Николай Ханов

Системная Паутина 1

Глава 1 — Кольцо и Визитка

— Привет, кошатина, — сказал я, входя в квартиру. — Ну что, соскучился?

Сиамский кот, по кличке Бандит, в ответ мурлыкнул и потерся об ногу. Знает, стервец, что я ходил в зоомагазин за кормом.

— Сэйчас, дарагой, я тэбе насыплю еды, — произнес я, пародируя нашего соседа-кавказца, попутно стряхивая с ног ботинки.

Живу я с котом обычной жизнью в обычной двухкомнатной квартире, в обычной девятиэтажке, в обычном городе. Работаю на обычной работе и имею обычную судьбу тридцатилетнего холостяка… Так я думал до этого дня. Бывает так — появляется какая-то мелочь и, подобно лавине, переворачивает жизнь с ног на голову. В моем случае это было кольцо.

Кольцо-печатка из серебристого металла лежало на аккуратно подложенной белой карточке в центре кухонного стола. Само кольцо тоже выглядело аккуратным, таким, знаете, не большим и не маленьким, гармоничным, стильным, с черным прямоугольным камнем. Все бы ничего, но кольцо я на стол не клал, а больше ключей от квартиры ни у кого не было.

— Прощальный подарок от Лены? Нет, она скорее себе на туфлю плюнет, чем подарит кому-то ювелирку. И расстались мы уже давно, и замок я сразу поменял, — произнес я вслух и задумчиво почесал затылок.

Привычка разговаривать с котом, с самим собой и даже с компьютером у меня появилась после полугода работы на удаленке. Как оказалось — человек существо социальное, поэтому без регулярного общения в коллективе крыша незаметно едет. Привычка проговаривать мысли вслух — еще не самое плохое, что может случиться.

Я взял белую карточку, в процессе аккуратно скатив кольцо на стол. Карточка выглядела как обычная визитка из белого глянцевого картона с надписью черными печатными буквами «Надень, если хочешь изменить жизнь».

«Интересные дела…» — подумал я для разнообразия про себя. Все это пахнет каким-то глупым розыгрышем, вот только кому взбредет в голову вскрывать квартиру ради такой глупости?

Из раздумий меня вывел Бандит, требовательно трущийся о мои ноги и требовательно же мяукающий. Ему-то безразличны внезапно появляющиеся кольца — ему нужна еда!

— Сейчас, братан, — сказал я, кидая карточку обратно на стол. Колечко может подождать, а кота нужно накормить!

Насыпав сухого корма коту, наскоро обыскав квартиру и найдя только пыль вместо прячущихся друзей и видеокамер, я вернулся к кольцу. Оно все так же сиротливо лежало на пустом столе рядом с визиткой. Повторное изучение визитки ничего не дало, кроме надписи с лицевой стороны на ней ничего не было, и я взял кольцо. Увесистое, из серебристого металла, без узоров, с черным камнем-печаткой.

«В конце концов, а что я теряю?» — подумал я и надел кольцо на средний палец правой руки. Печатка села как влитая. Стильная, лаконичная, она прекрасно смотрится на моей руке, приятно холодя палец и загадочно посверкивая красным камнем.

Красным?! Когда это матово-черный камень успел перекраситься?! Я быстро потянулся к кольцу, чтобы снять его от греха подальше, но на пальце уже ничего не было. Палец сиял пустотой, как будто я на него ничего не надевал всего несколько секунд назад. В обалдении я потер кожу на месте, где было кольцо — кожа терлась как положено, без всякого сопротивления и каких-то посторонних ощущений.

Еще больше обалдев, я перевел взгляд на стол, где оставалась визитка. Но ее визитки там уже нет, только блестит покрытое лаком дерево…

— Однако, — потянул я.

Полноцветные, ощущаемые галлюцинации — это уже не звоночек, это, блин, колокол. Моя крыша протекает, так я скоро начну бесов гонять и поеду в дом с мягкими стенами в рубашке с длинными рукавами.

Я выдохнул и с силой провел руками по лицу. Нужно успокоиться и снова осмотреть стол…

Стол все так же сияет пустотой. Солнышко светит из кухонного окна. Из форточки доносится гул проезжающих машин. Бандит счастливо хрустит кормом, а на пальце нет никакого кольца…

«Так. Нужно лечиться, — решил я, отбросив привычку говорить вслух. — Сегодня четверг, завтра я с друзьями иду на пиво, знакомлюсь с девочками. На следующий день еду на дачу к маме, полдня поливаю и полю картошку, как белый человек. В воскресенье на рыбалку, в понедельник в офис. Завязываю с сидением в одиночестве за компьютером и, глядишь, обойдется без докторов с веселыми уколами».

С этими мыслями я поднялся из-за стола и бросил взгляд на кухонные часы — было двадцать часов. Надо поужинать, пошпилить в какую-нибудь игрушку и спать. Завтра я начинаю новую жизнь!

В себя я пришел внезапно. Вот я засыпаю в своей любимой постели, а вот я уже стою посреди странной серой комнаты. Глухой прямоугольник серых стен, непонятно откуда идущий мягкий свет и матово-черный обелиск посередине комнаты.

— Здравствуй, белочка, — тихо сказал я.

Обелиск ничего не ответил, он продолжал непоколебимо стоять, бескомпромиссно занимая центр комнаты. Я медленно осмотрелся — никаких признаков окон, полное отсутствие дверей. Просто наглухо замурованная комната шесть на шесть метров с двухметровым четырехугольным обелиском в центре. Из примечательного есть только выше упомянутый обелиск и ваш скромный слуга. Почему-то в джинсах и майке, хотя перед сном я разделся. И да — на правой руке поблескивает красным камнем серебряное кольцо-печатка.

— Ну да, куда же без тебя, — пробурчал я, скребя пальцем появившееся кольцо.

Кольцо прекрасно ощущалось и никуда исчезать не спешило.

Я оставил кольцо в покое и обратил внимание на комнату, сначала обошел ее слева направо, потом наоборот, затем внимательно осмотрел обелиск. К сожалению, ничего нового заметить не удалось. Стены из материала, напоминающего пепельно-серый пластик, полностью глухие, без единой щели. В центре все тот же обелиск, с четырьмя полностью идентичными сторонами, на квадратном основании из матово-черного материала. Никаких признаков выхода, надписей или подсказок, что делать дальше.

«М-да… Похоже, у меня на самом деле поехала крыша», — сделал я неутешительный вывод и оперся на обелиск.

— Ауч! — я отдернул руку.

Руку только что пронзил заряд тока. Вместе с зарядом в моей голове появилось знание… Даже не так — Знание! Это не обелиск и не глухая бетонная комната в подвале психушки, а воображаемое пространство в информационном поле Земли с персональной точкой взаимодействия с Системой! И кольцо на моем пальце вовсе не осязаемая галлюцинация, а якорь, опознавательный знак и пространственная метка участника Системы в одном флаконе.

— Как интересно… — потянул я и попробовал повторно прикоснуться к обелиску. — Ауч!

Второй разряд принес новые знания. «Системой» эта разветвленная паутина энергоинформационных взаимодействий называлась благодаря уже существующим в этом мире представлениям. Грубо говоря, раз я читал ЛитРПГ[1], где некая Система приходит в наш мир, то знания преподнесли в понятном лично для меня виде. Теперь у меня будут возможности, как у персонажа из компьютерной ролевой игры. А кто-то другой, нашедший похожее кольцо, получит другое название и для него Система будет работать по-другому.

— Так! Стоп! Значит, я не псих! Я попаданец[2]! — неожиданный вывод здорово поднял мне настроение.

Прямо от сердца отлегло. Осязаемые галлюцинации здорово пошатнули мою веру в собственное здравомыслие. Хоть я и старался игнорировать историю с исчезнувшим кольцом, но нервы у меня здорово напряглись.

— Хорошо, предположим, что я в здравом уме, тогда зачем мне подсунули это кольцо и что будет дальше? — задал я вопрос вслух и снова прикоснулся к обелиску.

От нового разряда я лишь скривился и начал массировать пострадавшую руку. Со знаниями было чуть похуже. Если вкратце, кольцо — это мой допуск в Систему и явный символ моего участия, а также еще с десяток смыслов, которые до меня дошли лишь обрывками. А дальше мне нужно настроить свой аватар и выбрать путь развития, наподобие того как это происходит в начале РПГ-игры. Система явно подстроилась под местные представления, что мне только на руку.

— Сколько еще меня будет шарашить током? — задал я наболевший вопрос и, заранее скривишись, коснулся обелиска левой рукой. — Ауч!

Новое знание поступило прямо в голову. Оказывается, шибать током меня будет, пока я не настрою оный аватар. В процессе настройки произойдёт синхронизация энергий — и этот эффект пропадет.

— Хорошо, начать выбор пути развития, — громко сказал я и потянулся к обелиску.

Только в этот раз получить заряд тока я не успел, в голове откуда-то появился выбор из трех вариантов. Авантюрист — классический приключенец, занимающий исследованием новых земель, схватками с монстрами и с людьми. Созидатель — в этот раздел попали мирные профессии наподобие кузнеца или фермера. Турист — люди, которые через донат получают возможность посредством Системы отдыхать, путешествовать по другим мирам, участвовать в различных развлечениях. Кстати, выбор Туриста для меня недоступен — он требовал тринадцать каких-то желтых кристаллов либо один зеленый.

И тут я подвис. Во-первых, что это за Система с донатом[3]?! Во-вторых, если есть туристы-донатеры[4], то кто тогда обычные игроки? Одно дело — стать попаданцем-нагибатором, а другое — участником фоновой массовки для богатых мальчиков.

— Ауч! — я отдернул левую руку, в этот раз я вопросы вслух не задавал.

Ответы Системы меня несколько успокоили. «Туристы» с обычными игроками не пересекаются. Их развлечения и туры проходят в другой «плоскости», они выступают спонсорами и проводниками развития Системы. А донат доступен всем участникам. В качестве объекта доната для нашего мира выступали драгоценные металлы и камни, а также ювелирные изделия. Причем важна информационная составляющая, след, который оставил в истории конкретный металл или драгоценное изделие. Какая-нибудь знаменитая корона будет оценена системой на порядки дороже, чем то же количество золота и самоцветов.

— Хорошо, едем дальше, — уже вслух сказал я.

Турист для меня недоступен. Созидатель — это слишком скучно. Я выбрал авантюриста. Что-то невидимое отозвалось на мой выбор и предложило три новых варианта — боец ближнего боя, боец дальнего боя и поддержка.

— А можно показать выбор в более удобном виде? Ну там голограммы какие? — задал я вопрос обелиску.

Передо мной тут же повисли три цветные фигурки сантиметров тридцать высотой — воин с мечом и в доспехах, лучник в кожаной броне и с длинным луком и явный маг с посохом и сумкой с красным крестом. Тут я снова задумался.

В РПГ-играх вначале самая тяжелая игра идет за магов. Чтобы им играть эффективно, нужно знать сильные и слабые стороны врагов, знать, как заклинания действуют, когда их нужно применять — без всего этого игра за мага превращается в страдание и превозмогание. Сейчас-то понятно, все уравняли и упростили в угоду массовой аудитории. Но что если система взяла пример со старых РПГ-игрушек?

С лучниками попроще, но там тоже нужно держать дистанцию, контролировать окружение и желательно иметь в команде кого-то с навыками замедления или паралича. Ну и проще всего с воинами: бери латы потолще и топор побольше.

— Воин, — решил я.

Две фигурки исчезли, а третья расщепилась на три новых облика: воин в доспехах и с большим двуручным мечом, фигурка в кольчуге с щитом и копьем и некто в кожаной броне и плаще сильно смахивающий на увешанного ножами убийцу. При пристальном взгляде на них всплыла дополнительная информация. Мастер большого меча, мастер копья и ассасин.

— Хм-м… — я снова задумался.

Мастер большого меча выглядит как классический воин — большой меч, массивная броня, только комплекцией подкачал. Внезапно у меня в голове появилась новая информация, видимо Система ответила на невысказанный вопрос. Оказывается, не рекомендуется создавать аватара, который будет сильно отличается от оригинала. Синхронизация нарушится, управляться будет плохо, обратная связь ослабеет.

— Обратная связь? — задал я вопрос вслух.

Новая информация заставила меня поморщиться. Обратная связь — эффект, когда аватар влияет на оригинал. В Системе на этом эффекте многое завязано. Молодой и здоровый аватар «подтягивает» здоровье оригинала. И одна из основных статей туризма — это именно эффект омоложения. Так вот чтобы получать подобные эффекты, нужно иметь аватар почти не отличающийся от оригинала… Только здоровее, моложе, ловчее. И тут появляется первый нюанс — если ты задохлик, то тело двухметрового качка тебе не светит.

Я не задохлик, но и до тяжелоатлета мне далеко. Чтобы быстро и долго махать большим мечом, нужна выдающаяся сила и выносливость. Следовательно, лучше брать воина с уклоном в ловкость. Остаются мастер копья и ассасин. Копье — вещь хорошая: очень удобно иметь длинное оружие, когда ты можешь достать врага, а враг тебя нет. Но тут есть и минусы: в ограниченных пространствах или против нескольких противников копье играет гораздо хуже. Профессия же авантюриста предполагает универсальность. А у ассасина, помимо ножей разной длины, прямого меча на поясе, за спиной виднеется щит и даже колчан с луком. Такой универсал мне и нужен. Наверное…

— Ассасин, — сказал я после минутного раздумья.

— Бом… — ответил невидимый колокол.

В голове появилась информация, что сейчас меня отправят на первое испытание.

— Что, прямо так сразу? — успел спросить я.

Серая комната как-то резко растворилась в черном тумане. Внезапно я оказался висящим в черной пустоте наедине с обелиском. Еще секунда — появилось тянущее чувство, словно меня засасывает гигантским пылесосом, словно песчинку с ковра. Сознание гаснет, меня уносит куда-то вверх и в сторону.

[1] РПГ — Computer Role-Playing Game — жанр компьютерных игр, где игрок отыгрывает игру за персонажа, описанного набором численных характеристик, списком способностей и умений. Персонажи зачастую сказочные — это эльфы, маги, хоббиты, а сам процесс игры идет как погружение в некую историю со сложным сюжетом. А ЛитРПГ — это жанр фантастики, где главный герой или попадает в РПГ-игру, или элементы подобной игры появляются в реальном мире.

[2] Попаданчество — прием из фантастической литературы, когда герой (попаданец) внезапно «попадает» в другое время или в другой мир. Прием успешный и популярный, потому что позволяет поместить понятного и близкого для читателя героя в необычное и интересное окружение.

[3] Донат — это возможность в компьютерных играх покупать игровые вещи или бонусы за реальные деньги.

[4] Донатеры — игроки, которые за счет реальных денег получают игровые преимущества. Зачастую донатеров не любят обычные игроки, считая их халявщиками, а донатеры свысока смотрят на «нищебродов».

Глава 2 — Канализация и Крысы

Путешествие в темноте окончилось так же внезапно, как и началось. Просто в один момент я ощутил, что продавливаю грудью невидимую пленку. И вот я уже стою в каком-то плохо освещенном туннеле. Еще несколько секунд ушло, чтобы прийти в себя.

Меня действительно выкинуло в каком-то туннеле, облицованным коричневым кирпичом. Свет дают редкие круглые лампы, вмонтированные в потолок. Тянет сыростью, плесенью и легким запахом разложения. В правой части туннеля проложена большая канава, в которой медленно течет мутная вода. Все это сильно напоминает картинки древней канализации.

— Канализация… Классика, первым квестом отправляют воевать с крысами… И что — мне нужно собрать десять крысиных хвостов? — задал я вопрос тихим голосом.

Ответ всплыл в сознании сам собой. В этом испытании мне нужно всего лишь найти выход из канализации. Убийство крыс и прочих монстров будет вознаграждено, но не обязательно. А еще на все про все у меня есть четыре часа.

Что же, могло быть и хуже. Я посмотрел на правую руку с кольцом и в очередной раз подвис — моя рука невесть как оказалась затянута в перчатку из тонкой кожи, а предплечье закрывал вороненый наруч.

— Оп-па… — пробормотал я, внимательно себя оглядывая.

Космические силы перед испытанием потрудились одеть меня в снаряжение ассасина прямо как на той фигурке, что я выбрал. Кожаная броня, плащ, меч, пара кинжалов, перевязи с ножами, сапоги, защитные щитки с наколенниками… Только щит с луком отсутствовали. И я себя еще как-то странно ощущал… гораздо легче что ли?

Для пробы я прошелся, подпрыгнул, затем попробовал поприседать, даже отжался… раз двадцать. И точно, мне не показалось, в комплекте со снаряжением мне выдали и тело тренированного воина.

— Как интересно, — потянул я.

Я задрал край перчатки и быстрым движением выхватил нож. Легкий укол — и на запястье выступает несколько капель крови. Ощущения ничем не отличаются от реальности. Боль настоящая. Я слизнул капли крови с запястья, как положено — солоноватая. Если «Туризм» сделан на том же уровне, то наши богачи будут заносить золото вагонами.

Я медленно огляделся — кирпичные стены все так же стояли, все так же тянуло сыростью и пованивало. Мутные воды все так же медленно текли. Вокруг царила тишина, нарушаемая только редкими бульками из канавы.

Такой уровень реализма — это, конечно, очень круто. Но вопрос — а что будет, если мне в ногу вцепится крыса? Я тоже получу полный комплект ощущений? И что случится, если я провалю испытание, не справлюсь в срок или еще что-то?

В этот раз ответы не спешили появляться в моей голове. Придется проверить опытным путем.

Исследование канализации оказалось на редкость скучным занятием: просто идешь по туннелю, встречаешь развилку, выбираешь направление и снова идешь по туннелю, полной копии предыдущего. Идти я решил навстречу воде, по логике выход из канализации должен быть наверху. Значит, идти нужно туда, откуда вода течет… Хотя кто знает логику Системы?

Через полчаса таких исследований я понял, что рискую не уложиться в отведенное время, и перешел на бег. Двигаться получалось очень тихо, практически бесшумно. Похоже, что вместе с оружием и тренированным телом в комплекте идут и навыки профессионального убийцы. Я этому только порадовался, как и своей необычайной выносливости.

Тихий писк заставил меня притормозить, впереди послышалась какая-то возня. Я перешел на осторожный шаг, скользя вдоль стены, словно бесплотный дух. Шаг, еще шаг, тело движется, словно хорошо смазанный механизм, четко, без колебаний идя навстречу опасности. Легкие мерно качают воздух, как будто не было пятнадцатиминутного забега. Глаза сканируют полутьму коридора впереди, руки расслабленно лежат на рукоятях ножей. В реальном мире такая четкость движений и ледяное спокойствие для меня недостижимы.

Я приближаюсь к новому перекрестку — это понятно по шуму воды впереди. Еще несколько шагов, и я наконец могу рассмотреть происходящее впереди. Канавы впереди забиты кучей мусора, забиты основательно, так что вода заливает пешеходные дорожки. В этой куче копошится десяток крупных крыс. В центре две самые большие из них прямо сейчас выясняют отношения с писками и визгами.

Шаг, еще шаг, тело движется само, следуя заданной программе. Руки поднимаются к клапанам метательных ножей. Пальцы фиксируют витые рукояти, лезвия плавно покидают ножны. Шаг — правая рука резко выпрямляется, отправляя металлическую рыбку в короткий полет. Шаг — вторая рыбка срывается с левой руки. Шаг — новый снаряд уходит с правой ладони. Шаг — повтор с левой.

Истошный визг раненой крысы ломает маятник смерти, зрители прыскают в разные стороны. Бойцы в центре тормозят, они слишком сосредоточились друг на друге и еще не осознали происходящего. Шаг — рыбка метательного ножа влетает в грудь дальнего бойца. Шаг — стальной росчерк проходит по спине ближнего. Крыса-боец успела среагировать и, буквально кувыркнувшись на месте, бросается на меня.

Шаг, рука падает на рукоять меча, тело закручивается влево. Еще шаг, пружина распрямляется, летящая ко мне крыса встречает росчерк меча. Клинок наполовину разрубает ее и сносит в канаву. Еще шаг, я резким кистевым движением стряхиваю кровь.

В каком-то полутрансе я дохожу до подранков и несколькими движениями добиваю шевелящихся. От разбежавшихся остатков слышен только удаляющийся топот. Я мерно дышу, постепенно приходя в себя.

— Однако, — сказал я сам себе через минуту.

Машиной смерти быть круто. Круто и страшно одновременно. Страшно подумать на что способен подобный человек в реальном мире. А еще страшно потерять над собой контроль… окончательно превратиться в бездушного убийцу. Я даже помотал головой, отгоняя непрошеные фантазии. Надо чем-то отвлечься. Например, собрать трофеи.

Я задумчиво посмотрел на трупы крыс. Тушки внушали: тело каждого «зрителя» было с локоть длиной. А крупные самцы, что выясняли отношения, так и вовсе тянули на небольшую собаку. Только вот что с ними делать? Хвосты резать?

Ответ снова пришел сам собой: достаточно коснуться тушки рукой и пожелать забрать трофей. Я так и сделал. Тело крысы на секунду покрылось черной дымкой и тут же исчезло, оставив после себя испачканный кровью нож и небольшой черный кристалл, напоминающий короткий карандаш, заточенный с двух сторон. Я поднял свой первый трофей и внимательно разглядел его со всех сторон. Кристалл как кристалл. Маленький, с фалангу пальца длиной, матово-черный, почти невесомый… И что с ним делать?

Вновь пришла незримая подсказка: кристалл можно держать при себе или сразу перечислить на счет Системы, которым могу пользоваться только я. Короткое пожелание — кристалл исчезает, а я понимаю, что на моем счету один черный кристалл… Странное ощущение. Как-то плохо в голове сочетаются элементы классической РПГ-игры, с пропадающими трупами, наградой, автоматически падающей на счет, и полный реализм происходящего.

Я вновь помотал головой. Собирать мозги в кучу я буду потом. Сейчас нужно собрать трофеи и двигаться дальше. Таймер-то тикает.

Короткий обход мусорной кучи добил счет до шести кристаллов. Четыре кристалла выпало с зрителей и два с большого бойца. Пять ножей я обтер и вернул в чехлы. Одна крыса сбежала прямо с ножом в спине. Второй боец улетел в канаву, нырять за ним в сточные воды я побрезговал. Новая короткая подсказка принесла знание, что несобранные трофеи будут подсчитаны автоматически по прохождении испытания, но в урезанном виде.

Осмотр поясной сумки принес мне подарок в виде запасных метательных ножей, набора отмычек и аптечки с бинтами и тремя зельями: красное, синее и черное. Новая справка, и вот я уже знаю: это зелья лечения, восстановления сил и противоядие. Все как в классических играх. Только зельем леченья нужно мазать раны, а не пить.

— И почему я сразу не догадался посмотреть в подсумок? — пробурчал я себе под нос.

Вздохнув, я пошел быстрым шагом к туннелю, откуда текла мутная вода. Надо поскорее закончить это дурацкое испытание, даже если для этого придется перебить сотню крыс!

Через полсотни шагов нашелся мертвый беглец с ножом в спине. Его «товарищи» бросили, спешно удирая по тому же туннелю. Наскоро его преобразовав в кристалл и обтерев нож найденной в подсумке тряпкой, я перешел на бесшумный бег. Эти крысы бежали не просто так — впереди должно быть их логово и там же, скорее всего, выход.

На ходу я намеренно отстранялся от происходящего, погружаясь в «режим машины смерти». Можно многое говорить про страхи, высокую мораль, но у меня нет других вариантов пройти испытание. Если я буду напрямую управлять телом, то против стаи крыс у меня нет никаких шансов. В две секунды добегут, навалятся толпой и загрызут. Ощущать, как меня рвут крысы, с эффектом полного погружения я не хочу.

Возможно, из-за этой отстраненности я первым услышал посторонние звуки впереди. Резко остановившись, я прислушался — так и есть. Впереди слышатся шорохи, топот маленьких ног, скрежет когтей. Крысы, и их немало, спешат ко мне навстречу… Туннель длинный, мне нужно или удирать со всех ног, или встречать гостей.

Я выдохнул, сосредотачиваясь, и быстро отступил в полумрак между двумя лампами. Пусть крысы пробегут сначала по светлому пятну и потом будут пытаться разглядеть меня во тьме. Медленный вдох, выдох… На меня снова накатило ледяное спокойствие. Я стою прямо, расслабившись, руки свободно опущены вдоль тела, лишь глаза внимательно следят за кирпичной дорожкой впереди.

Буквально через пять секунд на освещенное пятно выбегает первая пара крыс. Обычные, которые с локоть длиной. Они спокойно пробегают освещенный участок, забегают в сумерки и резко тормозят с недоуменным писком. Крысы разглядели мою фигуру. Понимают, что меня тут быть не должно, видят, что я не атакую и не убегаю, и не знают, что им дальше делать. А мне только это и нужно — потянуть время, пока в радиус броска ножа не забежит основная стая, чей топот уже прекрасно слышен.

Вот в светлое пятно забегает основной состав. Впереди бежит боец, за ним с десяток обычных крупных крыс. Чуть сзади виднеются еще два бойца. Интересно выглядит: прямо организованный отряд с разведкой прибежал.

Одна из дозорных крыс издает громкий предупреждающий писк, но уже поздно. Мои руки резко метнулись к клапанам метательных ножей. Еще мгновение — и подшаг вперед, два ножа синхронно уходят в предводителя. Я чуть проваливаюсь вниз. Второй подшаг, тело откидывается — назад, а правая нога с размаху пробивает футбольный удар по правому разведчику. Тот с протестующим визгом улетает куда-то вперед.

Опомнившийся левый разведчик с писком прыгает в атаку. Но его уже встречает выпад кинжала. Кинжал с нанизанной крысой отлетает в сторону. Новый шаг вперед — бросок ножа, второй шаг — второй нож. В голове бьет невидимый барабан. Бум — уходит нож, бум — уходит второй.

Обычные крысы от такого приема как-то растерялись. Громкие визги, непонятная фигура наступает из темноты, они умирают одна за другой. После секундного колебания остатки стаи развернулись и рванули бежать. Только два бойца не просто так шли сзади. Первые дезертиры были разорваны в мгновение ока. Правый боец издал гневный визг, который я перевел: «В атаку трусы! Или мы вас убьем!» Но бежать в атаку уже некому: я израсходовал все ножи, даже запасные из подсумка. И сейчас приближаюсь к последним двум бойцам.

К их чести, они ни секунды не колебались, синхронно бросились в атаку, расходясь по краям дорожки. Я же иду им навстречу с мечом в правой и вторым кинжалом в левой руке.

Шаг, еще шаг, меч отнесен чуть в сторону, левая рука с кинжалом около тела. Чуть притормозить, чтобы не попасть в поле подранков и умирающих. Две крысы, ни секунды не сомневаясь, пробегают мимо раненых и бросаются на меня, а я только этого и жду. Тело напряжено, словно сжатая пружина, время замедлилось. Вот правая крыса подскочила в прыжке, за ней прыгает вторая. Прыгают мощно, высоко, целясь в мою шею. Я распрямляюсь навстречу, вынося меч в круговом ударе. Полоса стали сносит правого бойца, цепляет левого и идет вниз. Обе крысы бьются о стену и падают на пол. Правая уже мертва, а левая что-то протестующе визжит.

Меня проносит мимо упавших бойцов. Я резко разворачиваюсь и только успеваю выкинуть левую руку вперед, принимая недобитка. Тот с размаху напарывается на кинжал, визжит и пытается прокусить стальной наруч. Память фотографически отмечает, как крупные резцы царапают сталь, сдирая вороненое покрытие. Толчок вперед — крыс срывается с лезвия и летит куда-то во тьму. Только далеко улететь ему не суждено. Лезвие меча обрушивается сверху вниз, перерубая тушку почти пополам.

Новый резкий разворот, меч и кинжал наготове принимать новых крыс. Я мерно дышу, глаза шарят по светлому пятну и вглядываются в темноту туннеля… Но новых крыс нет, только два подранка пытается уползти подальше.

Я медленно выдыхаю. Пришло время добивания раненных и сбора трофеев.

Глава 3 — Решетка и Зеркало

Конец испытания уже близко… или мне так кажется. Я вижу логово финального босса и путь наружу. Логовом служит большой цилиндрический отстойник, заваленный мусором почти до потолка. За босса огромная облезлая крыса, размером с крупную собаку, а путем служит обычная лестница, дугой идущая по левой стене. Она ведет к большому проему, из которого виднеется солнечный свет и льется поток воды. Поток приносит мусор и объедки, их уже едят крысы согласно позиции в иерархии.

Самое вкусное достается начальнику, что сидит наверху, затем, уровнем ниже, идет пяток подчиненных бойцов, и штук тридцать обычных крыс доедают объедки. Иногда, когда до обычных крыс доходит хороший кусок, вспыхивает короткая драка. Поглощенные дележкой еды, крысы не обращают никакого внимания на туннели, куда утекает вода и откуда я наблюдаю за ними.

Можно, положившись на удачу и быстрые ноги, рвануть к лестнице и по ней быстро добежать до выхода наверх. Но куча мусора слишком большая, местами почти доходит до лестницы. При желании крысы легко меня перехватят.

Еще можно привлечь внимание крыс и скрыться в туннеле, где их попробовать перебить по частям. Тоже вариант заманчивый и рискованный: они могут ломануться ко мне всей толпой или может подойти еще одна патрульная стая.

А может, я просто тяну время в нерешительности.

Но тут происходит событие, которое приковывает внимание всех крыс. Поток приносит что-то здорово смахивающее на человеческий труп. Вылетевшее из воды тело катится по куче мусора вниз, в правую часть отстойника, дальнюю от лестницы. К нему сразу несутся бойцы и мелочь. Вокруг мгновенно возникает свалка, в которую влетает и босс с выразительным писком: «Мое!! Не трогать!!!»

Шум свары нарастает, а я уже иду быстрым бесшумным шагом к лестнице. Шестое чувство внутри меня подсказывает, что лучшего шанса не будет и, несмотря на спешку, бежать не стоит. Шаг, другой, вот уже лестница под ногами. Быстрый подъем через ступеньку за раз. Руки расслаблены, готовые в любой момент схватить рукоятки ножей. Глаза ищут возможную угрозу. Только крысы забыли про все на свете, занимаясь дележкой богатой добычи.

Шаг, еще шаг, лестница кончается, и вот я уже стою на площадке наверху. Яркий свет слепит глаза, я прижимаюсь к стене и жду, пока глаза не придут в норму. Аккуратно, по стеночке, смотрю за угол. А там новый большой туннель, переходящий в канал, облицованный все тем же коричневым кирпичом. Канал открытый, залитый солнечным светом, виднеется кусок синего неба. Зрелище великолепное, но все портит толстая железная решетка.

Шаг, еще шаг, ноги сами собой меня уносят подальше от вонючего отстойника. Грудь жадно вдыхает свежий воздух. А я пристально, до рези в глазах, всматриваюсь в неожиданное препятствие. Толстые железные прутья в два пальца толщиной надежно перекрывают весь туннель и уходят под воду. Одна надежда на массивную дверь из тех же металлических прутьев, на которой висит массивный навесной замок. Выход закрыт…

— Стоп! Как-то же этот труп попал внутрь? Значит решетка до дна не доходит, — пробормотал я себе под нос. — И в подсумке, помнится, был набор отмычек.

Я прислушиваюсь: со стороны отстойника все тихо. Свара закончилась, и никто из крыс не стремился меня догнать и покарать. Я выдыхаю и достаю из подсумка набор отмычек. Несколько секунд паузы, пока не получается настроиться и перейти в режим «автопилота».

Руки начинают жить самостоятельной жизнью, ощупывают замок и замочную скважину. Затем пара металлических стержней с изогнутыми наконечниками проникают внутрь замка. Я что-то нащупываю, на что-то давлю, что-то тяну — и замок с громким щелчком открывается. Руки самостоятельно, без участия головы, обтирают о многострадальную тряпку испачканные стержни, возвращают их в чехол и заботливо убирают в подсумок.

Еще пара секунд, чтобы убрать замок, аккуратно положить его на кирпичный пол. От легкого толчка дверь открывается… и по ушам бьет истошный скрип! Если замок еще кто-то смазывал, то на петли давным-давно забили.

Одним движением я прыгаю наружу, вторым движением захлопываю дверь. Уши дерет повторный скрип. Тут же подхватываю замок, продеваю в петли и резко защелкиваю. Больше ничего сделать я не успеваю, все перебивает ощущение огромного пылесоса. Я снова песчинка, которую куда-то тянет внешняя неодолимая сила…

Короткий полет через непроглядную тьму, продавливание невидимой пленки — и вот я снова стою в серой комнате с черным обелиском. Я даже обрадовался.

— Дом родной, я опять с тобой! — сказал я, рассматривая руку в кожаной перчатке.

Снаряжение Система мне оставила, и тело ассасина, судя по ощущениям, тоже. Я полюбовался целым левым наручем, с которого успела снять стружку крыса-боец. Даже починили до первозданного вида.

— Система поздравляет с прохождением первого испытания, — внезапно раздался резкий механический голос. — Доступны новые настройки.

— Брр… А можно голос женский и понежнее тембром? — решил я похулиганить. Эйфория от успешного побега бурлит и требует выхода.

— Пожелания Кандидата учтены, со счета списаны три черных кристалла, — ответил мне обелиск приятным женским голосом.

— Кхм-кхм… — закашлялся я от неожиданности.

Кажется, шуток Система не понимает или, наоборот, понимает очень хорошо. И сама шутит, но уже за счет шутника.

— До конца сессии тридцать две минуты, рекомендуется просмотреть отчет испытания и ознакомиться с новыми настройками, — вновь меня порадовал приятный голос.

Надо действительно поторопиться. Полчаса — это не так много, и неизвестно, что мне еще подкинет Система. Я скривился… сейчас буду опять получать разряды тока.

— Отчет по испытанию, — сказал я, коснувшись обелиска.

Но в этот раз обошлось без электротерапии, прямо в голове появилась новая информация. За прохождение испытания мне засчитали двадцать два черных кристалла. Двадцать один я насобирал вручную и еще один дали за бойца, которого я смахнул мечом в канаву. Еще начислили два красных кристалла как бонус за прохождение. За восстановление снаряжения списали три черных кристалла, и за смену голоса индивидуального помощника еще три. Итого у меня на счету шестнадцать черных и два красных кристалла.

Неплохо… Наверное. А что с новыми настройками?

В сознании всплыл новый пакет информации. Мне прямо сейчас предлагали заняться коррекцией внешности. Первый раз — бесплатно! Еще сделали доступной функцию доната: достаточно будет прикоснуться в реальном мире кольцом к золотому или серебряному украшению и пожелать перенести ценность в систему. Донат пригодится в следующий заход, когда будет доступно улучшение снаряжения. Что-то похожее на магазин в РПГ-играх, но с большими ограничениями.

— Хм… Полчаса на выбор внешности. Я-то, ладно, справлюсь, а вот девушкам времени потребуется гораздо больше, — задумчиво произнес я.

— Вы можете перенести процедуру коррекции внешности на следующую сессию, — ответил голос помощницы.

Что-то еще я пропустил в переданном пакете… Ах да, нужно еще выбрать никнейм — позывной, под которым меня будут знать в Системе. Но это тоже можно сделать в следующий заход.

Я снова коснулся обелиска — черная поверхность стала зеркалом. В нем отражалась моя обычная рязанская рожа, как шутил один мой друг. Русые волосы, ехидное выражение лица, вечная полуулыбка. Мое привычное лицо как-то плохо вяжется с капюшоном, плащом и прочими атрибутами ассасина.

— Ну-с, приступим, — сказал я и вспомнил образ одного восточного красавчика из известной РПГ-игры.

«Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, просыпается с рассветомвся советская земля», — доносилась бодрая музыка из моего телефона.

Я с удовольствием потянулся и выключил будильник. Реал РПГ, межмировая Система, беготня по канализации, бои с крысами — приснится же такая фигня… Мои мысли перебил требовательный мявк. Кот уже трется возле кровати и требует утреннюю пайку.

— Сейчас-сейчас, — сказал я и встал с кровати.

Насвистывая себе под нос бодрый мотивчик, я прошлепал на кухню. Настроение, несмотря на странные и очень реалистичные сны, было просто замечательным. Так же бодро я достал миску, взял корм и застыл. На моей правой руке весело блестело серебряное кольцо с темно-красным камнем.

— Оп-па… — потянулся я почесать затылок, но вовремя вспомнил, что руки заняты.

Насыпав корма коту, я уже не так бодро отправился в спальню. Там все было по-прежнему: кровать, стол с компом в углу, шкаф, компьютерное кресло, из открытой форточки доносился веселый щебет птиц.

— Хм… — хмыкнул я и потер пальцем кольцо.

Кольцо отлично терлось и пропадать не собиралось.

— А если так? — я пристально посмотрел на кольцо и пожелал ему исчезнуть.

Я еще задумчивей уставился на пустой палец… кольцо исчезло без следа, а меня повело куда-то в сторону. Я присел в кресло, переждал секундную слабость и задумался еще сильней.

Кольцо есть. Это реальность. Значит, вчерашняя визитка и ночные приключения тоже реальность. И что мне со всем этим делать?

Ничего умного в голову не шло, поэтому я снова пошел в кухню заварить кофе, заодно прихватил блокнот и ручку. Как меня в свое время учили, если задача слишком сложна, ее надо разбить на части.

— Итак, первое — у нас есть некая Система, что внедрилась в инфополе земли, — сказал я, обращаясь к коту.

Тот уже плотно поел и сейчас себя вылизывал.

— Второе — Система подбирает кандидатов и устраивает им испытания, — я продолжал рассуждать вслух.

Кот меня игнорировал, занимаясь своей спиной.

— Все это делается под оберткой РеалРПГ[1]. Со всякими кристаллами, заданиями и донатом.

Кстати, испытание комплексное. Сейчас, задним числом, я понимаю, что там было несколько вариантов прохождения. Можно было перебить всех крыс, можно было прокрасться, как это сделал я в финале, на последней решетке можно вскрыть замок или нырнуть под решетку. Наверняка и выход из подземелья был не один. Все это похоже на ряд задачек, для решения которых кандидату нужно серьезно напрячься и использовать по полной навыки аватара.

— То есть все эти испытания — это проверки, подходит ли кандидат под какие-то параметры, достаточно ли он быстро адаптируется и использует ли преимущества Системы, — продолжал я вещать игнорирующему меня коту. — Если кандидат проходит испытания, то он получает плюшки — дополнительные возможности от системы.

Я записал в блокнот слова «Донат» и «Снаряжение». Сегодня ночью у меня будет доступ к магазину. Там можно будет прикупить что-то очень полезное. Хотя есть у меня подозрение, что прикупить что-то действительно серьезное мне не дадут и особой погоды новое снаряжение не сделает. Иначе потеряется смысл испытаний — кандидат должен превозмогать, показать всего себя!

— А теперь внимание! На хрена мне это надо? — задал я коту очень важный вопрос.

Кот в ответ приступил к интимному туалету.

— Хм… Содержательно, — ответил я коту.

На этом я перестал разговаривать с котом и задумался. А что я, собственно, теряю? Семья у меня пока не сложилась. Девушки как появляются, так и исчезают. Почему-то им больше интересны легкие отношения с парнем с хорошей зарплатой. Как начинается переход к чему-то серьезному, появляются какие-то проблемы. Живу я один, если не считать кота. Работа тоже как-то задолбала. Сначала было интересно, а потом все скатилось к тупому заколачиванию денег.

Я подумывал куда-нибудь рвануть путешествовать, благо удаленная работа это позволяла. Но тут и путешествовать не нужно: просто идешь в кроватку и ловишь приключения. Только полная реалистичность меня напрягает. Получать всю палитру ощущений, когда меня рвет какой-нибудь монстр, как-то совсем не хочется, и обратная связь настораживает. Вроде и выглядит круто, а что со мной будет в реальности, если мне оттяпают ногу? Тоже вопрос открытый. Я написал в блокноте «Обратная связь» и поставил жирный вопрос.

Причем этот вопрос еще другим интересен. Если про Систему станет широко известно, наверняка разовьется и туризм. За туристами и богачами потянутся наши замечательные правительства, которым кровь из носу нужно будет изучить новые возможности и поставить их себе на службу. Да и отдельные олигархи у нас фору любым бандитам дадут. Омоложение не такой приз, мимо которого они пройдут. К засветившимся игрокам будет привлечено внимание, их постараются подмять, поставить на службу, хотя бы ради информации про Систему. Может, это моя паранойя, но кольцом лучше не светить. И про свои замечательные ночные сны тоже нигде не заикаться.

Теперь переходим к донату — надо ли оно мне?

Опять же, почему бы и нет? Есть у меня пара серебряных цепочек и золотая цепь-браслет, что подарили друзья на тридцатилетие. Сначала носил, потом стала как-то мешать. Так и лежит с тех пор, не ношу, а продать жалко. Можно попробовать перегнать ее в кристаллы хотя бы ради эксперимента.

Впрочем, с донатом можно и погодить, времени до вечера полно. Осталось самое главное! Мне нужно определиться с позывным! Ведь не даром говорят: как в интернете назовешься, так к тебе и будут относиться.

— А ты что думаешь, Бандит? — решил я посоветоваться с котом.

— Мяу, — сказал Бандит и посмотрел на меня, как на идиота.

— Котом назваться, говоришь?

[1] РеалРПГ — жанр фантастики родственный ЛитРПГ, но с большей реалистичностью. В нем тоже обыгрываются элементы РПГ игр, но уже без подробного описания характеристик персонажа, уровней, очков здоровья и прочих элементов характерных для компьютерных игр.

Глава 4 — Магазин и Красота

Под вечер я поймал себя на том, что не могу толком ни на чем сосредоточиться. Если днем еще как-то получилось поработать и добить недельную норму, то перед сном я не мог даже толком играть в компьютерные игры. Да и после настоящего полного погружения все эти бегалки-стрелялки смотрелись как-то… пресно. Еле дотерпел до времени, когда пора идти спать.

Думал, что будут проблемы уснуть, но не нет: как только голова коснулась подушки, я отрубился и очнулся уже в серой комнате с Обелиском.

— Отлично, — сказал я сам себе, потягиваясь.

Все-таки иметь тренированное сильное тело — это просто прекрасно. Надо будет и в реале снова начать ходить на секцию, только подобрать что-нибудь по профилю. Просто качалка не подойдет, нужны более профильные тренировки. Акробатика, паркур, историческое фехтование, метание ножей — что-то в этом духе.

— Система приветствует Кандидата, вам предоставлен ограниченный доступ к Магазину и один скидочный купон желтого ранга, — порадовал меня приятный голос помощницы.

— Скидки — это хорошо, — ответил я и коснулся обелиска.

Матово-черная поверхность уловила мысленный посыл и превратилась в экран. На экране отобразилось меню в стиле магазинов РПГ-игр с кучей разделов: оружие, снаряжение, расходные материалы, зелья и еще десяток позиций. С интуитивно понятным интерфейсом и отличным поиском. Вот только чем дольше я изучал предложения, тем хуже мне становилось.

— Да вы, батенька, нищеброд, — поставил я диагноз сам себе.

Было понятно сразу, что Магазин завязан на кристаллы сотворения. Но вот сами цены ни разу не радовали. За черные кристаллы можно было купить только расходники, причем самые простые, вроде бинтов или тряпок. Что-то на уровне простого ширпотреба требует уже красные кристаллы. Получше чем ширпотреб, — оранжевые. Даже метательный нож, который у меня в перевязи, и тот стоил уже один оранжевый кристалл. Хорошие вещи начинались с желтых кристаллов, а отличные имели ценник уже в зеленых. Вещи за голубые кристаллы для меня уже недоступны.

— Есть ли у вас план, мистер Фикс? — вспомнил я фразу из старого мультика.

План у меня был, и я решил его придерживаться. Он заключался в том, чтобы найти преимущество, которое мне облегчит прохождение испытаний. На сильную магию или супероружие я не замахивался. Что-то дешевое, дающее сильный эффект при грамотном применении. Из такового мне в голову пришли газовые и светошумовые гранаты. Я подумал, что можно надеть противогаз, забросить в логово крыс шашку со слезоточивым газом, а потом дорезать слепых задыхающихся жертв. Картинка вроде как реалистичная.

Для этого я «задонатил» свой золотой браслет и пару серебряных цепочек. Принесло мне это аж целых шесть оранжевых и семь красных кристаллов. Я надеялся, что этого хватит, но ирреальность внесла свои коррективы.

Маска с фильтрацией дыма и отравляющих газов стоит три желтых кристалла. Такая же маска, но еще с возможностью дышать под водой — один зеленый и два желтых. Шашки со слезоточивым газом и светошумовые гранаты от нескольких оранжевых за штуку. Обычные осколочные гранаты тоже были, но там цены начинались с желтых кристаллов.

Еще отдельная история с цветом кристаллов. Кристаллы низкого уровня можно «объединить» в кристалл уровня выше и, наоборот, «расколоть». Вот только если для получения красного из черных требовалось четыре черных кристалла, то для оранжевого нужно уже семь красных. А раскол оранжевого давал только пять красных — два кристалла разницы. И чем цвет выше, тем больше нужно кристаллов для объединения. На желтый необходимо уже одиннадцать оранжевых, которых у меня было всего шесть…

Я завис, просматривая оружие за оранжевые кристаллы. Моих богатств хватало только на пару кинжалов среднего качества, зато с ножнами и поясным ремнем.

— Да тут чтобы что-то стоящее купить, нужно бриллиантовое колье задонатить, не меньше — задумчиво потянул я. — Стоп! У меня же есть купон!

Пара мысленных посылов — и у меня на экране остается список желтого снаряжения, доступного с учетом применения купона, и тут уже было несколько интересных вариантов.

Простой лук с колчаном стрел. Дистанционное оружие, может в каких-то ситуациях здорово помоч. И я чувствовал, что владение луком входит в базовые навыки ассасина.

Золоченый металлический шар. После нажатия выступа две секунды пищит и мигает разноцветными огнями, а затем выдает вспышку слепящего света с громким хлопком. Многоразовая замена светошумовых гранат. Одно плохо: зарядов всего пять, перезарядка стоит три оранжевых кристалла.

Татуировка «Взор Сумеречного Орла». Наносится на веки, улучшает зрение в сумерках и защищает от бликов и яркого света днем. Заряда магии хватает на две недели, перезарядка стоит пять оранжевых кристаллов.

— Может подождать, подкопить кристаллов и использовать купон на что-то более стоящее? — пробурчал я себе под нос, задумчиво поскребывая бородку.

Да, у меня теперь есть борода и усы. После вчерашней настройки внешности у моего аватара стала кожа смуглей, появилась аккуратная бородка, и в целом я теперь выгляжу как молодой арабский шейх. Так и с девочками будет проще познакомиться, и реального меня сложнее будет найти.

— К вашему сведению, срок действия купона ограничен тремя сутками, — прозвучал голос помощницы.

— Хм… И не разгонишься, — я огладил бороду.

Деньги у меня есть. Два месяца без девушки, да и раньше откладывал на машину — как-то накопились. Но одно дело — слить на приключение ненужную ювелирку, а другое — накопления на машину. Маленькими деньгами тут явно не обойтись, а серьезные я тратить не готов.

— Хорошо, я покупаю Взор Сумеречного Орла! — произношу я, решившись.

Веки обожгло огнем, из глаз брызнули слезы. Я крепко зажмурился и стиснул зубы. Нанесение виртуальной магической татуировки проходит с вполне реальной болью.

— Предупредить нельзя, что ли?! — прошипел я сквозь зубы.

Еще добавив пару непечатных, я стер выступившие слезы и уставился в зеркало. Там отражалось лицо аватара с покрасневшими веками. Если зажмурить один глаз, по краю века второго можно разглядеть вязь символов, напоминающих арабский язык.

— А ничего так, аутентично получилось, — похвалил я Систему, разглядывая татуировку.

Боль прошла, покраснение сходит прямо на глазах. Правда, какого-то заметного эффекта от татуировки я не заметил.

— Напоминаю о необходимости выбрать никнейм, — послышался голос помощницы.

— Шах! — отозвался я уверенным тоном.

Кот — хорошее имя: сразу понятно, что владелец еще тот ходок по бабам. Но мне не очень подходит, я все-таки в душе романтик. Раз уж я ассасин-красавчик, хотелось что-то восточное: лидер, богач, красавец. Раз уж я ассасин-красавчик. Долго колебался между Шейхом и Шахом. Но шейх — это еще и глава мусульман, духовный лидер, а где я, а где мусульмане?

— Принято, приготовьтесь ко второму испытанию, — ответил приятный женский голос.

— Эй, у меня есть еще несколько во… — начал я.

Но меня никто не слушал, серые стены резко померкли, и меня вновь куда-то потянули могучие космические силы…

— А чтоб тебя! — вырвалось у меня, когда я при выходе чуть не поцеловался со стенкой.

Новое испытание опять проходит под землей. Выбросило меня в классической пещере из серого камня, большой, со всякими сталактитами, сталагмитами и просто нагромождениями камня, с зарослями зеленого светящегося мха повсюду. Весьма красивое зрелище! Я как будто оказался в волшебном аквариуме, который заполнен светящимися водорослями.

Внезапно сзади раздался щелчок взводимого курка. Я на мгновенье замер, а затем медленно и плавно развернулся. В полудюжине шагов от меня стоит девушка, словно сошедшая со страниц журнала мод, в одежде из коллекции ковбойском стиле. Черная кожаная жилетка с белой рубашкой, черные же кожаные облегающие штаны, большая ковбойская шляпа и серьезный взгляд поверх большого револьвера, из которого она в меня целится.

— Дэвушка, зачэм так сразу цэлиться? — выдал я голосом горячего кавказского парня и медленно поднял руки.

В ответ она только хмыкнула и опустила револьвер. Похоже, как и я, только что получила от Системы пакет информации. Девушка с револьвером — моя напарница в этом испытании. Зовут ее Изабелла, и для нее это тоже второе испытание. Для прохождения нам нужно принести двенадцать красных кристаллов на алтарь, уложившись за пять часов. На этом вводная информация заканчивалась.

— Прошу прощения, — сказала Изабелла бархатистым грудным голосом.

— Да все в порядке, — успокоил я ее, попутно возвращая на место метальные ножи.

Во время разворота я успел вытянуть ножи, а потом незаметно их придержать в поднятых руках. Девушка на этот маневр ничего не сказала, только задумчиво хмыкнула. А я смог разглядеть ее более внимательно.

Жгучая брюнетка с красивым, четко очерченным лицом, одетая в ковбойском стиле от сапог до шляпы. Причем так хорошо, со вкусом одетая. Прекрасная фигура, которую только подчеркивают облегающие штаны и приталенная жилетка. Прямо не воительница, а модель с обложки журнала. Впечатление немного портила кобура с внушительным револьвером на правом бедре.

Изабелла заметила мой оценивающий взгляд и снова хмыкнула. Затем медленно развернулась и пошла к выходу из пещеры. Сзади вид был тоже изумительный.

— Вах, дарагая, падажди минутку, да! — выдал я.

Изабелла все так же медленно остановилась, обернулась и демонстративно вскинула бровь. Все это выглядело отменно отточенным.

— Ты очень красивая. Да! И сзади вид просто замечательный. Век бы смотрел нэ отрываясь! Мамой клянусь! Но вот смотри, выскочит из-за камня на тебя какой-нибудь зверь. Ты ему из револьвера трах-бабах сделаешь прямо в голову! И кровь-мозги по всем стенам. Вдруг что-то попадет на твою красивую жилетку? Это будет просто трагедия, да! Давай я впереди пойду. У меня кинжал есть. Два кинжала! Я звэря совсем небольно зарэжу. А если там будет целая стая, ты мне поможешь, да! — меня аж пробило на славословия.

Изабелла сначала опять подняла бровь, потом, через секунду, ее просто пробило на смех. Смеялась она тоже красиво. Бархатистый голос раскатывался по пещере, словно колокольчик.

— Знаешь, лучше тебе не пародировать кавказцев, — сказала она отсмеявшись.

— Пачиму? У меня так хорошо получается? — спросил я.

— Плохо у тебя получается. Совсем не похоже. Просто поверь, — сказала Изабелла, усмехнувшись.

На секунду я замер, любуясь ее улыбкой. Когда девушки искренне смеются, они выглядят красиво. У Изабеллы получалось выглядеть на все сто.

— Хорошо, не буду, — улыбнулся в ответ. — Только подожди еще минуту.

Я огляделся и постарался собрать мысли в кучу. Девушки — это хорошо. А красивые и с чувством юмора так вообще крышу сносят, но, перед тем как двинуться на выход, нужно проверить, где я вообще оказался.

Я быстро пробежался по пещере. Посмотрел на алтарь — прямоугольная плита из черно-матового камня, сильно напоминающего обелиск в стартовой комнате. Убедился, что больше выходов из пещеры нет, и только после этого вернулся ко входу. Изабелла все это время терпеливо и молча ждала.

— Еще пара моментов, — сказал я, обходя напарницу. — Я иду впереди, во время боя я прижимаюсь к правой стене. В тех монстров, что рядом со мной, стрелять не надо — стреляй в тех, кто будет пытаться меня обойти.

Я замолчал и пристально посмотрел ей в глаза. Она вроде прониклась серьезностью и ответила прямым взглядом и кивнула.

— Второе, если во время передвижения я вскидываю левую руку с открытой ладонью, это значит надо остановиться и замереть, — я поднял руку с раскрытой ладонью и дождался кивка. — Если рука сжата в кулак, впереди враг и нужно готовиться к бою.

Изабелла снова с улыбкой кивнула, а я на нее снова внимательно посмотрел. Девушка вроде умная и незаносчивая, несмотря на то что красивая. Конечно, она могла хорошо потрудиться над внешностью своего аватара в редакторе. Но кто из нас без греха? Держится уверенно, чувствуется, что в реале у нее от поклонников отбоя нет, да и первое испытание она должна была уже пройти. Надеюсь, в бою можно будет на нее положиться.

— Не беспокойся, можешь на меня положиться, — сказала Изабелла бархатистым голосом, словно услышав мои мысли.

— Хорошо. Можешь немного рассказать про свои способности? — спросил я.

Минут пять я слушал ее грудной голос, любовался ее улыбкой, смотрел на ее иссиня-черные волосы, задавал уточняющие вопросы и отвечал на ее. Если подытожить, что она мне рассказала, то у нее класс ганфайтера. Так называли стрелков-наемников на американском Диком Западе. Белла оказалась поклонницей шутеров[1] и вестернов. Попав в Игру, так она назвала Систему, не колеблясь выбрала полюбившийся ей класс. Кстати, она обмолвилась, что у нее есть вполне реальный второй разряд по стрельбе из малокалиберной винтовки.

Как я понял, стреляет она быстро и метко, только на близкое расстояние к ней тварей подпускать нельзя — порвут. Жаль только, что все хорошее быстро кончается. Время у нас ограниченное, и нужно идти вперед.

— Хорошо, — с сожалением сказал я. — Давай уже выдвигаться. Поболтать еще мы можем потом, после выполнения задания.

С этими словами мы выдвинулись. Как договорились, я впереди, а Изабелла идет, отставая от меня на четыре-пять метров. Может, от желания пофорсить перед девушкой… перед красивой девушкой, в режим «хладнокровного убийцы» я провалился безо всяких попыток настроиться. Быстро и сразу, словно нырнул в ледяную прорубь. Холодное спокойствие накатило и вымыло из головы все посторонние мысли.

Я пошел вперед скользящим шагом, не торопясь, аккуратно ставя ноги, вслушиваясь и всматриваясь в коридор впереди. Тут сразу стал заметен эффект от татуировок, словно кто-то включил лампочку подсветки. Там, где раньше нужно было ломать глаза, теперь я спокойно разглядывал детали. Пол в полумраке стал виден безо всякого напряжения. Идти в скудном свете зеленого мха было легко и приятно. Даже жаль, что нет времени полюбоваться местными красотами.

А вот у Изабеллы такого чит-кода[2] не было. Она шла, ориентируясь на свет мха, то и дело теряя меня из виду. Мох рос неравномерно, в каких-то местах все хорошо видно, а в каких-то не очень. Там, где света не хватало, она двигалась медленно, буквально на ощупь. Благо нам повезло с пещерой: пол был гладким, с редкими небольшими камнями и выступами.

Вот за эти камни и выступы она периодически цеплялась сапогами, порой громыхая камнями и тихо что-то неразборчиво шипя сквозь зубы. Я уже начал подумывать оставить ее на каком-нибудь освещенном участке, когда услышал негромкое шебуршание впереди.

Я вскинул руку с открытой ладонью, еще несколько секунд подождал, пока напарница ее разглядит и замрет. Потом снова прислушался… И да — мне не показалось, впереди отчетливо слышалось шуршание и какие-то невнятные стуки. Теперь нужно решить, что делать дальше.

[1] Шутер, он же стрелялка — компьютерная игра, построенная вокруг стрельбы в кого-либо, как правило, от первого лица. Например, главный герой идет по лабиринту и отстреливает множество нападающих на него монстров из разнообразного оружия. Игровой процесс довольно простой, но динамичный и увлекательный.

[2] Чит-код — cheat code (код для обмана). Код, или последовательность нажатий клавиш, используя которые можно добавить себе какие-то бонусы: больше денег, бессмертие, мощное оружие. Использование подобных кодов считается нечестным и делающим прохождение игры слишком легким.

Глава 5 — Когти и Разговоры

После недолгого раздумья я приблизился к Изабелле и наклонился поближе к ее уху.

— Смотри, этот коридор хорошо освещен. Встань за этим выступом и жди меня, я схожу на разведку, — тихо сказал я ей на ушко. — Если я напорюсь на толпу тварей, то приведу их сюда, тут ты их перестреляешь, как в тире, только постарайся раньше времени не шуметь.

Белла посмотрела на меня, улыбнулась и кивнула. Я же залихватски подмигнул и отправился дальше по туннелю. Сейчас узнаю, что в этот раз приготовила Система.

Через пару десятков метров и два поворота Система приготовила мне пещеру, похожую на стартовую, но поменьше, всего метров пятнадцать в диаметре. В пещере тройка странных, уродливых, серо-буро-зеленых безглазых существ спокойно ест мох. Они напоминают помесь ящерицы с лягушкой, с коротким хвостом, с большими когтями и большими зубастыми пастями… Тут я вспомнил, как назывались похожие существа в одной известной компьютерной игре — троглодиты.

Всеядные слепые существа, с толстой бугристой кожей, живут в пещерах, ориентируются на слух и запах. Возможно, у них есть орган вроде эхолота, как у летучих мышей. Метр двадцать ростом и килограммов пятьдесят в тушке. Сейчас эти троглодиты довольно ловко ползали по нагромождениям камня и шустро срезали своими когтями мох, тут же отправляя добычу в пасть. К счастью, большая часть мха была еще не тронута и я мог их спокойно разглядеть.

Я задумчиво огладил бородку. С одной стороны, тут всего три уродца — можно щедро нашпиговать ножами, а потом добить мечом. С другой — хочется подставить их под револьвер Изабеллы и посмотреть, как она себя поведет в бою. Да и вроде обещал что-то такое. С третьей — непонятно побегут ли они вообще за мной… Пожалуй, начну с ножей, а если бой пойдет не так, метнусь к напарнице.

Тем временем троглодиты то ли что-то услышали, то ли что-то унюхали, они обменялись серией щелчков и начали бодро двигаться в мой угол. Я выдохнул, настраиваясь на схватку. Ледяное безразличие снова щедро окатило меня, унося сомнения и посторонние мысли. Сейчас будет новый бой и от меня потребуются все возможности ассасина.

Шаг вперед, два первых ножа уходят в правого троглодита, перебирающегося через заросли сталагмитов. Тот с каким-то скрипом-верещанием сваливается и застревает между двух каменных пиков. Шаг назад с поворотом — и еще два ножа уходят в левого, уже готового прыгнуть на меня с большого булыжника. Прыжок срывается, и уродец с писком летит вниз. Шаг влево, пропускаю центрального, он взял низкий старт и неожиданно шустро рванул в мою сторону, размахивая на ходу лапами. Мимо моего носа с ветерком проносятся белесые когти сантиметров десяти длиной. Нож с правой руки догоняет его в спину. Еще два шага влево, я отступаю к туннелю, откуда пришел. Центральный игнорирует нож в спине, разворачивается на месте, снова рвется к моим ногам. Второй нож ныряет ему в пасть, прямо между двумя рядами больших треугольных зубов. Троглодит давится и что-то верещит.

Меч бабочкой вылетает из ножен. Шаг вперед — я вытягиваюсь в глубоком выпаде. Центральный получает тридцать сантиметров стали, что-то булькает и падает на пол. За ним падаю и я, пропускаю над собой прыгнувшего «левого». Кажется, его когти успевают зацепить мой плащ. На лету я дергаю завязку плаща. Быстрый кувырок через правое плечо — и я снова готов к бою. Троглодиту повезло меньше: он с размаху врезался в камень стены. С трудом поднимается, что-то вереща, на полу остаются потеки зеленой крови. Два быстрых шага — и новый выпад в мясистую шею. Новые бульки, и новая тушка у меня под ногами.

Я медленно и размеренно дышу, постепенно приходя в себя.

— Да, с крысами было как-то проще, — говорю я сам себе.

Теперь нужно добить застрявшего и связаться с напарницей.

— Как, говоришь, этот монстр называется? — спросила Изабелла.

Я успел ее привести и продемонстрировать свои трофеи, собирать добычу я не стал, решил, что лучше «показать товар лицом».

— Троглодит, глаз нет, но недалеко видит за счет вибрационного восприятия, как летучая мышь. Скорее всего всеядны, жрут всякую падаль и мох. Несмотря на несуразный внешний вид, передвигаются они быстро, в бою пытаются зацепить когтями и подмять под себя, — отчитался я.

— А я думала, что троглодит — это первобытный человек, — задумчиво сказала Изабелла и попинала носком сапога длиннющие когти.

— На самом деле есть игра известная, где похожие твари так названы. А Система очень много взяла от компьютерных игр, в том числе и монстров, и характер испытаний, — пояснил я.

— Хорошо, пусть будет так, — согласилась Изабелла, задумчива рассматривая тела, и тут же задала новый вопрос: — А что с них падает?

— Я не смотрел, решил сначала тебя привести, — ответил я.

Изабелла вновь одарила меня своим задумчивым взглядом. Почему-то у меня появилось ощущение, что она немного на меня обиделась. Может, она хотела сама этих монстров расстрелять?

— А как будем делить добычу? — спросила она после секундной паузы.

— Давай пополам, начиная с тебя. Сначала берешь кристалл ты, а потом я, — сказал я и улыбнулся.

Изабелла улыбнулась в ответ.

— С этих «троглодитов» скорее всего будут падать красные кристаллы, потом нам может попасться босс с оранжевым кристаллом. Его как делить будем? — задала она новый каверзный вопрос.

— Я уступаю право первой большой добычи девушке, — ответил я и снова ослепительно улыбнулся.

— Спасибо, — тоже тепло улыбнулась Изабелла.

Поговорив еще минуту, напарница отправилась собирать трофеи. Первыми она обобрала двух троглодитов возле входа в пещеру. С каждого из них выпало по тускло-красному кристаллу с каждого, второй она кинула мне. А я еще перехватил ее взгляд на мои ножи, которые выпали из трупов.

— У них, кстати, высокий болевой порог. Получив по паре ножей в корпус, они продолжили бегать и пытаться меня достать, — проинформировал я напарницу.

— Понятно, — задумчиво ответила она.

Было видно, что она задумалась, над вопросом как лучше воевать с этими тварями. Думал на эту тему и я. Ножи, отлично показавшие себя против крыс, тут уже работали не очень хорошо. Мечом получалось лучше, но для него уже нужно лезть в ближний бой и рисковать попасть под когти.

— А этот так и умер? — спросила Изабелла, дойдя до последнего троглодита, который в самом начале застрял между двух сталагмитов.

— Да, я его добил, чтобы подранка не оставлять, пока я за тобой бегаю, — сказал я, в процессе очищая ножи многострадальной тряпкой.

Напарница прикоснулась к последнему троглодиту. Тот подернулся темной дымкой и исчез, оставив еще один красный кристалл и два последних ножа, заляпанных зеленой кровью. Их Белла аккуратно взяла за чистые рукоятки и передала мне.

— Что дальше? — спросила она.

— А дальше у нас два выхода из этой пещеры и два варианта действий. Или ты остаешься тут и контролируешь оба выхода, пока я хожу в разведку, или мы идем вместе. У обоих вариантов есть свои плюсы и минусы. Если мы разделимся, есть опасность, что на нас нападут по отдельности. Если пойдем вместе, то, извини, с тобой близко подкрасться к троглодитам не получится и есть шанс, что нас услышат и нападут во время перехода на темном участке, — рассказал я то, что надумал за время беготни за напарницей и обратно. — Смотри сама, что тебе удобней, для меня разница в этих вариантах небольшая.

Изабелла задумалась, получилось у нее это тоже завораживающее притягательно. Чуть нахмурила точеные брови, опустила глаза, лицо приняло сосредоточенно-задумчивое выражение.

— Давай остановимся на второй варианте. По этим темным пещерам у меня, на самом деле, не получается тихо ходить, — сказала она.

— Хорошо, — ответил я и снова ей подмигнул. — Тогда я пойду налево, а ты подбери для себя удобную позицию.

В ответ Изабелла улыбнулась и отсалютовала револьвером. Помахав ей на прощание, я нырнул в левый туннель.

Уже практически бессознательно я погрузился в состояние автопилота. Пока тело на автопилоте скользило бесшумной тенью по заросшими зеленым мхом туннелям, я предавался размышлениям. Мысли перескакивали с испытания на мою напарницу и обратно. Девочка вроде адекватная, красивая, дружелюбная, с ней приятно общаться. Но вместе с тем, держится ровно, соблюдает дистанцию. Наблюдает, словно испытывая и чего-то ожидая. Вопрос — чего?

Система тоже подкидывает загадки. Если эти троглодиты стоят всего лишь один красный кристалл, то что за тварь будет за оранжевый? Босс тут наверняка есть, но, по условиям задания, нам нет нужды с ним воевать, достаточно прибить двенадцать обычных троглодитов. Тогда в чем смысл испытания? Как-то все слишком просто выглядит.

— Птыщ, птыщ, птыщ, — донеслось сзади, а потом через секунду. — Птыщ, птыщ.

«Оп-па… Кажется, девочка встряла», — подумал я, разворачиваясь. Назад я уже бежал тоже бесшумно, но бежал. Затормозил только перед входом в пещеру.

— Это я, — сказал я громко, прежде чем войти в пещеру.

Встретили меня настороженный взгляд ковбойши, полуопущенный револьвер и сизая дымка с резким запахом пороха. Изабелла заняла позицию на небольшой возвышенности за рядом сталагмитов. С этого постамента оба выхода для нее как на ладони, и вместе с тем добраться до нее напрямую проблематично. Не говоря лишних слов, я направился ко второму туннелю.

Возле выхода, разбросав лапы в живописных позах, лежало трое троглодитов. Один рядом, на пороге, а двое успели пробежать пять-шесть метров в сторону Изабеллы. Похоже, она дождалась, когда тройка выйдет из туннеля и первой серией из трех выстрелов всадила пулю каждому. Потом двумя выстрелами добила рванувших к ней. Пять выстрелов — пять попаданий. Стреляет она мастерски!

Я прислушался — вроде все тихо, команда мстителей не спешит покарать наглых людей, нашумевших в их любимых пещерах. Еще пара шагов, и я коснулся рукой ближайшего тела, оно в ответ покрылось темной дымкой и исчезло, оставив на полу красный кристалл и лужу зеленой крови. Еще два прикосновения и еще два кристалла. Я отметил, что в отличие от ножей пули исчезли вместе с телами, отметил я.

— Что дальше? — спросила Изабелла, когда я передал ей ее долю. — Пойдешь снова в разведку?

Она была явно на взводе, хотя старалась этого не показать. Дышала слишком часто, перебегала взглядом с одного туннеля на другой, держала руку возле кобуры с револьвером.

— Нет, подожду здесь минут пятнадцать-двадцать, — ответил я. — У этих тварей хорошее восприятие вибраций, а выстрелы далеко слышно. Может прибежать команда проверяющих.

Она с явным облегчением выдохнула. Эти трое троглодитов ее неплохо напрягли. Не испугали — нет, но такой скорости от них она не ожидала.

— А что это такое? — я перевел внимание на патроны, расставленные на камне перед ней.

Причем они не лежали, а именно стояли, объединенные в цилиндрические обоймы.

— Это держатель такой, звездочка называется. В него вставляется шесть патронов, и сразу можно менять всю обойму на револьвере, — с охотой ответила Белла.

— Удобно, — сказал я для поддержания разговора.

— Да, очень, надо будет пояс специальный купить с гнездами для таких обойм. Тогда я смогу перезаряжаться за долю секунды, — продолжила она.

— А в систему ты попала, найдя кольцо на столе? — перевел я разговор на более интересную для меня тему.

— Да, — односложно ответила она.

— У меня еще была визитка. Как сейчас помню, там еще было написано: «Надень, если хочешь изменить жизнь» — продолжил я.

— Да, визитка у меня тоже была, — как-то с неохотой ответила Изабелла.

Хм… интересно, что там у нее было написано, о чем она стесняется говорить?

— А ты получил скидочный купон? — напарница решила перехватить инициативу.

— Да, потратил на татуировку, — ответил я односложно, чтобы немного подразнить ее.

— Татуировку? — спросила Белла.

— Взор Сумеречного Орла называется, — продолжил я.

В ответ Изабелла с улыбкой выразительно подняла бровь. Кажется, она немного отвлеклась разговором и пришла в себя.

— Улучшает зрение в сумерках и защищает от бликов и яркого света, — пояснил я. — Но мне кажется, что тебе нужно другое.

Белла продолжила смотреть вопросительно, но я лишь поднял руку, обрывая разговор. Да, мне не показалось: из левого туннеля, куда я ходил на разведку, слышатся шуршание и скребущие звуки.

— Все потом. Я держусь справа от выхода. Беру на себя первых двух-трех троглодитов. Остальных отстреливай и не позволяй им обойти меня или приблизиться к тебе, — отдал я команду уже на ходу.

Сознание уже привычно скользнуло в полутранс. Руки независимо от разума пробежались по рукоятям ножей. Сейчас мне предстоит новая схватка не на жизнь, а на смерть.

Глава 6 — Монстры и Фонарик

Я замер в темной нише справа от выхода, из которого доносился скрежет. Закутался в темный плащ по самые глаза, практически слился со стеной. Почти не шевелюсь, меня может выдать только ровное, неглубокое дыхание. Сейчас узнаем, стоят ли чего-то мои ухищрения.

Первая тройка троглодитов вышла из прохода с разницей в пару секунд. Еще несколько секунд они крутились на пятачке возле входа, принюхиваясь и обмениваясь щелчками. Что характерно, скрежет из туннеля хоть и стих, но не прекратился. Значит, к нам направляется как минимум еще одна партия троглодитов. Изабелла же проявляла редкостное благоразумие и не отсвечивала, укрывшись за камнями.

Троглодиты наконец определились и направились ко второму выходу, где остались следы крови от прошлой группы. Цепочкой прямо мимо меня. Тут я уже не выдержал.

Шаг одновременно с выдохом, левая рука уходит в сторону, откидывая плащ. Правая выхватывает меч, я распластываюсь в глубоком выпаде. Острие меча глубоко уходит в серо-зеленую мясистую шею центрального. Два шага вправо, я тяну меч вбок, одновременно расширяя рану. Правый троглодит несколько мгновений тормозит, не понимая, что происходит. Наконец он открывает пасть и поднимает лапы с растопыренными когтями, чтобы броситься на меня. Но уже поздно: сталь, сверкнув на мгновение зелеными отблесками, входит в открытую пасть снизу вверх.

Два быстрых шага вперед, мимо оседающего правого. Меч застрял в костях черепа и падает на пол вместе с трупом. Сзади сильно дергают мой многострадальный плащ, я еле успеваю рвануть завязку, сбрасывая его с плеч. Разворот на месте, руки уже лежат на рукоятях метательных ножей. Левый троглодит на моих глазах рвет на части остатки плаща. Сильный мах двумя руками — два ножа рыбками уходят ему в грудь. Он бросает разорванные до неузнаваемости тряпки и громко скрежещет, широко раскрыв пасть. В эту пасть влетают два новых ножа. Троглодит наконец давится, булькает и, спотыкаясь, летит на пол. Я же замираю, прислушиваясь.

Судя по звукам из туннеля, догоняющий отряд расслышал скрежет убиваемых разведчиков и сейчас на всех парах несется сюда. Причем шумят, будто там целая толпа. Еще несколько секунд — и они будут тут. Я только успеваю затрофеить правого, освободив меч, и вернуться на начальную позицию.

— Стреляй по готовности, их там толпа прет! — кричу я напарнице. Про маскировку уже можно забыть.

Через секунду из туннеля вылетает новая тройка и замирает, осматриваясь. Они меня не заметили: я успел встать за выступ.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — громко бабахает револьвер.

Слишком громко, в закрытом помещении прямо бьет по ушам. Первый троглодит ныряет мордой в пол, а двое оставшихся хоть и получили по пуле в корпус, но рвутся к Изабелле. Повторяется сценарий с первой тройкой, расстрелянной ковбойшей.

— Птыщ! Птыщ! — бабахает дуплет.

Но, прежде чем оставшиеся двое успевают осесть на пол, из туннеля вылетает новая тройка монстров, и сразу за ней еще трое. И все они сейчас рванут к Изабелле!

— Птыщ! — звучит последний выстрел.

Стоящий посредине троглодит шатается и оседает на пол, я даже успеваю заметить фонтанчик крови из его черепа, а все остальные понимают, откуда исходит угроза.

Но, прежде чем монстры рванули мстить, в бой вступаю я. Шаг — правая рука отправляет нож в полет. Шаг — стальная рыбка улетает с левой руки. Еще два шага, еще два стальных росчерка уходят в тела замерших тварей. Четыре цели, четыре ножа, четко, как на полигоне, поразившие мишени. Но каждый лишь ранил, привлекал внимание. Пятерка троглодитов переключается на меня. Я уже вижу, как напрягаются их мышцы, как когти вонзаются в камни. Через несколько секунд они полетят на меня.

Я подцепляю левой рукой плащ с пола, резко его кидаю навстречу рванувшим ко мне тварям, а сам со всех ног бросаюсь в сторону. Сейчас я узнаю, сыграет ли моя ставка!

Ставка выйграла, сзади слышатся звуки рвущейся ткани. Твари, обладающие эхолотом, не смогли отличить меня от плаща и в первую очередь накинулись на безобидную тряпку. Эта пара секунд спасет мою жизнь.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! Птыщ! Птыщ! — серия выстрелов звучит музыкой для моих ушей.

Я резко останавливаюсь, для верности схватившись за оказавшийся рядом сталагмит. Разворот с мечом в руках — и я вижу, как от пятерки осталось трое подранков, уже забывших про меня и рвущихся обратно к Изабелле.

— Птыщ! — передний ловит пулю в череп и ныряет на пол.

Я же замираю на секунду: успею ли я к ним до перезарядки? Да и нужна ли моя помощь, Изабелла успевает перезаряжаться довольно быстро.

— Птыщ! Птыщ! — Белла добивает подранков.

Вся пещера наполнена сизым дымом, тут и там видны трупы троглодитов. Что-то шевелится, что-то пытается ползти. Твари на редкость живучи, хотя уже не опасны. Я же снова напряженно прислушиваюсь, для верности даже возвращаюсь ближе к выходу из туннеля.

— Готовься! Там что-то большое идет! — кричу Изабелле.

Из туннеля действительно доносится скрежет и грохот, будто в нашу сторону прет бульдозер. Кажется, мы привлекли внимание местного босса.

Новая тварь влетела в пещеру, как поезд из туннеля метрополитена. Больше всего она похожа на огромную мутировавшую жабу, уродливую, серо-зеленого цвета, высотой мне по грудь, с костлявой, усыпанном мелкими зубцами мордой, килограммов на двести живого веса.

В отличие от троглодитов у нее были глаза — маленькие, глубоко посаженные. Ими она оглядела побоище, и картина ей не понравилась.

— Рааа-Уг! — полурык-полуквакание оглушил почище револьверных выстрелов.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — поприветствовала монстра напарница.

Я же из-за ниши увидел, как пули отрикошетили от костлявой морды, оставив на ней безобразные борозды. Только зря она это сделала, выстрелы серьезного вреда не нанесли, а позицию ковбойши выдали.

Жаба же получила цель. Я даже из своей ниши увидел, как загорелись злобой ее глаза. Она как-то подобралась и открыла пасть для нового рыка.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — Изабелла зарядила серию прямо в приоткрывшийся рот.

— Ргульк, — что-то невнятное булькнула жаба.

Я говорил, что видел, как загорелись злобой ее глаза?! Про это можно смело забыть! Теперь она натурально взбесилась. Ее глаза засветились красным светом, сама жаба как-то надулась и приникла к полу. Я понял, что сейчас она полетит прямо на Изабеллу и плевать ей на ограду из сталагмитов.

Неведомая сила подхватила меня и понесла. Я даже сам не понял, как оказался за спиной у надувшейся жабы. Не понял, как в моей руке оказался меч, и не понял, как я его успел воткнуть в бедро уже прыгающей жабы.

Мои пальцы больно дернуло, рукоять меча вырвало из моей руки. Меня натурально отбросило от прыгнувшего монстра. Какой-то камешек больно дернул кожу щеки. Жаба улетела к цели, только перед глазами мелькнули огромные когти задних лап и обдал какой-то кисло-сладкий запах.

Через мгновение по ушам ударил оглушительный грохот, будто поезд на полном ходу соскочил с рельсов и въехал в дом, что не так уж далеко от произошедшего. Я попробовал проморгаться. Пещера впереди затянута сизой пороховой дымкой и пеленой пыли, половина сталагмитов, за которыми пряталась напарница, отсутствовала.

Я на несколько секунд замер, вслушиваясь и всматриваясь в пелену пыли и дыма. Но тщетно, ничего толком не видно, только какой-то недобитый троглодит в трех метрах справа скребет когтями по полу. Я встал, поморщился от боли в отбитой заднице, достал кинжал, добил бьющегося в судорогах монстра и снова прислушался. В этот раз слышно, как хрипит еще один недобиток, теперь уже слева.

— Белла, ты жива? — подал я голос.

— Да, — донеслось до меня.

Она добавила еще что-то вполголоса, но я уже не расслышал. На преодоление десятка метров у меня ушло с минуту. Весь пол завален обломками камня. Сизый дым, подсвеченный зеленым светом, и еле слышимые хрипы недобитка придавали какое-то ощущение инфернальности, словно я оказался в настоящем царстве смерти.

— Я тут, — снова подала голос Изабелла, показавшись из-за камня.

Надо сказать, выглядела она не очень. Вся в пыли, жилетка порвана, на скуле наливается синим цветом ссадина. От бывшей жгучей брюнетки-модницы осталось только вывалянное в пыли воспоминание. Впрочем, главное, что она жива и даже серьезно не ранена.

— Как ты? — спросил я.

— Бывало и лучше. Эта сволочь промахнулась, но меня все равно задело камнями, — ответила она и поморщилась.

Она сделала несколько неуверенных шагов и снова скривилась в страдальческой гримасе. Похоже, ей досталось сильнее, чем она хочет показать.

— У меня есть зелье лечения, — на всякий случай сказал я.

— Не стоит, потерплю, — ответила Белла.

— Хорошо, — не стал настаивать я. — Надо найти босса и добить его, если он еще жив, и найти мой меч.

— А что с твоим мечом? — спросила она.

— Воткнул жабе в ногу, когда она прыгать собралась. Так эта скотина улетела вместе с ним, — ответил я с усмешкой.

В ответ Изабелла только кивнула и начала обтряхивать свою запылившуюся шляпу. Кажется, ее больше беспокоит внешний вид, чем вероятность, что жаба сейчас очухается и нападет на нас.

Мои опасения были беспочвенны. Жаба нашлась сразу за выступом, который был стрелковой позицией. Она эпично пролетела ограду сталагмитов и приземлилась на вторую. Неудачно приземлилась, напоровшись на сталагмит как кусок шашлыка на шампур.

— М-да, — только и сказал я, покосившись на напарницу.

Ее же зрелище выпотрошенной жабы на каменной пике оставило равнодушной. Белла с тщательностью осматривала себя и пыталась обтереть пыль со своей одежды.

— Держи, — сказал я, протягивая чистую тряпку.

— Спасибо, — ответила она с признательностью в голосе.

Хмыкнув, я отправился к жабе. Раз напарница тут, можно сразу собрать кристаллы с жабы. Такие вещи делать лучше открыто, чтобы у людей не возникали всякие нехорошие мысли. Легкое касание с правильным посылом — жаба исчезает, а на пол падает два кристалла, светящихся оранжевым цветом.

— Два оранжевых, — сказал я и кинул второй Изабелле.

Напарница ловко перехватила добычу. Кажется, ей стало лучше, а я задумался. Тройку троглодитов первым убил я, потом напарница расстреляла свою тройку. Потом из туннеля выбежала еще тройка, с которой разобрался снова я, затем почти вместе еще три тройки. Получается восемнадцать красных и два оранжевых.

— Кристаллы для алтаря мы набрали. У нас в запасе еще два с половиной часа, есть желание продолжить? — поинтересовался я у напарницы.

Изабелла задумалась. Выглядело это так красиво, что я невольно залюбовался.

— Пожалуй, с меня на сегодня хватит, — ответила она.

— Тогда нужно собрать кристаллы и найти мой меч. Потом возвращаемся к стартовой комнате и там поговорим, — подвел я черту.

Поиск меча, сбор трофеев и обратная дорога заняли минут сорок. Вот мы перед алтарем, осталось только положить двенадцать красных кристаллов и закончить испытание.

— Ты хотел что-то обсудить, — констатировала Изабелла, сохраняя на лице нечитаемое выражение.

— Да, давай еще обменяемся информацией о Системе, об испытаниях, чтобы мы лучше понимали, во что ввязались, — сказал я.

— Хорошо, — ответила она и после секундной паузы внезапно добавила: — Только я не хочу рассказывать про первое испытание.

Тут я впал на секунду в ступор… Что это вообще такое?! Что у нее за испытание было, о котором она не хочет рассказывать? Я пристально посмотрел на нее — а она отвернулась и принялась изучать светящийся мох, как будто это самое важное дело в мире. Не хватает еще только, чтобы она начала застенчиво ковырять его носком сапога.

— Ладно, — я обреченно выдохнул. — Давай для начала расскажу я.

И я рассказал, про крыс, канализацию и свои выводы, особенно обратил внимание на концовку.

— У меня такое впечатление, что в испытаниях специально создаются условия для оценки кандидатов. В моем первом было несколько путей для прохождения, несколько вариантов концовки и даже бонусы за прохождение, — закончил рассказывать я.

— Тогда нам лучше долго не сидеть, — сделала неожиданный вывод напарница. — За скорость прохождения могут быть бонусы.

— Да, но обменяться информацией важней, — ответил я.

— Кстати, а что с отмычками, которые пригодились для двери в конце испытания? — задала вопрос Изабелла. — Их тебе и в этот раз дали?

— Сейчас посмотрю, как-то не до них было, — сказал я, потянувшись к подсумку.

В боковом отделении подсумка, где в прошлый раз они лежали, я отмычек не нашел, зато увидел какой-то толстый черный стержень со стеклянным торцом, сильно смахивающий на фонарик. Даже кнопка сбоку есть. Недолго думая я направил стеклянный торец на стену и нажал кнопку.

— М-да, — потянул я, разглядывая пятно света.

Я все испытание протаскал в сумке фонарик. А перед этим на все сбережения купил татуировки, чтобы лучше видеть в темноте. Потом в сумраке сражался со слепыми тварями, хотя мог подсветить поле боя. Да что говорить! Можно было его просто отдать напарнице, чтобы она не спотыкалась всю дорогу. Я взглянул на нее, а она посмотрела на меня в ответ со своей насмешливой улыбкой.

— И почему я чувствую себя полным идиотом? — со вздохом спросил я.

Глава 7 — Паранойя и Прана

После подставы с фонариком мы проболтали еще где-то полчаса. Еще раз обменялись наблюдениями и мыслями об испытаниях и Системе. Изабелла оказалась сообразительной девочкой, с которой приятно общаться. Непонятно только, что ей мешало сразу нормально себя вести.

— Кстати, еще одно, — сказал я напоследок. — Система пока доступна только избранным. Кроме того, у нее есть обратная связь и какие-то намеки на омоложение. Когда про нее узнают спецслужбы и всякие олигархи, это вопрос времени. Зато нет вопросов, что они будут делать дальше.

Я замолчал и внимательно посмотрел на Беллу. Она ответила не менее внимательным взглядом.

— Они найдут Кандидатов, которые засветились в интернете, на форумах, похвастались своим знакомым. Найдут и посадят их на короткий поводок, чтобы они им добывали информацию. А то и засунут в лаборатории для анализов и оценки этой самой обратной связи. Перед тем как платить за омоложение, они захотят все проверить, — я на секунду перевел дыхание и продолжил. — Поэтому советую молчать про свои приключения и даже не искать в интернете информацию про похожие случаи.

— Почему? — спросила Изабелла.

— Потому что все поисковые запросы записываются. Начнешь искать «Система пришла на Землю», «Красные кристаллы», «На что потратить желтый скидочный купон?» — засветишься перед программами поиска, — ответил я. — Проанализируют твои запросы, поймут, что для тебя это нехарактерно, и пришлют ребят проверить тебя.

— А есть же всякие анонимайзеры, сервера, куда заходишь и становишься анонимным, — блеснула знаниями Белла.

— Есть, но так ты сделаешь только хуже: все анонимайзеры, торы и прочая муть под колпаком спецслужб. Все, кто туда заходят, словно кричат: «Я хочу сделать что-то незаконное!», — ответил я.

— Что тогда делать? — она как-то даже растерялась.

— Просто подождать. Кандидатов могут быть сотни или даже тысячи. Кто поглупей, побежит в интернет хвастаться. Найдутся патриоты, которые сами пойдут сдаваться спецслужбам. Когда ажиотаж схлынет, ученые изучат все, что смогут, можно будет притвориться обычным любопытствующим или даже официально устроиться на работу, — высказал я свои соображения.

Расставание прошло как-то буднично. Изабелла положила шесть своих красных кристаллов, и шесть положил я. В следующее мгновение неведомая сила вырвала меня из пещеры, словно волна подхватила песчинку с пляжа. Несколько секунд стремительного полета в чернильной тьме, и я опять стою прямо перед обелиском в знакомой серой комнате. Меня так переносит в четвертый раз, а дух все равно захватывает.

— Система поздравляет с прохождением второго испытания, — раздался приятный женский голос. — Доступны новые настройки.

— Отчет по испытанию, — сказал я и коснулся обелиска.

И вновь в голове сама собой возникла нужная мне информация. Из добычи девять красных и один оранжевый кристалл. То, что я положил на алтарь, мне засчитали. Сверху бонус в один оранжевый кристалл, как и в прошлый раз, без единого намека за что. За восстановление снаряжения списали аж три красных и три черных кристалла. Как-то дорого обошелся порванный плащ. Кстати, Белле-то еще хуже. Ей приходится платить по черному кристаллу за каждый патрон.

Ради такой информации стоило задержаться. И, конечно, приятно поболтать с красивой умной девушкой. Я бы еще телефончик стрельнул, но моя паранойя не позволила даже заикнуться об этом. А может, я еще до конца не отошел от прошлого любовного опыта, прежде чем бросаться в омут с головой.

— Новые возможности, — сказал я и снова коснулся обелиска.

В этот раз, помимо пакета информации, еще и поверхность обелиска превратилась в плоский экран. Вместо витрины магазина теперь было отображение моего аватара с перечнем кристаллов на счету, запасом праны в сто тридцать пять единиц и перечнем снаряжения. Из нового тут был только показатель праны. Как я понял из загруженной информации, это запас энергии для восстановления здоровья моего аватара. Если в двух словах, то ушиб палец — после испытания потратится одна единица на лечение, расшибся в лепешку, упав в пропасть, — снимут сто единиц за восстановление тела. Все это очень условно: разные ранения встанут в разную цену лечения. Восстановление оторванной ноги может оказаться дороже воскрешения с более-менее целым телом. И все это сопровождается выпадением из Системы на несколько дней, а то и недель. Игрока выбивает в реальный мир, пока аватар восстанавливается в автономном режиме.

Ну и самое главное — если закончится запас праны, закончится и жизнь аватара. Игрока выкинет в реальный мир, и контакт с Системой будет разорван. Чтобы избежать такого исхода, нужно регулярно пополнять запас праны, за кристаллы сотворения, разумеется.

— Вот мы и нашли еще один механизм вывода бабла, — сказал я сам себе.

Система строится на классических принципах. Кристаллы добываются или через сражения с монстрами, или через донат. Выводятся через покупку и починку снаряжения, которое еще заряжать нужно, и через покупку праны. На разницу игрок развивается и покупает лучшее снаряжение, чтобы убивать сильных монстров, и больше платит за ремонт, использует дорогие боеприпасы и так далее…

— А тут есть абонентская плата? — задал я внезапно возникший вопрос и снова коснулся обелиска.

Оказывается, да. Кроме списания за лечения ушибов, прана тратится еще и на поддержание аватара, пока игрок находится в реальном мире. Я теряю две единицы праны каждый день.

— Хорошо, ребята, Систему устроили. За лечение плати, за починку плати, абонентку плати, а хочешь в магазине что-то купить хорошее — неси золото с алмазами, — высказал я наболевшее.

— Правила использования Системы сформированы на основании принципов, выработанных вашим обществом, — ответил нежный женский голос.

— А можно мне переключить принципы на дешевый магазин и бесплатную починку с лечением? — попытался я проскочить на халяву.

— К сожалению, Система использует только экономически обоснованные модели, показавшие эффективность. Пожелания кандидатов в этом случае имеют низкий приоритет, — вежливо ответил голос помощницы.

— Ясно, — кротко ответил я и задумчиво огладил бородку.

Нравится мне эта борода, можно ее оглаживать с возвышенно-одухотворенным видом. Может, в реале себе такую же отрастить? Тут я вспомнил про еще одну вещь и снова коснулся обелиска, в этот раз молча.

Экран отобразил подробный список текущего снаряжения. От плаща до сапог со стальными вставками. Только ни отмычек, ни фонаря там не было. Одно пространное название — «Комплект снаряжения ассасина настраиваемый».

— Хм… — хмыкнул я себе под нос и полез в магазин.

Как я и ожидал, ничего похожего в продаже не оказалось. Кстати, в подсумке ни отмычек, ни фонарика тоже не обнаружилось. Этот настраиваемый комплект появляется только во время испытаний.

— А это что еще такое? — спросил я сам себя.

Внизу справа экрана мигает изображение сундука с ярким плакатом «Ограниченное специальное предложение». Еще одно касание — и новый пакет информации прилетает прямо в мозг. Оказывается, если я заплачу прямо сейчас два оранжевых кристалла и семь красных, все мои запасы денег, то получу «Продвинутый комплект снаряжения ассасина». Покупать нужно прямо сейчас, через три минуты предложение сгорит.

— Почему инопланетный разум вместо доброго и вечного перенимает приемы развода клиентов на бабло? — задал я риторический вопрос в никуда.

Система в виде помощницы предпочла отмолчаться.

— Ладно, надеюсь хоть в качестве подсказки к испытанию сгодится, — проворчал я и тыкнул в кнопку «Купить».

Визуально не произошло никакого эффекта, кроме обнуления счета и изменения строчки в описании снаряжения. Теперь там гордо красовалась надпись «Продвинутый комплект». Я вздохнул и протер лицо.

— Сколько осталось до конца сеанса? — спросил я.

— Пятьдесят шесть минут, — ответил приятный голос. — Вы также можете настроить таймер на экране персонажа.

Я только хмыкнул и сосредоточился на поверхности обелиска… И в самом деле, стоило только пожелать, как появился таймер с обратным отсчетом. Более того, небольшой посыл — и он оказался в левом верхнем углу, еще перевод взгляда — и таймер переносится в правый верхний угол.

— Да, за такой интерфейс наши корпорации бы удавились, — сказал я.

У меня еще есть пятьдесят пять минут. Надо собрать информацию и внимательно изучить, что есть в магазине.

«Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, просыпается с рассветомвся советская земля», — меня разбудила знакомая бодрая музыка.

Я потянулся и выключил будильник на телефоне. Солнышко уже светит в комнату, слышно пение птиц из окна. Я чувствую себя полностью выспавшимся, и настроение замечательное.

Это даже как-то странно, под конец испытания я ощущал усталость. Бегать по коридорам, сражаться с троглодитами и ощущать себя на волоске от смерти как-то выматывает. А с другой стороны, бодрит! Я себя ощущаю как никогда живым. Глядишь, подсяду на ночные приключения и побегу донатить на все деньги.

— Мрр-мяу, — тут же нарисовался Бандит.

— Да, дарагой, сэйчас будет тэбе еда! — сказал я с кавказским акцентом.

Кстати, может, надо было посдержаннее себя вести при знакомстве с Изабеллой? А то что-то начало знакомства у нас не задалось, пока она не рассмеялась. Я задумчиво огладил бритый подбородок, а затем махнул рукой. Какая уже разница! Что сделано, не воротишь. Белла — девочка интересная, даже очень, но какой смысл строить отношения в виртуальности? Все равно телефончик не спросишь, в реальности, пока все не уляжется, не познакомишься. Я надел тапки и бодро пошлепал в кухню кормить кота.

— Хм… — меня посетила неожиданная мысль.

А ведь с таким уровнем погружения виртуальность ничем не отличается от реальности. Даже в чем-то лучше. Значит, и заняться любовью там можно со всей полнотой чувств. Всякие спонсоры с туристическим аккаунтом мимо этого точно не пройдут. Я аж остановился, не дойдя до кухни.

— Мяу! — раздался требовательный мявк у меня под ногами.

— Да, извини, задумался, — повинился я перед котом. — Хотя стоп! Когда ты с балкона усвистываешь по кошкам гулять, я тебя месяц, а то и полтора жду. А мне, значит, даже остановиться и подумать о девушках нельзя?!

— Мяу! — Бандит был неумолим.

— Ладно-ладно, я все понял, — я снова пошлепал в кухню.

В самом деле, покормить кота — это важно! А девушки могут и подождать.

Сделав все утренние дела, я снова достал блокнот и задумался. Во-первых, я ни разу не шутил, когда пугал Изабеллу. Мне случилось немного поработать в информационной безопасности, и я понял, что пишется и прослушивается все что можно и делает это каждый, кто может. Пусть объемы гигантские и «товарищ майор» проверить все лично не в состоянии, зато есть программы, проверяющие по ключевым словам весь трафик. Кстати, тот же смартфон куча народа может использовать как следящее устройство. Не только отслеживать все, что на нем делает владелец, но и использовать для прослушки, и включать камеру удаленно. Просто для рядового гражданина это никто делать не будет, и даже для мелкого бандита. Чтобы спецслужбы так заморочились, нужен серьезный повод. Система его, конечно, дала, но пока я буду жить обычной жизнью, на меня никто не обратит внимания.

Я взял блокнот и написал на нем «Тайна». Может, я параною, но береженого бог бережет. Во-вторых, мне серьезно нужно заняться реальным телом. Гм… словосочетание какое-то дикое. Я себя позабросил, уже животик вырос. А ночные игры — это отличный повод привести себя в порядок. Как я понял из информации Системы, реальное тело влияет и на аватара. Чем сильнее, гибче, выносливее я в реальности, тем я круче в виртуальности. Во имя святой раскачки[1] я должен качаться в реальности!

«Тренировки!» — осталась надпись в блокноте. В-третьих… должно быть и в-третьих. Почему-то два пункта записать мало, нужен и третий. Третьей мыслью у меня крутится донат. Без него обойтись можно, но хочется «взломать» Систему и прыгнуть в дамки. А прыгнуть можно достаточно просто: нужно пожертвовать Системе ювелирное украшение с историей. Откопать какой-то антиквариат, что ли? Кстати, есть у меня знакомый, занимающийся антиквариатом. В ломбардах стоят видеокамеры и там светиться не стоит, а вот через Серегу можно и попробовать. Вопрос, как залегендировать свою покупку, но это вопрос решаемый.

Надпись «Антиквариат», добавилась к двум другим. Я подумал и еще добавил «Сбор информации». На самом деле сейчас донатить бессмысленно. Я слишком мало знаю про Систему, ее цели и правила. Кроме того, сами «испытания» идут по нарастающей и явно преследуют какую-то цель. Пока я их не пройду и не пойму, зачем все это, тратить деньги просто глупо.

— Вот это похоже на план! А ты что думаешь? — обратился я к коту.

Но Бандит поел и вольготно разлегся на солнышке, в ответ на мой вопрос он только зевнул, показав внушительные зубы, и потянулся, показав внушительные когти. На мгновение перед моими глазами мелькнули другие когти, которые я видел этой ночью, еще более внушительные. Бррр… Я аж замотал головой.

— Так! Я всех победю! И все девушки будут моими! А для этого нужно что? — я снова обратился к Бандиту, воздев палец вверх. — Правильно! Качаться!

[1] Кач, раскачка — процесс развития и усиления персонажа в играх. Как правило, вырождается в однообразную и монотонную работу по истреблению монстров или выполнению однообразных заданий. Но в итоге тяжелой однообразной работы игрок получает сильного, «прокачанного» героя, который с легкостью побеждает всех врагов.

Глава 8 — Спорт и Крот

Начать новую жизнь я решил с пробежки, благо лесопарк недалеко. Через полчаса вернулся домой — разминка, силовые упражнения, растяжка. Под конец растяжки запас энтузиазма подошел к концу.

— Мяу, — сказал Бандит, наблюдая за моими потугами.

— Да! За обтягивающие штаны Изабеллы! — взбодрился я.

Самое неприятное — это растяжка. А еще пробивает на откровенную зависть, когда полгода тянешься, тянешься, до шпагата еще как до Луны, а приходит какая-нибудь девочка, которая никогда не занималась, — и уже почти на шпагате. Физиология, ничего не попишешь.

Я закончил растяжку подъемом на мостик. Четыре года не занимался, а тело еще все помнит. Потом еще один подход силовых упражнений и душ. К обеду оказалось, что делать уже нечего, а до ночи далеко. Я успел записаться на секцию паркура, первое занятие в понедельник вечером, и заказать ножи для метания. Привезут завтра. От нечего делать даже сел поработать. В понедельник будет митинг, он же совещание, если по-русски. Неплохо бы подчистить хвосты и подготовить отчет за прошедшую неделю.

Так в трудах пролетел день… Только под вечер позвонили друзья и стали звать на пиво. Как-то почуяли, негодники, что я решил на праведный путь встать. Еле отбился!

— Знаешь, Бандит, если бы я так постоянно жил, то сейчас у меня была бы совсем другая жизнь, — решил я поговорить с котом перед сном. — Смотри, я сегодня успел и спортом позаниматься, и хорошо поработать, и сделать кучу посторонних дел. Если бы я так пахал каждый день, то у меня уже был бы и свой дом, и машина крутая, и девочки не хуже Изабеллы.

Кот в ответ только посмотрел на меня, как на глупца.

— Согласен, с девочками я загнул. Нормальную девушку еще поискать надо. Но это тоже вопрос решаемый. Нужно просто не опускать руки. А я что-то в последние два месяца расслабился и скис. Лена, блин, под конец весь мозг вынесла, — продолжил я монолог.

В одном эта Система хороша: я как-то взбодрился и пришел в себя. Заново почувствовал вкус к жизни. Так, с хорошим настроением, я завалился в кровать.

— Система приветствует Кандидата, — поприветствовал меня нежный голос помощницы.

Я с удовольствием потянулся, в который раз подивился реалистичности происходящего. И как все-таки приятно иметь здоровое тренированное тело!

— Есть что-нибудь новенькое? — спросил я у невидимой помощницы.

— Для доступа к новым возможностям вам необходимо пройти испытание, — ответил беспристрастный голос.

— И сколько еще осталось этих испытаний? — спросил я на всякий случай.

— Первая серия состоит из трех испытаний, два из которых вы уже прошли, — последовал ответ.

— Тогда не будем тянуть. Поехали! — сказал я.

В ответ высшие силы снова включили мегапылесос, и я опять ощутил себя микроскопической песчинкой, подхваченной гигантскими потоками. Короткая карусель в бурлящей тьме — и меня выплевывает прямо в сугроб.

В этот раз голова оказалась быстрее остальных частей тела, и, прежде чем что-то ляпнуть, я успел замереть, молча прислушиваясь и медленно оглядываясь. Занесло меня в этот раз в горы, причем безлюдные. Кругом серые скалы и белоснежный, аж глаза режет, снег. И тишина… лишь слабый ветер гонит поземку.

— И долго ты там собираешься копаться? — донесся до меня сверху звонкий девичий голосок.

Я медленно поднял голову. На уступе в трех метрах надо мной стоит девушка. Хрупкая, почти девочка, в коротком светло-голубом платье, в длинных в тон платья, перчатках. Красивое, почти кукольное личико с большими синими глазами притягивало взгляд. Ее белоснежные волосы, затянутые в высокий хвост, красиво развеваются на холодном ветру. Да и вообще снизу открывается отличный вид на ее ноги. Выгляди она постарше — я бы уже распушил хвост.

В голову опять неведомым образом загрузился пакет вступительной информации. Девушку зовут Снежинка. Она моя напарница, и в этом испытании нам нужно «всего лишь» выйти из этого горного ущелья. Отдельно отмечено, что этой хрупкой, почти девочке, двадцать пять земных лет и она из другого мира.

— Я спросила, долго ли ты там будешь копаться?! — девочка уже разозлилась и топнула ножкой.

— Спакойно, красивая. Лучше расскажи, как ты там оказалась, — у меня снова прорезался кавказский акцент.

Это у меня такой рефлекс развился: врубать кавказца при виде красивых девчонок?

Девочка в ответ только высокомерно хмыкнула, задрала нос и шагнула с уступа вниз. Не успел я дернуться наперехват, как ее полет замедлился и она легко и изящно вступила на снежный покров. При этом юбка чудесным образом приклеилась к ее ногам.

Я задумчиво посмотрел на ее изящные голубые со стразами туфельки. Снег под ними почти не приминался. Потом перевел взгляд на свои ноги, утонувшие в сугробе. Или тут замешана какая-то магия, или одно из двух…

— Де… дэвушка, а почему ты такая легкая? — я чуть не оговорился и не назвал ее девочкой, но седалищный нерв вовремя поднял тревогу.

— Потому что это магия, — ответила девушка и посмотрела на меня сверху вниз. Еще бы, я же по колено в снегу.

— А какой у тебя класс? — продолжил опрос я.

— Фея целительного льда! — гордо ответила девчушка и задрала нос еще выше.

— А я ассасин, — односложно сказал я, переваривая новую информацию.

И надо сказать, она мне не очень понравилась. В классических РПГ-играх группы формируются по принципу танк[1], целитель и поддержка с дамаг-дилерами. Впереди идет увешанный броней игрок, играющий роль танка, его лечит целитель, а дамаг-дилеры делают дамаг, то есть наносят основной урон и убивают монстров. Так вот, основа для комфортного прохождения именно связка танк-целитель. Броня танка сводит к минимуму атаки противника, а целитель его подлечивает. Я же со своим классом по сути дамаг-дилер, пусть и ближнего боя. Изабелла же вообще классическая «хрустальная пушка», быстро и больно бьющая, но крайне уязвимая в ближнем бою.

Команды из дамагеров еще как-то воевать могут, делая ставку на быстрый вынос врагов, хотя это и очень рискованно. А вот пара дамагер-целитель практически бесполезна. У меня броня минимальная. Попадись я монстрам в зубы — меня на части порвут, и никакой целитель тут не спасет.

— Подлый убийца? Как можно вообще было выбрать этот класс?! — к высокомерию феи добавилась толика презрения.

— У нас разные миры, разная мораль, — ровно ответил я, нахмурившись и оглаживая бородку.

Щебетала девочка на каком угодно языке, но не на русском. Тем не менее я ее прекрасно понимал и она меня тоже. Похоже, составив команды из разных миров, Система озаботилась и встроенным переводчиком.

С разными мирами тоже большая засада. Мало Системе омоложения — она еще добавила контакты с другими цивилизациями. Новые технологии, идеи, обмен знаниями — спецслужбы мимо такого точно не пройдут. Тут же поставят под контроль и ограничат доступ — моя свободная жизнь накрывается медным тазом.

Ладно… параноить я буду потом. Отложив проблемы, я полез в подсумок. Ошибки на прошлом испытании мне хватило, поэтому кое-что я проверю сейчас. В боковом кармане подсумка оказался амулет, сильно смахивающий на стилизованную голову пантеры.

— Что это такое? — непосредственно поинтересовалась Снежинка.

— Согревающий амулет, заряда хватит на час, — ответил я, переварив поступившую информацию.

Амулет я немедленно надел на шею — и по телу прокатилась волна тепла. Пока я говорил со Снежинкой, прошла буквально пара минут, но я уже заметно замерз. Кожаная броня да плащ с капюшоном — это не одежда для прогулок по заснеженным горам. Амулет меня просто спас, не зря я вложился в продвинутый комплект снаряжения. Но вот вопрос: а закинуло бы меня в эти горы без амулета? Сдается мне, что Система подбирает испытания по силам испытуемых и, чем лучше снаряжение, тем сложней испытание.

— Ты меня не слушаешь! — негодующе вскричала феечка.

— Прости, отслеживал действие амулета, — повинился я.

— А, ну тогда ладно, — меня милостиво простили. — И как он работает?

Я невольно умилился: девчушка сама непосредственность. Кажется, дай ей игрушку и леденец на палочке — все забудет и убежит играть.

— Согревает воздух и части одежды над поверхностью кожи, — ответил я на заданный вопрос.

Хорошо, что вместе с амулетом в комплекте шла инструкция по его использованию. Еще бы мне какие-нибудь снегоступы, чтобы не проваливаться в снег при каждом шаге…

— А какой контур? Активный или пассивный? — продолжила допрос Снежинка.

— Эээ… — я даже не нашелся сразу, что ей ответить. — Извини, я в этом не разбираюсь.

— Отдай амулет мне, а я посмотрю! — тут же предложила мисс непосредственность.

— Эээ… Нет, давай сначала пройдем до конца испытания, а потом будем ставить эксперименты над амулетом, без которого я тут замерзну, — открестился я от заманчивого предложения.

— Хмпф! Моя магия защитит тебя от холода! — снова задрала носик фея.

— Это… очень хорошо, а что ты еще умеешь? — технично перевел я тему.

— Я могу заморозить врага! Я могу накладывать целительный лед на союзника! Я могу защитить от холода и огня! — феечка откуда-то достала какую-то помесь волшебной палочки и рапиры и теперь ей воинственно размахивала.

— А ты можешь облегчить мой вес или сделать, чтобы я не проваливался в снег? — вернул я напарницу к приземленным вещам.

Девочка в ответ пристально осмотрела меня с ног до головы светящимся ультрафиолетовым светом глазами. Потом снова высокомерно хмыкнула и ткнула в меня своей волшебной рапирой. По коже пробежала волна прохлады, на несколько секунд перебившая тепло амулета. На этом спецэффекты закончились.

Я выждал несколько секунд и, поёжившись под насмешливым взглядом волшебницы, попробовал встать на снежный наст. И у меня это получилось…

— Только не прыгай, Легкий Шаг действует только на бег и шаги. Если будешь прыгать или упадешь с высоты, он ничем не поможет, — путано пояснила фея.

— Круто, — только и отозвался я, с уважением взглянув на девушку.

Нет, в самом деле круто! Есть две большие разницы — сражаться, проваливаясь по колено в снег или легко скользя по его поверхности. И эта разница вполне может мне спасти жизнь. И еще радует, что девочка не чистый целитель, а вероятнее всего, универсал-поддержка. С таким раскладом шансы на прохождение испытания гораздо выше.

— Теперь, когда ты проникся моим величием, мы можем приступать к испытанию? — сказала феечка, задрав носик.

— Да-да, конечно, — отозвался я, осматриваясь.

Собственно, осматривать было нечего. Нас выкинуло в заснеженной чаше, из которой только один выход — спускаться по ущелью куда-то вниз… Под ногами снег, вокруг отвесные серые скалы, над головой синее ясное небо и белое слепящее солнце. Снег сияет отраженным светом, и смотреть на него неприятно, несмотря на то что татуировка дает защиту от яркого света.

— А ты не пробовала подняться на скалы? — спросил я.

— Мой полет ограничен тремя метрами над поверхностью, — снова немного путано ответила феечка.

— То есть ты можешь запрыгнуть на невысокий уступ, но не можешь подняться на верх скалы? — уточнил я.

— А я что только что сказала?! — девочка посмотрела на меня с негодованием.

— Прости, прости, я просто уточнил, — поднял я руки в умиротворяющем жесте.

Похоже, эта феечка еще та язва и намучаюсь я еще с ней. Вздохнув, я с прищуром посмотрел на напарницу.

— Держись в трех-четырех метрах за моей спиной. Идем тихо, не шумим. Если на нас внезапно нападут, в бой не лезешь — помогаешь с дистанции. И постарайся меня не заморозить! — выдал я ценные указания.

— Я все знаю лучше тебя, иди вперед и расчищай мне путь! — вздорно ответила она.

Вздохнув еще раз, я отправился к ущелью… Почему мне подкидывают проблемных девчонок? Нет чтобы мужика-танка в латной броне, в два с половиной метра ростом. Он бы шел впереди и собирал всех монстров. Хотя… с девочками все-таки приятней.

Предаваясь пустым мечтам, я легко скользил по снежному насту. Все-таки этот Легкий Шаг — вещь замечательная. Постепенно мысленный шум уходил на второй план, а мозг все больше погружался в ледяное спокойствие. Где-то там, сзади, бесшумно парила фея, причем парила в прямом смысле. Она сотворила свой Полет и зависла в сантиметрах десяти над снегом. Я как-то даже не думал, что Система дает доступ к настоящей магии.

Внезапно что-то царапнуло мое сознание. Непримечательная кучка снега на обочине чем-то привлекла внимание. Что-то в ней ощущалось неправильное, искусственное. Недолго думая, я зацепил рукоять ножа и с выдохом отправил его в цель.

Блеснув сталью, нож нырнул в подозрительное место. Снег прямо на глазах забурлил, и из него с пронзительным писком вылетело нечто белое и лохматое, с растопыренными когтями. Внезапно в это белое влетел синий сгусток света. Со вспышкой и новым визгом нечто белое улетело вбок и ухнуло в глубь другого сугроба.

— Что это было? — несколько растерянно спросил я.

— Снежный крот, конечно, — раздался из-за спины насмешливый голос напарницы.

[1] Танком в РПГ-играх называют игроков, отвлекающих монстров на себя. Как правило, это воины с большим запасом здоровья, в тяжелой броне, которые могут выдержать много ударов. Пока танки «держат» врага, другие игроки их убивают.

Глава 9 — Снег и Кот

У меня появилось устойчивое впечатление, что надо мной издеваются. Наверное, этой феечке в детстве очень не хватало папы с ремнем. Отшлепать бы ее… На миг меня посетило несколько реалистичных видений с участием Снежинки. Я даже головой помотал, прогоняя их.

— Так. Подожди. Ты знаешь, что это за твари?

— Конечно, даже дети знают про снежных кротов! — ехидно ответила феечка.

— И в других мирах тоже? — продолжил допрос я.

— Нет, конечно, снежные кроты живут только в горах Аксанал! — продолжила она.

На секунду повисла неловкая пауза.

— А! Точно! Ты же иномирец! И не знаешь про снежных кротов! — наконец догадалась Снежинка.

Я провел по лицу ладонью, не забыв огладить бороду. Потом посмотрел на ясное ярко-синее небо. Посмотрел на скалы, на снег… И наконец пошел к сугробу, куда улетела тушка снежного крота.

— Ну, прости! Я забыла, что ты иномирец! Не обижайся! — фея приблизилась и зависла у меня над правым плечом.

Я же, не обращая на нее внимания, достал меч и выковырял из сугроба белое нечто. Нечто было насквозь проморожено и на самом деле напоминало большого белого крота, только размером с собаку, с мощными лапами, большими зубами и длинными когтями. Все это тоже было белого цвета и прекрасно сливалось со снегом.

Короткое пожелание с прикосновением — и от крота остался красный кристалл. Получается, по градации Системы, эта тварь стоит на одном уровне с троглодитом? Задумавшись, я кинул кристалл Снежинке, которая не прекращала о чем-то щебетать.

— Ой! Это мне? — очнулась феечка.

— Да. Делим добычу пополам, начиная с тебя, — ответил я.

— Ой, как мило ты признаешь мое величие! — звонко восхитилась Снежинка.

Я вновь посмотрел на небо и огладил лицо и бороду. Может, у ее народа двадцать пять лет — это начало подросткового периода? Спросить у нее? Только у меня есть стойкое подозрение, что нормального ответа она не даст, а я сильно пожалею об этом вопросе. Лучше поинтересоваться чем-то более практичным.

— А какие еще звери есть в этих горах? — выбрал я вопрос.

— Снежные козлы, снежные барсы, ледяные дрейки, — перечислила феечка.

— Можешь про них рассказать подробнее? — спросил я.

— Снежные козлы, они такие… большие. У них острые рога. Легко скачут по скалам, даже там, где человеку не пройти. Снежные барсы охотятся на козлов. Ну, как большие кошки, только белые. Кротов они тоже едят. А дрейки — это просто большие ящерицы! — как-то сбивчиво, но эмоционально рассказала она.

— Они тоже едят кротов? — поинтересовался я, ковыряя снег в поисках метательного ножа.

— Да, дрейки все едят! — ответила Снежинка.

— И снежных барсов? — спросил я, почувствовав подвох.

— Конечно. Дрейки замораживают все, до чего дотягиваются, и потом едят! — с непосредственностью сказала фея.

— Подожди, у вас в мире есть ледяные ящерицы, которые могут заморозить барса насмерть? — уточнил я.

— Да! О чем я тебе только что сказала?! Ты меня слушаешь? — феечка возмущенно запыхтела.

«У них, что в мире есть настоящая магия? Или она мне сейчас лапшу на уши вешает?» — подумал я.

— Конечно, слушаю, просто в нашем мире ничего такого нет, — отбрехался я.

— Ты должен мне верить! А я поняла! Просто у вас много низших существ, которые врут. И вы поэтому никому не можете верить, бедняги, — сделала она странный вывод.

Я вновь огладил лицо и бороду… Похоже, эта девушка-подросток вынесет мне мозги быстрее, чем местные твари.

— А ты не можешь найти своей магией мой нож? Он улетел в этот сугроб, — перевел я тему.

— Конечно, нет! Я что, похожа на мага металла?! Я фея целительного льда! Ты совсем меня не слушаешь! — Снежинка зафыркала и задрала нос.

Фыркает она прикольно, как ежик. Главное — ее серьезно не воспринимать, тогда я смогу дотянуть до конца испытания, наверное.

— Идем дальше, надо торопиться, — со вздохом сказал я.

— Почему? У нас полно времени! — спросила мисс непосредственность.

— Потому что у моего амулета заряд на час. И что там будет через час, нам неизвестно. Поэтому лучше времени не терять, — терпеливо ответил я.

Феечка продолжила что-то щебетать, а я отрешился от происходящего. Несколько шагов по дороге вниз — и на меня опять накатило холодное спокойствие. Если на первом испытании я боялся этого состояния бездушной машины смерти, то сейчас оно спасает не только мою жизнь, но и мой разум. По пути я подобрал несколько камней. Буду ими обстреливать подозрительные места, а то ножей на всех не напасешься. Снежинка наконец вспомнила, что я ей говорил, отстала и замолчала.

Идиллия длилась недолго, за очередным поворотом я заметил уже две подозрительные кучи снега. Я жестом подозвал фею поближе.

— Вот видишь эти две кучи снега? — шепотом спросил я.

— Да! Конечно! — шепотом воскликнула фея.

На секунду я завис, пытаясь понять, как можно восклицать шепотом, но ради спасения разума решил об этом не задумываться.

— Как мне кажется, там тоже кроты. Скажи, мы можем пройти мимо? Они не нападут на нас? — продолжил спрашивать я.

— Конечно, можем. И они, конечно, нападут! — с энтузиазмом ответила фея. — Кроты очень чувствительны к колебаниям снега. Если они голодные, то они последуют за тобой, постараются незаметно подобраться под снегом и напасть!

Я сначала хотел спросить, почему нападут только на меня, но потом посмотрел на парящую над снегом фею и передумал. Оказывается, фея не такая бестолковая, как можно подумать, если слушать ее щебетание. Своим полетом она обезопасила себя, да и того крота заморозила буквально на лету.

— А поднять Полетом ты меня не можешь? — полуутвердительно спросил я.

— Полет — это родовая магия фей! Она только для нас! Глупые несчастные люди не могут к ней даже прикоснуться! — ответила она отказом.

— Ты еще много таких замораживающих вспышек можешь выдать? — продолжил я опрос.

— Еще дюжину, если не будет других заклинаний. А потом я пойду медитировать! Полчаса, не меньше! — экспрессивно, но тихо ответила она.

— Ну тогда пошли, может, успеем проскочить, пока мой амулет не разрядился, — со вздохом сказал я и продолжил: — Я сейчас буду кидаться камнями в эти сугробы, чтобы они вылезли. Одного крота заморозишь, а второго я попробую убить сам. Понятно?

— Да! Одного заморозить! Второго ты убьешь сам, как кровожадный убийца! — фея закивала и понимающим взглядом посмотрела на меня сверху вниз.

Я снова вздохнул, а потом выкинул спутницу из головы. Есть от нее польза и ладно. А что несет невесть что — можно пережить.

Первый камень улетел в правую подозрительную кучу снега — ноль реакции… Я подождал секунд десять и кинул второй камень уже в левую. Снег взбурлил, вздыбился, и оттуда вылетел белый косматый клубок шерсти. Клубок пищал, негодовал, размахивал лапами, но не мог понять, откуда прилетел камень. Так он и возмущался, пока его не настиг синий сгусток света. Мгновенная вспышка — и крот падает на снег белой промороженной статуей.

— Эффективно, — хмыкнул я, подбрасывая на ладони новый камень. Чего-чего, а камней вокруг хватало.

Правая кучка выдержала еще три камня. На третьем булыжнике весом с килограмм кроты сломались — а их там оказалось целых две штуки — и выскочили на поверхность. Еще пару секунд покрутились на месте и рванули в мою сторону, косолапо переваливаясь и смешно загребая лапами.

Я выдохнул, привычно проваливаясь в ледяную безмятежность и плавно шагнул вперед. Раз — и два ножа синхронно влетают в кротовьи морды. Кроты синхронно негодующе верещат. Два — нож с правой руки влетает в правого крота, прямо в пасть. Тот резко затыкается и ныряет в снег. Три — нож с левой руки влетает в спину левого крота, он успел опустить морду. Правый остается копошиться в снегу, левый с низкого старта летит ко мне молча и целеустремленно. Только клыки блестят на солнце и летит на снег слюна из его пасти.

Меч с тихим шелестом вылетает из ножен. Еще шаг вперед — и стальное жало радушно ныряет между оскаленными зубами, крот сам нанизывается на лезвие. Булькает, дергается и замирает. Его черные глаза стекленеют, и я равнодушно смотрю, как его покидает жизнь.

Шаг назад, лезвие меча легко покидает лохматое тело, оставляя на снегу красные брызги. Кровь у этих тварей все-таки обычная. Несколько шагов вперед, меч с силой уходит в шевелящийся сугроб, доставая последнего монстра. Через рукоять передаются судороги, но я лишь резко рву меч в бок, расширяя рану. Еще несколько секунд, и последняя тварь замирает, лишь шелест поземки гонит редкие снежинки.

— Вау! Ты прямо воплощение смерти! Раз-два — и всех убил-зарезал! — веселый голос феечки разбивает торжественное безмолвие, превращая зловещее убийство в комедию.

«Может, стоит ее пустить вперед? Она расстреляет всю свою манну, потом сядет в медитацию и будет в ней сидеть молча», — безмолвно спросил я синее небо.

— Как у тебя так ловко получается? Только что бросал ножи с двух рук, потом раз — и уже меч в глотке у крота! — радостно продолжала она.

«Да, точно, пропущу ее вперед», — решил я, попутно собирая ножи.

— Бух! Бух! И так эпично — удар мечом вниз! — надрывалась напарница.

— Снежинка, — тихо сказал я.

— Что?! — воскликнула она.

— Помолчи, пожалуйста.

Дальше разминирование дороги пошло в будничном режиме. Если крот выскакивал один, я его принимал на меч. Обычно пары ударов хватало. Ножи показали себя плохо: у кротов оказалась слишком толстая и жесткая шкура. Если кротов внезапно оказывалось два и больше, лишних отстреливала Снежинка. Все было бы ничего, если бы не ее постоянный бубнеж под нос.

— Да как он посмел! Бу-бу-бу-бу, — доносилось до меня отрывками. — Он еще узнает! Бу-бу-бу-бу.

Фея демонстративно надувалась и фыркала, когда я к ней поворачивался. Правда, свою долю кристаллов забирала исправно. Ну, а тихий бубнеж за моей спиной можно и игнорировать. Так мы зачистили с два десятка кротов и, по моим ощущениям, подобрались к выходу из ущелья.

— Как-то тут подозрительно тихо и кроты давно не встречались, — поделился я наблюдениями.

Фея против обыкновения не стала фыркать, а внимательно осмотрела ущелье. Перед нами простирался широкий спуск, с нетронутым, девственно чистым снежным настом и никаких следов взрыхленных кучек, характерных для кротов.

— Это плохо. Тут может охотиться снежный барс или даже дрейк! — шепотом воскликнула она.

— Его можно найти или как-то выманить? — спросил я.

— Откуда мне знать?! Я же не охотница! — возмутилась фея, впрочем, совсем тихо.

— Ясно, — потянул я и огладил бороду.

По-хорошему, сейчас нужно отступить и посадить фею медитировать. По моим прикидкам, у нее осталось сил на две-три замораживающие вспышки. Но спуск вниз затянулся, согревающему амулету осталось от силы минут десять. А если этот барс — последний босс, то и конец испытания рядом. Можно и рискнуть…

— Держи дистанцию и постарайся спасти мою задницу, когда появится барс или кто здесь за финального монстра, — выдал я последние инструкции.

С этими словами я пошел… Пошел вперед вдоль правой стеночки не торопясь, внимательно осматривая все вокруг. Фея от меня отстала на десяток шагов, взлетела повыше, на высоту моего роста и окуталась какой-то белой дымкой.

Я же привычно окунулся в ледяное спокойствие. Чистый морозный воздух мерно наполняет мои легкие. Слышно тихое поскрипывание снега под ногами. Глаза бегают по скалам, сканируют снег и ищут малейший признак угрозы.

Так я шел минут пять, пока не заметил краем глаза, как дернулась тень в глубокой расщелине в стене напротив. Тренированное тело среагировало быстрее разума. Мозг еще только фиксировал вытянувшуюся в прыжке белую фигуру, а тело уже летело в сторону, распластавшись в прыжке.

Кувырок через плечо… Я успеваю заметить, как огромный белый кот буквально перевернулся в воздухе и приземлился на стену четырьмя лапами. Одним прыжком он покрыл с десяток метров, но, вместо того чтобы обрушиться на меня, сейчас чуть не врезался в скалу.

— Р-ряу! — снежный барс спрыгивает со скалы и издает вибрирующий рык.

— Хтыщ, — синяя вспышка с хлопком влетает прямо ему в морду.

«Дура! Куда она лезет?!» — молнией проносится мысль. Барс оказался между мной и феей. Один прыжок — и он ее собьет и порвет, как кошка сбивает замешкавшегося воробья. Тело снова реагирует быстрей разума. Я рву с перевязи кинжал. Длинный шаг вперед, разворот всем туловищем — и кинжал, блеснув на ярком солнце, летит барсу в голову. А правая рука уже выхватывает из ножен меч.

— У-ар! — ревет огромный кот.

Везение отыгрывается за все мои неудачи с кротами — кинжал влетает барсу прямо в правый глаз. Барс ревет, он забыл про фею, целый глаз наливается злобой и смотрит прямо на меня. Рывок! Я сначала дергаюсь снова отпрыгнуть, но, благодаря шестому чувству остаюсь на месте. Барс прыгает, но недалеко, приземляется прямо передо мной. Я вижу потеки крови из раненой глазницы, я вижу иней на его шерсти, я вижу налитый кровью левый глаз с вертикальным зрачком. Барс на мгновение приседает, надувается и выдыхает большое облако белого пара.

Мгновение — я понимаю, что если попаду в это облако, то умру. Второе — я распластываюсь в выпаде, одновременно заваливаясь влево. Рука проходит через белое облако, кончик меча что-то цепляет, кисть и предплечье захлестывает боль, словно я их сунул в костер, а не в облако пара.

— Рау! — рев кота пропитан мукой.

Кувыркнувшись, поднимаюсь на ноги. Барс в пяти шагах от меня беснуется и бьется от боли, разбрасывая по снегу капли крови. В последнем выпаде я достал его второй глаз — и теперь он ослеп. Меч выскальзывает из моих онемевших пальцев, лезвие задевает торчащий из-под снега булыжник и со звоном отлетает в сторону.

Барс это слышит, понимает, что обидчик рядом, и замирает, повернувшись ко мне окровавленной мордой. Монстр знает, что один прыжок, и он достанет меня. Я уже вижу, как под белой шерстью перекатываются мускулы. Хищник приникает к земле, а я жду его прыжка, готовый в любой момент уклониться.

— Хтыщ! — новая яркая синяя вспышка прилетает белому коту прямо в покалеченную морду.

Мускулы под белой шерстью расслабляются. Грозный барс тихо валится на бок, уже неопасный. Последний удар волшебницы его достал.

— Ни хрена себе здесь котики, — вырывается у меня.

Первой отмерла фея, на удивление быстро она подлетела ко мне и прикоснулась своим жезлом-рапирой к моей многострадальной руке. Жезл засветился, и моя рука начала покрываться синим гелем. Я тут же ощутил облегчение. Там, где появлялся гель, боль уходила.

— Подними руку! — скомандовала Снежинка.

Я послушно поднял. Фея обработала нижнюю сторону, особое внимание уделив кисти и пальцам.

— Очень интересно, — задумчиво сказала она, тыкая палочкой в разные места на моей руке. — Амулет защитил твою руку, хоть и разрядился.

— Защитил? — уточнил я.

— Ты же пальцами шевелишь. Они не превратились в кусок льда, хотя должны, — пояснила она.

— Хм-м, — глубокомысленно ответил я.

Выходит, этот кот был волшебным и владел магией заморозки. Какие-то жесткие испытания, и, чем дальше, — тем сильней противники.

— А эта синяя штука, которой ты мне руку покрыла, — это целительный лед? — решил уточнить я.

— Да, неуч! Вы, иномирцы, совсем глупые и ничего не знаете! — фыркнула фея.

— Спасибо и за лечение, и за то, что кота завалила, — отблагодарил я.

— Да, я великая! Я спасла ничтожного убийцу! — вздернула нос фея и отвернулась.

Мне кажется или у нее покраснели кончики ушей? Повисла неловкая пауза — фея, задрав нос, смотрела куда-то на скалы, а я решил не смущать свою спасительницу и отправился к туше барса. Тот внушал уважение даже в мертвом состоянии. Огромный величественный белый кот, килограммов на двести живого веса, сейчас лежит недвижимым и кажется совсем неопасным. Я поморщился от ломоты в правой руке. Целебный гель убрал большую часть боли, но не до конца. Кот почему-то сразу перестал вызывать восхищение.

Короткое прикосновение — и белая туша исчезает, оставляя на снегу одинокий желтый кристалл. Финальный босс испытания дал прибыли больше, чем весь мой донат.

— Лови, — кинул я фее подобранный кристалл.

— Разве тебе он не нужнее? — подозрительно спросила Снежинка.

— Уговор дороже денег, так у нас говорят, — ответил я ей.

— Хорошо, я рада, что даже среди глупых людей есть следующие пути чести, — весело прощебетала фея.

— Пойдем, а то я уже начинаю замерзать. Расскажешь по дороге о своем мире, — подвел я черту.

— А почему не ты о своем?! — тут же завелась Снежинка.

— Хорошо, давай по очереди, — покладисто согласился я. — Ты первая.

— Почему я первая?!

Глава 10 — Козлы и Интриги

Испытание закончилось внезапно. Вот я весело переругиваюсь со Снежинкой, а вот меня дергает вверх, в сторону, и я уже стою в серой комнате перед обелиском. Я даже пожалел, что меня так быстро выкинуло. Хотя оно и к лучшему: я уже серьезно подмерз, да и фея была какая-то бледная и уставшая. Битва с барсом и мое исцеление не прошли для нее бесследно.

— Система поздравляет с прохождением третьего испытания, Стажер, — раздался приятный голос помощницы. — Новые возможности будут доступны начиная со следующей сессии.

— Стажер? Был же Кандидат, — невольно переспросил я.

Я поднял правую руку, чтобы посмотреть на кольцо… но увидел только слой синего геля. Странно, раньше меня возвращало в целом виде, с восстановленной одеждой и залеченными ранами. Меня кольнуло нехорошее предчувствие.

— Отчет по испытанию, — сказал я вслух и коснулся обелиска.

В этот раз, согласно моему желанию, отчет появился на поверхности обелиска. Все-таки загрузка информации прямо в мозг меня как-то напрягает. Я вгляделся в сухие строчки…

Из добычи — одиннадцать красных кристаллов и один желтый как бонус за прохождение испытания. За починку снаряжения с меня сняли семь красных и два черных, видимо, Система отыгралась за потерянный нож. И отдельной строчкой — «Получены травмы. Обморожения кисти и предплечья правой руки 2-й и 3-й степени. Частично купировано своевременным лечением. Время восстановление аватара 30 часов».

— И что это значит? — спросил я вслух.

Ответ пришел прямо в голову: тяжелые травмы аватара, которые не успевают восстановиться за время бодрствования в реальном мире, влекут принудительный запрет на контакт с Системой. Короче говоря, я завтра буду спать нормальным сном и смогу вернутся в виртуальность только через день. Это мне уже объясняли в прошлый раз, но я не думал, что так скоро получу ранение.

Я пожал плечами. С такими испытаниями нужно радоваться, что коньки не отбросил. Жизнь тут хоть виртуальная, но боль самая настоящая.

— Все фигня! Прорвемся! — сказал я и коснулся обелиска.

У меня есть целый желтый кристалл! Пока не закончилась ночь, нужно успеть присмотреть, на что его потратить.

— В связи с прохождением первой серии испытаний вы можете выбрать бонусный навык, — нарушил мои планы нежный женский голос.

— Бонус — это хорошо. Вывести на экран, — озвучил я команду.

Вот и плюшки подъехали. А то я уже начинаю завидовать Снежинке. У нее куча полезной магии: полет, целительство, замораживающие вспышки. На ее фоне я со своими ножами и мечом смотрюсь как-то бледно.

— Хм-м, — задумчиво хмыкнул я.

Выбор был интересный, как обычно из трех вариантов. Предчувствие опасности — пассивный[1] навык, позволяющий ощутить угрозу за несколько мгновений до удара. Рефлексы кота — пассивное небольшое улучшение координации и небольшое ускорение реакции. Скорость хищника — разовое ускорение примерно в полтора раза на две секунды. После конца действия скорости наступает откат с серьезным упадком сил.

— Все такое вкусное, — еще задумчивее потянул я. — Лучше отложу этот выбор на следующий заход. Подумаю в реале, на свежую голову. У меня будет на это аж целых два дня.

В этот раз я проснулся самостоятельно, без будильника. Я же не мазохист, в воскресенье по будильнику вставать! Потянулся и с некоторым сожалением встал с кровати. Под конец мне снилось что-то приятное с участием Изабеллы и Снежинки. Нет, ничего такого не было, мы просто сидели на большом мягком диване. Я был посередине и обнимал их, левой рукой Изабеллу, а правой — Снежинку. Мы о чем-то говорили, я их прижимал к себе. И мне было хорошо!

— Все-таки я кобель! — сказал я.

— Мяу! — сказал Бандит.

— Хорошо-хорошо. Я Шах! И гарем для меня — это норма! — поправился я.

Хотя, попробовав несколько раз серьезные отношения, пожив с подругами и узнав на своей шкуре, как они любят мозги выносить, я уже не думаю, что многоженство — это хорошая идея. Лучше жить с одной, хорошей и спокойной девушкой. Тогда жизнь будет проходить в гармонии и благодати. А не вот это вот все.

Впрочем, что-то я отвлекся, мне ж надо посмотреть на кольцо. Я поднял правую руку на уровень глаз.

— Оп-па… — рука оказалась покрыта красными пятнами.

Пальцы практически целиком красные, большая часть кисти и частично предплечье. Причем, что интересно, рука не болела, не чесалась и ощущалась как обычная, здоровая часть тела. Пальцы сжимались и разжимались нормально.

— Обратная, мать его, связь, — пробормотал я себе под нос. — И что мне с этим делать?

Сунуть руку в теплую воду? Обмазать противовоспалительной мазью? Или может просто подождать? Так ничего не решив, я призвал кольцо.

— Все-таки Стажер — это оранжевый, — сказал я сам себе, разглядывая камень печатки.

Тускло-бордовый отсвет сменился бодрым оранжевым огоньком. Больше ничего в печатке не изменилось. Кстати, красные пятна на предплечье прямо на глазах бледнели и уменьшались. Чуть позже за ними стали исчезать и пятна на кисти, а потом и на пальцах.

— Да, тут задумаешься: а нужен ли этот геморрой? — сказал я сам себе и отозвал кольцо.

Я упал в кресло, а то все эти манипуляции с кольцом отнимали кучу сил. Нужно немножко посидеть и восстановиться. Заодно подумать, куда ночные приключения могут меня привести.

— Мяу! — сказал Бандит.

— Да падажди минуту, дарагой! Сэйчас я встану и насыплю тэбе еды! — сказал я Бандиту.

— Мяу! — еще громче сказал Бандит.

Воскресенье прошло как-то фоном. Мои мысли крутились вокруг Системы, выбора бонуса, обратной связи, и, чего греха таить, встреченных там девочек. Таких ярких красавиц с интересным характером в реале я пока не встречал.

Изабелла из нашего мира, более того она говорила на русском языке. Вполне реально выцыганить телефончик и попробовать встретиться уже вживую. Но меня тормозила паранойя: если Изабелла где-то засветится, то через нее выйдут и на меня. Хотя она девочка себе на уме, может, и прислушается к моим советам сидеть тихо.

Снежинка — экспрессивная, заводная девчонка, не может молчать ни одной лишней секунды. Если Изабелла сразу заняла позицию наблюдателя, передав мне инициативу и давая проявить себя, то Снежинка контролировала обстановку полностью и непрерывно, готовая в любой момент подстраховать. И, как мне кажется, показала мне далеко не все, что у нее есть. Контроль, собранность, четкость действий во время боя плохо вяжутся с ее взбалмошностью. Девушка, с одной стороны, очень подозрительная, а с другой — в бою на нее можно положиться.

Ну и сам факт связи с представителями чужих цивилизаций. Со Снежинки станется надо мной пошутить на тему иного мира. Но говорила она на чужом, незнакомом языке, который я слышал в первый раз, предсказала появление барса и рассказала особенности снежных кротов. Про свой мир она рассказывать отказалась, переведя все в шутку.

Так вот если она действительно из иного мира, то это многое меняет. Возрастают риски, непонятно, что будет творится на Земле, когда это дойдет до власть держащих. И непонятно, что будет с людьми вроде меня, которые общаются с представителями иных миров. Точнее, понятно, что нас постараются припахать по полной, заставить собирать любые крупинки информации. Даже просто подтвержденное наличие других человеческих цивилизаций — это уже огромный прорыв в науке. А ведь можно от них получить какие-то идеи, рабочие концепции, передовые для нас технологии. Как тут не напрячь бедолаг, которые могут принести информацию стоимостью в многие миллиарды?

Похоже, мне еще долго придется сидеть в подполье, прежде чем все утрясется. Кстати, нужно поймать момент, когда «бахнет» и информация о появлении Системы просочится в интернет.

Два часа ушло на попытки найти во всемирной сети какие-то следы появления Системы. Но осторожные запросы, замаскированные под обычное любопытство, ничего не дали. Пока везде царит тишина, только на сайтах, посвященных необычным явлениям, цветет и пахнет стандартная смесь бреда и конспирологии.

К вечеру пришел курьер с метательными ножами, принес сразу десяток штук. Я их побросал в лист фанеры, случайно оставшийся на балконе после ремонта. Половина даже втыкалась в нарисованную мишень, но ничего похожего на машину смерти из виртуальной реальности. Может, я слишком многого хочу?

Утро понедельника началось с поездки на работу. Там я бодро отчитался за прошедшую неделю, получил сдержанную похвалу и фронт работ на неделю вперед. В связи с эпидемией нас сначала разогнали всех по домам, потом обнаружили, что производительность упала, контролировать сотрудников стало очень тяжело, и наконец пришли к эрзац-решению — раз в неделю команды собирать в офисе. Впрочем, я не жаловался: работа знакомая, платят хорошо. Есть время и возможность привести свою голову в порядок после штормов на любовном фронте.

Посидел еще в офисе, поучаствовал в паре совещаний, попил чаю, пообщался и сходил на обед с коллегами, а вечером успешно свалил на тренировку паркура. Там оказался интересный зал, с кучей препятствий, турниками, всякими подставками и мягкими матами. Но новичков на препятствия не пустили — отправили заниматься зарядкой.

После зарядки я понял, почему те, кто занимается паркуром, такие прыгучие. С такой разминкой это неудивительно — минут сорок прыжков и отжиманий. Я хоть на секции не ходил, но форму поддерживал, как я думал… К концу разминки я уже ощущал себя выжатой тряпкой, по которой вдобавок хорошенько потоптались. После этого еще минут сорок показа разных элементов и кувырков с падениями. Кувыркаться и падать я умел… но не так много и разнообразно. До конца тренировки дотянул на морально-волевых. Напоследок нам пожелали приходить еще, но уже платно… тем, кто захочет.

Придя домой, я, как человек опытный, набрал полную ванну горячей воды и минут двадцать в ней отмокал. Кот аж заинтересовался, что я делаю, запрыгнул на стиральную машину и уставился на меня.

— Понимаешь, Бандит. У людей после непривычных нагрузок в мышцах образуется молочная кислота, и, пока она не рассосется, мышцы больно напрягать. А если мышц напрягалось много и нагрузки были большие, то потом реально больно, особенно на следующий день утром. Чтобы этот эффект уменьшить, нужно принять горячую ванную и распарить мышцы. Это не спасет, конечно, но уменьшит боль на следующий день.

Кот посмотрел на меня как-то странно, развернулся и ушел. Чего приходил, спрашивается?

Спать я ложился усталый, распаренный и довольный. Так, умиротворенным после хорошего трудового дня и заснул.

Интерлюдия Изабелла

Изабелла просыпалась неохотно. Будь ее воля, она бы осталась в мире Игры. Там было интересно, там Белла чувствовала себя полностью живой. Мир обычный… слишком обычен. Слишком в нем все просто и скучно.

Изабелла росла умной девочкой, учеба давалась ей легко. Она легко сходилась с детьми, легко к себе располагала. А когда повзрослела, к общительному характеру добавился природный шарм. Ее внимания стали искать мальчики, но Изабелла со всеми общалась дружелюбно и держала дистанцию. Возможно, в этом был виноват ее отец. Когда ей было пять лет, он бросил ее мать и ушел жить к другой женщине в соседний подъезд того же дома. Изабелла давно его простила, но понять так и не смогла.

После школы она поступила в вуз. На фоне сокурсниц Белла просто блистала. Неуклюжие школьные попытки ухаживать за ней сменились попытками флирта сокурсников и знаками внимания со стороны взрослых мужчин. Изабелла следила за собой, интересовалась модой, училась, как себя подать. Изабелла уже поняла, что в этом мире ей нужен будет мужчина. Но девушка не собиралась отдавать себя первому попавшемуся. Нет, отношения будут только с тем, кому она сможет доверять, на кого она сможет опереться.

Вот только достойные почему-то не попадались. Все мужчины или были ей неинтересны, или оказывались похотливыми козлами, а если на горизонте и появлялся кто-то нормальный, то всегда что-то мешало. Даже в Игре ее преследовало это проклятие.

Первый напарник сначала показался очередным козлом. Но почти сразу ее мнение изменилось. Да только парень, вместо того чтобы пытаться познакомиться поближе, оказался слишком осторожным и решил держать дистанцию. Это несмотря на то, что она ему понравилась. Изабелла, как и любая женщина, прекрасно понимала, когда кто-то на нее западал. Но тот даже не заикнулся про номер телефона.

Второй же напарник наоборот: сначала казался нормальным, а оказался реальным козлом. Корчил из себя крутого воина с большим мечом, напрашивался на знакомство в реале, пытался ее впечатлить. И закончил свою жизнь как идиот, самостоятельно полез на босса-медведя, которого ей потом пришлось добивать одной. Спасали только случайно купленные усиленные пули.

Изабелла на секунду полюбовалась перстнем с оранжевым камнем и встала с кровати. Что ж, всякие придурки появляются и пропадают, а жизнь продолжается! И она добьется своего, а Игра в этом ей поможет. На секунду в ее сознании мелькнул первый напарник.

— Шах… — Изабелла усмехнулась. — От скромности он не умрет.

Интерлюдия Снежинка

Велиамина Ди Стреза Атар, третья внучка патриарха рода Стреза по второй линии наследования, проснулась как обычно, за десять минут до прихода слуг. Это ее самое любимое время, когда она просто могла быть собой, когда не нужно учиться, тренироваться, выглядеть достойной высокого рода и не надо вращаться в серпентарии, называемом высшей аристократией.

Род Стреза богат и могущественен. Это один из двенадцати родов, управляющих целым миром. И, как всегда это бывает, мир полон завистников и врагов, мечтающих откусить кусочек богатств рода. Велиамину с детства учили не доверять окружающим людям. Ее воспитывали в верности только собственной семье. Верить можно только собственным родичам и доверенным слугам. А когда она выросла, то поняла: все на самом деле так. Мир полон предательства и людей жадных и никчемных.

Интриги и подковерные схватки как младших семей, так и высоких родов никогда не прекращались. Иногда они перерастали в настоящие войны с миллионами убитых, когда армии и службы безопасности родов выясняли, кому должны принадлежать те или иные активы. Яды, ложь, убийства, черный пиар, провокации были неотъемлемой частью жизни аристократии. Хотя род Стреза традиционно держался в стороне, но в покое его никогда не оставляли.

Попав в мир Изнанки, Велиамина наконец смогла отдохнуть от череды душных улыбок и круговорота интриг. Но осторожность и подозрительность уже навсегда въелись в ее подсознание, стали ее частью. И напарнику она предстала в образе эксцентричного подростка — красивой, но недалекой и заносчивой феи. Одна из десятка отработанных масок с легкой поправкой на волшебство.

И, надо сказать, молодой напарник с честью выдержал испытание. Очень немногие из так называемой «высшей аристократии» смогли бы вот так, без презрения, похоти или расчета на собственную выгоду, с ней общаться. А отказаться от прибыли, просто держа слово перед чужой красивой девочкой, так и вовсе единицы. Слишком это глупо, а глупость ее круг общения не прощает.

Пусть ее напарник и оказался дураком, но он сумел сделать ей приятное. А это Велиамина ценила больше всего.

— Шах? Что ж, я запомню.

[1] В РПГ-играх навыки делятся на пассивные, которые действуют всегда, и активные, которые нужно активировать через явную команду. Активные навыки, как правило, дают более сильный эффект, чем пассивные, но активация навыка требует какой-то ресурс и бесконечно повторяться не может.

Глава 11 — Риски и Лес

— Система приветствует Стажера, вам доступны новые возможности, — поприветствовал меня дежурный голос помощницы.

Я вновь в серой комнате с черным-черным обелиском. И опять себя отлично чувствую, тело бурлит энергией и требует действия. Проформы ради стянул перчатку и полюбовался полностью здоровой правой рукой. Кстати, кольца под перчаткой не было.

— Выбор бонуса, — скомандовал я, натягивая перчатку назад.

Поверхность обелиска превратилась в экран, больше похожий на настоящее зеркало, и на ней появился текст описания трех вариантов. Над выбором я поломал голову еще в воскресенье. Собственно, выбирал я из двух пассивок. Активный навык хорош… но с таким откатом его нужно применять для добивания в сработанной команде, которая прикроет отход. Просто так получить упадок сил посреди тяжелого боя будет фатальным. Пассивки тоже хороши. Предчувствие опасности может спасти мою шкуру, а рефлексы кота усилят мои лучшие стороны: умелое владение разным оружием и быструю реакцию.

— Знаешь, Система, в чем различие между умным человеком и мудрым? — спросил я.

— Уточните запрос, — отозвалась помощница.

Я хмыкнул, интеллект Системы хоть и поражает масштабностью и продуманностью, но в нем есть недоработки. Риторический вопрос она распознать не смогла.

— Умный человек с блеском выпутывается из сложных ситуаций, а мудрый в них не попадает! — сказал я и тут же продолжил: — Я выбираю рефлексы кота!

В ответ на мое заявление раздался тихий звон, а меня обдала волна мягкого тепла. Через секунду тепло схлынуло, оставив после себя табун мурашек. Еще пара секунд — мурашки разбежались. Захотелось бежать, кричать, прыгать. Я так бодро себя с детства не чувствовал.

Я даже поддался соблазну, сделал пару приседаний с выпрыгиванием и несколько финтов с мечом. Тело слушается великолепно. Я чувствую, что сейчас могу горы свернуть, а потом разрубить муху в полете. Непередаваемый кайф!

— Производится балансировка энергии аватара, — вклинился в эйфорию нежный голос.

Часть бурлящей энергии тихо испарилась. Оставшаяся уже не так сильно давила на мозги, и я смог спокойно выдохнуть.

— Система, что это было? — задал я вопрос.

— Система этого мира находится в режиме настройки. Вашему аватару передан избыток духовной энергии, которую ваш разум не смог полноценно усвоить. Была произведена коррекция и устранен излишек энергии. Негативные последствия отсутствуют. По мере сбора информации и настройки Системы подобные накладки будут исключены полностью, — помощница выдала развернутый ответ.

— Замечательно, я нахожусь в не до конца оттестированной виртуальности, где мне случайно могут передать «слишком много энергии», — проворчал я.

Система на мое ворчание не отреагировала. Ей, похоже, все равно. А я что-то себя все больше ощущаю не крутым попаданцем с крутой Системой, а каким-то летчиком-испытателем. Вроде все классно и затягивает, но есть и ощущение, что смерть где-то рядом, за очень тонкой гранью.

— Ладно, проехали. Что там по новым возможностям? — я снова коснулся обелиска.

Новые возможности очень радовали. У меня появилась самостоятельный выбор, что делать дальше. Во-первых, появилась Арена — возможность отправиться на дуэль со специально подобранным под мои возможности противником. В случае победы обещали хорошую награду. Во-вторых, путешествие по Осколку — кусочку мира, населенному различными монстрами и разумными существами. Там можно заниматься охотой, сбором ресурсов, строительством — всем, чем душа пожелает. Открытый мир[1], так сказать. И, в-третьих, групповое испытание — отправиться на точку сбора, там вступить в чужую или собрать свою команду и пройти подобранное под эту команду испытание. И последнее — командой отправиться на Осколок. Только одна вещь как-то напрягала, выступая эдакой ложкой дегтя.

— Система, а объясни, что это за возможность окончательной смерти? Ну, там, на Арене, десять процентов, на Осколке двадцать — что это значит? — задал я возникший вопрос.

Новый пакет информации ухнул прямо в голову, и он меня уже как-то не радовал. Оказывается, при получении травм аватаром последствия для реального тела могут доходить до летальных. Если проткнут сердце, то может случится инфаркт, если прострелят голову — инсульт. Там, где Система следит за игроками, как на той же Арене и начальных испытаниях, такая возможность минимизирована. А вот при путешествии по Осколку шансы откинуть коньки в два раза выше.

— Круто, оказывается я могу умереть на самом деле. И узнаю об этом только после трех испытаний, — саркастично сказал я. — А я вообще могу перестать участвовать во всей этой бодяге?

— Да, вы можете разорвать связь с Системой в любое время, если вы находитесь в реальном мире или в комнате Начал. Так же вы можете заморозить связь на неделю максимум, при этом прана будет продолжать тратиться на поддержание аватара. Напоминаю: при истощении запаса праны разрыв связи происходит автоматически, — ответил мне нежный женский голос.

— А есть ли негативные последствия для реального тела от разрыва связи? — задал я каверзный вопрос.

— После разрыва связи ваше реальное тело перестанет получать подпитку структурированной энергией Системы. Другие негативные последствия отсутствуют, — ответила помощница.

Ну да, нет минусов от обратной связи — нет и плюсов. А хочешь жить без риска и получать омоложение с развлечениями — донать на туриста. Никто ни к чему не принуждает, делай выбор самостоятельно.

Я усмехнулся, мне тут вспомнилось, как я только что рассказывал Системе про умных и мудрых людей. Мудрым меня точно не назвать. Особенно учитывая, что я собираюсь и дальше продолжать участвовать в этой Игре. Я уже распробовал вкус будоражащего кровь риска и останавливаться на полпути не собираюсь. Осталось попытаться сойти за умного, вывернуться и получить прибыль.

— Всю доступную информацию по Осколкам, — скомандовал я и снова коснулся обелиска.

Я постоял несколько секунд, переваривая новые вводные… Итак, вход и выход на Осколок через обелиски, как в этой комнате. После входа в Осколок вернуться назад можно через полтора-два часа. Если продержаться до утра в реальном мире, то лучше найти укромное место, где аватар может поспать до начала следующей игровой сессии. При этом на аватар накладывается защита, скрывающая от монстров, но она не гарантирует его выживание. В случае смерти, как и при смерти во время испытания, аватар восстанавливается за счет праны — и начинай заново с комнаты Начал.

Еще небольшой нюанс — для хранения ресурсов нужно специальное хранилище. Просто бросать на пол не вариант. Между сессиями комната исчезает и все находящееся вне хранилища пропадает.

— Вроде все просто, — пробормотал я.

Что будет на групповых испытаниях, приблизительно понятно. Что будет на Арене, тоже. А вот на Осколки интересно посмотреть.

— Покажи информацию по Осколкам, — сказал я.

Обелиск ответил созданием трех голограмм. Что-то похожее было, когда я выбирал класс аватара. Стоило мне сосредоточить взгляд на одной из голограмм, как сразу всплывало знание об этом Осколке. Первый — Большой Лес. Картинка с огромными деревьями, где много зверей, птиц, разнообразных трав и цветов, есть множество ингредиентов для зелий. Знать бы еще, что там за ингредиенты, как их собирать и, главное, куда их продавать.

Второй — Холмы Зеленошкурых. Холмистая местность, покрытая лесом, с полноводными реками, где живут племена гоблинов, хобгоблинов и орков. Есть залежи руды и опять же ряд ингредиентов для зелий. Я только пожал плечами и перевел взгляд на последний Осколок, похожий на кусок ночи.

Голограмма мягко засветилась и превратилась в окно, из которого видна большая пещера. Она напоминает пещеру из первого испытания, с зеленым светящимся мхом, обилием сталактитов и всякими подземными тварями в комплекте. Всплывающая подсказка дополнила картину множеством редких руд.

— Хорошо… Осколки — это база для добычи материалов для крафта[2]. Есть игроки, которые выбрали путь созидателя, есть авантюристы, которые собирают для них материалы. А как эта система сочетается с системным Магазином? Зачем нужны крафтеры, если все можно купить в Магазине? — задал я вопрос.

— Большая часть ассортимента Магазина — это продукция созидателей, — в этот раз Система предпочла ответить мне голосом.

Я на несколько секунд задумался. Получается, системный Магазин выступает посредником, небось, и руду с ингредиентами можно через него продавать. И, конечно, в процессе сдирается комиссия. Интересная картина… Кто бы не придумал эту Систему, он не дурак снять стружку с клиентов. Но об этом я могу подумать в реале. Сейчас нужно экономить время и выбрать что-то из Осколков.

— Итак, — начал я размышлять вслух. — В пещерах я уже был, мне там не понравилось. Гоблины-хобгоблины, вроде как я должен против них успешно воевать. Наверное… Остается Большой Лес. Картинка красивая, да и я давно хотел по первобытному лесу прогуляться. Выбираю Лес!

У меня в голове всплыло новое знание: для отправки на Осколок достаточно коснуться обелиска с четким намерением.

— Вот так? — спросил я и коснулся черного камня.

Неведомые силы в очередной раз меня подхватили и понесли. В этот раз куда-то вниз. У меня даже перехватило дыхание. Круговерть тьмы с проблесками каких-то огоньков здорово бьет по мозгам. Но не успел я возмутиться, как все закончилось. Я осознал себя стоящим по колено во мху прямо напротив очередного черного обелиска. Я замер, пытаясь осознать, куда меня забросило в этот раз.

В ноздри ударил запах прелых листьев, густо смешанный с ароматом множества цветов. Уши наполнились щебетом и криками неведомых птиц. Глаза заполнила какофония ярких красок.

Сначала я понял, что занесло меня к подножью гигантского дерева. А стена темного коричневого цвета за моей спиной — это вовсе не стена, а корень. Земля вокруг устлана ковром мха, на котором коричневыми и желтыми пятнами выделяются большие, с полметра длиной, листья.

Вторым делом я понял, что мое дерево не одно такое. Все деревья вокруг гигантские. Натурально размером с небоскреб. Кроны деревьев сливаются в сплошной зеленый покров, сквозь который прорываются редкие лучи солнца. Под покровом летают разноцветные птицы, по веткам бегают похожие на белок животные, слишком крупные даже на первый взгляд. И все это дышит, движется, колышется на ветру и орет разными голосами.

— Ощути, блин, себя лилипутом в джунглях Амазонки, — пробормотал я себе под нос.

Говорить можно свободно, все равно на фоне постоянных криков птиц меня никто не услышит. Я несколько раз вздохнул, собирая мозги в кучу, и продолжил осмотр, постепенно замечая все больше деталей. Мох мягкий, слегка пружинит. Насекомые тоже гигантские, мимо бегут муравьи с палец размером, над ними пронеслась стрекоза длиной с локоть. Сладкий аромат, вплетающийся в общую феерию, пожалуй идет, от нежно-розовых цветов плюща, что оплел гигантский корень за моей спиной.

Органы чувств выдавали все новые и новые подробности, постепенно перегружая мою многострадальную голову. Через несколько минут я понял, что этого праздника жизни слишком много для меня. Ощущать себя лилипутом в тропическом лесу непривычно и страшно.

— Я хоть сбежать отсюда могу? — спросил я, касаясь обелиска.

В ответ пришел посыл: прямо сейчас вернуться не получится, нужно подождать часа два. Второе, о чем я вспомнил, так это о своем наборе отмычек, который фонарик и одновременно продвинутый набор снаряжения. В подсумке, в боковом отделении, оказался небольшой флакончик спрея с надписью — «Отпугиватель насекомых».

Я перевел взгляд на комара с палец размером, что уже минуту нарезал круги рядом со мной, оглашая окрестность противным писком. Медленно поднял руку со спреем и, улучив удобный момент, пшикнул струей спецсредства прямо на комара!

Противный писк сменился утробным подвыванием. Комар заложил петлю, сделал бочку и рухнул в заросли мха, словно подбитый бомбардировщик. Там он и остался лежать на спине, дрыгая лапками и постепенно затихая. Пробегающий мимо муравей сунулся было к нему, но, почуяв отпугиватель, резко отвернулся в отвращении.

— Вау! Какая классная штука, — тихо сказал я.

Сказал и немедленно опрыскал свои сапоги, к которым уже примерялась бригада красно-желтых муравьев. Потом плащ, который почему-то облюбовали крупные мошки, похожие на гигантскую тлю. И на всякий пожарный руки и штаны. Их пока никто не трогал, но это только пока.

— Так, теперь нужно определиться, — продолжил я беседу сам с собой. — Мне нужно или собирать ингредиенты, о которых я ничего не знаю, или убивать местных животных, собирая уже кристаллы.

Немного подумав, я решил собирать информацию. Попытки охотиться тут выглядят безрассудными. Слишком много живности и слишком она крупная. Пятая точка подсказывала, что стая в дюжину шустрых белок, смахивающих на больших собак, или змея длиной с поезд могут оказаться для меня слишком сложной добычей.

Для сбора информации я медленно двинулся вдоль корня к дереву, все внимательно оглядывая и запоминая. Все было хорошо, пока мимо меня не пролетел ярко-зеленый воробей, размером с петуха. Рука сама собой дернула нож с перевязи — и стальной росчерк прервал полет местной птицы.

Птица не успела долететь до зеленой подстилки, как ожила коряга, мимо которой я собирался пройти. Коряга распахнула метровую пасть, наполненную мелкими зубами, и сделала «Ам».

— Мать моя женщина! — только и сказал я, наблюдая, как помесь крокодила и хамелеона пережевывает несчастного воробья.

Откуда-то сверху на поросшего мхом крокодила спрыгнуло большое темное пятно. Мгновение — и хамелеон-переросток уже катится по мху в обнимку с большой черной кошкой. Кошка с мявом и рыком резво орудует когтями, разбрызгивая во все стороны капли крови и ошметки шкуры.

— Ни хрена себе! — говорю я, глядя, как пантера вонзила клыки с мою ладонь длиной в холку несчастного крокодила и трясет его, словно собака детскую игрушку.

Внезапно как-то потемнело, а меня обдала упругая волна воздуха. Что-то огромное разом накрыло и пантеру, и крокодила.

— Е… — давлюсь я воздухом.

С корня рядом со мной свесилась громадная змея пятнистой расцветки, эдак метра полтора толщиной и черт знает сколько длиной. Сейчас эта змея разом накрыла пастью сражающихся хищников. Я только и мог стоять, замерев на месте, и смотреть, как этот мини-поезд неспешно втягивается обратно на корень. Втягивается медленно, не торопясь, попутно пережевывая останки увлекшихся неудачников ленивыми движениями громадных челюстей.

Шелестят листья, надрываются птицы, ползут по своим делам муравьи и жуки, куда-то полетела крупная стрекоза. Змея уже давно уползла по своим делам, а я все не могу прийти в себя после наглядной демонстрации мимолетности жизни.

— Уф… — я вытер пот с лица.

И тут же поймал себя на том, что пялюсь на мокрую перчатку. Да, как-то здесь жарко, причем во всех смыслах. Я еще раз оглядел место побоища, зафиксировал сорванный мох и пятна крови, густо окропившие окрестность. На пятна уже набежали муравьи и налетела большая тля. Взгляд зацепился за тушку несчастного воробья, недожеванный комок зеленых перьев лежит буквально в пяти метрах от меня.

Медленно, с трудом, словно мох не хочет меня отпускать, я выдираю ногу из зеленого ковра. Шаг, еще… я иду плавно, будто вспоминая, как нужно ходить. Вот я рядом с останками воробья. Вот я наклоняюсь, касаюсь ее, тушка подергивается темной дымкой и исчезает, оставив за собой всего лишь один красный кристалл и мой метательный нож.

— В баню такую охоту, — тихо сказал я, подобрал нож и бросил кристалл в подсумок. Перекидывать его на счет у меня почему-то не было желания.

Выдохнув, я уже спокойнее оглядел лес. Ушел я от обелиска недалеко, всего-то метров сорок. Нужно возвращаться и как-то переждать остаток времени, при этом молясь, чтобы меня не заметили какая-нибудь змея или пантера. Некстати вспомнился повышенный шанс окончательной смерти.

— Все фигня, прорвемся! — сказал я сам себе и сделал первый шаг.

[1] Открытый мир — это концепция в компьютерных играх, когда игрок может свободно перемещаться в игровом мире и заниматься тем, чем он хочет, как человек в мире реальном.

[2] Крафт — процесс создания игроками новых игровых предметов. В некоторых играх игрок может сам освоить профессию кузнеца и ковать мечи. Аналогично для создания новых зелий, пошивки одежды и тому подобного. Крафт, как правило, требует ресурсы, которые нужно покупать или добывать самому, например: руду и уголь для создания железа, из которого потом можно сковать меч.

Глава 12 — Арена и Холмы

Кружащуюся тьму с я встретил с громадным облечением, а комната Начал порадовала меня, как собственная квартира после тяжелой командировки.

— Система поздравляет вас с первой добычей на Осколке, — встретил меня нежный голос помощницы.

— Уф! Я так не переживал со времени защиты диплома, — поделился я мыслями с Системой.

Да, давненько это было… Лет девять, что ли. Впрочем, сейчас не до воспоминаний. Я коснулся обелиска, тот послушно отозвался — вывел на поверхность отчет по моему последнему приключению.

Добыча — один красный кристалл. Расходы — один красный кристалл на восстановление снаряжения.

— Забавно, — сказал я. — Сходил в ноль. Хорошо, что не в минус.

Хотя тут на самом деле нужно радоваться, что меня не сожрали. Этот Осколок явно для продвинутых ребят. Для опытной охотничьей партии с правильным снаряжением, знающей, на кого охотиться и что собирать. А мне там ловить нечего.

— Система, доступна ли оценка опасности Осколков или хотя бы уровня монстров рядом с обелисками, к которым переносит? — сформулировал я вопрос.

Личный опыт, конечно, дело хорошее, но хочется как-то в будущем знать заранее глубину той задницы, куда меня забросит.

— Общая оценка опасности Осколков недоступна. Есть возможность выдачи рекомендации уровня игрока для местности, где открыт обелиск переноса, — ответил голос помощницы. — Для получения рекомендации вам необходимо воспользоваться обелиском хотя бы один раз.

То есть, чтобы получить рекомендацию, нужно посетить Осколок хотя бы один раз. Затихариться возле обелиска на два часа, а потом вернуться обратно. Не очень удобно, но хоть что-то…

— А какой уровень игрока рекомендован для Большого Леса? — задал я следующий вопрос.

Вместо ответа перед обелиском опять засветились три голограммы. Только вокруг картинки с большими деревьями светился зеленый ореол, а холмы и темная пещера обзавелись серой каймой.

— Зеленый, круто, — сказал я. — Особенно для моего оранжевого.

Я еще раз порадовался, что выжил в этом Большом Лесу. Учитывая, что между оранжевым и зеленым есть еще желтый, я прыгнул через две головы и остался живым.

— Так, у меня осталось еще четыре часа, — сказал я, рассматривая экран обелиска.

Групповое испытание уже недоступно, зато есть пометка, что туда надо отправляться в начале сессии. Остается разведка других Осколков и посещение Арены. С Осколками более-менее понятно, что делать, а вот с Ареной не очень. По-хорошему, нужно туда отправиться и посмотреть. Да только после эпичного посещения Большого Леса отправляться куда-то вслепую совсем не хочется.

— Система, дай доступную информацию по Арене, — сказал я и коснулся обелиска.

Появившийся пакет информации фактически повторял то, что мне уже было известно. На Арене мне придется сражаться со специально подобранным под меня противником. В случае победы — награда, в случае поражения — реанимация за счет праны. Сдаться можно, но тогда получишь штраф в счет праны. Собственно, вот вся доступная информация.

Праны у меня сто двадцать четыре единицы, вроде как запас хороший. Но вот беда — пополнить я его толком не могу. Из всех денег — несколько красных и черных кристаллов и один желтый. Желтый я сейчас могу поменять на двести десять единиц праны. Итого будет триста тридцать четыре единицы. Этого запаса хватит, чтобы меня воскресить аж три раза. Надо оно мне? Наверное, нет — лучше кристалл будет придержать на покупку снаряжения.

Я сделал несколько медленных вдохов-выдохов. Ледяное спокойствие послушно окатило меня, унося сомнения и страхи. Я пробежался по оружию, проверяя, все ли ножи на своих местах. Вариантов у меня немного, и пора сделать выбор.

— Система, отправляй меня на Арену, — громко и четко сказал я.

В этот раз дернуло вверх. Наверное, это все субъективно, и на самом деле нет никакого верха или низа. Если Система существует в информационном поле планеты, откуда вообще могут взяться какие-то направления? Просто моему сознанию так удобнее.

Круговерть тьмы закончилась так же внезапно, как и началась. В глаза ударил яркий солнечный свет. Я стою на белом песке на круглой арене метров двадцать в диаметре, а вокруг белые каменные стены в два метра высотой. Над стенами какое-то полупрозрачное марево, сквозь него смутно виднеются восходящие ряды с сидениями, и даже не понять, есть ли там зрители или нет. Крыши над ареной нет — видно яркое синее небо со слепящим солнцем.

— Ave, Caesar, morituri te salutant[1], — вполголоса сказал я.

Никогда не думал, что придется примерить шкуру гладиатора. Только шума толпы и тотализатора не хватает. Хотя, если я не слышу и не вижу, это не значит, что ничего нет. Наверняка для туристов-спонсоров есть и зрительские места и тотализатор со ставками устроен. Разве что за мной сейчас вряд ли кто-то наблюдает. Кому интересен новичок, впервые попавший на арену?

— Бом! — прозвучал невидимый гонг.

В пяти метрах от меня прямо из воздуха соткалась человеческая фигура, с ног до головы упакованная в кольчугу. Блестящий шлем-ведро с Т-образной прорезью, белая накидка с черным крестом, белый треугольный щит с тем же крестом. В руке фигура чуть на отлете держит классический прямой меч. Передо мной стоит пеший тевтонский рыцарь, словно сошедший со страницы учебника истории.

— Бом! — раздался второй удар гонга.

Изнутри всплыло понимание: битва началась.

Бой начался как-то странно. Рыцарь шел прямо на меня, держа впереди щит, а я отступал назад и вправо, закручивая его по спирали. Я, обычный обыватель, просто не знал, что тут делать. Я, хладнокровный ассасин, молча наблюдал за противником, подмечал нюансы, как противник держит меч и щит, как ставит ногу.

Скоро ко мне пришло понимание: или я полностью переключаюсь на хладнокровного убийцу, или в меня воткнут сантиметров тридцать заточенной стали. Напротив меня стоит профессиональный убийца. Он не колеблется, не сомневается, просто выполняет рутинную работу, как выполнял сотни раз раньше. Он не совершает глупых ошибок, его движения скупы, отточены. Если я не прекращу колебаться, меня просто зарежут, вытрут меч и пойдут дальше, как будто ничего не было.

Вдох-выдох… Я осознанно проваливаюсь в глубь холодной пустоты. Она заполняет меня, глупые колебания, страхи, моральные терзания куда-то уходят и пропадают. Мои движения становятся легче, в них появляется завершенность. Три шага в сторону, чуть повернуть меч, поймать луч солнца и направить его прямо в забрало. Тевтонец запинается, но мне этого достаточно. Метательный нож, блеснув рыбкой, летит прорезь забрала.

— Бздынь! — в последний момент рыцарь чуть наклоняет голову, нож втыкается в окантовку смотровой прорези и бессильно отлетает.

Быстро не получилось. Там, где обычный человек испытал бы сожаление, я не чувствую ничего. Успех или неудача, холодное равнодушие не оставляет места эмоциям. Странное ощущение: я одновременно был и собой, и зеркалом, которое отражает действия врага. Я одновременно и равнодушен, и понимаю, чувствую происходящее, гораздо острей, чем обычно.

В череде обычных дней слишком много мусора: бессмысленных действий, бессмысленных чувств, бессмысленной траты времени. Здесь и сейчас, стоя напротив такого же профессионального убийцы, я чувствую чистый вкус жизни. Нет ничего лишнего — он, я и песок арены.

Шаг назад, в сторону, еще, еще. Я поддерживаю одинаковый ритм. Рыцарь тяжелее меня. Хотя он наступает, но догнать меня не может, не может загнать в угол, навязать ближний бой. Быстрый подшаг вперед, меч бабочкой летит к шлему. Воин реагирует моментально — чуть отшатывается и подымает щит. Но полностью остановиться он не может, я его поймал в начале шага вперед.

— Дыщ! — кончик меча задевает окантовку щита прямо перед шлемом воина.

Мой меч не останавливается, напротив, набрал скорость, описал петлю и рвется к левой ноге рыцаря. Щит слишком высоко, защитить ногу он не успевает.

— Дзынь! — звенит кольчуга.

В последний момент воин чуть приподымает и поворачивает ногу, вскользь принимая мой удар. Мой меч уже не может пробить кольчугу, лишь надрубает ее.

Ответный ход рыцаря не заставил себя ждать — левой рукой с кинжалом я с трудом отвожу колющий выпад в мой бок. Он еще пытается ударить меня щитом, но слишком поздно. Я разорвал дистанцию, снова начал кружить вокруг него.

У меня расцарапан наруч, выщербины на кинжале, а у него надрублена кольчуга. Счет почти равный… Мог бы быть. Мой удар прошел по мышцам бедра, и рыцарь заметно прихрамывает. Он уже не идет вперед, кружит на месте, просто поворачиваясь вслед за мной. Я быстрее его, техничнее, но это плохо помогает против его брони и щита.

Прошло еще минут пять нарезания кругов. Я раз семь пытался ослепить его отблесками солнца, но он каждый раз в последний момент успешно отражал атаку. Еще четыре раза я использовал песок, пытаясь запорошить ему глаза, тоже безрезультатно. Пять раз метал ножи в смотровую щель — все мимо. Или воин попался слишком опытный, или шлем не такой простой, как кажется на первый взгляд.

У меня получилось еще раз зарядить ему по левой ноге, хоть кольчугу я так и не прорубил. А он разрубил мне левый наруч, но рука осталась невредимой. Размен можно назвать равным, но ему уже тяжело менять позицию, а я все еще полон сил и наворачиваю круги. Не зря я взял бонусом рефлексы кота! Сейчас я заметно быстрее врага, постоянно опережаю его на шаг. Вот только бой все равно идет до первой ошибки.

После очередного выпада в мою сторону рыцарь слишком сильно оперся на отбитую ногу и оступился. Он слишком далеко увел меч, пытаясь сохранить равновесие. Я получил буквально пару долей секунды, и мне этого хватило.

Быстрый рывок, от которого заныли мышцы. Тевтонец пытается встретить меня ударом меча, но тот слишком далеко. Правая нога распрямляется в прямом ударе и бьет в центр щита. Рыцарь, нелепо взмахнув мечом, летит навзничь на песок арены.

Чтобы ему вскочить на ноги, нужна буквально секунда. Только кто ему ее даст? Он пытается рывком подняться, но слишком поздно. Я уже рядом, вкладываю свой вес и набранную скорость в простой прямой выпад. Кончик меча вонзается прямо под его шлем. Дрожь от пробития кольчуги передается в рукоять. Меч уходит глубоко в шею. Все, конец.

Умер тевтонец тихо и спокойно. Просто откинулся назад на песок и замер. А я равнодушно смотрел, как на белом песке расширяется красное пятно, как красные капли срываются с моего меча и падают вниз, оставляя маленькие красные точки на белом фоне.

— Бом! — раздался третий удар гонга.

Теперь действительно конец.

В себя я пришел уже в комнате Начал. В какой-то момент просто понял, что бездумно пялюсь на обелиск. После боя я на несколько минут просто выпал из реальности. Физически ощущаю себя вполне нормально, а вот морально полностью вымотался. Слишком стремным оказался поход в Лес, и слишком наряженным был бой на арене.

— Как-то тяжко, — выдохнул я и тут же продолжил: — Система, статус!

В ответ поверхность обелиска превратилась в экран, на котором появились сухие строчки отчета. Поздравления с победой на арене, награда за победу — один желтый кристалл. Списание остатков красных на ремонт наруча. И в качестве бонуса купон на улучшение моей татуировки Взор Сумеречного Орла.

После улучшения название сменится на «Защищенный Взор Сумеречного Орла». Цена перезарядки возрастет до восьми оранжевых кристаллов раз две недели. А глаза мои окажутся защищены от попадания мелкого мусора, пыли, дождя или снега. Штука полезная, надо брать… только боюсь, что опять будет глаза резать, словно эту татуировку паяльником рисуют.

— Выполнить улучшение татуировки! — командую я, заранее приготовившись к боли.

Веки снова обожгло огнем… Но в этот раз вполне терпимо. Я даже обошелся без ругательств. Только тихо пошипел что-то невнятное с пару минут. А в отражении к арабской вязи на моих веках добавилось еще несколько символов.

— Так, что у нас осталось из вариантов? — спросил я сам себя, вытерев выступившие слезы.

Из вариантов осталось только путешествие на Осколок. За оставшиеся три часа вполне можно попробовать куда-то запрыгнуть, посидеть в засаде и уйти назад. Арена уже недоступна, как подсказала всплывшая справка, на нее можно попасть только один раз за сессию.

— Или пещеры, или гоблины, или домой, — продолжил я думать вслух.

Куда-то путешествовать и снова играть в отважного разведчика мне уже откровенно влом. Хочется домой, а еще лучше куда-нибудь свалить с друзьями, взять по пиву и немного разгрузить голову.

Это с одной стороны, а с другой, на краю сознания, маячит тень мягко подкрадывающегося песца. Я уже участвую в игре с высокими ставками, в том числе и рискую своей жизнью. И что-то мне подсказывает, что дальше будет только хуже. Награды будут расти, и ставки тоже. Тогда-то мне пригодится каждая крупица знаний, любое преимущество, которое получится добыть. Надо брать по максимуму сейчас через «не хочу» и страхи.

— Система! А у игроков есть доступ к возможностям туристов? — задал я неожиданный вопрос.

— Да, игрокам доступны некоторые опции туристов и спонсоров, но для этого вам нужно получить более высокий статус, — ответил мне нежный голос помощницы.

— Ну, хоть что-то, — проворчал я.

Уточнять, что и когда станет доступно, я не стал. Система работает по принципу минимально необходимой информированности. Пока игрок не дорастет до новых возможностей, он про них не узнает. Потом, когда информация о Системе просочится наружу, многие нюансы окажутся доступными всем в интернете. Найдутся любители, которые все расскажут во всех подробностях ради привлечения внимания и почесывания собственного эго. Даже если где-то спецслужбы прикроют утечки, найдутся охочие до славы из других стран. Это вопрос времени. Моя же задача выжить — собрать информацию и набраться сил.

Я еще раз посмотрел на экран: времени осталось порядка трех часов. Хватит для разведки одного из осколков. Еще несколько минут ушло, чтобы настроиться на рабочий лад. Дыхательная гимнастика, очистка головы от всего лишнего, возвращение ледяного спокойствия и готовности к любым неожиданностям.

Потом я протянул руку и коснулся обелиска с мыслью: «Система, отправь меня на Холмы Гоблинов!» Отклик прошел безотказно — меня вновь, в который раз, подхватили темные волны и понесли куда-то вниз, навстречу новым приключениям.

Сами холмы оказались какими-то обычными. После джунглей я подспудно ожидал чего-то гигантского, выдающегося. Но нет — обычный хвойный лес, пусть с необычным сизым отливом. Обычная трава, обычные поросшие подлеском и елями склоны холмов. Из картины выбивался только обелиск, одиноко торчащий в центре поляны, на которую меня и выкинуло.

Вторым делом после осмотра местности я залез в подсумок. В этот раз продвинутое снаряжение меня порадовало компактной маскировочной сеткой. С виду она похожа на обычную рыбачью сеть, только с приклеенными лентами зелено-сизого цвета в тон окружающим елям. Через пару минут я нацепил сетку поверх плаща и затаился между еловых лап в прямой видимости от обелиска. О том, что кто-то был на поляне, напоминала только примятая трава.

Потянулись томительные минуты ожидания. Я размеренно дышал, смотрел и слушал, стараясь шевелиться как можно меньше. Лес вокруг меня медленно оживал. Это кажется, что можно войти в лес незаметно. Птицы, мелкие звери сразу увидят, услышат или почуют чужака. Кто-то стихнет, а кто-то, наоборот, подберется поближе и подаст сигнал тревоги. Те, кто долго живут в лесу, начинают эти сигналы читать, словно открытую книгу.

Вот и когда я появился на поляне, какая-то похожая на сороку птица резко затрещала и наступила тишина. Но время шло, я скрылся от чужих взоров, и лесные обитатели начали снова подавать голос.

«Чем не отдых? — про себя подумал я. — Сидишь под деревом, смотришь на лесные заросли и слушаешь пение местного соловья. Даже комаров нет».

Насчет комаров я сглазил. Не прошло и пяти минут, как рядом со мной нарисовались пищащие насекомые. Только пищали они не долго: несколько точных хватательных движений — и им настал конец.

«Вот еще один плюс от бытия тренированным убийцей. Комаров я теперь ловлю безошибочно и влет», — довольно подумал я. Больше ничего особенного не происходило. Птицы пели, комары периодически прилетали и умирали. Один раз через поляну шустро пробежал крупный заяц и вышла косуля, постояла, понюхала воздух и скрылась в лесу.

Я созерцал природу, приводил мысли в порядок и ждал. Через два часа я медленно вылез из укрытия, прошел по поднявшейся траве к обелиску, прислушиваясь к замолкающим птицам, и перенесся обратно в начальную комнату. Просто и обыденно, как будто сходил в магазин за хлебом.

— Оранжевый, — сказал я, любуясь ореолом вокруг голограммы Холмов Гоблинов.

То, что доктор прописал. Остались сущие мелочи — найти гоблинов раньше, чем они меня, набить много кристаллов и не сдохнуть в процессе. Плюнуть и растереть.

— Ладно, на сегодня все. Завершение сессии! — скомандовал я.

[1] Славься, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя. Лозунг, которым римские гладиаторы приветствовали императора.

Глава 13 — Костер и Знакомства

— Ауч! Блин, я забыл, как это больно, — пожаловался я.

В этот раз счастливого подъема не получилось. Руки болят, ноги болят, попытки потянуться напоминают мазохизм — последствия вчерашней тренировки на износ.

— Мяу! — требовательно мяукнул Бандит.

— Слушай, у меня была тяжелая ночь. Меня там чуть не сожрали, потом чуть не зарезали, потом я доблестно посидел два часа под елкой. Сделай милость — подожди немного, — перечислил я свои достижения.

— Мяу! — еще громче мяукнул кот.

— Да встаю я, встаю.

Я с трудом сел, еле надел тапки и попробовал подняться. Сразу не получилось, пришлось подниматься при помощи рук, буквально подтягивая себя.

— Мяу!

— Знаешь, иногда мне кажется, что это не люди заводят котов, а коты заводят себе обслугу, — поделился я своими мыслями с питомцем.

— Мяу!

— Да иду я, иду!

Пробежку я решил отложить дня на два-три. Мне сейчас даже ходить больно, куда уж бегать. А зарядку я сделал, с приседаниями и отжиманиями, кряхтя и кривясь в процессе. В моем положении кровь гонять через мышцы полезно: она вымывает кислоту и быстрее наступает восстановление. После зарядки занялся работой, попутно отвлекаясь на мысли о Системе и ее виртуальных реальностях.

Эта сущность, которая создала Систему, выстроила вполне логичную взаимосвязанную схему. Игроки, спонсоры, испытания, Арена, Осколки. Виден опыт работы и тщательное изучение принципов, используемых в наших играх. Правда, не совсем понятно, зачем все это. Высасывание доната в виде драгоценностей как-то слишком мелко для межмирового масштаба. Хотя я же не знаю ни размера прибыли, ни расходов по развертыванию Системы. Может, они там насколько развиты, что подключение нового мира стоит копейки, а ценности в информационном виде — это единственная валюта.

— Хм-м, понятно, что ничего не понятно, — сказал я, потянувшись и тут же скривившись от боли.

В любом случае гадать на эту тему бессмысленно, нужно собирать информацию и ждать. Еще я обдумывал визит к Сереге, который занимается антиквариатом. Но опять решил это дело отложить. Слишком мало информации, и непонятно, во что вкладываться. Да и если вспомнить свой донат — за золотой браслет, отнюдь не дешевый, я получил россыпь оранжевых камней. А сейчас я уже получаю желтые кристаллы, пусть по одной штуке с испытания, но получаю. И толком ничего не могу на них купить. Какой смысл вкладываться в покупку антиквариата, если не знаешь, что тебе нужно и во сколько это оценит Система?

Я достал блокнотик и вписал мысль: нужно проверить, есть ли оценка драгоценностей. Например, коснулся кольца с бриллиантом и сразу узнал, какова сколько его стоимость. Кстати, наверняка найдется умник, что припрется в ювелирный магазин и задонатит все, до чего дотянется. Только в Систему никто не поверит, и умника вывернут наизнанку. Буквально. В то, что вор проглотил кольца-цепочки, поверить проще, чем в какие-то чудеса.

Так, смешивая работу и «умные» мысли, я дотянул до вечера.

Комната Начал выглядит как всегда лаконично: серые стены, черный обелиск в середине. А я снова полон энергии и в отличном настроении. Ничего не болит, тело готово бежать, прыгать, сражаться. Из планов на сегодня — групповое испытание и, если останется время, разведка Пещеры. Но сначала пара вопросов.

Я сформулировал вопрос насчет оценки и коснулся обелиска. В ответ появилось знание, что да, такая возможность есть, и для этого достаточно просто коснуться драгоценности с четко сформированным посылом. Что-то вроде «Хочу узнать ценность для Системы».

Ответ на второй вопрос меня несколько озадачил. Оказывается, отдавать Системе все подряд не получится. Донатить можно только вещи, которые принадлежат игроку. Если мир или сам игрок считает, что эта вещь ему не принадлежит, то продать ее Системе не получится. Так что вариант натырить в ювелирном все, до чего дотянешься, не сработает.

— Есть над чем подумать, — глубокомысленно заключил я.

Интересно получается: помимо доната, Система добавила защиту от воровства. Но как все это работает? И что значит «мир считает»? Как обычно, получение кусочка информации породило еще больше вопросов… Впрочем, размышлять над этим можно будет потом, сейчас нужно приступать к главному блюду.

— Групповое испытание! — четко сказал я и коснулся обелиска.

Волна тьмы резко подхватила меня и понесла в этот раз куда-то вправо.

Выкинуло меня на краю какой-то поляны, окруженной туманом. Сумерки, тусклый свет с трудом прорывается сквозь низкие тучи. Под ногами невысокая серая трава, а впереди поляна с большим костром. Вокруг огня расставлены лавки, и чуть подальше торчат три высоких белых камня. Камни напоминают обелиски Системы, но какие-то оплывшие, словно свечи, которыми уже хорошо попользовались. Кроме поляны и тумана, больше ничего нет, да и выглядит эта картина как-то тускло и серо. Только ярко горящий огонь в центре несет тепло и уют.

Возле костра уже есть несколько человеческих фигур, и что-то мне подсказывает, что сейчас их станет больше. Одну из фигур я даже знаю. Отсюда плохо видно, но широкая ковбойская шляпа наверняка принадлежит Изабелле. Я чуть улыбнулся и направился вперед быстрым шагом.

— Ой, кого я вижу! Это же сам великий истязатель бедных кротов! Великий Шах! — звонкий веселый голос раздался сзади.

— Снежинка, — констатировал я, одновременно разворачиваясь.

Это на самом деле она. Девочка-подросток в легком голубом платье. Фея бесшумно парила над травой в двух метрах от меня. Как всегда, задорная, вздорная и взбалмошная. А я невольно улыбнулся. Несмотря на ее попытки выесть мой мозг, я действительно рад ее видеть.

— Хо-хо-хо. А я вижу, молодежь, вы уже знакомы, — раздался сбоку добродушный голос.

Я развернулся во второй раз. Что-то все незаметно появляются рядом со мной: или ассасин из меня хреновый, или новые игроки выходят на этой границе тумана и поляны. Сбоку оказался настоящий богатырь. Прямо из сказки, с роскошной белой бородой, в высоком шлеме, одетый в кольчужную броню, усиленную блестящими пластинами, в латных перчатках и сапогах, с внушительной булавой на поясе, большим щитом на левой руке. И ростом он под стать — полных два с лишним метра, с широченными плечами. Этот добродушный богатырь смотрел на нас из-под кустистых седых бровей и по-доброму улыбался.

— Добрыня, и ты тут! — воскликнула Снежинка.

— Конечно, егоза. Договорились же, — проговорил неспешно богатырь.

Он так же оглядел неторопливо меня с ног до головы, снял правую перчатку и протянул мне руку.

— Добрыня, богатырь.

— Шах, ассасин, — сказал я, тоже снимая перчатку и пожимая его руку.

Рукопожатие его оказалось крепким, даже слишком, словно стальной рельс пытаешься сжать.

— Путь негодящий выбрал ты. Ну да раз егоза дружит с тобой, человек ты хороший, — заключил дед, оглядев меня еще раз.

— С чего ты взял, что я с ним дружу?! — тут же завелась Снежинка. — Он просто знакомый!

— Хо-хо-хо. Хорошо, знакомым пусть будет, — согласился богатырь.

— Что значит пусть будет?! Ты что будешь решать, кто мне друг, а кто знакомый?! — фея настроилась устроить скандал.

Вполуха слушая перепалку, что устроила Снежинка, я еще раз оглядел округу. Фигур игроков прибавилось, возле костра собралось уже пять человек, и кое-что мне не понравилось. Один из новоприбывших, с виду напоминающий паладина[1] из онлайн-игры, блондин в белой с золотом броне, стоит возле Изабеллы и что-то ей втирает. Что именно, отсюда не слышно, но, судя по позе и жестам, ей происходящее не слишком нравится. Я уже начал думать подойти поближе, когда Белла отрицательно покачала головой, обошла замершего блондина и направилась к нам.

— Хо-хо-хо. Еще одна девчушка, — раздался у меня над левым ухом бас богатыря.

— И что ей от нас нужно?! Ты ее знаешь?! Отвечай! — не отстала от него фея, зайдя справа.

— Да, прошли вместе испытание. Хорошая девушка, — односложно ответил я.

Когда это они успели закончить перепалку? И, главное, почему Снежинка ведет себя, будто она мой командир?

— Она мне не нравится! Скажи, чтобы шла отсюда! — шепотом скомандовала фея в мое правое ухо.

— Хо-хо-хо, — гулко отдался тихий смех Добрыни в левом ухе.

Кажется, я понял, почему они подружились. Это на самом деле два тролля[2]. Только один притворяется добрым дедом, а второй молодой девочкой-феей. И теперь эти нехорошие люди нашли жертву в моем лице. Только кто из нас жертва — это мы еще посмотрим.

— Привет, Шах, — сказала подошедшая Изабелла.

— Привет. Как дела? — ответил я.

— Нормально, — произнесла она, но по ее лицу пробежала легкая тень недовольства.

— А что за пижон к тебе приставал? — не удержался я.

— Да так, один тип, вместе в университете учимся. Оказывается, его тоже сюда закинуло, и он меня узнал, — ответила ковбойша, и по ее лицу снова пробежала тень.

— Судя по твоему виду, тип он неприятный, — продолжил развивать тему я.

— Скажем так, в группу к нему я не хочу, — уклончиво ответила Изабелла и тут же перевела тему на нас: — А вы уже знакомы?

Я лишь улыбнулся на эту попытку уклониться.

— Да, это Снежинка, — я повернулся в сторону феи. — Она очень… энергичная, вместе с тем она хороший боец, может метать замораживающие заклинания и умеет лечить.

Снежинка только вздернула носик и бросила на Изабеллу взгляд свысока. Так-то фея ростом меньше ковбойши, но за счет Полета она держится на расстоянии полуметра над землей и высокомерно смотрит сверху на жалких смертных.

— А это Добрыня, — я повернулся уже к богатырю. — Познакомились мы только что, человек он, кажется, хороший.

— Хо-хо-хо, — выдал свой фирменный смех богатырь. — Здрава буди, дева.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Изабелла, окинув взглядом Снежинку и Добрыню. — Вы формируете свою группу?

— А можешь поподробнее, что за группы и с чем их едят? А то я здесь в первый раз, — сказал я.

— Все просто, нужно собрать группу и подойти к белому обелиску. Там предложат групповое испытание. Группа должна быть от трех до пяти человек. Те, кто не попали в группу, возвращаются в стартовую комнату, — ответила Изабелла.

— А если мы тут перессоримся и начнем драться вместо сбора группы? — спросил я, покосившись на пижона в белой броне.

Вместо Изабеллы мне ответила Система. Информация, как обычно, появилась прямо в голове. В точке встречи нельзя оскорблять, драться или пытаться кого-то убить. Любые враждебные действия караются баном[3] от запрета доступа к групповым испытаниям на несколько дней до полного разрыва связи с Системой.

— Вижу, ты сам все понял, — сказала Изабелла.

А я еще раз посмотрел на пижона. Тот нас игнорировал и что-то задвигал остальным игрокам, собравшимся вокруг него. Рядом с ним стояли рыцарь и две девушки. Одна в одежде из листьев с красными волосами и зеленой кожей. Вторая платиновая блондинка с темной кожей, в облегающей черной одежде с обилием ремней. У обеих в руках посохи, только у зеленой посох напоминал ветку дерева с живыми листьями, а у темной длинный черный посох с большим белым камнем в навершии. Рыцарь же сильно напоминал тевтонца, с которым мне пришлось сражаться на арене. Даже белая накидка и щит с черным крестом присутствовали. Только броня на нем была получше, со стальной кирасой и наручами. Две магички и два бойца в броне и с мечами.

Еще одна девушка, с рыжими волосами, в кожаной броне и с луком за спиной безучастно сидела с другой стороны костра и смотрела на огонь.

— А что там за рыжеволосая возле костра? — спросил я.

— Это эльфийка-лучница, она и в прошлый раз ни с кем не разговаривала, просто сидела у костра до конца времени сбора, — ответила Изабелла.

Я пригляделся: и правда эльфийка — уши у нее заостренные.

— Интересненько, — как-то задумчиво пробормотала Снежинка и полетела прямо к эльфийке.

Паладин же закончил вещать, посмотрел на нас, на фею, что разговаривает с рыжей лучницей, и что-то скомандовал своей группе. Девушки и тевтонец тоже бросили на нас несколько взглядов и пошли вслед за паладином к белому обелиску. Там они постояли пару секунд и исчезли. Без хлопка, без вспышек… вот они стоят, а через мгновение их нет.

— Интересно, — повторил я слова феи и поделился наблюдениями: — Группа пижона была недалеко от нас, но, что они говорили между собой, мы не слышали.

Высказавшись, я покосился на Добрыню. Тот в ответ только хохотнул и оглядел меня задумчивым взглядом.

— Здесь действует какая-то магия. Если кто-то находится рядом и разговаривает, то нельзя подслушать и даже движения губ не разглядеть, — ответила вместо богатыря Изабелла.

— Удобно, — оценил я.

Белла — молодец, собрала много информации. Здесь она не в первый раз, только сегодня она с группой пролетела из-за этого «знакомого», поэтому подошла к нам.

— Знакомьтесь, это Ирей. Ирей, это все, — Снежинка завершила диалог с лучницей и привела ее к нам.

— Хо-хо-хо. Здрав буди, — сказал богатырь, оглаживая свою роскошную бороду.

— Привет, я Шах, — сказал я.

— Изабелла, — сказала ковбойша и чуть приподняла шляпу.

— Меня зовут Ирей, — сказала лучница и чуть поклонилась, сложив руки на уровне живота.

Я присмотрелся к ней повнимательнее. Впечатление Ирей оставляла неоднозначное. Одета она в кожаную броню рыжевато-зеленого оттенка со множеством ремней. На них висит несколько кинжалов, а за спиной лук с колчаном стрел. Сапоги с наколенниками, наручи, перчатки — все из той же кожи с металлическими вставками. Выглядит броня органично и к месту, плотно облегая и подчеркивая девичью фигурку, особенно подчеркивая в районе выдающейся груди, которая хотя и плотно обтянута кожаной броней, но выдавалась и привлекала внимание. Вторым моментом были ее ушки. Аккуратные, заостренные, задорно торчащие из рыжих волос, что собраны в две небольшие косички.

Только ее лицо вносило диссонанс в образ охотницы с хорошей фигурой. Нет, лицо ее по-своему красиво — выраженные скулы и четкие черты. Будь мы в реальном мире и будь она блондинкой, я бы предположил, что Ирей откуда-то с севера: из Швеции или из Финляндии. Но вот при взгляде на нее сразу становилось понятно, что девушка немного не от мира сего. Красивые синие глаза смотрят одновременно и на нас, и как-то сквозь. Лицо загадочное, одухотворенное и почему-то плохо подходящее к облегающему костюму охотницы.

— Итак, мы собрали группу! И я буду в ней главной! — звонкий голос Снежинки отвлек меня от очарования необычного образа.

— Это почему ты? — тут же возразила Изабелла.

— Потому что я самая умная! — заявила фея.

— Да неужели? — язвительно осведомилась ковбойша.

— Девушки, не ссорьтесь, — сделал я то, чего делать вообще-то нельзя, вмешался в женскую ссору. — Главным буду я.

[1] Паладин — воин-жрец. В РПГ-играх, как правило, представляет из себя воплощение идеального рыцаря, который вдобавок может пользоваться божественной магией, может благословлять союзников, лечить наложением рук, обладает иммунитетом к черной магии. Паладин — эдакий мифический воин света, эффективно сражающийся против отродьев тьмы.

[2] Тролль — в интернете так называют любителей провокаций, злых шуток, людей, поставивших целью вывести из себя собеседника. На различных площадках для общения в интернете подобные «люди», как правило, превращают любой конструктивный диалог в неуправляемый срач со взаимными оскорблениями. Обычные люди относятся к известным троллям с изрядной долей подозрения и держатся от них подальше.

[3] Бан, англ. ban — один из способов наказания пользователей в интернете, как правило, это запрет что-то писать на интернет-сайтах на какое-то время. При помощи банов борются с троллями, хамами и прочими нежелательными личностями.

Глава 14 — Лабиринт и Гранаты

— Почему ты?! — тут же переключилась на меня Снежинка.

— Потому что я больше всех подхожу на эту роль, — сказал я, улыбнувшись.

При этом я покосился на Добрыню, но он лишь чуть усмехнулся и незаметно подмигнул мне.

— А я, значит, на эту роль не подхожу?! — почти прошипела фея, прищурившись.

— А ты, как мне кажется, не сильно этого хочешь, — сказал я, улыбнувшись еще шире.

— Ты лучше меня знаешь, чего я хочу?! — воскликнула Снежинка.

Вот только запал ее как-то сразу угас. Я понял, что попал в цель, и продолжил молча стоять и улыбаться.

— Поступайте как хотите! Потом сами ко мне прибежите! — высокомерно фыркнула фея и демонстративно отвернулась.

Я же перестал улыбаться. Еще не хватало показать, что я торжествую, и этим обидеть Снежинку. Чутье мне подсказывало: она на самом деле девочка умная и честолюбивая. И фиг бы она просто так уступила, если бы на самом деле хотела стать лидером.

— Хорошо! — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Если с вопросом «Кто главный?» мы закончили, то давайте представимся друг другу еще раз. При этом нужно пару слов сказать про свои сильные и слабые стороны, и на какой роли в отряде вы себя видите.

Я замолчал и оглядел своих спутников. Возражений вроде ни у кого не было.

— Начнем с меня, — продолжил я свой спич. — Меня зовут Шах, в реале мне тридцать один год. На групповых испытаниях я не был, но примерно представляю, как действуют группы игроков в РПГ-играх. У меня есть небольшой опыт работы рейд-лидером[1] и руководства игровым кланом. Здесь имею класс ассасина — это ловкий и быстрый боец на ближней и средней дистанции. Хорошо метаю ножи, умею прятаться и двигаться бесшумно. Из слабых сторон — у меня почти нет брони и нет никакой магии. В группе могу взять на себя роль разведчика или того, кто в бою наносит внезапные удары по уязвимым местам.

Отстрелявшись, я кивнул Добрыне и отошел в сторонку, приготовившись слушать. За мной по очереди выступили все, в том числе и Снежинка. Добрыня, как ожидалось, оказался почти чистым танком. Устойчивым, сильным воином, который хорошо держит удар. Из неожиданного — у него есть способность Богатырский Замах, когда удар его булавы многократно усиливается? и горе тому, кто под него попадет.

Изабелла задонатила себе на большой черный револьвер и пояс со специальными пазами для уже готовых обойм. Новый револьвер выглядит в разы мощнее и брутальнее предшественника, имеет массивный кожух вокруг ствола. Как Белла сказала, в нем есть встроенный глушитель и бабахает он в разы тише, но все равно бабахает.

Снежинка просто повторила то, что я и так знал. При этом у меня осталось впечатление, что она многое недоговаривает.

Ирей высказалась последней, и речь ее была несколько сбивчива, словно она не совсем понимала, чего от нее хотят.

— Я охотница, умею читать следы, слушать и видеть духов, могу найти больного зверя, незаметно пройти по лесу. Умею стрелять из лука, — сказала она.

— Хорошо, — ободряюще сказал я. — А ты была на испытаниях, видела разных монстров?

— Да, я видела злых духов в форме зверей.

— Ты их уже убивала? — спросил я.

— Это испытание, дарованное нам матерью-природой. Я с честью прошла его, освободила духов от злой судьбы, — продолжила Ирей в своем стиле.

— Когда мы будем сражаться с монстрами, созданными Системой, ты нам поможешь? — продолжил я опрос.

— Вы берете меня в свою стаю, каждый член стаи должен сражаться с общим врагом.

Кстати, говорила Ирей тоже на чуждом, незнакомом языке, с раскатистыми гласными, совершенно непохожем на щебет Снежинки. И, несмотря на переводчик, мы ее понимали с некоторым трудом, как и она нас. Надеюсь, в бою она не отчебучит что-нибудь эдакое… обычное для ее народа и неожиданное для нас.

— Хорошо, — в который раз сказал я. — Теперь давайте определимся со схемой движения: сначала идет Ирей, но так, чтобы я ее видел. Потом иду я, меня уже должен видеть Добрыня. Вместе с ним идет Изабелла со смещением вправо, и Снежинка, но со смещением влево.

Мы провели еще минут пять в обсуждениях, кто, что и когда должен делать, причем говорили в основном я и Снежинка. Обговорили схему движения и несколько условных знаков, после чего я заставил каждого повторить услышанное и показать условные знаки. Как ни странно, все правильно повторили с первого раза, даже Ирей.

Где-то тут всплыла информация от Системы, что времени осталось нам всего ничего. Через две минуты, если мы не уйдем на испытание, нас вернет обратно в наши комнаты.

— Вперед! — скомандовал я, указывая на ближайший белый обелиск.

Через десяток секунд я уже касался прохладного камня с мысленным посылом, что мы готовы к групповому испытанию. Еще секунда и меня подхватила волна тьмы и опять куда-то понесла…

Яркое синее небо над головой, белые тучки неспешно плывут куда-то, легкий ветерок играет среди шелестящей листвы. Если закрыть глаза, то можно представить, что я сейчас стою где-то в обычном лесу. Например, приехал с друзьями на природу. Выгрузились где-то на живописной полянке и сейчас с шутками и прибаутками будем готовить сочные и вкусные шашлыки. Надо только мангал развернуть и подготовленное мясо нанизать на шампуры.

— Прикольно! Это как ледяной лабиринт, только вместо льда кусты и деревья! — задорный голос Снежинки безжалостно разбил иллюзию спокойствия.

Я только вздохнул и оглянулся еще раз: нужно понять где мы, и внимательно изучить будущее поле боя.

Выбросило нас полным составом посреди опушки странного леса. Можно было бы назвать его обычным лесом, но какая-то причудливая сила сплавила кусты и деревья в одну зеленую стену, высотой метров десять. Итого получилась аккуратная круглая поляна, в центре которой мы появились, и сплошная зеленая стена вокруг нее. В стене есть один большой разлом, эдакий коридор с такими же зелеными отвесными стенами. Коридор уходит куда-то вдаль, изгибаясь дугой вправо.

Все это очень напоминает садовый лабиринт из кустарников, только увеличенный раз в десять. Видел я такой как-то в ботаническом саду. Смотреть было интересно, а вот ощущать себя подопытным зверьком как-то не очень.

Вдогонку пришло знание от Системы — испытание называется Зеленый Лабиринт. Наша задача — дойти до центра быстрее другой команды и при этом уложиться в пять часов. Разрешено убивать всех встречных, включая команду конкурентов.

— Вот и ПВП[2] подъехало, — тихо сказал я.

Этого и следовало ожидать. Слишком сложная и многогранная структура построена Системой, чтобы обойтись без сражений между игроками. Так мы до всяких Кланов и Гильдий[3] дойдем.

— Народ! Надо уточнить один вопрос, — громко сказал я. — Что мы будем делать, если встретим конкурентов? Напоминаю, хотя у нас шансы умереть тут минимальны, но они есть. Если мы будем убивать конкурентов в бою, есть шанс, что реальные люди умрут в реальном мире. У нас тут игра, а не война… Стоит ли нам этим заниматься? Давайте по очереди выскажемся, кто что думает.

Я оглядел своих спутников. Видно, что мои слова восприняли по-разному. Изабелла серьезно задумалась, а Снежинку прямо распирало от желания высказаться.

— Ирей, давай начнем с тебя, — кивнул я индифферентно стоящей эльфийке.

— Пусть будет так, как решит вожак, — ответила она, окатив меня взглядом своих потусторонних глаз.

Я на секунду замер, переваривая неожиданный ответ.

— Снежинка? — обратился я к фее, которая чуть ли не подпрыгивала от возбуждения.

— Да убить их всех надо! Никакой пощады конкурентам! Заморозить, расстрелять, порвать, размозжить! — завелась кровожадная девочка.

— Понятно-понятно. Все, достаточно. Хватит, — я еле успокоил Снежинку и кивнул Добрыне.

— Сначала погутарить надо бы. Ну а коли полезут, то, кто к нам с мечом, тот булавой по жопе и огребет, — пробасил богатырь.

Я кивнул Изабелле.

— Я бы предпочла мирно разойтись. А если захотят войны, то они ее получат, — ровно сказала ковбойша.

— Хорошо, я тоже за вариант сначала поговорить. Идем вперед осторожно. Если напарываемся на конкурентов, сначала готовимся к бою, потом пытаемся договориться. Если получается, расходимся, не получается — бьемся насмерть. Я снова оглядел своих спутников: фея надулась, Изабелла и Добрыня вроде довольны, по лицу Ирей ничего непонятно.

— Не дуйся, — сказал я Снежинке. — Я знаю, что нас скорее всего попробуют убить.

— Что?! Я не дуюсь! Ты просто дурак и ничего не понимаешь! — фея завелась с пол-оборота.

— Все мы ничего не понимаем, что происходит и что будет дальше. Информация и хорошие отношения для нас сейчас важнее, чем победа на испытании, — попробовал я достучаться до разума Снежинки.

— Ты слишком наивен! У вас, среди низших существ, все врут и убивают! Если будешь просить мира, только покажешь себя слабаком! — ответила фея тирадой.

— Посмотрим. Я еще верю в нашу команду, особенно в тебя. Ты же, если они захотят напасть, их всех накажешь? — зашел я с козырей.

— Конечно! Я их всех заморожу! Потом убью! Нет сначала убью, а потом заморожу! — переключилась Снежинка.

Я только покачал головой. Откуда в таком милом создании столько кровожадности и готовности убивать? Причем убивать, не задумываясь, кто прав, кто виноват, без попыток договориться. Что-то я про нее не знаю…

— Идем как договорились, сначала Ирей, потом я, потом все остальные. Если что-то или кого-то находим, останавливаемся и проводим разведку. На рожон не лезем, но и не тормозим. Наше время ограничено, — обратился я ко всем.

Я уже был готов дать отмашку, когда вспомнил об одной важной вещи.

— Черт, чуть не забыл, — выругался я.

Я в очередной раз чуть не опростоволосился. Перед тем как ломиться в лабиринт, нужно посмотреть подсказку — и я полез в подсумок. Там оказалось два металлических увесистых круглых стержня размером с большой палец. У каждого на торце шестигранная шляпка, что делало стержни сильно похожими на большие железные болты. А еще на шляпке есть кнопка, которую можно вдавить. Я на секунду завис, пытаясь вспомнить, где я их видел, а потом меня догнала подсказка от Системы.

— Что это такое?! — воскликнула Снежинка у меня над ухом.

— Светошумовые гранаты, — ответил я.

К таким гранатам я приценивался после первого испытания, но тогда меня отпугнула их цена. А сейчас я их получил в качестве полезного снаряжения от комплекта «продвинутого снаряжения Ассасина».

— А почему ты на них смотришь, будто кто-то тебе их подложил?! — продолжила допрос фея.

Еще пару минут я потратил на объяснение, что гранаты мне подложила Система и они, скорее всего, нам пригодятся на испытании.

— Снежинка, у тебя есть заклинания с яркими вспышками или громким шумом? — спросил я после ликбеза.

— Нет, конечно! У меня только обычный шум и обычные вспышки для феи целительного льда! Я же не мастер фейерверков! — открестилась фея.

— А почему ты спрашиваешь? — уточнила Изабелла.

— Монстры, которые нам попадутся, имеют слабость к свету или к громким звуков. А скорее всего, они уязвимы и к тому, и к другому. Этот комплект настраивается под условия испытания и раз там есть такие гранаты, то они, вероятно, пригодятся. С людьми мы можем встретиться, а может, и нет, а вот с монстрами пересечемся наверняка, — ответил я развернуто.

— Мы не знаем, как построен лабиринт, может, там одна дорога к центру и мы обязательно столкнемся с конкурентами, — сказала ковбойша.

— Может, — вынужденно согласился я. — Значит, как обычно, влезем в бой, а там будет видно.

Народ уже намылился идти вперед, когда я снова всех тормознул.

— Подождите, я сейчас расскажу, что нужно делать, когда кидают такую гранату, и мы немного потренируемся. Только после этого пойдем вперед, — сказал я. — Если мы так не сделаем, то после подрыва гранаты слепыми и оглушенными будут не только враги, но и половина нашей команды.

— Парень, а не служил ли где ты часом? — пробасил Добрыня.

— Нет, не служил, зато я водил рейды. Пока людям два раза не объяснишь и не проверишь, что все усвоили, считай, что не говорил ничего, — ответил я. — И все равно, даже с объяснениями, кто-нибудь да налажает.

После нескольких тренировок мы наконец выдвинулись. Надо сказать, на первой тренировке, когда я после объяснений крикнул «Бойся» и кинул гранату, глаза и уши закрыли только Добрыня и Изабелла. Ирей и Снежинка глупо смотрели на меня своими замечательными синими глазами, словно я тут зря распинался перед ними несколько минут.

Задавив желание подорвать гранату на самом деле, я еще несколько раз повторил инструкцию, пока даже эльфийка не сделала все правильно. А Снежинка, как мне кажется, все прекрасно поняла с первого раза, просто не удержалась, чтобы не поиздеваться надо мной.

Впереди пошла Ирей. Она спрятала свои рыжие косички под капюшон, как-то прижалась к зеленой стене и буквально растворилась в воздухе. Остался только размытый контур, который довольно быстро уходил вперед. Похоже, нашей команде выпал джек-пот. С такой разведчицей воевать нам будет гораздо легче. Еще бы связь нормальную организовать…

Только сейчас не место и не время для растекания мыслью по древу. Я выдохнул, накинул капюшон и перешел в тень от правой стены. Настроился, привычно окунулся в ледяное спокойствие и двинулся вслед за эльфийкой.

Зеленая трава чуть ниже колена высотой легко ложится под ноги, земля ровная, куда идти, понятно, справа и слева зеленые стены. Что может пойти не так? На этой мысли я чуть не споткнулся — нельзя так даже думать! После таких слов в фильмах обычно и начинается самый лютый кошмар. Если мы не видим, что может пойти не так, значит, мы что-то не учли.

Только минута шла за минутой и ничего не менялось. Та же зеленая трава, те же зеленые стены и тот же размытый контур Ирей метрах в двадцати впереди.

Небольшое разнообразие появилось, когда начались поляны с развилками. Точные копии стартовой поляны, только с тремя входами-выходами. Эльфийка, как мы и договаривались, чередовала правые и левые повороты. Так мы миновали восемь развилок, пока Ирей не остановилась. Остановился и я, вскинув левую руку в знаке «Внимание». Ирей постояла где-то с минуту и вернулась ко мне.

— Там плохая поляна, — сказала она, сбросив маскировку.

Я же завис, рассматривая ее. Глаза эльфийки натурально светились синим цветом. Лицо неестественно бледное, скулы заострились. И сама она казалось какой-то неземной, словно призрак рыжеволосой девушки предстал передо мной.

— А конкретней? Там другие люди, монстры, ловушки? — выбрался я из ступора и перешел к вопросам.

— Злые духи, ловушки могут быть, само место плохое, — невнятно ответила Ирей.

— Обойти по краю получится? — еще спросил я.

— Нет, плохое ощущение сразу от входа идет, — ответила разведчица.

— Отходим, надо посовещаться всем вместе, — сказал я.

[1] Рейд-лидер — командир команды игроков, идущих в рейд (набег). Рейдом же называется групповое выполнение определенной задачи, например: прохождение подземелья с монстрами или убийство большого босса. Как правило, для успешного рейда требуются согласованные действия всех участников при грамотном руководстве.

[2] ПВП — PvP (игрок против игрока), режим в онлайн-играх, когда игроки могут сражаться друг с другом. Часто еще упоминают аббревиатуру ПВЕ — PvE (игрок против окружения), когда игроки сражаются против разного рода монстров.

[3] Кланы, Гильдии, Альянсы — разного рода объединения игроков в онлайн-играх. В зависимости от игры эти объединения могут как служить чисто утилитарным целям, так и объединять тысячи игроков, которые, разделившись на Кланы ведут между собой масштабные войны за ресурсы и земли.

Глава 15 — Капкан и Конкуренты

Посоветовавшись, я принял решение попробовать другое ответвление, хоть Снежинка и рвалась в бой. А через несколько минут история с остановившейся Ирей повторилась — новая плохая поляна, про которую она толком ничего сказать не может.

— Действуем по плану. Сначала под маскировкой заходит Ирей, пробует разобраться в чем дело, если не получается, отходит. Потом иду я. Добрыня остается недалеко от входа, прикрывает девушек. Девушки готовят дальнобойное оружие и прикрывают уже меня.

На первый и второй взгляд поляна ничем не отличалась от десятка уже увиденных. Все они были созданы под копирку: одинаковые зеленые стены и одинаковая ровная земля, покрытая травой. Но, если постоять на краю, чувствовалось что-то иное, ощущается какая-то неясная угроза на краю сознания.

Ирей в режиме размытого пятна бесшумно скользнула на эту зловещую опушку. Прошла минута, другая. Эльфийка обошла всю поляну по кругу и вернулась как ни в чем не бывало.

— Ничего не видно, злых духов нет, но есть их запах. И корни у стены в нескольких местах странные, слишком толстые, — отчиталась она, отойдя чуть подальше от подозрительного места.

— Ловушка какая-то, — озвучил я очевидное. — Может, с корнями связанная.

— В капкан полезем али путь обходной искать будем? — спросил Добрыня, посверкивая глазами из-под кустистых бровей.

— Путь обходной не вариант, — ответил я. — Время тикает, и сдается мне, что будут там такие же поляны. Надо разбираться тут, что это за ловушка и как ее проходить.

А сам я задумался: в капкан лезть нужно или мне, или Добрыне. У меня высокая скорость и рефлексы — у богатыря устойчивость и броня. Вот только без меня группа останется боеспособной, а без танка как-то не очень.

— Я пойду в разведку. Снежинка будет командиром, если я не вытяну, — сказал я после короткого раздумья.

Так-то я по жизни отнюдь не герой. Лезть в ловушку откровенно страшно, но посылать девушек на убой — это не про меня. Можно, конечно, отправить вперед Добрыню, но что-то мне говорит, что шансов у него выбраться меньше. Были еще соображения: мне нужно авторитет нарабатывать, в том числе и рискуя своей головой, и надежда, что светошумовые гранаты спасут мою задницу, когда что-то пойдет не так.

— Добре, командир, вытащим тебя, коли случится что, — усмехаясь, напутствовал меня богатырь.

И вот я на краю злосчастной поляны. Я перепроверил снаряжение, попросил Снежинку на всякий случай наколдовать на меня Легкий Шаг и начал размерено дышать, погружаясь в холодное спокойствие. В пяти метрах за моей спиной стоят Добрыня и девушки, приготовившие свое оружие, Ирей в скрыте маячит где-то сбоку. Неведомые злые духи на наши приготовления никак не отреагировали.

Шаг, еще шаг, зеленая трава плывет под ногами, словно волны небольшого озера. Сознание уходит куда-то в сторону, остается лишь готовность мгновенно действовать. Шаг, еще шаг. Я останавливаюсь и внимательно оглядываюсь — никаких изменений. Зеленые стены стоят, листья шелестят, трава волнуется на небольшом ветру. Словно я пришел на обычную полянку обычного леса, где нет ничего примечательного. Только напряжение незримо висит в воздухе, покалывает кожу.

Шаг, под подошвой правого сапога ощущается какой-то бугор. Под моим весом он вдавливается в землю — в моей голове тут же проносится: «Мина!» Я замер, запоздало кольнул страх и догнало воспоминание: многие мины нажимного действия взрываются, когда взрыватель освобождается. Можно наступить на мину — и ничего не произойдет, но стоит поднять ногу — будет взрыв.

Через секунду я понял, что это не мина, а активация ловушки. По всей поляне трава словно вскипела. Из нее полезло множество извивающихся зеленых канатов. Словно ожившие гигантские макароны они вздыбились и начали хаотично хлестать по всей площади. Даже из стен вылезли какие-то зеленые клубки с метр диаметром, выпустили каждый по десятку длиннющих лоз и присоседились к общему хаосу. Еще пара секунд — и этот бурлящий зеленый хаос погребет меня под собой.

— Бойся! — ору я изо всех сил.

Большой палец левой руки уже вдавил детонатор. Секунда — меня каким-то чудом не задел ни один зеленый канат. Вторая — стальной стержень гранаты летит вверх, а я ныряю на землю, прямо в бушующую траву, открыв рот, закрыв глаза и прижав руки к ушам.

Взрыв бьет по голове и отдается болью в барабанных перепонках. Вспышка пробивает плотно зажмуренные веки и исчезает, оставив оранжевые круги. Я с трудом подгребаю ноги под себя и распрямляюсь, в глазах какая-то оранжево-зеленая муть. Я моргаю, зрение постепенно очищается, и сознание начинает воспринимать происходящее.

Вот Добрыня с открытым ртом гвоздит светящейся булавой зеленый ком. От кома во все стороны летят зеленые ошметки, за несколько ударов он превращается в кашу. Вот Снежинка с сосредоточенным лицом выдает светящиеся вспышки одну за другой. Вот Ирей пускает святящуюся зеленым светом стрелу, которая мелькает и исчезает за моей спиной, оставив зеленый след на радужке. Вот Изабелла стоит с растерянным видом, в ее руке револьвер, вокруг вьется сизый дымок, но она почему-то не спешит перезаряжаться и стрелять.

Я аккуратно потряс головой, происходящее медленно сложилось в общую картину. Взрыв светошумовой гранаты отлично подействовал на взбесившиеся клубки лоз. Они сейчас валяются пришибленные и вяло пытаются шевелить зелеными щупальцами, а моя команда их резво разносит. Плохо одно: граната разорвалась слишком близко. Меня сейчас шатает и штормит, голова кружится, и я еле стою на ногах.

Соратники справилась без меня. Буквально через пару минут все зеленые комки были размозжены, заморожены или получили ядовито-зеленую стрелу. Я только головой покачал, видя невиданный энтузиазм моих спутников. Одна ковбойша оказалась вне этого праздника жизни. Ее пули растительные комки полностью игнорировали. Выждав с полминуты, я расстегнул плащ и расстелил его на смятой траве.

— Все поработали отлично. Изабелла, не расстраивайся, будет и на твоей улице праздник, — подвел я итог. — А теперь давайте сделаем самое главное — соберем кристаллы! Всю добычу тащите сюда и выкладывайте на плащ.

Через несколько минут девушки шустро собрали кристаллы. Добрыня переусердствовал и поймал откат. Теперь он сидел рядом и глубоко дышал, утирая пот с покрасневшего лица.

— Стар я стал, лет десять назад тому топором мог день махать и не запыхаться, — поделился он своими мыслями.

— Ничего, старче, ты любому молодому фору дашь, а потом еще по башке добавишь, — ответил я.

Богатырь только неопределенно фыркнул, а я занялся подсчетом. Каждый зеленый клубок принес по четыре оранжевых кристалла. Всего двенадцать монстров — сорок восемь кристаллов. Еще пару дней назад это была бы огромная добыча.

— Что ж, девы, — сказал я и усмехнулся, словечки Добрыни проникли и в мою речь. — Вам по десять кристаллов, нам с Добрыней по девять.

— Я отказываюсь от доли в этом бою, — внезапно выступила Изабелла. — От меня не было никакой пользы.

Все как-то замолчали и пристально посмотрели сначала на нее, потом на меня.

— Добыча делится на всех поровну, вне зависимости от пользы в бою. Не беспокойся, без работы ты не останешься. Кроме того, патроны тебе приходится за кристаллы покупать, так что считай это вложением в будущее — купишь более мощные патроны, — постарался я разрулить щекотливый момент.

— Командир дело говорит, не сумлевайся. Не последний бой у нас, еще покажешь себя, — поддержал меня Добрыня.

Снежинка, как ни странно, промолчала. Ирей молчала тоже, только сверкала своими синими глазищами, мечтательно смотря куда-то вдаль. Белла поколебалась еще немного и сгребла свою долю. А я тихо выдохнул про себя. Все эти вопросы дележа добычи весьма щекотливы. Не одна группа и не один Клан развалились из-за банальной жадности и зависти. Кто-то посчитал себя обиженным, кто-то подумал, что другому дали слишком много, высказался резко — и пошло-поехало.

— Пока делим поровну, с правом на первую добычу у девушек. Потом походим группой, будем думать и смотреть как лучше, — подвел черту я. — Добрыня, Снежинка, что у вас с восстановлением?

— Минут пятнадцать нужно отдышаться, — ответил богатырь.

— У меня все хорошо! — сказала фея.

Я скептически посмотрел на нее: в горах у нее был предел в чуть больше дюжины замораживающих вспышек за один бой. Потом ей нужна медитация для восстановления. В ответ на мой взгляд Снежинка демонстративно закатила глаза и продемонстрировала флакон с чем-то синим.

— Вы, иномирцы, совсем глупые, даже не знаете про зелья восстановления! — ехидно прокомментировала она.

В ответ я молча полез в подсумок и продемонстрировал свое синее зелье восстановления.

— Кстати, обращайтесь, у меня еще есть зелья лечения и противоядие, — сказал я.

На самом деле про зелья в аптечке я почти забыл. Как-то обходился без них. И, наверное, зря: сейчас, в командной игре, ставки растут, важны любые мелочи, которые могут усилить команду.

— Хо-хо-хо, а что это за шмурдяк синий? — поинтересовался Добрыня.

Я же молча кинул ему свой флакон восстанавливающего. Богатырь внимательно осмотрел флакон, открутил пробку, понюхал со скептическим видом и, наконец, отпил. Задумался на полминуты и выхлебал половину флакона разом.

— Хороша зараза, настойку тещи на чернике напоминает, — прокомментировал он, протягивая флакон обратно.

— Не надо, пусть у тебя будет. У меня нет приемов, которые жрут выносливость, — отказался я.

Кстати, может, и зря, ведь если зельями получается быстро восстановиться, нужно заиметь парочку полезных активных навыков.

Лицо Добрыни прямо на глазах приняло нормальный цвет. Он поднялся, повел плечами и сказал, что готов идти дальше. После минутных сборов мы оставили разгромленную поляну.

Новый зеленый коридор споро ложится под ноги. Впереди привычно маячит размытый силуэт разведчицы. Кошмар с зелеными щупальцами уже кажется каким-то бредом, страшным сном, который забывается через пару минут. Все шло как обычно, пока спереди отчетливо не потянуло гарью и я не увидел спешащую назад Ирей.

— Впереди другая группа избранных. Они сожгли злых духов и сейчас собирают добычу, — отчиталась подошедшая разведчица.

— Что будешь делать, командир? — раздался из-за спины звонкий голос Снежинки.

Она незаметно подлетела сзади и теперь с ехидной улыбкой смотрела на меня, а я на секунду задумался. Мы наткнулись на конкурентов, и теперь как-то нужно понять, что это за люди. Можно ли с ними о чем-то договориться или они нас попытаются убить при первой возможности?

— Мне нужны подробности, — обратился я к разведчице. — Под скрытом подберись ко входу, рассмотри, сколько там игроков и какое у них снаряжение. На саму поляну не лезь! Тебя не должны заметить!

— Итак, на поляне четверо игроков — воин, арбалетчик, жрец и маг. Я правильно понял? — уточнил я у вернувшийся разведчицы.

Ирей в ответ только молча кивнула, глядя на меня своими синими глазищами. По сути я только что повторил ее слова, только переиначив на понятный мне манер.

— Раненых нет, выглядят свежими, хоть и немного потрепанными. Так? — продолжил уточнять я.

Эльфийка снова молча кивнула в ответ.

— Азияты это. Глаза узкие, лица плоские. Не будут они с тобой лясы точить. Порешат, как только появишься, — пробасил Добрыня.

— Может, и так, — ответил я.

А сам задумался: устраивать переговоры на самом деле не хотелось. Неизвестно, кто там — могут быть китайцы, японцы, монголы. У всех разное мировоззрение. И своя, и чужая жизнь, там ценится меньше, чем у нас. Могут действительно «порешить» ради победы, даже не задумываясь.

— Ладно, — сказал я. — У меня есть план!

— Мужики! — крикнул я, высовываясь из-за угла.

Азиаты, судя по одежде, скорее всего, китайцы, как один развернулись и взяли на изготовку оружие. Как Ирей сказала, их четверо — один воин с глефой и в доспехах, стрелок с каким-то навернутым арбалетом, лысый монах с посохом и маг в роскошных золотых одеждах.

— Я с миром! — прокричал я и направился к ним.

По пути я старательно хромал, подволакивал правую ногу и чуть смещался влево, уходя с линии огня. На правой ноге у меня красовалась пропитанная красным повязка. На вид перевязанная рана, а на деле тряпка из подсумка, облитая зельем лечения. Сам я основательно извозился в траве и выглядел, словно после тяжелого боя.

— Стой! — резко скомандовал воин в чешуйчатых доспехах с красным подбоем. Кричал он на своем языке, но я его прекрасно понимал. — Ты кто такой?

— Я из другой команды, — ответил я, останавливаясь и старательно морщась. — Мы на соседней поляне попали в ловушку зеленых монстров. Один я был на краю, успел вырваться и убежать.

— Больше никого не осталось? — недоверчиво переспросил воин.

Остальные китайцы выразительно переглянулись.

— Что я, предатель какой своих бросать? — искренне возмутился я. — Я ждал рядом, пока не затихло, кричал, но никто не отозвался.

Китайцы снова переглянулись и что-то вполголоса начали обсуждать. До меня доносились отдельные обрывки слов без перевода. Судя по происходящему, главным у них был воин: когда он что-то говорил, все остальные почтительно молчали и слушали.

— Мужики! Может, возьмете меня в свою команду? Место у вас есть, — крикнул я, делая пару шагов вперед.

В ответ воин только окинул меня презрительным взглядом. Мимику китайцев я понимаю плохо, но почему-то мне показалось, что его оценка изменилась. Из категории непонятной опасности я перешел в категорию бесполезного мусора, от которого нужно избавиться.

— Нам не нужны лаовай, — сказал главный и кивнул арбалетчику, а я понял: сейчас меня будут убивать.

Бум — холодное спокойствие разошлось от сердца и окатило меня, словно ледяная волна. В левой руке я вжал кнопку детонатора, одновременно приседая.

Бум — я вижу, как стрелок вскидывает арбалет и выцеливает мою грудь. На долю секунды он замирает — сейчас нажмет спуск. Я же резко начинаю нырять вниз и влево.

Бум — стрела срывается с ложа, наконечник горит тусклым багровым светом. Еще через какие-то мгновения стрела пролетает над моей спиной, оставив красный отсвет на радужке. Я же продолжаю лететь в затяжном прыжке.

Перед глазами мелькает трава. Я упираюсь правой рукой в землю, а левой кидаю гранату по дуге в сторону китайцев. Ноги пробуксовывают по траве в тщетной попытке придать ускорение. Каждое мгновение промедления для меня сейчас подобно смерти.

По инерции я лечу вбок, переворачиваюсь и распластываюсь ничком в невысокой траве. Руки зажимают уши, глаза закрыты, изо рта рвется нечто бессвязное.

— Бтыдщ! — бьет по ушам взрыв гранаты.

Я резко отжимаюсь от земли и снова кувыркаюсь влево. Оранжевые круги в глазах чередуются с синим небом и зеленой травой. Сквозь звон в ушах прорываются какие-то невнятные крики и хлопки. Я пытаюсь встать — меня уводит в сторону и вместо подъема получается новый нырок лицом в траву.

— Тьфу, — сплевываю попавшие в рот стебли и аккуратно поднимаю голову.

От отряда китайцев остался один воин. Сейчас он прячется за каким-то прозрачным оранжевым щитом. К нему несется Добрыня с занесенной над головой булавой. Стальной шар в навершии аж сияет ярким белым светом.

— Птыщ, птыщ, птыщ, птыщ, птыщ, птыщ — серия выстрелов сливается в один раскат.

На четвертом выстреле оранжевый щит мигнул и рассыпался безвредными искрами. Видно, как китайский воин дергается от ударов оставшихся пуль.

— Хтыщ! — синяя вспышка заслоняет обзор — это уже Снежинка внесла в бой свою лепту.

Тут добегает Добрыня, светящийся шар идет вверх и резко падает на ошеломленного воина.

— Бум! — сотрясение от удара аж передалось по земле и ощутимо толкнулось в мои руки.

Вверх летят брызги крови и какие-то ошметки от доспехов. Я моргаю несколько раз. Может, мне чудится после контузии? Не может же быть удар обычной булавы похож на взрыв артиллерийского снаряда?!

Вдох… Выдох… Все тихо. Только богатырь возвышается над останками китайского отряда.

— И долго ты тут будешь лежать в позе лягушки? — осведомляется звонкий сварливый голос.

— Снежинка, — выдыхаю я.

— Что?

— Если ты будешь столько ворчать, тебя будут принимать за старую бабку, — говорю в ответ.

— ЧТО?!

Глава 16 — Мантикора и Яйцо

Первый бой с другими игроками можно считать успешным. Раскатали мы их, как каток лягушку. Особенно отличился Добрыня, оставивший от вражеского лидера буквально ошметки, разбрызганные по кругу в несколько метров. Девочкам я запретил даже приближаться к телам, чтобы они не видели этой картины.

На втором месте оказалась Изабелла. Она первой ловко всадила по паре пуль во врагов без брони. Стрелку и монаху этого хватило, а у мага оказался какой-то волшебный щит от пуль. Его добили вторым заходом Снежинка и Ирей. Остаток боя с успевшим спрятаться за артефактным щитом воином я видел своими глазами.

Никакого оружия или снаряжения от вражеских игроков не осталось. Через две минуты их останки подернулись темной дымкой и исчезли, оставив после себя россыпь оранжевых кристаллов, по пять штук с каждого. Я тихо, облегченно выдохнул: все-таки собирать трофеи с мертвых людей мне как-то претило.

Еще к хорошему можно отнести воспрянувшую духом Изабеллу. Бой с людьми спас ее самооценку, и больше про отказ от добычи она не заикалась. К плохому — демонстративно обидевшуюся Снежинку. Кажется, сравнение со сварливой бабкой ее задело, и теперь она мне старательно мстила.

— Неблагодарный низший! Я беспокоюсь о нем, подлетела узнать, как дела, а он меня так обозвал! — бубнила она себе под нос, вроде тихо, но так, чтобы все слышали.

Я с намеком посмотрел на Добрыню. Но тот лишь усмехнулся и отрицательно покачал головой: мол, успокаивай ее сам. Я лишь вздохнул и решил пока игнорировать мстительную фею.

— Собираемся. Готовимся двигаться. Порядок прежний, идем в тот коридор, — сказал я и показал рукой.

— А почему туда, а не сюда?! — тут же вклинилась Снежинка.

— Потому что Ирей сказала, что китайцы зашли на поляну из того входа. А из второго коридора пришли мы — остается только один вариант, — терпеливо объяснил я.

— Хмпф! — фея фыркнула и показательно отвернулась.

— И давайте не расслабляться. От конкурентов мы избавились. Но лабиринт наверняка еще сюрпризы преподнесет, а гранат у меня больше нет, — постарался я взбодрить команду.

Сокомандники на самом деле расслабились. Решили, что дальше нас ждет легкая прогулка, конкурентов больше нет, с клубками легко справились. И не думают, что мы можем напороться на что-то новое.

К счастью, после моих слов сокомандники собрались и мы даже без эксцессов дошли до следующей поляны, в центре которой оказалась большая копна из листьев, сена и веток размером с двухэтажный дом.

— Опасность чувствую, злой дух рядом, сильный, — отчиталась Ирей.

— И что это может быть? — спросил я тихо, разглядывая желтую кучу.

Из нее местами виднелись даже целые небольшие деревья и что-то очень похожее на громадные белые кости.

— На гнездо это похоже, — прогудел Добрыня. — Коршун, может, какой построил его.

— Коршун, говоришь, — потянул я.

Это какого размера должен быть владелец, чтобы возвести подобное гнездо?

— Давайте-ка обойдем мы тихо по кругу стог этот и не будем связываться с хозяином, — высказал я свои соображения.

Никто мне не возразил, даже Снежинка промолчала. Так мы и пошли, тихо, гуськом, вдоль зеленой стены, надеясь, что пронесет. Но, словно в насмешку, со стороны кучи раздался треск и чей-то громкий недовольный рык.

— Не пронесло, — сказал я, разворачиваясь.

С высоты двухэтажного дома на нас смотрела хмурая морда. Морда напоминала всклоченного, очень недовольного льва, которого напоили ведром водки и не дали опохмелиться. Лев рыкнул и расправил большие перепончатые крылья, над которыми замаячил большой скорпионий хвост.

— Мантикора[1]! — выдохнул я и тут же начал командовать. — Белла, стреляй точно по глазам! Снежинка, попробуй заморозить ему крыло, прежде чем он до нас доберется! Добрыня, отвлеки ее и аккуратнее с хвостом: там сильный яд!

Монстр глянул на нас, еще раз недовольно рыкнул и резко подпрыгнул в воздухе, только хлопнули расправленные крылья.

— Хтыщ! Хтыщ! Хтыщ! — выдала серию вспышек Снежинка.

Я не понял, как она умудрилась, но все три вспышки четко зашли в правое крыло.

— Мрау! — сказала мантикора, кувыркнулась в воздухе и сверзилась на землю.

Через секунду она уже стоит на всех четырех лапах. Глаза на ее морде горят яростью, а правое крыло волочится по земле.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — открыла огонь Изабелла.

Она отошла вправо и в красивой стойке, спокойно, как в тире, расстреливает тварь.

— Поберегись! — проорал Добрыня, набирая разбег, а в его руке горит белым светом верная булава.

— За хвостом смотри! — прокричал уже я.

Я тоже побежал, забирая уже влево, чтобы не перекрывать линию огня девушкам. Правда, толку от меня пока немного… надо бы какой-нибудь арбалет купить.

Мантикора рыкнула и неожиданно резко прыгнула навстречу богатырю. Добрыня выполнил чуть ли не танцевальное па, в последний момент уклонившись от удара лапой. Ответный удар палицей лишь впустую нарисовал в воздухе красивую светящуюся белым цветом дугу.

— Птыщ! Птыщ! Хтыщ! Птыщ! Птыщ! — девушки продолжают скоростную стрельбу.

Видно, как в морду монстра прилетают заклинания, рикошетят пули. Но правый глаз, словно заговоренный, остается целым. Весь эффект — мантикора только рыкнула, протерла морду лапой. Этим попробовал воспользоваться Добрыня, но булава начертила новую светящуюся дугу слишком далеко, чтобы достать монстра. Химера в ответ только отмахнулась.

Я сорвался на бег. Внутри меня застыл странный сплав ледяного спокойствия и горячего азарта. Если мы чуть-чуть дадим слабину, монстр дорвется до девушек. Подойдем слишком близко — порвет уже нас.

Первый нож сверкает на ярком солнце и летит в сторону мантикоры. За ним второй, третий, четвертый. Я работаю в ритме автомата, опустошая перевязь. Природная защита или магия, что защищает монстра, вовсе не бесконечная. Стоит ее перегрузить — и пули с магией начнут ее ранить.

— Хтыщ! — очередная вспышка разбивается об всклоченную морду.

— Арр! — рычит монстр, но в его голосе уже слышится боль.

Он отвлекается от богатыря и поворачивается к девушкам, для нас в этом нет ничего хорошего. Добрыня бросается в новую атаку, но монстр готов к этому. Его скорпионий хвост, маячивший весь бой за спиной химеры, резко выпрямляется и бьет в богатыря!

— Бам! — в последний момент Добрыня умудрился подставить щит.

— Твою мать! — выплескиваю я эмоции, отправляя в полет оба кинжала.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — выдает новую серию Изабелла.

— Рау! — выдает монстр.

Защита химеры наконец закончилась. Я вижу брызги крови от пуль, вижу, как кинжалы прилетают в морду хищника и бессильно падают, неспособные пробить дубленую шкуру. Из оружия у меня остался только меч. Сейчас мне придется броситься в самоубийственную атаку, чтобы выиграть еще несколько драгоценных секунд.

Внезапно ярко-зеленый штрих расчерчивает поле боя! Словно молния, стрела Ирей вылетает из-за моей спины и впивается прямо в левый глаз монстра! Химера ревет, встает на дыбы, хлещет хвостом вокруг себя.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — ковбойша с маниакальной методичностью продолжает обстрел.

И у нее получается! Мантикора рычит, мотает мордой, пытается лапой вытащить застрявшую стрелу, а я вижу кровавое пятно на месте правого глаза.

— Бум! — отдача от удара богатыря толкает меня в грудь.

Добрыня подгадал момент и достал голову монстра своим коронным ударом. Тот на секунду замирает и валится на землю бездыханным трупом. Звук падения тела звучит неожиданно громко в наступившей тишине.

Я выдыхаю. Сердце, до этого стучавшее как сумасшедшее, замедляет своей бег. Тянусь рукой вытереть выступивший пот и замираю, с недоумением глядя на свою правую руку. В ней зажат меч — когда я успел его достать?

Вдох-выдох, ледяное спокойствие спасительным океаном омывает мой разгоряченный разум. Я возвращаю меч в ножны и достаю зелье противоядия из аптечки. В первую очередь нужно проверить богатыря, не достала ли его мантикора своим жалом.

Добрыня остался невредимым. За него пострадал щит, в котором появилась внушительная вмятина с дырой, и пластины брони. Они потемнели в том месте, где упали капли яда. Эти пятна Снежинка на всякий случай залила своим Целительным Льдом, что, по ее словам, разлагает яд. Я же заставил богатыря выхлебать половину бутылки противоядия.

— Откуда ты знаешь про эту мантикору? — подозрительно спросила фея, когда горячка боя улеглась.

— Это тварь из наших мифов. Склеенная из разных частей реальных животных, летающая и обладающая сильным ядом, — ответил я.

— И что, в этих мифах сказано, что крылья и глаза у нее уязвимые места? — продолжила Снежинка допрос.

— В мифах много что сказано, считай, что я по наитию догадался, — ответил я.

Фея в ответ фыркнула и отвернулась. Я же только выдохнул: вроде она успокоилась и перестала мне мстить, наверное.

Сама же мантикора внушала уважение даже в мертвом виде. Мускулистое тело с полтонны весом, внушительные лапы с когтями, большие перепончатые крылья, грозный хвост. Только морда сейчас представляла жалкое зрелище — череп смят ударом булавы, из глазницы торчит обломок стрелы, а правая половина морды белая от инея и в кровавых потеках от ран.

Короткое прикосновение — и некогда грозный монстр исчезает, оставив после себя пяток желтых кристаллов и смятую траву с лужами вытекшей крови.

— Я в него четыре обоймы усиленных патронов всадила, — пожаловалась невесть кому Изабелла.

— Да, хороша зверюга. Встретишь после пьянки — разом протрезвеешь, — отозвался Добрыня.

— Если это желтый монстр, то какими будут зеленые? — спросил я в никуда.

— Пока не получим желтые перстни, зеленых монстров мы вряд ли увидим, — необычно взвешенно ответила Снежинка.

А Ирей промолчала. Пока мы точили лясы, она внимательно осматривала окрестности и, кажется, даже принюхивалась.

— Больше я не чувствую злых духов, — наконец сказала она.

Я между делом раздал каждому по желтому кристаллу и пошел собирать метательные ножи, которые я тут щедро разбросал.

— Снежинка, может ты, там наколдуешь Полет посильнее? Добрыня подкинет тебя вверх и посмотрим, что там в гнезде, — выдал я рациональное предложение.

— Я тебе что — птица-разведчик?! — тут же завелась фея. — Сам лезь в эту кучу мусора и объедков!

Гмм… Что-то я зря Снежинку попытался напрячь: теперь она опять будет бухтеть полчаса подряд. А Ирей послушала нас, молча подошла к гнезду и как-то быстро и ловко вскарабкалась вверх.

— Тут яйцо, — показалась она через пару минут, держа в руках большущее красное яйцо.

— А ну, спусти его сюда! Немедленно! Смотри не разбей! — начала командовать фея.

Я подумал, а не напомнить ли ей, что она только что не хотела туда лезть. Но решил не нарываться.

— Добрыня, иди сюда! Встань здесь, будешь держать меня! — развила бурную деятельность Снежинка.

Ножи и кинжалы я все нашел и теперь меланхолично наблюдал за операцией по спуску яйца. Оно было размером и весом со средний арбуз. Кроме рук, у присутствующих ничего не было, и с высоты его спустить не так просто. Но Снежинка справилась.

— И зачем оно тебе? — попытался я воззвать к голосу разума.

— Выращу из него мантикору, назову ее Ошей, буду на ней летать и разить магией жалких низших! — бодро ответила фея.

— Эээ… — я даже не нашелся что ответить.

— Оставь чадо, нехай тешится, — посоветовал усмехающийся Добрыня.

Я провел ладонью по лицу, огладил бороду и задумчиво посмотрел на небо.

— Я-то оставлю, только кто это яйцо тащить будет? — тихо спросил я.

— Я дотащу, благо недалече осталось, — так же тихо ответил богатырь.

Интересно, а какое шоу устроит Снежинка, если не дай бог яйцо разобьется? И что она скажет, если Система прокатит ее с питомцем[2]? Что-то мне подсказывало, что я этого не хочу видеть… Здравый смысл, наверное.

— Заканчиваем! Собираемся и идем. Время тикает, а сколько нам до конца Лабиринта, неизвестно, — выдал я целеуказания громким голосом.

И мы закончили, собрались и пошли, благо всех сборов было только передать яйцо Добрыне. Пошли уже привычным порядком в один из двух оставшихся выходов. На поляну с гнездом мантикоры тоже выходило три коридора. Так мы и шли, пока Ирей не вернулась и сказала, что впереди чисто и нам нужно самим это видеть.

— Похоже, конец, — сказал я, рассматривая очередную поляну.

Поляной я назвал увиденное скорее по привычке. На деле это напоминало кусок большого озера, который ограничили зелеными стенами. Водная гладь уходила вдаль на несколько сотен метров и терялась в белесом тумане. Еще в глаза бросался одинокий причал с пришвартованной узкой и длинной лодкой.

— Нам нужно сесть в лодку и плыть в туман! — безапелляционно сказала Снежинка.

Я только смерил ее взглядом — других вариантов здесь не было в любом случае. Стены лабиринта хоть и раздались в стороны, но все так же уходили вперед прямо по воде, оставляя только один путь.

— Еще можно вернуться и попробовать пофармить[3] зеленые клубки. Там еще должны остаться пара не разминированных полян, — ради проформы предложил я.

— Нет! Я хочу быстрей получить Оша! — топнула ножкой фея.

Я обвел взглядом команду. Ирей было все равно — она витала где-то в облаках, мечтательно смотря на воду. Изабелла в бой не рвалась: ее пули против зеленых макаронных монстров практически бесполезны. Да и у меня желание отсутствовало: с мечом против зеленых лоз много не навоюешь.

— Ок, решено. Все в лодку, — скомандовал я.

Еще минут через двадцать мы вплыли в туман. Я с Добрыней на веслах, Ирей бдела впереди, в центре сидела Снежинка в обнимку с яйцом, а на корме ковбойша с револьвером наизготовку. На всякий случай я сказал девочкам не расслабляться, пока не наступит конец испытания. Система не делает ничего лишнего. Если здесь есть лодка и туман, значит, в нем что-то произойдет.

Туман мягко принял нас в свои объятья. Молочно-белая пелена быстро скрыла небо и далекий берег. Наступила вязкая тишина, прерываемая лишь тихим плеском весел.

Внезапно белоснежные стены вокруг нас заиграли радугой. Цветная феерия бушевала всего несколько секунд, потом начали появляться картины и сцены из битв. Разнообразные герои побеждали еще более разнообразных монстров. Герои объединялись в группы, побеждали новых монстров. Может, мне показалось, но я даже увидел знакомую сцену с мантикорой. Словно кто-то сверху сфотографировал момент, когда мы ее обступили и Добрыня замахивался ударить булавой по голове чудовища. Сцены менялись одна за другой, герои становились все сильнее и сильнее, объединялись в большие отряды, воевали с новыми, еще более страшными монстрами и с другими отрядами героев. Выжившие после войн становились еще могущественней, их лица наполнялись мудростью, пока лучшие из героев не превращались в звезды и не улетали куда-то наверх, к другим звездам…

На этом видения закончились. Я осознал себя стоящим на опушке с костром и белыми обелисками, откуда мы начинали свое испытание. Рядом стоят мои соратники, и вид у них какой-то ошеломленно-пришибленный.

[1] Мантикора — мифический зверь размером с лошадь, с туловищем льва, перепончатыми крыльями и хвостом скорпиона. Таких чудовищ, как будто собранных из разных зверей, еще называют химерами.

[2] Питомец — во многих РПГ и онлайн-играх есть питомцы, они же «петы», аналог домашних животных из реального мира. Питомцы могут помогать игроку в бою или нести чисто декоративные функции. В некоторых играх можно вырастить, например, дракона, и потом на нем летать и сражаться.

[3] Фармить — (от англ. "farm" — ферма, хозяйство), однообразные действия по сбору игровых ресурсов. Это может быть, как добыча железной руды в шахте, так и монотонное убийство слабых монстров ради денег или ингредиентов.

Глава 17 — Имя и Слава

Первой опомнилась Снежинка.

— А где?! Где мой Ош?! — внезапно завопила она и закрутилась на месте, пытаясь найти пропавшее яйцо.

Как будто в ответ на ее вопль у меня появилась информация от Системы. Для подведения итогов испытания нужно коснуться белого обелиска, благо он стоит от нас буквально в двух шагах.

— Система поздравляет группу Шаха с прохождением первого группового испытания, — раздался нежный женский голос.

Девочки как-то на меня странно посмотрели, а Добрыня усмехнулся и незаметно показал большой палец.

— В качестве награды вам предоставлена возможность зарегистрировать постоянную группу в текущем составе, — продолжила помощница.

А я поймал новый пакет информации. Постоянная группа — это первый уровень самоорганизации игроков, поддерживаемый Системой. Есть общий счет кристаллов, можно настраивать автоматический дележ добычи, отправляться в совместные рейды и даже обмениваться сообщениями с другими членами группы. Штука, на первый взгляд, выглядит очень полезной.

— Кто за формирование постоянной группы, поднимите руки, — сказал я и подал пример.

За мной подняли руки все остальные, даже Снежинка, правда, она не преминула скорчить лицо, будто делает мне огромное одолжение.

— Согласие на создание постоянной группы подтверждено. Для продолжения выберите лидера, — сделала следующее предложение помощница.

Тут я на секунду задумался: а нужен ли мне этот геморрой? Кланами и рейд-группами я успел покомандовать в свое время. Сначала это интересно и чешет Чувство Собственного Величия[1], а потом превращается во вторую работу, и довольно напряженную. Особенно если у клана есть амбиции, и он хочет достичь каких-то высоких позиций.

— Соглашайся, подмогем коли чего, — правильно расшифровал мои раздумья Добрыня.

Я задумчиво оглядел соратников. Ирей с улыбкой опять витала где-то в облаках. Изабелла кивнула: она тоже поняла ситуацию. Снежинка фыркнула и задрала нос.

— Для низшего ты неплохо справился. Хотя тебе просто везло! — сказала она.

— Не без того, — согласился я.

Мне на самом деле везло, а вместе со мной и всей группе. Без светошумовых гранат у нас были все шансы остаться на поляне с зелеными монстрами. Впрочем, везение — это тоже важная черта для лидера.

— Лидер группы — Шах, — говорю я громко.

— Выбор лидера подтвержден. Выберите название группы, — ответил нежный голос.

— А что, нам нужно еще название придумать? — опешил я.

— Конечно! Нам нужно крутое название! Снежные Волки! Нет! Северные Фурии! — аж подскочила Снежинка.

— Так-так. Стоп! — вмешался я, пока наш совет не превратился в балаган. — Выбор названия мы можем отложить?

— Нет, для завершения формирования группы название обязательно, — ответила помощница.

— Хорошо, а что еще нам нужно сейчас сделать? — уточнил я на всякий случай.

— У вас осталась нераспределенная добыча группы — яйцо питомца. Общее хранилище группы отсутствует, питомца необходимо передать одному из членов группы до конца сессии, иначе он будет потерян, — донеслось в ответ.

— Кто-нибудь против того, чтобы отдать яйцо Снежинке? — спросил я для проформы и опять внимательно оглядел уже свою команду.

Никто не возражал. Даже Изабелла, которая успела с феей поцапаться, согласно кивнула. Кстати, Снежинка ее кивок заметила и, я уверен, запомнила.

— Система, мы передаем яйцо мантикоры Снежинке, — сказал я громко.

— Передача подтверждена, — донеслось в ответ.

— А теперь название! Как я сказала, Снежные Фурии! Самое лучшее название! — звонкий голос отдался головной болью.

«Ну и зачем мне все это? Может, еще не поздно отыграть назад?» — пронеслась обреченная мысль.

Я думал, что с мантикорой был сложный бой, — я ошибался. Сложно — это когда несколько девушек пытаются выбрать название для команды. Для начала Снежинка вынесла всем мозги со снежными и северными фуриями, барсами, волками. Потом Изабелла с улыбочкой подбросила варианты «Гарем Шаха» и «Боевой Гарем» — тут уже встал на дыбы Добрыня. Он почему-то не хотел состоять в гареме. Под конец расшевелилась даже Ирей, но ее предложения «Сила Луны» и «Дыхание Леса» тоже не нашли общего отклика.

— Так, девушки, давайте найдем что-то общее, положительно-нейтральное. Без пафосных сил или зверей. И напоминаю, у нас на выбор названия остался час, — попытался я вернуть обсуждение в конструктивное русло.

В ответ фея фыркнула и в который раз задрала нос. Изабелла прищурилась и посмотрела на фею с легкой полуулыбкой — явно задумала какую-то пакость. Ирей продолжала мечтательно смотреть вдаль. А я только выдохнул: меня этот цирк на выезде уже достал.

— Кстати, у меня есть большой и красивый сиамский кот, — решил сделать я ход котом.

— У меня тоже была кошка, — отозвалась Изабелла.

— Хо-хо, котом решил дев успокоить? — ехидно хохотнул Добрыня. — Мурлыки — дело хорошее, у меня в хате их трое.

— Что за коты и кошки?! — вмешалась Снежинка.

— Это домашние животные, похожие на барса, только совсем небольшие и милые, — ответил я через секунду.

Снежинка задумалась, Ирей с интересом к нам прислушалась. А я лихорадочно думал, какое название продвигать дальше. Общая идея появилась, теперь нужно ее как-то обыграть.

— В нашей семье домашняя рысь живет, мы ее Мягкой Лапой зовем, — сказала эльфийка с мечтательным видом.

— Хорошее название для группы, — подхватила ковбойша, мило улыбнувшись.

Фею аж перекосило. Видно, что название ей тоже понравилось, но просто взять и согласиться с Изабеллой было выше ее сил. А я задумался: Мягкая Лапа вроде как девушкам нравится, но мне хотелось название побрутальнее. Стальные Коты, например, или Львы Пустыни. А что, Шах из Львов Пустыни — это красиво звучит! Почти как Снежинка из Снежных Барсов.

Гм-м… Что-то я сам себе начал напоминать склочную фею, может, это заразно?

— Сойдет, — с явной натугой сказала Снежинка. — Но Снежные Барсы все равно лучше!

— Хорошо, пусть будет это название, — сказал я, перебарывая себя.

Все равно начинать споры по десятому кругу было выше моих сил, а надо ведь еще как-то разобраться с возможностями группы и определиться с планами на завтра.

— Мы определились с названием группы — Мягкая Лапа, — сказал я громко, попутно покосившись на Добрыню. Тот только кивнул.

— Название принято, формирование группы завершено, новый функционал доступен для ваших интерфейсов в комнате Начал, — отозвался нежный голос помощницы.

— Будет ли доступно следующее групповое испытание завтра и какая за него будет награда? — воспользовался я моментом.

— В следующую сессию будет доступно второе групповое испытание с наградой в виде группового бонуса, — ответила помощница.

Интересно, в качестве бонуса в прошлый раз мне предлагали полезные навыки. Рефлексы кота мне очень помогают. За подобный приз стоит побороться.

— Что-нибудь еще? — спросил я у своих соратников.

— Все! Хватит! Мы итак много времени потеряли на выбор бесполезного названия! А мне еще нужно посмотреть моего Оша! — высказала в ответ фея.

Я только выдохнул. Хотелось высказать Снежинке, что это она сама затянула выбор названия и большую часть времени мы слушали именно ее, но здравый смысл заставил меня промолчать.

— Расходимся. Сбор завтра в начале сессии, идем на второе испытание. Прикупите зелья и снаряжение получше: ставки растут, сила монстров тоже, нам нужно быть во всеоружии. Всем спасибо за слаженную работу, было приятно с вами познакомиться и воевать вместе, — закатил я спич.

В бытность свою главой клана приходилось иногда толкать мотивирующие речи перед кучей разного народа. И может показаться смешным, но подобные моменты действительно помогали объединять людей.

— Все-все! Прекращай говорильню, а то ты похож на молодого кандидата в совет города! — разбавила пафос фея.

На этом мы попрощались и разошлись. А я между делом опять подумал, что нужно все-таки расспросить Снежинку про ее мир. Как там может сочетаться народ фей, магические монстры и выборы в совет города?

Комната Начал встретила меня тишиной и знакомым черно-матовым блеском обелиска. Помощница все уже сказала, осталось разобраться с новыми возможностями и подбить баланс кристаллов.

— Отчет об испытании, — сказал я и коснулся обелиска.

Передняя грань черного камня привычно превратилась в плоский экран. Я вчитался в сухие строчки: за прохождение испытания накинули дополнительный желтый кристалл, а за восстановление расходников и ремонт сняли аж девять оранжевых. Итого у меня на балансе четыре желтых кристалла, семь оранжевых и немного красной и черной мелочи. Уже гораздо лучше, только купить за них убер-оружие все равно не получится.

— Система, покажи новый функционал, — сказал вслух я.

Вместо показа мне в голову загрузили пакет информации. Во-первых, у меня появились настройки группы. Причем я, как лидер, мог определять, кому какая доля положена, как оплачиваются расходные материалы, ремонт и тому подобные полезные мелочи. Во-вторых, у нас появился групповой чат. Я даже нашел в верхнем углу небольшую иконку, на которую сразу не обратил внимания. Там уже горела красная двойка: кто-то успел написать сообщения. В-третьих, появилась возможность покупки общего снаряжения. В первую очередь хранилище группы — шкаф-стеллаж полметра шириной, полметра глубиной и полтора метра высотой, с тремя отделениями. Работает по принципу шлюза: каждое отделение может держать открытым только один человек. То есть я кладу бутылку зелья в шкаф, закрываю дверцу — потом ее может открыть Снежинка и забрать это зелье себе. А пока у нее дверца открыта, всем остальным приходится ждать.

Мы уже имеем средство для коммуникации и средство для обмена вещами… Осталось только купить этот шкаф, всего за пять желтых кристаллов. Плюс оранжевый кристалл в неделю в качестве абонентской платы.

— Господи, и тут подписки, — тихо сказал я себе под нос. — Мало того, что цены задраны в потолок, так еще и абоненткой обвешивают.

Кто бы ни создал Систему, оно на редкость меркантильное существо. Нужно платить за все и платить, даже если ничего не делаешь. С этими мыслями я нажал на иконку чата.

— Всем привет! — писала Снежинка. — Смотрите, какие я стикеры купила!

Еще в чате красовалась симпатичная картинка улыбающейся снежинки. Меня же царапнуло слово «купила».

— О боже! Они сюда еще платные стикеры[2] добавили, — пробормотал я, закрыв лицо ладонью.

— Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, просыпается с рассветомвся советская земля, — меня снова разбудила дежурная мелодия.

Я с удовольствием потянулся. Мышцы болят заметно меньше, во всем теле приятная бодрость. Хотя ночи стали похожими на приключенческий фильм, зато утром у меня замечательное настроение. Я просыпаюсь отдохнувшим и полным сил. Может, это результат накачки энергией Системы?

— Мяу! — раздался требовательный голос Бандита.

— Да-да, сейчас, — сказал я, вставая с кровати.

Я скривился: вставать с кровати было больно. Не так как вчера, но все еще чувствительно. Зря я так усердствовал на паркуре. Хотя нет, все-таки не зря. В нашем мире нет ничего бесплатного, все тренировки идут через преодоление себя, в первую очередь своей лени. И, только выложившись полностью, можно достичь серьезных результатов.

Я протопал на кухню, насыпал корм коту и задумался.

— Знаешь, Бандит, группа — это хорошо. Группа с адекватными людьми просто замечательно. Группа с красивыми девушками еще лучше… Хотя это не точно, — оборвал я сам себя, вспомнив, как Снежинка любит выносить мозги. — Вместе веселей, да и люди хорошие подобрались. Может, к Белле попробовать клинья подбить?

Бандит мой поток мыслей стойко игнорировал и хрустел кормом. Да и зачем ему проблемы хозяина, когда он хочет жрать? Я зевнул, потянулся еще раз и пошел делать завтрак уже себе.

Работа шла ни шатко ни валко, мысли о Системе, группе и прочем я решил отложить на вечер, и к обеду я уже бездумно лазил по разным сайтам и смотрел попавшиеся видео.

— Итак, Сергей, вы утверждаете, что у вас появились суперспособности? — вопрошал очередной популярный блогер со странной прической. Больше всего его шевелюра напоминала взрыв на фабрике цветных макарон.

— Да, несколько дней назад я нашел кольцо со странной визиткой. И после этого мне начали сниться странные сны, — ответил гость блогера, с виду обычный, ничем не примечательный парень.

На этих словах меня словно окатило холодной водой. Я подобрался и стал внимательно слушать дальше.

— И какие сны вас посещают? — продолжил опрос блогер.

— Сражения, приключения, больше похоже на книжную историю про то, как люди оказываются в компьютерной игре. Ну, знаете, всякие попаданцы, приход Системы, получения очков за убийства, — продолжил вещать обычный парень с одухотворенным видом.

— Убийства? Надеюсь, не людей? — с ехидством перебил владелец необычной прически.

— Нет, убивать нужно всяких монстров. Потом их трупы исчезают и оставляют разноцветные кристаллы, — отмахнулся интервьюируемый.

— Вы же понимаете, что в это тяжело поверить, — с улыбкой продолжил блогер.

«А уж мне как не хочется верить, что нашелся идиот, который получил доступ к Системе и поперся к журналистам, — подумал я. — Хотя чего это я? Странно было бы, если бы такой идиот не появился».

— Да, но некоторые вещи я могу делать и в реальном мире, — продолжал обычный парень. — Например, проявить кольцо-допуск в Систему.

С этими словами парень поднял правую руку на уровень лица. Камера приблизилась, он ощутимо напрягся и… на его среднем пальце появилась знакомая серебристая печатка с бордово-красным камнем.

— Очень интересно! — с некоторой наигранностью сказал блогер. — Вы можете показывать фокус с появлением кольца. А что вы еще можете?

— В реальном мире, кроме появления и исчезновения кольца, я могу еще отправлять в Систему донаты. Для этого мне достаточно коснуться драгоценности из золота или серебра и пожелать отдать его Системе, — невозмутимо продолжал парень.

Я даже как-то его зауважал: сидит перед этим клоуном и спокойно гнет свою линию.

— То есть все, что вы можете, — это показывать и прятать кольцо и заставлять исчезать драгоценности? — скептицизм так и сочился из голоса журналиста.

— Да, но есть нюанс, — сделал паузу парень.

— Нюанс? — повелся блогер.

— Отправить Системе я могу только ценности, которые принадлежат мне, — ответил интервьюируемый.

— Дорогие зрители! — произошла смена камеры, и теперь видно лицо блогера крупным планом, а разноцветные патлы заняли половину экрана. — Признаюсь, мы немного подготовились к интервью. И совершенно случайно у меня с собой есть пара цепочек. Одна серебряная, другая золотая.

Камера сместилась на стол, где лежат две небольшие цепочки, серебряная и золотая.

— Я вам, дорогой Сергей, дарю эти цепочки, теперь они полностью ваши. А нам, пожалуйста, покажите, как вы делаете этот самый донат, — продолжил ехидствовать ведущий.

В кадре появилась рука Сергея, обычная рука, разве что с необычной серебристой печаткой. Рука последовательно коснулась серебряного, а потом и золотого украшения. Цепочки на доли секунды подернулись дымкой и послушно исчезли.

— Как-то так, — донесся голос обычного парня.

— Дорогие друзья! — вид на стол сменился на блогера, снятого крупным планом, в этот раз он имел вид серьезный, смотрел прямо в камеру и возбужденно жестикулировал. — Уверяю вас, сейчас была прямая запись безо всякого монтажа. Прямо у меня на глазах эти цепочки исчезли без следа! Тут нет никакой подтасовки! Перед вами обычный стол, и я специально попросил Сергея прийти на съемки в футболке.

Кадр опять сменился — теперь показали крышку стола, потом ту же крышку снизу, и, наконец, крупным планом руки Сергея. Парень еще ими вдобавок покрутил, показывая предплечья со всех сторон.

— Это похоже на дешевые фокусы, скажете вы и будете полностью правы! — камера вернулась к ведущему, который продолжал вдохновенно вещать. — Но! Обратите внимание на ссылки под роликом! Индия, Китай, Япония, Европа, США — по всем странам мира появляются похожие материалы с исчезновением драгоценностей и людьми, которые утверждают, что им снятся такие же сны!

Лицо блогера заменила нарезка роликов, где люди разной национальности демонстрировали похожие кольца и отправляли прикосновением в небытие разнообразные драгоценности.

— Что это? Массовое помешательство или приход инопланетного разума? — фокус опять сместился на ведущего, задающего риторические вопросы. — Мы будем внимательно следить за развитием событий! Оставайтесь с нами!

На этом ролик закончился, а я остался сидеть, откинувшись в кресле. Внутри меня царили какая-то опустошенность и бессилие.

— Понеслось дерьмо по трубам, — сказал я.

[1] ЧСВ — Чувство Собственной Важности (Величия), аббревиатура, используемая в интернете для описания людей, ведущих себя высокомерно или демонстрирующих завышенную самооценку. «Почесать ЧСВ» — выражение с долей юмора, означающее удовлетворение своих амбиций, достижения в игре ведущих позиций, вместе с тем демонстрация понимания, что все эти достижения относятся к компьютерной игре и для реального мира не имеют значения.

[2] Стикеры в чатах — забавные картинки для выражения различных эмоций или действий. Улыбающееся лицо, негодующее, пускающее пар из ушей — подобные картинки дополняют текстовые сообщения. Некоторые наборы таких картинок доступны на платной основе. То есть, прежде чем получить возможность отправлять такие картинки, нужно заплатить небольшую сумму — еще один способ выманить денег из пользователей.

Глава 18 — Уши и Планы

После просмотра видео я долго не мог успокоиться, даже навернул несколько кругов по квартире. Одно дело, когда делаешь предположения о развитии событий, и совсем другое, когда твои прогнозы начинают претворяться в жизнь, причем ровно так, как ты предсказывал.

Но потом я подумал: «А мне какая разница?». Я-то нигде пока не засветился. Мне в дверь не ломятся спецслужбы. Что информация о Системе вышла в общий доступ, мне даже на руку. Чем больше игроков засветится и чем больше информации получат власть имущие, тем меньше им буду нужен скромный я.

Успокоившись, я снова сел за компьютер. В этот раз я пробежался по знакомым конспирологическим форумам и нашел то, что искал еще на прошлой неделе. На одном форуме создали тему, куда начали стаскивать и обсуждать известную информацию о Системе. Градация кристаллов, первые испытания, описания классов игроков. Даже первые заметки про встречающихся монстров появились, криво переведенные с хинди автопереводчиком.

Пусть мне пока не встретилось ничего полезного, но начало положено. Такими темпами через пару недель, а то и раньше появится википедия[1] по Системе. С описанием тех же Осколков и инструкциями, как собирать руду и ингредиенты и что с ними потом делать, дабы получить побольше кристаллов.

Я заложил руки за голову и откинулся назад в кресле, бездумно глядя в потолок.

Все, что сейчас кипит в интернете, информационная пена. Она будет бурлить, будет выдвигаться куча откровенно бредовых теорий, ломаться множество копий на форумах. Новые блогеры повылазят, как грибы после дождя. Но на самом деле важно то, что решат правительства стран.

Особенно важна позиция страны, где живу я. Наше руководство может поставить всех под ружье и заставить принудительно добывать ресурсы и информацию, а может и, наоборот, обеспечить режим максимального благоприятствования. Мол, убегайте от соседей, работайте у нас, обеспечивайте омоложением наших лучших людей. Тут не угадаешь: правительство у нас обладает редким свойством порой поступать грамотно и разумно, а иногда отчебучивает такое, что прямо за голову хватаешься.

Остается только ждать и наблюдать. С этими мыслями я попытался вернуться к работе.

Комната Начал встретила меня знакомой серой тусклостью стен и матово черным блеском обелиска. До отправки на точку сбора у меня есть немного времени и нужно прикупить запланированное. Прикосновение с коротким посылом — и черная поверхность сменилась экраном с меню магазина. Еще несколько прикосновений — и я уже наблюдаю за нужным мне товаром.

Для начала я решил прикупить четыре светошумовых гранаты и одну со слезоточивым газом. Плюс дополнительный ремень с ячейками под них. Это удовольствие мне обошлось в один желтый и три оранжевых кристалла. После нажатия на кнопку «Купить» кристаллы списались с моего счета, а снизу что-то тихо брякнуло. Нагнувшись, я поднял увесистый ремень с пятью уже заполненными кармашками под гранаты. Осталось как-то вписать его в уже надетую систему ремней …

Вторым пунктом в моих планах шла покупка татуировок на уши. Усиление слабых звуков и блокирование громких. Она должна защитить мой слух от близких взрывов только что купленных гранат. Еще в списке планов значится маска с фильтрацией газов и улучшение татуировок на глазах до возможности видеть в темноте.

Эти идеи я отложил на потом. Сейчас приоритет на работу в команде, и если брать ночное зрение, то нужно брать на всю команду. С защитой от газов — аналогично. Смысл закидывать врага гранатами с газом, если потом этот дым не даст стрелять нашим девушкам и выест глаза Добрыне?

Татуировки я присмотрел еще два дня назад, только жалко было желтого кристалла. Сейчас же есть запас и можно потратиться. Еще пара нажатий — я стал бедней и перекосился от боли. Уши горят и тянут, словно к ним приложили раскаленную кочергу.

— Ай, блин, что же так больно ставить эти татуировки? — не выдержал я.

— Доступны услуги анестезии за один оранжевый кристалл, — отозвался мягкий голос помощницы.

— Чего же ты раньше про это не сказала? — возмущенно спросил я, смахивая навернувшиеся слезы.

Боль медленно проходила. Проморгавшись, я перевел экран обелиска в режим зеркала. На красных, опухших ушах виднеется несколько строчек изящной арабской вязи. Две строчки идут по внутренней стороне уха и одна вьется по краю с внешней стороны.

— Ах, блин, — я подавил желание прижать уши руками.

Боль проходила, уши становились нормальными, но слишком медленно. Если так дело пойдет дальше, то придется перед командой появляться с красными ушами. Протерев глаза еще раз, я уставился на иконку чата: там уже горел красным счетчик сообщений.

— Шах? Ты куда делся? Мы все уже собрались и ждем только тебя! — писала в чат Снежинка, в процессе щедро насыпая картинки.

— Интересно, а как у нее получается писать в чат из точки сбора? — спросил вслух я.

— Вы можете приобрести в Магазине артефакты, позволяющие поддерживать связь с членами группы на точке сбора и во время испытаний, — отозвалась помощница.

— Интересно, — снова сказал я.

Как я и предполагал, обмен информацией очень важен. Я вот даже не подумал про чат. Все, на что меня хватило, это посмотреть магические аналоги раций. Тогда магазин на мой запрос вывалил каталог на несколько сотен страниц. Времени у меня разбираться не было, но отметку в памяти я себе сделал.

— Сейчас буду, — отписал я уже в чат и снова перевел обелиск в режим зеркала.

«Может, они на мои красные уши не обратят внимания?» — подумал я, поворачиваясь боком. Как же! Чтобы три девушки да не обратили внимания на изменение во внешности парня из их команды?! Не может быть такого.

— Привет, девушки, — сказал я, подойдя к своей банде пятью минутами позже.

Девушки и Добрыня действительно уже были на месте и активно общались. Точнее, общалась Снежинка, что-то оживленно рассказывая и размахивая чем-то плоским, здорово похожим на планшет.

— Привет, Шах! А что у тебя с ушами?! — громко воскликнула фея.

— Сделал модную татуировку, — ответил я.

— Да?! А что она делает? Я же вижу магию! — подозрительно сощурилась Снежинка.

— Позволяет мне хорошо слышать тихие звуки и не слышать громкие. Так что ты кричи чуть потише, а то я могу тебя не услышать, — не удержался от шутки я.

— Что?! Я, по-твоему, громко ору?! — тут же перешла на повышенный тон фея.

— Привет, Добрыня, — проигнорировал я ее.

— Здрав буде, — прогудел в ответ богатырь и пожал мою руку.

— Ах так! Тогда я не буду рассказывать тебе про свой новый артефакт! — Снежинка задрала нос и сложила руки на груди.

— Ну, пожалуйста, расскажи про свой новый артефакт, — тут же включился я в игру.

— Нет! И даже не проси! — ответила фея.

— Ну и ладно, — деланно вздохнул я. — Изабелла, видела ролики про Систему?

— Что за ролики?! — тут же вклинилась Снежинка, не дав ковбойше и слово сказать.

— Эй, ты же на меня обиделась? — спросил я.

— Ты рассказывай! Если будет интересно, то я тебя помилую! Может быть, — ответила фея.

— Хорошо… — отозвался я и начал рассказывать про увиденное сегодня днем.

Параллельно с рассказом я оглядел поляну, на которой собирались команды. Сама поляна никак не изменилась: тот же костер с лавками, стена тумана, белые обелиски. А вот состав игроков поменялся. В команде пижона осталось только два человека, куда-то пропала платиновая блондинка с темной кожей. Сейчас пижон что-то оживленно втолковывал сразу нескольким новичкам, видимо, подыскивал пополнение.

— Он и ко мне подходил, предлагал перейти в его команду, но я отказалась, — сказала Изабелла, перехватив мой взгляд.

— Бессовестный низший! Пытается сманить людей из чужой команды! — вторила ей Снежинка.

— Хо-хо, пусть его. Капитан, ты лучше расскажи, что там на этом… как его, — пробасил Добрыня.

— На форуме, — подсказал я и продолжил рассказ.

Рассказал про сбор информации на форуме, про свои соображения и не забыл советы отслеживать информацию, но самим в поиске не усердствовать.

— Говоришь, видят все, что пишут в интернетах? — переспросил богатырь, задумавшись.

— Да, поисковые запросы все отслеживаются, будете задавать много вопросов на тему, о которой вы знать не должны, вас могут начать подозревать. А потом и прийти, настоятельно попросить помочь с Системой, — ответил я.

— Боюсь, мне это не грозит, — как-то грустно улыбнулась Изабелла.

— Почему?! — тут же влезла фея.

— Сам Паша — мальчик избалованный, но не такой уж и плохой, — ковбойша кивнула в сторону пижона. — А вот его отец, один из самых богатых людей города, говорят, был бандитом. Если он, как ты сказал, заинтересуется омоложением, то его люди найдут меня без всякого интернета.

— Помощь нужна? — спросил я. Слова Изабеллы меня как-то задели. Я понял, что на самом деле переживаю за нее.

— Пока нет, спасибо. Если что, я скажу, — улыбнулась она.

— Хо-хо, детки, можете ко мне в гости приехать. Живу я в Сибири, в деревне, у меня вас никто не найдет, — пробасил Добрыня.

— У вас в мире есть интернет, где если кто-то что-то пишет, то видят все другие? — снова влезла Снежинка.

— Да, у нас есть разные устройства, похожие на твой артефакт, — я показал на планшет. — Есть большие, есть маленькие, но они есть почти у всех людей. Каждый может снять видео, написать статью и выложить все это в интернет. Скорость обмена информацией очень большая, и все, что будет известно многим людям, быстро там окажется.

— Интересненько, — пробормотала фея, крепко задумавшись.

И куда только делась ее манера восклицать каждую фразу? Только подумать на эту тему мне не дали: от Системы пришло напоминание, что пора отправляться на испытание.

— Идем, — сказал я, отправившись к белому обелиску.

Краем глаза я продолжал отслеживать других игроков. Пижон, который оказался еще и мажором, нашел себе нового члена команды. Им оказался бородатый мужик в кожаной броне с охапкой дротиков за спиной. Остальные нейтралы разбились на команду из четырех человек и пару викингов, которые о чем-то горячо спорили возле костра. Итого пятнадцать человек на три обелиска. На каждый обелиск по одной группе, в группу максимум можно набрать пять человек. Всего на поляну пришло пятнадцать человек.

— Все готовы? — спросил я у команды.

— Да! Давай уже! Мы и так потратили слишком много времени из-за тебя! — ответила за всех Снежинка.

Я только покачал головой в ответ: склочная фея вернулась к своему репертуару.

— Поехали, — сказал я и коснулся белого обелиска.

Волна тьмы выкинула нас на окраине какого-то средневекового городка, зажатого в долине между холмами. Так мне показалось с первого взгляда. Со второго стало понятно, что город знавал лучшие времена эдак лет двадцать назад. Улицы завалены мусором, камнем, дома стоят полуразвалившиеся. Сквозь трещины в камне лезет трава, кое-где проросли деревья, слышен щебет птиц. И нет никаких следов жителей, словно этот город все бросили и сбежали.

— И что это такое?! — нетерпеливо воскликнула Снежинка.

— Город этот разграбили и сожгли, — ответил ей Добрыня. — Вон, смотри, там череп виднеется, а там балки обугленные.

А мне пришел пакет информации от Системы. Мы действительно на окраине старого города, который был уничтожен большим набегом крысолаков. Это такие монстры — полулюди-полукрысы. Дикари с примитивным оружием и примитивной магией, трусоваты, слабее людей, жрут все, что попадется, в том числе и трупы собственных собратьев. По легенде задания, они вырезали жителей и остались жить в этом городе, поделив его на части между десятком крупных стай. Во главе каждой стаи или сильный крысолак-воин, или шаман уровня желтого монстра. Наша же задача — обезглавить три стаи и уйти живыми всей группой. На все про все у нас три дня.

Задание на охоту за головами крысолаков мне, с одной стороны, нравилось, а с другой — не очень. Враг в кои-то веки слабее нас. Полукрыс-полулюдей легко могут отстреливать наши девушки. Крысам тяжело будет пробить броню Добрыни, а я их смогу достать теми же ножами. Желтые чемпионы и шаманы после мантикоры тоже как-то не впечатляют. Но есть две проблемы: крысолаков много и они разумны. Могут устроить загонную охоту уже на нас. Если нас окружит несколько сотен монстров, то никакая магия с револьвером не спасет.

Второй момент — на задание дается три дня. Кроме того, в пакете информации от Системы есть общая карта города и расположение нескольких обелисков, через которые можно вернуться. Схема работы похожа на систему Осколков. Мы можем провести разведку, вырезать несколько отрядов крысолаков, а потом через обелиски вернуться в свои комнаты Начал и восполнить припасы.

— Ирей, осмотрись вокруг, только быстро. А мы спрячемся в каком-нибудь здании, чтобы не маячить на улице, и устроим короткое совещание, — выдал я указания.

Эльфийка кивнула и отправилась вверх по улице, на ходу включая свою маскировку. Я проследил за ее размытым силуэтом и обернулся к оставшейся команде.

— Идем сюда, здесь большой дом, там должна быть большая гостиная, — сказала необычно серьезная Снежинка, показав рукой на большой полуразрушенный дом в метрах двадцати от нас.

Короткое путешествие по поросшей травой улице, и мы уже лезем через пролом в каменной ограде. Еще минута — и четверо нас собрались посреди разрушенной гостиной комнаты, посреди битой посуды и остатков разломанной мебели.

— Нам нужно найти логова вожаков и убить их одним ударом! — высказалась фея в своей обычной манере.

Я даже расслабился, а то вид серьезной, сосредоточенной Снежинки меня как-то напрягал.

— Не спеши, егоза, дай другим сказать, — пробасил Добрыня.

А я между делом сунул руку в свой волшебный подсумок.

— Хм-м, — глубокомысленно выдал я.

В подсумке оказался небольшой флакон спрея. «Уничтожитель запахов» — гласила надпись на нем.

— Использовать для скрытия запахов во время охоты. Действует два часа, — прочитал я вслух надпись мелким шрифтом.

Пояснений от Системы в этот раз не было.

— Вот! Я же сказала, что нам нужно прокрасться и найти их логово! — воскликнула Снежинка, важно ткнув пальцем в потолок.

— Логово вождя будет посередине деревни. В центре живет вождь, рядом с ним сильнейшие воины, потом все остальные, — парировала Изабелла.

— Откуда тебе знать?! — вспыхнула фея.

— Тише-тише. Мы сейчас на вражеской территории. Здесь нельзя кричать, — постарался я усмирить волшебницу.

Фея же надулась и замолчала с возмущенным видом.

— Дикари на самом деле живут так, в центре самое почетное и самое защищенное место. Только это крысы, и они могут закопаться под землю. Разведку нам все равно придется провести. Это первое, — сказал я и обвел взглядом команду.

В этот момент к нам зашла Ирей.

— Улица чистая, есть следы больших крысиных лап трехдневной давности, — отчиталась она.

Я кивнул ей и продолжил.

— Второе, Система не дает заданий, которые мы не можем исполнить. И эти задания зачастую построены так, что есть несколько путей их прохождения. Прежде чем что-то делать, нам нужно подумать над другими вариантами, — сказал я. — Более того, в этот раз нам Система дает на задание три дня. Значит, задание сложное, просто пойти и убить вожаков у нас не получится.

— Да-да, все поняли, что все сложно и нам нужна разведка, — разбавила пафос Снежинка. — Что дальше?

— Дальше я предлагаю первый день потратить на сбор информации и составление плана, — ответил я. — Может, перехватить какой-нибудь отряд крыс, проверить, как у нас получится с ними воевать. Но на рожон не лезть и постараться не засветиться.

С этого момента совещание пошло в конструктивном русле.

[1] Википедия — интернет-энциклопедия со свободным доступом на редактирование и добавление статей. Доступный и обновляемый источник информации практически по любому вопросу.

Глава 19 — Змея против Шахида

С конструктивным руслом я немного поспешил. Хотя Снежинка перестала гнать вперед и высказала ряд здравых идей, но ее энтузиазм перехлестывал через край и выходил за грани здравого смысла.

— Нам нужны средства связи на всех, больше боеприпасов для Изабеллы и руны тишины на ее револьвер. Второй колчан стрел для Ирей, дыхательные маски для Добрыни и Шаха, подзорная труба для Шаха. Артефакт маскировки для меня, — перечисляла она то, что мы надумали. — Больше светошумовых гранат для Шаха и Изабеллы. Защита от света и от звукового удара для всех остальных.

— Не разгоняйся, у нас все равно нет столько кристаллов, — попытался я утихомирить фею.

— У вас нет, а у меня есть! Так уж и быть, я поделюсь крошечной толикой моих богатств! — гордо ответила она, задрала нос и даже подлетела чуть повыше вверх.

А вот этому предложению я не очень обрадовался. Быть обязанным высокомерной волшебнице мне как-то претило. Я обвел взглядом остальных. Изабелла нахмурилась, Добрыня чуть сдвинул брови, одна Ирей продолжала витать где-то в облаках, чему-то загадочно улыбаясь.

— Охолони, егоза, неужто мужики сами оружие себе не добудут? — высказался богатырь.

Снежинка как-то хитро на нас посмотрела и выдвинула встречное предложение.

— Как хотите! Оружие покупайте сами, а артефакты связи на группу куплю я! — сказала она.

У меня появилось чувство, что мной откровенно манипулируют. Сначала задрали планку, а встретив отказ, милостиво соглашаются на уступки. И возразить уже как-то неудобно, и средства связи действительно очень нужны.

— Хорошо, Снежинка покупает средства связи, только не бери ничего навороченного. Нам не нужно выделяться, нам нужно что-то простое, удобное и надежное, — попробовал я воззвать к здравому смыслу. — Добрыня, у тебя как с кристаллами? На противогаз и защиту от гранат хватит?

— Злато есть, и руны на личину ужо я присмотрел, — ответил степенно богатырь, постучав пальцем по маске на шлеме.

Шлем у Добрыни был вполне богатырский, остроконечный с высоким куполом. К нему крепилась стальная опускаемая маска-личина, защищающая лицо. Правда, опускал он ее только на время боя.

— Ирей? — продолжил я опрос.

— Мать благоволит нам. Мне хватит запасов и на защиту, и на стрелы, — сказала эльфийка тихим голосом и поклонилась.

Я посмотрел на ее качнувшиеся рыжие косички, пробежался взглядом по острым ушкам, зацепился за выдающуюся грудь и быстро перевел глаза на Изабеллу.

— На руны тишины и еще десяток обойм у меня есть кристаллы, — сказала она с усмешкой. — На все остальное насобираю со временем.

Изабелла горда, по ней это видно. Если предложить помощь в покупке снаряжения, откажется. И все равно нужно ей как-то помочь… тем более, что здесь у нее ключевая роль. Ее пули вероятнее всего, будут эффективны против крысолаков. Вкупе с ее способностью быстро и метко стрелять у нас будет козырь, который будет выкашивать крыс пачками. А если приглушить выстрелы еще сильней, то можно устраивать настоящие диверсии, отстреливать крыс не поднимая тревоги.

Но все это мечты. Как получится на самом деле, большой вопрос.

— Выдвигаемся к обелиску, там быстро закупаемся всем нужным и возвращаемся, — озвучил я план.

И мы выдвинулись. До обелиска было идти недалеко, минут двадцать неспешным шагом. По пути внимательно разглядывали развалины города.

Руины оставляли смешанное чувство. Не проходило ощущение нереалистичности, словно мы идем по археологической экспозиции. Нас забросило в богатый район на холме, который возвышался над остальными кварталами. Когда-то, давным-давно, богачи могли обозревать окрестности с высоты, вознесясь над обычными смертными. А теперь от них остались разрушенные роскошные дома, обрушенные каменные заборы, выцветшие фрески и разноцветная брусчатка под ногами. Полное запустение с разрухой кругом. Дорога местами разломана и заросла травой. Кустарники и плющи покрыли каменные заборы. Сады разрослись, деревья закрывают дома. Иногда попадались остатки сгнивших баррикад и кучки раздробленных старых костей. В фоне раздавалось пение птиц, треск насекомых — демонстрация полного торжества природы над глупой цивилизацией.

Даже Снежинка как-то притихла и настороженно глядела по сторонам.

— Чувствую сильного злого духа недалеко, — сказала появившаяся рядом эльфийка.

Она как обычно шла чуть впереди под скрытом, сейчас вернулась и предупредила нас.

— Хреново, — отозвался я.

Идти дальше уже некуда. Поднимающаяся улица с богатыми домами уткнулась в разрушенную ограду из белого камня. За ней виден разросшийся сад и полуразрушенный дворец из белого мрамора. Согласно карте, на площади перед этим дворцом и должен стоять обелиск.

Площадь с обелиском мы не видим из-за деревьев. Зато где-то рядом есть сильный монстр. Я втянул носом воздух: вдобавок чувствуется едва уловимый запах разложения.

— Похоже, мы нашли первый сюрприз, — сказал я тихо, обращаясь к группе. — Обелиск охраняется сильным монстром.

Я на секунду прервался и пробежался взглядом по сокомандникам: все спокойны и сосредоточены.

— Никто не говорил, что все будет просто и на этом задании нас встретят еще сюрпризы. Но сейчас мы должны захватить обелиск. Нам нужен доступ к восполнению боеприпасов и к новому снаряжению, — продолжил я речь. — Построение стандартное, впереди Ирей. Наша задача найти логово монстра и постараться застать его врасплох.

На этом мы тихо двинулись вперед. Аккуратно перелезли через ближайший пролом и пошли через заросший сад в сторону дворца. Ирей сказала, что злой дух чувствуется где-то там. По пути как-то внезапно оказались на краю площади перед дворцом. Сейчас она напоминает ровную поляну с невысокой травой, и аккурат в ее центре торчит знакомый черный обелиск.

Полуразрушенный дворец из белого камня с огромным балконом на античных белых колонах. Круглая площадь, покрытая сплошным ровным зеленым ковром, пробивающимся из-под брусчатки. И высокие стены заросшего сада вокруг. Напоминает готовую арену для смертельных схваток.

— Ш-ш-ш! — раздалось громкое шипение и скрежет.

Откуда-то из-под парадной лестницы выметнулась большая длинная тень. А уже через секунду я очень хорошо рассмотрел громадную змею, метров эдак двадцати длиной, светло-зеленую, в коричневых пятнах. Над желтыми глазами виднеются два аккуратных рога. И сейчас эта громадная рогатая змея с мордой больше метра шириной внимательно и с большим интересом нас разглядывает. Повисла напряженная тишина. У меня под ложечкой засосало, а в нос ударил запах застарелой крови.

«Застали врасплох, ага. Кто кого еще застал», — подумал я, а рука сама стянула с перевязи светошумовую гранату, палец вдавил кнопку детонатора.

— Бойся! — крикнул я через секунду и бросил гранату в сторону змеи. Если повезет, она разорвется прямо напротив ее морды.

Сам я упал на землю, привычно зажимая уши руками.

— Бтыдщ! — ударил по ушам взрыв гранаты.

Я рванул в сторону с низкого старта. Перед глазами замелькала брусчатка с травой вперемешку с оранжевыми кругами.

— Хтыщ! Хтыщ! Хтыщ! — звук морозных вспышек Снежинки пробивается через вату в ушах.

— Ш-ш-ш! — слышится яростное шипение в ответ.

Я смотрю в сторону змеи. Она так и осталась на том же месте и сейчас трясет головой, свиваясь в кольца. Похоже, подрыв гранаты произошел прямо перед мордой, и она сейчас ошеломлена.

— Хтыщ! Хтыщ! Хтыщ! — новая серия вспышек влетает в морду змеи без видимого эффекта.

Я цепляю взглядом Снежинку — она быстро летит над травой. В одной руке у нее шпага-жезл, в другой — открытая склянка с синим зельем восстановления, которое она пьет прямо на лету. Я закладываю дугу, приближаясь к змее с левого фланга. Нужно попробовать достать монстра ножами и перегрузить защиту, как это получилось сделать с мантикорой.

Поле боя перечеркивает горящим зеленым светом стрела — это Ирей сделала свой ход. В глаз она не попала, вонзилась рядом.

— Ш-с-с! — шипение переходит в свист.

— Поберегись! — это уже кричит Добрыня.

Богатырь выбежал из зарослей. Впереди выставлен щит, а в руке наливается белым светом занесенная над головой булава. Он несется, словно былинный витязь, собравшийся повергнуть злого Змея. Глаза Добрыни горят, седая борода развевается на бегу, как флаг во главе атакующего воинства.

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — ковбойша проснулась и открыла огонь откуда-то из-за стены кустов.

Только богатырь поспешил… или, наоборот, — опоздал: змея уже пришла в себя. Она с шипением прокрутилась на месте, а ее гигантский хвост буквально выстрелил в богатыря!

— Бум! — раздался гулкий звук удара.

Зеленое бревно, по недоразумению называемое хвостом, с размаху ударило о щит. Я только и увидел, как в стороны полетели осколки. От удара двухметрового Добрыню подбросило в воздух и опрокинуло на спину. Светящаяся булава описала красивую дугу и улетела куда-то в кусты.

На секунду мое восприятие замерло. За первую минуту боя мы уже лишились главной ударной силы, а противник цел и готов сражаться дальше. В следующую секунду мои руки уже рванули с перевязи оба кинжала. Еще мгновение — и стальные росчерки устремились в сторону змеи. Ослаблять напор нельзя! Давим змею, пока она не очухалась и не добила нашего богатыря!

— Птыщ! Птыщ! Птыщ! — продолжала стрелять Изабелла.

— Хтыщ! Хтыщ! — прилетели новые вспышки от феи.

— Ш-ш-ш! — с яростным шипением змея снова крутанулась на одном месте и скрылась в сторону дворца. Вдалеке колыхнулась трава и мелькнула ее рогатая голова.

Через несколько секунд ничего не напоминало про яростную схватку. Только очумело трясущий головой богатырь да смятая трава, говорили об обратном.

— И что это было? — задал я риторический вопрос.

Добрыня остался без щита и отшиб напрочь левую руку. Снежинка залила его ушибы Целительным Льдом. Изабелла не успела вовремя отвернуться и прикрыть уши — получила легкую контузию и временно ослепла на один глаз, поэтому она открыла огонь с опозданием и не такой точный.

— Мнится мне, змей этот крыс-то и разогнал, — сказал богатырь, осторожно шевеля рукой.

— Его надо достать и убить! — тут же высказалась Снежинка.

— Простите ребята, я подвела вас, — это уже Изабелла.

На нее было тяжело смотреть: плечи поникли, голова опущена, покрасневшие глаза со следами слез она прятала под низко опущенной шляпой. И куда подевалась гордая ковбойша?

— Так! Мальчики, идите погуляйте минуток десять! — сказала фея, обозрев опечаленную деву.

Я переглянулся с Добрыней и отошел в сторонку. Похоже, Снежинка решила провести сеанс женской психотерапии.

— Как рука? — спросил я у деда-богатыря.

— Пройдет. Щит токмо новый купить придется, — пробасил он в ответ. — Что дальше делать думаешь?

— Что дальше делать, говоришь? — переспросил я и задумался.

Вариантов просматривается три. Первый, самый плохой, — уйти отсюда к другому обелиску или охотиться за крысолаками. У других обелисков будут другие стражи, да и охота без пополнения снаряжения рискованна. Тот же щит богатырю нужен новый. Второй — воспользоваться обелиском. Сам камень рабочий: я это проверил, прикоснувшись к нему. Там можно обновить запасы и снова рвануть в бой за змеей. Только змея может за это время или уползти куда, или, наоборот, засесть в засаду. В этот раз разглядывать нас и дожидаться гранаты в морду она не будет. И третий, самый безрассудный — прямо сейчас полезть в подвал под дворцом и добить ее.

— Есть у меня один план, — пространно ответил я.

Я очень аккуратно спускался по ступенькам в подвал. Ход вниз обнаружился прямо за парадной лестницей. Когда-то цокольный этаж использовался для кухни и подсобных помещений. Сейчас же коридоры завалены какой-то рухлядью, среди гнилых досок виднеются остатки костей. Крысолаки выгребли все ценное, оставив только обломки мебели да выбитые двери.

Мягко ступая, буквально стелясь над гранитной плиткой, вслушиваясь в каждый шорох, я думал, как я дошел до жизни такой.

— Может, тебе имя поменять на Шахида? — сказала пришедшая в себя Изабелла, когда я озвучил свой план.

— Страха ты не маешь, токмо боком выйдет это однажды, — поддержал ее Добрыня.

— А мне нравится! Отличный план! А когда Шах убьется, я стану командиром! И буду командовать гораздо лучше его! — поддержала меня фея.

Только все на нее как-то странно посмотрели, включая и меня.

— Что?! Вы думаете, что я буду еще безрассудней Шаха?! — воскликнула она. — Да я сама разумность! Когда вас еще на свете не было, я уже была самой умной феей в горах!

— Ладно, ребята, оставлять змею рядом с обелиском все равно не дело. Нужно разведать ее логово, если она там, выкурить и добить. А скрытное проникновение — это мой профиль, — прервал я назревающий спор.

— Мы-то сделаем как скажешь, командир, — пробасил в ответ богатырь. — Токмо во дворце этом ходов в подвал, как дырок в сыре, и вылезти она может через любой.

Входов подвал только снаружи мы насчитали пять штук, просто обойдя дворец по периметру. Сколько спусков внутри, одной Системе известно.

— Рискнем, засаду нужно делать толпой и в одном месте, поодиночке этот шланг нас съест, — ответил я.

Так я и оказался в подвале. Медленно крадущийся, обработанный уничтожителем запаха, глубоко окунувшись в спасительное ледяное спокойствие.

Шаг, еще шаг… Из-за очередного поворота слышен срежет и тихое шипение. Вдох, выдох, я на несколько секунд замираю, вслушиваясь. Скрежет и шипение продолжается. Что бы там змея ни делала, она никуда не сбежала и сейчас находится в двух десятках шагов от меня.

Я аккуратно выглядываю из-за края стены. За поворотом виден большой зал, похожий на каменный амфитеатр с нисходящими уровнями. Косые лучи света падают из цокольных окон, расцвечивая все тусклым светом. В центре амфитеатра куча песка и каких-то полусгнивших тряпок. Поверх этой кучи медленно извивается змея. Она трется башкой о кованую ограду, перекрывающую один из входов, и недовольно шипит.

В полумраке я разглядел лужу крови под металлическими воротами. «Она пытается выковырять стрелу Ирей!» — мелькнула у меня догадка. А руки тем временем сами собой сорвали с перевязи две гранаты. Одну светошумовую, палец тут же вдавил детонатор, и вторую — со слезоточивым газом, детонатор вдавлен на полсекунды позже.

Бросок! Стальные цилиндры звонко стучат о камень амфитеатра, а я уже бегу по коридору назад. Руки на ходу закрывают уши, рот уже отрыт.

— Бтыдщ! — догнал меня подрыв гранаты, яркая вспышка подсветила стены коридора.

— Ш-с-с! — вторит подрыву громкое шипение змеи.

Слишком громкое — она будто шипит прямо за моей спиной. Дальше я несусь на одном дыхании, забыв про всякую осторожность. Взлетаю по лестнице, проскакиваю замершего в засаде за углом богатыря и падаю на мягкую зеленую траву.

Холодный вкусный воздух рвется в горящие огнем легкие. Я дышу, словно рыба, выброшенная на берег, и все равно не могу надышаться. Не знаю, откуда это взялось, но бежал я через подвал, как заправский спринтер. Беги я так на стадионе — поставил бы пару рекордов, может быть, даже мировых.

— Ш-ш-ш! — яростное шипение ударило по нервам, словно кипяток.

Я моментально перекатился и одним движением поднялся на ноги. В правой руке уже обнаженный меч, в левой — кинжал. Вот только помогут ли они мне?

— На! — выход-выкрик Добрыни перекрывает шипение.

— Бум! — близкий мощный удар толкает воздух и отдается вибрацией в костях.

— Птыщ! Птыщ! — выдает дуплет ковбойша и замолкает.

— Вау! Да ты прямо ее размазал! Как паука тапком! — выдает сентенцию Снежинка.

Я медленно выдыхаю. Все закончилось хорошо…

Глава 20 — Награда и Радио

Выход из подвала сделан в виде Т-образного перекрестка. Сначала змея должна была упереться в стенку, а потом повернуть на лестницу налево или направо. Вот в этом перекрестке за углом и дежурил Добрыня с уже «разогретой» булавой. А снаружи прятались девушки с оружием наготове. Моей задачей было выкурить змею слезоточивой гранатой и завести ее в ловушку. Получилось на все сто процентов.

— А как Шах бежал! Прямо летел! Безо всяких заклинаний! Может, у него были феи в родне? Или джинны! — заливалась Снежинка. — Глаза выпучены! Борода всклочена! Как побежит по стене! Я даже сама испугалась!

Я провел рукой по лицу. Короткая борода аккуратно приглажена, а вот правый глаз, кажется, дергается. Только почему-то у меня ощущение, что это не змея виновата, а моя замечательная подруга. Чуткая, добрая, любящая поддержать товарищей в трудную минуту.

— А потом наша орясина как заорет! Как засандалит своей дубиной по бедной змейке! А кровь как брызнет фонтанами во все стороны! — фея переключилась на новую жертву.

Я выдохнул и направился к лестнице: нужно разобраться, что там произошло. Навстречу мне вышел Добрыня, что-то недовольно бурчащий себе под нос и вытирающий потеки крови с брони какой-то ветошью. Потеков было много. Такое впечатление, что его окатили ведром крови, даже бороду забрызгало. Я не стал лезть к занятому и недовольному человеку и пошел дальше смотреть на место забоя.

Коридор на самом деле напоминал место работы мясника. В перекресток втрамбовалось метров пять туловища змеи, выложив причудливую петлю, и ее голова с раскуроченным затылком. Такое впечатление, что в нее попал артиллерийский снаряд. Все испещрено пятнами крови и мелкими бесформенными ошметками мяса. А на полу возле трупа так вообще натекла большая красная лужа.

— М-да… Впечатляет, — потянул я.

— Я знала, что вы все маньяки! — крикнула мне на ухо Снежинка. — Одного медом не корми, дай залезть в глотку к монстру! Да чтобы пасть была побольше! А второму лишь бы расколошматить в фарш кого-нибудь!

Я посмотрел на раскрасневшуюся фею. Она сейчас напоминала футбольную фанатку, которая только что увидела гол свой команды в решающем матче. Вся возбужденная, счастливая, фонтанирующая эмоциями.

— Сказала девочка фея, которая постоянно призывает всех убить, — тихо сказал я куда-то в сторону.

— Ты что-то сказал про меня?! — тут же взъерошилась Снежинка.

— Нет, ничего, тебе показалось, — сказал я и начал спускаться по лестнице.

Фея что-то пробурчала и отстала от меня, а я наконец добрался до тела монстра и прикоснулся с мысленной командой на сбор трофеев. Секунда — и огромный труп исчезает в темном мареве. Россыпь кристаллов, блеснув желтым цветом, падает в красную лужу. Вдобавок к кристаллам в лужу упало два небольших рога, что были на голове змеи.

— Однако, — сказал я, наблюдая, как кровь быстро уходит в открывшееся сливное отверстие.

Все кристаллы — а их тут пять штук — теперь покрыты красными разводами и их даже неприятно брать в руки. Хорошо хоть не смыло в канализацию. Я потянулся за тряпкой в подсумке: надо бы добычу привести в товарный вид, прежде чем девочкам показывать.

— Народ! Давайте делить добычу! — позвал я громко свою команду.

А сам выбрался наружу от греха подальше. Из подвала потянуло каким-то резким едким запахом, от которого слезы сами собой наворачивались на глаза. Дым от слезоточивой гранаты дошел и сюда.

Через минуту команда собралась вместе, у всех приподнятое после победы настроение, за исключением богатыря. Добрыня так и не оттер нормально бороду и стал целью шуток нашей отрядной язвы.

— С змеи упало пять желтых кристаллов и два рога, — кивнул я на тряпку с очищенной добычей. — Два кристалла предлагаю отдать Добрыне на щит, а три Изабелле на закупку запаса патронов и защиты.

— Я не против! Только отдайте мне рога! — влезла вперед всех фея.

— Ты что-то про них знаешь? — тут же спросил я.

— Нет! Но обязательно узнаю! — с энтузиазмом ответила она.

В другой ситуации я бы может возразил, но Снежинка недавно вызвалась купить средства связи на отряд. И рога этот взнос как-то компенсируют.

— Хорошо, рога отдаем Снежинке. Возражения есть? — я обвел взглядом отряд.

Вперед внезапно выступил Добрыня.

— Рога-то пусть девчушке будут, а мне камней этих не надо, — тяжело роняя слова, сказал он.

Переубедить седого мужика, который что-то решил, очень непросто, но я все-таки попробовал.

— Щит поломан в бою со змеей. Что с добычи с нее купим новый на замену, справедливо будет, — сказал я.

— Не хочу я со змеюки этой добычи себе, — ответил богатырь и нахмурился.

— Как знаешь, — сказал я и мысленно махнул рукой.

Больше никто не выступал, даже Изабелла не стала возражать и молча взяла три желтых кристалла. По одному досталось мне и Ирей.

— Давайте двигаться к обелиску. Кстати, там и одежда обновится, — сказал я, стараясь не смотреть на Добрыню. Испачканная борода как-то его сильно задела.

— Идем-идем! Мне нужно побыстрей разобраться с рогами, я чувствую в них магию! — вторила мне возбужденная Снежинка.

— Кстати, — вспомнил я об одной мелочи. — А что там с твоим яйцом?

— Каким яйцом? — переспросила фея. Мысленно она уже была где-то далеко.

— Которое Ош, — сказал я. — Ну, мантикора.

— Ах, Ош! Все хорошо! Вылупится через несколько дней! Тогда я ух как всем задам! — ответила Снежинка и погрозила маленьким кулачком в небо.

И я даже как-то не нашел, что ей сказать в ответ… Гиперактивная фея верхом на мантикоре — как-то слишком для этого мира.

Через сорок минут, как было условлено, я вернулся на площадь перед разрушенным дворцом. Из команды на площади наблюдался один Добрыня. Уже чистый, опрятный, с новым блестящим металлом щитом. В белоснежной бороде красовалось несколько вплетенных серебряных колец.

— Девушки пока не появлялись? — проформы ради спросил я.

— Не видать покамест. Да и видано где, чтоб красавицы вовремя приходили, — пробасил он в ответ.

Настроение у богатыря явно улучшилось. И кажется мне, что серебряные кольца в бороде — это какие-то защитные артефакты, чтобы ее кровью не заляпало или, не дай бог, не отрубил злодей какой.

У меня же настроение скакало. Вроде и радоваться нужно — докупил снаряжения. Вокруг шеи повязан платок, который защищает от дыма и ядовитых газов. На ремне с гранатами добавилось ячеек, плюс две слезоточивые шашки и две светошумовые гранаты. Татуировку на веках улучшил — теперь она защищает и от едкого дыма.

Вот только платок — одноразовый артефакт. За него я отдал один желтый и три оранжевых кристалла. А хватит его от силы часа на полтора работы. Нормальные маски с фильтрами, которые можно перезаряжать, начинались с трех желтых. Закупка гранат и улучшение татуировки съели остаток кристаллов. На подзорную трубу денег вообще не осталось. А так хотелось монокуляр с дальномером и тепловизором. Я даже себе присмотрел такой — только стоит он уже зеленый кристалл с мелочью. Вот и получается: вроде и закупился, да купил не все и не то, что хотел.

— О, Шах! И Добрыня тут, — сказала появившаяся в нескольких шагах от меня фея.

Она пробежалась по нам изучающим взглядом и сделала какие-то выводы. Я ответил таким же взглядом: на фее добавилось драгоценностей. Она и раньше носила украшения, которые наверняка еще и артефакты, а сейчас их стало еще больше. Добавился браслет на правой руке, кольцо на левой, цепочка с амулетом на шее, красивая диадема, полускрытая в сложной прическе. Кем бы Снежинка ни была в своем мире, денег на снаряжение она не экономит.

— Смотрите, что у меня есть! — воскликнула она и протянула к нам свою изящную ручку.

На ее ладони лежала пара черных гарнитур, вполне современно выглядящих. Такие небольшие, с палец размером, которые надеваются на одно ухо и через них можно говорить по телефону. Такая же гарнитура уже красовалась и у феи на правом ушке.

— И как ими пользоваться? — спросил я, забирая свой экземпляр.

— Все просто! Надеваешь на ухо и слышишь все, что говорят другие! Одно нажатие пальцем — и можешь сам говорить! Слышен будет даже шепот! Два быстрых нажатия — посылаешь сигнал вроде щелчка. Другим звукам не мешает — будешь слышать все вокруг! — ответила фея на редкость развернуто.

— И как далеко эта цацка работает? — спросил Добрыня, подбирая свой экземпляр. В его большой ладони гарнитура выглядела маленькой хрупкой финтифлюшкой.

— Шестьсот метров! Препятствия на дальность не влияют! — воскликнула довольная Снежинка.

— А если мы вытянемся в цепочку и между каждым будет по пятьсот метров, то первый будет слышать последнего? — спросил я.

Фея меня подозрительно осмотрела, будто я пытаюсь принизить выбранные ей гарнитуры.

— Нет! Тогда нужно по очереди передавать сообщения! — сказала она уже не так воодушевленно.

Я без лишних слов нацепил свою гарнитуру. Пощелкал пальцами вокруг головы — действительно, надетая рация звуки не глушит. Потом два раза прикоснулся пальцем к артефакту.

— Все слышно! Не бойся! Я в артефактах разбираюсь, не то что всякие низшие неучи! — Снежинка гордо задрала носик вверх.

Добрыня неопределенно хмыкнул и надел свой аппарат. Потом постучал по нему пальцем.

— Тон. Тон, — отдалось у меня в ухе, словно кто-то рядом задел струну два раза.

— Тан, — раздался более звонкий звук. Это уже Снежинка стукнула два раза по своей гарнитуре.

— Забавна цацка, — отозвался богатырь.

— Что за цацка? — спросил знакомый бархатистый голос. К нам добралась Изабелла.

Ковбойша тоже прикупила обнов. Сразу в глаза бросились стильные черные очки. Они прекрасно сочетались с широкой черной шляпой и черной жилеткой с белой рубашкой. Теперь Изабелла выглядит не только как модель, одевшаяся на ковбойскую тематику, но и похожа на агента ФБР. Вторым делом я заметил аккуратные сережки-гвоздики в виде черного ромба. Они тоже прекрасно вписывались в вид стильно одетой девушки.

— Прекрасно выглядишь, — ничуть не покривил душой я.

— Спасибо, — отозвалась с улыбкой Изабелла.

— А мои обновки ты не похвалил! — тут же вклинилась фея.

— Извини. Ты тоже прекрасно выглядишь и принесла прекрасные гарнитуры, — исправился я.

Фея в ответ гордо задрала нос и протянула гарнитуру ковбойше. Кстати, в отличие от нас у Снежинки явно есть какой-то артефакт для хранения снаряжения. Гарнитуры она доставала прямо из воздуха, как и свою волшебную палочку.

— Спасибо, — сказала Изабелла и без лишних слов надела гарнитуру.

— И мне можно? — сказал тихий, робкий голос из-за моей спины.

Я покосился назад, и да — за моей спиной стоит Ирей и как ни в чем не бывало протягивает руку Снежинке. Это такая шутка Системы или они специально подкрадываются ко мне из-за спины?

Снежинка тем временем выдала последнюю гарнитуру и повторила свою инструкцию.

— Тин. Тян, — отозвались у меня в ухе попытки девушек постучать по своим средствам связи.

— Так, девушки, новая игрушка — это просто замечательно и очень полезно, но давайте не забывать, что нам сейчас нужно провести разведку, — попробовал я навести дисциплину. — У нас сегодня есть еще порядка трех часов. За это время нам нужно найти логова крысиных вожаков, желательно всех трех, и прикинуть план как, мы их будем устранять. Более того, нам нужно еще успеть вернуться к обелиску. Если конец сессии застанет нас в Осколке, наши аватары как бы уснут, но их могут найти и убить крысы.

— Шах, тебе не говорили, что ты зануда?! — воскликнула Снежинка.

— Говорили, но что это меняет? — парировал я.

— Давайте сначала разойдемся в стороны и попробуем общаться через гарнитуры, — внесла рациональное предложение Изабелла.

Я только махнул рукой: действительно, пусть сначала наиграются. Тогда уже в самом походе не будут баловаться с рациями.

— Шах, а Шах, ты что-нибудь видишь? — прозвучал у меня в ухе голос феи.

Я только подавил желание возвести очи горе. Против своего желания я прикоснулся пальцем к гарнитуре.

— Снежинка, я только залез на наблюдательную позицию. Можешь мне не мешать? — ответил я.

Большая часть города расположена вдоль реки, там же и собрались стаи крысолаков. Поделили участки возле реки, занимаются рыболовством, охотой и периодически дерутся друг с другом. Через полчаса блужданий по заброшенным паркам и разрушенным улочкам мы вышли к какой-то колокольне у подножья холма, где и решили засесть. Точнее, засел я с наблюдательным артефактом, который мне предоставила богатенькая Снежинка, а Ирей пошла в разведку с наказом не попасться и вернуться не позже, чем через час.

— Шах, а Шах, ты чего такая зануда? — снова занудила фея.

— Шах Добрыне. Займи Снежинку чем-нибудь полезным, можешь и Изабеллу прихватить, — ответил я через рацию, — потому что если я еще несколько минут послушаю, как она нудит, то у меня не выдержат нервы и я сниму гарнитуру.

— Эй! Кто это тут нудит! Пш-ш-ш, — оборвался крик феи на полуслове.

Добрыня сломал рацию Снежинке? Вряд ли, скорее всего, просто снял… Я подавил желание отползти с наблюдательной позиции и посмотреть, что делают мои сокомандники. Пусть Добрыня фею хоть в охапку берет и уносит. Самое главное, что он ее занял, и я смогу спокойно сделать дело.

Я снова подкрутил артефакт, настраивая фокус. Аналог подзорной трубы, что мне вручила фея, больше походил на стеклянное яблоко. Две прозрачные полусферы, соединенные медным кольцом. Артефакт увеличивал замечательно, но не слишком удобен: приходится часто вращать одну из сфер для настройки фокуса.

С колокольни открывается прекрасный вид. Видно реку, разрушенные кварталы, заросшие зеленью, и две небольшие деревушки крысолаков прямо под нашим холмом. Крысолаки обосновались прямо посреди разрушенных улиц, часть домов растащив на камни, часть перестроив под свой вкус. И, кстати, Изабелла оказалась полностью права: вожди действительно жили в самом центре поселения в окружении сильнейших воинов. В каждом поселении было минимум несколько сотен крыс, похожих на людей. В основном это слабые полукрысы-полулюди в метр с небольшим высотой. Вечно полусогнутые, вооруженные большими когтями и примитивным оружием. Они скорее напоминали больших крыс, нежели людей. Зато их было много, и шатались они группами минимум в пять морд.

Группами побольше руководили уже более рослые крысолюды. Метра под полтора ростом, больше мышц, лучше оружие, одеты в примитивные доспехи. Я их про себя назвал «сержантами».

Еще я увидел группу «воинов», уже метр семьдесят высотой. Более-менее прямая спина, еще больше мышц, еще лучше оружие и броня. Отряд из пяти таких воинов с десятком сержантов на моих глазах вышел из джунглей. За ним следовало два десятка мелких крысолаков с большими кусками мяса. Похоже, вернулись с успешной охоты. Еще с той группой шла пара шаманов. Размером с воина, но скрюченные и все увешанные костяными амулетами, с костяными же посохами.

Все свои наблюдения я записывал в блокнот обычной ручкой. Обошелся мне блокнот в оранжевый кристалл, как и ручка. Еще я в тот же блокнот зарисовал примерную карту деревень крысолаков и прикинул ориентиры.

Из интересного что я подметил — между двумя деревнями проложена настоящая граница. Две параллельные улицы, идущие от реки к нашему холму, расчищены, и по ним регулярно ходят патрули: по левой — патрули из левой деревни, по правой — из правой. Между собой они не пересекаются и на серую зону между этих улиц не залазят. На холм они тоже не поднимаются, видимо, боятся змеи, которую мы убили.

— А это еще что такое? — пробормотал я себе под нос.

Ближайший ко мне патруль из левой деревни, который я как раз разглядывал, внезапно насторожился и развернулся в сторону серой зоны. Тут же в сержанта влетела знакомая синяя вспышка. Начальник патруля превратился в замороженную крысу и упал на брусчатку, следом практически без задержки на брусчатку повалилось пять мелких крысолаков сопровождения.

Глава 21 — Идея и Страх

Несколько секунд у меня ушло на анализ увиденной картины.

— Снежинка сняла сержанта, а Изабелла пятерку мелочи, — тихо сказал я сам себе, быстро подкручивая фокус артефакта. — Так, стоп! Впереди еще была пара разведчиков.

Двойку авангарда сняла Ирей. Я успел застать момент, как последний живой крыс попытался удрать на свою территорию, но получил стрелу в спину. Беглец на полном ходу подпрыгнул, перекувыркнулся и остался лежать на земле бесформенной серой кучей.

— Четко, — похвалил я действия сокомандников.

На тихую уборку патруля ушло несколько секунд. Наверняка еще Снежинка выделилась, крикнула что-нибудь перед атакой. А так бы положили всех полностью незаметно. Остается вопрос: почему мне о засаде ничего не сказали? Я вроде как начальник, а подчиненные творят всякую самовольщину, вместо того чтобы спокойно дожидаться, пока я составлю план.

Хотя я и сказал Добрыне занять Снежинку, но нападение можно было и со мной согласовать. Наверняка это Снежинка постаралась. Сидеть на попе ровно — это не про нее. Небось, пошли в разведку, там напоролись на Ирей, узнали про патруль и решили организовать засаду.

И что дальше? Гайки завинчивать и строить всех за самовольщину я точно не буду. У нас не армия, и лидер отряда я скорее номинальный. Буду вести себя неадекватно — просто разбегутся. Нужно действовать тоньше, чтобы даже до Снежинки дошло, насколько сработанная группа, действующая по плану, эффективней анархии.

— Шах Добрыне, доложить обстановку. Прием, — сказал я, предварительно коснувшись пальцем гарнитуры. До моей группы примерно с полкилометра — должны меня услышать.

— Добрыня Шаху, устранен патруль врага. Потерь нет, тревоги не замечено. Прием, — отозвался Добрыня через пару секунд.

— Шах Добрыне, трупы врага затащить на середину нейтралки. Так, чтобы остались кровавые следы, потом затрофеить. Нейтралка — это улица, из которой вы устроили засаду. Как понял? Прием, — выдал я короткую инструкцию.

— Добрыня Шаху, крыс затащить на середину нейтралки, там затрофеить. Прием, — отозвался в гарнитуре бас богатыря.

— Да что вы несете?! Какие трупы?! Зачем их куда-то тащить?! — влез в разговор голос Снежинки.

Я огладил бородку. Перед началом разведки я рассказал инструкцию, как пользоваться радиосвязью: говорить только по делу, называть позывной, к кому обращаешься, завершать сообщение словом «Прием». Но, фея, как всегда, пропустила все мимо ушей.

— Шах всем. Сейчас объясню план, — сказал я в гарнитуру и приступил к рассказу.

— Утро красит нежным светом стены древнего Кремля, просыпается с рассветомвся советская земля, — под знакомые звуки я потянулся и поднялся с постели.

Мышцы уже почти не болят, в теле здоровая бодрость и хорошее настроение. Можно повторить заход на паркур, завтра вроде как есть занятие на секции.

— Мяу! — сказал мой контролер.

— Бандит! Шо ты вечно как не родной? — воззвал я к совести кота и сам улыбнулся: где мой кот, а где совесть?

— Мяу! — ответил требовательным мявком кот.

Пока выдавал коту утреннею пайку, вспоминал прошедшую игровую ночь. Сессия прошла плодотворно — получили задание, провели разведку, даже стража точки выхода завалили. Попутно прикупили снаряжение и устроили провокацию местным шайкам крысолаков. Жаль, правда, что уже не осталось времени понаблюдать за результатами: нужно было возвращаться к обелиску.

Когда Снежинка подбила остальных вынести отряд крыс, у меня появилась идея. Ребята перебили патруль левой деревни. А что если повторить то же самое с патрулем правой деревни и оставить следы, будто во всем виновата противоположенная сторона? Судя по увиденному, любви они друг к другу не питают. Крысы из левой деревни пойдут мстить за свой патруль, нарвутся на крыс из правой. Завяжутся пограничные схватки, на которые уже могут выбраться вожаки.

Даже правильней сказать, вынуждены выбраться. В примитивных обществах все построено на силе и авторитете. Если кто-то не ответит на брошенный вызов, значит, он слаб и его начнут гасить все соседи.

Что из этого получится, я увижу следующей ночью. А сегодня нужно поработать и посмотреть, что там с информационной бурей. Сначала работа, а потом зависание в интернете. А то я себя знаю: как залипну на просмотре всякой ерунды, так полдня уйдет в никуда.

Работа пролетела быстро. В отличие от вчерашнего дня все спорилось, проблемы решались с лету, и то, над чем я обычно зависал полтора дня, было сделано за четыре часа. Единственная проблема: меня так и подмывало открыть сайт конспирологов и засесть за просмотр видеороликов. Но я превозмог!

Запоздало пообедав, я вернулся к компу с кружкой ароматного чая и погрузился в чтение.

У популярного блогера со взрывом макаронной фабрики на голове под вчерашним видео несколько тысяч комментариев. Судя по оценкам, народ в основном принял снятое как розыгрыш. «Дайте мне золото, я тоже фокус с исчезновением покажу!» — самый популярный отзыв на видео.

На форуме конспирологов, напротив, — царил азарт и энтузиазм. Там с радостью ухватились за историю с приходом Системы и начали собирать все новые и новые доказательства. Новые видео, переводы с зарубежных форумов, в том числе с китайского и с хинди. Переписка с коллегами из США и Канады. Уже состряпали табличку конвертации кристаллов вплоть до зеленого.

Видно, что люди работают, и работают результативно. Вопрос, когда к этому празднику жизни подключатся спецслужбы. Если уже не подключились. Сам я на этом форуме не регистрировался, ничего не писал — просто читал.

Я откинулся на кресле и задумчиво посмотрел в потолок. События развиваются и пока все идет хорошо. Я расту в умениях, улучшаю снаряжение, у меня уже есть эффективная группа. Единственное, что меня беспокоит, это ситуация с Изабеллой. Идея забить на паранойю и попытаться познакомиться с ней в реале все чаще мелькает в моей голове. Девушка мне нравится, и мысли, что к ней могут прийти бандиты с угрозами, откровенно напрягают.

Я огладил кожу лица, как-то даже непривычно ощущать выбритую кожу вместо бородки. Может отрастить себе бороду с усами? Но тогда я стану похожим на себя в виртуальности…

Мысли вильнули и переключились снова на Изабеллу. В любом случае, даже если опасения станут реальностью, с ней попробуют договориться. Ковбойша им нужна целой, здоровой и согласной на сотрудничество. Поманят деньгами, намекнут на перспективы и только потом перейдут к угрозам. У нас есть минимум несколько дней на реакцию, если ей вообще нужна будет моя помощь.

Я помотал головой. Время есть, и вместо того, чтобы мучиться пустыми переживаниями, лучше сделать что-то полезное. «Делай, что должен, и будь что будет!» — всплыли в моей памяти слова древнего римского императора Аврелия.

— До вечера еще далеко, пойду-ка я проверю гараж с гольфом, — сказал я коту.

Своей машины у меня нет, зато есть права и гараж, доставшийся в наследство от дядьки. С ямой и набором инструментов. Про гараж как-то прознал мой друг Пашка и выпросил ключи. Туда он загнал свой переделанный для стритрейсинга[1] гольф. Я в ответ поставил условие, что у меня будут ключи от машины и я могу ее брать, когда мне приспичит. На что Паша с радостью согласился, правда, добавив: если я что-то сломаю, то ремонт за мой счет. Сам он сейчас умотал в турпоход куда-то на Кавказ. Так что, если гольф не разобран, я могу его спокойно брать.

Серая комната с черным обелиском встретила меня привычной тишиной и мягким рассеянным светом. От моего прикосновения черный матовый камень превратился в плоский экран. Я пробежался по строчкам, описывающим состояние моего аватара, — ничего нового. И в кошельке почти голяк, три красных кристалла и пара черных. Остатки оранжевых я вчера слил в прану — сто сорок единиц.

— Всем привет. Кто на месте? — отписал я в чат группы.

— Тут, — отозвался Добрыня.

— Тут, — появилась через пару секунд Ирей.

И дальше тишина, Снежинка с Изабеллой задерживались. Хотя вроде как для всех сессия начинается в одно время, и мы вчера условились, что первым делом списываемся в чате и идем выполнять задание.

— Ждем пять минут, — отписал я в чат.

Сам же, следуя концепции «не тратить время зря», переключился на магазин. Нужно продумать дальнейшие закупки снаряжения. Сейчас я получаюсь эдаким разведчиком-поддержкой. Мне бы еще что-нибудь для контроля[2] монстров. Разные гранаты — это хорошо, но нужно еще что-то вроде парализующего яда на кинжалах или арбалета с отравленными болтами.

Ирей сейчас плотно закрепилась в роли разведчика. Изабелла — чистый дамагер — тот, кто наносит быстро много урона. Снежинка — поддержка и дамагер, Добрыня — танк с суперударом, от которого дохнут огромные монстры. Я же в этом квартете получаюсь координатором, который может перед началом боя подкинуть врагам гранату. Роль вроде как полезная, но, когда бой уже начался, толку от моих ножей с кинжалами практически никакого.

— Всем привет! — написала в чат Снежинка и добавила пяток картинок-снежинок, щедро раздающих поцелуи.

— Я тут, — появилась Изабелла.

— Отлично, все готовы? — отписал уже я.

Через несколько секунд в чат высыпало четыре «Да».

— Тогда отправляемся прямо сейчас! Вперед! — я отправил сообщение и коснулся обелиска.

Серая комната растворяется, на несколько мгновений я зависаю в бесконечной темноте. Потом вновь накатывает ощущение гигантской волны. Она подхватила меня и несет куда-то в сторону. Сознание гаснет и тут же вновь пробуждается. А я уже стою на знакомой, заросшей травой площади перед разрушенным дворцом. Справа, в двух шагах, обелиск и больше никого.

Ясная погода, снежно-белые облака на ярко-синем небе, зелень заросшего сада. Только слышен шелест ветра и пение редких птиц. Кстати! Мне тут пришла в голову мысль. Я сейчас могу проверить один вопрос: Система специально забрасывает сокомандников за мою спину или это они сами подкрадываются? Для проверки я могу просто встать спиной к обелиску и посмотреть, где и когда появятся мои напарники.

Шаг, еще… Я на ходу разворачиваюсь спиной к каменной стеле и внезапно врезаюсь во что-то мягкое и упругое… Я бы даже сказал, приятно упругое.

— Ай! — послышался голос Ирей из-за моей спины.

Я замер и прислушался к своим ощущениям.

— Ой, а что вы тут делаете?! — голос Снежинки слева.

— Хо-хо-хо, — это уже Добрыня, справа.

Ощущения мне подсказывают: я нахожусь в неудобном положении.

— Гм. Извини, — сказал я и шагнул вперед, одновременно разворачиваясь.

Снежинка стоит с видом пай-девочки и смотрит на нас. Добрыня добродушно усмехается и оглаживает бороду. Ирей стоит возле обелиска опустив глаза и, кажется, даже покраснела. Я на секунду задержался взглядом на ее выдающейся груди, которая только что вжималась в мою спину.

— Хо-хо-хо, а малец времени не теряет, — пробасил большой тролль слева.

— Да, дети так быстро растут! Еще вчера он бегал под столом, а сегодня уже зажимает девушек у всех на виду! — звонко ответил маленький тролль справа.

— Я что-то пропустила? — раздался бархатистый голос Изабеллы из-за моей спины.

Кажется, у меня сейчас начнется нервный тик.

— Да, ты очень много пропустила! — в глазах Снежинки разгорелись настоящие отблески адского пламени.

— Так! Стоп! Прежде чем вы начнете меня троллить, мне нужно поговорить с Изабеллой пять минут! Наедине! — вмешался я.

Подхватив ничего не понимающую Изабеллу, я постарался побыстрей оттащить ее от этого сборища любителей поиздеваться над друзьями.

— Хо-хо-хо, какой шустрый малец, — послышался бас из-за моей спины.

— Не думай, что ты так просто сможешь убежать! — вторил ему звонкий голос.

Я только молча шагал вперед, стиснув зубы. Ничего, будет и на моей улице праздник! Дождусь удобного случая и проедусь по обоим. Шутить на тему бороды Добрыни не буду, а вот по фее пройдусь по полной!

— Да что тут творится?! — ковбойша встала и дернула мою руку.

— Извини, — повинился я, останавливаясь. — Эти два тролля меня несколько вывели из равновесия.

«А может и три», — подумал я, имея в виду Систему. Не могла же Ирей появиться одновременно со мной уже в скрыте и быстро шагнуть мне за спину? Или могла?

— А зачем тогда ты меня потащил в сторону? — спросила Изабелла.

Мы отошли буквально метров на пятнадцать. Если повысить голос, наши сокомандники прекрасно нас услышат. А может, и слышат: у Ирей точно прекрасный слух, а у Снежинки могут быть подслушивающие артефакты. Впрочем, неважно, главное, что есть какая-то иллюзия конфиденциального разговора.

— Извини еще раз, что я тебя так грубо оттащил. Но я бы хотел тебя кое о чем спросить, прежде чем наша хрупкая и нежная напарница начнет надо мной изгаляться, — сказал я искренне.

— Да? И о чем же? — удивилась Изабелла.

— Как у тебя дела в реале? Появились эти бандиты? — спросил я то, что меня волновало в последнее время.

— Появились, — ковбойша разом помрачнела и сняла черные очки. — Сегодня днем ко мне домой пришло двое мужчин. Предлагали пойти работать на старшего Скворецкого. Говорили, что знают про Игру, что мне лучше уйти в команду Паши, намекали на неприятности, если откажусь.

— И что думаешь делать? — спросил я, внутренне напрягаясь.

— А что я могу сделать? У Скворца одноклассник — начальник МВД города. Про это все знают. Если я даже напишу заявление, у меня его никто не примет. Хорошо, что хотя бы мама сейчас в отпуске у подруги в другом городе, — сказала Изабелла с грустной улыбкой.

— А уехать? Думаю, сейчас такая буча поднимется, что скоро всяким Скворцам станет не до игроков, — предложил я.

— Пока еще думаю над этим, — ответила ковбойша.

Я оглядел ее еще раз. Изабелла — гордая и красивая девушка. Жгучая брюнетка, с отличной осанкой и фигурой, одевается со вкусом и умеет держать себя. Видно, что она работает над собой и у нее есть амбиции. Наверное, хочет построить карьеру или выгодно выйти замуж. Скорее всего, и то, и другое. Какой-то там айтишник, даже не глава фирмы, ее вряд ли устроит.

А мои планы — переждать бучу вокруг Системы, найти спокойную девушку и зажить в гармонии и умиротворении. Впрочем, чего я себя обманываю? Хотел бы спокойной жизни — не лез бы раз за разом на рожон.

— Я живу в Минске. Может, я могу чем-то помочь? — спросил я, улыбнувшись.

Мне стало как-то легко и светло на душе. Я переступил через свою паранойю, оставил свой страх. Не только страх оказаться засвеченным перед бандитами и спецслужбами, но и страх новых отношений. Приоткрыл свое инкогнито перед девушкой, которая мне нравится. Теперь дело за ней — пойти мне на встречу или отказаться.

— У меня в Минске подруга. Могу попробовать напроситься к ней, — потянула Изабелла задумчиво, и добавила через секунду. — А я из Смоленска.

— Четыре часа ехать, — я сделал вид, что задумался. — Давай, может, ты с утра попробуешь договориться с подругой. А я наберу тебя часиков в одиннадцать?

— Эй, голубки?! Вы там закончили?! — донесся выкрик Снежинки.

Я только закатил глаза. И надо было ей влезть в такой момент!

— Хорошо, давай сделаем так, — сказала Изабелла с улыбкой.

А я улыбнулся ей в ответ.

[1] Стритрейсинг (street racing анг.) — уличные гонки. Это неофициальное мероприятие, которое проводится энтузиастами на пустых или заброшенных дорогах в темное время суток. Государственными органами не приветствуется из-за высокого риска аварий.

[2] Под контролем в РПГ-играх имеют в виду различные навыки, направленные на ослабление или замедление противника. Типичные задачи игрока с ролью контролера — задержать толпу монстров, разделить ее на части, ослабить босса, то есть создать основному составу выгодные условия для боя.

Глава 22 — Ожидание и Разбег

— Расскажи! Какой он?! — наседала Снежинка.

— Он такой… твердый… — почти прошептала Ирей.

— А задницу?! Задницу ты пощупала?! — продолжала фея.

— Нет, — пискнула эльфийка.

— Ну хоть что-то ты ощутила?!

— Он так сильно прижал меня, что я почти ничего не помню, — выдавила из себя разведчица.

— Ох! — воскликнула фея.

Я же боролся с собой. Мне хотелось то дать фее по башке, то приложить руки к лицу, чтобы как-то отгородиться от этой ахинеи. Снежинка по полной пользовалась удобной возможностью потроллить меня. Как-то спасал ситуацию только тихий смех Изабеллы. В отличие от моей бывшей, которая бы тут же закатила истерику, ковбойша восприняла все с юмором. Добрыня разумно не отсвечивал и только прятал улыбку в свою большую белую бороду.

— Девушки, давайте заканчивать. Мы уже подходим к колокольне, нужна разведка. Ирей, включай маскировку и вперед. Я как обычно, следующий, — вмешался я в балаган.

— Ну вот! Вечно ты все портишь! — сказала Снежинка и как-то странно сощурилась.

— Да-да. Не беспокойся, я еще отыграюсь, — ответил я, ускоряя шаг.

— Тоже зажмешь меня, как эту несчастную маленькую девочку?! — провокационно потянула фея.

— Было бы что зажимать, — ответил я и еще больше ускорил шаг.

— Что-о?! На что ты намекаешь?! — завелась вполоборота Снежинка.

— Тише, дева, а то все крысы сбегутся, — вмешался Добрыня.

Я же на ходу окунулся в ледяное спокойствие. Дыхание выровнялось, сердце начало биться ровно и мощно, а из головы вылетели глупые эмоции. Есть дорога, есть возможная опасность, и есть я — безмолвная машина смерти, сканирующая окружение в поисках врага.

Вперед по краю дороги бесшумно пробежала Ирей, уже в маскировке. Когда она быстро двигается, хорошо заметен размытый контур, словно дрожит нагретый воздух над асфальтом. Сзади доносится возмущенный шепот Снежинки. К счастью, богатырь смог до нее достучаться и она приглушила голос.

Так мы тихо и быстро добрались до колокольни, с которой я вчера обозревал окрестности. Туда и набились всей группой. Верхний этаж занял я с Ирей, ниже Снежинка, за которой присматривала Изабелла, а Добрыня остался внизу на страже.

— Ну что там видно?! — тут же начала тормошить меня фея через гарнитуру.

— Пока ничего, — ответил я, крутя прозрачные половинки наблюдательного артефакта. — Слушай, а нельзя было в этом артефакте сделать удобную настройку фокуса? Постоянно подкручивать приходится.

— Найди на соединительном кольце такую картинку из двух треугольников. Приложи к ней палец и передай немного энергии, — послышался голос Снежинки после затянувшейся паузы.

Я покрутил стеклянное яблоко. Действительно, на медном обруче посередине артефакта есть разные пиктограммы, на которые я не обратил внимания. Нашел рисунок с маленькими треугольниками и приложил к нему палец — ничего не произошло.

«Может, нужен мысленный посыл, как с обелиском?» — подумал я. И это сработало! Палец кольнуло, а стеклянное яблоко мягко осветилось приятным желтым цветом. Я тут же поднес артефакт к глазам. О чудо! Фокус сам начал настраиваться, буквально через доли секунды после наведения.

Одно непонятно: почему я про это узнаю только сейчас?

— Э-м, Снежинка, ты такая хорошая, просто замечательная. А еще очень красивая… — начал я подкат.

— Да-а?! — подозрительно отозвалась фея.

— Расскажи мне, пожалуйста, про другие пиктограммы. И как вообще этой штукой пользоваться правильно?

Снежинка не устояла против моего обаяния. Прочла мне пятиминутную лекцию, а я наконец смог нормально заняться наблюдениями за нейтральной полосой.

— Вижу крыс, — наконец я заметил движение. — Тащат что-то похожее на тела других крыс в сторону деревни, которая слева от нас. Дюжина мелких и два сержанта.

— Ой, я тоже вижу! — отозвалась Снежинка. — Две стаи дерутся!

— Где? — тут же вклинился я.

— Возле желтого дома, посредине, как ты говоришь, нейтралки.

В самом деле возле приметного желтого дома, в километре с лишним от нас, сошлись две группы крыс. В той, что слева, помимо набора средних и мелких крыс, были шаманы, которые метали какие-то черные и зеленые облака. А в той, что справа, — крысолаки-воины. Они бодро уворачивались от магии шаманов и явно пытались обойти левую группу с флангов. На моих глазах черное облако попало в пару мелких крыс, которые как-то странно скукожились и свалились на землю недвижимыми.

— Хо-хо, все-таки сцепились, — послышался голос Добрыни.

— Да, сейчас отряд из левой деревни с шаманами отстреливается магией и отступает. Его преследует отряд из правой деревни с воинами. В левом отряде где-то сорок крыс, а в правом штук пятьдесят, — отчитался я об увиденном.

— А что мне делать? — спросила Изабелла. — У вас хотя бы эти яблоки наблюдательные есть.

Похоже, Снежинка, сделал я себе заметку, купила второй наблюдательный артефакт. Богатенькая девочка.

— Пока ждем и смотрим, каждые десять минут наблюдатели меняются. Нам нужно дождаться появления вожаков. Потом как-то к ним подобраться и попробовать грабануть одного или двух сразу. Если мы полезем наобум, имеем все шансы промахнуться или попасть между двух отрядов крыс, — повторил я озвученный ранее план.

Так пролетел где-то час. Я менялся с Ирей глазом Нимура (так, оказывается, называется это стеклянное яблоко), а Снежинку сменяла Изабелла. Добрыня бессменно дежурил возле входа в колокольню. А крысы, за которыми мы наблюдали, то сбивались в большие стаи, то рассыпались, то делали рейды на чужую территорию, то пытались поймать и перебить вражеский рейд на своей земле. Победившая сторона непременно утаскивала тела и оружие в свою деревню.

Ни одна из сторон не могла достичь перевеса. У левой деревни было больше шаманов, у правой больше воинов. Шла маневренная война с переменным успехом. По моим прикидкам, в боях с обеих сторон полегло уже больше сотни крыс. В основном самых слабых и мелких. Воины и шаманы при угрозе проигрыша тут же бежали, бросая подчиненных.

— Вижу вожака со свитой, — отчиталась Ирей.

— Какая деревня? Какое сопровождение и какие ориентиры? — я тут же закидал ее вопросами.

— Правая деревня, полтора десятка воинов и пять шаманов, три десятка сержантов и много мелких крыс, — ответила она. — Они сейчас проходят мимо большого коричневого здания.

Я потратил несколько секунд, чтобы найти оное здание, а потом и проходящую мимо колонну крыс. Во главе отряда с огромным тесаком наперевес шел крысолак-вожак, который был на голову выше окружающих воинов. Даже отсюда видно его выпирающую мускулатуру и шрамы по всему телу.

— Шах всем. Появился правый вожак со свитой. Большой, покрытый шрамами воин, — сказал я, приложив палец к гарнитуре, и перечислил состав свиты. — Теперь ищем предводителя левой деревни и смотрим, где они могут встретиться.

Предводитель с левой стороны — шаман — появился минут через двадцать. Лидер деревни больше походил на стог из костяных амулетов, из которого торчала седая голова. Он медленно шел, тяжело опираясь на большой костяной посох из позвонков с впечатляющим черепом змеи в навершии. В составе его свиты наблюдался перевес в шаманах. Складывалось такое впечатление, что стая его сильно боится.

С местом встречи тоже скоро стало понятно: оба вожака медленно двинулись в сторону желтого здания посередине нейтральной полосы. Там как раз и площадь была — есть где развернуть свои свиты. Остальные стаи прекратили патрулирование и быстро подтягивались к основным армиям.

— Шах всем. Ирей, присмотри дорогу, как нам выйти в тыл к шаману. В этой паре он выглядит самым опасным. Нам нужно скрытно зайти сзади и ударить, когда они завязнут в бою. Остальные — готовность две минуты, сейчас будем быстро и тихо бежать, — скомандовал я в гарнитуру.

Через две минуты мы побежали. Впереди, как всегда, Ирей, под своим скрытом. За ней бежал я, бесшумно стелясь над каменной брусчаткой. Сзади же доносилось буханье сапог Добрыни и цокот каблуков Изабеллы. Потом послышалась сдавленная ругань феи и посторонние звуки стихли.

Улица, двор, еще двор — Ирей вела нас ведомым только ей маршрутом. Заминка случилась только один раз, когда из подворотни прямо на нас выбежала пятерка мелких крысолаков.

— Кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, — прокашлял револьвер ковбойши, и крысы попадали на землю уже мертвые.

Я в первый раз услышал, как она стреляет после установки рун тишины. Бьющий по ушам звук плетки сменился неразборчивым кашлем, а выстрелы остались такими же меткими и смертоносными. Я бы ее похвалил, но нужно бежать дальше.

Двор, еще двор, перебежать улицу, повернуть и бегом по другой. Меня преследует чувство, что вот-вот — и мы опоздаем. Я бежал, пока не уткнулся в спину Ирей.

— Что там? — спросил я.

— За поворотом выход на улицу, которая ведет к шаману, — ответила она и добавила: — Прислушайся.

Я последовал ее совету: действительно, где-то недалеко идет бой. Слышны визги, невнятные крики, звуки ударов. По соседней улице кто-то пробежал, на ходу переговариваясь грубым писклявым языком.

— Вы как? — я смерил взглядом подбежавшую команду.

Добрыня выглядел свежим, будто не было бега с препятствиями. Фея вообще парила над землей. Только Изабелла тяжело дышала.

— Я в норме, — отмахнулась она.

— Глотни зелья на выносливость, — сказал я, протянув синий пузырек.

— Спасибо, — отозвалась она.

— Сейчас мы вчетвером быстрым шагом выходим туда, — махнул я рукой на поворот, где стояла Ирей. — По этой улице выходим в тыл к армии шамана. Там прорываемся к лидеру и кончаем его. Потом сразу повторяем с главным воином из правой деревни. Изабелла, работаешь по мелочи, отстреливаешь только тех, кто пытается на нас напасть. Снежинка, на тебе крупняк. Добрыня, ты на острие атаки — должен зарядить по шаману своей булавой. Я на подстраховке. Ирей, займи удобную позицию под своей маскировкой и поможешь нам стрелами.

— Отличный план! Надежный! Я бы не смогла придумать лучше! — похвалила меня Снежинка.

А у меня почему-то появилось подозрение, что надо мной издеваются.

— Погнали! — махнул я рукой. Чувство, что мы скоро опоздаем, давило все сильнее.

Поворот, короткая пробежка между разрушенными домами — и мы вылетели на широкую улицу. Справа виднелся выход на площадь, откуда доносились звуки сражения. По всей улице мелкие группы крысолаков или оттаскивали трупы и раненых к своей деревне, или бежали обратно к сражению.

Добрыня молча оттеснил меня и рванул вперед. В его руке уже наливалась белым светом булава. Я побежал за ним, за спиной застучали каблуки сапог Изабеллы. Одна Снежинка летела молча.

— Кх-х, кх-х, — пара мелких крысолаков не успели вовремя убраться с нашей дороги и ткнулись в землю.

— Хтыщ! — синяя вспышка заморозки отбросила сержанта, который зачем-то попытался к нам сунуться.

Другой крысолак-сержант молча упал под ноги Добрыни с моим ножом в глазу. Богатырь разочарованно рыкнул и перепрыгнул через труп. Остальная мелочь поспешила сбежать подальше, что-то истошно пища на своем языке.

Небольшая заминка возникла только на входе на площадь. Крысолак-воин с пятком сержантов и десятком мелких попытался преградить нам путь.

— Кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, — посыпались на землю мелкие крысы.

— Хтыщ! Хтыщ! — количество сержантов сократилось до трех.

Я же молча метнул ножи с двух рук — еще двое сержантов отскочили в разные стороны, хватаясь за раны и что-то вереща.

— Бум! — зарядил Добрыня по воину.

Кровавые ошметки полетели во все стороны, а остатки крысиного отряда разбежались за считанные секунды.

— Бежим дальше! Если застрянем, нас завалят с разных сторон! — крикнул я.

И мы побежали.

Что нам очень повезло, я понял уже задним числом, когда вспоминал момент выхода на площадь. Войско шаманов уже почти окружило отряд воинов, а главный воин-крысолак, который больше походил на орка на стероидах, рвался к главному шаману. Все внимание крысиных командиров было занято сражением, и никто не отвлекался на маленький отряд в тылу.

Пробежка по самой площади мне запомнилась плохо. Под ногами мелькали какие-то обломки, камни, пятна крови, а впереди слышен нарастающий шум битвы. Зато хорошо запомнилось ощущение ледяного безразличия и чувство кипящего азарта. Они каким-то странным образом сплелись у меня внутри. Словно корка льда, из-под которой выбиваются струйки горячего пара.

— Шах! Ты псих! — раздался звонкий выкрик Снежинки.

Мы как раз добежали до тыла основного отряда, и нам на перехват выдвинулись две группы крысолаков. В каждой шаман, воин и четыре сержанта. Случайно или нет, но они грамотно брали нас в клещи.

— Сначала левых! — успел крикнуть я.

— Кх-х, кх-х. Хтыщ! Кх-х, кх-х. Хтыщ! Кх-х, кх-х, — Изабелла открыла огонь дуплетами, ей вторили вспышки Снежинки.

Три сержанта рухнули на брусчатку площади. Вспышки феи бессильно разбились о шамана — тот заверещал дурным голосом.

— Бум! — вильнувший влево Добрыня отмахнулся от воина щитом и зарядил свой коронный, только брызги крови полетели во все стороны.

— Бздынь! — прозвенел по камням мой кинжал: защита шамана по-прежнему держалась.

— Кх-х, кх-х. Хтыщ! Хтыщ! — Изабелла добила сержанта, а Снежинка зарядила еще две вспышки в шамана.

Крысолак-шаман ничего не сказал в ответ — он превратился в обмороженную статую и молча повалился ничком.

Я прокрутился на месте, резко разворачиваясь к правому отряду. Два ножа рыбками ушли навстречу набегающим сержантам.

— Кх-х, кх-х. Кх-х, кх-х, — включилась ковбойша.

— Хтыщ! Хтыщ! — две вспышки ушли во второго шамана.

Один сержант удачно отбил мой нож щитом, который, похоже, сделан из крышки большой кастрюли. Второй поймал клинок прямо в раззявленную пасть, еще двое получили дуплеты из револьвера и выбыли из игры.

Мимо меня промчался богатырь, тяжело бухая сапогами. Последний сержант понял, что сейчас его сметут, и метнулся в сторону, обходя Добрыню, а потом резко ко мне, занося над головой ржавый топор. Мой меч оказался быстрей — сталь пробила крысиное горло, прежде чем он успел ударить.

— Кх-х, кх-х. Кх-х, кх-х. Хтыщ! Хтыщ! — девушки добили шамана.

Добрыня буквально смял второго воина — сначала сбил щитом, потом добавил булавой. Его оружие не успело зарядиться светом, но крысолаку хватило обычного удара по голове.

— Вперед! Быстрей! — кричу я.

Мы почти у цели. Перед нами уже маячит спина главного колдуна и его группа поддержки из десятка шаманов. Они все напряженно колдуют, лупят черными молниями и ядовито-зелеными облаками куда-то вперед, откуда доносится основной шум.

Добрыня врывается в строй шаманов, словно лисица в курятник. Только и видно, как мелькает булава и летят брызги крови во все стороны.

— Кх-х. Кх-х. Кх-х. Кх-х. Кх-х. Кх-х, — выдает серию выстрелов Изабелла.

Сейчас ее выстрелы звучат резче, пули летят, оставляя за собой росчерк трассера и взрываются при попадании. На моих глазах шаман ловит такой снаряд в плечо. Детонация — и ему отрывает руку! Он истошно вопит и тут же захлебывается: мой меч снова вскрывает чужое горло. Ножей у меня больше нет, из всего оружия остались гранаты, меч и кинжал.

Добрыня несется вперед, но главный шаман резко разворачивается и вскидывает ему навстречу костяной посох.

— Бом! — с басовитым ударом с костяного навершия срывается прозрачная волна, сметает богатыря, словно букашку, раскидывает в стороны трупы крысолаков. Мимо меня пролетает кусок нового щита Добрыни.

— Хтыщ! Хтыщ! Кх-х, кх-х, кх-х, — вступают в бой девушки.

Вспышки заморозки бессильно растекаются по прозрачной сфере, прикрывающей вожака. От выстрелов ковбойши появляются снопы искр, но щит продолжает стоять.

На миг все замирает в хрупком равновесии. Шаман не может нас достать под непрерывным огнем девушек, а мы не можем пробить его защиту.

В этот момент я бросаюсь вперед…

Глава 23 — Добыча и Засада

Миг шаткого равновесия исчезает, словно мираж, события вновь несутся вскачь.

Я бегу вперед по дуге, уклоняясь вправо, чтобы отвлечь колдуна от поднимающегося на ноги богатыря и девушек. У меня в руках меч и кинжал. Ситуация слишком быстро меняется, чтобы использовать гранаты. Просто броситься в атаку — смерти подобно — нужно выждать удобный момент.

Внезапно за спиной у старого шамана вырастает высокая фигура с огромным тесаком наотмашь. Главный крысолак-воин неведомым чудом прорвался к своему врагу. Он выглядит ужасно: весь покрытый кровью, черными подпалинами, с рваными ранами по всему телу. Его глаза горят яростным, бордовым светом.

— Бум-Бум! — два быстрых удара сливаются в один.

Шаман летит спиной вперед, как несколько секунд раньше летел Добрыня. Защитный барьер его спас, но видно, как из его рта льется кровь. За ним вдогонку бежит громадный крысолак, уже занося над головой свой тесак.

Ярко-зеленая искра перечеркивает поле битвы и втыкается в грудь лидера воинов. Тот оступается и с каким-то неверием смотрит на торчащее из груди оперение стрелы — Ирей подгадала момент и сделала решающий выстрел!

— Кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, кх-х, — в бой вступает ковбойша.

На мускулистом теле крысолака-воина добавляется ран. Шея, голова, грудь — я вижу, как пули впиваются в его тело, но он лишь шатается, словно старое кряжистое дерево под ветром. Сам я уже несусь к нему, буквально перелетая через разбросанные тела и груды мусора.

— Ра-а-а! Бум! — это Добрыня добрался до упавшего главного шамана.

Краем глаза я замечаю белый отсвет и новый веер кровавых брызг — богатырь выдал свой суперудар.

— Хтыщ! Хтыщ! — Снежинка очнулась и лупит по невидимой мне цели.

А мой мир сузился до шатающейся, покрытой потеками и подпалинами мощной фигуры. Два метра высотой, широкие плечи, поросшие черной шерстью. Мускулистые руки, свисающие до колен, до сих пор не выпустили громадный тесак, похожий на заточенный кусок рельса. Крысолак шатается и все равно продолжает стоять. С ощеренных клыков с палец длиной срывается слюна, густо смешанная с кровью. По его глазам видно, что он приходит в себя: зрачки наливаются красной злобой и концентрируются на мне. Его мускулы напрягаются, острие монструозного тесака идет вверх и в сторону. Все решится через пару мгновений!

Зеленый росчерк бьет по глазам, словно молния! Новая стрела Ирей впивается в грудь человекоподобного монстра. Крысолак оступается, рычит и снова поднимает свое оружие. Но уже поздно! Я на расстояние вытянутой руки. Ноги упираются в камни мостовой, тело распрямляется, словно пружина. Впереди на вытянутых руках летит серебристый росчерк меча. Заточенная сталь легко вспарывает шею и уходит вверх, пробивая голову монстра!

На миг все замирает. Я вижу, как ручейки крови текут по лезвию, перетекают через гарду, щедро окропляют мои руки. Как глаза монстра, живой машины смерти и разрушения, медленно гаснут, жизнь уходит из его тела.

С громким лязгом падает на землю монструозный тесак, за ним падает и гора мускулов, уже мертвая. Сознание постепенно возвращается ко мне, в голову начинают проникать посторонние звуки.

— Шах! Быстрее! Нас сейчас завалят! — звонкий вопль Снежинки словно пробил невидимую плотину.

Я быстро оглядываюсь: кругом мелькают серые пятна и горящие глаза, их становится все больше и больше. Две армии словно забыли о вражде, быстро стягиваясь к месту убийств их лидеров.

— Бойся! — ору я, срывая с ремня две светошумовые.

Пальцы топят кнопки детонаторов, через полсекунды задержки одна граната летит вправо, другая влево, а я сам приседаю, закрыв глаза и зажав уши руками.

— Бум! Бум! — бьют по голове отзвуки взрывов.

— Убивайте всех, кого видите! Быстрее! — кричу в гарнитуру, а сам уже бегу к ближайшему отряду. В правой руке блестит меч, выдранный из трупа вожака.

Трое сержантов и пяток мелких прихвостней сейчас шатаются, пытаются тереть слезящиеся глаза, кто-то упал и пытается подняться. Я влетаю в сборище оглушенных и ослепленных, как ветер погибели, бесшумно скользя и щедро раздавая смертоносные удары.

Прежде чем крысы опомнились, большая часть отряда была уже мертва. Только пара оставшихся в живых прихвостней рванула в разные стороны, истошно вереща. Я остановился. Напряжение боя медленно спадало, вокруг видны только улепетывающие остатки серого воинства. Бежали они в стороны своих деревень: одни — налево, другие — направо.

— Ирей! Доложи, что происходит! — рявкнул я в гарнитуру.

— Крысы бегут, — ответила она через секунду.

— Быстро лутаем[1], сколько можем! И валим с площади! У нас от силы несколько минут, пока они не опомнятся! — выдал я.

Сам я тоже рванул к свежим крысиным телам, потом к другим, не очень свежим, убитым какой-то магией шаманов. И даже сразу не понял, что мне сейчас просто достаточно коснуться тела — и кристаллы сразу оказываются на счету группы.

— Все! Сворачиваемся! Отходим к входу, с которого заходили на площадь. Ирей, следи за крысами, потом присоединишься, — выдал я новую череду команд через несколько минут.

Мы успели собрать основную часть трофеев. По краям еще видны крысиные тела, но пытаться собрать все слишком рискованно. Фея буквально лучится счастьем, за счет полета она была быстрее всех, носилась по полю, словно ласточка, и собрала добычи, пожалуй, больше всех остальных, вместе взятых. Добрыня тащит огромный тесак лидера воинов и костяной посох главного шамана, причем добычу несет в обеих руках, без щита. Изабелла, как всегда, выглядит стильно, хоть и слегка потрепанно, на белых рукавах видно несколько капель крови, а на черной жилетке и кожаных штанах есть следы грязи.

— Шах! — фея неожиданно подлетела ко мне и чмокнула в щеку. — Ты самый везучий засранец, которого я видела!

— Э-э… Спасибо, — ответил я и неловко провел рукой по месту поцелуя.

Невольно я стрельнул глазами в сторону Изабеллы. Та лишь улыбнулась и подмигнула. Интересно…

— Добрыня, а зачем ты это тащишь? — удачно перевел я тему.

— Для завершения задачи надоть, — пробасил он в ответ.

И в самом деле, поймал я пакет информации от Системы. Оказывается, мало убить вожаков и выжить — нужно еще захватить их символы власти, а потом их принести к обелиску или продержать у себя до конца трех дней. Вот такой вот сюрприз в середине задания.

— Шах Ирей. Что с крысами? Прием, — сказал я в гарнитуру, заодно вспомнив правила радиообмена.

— Появилось несколько стай, собирают оружие. Есть наблюдатели, следят за нами, — отчиталась в ответ эльфийка.

— Шах Ирей. Снимайся с позиции, отступаем к обелиску, поведешь нас. Идем быстро, пока крысы не опомнились и не зажали нас, — отдал я команду.

И мы пошли быстрым шагом вслед за вернувшейся Ирей. Добрыня тащил на своем могучем плече тесак. Посох волокла Снежинка, в процессе что-то с ним химича, а ковбойша на ходу снаряжала новые обоймы.

— Снежинка, ты только посох не испорти, а то нам задание не зачтут, — тихо сказал я, улучив удобный момент.

— Бесстрашный Шах чего-то боится?! Не бойся! Добрая Снежинка не бросит тебя, даже если ты не сможешь достать для своих девушек новых игрушек! — подначила она меня в ответ.

Я только помотал головой: иногда ее ехидство переходило границы разумного.

Внезапно меня кольнуло чувство тревоги. Я автоматически вскинул руку, останавливая отряд. Несколько секунд ничего не происходило. Потом с правой улицы перекрестка, через который мы должны пройти, послышался нарастающий шум: цокот когтей, лязг металла.

К нам на всех парах несется большая стая крыс.

«Бежать бесполезно, крысы точно быстрее той же Изабеллы. Занимать позицию получше поздно, они доберутся до нас через несколько секунд», — все это промелькнуло в моей голове за доли мгновения.

— Бойся! — крикнул я, одновременно срывая светошумовую гранату с разгрузки.

Серебристый цилиндр звонко ударился о каменную стену на уровне второго этажа и рикошетом улетел направо в глубь улицы. А я уже привычно зажмурил глаза и закрыл уши.

— Бум! — толкнулась в виски ударная волна.

Я резко поднялся и затряс головой. Перед глазами плавали желтые круги, меня вело в сторону.

— Быстро! Все за угол и режем крыс, пока они не очнулись! — скомандовал я, преодолев секундную слабость, и сам первым рванул за угол.

Разбитая улица сейчас покрыта крысиными телами. Граната застала стаю в узком проеме между двумя двухэтажными кирпичными домами, что усилило эффект ударной волны. Впереди стоял на четвереньках крысолак-воин, и его выворачивало прямо на мостовую. Я пронесся мимо, не забыв полоснуть мечом по шее. За ним бежал десяток сержантов, сейчас шатающихся, блюющих, скулящих. Я пробежал и мимо них, щедро раздавая удары мечом и кинжалом.

— Кх-х, кх-х, кх-х. Хтыщ! Бух! — а это уже вступили в бой мои сокомандники.

За сержантами бежало десятка три прихвостней. Их зацепило меньше всего, кое-кто уже вполне осмысленно смотрел и пытался меня достать своими когтями. Я как-то быстро оказался в окружении кучи мелких крыс. Их водило в стороны, их глаза слезились, но они упрямо лезли вперед.

На мои губы сама собой вылезла ядовитая усмешка. Ледяное спокойствие накрыло меня и понесло за собой. Шаг — меч, блеснув солнечным зайчиком, срубает начисто лапу с кривым кухонным тесаком. Шаг — кинжал уводит в сторону ржавое копье, ответный выпад раскраивает мелкому крысолаку морду, лишая его глаза. Еще шаг, поворот — меч с разворота разрубает шею пытающегося достать меня со спины. Еще шаг… Я подныриваю под удар вилами — кинжал распарывает живот промахнувшегося, а меч вонзается в бок его соседа. Теплая кровь щедро брызжет на мои руки, а я в очередной раз радуюсь надетым перчаткам.

Внезапно очередная жертва как-то странно дергается, а на ее голове появляется маленькая рана, из которой льется кровь. Глаза крысолака закатываются, и он оседает на землю. «Отверстие от пули», — догоняет меня запоздалая мысль. За ним оседает второй, третий, остальные что-то верещат и начинают бежать, бросая на ходу оружие. Я только успеваю достать еще двух бегунков и добить подранка, как остаюсь один посреди крысиных трупов.

Я тихо выдохнул и опустил оружие.

— Шах! Ты прямо зверь! Тебя дома, наверное, на улицу не выпускают?! — ворвался в разгорячённый разум звонкий голос Снежинки.

— Это еще почему? — спросил я.

— Чтобы ты там всех не убил, конечно! — ответила фея.

До меня как-то не сразу дошло, что это шутка. Мысли ворочались неохотно, словно толстые тюлени, греющиеся на солнце. Кажется, я словил отходняк после двух напряженных схваток подряд.

— Крысы сзади! — раздался в наушнике напряженный голос Ирей.

— Ш-ш-бум! — раздалось сбоку от меня.

На перекрестке, на котором мы только что были, стоит четверка шаманов и что-то колдует. На моих глазах один из них поднял посох и зарядил черной молнией прямо по Снежинке!

— Ш-ш-бум! — снова раздался удар.

Мое сердце на какое-то мгновение екнуло, но черная молния бессильно рассыпалась о прозрачный барьер, появившийся вокруг феи.

— Кх-х, кх-х, кх-х, — тут же закашлял револьвер ковбойши.

Да только бесполезно: пули выбивали снопы искр из таких же прозрачных щитов. Мои мысли снова понеслись, как наскипидаренные молнии. Узкая улица, полминуты назад ставшая ловушкой для крыс, теперь превратилась в западню уже для нас. Штурмовать в лоб под магией шаманов — самоубийство, нужно немедленно убраться с линии огня!

— В правый дом! В окна! — проорал я и бросился к девушкам.

Добрыня, оказавшийся рядом со Снежинкой, сгреб ее в охапку и вломился в разбитое окно. Изабелла, до которой я не успел добежать, словно лань сиганула в другое. На какое-то мгновение я остался один на узкой улице. А шаманы уже опускают посохи, синхронно направляя их в мою сторону.

Следующая секунда у меня выпала из памяти. Раз — я бегу по улице, два — я уже влетаю в окно. Три — я, перекувыркнувшись, замираю и смотрю в оконный проем. Рядом стоит Изабелла, мы впрыгнули в соседние окна одной комнаты.

По улице с трескучим гулом проносится волна зеленого пламени. Деревянная рама, которую облизывает зеленый огонь, на моих глазах чернеет и распадается в труху. Запоздало приходит понимание: промедли мы пару секунд — все бы остались там почерневшими, разлагающимися труппами.

Меня запоздало кольнуло чувство тревоги: кто был на улице — успели спрятаться. А вот что с эльфийкой?

— Ирей, ты там как? — сказал я в гарнитуру.

— Я в порядке, — отозвалась она, а я ощутил, как беспокойство меня отпустило. — Крысы хотят забрать посох!

— Какой посох? — не понял я.

— Шамана-лидера!

— Твою мать! — вырвалось у меня.

Я бросился к окну и тут же остановился: крысы-то знают, что не смогли нас достать, и наверняка держат окна под прицелом.

— Бойся! — крикнул я и отправил очередную светошумовую гранату в оконный проем, под углом вправо, поближе к крысам.

— Бум! — отдалось в ушах через прижатые руки.

Отсвет от взрыва пробился через зажмуренные веки и плавно перешел в оранжевые круги. Я встал, пошатнувшись, и оперся о стенку. Надо усилить свою защиту от ударной волны, просто заглушающих татуировок на ушах оказалось мало. Краем взгляда я заметил, как рядом держится рукой за голову Изабелла, во второй она держит свой любимый револьвер.

— Вперед! — крикнул я сам себе и рванул на улицу.

Там я первым делом споткнулся и чуть не растянулся на почерневших камнях.

— Ш-ш-бум! — что-то черное мелькнуло и разорвалось прямо над моей головой.

Чуть ли не на четвереньках я метнулся на другую сторону улицы. Часть соседнего здания обвалилась, образуя кучу кирпича и мусора, за которой я укрылся. На бегу я успел зафиксировать в памяти обстановку на улице.

Там, где пронесся зеленый огонь, остались черные подпалины. Метров тридцать улицы теперь выглядят, словно здесь несколько часов бушевал пожар. Свежие тела крысолаков лежат обугленными головешками, которые на глазах распадаются черным прахом. Из-под черного пепла выглядывают белые кости. Жуткий контраст.

Из четверки шаманов, что устроили этот ужас, трое скрючились, страдали от последствий близкого взрыва светошумовой гранаты, а четвертый, самый крупный, твердо стоит на ногах и целится в меня из костяного посоха.

— Ш-ш-бум! — новая черная молния ударила в край мусорной кучи. Мелкие камни обсыпали меня, словно капли дождя.

— Р-ра! — раздался рев Добрыни вместе с тяжелым топотом.

— Кх-х, кх-х, кх-х, — его поддерживает высунувшаяся из окна Изабелла.

— Ш-ш-бум! — громыхает новый разряд магии.

Я перепрыгиваю через кучу мусора. Впереди мчится богатырь со здоровым тесаком наперевес, за ним несусь я. До целого шамана буквально десяток метров. Осталось только их пробежать.

— Кх-х, кх-х, кх-х, — слышится из-за спины. Новые пули высекают искры из барьера крысы-колдуна.

Тот в ответ только наклоняет посох, из которого, как из палочки бенгальского огня, сыплются черные искры.

— Ш-ш-бум! — шарахает новая черная молния и бессильно растекается по подставленному тесаку.

Крысолак дергается, пытается что-то колдануть, но слишком поздно. Тесак, раскрученный богатырем, его просто сносит. Только и видно, как брызги крови полетели во все стороны.

Тут добегаю до шаманов и я. Тройка крысолаков послабее, оказавшихся оглушенными, почти пришла в себя и даже пытается нацелить нас свои посохи. Мой меч оказывается быстрее — я с разгона протыкаю ближайшего.

— Хтыщ! Хтыщ! — влетает дуплет замораживающих вспышек в правого шамана.

— Бум! — Добрыня мимоходом прихлопывает оставшегося.

Я медленно выдыхаю, напряжение уходит, и меня начинает ощутимо потряхивать. Три напряженные схватки подряд. Сколько раз я сегодня был на краю гибели? Пусть шансы умереть небольшие… но они есть. И я раз за разом чувствую, как смерть проходит где-то рядом со мной.

[1] Лутать, собирать лут — происходит от английского loot (добыча). Термин, обозначающий сбор трофеев в компьютерных играх.

Глава 24 — Спасение Принцессы

С трудом я запихал кинжал обратно в ножны. Не помню, когда я успел его достать. Непослушными пальцами расстегнул подсумок и достал ополовиненное зелье выносливости — может, оно поможет прийти в себя. Короткая борьба с пробкой — и вот я уже пью зелье, словно воду. В нос бьет черничный запах, он вытесняет режущую кислую вонь от трупов, сгоревших в магии шаманов.

Изнутри, от живота, пробегает бодрящая волна. Словно сотни электрических разрядов мурашками пробегают по всему телу, уносят усталость, боль, наполняют мышцы энергией.

— Бздынь! — от резкого звука я чуть не подпрыгнул, но это всего лишь Добрыня кинул на брусчатку трофейный тесак и сам откуда-то достал склянку с зельем выносливости.

— Выпей зелья! Почувствуй черничный вкус победы! — схохмил я.

— Меня от этого зелья тошнить скоро будет! — Снежинка, как обычно, подобралась бесшумно. — Это вам, глупым, но сильным, хорошо, один раз — и все! А я его постоянно пью!

— Кстати, — вспомнил я еще одно важное дело и нажал на гарнитуру. — Шах Ирей. А где посох главного шамана? Крысы его успели унести?

— Нет, их зацепило гранатой, а потом я их добила. Посох за углом, я его вижу, — отозвался голос эльфийки.

— Шах всем, — я снова коснулся пальцем рации, — Собираем трофеи и быстро валим к обелиску, пока нас снова не попытались грабануть.

Мы обошли трупы, собрали кристаллы и пошли, причем собирали в основном я и Добрыня. Снежинка отказалась прикасаться к сгоревшим останкам, Изабелла скромно постояла с сторонке. Потом уже, перед самым обелиском, я остановил отряд и толкнул речь.

— Вы все молодцы, ну, и я тоже, — начал я, оглядев свою команду.

Снежинка выглядит бодро, правда, заметно осунулась. Добрыню заметно потрепало, на броне подпалины, зарубки от вражеского оружия, зато борода цела и белоснежна. По Изабелле хотя и заметно, что побывала в бою, но смотрится она, как всегда, стильной и готовой к бою. Одна Ирей одета, как с иголочки, бодрая и чистая, словно не бегала по городу весь день напролет.

— Мы добились поставленных целей и почти прошли испытание. Осталось завалить одного вожака и принести его оружие к обелиску, и завтра мы этим займемся. Сейчас же я хочу поговорить про разделение добычи. В группе есть общий счет, и, как вы заметили, сейчас все кристаллы уходят на него, — я сделал паузу и снова оглядел народ.

Все спокойно и внимательно меня слушали.

— Я предлагаю сделать расходники и потерянное снаряжение восполняемым из общего счета. В Системе у группы есть такие настройки и все это делается автоматически. Сначала вычитаются кристаллы на расходники и восстановление снаряжение, а остаток разделяется поровну, — я снова сделал секундную паузу. — Если у кого-то есть возражения или замечания, говорите.

В ответ все промолчали, только Ирей дисциплинированно подняла руку.

— Говори, — кивнул я ей.

— А что будет, если мы добудем кристаллов меньше, чем нужно будет потратить на восстановление? — задала она вопрос тихим голосом.

— Тогда добыча будет распределена пропорционально. Например, мы добыли десять кристаллов, а потратили все вместе двадцать. Если ты потратила два кристалла, то получишь один. Добрыня, например, потратил четыре — получит два. Понятно? — постарался ответить развернуто я.

Ирей опустила руку и чуть поклонилась.

— Да понятно усе, давай крути шарманку — и пойдем по домам, — пробасил Добрыня. — Мне еще щит присмотреть надо, а то этот хлипковат оказался.

Я только кивнул в ответ и прикоснулся к черному шпилю.

В этот раз я проснулся на пять минут раньше будильника, с удовольствием потянулся и сел. Настроение отличное, мышцы не болят, и все тело бурлит энергией. Я еще раз потянулся и отрубил будильник.

— Мяу, — как-то удивленно мяукнул Бандит.

— Что, пушистый? Удивлен, что я могу встать так рано? Привыкай! Нас ждут великие дела! — сказал я и потрепал кота по голове.

Точнее, попробовал потрепать. Бандит не любит, когда его гладят, и попытался укусить меня в ответ. Не сильно, а так, чтобы я отвязался.

— Мяу! — уже требовательно мяукнул он.

— Да-да. Твоя еда в первую очередь, а великие дела могут и подождать, — сказал я и потопал на кухню.

Планов у меня на сегодня много. Для начала нужно отписаться на работе, что я сегодня беру выходной. Благо на работе гайки не закручивали, и у нас было три свободных выходных каждые полгода. Потом заехать в пару мест и можно будет рвануть в Смоленск.

Да и с котом нужно подстраховаться. Это в сказках герои валят преступников пачками без всякого напряга, в реальной же жизни можно огрести неприятностей по полной программе. Вряд ли Изабеллу на самом деле стерегут братки, да только случайностей никто не отменял. Есть вероятность наткнуться на бандитов. Может, придется драться, и не факт, что я не окажусь в больнице. А если даже успешно отмахаюсь, то есть все шансы попасть в полицию и застрять в СИЗО. Братки-то местные, с лапой в полиции, а я-то приезжий. И останется кот Бандит один, запертым в квартире.

А вообще странно: я собираюсь рисковать свой шкурой, а думаю о том, чтобы кто-нибудь кормил кота в случае чего…

В одиннадцать часов утра я остановился на обочине и достал бэушный смартфон. Аппарат я купил сегодня утром на блошином рынке, и сим-карта в нем стоит «серая», купленная по случаю в последнюю поездку с Пашкой на стритрейсинг.

Набирая номер на телефоне, я мимоходом отметил, что совершенно не волнуюсь. В прошлом, когда в первый раз звонил понравившейся девушке, я здорово волновался. А сейчас спокоен как удав.

— Алло, — раздался в трубке знакомый бархатистый голос.

— Привет, Белла, это Шах. Как дела? — сказал я.

— Привет, все хорошо, никто больше не приходил, — отозвалась она.

Она говорила что-то еще, я ей отвечал, пока не поймал себя на том, что глупо улыбаюсь и витаю мыслями где-то далеко. Еще один странный момент: я не любитель болтать по телефону, но с интересной девушкой я могу зависать на трубке часами, болтая о всякой чепухе.

— Рад тебя слышать, Белла, — с улыбкой сказал я. — А как там с сегодняшними планами? Все в силе?

— Да, Ирина согласилась меня приютить, так что я собираю вещи, — отозвалась Изабелла.

— Хорошо, диктуй адрес, часа через три-четыре буду у тебя, — сказал я, становясь серьезным. — Я еще отзвонюсь, когда буду заезжать в город, а ты посмотри, нет ли рядом с подъездом посторонних, только аккуратно.

Дорога пролетела быстро и однообразно. Самым сложным было не пережимать педаль газа. Движок мощный, машинка маленькая, вдобавок из нее выкинуто все, что можно выкинуть. От салона осталась только пара спортивных сидений с четырехточечными ремнями. Стоит чуть притопить, как ускорение вжимает в кресло. С непривычки я чуть не поцеловал машину впереди. Пришлось успокаиваться и заставлять себя ехать очень аккуратно — мне сейчас только разборок с гаишниками не хватает.

Уже в Смоленске еще раз набрал Изабеллу.

— Привет, как у тебя дела? — задал я дежурный вопрос.

— Все хорошо. Вещи собрала, подозрительных личностей рядом не обнаружено, — со смешком ответила она.

«Это хорошо», — подумал я. Все вроде как идет по плану. Изабелла в хорошем настроении, бандитов на горизонте нет. Может, и получится спокойно заехать, забрать и уехать. Я машинально проверил карман ветровки, в котором лежит перцовый баллончик. После некоторых размышлений я решил не брать с собой такие вещи, как ножи, биту и прочий спортивный инвентарь. Если у местного олигарха, который хочет подмять под себя Изабеллу, мохнатая лапа в полиции, то любое подобие холодного оружия обернется для меня статьей и тюрьмой. А перцовый спрей эффективен, и посадить меня за него гораздо сложнее.

— Хорошо, через восемь минут буду, — запоздало отозвался я, глядя на навигатор. — Третий подъезд посередине дома. Я набираю домофон, поднимаюсь к тебе, и сразу вместе спускаемся к машине.

— Все-таки ты зануда, — со смешком ответила Изабелла.

— Какой есть, — тоже с усмешкой ответил я, и на этом мы распрощались.

Изабелла жила в обычной пятиэтажке с обычным двором, густо заросшим зеленью. В глаза только бросилась новая детская площадка. Из подозрительных личностей — только пара бабулек на скамейке в начале дома.

Я припарковался возле третьего подъезда, спокойно вышел, еще раз огляделся и прошел к двери.

— Кто там? — спросил голос Изабеллы из домофона.

— Денис, — ответил я. Свое имя я ей назвал еще во время первого звонка.

— Заходи, — отозвался домофон.

До третьего этажа я добрался буквально одним махом. Про себя отметил какое-то неестественное спокойствие. Я ровно дышал, у меня не дрожали руки, голова соображала четко, словно компьютер. Месяцем ранее при первой встрече с такой девушкой я бы себе места не находил, не говоря уже про риск пересечься с бандитами, а сейчас иду по лестнице, словно на работу.

Вот лестничная площадка, металлическая дверь под нужным номером, и уже слышатся щелчки замка. Сейчас я увижу свою подругу…

— Привет, — сказала Изабелла, выходя из квартиры и внимательно меня осматривая.

— Привет, — отозвался я, занимаясь тем же самым.

Что можно сказать? Изабелла с редактором внешности в Системе, конечно, потрудилась, но трудиться было над чем. В реальности она выглядит ничуть не хуже своего аватара. Красивая, жгучая брюнетка с правильными чертами лица и глубокими карими глазами, что сейчас иронично смотрят на меня. Только модельную безупречность заменила домашняя симпатичность. И одежда подобрана со вкусом, пусть и не такая стильная, как в виртуальности.

— А где борода? — первой спросила Изабелла.

Голос ее полностью совпадал с аватаром — грудной, бархатистый, его приятно было слушать.

— Сбрил, чтобы никто не узнал, — с улыбкой ответил я.

— Да, узнать тяжело, — потянула она.

«И к чему это она? Я слишком хреново выгляжу в реале?» — пронеслось в моей голове. Я, конечно, тоже в редакторе постарался, но мой аватар от того, что видно в зеркале, не так уж отличается.

— Давай понесу, — кивнул я на чемодан. — А поговорим потом, в машине.

— Да, конечно, — согласилась Изабелла и начала закрывать дверь.

Мы спокойно спустились по лестнице. Я в левой руке нес чемодан. Ни бандитов, ни соседей нам не встретилось, и перед подъездом тоже левых мужиков не маячило. Я даже уже выдохнул.

— Белла, ты уезжаешь? — сказал вышедший из соседнего подъезда парень.

«Черт, накаркал», — пронеслось где-то на краю сознания.

— Да, Максим, решила отдохнуть, — дружелюбно ответила Изабелла.

Я оглядел подошедшего парня. На бандита он не походил, обычный молодой человек — не доходяга и не качок. Вон во всю улыбается — наверняка на Беллу запал давно и серьезно.

— А это твой парень? — спросил он, кивнув в мою сторону.

Не очень, кстати, вежливо в моем присутствии говорить обо мне в третьем лице.

— Хороший знакомый, — вежливо ответила Изабелла.

— Заниженный гольф какой-то интересный, для гонок, что ли? — продолжил он свои вопросы.

Я наконец закинул чемодан в машину, закрыл багажник и развернулся к парню.

— Максим, да? Извини, мы сейчас спешим. Давай я потом к тебе подъеду и отвечу на твои вопросы? — сказал я и улыбнулся. Внутри же у меня поднялось знакомое холодное спокойствие.

— Да я ничего. Я просто спросил, — парень переменился в лице и даже отступил назад.

Я только пожал плечами и открыл дверь для Изабеллы. Она, словно извиняясь, тоже улыбнулась парню и села в машину. Я в последний раз пробежался взглядом по пустому двору, зацепил растерянного соседа-поклонника и бабок у первого подъезда, что с интересом смотрели на нас, и сел на водительское место.

— Максим — хороший парень, зря ты на него наехал, — тут же сказала Изабелла с укором.

— Пристегнись лучше, тут ремни необычные и машина под гонки переделанная. И, надеюсь, этот хороший парень не будет рассказывать всем встречным про то, что ты уехала на приметном гольфе, — ответил я, подчеркнув интонацией слово «этот».

— А что, был еще какой-то хороший парень? — спросила Изабелла, возясь с застежкой.

Я завел машину и аккуратно надавил на газ, внимательно осматривая выезд из двора. По законам жанра, у бандитов сейчас последний шанс нас перехватить. Хотя зря я себя накручиваю. Никто Беллу стеречь не собирался, обошлись одним визитом.

— Ты так про Пашу-мажора говорила, который тебя своему отцу сдал, — ответил я.

Двор остался позади, и мы влились в поток городского транспорта. Я мимоходом удивился грузовой Газели перед нами: ее кузов сварен из стального уголка и металлического профиля. В Минске я подобной кустарщины не видел.

— А что это за машина? — технично перевела тему Изабелла.

— Гольф, переделанный для стритрейсинга. У друга одолжил, — ответил я. — И ты все-таки пристегнись: я не гонщик, а машинка шустрая, можем и зацепить кого.

— Ты и в реальности такой же бесшабашный, — сделала неожиданный вывод моя подопечная.

— Какой есть, — дежурно ответил я.

По дороге Изабелла разговорилась, и мы с ней проболтали отвлеченные темы почти полчаса. Обсудили разницу между Минском и Смоленском, прошлись по ее учебе в универе, она училась на экономиста. Я украдкой бросал на нее взгляды. Реальная Изабелла мне нравилась все больше. Спокойная, дружелюбная, с ней интересно говорить на разные темы. Наверняка у нее куча поклонников.

— Сейчас заедем на проселочную дорогу и поменяем номера, — сказал я, сбавляя ход и поворачивая на неприметный съезд.

— Номера? — эхом отозвалась Изабелла.

— Да, там в багажнике, комплект белорусских номеров, — отозвался я, тормозя машину.

Замена номеров заняла буквально пару минут, и вот мы снова едем по пустынной грунтовке.

— А нам точно сюда нужно? — спросила Изабелла с сомнением.

— Да, смотри по навигатору, я тыкнул пальцем в экран. Мы сделали крюк в сторону Брянска. Если люди Скворцова через полицию получат записи с дорожных видеокамер, то увидят, как машина поехала на юг. А мы сейчас на белорусских номерах уйдем на северо-запад, проедем через несколько деревень, выйдем на трассу, а там спокойно доедем до Минска, — рассказал я план. — Кстати, ты-то свой смартфон оставила дома?

— Да, сделала, как ты написал, контакты переписала на другой телефон, которым никогда не пользовалась. Он в сумочке лежит выключенный, — ответила она отстраненно.

— Приедешь, утром купишь белорусскую симку, только друзьям не рассказывай, где ты. Да и вообще лучше воздержись от общения с ними на пару недель, — продолжил я рассказывать политику партии.

— А спецслужбы, про которые ты говорил, нас не найдут? — задала вопрос Изабелла.

— Если за наши поиски возьмутся спецслужбы, найдут со свистом. Это от местечкового олигарха мы можем уйти сменой номеров и телефонов. А ребята из ФСБ выйдут на нас без проблем, — ответил я.

— И как в тебе это сочетается? — спросила Изабелла с улыбкой.

— Что сочетается?

— Бесшабашность с продуманностью, — сказала она. — Ты можешь продумать хитрый план с кучей деталей и все для того, чтобы первым сунуть голову в пасть мантикоре.

Я даже сразу не нашелся, что ответить.

— Не знаю, оно, наверное, всегда так было, — начал я. — Головой я понимаю, что нужно все делать по плану. Просчитать варианты, продумать хорошие и плохие сценарии, и обычно все так и делаю. А иногда меня прорывает, начинаю творить, что хочется, безо всяких планов. Особенно это заметно там, — я показал глазами вверх. — Я сам себе порой поражаюсь.

Изабелла серьезно задумалась после моих слов, даже губу закусила. Прядь черных волос упала на ее красивое лицо. Я снова поймал себя на мысли, что она мне нравится все больше и больше. Поймал и сам себя одернул: смотреть-то на дорогу нужно.

— Да, я такое тоже заметила, — сказала она задумчиво. — Там я такая невозмутимая, уверенная в себе, у меня все получается…

А до меня, как до жирафа, дошло: Изабелла только выглядит спокойной, на самом деле вся эта история как с Системой, так и с бандитами больно ударила по ней. И решение бежать в другой город, даже в другую страну ей далось нелегко.

Я убрал руку с рычага передач и нашел ее руку. Моя ладонь сжала ее узкую ладошку.

— Держись, все будет хорошо, — сказал я.

— Спасибо, — донеслось в ответ.

Я украдкой бросил на нее взгляд. Белла молча склонила голову, красивые вьющиеся пряди почти закрыли ее лицо. Она смотрела застывшими глазами куда-то вперед, словно заново переживая что-то очень неприятное.

— Держись, все будет хорошо, — повторил я и снова сжал ее ладонь.

Где-то в сказках для детей принц привозит принцессу к себе домой и они живут долго и счастливо. В других сказках, для взрослых, концовки могут варьироваться. От банального секса до мелодраматичного и очень эмоционального расставания со слезами, обещаниями любить до гроба, иногда даже самоубийствами. В реальности же я довез Изабеллу до дома, где живет ее подруга, и мы расстались.

Я, конечно, ее заверил, что она мне может звонить по любым вопросам, что обязательно сходим погулять по Минску. Она мне улыбалась, даже поцеловала в щеку при расставании, но чувствовалось, как она замкнулась в себе.

Я же не лез. Я взрослый мальчик с каким-то опытом отношений и уже понимаю, когда стоит помолчать и дать человеку прийти в себя… Или мне так кажется.

Интерлюдия Изабелла

Прощальная улыбка исчезла с ее лица, как мираж под порывом свежего ветра. Несколько долгих секунд прошло, прежде чем у нее получилось собрать свою волю в кулак. За поворотом уже исчез странный белый гольф, а она все еще стояла на одном месте, как дурочка.

— Как-то все это глупо, — тихо сказала она сама себе.

С щелчком выдвинулась ручка чемодана на колесиках. Изабелла пошла по знакомому адресу, мерно цокая каблуками. Недалеко отсюда находится гостиница, в которой она останавливалась в прошлом году. У нее действительно есть подруга в Минске, но она солгала, что едет к ней.

Не могла же она сказать, что остановится в гостинице. Вдруг он подумает, что она напрашивается к нему домой.

— Как-то все это глупо, — повторила Изабелла и закрыла глаза.

В них слишком много влаги, как будто она сейчас заплачет. Но такого не может быть, ведь она никогда не плачет. И не будет плакать и сейчас, потому что она гордая и сильная женщина. Такая, какой она себя хочет видеть. Такая, какая она должна быть.

— Все это глупо, — в третий раз сказала она и украдкой смахнула влагу с края ресниц.

До гостиницы несколько минут неспешным шагом, за это время ей нужно прийти в себя и вновь принять уверенный и независимый вид.

Глава 25 — Спуск Принцессы

— Мяу! — встретил меня дома Бандит.

— Да, дарагой, сэйчас насыплю корма! — ответил я, проходя в квартиру.

Поездка оставила странное впечатление. С одной стороны, принцессу спас, а с другой, осталось желание большего. Осталось какое-то впечатление недосказанности. Хотелось все бросить, побежать, найти Изабеллу, схватить, крикнуть: «Мое!» — и не отпускать.

Вот только оно так не работает. Человеческие отношения — штука очень сложная. Испортить хрупкое доверие можно очень просто. Если я спас «принцессу», — совершенно не значит, что она выйдет за меня замуж. И тем более не значит, что мы будем жить долго и счастливо. А если вспомнить про приход Системы и какие потрясения он может вызвать, так и вовсе становится грустно.

— Мяу! — раздраженно мяукнул кот.

А я поймал себя на том, что бездумно пялюсь на пачку корма.

— Извини, задумался, — ответил я коту и насыпал ему порцию еды.

Кстати, надо маме отзвониться и дать отбой, а то приедет завтра кормить кота в самый неудобный момент. Я-то ей наплел, что еду к друзьям в гости и могу там заночевать.

Еще многое нужно сделать за оставшиеся два часа до сна. Прикинуть, что купить из снаряжения. Продумать, как мы будем добывать последнего крысолака-вождя, на это остался всего один игровой день. Придумать, куда завтра пойдем с Изабеллой на свидание… Хотя это можно отложить. Сегодня уже слишком поздно, и сим-карту она сможет купить только завтра утром. Если она вообще мне завтра позвонит.

Я помотал головой. Я слишком зациклен на Изабелле и не могу ни на чем сосредоточиться. Надо отвлечься на что-нибудь и прийти в себя.

Безмолвная серая комната с черным обелиском кажется такой знакомой. Уже больше недели мне снятся насыщенные приключениями сны. Только участвуют в них вполне реальные люди, и проблемы от этого могут нарисоваться тоже вполне реальные.

— Система приветствует Стажера, — прозвучал нежный голос помощницы. — У вас осталась последняя сессия для прохождения группового испытания.

— Помню, помню, — отозвался я.

А еще помню, что у меня отсутствует половина ножей и один кинжал. Нужно найти эффективное оружие и прикупить защиту от ударной волны. Также еще списаться с остальными членами группы и согласовать время выхода. А то мало ли — крысы могли проследить за нами и устроить засаду на поляне с обелиском. Заходить на испытание будем всем отрядом одновременно, чтобы были шансы отбиться. Впору завести ежедневник.

— Система, а можно купить блокнот, в котором я делаю записи в реальном мире, а читаю их уже здесь и наоборот? — высказал я внезапно пришедшую идею.

— Артефакты, обеспечивающие связь с инфосферой, доступны начиная со статуса Участника, — ответил все тот же нежный голосок. — Для записи заметок и напоминаний вы можете использовать помощницу.

Вместе с озвученной фразой мне пришел пакет информации. У помощницы оказывается гораздо больше возможностей, чем я думал. Это действительно индивидуальный помощник с зачатками искусственного интеллекта. Причем делать заметки и задавать вопросы можно и в реальном мире. Но с этим я буду разбираться потом, как и с тем, что мне выдали название следующего статуса игрока.

— Чат, — сказал я, коснувшись обелиска.

— Всем привет! Как вы там? — писала Снежинка в открывшемся окне чата, как всегда, добавив пачку картинок.

— Все в порядке, только мне нужно время обновить снаряжение, — написал я. — Давайте сбор через полчаса. На испытание идем все вместе!

В чате появилось подтверждение от Добрыни и Ирей. Снежинка снова начала отправлять в чат сообщения с кучей картинок, как будто ребенок дорвался до новой игрушки. А я себя поймал на том, что жду сообщения Изабеллы.

— Я тут, закупаюсь и жду сбора, — наконец отписалась она.

Я хмыкнул и в который раз сказал себе, что нужно сосредоточиться. У меня полчаса, чтобы найти замену для ножей и что-то для защиты от ударной волны.

Проще всего оказалось разобраться с защитой: я просто добавил магическую татуировку на висках в том же стиле — спиралька мелкой арабской вязью. Только эта татуировка потребовала еще одну для балансировки энергии — минус еще один желтый кристалл и плюс тонкая линия от висков к переносице через веки. Зато теперь весь комплекс работает эффективнее и заряжается одним махом.

— Хм… — я превратил поверхность обелиска в зеркало и всмотрелся в отражение. — Выглядит вроде как неплохо.

Татуировки — какая-то странная вещь: стоит только начать их делать и уже тяжело остановиться. В реальности я бы их побоялся ставить, а в игре можно и попробовать. Тем более, что стереть их без последствий тоже можно, хотя и недешево.

Половина оранжевых кристаллов ушла на восстановление запаса метательных ножей, вторая половина — на подзарядку татуировок. Защита от ударной волны будет теперь жрать общий запас энергии, как и защита глаз, и все остальное. Оставшихся три желтых кристалла я вбухал в кинжал с рунами пробития. Клинок с такими же пропорциями, что и старый, но выглядит современнее из-за обрезиненной рукоятки и вязи отливающих синим рун на лезвии. На этом кристаллы закончились.

Внезапно что-то тренькнуло у меня рядом с ухом и пришел новый пакет информации. Оказывается, меня кто-то вспоминал в чате группы.

— Шах! Сколько можно ждать! Ты что, принцесса, чтобы тратить столько времени?! — разорялась Снежинка.

— Что такое? — отписал я.

Кстати, для отправки сообщений достаточно мысленного посыла, и никакой возни с клавиатурой.

— Пора убивать! Мы должны закрыть задание! — снова написала Снежинка.

— Хорошо. Все готовы? — отписал я.

Через пару минут отписались и остальные, последней была Изабелла.

— Поехали! — написал я в чат и одновременно дал команду на отправку.

Волна тьмы меня накрыла с головой, подхватила и понесла куда-то в сторону. Сознание на секунду гаснет, и в следующее мгновение я уже стою возле черного обелиска на поляне посреди заросшего сада. Вокруг никого, только слышен шелест ветра и щебет птиц.

— Хм… — хмыкнул я, быстро оглядываясь.

Я опять первый, снова сзади в пяти шагах от меня обелиск и вокруг никого. Меня кольнул азарт. Можно повторить эксперимент и наконец выяснить: это Система надо мной прикалывается или же мои дорогие сокомандники все время пытаются зайти ко мне со спины?

Шаг, еще шаг — я быстро иду к обелиску и кручу головой во все стороны. В этот раз ни у кого не получится незаметно ко мне подкрасться! Вот я касаюсь обелиска рукой, одновременно разворачиваясь, чтобы боком прислониться к черному камню. Ошибку с Ирей я учел, и теперь втиснуться между мной и камнем никто не сможет.

— Ой! — внезапно раздалось откуда-то сверху.

В следующую секунду на меня что-то упало. Обзор заслонила светло-голубая ткань, а прямо в глаз заехало что-то твердое. Да так хорошо заехало, что я натурально искры увидел. Меня тут же повело куда-то вбок, на плечи упала какая-то тяжесть. Я только успел прислониться к обелиску, чтобы не упасть лицом в каменную брусчатку площади.

— Хо-хо-хо, — послышался знакомый бас.

— А что вы тут делаете? — ему вторил голос Ирей, полный детского любопытства.

— Это все он виноват! — звонкий голос раздался сверху.

А до меня дошло, кто на мне сейчас сидит и чье платье мелькало у меня перед глазами.

— Слезь с меня! — чуть ли не прошипел я.

— Ой! — сказала Снежинка и резко отпрыгнула.

— Туц! — сказала моя голова, ударившись об обелиск.

Яркая боль прострелила затылок, в глазах навернулись слезы. Мало того, что она мне локтем в глаз засветила, да еще так толкнула, что я ударился головой об каменную стелу!

— Ох-х, — сказал я, хватаясь за голову. Голова кружится, в глазах какие-то мутные разводы.

— Хо-хо-хо, эк ты его приложила, — послышался бас Добрыни.

— Ты что, прямо на него свалилась? — а это уже голос Изабеллы.

— Нет, конечно! Я просто летела, а он, такой гад, как выскочит снизу! — открестилась фея.

Понемногу зрение возвращалось ко мне. Я понял, что сижу на заднице возле обелиска. Стал различать голубое небо, зеленую траву и моих сокомандников, столпившихся вокруг меня.

— Снежинка… — начал я.

— Да-да! Ты хочешь мне что-то сказать?! — с интересом сказала фея и наклонилась ко мне, захлопав ярко-голубыми глазами.

В этих глазах светилась такая наивность, такая чистота и кроткость, что я сразу понял: если я попробую что-то про нее вякнуть, локоть в глаз и удар затылком о стенку мне покажутся цветочками.

… — красноречиво промолчал я и медленно по стеночке, попробовал подняться.

— Ты, дева, командира напрочь сразила. Даже стоять не может. Хо-хо, — зато Добрыня не постеснялся высказаться.

Ко мне подошла Изабелла и молча помогла подняться.

— Спасибо, — тепло сказал я.

Ковбойша в ответ только кивнула, а Снежинка подозрительно сощурилась.

— Между вами что-то было! Вы встречались в настоящем мире! — вынес заключение летающий детектив.

— А если и так, то что? — спросил я, попутно делая пару неуверенных шагов.

Боль медленно проходила, отдаваясь пульсирующим эхом где-то в затылке. Похоже, мне еще нужна татуировка для защиты головы от ударов или шлем какой-нибудь купить.

— Хмпф! — только фыркнула фея и отвернулась.

По ней было видно, что она хотела съязвить в ответ, но благоразумно сдержалась.

— Ладно, надеюсь вам было весело, — сказал я, когда уверенно утвердился на ногах. — Теперь, когда мы немного пошутили, давайте двигать к колокольне. Есть шанс, что на деревни без вожаков нападут другие соседи. Может быть, у нас получится зайти к ним в тыл и повторить вчерашний успех.

Толкнув речь, я оглядел свою команду. Добрыня добродушно усмехался, поглаживая бороду. Снежинка старательно делала вид, что дуется. Ирей смотрела на меня своим фирменным, мечтательно-потусторонним взглядом. В глазах Изабеллы проскакивали искры сочувствия и беспокойства.

— Мы и так потеряли много времени, давайте живее, — махнул я рукой. — А пока идем, каждый расскажет, какие обновки купил и как они могут повлиять на тактику действия группы.

И мы пошли, попутно обсуждая обновки. Начали с Ирей, чтобы она могла уйти вперед в разведку.

Эльфийка прикупила пробивающие магические щиты стрелы и артефактный плащ, с которым ее маскировка работает дольше и лучше. Потом о своих отчитался я и выслушал несколько шуток про свои татуировки. За мной шел Добрыня. Он весь доход вложил в новый щит, более прочный и с защитой от магии. Изабелла рассказала, что купила новые дорогие патроны, разрывные против воинов и пробивающие защиту против шаманов. А еще улучшила свои стильные очки — теперь она лучше видит в сумерках. Последней была фея, и она начала трещать про свое новое платье.

— Шах Снежинке, не засоряй связь. Не хочешь говорить, что нового купила, — так и скажи, — вмешался я. Шли мы уже в походном порядке и общались через гарнитуры.

— Что значит не хочу! Я все честно рассказываю! — раздался приглушенный крик в ответ.

— Шах Снежинке, я серьезно, не засоряй связь, — мстительно ответил я.

— Хмпф! — только фыркнула она в ответ и через несколько секунд продолжила. — Я добавила узоры для своей палочки, такие синенькие. Они помогут моей магии пробивать эти гадкие щиты!

Я задумался. Все мы, не сговариваясь, сосредоточились на способах борьбы с шаманами. Это и понятно: из крысолаков больше всего угроза исходила от них. А тот зеленый вал огня, которым нас попытались накрыть на узкой улице, мог легко угробить весь наш отряд. С одной стороны, это хорошо: мы будем эффективно бороться с самым опасным врагом, а с другой — завтра будут новые враги, без магической защиты, но, например, с толстой броней, — и все наши улучшения окажутся бессмысленными.

Обдумав эту мысль, я выбросил ее из головы. В конце концов, какая разница? Завтра будет завтра, и до него еще нужно дожить. А сейчас необходимо сосредоточиться на выполнении текущего задания. Например, залезть на колокольню, до которой мы дошли, и посмотреть, что там у крыс.

У крыс было все плохо. Плохо для населения тех двух деревушек, которых мы оставили без вожаков. К левой деревне заявилась новая стая крысолаков. От местных они отличались большей организованностью, зачерненными доспехами и большим черным знаменем, развевающимся над самым настоящим паланкином. На знамени красовался белый крысиный череп с перекрещенными костями, а в паланкине, который несли четверо больших воинов, сидел вожак.

— Пираты пожаловали, — сказал тихо я.

— Какие еще пираты?! — звонко осведомились мне в ухо.

Снежинка в этот раз не стала отсиживаться этажом ниже, и мы все набились на самый верх колокольни. Все — это я и девушки, Добрыня на верхотуру лезть отказался, оставшись охранять вход.

— Да так, в нашем мире так называют морских разбойников, которые нападают на корабли и грабят их. У них еще по традиции черные флаги с белым черепом и костями, — постарался развернуто ответить я.

Командир пиратов — явный воин, но, в отличие от мертвого вожака правой деревни, он выглядит более цивилизованно. Одет в черный камзол, с портупеей и двумя саблями за спиной, даже шляпа с пером присутствует. Впечатление от картинки успешного пирата портит только крысиная морда и виднеющиеся крысиные лапы.

— Дай посмотреть! — потребовала фея.

Я без лишних слов отдал артефакт, что мне было нужно, я уже рассмотрел. Крысолаки-пираты обложили деревню вожака-колдуна и сейчас готовились к решительному штурму. Несколько шаманов с обеих сторон лениво перебрасывались черными молниями.

— Что там у правых? — поинтересовался я у Изабеллы.

За деревнями наблюдали я и Изабелла, Ирей следила за округой, Снежинка, как всегда, лезла под руку.

— Дерутся друг с другом. Похоже, они разбились на несколько стай и теперь выясняют, кто главный, — ответила ковбойша.

— Шах Добрыне. Ты, когда подбирал оружие вожаков, откуда взял, что их нужно отнести к обелиску? — задал я вопрос в гарнитуру.

На требование говорить «Прием» в конце сеанса связи я уже забил.

— Добрыня Шаху. Как коснулся того тесака, так Мать-Земля и просветила, — ответил через пару секунд богатырь.

— А! Поняла! Ты хочешь понять, где у этого пирата символ власти! — воскликнула Снежинка, не отрываясь от стеклянного яблока-увеличителя.

— Да-да, — тихо согласился я. — Ирей, посмотри, пожалуйста, дорогу, как нам выйти в тыл к этому пирату на носилках, чтобы ударить по нему во время штурма. Ну, как мы с главным шаманом сделали.

А сам задумался: Система представляется каждому игроку по-разному. У Добрыни — Мать-Земля, у Изабеллы — Игра, Ирей что-то говорила про Мать-Природу.

— Снежинка, а как ты Систему называешь? — задал я всплывший вопрос.

— Изнанка, это такой мир рядом с нашим, куда можно попасть через зеркало, — ответила она, увлеченно что-то разглядывая.

— У нас такой мир называли Зазеркальем, — сказал я.

— Шах! У этих пиратов больше двадцати воинов! И двенадцать шаманов! — перебила меня Снежинка.

— Угу, — отозвался я. Похоже, сейчас не время и не место для размышлений над особенностями Системы. — Ирей, присмотри еще пути отхода. После того как мы прибьем вожака, нам придется быстро драпать. Для этих крыс символ власти важен, и они постараются его у нас отнять.

Это задание какое-то странное. Крыс убивать гораздо легче, чем сильных монстров, но и умереть в процессе гораздо проще. Нас могут легко завалить толпой, устроить засаду или накрыть магией шаманов. Приходится искать подходящее место и время, проводя чуть ли не спецоперацию. Может, в этом и есть смысл испытания?

— Ой! Они, кажется, начинают штурм! — фея снова оборвала мои мысли.

— Блин! — невольно вырвалось у меня: все у нас получается через одно место. — Ирей! Что с маршрутом?

— Я вижу путь. Духи благосклонны к нам, — отозвалась эльфийка, глядя куда-то вдаль.

Невольно я засмотрелся на ее одухотворенное лицо. Словно дева из скандинавский преданий, зрящая сущее и сплетающая ткань будущего.

— Шах всем, — я взял себя в руки и нажал на гарнитуру. — Пришлая стая крысолаков начала штурм деревни шаманов. Мы сейчас выдвигаемся им в тыл и пробуем достать вожака.

Сам я проверил свое снаряжение — все на месте, ничего не звенит. Только наблюдательный артефакт остался у феи, которая продолжала что-то внимательно рассматривать.

— Снежинка, пойдем! Если мы опоздаем и штурм закончится, то придется сражаться со всей стаей, — попытался я вразумить ее.

— Подожди! Они что-то там колдуют! Я хочу посмотреть! — отмахнулась она.

Я даже завис. Спешить-то, действительно, нужно, но вдруг она что-то интересное увидит?

— Снежинка, тебе просто интересно или это команде для дела нужно? — спросил я, сощурившись.

— Там круг шаманов! Они сейчас чем-то жахнут по деревне! — ответила она, не отрываясь от наблюдательного артефакта.

— Угу, — сказал я, подныривая под хрупкую фею.

Небольшое усилие — и Снежинка оказывается перекинутой через мое плечо.

— Ай! Что ты делаешь?! Отпусти! — задергалась она.

— А теперь побежали! — ответил я, направляясь к спуску. — И не брыкайся, а то полетим с лестницы вместе.

Вот так весело началось очередное наше приключение.

-----------------------------------

От автора:

Дорогие читатели, поздравляю вас с наступающими праздниками! Желаю вам и вашим близким благополучия, спокойствия, счастья и здоровья! Желаю, чтобы время перемен подошло к концу, и у нас всех наступило время процветания!

А лучший подарок от автора — это внеочередная прода. Надеюсь, вам нравится моя книга, и, если вы хотите сделать ответный подарок, подпишитесь на автора;)

До конца книги осталось буквально пара глав. Я планирую их закончить на первой неделе января и сразу приступить ко второму тому.

Увидимся в следующем году!

Глава 26 — Черное и Красное

Бежали мы под гневные восклицания Снежники. Фея возмущалась! Фея негодовала!

— Да как он посмел! Меня! Наследницу из рода златокрылых! Как мешок репы, себе на плечо закинуть! — пошла Снежинка на третий круг.

— Снежинка, я тебе скажу один раз, — отвлекся я от дороги. — Ты можешь возмущаться, язвить, шутить или подкалывать меня — это нормально. Но, когда прозвучал приказ, будь добра бросить все и его выполнить. Если есть время и обстановка позволяет, можешь возразить и предложить лучшее решение. Но игнорировать приказ нельзя!

— Командир дело говорит, — поддержал басом меня Добрыня.

— Вы все тупые, что ли?! — в очередной раз возмутилась фея. — Я возмущена не тем, что он меня нес, а тем, как он это делал!

— А, тебя надо было на руках, как принцессу? — дошло до меня.

— Не как! Я и есть принцесса! И нести меня нужно соответствующе! Торжественно и на двух руках! — поучительно вперила палец в небо Снежинка.

— А… Хорошо, извини, — покаялся я. — Буду знать. Торжественно не обещаю, а двумя руками попробую.

Перед мысленным взором мелькнула картинка, как я несу Снежинку вверх ногами, держа ее двумя руками. А что? Условия соблюдены.

— Ты что-то плохое задумал! Я вижу! — подозрительно сощурилась фея.

— Да нет, что ты? Понесу тебя торжественно на двух руках, как ты заказала.

Снежинка промолчала и продолжила сверлить меня подозрительным взглядом. Я же продолжил бежать в невысоком темпе. Быстро все равно не получалось, Изабелла начинала отставать. В отличие от летящей над землей феи ей-то приходилось перемещаться на своих двоих.

— Ирей всем, прошу говорить потише, скоро мы можем встретить врага, — раздался голос эльфийки в гарнитуре.

Дальше мы бежали тихо, насколько это возможно. Заброшенные улицы сменялись разрушенными дворами, разведчица вела нас известным только ей маршрутом. Время и буйство зелени стирало следы погромов. Пройдет еще два десятка лет — и город скроет выросший лес, если, конечно, это место продолжит существовать после испытания.

— Ирей всем, дорога впереди перекрыта, — донесся новый доклад от разведчицы, которая несколько секунд назад скрылась в арку, ведущую в очередной двор.

Я затормозил и вскинул руку, подавая сигнал остановиться.

— Шах Ирей, что там? — сказал я по радиосвязи.

— Во дворе четверо мелких крысолаков, они что-то едят. Обходить рискованно, нас могут заметить, — отозвалась эльфийка.

— Изабелла, давай вперед, снимешь их из револьвера, как только будешь видеть всю четверку. Ирей подстрахуй, чтобы никто не успел убежать, — отдал я указания через несколько секунд.

— Мне просто войти в арку и всех перестрелять? — переспросила Изабелла.

Жаль, что она надела свои черные очки. Глаз не видно, только приподнятая бровь выдавала некоторое недоумение.

— Да, как в вестерне, просто войди и всех убей, — ответил я.

Изабелла чуть пожала плечами, достала револьвер из кобуры и спокойно направилась в арку.

— Пс-ст. Шах, а что такое «вестерн»? — тихо спросила подлетевшая Снежинка.

Появилась она совершенно бесшумно со спины, я чуть не вздрогнул от неожиданности.

— Потом расскажу, — отмахнулся я.

Вдох, выдох — привычное ледяное спокойствие накрывает меня с головой. Шаг, еще — я скользнул бесшумной тенью вслед за Изабеллой. Пусть я в девушках полностью уверен, но подстраховка не помешает.

Тем временем ковбойша спокойно, как по подиуму, прошла по центру арки и вышла во двор. Магия Снежинки, заглушающая шаги, продолжала действовать. Все было тихо, только слева доносилось шебуршание, сменившееся недоуменным писком.

— Кх-х, кх-х, кх-х, кх-х. Кх-х, кх-х. — прокашлял револьвер ковбойши.

Тихий щелчок — и по каменной брусчатке прозвенели пустые гильзы.

— Гильзы лучше собрать, — тихо сказал я, проскальзывая во двор.

Обычный проходной двор-колодец, которых я уже насмотрелся в этом городе, заваленный всяким хламом, обломками кирпичей, поросший травой и кустарником, пробившимся через каменную брусчатку. Слева от входа, за остатками телеги, разлеглись пять трупов мелких крысолаков. Судя по плохонькой зачерненной броне, пираты. И, судя по останкам, четверо ели пятого, когда их перестреляла Изабелла. Не знаю, что тут у них произошло, но зрелище крайне неаппетитное.

Я скользнул вперед, пять коротких прикосновении — и на счету группы добавилось красных кристаллов, а от крысиных тел остались лишь бордовые пятна.

Изабелла тем временем спокойно собрала гильзы и даже не смотрела на кровавые пятна. Выглядела она слишком спокойно, ее лицо больше напоминало восковую маску.

— Ты как? — тихо спросил я.

— Я в порядке. Просто зрелище… неприятное, — ответила Изабелла со вздохом, сняла очки и начала массировать глаза.

— Извини, — сказал я.

— Все в порядке. Я понимаю, — тоже тихо ответила она и надела очки назад, словно закрывшись от мира черным стеклом.

— Да! Они точно встречаются! — звонкий голос разбил неловкое молчание.

— Снежинка. Соблюдай. Тишину, — тихо и подчеркнуто четко сказал я.

Фея в ответ только молча задрала нос с видом полного превосходства.

— Двигаем дальше, — махнул я на нее рукой и потянулся к гарнитуре. — Шах Ирей, продолжаем движение. Если получится, выведи нас на наблюдательную позицию.

Минут через двадцать мы вышли в тыл к пиратам. Точнее, залезли на четырехэтажное здание из серого камня, больше напоминающее толстую башню с плоской крышей и классическими зубцами на вершине. Местное отделение стражи, или что-то в этом роде. Все здание завалено старыми костями и следами ожесточенного боя. Потом отсюда вынесли все полезное, сделали склад всякого хлама, а недавно, судя по свежим кровавым следам, устроили жестокую резню. Правда, непонятно, кто с кем бился: пришлые крысолаки успели зачистить поле боя.

Тут еще была пара мелких охранников. Они тихо получили по стреле от Ирей и оставили после себя новые красные пятна, которые тут же затерялись на общем фоне. Устранив крыс, мы затаились на крыше башни и, осторожно выглядывая из-за зубцов, пытались рассмотреть, как проходит штурм обиталища вождя-колдуна.

— Что-то ничего не понятно! — воскликнула шепотом Снежинка.

— Да, ничего не понятно, — согласился я.

Деревня старого шамана представляла собой квартал возле реки из складов двух-трех этажей высотой. Глухие стены и узкие улочки создали удобное место для обороны. А местные крысы вдобавок еще перегородили эти проулки баррикадами, превратив квартал в настоящую крепость. Ее-то и пытались «штурмовать» пришедшие пираты.

— Это больше похоже на имитацию штурма, — сделал я заключение.

Толпа пиратов пыталась то подтащить лестницы, то растащить баррикады, но при первых ударах магией обороняющихся быстро разбегалась в разные стороны.

— Их вожака не видно! — снова приглушенно воскликнула фея.

Действительно, ни вожака пиратов, ни пиратских шаманов не наблюдалось. Лишь бегали толпы мелких крыс с десятками сержантов и редкими воинами.

— С правой стороны приближается большой отряд, — раздался в гарнитуре голос Ирей.

Сама она сидела где-то в маскировке. Изабелла и Добрыня остались в башне. А на крыше, прячась за зубцами и пытаясь рассмотреть врага, засели я и Снежинка.

Я пригнулся и метнулся к правой стороне площадки.

— Приплыли, — вырвалось у меня.

Из-за поворота на правую улицу стройными рядами выходили десятки сержантов под командованием крысолаков-воинов. И вся эта организованная армия маршировала в нашу сторону.

— А вот и вожак! — довольно прошептала Снежинка над моим ухом.

За пятью десятками сержантов в черненой броне на улицу выплыл паланкин с капитаном пиратов.

— Ты ведь их всех убьешь?! — проникновенно прошептала фея.

Я даже развернулся и пристально посмотрел в ее чистые синие глаза без единого следа сомнения.

— Правда?! — переспросила она и несколько раз хлопнула длинными платиновыми ресницами.

— Обязательно всех убьем, — пообещал я этому троллю в юбке. — но потом.

Я еще раз пристально оглядел колонну крысиного воинства. Тут явно идут элитные части пиратов. Все сержанты как на подбор, одеты в одинаковую зачерненную броню, держат ровные ряды. С ними топает десяток отборных воинов, если считать вместе с несущими паланкин.

— Шах всем. К нам идет войско крыс-пиратов, через несколько минут они будут возле башни. Навскидку пять десятков сержантов и десяток воинов, плюс сам вожак. Бой на открытой местности мы не вытянем — прячемся на третьем этаже башни. Повторяю: прячемся на третьем этаже башни. Снаружи остается только Ирей в маскировке и отслеживает происходящее.

— Ирей всем. Слева появился отряд с восьмью шаманами, они тоже идут к башне, — раздался в гарнитуре голос эльфийки.

— Пойдем, — сказал я фее. — Не беспокойся, без боя мы отсюда не уйдем.

Высокомерно фыркнув, Снежинка полетела за мной к лестнице. А я лихорадочно вспоминал, сколько действует уничтожитель запахов из продвинутого набора ассасина. Команду-то я догадался опрыскать еще перед пробежкой к колокольне. Теперь вопрос: найдут ли нас крысолаки по запаху или получится все-таки переждать?

На наше счастье, пираты сильно торопились, даже толком не проверили башню. Мы вчетвером забились в заваленную хламом комнату на третьем этаже. Из всех достоинств — она располагалась далеко от основной лестницы, вход в нее наполовину завален мусором и была пара окон среднего размера, через которые мы теоретически могли сбежать. Так мы и сидели, напряженно вслушиваясь в отдаленные писки и шорохи.

— Ирей всем. Все шаманы с двумя воинами и десятком сержантов устроились на крыше башни, — отрапортовала разведчица.

Редкие доклады оставшейся снаружи замаскированной эльфийки разбавляли напряжение. Без них сидеть в комнате в окружении толпы крысолаков было бы совсем грустно.

— А как она видит крышу? Не сидит же она там?! — тихо и эмоционально прошептала Снежинка.

Я приложил палец к губам и сделал страшные глаза. Потом кивнул на дверной проем, показал на уши и провел большим пальцем по шее, как бы говоря: «Если крысы услышат, нам хана».

Фея в ответ высунула язык и закатила глаза с видом «Как ты достал читать нотации!» А мне захотелось треснуть ее по голове чем-нибудь тяжелым.

— Вижу другой большой отряд крысолаков. Похоже, пришла другая стая с вожаком, — вмешалась в нашу пантомиму Ирей.

Потянулись новые секунды томительного ожидания.

— Шах Ирей. Дай, пожалуйста, подробности, — сказал я через пару минут.

Снова повисло тягучее молчание. В голову начали закрадываться нехорошие подозрения.

— Ирей Шаху. Меняла позицию, не могла говорить, — наконец ответила разведчица. — Новый отряд с бордовым знаменем подходит к площади перед башней. Черные пираты выстроились напротив и ждут его. Шаманы пиратов на крыше башни что-то колдуют.

— Шах Ирей. Опиши прибывших, — как можно тише прошептал я в гарнитуру.

— Очень похожи на пиратов, все в броне, только покрашены красным цветом. Вожак идет сам с большим топором на плече, с двумя лезвиями. За ним несут знамя, красное, с нарисованным белым топором, совсем как у вожака. Почти все красные вооружены топорами. У них два десятка больших воинов и четыре шамана, — сбивчиво отчиталась эльфийка.

— Сколько у красных сержантов и что они делают? — продолжил шептать я.

— Сержантов шесть дюжин, еще мелких дюжин пять, — ответила Ирей. — Красные подошли к площади, строятся в одну линию, их шаманы колдуют что-то вроде защиты. С другой стороны выстроились черные, тоже в одну линию.

Я представил себе происходящее и быстро прикидывал варианты. Зачем две стаи с лучшими воинами выстроились друг напротив друга?

— Я понял: они забили стрелку! — быстро пробормотал я.

Наградой стал вид изумленной Снежинки: широко распахнутые синие глаза смотрели на меня с искренним удивлением, а рот округлился и был готов громко выдать все, что она обо мне думает.

— Тихо! — упредил я ее. — Забить стрелку — это значит назначить встречу. Две стаи встретились в заранее условленном месте в условленное время, чтобы решить какой-то вопрос. При этом оба вожака друг другу не доверяют и берут с собой лучших бойцов, чтобы в случае засады отбиться.

— Главный пират вылез из носилок. Сейчас вожаки, каждый с десятком воинов, выходят в центр площади, — разведчица не слышала моего спича и продолжала докладывать происходящее по радиосвязи.

А мне внезапно пришла в голову одна идея.

— Ирей, ты можешь подстрелить красного вожака так, чтобы они подумали, что выстрелили черные? — немедленно выдал я в гарнитуру.

На несколько секунд повисла вязкая, тяжелая тишина.

— Я… попробую… — неуверенно отозвалась эльфийка.

— Попробуй, причем стрелой, которая пробьет защиту. Если мы натравим крыс друг на друга, то получим шанс достать вожака, как мы сделали с прошлыми двумя, — озвучил я свою идею.

Тут я обратил внимание на Снежинку. Фею удивленную сменила фея восхищенная. Ротик округлился, глаза распахнулись еще шире, ручки сложены на груди.

— Ша-ах! Я прикажу сделать твой памятник у меня во дворце! И надпись «Самый хитрый истребитель крыс этого года»! — горячо зашептала она. — Бросай эту коровью девку и иди служить мне! Под моим руководством ты достигнешь небесных вершин!

— Тихо-тихо! — попытался утихомирить я разбушевавшуюся волшебницу. — Нас могут услышать раньше времени.

— Это кто еще тут коровья девка? — вклинилось в наш диалог шипение рассерженной кобры.

Я перевел взгляд на Изабеллу. В отличие от прошлых пикировок с феей она сейчас рассердилась не на шутку. Ее взгляд был готов разрезать Снежинку на множество маленьких фей. Крылья носа трепетали, грудь резко вздымалась. Я даже на секунду ей залюбовался.

— А что такого?! Шах сам тебя так называл! Я слышала! — гнусно усмехнулась фея и ткнула в меня пальцем.

Изабелла сузила глаза и перевела взгляд на меня. Я резко почувствовал себя очень неуютно.

— Я мог называть ее ковбойшей, но это название профессии, и как коровий мальчик или коровья девочка не переводится, — попытался я откреститься от грязных инсинуаций.

— Ничего не знаю! Я так услышала! — ответила Снежинка.

— Охолоните, девы. Сейчас из-за вас все крысы сбегутся, — вмешался басовитым шепотом Добрыня.

Изабелла перевела свой убийственный взгляд снова на фею, но та лишь презрительно фыркнула и задрала нос. Я от этой картины только вздохнул и потер переносицу.

— Снежинка, пожалуйста, не называй так Изабеллу. Для нее подобные слова оскорбительны. Если мы хотим работать в команде, оскорбления неприемлемы. Если нам не хватает сдержанности, чтобы не хамить друг другу, то нам лучше сразу разбежаться в разные стороны, — сказал я спокойным тихим голосом.

Фея в ответ опять фыркнула и отвернулась. Я снова вздохнул и провел рукой по лицу. Ситуация напомнила мою бытность лидером клана. Опять мне приходится разводить по разным углам «взрослых и самодостаточных» людей, которые готовы смертельно рассориться из-за какой-то ерунды.

— Снежинка, пожалуйста, извинись перед Изабеллой, если ты, конечно, не хочешь ее серьезно обидеть, — продолжил я мягко давить.

Подобные ситуации на тормозах спускать нельзя, несмотря на личности. Иначе нам действительно будет лучше разбежаться.

Фея развернулась и пристально на меня посмотрела. Я же ей ответил спокойным и ровным взглядом глаза в глаза. Снежинка тоже очень красива, у нее есть сказочная строгая красота девочки-волшебницы. Даже сейчас, паря над захламленным полом и смотря на всех сверху вниз с выражением возмущенной аристократки, она приковывала взгляд.

«Не было бы еще у нее замашек избалованной стервы, цены бы ей не было», — промелькнула мысль. Озвучивать ее я, разумеется, не стал.

— Хорошо, я извиняюсь! Доволен?! — выдавила из себя Снежинка.

Я не стал отвечать и посмотрел на Изабеллу. Та еще несколько секунд сверлила фею раздраженным взглядом, потом все же нехотя и медленно кивнула.

— Только не думай, что победила! — бросила Снежинка и снова задрала нос.

«К чему это она?» — снова мелькнуло в моей голове, но я опять благоразумно промолчал. Получилось разрулить ситуацию, пусть и формально — ну и замечательно. От женских споров лучше держаться подальше. Снежинка и Изабелла — девушки красивые, умные, с характером. Надеюсь, у них хватит сознательности не устраивать постоянных ссор и не выносить мне мозги при любом удобном случае… Очень надеюсь.

— И почему мне кажется, что мы что-то забыли? — задал я риторический вопрос.

Такое ощущение и в самом деле свербело на краю сознания. Внезапный конфликт девушек сбил меня с толку, и что-то важное вылетело у меня из головы.

— Я стреляю, — раздался голос Ирей в гарнитуре.

Глава 27 — Конец и Начало

На несколько секунд наступила тишина, словно тихий ангел пролетел. Потом с улицы донесся какой-то рев с громким лязгом, как будто толпа вооруженных до зубов крысолаков внезапно поняла, что на них подло напали, и бросилась в бой.

— Добрыня! — отмер я. — Бегом на крышу! Надо вынести шаманов! Прямо сейчас!

Богатырь довольно рыкнул, как большой медведь. С лязгом опустил личину шлема и одним махом перепрыгнул завал на входе в комнату. Из коридора послышался гулкий топот его сапог.

— За ним! — скомандовал я уже девушкам. — Белла, заряжай бронебойные! Выбьешь шаманов.

И сам подал пример, птицей вылетев в коридор. Короткая пробежка, с каждым шагом я привычно погружаюсь в спокойную прохладу. Эмоции уходят, остается чистый расчет, помноженный на сверхчеловеческую реакцию и навыки ассасина.

Вот лестница на четвертый, рядом свежий труп сержанта со смятой головой. Кровь продолжает вытекать в увеличивающуюся лужу. На бегу я наклоняюсь, короткое прикосновение — и тело исчезает в темной дымке. Быстрый подъем наверх, еще один труп, теперь с раздробленной грудиной. Добрыня впал в ярость, сметает врагов, как медведь, ворвавшийся в стаю мелких собак.

Очередной лестничный проем заканчивается выходом на крышу. Я быстро охватываю взглядом происходящее. В нескольких шагах от лестницы богатырь рубится с парой воинов. У одного воина-крысолака большая алебарда, а у второго полуторный меч. Вместе они отмахиваются от осатаневшего Добрыни, заставляя его прикрываться щитом. Тройка сержантов уже успела попасть под каток и валяется под ногами изломанными фигурами.

И, главное, — за спинами крысолаков-воинов стоит восемь шаманов. Они расчертили многолучевую звезду прямо на крыше и что-то увлеченно колдуют, пища и размахивая посохами, полностью игнорируя смертельный бой в пяти метрах от них. Если шаманы закончат свое колдовство раньше, чем мы до них доберемся, нам конец.

Вся эта картина отпечатывается в голове за доли секунды. Выдох, упругий толчок ног — я влетаю на крышу, обходя алебардиста по дуге слева. Первый метательный нож, сверкнув на солнце, отлетает от головы здорового крысолака. Лезвие даже не смогло коснуться его морды — сработала магическая защита. Воин забавно фыркает и делает шаг в мою сторону, одновременно закручивая алебарду. Гибрид копья и топора быстро чертит полукруг. Но я слишком далеко, чтобы меня так просто достать.

В ответ в крысолака летит мой новый кинжал с рунами, за ним несусь я сам с выхваченным мечом. Осознание, что у нас есть всего несколько секунд, толкает меня в спину. Я физически ощущаю улетающие мгновения.

Кинжал с яркой синей вспышкой влетает в морду крысы-воина. Щит пробит, взвизг раненого монстра режет уши, а я, пригнувшись, прорываюсь в ближний бой. Воин пытается отскочить и отмахнуться алебардой, только уже поздно. Я рядом, туго сжатые мышцы распрямляются, выталкивая вперед и вверх острие меча. Лезвие, тускло блеснув, глубоко уходит в горло человекоподобного монстра. В сознании отпечатывается удивленная уродливая крысиная морда с глубокой раной от моего кинжала поперек выдающегося носа. Громкий возмущенный визг сменяется хрипом, глаза алебардиста гаснут, тело опадает на камень крыши, следом с лязгом падает алебарда. А я уже разворачиваюсь ко второму воину, левая рука цепляет с перевязи второй кинжал.

Добрыня тоже не теряет ни секунды. Он прорвался на ближнюю дистанцию к отвлекшемуся на мгновение мечнику и на моих глазах буквально его разделывает за пару ударов.

— Бум! — булава с хрустом ломает правое плечо крысолака.

— Дзынь! — громко звенит упавший двуручник.

— Тхум! — верхний край щита врезается под челюсть поплывшего воина.

— Аша-Рах! — поле боя накрывает хоровой вопль шаманов.

Они закончили ритуал, и сейчас один из них, самый старый, с седой шерстью, вскочил на зубцы ограждения башни и указывает посохом куда-то вниз. Остальные семеро направили посохи в его сторону. С каждого из них истекает черный туман, словно дымок от коптящей свечи. Дым свивается в спирали и черными нитями несется в сторону седого шамана. Там черные змеи сплетаются в настоящий смерч и с ревом исчезают где-то внизу.

— Быстрее! Вперед! — ору я и срываюсь к шаманам.

— Хтыщ! Хтыщ! — две ярко-синие вспышки расцвечивают ближайшего колдуна — фея появилась на крыше.

Только он стоит невредимый и скалит свои резцы. Синие искры бессильно стекают вниз с невидимой пленки.

— Кх-х. Кх-х. Кх-х, — в бой вступает Изабелла.

Каждый ее выстрел расцветает синей вспышкой. Один выстрел — один шаман. Новые патроны легко проламывают защиту крыс-колдунов. С такого расстояния она не промахивается, методично, как метроном, кладет пули четко в голову.

— Кх-х. Кх-х. Кх-х, — летят брызги крови, и падают новые фигуры.

— Хтыщ! Хтыщ! Хтыщ! — синие вспышки заморозки закрывают скалящегося шамана.

На несколько секунд наступает вязкая тишина. Синие искры погасли, и взгляду открылась покрытая инеем белая статуя — это все что, осталось от крысиного колдуна. Под его ногами валяются трупы остальных шаманов. На заднем фоне, на зубцах, стоит последний седой крысолак и пораженно смотрит на открывшуюся картину.

Тишину разрушает едва слышный треск. Покрытая инеем статуя не устояла на ногах и с шумом обвалилась. На моих глазах промороженная голова от удара о камни раскололась на несколько кусков. А еще я вижу, как в глазах последнего шамана разгорается нешуточная злоба. Они наливаются кровью, краснеют, в них чуть ли не вспыхивает огонь. Вот только он не кидается в бой, а делает короткий шаг назад и исчезает за оградой крыши.

И вновь над полем боя повисает вязкая тишина.

— Он что, упал?! — раздался рядом звонкий голос Снежинки.

— Спрыгнул, — ответил я.

А в моей голове появляется осознание, что мы стоим на верхушке башни, рядом с которой целая армия очень злых на нас крыс.

— Шах Ирей. Что там с крысиными армиями? — проговорил я в гарнитуру, а сам направился к краю крыши, с которого сиганул вниз седой шаман.

По пути я подобрал свой кинжал, собрал трофеи и прикинул, против кого круг шаманов использовал черный вихрь. Что ударили по красным крысам, понятно. Но вот по кому? Пытались ли они достать вражеского вожака или проехались масштабным заклинанием по рядовому составу?

— Добрыня, держи лестницу. Девушки, соберите трофеи, к зубцам на краю крыши не подходите. Точнее, Изабелла, не подходи. Снежинка, можешь выглянуть, у тебя есть защита, она черную молнию должна выдержать. Наверное… — последнее слово я произнес вполголоса.

— Что значит «наверное»?! Ты хочешь, чтобы я подставилась под вражескую магию?! — фея тут же нашла к чему прицепиться.

— Красные отступают. Они сначала сильно надавили на черных и почти достали черного вожака, но он успел сбежать. А потом по ним с крыши башни ударили черным смерчем и уничтожили правую часть их войска, красный вожак скомандовал отступление, — раздался в наушнике голос эльфийки.

— Хреново, — проговорил я тихо сам себе, направляясь к зубцам.

— Черный вожак спорит с седым шаманом. Один хочет преследовать красных, другой говорит, что надо добить нас, — продолжила доклад Ирей.

Тем временем я сделал то, что запретил делать девушкам, — добрался до края крыши и осторожно выглянул между зубцов. Внизу все примерно так, как доложила разведчица.

Площадь перед башней завалена трупами крысолаков, большей частью в красной броне, лежащих кучей там, где они попали под удар черного вихря. Остатки красного воинства спешно отходили в узкие улочки на другой стороне площади. Черная же армия в изрядно потрепанном виде собралась под башней и наблюдала, как главный шаман собачится с вожаком. Зафиксировав картину в памяти, я быстро убрал голову: еще не хватало получить молнию от двух оставшихся в живых черных шаманов.

— Черный вожак легко ранен, а у седого шамана правая нога деревянная, — продолжала говорить Ирей.

— Прости, что? — сказал я в гарнитуру.

— У черного вожака видно несколько ран. А седой шаман прихрамывает, и у него вместо одной из ног деревянный протез, — послушно повторила эльфийка.

— Пираты, одноногий старший шаман, который спорит с капитаном… Не удивлюсь, если его зовут Сильвер, — пробормотал я себе под нос.

Пазл с щелчком сложился у меня в голове. Система в своих испытаниях берет многое из легенд миров-участников. И тут седого шамана с деревянным протезом наверняка содрали с «Острова Сокровищ». Не удивлюсь, если этот шаман окажется опаснее капитана.

— Ты знаешь эту крысу?! — тихо воскликнула Снежинка. Почему-то обе девушки оказались рядом со мной.

— Не знаю, а догадываюсь, из какой легенды его взяла Система, — ответил я и тут же переключился: — Белла, что у тебя с усиленными патронами?

— Остались только разрывные, все с пробитием щитов ушли на шаманов, — ответила она и кивнула в сторону нарисованной мелом многолучевой звезды, где она полминуты назад так удачно расстреляла толпу колдунов.

Меня охватил азарт, в голове уже сложился новый план, от которого несло безумием. И вместе с тем чуйка говорила, что у этого плана есть все шансы на успех.

— Снежинка, дуй вот сюда, — я махнул рукой на левую часть крыши. — По команде высунешься и начнешь гвоздить вспышками седого шамана, он стоит прямо под нами. Изабелла, заряжай разрывные. Твоя задача — вылезти после первой вспышки от Снежинки и расстрелять разрывными пулями вожака.

Девушки на секунду зависли, пытаясь осознать команды.

— Бегом! — сдерживая голос, прикрикнул я.

— Капитан с шаманом перестали спорить и идут за красными, — добавила огоньку по радиосвязи Ирей.

Фея и ковбойша только и порскнули в стороны.

— Снежинка! Давай! — гаркнул я, уже не сдерживаясь, и сам выглянул из-за края зубца.

Мы поймали момент, когда крысиное воинство только начало движение. Сержанты отходили от башни и начинали собираться в отдельные отряды. Воины и оставшаяся пара шаманов подтянулась к начальству.

— Хтыщ! Хтыщ! Хтыщ! — синие вспышки расцветили поле боя и привлекли всеобщее внимание.

Да только толку от них было немного. Смертоносные сгустки магии столкнулись с защитой и осыпались безвредными искрами, скрыв на секунду седого шамана.

— Кх-х. Кх-х, — резкий кашель револьвера на этом фоне кажется совсем незаметным.

Первые две пули разорвались прямо на невидимой пленке защиты. Это стало понятно по хлопкам и снопам искр, рассыпавшимся по спине пиратского капитана. Вожак пригнулся и схватился за рукоятки сабель, торчащих из-за его спины. Крысолаки вокруг тоже начали визжать, хвататься за оружие, разворачиваться в нашу сторону.

— Кх-х. Кх-х. Хтыщ! — девушки продолжили обстрел.

Первый выстрел лишь вызвал новый каскад искр, а второй прошел. Тихо и незаметно на общем фоне начавшейся катавасии кусок спины крысолака превратился в кровавое месиво. Зато это в полной мере ощутил вожак. Он как-то быстро, буквально за долю секунды развернулся и выхватил сабли. Пижонская шляпа с пером улетела в сторону, и нам предстал разъяренный воин с двумя клинками наголо.

Невольно я сравнил его со вчерашним вожаком-воином с гигантским тесаком. Тот делал ставку на силу и выносливость, по его испещренному шрамами телу было понятно, что он прошел десятки смертельных схваток и вышел победителем. Этот, с двумя саблями, воплощал скорость и ловкость. Если он до нас доберется, — вряд ли Добрыня сумеет его сдержать…

— Ай! — донесся до меня звонкий вскрик слева, ему вторил громкий треск и шипение.

— Кх-х. Кх-х, — раздались выстрелы справа. Последние… больше разрывных патронов у Изабеллы нет.

На груди и шее пиратского капитана расцвели кровавые цветы. Повернувшийся к нам вожак замер на долю секунды, рассматривая башню. И этого хватило ковбойше, чтобы точно положить две последние пули. Дальше я не смотрел — резко отпрянул от проема.

— Назад! — крикнул я девушкам.

Сам был уже готов оттаскивать их от опасного места, но этого не потребовалось. Изабелла отступила сама и сейчас перезаряжалась. Снежинка и вовсе крутилась в пяти метрах от ряда зубцов.

— Представляешь! Эта старая крыса чуть меня не зацепила! — пожаловалась она, одновременно пытаясь заглянуть себе за спину. — Глянь, у меня там платье не испачкалось?!

— Нет, все в порядке, — сказал я, внимательно осмотрев ее стройные ножки и туго обтянутую платьем пятую точку.

Снежинка как раз чуть наклонилась и натянула юбку, что-то на ней рассматривая. Причем, я уверен, сделала это специально.

— Кх-кхм, — прочистила горло Изабелла.

Я спешно отвел взгляд. Надо же… наши отношения еще не успели толком начаться, но одна меня уже контролирует, а вторая дразнит.

— Хо-хо-хо, — донесся басовитый смешок Добрыни: мимо его внимания эта сценка не прошла.

Мне вот сейчас только какой-нибудь шпильки от Ирей не хватает. Кстати, а как у нее там дела?

— Шах Ирей. Что там у крыс? — сказал я в гарнитуру, демонстративно отвернувшись от девушек.

— Собрались вокруг вожака. Их там слишком много, ничего не видно, — отозвалась эльфийка после нескольких секунд задержки.

Внезапно снизу донесся многоголосый писклявый вопль, полный горя и гнева. Словно толпа головорезов потеряла что-то для себя очень дорогое и хочет убить виновных.

— Вожак умер. А все крысолюди теперь смотрят на башню, — донесся из гарнитуры голос эльфийки.

— Хех. Я даже знаю, что будет дальше. Получилось, как в анекдоте, — хохотнул я.

— Анекдот?! Это веселая история?! Расскажи! — тут же влезла Снежинка.

— Сейчас, подожди чуть-чуть. У нас будет немного времени, пока крысы будут бежать наверх, — отмахнулся я и потянулся к гарнитуре. — Ирей, проследи за оружием вожака, куда они его денут: нам нужен символ власти. Добрыня, встань напротив лестницы, будь готов принимать толпу мстителей. Девушки, займите позицию по флангам, чтобы расстреливать поднимающихся на крышу сбоку.

Вход на крышу представлял из себя обычный проем, в который вела крутая каменная лестница, по строению она напоминала обычную лестницу из пятиэтажки, только с узкими пролетами и гораздо круче. Еще когда-то вокруг проема на крышу была деревянная ограда, но сейчас от нее остались одни огрызки.

Богатырь занял позицию напротив лестницы, выставил вперед щит и чуть пригнулся, держа наготове булаву. Изабелла встала справа и спешно готовила запасные обоймы, на ее поясе было несколько свободных мест. Фея заняла позицию слева, с рапирой наперевес. Я же достал меч и встал напротив Добрыни. Если хорошенько вытянусь, ударю в спину поднимающихся.

— Что за веселая история?! Ты обещал! Расскажи! — снова потребовала неугомонная фея.

— Секунду, — я поднял руку и прислушался к происходящему внизу.

Снизу доносились писклявые команды и активное шебуршание. Крысы поднимались, но делали это организованно, и у нас есть еще несколько минут.

— Убегает ковбой от индейцев — это такой народ, с которыми они постоянно воевали, — начал я говорить, одновременно прислушиваясь к происходящему внизу, — убегает долго. Расстрелял все патроны, кроме последнего. А индейцы его продолжают гнать. Загнали на край пропасти и окружили толпой, потрясают оружием. «Это конец!» — думает ковбой и прикладывает дуло к виску, чтобы застрелиться. А внутренний голос ему шепчет: «Это еще не конец. Убей вождя!» Ковбой прицеливается и стреляет в самого большого и ярко одетого индейца. Тот падает, все остальные индейцы страшно кричат в гневе. Внутренний голос говорит: «Вот теперь точно — конец».

На несколько секунд повисла тишина, только снизу доносился топот и лязг поднимающихся по лестнице крысолаков. Снежинка отвлеклась от лестницы и как-то странно на меня посмотрела.

— Хо-хо-хо-хо! Хороший анекдот, — басом рассмеялся Добрыня.

Снежинка молча перевела взгляд на богатыря.

— Я не поняла, это у вас такие шутки глупые или вы специально крысиного вождя убили?! — наконец разродилась она.

— А какая разница? — ответил я риторическим вопросом. — Лучших условий для боя у нас все равно не будет. Мы сейчас или затащим, или провалим испытание.

— Да, действительно. Кого я спрашиваю?! Безумного Шаха?! — громко пробормотала она себе под нос и вернулась к созерцанию лестничного проема.

— Ирей Шаху, — раздался голос разведчицы в гарнитуре. — Шаман с деревянной ногой забрал сабли вожака и пошел в башню. Часть армии черных тоже вошла в башню.

А я поймал себя на том, что во всю улыбаюсь. Улыбаюсь, потому что знаю — через несколько секунд будет новое, будоражащее кровь сражение. Но со мной рядом мои друзья. Те, на кого я могу положиться. И у нас все получится!

Больше книг на сайте — Knigoed.net

Content

Николай Ханов
Системная Паутина 1

Глава 1 — Кольцо и Визитка

Глава 2 — Канализация и Крысы

Глава 3 — Решетка и Зеркало

Глава 4 — Магазин и Красота

Глава 5 — Когти и Разговоры

Глава 6 — Монстры и Фонарик

Глава 7 — Паранойя и Прана

Глава 8 — Спорт и Крот

Глава 9 — Снег и Кот

Глава 10 — Козлы и Интриги

Глава 11 — Риски и Лес

Глава 12 — Арена и Холмы

Глава 13 — Костер и Знакомства

Глава 14 — Лабиринт и Гранаты

Глава 15 — Капкан и Конкуренты

Глава 16 — Мантикора и Яйцо

Глава 17 — Имя и Слава

Глава 18 — Уши и Планы

Глава 19 — Змея против Шахида

Глава 20 — Награда и Радио

Глава 21 — Идея и Страх

Глава 22 — Ожидание и Разбег

Глава 23 — Добыча и Засада

Глава 24 — Спасение Принцессы

Глава 25 — Спуск Принцессы

Глава 26 — Черное и Красное

Глава 27 — Конец и Начало