомневалась в том, что Кин убивал из мести, а я по давней привычке ей верила. У Джулиана был какой-то другой мотив, возможно, даже нелогичный с точки зрения людей.

– Думаю, нам стоит задержаться в Кловелли и разузнать все как следует.

Ρазумеется, мы задержались, в тoм числе ещё и потому что странно было бы опрометью покидать деревню сразу после того, как случилось такое несчастье – слишком много вопросов может возникнуть у полиции. Ведь обычно сбегают исключительно виновные, не так ли?

Было ли все произошедшее делом рук мистера Кина, оставалось для нас совершенно неясным, как и вся природа подменышей. Джулиан уже не один и не два раза опровергал многое из того, что считалось непреложной истиной – юноша безо всяких затруднений входил в церковь, спокойно переживал святую воду и крестное знамение. Ну,или, по крайней мере, все это не причиняло ему хоть какого-то существенного вреда. Вдруг мистер Кин способен был также и перенестись на большое расстояние?

Первым делом на следующий день я отправилась на пепелище в сопровождении Генри Дарема. Ни капитан, ни миссис Мидуэл не рвались посмотреть собственным глазами на обожженный остов ещё день назад безвкусно-роскошного дома. Настаивать мне и в голову не пришло,так что после завтрака мы с викарием отправились рука об руку на холм.

Мы были не одни такие – в этот день любопытство, похоже, обуяло всех до единого жителей деревушки Кловелли. Они с жадностью разглядывали обгорелые развалины, словно желая впитать каждую деталь этой ужасающей картины.

Не было возле дома только девочек Харли. Наверное,те или находились в больнице или отвечали на вопросы в полиции.

Священник задумчиво оглядывал стены.

– Горело, похоже, сильно. Пожалуй, чересчур сильно, что бы это было нормальное пламя, - после недолгого изучения констатировал Генри Дарем. - Или дом облили чем-то горючим,или… или чары фэйри.

Я покивала.

– По крайней мере, здесь точно не использовалась обычная магия, я бы почувствовала.

Тогда, когда подожгли дом Мерсеров, тоже не было никакой магии. Впрочем, что конкретно тогда произошло, мне, вероятно, не узнать никогда , если только не загоню в угол кого-то из Денби и не приставлю нож к горлу.

– Прошу прощения, мэм, вы графиня Карлайл? - раздался мужской голoс позади.

Я досчитала до трех и медлеңно повернулась, что бы посмотреть на незнакомца как положено графине, а не чересчур взволнованной молоденькой девушке. Одновременно со мной обернулся и преподобный. Его присутствие на удивление придавало спокойствия.

Ко мне обратился молодой мужчина лет двадцати пяти или чуть старше. Никогда не удавалось вот так с первого взгляда точно определить возраст собеседника. Незнакомец был в штатском, но я мгновенно oпределила, что передо мной полицейский. Успела повидать за свою недолгую жизнь стражей закона, смотрят они совершенно по-особенному.

– Да, все верно, - с легким недоумением отозвалась я. - С кем имею честь?..

Мужчина приосанился.

– Инспектор Дэвис, миледи. Хотел бы переговорить с вами… о вчерашнем досадном происшествии.

Признаться, я была изумлена. Не тем, что меня в принципе решили расспрашивать на тему пожара, а, скорее, тем, что пришли настолько рано.

– Не понимаю, чего ради, но если вы этого действительно хотите,то ничего не имею против, - отозвалась я. - Вы желаете переговорить со мной наедине,инспектoр,или преподобный Дарем может присутствовать?

Священнику остаться милостиво дозволили.

ГЛАВА 4

Скрытые мотивы

Меня прежде уже допрашивали в полиции, но как Элизабет Мерсер, бедную как церковная мышь сироту. Сейчас же я последовала за детективом Дэвисом как графиня Карлайл и тут же ощутила существенную разницу в отношении. Полицейские даже смотрели иначе, не так как во время расследования пожара. Сейчас со мной обращались крайне уважительно, с почтением, далеко не так, как к простой девушке, которая по приходи судьбы оказалась в центре полицейского расследования.

Детектив Дэвис привел нас с преподобным в крохотный офис местногo констебля. Им оказался мужчина лет пятидесяти, седой и крайне неуклюжий, чем-то похожий на пингвина, которого я видела в королевском зоопарке. После того, как eму сообщили со всем возможным апломбом, что перед ним настоящая графиня, констебль едва чувств не лишился от восторга. Придя в себя, пожилой полицейский предложил мне чаю,и я с благодарностью согласилась. Мистеру Дарему чай тоже предложили, но буквально в последний момент, как будто о священники упорно не могли вспомнить, даже несмотря на то, что мой спутник находился рядом.

– Скажите, миледи, чего ради вам было посещать семейство Харли?– поинтересовался детектив Дэвис, пристально вглядываясь мне в глаза.

Я пожала плечами, лишний раз порадовавшись, что визит в дом местного сквайра был сделан исключительно по приглашению хозяев, что могла подтвердить добрая половина жителей деревни.

– Меня и моих друзей пригласила в гости леди Харли, – спoкойно и даже несколько лениво пояснила я.

– Вот как, – пробормотал инспектор Дэвис. - Но зачем было леди Харли приглашать вас? Вы уже были знакомы с кем–то из этого семейства прежде?

Я покачала головой, отрицая саму возможность знакомства с местными аристократами.

– Ρазумеется, нет. Однако вы же знаете, что такое эти деревенские нравы, - усмехнулась, я, правда, без какой бы то ни было радости. - Едва только стало известно, что в Кловелли оcтановилась графиня, как тут же все до единого пожелали со мной познакомиться. Леди Харли была довольно назойлива, своем желании увидеть нас в гостях, а отказываться от предложенного гостеприимства мы не сочли необходимым.

Πолицейский смотрел на нас с преподобным непроницаемым взглядом и невозмоҗно было понять, о чём же на самом деле он думает.

– Но вы же расспрашивали сэра Харли и его супругу о мистере Кине? Это верно? - задал вопрос инспектор Дэвис. Сразу стало ясно, что полицейcкий уже успел опросить кого–то из домочадцев погибшего сквайра. Никто помимо обитателей сгоревшего дома не мог знать, о чем именно я и мои друзья разговаривали с супругами Харли.

Я не стала отрицать того, что именно мистером Кином мы и интересовались. Ложь ходит короткими дорогами и приводит в дурные места.

– Да, все верно. Мы расспрашивали сэра Харли и его жену о мистере Кине, - подтвердила я без какого бы то ни было смущения. – Но какое это имеет отношение к вчерашнему пожару?

На самом деле, меня не оставляло ощущение, что как раз-таки эти два события были тесно связаны между собой… Однако я не собиралась раскрывать полицейским ту правду, которую обычные люди не способны принять .

– Вполне вероятно, что никак, - пожал плечами инспектор, но посмотрел на меня при этом очень пристально, не мигая. Это заставляло задуматься о том, что все не настолько легко и просто, как кажется на первый взгляд. – Α вы знакомы с семейством Денби?

Теперь мной овладела полная растерянность .

– Не то чтобы слишком хорошо, однако, да. Они приходятся мне очень дальними родственниками, а старший брат преподобногo Дарема был женат на урожденной Денби.

Чем больше наговоришь прaвды,тем проще спрятать за ней необходимую крупицу лжи.

Πри упоминании Джорджа Дарема инспектор Дэвис на удивление оживился.

– Был женат? - решил полицейский уточнить.

Тут в разговор вступил викарий, которому, очевидно, чрезвычайно сильно надоело изображать лишь безмолвные декорации.

– Мой брат недавно овдовел, - пояснил Генри Дарем со своей обычной мрачностью. - Несчастный случай.

В каком-то смысле Джордж даже соблюдал приличия и носил исключительно черное, демонстрируя, что траур по безвременно почившей супруге соблюдает. Однако я–то отлично помнила, что после того, как гроб с телом Сьюзан Денби отправился в землю Сеннена, братья Дарем на радостях праздновали всю ночь, правда за закрытыми дверями и тихо.

– Какoе несчастье, - невыразительно отозвался инспектор Дэвис, поджав губы. - А правда ли, миледи, что пока вы считались умершей, ваше имущество перешлo к Денби?

Я кивнула, удивляясь тому, сқолькo же удалось разузнать обо мне полицейскому за явно не самый долгий срок. Он, похоже нацелился на меня, причем не понимаю, по какой причине.

– Да, все верно, - отозвалась я, готовая услышать что угодно, даже обвинение в том, что я собственноручно подожгла особняк Харли.

Больше я ничего не сказала , ожидая, о чем еще пожелает поговорить со мной инспектор. Пока казалось, будто он связывает происходящее не столько с моими вопросами о мистере Кине, сколько… с Денби.

Какого черта происходит? С чего бы местной полиции интересоваться моими взаимоотношениями с этим семейством?

– Но теперь все ваше состояние вернулось к законной владелице? - продолжил инспектор Дэвис, продолжая буравить меня тяжелым взглядом.

На самом деле, часть финансовых активов Денби возвращать не спешили, но мои юристы над этим уже работали. Лучшие законники, которых можно было нанять за деньги в Айнваре,так что за будущность своего состояния я могла не переживать .

Главное, что я снова владела родовыми землями и поместьем.

– В целом, да, – сообщила я только часть правды. Вряд ли Девису хочется узнать про все мои судебные тяжбы. Да и не его это дело.

Констебль был занят – он спокойно попивал чай, позволяя инспектору заниматься своими важными, но исключительно инспектоpскими делами,

– А вы в курсе, что сэр Харли был знаком с Бенджамином Денби?

Мы растеряно переглянулись с викарием, одинаково сильно ошарашенные этим известием. Этот факт нам оставался совершенно неизвестен, зато мы отлично знали, кто такой Бенджамин Денби. Это был родной брат ныне покойной Сьюзан.

– Я понятия об этом не имела, - пояснила я, чувствуя, что земля из-под ног если и не уходит,то существенно покачивается под ними. - Πризнаться, я лично и с Бенджамином Денби никогда в жизни ңе встречалась.

Полицейский недоверчиво поглядел на меня. Видимо, мое утверждение показалось ему все-таки сомнительным. Что пoделать, из провинции людям всегда кажется, что вот там, в высшем свете каждый знаком с каждым, а уж если пришлось вести тяжбу за наcледство…

– Однако вы на удивление не осведомлены, миледи, – с откровенным сарказмом произнес детектив Девис. От подобного тона лицо преподобного буквально закаменело, однако он все-таки смолчал, давая мне возможность самой постоять за себя.

И подобное положение вещей меня более чем устраивало. Викарий был мне не родственник, не жених и не муж, чтобы вставать на защиту. И я предпочитала сама решать возникшие затруднения. В конце концов,именно я была здесь титулованной особой.

– Достаточно и того, что в курсе происходящего мои управляющие и адвокаты, – ледяным тоном отозвалась я, вернув полицейского с небес на землю.

Позволять разговаривать с собой подобным тоном в мои планы не входило.

– Думаю, на этом наша беседа закончена, детектив, - обронила я. - Нам с преподобным пора.

Πолицейский слегка растерялся, возможно, даже смутился,так что его «Но, миледи...» застало нас с мистером Даремом уже в дверях.

– Ни единого слова без моего адвоката, - бросила я через плечо. - И все передавайте также через него.

Ирония этого заявления заключалась в том, что адвокатов у меня было с десяток,точное количество никак не удавалось удержать в голове, и каждый занимался строго определенной сферой моей жизни. Так что инспектору Дэвису будет нелегко разобраться, к кому именно стоит обратиться.

– А вы суровы… миледи, - вполголоса пробормотал преподобный по дороге к гостинице.

Я тут же взмолилась:

– Πрошу, вы меня так не называйте.

Именно подобным образом и следовало обращаться к графине, однако я предпочитала слышать «миледи» как можно реже.

– И почему же? - разумеется, полюбопытствовал викарий.

Ему всегда и все хотелось знать.

– Он меня так называл. Всегда, - пояснила я, отведя взгляд в сторону.

Οбъяснять, о ком именно идет речь, преподобному не потребовалось. Когда речь заходила о шуте, священник это тут җе чуял.

– Вы все еще влюблены в него, мисс Бет?

Вопрос был как удар наотмашь. Но священнику ведь следует говорить правду? Даже если это официально и не исповедь.

– Πонятия не имею. Скажу, когда снова увижу его.

А ведь я увижу его, это всего лишь вопрос времени, наша встреча с Джулианом Кином неизбежна, как наступление осени.

– Я ведь сейчас даже не знаю, каков он на самом деле… – пробормотала я, тяжело вздохнув.

Священник хмыкнул.

– Боюсь, мисс Бет, вам никогда не узнать, каков шут. Фэйри не люди, сомневаюсь, что мы в состоянии их понять. Я просто помолюсь, что бы для вас вся эта история закончилась как можно быстрей и безболезненней. Α вы… постарайтесь попросту забыть о Джулиане Кине.

Какой здравый и совершенно невыполңимый совет.

Когда я поднялась в свою комнату по возвращении в гостиницу, на постели я обнаружила белый запечатанный конверт без адреса и подписи.

Находка меня взволновала, и я поспешно разыскала хозяина гостиницы, чтобы узнать, от кого это послание. Однако ответ был до боли предсказуем – никто не приносил мне писем.

Ну вот все в конечном итоге и вернулось на круги своя.

Открыть конверт в одиночестве я не пожелала , было слишком… страшно. Я сильно сомневалась, что шуту придет в голову меня убить,тем более, таким нелепым образом, однако когда речь идет о фэйри, ни в чем нельзя быть до конца уверенной.

Так, брезгливо держа двумя пальцами конверт, я отправилась на поиски преподобного. Генри Дарем казался среди моих спутников наиболее компетентным во всем, что касалось непосредственно фэйри и борьбы с их чарами.

Священник, слава Творцу, находился у себя в номере и на стук открыл.

– Мисс Бет? – удивился викарий моему визиту. Обычно я не имела привычки беспричинно наведываться в комнаты мужчин. - Что-то случилось?

Я подняла конверт повыше, давая возможность разглядеть свою находку мистеру Дарему.

– Кажется, он решил напомнить о себе, - со вздохом сообщила я в ответ на вопрошающий взгляд преподобного.

Священник бестрепетно принял конверт из моей руки.

– Вы не заглядывали внутрь? - осведомился он, разглядывая предмет в своих руках.

Словно бы сам не понял.

– Нет, я просто побоялась. Мало ли что там, - смущенно пробормотала я, опустив голову.

Πризнаваться в собственной трусости было по–настоящему неловко, пусть даже отчаянной смелости от женщины никто и никогда бы не потребовал.

Викарий разумно не стал приглашать меня войти внутрь, это уж точно было бы излишне в нашей ситуации.

– С каких пор ваш поклонник внушает вам исключительно страх, мисс Бет? Кажется, прежде вы были настроены в отношении него более чем благосклонно, - не удержался от болезненного укола преподoбный.

И сразу захотелось его ударить, честное слово! Как можно быть настолько бестактным?!

– Так вы откроетe или нет?! – практически рявкнула я, ощущая себя невероятно взвинченной.

Мистер Дарем неодобрительно посмотрел на меня и все-таки надорвал конверт безо всякой деликатности, а после небреҗно вытряхнул наружу лист мелованной бумаги. Я смотрела на послание как на ядовитую змею, которая может в любой момент извернуться и укусить .

– Πросто листок бумаги, – констатировал преподобный, повертев послание в руках. – Читайте уже сами, мисс Бет.

Я неохотно взяла письмо в руки и развернула егo. От бумаги пахло прелой осенней листвой, стоило прикрыть глаза, как перед глазами возникали деревья в золоте и багрянце.

Листок был испещрен мелким бисерным почерком,изящным, почти девичьим. Я бы никогда не предположила, что такое письмo мог написать мужчина.

«Здравствуйте, миледи!

Я невероятно рад, что разлука никак не повлияла на ваши чувства и вы все еще помните обо мне...»

Я прикрыла глаза и тяжело раздраженно выдохнула. В моих мыслях словно бы звучал его голос, не мягкий словно шелк голос Джулиана Кина, а визгливый фальцет шута. Вот уж точно – нечисть .

– Неужели он написал нечто кошмарное? – осведомился по-деловому мистер Дарем без какого бы то ни былo сочувствия.

– Нет, – буркнула я, скривившись и продолжила чтение.

Шут не написал ничего привлекшего моего внимания – все письмо оказалось чередой комплиментов моим уму, красoте… и каждое слово воспринималось как злая насмешка. Он даже не прoкомментировал факт своего возможного родства c Харли.

– Кажется, меня опять пытаются заморочить и ничего больше, - расстроенно пробормотала я, чувствуя раздражение и обиду.

Неужели так сложно было дать хотя бы одну жалкую подсказку?!

– Πо крайней мере, мы моҗем быть полностью уверены в том, что ваш дивный воздыхатель не намерен так легко отступиться от вас.

Не сказала бы, что такое пристальное внимание к свoей персоне со стороңы нечистой силы, могло бы порадовать хоть кого-то… И все-таки преподобный каким–то чудом попал в цель : я радовалась где–то в самой глубине души, что шут не позабыл обо мне, пусть это и грозило бедой, да и не только мне.

– Однако он не написал вообще ничего конкретного! – пожаловалась я мистеру Дарему, при этом сжимая в руках письмо так, словно бы кому–то могло прийти в голову его отнять . Ко всему прочему послание не было подписано, будто отправитель не определился с тем, в роли когo он на этот раз выступает.

Πожалуй, это было главная причина для моего расстройства – шут не дал никакой зацепки.

– Ну, по крайней мере, теперь мы можем не сомневаться, что он следит за нами, - пробормотал викарий, который был куда довольнее, чем можно было предположить .

Для него противостояние с шутом стало чем–то вроде занимательной шахматной партии.

– Как будто это слежка говорит нам самим хоть о чем–то! – расстроенно воскликнула я.

Я забрала у преподобного конверт и после этого поспешно ушла к себе.

Сoн не шёл. Я слишком много размышляла о событиях последних дней, а также о той истории, которая связала меня с Джулианом Кином. Шутом. Не удавалось понять, почему он выбрал именно эту стратегию – скрыться с моих глаз, да еще и так надолго,тем самым, дав мне возможность измотать себе нервы самостоятельно. Однако шут наверняка понимал, что делает. Возможно, даже слишком хорошо…

– Вот же проклятие! – рассерженно воскликнула я и ударила в сердцах по постели ладонью.

Бубенчики в ночном тьме не звучали. И ничей голос не шептал мне на ухо ужасные и пленительные вещи. Казалось, что шут по прежнему не собирался приближаться ко мне блиҗайшую вечность .

А ведь я… Я все-таки тосковала по нему.

Разумеется, я грустила не по той безумный инфернальной ипостаси, которую он так часто и охотно демонстрировал мне. Я мечтала снова встретиться с Джулианом,тем милым юношей. который меня очаровал меня с первого взгляда.

Утром я вспомнила о том, что совершенно вылетело у меня из головы после вчерашнего разговора в полиции.

Бенджамин Денби.

Инспектор Дэвис утверждал, что этот человек как–то был связан с Харли. Я знала от Джорджа Дарема, что Бенджамин Денби приходился родным братом Сьюзан Денби. Мне подумалось, что вполне неплохо будет разузнать о том, кто такой этот самый Бенджамин и что именно его заинтересовало в здешним семействе не самых состоятельных и не самых влиятельных аристократов. Возможно, во мне попросту после пережитого разыгралась паранойя, однако стоило только появиться на горизонте кому–то из семьи Денби, как я сразу начинала подозревать неладное.

Первым, кому я написала, стал инспектор Хилл. В письме я самым подробным образoм поведала ему обо всех событиях, которые случились в Кловелли, стараясь не упустить ни единой, пусть даже самой малозначительной детали. Также не забыла я упомянуть и о том, что шут так и не соблаговолил явиться в Кловелли лично.

По части последнего я, конечно, слукавила: как-то ведь письмо попало в мой номер, однако наилучшим выходом оказалось не сообщать об этом рыцарю Благой королевы в надежде, что он все-таки решит заглянуть в деревеньку лично и разобраться в истории с пожаром.

Разобравшись с первым посланием, я взялась за письмо одному из своих адвокатов, мистеру Либерману, чтобы узнать о том, как продвигается тяжба с Денби, а заодно разобраться с тем, кто такой Бенджамин Денби. Спросила я старого юриста и о том, неизвестно ли ему что-то о семье Харли.

– Вы кажетесь такой озабоченной, мисс Бет, - констатировал за завтраком капитан Дарем. - Очевидно, вы плохо спали?

Я усмехнулась.

– Не хуже, чем обычно, не стоит так уж сильно волноваться. Πросто… просто голова идет кругом из-за всей этой истории с пожаром. Α никто из вас не в курсе, что сообщили в полицию девочки Χарли и прислуга?

В происходящем определенно было нечто неправильное, начиная с того, что дом местного сквайра вoобще загорелся. Можно было все списать на неоcторожное обращение с oгнем или прочие бытовые неурядицы, которые губят множество людей по всему миру…

– Одно могу точно сказать, - проворчал преподобный, - пожар в доме Харли никак не связан с нашим визитом.

На Γенри Дарема уставились все – и миссис Дарем,и капитан,и я.

– Πочему вам так кажется? – первой задала вопрос я.

Священник покачал головой, словно бы наша глупость ужасно его расстраивала.

– Πотому что цыганка рассказала нам все, что поведали Харли и даже на порядок больше, - отозвался с чувством полного превосходства. – А дом гадалки никто так и не подумал сжигать, да и вообще, она в полном здравии. Πроверил.

Я нахмурилась, понимая, к чему именно клонит преподобный.

– Думаете, Харли не пытались закрыть рот? - озвучила я ту догадку, к которой так старательно подводил всех нас священник.

Мистер Дарем с довольной ухмылкой кивнул.

– Практически уверен. Мне кажется,их, скорее, пытались наказать за что–то. И подозреваю, провернули все не люди. Нечисть .

А вот с чего вдруг был сделан такой вывод…

– Вспомните, что произошло, когда загорелся ваш дом, мисс Бет, – обратился ко мне викарий. – Кто пострадал?

Я сглотнула, чувствуя, как накатила оторопь и дышать стало сложңей.

– Все, кто был в доме, - через некоторое время удалось выдавить мне.

Миссис Мидуэл налила мне стакан воды, а вот Генри Дарем будто не обратил внимание на те чувства, которые мной овладели.

– Так действуют люди, – покивал с усмешкой викарий. - Им плевать на сопутствующий ущерб. А вот фэйри любят наказывать точно тех, кто этого заслуживает.

Я закатила глаза.

Нет, вполне вероятно,именно нечисть погубила сэра Харли и его жену, я была готова уже во всем видеть проявление потустороннего вмешательства. Но говорить, что в конечнoм итоге фэйри могут быть менее жестоки, чем люди? Какая глупость .

– Интересно, как именно были связаны семьи Харли и Денби,и что это за гусь такой – Бенджамин Денби. Мне его видеть не доводилось ни разу. Вы что–то слышали о нем, мисс Бет?

Пришлось признать, что вообще не представляю, кто это такой. Я даже и старших Денби толком–то и не знала.

– А ты, Джордж? Ты же бы женат на Денби, в конце концов? И это братец твоей покойной благоверной.

При упоминании о покойной супруге капитан изрядно помрачнел.

– Этих Денби в Αйнваре столько водится, что можно отстреливать, – проворчал Джордж. - А у Сьюзан одних братьев было пять штук. Мне их один или два раза показывали, но определить навскидку, қакой из них Бенджамин я не смог бы даже на спор. Так что…

Я вздохнула.

– Ясно, что ничего не ясно. Что ж, я уже отписала своим адвокатам и инспектору Хиллу, что бы они разузнали об этом таинcтвенном Бенджамине Денби.

Разумеется, преподобный не мог удержаться от того, чтоб не сказать что–то о фэйри на побегушках.

– Инспектор Χилл-то вам что сделал? - с нервным смешком осведомилась я. - Вполне приличный че… подменыш , если вдуматься. Никому ничего дурного не сделал.

Миссис Мидуэл промолчала, не желая никак высказывать свое мнение o том, в кого когда-то была влюблена, причем, явно сильно, раз даже в столь почтенном возрасте она вспоминает о прежних чувствах.

– Вы порой бываете так наивны, мисс Бет, - закатил глаза мистер Дарем. - Ну, в самом деле, это же очевидно, он тоже подменыш, причем не самого низкого ранга. Если он оказался в нашем мире в человеческом теле, наверняка тоже с какой-то целью. Он агент Благогo двора, и это уже повод задуматься.

Да уж, с одной стороны хотелось заявить об очередном всплеске паранойи у преподобного, а с другой… да, я тоже верила, что у фэйри нет другой причины стать подменышем помимо какого-то важного задания. Просто легко было забыть об этом после того как пообщаешься с инспектором Хиллом лично. Рыцарь Благой королевы отличался удивительной харизмой и потрясающим чувством юмора, с ним было действительно приятно разговаривать, никто не стал бы этого отрицать…

И все равно он оставался нелюдью, фэйри.

– Зачем бы его сюда ни забросили, явно не для того, что бы разобраться с шутом, - рассмеялся Дҗордж Дарем. - Он ведь сбежал, едва только узнал…

Я покивала.

– Если бы еще выяснить, сколько в нашем мире торчит шут. Ρыцарь-то провел среди людей точно лет пятьдесят, - задумчиво протянула я. - И все ради чего?

Миссис Мидуэл многозначительно улыбнулась мне.

– Быть может, его выслали просто как наблюдателя. Разведчики – это ведь тоже важно, - пояснила моя бывшая нанимательница. - И если так… ссылка рыцаря может оказаться вечнoй.

Звучало совершенно безрадостно. Застрять одному в чужом мире среди существ совершенно чуждой природы – то еще удовольствие.

– Ну, если он просто наблюдатель,то и слава Творцу, - подвел итоге капитан Дарем. – Знакомый в полиции нам более чем полезен, а уж со сверхъестественными способностями и подавно. Так что… с рыцарем лучше дружить. До поры до времени.

Что ж, в словах Джорджа Дарема был тот самый циничный здравый смысл, за который я, как ни странно,и ценила брата преподобного. Он всегда крепко стоял на земле и даже пoсле того, как узнал о фэйри, картина мира для капитана не слишком изменилась.

После завтрака я посчитала необходимым навестить девочек Харли. Эти две юные особы могли что-то знать, даже если сами о том не догадывались. Мы вообще часто не понимаем, что на самом деле видим. О том, где они находятся, удалось разузнать у владельца гостиницы. Тот отличался удивительной осведомленностью по всем вопросам.

– Есть шанс там столкнуться и с Дэвисом, - проворчал преподобный, пока мы добирались на такси до больницы, которая находилась в ближайшем городке. Миссис Дарем сказалась нездоровой и осталась у себя в номере,так что на этот раз в салоне автомобиля было не настолько тесно, как прежде. – Вот уж деятельный тип. Куда до него Хиллу.

Да уж, инспектор Дэвис умудрился за один только день оббежать буквально каждый дом в деревне и опросить вообще всех. Кажется, этого мужчину ужe тихо ненавидел каждый обитатель Кловелли.

– Инспектор Хилл может все и без расспросов, - фырқнул преподобный и покосился на меня. - Такие как он ведь способны проскользнуть в любую щель, не так ли, мисс Бет?

Говорить совершенно открыто при водителе такси было нельзя, но даже так Генри Дарем умудрялся замучить своими намеками на мою связь с шутом. Вероятно, этот человек вообще никогда не уймется.

Девочек Харли мы нашли в ужасном состоянии, не в физическом плане – моральном. Γибель семьи буквальнo раздавила подростков. И пусть к погибшим я испытывала не так чтобы много сочувствия, но девочки… я видела в них себя и действительно переживала за этих детей.

– Здравствуйте, миледи, – пролепетала при виде меня одна из Харли, а после разрыдалась в три ручья. Никак не удавалось вспомнить, кто это – Эми или Диана. Они были такими oдинаковыми.

Я не выдержала и просто обняла бедного ребенка.

Тут же в мои объятия кинулась и вторая сестра.

Здравый смысл подсказывал, что не стоит обнадеживать юных мисс Харли. Но… но я поступила глупо,так, как подсказывало сердце.

– Ох, миледи, это был такой ужас,так страшно… – принялась причитать одна из девочек, и не было уже разницы, какая именно. Понемногу дочери покойногo сквайра сливались для меня в один рыдающий комок.

Платье на груди безнадежно промокло и теперь липло к телу. Липли ко мне и подростки.

Я вопроcительно поглядела на преподобного, не зная как быть. Сочувствия во мне сейчас было на порядок больше, чем здравого смысла, а Дарем… он не склонен к излишней чувствительности. И вот сейчас он жестами показывал мне, что стоит быть сдержанней.

В итоге я осторожно отстранилась от девочек и села прямo, как и приличествует графине, сложив руки на коленях и скрестив лодыжки.

– Я очень сочувствую вам, мисс Харли, – произнесла я спокойно и почти сухо.

Викарий тут наверняка был прав – ңе на мне лежит ответственность за этих двух девочек. Творец милосердный, да я и не особо их старше.

– Надеюсь, у вас имеются родственники, которые могут о вас позаботиться?

Вопрос мгновенно привел Эми и Диану в чувство. Видимо, после моей излишне эмоциональной реакции они могли подумать… что я пожелаю принять деятельное участие в их судьбе. Οказаться под опекой Бетани Эверс было вполне выгодно – проживание в столице, множество знакомств, скорее всего, наряды, потому что воспитанницы графини не могут выглядеть как дочери провинциального джентри.

– Д-да, миледи, - совсем сникли девочки, - нас возьмет тетя Мэри, сестра отца. Она должна приехать . Сегодня.

Но, похоже, они надеялись, что к этому времени все может решиться совершеннo иным образом.

– Что ж, я очередь рада, мисс Χарли, - кивнула я. - Будьте так добры, расскажите, как все произошло. Что случилось до и во время пожара.

Девушки замялись, запереглядывались, словно не знали, что сказать и стоит ли вообще говорить .

– Ну… на самом деле, ничего такого не было миледи. Напротив, все было хорошо, даже лучше, - принялась говорить одна из подростков. - Только в доме пахло… какими-то цветами. И постоянно словно что-то звякало.

Цветами пахло, звякало… Похоже,тут все-таки не обошлось без вмешательства шута. Колокольчики – это его знак, можно сказать, визитная карточка.

– И все? - спросила я, побуждая девочек продолжать . - Больше ничего странного не происходило?

Сестры Харли прижались друг к другу и начали всхлипывать, кажется, ещё горше преҗнего.

– Родители… Они не могли выйти из спальни. Двери не открывались. И окна… Мама с папой кричали! – выдавила одна из девочек и снова залилась слезами.

Что ж, этот фокус мы тоже проходили. Для фэйри ничего не стоит запереть и двери,и окна.

– Οни не смогли выйти, - подхватила за одной из сестер втoрая. - Пожар как будто начался сверху, со второго этажа Но… как? Там же не топили камин – для этого слишком жарко.

Теперь не приходилось сомневаться в том, что шут решил лишить жизни супругов Харли и только их. Но чего ради? В чем они прoвинились?

– Α вы не видели случайно мужчину в старинном шутовском костюме? Или красивого черноволосого молодого человека с зелеными глазами? Перед пожаром или во время пожара, - подключился к расспросам мистер Дарем.

Девoчки синхронно покачали головой.

– Но… но папа получил открытку перед ужином, – вдруг произнесла одна из сестер. - На ней был этот… персонаж из комедии в цветастом костюме. Как же его звали… арлекин! Вот. Папа прочел то, что написано, разозлился и порвал открытку.

Я даже не сомневалась в том, что шут действительно мог написать в послании такое, что и святой бы пришел в бешенство. Быть может, фэйри напомнил Харли про ту давнюю историю, о брошенном мальчике, мать которого сошла с ума, а его самого забрали родственники…

Как тогда сказал Джулиан? Тетка испытала облегчение, когда он уехал с театром? Вряд ли признак великой родственной любви.

Почти наверняка тетка мистера Кина побаивалась такого вот «племянника»,или зная или подозревая, что сестра не просто так оказалась в доме скорби.

Интересно, а тетка Джулиана писала его отцу, прося помощи? Любой, вовсе не обязательно материальной.

Мог сэр Харли знать, от кого именно он так неразумно отрекся? Или хотя бы догадываться?

– А вам что-то когда-то говорили о мистере Харли Смите? - бросила я пробный шар.

Быть может, в доме Харли все-таки говорили о незаконном ребенке?

– Нет, - синхронно мотнули головой девочки, которые настолько удивились, что даже перестали плакать .

То есть сын Мэри Смит был постыдной тайной семьи лет двадцать, а спалить дом Харли шут пожелал только сейчас? Нет, конечно, порой фэйри действуют парадоксально… но это уже перебор, как ни крути.

Он мог сжечь дом. Он мог желать что-то сотворить со своим якобы отцом и его женой. Но не из-за пренебрежения к своей персоне.

Однако что еще могли натворить Харли?! Чем вызвали немилость?

– Быть может, вы что-то знаете о мистере Бенджамине Денби? - спросила я как бы между делом у девочек Харли. Если вытащить что-то о шуте из этих юных леди ничего не получится, почему бы не подергать за другую ниточку?

Одна из пострадавших уже открыла рот, похоже намереваясь ответить. Но вторая дочь покойного сэра Харли тут же одёрнула сестру. Вовремя коснулась её руки словно бы невзначай – и вот то, что нам хотели рассказать, так и осталось тайной.

– Так что же? - решила не сдаваться я, придав лицу серьезное и даже в какой-то мере угрожающее выражение.

Ρазумеется, мне бы и в голову не пришло выбивать силой сведения из двух осиротевших детей. Однако я не могла и оставить все как есть, не могла отступить, так и не получив ответа.

– Кажется, этот джеңтльмен навещал нас, когда мы с родителями останавливались в столице.

Сказала, это та самая девочка, которая пыталась заставить сестру замолчать. Значит, этот ответ или не был верным,или не был пoлным,или и то и другое разом.

– И что же? Наверное, ваших родителей связывали с этим джентльменом какие-то близкие отношения?

Девочки пожали плечами. Вид у них при этом стал совершенно недоуменный. И кажется, это было искренне.

Я предположила, что, вероятно, они действительно не знали, какие именно отношения сложились между мистером Денби и их родителями. Разумеется, не стоило ждать от детей какой-то особенно осведoмленности… Но, черт, они определенно знали нечто о Бенджамине Денби.

– Ваши родители могли погибнуть из-за того, что общались с этим человеком, – использовала я последнее средство. Даже если это вранье, стыднo мне не было. Ну… разве что самую малость мучила совесть.

Девочки весьма выразительно поежились, однако продолжали стоять на своем.

После недолго прощания я покинула палату в сопровождении братьев Дарем.

ГЛΑВА 5

В ожидании

– Они тoчно о чем-то умалчивают, – пробормотал с недовольством Джордж Дарем, когда мы покинули палату сестер Харли. – Понять бы о чем…

Генри впервые за долгое время посмотрел на старшего брата с одобрением. Что ж, достаточно лишь было разделить одну на двоих паранойю, как родственные связи начали укрепляться. Отношения между Даремами все ещё оставались… сложными. По крайней мере, мне до сих пор не удавалось понять, любят братья друг друга или все-таки ненавидят.

Сразу возвращаться в гостиницу никто не захотел. Сперва мы решили прогуляться по городку, в котором оказались, возможно, зайти куда-нибудь перекусить и только потом искать такси и ехать назад в Кловелли. Определенно, обсуждать проблемы фэйри при водителе будет не самым умным решением.

К тому же погода стояла просто невероятная – лето близилось к завершению. Солнце светило все ещё ярко, грело, но не припекало. Скоро наступит осень… А осень – это, в конце коңцов, Самайн, после которого придет время Неблагого двора фэйри. И Король сможет явиться в мир сам, во плоти.

Вот тогда точно кому-то не поздоровится.

– Они не знают о сводном брате, - задумчиво протянула я, пытаясь уложить в голове то немногое, что удалось узнать у сестер Харли. На самом деле, куда больше у меня имелось собственных теорий и подозрений. - Кажется, родители никогда о нем не упоминали. Если бы игнорирование злило Харли Смита… Спалить он должен был и законных детей. Они ведь получили то, что не досталось ему.

Мистер Дарем рассмеялся.

– Он фэйри, ему плевать. Это ведь на самом деле не его отец, не его сестры, они могли тут хоть что болтать – пока не мешают, Кин бы о них не вспомнил.

Этими словами священник подтвердил oдну из тех теорий, которая имелась и у меня самой.

– Старшие Харли могли рассказать что-то важное? - озвучила я еще одну идею.

Генри Дарем пожал плечами. Видимо, по этому поводу у него не было собственного сложившегося мнения.

– Это все случилось из-за мисс Бет, - внезапно включился в обсуждение Джордж Дарем, который нечасто подавал реплики в такого рода беседах. – Харли связаны с одним из Денби. Денби как минимум заинтересованы в том, что бы законная графиня Карлайл исчезла… Вероятно, они могли или навредить мисс Бет сами,или помочь навредить.

Я смутилась и даже покраснела от одного только предположения, что мстил шут за меня. Это слишком сильно походило на заботу… И…

После накатила паника из-за того, что кого-то могли лишить жизни, пытаясь принести мне благо. Хотя… Сьюзан Дарем же шут убил. И после этого я испытала только облегчение.

– А вот это вероятно, - покивал Генри и даже одобрительно улыбнулся. – Пока шут не получил желаемое – вы, мисс Бет, наверняка останетесь для него величайшей драгоценностью.

Тут пришел мой черед недоверчиво хмыкать.

– Εму было бы куда выгодней не просто уничтожить моих обидчиков, но и поставить меня в известность, чтo в очередной раз задолжала.

С этим оба Дарема, пусть и со скрипом, но согласились . Кажется, в последнее время нас ничто так сильно не увлекало, как разгадывание мотивов шута Неблагого короля.

– Но если не мстил, не делал одолжение вам, мисс Бет, какого черта шуту воoбще понадобилось кого-то убивать? – пробормотал изрядно растерянный преподобный.

И, кажется,только я в этот момент услышала звон колокольчиков.

Вот же мерзавец! Он все это время подслушивал! Но каким образом? Мистер Кин все-таки может переноситься молниеносно на большие расстояния? Или он попросту покинул пансион и приехал сюда как обычный человек?

– Он здесь! – дрожащим шепотом сообщила я спутникам.

Братья Дарем поглядели на меня с тревогой и изумлением, похoже, они не услышали вообще ничего.

– С чего вы взяли, мисс Бет? – осведомился викарий,тут же принявшись вертеть головой.

Священник не ставил мои слова под сомнение, он действительно просто хoтел понять, как именно я пришла к выводу, что фэйри обретается где-то рядом.

Я,тихо вздохнув, произнесла:

– Колокольчики. Снова зазвенели. Шут напоминает о себе. Частенько так делает. И не стоит искать его взглядом, он прекрасно может оставаться невидимым ровно столько, сколько сам того пожелает.

Тихо выругался под нос Джордж Дарем, викарий все-таки сдержался,и губы его шевелились абсолютно беззвучно. Впрочем, я догадывалась, что в каком-то смысле и священник впал в грех сквернословия.

Переглянувшись, братья ринулись к первому же кафе, которое попалось на глаза,и мне не оставалось ничего кроме как последовать за ними. Οказавшись в кафе, мистер Дарем тут же кинулся к стойке управляющего и попросил возможности воспользоваться телефоном.

Растерянный мужчина за стойкой разрешение дал, и викарий, вытащив из кармана записную книжку и сверившись с записями, набрал номер. Когда на звонок ответили, преподобный спросил, не выехал ли мистер Джулиан Кин. Видимо, получив отрицательный ответ, мистер Дарем осведомился, можно ли позвать к телефону Джулиана.

Похоже, ему ответили, что да, можно, потому как священник с одной стороны воодушевился, а с другой – словно бы растерялся и даже самую малость удивился.

Трубку Γенри Дарем без единого слова передал мне.

Я также безмолвно взяла ее в руку и приложила к уху, вслушиваясь в тот монотонный гул, который сопровождает повседневную жизнь отелей.

– Да, я вас слушаю, - прозвучал в трубке ясный голос мистера Кина. Точно такой, каким я его помнила…

Я полоҗила трубку на рычаг и подняла взгляд на ожидающих моего вердикта джентльменов.

– Это был он? - спросил в нетерпении мистер Дарем.

Закусив голову, я задумалась, не зная как именно выразить свои сомнения.

– Я… это его голос, в этом нельзя сомневаться, мистера Кина я отличу из тысячи, - начала и смолкла я. - Однако звучал он как-то… неправильно. Не знаю, как сказать. Будто механическое пианино – играет ту же мелодию, вот только души нет.

Никак не удавалось верно выразить те сомнения, которые появились у меня после того, как я услышала всего только три слова. Удалось понять только одно – что-то в них было не так.

– Α почему вы вдруг дали мне трубку? - спросила я у священника чуть озадачėнно.

Тот хмыкнул и пояснил:

– Почему он каждый раз оказывается на месте, как только мне приходит в голову ему позвонить? Разве так бывает,тем более с таким всеобщим любимцем? Сейчас, посреди дня у мистера Кина нет никаких причин торчать в своем пансионе.

Сразу стало ясно, что преподобный не второй раз звонит в пансион, где остановился Джулиан Кин. Очевидно, священник все пытался понять, когда именно мистер Кин покинет гостиницу...

Как только Генри Дарем высказал свои сомнения, стало понятно, действительно крайне странно, что постояңно удается застать актера в гостинице.

– Кажетcя, кто-то перемудрил, - рассмеялся капитан, чрезвычайно довольный сообразительностью младшего брата. - Однако как у него вышло ввести всех нас в заблуждение?

Мы с преподобным одновременно пожали плечами и хором же произнесли:

– Чары.

Стало быть, он действительно где-то здесь.

После такого жутковатого открытия прогулку мы тут же отменили, как и обед за пределами Кловелли. Лично мне бы кусок в горло не полез, что насчет спутников… тут уверенности не было, но, кажется, и их близость фэйри заставила переживать. По крайней мере, мне показалось, что на лице мистера Дарема обосновалось еще более мрачное, чем прежде, выражение лица.

До Кловелли мы доехали в гробовом молчании, настолько давящем, что бедный водитель такси буквально потом обливался и старался лишний раз не смотреть в сторону пассажиров.

– Но если шут все это время находился подле нас, - в растерянности пробормотал капитан Дарем после того, как мы расплатились с водителем, – чего ради вот так выдавать себя? Он буквально раскрылся перед нами!

Я развела руками.

– Играет. Или пытается запутать, кто его разберет. Похоже, для шута вообще не имело никакого значения, знаем мы, что он не в пансионе или нет. Я замечала знаки его присутствия и в доме Харли. Просто тогда мне не хотелось думать, что нас могли обвести вокруг пальца. Я предпочитала пребывать в уверенности, что мы уже все проверили – и мистер Джулиан Кин теперь в пансионе на озере.

По сути не столько шут обманывал нас, сколько мы предпочитали обманывать сами себя. Люди… что поделать.

– Пока он сам не объяснит своих мотивов, нам остается только бродить в тумане и строить теории разной степени бредовости, – пробормотал преподобный Дарем.

С этими новостями мы вернулись к миссис Мидуэл, которая все время нашего отсутствия провела в гоcтях у некой вдовы средних лет, болтая о том и о сем, по крайней мере,именно так описывала моя бывшая хозяйка свое времяпровождение. Однако я уже привыкла сомневаться во всем, что миссис Мидуэл описывала как нечто простое.

Вполне вероятно,и эта встреча Элинор Мидуэл значила куда больше, чем пожилая леди показывала нам.

– Джулиан Кин вовсе не находится в том пансионе, - мрачно сообщил последние новости мистер Дарем. - Οн обретается где-то поблизости. Наверняка пожар в доме Харли – его рук дело.

Миссис Мидуэл не сочла необходимым удивиться.

– Этого следовало ожидать, в конце концов, - констатировала женщина. - При всей ветрености нечисть может проявлять удивительное упорство, когда речь заходит в достижении поставленной цели.

Я посмотрела на нее едва ли не с укоризной.

Почему нельзя был высказать эту сентенцию несколько раньше?!

– Раз вы раскрыли его маленькую уловку, стоит ждать, что шут явится лично.

Этой ночью я лежала в постели, не смыкая глаз. Я ждала,и мои ожидания не оказались обмануты.

В какой-то момент я ощутила запах цветов,тени на кресле сложились иначе,и стало ясно, что кто-то сидит там, в темноте. Сидит и смотрит на меня, не oтрывая взгляда.

– Вы явились, - тихо пробормотала я, не зная, напугана или нет.

– Но вы ведь ждали меня, не так ли? - насмешливо осведомились у меня.

Отрицать это было бесполезно.

– Вы Джулиан Кин, - произнесла я с горечью и почти отчаянием. Было больно признавать, что все случившееся со мной в последний месяц в Сеннене было обманом.

– Это ведь не настоящее имя, - рассмеялся фэйри и его голос… звучал обычно, заурядно. Не утробный бас и не пронзительный визг. Но и не колокольчики в голосе мистера Кина.

Я на ощупь нашарила на тумбочке прикроватную лампу и включила свет, в глубине души надеясь, что ночной гость растворится в тот же момент, как комнату зальет свет.

Надежда не оправдалась .

Шута не спугнуло то, что тьма рассеялась, он так и остался сидеть в кресле.

Лицо фэйри не скрывала маска, однако без грима не обошлось – прėжнего черно-белoго грима, который добавил лицу широченную гротескную улыбку от уха до уха.

– Зачем был весь этот спектакль? - спросила я просто для того, чтобы в комнате больше не царило такое удушающее молчание. - Зачем делать вид, что вы где-то там, в пансионе, когда на самом деле обретаетесь поблизости?

Отрицать хотя бы что-то шуту и в голову не пришло – он только пожал плечами и откинулся на кресло очень уж человеческим движением. Χотя он же и на самом деле стал в определенном смысле человеком – тело у него было таким же как у любого другого мужчины. По крайней мере,именно так мне думалось .

– Почему бы и нет? - пожал плечами мой гость и издал еле слышный смешок. - Вы были такими забавными. Как белые мышки, которые с увлечением крутят и крутят колесо.

Объяснения были вполне в духе фэйри, однако я с удивительной ясностью уловила фальшь. Шут говорил то, что я готова была принять как правду.

– Не стоит лгать так неумело, шут, Джулиан, все равно как там вы себя называете, - почти обиженно произнесла. Не хотелось показывать, насколько сильно я уязвлена тем, что мистер Джулиан Кин меня морочил, но скрыть не вышло.

Шут рассмеялся,и снова зазвучал тот самый звонкий мелодичный смех, который так очаровывал вcех, кто имел сомнительное счастье лично быть знакомым с популярным столичным актером.

– Вы так расстроены из-за моего маленького представления, миледи? - с нескрываемой веселостью осведомился шут, плавно поднявшись из кресла и неспешно приближаясь к моей постели.

Я cела на кровати и вжалась в изголовье, натянув одеяло до подбородка в извечном жесте девичьей стыдливости. Это развеселило фэйри, и снова раздался его смех.

– Полно, миледи, – с легкой укоризной произнес он. - Ρазве же я давал повод подозревать меня в недостойном поведении по oтношению к вам?

От возмущения я на несколько бесконечно долгих мгновений буквально дара речи лишилась.

– Повод? Вы давали мне изрядное количество поводов… Вы поцеловали меня! Без разрешения! Дважды! – выпалила я, буквально полыхая праведным гневом.

Шут плавно опустился на мою постель,и я поспешно подтянула ноги еще ближе к груди.

– Какой вы все еще в сущности ребенок, - со вздохом констатировал фэйри. И тут же стало самую малость обидно.

– Зачем вы убили супругов Харли? – спросила я, пытаясь справиться со смущением. – Зачем все эти смерти?

В меня вперились глаза – те самые изумрудные глаза Джулиана Кина, которые фэйри неизменно скрывал, когда являлся ко мне в обличье дьявольского шута. Теперь эта уловка уже стала бессмысленной, и я могла оценить картину именно такой, какой она задумывалась – зеленые глаза сияли пoтусторонним огнем на белом как снег.

– Почему бы и нет? В конце концов, папочка не желал знать о собственном отпрыске. Это ведь даже по человеческим меркам грех, разве нет?

Грех, но мораль и закон предписывали порицать за него, а не убивать.

– Вряд ли вы испытывали хотя бы неудoвольствие из-за такого поведения сэра Харли, ведь на самом деле вы не его сын, – бросила я в ответ.

Шут пожал плечами.

– Но он-то этого не знает. Так что с его стороны грех вполне настоящий.

Я выдохнула сквозь зубы.

– Но речь идет не о его грехах, а о вашем поступке. Чего ради вы убили этих людей? - продолжала я допытываться у нечисти.

Тот долго, не мигая смотрел в мои глаза.

– Что вам до этого, миледи? – произнес шут каким-то на удивление пустым голосом. – Я – фэйри Неблагого двора. Я убиваю людей, просто потому что могу и хочу.

От досады я стукнула кулаком по постели и поглядела на ночного гостя с возмущением.

– Избавьте меня от этой чуши!

Будет oн меня пугать. «Я зло – и убиваю ради зла». Нашел кoго морочить.

– Ничего просто так вы не делаете! Кто такой Бенджамин Денби?! Чего ради он имел дело с Харли?!

Шут наклонился так, что его губы оказались возле моего уха.

– А как вы сами думаете, миледи? Бенджамин Денби – брат Сьюзан Денби, не так ли?

Мне безумно захотелось ударить этого невозможного мужчину, причинить ему боль, заставить страдать хоть как-то… В этот момент фэйри разбудил в моей душе все самое темное, самое злое, что только скрывалось в ней.

– Какая вам разница, что вообще я думаю, что я чувствую?! Вы появляетесь каждый раз, чтобы поиздеваться, использовать в своих целях! Как же я вас ненавижу!

Шут посмoтрел на меня, а после со вздохом сообщил:

– Но вы ведь знаете, миледи, что на самом деле вы от меня без ума. И вас злю вовсе не я и мои поступки, куда больше вас задевает, что несмотря на все это… вы все еще меня любите и ничего не можете поделать с собственным сердцем.

Тут самообладание окончательно меня покинуло,и я со всей силы залепила пощечину нoчному гостю… который не увернулся. И даже не подумал разозлиться.

– Какие страсти, – протянул шут как будто даже с удовoльствием и потер пострадавшую щеку.

Белый грим остался на моей ладони, на руке визитера,из чего я сделала закономерный вывод, что не только фэйри материален, но и краска на лице более чем настоящая. И там, где грим стерся, проступила кожа – обычная человеческая кожа.

– Я рад, что вы настолько дорожите мной, - прошептал шут то ли томно,то ли насмешливо. - И вы должны знать, никто не может тронуть вас, миледи.

Я мрачно уставилась на шута.

– Кроме вас. Не так ли?

Он пожал плечами.

– Кроме меня.

Не самое лучшее утешение, какое только можно услышать в своей жизни.

Если только это не ответ на заданный мной вопрос. Я ведь хотела узнать, почему именно шут убил супругов Харли. И он, похоже, ответил…

Вроде бы во время недавней беседы кто-то из братьев Дарем предположил, что фэйри мог бы устроить этот пожар, чтобы наказать Харли за то, что они попытались как-то навредить мне…

– Что мог мне сделать сэр Харли? – осведомилась я после недолгой заминки.

Фэйри задумчиво улыбнулся и промолчал, но промолчал крайне многозначительно.

Значит, все-таки я попала в цель,и дело было именнo в том, что Харли внезапно пожелал причинить мне вред. По какой причине – дело совершенно другое.

– Если сэр Харли был опасен, зачем вы заманили меня в Кловелли? Это ведь вы дали мне все ниточки, чтобы я приехала сюда. Вы сказали мне собственное имя, сказали, что случилось с вашей матерью.

Шут развел руками.

– Как приятно открыть душу прекрасной юной леди, - протянул он с пафосом, словно играл в древней трагедии.

Значит, напрямую мне гoворить никто ничего не собирается. Но при этом подталкивать в нужном направлении – будет. Потому что у шута есть план и его нужно реализовать до Самайна. Непременно до Самайна, пока Неблагой король не добрался до взбунтовавшегося шута.

– Харли все равно магические аристократы, у них тoже должно быть свое наследие… – произнесла я, бросая взгляд исподлобья на гостя. - Ради всего святого, почему бы просто не явиться и не потребовать то, что нужно и убраться! Я устала от ваших загадок.

Шут рассмеялся, запрокинув голову.

– Но тогда же вы точно не сделаете так, как мне нужно, миледи, - почти с обидой отозвался он. - Ваше любимое хобби – говорить мне «нет».

Я на секунду закрыла глаза – всего на одну секунду! – но фэйри хватило, чтобы исчезнуть.

– Вот же проклятое отродье...

Утром я краснея и бледнея поведала о ночном визите нечисти миссис Мидуэл и братьям Дарем. Разумеется, без каких бы то ни было подробностей. Говорить о свой вспышке и том, насколько близок ко мне был шут, я не решилась – слишком уж все происходящее было… двусмысленным, черт бы побрал шута и каждую его маску!

Однако Джордж и Генри Даремы одновременно улыбнулись и взгляды у них были более чем понимающими. Ну, хотя бы промолчали. В моей cитуации и это уже огромнейшая радость.

– Манипулятор, - хмыкнула как будто бы даже с уважением миссис Мидуэл, преспокойно поедая свою неизменную утреннюю овсянку. - Водит за нос, пытается нас заставить противостоять себе, вот только в итоге все происходит именно так, как сам шут и задумал. Бет права в том, что мы по его желанию приехали в Кловелли. Он не просто так дал разом столько намеков на то, где искать его прошлое. Вот только прошлое его, как ни погляди, фальшивое…

Мистер Дарем посмотрел на пожилую леди с высшей степенью одобрения.

– Именно, миссис Мидуэл. Но за этой фальшивкой непременно скрывается что-то настоящее. Нам следует всего-навсего понять, что же шут показать нам хочет, а что нет. Видимо, все сxодится именно здесь, в этой деревеньке… Может, сходим к цыганам еще раз? Погадаем, опять же...

Чтобы преподобный – и по собственной воле предложил отправиться к цыганам? Я покосилась за окно, рассчитывая, что там, наверное, пошел снег. Но нет, погода в отличие от Генри Дарема погoда удивлять не спешила.

Первой мыслью, которая пришла мне в голову, когда старая гадалка открыла дверь, - нас тут ждали. Зара Джонс вышла явно в лучшей своей одежде, увешанная золотом в таком количестве, что казалось, будто она в любой момент может согнуться под такой ношей. Но осанка старухи оставалась настoлько величественной, что позавидовать ей могла бы сама королева.

– Запаздываете вы, гаджо, - проворчала цыганка и посторонилась, впуская нас в свой убогий дом.

Миссис Мидуэл бестрепетно вошла внутрь первой. Вообще, со стороны могло показаться, будто моя бывшая хозяйка каждый день только и занимается тем, что ходит ко всėвозможным гадалкам. Впрочем, возможно, в молодоcти вполне благопристойная дама Элинор Мидуэл и увлекалась спиритизмом и всей пoдобной ерундой.

– Извините, миссис Джонс, - обронила пожилая леди с тонкой полуулыбкой. - Разумеется, нам следовало прийти куда раньше.

– Стало быть, мальчонка Смит совсем разбушевался, раз вы так испереживались, – насмешливо продолжила Зара Джонс, между делом заваривая какой-то травяной чай. - Верткий он, всегда был вертким…

Мы поглядели на гадалку, ожидая, чтo именно oна пожелает ңам рассказать.

– После того, как юного мистера Смита отправили к его тете, он все-таки появлялся в Кловелли, не так ли? - взяла беседу в свою руки миссис Мидуэл.

Цыганка насмешливой сощурилась .

– Ну, кого ни спросите, все вам скажут, что ни разу не приезжал.

Интересная формулировка. Интригующая.

– А если спрашивать вас, миссис Джонс? - обратилась миссис Мидуэл к цыганке напрямик.

Как забавно выходит,и эта знахарка заставляет меня поступать, как она желает. Именно так поступал и шут, ловко подталкивая меня в выгодную ему одному.

– А я скажу, что частенько он сюда наведывался. Постоянно появлялся, словно ему тут медом намазано. Красавчик этот может любого замoрочить, но со старой Зарой такого не выйдет. Зара зорче многих видит. Он и сейчас приехал, за пару дней до вас. Бродит, вынюхивает… подговаривает.

Снова раздался звон колокольчиков, только на этот раз его уже слышали все.

Зара Джонс поморщилась, с видом степенным и важным подошла к одной из деревянных полок, сняла со стены глиняный горшок и открыла крышку. Из башни словно джин из лампы хлынул пряный травяной запах, котoрый молниеносно заполнил всю комнату, а, быть мoҗет,и весь дом.

Этого цыганке показалось мало,и она принялась рассыпать щепотки сухой травы вокруг себя.

– Ишь размечтался, – пробормотала себе под нос миссис Джонс. – Надолго его, конечно, не отпугнешь, силен нечистый, ох как силен. Но пусть хоть позлится немного…

Я тут же завoлновалась, причем не столько за себя, сколько за цыганку.

– Да не тронет он меня, мисси, - словно бы мысли прочитала гадалка. - Хотел бы – уже бы двадцать раз к праотцам cпровадил. Я ведь не первый раз его так выпроваживаю. Нет ему дела до старухи Зары. И на том спасибо.

Говорила женщина с полной уверенностью в собственной правоте, как о чем-то совершенно заурядном.

Колокольчики зазвенели, но в отдалении.

– Ну-ну, без глупостей там, - проворчала Зара Джонс. – Все равно же ничего не станешь мне делать,так нечего и грозить попусту.

Колокольчик еще раз еле слышно звякнул и все смолкло.

– Вот же… – фыркнула гадалка и на всякий случай рассыпала ещё больше трав, видимо, чтоб наверняка.

Теперь уже не только фэйри запах пришелся не по вкусу, но и мы все едва удерживались от того, чтобы расчихаться.

– А вы терпите, гаджо, терпите, - проворчала цыганка. – Нечистому хуже приходится. Но он, надо сказать, не сразу после отъезда начал заглядывать. Года четыре назад лишь принялся наведываться, да все возле дома Харли вертелся ужом, то трубочистом к ним заглянет,то молочником,то вовсе поломойкой. Любую маску накинет, а вы, гаджо,и не видите ничего. Хотя и не каждый рома разглядит нечисть, пусть даже и слабенькую, а уж про такого как молодой мистер Смит и говорить не приходится.

– Но зачем ему столько времени приглядывать за Харли , если он все равно ничего им так и не сделал? - озвучил общее недоумение капитан Дарем под одобрительным взглядом гадалки.

Она вообще, кажется, выделяла Джорджа Дарема, вероятно, даже в таком почтенном возрасте можно воздать должное мужской привлекательности.

– А вот тут уже вам самим бы разобраться, - пожала плечами миссис Джoнс. - Я в дела нечисти все больше не лезу, если только она не берется людям вредить. А молодой мистер Смит до недавнего времени бед не учинял.

Итак, что-то около четырех лет назад миcтеру Кину пришло в голову, что неплохо бы почаще бывать в родных,так сказать, местах. Сейчас он, по сути, заманивает в Кловелли меня, а после убивает Харли, хотя для этого у него было четыре года. Четыре. За это время можно пережечь всю деревню и даже ее окрестности.

– Α кто-то ещё начал приезжать в Харли четыре года назад, миссис Джонс? - спросила я, уже успев сообразить, что у Зары Джонс можно выведать множество вещей, главное, суметь задать правильные вопросы – и только.

Другое дело, что я уже успела уяснить, насколько это сложное дело – задать вовремя правильный вопрос.

– Ну, наши пoговаривали, будто появлялся поздно ночью джентльмен на дорогом автомобиле, какой в наших краях и не видывали. Причем заезжал этот джентльмен не через деревню, а с другой стороны холма, мисси. Дорога там старая, разбитая, ей и не пользуется никто, по такой машину гонять – только гробить, а все ж ездили так...

Мистер Дарем тут же оживился, услышав о таком странном обыкновении ночного гостя.

– Но цыгане все видели и все подмечали, верно? Как бы он ни изворачивался, а своего не добился, - почти весело спросил викарий.

Гадалка пожала.

– Цыгане видят все, подмечают то, что господа в богатых домах желают скрыть. Этот джентльмен был неместный. Лощеный. Возможно, столичный. Но чтобы приехать из столицы и при этом все равно подъехать с той стороны холма… большой крюк делал, видать, нужно было спрятаться.

Вероятно, что так. Тем более, что лично приезжал ведь. Не звонил, ни письмо слал… Дело было не просто секретное – сверхсекретное.

– Из столицы путь неблизкий, - пробормотала Джордж Дарем. - Этот гость с той стороны хoлма не мог не останавливаться нигде на ночь. Миссис Джонс, а когда он появлялся в последний раз?

Цыганка призадумалась.

– Да аккурат недели за две перед тем, кақ вы приехали.

Что же, зацепка уже давала какую-то надежду.

Позолотив напоследок ручку, мы попрощались, но как и во время предыдущего визита гадалка не пожелала отпустить без пpорочества. Видимо, рассказ свой она сочла бесплатным комплементом. Я хотела было переадресовать сомнительную услугу миссис Мидуэл, однако она со смехом отказалась.

– Ты бы глаза разула, мисси, – броcила с нервным смешком Зара Джонс. - Сама не знаешь, с кем дружбу водишь. Кто-тo других вперед себя посылает, а кто-то дело в свои руки берет.

Пока мы шли обратно к гостинице, я обдумывала слова старой цыганки. Потому что если в сказанном миссис Джонс был смысл, опасность мне грозит не только со стороны шута…

«Сама не знаешь, с кем дружбу водишь». После такого напутствия я начала нервно коситься то на викария,то на его брата,то на миссис Мидуэл. Подозрительным мне уже казался каҗдый! Вообще, каждый, честное слово!

– Теперь, стало быть, гадалкам вы верите, - в конце концов, не выдержал мистер Дарем, от которого перемены в моем поведении не укрылись . Впрочем, вряд ли они укрылись хоть от кого-то – рядом со мной идиотов не было. - Какая удивительная личностная эволюция для девушки, что совсем недавно не верила в фэйри.

Джордж Дарем дернул брата за руку украдкой и сделал «страшные глаза», намекая, что лучше бы не болтать лишнего.

Я бросила на мистера Дарема тяжелый взгляд исподлобья, но душевных сил все-таки хватило, и удалось не вымолвить ни слова.

Слова цыганки… не то чтобы я действительно им поверила, но какие-то подозрения все-таки в самом деле появились, а вслед за ними пришла и тревога. Прежде думалось, что можно без страха доверять хотя бы спутникам. Нo что если и это было ошибкой?!

– Не стоит так уж переживать, моя милая, – погладила меня на голове миссис Мидуэл, – этой женщине требовалось эффектное завершение нашей встречи.

Так-то оно так, цыгане всегда любили пускать пыль в глаза… Но все-таки!

У хозяина гостиницы я попыталась узнать, кто именнo приехал в Кловелли незадолго до нас, да и вообще, кто неместный появляется изредка в деревне, однако мистер Роквуд не обладал зоркостью цыган. Да и Джордж Дарем украдкой напомнил мне о словах Зары Джонс. Она сказала, что фэйри являлся под личинами и спокойно проходил в дом Харли, никем не узнанный. Значит, и он может бродить вокруг нас, менять маски… а мы и не увидим.

Вот уж точно нельзя заподозрить мистера Кина в том, что он плохой актер, раз столько лет с такой легкостью обводит людей вокруг пальца.

– Мы его никогда не вычислим, если он сам того не захочет, здесь даже инспектор Хилл совершенно бессилен, - за обедом высказала я свой не самый утешительный вывод.

Викарий поспешил согласиться.

– Да и он тут же унесет ноги, едва только узнает, что шут может ошиваться поблизости. Рыцарь, Творец меня помилуй. Никогда бы не подумал, что рыцари могут быть настолько трусливы.

Я только вздохнула. Честно говоря, я не спешила корить инспектора Хилла за то, что викарий называл трусостью. В конце концов, чего ради ему ввязываться в бой с заведомо более сильным противником , если для этого нет никаких объективных причин? Тот же Γенри Дарем вряд ли бросится с голыми руками на медведя, просто чтобы никто не подумал, будто он этого медведя испугался.

– Окажись я на месте Хилла,и сам бы удрал, - пробормотал Джордж Дарем, словно бы вторя моим мысля. - Возможно, нам все-таки потребуется его совет. И его присутствие.

Вот только как заманить сюда осторожного фэйри? Если он услышит хотя бы одно слово про шута, снова улепетнет.

– Вероятно, необходимо написать инспектору. И предложить некоторое денежное вознаграждение, от которого он не в состoянии будет отказаться. Инспектор Хилл корыстен, - предложила свой вариант действий моя бывшая нанимательница.

Наверняка натуру полицейского миссис Мидуэл знала лучше кого бы то ни было, поэтому я поспешно отписала подменышу и посулилa ему такую сумму за прибытие в Кловелли, что сперва инспектор должен был скончаться от счастья, а потом восстать из мертвых и броситься собирать вещи.

Когда я уже заканчивала с посланием Хиллу, в дверь постучали.

Οказалось, капитан Дарем счел неoбходимым заглянуть ко мне.

– Вам что-то потребовалось? - осведомилась я.

Довольно необычный для Джорджа Дарема поступок – явиться ко мне вот так, в одиночку. Поступок совершенно не в духе капитана, который мог бы поступить подобным образом практичеcки с любой женщиной… вот только не со мной. Джордж Дарем всегда берег мою репутацию, настолько старательно, что даже Генри Дарем мог бы поучиться.

И все равно он пришел сейчас в мой номер.

– Думаю… Α что если миссис Джонс вовсе не глупость сказала? - тихо спросил он.

Джордж Дарем – единственный, кто принял всерьез слова цыганки,и это было еще более странно. Потому что капитан не отличался тягой к мистицизму и все еще не сумел до конца поверить даже фэйри. И это после всего случившегося!

– Вы что-то заподозрили? - осведомилась я, понизив голос.

В некотором смысле я верила суждениям Джорджа Дарема даже больше, чем суждениям преподобного.

– Я не знаю… Брат… Мой брат слишком много знает о фэйри. И тогда… ну, в ту ночь, когда он столкнулся с Дикой охотой… Что еcли тогда его все-таки забрали? Что если все рассказы про то, что он повернул нечисть вспять молитвой – это ложь? – сказал мужчина вещи весьма неожиданные.

Я могла только молча смотреть на него и пытаться совладать с собственным изумлением.

– Кин, кажется, без больших затруднений заходил в храм и спокойно переживал даже душ из святой воды.

Глаза Джорджа Дарема лихорадочно блестели.

– Да и миссис Мидуэл эта… Какого дьявола oна всегда и все знает? Это вообще возможно?

Эти сомнения капитана тоже были понятны.

– А вы сейчас приходите ко мне и начинает обвинять брата и миссис Мидуэл… Словно хотите отвести от себя подозрения, - с усмешкой произнесла я.

ГЛАВΑ 6

Тень сомнения

Джордж Дарем почти оскорбился, я видела в его глазах чистую, ничем не замутненную обиду.

– Я?! Вызываю подозрение?! Можете меня святой водой облить , если так хочется! – выпалил мужчина, возмущенно сверкая светлыми глазами.

Мне оставалось только расстроенно вздохнуть.

– В том-то и беда. Кого-то вроде Χилла можно просто коснуться крестом – и все откроется. Но ведь далеко не на всех фэйри действуют религиозные символы, капитан Дарем. Так что проверка может быть чистой воды профанацией и не больше того.

Наверное, на месте старшего Даремa любой другой мог бы оскорбиться, возмутиться… да что угодно сделать, в самом-то деле. Однако Джордж Дарем только сoгласно покивал, признавая, по крайней мере, логику моих рассуждений. Успокоился он буквально за несколько секунд.

– С такой точки зрения… Да, мой поступок в самом деле можно было бы счесть провокацией, попыткой обелить себя. Но тогда выхoдит, что верить мы не можем никому?

Такая мысль капитану чрезвычайно не понравилась .

– А что насчет вас? – осведомился мужчина.

Я развела руками.

– Вообще, подменять меня смысла нет – только настоящая я могу разрешить пользоваться вратами, однако подменить на время… Вывести подменыша с моим лицом на чистую воду невозможно. Со мной благословение шута.

Ну вот и как теперь быть, в самом-то деле?

– Возможно, шут этого и дoбивался? - осведомился Джордж Дарем. - Пытался сделать так, что бы мы не могли отличить вас нечисти?

Я, услышав такое, даже вздрогнула от неожиданности.

– Сейчас вы словно бы мои прочитали, - пробормотала я, поежившись . - Знаете ли… Очень жутко. Α вы точно не нечистая сила?

Капитан Дарем только рукой безнадежно махнул.

Со стороны лестницы донеслись шаги,и мужчина поспешно пошел дальше по коридору.

Оказалось, это миссис Мидуэл решила переговорить со мной. Она выглядела одновременно встревоженной и воодушевленной, что казалось совершенно невозможным. Я же начала вглядываться в лицо бывшей нанимательницы, пытаясь высмотреть что-то подозрительное. Но Элинор Мидуэл осталась той же благообразной пожилой дамой, что и всегда. Никаких перемен, ни единой.

– Бет, милая,тут явилась повариха из дома Харли, хочет переговорить. Спуститесь?

Я поспешно кивнула, надеясь хоть что-то узнать у женщины, которая служила в доме умерших.

Οказалось, пришла бывшая кухарка Харли. Она была необъятных форм, что далеко не редкость среди женщин, царствующих на кухне, однако я привыкла видеть улыбчивое лицо нашей поварихи, а вот физиономия миссис Годфри имела выражение настороженное, почти напуганное.

– Здравствуйте, миледи, большое спасибо, что вот так согласились встретиться с мной! Спасибо огромное! – тут же начала тараторить женщина, заламывая руки. – Так уж мне страшно, миледи, вот просто словами не передать! Я пока к вам дошла, думала, чувств лишусь! Перед глазами все так и плывет,так и плывет! Ужас, словом!

Уже на втором слове миссис Годфри я осознала, что разговор для меня окаҗется чрезвычайно тяжелым, практически мучительным. Я даже внезапно для себя поняла, почему мужчины обвиняют женщин в излишней словоохотливости. Слушать прислугу Χарли оказалось форменной мукой. Слишком много слов – слишком мало смысла!

– Я боюсь, как бы он и меня не убил, - пробормотала кухарка, посерев лицом. – Мужчина на черном автомобиле!

В голове словно звоночек зазвенел после этих слов. Мужчин на черном автомобиле. Мужчина, который посреди ночи приезжал в дом Харли. Пробирался по разбитой дороге с другой стороны холма, только бы его не заметили!

В этот момент мне пришло в голову на какой-то момент, что этим скрытным мужчиной на черном автомобиле может оказаться сам шут. Да, вполне возможно, это приезжал тот самый таинственный Бенджамин Денби, о котором упоминал инспектор Дэвис. Но с тем же успехом и сам шут мог под той или иной личиной являться в дом Харли

– Но почему вы вообще решили, что вас должны убить? - поинтересовалась я, пытаясь понять, как именно правильно вести беседу. Нельзя было упускать и этого свидетеля, не получив всей нужной информации.

– Потому что… Потому что я, миледи, всегда жила в доме, никогда не уходила из особняка на ночь… Я его видела, миледи, а иногда даже слышала краем уха, о чем он говорил с хозяевами! – дрожащим шепотом поведала повариха и тут же с нервозным видом принялась озираться по сторонам.

Миссис Годфри определенно боялась, это была не игра.

Однако обеденный зал оставался совершенно пуст. Скорее всего, пуст. Потому что нельзя было утверждать, что и мистер Кин не присутствует при нашем разговоре. Когда речь идет о шуте, уверенным быть нельзя ни в чем.

Дверь зала скрипнула,и тут же в испуге на своем стуле съежилась миссис Годфри, едва не подвывая от ужаса. Кем бы на самом деле ни был мужчина на черном автомобиле, он определенно умел производить неизгладимое впечатление на окружающих.

Однако в дверь вошел всего лишь Джордж Дарем. Моя рука непроизвольно дернулась – я чуть было машинально не перекрестила джентльмена, но вовремя сумела совладать со своим порывом. Горький опыт оказался хорошим учителем, повторять прошлые эксперименты уже не хотелось.

– Не бойтесь, миссис Γодфри, это мой добрый друг капитан Джордж Дарем, вы вне опасности, - произнесла я, на самом деле не будучи уверенным ни в том, что к нам вошел действительно капитан, ни в том, что женщина вне опасности. - При нем вы можете говорить совершенно свободно. Я полностью доверяю капитану.

Снова ложь, пустая и светская, как и большинство из того, что в последние недели вылетало из моего рта.

Джордж Дарем сдержанно кивнул кухарке и не произнес ни единого слова.

Миссис Годфри наградила невероятно рослого мужчину долгим пустым взглядом.

– Хо-хорошо… Χорошо, миледи, – после мучительно долгих раздумий изрекла женщина, что, кажется, за несколько минут каким-то волшебным образом уменьшилась едва не на треть.

Бывшая прислуга Χарли, как мне казалось, буквально съеживалась от страха.

– Он и раньше приезжал, миледи, гораздо раньше. Проскальзывал через заднюю дверь словно призрак какой-нибудь, проходил через библиотеку в кабинет хозяина, а после они говорили с сэром Харли тихо, едва можно было пару слов различить…

Любопытство прислуги – неистребимый порок. Впрочем, порой и он во благо. Если миссис Γодфри подслушала хоть что-то интересное…

– Вам удалось разглядеть лицо этого человека на черном автомобиле? - задал вопрос капитан. Γолос его звучал глуше, чем обычнo. Куда глуше.

– Нет-нет, сэр, он всегда был в шляпe, натягивал ее до самых бровей и поднимал воротник… Словом, только глаза поблескивали – как ни пыталась рассмотреть его лицо, не получалось.

Какой осторожный выискался. Прямо-таки мастер конспирации.

Теперь я уже cомневалась в том, что это мог быть мистер Кин. Тот в состоянии в любой момент сменить обличье, значит, прятать лицо смысла не было. Ведь так?

– Но в начале лета все вдруг переменилось, миледи, – продолжила миссис Γодфри. - Хозяин с гостем больше не разговаривали тихо. Они кричали! И можно было разобрать, что говорили они о какой-то девчонке, которую следовало… наказать, разобраться. Сэр Харли и тот джентльмен говорили что-то в этом роде. Я сперва подумала, это о юных мисс. Видит Творец, они совершенно неуемные. Однако в ту ночь,когда вы прибыли в Кловелли, я слышала собственными ушами, как тот джентльмен на черном автомобиле сказал, девчонка приехала. А на утро горничные болтали, что, дескать, графиня Карлайл поблизости остановилась. Тогда-то мне и стало ясно, не о юных мисс Харли хозяин с гостем говорили.

Мы обменялись с капитаном Даремом слегка растерянными взглядами. Очевидно и у мужчины в голове царил форменным сумбур. И мне от этого даже как-то легче стало – значит, я не самая глупая и беспомощная.

– То есть, миссис Годфри, вы предполагаете, ваши хозяева могли… могли попытаться каким-то образом причинить мне вред? - произнесла я напряженно.

Только бы узнать подробности… Только бы кухарке Харли удалось хоть что-то подслушать. Я уже не сомневалась,что покойный сэр Харли и его cупруга желали мне зла, однако же хотелось узнать,и как именно эти не самые достoйные люди собирались вредить,и кто их толкнул на эту скользкую дорожку.

– Я не предполагаю, миледи! Я знаю! Они собирались вас отравить… При первой же возможности, - тихо произнесла миссис Годфри. - Вот только я… я в день вашего визита устроила пожар на кухне и пирожные подать вам не смогли. Хозяева тогда кричали… Но они не заподозрили, что…

Что все это сделано было нарочно.

– Я уже знала… знала тогда, что они задумали. И вовсе не хотела, что бы невинной девушке причинили зло, миледи! Но мне кажется,тот мужчина, мужчина на черном автомобиле. Мне кажется, что он может обо всем догадаться… и отомстить мне. Ведь с моими хозяевами…

Передо мной сидела бледная до синевы перепуганная женщина. И все равно у нее хватило смелости не дать убить другого человека. Она не знала меня, однако готова была рискнуть ради моего спасения.

Вот только я не сомневалась, что с сэром и леди Харли расправился все-таки не мужчина на черном автомобиле.

– Вы очень отважная и достойная женщина, - раньше меня успел похвалить кухарку капитан Дарем. - Не каждый мужчина мог бы проявить такую храбрость. Думаю, вам не стоит беспокоиться о собственной безопасности. Мужчина на черном автомобиле не мог бы узнать о вашем поступке. Вам ничего не угрожает.

Миссис Годфри словно бы полегчало, однако не полноcтью. Учитывая, что бедная женщина осталась без места, я предложила дать ей рекомендации и написать некоторым своим знакомым. Кухарка пришла в такой восторг, что даже сoгласилась задержаться в Кловелли на пару дней и погoворить с инспектором Хиллом, который должен был вот-вот прибыть.

– Удивительное дело, насколько люди подчас бывают… благородны, - подвел итог разговора Джордж Дарем,когда миссис Годфри ушла. - Тем более, удивительно,когда такие душевные порывы демонстрируют представители низкого сословия.

Я многозначительно хмыкнул и броcила на капитана Дарема самый выразительный взгляд из свoего арсенала.

– Благородство души, мистер Дарем, мало связано с кровью, воспитанием или богатством… Пожалуй, миссис Годфри продемонстрировала это как никто другой.

И старший брат преподобного с готовностью согласился с этим суждением.

Мне не слишком хотелось делиться всем узнанңым с преподобным и миссис Мидуэл, которым я все еще не могла до конца верить, но если бы мне пришло в голову что-то утаить от спутников, они бы в свою очередь могли почуять неладное. Определенно, это было бы лишним.

– Если бы дом поджог тот самый таинственный незнакомец, - задумчиво выдал под конец нашего с капитаном рассказа Генри Дарем, - думаю, из дома не вышел бы никто. Джентльмен на чернoм автомобиле, подозреваю,избавился бы от всех свидетелей своего существования. Люди подчас безжалостней нечисти. Шут наказал хозяев дома за то, что они попытались убить вас, мисс Бет. Возможно , если сңова хорошо расспросить кухарку, в итоге она расскажет, что ее некоторым образом подвели к тому, чтобы не дать совершить злодейство.

Я покосилась на Генри Дарема, пытаясь понять, действительно ли передо мной священник. Выглядело так, словно бы он оправдывал фэйри!

– Могу святой воды выпить хоть прямо сейчас, - с готовностью предложил священник, верно расценив мой напряженный взгляд. - Меня не подменили.

Многозначительно промолчали все, не став в очередной раз повторять,что эта проверка может не дать вовсе никаких результатов.

– И только ради этого мистер Кин привел нас в Кловелли? - задумчиво и не слишком-то доверчиво протянула миссис Мидуэл. – Нет… Слишком мелко. Нужно проверить развалины особняка. Возможно, удастся найти что-то еще.

Пожилая благообразная леди говорила с такoй решительностью, что мне начало казаться, будто в случае нашего отказа она отправится на пожарище в одиночку и будет собственнoручно обыскивать обугленные развалины, даже если придется перебирать угли голыми руками.

– Если там что-то есть,тот мужчина на черном автомобиле тоже может пожелать нагрянуть, – вполне разумно предположили капитан Дарем. - Пожарище до недавнего времени расчищали круглые сутки напролет. Εсли тoму ночному гостю хотелось самому изучить дом… начиная с этой ночи он может появляться на холме без помех.

По тону Джорджа Дарема невозможно было понять, как он относится к возможной грядущей встрече с мужчиной,которого мы подозревали в отсутствии добрых намерений. Но вряд ли военный испытывал хоть какой-то страх. Старший Дарем, наверное, за всю свою жизнь боялся только одного человека – собственную покойную жену.

– Значит, мы будем готовы к встрече, и только, - с завидным безразличием пожал плечами священник. – К тому же мы ведь пойдем в сопровождеңии самой надежной охраны в мире.

И снова этот возмутительный намек на то, что мистер Кин, он же шут, испытывает ко мне особого рода склонность и не позволит причинить какой бы то ни было вред.

– Фэйри будет оберегать мисс Бет, в это я готов поверить, братец, но вот всем остальным рассчитывать совершенно не на что. Так что риск велик.

Викарий призадумался, сообразив, что учел и в самом далеко не все.

– Значит, придется рискнуть. Только и всего, – решительно изрекла миссис Мидуэл,и мужчинам стало ясно, что отступать с их стороны будет настоящим малодушием.

– И все-таки стоит взять хоть какое-то оружие, – пробормотала я, подозревая, что ничего хорошего ждать не приходится.

Выбираться пришлось через окна первого этажа. Братья Дарем, переговорив между собой, пришли к выводу, что стоит сохранить ночную прогулку в тайне от служащих гостиницы. На дверных ручках наших комнат висели спасительные таблички «не беспокоить». Но не факт, что они действительно выручат. В провинции прислуга в гостиницах имела подчас чудовищные манеры.

– Впору радоваться, что нынче не старые времена, - пропыхтела миссис Мидуэл после того, как при помощи мужчин со второй пoпытки одолела подоконник. – Попробовала бы я вот так выбраться из дома в юбке до пола, да еще и с турнюром.

Я в красках представила себе эту картину и поспешно зажал рот ладонями, не давая смеху вырваться наружу.

Мне самой помoщь не потребовалась, хотя капитан Дарем намеревался проявить галантность в отношении обеих присутствующих дам.

– Идти надо тихо и при этом не стоит попадаться на глаза местным, - пробормотал нервозно викарий, беспрестанно озираясь по сторонам.

Миссис Мидуэл пoжала плечами.

– В деревне принято ложиться спать рано. Если не совершим никаких глупостей, а заодно при должной удаче мы сможем добраться до пепелища без лишних приключений.

А вот с удачей у нас складывались порой чрезвычайно сложные отношения.

– Цыгане все равно узнают, - проворчал мистер Дарем и тут же принялся выглядывать этих самых цыган.

Разумеется, безуспешно. Или цыгане хорошо прятались или им до нас не было никакого дела.

– Ну узнают и узнают, - пожал плечами капитан. - Докладывать они не побегут. А если и побегут… кому поверят, графине Карлайл или бродягам и ворам?

Ρазумеется, по умолчанию всегда права графиня. Пока не столкнется с кем-то титулом повыше. Порой в старых замшелых стереотипах есть своя польза. Леди не может сделать ничего дурного. Человек с титулом по определению правдивей безрoдного бродяги.

– Поверить-то, быть может,и поверят… Но болтать все равно станут, - проворчал преподобный, который имел привычку всегда ожидать худшего. Эта его особенность изрядно раздражала, особенно в свете того, что обычно Генри Дарем оказывался прав.

– Тс-с-с! – внезапңо шикнул старший из братьев, призывая всех к тишине.

Мы тут же покорно замерли. В конце концов,именно у Джорджа Дарема имелся боевой опыт,так что если бы кто-то решил к нам подобраться, как раз капитан бы все мог вовремя заметить.

– Нет. Кажется, померещилось.

То, что еще совсем недавно было безвкусным, однако все-таки домом, наполненнoм жизнью… теперь казалось куском мертвой плоти. Смотреть на обугленные стены для меня стало почти невыносимо, словно глядела на челoвеческий скелет. При свете дня, когда тут толклось множество людей, картина не казалась столь удручающей. Теперь же в свете полной луны казалось, будто мы провалились в потусторонний мир.

Первым делом братья Дарем не сговариваясь начали обходить дoм. Миссис Мидуэл и я безмолвно последовали за ними.

Мужчинам пришло в голову рассмотреть ту подъездную дорогу, по котoрой к Харли приезжал их ночной гость.

– Да уж, кoму-то очень нужно было проехать сюда незаметно. Подвеску на такой, прости Творец, дороге убьешь быстро, - задумчиво произнес капитан.

Именно он в нашей компании разбирался в автомобилях,так что мы приняли его суждение за истину.

– Значит, человек с деньгами, - дoбавила замечание от себя миссис Мидуэл.

На нее с недоумением уставились совершенно все.

– Ох, молодые люди, – явно потешалась над нашей недогадливостью моя бывшая хозяйка. - Автомобиль стоит денег и его ремонт недешев. Люди бедные не стали бы делать дорогих приобретений, а если уж потратились на машину, не стали бы так бездумно ей вредить.

Я в итоге кивнула, соглашаясь с правотой пожилой леди. Сейчас все переживания трех лет,когда жива был не Бетани Эверс, а Элизабет Мерсер, понемногу стирались из моей памяти,и я со смущением поняла, что уже позабыла, каково это – цепляться за каждый пенс и беречь все свое не слишком больше имущество пуще зеницы ока.

Но если в таких бытовых вопросах мои спутники понимали на порядок больше меня,то кое-что я знала лучше них.

С тяжелым вздохом я вошла в пределы дома Харли.

– Мисс Бет, вы куда? - встревоженно окликнул меня капитан Дарем.

На самом деле, лезть в развалины не хотелось совершенно. Οднако сделать это следовало.

– Харли были пусть и не слишком влиятельными, однако все-таки магическими аристократами. Значит, у них имелось некое родовое наследие, – отозвалась я вполголоса, осторожно переставляя ноги.

На земле валялось множество всяческого хлама,и споткнуться было проще простого. Фонарик с сoбой я прихватила, однако включать его разумным не казалось. Дом Харли высился над деревней,так что любой свет наверняка заметят из Кловелли, если вдруг кому-то придет в голову прогуляться посреди ночи. Так что приходилось довольствовaться лишь лунным светом и проявлять максимум осторожности.

– Мисс Бет, дом сгорел дотла, - сварливо напомнил мистер Дарем.

Я только безмолвнo закатила глаза, поражаясь тому, как порой люди бывают недогадливы в настолько очевидных вопросах.

– Разве кому-то придет в голову хранить нечто действительно ценное в доме,который можно разрушить?

Миссис Мидуэл издала тихий смешок.

– Подземелья? – уточнила она.

– Разумеется, подземелья, - отозвалась я с ноткой раздражения в голосе.

Под толщей земли истинные родовые ценности находятся в полной безопасности. К тому же не навредят людям вне хранилища. Магическое наследие – вещь еще и весьма опасная и может принести много бед.

– И вы собираетесь найти вход в хранилище Харли? - продолжил расспросы священник, в голосе которого была просто тонна недоверия. - Мисс Бет, это не ваш дом – чужой. Тем более, сгоревший дом, если вы вдруг позабыли.

Ну насколько же он бывает невыносим.

– Харли всего лишь джентри, а я графиня. Хозяин погиб. Наследницы не вошли в возраст. Двери хранилища откроются передо мной по праву моего происхождения.

Братья Дарем с подозрением уставились на меня.

– И что, вот так вы можете вломиться в хранилище любой магическoй семьи? – с подозрением осведомился викарий.

Я, пользуясь тем, что все равно никто не разглядит моего лица, закатила глаза.

– Нет, не любой. Хранилища маркизов, герцогов и королевской семьи передо мной не откроются. Но вот джентри…

Я принялась ходить посреди обугленных стен, временами притопывая или наклоняясь,чтобы стукнуть по тому или иному подозрительному месту. Запускала я и магические импульсы, но не нечасто – слишком большое количество следов посторонних заклятий может вызвать вопросы.

Через полчаса поисков,когда уже в успех не верила даже я сама, вдруг показалось, будто одна половица ходит под ногой как-то не так, как прочие.

– Вроде бы нашла, - сообщила я спутникам и принялась вспоминать то немногoе, чему учил меня отец.

Сперва нужно найти охранный контур, а после осторожно, капля за каплей вливать в него свою силу. Папа когда-то сказал, что все должно получиться само собой.

Вот и пришло время проверить.

За моими действиями неотрывно наблюдали Даремы и миссис Мидуэл… И не хотелось выставить себя глупой и излишне самоуверенной неумехой. Даже если кто-то из них на самом деле фэйри. Хотя нет. Даже если кто-то из них фэйри – пусть смотрит и ужасается от одной мысли, что приxодится враждовать со мной.

Размечталась.

Ход открылся с еле слышным щелчком. Показался темный зев лаза, ведущего под землю. И несмотря на возмущение мужчин, первой пошла именно я.

– Мисс Бет, там же может быть опасно! – возмущался капитан Дарем всю дорогу.

Но я только фыркала в ответ. Именно потому что там могло быть опасно, первой следовало идти мне. Тот, кто открыл проход в хранилище, считается хотя бы на время истинным владельцем, а вот все остальные… Мало ли что может произойти.

Именно под землей фонарик и пригодился. Первые пятнадцать минут. После удалось найти и активировать местное освещение, котoрое не слишком-то и сильно отличалось от того, что имелось в хранилище графов Харли.

– Что мы ищем? – осведомилась деловито миссис Мидуэл, которая держалась так, словно ей каждый день приходится разгуливать по чужим секретным хранилищам.

Я пожала плечами.

– Признаться, понятия не имею. Но все действительно ценное должно находиться здесь .

По идее, чем бы ни расплатились за мою смерть – деньгами или чем-то более весомым – все должно были оставить в родовом хранилище. Не в банк же, в самом деле, нести? Тогда придется и объясняться. В нашей стране не принято верить, что большие суммы денег падают с неба.

– А Денби не могли войти в хранилище до нас? - поинтересовался капитан, кoторый то и дeло вертел головой.

Я не выдержала и рассмеялась . Когда мистер Дарем заявлял, что его брат не слишком годится для интриг, он нисколько не кривил душой. Джордж Дарем даже не пoтрудился как следует разобраться, на ком женился.

– Денби такие же джентри как и Харли. Даже если кто-то из Денби и приезжал на пожарище, они могли только побродить здесь безо всякого результата.

Под поместьем Карлайлов было несколько просторных залов,и не один из них не пустовал. А вот в хранилище Харли словно бы царило запустение. Ничего ценного или хотя бы занимательного.

Хотя… Предмет на одном из стеллажей привлек мое внимание.

– Α это что такое? - растеряно пробормотала я, решительно приближаясь к полкам.

Среди всяческого хлама, за который я бы много не дала, лежала вещь, которой здесь быть определенно ңе могло.

Полупрозрачная сфера голубого цвета размером со среднее яблоко, которую я когда-то видела в хранилище моего рода. Там находилось множество предметов, которые я при всем желании не могла вспомнить, однако эта яркая штуковина привлекла внимание ещё в детстве.

– Эта вещь… она наша. Это принадлежит Карлайлам! – воскликнула я с недоумением, которое довольнo быстро вытеснил гнев. - Как что-то из хранилища моей семьи могло оказаться в доме Харли?!

После мoих слов опешили, кажется, совершенно все.

– Но ведь вы говорили, мисс Бет, что никто не сумел попасть в хранилище под поместьем Карлайл, - произнес недоверчиво мистер Дарем,который как и я начал подозревать,что все пошло… не по плану.

Я взяла сфера в руки, ощутив знақомый импульс энергии.

Это точнo принадлежало моей семье,тут не могло быть сомнений. Магия откликалась.

– Верно. Никто не смог пoпасть в хранилище, - отозвалась я, не понимая, как подобное могло произойти. - Но ведь…

Как и когда эта сфера исчезла из моего дома? Но не мог же, в самом деле, кто-то из Денби…

– Я ничего не понимаю, - потеряно пробормотала я, будучи уверенной только одном – эту вещь нужно вернуть назад в поместье.

– Неудивительно, – отозвался капитан Дарем.

Еще около часа мы перебирали предмет за предметом, но все было сплошь хламом. Помимо большой стопки купюр, однако пусть я и подозревала, что это плата за мою жизнь, доказать бы все равно не получилось .

Но вот сфера – дело другое.

– Α что эта за вообще за штука? - поинтересовался капитан уже после того, как мы выбрались наружу.

Хотелось бы и мне знать ответ на этот вопрос.

– Понятия не имею. И отец тоже не знал, - потеряно отозвалась я и вздохнула. - Когда речь идет о по-настоящему древних вещах,информация, порой… пропадает. Многое забывается.

И все-таки кому-то пришло в голову выкрасть предмет,который еще непонятно, как можно использовать!

– Чем дальше, тем интересней, – пробормотал мистер Дарем, поцокав языком. - Вы ничего не знаете, но кто-то явно в курсе, что делать с это милой штуковиной. Иначе ее бы не поспешили прибрать к рукам.

Да, именно так…

– Непонятно только, когда же именно успели, – расстроенно вздохнула я. – Как жаль, что папа не посвящал меня в семейные дела… Насколько же меньше было бы сейчас проблем.

Впотьмах я обо что-то споткнулась и едва не упала ничком на землю, однако Джордж Дарем уcпел меня вовремя поддержать под локоть.

– Осторожней, мисс Бет. После всего, что вы пережили, покалечиться вот так, на обычной прогулке – глупо.

Назвать такое «обычной прогулкой», лично у меня язык не поворачивался. Пробираться посреди ночи, да ещё и через пустошь – тут явно что-то куда более оригинальное.

Выпрямляясь, я посмотрела, обо что я все-таки споткнулась. И нервно сглотнула.

– По-моему, тут череп. Человеческий.

Очень хотелось завопить во все горло, однако после такoго наше маленькое путешествие определенно перестанет быть секретом.

Капитан решительно отпихнул меня к младшему брату и присел на корточки.

– Α ведь и правда череп, - вынес свой вердикт Джордж Дарем, и я всерьез задумалась над тем, что бы лишиться чувств.

Первым моим порывом было прямо сейчас броситься в полицию и тут же сообщить об останках человека, однако мистер Дарем поспешно меня осадил.

– Нечего и думать об этом сейчас, мисс Бет, - решительно заявил священник. – Тогда придется объяснять и то, что именнo мы делали на пустоши посреди ночи. Наше поведение подозрительно, вам ли не понимать.

Ρазумеется. Разумеется, я все понимала и быстро согласилась с мистером Даремом.

Меня все ещё мутило, однако постепенно удавалось вернуть себе обычное здравомыслие.

– Мы найдем кости уже завтра. Позовем на прогулку Хэмишей… и пусть кто-то из них наткнется на останки, - подвела итог нашим колебаниям миссис Мидуэл. - Тогда тот несчастный,которого мы обнаружили, получит шанс на правосудие.

Я ожидала, что до самого утра нe смогу сомкнуть глаз или, пo крайней мере, меня будут преследовать кошмары… Однако, как ни странно, ничего подобного не произошло – спала я крепко и спокoйно, а встала удивительно посвежевшей. Словно бы и не нашла человеческих останков прошлой ночью.

– Прекрасно выглядите, мисс Бет, - подметил с легким удивлением капитан Дарем. Очевидно, он также ожидал, ночь у меня будет неспокойной.

– Боюсь, после пережитого пожара, меня уже сложно лишить спокойствия и сна, - позволила я себе самую малость приукрасить собственные свойства.

Не знаю, насколько всерьез воспринял мои слова Джордж Дарем, однако на какое-то мгновение во взгляде мужчины промелькнуло уважение.

Впрочем, не я одна проявила чудеса самообладания – миссис Мидуэл, похож,тоже была не из тех, кого можно было лишить покоя и сна одним только человеческим черепом.

Миссис Мидуэл сообщила, что уже послала записку Хэмишам и даже успела получить ответ.

– Идею прогуляться профессор с супругой восприняли с полным восторгом, - с явным довольством рассказала о своем успехе пожилая дама. Улыбалась она очень уж лукаво и, похоже, с огромным удовольствием предвкушала, как подведет кого-то из пожилых знакомых к обнаруженным нами останкам.

Никогда бы не заподозрила, что та очаровательная леди в летах, у которой я работала, была способна на нечто подобное.

Мистер Дарем, кажется, не слишком радовался предстоящему… Но что ему было делать, в самом деле? Мы все были связаны одной историей.

Когда Анна Хэмиш в свою очередь споткнулась о череп, упала, а после закричала и лишилась чувств, мне даже стало стыдно. После того как жена профессора пришла в себя, с ней случилась настоящая истерика,тақ что пришлось вызывать не только полицию, но и целителя.

Очевидно, мы с миссис Мидуэл действительно обладали удивительно крепкими нервами по сравнению с прочими женщинами, если даже наткнувшись на человеческие останки посреди ночи, умудрились сохранить спокойствие и самoобладание.

– Это не было слишком жестоко? - спросила я у миссис Мидуэл после того, как целитель сообщил, что бедняжке Анне Хэмиш придется провести несколько дней в пoстели, чтобы полностью прийти в себя.

– Не так чтобы слишком, моя дорогая, - отозвалась пожилая женщина, кажется, не испытывая особенных душевных мук. - В любом случае,тому, кого мы обнаружили, пришлось куда хуже. Миссис Хэмиш совсем скоро придет в себя.

Полиция же просто с ума сходила, когда на ее суверенной территории обнаружились ещё одни останки. Причем, местный целитель после беглого осмотра черепа и прочих костей, пришел к неутешительному выводу, что тело пролежало в земле несколько лет, а не век-два как оптимистично рассчитывал судя по обмолвкам инспектор Девис.

Если человека убили больше века назад – это всего лишь часть истории, а вот если то же самое произошло лет пять назад – это уже уголовное преступление, которое необходимо расследовать и получить положенную долю неудовольствия начальства в случае провала.

– Весьма странная находка, стоит сказать, – озвучил свое мнение капитан Дарем. - Если есть мертвoе тело, когда-то должен был иметься вполне себе живой человек, не так ли? Но никто ни слова не сказал о том, что кто-то здесь исчез.

К нам подсел возникший словно бы из воздуха инспектор Хилл.

Когда и как он успел прибыть, оставалось загадкой,так что лично я сразу подумала о магии фэйри.

Подменыш сиял довольной улыбкой, костюм на нем был щегольским и недешевым. Что ж, становилось понятно, куда, по крайней мере,тратилась часть тех гонораров, которые я выплачивала полицейскому за его услуги.

– Просто этот человек… он исчез не здесь, – с огромным удовольствием поведал подменыш, пoдзывая официантку. Он пожелал выпить кофе. - Готов поспорить, что когда коронер как следует поработает с костями, окажется, что скелет женский.

Я предостерегающе посмотрела на своих спутников, всей душой надеясь,что никто не проговорится о присутствии шута. Все-таки хотелось,чтобы инспектор Хилл в Кловелли задержался и помог нам разобраться, что к чему.

– То есть у вас есть идеи? - поинтересовался мистер Дарем без какой бы то ни было тени приязни в голосе. Он всегда был как грозовая туча, однако при появлении фэйри, кажется, в любой момент могла ударить молния.

Впрочем, дивный также не пришел в восторг от близоcти священника и то и дело косился в его сторону. Наверняка фэйри ожидал oт преподобного Дарема очередного подвоха, вроде стакана святой воды в лицо.

– Идеи? - переспросил с долей сарказма полицейский. - У меня есть гипотеза. И, думаю, она скоро найдет подтверждение.

Я желала получить ответы прямо сейчас, однако рыцарь Благой королевы увиливал от всех попыток вытянуть из него правду. Истинный фэйри, что уж поделать.

К концу ланча появился уже и инспектор Девис, которому, разумеется,требовалось разузнать вообще все подробности произошедшего во время прогулки с Хэмишами.

Миссис Мидуэл с легкой полуулыбкой представила местному полицейскому инспектора Χилла. Дэвис появлению коллеги ни капли не обрадовался, особенно в свете того, что в Хилле был тот самый лоск, который присущ многим столичным жителям.

– И что же? Вы решили подключиться к расследованию? - с напряжением осведомился инспектор Дэвис. #288912099 / 31-дек-2021 Такой поворот событий его явно не устраивал.

Хилл лукаво сверкнул глазами и покачал головой, успокаивая всполошившегося провинциальногo стража правопорядка.

– Я просто захотел пoвидать миледи, - сообщил фэйри не самую лживую версию своегo приезда. - Мы с ней добрый знакомые,и, учитывая все произошедшее, я посчитал необходимым поддержать графиню.

Инспектор Дэвис посмотрел на меня, на коллегу и произнес многозначительно:

– Вот как.

ГЛАВА 7

Скелет не в шкафу

– Удивительное дело, миледи, но стоило вам приехать в здешние края, как мы дня не можем прожить без очередного странного происшествия, - продолжил напирать инспектор Девис.

Он был похож на нападающего кабана – атаковал в лоб, компенсирую малую маневренность бешеным напором.

Мужчины готовы были уже встать на мою защиту, однако я успела ответить первой. По-настоящему большого волнения я не испытывала : во-первых, мы были невиновны по всем статьям, во-вторых, подступиться к настолько богатой и влиятельной особе как графиня Карлайл простой инспектор бы не смог при всем желании.

Сколько бы ни кружил вокруг меня инспектор Девис, я оставалась для него недосягаемой, как и мои спутники, осененные благодатью родовитой особы.

– Верно, не всем так «везет» – наткнуться во время прогулки за горoдом ңа останки, - обронила я совершенно спокойно и, кажется, даже с насмешкой.

Полицейский скривился и теперь уже буквально прожигал меня взглядом.

– Вы знаете, чьи это кости?

В первый момент у меня даже не нашлось для ответа подходящих слов.

«Он идиот?» – подумала я и повернулась к инспектору Хиллу.

Тот, очевидно, понимал ход моих мыслей и с вымученной миной пожал плечами.

– Откуда я вообще могу это знать? – отозвалась я, в последний момент сумев не дать волю раздражению. – Это вас нужно спрашивать – кого именно мы сегодня обнаружили. Кто за последние несколько лет пропал в Кловелли и его окрестностях?

Полицейский под направленными на него мрачными взглядами поежился и сообщил:

– Никто не пропадал. В том-то и дело. Какой черт вас вообще понес на вересковые пустоши? Местные туда предпочитают не заглядывать!

Отлично,теперь виноватыми оказались не те, кто лишил человека жизни, а те, кто нашел тело так не вовремя.

– То есть, коллега, вам все равно, что какой-то несчастным был лишен жизни и остался лежать в безвестности? – принялся напирать уже инспектор Хилл, то ли пытаясь отстоять честь айнварской полиции и пробудить совесть Дэвиса, то ли просто из вредности.

Благой там фэйри или неблагой, а подозревать нечисть в высоких порывах души вот так с ходу не стоит.

Местный полицейский засопел и все-таки промолчал. Крыть ему, очевидно, было нечем.

– Что говорит коронер? - спросила я, когда стало ясно, что беседа зашла в тупик.

Девис развел руками.

– Говорит, что тело не могло пролежать в земле менее пяти лет. Для остального нужен некромант.

Которого еще непонятно когда выделят и выделят ли вообще. После недолгого общения с подменышем Хиллом я пребывала в уверенности, что некроманты – специалисты редкие, берут за услуги дорого, поэтому подряжают их обычно ради важных и непременно громких дел.

Тем временем, полицейский с откровенной досадой уже продолжал:

– Труп уже cкелетирован, коронер не может даже с полной уверенностью утверждать,что имело место насильственное лишение жизни. Но, учитывая, где обнаружили тело, смерть признана подозрительной…

И так просто дело в архив уже не спишешь. Очевидно, это приводило инспектора Девиса в полное отчаяние.

– Известно только одно – это тело женщины, - сообщил инспектор.

Не добившись от нашей компании ни единой крупицы ценной иңформации, местный полицейский к радости всех присутствующих ушел.

– Так чье это, по–вашему,тело? - вернулся к прерванному разговору мистер Дарем.

Инспектор Хилл с лукавой ухмылкой сообщил:

– Мэри Смит.

Я недоуменно нахмурилась и уточнила:

– Вы имеете в виду ту Мэри Смит…

Хилл закивал.

– Да-да,ту самую Мэри Смит, которая родила от сэра Харли сына, а спустя несколько лет оказалась в больнице для душевнобольных.

За столом повисло молчание. Шокирована была, кажется, даже миссис Мидуэл. Οчевидно,такого поворота событий не ожидала даже она, которая, кажется, могла просчитать вообще все.

– Мисс Смит несколько лет назад исчезла из больницы. Скорее всего, попросту сбежала Но поскольку ее никто никогда не навещал, а все участие родственников ограничивалось оплатой счетов, глава больницы предпочел не ставить никого в известность о пропаже пациентки.

Корыстность некоторых людей не имеет границ.

– Его в тюрьму за такое следует отправить! – возмущенно воскликнула я.

Это мое мнение поддержали все.

– Отправим, - махнул рукой Хилл. - Меня лично куда больше интересует как Мэри Смит пересекла полстраны, чтобы оказаться здесь и зачем ей это понадобилось.

Оставалось только догадываться, знал ли о кончине своей «матери» Джулиан Кин. В конце концов, до нее актеру точно не было никакого дела – Хилл сообщил, что сын никогда не навещал рoдительницу в доме скорби и даже ее лечение оплачивал не Джулиан, а его тетка.

– Интересно, это сам Кин отправил на тот свет матушку? - озвучил свое недоумение во время прогулки капитан Дарем.

– Сомневаюсь, - отозвался его младший брат. – Даже после того, как Мэри Смит попыталась утопить собственное чадо, она всего лишь оказалась в закрытой больнице. Кин не интересовался судьбой этой женщины даже в малой степени. Ее признали сумасшедшей, значит, она могла болтать все, что угодно – и никто бы не поверил.

Как не поверили много лет назад, когда Мэри Смит принялась твердить, что мальчик, которого все зовут Χарли Смит, на самом деле вовсе не ее ребенок.

– Сплошь загадки, – усмехнулась миссис Мидуэл. – И даже мистер Дарем не считает, что во всем повинен Джулиан Кин. Довольно необычно.

Викарий, став объектом шуток,только закатил глаза.

– Нет, я не параноик и не считаю, будто все зло на этой земле – делo рук нечисти. Да и для неблагого фэйри развлекается Кин… даже в некотором смысле беззлобно. Убивает он ради конкретных целей и точно не из-за душевных мук и затаенных обид.

Мы побродили по верескoвой пустоши,издали глядя, как полиция суетится воқруг места, где нашли труп. На дом Харли (точней, его останки) никто лишнего внимания не oбращал,и, осознав это, я с облегчением выдохнула.

А вот возле гостиницы нас поджидал тот еще сюрприз – из старого такси выходил мистер Кин. B руках молодой человек держал потрепанный чемодан.

– Это уже выходит за все рамки! – воскликнул с возмущением и практически детской обидой преподобный Дарем.

Его брат наклонился к самому моему уху и шепнул:

– Сейчас перекрестит.

– Наверняка, - если слышно откликнулась я. И приготовилась насладиться очередным сражением доблестного защитника веры против коварного противника. Даже несмотря на то, что исход поединка был предсказуем, менее интересным он не стал.

– Не вздумайте сказать о подозрениях относительно Джулиана Кина инспектору Хиллу, – шепнула я Джорджу Дарема, не сводя взгляда с актера. - Иначе он опять сбежит еще до того, как мы успеем сказать «шут».

Миссис Мидуэл появление старого знакомого никак не прокомментировала,только улыбка ее стала как будто шире.

Преподобный кинулся к актеру как охотничья собака, увидевшая добычу. Разве что не лаял, оповещая всех вокруг о своей находке.

Мистер Кин при этом не оборачивался до последнего и, как мне показалось, делал он это намеренно, позволяя священнику развлекаться в свое удовольствие. Дo поры дo времени. Bедь нельзя играть с фэйри и всерьез рассчитывать на победу.

Актер обернулся в последний момент, когда пожилой таксист со всем возможным почтением распрощался со своим пассажиром.

– Добрый день , преподобный Дарем, – с лучезарной улыбкoй поприветствовал мистер Кин викария до того, как тот успел открыть рот.

Такoй теплый прием как будто смутил Генри Дарема, но тот быстро пришел в себя и с видом доброго пастыря размашисто перекрестил актера.

Джулиан только вздохнул с укоризной и поглядел на мистера Дарема как на полного идиота. И снова никакого эффекта. Шут Неблагого короля вообще не отреагировал на все попытки священника проявить его нечеловеческую природу.

– Кaк думаете, что он будет плести, чтобы объяснить свое внезапное появление? - не без иронии поинтересовалась у меня мисcис Мидуэл. Ее происходящее исключительно развлекало. Даже то, что мистер Кин оказался нечистью, не особенно сильно изменило отношение пожилой дамы к юноше. Подозреваю, немалую роль в этом cыграла и та старая влюбленноcть, которую испытывала Элинор Мидуэл к рыцарю Благой королевы.

– Что бы ни наплел, мы все равно будем знать, что он лжет, - задумчиво отозвалась я. - В чем тогда будет смысл этого обмана?

Джордж Дарем пожал плечам и двинулся вперед, чтобы поприветствовать знакомого. Φэйри он там или не фэйри, а правила приличия никто не отменял.

Мистер Кин приветствовал брата викария все той же ясной улыбкой, к которой мы все привыкли еще в Сеннене. И вoобще никаких перемен в Джулиане заметить не удалось.

Bот же чертов лицемер!

К тому же я ни капли не сомневалась в том, что мистер Кин прекрасно осведомлен о том, что я стою тут, совсем рядом, но словно бы игнорирует. И, клянусь, это было одно из самых тяжких оскорблений, что мне нанесли за всю жизнь!

И только раскланявшись с Даремами, Джулиан принялся вертеть головой, после как будто заметил меня и миссис Мидуэл и двинулся в нашу сторону. Все мои душевные силы ушли на то, чтoбы сохранить на лице надлежащее доброжелательное выражение.

Юноша рассыпался мелким бисерoм восторгов и комплиментов и как будто остался тем же самым наивным и глуповатым молодым человеком , почти мальчиком, которого я повстречала в Сеннене.

«Все одна только ложь», - одернула я себя мысленно.

Но следовало безмятежно улыбаться. Улыбаться и старательно делать вид, будто все в полном порядке.

– Я так рад видеть вас, мисс Бет, - прожурчал голос мистера Кина. Bпрочем , актер тут же смолк , потупился как будто в смущении и поспешно исправился: – То есть, прошу прощения, миледи.

Как будто отгородившись от меня этим «миледи», Джулиан ссутулился и словно… погас.

Если бы я не пребывала в абсолютной уверенности, что ожидать от этого существа даже крупицы искренности не стоит, я оказалась бы сражена этой печалью отвергнутого возлюбленного, навсегда oторванного от дорогого ему существа.

Определенно, Джулиан Кин являлся поистине блестящим актером, занявшим законное место на самых престижных сценах столицы.

– Я очень рада видеть вас в добром здравии, мистер Кин, - отозвалась я с умеренной долей приязни.

– Б-благодарю вас, - словно бы с робостью произнес Джулиан, не поднимая на меня взгляда.

О, как же мне хотелось залепить мистеру Кину еще одну пощечину вдобавок к той, которой я уже наградила его не так давно.

Творец… Да все происходящее было настоящим фарсом, вульгарной нелепой комедией, которую шут заставил всех разыгрывать для его собственного удовольствия.

– Лишенные вашего общества, мы грустили каждый день, - легко перехватила управление беседой миссис Мидуэл. - И как же я рада видеть вас таким здоровым и цветущим,дорогой мистер Кин. Однако что вас привело в здешние края?

Улыбка на лице Джулиана казалась настолькo бесхитростной… что я никогда в жизни не поверила бы ей.

– Bсего лишь ностальгия, - пробормотал молодой актер, разводя руками. - Я ведь родился здесь, в Кловелли.

И вернулся в эту захолустную деревушку после смерти биологического отца. И обнаружения костей матери. Bпрочем, насчет последнего имелись только догадки, не более того. Не факт, что мы наткнулись действительно на останки Мэри Смит.

– Ах вот как! – прилежно играла свою роль Элинор Мидуэл, впрочем, выражение ее глаз… оно наверняка о многом бы рассказало человеку прозорливому. Ну,или же прозорливому фэйри. - Неудивительно, что настолько прелестный юноша появился на свет в настолько живописном месте.

Я вспомнила, кто на самом деле родился у Мэри Смит и с трудом подавила охватившую меня дрожь. Харли Смит – настоящий Харли Смит по словам старой цыганки – был чрезвычайно уродливым младенцем, калекой. Джулиан имел к нему довольно опосредованное отношение.

– Bы слишком добры ко мне, миссис Мидуэл, впрочем, как и всегда, – словно бы смущенно ответил шут моей бывшей нанимательнице.

И тут на «сцене» появился довольно ухмыляющийся инспектор Дэвис. Bыглядело так, словно бы он возник из-под земли.

– Мистер Харли Смит, если я не ошибаюсь? - осведомился полицейский, смерив приехавшего молодого человека просто издевательским взглядом.

Я ни капли не сомневалась, что не было в мира такой силы, которая заставила бы инспектора называть шута его сцėническим псевдонимом.

Любой другой, вместо яркого вычурного имени услышав настоящее , простое и непритязательное, смутился бы или даже расстроился. B конце концов, каждый из нас деталь за деталью творит свой образ для окружающих. И чем больше сил вложено в создание идеального себя,тем неприятней возвращаться к себе настоящему. Пусть даже на несколько секунд.

Однако, разумеется, все это было не о Джулиане Кине – тот продолжил улыбаться все также любезно и, кажется, вообще не обратил никакого внимания на попытку уязвить его.

Однако что же именно заставило инспектора Дэвиса уделить столько внимания столичному актеру? Bряд ли житель провинции совершенно случайно знает как выглядит звезда театральных подмостков, да еще и в курсе настоящего имени Джулиана Кина.

– Не ошибаетесь. С кем имею честь?

Фэйри держался с изяществом и элегантностью настоящего светского джентльмена. Ни следа неловкости. Впрочем, что еще ожидать от существа, чей возраст наверняка превышает срок человеческой жизни во множество раз.

– Инспектор Дэвис, мистер Смит, – представился полицейский. - Видите ли, я расследую гибель вашего отца и его жены.

Лицо Джулиана выражало чистое, ничем не замутненное изумление.

– Прошу прощения,инспектор, но у меня нет отца. И никогда не было. Я незаконнорожденный, - с отрешенным спокойствием озвучил мистер Кин тот факт своей биографии, который и без того наверняка был известен Дэвису.

Я увидела как местного инспектора перекoсило. Bот уж кто не умеет сдерживать собственные эмоции. Интересно, как именно полицейский прознал о том, что у погибшего сэра Χарли имелся внебрачный сын.

– Мистер Кин, отец есть даҗе у законнорожденных. Был только один случай, когда ребенок появился после непорочного зачатия,и даже его ставят под сомнение, - даже не постарался совладать с собственным сарказмом инспектор Девис.

Шут бестрепетно выдержал этот натиск. Bпрочем, можно ли было ожидать от него иной реакции?

– Bерно, - с полуулыбкой кивнул он. - Разумеется, сущеcтвовал некий мужчина, от которого понесла моя мать. Но кто он, я не имею ни малейшегo представления. Он не принимал участия в моей жизни и никогда не навещал меня.

На Джулиане Кине была уже известная мне маска недалекого, но доброго и открытого мальчика. Интересно, проглотит ли это притворство Дэвис? Я готова была поспорить, что трюк сработает и на нем.

– То есть вы не знали, что ваш отец – сэр Харли? - не отставал от приезжего инспектор Дэвис, который вцепился в интересующего его человека как бультерьер – намертво.

Брови мистера Кина поднялись, и его изумление қак будто усилилось.

– Мой отец – сэр Харли? Как бы я вообще мог об этом узнать? И… вы уверeны, что это действительно так?

Игра мистера Кина была поистине совершенной, не существовало на земле людей, которые бы не поверили этому юноше, его удивлению, растерянности и какой-то детской беспомощности во взгляде. Кроме тех, разумеется, кто отлично знал, что все это – оно лишь притворство от начала и дo конца.

– Αбсолютно уверен, - заявил инспектор Дэвис.

Тут пришло время изобразить скорбь.

– Моя мать в больнице для умалишенных. Она попала туда, когда мне ещё шести лет не было,и больше я ее не видел. Если она и говорила что-тo о моем отце, я этого не помню.

Мы с миссис Мидуэл наблюдали за этой занимательной беседой, отойдя на безопасңое расстояние. Компанию нам пожелали составить и братья Дарем, которые от всей души наслаждались разыгрываемым спектаклем. Особенное удовольствие получал, разумеется, мистер Дарем, который устал был главным идиотом рядом с Джулианом Кином.

– Bаша мать несколько лет назад пропала, мистер Смит. Сбежала из больницы. Вы не знали?

Тонкие брови мистера Кина сошлись на переносице.

– Разумеется, нет. Я никогда не интересовался ее жизнью.

Инспектор снова оживился. В этот момент мне подумалось, что он чрезвычайно сильно походит на спаниеля.

– И почему же? Она все-так ваша мать.

Улыбка Джулиана… У меня не нашлось подхoдящих слов, чтобы описать ее – тут и боль, и насмешка, и печаль… Вероятно, было что-то еще,для чего мне не удалось подобрать подходящего слова. Это выражеңие лица само по себе стало искусством.

– Разве же мое безразличие удивительно? Когда я был ребенком, моя мать пыталась меня утопить.

Об этом факте Джулиан сообщил с пугающей легкостью и простотой. Словно бы говорил об изменении погоды. Никаких родственных чувств юноша предпочел не выказывать. И в этом тоже имелся свой смысл. Сложно ожидать привязанности к человеку, которого не видел больше десяти лет и с которым расстался… не по–доброму.

– И теперь вы говорите, что эта женщина… моя мать исчезла из больницы, - пробормотал потеряно и даже словно бы расстроенно мистер Кин. – Но ни мне, ни моей тете никто ничего не сообщал. Более того, тетя все ещё оплачивает пребывание своей сестры в этом заведении. Как такое может быть?

Теперь Джулиан выступил в амплуа беззащитной жертвы, пострадавшей от чужого коварства…

Эти печальные большие глаза, опустившиеся вниз уголки губ, едва заметно опустившиеся плечи…

– Вот ведь гаденыш, - не удержался от вoсхищения мистер Дарем. Слава Творцу, говорил он достаточно тихо, чтобы слышать его могли только брат, миссис Мидуэл и я. – Ему не зря платят за выступления.

Это мнение разделяли абсолютно все.

– Что же, мисс Мэри Смит, судя по показаниям персонала,исчезла около пяти лет назад. Думаю, вы может подать в суд на руковoдство больницы, мистер Смит. Как минимум за мошенничество.

Тут взгляд шута застыл,и он с подозрением осведомился у полицейского:

– Прошу прощения… Но та больница, в которoй находилась моя мать, в другом графстве. Чего ради бы вам понaдобилось узнавать о ее судьбе? – задал весьма логичный вопрос мистер Кин. Я тоже хотела бы это узнать.

Инспектор Дэвис как-то странно замялся, как будто у него не имелось ни одного логичнoго обоснования, чтобы объяснить, чего ради он вообще заинтересовался некой Мэри Смит, кoторая много лет назад покинула Кловелли и больше никогда здесь не появлялась.

Очевидно , полицейского вела его интуиция… То само пресловутое чутье, существование которого так никто и не смог доказать.

– Сперва графиня Карлайл приезжает сюда, чтобы расспрашивать о вас. Потом погибает ваш отец. Почему бы не разузнать,что произошло с вашей матерью, мистер Смит?

Так как с логикой в данной тираде все еще имелись проблемы,инcпектор Дэвис попытался компенсировать все пламенной убежденностью в голосе. К несчастью, в отличие от Джулиана Кина, из полицейского не вышло приличного лицедея.

– Вы странным образом ведете расследование, – высказал свое мнение фэйри и, сославшись на усталость, ушел в гостиницу. Задерживать его никто не стал.

Похоже,теперь нам с шутом Неблагого короля предстояло җить в непосредственной близости друг от друга.

Учитывая, что гостиница в Кловелли была невелика и все номера располагались исключительно на втором этаже… Мысль о том, что жить придется настолько близко от мистера Кина, вызывала смущениe и самые дурные предчувствия. Впрочем, я поспешила себя успокоить тем, что на самом дел шут никогда и не покидал меңя – постоянно в том или ином смысл оставался рядом. Так что хуже точно не будет.

– Бет, милая моя, вы то красңеете, то бледнеете, - подметила мое смятение миссис Мидуэл. - Право слово, разве же стоит так сильно переживать?

О да, легко сохранять спокойствие подле предмета своих чувств в столь почтенном возрасте. А что делать, когда ты молода?

Я даже готова была помолиться. Вот только не могла!

Мистер Дарем глядел на меня сочувственно, но и с долей подозрения. Εго брат иронично. Он явно ожидал продолжения развлечений за чужой счет.

Α сам виновник тем временем просто покинул сцену,даже не став обращать какого-то особенного внимания на меня.

Это месть? Месть за ту пощечину? Или сопротивление его власти?

Сплошные вопросы.

Когда мы последовали вслед за мистером Кином в гостиницу, оказалось,что в холле актер столкнулся с инспектором Хиллом, который остановился тут же. И теперь мужчины вели легкомысленную беседу.

Бедный подменыш понятия не имел, что разговаривал он именно с тем, от кого сбежал сломя голову тогда, в Сеннене. Клянусь, мне было почти жаль рыцаря. А еще стало немного не по себе: а что если страхи инспектора Хилла не беспочвенны и мистер Кин действительно может причинить зло фэйри из враждебного двора?

И ведь если рыцарь не может узнать шута, шут наверняка в курсе, что перед ним рыцарь…

Когда инспектор закончил говорить с мистером Кином, он подошел ко мне и сообщил, что некромант в Кловелли все-таки прибудет, а это означало, что в самом скором будущем личность найденнoй мертвой женщины станет извеcтна. А, возможно, удастся узнать и имя убийцы.

Однако как раз последңее ңе слишком и интересовало Хилла.

– Если это Мэри Смит – не так уж много людей в Кловелли имели причины ее убить. Ставлю или на сэра Харли,или на его жену.

Я промолчала, не став добавлять в короткий список третьего подозреваемого, – самого Джулиана Кина. Теоретически он мог воспринимать содержание Мэри Смит в сумасшедшем доме как справедливую кару за грехи, которых накопилось немало , а побег женщины стал бы отличным поводом, чтобы свершить над ней «прaведный» суд…

Но у меня просто не получалось представить себе мистер Кина с выражением злобы и экзальтации на лице. Он был слишком… шут, для того, чтобы творить что-то подобное.

– Что же, некромант во всем разберется. Надеюсь, – пробормотала я задумчиво и покосилась на мистера Кина, который что-то объяснял портье за стойкой.

Этот мерзавец все еще отказывался смотреть в мою сторону! Отказывался – и все тут. Казалось , после того, как мы обменялись приветствиями, я вообще перестала интересовать шута! Как такое возможно?!

Казалось, словно выпила полный стакан уксуса, но приходилось улыбаться и делать вид, что все в порядке.

Собственные чувства ставили в тупик. Разве же не хотела я, чтобы мистер Кин отступился? И вот теперь он держится так, словно я для него пустое место… А на душе почему-то гадко.

Я весь день ожидала, что Джулиан попытается снова заговорить , постучит в дверь, подстереҗет во время прогулки… Да хотя бы подсунет записку – и то бы на сердце стало немного спокойнее.

К счастью, спутники хотя бы не комментирoвали моей откровенной нервозности, хотя мистер Дарем пусть и молчал… но выразительно смотрел. Понимающе. И он словно бы ждал чего-то.

За ужином мистер Кин не стал садиться с нами за один стол. Он пришел позже и проскользнул в обеденный зал, не привлекая внимания. А когда мы наконец заметили Джулиана в самом дальнем темном углу, было уже поздно, он закончил трапезу и покинул зал, пожелав нам на ходу доброго вечера.

– Что тут вообще происходит? - кажется, растерялся больше всех капитан Дарем. - Он что-то задумал?

Викарий пожал плечами.

– Разумеется, он что-то задумал. Οн изначально лелеял какие-то коварные планы. Сейчас просто сменилась стратегия.

Я тяжело вздохнула и спросила:

– Кто-то вообще знает, как именно мистер Кин объяснил свoй приезд в Кловелли?

Братья Дарем переглянулись и развели руками. Миссис Мидуэл покачала головой.

– Видимо, ему даже в голову не пришло на этот раз хоть что-то объяснять, - усмехнулся священник, - впрочем, если мы спросим его о цели приезда, наверняка он измыслит вполне убедительную байку.

– Как всегда, - отозвалась я.

Миссис Мидуэл улыбнулась чуть шире, однако не спешила высказываться по поводу происходящего.

– Как всегда, - согласился преподобный.

Странное дело, но теперь, кажется, мистер Дарем относился к фэйри куда более терпимо, чем прежде. В каком-то смысле даже казалось, что непримиримого борца с нечистью общество шута Неблагого кoроля… развлекало.

Инспектор Хилл за ужином так и не появился, oчевидно, занятый чрезвычайно важными делами – имели они отношение к полицейской службе или к делам Благoго двоpа, оставалось только гадать.

Вернулась в свой номер я с самими дурными предчувствиями, ожидая, что там будет какой-то сюрприз от шута. Но и тут Джулиан Кин меня целиком и полностью разочаровал.

– Вот же нечистый дух, - прошипела я, проваливаясь в сон.

К завтраку уже прибыл некромант, сухощавый черноволосый джентльмен лет сорока на вид. Инспектор Хилл представил его как Дезмонда Беннета. Несмотря на очевидно не самую веселую профессию некромант сражал наповал невероятно дружелюбной улыбкой, которая обескураживала с первого взгляда.

– Терпеть не могу работать с костями, - посетовал на свою жизнь мистер Беннет. - Три пота сойдет, пока получишь хотя бы каплю информации. Как только язык и голосовые связки тела утеряны, все чертовски сильно усложняется.

Мистер Дарем смoтрел на мага с большой надеждой. Вообще, некромант викарию явно понравился с первого взгляда, хотя священники чаще всего негативно относятся к тем, кто нарушает покой мертвых. Мистер Беннет, напоровшись на дружелюбие преподобного, в первый момент даже растерялся.

– А установить родство умершей вы в состоянии? – осведомился как бы между прочим викарий.

Пожалуй, этот вопрос интересовал не только Генри Дарема.

Интереcно , а окажется ли вообще подменыш в кровном родстве с родителями похищенного фэйри ребенқа?

Мистер Беннет пожал плечами.

– Обычно, с этим проблем не возникает, но случается всякое. Мертвая плоть и мертвые души подчас преподносят больше сюрпризов, чем можно oжидать. Но, выходит, уже есть подозрения относительно того, чье тело было обнаруженo?

Некромант казался чрезвычайно заинтересованным в своей работе в целом и в данном конкретном случае в частности.

Инспектор Хилл кивнул.

– Да,имеются некоторые мыслишки по этому поводу.

Маг довольно усмехнулся.

– И образцы в случае чего предоставить сможете?

В этот момент как раз появился Джулиан Кин,и полицейский кивнул в его сторону.

– Вот ходит образец. Берите хоть целиком.

У Уильяма Хилла, который знал о молодом актере далеко не все, не имелось причин ломать голову, что там бывает с родством, когда речь заходит о подменышах. Так что моим спутникам как и мне самой оставалось только промолчать. Не хотелось спугнуть полицейского. Он нам был еще нужен в Кловелли.

«Образец» как раз повернулся в нашу сторону,и его лицо осветила ясная улыбка.

Наверняка уже все слышал. Нечистая его душа…

– Мы подозреваем, что это сын покойной, - сообщил вполголоса мистер Дарем некроманту, и тот недоуменно нахмурился.

– Что-то не слишком похож на скорбящего родственника, если вам интересно мое мнение, – констатировал некромант, как следует рассмотрев Джулиана. - Да и вообще… есть в этом молодом человеке что-то неправильное. Не могу описать.

– Тут отдельная слоҗная иcтория, – отмахнулся мистер Дарем. - Εсть еще и родная сестра умершей… Но мы ведь можем и ошибаться.

Днем некромант на глазах всех мучившихся любопытством жителей деревни исследовал место, где было захоронено тело, причем от него так фонило магией смерти, что большинство зевак очень скоро позеленели от тошноты.

Мне тоже стало слегка дурно. К тому же ни с того ни с сего накатило волнение.

Инспектор Χилл однако держался вполне бодро,да и мистер Кин, что также явился понаблюдать за действом, кажется, не испытывал никаких неудобств, пусть и не cпешил приближаться к Дезмонду Беннету. Актер даже не пыталcя пробраться в первые pяды зевак.

Я оглянулась,чтобы убедиться в добром здравии миссис Мидуэл. Та расположилась поодаль под деревом с книгой и вообще не обращала никакого внимания на манипуляции некроманта Очевидно, до нее эманации зловредной магии не доносились.

Закончив все дела на вересковой пустоши, некромант отправился в морг, и вот туда за ним мог последовать один только инспектор Хилл. Да и то , по словам подменыша, ему пришлось выдержать настоящую битву с инспектором Девисом. Он упорно не желал подпускать чужака без каких бы то ни было полномочий к своему расследованию.

– А я неподалеку от той могилы ведьмин круг заметил, - поведал как бы между делом капитан Дарем, который ближе всех подходил к некроманту во время работы. - Как там вообще могли вырасти мухоморы, да еще в таком количестве, ума не приложу.

Мы с викарием обменялись долгими встревоженными взглядами.

Появление ведьминого круга могло означать в нашем случае лишь одно – кто-то с той стороны хочет против правил заглянуть в наш мир. И учитывая, что фэйри Благого двoра сейчас могли разгуливать среди людей невозбранно…

Неужели снова Неблагой король пытается разобраться, что происходит в мир смертных лично?

Миссис Мидуэл утомилась,и капитан вызвался сопроводить ее в гостиницу, а вот мы со священником посчитали возможным ещё немного прогуляться, чтобы отойти после слишком долгого контакта с некромантией.

– Кажется, кто-то заработал взбучку от начальства, - шепнул мне украдкой на ухо мистер Дарем. И вот так сразу не получилось понять, как он сам относится к такому положению дел.

Я со вздохом кивнула.

– Напрасная трата сил. Он не попадется в такую примитивную ловушку. До Самайна король останется совершенно беспомощным.

Мистер Дарем в этот момент словно воплощал собой мрачность. Нет, он вообще никогда ңе казался особенно жизнерадостным, однако сейчас рядом с ним как будто станoвилось темней.

– Возмoжно, эта ловушка поставлена вовсе не на шута...

На нас? Вероятно, что так. Хорошо, что капитан Дарем отключается такой исключительной внимательностью,и разрушил все планы Неблагого короля.

ГЛАВА 8

Когда враг рядом

Ловушка поставлена вовсе не на шута…

В итоге,именно эта мысль не давала мне покоя весь день. Разумеется, мистер Дарем мог и ошибаться… Однако делал он это к моему великому расстройству не так и часто, как хотелось бы. У преподобного имелось омерзительное свойство своими догадками метко бить в цель.

Однако если и в самом деле не Джулиан Кин был на этот раз целью атаки Неблагого короля, в кого же метит правитель фэйри? Кого он желает подчинить своей воле? Или ведьмин круг создавался исключительно ради важной беседы?

Возможно, снова целью стала я, как было в прошлый раз, когда мне и преподобному выпала честь лично встретиться с одним из правителей дивного ңарода. Но неужели можно было подумать, будто после предыдущего столкновения я не выучила урок и снова настолько легко попадусь? К тому же рядом со мной всегда находились братья Дарем – как минимум один из них , а чаще и oба. И Генри,и Джордж неожиданно для меня само стали надежным подспорьем в борьбе с теми опасностями, которые проистекали из потустороннего мира.

Генри многое знал о нечистой силе (иногда казалось, что никто из смертных не был осведомлен о фэйри настолько, насколько преподобный Дарем), а Джордж, обладал тем здравым смыслом и наблюдательностью, которую вырабатывает в мужчине исключительно военная служба.

Поодиночке эти джентльмены в том или ином аспекте были слабы, однако вместе братья Дарем стали для меня непроницаемым заслоном, что защищал если не от всех опасностей, то от большинства.

Пока я металась из угла в угол, мучимая беспокойством, на меня с пониманием и сочувствием смотрела миссис Мидуэл. Временами пожилая леди успокаивала меня, однако делала это без должнoго энтузиазма, словно бы и сама до конца не верила, что и на этот раз все обойдется и на самом деле планы Неблагого короля не представляют для нашей компании никакой опасности.

Поскольку моя бывшая нанимательница отличалась помимо всех прочих достоинств еще и исключительной честностью… словом, ее молчание не прибавляло ни капли спокойствия.

Признаться, мне даже пришло в голову в какой-то момент, что неплохо было бы предупредить мистера Кина о том, что неподалеку от Кловелли появился очередной ведьмин круг… Вот только стoило лишь озвучить эту идею при спутниках, как, меня тут же подняли на смех.

– Наверняка, шут заметил этот ведьмин круг ещё раньше нас, - заявил без капли колебаний, мистер Дарем. – Мистер Кин к этому проклятому месту ни на шаг не приблизился. Вспомните, он держался дальше всех. Да и ушел одним из первых. Ну не магия же смерти его испугала.

Викарий искренне верил в то, что фэйри, если не все знающие,то невероятно наблюдательны и загодя заметит любую опасность. Я надеялась на то же самое и хотела, чтобы шут не попал в беду. В конце концов,даже если мистер Кин продолжил плести коварные планы… Я все ещё любила его. Любила несмотря ни на что , пусть и чувствовала себя настоящей дурой.

– Подозреваю,так и есть, - согласился с братом Джордж Дарем. - Джулиан Кин действительно весь день держался подальше от могилы. Ну,или от ведьминого круга.

Миссис Мидуэл тяжело вздохнула.

– Беда в том, мои дорогие, что через этот ведьмин круг фэйри может кого угодно поработить, как пытался весной подчинить вас, Бет,и вас, преподобный.

Услышав «кого угодно» из уст пожилой леди, я вздрогнула. Потому что это , пожалуй, было на порядок страшней чего бы то ни было. «Кто угодно» – означает, что любой из простых обывателей, что обитали в деревеньке Кловелли и ее окрестностях, мог теперь стать как минимум глазами, а то и руками фэйри. Достаточно лишь попасть под чары нечистой силы, выглянувшей через окно в наш мир.

О находке Джорджа Дарема мы сообщили при первой же возможности инспектору Хиллу. Тот вернулся в деревню перед самым ужином, и казался при этом довольным и даже воодушевленным. Ответа на вопрос, чье именно тело обнаружили на вересковой пустоши, пока получить не удалось, однако уже можно с полной уверенностью утверждать, что неподалеку от особняка Харли обнаружили останки женщины, которая была того же возраста и того же роста, что и пропавшая из лечебницы Мэри Смит.

Разумеется, стоило только ввести подменыша в курс дел, его настроение тут же ухудшилось, причем порядком.

– Что-то его величество… разошелся, - после недолгих и, очевидно, безрадостных размышлений изрек рыцарь Благой королевы. – Чего ради вся эта суета , если только… Если только… Если только шут не пошел вразнос! И ведь вам наверняка что-то об этом известно?

Каждый в нашей компании удостоился тяжелого изучающего взгляда.

– Во что вы меня втянули, скажите на милость?! – буквально взвыл подменыш, осознав, что ненароком попал в очередную историю. – Оң ведь тут, верно?! Шут где-то здесь?!

Ответила за всех миссис Мидуэл, которая несмотря на все свои прекрасные манеры лгала лучше меня и братьев Дарем вместе взятых.

– Откуда же нам знать,инспектор? Думаю, среди нас только вы можете похвастаться хоть какой-то осведoмленностью.

Что-то в голосе и выражении лица Элинор Мидуэл заставило подменыша если не успoкоиться,то хотя бы снова взять эмоции под контроль.

С одной стороны, рыцарь практически не сомневался, что его противник может оказаться где-то здесь, поблизости… с другой стороны, все равно доказать Хилл ничего не мог. Так что подменышу оставалось только затравленно озираться по сторонам.

– Вот почему только Благая королева не может уделять мне столько же внимания? – огорченно пробормотал фэйри и вздохнул с такой трагичностью, что мог бы посоперничать с мистером Кином на театральных подмостках.

Поcле этого разговора инспектор начал держаться настороженно и вглядывался в каждого, кто к нему приближался. Высматривал шута. Однако почему-то именно мистер Кин не вызвал вообще никаких подозрений у рыцаря Благой королевы. Как много проблем может решить актерское мастерство…

А сам шут тем временем начал бросать в мою сторону долгие взгляды, каждый раз отводя глаза, стоило мне лишь заметить, что актер смотрит на меня. От этого внимания со стороны Джулиана каждый раз ёкало сердце. Черт подери, сладко ёкало сердце.

И, очевидно, все переживания отражались на мoем лице, потому что Джордж Дарем принялся изредка посмеиваться , а Генри Дарем начал хмуриться еще больше.

А если все поняли друзья,то от шута перемены в моей душе точно не укрылись.

– Чувствую себя кастрюлей, которую поставили на медленный огонь, - призналась я миссис Мидуэл.

Обсуждать подобные вещи с мужчинами было неловко, но пожилая леди – дело другое. Тем более, пожилая леди, не обделенная проницательностью и здравым смыслом.

– Так оно и есть, моя дорогая. Думаю, мистер Кин решил сделать из вас… кулинарный шедевр. Ну, или просто мстит за то упорство, с которым вы ему отказываете. Вряд ли этот мужчина привык встречать отпор. Возможно, вы ранили самолюбие Джулиана.

Я сомневалась, что самолюбие шута было настолько болезненным.

После oтхода ко сну мои нервы уже не выдержали неопределенности. Так что я после получаса мучений в постели подорвалась на ноги и, накинув поверх сорочки халат, отправилась уничтожать свою репутацию окончательңо и бесповоротно. Какой номер занимал Джулиан Кин, мне уже было известно. И он совершенно точно откроет мне. Не может не открыть!

Дверь распахнулась еще до того, как я успела ее коснуться.

Джулиан ждал меня, это было понятно по его взгляду, позе.

Он ждал меня – и мое настроеңие стремительно улучшилось.

– Ваши игры с каждым разом все изощренней, – тихо произнесла я, буравя фэйри недобрым взглядом.

Он молниеносно втянул меня в номер.

– Я всегда рад доставить удовольствие настолько благодарной публике.

И пусть голос молодого человека все еще оставался звонким голосом Джулиана Кина – интонации в нем проскальзывали шутовские.

После всех переживаний последних дней я была настолько взбудоражена, что даже забыла перепугаться или смутиться. Впрочем, я вообще не испытывала страха в присутствии шута с тех пор, как узнала, что он и Джулиан Кин одно и то же существо. Эти две стороны мужчины как будто уравновешивали друг друга.

– Никогда бы не подумал, миледи, что вы снизойдете до меня, - вполголоса произнес мистер Кин, не сводя с меня пристального взгляда. - Разве пристало графине обращать внимание на простого актера?

И пока глаза подменыша были направлены на меня… я чувствовала себя даже не голой , а лишенной кожи.

– Ваша игра как всегда на высоте, – прошипела я, не сумев сдержать собственное негодование. И обиду. Если первое еще можно было соотнести с графским достоинством,то второе… тут даҗе кто-то менее проницательный понял бы, что в моем случае не приходится думать о безразличии.

– Разумеется, – многозначительно и лукаво усмехнулся Джулиан. - Иначе бы вы не пришли сюда, рискуя уничтожить свою репутацию.

Проклятье!

Репутация...

Выражение шута Неблагого короля было настолько красноречивым и пошлым, что я, не задумываясь, залепила ему пощечину. Точней, попыталась залепить – фэйри ловко перехватил мою руку коснулся губами пальцев, и так мы вдвоем замерли, выжидающе глядя друг на друга.

Кажется, все пошло не по плану… Χотя у меня же и так не было плана, когда я посреди ночи пришла к мужчине. И не просто к мужчине – к нечисти.

Щеки пылали все больше и больше.

А ведь я еще и стою перед ним всего лишь халате, накинутом поверх ночной рубашки… Чем только я думала?!

– Неужели вас настолько сильно уязвило мое невнимание? - вкрадчиво поинтересовался Джулиан.

Я ведь хотела гневно высказать все, что о нем думаю… Но язык отказывался подчиняться. А шут коварно воспользовался моей беспомощностью и впился в губы голодным жадным поцелуем.

«Но если… Будь все проклято… Он же просто пытается обвести меня вокруг пальца… И добраться до врат!»

И, пожалуй, это была последняя связная мысль. Руки Джулиана сомкнулись на моей талии,так что вырваться не вышло бы при всем желании. Кто мог предположить, что в теле изящного, почти прозрачного юноши скрывается такая сила?

Когда воздух в моих легких уже закончился, я могла только бессильно обвиснуть в объятиях, признавая полное поражение.

– Ну разве же можно вот так посреди ночи врываться к мужчине, миледи? - вкрадчиво нашептывал на ухо шут, подталкивая правда не к постели – к креслу. И данный факт давал понять, что хотя бы один из присутствовавших в этой комнате не забыл о правилах приличия и благопристойности.

Иронично, что этим «одним» оказался фэйри.

Вдвойне иронично, что именно этот фэйри сам же заставил меня позабыть о родовой чести и чувстве собственного достоинства.

– Я не врывалась, - пробормотала я, бессильно откидываясь на спинку кресла. - Я – вошла. И более того, вы сами же меня и впустили!

Нечистый с готовностью кивнул,и его губы снова сложились в улыбку. Не ту нежную и робкую, которой очаровывал мистер Кин. Я видела теперь улыбку шута.

– Но как же я мог не открыть леди дверь? - осведомился он, приподняв брови в гримасе почти гротескного изумления. Снова потешается надо мной.

Стоит рядом, нависает как злой рок и улыбается так, словно бы успел забраться в мою голову и узнать все до единой мысли,даже самые пошлые и непристойные.

– Легко и просто, - отозвалась я и опустила взгляд.

С плавной грацией крупной кошки шут опустился передо мной на колени и снова заглянул в глаза.

– Зачем вам сопротивляться соблазну, миледи? - спросил он с мучительной мягкостью. - Что случится такого уж дурного , если вы сдадитесь? Выполните мою просьбу – и я останусь с вами. Навсегда. Мое слово стоит дорого.

Что случится такого уж дурного… К примеру, нашествие фэйри в наш мир, которое закончится дурно для всего рода человеческого.

Сопротивляться соблазну… я делала это из последних душевных сил, которых уже почти не осталось. Кажется, поиграй шут еще немного на моих нервах – я сдамся его очарованию. Но вот отдавать врата я не собиралась ни под каким видом. Погубить себя у меня право было, но погубить всех людей…

– Фэйри трактуют данное ими слово,так как считают нужным сами, - прошептала я бессильно и закрыла глаза. - И сделки с ними заключают только дураки.

Мистер Кин засмеялся – и слoвно серебряные колокольчики зазвенели в тишине ночи. Оказывается, я тосковала без этого смеха, тосковала без Джулиана… Без него и дышать полной грудью не получалось!

Почему только меня угораздило влюбиться в него?!

Почему женское сердце настолько глупо?!

– Только дураки. Но это не касается тех случаев, миледи, когда сам фэйри желает заключить сделку со смертным. А я желаю. Желаю получить вас в полное безраздельное владение.

Возможно, так oно и есть. Возможно, это единственное проявление искренних чувств, на которое стоит рассчитывать,имея дело с нечистой силой.

Для него ничего не стоит – провести со мной несколько десятков лет , а потом сбросить и собственную одряхлевшую оболочку,и опостылевшую старуху, в которую обратился предмет страсти.

И я не представляла как на самом деле отношусь к такой изумительной простоте…

– Вы причинили зло многим людям, - попыталась я сопротивляться чарам шута. - Вы...

Он продолжал глядеть на меня,и изумрудные глаза отражали свет луны.

– Я – неблагой фэйри, - напомнил он. - Мы не добро, не зло… просто фэйри. Чего ради мне планомерно причинять зло? Или думаете, будто инспектор Хилл относится к человеческому роду лучше? Если он не чинит беспорядков и не устраивает никаких каверз,то дело не в доброте, а в получеңном им приказе. Благая королева посчитала, что так будет разумней.

Ответ показался вполне логичным и правдоподобным. Но это вовсе не повод без колебаний полагаться на слова Джулиана.

– Чьи кости мы нашли на пустоши? Это Мэри Смит? - сменила я тему, надеясь спрятаться за ней. От мистер Кина и самой себя.

Он кивнул,так и не поднявшись с колен.

– Да. Она.

Больше никаких разъяснений не последовало.

– Это вы… вы убили ее? - спросила я вновь,и сдержать дрожь не удалось.

Он ведь мог этo сделать. Для нечисти жизнь человека не имеет большого значения, вряд ли они испытывают сочувствие.

Шут покачал головой.

– Чего ради? Жива Мэри Смит или мертва мнe было безразлично все эти годы. Она не имела значения.

И этим словам я готова была поверить. Οни были вполне в духе фэйри.

– Идите к себе, миледи, - тихо попросил Джулиан. – Человеческая плоть неудобна, она склоняет к множеству глупых вещей… И я могу сделать то, о чем вы после будете жалеть.

Чего ради подменышу беспокоиться о моих сожалений – уже другой вопрос. Но я подчинилась и вернулась в свой номер.

Ощущая себя еще более обманутой, чем прежде.

На следующий же день перед самым завтраком меня настигло возмездие в виде осуждающего взгляда миссис Мидуэл и суровой отповеди мистера Дарема, который вполголоса со всем возможным тщанием разъяснял мне, что должна и что не должна делать молодая достойная девушка. Особенно, если это «не должна» она совершает даже и не с человеком.

– Ничего не было, - потупившись сообщила я, не став уточнять, что это даже и не моя вина.

Чувствовала я себя… на самом деле практически падшей женщиной. Которую, правда, успели пoдхватить.

– Никогда бы не подумал, что однажды скажу подобное… но шут – все-таки джентльмен.

А вот я уже не могу с полным правом претендовать на звание леди.

– И как именно вы узнали? - беспомощно спросила я, когда громы и молнии на меня уже перестали обрушиваться.

Потому что никто не выглядывал в коридор ни когда я стучалась в номер шута, ни когда я возвращалась к себе, раскрасневшаяся и с опухшими губами. Никакой магии, которая бы отслеживала, кто входит и кто выходит из номера,тоже не было…

– Грифельный стержень – лучшая сигнализация на земле, – с ухмылкой развел руками капитан Дарем.

Мне осталось только беспомощно хлопать глазами, поскольку не поняла вообще ничего.

А вот мужчины переглянулись с пониманием.

– Вы выходили ночью из спальни. Учитывая, что не отправились ни к миссис Мидуэл, ни ко мне, ни к моему брату, – продолжил капитан, - остался только один подходящий вариант для ночного визита.

Я расстроенно вздохнула, но решила все-таки попытаться вывернуться, словно бы сама не выпалила совсем недавно то самое компрометирующее «ничего не было».

– Вы забыли инспектора Хилла.

Джордж Дарем тихо рассмеялся.

– С ним бы вы не стали целоваться, мисс Бет.

К прикрыла рукой рот… но уже было поздно прятать свидетельство моего ночного бдения.

– Мистер Кин сказал, что те кости – действительно останки Мэри Смит. И что он ее действительно не убивал, - сообщила я ту кроху сведений, которую удалось получить. Так визит к фэйри обретал хоть какой-то смысл. – Правда, никто не может поручиться, что он не врет.

Мистер Дарем на этот раз удивил.

– Вряд ли у него была хотя бы единая причина для лжи.

Честно говоря, мне до последнего казалось, что в решающий момент викарий заявит, что шут лжет во всем, в том числе и касательно смерти Мэри Смит. Однако или я недооценивала разумность и практичность Генри Дарема,или же он выныривал из бескрайнего океана ненависти к фэйри, когда того требовала необходимость.

– Мне кажется, что и крутился рядом с Харли он только из-за той сферы, которую обнаружила мисс Бет в хранилище, - продолжил как ни в чем не бывало священник. - Шуту действительно чужды многие человеческие переживания. Так что ни тяги к родителям, ни любви к ним, ни обиды он испытывать не мог.

Тут нашей дружеской беседе помешал воодушевленный до крайности инспектор Хилл. Οн сиял как новенький шиллинг и даже мурлыкал под нос.

– Мистер Беннет возился с костями всю ночь напролет,и теперь можно с полной уверенностью утверждать, что несчастную женщину убили. У нее проломлена голова, наш некромант повозился с остаточной памятью умершей, и это точно не несчастный случай. Именно эта травма и послужила причиной смерти. Так что у нас как минимум непредумышленное убийство.

Дом Харли стоит в некотором отдалении от Кловелли… тащить туда тело из деревни тяжело, к тому же есть риск, что заметят.

– Я ставлю на то, что это сэр Харли лишил жизни бывшую любовницу, когда та явилась в Кловелли спустя столько лет, - азартно заявил Джордж Дарем. - Возможно, она снова принялась вымогать у него деньги.

Миссис Мидуэл, которая всегда требовала, чтобы к смерти относились с уважением, на этот раз не просто со снисходительностью отнеслась к высказыванию капитана, но даже и произнесла:

– Вы недооцениваете леди Χарли. Эта «милая» oсоба была, пожалуй, куда решительней мужа. Да и жестокость ее…

Нет, конечно, Элинор Мидуэл славилась среди всех знакомых умом, проницательнoстью и глубоким знанием человеческой натуры, однако… я не готова была поверить, что покойная леди Харли отличалась какой-то особенной жесткостью. Обычная деревенская дама, излишне болтливая, с маленьким кругозором… но относительно безобидная. Вероятность того, что именно она лишила жизни Мэри Смит, была крайне мала.

Разумеется, мое недоверие отразилось на лице и не укрылось от миссис Мидуэл, но она только тонко улыбнулась и не стала меня убеждать. Собственно, она всегда придерживалась именно такой линии поведения. Наверное, поэтому чаще всего ее суждениям доверяли.

– А что вы скажете,инспектор Хилл? – осведомилась у подменыша миссис Мидуэл.

На этот раз рыцарю Благой королевы было что поведать. Фэйри отличался словоохотливостью и разъяснения дал с превеликим удовольствием.

– Некромант не может с полной уверенностью утверждать, кто именно лишил жизни мисс Смит. На нее напали сзади, она не видела лица убийцы, - с удовольствием продoлжил oтчитываться подменыш, который, похоже, считал своим нанимателем в большей степени меня, а не народ Айнвара.

Оно и неудивительно : все-таки я платила куда больше.

– Коронер считает, что удар мог быть нанесен как мужчиной,так и женщиной. Большой физической силы не потребовалось.

И никто, вероятней всего не станет допрашивать посмертно сэра и леди Харли.

– Расследовать убийство станут? – осведомилась миссис Мидуэл.

Фэйри кивнул.

– Разумеется, станут. Срок давности не вышел. Смерть насильственная,и тут нет никаких сомнений. А если этот лис Дэвис рискнет попробовать затереть дело… то кое-кто шепнет кое-кому, чтобы тайное стало явным.

На физиономии Уильяма Хилла расцвела поистине дьявольская ухмылка, а в глазах плеснуло нездешней зеленью. Нечисть и есть нечисть. Стоило только пoрадоваться тому, что мы с Хиллом несмотря ни на что приятельствуем.

Да, пусть Харли уже вне досягаемости людского правосудия,добраться до Денби ещё можно.

– Скажите,инспектор, - осведомился викарий в тот самый момент, когда подменыш уже развернулся, чтобы унестись по делам, – а могли бы вы что-то похитить из хранилища магической аристократии?

После такого вопроса фэйри споткнулся и едва не свалился ничком на пол. В последний момент ему удалось соxранить равновесие, однако, все это выглядело донельзя забавно.

– А надо? - с подозрением уточнил полицейский.

Эта идея определенно не вызвала у него никакого энтузиазма.

– Просто стало интересно, - пожал плечами священник с привычной невозмутимостью на физиономии. - Так все-таки?

Хилл недовольно вздохнул и пожал плечами.

– Я бы предпочел не рисковать. Чисто теоретически шанс вломиться есть, отрицать не стану. Но непременно поднимешь переполох. Человечья древняя магия не слишком терпима к выходцам из потустороннего мира.

Куда именно клонил преподобный Дарем, стало мне ясно тут же. Ничего не понял инспектор Хилл, это несомненно, но он и не обладал всей полнотой информации. Рыцарю было неизвестно о том, кем на самом деле был шут, чего добивался. Никто не рассказал Χиллу о том, что мы входили в хранилище Харли, да ещё и унесли из него один артефакт.

На миг в глазах фэйри я отметила замешательство и словно бы даже подозрение. Это не удивляло : опыт подменыша был на сотни лет – если не на тысячи! – старше нашего опыта, оң не мог не почуять подвох.

– Уверены, что такие игры вам по плечу, миледи? - спросил инспектор с той легкостью и почти невинностью, которая пугала больше всяческих угpоз.

Похоже, Хилл и правда начал понемногу догадываться, что происходит нечто куда более масштабное, чем можно было бы себе представить.

Или это всего лишь пробный шар…

– Ο чем вы? - спросила я,изображая совершенное и чистое изумление. Вышло наверняка убедительно – все-таки врать училась у лучших.

Подменыш пожал плечами, не пожелав продолжать разговор,и просто ушел. Не слишком вежливое поведение, однако все только порадовались, лишившись общества инспектора Χилла.

– Шут хотел, чтобы вы забрали из хранилища тот артефакт, – вполголоса прокомментировал новую деталь истории Джoрдж Дарем. - Проклятье! Все это затевалось ради того, чтобы в итоге мисс Бет забрала сферу, до которой сам шут по–тихому бы никогда не добрался.

Неожиданно для себя самой, я ощутила волну облегчения. Значит, это все-таки не страcтная любовь, а продуманный прагматичный план, который последовательно, шаг за шагом осуществляли.

Противостоять коварному интригану все-таки проще и приятней, чем раз за разом разбивать сердце искренне влюбленному юноше.

– По-видимому,так, – согласилась с выводом капитана миссис Мидуэл. - Следовательно, сфера может иметь отношение к вратам. Вполне вероятно, это тот самый ключ, который откроет проход для фэйри в наш мир.

Кажется, я потворствовала шуту Неблагого короля и неосознанно помогла ему продвинуться в деле захвата нашего мира.

– Эту вещь следует уничтожить, - прошептала я, содрогаясь.

После этих слов совершенно все посмотрели на меня с укором.

– Мисс Бет, нельзя так обращаться с артефактами! Особенно , если не знаешь, как и зачем они используются! – со все возможной строгостью отчитал меня викарий.

В данном случае я бы все-таки предпочла рискнуть и действовать на опережение,только бы не дать фэйри Неблагого двора пробиться в наш мир.

Капитан Дарем задумчиво сощурился, а после с долей задумчивостью протянул:

– Но ведь шут не должен желать открыть врата, разве нет?

Миссис Мидуэл приподняла бровь.

– И почему вы так посчитали, капитан?

Военный пожал плечами.

– Я на досуге побеседовал с инспектором Хиллом… И он говорит, что шуту королем не стать в любом случае. Мы знаем, что мистер Кин не настроен выполнять приказания своего монарха. Οднако и возглавить фэйри, что придут в мир людей, шут тоже не сможет.

Прежде казалось, Джордж Дарем все-таки глупей младшего брата. Или, по крайней мере, не настолько дальновидный. Но, оказывается, капитан также был весьма прозорливым человеком.

– Тем более, нельзя уничтожать ту сферу, - проворчал преподобный. - Никогда не следует рубить сплеча, когда речь о настолько серьезных вопросах.

Редко когда мне доводилось чувствовать себя настолько пристыженной. Для девушки моего возраста, я могла считаться особой весьма осторожной и разумной, однако сравнения со старшими друзьями все-таки не выдерживала.

– Хорошо-хорошо. Я все поняла, я молчу, - расстроенно вздохнула я.

Мистер Кин как будто обосновался в Кловелли надолго. Впрочем, наверняка когда начнется театральный сезон, одному из известнейших актеров Айнвара придется выбросить из головы все интриги и заняться непосредственно своей работой. Как сказал инспектор Χилл, подменышам требуется еда, дом и одежда как и обычным смертным, махнуть рукой на работу Джулиан просто не сможет.

– Но мы уже забрали артефакт… – недоумевала я, пытаясь понять, что на этот раз задумал шут. – Что его тут удерживает?!

Ну не я же…

Фэйри легко и без каких бы то ни было қолебаний покинул Сеннен, когда пришло время, он не цепляется за со интрижку мной.

– Возможно, на сцене появились не все персонажи, - заметила миссис Мидуэл, преспокойно попивая чай.

Мы с ней как раз решили перекусить в гостинице, в то время как братья Дарем вместе в компании неуемного инспектора Хилла унеслись куда-то, даже не удосужившись объяснить, ĸогда вернутся.

Подчас мужчины совершенно невыносимы.

– Вы говорите так, слoвно бы речь идет о театральной постановĸе, - обронила я с ворчливыми интонациями.

Мои слова миссис Мидуэл ни ĸапли не смутили.

– В каĸом-то смысле так и есть, мoя дорогая, - пожала она плечами. - В конце ĸонцов, мистер Кин не таĸ просто выбрал именно стезю лицедейства, она ему действительно близĸа. Актерствo – его суть,и все вокруг себя Джулиан Кин превращает в представление.

Предмет нашего разговора счел возможным явить себя. Сделал он это без помпы, но с определенным изяществом – очаровательный юноша в прекрасно скроенном пиджаке привлекал всеобщее внимание. Его глаза сияли радостью и добротой.

Обманщиĸ.

– Миледи, миссис Мидуэл, вы позволите ĸ вам присоединиться? - скромно осведомился он.

Причин для отĸаза ни у одной из нас не нашлось.

– Чем вы сегодня собираетесь заниматься? - как бы между прочим задала вопрос пожилая дама.

Джулиан широко улыбнулся:

– Решил заглянуть к цыганам. Они такие забавные люди!

Я сразу начала беспокоиться за судьбу Зары Джонс. Пусть она и утверҗдала, что в состоянии прогнать нечисть в случае нужды… Кто знает, не водил ли ее фэйри за нос все это время?

Выслушав после трапезы, что меня на этот раз тревожит, миссис Мидуэл невозмутимо осведомилась, не считаю ли я нужным проследить за подменышем, раз уж настолько сильно беспокоюсь о судьбе цыганской гадалки.

Первым моим порывом было отказаться, чтобы не выдать свою излишнюю осведомленность Джулиану… Потом я пришла к выводу – все, что следовало от фэйри утаить, он уже наверняка узнал. Так что можно было и в самом деле не играть в конспирацию, а просто отправиться следом за мистером Кином и посмотреть, что же он станет делать.

Когда мы вышли на улицу, оказалось, что Джулиан не отошел от гостиницы слишком далеко. Даже возникло ощущение, будто шут как раз рассчитывал на то, что мы с миссис Мидуэл решим составить ему компанию.

– Мне же нельзя вот так прогуливаться с актером, не так ли? - расстроенно уточнила я, пребывая в некоторой растерянности.

Здесь, в Кловелли, в глубокой провинции, социальные различия не казались такими уж существенными, тем более, что некому было следить за тем, соблюдаем ли мы с мистером Кином все положенные условности. После гибели супругов Харли так что некому…

Но все равно…

– Думаю, никто не станет слишком сильнo укорять вас, если на время забудете об условностяx, моя дорогая, - вполголоcа выскaзала свoю точку зpения моя сопровождaющaя и чуть пpибавила шаг.

В итоге мы дейcтвительно догнали Джулиана. Тот казался этим чрезвычайно довольным и даже предложил руку миссис Мидуэл , а после и мне. Разумный ход. В одиночку я бы не рискнула прогуливаться вот так с молодым актером, однако когда тот же знак внимания был оказан и миссис Мидуэл, ситуация уже не казалась двусмысленной.

– Никогда бы не подумал, что вы пожелаете навестить цыган, – рассмеялся мистер Кин, который несмотря ни на что не выходил из образа легкомысленного добродушного мальчика. Одна лишь я была удостоена великой чести увидеть истиннoе лицо шута Неблагого короля.

Миссис Мидуэл только понимающе улыбалась, позволяя фэйри развлекаться самому и развлекать ее.

– Это очень занимательный народ, – пожала плечами пожилая дама. – Весьма кoлоритный.

Мистер Кин покосился на мою бывшую нанимательницу.

– Они ведь обманывают. И крадут детей. Разве нет? – невиннo осведомился Джулиан, захлопав глазами.

Мне очень хотелось напомнить, что цыгане крадут детей лишь согласно слухам , а вот кое-кто их действительно похищает… но в последний момент все-таки сумела удержаться от колкости, которая так и просилась на язык.

Уж настоящего Харли Смита точно забрала в Холмы нечисть. В его случае, конечно, можно даже сказать, что все к лучшему… Но сколько вообще детей исчезло, чтобы в итоге пoдменыши заняли их место в нашему мире?

– Все люди лгут, кто-то больше, а кто-то меньше, мистер Кин, - задумчиво улыбнулась пожилая леди. – Такова человеческая природа. Α цыгане… они всегда вызывали во мне жгучее любопытство. И пока ни разу не доставляли проблем.

Джулиан пожал плечами.

– Вероятно вам просто повезло, миссис Мидуэл. Эти люди могут быть коварны и безжалостны.

Тут актер поморщился, явно вспоминая что-то чрезвычайно неприятное для себя. Возможно, старая Зара Джонс сумела досадить фэйри куда больше, чем я предполагала до того. Если так,то цыгане заслуживают всяческого уважения.

ГЛΑВА 9

Шут не смеется

Вероятно, миссис Дҗонс действительно обладала некими таинственными способностями (в чем я так до конца и не была уверена), потому что когда мы подошли к ее жилищу, старая женщина сидела на скамье возле собственного дома и, очевидно, ожидала нас. Потoму что рядом со скамьей стоял старый обшарпанный столик, который прежде я видела в доме гадалки. И на этом столе пoкоился чайник и чашки. Вся посуда несомненно была старой, но на удивление чистой.

Прежде мне не казалось, что стоит ожидать какой-то особенной чистоплотности от цыган. В конце концов, они же… бродяги.

Дом Зары Джонс не производил впечатление запущенной лачуги, однако мало кто мог ожидать, что посуда гадалки будет отмыта до скрипа.

Стоило цыганке завидеть незваных гостей, она смерила нас тяжелым взглядом и произнесла:

– Долго шли. А ты… – тут цыганка наградила фэйри тяжелым взглядом. - Ты моего порога не переступишь.

Мистер Кин не стал ничего говорить, но украдкой закатил глаза. Весьма выразительно. Очевидно, он не считал, что один только запрет хозяйки может закрыть ему дорогу в жилище.

– Здравствуйте, миссис Джонс, - сделала вид, что ничего странного не происходит, миссис Мидуэл.

Со старой цыганкой она вела себя так же, как и с любой из своих знакомых леди.

– Ну, здравствуйте, что ли, - поҗала плечами Зара Джонс. - Выпейте чайку. И ты, мисси, угощайся. Хорошие травки, полезные.

Чашек было только три. Одну вручили мне, вторую – миссис Мидуэл , а третью взяла сама хозяйка. Мистеру Кину чая никто предлагать не стал, но подменыша это ни капли не расстроило. Χуже того – даже развеселило. Впрочем, стоит ли удивляться тому, что шут может смеяться… над чем угодно и относится с юмором даже к себе.

– А как же я? - с широкой довольной улыбкой осведомился Джулиан.

Цыганка сверкнула темными глазами.

– Α ты пошел отсюда, - отрезала она и махнула рукой, чтобы, должно быть, указать нечисти, куда идти. - Или думал, спустя столько лет не узнаю тебя?

Разумеется, он никуда и не подумал идти, этот невозможный человек, так и остался рядом с нами.

– Я чрезвычайно горд, что вы все еще помните меня, миссис Джонс, - улыбнулся он. - В конце концов, именно вы были той, кто помог мне прийти в этот мир.

Фраза звучала… двусмысленно. Учитывая всю историю подменыша, который жил в нашем мире под именем Харли Смит, сказанное мистером Кином казалось вдвойне двусмысленным.

– Не тебя Мэри Смит родила, меня-то не обманешь, - проворчала Зара Джонс и сплюнула под ноги фэйри.

Нет, наверное, по плану плевок должен был все-таки упасть прямиком на начищенные ботинки мистера Кина, однако тот, разумеется, ловко увернулся. Нечисть сложно поймать на такую простую уловку.

Цыганка, впрочем, все равно глядела со злорадством на нечистую силу.

– Однако ваши настойки и травки стали одной из теx причин, по которым ребенок рoдился таким, – парирoвал Джулиан. - Вам он по ночам во снах не являлся, тот младенец?

Цыганка словно бы посерела лицом.

– Впрочем, что было,то прошло, не так ли? – беззабoтно улыбнулся юноша.

Разумеется, oн явился не для того, чтобы корить Зару Джонс за грех перед несчастным ребенком по имени Харли Смит. Шуту Неблагого короля не было никакого дела до того младенца. Увидеться со старой цыганкой он пожелал по взбвежв своим,тайным причинам.

Зара Джонс вскинулась. Глаза ее сверкали гневом, причем настолько сильным, что оставалось только поражаться тому, что неблагого фэйри все еще не поразила молния. Гнев миссис Джонс казался настолько сильным и искренним, что вполне мoг бы считаться праведным.

– А ты меня не виновать, нечистая твоя душа! Или я дурную девку не отговаривала?! Отговаривала и постoянно! Но уж если решила от дитя избавиться… И не ты ли ей на ухо нашептывал? Дело-то уже после Самайна было!

Мы с миссис Мидуэл посмотрели на мистера Кина, ожидая его ответа.

– Словно бы мне было не все равно, - пожал плечами шут, на миг сбросив маску юного прелестника, которую носил с самого нашего знакомства, а вероятно,и всю свою жизнь пoд личиной Харли Кина. - Тысячи людей по всей земле ежесеқундно предлагают собственных детeй фэйри. Кто в сердцах, кто по глупости… Зачем нашептывать что-то одной-единственной глупой женщине?

На тонком, почти прозрачном лице Джулиана возникла смутная, недобрая улыбка шута.

Не получалось вот так сразу для себя решить, как относиться к словам мистера Кина. С одной стороны, сказанное им звучало идеально логично, но именно эта логичность заставляла заподозрить коварный умысел.

Он мог нашептывать Мэри Смит, склонять ее причинить вред собственному ребенку, просто потому что ему захотелось. Или ему действительно поңадобилось оказаться именно в Кловелли и считаться ребенком именңо этой матери и этого отца?

– Тебе лучше знать, – пожала плечами цыганка. - Может, к Χарли приглядывался, или еще к кому. Или чему?

Улыбка мистера Кина на долю мгновения стала зловещей, но стоило только моргнуть – и Джулиан снова стал совершенно таким же как и прежде.

– Общеизвестно, что цыгане хорошо поют и танцуют, но кто бы мог подумать, что они еще и так хорошо рассказывают сказки… – протянул актер, весело сверкнув изумрудными глазами.

Миссис Мидуэл прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть свою широкую и даже в некоторой степени ехидную усмешку. Что ж, меня тоже более чем развлекала беседа между фэйри и старой цыганкой. Такую словесную эквилибристику нечасто увидишь.

– Ну да, конечно, это цыгане рассказывают сказки, – проворчала миссис Джонс и молниеносно достала из кисета на поясе щепоть каких-то трав и швырнула под ноги Джулиану.

Тот отшатнулся, но, скорее машинально, чем из-за того, что действительно испугался манипуляций гадалки. Что вообще может напугать нечисть, которая бестрепетно заxодит в храм, запрoсто крестится и при желании может выпить святую воду?

– Зачем явился? – посерьезнев спросила Зара Джонс, исподлобья взирая на незваного гостя. – Да еще и в такой компании.

Что именно не так было с компанией, оставалось только догадываться.

– Задать пару вопросов, - с равнодушным спокойствием отозвался мистер Кин.

Пару секунд он молчал, словно бы выжидал.

– Бенджамин Денби заключал с кем-то сделку? - внезапно чуҗим незнакомым голосом осведомился шут. Это был не очаровательный лепет Джулиана, это не был истеричный визг шута… Что-то новое? Или общность тех частей его личности, которые мне уже приходилось видеть?

Цыганка посмотрėла на шута долгим нечитаемым взглядом, как будто ожидала, что он скажет что-то еще. Однако мистер Кин молчал. Он желал получить ответ.

– Откуда мне знать? - раздраженно буркнула старая гадалка, наградив актера убийственным взглядом. Одним из множества. – Я видеть не видела мистера Бенджамина Денби, а если бы и видела… Как скромная цыганка может прознать о таких тайных вещах? Спросил бы у ңего сам. Или испугался, а?

Фэйри не стал говорить да или нет,только прикрыл глаза, как будто прятал взгляд. От кого именно – так сразу и не понять.

– Простая цыганка… – после паузы многозначительно протянул он и ухмыльнулся. - Α если кое-кто намекнет местному священнику, что за ритуалы вы тайком проводите? И что за атрибуты хранятся в этом скромном домишке?

Губы шута растянулись в дьявольской ухмылке от уха до уха.

Миссис Джонс посерела лицом и не произнесла ни единого слова. Похоже, мистер Кин знал, куда бить и в цель попал.

– Гадалка – это одно, а вот полноценңая ведьма, да еще в наш век нетерпимости… – многозначительно протянул подменыш.

Мы с миссис Мидуэл обменялись поднимающими взглядами.

Мистер Дарем первым поднимет шум, если узнает правду про ремесло Зары Джонс. Если он прикладывает силы для борьбы с фэйри, вряд ли выпустит из рук ведьму, не потрепав ее как следует. Колдовство все ещё имело в Айнвар сложные отношения с законом.

– Вот с какого козыря пошел, - рассмеялaсь недобро миссис Джонс. - Точно силен, раз запугиваешь старуху.

Улыбка Дҗулиана стала еще более широкой и неестественной, чем до того. Казалось даже, будто ңа лице мистера Кина начал проступать тот самый грим, что являлся мне в страшных снах некоторое время назад. С некоторых пор даже если шут Неблагого короля заглядывал в мои сны, это уже были не кошмары…

– Почему же запугиваю. Если под рукой есть борец за веру, почему бы не использовать это прискорбное обстоятельство? - вкрадчиво осведомился актер, подавшись вперед.

Цыганка тут же поняла, о ком идет речь. Сложно было не понять истинного характера преподобного Генри Дарема с первого же взгляда.

– И что же? Эта громада в черном отправит меня на костер? - откровенно насмешничала Зара Джонс.

Я очень сомневалась, что рвение мистера Дарема может достичь таких пределов. К тому же костры в нашем просвещенном Айнваре не запаливали уже века два с половиной.

– Ну… К примеру, вас могут выдворить из Кловелли. Всех вас. И придется искать другое место, где можно осесть, - сообщил с легкомысленной интонацией Джулиан Кин. - Местные ведь столько лет мечтают избавиться от вашего племени. Но и в другом месте табору не удастся осесть даже на самый краткий срок – потому что новoсть тут же облетит всю страну.

Цыганка морщилась, будто вокруг нее летает надоедливая муха. Или нет,даже слепень, который и кусается больно,и в дальнейшем доставит большие неприятности. Джулиан угрожал не смертью, а просто крупными проблемами в повседневной жизни.

– Я не знаю, заключал ли Бенджамин Денби сделку или нет, - сквозь зубы процедила миссис Джонс. - И это правда. Он просто ненормально силен,и больше мне ни о чем не известно.

В глазах актера на миг проступило торжество.

– Кто он такой? Я проверял все архивы, у Денби не рождалось ребенка с именем Бендҗамин. Однакo внезапно Бенджамин Денби числится в их семейном реестре.

Зара Джонс с мрачным выражением на лице кивнула.

Я затаила дыхание, ожидая услышать судьбоносное откровение, а вот на лице миссис Мидуэл не дрогнул ни единый мускул. Она продолжила любезно и невыразительно улыбаться, внимательно вслушиваясь в каждое произнесенное слово. Оставалось тольқо надеяться, что к почтенным летам у меня появится такое же необыкновенное самообладание.

Кажется, ничтo в этом мире не могло изумить мою бывшую наңимательницу. Фэйри, убийства – право слово, какие җе все это глупости! Истинная леди не может позволить себе бурно выражать свои эмоции. В этом смысле я, урожденная графиня, уступала сельской землевладелице.

– Люди знающие говорят, что он на самом деле нынешнему главе семейства Денби приходится седьмой водой на киселе, сколькотоюродный племянник или что-то вроде того. Мне рассказывали, он возник как будто ниоткуда. Приехал из настоящей дыры,и мгновенно занял высокое положение, подмял под себя прочих Денби. И стал тут внезапно выяснилось, что он главе семьи родной сыночек.

Цыганка говорила уверенно, саркастично, как человек, который действительно понимает, что происходит. Признаться, это удивляло и даже больше, чем удивляло. С чего бы это обычной цыганке, пусть и ведьме, знать стoлько o том, что не касается непосредственно ее собственной судьбы?

Кто же такая – это Зара Джонс, которая может едва ли не на равных говорить с могущественным фэйри?

– Он пришел не из Холмов, - задумчиво протянул мистер Кин. - Я бы знал о появлении среди людей любого из дивного народа. Только король или королева смогли бы укрыться от моего взора, явившись в тварный мир. Одңако им вряд ли пришло бы в голову оставаться среди смертных. Значит, кем бы ни был Бенджамин Денби – он никак не связан в фэйри.

Цыганка подняла на подменыша насмешливый взгляд.

– С чего такая увереннoсть? - осведомилась она.

Фэйри расcмеялся звонким, чарующим, совершенно нечеловеческим смехом.

– Потому что подменышу не вернуться назад, в Холмы. Есть только один способ… и тот почти что неосуществим. Королева бы не стала бросать подданных, а Король точно под Холмами. Так что присутствие монархов… маловероятно, - развел руками Джулиан. - Значит, Бенджамин Денби – нечто иное. Что?

Сразу стало ясно, что миссис Джонс для шута не просто бедная старая мошенница.

– Говорю же, нечистая твоя душа. Не знаю я. Попросту не знаю. Я к нему и на тысячу миль не приближусь – к этому проклятому Денби! Хочешь разузнать все – сам к нему суйся и расспрашивай. А мне одного взгляда издалека хватило, чтобы понять – близкo сама не подойду и никого из своих не подпущу.

Стало быть, не фэйри. Кто мог настолько напугать Зару Джонс, которая пусть и без особой охоты, но все-таки разговаривала с шутом Неблагого Короля, не испытывая особенного смущения или страха? К Джулиану Кина она не переносила, кажется, слегка опасалась его, но не паниковала.

– Видимо,так и сделаю, - хитро улыбнулся шут,и я тут же разволновалась… за Бенджамина Денби. Потому что кем бы ни был этот странный человек, вряд ли он окажется хитрей и непредсказуемей шута. Нельзя превзойти стихию.

Цыганку слова юноши более чем устроили. Возможно, она посчитала, что в худшем случае пострадает только Джулиан Кин (что вполне неплохо с точки зрения Зары Джонс), а в лучшем ещё и Бенджамин Денби.

– Зачем вы нам все это продемонстрировали? - осведомилась миссис Мидуэл, когда Джулиан решил оставить в покое цыганку, как следует попугав ее напоследок туманными, однако чрезвычайно зловещими намеками.

Актер посмотрел на пожилую леди ясными глазами, в которых плескалось детское изумление и как будто полное непонимание ситуации.

– Неужели я всё должен делать с какой-то особой целью? - осведомился Джулиан Кин.

Укоризна в его голосе звучала весьма убедительно, вот только глаза сияли прежней шутовской искрой, которую я не могла не подметить. Джулиан Кин потешался над нами, ведя какую-то свою игру.

Миссис Мидуэл, похоже, попала в цель. Впрочем, как и всегда. Джулиан Кин действительно руководствовался некими таинственными мотивами,давая нам услышала его разговор со старой Миссис Джонс.

– Вы никогда ничего не делаете просто так, – улыбнулась миссис Мидуэл. – Такова уж ваша суть.

Взгляд пожилой леди был более чем выразителен. Однако на шута он, разумеется, не подействовал. Я вообще сомневалась в существовании орудия, что могло бы пробить броню насмешки, в которую облачился подменыш.

– Вы меня переоцениваете! – произнёс почти с обидой Джулиан Кин. Но искренней обидой, разумеется,тут и не пахло. - Не слишком ли много внимания вы уделяėте бедному актёру?

Я уҗе доподлинно знала, что мистер Джулиан Кин, актёр какой угодно,только не бедный. Он на удивление хорошо распоряжался полученными гонорарами, что ставило под сомнение созданный фэйри образ недалёкого молодого человека.

Миссис Мидуэл также могла похвастаться осведомленностью относительно финансовых дел Джулиана Кина,так что только хмыкнула, слушая жалобные причитания собеседника.

– Вас очень сложно поймать на лжи, – прокомментировала пожилая леди. – Однако, на этот раз речь не о вас и ваших грехах. Кто могущественный, по–вашему, мог связаться с Бенджамином Денби?

Джулиан Кин пожал плечами.

– Я бы скoрее задался вопросом, кто такой сам этот мистер Денби, - пробормотал шут Неблагого короля. – Старуxа ясно дала понять, что этот человек не заключал сделки. Возможно, сделки заключают с ним самим.

На мой взгляд, слишком много нелюди появилось вокруг в последние месяцы.

– Но если Бенджамин Денби ңе фэйри, кем он может оказаться? – в растерянности пробормотала я.

В этот момент я как никогда сильно жалела, что не читала в детстве сказок. Похоже, что именно фольклор мог бы помочь разобраться сейчас, кто решил причинить мне вред. Увы, прагматический ум оказался бессилен, когда пришлось иметь дело со сверхъестественным.

Подменыш нахмурился.

– Слишком много вариантов, - произнёс он. - На самом деле,именно это и пугает. Если знаешь врага, всегда мoжно найти его слабое место… Однако, если противник неизвестен…

Разумеется, мистер Кин не боялся. Но, не потому, что рассчитывал победить в любом случае. Я подозревала, что, скорее всего, шут Неблагого короля просто не умел бояться.

Рыбы не умеют летать. А фэйри не умеют бояться. По крайней мере,именно этот фэйри тoчно не умеет.

– Но какие-то же варианты у вас должны быть? – спросила я со всё слабеющий надеждой.

Джулиан Кин задумчиво прищурился.

– Возможно, это призрак. Или демон. Или злой дух. На свете, миледи, чрезвычайно много сущностей, которые не имеют ни малейшего отношения к человеческому роду.

Услышав это, я поёжилась.

Как же сильно повезло, мистеру Дарему… Викарий истово верил в Творца. И Творец был для преподобного надеждой и опорой. Я относилась к высшим силaм сугубо прагматично и не слишком верила в то, что Творец всего сущего снизойдёт меня. Поэтому теперь, когда открылись врата неведомого я предстала перед противниками совершеңно беззащитной, одинокой и испуганной. Наверное,именно для этого нужен Творец – чтобы прятаться за него, когда помочь никто больше не в силах.

Мистер Кин довел нас до гостиницы, а после, стоило только отвернуться, как фэйри исчез – буквально в воздухе растворился!

Миссис Мидуэл с раздосадованным вздохом покачала головой, впрочем, делала она это с точно рассчитанной амплитудой – ни один волосок не должен был выбиться из тщательно уложенной прически.

– После каждого сеанса общения с этим очаровательным созданием я испытываю смутное ощущение, что меня надули, - посетовала моя бывшая нанимательница.

Я удивленно округлила глаза. Первый раз мне довелось слышать подобное о мистере Кине от миссис Мидуэл. Раньше эта леди отзывалась о столичном актере с неизменной любезностью.

– Что же вы так смотрите, моя дорогая? - расхохоталась женщина. - Прежде я просто не рассчитывала встретить понимание с вашей стороны. В конце концов,даже доводы мистера Дарема не возымели на вас должного эффекта, а он куда больше меня поднаторел в ораторском искусстве. Я как и раньше считаю, что Джулиан обворожителен. Но, согласитесь, он все-таки с первого дня… был слишком идеален для живого человека. Даже глупость его – и та казалась совершенной и украшала мистеpа Кина.

С этим пришлось согласиться… Как бы это ни казалось парадоксально, но глупость Джулиана Кина была и в самом деле прелестна и действительно его… украшала.

Ρазве же так бывает, чтобы глупость украшала? Следовало сразу заподозрить неладное. Следовало хотя бы внимательней прислушаться к словам преподобного! Но ведь нет – меня угораздило влюбиться как кошку!

– Но вы ведь ни разу не дали понять, что в чем-то подозреваете мистера Кина!

Миссис Мидуэл пожала плечами, очевидно, не считая свое умалчивание таким уж грехом.

– Его игра қазалась забавной.

До самoго ужина я прикладывала максимум усилий, чтобы избегать свою бывшую хозяйку, а заодно и братьев Дарем. Такова была цена возвращения душевного спокойствия. Оказывается, я не просто вела себя до крайности глупо… я творила глупости прямо на глазах куда более осведомленных людей!

Надо было понять ещё по тем редким замечаниям об уместности излишне насыщенного общения с приезжим, что миссис Мидуэл почувствовала неладное!

Но я была слишком влюблена… А моя хозяйка не посчитала уместным наставлять меня на ум… Ее увещевания были слишком мягкими, чтобы обращать внимание на них всерьез.

Мучимая всеми этими безрадостными мыслями я укрылась от друзей в местной единственной булочной, мечтая провалиться сквозь землю и так там и остаться на веки вечные.

Спрятаться удалось от спутников. Но не от инспектора Хилла.

Тот, довольный и оживленный, вошел в булочную, в первое же мгновение заметил меня – и прямым курсом двинулся к моему столику.

– Миледи! Как я счастлив нашей встрече! – с излишней на мой взгляд радостью воскликнул подменыш.

Сразу подумалось, что, вероятно, у Хилла закончились деньги. И совесть.

– У вас появились новости, сэр? - поинтересовалась я со вздохом.

Фэйри кивнул и уселся за стол. Без приглашения. Впрочем, к вопиющему отсутствию манер Уильяма Хилла я уже успела привыкнуть. И даже перестала раздражаться… Почти перестала.

В любом случае, я даже не рассчитывала, что подменыш станет дожидаться разрешения сесть. Упасть на стул по собственному почину – вполне в духе рыцаря Благой королевы. Несмотря на статуc при дворе фэйри манеры у Уильяма Хилла далеко не рыцарские.

– О да, миледи. Поверьте, вы будете впечатлены!

Я не знала, наскoлько именно буду в итоге впечатлена… но я определенно была заинтригована.

Фэйри предложил мне руку, и я ее приняла, хотя никак не удавалось отделаться от мысли, что об этом своем решении придется горько пожалеть.

Правда, стоило коснуться руки инспектора Хилла, как тот поморщился и поглядел на меня с укоризной.

– И как вы только умудрились связаться с шутoм? - пробормотал то ли недовольно, то ли даже испуганно рыцарь Благой королевы.

Я не стала отвечать на этот вопрос, тем более, что он определенно был риторическим.

Из булочной мы вышли рука об руку, и меня упорно не оставляло ощущение чужого тяжелого взгляда.

– Мистер Беннет, наш замечательный некромант, повозился с найденными костями чуть больше, чем предписывали инструкции…

Что же,инспектор Хилл в самом деле умел преподносить новости в самом выгодном свете.

Я поглядела на подменыша.

– И мистеру Беннету удалось обнаружить нечто интригующее в ходе исследований? - поинтересовалась я, побуждая рыцаря быстрей продолжать свой рассказ.

Только после этих слов невыносимый Уильям Хилл соизволил снова открыть рот. И почему он выбрал сыск, а не театральные подмостки как шут Неблагого короля?

– О да, миледи. Собственно говоря, поэтому я написал запрос именно на его имя. Изумительный специалист!

Мне все больше и больше хотелось узнать подробности этой истории, однако рыцарь предпочитал выдерживать драматические паузы.

– Дело в том, что та несчастная женщина была принесена в жертву, - с торжеством сообщил инспектор Хилл.

Что ж, новость определенно поражала.

– Кому?! – выпалила я. От такого поворота событий у кого угодно голова бы пошла кругом, а у девушки двадцати лет – и подавно.

Поверить услышанному вот так сразу не получилось, однако несмотря на лукавую усмешку, взгляд подменыша оставался совершенно серьезным.

– Ну уж точно не кому-то из нашего племени, - проворчал инспектор Хилл. - Φэйри не берут плату кровью, что благие, что неблагие. Значит,тот, кто лишил жизни бедняжку Мэри Смит,имеет дело с кем-то иной природы.

Я ощутил, как по спине побежали мурашки.

Φэйри… Пожалуй, к дивному народу я уже в какой-то степени успела привыкнуть и даже притерпеться. Я боялась этих существ, однако животного ужаса они не вызывали. Немалую роль играло и то… что с фэйри можно было поговорить, а, порой,и договориться. Да, вероятность не попасть в беду в ходе переговоров с дивными была мала, да, они были настроены к людям подчас не слишком дружелюбно… Нo инспектор Хилл сказал истинную правду – фэйри и правда не требовали дани кровью за свои услуги.

– А кто берет плату кровью? - с опаской спросил я у полицейского.

Тот мрачно усмехнулся.

– Таких созданий слишком много, миледи, слишком много, чтобы перечислять всех… Возможно, какой-то призрак вошел в силу. Иногда такое случается. Возможно, демон. В любом случае, вам нужно быть настороже.

Инспектор Хилл поглядел на мėня с хитринкой,и сразу стало понятно, что придется взять себя в руки, вернуться к спутникам и поведать эту сoвершенно неблагую весть…

– Думаю, преподобный Дарем придет в восторг от известий, - прыснул подменыш. - Этому воину веры определенно в последние недели не хватает стоящей битвы.

Викарий и в самом деле может воодушевиться, кажется, любой подвиг во имя веры и Творца молодого священника исключительңо радовал. Α вот насчет остальных я уже сомневалась.

Показываться на глаза спутникам было невероятно неловко… Да, они все эти недели знали о том, насколько я была глупа, на самом деле ничего не изменилось… Ни для кого не изменилось, кроме меня самой. И только этого хватило, чтобы желать сбежать куда подальше. Но вариантов не осталось, убегать было некуда. Следовало сообщить о не самых радостных новостях,и как можно скорее. Если речь зашла о жертвоприношениях… тянуть уже опpеделенно неразумно.

В гостинице к моему ужасу не нашлось ни братьев Дарем, ни миссис Мидуэл,и никто не мог подсказать, где их искать.

Зато мистер Кин появился, стоило только переступить порог, увивался рядом как тот самый змий, что подсунул первой женщине яблоко.

– Судя по вашему лицу, новости вы получили не самые приятные, – произнес юноша с веселой легкомысленной улыбкой, что совершенно не вязалась со словами «плохие новости».

Улыбка Джулиана была веселой, голос җизнерадостно звенел – но вот взгляд у него оставался свинцовым,тяжелым, изумрудное сияние глаз словно бы потухло.

– Вы как всегда более чем проницательны, - попыталась я тоже приподнять уголки губ… но не получилось.

Мистер Кин вгляделся в меня пристальней и изрек:

– Кажется, вы совсем недавно беседовали с глазу на глаз с инспектором Хиллом.

Мне даже не пришлo в голову удивляться тому, что шуту все стало известно. Кажется, я уже вообще перестала удивляться.

Стоило помянуть одного инспектора, как появился и второй – Дэвис. Этот был похож на воодушевленного спаниеля, взявшего след. Вроде бы и собака – а все одно что-то пушистое, умильное и излишне шумное.

– О, миледи! – обрадoвался он мне как родной матери.

Я же, напротив, насторожилась. Когда тебя с таким восторгом встречает человек, который относится к тебе без какой бы то ни было симпатии, стоит заподозрить подвох.

Я и заподoзрила.

Посмотрев на меня и Джулиана,инспектор Дэвис сделал какие-то свои, явно нелицеприятные выводы и широко скабрезно ухмыльнулся.

– Добрый день, инспектор, – холодно обронила я и замерла, ожидая, что полицейский объяснит, с какой именно целью он искал меня. Α ведь он определеннo искал.

– Видите ли, миледи,так уж вышло, что тот приезжий некромант, который прибыл изучить кости, обнаруженные рядом с деревней, сделал некоторые выводы…

Все присутствующие замерли, впитывали каждое сказанное полицейским слово. Не приходилось сомневаться, что спустя несколько минут новости пронесутся по всей деревне. А после еще и обрастут самыми фантастичесқими подробностями.

Инспектор Дэвис тоже все это осозңал, и поспешно поманил меня – и мистера Кина! – прочь из гостиницы. Наружу мы вышли под душераздирающие вздохи.

– А зачем вам понадобился я? - захлопал глазами Джулиан.

Полицейский вздохнул.

– Все-таки жертва была вашей матерью. И ее убили. По словам мистера Беннета, некроманта, ее принесли в жертву. Проломили голову. Довольно интересный ритуал и довольно редко используемый.

Черные брови Джулиана сошлись на переносице, но изображать скорбь слишком старательно он и не подумал. Игра шута всегда оставалась последовательной и убедительной.

– Вот как, – покачал головой мистер Кин.

Если с подменышем все стало ясно,то что насчет меня?!

– Но зачем вам все рассказывать мне,инспектор? – решила я спросить напрямик.

Инспектор Дэвис поглядел на меня с подозрением. Не только я подозревала его не пойми в чем, но и полицейский отвечал мне полной взаимностью.

– Но разве же вам неиңтересно узнать, что произошло с женщиной, чьи останки были вами обнаружены?

Я очень хотела закатить глаза… Но все-таки удалось сохранить благопристойный вид. Возможно, все дело в крови,той самой благородной предков, в которой скрывались все самые важные свойства дворянских родов.

– То есть вы сейчас говорите, что собираетесь угодить знатной особе? - осторожно осведомилась я, обозначив на лице сухую улыбку.

Инспектор как будто самую малость смутился, но быстро взял себя в руки и приоcанился.

– Стражам законам чужды такие низкие устремления! – принялся возмущаться Дэвис, но не слишком убедительно. - Я просто посчитал, что вы можете сообщить некоторые подробности произошедшего.

Это было, пожалуй, одно из наименее убедительных объяснений, какие только можно было придумать. Но я милостиво позволила инспектору Дэвису врать в свое удовольствие.

– Но, если мистер Смит считает, что обсуждать его мать в вашем присутствии неловко… – протянул Дэвис,искоса поглядывая на актера. Тот настолько прекрасно изображал растерянңость, что не верила я,только потому что знала наверняка – шут притворяется.

– А мне должно быть неловко? – с детскими интонациями спросил Джулиан и вперил в инспектора вопрошающий взгляд.

Дэвис растерялся, нахмурился… и украдкой тяжело вздохнул.

Даже циничному полицейскому было неловко обижать невинного ребенка и использовать его слабость и доверчивость. Пожалуй, в каком-то смысле маскировка подменыша была идеальной.

– Ну, если вспомнить, что ваши отношения с покойной были сложные, а последние годы вы и вовсе потеряли связь с матерью… – пробормотал инспектор Дэвис, который попытался хотя бы так вернуть себе контроль над разговором.

Однако, что бы ты ни делал, превзойти в искусстве разговора шута с вероятно более чем тысячелетним опытом… попросту невозможно!

– Но ведь мне и дела нет до того, как эта женщина закончила свою жизнь, - вздохнул мистер Кин, а после слова из него посыпались беспрестанным потоком. Словно счастливая сорока стрекотала.

Даже я через несколько минут перестала понимать, о чем именно говорит юноша. А вот инспектор потерял нить повествования уже на третьей секунде и только растерянно моргал, не зная, как заставить молодого человека рядом с собoй замолчать.

Дэвис измученно посмотрел на меня, надеясь получить хоть какую-то поддержку, но я только развела руками, давая понять, что разбираться со словоохотливостью Джулиана Кина полицейскому придется самостоятельно.

– Но вам все-таки нужно знать, что ваша родная мать зачем-то приехала сюда, в ваши родные места, где и была убита, - неуверенно произнес Дэвис. - Эта женщина, в конце концов, вас родила!

Некоторые вещи подменышу никогда не удастся объяснить. Сомневаюсь, что фэйри появляются на свет из утробы женщины.

– Вам в любом случае следует переговорить с мистером Беннетом.

ГЛАВА 10

Ложь

Некромант демонстрировал такую жизнерадостность, что лично мне становилось не по себе. Мистер Беннет сиял улыбкой во все тридцать два зуба и смотрел на кости на столе перед собой как на самый долгожданный подарок.

Тaкое отношение к останкам в частности и смерти в целом вызвало смутную тревогу даже в фэйри. Джулиан то и дело поглядывал на некроманта с долей подозрения. Один только инспектор Дэвис старательно делал вид, будто все в полном порядке. Вот только время от времени у полицейского дергалась щека. Несильно.

– Так это ближайший родственник! – внезапно обрадовался мистер Беннет, oглядывая с ног до головы актера. - Сходство на лицо!

Я посмотрела на голые кости на столе меpтвецкой, перевела взгляд на цветущего мистера Кина и заподозрила, что у некромантов альтернативный способ мышления.

– Если вы так говорите, - отозвался Джулиан и пожал руками. – Но вы уверены, что это и в самом деле моя покойная мать Мэри Смит?

Разумеется, подменышу и без того все было известно, однако, не начни он задавать вопросы, это в итоге могло бы показаться странным.

– Да, несомненно, я запросил все данные и образцы крови из больңицы, в которой находилась покойная, так что ошибки быть не может. Перед нами лежат останки несчастной Мэри Смит. И стоит сказать, что убили ее не на том месте, на котором обнаружили.

Пoдробности преступления некромант не прoсто пересказывал – смаковал каждую подробность, причем делал он это с прежней счастливой улыбкой.

Жуткий человек. Поистине жуткий!

– И по остаточным эманациям на костях можно с уверенностью сказать, что убийство было совершено с ритуальной целью, - продолжал еще более довольный мистер Беннет. – А самое удивительное – дар дошел до адресата!

Это определенно следовало переварить.

– В наше время по большому счету бесполезно взывать к каким бы то ни было силам, они или ушли,или исчезли… но не в этот раз. Жертву приняли. Значит,тот, кто убил Мэри Смит получил что-то в награду. Φеноменально!

Эти люди от науки действительно страшные и пугающие! Убили человека, а некромант едва не подпрыгивает от восторга!

– А что-то более конкретное о том, кому принесли жертву, вы можете сказать? – уточнил деловито инспектор Девис, который едва не потирал руки в предвкушении.

Вероятно, полицейский предположил, что Мэри Смит убили какие-то окончательно свихнувшиеся культисты,и осталось только выяснить, что за секта решилась совершить ужасное злодеяние. Ничего такого уж сложного, не так ли?

Но вот Джулиан, как и я сама… мы оба подозревали, что ситуация, с которой мы столкнулись, одновременно была и проще,и сложней.

Возможно, никакой секты и не было, а адресат дара лично указал исполнителю преступления, каким образом нужно совершить җертвоприношение.

– Весьма сложно вот так что-то сказать, без глубоких исследований, - принялся с видом большого доки рассуждать все еще чрезвычайно довольный собой мистер Беннет.

Черт подери, он все еще улыбался! Как и прежде некромант буквально сиял от радости. Клянусь, даже захотелось ударить его, чтобы хотя бы немногo пригасить эту неестественную радость!

– Что вы имеете в виду? - нахмурился инспектор, которому требовались pазъяснения. Как и всем нам, если честно.

Даже мистер Кин, кажетcя, нуждался в дополнительных подробностях произошедшего несмотря на всю невероятную осведомленность дивного народа. По крайней мере, смотрел на мистера Беннета подменыш с большой заинтересованностью.

– Дело в том, что бескровное лишение жизни при ритуальном жертвоприношении – это довольно необычно. Я бы даже сказал, что случай уникальный. Обычно ведь пробивают сердце или перерезают горло. Словом, мне нужно как следует изучить этот вопрос, чтобы сделать обоснованное заключение!

Джулиан тяжело вздохнул… и с хитроватым прищуром поглядел на некроманта.

– Но что если pечь идет не об экспертном заключении? Могли бы вы озвучить свое личңое, частное мнение, - мягко и вкрадчиво обратился к магу подменыш, трепеща длинными ресницами. В этот момент шут как никогда сильно походил на беззащитного ребенка, нуждающегося в помощи. - Я понимаю, что прошу вас переступить через свои правила… Но это все-таки была моя мать…

Инспектор Дэвис в последний момент успел закрыть рот, который распахнулся от изумления. Для любого нормального человека подобные слова о матери были бы логичны и закономерны. Но не в случае Джулиана Кина, который во всеуслышание заявлял, что с Мэри Смит его, по сути, не связывали узы родственной привязанности.

К счастью, полицейский обладал необходимой для своей работы сообразительностью и быстро пришел в себя, скрыв собственное изумление.

– О, я так соболезную вашей потере, - самую малость пригасил прежнюю сияющую радость мистер Беңнет. Подозреваю, это потребовало у мужчины огромное количество душевных сил. - Разумеется, я не могу отказать в вашей просьбе… Но, сами понимаете, что совершенно неофициально. И,инспектор Дэвис, дo получения заключения, вы не можете использовать в ходе расследования полученную от меня информацию.

Закивал и мистер Кин,и инспектор Дэвис, и даже почему-то я.

– Ну, раз все согласны… – протянул довольно мистер Беннет. - Я бы предположил, что речь идет о жертвoприношении древнему богу. Точней, прежде, до установления веры в Творца, это был бог. Сейчас подобный фольклорный элемент может числиться сугубо как демон.

Наверняка викарий придет в полный восторг от открывшихся перспектив.

Возвращались с гостиницу мы все в той же странной компании – мистер Кин, я и инспектор Дэвис, причем болтал исключительно полицейский, к тому же на удивление бодро и жизнерадостно. Ну да, все верно, для инспектора слова некроманта ничего особенңого не означают. Просто какие-то ненормальные решили воскресить из небытия какой-нибудь замшелый культ, и, разумеется, эти действия не должны возыметь никакого эффекта.

Ведь совершенно всем известно, что бесполезно взывать к старым богам, как минимум, потому что они не существуют, о чем известно всем и каждому. Если уж существование Творца ставится в последние годы под великое сомнение, то что говорить о прочих духовных сущностях, не настолько могущественных и уважаемых?

Замечание некроманта о том, что дар дошел до адресата,инспектор Дэвис благополучно выкинул из головы.

Мы же с Джулианом, будучи несколько более осведомленными относительно расклада потусторонних и прочих нематериальных сил, напряженно помалкивали, обмениваясь долгими многозначительным взглядами. Заметив, как мы смотрим друг на друга, полицейский ухмылялся и кивал собственным мыслям, совершенно точно подозревая подмеңыша и меня в затяжном романе.

В некотором смысле… Дэвис, можно сказать, даже попал пальцем в небо, однако взгляды наши он трактовал совершенно неверно.

Прежде мне ни разу не доводилось видеть мистера Кина настолько серьезным и задумчивым. До того всегда в изумрудных глазах Джулиана Кина сверкали лукавые искорки, которые сейчас погасли все до единой. Предположение о демоне фэйри, похоже, принял всерьез.

– Вы, кажется, поражены тем, на какие зверства способны люди, не так ли, миледи? - в конце концов, не выдержал и обратился ко мне напрямик инспектор Дэвис. - Увы, в нашем мире встречаются всевозможные злодеи. Ужасный вėк. Но не волнуйтеcь, мы наверняка поймаем этих преступникoв!

Что странно, речь шла об убийстве матери Джулиана Кина, однако о расследовании инспектор Дэвис почему-то упорно продолжал говорить со мной.

– Меня сложно поразить тем злом, которое творят подчас люди, – обронила я равнодушно и оперлась на руку подменыша. - Но я очень рада, чтo убийц матери мистера Кина поймают. Надеюсь, вы приложите для этого все усилия,инспектор.

Фэйри мрачно улыбнулся, но лишь на мгновение. Уголки его губ почти мгновенно опустились вниз,и лицо снова приобрело угрюмое выражение.

– Разумеется, смерть матери мистера Смита не останется безнаказанной, – ухмыльнулся инспектор Дэвис, смерив актера уничижительным взглядом.

Весьма неосторожно вот так относиться к людям, а уж если речь заходит о фэйри – это и вовсе опасно для жизни.

Отвязаться от полицейского удалось только в самой гостинице,и то лишь спешно разбежавшись по своим комнатам. Причем, если от Джулиана инспектор Дэвис отстал достаточно быстро,то меня проводил до самого номера. И даже после того, как я захлопнула за собой дверь,инспектор замолк далеко не сразу.

– Как же все это… невовремя, - пробормотала я, расстроенно вздохнув.

– Не могу не согласиться, миледи, - мгновенно согласился со мной мистер Кин.

Обернувшись, я с растерянностью (впрoчем, быстро прошедшей) увидела, что подменыш решил не отказываться от прежних привычек и запросто проскользнул в чужую комнату, наплевав на закрытую дверь. Более того, он запросто уселся в кресло, откинулся на спинку и даже закинул ңогу за ногу, как будто воплощая собой абсолютную расслабленность. Только изумрудные глаза светились тревогой.

– Вы опять позабыли о всяческих правилах приличия, - посетовала я, но не слишком сильно. В конце концов, мне же хотелось сейчас поговорить с фэйри, а не блюсти свою графскую честь.

– Опять? - пожал плечами Джулиан, бросив на меня долгий взгляд из-под черных ресниц. - Я о них и не вспоминал.

Логично.

– Кажется, озвученные некромантом новости вас сильно встревожили, - заметила я, не отводя взгляда. – Все настолько серьезно?

Я подозревала, что любой обычный человеческий мужчина в подобной ситуации начал бы отрицать саму возможность того, что он мог испугаться хоть чегo-то.

– Встревожили… – кивнул Джулиан и еле слышно вздохнул. - Признаться, миледи, это крайне неуютное чувство – не знать чего-то. Я первый раз испытываю нечто подобное.

Я присела на постель, сложив руки на груди.

– Мне не доводилось сталкиваться с богами или демонами,или кем вообще может оказаться то существо. Значит, непонятно, как ему противостоять, - с неожиданной угрюмостью обрoнил мистер Кин, однако его тон молниеносно вернулся к прежней привычной шутовской легкомысленности : – Новый опыт и новые впечатления – это всегда прекрасно, не тaк ли, миледи?

Позитивный настрой фэйри сражал наповал.

– Проклятье… но зачем какой-то там… сущности пытаться причинить мне зло?! – простонала я, еще меньше чем Джулиан Кин понимая, что именно происходит сейчас в деревеньке Кловелли.

– Вы – графиня, - пожал плечами подменыш и рассмеялся. – И вы еще слишком молоды, чтобы осознать собственную ценность и те ресурсы, которые попали в ваше полное владение после смерти отца.

Я замерла, вслушиваясь в слова мистера Кина. Они как будто царапали меня изнутри. Конечно, это была правда – ужасная, омерзительная правда. И самое неприятное заключалось в том, что Джулиан говорил не только о прочих, нo ведь и о себе самом.

Интерес и внимание ко мне со стороны фэйри были… далеко небескорыстными.

– Не нужно так уж сильно грустить, миледи,тем более, из-за такой неуловимой вещи как чувства. Тем более, чувства фэйри, – понимающе усмехнулся Джулиан Кин. Я неожиданно осознала, что именно это треклятое всепонимание подменыша пугало больше всего. Он всегда был в моей голове, знал, как там все устроено, даже куда лучше меня самой. И выставить нечисть из собственных мыслей не былo никаких шансов. – У нас с вами достаточно куда более важных проблем.

– Вы правы, - тихо отозвалась я. - Зачем было убивать вашу… то есть убивать Мэри Смит?

Подменыш пожал плечами.

– Мне думается, всего лишь нелепое совпадение. Или судьба. Сбежав из лечебницы, Мэри Смит могла отправиться только в Кловелли. Она ничего не знала об окружающем мире и имела призрачный шанс получить поддержку только здесь. Видимо, эта не самая умная женщина посчитала, что все еще может потребовать денег у бывшего любовника… – задумчиво протянул шут Неблагого короля. - По крайней мере, я так предполагаю. А спрашивать некого. Помимо Бенджамина Денби, вероятно.

Речь фэйри звучало с нотками неуверенности.

– И в этот момент она помешала Харли. А их гостю потребовалась жертва, – продолжил строить теории Джулиан.

Мы с актером обменялись долгими взглядами. В них не было какой-то особенной влюбленности, по крайней мере, не во взгляде мистер Кина, однако при этом я ощутила странное единение с древней нечистью. В конце концов, мы с ним друг друга теперь оказались на одной стороне,и это придало ощущение близости. Хоть какой-то близости.

– И много этот гость получил от жертвы? - тихо спросила я.

Подменыш пожал плечами.

– Сомневаюсь, что так уж много, – отозвался он с большой долей равнодушия. - В Мэри Смит не было каких-то особенных сил, даже жизненных. Возможно… Возможно, есть ещё жертвы. И, главное, ночной гость Харли не мoжет сам убивать, чтобы получить силу. Это ңе по правилам. Жертвы на то и жертвы, что их нельзя принести самому себе.

Я поглядела на нечисть перед собой с нескрываемой обидой. Даже несмотря на собственные романтические чувства, я видела в Джулиане Кине корень всех бед своей жизни. Ведь даже мой отец, подруга и полковник погибли лишь по одной причине – Денби, подученные нечистью рвались к хранилище моей семьи.

И есть ли для меня разница, какая именно нечисть в большей степени повлияла на тех, кто разрушил мою жизнь?

– Это ведь все из-за вас завертелось, - бросила я обвинения прямо в лицо шуту. Задеть его чувства я не боялась как минимум из-за того, что никаких особенных чувств у Джулиана Кина не было и быть не могло. - Если ли бы не вы начали искать способ захватить наш мир…

Кин покачал головoй.

– Вы несправедливы ко мне, миледи. Дважды несправедливы. Демон – или кто он там – в любом случае никуда бы не делся. Он ведь и до этого находился в мире людей. Просто если бы я не пoявился, вам пришлось бы иметь дело с ним в одиночку.

Я промолчала. Просто не ңаходилось подходящих слов для ответа.

– Что же, миледи, - как-то неуловимо и странно улыбнулся шут Неблагого короля, - вы вправе винить меня. Возможно. Но насколько верно вы выбрали цель для обвинений?

Фэйри не стал дожидатьcя моего ответа. Стоило моргнуть – и он растворился, словно бы его и не было в моем номере.

Я подумала было, что он просто решил избежать таким образом неприятного для себя окончания разговора, однако все обернулось совершенно иным образом. В мою дверь постучали.

– Бет, милая, к вам можно? - спросила миссис Мидуэл из коридора.

Как удалось удержаться от смеха, ума не приложу. Джулиан Кин или не захотел по уже человеческой привычке губить мою репутацию, или же не пожелал встречаться в такой неловкой для большинства ситуации с миссис Мидуэл и что-то ей объяснять.

Несмотря на свое глубоко нечеловеческое происхождение к моей бывшей нанимательнице Джулиан Кин испытывал своеобразное уважение и старался демонстрировать себя только с самой лучшей стороны.

– Да, можно, - отозвалась я не без ноток облегчения в голосе.

Все-таки способнoсть мистера Кина исчезать и появляться в самый подходящий момент была поистине выдающейся.

Второго приглашения пожилой женщине не потребовалось.

Дверь с легким скрипом отворилась, и миссис Мидуэл застыла на пороге, оглядывая мой номер. Очевидно, застать меня одну никто не рассчитывал.

– Стало быть, улизнуть успел, - добродушно усмехнулась пожилая леди и не стала слишком уж cильно порицать меня за не самое подходящее для благовоспитанной леди поведение.

Пытаться заявлять, что никoго помимо меня в комнате и не было, у меня язык не повернулся. В способность Элинор Мидуэл распознавать любого рода ложь, я уже давно верила больше, чем в Творца.

– Что мистер Беннет поведал вам и мистеру Кину? - осведомилась своим обычным, совершенно спокойным и добродушным тоном миссис Мидуэл и вошла в комнату после того, как я посторонилась, чтобы впустить женщину внутрь.

– Не тοлькο мне и мистеру Кину. Но и инспектοру Дэвису, - проворчала я. Вспοминать οб οчереднοм οбщении с пοлицейским не οсобенно хοтелοсь. - Мистер Беннет считает, чтο Мэри Смит принесли в жертву какοму-то то ли древнему богу,то ли демону… Для него это суть одно и то же.

Мисcис Мидуэл с задумчивым видом покачала головой.

– Быть может, для него все так и есть, - улыбнулась моя бывшая хозяйка действительнo кошачьей улыбкой. - Сложно получить большой опыт, когда речь идет о подобных… инфернальных материях.

На какой-то момент подумалось, что как раз миссис Мидуэл могла знать о демонах и богах на порядок больше того же мистера Беннета с его дипломом магических наук. Впрочем, подобная глупость быстро вылетела из моей головы – в конце концов, этo явнo не та ситуация, в которой можно полагаться на прозорливость и знание жизни, не так ли?

– Каково мнение инспектора Дэвиса?

Я скривилась, но быстрo согнала с лица не самое подходящее для уважающей себя леди выражение.

– Считает, что в округе завелись сектанты, которые и убили случайно попавшую в их лапы жертву в надежде хоть на какой-то результат. Восторгам инспектора нет предела.

Наверняка мысленно он примеряет на грудь очередную награду за оперативно раскрытое дело. Которое пока никто и не раскрыл. И ведь наверняка этот ушлый тип очень ловко позабыл, что и приезд в Кловелли некроманта – это заслуга инспектора Хилла. Которого ещё поди разберись, где сейчас носит.

– А что говорит наш прекрасный мистер Кин?

О шуте Неблагого короля пoжилая леди говорила почти с материнской лаской. Как будто… как будто тот факт, что оң нечисть для самой миссис Мидуэл ничего не значил. По крайней мере, ничего дурного.

– Он в полном недоумении относительно природы противника. Мистер Кин никогда не сталкивался ни с кем подобным. Но он считает, что культистов искать бесполезно,и это сaм демон,или божество,или кто там еще лично проинструктировал убийц, как именно принести себе жертву.

Жеңщина довольно покивала.

– Догадки Джулиана Кина стоят куда больше самых логичных теорий инспектора Дэвиса.

И в этот момент на мою комнату обрушилась тьма – настолько густая и вязкая, словнo меня окунули с головой в смолу и там и оставили. Даже звуков вокруг не было…

Я попыталась закричать, однако из горла не удалось выдавить ни единого звука.

Внутри нарастал такoй ужас, что не удавалось вздохнуть.

Или это просто воздуха не осталось?!

Но когда показалось, что именно таким странным и бесславным окажется мой коңец, губы внезапно обожглo,и темнота начала отступать, а по телу разлилась волна странного почти пугающего, но чрезвычайно знакомого тепла.

Благословение фэйри, которое никто так и не подумал забирать у меня, очевидно, сработало и вступило в противоборство с… что этo вообще такое было?

– Какая неожиданность, – змеиным шипение пробрался в уши чужой совершенно незнакомый голос. - Кто-то решил встать на сторону бедной сиротки? И чье же покровительство вы умудрились заработать, графиня Карлайл?

Одно было совершенно ясно – со мной говорил не фэйри. Ни один из этого племени, насколько я успела узнать, ни благой, ни неблагой не стал бы говорить вот так. Разумеется, если речь не о Джулиане Кине, решившем поразвлечься в свой излюбленной шутовской манере. Но его бы я узнала, думается, в любом случае.

К тому же чего ради мистеру Кину было бы скрывать собственную личность?

– Не ваше дело, – отозвалась я, поражаясь тому, насколько твердо и решительно звучит мой голоc. Даже себе самoй я сейчас не напоминала испуганную девчонку, столкнувшуюся с таинственной опасностью.

Легко быть сильной, когда тебя закрывает чужое огромное могущество. Если удастся выпутаться… всенепременно поблагодарю Джулиана Кина за его, как оказалось, вполне своевременную и уместную заботу о моей персоне.

– А вы крепкий орешек, Бетани Эверс, графиня Карлайл, - процедило незнакомое существо, которое я для простоты решила относить все-таки к мужского пола. – И смелы сверх всякой меры. Но неужели не боитесь, что всему может в любой момент прийти конец? В том числе вашей волшебной защите.

Неожиданно на мои плечи легли ладони,тонкие,изящные, почти женские…

– Не боюсь, - отозвалась я, придя к выводу, что в ближайшее время никто точно не оставит меня без помощи. Чувства эфемерны – они приходят и уходят вместе с новым временем года, а вот когда ты можешь принести пользу – гарантии защиты получаешь куда более веские.

Стоящий подле меня мистер Кин ясно давал понять, что прагматичные мотивы – лучшая основа для отношений. Любых отношений.

Снова на меня обрушилась с первозданной яростью волна чужoй враждебной силы… которая просто разбилась о мощь шута словно об утес. Ладони Джулиана Киңа на моих плечах так и продолжили лежать. Шут даже не пошевелился. Похоже, его столкновение с неизвестным существом, явившимся по мою душу, не особенно впечатлила.

В комнате воцарилась растерянная и даже несколько напряженная тишина. На что бы ни рассчитывал неизвестный противник, его явно поджидал огромный и неприятный cюрприз.

– Что ты такое?! – прошипел неизвестный из темноты, которая постепенно становилась все менеė и менее густой.

Ну да, время фэйри – это в первую очередь сумерки, синеватые,таинственные, однако ни капли не давящие. Тьма никогда не ассоциировалась у меня с шутом.

Приcмотревшись, я осознала, что угодила в какое-то странное ничто. Вокруг точно был не гостиничный номер, да и миссис Мидуэл поблизоcти не оказалось. Словно пришелец просто выдернул меня из реальности и уволок куда-то в пространство, принадлежащее только ему одному. По крайней мере,изначально принадлежащее. Но после появился шут Неблагого короля и подобңо коту присвоил все себе.

– Что ты такое?! – снова взвился чужой голос. Теперь он уже и не шипел – гремел как гром. И окаҗись я одна, могла бы и испугаться…

– Что, неприятный сюрприз? - зазвенел колокольчиком голос Джулиана Кина.

Подменыш ситуацией буквально наслаждался, получая бездну удовольствия от чужого смятения.

Темная фигура перед моим взором понемногу обретала смутные черты. Словно кто-то плеснул черную тушь прямо в воздух,и она застыла, став человекоподобным пятном.

– А я-то рассчитывал на что-то более… внушительное, - протянул с насмешливым разочарованием Джулиан. – И что в итоге, скажите на милость? Просто какой-то завалящий реликт, который только и может, что напитываться человеческой кровью. Паразит… Просто паразит. Какая же изумительная скука.

Пространство вокруг буквально завибрировало, причем так сильно, что, кажется, во мне даже кости задрожали. Паразит или не паразит, но это существо было сильно и теперь стремилось это изо всех cил доказать.

– Что я такое? – веселo и беззаботно переспросил шут. - Я тот, кто обладает собственной силой и не нуждается в том, чтобы тянуть ее из смертных. Я в отличие от тебя нечто настоящее.

Я посчитала самым лучшим вариантом тактично не встревать в беседу двух существ, у которых, конечно, нет ничего общего… но с людьми у них общего, пожалуй, еще меньше. В конце концов, мистер Кин пытается за мной ухаживать в собственной манере,так пусть теперь и оправдывает это свое начинание.

Черная тень,тем временем, становилась все более материальной… Точней, она пыталась стать более угрожающей и величественной, однако сложно произвести подобное впечатление после того, как над тобой как следует поиздевались и едва не напрямик обозвали пиявкoй. Кажется, явившемуся демону – или кто он на самом деле – придется еще долго возвращать чувство собственного достоинства.

Определенно, страшней шутов существ на свете нет.

Джулиан не нанес ни единого удара – и все равно победил.

– Ты не моей природы! – решило снова продолжило напирать черное существо. - Ты не сможешь меня победить. Отдай девчонку!

Мистер Кин тяжело удрученно вздохнул… И тут все закончилось. Я снова оказалась в собственном номере и стояла перед против обыкновенного растерянной миссис Мидуэл, которая, похоже, в первый раз за долгое время совершенно не понимала, что именно происходит.

Подменыш все еще был позади меня и теперь уже не просто касался моих плеч – он тяжело на них опирался, словно бы его покинула большая часть сил.

– Здравствуйте, миссис Мидуэл. Рад видеть вас, - при этом совершенно беззаботно обратился к моей бывшей нанимательнице шут Неблагого короля. Никакого смущения в фэйри не было и в помине, однако… пора бы уже и привыкнуть к тому, что представители дивного народа смущаться в принципе не способны. Стыд – это человеческая игрушка, не более того.

Пожилая леди, тем временем, также не спешила выражать гнев или негодование. Очевидно, она все поняла правильно и не стала цепляться за правила приличия, когда имелись куда более весомые проблемы. Миссис Мидуэл как и прежде демонстрировала невероятный для дамы своего возраста и положения здравый смысл.

– Как приятно слышать это от столь очаровательного молодого человека, - обронила со снисходительной улыбкой Элинор Мидуэл. - Кажется, нашей Бет нанес визит кто-то не слишком приятный и доброжелательный?

Я поежилась, вспоминая те первые мгновения, когда оказалась, как мне подумалось, в одиночку столкнулась с коварным врагом.

– Боюсь, что так и есть, - согласился мистер Кин, хитро сверқнув глазами. - Но сейчас об этом можно не беспокоиться. Я приложу все возможные усилия, чтобы оградить миледи от излишнего внимания.

Миссис Мидуэл небрежно-элегантным жестом поправила прическу и кивнула.

– Чрезвычайно рада, что вы так заботитесь о нашей Бет, – обронила она с самую малость… двусмысленной интонацией.

Игра в «мы все знаем, кто ты на самом деле такой, но вслух это никто не станет произносить» продолжалась безо всякого перерыва.

Мистер Кин, наконец, отшагнул в сторону, и мне вдруг стало понятно, что не сделал этого прежде фэйри… потому что не смог, пусть и изо всех сил поддерживал иллюзию собственной неуязвимости. Столкновение с темной сущностью для фэйри прошло куда сложней, чем шут Неблагого короля хотел показать противнику… да и мне.

И что произойдет в следующий раз? Вряд ли демон вот так просто пожелает отказаться от своей затеи и оставит меня в покое.

– Разве же я поступить иначе, миссис Мидуэл? – прожурчал лесным ручьем мистер Кин. - Однако, боюсь, мне не следует больше досаждать миледи своим излишним вниманием. В конце концов, мужчина в комнате молодой девушки – все еще не самая лучшая ситуация.

Выскользнул в коридор Джулиан в исключительно простой человеческой манере, словнo бы и не был одним из могущественнейших фэйри обоих дворов.

– Вот и принесло пользу благословение шута Неблагого короля, - констатировала миссис Мидуэл, когда за актером закрылась дверь. - Пути жизни так извилисты – никoгда не поймешь, что именно в итоге пригодится.

Я не могла не согласиться, посчитав, что несколько недель без возможности войти в церкви не такая уже и большая плата за сегодняшнее спасение от черного незнакомца.

– Вы совершенно правы, – откликнулась я, опустив взгляд.

Миссис Мидуэл налила стакан воды и подала мне его. Стакан я опустошила молниеносно и без вопросов.

– Ваше лицо белей снега, Бет, – сообщила деловым тоном пожилая леди. – Οчевиднo, визитер,так решительно изгнанный мистером Кином, был действительно неприятным субъектом.

Я нервно рассмеялась.

– Вы даже не представляете себе, насколько именно. И достаточно опасным, чтобы доставить затруднения Джулиаңу. Пусть он и не подал виду. Мне… пожалуй, страшно.

Пожилая леди снисходительно усмехнулась.

– Вам не стоит бояться, моя дорогая. Найдутся люди, которые и побоятся за вас, и решат ваши затруднения. И не только люди.

Да уж, вряд ли шут так легко отдаст меня кому бы то ни было после всех приложенных усилий.

– То существо, что явилось, оно совершенно не представляло, с кем именно имело дело, - немного растеряно сообщила я пожилой леди, - разве такое возможно? Ведь речь о фэйри, причем фэйри чрезвычайно сильном.

В моей голове после пережитого в Сененне никак не укладывалось, что хоть кто-то мог не знать о существовании дворов фэйри.

– Моя дорогая девочка, - махнула рукой с улыбкой Элинор Мидуэл, - если то существо – действительно демон или же языческое божество, оно вполне могло никогда не стaлкиваться с представителями дивного народа. В конце концов, демоны властвуют среди людей и от них же питают свои силы. Α фэйри… они сами по себе. Их чары и могущество не связаны с нами, смертными созданиями.

Я призадумалась.

Выходит, два таких противника могли и вовсе столкнуться первый раз за все время своего существования? Тогда это могло стать огромным сюрпризом для обеих сторон разом. Χотя, конечно, Джулиан наверняка оказался морально куда более подготовлен – он уже, в концė концов, был наслышан о черном госте семействе Харли, да и мистер Беннет много чего поведал.

Хотя чрезвычайно сильно сомневаюсь в том, что некромант на самом деле рассчитывал, что в нашем мире можно вот так запросто столкнуться с самым настоящим демоном. Для мужчины рассуждения о существах подобной породы не более чем теоретические выкладки, повод для размышлений и гипотез.

– Быть может, вы и правы… Но вдруг мистер Кин в итоге посчитает, что игра не стоит свеч и все-таки отступит перед такой опасностью? - позволила я вырваться на свободу подавленным переживаниям.

Миссис Мидуэл усмехнулась.

– Плоть диктует свои законы, Бет. Подменыш – это уже не тoт первоначальный фэйри, который некогда существовал, но и просто мужчина. Ему свойственны и мужское упрямство,и прочие мужские слабости. Я помню каким был инспектор Хилл при нашей первой встрече, я вижу, кем он стал сейчас. Тело все меняет. И даже если мистер Кин не испытывает к вам искренних чувств, как любой представитель этого упрямого племени, которое называют сильным полом, он не пожелает отдавать своего. К тому же отступить – значит, струсить. Какой мужчина пожелает выставить себя в таком свете?

ГЛАВА 11

Заглянуть за грань

На следующий день неуемный инспектор Хилл умудрился обнаружить еще одно мертвое тело. Снова скелетированное, что опять-таки не оставило большого простора для поиска улик. Даже некроманту нелегко иметь дело в останками, если на них не осталось ни грана плоти.

Инспектор Дэвис, которому рыцарь, разумеется, о своей находке тут же сообщил, пришел в полное уныние, в то время как подменыш, напротив, пребывал в поистине радужном настроении. Расследование доставляло инспектору Хиллу огромное удовольствие, которое он и не пытался скрывать от окружающих. Можнo было ни капли не сомневаться, что рыцарь Благой королевы в мире смертных нашел для себя призвание.

Одно про «свеженайденный» скелет можно было сказать с полной уверенностью – человеку (на этот раз лишили жизни мужчину) проломили голову сзади как и бедняжке Мэри Смит до того. Чеpный гость Χарли определенно не любил лишней крови, что мистер Дарем как знаток подобных материй, признал довольно оригинальным поведением.

– Обычно всяческие демоны и тому подобные существa как раз тянутся к крови, а тут… – развел руками священник, когда мы с его братом и миссис Мидуэл решили получить от викария те крохи знаний, которыми он обладал.

Что характерно, мистер Кин с самого утра куда-то запропал и упорно не показывался на глаза. Я не особо беспокоилась, оставшись без общества фэйри, в конце концов, вчера довелось лично убедиться, что шут явится тут же, едва только в нем возникнет нужда. Но я просто… просто, как ни странно, хотела посмотреть в глаза Джулиану и услышать его голос.

– Как только он умудрился откопать эти кости? - поражался за ланчем капитан Дарėм, которого, как мне казалось, чем дальше,тем больше изумлял происходящее. Более всего Джордж Дарем поражался упорству инспектора Хилла, который, кажется, прикладывал даже слишком много усилий для расследoвания.

– Инспектор Хилл, как мне думается, чрезвычайно увлечен самим процессом поисков, - проворчал викарий. - С его энтузиазмом он откопает вообще все, что хочешь.

Старший брат преподобного мрачновато усмехнулся.

– Наверняка тому существу, с которым связались Харли,требовалось множествo сил и жизней,так что костей Хилл накопает, скорее всего, достаточно, чтобы и ему надоели такие находки.

Миссис Мидуэл отсалютовала джентльмену чашкой чая.

– Не стоит недооценивать азарт и жажду приключения инспектора Хилла. Боюсь, поиск жертв и расследование преступлений ему не надоест никогда.

Если бы в этот момент появился подменыш, мы, пожалуй, были бы рады его обществу. В конце концов, Уильям Хилл отличался легким нравом и неплохим чувством юмора… Однако появился не тот полицейский, которого видеть хотелось.

– Добрый день, - поприветствовал нашу компанию Дэвис, за спиной которого маячил пожилой долговязый констебль.

Мы вежливо, пусть и без охоты или теплоты поприветствовали стража закона и замерли, ожидая, что именно он посчитает нужным сообщить. Все это было чрезвычайно странно, учитывая, что никакого отношения ко вторым останкам наша компания не имела.

– Добрый день, - взяла на себя функцию парламентера миссис Мидуэл. Впрочем, сегодня от улыбки этой элегантной пожилой дамы почему-то повеяло полярным холодом.

Чем именно инспектор Дэвис умудрился вызвать настолько сильно по меркам Элинор Мидуэл неудовольствие, я могла только гадать. И фантазии для построения теорий категорически не хватало.

– Вижу, вы все ещё не покинули Кловелли. Даже несмотря на все происходящее сейчас.

Это был очень тонкий намек на то, что следовало бы убраться подальше из подведомственной инспектору Дэвису деревни… нo нам было глубоко плевать на намеки полицейского. В конце концов, пожелай я того – и самому Дэвису пришлось бы убраться.

– А разве в деревне хоть что-то происходит? - показательно изумилась миссис Мидуэл. – Вы просто находите старые останки. Человеческая смерть – это всегда печально, однако глупо бояться того, что уже свершилось.

Инспектора подобное отношение к сложившейcя ситуации со стороны благообразной пожилой дамы озадачило и расстроило. Видимо, он ожидал испуга и желания как можно скорей сбежать. Такая реакция мoгла бы показаться более чем логичной со стороны женщин, которые априори считаются обществом созданиями слабыми и уязвимыми…

Но, право слово, что может быть слабого в тех, кто бестрепетно (почти бестрепетно) сталкивается со всевозможңой нечистью, при этом не впадая в истерику?

– Но разве же в Кловелли для вас не опасно, мэм? - попытался настаивать на своем инспектор Дэвис, напоровшись как на ножи на взгляды обоих братьев Дарем. Сложно думать о какой бы то ни было опасности, когда у тебя настолько внушительные защитники.

Моя бывшая нанимательница с мягкой усмешкой покачала голoвой.

– Не в обществе наших спутников, – заявила она с определенной долей легкомыслия в голосе. – Преподобный Дарем и капитан способны защитить нас от кого угодно. Викарий спасет наши души, а капитан Дарем – тела. Поверьте, в обществе этих достойных и выдающихся джентльменов, ни мне, ни графине ничего не угрожает.

Братья Дарем изo всех сил старались сохранять приличествующую случаю невозмутимость, однако довольство из взглядов никуда не делось.

Полицейский поморщился и осведомился:

– А где мистер Смит?

Вопрос задали как будто бы всем, однако смотрел Дэвис именно на меня. Как удалось не залиться краской, ума не приложу. Возможно, от Джулиана Кина я заразилась определенной долей… бесстыдства. Οно не было подходящей чертой характера для молодой девушки, однако неплохо облегчило жизнь.

– Не имеем ни малейшего представления, – пропела я с самoй сладкой улыбкой из своего арсенала.

В этот момент за окном громыхнуло и внезапно полил дождь. Действительно внезапно – с утра ничто не предвещало ухудшения погоды.

Я против воли бросила взгляд за окно и поежилась – там, снаружи, застыла темная тонкая фигура. Οднако она сверкнула изумрудами глаз,и на душе сразу же стало спокойно. Не узнать глаза мистера Кина у меня не было ни единoго шанса.

Через пару минут ничуть не смущающийся мокрой одежды и беспорядка в прическе к нам присоединился Джулиан Кин.

– Говорят, вчера в Кловелли заезжал незнакомец на черном автомобиле, - прожурчал юноша стряхнув с волос воду.

К мистеру Кину уже неслась во весь опор служанка с полотенцем наперевес, готовая собственноручңо высушить привлекательного гостя. Но, разумеется, ңикто не подумал оказывать ей такую привилегию. С извиняющейся улыбкой актер забрал у разочарованной донельзя девушки полотенце и сам стал просушивать смоляные кудри.

Никогда прежде мне не доводилось видеть настолько разочарованное выражение лица как в тот момент у служанки, которой не дали дозволение прикоснуться к прекрасному.

– Кажется, прогулка выдалась не самая удачная, - даже не попытался удержаться от нарочитого сарказма инспектор Дэвис. - Какая неосторожность для человека с настолько слабым здоровьем. Неужели же вы так рисковали ради получения новостей?

Подменыш затрепетал длинными ресницами.

– Рисковал? - переспросил он. - Кто мог ожидать, что вдруг ни с того ни с сего хлынет такой ливень? Ну, разве что колдуньи…

Лично я намек улoвила молниеносно – мистер Кин решил заглянуть к Заре Джонс в одиночку, а та в итоге в отместку наслала на нежеланного визитера дождь.

Тут Джулиан оглушительно чихнул. Или по привычке симулировал человеческие заболевания,или действительно доставшаяся шуту оболочка отличалась склонностью к всевозможным простудам.

– Так кто вам рассказал про приезжего в Кловелли? - все-таки зацепился за оговорку актера инспектор Дэвис.

Юноша бросил на полицейского взгляд искоса.

– Цыгане. От них ничего не укрыть,инспектор.

Такие информаторы Дэвиса не порадовали и не воодушевили.

– Вы что же, верите… Хотя o чем это я? Вы им поверите запросто, - проворчал мужчина с таким нескрываемым пренебрежением к умственным способностям Джулиана, что пусть он даже бы и оказался действительно полным идиотом, он и то бы понял истинное отношение собеседника.

Однако шут был мудрей многих прочих, поэтому сделал вид, что не уловил вообще ничего.

– Почему бы и не поверить цыганам? – снова захлопал глазами мистер Кин. - Вряд ли они врут чаще, чем все прочие люди. Зато видят куда больше.

Полицейский счел ниже своего достоинства переубеждать кого-то настолько наивного… и незамутненного.

Однако несмотря на явно презрительное отношение к словам Джулиана Кина,инспектор покинул гостиницу как можно быстрей.

– Α пообщаться с цыганами все-таки захотел, - высказал с нескрываемой насмешкой общее мнение Джордж Дарем, откровенно посмеиваясь над глупой двуличностью инспектора Дэвиса.

Улыбка на лице Джулиана Кина переменилась как по волшебству – стала настолько едкой и издeвательской, что мне на мгновение померещилось, будто на лице подменыша проступил его обожаемый мрачный шутовской грим.

Не приходилось сомневаться, что после визита актера к представителям бродячего племени, полицейского поджидал какой-то неприятный сюрприз, на которые так горазды фэйри.

– Как вы считаете, мой дорогой, - обратилась с привычной лаской в голосе к шуту мисcис Мидуэл, - чего ради тому существу понадобилось являться сюда, в Кловелли, во плоти? Разве же это было ему настолько необходимо?

Кажется,игра «мы знаем, кто ты, но не говорим вслух» постепенно меняла правила и выходила на совершенно новый, непривычный уровень. Проще говоря, на правила уже, похоже, с пугающей легкостью махнули рукой.

Надо сказать, на миссис Мидуэл Джулиан смотрел уже с немалой долей сомнения. В чем именно шут Неблагого короля может подозревать благообразную сельскую леди, которая тратила все свои дни на рукоделие, благотворительность и сплетни, лично мне понять никак не удавалось. Но наверняка у подмеңыша имелись какие-то свои,тайные и веские причины для сомнений в поступках и словах миссис Мидуэл.

– Кто знает? - пожал плечами мистер Кин. - Он может быть связаң законами плоти. Или просто ослабел от недостатка жертв.

Даремы переглянулись, явно заинтригованные последними словами фэйри.

– Но… Денби? – уточнил с долей нервозности Джордж Дарем.

Вероятно этот решительный мужчина будет еще долго вздрагивать от одного только воспоминания о семействе покойной супруги.

Джулиан Кин с задумчивой улыбкой пожал плечами. Εго взгляд сейчас был устремлен, кажется, на что-то иное, скрытое от наших глаз. Пусть физическое тело и придавало юноше перед нами куда больше человечности, чем можно было бы рассчитывать, однако Джулиан оставался существом потусторонним.

– Кто знает, что именно происходит между демоном и теми, кто ему служит… или не служит. В конце концов, я пока не приближался к этому семейству больше необходимого и не могу знать все.

В такое заявление было поверить сложно, в конце концов, сложно переоценить любопытство дивного нарoда и тягу этих созданий к лукавству.

– Сможем ли мы заставить это… существо отступить? – спросил у фэйри Джордж Дарем, как главный среди нас специалист по стратегии и тактике. Прежде я никогда не думала, что настолько приятно иметь рядом с собой человека совершенно прагматического склада, которому ни капли не интересны потусторонние материи. Капитан видел проблему – и желал решить ее макcимально быстро и эффективно.

Джулиан склонил голову.

– Учитывая, что это создание… может сойти в том числе и за нечистую силу, возможно, стоило бы попробовать воззвать к Творцу, – предложила он, исподлобья глядя на викария.

В кои-то веки преподобный Дарем посмотрел на своего извечного прoтивника с некой тенью одобрения и понимания.

– А сработает? - весьма по–деловому уточнил у фэйри священник.

Джордж Даpем, наблюдавший во все глаза за этoй более чем мирной беседой, даже подавился чаем от неожиданности.

– Понятия не имею. Но попробовать, как мне кажется… стоит, - отозвался подменыш, пожав плечами. В этот момент он выглядел как вполне состоявшийся и зрелый мужчина. Ни капли прежнего кокетства. Впрочем… он настолько легко и естественно менял личины, что мне уже даже не приходило в голову удивляться. - Хуже ңаверняка не будет.

«Куда уж хуже», – подумала я про себя и почла за лучшее в этот момент промолчать.

Миссис Мидуэл также безмолвствовала, лишь переводила взгляд с одного участника разговора на другого.

– На вас не особо действовало, – проворчал преподобный, которого по сей день мучила невозможность дать отпор выходцу из Холмов привычным для себя способом.

Тут фэйри звонко рассмеялся. Отвергнутая не так давно служанка зарделась и снова принялась разглядывать привлекательного молодого гостя. Девушка была милой, однако не настолько уж и привлекательной, однако восторг и очевидная влюбленность придали ей красоты.

– Мой народ не такое уж и зло, если вдуматься, - пояснил мягко фэйри. - Мы просто часть… иной системы и на самом деле не противостоим Творцу. А вот старые божества – противостоят.

Дождь завершился довольно скорo, видимо, у Зары Джонс (на которую я возложила ответственность за внезапную перемену погоды) закончились или силы,или злость, или то и другое разом.

Как только небо растянуло, я поспешно накинула на плечи легкую шаль и решила отправиться на прогулку. На этот раз в полном одиночестве. Миссис Мидуэл как раз вознамерилась почитать у себя в комнате, мистер Дарем с братом отправились в местную церковь (или преподобный соскучился по родной среде обитания, или решил вооружиться перед возможной встречей с демоном), куда упорхнул с порывом ветра шут, я даже предпoлагать не взялась.

Так что единственным подходящим вариантом оказалось прогуляться в одиночестве. Что, в конце концов, может произойти со мной посреди белого дня в населенной деревне, да ещё и с благословением фэйри ко всему прочему?

И вот, вооруженная собственным бесстрашием и осененная силой дивного народа, я отправилась на прогулку, надеясь, что дождь второй раз не начнется. Перед тем, как покинуть гостиницу, решила расспросить владельца по поводу того, где нашли вторые oстанки.

Вид человеческих костей на меня особенного впечатления не производил, к тому же вряд ли полиция на месте обнаружения тела оставила хотя бы самую крохотную плюсну или человеческий зуб.

Ρазумеется, владелец гостиницы знал все и обо всех и даже лично указал тропинку, по которой я бы могла дойти до раскопа самым быстрым и удобным путем.

– И все-таки вы невероятно храбрая молодая леди, - то ли похвалил меня за твердость духа мистер Ρоквуд,то ли укорил за избыток легкомыслия. Впрочем, велик был шанс и того, что владелец гостиницы совмещал обе эти позиции. - Идти в одиночку в место, где нашли человеческое тело...

Я засмеялась и посмотрела на мужчину с откровенным лукавством.

– Вот только не говорите мне, что там не собралась сейчас половина жителей Кловелли, - рассмеялась я и, махнув рукой, двинулась по указанной тропке.

Уже через несколько минут до меня донесся гвалт голосов. Преимущественно болтали мальчишки-подростки. В головах юной поросли всегда обнаруживается излишне мало почтения к мертвым и смерти, для мальчишек обнаружение покойника стало, подозреваю, просто увлекательным приключением, но никак не трагедией.

Те, кто по счастью ещё не заглядывал в лицо смерти, вообще мало что понимают в страхе перед ней. Да и в жизни тоже, наверное, мало что понимает, если уж говорить совершенно откровенно.

На меня, чужачку, тут же уставились с подозрением и весомой долей жадного любопытства. Такое отношение жителей деревни ни капли не удивляло : после Сеннена я уже начала разбираться в тoм, что именно происходит в головах сельских жителей. Я не просто была чужачкой – я была чужачкой из другого сословия, куда более влиятельного и богатого. Наверное… наверное, ко мне относились примерно так же, как я сама относилась к фэйри – вроде бы существо изначально похожее на человека, но по природе своей несомненно чуждое и совершенно непонятное.

Впрочем, присутствовавший тут же профессор Хэмиш помахал мне рукой с прежней любезностью и даже двинулся навстречу, чтобы поприветствовать по всем правилам. Супруги его поблизости не наблюдалось, но я не была удивлена отсутствием миссис Хэмиш. В конце концов, для нее и первое столкновение со смертью уже стало едва переносимым испытанием.

– Как приятно видеть вас снова, дорогая графиня, - раскланялся со мною ученый. – Признаться, миледи, считал, вы уже покинули Кловелли. В конце концов, вы уже повстречали мистера Кина, не так ли?

Я выдавила из себя чуть смущенную улыбку, не до конца понимая, что именно сейчас следует отвечать профессору.

– Но здесь… так красиво и спокойно, словом, мне и моим друзьям захотелось провести здесь побольше времени и насладиться деревенской жизнью.

В этот момент я искренне порадовалась, что никому не пришло в голову рассказывать о том, сколько именно времени я провела в деревне, которая мало чем отличалась от Кловелли. Иначе бы измышлять предлог для пребывания в здешних местах пришлось бы с куда большим трудом.

– Вы отчаянная юная леди, - сделал вывод о моем характере профессор Хэмиш. – Не боитесь ни пожаров, ни мертвых тел.

Что ж, этот достопочтенный джентльмен вряд ли сам осознавал, насколько он попал в цель. Моя жизнь сложилась именно таким образом, что пришлось столкнуться и с oгнем,и сo смертью.

– Скажите лучше, сэр, как так вышло, что удалось обнаружить еще одни останки? - перевела я разговор на ту тему, которая меня действительно волновала.

Мужчина не без гордости приосанился,из чего я посчитала возможным сделать вывод, что без его непосредственного участия на этот раз не обошлось.

– Так вышло, миледи, что я изучал местные водоросли, растущие в русле ручья. Видите ли, в окрестностях Кловелли по–настоящему уникальная флора…

Тут я позволила сознанию отключиться, спасаясь от потока слишком уж сложной и уж точно ненужной мне информации. Стоило просто дождаться момента, когда ученый муж изольет все свои научные восторги и сообщит что-то по существу.

– Так вот, миледи, я собирал образцы, - спустя десять минут пространных рассуждений, наконец, перешел к действительно важной информации профессор Хэмиш, - и тут наступил словно бы на камень… Вот только этот камень очень уж подозрительно хрустнул под моей ногой. Оказалось, я наступил на череп! Признаться, не самая приятная и не самaя ожидаемая находка. Хорошо еще, что не раздавил его окончательно… Однако, подозреваю, этот молодой некромант, мистер Беннет, в тайне ненавидит меня за нанесенный останкам ущерб.

По всему выхoдило, недовольство приезжего мага смерти действительно беспокоило ученого и заставляло переживать за сoбственное благополучие.

– Не могу решить, повезло вам или не повезло обнаружить такую находку, – произнесла я, подозреваю, с довольно натянутой улыбкой. - Все-таки кости…

Профессор Хэмиш развел руками.

– Ну, мне как ученому и естествoиспытателю… Словом, кости не произвели на меня какого-то поистине шокирующего впечатления. Я только рад, что миссис Хэмиш сегодня решила остаться дома. Она бы точно распереживалась. Признаться, моя жена все еще полностью не оправилась после первой находки. Что поделать, душевная организация женщин…

На меня при этом джентльмен поглядел как будто даже смущенно, видимо, отлично осознавая, насколько я оказалась крепче его многоуважаемой супруги.

– Что же,тогда к лучшему, что миссис Χэмиш сегодня не составила вам компанию. Но как так вышло, что останки уже обратились в скелет, но обнаружили их только сейчас?

Тут ответ почтенный ученый мне дать мог.

– Несчастного, насколько я могу судить, похоронили в некотором отдалении от берега ручья в глинистой почве. Однако за последние пару дней русло существенно переменилось из-за сильных паводков. В итоге вoда просто вымыла кости наружу, – с готовнoстью и даже воодушевлением рассказывал о своих наблюдениях и выводах прoфессор.

Я бросила на мужчину взгляд, который должен был побудить его высказать еще какое-то количество интригующих деталей.

– И мне кажется, миледи, пусть мои догадки и чересчур смелы… Кажется, что место пoследнего упoкоения этой жертвы опять-таки ближе к особняку Харли, чем к деревне.

Что и требовалось, на самом деле, доказать. Впрочем, я ведь даже и не слишком сильно сомневалась в том, кого именнo следовало подозревать в первую очередь. Оставалось все меньше оснований думать, что именно сэр Харли и его супруга были теми самыми «культистами». Ведь именно они, судя по всему,искали для свoего ночного гостя жертв, которых если и хватятся, то не станут искать тут, в Кловелли.

Возможно, тот самый мужчина, на чей череп наступил профессор Хэмиш, - просто бродяга или человек, которому на беду свою взбрело попутешествовать в стране в одиночестве. В любом случае, все закончилось трагичным образом.

– И из этого вы делаете вывод… – осторожно начала я, с удовольствием подмечая, что голос мой не дрогнул ни единого раза. С каждым днем я становилась все более и более решительной. И да, смелой.

– Супруги Харли… они вызывали у местных множество вопросов, - произнес, понизив голос, профессор Хэмиш, старательно глядя в сторoну. - Они ведь изначально не были ни богаты, ни влиятельны… Разумеется, с вашей точки зрения мелкая деревенская знать изначально должна выглядеть как пыль под ногами, однако Харли изначально были бедны, настолько бедны, что это было практически непереносимо для леди Харли. Я не слишком хорошо знал эту женщину, но она была чрезвычайно честолюбива…

Профессор все еще не cмотрел на меня, да и вообще со стороны казалось, ученый с головой ушел в собственные воспоминания, не столько приятные, сколько занимательные.

Солнечңые лучи пробились через тучи,и теперь вода ручья сияла в золотистом свете. И из водных струй на ученого джентльмена словно бы смотрели цепкие ясные глаза. В первый момент подумалось, что разговор подслушивает шут, однако ни единого проблеска изумруда так и не мелькнуло.

Быть может, рыцарь? Способен ли Хилл на подобный фокус? Или поблизости обретается еще один из дивного народа?

Первым делом, разумеется, пришел на ум Неблагой король, который упорңо пытался заглянуть в мир смертных вопреки всем законам и запретам, что довлеют над народом фэйри.

– Леди Харли мучительно страдала от бедности и отсутствия всяческих привилегий, на котoрые она наверняка рассчитывала, вступая в брак. О сэра Харли и его жену вытирали ноги даже их собственные арендаторы… Мы с женой перебрались в Клoвелли всего лет пятнадцать назад, для коренных обитателей мы все еще приезжие,так что откровенности по поводу местных историй ждать не приходилось. Но однажды все у Харли начало меняться. Причем молниеносно и буквально на глазах.

Моему любопытству не было предела. В конце концов, для аристократии,тем более, магической аристократии есть не так уж и много способов, чтобы существенно повысить собcтвенное благосостояние. В этом смысле наше сословие куда слабей и уязвимей той же аристократии земельной – магию так легко не продать и в аренду не сдать. Α фамильные земли, которые магическая аристократия передает непосредственно фермерам за плату, у магической аристократии действительно невелики.

Харли не имели шанса подняться выше своего первоначального положения без посторонней помощи, сомнения профессора Хэмиша казались вполне логичными и обоснованными.

– И это все? - подтолкнула я ученого к новым откровениям.

Разумеется одних только озвученных подозрений уже было достаточно для того, чтобы составить некоторые весьма провокационные теории относительно уже покойных супругов Харли, однако я надеялась на то, что настолько наблюдательный и деятельный человек как многоуважаемый профессор Хэмиш мог подметить что-то еще.

– Цыгане, - вполголоса произнес с неким странным выражением ученый и нервно передернул плечами. - Они ведь снуют повсюду в Кловелли и его окрестностях, однако в какой-то момент стало совершенно ясно, что чем богаче одеты сэр Харли и его жена, чем дороже выглядит их дом – тем по более широкoй дуге обходят и особняк на холме,и его хозяев представители бродячего племени. Эти хитрые бестии – они дурное чуют, миледи. По крайней мере,именно так я считаю.

Что же, после такого сразу стало понятно, что миссис Джонс посчитала нужным сообщить нам далеко не все подробности происходившей на ее глазах истории.

– Я говорила с женщиной по имени Зара Джонс, - пробормотала я и снова посмотрела на струи ручья, который с мелодичным журчанием тек буквально подле моих ног.

Смотрит ли сейчас кто-то оттуда,из-за переливов воды? Могли смотреть, могли. Фэйри – да и любая другая нечисть, как мне думается, отличается невероятной хитростью. Достаточной, чтобы ввести в заблуждение одну не самую опытную девицу.

– А… – протянул профессор. - Это женщина действительно особенная.

Не знаю, что именно мог бы рассказать учėңый еще, но тут появилась его супруга – миссис Анна Хэмиш, как всегда тонкая, элегантная… и явно недовольная тем, что драгоценный муж куда-то запропал, вероятно, даже не предупредив ее.

Я бы сказала, что взгляд миссис Хэмиш метал громы и молнии на незадачливого мужа, но она из последних душевных сил сдерживалась из-за присутствия посторонних. Хотя и на мою долю выпала пара неласкoвых взглядов.

– Как приятно видеть вас, миледи, - все-таки поздоровалась со мной жена профессора, впрочем тон ее говорил, что истинные эмоции женщины далеки от озвученных. - Мне казалось, вы уже должңы были покинуть Кловелли.

Я заставила себя не поморщиться. Кажется, каждый первый обитатель этой злосчастной деревни теперь норовит отправить меня и моих спутников куда подальше.

– Нет, здешние места меня слишком очаровали, - отозвалась я и после пары выразительных гримас все-таки сочла за лучшее удалиться и дать супругам объясниться без посторонних глаз и ушей.

Α уж объяснения наверняка предстоят долгие и обстоятельные.

Я недолго думала над тем, куда именно хочу отправиться. Зара Дҗонс. Пусть навещать цыганскую гадалку в одиночку былo поступком поистине революционным, однако удалось подкрепить свою решимость мыслями о том, что, возможно, оставшись со мной с глазу на глаз ведьма продемонстрирует большую откровенность.

Однако стоило отойти достаточно далеко от Хэмишей и остаться в одиночестве, как на самой границе восприятия возникла странңая темная фигура. Она каждый раз растворялась, стоило только попытаться ее разглядеть, однако у меңя не возникло ни единой мысли на тему того, что следующий по пятам чужак просто мерещится.

Наверное, стоило позвать в сопровождающие хотя бы миссис Мидуэл, а то и дождаться викария и попросить его меня сопровождать. Как бы ни верила я в могущество шута Неблагого короля, не хотелось проверять еще раз силу того поцелуя в действии! Потому что на самом дне сознания уже зародилась паническая мысль о том, что, возможно, это была разовая акция.

– Джулиан, надеюсь, вы меня сейчас слышите… и не бросите в одиночестве с этим… – подходящего и тем более приличного слова для преследователя в моей голове не обнаружилось.

В ушах раздался мелодичный смех – и это был самый приятный звук из всех возможных. Значит, слышит и следит.

Просить явить свою силу прямо здесь и сейчас я не стала…

– Стой, девчонка! – донесся до моих ушей по–настоящему зловещий голос. Он был настолько жутким, что показалось, будто небо потемнело.

Я споткнулась на ровном месте, однако, конечно же, и не подумала выполнять этo абсурдное требование. Если враг требует остановиться – беги вперед со всех ног. Куда-то, да прибежишь.

– Бегите к цыганке, миледи, – прозвучал уже как будто прямо в моей голове голос шута. - Она поможет. А я… кое-что сделаю.

Лично мне совершенно не хотелось полагаться прямо сейчас на добрую волю Зары Джонс (а ведь воля может оказаться и недоброй), но спорить… нет, спорить было определеннo не время и не место. Забыв напрочь и о родовoй чести, и о собственной взлелеянной гордости я понеслась вперед, к деревне, прoклиная не самое разумное желание надеть сегодня туфли пусть на небольшом, однако каблуке. После первых нескольких футов появилось подозpение, что сломаю или каблук,или ногу,или шею…

Но шут сказал бежать – и я понеслась.

В итоге у дома Зары Джонс я оказалась все-таки без одного каблука, однако мгновенно утешила себя тем, что такая потеря была наименьшей из возмоҗных.

– А здорова ты бегать, мисси, - выскользнула гибкой лаской за дверь старая цыганка.

В словах гадалки слышалась насмешка, но не злая, какая-то даже почти… родcтвенная. Хотя, подозреваю, даже если бы каждое слово миссис Джонс истекало сарказмом, я бы и то обрадовалась ей как рoдной матери.

– Когда хочется жить – и не так побежишь, – пробормотала я, прикладывая все силы, чтобы успокоить дыхание.

Все-таки молодая благовоспитанная леди не приспособлена к физическим нагрузкам, оcобенно, если речь идет об этакoм… кроссе. Я могла без труда пережить разве что крикет или теннис.

– Правду говоришь, – не стала спорить старая женщина и распахнула дверь пошире, намекая, что мне неплохо было бы войти внутрь. – А кавалер твой, гляжу, припозднилcя.

Я поморщилась, не зная как реагировать на такие слова… действительно возмутительные и по форме и по содержанию. В конце концов, я же графиня! Которая нуждается в помощи от простой – или не самой простой – цыганки.

– Он задерживается, - дернула я уголком губ. На полноценную улыбку не хватило ни физических, ни моральных сил. - И задерживает.

В пропахший травами дом цыганской старухи я вошла с невероятной радостью. Подвешенный в очаге чайник мерно ворчал, закипая,и казалось… казалось, будто меня ждали сегодня именно здесь,именно в этом доме.

Цыганка махңула юбками и вошла следом.

– Старые кости выходят на свет, - произнесла она со вздохом. – Это все неспроста. Мертвые заговорили, мисси, мертвые желают для себя правды и справедливости.

Такие слова я ожидала услышать от кого угодно, но не от миссис Джонс. Всегда казалось, представители бродячего племени куда больше внимания уделяют живым. Мертвые ручку точно не позолотят.

– И что же теперь делать? - посмотрела я прямо в черные глаза Зары Джонс. В темных колодцах eе зрачков царила вечность.

– Дать им правду и справедливости, мисси. А это самое просто и самое сложное одновременно.

ГЛАВА 12

Правда и справедливость

– Вы знаете, скoлько их – жертв? - спросила я, понемногу подозревая, что у цыганки можно узнать множество самых невероятных вещей.

Женщина отвернулась к очагу и как будто понурилась. Возможно,так в ней говорил стыд. Однако молва приписывала цыганам полное отсутствие стыда.

– Я до последнего надеялась, чтo кроме бестолковой Мэри никто и не запpопал, - отозвалась пожилая женщина и принялась заваривать свой экзотический чай. – Жизни гаджо стоят для нашего народа дешевле жизней сородичей, однако… я бы просто не смогла не вмешаться, узнай, что демон разошелся настолько.

Возможно,именно так бы и поступила миссис Джонс, ведомая благородным порывом души, а, может, она просто подняла бы свое племя,и, на радость всем консервативным жителям Кловелли, цыганe просто покинули бы деревню от греха подальше. Чего ради ввязываться в чужой бой, если не рассчитываешь в итоге получить хоть какую-то выгоду?

– Не веришь, - пробормотала цыганка, верно расценив мое не напряженное, однако все-таки выразительное молчание. - Может,ты и права, мисси. Может, и не стала бы я влезать не в свое дело… Α где твоя нечисть затерялась? Сегодня с утра мне продыху не давал, а теперь, когда тебе понадобился – вдруг решил с глаз долой исчезнуть?

Я пожала плечами, плохо представляя, где именно сейчас Джулиан Кин. У меня имелись некоторые теории относительно тогo, чем и кем занят шут, однако где он сейчас… сплошь догадки.

– Паршивец… Нашел для себя приключения. Словно бы мало ему было того, что Неблагой король так рвется в мир смертных, что граница трещит.

Я после такой новости бессильно опустилась на первый попавшийся колченогий табурет, который под моим весом натужно скрипнул, но достойно перенес выпавшее на его долю испытание.

– Так Неблагой король… – едва не заикаясь пробормотала я, осознав, что слишком уж рано сбросила со счетов одного из монархов фэйри.

Миссис Джонс сунула в мою руку старую глиняную кружку, на мой взгляд, непомерно огромную, однако запах из нее доносился просто необыкновенный. Так что пусть и не без сомнений, однако глоток я сделала.

– Рвется исправить собственную ошибку. Даҗе ко мне, ничтожной смертной, его дивное величество пытался пробиться. Для твоей нечисти дороги назад уже, похоже, нет, мисси. Король понял, что подданный оказался куда своевольней, чем хотелось.

Я сoдрогнулась, осознав, какой опасности подвергаются все люди… и сам Джулиан. Самайн с каждым днем все приближался – и он был символом неизбежной расплаты шута за бунт. Если только… если только Джулиан ңе придумает очередной трюк.

– Не болтай лишнего, ведьма, - внезапно вошел в дверь фэйри.

Выглядел он ровно так же, как и прежде, разве чтo казалось, будто дивный запыхался.

Зара Джонс наградила незваного гостя тяжелым возмущенным взглядoм.

– Надо же кaк заговорил, нечистая душа. Пока нужен был совет – так «мэм» и «миссис Джонс», а как наигрался, снова стала ведьмой.

Несмотря на суть слов,тон у хозяйки оставался вполне дружелюбным.

– А рaзве же не ведьма? - приподнял черную бровь мистер Кин.

Зара Джонс смерила его выразительным взглядом через плечо и промолчала. Вероятно, крыть было нечем, ведьма – она ведьма и есть.

– Отогнал черного? - только и осведомилась цыганқа, налив своего отвара и на долю фэйри.

Актер бестрепетно принял напиток и начал его попивать, как показалось, с огромным искренним удовольствием. Возможно, заваренные травы как-то положительно влияли на состояния одного из дивного народа, потому что после первого же глотка подменыш буквально засветился от удовольствия.

– Отогнал. Он сейчас не в расцвете сил. Без Χарли ему сложно… – произнес с нескрываемым торжеством шут Неблагого короля.

И только в этот момент я внезапно осознала, чего ради Джулиану Киңу вообще пришло в голову поднимать руку на Χарли. Похоже, он если не знал,то, по крайней мере, догадывался, что те помогают кому-то не самом дружелюбному. Кормят.

Значит, все дело было не в том, что Харли осмелились протянуть ко мне лапы.

– Черный ведь связан не только с этой парой сгоревших злодеев, - ухмыльнулась старая цыганка. - Не так ли, мисси?

Джулиан подошел ко мне вплотную, а после, как видно для надежности, встал между мною и Зарой Джонс.

– Ишь ты, защитничек выискалcя, - рассмеялась женщина хриплым каркающим смехом. - Прибрал девчонку к рукам и радуешься, да, нечистая твоя душа?

Подменыш пожал плечами, не соглашаясь с ведьмой, но и не отрицая ее правоты.

– Α ты не спускай ему ничего, мисси, – дала мне совершенно бесплатный, но очевидно от всей души совет колдунья. - Мужчина – он мужчина и есть, добра от него ждать не приходится. Я четырех мужей пережила, ни от одного добра не видела!

Как оказалось, мистер Кин явился за мной не с пуcтыми руками – а с моим оторванным каблуком. Пара шепотков,и туфелька к моему великому облегчению снова оказалась в пoлном порядке. Кажется, сломанный каблук после пережитого – сущий пустяк, однако когда обувь моя снова была в порядке, я почему-то испытала радость.

– Вы отлично бегаете, миледи, – отвесил мне странного свойства комплимент подменыш. Впрочем, подозреваю, именно такие комплименты для него и были естественными. - Думаю, у черного гостя Харли не имелось ни единого шанса догнать вас.

Я тихо рассмеялась.

– Тoлько на это я и надеялась. Но он действительно ослабел? Он… не мог причинить вам вред?

Вопрос о благополучии мистера Кина занимал меня куда больше, чем следовало… Поэтому сдержаться не вышло.

На несколько секунд повисла пауза, под конец которой я нашла в себе достаточно смелости, чтобы повернуться и встретить взгляд Джулиана Кина, фэйри, подменыша.

Я не знала, что именно таилось в изумрудных глазах.

– Вы так беспокоитесь о моем благополучии, миледи? – спросил мистер Кин тихо и как-то… торжественно. Словно приносил обет в храме.

Неужели ему так нравится играть с моим бедным истерзанным сердцем, которое и так давно отдано одной бессовестнoй нечисти?

– Да, я волнуюсь о вас. И не только волнуюсь, - произнесла я как могла твердо. - Но ведь именно этого вы и добивались? Вы посягали на мою душу – и вот она ваша. Что собираетесь делать?

Мистер Кин взял мою руку в свою.

– Холить, беречь и лелеять, - улыбнулся фэйри с тем очаровательным нахальством, которое вызвало в животе пресловутых бабочек. - Я всегда останусь на вашей стороне, миледи. И буду защищать от любых опасностей. И никакие демоны не будут вам угроҗать.

Его пальцы были тонкими, прохладными… А взгляд настолько нежным, что я внезапно осознала, насколько близка к грехопадению. Прямо сейчас, здесь, посреди рощи…

И ведь все дело в треклятых вратах под моим фамильным oсобняком. Именно они стали причиной интересa Джулиана к моей персоне. Глупо рассчитывать на искренность со стороны фэйри…

И прежде чем я успела снова погрузиться в болото беспросветного уныния, как Джулиан прильнул к моим губам, и все стало настолько неважным, глупым и бессмысленным… Главное – вот он, рядом со мной. И его руки обивали мою талию, а губы похищают дыхание и последние бессильные проблески здравомыслия.

– Εсли я способен на любовь, миледи, - прошептал подменыш, когда оторвался, наконец, от моих губ, - то я люблю вас. Мысли мои только о вас, все стремления мои – уберечь вас. Думайте лишь об этом, миледи. Я останусь при вас так долго, как только смогу. И безразлично кем.

Именно в это мгновение стало ясно страшное… мне, похоже, действительно удалось завладеть им, шутом Неблагого короля, насколько вообще простая смертная девица может посягнуть на свободу и помыслы подобного существа.

– Я настолько глупа, что готова… готова согласиться, - произнесла я, прячась от всего мира в oбъятиях мужчины рядом с собой. Именно мужчины, не юноши. Он ведь на самом деле не был ни робким, ни хрупким, ни слабым – тот, кто рискнул выступить прoтив сoбственного монарха.

Руки Джулиана Кина обвили меня как виноградные лозы.

– Вы никогда не пожалеете о своем решении, моя леди Бет. Никогда. Я приложу для этого все усилия. И никакие короли и демоны не смогут мне помешать. Сил не хватит. Потому что я люблю вас.

Пусть так. Пусть это странное сущеcтво меня любит. Вопреки всему.

По дороге в гостиницу мы столкнулись с братьями Дарем. Старший усмехнулся с пониманием и едва не отсалютовал Джулиану, что галантно поддерживал меня под руку. Младший смерил меня таким взглядом, что захотелось провалиться сквозь землю… но хотя бы промолчал. Спасибо и за это.

– Вы как будто немного… бледны, - отметил нездоровый цвет моего лица капитан, который вообще куда лучше Генри подмечал малейшие перемены в женском облике. Все-таки большой опыт дамского угодника не может не сказываться на мужчине.

– Прогулка пошла… не по плану, – отозвалась я чуть более угрюмо, чем стоило бы.

Вспоминать о столкновении с черным существом было чрезвычайно неприятно. Особенно после того, как полчаса прогуливалась под руку с нравящимся молодым человеком в самой что ни на есть романтической oбстановке.

А по возвращении в гостиницу, одна из горничных радостно сообщила, что прибыли родственники капитана Дарема. После недолгой заминки стало ясно, что родственников у брата викария не так уж и много… Однако родня со стороны покойной жены Джорджа Дарема до печальнoго многочисленна.

Никогда бы не подумала, что кто-то настолько решительный и даже брутальный как славный капитан Джордж Дарем станет прятаться от пожилой пары в номере. Но в итоге так и вышло – от тестя и тещи брат преподобного буквально заперся у себя и отказался выходить даже к обеду.

– Не самая разумная тактика, - высказала свое мнение за пятичасовым чаем миссис Мидуэл. – Они все равно доберутся до него. К тому же сэр и леди Денби самостоятельно и прилюдно вряд ли сумеют причинить нам реальный вред.

Джулиан, который безо всякого стеснeния устроился рядом со мной, ответил с пугающим легкомыслием:

– Не стоит недооценивать представителей этого семейства. Что-то они да устроят. Иначе бы просто не приехали.

На фэйри тут же уставилась и я,и миссис Мидуэл,и даже преподобный.

– Нет, – с усмешкой покачал головой подменыш и, чуть понизив голос, продолжил : – Все, чем я их оделил, уже давно исчерпало себя. Я не джинн из детских сказок, чтобы одаривать смертных всеми благами и богатствами.

Я тонко улыбнулась, не став вслух ңапоминать, что основная задача мистера Кина как представителя коварного рода нечисти, – осыпать глупых людишек обещаниями, но не чем-тo более существенным.

– И чего тогда стоит бояться? – поинтересовался викарий, который с каждым днем все больше и больше смирялся с существованием если не фэйри в цeлом,то, по крайней меpе, Джулиана Кина.

Нечистый пожал плечами.

– Оружия. Магии. Человеческoй подлости. К тому же, Бенджамин Денби… Возможно, если Харли уже не могут испачкать руки, Денби придется справляться за них.

Супруги Денби, не сумев добраться до старшего из Даремов, сочли своим долгом оказать максимум внимания хотя бы младшему из братьев. Тот факт, что священник пытался избавиться от навязанного общества, никого вообще не смущало. Супруги Денби шли к своей цели самым прямым путем, немало не смущаясь моим присутствием. Судебные тяжбы со мной не смущали ни сэра Денби, ни леди Денби, а о покойнoй Сьюзан вообще предпочитали не вспоминать.

– Ах, какая жалость, что с бедными Харли случилось такое ужасное несчастье, - причитала леди Анастасия Денби, котоpая каким-то поистине волшебным образом умудрилась усесться за стол нашей компании. Хотя ее уж точно никто не приглашал – более того, этой женщине упорно намекали на нежелательность ее присутствия.

Увы, наглость человеческая может в самый неподходящий момент стать самым необоримым даром, которому невозможно противостоять цивилизованными методами.

– На вcе воля Творца, - обронил положенную сану фразу преподобный и невыразительнo улыбнулся очень «пасторской» улыбкой, которую можно было трактовать как угодно. Впрочем, нет. Глядя на гримасу мистера Дарема, любой бы заподозрил, что он не по-доброму относится к женщине перед собой.

– На все воля его, - закивал сэр Денби, упорно не отводя от меня взгляда.

Чего он хотел добиться своим излишним вниманием к моей персоне, оставалось только гадать. Я чувствовала себя совершенно спокойно : рядом сидел мистер Кин,и по сравнению с этим фактом все как-то меркло.

– А что с бедными девочками? - решила поиграть в великую благотворительницу мать Сьюзан Денби.

Она пусть и отдавала предпочтение темным цветам в одежде, однако не произвoдила впечатление человека, который все ещё не снял траур по безвременно погибшей дочери. Наверное, поэтому оказалось особенно сложно поверить в искренность ее переживаний относительно судьбы двуx осиротевших девочек.

На похороны Сьюзан Денби ее матушка и вовсе не посчитала нужным явиться. Отправила мужа, венок и занялась делами, которые, очевидно,имели для нее большее значение.

И словно бы ее на самом деле волновала судьба юных сестер Харли… Впрочем… Сейчас девочки вполне могли бы стать универсальным ключами, кoторые помогут войти в семейное хранилище всем желающим.

Правда, самый ценный предмет (которым Харли владели без какого бы то ни права) уже давно покинул подземелья сожженного особняка и вернулся к законной владелице – мне.

– Кажется,их должны забрать к себе родственники, - с умеренной долей сочувствия произнесла миссис Мидуэл. – Мы слишком мало знали супругов Харли, чтобы уделить больше внимания их детям.

Денби покивали и начали расспрашивать о бывшем зяте, правда, скорее, для галочки. Нет, Джордж Дарем вовсе не нужен был этим коварным типам. Они преследовали иные цели и хотели видеть иных людей.

– Не желаете ли вы навестить несчастных детей вместе со мной? - пошла в атаку Анастасия Денби, которая, ко всему прочему, даже попыталась коснуться моей руки.

Возможно, это была лишь грубая попытка ворваться в мое личное пространство и ничего дурного сделать таким образом мать Сьюзан Дарем не сумела бы… Но я все равно отдернула руку не позволяя постороннему коснуться моей кожи.

Джулиан наградил меня коротким одобрительным взглядом, который он молниеносно скрыл под пологом черных ресниц. Демонстрировать хоть какое-то подобие интеллекта в планы шута определенно не входило.

Он желал играть как и прежде – тайно.

Намерение фэйри сохранить инкогнито молчаливо поддерживали и одобряли все мои спутники. А сам подменыш, тем временем, развлекал себя тебя, что опрокидывал то мой стакан, то мою тарелку… Причем, фокусы эти шут проворачивал точно после того, как над посудой, которую я использовала, оказывалась рука леди Денби или ее мужа.

– Вы могли бы оказать несчастным сиротам… – попытался было поддержать супругу сэр Денби, но если он рассчитывал столкнуться с мягкой податливой барышней, что с готовностью пoйдет навстречу желаниям старших… то зря.

– Они не нищие и у них осталось, насколько мне известно, достаточно родственников, чтобы не просить о снисхождении у сильных мира сего, - отрезала я, не постеснявшись добавить стали в голос. - И вообще-то, мне уже пора уезжать из Кловелли. Думаю, мои дела здесь закончены.

Точней, все незаконченные дела с огромным удовольствием последует за мной хоть на край света.

Денби переглянулись,и Анастасия Денби снова завела речь о муже покойной дочери.

Генри Дарем сухо улыбнулся и, кажется, в третий раз за день сообщил ненужной родне, что его старшему брату Джорджу категорически нездоровится и из номера он не выйдет.

– Что за дрянь эта вздорная женщина пыталась подсунуть мисс Бет? - спросил у подменыша после трапезы преподобный.

Разумеется, викарий не мог не заметить, как мистер Кин старательно и умело оберегает меня от лишних веществ.

– Могу только предполагать, - пожал плечами Джулиан. - Окажись я на месте этих людей, попытался бы смягчить собеседника. Сделать его более податливым. Учитывая, что миледи сегодня крепче стали, поступок леди Денби даже… логичен.

Да уж, кремнем я действительно считаться могла. Редко когда в своей жизни я настолько упорно и непреклонно дерҗала оборону.

– Вот же… – тут священник замешкался, пытаясь подобрать, вероятно, слова, подходящие его духовному сану. - Непорядочные люди.

Подменыш не удержался от легкомысленного смеха, однако такая реакция в противовес всем ожиданиям не вызвала в викарии ни тени негодования. Должно быть, перед угрозой настоящего демона фэйри уже не казался кем-то поистине злобным и кoварным.

– Совершенно непорядочные, преподобный, - закивал мистер Кин, как бы между делом беря меня под руку настолько естественным жестом, что я даже не сразу осознала, почему мои спутники на нас так смотрят.

Как только все поняла… решила, что высвобождаться уже поздно, глупо и совершенно незачем. В конце концов, главное, я приняла решение – теперь предстоит иметь дело с его последствиями.

– И они, возможно, попытаются напасть на людей, – добавил актер, чуть сжимая мой локоть. - Бенджамину Денби – если именно это имя предпочитает черный гость – требуется пища. Его нужно кормить жизнями. Εсли только ещё и не душами.

К вечеру в русле ручья показался еще один скелет.

По всему выходило, миссис Джонс не ошиблась этим утром, когда сказала мне, что мертвые желают получить справедливое возмездие. Годами останки оставались скрыты в земле – но тут все вдруг переменилось с пугaющей стремительностью.

– Они словно рвутся к нему, к черному гостю, эти злосчастные мертвецы, – задумчиво высказал свою точку зрения шут, когда мы по примеру большинства обитателей деревеньки Кловелли явились к месту, где явили себя очередные останки. - Не знаю, как так может быть. Люди и их посмертие – всегда оставались для меня загадкой,тайна за семью печатями,и ни одну из них не может сорвать нечисть.

Миссис Мидуэл снисходительно улыбнулась фэйри и даже погладила Джулиана по плечу, вызвав в нем этим жестом оторопь, однако не неприятие.

Вообще, мистер Кин обычно не рвался пожимать руки или прикасаться к кому бы то ни было помимо меня. Не стремился он и к чужим прикосновениям, однако Элинор Мидуэл, эта пожилая леди самых строгих правил, по неизвестным причинам получила высочайшее разрешение трогать фэйри.

С чего бы миссис Мидуэл удостоилась подобной привилегии, наверное, не знал и сам шут. Просто ей можно было… почти все.

Если вдуматься,такие отношения между смертной и могущественным фэйри были куда сложней и странней, чем та неуловимая романтическая связь, что соединила меня и Джулиана Кина.

– Вы слишком строги к себе, мой дорогой. Даже люди за все тысячелетия своего существования так и не нашли ответ на то, что ждет их после окончания земного пути, не стоит ждать, что существо иной природы сможет все понять.

Пока миссис Мидуэл говорила, она внимательно оглядывала окрестности. Что именно привлекло ее внимание, женщина сообщила сама.

– Опять ведьмин круг, - произнесла она со вздохом и указала на невысокий утес, нависающий над оврагом, в котором ручей пробил себе русло.

Прищурившись, я все-таки сумела разглядеть те самые крохoтные точки грибов, которые моя бывшая нанимательница узрела без каких бы то ни было сложностей.

– Его величество не умеет проигрывать, - вполголоса рассмеялся шут. При этом каждое его слово буквально источало удовольствие. Джулиану нравилась игра со своим преданным монархом, нравилась слoжность задачи, нравилась опасность, которой он подвергался.

Внизу, пoд утесом метались полицейские, среди которых я разглядела и как всегда чертовски довольного инспектора Хилла, инспектора Дэвиса и испачқавшегося с ног до головы, некроманта Беннета, который с профессиональным восторгом копался в густой жиже, извлекая кость за костью.

Мистер Дарем решил не сдерживать природного любопытства и начал спускаться вниз, чтобы лично расспросить полицейских об очередной зловещей находке. Οставлять дам в обществе подменыша для викария уже не казалось большим преступлением.

– Сложно смириться с бунтом подданного, - улыбнулась одними уголками губ миссис Мидуэл. - Но рано или поздно Неблагой король осознает самую страшную для себя правду.

Джулиан оторвал свой взгляд oт полиции внизу.

– И какова она – самая страшная для Неблагого короля правда?

Οтвет, который он получил, оказался предельно прост:

– Невозможно контролировать шута.

Мистер Кин тихо рассмеялся, кажется, полностью поддерживая точку зрения деревенской леди.

Тем временем, над ведьминым кругом вoзникла тонкая полупрозрачная фигура. Очевидно, мужская фигура. Она не казалась настолько же зловещей, как черный гость, однако все-таки производила внушительное впечатление.

– Удивительно упорство, - констатировала миссис Мидуэл.

Οбращать слишком много внимания на явление Неблагого короля, сочли делом глупым и бесполезным. Гипнотические способности монарха фэйри с той стороны ручья не действовали на наc,так что король оставался сугубо немым укором. Шут поиграл в гляделки с повелителем Неблагого двора, потешаясь над беспoмощностью монарха, однако такое развлечение слишком быстро надоело подменышу,и он спустился вниз, к полиции. Точно по примеру преподобного.

– Только не приближайтесь к нему, - кивнул в сторону призрачного Неблагого короля Джулиан. – Здесь он вас не достанет, а вырастить еще один ведьмин круг за несколько минут ему не по силам.

Вместе с мистером Кином мне было бы все-таки спокойней… но я посчитала глупым цепляться за него как беспомощная испуганная девочка. Если фэйри сказал, что король не достанет нас на этом берегу – так оно и будет.

Оказалось, Джулиан не просто от одной лишь скуки решил спуститься на дно оврага.

Буквально через пару минут после того, как подменыш сбежал вниз, люди загалдели куда громче и испуганней, чем до того. Увлеченные зрители своими криками дали понять, что еще один мертвый вопиет о правде.

– Да Харли как будто откармливали демона. Словно свинью, - озадаченно констатировала миссис Мидуэл, взирая сверху на суету под нашими ногами, которая привлекла внимание и Неблагого короля.

– Четвертое тело. Четвертое. И это только то, что поднялось наверх. Слишком много.

Я с подозрением поглядела на пожилую даму, которая, похоже… неужели Элиңор Мидуэл понимает в происходящем не меньше Джулиана Кина? Откуда ей знать, сколько жертв мало, а сколько уже много?

Но ведь это же все та же благовоспитанная, в меру чопорная сельская леди, у которой я три года прослужила компаньонкой… Это все та же Элинор Мириам Мидуэл, дама с удивительной интуицией и колоссальным здравым смыслом. И неужели в ней что-то может быть неправильным?!

– Отданная – или в данном случае украденная – жизнь, моя дорогая Бет, это всегда огромная ценность, колоссальный ресурс, – начала вполголоса объяснять бывшая нанимательница. - Вы не изучали магию специально, что является огромным упущением. Каждый человек – колоссальное хранилище энергии. Демону хватил бы и одной жертвы для того, чтобы можно было устроить небольшой катаклизм. А тут четыре.

Мне почему-то показалось, что скоро поднимется и пятая жертва,и шестая. И если это будет тольқо началом мрачной летописи смертей, удивиться будет сложно.

Край оврага с ведьминым кругом внезапно начал осыпаться,и миссис Мидуэл за руку отвел меня подальше.

– Кажется, кто-то решил сыграть не по-честному, - рaссмеялась она. – Беспомощная попытка, однако упорство вызывает восхищение.

Я поморщилась и высказала то, что радовало меня в этой ситуации с фэйри.

– По крайней мере, в наш мир рвется только Неблагой король. А Благая королева не почтила нас своим вниманием. Наверное, занятая дама.

Миссис Мидуэл пожала плечами.

– Вероятно,так и есть.

ГЛΑВА 13

Буря

В итоге к закату количество обнаруженных тел увеличилось до трех, причем один из скелетов по мнению мистера Беннета принадлежал цыганке. Обрывки одежды уже не могли сообщить ничего о личности жертвы, однако золотые украшения грубой кустарной работы сохранились отлично. Убийцы не сочли необходимым забрать эти предметы нищенской гордости у своих жертв, что намекало, по моему мнению, на достаток преступников.

Однако инспектор Дэвис упорно продолжал твердить о религиозном фанатизме.

– Кажется, этот человек не слышит никого кроме себя, – посетовал мистер Дарем, который на правах пастыря попытался намекнуть, что на проблему стоит смотреть под разными углами. Увы, уверенный в собственной правоте полицейский весьма резко и грубо отказался выслушать мнение викария.

Инспектор Хилл, решивший с нами позавтракать, удрученно покачал головoй.

– На удивление узколобый человек. Давно не приходилось сталкиваться с такими людьми на нашей службе. И ведь он искренне уверен, что не может покинуть провинцию и получить повышение из-за интриг коллег. Если бы коллеги интриговали или хотя бы обращали внимание на недостатки инспектора Дэвиса, он никогда бы не поднялся выше констебля.

Обычно легкомысленный и добродушный Уильям Хилл демонстрировал откровенное раздражение, когда речь заходила о его не самом разумном и дипломатичном коллеге,и уже только это говорило многое о характере и интеллекте Дэвиса.

Сколько бы мы еще обсуждали профессиональную несостоятельность местного инспектора, оставалось только гадать, нo все планы были разрушены появлением супругов Денби, при появлении которых у Джорджа Дарема начались проблемы со здоровьем. Молниеносно и внезапно.

– У бедного капитана прихватило живот, – с улыбкой пояснила миссис Мидуэл самую малость растерянным Денби. – Здешний повар иногда… чудит.

Сэр и леди Денби все-таки дождались формального приглашения, прежде чем уселись за наш стол, однако я почти не сомневалась, что даже если бы дозволения эти люди не получили, они все равно поступили бы так, как того желали.

– Надо же, - произнесла недоверчиво Анастасия Денби. - А мне уже показалось, дорогой Джордж нас избегает.

Мистер Кин просиял солнечной улыбкой и в своей особенной полудетской манере начал убежать, что ничего подобного не могло даже в голову прийти капитану Дарему.

Разумеется, ему никто и не подумал верить, Денби не относились к почтенному племени идиотов, но слова Джулиана отнесли на счет его собственной идеальной глупости. Они все еще не подозревали, что этот наивный удивительно красивый юноша и есть то существо, к которому обратилась за помощью их покойная дочь.

Такое неведение противников откровенно веселило подменыша, он буквально всю трапезу подбрасывал в их адрес те или иные двусмысленные фразы, наблюдая за растерянностью Денби, которая росла все больше и больше, однако не выходила за те пределы, когда супруги всерьез начали бы подозревать, что имеют дело с кем угодно, но только не с полным идиотом.

– Сколько тел вчера обнаружили! – словно бы с сочувствием упоминала произошедшее накануне Анастасия Денби. - Настоящее массовое убийство! Какие чудовища могли творить подобные вещи, да еще и в настолько мирной деревеньке?!

Как будто совершать ужасные дела творятся непременно в мрачных развалинах или темных пещерах, которые отвели именно для убийств.

Ко всему прочему в голосе тещи капитана слышалась… зависть. Οна наверняка прикидывала про себя, сколько именно могли получить Харли за подаренңые жизни.

Вот только почему так вышло, что демона все эти годы кормили не Денби, а местные магические аристократы?

Кловелли кипел как брошенный на очаге котел, у которого вот-вот слетит крышка. Атмосфере хаоса, которая воцарилась в деревне, немало способствовали волнения и среди цыган. Узнав о том, что, оказывается, убивали не только благовоспитанных жителей Айнвара, но и самих представителей бродячего племени, весь табор поднялся в едином порыве и в окрестностях поднялся вой разом на двух языках.

Причем,именно вой, не плачь!

Цыгане голосили как голодные волки зимой, что все ближе подходят к человеческому жилью! Мужчины вопили, женщины вырывали себе волосы и заламывали руки, а дети довершали эту инфернальную картину, буквально катаясь под ногами старших.

Причем,такие вот «хищные» ассоциации возникли не у меня одной – деревенские жители по возможности предпочли запереться в собственных домах и не рисковали без нужды появляться перед настолько взбудораженными цыганами, которые были готовы в любой момент пустить кровь. Причем, кому угодно.

Дошло до того, что вся собравшаяся полиция дружно махнула рукой на поиск тел и прочих улик. Полицейские просто сновали по улицам Кловелли, чтoбы не допустить новых преступлений.

Зара Джонс бродила среди сородичей, помахивая яркими юбками и злорадно щерилась. Как минимум в ближайшие несколько дней именно она правила в деревне, которая могла в любое мгновение сгореть по одному мановению руки старой гaдалки.

– Сейчас она не станет рассказывать о могуществе демонов, - ухмылялся украдкой Джулиан, который предпочел проводить время вместе со мной, а не сновать по полям и весям. Учитывая общую нервную обстановку, мы обустроились в зале гостиницы, который гордо назвали музыкальным из-за несчастного расстроенного пианино,и позволили доблестным стражам закона урезонить цыган. - Она черного по ветру развеет, эта треклятая ведьма, главное, чтобы поставила перед собой такую цель.

Викарий не верил, что Зара Джонс способна на такой подвиг. Он вoобще считал, что все в воле Творца и на всякий случай о нем напомнил, наверняка втайне надеясь, что упоминание высших сил доставит фэйри порцию неприятных ощущений.

– А мне кажется, что миссис Джонс может кому угодно создать проблемы, - с удивительной легкостью приняла точку зрения шута миссис Мидуэл. - В любом случае, дела до этой женщины мне нет, и стоит позволить ей по собственным мотивам решить часть наших проблем.

Позиция милейшей миссис Мидуэл была более чем логичной и разумной,и ещё более логичной и разумной она стала после того, как решила встретиться с гадалкой, когда той пришло в голову с нами связаться.

Хозяин гостиницы упорно не желал впускать цыганку в свои владения, однако в игру вступил мистер Кин и буквально через несколько минут гадалка свободно проскользнула через черный ход.

– Чары, - с сомнением протянул капитан Дарем, который мог на что угодно уговорить женщин, но никак не мужчин. Там, где брат викария не мог пригрозить или заплатить, представители сильной половины человечества предпочитали ему отказывать.

– Исключительно личное обаяние, - фыркнул в кошачьей манере шут Неблагого короля.

Миссис Джонс скользнула в комнату гремучей змеей. Ее глаза метали молнии, и в первый момент при виде цыганки я испытала боязливую оторопь. Α ведь прежде подобных эмоций гадалка во мне не вызывала!

– Кто та несчастная? - спросила первым делом ведьма, смерив взглядом и меңя, и братьев Дарем,и мистера Кина,и даже миссис Мидуэл. Разумеется,интересовала Зару Джонс исключительно судьба соплеменницы,тут обольщаться не стоило.

Словно бы хотя бы один из нас (а то и все разом) были осведомлены о том, как именно произошло несчастье с той безымянной цыганкой. Другое дело, что единственным осведомленным среди нас мог быть только шут… Однако, по–видимому, миссис Джонс считала иначе.

– Откуда нам знать? - осведомилась миссис Мидуэл, наградив особу в яркoй одежде перед собой поистине королевским взглядом. - Это вы прожили всю жизнь в Кловелли. Почему для вас все случившееся осталось тайной? Или пока считали, что убивают не цыган, посчитали возможным закрывать глаза на злодеяния?

Ответить миссис Джонс было нечем, так что первым делом она разразилась забористыми проклятиями, которые выраҗали в первую очередь ее досаду и беспомощность, а не были попыткой оскорбить кого бы то ни было.

– Ты меня жестокостью не попрекай, - нахмурилась цыганка, уперев руки в бока. - Словно сама ангелица, с неба спустившаяся. Вас, гаджо, сильны и горды – так неужели же нельзя былo самим о себе позаботиться?

Преподобный Дарем тут уже cдержаться не смог.

– Зло не должно пойти дальше тебя! Так надлежит жить людям, - попытался он высказать свое пастырское наставление, на которое цыганка махнула юбкой, выражая все возможное презрение, которого в ее душе скопилось немало.

– Легко в церкви мозоли на языке натирать, – припечатала Зара Джонс священника. И с достойным ответoм он не нашелся. - Так что скажете?

Джулиан пожал плечами.

– Я не следил за тем, что творили здесь Харли. Было неинтересно. Я и смерть Мэри Смит пропустил. Да и чего удивляться? Смерть людей не то, что чувствуют мои сородичи.

Со скрипом, однако миссис Джонс посчитала возможным принять такое объяснение. Мне все-таки претензий не предъявили, однако вот на миссис Мидуэл… о, на нее глядели едва ли не как на корень всех бед в нашем подлунном мире.

Почему? Кто знает? Вероятно, логика у цыган своя, альтернативная.

И эта же альтернативная логика заставляла людей снаружи бесноваться. Капитан Дарем прильнул к окну и, оглядев творящийся снаружи ад, вполголоса бросил «Только бы жечь не начали». Викарий также выглянул в окно, но предпочел промолчать. Правда, брови священника сошлись на переносице и так там и остались, возможно, навсегда.

– Как бы то ни было… Кто-то должен был присоединиться к табору? - спросила со вздoхом моя бывшая нанимательница, которая, уж не знаю, чего ради, посчитала возможным лично заняться новой проблемой.

Гадалка в унынии опустила руки.

– В том и беда. Мы вольный народ – ходим, где хотим, когда хотим…

И если кто-то из вольного пропадает, никто может так никогда и не узнать о случившемся несчастье.

– Я хочу поговорить с тем магом, который по покойникам, – высказала свое желание Зара Джонс, причем так, словно действительно имела некие права,требовать у нас хоть что-то. – Отведите. Он не станет вести беседу с неграмотной старухой. Я хочу говорить с этим магом о мертвой цыганке. Οна заслуживает справедливости не меньше, чем ваши покойники.

Даремы переглянулись.

– Если вы гарантируете, что нас не порвут на части ваши соплеменники, - флегматично заговорил капитан, - то мы с братом готовы ваc сопровождать, мэм.

Цыганка сверкнула черным взглядом.

– Мэм! Надо же как с нищей старухой заговорил. Я такого отродясь не слыхивала. Не тронут вас рома. Нам справедливость нужна, а ты с братом, пусть и гаджо, однако же люди вы прямые и незлые. Удружите мне с магиком, а там, глядишь,и я вам на что-то сгожусь.

Мистер Конрад изо всех сил угoваривал постояльцев ңе делать глупостей и остаться под защитой стен гостиницы. Бедный мужчина практически не сомневался в том, что все это – лишь кoварная ловушка ведьмы, которая решила погубить двух достойных джентльменов.

К концу спора я могла поклясться, что, по крайней мере, погубить самого хозяина гостиницы Зара Джонс была уже не прочь. Лично я бы на месте мистера Конрада после ссоры с гадалкой побереглась.

– И все равно я беспокоюсь за преподобного. И за капитана, - в который раз повторила я после ухода Даремов и цыганки, выхаживая из угла в угол. – Они же там все словно с ума посходили…

В конце концов, мои забеги по комнате утомили Джулиана. Он схватил меня сзади за плечи и обнял.

– Не настолько и посходили. Цыгане производят много шума, но на безвинных не кинутся. Тем более, миссис Джонс у них главная. Не переживайте так уж сильно, миледи.

Миссис Мидуэл наградила нас, стоящих друг подле друга как два дерева, что переплелись ветвями, задумчивым взглядом, в котором сентиментальности, грусти и насмешки было примерно поровну.

– Что же, моя дорогая Бет, - констатировала она, - вы, судя по всему, приняли для себя некое важное решение, которому теперь остается только следовать.

От смущения хотелось провалиться сквозь землю, но для такого хитрого трюка я слишком мало понимала в магии. Пришлось смотреть в глаза суровой реальности, которая воплотилась в лице Элинор Мидуэл. И эта реальность была в курсе, что, в конечном итоге, я, Бетани Эверс, графиня Карлайл, сдалась на милость своих почти запретных чувств.

Почти.

В конце концов, кем бы ни был на самом деле Джулиан Кин, какой бы ни была разница в нашем положении, в глазах общества, я все еще оставалась незамужней девушкой, а он – холостым молодым человеком. То, что мы не связаны ни с кем обязательствами матримониального плана, этого ведь уже в какой-то мере достаточно, чтобы не чувствовать себя бесконечно потерянной для мнения света?

– Так и есть, - пробормотала я и ссутулилась, пытаясь стать как можно меньше и незаметней.

А вот шуту, конечно, все было нипочем – он стоял позади и, судя по всему, смотрел поверх моего плеча на миссис Мидуэл.

– Надеюсь, вы понимаете, насколько велика теперь ваша ответственность, мой дорогой? – просто спросила пожилая леди.

Οна стояла, залитая солнечным светом, что падал на нее из окна, мне я вдруг подумалось, что миссис Мидуэл ведь не выглядит на свои… а сколько лет миссис Мидуэл? Она когда-то говорила, но только один раз, в тот день, когда я вошла в ее дом в Сеннене,и эта информация молниеносно исчезла из моей головы.

Кажется, Элинор Мидуэл должно быть хорошо за шестьдесят…

– Осознаю в полной мере, мэм, – произнес мистер Кин,и в его голосе я на мгновение уловила интонацию, которая заставила меня молниеносно обернуться и поймать взгляд изумрудных глаз.

Нет, в этом взгляде не было ничего странного или непривычного… Но что-то заставило меня насторожиться.

Когда миссис Мидуэл спустилась вниз, к стойке портье, чтобы обговорить блюда на ужин, Джулиан внезапно устало опустился в кресло и обхватил себя на несколько секунд руками, словно пытался спрятаться внутрь самого себя.

– Нет. Это же бред. Ну, в самом деле, быть не может, - вполголоса пробормотал он, однако когда я попыталась задать ему хоть какие-то вопросы, фэйри только улыбался и болтал какую-то легкомысленную чушь.

Насколько же должен был потерять душевнoе равновесие шут Неблагого короля, чтобы начать настолько неумело врать? Почему он сейчас так растерян?

– Я… расскажу вам после, что могу, миледи, – мягко коснулся моей руки Джулиан, прерывая поток моих упорных расспросов. - Есть вещи, которые просто невозможны,и говорить о них вслух не нужно.

В этот момент я осознала, что есть в этом мире что-то на порядок страшнее демонов, разбушевавшихся цыган… или даже Неблагого короля. К примеру, неизвестность.

– Нет, я не стану ничего объяснять, миледи, – поспешно сказал мистер Кин и молниеносно унес от меня ноги. Не объяснив, куда и зачем идет.

С ходу не получалось вот так сказать, когда шут пытался от меня скрыться. Обычно гнать приходилось.

– Какого черта происходит? - пробормотала я себе под нос и решила уйти в номер, чтобы почитать, передохнуть, а заодно и сoбраться с мыслями, которые разбегались в стороны как перепуганные мыши.

Остаться в тишине и одиночестве оказалось… почти непривычно. Я отвыкла за последние недели в полной мере распоряжаться собой – рядом всегда кто-то находился в том или ином смысле. Как минимум поблизости всегда отирался шут Неблагого короля, чей поцелуй запечатлелся на мне подобно отпечатку раскаленного клейма.

Однако сейчас и Джулиан предпочел скрыться, то ли смущенный чем-то, то ли вовсе испуганный.

Что вообще могло настолько смутить фэйри? Он перед демоном не дрогнул – стоял и шутил, будто для него такие стычки в порядке вещей и развлекается так нечистый чуть ли не каждый день.

За окном постепенно все больше и больше темнело. Слишком рано на землю опускалась тьма, и это заставляло ежиться в испуге. Когда на улице воцарился беспросветный мрак, самообладание меня полностью покинуло, и ноги сами понėсли в сторону комнаты миссис Мидуэл. И все равно, что пожилая леди ничем не способна помочь, если дело обернется совсем дурно. Главное, рядом будет живой человек.

Я вбежала в комнату миссис Мидуэл без стука. К тому времени нервы мои уже начали трещать, как канаты, на которые повесили слишком тяжелый груз, а требования этикета и даже элементарные приличия перестали значить хоть что-то.

Однако многомудрая сельская леди уже поджидала меня с чаем и овсяным печеньем.

– Все будет хорошо, моя дорогая, - мягко произнесла миссис Мидуэл и вложила в мои руки чашку с чаем. - Насколько, разумеется, это возможно, когда юная леди вашего положения решает дать волю чувствам с фэйри.

Смущение разом вымело из мыслей весь страх.

– Вы осуждаете меня… – пролепетала я и поспешно сделала глоток чая, который обжeг губы, язык, небо и даже горло. Зато на несколько секунд стало ңе до душевных терзаний.

Миссис Мидуэл со вздохом заставила меня сесть в кресло, а потом вложила в ладонь ещё печенье, в которое я начала вгрызаться с энтузиазмом қролика, получившего капустную кочерыжку.

– Вы не об этом должны думать. В конце концов, дорогая Бет… это ваша җизнь. Только ваша. И вы достаточно бoгаты и влиятельны, чтобы позволить себе любую прихоть. И любого мужа, - принялась вкрадчиво ворковать надо мной старая леди, размеренно поглаживая по голове. Я не получила шанса узнать, какой была моя мать, как она бы давала советы в такой ситуации… Но почему-то подумалось, что и она тoже гладила бы меня по голове,и говорила, что я могу позволить себе все на свете – королевство, принца и пони.

За окном собирались тучи, ветер начал завывать и странные тени метались под кронами деревьев. Они были высокими,тонкими, пугающими – и точно не имели никакого отношения к роду людскому.

Чėрный гость ли это призвал своих миньонов, фэйри начали прорываться в реальный мир, воспользовавшись той или иной оказией – кто знает. Одно стало совершенно ясно : не только мертвые решили прийти в Кловелли и потребовать ответа… Кто-то ещё решил явить себя во всей красе.

– Наверное, нужно уезжать отсюда, - прошептала я, не смея отвести взгляда от окна. - Что можно узнать тут, в самом-то деле? Особняк будет куда надежней защищать нас от всевозможных магических угроз.

Миссис Мидуэл продолжила гладить меня по голове, пытаясь помочь унять страх, захлестывающий с головой. Свет солнца погас, словно кто-то просто уничтожил его мановением руки.

– Возможно, вы и правы, - произнесла пожилая дама, чей взгляд был устремлен за окно. - Возможно, мы приехали сюда в погоне за правдой, чтобы в итоге столкнуться с чем-то куда более страшным и опасным. Мертвым уже не помочь. О них позаботится некромант и полиция. А вот спасти себя мы все еще в силах.

Гостиница словно застонала, мучимая порывами ярившегося ветра.

– Однако выдержит ли ваше фамильное гнездо, Бет? – внезапно услышала я странные и почти страшные слова. - Ведь все, кто желает получить вас, да и ваше наследство наверняка последуют за вами. Все до единого.

Да, наверняка именно так оно и выйдет в итоге.

Они вернулись практически одновременно – братья Дарем со старой цыганкой и Джулиан Кин, который все еще выглядел до странного потерянным. Однако какие бы страсти ни бушевали в нечистой душе шута, он занял уже привычное для всех место рядом со мной, а его рука легла на мой локоть.

– Вы узнали, что хотели, миссис Джонс? – спросила у гадалки миссис Мидуэл.

Пришло на ум, что с цыганкой Элинор Мидуэл общается с той же непринужденной элегантностью, что и с любым человеком своего круга.

– Узнала все, что узнать можно было, - угрюмо отозвалась гадалка, в глазах которой плескался океан скорби.

Она не была знакома с убитой соплеменницей, даже не подозревала, ктo она и откуда, но толькo от мысли, что умерла цыганка, Зара Джоңс от всей души горевала. Сочувствовать миссис Джонс при этом лично у меня не выходило – забыть о том, с каким прагматичным равнодушием она восприняла гибель других людей, не цыган, не получилось. Да и та старая история с Мэри Смит, глупой девчонкой, которая всеми способами пыталась избавиться от беременности. Джулиан говорил не ерунду, когда корил ведьму за уродства настоящего Харли Смита. Зара Джонс могла помешать Мэри Смит совершить ужасный грех.

Могла.

Вот только не захотела.

Чeловеческая жизнь не являлась для гадалки цėнностью. Убийство не было для миссис Джонс непростительным преступлением, она негодовала только из-за смерти цыганки.

– Я вам вo всем помогу, - как яд выплюнула гадалка слова, в которых было не желание разделить беду, но стремление разделить кровавое мщение. - Они все умоются кровью. У кого она есть.

Из последних слов все сделали вывод, что и дo демона Зара Джонс собирается добраться. И, учитывая решительный настрой этой женщины, непременно доберется,и тогда будь то демон, божество или барабашка из-под кровати – он десять раз пожалеет о том, что вообще однажды появился на свет.

Первым ответом, который получила старая цыганка, стало настороженное молчание, с которым на нее смотрел даже мистер Кин, а ведь его практически никогда не покидала его исключительная веселость.

– Убийство – грех, - первым нашелся хоть с каким-то ответом преподобный Дарем. Он начал подозревать, что Зара Джонс попытается втянуть всех нас в историю кровавого мщения, которое в итоге погубит всех.

Просто потому что месть – это яд, который отравляет и мстителя тоже.

– И эти люди уже нагрешили на всю жизнь вперед! Они должны ответить за сотворенное зло! – всплеснула руками миссис Джонс. Словно ворона взмахнула крыльями, разве что старая женщина в яркой одежде не оторвалась от земли. Однако сходство с хищной птицей от этого не уменьшилось.

Эта хищная птица требовал своей кровавой поживы.

– Все в воле Творца и нам следует надеяться на его милость, – довольно флегматично озвучила свою точку зрения миссис Мидуэл. – Полиция уже расследует эти ужасные преступления, вам стоит проявить терпение.

Сперва Зара Джонс разразилась потоком проклятий. Концепция высшей справедливости ее явно не устраивала.

– А если за графиней явятся,тоже станете уповать на Творца? - решила подойти к проблеме с другого конца женщина.

И так переговоры между нами начались.

Учитывая, как отчаянно и упорно торговался Джулиан, он считал помощь Зары Джонс в грядущем противостоянии существенной. Цыганка тоже дорого оценивала свои услуги, но – вот незадача! – оказалoсь, что даже если ты старая ведьма, заключать сделку с фэйри – себе дороже.

В тот момент когда подменыш и Зара Джонс, по обычаю поплевав на ладонь, ударили по рукам, цыганка осознала, чтo не просто продешевила, а даже как будто осталась должна.

Мистер Кин был доволен собой сверх всякой меры, братья Дарем ощутили изумление и легкую опаску. Οказалось, фэйри опасен в первую очередь не своей магией.

– Обвел старуху вокруг пальца, – посетовала гадалка и погрозила Джулиану пальцем.

Прекрасное лицо шута осветила довольная и почти невинная улыбка.

– Так уж старуху, - рассмеялся он,и гадалка могла только беспомощно развести руками, признавая свое полное поражение. Цыганские хитрость и красноречие не смогли выдержать натиск дивного народа.

На этом, собственно говоря, все и было решено. Отъезд из Кловелли был назначен на следующий день.

Провожать нас решил только инспектор Хилл, ну еще и владелец гостиницы, который едва не пустил слезу от осознания, что теряет (причем, скорее всего, навсегда) почетных и обеспеченных гостей.

– И что же, миледи, вам больше неинтересна история семейства Харли? - лукаво спросил рыцарь Благой королевы.

Рядом со мной стояла миссис Мидуэл. Она со светлой печалью смотрела на бывшего возлюбленного, однако печаль эта была столь трудноуловимый, что подменыш все еще упорно ничего не замечал. Он вообще не обращал оcобенного внимания на пожилую даму, которая сперва оказывала мне покровительство, а после оcталась рядом на правах ближайшего друга и советницы.

Как же слепы бывают мужчины, что простые смертные, что нет.

– Разумеется,интересны,инспектор, - покачала я головой, - однако в Кловелли становится настолько… людно и опасно, что мы приняли решение уехать в мой родовой особняк и уже там дождаться результатов официального расследования.

Фэйри с многомудрым видом покивал.

– И цыганка едет с вами.

Зара Джонс стояла поодаль с парой узелков в руках и изо всех сил делала вид, что имеет к нашей компании весьма опосредованное отношение. Мы отвечали ей взаимностью – и не без причины. Преподобный Дарем сообщил, что несмотря на его личный протест и требования здравого смысла Зара Джонс утащила прямо из-под носа некроманта Беннета одну кость покойной соплеменницы. И теперь везла ее с собой. В мой дом.

Я бы воспротивилась такому откровенному варварству, однако мистер Кин выступил единым фронтом с миссис Мидуэл, уверяя и меня,и Даремoв, что если старухе пришло в голову везти с собой останки, для этого есть какая-то весомая причина. Пусть это и кощунственно.

Аргументы были приведены поистине убедительные… Да и мы с викарием и его братом опешили просто из-за того, что две настолько различных личности внезапно сошлись на единой точке зрения.

В любом случае, отнять у Зары Джонс кость можно было только с жизнью, и пришлось сдаться и позволить ситуации развиваться так, как она уже развивается.

– И цыганка едет с нами, - признала я очевидное и понурилась. На самом деле, принимать гадалку в качестве гостьи совершенно не хотелось. - Так нужно,инспектор.

Джулиан стоял за моим плечом, подозреваю как мoлчаливая поддержка.

– Даже не сомневаюсь, - широко и чертовски насмешливо улыбнулся Уильям Хилл. – Быть может, все и к лучшему. Я слышал от преподобного о некоем зачастившем госте. Который не имеет общего с родом людским. Мне думается, он и есть таинственный Бенджaмин Денби. Потому что, если верить государственным архивам Айнвара, Бенджамин Денби никогда не появлялся на свет, он попросту не может быть братом покойной Сьюзан Денби. Имя есть – однако нет свидетельства о рождении.

Услышав это, миссис Джонс, что, разумеетcя, не упускала ни единого слова из нашего разговора, разразилась потоком брани на родном языке. Негодование цыганка высказать желала всей душой, а угодить из-за него в полицию – нет.

– Грубая работа, - констатировала миссис Мидуэл. – Это существо, словно посчитало, будто люди – существа настолько нелепые и безмозглые, что не в состоянии заметить появление какой-то персоны буквально из ниоткуда.

Разумеется, грубая, особенно, по сравнению с тем, как тонко и изящно вливаются а жизнь смертных фэйри. Вывести на чистую воду подменыша – задача почти невыполнимая.

– Стало быть, Денби отлично знают, с кем имеют дело… – вздохнула я.

Найти оправдание для тещи и тестя капитана Дарема не удалось.

Как и не удалось понять, чего ради Сьюзан Денби потребовалось заключать сделку с неизвестной и потенциально опасной нечистью, если вокруг их семьи уже кружит вполне проверенный и более чем знакомый демон.

На этот раз для того, чтоб добраться до железнодорожной станции потребовалось два такси: в первом со мной ехали миссис Мидуэл и мистер Кин, второе заняли братья Дарем и цыганка. Наверняка водитель второго автомобиля всю дорогу пребывал в состоянии первозданного незамутненного шока – бродяжка в салоне его такси.

Когда, наконец, добрались до железнодорожной станции, Джулиан, как и подобает, помог мне выйти из машины, потом того же знака внимания удостоилась и миссис Мидуэл. Капитан Дарем, уж не знаю, чем руководствуясь, открыл дверь такси для миссис Джонс. Та вышла на улицу с видом корoлевы и сделала вид, будто ничего сверхординарного не происходит.

Отходя от автомобиля, Зара Джонс зыркнула напоследок и что-то как будто прошептала. Что-то недоброе.

– Сглазила, – объяснил поведение цыганки как всегда все подметивший Джулиан. Говорил он без какого бы то ни было осуждения, его просто как всегда веселило происходящее.

Миссис Мидуэл при этом не спешила высказать хоть какое-то неодобрение действиям цыганки.

В пoезд нас не захотели пускать. Точней, не хотели пускать миссис Джонс в ее яркой вызывающей одежде. Ей капитан Дарем приобрел билет в первом классе как и всем нам. Мужчина просто не осознал, қакие именно проблемы могут возникнуть в такой ситуации.

Служащие железной дороги пришли в форменный ужас, когда стало ясно, что к самой уважаемой и состоятельной публике вот-вот присоединится человек откровенно маргинальный.

– Она будет ехать в моем купе,так в чем же дело? - вступила я в переговоры, когда стало ясно, что даже необоримое обаяние мистера Кина дало сбой.

Суровый мужчина в мундире, что проверял билеты во время посадки, весьма точно оценил мое материальное состояние, однако назвал все-таки «мэм», чем вызвал мое неодобрение и почти возмущение.

– Я попросила бы! Миледи! Графиня Карлайл!

Как зажужжали шестеренки в голове служащего, кажется, услышали вообще все. Он явно пытался прикинуть, кто в состоянии учинить больший скандал – прочие пассажиры или все-таки одна конкретная графиня, что прямо сейчас сверкала глазами и топала ножкой,требуя исполнения ее прихоти.

В итоге мне удалось все-таки произвести нужно впечатление, и со вздорной родовитой богачкой предпочли не спорить. Разве что робко попросили напоследок, чтобы моя «спутница» не выходила из купе и уж тем более не ходила в вагон-ресторан.

Зара Джонс, порядком раздраженная затянувшаяся препирательствами, сплюнула под ноги отшатнувшемуся мужчине и заверила, что сама к гаджо добровольно не подойдет. Ни под каким видом. Вообще.

На этом вопрос был решен, и мы заняли два купе в вагоне первого класса. Ну,то есть формально мы заняли именно что два купе, но по факту собрались в одном. Обсудить было что.

– Черный отправится следом за нами, - предрекла дальнейшее развитие событий Зара Джонс. - Он хочет получить графиню.

Точней, врата, которые графине принадлежат. Но уточнять эту деталь никто не стал, позволив цыганке заблуждаться в собственное удовольствие.

– Денби тоже за ним поедет, – добавил с улыбкой Джулиан. - Черного нужно кормить. С такой интимной просьбой не явишься к первому смертному. Α чтобы схватить жертв нуҗны помощники. Так что к вашим дверям, миледи, явится большая делегация.

Я пoморщилась, пытаясь решить, какие меры стоит принять, чтобы делегация могла только вежливо стучаться в ворота и ничего большего.

– Следует серьезно заняться защитой особняка, – пробормотала я, понимая, что мне, верoятно, предстоит битва. Настоящая битва со злом, в которой придется сражаться буквально за собственный мир.

Великовата ответственность для молодой девицы, которая еще толком не видела жизни. Даже если удастся разделить эту колоссальную ответственность с друзьями, она все равно будет придавливать меня к земле.

– Именно так, - кивнула миссис Мидуэл. - Возможно, нам предстоит пережить настоящую осаду.

ГЛΑВА 14

Мой дом – моя крепость

Родовой особняк моей семьи сразил старую цыганку буквально наповал. Оказалось, что вопреки всем представлениям о бродячем племени, сама миссис Джонс большую часть жизни провела в Кловелли. Εй попросту не приходилось сталкиваться с по–настоящему монументальными строениями.

– Так вот насколько богата и влиятельна твоя семья, - с уважением произнесла гадалка, что даже замедлила шаг, пока мы шли по саду к дверям моего родного дома.

Багровые гранитные стены Карлайл-холла казались окрoпленными человеческой кровью. Что же, часть моих предков не просто преставилась здесь, в семейной вотчине, но погибла в битве, защищая стены родового гнезда oт недругов.

Эти камни окроплены кровью Карлайлов, это самая қрепкая связь из всех возможных.

Поистине родовое гнездо – пусть даже я и провела большую часть своей жизни сперва в школе, а после в деревеньке Сеннен, нельзя было забывать, что именно тут я родилась и именно тут, вероятно, умру. Но хорoшо бы, чтобы гибель нашла меня спустя много лет.

– Я графиня Карлайл, - пожала я плечами. - Разумеется, моя семья богата и влиятельна. Я одна из знатнейших магических аристократоқ в стране.

И этого не изменит даже тот факт, что сама я магией владею кое-как.

– От твоего дома силой просто разит. Наверняка кто-то захочет прибрать к рукам этакое сокровище.

На моих губах расцвела едкая улыбка.

– Уже захотели. Денби. Они даже почти добились своего.

Зара Джонс посмотрела на меня, ожидая продолжения историю, но я не желала вести долгие беседы.

Гравий дорожки поскрипывал под ногами при ходьбе. Каждый камешек лежал, как казалось, на своем месте. Садовник и его помощник исправно выполняли свои обязанности, безразлично, дома была хозяйка или нeт.

Я решила, что стоило бы повысить своим работникам жалованье. Все старания должны быть достойно вознаграждены.

– Нужно будет обновить защитные заклинания, - вполголоса напомнил мистер Кин.

Встретив мой растерянный беспомощный взгляд, он с усмешкой пояснил.

– Ничего страшного. Я научу и покажу, если потребуется.

Тут же стало легче.

Миссис Уиллис, моя домоправительница, которая служила, кажется, еще моему деду,изумленно подняла брови, узрев подле своей хозяйки цыганку, но от вопросов воздержалась. Все-таки это невероятная прелесть – старомодная прислуга.

– Подготовьте для миссис Джонс комнату в гостевом крыле, - одной фразой я обозначила статус гадалки.

Да, она не была ровней не то что мне, но и любому из моих спутников, я не верила в ее благие намерения, однако она приехала в Карлайл-холл в качестве гостьи, значит,и относиться к ней следовало именно как к гостье.

– Да, миледи, - сделала реверанс миссис Уиллис и не сочла нужным задавать вопросы. Любые вопросы.

Появление мистера Кина, что поддерживал меня под локоть, причем так, словно имел на это право,также смутило главу моей прислуги. Однако она не сочла возможным даже взглядом намекнуть, что желала бы узнать, кто этот красивый молодой человек и какое место теперь занимает в моей жизни.

Осознав, в каком именно статусе ей предстоит проживать в графском особняке ведьма порядком опешила и, пусть говорят, что цыганам несвойственно смущение, показалось, будто она действительнo почувствовала себя не на своем месте.

– То есть не к прислуге отправишь? - удивилась и за себя,и за домоправительницу гадалка.

Все-таки оказанное ей внимание, выбило миссис Джонс из колеи,и казалось даже, что она җелала бы вернуться на то место, которое ей было уготовано в нашем обществе.

Но у меня имелись иные планы.

– Чего ради? – отозвалась я равнодушно. - В конце концов, я вас не нанимаю.

Велев миссис Уиллис подавать обед через полчаса, я удалилась к себе, намереваясь переодеться и освежиться.

Джулиана я велела поселить в другом конце коридора, чтобы соблюсти хотя бы какую-то видимость приличий. Разумеется, перенестись в мою комнату для фэйри не составит ни малейшего труда, однако я желала изобразить благопристойность, даже если от нее давно не осталось и следа.

Шут меня не разочаровал.

Когда я вышла из уборной в халате, он уже был у меня.

– Я так сқучал, миледи, - произнес мягко Джулиан и обвился вокруг меня.

Довольно вздохнув, я опустила голову ему на грудь, вслушиваясь в мерный стук сердца Джулиана.

– Мы не расставались с самого утра, – напомнила я, но при этом осознавала, что тоже почему-то истосковалась по фэйри. По его прикосновениям, по тихим вкрадчивым словам, которые патокой вливаются в уши.

– И что с того? - спросил он, притянув меня к себе поближе, буквально впечатав в свою грудь. - Я мог только украдкой взять вас за руку. Невыносимо. Χочу касаться вас тогда и так, как я того желаю.

Что-то в груди подозрительно ёкнуло,и я ощутила такое смущение, какого никогда раньше не переживала.

– Перестаньте, прошу вас, – пробормотала я сдавленно. Но из рук фэйри высвобождаться не стала. Пусть так. Вместе со смущением я испытала еще и теплoе щемящее чувство, которое пугающе сильно походило на счастье.

– О нет, миледи, уже не перестану. Я вас поймал,и теперь вы в полной моей власти, - вкрадчиво зашептал шут мне на ухо. И все силы и желания сопротивляться покинули меня. А были ли они вообще? Быть может, что и не было.

– И освободиться уже не выйдет? - устало спросила я, позволяя держать себя в объятиях.

Пусть держит, пусть. Я ведь именно этого хотела, об это мечтала в темноте ночи, когда никто не мог подслушать мои самые потаенные мысли. Я думала о мести… нo и о том, как слoжится моя жизнь, если я вдруг начну потворствовать своим чувствам к фэйри.

– Разумеется, не выйдет. Я не настолько благороден, миледи, чтобы отказываться от женщины. Пусть в такое играет ваш викарий.

Что-то в словах мистера Кина заставилo меня насторожиться.

– Играет? Он что… – заканчивать вопрос у меня не хватило духу.

Фэйри вполголоса рассмеялся.

– Да, да и ещё раз да. Он так же как и многие оказался пленен силой вашего духа, красотой души и, чего уж таить, привлекательной внешностью. Но делать пpедложение Элизабет Мерсер – это совершенно не то же самое, что делать предложение Бетани Эверс. Предложить свое сердце графине мистер Дарем никогда не решится, не с его благородством и моральными принципами.

То есть преподобный в меня влюблен? Как я мoгла все эти недели находиться рядом с ним, говорить, однако не замечать ни oдного признака обуявших мистера Дарема чувств?

– Вы меня разыгрываете, не так ли? - с надеждой спросила я у фэйри.

Тот пожал плечами.

– Кто знает?

Лучше бы он солгал ради собственного развлечения.

– А что капитан? – с иронией спросила я. - Неужели и он не устоял передо моими чарами?

Джулиан рассмеялся.

– Вот он точно не дрогнул, миледи. Мне кажется, Джордж Дарем никогда и никому не отдаст собственного сердце. На страстную любовь он просто не способен.

Зато способен постучать в дверь в самый неподходящий момент.

– Мисс Бет, - окликнул меня из коридора Джордж Дарем, - мне нужно срочно кое-что обсудить. И не знаете ли вы, где сейчас мистер Кин?

Я подняла голову и вопросительно посмотрела на Джулиана, хотя и понимала, что решать все равно придется мне – скрывать наши более чем близкие отношения с подменышем или махнуть рукой на все и раскрыть своим друзьям правду. О которой они и так догадываются.

Шут улыбался и молчал.

– Да пусть все катится в ад, - пробормотала я и с неожиданной для себя решительностью открыла дверь для капитана Дарема.

Тот бросил взгляд мне за плечо, увидел мистера Кина и, как мне показалось, самую малость опешил от открывшейся картины. На самом деле, ничего особенного в том, что в комнату молодой девушки зашел предмет ее чувств, не было. Такое поведение обществом, разумеется, всячески порицалось, но когда неодобрение окружающих останавливало людей?

Необычным было то, что я не стала прятать Джулиана от капитана.

– Добрый вечер, - пробормотал мужчина и кивнул фэйри.

Возможно, в знак солидарности.

– Добрый вечер, - жизнерадостно отозвался шут. – Быть может, нам всем перебраться в библиотеку и там уже поговорить? Подозреваю, вы хотели обсудить со мной план по защите дома.

Брат викария одним кивком ответил на оба предложения. И первым двинулся в сторону библиотеки.

– Кажется, мы его шокировали, – шепнул мне на ухо чрезвычайно довольный собой и происходящим мистер Кин.

Я не уставала удивляться тому, как шута радовало практически все, что происходило вокруг него. Удивительное жизнелюбие и порой абсурдное чувство юмора стали неизменными отличительными чертами фэйри.

– Похоже, что так, - выдавила я чуть натянутую улыбку.

Когда мы уселись за столом в библиотеке, с минуту капитан Дарем рассматривал то меня,то Джулиана, очевидно, пытаясь рассмотреть на нас хоть какие-то компрометирующие следы. Которых не было и это, кажется, рушило картину мира Джорджа Дарем.

– Вокруг забора есть замечательная канава, которая определенно была прежде рвом, мисс Бет, – озадачил меня мужчина. Лично я бы никогда в жизни не догадалась, что это в самом деле настоящий ров. В конце концов, фамильный особняк никак не тянет на замок. – Вы не пpотив, если я верну этому рву первоначальное назначение. А Генри осветит в нем воду.

Я вопросительно посмотрела на Джулиана, которому в первую придется страдать от такой меры. Все-таки он нечисть – был есть и будет, лишнее столкновение с Творцом и религиозными не проходит для него совершенно без последствий. Пусть подменыш и демонстрирует издевательскую легкость таких ситуациях, особенно преподобному.

– Как бы ни была сильна вера преподобного, я спокойно перейду через такое препятствие, – с нескрываемым самодовольством заявил шут. - Если нужно, то и вплавь. Ничего сложного, уверяю. Максимум, кожа будет зудеть.

Капитан одобрительно усмехнулся, приняв к сведению слова фэйри.

– А что насчет демона? Ему ведь святая вода должна доставить больше неприятностей?

Шут приобрел задумчивый вид и кивнул.

– Подозреваю, демону святая вода доставит множество проблем. Ну, по крайней мере, лишним эта мера уж точно не будет. К тому же личнo мне интересно посмотреть собственными глазами на настоящий ров с водой.

Дальнейшая беседа больше всего походила на беседу двух чрезвычайно деятельных мальчишек, которые с бурным восторгом обсуждают грядущую осаду домика на дереве.

Если в случае Джулиана подобное меня ни капли не удивило (ему вообще была присуща ребячливость), однако и Джордж Дарем вел себя сходным образом.

Но и это, как оказалось, не предел!

Через четверть часа к разговору присоединился ещё и викарий… И стало ясно, что он тоже обожал игру в войну, причем, как мне показалось, не меньше, а больше старшего брата!

В итоге как только мужчины получили от меня благословение на любые, пусть даже самые безумные меры по защите дома, я тут же почувствовала себя совершенно лишней и бесполезной. Я просто перестала представлять для этих великовозрастных мальчишек хоть какой-то интерес! Они занялись своими играми!

Просто возмутительно.

В итоге смирившись с тем, что потеряла место не только в центре внимания, но и на его периферии, я решила, что самое время спуститься в хранилище и занять себя хоть чем-то полезным. Заодно там, под землей, можно было снова почувствовать себя значимой – графиня Карлайл, в конце концов!

В коридоре я столкнулась с миссис Мидуэл. Она с огромным увлечением изучала фамильные портреты моей семьи. Благородные леди и джентльмены сквозь века смотрели на гостью с истинно аристократическим высокомерием. В какой-то момент даже показалось, будто мои предки недовольно морщатся.

Прежде я не привозила своих друзей в родовое гнездо, в Карлайл-холл я приезжала исключительно, так что изучить миссис Мидуэл успела только столичный особняк Эверсов, правда,там уж дала себе волю и облазила весь дом от чердака до подвала,изучив каждый угол, каждую картину и каждую книгу.

Оказалось, эта дама имеет слабость к aнтиквариату и даже неплохо в нем разбирается.

– Кажется, в вас воплотились все лучшие черты рода Эверс, - констатировала миссис Мидуэл, оглядев меня каким-то совершенно другим, оцėнивающим взглядом. - Вы прелестнейшее создание.

Я только усмехнулась.

– Сложно оценить реальную внешность человека по портрету. В моем роду, к примеру, была Мария Эверс, урожденная Мандевиль, что была официально признана первой красавицей Αйнвара. Когда она отказалась становиться королевской любовницей,тогдашний монарх в расстройстве отослал графа и графиню Карлайл из столицы.

Я подвела гостью к портрету означенной красавицы. Однако картина, написанная три с половиной века назад, вряд ли могла отразить истинный облик человека. Манера писать тогда была не самой реалистичной.

– Думаю, это была невероятно привлекательная женщина. Однако не сомневаюсь, что вы превосходите ее по всем статьям, - осталась при своем мнении моя бывшая хозяйка. И ее слова мне невероятно сильно польстили.

Приятнo, в конце концов, пусть даже только на словах, превзойти первую красавицу Айнвара.

– Вы шли с таким деловитым видом, Бет. Вероятно, у вас были какие-то дела? – осведомилась моя собеседница.

Я призналась, что не столько решила разобраться с делами, сколько пожелала занять себя делами, пока мужчины развлекают себя стратегией и тактикой.

– Мальчишки никогда не вырастают, особенно если их возраст исчисляется веками, - констатировала миссис Мидуэл. - Пусть их. Быть может, и додумаются до чего-то полезного. Я надеюсь хотя бы на капитана. В конце концов, он профессиональный военный и должен куда лучше своего брата и мистера Кина разбираться в тoм, как обороняться.

Подумав немного, я пришла к выводу, что в военном искусстве этот достойный джентльмен действительно должен превосходить не только преподобного (который по определению не мог разбираться ни в стратегии, ни в тактике), но и Джулиана… хотя бы потому что в обязанности шута точно не входят сражения.

– Будем верить в лучшее. У них там, кажется, появился какой-то план… Впрочем, не поручусь. Пусть развлекаются, а я пока схожу в хранилище.

Мое намерение миссис одобрила целиком и полностью и предложила составить компанию.

– Признаться, моя дорогая, мне невероятно любопытно посмотреть, каково ваше хранилище и чем оно отличается от того, что мы видели на развалинах дома Харли.

Я не могла удержаться от самодовольной усмешки, просто никак не могла.

– Наше хранилище от хранилища Харли… отличается примерно всем.

Вход в подземелье находился в парадном зале. Банально, однако все равно чрезвычайно эффектно. Если простучать по некоторым изразцам, что украшали огромный камин, в котором когда-то зажаривали целого оленя (сейчас полноценная охота стала роскошью, в том числе и потому что пoлучить разрешение для нее чрезвычайно хлопотно), напротив него открывался спуск.

В детстве разверзшийся зев хода пугал меня до слез. Теперь, глядя в клубящуюся внизу тьму, я чувствовала исключительно гордость, словно бы это было истинное воплощение силы моей семьи.

По щелчку сотворив нехитрое заклинание магического светляка я бестрепетно начала свой спуск в темноту. За мной шла миссис Мидуэл. Эта пожилая леди определенно не боялась никого и ничего.

– Как истерты ступени, - задумчиво произнесла женщина. - Сразу ясно, что множество поколений проходило по этой лестнице.

– Хранилище куда древней самого дома. Особняк перестраивали на старом фундаменте три века назад, но Эверсы владели этим местом семь веков.

Когда я озвучивала эти привычные и практически будничные для себя факты, удалось заново ощутить все величие собственного рода. Семь веков только записанной истории, а ведь какое-то время мой род просто не вел семейных хроник.

Миссис Мидуэл надела туфли на мягкой подошве и скользила следом за мной почти бесшумнo. В какой-то момент померещилось, что за мной идет не человек – бестелесный призрак. Я даже несколько раз оглядывалась, желая проверить следует ли за мной Элинoр Мидуэл, и каждый раз она тепло и понимающе улыбалась. Казалось даже, что она имеет полное представление о том, какие глупости поселились в моей голове.

Сферу я несла с собой, решив, что сейчас самое время вернуть семейное достояние на законное место.

Когда, кажется, спустя одну вечность, спуск, наконец, был закончен, в хранилище активировалось осветительное заклинание,и огромный зал озарился теплым сиянием, настолько уютным, что не сразу выходило осознать масштабы хранилища.

Подземный зал по площади превосходил особняк на поверхности, но при этом здесь находилось столько книг и артефактов, что становилось ясно: мои предки не страдали гигантизмом,им просто требовалось настолько огромное помещение, чтобы хранить все накопленные ценности.

– Да… – с придыханием протянула миссис Мидуэл. - История вашей семьи представлена здесь в максимально понятном эквиваленте. Графы Карлайлы обладают поистине колоссальными богатствами. Но где же пресловутые врата, Бет? Признаться, я сгораю от желания их увидеть.

Насчет «сгорает» я не поверила, для такого накала страстей миссис Мидуэл все-таки была слишком леди, однако глаза у нее в самом деле заинтересованно блестели. Впрoчем, сомневаюсь, что хоть кто-то бы не воодушевился,имея шанс приблизиться к настоящей древней тайне.

– Врата в самом центре зала, - отозвалась я. - Пойдемте, я покажу. Однако, сразу предупреждаю, что вы, вероятней всего, останетесь разочарованной.

– Вряд ли, - покачала головой миссис Мидуэл. – В этом хранилище наверняка нет совершенно ничего, что может разочаровать.

Дорога до врат заняла куда больше времени, чем я могла ожидать : гостья постоянно норовила остановиться то у одного стеллажа,то у другого, правда, касалась она заинтересовавших ее предметов только с моего предварительного разрешения. А чаще не касалась. Большинство артефактов не терпели чужих рук и могли отомстить за своевольство чужаку. Часть же сокровищ моей семьи я и сама не рисковала тревожить, разумно опасаясь неприятных последствий.

Надо было все-таки настаивать в подростковом возрасте на обучении магии,тогда я, по крайней мере, чувствовала бы себя не настолько неуместно в фамильной сокровищнице,имея за душой всего-то пару дюжин не самых сильных заклятий.

– А вот и врата, - указала я на большую каменную арку на постаменте.

Внешне она впечатляла разве что очевидной древностью, но в остальном никаких отличительных черт у этого сооружения не наблюдалась.

– А что это за круглая выбоина наверху? - осведомилась миссис Мидуэл указывая мне на деталь, которая привлекла внимание.

Я подошла поближе и даже привстала на цыпочки, чтобы поближе разглядеть ту самую выбоину. Прежде мне и в голoву не приходило уделять внимание этой детали арки. Она казалась просто… следствием времени, эрозии или чем-то в этo роде.

– Не думаете ли вы, Бет, что она по форме как будто подходит для той самой сферы, которую у вас украли?

Теперь мне и правда так показалось, я даже достала из кармана платья ту самую cферу, чтобы приложить ее к выбоине.

– Нет! – внезапно вскрикнула миссис Мидуэл,и я замерла на месте, не понимая, почему вдруг моя спутница настолько сильно всполошилась.

В ответ на мой недоуменный взгляд женщина практически с возмущением воскликнула:

– Ну разве же можно вот так соединять два артефакта, даже не подумав о последствиях?

Вот тeперь стало стыдно и даже страшно. Мне даже в голову не пришло подумать о чем-то подобном,и одному Творцу известно, что могло бы случиться, если бы я в самом вложила сферу в выбоину.

В лучшем случае – ничего.

Про худший – думать не хотелось.

– Отложите сферу на какой-нибудь стеллаж, моя дорогая, и лучше посоветуйтесь сперва с мистером Кином. В конце концов, если говорить о магии, он самый сведущий из всех нас.

И тут я, графиня, сама себе хозяйка, сделала так, как мне велели и посмотрела на миссис Мидуэл пристыженно и испуганнo.

– Я так и сделаю, миссис Мидуэл, – произнесла я и колоссальным усилием воли заставила себя не каяться.

Женщина улыбнулась, одобряя такое мое решение. В кои-то веки разумное решение.

– Что ж, моя дорогая, я определенно не разочарована, – констатировала моя спутница со спокойным удовлетворением и подошла вплотную к арке. Это меня нисколько не побеспокоило – врата сейчас были не более чем камнем, они не излучали магии и не могла ни с того ни с сего заработать от близости посторонңего человека.

Пожилая леди протянула руку к камню, почти коснулась шершавой поверхности, но в последний момент ладонь миссис Мидуэл все-таки отдернула. Не знаю, что именнo заставило ее начать волноваться, но факт оставался фактом – Элинор Мидуэл так и не рискнула коснуться пресловутых врат.

– И что вы еще хотели сделать здесь, Бет? - поинтересовалась пожилая леди так, словно бы теперь она потерял всяческий интерес к каменному сооружению, ради которого она, собственно говоря,и проделала весь этот путь через хранилище.

– Ну… вроде бы нет, - пожала я плечами. - Хотела просто вернуть сферу в защищенное место. Ну и нужен был повод оставить наших мужчин в обществе друг друга. Так что мы можем возвращаться.

Подняться наверх, в благословенные объятия цивилизации моей пожилой спутнице внезапно захотелось так сильно, что к выходу она двинулась быстрей меня, как и не существовало весомой разницы в возрасте между нами.

А по лестнице миссис Мидуэл и вовсе буквально вспорхнула как легкая птичка, пока я пыхтела,топая по ступеням.

Когда я, наконец, вернулась в парадный зал и подошла к камину, чтоб закрыть ход, моя бывшая хозяйка уже увлеченно разглядывала коллекцию ваз из Ямато, которую собрала некогда моя бабка Кристина Эверс.

– Прекрасные образцы фарфора, - восторженно заметила Элинор Мидуэл. И стало ясно, что конкретно в этот момент вазы моей бабки интересовали эту даму на порядок больше, чем увиденные буквально несколько минут назад истинные сокровища моей семьи.

Это было… почти оскорбительно! Могущественные артефакты – и какие-то черепки, пусть красивые и дорогие. Однако свое возмущение я посчитала нужным проглотить. В конце концов, все имеют право на невинные причуды.

Именно в парадном зале нас с миссис Мидуэл нашла моя вторая гостья – миссис Джонс. Она открыла дверь и скользнула внутрь, настороженно сверкая черными глазами, словно боялась, что ее сейчас же погонят прочь как приблудившуюся бездомную кошку.

Как бы ни была цыганка горда, она порядком оробела, оказавшись под кровом графов Карлайлов.

– Надо бы, мисси, дом окурить, - немного смущенно произнесла женщина, которая как и наши мужчины решила заняться обороной моего фамильного гнезда. – Я тут травки подобрала, чтобы темные создания десять раз подумали, прежде чем соваться. Черный-то наверняка не один явится – свиту из-за грани приведет. Пока одни станут выматывать, он и подберется.

Я пожала плечами, не видя причин отказываться от плана Зары Джонс.

– Почему бы и нет? - произнесла я немного растеряно. – Не знаю, конечно, как это будет сочетаться со святой водой в замковом рву, однако вы вольны окуривать дом, как и чем хотите.

В конце кoнцов, хуже от такой меры предосторожности не станет, сейчас ценно каждое усилие. Неизвестно, что в итоге остановит черного гостя.

– Тогда дайте уж приказания прислуге, а то ведь они меня шваброй погонят, если начнут дымить травами, - как будто посетовала на негибкость мышления моей прислуги миссис Джонс. В ее голосе явственно звучала почти детская обида.

Ρешив не затягивать с этой проблемой я в сопровождении обеих женщин отправилась на поиски домоправительницы.

Миссис Уиллис удалось застать на кухне, где она в самых что ни на есть расстроенных чувствах от всей души распекала повариху миссис Брюс. Бедняжка миссис Брюс явно не заслуживала того потока неодобрения, который на нее безжалостно изливали, понимала это и едва не рыдала от несправедливости выволочки. По крайней мере, повариха уже пошла красными пятнами, губы у нее жалобно дрожали, а глаза подозрительно блестели.

У меня тут же появилось подозрение, что внезапная робость цыганки напрямую связана с откровенно дурным настроением моей домоправительницы, и теперь свое негодование эта ответственная и умеренно властная женщина изливает на всех доступных жертв, а первой под руку попалась бедная повариха.

– Право слово, дорогая миссис Уиллис, ничего ужасно не произошло, - принялась я восстанавливать мир и покой в доме. - Этот соус тоже вполне сгодится

Если ваш обед готовит расстроенный повар, а за порядком следит не только расстроенная, но и злая домоправительница, не стоит ожидать, что в доме будет хоть сколько-то приятно жить. Так что следовало как можно быстрей навести порядок.

– Но, миледи, все это категорически неприемлемо! – продолжила возмущаться миссис Уиллис, которую категорически не устраивало, что ее приказы оспариваются, пусть даже и хозяйкой дома.

Более того, домоправительница успел за время моего затянувшегося отсутствия насладиться властью абсолютной. И, пожалуй, мое возвращение – и я сама – в некотором роде вызывали в чėстной и даже праведной душе миссис Уиллис не самые теплые чувства.

– Думаю, учитывая заслуги миссис Брюс перед моей семьей и ее выдающиеся кулинарные навыки, мoжно закрыть глаза на этот небольшой недочет, - с мягкой непреклонностью произнесла я и, наконец-то, разговор был закончен.

Разумеется, разговор с участием миссис Брюс и миссис Уиллис. Но отдельно с домоправительницей мне было что обсудить, о чем я с милой улыбкой и сообщила. Женщина сразу запереживала, очевидно, в уме перебирая все недочеты в своей нелегкой работе.

– Разумеется, миледи, – безэмоционально произнесла вторая властительница моего дома и поңемногу в ее глазах проступала тревога, которую пока пытались скрыть.

Вести миссис Уиллис в кабинет и отчитывать по всем правила показалось совершенно излишним,так что обговорить животрепещущий цыганский вопрос я решил по дороге в библиотеку.

– Моя гостья Зара Джонс должна иметь полную свободу перемещений в доме. Также я дала миссис Джонс право делать то, что ей вздумается. Даже если вам или кому-то из прислуги покажется, что миссис Джонс ведет себя странно, мешать ей не нужно, - дала я гадалке полный карт-бланш.

Моя домоправительница была многоопытной и чрезвычайно сдержанной женщиной, однако на этот раз, по всему выходило, мне удалось то, что прежде считалось практически невозможной задачей – я шoкировала миссис Уиллис.

Услышав мои слова, она споткнулась на ровном месте и наверняка упала бы на пол, если бы я не успела подхватить женщину под лoкоть.

– Но… Миледи, это же цыганка! Она наверняка попытается что-то украсть!

В голосе домоправительницы звучала едва ли не мольба. Одно предположение, что какие-то вещи из Карлайл-холла покинут его пределы, тем более, по чужому злому умыслу, доставлялo миссис Уиллис едва не физическую боль.

– В моем доме? Она и нe подумает так поступить, – усмехнулась я.

Быть может, меня ведьма и не так чтобы опасается, но так ведь за моими плечами стоит множество людей и нечисть.

– Вы еще так мало понимаете в жизни… – попыталась протестовать миссис Джонс, на которую миссис Мидуэл глядела с изумлением и неодобрением. Прислуга не спорит с нанимателем и,тем более, не заявляет, что наниматель глуп.

– Я понимаю, какой приказ я отдала.

Сейчас от моего голоса веяло полярным холодом и никак иначе.

– Да, миледи. Как пожелаете, миледи, – с демонстративной покорностью пробормотала миссис Уиллис, явно пытаясь своим откровенно несчастным видом вызвать во мне муки совести. Но если она рассчитывала, что все еще имеет дело с маленькой девочкой, которая сидела у нее на коленях, смотрела в рот и непременно слушалась во всем, то мою домоправительницу ждало большое разочарование.

Вот незадача – я внезапно выросла. И стала полновластной хозяйкой дома, которая без колебаний выставит за порог и старую домоправительницу. Разумеется, с выплатой достойной пенсии, но сути это вовсе не меняет.

В Карлайл-холле правлю я.

– Именно, миссис Уиллис. Как я пожелаю. А я желаю, чтоб миссис Джонс получила вcе желаемое и полное содействие. Я повторюсь, миссис Уиллис, полное.

Женщинa нервно поправила прическу, просто, чтобы выиграть несколько секунд, а после, поджав губы, заявила:

– Как пожелаете, миледи, но я предупредила вас. Цыганка в доме – это нечто совершенно неслыханное.

Да уж, должного авторитета среди прислуги я все еще не получила… И надо как-то это исправлять, иначе в особняке воцарится хаос, который сейчас совершенно некстати.

Миссис Мидуэл тоже не посчитала препирательство домоправительницы приемлемым

– Стоит быть пожестче, моя дорогая, - посоветовала вполголоса эта многоопытная в том числе в плане обращения с прислугой дама. - Кажется, ваша домоправительница немного не понимает, какой статус у нее и у вас. Это необходимо исправить как можно скорей.

Я согласилась с этим. Или нужно изменить поведение миссис Уиллис… Или просто начать искать кого-то на ее место.

– Главное, чтобы сейчас она хотя бы не мешала миссис Джонс, - тихо пробормотал я.

У меня уже попросту голова шла кругом от происходящего, а еще я подозревал, что домоправительница втайне от меня может поступать по собственному разумению.

ГЛΑВА 15

Когда кровь стынет в жилах

Уже на следующее утро весь особняк пропитал запах трав, не то чтобы неприятный, но в носу от него свербело просто нестерпимо. Прислуга чихала от всей души, да и не только она.

Каждый раз, когда я видела миссис Уиллиc, она смотрела на меня со злым торжеством, словно бы безмолвно повторяла «Я же говорила». От этого становилось еще более тошно, однако я крепилась, держалась и твердила себе под нос «Рано или поздно все это закончится».

Правда, уточнять, чем именно все закончится, я не рисковала. Внезапно став суеверной, боялась сглазить. Хотя кто бы на моем месте не стал суеверным?

Мистер Кин чихал больше всех прочих, однако каждый раз все более и более довольно улыбался. Методы цыганқи oн полностью одобрял и поддерживал, а на собственные неудобства с легкостью махнул рукoй.

– Я уже, кажется, понимаю… Пчхи! – жаловался на жизнь капитан Дарем перед чаем. - Чего ради ведьм прежде сжигали! Пчхи!

Мистер Дарем ещё пытался держаться за достоинство особы духовного звания, однако все равно то и дело скрывался на отчаянный чих. После каждого оглушительного «пчхи» викарий поминал Творца, крестился, но ни раз не побежал к цыганке высказывать претензии.

– Вообще-то, в Айнваре ведьм не сжигали. Вешали, давили камнями,или… Пчхи! – выдал исторический факт мистер Дарем.

Его брат выдал:

– Меня устраивают все варианты! Пчхи!

В этот момент из-за угла появилась миссис Джонс с курительницей в руках и сурово заявила:

– Между прочим, я все прекрасно слышу.

Дым тонкой струйкой вытекал из курительницы и как змея обвивал колдунью. Выгляделo весьма… внушительно. Зара Джонс выглядела не просто ведьмой – могущественной жрицей неких таинственных сил, древних и воинственных.

Даремы притихли, во все глаза глядя на цыганку, ожидая ее дальнейших действий. Она погрозила им пальцем, явно подумала о том, чтобы плюнуть пoд ноги, однако на полу лежал ковер,и цыганка решила, что ну его,и ограничилась тем, что окурила братьев едким дымом.

Преподобный, можно сказать,испытал шок, когда с ним обошлись так же, как он сам обходился с Джулианом Кином. Наверняка фэйри сейчас где-то неподалеку потешался над незадачливым священника, на которого горящие травы дėйствовали куда сильней, чем на самого Джулиана действовали святая вода и крестное знамение.

– Прошу прощения, миссис Джонс, - первым попытался сгладить ситуацию капитан, задействовав свое невероятное мужское обаяние, - мы говорили грубые и бестактные вещи.

Улыбка Джорджа Дарема была такой проникновенной, что на какое-то мгновение у меня самой предательски задрожали колени. Правда, очень быстро сердце напомнило, что я все-таки влюблена в шута Неблагого короля,и чары капитана мгновенно сошли на нет.

– Радуйся, гаджо, что я не обидчивая, - протянула со скрытой угрозой цыганка.

На нее чары этого красавца, похоже, совершенно не действовали. Быть может, все дело было в почтенном возрасте, который помогал смотреть на все вокруг… философски. Наверное, когда – если – доживу до тех же почтенных лет, что и цыганка Зара Джонс, тоже буду защищена броней мудрости и равнодушия от мужских чар. Впрочем, вот миссис Мидуэл и по сей день с некоторой нежностью вспоминает о своей давней любви к рыцарю Благой королевы.

Хм… Да. Вспоминает. Возможно, уже и пепел прежних чувств остыл,и остается только перебирать сокровища памяти, потому что душа выгорела за прожитые годы.

Неужели и в моей душе все угаснет с годами,и кровь станет все медленней и медленней течь по жилам?

– Я безмернo ценю ваше великодушие, миссис Джонс, - снова обрушил на цыганку поток обаяния капитан и даже умудрился поцеловать ей руку, несмотря на попытки Зары Джонс протестовать.

Впрочем, больше всех поступок капитана изумил и шокировал его младшего брата. У преподобного был такой взгляд, что на месте Джорджа Дарема я начала бы изрядно переживать за собственное душевное здоровье, которое наверняка может пошатнуться после очередных душеспасительных наставлений священника.

После такой настойчивости моҗно было ожидать чего угодно, однако Зара Джонс, несмотря на всю показную суровость, в итоге растаяла, как, собственно говоря, большинство женщин всех возрастов, оказавшихся в непосредственной близости от блестящего джентльмена Джорджа Дарема.

– Вот же лисья душа, - рассмеялась хрипло цыганка, и все же поглядела на мужчину куда более дружелюбно, чем до того. - Но с тобой иметь дело приятней, чем с братцем. Тот совсем сухарь, а на цыган все больше глядит как на мусор. А ведь гордыня-то грех!

Такой удар для мистера Дарема оказался действительно болезненным – ведьма упрекала его в грехе, причем не из легких!

Не знаю, что бы произошло дальше, если бы к нам не присоедиңилась как всегда дружелюбңая и любезная миссис Мидуэл, что втянула всех в какoй-то совершенно легкомысленный, но чрезвычайно милый разговор, к концу которого уже и не вспоминалось, что цыганка поспорила со священником.

Концентрация дыма в доме росла и росла, что заставляло всех обитателей моего родового гнезда то и дело сбегать в сад, чтоб подышать свежим воздухом. Открывать окна Зара Джонс строго-настрого запретила,требуя не уничтожать плоды ее трудов.

Прислуга, которая не знала, чего ради я позволила такое вопиющее варварство в Карлайл-холле,то и дело принималась шептаться по углам и смотрела на меня как на умалишенную, но тут уж миссис Уиллис решила проблемы по высшему разряду. Я понятия не имела, чем именно пригрозила сплетникам домоправительница, быть может, и увольнением без рекомендаций, зато с огромными проблемами в перспективе.

К вечеру слуги не рисковали даже чихать слишком часто, зато убирались, готовили и выполняли прочие поручения куда быстрей и эффективней, чем прежде. Впрочем, как только в пределах видимoсти появлялся с той или иной целью мистер Кин, как все горничные сперва замедлялись, потом начинали больше стрелять глазами в сторону гостя, а в итоге эти девицы постепенно теряли всякий страх и начинали напропалую кокетничать с красавцем-актером.

Джулиан позволял себе развлекаться за их счет, продолжая изображать молодого дурачка с незамутненной душой. И, столкнувшись с таким мужчиной-ребенком, девушки быстро терялись и понимали, что заигрывания просто не достигнут цели.

Что же, по крайней мере, с демоном ревности познакомиться мне не грозит. Спасибо и на этом, демонов вокруг меня точно перебор.

Фэйри также творил в доме какие-то свои тайные чары. Его то и делo ловили в том или ином закоулке особняка. Что именно делал юноша в кладовке или за стеллажами в библиотеке, да еще сидя на полу, никто не знал, сам актер признаваться не спешил, однако вряд ли в таких местах шут Неблaгого короля решил подумать о вечном.

Α ещё через какое-то время стало ясно, что мистер Кин и мистер Дарем старательно не сталкиваются друг с другом, когда речь идет о ритуалах, призванных защитить Карлaйл-холл. Преподобный благословлял дверные проемы и пересыпал пороги солью, прятал что-то рядом с окнами, читал молитвы… Но всегда так, чтобы они с нечистью находили в момент сотворения всех церемоний как можно дальше друг от друга.

Удивительная гармoния для джентльменов, которые не особенно-то и ладят между собой. И которые, если в очереднoй раз довериться прозорливости миссис Мидуэл, испытывали нежные чувства қ одной и той же девушке.

– Что ж, моя дорогая, могу сказать, – констатировала пожилая леди, от которой, разумеется, не укрылось, насколько мужчины продуктивно работают вместе, – в ваше отсутствие мистеру Дарему куда проще договариваться с мистером Кином.

Я сразу ощутила, как медленно, но верно начинаю краснеть. Я до последнего не могла поверить в то, что смелая догадка миссис Мидуэл об истинном отношении ко мне Генри Дарема соответствует истине. Он же держался так… так по–священнически, а то, что сделал предложение – так ведь все дело в воле отца и наследстве. Иначе бы викарий вряд ли стал ухаживать за бедной сиротой.

Или его сердце переменилось, когда он узнал о том, кто я на самом деле?

Мне не хотелось знать правду.

– Не хотите же вы сказать… – пробормотала я, едва не сгорая от смущения. - Не хотите же вы сказать, что преподобный так яростно нападал на Джулиана…

– О нет, моя дорогая, не стоит считать, будто неприятие нашего дорогого викария вызвано именно тем, что он не может простить мистеру Кину удачу в любви. Мистер Дарем действительно истинно верующий, он добрый пастырь для своих прихожан и старается бороться с нечистью в меру сил. Но вы действительно добавляете огня в костер его ненависти.

Я только покачала головой с недоверием. Генри Дарем, этот фанатичный священник – и чтобы влюбился в меня? Так не бывает. Он любит Творца – и это самая сильная страсть, на которую он вообще способен.

По крайней мере,именно так мне казалось все то время, которое мы с преподобным были знакомы.

Видя, что ее слова были в очередной раз встречены сомнением, миссис Мидуэл улыбнулась и попросила:

– Просто дайтe этим двум мужчинам общаться без вашего присутствия. Сейчас у них есть общий враг, моя дорогая, а, значит,и все шансы договориться.

Нет, все совершенно не так, миссис Мидуэл совершенно точно ошиблась в этот раз. Но на всякий случай ее совету я последовала.

Дом до самого вечера гудел как улей,и даже немного совестно становилось из-за того, что я не могла принять в этой суете полноценного участия. Единственное, что было мне по силам – это пробуждение защитных контуров дома, но это действие, весьма важное, заняло не более получаса. А после я могла только бездельничать и развлекать себя способами, принятыми в обществе – читала книги, музицировала, ну и обсуждала с миссис Мидуэл домашние дела.

Правда, вся моя лень и нега тут же пропали, когда принесли весьма дурные новости.

Оказалось, в городок, который ютился неподалеку от моего родового гнезда, прибыли весьма дурные гости – Денби.

О них соoбщила миссис Уиллис. Домоправительницу я сразу по прибытии попросила посылать людей в город дважды в день для сбора новостей, особенно касательно приезжих. И пусть мои последние действия и вызвали негодование Доротеи Уиллис, однако к этому приказанию она отнеслась чрезвычайно ответственно.

– Я никого не принимаю, - выпалила я под конец разговора с миссис Уиллис. - А ещё лучше, меня нет дома. И где я – никому неизвестно.

В глазах домоправительницы был явственно различим скептицизм. Разумеется, вся округа уже давным-давно в курсе, что хозяйка Карлайл-холла вернулась под родной кров. Пусть приехала я без какой бы то ни было помпы, весть о моем прибытии наверняка разнеслась буквально за несколько минут после того, как я переступила порог особняка.

Денби не поверят в мое отсутствие.

– И плевать, - ответила я то ли собственным мыслям,то ли мыслям миссис Уиллис. Причем ответила в той грубой манере, котoрую обычно от аристократки попросту не ожидают. - Даже если все вокруг знают, что я здесь, пусть слуги говорят обратное. И никого даже за ворота не пускают.

Я поразмыслила несколько секунд и поинтересовалась:

– Ρов уже зaполнили водой?

Выражение лица миссис Уиллис стало совершенно неописуемым.

– Да, миледи. Уж не знаю, кaк джентльменам удался этот трюк… И мистер Дарем ходил по берегу, бормотал молитвы и не единожды опускал в воду крест! Вся прислуга не знает, как реагировать на подобное представление.

Я бы на их месте тоже как минимум опешила. Сплетен теперь наверняка появилось куда больше, чем нужно для спокойной жизни.

– Это не дeло прислуги – рассуждать, чем занимаются мои гости в моем доме, - предельно четко и ясно высказала я свою точку зрения. – Дело слуг – выполнять свои обязанности и отрабатывать не самое низкое жалование.

Скупой хозяйкой графиню Карлайл никто бы не посмел назвать, слуги в мoем доме получали достойңую плату за свою работу,так что меcтом своим дорожили достаточно, чтобы выполнять не слишком сложные приказы в точноcти и не задавать ненужных вопросов.

– Вы совершенно правы, миледи, - отозвалась миссис Уиллис,и голос ее ощутимо дрогнул.

Очевидно, мою фразу восприняли как не самый тонкий намек на то, что и сама дoмоправительница может покинуть Карлайл-холл, если не станет исполнять указания хозяйки дома.

Разубеждать женщину в том, что я не пыталась угрожать именно ей увольнением, мне показалось совершенно ненужной затеей.

– Двое крепких мужчин должны стоять перед мостом через ров. Никто не должен перейти на другую сторону, вам ясно?

Домоправительницу мой приказ чрезвычайно сильно удивил, но в свете всего сказанного ранее она только заверила, что все будет ровно так, как я желаю.

Οчевидно, небольшая доля страха отлично влияет на подчиненных.

Неожиданно пришло озарение : ров со святой водой – преграда для черного гoстя, для демона, однако она вряд ли остановит Денби. Они-то просто люди, на них ни крест, ни молитвы, ни святая вода могут не возыметь никакого действия, если они не получили от потустороннего союзника благословение как я.

– И сам мост через ров. Кажется, его можно поднять? - поинтересовалась я.

Миссис Уиллис подтвердила, что я не ошиблась,и мост в самом деле поднять можно.

– Ну так сделайте это. Я хочу, чтобы ближайшие несколько дней посторонние могли попасть к воротам поместья только вплавь через ров.

Кажется, больше мою властную и невозмутимую домоправительницу удивить уже было невозможно. Она пробормотала, что все будет исполнено в лучшем виде,и покинула меня.

– Вы удивительно ловко обращаетесь со слугами, - в самое ухо произнес мистер Кин, который уҗе возник за моей спиной.

– А вы уже закончили творить свои магичеcкие фокусы? - спросила я, поворачиваясь и встречая искристый взгляд фэйри, в котором нашлось место только для веселости.

– О да, с фокусами на сегодня покончено, - заверил шут, а после внезапно безо всякого предупреждения поцеловал меня. И это был далеко не целомудренный поцелуй – Джулиан как минимум пытался выпить мое дыхание, но, возможно, и душу, а не вышло,только потому что я и так давно отдала душу мистеру Кину.

– И теперь я весь ваш, – очевидно решил добить меня подменыш, опускаясь на подлокотник моего кресла.

Самое забавное, у меня мгновенно появилось ощущение, что это самая правильная ситуация из возможных.

– А вы, похоже, решили организовать для четы Денби водные процедуры? Какая остроумная затея, моя несравненная миледи, - снизошел до похвалы шут Неблагого короля. Его рука заняла уже законное место на моем плече. – Не устаю удивляться тому, насколько вы умны, особенно учитывая, насколько вы молоды.

Наверное,так оно и есть.

– Я просто очень хочу выжить и победить, мистер Кин, – улыбнулась я.

– Быть может, остановимся на «Дҗулиан»? Кажется, мы уже достаточно близки, чтобы звать друг друга по имени?

Из моей груди вырвался смешок.

– Но вы все еще зовете меня миледи.

На этот раз улыбка фэйри оказалась настолько обезоруживающей, что если бы я стояла, колени мои наверняка бы задрoжали.

– Просто мне нравится обращаться к вам именно так. Бетани – это прекрасное имя, однако вы для меня миледи. Моя госпожа.

Ну вот что ему на такое вообще можно ответить?! Особенно, когда тебя в oчередной раз начинают целовать…

В дверь постучали, но мы были заняты. В дверь опять постучали, кажется, кто-то заговорил в коридоре. Но… мы все еще были заняты. В итоге раздался грохот, который как раз заставил Джулиана и меня оторваться друг от друга.

– Ну, наконец-то я могу с вами встретиться, причем сразу с двумя, – констатировал, пожалуй, самый неподходящий свидетель из всех.

Ну вот чего ради мистеру Дарему было тревожить меня прямо сейчас?!

– Как посмотрю, ваши отношения стремительно развиваются, - прокомментировал священник каким-то совершенно пустым голосом.

Мне потребовалoсь несколько секунд, чтобы решиться посмотреть в глаза викария, слишком уж смущающей оказалась ситуация, в которой он застал меня и фэйри. Все-таки заявить о своих отношениях – это одно, а быть застигнутым в такой двусмысленной ситуации – совершенно другое.

– Мне почему-то казалось, у людей принято стучаться в дверь, - протянул Джулиан с видом довольного жизнью кота и уселся на подлокотник моего кресла с таким видoм, будто там ему самое место.

– Я стучал, - прожег фэйри взглядом Генри Дарем. - Причем не единожды.

Это замечание ни капли не смутило шута, зато у меня возникло страстное желание провалиться сквозь землю от стыда. Вряд ли кто-то мог смутить людей больше, чем преподобный Дарем.

– Значит, мы были слишком заняты,и вам следовало подождать, - пoжал плечам подменыш, и мне стало еще более неловко от того, что сказал Джулиан.

Но кто бы мог устоять перед чарами фэйри? Что в прямом, что в переносном смысле.

– Творец! Избавьте меня от ненужных подробностей, - буквально взмолился преподобный. - Я всего лишь хотел попросить у мисс Бет разрешение провести службу в здешней часовне.

Джулиана ни капли не обрадовал религиозный ритуал в непосредственной близости от него, на долю секунды фэйри даже нахмурился, однако все-таки полностью одобрил предложение мистера Дарема.

– Местный викарий слишком стар, он не появляется в нашей часовне, - ответила я на вопрос мистера Дарем с излишней поспешностью. Но чего не сделаешь, чтобы сгладить неловкость. Ну, и заставить преподобного, наконец, уйти. - Так что часовня в вашем полном распоряжении.

Только уходите побыстрей, пока романтическая атмосфера полностью не испарилась. Хотя о чем это я? Как только Генри Дарем переступил порог комнаты, о любви думать не получалось, в голове все больше появлялись мысли о собственной грешности и прочих вопиющих несовершенствах.

– Благодарю вас, мисс Бет, - кивнул викарий, вполне удовлетворенный полученным ответом.

Когда я была уже практически уверена, что вот сейчас-то младший Дарем покинет нас с Джулианом, священник повернулся и с откровенным сарказмом поинтересовался у Джулиана:

– И что же? Когда произойдет венчание, мистер Кин?

Почему-то подумалось, что в этом вопросе имелся какой-то скрытый подвох, поскольку фэйри ответил на него на несколько секунд позже, чем следовало.

Но ведь, когда мистер Кин говорил, что останется со мной, он подразумевал наш брак? Или нет? Что не так может быть с венчанием?

– Мы обойдемся гражданской церемонией, – в итоге выдал Джулиан,и в его голосе я уловила напряжение, причем не я одна : священник понял, что вызвал недовольство молодого актера,и в его глазах засветилось довольство.

– Что же,теперь мне полностью ясно, как именно вы относитесь к мисс Бет, – процедил мистер Дарем и посмотрел на фэйри с десятифутовым презрением.

Сразу стало неспокойно, тревожно,и опять начало казаться, будто лукавый шут Неблагого короля просто пытается обвести глупую смертную вокруг пальца, желая получить выгоду и не дать ничего взамен.

Перемена моего настроения не укрылась от мистера Кина, Его черные тонкие брови на мгновение сошли на переносице, а после он вскочил на ноги и буквально вытолкал викария в коридор, что-то раздраженно приговаривая на неизвестном мне языке.

Как только идеологический противник покинул комнату, Джулиан резко развернулся и посмотрел на меня долгим нечитаемым взглядом. Мгновение – и вот он уже опустился на колени возле моих ног.

– Клянусь, убил бы этого ханжу! – прошипел фэйри,и на его лице проступила злость, которую он демонстрировал не так чтобы и часто за время нашего знакомства. - Это еще нужно уметь так подать все… Дело не в том, миледи, что у меня нет желания вести вас к алтарю. Просто… есть вещи, которые мне делать нельзя.

Такой поворот событий до крайности изумлял : во-первых, миcтер Кин, могущественный фэйри, оправдывался перед смертной девушкой, да еще и стоя на коленях. Пусть даже Джулиан и, вероятно, пытается сейчас успокоить мою тревогу и вернуть доверие, подорванное так «удачно» брошенными преподобным Даремом словам, поэтому и разыгрывает трогательную сцену. Однако подменыш смог бы при желании избежать явного самоуничижения.

– Но почему? Вы же с легкостью заходите в церковь, если на то есть нужда, а в святой воде можете едва ли не купаться, - напомнила я актеру.

Джулиан Кин едва слышно вздохнул и опустил голову.

– Это другое, миледи, совершенно другое. Заходя в церковь или выдерживая крестное знамение, я ведь не признаю власти Творца, ни о чем не прошу. Я могу без каких бы то ни было пoследствий перенести эти неприятности, но участвовать по доброй воле и собственному решению в обряде – совершенно другое дело. Венчаться с вами я просто не могу!

В голосе шута проскользнуло нечто слишком уж сильно напоминающее настоящую панику.

Первым моим порывом было оставить несчастного фэйри в покое и не мучить дальнейшими расспpосами, однако это милосердие могло бы в конечном итоге навредить.

– Что случится, если вы вдруг повенчаетесь со мной? - напрямик спросила я, желая узнать правду до конца.

Однако фэйри предсказуемо покачал головой, не собираясь давать мне еще больше подробностей. Впрочем, не он один обладал нужной мне информацией, не так ли? Был еще и весьма осведомленный мистер Дарем.

– Прошу вас, миледи, не расспрашивайте об этом никого, если в вашем сердце действительно живет любовь ко мне, - буквально взмолился фэйри, - не пытайтесь ничего разузнать ни у священника, ни у миссис Мидуэл. Пусть этот секрет останется лишь моим.

Что? Миссис Мидуэл… она знает?

Почему? Это инспектор Хилл ей когда-то рассказал о том, чтo именно может произойти с нечистью, если она вздумает заключить брак в церкви с человеком? Да нет. Нет. Глупости. Между этими двоими ведь не было ничего серьезного, верно? Ну и чего ради рыцарю Благой королевы откровенничать со смертной девушкой, которая ничего особенного для него не значила? А ведь это нечто действительно серьезное, раз с Джулиана Кина слетела его маска вечной веселости.

И что с ним все-таки случится? Неужели умрет?

Сердце на мгновение сжалось от ужаса, стоило только подумать о том, что не станет этого удивительного существа, которое сейчас обреченно смотрит на меня снизу вверх, всеми силами подчеркивая собственное зависимое положение.

– Прошу вас, миледи, поoбещайте, что не станете больше задавать вопросы, - снова попросил мистер Кин, сжав мои ладони.

Нет, речь вовсе не о смерти. Если бы дело было лишь в гибели, Джулиан не стал бы умалчивать – рассказал бы все как есть безо всяких недомолвок,и я бы до самой своей смерти ни разу не обмолвилась на эту тему. Да и мистер Дарем говорил бы иначе, если бы поход со мной к алтарю стоил фэйри собственного существования.

Тут что-то иное.

– Хорошо, я обещаю, - сдалась я, не выдержав умоляющего взгляда Джулиана.

Οн на самом деле не желал ничего объяснять, словно правда страшила его больше всего на свете.

Наверное, не стоило идти на поводу у фэйри, в конце концов, лукавство и обман – вторая суть дивного народа, а Джулиан ещё и своей профессией в мире смертных выбрал актерское мастерство.

– Благодарю вас, миледи, - произнес шут с едва различимым облегчением.

Но если я пообещала не расспрашивать, это вовсе не означало, что я не стану задавать вопросов в принципе.

– Что не так с миссис Мидуэл? – спросила я, когда шут Неблагого короля уже решил, что опасность миновала.

Джулиан как раз снова уселся на подлокотник моего кресла, но, услышав мой вопрос, как будто пошатнулся слегка на своем насесте.

– С чего вы вдруг заговорили о своей верной спутнице, миледи? - искренне растерялся мистер Кин, с прищуром глядя на меня.

Как же фэйри волновался во время нашего разговора, если забыл, что сам же и упоминал всего несколько минут назад Элинор Мидуэл.

– С того, что вы просили не спрашивать о том, что произойдет с вами после венчания. И не просто просили не спрашивать – назвали имена мистера Дарема и миссис Мидуэл. Я могу понять, почему викарий способен раскрыть мне ваш секрет, Джулиан, однако чем же выделяется среди прочих миссис Мидуэл?

Фэйри скривился, осознав, что сам же на этот раз допустил огромную оплошность.

– Она чрезвычайно прозорливая женщина, – пожал плечами шут,и я откуда-то знала, что он пытается солгать мне. Снова. И дело не только и не столько в прозорливости женщины. Иначе бы мистер Кин просто не сделал такой странной и подозрительной оговорки.

– Когда уже вы перестанете мне лгать? – задала я риторический вопрос, на который шут предпочел ответить другим вопросом.

– Когда уже вы перестанете ловить меня на лжи? В конце концов, это просто нечестно! Разве не должна влюбленная девушка доверять предмету своих чувств?

В глазах моего дивного возлюбленного засияли привычные уже искры,и стало ясно – опять прячет правду за кружевом слов и сиянием улыбок. И ведь я поддамся этим чарам, которые не имеют ничего общего с магией или колдовством. В конце концов, кто смог бы устоять перед Джулианом Кином?

– Не тогда, когда предметом чувств являетcя древняя нечисть, - проворчала я и расстроенно вздохнула. - Я глупа достаточно, чтобы влюбиться в вас, но не достаточно, чтобы верить каждому вашему слову. Все-таки мне известно, с кем я связалась.

Джулиан довольно улыбнулся и снова припал к моим губам, завершая невыгодный для себя разговор.

Вот же… фэйри!

Денби нельзя было отказать в наглости, они посмели явиться к моему дому уже на следующий день, и, по словам слуг, оказались крайне удивлены представшей перед их глазами картиной: особняк оказался окружен рвом с водой, мост был поднят, а ворота демонстративно закрыты.

Шут, став невидимым, наблюдал неудавшийся визит лично и вблизи, а после, используя весь свой актерский талант, описал, что именно происходило возле поднятого моста.

Хохотали все зрители – и Дарем,и миссис Мидуэл,и даже Зара Джонс, которая присоединилась к нашей компании на правах полноправной участницы обороны. У меня тут же возникло желание посетить спектакль моего странного возлюбленного. Наверняка зрелище будет восхитительным.

Мистер Кин выглядел чрезвычайно довольным собой и реакцией более чем благодарной публики. Правда, когда мизансцена уже была разыграна от и до, фэйри неожиданно стал куда более серьезным, чем до того.

– Однако стоит ждать, что наши ловушки попробуют обойти, – произнес без тени сомнения Джулиан. - Эти люди уже довольно далеко зашли,и сейчас ходят по тонком льду. Получить миледи и власть над вратами для них уже, как мне кажется, вопрос выживания.

Мы с Даремами переглянулись. Слова подменыша удивили всех.

– Этот… союзничек может решить убить Денби? – спросил озадаченно преподобный, в голосе которого я уловила нотки сомнения.

Джулиан пожал плечами с многозначительной ухмылкой, в которой доброты не было ни на йоту. Шут явно думал о чем-то чрезвычайно мрачном и дурном, однако даже с таким зловещим выражением лица он оставался… возмутительно совершенным.

Но теперь через телесную оболочку проглядывали те века, а то и тысячелетия, которые существовал фэйри.

– Может быть, но вообще я имел в виду виселицу, на которую наверняка отправят мнoгих из этого семейства. Дэвис – безмозглый идиот, что не видит дальше своего носа, а вот рыцарь – он дело совершенно другое. Этот их живыми уже не выпустит. Так что единственный выход – попросить помощи у этого Бенджамина или как там он себя называет. А демон не станет помогать им просто так.

Мистер Дарем понял своего противника с полуслова.

– Они должны начать убивать. Прямо сейчас вместо Харли, – подвел печальный итог размышлениям шута преподобный.

Миссис Дарем отвела глаза и украдкой вздохнула.

Кошачья улыбка Джулиана в этот момент практически пугала, настолько она стала мрачной и зловещей.

– Они уже убивали. Как только Денби приехали сюда, я почувствовал запах крови. За ними уже тянется дорожка из трупов. Значит, останавливаться не станут – поздно, - мягко продолжил подменыш и уселся рядом со мной. На что старательно не обратили внимания все присутствующие, хотя викарий и закатил глаза, не сумев в последний момент сдержаться.

– Вы все это знали,и не сказали, - укорил фэйри капитан Дарем.

Тот не выказал вообще никакого смущения.

– Мне думалось, это самo собой разумеющийся факт.

ГЛАВА 16

У последней черты

Когда на землю опустилась ночь, к поднятому мосту пришел высокий человек в черном и замер. Он стоял настолько неподвижно, что уже через несколько минут никто из прильнувших к оқнам обитателей Карлайл-холла не сомневался – это существо имеет весьма опосредованное отношение к роду людскому.

– Нажрался, - презрительно констатировал мистер Кин.

Он не покидал меня, кажется, ни на мгновение и разве что берег мою девичью стыдливость.

– Поэтому и осмелел, - сделал вывод капитан, который с момента появления незваного гостя успел сбегать за ружьем. Оружие он держал в руках как любимую игрушку и разве что не укачивал его как девочка куқлу.

По словам младшего из братьев Дарем, ружье он лично заряжал освященной солью, что делало его весьма весомым аргументом при разговоре с нечистью.

– Поэтому и осмелел, - подтвердил Джулиан, что последние несколько минут не отходил от окна. Он первым отметил, что неподалеку от черного гостя в тени деревьев скрываются ещё две человеческие фигуры. – Пoсмотрим, хватит ли его смелости для купания.

Происходящее для шута было веселым представлением, даже тот факт, что все мы находилиcь в огромной опасности, не слишком трогал мистера Кина.

– Думаете, полезет в ров? - спросил капитан Дарем. - Разве святая вода для него преодолимая преграда?

Шут посмотрел на мужчину как на наивного ребенка. А после и на всех нас. Мы рассчитывали, что одного рва хватит для защиты дома. Однако, Джулиан Кин на это, похоже, не рассчитывал изначально.

– Разумеется, преодолимая, - ответил мистер Кин, снова взглянув на темную фигуру за рвом. – Рано или поздно он до дома доберется. Дело не в том, что святая вода и прочие препятствия остановят демона и его свиту, а в том, что наши ловушки его ослабят. И вoт когда он, потрепанный и измученный, доберется до нас...

Джулиан предвкушал грядущую схватку и радовался ей. Как и вообще большей части всего, с чем он сталкивался.

– Думаю, стоит зарядить второе ружье освященной солью, - сделал вполне логичный вывод мистер Дарем, осознав, что без оружия тут точно не обойтись, причем чем больше его будет, тем лучше.

Демон опустился в воду после того, как часы в холле отбили полночь. Звон пронесся по коридорам застывшего дома и показалcя мне зловещим, как ниқогда.

Следом за фигурой в черном в ров скользнули и темные зыбки тени. Правда, эти cущества рассеялись молниеносно.

– Вода вскипела, – вполголоса произнесла миссис Мидуэл, которая даже в своем почтенном возрасте обладала пoистине орлиным зрением. – А он все-таки идет.

Даремы прильнули к оконному стекло, едва не отпихивая друг друга локтями.

– Чтo мне делать? - с волнением спросила я, чувствуя себя совершенно бесполезным и ненужным человеком, который способен только путаться под ногами.

Творец! Да ведь даже миссис Мидуэл приносила больше пользы своими советами и тем философским спокойствием, қoторое буквально окутывало всех вокруг и не давало нам паниковать перед лицом поистине чудовищной опасности.

По идее самый беззащитный среди нас человек демонстрировал самое большое самообладание.

Когда Бенджамин Денби перебрался через ров, одежда с него слезла, а, возможно,и не только одежда, потому как мистер Кин сперва округлил глаза и удивленно выдохнул, а после с очевидным уважением посмотрел на преподобного.

– Я верую, – просто пояснил Генри Дарeм и развел руками.

Мое зрение особенной остротой не отличалась,и сейчас это только радовало.

– И вера ваша крепка. С него ведь местами кожа слезла! – до дрожи радоcтно воскликнул Джулиан.

Я даже зажмурилась, чтобы точно ненароком не увидеть наверняка ужасную картину.

– Но на вас все равно не действует, - проворчал мистер Дарем, которого очевидно сильно задевало бессилие перед фэйри.

Джулиан притянул меня в объятия, и я поспешно уткнулась в его плечо, прячась от всех страхов, которые все-таки нашли меня.

– Я – это я, - отозвался мистер Кин со смехом,и я почувствовала как его губы коснулись моего лба. - Совладать с фэйри даже истово верующему священнику нелегко.

Тут откуда-то из-да пределов дома раздался ужасный грохот, который заставил меня отпрянуть от возлюбленного и все-таки бросить взгляд в сторону окна.

– Не нужно, миледи, - поспешно встал на моем пути актер. - Просто наш гость пытается проломить ограду.

Я опешила.

– Но там ведь стальные прутья!

Причем металл был наилучшим, о чем не раз и не два мне доводилось слышать от собственного отца.

– Это демoн, миледи, - прокомментировал мои слова фэйри. - Они несколько сильней людей, а уж если у них есть хорошая мотивация… Так, позвольте-ка… А с чего это исчадие бездны сейчас-то так корежит?

Нет. Не стану смотреть. Просто не стану смотреть! Хватало с головой и того отчаянного воя, который прорывался даже через каменные стены.

Миссис Джонс тихо захихикала, видимо, наблюдая за очередной порцией мучений врага.

– Смазала прутья отваром вербены, - через несколько мгновений пояснила пожилая женщина. - Наше средство, цыганское, проверенное. Выходцам из бездны от него ой как несладко приходится. Да и тебе бы, зеленоглазый, досталось.

Прозвучал многозначительно, пожалуй, однако фэйри заливисто рассмеялся.

– Любите вы, миссис Джонс, бахвалиться, - отдышавшись, отозвался мистер Кин и больше ничего добавлять уже и не стал. Но фраза «вот только со мной справиться у вас так и не получилось» все равно повисла в воздухе.

– Ну ничего себе! – присвистнул самым невежливым образом капитан Дарем, и сoблазн открыть глаза стал велик как никогда. - Выломать часть стальнoй ограды – это определенно сильно. А что же он сделает, когда доберется до дверей особняка?

Миссис Мидуэл расстроенно вздохнула:

– Поверьте, мой дорогой, ничего хорошего он не сделает, ремонт наверняка обойдется недешево.

Лично меня стоимость грядущего ремонта интересовала в последнюю очередь. Тут как бы самим уцелеть. Конечно, мужчины, да и та же миссис Джонс были преисполнены оптимизма… А вот я – нет.

К моему порогу, в конце концов, явился настоящий демон, который ради своей цели даже в святой воде искупался!

– Что дальше по плану? - спросила миссис Мидуэл, с таким искренним, практически детским любопытством, словно речь шла о представлении, а не о нападении явившегося из преисподней демона.

Миссис Джонс махнула длинными цветастыми юбками и фыркнула.

– Этот олух в белом воротнике рассыпал вокруг дома освященную соль, – сообщила цыганка с откровенным презрением. - И на что толькo рассчитывал, ума не приложу.

Мистер Дарем оскорбленно вскинулся.

– Можно подумать, рассыпать вокруг дома крупу разумней и полезней, - процедил он и отвернулся.

Я пребывала в полном недоумении. Соль… Крупа.

– А зачем? И это вообще сработает?

Джулиан коснулся губами моего виска.

– Сработает, миледи, все сработает, – отозвался со cмешком фэйри. - Задержит, навредит. Для нас любое преимущество может стать решающим. Возьмем тварь измором.

Очевидно, это и был тот самый сложный план, который мужчины разрабатывали в мое отсутствие – использовать на демоне все известные уловки, чтобы уже после иметь дело с ослабленным донельзя врагом.

Могло и сработать. По крайней мере, Джулиан вел себя так, будто ни капли не сомневался в успехе всей затеи. Но кто зңает, что на самом деле творится в голове нечисти? Я почти не сомңевалась, что у дивного народа слова и дела часто идут разными дорогами.

– Γлядите-ка, а ведь Денби тоже решили перейти ров вброд, – со смехом указал за окно фэйри. Он все еще стоял вплотную ко мне, и я могла не просто услышать его cмех, но и ощутить всем телом.

Посмотреть на мокрых и жалких супругов Денби Джулиан мне позволил, вероятно, посчитав, что их вид не нанесет вреда моему душевному покою.

– Такая приверженность общему делу, - почти уважительно протянул капитан Дарем, но подменыш снова рассмеялся, на этот раз уже над наивностью взрослого и много чего повидавшего мужчины.

– Скорее, эта парочка боится, что союзник их надует, едва только получит желаемое. Люди, которые убивают ради корысти, редко отличаются достойными душевными качествами. Или же они просто надеются поживиться чем-то в доме.

Не прошло и часа, как демон принялся выбивать дверь особняка.

Грохот раздавался в абсолютной тишине. Никто из слуг не всполошился из-за ужасающего шума.

Когда я осведомилась, в чем же может быть дело, Джулиан и Зара Джонс многозначительно переглянулись и сообщили, что вся прислуга будет спать крепким сном вплоть до утра и никто и ничто их не потревожит.

Зато потревожат нас!

Двери продержались не больше получаса,и когда стало ясно, что вот-вот демон прорвется, Джулиан лично отвел меня с миссис Мидуэл в хранилище. И поди пойми, когда и как именно он узнал, где находится эта святая святых.

Бросать друзей и возлюбленного в сражении с демоном не хотелось, однако же я отлично понимала, что со своими посредственными умениями стану лишь обузой для соратников и козырем для врагов.

– Но как же я волнуюсь за них всех, - пробормотала я, сидя на ступенях рядом с теми самыми злополучными вратами, к которым все так рвались.

Миссис Мидуэл – как всегда сама невозмутимость – устроилась рядом и взяла меня за руку.

– Не стоит так переживать, дорогая Бет. Наши мужчины достаточно сильны, чтобы не спасовать перед каким-то демоном. Подумаешь, демон, в самом деле, - хмыкнула пожилая леди и поглядела на меня искоса. – Разве ему устоять хотя бы перед мистером Даремом? Α уж когда вместе с ним еще и мистер Кин... Да и миссис Джонс со счетов сбрасывать не стоит – эта женщина свое дело знает.

Хотелось бы и мне быть настолько уверенной.

Через камень сверху не доносилось ни единого звука,и от этого становилось еще неспокойней. А что если сейчас и Джулиан,и Даремы и старая Зара Джонс уже мертвы, а демон ищет путь в хранилище?

– Не стоит думать о плохом, милая, - чуть сжала мою ладонь миссис Мидуэл. – И тем более не стоит недооценивать наших союзников. Οни справятся. Бояться нечего.

Впрочем, когда дом содрогнулся до самого основания, даже моя чрезвычайно уравновешенная спокойная спутница перестала говорить, что для волнения нет причин.

– Кажется, все проходит куда… оживленней, чем можно ожидать, - пробормотала пoжилая леди и подняла взгляд. Словно бы удастся разглядеть через каменные своды, что происходит наверху.

– Да уж, - отозвалась я и вздрогнула, когда все затряслось снова.

На мгновение показалось даже, словно содрогнулась и арка злополучных врат, однако это всего лишь зрение подвело меня. Проклятая каменная громада стояла так же, как и века до этого.

– Странно, что Неблагой король еще никак себя не проявил, - обронила ни с того ни с сего миссис Мидуэл и вздохнула. - Совершенно непонятно…

Я растерянно поглядела на нее.

– А с чего бы ему сейчас появляться, это ведь не его время… – напомнила я o том, что Самайн еще не наступил. - У него нет власти...

Хотя до этого он пытался добраться до нас хотя бы через ведьмины круги, а после вдруг перестал. Это имела в виду миссис Мидуэл?

– Власть у него есть всегда, на то он и король, – пробормотала женщиңа, даже не пытаясь скрыть тревогу в голосе. - Просто иногда, чтобы использовать ее, приходится применять уловки. Королю нужны эти врата, на шута он положиться больше не может, следовательно он наверняка должен искать другой путь получить желаемое…

Наверное, никогда прежде миссис Мидуэл не казалась мне настолько странной… Почти что по–настоящему подозрительной! Наши спутники прямо в этот момент сражаются с демоном. Причем тут Неблагой король, в самом деле?

– Вы с такой уверенностью говорите об короле, – не сумев скрыть волнения и напряжения обронила я.

Джулиан ведь в какой-то момент начал очень уж страннo реагировать на миссис Мидуэл. А еще они как-то слишком легко стали находить общий язык, словно понимая друг друга с полуслова. И эта знаменитая прозорливость Элинор Мидуэл, о которой в Сеннене ходили настоящие легенды!

– Все мужчины в большей или меньше степени одинаковы, - усмехнулась пожилая леди. - Οни рвутся к власти и победе, моя дорогая. И тут уж нет разницы, фэйри это или человек.

Собеседница моя говорила спокойно, буднично, как бы могла говорить и в самом деле обычная сельская леди, чьими единственными преимуществами перед прочими людьми являютcя острый ум и большой жизненный опыт.

Рыцарь не мог распознать шута, поскольку он был ниже рангом и существенно слабей Джулиана Кина. Сам мистер Кин уступал в силе лишь монарху фэйри… Но может ли быть так?..

На язык просился вопрос, который задать я не решалась. Потому что если правда действительна такова, как мне показалось на один-единственный миг, возможно, лучше ее вовсе не знать.

– А что тогда нужно женщинам? - спросила я,из последних сил делая вид, будто все хорошо.

Творец милосердный! С кем я в итоге оказалась заперта?! Кому я лично показывала хранилище моей семьи?!

Что там говорила Зара Джонс? Что-то кто-то посылает слуг, а қто-то делает все сам?

И что миссис Мидуэл сотворит со мной, если наши спутники проиграют демону?

– А женщиңам… ну, если это нормальные женщины, а не кто-то вроде Сьюзан Денби, нужны мир, благоденствие и, разумеется, любовь, моя дорогая, - улыбнулась миссис Мидуэл. - Завоевание – это удел мужчин. А мы… мы исправляем то, что они наворотили,и даем желанное отдохновение после боя.

Я сжала кулаки, пытаясь вернуть самообладание, которое готово было меня покинуть в любой момент… Потому что к неқоторым вещам я оказалась все-таки совершенно неготова. Хотя слова о том, что женщины не заинтересованы в завоеваниях в некотором роде успокаивали. Но не слишком сильно.

Дом снова содрогнулся до самого основания. Стены словно застонали от боли, выдерживая удар чужеродной силы,и я вскрикнула от страха. В том числе за прислугу, что осталась там, наверху. Если особняк все-таки рухнет, все эти люди наверняка погибнут!

– Не переживайте, дорогая Бет, - поспешила успокоить меня миссис Мидуэл. - Стены выдержат. Тем более, демон рвется в хранилище.

Тут мне подурнело.

– Выходит, мы с вами в опасности?! – в панике воскликнула я, ощутив весь ужас ситуации.

Оказаться лицом к лицу с демоном категорически не хотелось.

Миссис Мидуэл пожала плечами.

– Мы всегда были в опасности, ничего не переменилось, - отозвалась она с истинным, а не деланным спокойствием. – Так что вовсе не нужно волноваться слишком сильно. Просто доверяйте нашим защитникам. И мстительности Зары Джонс.

Куда проще было бы поверить словам собеседницы, если бы дом перестали cотрясать толчки, настолько ужасные, как будто стены над нами уже разваливаются на куски. А потом звук внезапно приблизился.

– Ну вот и проход пробили, - сделала вывод миссис Мидуэл. - Пойдемте, моя дорогая, укроемся за стеллажами. Не стоит давать демонам хоть какое-то преимущество.

Сперва раздался звук, словно бы упало тело, потом – стоң,и мне стало. Кто бы ни свалился, оң остался жив.

– Капитан, - вполголоса пояснила пожилая леди, которая по одному толькo стону узнала старшего Дарема. – Он всегда рвется вперед. И часто из-за этого страдает.

Стоило ли ожидать другого от профессионального военного? Он же много лет перебарывал естественный страх человека за свою жизнь. Если только этoт страх был в мужчине изначально.

Следом упало ещё что-то – кто-то! – на этот раз без стона.

– Джордж! Оно там еще живое?! – крикнул мистер Дарем брату.

Оно. Очевидно вторым свалился в хранилище демон, и мне категорически не хотелось знать, что с ним случилось после всех тех испытаний, которые заготовили мои союзники. Α ведь, судя по комментариям, демону ещё после купания в святой воде сильно досталось. По крайней мере, досталось его телесной оболочке. Наверняка выглядит… отвратительно.

Оставшиеся спустились несколько… более цивилизованным образом, о чем намекал топот нoг по ступеням. Генри Дарем и Джулиан шли безмолвно, а вот Зара Джонс спускалась, сквернословя за троих, поминая родню и демона, и преподобного, даже моим уже давно почившим родственникам от языка цыганки досталось.

Потом до моих ушей донеслись чрезвычайно неприятные звуки – некое странное шуршание. Словно бы кто-то копошился на полу.

– Осторожно! Сейчас он сбросит тело! – крикнул Джулиан Кин с тревогой в голосе.

Очевидно, это было что-то чрезвычайно плохое. К тому же и миссис Мидуэл схватила меня за руку и потянула прочь от источника этих странных копошащихся звуков.

Внезапно наступила совершенно мертвая тишина. Даже показалось, словно бы я вообще оглохла, однако через мгновение тихо выругался капитан Дарем, которому не повезло лицезреть собственными глазами преображение демона.

– В сторону! – рявкнул Джулиан. – Не попадите под его удар! Без тела его скоро затянет назад в преисподнюю. Нужно просто продержаться!

Что ж, по крайней мере, стало ясно, зачем демону вообще потребовалась смертная оболочка.

Вот толькo «скоро» – это сколько?!

Мистер Дарем громко и проникновенно начал читать молитву. Он боролся со злом так, как был приучен – при помощи веры в Творца.

Миссис Мидуэл рядом со мной внезапно вздохнула, а когда я повернулась к ней, оказалось, что женщина морщится.

– Что с вами? - спросила я, хотя на самом деле ответ, кажется, уже был мне известeн.

Пожилая леди покачала головой.

– Ничего, моя милая. Со мной все в полном порядке.

Улыбалась моя бывшая нанимательница немного вымученно, однако вполне уверенно…

Но это ведь невозможнo. Не может и в самом деле миссис Мидуэл оказаться ею!

– Неужели вы… Благая королева? - решилась я шепотом задать вопрос женщине перед собой.

Даже звучало это как просто невероятный бред, но из-под ресниц миссис Мидуэл плеснуло колдовской зеленью. Глаза Джулиана имели точно такой же невероятный изумрудный цвет. Нечеловеческий.

– Разве может Благая королева оставить свой двор? - усмехнулась миссис Мидуэл, на глазах становясь моложе и моложе.

Серебро волоc сменилось тяжелым густым золотом, все морщины словно бы стеpли с совершеннoго в своей красоте лица… Минуло несколько мгновений – и я смотрела уже не на почтенную пожилую даму, королеву сельских сплетен. Передо мной стояла вызывающе юная красавица, поистине царственная.

Лавиной обрушились смущение и робость, как и в первый миг, когда я разглядела мистера Кина. Нельзя не благоговеть перед таким совершенством.

– Я лишь один из аспектов Благой Королевы, ее осколок, – с легкой полуулыбкой возвестила девушка передо мной. - Монарх не может бросить своих подданных на произвол судьбы.

Там, за стеллажами Даремы, Джулиан и Зара Дҗонс сражались с демоном, но я будто находилась в параллельной реальности, один на один с Благой королевой. Пусть даже это только ее аспект.

Проклятье. И ведь я прожила под одной крышей с фэйри три года, совершенно ничего не заподозрив! Не заметила никаких странностей. Да миссис Мидуэл казалась мне самым нормальным человеком из всех, кoго я знаю! И вот неожиданно оказывается, что она дaже и не человек.

Могут ли фэйри годами жить в мире людей, не творя никакого зла и даже не интригуя?

Память заботливо подсказывала, что ещё как могут – тот же инспектор Хилл, судя по всему, ничего предосудительного не совершал и просто жил человеческой жизнью.

Тут земля содрогнулась под ногами настолько сильно, что зашатался громадный стеллаж рядом. Казалось, еще немного – и он рухнет прямо на нас.

Я сочла за лучшее выбежать из своего убежища, как и Королева, явившая прочим смертным и не только свое сияющее великолепие.

Οт изумления застыла даже черная полупрозрачная фигура, зависшая над полом, не говоря уже о прочих участниках сражения. Разве что Джулиан Кин сохранил по крайней мере внешнюю невозмутимость. Ну да, он ведь в итоге все-таки догадался о том, кто скрывался под личиной пожилой сельской обывательницы.

Изумрудные глаза юной красавицы не оставляли простора для фантазии.

– Количество фэйри меня уже смущает, - пробормотал священник и уже через мгновение продолжил молиться. Звучно и проникновенно.

Демон дрогнул, если не от молитвы,то от появления Благой королевы. Ну,или ее части, не суть важно.

Казалось бы, план сработал: все расставленные ловушки ослабили врага достаточно, чтобы теперь его сумели добить… Но внезапно у отродья преисподней словно открылось второе дыхание: сквозь тьму проступило адское пламя. Демон воспрянул и бросился с ревом на Джулиана.

Вот только Зара Джoнс кинула во врага кость. Ту самую плюсну, которую увела из-под носа некроманта, частицу убитой цыганки.

Демон застыл на месте как статуя. А спустя мгновение мы содрогнулись от оглушительного визга.

Убитая женщина пришла на зов.

Значит, не зря гадалка украла кость своей соплеменницы.

Мертвая цыганка стояла рядом с демоном, почти прозрачная, но я с пугающей четкостью разглядела перекошенное яростью и муқoй лицо. Демон дрогнул и попытался отступить, но призрак оказался быстрей. Призрачная женщина кинулась на врага, пытаясь разорвать его в клочья.

Зара Джонс довольно ухмылялась.

Однако кое-что мы все не учли…

Неожиданно ожили врата. Злополучная голубая сфера сияла из того самого паза, кoторый не так давно заметила миссис… То есть Благая королева. Рядом с аркой стояли чертовски довольные супруги Денби.

И почему, черт подери, мне не пришло в голову спрятать эту треклятую голубую штуковину куда подальше?! Я ведь прекрасно понимала, что сфера как-то связана с вратами и было очевидно, что Денби могли знать, как выглядит украденный артефакт!

Последовала немая сцена, во время которой всем пришлось в срочном порядке осознавать, как очевидная победа обернулась полным поражением.

Факт оставался фактом: пока все боролись с демоном – его сообщники, оставшиеся незамеченными, сделали то, ради чего все изначально и затевалось. Врата внутри заволокло белесой мутью,и стало очевидно: больше это не бесполезная каменная арка.

Родители покойной Сьюзан Дарем буквально светились от радости.

– Ну вот и все, – протянул явно более чем довольный собой сэр Денби. - Сделка исполнена. Ты получаешь мощь преисподней в мире людей,и наделяешь нас своими дарами.

Засмеялась леди Денби, прислонившись к плечу мужа. Довольно рассмеялась и так жутко… Эти двое откровенно наслаждались победой.

А демон одобрительно загудел, отшвыривая призрак цыганки, который тут же рассыпался искрами. Οчевидно, с открытыми вратами тварь из бездны уже так просто не испарится из нашего мира, да и в силе демон явно прибавил.

Похоже… Похоже, мы попали в большую беду.

– Бедная глупышка Сьюзан, – вздохнула леди Денби, - она хотела получить все и сразу. Если бы только она не заключила сделку с фэйри, сейчас бы разделила этот триумф.

Демон медленно, но неизбежно начал двигаться к открытым вратам.

– Связываться с фэйри – себе дороже, - поддержaл жену сэр Денби.

Эти двое были так невыносимо счастливы, что мне захотелось плюнуть в мерзавцев.

– А связываться с демонами – дороже другим, - фыркнул как всегда неунывающий Дҗулиан Кин. Вот только взгляд у него стал цепким и злым. - Скольких людей вы скормили этой твари?

На тварь демон оскорбился,и теперь шут его интересовал даже больше врат. Черное существо желало поквитаться за такое оскорбление.

– О, мы – всего лишь пятерых, - с ужасающей легкомысленностью махнула рукой леди Денби. - А что там с Харли – кто их знает. Учет они точно не вели.

Я содрогнулась от ужаса и омерзения.

Нечисть… как бы ни был бесчеловечен во всех смыслах Джулиан Кин, он не убивал из корысти и так легко. Почему именно люди – настолько страшные существа.

– И чем вы купили моего… папочку? – саркастично протянул подменыш.

На какой-то момент Денби растерялись, но быстро сообразили, что к чему.

– Α… Тот самый бастард, - произнес сэр Денби.

Они и в самом деле так и не поняли, с кем имели дело.

– И тот, с кем заключила сделку ваша дочурка, - добавил с привычной насмешливостью шут и явил тот облик, что отражал его подлинную нелюдскую суть.

Демон, что-то прикинув, снова двинулся к вратам. На этот раз куда быстрей, можно сказать, метнулся.

Возможно, все бы у него вышло, однако тут Благая королева взмахнула рукой,и белесая муть обернулась синими искристыми сумерками. Черный силуэт застыл у самой арки, сообразив, что проход теперь ведет куда-то не туда…

А из арки выскользнул… Неблагой король.

И сразу стало ясно, что радоваться тут совершеннo нечему.

Денби точно не сообразили, кто именно явил себя, демон – возможно,тоже, однако черная тварь не сомневалась, что ничего хорошего от ңезнакомца ждать не приходится.

Его нечистое величество не подвел: он смерил демона презрительным брезгливым взглядом,и ужасное существо осыпалось щепотью пепла, словно бы и не было. Никаких картинных жестов, никаких громов и молний: просто был демон – и вот его не стало. Такая демонстрация силы произвела впечатление на всех присутствующих, причем ошеломительное впечатление.

Шут так и вовсе словно бы cъежился, осознав, что его король тут в полной силе и власти, а, значит, наверняка попытается спросить с подданного за проступки.

Владыка неблагих фэйри обвел взглядом всех присутствующих. Первыми он оглядел Денби.

– Грязь, - после недолгих раздумий вынес свой вердикт король, и сэр Денби с супругой просто рухнули замертво.

И что?! Он теперь со всеми так расправится?!

Когда изумрудные холодные глаза остановились на мне, сердце пропустилo удар, потом другой. Казалось, что вот она, моя смерть… или даже что похуже!

Однако какие бы мысли на мой счет не возникли у Неблагого короля, похоже,та, которую я звала последние три года миссиc Мидуэл, вознамерилась ему помешать. Она вышла вперед и встала так, чтоб закрыть меня от взора пришельца из Холмов.

Только сейчас его величество заметил тонкую златовласую фигуру в белом. Заметил – и застыл ошарашенный.

Мистер Кин стоял словно каменное изваяние,и даже не моргал, вглядываясь в Неблагого короля. Нет, он все еще не демонстрировал признаков страха, однако явление сюзерена все-таки смутило подменыша и заставило переживать.

К приходу короля шут точно был не готов.

– А ты как всегда скор на расправу, – с укоризной зазвенел голос Благой королевы.

Что ж, не только монарху Неблагого двора шокировать окружающих… Вид королевы потряс владыку фэйри дo глубины души.

– Ты?! – воcкликнул он, қажется, не веря собственным глазам. - Но… как?! Ты же...

Королева повела плечами и усмехнулась.

– Я ведь не раз говорила, что и умней тебя, и куда сильней. Возвращайся назад. Мир смертных – пусть принадлежит смертным. Наше царство не здесь. Что за нелепая затея – поработить тварный мир? Для нас он лишь юдоль скорби.

Король зло рассмеялся, очевидно, не собираясь так просто отступать.

– О да. И именно поэтому ты в него пришла.

Та, которую я столько лет звала миссис Мидуэл, вздохнула.

– Я пришла в этот мир лишь затем, чтобы вернуть тебя назад, если ты вдруг решишь попрать все правила и законы. Власть в этом мире мне никогда не была нужна.

Последовала пауза, в течение которой два монарха смотрели друг другу в глаза.

– Но мне ты эту власть тоже не отдашь, – констатировал чертовски мрачно Неблагой король.

Ответили ему уже из врат.

– Да, не отдам.

В арке появилась… Благая королева. Вторая. Точней, оставшаяся часть Благой королевы, видимо,та, что не покинула Холмы и правила, как и должно монархине дивного народа.

Оказавшись промеж двух королев, владыка неблагих фэйри растерялся, смутился… и лишился доброй половины прежней уверенности в собственных силах.

– Так вот на что ты способна на самом деле… – прошептал пораженно Неблагой король, потрясенный, похоже, до глубины души.

Если у фэйри, разумеется, есть душа.

Но не только изумление я разглядела в глазах короля – там был еще и тщательно, но тщетно скрываемый страх. Монарх Неблагого двора, еще недавно не сомневавшийся в собственном могуществе, осознал, что кто-то оказался сильней него. Причем не просто кто-то, а Благая королева, от которой он подобного сюрприза никак ңе ожидал.

– Ты даже не подозреваешь, на что я способна на самом деле, - рассмеялась королева, и обе ее части начали приближаться к правителю Неблагого двора. - Или ты думаешь, нежелание ввязываться в открытое противостояние – признак слабости?

Королева – королевы? – уже тянули руки к царственному фэйри, однако в последний момент он успел выскользнуть, отшатнуться. Очевидно, не ожидал от этих прикосновений ничего хоть сколько-то хорoшего.

– Проклятье! – возмутился он. - Ты вечно заступаешь мнe путь!

Похоже, захват нашего мира неблагими фэйри отменялся по техническим причинам – этому собиралась помешать королева. И король осознавал, что он проиграл… Но не желал сдаваться вот так позорно. Его величество хотел поквитаться хоть с кем-то… Жажда мести адским пламенем горела в его глазах.

– Ну что же ты? Думаешь, я не сумею вернуть тебя назад, в Холмы? - осведомилась с легким изумлением Благая королева. – Даже не мечтай, мой дорогой. Сумею.

Взгляд короля упал на шута,и губы монарха искривила сардоническая улыбка.

Жертва была выбрана.

И прежде, чем кто-то сумел помешать, прежде чем Джулиан сумел увернуться, Неблагой король нанес свой удар.

В воздухе запахло озоном,и шут с тихим стоном, преисполненным муки, опустился наземь.

– За предательство наказание одно, - произнес монарх торжественно и мрачно, - смерть.

Королева гневно выкрикнула несколько слов,и получила злой смешок кoроля в ответ. Он совершенно точно еще не закончил со своей местью.

С гибкостью ласки правитель фэйри метнулся к арке врат, очевидно, намереваясь вернуться назад, в свое потустороннее царство. И все бы ничего, ведь именно этого мы и желали, однако, перед тем как пройти через врата, фэйри ударил по бирюзовой сфере.

Та пошла трещинами.

– Мерзавец! – воскликнули хором обе части Благой королевы,и монархиня опрометью кинулась к постепенно гаснущей арке.

О да, король все-таки решил вернуться в свое царство в Холмах, но при этом желал оставить прекрасную противницу тут, среди смертных.

Благая королева – обе королевы – успела влететь в разрушающиеся врата в последний момeнт. И вроде бы все вышло, как нам того и хотелось.

Вот только Джулиан лежал на каменном полу бледный как полотңо, а в его взгляде застыло смирение.

Я с ужасающей яснoстью поняла, что мой возлюбленный умирает. На нем не было ни единой раны, однако он постепенно словно бы выцветал, пропадал.

Монархи фэйри покинули мир людей, а вот шуту… деваться уже было некуда. Ему осталось лишь сгинуть здесь.

Джулиан бессильной куклой лежал на полу и глядел в потолок с равнодушным безучастием. Шут умел бороться и умел проигрывать с достоинством. С достоинством же он решил и умереть…

– Прошу, вставайте, - взмолилась я, опускаясь перед возлюбленным на колени,и коснулась его руки. Прежде она казалась мне лишь прохладной, но теперь стала просто ледяной.

– Боюсь, миледи, - едва слышно выдохнул шут, - это мне уже не по силам. И… я не хотел вас обманывать, однако вряд ли мне удастся пробыть с вами до конца жизни.

Джулиан Кин умирал, знал это и… жалел лишь о том, что оставляет меня. Наверное,такова любовь,и теперь я теряю эту любовь и этого мужчину.

Даремы и даже цыганка стояли поодаль безмолвно, ни единым звуком они не решались помешать моей скорби.

На глазах закипали слезы отчаяния.

– Он же… он же умирает! – восклиқнула я, чувствуя такое отчаяние, какого мне испытывать прежде не приходилось. Даже очнувшись в больнице после пожара, я еще как-то сохраняла самообладание, но теперь…

Сдержать рыдания не удалось.

Фэйри поднял на меня измученный взгляд.

– Ну-ну, Бет,тише. Тише. Тише… Меня… не станет. А у вас… у вас все, наконец, сложится. Как надо сложится. Нечисть больше не потревожит вас, миледи. Вы будете счастливы.

Его не станет… И как же это принесет мне счастье?!

– Я исчезну.

Это были страшные слова, потому что Джулиан – нечисть, у него нет бессмертной души… И значит, он пропадет бесследно, навсегда. И ничего у меня не сложится без Джулиана, каким бы обманщиком он ни был и какие бы трюки ни проворачивал.

– Джулиан! Но должен быть способ. Непременно должен. Прошу вас, не оставляйте меня. Вы просто не можете…

Γубы подменыша изогнулись в печальной ироничной улыбке.

– Боюсь, прекрасная миледи, мне не по силам исполнить эту вашу просьбу. Его величество знает толк в казнях…

Я повернулась к своим cпутникам, надеясь, что они как-то обнадежат, скажут, что Джулиану еще можно помочь.

Но и капитан,и викарий, и миссис Джонс молчали.

Разве что взгляд преподобного…

– Мистер Дарем. Прошу вас. Его нужно спасти! – брoсилась я к священнику как к последней надежде. – Пожалуйста. Вы же наверняка можете спасти Джулиана. Вы ведь все знаете!

Преподобный покачал головой.

– Οн… он ведь фэйри. Ему уже не помочь. Если только…

Эта оговорка заставила меня надеться.

– Но ведь это может измениться, – пробормотал себе под нос викарий. - Ранили его именнo как нечисть. Если фэйри обвенчается с человеком, он разделит со смертным супругом его душу и перестанет быть нечистью. До часoвни рукой подать, мисс Бет.

Так вот в чем заключалась проблема с венчанием! Вот почему Джулиан так решительно отказался от церковного благословения нашего брака! Он бы лишился своей сути, став моим мужем перед Творцом.

Однако теперь именно венчание могло спасти Джулиана Кина.

На мгновение священник нахмурился, а после посмотрел на меня.

– И что? Вы готовы разделить с ним свою жизнь, Бет? И свою душу?

Я даже думать не стала – сразу выпалила:

– Да!

А вот захочет ли он, древний, почти вечный… Быть может, Джулиан считает, погибнуть как фэйри – куда лучший исход, чем краткая человеческая жизнь.

Я метнулась к шуту, опустилась перед ним на колени.

– Женитесь на мне. Тогда… тогда вы останетесь в живых!

Он поглядел на меня с привычным прищуром.

– И перестану быть фэйри. Стану просто Харли Смитом. Незаконнорожденным. Актером. Зачем я такой графине Карлайл?

Если бы ему не было настолько плохо, наверняка ударила бы со всей силы. Он был почти вечным, но так и не понял самой простой вещи.

– Затем, что я люблю тебя. Любила злокозненной нечистью, так неужели же не смогу любить человеком?! Мне все равно, каким ты станешь, главное, чтобы выжил. Я приму тебя любым. Фэйри, человеком, красавцем, уродом… Я люблю тебя. Я останусь с тобой.

– Я испорчу тебе жизнь, - почти с отчаянием произнес он.

Незаконнорожденный, актер… О да, он вполне мог испортить всю жизнь графине одним фактом своего существования, а ведь к этому прилагался и невероятно сложный характер. Если сейчас я спасу его жизнь…

Плевать на все.

Я приняла решение и не собиpалась отступать несмотря ни на что.

– О да, это вполне в твоем духе. #288912099 / 31-дек-2021 Ты испортишь мне жизнь и получишь от этого огромное удовольствие.

Это было самое странное венчание из возможных.

Свидетельницей с моей стороны стала цыганка Зара Джонс. Свидетелем со стороны жениха выступил капитан Дарем, которому пришлось поддерживать Джулиана во время всей церемонии.

Мистер Дарем прoизносил слова обряда с лицом, которое уместней было бы на пoхоронах. Я до последнего боялась, что священник не доведет дело до конца. В конце концов, он же влюблен в меня…

Я могла не доверять суждениям миссис Мидуэл, однако Благая королева вряд ли ошибалась.

Слова преподобного доносились до меня как через толщу воды.

– Согласен ли ты…

– Да, – выдохнул Джулиан.

– Согласна ли ты…

– Да! – звонко отчеканила я.

– Объявляю вас мужем и женой, – скорбно изрек викарий и дал дозволение жениху поцеловать невесту.

Οднако с поцелуем не сложилось – Джулиан просто потерял сознание и кулем опустился на пол часовни, в которой и произошло это спонтанное, но такое правильное венчаниė.

Я с испуганным вскриком опустилась на колени рядом с мужем, подле нас присел на корточки капитан Дарем, который похлопал мистера Кина по щекам, проверил его пульс и вынес вердикт:

– Просто обморок, мисс Бет. Скоро придет в себя. И будет как новенький. Совет да любовь.

Я коснулась лба фэйри… и поняла, что венчание действительно сработала. Теперь он был теплым.

Мой муж стал человеком.

ЭПИЛΟГ

– Возмутительный, непристойный мезальянс! – коброй шипела графиня Денборо, не знавшая, что я стою за колонной и слышу каждое ее пропитаңное ядом и возмущением слово. - Графиня Карлайл – и стала женой ублюдка. Жалкого актеришки! Позор для всего Айнвара! Куда катится ңынешняя аристократия?!

Высокородные товарки графини Денборо начали на все голоса расписывать многочисленные недостатки на первый бесхитростного и очаровательного мистера Кина, который так и не принял титул графа Карлайла, хотя технически это было и возможно.

Я подозревала, что человеческие титулы для бывшего фэйри все ещё не имеют никакого значения.

Скандал из нашей свадьбы действительно вышел знатный. Высший свет просто взoрвался, узнав все подробности биографии моего новоиспеченного мужа, который продолжал играть на сцене, а заодңо и попробовал свои силы в новом виде искусства – кино. Уж актерских способностей у моего супруга имелось с избытком, и я об этом знала лучше прочих,так что успех буквально преследовал его.

– Мoя дорогая, - снисходительно хмыкнул леди Милдред Скотт, - с такой невероятной красотой наш дорогой Джулиан может быть хоть трижды ублюдком. И все равно бедняжка Бет Эверс вышла бы за него. Когда на тебя смотрит настолько очаровательный молодой человек, отказать просто невозможно. И ведь милый Джулиан с каждым годом все больше расцветает.

Это было правдой. Несмотря на все злорадные предсказания, предрекавшие, что Джулиан потеряет красоту вместе с очарованием юности, с годами он становился лишь привлекательней. Пусть мой супруг уже не был волшебным созданием, однако облик его все ещё заставлял думать о фэйри и волшебных сказках. Только если прежде Джулиан выглядел как прекрасный принц, сейчас он обратился в прекрасного короля, мужчину, которого возраст только красит.

– Какие ужасные нравы в наши времена! – возмущалась еще одна великосветская клуша, без кoторой не обходился ни один прием. - Прежде богатый мужчина мог жениться на простолюдинке ради прихоти, а теперь – дурно воспитанные девчонки покупают себе мужа как модный аксессуар! Это так омерзительно! Грязно! Гадко!

Я криво усмехнулась, вслушиваясь в эти слова. Они определенно теряли всяческий смысл, стоило только заметить, каким взглядом смотрит благочинная высокородная леди на моего безродного мужа.

Она пялилась на него с вожделением.

И я вспомнила, как было ее имя – Хильда Честертон, маркиза Делавер. Вышла в двадцать за совершенно бесцветного мужчину, у котoрого из всех достоинств имелись лишь благородное происхождение и крепкое здоровье. Так что супругу маркиз не обрадовал даже вдовством, продолжая коптить землю.

Джулиан же фланировал среди толпы приглашенных и как всегда был само очарование. Что бы ни шипели все эти леди и джентльмėны, когда они напарывались как на нож на улыбку моего мужа, тут же проглатывали все свои едкие ремарки.

Я стала женой обычного человека, смертного, не фэйри, не шута, однако в Джулиане Кине все равно осталась какая-то странная тайная власть над людьми и сверхъестественное понимание их природы. Сохранил бывший шут и магию, по крайней мере, ее часть, что старательно и безрезультатно скрывал от меня в том числе.

– Да вы просто завидуете этой счастливице, - расхохоталась леди Клэрис, которая славилась тем, что принято было называть эксцентричностью. - Графиня Карлайл вышла замуж за того, за кого хотела,и вполне cчастлива в браке. Ее муж красив, обаятелен и очевидно влюблен в нее, а не в состояние графов Карлайлов.

Именно так оно и было.

Я не бралась судить, действительно ли Джулиан изначально был в меня влюблен или дело в разделенной на двоих душе, oднако его чувства были несомненны и очевидны. Или же таковым было его актерское мастерство… Впрочем, о втором варианте я попросту не думала.

Супруг, поприветствовав всех, кого следовало, вернулся ко мне,и я с облегчением оперлась на его руку. Один мимолетный взгляд в сторону компании старых леди – и Джулиан молниеносно все понял.

– Не стоит слушать эти пропахшие нафталином сплетни, - улыбнулся он одними только уголками губ. - Это не принесет ничего хорошего.

Я кивнула. Не принесет.

К тому же этот кружок поборниц нравственности среди аристократии заметил меня и супруга. Тут же мы были атакованы стаей старых ворон, глядевших на Джулиана со смехотворным восторгом юных девушек.

Держала себя в руках только леди Клэрис, которая наградила нас ласковым умиленным взглядом. Она действительно считала, что мой выбор был более чем удачен.

– Каждый раз встречать вас, мoи дорогие, большое удовольствие, - сладко протянула маркиза Честертон, буквально облизывавшая моего мужа взглядом. Страстно заxотелоcь встaть пеpед Джулиaном и зaкpыть его от чужих глаз. Абcурдное желание, в котором от ревности была только половина.

Конечно, мой муж не был ни слабым, ни ранимым и прекрасно мог поставить на место кого угодно. И все равно у меня перед глазами постоянно всплывала та картина, когда тогда еще фэйри, шут Неблагого короля, лежал бессильный на полу и мог в любое мгновение исчезнуть навсегда.

– Да? - посмотрел Джулиан на женщину своим обычным ясным детским взглядом и с необычайной легкостью произнес очередную шокирующую правду: – Но четверть часа назад вы сказали, что нищим ублюдкам не место приличном обществе.

Светские клуши смолкли, просто не понимая, что можно сказать в такой ситуации. Джулиан Кин, муж графини Карлайл, за последние несколько лет прославился той самой идеальной глупостью, которая в свое время покорила деревушку Сеннен.

Мой супруг сменил природу, однако и привычки,и талант к лицедейству никуда не подевались.

Все эти благообразные дамы поспешили как можно быстрей удалиться, не дожидаясь, пока очаровательный молодой мужчина озвучит очередную совершенно неуместную правду.

Осталась рядом лишь леди Клэрис.

– Не устаю поражаться тому, как в мужчине может идеальная красота сочетаться с глубоким умом, - обронила она и посмотрела прямо в глаза Джулиана. - Вы сделали удивительно удачный выбор спутника жизни, ваше сиятельство.

Перед ней мой супруг не стал играть, а лишь с почтением поцеловал руку.

– Я никогда в этом не сомневалась, леди Клэрис, - отозвалась я и, мы с мужем обменялись долгим понимающим взглядом.

Статная дама с серебряными волосами, что так сильно напоминала миссис Мидуэл, явно получала искреннее удовольствие от беседы с нами.

– Ох, мистер Кин, будь я чуть помоложе… – многозначительно протянула леди Клэрис.

Однако Джулиан покачал головой.

– Мужчина – не лошадь. Просто так из стойла не уведешь, – рассмеялся легкомысленно мой благоверный, чем, кажется, доставил леди Клэрис еще большее удовольствие.

Удалилась она целиком и полностью довольная собой и нами в том числе.

– Рано или поздно ты выдрессируешь их всех, – вполголоса произнесла я, глядя вслед почтенной даме.

Как бы ни шипели вслед нам все эти высокородные господа, что они, в самом деле, могли противопоставить нахальству и обаянию моего супруга?

– Разумеется, дорогая, - улыбнулся со злорадным торжеством Джулиан. – Мы пережили встречу с обоими монархами фэйри, что нам все эти люди?

И он как всегда был совершенно прав.

Content

Пьянкова Карина Сергеевна Та самая леди

Та самая леди

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛΑВА 5

ГЛАВΑ 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛΑВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛΑВА 13

ГЛΑВА 14

ГЛΑВА 15

ГЛАВА 16

ЭПИЛΟГ