Незаконный наследник. Путь к власти. Том 2

Глава 1

— Ваше величество, — император поднял голову, снял очки и, положив их на стол, посмотрел на вошедшего.

В последние две недели он уже ничего не видел без них в документах. Буквы прыгали перед глазами и никак не хотели складываться в слова. С очками было полегче, но Михаил прекрасно понимал, что скоро не сможет заниматься делами, и стремился всё успеть сделать, чтобы взять отпуск и дожить свои последние дни так, как ему хочется.

— Проходи, Виталий, проходи, — он махнул рукой, призывая Керна садиться за стол. — Решение Кодекса было для тебя неожиданностью?

— Оно для всех стало неожиданностью, — Керн покосился на отложенные очки.

Виталию было больно видеть старого друга в таком состоянии, и он накануне памятного заседания Совета кланов даже предложил в сердцах Михаилу воспользоваться пластиной. Да, у него будет только год, но год отмерянный, без страданий и с возможностями молодости. Император успеет завершить все свои дела и ещё повеселиться времени хватит… Михаил отказался. Грустно улыбаясь, он сказал, что и так слишком долго обманывал смерть. Его время вышло, а проанализировав, как действовали в Лондоне Костя со своей командой, он пришёл к выводу, что оставит империю в надёжных руках. Правда, Яна нужно ещё воспитывать, но, он надеется, что Костя в итоге справится.

— Это ты посоветовал Егору пойти к Машке и умолять её отдать свидетельство? — проворчал Виталий, вытаскивая бумагу, выполненную в старинном стиле.

Очень скоро эта бумага с подписью действующего императора займёт своё место в Кодексе, как принятое решение в переломный момент. Ведь на этом Совете действительно могла смениться династия, которая не менялась никогда со времён образования Российской империи.

— Скажем так, я намекнул ему, что Мария очень любила мать, и поэтому испытывает определённую слабость к представителям клана Ушаковых. Особенно к нему, потому что Егор очень похож на свою двоюродную бабку Настю. — Усмехнулся император и поставил размашистую подпись внизу принесённого Керном листа. После этого снова снял очки и протянул лист председателю Совета кланов, теперь уже бессрочному.

О том, что его не собираются переизбирать, понял уже и сам Керн. Разбив пару стаканов о стену, Виталий успокоился, но не смирился. И теперь каждое заседание будет начинаться с его просьбы переизбрать председателя. Вот только Совету кланов это было невыгодно. Как дед будущего императора, Керн вполне мог повлиять на Костю, так что кворум по важным вопросам будет впредь обеспечен. После той демонстрации возможностей даже до самого тупого главы клана дошло, что Костя — это ни черта не Михаил, и нянькаться он с кланами вряд ли будет.

Виталий убрал бумагу, но вставать не спешил.

— Довольно подлый приём, — заметил он. — Матвей, например, не додумался до столь изящного решения.

— У Матвея не было исходных данных. Он был слишком юн, чтобы видеть Марию с Анастасией вместе и понять степень привязанности матери и дочери. Я же такой возможности лишён не был, — Михаил улыбался. — А анализировать увиденное я всегда умел. — Он продолжал улыбаться. — Виталий, ты ведь не только о нашем внуке пришёл поговорить?

— Нет, не только. Ты слишком хорошо меня знаешь, как и мою дочь. — Керн откинулся на спинку стула. — Ко мне с просьбой подошёл Назар. Он просил узнать, что у Матвея происходит с головой, и на какой такой ужин он умудрился затащить племяшку Назара?

— О, так Алёна — племянница Назара, — Михаил рассмеялся. — По-моему, Матвей об этом говорил, а может быть и нет. Я не помню. В тот момент не слишком хорошо себя чувствовал и пропустил эту информацию мимо ушей. Но девушка мне понравилась. Надо сказать, мне обе девушки понравились. Правда, клан Орловых на них произвёл довольно странное впечатление. Если я всё ещё разбираюсь в людях и в женщинах, в частности, то парням нужно будет постараться, чтобы вернуть расположение девушек. Если, они, конечно, в этом заинтересованы. Интересно, а что Костя на это скажет? Насколько я понял, обе девушки на него работают.

— Я думаю, что Косте не стоит об этом пока знать, — Керн с трудом сдержался, чтобы не заржать. — Тем более ты сам сказал о том, что девушки не в восторге от Орловых. Но, я так понимаю, ты присутствовал на этом ужине.

— О да. И не пожалел ни на минуту. — Михаил хохотнул. — Но девочки мне понравились, — повторил он. — Кстати, хотел уточнить кое-что. Не у кланов отцы могут приказать девушке выйти замуж?

— Приказать или убедить, конечно, могут, но если девица откажется, то последствия для неё не будут столь фатальными. Особенно, если она работает и вполне может содержать себя самостоятельно. — Керн в своё время тщательно изучал этот вопрос, когда Маша грозилась уйти вместе с ребёнком, куда глаза глядят, хоть вообще из замкнутого в себе мирка кланов.

— Да? Жаль. А то я бы напоследок помог этим двум дебилам, которые почему-то не предупредили своих дам, о каком конкретно клане идёт речь, когда притащили их на ужин. Ума совсем нет, — Михаил покачал головой.

— То есть, я могу передать Назару, чтобы он не волновался, и никто на его племянницу не посягает? А то он уже свою знаменитую утятницу начал чистить.

— Пока, да, — Михаил кивнул. — Виталий, ты можешь передать Косте, что я хотел бы с ним поговорить.

— А сам не можешь? — Керн бросил на императора взгляд и тут же опустил глаза, чтобы Михаил не увидел промелькнувшую в его взгляде жалость.

— Нет, потому что сейчас любая моя просьба будет восприниматься, как приказ. Мне бы этого не хотелось. Надеюсь, после нашего разговора всё встанет на свои места, и я смогу позвонить ему просто как дед внуку. — Император потёр переносицу.

— Хорошо, я передам ему твою просьбу, — кивнул Керн поднимаясь со стула и направляясь к двери.

— Виталий, передай Назару, что, если у Матвея хватит ума продолжить ухаживания за Алёной, я возражать не буду.

— Хорошо, я передам, — ответил Керн уже от двери. — Ваше величество, — он склонил голову в неглубоком поклоне и вышел из кабинета.

* * *

Подоров прошёлся по кабинету и посмотрел на стол, где лежал его телефон. Была пятница, а предстоящие выходные должны были плавно перерасти в недельный отпуск, который Матвей всё же решил себе устроить.

Провести выходные он планировал за городом, где у Орловых стоял не слишком большой дом, вполне подходящий для того, чтобы там отдохнуть и привезти туда девушку. Дом был включён в общую систему защиты. Но охранников и слуг там не было. То есть в дом приезжали два раза в неделю, чтобы поддерживать чистоту, но в целом там было самообслуживание. Опять же весьма романтическая атмосфера: камин, глушь вокруг, пушистая шкура на полу перед камином. Обнажённая красавица на этой шкуре смотрелась бы чудесно. Вот только с наличием красавицы у Матвея были определённые проблемы. Он снова посмотрел на телефон, сел за стол и принялся его вертеть в руках, вспоминая тот злополучный ужин.

* * *

Он заехал за Алёной, как они и договаривались, вечером, за час до начала ужина. Приткнув машину возле лабораторий, Матвей увидел, как мимо пробежал Илья. Похоже, уговорить по телефону Таню не получилось, и он решил попытать счастья с глазу на глаз.

Алёна вышла практически сразу, как только Илья исчез в огромном здании. Она остановилась, поискала взглядом Матвея, увидела его и направилась прямиком к машине.

— Я всё же не уверена, что это уместно, появляться на ужине в доме клана в рабочем костюме. — Сказала она вместо приветствия, садясь рядом с Подоровым на пассажирское сидение.

— Брось, ты чудесно выглядишь, — Матвей улыбнулся, и машина тронулась с места, плавно набирая скорость.

— Почему ты вообще решил появиться на этом ужине, — Алёна заметно нервничала и старалась взять себя в руки. — Ты не похож на человека, который будет плясать под чью-то дудку, даже если дудочником является твоя мать.

— Я всё ещё не могу противиться воле главы клана. — Ответил Матвей. — Он приказал мне быть на этом ужине, который сам намеривается посетить. И, желательно для меня, чтобы я был на ужине не один.

В этот момент у него зазвонил телефон. Матвей покосился на номер, но отвечать не спешил.

— Ответь, вдруг это что-то важное, — тихо попросила Алёна. Матвей взглянул на неё, и тут же перевёл взгляд на дорогу. Но практически сразу нажал на кнопку ответа. При этом он поставил телефон на громкую связь.

— Да, мама, что-то случилось?

— Матвей, ты сейчас где находишься? — раздался приятный женский голос, и Алёна вздрогнула.

— На луне, где я могу находиться, — пробормотал Подоров.

— Что? Я не расслышала, говори громче.

— Я говорю, что как раз еду к тебе. Или ты хочешь сообщить мне радостную новость, что ужин отменяется?

— Не говори глупостей, — фыркнула женщина. — Михаил только что подтвердил своё присутствие. Он прибудет в течение часа. Поэтому я и звоню уточнить, ты точно будешь, или снова взбрыкнёшь?

— Я не могу, как ты выражаешься, взбрыкнуть, мне Михаил прямо приказал быть на этом ужине. — Процедил Матвей.

— И я ему очень благодарна. Особенно за то, что, хотя бы за ужином, смогу увидеть сына.

— Мама, не начинай, я тебя очень прошу, — Матвей покосился на Алёну, но та сидела, прикусив нижнюю губу и внимательно слушала, как грозный глава службы безопасности империи, от одного имени которого у многих поджилки начинают трястись, разговаривает с матерью.

— Михаил сказал, что ты приедешь с девушкой. Это правда, или я его неправильно поняла?

— Ты правильно поняла, я еду с девушкой, и она сейчас сидит рядом со мной.

— Как её зовут?

— Алёна, мама, и, я за рулём, между прочим.

— Хорошо, я отключаюсь. — Из трубки послышались гудки.

— Вот видишь, — Матвей повернулся к Алёне. — Не хочу тебя пугать, но, это только начало.

— Не вижу ничего криминального, — пожала плечами девушка. — Мать всегда остаётся матерью, и для неё нормально переживать за своего ребёнка.

— Надеюсь, вы поладите. — Ответил Подоров.

— Что ты имеешь в виду? — настороженно спросила Алёна. — Матвей, что ты имеешь в виду?

— Мы приехали, — он свернул к воротам роскошного особняка. Алёна, увидев эту громаду, вжала голову в плечи.

Нет, он сказал ей, что является членом клана. Но… Она снова перебрала в уме фамилии. Нет, про клан Подоровых Алёна точно не слышала. А дом намекал на то, что клан далеко не бедный. Внезапно её охватила робость. Захотелось попросить его отвезти её домой, но машина уже подъехала к крыльцу и остановилась. Алёна так переволновалась, что пропустила момент, когда луч подлетевшего устройства на воротах прошёлся по ней, запоминая и внося в базу данных допущенных лиц.

— Ты готова? — спросил Матвей, повернувшись к девушке.

— Нет, — она покачала головой.

— Отлично. Тогда пошли, — он выскочил из машины и открыл ей дверь.

Его старенькая машинка казалась на фоне особняка такой же чужеродной, как Алёна. Во всяком случае, так думала она сама. Собрав в кулак всю свою смелость, она высоко подняла голову и пошла к входу в дом, опираясь на руку Подорова.

Как только дверь открылась, к ним подбежала невысокая женщина. Они были с Матвеем очень похожи. Тут и гадать не надо было, чтобы определить — перед ними сейчас стояла мать Подорова.

— Матвей, представь же уже меня Алёнушке, — проворковала Жанна Подорова и подхватила Алёну под руку. — Пошли, дорогая, от этого истукана ничего не добьёшься. Но, что с него взять, он всего лишь мужчина.

— Я… — Алёна растерянно оглянулась на Матвея, но тот только руками развёл, мол я тут ни при чём и честно предупреждал, зачем мне понадобилось тебя приглашать.

Илья с Таней приехал практически одновременно с Михаилом, и это спасло Татьяну от матери Ильи, которая нацелилась на девушку сына. Она ещё не была в таком отчаянье, как Подорова, но, где-то близко. За то время, пока Илья ехал сюда от лабораторий Кернов, она успела узнать всю Танину подноготную и сочла, что она вполне достойна, чтобы войти в клан Орловых.

Так получилось, что Илья с Таней практически столкнулись в дверях с Михаилом. Одновременно в холл вышла Подорова, таща за собой Алёну, которая шла за ней с обречённым видом.

— Михаил, как я рада, что глава клана сумел выбрать время и присутствовать на ужине. — Жанна склонила голову перед главой своего клана и императором. — Это такое счастливое стечение обстоятельств. Потому что Матвей именно сегодня решил представить нам свою невесту Алёну. Я так счастлива. Конечно, с датой ещё не определились, но, к свадьбе такого уровня необходимо начинать готовиться заранее.

— Что? — Алёна уставилась на мать Матвея.

— Что? — Сам Матвей побледнел. Он в самом страшном кошмаре не мог себе вообразить, как именно его мать воспримет его неуклюжую попытку представить ей, только представить, свою предполагаемую подругу.

— Вот как, — протянул Михаил, а в его глазах заплясали искры. — Надеюсь, Алёнушка, вы вольётесь в нашу семью, — и он поцеловал тонкие, холодные как лёд пальцы.

— Ха-ха, — в наступившей на мгновение тишине послышался немного истеричный смех Татьяны. — Скажи, дорогой, а мы с тобой тоже женимся? — обратилась она к Илье.

— Ну-у-у, — протянул парень. — В принципе, если ты не против…

— Господи, — простонала Алёна, сжимая виски. — Дайте мне осознать тот факт, что император Михаил является главой клана моего, хм, жениха, с которым мы вот-вот поженимся.

— Алёна… — Матвей попытался сгладить неловкость, но получилось только хуже.

— Ваше величество, прошу меня простить, но я нехорошо себя чувствую, — простонала девушка. Закрыв рот ладонью, она выскочила из дома, даже не надев пальто.

— Матвей, а почему Алёнушке так внезапно стало нехорошо? — Жанна невольно нахмурилась, а затем её лицо разгладилось. — Она беременна? Матвей, свадьбу необходимо ускорить.

— Мама! — Подоров выхватил пальто из рук подбежавшего дворецкого, и выскочил вслед за Алёной.

— Я так рад, что сегодня ужинаю здесь, — Михаил смотрел на царящий переполох с лёгкой полуулыбкой. — А как вас зовут, милая барышня? — Спросил он у кусающей губы и явно незнающей, куда себя деть Тани.

— Татьяна, — пролепетала она, глядя на императора со смесью ужаса и восхищения.

— Как давно юные прелестные нимфы не смотрели на меня вот так. Эх, будь я немного помоложе, непременно попытался бы отбить вас у Илюхи. Составьте мне компанию за ужином, сделайте милость, — и он галантно подал ей руку. Таня робко положила пальчики на его согнутый локоть, и пошла к столу, под одобряющее покачивание головой женщины, стоящей в этот момент перед Ильёй.

Матвей же отвёз Алёну домой. Остановившись перед её домом, он заглушил мотор.

— Да, неловко получилось, — проговорил он и усмехнулся.

— Почему ты не сказал мне, что главой твоего клана является император Михаил? — тихо спросила девушка.

— А это имеет какое-то значение? Например, когда придёт время, главой моего клана станет Костя. К нему ты подобного благоговения не испытываешь. Почему же здесь сделала исключение? — Матвей повернулся к ней.

— Потому что для меня это слишком, — пожаловалась Алёна. — Я… извинись за меня перед его величеством и своей матерью.

— Мама решила, что ты беременна, — зачем-то ответил Подоров.

— Господи, только этого мне не хватало, — Алёна закрыла лицо руками. — Передай матери, что мы жутко поругались, и я тебя бросила. И теперь буду воспитывать ребёнка одна.

Она вышла из машины. Матвей не пытался её удержать. Ей надо остыть и переварить то, что произошло. Ничего, он даст ей немного времени, а потом они поговорят.

* * *

Решительно набрав номер, Подоров принялся ждать ответа, понимая, что может его совсем не дождаться.

— Матвей, зачем ты звонишь? — раздался в трубке усталый женский голос.

— Я хочу пригласить тебя на выходные за город. У нас там есть домик, в котором нет самого главного, ни одного члена моего клана. Мы могли бы попробовать всё сначала.

— А нам есть что начинать сначала? — Алёна задумалась, а Матвей ей не отвечал, потому что этот вопрос был риторическим. — Хорошо, мне тоже надо отдохнуть. В конце концов, мы взрослые люди. Заезжай за мной домой. Всё-таки надо хоть немного вещей собрать.

— Я заеду, — и Матвей отключился, не давая ей передумать. — Ну что же, мы действительно взрослые люди. Надо у Кости вина выпросить.

Он поднялся и принялся надевать пиджак. На сегодня его рабочий день закончен. Имеет же он, в конце концов, право на отдых.

* * *

Я вошёл в детскую. Мальчишки спали смешно посапывая, а между ними развалился Паразит. Собственно, он сейчас практически постоянно находился с близнецами, начиная с той самой минуты, когда я вышел из дома, чтобы поехать к поезду, который отвёз меня в Лондон. Тем самым Паразит дал отдых нянькам как нанятым, так и добровольным.

Приоткрыв жёлтый глаз, кот посмотрел на меня, как обычно, уничижительно и снова закрыл глаза его, свернувшись в клубок.

— Он считает меня слаборазвитым кретином, — пожаловался я сидящей в кресле Ирине.

— Тсс, — она поднесла палец к губам. — Они только что уснули. Если хочешь поговорить, пошли в библиотеку.

— Она всё ещё в руинах. — Я покачал головой. — Пошли в твою комнату, она ближе.

Ира вылезла из кресла, и мы вышли из комнаты. Клара, дремавшая на диванчике, осталась в детской.

— Почему ты выглядишь после Совета так, словно тебя через мясорубку пропустили? — спросила Ира, позволяя себя обнять за бёдра, и притянуть к себе. Сам я в этот момент сидел на её кровати.

— Потому что меня отымел древний фолиант и это было чертовски больно, — я поморщился.

— Какой фолиант? — она улыбнулась и погладила меня по голове.

— Кодекс, мать его. Ну ничего, стану императором, найду управу на эту книжку.

— Кем ты станешь? — Ира слегка отодвинулась от меня.

— Императором, — я вздохнул. — Кодекс решил, что именно я буду самой лучшей кандидатурой.

— Бедный, — она на мгновение прижала мою голову к своему животу. — Мне, наверное, надо уехать посмотреть, как там Зелон.

— Ир, если бы с Зелоном что-то случилось, поверь, Ершов бы уже был здесь с воплями о том, что мы все сволочи, бросили его бедняжку одного. В крайнем случае позвонил бы. Телефон у него имеется.

— Костя…

— Ира, выходи за меня, — мы начали говорить одновременно.

— Что? — она пару раз моргнула. — Ты в своём уме? — осторожно спросила она.

— Конечно, — я кивнул.

— Что-то, не похоже, — Ирина отодвинулась и обхватила себя за плечи. — Костя, я люблю тебя и мальчиков тоже, но я не могу согласиться.

— Почему? — я нахмурился.

— Костя… Мне нужно ненадолго уйти, — Ира посмотрела на меня, а в её глазах застыла мука.

— Ира, — я попытался её удержать, но она только покачала головой и вышла из комнаты. — Да что я такого сделал? Что я сделал не так? — тут зазвонил телефон. Я ответил, не глядя на номер. — Орлов.

— Костя, ты в порядке? — голос деда прозвучал неожиданно.

— Да. Что-то случилось? — спросил я, гипнотизируя взглядом дверь.

— Нет, всё хорошо, — быстро ответил он. — Я звоню по просьбе Михаила. Он хочет встретиться и поговорить с тобой.

— А почему он сам не позвонил? — спросил я.

— Вот поговорите и выясните в том числе и этот момент.

— Хорошо, когда? — спросил я резко.

— Как можно быстрее, — ответил дед и отключился. Ладно, быстрее, значит, быстрее. Например, сейчас.

Поднявшись, я направился к машине, чтобы поехать ко второму моему деду, которому срочно понадобилось со мной переговорить.

Глава 2

Таня заехала на парковку дома, в котором её семья занимала целый этаж. Собственно, в этом десятиэтажном доме каждый этаж занимала только одна семья. У Смирновых было привилегированное положение. Этаж у них был верхний, с прекрасным выходом на крышу, часть которой была благоустроена матерью Тани. Они не принадлежали к кланам, поэтому отец не видел необходимости в такой охране, какую Таня не так давно видела в доме Подорова. Поэтому не было ничего удивительного в том, что на стоянке её ждал печально знакомый молодой человек, стоящий возле печально знакомой машины.

— Как ты узнал, где я живу? — довольно резко спросила Таня, выскакивая из своего автомобиля.

— Ты это серьёзно спрашиваешь? — спросил Илья, но благоразумно не двинулся с места.

— Я, конечно, всё понимаю, и у нас нет такой бешеной системы охраны, как у вас, но, позволь мне всё-таки спросить, как ты сюда прошёл? — Таня смотрел на Илью с такой откровенной неприязнью, что парень даже на мгновение пожалел о том, что приехал сюда.

— Так же, как твой адрес нашёл, с помощью этого, — он показал ей своё удостоверение. — Начальник охраны, например, прочёл мою фамилию, в отличие от тебя.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Таня, поджав губы.

— Только то, что ты держала в руках моё удостоверение. Мне и в голову не могло прийти, что ты не прочитаешь мою фамилию. Или же не придашь значение, не свяжешь меня с кланом Орловых. Если бы ты прочитала, то для тебя не было бы потрясением то, что ты увидела на ужине у тёти Жанны. — Терпеливо проговорил Илья.

— Хорошо, это я виновата, и мы только что в этом разобрались. Если это всё, то, дай мне пройти, — Таня подошла к высокому Илье вплотную. Она уже заметила, что Орловы все были рослые. За исключением Матвея Подорова. Тот был невысок, скорее, среднего роста. А вот Илья, как истинный Орлов, возвышался над ней на полголовы. — Пропусти меня.

— Таня… Может, сходим куда-нибудь? — тихо спросил Илья, глядя на неё сверху вниз.

— Илья, я понимаю, что привлекла твоё внимание тем, что не поддалась сразу твоему обаянию и не отдала матрицы, а потом не растаяла лужицей у твоих ног, когда выяснилось, что ты сын правящего клана. Наверняка ты не привык к подобному и поэтому заинтересовался. Но, хоть я не являюсь дочерью клана, у меня всё же есть гордость. И я не верю, что между простой девушкой и сыном клана всё может сложиться хорошо.

— Посмотри на Ушаковых. Ни Егор, ни Люсинда несчастными не выглядят и ждут второго ребёнка.

— Я не знаю их, вживую видела пару раз Егора, но даже не разговаривала с ним. Мне сложно судить об их взаимоотношениях. Но, даже если у них всё чудесно, то это исключение, которое только подтверждает правило. А Ушаковы — это сказка, ещё одна городская легенда. Про них уже несколько любовных романов написано, и все с разными сюжетами. — Таня улыбнулась, видя ошарашенное выражение на лице Ильи. — Кстати, если ты действительно знаешь Егора, намекни ему, чтобы он стряс с издательств компенсацию. Они же его образ на обложках печатают. Пересняли фото из журналов и пользуются тем, что люди вроде Ушакова понятия не имеют про подобные книжки.

— Это к Косте. Они с Егором как братья. Они, вообще-то, и так братья, но тут дружба, помноженная на родство. Хотя Матвей рассказывал, что поначалу они морды друг другу частенько били. — Илья улыбнулся.

— Решай сам, кому ты об этой информации доложишь, — Таня покачала головой. — Дай мне пройти. У меня свидание сегодня, мне ещё нужно собраться.

Илья медленно сделал шаг в сторону, и Таня прошла мимо него к лифту её семьи не оглядываясь. Орлов, прищурившись, смотрел ей вслед.

— Хорошо, посмотрим, с кем там у тебя свидание, — и он сел в машину, выехал с парковки и устроился на другой стороне улицы, приготовившись ждать столько, сколько потребуется. Благо Матвей куда-то уехал, сказав, что на неделю выбросит телефон. На работе всё шло своим чередом, в клане никаких катастроф не предвещалось, и он мог в кои-то веки заняться личной жизнью, которой у него и не было никогда. Так, случайный перепих, чаще всего в весьма экзотичных местах, например, в туалете самолёта.

Таня поднялась в квартиру, принадлежащую её семье. Лифты были в доме у каждой семьи и вели исключительно на нужный этаж. Ошибиться, даже случайно, было нереально.

Открывался лиф прямо в роскошном холле.

— Таня, — отец её ждал, сидя на диване и читая газету. — Я могу поинтересоваться, кто этот молодой человек, трущийся у нашего дома, и который ждал тебя возле нашего парковочного места?

— Доложили уже, — пробормотала Таня, бросая сумочку и ключи на столик.

— Когда твоей дочерью начинает интересоваться служба имперской безопасности, это слегка напрягает, знаешь ли, — ответил отец, изучая свою повзрослевшую дочь, словно впервые её видел.

— Илья не как агент Подорова мною интересовался. Он просто почему-то решил, что не прочь за мной приударить. — Таня принялась теребить ремешок сумочки.

— Вот как. Он сын клана? — отец продолжал её внимательно изучать.

— О да, — Таня нервно хихикнула. Она никогда никому из домашних не рассказывала и не расскажет, что ужинала, сидя рядом с императором. И что Михаил является главой клана этого самого Ильи. Император тогда шептал ей лёгкие пошлости вперемежку с комплиментами, и постоянно поддразнивал Илью, у которого даже шея покраснела. Михаил же явно наслаждался ужином, а мать Ильи о чём-то шепталась с матерью Подорова, бросая при этом странные взгляды на неё.

— Я могу узнать, сыном какого клана этот молодой человек является? У меня достаточно связей и влияния, чтобы оградить тебя от его ухаживаний, если они тебе неприятны.

— Не в этом случае, — Таня горько рассмеялась. — Он Орлов, папа.

— Эм, Орлов — тот самый Орлов, или однофамилец? — Смирнов был неглупым человеком. Глупый такого состояния никогда не смог бы построить. Поэтому сейчас он судорожно соображал, как его неразумная дочь умудрилась так вляпаться.

— Тот самый. Но, не волнуйся, я сама постараюсь справиться.

— Таня, он тебе нравится? — отец так пристально на неё смотрел, что врать ему она не решилась.

— Я не знаю. Но его мне охота огреть по башке чем-нибудь тяжёлым больше, чем кого бы то ни было.

— Таня, ты должна мне сказать, какие у него намерения. Ты же понимаешь, если они решат поиграть в старые традиции, которые соблюдают до сих пор, и ко мне придёт его отец или напрямую обратится глава клана, я не смогу отказать. И ты абсолютно права, не в этом случае.

— Я не думаю, что до этого дойдёт. — Таня встряхнула головой, как норовистая кобылка. — Мне нужно собраться. Меня на свидание пригласил Саша Гольнев, сын главы ювелирной корпорации Гольневых. И я решила принять это приглашение. Тем более что Гольневы сотрудничают из кланов только с Вольфами. А эти себе на уме.

— Хорошо. Саша тебя привезёт домой?

— Скорее, его водитель, но это неважно, — Таня отпустила ручку сумочки и пошла в свою комнату, чтобы собраться.

— Дай бог, чтобы мне не пришлось сталкиваться с кланами, тем более с таким кланом, — Смирнов покачал головой и набрал номер Гольнева. — Здравствуй, Артём, Смирнов тебя беспокоит. Я слышал, что наши дети сегодня встречаются за ужином? Да, я тоже надеюсь, что у них всё сложится…

* * *

Клара Львовна выскочила из дома, осмотрелась по сторонам и побежала вслед за Ириной. Совсем недавно уехал Костя, а Ира вернулась, чтобы собрать вещи. Всё не собрала, но пару смен одежды в сумку бросила и теперь шла в направлении ворот, где её ждало такси.

— Ирочка, постой, — Клара подбежала к Ире и схватила её за рукав пальто.

— Клара Львовна, пожалуйста, я не навсегда уезжаю, но, мне надо подумать. А для этого необходимо остаться наедине с собой. — Сказала Ира, глядя на неё с тоской.

— Ира, я не знаю, что между вами с Костей произошло, но, как ты можешь оставить детей? Они к тебе привязались, а с Ромочкой только ты, Костя и Паразит можете справиться.

— Клара, я не бросаю детей, мне просто нужно немного подумать, вот и всё. — Ира не знала, как объяснить тётушке, которая ей очень нравилась, что она не может так поступить с Костей. Что принять его предложение, будет слишком эгоистично с её стороны.

— Да что между вами произошло? — всплеснула руками Клара.

— Костя сделал мне предложение, — выпалила Ира.

— Ну, это же чудесно, просто чудесно. Ира, Костя как никто другой заслужил побыть счастливым. Да и ты… Я же всё вижу, не слепая. Вам хорошо вместе.

— Если бы не мой проклятый дар, я бы даже не раздумывала…

— Ира, в таких вещах думать крайне вредно, — со значением произнесла Клара.

— Всё не так просто. Я должна решить, что для меня важнее, мой дар, или Костя. Вот прямо сейчас я не могу ответить на этот вопрос. Мне надо пару дней подумать. Сейчас, когда Костя дома, Ромка не будет чудить. Да и Андрей, ужик хитрый, отца побаивается. А через два дня я уже вернусь с принятым решением. Клара, извини, но меня такси ждёт.

— Хорошо, иди, я не буду тебя держать, но, Ира, если ты не вернёшься через два дня, я приму меры.

— Хорошо, — Ира улыбнулась. — Но тебе не придётся меры принимать, потому что я вернусь.

Девушка пошла к воротам быстрым летящим шагом. А Клара смотрела ей вслед, пока та не скрылась из вида.

— Нет, дорогая моя, — проговорила она. — Уж поверь моему опыту, молодым девчонкам нельзя давать волю и право выбора. Они такого навыбирают. Я это по себе знаю. Сколько я слёз пролила, когда меня замуж выдавали. А ведь именно со своим кретином муженьком я была по-настоящему счастлива. Жаль только недолго. И тебе я ломать жизнь из-за тупых идеалов не позволю. И тем более не позволю сломать её Косте. С него хватит. Он и так натерпелся.

И Клара решительно повернулась в сторону дома. Там она взяла телефон и набрала номер Лейманова.

— Серёжа, надеюсь, ты меня узнал? — ласково проворковала она.

— Клара Львовна, вас не узнать, потом всю жизнь поносом мучиться, — ядовито ответил ей Сергей Лейманов.

— Я очень надеюсь, Серёжа, что это сейчас был комплимент. Очень на это надеюсь, — в голосе Клары Львовны прозвучала такая неприкрытая угроза, что, услышь её сейчас Костя, но и не узнал бы свою милую, немного взбалмошную тётушку. А ведь именно такой её знали окружающие.

— Ну, конечно, как вы могли подумать, что я пытаюсь принизить ваш изощрённый ум и подлое коварство, — вздохнул Лейманов. Мало кто знал, но в организации свадьбы его сына эта милейшая женщина играла далеко не последнюю роль. — Что вам нужно от меня на этот раз.

— Не мне, Серёжа. Нужно Косте. Ему нужна его яхта! Ты вообще помнишь, что Костя заключил договор с Леймановыми, или эта информация вылетела у тебя из головы?

— Клара Львовна, я прекрасно помню про яхту. Я даже помню про то, что нам некогда ею заниматься. И не вы ли стали причиной задержки?

— Серёжа, не надо мне грубить. Я прекрасно знаю, что в подготовке к свадьбе Виктора ни один из мастеров, изготавливающих яхту, участия не принимал! А ещё я точно знаю, что твоя дочь, которая является владелицей «Ундины», если мне память не отшибло, сейчас направляется в твой дом, поплакать о своей несчастливой судьбе.

— И? Я понял, что нужно поехать и посмотреть в чём дело…

— Нет, Серёжа, ты не понял. Мне плевать на несчастливую судьбу Ирины, но мне не плевать на то, что она не выдерживает сроки изготовления заказанной очень дорогой вещи. Поэтому я настаиваю, чтобы она собирала свои сопли и страдания в кулак, и садилась в самолёт, чтобы лично выяснить, в чём там проблема! — рявкнула Клара. — Страдать можно и в самолёте.

И она отключилась. Потом посмотрела на телефон и набрала ещё один номер.

— Миша, Костя у тебя? — спросила она.

— Только что вышел, — ответил Михаил. — Что-то с детьми?

— С детьми всё отлично. Они взрослеют, и уже сейчас видно, что они гораздо умнее многих двуногих. Я хочу поговорить о Леймановой. Эта идиотка вбила в свою хорошенькую головку, что, отказывая Косте, она тем самым его спасает. С этим надо что-то делать, Миша.

— И что я могу сделать?

— Хм, дай-ка подумать. — Произнесла Клара. — О, а не ты ли являешься императором Российской империи и главой правящего клана? Неужели сложно поговорить с отцом глупой девчонки, чтобы он поставил её на место?

— Я предлагал Косте, но он отказался воспользоваться моей помощью…

— Миша, я сейчас о помощи что-то говорю? — Клара почувствовала, как пульсирует венка у неё на виске. — Ты глава его клана! Просто отдашь распоряжение жениться на девице. Ну, не знаю. Орловым срочно понадобилась «Ундина». Чем тебе не вариант? Будь уверен, как преданный сын клана, Костя вряд ли откажется. Ну, будет отказываться, пересмотришь своё решение, что ты как маленький, — и Клара отключилась, оставив Михаила чесать затылок, размышляя о том, что это только что было.

* * *

Я так и не понял, что от меня хотел император. Он что-то сказал про то, что не планировал ничего подобного из того, что произошло в Совете. Но, что сделано, то сделано. И мне нужно привыкать к этой мысли, параллельно начиная вникать в проблемы империи. Я заверил его, что никогда не бегал от долга и никогда от него не побегу.

— Я знал, что не ошибся в тебе, — с чувством произнёс Михаил. — У тебя же есть мой личный номер?

— Конечно, — я пару раз ему звонил. Неужели он не помнит. Внимательно посмотрев на императора, я увидел, что он неважно выглядит. Вот чёрт, сколько ему осталось-то? — С тобой всё хорошо?

— Бывало и лучше. Просто плохой день, — он вымученно улыбнулся. — Звони в любой момент, если понадобится помощь.

— Хорошо, — я кивнул.

— Костя, что у тебя с Ириной Леймановой? — спросил Михаил.

— Я сделал ей предложение, она отказала. На этом всё, — мои кулаки сами собой сжались. Появилась острая потребность что-нибудь разбить. — И, если она согласится, я не буду спрашивать твоего разрешения. — Добавил я, намекая, что однажды я этот долг уже выполнил, и требовать от меня большего — это будет свинство.

— Я могу помочь. Не как император, а как глава клана Орловых.

— Не стоит, — я покачал головой. — Мы сами разберёмся.

— Я надеюсь. Но, ещё раз напоминаю, если понадобится моя помощь, любая, звони или приезжай, я постараюсь помочь.

— Я услышал тебя. Могу идти? — Он жестом отпустил меня, и я вышел из кабинета.

Дома я узнал, что Ира ушла. Собрала вещи и уехала. Правда, вещи она собрала не все, и это вселяло определённую надежду. В детской я наткнулся на Марго. Бывшая Ведьма в этот момент что-то демонстрировала Ромке из магии смерти. По-моему, она ловила дух прибитой мухи и вселяла её в погремушку, отчего та начинала носиться по комнате и звенеть. Ромка улыбался беззубой улыбкой, Андрею тоже нравилось. Паразит смотрел на всё это безобразие снисходительно.

— А где все? — спросил я у Марго.

— Когда здесь появляется дар смерти, остальным становится неуютно. И они сбегают, — ответила она. — Мне удивительно, что Андрюшка воспринимает все эти проявления совершенно спокойно.

— Это многих удивляет. И многие не могут понять причину. И я в том числе. Ты что здесь делаешь?

— Меня позвала Клара. У твоей куклы оказалась такая тонкая, чувствительная натура. Я здесь побуду, пока она не опомнится, или пока ей мозги кто-нибудь не вставит на место. — Марго склонилась над Ромкой и уткнулась в его золотистую, пахнущую молоком макушку. — Тебя Клара искала.

— Ты здесь справишься?

— Справлялась же, пока ты не явился, — она усмехнулась. Я же только кивнул и направился к тëтушке.

Она сидела в гостиной, подальше от детской.

— Это ужасное чувство, — пожаловалась она. — Постоянно какие-то мысли в голову лезут, о неотвратимости смерти, в основном.

— Да, такое бывает.

— Костя, как только потеплеет, мы должны поехать на море. Детям будет полезен морской воздух и прогулки на яхте. — Заявила она.

— Эм, может, я ошибаюсь, но моя яхта ещё не готова.

— Что? Как можно так безответственно подходить к таким вещам? — воскликнула тётушка. — Ты немедленно должен поехать и выяснить, в чём там дело.

— Да, но…

— Не беспокойся, мы с Маргаритой прекрасно справимся. А там и Ирочка вернётся, хоть она меня сегодня ужасно разочаровала.

— Ну, хорошо, у Орловых же есть самолёт? — она посмотрела на меня примерно, как Паразит, когда не слишком мною доволен. — Понял, пошёл заказывать коридор.

Может и правда слетать, слегка развеяться и подумать, что мне делать с Ириной и как её убедить в том, что быть за мной замужем — это не такая уж и плохая идея.

Глава 3

— А жители того села знают, что это поместье принадлежит Орловым? — Алёна повернулась к сидящему за рулём мужчине, и принялась его внимательно изучать. Матвей не был красавцем в классическом понимании этого слова. Но вполне симпатичный с очень обаятельной улыбкой. Только, похоже, он сам не понимает, как его улыбка действует на женщин.

— Конечно, знают. Это сложно скрыть. Тем более что за поместьем присматривает староста со своим семейством. — Подоров свернул к воротам и вытащил карточку, подставив её под луч охранного устройства. Заметив взгляд Алёны, он пояснил. — Это клановая карточка, я ею практически не пользуюсь. Только для таких вот случаев.

Они подъехали к входу в дом. Матвей помог девушке выйти из машины, и открыл дверь.

— Здесь холодно, — Алёна поёжилась.

— Да, не раздевайся пока, сейчас я затоплю камин и пару печей, сразу станет тепло.

Алёна присела на подлокотник кресла и смотрела, как он возится с камином. С печами было проще. Они были артефакторные, а с артефактами любой сложности у Подорова никогда проблем не было. Ей нравилось смотреть на него. Она вспомнила, как впервые его увидела. Он ей тогда понравился. Она не знала, кто он, а сразу Матвей не представился. Даже от их перебранки Алёна получила некоторое извращённое удовольствие. Но это она позже осознала, когда раскладывала по полочкам события того странного, но запоминающегося дня.

Даже когда она узнала, что он и есть тот самый Подоров, это не произвело на неё какого-то особого впечатления. Ну, Подоров и Подоров, и что с того? Ей больше опасаться какого-нибудь шефа налоговой нужно было. А служба имперской безопасности была настолько от неё далека, что не производила впечатления.

Алёна даже не слишком возмущалась, когда её взяла в оборот очаровательная Жанна. Но появление императора и осознание того, что Подоровы часть клана Орловых, стало той самой последней каплей. Тане в этом плане повезло. Они с Ильёй приехали позже и её сразу же взял на буксир Михаил. Иначе не слишком понятно, чем бы всё это закончилось.

— Матвей, а почему Подоров, а не Орлов? — спросила, наконец, Алёна.

— Слияние кланов. Подоровы были основательно так богаты, могли реальную конкуренцию Вольфам составить, но вот с наследниками им не повезло. Мой отец — родной брат Сергея — отца Ильи. Одним из условий стало принятие родового имени невесты. Это примерно, как если бы Костя взял имя Стояновых. Только вот с Кернами изначально такого условия не стояло, Костя и так был последним наследником. В этом случае Виталий просто послал бы Стоянова подальше. И как сейчас Стояновы стали частью клана Кернов, так и клан Подоровых влился в клан Орловых. Во всём этом есть преимущество, мало кто меня ассоциирует с Орловыми, пока я сам не скажу.

— Или же, пока кто-то не увидит императора, запросто приехавшего, почти без охраны на ваш семейный ужин, — ядовито добавила Алёна.

— Да, может быть, и так, как вариант. — Матвей усмехнулся.

Он сидел на пушистой шкуре какого-то крупного зверя и смотрел на огонь. Комната постепенно нагревалась, становилось тепло. Алёна сняла пальто, но так и осталась сидеть на подлокотнике удобного, мягкого кресла.

— Матвей, сколько тебе лет? — нарушила она довольно уютную тишину.

— Тридцать семь, — он сел в полуоборот, чтобы иметь возможность смотреть и на огонь, и на неё. — Это проблема?

— Нет, разумеется, — она улыбнулась. — Просто странно, мы приехали сюда с вполне очевидной целью, а не знаем друг о друге элементарных вещей.

— Я знаю, — он слегка наклонил голову набок и на его лице появилась та самая лукавая, слегка мальчишеская улыбка, которая ей так нравилась.

— Кто бы сомневался, — Алёна фыркнула.

— Костя выделил нам вина. Он куда-то судорожно собирался, поэтому сунул мне пару бутылок, даже не спрашивая, зачем оно мне понадобилось. — Матвей легко поднялся и стянул пиджак. Он надевал его по привычке и теперь остался в белоснежной рубашке и брюках. Огонь камина сделал рубашку полупрозрачной, и Алёна невольно залюбовалась крепким, мускулистым, таким мужским телом.

Подоров тем временем вытащил вино и начал разливать его по бокалам. Он заметно нервничал. Так, что даже Алёна это заметила. Она поднялась с подлокотника, на котором так удобно устроилась и подошла к нему вплотную.

— Что с тобой? — спросила, положив руку на его мгновенно напрягшееся предплечье.

— Для меня это довольно новый опыт, знаешь ли. — Он повернулся к ней и протянул бокал с рубиново-красным вином. — Я никогда не привозил сюда девушек. — Матвей легонько стукнул своим бокалом о тот, который Алёна держала в руке.

— У меня вообще складывается впечатление, что ты впервые решил за кем-то поухаживать. Просто однажды проснулся и сказал себе: «Матвей, тебе тридцать семь лет. Пора испытать что-нибудь новенькое», — Алёна судорожно одним глотком выпила вино, оказавшееся очень вкусным, и поставила бокал на стол. — А что было до сегодняшнего вечера?

— До сегодняшнего вечера у меня была работа, — ответил он. Вино в его бокале осталось нетронутым, он так и поставил его на стол.

— Матвей мы оба прекрасно знаем, зачем сюда приехали, — повторила Алёна. — И я не пойму, почему ты до сих пор стоишь и ничего не предпринимаешь?

Подоров ещё пару мгновения смотрел ей в глаза, затем очень осторожно снял очки и положил рядом с бокалами на стол. А затем приподнял её, сделал пару шагов и вместе с Алёной опустился на шкуру перед камином.

— Кто бы знал, как я хотел этого и именно так, возле камина на этой шкуре, — пробормотал он и впервые поцеловал её.

Они впервые изучали друг друга. Не было суматошной сумасшедшей страсти, заставляющей срывать друг с друга одежду. Было именно медленное изучение, и от этого у обоих срывало крышу. В какой-то момент Алёна оказалась сверху, гладя его обнажённую грудь, с восторгом отмечая, как от её прикосновений сокращаются твёрдые мышцы. Матвей запрокинул голову и глухо застонал, протянув руки, чтобы снять с неё кружевное бельё…

— Матвей Игоревич, это же вы приехали, я не ошибся? — со стороны небольшой прихожей раздался зычный мужской голос.

Матвей с Алёной замерли.

— Ты что, дверь не закрыл, — прошептала Алёна.

— Я всегда двери закрываю, — процедил Матвей, ловко укладывая Алёну на шкуру и укрывая её своей рубашкой и её блузкой. Дальше они не успели зайти, поэтому он вскочил на ноги, одетый в одни брюки без ремня с расстёгнутой ширинкой.

С растрёпанными тёмными волосами и лихорадочно блестевшими глазами он выглядел гораздо моложе, не закованным в свою ледяную броню. Ему с трудом удалось унять возбуждение, когда в комнату ввалился здоровенный мужик, держащий в руке ключ-карту.

— А вы что спали уже? — он недоумённо посмотрел на полуобнажённого Подорова и Алёну, сумевшую быстро натянуть блузку и уже застёгивающую последние пуговицы.

— Ага, устали с дороги. Так устали, что до спальни не дошли, — прорычал Матвей, а Алёна нервно хихикнула. Потому что складывалось впечатление, что этому мужику в голову не могло прийти, каким образом можно использовать эту шкуру, да ещё не ночью.

— Надо было мне сказать, что приезжаете. Я бы камин заранее затопил, чтоб теплее было. Баньку бы приготовил. А когда вы женились, Матвей Игоревич? Обычно об Орловых в газетах про такое пишут.

— Викентий, что тебе здесь надо? Говори и убирайся. Мне не нужна помощь, я баню сам растопить способен. — Матвей в упор глядел на мужика. Вот только на него фирменный взгляд начальника имперской безопасности не производил никакого впечатления.

— Так, ведь, как разглядел, кто проехал к поместью, так сразу сюда засобирался. — Викентий вздохнул, да так тяжко, словно с трудом скупую мужскую слезу сдерживал. Правда на этот раз его вздохи не произвели впечатления на Подорова. — Вурдалак в округе завёлся. Скот режет, на днях Саньку-косого помял, тот насилу вырвался. Но, насчёт Саньки есть сомнения, конечно, — добавил Викентий. — Но скот-то правда режет, сволочь.

— Ты от меня что хочешь? Я не по вурдалакам и даже не по диким зверям. Мне бы с людьми разобраться. — Матвей отвёл упавшую на лицо тёмную прядь.

— Вы бы оделись, Матвей Игоревич, а то неудобно, что голышом, считай, передо мной стоите, — покачал головой Викентий, неодобрительно косясь на обнажённый торс Подорова.

— А как оденусь…

— Посмотреть бы. Я-то уже его величеству писать хотел, как главе клана Орловых, чтобы он прислал кого посообразительней. А тут вы с женой приехали.

Алёна заметила, что уже второй раз Матвей не поправил Викентия, когда тот говорил о ней, как о его жене. Решив выяснить этот вопрос попозже, она с любопытством слушала, чем закончатся переговоры на высоком уровне.

— Викентий, я уже ответил, что не смогу справиться с вурдалаком, если это он, конечно. Тут надо наследника клана сюда вытаскивать…

— Так ведь вы только глянете, вдруг это и не вурдалак вовсе. Зачем тогда наследника клана тревожить? — в голосе Викентия появились заискивающие нотки.

— Ты ведь не отстанешь? — Матвей покачал головой, подошёл к Алёне и поднял свою рубашку. — Останешься здесь? Если там действительно вурдалак, то это может быть опасно.

— А здесь одной неопасно? — Алёна смотрела на него снизу вверх и выглядела настолько беззащитной, что Матвей почувствовал, как снова начинает подниматься возбуждение. Захотелось плюнуть на Викентия, вурдалаков, Саньку-косого, завалить её на шкуру и закончить, наконец, начатое.

— У вурдалака, в отличие от старосты Берёзовки нет карты-ключа, — тихо проговорил он, наклоняясь к Алёне ещё ближе. Так, что она ощутила его дыхание на своей коже, чувствуя, как покрывается мурашками.

— Я поеду с тобой, — решительно сказала она, поднимаясь на ноги, потому что прекрасно понимала: Матвей способен её подавить, если задастся такой целью. И если у него получится, то он мгновенно потеряет к ней малейший интерес.

Он долго смотрел на неё, затем неохотно кивнул.

— Хорошо. Викентий, езжай домой, мы следом за тобой двинемся.

* * *

Несмотря на то что я Орлов, воздушный коридор мне быстро не дали. Не дела государственной важности, значит, подождёшь. Но это было и к лучшему. Так, у меня появилась возможность решить дела сейчас, а не носясь суматошно, решая их на ходу уже по прибытии.

— Армен Абаджанович, здравствуй дорогой. Да, все счета нужно менять и делать на Орлова. Да, это очень неудобно, но, что поделать, — я выслушал причитания управляющего отелем. — Я завтра прилечу на пару дней по делам. Ты проверь, чтобы мой номер свободен был, а не так, как обычно, с боем его себе добываю. Да-да, шучу так, а как же иначе. И машину пусть Гамлет подгонит прямо к аэропорту. Я сам до отеля доберусь. Не спорь даже, дорогой, прокатиться хочу, места знакомые посмотреть. Хорошо-хорошо, я запомню, буря — это всегда страшно, понял, не дурак.

Я ещё разговаривал с Арменом, когда явился Подоров. Одной рукой я в это время укладывал в сумку запасные трусы, а во второй у меня был зажат телефон. Матвей стоял в дверях моей спальни и действовал на нервы.

— Ну? — я прижал трубку к плечу и вопросительно посмотрел на него.

— Вина мне хорошего дай, — попросил Матвей.

— Зачем?

— Свидание…

— Понятно, — я вытащил из шкафа две припрятанные на всякий случай бутылки и сунул их Матвею. Он так странно на меня посмотрел. Нет, ну, а что. Вино в спальне на всякий случай, должно быть. Не для меня, естественно, а для создания должного настроения. Сам же зачем-то его на свидание потащил.

Подоров только неопределённо хмыкнул и вышел из спальни. Армен как раз закончил меня стращать насчёт приближающейся бури, и я бросил телефон на кровать.

— Эй, а с кем у тебя свидание-то? — запоздало крикнул, но Матвей уже отошёл далеко и меня не слышал. — Ладно, потом узнаю.

На следующий день мне удалось улететь, пережив при этом все прелести полёта. Всё то время, пока самолёт находился в воздухе, от меня не отходила хорошенькая стюардесса, но не для того, чтобы доставить радость наследнику клана, а для того, чтобы вовремя мне пакеты менять и вытирать пот со лба холодным платком. Ненавижу летать. Кто вообще придумал подобный способ передвижения?

Когда мы приземлились в аэропорту, я поблагодарил экипаж и велел им возвращаться в Новгород, как только появится свободный коридор. Лететь отсюда обратно я не собирался. Надо было и сюда телепортироваться, но я старался не злоупотреблять. Тем более, никогда не известно, сколько раз придётся воспользоваться телепортацией и если есть возможность её избежать, то этой возможностью необходимо воспользоваться.

Первым, кого я увидел, когда вышел на улицу, был Гамлет. Он стоял рядом с лимузином отеля для встречи особо важных гостей.

— Я же сказал Армену, что мне нужна машина без водителя. Желательно небольшая, — сообщил я ему, подходя ближе.

— Так, я приехал, чтобы её показать. — Ответил Гамлет. — Вы же, Константин Витальевич, никогда не видели машину, которую я вам пригнал вчера ещё.

— А описать? Марка, цвет… — он так на меня посмотрел, что я только рукой махнул. — Показывай.

Гамлет быстро подошёл к машинке, стоящей рядом. Небольшая, но хищно-агрессивная даже на вид.

— Вы только осторожнее, Константин Витальевич, долго не катайтесь. Буря приближается. Как бы под неё не попасть. — Сказал Гамлет, прежде чем начать меня просвещать. Я посмотрел на небо. Ни облачка. Откуда они про надвигающуюся бурю узнали? Гамлет молчал и пристально смотрел на меня. Дождавшись утвердительного кивка, что я всё понял, он повернулся уж к машине. — Вот она, ласточка. Зверь-машина. Рвёт из-под себя. Скорость такая, что девчонки визжат и сами на колени забираются. — Начал презентацию Гамлет.

— Да, на огромной скорости — это очень важный момент. Необходимый, я бы сказал. — Гамлет посмотрел на меня, я же только добавил. — Не обращай внимания, это я восхищаюсь таким образом. Продолжай.

— Да что тут продолжать, тут ехать надо, — и Гамлет протянул мне ключи. — Это хорошо, что вы заранее предупредили Армена. Он, когда закончил капли пить, тут же начал ваш номер в порядок приводить.

— Ага, значит, мой номер опять был занят, — со значением произнёс я. — Так ведь сейчас не сезон.

— Когда отели стали собственностью наследника правящего клана, у нас почти никогда нет свободных мест. Даже не в сезон. Многие на меч в полу хотят посмотреть. А те, кто не одарённые всё гадают, как Егор Александрович сумел его воткнуть. Вечером даже представление отдельное устраивается. Конечно, как Егор Александрович, мало кто станцевать сумеет. Он настоящий джигит, но ребята стараются. А потом гости за отдельную плату могут попытаться выдернуть меч из пола.

— Охренеть, — я пару раз моргнул, пытаясь вникнуть в сказанное. — Надо сегодня вечером обязательно посетить ресторан.

— Конечно. Я предупрежу Давида, что у него особый гость сегодня будет. Да, надо предупредить, а то он до ужина в обмороке пролежит, — последнее Гамлет произнёс очень тихо, так, что я с трудом расслышал.

Гамлет запрыгнул в лимузин и тут же рванул с места. Наверное, поспешил слишком нервного Давида предупреждать. Откуда Давид взял, что я мечтаю выбросить его в окно, лично для меня до сих пор осталось загадкой.

Я сел в машину и тронулся, открыв окно, чтобы ветер мог шевелить волосы. Здесь на берегу южного моря было уже тепло. Всё цвело, и воздух был наполнен такими ароматами, которые пьянили не хуже вина. Да, Клара абсолютно права. Через месяцок нужно будет сюда с детьми приехать. Выпросить у Вольфа его скромный домишко и отдохнуть как следует. С купанием и морскими прогулками. Мальчишкам это точно на пользу пойдёт.

Только с Иркой-заразой-такой что-то решу. Что она себе навоображала? Может, правда, Михаила подключить. Хоть некроманткам и дали свободу в кланах, но свобода эта весьма относительная, на словах. Чисто номинальная. Кодекс подобных свобод в принципе не одобряет. Так что, если император возьмёт Лейманова за яйца, у него выбора не останется, только приказать дочке, как глава клана. Хотя ему грех жаловаться. Если ещё и Ирина замуж за меня выйдет, то клан Леймановых поднимется на недосягаемую для него в других случаях высоту. А мы с Ирой уже потом определимся. Наследники у меня есть, ей нет нужды отказываться от дара, если её это беспокоит.

Я бросил взгляд на небо, которое внезапно потемнело и как-то стремительно начало покрываться тучами. Вот же… Точно буря приближается. Надо немного ускориться. Тем более, вон «Ундина» уже виднеется.

И я надавил на газ, чтобы успеть побывать в эллинге и приехать в отель до того, как начнётся ураган.

Глава 4

Матвей вёл машину очень сосредоточенно. Они проехали пару десятков метров, когда Алёна решила нарушить молчание.

— Ты давно знаешь Викентия? — спросила она.

— Всю жизнь. — Матвей смотрел на дорогу и отвечал почти механически. — Он учил меня стрелять, когда мне исполнилось двенадцать. Меня тогда приравняли к детям и отправили сюда на всё лето вместе с только что родившимися: Яном, Ядвигой Орловой и Васькой, чтоб ему в аду все сковородки по очереди посетить.

— Это было обидно? — Алёна усмехнулась.

— Ну ещё бы. Детям сложно объяснить, что существуют какие-то социальные разграничения. Мне было одиноко, и Викентий взял надо мной шефство. — Он замолчал, а потом добавил. — В наше время деревнями нельзя владеть. Но принять жителей в клан, под свой патронаж — вполне. Берёзовка всегда была вотчиной Орловых. Именно здесь был создан Кодекс. Именно здесь состоялась та самая битва, положившая конец господству Безликих. И именно с того места, где сейчас стоит дом, в той битве взмыл вверх орёл, давший нам фамилию.

— Надо получше изучить историю кланов, — напряжённо ответила Алёна.

— Если хочешь, я могу попросить Виталия Керна проводить тебя к Кодексу. Его вполне можно читать. — Матвей как-то странно покосился на неё. — Конечно, если тебе его кто-то отроет. Для открытия нужно дар применять.

— Виталия Керна я и сама могу попросить, всё-таки Назар — мой дядя. Что тебя насторожило?

— Викентий ходил в одиночку на медведя. Да и вурдалак сюда лет двадцать назад забредал. Он его застрелил без каких-либо вопросов. А тут… Нехорошо это. Может, и правда мы на воду дуем, но лучше перестраховаться.

— Это точно, — Алёна невольно поднесла руку к карману пальто, где у неё лежал телефон. Надо только определиться, кому звонить прежде всего.

Дальше до самого села они ехали молча. Каждый думал о чём-то своём.

— В очередной раз убедился, что предчувствиям нужно доверять, — нарушил молчание Матвей, въезжая следом за дребезжащим грузовичком в большой двор с двухэтажным домом и добротными постройками.

— Ты чувствовал, что что-то происходит, да? До того момента, как прибежал Викентий? — тихо спросила Алёна. — Поэтому не пил? Ты ведь даже глотка не сделал. И тянул с моим соблазнением тоже поэтому?

— Да, можно сказать, и так, — кивнул Матвей.

— А поехали мы сегодня, а не вчера вечером, как планировали, тоже из-за предчувствия?

— Нет, вчера вечером Илья накуролесил, пришлось вмешаться. Кретин. Уволю к чёртовой матери, аналитик херов, не мог просчитать последствия собственного идиотизма, — Алёну так и распирало спросить, что натворил один из Орловых, но она сдержалась.

— Ты знал, что мы не сможем нормально провести время, когда меня сюда звал?

— Нет, — он покачал головой. — Но вот из-за чего меня манило сюда просто со страшной силой, сейчас становится ясно. Мы ведь могли просто в моей квартире запереться…

— Или в моей, — кивнула Алёна. — О ней вообще никто не знает. — Они замолчали, а потом Матвей прислонил голову к рулю и глухо заговорил.

— Я практически не владею магией. Так уж получилось. Точнее, я не владею её стихийными проявлениями или какими-то специфическими умениями, которые по-простому называют семейные дары. — Матвей говорил ровно, глядя при этом на Викентия, вышедшего в тот момент из дома, поправляя на ходу патронташ. В руке у него было зажато пятизарядное ружьё. — Но, это не значит, что у меня нет магического источника и весьма оригинальных даров. Один из них — это способность использовать любой артефакт. Вообще любой, кто бы его ни создал. Скорее всего, так оригинально во мне дар Орловых решил себя проявить. И второй — определённое предчувствие неприятностей. В народе говорят, что я задницей чую. Лично я считаю, что сумел преуспеть в своём деле в том числе благодаря этому дару. И я очень надеялся, что на этот раз обойдётся. Не обошлось, впрочем, как всегда. И, я практически уверен, что там никакой не вурдалак. С вурдалаком, как я уже говорил, тот же Викентий бы справился. Никого не оповещая и особо не напрягаясь.

— Бедный, как ты живёшь с таким грузом, — Алёна протянула руку и провела по его щеке. Матвей на мгновение прикрыл глаза, а затем громко произнёс.

— Садись, нечего мяться, — дверь открылась, и на заднее сиденье втиснулся Викентий.

— Матвей Игоревич, может, намекнёте главе клана, чтобы нас уже к кому-нибудь приставили? А то как ни пришей собаке хвост. Вроде и в клан Орловых входит Берёзовка, как вотчина древняя, и никто за нас не отвечает. Сами вертимся. Но доход клану приносим, не без этого.

— Да я вижу, что не бедствуете, — Матвей с полуулыбкой кивнул на дом. — Рассказывай подробно, что, когда, как, а мы пока потихоньку к Саньке-косому поедем. Показывай, куда ехать.

— Прямо до конца улицы, потом направо, а дальше я покажу, — уверенно сказал Викентий. Матвей вывернул на улицу, и машина медленно покатилась по дороге, а староста продолжил. — Началось всё неделю назад. На Орловской ферме. Сначала двух бычков молодых порвали. Мы их у самих дверей в коровнике нашли. Словно тащил их кто-то, да дверь препятствием стала. Похоже на медведя, только непонятно, как он пробрался в коровник и куда потом испарился. Двери-то как были закрытыми, так и остались.

— Когда нападение повторилось? Через сколько дней? — Матвей задал наводящий вопрос.

— Через шесть или семь, — неуверенно ответил Викентий.

— Мне нужно точно знать. Так шесть или семь?

— Шесть, да точно, шесть. — На этот раз ответил более уверенно староста. — На этот раз быка завалили. Что характерно, коров этот тать ночной не трогает.

— Дай угадаю, промежутки сокращались по два дня, и жертвы становились всё массивнее? — Подоров посмотрел на старосту в зеркало заднего вида. — Почему вы сразу не сообщили, после третьего нападения.

— Да, не знаю, — махнул рукой Викентий. — Словно что-то мешало, руку отводило от бумаги. Сразу какие-то дела дюже неотложные находились. Дальше-то хуже. Я уже сам к коровнику боялся подходить. Всей толпой, бывало, соберёмся и стоим, как бараны перед воротами. Коровы доиться перестали. Телята дохнут без причины. А быков дерут уже каждую ночь. И такая безнадёга кругом. Хоть сам садись на землю и волком вой. Что это такое, Матвей Игоревич? Вурдалак? — он спросил с такой надеждой, словно, будь чудище из коровника вурдалаком, то сразу же нашлась бы на него управа.

— Нет, не похоже, — неохотно ответил Матвей.

Машина свернула направо.

— Так, два дома проехать, а в третьем Санька-косой живёт, — быстро сказал Викентий.

Подоров кивнул и, машина быстро подкатилась к нужному дому.

— Останься здесь, — тихо попросил он Алёну. Девушка напряжённо кивнула.

Матвей с Викентием вылезли из машины и направились к дому. Дверь оказалась приоткрытой. Мужчины переглянулись.

— Санька один живёт? — одними губами произнёс Подоров. — Или с семьёй?

— Один, — также тихо ответил Викентий. — Бобыль он. Всегда им был.

Матвей кивнул и вытащил пистолет, который взял с собой, прежде чем поехать в Берёзовку. Его настрой передался Викентию, и староста поднял ружьё.

В дом Викентий вошёл первым, оттолкнув плечом Матвея. Если там опасно, то он примет эту опасность на себя, а не подставит под неё сына клана Орловых.

— Матерь Божья, — Матвей быстро шагнул в комнату, где стоял Викентий, опустивший ружьё.

На продавленном диване лежало тело в майке и трусах. Санька-косой бы мёртв. Причём, мёртв он был недолго, тело ещё не успело остыть. Что характерно, никаких следов физического воздействия видно не было. Зато на лице застыла посмертная маска просто животного ужаса.

— Так, что он видел, — тихо проговорил Матвей. — Вспоминай дословно.

— Он сказал, что возле коровника стоял призрак. Похожий на собаку. Светящийся с красными жуткими глазами и пылающими проплешинами на шкуре. Что эта псина увидела его и уже хотела кинуться, но Санька встал как вкопанный, пошевелиться не мог, как будто его паралич разбил. И тогда собака исчезла, и сразу же из коровника жуткий рёв донёсся, визги и мычание испытывающих ужас животных. Санька смотреть не пошёл, сразу дёру дал. А теперь вон как оно получилось. — Викентий покачал головой.

— Оставайся здесь, организуй всё. Я помню, где коровник находится. Сейчас только-только вечереет, а нечисть раньше ночи редко появляется.

— Ну, так-то оно так. Только коровник-то уже пару дней пустой стоит. Мы скотину всю оставшуюся выгнали оттуда. Сегодня как раз поджечь это проклятое место собирались… Не, никак без меня нельзя, — Викентий покачал головой. — Не пущу.

— Я внутрь коровника лезть не собираюсь. Просто следы посмотрю и специалисту позвоню, проконсультируюсь. Всё. Можешь мне ружьё своё отдать, если опасаешься, — и Матвей протянул руку, в которую Викентий, весьма неохотно вложил ружьё. А затем решительно снял патронташ и протянул Подорову. — Вот, Матвей Игоревич, — справа пули, слева картечь крупная. Картечь серебром напылена. Патроны через один заряжены. — Он помолчал, а когда Матвей взял патронташ, слегка его придержал. — Может, всё-таки вместе?

— Если тварь там, то большая толпа может привлечь внимание. — Матвей дёрнул патронташ на себя, отбирая его у старосты. — Сейчас только вечер, у меня все шансы посмотреть и уехать. Ну же, ты за этим меня позвал. Или звоним Константину Витальевичу и пускай наследник клана разбирается? Он некромант — это его профиль.

— Ну, зачем сразу наследника тревожить? — Викентий сразу же пошёл не попятную. — И впрямь, гляньте одним глазком и назад. А там уж и решать будем, что дальше делать.

Подоров вернулся в машину один и протянул ружьё Алёне.

— Умеешь пользоваться? — девушка напряжённо кивнула. — Косой умер. Я Викентия оставил телом заниматься.

— Ты пойдёшь один? — тихо спросила Алёна.

— Ты будешь меня страховать. Я не отойду далеко от машины. Только на следы погляжу. Если увидишь рядом со мной хоть кого, хоть даже корову заблудившуюся, стреляй не глядя. Потом разберёмся, кого ты пристрелила. Всё понятно? — девушка закусила губу и кивнула. Матвей же ободряюще улыбнулся. — Эти твари на начальном этапе развития не трогают самок.

— А если вызвать кого-нибудь? — тихо спросила Алёна.

— Мои люди пойдут твари на корм. Если это всё-таки то, о чём я думаю, то её можно ранить, а вот уничтожить способен только некромант. А чтобы выдёргивать одного из известных нам некромантов — нужно убедиться, что это хотя бы, похоже, издали на их дело. Иначе может получиться, как с тем идиотом-мальчиком и волками. Можно, конечно, Ершова притащить, но тогда очаровательная коняшка останется без присмотра, и я не знаю, что хуже.

— Откуда ты знаешь, что это такое?

— Маргарита Керн неделю назад участвовала в ликвидации одной такой зверушки. Я видел отчёт. Процесс появления и развития описан один в один. Особенно чувство безнадёжности и ужаса, а также невозможность послать сигнал о помощи, пока ещё не поздно и тварюшку можно легко пулями изрешетить. Расхождений с тем, что говорил Викентий, нет ни одного. Осталось только следы лап посмотреть и клыков, если возможность представится.

Пока он говорил, они подъехали к коровнику. На улице начало смеркаться, и нужно было шевелиться.

Матвей вышел из машины, и быстрым шагом направился к стоящему неподалёку добротному строению. Алёна вылезла из машины, передёрнула затвор и встала так, чтобы в случае чего не задеть Матвея.

Подоров же заметил следы, а невдалеке валялась наполовину обглоданная туша, которую сейчас при открытых воротах тварь смогла вытащить наружу.

Внимательно осмотрев и след, и тошнотворные останки, Матвей вытащил телефон. Набрав первый номер долго вслушивался в тишину. Костя не отвечал и вообще находился в месте, куда сигнал телефона не пробивался. Тогда Матвей набрал другой номер.

— Маргарита Сергеевна, Подоров беспокоит. Мне нужна ваша консультация и помощь. Да, тут тварь завелась. Я сейчас опишу следы зубов и лап… — За спиной послышалось утробное рычание. Матвей медленно, стараясь не делать резких движений, обернулся. — Хотя я могу тебе и так сказать кто это. Если учебники не врут, и я не подзабыл бестиарий, который мы в школе изучали, то вот это собакообразная образина с коричневыми подпалинами на шкуре и горящими красными глазами — шарбар, шавка безликих.

— Матвей, сейчас ещё светло, она не может…

— Я в курсе, и тем не менее она сейчас раздумывает напасть на меня или нет.

— Координаты телепортации, быстро! — заорала Марго.

Матвей напрягся и скороговоркой проговорил нужные координаты. Всплеск дара, даже его жалких крох, заставили монстра напрячься и сделать пару шагов вперёд, зарычав и припав к земле.

— Хорошая собачка, — Матвей осторожно вытащил пистолет, и тут раздался выстрел, а следом ещё один, и ещё, всего выстрелов было пять.

* * *

В эллинге стояла яхта. Настоящая красавица. И уже почти готовая, на мой взгляд простого обывателя.

— Похоже, что это моя красотка, — я подошёл поближе. — Эй! Есть здесь кто-нибудь?

— Костя? — из каюты на палубу вышла Ира. — Что ты здесь делаешь?

— Мне бы хотелось задать этот же вопрос тебе, но я не буду, потому что ответ очевиден — тётя Клара. — Я ухмыльнулся и быстро забрался на палубу, подойдя к Ирине вплотную.

— Возможно, это была она, — Ира невольно нахмурилась. — Но послал меня сюда отец. Он мне столько всего наговорил… — Она прижала ладони к мгновенно вспыхнувшим щекам. — В итоге я приехала сюда и сорвалась на рабочих. Завтра они приступят к заключительной отладке механизма, а затем спустят яхту на воду.

— А, так вот почему здесь фонит смертью, — я прикрыл глаза, впитывая в себя знакомые эманации.

— Я не сдержалась, — Ира опустила руки. — А ты…

— Меня послали уточнить, почему ещё ничего не готово. Лично я ждал, что она предложит свою яхту, которую ей подарил на день рожденья Михаил. Но, та яхта Кларе, похоже, заочно не понравилась. А вот на моей, которая ещё не готова, она не прочь совершить парочку морских прогулок.

— Я очень люблю Клару, но иногда мне хочется её прибить. — призналась Ира.

— Пошли отсюда. Скоро грянет буря, и хотелось бы её пережить в отеле, наслаждаясь хорошим обедом.

— Костя…

— Ир, я обещаю, что не буду ни на чём настаивать, если тебя это тревожит. В моём люксе две комнаты, так что, я даже приставать к тебе не буду.

— Хорошо, пошли, — она кивнула.

Я первым слез с яхты, потом помог спуститься Ире. Когда же попытался открыть дверь в эллинг, её чуть не вырвало у меня из рук ветром, и тут же с неба словно ведро воды опрокинули. За мощным потоком, льющимся с неба, не было ничего видно. Я даже не мог понять, где находится моя машина. Плюнув на всё, с трудом закрыл дверь, вымокнув при этом до нитки, хотя на улицу не выходил.

— Похоже, мы опоздали, — сообщил я Ирине, чувствуя, что начинаю трястись от холода.

— Да, неужели, — ответила она ядовито. — Я заметила. Пошли в каюту, там есть полотенца.

Оказавшись внутри довольно тёплого и шикарного, что уж тут говорить, помещения, я стянул рубашку и джинсы, после чего принялся растираться полотенцем. Параллельно вытащив телефон, увидел, что он пришёл в негодность, не выдержав вынужденное купание. Всё-таки захлестнуло меня чуть ли не волной. Ира отвернулась, когда я остался практически голым. Отшвырнув полотенце, я притянул её к себе.

— Ты настолько чувствительна? Ты же видела меня без одежды и много раз, — прошептал я ей куда-то в шею.

— Ты обещал не приставать, — слабым голосом ответила она, а её руки словно жили своей жизнью, ощупывая мою грудь и плечи.

— Я говорил про отель. К тому же это ты ко мне сейчас пристаёшь, а я всего лишь слабый мужчина, никак не могу отказать красавице. — Прошептал я, увлекая Ирину на довольно широкий диван.

Она, как минимум не потеряла ко мне чисто женский интерес. Может быть, мне удастся её убедить, что быть моей женой не такая уж жуткая вещь? Это мысль была последней, прежде чем меня накрыла с головой страсть, замешанная на древней как сама жизнь потребности обладания.

Позже мы лежали, и слушали, как шумит дождь по крыше эллинга.

— Мы, похоже, здесь застряли, — сонно проговорила Ирина.

— Ну, не знаю, как ты, а я собираюсь сейчас одеться и телепортировать в отель. — Ответил я, поднимаясь и нагло улыбаясь.

— Ах ты! — в меня полетела подушка, потом ещё одна. — А сразу это сделать?

— И упустить такой прекрасный момент? Ты за кого меня принимаешь? — натягивать непросохшую одежду было неприятно, но с этой неприятностью можно было смириться. — Кстати, ты так быстро собираешься, что у меня создаётся впечатление, что ты хочешь со мной.

— Костя, — прорычала Ира, подходя ко мне и обнимая за талию.

— Готова? Поехали.

Мгновение неприятных ощущений, и мы оказались рядом со стойкой. Там стоял знакомый портье.

— А-а-а… — протянул он.

— Ключ от номера давай. И как буря закончится, пошли кого-нибудь, чтобы забрали машину от «Ундины». В ней сумка с моими вещами.

Получив ключ, я направился к лифту, прямо физически чувствуя любопытный взгляд портье, которого здесь не было, когда я притаскивал сюда Ирину в первый раз, и он понятия не имеет, что это вовсе не новая девушка, а, скорее, единственная.

Глава 5

Кровь брызнула из ран шарбара, он рванул после первого выстрела к Матвею, и даже сбил его с ног, но тут тварь настигла посеребрённая картечь. Псина даже не завыла, она завизжала. Подоров ухватил её за нижнюю челюсть, удерживая страшные клыки подальше от себя, и выстрелил прямо под язык.

Шарбар отпрянул в сторону, Матвей вскочил на ноги, вытирая, а скорее размазывая по лицу попавшие на кожу капли тягучей крови. Псина, скуля, рванула в сторону, но тут её настигло ещё два выстрела.

Негромкий хлопок отвлёк Подорова от твари, которая медленно убегала к виднеющемуся невдалеке лесу. В этот момент Алёна в очередной раз подняла ружьё и выстрелила ещё раз, полностью истратив заряженные патроны. Не попала, но и тварь была уже далековато.

— Кто это его так? — к нему подскочила Марго и внимательно осмотрела, а потом и ощупала. — Не говори, что эта куколка.

— Эта куколка — моя девушка. И, дорогая, ну не при ней же и не при собственном муже так страстно меня ощупывать? Я тебе обещаю, как только мы получим от них добро, я сразу же тебе продемонстрирую, на что способны настоящие мужчины, — Матвей перехватил руки Марго за запястья и отвёл их от своих бёдер.

— Матвей, вот сейчас я вижу очень отчётливо, что вы с Костей родственники, — Марго, повернулась к мужу, который телепортировал их сюда, и повисла у него на плече. — Этот неандерталец не понимает, что необходимо выяснить, был ли он ранен этой тварью, или нет. Эти раны просто жуткие, они почти сразу гноиться начинают. Жалко, что мне не удалось увидеть неповреждённое тело. Я даже не знаю, есть в зубах яд, иди это что-то ещё.

— На нём кровь твари, — тихо прошептал Виталий, косясь на Подорова.

— Это не страшно. — Махнула рукой Марго и неохотно оторвалась от такого надёжного мужского плеча. — Если ты жив-здоров, бери ружьё и пойдём по следу. Далеко он не ушёл. Ему нужно где-то залечь, чтобы выдавить из тела пули и приступить к регенерации.

Матвей кивнул и подошёл к Алёне, которая так сильно вцепилась в ружьё, что ему пришлось чуть ли не силой разжимать её пальцы.

— Милая, отдай мне ружьё, — проговорил он, куда-то ей в висок. Алёна покачала головой. — Алёнушка, меня там сожрут, если я буду безоружен, — прошептал он, касаясь губами нежной кожи и ощущая, как бешено колотится венка.

— Я так испугалась, — жалобно проговорила она.

— Да, это нормально, — кивнул Матвей.

— Я никогда не думала, что можно за кого-то так сильно бояться, — добавила она, выпуская ружьё из рук. Вот сейчас Подоров замер, внимательно рассматривая её запрокинутое лицо.

— Я скоро вернусь, — пообещал он, а затем, наплевав на то, что с них не спускает взгляд Виталий Керн, поцеловал её в приоткрытые губы. — Побудь здесь с Виталием Павловичем в машине, а то, сдаётся мне, он немного не по погоде одет.

Он ещё раз её поцеловал, забрал патронташ и подошёл к Марго, заряжая на ходу ружьё.

Виталий же сел в машину, проследил, как жена с Матвеем уходят по следам, в основном в виде небольших луж крови, и только после этого повернулся к Алёне.

— Главное, чтобы они до темноты успели, — сообщил он напряжённой девушке, сидящей очень прямо, и напряжённой, как натянутая струна — только тронь — зазвенит, если не порвётся.

— Почему вы пришли без запасного ружья. — Спросила Алёна, зажав руки коленями. — Я бы смогла его снова подстраховать.

— Дорогая, тварь ранена, сейчас она не представляет серьёзной угрозы. Двоих там будет вполне достаточно. Марго меня с воплями о жизни и смерти заставила телепортировать нас сюда. И всё бы ничего, но я даже ботинки не надел. Как в домашних тапках был, так и телепортировался.

— Это поэтому Матвей сказал, что-то про погоду? — Алёна обхватила себя за плечи.

— Алёнушка, ты уже сделал всё, что было в человеческих силах. — Виталий повернул её к себе. — Матвей знал, кому доверить свою жизнь. Ты его спасла, между прочим.

— Я думала, что у меня сердце остановится, когда эту тварь увидела. — Алёна закрыла глаза. — Это ужасно, вот так ждать.

— Привыкай, — философски отметил Керн. — Если ты планируешь задержаться в жизни Матвея, то, привыкай. Ожидание может стать частью твоей жизни, зато представь, когда он будет к тебе возвращаться…

— Это слишком сложно, боюсь, что не смогу…

— Ну, тогда сама будешь дяде объяснять, почему в таком случае ведёшь себя, как потаскушка, уехав куда-то с мужчиной, чтобы вволю покувыркаться с ним, а потом полететь дальше. — Резко прервал её Керн.

— Вы не можете меня судить, — возмутилась девушка.

— Я — нет. Назар может.

— Да откуда он вообще узнает, с кем я сплю? — вопрос, почему все, включая её саму, абсолютно уверены, что они с Подоровым эту ночь проведут точно вместе, даже не стоял. Ну не видами же любоваться они сюда приехали, в конце концов. И не на тварь поохотиться.

— Так, я ему расскажу, — Керн даже удивился подобной недогадливости. — Уже темнеет, пора бы им вернуться.

Как только он это сказал, раздался дикий визг, пара выстрелов, а затем всё вокруг накрыла словно саваном тишина. Смертельная — в прямом смысле этого слова. Сразу же стало очень холодно, а голову полезли разные неприятные мысли.

— Дар смерти, — Виталий подался вперёд, жадно вглядываясь в стремительно наступающую темноту.

Керн не боялся этого дара. Внук — некромант, это, конечно, не внучка, но иной раз дар вырывался у Кости на свободу. Он был контролируем, и никогда эти прорывы не принимали чудовищных форм, как это бывало у девочек. И всё же он быстро привык и научился пропускать его сквозь себя, выжигая своим огнём, как скверну. Именно то, что он воспринимал Маргариту, прежде всего, как женщину, причём женщину желанную, не видя в ней мага смерти, заставляло Марго терять голову. Она сама себе не признавалась, но представить не могла, что с ней стало, если бы Виталий не пережил отмеренный ему заклятьем срок. Наверняка ничего хорошего.

Они вышли из темноты — просто два силуэта, более тёмные тени на фоне всех остальных. Виталий выдохнул с облегчением. Несмотря ни на что, он сильно боялся за свою взбалмошную жену. И с удовольствием пошёл бы с ней, несмотря на то, что говорил Алёне, если бы Марго дала ему собраться. Он вышел из машины и двинулся им навстречу. Алёна последовала за ним.

В темноте голоса были слышны отчётливо, и Керн с Алёной слышали, о чём говорят Матвей и Марго.

— Какой примерно возраст? — спросил Матвей.

— Через неделю вступил бы в зрелость. — Марго замолчала, а потом тихо добавила. — Вы успели вовремя, Матвей. Через неделю вашей Берёзовки бы не было. И, шабрар не трогает самок только в период взросления. Собственно, поэтому Алёне удалось так его изрешетить.

— Собственно, поэтому я и отдал ей ружьё и взял с собой, — голос Матвея звучал устало. — Иначе просто запер бы в ближайшем подвале.

— Так бы я и позволила тебе запереть меня, — Алёна подошла к Матвею и уткнулась ему в плечо.

— Ты ничего не смогла бы поделать против грубой мужской силы…

— Матвей, не позорься. Любую женщину можно уговорить. Даже мой внук умеет в нужный момент надавить на жалость. — Перебил его Керн. — Дорогая, ты здесь закончила? А то я жутко замёрз. Мне всё-таки не тридцатник, как этому молодому недоумку. Несмотря на то что я выгляжу как бы не моложе, чем он, мои истинные годы никуда не делись.

— Виталий, ты в тапках? — ахнула Марго, которая только что расправилась с опаснейшей тварью. — Конечно, пошли домой, я тебя согрею.

Они исчезли, а Подоров долго смотрел на то место, где Керны только что стояли.

— Похоже, мне только что преподали урок, как нужно влиять на женщин.

Они сели в машину и уже тронулись с места, когда Алёна повернулась к Матвею и чтобы нарушить эту страшную тишину, в которой всё ещё слышались отголоски магии смерти, задала вопрос.

— Что это была за тварь? Почему ты назвал её шавкой безликих?

— Потому что это полностью их изобретение. И делали они их только для одного — провести в итоге Дикую охоту на распоясавшихся людишек, показать им, кто в дом хозяин. К тому же для их выращивания не требовались могильники и куча времени, как для выращивания тех же Тёмных единорогов.

— Мне всегда казалось, что Безликие не вмешивались в дела людей.

— Хм. Это они потом не вмешивались, когда их практически уничтожили. А вот до этого… Божествам положено поклоняться. Если этого не делать, они начинают злиться и наказывать своих почитателей. — Он замолчал, а потом добавил. — Вот только само присутствие шарбар наводит на очень неприятные мысли. Надо у Кости уточнить, он с ними не ссорился? Потому что это уже второй случай и опять на землях Орловых. Больше похоже на мелкую месть.

— Ничего себе мелкая — пустить под клыки озверевшей твари целую деревню.

— В масштабах Безликих — даже говорить не о чем. Но запрос им я оформлю и попрошу объясниться.

— Ответят? — Алёна, слегка наклонив голову, смотрела на лицо Матвея. Кровь этого создания высохла, стянув кожу, напоминая гротескную маску.

— Обычно отвечали через своих послушников, сейчас… не знаю. С ними в нашем поколении, по-моему, только Костя общается практически напрямую. Всё равно Рыжова к месту силы везти, вот заодно и запрос отправлю.

Он остановил машину перед входом, а когда они вошли в дом, запер не только на ключ, но и приложил к замку личную печать главы службы безопасности, вставленную в перстень вместо камня.

— Так оно надёжнее будет, — он усмехнулся. Стянув пальто, осмотрел его и ругнулся. — Второе пальто за столь короткий срок. — Бросив его на пол, он повернулся к Алёне. Девушка в этот момент подошла к камину, являющемуся единственным источником света в комнате. — Я пойду помоюсь, а то весь в грязи, крови и, похоже, слюнях этой твари.

Сначала Матвей быстро принял душ, чтобы смыть с себя всё дерьмо, в которое умудрился вляпаться. А потом погрузился в горячую ванну, чтобы немного унять дрожь в напряжённых мышцах.

— Просто охренительно романтичное свидание получилось. Ты, Матвей, побил рекорд своей «везучести» в этой области, — достаточно иронично заметил он.

— А я рада, что ты был настолько «везучим» парнем, что в итоге оказался здесь со мной, — он повернул голову в сторону вошедшей в огромную ванную комнату Алёны.

Она подошла к нему и протянула тот самый бокал с вином, который он оставил на столе нетронутым. Матвей молча взял бокал и выпил его до дна, не сводя при этом с неё взгляда. Алёна забрала у него пустой бокал и развязала пояс шелкового халата, позволяя ему упасть на пол, оставшись обнажённой. После чего забралась в ванну, сев к нему лицом.

— Ты решила потереть мне спинку?

— Нет, я решила поиграть в древнюю банщицу, встречающую из смертельного похода своего господина. — Улыбнулась Алёна.

— Мне нравится, когда ты называешь меня, своим госпо… О, — Матвей откинул голову и застонал, вцепившись в борта ванны руками так, что костяшки побелели.

Вода качнулась и выплеснулась на пол, но им было всё равно. Они пережили смертельную опасность и предотвратили исчезновение целой деревни. И теперь им была положена награда. А про угрозу Керна натравить на них Назара Борисовича, Алёна потом Матвею расскажет. Может быть, утром. Может быть.

* * *

Я долго стоял под обжигающими струями, чтобы согреться. Ира хотела принять душ со мной, но я ей запретил, сказав, что хочу жрать. А если она сейчас придёт в родственную мне стихию, то Давид умрёт от инфаркта, решив, что мне не нравится его стряпня, поэтому я её игнорирую. Я же свалю вину на Иру. Впрочем, если она хочет быть виновной в гибели талантливого шефа в самом расцвете сил и возможностей, то я готов для экспериментов.

Получив по шее полотенцем, в итоге пошёл в душ один. Но не только боязнь остаться без повара заставила меня отказаться от любовных игр. В глубине где-то рядом с солнечным сплетением постоянно грыз червячок какого-то предчувствия. Вроде бы и не предвещающий глобальные катастрофы, но ничем хорошим не грозящий.

Выйдя из душа, я поцеловал Иру в плечо и сказал.

— Пойду в ресторан. Произведу фурор среди гостей и полюбуюсь на меч, пока его не начали пытаться вытащить за деньги. Ну, и попрошу накрыть нам ужин.

— Я к тебе скоро присоединюсь. — Ответила она улыбнувшись.

В холле меня уже ждал Армен.

— Мы так беспокоились! — он подскочил ко мне. — Я хотел Гамлета расчленить, а потом уволить. Но пока думал, что сделать первым, этот сын барана успел сбежать, под предлогом встречи важного гостя в аэропорту. Как будто здесь есть гости важнее вас, Константин Витальевич. Да, у вас очаровательная гостья?

— Это Ирина Лейманова, вы, кажется, знакомы.

— С Ириной Сергеевной? Ну, конечно, — Армен расплылся в улыбке. — Это был чудесный вечер, просто чудесный. Господин Нобиломо до сих пор под впечатлением, и каждый год просит прислать ему бутылочку нашего вина.

— Не обольщайся, он просто хочет вычислить состав, чтобы начать делать похожее, и заработать на этом несметные деньги. — Ответил я ему.

— Да что вы такое говорите, — всплеснул руками Армен. — Вот же, нехороший человек, а такого приличного господина из себя изображал.

— Вот так оно в жизни обычно и происходит, — ответил я, разводя руками. — Армен, мне нужен телефон с моим восстановленным номером. — Я протянул ему карту, которая уже нескольких секретарей сменила. Я уже решил, что дело в ней и мои секретари у меня долго не служат именно из-за какого-то проклятья этой карты. Поэтому Рыжову выдал совершенно новую, да ещё и в Юркином банке счёт специально для этого открыл.

И тут дверь открылась, и вместе с дождём в холл вбежала группа людей. Гамлет тут же закрыл дверь. Он держал в руках совершенно ненужный зонтик, и на его лице отразилось облегчение, когда он увидел меня. От вбежавшей группы отделился старик, в котором я узнал старого хрыча Давыдова.

— Константин Витальевич, ну и погодка. — Он остановился в положенных по регламенту двух шагах и склонил голову. А ведь по нему не скажешь, что был категорически против меня на возможных проблемах с выбором. Хитрый увёртливый гад, вот он кто. Высшим демонам поучиться бы, как выкручиваться из щекотливых ситуаций.

К нему подскочила девчушка, лет шестнадцати и с любопытством взглянула на меня.

— Да, погодка та ещё, а ведь, когда я приехал, всего пару часов назад, ни было ни облачка.

— Вот и мы успели приземлиться. Небольшие проволочки с полётной картой и в итоге попали в самый разгар стихии, — Давыдов посмотрел на девушку. — Вот решил устроить праздник для правнучки. Шестнадцать сегодня исполнилось вертихвостке. Людочка, познакомься с Великим князем Константином, — проговорил он, обращаясь к девчушке.

— О, ваше высочество, — и Людочка склонила голову, а её щёчки загорели огнём. — Вы же будете присутствовать на представлении?

— Разумеется. А если вы меня очень хорошо попросите, а Армен Абаджанович принесёт своего знаменитого вина, то я ещё и станцую, как, помниться, Егор Александрович Ушаков здесь когда-то танцевал, поздравляя новобрачную. — Я склонился к её ручке, а потом подмигнул.

— Костя, я готова. — И тут Ира остановилась, увидев, что я не просто стою перед толпой гостей, а разговариваю с молоденькой девушкой, которая, похоже, сейчас в обморок свалится. Так же, как и Армен, впервые услышавший про мой титул.

— Да, уже идём, — я выпрямился и посмотрел на неё. Настроение восстановилось. Беспокойство прошло, словно какая-то неприятная ситуация уже разрешилась, и я решил немного подурачиться. — Вот к молодняку присматриваюсь. Раз уж ты мне отказала, думаю, буду искать жену среди школьниц. Пока девочка закончит школу и сможет разделить со мной все тягости жизни, её натаскают как следует для роли императрицы.

— Я тебе не отказывала, — медленно проговорила Ирина, с трудом сдерживаясь, чтобы вульгарно не закричать.

— Да? Значит, ты согласна? — прошептал я очень тихо, чтобы только она меня слышала. — Господа, я сегодня здесь тоже не просто так. Ирина Сергеевна, наконец-то, уступила моим домогательствам и согласилась стать моей женой. Так что мы празднуем не только день рождения очаровательной Людочки, но и мою помолвку.

Позади раздался грохот. Я повернулся и увидел, что Армен всё-таки не выдержал потрясения и свалился кулём на пол. Ну вот что за нервный тип. Знает же, кто у него хозяин. Надо быть готовым к любым потрясениям. Давыдовы поспешили к лифтам, на ходу доставая телефоны, чтобы обзвонить знакомых и поведать потрясающую новость, а я пошёл приводить в чувства нашего управляющего. Одна Ира осталась стоять на том же месте соображая, в какую ловушку она только что сама себя загнала.

Глава 6

Илья Орлов зашёл в квартиру и поморщился. Он не был снобом, но предпочитал жильё попросторней. Открывший ему дверь парень даже не поинтересовался, кто он, просто пропустил внутрь, а сам вышел, закрыв за собой дверь.

— Если тебя когда-нибудь убьют, то скажешь спасибо своему соседу, — Илья остановился у входа в комнату, прислонился к косяку и скрестил руки на груди.

— Обязательно, — Рыжов, не поднимаясь с дивана, метнул дротик, попавший прямо в нос Егору Ушакову, постер с чьим портретом до сих пор висел на стене. — Как только меня убьют, я обязательно Ваньку поблагодарю.

— В твоей конуре у меня начинает развиваться клаустрофобия, — высказался Илья, проходя в комнату. — Как ты здесь живёшь?

— Цель моей жизни состоит в том, чтобы каждый Орлов обязательно задал мне этот вопрос. — Ответил Рыжов и швырнул очередной дротик.

— И который я из Орловых, кто задал его тебе?

— Второй. Подоров же тоже вашему клану принадлежит? — Илья утвердительно кивнул. — Тогда второй.

— Креативно. — Илья кивнул на постер. — Думаю, Егор оценит, когда увидит.

— С чего бы ему видеть? Люська здесь больше не живёт, стало быть, и ему здесь делать нечего. — Очередной дротик полетел в Ушакова.

— Люсинда Ушакова здесь когда-то жила? — вот теперь Илья искренне удивился.

— Я тебе больше скажу. Этот смазливый красавчик жил здесь с ней. Так что не ной. Если глава клана Ушаковых находил это место приемлемым для проживания, значит, оно не такое уж и плохое.

— Ну, я не глава клана и никогда им не буду, поэтому мне не нужно показывать чудеса стойкости перед своими подчинёнными. — Илья снова оглядел комнату. — Вставай и собирайся.

— Куда? — Рыжов сел и посмотрел на Илью с некоторой долей неприязни.

— Поедем к месту силы. — Ответил Илья, прошёл в коридорчик, снял с вешалки пальто и швырнул его Рыжову.

— Зачем? — недовольно проворчал Олег одеваясь.

— Михаил приказал Матвею, Матвей мне, — Илья вытащил пустую сумку и бросил её на диван. — Смену одежды какую-нибудь возьми.

— Да зачем? Я был в месте силы, меня туда отец таскал, и мы никакой смены одежды с собой не брали.

— В смысле? В пещере прямо на алтаре спали? — спросил Илья насмешливо. — К тому же император уверен, что на месте силы ты не был.

— Я не сказал, потому что вообще не понимал, что мне говорил его величество. Тем более что он не ко мне обращался. — Огрызнулся Рыжов. Странно, но только император вызывал в нëм какой-то не поддающийся логическому объяснению трепет. К остальным он никакого пиетета не испытывал, будь то Костя, или Подоров, или Ушаков. Илья вообще в шеренге авторитетов располагался справа сбоку.

— Расскажи в точности, куда вы с отцом ездили. Что вы там видели, потому что я тоже не вижу, чтобы твой дар был разблокирован. — Илья, несмотря на все возражения Рыжова придвинул к нему сумку.

— Мы поднялись в горы к какому-то камню. — Сказал Олег, тем не менее складывая вещи. — Немного подождали. Где-то минут через десять вышел послушник в плаще и маске. Он приказал мне подойти и приложить руку к камню. Там проступила какая-то загогулина. Тип в маске её поизучал, потом сказал, что есть только то, что есть и ничего более. И ушёл. Я могу видеть иллюзии и то, что скрыто под ними. Мы с отцом посчитали, что это всё, — Рыжов застегнул сумку. В голове тупым молотом билась смутная надежда, а вдруг. Вдруг они что-то не так поняли, и у него ещё может проявиться полноценный дар? Ведь дети кланов примерно в его возрасте ездят к местам силы.

— Извини меня, конечно, но я хочу задать тебе вопрос: ты читать в то время, когда ездил к месту силы, умел?

— Конечно, — Рыжов удивлённо посмотрел на него.

— Что-то сомнительно. Потому что вы вышли к камню определения, а не непосредственно к месту силы. Туда кланы иногда возят своих детей, чтобы понять, чего им ждать. Целители только с родовым даром могут определиться, а вот стихийные только в месте силы просыпаются, вместе с разблокировкой семейного дара. Кроме дара смерти. Тот вообще своей жизнью живёт, особенно у девчонок.

— Что ты всякую ерунду говоришь, — отмахнулся Рыжов. — Говори по сути.

— Послушник возле камня просто оповещает, что у тебя есть. Он не будит дар, вообще ничего больше не делает. И то, что он тебе сказал, означает, что в тебе чей-то семейный дар присутствует, но нет стихийного. Мне, например, он сказал: «Ничего, кроме того, что есть; то, что есть, и вода». То есть дар Орловых, и вода из стихий. А дальше на камне проявляется надпись: «Определившаяся сила может раскрыться в пещере».

— Ну да, была там такая надпись, и что? — Рыжов закусил губу.

— Ничего, кроме того, чтобы ты шёл к пещерам. Там тебя встретил бы проводник и отвёл к алтарю.

— Вот кто бы знал, — пробормотал Олег. — А почему у меня дар запечатан? Я же не из клана.

— И что? Твоя мать же не в сарае тебя рожала. А у целителей есть на этот счёт инструкции: видишь дар, вызываешь главу клана, чтобы запечатал его. Ты думаешь, у сыновей кланов связей на стороне никогда не было? — фыркнул Илья. — Постепенно дар разбавляется, пока не исчезает совсем. С тобой, правда, странно произошло. Словно кто-то… Ну, конечно. Скорее всего, Снежина позвали. Но, так как дар не их клана, а какой-то похожий, то он и не смог закрыть его полностью. И он в тебе таким вот видением проявился.

— Охренеть, — Рыжов протёр вспотевший лоб. — А почему ты меня сопровождаешь?

— Я наказан, — хмуро сообщил Илья. — Матвей где-то с подружкой отдыхает. Позвонил, дал поручения и отправился дальше развлекаться. Но, так как сильно не орал, настроение ему успели поднять, и, похоже, не только настроение, — хмыкнул он.

— У Подорова есть подруга? — недоверчиво спросил Рыжов.

— Сам в шоке, — развёл руками Илья. — Если только это не… Хм. В общем, я сдам его Косте, если он не перестанет меня шпынять. Подумаешь, один раз в скандал вляпался. Ян вон из них не вылезает, и ничего.

— О чём ты говоришь? — спросил Олег, взглянув в окно. Был уже поздний вечер, и хотелось спать. С другой стороны, они же сейчас на поезде поедут, вот он и выспится по дороге.

— Неважно, — ответил Илья с тоской думая о том, что должен куда-то на ночь глядя тащиться с этим рыжим парнем, вместо того, чтобы пытаться уговорить Татьяну сменить гнев на милость. Хорошо ещё, что он успел Михаилу покаяться. А то было бы совсем кисло. Глава клана обещал подумать над его проблемой. Правда, Илья надеялся, что так далеко дело всё-таки не зайдёт.

* * *

Таня смотрела в зеркало и чуть не плакала. Чёртов Орлов. Козлина тупая. И что ей сейчас делать? А ведь Саша Гольнев казался ей таким перспективным парнем. Они так мило беседовали в «Зимней розе». Ресторан при отеле считался лучшим, и очередь на ужин была расписана на месяц вперёд. Как Саше удалось заполучить столик, оставалось загадкой. Вот только столик этот, на беду, был расположен рядом со всегда зарезервированным столом для семьи. А Орловы, как назло, имели прямое отношение к понятию «семья» для владельца этой сети отелей.

И вот один из Орловых, решивший зачем-то разрушить её жизнь, расположился за этим хозяйским столом. Он пришёл, когда им принесли первую смену блюд.

— Этот салат просто божественно получается у местного шефа, попробуй, — улыбнулся Александр, когда перед ней поставили блюдо с салатом. Почему-то на ум пришёл тот вечер у Подоровых. Вроде бы правящий клан, а все блюда у них на столе были гораздо проще, чем те, что подавали здесь. Не такие изысканные, но очень вкусные. И Орловых отсутствие размазанных красивыми лентами соусов по тарелке вовсе не смущало. Даже императора Михаила.

— Наверное, действительно, главное — быть, а не казаться, — прошептала Таня, заставляя себя подцепить вилкой одинокий листик какой-то травы и отправить его в рот.

— Что? — Саша её явно не расслышал, поглощённый своим блюдом.

— Я говорю, что всё просто чудесно, — улыбнулась Таня.

И тут какие-то черти или демоны притащили Илью. Он сел за столик семьи, пряча во внутренний карман пиджака удостоверение, на котором она в день их знакомства не удосужилась прочитать, что он Орлов, и больше не сводил взгляда с Тани и её кавалера.

— Добрый вечер, Таня, могу я поинтересоваться, что такое чудовищно интересное ты сейчас кушаешь? — спросил Илья, сев таким образом, чтобы оказаться к ней поближе.

— А, собственно, вы кто такой, чтобы интересоваться? — спросил Александр, окидывая Илью пристальным взглядом с головы до ног.

— Я-то, — Илья перевёл взгляд с Татьяны, в этот момент сжавшей вилку с ножом так, что костяшки пальцев побелели, на её приятеля. — Я друг этой девушки. Теперь уже, скорее всего, бывший, не так ли, Танюша.

— Что тебе здесь нужно? — прошипела Таня.

— Я пришёл поужинать. Костя хвалит поваров в своих отелях, и я решил в кои-то веки выбраться в ресторан. А тут ты, такая неожиданная радость. Хоть посмотрю на человека, ради которого ты буквально растоптала меня, оставив одиноко стоять на стоянке. — Пафосно проговорил Илья.

— Илья, чего ты добиваешься? — спросила Таня, не обращая внимание на Александра, пытающегося в этот момент привлечь её внимание.

— Я? Ничего, я сюда поесть пришёл.

— Ну так ешь и не лезь к нам, — Таня решительно подцепила салат и отправила его в рот. Салат был безвкусный. Скорее всего, вся его прелесть заключалась в соусе, но она не понимала изысканности вкуса. И это происходило оттого, что её потряхивало от злости.

— Танюша, кто этот тип. Это какой-то родственник Керна? — Таня посмотрела на него и вздохнула. Понятно, ресторанный бизнес не входит в сферу его интересов, а ещё не все предприятия успели сменить данные. Но, чёрт подери, такие вещи нужно знать каждому деловому человеку. Это то, что Костя сейчас Великий князь мало кто знает. Официальное сообщение ещё не было подготовлено. А то, что решалось в зале Совета редко оттуда проникало в свет, только в виде официальных заявлений. Но то, что Керн — Орлов, об этом Саша обязан был знать! Она так на него посмотрела, что Гольнев невольно пробормотал. — Я совсем недавно вернулся из Лондона. Наша фирма открывала там представительство. Я совсем не следил за тем, что происходит на родине. Скоро я должен буду вернуться туда, чтобы возглавить зарубежные отделения. И, отец настаивает, чтобы я сделал это с женой.

— Простите, я случайно услышал про Лондон, — Таня закрыла глаза и досчитала про себя до десяти. После этого снова посмотрела на Сашу и улыбнулась ему. — Там недавно такие страшные дела произошли, жуть просто. Тань, ну, посмотри на меня, ну что тебе стоит? Я хочу услышать все самые жуткие подробности. Ну, Тань…

— Просто не обращай на него внимание, — прошептала Таня, когда Александр нахмурился, оборачиваясь к Илье.

— Алекс, как я рад тебя видеть, — к их столику, улыбаясь во весь рот, шёл представительный господин. Говорил господин с лёгким акцентом. — Давно приехал?

— Позавчера, — Саша поднялся из-за стола, отложил салфетку и пожал господину руку. — Позволь представить тебе подругу моего детства Татьяну Смирнову.

— О, я восхищён, — господин склонился к её руке. А у Тани закралась мысль, что Саша привёл её именно в этот ресторан не просто так. Подобная мысль закралась не только в её голову, потому что Илья вскочил со своего места и подошёл к ней.

— Танюш, я буду тебе очень признателен, если ты всё-таки представишь меня своему другу и его приятелю. — Сказал он, глядя при этом исключительно на представительного господина.

— Вы не нуждаетесь в представлении, господин Орлов. — Процедил господин. — Александр, прошу меня извинить, но я вынужден откланяться.

— Ну что вы, господин Роджерс. Мне вот очень хочется с вами поболтать. Так сильно, что даже кушать перехотелось. — Илья был предельно сосредоточен. Матвей говорил, что получил сообщение от Яна, собирающегося, наконец-то, вернуться из Лондона, что Роджерс должен появиться в столице Российской империи. Содружества потеряли здесь почти всех агентов и теперь нуждались в восполнении кадров.

— Пропустите меня, господин Орлов, вы загораживаете мне проход. Я не желаю с вами разговаривать, — и Роджерс двинулся прямо на Илью.

— Что вы себе позволяете, несмотря на то, что, оказывается вы — Орлов… — попытался выступать Саша.

— Ну ты-то заткнись, пока я тебя не задержал по подозрению в измене, — Илья поморщился. И тут Роджерс, чтобы разминуться с официантом, толкнул его плечом.

К ним уже выдвинулись управляющий вместе с охраной. А у Орлова сработал рефлекс. У него и так нервы были напряжены, как струна, да ещё и ситуация нестандартная. Когда Роджерс толкнул его, пытаясь оттолкнуть с дороги, он схватил его за руку, выворачивая её и роняя этого представительного господина прямиком мордой в тарелку с недоеденным Таниным салатом.

Поднялась суматоха. Управляющий принялся кому-то звонить, и что-то причитать, Гольнев ринулся к двери, люди вокруг повскакали с мест. Побежал на выход, кстати, только Сашенька, остальные, наоборот, подались вперёд, чтобы лучше видеть, что происходит. И только Таня продолжала сидеть за столом, глядя на лежащую в её тарелке голову.

Очень скоро в ресторан вошёл Матвей Подоров. Он был раздражён, словно его оторвали от чего-то очень для него важного. Быстро оценив обстановку, процедил сквозь зубы, чтобы Илья отвёз Таню домой и что он с ним позже разберётся. После этого вытащил Роджерса из салата, усадил его за столик Орловых и приступил выяснять, что произошло, а также думать, как замять международный скандал. Потому что Рождерс был иностранным гостем, и Илья не имел никакого права так с ним поступать.

— Похоже, Матвей решил, что ты со мной ужинал, — механически сказала Таня, когда они заехали на ту самую крытую стоянку, на которой совсем недавно простились.

— Да, похоже, — Илья повернулся к ней. — Тань, прости, что ужин тебе испортил.

— Зато показал, что я опять ошиблась в выборе. Ничего, это не в первый раз, просто продолжу искать, — ответила Таня, и потянулась к ручке, чтобы открыть дверь.

— А я чем тебя не устраиваю? — Илья внезапно разозлился. — Если я тебе совершенно не нравлюсь, просто скажи об этом и всё, ты меня больше никогда не увидишь. — Он схватил её за руку и развернул к себе лицом.

— Отпусти, — она дёрнулась, но тут Орлов запустил руки ей в волосы.

— Чёрта с два, — и он её поцеловал. Она ещё раз дёрнулась, а потом сама запустила руки в тёмные волосы, привлекая его к себе ближе.

Таня уже решила про себя, что разнообразить свою жизнь сексом в машине — это не такая уж и страшная идея, но тут кто-то из них задел клаксон. Резкий звук мгновенно привёл её в чувства. Она отшатнулась, глядя на Илью с таким удивлением, словно впервые его увидела. А потом выскочила из машины, на ходу застёгивая лиф платья, который Илья уже успел расстегнуть.

Илья же посидел в машине несколько минут, приходя в себя, и поехал каяться главе клана и императору во всех своих грехах, пока это не сделал Матвей, усугубив тем самым его и так не слишком блестящее положение.

Таня весь день ждала от него звонка, но так и не дождалась. Грустно усмехнувшись, она приняла решение выбросить этого придурка Орлова из головы и попробовать всё-таки наладить свою личную жизнь, и желательно подальше от кланов.

* * *

Было уже поздно, когда закончился ужин. Дождь прекратился, и на улице было прохладно, но настолько влажно, что волосы мгновенно стали тяжёлыми и влажными, как и рубашка.

Ужин был превосходен, всё остальное тоже выше всяких похвал. Я умудрился не напиться, и даже танцевал танец с саблями, как обещал юной имениннице. Своим телом я владел на уровне и был в прекрасной форме. Может быть, у меня получилось не так, как у Егора, но там и обстановка была более интимной, да и танцевал он почти полуголым… Получилось хорошо. Это было видно по раскрасневшемуся личику Людочки, и обещанию чего-то прекрасного в глазах Ирины. Потом я потанцевал с девчонкой что-то парное, доставив ей такое количество восторгов, что она едва ли не визжала. А ещё я, похоже, заполучил голос её прадеда в Совете. Так что, нет худа без добра. И вот теперь я стоял на улице и смотрел в марево южной ночи.

— Константин Витальевич, — ко мне подошёл Гамлет. — Вы чего-то хотите?

— Нет, просто подышать вышел. А, впрочем… Ты, случайно, не знаешь, здесь есть поблизости церковь?

— Есть, — кивнул Гамлет. — Священник уже в возрасте и страдает бессонницей, так что двери церкви всегда открыты.

— А, может быть, здесь можно где-то купить обручальные кольца? — спросил я как можно небрежнее.

— Хм… — Гамлет задумался. — Идите, Константин Витальевич, за своей женщиной, а я что-нибудь придумаю.

Я кивнул и пошёл в свой номер. Ира стояла посреди гостиной и с тревогой смотрела на дверь.

— Я не знала, где ты. Не знала, куда мне идти спать…

— Ирка, — я обхватил её лицо и прикоснулся губами к виску. — Пошли.

— Куда? — она не поняла, куда я её тащу.

— Туда, где кое-кто другой скажет тебе, где отныне ты должна спать, если мои слова для тебя ничего не значат.

В машине Гамлет протянул мне два старых серебряных перстня.

— Они принадлежали моим прадеду и прабабке. — Сказал он.

— Ты с ума сошёл, — я попытался вернуть ему кольца.

— Они были бы так горды. Не обижайте их души, — строго произнёс Гамлет и машина тронулась к церкви.

Всю дорогу Ирина молчала. Она молчала даже тогда, когда я обратился к старому священнику с просьбой. Я даже, грешным делом, испугался, что она ничего не скажет, когда он задаст ей такой важный вопрос. Но, когда он прозвучал, она твёрдо сказала.

— Да, я согласна, — и надела мне на палец кольцо.

Уже в машине, я тихо сказал.

— Понимаю, ты, наверное, не такую свадьбу хотела…

— Костя, заткнись, пожалуйста, — простонала она. — Я вообще не думала, что у меня хоть какая-то свадьба будет, тем более с человеком, которого… — она замолчала, а потом выпалила. — Которого я люблю.

Я закрыл глаза и откинул голову на сиденье. Вот сейчас точно знаю, что всё у нас в итоге будет хорошо.

Глава 7

— Вставай, — Рыжов приоткрыл один глаз и посмотрел на стоящего над ним Орлова.

— Что? Приехали, что ли? — спросонья всегда туговато соображалось, и сейчас никакого исключения не было.

— Подъезжаем, — Илья сел на свой диванчик напротив того, где лежал Олег. — Так что приводи себя в порядок.

— Спать охота, я не выспался, — Рыжов сел, протёр лицо, а потом отправился в санузел, чтобы выполнить то, что нужно выполнить.

Он вернулся в купе в тот самый момент, когда поезд начал останавливаться.

Их никто не встречал. О прибытии Илья заранее не договаривался. Но, стоило им покинуть перрон, как в их сторону направилась высокая фигура в плаще и маске.

— Назовите цель визита, — судя по голосу это был мужчина.

— Рыжов Олег — разблокировка дара, — Илья указал на Рыжова. — Орлов Илья, по поручению главы службы имперской безопасности Подорова Матвея.

Проводник довольно долго стоял молча, словно к чему-то прислушиваясь, а затем кивнул.

— Следуйте за мной. — Он пошёл по тропинке, а Олег с Ильёй, переглянувшись, пошли за ним, стараясь не отставать.

Они молча дошли до домиков. Когда-то Илья приезжал сюда на поезде, чтобы распечатать дар и обрести воду. Его домик был третий в четвёртом ряду. А вторую ночь он провёл со Светкой Назаровой. Они даже встречались после этого, правда, недолго. Илья тряхнул головой, он вообще редко встречался с девушкой больше трёх недель. Это за Таней он уже столько времени бегает, как собачонка. Надо с этим заканчивать. Как только они вернутся, он пойдёт к ней и прямо спросит, она хотя бы попробует наладить с ним отношения, или же не стоит даже пытаться.

— Орлов, — он встрепенулся и посмотрел на проводника. — Жди здесь. Я сниму печать с дара твоего друга, и пока он будет отдыхать, ты сможешь выполнить поручение своего шефа.

Он увёл Рыжова, а Илья остался в домике. Здесь стояло две кровати. Понятно, ради них с Рыжовым второй домик открывать никто не собирается.

Бросив сумку возле одной кровати, Илья стянул пальто, повесил его на вешалку перед входом и растянулся на кровати поверх покрывала. Заложив руки за голову, он задумчиво начал изучать потолок.

Олег вошёл в небольшую пещеру. Здесь было удивительно тепло, несмотря на то, что на улице жары ещё не было и в помине. Да и по идее тепла в пещере в принципе не должно было быть. Ему показалось, что тепло идёт от алтарного камня, стоящего посредине не слишком большого зала. Он подошёл к нему и дотронулся рукой. На камне тут же вспыхнуло несколько рун. Олег отпрянул в сторону, но наткнулся спиной на послушника, приблизившегося к нему так бесшумно, что Рыжов вздрогнул.

— Что мне делать дальше? — спросил он, пытаясь поймать взгляд, но всё время наталкиваясь на провалы в белой маске.

— Протяни руку над алтарём, — спокойно произнёс проводник, вытаскивая кинжал, из прикреплённых к поясу ножен, скрытых под длинным плащом.

— Зачем? — Рыжов рефлекторно спрятал руки за спиной.

— Снять печать можно лишь твоей кровью, — всё так же спокойно ответил проводник, или послушник, или… Рыжову на мгновение показалось, что перед ним стоит самый настоящий безликий. Во всяком случае, именно так он их себе всегда представлял. — Мне некогда тебя уговаривать. Насильно я тоже не могу тебя заставить. И стоять здесь дольше, чем нужно, не горю желанием…

Его прервал яростный крик орла, кружащего над горой.

— Не знал, что здесь водятся орлы, — пробормотал Рыжов, а проводник повернулся в сторону второго входа в пещеру и процедил сквозь зубы.

— Проклятая птица, сегодня весь день кружит. Кого высматривает, даже интересно стало.

Почему-то именно его слова про орла заставили Рыжова вытащить руку из-за спины и позволить полоснуть себя по ладони кончиком лезвия кинжала. Кровь полилась тонкой струйкой на алтарь, а Олег как зачарованный смотрел, как она всасывается в камень, который оставался таким же белым, словно никакая кровь на него не капала. А порез на ладони начал затягиваться прямо на глазах, и вот уже только тонкий белый шрам напоминал о том, что здесь когда-то была рана. Олег внезапно вспомнил, что и у Кости на ладони был такой шрам, и у этого козла-Ушакова, и, вроде бы у Ильи…

— Добро пожаловать в клуб, Олежа, — прошептал он, и услышал тихий смешок своего проводника. И тут его внутренности скрутило так, что он согнулся пополам, глотая ртом воздух. — Что это такое? — прошипел он, переживая новый виток боли.

— Твой источник разблокирован и теперь наполняется энергией. У всех этот процесс происходит по-разному. Но, может, и через боль, как у тебя, — равнодушно произнёс проводник. — Это скоро пройдёт, и мы вернёмся к твоему другу.

— Орлов мне не друг, — простонал Рыжов.

— Да? Странно, у меня почему-то сложилось именно такое ощущение. Наверное, я что-то перепутал.

— Наверное, — очередной приступ боли, и Олег упал на колени, матерясь сквозь зубы.

Как и предупреждал проводник, боль скоро прошла, и они пошли назад. Точнее, Олег ковылял следом, постоянно боясь упасть. Наконец, проводнику надоело его постоянно ждать, и он обхватил Рыжова за талию поддерживая. Так, они смогли ускориться и довольно быстро дошли до домика. Там проводник сгрузил Рыжова на кровать, а сам повернулся к вскочившему Орлову.

— Что за послание просил передать глава службы безопасности?

— Он просил, чтобы это письмо было передано представителю безликих, это возможно? — спросил Илья.

— Да, это возможно, — наконец, ответил проводник. — Давай сюда послание, я передам его руководству.

— Мы в последнее время имели контакты с послушником по имени Кай, и я… — Илья не знал, как на это реагировать.

— Кай сейчас занят, — ответил проводник. Подумав немного, он протянул руку и снял маску. Перед Орловым оказался молодой мужчина, может, его возраста, может, чуть-чуть старше. Он был светловолосым и голубоглазым, чем-то неуловимо напоминая Костю. — Моё имя Верн. Кай долго не сможет быть посредником между вами и безликими. Дела, сам понимаешь.

— Понимаю, — медленно кивнул Илья. Что-то здесь явно происходило. Может быть, Матвей не зря забеспокоился.

— Твой друг проспит до утра. Больше у него нет даров. Стихии обошли его стороной. У него странный дар, первый раз такое вижу, если честно, — признался безликий.

— Что это за дар? Мы пришли к выводу, что это дар пресёкшегося клана Рожковых — иллюзии. — Илья поспешил задать все интересующие его вопросы, коль скоро этот Верн настроен поболтать.

— Нет, я же сказал, что впервые такое вижу. Когда он полностью овладеет всеми гранями дара, то сумеет материализовать иллюзии. Пусть с ограничением по времени, но… Это очень необычно.

— А кто его будет учить, если все носители знаний про иллюзии… того… — Илья так и не сумел подобрать достойное слово, обозначившее исчезновение нескольких кланов, которые могли бы помочь.

— Понятия не имею. Обучение одарённых — это не моё дело. Но, если это такая большая проблема, я могу снова запечатать источник. — Предложил Верн.

— Нет, спасибо, — покачал головой Илья. — Мы как-нибудь сами разберёмся.

— Моё дело предложить, — Верн пожал плечами и надел маску. — Прощай. Завтра вас провожать никто не будет. Надеюсь, вы не заблудитесь и благополучно сядете в поезд.

— Мы что-то должны? — спросил Илья.

— Нет, — Верн покачал головой. — Первичное влияние на источник абсолютно бесплатно, согласно договору с императором.

— Мне ждать ответ от безликих? — задал последний вопрос Илья.

— Нет. У них есть прямой выход на наследника престола. Они ответят или ему, или непосредственно главе службы имперской безопасности Подорову.

И Верн вышел из домика. Илья же посмотрел ему вслед, затем решительно поднялся, закрыл дверь и подошёл к Рыжову, стаскивая с него ботинки и раздевая, чтобы он выспался в нормальных условиях. По тому, как быстро двигались глазные яблоки Олега, Илья пришёл к выводу, что тот сейчас усваивает гигантское количество информации.

— Может, и обойдётся, уникальный ты наш, — и, посмеиваясь, Илья пошёл к своей кровати. Не только Рыжов хотел, наконец-то выспаться. Сам Орлов тоже был не против воспользоваться подвернувшимся шансом.

* * *

— Как ты хочешь вернуться домой? — спросил Костя, застёгивая рубашку, в то время как Ира всё ещё нежилась в кровати.

— На самолёте. На двенадцать нам выделен коридор. Я, как только прилетела, сразу забронировала ближайший свободный. — Она потянулась, а потом встала и под пристальным взглядом мужа набросила халат, скрывая под ним своё обнажённое тело.

— Ты же знаешь, как сильно я ненавижу летать на самолётах, — он застегнул сумку со своими вещами. — Давай телепортируемся?

— Я не люблю телепортироваться, — призналась Ира. — почти так же сильно, как ты не любишь летать. — Она подошла к нему, обняла сзади за талию и прижалась к его спине. — Костя, я понимаю, как сильно ты переживаешь за детей, но мне нужно морально подготовиться, чтобы предстать перед всеми в качестве твоей жены. К тому же первое что мне нужно сделать, это навестить отца и всё ему рассказать. Будет гораздо лучше, если он узнает о новости от меня, а не кого-нибудь другого.

— И что ты предлагаешь? — Костя вытащил её из-за спины, чтобы видеть.

— Ты телепортируешься, а я полечу самолётом. Можешь даже встретить меня в аэропорту, когда выяснишь, что дома всё хорошо. — Ира улыбнулась. — И тогда мы вместе поедем с моим отцом разговаривать.

— Знаешь, наверное, ты права, — подумав, кивнул Костя. — Именно так мы и поступим.

Он крепко поцеловал её и исчез. На мгновение Ирину охватила паника. Ей показалось, что всё это ей приснилось, но тяжёлое кольцо на пальце не дало усомниться в том, что она сейчас Костина жена и ей надо привыкать к фамилии Орлова.

До самолёта время ещё оставалось, и Ирина спокойно собралась и поехала в аэропорт. Перелёт прошёл нормально. Вот только в аэропорту Иру встречал Костин лимузин, но самого мужа не было.

— Константин Витальевич велел передать, что появились совершенно неотложные дела, и он не может сопровождать вас к отцу, Ирина Сергеевна. — Открывая перед ней дверь, сообщил водитель.

— Что-то случилось? Что-то с детьми? — Ира встревожилась не на шутку.

— Насколько я знаю, ничего слишком опасного, но требующее внимания Константина Витальевича. Он просил вас не волноваться, доделать запланированные дела и приезжать домой.

— Нет, дела подождут, — Ира покачала головой. — Я должна выяснить, что происходит. — И она вытащила телефон, набирая номер Кости. Номер был занят.

— Ирина Сергеевна, — водитель улыбнулся. — Поверьте, ничего страшного не произошло. Константин Витальевич предвидел вашу реакцию и велел передать следующее: «Андрей опять чудит, Паразит не справляется. А присутствие ещё одного мага смерти может помешать».

— Помешать чему? — Ира почувствовала головокружение.

— Я не знаю, — покачал головой водитель, чьё имя Ира, на свою беду, не знала. Он увидел её замешательство и улыбнулся. — Николай. Меня зовут Николай. А теперь позвольте, я отвезу вас к отцу.

— Хорошо, поехали, — Ирина решила как можно быстрее собрать кое-какие вещи на первое время, сказать отцу об изменении в её положении и ехать уже домой, чтобы успокоить нервы.

Отец встретил её в холле. Она только переступила порог отчего дома, как столкнулась с Сергеем Леймановым, стоящим напротив двери и скрестившим руки на груди.

— Папа, что случилось? — спросила Ира, уже даже не зная, что думать.

— Случилось-то, дочь моя, что ты отказала Великому князю, когда тот сделал тебе предложение, — сообщил он, сверля её суровым взглядом.

— Папа, я всё сейчас объясню…

— Ира, я не хочу на тебя давить, но буду вынужден это сделать, потому что, когда ко мне напрямую обращается император с просьбой тебя слегка образумить, я не могу ему отказать. Надеюсь, ты понимаешь.

— Папа, я…

— Ира, ты взрослый человек, ты должна осознавать, что, если на меня будут продолжать давить, я прикажу тебе, как глава клана выйти замуж за Константина. — Он немного смягчился. — Девочка моя, он же тебе нравится. Всегда нравился с самой школы, раз не так? Нужно искать во всём положительные моменты.

— Папа, выслушай уже, наконец, меня, — перебила его Ирина. — Мы с Костей поженились. В часовне рядом с «Ундиной», — и она продемонстрировала руку, на безымянном пальце которой поблёскивало старинное кольцо.

— То есть… — Лейманов закрыл глаза. — Слава Богу. И что же это получается, Костя заплатил за яхту своей собственной жене? — он рассмеялся с облегчением, а Ира только головой покачала.

— Ещё скажи, что он жениться захотел, чтобы сэкономить, — проворчала Ирина и пошла собирать вещи.

* * *

Я телепортировался, позволив себя очень быстро уговорить, потому что меня не оставляло странное предчувствие. Как только я появился в холле, ко мне вылетела Клара.

— Костя, слава Богу, а я уже хотела тебе звонить.

— Что случилось? — тихо спросил я, а воображение в это время рисовало самые страшные картины.

— Пройди в детскую и сам всё увидишь. — Она всплеснула руками и почти побежала за мной, потому что я стремительно шёл в направлении детской.

Зайдя туда, я пару минут просто смотрел на бардак. Смотрел я довольно тупо, плохо понимая, что же я вижу. С громким воем по комнате носился Паразит и отвешивал ловкие оплеухи улепётывающему он него котёнку.

Телефон в такие моменты всегда звучит очень некстати.

— Орлов, — машинально ответил я.

— Костя, я не знаю, куда мне обратиться, и нужно ли это делать? — голос Егора звучал глухо. — Стёпка пропал.

— Егор, ты только успокойся, не нервничай. А как только успокоишься, то приезжай сразу ко мне.

— Зачем? Костя, говори прямо, мне сейчас не до шуток, — в голосе Ушакова прозвучали панические нотки.

— Егорушка, ну куда уж прямее-то? В настоящий момент твой отпрыск сидит на полу в детской моих детей и мучит несчастное яблоко, меняя ему форму. Паразит чуть ли не по потолку с рёвом носится, пытаясь догнать, видимо, своего котёнка. Который, скорее всего, и перенёс Стёпку сюда. И к выводу такому я пришёл, потому что Паразит, его хлещет весьма серьёзно, видимо, чтобы внушить, что вот так делать совершенно не нужно, и более того — ни в коем случае нельзя.

— Я сейчас буду, — и Ушаков отключился.

Я же подошёл к Андрею. Он созерцал творящиеся безобразие, сидя в своей кроватке. Ромка, к счастью, спал.

— Ну что, молодой человек, сам уберёшь то, что натворил, или дождёмся Стёпкиного отца и всё равно достигнем того же результата, только с большими затратами и нервами?

Андрей внимательно следил за каждым моим движением. Он очень тонко чувствовал грань, когда набедокурит настолько, что следующим этапом предстоит моё вмешательство. Моё недовольство и он и Ромка чувствовали на каком-то мистическом уровне.

— Костя, как произошло, что Степан оказался здесь? — ко мне подошла Клара, нарушив наш с сыном молчаливый диалог.

— Вон тот чёрный котик перенёс. — В этот момент котёнок, испустив громкий мявк, исчез. Вместе с ним исчез Паразит, похоже, прекрасно понимающий, куда решил сбежать его сынок.

А в комнате резко похолодало. И прямо из воздуха начала формироваться призрачная фигура.

— Костя…

— Клара, выйди! — рявкнул я, резко выпуская дар.

Фигура мавки даже не успела как следует сформироваться. Она только почувствовала мой дар, способный от неё мокрого места не оставить, и сразу же рванула прочь. Дар Ромки мигом свернулся и притворился, что крепко спит, а Степан как ни в чём не бывало доламывал своим даром журнальный столик, превращая в нечто непотребное.

Хлоп! Дар моего крестника оказался деактивирован. Он несколько раз попытался его применить, но, когда ничего не получилось, сел на пол и выразил своё недовольство рёвом. Вскоре к нему присоединились два других хулигана. Кстати, на мой дар сам Стёпка отреагировал индифферентно.

Ушаков ворвался в детскую вместе с Паразитом. Кот сразу же залез между близнецами, а я в это время передал ревущего крестника отцу и подошёл к своим сыновьям, только-только начавшим успокаиваться.

— Дурдом, — произнёс Егор, прижимая к себе сына.

— Не то слово. И, кажется, мне, что это только начало.

— Не дай, бог, — с чувством произнёс Егор, садясь вместе с успокаивающимся Стёпкой на диван. Я же пошёл отправить водителя за женой, дав ему параллельно пару поручений. Пусть Ира пока немного задержится. Дара ещё одного некроманта дом может и не выдержать.

Но вот что нам делать с детьми? Просто ума не приложу. Надо покопаться в библиотеке, может, там что-нибудь умное найдётся.

Глава 8

Ирина сложила самые необходимые, на её взгляд, вещи, и теперь в библиотеке отбирала редкие книги, принадлежащие лично ей, а не клану Леймановых.

Но когда она вышла из библиотеки в холл, то увидела не один чемодан, а четыре, стоящие рядком. А отец в это время тащил пятый чемодан и огромный пакет в придачу.

— Папа, почему у меня складывается странное впечатление, что ты не хочешь оставлять здесь ни одной нитки, принадлежащей мне? Чтобы я не дай бог сюда не вернулась? — Ира открыла пакет и удивлённо уставилась внутрь.

— Ирочка, пойми меня правильно. Одно дело, если ты приедешь сюда погостить, в отчий дом, попроведывать нас с Володей. И совсем другое дело, когда Великая княгиня вернётся к отцу, неважно по какой причине. Я человек мирный и стойкий, но с меня хватит потрясений. Природа любит равновесие, так что, пожалуй, я женю Володю на продавщице или на прачке, раз уж мои старшие дети решили так сильно возвысить клан.

— Да ты не стесняйся, папа, сразу отправляй Вовку на одно из Костиных предприятий. Говорят, из его секретарш получаются вполне приличные жёны для сыновей кланов. Да даже для глав кланов, вон, на Ушаковых посмотри и на Устиновых. Был бы Рыжов девушкой… хотя, думаю, в этом случае, у Кости была бы уже новая помощница, — Ира хихикнула и вытащила из пакета явно мужской носок. — Тебе не кажется, что вот это Витькино?

— Да? Возможно, — Лейманов задумался. — А на каких предприятиях у Константина личные секретарши в наличие имеются?

— Папа! — Ира перерыла пакет и отставила его в сторону. Он был полон вещей старшего брата, будущего консорта правящего клана Содружества Западных государств.

— Что, папа? Папе помечтать нельзя? — Лейманов обнял дочь и чмокнул её в висок. — Ну-ну, я пошутил. — Но через несколько секунд добавил. — Кстати, не видел даже примерного брачного договора. Твой муж что, бесприданницу в жёны взял?

— Я ему «Ундину» отпишу, — отмахнулась Ира. — Он владеет даром воды, ему будет проще с ней справляться. Или кого-нибудь из Орловых управляющим назначит, они через одного водники.

— Нет, так не пойдёт, — Лейманов покачал головой. — Константину-то всё равно, зато другим есть до всего дело. Особенно Вольфам, которые всё-таки умудрились в личные банкиры правящего клана втереться. Вот же ушлое семейство. Думаю, что коллекция драгоценных камней, и загородный домик с такой отличной баней вполне подойдут. Причём я оформлю это таким образом, чтобы всё это принадлежало не клану, а конкретно вашей семье. Остальные Орловы перебьются. У них и так полно разной недвижимости. Твою «Ундину», кстати, я в этот же контракт включу. Ну вот, получили вполне приличное приданное, достойное Великой княгини, — при этих словах Ира немного напряглась. Она всё ещё не до конца осознавала, своё теперешнее положение. — Так и сделаем.

Ирина только покачала головой и уже хотела начать изучать содержимое чемоданов, которые притащил отец, как в дверь постучали. Мимо неё проскользнул дворецкий, а когда дверь открылась, то в холл вошёл господин и, поприветствовав хозяина дома, обратился к Ире.

— Ирина Сергеевна, его величество император Михаил приглашает вас на аудиенцию сегодня в час пополудни. — Очень официальным тоном произнёс он.

— Простите, а с чем связано подобное приглашение? — Ира соображала быстро. И то, что гонец пришёл именно сюда, говорило о том, что Костя всё ещё не успел оповестить клан о своём изменившемся положении.

— Я не могу этого знать. Его величество не имеет привычки распространяться о темах личных разговоров. Но если вы поторопитесь, то вскоре узнаете об этом самостоятельно. — Посланник императора очень вежливо послал её куда подальше, да ещё и поторопил. Мол, собирайся, что ты сидишь? Тебя император ждёт, а не дядя с улицы.

— Езжай, Ира. Нельзя заставлять его величество ждать. Тем более что он сейчас… — Лейманов не договорил, что Михаил сейчас является главой её клана, но это подразумевалось.

— А… — Ира оглядела чемоданы.

— Я всё отправлю, не беспокойся, — Лейманов широко улыбнулся и чуть не вытолкал дочь и посланника императора за дверь.

Иру ждал представительский лимузин. Посланник был весьма обходителен. Доехали до дворцового комплекса быстро, она даже не успела ничего страшного придумать, чем может закончиться эта встреча.

Во дворце Ира ни разу не была. Бал, на котором объявили о Костиной помолвке, она сумела проигнорировать, благо девушкам с даром смерти это позволялось. И вот теперь она здесь по приглашению императора. Так знает Михаил или нет о том, что она жена Кости? Она так сильно задалась этим вопросом, что даже не заметила, как прошла за своим проводником до приёмной перед рабочим кабинетом императора.

— Подождите здесь, Ирина Сергеевна. — Сказал мужчина, именем которого она даже не удосужилась поинтересоваться.

Он исчез в кабинете, а Ира посмотрела на то место, где обычно сидят секретари, охраняющие проход в святая святых. За столом никого не было, и Ира пришла к выводу, что за ней приехал сам секретарь императора. Она не успела придумать ничего страшного, чем, по её мнению, частенько заканчивались подобные аудиенции, как дверь распахнулась, и секретарь предложил ей войти.

— Ирочка, не стойте у двери, проходите. Дайте старику посмотреть на вас как следует и без свидетелей, — Михаил стоял у окна, заложив руки за спину. Ирина вошла в кабинет, и дверь за ней закрылась.

— Ваше величество, — она наклонила голову, а император в это время подошёл, взял её за руку и подвёл к окну.

— Ирина, я хотел с вами встретиться и поговорить запросто, по-отечески. Я знаю, что вы сейчас присматриваете за моими правнуками, а, учитывая, что эта задача не из лёгких, мне бы хотелось подбодрить вас. — Улыбаясь, проговорил император, вот только взгляд его тёмных глаз был цепким и изучающим.

— Благодарю вас, ваше величество, — Ира всё никак не могла понять, что императору от неё надо.

— Ира, кроме благодарности за ваше участие в воспитании моих правнуков, я хотел бы узнать, что у вас происходит с Костей? Мальчик признался мне, что сделал вам предложение, и что вы ему отказали.

— Ваше величество… — Ира пребывала в лёгком шоке. Она слишком хорошо знала своего Костю, чтобы поверить, будто тот прибежал к деду-императору и пустил слезу. Скорее всего, дело происходило так: император прямо спросил, Костя прямо и слегка агрессивно ответил. Но почему Михаила вообще заинтересовала эта тема? Или он хочет уговорить её отказаться от этой идеи, и не поддаваться уговорам его внука, потому что сам внук категорично высказался насчёт своей повторной женитьбы.

— Ирочка, я понимаю, что замужество — это очень ответственный шаг. Особенно для вас, из-за вашего дара, но, прошу вас подумать о том, что, возможно, всего лишь, возможно, вы всё-таки сможете обрести счастье, и сделать счастливым Костю. — Император продолжал улыбаться.

— Ваше величество… — Ира испытала громадное облегчение оттого, что император вовсе не пытался её отговорить. Наоборот, он, похоже, поставил перед собой задачу уговорить строптивую девчонку не ломаться и уступить домогательствам внука. Она хотела уже сказать, что в этом нет необходимости, и что они с Костей уже поженились, но он её перебил.

— Ирина, подумайте вот ещё над чем. Тётушка Клара уверена, что вы очень привязаны к мальчикам. И вам будет тяжело с ними расстаться, когда придёт время. Но, какого будет детям терять ту, кто фактически заменяет им мать? Это будет просто чудовищное разочарование для них в людях. Мы же не можем этого допустить?

— Нет, ваше величество, не можем, — покорно подтвердила Ира правильность размышлений императора. — Вот только, ваше величество…

— Ирочка, у Кости сразу два наследника, то есть в два раза больше, чем было у меня. Если ты опасаешься, вполне справедливо, я понимаю, за свой дар, то могу тебя уверить: никто ни разу даже не заикнётся об этом. Как глава клана Орловых, я могу тебе это гарантировать.

— Ваше величество, мы с Костей вчера поженились, — выпалила Ира и вытащила из сумочки свидетельство о браке. Сумочку весьма тщательно осмотрели при входе во дворец, но весьма деликатно и бережно, не разворачивая бумаг. А там, кроме свидетельства, лежал также контракт на яхту. Она его взяла с собой, чтобы посмотреть, что там Костя назаказывал.

— Да? — Михаил взял свидетельство, прочитал его, аккуратно свернул и убрал к себе в карман. — Это просто отличная новость, просто отличная. А свидетельство будет храниться там, где ему положено, в семейном архиве Орловых. А то с этими свидетельствами о браке чего только не происходит. — Он похлопал себя по груди, куда во внутренний карман положил свидетельство. — Добро пожаловать в клан, дорогая. Императрица Ирина, — внезапно произнёс он, прислушиваясь, как звучит то, что он произнёс.

А до Иры внезапно окончательно дошло, куда она вляпалась. Наверное, её ослепила любовь к Косте, потому что у неё из головы постоянно вылетало, что вместе с Костей и детьми идёт титул Великого князя. Если бы он просто возглавил клан в своё время с этим она бы справилась без труда, но стать императрицей… Ира почувствовала, что у неё закружилась голова, от нахлынувшей паники.

— Что с тобой, Ирочка, тебе дурно? — поинтересовался император. Сейчас, когда он стал главой её клана вполне официально, можно было в некоторой степени отбросить политесы.

— Что-то голова закружилась, — пробормотала Ирина.

— Тебе нужно присесть. Может быть, водички?

— Нет, ваше величество. Я бы хотела поехать домой. — Сказала она, умоляюще глядя на него.

— Ну, конечно, тебя сейчас отвезут, — Михаил быстро вышел из кабинета, отдал нужные распоряжения. Он не стал вызывать секретаря, чтобы не задерживать жену внука, которая, похоже, только что поняла, что Великая княгиня — это не просто красивое словосочетание, а её титул.

Ира снова не запомнила, как идти к выходу, но на этот раз её голова была забита совершенно другими мыслями.

* * *

Егор просидел у нас недолго. Он уехал вместе с ревущим Стёпкой, которому, похоже, нравилась компания моих бандитов, и он очень не хотел уходить. Отец утащил его вместе с вырывающимся чеширом. Вырывался котёнок молча, и телепортироваться прямо из рук Егора не решился. Похоже, воспитательные действия Паразита какой-то эффект возымели. Но мне интересно, надолго ли.

Дети успокоились, были накормлены, а Ирины всё не было. Я уже начал волноваться, но пока воздерживался от того, чтобы ехать в дом Леймановых за женой. Раз уж я сам её туда отправил, то сейчас стоит проявить терпение. Но, позвонить мне никто не запрещает, чтобы предупредить о том, что всё в порядке и можно возвращаться.

Я достал телефон, но не успел набрать номер Иры, как телефон в моих руках ожил. Звонил Ян. И я взял трубку, чтобы выяснить, что у него стряслось.

— Что у тебя? — спросил я сразу, не дожидаясь ответа. — Надеюсь, ты вернулся и звонишь мне не из Лондона.

— Я звоню тебе из аэропорта, только что отправил Устиновых домой, — отрапортовал Ян. — Сам вылетаю ночью.

— Так, поправь меня, если я неправильно расслышал, ты сказал, Устиновых? — я переваривал эту новость почти минуту. — Юльке вот-вот рожать! А ты умудрился её вытащить в Лондон?

— Костя, не ори, — я даже по голосу услышал, что Ян поморщился. — Нам надо было раскрутить банк, который вступился за свою сотрудницу, по полной. И беременная жена пострадавшего — это был прекрасный штрих. Да, мы все немного ошиблись со сроками. У Юли начались схватки прямо в здании суда. Не знаю, это повлияло на решение суда, или нет, но Устиновы теперь очень небедные люди. Я, кстати, тоже получил приличный процент. Так что, я отправил счастливых и очень богатых родителей домой. Надеюсь, ты будешь рад тому, что они решили назвать сына Костей.

— Я счастлив. Да так, что убить кого-то из вас, придурков, готов. Это додуматься надо было, женщину в таком положении куда-то тащить, — я покачал головой. Надо Устиновых поздравить. Подарок какой-нибудь организовать. Костей назвали, надо же. Этому Денис, похоже, у Юрки научился. Слишком уж много времени они в Лондоне провели. — Ты мне про Устиновых звонишь сообщить? — я не заметил, как спустился в холл. Сам не пойму, зачем я сюда притащился.

— Не только. Я уже хотел ехать домой, чтобы как следует отоспаться, но мне позвонила Майя. — Фоном раздался гул. Похоже, он даже в машину не сел, раз я слышу звуки, взлёта или посадки самолёта. Меня сразу же затошнило, от одного только звука.

— Кто тебе позвонил? — я даже сразу не сообразил, о ком Ян говорит.

— Смотрительница музея магии, очаровательная девушка Майя, — терпеливо напомнил мне Ян.

— А-а-а, всё, понял. — В дверь в этот момент позвонили. Виктор прошёл мимо меня и открыл дверь. Раз звонящего пропустила охрана на воротах, значит, его проверили очень тщательно. За дверью стоял водитель незнакомой мне машины, который что-то скороговоркой сказал Виктору, и они вдвоём принялись вносить в дом чемоданы. Внезапно я вспомнил, где видел этого водителя. У Леймановых. Значит, он привёз Ирины вещи. А где, чёрт возьми, она сама?

— Майя попросила ей помочь. Её бывший всё никак не может успокоиться. Кроме того, что он опять не даёт девушке прохода, так ещё начал хвастаться тем, что хочет нанять каких-то отморозков и натравить их то ли на неё, то ли на нас, если мы снова появимся. Девчонка напугана, Костя. Она и так до последнего терпела и только сейчас решила позвонить. Ей бармен из бара, где этот козёл работает, шепнул, что он на завтра встречу с отморозками назначил. На одиннадцать утра. — Ян замолчал, я же задумался, потом ответил.

— Это мы виноваты. Замотались и не проверили, как там девочка. Ну что тут можно сказать, надо помочь. Ушакова позову. Он вечно ноет, что ему острых ощущений не хватает.

— Тогда встретимся в кафе? Часиков в половину одиннадцатого? — спросил Ян. Судя по его настрою, он туда один бы пошёл, если бы я сейчас отказался.

— Ага, думаю, это будет оптимально, — пока мы разговаривали, я присел возле пакета. Его внесли последним, он был приоткрыт, так что я сунул в него руку и вытащил явно мужской носок.

Ян отключился, а я продолжал вертеть в руке злополучный носок. Если это Иркины вещи, то какого хера вот это тут делает?

Дверь открылась уже без звонка. В дом вошла Ира. Она выглядела очень растерянной, какой-то потерянной.

— Что случилось? — я встал и подошёл к ней.

— Меня вызвал к себе император. Сначала долго уговаривал выйти за тебя замуж, а когда мне удалось вставить слово, и я призналась, что мы с тобой уже поженились, забрал у меня свидетельство о браке. Сказал, что оно пойдёт в архив клана Орловых. — Тихо проговорила Ира.

— Ну и что? — я невольно нахмурился. — Вполне разумное решение с его стороны. Но, если ты думаешь, что он вызвал тебя по моей просьбе…

— Нет, — она покачала головой. — Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы так подумать. — Ира слабо улыбнулась. — Просто. Когда он сказал, что я стану императрицей Ириной…

— Ир, ты знала, за кого замуж выходишь, — я продолжал хмуриться.

— Костя… — она замолчала, а потом обняла за шею, заставила меня наклонить голову и поцеловала. А затем, слегка отстранилась. — Просто дай мне немного времени, чтобы привыкнуть, хорошо?

— Как скажешь, — я чмокнул её в нос. — Это твоё добро? — указал на чемоданы.

— Да, отец прислал. Я как раз собиралась выходить, когда за мной секретарь Михаила приехал.

— Тогда, может быть, ты объяснишь мне, вот это что? — и я показал ей носок, который до сих пор зачем-то держал в руках.

— Так он что, этот проклятый пакет прислал? — Ира прыснула, выглянула из-за моей спины, загораживающей ей вид на чемоданы и злосчастный пакет. — Ну, точно, — и она расхохоталась. — Это Витькины вещи. Их отец всучил мне в нагрузку.

— А почему он решил, что Витька проживает у нас дома?

— Я не знаю. — Ира отсмеялась и покачала головой. — Его, похоже, напрягает то, что его дети так высоко взлетели, и он вытравливает наш дух из своего дома. Я подозреваю, что и в чемоданах мы сможем много интересного найти. Большинство из них папа собирал.

— Предлагаю тогда этим сейчас заняться. Чтобы сразу выбросить всё ненужное и не тащить в нашу комнату. — Я сел на диванчик и подтянул к себе первый попавшийся чемодан.

Глава 9

Ян зашёл в кафе и огляделся по сторонам. Встреча с бандитами была назначена на одиннадцать. Костя с Егором должны были подойти в десять тридцать. Сам же он пришёл к десяти и сел за столик в углу, чтобы понаблюдать за тем, что здесь творится. Почему-то ему казалось, что близость дома Морозовых не может не отразиться на посетителях кафе и персонале. Может быть, поэтому бывший парень Майи такой… И самое главное, его не выгоняют, из чего следует, что желающих поработать в этом месте не слишком много.

— Господин хороший, вы сюда перекусить пришли? — Ян повернулся к окликнувшему его бармену.

— У меня свидание, — Ян улыбнулся. — Но, если вы организуете мне чашечку кофе, я буду очень благодарен.

— Сейчас сделаю, — кивнул бармен. — Только подождать немного придётся.

— Ничего, я пока не тороплюсь, — и Ян снова повернул голову в сторону входа.

Звякнул колокольчик, оповещая о том, что в кафе вошёл посетитель. Точнее, посетительница. Ян окинул вошедшую Майю оценивающим взглядом. Она скинула курточку и повесила на стоящую перед входом вешалку. Лёгкий брючный костюм подчёркивал тоненькую фигурку. А каблучки делали её визуально выше и ещё стройнее.

Она его не заметила, сразу же направилась к стойке, за которой бармен колдовал над кофе для Орлова.

— Ну, что? Никто не приходил ещё? — спросила она напряжённо. Бармен только покачал головой.

— Нет, даже этого кретина ещё нет. Что за погода, а? Лето, похоже, никогда не наступит. — Он налил кофе в чашку и поставил на поднос. Туда же поставил молоко и сахар. — Хорошо ещё в газете людей успокоили, что в южных регионах всё хорошо, и все поля засеяли. Позже, конечно, чем положено, но переживать не о чем.

— Знать бы ещё, с чем эти катаклизмы связаны, — Майя обхватила себя руками и поёжилась.

— Ну, ты учёная у нас, вот и скажи, — бармен тем временем вылил остатки кофе в другую чашку.

— Такое уже было, тогда вообще, не пойми что, творилось. Летом снег шёл, а зимой розы расцветали и под утро замерзали, превращались в прекрасные ледяные глыбы. — Она замолчала, а потом встряхнула головой. — Это было во время войны с безликими. Когда первый Орлов выпустил нашего крылатого защитника. Я бы сказала, что сейчас тоже что-то неладное творится с безликими. Не так глобально, конечно, но что-то у них происходит. Поэтому-то природа и чудит.

— Весьма поучительная сказка. Особенно для тех, кто не верит в существование безликих, таких, как я, например, — хмыкнул бармен. — Будь другом, подай кофе вон тому господину, и свой получишь за счёт заведения.

— Мне не трудно, — Майя пожала плечами и подхватила поднос. Она не слишком много зарабатывала, чтобы отказаться от бесплатного кофе за плёвую услугу.

— Это была красивая теория, — улыбнулся Ян, когда она подошла к его столу. Он поднял голову, до этого момента опущенную, и посмотрел на Майю в упор. — Правда, в ней была допущена маленькая неточность.

Майя вздрогнула, но Ян заметил, как в её глазах сверкнула радость от того, что он не оставил её наедине с проблемой, а пришёл на выручку. Поставив поднос на столик, она быстро забрала свой кофе и села напротив него.

— И какую же неточность я допустила? — тихо спросила она.

— Эти катаклизмы начались не тогда, когда ввысь взлетел орёл, а первый чеширский кот совершил телепортацию. Все эти погодные завертоны начались, когда среди самих безликих случилось, эм, скажем, недопонимание. Они здорово схлестнулись между собой, и именно это помогло людям в итоге одержать победу.

— Откуда у тебя такая информация? — спросила она, наклонив голову набок. Сама Майя находила подобные упоминания, но ничего конкретного в свободном доступе не было.

— Читал семейные хроники, — Ян отпил кофе и закрыл глаза. — Прекрасный напиток.

— Хотела бы я посмотреть вашу клановую библиотеку, — мечтательно проговорила Майя, подперев голову кулачком. Ян чуть не подавился, когда это услышал. Он был свято уверен в том, что Майя не знает, что он Орлов. Она Костю-то как Керна знает. А все бурления кланов остаются внутри кланов, очень редко выходя наружу. — Я вообще давно мечтаю побывать хотя бы в одной клановой библиотеке.

— Не хочу тебя расстраивать, но в большинстве кланов библиотеки микроскопические. Я иногда сомневаюсь, что дети этих кланов умеют читать, — Ян закатил глаза и негромко рассмеялся. — Насчёт библиотеки нашего клана: я спрошу у главы. Не думаю, что он откажет.

Майя хотела что-то ответить, но тут дверь открылась, и в кафе вошёл её бывший и трое крепких, хмурых парней. Похоже, что никто не захотел ждать назначенного часа. Ян бросил быстрый взгляд на часы. Половина одиннадцатого. Сейчас должны подойти Костя с Егором. Сразу же его бить не начнут, значит, можно немного разогреться.

— О, Майечка, а ты, оказывается, совсем с головой не дружишь. Сама притащилась и дружка своего привела. Это чтобы мы долго вас не искали? А второй где? У вас же вроде такой замечательный тройничок. — Бывший заржал. При этом его глаза блестели странным лихорадочным блеском. Похоже, проклятый дом действовал на него гораздо сильнее, чем на остальных.

— О, а у нас тут чей-то ублюдок, — прошептал Ян. — В поколении этак восьмом. Но отголоски дара дают о себе знать.

— Что ты там бормочешь? — взвился бывший.

— Говорю, что тебе не повезло родиться. Но, это бывает, не переживай.

— Чё, правда, этот хлыщ свою ляльку с кем-то делит? — развязно протянул один из троих парней, окидывая Майю плотоядным взглядом.

— Ну, чего молчишь? Не хочешь рассказать, как вы её по дням делите, или вообще не делите, так вдвоём и обихаживаете? — Второй навис над Яном. Орлов лишь наклонил голову набок и теперь насмешливо смотрел на парня. Похоже, бывший «забыл» намекнуть бандитам, что тем предстоит иметь дело с сыновьями клана. Ну что же, это будет весело.

— Эй, парни, устроите здесь махач, всем ноги переломаю, — спокойно пообещал бармен и вытащил из-под прилавка здоровенную биту, которую положил перед собой. — А потом полицию вызову и всех скопом сдам. Пускай разбираются, кто из вас кто.

— Лучше сразу Подорову, — любезно подсказал Ян.

— Ха, станет он на вас время тратить, — хохотнул бармен. — Размечтался.

— Как знать, — пробормотал Ян. — Хотя ты прав, не надо Подорова. У него рука тяжёлая, — и он поёжился, а Майя удивлённо на него взглянула. Ян же, как ни в чём не бывало, допил уже остывший кофе под взглядами наливающихся кровью глаз бандитов. — Господа, я готов услышать ваши претензии.

И тут колокольчик звякнул, и все повернулись к вошедшему в кафе человеку. Воцарилась тишина, которую, казалось, можно руками потрогать.

* * *

Егор уже опаздывал и теперь носился по комнате, пытаясь делать несколько дел одновременно. На кровати сидела Люсинда, ела мороженое, залитое свежевыжатым апельсиновым соком, и злобно смотрела на мужа.

— Люсь, подскажи, где моя куртка? — Егор посмотрел на жену и снова повернулся к обширному шкафу, пытаясь отыскать искомую куртку.

— В шкафу, — мрачно сообщила ему Люсинда.

— Я не могу найти. Может, её в чистку забрали?

— Твою куртку уже почистили и при мне повесили в шкаф. Куда ты её оттуда дел, я не знаю.

— Да нет её здесь, — Егор раздражённо толкнул дверь, которая плавно поехала, закрывая освещённое дополнительным светом нутро огромного гардероба.

— Ушаков, ты сегодня точно решил ночевать в гостевой спальне, — Люся встала, отставила свою огромную чашку с непонятной бурдой, подошла к шкафу, и, не, глядя, сунув в него руку, вытащила злополучную крутку. — Я только не пойму, как ты её искал? На моей половине, что ли?

— Чёрт, да как так-то? — Егор уже не раз проклял себя за то, что какие-то черти потянули его за язык, и он ляпнул своей беременной жене, куда они с Костей собрались. Забрав куртку, он попытался обнять Люсю, но получил по рукам. — Ну, не злись. Я не могу тебя с собой взять. Там может быть опасно.

— Там будешь ты и Костя, — Люся ткнула мужа пальцем в твёрдую грудь. — Что там может быть опасного?

— Тебя могут толкнуть, — попытался выкрутиться Егор. — Ты можешь упасть. Это будет плохо для малышки.

Люсинда задумалась и неохотно произнесла.

— Ладно. Возможно, ты прав. Но, если бы я не была в положении, ты бы меня взял с собой? Мой брат так иногда делал. А то я все навыки потеряю, — пожаловалась она.

— Конечно, — соврал Егор и чмокнул её в нос. — А чтобы ты навыки не потеряла, я с тобой позанимаюсь сам.

Они договорились с Костей, что будут добираться до места самостоятельно. Подходя к машине, он демонстративно вставил в ухо наушник, чтобы это видел начальник службы безопасности. На это место планировался Славка. Но, пока тот учится в школе, начальником службы безопасности временно был назначен Макс. Просто он пришёл однажды и заявил, что ему заняться нечем. Подумав, Егор решил попробовать, тем более что после произошедшего с Ушаковыми все немногочисленные члены клана стали относиться к безопасности довольно серьёзно. Егор согласился на предложение кузена ещё и потому, что тот этим действием подтверждал авторитет Егора, как главы клана. Вот только Максим сильно напрягался, когда этот самый глава уезжал куда-то без сопровождения. Наушник был тем компромиссом, на которым они в итоге остановились. Тем более что однажды Егора уже удалось с его помощью найти в момент смертельной опасности.

Как бы Ушаков ни спешил, но всё равно опоздал. Приехал к кафе почти в сорок минут одиннадцатого. Успокаивал он себя тем, что встреча с бандитами была назначена ровно на одиннадцать. Взбежав на крыльцо, он открыл дверь. Звякнул колокольчик, и в тот момент, когда Егор вошёл в довольно уютный небольшой зал, собравшаяся у дальнего столика компания, как по команде, повернулась к нему.

Егор медленно осмотрел каждого из стоящей перед ним четвёрки. Затем обратил внимание на стол. За столом сидела напряжённая девушка, а рядом с ней расположился явно веселящийся Ян Орлов. Тишину всё ещё никто не решился нарушить, и Ушаков снова медленно осмотрел каждого из бандитов. А затем в упор посмотрел на Яна и довольно громко спросил.

— Да ты что, издеваешься надо мной?

* * *

Сегодня я проспал. И вовсе не потому, что дети не спали. Нет. Они-то как раз спали, как два ангелочка. Правда, между их кроватками на стуле расположился Паразит, караулящий их сон, но это уже мелочи.

Проспал я, потому что мы с Ирой уснули уже под утро. И нет, не потому, что устроили сексуальный марафон. А потому что сумели только в четыре утра вырваться от всех наших родственников, приехавших, чтобы нас поздравить.

Подставил нас таким вот образом Лейманов. Какой же у меня злопамятный и мстительный тесть оказался. Как только он отправил чемоданы с Ириными вещами, куда кроме носков Витьки, упаковал даже несколько старых игрушек, причём, как мне смеясь сказала Ирина, эти игрушки тоже принадлежали её брату, то практически сразу же принялся за своё грязное дело.

Не успела дверь за водителем закрыться, как отец Ирины вытащил телефон и принялся обзванивать всех наших родичей, чтобы сообщить радостную новость. И начал он с моей матери и деда. Сначала мне позвонил дед и сухо поинтересовался, а намеривался ли я вообще ставить их в известность? Мне кое-как удалось его убедить, что, конечно, просто он меня немного опередил. Следом позвонила мать. Я ей не дал сказать ни слова, и сразу завил, уже набрал её номер, когда она сама мне позвонила. А хотел я ей звонить, что сообщить, что женился.

Егору и Вольфу я позвонил сам. Ирка оправдывалась перед Витькой. В итоге они перешли на личности, но в конце помирились. Кажется, наш консорт пообещал прислать подарок.

Когда в холл вплыла Клара, Ира без слов сунула ей под нос руку с обручальным кольцом. Та сложила руки на груди и заохала.

— Я так рада за вас, дети. Это нужно обязательно отпраздновать. — Она убежала, чтобы найти моего дворецкого и обсудить с ним ужин.

Мы как раз успели разобрать чемоданы. В итоге выбросить решили два, переложив в них ненужные вещи. И Витькины. И пакет.

Потом позвонил Михаил, коротко и сдержанно поздравил. А следом раздался звонок от Ильи. Только я не совсем понял, почему у него на заднем фоне о чём-то вещал Рыжов, и доносился звук движущегося поезда. Они что, куда-то вдвоём ездили?

Странно, что Подоров не позвонил. Я вообще о нём уже несколько дней ничего не слышал.

Ужин был готов, и прибыли Керны. Я был очень рад их видеть, но моих родственников иногда бывает слишком много. Нет, я бы сам мог спокойно уйти, но остался, чтобы поддержать Иру, на которую насели мать и Клара с требованием подробностей. К моему изумлению, к ним вскорости присоединилась Марго.

Кончилось это тем, что я распихал их по гостевым спальням, позвонив перед этим Надежде Рыжовой, помогающей матери вдобавок ко всему присматривать за Савелием. Сказав матери Рыжова, что хозяева сегодня не приедут, выслушал ответ, что в четыре утра она как-то об этом сама догадалась.

Так что я банально проспал. И подорвался с кровати, когда часы показывали десять утра. Мне и так тяжело вставать рано, и это никогда не изменится, а когда я ещё и не выспался…

В кафе я забежал, когда на часах было без пятнадцати одиннадцати. Первое, что бросилось в глаза, это стоящий посреди зала Егор. Он скрестил руки на груди и с самым мрачным выражением, застывшим на лице, разглядывал вытянувшихся перед ним бандитов.

— О, я опоздал? Какая жалость. — Схватив первый попавшийся стул, развернул его и сел верхом, сложив руки на спинке. — Рекс, это ты, что ли? Извини, но ты такой бледный, что я тебя даже не узнал сразу. Но, скорее всего, богатым ты всё-таки не будешь. Мёртвые редко могут похвастаться богатством.

При моих словах бандит побледнел ещё больше, и, кажется, начал хвататься за сердце.

— Костя, объясни мне закон всемирного невезения, — Егор повернулся ко мне. — Я ехал сюда в надежде слегка сбросить скопившееся напряжение, и что я вижу перед собой? Этих недобитков? И вот из-за этого я сегодня чуть с женой не поссорился?

— Люсинда не может с тобой поссориться. Это противоречит её представлениям о Вселенной, — ответил я, не сводя тяжёлого взгляда с бывшего Майи. Я даже не пытался вспоминать, как зовут этого придурка.

— И тем не менее она пообещала выставить меня из спальни за то, что я не взял её с собой. Она так хотела поехать. И вот теперь жалею. Наверняка Люсе было бы приятно увидеть знакомые ей лица. Вы ведь при Вороне состояли?

— Чего? — Рекс попытался перевести, но у него засбоил внутренний переводчик, потому что Егора они боялись, гораздо больше, чем огня. И на беду, Рыжова рядом не было, чтобы тот перевёл. Кстати, а где, собственно, Рыжов?

— Он тебя спрашивает, Рексик, ты в банде состоял, когда там ещё Ворон за главного был? — над ним сжалился бармен. Я посмотрел на лежащую на прилавке биту и даже присвистнул от уважения. — И где же вы, бедолаги, на сыновей кланов умудрились нарваться?

— Так ты, Красавчик, про Люську сейчас вспоминал? — Рекс потёр лоб. — Точно, Рыжий же говорил, что ты зять Ворона. Ты же Кабана тогда за Ворона порешил. Просто, как курёнку башку открутил, — он вздрогнул, вспомнив, с какой лёгкостью Егор тогда голыми руками с ними разобрался. А потом свернул шею их главарю. — Не, Люську не надо. Она на похоронах Ворона орала, что всем нам яйца отрежет, за то, что Ворона подставили. А разве бабе докажешь, что мы тут ни при чём? Мы про тёрки Кабана и Ворона вообще не знали.

— Почему они решили, что Люся будет их резать? — Егор поморщился. А у меня закралось подозрение, что он слишком идеализирует жену. Хотя она никогда не скрывала, кем является на самом деле.

— Потому что уверен, что ты их будешь держать, ещё и ноги переломаешь, чтобы любимой женщине удовольствие доставить. — Буднично ответил я, опуская подбородок на скрещённые пальцы рук. — Неужели ты отказал бы любимой, которая к тому же твою дочку вынашивает, в её маленькой прихоти?

— Нет, ну зачем это Люсе? Зачем ей делать это собственноручно? Есть же специально обученные люди… — Рекс громко икнул, а я бросил взгляд на Ушакова. Ах, вот оно что. Нет, он её не идеализирует. Он так заботу проявляет. Вдруг его Люсенька перетрудится каких-то вонючих козлов кромсая.

— Ладно, шутки в сторону. Что делать будем? — спросил я, сев прямо.

— Да ничего. Сейчас ребятки вон то чучело, которому так вовремя рот заткнули, возьмут, — тут до меня дошло, что один из банды Рекса действительно закрыл рот бывшему ладонью, чтобы тот не раздраконил Красавчика, — и уберут его отсюда. Мне всё равно, что с ним сделают, главное, чтобы он в жизни этой милой девушки больше не появлялся.

Когда Егор закончил говорить, Рекс так сильно закивал, что я уж было подумал, что у него голова оторвётся. Ну вот и хорошо. Я начал подниматься со стула, но тут дверь кафе распахнулась, и в зал ворвались пять человек в масках и с огнестрельным оружием в руках. Один из них тут же заблокировал дверь и принялся закрывать окна.

— Всем оставаться на местах! Вы все наши заложники! Болт, не кухню, бегом, приволоки сюда работников. — Заорал один из них.

— Это что, шутка? — нахмурившись проговорил Егор, и мы недоумённо переглянулись с нашими бандитами.

Тут тот который держал бывшего Майи, отпустил руку. Почуявший свободу придурок рванул прямо на говорящего, и тот, недолго думая, выстрелил. Бывший упал замертво на пол. Майя вскрикнула, и тут же закрыла себе рот руками.

— Нет, похоже, это не шутка, — тихо ответил я Егору, медленно разворачиваясь вместе со стулом так, чтобы можно было видеть зал. Мы шли сюда в надежде развлечься? Получите, распишитесь. Сейчас мы развлечёмся на полную катушку. На всю оставшуюся жизнь хватит.

Глава 10

— Сядь рядом с блондинчиком, — главарь ткнул автоматом в сторону Егора. — Ты мне обзор загораживаешь. А вы, мордами в пол, живей! — Я не знаю на каком основании он посчитал бандитов более опасными противниками, чем мы. Прекрасно же видит, что мы сыновья кланов.

— Девушек выпусти, — подал голос Ян.

— Пасть захлопни, — посоветовал ему главарь. — Выходи из-за стола и садись перед ним. Девку свою на колени к себе посади, чтобы глупостей не наделал.

— Да какие глупости, о чём ты? Я всего лишь скромный юрист, — Ян тем не менее выполнил то, что приказывал ему главарь.

Теперь он точно не мог вскочить быстро, и наделать глупостей с точки зрения главаря. Руки у Яна были на виду, а не под столом, да и видел он парочку таким образом лучше, чем, когда они сидели по разным углам. А ещё, несмотря на цыплячий вес Майи, она быстро отсидит ему ноги, и он сразу со стула встать не сможет. Так что, с тактической точки зрения вполне правильный и оправданный шаг.

Тут сообщник вывел из кухни двух женщин и мужчину, и дулом автомата указал на стулья возле стойки. На разные стулья, расположенные далеко друг от друга. А сам отошёл в сторону, направив оружие в их сторону. С другой стороны его страховал ещё один боевик с автоматом.

Вот, уроды. Они делали всё, чтобы осложнить нам задачу, превращая её в очень сложную в чисто техническом исполнении. Это не простые грабители, и с каждым их действием я всё больше и больше в этом убеждался. Нет, справиться с ними было легко. Вот только то, как они расположили заложников и как встали сами, исключало возможность сделать это чисто.

Я быстро просчитывал варианты. При любом, абсолютно любом раскладе, они успеют убить кого-то из сидящих возле барной стойки людей. И хорошо, если одного, при условии, что у нас сработают телепатические способности и мы будем действовать абсолютно синхронно. И это в самом лучшем случае.

Покосившись на Егора, я увидел, что он думает примерно так же, как и я. Потому что Ушаков нахмурился и не сводил тяжёлого взгляда с главаря. Теперь нам надо было решить, мы действуем сейчас и сознательно жертвуем кем-то из заложников, или же подождём, посмотрим, как будут разворачиваться события. Пока нас никто не подгоняет и может так получиться, что представится шанс спасти всех. Что лично для меня будет предпочтительнее. Краем глаза я увидел, что Егор расслабился, откинувшись на стуле и скрестив руки на груди. Понятно. Он пришёл к тем же выводам. Ну что же подождём.

На улице взвыли сирены. Ага, эти господа не просто так заскочили в первую попавшуюся кафешку. За ними была погоня. И им просто невероятно повезло, что в этом богом забытом кафе они сразу троих сыновей кланов умудрились в заложники взять. Или не повезло, это, с какой стороны посмотреть. А вот площадь перед музеем магии быстро заполнялась машинами. Такого оживления это проклятая площадь не видела уже… никогда.

Свет мигнул, и мы все замерли на месте. Похоже, маги что-то настраивают. Полагаю, скоро мы всё узнаем. Свет ещё раз моргнул и в зале кафе раздался удивительно знакомый голос.

— С вами сейчас на связи сотрудник имперской службы безопасности Илья Орлов. Колчев, я знаю, что ты с друзьями заперся внутри. Лучше выходи и сдавайся, не усугубляй своего положения. — Голос у Ильи звучал устало. Ну ещё бы, с поезда да сразу сюда. Куда он, интересно ездил, да ещё с Рыжовым? — Можешь просто говорить вслух. Мы слышим каждый звук, который раздаётся в кафе.

Молодцы оперативно сработали. Такую систему развернуть, да ещё и удалённо. Подоров не зря свою зарплату получает, вышколил сотрудников.

— Орлов, значит, — главарь хмыкнул. — Чувствую себя польщённым. Один из Орловых по мою душу пожаловал. Надо же. Вот только сдаётся мне, что ничего у тебя Орлов просто не получится. У меня здесь кроме персонала, на который вам, скорее всего, наплевать, и бандитов, которых вы сами бы с удовольствием порешили, три сына клана сидят. А один со своей лялькой.

— Кто именно у тебя под дулами автоматов сидит? Я обязан поставить в известности семьи. — Голос Ильи стал чрезвычайно сосредоточен.

— Считай, что уже поставил, — на грани слышимости прошептал Егор.

— Они тебе, Орлов, сейчас сами представятся. Ты, блондинчик, начинай, — и он ткнул в мою сторону автоматом. — Говори, как тебя зовут.

Говорить не хотелось, но пришлось. Вот только я не собираюсь подставляться и подставлять Илью ещё больше, поэтому после секундной паузы медленно произнёс.

— Константин Керн, — Илья, в это время с кем-то шептавшийся, но так, что слов было не разобрать, замер.

— И какова твоя роль в клане, Константин? — ернически произнёс Колчев.

— Наследник клана, — с ещё большей неохотой ответил я.

— О, слышал, Орлов, у нас тут целый наследник клана имеется. Следующий, давай, — и автомат переместился на Егора.

— Максим Ушаков, глава службы безопасности клана, — Егор практически не колебался, когда говорил. То-то Макс удивится, когда узнает, что в заложниках сидит.

— И-и-и, последний у нас… — Ян слегка пошевелился. Как я и предполагал, даже такая хрупкая девушка, как Майя, быстро лишит возможности Яна нормально передвигаться, если будет долго сидеть у него на коленях, почти не двигаясь в одной позе.

— Меня Ян зовут и как уже сказал, я являюсь всего лишь юристом клана.

— Какого клана? Ни я, ни Илья Орлов так этого пока не услышали, — ласково проговорил Колчев.

— Клана Константина, — выкрутился Ян, кивнув в мою сторону.

— Ну вот, мы все и представились друг другу. Что скажешь, Орлов?

— Нам нужно связаться с семьями, — Илья немного пришёл в себя и теперь откровенно тянул время. — Я отключаю связь.

Снова мигнул свет, и мы перестали слышать то, что происходит за дверьми кафе.

* * *

Илья выключил прибор и судорожно выхватил телефон. Но тот, кому он пытался дозвониться, не подавал признаков жизни.

— Матвей, ну где же ты, мать твою? — он швырнул телефон на стол, хотя желание разбить его об землю было в этот момент просто нестерпимым.

Телефонный звонок застал его врасплох в тот момент, когда они с Рыжовым сходили на перрон.

— С тобой свяжутся. — Сказал он Олегу и ответил на вызов. — Орлов.

— Колчев со своей бандой объявился, — сразу же ответил ему Хромов. Оперативник Подорова, с которым Илья уже почти год разрабатывал этого Колчева.

Семён Колчев — бывший сотрудник группы захвата внутренней службы безопасности ушёл со службы через год после устройства на работу. Не понравилось ему. Больше свободы захотелось. Сколотил банду, обучил и начал брать заказы. Дерзкие ограбления чаще всего заказные по всей стране. На убийства шёл редко, потому что за это точно из-под земли достанут, особенно если жертва не простая окажется. Гастролировал по всей империи. Даже поговаривают, выезжал за рубеж.

Как бы то ни было, но заниматься грабежами было не в компетенции службы Подорова. Для этого другие обученные люди имеются, в основном бывшие коллеги Колчева. Поэтому Матвей не обращал на него внимание и не брал в разработку. Мало ли таких ушлых типов по миру бегают.

Но однажды банда взяла банк. Точнее, не сам банк, а всего одну ячейку в депозитарии. А в той ячейке хранились некие документы, предназначенные для передачи иностранным агентам. За ячейкой пристально наблюдали, но такого предвидеть не могли. Матвей сразу же сделал стойку и когда через полгода всё повторилось, но уже в городе за Уралом, отдал распоряжение забрать дело банды к себе.

Колчев словно что-то почувствовал, или же, его предупредили, потому что почти год о нём не было слышно, до сегодняшнего дня. Когда он взял банковскую ячейку, куда последний из оставшихся под наблюдением Матвея генералов спрятал некий компромат на самого себя. Генерал каким-то странным образом оказался не замешан в деле об оружии и остался на свободе.

Ни самого генерала, ни его ячейку Матвей не трогал. По анализу Ильи Колчева могли взять именно на этом банке. Вот только он успел вырваться и заскочить в кафе, где какого-то чёрта забыли Костя, Ян и судя по голосу, Егор Ушаков.

— Я, конечно, чрезвычайно горд тем, что мой прогноз сбылся на сто процентов, но, чёрт подери, что мне сейчас делать? — Подняв телефон, Илья прислонил его ко лбу.

— Ты мне немедленно скажешь, что происходит, и почему я вынужден мчаться сюда, вместо того, чтобы продолжить свой отпуск в приятной компании? — Илья резко развернулся к неслышно вошедшему в раскинутую палатку мини штаба Подорову.

— Ну, слава богу! — выдохнул Орлов. — Колчев только что взял в заложники Костю, Яна и Егора Ушакова. И, я так понял, что в кафе есть ещё другие заложники. Поэтому прямой штурм невозможен. Скорее всего, они ещё ничего предприняли именно из-за других людей, которые сейчас находятся рядом с ними.

— Он что больной? — Матвей моргнул.

— Нет, просто закрытость кланов даёт о себе знать, — Илья положил телефон на стол. — Они не представляют, на что способны сыновья кланов. Считают их кем-то вроде избалованных сынков богатых родителей.

— По Ваське судят, — махнул рукой Подоров. — Но, ничего, пускай для них будет сюрприз.

— Где твой телефон? — наконец, спросил Илья, сверля взглядом развалившегося на стуле и кажущегося вполне довольным жизнью Матвея. — До тебя никто не мог дозвониться.

— Я его утопил в ванной, — меланхолично произнёс Подоров. — Это были самые счастливые три дня в моей жизни: тишина, покой, потрясающая женщина рядом и никаких звонков. М-да.

— Утопил в ванной? — Илья уставился на Матвея.

— Тебе нужны подробности? — спросил Подоров, бросая на Илью пристальный взгляд.

— Нет уж, уволь меня от этого, — Орлов покачал головой. — Для меня слова «потрясающая женщина», «ванна» и «счастливы» из твоего рта — уже жуткое потрясение. Не надо меня добивать.

— Как скажешь, — Матвей улыбнулся краешком губ.

И тут со стороны кафе прозвучал выстрел. Разом посерьёзневший Матвей вскочил на ноги, Илья метнулся к выходу, но они словно попали в густой сироп, в котором не могли даже пошевелиться. Словно само время замерло на месте, сковав тем самым находящихся в зоне действия заклятья людей.

* * *

Явно заскучавший Колчев повернулся к нам с Егором. Он старался не выпускать из вида никого из находящихся в зале людей. Наш угол контролировали двое его подручных, вторая пара всё так же стояла рядом с сотрудниками кафе. На дохлого бывшего Майи никто просто уже не обращал внимания. Что за никчёмный человек был. Что в нём Майя вообще нашла в своё время? Ну, если это подтверждение теории, что у многих хороших девочек крышу рвёт от раздолбаев и совсем нехороших парней, то у Яна просто нет конкурентов.

Я слегка повернулся, показывая, что просто разминаю затёкшие мышцы. Надо же сидит и даже не морщится. Морда серьёзная, как никогда. Майя спрятала лицо у него в шее, а сам Ян тихонько поглаживает девушку по спине успокаивая.

— Зачем Орлов хочет связаться с вашими кланами? — спросил Колчев, обращаясь к нам.

— Чтобы получить добро на штурм, — спокойно ответил Ушаков.

— В каком смысле добро на штурм? — под маской не было видно, что главарь нахмурился, но по голосу отчётливо слышно, что он начал нервничать.

— В прямом, — будничным голосом ответил Ян. — Если клан чтит Кодекс, то глава может дать добро на проведение операции, даже если на кону будет стоять жизнь сына клана. А вы, придурки, если думаете, что мы здесь самые ценные заложники, то очень глубоко заблуждаетесь, — он покачал головой. — Жизнь вон тех людей гораздо ценнее. А наши жизни — это то, чем Матвей Подоров действительно может рисковать.

— О чём ты вообще говоришь? — Колчев напрягся.

— Добро пожаловать в реальный мир, деточка, — Егор сардонически усмехнулся. — А ты думал, зачем нам такая большая охрана? Да почти в каждом более-менее значимом клане существует своя служба безопасности. Ну не от таких же, как вы защищаться, в самом-то деле.

Колчев хотел выразить несогласие их словами, но тут произошло сразу несколько вещей, практически одновременно.

Те боевики, что контролировали сотрудников, ненадолго отвлеклись от своих подопечных и повернули головы в нашу сторону.

Бармен, не выдержав напряжения, выхватил из-под стойки старенькое ружьё, а один из подручных Колчева заметил его движения и выстрелил.

Я мгновенно активировал дар. Время замерло, но я уже не успевал убрать ни пулю, ни самого бармена с траектории её полёта. Произошло то, что постоянно проскакивало в моих подсчётах — я не успевал спасти одного из заложников. Зато я успевал спасти всех остальных. К тому же перед тем как активировать дар Кернов, я успел почувствовать всплеск дара Ушакова и что-то ещё. Что-то знакомое, но я пока не мог определить, что это было.

Подскочив к замершим боевикам, я вырвал у них из рук автоматы, и сильными ударами приклада отправил в нокаут. Перед этим успел приподнять ствол одного из них, и уже собиравшаяся вырваться из ствола пуля должна будет уйти в потолок, а не в голову молоденькой девчонки, служащей кафе. Двигаться было сложно. Похоже, я от напряжения вбухал слишком много энергии. Настолько, что сам двигался с трудом. Но, даже в этом желе пуля, летевшая в бармена, двигалась. Она не зависла в воздухе, она двигалась. Именно поэтому я не успевал спасти его.

Чувствуя, что дальше в таком режиме двигаться не могу, я постарался как можно ближе подойти к Колчеву, и тут заметил на его стволе и на стволах оставшихся боевиков странные потёки. Точно! Ушаков успел зарядить в них чем-то своим семейным. И тогда я отпустил свой дар.

Бздынь! Через то место, где только что находился бармен, прошла пуля и вошла в пузатую бутылку виски. Вторая пуля вошла в потолок, а на вскрикнувшую девчонку посыпалась штукатурка. Сам же бармен, исчезнувший из-за прилавка, материализовался за столиком рядом с Яном. Он сжимал своё старенькое ружьё и недоумённо оглядывался по сторонам.

Два боевика, получившие от меня прикладами свалились на пол.

А вот Колчев заорал, потому что автоматы в его руках и руках, оставшихся стоять на ногах подельников, начали стекать на пол как будто были сделаны из ртути. С пола повскакали бандиты Рекса и от души повалили растерявшихся боевиков на пол. При этом они опасливо смотрели на нас. Я же решил поднять реноме Егора в их глазах ещё выше. Кивнул на продолжающие течь стволы, одновременно доставая телефон.

— Шутник ты, Ушаков. — Егор только пожал плечами, и резким движением руки убрал дар. То, что осталось от автоматов, тут же приняло твёрдую абстрактную форму.

Ян тихонько уговаривал Майю слезть с его колен, чтобы он смог наконец-то вытянуть ноги и попытаться встать, а я набрал номер Ильи.

— Забирай своих клиентов, — коротко сказал я.

— Кто-то пострадал? — у Ильи трубку, похоже, отобрал Матвей.

— Погиб официант, но ещё в тот момент, когда они зашли. Больше кроме самих нападавших никто не пострадал. — Ответил я отключаясь, и повернулся к Егору. Ушаков, поморщившись, вытащил из уха передатчик и деактивировал его. — Слишком нервно, — я поёжился.

— Это ещё что. Я вот сейчас поеду домой, чтобы выслушать всё то, что мне хочет сказать Максим. — Егор закатил глаза. — Ты представляешь, эта свинья мне угрожала. Макс заявил, что Люсе обо всём расскажет и прямо сейчас.

— Он всё слышал? — я кивнул на наушник.

— Я его сразу активировал, как только за стулом потянулся. — Егор покачал головой.

— Эй, Красавчик, а ты, получается, не Максим? — напряжённым голосом спросил Рекс. — Но Ушаков?

— Ушаков, только не Максим, ты прав. Меня зовут Егор. — Рекс икнул. Одного Ушакова вполне можно спутать с другим, если близко не знаком. Слишком уж у их семейки характерная внешность. Но вот о том, что главой этого сильного и непростого семейства является Ушаков по имени Егор, знали все. И теперь у Рекса и его банды наступил культурный шок.

В это время в кафе ворвалась группа захвата. Они растерянно остановились, совершенно не понимая, кого им следует брать. В итоге они, похоже, решили брать всех, чтобы потом рассортировать. Но им помешал Ян, вышедший вперёд заметно прихрамывая.

— Я старший юрист клана, и не советую делать то, что вы собрались сделать. — Произнёс он предельно серьёзно. — Учитывая то, что здесь находится глава клана Ушаковых и наследник клана Орловых, у вас могут возникнуть ненужные проблемы.

— А ты сам, кто такой? — вперёд выдвинулся командир.

— Я же уже сказал, я старший юрист клана. — Он вытащил удостоверение и показал его командиру. — Ян Орлов.

Я украдкой посмотрел на Майю, в это время разглядывающую Яна, закрыв рот ладонями.

— Ну вот. Они, наконец-то, познакомились, — пробормотал я. — Вы пока разбирайтесь, а я пойду выясню, где пропадал Матвей, и куда Илья таскал моего секретаря.

Глава 11

Матвей, увидев, что всё идёт в полном соответствии с протоколами, оставил проблему упаковки и доставки банды Колчева на Илью. Сам же он уехал домой, заявив, что у него ещё отпуск не закончился, и он до его окончания на работе появляться не собирается. А там, хоть потоп, хоть землетрясение. Если его ещё раз потревожат в оставшиеся дни отпуска на проблему, которая прекрасно сможет разрешиться и без его вмешательства, то кто-то может сильно пострадать.

Когда они возвращались в город, Матвей заехал в один из магазинчиков телефонов и купил себе новый, взамен того, который утопил в ванной.

С ванной получилось интересно. Он вошёл туда утром, разговаривая по телефону. В это время из неё выходила Алёна. Он засмотрелся, не увидел капель воды на полу и поскользнулся. Чтобы сохранить равновесие, взмахнул рукой и телефон выпал из неё, плюхнувшись в полную ванну. Он вместе с Алёной смотрел, как телефон медленно погружается в пенную воду. А затем Матвей снова обратил внимание, что она полностью обнажена… В общем, о телефоне он вспомнил лишь к обеду и то, потому что был удивлён, что ему никто не звонит.

После магазина Подоров без лишних разговоров привёз Алёну к себе домой.

— Даже так? — она с удивлением оглядывалась по сторонам.

— Ты против? — он протянул ей карточку, настроенную на неё. Эту карточку он сделал в порыве энтузиазма в тот день, когда предложил ей съездить с ним отдохнуть. Сам не верил, что пригодится. Но как оказалось—ошибался. И Матвей был рад хотя бы один раз вот так ошибиться.

— Скажем так, я готова попробовать, — и она забрала ключ, положив его в сумочку. — Это ведь не просто ключ от дома?

— Нет, не просто, — Матвей покачал головой. — Это доступ к квартире и счёту. Если что-то не нравится, переделывай как хочешь. Я здесь вообще ничего не делал. Как дизайнер сработал, так и принял. Собственно, мне было всё равно, — он пристально смотрел на Алёну.

— Матвей… — она прикусила нижнюю губу.

— Алёна, ты сама только что сказала, что можно попробовать. Я тебя к отоплению не пристёгиваю наручниками. Если не получится, ты всегда сможешь уйти. И чтобы ненужных вопросов избежать — ты первая женщина, которая вообще переступила порог этой квартиры. Кроме мамы и приходящей прислуги.

— Мне нужно вещи собрать, — наконец, ответила Алёна и решительно закрыла сумочку с ключ-картой.

— Тебе помочь? — сразу же спросил Матвей.

— Нет, я сама постараюсь справиться. — Она улыбнулась, подошла к нему и поцеловала в щеку. — Я так понимаю, здесь на этаже только одна квартира?

— Да, — Подоров провёл рукой по волосам, взлохматив их. И хмыкнул. — Не поверишь, ощущаю себя шестнадцатилетним подростком. Квартиру мне мать выбирала. Я попросил её это сделать, чтобы до работы быстрее добираться. Думал, что она выберет что-то поменьше.

— Мне нужно привыкнуть. — Алёна поёжилась.

— К чему? — он обнял её, притянув к себе.

— К тому, что мой мужчина не просто из клана, а ещё и из очень богатого и влиятельного клана. Это, если не брать во внимание, что он Матвей Подоров.

— Ты привыкнешь. — Сказал он уверенно.

— Да куда я денусь. — Алёна вывернулась из его рук. — Ладно, поеду, собирать вещи.

— На чём ты поедешь? — догадался спросить Матвей.

— На такси. — Алёна хихикнула. — Возможно, ты об этом не знаешь, но человечество уже давным-давно изобрело такой вот вид услуг.

— Язва. Возвращайся быстрее, — он кивнул, и вытащил зазвонивший телефон. — Похоже, зря я его купил до окончания отпуска. — Пробормотал Матвей. — Подоров. Что у вас произошло? А Орлов что, уже не справляется? Да, я понимаю, что заложники — это серьёзно. Сейчас приеду. Куда, кстати, мне ехать? Всё, понял, сейчас буду.

Когда Матвей вернулся домой, Алёны всё ещё не было. Он посмотрел на часы, затем на телефон.

— Если в течение получаса не вернётся, позвоню и съезжу за ней, — вздохнув, он упал на диван и осмотрел своё совершенно обезличенное жилище. И почему он раньше не замечал, насколько здесь неуютно. — Потому что тебе было всё равно, где переночевать. — Он протёр лицо.

Звонок от охранника, дежурившего у лифтов, застал его врасплох. Он, похоже, забыл предупредить Алёну, что лифт можно этой же карточкой активировать. О том, что эта карта сработает только в её руках, она знала. Костя ей нечто подобное оформлял для счетов лабораторий.

Вставать с дивана не хотелось, но пришлось. Матвей подошёл к переговорному устройству.

— Да, я вас слушаю. — Произнёс он, прислоняясь к косяку.

— Эм. Матвей Игоревич, здесь мужчина хочет к вам подняться, — проблеял охранник. Матвея всегда удивляла реакция этих людей на него. И это притом, что мало кто знал, что он вообще-то сын клана, не говоря уже про то, сыном какого именно клана он является.

— Какой мужчина? — Подоров нахмурился.

— Матвей Игоревич, это Назар Иванов. Я могу к вам подняться?

Первой реакцией Подорова было отказать. Мотивируя это тем, что его нет дома.

— Чёрт подери, точно, как пацан, — прошептал Матвей и вслух сказал. — Конечно, Назар Борисович, вы можете подняться. Я сейчас активирую лифт.

За то время, пока Назар поднимался, Матвей уже практически полностью успокоился.

— Как, вы без своей знаменитой утятницы? — спросил он, пропуская Назара Борисовича в квартиру.

— А в ней есть необходимость? — в надменности с Ушаковскими дворецкими, из которых вышел в своё время Назар, не мог сравниться никто. Даже Паразит в некоторых моментах проигрывал Назару.

— Полагаю, что нет, — Матвей криво усмехнулся, и указал на стоящие посреди гостиной диван и кресла. — Проходите.

— Я ненадолго, — Назар покачал головой. — У вас неуютно. Словно это офис, а не жилой дом.

— Ну, что я могу поделать? — Подоров развёл руками.

— Вы могли оторвать руки своему дизайнеру. Лично я именно так и поступил бы. — Назар Борисович внимательно осмотрел ту часть гостиной, которая была доступна его взгляду. — Давайте перейдём к делу. Меня не слишком интересует, чем вы занимались с Алёной в вашем загородном доме. В конце концов, двое взрослых, умных и довольно привлекательных человека могут придумать нечто оригинальное, — при этих словах Матвей почувствовал, как у него слегка покраснели скулы.

— Простите, Назар Борисович, а откуда вы узнали…

— Меня поставил в известность Виталий Павлович, — чопорно произнёс Назар. — Он знает Алёну с детства и принимает участие в её судьбе.

— Ах да, конечно, Виталий Павлович, — протянул Подоров. — Что ж, этого стоило ожидать. Во всяком случае, меня предупредили заранее, что так оно и случится.

— Матвей Игоревич, — Назар не спускал с него немигающего взгляда. — Меня интересует только одно: каковы ваши намерения в отношении Алёны?

— Я отдал ей ключ от своего дома и от основного счёта. — Подоров вздохнул и опустился на подлокотник кресла. — Как вы думаете, каковы мои намерения?

— То есть, вы согласны поступить, как любой порядочный мужчина? — уточнять, как именно не имело смысла.

— Разумеется. Вот только тут могут возникнуть проблемы со стороны самой Алёны, — спокойно ответил Матвей. — Это, если не брать во внимание вашу утятницу, которая даже для меня является просто убойным аргументом.

— Мне всегда импонировало ваше чувство юмора, Матвей Игоревич. Насчёт Алёны не беспокойтесь. В случае возникновении проблемы с этой стороны я беру её решение на себя. — Назар принялся застёгивать лёгкий плащ. — Жуткая погода. Похоже, что лета в этом году не будет. Всего хорошего, Матвей Игоревич, надеюсь, мы с вами ещё не раз увидимся.

Он вышел из квартиры, пересёк небольшой коридорчик и вошёл в лифт. Когда дверь лифта за ним закрылась, Матвей сполз в кресло и закрыл лицо руками.

— И как он будет влиять на женщину, не являющуюся дочерью клана и не связанную статьями Кодекса? — тихо спросил он в пустоту. — Или его утятница — это универсальный аргумент? Вроде того, начнёшь артачиться, будешь долго самую мелкую дробь из задницы выковыривать? Господи, что я несу? — и он тихонько рассмеялся.

— Чему это ты смеёшься? — Матвей поднял голову и увидел, как Алёна входит в дверь, волоча за собой огромный чемодан. Он вскочил и отобрал у неё нелёгкую ношу.

— Вот поэтому я предлагал тебе помочь. — Сказал он, неся чемодан в спальню.

— Почему ты смеялся? — повторила Алёна.

— Выходи за меня, — просто сказал Матвей, бросая чемодан на кровать.

— Матвей, мы же договорились немного пожить вместе, — она укоризненно покачала головой и открыла крышку. — Где я могу расположиться?

— Да, где хочешь, здесь почти все шкафы пустые. — Она открыла комод и увидела, что тот действительно пуст.

— Однако. — Когда Алёна начала выкладывать своё бельё под пристальным взглядом Подорова, продолжающего в этот момент говорить.

— Только недолго. Скажем, две недели. Думаю, что этого времени будет достаточно, чтобы определиться.

— Почему две недели? — она посмотрела на него.

— Потому что я не хочу дробинки из задницы выковыривать, — честно признался он и снова рассмеялся.

* * *

Я так и не смог ни с кем поговорить. Матвей сбежал, Илья был занят бандой. Допрашивать нас не допрашивали. Во-первых, не о чём. Мы же в банке не были, куда эти господа до кафе вломились. А, во-вторых, Ян действительно был профессионалом своего дела. Он даже Илью умудрился довести до такого состояния, что тот просто послал нас всех отдыхать.

Последнее, что я видел, прежде чем уехать, это Яна, бегущего за Майей, которая быстрым шагом шла к музею. Он пытался ей что-то говорить, но она шла очень прямо и не обращала на него внимания. Доигрался хрен на скрипке, очень музыку любил. Как-то по-другому я не могу его охарактеризовать. Не пойму только, зачем он столько времени шифровался. Или это из оперы: чтобы меня полюбили не за имя и деньги, а потому что я классный парень? В любом случае он только законченным идиотом себя выставил. Но тут я ему помочь ничем не могу, сам виноват.

Покачав головой, я сел в машину. Егор уже уехал. Точнее, он улетел так быстро, как только смог. Чтобы придурок Макс не успел рассказать Люсе про то, что её муж, в который уже раз стал жертвой бандитов. Ей сейчас меньше всего нужно волноваться. Правда, беременность, как и первая, протекала нормально. Но Егор всё равно подпрыгивал при каждом чихе. По-моему, её это уже начало раздражать. Ладно, сами разберутся.

Дома было на редкость тихо. Я быстренько привёл себя в порядок и зашёл в детскую. Клара сидела с Татьяной за столом, склонившись над каким-то журналом. Рядом стоял дворецкий Клары Прохор и что-то им тихонько подсказывал. Ира же читала мальчишкам детскую книгу про прекрасного принца. Принц вонзил меч в камень, и из него вылетел орёл, который помог победить плохих безликих. Дети внимательно слушали её. Похоже, что им нравилось.

Я подошёл к ней и облокотился на спинку невысокого кресла, нависнув таким образом над сидевшей в нём женой. Паразит приоткрыл один глаз, оглядел меня с ног до головы, потянулся, выпустив и снова втянув огромные когти, и исчез.

— Это он пост тебе передал, — заметила Клара на секунду, оторвавшись от журнала.

— Я заметил, — усмехнувшись, я повернулся к сыновьям. Сказка тем временем закончилась, и Ира замолчала. А мальчишки начали ворковать, переговариваясь на своём неповторимом детском языке. — Чем вы занимаетесь?

— Пытаемся подобрать оформление двух комнат для мальчиков, — ответила Клара.

— Зачем? — спросил я недоумённо.

— Затем, Костя, что мальчики растут. Оглянуться не успеешь, как они потребуют уединения. И лучше подготовиться к этому моменту заранее. Тем более что комнаты не в этом доме будут находиться. — Ответила Клара, не поднимая головы. — С Михаилом я уже переговорила. Он не против некоторых переделок.

Я прикусил язык, чтобы не спросить, что она имеет в виду. Все, находящиеся в комнате, кроме малышей, прекрасно поняли, что подразумевается. Ира протянула руку и сочувственно пожала мою ладонь. Ничего, время у нас ещё немного есть, я на это надеюсь.

Из довольно мрачных мыслей меня вывел телефонный звонок. Звонил Вольф.

— Справитесь? — тихо спросил я у Ирины.

— Конечно, — она улыбнулась. — Чем старше мальчики становятся, тем с ними легче справляться.

Я вышел из детской и принял звонок.

— Костя, что нам делать⁈ — я даже отставил трубку от уха, чтобы он меня не оглушил.

— Юра, успокойся и объясни без экспрессии, что происходит, — как можно спокойнее попросил я.

— Паразит, он… Нет, я не могу, это слишком волнительно. Я сейчас умру, просто возьму и умру.

— Юра, передай трубку Владе… пожалуйста, — я даже не надеялся, что он услышит меня, но в трубке послышалось какое-то шебуршание, похоже, телефон у Юрки отобрали силой.

— Привет, красавчик, — проворковала Влада Вольф.

— Ты всё перепутала, красавчик — это Ушаков, — хмыкнул я.

— Я женщина и моё мнение субъективно, — она рассмеялась низким очень сексуальным смехом.

— Владочка, скажи, ты уже готова наставить Вольфу рога? — решил я поддразнить эту чертовку.

— Юрочка, Костя спрашивает, могу ли я изменить тебе с ним, — раздалось в трубке, а потом раздался вопль Вольфа.

— Да плевать мне, чем вы займётесь у меня на могиле. Пусть он тебе расскажет, что нам делать!

— Влада, что у вас произошло? — серьёзно спросил я.

— Твой кот принёс нашим мальчишкам подарок — двух очаровательных кошечек. Они такие маленькие, только недавно глазки открыли. Абсолютно белоснежные с синими глазками. Как игрушки, честное слово. — Влада говорила с придыханием. А Паразит — молодец. Не полагаясь на волю случая, разносит своих отпрысков в хорошие семьи. — Костя, мы не знаем, как ухаживать за чеширскими котятами. Поэтому Юрка тебе и позвонил.

— Ох, — я потёр лоб. — Это кошки, да? Обложите их бриллиантами и кормить не забывайте.

— В каком смысле? — осторожно уточнила Влада.

— В прямом. Чеширские кошки до определённого возраста, что те сороки, на блестяшки кидаются. А вообще, позвоните Назару Борисовичу, он точно знает, как за кошечками надо ухаживать…

— У них должно быть, всё самое лучшее! — снова донёсся голос переволновавшегося Вольфа. — Это такая честь, такая… Я сейчас точно умру.

Они отключились, а я только головой покачал. И тут же телефон в моей руке ожил. Звонил дед.

— Да, что-то случилось? — спросил я.

— Ну, можно и так сказать. Собственно, я хочу, чтобы ты знал. Паразит решил, что Сава будет хорошим другом для его дочурки. Такая беленькая очаровательная кошечка. Скоро Назар вернётся, порадуется. Он так тосковал по Эсфирь, когда та исчезла.

— Ему ещё Вольфы позвонят. У Юрки истерика, поэтому он не сможет внятно объяснить. Так что я сделаю это заранее. Паразит не только Савке свою беленькую дочурку оттащил, но и ещё по одной для мальчишек Вольфа.

— Ох, м-да, — протянул дед. — Впервые слышу, чтобы чеширы вот так своих котят пристраивали.

— Наверное, Паразит считает, что за нами всеми нужен пригляд, потому что мы туповатые и сами не справимся. — Предположил я.

— Тогда, скорее, пригляд за детьми.

— Кстати, а где Назар? — решил полюбопытствовать я.

— Ушёл к Матвею, чтобы выяснить его намерения в отношении Алёны. — Ответил дед.

— А, ну да, хорошее дело, — я задумался. — А ведь у нас проблемы. Ты слышал, что Стёпкин кошак натворил? А теперь представь, что будет, если сестрички начнут в гости друг к другу шастать? Вместе с детьми?

— Та-а-а-к, — дед замолчал, а потом быстро проговорил. — Вот что, я соберу всех, кому Паразит подарил котят у тебя. Ты прав, нужно заранее решить, что делать.

— Да, это будет, наверное, лучшим решением.

— Костя, попроси свою кухарку побольше разных пирогов напечь, — я так и не понял, он приказал или попросил. Но уточнять Виталий Керн ничего не стал, просто отключился.

— Здорово, — я посмотрел на телефон. — Просто здорово. Так, стоп, — до меня внезапно дошло, что дед говорил про Назара Борисовича. — Что значит, «какие у Матвея намерения в отношения Алёны»? Насколько я знаю, Назар имеет отношение только к одной Алёне. К моему главному бухгалтеру, мать вашу!

Я схватил телефон. Когда набирал номер, заметил, что у меня руки подрагивают. Они что, суки, надо мной издеваются?

— Подоров, — раздался в трубке весёлый голос Матвея. Весело тебе да, скотина!

— Матвей, я требую объяснений, — рявкнул я, закипая от злости.

Глава 12

Валерий Смирнов решил пообедать дома. Он так давно этого не делал, что уже даже забыл, когда обед был у него именно обедом, а не встречей с партнёрами или перекусом на работе. Прежде чем поехать домой, он набрал номер дочери.

— Танечка, у тебя нет планов на сегодняшний обед? — спросил он, услышав её голос в трубке.

— Нет, особых нет. Хотела пообедать в ближайшем кафе, — ответила Татьяна.

— Я думаю, что нам не мешало бы собраться всем вместе. Я позвонил Вячеславу, он сегодня свободен и вполне может составить нам компанию.

— Хорошо, папа, я приеду, — Таня отключилась, Смирнов посмотрел на свой телефон.

— Как же быстро мы все привыкли к этим штукам. А ведь ещё несколько лет назад ничего подобного у нас не было. Как-то обходились, — он задумался. — И как мы без них обходились?

Смирнов покачал головой, спрятал телефон в карман и поехал домой. Ему ехать было дольше, чем детям, потому что именно сейчас он находился на важном объекте. Это было ещё одно здание для компании «Кристалл», совет директоров которой решил вынести мужскую часть своих коллекций в отдельные помещения.

Костя с Егором честно отработали свои контракты, но теперь у них не было достаточно времени на съёмки. Однако «Кристалл» продолжал поставлять им одежду, которую Орлов, и Ушаков с удовольствием носили, потому что компания смогла убрать из их жизни самое основное — походы по магазинам и ателье. Одежда была качественной и смотрелась на них просто великолепно. Ну ещё бы, портные знали каждую их мерку до миллиметра. К тому же и Костя, и Егор были довольно неприхотливы: ткань превосходная, нигде ничего не давит, сидит отлично, вот и хорошо. А уж кто шил эту одежду, обоим было наплевать. Вот только окружающим их людям плевать не было, тот же Юрий Вольф постепенно полностью перешёл на продукцию «Кристалл». Так что прибыли шли вверх, популярность бренда росла, и владельцы были довольны. А довольные владельцы — это в какой-то мере щедрые владельцы. Поэтому Смирнов открыл бутылку шампанского, когда ему удалось заполучить этот контракт.

Приехал Валерий домой одновременно с Таней. Слава, живший отдельно, уже поднялся в квартиру родителей.

Стол был накрыт. Мать Тани и Вячеслава проследила, чтобы дети и муж не вернулись на работу голодными.

Во время обеда они негромко переговаривались, обменивались новостями, пока не раздался звонок от охранника, дежурившего у лифтов.

Горничная пошла выяснять, кого принесли черти. А когда она вернулась, то вид у неё был очень растерянный.

— Валерий Олегович, тут вам принесли… — она протянула конверт, запечатанный императорской печатью.

— Что это? — Смирнов смотрел на официальную бумагу с подозрением.

— Я не знаю, велено передать вам, — выпалила горничная и ушла из столовой, пока её не забросали вопросами, ответов на которые она не знала.

Смирнов повертел в руках конверт, а затем вскрыл его. В конверте лежала небольшая карточка, похожая на ключ, и сложенный лист бумаги. На листе было написано каллиграфическим почерком, что он приглашается сегодня в четыре часа на аудиенцию к его величеству, императору Михаилу. Карточка оказалась пропуском, выписанным на его имя. Она позволит заехать без особых проблем на территорию дворцового комплекса.

— Что это? Что это такое? — он осторожно положил приглашение на стол и сурово посмотрел на дочь. — Таня!

— А при чём здесь Таня? — пробормотал дочь, не отводя взгляда от карточки.

— Это из-за тебя? Я предупреждал тебя о шашнях с Орловым! — Валерий почувствовал, что ему не хватает воздуха. — Что нам теперь делать? Что мне теперь делать?

— Папа, почему ты решил, что это из-за меня? — Таня посмотрела на отца. — У меня нет никаких шашней с Орловым. Я Илью уже почти неделю не видела. Он не звонил, не приходил…

— И, похоже, тебя этот факт расстраивает? — Славка отложил вилку с любопытством глядя на сестру.

— Танечка, у тебя что роман с одним из Орловых? — Таня перевела взгляд на мать. — Ты с ума сошла?

— Да даже если и так, что в этом такого? — взвилась Татьяна. — Илья Орлов такой же мужчина, как и все остальные. Две руки, две ноги, голова, член…

— Ого, ты уже и его член оценила? — снова влез Славка.

— Заткнись! — сестра наставила на него вилку, что вызвало у него лишь усмешку.

— Нет, ты бы хотя бы намекнула, что ли. Я, как идиот, стараюсь, своих приятелей к тебе таскаю. Из тех, кто в первую тридцатку самых богатых людей Российской империи входит… Таня, ты бы намекнула, что это слишком низкая планка для тебя. Тебе вон, первого из первой клановой тридцатки подавай. — Славка посмотрел на отца. — Не беспокойся. Может, тебе Михаил, не как император, а как глава клана скажет, чтобы ты повлиял на дочь и всего-то делов. Чтобы она своё место знала и не замахивалась на принца крови.

— Слава, но почему ты думаешь, что Таня не может приглянуться этому мальчику? — теперь на Наталью Смирнову посмотрели все трое.

— Ты слишком романтична, дорогая, — мягко улыбнулся Валерий, обдумывая то, что сказал сын. Если тот прав, то, никаких проблем. Он просто Таньку замуж выдаст за одного из сыновей своих партнёров и забудет дворец, как страшный сон. Раз она решила поиграть в кланы, вот пусть на своей шкурке испытает, насколько связаны обязательствами дочери кланов.

— Да, мама, — Слава взял мать за руку и пожал её. — Она ему, безусловно, нравится, вот только это ни в коем случае не предполагает женитьбы…

— Да? А вот его мать, да и сам император Михаил так не считали… — Таня выпалила это не подумав. Просто паника и обида на брата, на мгновение взяли верх, и она сказала о том, что так долго и тщательно скрывала.

— Таня, немедленно поясни, что ты имела в виду, — холодно произнёс отец, и теперь уже на Татьяну смотрели три пары глаз. Смотрели пристально и не отрываясь. — Откуда ты знаешь мать Орлова, и… самого Михаила?

— Мой босс Орлов, — устало произнесла Таня. — Я так понимаю, официального сообщения ещё не было, но воссоединение семьи уже произошло. Но с Ильёй мы познакомились, можно сказать случайно. Он выполнял задание Подорова, и мы слегка повздорили… Это вам неинтересно, к тому же подозреваю, что все детали этого дела относятся к государственной тайне. Факт остаётся фактом, я тогда познакомилась с Ильёй и Матвеем. Он, кстати, очень милый, и совсем не страшный…

— Кто? — Валерий запутался.

У него голова шла кругом. В его жизни не было планов даже знакомиться с кем-то из тридцатки Совета кланов. Конечно, с кланами у него были определённые дела, без этого в его довольно процветающем бизнесе никуда, но вот так высоко он никогда не заглядывал. Первая тридцатка была для Смирнова чем-то наподобие инопланетян, то есть, чисто теоретически они где-то там существуют, но не более того. И вот теперь дочь преподнесла ему подобный сюрприз.

— Матвей, — Таня смотрела на отца и слегка покраснела. — Папа, давай ты меня не будешь перебивать. — Вдохнула-выдохнула и продолжила. — Если я правильно поняла, Михаил дал младшим сыновьям клана некоторую свободу в деле выбора спутницы жизни. Не знаю, с чем это связано, но вот так. И младшие сыновья клана по какой-то причине решили, что им в принципе предоставили свободу. Опять же с чем это связано, я не знаю. Вот только их родители с такой политикой главы клана в корне не согласны. Мать Матвея Подорова устроила семейный ужин и пригрозила сделать с этими младшими что-то ужасное, если они явятся без подруг. Вот Илья и не придумал ничего лучшего, чем пригласить меня.

— А при чём здесь мать Подорова? — Смирнов чувствовал стремительно приближающуюся мигрень.

— А Матвей, как оказалось, тоже один из младших сыновей клана Орлова, который умудрился вызвать недовольство родителей. — Пискнула Таня.

Теперь на неё смотрели, не отрываясь, не только члены семьи, но и просочившиеся в столовую слуги. Жизнь кланов была тайной за семью печатями, и всем было интересно послушать, что же за этими печатями происходит. Тем более что речь шла о правящем клане, о котором вообще мало кто что знал.

— И на этом ужине мать этого твоего Ильи выразила тебе одобрение, и сам император… А он что присутствовал на этом ужине?

— Да, — Таня посмотрела на телефон. Она могла сейчас выйти и позвонить Косте. Может быть, он знает, зачем её отца вызывают к императору? Всё-таки Михаил — его родной дедушка. — Он там присутствовал. И посадил меня с собой рядом, чтобы познакомиться.

— И ты молчала, — протянул Славка. — У тебя мозги есть, курица ты тупая!

— Заткнись! Я не придала этому значения. Сколько у меня этих ужинов уже было. И все как один закончились большим ничем. Чем этот должен был отличаться?

— Тем, что это семейный ужин целого клана, идиотка! На котором присутствовал глава этого клана. Ты вообще соображаешь, что на подобные мероприятия никого постороннего не приглашают? Это не просто знакомство с родителями, это представление клану! Ты вообще хоть что-нибудь об их сумасшедших традициях знаешь? — Славка красный от злости повернулся к отцу. — Предлагаю сунуть эту куклу в огромную коробку, предварительно связав красивой ленточкой, и просто без слов вручить императору. Пускай делают с ней, что хотят.

— На этом ужине половины клана не было, так что не сгущай, — Таня потёрла лоб. — Их забрал с собой Костя. По-моему, он куда-то за границу ездил в это время.

— Так, хватит, — Смирнов прервал разругавшихся детей. — Хорошо пообедали в семейном кругу, нечего сказать. Мне пора собираться на аудиенцию. И, Таня, предупреждаю сразу, если вопрос будет касаться тебя, я приму решение сразу на месте, даже если оно будет не в твою пользу. Хочешь быть ближе к кланам, соответствуй.

* * *

К моменту сбору всех, кому Паразит подарил своих котят, я уже немного успокоился. Ладно, Алёна молодая и привлекательная женщина, мужчины всегда будут на неё внимание обращать. И в общем-то, даже хорошо, что она успела на глаза Матвею попасться. Сейчас она защищена его именем получше, чем сокровища короны.

Оставался только один вопрос, где мне грамотного главного бухгалтера теперь искать? Похоже, надо будет новую должность создавать — специалиста по кадрам для предприятий Константина Орлова. Но тогда передо мной встанет ещё одна проблема, а что если у меня и этого специалиста уведут?

— Тебе надо найти сорокалетнюю женщину, у которой есть муж и парочка взрослых детей, — хихикнула Ирка, когда я ей обрисовал проблему.

— Да? Чтобы она через полгода развелась и выскочила замуж, ну, например, за твоего отца? — спросил я её прищурившись. Ира насупилась, а я продолжил. — Нет уж. Лучше брать на службу исключительно мужчин. Даже если он и женится на какой-нибудь клановой девочке, то это не станет причиной его увольнения со службы.

— Боюсь, что в таком случае судьба подкинет тебе ещё парочку сюрпризов, — вздохнула жена, положив голову мне на грудь.

— Вот этого-то я и боюсь, — я рассеянно гладил её по обнажённому плечу. — Матвей сказал, что безликие чудят. Шавок своих принялись возле деревень выращивать. Думаю, что мне нужно будет к месту силы съездить, узнать, в чём собственно дело.

— Но в местах силы живут только послушники, — нерешительно произнесла Ира.

— Поверь, они знают, как связываться со своими господами напрямую. Без извращений в снах и медитативных трансов.

— Это опасно? — она заглянула мне в глаза. Её беспокойство грело меня. Может быть, именно поэтому я так попался? Потому что ещё в наш самый первый раз почувствовал, что это настоящее?

— Не знаю, — я покачал головой. — Смотря какие цели они преследуют. Эти твари гораздо сильнее меня в самой моей лучшей боевой форме. Полагаю, что тут дело в возрасте. Этим юношам и девушкам хрен знает сколько сотен лет. Они поди и сами не помнят, сколько точно уже воздух коптят. За такой срок нужно быть полным кретином, чтобы ничему не научиться.

— Почему ты думаешь, что они настолько стары? Ведь тогда получается, что у них нет смены поколений?

— Думаю, что они вообще лишены способности производить на свет потомство. — Я задумчиво разглядывал потолок. — А насчёт сроков… Какое-то время они меня навещали, как раз в снах. Я им был интересен. Этакая новая игрушка, заинтересовавшая их пресыщенные головы. Они мне сказали, что выращивали тёмных единорогов, чтобы на них ездить. А срок закладки могильника до созревания более пятнадцати столетних циклов. Вот и представь, сколько они живут. — Я задумался, а потом продолжил. — Когда Кодекс выбрал меня наследником престола, он показал мне, как взмывал первый орёл. Это произошло на поле боя, и я видел того, кто командовал безликими тогда. Он снял маску. И сидел верхом именно на единороге.

— Кстати, а ты знаешь, как звали того мага, который выпустил орла? — Я покачал головой. Честно говоря, искал, но в хрониках этого не сохранилось. Значилось только, что как-то звали, но после этой битвы он взял себе другое имя, и стал известен в истории, как Всеволод Орлов. — Его звали Зелон, в честь места, где он был рождён. Это место уничтожили безликие, и он на пепелище поклялся отомстить им. Собственно, поэтому я так назвала нашего красавца. Мне было лет шестнадцать, когда я попросила отца отвести меня к Кодексу, а Андрей Ушаков позволил мне его посмотреть. Там даже гравюра есть. Вы очень похожи. Добавь себе лет двадцать, и получишь Зелона. Только он был жёстче. И волосы судя по гравюре у него были всё-таки тёмные, хотя тут возможны варианты, конечно. Я, наверное, тогда в него немного влюбилась. А встретив прямого потомка просто голову потеряла, — призналась Ира.

Я вздрогнул. А так ли случайно было моё попадание сюда? И чем руководствовался демон, подсовывая Каре мой образ. Зато теперь понятна её зацикленность на мне. Она хотела поиметь парня, тёзку того, кто когда-то жёстко поимел всех их. Всё-таки демоны — первосортные манипуляторы.

— Я не смотрел. И даже Ян мне ничего не сказал, — протянул я.

— Ну, Ян вряд ли тебя ассоциировал с ним. Он мужчина. Глянул на первого Орлова и забыл про него. Тем более что сам он тоже чем-то неуловимо на него похож.

— Я думал, что похож на Виталия Керна.

— Так оно и есть. Подозреваю, что Марго в юности тоже просматривала Кодекс. Кланов мало, скорее всего, твои родители не первые, кто смешал кровь Кернов и Орловых. И да, ты и твой дед Виталий больше похожи на Зелона, чем современные Орловы. Можно сказать, что ты возрождаешь изначальный род.

— Чудны дела твои, Господи, — прошептал я, взывая к неведомому мне божеству, который нашёл однажды, как укротить потерявших берега безликих. Не особо вмешиваясь при этом в сам процесс.

Некоторое время мы лежали, молча. Каждый думал о чём-то своём.

— Надо вставать, уже почти обед. — Ира вздохнула и потянулась.

— Да, что-то мы сегодня заспались, — я чмокнул её в макушку и поднялся.

— У нас есть оправдание, мы дали поспать Татьяне с Кларой и даже Паразиту, а сами всю ночь не спали. — Она зевнула и соскочила с постели, чтобы первой побежать в душ. — Кстати, что сказал целитель? Почему у мальчиков начали резаться зубы? Это не рановато?

Всю ночь близнецам было плохо. У них был жар, они пытались тянуть в рот всё, что попадалось под руку, включая хвост Паразита. Всё кроватки были залиты слюной. А ещё они постоянно плакали. Вытащенный в постели недрогнувшей рукой дворецкого Виктора целитель осмотрел малышей и сказал, что ничего страшного, просто у них начали резаться зубы. Он оставил средство, чтобы втирать в десны, и, пока Ира занималась этим нелёгким надо сказать делом, я отвёл его в сторону, чтобы выпытать причину. Потому что мне тоже показалось, что это слегка рановато.

— Они родились слишком слабенькими, — ответил целитель. — Мы применяли методы лёгкого ускорения развития, стабилизацию веса, созревания внутренних органов, и, похоже, слегка перестарались.

— Та-а-а-к, — протянул я. — А не с этим ли связаны их фокусы с собственными источниками дара?

— Мы на источники не влияли, — быстро ответил целитель, но я по бегающим глазам понял — врёт. — Ну, если только чуть-чуть. Всё-таки дар обладает колоссальным потенциалом. А мы каждый миг боялись, что дети не выживут. В таких моментах не думаешь о последствиях. Тем более, с Романом. Когда его извлекли из чрева матери, она уже была мертва. Неужели вы думаете, что подобное никак на нём не отразилось?

— Я думаю, что вы обязаны были меня предупредить, что возможно общее ускорение некоторых процессов, — процедил я.

— Мы сами не знали, — развёл руками целитель. — Теперь знаем. Я буду приходить каждый день, пока состояние детей не стабилизируется, — клятвенно пообещал он. — И потом, чем вы недовольны? Дети здоровы, прекрасно развиваются. Очень сильны, ну это у них в отца, — польстил он мне.

— Я недоволен тем, что не знаю, чего мне от них ожидать. — И сделал шаг в сторону, давая ему пройти. — Я вас ни в чём не обвиняю. Прекрасно понимаю, что вы сделали всё, что могли. Просто у меня не совсем обычные дети. М-да. Всё-таки наследственность — странная штука.

Вот об этом разговоре я и поведал Ире, когда она вышла из душа.

— Дела, — протянула она. — Но, самое главное, они здоровы. А к их чудачествам я уже привыкла. Даже неуютно становится, когда они ничего не делают по полдня. Сразу гадкие мысли лезть начинают, а вдруг что-то случилось? О, первые гости подъехали, — сообщила она, подойдя к окну. — И это Вольфы. Я пойду встречать, пока Юрка сюда не вломился, а ты в порядок себя приводи.

Глава 13

Валерий Смирнов вскочил с небольшого диванчика в приёмной императора, как только дверь в кабинет открылась.

— Можете войти, его величество вас ожидает. — Сказал вышедший из кабинета секретарь.

Секретарь сел за свой стол и сразу же погрузился в работу. Смирнов же, незаметно вытер о брюки потные руки и вошёл в кабинет императора. Остановившись у дверей, он огляделся. Здесь было всё очень функционально и практично. И хотя мебель была выполнена из ценных пород дерева, показной роскошью здесь и не пахло. Это был именно что рабочий кабинет, в котором ничто не отвлекало владельца от непосредственно работы.

Император сидел за столом и просматривал какие-то чертежи. Уж чертёжный ватман Валерий смог бы опознать от любого другого с первого взгляда. Сколько таких он когда-то испортил, учась на архитектурном факультете столичного университета, словами не передать. Ему даже любопытно стало, что же так внимательно изучает император.

— Ваше величество, — негромко проговорил он, нарушая молчание.

Михаил поднял на него глаза и бросил чертёж на стол. Ватман тут скатался в рулон. Император же сделал приглашающий жест рукой.

— Присаживайтесь, господин Смирнов. Очень удачно, что вы нашли время для визита. Мне весьма любопытно познакомиться с вами. И поговорить об интересующем меня вопросе, разумеется.

— И о чём же вы хотели со мной поговорить, ваше величество, — Смирнов заметно нервничал, но старался взять себя в руки и успокоиться.

— Расскажите мне о себе, — Михаил соединил кончики пальцев и задумчиво смотрел на успешного бизнесмена, сидящего напротив него.

— Это будет совершенно неинтересная история, — попытался отвертеться Валерий, всё ещё не понимая, что же имеет в виду император.

— Позвольте мне об этом судить. — Михаил смотрел на него не мигая.

Смирнов поёрзал на стуле и принялся в очень усечённом виде рассказывать о себе. Рассказ вёлся по типу: родился, вырос, женился, окончил университет, основал бизнес. Уложился он ровно в семь минут.

— Вы очень лаконичны, — Михаил усмехнулся. А затем подвинул ему тот самый скатавшийся в рулон ватман, с которого Валерий не отводил взгляда. — Посмотрите. Узнаёте?

Смирнов осторожно взял ватман, раскатал его на столе и долго смотрел на чертёж. Затем перевёл взгляд на императора.

— Откуда он у вас, ваше величество? — спросил он тихо, облизав внезапно пересохшие губы.

— Валерий Олегович, — укоризненно произнёс император, покачав головой. Словно спрашивая, как ты, идиот, вообще додумался такой вопрос мне задать?

— Да, я просто немного растерялся, — Смирнов снова посмотрел на чертёж. — Это мой дипломный проект. И, конечно, я его сразу узнал.

— Вы сможете построить то, что здесь представили? — спросил Михаил.

— Конечно, — Смирнов отпустил ватман, очень внимательно глядя на то, как он снова скручивается в рулон. — Наверное, я мечтал его построить, когда делал этот проект.

— И что же вас остановило? — продолжал спрашивать Михаил.

— Прагматизм. Это здание никогда не продалось бы. У него слишком казённый вид. Слишком мрачный. Даже музей магии выглядит более весёлым. — Осторожно произнёс Валерий.

— И тем не менее нашёлся человек, который считает, что именно это здание идеально подойдёт под головной офис его ведомства. Если честно, я уже мечтаю выселить Матвея и его головорезов из дворцового комплекса. Так что, только от вас будет зависеть, как скоро он уже уберётся отсюда. — Усмехаясь, ответил ему Михаил.

— Простите, ваше величество, но я не понимаю, о чём идёт речь, — Смирнов поднял взгляд от своего чертежа на императора.

— Матвей Подоров, наконец-то, понял, что его ведомству необходимо отдельное здание. Мы обсудили этот вопрос и пришли к выводу, что он не будет присматривать готовое. Главный офис Имперской службы безопасности должен быть построен с нуля. Поэтому я хочу заключить с вашей фирмой договор о строительстве этого офиса по вашему чертежу. — Любезно пояснил император.

— А, где сейчас Матвей Игоревич и почему переговоры со мной вы ведёте лично? — тихо спросил Смирнов.

— Матвей сейчас в отпуске, и я не хотел его дёргать по такому пустяку. Тем более что проект он видел и нашёл его соответствующим поставленной задаче. — Пока император говорил, Валерий мучительно соображал, какое отношение имеет просьба рассказать о себе с договором на строительство.

Он пока что не осознал до конца, что он получил государственный заказ на строительства здания Имперской службы безопасности. Но одно Валерий знал чётко: такие заказы с неба не сваливаются. Многие его конкуренты пошли бы на убийство, чтобы заполучить нечто подобное. В провидение Валерий не верил. Поэтому, собрав в кулак всю свою волю, твёрдо спросил.

— Почему я? Почему из всех архитекторов и застройщиков Российской империи вы, ваше величество, выбрали именно меня? Только не говорите, что это произошло потому, что Матвею Игоревичу внезапно понравился мой студенческий проект. Да так сильно он ему понравился, что он даже не пожелал видеть никакой другой.

— Разумеется, это кумовство в чистом виде, — Михаил тихонько рассмеялся. — Валерий Олегович, нам действительно нужно это здание. И мы с Матвеем действительно просматривали множество вариантов. А затем я вспомнил, как Танечка обмолвилась, что её отец — один из крупнейших застройщиков столицы. Остальное — дело техники.

— Татьяна… Ваш… Эм, Илья, если не ошибаюсь, имеет на мою дочь какие-то виды? — ему нужно было знать, что ждать от Орловых. Чтобы хотя бы попытаться защитить свою дочь.

— Илья представил её клану, как свою невесту. Я понимаю, что ещё рано обговаривать детали, но познакомиться мы можем, не так ли? — Михаил улыбался, но взгляд у него был жёстким. — Чего вы опасаетесь, Валерий Олегович?

— Раз уж у нас пошёл настолько откровенный разговор, ваше величество, — Смирнов почувствовал, как капля пота скользит у него по виску. — Вам ли не знать, что девушки редко переживали интерес сына клана. Исключения, вроде Ушаковых, и, может быть, кого-то вроде них, только подтверждают правила. Это романтичные дурочки могут забивать свои хорошенькие головки сказками про любовь сыновей кланов. Реальность, увы, часто отличается от грёз. И, насколько мне известно, обычно вся семья разделяла участь несчастной.

— Бог с вами, Валерий Олегович, это было давно. Подобные вещи уже несколько сотен лет не практикуются. Кодекс тщательно следит за этим. — Михаил продолжал внимательно смотреть на него. — Я понимаю ваше беспокойство, как отца, но уверяю, вашей дочери ничего не грозит. Илья рассказал мне, что они с Танечкой слегка поссорились. Если уж мы говорим как главы своих семей, могу я вас попросить повлиять на дочь. Чтобы она дала этому юному обормоту шанс?

— Конечно, ваше величество, — Валерий прикусил язык, чтобы не ляпнуть нечто вроде: «А я могу отказаться?» — Когда я могу узнать подробности контракта?

— Мои юристы свяжутся с вашими, и вы сможете тщательно изучить все условия договора.

— Я могу идти, ваше величество? — дождавшись кивка императора, Смирнов быстро вышел из кабинета.

Михаил подошёл к окну. Ему были понятны переживания Смирнова. Да что далеко ходить, если мать его внука совершенно небезосновательно беспокоилась о жизни сына. Да и её жизнь всегда находилась под угрозой. Император приложил руку к груди, в которой сжалось и затрепетало сердце. Недолго уже осталось. Надо успеть оставить Косте хотя бы клан, в котором не будет особых проблем. И чтобы голова у нового главы не болела насчёт нормальных партий для оставшихся холостяков. Ни деньги, ни положение Орловым не нужны, а вот улучшить генофонд необходимо, чтобы такие выродки, как покойный дядюшка и Васька не рождались. А вот когда дети подрастут, тогда пускай Костя и включается в работу. Сейчас же у него своих проблем хватает. Да и Матвея с его ребятами пора отсюда выселять. Скоро в дворцовый корпус переедут дети. Нечего им на одной территории делать. И так с тюремным блоком для особых арестованных мириться приходится.

* * *

Когда я пришёл в гостиную, там все были уже в сборе. Женщины сидели на диванах и тихо переговаривались. Дед о чём-то беседовал с Егором. Вольф мерил шагами комнату.

— Ну что, она не потеряла в своих размерах с твоего прошлого визита? — спросил я, падая на диван. При этом я втиснулся между двумя Ирками, и положил руки на спинку, словно обнимая обеих.

— Что? — Юрка озадаченно посмотрел на меня.

— Я говорю, комната не уменьшилась? А то ты так сосредоточено по ней круги наматываешь, словно сомневаешься в размерах, — я хмыкнул и всё-таки обнял обоих Ирочек за плечи.

— Вольф, обрати на нас внимание, — заметила Ирина Вольф, которая, впрочем, вырываться не спешивал. — Здесь Орлов беззастенчиво лапает твою жену, а ты делаешь вид, что всё хорошо.

— О чём вы вообще говорите? — Юрка остановился перед нами. — Как можно думать о каких-то глупостях, когда вокруг такие вещи происходят?

— Нам только что разрешили слегка пошалить. Ир, ты как не против? — обратился я к своей Ире.

— Я подумаю, — она хихикнула. — Если только в качестве подарка на день рождения.

— Костя, тебе там удобно? — На нас обратил внимание дед.

— Вполне. Если бы Ушаков не был таким любвеобильным и Люся сейчас не носила его дочь, я её усадил бы к себе на колени и был как в раю, — я хохотнул.

— Костя, если ты не прекратишь к чужим жёнам приставать, то точно там окажешься, — заметила Влада, сидевшая рядом с Марго, и тихонько посмеивалась, наблюдая за нами.

— Кстати, о чужих жёнах, Влада, любовь моя, не ревнуй, ты же знаешь, что вне конкуренции, — я подмигнул ей, притягивая при этом её сестру к себе поближе.

— Ты один из немногих, кто нас не путает, — задумчиво произнесла Ирина.

— Да, я такой. Я даже своих сыновей не путаю, — ответил я самодовольно.

— Всё это замечательно, и я потом набью тебе морду за пошлые намёки в отношении моих девочек, но сейчас меня волнуют совершенно другие проблемы. — Перебил нас Юрка.

— Не-а, ты не понимаешь объёма проблем. Вон, Ушаковы уже знают, а тебе, похоже, только предстоит это узнать, — протянул я. — Егор, объясни ему, чтобы доступнее было.

— Проблема не в котятах. Наличие котят чеширских котов в доме, это как знак качества. Мало кто из кланов удостаивается этой чести, — начал Егор.

— Ну, на первых порах это больше похоже на геморрой размером с кулак, — я хмыкнул. — Что? — на меня посмотрели все и стало как-то неуютно. — Эти котята полны сюрпризов на самом деле.

— Да плевать, — ответила Люся серьёзно. — Паразит спас Егору жизнь, и мне всё равно, сколько мелких проблем принесёт его потомство.

— Ладно, шутки в стороны, — я сосредоточился. — Самое главное состоит в том, что эти коты действительно могут прикрыть от безликих. А то им что-то спокойно перестало сидеться в своих горах. Я на неделе съезжу туда, уточню пару моментов.

— Как ты их найдёшь? — Юра остановился посреди комнаты и смотрел на меня пристально, словно мерки снимал.

— Я их найду, — отпустив девчонок, я протёр руками лицо. — Егор, ты со мной не едешь.

— Но, — хотя он ничего не говорил, но по его лицу было видно, что он не намерен меня отпускать к месту силы одного.

— Поверь, это не твоя битва. Они вполне способны меня весьма тонким слоем по брусчатке размазать, а я как-никак… — запнувшись, добавил, — некромант. Как и первый Орлов, похоже. Драться я с ними не собираюсь. Я не самоубийца. Но при разговоре со мной не должно быть никого рядом. Они не побрезгуют опуститься до прямых угроз, я это уже проходил, — тихо добавил я. Последнюю фразу услышали только сидящие рядом со мной женщины. Моя Ира бросила на меня быстрый взгляд, но промолчала. Ирина Вольф нахмурилась. — Думаю, Паразит не оставит меня и с радостью покошмарит этих вечных девушек и юношей.

— Ты так говоришь, будто видел их вживую, — тихо спросила за всех Марго.

— Потому что я видел их вживую. Не всех, только двоих, но мне хватило впечатлений. И, нет, я ничего никому из вас не расскажу. Это не те истории, которые можно озвучивать вслух.

— Захочешь, сам расскажешь, — решил Егор. — И подумай насчёт сопровождения на эти переговоры. Может быть, мне тоже интересно посмотреть на живых безликих.

— Угу, подумаю, — возможно, я им и расскажу им когда-нибудь, что все они, кроме Люси, видели безликих, когда приезжали к месту силы. А может быть, и не буду разрушать красивый, в общем-то, миф.

— Меня сейчас больше интересуют не страхолюдины в масках, а мой сын, — подала голос Люсинда. — Котята остаются котятами. А ваши кошечки вообще из одного помёта. Это только вопрос времени, когда они начнут по гостям шляться, прихватив с собой друзей.

— О чём ты говоришь? — Вольф резко развернулся к ней.

— О том, что наш кошак уже один раз переместился в гости к своему папаше Паразиту. Вместе со Стёпкой. Он его до новых друзей подкинул. — Ядовито ответила Люся.

— И всё бы ничего, — добавил я. — Уж детей-то мы все знаем, позвонить и сообщить родителям не так уж и трудно. Вот только у Андрея образовался весьма неприятный дар. Он умеет разблокировать источники: свой, чужой — неважно. Видимо, чтобы было веселее играть. И недалёк тот час, когда очаровательные сестрёнки Степкиного кошака начнут подобные фортели выкидывать.

— М-да, — протянул Вольф. — У тебя всё ни как у людей. Даже у сына уникальный и весьма опасный дар появился. — Он задумчиво посмотрел на Егора. — Кстати, о сыне. У меня их двое.

— Я в курсе, — кивнул Ушаков. — И что? Это что-то меняет, кроме того, что у твоего отца будет двойная головная боль, для запечатывания источников, после того, как Андрюха их вскроет?

— Как ты уже сказал, это пока проблемы моего отца, — махнул рукой Юрка. — Меня же больше заботит будущее моих сыновей.

— А что не так с их будущим? — с любопытством поинтересовался дед. — У ближнего круга наследника правящего клана может быть какое-то сомнение в будущем?

— Вы оглянуться не успеете, как Савелию придётся подыскивать достойную пару, — ответил Вольф. — Я же человек более практичный и ответственный. Егор, у тебя ведь дочь?

— Вольф, побойся бога, моя девочка ещё даже не родилась! — рявкнул Егор.

— Хорошо, отговорка пока принимается. Но мы вернёмся к этой теме позже, — пригрозил Юрка Ушакову. Мы с Люськой только глазами хлопали. А ведь у меня тоже два сына… Так, что-то меня не туда заносит.

— Всё это прекрасно, но, может быть, мы уже решим, что делать с детьми? — Влада, как обычно, была образцом практичности.

— Давайте поедим, — внезапно я ощутил, как мой желудок начал непрозрачно намекать на то, что пора бы подкрепиться.

— От пирогов никто никогда не откажется, — кивнул Ушаков. — Кстати, когда вы переедете в дворцовый комплекс…

— Егор, если ты ещё раз попробуешь переманить мою кухарку, не обижайся. Люся, а ты куда вообще смотришь? Твой муж нагло пристаёт к посторонней женщине, между прочим. — Я поднялся с дивана и потянулся.

— Ну, — протянула Люсинда. — Скажем так, если ему удастся твою кухарку переманить к нам, я даже закрою глаза на его маленькие шалости…

— Так, стоп. Ушаков жрал её пироги в той кафешке и если у него не хватило ума её забрать оттуда, то это только его сексуальные трудности. И вообще, Егорушка, тебе много пирогов есть вредно. Растолстеешь.

— Вот уж вряд ли, — Егор похлопал себя по плоскому твёрдому животу. — В крайнем случае попрошу Дениса меня погонять. Он такой комплекс отгрохал, загляденье.

— Я тут подумала, — задумчиво проговорила Люся. — А что, если мы всех детей и своих, и кошачьих в одном месте на день будем собирать? Как ясли не в среде кланов? Для работающих родителей? Так, дети и котята будут под присмотром. Да и с отдельным обучением до школы голова не будет болеть. Ну и… Они будут все вместе, и смогут сами определиться с будущим спутником жизни. Потому что мне не нравится идея насильно навязывать своим детям супругов. Что?

— Ни-че-го, — протянул я. Идея очень здравая на самом деле. Вот только почему мне кажется, что они сейчас общим голосованием назначат именно мой дом в качестве лучшего детского сада?

Глава 14

— Рыжов, мать твою! Какого хрена ты опять сделал? — голос доносился с кухни. Олег приоткрыл один глаз, пытаясь сообразить, чего это Ванька так разоряется.

— Что ты орёшь? — Рыжов сполз со своего дивана и пошёл на кухню, откуда раздавался грохот и отборные маты неконфликтного в другое время фотографа.

Он зашёл на кухню, держась руками за голову. Вот уже который день она болела почти не переставая, после того как послушник безликих раскупорил его источник. Петров злющий, как чёрт, поднялся с пола и с грохотом поставил чудом уцелевшую кружку на стол. При этом он прошёл прямо сквозь стул, стоящий у него на пути.

— Э-э-э, — Рыжов с удивлением посмотрел на своего соседа. — А как ты это сделал?

— Ты ещё и издеваешься? — вспыхнул Иван. — Этот стул на самом деле — иллюзия! Ты уже достал своими миражами! Сделай себе бабу призрачную и постарайся её поиметь, а я буду внимательно наблюдать за процессом. Идиот!

— Мне нехорошо, — пожаловался Олег и сел на настоящий стул, снова обхватив голову руками.

— Ну ещё бы тебе хорошо было. Ты когда уже Косте признаешься?

— Думаешь, он не знает? — тихо спросил Рыжов.

— Думаю, что нет. — Иван смягчился. — Олег, ну сколько можно мучиться? Ты же понимаешь, что это не слишком полезно. Ты, когда в последний раз видел Костю?

— Ещё перед поездкой. Я всё ещё этой проклятой документацией на обручи памяти занимаюсь. Только в последние дни голова совсем не варит.

— Олег, скажи Косте. Он сможет тебе помочь. Сыновья кланов все через это проходят. Они знают, что надо делать. — Иван протянул Рыжову стакан с холодной водой. — Да и меня, если честно уже на самом деле достало, что я могу наткнуться на совершенно любую вещь, которая и не вещь вовсе, а очень качественная иллюзия. Даже девочки уже начали что-то подозревать. Сначала-то друг на друга думали.

— Что они думали, что у кого-то из шлюх дар внезапно прорезался? — Рыжов сделал глоток и закрыл глаза, прислонившись к прохладной стене гудящим затылком.

— Думали, что кто-то из них нарвался на проклятье от недовольного клиента, — хмыкнул Ванька.

— Чушь, — Рыжов покачал головой. — Так не бывает. Уж нам-то с тобой прекрасно известно, как индивидуальные проклятья работают.

— Ну, не будем же мы девочкам это объяснять, — Петров посмотрел на часы. — Ох, ты же, я уже опаздываю.

— Машину купи, не будешь опаздывать, — посоветовал Олег, не открывая глаз.

— Я на квартиру коплю, чтобы вместе со студией. — Отмахнулся Петров и выскочил за дверь.

— Да, пора бы уже о доме подумать. А то что-то становится стрёмно в эту квартиру возвращаться каждый день, — пробормотал Рыжов. — А ведь ещё совсем недавно меня всё устраивало. Проклятые Орловы.

Стук в дверь вырвал его из дремоты, в которую он погрузился.

— Кого там черты принесли, — пробормотал Рыжов и пошёл открывать.

Открыв дверь, он тут же попытался её закрыть, но Егор ловко подставил ногу, а затем, толкнув дверь плечом, оттолкнув при этом Рыжова, вошёл в квартиру. В руках у него была свёрнутая в рулон газета.

— Что тебе здесь нужно? — Олег почувствовал, как в голове словно огромный дятел пытается пробиться наружу.

— Поговорить, — спокойно ответил Егор. Но по тому, как сыграли желваки на красивом холодном лице, сразу стало ясно, что если результат разговора ему не понравится, то кто-то может пострадать. А так как в квартире находился только Олег, то страдать придётся именно ему.

Ушаков тем временем повернулся к гостиной.

«Портрет, там этот чёртов портрет на стене», — паника затопила Рыжова. А частичка этого сжигающего его изнутри жара рванула наружу и устремилась мимо Егора к компрометирующему портрету. Сразу стало немного легче.

— Креативно. Но слишком смело, за подобное можно и по шее получить. — Раздался голос Егора. Олег поспешил за ним.

Портрет остался на стене, как и дротики, воткнутые в разные части тела одному из профессиональных моделей, снимающихся для Костиного мужского журнала. Люся частенько говорила, что ей нужен муж. Иначе журнал разорится. Что его раскупали так быстро, из-за Егора, а сейчас половина читателей разочарована. Егор уже даже был согласен провести пару съёмок, чтобы порадовать жену. И сейчас, глядя на смазливого мальчишку с дротиком в заднице, он понимал, что, скорее всего, уступит Люсе. Потому что по сравнению с ним или Костей, мальчик не смотрелся.

— Он мне не нравится, — заявил Рыжов, прислоняясь спиной к косяку и складывая руки на груди.

— Мне тоже, — кивнул Егор. — Ты замечал, что у нас с тобой во многих вещах одинаковый вкус.

— Замечал. Если это всё, что ты хотел узнать, может, уберёшься уже из моего дома? — Рыжов почувствовал, что его снова начало трясти. Кратковременное облегчение прошло, и дятел снова застучал в голове.

— Нет, пока ты не объяснишь мне вот это, — и Ушаков развернул газету на нужной странице, и сунул под нос Олегу заметку.

Заметка располагалась под фотографией. А на этой фотографии он в печально знакомом «Каньоне» куда-то идёт, неся на руках очень красивую темноволосую девушку. Девушка была сильно похожа на стоящего перед ним мужчину. И этот мужчина пребывал сейчас не в самом хорошем настроении.

— Вот дьявол. И когда успели? — прошипел Рыжов, взлохматив волосы. — Если ты думаешь, что я пытаюсь отмстить тебе, через твою сестру, то ошибаешься. Я Наташу пальцем не трону.

— Если бы я так думал, то не беседовал бы мирно с тобой, — любезно сообщил ему Егор. — Рассказывай.

— Да что тут рассказывать? — Олег прошёл мимо него, задев плечом, и сел на диван. Покосившись на иллюзию, которая закрыла истинную картинку, он принялся рассказывать о вчерашнем происшествии.

* * *

Телефонный звонок разбудил Рыжова. Выругавшись, он хотел отключить телефон не глядя, кто звонит. Был уже поздний вечер, и он только что сумел заснуть. Чувство долга пересилило, в конце концов, мог звонить Костя, и Олег ответил, не открывая глаз.

— Рыжов.

— Олег, это Наташа Ушакова, — в трубке прозвучал взволнованный голос Наташи. Фоном шёл грохот музыки, громкие голоса и пьяный хохот. — Я сейчас в клубе «Каньон», ты не мог бы меня забрать отсюда? Мне как-то не по себе.

— Какого дьявола ты там вообще забыла? — сон слетел с него мгновенно. Такая красотка, скорее всего, уже привлекла массу нежелательного внимания. И теперь ему надо было успеть забрать её оттуда, пока ей никто не навредил.

— Меня позвали девчонки, но мы, похоже, потерялись.

— Твой брат знает, где ты? — Рыжов говорил, прижав трубку плечом, одновременно быстро одеваясь.

— Нет. Я сказала, что сегодня хочу переночевать у дедушки. А когда машина уехала, вышла за ворота. Мы поехали на машине Лизы Кротовой.

— Я понятия не имею, кто такая Лиза Кротова, и знать не хочу. Подойди к стойке, туда, где ещё разные фотографии висят, — схватил куртку и выскочил за дверь под удивлённым взглядом Ивана.

— Я подошла сюда, — Наташу стало слышно лучше. Здесь безумная музыка звучала тише.

— Отлично. Позови бармена и передай ему трубку, — Олег запрыгнул в машину и быстро её завёл.

— Что вам надо? — через пару секунд в трубке раздался чей-то грубый голос.

— Слушай меня очень внимательно, парень, — Рыжов вырулил со стоянки. — Тебе трубку сейчас передала сестра Егора Ушакова. Поэтому, если ты очень сильно не хочешь, чтобы этот отморозок прибыл в твой бар вместе со своими мальчиками, чтобы развлечься в своей манере, то сейчас посадишь её перед собой, и будешь с оружием в руках отгонять от неё всяких озабоченных козлов. Потому что, поверь, Ушаков тебя живьём закопает, и даже без помощи дара. Даже без оружия. И покойный Кабан из банды Ворона, наверняка ты знал обоих, соврать не даст.

— Я понял. Девчонка никуда не денется. Кто её заберёт?

— Я заберу. Скоро приеду и буду искать нашу красотку возле стены славы. — Рыжов отключился, бросил телефон на пассажирское сиденье и прибавил скорость.

Он чуть не опоздал. К Наташе пытались приставать два мажора. Бармен слово держал, и как мог, защищал её. Видимо, знакомство с мужской версией, сидящей за стойкой хорошенькой брюнетки, его не прельщало.

Драки почти удалось избежать. Почти, потому что Рыжов без лишних разговоров вмазал одному из них в челюсть. А когда второй попытался вякнуть, дар Олега в который раз вышел из-под контроля, и на глазах мгновенно протрезвевшего урода его собственная копия отделилась и отпрыгнула в сторону. С сыновьями кланов никто в своём уме связываться не хотел, а Рыжова именно за сына клана сейчас приняли.

Наташу трясло мелкой дрожью. И ему пришлось выносить её на руках из этого проклятого места. После этого он отвёз её домой. Точка.

Он не стал говорить Егору, что, когда они уже подъезжали к воротам, она, глядя ему в глаза, попросила её поцеловать. Олег плохо соображал, и вообще неважно себя чувствовал, потому что поддался на уговоры. К счастью, вовремя опомнился и высадил её возле ворот, даже не потискав. Хотя ему очень этого хотелось. Но Егору такие подробности явно были не к чему.

* * *

— Вот, собственно и всё, — Рыжов снова посмотрел на иллюзию, заменившую портрет Ушакова. Нет, про поцелуй он никогда не расскажет. Ему ещё жить не надоело.

— Почему Наташа позвонила тебе, а не мне? — спросил Егор нахмурившись.

— Я-то откуда знаю? Может быть, она тебя боится. И я здесь совершенно ни при чём. — Рыжов пожал плечами. — Разбирайся со своей сестрой сам. Меня в ваши семейные разборки не впутывай. Она позвонила, попросила помочь. Я помог, потому что девчонка реально могла в беду попасть, и никакая месть этого потом не исправила бы. Дальше уволь. Я не нянька для взбалмошных девиц.

— Хорошо, я поговорю с Наташей о её поведении, — наконец, протянул Егор.

— Это всё? Дорогу до двери найдёшь, не заблудишься? — Рыжов почувствовал, что если сейчас встанет, то завалится прямо Ушакову под ноги. Доставлять Егору такое удовольствие он ни за что не хотел. Поэтому предпочёл остаться на месте.

Егор уже сделал шаг к двери, когда по стене прошла заметная волна, и арок стало две. При этом отличить, где настоящая, а где иллюзорная не представлялось возможным.

— Ты что творишь, придурок? — рыкнул Ушаков и тут же осёкся. — Рыжов, это ты сделал? Рыжов? — Он повернулся к Олегу и выругался. Рыжов сидел, откинув голову назад. По виску у него стекала капля пота, и парень не реагировал на то, что происходит у него в квартире. — Вот чëрт. Рыжов, мать твою, что с тобой? — Егор сел рядом с Олегом и похлопал его по щекам. Тот встрепенулся и посмотрел на Ушакова мутным взглядом.

— Надо было всё-таки Косте сказать, что мне источник вскрыли, — пробормотал Олег.

— Что тебе сделали? — Егор потёр лоб. — А ты не знаешь, что с ним и энергией в нём делать. Понятно. Сколько тебе лет? Я всё время забываю.

— Двадцать один, как Люське. Позвони Косте. Будь человеком. А то, что-то мне хреново. — И тут же раздался звонок. — О, сам звонит. — Он нажал кнопку вызова. Но не успел ничего сказать, потому что Костя скороговоркой проговорил.

— Олег, я уезжаю на пару дней. Буду недоступен. — И отключился.

— А-а-а, Костя… — но в трубке раздались гудки.

— Да, насчёт Кости. Он собирался уезжать, и его поездку не назовёшь лёгкой прогулкой. — Протянул Егор. В его голосе при этом прослеживалось раздражение.

— Там опасно, но он не взял тебя с собой, — Рыжов усмехнулся и тут же схватился за голову.

— Лучше заткнись, — ласково проговорил Егор. — Где твоя куртка? Собирайся, поедешь со мной.

— Куда? — Олег даже встрепенулся от такого предложения, больше похожего на приказ.

— Ко мне, — Егор поморщился. — Тебе явно нужна помощь. Если ты окочуришься после моего визита, то я никогда не смогу доказать Косте, что не виновен в твоей смерти. А зачем мне ссориться с моим будущим императором из-за такой ерунды?

Ушаков подхватил Олега подмышки и поставил на ноги. Затем сунул ему в руки куртку и повёл к двери, поддерживая, чтобы тот не завалился.

— И куда? — Егор остановился у двух арок. — Рыжов, убери эту пакость.

— Я не могу, не умею, — прошептал Олег.

— Так, значит, экстренно учимся отменять свои заклятья. А то нам придётся через окно пробираться. — Пробормотал Ушаков. — Ты в курсе, Рыжов, что наложенная качественная иллюзия меняет свойства оригинала? В данном случае обе эти арки могут быть не проходимы, а могут привести нас непонятно куда. И я не собираюсь это выяснять. Ты чувствуешь свой источник?

— Если это пульсирующий шар у меня в голове, то да, я его чувствую. — Подтвердил Олег. — И вижу, когда глаза закрываю.

— А теперь присмотрись к этим чëртовым аркам. Ты должен увидеть свечение, такое же, как в твоём источнике, — терпеливо пояснил Егор. Олег осторожно кивнул.

— Там словно нитями всё оплетено.

— Отлично. Протяни щуп и разорви им одну из нитей. Грубо, конечно, но что поделать. — Егор легонько встряхнул Рыжова.

— Я попробую… Ох, — по стенам снова пошла волна, арки соединились в одну, открывая проход.

— Пошли, — и Егор потащил его к двери. Он не оглянулся и не увидел, что картинка на стене, утыканная дротиками, приняла изначальный вид, как и многое другое в этой маленькой квартире.

* * *

Я бросил сумку на соседний диван и посмотрел в окно купе. Решил долго не тянуть и съездить к безликим, пока они ещё договороспособны. Почему-то мне казалось, что тянуть с этим вопросом не стоит. Хотя Илья мне позвонил и сообщил, что они обещали сами со мной связаться. Но я решил не ждать, когда произойдёт это знаменательное событие. Не надо давать этим тварям время для раздумий. Они, конечно, изворотливые, но, я уже заметил, что безликие держат слово. Дают его, правда, очень редко.

Моя же первостепенная задача состоит в том, чтобы выяснить, что у них происходит. И не коснётся или это простых смертных. Взять по возможности обещание не вмешивать в их дела, или в наши с ними, посторонних.

Поезд тронулся, и я качнулся вместе с вагоном. Люксовое купе на одну ночь мне было ни к чему, но и соседи были не нужны. Поэтому я просто заплатил за два места. Закрыв дверь на ключ, я лёг на диван и заложил руки за голову. Все удивляются, почему эта поза является для меня комфортной. Я и сам не знаю. Просто удобно, и всё.

Лёг я головой к двери, глядя на проплывающий за окном пейзаж. Это было очень странное чувство: возвращаться туда, где фактически началась моя новая жизнь в этом мире, ставшим для меня уже более родной, чем тот, который я оставил. Здесь вокруг меня бурлила жизнь. Пусть иногда тяжёлая и непредсказуемая, но жизнь. Там была только смерть. Жалею ли я, что всё получилось подобным образом? Да ни одной минуты.

Я сам не заметил, как задремал. Просыпался несколько раз. Последний раз ночью. Как и в день моего прибытия на небе светила яркая луна, дающая достаточно света, чтобы видеть всё творящееся вокруг.

Больше до утра я не заснул. Мысли текли вяло, переваливаясь, словно тяжёлые валуны.

На место поезд прибыл утром. Подхватив сумку, показавшаяся более тяжёлой, чем раньше, вышел на перрон. Можно было, конечно, сюда телепортироваться, но мне нужно было подумать и настроиться на определённый лад. Обратно, скорее всего, именно перемещусь. Всё будет зависеть от результатов переговоров.

До места силы дошёл быстро. В самом начале подъёма меня уже ждали.

— Моё имя Верн, — передо мной безликий не выделывался. Он сразу был без маски.

— Не могу сказать, что мне приятно и я рад нашему знакомству, но обстоятельства обязывают поговорить. — Спокойно ответил я, останавливаясь и поправляя сумку на плече. — Если я не ошибаюсь, ваш предводитель Кай.

— Насчёт Кая, — Верн бросил быстрый взгляд на сумку, и тут же отвёл глаза в сторону. — Его не будет на переговорах. Пойдём. Мне нужно собрать совет. Завтра мы придём к тебе и тогда поговорим. Пока побудешь в домике для гостей.

— Как будто у меня есть выбор, — я усмехнулся.

— Выбор есть всегда, Зелон. Например, ты можешь просто уйти. Тебя здесь никто не держит.

— Звучит зловеще, — я прищурился, глядя на него. — Я, пожалуй, приму твоё приглашение.

До домика дошли молча. Верн открыл дверь, протянул мне ключ и ушёл, оставив меня располагаться. Никаких вопросов он не задавал, значит, знал, зачем я приехал.

Подойдя к кровати, я вытряхнул на неё содержимое сумки.

— Мяу, — Паразит тут же начал потягиваться.

— Вот тебе и «мяу», — подвинув увязавшегося за мной кота, я упал на кровать. — Ну что же, подождём. Завтра, так или иначе, всё станет известно.

Глава 15

Матвей потянулся и посмотрел на часы.

— Вот, чёрт, — он взъерошил волосы и поднялся из-за стола, разминая затёкшую шею.

Сегодня был его первый рабочий день после короткого отпуска, и он, кажется, засиделся за бумагами, пытаясь вникнуть в то, что натворили его подчинённые за время отсутствия шефа.

Вроде бы ничего слишком серьёзного они не натворили. Более того, они вообще практически ничего не делали. Вокруг царило странное затишье, показавшееся Подорову затишьем перед бурей.

И тем не менее несмотря на относительный порядок в бумагах, их изучение заняло весь день. А ведь он уже не тот одиночка, которому плевать, когда возвращаться домой. Можно и вообще не возвращаться. Сейчас его дома ждёт подруга, и он не должен заставлять её ждать слишком долго, особенно когда никакой важной причины для этого нет. Иначе ей однажды надоест ждать, и он останется в своей огромной, но неуютной квартире снова один. Оставаться одному не хотелось. Он сам не понял, на каком этапе у него появилось отвращение к тому глобальному одиночеству, сопровождающему его почти всю жизнь.

Подоров захлопнул очередную папку, схватил со спинки стула пиджак и направился к выходу. Возле кабинета Ильи он затормозил. Из-под двери в коридор просачивался свет, и это было странно. Подоров практически всегда уходил последним. В этом крыле дворцового корпуса к этому времени практически никого не оставалось, кроме дежурных. Исключением являлись те дни, когда никто из его подразделения в принципе не уходил домой. К счастью, такие авралы случались редко.

В руке у Матвея был зажат телефон, он уже собирался звонить Алёне, когда увидел, что его младший родич всё ещё на работе. Толкнув дверь, Матвей зашёл в кабинет. Илья сидел за столом и бездумно смотрел в чашку недопитого кофе.

— Ты почему всё ещё здесь? — Илья, услышав голос, вздрогнул и посмотрел в его сторону.

— Да, задумался, счёт времени потерял, — признался он.

— Странно. Я думал, что у тебя с той девушкой, которую ты на ужин пригласил, что-то действительно происходит. Но видимо, нет. Иначе ты не задумывался бы так сильно, и тебя уже точно здесь не было бы.

— Я не хочу навязываться. Это выглядит как минимум жалко, — Илья вздохнул. — Да, хотел у тебя спросить, что там с Роджерсом?

— Всё хорошо с Роджерсом. Я приставил к нему Архипа Ельного. В его докладах пока что не заметно ничего, что могло бы выбиваться из общей картины.

— Бедняга Роджерс, — Илья усмехнулся. — Мне его даже жаль стало. Зная Ельного, могу предположить, что господин Роджерс не может в сортир спокойно сходить, чтобы из унитаза на него не смотрел Архип.

— Меня душевный комфорт этого ублюдка мало волнует, — Матвей поднял телефон. — Вот тебе мой совет: вызванивай Яна и идите в место позлачнее. Пообжимайтесь с девчонками. Да даже в мордобой ввяжитесь, только инкогнито и без увечий. Да какую-нибудь девчонку зацепи и хорошенько покувыркайся в ближайшем отеле. Домой к себе только не тащи. Поверь, в качестве терапии прекрасно подойдёт.

— В твоих речах чувствуется опыт, — складка у Ильи между бровей разгладилась, и он улыбнулся своей обезоруживающей мальчишеской улыбкой. Фамильной улыбкой всех Орловых. Кроме, разве что Кости. Но и у него порой нечто подобное мелькало на лице.

— Всё возможно, — Матвей подмигнул ему, и, набрав номер, вышел из кабинета, оставив Илью поднимать в пола челюсть. Потому что Матвей всегда был для него образцом безупречности, и тут такие открытия.

Трубку долго не поднимали, и когда Подоров уже начал хмуриться, гудки прекратились и раздался знакомый голос.

— Извини, у меня руки были грязные, поэтому долго не отвечала, — сразу же сказала Алёна. Она не оправдывалась, а просто констатировала факт, и это в ней Матвею безумно нравилось.

— Я засиделся за бумагами. Надо график пересматривать, — он сел в машину и завёл её. — Сейчас приеду. Куда хочешь сходить пожинать? — спросил он, выруливая со стоянки.

— Матвей, приезжай уже скорее домой. У меня руки были грязные, потому что я готовлю ужин. К твоему приезду как раз всё готово будет. — Алёна улыбалась, и улыбка слышалась в голосе.

— Чёрт возьми, что бы я без тебя делал? — Спросил Матвей. Вопрос был риторическим, но она на него ответила.

— Превращался бы в жёлчного, вечно всем недовольного старика, — она хихикнула. — Не сразу, конечно. До старика тебе ещё стареть и стареть. Но итог был бы печален.

— И не говори. Я скоро буду, — Матвей отключился, через несколько минут уже въезжал на подземную стоянку своего дома.

Он уже направился к лифту, когда на стоянку заехал представительский лимузин. И уже через полминуты Матвей благодарил всех богов скопом, за то, что они его задержали на службе. Потому что если бы он не встретил эту машину здесь, то вечер был бы безнадёжно испорчен.

— Матвей, — Подоров шагнул к машине и протянул матери руку, помогая выйти из машины. — Михаил сказал мне, что ты живёшь с той девушкой, которую представил нам.

— Да, мама, — спокойно ответил он. — А его величество прекрасно осведомлён о моей личной жизни, как оказалось.

— Он глава твоего клана, это входит в его обязанности, знать о таких подробностях. — Она замолчала, глядя на сына в полутьме подземной стоянки. — Вы не женаты.

— Я в курсе.

— Это так… — она замолчала, пытаясь подобрать слово, которое охарактеризовало бы поступок Матвея.

— Современно? — Подоров решил подсказать матери правильный ответ.

— Необычно, — она его подсказкой не воспользовалась. — Матвей, ты не забыл, что всё ещё являешься сыном клана? И потом, ты об Алёне подумал?

— Мама, это было наше обоюдное решение. Мы уже не дети. И наша жизнь никак не повлияет на положение клана в целом. Подоровы настолько незначительная ветвь правящего клана, что только сам клан и немногие избранные вообще осведомлены о нашем положении. Я один из очень немногих сыновей клана, кто может поступать так, как покажется правильным именно мне.

— Например, жить с чудесной девушкой вне брака? — мать поджала губы. — Я могу к вам подняться?

— Прости, но, нет, — Матвей покачал головой. — Я не хочу, чтобы она сбежала, как с твоего ужина.

— Матвей, — взгляды таких одинаковых глаз встретились. В конце концов, Жанна первой отвела глаза. Вот уже несколько лет она не могла выиграть в этих дуэлях. — Мой мальчик вырос, что же, любая мать однажды с этим сталкивается. К счастью, у меня было достаточно времени, чтобы смириться. Но, Матвей, я всё ещё твоя мать. А Михаил не только твой император, но и глава твоего клана. Если ты не решишь этот вопрос в течение месяца, и не назовёшь мне дату свадьбы, чтобы я смогла успеть достойно подготовиться, то я вынуждена буду обратиться к Михаилу с официальным прошением повлиять на тебя. Пожалуйста, не доводи до этого.

— Я постараюсь, — через минуту напряжённого молчания ответил Подоров.

— Очень хорошо. В таком случае не буду тебя задерживать, — Жанна протянула руку и провела по его щеке. Он не секунду прижался к ладони матери, а затем отстранился. — В эту субботу я жду тебя с Алёной на ужин. — Матвей передёрнул плечом, но она его успокоила. — Никого, кроме нас, на этом ужине не будет, обещаю.

— Ладно, мама, мы приедем.

— И, Матвей, смени машину. Я на неё уже смотреть не могу. — И Жанна легко села в пахнущий дорогими духами и роскошью салон своего автомобиля. Матвей придержал дверь, пока она устраивалась на сиденье.

Когда её машина развернулась к выезду со стоянки, Подоров посмотрел на свою старенькую машинку, к которой он привык, как к разношенной обуви.

— И чем её моя машина не устраивает? Вполне комфортная, ездит без нареканий… — он пожал плечами и быстро пошёл к лифту. — Пойду Алёну радовать новостями. С другой стороны, этот ультиматум должен ускорить принятие решения. Потому что для меня Михаил прежде всего глава моего клана, а вот для неё, он пока что прежде всего император. И вряд ли она сможет сказать «нет», если он попросит её дать ответ. Мама права, пора прекращать играть в обычных людей. Как ни крути, но я сын клана и у меня есть перед кланом определённые обязательства. В том числе в плане обеспечения наследником нашу ветвь клана Орловых.

* * *

Утром я проснулся сам. И это было как минимум странно. Обычно со вставанием по утрам у меня возникают серьёзные проблемы. А тут словно кто-то в бок толкнул, хотя поблизости никого не было. Даже Паразит спал в кресле, свернувшись большим клубком. Он никуда не исчез, всё время оставаясь со мной. Помнится, в прошлый раз только и успевал телепортироваться, а теперь сидит рядом безвылазно, словно что-то его беспокоит.

Я выполнил комплекс упражнений, чтобы разогнать кровь по телу, а после этого принял душ. Обещанная встреча всё никак не наступала.

Мне принесли поесть. Очень красивая девушка внесла в комнату поднос, полный различных вкусностей. Я даже не удержался и попытался пошутить на эту тему.

— А где же тот отвратительный комок слизи, по недоразумению называющийся перловой кашей? Ею, помнится, кормили студентов.

— При распечатывании источника необходимо пару дней соблюдать жёсткую диету. Чтобы излишки энергии распределялись по телу, заполняя каналы. При наличии обильной пищи, организм не сумеет перестроиться на рабочий лад. — Холодно произнесла красавица. В этот момент Паразит встрепенулся и начал потягиваться в кресле, выпуская огромные когти. Девушка вздрогнула и бросила на кота быстрый взгляд.

— Почему вы их так боитесь? Это же всего лишь коты? — я сел прямо на кровать, куда поставил поднос. Стола в комнате не было, а есть на полу я не собирался.

— Ты не знаешь? — она удивлённо посмотрела на меня.

— Если бы знал, не спрашивал бы. Присоединишься? — я кивнул на импровизированный стол. — Я могу узнать, это же не секретная информация, в том же Кодексе можно посмотреть. Вот только зачем напрягаться, если можно узнать из прямых источников?

— Ты ничуть не изменился, Зелон, — девушка улыбнулась кончиками губ. — Всё так же самоуверен и совершенно не испытываешь трепета перед нами.

— Это плохо? — я не сводил с неё тяжёлого взгляда. И хоть губы мои улыбались, подозреваю, что улыбка эта не коснулась глаз.

— Это необычно. Ешь, не бойся, не отравлено, — она снова посмотрела на Паразита, который прошёл мимо неё, едва не задев лоснящимся боком ноги безликой.

— Позволь не поверить тебе на слово, — Паразит обнюхал каждое блюдо и вытащил ломтики буженины откуда-то с середины подноса. И тут же принялся их пожирать, урча при этом от удовольствия. — Вот теперь я полностью уверен, что не отравлено.

— Сволочь, — резюмировала безликая.

— Это называется — практичность, дорогая, — я отломил ещё дымящийся горячий хлеб и принялся намазывать на него масло. — Чеширы, моя радость. — Напомнил я ей.

— Они могут блокировать нашу магию, — неохотно произнесла эта вечно молодая красотка. — А орлы могут нанести непоправимый вред и даже убить. Ты поел?

— А что же, тебе велели ждать здесь, наблюдая, как я ем?

— Не твоё дело, Зелон, — на этот раз она оскалилась, продемонстрировав аккуратные жемчужно-белые зубки. — Не забывайся, ты всё-таки гость.

— Вот именно, — я резко подался вперёд и схватил её за запястье. — А может быть, тебя прислали сюда, чтобы ты могла развлечь гостя дорогого по-всякому?

— Обойдёшься, — она вырвала руку, и в комнате отчётливо задрожал воздух от хлынувшей во все стороны странной, жутко чужеродной силы. — Если какие-то проблемы возникли, то у тебя есть две крепкие сильные руки. Пользуйся.

— Оная, тебе не позволено было разговаривать в подобном тоне, — холодный голос понизил общую температуру в помещении на пару градусов.

— Верн, — она повернулась к двери и склонила голову перед этим безликим, который на вид едва ли был старше меня самого. — Ты слышал, на что он намекал…

— Тебе не давали права слова, — он подошёл и жёстко обхватил её лицо за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Или ты хочешь разделить судьбу не смирившихся?

Оная вздрогнула и медленно покачала головой.

— Это значит, что мне позволят попробовать её в качестве наложницы? — я откинулся на кровати и теперь полулежал, подперев голову кулаком.

— Не зарывайся, — посоветовал мне Верн, но, как только он это сказал, Паразит выгнул спину и зашипел. А я добавил.

— Если то, что говорила эта красотка — правда, и Паразит заблокирует твой источник, то, как думаешь, сколько у тебя шансов против меня без магии?

— Оная, выйди, — Верн отпустил её, а я увидел чёткие следы пальцев на нежной коже. Да, похоже, нравы здесь куда жёстче, чем в кланах. Или сами кланы когда-то оказались хорошими учениками? Вопрос риторический, поэтому я никогда его не задам. — Извини её, Зелон, она одна из последнего поколения. Когда шла война, Оная была совсем дитя и не помнит другой жизни, кроме той, которую мы ведём в местах силы.

— О как, вы всё-таки размножаетесь, — я удивлённо присвистнул. — А почему я думал, что нет?

— Потому что твоё мнение изначально неверное. Но я не собираюсь открывать тебе наши секреты, — обрубил меня Верн. — Зачем ты пришёл сюда?

— Ты знаешь. Происходит нечто странное. Уже лето, а такое ощущение, что вот-вот пойдёт снег. Ваши псины, угрожающие целым деревням. И это только то, о чём мне известно. Ты готов дать мне ответы? — я перестал кривляться, одним движением поднялся с кровати и встал напротив него, а между нами дефилировал Паразит, заставляя Верна постоянно вздрагивать, когда кот приближался к нему.

— Скажем так, эти проблемы уже решены нами, — сначала уклончиво начал Верн, а потом махнул рукой. — Ты меня не помнишь, но это именно я помог тебе вывести этих котов и создать орлов. Наши договорённости были заключены задолго до окончания войны. Зелон…

— Не называй меня так, — я покачал головой. — Я понимаю, что тебе всё равно, и ты не видишь между нами разницы, но, мы разные личности. Да и в любом случае Зелон умер. Он умер дважды, и один раз очень много лет назад здесь в этом мире. И больше не воскреснет. Я прослежу за этим. Значит, между вами всё-таки произошёл раскол.

— Это очень слабое определение того, что тогда произошло. Ты прав, не стоит ворошить настолько древнее прошлое. Но ты должен знать, что остались те, кто так и не смирился с поражением. Мы называем их непримиримыми или не смирившимися.

— Кай и Кара? — спросил я, но уже знал ответ.

— Не только, — он кивнул. — Всего порядка двух десятков мужчин и женщин. Тогда они возомнили себя равными богам и едва не навлекли на всех нас гнев истинных повелителей Вселенных. Мы же собрали Совет и приняли решение: помочь людям победить, в обмен на жизнь и комфортное существование. До сих пор договор не нарушался. Твоё появление послужило катализатором. Кара почти сошла с ума. Но, не переживай. Мы решили эту проблему.

— Я это уже слышал. И хотел бы узнать, как именно вы её решили.

— Непримиримые были помещены в тюрьму. Надолго. Несколько поколений людей должно смениться, прежде чем им, возможно, будет дан ещё один шанс. Ты больше о них не услышишь.

— Все остальные договорённости, насчёт молодых магов и…

— Ни одна из наших договорённостей не нарушена. — Кивнул Верн. — То, что происходило между нами, это наше внутреннее дело.

— Хорошо, — протянул я медленно. — Полагаю, что это тот максимум, который мне позволено будет услышать. Я могу идти?

— Тебя никто не держит. Но, — я так и знал, что будет «но». Слишком уж всё быстро и гладко прошло, а так не бывает. — Я попрошу тебя остаться. Сейчас Совет решает, стоит ли обращаться к тебе с просьбой. Как будущий владыка империи ты в наших глазах вполне уполномочен решать подобные вопросы. Это касается укрепления охраны тюрьмы, в которую заточены непримиримые.

— И когда Совет примет решение?

— Полагаю, что завтра. Время для нас — понятие относительное. Но мы способны учитывать твои интересы. Так что да, думаю, завтра.

— Хорошо. Но если завтра утром вы так и не придёте к общему мнению, то я уеду, и даже не попрощаюсь.

— Это разумные требования, — кивнул Верн и направился к двери.

— Я надеюсь, что меня покормят, — обратился я к его спине.

— Не беспокойся, с голоду мы не позволим умереть нашему будущему императору, — и он усмехнулся, увидев мою ошарашенную морду, после чего вышел, закрыв за собой дверь.

Глава 16

— Ты как? — Рыжов сфокусировался на вошедшей в комнату Люсинде.

— Не знаю. Хреново, — и он упал на подушку, закрыв глаза.

В доме Ушакова он уже бывал, но никогда не думал, что ему тут выделят отдельную комнату.

— Ты плохо выглядишь, Рыжов, — Люся присела возле его кровати в кресло и с тревогой посмотрела на бывшего парня.

Они расстались задолго до того, как она столкнулась возле подъезда с Ушаковым. И теперь Люсинда была благодарна Рыжову за то, что тот её бросил. Потому что сама она никогда не ушла бы от него и не узнала, что такое настоящее чувство. И дело тут было не во внешности Егора и не в его положении, и, конечно, не в деньгах. Дело было в седой пряди, которая навсегда останется напоминанием, как он едва с ума не сошёл, когда думал, что потерял её. А ещё дело было в ружье, которое ей дал Костя, чтобы она могла защитить Егора, когда его едва не убили. Тогда тем уродам действительно пришлось бы переступить через её труп, чтобы добраться до него.

С Рыжовым никогда ничего подобного не было. И всё чаще и чаще Люся задавала себе вопрос, а было ли между ними хоть что-то, кроме совместной квартиры, которую Костя снял? Вопрос был риторическим, и даже её муж знал на него ответ. Потому что в любом другом случае ни за что не притащил бы его к ним в дом.

— Люсь, почему твой мужик — такой мудак? — спросил Рыжов, не открывая глаз. — Зачем он отнимает у меня прекрасный повод продолжать его ненавидеть?

— Ты бредишь, — она привстала и потрогала его лоб. Нет, жара не было, но вид у Олега был действительно не очень хороший, а Люся понятия не имела, что с этим можно поделать и как ему помочь.

— Возможно, но так проще. Матери не говори, — попросил он.

— Рыжов, ты ненормальный, — Люся покачала головой и снова села в кресло. В этот же момент в комнату вошёл Егор. Встав за спинкой кресла жены, он положил руки ей на плечи. Люся вздохнула, закрыла глаза и как котёнок потёрлась щекой о тыльную сторону его ладони.

— На вас смотреть противно, — резюмировал Рыжов.

— Не смотри, — улыбнулся Егор.

— Не получается. — Его лицо мгновенно покрылось потом, а руки сжались сами собой в кулаки. Прикроватная тумбочка дрогнула и начала раздваиваться, создавая две одинаковые копии.

— Рыжов, сосредоточься, — Ушаков нахмурился и быстро подошёл к нему. — Кто тебя возил к месту силу. И зачем?

— Орлов, который Илья. — Пробормотал Олег. — А зачем, я не знаю. Что со мной творится?

— Потерпи. Скоро придёт целитель, а потом школа пришлёт кого-нибудь из преподавателей. Они помогут. — Сухо проронил Егор.

— Рыжов, видишь вот эту кнопку, — Люся встала и пощёлкала перед его носом пальцами, привлекая к себе внимание. — Если станет совсем плохо, или что-то понадобится, нажми на неё. Я не собираюсь сидеть рядом с тобой всё время. К тому же как мне объяснили, ты не умираешь. Максимум, что может тебе грозить — это выгорание. Ты можешь остаться без дара, но, Олежа, для тебя это не критично, как было бы для сына клана. Ты пока не знаешь, что это такое и дар приносит тебе лишь неприятности.

— Это точно, — пробормотал Рыжов. — Может, действительно как-то ускорить этот процесс выгорания?

— Не говори глупостей, Егор тебе поможет. Я, к сожалению, не могу, сам понимаешь.

Она улыбнулась, потрепала его по непослушным темно-рыжим волосам, мокрым от пота, и подошла к мужу, ждущему её возле двери.

Ушаковы вышли, оставив Рыжова одного. Но он даже не заметил этого, потому что снова впал в полузабытье. Но даже сейчас Олег чувствовал невероятное облегчение оттого, что находится не один на один со своим свежеприобретённым даром, а в доме, где куча магов. И эти маги могут помочь ему справиться.

За дверью комнаты стояла Наташа, прислонившись спиной к стене.

— Что ты здесь делаешь? — Егор нахмурился.

— Я побуду с ним, — сестра упрямо посмотрела на брата.

— Я с тобой ещё не поговорил про твои выходки…

— Егор, не начинай, — Наташа поморщилась. — Я вполне могу вернуться к деду, и ты о моих выходках вообще не узнаёшь. И в этом ты не можешь мне приказывать, сам понимаешь. В том, что я посижу с больным человеком, нет ничего криминального.

— Наташа, — они уставились друг на друга. Так сильно похожие и одинаково упрямые.

— Егор, — он вздрогнул и посмотрел на Люсинду, которая тронула его за руку. — Пошли. Пускай Наташа посидит с Рыжовым. Он сейчас не в том состоянии, чтобы натворить глупостей.

— А я не за него беспокоюсь, — выплюнул Егор и обнял её. — Надеюсь, что глупостей не наделаешь ты, — кивнул он сестре.

Наташа вошла в комнату и села в то самое кресло, из которого недавно поднялась Люсинда. Рыжов её не видел. Он метался в постели, а по лицу время от времени пробегала болезненная судорога. Покосившись на две одинаковые прикроватные тумбочки, девушка перевела взгляд на его лицо. По щеке покатилась слеза, и Наташа взяла Олега за руку, сжимая его горячую ладонь тонкими прохладными пальцами. Как бы странно это ни было, но от её прикосновения он начал успокаиваться. Перестал метаться и заметно расслабился. В себя, правда, не пришёл, но терзающая его боль постепенно снизилась, а Наташа внезапно вздрогнула, почувствовав, как тепло из его ладони начало перетекать к ней. Её источник был ещё закрыт. Она должна будет поехать к месту силы осенью, вместе с другими учениками школы, у которых каналы были уже развиты достаточно, чтобы принять дар и не навредить этим себе и окружающим.

В этот момент в комнату заглянул Егор. Увиденное ему сильно не понравилось.

— Чёрт возьми, только этого мне не хватало, — прошипел он сквозь стиснутые зубы, но проявил благоразумие и не стал нарушать это хрупкое равновесие.

Закрыв дверь, он быстро пошёл по коридору. Люсинда уже давно убежала. Сейчас она собиралась в редакцию вместе со Стёпкой. Ни своего ребёнка, ни своё детище в виде журнала она бросать не собиралась, да Егор и не настаивал. Журнал — это была нормальная забава для жены главы клана. Вот только сейчас у него были другие заботы, которые он зачем-то сам своими руками на себя взвалил.

— И на хрена я это рыжее чучело к себе притащил? — задал он вопрос вслух, на ходу вытаскивая телефон. Он не надеялся, что сможет дозвониться, но к собственному удивлению услышал знакомый голос.

— Да, Егор, у вас что-то произошло?

— Костя, у тебя всё в порядке? — Ушаков даже на мгновение забыл, зачем звонит. Голос Кости звучал глухо, и это заставляло волноваться.

— Да, всё хорошо. Скучно, но это не смертельно. Безликие не любят суеты и делают всё медленно и основательно. Так что у тебя произошло? — услышав знакомую иронию в голосе, Егор выдохнул с облегчением.

— Илья за каким-то хреном стаскал твоего рыжего туда, где ты сейчас развлекаешься. Как оказалось, у твоего помощничка просто огромный потенциал. Вот только он с ним обращаться не умеет. И ему сейчас не просто хреново, а очень хреново. Орлов же его просто оставил в той дыре, которую он своей квартирой называет. Я его нашёл уже в таком состоянии. Просто надо было кое о чём переговорить. Так что я его к себе привёз, но что делать не слишком понимаю. Всё-таки у нас таких проблем никогда не встречается. Детей клана к принятию дара с малых лет готовят. А ты, помниться, со мной долго возился, когда я воду в качестве дара заполучил.

— Какого чёрта⁈ — Егор даже представил, что Костя вскочил с кровати, на которой до этого момента лежал. — Вашу мать. Я не знаю, за каким хером Илье это понадобилось, и вот прямо сейчас не собираюсь выяснять. Но если у тебя есть время, то можешь заняться. Илью разрешаю даже немного побить, за то, что оставил Рыжова, а не проследил, что у него всё нормально усвоилось. — Костя замолчал задумавшись. — Вот что. Самое основное — жрать ему не давайте. Мне тут походя объяснили, что это важно. И та жуткая каша, которой нас на инициации якобы кормили — это не просто издевательство над бедными студентами. Что в случае голодовки организм попытается использовать доступную ему энергию, в нашем случае переизбыток в источнике. Ну а источник, чтобы не потерять то, что составляет саму его суть, начнёт без подсказок отдавать энергию, распределяя по каналам. Как-то это так происходит.

— Хорошо, я попробую, и с Ильёй поговорю. Не нравится мне подобное самоуправство. Он же, полагаю, тебя не предупредил о том, что собирается делать?

— Нет, не предупредил, — сквозь зубы процедил Костя. — Так, всё, за мной пришли. Удачи.

— И тебе, — прошептал Егор, вслушиваясь в гудки, идущие из трубки.

Он сейчас отдал бы многое, чтобы оказаться рядом с Костей. Прикрыть ему спину в случае чего. Но Костя был прав, от него там было мало толку. Зато он может помочь ему разобраться с непонятками в клане Орловых. Тем более что срочных дел у Ушакова не было. И Егор решительно набрал номер Ильи, чтобы выяснить подробности про Рыжова.

* * *

Валерий Смирнов прошёлся ещё раз по холлу и посмотрел на входную дверь. Таня уже должна была вернуться с работы. Он посмотрел на часы и снова на дверь. Терпение отца уважаемого семейства начало заканчиваться, когда дверь открылась и дочь вошла в квартиру.

— Папа, ты кого-то ждёшь? — Валерий окинул дочь внимательным взглядом. Она была немного бледна и предельно серьёзна. Но, это могло быть связано с работой.

— Вообще-то, тебя. Можешь меня поздравить. Я только что заключил самый значимый контракт в своей жизни. Государственный контракт. На постройку здания для головного офиса Имперской службы безопасности.

— Эм, — Таня с тревогой посмотрела на отца. Когда он вернулся от императора, то не сказал, зачем его вообще вызывали. Оказывается, вот за этим. — Это как-то связано со мной?

— Напрямую. — Любезно сообщил ей отец. — Его величество прямо заявил, что не стал искать других подрядчиков, потому что вспомнил, что Танечка говорила о своём отце. Спасибо, дочь, что перед моим визитом сообщила о своём скромном ужине в клане Орловых. А то, я бы выглядел ещё более жалким.

— Ты не сказал, что тебе предложили контракт, — протянула Таня.

— Потому что я не верил в его осуществление. Но, когда вчера ко мне пришли юристы имперской канцелярии… Собственно, зачем я тебя звал. Его величество попросил меня повлиять на тебя. И если этот мальчишка Орлов, решит продолжить ухаживания, не отвергать его прямо с порога, а дать шанс. Я понимаю, что ты не дочь клана, в этом случае я бы просто приказал и никуда бы ты не делась. Но, я тебя прошу, Танечка, не усложняй мне жизнь, пожалуйста. Будь с этим Ильёй полюбезней.

— Знаешь, папа, я была бы с ним полюбезней и без твоих подсказок, если бы эта скотина соизволила хотя бы позвонить, — вспылила Таня.

— Таня, раз в дело вмешался глава клана, значит, у Ильи есть причина не звонить! — рявкнул Валерий. — Так что, будь так любезна, пересиль себя и набери уже его номер! Таня, мне уже сегодня позвонили трое моих так называемых коллег и поинтересовались, кого именно я убил, чтобы заполучить этот контракт! Не делай мою жизнь сложнее, чем она есть на самом деле. И ещё, какова вероятность того, что этот молодой Орлов действительно может на тебе жениться?

— Я не знаю, папа, — Таня сдавила пальцами виски. — Но, когда он представлял меня на том проклятом ужине ни у кого, включая императора эта новость отчуждения не вызвала. Мы же практически ничего не знаем о кланах. Может быть, Ушаковы — это не красивая сказка, и подобное в порядке вещей. Просто с одним из сильнейших кланов такое случилось впервые, вот история и вышла на поверхность. Да и сам Егор довольно публичная личность. И его жизнь совсем немного, но на виду. В отличие от остальных. Я, например, кроме его величества, Кости, Матвея Подорова и Ильи даже не знала, как выглядят другие члены правящего клана. И то, этих я знаю только потому, что на Костю работаю. Кроме императора, разумеется. Поэтому я не могу ответить на твой вопрос. Но зато я могу позвонить этому придурку и выяснить подробности.

— Только не будь с ним слишком резка, — наставительно произнёс Валерий. — Хоть, как меня заверил император, практика уничтожения семьи дурочки, умудрившейся понравиться сыну клана, ушла в небытие, где гарантия, что для нас не сделают исключение?

— Костя — вот наша гарантия, — пробормотала Таня, доставая телефон и дрожащей рукой набирая номер Ильи. Кажется, эта шутка слишком затянулась и начала выходить из-под контроля. Значит, с ней пора заканчивать раз и навсегда.

* * *

Я ещё не отошёл от разговора с Егором, когда за мной зашёл Верн, жестом приглашая следовать за ним.

Мы прошли мимо гостевого городка, как я назвал про себя это место, заставленное однотипными домиками, и вошли в приземистое одноэтажное здание, с одной-единственной комнатой. Комната была огромной. Похоже, что здесь внутри ещё и с пространством основательно поработали. Большой круглый стол, стоящий посредине комнаты, терялся и выглядел маленькой деталью в этом пустом пространстве.

— Проходи, — Верн указал на стол, и сам пошёл впереди меня, чтобы я, не дай бог, не заблудился в этой пустой комнате и не прошёл мимо.

Безликий сел на своё место. Сначала я подумал, что мне предстоит всё время простоять перед этими снобами. Но напротив Верна стояло единственное пустое кресло, и я логично предположил, что оно предназначено мне.

Всего безликих за столом расположилось пятнадцать. Все без масок. Все мужчины. Забавно. Похоже, что женщины в их структуре власти никакой роли не играют. Да, похоже, основатели кланов многое переняли у бывших хозяев планеты.

— Прежде чем мы начнём, я хотел бы получить ответ на вопрос, кто именно помог моему деду? — спросил я, садясь и обводя взглядом одинаково молодые лица.

— Я, — ответил один из них. Он сидел по правую руку от Верна. — С разрешения Верна я зафиксировал результат и убрал привязку к срокам действия получившегося конструкта.

Он не представился, но мне не нужно было знать его имя. Главное, что это сделал не Кай. А к магии они всё-таки относятся по-другому. И воспринимают её иначе, чем мы. Всё-таки безликие — не люди, и ответ одного из них только подтвердил то, о чём я давно догадывался.

— Кай утверждал обратное. — Сказал я.

— Кай лгал. Собственно, как обычно, — спокойно ответил Верн. — Это всё, что ты хотел услышать?

— Да. Что вы хотели мне предложить?

— Мы заточили непримиримых в тюремный блок, — ответил Верн. Вот что меня бесило в безликих, это их неэмоциональность. Было невозможно понять, о чём они думают и как реагируют на твои слова. Но, тут уж ничего не поделать. У них было о-о-о-чень много времени, чтобы натренироваться. — Это было нелёгкое решение, но они доигрались. Мы долго терпели, но любому терпению приходит конец. Впрочем, это наше внутреннее дело. Знать подробности тебе необязательно.

— Как скажешь, — ответил я, стараясь так же как и они, сохранять видимость спокойствия и равнодушия. Для этого нужно было всего лишь чуть-чуть активировать дар смерти. Если безликие и заметили, что в комнате похолодало, то вида не подали.

— Мы хотим, чтобы ты помог осуществлять защиту.

— А больше вы ничего не хотите? Ты сам только что сказал, что это ваше внутреннее дело, — я не сумел сохранять полную невозмутимость и слегка прищурился.

— Да как ты смеешь так с нами разговаривать, — один из них тоже не выдержал и привстал.

— Мяу, — прямо посредине стола материализовался Паразит и выгнул спину зашипев. При этом его глаза горели жёлтым пламенем.

— Солак, сядь, — холодно приказал Верн. Понятно. Всё-таки он здесь главный. — Константин, успокой своего кота. У нас и в мыслях не было как-то навредить тебе. В противном случае мы бы просто не сдерживали непримиримых.

— Паразит, успокойся, — как ни странно, но чешир меня впервые послушался и развалился на столе, принявшись вылизывать свою лоснящуюся шкурку.

— Тюрьма находится в подземном городе, в месте обитания тёмного единорога. Одного из последних, чей родильный могильник был заложен накануне поражения армий Кая, — продолжил Верн, как ни в чём не бывало. — Этот город когда-то назывался Зелон, и именно он дал имя твоему предку.

— Хорошо, что ты стал нас дифференцировать, — я едва заметно усмехнулся. — Что вы предлагаете мне сделать, чтобы усилить вашу защиту?

— У тебя там некромант присматривает за единорогом. Он сильный маг. И у него есть все качества, которые помогут стать идеальным стражем. Я сам буду его обучать. От тебя потребуется легализовать его. Вернуть клан, оговорить условия, чтобы хотя бы один из стражей всегда оставался рядом с городом. Обязать жениться и обзавестись потомством.

— Хм, — я задумался, а затем неохотно покачал головой. — Проще будет включить Ершовых как отдельную ветвь в клан Орловых. Тогда, как будущий глава клана я смогу ему просто приказать. И он не посмеет взбрыкнуть. Слишком уж Ершов себе на уме.

— Как хочешь. Если ты согласен, то отправимся туда через час. Осмотрим всё. Я покажу тюрьму. И сразу начну обучать будущего стража.

— Это всё? — спросил я его, прикидывая, как буду выносит сокровища при таких условиях.

— Да, это всё.

— И стоило ради такого столько церемоний разводить, — я поднялся. — Мне вас никогда не понять.

— Так же, как и мы никогда не понимали и не поймём людей, — парировал Верн.

— В этом наша сила. Пойдём, Паразит, поедим что-нибудь, надеюсь, нас покормят на дорожку, — и я быстро направился к выходу, а рядом со мной вышагивал здоровенный чёрный кот. Что же, обрадуем Ершова, что ему не только надо будет чесать свои яйца и Зелона, но и поработать придётся. Я представил себе его вытянувшееся лицо, и мне как-то даже полегчало и настроение немного улучшилось.

Глава 17

Таня в очередной раз набрала номер.

— Да, Орлов! — похоже, что Илья не посмотрел на то, кто звонит, да и пребывал не в лучшем расположении духа.

— Если ты не готов разговаривать, то я позже позвоню, — чуть помедлив сказала Смирнова.

— Таня, чёрт, секунду, — он замолчал, а потом снова заговорил. — Меня сейчас Ушаков довёл, — зачем-то признался он ей. — О чём ты хотела поговорить?

— Это нетелефонный разговор, — Таня вздохнула. — Мой отец встревожен, и, кажется, его паранойя начала передаваться и мне тоже. Мы можем встретиться?

— Когда? — Илья не секунду задумался, и от Татьяны не ускользнула эта заминка.

— Я хотела прямо сейчас, — да, сейчас, пока у неё не испарилась решимость. — Но, если ты занят…

— Таня, я на работе, — в его голосе снова появилось раздражение. — У меня сегодня ночное дежурство. Сыновья кланов не проводят праздно время, только и делая, что развлекаясь.

— Илья, я работаю на Костю. И я знаю, как сыновья кланов носятся, чтобы везде успеть. Не надо на меня сбрасывать своё плохое настроение.

— Извини, — она не видела его, но почему-то представила, что он в этот момент вытер лицо ладонью. — Я не хотел срываться. Хотел только сказать, что сейчас на работе. Поэтому если ты не хочешь коротать ночь со мной в кабинете в офисе имперской службы безопасности, то можно встретиться завтра.

— Я могу приехать, — решительно ответила Таня. Она себя знала и прекрасно понимала, что завтра найдёт множество причин, чтобы отвертеться от предстоящей встречи и разговора, который должен расставить все точки во всех нужных местах. — Если ты мне скажешь, куда ехать.

— Хм, — Илья задумался, а потом ответил. — Подъезжай к дворцовому комплексу. Возле ворот я тебя встречу. Ты же никогда не была во дворце?

— Да, как-то не приходилось, — Таня нервно хихикнула.

— Так что я лучше тебя встречу. Иначе ты заблудишься. Дворцовый комплекс довольно большой, знаешь ли.

— Представляю, — Таня уже хотела сказать, что передумала, и что им действительно нужно встретиться в другое время, но Илья уже отключился. — И вот что это только что было? — спросила она у трубки? Нет, Танюха, с Орловыми тебе точно не по пути. Так что, собирайся. Попрощаешься, заодно дворец посмотришь. Когда ещё такая возможность представится?

Переодеваться она не стала. Схватила сумку, швырнула в неё телефон и пошла к выходу, на ходу забирая ключи со столика в холле.

— Ты куда? — устало спросил отец, любивший сидеть здесь, пролистывая газеты.

— К Илье. Он работает, и я решила, что не стоит откладывать разговор, и мы договорились встретиться у него на работе.

— А где он работает, напомни мне, — Валерий потёр лоб. Даже если Таня ему говорила про место работы Орлова, то он благополучно об этом забыл под грузом навалившихся на него проблем.

— Под началом Матвея Подорова. Пап, я тебе говорила, — Таня подошла к отцу, обняла его, чмокнула в макушку. — Всё будет хорошо, папа. Илья — всего лишь мужчина, как и все остальные, а вовсе не исчадье ада.

— Я очень надеюсь, что ты права, Таня. — Отец похлопал её по руке. Он хотел бы помочь, но, совершенно не представлял, что можно сделать в этой ситуации.

— Я права, папа, — и она вышла из квартиры.

На улице совершенно стемнело, когда машина подъехала к воротам императорского дворцового комплекса.

— Выйдите, пожалуйста, из машины, — мужской голос заставил замереть, а то время, как сердце сделало кульбит и забилось с удвоенной силой.

Таня вылезла из тёплого салона. На улице было прохладно. Кожа сразу покрылась мурашками, и она пожалела, что не набросила даже пиджак, когда решительно вышла из дома. К ней подлетел идентификатор и облетел вокруг, тщательно отслеживая каждый необходимый ему параметр. И только после этого из ворот вышли двое мужчин.

— Таня, пойдём, — к ней подошёл Илья и решительно взял за руку. — Твою машину сейчас осмотрят и прогонят под идентификационной рамкой. Мы сможем её забрать по ту сторону ворот.

— Как тут всё серьёзно, — она поёжилась, а по телу побежали толпы мурашек.

— Это место нахождения императора и не только, — для Ильи всё это было нормальным. У Тани, глядя на него, сложилось впечатление, что он больше бы удивился, если бы однажды пришёл сюда, и не обнаружил какого-то элемента охраны. Скорее всего, была бы объявлена тревога, или какой-то её эквивалент.

Они прошли ворота, и только после этого Илья стянул пиджак и накинул его девушке на плечи. Таня сразу же закуталась в него, ловя тепло тела Орлова, сохранившееся на подкладке.

Во время проверки машины не было произнесено ни слова. Всё это время Таня украдкой поглядывала на Илью. Орлов был хорошо виден на освещённом мощными прожекторами пяточке перед воротами. Он стоял, сунув руки в карманы брюк. Белая шелковая рубашка просвечивалась на свету, и создавалось ощущение, что Илья стоит перед ней полуголый. У него была хорошая фигура. Развитая мускулатура. Но у него работа такая, он должен быть в хорошей форме. Внезапно вспомнилось, как легко он скрутил приятеля её неудачливого кавалера, хотя Роджерс был гораздо массивнее Ильи.

Ворота распахнулись, и её машинка въехала на территорию святая святых Российской империи.

— Можете продолжать путь, — сообщил выскочивший из машины охранник. Именно его голос Таня слышала, когда подъехала к воротам.

— Не возражаешь? — Илья сел за руль, а Тане не оставалось ничего другого, как примоститься рядом с ним. — Просто так будет быстрее, — он повернулся к ней и улыбнулся.

«У них похожая улыбка. У всех Орловых. Мальчишеская, совершенно обезоруживающая. Только они пользуются этим оружием крайне редко, словно не догадываются о том, что оно есть», — промелькнуло в голове у Тани.

Ехали они довольно долго. Скорее всего, из-за крайне медленной скорости. Всё это время Таня наблюдала за Ильёй и совершенно не смотрела на дорогу. Если ей придётся выезжать одной, она ни за что не вспомнит, куда нужно ехать.

Наконец, Илья припарковался. Возле невзрачной двери была разбита небольшая парковка.

— Приехали, — Илья заглушил машину. — Пошли, покажу, где я работаю.

Таня шла за ним, стараясь не сильно глазеть по сторонам. В каждом коридоре, по которым они проходили, располагалась охрана. Таня так и не поняла, где именно расположен знаменитый офис имперской службы безопасности. Они шли по какому-то очередному коридору, и Орлов остановился перед одной из дверей.

— Вот моя конура, — он распахнул дверь перед Таней. — Прошу.

С Таниной точки зрения кабинет был большой. Здесь даже диван стоял, кроме обязательного стола, шкафа и зачем-то школьной доски.

— Илья, нам надо поговорить, — тихо произнесла Таня.

— Я это уже понял, Танюша, — он посмотрел её в глаза. — Я рад, что ты сюда приехала.

— Это был импульс, — пробормотала Таня.

— Это был очень хороший импульс. Здесь на своей территории у меня есть шанс… — его прервал звонок телефона. При этом звонил не его личный телефон, а стационарный, стоящий на столе. — Извини. Располагайся, — он обвёл кабинет рукой, намекая на то, что она может садиться куда угодно. Сам же подошёл к столу и поднял трубку. — Орлов.

Таня села на диван, наблюдая за Ильёй. Он тем временем с кем-то разговаривал чуть ли не на повышенных тонах. Сути разговора она не понимала, но встрепенулась, когда Илья положил трубку на стол, подошёл к доске и взял в руки маркер. Быстро начертил линию и разбил её на несколько отрезков, а потом с его пальцев сорвалось несколько искорок. Они упали на отрезки и пришли в движение. Илья внимательно следил за ними, потом резко стёр этот странный рисунок с доски и подошёл к столу. Садиться за него он не стал, лишь поднял трубку и сказал.

— Семьдесят восемь процентов, Сорокин. Да, это большой процент вероятности. Сорокин, ты что такой дебил? Это был риторический вопрос. Выполняй задание. — И он бросил трубку. — Идиоты. — Он протёр лицо руками и сел на диван рядом с Таней. — Ты хотела поговорить?

— О чём? — Таня моргнула. Ночь странно действовала на неё. Полутёмный кабинет и этот мужчина, и магия, которая была ей недоступна, но которая действовала завораживающе.

— Действительно, — Илья рывком усадил её к себе на колени и поцеловал.

Он прекрасно понимал, что сейчас не время и не место, что в кабинет мог кто-нибудь в любой момент войти, или снова позвонит идиот Сорокин, который никак не мог вычислить шпиона из Империи Востока, хотя Илья ему уже весь расклад дал, практически преподнёс на блюдечке… Всё это Орлов понимал, вот только упустить шанс не хотел. И раз на Таню его повседневная, в общем-то, работа подействовала таким странным образом, то этим нужно было воспользоваться. Потому что второй попытки у него не будет. И он без всякого анализа мог это просчитать.

* * *

Император плохо чувствовал себя весь день. Боли во всём теле усиливались, и уже одна инъекция в день не справлялась. Лекарство было призвано удерживать разрушительный эффект яда, когда-то давно попавшего в его организм. Но всему наступает предел. Михаил терпел до вечера, не решаясь вызвать целителя, чтобы тот ввёл повторную дозу. Но, в конце концов, не выдержал. И это позволило ему разобраться с насущными делами, которые в течение дня были заброшены.

Была уже поздняя ночь, когда он решил, что на сегодня достаточно, и можно уже идти в свои апартаменты. Возможно, удастся заснуть. Отпустив секретаря, клевавшего носом в приёмной, император, не спеша, пошёл по запутанным коридорам дворца. На его пути охранники вытягивались, и с них слетала та сонная пелена, которая всегда накатывает на человека ночью. Как бы он ни старался её игнорировать.

Ночь странная пора, мистическая, волшебная. Именно ночью происходят все самые невероятные вещи, в том числе и самые жуткие. Михаил тряхнул головой, улыбаясь собственным странным мыслям. Практически все дела уже сделаны, осталось только додавить нескольких сыновей кланов, чтобы они прекратили огорчать своих матерей и обзавелись уже семьями. А потом можно и отдохнуть. Тем более что оставит он империю в надёжных руках.

Михаил никогда не лгал себе. И прекрасно понимал, что прожил так долго после отравления, только потому, что боялся умереть и оставить власть в руках дяди или его сыночка. Сейчас же это было уже неактуально. Он очень устал. Устал ежедневно бороться с костлявой, и начинал уже ждать её, как избавление. Осталось всего пару дел выполнить…

Он зашёл на территорию Матвея. Когда они выбирали место, где разместиться обновлённая служба безопасности, Михаил, не колеблясь, предложил дворец. Скоро построят отдельное здание, возведённое с нуля, а пока сотрудникам имперской безопасности приходится мириться с некоторыми ограничениями. Так это дворцовый комплекс, и здесь усиленные меры безопасности, так что ничего не поделаешь, мириться придётся.

В одном из кабинетов горел тусклый свет, пробивающийся под дверью. Если Михаил не ошибался, то это кабинет Ильи. Значит, мальчик сегодня на ночном дежурстве. Обычно Матвей брал половину ночей на себя. Но сейчас в графике его не было вообще. Ещё бы, молодая жена ждать вечно не будет. Уж начальник может сам себя избавить от дежурств, это не его работа сидеть возле телефона и ждать, вдруг что-то произойдёт. Алёну Михаил считал именно что женой Матвея, а свадьба была лишь формальностью, которая скоро разрешится. И Подорова в его списке оставшихся дел уже не было.

Император решил заглянуть к сыну своего клана и поинтересоваться, как у него дела. Открыв дверь, он зашёл в кабинет и остановился на пороге. Сначала Михаил почувствовал гнев на мальчишку, какую-то девицу умудрившегося притащить в святая святых, но потом узнал в девушке, которую увлечённо лапал Илья, Татьяну и улыбнулся. Ну вот, ещё один ребёнок пристроен, наконец-то.

Он негромко кашлянул, привлекая внимание увлёкшейся парочки. Таня ойкнула и соскочила с колен Ильи, выглядевшего в этот момент обескураженно.

— Ваше величество, это не то… — пролепетала Таня, но Михаил лишь снисходительно улыбнулся.

— Илья, не забывай, что ты всё-таки на службе. Танечка, пришла составить тебе компанию, я даже могу это понять, сам был когда-то молод, но все глупости следует отложить, — Илья закивал. У него, похоже, пропал дар речи, и он старательно соображал, как выпутаться из данной ситуации.

— Ушаков мне разнос устроил. Рыжов, оказывается, очень нехорошо переносит открытие источника. Егор орал на меня полчаса, говоря, что я козёл, и оставил Олега одного в такой момент. И что ему пришлось забрать его в свой дом, — выпалил Илья.

— Хм, я с ним согласен, ты должен был убедиться, что всё хорошо, — нахмурился император.

— Я не нянька, — вспылил Илья, и тут же добавил. — Мы, когда обратно ехали, всё было нормально. Я заставил Рыжова свой номер наизусть выучить. И забил его ему в телефон, и визитку дал. Он должен был позвонить мне, если бы начались отклонения, хоть малейшие. Но эта скотина рыжая не пошевелилась, а теперь я остался виноват.

Таня внимательно слушала его. Вот значит, почему он не звонил. Он куда-то уезжал с личным секретарём Кости. С другой стороны, мог и предупредить.

— Не оправдывайся, это звучит жалко, — император остановил Илью. — Я навещу с утра Егора и Олега. Пора уже подготовить Рыжова. Не просто же так мы ему источник вскрыли.

— Это обязательно? По-моему, Олег себя и без клана прекрасно чувствует. — Попытался возразить Илья.

— Илюша, это вопрос кадров, — вздохнул Михаил. — Личным помощником императора не может служить парень с улицы. Нет, конечно, Костя может эпатировать всех вокруг этим фактом. Но, зачем создавать проблему на пустом месте, если она легко решается?

Илья только рукой махнул, мол, делайте что хотите, только меня не трогайте.

— Ладно, спокойного дежурства, — Михаил кивнул и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он остановился. — Я передам твоей матери, что у тебя с Танюшей всё хорошо. И что она может начинать готовиться к свадьбе. Будь добр, сообщи ей дату. И, Танечка, думаю, что тебе нужно передать телефон своей матушки матери Ильи. Предоставим дамам самим определиться с торжеством. А я постараюсь уговорить Егора предоставить вам ротонду. — И он подмигнул уставившимся на него Илье и Тане, после чего вышел из кабинета, оставив их переваривать то, что сейчас произошло, и в какую ловушку они сами себя загнали.

* * *

Ершова дома не оказалось. Мы с Верном бросили свои вещи в доме, принадлежавшем Ирине, а, следовательно, мне тоже. На безымянном пальчике девушки Ершова красовалось кольцо, а по заметно округлившейся талии, было видно, что он поступил, как порядочный человек.

Мы с безликим вышли из дома и направились к загону Зелона.

— Он женился, это может стать проблемой? — спросил я, не глядя на Верна.

— Нет, какие могут быть в этом проблемы? Она беременна. У неё будет мальчик. Одарённый. По всем признакам — некромант. Но, тут возможны варианты, конечно.

— Для матери это не опасно? — я остановился на пригорке. Отсюда уже был виден загон, но мне нужно было выяснить несколько моментов.

— Нет, — безликий покачал головой. — Даже хорошо, что она неодарённая. Другие дары не любят дар смерти. Они его всеми силами пытаются подавить. И это одна из причин, почему женщина-некромант теряет магию при беременности. В таком состоянии нестабильная сила ребёнка просто уничтожает этот дар. Конечно, данная причина не единственная, но одна из основных.

— А если ребёнок тоже некромант? — спросил я, потому что для меня этот вопрос хоть и не был слишком актуальным, но значимым.

— Так не бывает, — Верн покачал головой. — Существуют определённые законы магии, которые нельзя нарушать.

— А вы всё-таки козлы, — я сплюнул. — Такую информацию нельзя держать в секрете. Скольких проблем можно было бы избежать.

— Мы ничем не обязаны людям… — Верн прищурился и скрестил руки на груди.

— Обязаны, — перебил я его. — Даже сейчас ты становишься обязанным. Но продолжаешь делать вид, что это вы оказываете нам одолжение.

— Без нас вы не справитесь с непримиримыми…

— Да, ладно, — я повторил его позу, а затем указал рукой в сторону загона. — Вон там, находится город, мёртвый город, в котором, кроме твоих дружков и их сумасшедших подружек нет никого живого. Как ты думаешь, если я запущу туда ветер тлена, они с ним справятся? У меня сейчас хватит сил держать его очень долго. А по-настоящему бессмертных существ не бывает. Даже боги — смертны. И поверь, если что-то пойдёт не так, я это сделаю.

Мы бодались взглядами почти минуту, после чего Верн отступил.

— Не горячись. Лично я никогда не желал вам зла, — он криво улыбнулся. — Но мы всё ещё нужны друг другу. И ты это знаешь, именно поэтому мы всё ещё разговариваем. А ещё ты боишься потерять себя…

— Не в вашем случае. Вы не люди, и не невинны. С чего мне сильно беспокоиться о вашем самочувствии. С другой стороны, ты прав. Мы всё ещё нужны друг другу, именно поэтому сейчас идём туда ставить Ершова перед неприятным для него фактом.

Развернувшись, я направился к загону. Верн шёл за мной чуть отставая.

Кирилл расчёсывал Зелону гриву. Когда единорог увидел меня, то радостно заржал, и тут же попятился, заметив безликого.

— Какая невероятная преданность и любовь к своим создателям, — хмыкнул я, покосившись на Верна. — Глядя на это, лично у меня сразу возникает вопрос, а может быть, вы всё-таки что-то делали не так?

— Вот сейчас лучше помолчи, — процедил безликий.

— Хорошо, — теперь я улыбался во весь рот. Поднеся руки к губам, крикнул. — Эй, Ершов, иди сюда, дело есть.

Некромант скорчил недовольную мину, похлопал Зелона по крупу, успокаивая, потому что единорог дрожал крупной дрожью, и подошёл.

— Чего тебе? — он повернулся к Верну. — А ты что ещё за хрен с горы? Никогда не видел, чтобы наш парень кого-то боялся.

— Я твой будущий учитель, — Верн скривился. Видимо, перспектива учить Ершова была такая себе. — И первое, что ты освоишь — это поставишь его под седло. Смотреть противно. Боевой единорог должен быть под стражем, а не изображать из себя бабочку-переростка.

— Чего? — Кирилл перевёл недоумённый взгляд на меня. — О чём вы вообще говорите?

— Пошли присядем. — Я кивнул на скамью, которую установили за пределами загона. — Нам предстоит долгий разговор.

Глава 18

Егор подошёл к двери вместе с целителем клана, призванного к Рыжову.

— Что скажете? — спросил Ушаков, останавливаясь и вынуждая тем самым остановиться целителя.

— Искусственная кома продлится ещё четыре дня. В это время каналы восстановятся и начнут заполняться как положено, а источник перестанет пытаться разорвать его изнутри. Почему он вообще так сильно затянул? — задал целитель вопрос, на который Егор только поморщился.

— Потому что Рыжов — идиот. Который «мужественно» терпел. Хотя понятия не имел, что именно он терпит.

— Глупо, — пожал плечами целитель. — Но, у каждого свои тараканы в голове.

— Это точно, — Ушаков передёрнулся, вспомнив, как Наташа сидела, держа рыжего за руку, каким-то странным образом утихомиривая его бешеную магию.

— Ну, теперь-то точно всё будет хорошо. — Целитель открыл дверь.

— Вас отвезти? — буднично спросил Ушаков.

— Нет, спасибо, Егор Александрович. Я на машине. — Целитель вышел, а Егор остался стоять перед дверью, задумчиво разглядывая пол холла.

Он уже хотел было уйти, но тут к нему прибежал запыхавшийся дворецкий.

— Что случилось? — Ушаков перевёл на него удивлённый взгляд.

— Егор Александрович, — дворецкий попытался перевести дух, держась рукой за грудь. — Там… — он махнул рукой на дверь. — Только что охрана ворот позвонила. На территорию поместья въехал кортеж императора.

— Что? — Егор моргнул, а потом процедил сквозь зубы. — Илюха, сука, нажаловался. Чёрт, — он одёрнул пиджак и рывком открыл дверь, чтобы бежать встречать императора.

— Егор, — император стоял уже на крыльце, под недовольным взглядом охранника, которого он оттолкнул в сторону. — Да не лезь, — отмахнулся он от охранника, всё ещё пытающегося протиснуться между своим императором и хозяином дома. — Уж где-где, а здесь мне ничего не угрожает, не так ли, Егорушка?

— Конечно, ваше величество, — Егор склонил голову, обозначая поклон. — В этом доме не пожалеют жизни, чтобы защитить вас.

— Вот видишь, — Михаил усмехнулся, обращаясь к охране. — Чего только люди не сделают, на что только не пойдут, лишь бы на моём месте не оказаться. Потому что умный.

— Ваше величество… — Егор напрягся. Он не понимал, зачем Михаил вообще приехал в его дом, да ещё и без объявленного визита. Он до сих пор вспоминал свадьбу Кости, когда на нём висела охрана, как страшный сон.

— Ладно-ладно, не тушуйся, — Михаил вошёл в дом, потому что Егор догадался отступить в сторону, давая ему дорогу. — Я пришёл, чтобы обсудить две вещи. Ты же не против?

— Нет, конечно, нет, — быстро заверил Егор императора в том, что он совершенно не против, и Михаил может решать с ним не только два, а хоть десяток вопросов.

— Тогда проводи меня к своему гостю, Рыжову, — озвучил Михаил свою первую просьбу.

Егор натянуто улыбнулся и сделал приглашающий жест рукой. Он всё ещё не понимал, что Михаилу от него нужно. Не на Рыжова же император приехал посмотреть, в самом деле. С другой стороны, зачем-то же он приказал отвезти рыжего к месту силы.

— Ну а пока мы идём, я хочу задать тебе вопрос. — Михаил шёл, сцепив руки за спиной. Егор, шедший по правую руку чуть впереди, потому что показывать дорогу, напряжённо кивнул.

— Где-нибудь через месяц одолжишь клану Орловых свою ротонду? Гостей будет немного, только клан. Сдвоенная скромная свадьба, всё пристойно.

— Господи, — не удержался Ушаков, почувствовав, что сейчас нервно рассмеётся. Ещё раз пережить подобное? С другой стороны, а он может отказаться? — Это большая честь для меня, — быстро исправился он, заметив удивлённый взгляд Михаила. Сам же подумал о том, что надо бы эту ротонду сжечь к чёртовой матери, а потом написать письмо с витиеватыми извинениями. Ладно, Костя приедет, и он обсудит с ним это дело.

— Ну вот, один вопрос, с которым я приехал решён, — Михаил улыбнулся.

В это время они подошли к комнате Рыжова. Император сделал знак охране не лезть, и зашёл в открытую перед ним дверь.

Егор, вошедший следом, замер на пороге. Наташа снова была здесь. Она сидела в кресле с ногами, с тревогой глядя на своего рыжего рыцаря из трущоб. Услышав звук открываемой двери, девушка вскочила. Округлив глаза, она смотрела на императора несколько секунд, и лишь потом запоздало склонилась перед ним в приветственном поклоне.

— Ваше величество, — пробормотала Наташа, бросая беспомощный взгляд на брата, который только плачами пожал.

— Что с ним? — Михаил тепло улыбнулся юной красавице и подошёл к кровати.

— Целитель погрузил его в искусственную кому, пока не восстановятся покорёженные каналы. Собственно, это соответствует Костиному: «Не давай ему жрать», только более гуманно. — Ответил Егор.

— Интересно, — Михаил задумался. — Ну что же, не будем мешать, — и он направился к выходу.

Егор слегка задержался. Не удержавшись, пробормотал.

— Не будем мешать чему? Спать Рыжову? Так он в коме, ему вообще всё равно, что вокруг происходит, — он повернулся к сестре. — Наташа, ты долго будешь здесь торчать?

Она ответила ему упрямым взглядом. Егор только покачал головой. Не может же он выволочь её из комнаты на глазах у императора. Решив, что разберётся с сестрой позже, он вышел следом за Михаилом.

— Проводи меня. — Коротко приказал Михаил. Ушаков молча встал рядом с ним. — Раз уж ты проявил заботу о ближнем своём в то время, когда ему было плохо, я попрошу и дальше оказывать Олегу содействие. Как только он придёт в себя, я попрошу Виталия Керна проводить его к Кодексу. Вас слишком мало, кланов, преданных трону и Косте лично. И это положение необходимо исправлять. Рыжов — потомок пресёкшегося рода. Для его восстановления, даже под новой фамилией, согласие Совета не требуется. Его род не лишали клана. Так что если Кодекс примет Рыжова в качестве нового главы, то в книге знатности появится его фамилия, как ветвь пресекшейся.

— И что вы хотите от меня, ваше величество? — Егору очень не нравилась идея нянчиться с рыжим и дальше.

— Мальчику будет тяжело. Клан, учёба — я попросил директора школы давать ему пару занятий в день. Да ещё и работу на Костю с него никто не снимал. Собственно, из-за его службы это всё и затевалось. Вопрос престижа наследника правящего клана, сам понимаешь. Ему понадобится помощь, хотя бы простым советом.

— Я… — Егор кашлянул. Больше всего ему захотелось заорать: «Вы не понимаете, что от меня требуете!» Но ответил он совершенно другое. — Я постараюсь.

— Вот и хорошо, — Михаил кивнул. — Да, я заметил, что твоя сестра и новоиспечённый глава клана очень гармонично смотрятся вместе. Очень красивая пара.

— Наташа ещё слишком молода, — быстро ответил Егор. Вот на это он точно никогда не пойдёт, и император не в силах будет его заставить. — Я пока не думал о её возможном браке.

— Да, ты прав. Я попрошу Костю присмотреться к этому варианту. — Михаил улыбнулся, а Егор задохнулся, словно кулаком под дых получил. Это был подлый приём. Потому что если Костя попросит его не мешать этим двум потерявшим берега, то он не сможет долго возражать. — Ну что же, спасибо, — и он протянул Ушакову руку, которую тот автоматически пожал. — Я пришлю ориентировочную дату, когда Орловым понадобится ротонда.

Дверь за императором закрылась. А Егор громко рассмеялся, сползая спиной по стене на пол. Он смеялся и смеялся, пока на глазах слёзы не появились, а потом поднялся и вытер глаза.

— Это тебе наказание, Егорушка, за всё хорошее. — Резюмировал он, направляясь в сторону комнаты Рыжова. — Так, прежде всего, надо из Наташки душу вытрясти, насчёт того, что за планы она лелеет в отношении этого рыжего недоразумения. Надо же мне морально подготовиться.

* * *

Хрусь. Зелон мотнул головой и выплюнул удила. Я с философским видом поднял две металлические половинки, бывшие совсем недавно одним целым.

— Опять грызло перекусил. — Сказал я, отбрасывая испорченные удила в сторону. — Ты уверен, что это хорошая идея? — Задал я вопрос, обращаясь к Верну. — По-моему, уже слишком поздно его к седлу приучать. Это надо было делать, пока он был жеребёнком.

— Тёмные единороги не бывают жеребятами в обычном понимании этого слова, — огрызнулся безликий, хватая сбрую и решительно входя в загон. — Они не рождаются от кобыл, и ты об этом прекрасно знаешь.

— Знаю, — я отступил в сторону, давая Верну пройти. Вот только Зелон, увидев бывшего хозяина, попятился и попытался спрятаться мне за спину.

— Чёртова скотина, — прорычал безликий. — Ты, как и твой тёзка, бесишь меня просто невероятно.

— Да, Зелон, не беси дядю, а то он скоро ядом плеваться начнёт. И так эмоции сдержать не может, они из него ключом бьют, — поддел я Верна.

— Заткнись, — посоветовал мне безликий.

— А то что? — я смотрел на него с вызовом.

Мы снова бодались взглядами, и никто не хотел уступать другому. А ведь здесь и сейчас идёт моя самая серьёзная битва в этом мире. Если я проиграю, если уступлю хоть немного, если прогнусь хоть в одном вопросе, то всю оставшуюся жизнь буду плясать под дудку безликих. И вместе со мной вся Империя.

— Ничего, — буркнул Верн. Именно сейчас он больше всего напоминал молодого совсем парня, которому продажная девка отказала. Это было смешно, вот только не стоило забывать, что этому вечному юноше очень много лет, и он банально опытнее меня хотя бы по прожитым годам и приобретённом с этими годами опыте.

— Я так и понял, — кивнув, повернулся к Зелону. — Ну, не упрямься. К тому же тебе Ершова нужно будет иногда катать. Вы же вроде скорешились. А потом его детей. Всё. Я лично прослежу, чтобы этот хрен с горы, как его твой приятель назвал, не смел в седло взбираться. Давай, открой рот и не грызи больше эту штуку.

— Очень смешно, — снова пробурчал Верн, протягивая мне сбрую.

На этот раз мне удалось взнуздать единорога. Руки не знали, как это делать, а вот память сразу всколыхнулась. Всё-таки почти сорок лет моей жизни там, я ездил исключительно верхом. И частенько сам обихаживал своих скакунов. А то и объезжал их самостоятельно.

— Так, давай походим теперь, привыкнем ко всему этому снаряжению, — ворковал я, поглаживая Зелона вокруг рога. Тот заметно вздрагивал, когда к нему приближался безликий, но агрессии не проявлял. Да и того ужаса, который посетил его в первый раз, он больше не испытывал. — Вы что в бедных животных страх к себе на моменте закладки могильника внедряете? — Я бросил взгляд на Верна.

— Понятия не имею, что Кай заложил в этого, — безликий пожал плечами. — Может быть, и ничего. Он торопился. Его время подходило к концу. Странно это на самом деле. Обычно эти животные нас не боятся.

— Кай у вас вообще славится своей хитро… хм, непредсказуемостью. Или же ему просто с бабой не повезло, — я широко улыбнулся. И снова повернулся к Зелону. — Погуляй пока так. Объезжать мне тебя придётся, как ни крути. Ты Ершова просто угробишь, и плакали наши планы насчёт клана стражей.

— Тьфу, — сплюнул Верн. — Смотреть противно, как ты с ним сюсюкаешься.

— Не смотри, — я пожал плечами. — Он боится, его нужно успокоить. А потом уже всё остальное. Да, хотелось бы уточнить кое-что. Вы ведь за пределы мест силы носа не высовываете. А сюда ты пошёл весьма охотно. Здесь где-то расположен источник?

— Здесь был родовой могильник. Как ты думаешь, для развития единорога нужен источник силы, или нет? — ехидно заметил Верн.

— Ну мне-то откуда знать? — я усмехнулся. — Вы вон с самим единорогом столько всего наворотили. Может быть, он таким развился только из-за того, что вы его без источника оставили. Сам же говорил, что Кай спешил, мог и намудянить.

Верн открыл уже рот, чтобы мне ответить, и, наверняка не слишком лицеприятно, но ему не дали развить мысль. В этот момент раздался негромкий хлопок, и возле загона появился дед, с повисшем на нём Ершовым. Дед с любопытством посмотрел на Верна и кивнул мне. После чего сгрузил Ершова на скамью.

— Пошли, — сказал я безликому.

— Не хочешь меня наедине с ним оставлять? — Верн насмешливо посмотрел на единорога, который на этот раз не вздрогнул, а коротко заржал, вскинув голову. Он чувствовал мою поддержку и успокаивался. Что характерно, Зелон был так поглощён этим вечным юнцом, что не обратил никакого внимания на Виталия Керна.

Мы вышли из загона, наблюдая вполглаза, как единорог сделал несколько довольно неуверенных кругов, привыкая к седлу и мешающейся во рту железяке.

— Ну как всё прошло? — спросил я у деда, разглядывая при этом Ершова, сидевшего, согнувшись пополам, закрыв лицо руками.

— Кодекс принял его. Но… — дед задумался. — Я не знаю, что он делал с вашим некромантом, но это было довольно жутко. Вон он на ногах не стоит после такого возвращение в клан в качестве главы. Да, клан у Ершовых стоит отдельно.

— Конечно, отдельно, — протянул Верн. — Стражи всегда стояли отдельно. Буфер между нами, защита от тварей…

— Каких тварей? — я прищурился, посмотрев на него.

— В основном от тварей Бездны, — любезно просветил меня Верн. Вот же… Какие они всё-таки сволочи.

— Какие же вы всё-таки гниды, — проговорил слегка очухавшийся Ершов, с неприязнью глядя на безликого.

— Вы тоже не подарки, знаешь ли, — ответил ему Верн.

— Так, вы тут сами разбирайтесь, а я, пожалуй, домой пойду. — Сказал дед, выразительно глядя на меня. Я кивнул. Конечно же, я тебе потом всё расскажу. Как только от безликого избавлюсь.

Дед ещё раз посмотрел на нас, перевёл взгляд на тёмного единорога и исчез, телепортировавшись второй раз за день. Я задумчиво смотрел на то место, где он только что стоял.

Мы весь вечер и всю ночь уговаривали Ершова не выкаблучиваться и принять на себя бремя Стража. Не помогало в этих уговорах ничего: ни обещания, ни угрозы. Я даже пообещал его Марго отдать на опыты, если он не перестанет ломаться. Ершов был твёрд в своём упрямстве. Он вздрогнул, но заявил, что лучше сдохнуть, чем вот это вот всё. Что «всё» не уточнялось, потому что сам Кирилл плохо представлял себе, что значит быть стражем. Собственно, как и я. А Верн, зараза такая, вовсе не спешил делиться подробностями.

Ершов согласился, как ни странно, благодаря безликому. Как оказалось, Верн при желании может любого довести до ручки. По-моему, Кирилл согласился, только чтобы иметь возможность разбить кому-нибудь из безликих морду, как только возникнет оказия. Как только согласие было получено, я переместился к деду вместе с Ершовым и попросил открыть Кодекс, для регистрации нового клана Стражей. Не восстановление старого, который доблестно просрал папаша Кирилла. Сообщив также, что мне нужно вернуться, потому что там, рядом с Зелоном, отирается бесхозный безликий, я снова переместился, оставив деда решать проблему Ершова. По возвращении же домой мне придётся отвечать на очень много вопросов, и я буду отвечать. Потому что это вопрос доверия. А у меня и так слишком мало по-настоящему преданных мне людей, чтобы я мог позволить себе разрушать их доверие.

Когда я вернулся от деда к Верну, то мы решили время зря не терять и пошли в загон, чтобы начать приучать Зелона к седлу. Как объяснил безликий, для Ершова это будет одним из элементов обучения — научиться командовать этим непредсказуемым животным.

— Значит, Ирку мне больше не ждать, — вполне осмысленно сообщил Ершов, оторвав руки от головы. — Замены мне на этом посту больше не будет.

— Ну, почему же, будет. Твой сын, когда подрастёт. Так что позаботься о том, чтобы обеспечить себя, как можно большей заменой. — Я хохотнул, увидев его вытянувшуюся рожу. — По условиям существования клана, хотя бы один из сыновей клана Ершовых теперь должен будет находиться вблизи древнего мёртвого города.

— Когда ты обучишься в достаточной мере, то сможешь обследовать этот город, — буднично проговорил Верн. — Поверь, там есть чем поживиться.

— Учту, — Ершов поднялся. — Кодекс мне много чего показал. Вы такие твари, оказывается. Куда там тварям Бездны.

— Принимаю это за комплимент, — скучающе проговорил Верн. — Пошли в загон. Ты должен научиться передавать мысли своему единорогу.

Ершов поднялся на ноги.

— Так что с Иришкой? — спросил он у меня.

— Забудь о ней. Она моя жена, — в моём голосе прозвучала угроза.

— А я знал, что она по тебе сохнет. То-то всех посылала пешим сексуальным, — Кирилл хохотнул и первым направился к загону, учиться общаться с Зелоном более тесно.

Глава 19

Андрей сидел на полу и сосредоточенно жевал носок, который стянул с ноги. Вставать он ещё самостоятельно не пробовал, но все его няньки ждали, когда это произойдёт.

На него в данный момент почти не обращали внимание, потому что его младший брат решил покапризничать. Вернувшийся Паразит своей тяжёлой лапой быстро навёл порядок в детской. Андрей, как и подобает старшему брату и будущему наследнику клана и престола отнёсся к экзекуции философски. Он перекрыл доступ брату к его источнику, и принялся жевать носок, чтобы утихомирить зуд в дёснах.

Роману такой подход не понравился, и он принялся выражать своё недовольство рёвом. Ирина подняла его на руки, забрав у выбившейся из сил Татьяны.

— И что ты раскапризничался? Рома, ты же сын правящего клана, нужно вести себя достойно. Посмотри на брата, — к Ирине подошла Клара Львовна, держа в руке носок, который она только что отобрала у недовольного Андрея. — Татьяна, надень на Андрюшу новые носки…

Она не договорила, потому что в этот момент произошло две вещи одновременно: Паразит сел и начал к чему-то прислушиваться, поворачивая левое ухо. А затем тяжело по-человечески вздохнул и исчез. Сразу же раздалось сопение обиженного Андрея, от которого в сторону брата пошла мощная магическая волна.

Роман тут же успокоился и в комнате резко похолодало.

— А, чёрт, — Ира строго посмотрела на сидящего у неё на руках мальчишку. — Вот зачем ты это творишь? Ведь тебе не только магия смерти доступна. Держи этого хулигана. Мне придётся сейчас поработать. — И она протянула Романа Кларе. — Костя, ну где же ты? Мы тут уже скоро с ума начнём понемногу сходить, — пробормотала она, оглядываясь по сторонам, чтобы не пропустить появление нежданных гостей.

— Ай, что это, Ирина Сергеевна? — Воскликнула Татьяна, расширившимися глазами глядя на выползающую из стены огромную змею. — Помогите, — проговорила она шёпотом.

— Таня, Клара, выйдете, — Ира призвала дар. Её голос стал словно выморожен. — Клара, посади Ромку на пол и выходите. Таня, отпусти Андрея. Ему магия брата не навредит.

Женщины отпустили детей и выскочили из детской, на то время, пока в ней будет бушевать сила смерти. Ира закрыла глаза и сосредоточилась. Ей было тяжело справляться с последствиями шалостей Романа. Но всё же его дар был слабее, чем у отца, и она могла пока брать умением.

Ещё один мощный всплеск дара, и чудовищная змея исчезла белёсой дымкой. Ира опустила руки. Сидя на полу, Андрей, сосредоточенно пыхтя, стащил очередной носок с ножки и без раздумий засунул его в рот. Вроде бы всё было тихо, но Ира чувствовала, что Ромкин дар всё ещё активен, а значит, можно ждать новой пакости. В центре комнаты начал образовываться закручивающийся тёмный вихрь, из которого начала проступать какая-то малоприятная фигура. И тут раздался хлопок, и холодный мужской голос произнёс:

— Что у вас здесь происходит?

Ирина резко развернулась и почувствовала, как от облегчения у неё закружилась голова. Андрей вытащил изо рта носок. Дар Романа забился в источник без помощи брата, как только ребёнок услышал голос отца. Ира подошла к раздражённому Косте и уткнулась ему в плечо.

— Как хорошо, что ты вернулся.

* * *

Верн приступил к обучению Кирилла на следующий день после того, как Ершов принял клан. Новый клан Стражей. Вечером он долго успокаивал жену, объясняя ей, что их место всё равно здесь. Что они никуда не поедут и никакого отношения к Совету кланов иметь не будут.

Вроде бы она поняла. И только вздрагивала, когда к ней приближался Верн. Хоть ей представили его как послушника на службе у безликих, она чем-то чувствовала исходящую от него угрозу.

— У твоей супруги чутьё лучше, чем у Зелона, на всякую гадость, — резюмировал я, заходя в свой дом. Ершов меня сопровождал, а Верн замыкал наш маленький и такой странный отряд, в котором каждый друг друга не переваривал прямо до изжоги.

— У простых людей дар заменяет интуиция, — просто ответил Ершов. — А уж что он гад, каких поискать, и без развитой интуиции видно.

— Как же она с таким зрением замуж за тебя вышла? — спросил раздражённо Верн, входя в комнату.

— Любовь зла, — заметил я философски, останавливаясь у той кровати, которую занимал в свой прошлый визит в эту проклятую деревню. И которую занял сейчас, больше по привычке.

Так как Ира в своё время здесь всё переделала, то Верну достался диван. Это не улучшило его настроения. На моё невинное предложение ежедневно телепортироваться туда-сюда, получил в ответ злобный взгляд и горячее пожелание попробовать этот экстрим самому.

— Это да. Даже тебя любят, — кивнул Ершов.

— А где работники, что себе, вон, целый городок отгрохали? — спросил я.

— В своих лабораториях сидят, где же им ещё быть. Свойства Зелона изучают. Каждый волосок со всех сторон рассматривают. А почему они так тебя заинтересовали?

— Просто интересно, куда уходят деньги из казны. — Ответил я, падая на кровать и уже автоматически заложив руки за голову.

— Они убитые на всю голову учёные. Сейчас что-то мутят с волосами из гривы. Единорог линять начал и я с него эти волосы пучками снимал. Так, они пару недель назад заявились, сграбастали пакет и свалили обратно в свои лаборатории. Я их почти что и не вижу. — Ершов пожал плечами.

— А, ну ладно, так, наверное, даже лучше. Кстати, а если мы шерсть с безликих настрижём, эти учёные найдут ей применение? — и я, прищурившись, посмотрел на Верна.

— Убью, — спокойно пообещал безликий, садясь на свой диван.

— Чётко, лаконично и, по существу. — Прокомментировал я его ответ. — Учись, Ершов.

— Лучше я домой пойду, а учиться завтра начну. — Кирилл зевнул. — Вы, кстати, стоите друг друга. Оба козлы винторогие.

И он вышел, а мы с безликим переглянулись.

— Как он нас назвал? — переспросил Верн.

— Неважно. Другого Стража у тебя всё равно нет. Придётся мириться с его дрянным характером. — Я закрыл глаза. — А почему вы, как простые смертные не можете телепортироваться чаще, чем пару раз в день, с длительными перерывами? — Не знаю, зачем я это спрашиваю, наверное, интуитивно чувствую, что это важно.

— Мы начали разработки, позволившие бы нам обойти это идиотское правило, — Верн поморщился. — Незадолго до начала Великой войны был готов образец. Оставалось его лишь немного доработать. — Он замолчал, я же старался не перебивать. Верн и так сказал уже слишком много. С другой стороны, у него, похоже, было страстное желание выговориться. Потому что он вскоре продолжил. — Образец взял Кай. Но потом произошла эта скверная история, которая навсегда останется несмываемым позорным пятном на совести главы не смерившихся. — Он замолчал.

Молчал Верн так долго, что мне началось казаться, будто бы он сказал всё, что хотел. Я решил его поторопить.

— Только не говори, что Кай потерял образец. Или пропил его в каком-нибудь кабаке.

— Хуже, — Верн скривился так, словно ему в пасть лимон засунули. — Эта тупая шлюха Морозова была похотлива сверх меры. Но красива, этого у неё было не отнять. И просто дьявольски сексуальна. Мало кто мог устоять. Я сумел, а Кай не смог. К тому же ещё с войны я заметил его пристрастие к обычным женщинам. Образец остался где-то в её спальне, откуда его забрал очередной любовник. — Безликий покачал головой. — Он был утерян. И до сих пор лично я не слышал о нём даже краем уха. Так что при телепортации мы вынуждены пользоваться почти теми же правилами, что и все остальные.

— Ух ты, какие подробности выясняются, — проговорил я, ложась набок и глядя на него с любопытством.

— Я даю эту информацию, чтобы скоротать время, — пожал плечами безликий. — Она мало чем может тебе пригодиться.

— Скорее всего, так оно и есть, — я снова лёг на спину. — В городе много сокровищ. Я их честно отнял у одного хамоватого демона. Мне их нужно вынести.

— Выноси, мы не запрещаем. — Спокойно ответил Верн.

— Ты думаешь, я у тебя спрашивал разрешение? — вот тут я действительно удивился. — Просто поставил безликих в известность, чтобы не возникло недопонимания.

— Я так и понял, — усмехнулся Верн. — Очень многое бы отдал, чтобы посмотреть, как именно вы общаетесь с хамоватым демоном. Потому что не уверен, кто из вас более наглый.

— Это комплимент? — я усмехнулся.

— Если тебя устраивают весьма сомнительные, то — да.

— Нет, не устраивают. К тому же ты ошибся в формулировке. Это не наглость — это сила. Я могу сделать так, чтобы демон меня выслушал. Вы же можете его только в ловушку загнать. Отсюда вывод: или вы не можете его изгнать навсегда, про уничтожить я молчу — с демонами такого уровня всегда непросто, или вы не хотите. И то и другое воспринимается этими тварями, как слабость. А ты думаешь, почему Астаргар постоянно пытался пробовать вас на прочность?

— Это его проблемы, — махнул рукой Верн. — Нас эта мелкая возня в песочнице никогда не интересовала.

— Да? Значит, ты не знаешь, что именно этот князь Бездны подкинул Каре замечательную идею привести в этот мир меня, того, кого называли Тёмным Властелином по имени Зелон? — от сладости моих слов скоро во рту слипнется. Но смотреть, как вытягивается его лицо было истинным наслаждением. — Похоже, что о настоящих проказах этой парочки вы даже не подозреваете, и сейчас их заперли вовсе не из-за того, что они своих шавок начали снова выводить. А из-за того, что Кай умудрился ценную для вас вещь в постели шлюхи потерять.

— Хватит разговоров, — резко прервал меня Верн.

— Как скажешь. Я уже давно заметил, что вы предпочитаете прервать разговор, когда вопросы становятся для вас неприятны. — И я закрыл глаза, чтобы подремать вполглаза.

Полноценно спать в обществе безликого я не мог. Паразита давно не было видно. Скорее всего, опасность мне действительно не угрожала. Но заставить себя полностью расслабиться я не мог. Ничего, дома отосплюсь. С Зелоном разберусь и отосплюсь.

Несколько следующих дней я посвятил единорогу. Зелон был весьма восприимчив к седлу. Сразу видно, что создавали его именно для этого. Он быстро освоил все необходимые команды и превосходно чувствовал каждое моё касание. Прекрасное животное. Мы бы с ним составили отличную пару на поле боя. Я даже усмехнулся своим мыслям. Здесь в загоне, где постоянно царила магия смерти, приправленная для остринки частичками хаоса, кровь начинала закипать в жилах, и требовать войны. Но я научился справляться с этими порывами. Переключался на мысли о доме, и мечтал о том, что запрусь с женой в спальне, и не выпущу её до тех пор, пока не успокоюсь.

Ершов в это время где-то поблизости занимался с Верном, постепенно доводя безликого до белого каления. Ну, этот может. Совершенно безбашенный тип. Безликие ещё всплакнут с ним, но я только плечами пожму. Они сами настояли на его кандидатуре. А вот надо было сначала узнать, кого вы взнуздать хотите. Это вам не Зелон, в которого на уровне закладки в родовой могильник было заложено подчинение, и навыки уже объезженной лошади. Ершов даст вам огня в одно интересное место. И вы сами его этому научите. Вообще, лучшей подставы придумать было нельзя. Глядя на кислую морду Верна, я ощущал, как у меня поднимается настроение. Что, дорогой, хотели получить полностью лояльного вам Стража, но в итоге слегка ошиблись и получили отморозка, для которого сам чёрт не брат. Ничего, привыкнете. Я же привык к Ершовским закидонам.

Сегодня же Кирилл сядет в седло полностью подготовленного единорога. Я посмотрю, как он держится, и отправлюсь уже, наконец-то, домой. Хватит с меня безликих и Ершова. Дальше пускай без меня разбираются. А я по своим родным соскучился. Потому что они мне не звонили, чтобы не отвлекать. Да и я их не беспокоил всё это время. Исключением был только звонок Егора. Там тоже надо будет разбираться, что с Рыжовым происходит.

К загону я пришёл с уже собранной сумкой. Ершов плёлся за мной. Верн остался дома, чтобы не нервировать своим присутствием Зелона. И это, надо сказать, к лучшему.

— Вот что, вы как хотите, но я в седло не полезу, — внезапно заявил Ершов, остановившись перед загоном и скрестив руки на груди.

— Ещё как полезешь, — я бросил сумку с вещами на землю. — В припрыжку побежишь.

— Я не умею ездить верхом и не горю желанием учиться. Тем более что нашу зверюгу смирной коняшкой не назовёшь. Где, интересно ты сам научился? — спросил он, глядя на меня неприязненным взглядом.

— Не твоё дело. Давай, морально подготавливайся и пошли.

— Нет, — он для наглядности покачал головой.

— Ершов, я же тебя долго уговаривать не буду. Я сейчас Марго позову. Она тебя мигом скрутит. На тебе её метка до сих пор стоит, если я ничего не путаю, — проворковал я, глядя на него добрым взглядом.

— А почему ты мне сразу угрожаешь? — Возмутился Кирилл.

— Потому что могу, — рявкнул я. — Быстро взял седло и пошли.

Довольно много времени мы провозились, пока Ершов затягивал подпругу. Зелон тоже решил испытать моё терпение, потому что вздумал надувать живот. Наконец, мы справились, но с меня сошло семь потов.

Без долгих разговоров я закинул его в седло и вручил поводья.

— Давай, шагом, — скомандовал я.

Но Зелон стоял как вкопанный, а Ершов сидел, боясь пошевелиться. Единорог чувствовал неопытность наездника, и ему это не нравилось. Мы минуты две стояли и косились друг на друга.

— И? Долго вы будете статую всадника изображать и делать вид, что так и было задумано? — прорычал я, чувствуя, что ещё немного и начну убивать.

Раздался лёгкий хлопок и передо мной появился Паразит. Посмотрев на меня, потом на Ершова, кот демонстративно закатил глаза и одним прыжком запрыгнул на единорога, расположившись перед седлом. После чего потрогал приятеля лапой с чуть выпущенными когтями за шею, и Зелон медленно двинулся шагом по кругу.

— Слава Богу, — с чувством произнёс я, а когда Паразит глянул на меня хитрым прищуренным взглядом, добавил. — Это я не тебе, не обольщайся. — Кот фыркнул и легонько стукнул Зелона. Единорог плавно перешёл на рысь. Ершов судорожно держался за поводья и даже не пытался управлять единорогом. — Ты хотя бы поводьями и бёдрами направление ему задавай. Это ты на нём едешь, а не он тебя везёт, куда ему вздумается.

— Я постараюсь, — пробормотал Ершов.

— Вот и старайся. Справитесь? — вопрос я задал не ему, а Паразиту.

— Мяу, — ответил кот.

— Ну и отлично, а я тогда домой. — Подхватив сумку, телепортировался прямиком в детскую.

* * *

То, что творилось в детской, можно было охарактеризовать одним словом — бедлам.

Но я пребывал отнюдь не в прекрасном настроении и мальчишки это мгновенно почувствовали. Зарождающийся призрачный водоворот схлопнулся, а магия смерти исчезла из комнаты. Я погладил по голове прижавшуюся ко мне Иру.

— Они постоянно так безобразничали? — спросил я, сурово глядя на смотрящего на меня Андрея.

— Нет, обычно я справлялась. Да и Паразит помогал. Сейчас, когда мальчишки подросли, они вообще такое редко устраивают, — ответила она улыбаясь.

— Это хорошо. Потому что скоро, боюсь, придётся систему наказаний разрабатывать. Так, я сейчас пойду помоюсь, а то от меня несёт и потом, и загоном… Но никуда не уезжаю, — добавил я, глядя в глаза старшему сыну. У меня складывалось стойкое впечатление, что этот маленький, серьёзный человечек прекрасно понимает всё, о чём я говорю. После этого повернулся к Ирине. — Справишься?

— Теперь, да. И Клару с Татьяной можно уже вернуть. При тебе мальчишки не безобразничают. — Она широко улыбнулась.

— Я скоро вернусь, — поцеловав её в лоб, вышел из комнаты, доставая на ходу телефон. Кивнув Кларе и Татьяне, которые вздохнули с явным облегчением, я быстро направился в свою комнату, чтобы принять душ, разговаривая на ходу. — Ян, ты помирился с Майей?

— Нет, — через секундную паузу ответил мне Орлов.

— Тогда у тебя есть ровно сутки, чтобы помириться, соблазнить или как-то ещё задобрить. Потому что завтра мы с тобой идём в музей. — Сообщил я ему.

— Зачем мне для этого мириться и соблазнять? — буркнул Ян.

— Затем, что мне нужен беспрепятственный доступ ко всем архивам и посильная помощь человека, который во всём этом дерьме разбирается. Добровольная и охотная помощь, а не по приказу из-под палки. Ты меня понял? Завтра в полдень я с тобой свяжусь.

Глава 20

Ян долго смотрел на потухший экран телефона. Минут через пять он встрепенулся.

— Что это только что было? — пробормотал он и хотел уже набрать номер Кости, но передумал и позвонил Ушакову. Так, вероятность того, что ему ответят, была гораздо выше.

— Чего тебе? — раздражённо ответил Егор. — Говори быстрее, мне некогда с тобой лясы точить.

— Что происходит с Костей? — Ян решил не ходить вокруг да около и задал вопрос напрямую.

— А что с ним происходит? — задал, в свою очередь, вопрос Ушаков.

— Он отдал мне приказ в очень категоричном тоне, и я не знаю, что сейчас делать. Раньше он был готов к компромиссам. А сейчас я не уверен, что он вообще готов выслушивать любые аргументы против своего самодурства.

— Потому что, скорее всего, раньше в его делах эти компромиссы были возможны, а сейчас, когда он схлестнулся с безликими — нет, — резко ответил Егор.

— Но, это невозможно. То, что он приказал сделать — невозможно! И что мне делать с этим приказом? — Ян вытер внезапно вспотевший лоб.

— В задницу его себе засунь, раз выполнить не можешь, иначе Костя сам его тебе туда забьёт! — и Егор бросил трубку.

— И что вы все такие нервные? — спросил Ян у телефонной трубки. И набрал очередной номер. — Илюха, как дела? Ты Костю давно не видел?

— Янчик, говори быстро, что тебе надо, — прорычал Илья.

— А тебя какая муха укусила? — спросил Ян, прикидывая, что он как-то отстал от дел клана и не в курсе, что творится в семье.

— Ян, я через пару месяцев женюсь. Моя мать чуть меня не убила, когда узнала, насколько у неё мало времени на подготовку. Он её крика у меня до сих пор в ушах звенит. Что сделали с Таней я не знаю, потому что с той знаменательной ночи, когда нас поставили перед фактом, я её не видел. Меня ненавидит Матвей, потому что его вынудили назначить свадьбу на то же число, что и моя. Чтобы сделать сдвоенную, потому что на то была воля Михаила. Меня ненавидит его невеста, потому что её просто поставили перед фактом того, что она выходит замуж, а Матвей ей ещё предложение не сделал. И хорошо ещё, что этот козёл Ушаков согласился открыть ротонду. Но его Михаил заставил, потому что мне бы он выписал один толстый хрен во всю морду, догадайся почему? Правильно, потому что он меня тоже ненавидит, на этот раз ради разнообразия из-за этого рыжего урода Рыжова. И у меня только один вопрос, как, вашу мать, именно я оказался во всём этом виноват⁈

— А почему ты на меня орёшь? — возмутился Ян. — Уж я-то точно не виноват в твоих злоключениях. Кстати, я ещё не получил приглашение на вашу совместную свадьбу…

— Знаешь что? Пошёл ты… — и Илья бросил трубку.

— Так, звонить Матвею, похоже, бессмысленно. — Пробормотал Ян. — И что же мне делать?

Ян встал из-за стола, за которым сидел, разбирая сваленные на него бумаги, и прошёлся по кабинету. Покосившись на работу, которую всё равно сегодня не сможет доделать из-за того, что не сможет на ней сосредоточиться, Ян вздохнул и в который раз за этот час поднял трубку телефона. Когда на том конце гудки пропали, и раздался знакомый голос, он быстро проговорил.

— Майя, это Ян Орлов. Ради всего святого, не бросай трубку. Выслушай меня.

— Что тебе от меня нужно, Ян? — она ответила, когда Орлов уже решил, что разговаривать с ним не желают.

— Нам нужно встретиться и поговорить. Поверь — это не моя блажь. Я прекрасно понимаю слово «нет» и никогда не навязываюсь. Но со мной пообещали сотворить что-то страшное, если я не заручусь твоей поддержкой и, поверь, Косте плевать, как именно я это сделаю.

— Косте? — Майя слегка растерялась. Почему-то в её голове Костя Керн — парень с постеров журналов, которого она спасла в парке от наглой утки, плохо ассоциировался с Орловыми. — При чём здесь Костя?

— Давай встретимся, и за чашечкой кофе я расскажу тебе эту трагическую историю, — в его голосе помимо воли появились просительные нотки.

— Ну, хорошо, — немного поколебавшись, ответила Майя. — Через час в том злосчастном кафе.

— Я уже лечу, — и Ян схватил со стула пиджак и рванул к выходу, потому что от дома Клары, в котором он жил с самого детства, до площади Магии было довольно далеко.

* * *

Майя посмотрела на часы и вздохнула. Зачем она согласилась? Ян ей нравился. Ей нравилась его бесшабашность, его лёгкость. Она отдавала себе отчёт, что он из клана, но никогда не думала, что из такого клана. Как специалисту в истории ей было положено разбираться в клановых хитросплетениях. И Майя действительно знала о них всё, из того, что можно было найти в открытом доступе. Наверное, только частные библиотеки и сам Кодекс были ей недоступны. Но к этим книгам и у простых кланов, не входящих в тридцатку Совета, доступа практически не было, так что она с тем же Яном чувствовала себя почти на равных. Пока он не сказал, что его фамилия Орлов.

Майя подошла к одной из полок, где в специальном магическом поле хранились древние рукописи. Вытащив старую даже на вид книгу, написанную на старославянском, она открыла первую страницу. Там была размещена гравюра. На ней светловолосый воин, упав на одно колено, всаживает огромный двуручный меч в камень, из которого льётся свет и вверх взмывает огромный орёл.

Взяв лупу, с которой постоянно работала, она принялась рассматривать лицо воина. Говорят, что все Орловы несут на себе отметку рода. Что они все похожи на этого молодого совсем мужчину, благодаря которому они все, включая Майю, сейчас живы. Она долго изучала древние книги и пришла к определённому выводу: как только безликие придумали бы себе более послушных и предсказуемых слуг, они избавились бы от людей, как от ненужных кукол.

Она долго рассматривала гравюру. Действительно, Ян был чем-то неуловимо похож на воина. Но больше всего на него был похож Костя.

— Я этого не замечала, пока моё внимание не заострили. — Пробормотала девушка. — Что же это получается, Костя тоже Орлов? А при чём тут тогда Керны? В этих кланах сам чёрт ногу сломит, — она покачала головой и посмотрела на часы, оказывается, до встречи с Яном оставалось меньше двадцати минут. — Вот это да. Это вы Орловы заставляете меня забыть обо всём, включая время. — Проговорила она сердито, ткнув пальцем в специальной перчатке в коленопреклонённую фигуру на гравюре. Словно первый Орлов был виноват в том, что она потеряла счёт времени.

Вернув книгу на место и проверив, чтобы защитное поле функционировало без перебоев, Майя подхватила сумочку и вышла из музея. Кафе располагалось в зоне видимости. Нужно было всего-то пересечь площадь. Машина Яна уже стояла припаркованная возле входа. Редкие прохожие её огибали, посматривая с любопытством. Всё-таки здесь не так уж часто останавливались машины подобного класса.

Майя вошла в кафе и увидела Яна, сидящего за тем же столиком, что и в прошлый раз.

На этот раз она не стала брать кофе, а сразу подошла к столику и села напротив Орлова. Ян молча придвинул ей чашку. Вторая стояла возле него. Кофе был ещё горячим, значит, Ян пришёл совсем недавно. Всего лишь на пару минут опередив её. Она также молча села, обхватила руками горячую чашку, согревая внезапно замёрзшие пальцы, только после этого сделала маленький глоток.

— Я люблю такой, крепкий с минимумом сахара и сливками, — наконец, произнесла она.

— Я знаю, заметил ещё тогда, — ответил Ян.

— Зачем ты хотел со мной встретиться? — спросила она, продолжая согревать пальцы о тёплую кружку.

— Косте нужна помощь. Не спрашивай меня, в чём именно она будет заключаться. Я не знаю. Просто он… Неважно, — Ян мотнул головой и сделал глоток из своей чашки. — Завтра мы придём в музей. Наверное, ему нужна будет консультация по Морозовым. Ну и его интересует подвал. Думаю, что мы с ним спустимся туда. Опять же зачем и что будем там делать, я не знаю, — Ян развёл руками.

— Я плохо знаю про Морозовых, — Майя задумалась. — Меня всегда интересовал более ранний период. Надо бы подготовиться, кое-какие записи поднять.

— Тебе что-нибудь понадобится? Доступ к какой-нибудь информации? — тут же спросил Ян.

— Если у тебя есть такая возможность, то я хотела бы взглянуть на Кодекс, — Майя даже замерла, ожидая ответа. В этот момент она могла пообещать всё что угодно. Хоть раз заглянуть в главную книгу империи было мечтой всей её жизни.

— Я не знаю, — Ян задумался. — У меня есть настольная копия, но, думаю, что это не подойдёт. Там только основные моменты. А сам Кодекс — это нечто гораздо большее. Вот что, я сейчас позвоню Косте и спрошу у него насчёт допуска. Но, для этого я обязан буду сказать, что мы помирились, ты на меня не сердишься, готова во всём помочь, и тебе нужна дополнительная информация. — Предупредил он. Майя напряжённо кивнула.

— И что, вот так просто? Ты попросишь Костю, и он сумеет всё организовать? — тихо спросила она.

— Конечно, у Кости есть… — он не закончил мысль, потому что ему в этот момент ответили. — Приветствую тебя, о мой повелитель.

* * *

Я уже вернулся в детскую, когда позвонил Ян. Близнецы притворялись самыми обычными детьми, и вокруг царил мир и покой. Клара с Татьяной умилялись и вовсю обсуждали устройство детской во дворце, а также отдельных спален для наследника и его брата. Параллельно они обсуждали создание детского сада. Дети росли, и их шуточки становились всё более изощрёнными. Поэтому стоило собрать их в одном месте, чтобы не было однажды неожиданностей с участием шаловливых котят.

— В моё отсутствие казусы происходили? — спросил я у Ирины, сидевшей рядом со мной на диванчике, прижавшись к моему боку.

— Ага, Савелий у нас в гостях побывал. — Ира хихикнула. — Мария приехала сразу, со своим Громовым. Он еле сдерживался, чтобы не заржать. И вот кто бы что ни говорил, а сын отца слушается, хоть ещё кроха. Вроде у Егора и дара нет, а Савку крепко держит.

— Ну, Ушаков тоже. Но не так крепко, как Люся. Подозреваю, что в их семье Стёпка бегает искать защиты у отца от матери, — я хмыкнул. И тут зазвонил телефон. Посмотрев, кто звонит, я чмокнул Иру в макушку. — Извини, — после чего вышел из детской. — Да, Ян. Надеюсь, у тебя хорошие новости.

— Приветствую тебя, о мой повелитель, — с придыханием выдал этот паразит.

— Не ёрничай, а то я привыкну, и вообще мне понравится. Придётся тебе звать меня исключительно «мой повелитель». Хотя в устах прекрасной женщины это звучит куда эротичней. — Ответил я.

— Я выполнил твою просьбу, Майя сейчас сидит рядом и готова подтвердить, что тебе не нужно брать палку, чтобы заставлять её тебе помогать.

— Ты единственный человек, из всех, кого я знаю, кто может так виртуозно исказить смысл любой фразы, — я даже позволил себе восхититься подобной наглостью.

— Я юрист. Моя работа в этом заключается: искажать смысл фраз так, как это выгодно клану, — пафосно ответил Ян.

— Ты звонишь, чтобы сказать о том, что справился с моим поручением гораздо раньше заданного времени?

— Не только, — он задумался, а потом заговорил вполне нормальным голосом. — Майя хочет кое-что уточнить по поводу Морозовых. Тебе ведь с ними нужна помощь?

— Да с ними. Чем я могу ей помочь?

— Ты можешь попросить Виталия Павловича дать ей возможность поработать с Кодексом, — в его голосе прозвучали просительные нотки.

— Попросить-то я могу, и даже уверен в том, что мне не откажут. Вот только, как Майя будет работать с Кодексом? Чтобы даже его открыть необходимо применить дар. Полагаю, что Кодекс таким образом идентифицирует того, кто хочет в нём покопаться. — Я задумался. — Если только вы будете открывать его вместе.

— Как это вместе? — Ян даже слегка растерялся.

— Понятия не имею. Через два часа мы с дедом будем ждать вас в зале Совета, так что, у тебя есть время, чтобы придумать, как именно ты поможешь Майе открыть Кодекс.

Я отключился и тут же набрал номер деда.

— Привет, слышал, Савелий со своей кошкой-хулиганкой открыл сезон путешествий? — спросил я, как только услышал голос деда.

— Я с этими детками с ума сойду, — пожаловался он. — С вами таких проблем не было.

— Нам чеширский кот не раздавал своё потомство. — Заметил я.

— Это точно. Костя, а ты разве не должен быть в отъезде? — после секундной паузы спросил дед.

— Я недавно вернулся. Мы заключили ещё одно соглашение. Но, тут выяснилась одна весьма интересная вещь. В общем, чтобы всё проверить, мне нужно как-то показать моему консультанту Кодекс.

— Без проблем. Когда? — спросил он деловито. Самое главное, про дело, которое меня тащило к Кодексу, он не спрашивал. Если бы мне требовалась помощь, я бы сам рассказал. Ну а так, расскажу, когда добьюсь успеха, или же потерплю поражение, что тоже возможно.

— Через два часа. Хватит времени, чтобы собраться и не спеша приехать к зданию Совета Кланов. — Ответил я ему. — Да, тут есть одна проблема, — замявшись, я быстро выпалил. — Молодая женщина, которая меня будет консультировать, смотрительница музея Магии.

— Но, смотрителями музея становятся люди, не обладающие даром, — дед даже слегка растерялся.

— Собственно, в этом и состоит проблема. Ян Орлов обещал помочь ей открыть Кодекс. Но я понятия не имею, как эта строптивая книженция отреагирует на подобные действия. Кодекс непредсказуем и как мне кажется, иной раз может позабавиться за наш счёт. — Внезапно вспомнилось признание Иры, что Кодекс показал ей Зелона, ставшего впоследствии родоначальником клана Орловых. Ведь не просто так он ей тогда показал именно эту картинку.

— Я не знаю, Костя. Впервые сталкиваюсь с подобным, — дед задумался. — С другой стороны, это будет прекрасный опыт. И если ситуация повторится, то мы будем к ней уже готовы.

— Да, но… — Я не договорил о том, что это немного негуманно ставить подобные опыты на нечужих для нас людях. С другой стороны, ну не убьёт же их Кодекс. Уж он-то меня прекрасно понимает и знает, что я сожгу здание Совета вместе с ним, если с этими двумя случится что-то непоправимое. — Хорошо, посмотрим. В конце концов, там будут, кроме Яна с Майей два сильных мага, владеющих магией пространства и времени.

— Встретимся в здании Совета, — и дед отключился.

Вернувшись в детскую, я предупредил, что ненадолго отлучусь. Что я буду в пределах города, так что меня можно беспокоить по любому поводу. Посмотрев на уснувших мальчишек и убрав с лобиков золотистые прядки мягких волос, я вышел из детской. Виктор уже подготовил мою машину и подогнал её к крыльцу. В этом плане спорить со мной было бесполезно. Может быть, когда я стану императором, то привыкну со временем, что могу однажды до сортира не добежать, потому что его в это время будет проверять служба безопасности. Но пока я пользовался относительной свободой, и менять ничего не хотел.

Я уже сел в машину и завёл мотор, когда позвонил Ушаков.

— Да, Егор. Я недавно вернулся. Только-только себя в порядок привёл, ещё не успел всем отзвониться, — сразу же извинился я перед другом.

— Я так и понял. — Егор хмыкнул. — Собственно, по тому, что ты такой спокойный, я и определил, что ты ещё ни с кем толком не связался.

— Что случилось? — я невольно нахмурился.

— Глава твоего клана попросил у меня ротонду, чтобы скромно отпраздновать небольшое мероприятие, намечающееся в клане Орловых. — Егор никогда ещё не говорил так ласково. И это явно было не к добру! — А именно, двойную свадьбу. Насколько я понял, женятся Матвей и Илья. Ты не в курсе, да? — а вот теперь он откровенно веселился.

— Как это женятся Матвей и Илья, — я помотал головой. — Нет, с Матвеем мы уже на этот счёт немного повздорили, но Илья… А на ком женится Илья?

— Полагаю, тебе хотят преподнести сюрприз. Наверное, лучше всё-таки позвонить и выяснить подробности, чтобы не получить шок непосредственно на свадьбе, когда увидишь невесту, — и этот гад заржал отключившись.

Я тут же набрал номер Ильи. Но тот не взял трубку. Ладно, я не сноб, заеду к нему на работу или домой, как получится, когда разберёмся с Кодексом. А то, Егор прав, что-то я не слишком люблю в последнее время такие вот сюрпризы.

Глава 21

Майя осторожно вытерла руки о юбку, когда входила в зал заседания Совета кланов. Однажды, ещё в школе, она здесь была на экскурсии. Никакого заседания Совета здесь, естественно, в тот день не было. Не было его и сегодня.

Её внимание привлекло кресло посредине небольшой арены, вокруг которой располагались круглые ступени, как в древнем Колизее.

— Мне однажды довелось здесь посидеть, — она резко развернулась и посмотрела, как Костя встаёт с неудобного места на первом ряду скамеек. — Это был весьма неприятный опыт. — Добавил он, подходя к ней. — Кстати, император сидит вон там, откуда я встал.

— А это кресло? — тихо спросила девушка, глядя на него, словно впервые видела. Она даже мало внимание обратила на мужчину постарше, очень сильно похожего на Костю, снимавшего в этот момент огромную книгу и устанавливал её на специальную подставку.

— А в это кресло садится подсудимый, которому не повезло предстать перед судом Совета. Паскудное ощущение на самом деле, — Костя поморщился, а затем повернулся к подошедшему к ним мужчине. — Познакомься, Виталий Керн, председатель Совета кланов, и мой дедушка.

— Вы слишком молоды, чтобы быть Костиным дедушкой, — выпалила Майя и покраснела. Затем протянула ему руку. — Майя Сабирова, хранитель Музея Магии.

— Мне очень приятно познакомиться, Майя, — Виталий улыбнулся краем губ, позволив улыбке коснуться глаз, а затем поцеловал кончики холодных пальцев, вместо того, чтобы просто пожать их и отпустить.

— Марго это не понравится, — философски заметил Костя, который в этот момент разглядывал ногти.

— Она не узнает, — и Виталий подмигнул совсем растерявшейся девушке.

— Как это не узнает, когда я ей расскажу, — пожал плечами Костя и улыбнулся совершенно мальчишеской безбашенной улыбкой.

— Это очень непорядочно с твоей стороны, внук, — Виталий усмехнулся и направился к своему месту на первом ряду.

— Непорядочно смущать девушку, которую впервые видишь, — наставительно произнёс Костя, поднимая вверх указательный палец. — Ян, давай, помогай.

Ян, стоявший в это время насупившись в дверях, подошёл к ним. Майя даже вздрогнула. Она на мгновение забыла, что приехала сюда не одна.

— Что нам делать? — спросил тихо Орлов.

— Понятия не имею, — Костя пожал плечами. — Это ты у нас специалистом по Кодексу являешься. А такая ситуация вообще впервые происходит.

— Я специалист не по Кодексу, а по его содержимому. Что может выкинуть этот фолиант лично мне не ведомо. — Ян облизну губы. — Майя, встань сюда, всё-таки это твой запрос должен быть. Я помогу открыть книгу, потому что ты не сможешь. Собственно, именно поэтому неодарённые учёные сюда не допускаются. В этом нет смысла, а вовсе не потому, что мы снобы и боимся поделиться сокровенным.

Майя встала на специальную подставку и огляделась в поисках перчаток.

— А… — она вздрогнула, когда позади неё встал Ян, прижавшись к её спине, обхватив её руки своими. Он всё понял и покачал головой.

— Перчатки не нужны. Он должен чувствовать тепло человеческой кожи, иначе не станет нам помогать, — тихо сказал Ян, чуть касаясь губами её уха.

— Кодекс опасен? — прошептала Майя. Теперь в этой странной зале они были с Яном наедине перед огромной, страшной книгой.

— Да, — коротко ответил Ян. — Но он существенно облегчает нашу жизнь, помогает избежать совсем уж нелепых ошибок. Попробуй открыть.

Майя дотронулась до кожи обложки и вздрогнула. Ей не показалось, Кодекс действительно был тёплым. Она попыталась открыть, но у неё ничего не получилось. Создавалось впечатление, что она пытается сдвинуть каменную глыбу. И тогда на её кисти снова легли большие такие мужские ладони, и она почувствовала, как через её кожу к книге полилась магия. Ей перестало хватать воздуха. Сердце забилось в бешеном ритме, а со зрением творилось что-то странное. Отчего Майя пришла к выводу, что у неё, скорее всего, расширились зрачки.

И тут книга двинулась и открылась. Она открылась как раз на той странице, которая была нужна. На главе, посвящённой Морозовым и самой развратной их представительнице.

Ян всё ещё продолжал держать её руки в своих и не отпускал дар, а вокруг них начали твориться странные метаморфозы. Из книги словно вылетели золотистые нити. Сотни и тысячи нитей, заключившие постамент и стоящих возле него людей в золотистый кокон. Последнее, что она увидела, как вскочил со своего места встревоженный Костя и попытался пробиться к ним, а затем её словно отключило, погружая в чужую жизнь.

Майя была ею Каролиной. Она никогда раньше не чувствовала себя такой красивой, такой желанной. Столько мужчин склонялись перед ней. Столько прошло через её постель. Безликий был хорош, всё-таки опыт стольких лет… Никто не тронул её сердца. Почти. Один мальчишка из Ушаковых, она почти влюбилась. И за эти чувства она подарила ему дом. Он на время её развлёк. Но вот однажды, сразу после безликого, взгляд её глаз встретился на императорском балу со взглядом тёмных насмешливых глаз одного из Орловых. И Каролина потеряла себя в этих глазах. Она продала свой дом за смешную цену, испросив разрешение прожить в нём остаток своей жизни. Она спрятала побрякушку безликих…

— Там не нужны ключи, — прошептала Майя, которая плохо понимала, где Каролина сменяется самой Майей. Чувства этой ведьмы захлестнули её с головой, и когда она повернула голову и столкнулась с напряжённым взглядом тёмных глаз Орлова, то потянулась к нему, совершенно не соображая, что делает.

Книга захлопнулась, и нити, сплетающие кокон, с лёгким звоном лопнули, осыпав стоящую внутри пару золотыми блёстками. А они целовались, забыв обо всём на свете, и Ян прижимал её к себе всё ближе и ближе.

— Что это? — голос Кости долетел до затуманенных мозгов как сквозь вату. — Посмотри, что это у них на запястьях? Это же не то, о чём я подумал?

— Хм, — голос Виталия Керна звучал уже более ясно и подействовал на Майю, да и на Яна, как холодный душ. — Ну, теперь, мы знаем, что не надо так делать. Видимо, Кодекс растерялся и принял такое вот нестандартное решение.

Майя с ужасом посмотрела в шальные глаза Яна и отпрянула, а затем повернулась к Керну.

— Что? Что это было? Какое решение принял Кодекс? — растерянно спросила она, тупо глядя на своё запястье, на коже которого проступала золотистая татуировка.

— Я надеюсь, что вы хотя бы знакомы, — Керн покачал сочувственно головой и похлопал Яна по плечу, подходя к Кодексу, чтобы убрать его на место.

Ян же в это время с ужасом смотрел на свою руку с точно такой же татуировкой, пытаясь понять, как он умудрился так вляпаться, как сказать об этом Михаилу, и как сказать Майе о том, что только что произошло.

— Костя, что происходит? — Майя подошла к нему в надежде, что тот её защитит, как делал уже не раз. Но сейчас Костя лишь вздохнул.

— Добро пожаловать в клан Орловых. Надеюсь, ты Яна не убьёшь, чтобы побыстрее стать вдовой. Потому что по-другому этот брак расторгнуть невозможно.

— Какой брак? — Майя перевела взгляд на Яна. — Ян, какой брак, о чём вы все говорите?

* * *

Дед убрал Кодекс на его законное место и уехал домой, пожелав нам быстрее расхлебать кашу, которая заварилась на пустом месте. Я стоял напротив и сверлил взглядом эту странную книгу. Ян топтался рядом. Майя сидела на месте Ушакова и рыдала, закрыв лицо руками. Ну да, сюрприз тот ещё получился. Пошла девочка кофе попить с симпатичным мальчиком на обеденном перерыве и… оказалась за ним замужем.

— Почему он это сделал? — тихо спросил Ян вместе со мной, начиная изучать Кодекс.

— Он не мог найти ей привязку, — я не знал точно, но предполагал, что именно так оно и было. — У Майи нет дара, и он не смог с ней общаться напрямую. Зато стоящий за ней мужчина даром обладал и не был связан узами брака. Вот Кодекс и выбрал способ сделать из вас единое целое. Поэтому и использовался столь древний метод. Тогда женщина ещё считалась собственностью мужчины, и с ней можно было общаться через него.

— Он мог вообще ничего не делать, — Ян схватился за волосы и слегка их рванул.

— Но он сделал. — Я покачал головой. — Он ответил на её вопрос?

— Да, — он смотрел на древнюю книгу почти с ненавистью. — Какое ты имел право? — крикнул Ян.

В ответ по залу пробежала лёгкая дрожь и резко похолодало.

— Так, спокойно. Он сам не понимает, что несёт, — я примирительно поднял руки. Магия смерти в исполнении этой разумной книги — это было нечто, даже меня проняло. — Успокойся. Я тоже так могу. Возможно, и не сумею тебя уничтожить, но я буду очень сильно стараться. А мне бы этого не хотелось.

В комнате на миг потемнело, а затем всё успокоилось, словно сейчас не было никакого светопреставления.

— Что мне делать, Костя? — тихо спросил Ян.

— А что ты можешь сделать? — я повернулся к нему. — Если простой брак разорвать сложно, муторно, с лишением статуса и жутким скандалом, но можно. То вот этот — нет. То, что сделал Кодекс — это навсегда. Пока смерть не разлучит вас. А самое главное знаешь в чём состоит? Решение Кодекса не сможет оспорить никто, даже император, если у него вдруг появится такая мысль. У Михаила же не было на тебя планов, касаемых женитьбы? — спросил я, быстро прикидывая варианты, что делать, если такие планы всё-таки были.

— Вроде бы нет, — Ян покачал головой. — Во всяком случае, он мне ничего подобного не озвучивал. Так что репутационный ущерб не нанесён. Но я всё равно не знаю, что делать.

— Ну, во-первых, успокой жену. — Я указал на рыдающую Майю. — Мне всё ещё нужна её помощь. А, во-вторых, Ян, что ты как маленький. Нужно предупредить Михаила, а остальные перетопчатся. Потом как-нибудь узнают. А если Майя мечтала о пышной свадьбе, то будь добр, обеспечь её ей. Пусть порадуется.

— Я… — он потёр лоб. — Да, точно, нужно успокоить. Ей сейчас труднее, чем мне. Костя, нас даже не спросили, согласны ли мы становиться мужем и женой.

— Ян, этот обряд настолько стар, что помнит, как жениха с невестой связанными на него доставляли, с кляпами во рту. Член клана присутствует, рукой помаши, ага вижу. Они согласны? А как же, видишь, как выразительно мычат и головами кивают. Почему рты заткнуты? Так чтобы от радости не вопили, и обряд не сорвали. Продолжай, дорогой, продолжай. — Я закатил глаза и вытащил телефон. — Михаилу я сам сообщу. А ты двигай к ней. Потому что ты прав, ей сейчас сложнее, чем тебе. Хотя, думаю, в итоге у вас всё наладится.

— Почему ты так думаешь? — спросил Ян, глядя на свою молодую жену.

— Потому что Майя любит мудаков, а ты, если к тебе хорошо присмотреться… В общем, в вашем браке есть потенциал, — сказал я, выходя из зала, чтобы дать им время поговорить и заодно без свидетелей позвонить императору.

— Костя… — я не стал слушать его возмущения и закрыл за собой дверь.

Гудки очень быстро прервались, и в трубке раздался голос Михаила.

— Да, Костя, я тебя слушаю. Надеюсь, что ничего не случилось? — спросил он, и в его голосе я услышал напряжение.

— Как сказать, — протянул я. — У клана не было планов на личную жизнь Яна? — наконец, задал я вопрос императору.

— Яна? Нет. Оставшимся неженатым сыновьям клана я дал определённую свободу действий в этом плене. После того, что произошло с твоим отцом, — добавил он. Да, эта рана, похоже, не зарубцуется никогда. Он унесёт её с собой в могилу. Главное, чтобы последнее произошло как можно позже. — А что, произошло нечто непредвиденное, из-за чего эти планы, если бы они были на Яна, поставлены под угрозу?

— Можно и так сказать, — пробормотал я. — А от Кодекса никто не пытался избавиться? Чисто случайно?

— Пытались и не раз. Но он как тот легендарный Феникс вновь возрождается из пепла. Просто появлялся на своём месте в зале Совета. И неважно, где находится этот зал. Он долгое время здесь во дворце располагался. Костя, что произошло с Яном и как в этом замешен Кодекс? — напряжение в голосе императора нарастало.

— Ты только не волнуйся, — начал я и осёкся. Именно с этой фразы начинаются все разговоры о том, что кто-то находится при смерти. — Ян работал с Кодексом вместе с одной очаровательной девушкой. Она не из клана, абсолютно лишена дара. И Кодекс не придумал ничего лучшего, чем соединить их браком.

— Хм, изящное решение. — Наконец, произнёс император. — Кодекс способен удивить своими решениями. Хотя в большинстве случаев они, конечно, предсказуемы. Ян хотя бы знаком с этой девушкой? — спросил Михаил, немного помолчав.

— Почему всех интересует только этот аспект? — я прислонился к стене. Когда уже эти гонки закончатся? Хочу отдохнуть. Почему я не могу просто отдохнуть и расслабиться?

— Потому что он интересен. Не пугай меня так больше, я уже начал думать, что действительно произошло нечто непоправимое. Передай Яну, что я жду его вместе с женой к себе на ужин. Как её зовут? Мне нужно передать охране, чтобы их долго при въезде не мурыжили.

— Майя Сабирова. Хотя, наверное, теперь Орлова. Кстати, а свидетельство?

— Какое свидетельство? О чём ты? Эта информация в Кодекс автоматически попала. У них же брачные браслеты на запястьях появились?

— Да, золотистые. Это красиво, — не смог я отрицать очевидного.

— Я слышал, что это очень красиво, но ещё ни разу не видел ни одного. Вот и посмотрю заодно. — Михаил замолчал, и я уже подумал о том, что разговор окончен, но тут он продолжил. — Ты знаешь, что твоего Рыжова свозили к месту силы?

— Да, знаю. Спасибо вам огромное, — ответил я ядовито. — Он был в таком восторге, что до сих пор у Ушакова дома в отключке валяется. А я остался без помощника.

— Рыжов — следующий посетитель Кодекса. У меня есть некоторые подозрения, что он последний потомок пресёкшегося клана. Если Кодекс это подтвердит, то нужно будет клан восстановить. Я надеюсь, ты войдёшь в положение и немного потерпишь без личного помощника. — И Михаил отключился.

— Вот это вот последнее что было? — пробормотал я, глядя на трубку. — Так, с Рыжовым всё понятно. Я нечто подобное предполагал. Но, остаться без помощника? Ага, счас. — И я набрал ещё один номер. — Танечка, у меня есть к тебе просьба. Так получилось, что меня временно лишили Рыжова, не могла бы ты на это время его заменить?

— Добрый день, Константин Витальевич, — тихо проговорила Таня. — Нет, я не могла бы заменить Рыжова. Я вообще сомневаюсь, что смогу долго работать на вас.

— Это ещё почему? — я нахмурился.

— Я замуж выхожу, — ещё тише проговорила девушка.

— О, я не знал. Поздравляю от всего сердца. За мной подарок на свадьбу. — Я легонько стукнулся головой о стену. Что я делаю не так? За что меня боги так наказывают? — Могу я поинтересоваться, кто счастливый жених?

— Константин Витальевич, вы что, правда, не знаете? Я выхожу замуж за Илью Орлова. Сына вашего клана…

Блямс! Телефон выпал из моих рук и упал на мраморный пол. Подобрав трубку и убедившись, что она всё ещё работает, я рявкнул в неё.

— Таня, мне плевать, за кого ты замуж собралась! У тебя ещё два месяца есть. За это время с Рыжовым всё станет понятно. Так что ноги в руки и бегом ко мне домой, ждать новых распоряжений. Записную книжку не забудь захватить.

И я отключился. Долго смотрел в одну точку на стене, затем перевёл взгляд на телефон. Это он виноват во всех моих бедах. Но они, похоже, все решили испытать моё терпение. Иначе, как ещё объяснить все эти выкрутасы? Один Ян меня не разочаровал и такое сделал, что другим только локти кусать от зависти остаётся. Но Илья… Так, я этого негодяя попозже убью. Пока надо с цацкой безликих разобраться.

И я прошёл в зал Совета. Майя сидела там же, где я её оставил, правда, сейчас рядом с ней сидел Ян. Он обнимал её за плечи и что-то негромко говорил, наверное, о том, что всё будет хорошо. А передо мной встала дилемма, когда им про предстоящий ужин сообщить. Решив, что сначала мы сходим в дом Морозовых, а потом я их обрадую, обратился к Майе.

— О своей горькой судьбе потом поплачешь. Я тебя с Люсиндой Ушаковой познакомлю, она тебя научит в кланах ориентироваться. А пока мне надо знать, Кодекс показал тебе что-нибудь?

Майя вытерла слёзы и кивнула.

— Я так понимаю, тебя интересует тайник? — Я кивнул. — К нему не нужны ключи. Все ключи — это обманка, чтобы запутать безликих и Орловых до кучи. Пойдёмте, я покажу, — и она решительно поднялась со скамьи. Я же в этот момент подумал, что она держится неплохо, и что для клана историк её уровня — это весьма ценное приобретение.

Глава 22

До музея ехали долго. Где-то на середине пути попали в пробку, которая еле двигалась. Похоже, что впереди произошла авария, и вот теперь появились проблемы с проездом. Плохо было то, что свернуть куда-нибудь и проехать объездными путями было нельзя. Вот и пришлось плестись со скоростью черепахи.

Майя сидела рядом со мной и молча смотрела в окно. К счастью, уже не рыдала. Я не умею успокаивать женщин, боюсь, что в этом случае сделал бы только хуже.

— Ян неплохой человек, — я всё-таки предпринял довольно неуклюжую попытку сгладить самые острые углы. — Думаю, что вы в итоге сумеете поладить.

— Я всё ещё не понимаю, какое отношение ты имеешь к Орловым. — Ровным голосом произнесла Майя, продолжая смотреть в окно. Казалось, что она даже не услышала меня.

— Я наследник клана и престола. Поверь, я этого не хотел. Но, как оказалось, мой лучший друг ещё больше, чем я, не хотел в итоге становиться императором. Он сделал всё, чтобы этот геморрой достался мне. — Ответил я, покосившись на зеркало заднего вида. Сразу за нами в потоке ехал мрачно-задумчивый Ян. Майю же я пока изолировал от него, посадив в свою машину.

— Егор Ушаков должен был стать императором? — Майя отвернулась от окна и посмотрела на меня.

— По всей видимости, да. У Совета, как я понял, просто не было другой кандидатуры. Меня они переносят с трудом, так что да, это должен был быть Егор.

— На самом деле это имело бы чудовищные последствия, — Майя вздохнула. — Правящий клан не менялся никогда. Это было бы жуткое потрясение для всех. Хорошо, что Егор слишком ценит собственный покой, — она слабо улыбнулась.

— Ему пошла бы корона, — машина продвинулась ещё немного. — Он, скорее, заботился о спокойствии своей жены. Вот для Люсинды стать императрицей было бы гораздо большим потрясением, чем для всех остальных смена правящего клана.

— Думаю, ты не прав. Она уже сумела стать женой главы клана. Справилась бы и с ролью императрицы. — Майя снова улыбнулась.

— Я знал Люсю, когда та была ещё девчонкой с улицы, сестрой главаря банды. Поверь, только Егор сумел разглядеть в ней прекрасную мать и жену тогда ещё сына клана. Это был осознанный выбор. Он довольно долго жил с ней в её жуткой квартире, прежде чем принял решение жениться.

— Зачем ты мне это говоришь? — Майя теперь смотрела на меня так пристально, что становилось слегка не по себе.

— За тем, что ты такая же сильная, как и Люся. Если честно, я, как только тебя увидел, сравнил вас. Вы чем-то похожи. Только тебя немного испортило образование. — На этот раз мне удалось её рассмешить. — А если серьёзно, ты справишься. Только…

— Что? — она уловила лёгкую напряжённость в моём голосе.

— У тебя нет времени, чтобы привыкнуть к этому раздолбаю. Сегодняшнюю ночь вы должны провести вместе. Брак должен быть закреплён, чтобы вы и вправду стали единым целым. И я не советовал бы шутить с подобными вещами. Не перед Кодексом.

— Я это уже поняла, — Майя сглотнула. — Ничего. Пара бутылок вина, романтическая музыка, может быть, несколько свечей, и это Яну придётся от меня прятаться.

— Да? — я удивлённо посмотрел на неё. — А по виду и не скажешь.

Мы проехали место, из-за которого собралась пробка. Да, это была авария. К счастью, без жертв. Просто два идиота не смогли разъехаться на перекрёстке. Теперь они ходили вокруг своих машин и чесали тыквы, а инспектор с несчастным видом составлял протокол. Сразу сказать, кто из этих долбодятлов был виноват, было невозможно. Дело будет муторным и сложным, поэтому инспектор и несчастен, и поэтому не торопится, и ему плевать на всех недовольных, которые не могут побыстрее проехать этот участок.

Дальше можно было увеличить скорость, и оставшееся расстояние мы проехали гораздо быстрее. Говорить было пока не о чем. Майя немного расслабилась и уже не выглядела загнанной в угол зверушкой. Ничего, освоится. Ей же нравится история кланов. Вот пусть и вообразит себя принцессой, с мужем впервые на свадебном пиру познакомившаяся. А видит его впервые хорошо, если при венчании, когда он ей плотную фату с лица откидывает. Да и возможность есть на правильный лад настроиться. А там и к муженьку привыкнет. Правда, всё это случится, если они выживут после сегодняшнего ужина у императора, о котором я им ещё не говорил.

Остановившись рядом с музеем и запарковавшись прямо напротив входа, я вышел из машины.

— У тебя здесь вообще посетители бывают? — я осмотрел пустую площадь. Немногочисленные машины старались как можно быстрее прошмыгнуть мимо мрачного здания. — Ни разу не видел, чтобы кто-то сюда заходил.

— Просто ты время такое постоянно выбираешь, — Майя пожала плечами. — Два дня в неделю всегда забронированы для школьников. Часто учёные для изучения материала приходят. Не могу сказать, что каждый мой день проходит в ничегонеделанье.

— Я этого не говорил. У тебя-то всегда полно работы — это понятно. Хранитель всегда найдёт чем заняться. Кстати, что ты имела в виду, когда сказала, что ключи не нужны?

— Она такой дрянью была, — Майя покачала головой. — Это просто не передать словами. Мне на мгновение показалось, что она — это я. И её порочность начала пропитывать меня с головы до ног… Каролина любила всего один раз в жизни. И эта любовь не принесла ей ничего, кроме ещё большей озлобленности.

— Она была влюблена в Орлова? — Я уже потянул ручку двери и остановился, глядя на хозяйку этого мавзолея. Я подарю ей этот памятник тех дней, раз они так сильно её увлекли, это даже не обсуждается. Пусть хоть жить сюда переезжает. — Клан сумел минимизировать ущерб, который может причинить это здание?

— Сумел, вот только эта дрянь напоследок устроила им весёлую жизнь. И им и безликим. Вот и верь после этого в то, что безликие всё знают, — Майя хихикнула. — Это лучше показать.

— Сейчас мужа твоего дождёмся, чтобы всем вместе уже пойти разгадывать тайны этого жуткого дома, — она вздрогнула, когда я упомянул мужа. Но уже не срывалась в слёзы. Это хорошо. Чтобы выжить среди Орловых и не свихнуться, нужно иметь стальной характер.

В этот самый момент машина Яна остановилась рядом с моей. Мотор перестал работать, хлопнула дверь, и уже через несколько секунд Ян стоял рядом с нами на крыльце.

— Чёртова пробка, — пробурчал он. Я внимательно осмотрел его бледное, но вполне решительное лицо.

— Ян, за то время, пока ты старался догнать нас, я уже успел бы воспользоваться правом первой ночи, если бы закон мне всё ещё разрешал подобные шалости. — Заметил я, открывая дверь и проходя внутрь.

Пока Ян что-то бубнил у меня за спиной, я остановился напротив экспозиции с безликими.

— Не понимаю, зачем они морды этими дурацкими масками занавешивали, если постоянно снимали их при первой же возможности? — ко мне подошла Майя.

— Ты так говоришь, словно кого-то из них знаешь. — Тихо проговорила она, не отвечая на мой, в общем-то, риторический вопрос.

— Встречались, — ответил я расплывчато. — Не советую. Скользкие подлые твари. Если тогда, — я кивнул на экспозицию, — они нас презирали, то сейчас ненавидят. К счастью, их возможности здорово ограничены территорией. Ну и в Астрал иногда заглядывают. Иначе не упустили бы возможности взять реванш. А так, всего лишь пакостят по мелочи. По-моему, это Кай, — я ткнул пальцем в безымянную фигуру. — Он стоит также, а презрение и брезгливость видны даже сквозь маску.

— Надеюсь, я привыкну, — Майя обхватила себя за плечи. По её телу пробежала дрожь.

— Привыкнешь, куда ты денешься. А теперь показывай, что ты там показать хотела? — я отвернулся от застывшей фигуры безликого.

Майя кивнула и быстро направилась в сторону подвала. Я последовал за ней. Позади шёл новоиспечённый муж, не выглядевший слишком счастливым. Как бы ни пришлось этому придурку мозги на место вправлять, чтобы девочку не обижал.

Повернувшись, я посмотрел на Яна. Тот встрепенулся под моим взглядом. Майя ушла уже довольно далеко вперёд, тогда Ян поравнялся со мной и прошептал.

— Я не знаю, как ей сказать, что нам нужно будет обязательно переспать в течение суток. Я не хочу её ни к чему принуждать. — Выпалил он, глядя вперёд на прямую и заметно напряжённую спину жены.

— Хм, — я покосился на него. — Попробуй соблазнить. Пара бутылок вина, романтичная атмосфера, свечи, музыка. Должно сработать, — улыбнувшись, я похлопал его по плечу. — Не благодари.

Майя тем временем спустилась в подвал. Сразу с двумя Орловыми, как универсальным пропуском, она вполне могла это сделать. Когда мы присоединились к ней, то я увидел в руках у хранительницы связку ключей.

— Что вы знаете об этом месте? — спросила она, видимо, размышляя над тем, с чего именно начать свою экскурсию по подземелью дома Морозовых.

— Каролина умудрилась соблазнить безликого, да так его ушатала, несмотря на весь тысячелетний опыт, что бедолага забыл у неё одну вещь, очень важную для всех оставшихся в живых мальчиков и девочек в масках. Дальше идут мои предположения и легенды, — предупредил я, на секунду задумавшись. — Каролина спрятала эту вещь, создав в подземелье своего дома тайник, открыть который можно определённым количеством ключей. Ключи она раздала по одному своим любовникам, и они унесли их радостно по могилам, довольно надёжно спрятав. Но. Один ключ всё никак не находился. Сами безликие предположили, что это непосредственно замок, вот только меня гложут сомнения, что это далеко не так. И… при чём здесь Орлов?

— На самом деле всё гораздо проще. — Майя отделила один из ключей от связки и открыла дверь, перед которой стояла в этот момент. — Забытую безликим вещь действительно спрятали, но все эти ключи и тому подобную муть придумали именно для Орлова. Чтобы он шею себе свернул, пытаясь сначала отыскать все ключи, а потом убиться, ища последний, ну и под конец, рехнуться, поняв, что все усилия были потрачены зря.

— Она хотела, чтобы в итоге Орловы пришли к выводу о том, что никакой игрушки безликих нет, — я покачал головой. — Я бы именно так и подумал, если бы один из них не проболтался о том, что она есть, и что они её никак не могут найти. Хотя местоположение всех известных ключей вроде бы вычислили. Это их не радует, знаешь ли.

— Представляю. — Майя покачала головой. — У сыновей вашего клана просто фантастическая способность выводить всех из себя.

— На нас наговаривают, — Ян ослепительно улыбнулся. — Уверяю тебя, столь редкой способностью обладают отнюдь не все сыновья клана Орловых.

— Ты сейчас хвастаешься, или пытаешься реабилитировать в моих глазах свой клан? — Майя закусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Не обращай внимания, — я встал таким образом, чтобы закрыть Яна собой. Сделать это было непросто, Ян, как и все Орловы, кроме покойного Васьки, обладал высоким ростом и прекрасно развитым телом. Да ещё Матвей был невысоким, но ему это не мешало вселять в сердца трепет. — Его пару раз в детстве роняли вниз головой, так что он у нас слегка с придурью. Это приобретённое, не переживай, вашим детям не должно передаться.

— Я привыкну, — взгляд Майи слегка расфокусировался. — Я обязательно привыкну, — повторила она, как мантру.

— Не верь ему, я умён, сообразителен, местами красив и чертовски обаятелен, — Ян обошёл меня и взял Майю за руку. — Просто у тебя не было времени, чтобы меня оценить.

— Зачем ты делаешь вид, что всё нормально? Я же тебе не так чтобы нравилась…

— Майя, посмотри на меня. Я хороший сын клана. И меня с детства приучали к мысли, что мне вряд ли самому придётся выбирать спутницу жизни. То, что произошло, да, признаюсь, это было неожиданно, но это уже произошло. Поэтому давай не будем делать из случившегося трагедию. Мы хотя бы нравимся друг другу. Некоторым так не везло. — И он почему-то покосился при этом на меня.

— Я стараюсь, правда, стараюсь, — ответила она серьёзно, и толкнула дверь, которая с неприятным скрипом открылась.

— Дай догадаюсь, это тюремная камера, — я встал посредине небольшой комнаты с низкими, давящими потолками. — Вполне приличная, надо сказать. Сухая и даже не слишком холодная. Да и крысами не воняет.

— В доме слишком много ценных экспонатов, поэтому здесь периодически работают дезинфекторы и дезинсекторы. А в этой камере однажды пришлось тому самому Орлову побывать. Что? — Майя дёрнула плечом. — Я же говорила, что Каролина была ненормальной. Наверное, она хотела заставить его влюбиться и выработать у него зависимость. Не знаю, настолько далеко Кодекс мне не показывал.

— Странное решение. Не все мужчины любят, когда им причиняют боль и унижения. Нет, есть подобные экземпляры, я не спорю, но других даже чисто статистически гораздо больше. — Я осматривал абсолютно пустую камеру. — И что мы здесь делаем?

— Клан Орловых не позволил ей долго измываться над одним из своих сыновей. Кроме того, именно этот случай стал началом конца Морозовых. Почему Орловы сами не уничтожили этот клан станет предметом моих изучений в ближайшее время. Тем более что сейчас у меня будет доступ к одной из самых больших частных библиотек, — вздохнула Майя. Правильно. В каждой ситуации надо искать положительные стороны. Даже в такой сомнительной, как замужество за Яном Орловым. А насчёт того, почему получилось именно так, ну, тут возможны варианты. Я вот как-то клан Ушаковых натравил на клан Снежиных, и совершенно об этом не жалею. — Впрочем, неважно почему Орловы натравили на Морозовых другой клан. Они это сделали. А вот именно эта камера выбрана не случайно. Какой бы извращённый ум ни был у Каролины, она прекрасно понимала, что он никогда добровольно не зайдёт туда, где провёл не самые лучшие дни в своей жизни.

Майя подошла к стене справа от того места, где мы стояли и приложила руку к одному из камней.

— Что ты делаешь? — не удержался от вопроса Ян.

— То, зачем мы сюда пришли. Показываю, где именно Каролина устроила тайник. — спокойно ответила девушка. — Подойди сюда и приложи руку. — Попросила она Яна.

Он пожал плечами, но просьбу выполнил. Тогда Майя подошла к противоположной от него стене и приложила руку к камню, расположенному строго напротив того, за который держался Ян.

— На счёт три нажимай, — коротко сказала она. — Один, два, три.

Они надавили каждый на свой камень очень синхронно. Раздался скрежет, посыпалась штукатурка и часть стены напротив двери отъехала в сторону.

— Ни хрена себе, — пробормотал Ян.

— Держи, не отпускай. Если кто-то из нас ослабит давление, дверь закроется. — предупредила Майя и посмотрела на меня. — Сам пойдёшь или заменишь кого-то из нас.

— Сам, — я усмехнулся, видя, как вскинулся было Ян в ответ на моё предложение. — Не спорь. Я некромант, у меня больше шансов выжить, если мстительная бабёнка там какую-нибудь нежить посадила охранять сокровище. И, да, я некромант, поэтому если запрёте меня там, то я стану личем и устрою вам в посмертии очень весёлую, но, боюсь, недолгую жизнь. — Предупредил я их и шагнул в нишу.

Опять голые стены и ничего больше. Да ещё и темнота. Если сама камера худо-бедно освещалась светом из коридора, то здесь было хоть глаз выколи. Я поднял руку. На ладони затрепетал огонёк, осветивший то место, в которое я так долго хотел попасть. Один камень кладки отличался от остальных. Он был светлее, да и раствора, скрепляющего его с другими камнями кладки, я не увидел. Подкинув огонёк вверх таким образом, что тот повис у меня над головой, я с некоторыми усилиями вытащил камень. Ниша, которую он образовывал, была совсем небольшой. Посветив в неё, я увидел, что внутри что-то блеснуло. Вытащить блестяшку было делом трёх секунд.

Это был браслет. Золотые кольца кое-где прореживались драгоценными камнями. Никакой логики в расположении камней и в самом наборе камней я не увидел, но, что-то мне подсказывало, что дело как раз в этом наборе и его расположении.

Сунув браслет в карман и вставив камень на место, я погасил огонёк и вышел из ниши. Молодожёны всё это время молчали, разглядывая друг друга в тусклом свете камеры.

— Ну что, нашёл тайник? — спросил Ян, отпуская руку с камня. Ниша за моей спиной тут же с грохотом захлопнулась, подняв при этом кучу пыли.

— Нашёл, но он пустой, — не надо всем и каждому знать о моей находке. Меньше знаешь, крепче будешь спать, как говорится. — Увы. Зато мы разгадали загадку этого дома.

— Значит, всё зря? — Майя чуть не плакала. Опустив руку, она посмотрела на золотистый браслет, который до конца жизни будет украшать кожу запястья.

— Почему зря? Клан приобрёл очень многое, не надо себя недооценивать. Кстати, совсем забыл вам сказать, Михаил весьма одобрительно отнёсся к смене твоего социального положения, — улыбаясь сказал я, поворачиваясь к Яну. — Он ждёт сегодня на ужин вас обоих, потому что очень хочет познакомиться с Майей.

— Что? — они воскликнули это хором, уставясь на меня круглыми глазами.

— Вот, вы уже начинаете думать одинаково, и это только начало, — я поднял вверх указательный палец. — Ладно, мне надо идти. А вы постарайтесь на ужин не опоздать. Это как-то не принято, знаете ли, особенно когда глава клана и император сам вас приглашает.

И я вышел из камеры, направившись к лестнице, ведущей наверх из подвала. Сегодня мне ещё нужно отвезти Тихону эту находку, и навестить уже Рыжова, чтобы узнать, как у него дела.

Глава 23

Лето подходило к концу, когда, наконец-то, установилась нормальная погода. Ершов справился с начальными установками и пошёл дальше. Вот только характер его от этого не улучшился, поэтому всплакнули безликие хором. К Верну на помощь притащилась парочка помощников, и этим отрыжкам прошлого стало не до разборок друг с другом. Так что, погода пришла в норму.

Узнал я подробности, когда забирал сокровища из Зелона. Не надо им там было лежать практически бесхозными. Особенно когда там неподалёку расположилась тюрьма для особо непримиримых безликих.

В сам город могли войти только мы с Ершовым. Пока всё вынесли, матов я наслушался предостаточно. Но моё замечание о том, что весь остальной город находится в его полном распоряжении, и он может творить в нём, что захочет, сильно облегчило мне жизнь.

— То есть, ты хочешь сказать, что я могу устраивать сюда вылазки, вскрывать дома, и всё, что найду ценного, смогу вынести, и это будет моё? — Уточнил Ершов, когда мы тащили вдвоём тяжеленный сундук с россыпью драгоценностей.

— Именно это я и сказал. Только с тюремную зону не входи, — предупредил я его.

— Это большой дом с садом. И куча уровней защиты. Кстати, я думаю, что когда со слоями защиты разберусь, то пришлю тебе в подарок чертежи.

— С чего такая неслыханная щедрость? — спросил я, когда мы закинули сундук на повозку. Её должен был вытянуть наверх очень недовольный этим занятием Зелон. Нам с трудом с Ершовым удалось уговорить единорога помочь нам. В уговорах принял участие Паразит, а ему за эту помощь я обещал новый ошейник с самыми лучшими бриллиантами, какие тут только найдутся.

— Хочу пару-тройку цацок выпросить, чтобы жене подарить, — он кивнул на сундук.

— Бери, мог бы и раньше спросить. Но, чертежи с тебя. За язык тебя никто не тянул, сам предложил. — Добавил я, и первым пошёл обратно к куче, той самой, что демон спёр у нас с Марго из-под носа.

Чтобы всё вывезти понадобился поезд. Частный поезд под усиленной охраной чар и дополнительным взводом охраны из людей. Отряд дал Устинов. Поезд Вольф. У них к общему банковскому хранилищу была проложена собственная ветка железной дороги.

Когда мы разгрузились, я начал отдавать распоряжение Юрке, чтобы всё это перебрали и оценили. Особо ценные драгоценности отнесли в сейф. Должны же у императрицы быть приличные украшения. Я понимаю, что Ирке это не надо по большому счёту, но таковы правила, и она обязана их выполнять — на всяких званых приёмах, которые мы обязаны будем устраивать, выглядеть по-императорски. Так вот, я отдал распоряжение Юрке. Он кивнул, вынул записную книжку и принялся записывать. А потом начался цирк с конями.

Когда я велел пятнадцать процентов отдать Марго, не клану Керн, а Марго, всё-таки это она привела меня к большей части этих сокровищ, Вольф стерпел. Когда я распорядился десять процентов выделить Рыжову, чтобы тот как можно быстрее уладил свои дела с кланом, Юрка скрипнул зубами и отметку в своём ежедневнике сделал. Но когда я заикнулся про него самого и наш совместный бизнес, а также про Ушакова, Вольф выпрямился. Очень аккуратно вернув книжку и ручку в карман пиджака, он развернулся ко мне лицом, а к двери хранилища спиной и раскинул руки.

— Не отдам, — я уставился на него. — И даже не проси. Я не позволю тебе разбазаривать добытые кровью и потом ценности.

— Юра, — начал я, но Вольф меня перебил.

— Я в курсе, что я Юра. А ещё я в курсе, что у тебя заложены расходы на расширение нашего бизнеса в основной бюджет. И да, в следующем году они нам понадобятся, потому что нам, наконец-то, рассчитали все технические характеристики. А вот это, ещё даже не оценено. Вот за что ты хочешь облагодетельствовать Ушакова?

— За то, что он с Рыжовым возился несмотря на их неприязнь друг к другу. И продолжает возиться. — Я закатил глаза.

— Насколько я понял, его «попросил» сделать это император. А когда император кого-то о чём-то «просит», то обычно адекватные и умные люди расценивают это как приказ. И стараются этот приказ выполнить в точности и в полной мере. Так что Ушаков перебьётся. Он далеко не нищий. Хочешь памятный подарок преподнести, хорошо я лично подберу комплект украшений подороже, который ты подаришь Люсе. На рождение дочери. А пока давай вот на этом остановимся.

— По-моему, я когда-нибудь пожалею, что назначил тебя своим бухгалтером и банкиром, — я не удержался и рассмеялся.

— Я вот уже жалею, что не сделал хотя бы аудита твоих финансов раньше. Я сейчас боюсь даже представить, сколько ты разбазарил, раздавая сомнительные подарки. — И Юрка, всё ещё горя праведным гневом, рывком вытащил записную книжку. — И да, в следующий раз, когда ты захочешь выкинуть деньги на ветер, просто потому, что тебе кто-то понравится, будь добр приготовь мне письменный приказ, скреплённый всеми положенными печатями.

— А если это будет личная трата? — мне даже стало любопытно, что он будет делать, если я решу Ире, например, какой-нибудь дорогой подарок сделать.

— Все личные траты заложены в твой бюджет. И если ты соизволишь ознакомиться с этим документом, то увидишь там пункт под названием — на про… Точнее, он называется «другие расходы», но суть от этого не меняется. Это то, что ты можешь безболезненно спустить в казино, на шлюх, и на Ушакова, если тебе так этого захочется. И там довольно внушительная сумма. Тебе с твоими тратами — хватит.

— А если я захочу, ну, например, самолёт повышенной комфортности?

— Значит, ты пришлёшь ко мне Рыжова со всей необходимой документацией, я и наши юристы всё проверят, а потом я лично буду общаться с исполнителем на каждом этапе оплаты. — И Юрка вошёл в хранилище, где эксперты уже вовсю шуршали, разбирая и оценивая каждую монету и драгоценный камень отдельно.

— Зато, когда я уже буду императором, у меня будет железное объяснение, почему я столь скуп на награды и поощрения, особенно не слишком заслуженные, — пробормотал я, глядя Юрке в спину. Вокруг Вольфа полыхнула защита, когда он проходил сквозь защитное поле. — Я буду всем говорить, что мне эти траты банкир не позволяет выплачивать без визы Совета.

Ещё раз покачав головой, я отправился к Ушакову, чтобы узнать, как скоро он выкинет из своего дома Рыжова.

Кодекс подтвердил права Рыжова на новый клан. Это был именно новый клан, а не давно забытый старый, чему Олег был несказанно рад. Но вот чтобы не заморачиваться с домом, ему отдали отошедшее государству родовое поместье и городской дом какого-то пресёкшегося клана. Дома были расконсервированы и начались приводиться в порядок. При наличии денег и такого таланта, как матушка Рыжова, дело быстро пошло на лад. Так что я забрал Рыжова, чтобы он не мешал матери и Наталье Ушаковой приводить жилища в порядок. Какого хрена Наташка сюда влезла, для меня было загадкой, а когда я задавал этот вопрос Егору, то тот только рыкал в ответ. Ничего, вскоре всё, так или иначе, прояснится, иначе и быть не может.

Но всё это привело к тому, что я довольно быстро вернул Татьяну Илье, и та могла спокойно готовиться к стремительно приближающейся свадьбе.

Свадьба прошла скучно, я бы даже сказал пресно. И молодожёны, и их семьи были настолько ошарашены случившемся, что само торжество прошло чопорно и без скандалов. Никто даже не подрался и не упился до невменяемого состояния. В общем, сплошное разочарование.

Но, самое главное заключалось в том, что мою яхту, наконец-то, достроили. И мы собирались поехать отдохнуть. Вольф от всей широты души предложил свой домик на берегу моря, куда должны будем отправиться мы с детьми, Вольфы с детьми и почти все наши молодожёны, кроме Подоровых. Да ещё Ушаковы остались в столице — Люсе было уже тяжеловато путешествовать, и они решили, что на этот раз воздержатся и останутся дома.

Вещи были собраны, и утром мы должны были отправляться в аэропорт, чтобы загрузиться в это орудие пыток, которое я так сильно ненавидел. Самолёты были для меня камнем преткновения. Причём настолько, что я буквально заставил Тихона отодвинуть в сторону все другие дела и заняться браслетом безликих. Но пока нужно было морально подготовиться к полёту.

Посреди ночи я проснулся от ощущения, что чего-то не хватает. Повернувшись на другой бок, я обнаружил, что не хватает Иры. Прикинув, что такое происходило, когда кто-то из детей начинал чудить, я встал, и как был в трусах, пошёл в детскую. В конце концов, это мой дом, как хочу, как и хожу.

Уже приближаясь к детской, я услышал короткий всхлип. Рывком, открыв двери детской, я замер. Ромка опять отчудил. Но, он успел только призвать мавку, когда Андрей прервал всё веселье, почувствовав, что я приближаюсь. Вот только что-то было не так. Ира стояла посреди комнаты и пыталась отделаться от зловредного призрака. Но, у неё плохо получалось. Это именно её всхлип я услышал из коридора. Она в очередной раз создала изгоняющий контур, но он, не долетев до бледной девочки в белом платьице, разрушился и истаял, не причинив призраку никакого вреда. Вот только сама мавка была уже близко к моей жене, протягивая руку, на которой быстро отрастали острые когти.

— Исчезла, живо! — рявкнул я, входя в комнату.

Я призвал дар, но даже не стал преобразовывать его в контур изгнания. Мавка пискнула и исчезла с лёгким хлопком. Ну вот, а говорят, что эти твари сами ни за что не уходят. Уходят, когда понимают, что пора бы и честь знать.

Ира развернулась, глядя на меня испуганными глазами. Её взгляд скользил по моему телу, постоянно задерживаясь на татуировке.

— Что происходит? — спокойно спросил я, сверля её напряжённым взглядом.

— Ничего, — она покачала головой.

— Ира, ты сейчас стоишь и бессовестно мне врёшь, — процедил я сквозь зубы. — Что происходит? — повторил я вопрос.

— Ничего, — упрямо повторила она.

Я же посмотрел на мальчишек и, отметив, что они спокойно спят, схватил её чуть выше локтя и выволок в коридор.

— Ира, ты не смогла справиться с какой-то паршивой мавкой и утверждаешь, что ничего не происходит? Ты за кого меня принимаешь?

— Костя, я беременна, — выпалила она, а я уставился на неё как баран на новые ворота.

— Что? — переспросил я.

— Я беременна. И, похоже, мой дар исчезает, — она всхлипнула, а потом подошла ко мне и уткнулась в плечо.

— Ира, почему ты не сказала раньше? — растерянно проговорил я, гладя её по волосам. А потом подхватил на руки и сел на стоящий у стены диванчик, устроив её у себя на коленях.

— Это ничего не изменило бы, — она покачала головой. — Костя, это было моё взвешенное со всех сторон и обдуманное решение. Просто я не думала, что это произойдёт так скоро.

Я так и не понял, говорит она сейчас о наступлении беременности, или о потере дара. Полагаю, что о том и другом. И я не мог ничем её утешить.

— Девочка моя, — я поцеловал её в макушку, сильнее прижимая к груди. — Мы справимся, я тебе обещаю.

— Я знаю, просто… — Она говорила куда-то мне в ключицу, и по коже в разные стороны разбегались толпы мурашек. — Это девочка. У нас будет дочь. Целитель сегодня сказал, что у неё дар Орловых.

— А почему целитель не сказал ничего мне? — спросил я, разглядывая стену.

— Потому что я его попросила об этом. Сказала, что хочу устроить сюрприз.

— Да, считай, что сюрприз удался. — Я встал, продолжая держать её на руках. — Мы справимся. В крайнем случае… — Я осёкся и улыбнулся, глядя на неё. Нет, про браслет сейчас говорить рано. Я никогда не надену его на руку своей беременной жене. Пускай сперва родит, потом мы подумаем, что делать дальше.

— Ты что-то хотел сказать? — Ира заглядывала мне в глаза.

— Потом. Я скажу тебе об этом потом. Сейчас не время. Потому что нашу поездку из-за такой сногсшибательной в прямом смысле этого слова новости я отменять не буду. Да и нашей дочке солнце и морской воздух будут полезны.

Море встретило нас просто волшебной погодой. Даже дети начали вести себя достойно и не безобразничали сверх меры. Юркина Ира тоже оказалась в положении. Две Ирины очень быстро нашли о чём поговорить и начали шептаться ещё в самолёте. Я же на какое-то время был предоставлен себе. Подумать было о чём, например, о том, что император выглядел на свадьбе очень плохо. Весь вечер меня не покидало ощущение, что он старается скрыть сильнейшие боли. И это меня не радовало. Сколько ему осталось? У кого бы спросить, чтобы успеть морально подготовиться.

На меня упала тень, и я почувствовал это даже с закрытыми глазами. Мы возвращались домой с морской прогулки. Отходили от берега недалеко, и только для того, чтобы испытать яхту.

— Держи, — надо мной стояла Влада и протягивала бокал с вином, а когда я его взял, расположилась на шезлонге, стоявшем рядом. — Не понимаю, как Ира решилась? Даже я не могу больше себя заставить снова родить. Вольфу придётся довольствоваться в этом плане Иркой.

— Вы не дерётесь за внимание одного мужчины? — лениво спросил я, поглядывая на привлекательную женщину, подставившую тело в довольно откровенном купальнике солнечным лучам.

— Нет, — Влада повернула ко мне голову. — Мы ещё до замужества часто менялись кавалерами. Они нас всё равно не различали никогда, а мы могли сравнить.

— Коварные женщины, — я покачал головой. — Не понимаю тех придурков, которые вас путали. Это же невозможно.

— Ты был первым, кто всегда нас различал. Вторым стал Юрка, но ему понадобилось время, — Влада лениво шевельнула рукой и несколько морских брызг застыли в воздухе, а затем резко увеличились и полетели в меня.

Уворачиваться было лень, и я поставил простенький щит, об который брызги разбились.

— Вас невозможно спутать, вы абсолютно разные, — я поднялся и резко отпустил щит. Застрявшие в нём капли под воздействием моего дара разлетелись веером, окатив Владу. — Это безумно сексуально — мелкие капли воды на обнажённой разгорячённой коже прекрасной женщины. Владочка, когда же мы уединимся?

— Так нечестно, — Влада взвизгнула и вскочила, когда на неё попала вода.

— Что нечестно? Уединиться? — я ухмыльнулся. — Так, мы попросим разрешение. Ир, мне можно изменить тебе с Владой? — крикнул я.

— Что? — Ира подняла голову и посмотрела на меня расфокусированным взглядом. — Если Юра будет не против, — и она снова уткнулась в какой-то каталог вместе с Ириной Вольф.

— Вот видишь, ну что, пойдём в каюту? — я подмигнул Владе, переводившей взгляд с Иры на меня.

— Ты так настойчиво меня домогаешься, что я когда-нибудь соглашусь.

— На что ты согласишься, дорогая? — на палубу поднялась Клара, держа на руках Андрея. Всё прибавление клана Орловых осталось дома. Скорее всего, они восприняли эту поездку именно как медовый месяц и не собирались вылезать из постели все пять дней, которые мы себе выделили на отдых.

— Переспать с Костей, — смеясь ответила Влада.

— Не советую, — покачала головой Клара. — Или же поторопись. Как только он станет императором, любая интрижка на стороне будет восприниматься как политическое событие. На самом деле это так муторно быть фавориткой императора, ты бы знала, — и она направилась по палубе. С другой стороны, её верный Прохор выгуливал Ромку.

— Что это там? — ко мне подошёл Юрка и прислонил руку козырьком ко лбу. — Вон там, на причале.

— Не пойму… — Я проследил за его взглядом и нахмурился. — Юра, это Егор и Паразит. Давай к берегу быстро, что-то случилось, — но Вольф и сам уже понял, что Ушаков не просто так здесь появился. Да ещё и в компании Паразита, который его, похоже, перенёс.

Мы причалили, и я с трудом дождался, когда закрепят швартовы. Выпрыгнул на причал, не дожидаясь, когда установят трап и бросился к Егору. Глядя на его серьёзное лицо, последние сомнения исчезли, что-то произошло.

— Что случилось? Егор, что-то с Люсей, с Кернами, да не молчи, ты!

Егор продолжал молчать, глядя на меня, словно пытаясь подобрать слова и не находя их. Лишь спустя долгую минуту, во время которой на палубе яхты воцарилась гробовая тишина, он вздохнул, склонил голову и медленно опустился на одно колено, отчётливо проговорив.

— Ваше величество…

Глава 24

Эти несколько месяцев сплелись для меня в одну бесконечную вереницу каких-то бесконечных визитов, встреч, изучения огромной кучи документов и других государственных дел. К счастью, дед оставил мне абсолютный порядок в делах, за что я был ему очень благодарен. Кое что я, естественно, буду менять, но не сейчас. Сейчас нет неотложных и критичных дел.

Почему-то именно после смерти императора я сумел назвать его дедом. До этого у меня не получалось этого сделать. Словно было неимоверно сложно переступить через себя, через барьер, который я намеренно воздвиг между собой и императором.

Выматывающие похороны, полные сложнейших церемоний. Иногда мне казалось, что на похоронах Михаила главным действующим лицом был не он, а я.

Все так стремились выразить свои соболезнования. Хорошо ещё главы нашего Совета были лишены в большинстве своём лицемерия, или же понимали, что я прекрасно знаю, как они ко мне относятся. Но вот бесконечная вереница представителей посольств и слетевшихся иностранных делегаций в конце уже вызывала сильнейшее раздражение.

Единственным, кого я искренне рад был видеть — это Виктор Лейманов, консорт правящего клана Содружества Западных государств. Он, кстати, весьма успешно отгонял от меня слишком уж надоедливых посетителей.

Потом была чудовищная подготовка к коронации. И всё это на фоне переезда во дворец, на чём настоял Матвей, потому что там ему было проще с охраной разобраться.

Настройка на меня всех доступов и ключей, некоторые из которых не включились автоматически, видимо, сомневались в моём праве занимать это место. Да ещё и Ира стремительно теряла дар. Наша девочка обладала собственным весьма большим резервом и буквально «убивала» источник матери. И, несмотря ни на что, Ирина во всём пыталась меня поддерживать.

Вообще, если бы не друзья и близкие, я, наверное, не выдержал всего этого и сорвался на ком-нибудь.

Лучше всех с ролью моего Цербера справлялся, как ни странно, Юрка. Вольф был просто душка и пупсик, пока рот не открывал. Егор с Денисом могли по-простому в морду зарядить. Это я и сам мог, но сейчас — не по чину. Сейчас получить от меня по мордасам — это чуть ли не признание заслуг означало. Хорошо, что я это прекрасно понимал.

Вольф был тоньше. В искусстве получать желаемое и параллельно потрепать оппоненту нервы, равных ему не было. В этом нелёгком искусстве он мог фору дать в том числе и Яну. Вот на пару с Яном они и сумели меня оградить от многих личностей, которые очень сильно хотели попасть на раннюю аудиенцию.

Коронация моя, коронация Иры, назначение Андрея наследником… С последним случился казус. Мой старший сын испугался довольно приличной толпы и заревел, а также просто на всякий случай, видимо, поснимал блоки со всех присутствующих на церемонии детей. Какой идиот догадался их сюда притащить, так никто и не признался. Что началось — словами не передать. Хорошо ещё присутствовали главы кланов и император. Так что совместными усилиями нам удалось справиться с этим бешеным разнообразием магических проявлений. Андрея нам удалось оградить, заявив, что это сработал новый защитный артефакт, в котором, похоже, образовался брак.

Я пока воздерживался от перестановок в структурах власти, присматриваясь к министрам. Единственный, кто покинул свой пост, это был прежний секретарь императора. Помощник — который знает очень много моих тайн и секретов, в том числе и интимных, должен быть преданным мне до мозга костей. И такой человек у меня был. Олег Рыжов как раз к коронации закончил заниматься первыми делами клана. Хотя это громко сказано. Он закончил ремонт и переехал в свой дом, а также после весьма интенсивных занятий, начал на довольно высоком уровне владеть своими иллюзиями и мороками. Для личного секретаря императора вполне небесполезный навык, в общем-то.

Хорошо ещё Орловы особых проблем не доставляли. Вели они себя пока прилично, и на рожон не лезли. С другой стороны, многие из них были весьма умными людьми и прекрасно понимали, что вот конкретно с кланом я церемониться не буду. А тех, кто этого ещё не понял, любезно просветили люди, успевшие меня узнать поближе: Илья, Ян, Матвей и Клара Львовна. Особенно постаралась Клара Львовна вправить мозги особенно тупым членам клана, как сыновьям, так и дочерям.

Так, за кучей свалившихся на всех нас проблем, которые были сиюминутные и скоро уйдут в прошлое, подошло время родов у Иры.

Я впервые ожидал в коридоре не просто как отец, а как глава клана Орловых и император. Волнение постепенно начало переходить в откровенную панику. Почему так долго?

— Не волнуйся, — Сергей Лейманов положил руку мне на плечо, а мама прижалась к левому боку. Их допустили сюда, потому что скоро появится на свет их внучка. И всё. Больше никто не сумел проникнуть в императорскую клинику. И даже я не смог повлиять на Матвея. Подоров сказал: «Нет», — и хоть убейся. Аргумент был, в общем-то, логичный — придут потом и в детской посмотрят на куколку в рюшах и на её усталую, но не измождённую родами мать, которая, на минутку, всё-таки императрица.

— Мама, почему так долго? — я повернулся к матери.

— Потому что это первые роды, Костя. Тебя я часов четырнадцать рожала, не меньше, — «успокоила» меня матушка.

Тут дверь открылась, и я напряжённо взглянул на высунувшегося в коридор целителя.

— Ваше величество, нам требуется ваша помощь, — сообщил он, приглашая меня войти в родовую залу.

Меня подвели к пеленальному столику, и я со смесью нервозности и любопытства посмотрел на маленького человечка, в это время весьма сосредоточенно молотившего в воздухе ручками. Моя дочь. Протянув руку, дотронулся пальцем до темноволосой головки.

— Ну-ка, где там твой источник? — прошептал я, внимательно глядя на крохотное тельце.

Источник у Юли, именно так мы планировали назвать дочку, находился в голове, как и у многих Орловых. Я осторожно пустил к нему свой дар, запечатывая его, чтобы начавшая буянить магия вернулась на своё место, и на некоторое время уснула.

Сомневаюсь, что это будет продолжаться долго, потому что для её брата в этом плане нет преград, но, будем надеяться на лучшее.

Я сделал шаг от столика, подпуская к дочери целительницу, которая быстро запеленала Юлю, и подала свёрток мне. Прижав к груди драгоценную ношу, я подошёл к уставшей Ире. Она слабо улыбнулась и приподнялась на локтях. Пока я занимался девочкой, всё положенные процедуры были проведены, и Иру уже вымыли и даже надели чистую сорочку.

— Как ты? — спросил я, посмотрел на целителя, и он кивнул, словно прочитав мои мысли, разрешая делать то, что я планировал сделать.

Сев на кровать к жене, я осторожно положил ей на живот дочку.

— Я чувствую внутри себя пустоту. — Сказала Ира, прижимая Юлю к груди. — Она скоро проголодается. Я сама её выкормлю. — Сообщила она мне весьма категорично.

— Хорошо, — я внимательно смотрел на неё. — У меня есть способ вернуть тебе магию. Это будет немного не такой дар, к которому ты привыкла, возможно, даже более мощный. Но, это очень больно. Это чудовищно больно. Ушаков не даст соврать, да и я отключился, когда с дуру приобщился к огню.

— Костя, я только что родила ребёнка, — Ира хмыкнула, но смотрела серьёзно. — Ты после этого будешь мне что-то говорить про боль?

— Ир, ты хочешь вернуть свой дар? — спросил я напрямую.

— Я… — она замолчала и, взглянув на сопящую дочку, улыбнулась, а потом посмотрела на меня. — Я не знаю. Ещё пару месяцев назад мой ответ был бы категоричен — да. Но сейчас, я не знаю. Мне нужно подумать.

— Думай, я тебя не тороплю. — Я поцеловал её во влажный от пота лоб. — На прикроватном столике будет лежать невзрачный браслет. Если решишься, то наденешь его. Только, Ир, ты должна это сделать в моём присутствии. Когда я говорил про то, что процесс очень мучительный и малопредсказуемый, то не шутил.

Ира мне не ответила, только кивнула.

— Ваше величество, нашим дамам нужно отдохнуть, — с нажимом произнёс целитель. Я поднялся и вышел из родовой, чтобы дать возможность Лейманову и маме полюбоваться внучкой, пока нас всех отсюда не выгнали, чтобы провести полноценную проверку самочувствия императрицы и дочери правящего клана.

* * *

Ирина подошла к прикроватному столику. На нём лежал невзрачный браслет, как и обещал Костя. Она протянула к нему руку и тут же отдёрнула её.

— Сегодня же скажу, чтобы он забрал его. Потеря дара учит стойкости и смирению, а это важные качества для императрицы, — пробормотала она. — К тому же я уже смирилась. Но какое же сильное искушение.

Уже прошло две недели с тех пор, когда их с дочерью вернули из клиники во дворец. За эти две недели на столике скопилась пыль, потому что прислуге было строго-настрого запрещено приближаться к браслету. Сама же Ира тоже не могла ничего сделать, ведь для этого пришлось бы взять браслет в руку, а ей этого и хотелось, и нет.

Она покачала головой и вышла из спальни, вопреки всем правилам и канонам бывшей у них с Костей одной на двоих. Пройдя по коридору к детским, Ирина внезапно почувствовала холод. Замерев на месте на мгновение, рванула дверь в детскую близнецов, тоже пока что одну на двоих, и схватилась за косяк, наблюдая, как посредине комнаты формируется локальный очаг инферно. Ира могла убирать эту гадость. И создавать её она тоже когда-то умела.

В кроватке хныкал Рома. Его личико горело огнём, а Татьяна с надеждой посмотрела на неё. Близнецы в последнее время редко развлекались подобным образом. А Юлю так вообще в свою мужскую компанию не приглашали. Во всяком случае, Андрей ни разу не открыл её источника, и это несказанно радовало Иру. Сейчас же, детям было плохо, они чем-то заболели, поэтому выражали свою боль и разочарование жизнью подобным образом.

— Ира, отойди, — сзади раздался спокойный голос Кости. Похоже, что его вырвали с какого-то важного совещания, потому что на нём был надет императорский мундир. В повседневной жизни он предпочитал свои обычные костюмы.

Она посторонилась, и Костя стремительно вошёл в комнату. Всплеск дара, который она всё ещё чувствовала, и воронка схлопнулась.

— Сегодня у мальчиков с утра поднялся небольшой жар. Целитель сказал, что ничего серьёзного, — ответила Татьяна на вопросительный взгляд Ирины. — Я вам не сказала, потому что даже лёгкая простуда не полезна ни вам, ваше величество, ни Юлечке. Я и его величеству только сейчас сообщила, когда Роман начал хулиганить.

— Всё нормально, — прервал её Костя. — Мне нужно вернуться. Я там кое-каких министров увольняю с занимаемой должности.

Он вышел из детской, на ходу чмокнув Иру в щёку. Она же смотрела на Ромку, на то место, где успокоившийся после лекарства ребёнок применил одну из простейших форм некромантии и чувствовала, что ещё немного и разревётся. Уж в этом-то она вполне может помочь мужу. А не лелеять свои страхи.

Развернувшись, она побежала бегом в свою комнату. Села на кровать, потом подумала и легла. И только после этого решительно взяла со столика браслет и надела его на руку.

В себя Ирина пришла полноценно через пять дней. В комнате было темно, а у окна стоял обнажённый по пояс Костя. Он почувствовал её напряжённый взгляд и обернулся.

— Хочешь посмотреть на свою татуировку? — внезапно спросил он, глядя на неё.

Свет луны посеребрил его светлые волосы. Сейчас он как никогда был похож на падшего ангела. Ире даже показалось, что она видит огромные крылья за спиной и когти на руках, сжимающих меч. Тряхнув головой, прогоняя странный образ, который, вместо того, чтобы напугать её, подействовал жутко возбуждающе. У неё даже голова закружилась, от тягучего желания.

— Я извращенка, — хихикнула она, и нормальным голосом спросила. — Какую татуировку?

— Интересную, — он усмехнулся и протянул ей руку. — Вставай, ты уже в состоянии.

Он подвёл её к зеркалу, и она с любопытством уставилась на свою руку. Её от середины предплечья до самой ключицы оплетала чёрная ветвь полузасохшей розы.

— Как красиво. Это значит, что твоё пламя…

— Одевайся и пошли, — он мягко улыбнулся и прошёл к своему гардеробу, чтобы набросить рубашку и куртку.

Ира быстро оделась, не спрашивая, куда он её тащит ночью. Она так сильно его любила, что ей иногда становилось страшно. И ей было действительно всё равно, куда сейчас идти, лишь бы с ним.

Костя вёл её какими-то полупустыми коридорами. Ира ещё не успела полностью исследовать дворец и не понимала, где именно они идут. Один раз он прижал её к стене, и только спустя минуту выглянул в коридор.

— Что мы делаем? — тихонько спросила она.

— Сбегаем от охраны, — он ей подмигнул, тихонько рассмеявшись. — Тебе понравится.

Они выбрались в сад, и Костя обхватил её за талию, прижав к себе. Ира мгновенно поняла, что сейчас они переместятся, и постаралась сосредоточиться. Хлопок, секундная дезориентация, и она с удивлением обнаружила, что они стоят перед воротами старого учебного кладбища. Когда-то в прошлой жизни они здесь на крыше склепа от лича прятались.

Костя быстро прошёл до калитки и распахнул её.

— Прошу, — манерно поклонившись, он улыбнулся той мальчишеской улыбкой, которая сводила её с ума.

Они подошли к тому самому склепу. Костя снова сделал приглашающий жест рукой.

— Вперёд. Представь себе, что у нас занятие и тебе надо осуществить поднятие и упокоение. Давай, почувствуй снова свой дар, — прошептал он ей на ухо, становясь у неё за спиной, страхуя от любых неожиданностей.

Ира закрыла глаза и обратилась к источнику, с удивлением обнаружив, что он буквально кипит от насыщающей его некроэнергии. Формула поднятия легко легла в канву заклятья, дар вырвался наружу и устремился к ожидающему его мертвецу.

— Какого хера? — Ира распахнула глаза, услышав возглас мужа и со смесью ужаса и восторга, увидела стоящего напротив себя лича, готовившегося швырнуть в них светящийся зелёным светом огненный шар.

Костя с ловкостью кошки оказался на крыше склепа и уже через секунду втянул на него Ирину. Она сложилась пополам хохоча, не в силах остановиться. Вспышка обжигающей магии слегка протрезвила её. Костя не стал выделываться и попросту сжёг непонятно каким образом очутившегося здесь лича.

— Ира, — она подняла голову и тут же почувствовал, как его ладони обхватили её лицо, а губы прижимаются к её губам. — Как же я хотел этого в прошлый раз, кто бы знал.

— Ты тогда мне много пошлостей наговорил.

— Я сказал правду. Ещё немного и я начал бы приставать прямо на крыше этого проклятого склепа, пока Марго с тем личем разбиралась. — Признался Костя. — Почему ты назвала себя извращенкой в спальне? — внезапно спросил он.

— Луна тогда так тебя осветила, что мне показалось… — она запнулась, а потом быстро продолжила. — Мне показалось, что у тебя совсем другое лицо, более хищное, жестокое. А ещё, что у тебя есть когти и крылья.

— Ты, наверное, испугалась, — Костя криво усмехнулся.

— Нет, я тогда так сильно тебя захотела, что готова была наброситься, — Ира хмыкнула. — Собственно, поэтому я и назвала себя так.

— Ирка, — он снова поцеловал её. — Я люблю тебя. Знаешь, потеря моих крыльев стоила всего этого. — Произнёс он совершенно серьёзно загадочную фразу, а потом подхватил её на руки и спрыгнул с крыши склепа на землю. — Пошли домой.

Костя направился к выходу с кладбища, чтобы телепортироваться за его пределами и не нарушать лишний раз покой мёртвых. При этом он держал её за руку, и одновременно набирал номер на телефоне.

— Марго, радость моя, тебе хорошо спится? Да? Тогда, может быть, ты мне сейчас объяснишь, что за хрень творится на твоём учебном кладбище и откуда там очередной неучтённый лич…

Эпилог

18 лет спустя.

Солнце нагрело кожу, а лёгкий морской бриз охлаждал. Было лениво даже пальцем шевелить. Так что я никак не отреагировал, когда осознал, что ко мне приближаются. Лёгкий ветерок донёс запах сложных духов, и я улыбнулся, приготовившись…

Брызги казались очень холодными по сравнению с разгорячённой кожей. И как бы я ни готовился, но не смог удержать сокращение мышц на животе, дёрнувшиеся от этого весьма неприятного прикосновения.

— Так нечестно, — Влада, судя по всему, легла на соседний шезлонг.

— Что нечестно, радость моя? — я всё так же лениво повернул голову в её сторону и открыл глаза.

— Почему, спустя столько лет, твоё тело стало ещё привлекательнее? — спросила она, надув губки.

— Потому что сороколетний мужчина — это мужчина в полном расцвете сил и возможностей, Владочка. И я тебе уже устал намекать, что пора бы попробовать этого мужчину, — я ей подмигнул, а она только фыркнула в ответ.

У нас с Владой эти заигрывания приобрели форму ритуала. Если мы не подкалывали друг друга таким вот образом, то окружающие сразу чувствовали приближение проблем.

— Влада, если Костя даст добро на разработку рудника возле земель этого странного клана Стражей, то я позволю ему сделать с тобой что угодно. — Юрка плюхнулся на шезлонг справа от меня, в то время как его жена лежала слева.

— Юрочка, если Костя даст добро на разработку этого рудника, то я сама ему отдамся в самых немыслимых позах, даже если мне придётся тебя связать, чтобы ты не вмешался, — проворковала Влада.

— Ох, ты ж, какая затейница, — я приподнялся на локтях, разглядывая откровенным взглядом привлекательное женское тело. — А какая меркантильная. Юрка, ты в курсе, что женился на алчной пиранье?

— Я женился на прекрасной женщине, готовой пожертвовать чем угодно, ради благополучия клана, — пафосно произнёс Вольф.

— Ну, в данном случае, жертва не сказать, что велика будет, — протянула Влада, возвращая мне жаркий откровенный взгляд.

Яхту качнуло, и я сел, потягиваясь, разминая мышцы. Ко мне подошла Ирина, неся запотевший стакан с лимонадом. Я окинул взглядом её тоненькую фигурку, которая словно и не знала родов, и притянул её к себе, прижав так, чтобы наша обнажённая кожа соприкасалась.

— На вас противно смотреть. Хуже вас только Ушаковы, — резюмировал Вольф. — Так что с рудником.

— Нет, — я покачал головой. — Ершов в очередной раз поцапался с Верном. По-моему, они оба кайфуют от этих стычек. Вот только в Зелоне после этого неспокойно становится. А если рядом ещё и очередной раздражитель появится в виде работающей шахты. Зачем нам это надо? Так что подождём. Тем более что запрос Верну я оформил.

— А этому-то какое дело? Их же мало интересует, что эти людишки делают, — скривился Вольф, которому за столько лет передалась моя неприязнь к безликим.

— Потому что по договору это их земли, там источник силы идёт, может быть, поэтому эта жила такая богатая. — Я уткнулся жене в волосы, а она поставила стакан на столик и обхватила меня за талию.

— А пересмотреть договор? — Юрка смотрел жалобным взглядом голодного котёнка.

— Юра, успокойся, — предупредил я, и мой министр экономики, на чьей яхте мы сейчас отдыхали, тяжело вздохнул и отвернулся. При этом вид у него был такой, будто я отобрал у него последние штаны.

И ведь не за себя просит. Шахта по добыванию топазов, получивших из-за близости источника силы новые, ещё не изученные до конца свойства, принадлежала бы государству.

Яхта качнулась, и стакан упал на палубу и покатился по ней, нырнув за борт. Мы, вместо того, чтобы хватать его, тупо смотрели за его падением.

— Что-то качка усиливается, — к нам подошёл Егор. — Наверное, надо к берегу идти.

— Надо, значит, пойдём, — Юрка поднялся и направился к капитану, чтобы отдать соответствующее распоряжение.

Я же посмотрел на Егора. Вот для кого время проходит, как для хорошего вина. Если на него раньше семьдесят процентов женщин искоса посматривали, то сейчас все девяносто, от пятнадцати лет и до бесконечности. В иссиня-чёрных волосах из седины только та старая прядь. Лицо стало суровым, но не лишилось привлекательности. Тело чуть более жилистое, но мышцы стали от этого рельефнее. Хорош. Когда принимает военные парады в качестве министра обороны, большинство взглядов на него обращено, а не на войска.

Друзья стали занимать эти должности вовсе не из-за нашей дружбы. Я долго присматривался и, наверное, раза три менял именно этих министров, пока не плюнул и не назначил Егора с Юркой. Этим-то в случае сильных косяков я могу и морды по-свойски набить.

Парни меня не подвели. Случалось, были проколы, но они мгновенно исправлялись и последствия, если они случались, быстро ликвидировались.

За время моего правления никаких слишком больших потрясений не случалось. Была, правда, небольшая заварушка на границе с Империей Востока, но Егор её очень оперативно погасил и вторгся на сопредельную территорию. А Юрка с Яном успели предъявить претензии императору Мэйдзи до того, как его послы принесли свои вечные извинения.

В итоге часть территории, которую Егор успел захватить, осталась за нами, плюс казна получила приличную компенсацию. Эта территория была полностью отдана Ушакову. Егор сделал из неё этакую буферную зону, разместив довольно большой гарнизон и теперь практиковался в различных охранных мероприятиях. Ну, пускай развлекается. Тем более, это его любимое занятие.

К тому же с Содружеством у нас всё ровно. Витька Лейманов сумел подмять под себя Совет, и теперь у нас на этом фронте тишь да гладь. Нередко он использовал для усиления реакции Ирину, приглашая сестру на очередное рождение ребёнка, которых у него уже трое.

Я снова посмотрел на Егора. Он задумчиво смотрел на волнующееся море.

— Буря будет, — наконец, произнёс он.

— Ну и что? — я пожал плечами. — Здесь пятеро магов воды, уж с бурей как-нибудь справимся.

— Я не море имею в виду, — Егор покачал головой. — Просто чувствую, что что-то надвигается.

— Я тебя понял. — Отпустив Иру, я подошёл к нему поближе и положил руку на плечо. — Что с тобой?

— Наташка снова беременна, — он поморщился.

— Это прекрасно, — я улыбнулся. — Егор, она его любит, любила всегда, даже, когда ещё сопливой девчонкой была. Смирись уже с этим. Или вам с Олегом просто нравится друг друга ненавидеть?

— Возможно, — Егор криво усмехнулся. — Ты знаешь моё отношение. И оно не изменилось.

— Знаю, — я кивнул.

Когда, уже пятнадцать лет назад, Егор ворвался ко мне в кабинет, оттолкнув Матвея, делающего ежедневный отчёт, я сначала подумал, что война началась, такое у него в этот момент было лицо.

— Костя, я так не могу. — Сказал Ушаков и рухнул на стул для посетителей.

Матвей усмехнулся и, закрыв папку, отошёл к окну. Ведь ни слова не пропустит. И выгонять из кабинета бесполезно, начальник службы безопасности не погнушается подслушать, что же произошло.

— Чего ты не можешь? — спросил я Егора, отодвигая в сторону бумаги.

— Не могу я по доброй воле Наташку за твоего Рыжова отдать. — И он довольно чувствительно стукнулся лбом об крышку стола.

— Так, Олег сделал предложение? — нет, я знал, что к этому идёт. Собственно, сложно не узнать, когда твой секретарь заходит к тебе и спрашивает, не против ли я подобного положения дел.

— Сделал, — кивнул Егор. — Кто-то умный надоумил его спрашивать у меня. Ты бы это слышал, — и он расхохотался. — Никогда ещё у меня ничего не просили через губу.

— Рыжов это умеет и практикует, — я хмыкнул. — Наташа уже совершеннолетняя. Ты, конечно, можешь ей приказать, но ничего хорошего из этого не выйдет. Тем более, партия получается удачная. Особенно после того как Рыжов у Брайамса целый остров в Тихом океане с алмазной трубкой выиграл. Тут тебе и шикарные курорты, и добыча алмазов и собственная ювелирка…

Рыжов выиграл этот остров, когда они с атташе посольства Содружества играли в карты у меня в приёмной. Ну не хотел я принимать этого заносчивого хлыща, к тому же, у меня тогда сидел Ян. Мы переделывали парочку законов для рассмотрения Советом. Брайамс сам предложил скоротать время за игрой. Был уже поздний вечер, Рыжов не мог уйти с работы вперёд меня, заняться было нечем, и он согласился. Скорее всего, атташе хотел как-то унизить Олега. Ну, откуда ему было знать, что уважаемый глава клана, на самом деле был бандитом из трущоб? И что он, скорее всего, не гнушался нечестной игрой. Это кроме того, что его дар — это дар иллюзий. В общем, к тому моменту, когда дверь кабинета распахнулась и оттуда вылетел вздрюченный Ян, Брайамс лишился весьма ценного актива, а Рыжов стал очень даже выгодной партией.

— Костя, прикажи мне это сделать, — Егор умоляюще посмотрел на меня. — Пожалуйста. Иначе я просто не найду выхода из этой борьбы с собственными тараканами.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — я привстал из кресла, а Матвей обернулся и удивлённо посмотрел на Ушакова. Но Егор стиснул зубы и продолжал смотреть на меня. — Ну, хорошо, Егор Александрович Ушаков, я приказываю тебе выдать свою сестру Наталью Ушакову замуж за моего личного помощника Олега Рыжова, главу клана Рыжовых. Теперь тебе легче?

— Да, — Егор на мгновение закрыл глаза, а потом весьма официально ответил. — Я выполню ваш приказ, ваше величество, как подобает верному подданному.

— Ну и отлично, на свадьбу не забудьте пригласить. А теперь, извини, пока ты со своими тараканами борешься, я здесь делами занимаюсь…

Яхта вынырнула из-за рифа и вошла в бухту, принадлежащую Вольфам. На причале в это же самое время появился человек.

— Ох, не люблю я такие появления, — я приложил ладонь козырьком ко лбу. — Слава богу, что его не Паразит притащил.

— Паразит, скорее всего, очередное потомство делает, — хмыкнул Егор. — А с появлением браслетов, потребность в его услугах в качестве переносчика исчезла. Но меня Подоров на причале тоже немного напрягает.

Тихон разобрался с браслетом Кая. Они могли перемещать любого человека, владеющего даром в любую точку даже без привязки координат. И бесконечное количество раз, без разрушающего влияния на организм мага. Я их быстренько засекретил и велел приготовить очень ограниченную партию только для моих родных и близких. Даже среди Орловых этот браслет нужно было заслужить, и далеко не все члены клана владели этой игрушкой.

Матвей не ждал, когда мы причалим. Он сам заскочил на борт.

— Отдохнули? Хватит. Собирайтесь. Причём все.

— С ума сошёл? — из каюты вышел заспанный Денис. — Мы утром только приехали. Я ещё даже не выспался. А Юлька всё ещё спит.

— Буди, потому что ваше чадо тоже отличилось, как и мой Ванька.

— О чём ты говоришь? — Я невольно нахмурился.

— О том, что наши детки такое отчудили… Собирайтесь, будем разгребать.

Content

Незаконный наследник. Путь к власти. Том 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог