Орден Багровой бури. Книга 1

Глава 1

Неизвестно где.

Воздух врывается в мои лёгкие. Обжигает горло, будто кипяток. Кашляю и чувствую, как рёбра отзываются острой болью.

— Запомни, ничтожество, ты всегда будешь валяться у моих ног! — раздаётся чей-то бас. — Громче! Громче!

Не понял, это он сейчас что, мне сказал⁈ У него что, помутнение рассудка⁈ Или это не мне говорят?

Десятки или даже сотни голосов откликаются на призыв. Орут, свистят, скандируют чьё-то имя.

— Буль-дог! Буль-дог!

— Громче!

Твою мать, какого хрена происходит? Я едва осознаю себя. Мысли хаотично носятся по голове, как встревоженные шершни. Оглушающе гудят и больно жалят при попытке схватить себя.

С трудом открываю глаза. Взор плывёт, всё как в тумане. Свет прожекторов выбивает слёзы.

Я на какой-то бетонной площадке, надо мной — ряды вопящей публики. В нескольких метрах впереди различаю здоровенного мужика. Он стоит спиной ко мне и машет накачанными руками.

— Громче! — орёт он и хрипло ржёт:

— Бульдог, я хочу тебя! — вырывается из рёва толпы женский голос.

— Я весь твой, крошка! — отвечает здоровяк.

Только сейчас доходит, что язык, на котором говорят эти люди, незнакомый. Но я всё понимаю. И поэтому постепенно начинаю догадываться, что произошло.

Мы с этим Бульдогом дрались и меня вырубили. Точнее не меня, а паренька, который был в этом теле. А если я здесь, значит он уже мёртв.

Похоже, Бульдог считает, что победил. И все остальные, кто наблюдали за боем, с ним согласны. Потому что прямо сейчас я лежу на полу и не подаю признаков жизни.

Немного сориентируюсь, набью морду этому Бульдогу и пойду изучать мой новый мир. Надеюсь, бои тут не до смерти, а то вдруг этот Бульдог окажется нормальным парнем.

Всё тело болит, но я уже давно научился терпеть боль.

— Смотрите, он встаёт! — кричит кто-то.

Бульдог оборачивается. Вижу его жуткую морду. Пора заканчивать бой, не стоит тратить время попусту.

— Лучше оставайся на полу, слизняк, — цедит он и смачно сплёвывает.

Будто из ниоткуда, ко мне подлетает пузатый мужик с сияющей лысиной. Прикрываю глаза, потому что его лысина реально светит ярче прожекторов.

— Ты что творишь⁈ — шипит он мне на ухо. — Не вздумай вставать!

— Уже встал, — с трудом ворочая языком, отвечаю я.

Опираюсь на его плечо и полностью выпрямляюсь. От моей наглости у судьи глаза стали больше, чем его лысина. Голова кружится, ноги подкашиваются, но это не впервой. Я отлично знаю, как контролировать свое тело в таком состоянии.

— Тебе что, мало было⁈

— Мне хватит. А вот его-то тоже нужно угостить. А то нехорошо получается, я получил, а с ним не поделился, — киваю в сторону противника.

— С ума сошёл⁈ Тебе его не победить, — судья тоже бросает взгляд в сторону Бульдога и продолжает шептать: — Слушай, ты ведь уже лёг. Успокойся. Всё как надо получилось.

— Свали нахрен, — отталкиваю его.

Судя по всему, здесь какая-то подпольная арена. И вполне возможно, что на ней допустимы бои насмерть.

Вот и отлично. Надеюсь, я прав и это так. А то нехорошо получится, если я прикончу этого Бульдога, а бои до смерти запрещены.

— Ты сам себе могилу роешь. Не ляжешь сам, он тебя положит так, что уже не встанешь! — рычит судья и отходит, после чего обращается к публике:

— Дамы и господа, мы продолжаем!

— Я тебе, видимо, страх вместе с мозгами выбил. Думал, ты уже сдох! Ладно, если хочешь — могу добить, — обращается ко мне Бульдог.

Не похоже, будто он пытается меня спровоцировать. Он и правда думает, что может запросто меня уделать.

У меня на руках боксёрские бинты, пропитанные кровью, значит парень не совсем дохляк и хоть немного, но драться умел, раз не просто попадал по своему сопернику, но и бил его до крови. Это хорошо, что он следит за своим телом. Я тоже всегда держу себя в форме.

Делаю глубокий вдох и обращаюсь к Астралу.

Н-да… Не такого я ожидал. Сил хватает всего на одну струну и какую-то мелковатую. Надо будет позже разобраться в чем тут дело. Но на этого дохляка, считающего себя великим бойцом и одной струны хватит.

Судья бросает взгляд куда-то в зрительный зал и едва заметно разводит руками. Мол, ничего не поделаешь. А затем обращается к нам:

— Продолжаем! Боец готов? Боец готов? Начали!

Нашего согласия ему и не требовалось. Просто для видимости спросил.

— Ну что, как мне на этот раз его отделать⁈ Повеселимся или закончим быстро? — кричит Бульдог аудитории, обводя её глазами.

— Повеселимся! Устрой нам шоу! — орут возбуждённые зрители.

— Убей его! — яростно визжит какая-то баба.

— С радостью, — рычит Бульдог и встаёт в стойку. — Поиграем, сопляк!

Его кулаки окутывает синеватое мерцание. Это однозначно магия. Я такую не знаю, но чувствую — сила в ней есть.

Мгновение спустя убеждаюсь в этом.

Соперник наносит два удара по воздуху. С его рук срываются призрачные кулаки и летят в мою сторону. Еле успеваю уклониться, нужно поработать над реакцией. Второй кулак пролетает в паре миллиметров от моей челюсти.

Резкие движения отзываются вспышками боли. Избитое тело протестует, но мне плевать. Тело — только инструмент. Всё решает воля.

Черпаю столько астральной энергии, сколько могу. Запускаю процесс Метаморфозы, превращая непокорную энергию в податливую силу.

И всё это — продолжая скакать и уворачиваться от бойцовской магии Бульдога.

Толпа беснуется:

— Давай, гаси его! Хорош танцевать!

— Что, сопляк, второе дыхание открылось? — рычит Бульдог, и мерцание вокруг его кулаков становится ярче. — Ничего, сейчас я тебе кислород перекрою. Навечно!

У меня как раз становится достаточно энергии, чтобы сформировать астральную струну. Всего одну, ужасающе тонкую, но мне этого хватит.

Струна вырывается из моей ладони. Гибкая, как плеть, неуловимая и беспощадная. А главное — невидимая. Соперник даже не подозревает, что его ждёт.

Он заносит руку, чтобы нанести очередной удар. Струна вонзается в заклинание на его кулаке. Впивается, будто комар, и мгновенно высасывает всю энергию. Бульдог не успевает этого понять и бьёт пустым кулаком по воздуху.

Глупо выглядит.

Он изумлённо смотрит на свою руку. Взревев, наносит удар второй.

Но там уже тоже пусто. А у меня в ядре полно энергии, которую я с радостью сейчас использую.

Улыбаюсь, глядя на ошеломлённое лицо своего противника. Толпа затихает, не менее растерянная, а я использую его магию для того, чтобы усилить и ускорить себя, а также, чтобы повысить собственную сопротивляемость к магии и физическому урону. По моему телу разливается приятное тепло.

— Вот теперь поиграем, — добродушно улыбаюсь я, в то время как на лице у Бульдога непонимание сменяется страхом. Кажется, он догадался, что влип.

Невидимая струна опутывает здоровяка поперёк живота.

— Рядом, я сказал! — говорю я Бульдогу, дергаю струну на себя, отчего он летит в мою сторону. Глаза у него снова становятся огромными, как его лысина.

Выбрасываю кулак навстречу. Он встречается с квадратным подбородком и раздаётся громкий щелчок. Бульдог, нелепо взмахнув ногами, падает навзничь.

— Что за!.. — ревёт он, пытаясь подняться.

Зря. Удар ботинком в зубы тут же отправляет его обратно на пол. Мои уши ласкает вопль боли соперника.

Давно забытое чувство боёв на арене. Да, в свое время я славно повеселился. Правда недолго. Почему-то желающих выходить против меня становилось все меньше, а потом и вовсе никто не соглашался драться со мной на арене. Так что я даже благодарен этому Бульдогу, за эти забытые ощущения.

Он катается по полу, держась за челюсть, и без конца орёт. Если б не его отчаянный вой, вокруг бы царила гробовая тишина. Толпа продолжает молчать, в шоке наблюдая за происходящим.

Бульдог пытается схватить меня за ногу, но я выпускаю струну и опутываю его запястье. Энергии хватает, чтобы увеличить длину струны. Связываю обе руки соперника и заламываю ему руки за спину.

— Похоже, ты доигрался, да? Сказать что-нибудь хочешь? — интересуюсь я.

— Те зда, ука! — рычит он что-то неразборчивое.

Ну да, тяжеловато внятно говорить, когда ты лежишь мордой в бетон. Не уверен, что именно он сказал, но это явно какая-то угроза.

— Понятно. И тебе всего хорошего. Пусть тебе приснится розовый единорожек.

С этими словами наношу короткий удар по затылку Бульдога. Что-то хрюкнув напоследок, он затихает.

Втягиваю струну обратно в руку. Но полностью не рассеиваю. Кто его знает, обрадуются ли здесь моей победе.

Побледневший судья, у которого даже лысина стала тусклее, выходит на центр арены. Подняв руку, он объявляет:

— Бой окончен! Победил Зверь!

Спустя мгновение толпа взрывается. Орут, аплодируют, топают ногами и без остановки скандируют:

— Зверь! Зверь! Зверь!

Это я, что ли? Неплохое прозвище, конечно. Только вот смотрю я на свои тощие руки и понимаю, что до настоящего зверя мне ой как далеко.

— Зверь, я хочу тебя! — раздаётся женский голос.

Кажется, это та же баба, которая хотела Бульдога. Ну и похотливая особа.

Судья подходит ко мне и смотрит на поверженного здоровяка. Качает лысой головой, отправляя блики мне в глаза.

— Ну ты даёшь, — бормочет он. — Кто бы мог подумать.

— Как отсюда уйти? — спрашиваю я.

— За тобой уже идут, — судья кивает за мою спину.

Оборачиваюсь и вижу бугая, чуть менее здорового, чем Бульдог. Смотрит так, будто идёт убивать. А на поясе у него висит длинный нож.

На всякий случай готовлюсь выпустить струну. Но когда бугай подходит, то оглядывает неподвижное тело у моих ног и усмехается.

— Охренеть. Бульдога размазал. Красиво, Зверёк.

— Ага, спасибо.

— Только тупо, — комментирует бугай. — Пошли.

— Куда?

— За мной, блин. Освобождай арену, пора другим бойцам выходить. Или ещё подраться хочешь?

Нет уж, пока с меня хватит. Переступив через Бульдога, следую за своим проводником.

Мы выходим с арены и попадаем в низкий, тускло освещённый коридор. Бетонные стены, бетонный пол. Гул толпы постепенно стихает, раздаётся только эхо наших шагов.

— Как тебя зовут? — спрашиваю я.

— Тебе чё, память отшибло? — он смотрит на меня через плечо. — Шомпол я.

Решаю не уточнять, но на имя это не похоже. Скорее, на кличку. Впрочем, Зверь и Бульдог тоже вряд ли настоящие имена.

— Куда мы идём?

— А сам как думаешь? — бурчит Шомпол.

Судя по его тону, я должен понимать, куда мы направляемся. Только я вот не понимаю.

— Зря ты встал. В нокауте ведь был уже, — продолжает бурчать проводник.

— По-твоему, надо было остаться лежать?

— Блин, конечно! — бугай даже останавливается и поворачивается ко мне. — У тебя в натуре память отшибло?

— Похоже на то, — говорю я.

И даже не вру. Я действительно многого не могу вспомнить. Картинка постепенно начинает складываться, но далека от завершения.

— М-да… Ну ладно, сейчас к боссу придём, он тебе мозги на место вправит.

— К боссу?

— К нему, — кивает Шомпол и криво ухмыляется. — Страшно?

Не успеваю ответить «нет», как он продолжает за меня:

— Правильно, и должно быть страшно. Босс таких косяков не любит. Придётся отвечать.

Каких ещё косяков? О чём речь, о журавлях или об оконной раме? Хоть я и понимаю этот незнакомый язык, с жаргоном ещё предстоит разобраться.

Хотя в целом понятно — я сделал что-то не то. То, что не понравится местному начальнику. И за это мне вроде как придётся отвечать.

— Ладно, почапали дальше. Босс ждать не любит. — Шомпол машет рукой.

— Далеко идти? — спрашиваю я.

— Недалеко.

— Мне нужно в уборную.

— Куда? — бугай бросает на меня непонимающий взгляд.

— Облегчиться.

— Поссать, что ли? Потерпишь.

— Да нет проблем. Давай я в комнате у босса пол залью. Ему наверняка понравится, что ты отказался сводить меня в туалет.

— Поугрожай мне ещё, — бормочет Шомпол, и тут мы как раз поворачиваем в более освещённый коридор. — Вон дверь. Давай быстрее, у тебя минута.

За скрипучей дверью находится тесная вонючая комната. Там стоит покрытый жёлтыми разводами сосуд. В который, видимо, полагается справлять нужду. А рядом ещё один, не менее грязный сосуд с кривой металлической трубкой над ним.

Интуитивно до меня доходит, что к чему. Облегчиться мне на самом деле не надо. А вот смыть кровь с лица не помешало бы.

Кручу рукоятку на кривой трубке, и начинает течь вода. Ледяная и неприятно пахнущая, но это лучше, чем ничего.

Умываясь, я отправляю всю накопленную энергию на восстановление. Не тела, хотя очень хочется избавиться от боли. Похоже, что рёбра сломаны. А вот нос — сто процентов.

Но есть вещи поважнее. Мне надо убедиться, что всё именно так, как я думаю.

Поэтому пускаю энергию на восстановление памяти. Голова опять начинает кружиться, так что я едва не падаю. Упираюсь ладонями в стену и жду, пока это закончится.

А когда заканчивается — я всё вспоминаю.

Великие звёзды… Значит, всё так и есть. Я победил Пожирателя и смог увести его из своего мира, но взамен…

Взамен я сам покинул свой мир. Очутился в другом, незнакомом и непонятном. Попал в чужое тело и лишился почти всей своей силы.

Да уж, ситуация не самая приятная. Особенно с учётом того, в какое именно тело и в какой момент я угодил.

Не сказать, чтобы меня это напрягает. Решать проблемы я умею, и конфликтов не боюсь. Но всё-таки хотелось бы привыкнуть к новому миру в менее экстремальной обстановке.

В дверь начинают колотить, и раздаётся рассерженный голос Шомпола:

— Ты где там застрял, придурок! Пошли! Босс ждать не любит!

— Ты говорил уже. Боишься, что босс и тебя накажет за опоздание? — отвечаю я.

— Чё сказал? Смелый стал, когда за дверью спрятался? — продолжает орать бугай. — Ну-ка выйди и в глаза мне это скажи!

Выключив воду, открываю дверь и шагаю, оказываясь лицом к лицу с Шомполом. Несколько мгновений тараним друг друга взглядами, пока я первым не нарушаю молчание:

— Ну вот, говорю в глаза. Ты боишься, что босс тебя накажет за то, что долго меня ведёшь. Боишься больше, чем я, потому что мне вообще плевать.

— Когда это ты таким дерзким сделался? — хватаясь за рукоять ножа, спрашивает Шомпол.

— Да только что, когда Бульдогу зубы выбил. Ладно, пошли. А то босс ведь ждать не любит.

Бугай кривится и толкает меня в плечо.

— Вперёд пойдёшь. Давай, шире шаг.

— Еще раз так сделаешь и к боссу я пойду один, а ты отправишься за Бульдогом, — предупредил я и пошел дальше по коридору, слушая бурчание Шомпола о том, что малолетки совсем страх потеряли и, если бы босс меня не ждал, он бы показал мне, как уважительно нужно с ним разговаривать. Но я не обращал на него внимания, поскольку нож он убрал и угрозы уже не представляет. Иду не торопясь, в спокойной остановке манипулирую энергией Астрала, чтобы понять на что я сейчас способен.

Приходится прилагать усилия. По ощущениям, я сильно откатился в развитии. Чуть ли не к самому началу. Но это не страшно. Знания и опыт остались при мне, а это значит, что я смогу набрать силу даже быстрее, чем в прошлом мире. Тем не менее, работа с астральной энергией теперь требует немалой концентрации.

Разговор с неизвестным боссом точно будет напряжённым. Если обойдётся без драки, я буду удивлён. Поэтому иду медленно, не обращая внимания на ворчание Шомпола. Снова формирую струну в правой руке, чтобы не тратить время на ее формирование.

Но когда пытаюсь создать вторую, понимаю, что не справлюсь. Астральная энергия не слушается и не желает подчиняться. Мне не хватает сил для ее усмирения. Похоже, одна струна — это пока что мой предел. Да и то относительно короткая и тонкая.

Первое, что мне предстоит — это начать тренировки по работе с астральной энергией и самим Астралом. С одной тонкой струной много не добиться. Я привык вообще не замечать, сколько силы трачу. Мог выпускать множество астральных струн, если потребуется, используя их самыми разными способами.

Теперь — всего одна. Дерьмово. Но поправимо, а это главное.

В очередной раз повернув, мы с Шомполом оказываемся в просторном зале. Здесь много народу, стоит запах дыма и выпивки. Люди сидят за столиками, трутся у стен и танцуют в проходах под ритмичную, но режущую мои уши музыку.

На меня обращают внимание две девицы явно лёгкого поведения. Одна из них, с чёрными волосами и в чрезвычайно короткой юбке, вырывается вперёд и первой подлетает ко мне.

— О-о, Зверь, привет, — она виснет у меня на плече, обдавая запахом алкоголя. — Ты капец какой крутой! Бульдога завалил!

— Осторожней, Ленка, а то он и тебя завалит! — хохочет её подружка.

— А я и не против, — мурлычет Ленка, пытаясь рукой забраться ко мне в штаны.

— Свалили, шмары! — рявкает Шомпол и отгоняет от меня девиц. — У нас дела.

— Я буду тебя ждать, Зверь, — томно произносит черноволосая и надавливает языком на щёку изнутри.

Не уверен, что это значит. Но догадываюсь.

Любопытно. В этом мире все женщины такие развратные? Или только в этом притоне?

Надеюсь, что второе. Я привык к гораздо более утончённым дамам.

— Не дождёшься. Зверёк наш вряд ли сюда вернётся, — криво ухмыляется Шомпол

— Это почему? — спрашиваю я.

— Потому что люто накосячил. Если правда не помнишь, босс тебе сейчас всё расскажет. Топай давай!

Наконец, мы оказываемся в тупиковом коридоре, вход в который охраняют ещё два амбала. У обоих в руках непонятные металлические предметы. Впрочем, я не идиот, и сразу догадываюсь, что это оружие.

Тот, кто жил в этом теле до меня, хорошо знал этот мир. И когда я сольюсь с его памятью, то смогу понять всё, что сейчас кажется мне странным и непривычным. Но для этого нужно время, которого сейчас нет.

Подходим к железной двери. Шомпол протискивается мимо меня и осторожно стучит в неё. Дверь приоткрывается, и в проёме показывается очередная недружелюбная харя.

— А-а, Зверька привёл. Заходите.

Шомпол берёт меня за плечо и собирается затолкнуть внутрь. Отпихиваю его руку и захожу сам.

Оказываюсь в помещении, которое разительно отличается от всех этих бетонных коридоров. Деревянный пол, хорошая мебель, картины на стенах. По углам стоят два мордоворота в кожаных куртках. А за столом сидит сухонький мужчина с аккуратной бородкой и в круглых очках.

Выглядит он ни капельки не устрашающе. До того момента, пока не поднимает взгляд на меня. Такое ощущение, что вместо глаз у него две холодные могилы. Поразительный контраст с обаятельной улыбкой, которой он меня одаривает.

Я понимаю, что это не обычный бандюган с улицы, а кое-что у него в голове имеется.

— Здравствуй, дорогой мой Зверь, — говорит он. — Ну что, как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь?

— Нет. Я в порядке.

— Да ты что? Рад слышать, очень рад. Присаживайся.

Шомпол без слов придвигает мне стул, а один из мордоворотов подходит и силой усаживает. Ладно, позже с него спрошу за это. Прежде чем чинить разборки, я должен понять, что к чему.

Продолжая улыбаться, босс сцепляет руки в замок и смотрит мне в глаза.

— Скажи, мой хороший. Почему ты вдруг решил проигнорировать наше соглашение?

— Не понимаю, о чём ты, — отвечаю я.

— Не шути со мной так, я этого не люблю, — улыбка становится похожа на лезвие ножа.

— Он говорит, что память отшибло, — встревает Шомпол.

— Тебя кто-то спрашивал? — босс бросает на него уничтожающий взгляд и затем вновь смотрит на меня. — Это правда? Ты ничего не помнишь?

— Правда. Я даже имени своего не помню. Наверное, Бульдог меня слишком сильно приложил.

— Какая жалость. Скажи, а не врёшь ли ты часом?

— Нет, — коротко отвечаю я.

— Совсем не помнишь, кто ты, откуда ты, и что должен был сделать для меня?

— Тебя я тоже не помню.

— Вот оно как. Ну, тогда сейчас я всё тебе объясню, — босс откидывается на стуле.

— Буду очень благодарен.

— Замолчи и слушай. Меня зовут Ингвар и я твой хозяин, — вдруг лязгает босс.

— Я что, раб? — удивляюсь такому раскладу.

— Что ты, что ты! Рабство в Российской Империи запрещено. А если ты ещё раз меня перебьёшь — будет плохо.

Миролюбиво приподнимаю ладони. Мол, понял.

Мне важно узнать, кто я такой в этом мире. Кто этот Ингвар и что я должен был для него сделать. Догадки есть, но не буду торопиться. Лучше услышу из первых уст. Поэтому пока и правда помолчу.

— Я твой хозяин, потому что ты должен мне кучу денег. Твой бестолковый папаша, мир его праху, оставил тебе кучу долгов. Да ты и сам неплохо постарался, чтобы их приумножить! Не помнишь?

— Нет.

— Ты очень любишь играть в карты. Но играешь плохо, если понимаешь, о чём я, — Ингвар снова обаятельно улыбается.

«Ага, особенно если играешь с шулерами», — подумал я.

Не надо быть гением, чтобы понять, что к чему. Люди такого типа, как Ингвар, мне знакомы. Намеренно вгоняют людей в долги, а потом используют по своему усмотрению.

— Зовут тебя Андрей Алексеевич Зверев. Ты дворянин, представляешь? Даже барон, вроде бы, — босс ухмыляется, и его подручные послушно смеются. — Только это официально. А на самом деле ты никто!

Он наклоняется ко мне через стол, и улыбка пропадает с его лица. Остаётся только могильный холод глаз.

— Никто! Нищий, безземельный, безродный дворянчик. Который служит мне, простолюдину, и делает то, что я скажу. Потому что у меня есть деньги и власть. И сегодня я приказал тебе проиграть сраный бой! Ты должен был лечь под Бульдога и знаешь почему?

— Нет, но полагаю, что ты мне расскажешь.

— Потому что, тупая ты башка, важные люди поставили на его победу кучу денег. А что теперь? — Ингвар разводит руками. — Теперь они их проиграли. Я обещал им победу, поклялся своей репутацией. И ты, ублюдок, смешал мою репутацию с говном!

С последними словами он срывается на крик и хлопает ладонью по столу так, что раздаётся эхо. Один из бандитов вздрагивает и отходит на шаг. Похоже, гнева босса действительно все боятся.

— Мало того, я пообещал победу Бульдога барону Ватагину, — Ингвар тычет пальцем в потолок. — И он не примет моих извинений. Нет, Зверёныш. За провал кто-то должен ответить, и это будешь ты. Справедливо? Справедливо! Поэтому на встречу с бароном я отправлюсь, только прихватив твою голову.

Ну вот, наконец-то. Я уж думал, что до этого не дойдёт. Слушать дальше нет смысла. Время разговоров закончилось. Пора действовать!

Не вставая со стула, выпускаю струну. Дотягиваюсь до шеи ближайшего мордоворота, обвиваю её и резко дёргаю. Мужик не успевает ничего понять. Летит лицом вперёд и врезается лбом в стол босса.

Раздаётся оглушающий треск. И это не стол. Бугай уже вряд ли встанет.

— Какого хрена⁈ — Ингвар подскакивает.

Второго мордоворота ждёт похожая судьба. Только он знакомится не со столом, а с металлическим шкафом, стоящим у стены.

Резко поворачиваюсь к Шомполу. Тот успевает выхватить нож. Придаю струне остроту и чиркаю ему по горлу. Он роняет нож и валится на спину.

— Что ты делаешь⁈ Что это за магия⁈ — орёт Ингвар и выхватывает из-за пазухи металлический предмет. Неизвестное мне оружие.

Не собираюсь проверять на себе, как оно действует. Одним хлёстким движением выбиваю оружие из руки босса, попутно лишив его пары пальцев. Я же при этом продолжаю спокойно сидеть и только натянул на лицо улыбку, от которой у Ингвара поселился неподдельный ужас в глазах.

— Сюда! — вопит он, хватаясь за покалеченную руку. — Сюда! Убе…

Струна обхватывает его глотку. Её саму не видно — видно только, как она впивается в кожу всё сильнее. Очки спадают с лица Ингвара, лицо багровеет. Он скребёт пальцами по шее. Но не может мне помешать.

Через несколько мгновений страшный босс бездыханным падает на пол. А из коридора доносятся громкий топот и крики.

Оглядываюсь. На окнах решётки, а дверь только одна. Им же хуже.

Отхожу вглубь комнаты и через несколько секунд дверь слетает с петель. Внутрь вбегает несколько бандитов. Во главе — разъярённый Бульдог, которого уже немного привели в порядок.

— Ты! — рычит он, увидев меня.

— Я. А тебе, пёсик, не хватило? За добавкой пришел? Ну, так нападайте!

Глава 2

Неизвестно где.

Мое предложение они принимают немедленно. Вперёд выступает мужик с двуручным оружием в руках. Остальные расходятся в стороны.

— В ноги шмальни. Не будем сразу мочить, позабавимся, — Бульдог аж облизывается.

— Со стручком своим позабавишься, — отвечает мужик. — К барону его потащим.

Он направляет ствол на мои ноги, не подозревая, что оружие уже опутано струной.

Я уже догадался, как оно действует. Всё интуитивно понятно. Принцип как у арбалета.

За долю секунды до того, как противник жмёт на спусковой крючок, дёргаю оружие вниз. Раздаётся оглушающий грохот. Из ствола вылетают искры и дым. Мужик орёт, роняет оружие и падает следом.

Ничего себе! Суровая мощь. Я думал, вылетит стрела или болт, на крайний случай. Но ботинки мужика превратились в окровавленные лохмотья. Не хочу даже думать, что стало со ступнями.

Бульдог пытается схватить оружие, а я резко тяну его к себе. Ловлю и направлю на противников.

Жму на спусковой крючок, но ничего не происходит. Чёрт возьми, оно что, одноразовое? Или надо сделать что-то ещё?

— Мочи его! — орёт Бульдог и первым бросается в атаку.

В этот раз он не пытается применить магию. Молодец, помнит наш бой и то, что я могу поглощать заклинания. Не такой тупой, как может показаться.

Оружие летит ему в лицо. Получив им в челюсть, Бульдог спотыкается и падает на пол. Остальные тоже кидаются на меня.

Они не замечают, как у них на пути оказывается, растянута астральная струна.

Один за другим бандиты спотыкаются о невидимое препятствие и друг о друга. Мгновение спустя на полу образуется орущая куча из копошащихся тел. Ослабляю натянутую струну и связываю ноги соперников между собой.

— Что за хрень⁈ — орут они. — Что это за магия⁈

Бандиты без толку пытаются подняться, матерясь и толкая друг друга. Бульдог хватает оружие, которое врезалось ему в морду. Передёргивает расположенную спереди скользящую рукоять.

А-а, вот что надо было сделать.

Я вынужден создать новую струну. Поэтому та, которой опутаны ноги врагов, рассеивается.

Струной выхватываю у Бульдога оружие и жму на крючок. От грохота закладывает уши, в нос ударяет резкий запах. Оружие больно бьёт по плечу.

Но результат радует. Один труп и один раненый, чей вопль заглушает все остальные.

Передёргиваю рукоять. Приятный металлический щелчок говорит о том, что я всё делаю правильно. Выстрел!

Плюс пара трупов. Ещё раз перезаряжаю оружие, но щелчок на этот раз какой-то не такой. Пытаюсь выстрелить — без толку.

Заряды кончились? Похоже на то.

Патлатый бандит отпихивает мертвеца, вскакивает, и в руке у него возникает огненный сгусток. То, что нужно!

— Не надо магии! — запоздало орёт Бульдог.

Поздно. Я уже выпускаю струну и на лету перехватываю огненный снаряд. Высасываю из него энергию, как сок через соломинку. Струной хлещу огневика по морде, полосуя её на две части.

Бульдог и ещё двое оставшихся в живых бросаются на меня с разных сторон. Я пускаю поглощённую магию на ускорение и усиление тела. Приятное тепло и азарт сражения наполняют меня изнутри.

Струной подсекаю ноги одному врагу, перепрыгиваю через него. Бросаюсь навстречу другому и пинком отправляю его в другой конец комнаты. Охреневшему Бульдогу пробиваю пару раз по морде и швыряю через себя, ломая его тушей стол покойного босса.

Глаза Бульдога закатываются. Всё, не боец. Хотя бы на время.

Один бандюган поднимается, выхватывает из-за пазухи широкий нож. Я только улыбаюсь и говорю:

— Красивый клинок. Дашь посмотреть?

Противник с воплем кидается на меня. Коротким движением струны я выхватываю нож у него из руки. Миг спустя пронзаю его сердце.

Последний враг выбирается из-под завалов в углу. Но только затем, чтобы успеть заметить, как окровавленный нож летит ему в лицо и вонзается между глаз.

Скосив глаза на рукоять, бандит валится набок.

Как-то они быстро закончились, даже размяться не успел. Было весело, конечно, но на сегодня с меня точно хватит. Надо выбираться отсюда.

Оглядываю поле боя. Комната завалена мертвецами, стоит запах крови. В живых остались только я и Бульдог, стонущий на полу.

Быстро соображаю, что делать. Шума было много, так что лучше поскорее уходить, а то реально придется всех тут вырезать.

Но уходить с поля боя без трофеев — не в моём стиле. Тем более что в новом мире мне по-любому понадобятся деньги. Если верить покойнику Ингвару, я хоть и дворянин, но нищий.

Подхожу к Бульдогу и сажусь рядом с ним на корточки. Стискивая зубы от боли, тот с ненавистью смотрит на меня.

— Где деньги? — спрашиваю.

— Тебе пиз…

Удар по челюсти прерывает ублюдка. Не стесняюсь, добавлю ещё пару раз и повторяю вопрос:

— Где деньги?

— Ты сдохнешь, тварь, — хрипит Бульдог. — Когда люди узнают, что ты босса грохнул, тебя на куски порежут.

— Какие люди?

— Вот и познакомишься!

Вспоминаю, что Ингвар перед смертью упоминал какого-то барона, к которому он собирался отнести мою голову. Видимо, Бульдог толкует о нём же. Да и эти говнюки перед нападением тоже говорили про барона.

Ладно. Что случилось, уже не изменить. Если придётся грохнуть еще и барона — никаких проблем. Судя по тому, что я уже о нем знаю, хорошим человеком его точно назвать нельзя, поэтому и жалеть его не стоит.

— Последний раз спрашиваю. Где деньги?

Приподнимаю руку, и вижу страх во взгляде Бульдога. Сплюнув кровь, он стреляет глазами в сторону металлического шкафа:

— В сейфе.

— Спасибо.

— Слышь, ты только не…

Астральная струна крепко обхватывает горло Бульдога. Через несколько секунд он затихает.

Наверное, он хотел сказать «не убивай меня». Только что угрожал мне расправой от важных людей, а потом просит пощады. В таких вещах нужно определяться сразу и идти до конца. Либо сразу молить о пощаде, либо уже умирать достойно.

На всякий случай выглядываю в коридор. Никого. Раздражающая музыка так и доносится из того зала. Вероятно, что звуки схватки никто и не услышал. По пути сюда было несколько пустых коридоров и поворотов, а музыка играет громко.

Хорошо. Тогда у меня есть немного времени, чтобы забрать деньги из так называемого сейфа.

Подхожу к нему, переступая через тела, и дёргаю дверцу. Заперто. Кто бы сомневался. Чувство магии молчит, значит, сейф закрыт не заклинанием.

Пытаться отыскать ключ без толку. Ведь на дверце даже нет скважины, только какая-то крутящаяся рукоятка с цифрами.

Хм-м. Похоже, надо ввести специальный числовой код, и тогда сейф откроется.

Не думаю, что Ингвар записал код на бумажке и положил где-то здесь. Будь у меня мои прежние возможности, то я мог бы запустить телепатическую струну ему в голову и вытащить воспоминания.

Увы, но на такой сложный трюк контролируемой мной астральной энергии пока не хватит. После такого сложного путешествия и переселения в новое тело моя душа утратила способность контролировать такое количество астральной энергии, как раньше.

Придётся поработать взломщиком.

Выпускаю струну. Делаю её тонкой, как паутинка, а затем пропускаю через дверь.

Спускаясь ей вниз, нащупываю замок. Незнакомое устройство. Понятия не имею, как его вскрыть. Но где-то здесь должны быть штифты или какой-то блокирующий механизм.

Несколько минут приходится повозиться. Тяжеловато понять, что надо делать, когда делаешь это вслепую. Но наконец, я соображаю, что надо сделать. Внутри замка четыре кольца с пазом на каждом. Надо поставить все четыре паза в одно положение и тогда…

Щёлк! Дверь открыта.

Распахиваю её и недоумеваю. Где деньги-то? Вижу только несколько стопок одинаково нарезанных бумажек. Беру их в руки. Так, судя по цифрам, это, всё же, деньги. Кроме денег, нахожу стопку документов, среди которых — паспорт гражданина Российской империи на имя Андрея Зверева. Мой, то есть, паспорт. Бегло просмотрев его, замечаю отметку о дворянстве. Значит, Ингвар не шутил, мне и правда досталось тело аристократа. И теперь уже не очень-то нищего.

Забираю все пачки вместе с паспортом и понимаю, что сложить их некуда.

Подумав, снимаю с одного из трупов кожаную куртку. Кровь на неё почти не попала. Заодно присваиваю и ботинки — мои совсем никудышные. А ещё кофту с капюшоном.

Ладно, всё. Пора валить отсюда.

Быстро обыскав ящики стола, нахожу ключ от двери. Прячу стопки бумажек во внутренние карманы, накидываю капюшон и выхожу из комнаты. Запираю дверь на ключ, а его выкидываю в решётку под потолком.

Теперь ещё одна проблема — найти выход. Я же понятия не имею, где он. Соваться в людный зал не стоит, придётся поплутать по коридорам.

Через пару поворотов нахожу ведущую на улицу дверь. Она заперта на висячий замок, но вскрыть его струной не проблема. Гораздо проще, чем сейф.

Оказавшись на улице, теряю дар речи. Великие звёзды! В какой мир я попал⁈

Высоченные дома с десятками, даже сотнями окон. Всюду стекло и бетон, ни одного деревянного строения. На улицах светят высокие фонари — не огонь и не магия, просто ровный белый свет, который непонятно от чего питается. Тяжёлый воздух пахнет дымом и чем-то вроде сгоревшего масла.

Сглотнув, я выхожу из тёмного переулка на освещённую дорогу. С ума сойти, никогда не видел такой ровной и широкой дороги… Из чего она сделана? Какой-то камень?

По дороге с рыком проносится колёсное устройство. Впереди у него два ярких светильника, а изнутри доносится музыка. Эту штука быстро пролетает мимо, но я успеваю разглядеть, что внутри сидят люди.

Ясно, это какой-то транспорт. Только на чём он работает? Я не ощутил исходящей от него магии. Судя по удушливому запаху — транспорт использует некое горючее топливо.

Этот мир гораздо сильнее отличается от моего, чем я предполагал.

Решаю пойти наугад. Всё равно я не знаю этого города. Но понимаю, что он настолько большой, что затеряться в нём будет несложно. Если меня захотят найти, им придётся ой как постараться.

Плутаю между зданиями. На улице глубокая ночь, поэтому прохожих почти нет, и никто не обращает на меня внимания.

Минут через тридцать оказываюсь в парке. Ровные ряды деревьев, лавочки для отдыха и неработающий фонтан. Наверное, отключили на ночь.

Здесь гораздо уютнее, чем среди этих высоченных бетонных коробок.

Подхожу к фонтану. Наконец-то срываю пропитанные кровью боксёрские бинты. Смотрю на своё отражение в воде и только сейчас до конца осознаю, что я попал в другое тело.

Из воды на меня смотрит незнакомец. Молодой, не старше двадцати. Черноволосый, с резкими чертами лица и твёрдым волевым подбородком. Красивый парень, если не считать распухшего носа, ссадин на лбу и синяков под обоими глазами.

Смываю кровь с рук и лица. В той вонючей уборной не было зеркала, так что я умылся кое-как. Теперь могу как следует привести себя в порядок.

Ну, относительно, конечно. Синяки водой не смоешь. Для этого мне надо немного поднатужиться и пустить астральную энергию на исцеление. Но для этого лучше бы найти спокойное место.

Да и вообще, это подождёт. Боль в отбитых рёбрах не проблема. Есть другая задача, поважнее.

Умываюсь и утоляю жажду прямо из фонтана. Затем отхожу и сажусь на лавку.

Ну что сказать, начало неплохое. Я сохранил способность работать с Астралом. Получил новое молодое тело. Всё остальное — временные трудности.

С одной из них я разберусь прямо сейчас.

Устраиваюсь поудобнее и погружаюсь в медитацию. Мой дух покидает тело и улетает в Астрал. Проходящую через него энергию я отправлю обратно в физическую реальность и настраиваю связь с памятью предшественника. Того, кто жил в этом теле до меня.

Пока что меня мало волнуют его личные воспоминания. Ими тоже займусь, но позже. Прежде всего я хочу понять этот мир. Обычаи, законы, социальное устройство и так далее. Без понимания того, как всё устроено, можно насобирать себе лишних проблем, а они мне сейчас ни к чему.

Голова начинает кружиться, пульс болезненно стучит в висках, но мне плевать. Все неприятные ощущения воспринимаю отстранённо, как будто это происходит не со мной. Главное, что у меня получается слиться с памятью прошлого Андрея Зверева. Чувствую, как знания вливаются в мое сознание, будто бурный поток.

Процесс займёт какое-то время, но я никуда не тороплюсь.

Из состояния медитации меня выводят чьи-то шаги и приглушённые голоса. Мигом прерываю процесс слияния и готовлюсь призвать струну. Приоткрыв глаза, вижу двух мужчин в одинаковой форме. Они приближаются ко мне.

Ага, вот и местная стража.

Только теперь я уже знаю, что они называются полицией.

— Здравия желаю, сержант Бобров, — представляется один из них, прикладывая руку к козырьку. — Ваши документы.

— У меня их с собой нет.

— Фамилия имя отчество, — скороговоркой произносит полицейский.

— Зверев Андрей Алексеевич.

— Простолюдин?

— Дворянин.

— Да? Непохоже. Пробей его, — страж закона кивает своему напарнику.

Тот снимает с пояса переговорное устройство и прикладывает к губам. Диктует моё имя, и скоро получает ответ. Есть такой, и правда дворянин, в криминале не замешан.

Замешан, вообще-то. Те бои вряд ли законные. Только, видимо, никто не знает о моём участии в них.

Вот и хорошо.

— А что же вы, Андрей Алексеевич, один тут сидите? — продолжает допрос полицейский.

— Гуляю.

— Так поздно?

— Люблю ночную тишину. У вас ко мне какие-то претензии?

— Никаких претензий. Проверяем, чтобы всё в порядке было.

— У меня всё в порядке. Благодарю за беспокойство.

Нахмурившись, мужчина наклоняется и разглядывает моё лицо под капюшоном. Цокнув языком, спрашивает:

— Почему побитый?

— С лестницы упал.

— Пьяный, что ли?

Поднимаюсь и смотрю полицейскому прямо в глаза.

— Вы забываетесь. Я дворянин и не совершаю никаких правонарушений, а вот вы превышаете свои полномочия, и за это я могу вам устроить крупные неприятности. Желаете?

Блещу свежими знаниями, которые я только что впитал из памяти предшественника. Они производят впечатление на полицейских. Одновременно козырнув, они бурчат «всего хорошего» и удаляются.

Да и мне пора. Необходимый минимум получен. Теперь я хотя бы соображаю, куда можно податься.

Выхожу обратно на дорогу и поднимаю руку, чтобы остановить машину. Несколько автомобилей пролетают мимо, но потом останавливается один, выкрашенный в жёлтый цвет.

Такси. Местный извозчик. Как раз то, что нужно.

Водитель открывает окно и дружелюбно спрашивает:

— Куда, братишка? О-о… Чего это с тобой? Люлей получил?

— Раздавал. Ну и мне немного прилетело. Нужна гостиница. Неприметная и подальше отсюда, — отвечаю я.

— Чтобы никто не нашёл? — подмигивает водитель.

— Ага, вроде того.

— Вызов сделай в телефоне и поедем.

Телефон, телефон… А, это такое устройство для связи. И много для чего ещё. Универсальная штука, которая есть у каждого в этом мире.

Только вот не у меня.

— Телефона нет, потерял.

Водитель тут же морщится:

— Тогда не могу. Машина в аренде, если буду просто так катать — оштрафуют.

— Я компенсирую.

Сую руку во внутренний карман и вытягиваю из стопки несколько купюр.

— Столько хватит?

У таксиста округляются глаза. Он мигом хватает деньги и восклицает:

— Прыгай, братишка! Отвезу куда надо.

Походу, я дал ему даже слишком много. Да и ладно. Из сейфа Ингвара я вытащил порядочно. На первое время мне точно хватит, надо только получить доступ к оставшейся в моей новой голове информации, а то меня, как-то не вовремя прервали и про местные цены я пока ничего толком не знаю. Так, одни обрывки.

Сажусь в автомобиль, где пахнет странной смесью хвои и табака. Водитель дёргает торчащий из пола рычаг, и машина срывается с места.

Ух, отличная штука! Едет быстро и мягко, кресло удобное, ещё и музыка играет. Не сравнить даже с самой дорогой каретой из моего прошлого мира.

— Ты сам-то откуда будешь? — пытается завести разговор водитель.

— Издалека. Давай без болтовни.

— Как скажешь, — с обидой бурчит он.

Ехать нам приходится довольно долго. Я рассчитываю вновь помедитировать, но вид вокруг полностью приковывает моё внимание. Пусть этот огромный город Санкт-Петербург уже не кажется таким необычным, но он всё равно поражает своей красотой и масштабами.

Удивительное и прекрасное место. Столица великой страны, Российской Империи. Я не так уж много успел про неё «вспомнить», но рад, что очутился именно в ней. Могучее государство с богатой историей, в котором есть много перспектив и возможностей.

Именно то, что мне нужно.

Скоро таксист привозит меня к невзрачному трёхэтажному строению. Выглядит оно так, будто его давно пора снести.

— Что это за халупа? — спрашиваю я.

— Ты же просил неприметную, — пожимает плечами водитель. — Здесь работяги всякие ночуют, район тихий. Если залечь надо — самое оно.

— Ладно. Спасибо, — смягчаюсь я.

Попрощавшись, вылезаю из машины и захожу в гостиницу. Меня встречает сонный администратор, которому на вид лет восемьдесят. Вопросов не задает, просто называет цену за номер. Пять рублей за ночь.

Достаю из кармана купюру, на которой написано «100 рублей».

— Сдачи не будет, — удивляется дед.

— Ну и не надо. За двадцать ночей вперёд плачу. Если раньше съеду, остаток себе оставишь.

— Дык это! Добро пожаловать, господин! — оживает дедок. — Проводить вас?

— Сам дойду, — протягиваю руку за ключом.

— Триста первый. Самый чистенький у нас! Приятного отдыха, господин!

Поднимаюсь по лестнице и захожу в свой номер. Да уж, чистенький — это громко сказано. Стоит мне включить свет, как по углам разбегается с десяток тараканов.

Ничего, для начала сойдёт.

Мой номер в конце коридора. Подумав, на всякий случай натягиваю в проходе сигнальную струну. Если кто-то решит приблизиться, я сразу узнаю. Да, у меня всего одна струна, и этот ход лишает меня оружия. Но я могу мгновенно рассеять эту и призвать другую, так что не страшно.

Запираюсь в номере, скидываю с себя одежду и захожу в душевую комнату. Помывшись, обматываю бёдра полотенцем и иду на кровать.

Ложусь и смотрю в потолок. Перед глазами невольно начинают мелькать события прошлого. То, что произошло совсем недавно, но теперь кажется таким далёким.

События, благодаря которым закончилась моя жизнь в прошлом мире.

Аркелим, возле города Мин-Харад.

Когда явился Пожиратель миров, никто в Аркелиме не был к этому готов.

Кроме меня.

Я ждал его. Я знал, что рано или поздно он появится. Ведь то, что происходило на всех континентах Аркелима, говорило об этом. Поэтому, когда Пожиратель явился, я встретил его во всеоружии.

Легенды гласили, что никто и ничто не способно его победить. Что явление этого вселенского монстра означает конец всего. Неминуемый конец света и полное уничтожение мира.

Ведь Пожирателя не зря назвали именно так — он поглощает саму сущность миров, поедает их астральную основу. Это продляет ему жизнь и делает сильнее. Чем больше миров уничтожает Пожиратель, тем непобедимей он становится.

Я помню миг, когда небеса разверзлись. Когда рухнула защита, возведённая лучшими магами, и паника охватила весь мир. Казалось, будто каждый человек на нашей планете тогда упал на колени и был готов принять судьбу. Рабы и короли, храбрые воители и сильнейшие маги — все трепетали перед могуществом Пожирателя. Поэтому я вышел сражаться с ним в одиночку.

Трудно описать, как выглядел Пожиратель миров. Гигантское чудовище, как будто всплывшее из глубин ночных кошмаров. Ужас, окружённый беспощадной энергией Хаоса.

Я не дал ему даже приблизиться. Едва он появился, как я телепортировался в заранее выбранное, подготовленное для схватки место.

Даже в Аркелиме возможность напрямую взаимодействовать с Астралом была ультра редким даром. И я развил его значительно лучше, чем все мои предшественники. Поэтому только я и был в силах остановить Пожирателя.

Не знаю точно, сколько струн я смог тогда выпустить. Их было невероятное множество, но меньше бы и не хватило, чтобы связать Пожирателя миров и остановить его неумолимое пришествие.

Он вырывался из пут, сотнями рвал мои струны, но я всё время создавал новые, не давая монстру ни мгновения передышки.

Бури Хаоса, которыми враг пытался меня одолеть, сотрясали весь континент. Они принимали форму чёрного пламени, сжигающего всё вокруг. Беспощадных ветров, срывающих с места горы. Ледяных штормов, от которых земля промерзала до невероятных глубин.

Но я стоял, и продолжал бороться.

И я не просто удерживал Пожирателя. Я душил его, заставляя терять силы, изгонял его прочь, за пределы Аркелима. В глубины Хаоса, туда, где ему самое место.

У меня получилось. Я не учёл лишь одного — того, что враг испугается и сбежит слишком быстро.

Покидая наш мир, он потянул меня за собой. Его паническое бегство не дало мне времени развеять всю мощь, которую я призвал. Моя душа, крепко связанная с Пожирателем астральными струнами, просто вылетела из тела. Пожиратель потянул меня за собой, в чужое пространство, полное враждебной энергии.

Я понимал, что не выживу там. Но уже не мог вернуться в свое тело. Просто не успевал.

В последний миг перед тем, как погрузиться в пучину Хаоса, я разорвал оставшиеся струны и выпустил новые, прицепившись к Потоку Мироздания. Великому течению энергии, текущей через Астрал и связующей все миры.

Я знал, что это даст мне шанс перенестись в другую реальность и обрести новую жизнь. Можно было бы умереть и уйти на перерождение, но мне было жалко не только моих знаний, но и моего редчайшего дара. Если у меня его в следующей жизни не будет, то я не смогу противостоять Пожирателю миров, если он снова заявится. Неумолимый Поток, чья сила была ещё беспощадней, чем у Пожирателя, уносил меня всё дальше от Аркелима, но я покидал его без сожалений.

Земля, Российская империя. Где-то на окраине Санкт-Петербурга.

Вот как завершилась моя прошлая жизнь. Не страшно. Главное, что я защитил свой дом. Зато теперь передо мной открыт новый мир. И хотя он встретил меня недружелюбно, всё равно начинает мне нравиться. Так что я готов пройти путь с нуля и забраться на самую вершину.

Устроившись поудобнее, я снова отправляю свою душу в Астрал и пускаю энергию на восстановление тела. Пора бы уже. Кроме исцеления, я смогу немного укрепить мышцы, скелет, поработать над аурой и начать тренировать свой дар. Нужно увеличивать количество контролируемой астральной энергии, это позволит создавать мне больше струн. А, когда я смогу контролировать достаточное их количество, можно будет приступать и к другим тренировкам, которые позволят менять свойства не только струн, но и самой астральной энергии. Это умение я считаю наиважнейшим в развитии своего дара.

Да уж, слабенькое тело мне досталось… Не совсем дохляк, но далеко от того, к чему я привык. Впрочем, это не беда. Главное, что тело у меня есть и оно вполне годное, а остальное дело времени, которого у меня теперь предостаточно. Ведь я снова молод и полон решимости обустроиться тут и жить в свое удовольствие.

На востоке от Санкт-Петербурга. Поместье барона Ватагина.

— В смысле, всех убили?

— Почти всех, ваше благородие. Часть людей охраняла непосредственно арену. Но Ингвар и его приближённые мертвы.

Барон Илья Ватагин шумно выдыхает и барабанит пальцами по столу. Стоящий напротив слуга, посланный наблюдать за бандой Ингвара, невозмутимо ждёт.

— Кто? — спрашивает, наконец, барон. — Шайка Семёнова?

— Нет, ваше благородие. Это был один человек. Андрей Зверев. Сначала он выиграл бой против Бульдога, хотя был заказан проигрыш. А затем устроил бойню в кабинете Ингвара.

— Зверев, этот ничтожный сопляк⁈ Один⁈ Перебил почти всю банду⁈ — возмущённо восклицает барон.

— Я бы сам не поверил, господин. Но в кабинете находилась скрытая камера. Вот, взгляните.

Слуга протягивает Илье планшет, на котором уже запущен ролик. Сначала Ватагин хмурится, разглядывая происходящее на экране. Но чем дольше он смотрит, тем выше поднимаются его брови.

— Это что вообще такое? Как он это делает? Я не вижу магии!

— Её там нет, ваше благородие. Вернее, есть, но её применил человек Ингвара. Зверев не использует магию. Это какой-то… неизвестный навык.

Барон швыряет планшет на стол и рявкает:

— Быть этого не может! Он всегда был никчёмным. Безродный слабак, ни магии, ни мускулов.

— Возможно, он открыл в себе какой-то дар, — слуга пожимает плечами.

Ватагин раздражённо машет рукой и отвечает:

— Плевать. Мне это не интересно. Вот что сделай: отправь за ним Хорька.

Слуга впервые за весь разговор проявляет эмоции. На его лице такое искреннее удивление, что барон даже усмехается.

— Хорька? Вы уверены, господин? Он ваш лучший убийца, зачем…

— Ты сам смотрел эту запись? — барон тычет пальцем в планшет.

— Да, но…

— Вот и не спорь со мной. Не знаю, каким образом, но этот сопляк стал слишком силён. Если бы не обстоятельства, может, я бы даже позвал его к себе на службу, но он сильно накосячил и теперь мне придется за ним разгребать, а такое прощать нельзя. Мало того, что сорвал поединок, ещё и прикончил Ингвара, а напоследок еще и сейф обчистил! И теперь он должен за это ответить.

— Как прикажете, господин.

— Сможешь его найти?

— Конечно. Я уже навёл справки. Наш человек в полиции сообщил, что городской патруль видел его в парке. Несколько кварталов от арены. Думаю, мы легко вычислим, куда он отправился после этого.

— Передай Хорьку, чтобы убил его быстро. А сам отправляйся следом. Проследи, чтобы всё прошло, как следует.

— Никаких проблем, господин. Уже завтра Зверев будет мёртв.

Глава 3

Российская Империя. Город Санкт-Петербург.

Вот и она. Та гостиница, в которой скрывается цель.

— Хорошее место. Тихое. Люблю, когда всё тихо проходит, — бурчит себе под нос Хорёк, осматриваясь.

Ни одного прохожего поблизости. Да и жилых домов тоже нет, вокруг только фабрики, которые ещё не работают.

На часах — почти пять утра. Идеальное время для нападения. В это время люди спят наиболее крепко.

Свет горит только в паре окон. Осталось выяснить, где именно находится цель, но это не проблема.

— Кадабра, узнай, — бормочет Хорёк.

Чёрная гадюка выползает из-под плаща убийцы, ныряет в тень и растворяется в ней, становясь невидимой. Несколько мгновений спустя она появляется в холле гостиницы. Хорёк видит всё её глазами — обшарпанную деревянную стойку, за которой храпит старик-администратор, пустую бутылку из-под водки, спрятанную под тумбочкой.

На столе горит лампа. Кадабра еле слышно шипит, когда попадает под свет. От её чёрной кожи исходит дымок. Свет вредит созданию тьмы, но недолгое время змея продержится.

Взгляд Кадабры падает на открытый журнал учёта. Там не указаны имена постояльцев, но стоят дата и время, в которое они заселились. Последняя запись — вчерашний день, почти полночь. Номер триста один.

«Проверь», — отдаёт Хорёк мысленный приказ.

Змея опять ныряет в тень и перемещается на третий этаж. Нужная комната в самом конце коридора. Из-под двери выбивается свет, но внутри тишина. Похоже, Зверев просто не выключил свет на ночь.

Жаль. Если было бы темно, достаточно приказать гадюке укусить цель, и дело было бы сделано.

Слишком просто, даже трусливо. Но зато эффективно. Хорёк не слишком-то горит желанием вживую столкнуться с неведомыми навыками цели, но и подвергать Кадабру риску он не хочет. Ему дорога эта змея.

По спине у него невольно пробегают мурашки. Он смотрел то видео, на котором Зверев расправился с бандой Ингвара. Он применял какие-то невидимые, непонятные умения. Как знать, на что ещё он способен?

«Возвращайся», — приказывает Хорёк питомице.

Ладно. Раз не получается по-простому, придётся действовать иначе.

Обойдя здание, убийца находит нужное окно. Натягивает на руки артефактные перчатки и с их помощью карабкается вверх по стене. Он решает не проникать сразу в комнату и тем более не атаковать через стекло. Шумно и не слишком надёжно. Да и сражаться, вися на стене — такое себе развлечение.

Поэтому сначала он забирается в коридор, а уже затем крадётся к номеру. Простое заклинание гасит звуки шагов. Кадабра переползает в рукав, готовая в любой момент прыгнуть в тень и атаковать цель исподтишка.

Подходя к триста первому, Хорёк достаёт из кобуры пистолет с глушителем. Судя по видео, Зверев умеет каким-то образом рассеивать магию. Посмотрим, как у него получится справиться с пулями.

Но на всякий случай убийца готовит и мощное проклятие. Оно мгновенно парализует любого и не имеет видимой формы. Цель не успеет понять, что случилось. И умрёт без боли.

Чисто. Тихо. Просто идеально.

Хорёк осторожно пытается открыть дверь. Заперто, конечно же. Ничего, отпирающее заклинание ещё ни разу не подводило.

Замок бесшумно открывается. Хорёк берётся за ручку двери и медленно толкает её.

Андрею Звереву осталось жить не больше пары секунд.

Российская Империя. Санкт-Петербург.

Какой он тихий, я даже слегка удивлён. Наверняка использует какую-то магию. Обнаружить этого незваного гостя обычными органами чувств просто невозможно.

Не зря я поставил сигнальную струну в коридоре. Паранойя в сочетании с привычкой, не раз спасали мне жизнь в прошлом мире.

Вижу, как начинает открываться дверь. И в тот же миг наношу удар.

Астральная струна получается немного толще, чем вчера. Вот и прекрасно — значит, ночь не прошла даром.

Струна пробивает дверь насквозь. Тишину гостиницы разрывает вопль боли.

Следом раздаются приглушённые хлопки. Многострадальную дверь прошивают пули и разбивают окно напротив. Хорошо, что я уже успел спрятаться за углом.

Внезапно комнату наполняет магическая тьма. Люстра, которую я забыл погасить перед сном, теряется во мраке. На секунду у меня возникает чувство, будто я ослеп.

Выпускаю струну и поглощаю магию прямо из воздуха, отчего темнота постепенно становится не такой непроглядной.

Чувство опасности взрывается сиреной в мозгу. Краем глаза вижу резкое движение слева. Не успеваю понять, кто это или что это. Наотмашь бью струной, и только потом понимаю, что это змея.

Была. Я ненароком разрубил её на несколько частей.

Из коридора снова звучит отчаянный вопль:

— Кадабра!

— Это твоя зверушка была? Прости, случайно вышло! — усмехнулся я.

— Тебе конец! — с болью в голосе кричит неизвестный.

— Твоей глисте конец, а у меня другие планы. Эй! Давай не будем портить друг другу утро. Скажи, кто тебя послал, и проживешь ещё немного.

Пока болтаем с незваным гостем, я успеваю до конца поглотить его магию тьмы. Пускаю почти всё в сопротивляемость. Парень, судя по всему, непростой. Ещё заденет меня ненароком, не хочу снова тратить силы на исцеление.

Кстати, об исцелении. Чувствую из коридора эманации лечащей магии. Похоже, что мой гость занимается раной от струны. Значит, вряд ли собирается решать дело миром.

Ну и ладно. Я не против с утра размяться.

Остатки магии применяю на ускорение. Вылетаю в коридор уже с готовой струной и едва не сталкиваюсь с невысоким худым мужиком в чёрном плаще.

Он чем-то неуловимо напоминает грызуна. Или скорее мелкого хищника вроде ласки.

— Привет, — улыбаюсь я и впечатываю кулак ему в нос.

Раздаётся хруст. Незнакомец с грохотом падает и роняет пистолет. Но в тот же миг выбрасывает руку, выпуская какую-то магию.

Быстрый, зараза! И заклинание, которое он применяет, невидимое. Для обычных людей.

Моё чувство магии, которое дарует Астрал, распознаёт проклятие. Сгусток сформированной маны стремится ко мне, летя быстро и хаотично, как муха.

Но не быстрее струны. Перехватываю и высасываю из него всю энергию, и пускаю её на усиление мышц.

— Ты… его развеял? — обескураженно спрашивает гость.

Он в таком сильном шоке, что даже встать не пытается.

— Ага. Тебя барон послал? — интересуюсь я.

Вместо ответа в меня летит метательный нож. Чуть наклоняю голову, пропуская его мимо.

— Это да или нет, не пойму?

— Сдохни! — верещит незнакомец.

Подскочив, он швыряет в меня ещё три ножа. От двух лениво уклоняюсь, третий хватаю рукой в полёте и бросаю обратно.

Клинок вонзается в бедро противника, и он опять падает на пол, крича от боли.

— Чё тут творится? Ой. Простите, — из другого номера выглядывает сонный постоялец и мигом скрывается обратно. Правильно, у нас здесь приватный разговор. Хоть и шумноватый.

— Слушай, я не хочу тебя убивать. Ответь на вопрос и вали: тебя послал барон? Забыл его фамилию, который Ингвара крышует. Просто кивни, если это так, — говорю я.

Незваный гость рычит сквозь зубы и снова применяет магию тьмы. Коридор заполняет непроглядный мрак.

Нет желания угадывать, как он атакует меня в следующий раз. Выпускаю струну и хаотично рублю пространство перед собой. Чувствую, как она что-то рассекает, а миг спустя тьма рассеивается.

Несостоявшийся убийца лежит чуть дальше в коридоре спиной ко мне. А-а, так он решил просто сбежать. Увы, не успел. Судя по количеству крови, я его убил.

Почти случайно, но заслуженно. Нечего будить меня ни свет ни заря. Ещё и с недобрыми намерениями.

Блин, но из этой гостиницы придётся теперь уехать. Чёрт с ним, с трупом. Это была самозащита. Только я уверен, что убийцу послал барон. Если он сделал это раз, может сделать и второй. Не хочу каждое утро встречать нового охотника за моей головой, у меня сейчас другие планы.

Разочарованно вздохнув, отправляюсь в номер и собираю свои вещи. Перед уходом смотрюсь в зеркало. Лицо как новенькое, ни единой царапинки. Рёбра тоже не болят, да и чувствую себя отлично. Восстановление прошло как надо.

Выйдя в коридор, присваиваю положенные мне трофеи. Пистолет покойника не хочет просто так идти в чужие руки — на нём лежит проклятие. Если бы я просто подобрал оружие, не подумав, то мог бы и пальцев лишиться.

Временно, само собой. Связь со всемогущим Астралом позволяет мне восстановить даже потерянные конечности.

Вытягиваю из проклятия энергию и забираю пистолет. Присваиваю также ножи и запасные магазины с патронами, которые находятся на поясе убийцы.

Ну всё, пора валить отсюда.

Спускаюсь на первый этаж и спокойно говорю старику за стойкой:

— Доброе утро.

— Добренькое, господин! А чего это за шум у вас там? Случилось чего?

— Нет-нет, всё отлично. Вам только надо будет навести порядок и поменять окно в моём номере. Вот, за беспокойство, — кладу на стойку сто рублей и ухожу.

Бодро день начался, ничего не скажешь. Но я не против такого расклада. Если барон продолжит меня доставать — придётся отыскать его и объяснить, что не стоит так делать.

Буду надеяться, что гибель убийцы вразумит его. Если же нет — я готов к встрече.

А пока что, вдохнув свежий утренний воздух, я отправляюсь изучать свой новый мир.

Российская империя. Город Санкт-Петербург. Поместье барона Ватагина

— Ты шутишь? — бурчит барон, отодвигает тарелку с недоеденным завтраком.

Слуга разводит руками:

— Как можно, ваше благородие. Я видел труп своими глазами. Зверев спокойно вышел из гостиницы, а я затем поднялся на этаж, не дожидаясь прибытия полиции. Хорёк лежал мёртвым в коридоре. Его гадюку я нашёл в номере, разрубленную на части.

Илья Ватагин сжимает кулаки, еле сдерживая рвущийся наружу гнев. Хорёк, его лучший убийца, один из самых талантливых тёмных магов Петербурга, проиграл какому-то безродному сопляку⁈

Да как это вообще возможно⁈

Барон опускает взгляд на свою чашку. Вдруг возникает неодолимое желание выплеснуть из неё кофе и до краёв наполнить коньяком. Несмотря на то, что ещё слишком рано для выпивки.

— Да кто вообще такой этот Зверев? — цедит он.

— Вы же в курсе, ваше благородие. Безродный потомок…

— Я знаю, кто он такой! — восклицает Ватагин. — Он никто! Неудачник, слабак, сын спившегося отщепенца! Я спрашиваю, как этот никчёмный голодранец смог прикончить Хорька⁈

— Не знаю, ваше благородие, — слуга покорно опускает взгляд.

Шумно выдохнув, барон машет рукой:

— Прочь.

Молча поклонившись, слуга выходит из комнаты. Илья достаёт телефон и, поколебавшись, набирает номер своего сюзерена.

Графа нельзя беспокоить по пустякам. Но то, что Зверев вдруг обрёл такие силы — вряд ли пустяк. На такое стоит обратить его внимание.

К тому же, этот ублюдок нанёс немалый ущерб делам барона. И он за это обязательно ответит! Правда, теперь Ватагин решил заручиться поддержкой кого-то более могущественного. Его сиятельству обязательно нужно знать об этой проблеме, иначе проблемы появятся у самого барона.

— Здравствуй, Илья, — раздаётся в трубке холодный голос.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — стараясь не показывать волнения, отвечает барон.

— Надеюсь, у тебя что-то важное. У меня сегодня много дел.

— Да, ваше сиятельство. Послушайте, что я вам расскажу…

Слегка сбиваясь, Ватагин докладывает о случившемся. Граф внимательно его выслушивает, а потом говорит только одну фразу:

— Надо же.

И замолкает.

Подождав, барон осторожно спрашивает:

— Что мне делать, ваше сиятельство? Не знаю, как именно, но этот мерзавец обрёл невероятную силу. Нельзя позволить ему просто так разгуливать по городу.

— Ты прав, как ни странно, — ледяным тоном отвечает граф.

— Так и что делать? Я надеялся, вы поможете…

— Нет. Я не собираюсь вмешиваться. Это не мой уровень, Илья. Да, мальчишка силён, но он всего лишь мальчишка. Понаблюдай за ним. Но аккуратно, не привлекая к себе внимания.

— И всё? — удивляется Ватагин.

— А чего ты хочешь? Потерять всех остальных своих людей?

— Нет, но…

— Ты позвонил мне за помощью. Я помогаю. Послушай доброго совета: осторожно следи за ним. Надо понять, на что ещё способен этот твой Зверев. Возможно, что он кем-то подослан с целью навредить нам и до поры до времени скрывал свою силу. Понимаешь? Если даже мы его убьём, то не узнаем, кто стоит за ним. Нельзя спугнуть более крупную рыбу.

— Понимаю, ваше сиятельство. Будет сделано.

Звонок прерывается. Барон кладёт телефон на стол, хватает кружку и залпом выпивает остывший кофе.

А затем подходит к бару и наливает себе коньяка.

Значит, торопиться не стоит. Вот и хорошо. Да, хорошо!

Не зря ведь говорят, что месть это блюдо, которое подают холодным.

Российская империя. Город Санкт-Петербург

Пройдя несколько кварталов пешком, натыкаюсь на магазин, где продают телефоны. Без телефона в этом мире никуда, так что решаю приобрести.

В магазине меня встречает симпатичная девушка в белой полупрозрачной блузке и короткой чёрной юбке. Она мило улыбается, чем вызывает у меня ответную улыбку. Красотка, ничего не скажешь.

— Здравствуйте! Чем могу помочь? — спрашивает она.

— Мне нужен телефон. Я, э-э, давно не был в России. Сколько стоит лучшая модель?

Девушка оглядывает меня с лёгким недоверием. Ну да, на мне потёртая кожаная куртка с чужого плеча и заляпанная кровью футболка. Я не выгляжу как тот, кто может позволить себе лучшее.

Поразмыслив, красотка говорит:

— Только недавно вышла новинка. Вот, взгляните.

Она поворачивается к стеклянной витрине, позволяя мне обратить внимание на свои обтянутые юбкой ягодицы. Начинает расписывать достоинства телефона, но я особо не слушаю. Хоть за ночь я и смог полностью слиться с памятью предшественника, все эти технические детали мне не интересны.

— Ладно, стоп. Беру, — прерываю я, смотрю на ценник, выкладываю немного больше, чем требуется и добавляю:

— Добавьте хороший чехол, защитное стекло и сим-карту с безлимитным тарифом.

Можно подумать, что я швыряюсь деньгами, но это не так. Я уже понял, что надёжный телефон — это необходимость. Быстродействие и хорошая связь будут полезны для многих задач.

Когда я вытаскиваю купюры из внутреннего кармана, на мгновение становится заметна рукоять пистолета. Увидев оружие, девушка бледнеет и быстро-быстро кивает:

— Хорошо, господин. Одну минуту. Сейчас всё сделаю!

Она оформляет покупку. Всё вместе обходится мне в четыреста рублей. Красотка помогает мне настроить телефон и дрожащими руками протягивает мне.

— П-пожалуйста, господин.

— Вам не о чем беспокоиться. Я женщин не обижаю. Особенно таких красивых, как вы, — с улыбкой говорю я.

Она краснеет и смущённо опускает глазки.

— Спасибо за помощь, сударыня. Хорошего дня.

— И вам, господин!

Убираю телефон и зарядное устройство для него в карман, а коробку сразу выкидываю. Лишний хлам мне ни к чему. Тем более, что складывать его некуда. У меня пока что нет своего жилища, даже временного.

Память Андрея подсказывает, что они с отцом-пьянчугой ютились в разного рода клоповниках для нищих. Когда отец скончался, мой предшественник продолжил эту нелепую семейную традицию. То есть жил как отребье, несмотря на дворянский титул, и никак не пытался улучшить своё положение.

Неудивительно, что меня все считают никчёмным слабаком. Андрей таким и был.

Но теперь всё в прошлом. Новый Андрей Зверев будет жить так, как захочет. А захочу я жить очень хорошо, а не так, как придется.

Решаю потратить ещё немного денег и купить себе нормальную одежду. Мой выбор падает на спортивный костюм и кроссовки. Удобно, не стесняет движений. То, что нужно.

После этого спускаюсь в метро и еду на юг Санкт-Петербурга. Метро поражает меня своей глубиной, красотой станций и количеством людей на них. В моём прошлом мире, чтобы собралось столько народу, должно было случиться что-то невообразимое. А здесь все эти люди просто едут по своим делам.

Население в этом мире гораздо больше, чем в Аркелиме. А в таких больших городах, как Питер, плотность вообще зашкаливает.

Но это и хорошо. Большой город — большие возможности.

Вдоволь накатавшись на подземном поезде, я поднимаюсь обратно на поверхность. Заселяюсь в другую гостиницу, почище и поприятнее, чем вчерашняя халупа. Но и подороже, само собой.

М-да, таким образом деньги у меня закончатся быстрее, чем я думаю. Первая стопка похудела уже на треть, а я и сутки не провёл в этом мире. Надо срочно придумать, где достать финансы. Однако торопиться тоже не стоит.

Поспешишь, и достанется шиш. Ну, или блоха в лучшем случае. Это не я придумал, это мудрость русских пословиц.

Поэтому остаток дня я провожу в гостиничном номере. Копаюсь во всемирной информационной сети через новый телефон, и параллельно занимаюсь развитием. Использую астральную энергию, чтобы усилить своё тело и душу.

То, какой у меня уровень силы сейчас — никуда не годится. С одной струной много не навоюешь, не говоря уже о том, что я пока не могу использовать астральную энергию никаким другим образом.

Интернет позволяет мне ещё лучше понять этот мир и дарит несколько интересных идей. Появляются мысли о том, чем я могу заняться, но это завтра. За окном уже ночь, надо и поспать, но сначала заказываю еду в номер.

Перед сном, как и вчера, отправляю свою душу в Астрал и настраиваю поток энергии таким образом, чтобы утром проснуться сильнее. Предвкушая новый день, засыпаю.

Как только наступает рассвет, я подскакиваю с кровати. О, да! Превосходно себя чувствую. Не в последнюю очередь благодаря молодому телу.

Прокачка при помощи астральной энергии — это здорово, но свежий организм, полный собственных сил, ни с чем не сравнится.

Накинув спортивный костюм, отправляюсь на пробежку. Нельзя просто напитывать мышцы, кости и связки астральной энергией, необходима физическая нагрузка, чтобы это все усвоить и закрепить. Тогда результат будет более впечатляющим.

Лифт не использую. Трусцой спускаюсь по лестнице — сойдёт за разминку. Оказавшись на улице, сразу перехожу на бег. Вчера из окна я заметил рядом парк, туда и направляюсь.

Сделав пару кругов по парку, падаю на траву и отжимаюсь. Пятьдесят отжиманий особо не напрягаясь. Ну-ка, а каков мой максимум в этом теле? Надо знать свои пределы, чтобы преодолевать их!

Девяносто четыре. Неплохо. Жаль, что до сотни не дотянул — но завтра будет новый день.

Всё-таки я оказался прав, тело мне досталось не такое уж дохлое. А с моими умениями я быстро разовью его до необходимого уровня. Решаю в качестве разминки пробежать ещё круг. Не успеваю толком разогнаться, как в воздухе вдруг раздаётся протяжный тревожный гул. Это ещё что такое?

Прохожие одновременно срываются с места. Люди хватают детей, собак и спешат убраться из парка. Сирена продолжает завывать, а на западе небо вдруг приобретает кроваво-багряный цвет.

— Чего встал⁈ — орёт мне пробегающий мимо парень. — Багровая буря!

Не сразу доходит, о чём речь. Но нужные сведения услужливо всплывают из памяти предшественника.

Багровые бури — регулярные магические катаклизмы, сотрясающие этот мир. Проносясь по планете, они надрывают ткань реальности и открывают разломы. Порталы в осколки иных миров, через некоторые из которых на Землю могут ворваться различные жуткие твари.

Разломы крайне редко ведут в полноценные миры. Обычно это лишь осколки реальностей, в своё время уничтоженных кем? Правильно, Пожирателем миров.

Я как-то упустил этот момент, пока сливался с памятью прошлого Андрея. Выходит, что и Земля находится под угрозой вторжения Пожирателя. Как и все миры, в общем-то, но здесь уже проходит подготовительный этап. Я это знаю, потому что в Аркелиме всё начиналось примерно так же.

У нас тоже проходили Багровые бури. Правда, назывались они и выглядели немного иначе. Но суть та же. Катаклизм, несущий с собой энергию Хаоса и оставляющий порталы в осколки уничтоженных миров, в которых зачастую можно найти не только искажённых существ, но и ценные магические ресурсы. Так что не всё однозначно плохо.

Призвав астральную энергию, проверяю свои силы. Да, как я и думал, ночь не прошла даром. Теперь у меня хватает мощи создать астральный доспех. Хлипенький, по сравнению с прошлой жизнью. Но пока что хватит.

Пожалуй, я останусь и посмотрю, как выглядит эта Багровая буря. Она налетает стремительно. Небо становится полностью красным, его пересекают чёрные молнии, и почти безостановочно громыхает яростный гром. Воздух наполняется энергией Хаоса.

Для обычных людей это, наверное, жуткое зрелище. Но мне нравится. Покрытый астральным доспехом, я улыбаюсь, глядя на расчерченное тёмными всполохами багряное небо.

Бум! Меня едва не сбивает с ног. Даже оглядываюсь, думая, что кто-то выстрелил в меня из огнестрельного оружия. Одну или две пули моя астральная броня в силах выдержать. Но рядом никого. Все попрятались в укрытия.

Снова чувствую невидимый толчок, и понимаю, что это сама энергия Хаоса атакует меня. Будто намеренно стремится уничтожить. Для неё нетипично выбирать себе цель. Хаос на то и Хаос, он действует как попало. Только Пожиратель и другие монстры, порождённые в тёмном измерении, могут осознанно использовать эту энергию.

Давление становится всё серьёзнее. Сосредоточившись, я пытаюсь защититься от энергии Хаоса, но неожиданно она подчиняется мне. Тогда я беру её под контроль и рассеиваю вокруг себя. Можно было бы поглотить её и пустить себе на пользу, но пока не хочу. Даже для меня это рискованно. Сначала надо разобраться, почему вообще Хаос вдруг решил на меня напасть.

Багровая буря заканчивается так же быстро, как и началась. Последние раскаты грома стихают и становится тихо.

Надо же. Не зря я остался на улице. Узнал кое-что новенькое о себе. Оказывается, теперь я по какой-то причине притягиваю энергию Хаоса. Любопытно.

А где обещанные разломы? Что-то я ни одного вокруг не вижу. Или…

За спиной вдруг раздаётся противный, режущий уши звук. Мгновенно оборачиваюсь и вижу, как в воздухе появляется рваная дыра, мерцающая оттенками синего.

Ага, вот и разлом. Первого уровня, судя по размеру и цвету. Из него показывается клыкастая морда какой-то твари. Заметив меня, она угрожающе зарычала.

Надо же, как мне везёт. Я вовсе не против закончить утреннюю тренировку спаррингом с монстром!

Глава 4

Российская империя. Город Санкт-Петербург.

Тварь выглядит, как помесь жабы и бойцовской собаки. Под скользкой кожей бугрятся крепкие мышцы, а челюсти выглядят так, будто способны перекусить человека пополам. Этот жабопёс наверняка бросается на меня именно с такими намерениями. Но уже через миг я заставляю его захлопнуть пасть, крепко опутав её струной.

— Плохой монстр. Место!

Метнувшись вперёд, пинаю его в морду и отправляю обратно в разлом. Напоследок раздаётся только приглушенный визг.

Увы, вместо одного монстра появляются ещё двое таких же. Щёлкают челюстями, но хватают лишь воздух. Я уже разорвал дистанцию.

Замечаю, что поддерживать одновременно астральную броню и струну тяжеловато. Точнее, напрягов никаких, но струна становится совсем короткой. Ну и ладно, длинная сейчас всё равно ни к чему.

Жабопсы пытаются напасть на меня с разных сторон. Смышлёные твари. Только зря они думают, будто перед ними обычный человек.

Бой заканчивается довольно быстро. Первому монстру я рассекаю башку широким взмахом, а второго обездвиживаю и одним ударом ломаю основание черепа. Астральный доспех, ко всему прочему, усиливает мои удары.

После гибели тварей чувствую, как от их тел начинает исходить энергия Хаоса. И опять она стремится ко мне! Снова приходится взять её под контроль и развеять вокруг.

Да что ж такое-то? Надо понять, почему так происходит, иначе в дальнейшем это может доставить мне лишние проблемы.

Только сделать это надо в спокойной обстановке, а из разлома лезут ещё твари. Так что разбираться буду потом. Сначала нужно завершить тренировку и закрепить достигнутые результаты. А ведь эти монстры очень вовремя появились. Всегда бы так.

За спиной вдруг раздаётся резкий скрип тормозов. Секунду спустя мимо меня пролетает молния и поражает ближайшего монстра. Обернувшись, вижу бронированный автомобиль с каким-то символом на капоте. Из него выскакивает группа вооружённых людей в одинаковой экипировке. Среди них есть несколько магов, один из которых немедленно накрывает меня защитной сферой.

Не то чтобы мне это было нужно, но спасибо.

— Назад, гражданский! — рявкает один из них, самый высокий.

Пожимаю плечами:

— Да мне и здесь хорошо.

— Умереть захотелось? Отойди, не видишь — Стражи работают!

Пока мы болтаем с высоким, остальные добивают успевших вылезти тварей. Используют не только магию, но и обычное оружие. Оказывается, что автоматная очередь вполне способна убить даже монстра Хаоса.

Круто. Беру на заметку — огнестрельное оружие полезная штука. Пистолет у меня уже есть, можно заиметь и что-то поубойнее.

Закончив с монстрами, отряд оцепляет разлом. Несколько бойцов подходят вплотную, маг применяет изучающее заклинание. Ребята явно готовятся войти внутрь.

— Гражданский в порядке? — ко мне подходит женщина с красным крестом на плече.

— В полном. А что это вы здесь делаете? — спрашиваю я.

— Это я хотел спросить, что ты здесь делаешь? — враждебно интересуется высокий.

— Бегаю.

— Спортсмен, да? Думаешь, способен от монстров убежать?

Только усмехаюсь и показываю на убитых мной жабопсов:

— А зачем от них бегать? Проще убить.

— Ты маг? — спрашивает женщина-медик.

— Немного владею, — уклончиво отвечаю я.

Вообще-то, я ни разу не маг. У меня другая способность, а именно — прямая связь с Астралом. Невероятно редкий дар. Не уверен, что на Земле есть ещё кто-нибудь вроде меня. В Аркелиме нас таких было всего несколько на всю планету.

Так что лучше я не буду об этом распространяться. Пусть думают, что я маг.

Тем временем Стражи заканчивают изучать разлом, и часть группы заходит внутрь. Остальные занимают оборону вокруг, и берут под прицел вход в разлом.

— Они собираются его закрыть? — спрашиваю я.

— А ты как думаешь? — бурчит высокий.

— Значит, это ваша работа? Убиваете монстров, закрываете разломы, ресурсы добываете?

— Работа ордена Стражей — защищать мирных людей. Всё остальное, как получится, — отвечает Страж.

По мне, так это значит «да».

Снова указываю на трупы жабопсов, которых убил до прибытия отряда.

— Вот этих двух уродин прикончил я. Мне полагается награда?

— Тебе, вообще-то, штраф полагается за приближение к опасному разлому! Но мы благодарны, что ты их прикончил. Так что штрафа не будет. Считай, это и есть награда.

— Вот как. Ну ладно, принимается. Всего хорошего!

— Ты точно в порядке? — участливо спрашивает медичка.

— А по мне не видно? Но, если очень хочется, то можешь меня полечить, — напоследок подмигиваю ей.

— Иди уже, — отвечает девушка, но кокетливо улыбается, и я ухожу. Не стоит им мешать выполнять свою работу.

По пути в гостиницу замечаю, как постепенно оживает город. Люди покидают укрытия, машины продолжают движение, улицы вновь наполняются повседневным шумом.

Этот мир только что заиграл для меня новыми красками. Разломы! Это же настоящие золотые жилы. Если повезёт, в них можно найти уйму всего. Начиная от редких монстров, чьи органы полезны алхимикам, заканчивая древними артефактами исчезнувших цивилизаций.

Золото и драгоценные камни в них тоже порой встречаются.

Защищать людей это, конечно, правильно и благородно. Но Стражи несомненно не брезгуют добычей ценностей. Надо подробнее узнать об этом ордене, и можно ли туда вступить. Ведь судя по словам того высокого, обычным людям запрещено приближаться к разломам.

Дело здесь не только в безопасности. Просто государство не позволяет всем подряд добывать сокровища в иных измерениях. Монополизировало, так сказать, этот бизнес. Логично. На месте правителя я поступил бы так же.

Вернувшись в гостиницу, заказываю в номер завтрак. Пока жду его, принимаю бодрящий контрастный душ. Затем, одевшись в мягкий халат, уплетаю вкуснейший омлет с хрустящими гренками и принимаюсь за дело.

Перво-наперво мне нужно разобраться, что за ерунда там была с энергией Хаоса. Весьма необычное для него поведение — стремиться к конкретному человеку. Хочу понять, что стало тому причиной.

Может, что-то не так с этим телом? Нет, анализ говорит, всё с ним в порядке. Обычная плоть, ничего особенного.

Углубившись, принимаюсь изучать магические каналы. Прошлый Андрей умел творить магию. Может, напортачил в своё время и случайно создал какую-то структуру, которая притягивает Хаос? Память ни о чём таком не говорит, но проверить стоит.

Нет, здесь тоже порядок. Ровные, хорошие каналы, вполне здоровая, хоть и хиленькая аура, никаких отклонений нет.

Для меня эти каналы всё равно бесполезны. Я могу впитывать сформированную ману из чужих заклинаний, но творить свою не умею. Так что поглощённую магию могу использовать только на усиление тела.

Хорошо, придётся погрузиться ещё глубже. Принимаюсь за внимательное изучение собственной души. Не думаю, что дело в ней, однако мало ли…

Поверхностный осмотр ничего не даёт. Но стоит приглядеться повнимательнее, как я замечаю в душевной структуре кое-что необычное.

Ну, надо же! Откуда это здесь взялось?

Сильная печать, при этом тщательно скрытая. Её строение не позволяет сомневаться — эту печать наложил на меня Пожиратель миров. Мелочный подлец. Когда он успел? Должно быть, в тот момент, когда сбегал и понял, что моя душа вырвалась из тела. Судя по всему, это такая месть, попытка затащить меня в измерение Хаоса. Или так он хочет найти меня и поквитаться?

Теперь понятно, почему тёмная энергия так упорно тянется ко мне. Притягивается печатью Пожирателя. Снять её нет никакой возможности. Она настолько плотно вплетена в структуру души, что если начну убирать — прикончу сам себя. Будь я сильнее, нашёл бы способ, но пока точно не вариант.

Встаю и начинаю ходить по комнате туда-сюда, допивая кофе. Если подумать, то зачем вообще убирать эту печать? Во время бури энергия Хаоса мне подчинилась. Надо лишь придумать способ, как пустить её на пользу. Мощи в ней много, когда научусь использовать — смогу развиваться намного быстрее!

Интересно получится. Я смогу повелевать не только астральной, но и хаотической энергией. Свет и тьма, созидание и разрушение. Застываю посреди комнаты от осознания возможностей, которые передо мной открываются. По коже бегут мурашки, а на лице сама собой расцветает улыбка.

Пожиратель, ты не представляешь, какую услугу мне оказал своей подлянкой! Ведь когда я научусь управлять энергией Хаоса, то в сочетании с астральными силами смогу творить невероятные вещи. Вполне возможно, что таких способностей нет больше ни у кого во всех мирах. Только что передо мной открылся новый и многообещающий путь.

Допив остатки кофе, между делом пускаю астральную энергию на восстановление тела. Мышцы немного болят после тренировки, надо с этим разобраться. А затем сажусь искать информацию об ордене Стражей.

Любопытно. Орден действует по всей империи и официально его главная задача — защита людей. Но если грамотно читать между строк, то становится ясно, что добыча ресурсов цель не менее важная.

На официальном сайте Стражей нахожу страницу для желающих вступить. Особых требований нет, но сказано, что кандидатам необходимо будет пройти строгий отбор. Прошедшие службу в армии или полиции, маги и спортсмены приветствуются. Одним словом — требуются крепкие люди, готовые рисковать. А также умеющие подчиняться. Дисциплина в ордене, походу, строгая.

С крепостью и отношением к риску у меня нет проблем, с дисциплиной тоже. Хотя я терпеть не могу исполнять чужие приказы. Привык к тому, что исполняют мои. Но, с другой стороны, если у командира есть чему поучиться — я не против. Вряд ли он сможет научить меня зачищать разломы лучше, чем это делаю я, но вот понять структуру Стражей и то, как у них все устроено, определенно поможет. Нужно лишь внимательно за ним наблюдать. Да и за остальными тоже.

К тому же, я не собираюсь делать карьеру в ордене. Мне надо просто получить лицензию на право охотиться в разломах, ну и обзавестись связями. Ведь связи в любом мире играют ключевую роль.

Подать онлайн-заявку нельзя, необходимо лично приехать в одно из отделений. В Питере их несколько и главное расположено на базе в нескольких километрах к северу от города.

Замечательно. Я как раз не против ещё раз проехаться по Петербургу. Да и за городом побывать будет интересно.

Недолго думая, решаю отправиться прямо сейчас. Беру с собой немного денег, а оставшуюся наличку прячу в номере. Часть в сейф, а часть в вентиляционном отверстии в ванной комнате. Пистолет сую туда же. Метательные ножи беру с собой, на всякий случай.

Сначала думаю вызвать такси, но затем решаю, что лучше на метро. Не хочется стоять в пробках. Доеду до крайней северной станции, а там уже закажу машину.

Так и поступаю. Заодно продолжаю впитывать дух Санкт-Петербурга. Нет, ну в какое прекрасное место мне повезло попасть! Вчера, пока рыскал по интернету, я убедился — Питер один из самых красивых городов в Российской империи. Многие считают, что самый.

Кажется, я тоже становлюсь одним из этих людей. Хотя пока не побывал в других городах — трудно судить.

По дороге мне пару раз кажется, будто за мной кто-то наблюдает. Неужели барон никак не угомонится? Не нравится мне это.

Выхожу на одной из станций и делаю вид, будто собираюсь подняться на поверхность. Ощущение слежки не отступает. Взойдя на эскалатор, спокойно смотрю в телефон, а на середине вдруг резко перепрыгиваю на соседний эскалатор, который едет вниз.

Стремительным взглядом осматриваю тех, кто ехал за мной. Все пялятся на меня с удивлением, но я обращаю внимание на конкретного человека. Неприметный мужчина в серой кепке. Он делает вид, что я ему безразличен, но краем глаза наблюдает.

— Эй ты, в кепке! — кричу ему.

Он делает вид, что не слышит меня. Выбрасываю руку и легонько хлопаю ему по щеке кончиком струны. Резко повернувшись, мужчина встречается со мной взглядом.

— Передай барону, что если он не отстанет, я сам к нему приду! Понял?

— Не понимаю, о чём вы! — восклицает он.

— Всё ты понимаешь. Не следи за мной, а то в следующий раз рискуешь не выжить.

Нет никаких сомнений, что за мной действительно послали наблюдателя. Как они только вычислили, где я нахожусь?

Впрочем, у дворян есть ресурсы и знакомства, поэтому ничего удивительного. Если моя угроза не сработает — то я действительно не поленюсь и найду этого барона. Как там его фамилия? Не могу вспомнить.

Да и ладно, хрен с ним. Если он продолжит следить за мной или снова пошлёт убийц, у меня найдётся, чем их встретить. А потом и самого барона обрадую внезапным визитом.

Часа через полтора такси привозит меня к загородному штабу Стражей. На въезде стоит шлагбаум, внутрь машину не пускают. Так что выхожу и здороваюсь с охранниками.

— Цель прибытия? — спрашивает один из них.

— Вступление в орден.

— Документы.

Протягиваю паспорт. Служивые проверяют его и затем пропускают на территорию штаба. Объясняют, куда идти, чтобы подать заявку на вступление.

Не спеша иду, осматриваюсь. База ордена напоминает обычную военную часть. Длинные казармы, гаражи для машин, спортивная площадка. Вдалеке расположено стрельбище и площадка для магических тренировок.

Мимо меня несколько раз проходят мужчины и женщины в одинаковой форме, которая тоже напоминает военную. А возле здания руководства, куда мне и надо, вижу небольшую компанию людей в гражданской одежде. Судя по всему, тоже кандидаты.

Подхожу к ним и здороваюсь:

— Привет. Вы тоже поступать?

Холёный парень со светлыми кудрями презрительно оглядывает меня и цокает языком.

— Отойди, простолюдин. Ты пойдёшь последним.

Надо же, какой надменный. Судя по дорогой одежде и кольцу с бриллиантом, он из какого-то богатого рода. Рядом с ним ошивается парочка верзил, попроще одетых. То ли охрана, то ли просто прихлебалы. А может, совмещают эти малопочётные должности.

Делаю шаг вперед, и прихлебалы выходят навстречу. Не обращаю внимания, сосредоточившись на блондине. Улыбаюсь.

— Кто тебе сказал, что я простолюдин?

Тот фыркает и снисходит до ответа:

— По тебе заметно. Где ты взял этот костюм, на помойке?

— Я смотрю, ты разбираешься в одежде. Может, лучше модельером станешь, зачем тебе в Стражи?

— Слышь, вали отсюда, — басит прихлебала.

— Я не с тобой разговариваю. Так что скажешь, одуванчик? Зачем ты здесь? Тебя папочка отправил?

Нахмурившись, блондин отвечает:

— Будь осторожней со словами. Ты хоть знаешь, кто мой отец?

— Понятия не имею, и мне плевать. Сам-то ты кто такой?

— Я — наследник графа Самойлова! — гордо выпятив подбородок, отвечает он.

Выдерживаю паузу и спрашиваю:

— Ну?

— Что ну? — дворянчик слегка теряется.

— Это всё, что ты можешь сказать? После смерти папки ты получишь титул, ну и что с того? Я повторяю вопрос: сам-то ты, что из себя представляешь? У тебя хоть имя есть?

— Нарываешься, отребье? Парни, проучите его! — рычит наследник графа.

— Если хотите сохранить руки целыми, не советую, — невозмутимо сообщаю я.

Верзилы не внимают моей спокойной угрозе. Очень зря. Один из них пытается ударить меня по лицу, но мгновение спустя лежит на земле. Дёргается, не понимая, что-за невидимая верёвка опутала его ноги.

Второй с размаху бьёт мне по рёбрам. Но я уже успел активировать астральный доспех. Раздаётся хруст, и парень вопит, прижимая к себе сломанную руку.

Пожимаю плечами:

— Ну, я же говорил.

Опускаю взгляд на первого, чьи ноги до сих пор связаны:

— Ты как? Попробуешь ударить?

— Нет, — мотает головой тот.

— Вот и молодец. Полежи пока.

Переступаю через него и оказываюсь вплотную перед блондинчиком. Снова улыбаюсь ему и представляюсь:

— Андрей Зверев, дворянин.

— Виктор Самойлов, — кривясь, называет себя он.

Немного помолчав, спрашивает:

— Погоди, Андрей Зверев? Сын Алексея?

— Да.

— О боги!

Виктор неожиданно начинает хохотать. Жду, когда он закончит, и спрашиваю:

— Что смешного?

— Ты ещё называешь себя дворянином? Ты никто, Андрюша! Только позоришь титул аристократа.

— Ты так думаешь, Витёк? Скажи, ты много добился в жизни? Или только и умеешь, что транжирить папины денежки?

— Что делать, если мне повезло родиться в богатой семье. В отличие от тебя, — скалится Самойлов.

— Ты прав, с золотой ложечки меня не кормили. Потому-то мне и интересно: что ты здесь забыл? Подожди, дай угадаю. Папе надоело, что ты прожигаешь жизнь, и он решил преподать тебе урок?

Виктор лишь скрипит зубами и ничего не отвечает. Мне остаётся только констатировать:

— Похоже, так и есть. Поэтому давай мы вот что сделаем. Я войду в здание следующим, а ты после меня. Но лучше забери своих ребят и езжай отсюда. Скажи папе, что тебя не взяли. Пусть лучше отдаст тебя в обычную армию.

— Да как ты смеешь! — возмущается Виктор.

— Очень просто. У тебя что, возражения имеются?

— Я тебе не позволю!

— И что ты сделаешь? — равнодушно интересуюсь я.

Лицо блондина от гнева покрывается красными пятнами. Сжав кулаки, он орёт:

— Думаешь, я ни на что не способен⁈

— Думаю, нет. Ты можешь, конечно, натравить на меня гвардейцев своего отца. Или нанять головорезов на его деньги. Но прямо сейчас ты ничего мне не сделаешь. Поэтому свободен.

Отворачиваюсь, потеряв к Самойлову всякий интерес, и подхожу к крыльцу. Слышу, как он что-то рычит за моей спиной и вполголоса сыплет оскорблениями, но на большее его не хватает.

Другие кандидаты отходят на шаг. Видимо, моя стычка с Виктором произвела на них впечатление, и никто не решается пройти вперёд меня. Несмотря на то, что я явился последним.

Дверь здания командования открывается, и на улицу выходит рыжеволосая девушка. Лицо у неё бледное, как мел, и непонятно — то ли оно всегда такое, то ли это от волнения.

— Привет. Как прошло? — спрашиваю у неё.

Рыженькая поднимает на меня растерянный взгляд и вдруг широко улыбается.

— Приняли, — отвечает она.

— Поздравляю. Тогда увидимся позже. Меня Андрей зовут.

— Лариса, — представляется девушка.

Хорошенькая. Милые веснушки, глазки-искорки, да и фигурка отпадная. Будет приятно проходить обучение вместе с такой красавицей.

Захожу в здание. Меня встречает рядовой и провожает в нужный кабинет. Там за столом сидит широкоплечий мужчина с седой щетиной. По суровому взгляду сразу понятно, человек бывалый. Судя по погонам на плечах — офицер. Сразу вызывает уважение.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, юноша. Садитесь, — говорит он, кивая на стул напротив себя.

Сажусь и жду. Мужчина не торопится задавать вопросы, просто изучает. Я спокойно смотрю в ответ и жду.

— Значит, ты хочешь стать членом ордена Стражей, — наконец, произносит он.

— Хочу.

— Ты осознаёшь, насколько это рискованно?

— Конечно.

— Уверен?

— Да.

— А я вот не уверен, что осознаёшь. На вид ты не кажешься тем, кто способен стать одним из нас, — мужчина скрещивает руки на груди.

— Почему это?

— Слишком молодой. Отчаянный. Вот смотрю тебе в глаза и знаешь, что вижу?

— Что же?

— Что ты рассчитываешь поскорее броситься в разлом, перебить всех монстров и заграбастать кучу трофеев. Ты думаешь, что через годик станешь богат, выйдешь на пенсию и будешь наслаждаться жизнью. Для тебя это всего лишь игра, возможность пощекотать нервы и похвастаться перед девчонками.

Ну, в чём-то он прав, если честно. Я рассчитываю быстро заработать денег. Но под «наслаждаться жизнью» он наверняка имеет в виду «плевать в потолок», а вот это уже не по мне.

— Я таких, как ты, много уже видел. И знаешь, чем обычно всё заканчивается? — продолжает офицер.

— Бесславными похоронами?

— Если бы. Зачастую даже хоронить нечего.

— Вы пытаетесь меня напугать? Не стоит. С монстрами я виделся, они сами меня боятся. А если кто-то не боится, то быстро об этом жалеет.

— Виделся с монстрами?

— Утром на пробежке. После Багровой бури открылся разлом, пришлось замочить парочку тварей.

Мужчина сдвигает брови, но не сердито, а скорее задумчиво. Наверняка ощутил железную уверенность в моём голосе, которую нельзя подделать. Либо она есть, либо нет. У меня есть.

— Ладно. Допустим. А что насчёт долга? Стражи обязаны защищать людей. Где бы ни находились, чем бы ни были заняты — если поступает вызов, мы на него едем. Ты к этому готов?

— Готов.

Ну а почему бы не быть готовым? Внезапная движуха меня не пугает. Наоборот, всегда бодрит.

— Ну что ж, — офицер наклоняется ко мне через стол. — Тогда последнее. Ты должен будешь пройти месячное обучение. Здесь, на базе. Пока обучаешься, надлежит строго выполнять все требования инструкторов и запрещено покидать территорию. Малейшее нарушение — и ты вылетаешь. Устраивает?

— Да, — киваю я.

— Как скажешь, — мужчина разводит руками.

Затем он наклоняется, чтобы достать из ящика стола какую-то бумажку. Берёт ручку и надевает очки. В них он сразу начинает выглядеть уже не так сурово. Щёлкнув ручкой, говорит:

— Сначала заполним анкету. Как тебя зовут?

— Зверев Андрей Алексеевич.

Офицер начинает писать, а потом вдруг резко останавливается.

— Погоди-ка. Андрей Алексеевич Зверев?

— Ну да. Что-то не так?

Он молча откладывает ручку и встаёт. Подходит к стеллажу, снимает оттуда толстую папку и начинает листать содержимое. Найдя необходимое, читает и поднимает на меня суровый взгляд.

— Как ты вообще посмел сюда заявиться? — его голос полон угрозы.

— Не понимаю, в чём дело, — искренне отвечаю я.

— Прекрасно ты всё понимаешь, Зверев!

Офицер срывает очки и швыряет папку обратно на стеллаж. Резко подойдя, опирается руками на стол и нависает надо мной:

— Не знаю, как у тебя хватило смелости прийти сюда, но послушай меня внимательно, Андрей. Ты никогда не станешь Стражем, даже не мечтай! Слышишь⁈ Ни-ког-да!

Глава 5

Российская Империя. База ордена Стражей недалеко от Санкт-Петербурга.

— Будет здорово, если вы объясните, почему, — говорю я.

— А ты сам не понимаешь? — рычит офицер.

— Нет.

— Как это? Ты ведь уже начинал проходить обучение и провалился! Вот в этом и причина!

До меня доходит, что к чему. Память о жизни прошлого Андрея я изучил не полностью. Она есть в моём разуме, но спрятана глубоко. Воспоминания приходится вызывать осознанно.

Я это сделал специально, когда сливался с памятью из его тела. Чтобы не путаться, где моя жизнь, а где его. Так ведь и до шизофрении недалеко.

Под гневным взглядом офицера я вспоминаю, что прошлый Андрей действительно пытался стать членом ордена год назад. И да, действительно полностью провалился.

Он после подготовительного курса Стражей не смог справиться даже с самыми слабыми монстрами. Для этого ему не хватало ни магических сил, ни бойцовских навыков. С огнестрельным оружием он обращался неплохо, но нельзя полностью полагаться на огнестрел. Не во всех разломах он работает, а против некоторых монстров вообще бесполезен.

Другим курсантам и Стражам-наставникам постоянно приходилось ему помогать, что провоцировало ненужные риски. Это задевало гордость Андрея, и он пытался показать себя, но дважды чуть не погиб в схватке со слабейшими монстрами один на один. Тем самым подставил наставников, которые несут ответственность за жизнь курсантов. На первый раз его простили, а вот на второй выгнали.

— Что молчишь? Как ты вообще посмел сюда явиться и даже не сказать, что уже проходил обучение⁈ — повторяет мужчина.

Встаю и прямо смотрю ему в глаза, а затем, улыбнувшись, отвечаю:

— Понимаете, ваше благородие, недавно я сильно ударился головой и частично потерял память.

— Да ладно? Какую удобную отговорку ты придумал!

— Это правда. Но теперь, когда вы сказали, я вспомнил, что действительно уже обучался здесь.

— Обучался — это громко сказано! — фыркает офицер.

Он возвращается к стеллажу, берёт папку и вновь отыскивает моё личное дело. Прищурившись, начинает читать:

— Физическая подготовка приемлемая, но недостаточная для работы в боевом отряде. Магические способности ниже среднего. Мотивация низкая. Чем дальше читаешь, тем хуже и хуже!

— Всё, что вы сейчас перечислили, уже неактуально, — говорю я.

— Хочешь сказать, ты стал лучше обращаться с магией?

— И да, и нет, — загадочно улыбаюсь я.

Бросив на меня неприязненный взгляд, мужчина продолжает читать:

— Большинство других курсантов отзываются о Звереве отрицательно. Плохо работает в команде, подвергает риску себя и весь отряд. Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Я не дурак.

— Уверен? Давай напомню про порядки: наставники несут за вас ответственность. Если кто-то из курсантов погибает, наставника могут лишить лицензии и выгнать из ордена.

— Слушайте, это всё в прошлом… — начинаю я, но офицер перебивает:

— Дважды чуть не погиб в бою с монстрами первого уровня! Первого!

— Жабопсы это какой уровень? — уточняю я.

— Кто? — хмурится офицер.

— Жабопсы. Похожи на мастифа с кожей, как у земноводного.

— Ты сам, что ли, название придумал? По каталогу они называются костегрызы.

— Тоже подходящее слово. Так какой у них уровень?

— Первый, — бурчит офицер.

— Так вот можете отправить запрос, или как это у вас делается. Ваши ребята наверняка указали в рапорте, что возле разлома в парке встретили гражданского, который спокойно наблюдал за Багровой бурей на улице и затем убил двух монстров.

— То есть снова подверг себя неоправданному риску, — он ловко обращает мой аргумент против меня самого.

— Дело в не этом. Я много тренировался и многое переосмыслил. Я мечтаю стать Стражем, ваше благородие, и не сдамся.

Офицер с хлопком закрывает папку и возвращает её на стеллаж. После этого садится за стол и сцепляет руки в замок.

— Увы, Андрей. Ты в чёрном списке. Мы не возьмём тебя второй раз, так что найди себе другую мечту. Всего хорошего.

Он кивает на дверь, но я не двигаюсь с места. Это уже вопрос принципа. Я не могу позволить обращаться с собой, как с непослушной собакой. Да и что за дурацкие правила? Если человек полон стремления, надо дать ему возможность проявить себя.

Шагаю вперёд и опираюсь руками на стол, нависая над мужчиной так же, как он недавно нависал надо мной.

— Я. Не. Сдамся. Я могу стать достойным Стражем, и я вам это докажу.

— Сомневаюсь, — роняет офицер.

— Не стоит. Скоро вернусь, ваше благородие.

— Как я сказал, ты в чёрном списке, и ничто не заставит меня вычеркнуть тебя оттуда.

— Посмотрим, — улыбаюсь напоследок и направляюсь к выходу.

Итак, претензия ко мне только одна — мой предшественник был слабаком. Но это легко исправить. Точнее, легко доказать, что я больше не слаб.

Спускаясь по крыльцу, вижу, что графский сынок никуда не делся. Зато его подпевалы куда-то пропали. Глянув на меня исподлобья, Виктор следующим заходит в здание. Не передумал, значит. Ну и ладно. Посмотрим, как Стражи относятся к избалованным папенькиным сынкам.

Прогонять с территории меня никто не спешит. Так что медленно иду по тропинке, осматриваясь вокруг в поисках возможностей. Замечаю неподалёку бронированный автомобиль с открытым капотом. Под ним копается механик, а рядом два Стража смотрят в планшет и что-то обсуждают.

Подхожу ближе, делая вид, что разглядываю знамя ордена на флагштоке. А сам подслушиваю разговор.

— После этой бури немного разломов. В городе уже всё зачистили, только по окраинам осталось, — говорит один Страж.

Второй, бородатый, громко прочищает горло и сплёвывает на траву, а потом говорит:

— Задолбало меня по глуши кататься.

— Ну, так если бы ты на улицах аккуратнее работал, не турнули бы тебя из городских отрядов. Кто же посреди Невского из гранатомёта стреляет? Ещё и мимо цели, — отрываясь от планшета, усмехается первый Страж.

— Там виверна была! Попробуй в неё попади, — бурчит бородатый.

— Целиться надо лучше. Ладно, разлом в нескольких километрах к северу. Первый уровень, но засекли высокую активность монстров.

— А какой ресурс у разлома? Может, сам скоро схлопнется?

— Ресурс высокий. Ещё неделю точно продержится, так что надо ехать закрывать.

— Блин… Ладно, пошёл я тогда в арсенал.

— Только гранатомёт не бери! — смеётся Страж, убирая планшет.

Никто из них не обращает на меня внимания. Так что я спокойно продолжаю идти, постепенно ускоряя шаг.

Вот и возможность! Если я первым закрою этот разлом, то докажу, что у меня достаточно сил. Этот Страж сказал, что монстров много, значит, вылазка будет интересной.

Замечательно. Надо только придумать способ, как до добраться до разлома быстрее них.

Снова осматриваюсь, и мой взгляд натыкается на аппетитную женскую попку, обтянутую джинсами. Поднимаю взгляд и вижу, что у обладательницы этой красоты яркие рыжие волосы. Ага, это же та девушка, которую приняли передо мной, Лариса! Догоняю её и преграждаю путь.

Девушка реагирует неожиданно. Резко отскакивает и принимает боевую стойку. Даже узнав меня, не сразу расслабляется.

— Тебе чего, Андрей? — бурчит она.

— Рад, что ты запомнила моё имя. Ты всегда так жёстко реагируешь? Я просто хотел спросить кое-что.

— Окликнуть, что ли, не мог? Выбежал из-за спины, как бандит какой-то.

Не пытаясь оправдаться, спрашиваю:

— Лариса, ты маг?

— Да, а что?

— Сотвори заклинание. Самое сильное, какое можешь. Прямо сейчас, быстрее!

— Зачем? — девушка изгибает аккуратную бровку.

— Сделай, пожалуйста, потом объясню.

— С чего бы мне творить для тебя заклинание? Это что, тест какой-то? — она оглядывается по сторонам.

— Да, и ты его провалила, — усмехнувшись, говорю я.

— Это прикол? Не надо со мной шутить! — Лариса тычет в меня пальцем, а её взгляд становится угрожающим.

— И что ты сделаешь, красотка?

— Поджарю твою задницу до хрустящей корочки. Ты так подкатываешь или что? Хреновая попытка, Андрей!

— Я не подкатываю. Просто искал хорошего мага. Не нашёл, к сожалению, — развожу руками и делаю вид, что собираюсь уйти.

— Ах так! Ты вот это хотел увидеть⁈

Лариса поднимает руки на уровень груди и между её ладоней вырастает огненный шар нехилых таких размеров. Однако! Сила у неё имеется. И это то, что мне сейчас нужно.

— Да. Именно это я и хотел увидеть, — говорю я, хотя взгляд и сползает ненароком на другие шары.

Выпускаю струну и начинаю поглощать заклинание. Медленно, чтобы не напугать девушку. Чувствую, как магия наполняет меня. Мана оказалась очень плотной и чистой. Хороший она маг, с большим потенциалом. Нужно будет поближе с ней пообщаться.

— Ты… что сделал? Как это? — Лариса недоумённо смотрит на то, как её огнешар становится всё меньше.

— Не подпитывай! Мне хватит. Спасибо.

— Что это было? — зелёные глаза девушки расширяются на пол-лица.

— Фокус. Потом ещё покажу. Увидимся! — подмигиваю я и срываюсь с места.

До шлагбаума добираюсь обычным бегом. Но как только покидаю территорию базы, пускаю впитанную ману на ускорение. Несусь так быстро, что еле сам за собой успеваю.

Вот это да, я не ошибся! Мана, которую я поглощал из заклинаний Бульдога и того убийцы, была гораздо слабее. Похоже, что Лариса очень сильный маг, хотя бы в перспективе. Таланта ей точно не занимать.

Бегу на север. Точно не знаю, где находится разлом, но уверен, что смогу его отыскать. Раз вокруг много монстров, они сами меня к нему приведут.

Так и получается. Скоро я натыкаюсь на шестилапого ящера с длинным шипом на хвосте. На ходу пробиваю ногой ему в челюсть, предварительно усилив свое тело. Удар получается настолько сильным, что голова монстра разворачивается на сто восемьдесят градусов.

— Ой. Прости, я не специально… Шучу, специально.

На всякий случай накидываю астральный доспех, и не зря. Как только забегаю в лес, с деревьев на меня бросаются какие-то летающие твари. Выглядят как птеродактили, только размером с орла. Скачу, уворачиваясь от их кривых когтей, и в полёте срубаю монстров струной.

Приходится немного повозиться. Тварей налетело не меньше дюжины, но уже скоро от них остаются лишь раскиданные отдельно друг от друга туши, лапы и крылья.

Продолжаю бежать, уже медленнее. Начинаю ощущать поблизости магические волны, и следую за чувством. Перебив по дороге ещё с десяток разных монстров, нахожу разлом.

Как неудачно он появился, в десяти метрах над землёй. Неудачно для монстров, я имею в виду. Летающим-то пофигу, а вот шестилапым несладко приходится. На земле под разломом ковыляют несколько с переломанными после падения с высоты лапами.

Прерываю их мучения, а затем готовлюсь к тому, чтобы войти в портал. Снимаю с себя ускорение и отправляю ману на усиление тела. Подпитываю астральный доспех и проверяю карманы. Метательные ножи, доставшиеся от убийцы барона, при себе. Жаль, что их всего четыре. С другой стороны, они могут и не понадобиться. Для тварей первого уровня мне хватит и струны, даже одной.

Давно я не был в разломах! От предвкушения аж мурашки по коже.

Отыскиваю взглядом ветку потолще и цепляюсь за неё струной. Подтягиваюсь, отрываясь от земли. Затем раскачиваюсь и с размаху влетаю в портал.

Ну что, повеселимся⁈

Российская Империя. На севере от Санкт-Петербурга. База ордена Стражей.

— Виктор Самойлов, значит. Сын графа Самойлова, — мрачно произносит офицер.

— Так точно, ваше благородие. Сын и наследник, — отвечает Виктор.

— Что же сын и наследник благородного графа забыл в нашем ордене? Знаешь ли, здесь много простолюдинов. Твою честь не оскорбляет то, что придётся плечом к плечу сражаться с безродными?

Ещё десять минут назад Виктор бы презрительно фыркнул и ответил: «Ещё как оскорбляет!» Однако теперь внутри него что-то поменялось.

— Нет, ваше благородие.

— Допустим.

Офицер достаёт из ящика стола документ и приподнимает его.

— Знаешь, что это? — спрашивает он.

— Нет, ваше благородие, — чувствуя себя попугаем, повторяет Виктор.

— Письменное прошение твоего отца о том, чтобы тебя приняли в орден. Он подарил нам две новые бронемашины, кстати. Ты слышал об этом?

Скрипнув зубами, Самойлов-младший отвечает:

— Нет, ваше благородие. Только догадывался.

Офицер вздыхает и откладывает документ.

— Я знаю, кто ты, сынок. Читал про тебя в интернете. Вечеринки, развратные женщины, гонки по ночной столице. Золотая молодёжь, одним словом. Отец, похоже, решил сделать из тебя человека, это похвально. Но орден Стражей — не то место, куда отправляют на перевоспитание. Мы, прежде всего, служим людям.

— Я готов служить! — уверенно заявляет Виктор.

— Правда? Я так не думаю. Видишь ли, я сильно недоволен, что в орден теперь берут за деньги. В моё время Стражами становились только по-настоящему достойные мужчины и женщины. Но времена, увы, изменились.

— Я готов проявить себя, ваше благородие! — настаивает Виктор.

Офицер качает головой и говорит:

— Вот что. Я не позволю тебе проходить обучение и рисковать собой. Будут ещё потом проблемы с твоим отцом, ордену это не надо. Сделаем так: примем тебя на штабную должность. Будешь сидеть за компьютером, проверять рапорты и делать другую бумажную работу. Его сиятельству передашь, что тебя приняли. Всё, свободен.

От злости Виктор сжимает кулаки так сильно, что ногти больно впиваются в ладони. Вот значит как? В него совсем никто не верит! Его не считают мужчиной, который достоин сражаться рядом с другими!

Этот наглый отщепенец Зверев сумел очень сильно зацепить Виктора. И дело вовсе не в том, что он его оскорбил и унизил. Дело в том, что все его слова были правдой.

Самойлов-младший никогда и ничего не делал сам. Начиная с раннего детства у него была куча слуг. Стоило щёлкнуть пальцами, и перед ним появлялось всё, чего бы он ни захотел. Когда он подрос и ощутил себя мужчиной, то узнал, что симпатичные служанки могут не только подавать еду и заправлять постель. Они могут эту постель согревать и доставлять господину любое удовольствие, какое он попросит.

У Виктора было всё, о чем другие лишь мечтали. Деньги, влияние, дорогие машины и брендовые шмотки. Но на самом деле это всё было не его. Это принадлежало его отцу.

Разве много чести в том, чтобы пользоваться плодами чужого труда? Разве есть достоинство в том, чтобы хвалиться достижениями родителя, а самому лишь почивать на лаврах?

Нет. Ни капельки. Зверев ударил по самому больному. И он был тысячу раз прав! Виктор ничего не представляет из себя. Однако теперь он был твёрдо намерен сделать так, чтобы с ним считались. И не потому, что его отец могущественный граф. А потому, что он сам чего-то достиг.

— Отказываюсь, ваше благородие, — подняв подбородок, заявляет он.

— От чего? — офицер поднимает брови.

— От вашего предложения. Требую принять меня на равных с остальными условиях и дать возможность пройти обучение. Я хочу стать настоящим Стражем! Что до машин — я не просил отца этого делать и даже не знал об этом.

Мужчина задумчиво барабанит пальцами по столу и спрашивает:

— Уверен? Послаблений не будет. Титул и происхождение в ордене не играют роли.

— Уверен. Я хочу доказать, что чего-то стою.

Офицер задумчиво наклоняет голову и спрашивает:

— Кому доказать?

Чуть подумав, Виктор отвечает:

— Прежде всего, себе.

В глазах собеседника мелькает уважение. Он благосклонно кивает и говорит:

— Именно это я и хотел услышать, Виктор. Ты принят.

Российская империя. Разлом недалеко от Санкт-Петербурга.

Терпеть не могу разломы, в которых нечем дышать. В этом всё покрыто пеплом и сажей, а в воздухе стоит густой дым, через который почти ничего не видно. Хорошо, что мой астральный доспех очищает воздух, но вот запах он не фильтрует. Такое чувство, будто я запихнул себе в нос сгоревшую вату.

Судя по обрывкам мана-структур, витающих вокруг, мир был уничтожен магическим катаклизмом. То ли какой-то маг доигрался, то ли это результат противостояния очень сильных магов.

Впрочем, теперь это уже не имеет значения. Это лишь осколок мира, его небольшая часть. Чтобы закрыть разлом, мне надо найти его сердце и уничтожить. Не такая простая задача, как может показаться. Сердце порой находится в труднодоступном месте и зачастую охраняется монстрами, которых, кстати, здесь довольно много. Тот Страж на базе не шутил. Активность очень высокая. Все четыре метательных ножа я уже потратил, осталась только струна.

Тем не менее, я медленно продвигаюсь вперёд по скалистому лабиринту. Пару раз мне встретились глубокие обрывы, так что пришлось проявить чудеса эквилибристики. То есть натягивать над обрывом струну и идти по ней.

Очередной птеродактиль пикирует на меня сверху, когда я добираюсь до противоположного края обрыва. Хватаю его струной и пару раз бью о землю, а потом отшвыриваю прочь, как мусор. Достали, блин. Как они только находят меня в этом дыму? Ауру, должно быть, чувствуют.

Повертев головой по сторонам, замечаю какое-то мерцание неподалёку. Напрягаю чувство магии и убеждаюсь — это сердце разлома. Наконец-то нашёл! Провозился я тут довольно долго, так ведь можно и не успеть до прибытия отряда.

Приближаясь к сердцу, слышу раздающееся с разных сторон хлопанье крыльев и урчание монстров. Кажется, они собираются в большую стаю, чтобы атаковать меня все разом. Не такие тупые, значит.

Сердце разлома выглядит так же, как и всегда. Непроглядно чёрная сфера, которая будто впитывает в себя свет. Уничтожить её не так-то просто, даже магией. Но астральной струной — проще простого. Магические эманации, исходящие от него, по ритму напоминают биение сердца. Поэтому оно так и называется.

Подойдя вплотную, чуть не наступаю на скелет. Наклонившись, понимаю, что скелет одет в изорванную форму Стражей. На груди у него амулет с гербом ордена, источающий несильные, но настойчивые магические волны.

Похоже, это блуждающий разлом и когда-то его уровень был значительно выше. Вот только закрыть его не успели. Возможно, это не единственный Страж, который тут умер. Осматриваюсь, не обращая внимания на то, что рычание вокруг становится всё более многоголосым. Рядом нахожу ещё два обглоданных скелета. У них на груди тоже амулеты, а ещё при них находятся автоматы с пустыми магазинами и метательный топор.

Топорик непростой, зачарованный. Надо обязательно его забрать, и амулеты павших тоже. Уверен, это будет воспринято положительно.

Только сначала надо разобраться с этой огромной стаей монстров вокруг. А то, судя по звукам, они решили, что пора нападать.

Изучаю наложенное на топор заклинание. Ух ты, неплохо. Хочется попробовать. Когда сжимаю шершавую рукоять, чувствую, как между нами устанавливается связь. Хозяин оружия мёртв, так что оно сразу признало во мне нового хозяина.

Швыряю топор наугад. Он сверкает красным и летит по дуге, самостоятельно находя себе цель. Слышу характерный звук, с которым сталь вонзается в плоть. Мысленно призываю топор обратно, и он со вспышкой появляется в моей ладони.

Отличная штука! В левой руке — новый топор, в правой — струна. Осталось только объяснить этим монстрам, как сильно они ошиблись с выбором обеда!

Российская Империя. К северу от Санкт-Петербурга. Возле разлома

Выйдя из машины, Стражи занимают позиции вокруг разлома и осматриваются. Вся поляна завалена мёртвыми тварями.

— Что за хрень? Кто их всех перебил? — бурчит боец с позывным Борода и поправляет висящий за спиной гранатомёт.

— Может, они сами друг друга прикончили? — с надеждой спрашивает отрядная лекарша.

— Ну тогда бы хоть кто-то живой остался, а они всё мертвые. Командир, что скажешь? Может, здесь другой отряд проезжал? Увидели все это безобразие, остановились и зачистили тут все.

— Борода, ты видишь кого-нибудь? Не задавай дурацких вопросов. Они бы как минимум оставили отметку в приложении. Сыч, глянь, что там нас ждет в разломе, — отвечает командир Бороде и отправляет мага на удалённое изучение разлома, но тот не успевает подойти к порталу, как оттуда выходит парень.

Он весь покрыт сажей и кровью, держит в руке боевой топор и широко улыбается. Его улыбка кажется особенно белой на грязном лице.

— Привет! А я тут уже закончил.

— Ты ещё кто такой? — хмурится Борода.

— Андрей Зверев. Кандидат в новобранцы ордена.

Как только он это произносит, разлом за его спиной стягивается и исчезает. Стражи растерянно переглядываются, и даже командир стоит молча, не зная, что сказать.

— В общем, задача выполнена. Можете до базы подбросить? — как ни в чём не бывало спрашивает Зверев.

Российская империя. На севере от Санкт-Петербурга. База ордена Стражей

Офицер-кадровик изумлённым взглядом смотрит на амулеты, которые я выложил ему на стол. Переводит взгляд на топор и качает головой.

— Жаль Тимура. Хороший был солдат.

— Я отомстил за него, как положено, ваше благородие, — говорю я.

— Монстрам нельзя отомстить. Выкинь это из головы, понял? Те, кто гонятся за местью, сами долго не живут.

— Так точно. Уже выкинул.

Офицер осматривает амулеты, поднимает взгляд на меня и говорит:

— Спасибо тебе. Амулет каждого Стража связан с его душой. Если не вытащить их из разлома, то души погибших не смогут уйти на перерождение. Ты сделал благое дело, и я благодарен за это.

— Я это не ради благодарности делал.

— Знаю. Ты это ради того, чтобы тебя приняли в орден.

— Так точно, — с улыбкой отвечаю я.

Мужчина вздыхает и садится на стул.

— Пойми меня правильно, я впечатлён. Не каждый может закрыть разлом в одиночку, даже первый уровень. Ты справился отлично и доказал свою силу. Нашим бойцам не пришлось рисковать. Я думаю, что в благодарность за это ты можешь оставить себе топор Тимура. Кстати, имя топора — Кардинал.

— Да, я уже знаю, — киваю я.

— Правда?

— Пока я сражался, мы познакомились, так сказать. Кардинал признал меня своим хозяином.

Офицер, поджав губы, кивает.

— Это хорошо, и говорит в твою пользу, потому что в топоре заключен дух. Неразумный, но у него есть эмоции. Он бы не стал служить человеку с недобрыми намерениями.

Немного помолчав, он продолжает:

— Ладно. Я признаю, ты достойно проявил себя, но я не могу так просто исключить тебя из чёрного списка. Это решение должен принять командор, поэтому идём к нему.

— Идём, — я сразу же встаю.

— Умыться не хочешь? Туалет в конце коридора.

Только машу заляпанной кровью тварей ладонью.

— Не-а, потом. Идёмте.

Собственно, далеко идти не приходится. Мы просто поднимаемся на третий этаж и стучимся в дверь кабинета. Раздаётся хриплый, как рёв медведя, голос:

— Войдите!

Заходим внутрь, и я вижу перед собой командора ордена. Он производит впечатление. Здоровенный, крепкий мужик с лысой головой и покрытым шрамами лицом. Левый глаз отсутствует, вместо него — чёрный камень. Явно артефакт, потому что чувствую, как меня будто бы ощупывают невидимые пальцы.

— Тот самый Зверев? — сухо спрашивает командор.

— Вы уже слышали, Дмитрий Сергеич? Да, тот самый, — отвечает кадровик.

— Конечно, слышал.

Командор Дмитрий встаёт, и я понимаю, что он ростом под два метра. Такого даже монстры боятся, наверное. Он и сам почти как монстр выглядит.

— Значит, ты очень сильно хочешь стать Стражем, — глядя на меня, он не спрашивает, а констатирует.

— Так точно, командор.

— Хм.

Он выходит из-за стола и приближается ко мне.

— Ты вообще понимаешь, что сделал?

— Понимаю. Но я лишь хотел доказать, что достоин стать одним из вас, — говорю я.

Чёрный глаз командора блестит. Он смотрит на меня сверху вниз так, будто хочет раздавить взглядом. Но я спокойно смотрю в ответ, а затем Дмитрий произносит:

— Ответь мне на один вопрос. Ты в одиночку отправился к разлому, проник в него, подверг себя огромному риску и нарушил закон. Ты, правда, думаешь, что после всего этого мы примем тебя в Стражи⁈

Глава 6

Российская Империя. База Стражей недалеко от Санкт-Петербурга.

Голос командора звучит свирепо. Но я уверен, что его вопрос — это лишь проверка. Поэтому, не отводя взгляда, позволяю себе лёгкую улыбку и отвечаю:

— Да, конечно. Думаю, примете.

Командор прищуривается. Чувствую, как чёрный камень на месте его левого глаза изучает меня. Невидимые пальцы будто забираются прямо в голову. Он что, пытается распознать мои эмоции? Похоже на то.

Я мог бы врубить астральный доспех, он легко отсечёт действие артефакта. Но не буду мешать. Пусть Дмитрий Сергеевич увидит, что мне нечего скрывать. Всё, что есть сейчас внутри меня — это твёрдая уверенность в своих словах.

Молчание становится натянутым, как струна. А затем вдруг командор улыбается. Великие звёзды! Никогда не видел, чтобы улыбка выглядела так ужасающе. На его обезображенном лице она выглядит, как ещё один шрам.

— Ты прав, чёрт возьми! Нам нужны такие смелые люди! — хрипло соглашается командор и хлопает меня по плечу.

Твою мать, вот это силища. У меня даже ноги чутка подкосились. И это был всего лишь дружеский хлопок по плечу. Что же будет, если он решит дать кому-нибудь в зубы?

Какой-нибудь дантист озолотится, вот что. Ну, или сразу гробовщик. Если командор усилит удар магией, точно второе. А магия внутри него есть, и мощи в ней гораздо больше, чем в мышцах.

Одним словом, во мне сразу просыпается уважение к Дмитрию Сергеевичу. К его силе, по крайней мере. Видно, что он не штабная крыса и через многое прошел. Таким и должен быть настоящий лидер. А вот какой из него начальник, пока не могу судить.

— Доволен, сынок? — гася свою жуткую улыбку, спрашивает он.

— Конечно, ваше благородие.

— Если уж на то пошло, то ваше сиятельство, — поправляет меня кадровик.

— Лучше просто командор или по имени отчеству. Титул в ордене не играет роли, — отмахивается командор.

— Так вы граф? — спрашиваю я.

— Вообще я князь, но это не имеет значения. Сядь.

— Я могу идти, командор? У меня ещё есть кандидаты, — спрашивает офицер-кадровик.

— Конечно. Спасибо, — кивает Дмитрий Сергеевич.

Остаёмся в кабинете вдвоём. Он садится на стул, который жалобно скрипит под его весом, и смотрит на меня.

— Мне будет интересно посмотреть, что из тебя получится, Андрей. В прошлый раз ты провалился, но теперь ты стал сильнее и доказал своё упорство. Мне по душе эти качества.

— Спасибо, командор.

— Не за что. Единственное, что меня не радует — это твоя склонность к лихачеству. Но ничего, дисциплине мы тебя научим. Ну, или будешь выгребные ямы чистить вместо разломов, если так и не научишься, — на лице Дмитрия Сергеевича появляется намёк на усмешку.

— Нет уж, ямы, это как-нибудь без меня. Мне больше по душе сражаться с монстрами, — улыбаюсь я.

— Иди, готовься. Вот мой первый приказ: завтра до конца дня явиться на базу. С собой личные вещи и оружие, если есть. Всё необходимое выдаст орден. Обучение начинается послезавтра.

— Так точно. Могу идти? — я приподнимаюсь.

— Свободен. Поздравляю с приобретением Кардинала, кстати. Хороший артефакт, прошлому хозяину он верно служил, — Дмитрий Сергеевич кивает на топор, торчащий из-под резинки моих спортивных брюк.

— Отличное оружие. Я уже опробовал его в бою, — похлопываю по обуху топора, и чувствую, как он довольно резонирует магией в ответ.

— А зачем ты его так таскаешь?

— Как так?

— За поясом. Он ведь может исчезать в подпространстве.

— Да? И что для этого надо сделать? — вытаскиваю топор и с удивлением смотрю на него.

— Откуда мне знать? Ты же теперь хозяин, вот и пообщайся. Всё, свободен. У меня дела. Увидимся на обучении.

— Увидимся, Дмитрий Сергеич.

Выхожу в коридор и пытаюсь поговорить с Кардиналом. Не словами, само собой. Это скорее похоже на обмен эмоциями и обрывками мысленных образов, потому что живущий внутри артефакта дух говорить не умеет. Но всё же у нас получается друг друга понять.

Похоже, что пока я не могу убрать топор в подпространство. И делать многие другие штуки, на которые он способен: лететь точнее и дальше, поражать несколько целей за раз и увеличиваться в размерах. И это не всё, если я правильно понял.

Только для всего этого требуется более крепкая связь с душой хозяина, а мы только-только познакомились. Интересно, что будет, если попробовать наполнить Кардинала астральной энергией?

Надо будет попробовать, но потом. Пока что вся энергия, которую я могу использовать, уходит на моё собственное развитие. Артефактный топор — это здорово, но личная сила намного важнее.

В гостиницу возвращаюсь уже поздним вечером. Голодный, как волк, уставший, как собака, но довольный, как слон. Целый зоопарк в моей голове.

Заказываю на ужин шикарное мясное ассорти и кувшин лимонада. Подумав, набираю горячую ванну и ужинаю прямо в ней. Расслабляюсь морально и физически, наслаждаясь сегодняшними результатами.

Прокачался и вернул себе способность ставить астральный доспех. Зачистил разлом, вернул амулеты погибших Стражей и заимел крутой артефакт. Поступил на обучение в орден. Есть что отметить!

Перед сном опять отправляю душу в Астрал, чтобы восстановить все микроповреждения тела и сделать себя ещё немного сильнее. Развитие дара происходит неуклонно, я уже чувствую, как стала сильнее моя душа. Думаю, ещё немного — и я смогу призвать вторую струну.

Во время пробежки следующим утром развиваю не только себя, но и свою связь с Кардиналом. То швыряю его, мысленно приказывая лететь как можно дальше и потом возвращаться. То просто заставляю лететь за собой по воздуху. Заодно проверяю, на что он способен и какая максимальная дальность полёта.

После очередного броска топор не возвращается, а просто падает на землю. Дух внутри него посылает мне чувство недовольства. Устал, типа. Ладно, понятно. Значит, у него тоже есть пределы и использовать Кардинала в бою бесконечно не выйдет. Полезное знание.

После душа и завтрака раздумываю, что мне надо сделать перед отправкой на базу. Решаю, что деньги мне с собой не понадобятся. Возьму немного на всякий случай, а остальное положу в банк под процент. Много за месяц не накапает, но это лучше, чем ничего. Средства должны работать.

Так и делаю. Открываю вклад и вношу туда почти всю наличность. После этого иду по магазинам. Покупаю необходимые личные вещи вроде нижнего белья, зубной щётки, крепкий рюкзак и треккинговые ботинки. Командор сказал, что снаряжение выдадут, но хрен знает, какого оно будет качества. Лучше иметь своё и хорошее.

Рюкзак мне пригодится, чтобы складывать экипировку и добычу в разломах. Ну а качественные ботинки — это необходимость. Вчера, пока я бегал по лесам и внутри разлома, уже успел порвать свои новенькие кроссовки. Не предназначены они для экстремальных условий.

На этом, вроде, всё. Забираю из гостиничного номера трофейный пистолет и запасные магазины, выписываюсь и отправляюсь на базу.

На КПП у меня забирают паспорт, а затем провожают к интенданту, который выдаёт мне серую форму и велит сразу же в неё переодеться. После этого меня отводят в казарму для новобранцев. Внутри уже находится десятка полтора человек, все в такой же серой форме, как и я.

— Всем привет! — громко здороваюсь я.

— Привет, — нестройным хором отвечают курсанты. Кто-то молчит.

Осмотрев ряды кроватей, выбираю себе место возле окна. Вроде никто не успел занять. Когда начинаю располагаться, никто не возражает. Вот и славно.

После меня прибывает ещё несколько курсантов, и одним из последних входит знакомый мне холёный блондинчик. Правда, он успел коротко подстричься и снял все цацки, так что я даже не сразу его узнал.

— Привет, Витёк! — машу ему с кровати.

Встретившись со мной взглядом, он кривится и бурчит:

— Взяли тебя всё-таки.

— Я тоже удивлён, что ты здесь. Неужели подобные спартанские условия подходят для наследника графа?

— Ты наследник графа? — округляет глаза пухлощёкий новобранец.

Самойлов его игнорирует, исподлобья глядя на меня:

— Тебе какое дело, Зверев? Я сам решу, какие мне условия подходят.

— Как скажешь.

— У тебя какие-то проблемы или что⁈ — продолжает заводиться Виктор.

— Нет, у меня всё в порядке. А у тебя? По-моему, тебе не очень-то здесь нравится.

— Ничего, привыкну, — бормочет он и занимает свободную кровать.

Пожимаю плечами. Мне вообще-то без разницы. Просто любопытно, что он здесь делает. Я и правда думал, что даже если Самойлова возьмут, то на какое-нибудь отдельное тёплое местечко.

— Господа курсанты, смирно! — раздаётся жёсткий голос, и в помещение заходит высокий Страж.

О, я его знаю. Это же тот самый, которого я встретил возле разлома в парке. Но разве он не член оперативного отряда? Походу, совмещает должности.

Все, включая меня, поднимаются и встают возле кроватей. Страж хмуро оглядывает нас и рявкает:

— Я сказал, смирно! Встать ровно, руки по швам, взгляд вперёд. Выполнять!

Какой он строгий. Во мне сразу же просыпается желание забить на приказ и лечь обратно. Но решаю смириться. Это же всего на месяц, а потом свободы у меня будет сколько угодно. Чтобы получить лицензию на охоту, надо пройти обучение. Да и вообще, учиться — полезно. Вполне вероятно, что земляне обладают какими-то особыми навыками в зачистке разломов, которые мне неизвестны.

Капитан оглядывает нас и качает головой, а затем говорит:

— Меня зовут Герман Радов, я капитан ордена Стражей и с этой минуты ваш непосредственный командир. Все мои приказы выполняются без обсуждений и немедленно. Обучение будет жёстким, потому что мы будем учить вас сражаться и выживать. Все, кто не будет справляться, сразу же отправятся домой! Вопросы есть?

— Никак нет! — первым отвечаю я, и остальные подхватывают за мной.

— Отлично. Нале-во! На улицу бегом марш. Построиться в шеренгу перед казармой. Быстрее, быстрее! — кричит Радов.

Громко топая ботинками, наш отряд оказывается на улице. Как назло, начинается мелкий дождик. Зонтики, само собой, нам никто не предлагает, так что приходится мокнуть.

Несколько минут ждём, пока капитан не выходит следом за нами.

— Стоите? Молодцы. Теперь побежали. Напра-во! За мной бегом марш.

— А куда бежим, командир? — спрашивает кто-то.

— Что я говорил, курсант⁈ Приказы выполняются без обсуждений. Но так и быть, на первый раз отвечу: бежим отсюда и до утра! За мной!

— Надеюсь, он шутит, — бурчит парень впереди меня.

— Думаю, что нет, — с усмешкой отвечаю я и оказываюсь прав.

Мы действительно бегаем до самого рассвета. Сначала вокруг базы, затем по полю, потом обратно и снова вокруг базы. Время от времени переходим на шаг, но ни разу не останавливаемся. Тех, кто уже не может двигаться, приходится тащить на себе. Это не учебка и не служба в армии, тут никто не будет делать из обычного человека Стража. Сюда приходят уже те, кто подготовился и хочет стать Стражем. Так что забег до утра, это вполне себе нормальный марш-бросок.

Капитан на практике показывает нам, что обучение действительно будет суровым. И правильно делает. Я вообще не против — превосходить собственные пределы это же высочайшее удовольствие!

В казарму возвращаемся утром, еле передвигая ноги. Я единственный улыбаюсь, потому что за ночь успел нехило прокачаться. Бег — медитативное состояние, отлично подходит, чтобы развивать свой астральный дар.

Замечаю, как к казарме напротив плетётся отряд девушек. Видимо, у них тоже был ночной забег. Замечаю среди них свою знакомую Ларису, но не успеваю насладиться видом её стройной фигуры, как возле уха раздаётся голос командира:

— Зверев!

— Я.

— Остались силы на девушек смотреть? Может, ещё кружок вокруг базы?

— Запросто, капитан.

Радов цокает языком и говорит:

— Хвалю за стремление. Но на сегодня хватит с тебя. Курсанты, построиться!

Встаём в шеренгу. Герман проходит мимо строя и тычет пальцем в двух парней.

— Ты и ты! Собрать вещи и покинуть базу. Ваше обучение закончено.

Один без слов волочит ноги в казарму, а второй возмущается:

— Почему, капитан⁈

— Потому что я так решил. Ты не подходишь, и это не обсуждается.

Так наши ряды сразу становятся меньше. И мы в очередной раз понимаем, что насчёт суровости обучения это была не шутка.

Следующие несколько дней проходят в непрерывных тренировках. Нас муштруют, ежедневно «выжимают все соки» на спортивной площадке и учат обращаться со всеми видами огнестрельного оружия: от пистолетов и автоматов до снайперских винтовок и дробовиков. Для меня полезно, потому что в Аркелиме огнестрела не было, а я хочу его освоить.

У меня отлично получается, на стрельбах я показываю лучший результат. Самойлов, кстати, тоже хорошо стреляет, отставая от меня совсем немного.

После этого мы проходим курсы вождения. Тоже разный транспорт: от мотоциклов до грузовиков. Основная машина ордена — это броневик с десантным отсеком на шесть человек. Но бывают случаи, когда нужно быстро добраться до труднодоступного разлома, и тогда пригодятся внедорожные байки или квадроциклы. А бывает, что на закрытие разлома требуется целая армия, так что приходится отправляться на грузовиках.

Большинство занятий проходят совместно с женским отрядом. Но пофлиртовать с девушками некогда. Тем более, что большинство из них не очень-то настроены кокетничать. Даже будущие целительницы — весьма суровые барышни. Оно и понятно, любительницам розовых платьиц в ордене не место.

Теория тоже есть. Нас знакомят с разновидностями монстров, с особенностями условий, которые могут встретиться в разломах. И с тем, как им противостоять, само собой.

Обычно на теории я скучал, потому что большинство из этого уже знал благодаря опыту прошлой жизни. Только убедился, что в местных разломах для меня нет ничего необычного.

Но одно из занятий оказывается весьма интересным. Женщина-Страж объясняет нам, как подготовиться к зачистке разлома:

— Если в отряде есть маг, то он должен приблизиться к порталу и применить специальное изучающее заклинание. Те, из вас, кто владеют магией, будут обучены этому заклинанию.

Киваю, вспоминая, как видел такое в парке. Маг поддержки какое-то время повозился у разлома, прежде чем штурмовики отправились внутрь.

— Случается такое, что мага в отряде нет. Тогда вам пригодится это, — женщина поднимает прибор с экраном и двумя толстыми антеннами.

Она позволяет нам посмотреть на устройство, а потом начинает объяснять, что к чему:

— Это называется АР-4. Анализатор разломов четвёртой версии. Он работает на специальных кристаллах, поэтому улавливает магические волны. По показаниям прибора вы определите, какие монстры и опасности вас будут ожидать в разломе у входа, и сможете подготовиться.

Ого, а это классная штука. Хочу себе такую. Потому что магией я не владею в должной мере и бегать в составе отряда вряд ли буду. Как только получу лицензию, надо будет обязательно приобрести себе такой АР-4.

Так что на этот раз внимательно слушаю, что говорят на лекции и даже конспектирую.

В один из дней оба отряда выводят на стадион и объявляют, что сегодня будут проходить спарринги между курсантами.

— Разрешите вопрос, капитан, — говорю я.

— Разрешаю, — благосклонно кивает Радов.

Он стал весьма хорошо ко мне относится после нескольких дней обучения, потому что я показываю впечатляющие результаты и не спорю с приказами. Хотя порой понимаю, что они определенно ошибаются. У меня все-таки опыта по зачистке разломов намного больше. Вот только этого им знать не нужно, поэтому я просто молчу.

— Мы ведь будем сражаться с монстрами. Зачем нам спарринги? — спрашиваю я.

— Объясняю, Зверев. Во-первых, вы должны научиться не бояться схватки и держать удар. Пока не почувствуешь, что значит получить ботинком в лицо, никогда не научишься.

«Разумно», — соглашаюсь про себя. Герман тем временем продолжает:

— Во-вторых, во время спаррингов вы будете использовать не только руки и ноги, но и холодное оружие. Огнестрельное работает не во всех разломах и не всех монстров можно им поразить. Булава или меч надёжнее. Особенно если зачарованы. В-третьих, с людьми вам тоже, может быть, придётся сражаться.

— С кем? — встревает Самойлов.

— С браконьерами, например. Есть те, кто готов незаконно поживиться в разломах и ради этого даже убить вас, — мрачно объясняет Радов.

Неприятная, но необходимая информация. Впрочем, я и так понимал, что кроме Стражей должны быть и другие желающие лезть в разломы с менее благородными целями, чем защита людей.

Приступаем к спаррингам. Сначала на кулаках, где запрещено использовать оружие и магию. Так что обхожусь без струны и доспеха, но всё равно уделываю оппонента за несколько ударов.

Следующим против меня выходит Виктор. Ну, посмотрим, из чего сделан графский наследник. В прошлый раз мы так и не смахнулись, только на словах пободались.

Оказывается, что Самойлов далеко не тюфяк. Кое-что все-таки продемонстрировал, но, понятное дело, даже попасть по мне не смог. Хотя надо признать, парень имеет определенный опыт не только в боях с учителем, но и практиковался за пределами тренировочного зала. Молодец.

— Зверев, Самойлов! Продолжайте! — приказывает капитан.

Не вопрос, продолжаем. На этот раз Виктор действует осторожнее. Наносит отвлекающие удары, готовя мощную нокаутирующую атаку. Опыта в драках мне не занимать, так что легко раскусываю его план. Делаю вид, что выдохся и позволяю ему реализовать свой замысел. Ну, почти позволяю.

В последний момент уворачиваюсь от летящего в челюсть кулака. Отличная попытка, Самойлов! Держи ответку!

Виктор падает на землю и ненадолго теряет сознание. А когда приходит в себя, я подхожу к нему и подаю руку со словами:

— Ты всё грамотно сделал. Хороший спарринг.

Самойлов недоверчиво смотрит на мою руку, но потом хватается за неё и встаёт.

— Хороший, — согласно бурчит он.

— Знаешь, я стал о тебе лучшего мнения, — честно признаюсь я.

— С чего это?

— Ты не такой неженка, как я думал. Или, по крайней мере, хочешь перестать им быть.

— Угу. Спасибо. Ты тоже не такой говнюк, каким я тебя считал. И даже иногда мозг включаешь. Правда, редко, но это уже прогресс.

— Закончили друг друга облизывать? Продолжаем! Самойлов, вставай с Куроедовым! Зверев, бери дубинку и на третью площадку! — приказывает капитан.

— Так точно! — отвечаем одновременно с Виктором.

Хм. Как интересно. Похоже, что наследничек и правда не такой уж плохой парень. Возможно, у нас даже получится подружиться.

Когда спарринги заканчиваются и мы идем на обед, он снова подходит ко мне и говорит:

— Слышь, Зверев. Я, это… хочу извиниться.

— За что? — уточняю я.

— За то, как вёл себя при нашем знакомстве. Это было недостойно. Нельзя было говорить, что ты позоришь титул дворянина, — объясняет Самойлов.

— Ну что ж, извинения приняты. Спасибо. Думаю, тебе было непросто сказать эти слова.

— Да, ты прав, — усмехается Виктор.

Наше обучение продолжается. Две недели пролетают незаметно, и после них каждому из нас назначают специальность в зависимости от талантов, склонностей и результатов. Меня определяют в штурмовики, Виктор становится стрелком-водителем. По факту, он универсальный боец — потому что и стрелять научился неплохо, и магией тоже владеет. Но вождение и знание автомобилей действительно его сильная сторона.

Слышал я, что раньше Самойлов любил гонять на предельных скоростях по ночному Петербургу. Поэтому с машиной управляется умело. Хоть что-то полезное он вынес из своего мажорского поведения.

На следующий день после распределения наступает Багровая буря. В этот раз она случается ночью.

Ещё за несколько минут до её начала звучит сигнал тревоги. Капитан Радов забегает в казарму и приказывает:

— Отряд, боевая готовность!

Мы молча вскакиваем с кроватей и одеваемся. После двухнедельной муштры нам на это требуется меньше минуты. Полезный навык, между прочим.

Ещё до того, как буря кончается, нам выдают снаряжение. Как штурмовику, по уставу мне положены тяжёлый бронежилет, автомат с подствольным гранатомётом и холодное оружие на выбор. От брони и холодного оружия отказываюсь, у меня свои имеются. Автомат и боеприпасы беру.

Строимся на улице. Мужской и женский отряд друг напротив друга. Девушки снаряжены гораздо легче, чем мы. Штурмовиков среди них вовсе нет, в основном бойцы поддержки, целительницы или боевые маги.

Радов встаёт между нами. За его спиной на небе угасают багряные всполохи. Слышно, как вся база стоит на ушах. Стражи готовятся к выезду, потому что опасные разломы надо закрывать как можно быстрее, чтобы не пострадали люди.

Хотя, если уж честно, наша база далеко от Петербурга, а в городе хватает своих отрядов. Посёлки и важные государственные объекты надо защитить, конечно. Но есть не менее важная задача. Успеть зайти в разломы, где есть ценные ресурсы и забрать их.

Радов закладывает руки за спину и объявляет:

— Внимание, курсанты! У вас пробный выезд. Оба отряда, мужской и женский, будут распределены на группы. Вы передаётесь под командование оперативных командиров и будете выполнять поставленные перед вами задачи. Вопросы есть?

— Никак нет! — слаженно отвечают все.

Вижу, что другие курсанты волнуются. Ну а мне наоборот, не терпится скорее приступить к практике. Соскучился я по разломам. Надеюсь, что задание будет именно боевым. Потому что, если просто добыча, мне от неё ни крохи не достанется, обидно будет. Хотя я же штурмовик, меня почти наверняка отправят в бой.

Бегом отправляемся к шлагбауму, и там нас уже разбивают на несколько групп. Рыжая Лариса оказывается со мной в одной группе.

— Привет, красавица, — говорю я, садясь рядом с ней в броневик.

— Здравствуй. Снова будешь фокусы показывать? — спрашивает она.

— Могу не только фокусы, если хочешь.

— Ты на что это намекаешь, Зверев? — возмущается Лариса, и в глазах у неё натурально начинают плясать огоньки, а от тела исходит жар.

— Ого, какая ты горячая, — улыбаюсь я.

— В каком это смысле?

— Во всех.

— Эй, курсанты. Потом заигрывать будете. Сосредоточьтесь, мы едем к разлому, — приказывает командир группы.

— Какая у нас задача? — спрашиваю я.

— Контроль периметра. Не давайте монстрам отойти далеко от разлома, прикрывайте товарищей и старших Стражей. Без команды в бой не вступать. Если почувствуете, что не справляетесь — не стесняйтесь звать на помощь. Зверев, тебя касается!

— Есть звать на помощь, если не буду справляться! — ответил я и подумал, что скорее уж они не справятся, чем я.

До разлома добираемся быстро. Он оказывается гораздо больше, чем те, что я видел в этом мире до этого. Начинается от самой земли и заканчивается в пяти метрах над ней. Мерцает оттенками красного, и это ясно говорит, что перед нами не первый уровень.

— Твою мать, — цедит командир.

— Что-то не так? — спрашиваю я.

— Сам не видишь? Аналитики доложили, что здесь первый уровень. Но перед нами, как видишь, второй. Пока что.

Понятно. Говоря научным языком, нестабильный разлом с тенденцией к расширению. Это и правда хреново, потому что из таких может вылезти что угодно. Да и внутри обычно творится такое, что недостаточно сильные отряды редко возвращаются без потерь.

А ещё — я чувствую, как от разлома исходит энергия Хаоса. Пока что слабенько, но всё сильнее с каждой секундой. И тянется, зараза, своими щупальцами прямо ко мне. Приходится взять её под контроль.

Вокруг разлома уже бегает несколько довольно крупных монстров. Они замечают нас и бросаются в атаку.

— Группа, к бою! Курсанты, контролировать периметр! — звучит приказ.

Вступаем в бой. К сожалению, мне почти не удаётся в нём поучаствовать. Даже струной не успел воспользоваться. Так, выпустил пару очередей в монстра, но его тут же добили заклинанием.

Когда становится тихо, командир приказывает:

— Гром, проверь, что там. Только осторожнее.

Маг поддержки кивает и направляется к разлому вместе с двумя бойцами. Мы с Ларисой отходим в сторону. Она в нетерпении щёлкает пальцами, высекая искры. Чувствую, как в ней бурлит готовая к действию мана. Да и самому не терпится нормально подраться.

Не успевает Гром применить изучающее заклинание, как портал вдруг ярко вспыхивает и становится ещё больше. Так, похоже, это только что стал третий уровень. Опасно даже для опытных Стражей.

В отблесках переливающегося портала вижу, как вытягивается лицо Грома. Отступая от разлома, он во весь голос кричит:

— Всем назад! Курсантов на базу, вызывайте подмогу!

— Что там? — спрашивает командир.

— То, с чем мы вряд ли справимся…

Глава 7

Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга.

Стражи отступают от портала. Маги накрывают всех защитными сферами, стрелки занимают позиции. Вспыхивают подготовленные боевые заклинания.

— Курсанты, в машину! — приказывает бегущий к броневику водитель.

Кто-то сразу подчиняется приказу. Я не тороплюсь. Мы с Ларисой переглядываемся. Похоже, она видит решительность в моих глазах так же, как и я в её. Она мотает рыжей головой и кричит:

— Командир, позвольте остаться! Мы можем помочь.

— Отставить! Быстро в машину! Для вас тут будет слишком жарко, — раздаётся в ответ.

Блин, что за дурацкие порядки? Понимаю, жизнями курсантов рисковать нельзя. Но мы уже подготовлены и действительно можем помочь. Я и Лариса точно будем полезны, ведь у неё большая сила, а у меня многовековой опыт. Командир об этом не знает, конечно. Но если нас увезут, отряд лишится не только поддержки, но и одной из машин. А у неё на крыше крупнокалиберное орудие. Оно здесь тоже лишним не будет.

Блин, и что мне делать? Ослушаюсь приказа — могут выгнать, теперь уже без шансов вернуться. Не ослушаюсь — буду винить себя за то, что не помог хорошим людям в бою и пропустил такое веселье.

— Выполнять, мать вашу! — ревёт командир, бросая на меня разъярённый взгляд.

Затем он отворачивается и отдаёт приказы своим. Маги по его команде накладывают на портал заклинание, которое должно немного задержать стремящихся наружу монстров.

Остальные курсанты уже внутри броневика, свободны только два кресла. Как раз для нас с Ларисой.

— Давайте быстрее! — кричит один из наших, размахивая руками. Его глаза полны ужаса.

Матерясь сквозь зубы, Лариса быстрым шагом идёт к машине. И тут я, следуя внезапному порыву, натягиваю у неё на пути невидимую струну. Девушка спотыкается и едва не падает. Я вовремя оказываюсь рядом и успеваю её поймать.

— Ты как? Ногу подвернула? — нарочито громко спрашиваю я.

Рыженькая смотрит на меня большими глазами. А потом до неё доходит:

— Да! Не могу идти!

— Чего вы там копаетесь⁈ — орёт перепуганный курсант.

Поднимаю Ларису на руки.

— Только не лапай меня, — бурчит она.

— Попробую удержаться, но ничего не обещаю.

Делаю вид, что тороплюсь к броневику, а на самом деле нет. Поглядываю в сторону разлома, из которого вот-вот кто-нибудь вылезет.

Ну же! Где хоть один монстр? Когда не надо, вы из всех щелей лезете, а в нужный момент…

Оказываюсь возле машины, в тот момент, когда блокирующее заклинание наконец-то рушится. Из разлома выскакивает тварь, похожая на пантеру с шипами на спине. Превосходно, эта киса — то, что мне нужно!

Мигом ставлю Ларису на землю и выпускаю струну. Стражи не успевают поразить пантеру, потому что я хватаю её и резко тяну к себе. Судя по морде твари, она весьма удивлена внезапному полёту.

— Не стрелять в неё! Курсантов зацепите. Держать портал! — звучит приказ командира.

— Мы сами справимся! — отвечаю я.

Срываю с пояса Кардинала и швыряю в монстра. Топор вонзается ему точно промеж глаз, а через мгновение возвращается ко мне в руку. Тварь оказывается живучей, но в следующую секунду её добивает Лариса. С её руки срывается тонкая струя огня, которая проникает точно в рану и сжигает голову пантеры изнутри. Впечатляющее зрелище.

Следом из разлома выпрыгивает ещё несколько таких же пантер. Видя гибель соплеменницы, они уже сами бросаются в мою сторону. Этого-то я и добивался. Парочку монстров Стражи убивают по пути, но остальные прорываются к нам. Уж очень они быстрые, даже без моей помощи.

В качестве эксперимента пускаю в них снаряд из подствольного гранатомёта. Одна кошка падает замертво, вторая орёт от боли и пытается сбежать. Лариса догоняет её огненным шаром. Оставшихся я атакую струной, подсекая им лапы.

Разлом тем временем порождает новых врагов, и Стражам становится не до нас. Слышу рык командира:

— Курсанты, рассредоточиться! Держать оборону. Если кто-то из вас погибнет — верну с того света и убью ещё раз!

— Так точно! — радостно отозвался я.

Остальные новобранцы явно не слишком рады, что придётся принять бой. Не понимаю их реакцию, нас ведь именно к такому готовят. Да, первое сражение может им показаться сложным. Зато уникальный опыт и возможность как следует проявить себя!

Монстров прибывает всё больше. Грохот выстрелов уже не смолкает, вспышки заклятий мелькают почти непрерывно. Мне хочется броситься в гущу боя, но приходится следовать приказу. Держусь в тылу, постреливая из автомата и стегая струной тех, кто пытается пробиться к курсантам.

Кроме пантер, появляются и другие твари. Ловкие змееподобные существа, которые по каталогу ордена называются слепаками. Слепаки размером с лошадь, покрыты чешуей, от которой рикошетят пули, и швыряются магией Хаоса. А называются так потому, что у них нет глаз, и ориентируется они с помощью телепатии.

Но самое опасное в них даже не это. А то, что слепаки обычно следуют за змееглавом. Змееглав же — крайне опасная тварь. Только условно является монстром третьего уровня, по факту его можно приравнять к четвёртому.

Чёрные молнии слепаков бьют по защитным сферам магов, и на моих глазах поражают одну из наших машин. Пушка броневика резко замолкает, из-под капота вырывается дым. Бросаюсь к ней, собираясь вытащить раненый экипаж, но не успеваю. Машина взрывается, на несколько мгновений освещая поле боя оранжевым заревом.

Вот дерьмо. Такое мне уже не нравится. Плевать на приказ, пора сразиться по-настоящему!

— Я пустой! У кого есть патроны? — в панике вопит курсант.

Струной цепляю один из своих магазинов и отправляю ему. Вкладываю прямо в руку.

— Не благодари.

Очередная молния летит прямо в меня. Выпускаю струну, но не поглощаю заклинание. Просто перехватываю и отправляю обратно в слепака. Змеюка получает собственный заряд прямо в морду и бьётся в конвульсиях. Командир отряда добивает её булыжником, он у нас владеет магией камня.

Бой продолжается. Всех пантер уже прикончили, последнюю сожгла Лариса. Слепаки ещё остались. Похоже, что змееглав сегодня не появится.

А, нет. Вот и он. Они, точнее — два трёхметровых прямоходящих монстра с человеческими телами, покрытыми чешуёй. Мышцы накачанные, как у минотавров, только вместо бычьей головы змеиная.

Змееглавы в окружении огромной стаи новых слепаков бросаются в атаку. Выпускают залп из чёрных молний, и я понимаю, что если он накроет Стражей, то не всем удастся выжить.

Отбрасываю автомат и захватываю как можно больше астральной энергии. За время обучения в ордене я не только научился стрелять. Я успел немного развить силу своей души! И у меня теперь две струны!

Двумя струнами я отбиваю уже больше вражеских молний. Оставшиеся отражают маги отряда, поэтому никто из наших не погибает под залпом.

Чувствую, как вспыхивает метка Пожирателя внутри меня. Действует как приманка для монстров — они все, не сговариваясь, кидаются в мою сторону. Слепаков со всех сторон поливают пулями и заклинаниями, одного змееглава берёт на себя командир отряда. Но со вторым, так или иначе, придётся сражаться мне. Отлично, я только за!

Самая противная способность змееглава — проклятия. Используя энергию Хаоса, он умеет ослаблять людей физически и даже вытягивать ману. Очень опасный соперник для магов. А учитывая молниеносную реакцию и непробиваемую чешую, змееглав опасен и для всех остальных.

Для третьего уровня — чрезвычайно сильная тварь. Но для меня — просто хорошая разминка.

Проклятия без толку бьют по моей астральной броне. Змееглав несётся вперёд, не замечая огненный шар Ларисы, который врезается ему в бок. Натягиваю на пути монстра струну. Он спотыкается, но, перекатившись через голову, опять оказывается на ногах.

— Зверь, беги! — кричит Лариса.

Ага, конечно. От такой махины всё равно не убежишь. Да и не в моих это правилах — показывать спину врагу.

Одной струной опутываю ноги змееглава и роняю его на землю. Второй струной намереваюсь разрубить его змеиную башку. Но монстр резко дёргается в сторону, и я рублю только землю.

Эта гадина каким-то образом чувствует мою струну. И у неё хватает реакции, чтобы увернуться. Несмотря на связанные ноги, продолжает ползти, одно за другим насылая на меня проклятия. Вот же настырный урод!

Продолжаю хлестать струной, а змееглав продолжает уворачиваться. Несколько раз попадаю, оставив глубокие порезы. Но этого мало. Кардинал тоже не может попасть по монстру. Ладно, тогда сделаем по-другому!

— Лариса, заклинание! — выкрикиваю я.

Она создаёт в ладони пламя, из которого я тут же выкачиваю ману. Применяю её на ускорение и усиление тела. Бросаюсь к змееглаву. Легко увернувшись от его попыток схватить меня, запрыгиваю на спину монстра. Чувствую, как он непрерывно поливает меня проклятиями, но астральная броня выдерживает.

Хватаю монстра за челюсть и заставляю распахнуть пасть. Бросаю быстрый взгляд на Ларису:

— Давай!

Девушка не медлит. Отправляет в горло твари неактивное заклинание огненного шара, не разрывая при этом связь с заклинанием. Я заставляю монстра захлопнуть пасть, а Лариса активирует заклинание, добавив перед этим солидную порцию маны, и тот взрывается внутри змееглава.

Тем временем к нам тоже прибывает подмога. Ещё два броневика и грузовик, набитый Стражами. Они немедленно вступают в бой. Во главе подкрепления — капитан Герман Радов, который сразу же бросается в гущу сражения.

Он не владеет магией, но вооружился двумя зачарованными мечами. Оба клинка окутаны слепящим белым пламенем и легко отражают заклинания монстров.

Герман нападает на второго змееглава. Проклятия монстра рассеиваются в полёте, не добираясь до капитана — похоже, что пламя мечей способно разрушать тёмную магию. Уже очень скоро труп змееглава падает на землю, покрытый дымящимися ранами.

Но бой ещё не окончен. Несколько Стражей оказываются окружены. Кажется, что им конец, но тут в ряды тварей врезается броневик.

Кости слепаков хрустят под колёсами, и наши бойцы вырываются из окружения. А вот броневик не успевает уйти. Несколько чёрных молний рушат его магическую защиту, следующие пробивают капот и лобовое стекло. Броневик, кашлянув напоследок двигателем, застывает на месте.

Тут я замечаю, кто за рулём. Это же Виктор! Рядом с ним оператор орудия, но его задело молнией и стрелять он не может. Бросаюсь на помощь Самойлову.

Только он и сам не теряет времени даром. Сначала выставляет перед машиной магический щит, в который сразу врезается несколько молний. Затем, сдвинув раненого оператора, занимает его место. Пушка на крыше броневика поворачивается и выпускает длинную очередь по наступающим тварям, срезая их, как будто косой. Я перехватываю несколько молний, летящих в Виктора, для этого пришлось оставить только одну струну, но максимально ее удлинить, а Самойлов расстреливает последних монстров.

Несколько минут спустя становится тихо. Раздаются только стоны раненых и мерное гудение портала.

Радов гасит пламя на своих мечах и приказывает:

— Раненых и курсантов на базу! Остальные — за мной. Надо как можно скорее закрыть этот разлом.

— Разрешите с вами, — говорю я.

— Отставить. Вы уже и так помогли.

Он смотрит на убитого мной и Ларисой змееглава. Удовлетворённо кивает и произносит:

— Благодарю за отвагу. Дальше справимся без вас. Помогите с ранеными.

— Так точно, — скрывая недовольство, отвечаю я. А ведь так хочется прокачаться в реальном бою с монстрами еще больше. Ладно. Осталось еще немного и станет попроще с тренировками.

Уже скоро мы оказываемся на базе. Относим раненых в госпиталь, сдаём оружие и заходим в казарму. Спать совсем не хочется, мы оживлённо обсуждаем произошедшее.

— Зверь вообще зверюга! В одного змееглава убил! — восхищается кто-то.

— Ну не в одного, вообще-то, мне Лариса помогла, — пожимаю плечами.

У остальных не так много поводов похвастаться, хотя в целом все проявили себя. По крайней мере, никто не струсил и сражался до прибытия подмоги с командором во главе.

Виктор единственный не участвует в разговоре. Подхожу к нему и хлопаю по плечу.

— Чего молчишь? Ты вообще-то поступил, как настоящий Страж.

— Да-а, — как-то рассеянно отвечает он.

— Что-то не так? — спрашиваю.

— Всё в порядке. Просто, знаешь, я впервые сделал что-то полезное.

— Не просто полезное. Ты нескольким людям жизнь спас.

— Никак не могу уложить это в голове. Кажется, будто это кто-то другой сделал, — Виктор смущённо улыбается.

— Так и есть, — соглашаюсь я.

— В смысле?

— Ну, за эти две недели ты стал другим человеком. Можешь гордиться. Я вот тобой горжусь. Не каждый бы так рискнул, спасая других.

Самойлов встаёт и крепко пожимает мне руку, глядя в глаза.

— Спасибо, Андрей. Для меня это много значит.

— Пожалуйста. Я же не просто так тебя хвалю.

— Курсанты, смирно! — в казарму неожиданно входит капитан Радов. Он весь покрыт кровью монстров, но всё равно выглядит довольным.

Строимся, и Герман, обведя нас взглядом, объявляет:

— Хочу сообщить, что тот разлом успешно закрыт и отряд вернулся без потерь.

— Ура! Ура! Ура-а! — громко и четко отвечаем мы на эту новость.

Герман улыбается и добавляет:

— Вы все молодцы. Теперь отбой! Побудка по расписанию.

Утром нас всех, и курсантов, и полноправных Стражей, собирают на плацу. Дмитрий Сергеевич встаёт перед строем и говорит:

— Вчерашняя Багровая буря была необычайно сильной. Нам всем пришлось, как следует потрудиться, и ещё предстоит закрыть оставшиеся разломы. Это была тяжёлая ночь. Но мы снова выстояли и победили! Пока есть орден Стражей, простые люди могут спать спокойно!

Кто-то издаёт торжествующий возглас, и его подхватывают все остальные. Командор поднимает руку, призывая к молчанию, и продолжает:

— К сожалению, из нескольких разломов не все вернулись живыми. Мы вместе скорбим о павших и будем помнить их, как героев. Все, кто погиб этой ночью, погибли с честью. Все, кто выжил, продолжат их дело и не позволять забыть подвиг мёртвых.

Командор обводит ряды своим жутким взглядом и задерживается на мне.

— Я особенно рад признать, что наши курсанты проявили себя более чем достойно. Вы прошли боевое крещение, и я уверен, что все из вас дойдут до конца обучения и станут достойными Стражами. Однако я бы хотел особенно выделить нескольких из вас. Зверев, Самойлов, Темникова! Шаг из строя!

Я, Виктор и Лариса выходим вперёд.

— За проявленные в бою смелость и великолепные умения объявляю вам личную благодарность.

Это прозвучало коротко и суховато, но я понимаю, что Дмитрий Сергеевич похвалами не разбрасывается. Тем более что мы действительно выделились в схватке.

— Рады стараться! — в голос отвечаем мы трое.

— Служу ордену! — добавляет Виктор.

— Вернуться в строй, — приказывает Дмитрий Сергеевич.

Мы шагаем обратно, и командор объявляет:

— Я горжусь всеми вами. Теми, кто уже давно служит ордену, и теми, кто лишь готовится стать одними из нас. На этом закончим. У всех нас много работы. Разойдись!

Все люди на плацу приходят в движение. Стражи отправляются на выезды, закрывать разломы, которых ещё много осталось после бури. Ну а мы, курсанты, отправляемся на спортивную площадку. Пробный выезд получился ярким, но это не значит, что нам теперь дадут поблажки. Обучение продолжается.

Российская империя. База ордена Стражей недалеко от Санкт-Петербурга. Кабинет командора.

— А ведь буря и правда была сильнее, чем обычно, — говорит капитан Радов, потирая подбородок.

— Время от времени такое случается, — бурчит командор.

— В последнее время всё чаще. Если раньше разломы третьего уровня открывались раз в год, то теперь как минимум раз в три месяца. Я уж не говорю о том, что стало больше нестабильных и аномальных.

— Не нагнетай обстановку, Герман, — говорит Татьяна, капитан-целитель ордена, наливая всем чай.

— Я не нагнетаю. Говорю как есть. Это нельзя игнорировать, — хмурится Радов.

Командор вздыхает и садится за стол. Татьяна протягивает ему чашку, и тот благодарно кивает в ответ. Пригубив горячий напиток, он отвечает:

— Мы ничего не можем с этим сделать. Я уже не раз докладывал императору, но что толку? Лучшие маги как не могли понять природу Багровых бурь, так и не могут. Да и вообще, не наше дело в этом разбираться. Мы просто будем продолжать закрывать разломы, как раньше.

— Согласна, — говорит Татьяна, усаживаясь.

Радов кривится и мотает головой, а затем произносит:

— Я тоже согласен. Но мы несём потери, даже несмотря на то, что стали проводить набор курсантов четыре раза в год. Нас становится всё меньше, командор!

— Зато среди нас появляются те, кто может сильно изменить расклад сил. Взять этого Андрея, например. Он может стать невероятно сильным Стражем, поверь мне, — говорит Дмитрий.

— Что за Андрей? — спрашивает Татьяна.

— Перспективный новичок. Немного своевольный и дерзкий, но командор прав. Он очень силён, — объясняет Герман.

— Один из тех, кого хвалили сегодня на построении? Как его фамилия?

— Зверев, — отвечает Дмитрий.

Татьяна округляет глаза и отставляет чашку.

— Андрей Зверев? Не Алексеевич случайно?

— Алексеевич, — бурчит Радов.

— Он что, потомок того самого рода⁈

Командор кивает и говорит:

— Да, так и есть. В прошлом году он провалился на обучении, но теперь показывает просто ошеломительные результаты. Он обладает каким-то необычным магическим талантом, и я уверен, у него большие перспективы. Стоит к нему присмотреться.

— Не просто присмотреться! Если он потомок рода Зверевых, то за ним надо следить в оба глаза! — возбуждённо повышает голос Татьяна.

Усмехнувшись, Дмитрий отвечает:

— К сожалению, у меня всего один глаз. Но не беспокойся, Таня. Я буду за ним следить.

Российская империя. Санкт-Петербург.

Оставшиеся две недели обучения пролетели ещё быстрее, чем первые. К разломам мы больше не ездили, но инструкторы истязали нас просто нещадно. Даже мне со всеми навыками и способностью быстро восстанавливаться приходилось непросто.

Впрочем, я понимаю, что это всё на пользу. Тяжело в учении, легко в бою, как говорится.

Теперь предстоит финальный экзамен. Скоро опять будет Багровая буря, и после неё курсанты в составе отрядов отправятся на закрытие разлома. Плёвое дело, я в прошлой жизни закрыл невероятное множество разломов. В какой-то момент просто надоело считать. Поэтому по поводу экзамена ни капли не переживаю.

Перед финишем нам дали пару дней выходных. Виктор звал меня развеяться в бар, но я отказался. Есть дела поважнее, чем просаживать деньги за барной стойкой. Я хочу узнать информацию о своём роде.

Раз я дворянин, значит, хоть какая-то информация о моих предках должна иметься в имперской канцелярии. В паспорте написано, что я барон. Вот и надо с этим разобраться. А что, если я могу официально заявить права на восстановление рода? Может, мне и земли какие-то положены, или другое родовое имущество?

Добравшись до города, отправляюсь в отделение имперской канцелярии. Это такая бюрократическая организация, которая занимается документами граждан и официальным оформлением всего и вся. Там есть архивный отдел, где я смогу получить информацию о своём роде.

Чтобы попасть к нужному окошку, приходится отстоять часовую очередь. Но мне всегда есть чем заняться в таких ситуациях. Прикрыв глаза, отправляю свою душу в Астрал. Не привык терять время даром, успею капельку прокачаться, пока жду.

— Следующий!

Подхожу к окошку, протягиваю свой паспорт и улыбаюсь сидящей за столом женщине.

— Доброе утро, любезная. Прекрасно выглядите.

— Цель визита? — бурчит она, игнорируя комплимент.

— Получить информацию о моём роде. Всё, что есть. Предки, родня, имущество, текущий статус и так далее.

— Зверевы, да? Сейчас посмотрим, — заглянув в мой паспорт, она стучит пальцами по клавиатуре.

Приходится ещё немного подождать, а потом женщина спрашивает:

— Удобней получить в электронном виде или в печатном?

— Давайте в электронном. Дайте мне доступ к этой информации через ваше приложение, пожалуйста.

Через несколько минут вся информация о роде Зверевых оказывается на моём телефоне. Выхожу из канцелярии и нахожу поблизости уютное кафе, где заказываю кофе и шаверму. Уплетая вкуснятину, начинаю изучать документы.

Ого-го… Кто бы мог подумать, что всё настолько плохо.

Официально мой род считается угасшим. То есть он как бы не существует. Всё потому, что тридцать лет назад Зверевы проиграли войну родов и были почти все уничтожены. Ни осталось никого, кроме моего отца. Судя по всему, его оставили в живых только в назидание остальным.

Мой отец был спившимся прожигателем жизни, которого не волновало ничего, кроме выпивки и развлечений. После уничтожения рода Зверевых он влачил жалкое существование. Однако кое-что полезное он в своей жизни сделал. Породил на свет сына, тело которого я и занял.

А самое главное заключается в том, что Андрей Зверев родился значительно позже уничтожения рода, поэтому им никто не интересовался и теперь у меня есть возможность доказать родство и возродить род.

Всё имущество, к сожалению, было присвоено победителями войны родов. Это было сделано законно, так что вернуть его не получится. То есть, получится, если я тоже объявлю войну и силой заберу то, что моё по праву. Да и никто не запрещает мне обзавестись новым имуществом, были бы деньги. А они у меня будут.

Единственное, что враги не смогли забрать — это родовое поместье Зверевых. Причина в том, что во время войны в нём открылся аномальный разлом, который до сих пор не смогли закрыть. Поэтому поместье стоит заброшенным, и никто не горит желанием им завладеть. Ведь лицензия на добычу в разломах ресурсов есть только у ордена Стражей. По этой причине имение так и числится на балансе у короны.

Вот такие дела. Выходит, у меня есть полное право возродить свой род и стать полноправным бароном с ленными владениями. Правда, я пока не знаю, что для этого надо сделать, но обязательно выясню.

Теперь мне надо заработать деньжат и я смогу приступить к развитию собственного дворянского рода. Верну поместье с землями, обзаведусь связями и заработаю денег. Хорошие перспективы? Да просто отличные!

Осталось успешно пройти финальный экзамен в ордене, но это вряд ли будет сложно…

Глава 8

Российская Империя. Недалеко от Санкт-Петербурга.

— Внимание, курсанты! — объявляет капитан Радов, и все шепотки в строю мигом затихают.

Герман обводит всех строгим взглядом. Оценивает, судя по всему, каждую деталь, от того, как зашнурованы ботинки, до того, правильно ли мы держим оружие. В итоге он поощрительно кивает.

— Молодцы. За месяц из вас почти получились настоящие Стражи. Почему почти? Потому что сейчас вам предстоит финальный экзамен. Вы все прекрасно знаете, в чём он состоит.

Конечно, знаем. С самого начала знали. В этом состоит не только финальный экзамен, но и основная работа Стражей. Радов тем временем продолжает:

— Согласно докладу, сегодня вечером состоится Багровая буря. Вы поедете с оперативными отрядами на закрытие проломов. После его закрытия вы будете приняты в орден и получите лицензию. Только не думайте, что если просто погуляете по разлому, то сдадите экзамен! Вы должны показать, чему научились. Это понятно?

— Так точно! — слаженно отвечаем.

— Рад слышать. Но есть ещё одна вещь, о которой вы, вероятно, не знаете. С этой минуты наставники больше не несут за вас ответственность. Если кто-нибудь из вас погибнет — значит, ему или ей не судьба стать Стражем. Это настоящая боевая миссия, которых вам предстоит пройти ещё много. Постарайтесь не сдохнуть хотя бы на первой.

Подбодрил, нечего сказать. Впрочем, я в себе не сомневаюсь, да и другие курсанты выглядят достаточно уверенно. После того, как мы сражались возле разлома третьего уровня, уже не так страшно идти в неизвестность.

Хотя драться с монстрами в обычном мире и переться в разлом — это очень разные вещи.

Герман смотрит на наручные часы и говорит:

— До начала Багровой бури свободны. Экипировку не снимать. Готовьтесь. Как только буря закончится — бегом к шлагбауму. Машины будут ждать. Вы все уже знаете, с каким отрядом поедете. Вопросы есть?

— Никак нет! — по-военному в голос отвечаем мы.

— Разойдись.

Возвращаемся с площадки в казарму. Кто-то ложится на кровать и закрывает глаза, кто-то начинает болтать, фантазируя, сколько монстров он сегодня прикончит. Я предпочитаю усесться поудобнее и немного помедитировать. Но не успеваю отправить душу в Астрал, как кто-то теребит меня за плечо.

— Чего? — бурчу я, не открывая глаз.

— Слышь, Андрей. Я хотел сказать кое-что, — раздаётся голос Виктора.

— Говори, — я киваю, по-прежнему не открывая глаз.

— Спасибо.

Тут уже приходится открыть глаза. Самойлов смотрит на меня так серьёзно, будто от этого разговора зависит его жизнь.

— Пожалуйста, а за что?

— Ты подтолкнул меня измениться. Я ведь уже говорил, не помнишь?

— Помню. Тогда зачем ещё раз спасибо? — спрашиваю я.

— На случай, если погибну сегодня. Хочу, чтобы ты знал о моей благодарности.

— Начинается! Ты изменился для того, чтобы подохнуть на экзамене, что ли?

Витя хмурится и ничего не отвечает.

— Дружище, это вопрос, — вынужден пояснить я.

— Нет. Я не собираюсь сегодня умирать.

— Тогда о чём разговор? После экзамена увидимся. Расскажешь, как всё прошло.

Снова закрываю глаза и откидываюсь на кресле. Слышу, как смеётся Самойлов.

— Ну, ты и пофигист, Зверь, — он беззлобно тычет меня кулаком в плечо и отходит.

Не выдерживаю, говорю ему вдогонку:

— Я не пофигист! Просто я уверен в себе и в тебе тоже. Притащи мне башку какого-нибудь монстра. Или копыто хотя бы. Ну, или что у них там будет.

— Ага, хорошо, — с улыбкой отвечает Виктор.

— Точно, пацаны! Давайте все трофеи притащим и подарим друг другу! — предлагает кто-то.

— Не вопрос, забились! — отвечает Виктор.

— Согласен, — поднимаю руку.

— Пойду в женскую казарму сбегаю, тоже им предложу!

Парни продолжают обсуждать будущую вылазку и уже составляют планы, как нам следует отпраздновать. Ну, а я, наконец-то, погружаюсь в медитацию. После того, как я развился достаточно для второй струны, ещё больше хочется стать сильнее. Три струны, тринадцать, да хоть три миллиона! Предела нет. Это увлекательный и бесконечный процесс, который чем дальше, тем сильнее затягивает.

Часа через полтора вечернее небо наливается красным, но не потому, что наступает закат. Это Багровая буря, которую мы все так ждали. Как только слышу отдалённые раскаты грома, выныриваю из медитации и начинаю готовиться к выезду.

Остальные следуют моему примеру. Багровая буря длится всего несколько минут. Потом, согласно приказу, мы должны немедленно прибыть к шлагбауму, где уже будут ждать машины, и мы сразу отправимся на выезд.

Проверяю всю свою экипировку. Рюкзак для добычи на спине, рация на магических кристаллах, фонарик, фляга с водой и аптечка на поясе. Поход может затянуться, а пить воду из разломов так себе затея. Если она вообще там будет. Аптечка мне самому не нужна, астральной энергией вылечусь. Но других лечить я не могу, вдруг понадобится оказать кому-то первую помощь?

Автомат и запасные магазины — есть. Две осколочные гранаты — есть. Кардинал — есть. Струны и астральный доспех всегда при мне. Вроде ничего не забыл.

Да и вообще, мне бы только струн хватило. Разве что водичка действительно лишней не будет. После боя всегда пить хочется.

— Кончается, — говорит курсант, глядя в окно.

— Тогда наизготовку! — я первым топаю к дверям.

Не терпится уже отправиться на выезд. Даже подпрыгиваю на месте от нетерпения.

— Скоро там? — спрашиваю.

— Почти закончилась.

— Ладно, нафиг! Я пошёл, — распахиваю дверь.

— Зверь, куда⁈

Ничего не отвечаю, выбегаю на улицу. Небо ещё красное, в нём мелькают чёрные молнии. Но в целом буря почти утихла.

Я выбежал не только потому, что не терпелось. Хочется в более-менее спокойной обстановке проверить, смогу ли я использовать энергию Хаоса для развития. Тогда в парке я ничего не понял, а возле разлома некогда было. Других шансов не представлялось.

Хаос, как и в прошлые разы, яростно стремится ко мне. Давай-давай, иди к папе!

На этот раз не просто подчиняю энергию, а использую её. Совсем немного напитываю ей свою ауру и аккуратно, очень маленькими дозами использую для укрепления тела. Рискованно, знаю. Но кто не рискует, тот не становится сильнее.

Больно, блин. Не то, чтобы прям орать охота, но ощущения неприятные. Энергия Хаоса жжётся, как кислота, однако при этом я всё равно чувствую, как становлюсь сильнее. Ощущения почти такие же, как при работе с Астралом.

Есть! Эксперимент прошёл удачно. Теперь я знаю, что могу использовать самую разрушительную силу во Вселенной себе на благо. Спасибо тебе, Пожиратель миров. Знаю, ты хотел причинить мне вред, оставив свою метку. Увы, вынужден тебя разочаровать, ты лишь добавил мне ещё один способ развития.

Посмотрим, что будет дальше. Следующую Багровую бурю проведу на улице и буду усиленно качаться с помощью энергии Хаоса.

— Чего встал⁈ — Самойлов пихает меня в плечо. Остальные уже бегут к шлагбауму.

— Ничего. Не отставай.

Наперегонки с Виктором несёмся к броневикам, которые уже стоят заведённые у выезда с базы. Разумеется, я не использую никаких усилений и стараюсь не обгонять товарища, чтобы не портить ему боевой настрой. Ведь я хочу, чтобы он сегодня выжил. Прибегаем одновременно.

По номеру на кузове нахожу нужную машину. Я приставлен к отряду под командованием капитана Радова. Залезаю в десантный отсек и занимаю место напротив монитора. Кроме меня, в отряде есть ещё один рекрут — черноволосая девушка с короткой причёской. Она держит в руках резной кулон и что-то бормочет под нос.

— Молишься? — спрашиваю я.

— Прошу поддержки у предков, — отвечает она и показывает кулон, на котором выгравирован герб её рода.

— И как, они поддерживают?

— Конечно. Правда, мой дед говорил, что внутри разломов предки бессильны. Остаётся надеяться на себя, — решительно говорит девушка и прячет кулон под одеждой.

— Так и надо, — соглашаюсь я.

— Отставить разговоры! Внимание на экран, — раздаётся из динамика голос Германа.

Сам он сидит спереди, а десантный отсек отделён от водительского бронированной перегородкой. Так что капитана мы не видим, только слышим.

Все поворачиваемся к подвешенному на стене экрану, где появляется карта окрестностей с несколькими синими точками и несколькими жёлтыми. Жёлтые точки держатся группой, а потом разделяются. До меня доходит, что к чему. Синие точки — разломы, а жёлтые — машины ордена.

Радов выдаёт инструктаж:

— Аналитики обнаружили поблизости семь разломов. Мы с вами поедем в этот, недалеко от деревни Рохма.

Одна из синих точек на карте становится красной. Судя по карте, ехать до неё совсем недолго.

— Зафиксирована активность монстров. Предположительно первый уровень. Ресурс разлома низкий, он может сам исчезнуть через несколько часов. Но поскольку он находится рядом с поселением, требуется срочно закрыть. Озвученная информация на всякий случай поступила вам в смартфоны. Места высадки достигнем через несколько минут. По прибытию десантируемся, зачищаем местность и входим в разлом. Далее следуем моим приказам. Вопросы есть?

— Никак нет, — отвечаю я вместе с остальными.

В динамике раздаётся щелчок, и дальше едем молча. Я заранее призываю струны и ещё раз проверяю, что автомат заряжен и готов стрелять.

— Отряд, к бою! — раздаётся приказ.

Зашибись, ну, наконец-то!

Машина резко останавливается. Сидящие рядом с дверью бойцы распахивают десантный отсек, и мы все выпрыгиваем наружу. Сразу вижу разлом, переливающийся оттенками синего. Рядом с ним совсем недавно паслись коровы, а теперь несчастные бурёнки лежат на земле, и их мясом наслаждаются здоровенные псы, вместо шерсти у которых — языки пламени. На нас они не обращают внимания, потому что увлечены ужином.

— Курсанты, кто это? — спрашивает капитан.

— Красная свора! — отзываюсь я.

— Правильно. Уничтожить!

Собаки замечают нас слишком поздно. Их накрывает шторм свинца и магии, после которого от монстров остаются только горстки пепла.

Любопытная, но не слишком приятная особенность псов красной своры — после смерти они сгорают. Не страшно, если убиваешь их на расстоянии. Но в ближнем бою можно здорово обжечься, если не имеешь соответствующей защиты.

Прикончив всех монстров вокруг, приближаемся к разлому. Черноволосая курсантка применяет изучающее заклинание и докладывает:

— Внутри высокая температура. Возможно другие огненные монстры, кроме красной своры. Возле портала чисто, можно заходить.

— Тогда заходим, — приказывает Радов.

Два Стража остаются снаружи на случай, если из разлома кто-то вылезет, пока мы будем внутри. Капитан первым заходит в разлом, я следом за ним.

Ох блин, и правда жарковато здесь! Небо белое, как будто раскалённое, вокруг сухие выжженные скалы, по которым вдалеке бродят псы красной своры и медленно ползают лавовые големы.

Слегка изменяю структуру астрального щита, чтобы он меня охлаждал. Следуя приказам командира, отправляемся вперёд.

Обнаружить сердце разлома издалека никак нельзя. Если чувствуешь магию, как я, то на небольшом расстоянии ещё можно обнаружить. Ну а если нет — придётся рыскать и заглядывать в каждый закуток. К счастью, площадь разломов обычно невелика, но иногда попадаются настоящие лабиринты. Чем выше уровень разлома — тем, как правило, больше площадь. Уже на третьем-четвёртом уровне можно провести пару земных дней в поисках сердца.

Обидно, что в этом разломе нет энергии Хаоса. Я бы не прочь продолжить свой эксперимент. Ладно, пока просто гуляем, буду качаться привычным способом.

Стоп! Прогулка закончилась.

Перед нами бьёт гейзер раскалённого пара, а следом из дыры в земле вылезают два лавовых голема. На одного черноволосая обрушивает морозное заклинание, превращая в ледяную статую, которую капитан крушит своими мечами. Второго я кромсаю на части струнами, добираясь до так называемого очага. Это магический камень, спрятанный где-то в теле голема, благодаря которому он вообще существует. Вытащишь или сломаешь очаг — голему конец.

Так что просто рублю его струнами до тех пор, пока не вижу светящийся булыжник неровной формы. Подтягиваю камушек к себе. Вот и подарок для парней!

— Блин, горячий, — ворчу я, перекидывая камень из руки в руку, как горячую картошку.

— Как ты это делаешь, Зверь? — бурчит Герман, глядя на меня исподлобья.

— Что именно?

— Чем ты его убил? Что за способности?

— Фокус такой, капитан.

— Тоже мне, фокусник. Ладно, не хочешь — не рассказывай, твоё право. Отряд, за мной! Продолжаем зачистку.

Блуждаем по недружелюбной местности, по дороге убивая всех встреченных монстров. Очаги големов забираем с собой — не особо ценные, но полезные для артефакторов штуки. С мёртвых псов, к сожалению, кроме пепла, нечего забрать.

Техник отряда по дороге составляет на планшете карту разлома. После выхода отсюда, естественно, толк от неё будет исключительно информационный и статистический. А вот внутри разлома нам самим станет понятно, где мы уже были, а где ещё нет.

— Пещера, — говорю я, заметив большое отверстие в скалах.

Радов кивает головой в сторону пещеры:

— Ну, так проверь. Зайцева, за ним. Остальные, контролировать местность.

— Есть, — отзывается черноволосая курсантка.

Подходим к пещере. Поворачиваюсь к девушке и подмигиваю:

— Дамы вперёд или как?

— Штурмовик здесь ты, я только маг поддержки.

— Шучу, шучу. Ты всегда такая серьёзная?

— Когда в разломе, не до шуток, — кривится Зайцева.

— Никогда не поздно улыбнуться.

— Не хочу, — упрямо бурчит она, а я продолжаю стоять и смотреть на неё.

Девушка вздыхает и одаривает меня прелестной улыбкой, которая через секунду вновь сменяется настороженно-угрюмой маской.

— Доволен?

— Ещё как. У тебя чудесная улыбка.

Зайцева краснеет и кивает на пещеру.

— Ну, ты или идёшь или как?

— Что вы там копаетесь⁈ — доносится голос Радова.

— Улыбаемся, капитан! — отвечаю я.

— Что?

— Ничего, — усмехнувшись, я захожу в пещеру.

Ого, а здесь неожиданно прохладно. Кайф. Как будто вышел из парилки на морозный воздух. Скорей всего, и монстров нет.

Немного углубившись, начинаю чувствовать, что сердце разлома где-то поблизости. Но как только это понимаю, в темноте вдруг загорается шесть красных глаз, и раздаётся злобное урчание.

Не особо разбираясь, что передо мной за тварь, швыряю в неё Кардинала. Два глаза из шести сразу гаснут, а урчание сменяет отчаянный рёв. Зайцева выставляет передо мной магический щит, и очень вовремя. Из глубины пещеры со скоростью поезда выскакивает здоровенный жучара. Если бы не щит, он бы протаранил меня. Вреда бы не нанёс, но с ног мог бы и сбить.

— Спасибо! — не глядя машу рукой курсантке.

— Кто это⁈ — вскрикивает она, усиливая щит.

— Жукобраз. Фигня, не парься.

На самом деле жукобраз неприятная для первого уровня тварь. Крепкий хитин, покрытый острыми шипами, и высокая скорость делают его довольно опасным. Для кого-нибудь другого, конечно, не для меня. Потому что струны с лёгкостью пробивают его панцирь. Даже Кардинал справляется, как я только что убедился.

Собственно, ради эксперимента добиваю жука именно топором. Я здорово улучшил с ним связь, так что он теперь летит гораздо быстрее. Может не просто врезаться в цель, но и рубануть разок-другой. Правда, иногда мне кажется, что он делает это по собственной воле, а не потому, что я это приказал.

Когда с жукобразом покончено, включаю закреплённый на груди фонарик и продолжаю идти. Использовать астральное зрение в этом теле ещё не научился, а так-то в темноте я могу видеть лучше кошки. Зайцева тенью следует за мной. Вскоре я убеждаюсь, что сердце рядом. Но найти его будет не так-то просто — пещера делится на несколько коридоров, часть которых ведут вниз.

Снимаю с пояса рацию и докладываю обстановку. Капитан с остальными вскоре прибывают, оставив одного человека сторожить вход в пещеру.

— Не разделяемся. Зверь, где чувствуешь сердце? — спрашивает Радов.

— Примерно там, — автоматом указываю направление.

— Ладно, за мной. Разберёмся.

Двигаемся по пещерному коридору, который становится всё уже, и в итоге натыкаемся на тупик. Обидно, но приходится вернуться.

Исследуем следующий коридор. Через несколько крутых поворотов мы оказываемся в довольно обширном зале, где на стенах куча круглых дыр, а на полу — гроздья продолговатых жёлтых яиц.

Капитан жестом приказывает остановиться. Наклонившись ко мне, шёпотом спрашивает:

— Сюда?

— Угу, — киваю и указываю на проход в противоположном конце зала.

Герман ругается сквозь зубы, и я в чём-то его понимаю. Это я слишком прыткий и радуюсь любому бою, в котором можно прокачаться. А обычные Стражи по возможности стараются избегать сражений. Уничтожить сердце, подобрать максимум ценного, и наружу. Зачем рисковать своей шеей?

Разумный, наверное, подход. Только не по мне. Я люблю вычищать разломы так, что после меня там уже продавать нечего будет.

Хотя даже я офигеваю от того, сколько жукобразов лезет из дыр, как только мы выходим на середину зала. Очень много, прям дофига. Вся пещера начинает кишеть злобными гигантскими насекомыми.

Радостно ору про себя, врубаясь в их нестройные ряды. Кардиналу тоже весело, он как будто поёт, летая по залу и кромсая жуков направо и налево. Остальные члены отряда, похоже, не так беззаботно себя чувствуют. Но держатся крепко, пока что никого даже не задели.

Только жукобразов становится всё больше и больше. Прыгая друг через друга, они таранят меня, пытаясь пронзить. Ничего у них не получается, астральная броня спокойно встречает их шипы. Но постоянные толчки бесят.

После очередного толчка земля вдруг уходит из-под ног. Лечу вниз, не сразу поняв, что происходит. Падаю, фонарик слетает с груди, скачет по камням и отключается.

Вот блин! Похоже, меня столкнули на другой уровень пещеры. А наверху продолжается битва, и без меня. Так досадно становится, аж жуть.

На ощупь нахожу фонарик и свечу наверх. А-а, зараза. Слишком высоко. Благодаря доспеху, я остался целым и невредимым, но вот нынешней длины струны не хватит, чтобы подтянуться.

Надеюсь, остальные там справятся без меня. А я пока поищу отсюда выход.

Свечу вокруг фонариком и удивляюсь. Да здесь полно всякой всячины. Выглядит, будто пещера безумного дракона, который вместо золота собирает всё подряд. Куча разных булыжников, рваная одежда, куски хитина жукобразов, драгоценные камни, чьи-то кости… Стоп, драгоценные камни?

Ну да, точно. Искрящиеся в свете фонаря опалы и один рубин. Недолго думая, собираю ништяки в рюкзак, а тем временем сражение наверху стихает.

— Зверев! Живой? — раздаётся голос Радова, и в дыре появляется его лицо.

— Живее всех живых! — машу ему рукой.

— Выход видишь?

Ещё раз свечу вокруг и замечаю только один вариант выбраться — узкий тоннель в метре от пола.

— Вижу! Только я понятия не имею, куда он ведёт.

Герман что-то рычит сквозь зубы и кричит:

— Оставайся лучше там! Я пошлю кого-нибудь за тросом к машине.

— Не надо. Мне кажется, сердце где-то здесь. Вы идите по тому коридору, как собирались, а я здесь полезу. Думаю, встретимся!

— Зверь, твою мать! Не вздумай, это слишком рискованно! — ругается Радов.

— Нельзя терять время, капитан! Увидимся возле сердца.

— Только попробуй сдохнуть, — напоследок угрожает Герман и его лицо исчезает из дыры.

Лезу в тоннель. Ползу по нему, чувствуя себя каким-то червяком. Хорошо, что поворотов нет, а то я бы точно застрял, пытаясь повернуться. Ну, если бы даже и застрял — подточил бы камень струной, не проблема.

Приближаясь к концу тоннеля, начинаю яснее чувствовать сердце и слышу какие-то звуки. Вроде напоминает злобный стрёкот жукобразов, чередующийся с забавным писком.

Вот и финал этой тесной каменной кишки! Выглянув из неё, наблюдаю крайне любопытную картину. Небольшой пушистый монстрик с рожками на голове скачет по пещере, уворачиваясь от двух жукобразов. Те же настойчиво пытаются насадить его на свои шипы.

Видно, что малыш на последнем издыхании. Вся его шёрстка покрыта кровоточащими ранами.

Уж не знаю, почему, но мне становится жаль тваринку. Он так мило пищит и прикольно выглядит, особенно в сравнении с мерзкими жучарами. Не уверен, что именно мной руководит, но решаю спасти его.

Сказано — сделано. Высунув из тоннеля руку, выпускаю сразу две струны и отсекаю жукобразам головы. А уже затем весь вылезаю.

Тяжело дышащий монстрик смотрит на меня своими огромными глазами. Он как мягкая игрушка, честное слово. Так и хочется потискать. Делаю шаг вперёд, и малыш забивается в угол. Щёлкает зубами, то ли от страха, то ли это он так напугать меня пытается.

— Тише, тише. Я тебя не трону, — миролюбиво поднимаю руки.

— Дру-уг? — неожиданно протягивает монстрик человеческим голосом.

Ого, ничего себе. Встретить говорящее существо в разломах — большая редкость. А этот, походу, ещё и разумный.

— Друг, — киваю я.

— Дру-уг. Пасиба, — малыш указывает лапкой на мёртвых жуков.

— Э-э… Позязя?

Чудик вдруг широко улыбается, показывая ряд клыков. Зубищи-то у него что надо, и пасть огромная для его размеров. Может, наверное, не только палец, но и всю кисть отхватить при желании.

Щёлкнув пару раз зубами, малыш застывает на мгновение. Потом вдруг издаёт потешный звук, похожий на икоту и выплёвывает жучиное яйцо.

В смысле? Как он это сделал⁈ Яйцо же с него размером!

— Дарок! — распахивает он лапки.

— Типа подарок? Ну, спасибо… наверное.

— На щё дарок!

Трижды издав свой комичный звук, он выплёвывает ещё два яйца, а потом опал, такой же, как я нашёл в той пещере.

Начинаю что-то понимать. Похоже, у него есть способность проглатывать и потом выплёвывать что угодно. А та пещера — его дом, где он хранит свою добычу. Жукобразам явно не понравилось, что он жрал их яйца, они зажали его в угол и хотели убить. А тут я нарисовался.

Ну и что теперь с ним делать? Прикольная же зверушка. И полезная, если я правильно всё понял. Убивать точно не буду, вроде он добрый. Подарков даже накидал. Опал я, кстати, заберу. Да и самого малыша заберу! А то сидит он, бедненький, зубками щёлкает. Назову его Щелкунчик.

Надо только вспомнить, как это делается…

Есть специальные астральные струны, с помощью которых я могу привязать к своей душе магических существ. Щелкунчик существо определённо магическое.

Сил хватает, чтобы призвать связующие струны.

— Хочешь пойти со мной? Будем друзьями. Я буду тебя защищать.

— Щищать? От жужи? — малыш опять указывает на трупы жуков.

— От кого угодно. Я друзей в обиду не даю.

— Ну-у-у…

Щёлкнув зубами, малыш задумывается, а потом быстро-быстро кивает:

— Ага-ага!

— Вот и договорились, — с улыбкой говорю я и выпускаю связующие струны.

Щелкунчик вздрагивает, и его огромные глаза становятся ещё больше. А потом он растворяется в воздухе, но я чувствую — теперь он внутри моей души. В любой момент могу его призвать, когда захочу. Только лучше пока сохранить его существование в тайне от Стражей.

Неожиданное приобретение, но весьма приятное. Позже разберусь, что ещё умеет монстрик, а пока надо бы отыскать отряд.

Немного поплутав, я начинаю ярче чувствовать сердце, а потом и слышу голоса. Как и я предсказывал, мы с отрядом встречаемся в пещере, посреди которой висит непроглядно чёрная сфера.

— В порядке? — с беспокойством спрашивает Зайцева.

— В полном, — показываю ей большой палец.

— Тогда пора закончить, — говорит капитан и обнажает один из своих мечей.

Клинок вспыхивает белым пламенем, и Герман обрушивает его на сердце разлома. Оно с оглушающим звоном раскалывается, а капитан сразу же убирает меч и командует:

— На выход! Времени у нас немного.

Торопимся покинуть пещеру, но я чувствую, что-то не так. Обычно после уничтожения сердца разлом начинает искажаться и сужаться. Потому-то и надо быстро его покинуть. Но теперь всё спокойно.

Остальные тоже обращают на это внимание. Радов бросает вопросительный взгляд на техника. Тот смотрит в свой планшет и качает головой:

— Искажение на минимуме.

— Понятно, — говорит капитан.

Мы как раз подбираемся к выходу из пещеры. Оставленный там дежурный подбегает к нам:

— Ну что там? Нашли сердце?

Герман мрачно отвечает:

— Нашли. Только нам не повезло попасть в аномальный разлом. Или здесь два сердца, или есть другая причина, по которой разлом не желает схлопываться. Так или иначе, зачистка продолжается.

Глава 9

Разлом.

Зашибись! Лично я доволен. Иначе вылазка бы получилась совсем короткой. Я хочу почувствовать вызов, а то пока экзамен не воспринимается, как что-то важное и ответственное. Ну да, мы в разломе. Ну да, подрались с тварями. Разве это испытание?

Для меня — точно нет.

А вот аномальный разлом с двумя сердцами это уже другой разговор! Сразу настроение улучшилось. Раз уж я в новом мире, стоит прожить молодость так, чтобы было о чем вспомнить. И такие светлые моменты, как экзамен на получение лицензии Стража должен отличаться от рядовой вылазки.

Скорее всего, разлом не закрывается именно потому, что есть второе сердце. Вряд ли где-то здесь гуляет сверхсильный монстр, чья энергия поддерживает это место. Первый уровень всё-таки. Может быть и другая причина, но сомневаюсь.

Радов отдаёт приказ:

— Разделимся на две группы. Курсанты пойдут со мной. Тайшет, вторая группа под твоим командованием.

— Так точно, — отзывается Страж, у которого шрам на месте правого уха.

— Готовность пять минут.

Чтобы подготовиться к дальнейшему походу, мне достаточно перезарядить автомат. Так что остаётся четыре с половиной минуты, чтобы спокойно помедитировать. Остальные тоже занимаются оружием, Зайцева и ещё один маг впитывают ману из кристаллов, восполняя потраченные запасы.

Герман поднимает нас с точностью до секунды:

— Выдвигаемся! Задача: найти причину, по которой не закрывается разлом. Связь держать непрерывно, не удаляться друг от друга больше, чем на двести метров. Приказ ясен?

— Так точно, — слаженно отвечают все.

— Вперёд.

Выйдя из пещеры, направляемся в разные стороны. Тайшет ведёт свою группу налево, мы движемся направо. Капитан идёт впереди с мечом в одной руке и пистолетом-пулемётом в другой. Я топаю следом за ним, Зайцева замыкающая. У неё в руке смартфон, на котором открыта карта разлома. Техник отряда синхронизировал наши устройства.

Вскоре мы оказываемся в ущелье, с двух сторон окружённом острыми скалами. На этих скалах обитают птицевидные монстры огнеплюи. По названию можно догадаться, что они плюются огнём. На птиц они похожи только наличием перьев, а голые мясистые хвосты выглядят будто крысиные.

Огнеплюи явно не в восторге, что мы зашли в зону их обитания. Кружат над головой, возмущённо крича, и постоянно норовят поджарить наши макушки. Зайцева накрывает нас полупрозрачным щитом, который не даёт им этого сделать. Радов приказывает не тратить на птиц патроны, но самых настырных я ловлю струнами и швыряю на скалы.

— Отлично владеешь защитной магией, — хвалю я Зайцеву.

— Спасибо.

— Тебя как зовут-то?

— Давай без лишних разговоров, пожалуйста, — морщится девушка.

— Тебе сложно имя назвать? Меня вот Андрей зовут.

— Знаю. Лариса про тебя рассказывала.

— Надеюсь, только хорошее.

Курсантка неопределённо мотает головой.

«Эй, в смысле? Что это значит?» — мысленно возмущаюсь я, а вслух спрашиваю:

— Так ты имя назовёшь или нет?

— Даша. Теперь не отвлекай меня, пожалуйста. Надо заклинание поддерживать и за картой следить.

Пожимаю плечами, мол, как скажешь. Красивая девушка, но уж больно серьёзная. Полностью сосредоточена на деле. Ну и правильно, вообще-то. Для меня эта вылазка — лёгкая прогулка, а для неё — первый в жизни поход в разлом. Нервничает, видимо.

Птиц над головой становится всё больше. От их резких криков уже голова начинает болеть. Выпускаю две струны и мощным взмахом прорезаю стаю. Часть летучих куриц получается пустить на чахохбили, но остальные просто взлетают выше, выходя за дальность поражения струн, и продолжают плеваться в нас сгустками пламени.

— Капитан, они меня достали. Разрешите разогнать, — спрашиваю я.

— Их не разгонишь. Настырные твари, — отмахивается Радов.

— У меня получится, вот увидите.

Подумав, Герман соглашается:

— Ладно, удиви меня.

Снимаю с разгрузки гранату. Обхватываю струной, зажимая скобу, и рукой выдёргиваю чеку. Затем раскручиваю снаряд и запускаю в небо.

Граната взрывается над стаей огнеплюев, накрывая их осколками. Следом выпускаю Кардинала, мысленно приказывая порубить как можно больше тварей. Ну и струны тоже использую, доставая, кого могу. Тела монстров дождём падают вокруг нас, а оставшаяся стая в панике разлетается.

— Признаю, удивил, — усмехается капитан.

— Разрешите собрать трофеи?

— Не трать время. В них ничего особо ценного нет, — говорит Радов.

«Это для вас, может быть, ничего ценного. А я почти что нищий. Счёт в банке имеется, но для моих амбиций это мелочёвка. Как представлю, сколько денег мне нужно для того, чтобы получить всё желаемое — готов вручную ощипать каждого огнеплюя» — думаю я.

Да и не только меня охватывает желание поживиться. Я чувствую эмоции Щелкунчика, который теперь сидит внутри моей души. Монстрик умоляет, чтобы я его выпустил и позволил слопать всех убитых огнеплюев.

Извини, малыш. Тебя нельзя показывать всем подряд. Стражи не оценят того, что я решил приручить монстра. В лучшем случае заберут тебя на эксперименты, всё-таки разумные существа в разломах — огромная редкость. Мне очень повезло, между прочим, встретить такого уникального монстра. Уверен, он мне ещё пригодится.

Всё же подбираю тушки, какие удаётся, и на ходу срезаю с них когти. А затем, подумав, отсекаю у нескольких тварей хвосты и делю их на равные части. Мы ведь собирались притащить друзьям трофеи в качестве подарков, и у меня появилась одна интересная идея. Уверен, девчонкам понравится.

— Капитан, я Тайшет. У нас пока ничего, — раздаётся из рации Германа.

— Пока тоже глухо. Продолжайте искать, — отвечает Герман.

Выходим из ущелья и продолжаем бродить по выжженой округе. Уничтожаем ещё парочку лавовых големов и десяток псов красной своры. Я откровенно начинаю скучать. Надеюсь, что хотя бы возле второго сердца будут монстры посильнее. Или хотя бы их там будет много.

Сердце я пока не чувствую, но мои молитвы всё равно оказываются услышаны. В небе раздаётся громкий рёв, и откуда-то из другого ущелья взлетает здоровенная тварь. Размахивая кожистыми крыльями, она стремительно приближается к нам.

— Это что, дракон? — бледнеет Зайцева.

Радов скрипит зубами и отвечает:

— Красная виверна. С огнеплюями у них симбиоз. Видимо, почувствовала, что мы кучу птиц перебили. Твою мать, не думал, что здесь будет виверна…

Капитан не предъявляет мне никаких претензий, хотя понятно, что появление этой твари — моих рук дело. Но раз Герман позволил мне разогнать птиц, то и ответственность на нём.

— Это ты виноват! — с ноткой страха в голосе возмущается Даша и пихает меня плечо.

— Держи руки при себе, хорошо? И в чём это я виноват? Если в том, что нам представился шанс завалить виверну — то я только рад.

— Отставить! К бою! — приказывает Радов.

Виверна приближается, и тут я понимаю, насколько она большая. Гораздо больше, чем мне казалось. Плюс от неё исходит мощная аура. Надо же. Не исключено, что я всё-таки ошибся, и закрыться разлому мешает именно сильный монстр, который летит прямо на нас!

Радов убирает пистолет-пулемёт, который будет бесполезен против этой твари, и обнажает второй меч. Клинки окутывает слепящее белое пламя.

— Рассредоточиться. Зайцева, на тебе защита. Зверев, действуй по своему усмотрению. Постарайся обездвижить, чтобы я мог её прикончить.

— Так точно, капитан, — отвечаем мы.

Чувствую внутри себя отголосок страха. Только это не мой страх, а Щелкунчика. Мысленно приказываю малышу успокоиться и наблюдать за тем, как мы разделаемся с этой тварью.

Приблизившись, виверна снова издаёт злобный рёв и выпускает из глотки огненный шар.

— Зая, погоди. Первый шар на мне, — говорю я, выступая вперёд.

— Я тебе не Зая!

Выпускаю струну и поглощаю ману из шара. Он развеивается на подлёте, а я пускаю ману на ускорение и усиление тела. Кинувшись навстречу виверне, подпрыгиваю и хватаю её одной струной, второй цепляюсь за основание скалы, чтобы виверна меня не унесла. Все-таки весовые категории у нас разные. Затем втягиваю обе струны и кричу:

— А ну вниз, уродина! К ноге!

После жёсткого приземления тварь ломает одно крыло и в отместку выдаёт мощный поток пламени. Зайцева грамотно выставляет изогнутый щит почти вплотную к морде виверны, так что огонь не причиняет никому вреда.

Виверна — младшая разновидность дракона и долго дышать огнём не может. Вероятно, она уже использовала большую часть своего потенциала. Но это не значит, что она беззащитна. Клыки и когти всё ещё при ней, а чешую будет сложно пробить даже моими струнами, по крайней мере, на текущем этапе моего развития.

«Сложно» не значит «невозможно», но у меня приказ обездвижить. Этим и займусь.

Лапы у виверны всего две. Поэтому одной струной связываю их, а другой опутываю пасть ящера. Вот и всё, готово. Тварь брыкается, пытаясь вырваться, но ничего у неё не получается. Чтобы порвать астральные струны, надо быть гораздо сильнее, чем ты, подруга.

— Отлично, Зверев! — кричит командир, приближаясь к монстру.

Он уже готовится нанести решающий удар, как вдруг происходит неожиданное. Извернувшись, виверна бьёт капитана крылом. А на изгибе этого крыла у неё кривой острый шип.

Радов отлетает в сторону. Под ним сразу же начинает растекаться багровая лужа. Зайцева взвизгивает и в панике начинает поливать виверну боевыми заклятиями. Но сил Даши точно не хватит, чтобы нанести монстру вред. Виверна хоть и младшая разновидность, но всё же дракон. Защита от магии на высоте.

— Отставить! Помоги капитану! — рявкаю я.

Бросаюсь к бьющейся в моих путах твари. На ходу бросаю в неё Кардинала, приказывая метить в глаз. Топор, сверкнув красным, устремляется к цели. Когда он врезается в морду виверны, я убираю струну с её пасти, позволяя издать вопль боли.

Подтягиваю к себе один из мечей капитана. В моей руке клинок не горит, но я уверен, что тупее не стал. Вплотную оказавшись рядом с виверной, уворачиваюсь от её клыков и вонзаю меч в шею. Резко дёргаю, вскрывая ей горло, и меня окатывает водопад чёрной крови. Попадая на камень под ногами, она шипит, как кислота. Хорошо, что на мне астральный доспех.

Для верности наношу ещё пару ударов. Убедившись, что виверна сдохла, бегу к Радову, над которым на коленях стоит Зайцева.

— Как он?

— П-плохо, — заикаясь, отвечает Даша.

И действительно, выглядит он хреново. Герман без сознания, у него на животе широкая рваная рана.

— Ну, так лечи! — приказываю я.

— К-кровь ост-тановила. Я не целитель!

— Похоже, что здесь и целитель не справится, надо в госпиталь. Ладно, успокойся. Помоги мне, — говорю я, снимая с пояса аптечку.

Хирургических инструментов у меня в наборе нет, зашить рану не смогу. Блин, надо срочно тащить капитана к выходу из разлома, иначе он не выживет. Но сначала окажем первую помощь.

Осторожно переворачиваем Радова на спину, закрываем рану стерильной салфеткой и заклеиваем стягивающим пластырем. Бинтуем, а затем я говорю Зайцевой:

— Значит, так. Я отнесу его к порталу. Ты отправляйся ко второй группе. Я вас потом найду.

— Андрей, я… боюсь одна, — побледнев, мямлит Даша.

— Так я и говорю, иди ко второй группе! Они недалеко, дорогу мы зачистили, добежишь. Защищаться ты умеешь. Мой путь опаснее. Сотвори какое-нибудь заклинание.

— Какое? Зачем?

— Любое. Впитать надо.

Она уже видела, как я делаю подобное, поэтому больше лишних вопросов не задаёт. Создаёт в руках сгусток морозной энергии, из которого я сразу же поглощаю всю ману.

— Мечи забери, — говорю напоследок, поднимая капитана на руки.

Ускорившись, бегом направляюсь в сторону выхода из разлома. Несусь, не обращая внимания на то, что за мной увязывается несколько собак красной своры. На ходу стегаю шавок струнами и заставляю разбежаться. Меня вызывают по рации, но я не отвечаю, не до того.

Закрываться разлом не собирается, значит, не виверна была причиной аномалии. Придётся нам всё-таки найти второе сердце.

Когда оказываюсь в обычном мире, ко мне сразу же бросаются Стражи, оставленные охранять портал. Судя по тому, насколько больше стало пепла под ногами, они времени даром не теряли. Красная свора продолжала лезть из разлома.

— Что с капитаном⁈

— Срочно в госпиталь. Открывай тачку, — говорю я, направляясь к броневику.

Стражи не спорят. Один сразу прыгает за руль, другой открывает десантный отсек.

— А остальные? — спрашивает он.

— Все живы-здоровы. Капитану немного не повезло. Отвезите его на базу и возвращайтесь за нами, ладно?

— Само собой.

— Тогда увидимся, — отвечаю я, машу напоследок рукой и иду обратно в разлом. Мана, которую я впитал из заклинания Даши, уже закончилась. Впритык хватило.

Достаю смартфон и открываю карту. Справа на меня бросается пара собак. Не глядя, отрубаю бошки струнами и ищу, где же сейчас вторая группа.

Ага, вот и они. Три жёлтые точки. Мы с Дашей на карте не отмечены, потому что у нас пока нет амулетов Стражей. Но местность я помню, так что найду своих.

— Зверь, ответь! Ты живой? — снова надрывается рация.

— Я Зверь, кто на связи? — спрашиваю я, не узнавая голос.

— Тайшет. Что с капитаном?

— Повезли на базу. Выживет, скорее всего.

На меня наступают ещё собаки. Не выпуская рацию, отмахиваюсь от них струнами, не давая приближаться. Псы красной своры лезут со всех сторон, но всё, что им удаётся сделать — это облаять меня перед смертью.

— Что у тебя там за шум? — спрашивает Тайшет.

— Да всё в порядке. Красная свора рядом бегает.

— Выходи из разлома и жди нас. Тут жарковато стало, мы дальше сами.

— Вот ещё! У меня экзамен, забыли?

— Считай, что экзамен ты сдал. Дальше рисковать смысла нет.

— Нет, так не пойдёт, — хмурюсь я, рубя очередную пару псов.

Тайшет рычит что-то невнятное и довольно грубое, а потом говорит:

— Хрен с тобой. Осторожнее по дороге!

— Так точно, — вальяжно отвечаю я.

Ещё раз сверившись с картой, отправляюсь сначала туда, где лежит труп виверны. Не бросать же добро! Я бы целиком тушу прихватил, но неохота тащить. Да и как её потом до базы переть? Заберу самое ценное — железу огненного дыхания, сердце и когти. В рюкзак должно всё влезть.

Приближаясь, вижу, как труп виверны со всех сторон облеплен огнеплюями. Без зазрения совести пируют на останках той, что пыталась заступиться за них.

— А ну, кыш! Моё! — выкрикиваю я и даю очередь из автомата в воздух.

Наглые птицы все разом поворачиваются ко мне и выдают залп огненных плевков. От части уворачиваюсь, часть отражаю струнами. Ладно, если по-хорошему не хотите, будет по-плохому!

Отправляю Кардинала в кровавый полёт и рублю струнами тех, кто успевает увернуться от топора. Оставив на земле пару десятков трупов, огнеплюи решают, что обед того не стоит.

Однако нехило они успели пощипать виверну. Блин, всё горло разворотили! Железе огненного дыхания хана, а это самая дорогая часть туши. Сволочи. Хорошо хоть, глубоко не успели залезть.

Вырезаю когти и сердце твари. Складываю всё в рюкзак, предварительно окружив тонкой плёнкой астральной энергии. А то кровь виверны жгучая, разъест рюкзак.

Щелкунчик внутри меня умоляет, чтобы я его выпустил и тоже позволил что-нибудь взять. Взглянув на карту, убеждаюсь, что отряд не слишком близко, и призываю монстрика.

Появившись, он смачно облизывается, глядя на труп ящера и указывает на него лапкой.

— Мона?

— Да. Немножко.

Щелкунчик радостно бросается вперёд, на ходу распахивая пасть. Не успеваю понять, но каким-то образом он разом проглатывает отрубленную башку виверны.

— Кусна. Мона щё?

Я даже слегка теряюсь. Ничего себе малыш даёт. Я уже понял, что он способен проглатывать всякое, но голова была больше него раза в четыре! А он даже не жевал. Просто ам и нету. Интересно, как тем жукам удалось его так изранить, что он не смог их сожрать? А вообще он мог их сожрать или это он от моей души так усилился?

— Хватит, пожалуй. Давай, прячься обратно.

— Ну, мона щё? — канючит Щелкунчик.

— Нет. Возвращайся назад.

Монстрик хмурится и осторожно распахивает пасть, нацеливаясь на шею виверны. Как будто я не вижу. Интересно, он всю тушу способен проглотить? Сомневаюсь, но ради интереса можно было бы дать попробовать. Только вот отряд, судя по карте, направляется сюда, поэтому мой новый друг, пока перебьется.

Заставлю Щелкунчика исчезнуть, закидываю на спину рюкзак и иду навстречу своим.

Вторую группу немного потрепало. У Тайшета забинтована голова, маг отряда обессилен. Даша тоже не в лучшем состоянии, хотя и цела. Они дошли до края разлома, столкнулись с целой ордой монстров, но так и не нашли сердце.

— Вариантов не много, надо идти туда. За мной, — указываю направление.

— Полегче, курсант. Ты что, командование решил принять? — Тайшет недружелюбно смотрит на меня.

— Просто я один здесь чувствую сердце разлома. Поэтому лучше я вас поведу. А то пора бы уже здесь заканчивать.

Вслух я вроде не стал оспаривать лидерство, но по факту инициатива в моих руках. На уровне интуиции все это понимают. Тайшет, насупившись, бурчит:

— Веди.

— Так точно.

Уже очень скоро я начинаю чувствовать отголоски знакомой магической энергии. Приблизившись к разлому в земле, видим далеко внизу чёрную сферу. Вот и оно, второе сердце. Помельче, чем первое, но его хватает, чтобы поддерживать разлом. А вокруг него бродит, наверное, несколько сотен псов красной своры.

— Зайцева, силы остались? — спрашивает Тайшет.

— Немного, — отвечает девушка.

— Используй самые сильные заклинания, какие можешь. Остальные — гранаты! Надо уничтожить псов, а затем мы спустимся и уничтожим сердце.

— А позвольте мне, — поднимаю руку.

— Что позволить? — не понимает Тайшет.

Подхожу к краю обрыва и прикидываю расстояние. Да, длины струны должно хватить. Повернувшись к остальным, загадочно улыбаюсь.

— Ну как что? Уничтожить сердце.

Получив одобрительный кивок, выпускаю струны. Несколько ударов — и чёрная сфера раскалывается. Красная свора внизу одновременно задирает морды, и ущелье наполняет вой сотен глоток.

— Уходим! — командует Тайшет.

Вот теперь сразу чувствуется, что разлом начинает закрываться. Краски вокруг тускнеют, даже белое небо становится серым. Земля слегка подрагивает под ногами, в воздухе раздаётся протяжный скрипучий звук. Жутковатая атмосфера, особенно с непривычки, поэтому неудивительно, что Даша снова бледнеет.

— Мы далеко от портала. Успеем выбраться? — спрашивает она, стараясь не показывать волнения.

— Конечно, красавица, — подмигиваю ей.

Оказываюсь прав. Когда мы выходим в обычный мир, разлом держится ещё несколько минут, и только потом схлапывается. Мерное гудение, которое он издавал, смолкает, и становится тихо.

— Зверев, Зайцева! — подзывает нас Тайшет.

Подходим к нему. Страж смотрит на нас долгим взглядом, а затем произносит:

— Вы успешно сдали экзамен, в этом нет никаких сомнений. Зверев, ты особенно отличился. Мы все благодарны тебе за спасение капитана.

— Рад стараться.

Тайшет пожимает мне и Даше руку, а тут как раз прибывает машина. Вот и хорошо. Я немного устал и не против поспать. Утром, если все успеют вернуться, нас ждёт торжественное построение и официальное принятие в орден.

— Ты молодец. Хорошо показала себя, — говорю Зайцевой, когда мы залезаем в броневик.

— Спасибо. Иногда так страшно было, — смущённо улыбается Даша.

— Все боятся. Главное уметь игнорировать страх.

Возвращаемся на базу и расходимся кто куда. Тайшет приказывает сдать всю добычу ему, потому что официально я пока ещё не Страж и не имею права продавать ничего, что добыл в разломах.

— Не переживай, все деньги тебе отдам, — говорит он.

— Да я и не переживаю. Разрешите только пару трофеев оставить, мы с другими курсантами договорились принести друг другу подарки.

— Что хочешь оставить?

— Пару очагов големов и вот это, — показываю освежёванные обрубки.

У Тайшета глаза лезут на лоб.

— Это что, чьи-то х…

— Хвосты огнеплюев, — перебиваю его я.

— А похоже на кое-что другое. Ладно, оставь.

Иду в казарму. Несколько курсантов уже здесь, постепенно прибывают и другие. Делимся впечатлениями от вылазок, наперебой рассказывая о том, кто каких монстров и в каком количестве прикончил.

— А вот и я! — в комнату врывается Виктор с рогатой головой какой-то твари в руках. Не успеваю опомниться, как он швыряет её мне.

— Держи, Андрюха! Я же обещал.

— Ага, спасибо. У меня для тебя тоже кое-что есть.

Ставлю голову на тумбочку и даю Самойлову очаг голема.

— Класс! На его основе можно неплохой артефакт сделать, — восхищается он.

— Из этой башки тоже можно что-нибудь сделать. Ну, или хотя бы на стенку повесить.

Скоро возвращаются все остальные, за исключением тех, кого пришлось отправить в госпиталь. Никто из курсантов не погиб, а раненых быстро приведут в норму. У Стражей в госпитале есть не только отличные целители, но и мощные лечащие артефакты и зелья.

— Ну что, пора с девчонками подарками обменяться? — предлагаю я.

— Да, пойдём! — с радостью соглашаются остальные.

Отправляемся в женскую казарму. Нас, оказывается, уже заждались. Даже игривые упрёки звучат, типа где вы там пропали с нашими подарками.

— Это вам, красавицы! — громко объявляю я и выкладываю на стол порубленные на части хвосты огнеплюев.

Все смотрят на обрубки, которые напоминают кучу известных мужских органов. Стоит тишина, и девушки одна за другой краснеют. Через несколько секунд тишина взрывается хохотом мужской половины и возмущёнными возгласами женской. Только Даша, которая видела, как я рубил хвосты, смущённо хихикает в кулачок.

— Ты что притащил⁈ — выходя вперед, возмущается Лариса.

— Хам! Пошляк! — поддерживают её остальные.

Смеюсь про себя, но сохраняю серьёзное лицо.

— А что такого? Полезная штука.

— Я тебе покажу полезную штуку! — вскрикивает Лариса и швыряет в меня один из обрубков.

Остальные девчонки следуют её примеру, и скоро в меня со всех сторон летят части монстров, а следом, подушки и вообще всё подряд. Парни ржут и подстрекают, чтобы бросали точнее.

Ну а я спокойно уворачиваюсь от снарядов. Что-то ловлю руками, что-то струнами и аккуратно складываю на стол. Под конец даже показываю свои навыки жонглирования, одновременно подкидывая чьё-то сердце, лапу и расчёску.

— Ладно, пошутили и хватит! — Виктор выходит вперёд и заслоняет меня собой.

— Ничего не хватит! Мы договорились трофеями обменяться, а он притащил эти… эту… гадость! — Лариса тычет пальцем в мои трофеи.

— Не знаю, что вы подумали, барышни. Это всего лишь обрубки хвостов огнеплюев, — развожу руками я.

— Довольно ценная штука, между прочим. Из них можно сделать зелье огненной защиты, — поддакивает Самойлов.

Наступает ещё более глубокая тишина, чем до этого. Девушки заново краснеют и переглядываются.

— И кто ещё из нас пошляк? — с широкой улыбкой добавляю я, и следом комната вновь наполняется хохотом.

На этот раз смеются всё, и я тоже. Весело получилось. Для чего еще нужна молодость, если не для того, чтобы повеселиться и пошутить с друзьями?

Ведь эти люди теперь действительно мои друзья. Мы вместе прошли обучение, с некоторыми сражались плечом к плечу. Так что выходка в итоге только сплачивает всех. Уверен, я оставил им воспоминание на всю жизнь, о котором они будут рассказывать на вечеринках и снова смеяться.

Утром нам выдают парадную форму, и мы все собираемся на плацу. Звучит величественный марш, и командор встаёт перед строем. Музыка смолкает, и Дмитрий Сергеевич, немного помедлив, начинает говорить.

Он произносит долгую торжественную речь, поздравляя как выпускников, так и весь орден с тем, что сегодня ряды Стражей пополнятся достойными людьми. Особенно приятно, что он знает всех выпускников по имени: он упоминает каждого и каждого находит, за что похвалить. Когда Дмитрий Сергеевич заканчивает, звучит троекратное «ура» и снова звучит марш, после чего происходит церемония вручения амулетов.

Как я узнал во время обучения, амулет не просто связан с душой носителя. Он ещё и показывает ранг. Оказывается, у Стражей есть десять рангов силы, от низшего десятого до высшего первого. Эти ранги никто не присваивает, зачарованный амулет сам определяет, какой силы души достиг Страж.

Причём это работает не только с магами. Сила души на многое влияет, в том числе на способность пользоваться мощными артефактами, например. У капитана Радова четвёртый ранг, потому он и может пользоваться своими смертоносными мечами.

Первый уровень есть только у нашего командора и у нескольких других глав филиалов ордена. Но существуют и внеранговые Стражи, достигшие такого уровня силы, что амулет не в силах его определить. Легендарные личности, ничуть не хуже магов вне категорий, чья мощь, как мне сказали, поражает воображение. Интересно, а что обо мне говорить будут, когда я войду в свою полную силу?

Кстати, ранг и звание Стража не имеют ничего общего. Звания присваивает командор, опираясь на личные качества, и на силу души не обращает внимания. Хотя обычно, конечно, чем выше ранг, тем выше и звание.

Подходит моя очередь принять амулет. Выхожу вперёд и кладу руку на небольшой алтарь, который по виду напоминает наклонный столик-подставку для нот. Рядом с моей ладонью в специальную выемку кладут амулет, и Дмитрий Сергеевич строго спрашивает:

— Зверев Андрей Алексеевич. Готов ли ты принести клятву ордену Стражей и стать одним из нас?

— Готов.

— По собственной ли воле ты хочешь стать одним из нас?

— Да, командор.

— Клянёшься ли ты твёрдо следовать принципам ордена и никогда не отступать от них?

— Клянусь.

— Клянёшься ли быть отважным и справедливым, заступаться за невиновных и всегда приходить на помощь к своим братьям и сёстрам в час нужды?

— Клянусь!

— Клянёшься ли защищать человечество от угроз, идущих из-за Грани, и готов ли ты пожертвовать собой, если придётся?

«В прошлой жизни я уже так и сделал», — думаю про себя, а вслух отвечаю:

— Клянусь!

— Отныне ты связан с нами не только словом, но и своей душой, — произносит Дмитрий Сергеевич.

Камень в центре моего амулета начинает светиться, а когда гаснет, то из бесцветного становится ярко-синим. В центре камня загорается римская цифра VIII. Восьмой ранг.

— Восьмой! — объявляет командор, и все на плацу аплодируют и свистят. До меня были только девятки или десятки.

Вообще, этот амулет для меня — жёсткое палево. Представляю, что бы случилось, если бы Поток Мироздания не вытянул из меня почти все силы. Или амулет бы лопнул, или у командора случился бы сердечный приступ от уровня моей силы.

Дмитрий Сергеевич прикалывает амулет к моей груди и пожимает руку, а затем я возвращаюсь в строй. Церемония продолжается. Виктор во время произнесения клятвы даже прослезился. Амулет назначил ему десятый ранг, как и Даше. Лариса получила девятый.

Когда всё заканчивается, командор приглашает нас в общую столовую на праздничный завтрак. Ну а затем нам предстоит либо собрать свои вещи и покинуть базу, либо получить работу здесь.

По пути командор подходит ко мне и просит отойти на два слова. Отходим в сторону, и он негромко говорит:

— Поздравляю, Зверев. Редко кто сразу получает восьмой ранг. Ты очень силён.

— Спасибо, командор.

— Не за что. Послушай… У меня есть для тебя предложение, от которого ты, надеюсь, не откажешься. Поверь, я говорю такое очень редко. Поэтому послушай внимательно и, как следует, подумай, прежде чем согласиться или отказаться. Готов выслушать мое предложение?

Глава 10

Российская империя. База ордена Стражей недалеко от Санкт-Петербурга.

— Готов, конечно, — отвечаю я.

— Только прошу тебя отнестись к этому со всей серьёзностью. Второй раз такого шанса может не представиться, — говорит Дмитрий Сергеевич.

Да что он такого хочет мне предложить? Сразу занять его место? Или стать преемником? Не исключено, конечно, но сомневаюсь. Поэтому не понимаю, зачем такая долгая подводка. Интригует, только боюсь в итоге разочароваться.

— Хорошо, командор. Слушаю вас.

Выдержав драматическую паузу, он произносит:

— Я предлагаю тебе звание лейтенанта. Поверь, не каждому выпускнику я сразу готов вручить офицерское звание. Ты будешь командовать оперативной группой, получишь отдельную комнату на базе и хорошее жалование. Я уж не говорю про служебный транспорт, награду за трофеи и возможность продвижения по службе.

Понимаю, что командор действительно оказывает мне большую честь. Но я же на самом деле не двадцатилетний парень, чтобы растаять от таких перспектив.

Звание лейтенанта, н-да… Понятно, что это первая ступень к вершинам. И если я поставлю себе такую цель, то могу легко дослужиться до командора. Только у меня другие планы. Связывать себя службой не собираюсь.

Кланяюсь и отвечаю:

— Благодарю. Это честь для меня, но вынужден отказаться.

— Почему? — не скрывая расстройства, спрашивает Дмитрий Сергеевич.

— Я пока не хочу принимать такую ответственность. Спасибо за доверие, правда. Но у меня есть много личных дел, с которыми надо разобраться.

— Вот оно как. То есть ты планируешь стать вольным Стражем?

— Да.

— Честно говоря, я так и думал. Больно уж ты независимый, Зверев, — Дмитрий Сергеевич качает головой.

— Какой есть, командор.

— Надеюсь, ты знаешь, что в одиночку многого не добиться. Даже самым сильным из нас иногда нужна помощь. Поэтому, если понадобится, ты всегда можешь ко мне обратиться.

— Как и вы ко мне.

Обмениваемся крепким рукопожатием, после чего командор кивает в сторону столовой:

— Иди, празднуй. Повеселись, как следует, это приказ!

— Так точно! — отвечаю я и тороплюсь вслед за остальными выпускниками.

Торжество начинается с сюрприза. Старшие Стражи поздравляют нас и в качестве подарка выносят здоровенный торт в виде каменного голема. Он реально огромный, чуть ли не в натуральный размер.

Неудивительно, что резать его собираются ножом, который больше напоминает двуручный меч. Один из офицеров выходит вперёд, указывает на торт и объявляет:

— Дамы и господа, сегодня перед нами серьёзный противник — шоколадный голем! Внутри него, как и во всяком големе, есть очаг. При этом неизвестно, в какой части монстра он находится. Мы сами и не знаем, потому что попросили кондитеров сделать сюрприз. Очаг этого монстра сделан в виде шарика марципана. В чьём куске он окажется — тот получит особенный подарок!

— А что за подарок? — выкрикивает Виктор.

— Узнаешь. В очередь!

Стражи режут торт, а выпускники, толкая друг друга, стремятся к нему. Всем хочется получить неизвестный сюрприз. Мне тоже, так что прикидываю про себя, где кондитеры могли спрятать «очаг». Варианта два — либо где-то в глубине, в груди или животе, либо внизу, в ступнях. Вряд ли марципан положили так, чтобы он достался одному из первых.

— Жуть какая, — бормочет стоящая рядом со мной Зайцева.

— Почему? — спрашиваю я.

— Торт красивый. Но он в виде монстра. Есть монстров — мерзко.

— Ты плохо теорию, что ли, слушала? Некоторых монстров можно есть. Чем ещё питаться, если застрянешь в разломе на неделю?

— Я лучше от голода помру, — мотает головой Даша.

— Этот монстр шоколадный, так что можешь попробовать.

Приглядываюсь к уже частично разделанному торту. Голову и плечи отрезали и поделили, но заветный марципан пока что никому не достался. Значит, я оказался прав, он где-то…

Стоп. Почему это левая пятка голема фонит магией?

Похоже, что марципанчик не простой. И если я хочу получить особенный подарок, мне нужна именно левая пятка монстра.

Встраиваюсь в очередь. Щелкунчик внутри меня бьётся в истерике, желая вылезти и слопать торт целиком. Обойдётся. Выпускать его при всех точно нельзя.

Когда оказываюсь возле шоколадного монстра, то указываю на ногу:

— Отрежьте мне левую пятку.

— Ну, давай, подставляй! — хохочет Страж.

— Ага, смешно. Я имею в виду пятку торта.

— Почему именно её? До тебя все брали, что дают.

— А мне вот надо именно пятку. Никто не оговаривал, что нельзя самому выбирать кусок, — с улыбкой сообщаю я.

— Думаешь, повезёт? Ладно, как скажешь!

Страж лихо отсекает нужную часть, перекладывает на одноразовую тарелку и отдаёт мне. Тут же, не отходя, расковыриваю кусок и обнаруживаю внутри шарик марципана.

— Да не может быть! Как ты угадал? — офицер с досады вонзает нож в пузо голема.

— Просто повезло, — пожимаю плечами я.

Не рассказывать же ему, что я почуял конфетку благодаря её магическим свойствам. Только не могу понять, каким, ведь ещё не вся земная магия мне знакома. Заклинание слабое, но устойчивое. Интересно, что будет, если съесть этот «очаг»?

Обязательно попробую. Я не боюсь ставить над собой опыты. Тем более, что вряд ли кондитеры засунули в торт Стражей что-то опасное. Хотя можно попросить Ларису или Дашу, чтобы прочитали заклинание и узнали, что оно делает.

Странно, что никто до меня не почувствовал магию. Хотя, наверное, заклинание как следует замаскировали, а я почуял его благодаря связи с Астралом. В этом плане меня не обманешь — любую скрытую магию обнаруживаю без усилий.

— У нас есть победитель! — объявляет офицер.

Поднимаю марципан над головой, демонстрируя всем. Зал взрывается аплодисментами и восторженными криками. Когда они стихают, Страж продолжает:

— Я немного обманул вас. Будет два особенных подарка. Первый — это сам марципан. В него добавлено зелье усиления души. Тот, кто съест его, может даже сразу перейти на следующий ранг.

Объяснения теперь не нужны. Ничего себе! Даже я знаю, что зелье усиления души — крайне редкая штука. Чтобы её сделать, нужны органы очень редких монстров четвёртого уровня и выше. Кто-то сильно рисковал жизнью, чтобы добыть ингредиенты на это зелье.

— Благодарю, — искренне говорю я.

— Ну и второй подарок — эта вещь, без которой не обходится ни один нормальный Страж!

Офицер протягивает мне небольшую коробку. Открыв её, обнаруживаю внутри анализатор разломов. О, да! Именно то, что я хотел! Готов кричать и прыгать от радости, как ребёнок.

— Это АР-5. Новая версия, только поступила на вооружение. Пусть он служит тебе хорошо и убережёт от лишних опасностей, — объясняет Страж.

— Спасибо, офицер!

Тот кивает и вытаскивает нож из торта, а затем повышает голос:

— Остальные, что приуныли? Торт всё равно очень вкусный! Налетай!

Отхожу в сторону, увлекая за собой Виктора. Убедившись, что за нами никто особо не наблюдает, протягиваю шарик марципана ему.

— Держи.

— С чего бы? Это ты его выиграл, — отнекивается Самойлов.

— Разве это называется выиграл? Мне просто повезло.

Даже не обманываю. Мне и правда повезло родиться с даром управления астральной энергией.

— Всё равно он твой, — говорит Виктор.

Просто всучиваю ему измазанную в шоколадном креме конфету.

— Бери. Ты слышал, что офицер сказал? Там зелье усиления души. Мне от него всё равно толку мало будет, у меня и так восьмой ранг. А у тебя только десятый.

— Ты вообще знаешь, сколько такое зелье стоит? — разглядывая марципан, бурчит Виктор.

— Ты до сих пор всё деньгами меряешь? Ешь давай, пока не отобрали.

— Ха! Пусть попробуют.

Он закидывает шарик в рот и пережёвывает. Потом его глаза расширяются, на лбу выступает пот, и Самойлов хватается за меня, роняя свою порцию торта.

— Ты в порядке? — спрашиваю.

Он сначала кивает, потом мотает головой, а потом вдруг подпрыгивает на месте и орёт, как берсерк. Амулет Стража на груди Виктора вспыхивает, и перед цифрой Х появляется палочка. Самойлов только что увеличил силу своей души до девятого ранга.

— Охренеть! Такое чувство, будто внутри меня огненный шар взорвался! — вопит он, продолжая подпрыгивать на месте.

— Ну и как ощущения?

— Зашибись! Андрей, я твой должник! — Виктор крепко обнимает меня и хлопает по спине.

— Да ладно, подумаешь. Мне не жалко.

— Не понимаю, как ты так легко расстался с этой штукой. Зелье усиления души целое состояние стоит! Не говоря уж о том, что их днём с огнём не сыщешь.

— Опять ты про деньги. Сказал же, мне не жалко. Дружба важнее.

Слегка безумная улыбка пропадает с лица Самойлова. Он вдруг становится серьёзным и внимательно смотрит мне в глаза.

— Значит, мы друзья? — спрашивает он.

— Ну, конечно. Зря ты, кстати, торт уронил. Он офигенный, — говорю я, закидывая в рот кусочек со своей тарелки.

— Хрен с ним. Знаешь, Андрей, у меня никогда не было настоящих друзей. Ты будешь первым.

— Это как-то странно прозвучало.

Виктор толкает меня в плечо.

— Да пошёл ты! Я тут душу раскрываю, а ты с какими-то дебильными намёками.

— Не обижайся. Я тоже рад, что мы с тобой подружились. Ну что, идём праздновать или как?

Самойлов смотрит через плечо и кривится:

— Скучно здесь. Поехали в город, завалимся в какой-нибудь бар! За мой счёт.

— Прям за твой?

— Прям за мой, Зверюга ты небритая! Мне нехило отвалили за добычу из разлома.

— Почему небритая? — трогаю щёки.

О, а мне и правда побриться не помешает. Ну, ничего, струнами это легко делается, главное быть осторожным, а то так и форму челюсти недолго поправить.

— Ладно, поехали, — пожимаю плечами.

— Вот это я понимаю! Сейчас всех соберу! — уже на ходу выкрикивает Виктор.

В общем, через полчаса за нами приезжает автобус, и мы всей толпой выпускников едем в Петербург. Кто-то уже успел достать выпивку — бутылки с вином гуляют по салону, и атмосфера становится всё более весёлой и непринуждённой.

Я могу очень быстро протрезветь с помощью астральной энергии, поэтому могу пить с друзьями сколько угодно и при этом быть начеку.

Стражи не расстроились, что мы так быстро уехали. Всё равно после поедания торта нас бы попросили расходиться. Остатки шоколадного голема, кстати, мы забрали с собой. И когда приехали в бар, то посадили на почётное место во главе стола.

Правда, к этому времени от голема остались только живот и полторы ноги, но кто-то из магов сотворил ему иллюзорное тело. Так что складывалось впечатление, будто с нами за столом сидит настоящий монстр, от которого время от времени кто-нибудь отъедал по кусочку.

Приближается ночь, но наш праздник продолжается, и никто не хочет уходить. Все понимают, что вряд ли мы когда-нибудь ещё раз соберёмся все вместе. Кто-то уедет служить в другой город, кто-то вообще может покинуть орден, ну а кто-то погибнет. Вот такая у нас опасная работа.

Поэтому я тоже не тороплюсь покидать бар, хотя в голову и лезут мысли о том, что у меня много дел и пора бы ими заняться. Ничего, завтра займусь. Один вечер отдыха можно себе позволить, тем более что повод есть, и он весомый.

Не каждый день вступаешь в орден, слава о котором гремит по всему миру. В других странах тоже есть организации, которые борются с разломами, но русские Стражи по праву считаются сильнейшими.

Голем уже полностью съеден, а коктейлей выпито столько, что и не сосчитать. Я тоже немало выпил, но периодически себя отрезвлял. Однако зов природы всё равно заставляет меня на время покинуть стол и поискать, где здесь уборная.

Когда возвращаюсь, то обращаю внимание на огороженный красной лентой столик, за которым сидит компания из нескольких молодых богато одетых дворян. Они смотрят на меня с вызовом. Спокойно смотрю в ответ, пока иду мимо, а потом слышу за спиной разговоры:

— Ещё один обрыган пошёл.

— Откуда их столько сегодня?

— Да студенты какие-то. Нищеброды. Видел, они торт с собой притащили?

— Ха-ха! Поди и бухло под столом своё прячут!

Ну, блин. Как теперь мимо пройти? Придётся ответить.

Резко разворачиваюсь и меняю направление. Подхожу к столику, тут же заставляя мажоров замолкнуть.

— Эй, отброс! Ты что, перепил? Ограждение видишь⁈ — негодует один из них. Я, не обращаю на него внимания, поскольку не являюсь отбросом, а значит, и обращаются не ко мне. Подхожу и бросаю на стол ненужную бумажку, которая завалялась в кармане, после чего собираюсь уйти, но один из них хватает меня за рукав.

— Ты что делаешь⁈ Забрал это, немедленно! — обращается ко мне схвативший.

— Руки мыл⁈ — спрашиваю я его и, не напрягаясь, высвобождаюсь из захвата.

— Чего⁈ — опешил тот, и его друзья тоже затихли, пытаясь понять, к чему я это спросил.

— Видишь, место для отходов, мусора и всякого хлама огородили? — показываю на ленточку, которой огорожено место, где они сидят и продолжаю:

— Вот я и выкинул мусор, а ты людей, грязными руками хватаешь. Я понимаю, что вам очень кушать хочется, но это не повод хватать чистых и благородных дворян. Видите, вон за тем столиком господа и дамы отдыхать изволят. Мы там очень вкусный торт недавно съели, но крошки еще остались, поэтому если вы хорошенько помоете руки и вежливо их попросите, они вам эти крошки со стола смахнут на тарелку. Только не вздумайте брать тарелку с вашего стола. Попросите у официантки чистую. Думаю, она смилостивиться над вами и даст одну. Чего вы так уставились? И вообще, не дышите в мою сторону, вы воняете. Как вас только пустили в приличное заведение? Еще и к людям обращаются, а этот вообще охренел, за рукав хватает! Блин, в химчистку теперь придется китель нести, — закончил я свою речь и, оставив компанию любителей унизить тех, кто не может им ответить, с открытыми ртами, сходил в туалет.

Вся гоп-компания ждала меня на выходе, когда я возвращался. Но что примечательно ограждения в виде ленты уже не было.

— Что уже съели крошки? Можете не благодарить, —

— Ты ответишь за свои слова мразь! — процедил сквозь зубы один из них.

— Подожди, Денис, — вдруг подаёт голос другой парень.

На вид он младше всех остальных и кажется каким-то слишком утончённым. Но, как только он начинает говорить, я сразу понимаю — это лидер группы. Просто до поры до времени он не показывал себя, позволяя выступать своему дружку.

Этот лидер невозмутимо поправляет свои длинные, почти до плеч, волосы и делает глоток виски. А затем с полуулыбкой обращается ко мне:

— Как тебя зовут, простолюдин?

У него дурацкая манера растягивать слова. Как будто ему лень говорить со мной.

— С чего ты взял, что я простолюдин?

— Ты дворянин? Никогда бы не подумал, — улыбка дворянчика становится чуть шире.

— Так думай в следующий раз, прежде чем оскорблять кого-то, — советую я.

— Думаешь, что у меня из-за этого могут быть проблемы?

— Конечно. Как знать, вдруг ты оскорбишь того, кто сильнее себя?

— Это вряд ли, — дворянчик пристально смотрит мне в глаза.

Смотрю в ответ, не отводя взгляда. Все остальные молчат и ждут, чем закончится наше молчаливое противостояние, когда в него неожиданно врывается Виктор:

— Андрюха! Ты чего здесь застрял?

— Самойлов, надо же. Что ты здесь забыл? — интересуется дворянчик.

Он переводит взгляд на Витю и усмехается.

— Можешь не отвечать, и так всё понятно. Сменил круг общения, не так ли? Когда я узнал, что ты пошёл в Стражи, то сразу сказал — мы тебя потеряли.

— Потеряли, Беркут. Зато я нашёл себя, — твёрдо отвечает Самойлов, хотя на ногах он держится не так уж уверенно. Много выпил сегодня.

Тот, кого назвали Беркутом, заливисто смеётся и хлопает в ладоши. Его дружки послушно гогочут следом.

— Браво, браво! Какие красивые слова. Жаль, что бессмысленные, — дворянчик машет рукой, будто отбрасывает что-то.

Виктор только кривится и поворачивается ко мне:

— Всё нормально, Андрей? Что хотят от тебя эти придурки?

— Осторожней со словами, Самойлов! — неожиданно властным тоном огрызается Беркут.

Мы с Виктором не обращаем внимания на его возглас.

— Всё нормально. Просто думал, что бомжей в приличное заведение пустили, в мусорный отсек. У них тут даже столик лентой огорожен был. Так это что, дворяне? А чего от них так воняет, и ведут себя, как простолюдины? Представляешь, благородных людей за рукав хватают! Они бы еще подраться на кулаках предложили.

— Воспитание такое. Не обращай внимания. Они считают всех, кто ниже их по статусу, грязью под ногами, и любят так посидеть и обосрать других, а тут, видимо, не на того нарвались. Грамотно ты их на место поставил, — Витя мажет по дворянам нетрезвым взглядом.

— Давно ли ты сидел с нами и делал то же самое, Витёк? — усмехается Беркут, не обращая внимания на то, как мы унизили всю их компанию. Молодец, умеет держать лицо.

— Давно, Миша. В прошлой жизни. Пойдём, Андрей, не будем портить себе настроение, — Самойлов обнимает меня за плечи и пытается увести.

Только кто сказал, что я хочу уходить? Этот Миша Беркут и его дружки здорово меня раззадорили. Пахнет конфликтом, из которого я не хочу просто так сбегать. Надо хотя бы оставить за собой последнее слово.

— То есть они постоянно так делают? — спрашиваю, убирая руку Виктора с плеч.

— Одно из их любимых развлечений, — отвечает он.

— Понятно. То есть господин Беркут и его лизоблюды смешивают с говном сами себя? Теперь понятно, почему они выбрали столик по дороге в туалет. Чтобы далеко за дерьмом не бегать, когда закончится. Интересное развлечение, но спорное. Ну ладно, пошли, — пожимаю плечами.

— Что ты сказал⁈ Эй! Стойте! — раздаётся голос Михаила за спиной.

Мы с Витей игнорируем его и спокойно направляемся к нашему столику, за которым продолжается веселье.

— Кто он вообще такой? — спрашиваю я.

— Беркут? Наследник графа, как и я. Только его отец гораздо могущественнее и богаче моего. Зря ты с ним закусился, — Виктор качает головой.

— Ты погоди, мы ещё не закончили.

Слышу за спиной быстрые шаги и понимаю — так и есть. Моя последняя фраза все-таки пробила моральную броню их лидера и тот повелся.

Резко разворачиваюсь и встречаюсь лицом к лицу с тем широкоплечим. Он как раз собирался схватить меня за плечо, но теперь его ладонь в нерешительности застыла в воздухе.

— Тронешь — и я тебе руку сломаю.

— Давай, рискни, — не слишком-то уверенно отвечает он.

— Нет-нет, господа! Зачем вы и правда ведёте себя, как чернь? — не спеша приближаясь, произносит Беркут.

Он встаёт между нами и с той же мерзкой полуулыбкой смотрит на меня.

— Если мы хотим решить возникший конфликт, нет ничего лучше дуэли. Как ты считаешь, Андрей? Тебя ведь Андрей зовут?

— Дуэль — это прекрасно, я не против размяться. Только что-то сомневаюсь, что ты посмеешь меня вызвать, — говорю я.

— Почему же? При свидетелях вызываю тебя на дуэль.

Моя очередь хлопать в ладоши. Случайно добавляю в хлопок астральной энергии, так что звук разносится по всему залу, а на потолке лопается лампочка. Ну не виноват я, что и, правда, рад размяться.

— Отлично! Принимаю вызов. Магия, — ответил я, выбрав тип дуэли, поскольку это право того, кому бросают вызов. Типов дуэли в этом мире всего четыре: Магия — это дуэль, на которой сражаются исключительно при помощи своих магических сил без использования оружия и артефактов. Оружие — в этом случае используется только не магическое холодное оружие. Мечи, клинки, кинжалы, да хоть булавой и секирой можешь махать, главное не использовать магию, огнестрел, стрелковое оружие и артефакты. Нельзя выйти на дуэль с двумя механическими арбалетами со скоростью стрельбы пять выстрелов в секунду. А вот метательные ножи использовать можно.

Третий вид дуэли — это магия и оружие. Это объединенные первые два вида дуэли. Разрешено холодное, метательное, дробящее и тому подобное оружие, разрешена магия. Ну, и запреты тоже объединены. И последний, четвертый вид дуэли — это дуэль без правил. Название говорит само за себя, но к этому типу дуэли прибегают крайне редко.

— Я буду секундантом, — Виктор встаёт рядом со мной и складывает руки на груди.

— Кто бы сомневался, что ты захочешь помочь своему новому приятелю. Как твоя фамилия, Андрей? — спрашивает Михаил.

— Зверев.

— Хорошо, тогда… Подожди-ка, Зверев? Андрей Алексеевич?

— Да, — киваю я.

Беркут молча хлопает глазами, глядя на меня, а его улыбка медленно становится всё шире. В итоге он издаёт короткий смешок и отмахивается от меня, как от мухи:

— Нет-нет-нет! Я не могу сражаться с тобой. Даже когда я выиграю, это запятнает мою честь! Самойлов, ты и, правда, с ним общаешься? С этим позорищем?

— Он гораздо больший дворянин, чем ты, — сжимая кулаки, цедит Самойлов.

Приятно осознавать, что Виктор стал мне другом не только на словах. Не боится встать со мной плечом к плечу и враждовать даже с теми, кого хорошо знает. Ведь, как я понял из разговора, Самойлов тоже раньше принадлежал к их компании. Совсем недавно, если уж на то пошло.

Беркут цокает языком и говорит:

— Сомневаюсь. Сын бродяги из угасшего рода… Я просто не могу выйти против него.

— Вызов прозвучал, я его принял. Отказаться не получится, — замечаю я.

Михаил с достоинством кивает:

— Дуэль состоится. Но я выставлю защитника.

Внутри меня рождается дикий ржач, который я не могу сдержать. Хохочу прямо в лицо Беркуту, и он даже отступает на шаг, шокированный такой реакцией.

— Что смешного⁈ — возмущается он.

— Как что? Ты еще и трусом оказался. Слабый, трусливый любитель мусорных свалок, выдающий себя за человека чести. Вы ребята точно с ним? То есть вы все такие же дешевки, как он? — через смех ответил я, обращаясь к лизоблюдам графа, и это слышали все присутствующие. Поэтому и посмотрели на Беркута с некоторым пренебрежением, а его лизоблюды молча сделали ма-а-аленький шажочек в сторону от него, что не укрылось от его внимания. Он даже еле заметно скрежетнул зубами, но лицо сохранил.

Виктор, усмехнувшись, согласно кивает. Михаил мрачнеет, но лишь гордо вздёргивает подбородок и говорит:

— У тебя всё равно нет понятия о чести, безродный. Как и об истинно дворянской смелости!

Я еле успокоился и уже вытирал слезы от смеха, но теперь опять начинаю хохотать:

— Точно! Истинно дворянская смелость — вызвать человека на дуэль и сразу же спрятаться за спину защитника. Так поступают только самые отважные люди! Да ты прямо настоящий лев, а не Беркут!

— Хватит сотрясать воздух. Ты готов сражаться? — цедит тот.

— В отличие от тебя — ещё как готов! А кто из вас выступит защитником? — осматриваю Мишиных дружков.

— Я, — рычит широкоплечий.

— Вообще не удивлён. Как тебя зовут?

— Ратмир Краснов. Ты моё имя на всю жизнь запомнишь!

— Вряд ли. Пошли, Ратмир Краснов. Остальные тоже могут присоединиться.

— Нам не нужно твоё разрешение, — презрительно морщится Беркут.

— А я не про вас. Витёк, позовешь наших?

— С радостью! — ответил Самойлов и отправился к нашему столику.

Отправляемся на задний двор. Здесь тихо и безлюдно, только ржавеет у стены чей-то брошенный автомобиль. Места для дуэли предостаточно.

Мы с Красновым выходим на середину площадки, остальные формируют вокруг нас круг. Всё выглядит как обычная уличная драка, но всё же это будет дуэль, какая-никакая.

Самойлов и Беркут пару минут совещаются в сторонке, видимо, обсуждая условия схватки. Затем пожимают руки, и Михаил с присущей ему жеманной манерой объявляет:

— Внимание! Сейчас состоится дуэль между моим защитником, достойным бароном Ратмиром Красновым и безродным дворянином Андреем Зверевым. Бой проводится с применением магии. Артефакты, оружие и рукопашные приёмы запрещены. Проигрывает тот, кто больше не сможет продолжать поединок или попросит пощады. Участники, готовьтесь! Через минуту начинаем.

Секунданты на пару окружают площадку защитными заклинаниями, чтобы никого из зрителей не задело. Я спокойно сбрасываю куртку и кидаю своим. Лариса ловит её и указывает подбородком на Краснова: мол, разделайся с ним. Подмигиваю в ответ.

Выпускники наперебой подбадривают меня:

— Давай, Зверь, порви его!

— Андрей, покажи чего стоят Стражи! — узнаю голос Даши.

— А кто это вообще такие? Может, им всем навалять?

— Не лезьте! Андрей сам разберётся, — почти приказывает Виктор.

Беркут откашливается и говорит:

— Десять секунд!

— Да всё, звезда тебе! — неожиданно выкрикивает Ратмир и атакует.

Даже так? Нападаешь до команды? Это уже и, правда, низко.

Придётся проучить тебя, и я вовсе не против преподать тебе урок по дуэльному кодексу.

Глава 11

Российская империя. Санкт-Петербург. За баром «Ультрамарин»

Когда Ратмир срывается с места, его тело начинает светиться, будто падающая комета. Он отрывается от земли и с огромной скоростью летит на меня. С грохотом врезается в ограждающее заклинание, отчего по нему идут волны. Забавно наблюдать, как Ратмир растерянно вертит башкой по сторонам, не понимая, куда это я делся.

Наконец, обернувшись, он видит меня на другом конце площадки. Я успел не только впитать часть маны из его заклинания, но и пустить её на ускорение.

— И всё? Быстрее не можешь? — развожу руками.

Вместо ответа Краснов опять наливается светом. Из его груди вылетает несколько магических шаров и устремляется ко мне. А следом и сам Ратмир летит вперёд.

Просто перепрыгиваю через него, позволяя снова врезаться в ограду. Шары резко меняют траекторию и пытаются поразить меня. Ого, самонаводящиеся! И очень быстрые.

Но не быстрее моих струн. Поглощаю несколько шаров, остальные просто разрушаю, потому что не успеваю поглотить. Шустрые они очень, и их довольно много. Ничего, скоро прокачаюсь и смогу поглощать больше маны за единицу времени. А по поводу шаров, что тут сказать, спасибо за добавку маны.

Что за магия такая? Я раньше подобную не видел, и в памяти Андрея тоже ничего о ней нет. Магия света или что-то вроде того? Судя по всему, родовые техники, неизвестные широким массам.

— Ну, ты сражаться будешь или нет? Или мы в догонялки играем? Ты пока проигрываешь, — усмехаюсь я.

— Это я ещё не размялся! — выкрикивает Краснов.

— Так разминайся быстрее, а то мне скучно.

Мои слова вызывают смех среди выпускников. Кто-то оглушительно свистит, другие начинают скандировать моё прозвище. Хотя теперь это официальный позывной в ордене Стражей, а не просто кликуха.

— Хватит болтать! Деритесь! — раздаётся недовольный голос Беркута.

— Так и я о том же! Скажи своему другу, пусть начинает, — отвечаю я.

— Ратмир! Не вздумай проиграть! — приказывает Михаил.

«Вот зачем ты на него такую ответственность взвалил? Он же будет виноватым себя чувствовать, когда проиграет», — думаю я.

Мне плевать, конечно. Просто не понимаю, зачем это было сказано. По-моему, очевидно, что Краснов для меня не противник. Я мог бы уже закончить дуэль, но есть настроение поиграть.

Однако Ратмиру удаётся меня удивить. Вместо того, чтобы снова кометой кинуться в меня, он просто выстреливает слепящим потоком. Если б у меня заранее не были готовы струны и астральный доспех, я мог бы и урон получить.

Только у меня всё готово. Часть атаки приходится принять на броню, но затем я перехватываю заклинание и направляю вверх. Поток ударяется в ограждение, а Ратмир зачем-то продолжает его поддерживать. Остановить не может, что ли?

Так или иначе, через несколько секунд поток пробивает защиту и устремляется в небо. Только затем Краснов отменяет заклинание и ошеломлённо смотрит на меня. Моя компания возмущённо гудит, Лариса сыплет отборными ругательствами, а Виктор что-то кричит про нарушение правил.

— Этим и убить можно было, вообще-то, — замечаю я. Настроение играть сразу пропадает.

— Да как ты это сделал⁈ — раздосадованно выкрикивает Ратмир.

— Сейчас покажу.

Обоими струнами впиваюсь в защиту противника и мигом разрушаю её. Следом показываю, что значит настоящая скорость. Бросаюсь к нему и одним ударом вырубаю. Бесчувственное тело летит через половину площадки. Вовремя подхватываю его, не давая рухнуть затылком на асфальт. Убивать его ни к чему, пары выбитых зубов будет достаточно.

— Он устал, пускай поспит, — ласково хлопаю Ратмира по щеке.

Остатки защиты снимают, и Беркут выбегает на площадку с воплем:

— Нарушение! Было оговорено, что нельзя использовать рукопашные приёмы!

— Также было оговорено, что дуэль не до смерти! А твой защитник использовал магию, способную убить, — приближаясь, парирует Виктор.

— Ничего подобного. Этот поток просто лишил бы его сознания, — отмахивается Михаил.

— Да ладно⁈ Это было заклинание пятого ранга! Оно смертельное, без всяких оговорок! — вклинивается Лариса.

— Тебе откуда знать, оборванка, — скрипнув зубами, отвечает Беркут.

— Как ты меня назвал⁈ — в руках рыженькой сразу вспыхивает пламя.

— Довольно! — железным тоном приказываю я.

Воцаряется тишина. Лариса, что-то буркнув, гасит заклинания. Я вонзаю взгляд в Беркута и чётко говорю:

— Я усилил тело магией. Так что удар считается магическим, нарушения правил не было. С моей стороны.

— Не согласен! — вздёргивает подбородок Михаил.

— Тогда, наверное, ты хочешь продолжить?

— Не хочу. Дышать с тобой одним воздухом и то противно, а уж сражаться…

— Да-да, можешь не продолжать. Сколько бы красивых слов ты ни сказал, всё понятно. Ты трус, — отмахиваюсь я.

— Возьми свои слова обратно, безродный! — орёт Беркут.

— А то что? Ты выставишь другого защитника? У кого из вас есть желание выйти против меня? — смотрю на оставшихся дружков Михаила, и что-то мне никто не отвечает.

— Да они такие же трусы, — говорит Лариса.

— Похоже, ты права. Ну, тогда пойдём.

— Поднимите его. А ты, Зверев, запомни, за свою дерзость ты ещё ответишь! — цедит Беркут, тыча в меня пальцем.

Не обращая ни малейшего внимания на эту реплику, поворачиваюсь к Виктору:

— Дуэль закончена. Надо что-нибудь сказать, да?

— Да. Барон Краснов не может продолжать схватку, поэтому Андрей Зверев объявляется победителем! — громко произносит Самойлов.

— Твой меч, петух! Ой, блин, Беркут. Перепутал, — обращаюсь я к Михаилу, протягивая руку. После дуэли проигравший отдает свой меч, который у него при себе, вне зависимости от того, сам он сражался на дуэли или выставил вместо себя защитника. И сейчас на его поясе висел родовой меч. Ну, еще бы, наследник рода, как-никак. Обычно род потом выкупает проигранные на дуэли мечи, но этот я продавать не собираюсь. Этого высокомерного наглеца стоит проучить.

— Ты совсем страх потерял безродный⁈ Ты кого петухом назвал⁈

— Или ты отдашь мне сейчас мой трофей, или я заберу его с твоего трупа! Ты ведь понимаешь, что тут свидетелей нарушения дуэльного кодекса столько, что скрыть правду не удастся. Или твой папенька решиться устранить всех этих стражей? Он готов закуситься с нашим Орденом и лично с командором, чтобы скрыть твой позор? — игнорируя его выпады, спрашиваю я, и Михаил, скрипя зубами, снимает свой родовой меч и кидает его мне. Я ловлю оружие и добавляю:

— Надеюсь, ты понимаешь, что присылать ко мне своих представителей не имеет смысла? Этот меч я отдам, только если ты победишь меня в честной дуэли.

Михаил, одарив меня напоследок многообещающим взглядом, развернулся и ушел вслед за своей компанией.

Российская империя, Санкт-Петербург. Возле бара «Ультрамарин»

— Мерзкий ублюдок! Позорная тварь, ничтожество, выродок! — одно за другим бросает ругательства Беркут, выходя из бара.

— Что случилось вообще? Ни хрена не помню, — мямлит Ратмир, прикладывая к челюсти кубик льда.

— Ты проиграл дуэль, вот что! Из-за тебя я оказался унижен!

— Прости, — морщится Краснов.

— Ладно, прощаю. Но ты мог бы сражаться и получше!

Друзья Беркута многозначительно переглядываются за его спиной, но ничего не говорят. А сам он продолжает гневную речь:

— Этот урод ещё ответит! Я это так просто не оставлю, надо ему отомстить. Отомстим ему вместе! Он ведь не только меня унизил, но и всех нас. Да, парни⁈ Он у нас ещё в ногах ползать будет. Давайте хорошенько подумаем, как его наказать, а завтра соберёмся и всё обсудим. Согласны?

В ответ доносится тишина. Ратмир, выбросив лёд на дорогу, бурчит:

— Ага. Что-то хреново мне совсем, башка раскалывается. Домой поеду.

Не пожав никому руку, он резко разворачивается и уходит. Оставшиеся двое друзей Михаила снова переглядываются и один из них говорит:

— Успокойся ты, Мишань. Ну да, нехорошо получилось. Но я бы не стал второй раз с ним связываться.

— Нехорошо получилось⁈ Он забрал мой родовой клинок! — орёт Беркут, распугивая прохожих.

— Ну, может, он согласится его продать. Нищеброд ведь. Ладно, мы тоже поехали. Поздно уже, дела завтра… До встречи, Миша.

Друзья оставляют Беркута, и злость захватывает его ещё сильнее. Пнув стояющую на обочине урну, он быстро идёт по улице и рычит под нос:

— Тоже мне, друзья. Испугались какого-то безродного ублюдка. Слабаки и предатели, вот они кто! Ничего. Я сам с ним разберусь. Придумаю, как отомстить! Я ещё покажу этому отребью, кто такой Михаил Беркут!

Его друзья тем временм, отойдя на приличное расстояние, обсуждают совсем другое:

— Ты вообще понимаешь, что сейчас произошло?

— Что?

— То, что репутация Беркута теперь упала ниже плинтуса.

— Да уж… Краснов-то молодец, не побоялся сразиться, хоть и проиграл.

— Лучше с Михаилом больше дел не иметь. А то и нас трусами назовут. Репутация наших родов пострадает.

— Точно. Отцы нас за это по головке не погладят. Так что ты прав. Больше с Беркутом не общаемся.

Российская империя. Санкт-Петербург. За баром «Ультрамарин»

Когда побеждённые уходят, выпускники издают триумфальный крик. Опомниться не успеваю, как меня подхватывают на руки и начинают подбрасывать в воздух.

Когда заканчивают и ставят на землю, ко мне вдруг подбегает Даша и целует в щёку. Тут же краснеет по самые уши и смущённо бормочет:

— Молодец.

Другие девчонки вдруг тоже хотят меня поцеловать. Налетают со всех сторон, и по очереди чмокают. Приятно, аж жуть. Не говоря уж о том, что молодое тело ярко реагирует на такое обилие женского внимания.

Вдруг замечаю, что Лариса не участвует. С лёгким удивлением наблюдает, как меня расцеловывают, а сама не подходит.

— Обойдёшься! — говорит она в ответ на мой вопросительный взгляд.

— Почему?

— Потому. Заслужить надо.

— Я не из тех, кто чего-то заслуживает. Я своего добиваюсь.

В мгновение ока оказываюсь рядом с рыженькой, сгребаю её в объятия и целую. М-м, какие мягкие губки…

И острые зубки! Лариса, не придумав ничего лучше, больно кусает меня за язык. Вкус клубники с её губ сменяется металлическим привкусом крови.

— Охренел⁈

— Да.

— Ты… подонок! Это был мой первый поцелуй! — Лариса осторожно притрагивается к своим губам.

— Правда? Ну, тогда ты точно на всю жизнь его запомнишь, — с улыбкой отвечаю я.

Первый поцелуй, нифига себе. Ей вроде бы около двадцати, как и мне. Неужели до сих пор ни с кем не целовалась? Странно. Она такая недотрога или у неё родители слишком строгие, не отпускали дочку на свидания?

Возвращаемся в бар, но нам уже не хочется здесь сидеть. Поэтому Виктор оплачивает счёт и приглашает всех на прогулку по ночному Петербургу. Никто не отказывается.

До рассвета гуляем по набережной, поём песни, шутим и смеёмся. Но когда начинает светать, мы понимаем, что пора расходится. Долго прощаемся, обнимаемся и обещаем поддерживать связь друг с другом.

— Андрей, ты домой поедешь? — спрашивает Даша, обнимая меня на прощание.

— В гостиницу. У меня здесь нет дома.

— Правда? У меня тоже, я ведь из Самары приехала.

— Тогда поехали в гостиницу вместе, — говорю я, крепче прижимая её хрупкое тельце к себе.

Зайцева кротко опускает глазки и кивает. Уже скоро мы оказываемся в гостиничном номере, где вся её скромность вдруг пропадает. Зая превращается в ненасытную хищницу, которая до полудня не даёт мне уснуть. Впрочем, я и не против. Очень даже за.

В середине дня мы вместе отключаемся на размётанной постели. Но когда я просыпаюсь вечером, Даши рядом уже нет. На тумбочке нахожу записку:

«Мне никогда не было так хорошо…»

Вместо подписи — отпечаток красных губ. Приятно.

Откладываю записку и потягиваюсь. Затем перекатываюсь с кровати на пол и сразу же приступаю к отжиманиям.

Всё. Развлечения закончились. Пора приступать к делам.

После мощной тренировки отправляюсь в душ, а затем спускаюсь в ресторан гостиницы и заказываю сытный ужин. Хотя для меня это завтрак. Говяжий стейк с печёной картошечкой и острым соусом. Залетает на ура, после чего я проверяю время и убеждаюсь, что банк ещё работает. Надо забрать свои деньги.

Много процентов за месяц не накапало, но это лучше, чем ничего. Забираю всю наличку и тут же начинаю искать в телефоне варианты съёмного жилья. Жить в отелях здорово, но расточительно.

Я пока что не настолько богат, чтобы швыряться деньгами. Да и вообще, это дурная привычка. Средства надо расходовать с умом. Иногда, конечно, можно и нужно себя баловать, но не каждый день.

Понимаю, что искать квартиру самостоятельно — тот ещё геморрой. Вариантов много, и зависнуть на сайте можно до утра. Поэтому, по отзывам выбираю надёжное агентство недвижимости и звоню им.

Трубку берут почти моментально. Выслушав стандартные приторно-вежливые приветствия, я объясняю, какая мне нужна квартира, и за какую цену. Уточняю, что срочно. Лучше всего сегодня вечером.

Меня соединяют с риелтором, который тут же подкидывает несколько вариантов и предлагает поехать посмотреть. Никаких проблем, едем смотреть.

В первой квартире так воняет кошачьей мочой, что я не захожу дальше прихожей. На втором адресе нам открывает пьяный мужик, который говорит, что вообще-то сдаёт комнату, а не целую квартиру. Ясно, работать не хочет, решил сдавать комнату и спокойно бухать на вырученные деньги. Кадр вроде папаши предыдущего владельца моего тела, только со своим жильём.

Третий вариант меня вполне устраивает. Уютная однокомнатная квартира недалеко от метро и от дороги, прямо ведущей на междугороднее шоссе. Интерьер ушатанный, конечно, но за роскошью я не гонюсь. Надо, чтобы было, где ночевать и складывать добычу, пока не сдам в орден. Остальное второстепенно, я не неженка.

Расплачиваюсь с риелтором, получаю ключи и тут же начинаю обустраивать жилище по своему вкусу. Передвигаю кровать, убираю всё лишнее, а затем заказываю доставку продуктов. Небольшой запас замороженных котлет, макарон и всякого такого, чтобы не особо париться с готовкой.

Всё, тыл выстроен. Можно отправляться в бой. Завтра отправлюсь на свою первую официальную вылазку в роли Стража.

Я решил выбрать путь вольного охотника и действовать сам по себе. Лицензия есть, имею право. Хотя такое редкость, конечно. Из нашего выпуска, по-моему, только я один и стал вольником. Остальные решили служить в ордене. Кто-то на базе, кто-то в оперативных отрядах. Виктор, Лариса и Даша выбрали последнее.

Всё же, большинство Стражей предпочитают работать в группе. Оно и понятно, меньше рисков. Но и добычи тоже меньше, ведь приходится распределять на всех.

А я хочу, чтобы всё доставалось мне одному. Я не жадный, просто здраво оцениваю свои потребности и понимаю, что денег понадобится о-очень много.

Завтра, кстати, надо будет узнать, сколько стоит родовое поместье. Да и официальное восстановление рода тоже наверняка обойдётся не дешево. И это всё — ближайшие цели, а у меня их ещё столько появится… Не говоря уж о том, что будет куча сопутствующих расходов.

В общем, валяться на диване мне некогда! С утра приступаю к работе.

Когда уже собираюсь лечь в кровать и отправить душу в Астрал, вдруг чувствую, как меня зовёт Щелкунчик. По эмоциям понятно, что он тоже хочет освоиться в нашем новом жилище.

Решаю выпустить его. Заодно есть время разобраться с тем, что он вообще из себя представляет. Пока я понял только то, что у него богатырский аппетит.

— Голодный? — спрашиваю.

— Ага! — Щелкунчик подпрыгивает на месте, как мячик.

Достаю из холодильника палку колбасы и показываю ему.

— Будешь?

Монстрик облизывается и быстро-быстро кивает. Бросаю колбасу, и он ловит её в полёте, глотая всю палку за одно мгновение.

— Мона щё?

— А больше нет. Признайся честно, ты всегда голодный?

— Ага!

— Я так и думал. А тебе прям еда нужна, или, что угодно подойдёт? Как насчёт этого, например? — указываю на табуретку.

— Некусна, — мотает головой Щелкунчик.

— Но ты можешь её проглотить? Давай, покажи, что умеешь. В награду вот это получишь, — показываю ему ломоть сыра.

— Лана…

Он бежит вперёд, смешно переваливаясь с боку на бок, и открывает пасть. Не успеваю оглянуться, как табуретка исчезает. Щелкунчик поворачивается ко мне, жадно глядя большими глазами на сыр.

— Погоди. А выплюнуть можешь?

— Кусна или некусна?

— Ну, давай вкусное.

— Не-е. Кусна сё. Ням-ням.

— А невкусное можешь? — продолжаю допытываться я.

Монстрик застывает, издаёт икающий звук и табуретка летит прямо в меня. Еле успеваю поймать.

Понятно. То есть пищу он всё-таки переваривает, как и все нормальные существа. А то, что несъедобно — может просто проглотить и в нужный момент выплюнуть.

Судя по всему, у Щелкунчика безразмерный желудок. Как это технически работает, интересно? Может, ему в глотку струну запустить и пощупать?

— Держи! — кидаю сыр.

— Пасиба! Мона щё?

— Сначала кое-что проверю. Будь добр, открой рот.

Монстрик послушно распахивает пасть.

— Шире. Так широко, как можешь.

Щелкунчик выполняет мою просьбу, и это заставляет меня охренеть. Он раскрыл свою пасть так широко, что я при желании весь могу в неё залезть, не то, что струну запустить. При этом монстрик остался прежних размеров, увеличилась только пасть, превратившись в клыкастую бездну.

Вглядываюсь в глотку, но ничего там не вижу.

— Не закрывай рот.

— Аха!

Выпускаю струну и осторожно направляю её в горло Щелкунчика. Сам-то он маленький, поэтому до желудка я добираюсь быстро. Но там… Что там? Фиг знает. Длина моей струны кончается, но я так и не нахожу никаких границ. Такое чувство, будто струна витает в бескрайнем космосе.

На всякий случай обхожу Щелкуна и смотрю сзади. Может, я случайно с другой стороны струну выпустил? Нет, всё в порядке. Она определённо внутри.

Очень интересно. Похоже, у него в желудке пространственный карман или даже портал какой-нибудь. И он может его контролировать, выплёвывая нужные предметы, а не всё подряд.

— Всё, закрывай.

— Куфать! — требует монстрик, щёлкнув зубами.

— Держи. Только ешь по одной, а не всё сразу, — открываю пачку печенья и кладу перед ним.

Ага, конечно. Через секунду от печенья не остаётся ни крошки. Упаковку Щелкунчик тоже проглотил.

— Щё!

— Обойдёшься. Ты вообще когда-нибудь бываешь сытым?

— Ытым? Йето как?

— Это когда ты поел и больше не хочешь.

— Не! Ачу щё. Сегда!

— Понятно. Тогда всё, баиньки.

Несмотря на возражения, заставляю Щелкунчика исчезнуть. Очень любопытная зверушка. Если я правильно понимаю, он вполне способен проглатывать не только предметы, но и живых существ. Жукобразы, которые его изранили в тот раз, видимо, были исключением, или он был слабее, чем сейчас и его пасть не так широко раскрывалась. Все-таки я не заурядная личность, а Щелкунчик привязан к моей душе. А может, шипастые сильно, некусна?

Надо будет испытать Щелкунчика в бою. А ещё обязательно попробовать прокачать его, как с помощью астральной энергии, так и энергии Хаоса. Если он вырастет, то может превратиться в серьёзную силу. Монстрик итак питается от моей души и наверняка потихоньку развивается. Но если пустить в него силу напрямую, эффект будет совсем другим.

Обязательно займусь этим, но уже не сегодня. Надо выспаться и самому немного прокачаться. Завтра предстоит загруженный день.

Утром сразу надеваю свой спортивный костюм и отправляюсь на пробежку. Вернувшись к дому, запрыгиваю на турник и начинаю подтягиваться, привлекая внимание местных подростков. Они восхищаются тем, как много раз я могу подтянуться. Объясняю парням правильную технику и оставляю их упражняться, а сам бегу домой.

Душ и завтрак, а затем — вперёд!

Первым делом я хочу обзавестись транспортом. Напряжно будет каждый раз бегать до разломов пешком или ездить на такси. Да и не каждый таксист согласится приближаться к разлому, значит, в итоге всё равно пешком.

Денег на крутую тачку у меня нет, да и не нужна мне пока крутая тачка. Требуется рабочая лошадка. Точнее, мул, на котором я буду возить добычу.

У меня, конечно, теперь есть Щелкунчик. Ходячий безразмерный рюкзак. Только вот я не могу призвать его при Стражах. Поэтому добычу всё-таки придётся на чём-то транспортировать.

Мой выбор падает на сильно подержанный, местами проржавевший пикап. Суровая тачка для настоящих мужчин. Такую и помять не жалко, она и без того уже вся помятая. То, что мне нужно.

Если будет желание — официально зарегистрирую её как транспорт ордена и примонздрячу сверху пулемёт. Посажу кого-нибудь в кузов, пусть стреляет по монстрам.

Но это так, фантазии. После покупки я загоняю машину на СТО и прошу перебрать ходовку, а заодно поменять масло и провести полное техобслуживание, а сам отправляюсь в отделение имперской канцелярии неподалёку. Мне снова нужна информация.

Отстояв небольшую очередь, прошу предоставить мне данные о родовом поместье Зверевых. О моём, то есть. А также прошу рассказать, что необходимо для официального восстановления рода.

Худенький дядя в очках долго объясняет мне всю процедуру. Понимаю только то, что бюрократии там жопой жуй. Но для всей этой бумажной волокиты я по-любому найму адвоката. Самому носиться по всем инстанциям очень не хочется. Никогда не любил бюрократические проволочки, хотя и занимался ими, поскольку есть дела, которые никому нельзя поручать. Но в данном случае, я лучше в пару разломов съезжу, чем буду полдня стоять в очередях за формуляром номер тридцать восемь.

Главное вовсе не это, а то, что для запуска процесса мне нужно пройти магический тест крови, чтобы доказать принадлежность к роду. И стоит этот тест очень дорого.

И неудивительно. Любой может заявить, что он последний потомок какого-нибудь угасшего рода. С помощью магии это можно проверить, но тест специально сделали недоступным для человека с улицы. Проверяют не только генетическую принадлежность к роду, но и состоятельность. Ведь предполагается, что настоящий дворянин должен быть достаточно обеспечен, чтобы не только содержать, но и развивать свой род. Российской Империи не нужны множество родов, которые концы с концами свести не могут.

Не можешь заработать на тест? Какой же ты аристократ тогда? Иди бутылки собирай, бродяга. Логика примерно такая.

Что касается поместья, здесь мне тоже потребуется кругленькая сумма. Дом и земли вокруг него находятся в собственности государства. Земель там немного, большую часть владений забрали победители войны родов. А то, что осталось, покрыто болотами и заселено монстрами. Аномальный разлом где-то внутри поместья — главная причина того, что никто до сих пор не захотел его купить. Этот разлом много раз пытались закрыть, но ничего не вышло. В результате чего вокруг установили ограждения и выставили охрану, которая убивает периодически выбегающих из разлома монстров. Ничего, разберусь.

С восстановлением рода решаю пока не торопиться. Нужную на тест сумму я могу, пожалуй, заработать за несколько вылазок. Проблема не в этом, а в том, что официальное возрождение Зверевых может привлечь старых врагов рода и вообще ненужное внимание.

Безродному дворянину, например, нельзя объявить войну. А вот если род есть — тогда, пожалуйста, даже если в роду один человек. Воевать я не боюсь, но в одного это всё равно напряжно, да и других дел хватает. Поэтому сначала надо стать сильнее, обзавестись ресурсами и желательно людьми. Ну а потом уже заявлять своё право зваться главой рода.

Ну что ж, отлично. Тогда я отправляюсь в разлом и заработаю деньжат. С остальным буду по ходу дела разбираться.

Выхожу из канцелярии и вдруг чувствую, что за мной следят. Опять? Да что же вы никак не уймётесь. Пока я был на обучении, то слежки не замечал и решил, что от меня отстали. Ошибался, выходит.

Наклоняюсь, типа шнурок завязываю, и ненавязчиво бросаю взгляд по сторонам. Замечаю одного типа в шляпе. Он стоит на другой стороне улицы и делает вид, что разглядывает что-то в витрине магазина. А сам наблюдает за мной через отражение.

Встаю и направлюсь дальше. Петляю по улицам, выбирая тихое местечко, и мой выбор падает на мрачноватый переулок, заваленный мусором. Самое оно. Захожу за угол и жду. Когда тип в шляпе появляется, хватаю его струной и швыряю вглубь переулка. Он падает на груду мусорных мешков.

Сжимаю ему глотку струной. Тип скребёт пальцами по горлу, но не может ничего нащупать, и его глаза расширяются от паники.

— Будешь орать — убью. Понял? — спрашиваю я.

Мужчина быстро-быстро кивает, но я не спешу убирать струну.

— Точно понял?

Снова кивки. Я позволяю ему вдохнуть и жду, когда он откашляется. Затем сажусь рядом на корточки, морща нос от запаха мусора.

— Рассказывай.

— Ч-что рассказывать? — лепечет тип.

— Кто послал тебя за мной следить и зачем. Только давай без тупых отговорок типа «я не понимаю, о чём вы говорите».

— Я не по… то есть… Меня никто не посылал!

— Это из той же оперы, — вздыхаю я.

Снимаю со спины рюкзак и достаю из него Кардинала. Топор негромко звенит, предвкушая кровь.

— Какой палец тебе меньше всего нравится?

— Не надо! Я скажу! — тип прижимает руки к груди.

Молча смотрю на него. Мужчина, помедлив, говорит:

— Я служу барону Ватагину. Он приказал за вами следить. Я не знаю, зачем, клянусь! Мне такие вещи не говорят.

— Ты его гвардеец?

— Нет. Я просто слуга.

— Понятно. Того парня со змеёй тоже послал ко мне Ватагин, не так ли?

— Парня со змеёй? А… Хорька? Д-да, он тоже служит барону. Служил, — поспешно поправляется мой собеседник.

— Нехорошо так делать, — я качаю головой.

Убираю топор в рюкзак и встаю.

— Пора навестить твоего барона. Можешь позвонить ему, если хочешь. Скажи, что очень скоро к нему приедет Андрей Зверев.

Глава 12

На востоке от Санкт-Петербурга. Поместье барона Ватагина.

— Что⁈ — вопит Ватагин в телефон.

— Он п-поймал меня н-на улице, ваше б-б-благородие…

— Я это понял! Что ты сказал потом?

— Он ед-дет к вам…

Илья Ватагин сбрасывает звонок и сразу же набирает другой номер. Капитана своей гвардии.

— Да, ваше… — раздаётся в трубке.

— Слушай меня внимательно! — перебивает барон и сам замолкает.

Мысли путаются. Страх схватил за горло и мешает вдохнуть. Если этот псих Зверев приедет сюда — кто знает, что он устроит? Ведь ни он, ни граф так и не поняли, что-за магию использует этот пацан, а неизвестность всегда пугает.

Он без проблем перебил банду Ингвара сразу после боя на подпольной арене. Гвардейцы барона, конечно, не какая-то шелупонь с ножами и дубинками, но Зверев прошёл обучение в ордене Стражей и, наверняка, стал еще сильнее! Как знать, на что он способен теперь? Представить страшно.

— Ваше благородие? — напоминает о себе капитан.

— Поднять всю гвардию. Полная боевая готовность. К нам едет очень опасный человек.

— Один человек? — в голосе капитана слышится удивление.

— Да, один! Тот самый, который убил Хорька! Слышал?

— Да, господин. Я понял. Полная боевая готовность.

— Только не вздумайте атаковать первыми. Сначала узнайте, что у него за намерения и передайте мне. Я решу, как поступить. Кодовая фраза: «Буду рад визиту почтенного гостя». Запомнил? Если я так скажу, то впустите его на территорию и нападите исподтишка.

— Приказ ясен, ваше благородие.

Илья кладёт трубку и направляется к сейфу. Достаёт оттуда защитный артефактный кулон и вешает на шею. Складывает в карманы кристаллы маны, чтобы, если придётся сражаться, можно было восполнить силы. Хотя Зверев, судя по всему, легко справляется с магией.

Подумав, барон также берёт пистолет и суёт за ремень брюк. А потом садится в кресло и ждёт. Взгляд сам собой падает на бутылку коньяка в шкафу, но пить сейчас нельзя. Сначала надо дождаться Зверева. Чем бы эта встреча ни закончилась, барон Ватагин обязательно сегодня напьётся.

На востоке от Санкт-Петербурга. По дороге в поместье барона Ватагина.

Поторопился я с покупкой автомобиля. В целом нормальная тачка, но трясёт в ней просто безбожно, в десантном отсеке броневика и то комфортнее. Ходовка жёсткая, как будто деревянная. Такое чувство, что на телеге едешь.

Не говоря уж о том, что с коробкой передач что-то не то. Хрустит, свистит, издаёт какие-то другие страшные звуки. А третья вообще не включается. Со второй приходится втыкать сразу четвёртую. Хреновое техобслуживание мне провели. Хотя нет, наверняка было еще хуже и тут техобслуживанием не обойтись. Похоже тачке нужен капитальный ремонт, а это время и деньги. Ладно, позже разберусь с этим.

Хорошо, что в ордене меня научили водить машину, в том числе и такую, у которой есть поломки. В бою-то всякое может случиться, поэтому на базе есть несколько специально раздолбанных тачек, чтобы мы учились водить автомобиль с повреждениями. Пригодилась наука.

Впрочем, учитывая, за какую сумму я купил этот пикап, грех жаловаться. Едет и ладно.

Вижу впереди поместье барона Ватагина. Тот недоделанный шпион продиктовал мне координаты, поэтому ошибки быть не может. Я приближаюсь к нужному месту.

Интересно, они сразу стрелять начнут? Если да, то придётся всех убить, и барона в том числе. Я такого не потерплю. Хотя вообще-то еду с намерением поговорить и убедить Ватагина в том, что следить за мной не надо. Это может плохо кончится для всех, кроме меня.

Вся немаленькая территория поместья окружена забором. Перескочить через него — нефиг делать, даже без усиления тела. Высота всего-то метра два, а острые пики на вершине забора не представляют опасности. Только выглядят угрожающе.

Что у меня за мысли такие? Зачем мне лезть через забор? Проеду через ворота, как нормальный человек. Вон, меня уже и встречать вышли. Шесть гвардейцев с автоматами и ещё пара магов, которые косят под слуг. Думают, одежда лакеев позволит меня обмануть? Нет уж, я магию за километр чую.

Надо сказать, что ребята Ватагина снаряжены как надо. Кроме автоматов и бронежилетов, у них есть защитные кулоны, способные выдержать несколько не очень сильных заклинаний. Против астральных струн бесполезно, но гвардейцы, конечно, об этом не догадываются.

Ну и ладно, пусть думают, что они надёжно защищены. Если всё-таки будем драться, устрою им сюрприз. Они его запомнят на всю оставшуюся жизнь, то есть примерно секунд на пять.

Подъезжаю к воротам вплотную, несмотря на то, что мне машут руками — мол, стой. Торможу только тогда, когда слышу нежный хруст бампера об ворота.

— Ой, простите. Я ещё не освоился с габаритами, только сегодня машину купил. Хотя о чём это я, мне плевать. Кто главный?

— Что? — выкрикивает подошедший гвардеец, и я понимаю, что он меня не услышал из-за шума мотора.

Да уж, тарахтит мой пикап громче трактора. Заглушаю автомобиль и снова спрашиваю:

— Кто главный?

Гвардеец хмурится и говорит:

— Добро пожаловать в поместье барона Ватагина. Я капитан его гвардии. Кто вы и с какой целью прибыли?

— Как официально. Я барон Андрей Алексеевич Зверев, прибыл с целью побеседовать с Ватагиным. Судя по тому, как вас много, вы и так знали, что я приеду.

— То есть вы хотите поговорить с бароном?

— Именно. Если бы я приехал с другой целью, вы бы это уже поняли. Ворота кто-нибудь откроет или будем проверять их на прочность?

— Подождите, я доложу, — бурчит капитан и отходит в сторону.

Он снимает с пояса рацию и говорит в неё. Достаточно тихо, но я всё равно слышу, потому что протянул к нему астральную струну:

— Ваше благородие, прибыл Андрей Зверев. Он хочет просто поговорить.

— Ты уверен? — шипит, видимо, барон.

— Он так сказал. И намекнул, что если бы приехал воевать, то сразу бы напал. Нам его впустить?

Возникает пауза, и затем звучит ответ:

— Да. Я буду рад… принять его в своём доме. Ты хорошо услышал?

— Так точно, ваше благородие.

Убрав рацию, капитан командует:

— Открывайте! Ещё раз добро пожаловать, господин Зверев.

— Спасибо.

Когда ворота распахиваются, я снова завожу свою машину и еду по аллее к главному дому. Гвардейцы следуют за мной на своей машине, соблюдая почтительное расстояние. На всякий случай надеваю астральный доспех, а то вдруг они палить начнут. Веры Ватагину нет никакой.

Подъехав к поместью, выпрыгиваю из машины, и меня встречает очередной замаскированный под слугу маг. Он неуклюже кланяется и говорит:

— Идёмте за мной, господин.

— У тебя щит дырявый, — замечаю я.

— Что?

— Твой магический щит. В районе паха структура слабая. Даже новичок бы пробил.

— Э-э… я… Вы ошиблись, господин, я не маг. Это артефакт. На всякий случай.

— Врёшь ты так же плохо, как ставишь щиты. Ладно, веди.

Вскоре я оказываюсь в богато отделанной гостиной. Всюду лакированное дерево, мрамор и золото. Пахнет кедром и свежезаваренным чаем. Его подаёт мне слуга, который типа не маг. На всякий случай, проверяю с помощью астрала, не отравлен ли чай. Нет, всё чисто.

Барон появляется через минуту. Я почему-то ждал увидеть толстяка, но передо мной оказывается крепкий широкоплечий мужчина. Он одет в хороший костюм, явно сшитый на заказ, а на меня смотрит со смесью презрения и подозрительности.

— Добрый день, Андрей. Меня зовут Илья Сергеевич.

— Здравствуйте, ваше благородие. Побеседуем? Присаживайтесь.

— Ты предлагаешь мне присесть в собственном доме? — сразу накаляется барон.

— Это что, прозвучало грубо?

— Ещё как!

— Понятно. Буду знать.

Илья Сергеевич что-то бурчит под нос и усаживается в кресло. Пробурив меня взглядом, он произносит:

— Итак, ты хотел о чём-то поговорить. Я слушаю.

— Один вопрос. Я так понял, вы знаток этикета. Скажите, обращаться к малознакомому дворянину на «ты» это не грубо?

Хмыкнув, барон отвечает:

— Я вас услышал, Андрей. Теперь выкладывайте, чем я могу быть полезен.

Делаю глоток чая и ставлю чашку на блюдце. А затем лучезарно улыбаюсь барону и говорю:

— Знаете, Илья Сергеевич, мне не нравится, что вы за мной следите. Давайте мы договоримся, что вы перестанете это делать, тогда я спокойно уйду из вашего дома, и мы больше никогда не увидимся. Только расскажите сначала, зачем вообще вам была нужна эта слежка?

С каждым моим словом барон мрачнеет всё больше. Когда я заканчиваю, он шумно вздыхает и говорит:

— Полагаю, раз вы здесь, я могу быть с вами откровенным. Технически, пока вы работали на Ингвара, то работали и на меня. Потому что я был покровителем Ингвара и получал часть дохода с той арены, на которой вы дрались.

— Допустим, но это же в прошлом.

— В прошлом⁈ Ты… Вы подставили меня, выиграв тот бой с Бульдогом! Убили Ингвара и почти всех его людей! Украли все деньги из сейфа! После этого арена загнулась, туда больше никто не приходит! Я потерял прибыльное предприятие, и это ещё не все!

Резко подаюсь вперёд, отчего барон вдруг вздрагивает и хватается за висящий на груди кулон. Чувствую, как активируется вокруг него магическая защита, и еле сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. Хоть он и корчит из себя большого босса, но до усрачки меня боится.

Я поднимаю ладонь с растопыренными пальцами и начинаю по очереди их загибать.

— Во-первых, этого Ингвара с его сворой я убил, потому что они хотели убить меня, это была самозащита. Во-вторых, деньги из сейфа я не украл, а забрал в счёт компенсации морального ущерба и в качестве выигрыша за бой. В-третьих, насчёт боя — я не собирался его проигрывать, вам что-то неправильно передали. В-четвёртых, мне насрать, что арена загнулась, это было незаконное предприятие и я очень рад, что оно закрылось. В-пятых, это всё не повод, чтобы следить за мной круглые сутки и тем более посылать убийцу.

Пальцы оказываются сжаты в кулак, который я поворачиваю костяшками к Илье Сергеевичу и уточняю:

— Понятно?

— Не повод⁈ Вы ограбили меня, чёрт подери, на крупную сумму!

— Я только что сказал, это была компенсация. В том числе за то, что меня пытался убить этот ваш… Как его? Сурок?

— Хорёк, — бурчит барон.

— Неважно. Вы поймите, что я не держу на вас зла, правда. У меня свои дела, у вас свои. Вы меня использовали, я это прекратил. Вы хотели меня убить, я не позволил. В отместку я всего лишь забрал немного денег. Поэтому я вежливо, но настойчиво прошу перестать следить за мной.

— Вы, может быть, и не держите на меня зла. Но я не могу просто так простить то, что вы сделали. Вы унизили меня! — Илья Сергеевич хлопает ладонью по колену.

— Так ведь никто же не знал, что вы истинный владелец той арены. Разве можно говорить об ущербе для репутации? Я никому не скажу, обещаю. Слово чести.

— Кто вы такой, чтобы давать слово чести? — морщится барон.

— Это уже даже не похоже на грубость, это прямое оскорбление, ваше благородие. Знаете, что бывает, когда один дворянин оскорбляет другого? — в мой голос прокрадываются металлические нотки.

— Вы ещё будете мне угрожать? В моём же доме⁈

— Я вынужден, ведь вы никак не желаете меня услышать. Может быть, через угрозы до вас дойдёт? Ещё раз повторяю: прекратите за мной следить. Иначе будет вот что.

Выпускаю струну и вытягиваю ману из защитного кулона Ильи. Отправляю энергию на ускорение и молнией оказываюсь за спиной барона. Накидываю ему на шею удавку из струны — не затягиваю, просто чтобы он почувствовал.

Всё это происходит за пару мгновений. После этого я наклоняюсь к уху барона и вкрадчиво говорю:

— Вы умрёте так быстро, что даже понять не успеете. Если этого захочу, конечно. Могу и растянуть удовольствие, если ваша слежка будет сильно меня раздражать. В любом случае, это будет не слишком приятно, обещаю. Ну как, теперь вы меня поняли?

Громко сглотнув, барон поднимает руку и щупает свою шею.

— Что это? — почти шёпотом спрашивает он.

— Фокус такой. Ингвару он понравился. Сможете поделиться с ним впечатлениями на том свете, если не перестанете отправлять за мной шпионов.

— Уберите это! — пытаясь говорить твёрдо, просит Илья Сергеевич.

Через секунду в комнату через разные двери врывается дюжина гвардейцев. В меня целятся из автоматов и готовят боевые заклятия. Да блин, неужели всё-таки придётся драться? Я надеялся, что получится решить всё мирно.

Но так даже интереснее. Заодно проблема будет раз и навсегда решена.

Подпитываю доспех и выпускаю вторую струну, а первую затягиваю на горле барона.

— Не стрелять! Уйдите все! — отчаянно хрипит он.

— Но ваше благо…

— Вон!

Гвардейцы несмело опускают автоматы и покидают комнату. Тогда я снимаю удавку и возвращаюсь на диван напротив Ильи Сергеевича.

— Так мы друг друга поняли? — невозмутимо спрашиваю, как будто ничего только что не произошло.

Потирая шею, барон кивает.

— Да. Слежка прекратится.

— Вот и хорошо. А теперь скажите мне, зачем она вообще была нужна? — делая глоток тёплого чая, спрашиваю я.

— Неужели непонятно? Я хотел отомстить. Хотел узнать ваши слабости и выбрать нужный момент.

— Мне почему-то кажется, что вы недоговариваете.

— Других причин нет! — уверенно произносит барон.

— Ладно, поверю. И раз мы договорились, то не буду больше задерживаться. Всего доброго, ваше благородие, — встаю, залпом допиваю чай и направляюсь к выходу. А чай у него действительно вкусный. Нужно будет и себе такой прикупить.

Меня никто не останавливает и вообще не попадается на пути. Спокойно сажусь в автомобиль и выезжаю через открытые ворота. В зеркало вижу, как гвардейцы поспешно их закрывают, выскочив откуда-то из кустов.

Кажется, мне удалось произвести впечатление не только на барона. Вот и славно. Надеюсь, слежка действительно прекратится, а то я ведь вернусь. И уже не разговаривать.

Пока в любом случае пора об этом забыть. Зря я, что ли, за город выехал? Надо отыскать где-нибудь поблизости бесхозный разлом, на который ещё никто не покусился!

Притормозив на обочине, достаю смартфон и запускаю приложение Стражей. Ввожу свой позывной и пароль, и передо мной открывается меню с десятком пунктов. Здесь есть всё — от каталога монстров и форума обмена опытом до актуальной карты разломов. Меня сейчас интересует именно последнее.

Отлично, мне везёт! Ближайший разлом в нескольких километрах отсюда. Первый уровень, активность монстров невысокая. Но это значит только то, что они не лезут наружу, а внутри их может быть целая орда. Твари же всякие бывают, не все стремятся вылезти через портал.

Недолго думая, закрепляю разлом за собой. Это значит, что другие Стражи, будь то одиночки или группы, без причины сюда не полезут. Будут видеть, что внутри уже кто-то работает, и поэтому мешать не следует. Только если позову на помощь, но я не позову. Сам справлюсь, и вся добыча тоже будет моей.

Я бы, конечно, предпочёл отправиться в разлом второго уровня, а то и третьего. Хотя нет, в третий мне пока может быть рановато. В этом теле ещё недостаточно сил. Могу быстро выдохнуться и не зачистить разлом полностью. Будет жалко оставлять добычу.

Разлом находится в стороне от дороги, и я мысленно хвалю себя за то, что взял машину с высоким дорожным просветом. Да, она не в лучшем состоянии, но по кочкам и ямам едет как надо.

Вблизи разлома ползают какие-то твари, похожие на гигантских тараканов. Не особо разбираясь, кто это, давлю их к чёртовой матери. Потом достаю трофейный пистолет с глушителем и палю из окна по оставшимся. Просто развлекаюсь, если честно. Почему бы и нет.

Чувствую внутри себя зов Щелкунчика. Он просит выпустить его поохотиться. Да пожалуйста, мне не жалко.

Малыш выпрыгивает из окна и тут же набрасывается на ближайшего таракана. Тот выставляет навстречу острые жвалы и вроде бы собирается плюнуть кислотой или что-то вроде того. Не успевает. Щелкунчик открывает пасть и проглатывает его целиком, а потом бежит за следующим тараканом.

— Вкусно? — спрашиваю я, высовываясь в окно.

— Ага! Пасиба!

— Приятного аппетита.

Можно сказать, что я испытал Щелкунчика в бою. Теперь твари первого уровня ему определённо не страшны. По-моему, он даже немного крупнее стал.

Вскоре местность вокруг разлома оказывается зачищена. Проверяю труп одного из тараканов — так и думал, в них нет ничего ценного, кроме самих тушек. Алхимики-то всё подряд используют. Щелкунчик хочет слопать всех убитых тварей, но я ему не позволяю. Собираю трупы и закидываю в кузов пикапа, а потом готовлюсь к тому, чтобы зайти в портал.

Перезаряжаю пистолет, вешаю на пояс Кардинала, надеваю на спину рюкзак. Потом беру анализатор разломов, подхожу к порталу и активирую прибор.

Так-так-так… Информации немного, но вот что я узнаю благодаря показаниям. Температура в норме, двадцать два градуса по Цельсию, высокая влажность. Состав воздуха в норме. Вероятна лесная местность, возможны ядовитые и насекомообразные монстры.

Ясно. Судя по всему, мне предстоят какие-то джунгли. Вот и хорошо, я люблю гулять по лесу. Разве что сердце может быть тяжеловато найти среди зарослей. Но сердце — это последнее, что мне нужно. Главное — добыча!

— Готов, Щелкунчик?

— Отов! — монстрик подпрыгивает на месте от нетерпения.

— Держись рядом. Если тебя кто-то обидит, сразу прячься, я разберусь.

— Ага.

Поправляю рюкзак и шагаю в портал.

На востоке от Санкт-Петербурга. Поместье барона Ватагина.

— Значит, он вот так просто заявился к тебе один? — спрашивает граф.

— Да, ваше сиятельство, — отвечает барон и залпом выпивает коньяк из бокала.

— Хм.

«Только хмыкать и можешь! Нет, чтобы помочь!» — рычит про себя Илья, наливая ещё коньяка. После ухода Зверева он выпил уже полбутылки, но никак не мог прийти в себя.

Ещё бы. Этот чёртов сын оборванца и, правда, оказался слишком силён! Он за пару мгновений обезманил артефакт барона и оказался за его спиной. А потом накинул на шею невидимую петлю. Будь его воля — Ватагин уже был бы мёртв.

Но нет, мальчишка приехал поговорить. И даже был довольно вежлив.

— Знаешь, Илья, это уже серьёзно, — произносит, наконец, граф.

— О чём вы?

— Если Зверев не побоялся приехать к тебе один и даже угрожал, это значит, за ним точно кто-то стоит.

— Да никого за ним нет! Этот сучёныш просто получил необычную силу. Может, он вообще нашёл или украл какой-нибудь сильный артефакт. Стоит отобрать его, и он превратится в ничто! — брызжа слюной, кричит Ватагин.

— Я бы не был так в этом уверен. Даже если ты прав и его сила исходит от какого-то артефакта, предметы подобного уровня нельзя просто так найти или украсть. Он его от кого-то получил.

«Хренов параноик! Скажи лучше, что нам делать!» — ругается про себя барон.

Будто услышав его мысли, граф говорит:

— Сделаем вот что. Я сам организую за ним слежку, и на этот раз всё будет незаметно. Даже если он поймает кого-то из моих людей, они не сдадут меня, в отличие от твоих.

Илья неодобрительно морщится и корчит телефону рожу, а затем делает ещё глоток коньяка. Его сюзерен тем временем продолжает:

— Мы обязаны узнать, кому он служит. Вполне возможно, против нас готовится что-то крупное, а этот Андрей просто разведывает обстановку.

— Говорю вам, он никто. Он всю жизнь был никем, и всем было на него плевать. С чего бы кто-то могущественный даровал ему такую силу? И если даже так, почему Андрей до сих пор ничего не сделал? Он мог бы просто убить меня сегодня! И вас может убить, если доберётся!

— Следи за словами, Илья.

Барон вздыхает и бурчит:

— Простите, ваше сиятельство.

— Зверев лишь прощупывает почву и готовит её для чего-то. Зачем просто так нас убивать? Наши враги, наверняка, хотят, что-то получить… Я это выясню, а ты больше не вмешивайся.

— И что мне делать? — спрашивает Ватагин.

— Не догадываешься? Готовься к войне, барон. Потому что война обязательно случится.

Положив телефон, Илья опорожняет бокал и наливает себе новую порцию.

— Война, говоришь. Да этот Зверев один целой армии стоит. Только вот я не уверен, что способен собрать такое войско, которое его остановит.

Разлом

Да, я оказался прав. Местность внутри разлома только отдаленно напоминает джунгли. Никаких тебе пальм и лиан, только суровые хищные деревья, норовящие тебя убить. Либо опутать корнями и задушить, либо пронзить ядовитыми шипами, либо просто осыпать парализующей пыльцой. В общем, один из тех разломов, где нельзя расслабиться ни на секунду. Как раз в моём вкусе.

Помимо деревьев, здесь была куча разнообразных жуков и змей. От тараканов, с которыми я уже познакомился, до гигантских сколопендр и прочих ещё менее приятный тварей. Сколопендры, кстати, неплохо швырялись проклятиями и отравляющими заклинаниями, чему я был только рад. Ведь внутри существ, способных на магию, всегда есть что-то дорогое.

Так и здесь. В голове каждой сколопендры находится полный маны кристалл. Маги очень любят такие, ведь с их помощью можно в любой момент восполнить потраченные силы.

Продолжаю путь, напевая про себя мелодию. Кардинал летит чуть впереди меня, разрубая заросли и отсекая ветви самых наглых хищных деревьев. Иногда я помогаю ему струнами, но по большей части топор справляется сам.

Добираюсь до границы разлома, которая представляет из себя туманную стену, по цвету похожую на мутное непрозрачное стекло. Делать нечего, разворачиваюсь и иду обратно.

Оглядываясь, вдруг вижу по правую руку овраг. Ну-ка, может быть, на его дне водятся какие-нибудь интересные монстры?

Приближаюсь к крутому обрыву и смотрю вниз. Сначала не верю, а потом начинаю хохотать на весь лес.

Да ну нафиг! Не может быть! Как это здесь оказалось⁈

Глава 13

Разлом

Щелкунчик внутри меня недоумевает, почему это я так веселюсь. Конечно, откуда ему знать, какое ценное сокровище я только что обнаружил.

Не думал я, что в разломе первого уровня можно найти подобное! Даже на втором уровне и выше такие ресурсы редкость. Мне невероятно повезло.

На дне оврага сверкают красные кристаллы кровяного хрусталя. Они появляются на том месте, где было пролито много крови сильных магических существ. В Аркелиме, например, целое поле кровяного хрусталя выросло там, где состоялась битва драконов и погибли десятки исполинских тварей.

Однако на первом уровне разломов обычно нет достаточно сильных монстров, чтобы после их смерти выросло такое чудо. Я уже долго брожу по этому лесу, но не увидел никого подобного.

Кровяной хрусталь обладает могущественными свойствами, ещё не до конца изученными на Земле. Поэтому исследователи отдают за них большие деньги, не говоря уже о том, что хрусталь можно использовать в артефактах и для усиления магов.

Если маг впитает эту энергию, то на недолгое время его заклинания станут намного сильнее. Правда, потом придётся расплачиваться сильной духовной усталостью, но в критический момент кровяной хрусталь — отличное средство.

Проще говоря, я отсюда не уйду, пока не соберу его весь!

Оба склона у оврага крутые, а до дна довольно далеко. Можно и прыгнуть, астральный доспех с лёгкостью выдержит, тем более, в последнее время он стал ещё крепче. Но хрусталь чрезвычайно хрупкий, и от колебаний почвы после моего приземления кристаллы могут сломаться. А я не хочу терять ни крупинки. Поэтому придётся поиграть в скалолаза.

Цепляюсь струной за ствол ближайшего хищного дерева. Оно тянет ко мне свои ветви, но я отправляю Кардинала полетать и дерево, лишившись нескольких веток, предпочитает больше ко мне не лезть.

Не спеша начинаю спускаться по склону. Когда струна кончается, перехватываюсь второй струной за ближайший выступ и спускаюсь дальше.

Осторожно спрыгиваю на землю и рассеиваю струны, чтобы сразу же призвать одну из них вновь. Кровяной хрусталь растёт почти симметричными пучками и выглядит как каменные цветы. Подхожу к одному из них, сажусь на корточки и аккуратно срезаю струной…

А в следующий миг мне в лицо брызжет струя крови! Прямо из-под земли. Это ещё что такое?

Подскакиваю и протираю глаза от крови, чувствуя, как земля подо мной начинает дрожать. Быстро достаю из кармана кристалл маны, добытый из сколопендры, и впитываю энергию. Одним скачком выпрыгиваю из оврага и оборачиваюсь.

Почва внизу как будто набухает изнутри и начинает подниматься. Это зрелище напоминает медленный подземный взрыв. А до меня доходит, что к чему.

Под землёй лежит какой-то монстр! Судя по всему, он был ранен и закопался, а может, впал в спячку и его постепенно занесло грунтом. Кровяной хрусталь вырос у него на спине, прямо на ранах. Когда я попытался срезать один из кристаллов, монстр проснулся. И теперь мне придётся с ним сразиться за обладание теми сокровищами, что растут у него на спине.

Замечательно! Я как раз успел немного заскучать в этом разломе.

Гигантское существо встаёт в полный рост, доставая почти до краёв оврага. Комья земли падают с него, а я стою и пытаюсь понять, что это за тварь такая. Никогда не видел никого подобного.

Напоминает броненосца, только огромных размеров и явно хищного. Костяные пластины на спине, голове и хвосте выглядят ну точно как доспехи, и на вид они весьма прочные. Сейчас проверю, насколько.

Выпускаю обе струны и наношу хлёсткий удар по голове броненосца. И не пробиваю! Оставляю только парочку царапин. Очешуеть. Кто же тогда сумел его так изранить, что заставил впасть в спячку? Должно быть, это случилось до того, как этот мир был уничтожен и раскололся на части. Мало ли какие твари обитали здесь раньше.

Броненосец встряхивает башкой и с неожиданной скоростью поворачивается ко мне. В его больших чёрных глазах я вижу собственное отражение и жажду убийства. Раздаётся низкий горловой рык, от которого земля опять начинает дрожать.

Как будто мало было костяных пластин, тело монстра вдруг окружается сияющей магической защитой. Он резко взмахивает лапой, и его громадные когти пропахивают землю там, где я только что стоял.

Бросаю Кардинала, но топор, врезавшись в магический щит, возвращается мне в руку. А броненосец наполовину вылезает из оврага и пытается схватить меня пастью. Снова отпрыгиваю и чуть не попадаюсь в заросли хищного мха. Он выдаёт ядовитое облако, от которого я даже не отмахиваюсь. Мой доспех фильтрует любую отраву.

Выпускаю струны и вонзаю в щит монстра. Ого, немало же он маны использовал. Так сразу и не впитаешь. Часть энергии вливаю в собственную силу и скорость, а когда понимаю, что достиг предела, просто выпускаю ману в окружающее пространство. И всё это время продолжаю уворачиваться от когтей и клыков противника.

В какой-то момент не замечаю, как очередное дерево исподтишка бьёт меня веткой. На миг теряю равновесие, врезаюсь в ствол другого дерева и слышу хруст. Что это было? Не кости же.

Ладно, потом разберусь. А дереву мщу, отправив Кардинала проредить его крону.

Броненосец тоже будто бы становится сильнее и быстрее. Полагаю, что с него спадают остатки сна, и он включается в битву по полной. Погоди, сейчас я закончу с твоей защитой, и посмотрим, кто кого!

Монстр носится за мной, сшибая деревья и вырывая их с корнем. На жалкие потуги хищных растений остановить его не обращает внимания. Хочется крикнуть ему: «Осторожней! Не сломай кристаллы у себя на спине!» Но я замечаю, что с кровяным хрусталём всё в порядке. Видимо, раз он вырос на живом существе, то значительно крепче обычного. А так давно бы уже рассыпался в пыль.

Защита монстра лопается, что заставляет его издать громкий рассерженный рык. Я опять швыряю Кардинала, приказывая метить в глаза. Следом выпускаю струны, тоже направляя в морду твари. Но броненосец оказывается не дурак. Опускает башку, подставляя твёрдую пластину. Топор ударяет по ней, выбивает искры и со вспышкой возвращается мне в руку. Струнами я достигаю большего эффекта. Они вонзаются в броню монстра и я давлю, пытаясь добраться до мозга.

Не успеваю. Броненосец кидается вперёд со скоростью локомотива, сносит несколько деревьев, но меня задеть не успевает. Я подпрыгиваю и оказываюсь у него на спине, по-прежнему удерживая струны.

— Но, зверушка! Поскакали!

Монстр, к сожалению, не хочет становиться ездовым. Он вдруг резко сворачивается в шар и катится, пытаясь таким образом сбросить меня. Хренушки! Я, может быть, и не великий акробат, но удерживаюсь на катящемся броненосце, быстро и высоко подпрыгивая. Этому фокусу я научился в прошлой жизни. Со всякого рода противниками мне приходилось сражаться и не всегда требовалось их убивать. Когда он останавливается, наношу быстрый и точный удар в шею, в сочленение пластин.

Струны погружаются в плоть. Рывком погружаю струны глубже и пронзаю мозг броненосца. Он падает на пузо и больше не двигается. Наклоняюсь и хлопаю мёртвого монстра по голове.

— Спасибо. Хорошая получилась схватка. А теперь за работу…

Тщательно срезаю весь кровяной хрусталь со спины броненосца и жалею о том, что не смогу вытащить такую огромную тушу из разлома. Если спустить с него всю кровь, то вырастет немало нового хрусталя.

Оставить разлом открытым и вернуться потом тоже нельзя. Во-первых, если выйду из разлома, не закрыв его, мне понизят рейтинг в ордене, а моя гордость этого не потерпит. Во-вторых, кровяной хрусталь растёт долго. Я даже точно не знаю, сколько, но как минимум несколько месяцев. За это время кто-нибудь другой точно закроет этот разлом.

Ладно, не буду думать о грустном! Я и так получил отличную добычу. А ведь ещё и самого броненосца можно разделать.

Чем и занимаюсь. Внутри монстра находится здоровенный мана-кристалл, а также я срезаю все зубы и когти. С трудом, но удаётся содрать несколько кусков костяных пластин. Они не магические, но очень прочные. В теории, можно использовать для создания брони или артефактных щитов, например. Сердце тоже вырезаю — оно огромное, конечно, и тяжёлое, но допру как-нибудь. Алхимики Стражей будут счастливы.

Призываю Щелкунчика и велю ему проглотить те трофеи, которые уже не влезают в рюкзак. Кроме сердца, а то это же мясо, его потом уже не вернёшь. Малыш с радостью соглашается, а потом смотрит на труп броненосца и облизывается.

— Мона? — спрашивает он.

— Да, — киваю я. Даже интересно, сколько осилит монстрик. Неужто всю тушу слопает?

Удивительно, но он и правда съедает всего броненосца. Причём справляется за довольно короткое время. Раскрывая пасть максимально широко, он откусывает здоровенные куски и сразу глотает. В итоге на земле остаются только обкусанный скелет и костяные пластины. Их Щелкунчик есть не стал.

Закончив, он смачно причмокивает и оглядывается по сторонам:

— Есть щё?

— Ты охренел, мелкий? Здесь, целая гора мяса была.

— Ачу щё!

— Какой смысл тебя кормить вообще, если ты всё равно никогда не наедаешься?

«Хотя посмотрим. До этого я кормил его обычной едой. Возможно, плоть монстров как-то повлияет на него», — думаю я, а вслух говорю:

— Всё, погнали. Здесь осталось ещё много сколопендр. Разрешу тебе съесть всё, что от них останется, кроме хелицер и кристаллов из головы, они мои. Понял?

— Ага! Шли!

— Пошли, пошли.

Скоро я отыскиваю сердце разлома, которое находится в дупле высокого хищного дерева. Стоит приблизиться, как дерево плюется в меня острыми шипами и одновременно выпускает ядовитое облако.

Отбиваю шипы струнами и отхожу на небольшое расстояние.

— Не возмущайся ты так. Я тебя трогать не буду. Пока что. Пойду ещё на сколопендр поохочусь, а ты будь здесь и никуда не уходи.

Дерево трясёт листьями, как будто смеётся моей шутке. Смешно же, ведь куда может уйти дерево? Некоторые магические растения могут передвигаться, конечно, но эти не такие. Была бы у меня команда добытчиков, несколько грузовиков и гвардия с боевыми машинами, я бы этот разлом до последней крошки зачистил, а пока приходится брать только самое ценное. Много в грузовик не влезет, а оставлять добычу около разлома не самая лучшая идея. Браконьеры запросто спереть могут.

Заново обхожу всю территорию разлома, и понимаю, что здесь больше не осталось монстров. Я перебил всех, кого мог. Где-то в ямах под корнями и в ветвях наверняка прячутся ещё, но искать я их не буду. Процентов девяносто здешних тварей я точно уничтожил, рюкзак трещит по швам от добычи, карманы полны, и даже Щелкунчик икает. Буду считать, что миссия выполнена. Пора здесь заканчивать.

Возвращаюсь к большому дереву и тут замечаю, что у него на ветвях висят плоды. Что-то вроде орехов размером с мой кулак. В траве у подножия их тоже немало валяется.

Не могу удержаться и вступаю с деревом в схватку. Когда отрубаю половину его веток, оно «сдаётся», то есть перестаёт меня атаковать. Вот и умница, сразу бы так!

Запускаю Кардинала, чтобы он срубил все орехи с деревьев, а Щелкунчика отправляю поглощать всё то, что падает или уже лежит на земле. Монстрик смотрит на меня как-то сердито.

— Что такое? Ты устал или что? — спрашиваю я.

— Некусна.

— Потерпи, пожалуйста. Это отработка за то, что я позволил тебе слопать броненосца.

— Лана… — бурчит малыш и отправляется глотать орехи.

Когда он заканчивает, я отзываю его и уничтожаю сердце разлома, а затем бегом отправляюсь к порталу. Выскочив из него, вдруг обнаруживаю, что в обычном мире уже стемнело. А в разломе-то было светло, поэтому от резкой перемены я какое-то время ничего не вижу.

Пока глаза привыкают, слышу шелест травы и сиплый голос:

— Опачки, вот и наш добытчик пожаловал. Чо, стражик, сердце-то нашёл?

— Нашёл, — отвечаю я, пока не видя, с кем разговариваю.

— Молодец какой. Ну давай, снимай рюкзак. И без глупостей, понял?

Портал за спиной закрывается, его мерное гудение стихает. А мои глаза, наконец, привыкают к темноте, и передо мной предстаёт неприятная картина. Четверо вооружённых проходимцев обступили меня и все четверо держат на мушке. Один из них стоит в грузовом отсеке моего пикапа. Вооружены они охотничьими ружьями и обрезами.

— Вы ещё кто такие? Попрошайки, что ли? Благотворительностью не занимаюсь, — сообщаю я.

Их главарь, уродливый тип с торчащими ушами, улыбается. Зубы у него коричневые, как дерьмо. Такое чувство, будто он прополоскал рот водой из лужи.

— Дерзкий. Жить не хочешь, что ли? — спрашивает он.

— Могу задать тебе тот же вопрос. Ещё раз — кто вы, нахрен, такие? Браконьеры, что ли?

— Вольные охотники, — с улыбкой отвечает уродец.

— И на кого охотитесь?

— На глупых Стражиков вроде тебя. Последний раз по-хорошему прошу: снимай свой сраный рюкзак, и тогда мы тебя не убьём. Только попинаем чутка, за дерзость.

Ладно, я достаточно послушал. Неохота больше тратить время.

Астральный доспех я не снимал, поэтому только выпускаю струны. Резко выхватываю ружья у главаря и ещё одного придурка. Глаза у них становятся огромными, и уродец орёт:

— Вали его!

Отбираю оружие у третьего браконьера. Тот смешно бежит за ним, вытянув руки и пытаясь поймать улетающий обрез. Четвёртый, что стоит на моём пикапе, успевает выстрелить. Моя броня с лёгкостью выдерживает заряд дроби, но это всё равно меня расстраивает. Настолько, что я выпускаю Кардинала, и топор вонзается точно промеж глаз ублюдка.

Лидер срывается с места и бежит прочь, другой браконьер следует его примеру. Но третий почему-то решает, что способен меня одолеть. Щёлкает выкидным ножом и бросается в атаку.

Вот дебил. Он думает, что выстрел я выдержал, а с этой тыкалкой не справлюсь?

Решаю сильно не наказывать его за такую глупость. Топор возвращается мне в руку, и я с размаху бью в висок противника. Бедолага падает лицом в траву. Второй рукой я выпускаю струны и хватаю тех, что пытались убежать. Они тоже падают. Я тяну их к себе, а они отчаянно цепляются пальцами за землю и громко матерятся.

Подтянув их поближе, связываю руки и ноги вместе, как свиньям на вертеле. Затем подхожу и молча сажусь рядом на корточки.

— Дружище, ты чего так сразу! Мы же пошутили! — начинает лепетать уродец.

— Заткнись, ты мне не нравишься. С ним буду говорить, — я поворачиваюсь ко второму браконьеру.

— Со мной? — почти пищит тот.

— Ага, с тобой. Рассказывай, как вы здесь оказались.

— Да мы чисто так… По полям катались. Ну, разлом увидели и тачку твою рядом. Вот и решили поживиться.

— Что ты несёшь, дебил! — вопит уродец.

— Я сказал заткнуться, — не глядя, тюкаю его обухом Кардинала по лбу.

Второй браконьер громко сглатывает и говорит:

— Да это, в общем-то, и всё.

— Не верю. Здесь же глушь, дороги далеко, случайно сюда не заедешь. А нормальные люди к разломам не суются. Сознавайся, собака, как вы здесь оказались.

— Ну, мы, как бы… Специально приехали.

— Замолчи, твою мать! Закрой свою пасть! Нас из-за тебя на каторгу отправят! — срываясь, орёт лидер банды.

Он открывает рот, чтобы прокричать что-то ещё, и в этот момент я вставляю ему между зубов лезвие Кардинала. Уродец моментально затыкается и панически расширяет глаза.

— Стисни зубы. Выпустишь топор — язык отрежу, чтобы ты точно заткнулся. Договорились?

Он послушно кивает.

— Молодец. А ты продолжай. Специально, говоришь, приехали?

— Да, мы… Увидели, короче, что ты один в разлом пошёл.

— Как увидели? Следили, что ли, за мной? — допытываюсь я.

— Нет, по телефону увидели. Мы к вашей Стражеской приложухе подключились. Ну, незаконно, — пряча взгляд, сознаётся браконьер.

— Понятно. То есть вы можете видеть и разломы на карте, и кто куда заходит? Увидели, что я один, и подумали, что у меня будет легко отобрать добычу?

— Угу… Так всё и было.

— Понятно. Ну, тогда поехали, — я встаю и забираю топор из пасти уродца.

— Куда поехали? — тут же спрашивает тот.

— Я смотрю, ты вообще непонятливый. Ну-ка, доставай язык.

— Молчу!

— Смотри мне. На твой вопрос я всё-таки отвечу. Поедем на базу Стражей, командор решит, что с вами делать. Полагаю, вас ждёт каторга, как ты и боялся, — объясняю я.

По очереди перетаскиваю браконьеров в кузов пикапа, бросая рядом с трупами их товарища и тараканов, которых я прикончил перед входом в разлом. Подумав, вырубаю тех, кто ещё в сознании. Рассеиваю струны и связываю бандюков буксировочным тросом. А затем призываю Щелкунчика и велю ему выплюнуть всё, что мы добыли в разломе.

Мой пикап оказывается загружен до предела. Отличная добыча, и это всего за один поход на первый уровень! Уже не терпится отправиться на следующую вылазку. Но сначала надо сдать то, что добыл на этой. О, кстати, надо ещё в приложении отметить, что я закрыл разлом. Аналитики ордена и так это увидят, но ткнуть на кнопочку я всё равно обязан. Правила такие.

Достаю из кармана телефон и понимаю, что это был за хруст во время боя с броненосцем. Это был мой бедный телефон! Ну да, логично. Травму я получить не мог, доспех ведь был на месте. А телефон в кармане не выдержал удара.

Обидно, хороший был аппарат… Ну, не страшно, куплю себе новый. А закрытие разлома потом отмечу.

Сажусь за руль и еду на базу. Дорога по трассе отнимает меньше часа, и уже скоро я останавливаюсь перед воротами. Ко мне подходят караульные, видят амулет Стража и без вопросов открывают ворота.

Один из них смотрит на кузов и присвистывает.

— Хороший улов. Ты один, что ли, всё это нагрёб?

— Один.

— Красавчик. Погоди, это что там, люди?

— Ага. Браконьеры, — киваю я.

Караульный хмурится и сплёвывает, а затем крепко пожимает мне руку.

— Уважуха, братан. Ненавижу этих шакалов. Друга моего убили в разломе, а потом закрыли. Тело внутри осталось вместе с амулетом.

— Сочувствую. Но эти уже больше никому не навредят. Кому их сдать-то?

— Да езжай пока на склад. Я доложу, за ними приедут.

— Хорошо, спасибо.

Проезжаю на территорию и сразу направляюсь к складу. Кладовщики, увидев количество моей добычи, вызывают начальника. Им оказывается сутулый дядька с пышными седыми усами. Осматривая трофеи, он восхищённо качает головой. Щупает сердце броненосца и говорит:

— Свеженькое. Тёплое ещё.

— Ну, ещё бы. Час назад из монстра вытащил.

— Меня Трофим зовут, — вдруг представляется начальник склада.

— Андрей.

— А-а, помню я тебя. Новичок, который сразу восьмой ранг получил, — Трофим на всякий случай бросает взгляд на мой амулет.

— Да, это я.

— Порядок продажи знаешь?

— В общих чертах.

— Тогда слушай. Рейтинг у тебя пока что низкий. Сейчас мы всё здесь посчитаем, деньги сразу выплатим. Можешь что-нибудь себе оставить, если хочешь, но на сумму не более десяти процентов от общей стоимости добычи.

— Хм-м, понятно. Тогда я хочу кровяной хрусталь.

— Ишь ты! Не можешь. Его ты обязан продать.

— Почему это?

— Да потому что он значительно дороже стоит, чем десять процентов. Стражам-новичкам не положено редкие и дорогие ресурсы себе оставлять. Всё равно вы не сможете правильно ими распорядиться, — поясняет Трофим.

Ну, я-то смогу, но в целом правило разумное. И придётся мне с ним согласиться, по-другому никак.

— Ладно, тогда я хочу мана-кристаллы. Отсчитаешь мне, сколько положено, хорошо?

— Не проблема, — начальник склада пожимает плечами.

Кладовщики начинают таскать мои трофеи внутрь, а я сажусь на лавочку неподалёку и спокойно наблюдаю. Через пару минут подъезжает броневик, из которого выходят несколько человек. Вижу среди них высокую фигуру и сразу узнаю капитана Радова.

— Здравия желаю, капитан! — встаю и иду навстречу.

Увидев меня, тот сдержанно улыбается и кивает.

— Этих в карцер. Пусть до завтра посидят, — приказывает он своим и направляется ко мне.

Я отдаю ему честь, как положено, но Герман неожиданно заключает меня в объятия и хлопает по спине. Отстранившись, он говорит:

— Спасибо, Андрей. Ты спас мне жизнь в тот раз.

— Не мог же я вас бросить.

— Мог или не мог, ты меня с того света вытащил. Через весь разлом на руках пронёс. Я этого не забуду, понял?

— Понял, капитан. Просто вы хорошо меня обучили, поэтому я знал, что делать, — говорю я.

Даже не преувеличиваю. Как оказывать первую помощь в полевых условиях, меня учил именно Радов.

Герман смотрит на мой пикап и криво ухмыляется:

— Что это за драндулет?

— Крутая тачка, между прочим. Правда, добра мало помещается, — развожу руками я.

— Мало⁈ Целый отряд человек не всегда столько добывает. Ты и правда, очень перспективный парень, Андрей.

— Спасибо, капитан.

— Командор передаёт тебе личную благодарность за задержание браконьеров. И хвалит за богатую добычу.

— Он уже в курсе? — удивляюсь я.

— Командор в курсе всего, что происходит на базе, — усмехается Радов.

Мы прощаемся, и капитан уезжает. Я подхожу к торговому автомату, стоящему возле входа, и покупаю себе кофе. А затем опять сажусь на лавочку и жду, когда кладовщики оценят мою добычу и выплатят положенную награду.

Это занимает какое-то время, но зато количество купюр меня очень радует. Как и мешочек с кристаллами маны, которых оказалось приличное количество. Славно, теперь мне не нужен маг под боком, чтобы при необходимости впитать ману и усилиться. Более того — отбирая ману у врагов, я смогу напитывать пустые кристаллы и всегда иметь при себе запас.

— Андрей! — вдруг снова раздаётся голос капитана Радова.

Поворачиваюсь и вижу, как он быстрым шагом идёт ко мне. Встаю и иду навстречу. Герман, подойдя, хватает меня за плечи и смотрит в глаза.

— Что-то случилось? — спрашиваю я, невозмутимо делая глоток кофе.

— Да, можно и так сказать. Ты оказал ордену гораздо бОльшую услугу, чем я предполагал.

— В смысле?

— В прямом. Знаешь, кого ты задержал? Этот лопоухий придурок не просто браконьер. Сейчас я расскажу тебе, кто он такой.

Глава 14

Российская империя. База ордена Стражей недалеко от Санкт-Петербурга.

Удивительно. Не думал, что этот уродец окажется кем-то значимым. По виду обычный проходимец, но, судя по тону, Германа, он не шутит.

— И кто же он такой? Неужто важная персона? — спрашиваю я.

— Я бы не сказал, что важная. Но его опознали. За ним много преступлений числится, орден давно на него зуб точит. Немало наших погибших братьев и сестёр на его совести, — объясняет Радов.

— Тогда я рад, что его отправят на каторгу. Заслужил.

— Какая каторга⁈ Мы его казним, но позже. Дело в том, что он — подручный главаря Монстроедов.

— Это ещё что за хренотень?

— Большая браконьерская группировка. Крупнейшая в России. Ходят слухи, что их покрывает некий высокопоставленный дворянин, поэтому они до сих пор и существуют.

— Почему они так называются? Они что, монстров едят? — спрашиваю я.

Герман неопределённо пожимает плечами:

— Не знаю. Слухи ходят разные. Например, что на ритуале вступления новичок должен съесть кусок сырой плоти монстра или выпить чашу с кровью. А ещё они якобы проводят пиры, на которых вместо нормального мяса подают монстрятину. Тоже, вроде как, сырую.

Я понимаю, что по большому счёту в этом нет ничего такого. Сам не раз питался плотью тварей разломов в критических ситуациях. Некоторые из них довольно вкусные, между прочим. Но обычаи этих Монстроедов всё равно звучат как-то мерзко. Одно дело есть монстров, чтобы выжить, совсем другое — жрать их ради удовольствия.

Я свою добычу хотя бы жарил перед употреблением и убирал вредные свойства с помощью Астрала. Если бездумно есть мясо монстров, можно не только отравиться, но и сойти с ума или превратиться в зомби.

Может у лопоухого поэтому зубы такие коричневые? Да и вообще, он показался мне слегка долбанутым.

Капитан Радов тем временем продолжает:

— Мы давно за ними охотимся, но никак не могли напасть на след. Судя по всему, этот лопоухий — подручный одного из главарей. Он много знает, и мы обязательно заставим его всё рассказать. Поэтому спасибо тебе лично от меня. Командор тоже передаёт благодарность.

— Всегда пожалуйста. Если встречу ещё браконьеров — обязательно приведу.

Кивнув, Герман пожимает мне руку, а затем вдруг хмурится:

— Ты, кстати, будь осторожен. У Монстроедов своя информационная система есть, вроде нашей. Эти гаврики могли отметиться, что едут тебя грабить, а теперь в группировке поймут, что ты схватил их людей. Вдруг решат отомстить.

— Нифига себе. То есть у них прям настолько всё серьёзно?

— В том-то и дело. Понимаешь, Андрей, наш орден — единственная официальная организация, которая может добывать ресурсы в разломах. Нас много, мы работаем по всей империи и даже кое-где за её пределами. Но есть люди, которым это не нравится. Те, которые хотят зарабатывать на разломах, не беспокоясь при этом о защите людей.

— Логично, — киваю я.

— Кроме Монстроедов, есть куча мелких банд и одиночек. Короче говоря, браконьеры для нас — большая проблема, а Монстроеды самая крупная из них.

— Надеюсь, что через этого лопоухого у вас получится на них выйти.

— По крайней мере, мы начнём распутывать клубок.

Герман смотрит на опустевший кузов моей машины и спрашивает:

— Уже всё посчитали? Доволен добычей?

— Ещё бы! — хлопаю себя по карману, набитому наличкой. Мне предлагали перевести деньги на счет, но пока рано. Наличкой безопаснее. С ней ничего не отследишь.

— Приятно слышать. Если хочешь, можешь переночевать на базе, а то уже ночь.

— Спасибо, поеду домой. Увидимся, капитан.

— До встречи.

Прыгаю в свою тачку и завожу мотор, распугивая сидящих на лужайке голубей. Когда проезжаю через ворота, караульный машет мне рукой, прося остановиться.

Притормаживаю, и он суёт мне в окно пакет с пирожками:

— Держи, братан! В благодарность, что этих ублюдков поймал. Пирожки домашние, жена моя пекла.

— Ого, спасибо. Хорошей тебе смены, дружище, — с благодарностью принимаю угощение.

— А тебе удачной охоты в следующей раз!

Пожимаем друг другу руки, и я еду в город. Салон автомобиля наполняется аппетитным запахом, и я не могу удержаться, начинаю лопать пирожки прямо по дороге. Они ещё теплые и офигенно вкусные. Тесто мягкое, начинки много и разная — есть с мясом, с капустой и с малиной. Объедение.

Щелкунчик аж рыдает, чтобы я выпустил его и дал попробовать кусочек. Сжаливаюсь и выпускаю монстрика, но много ему не даю. Он целиком сожрал огромного монстра, куда ещё-то! Я и сам голодный, между прочим.

— Ты хотя бы вкус чувствуешь? — спрашиваю я, кидая ему кусок пирожка.

Малыш ловит его, щёлкнув зубами, и отвечает:

— Ага! Кусна!

— Просто мне кажется, что для тебя всё, что можно переварить — вкусно. А что нельзя переварить — невкусно. Вот и вся разница. Ты ведь даже не жуёшь.

— Нутри кусна, — монстрик гладит себя лапкой по животу.

Что это значит, интересно? Может, у него вкусовые рецепторы не на языке, а где-то внутри расположены?

Скоро я добираюсь до дома. Оставляю машину на парковке, поднимаюсь в квартиру и, на ходу скидывая вещи, иду в душ. Так получилось, что поужинал я по дороге, поэтому после душа сразу лягу спать.

Хотя «спать» в моём случае не совсем верное слово. Но я не знаю, как ещё назвать мои еженощные путешествия в Астрале, в ходе которых я развиваю силу своей души. Подходящего термина нет, поэтому пусть будет сон.

Следующим утром я собираюсь надеть свой спортивный костюм и отправиться на пробежку, но сталкиваюсь с небольшой проблемой. Костюм весь в крови и местами порван. Вчера я как-то не заметил, когда выбирался из разлома.

В целом мне пофигу, но не хочу, чтобы люди пялились. Придётся купить себе другой, исключительно для пробежек, а этот оставить для походов в разломы. А лучше взять на базе форму Стража, чтобы выглядеть, как подобает.

На пробежку отправляюсь в одной футболке и шортах, хотя на улице моросит дождик. Забегаю в спортивный магазин, покупаю стильный красный костюм и дальше бегу уже в нём. Дождь усиливается, но мне плевать. Пока не пробегаю положенную норму, не останавливаюсь.

После приступаю к силовым упражнениям и понимаю, что работы с собственным весом мне уже недостаточно. Надо или покупать утяжелители, или записываться в спортзал. Я не собираюсь превращаться в бодибилдера, но продолжать развивать своё тело необходимо.

Снова возвращаюсь в спортивный магазин, покупаю жилет-утяжелитель и набор грузов к нему. Прямо в магазине пробую сделать несколько отжиманий. Отлично, вот теперь я чувствую нагрузку. Пока обойдусь этим жилетом, а потом посмотрим.

Следом захожу в салон связи и приобретаю новый телефон. На этот раз останавливаю свой выбор на ударопрочном аппарате с ёмкой батареей. Выглядит он довольно неказисто по сравнению с блестящими разрекламированными моделями. Но зато надёжный, и от удара об дерево не сломается. Для меня это важнее.

То, что телефон выглядит и весит как кирпич — даже здорово. При случае можно использовать как оружие.

Вернувшись домой, принимаю душ и завтракаю, а затем сажусь искать свободные разломы. На этот раз хочу пойти хотя бы на второй уровень. На первом всё-таки было скучновато. Добычу собрал неплохую, но мне интересен не только результат, но и сам процесс. В схватке со слабыми противниками сам становишься слабее. А если не считать броненосца, то вчера я не встретил ни одного более-менее сильного соперника.

Однако я сталкиваюсь с проблемой. Подходящих мест поблизости просто нет! Багровая буря случилась уже довольно давно, и все разломы рядом с Питером позакрывали. Остались только те, что далеко от города и совсем слабые, без активности монстров. То есть с большой долей вероятности в них нет ничего интересного.

Не факт, конечно. Может быть так, что сразу за порталом находится вход в сокровищницу, где полно золота и артефактов. Но шанс этого ничтожно мал. Да и не хочу я тащиться за десятки километров от Петербурга, чтобы мотаться по пустым бесполезным разломам. У которых, к тому же, низкий ресурс. То есть сами скоро закроются.

Обидно. Придётся ждать, когда наступит следующая Багровая буря. К счастью, она должна прийти уже на днях. А у меня есть чем заняться, помимо охоты.

Подумав, решаю снова отвезти машину в автомастерскую. Пусть коробку передач отремонтируют, не нравятся мне звуки, которые она издаёт, и отсутствие одной передачи. Заодно хочу кенгурятник поставить. Будет веселее сбивать монстров на подъезде к разлому.

Оставляю тачку и необходимую сумму денег, а потом еду в банк. Вчера я хорошо заработал, но не в моих привычках прятать деньги под матрас. Нужно уже сейчас начинать создавать капитал и формировать другие источники дохода. Бегать по разломам интересно, конечно, но это лишь одна корзина, а яиц у меня как минимум два.

Так что часть средств оставляю на вкладе и покупаю небольшой пакет ценных бумаг. Первый шаг к богатству.

С мощной решёткой впереди и отремонтированной коробкой мой пикап начинает нравиться мне куда больше. Хочется ещё немножко себя порадовать, так что заезжаю в автомагазин и покупаю багажник на крышу и пару ящиков, которые креплю на кузов сбоку. Будет чуть больше места для трофеев.

Довольный, возвращаюсь домой и заказываю две пиццы. Одну себе, одну Щелкунчику. Когда курьер привозит ароматную вкуснятину, призываю монстрика и спрашиваю:

— Как себя чувствуешь?

— Рашо! — подпрыгивая, отвечает он.

Видимо, это значит «хорошо». Изучаю Щелкунчика с помощью Астрала и замечаю, что его магическая аура стала немного плотнее. Выходит, что пожирание броненосца всё-таки оказало на него эффект.

Отлично. Теперь можно без зазрения совести скармливать ему бесполезные для меня туши. Вероятно, что со временем это значительно усилит Щелкунчика. Возможно, он вырастет или обретёт какие-то новые свойства. Боюсь представить, правда, сколько жратвы ему надо для того, чтобы стать по-настоящему сильным.

Ну и ладно, мне не жалко. Всё равно, когда я вырезаю из монстров самое дорогое, остальное приходится бросать. Пусть хотя бы мой питомец поест.

А пока что — прокачаю его по-другому.

— Смотри сюда, — открываю коробку с пиццей, из которой идёт пар и сногсшибательный аромат.

Щелкунчик чуть слюной не захлёбывается и с надеждой смотрит на меня:

— Мона?

— Она вся твоя. Только сначала немного поработаем, согласен?

— Ага!

— Вот и молодец. Стой смирно и терпи, может быть немножко неприятно.

Настраиваю астральную энергию нужным образом и пропускаю её через нашу с Щелкунчиком духовную связь. Делаю примерно то же, что и с собой, когда развиваюсь во сне, только с поправкой на то, что передо мной монстр.

В прошлой жизни я был способен увеличивать силу души других людей. Это процедура непростая и требует огромных затрат энергии, в этом теле я пока на такое не способен. Но Щелкунчик не человек, поэтому на него моих сил хватит.

Процесс проходит безболезненно для нас обоих, и приблизительно через час я решаю, что для начала достаточно. Скармливаю монстрику пару кусков пиццы и оцениваю, есть ли какой-то прогресс.

Однозначно есть. Совсем чуть-чуть, но наша духовная связь укрепилась, и аура Щелкунчика стала ещё плотнее. Круто, значит, надо продолжать.

Остаток дня мы этим и занимаемся. Едим пиццу, качаемся и болтаем, если можно так выразиться. Щелкунчик пытается мне что-то рассказать, но понять его трудно. Он мало того что коверкает слова, так ещё и весьма путано выражает мысли. Удаётся понять только то, что в том разломе, где я его нашёл, он прожил очень долго.

Откуда он вообще взялся, были ли у него родители, мне не удаётся выяснить. Вроде бы монстрик вылупился из яйца, но мама могла отложить его, хрен знает когда. Есть монстры, яйца которых могут пролежать тысячелетиями, и всё равно принести потомство. Те же драконы, например. На дракона мой питомец непохож, но тем не менее.

К вечеру Щелкунчик начинает жаловаться, что устал, да и сам я чувствую небольшое утомление. Плавно прерываю поток астральной энергии и снова оцениваю результат.

Вот это уже гораздо лучше! За несколько часов связь между нами стала значительно крепче и пополнилась особым каналом, проводящим астральную силу. Ну-ка, а что, если…

Да! Превосходно!

Теперь, когда я надеваю астральный доспех, Щелкунчик тоже оказывается окружён защитой. Она слабее, чем у меня, но это гораздо лучше, чем ничего. Жукобразы ему теперь точно не страшны.

— Молодец, мелкий. Держи, — отдаю ему оставшиеся куски своей пиццы, которые не осилил.

Монстрик с радостью их поглощает, а потом смотрит за окно, где уже темно, и спрашивает:

— Пать?

— Да, пора спать. Теперь, когда я буду развиваться во сне, часть энергии будет и тебе доставаться. Мы каждую ночь будем становиться немножко сильнее.

— Икунчик мо-ощь! — он потрясает передними лапками в воздухе.

Я смеюсь и соглашаюсь:

— Да, ты очень крут. Всё, спокойной ночи.

— Окойной очи!

Отзываю его и сам ложусь в кровать. Завтра, если не наступит Багровая буря, продолжим качаться.

Посреди ночи меня будит грохот. Сначала думаю, что это в моей квартире что-то упало. Но грохот раздаётся снова, а из-за окна в комнату врывается кроваво-красный цвет.

Багровая буря! Зашибись!

Вскакиваю с кровати и резво начинаю собираться. Надеваю свой потрёпанный костюм, закидываю на спину рюкзак, в котором уже лежит всё необходимое. Не желая терять ни секунды, выпрыгиваю на улицу из окна. Всего-то третий этаж, подумаешь. Даже без доспеха мне ничего не будет, тело уже достаточно крепкое, а падать и группироваться я умею.

Под багряным небом сразу чувствую, как вспыхивает метка Пожирателя на моей душе. Энергия Хаоса потоком устремляется ко мне. Почти моментально беру её под контроль, и на сей раз не просто так. Я ведь собирался попробовать пустить её на развитие. Самое время!

Энергия Хаоса гораздо более непокорна, чем астральная. Да и структура у неё другая. Мне приходится немного поломать голову, как преобразовать её для достижения нужного результата. Но всё же у меня получается, и я чувствую, как крупицы хаотической мощи делаются частью меня. Я становлюсь сильнее, используя энергию своего злейшего врага.

К сожалению, Багровая буря уже подходит к концу, и я не успеваю, как следует опробовать новый способ развития. Но всё равно доволен, ведь главное — я смог это сделать!

Эта подпитка Хаосом сразу подкинула меня на следующую ступень. Не потому, что способ прокачки такой эффективный. Просто потому, что я уже достаточно развился для этого. Но факт того, что я достиг следующего уровня с помощью энергии Хаоса, невероятно меня радует.

Мои астральные струны не только стали длиннее и толще. Их теперь стало три! Отлично, такими темпами я не только быстро увеличу их количество, но и смогу использовать другие приёмы. Астральные стрелы и много чего ещё. А если продолжу развиваться с помощью энергии Хаоса то, возможно, смогу создавать и хаотические струны. Интересно, на что они будут способны? Аж руки чешутся от предвкушения.

Выпускаю струну и закрываю окно в своей квартире. Затем достаю телефон и открываю приложение Стражей. Надо успеть застолбить разлом пожирнее! В городе их сейчас должна быть масса.

Сразу включаю фильтр, убирая с карты разломы первого уровня. Мне интересен как минимум второй.

Вот, отличный вариант! Разлом второго уровня через несколько улиц от меня. Что там пишут аналитики? Активность монстров высокая. Возможно, что в разлом ведут несколько порталов. Обнаружена энергия Хаоса.

Да это же просто идеальный вариант! Быстро туда!

Срываюсь с места и на бегу бронирую точку. Выскакивает предупреждение о том, что в разлом второго уровня не рекомендуется идти в одиночку и что-то там ещё. Смахиваю его и подтверждаю бронирование.

Всё, разлом только мой и больше ничей. Чувствую, я там как следует повеселюсь.

Российская Империя. На востоке от Санкт-Петербурга. Поместье барона Ватагина.

Илья Ватагин только что поужинал. Нежнейшая крольчатина с морковным соусом, запечённые овощи и на десерт — шоколадно-сливочный мусс с капелькой рома. Теперь барон велел налить себе чашечку травяного чая и вышел на террасу, где собирался насладиться тишиной и спокойствием.

Увы, как только он устраивается в кресле-качалке, раздаётся звонок телефона. Значит, что-то важное. Ведь Илья поставил режим «не беспокоить», и дозвониться до него могли только несколько человек.

Барон смотрит на экран и недовольно морщится. Это сюзерен. Чего ему опять? Сдается, сейчас ему испортят хорошее настроение.

— Да, ваше сиятельство?

— Здравствуй, Илья. Скажи-ка, как продвигаются твои дела? — спрашивает граф.

— Что конкретно вас интересует?

— Когда мы говорили в прошлый раз, я приказал тебе готовиться к войне. Ты усилил свою гвардию?

Скривившись, барон отвечает:

— Да. Я закупил боеприпасы и новые автоматы, нанял пятьдесят новобранцев. Сейчас веду переговоры с одним магом, желающим поступить на службу.

— Этого недостаточно, чтобы победить наших врагов, — лязгает граф.

«Чёртов параноик. О каких врагах вообще речь? У нас всё спокойно. Есть, конечно, конкуренты и недоброжелатели. Но не такие, чтобы готовиться к серьёзному столкновению», — думает Ватагин.

— Ты меня слышишь, Илья?

— Слышу, ваше сиятельство. Вы можете сказать, кто наши враги? Поймите правильно, я не могу увеличивать военный бюджет, даже не понимая, с кем надо будет бороться, — барон с сожалением смотрит на остывающий чай.

— Ты знаешь столько, сколько тебе нужно знать. Скажу тебе вот что: Андрей Зверев наконец-то показал себя, — со странной смесью довольства и гнева сообщает граф.

— Что вы имеете в виду?

— Пару дней назад он схватил людей, которые опосредованно работают на моего сюзерена. Понимаешь? Это явный знак того, что его кто-то послал! Не могу рассказать тебе всех подробностей, но ты должен понимать, что я был прав. Он появился не просто так и теперь начал действовать.

От удивления Ватагин даже встаёт с кресла и переспрашивает:

— Людей вашего сюзерена? Князя…

— Не произноси имён! — резко прерывает его граф.

— Конечно, извините, — бормочет барон.

— Теперь не осталось сомнений, что Зверев был подослан теми, кто хочет уничтожить нас. Всех нас, понимаешь? Тебя, меня, нашего князя и всех остальных. Поэтому я говорю тебе ещё раз: готовься к войне! Найми как можно больше людей, вооружи их и подготовь. Если мы упустим время, потом будет поздно. Ты меня понял?

— Да, ваше сиятельство. Буду готовиться.

— Не подведи меня, — говорит граф и кладёт трубку.

Илья со вздохом садится обратно на кресло и делает глоток травяного чая. Вкус кажется ему горьким.

Российская империя. Город Санкт-Петербург.

С разбегу не успеваю затормозить из-за грязи и врезаюсь в собственную машину, оставляя на двери небольшую вмятину. Да плевать, тачка и так вся помятая, а я тороплюсь. Нахожу в рюкзаке ключи, открываю дверь и прыгаю за руль. Надо спешить, ведь раз активность монстров высокая, их может много вылезти наружу. А разлом посреди улицы. Как Страж, я обязан защитить людей и государственное имущество.

На ходу включаю фары и выезжаю на пустынную дорогу. Хорошо, что на улице ночь. Но сразу после бури движение в любом случае восстанавливается не сразу — люди, как правило, бросают машины и бегут в укрытие.

Проезжаю на красный, резко вхожу в поворот. До места остаётся совсем немного, и тут мне навстречу выпрыгивает обезьяна! Само собой, это не мартышка, которая случайно сбежала из зоопарка. Это здоровенный примат с каменным гребнем вдоль хребта, который при виде меня издаёт угрожающий рёв и бьёт двумя кулаками по асфальту.

Уже знаю, что будет, и еле успеваю выкрутить руль. Ломая асфальт, из земли вырастает обсидиановая глыба. Передо мной, мать его, скалопитек. Опасная тварь, владеющая магией земли.

Торможу посреди дороги и выпрыгиваю из машины. Отскакиваю в сторону, уворачиваясь от очередной глыбы. Призываю астральный доспех и выпускаю сразу три струны. Одной впиваюсь в камень, высасывая ману, другими двумя отбиваю булыжники, которые посылает в меня примат.

Напитавшись маной, я ускоряюсь и зигзагом бросаюсь вперёд. Скалопитек теряется и мотает башкой туда-сюда, пытаясь понять, где я окажусь в следующее мгновение.

У него не получается. Выбрав удобный момент, я подпрыгиваю в воздух и обрушиваю на примата удар тремя струнами одновременно. Хлещет кровь, и скалопитек падает замертво.

Срезать бы с него гребень, и забрать кристалл из башки. Но ладно, пофиг. Меня ждёт разлом. Внутри будет ещё куча таких обезьянок. Возвращаюсь к тачке, врубаю передачу и еду.

На скорости подъезжаю к порталу и врезаюсь в толпу скалопитеков. Приматы летят в разные стороны, будто кегли. А затем я выпрыгиваю из машины и популярно объясняю, что в нашем мире им делать нечего.

Переводя дыхание, достаю из рюкзака АР-5 и подхожу к разлому. Вдруг слышу за спиной визг покрышек, оборачиваюсь и вижу, как в мою сторону несётся бронемашина ордена. Не понял, что они тут делают?

Но через секунду всё становится понятно. На телефон вдруг прилетает неожиданное уведомление:

«Ваше бронирование пересмотрено. Разлом закреплён за оперативным городским отрядом №313».

Эй, какого хрена⁈

Глава 15

Российская империя. Город Санкт-Петербург. Возле разлома.

Броневик резко тормозит рядом со мной. Из разлома как раз показывается очередная обезьяна, и оператор наводит на неё пушку машины. Выстрелить не успевает, я атакую быстрее. Скалопитек валится на асфальт с рассечённой башкой, а я поворачиваюсь к Стражам, которые выпрыгивают из броневика, и вопросительно развожу руками.

— Ребята, что вы здесь забыли? Это мой разлом!

— Отставить! — рявкает командир отряда.

— Во-первых, нечего мне приказывать, я вольный Страж, а не ваш подчинённый. Во-вторых, в каком смысле отставить? Я всё забронировал, как положено.

— А ты перечитай уведомления повнимательнее и всё поймёшь. Отряд, оцепить разлом! Панда, поставь защиту.

— Так точно, — вяло отвечает девушка с круглым лицом и тёмными мешками под глазами. Видимо, она всегда так выглядит, раз ей дали позывной Панда.

Замечаю среди бойцов отряда девушку с рыжими волосами. Да это же Лариса! Однако чёрная форма оперативницы ей идёт, прекрасно подчёркивает все прелести фигуры.

Ладно, позже с ней поздороваюсь. Достаю телефон и перечитываю все уведомления, полученные сегодня от приложения Стражей. Самое первое выглядит так:

'Внимание! Это разлом второго уровня. Не рекомендуется пытаться закрыть его в одиночку.

Внимание! Разлом находится в городской черте. Ваше бронирование будет рассмотрено, при необходимости на подмогу будет направлен оперативный отряд'.

Вот блин. А я прочитал только про то, что не надо лезть туда одному. Побежал к машине, даже не глянул, что там дальше пишут.

Да и пофиг, в общем-то. Разлом, так или иначе закреплён за мной. Если я правильно понимаю, оперативников прислали только затем, чтобы не дать монстрам разбежаться по городу. Да и с этим я быстрее их справился, скалопитеки почти ничего сломать не успели. Ну, перевернули пару машин и витрину разбили, подумаешь. Никто же не пострадал.

Убираю телефон в карман и собираюсь обратиться к командиру отряда, как сталкиваюсь взглядом с Ларисой. Смотрит на меня так, как будто я ей денег должен и уже год не отдаю. Хотя мы знакомы-то всего месяц.

— Привет! Рад тебя видеть, — приближаюсь к ней.

— Ты только сейчас меня заметил? — хмурится она.

— А тебя это расстроило?

— Вот ещё! Мне плевать.

— Тогда зачем спрашиваешь? Я тебя сразу заметил, вообще-то. Отлично выглядишь, форма тебе к лицу. И не только к лицу, — не стесняясь, осматриваю её фигуру.

— Совсем охренел так пялиться⁈

— Так на тебя все пялятся. Вон, водитель с оператором не могут от твоей попки глаз оторвать.

Рыженькая оборачивается. Экипаж бронемашины резко делает вид, что сосредоточен на портале. Не могу удержаться от смеха и говорю:

— Ну, вот видишь.

— Да и пускай пялятся! А тебе нельзя, понял?

— Почему это?

— Потому что ты… — Лариса не договаривает.

Знаю, о чём она. О том, что я украл у неё первый поцелуй. Просто говорить это при всех она не хочет. Ну, а мне всё равно:

— Не бойся, сегодня целовать не буду. Если сама не захочешь, — с улыбкой говорю я.

— О-о, да у вас лямур, — усмехается Панда.

— Нет у нас ничего! — огрызается Лариса.

— Конечно, нет. Мы просто друзья. Ладно, увидимся! Я в разлом, — подмигнув на прощание, разворачиваюсь к пульсирующему красному порталу, а рыжая вдруг кричит мне вслед:

— Подожди! Сейчас всё проверим и пойдём отрядом.

— Не-не, я один пойду. Какое звание у вашего командира?

— Лейтенант, — бурчит Лариса.

— Господин лейтенант! — на ходу выкрикиваю я.

— Да, Зверь, — откликается тот.

— Спасибо, что приехали. Уверен, вы не позволите ни одному монстру отойти от портала. До свидания.

— Эй, подожди! Ты что, и правда один туда собрался⁈ — удивляется он.

— Конечно. А иначе, зачем бы я его бронировал?

— Сынок, это второй уровень…

— Я знаю. Меня это вполне устраивает.

— Да ты совсем рехнулся, что ли⁈ Второй уровень! Ты там погибнешь! Я думал, ты его по незнанию забронировал, новичок всё-таки, — неуверенно заканчивает лейтенант.

— Нет, я вполне осознанно это сделал. О, смотрите, ещё обезьяна!

Из разлома выскакивает очередной скалопитек. В него начинают стрелять, но тот ставит перед собой каменный щит. Я резко срываю с пояса Кардинала и отправляю в полёт. Примат отмахивается от топора, но тот делает резкий манёвр и вонзается в затылок твари. Покачнувшись, она падает замертво, и Кардинал возвращается ко мне в руку.

— Ну, всё, до встречи, — салютую топором, случайно обрызгав форму лейтенанта кровью, и направляюсь к порталу.

— Командир! Разрешите отправиться с ним, — к нам подбегает Лариса.

— Нет! — отвечаем одновременно с лейтенантом.

Рыженькая даже теряется ненадолго, мило округлив глаза, а потом сводит аккуратные бровки и скороговоркой выдаёт:

— Командир, мы со Зверем вместе учились и сражались против монстров третьего уровня. Мы отличная команда, и способны вдвоём закрыть этот разлом. Разрешите пойти вместе с ним!

— Отставить, Темникова. Этот Страж забронировал разлом и хочет закрыть его один. Я считаю, что это самоубийство, но он имеет право, — разводит руками лейтенант.

— Слушай, если мы вместе пойдём, то я всё время буду на тебя пялиться, а ты же этого не хотела, — усмехаюсь я.

— Зато я бы помогла тебе не сдохнуть! — раздражённо бросает Лариса.

— Как приятно, что ты обо мне беспокоишься, но я и сам справлюсь. До встречи!

Машу рукой на прощание и бегом отправляюсь к порталу. Прыгаю в него и…

Твою ма-ать!

Ни хрена себе! Редко бывает, чтобы портал с внутренней стороны оказался на большой высоте над землёй. А чтобы над жерлом вулкана — такого я вообще никогда не видел!

Выпускаю все три струны и цепляюсь за склон вулкана. Подтягиваю себя к нему, ещё сильнее ускоряя падение. Ветер свистит в ушах, в лицо бьёт от жар от извергающейся лавы. Активирую астральный доспех и с грохотом приземляюсь. Камни летят во все стороны, и на месте моего падения остаётся небольшая воронка.

Ничего себе. Весёленькое прибытие в разлом. Портал высоко, как в него вообще скалопитеки лезут?

Оглядевшись, понимаю, как. Рядом есть гора, на ней выступ, расстояние между ним и порталом — несколько метров. Приматы вполне способны перепрыгнуть. Да вон же они, карабкаются вверх по горе именно за этим.

Пожалуй, начну с того, что помогу своим товарищам снаружи.

Достаю из кармана мана-кристалл, впитываю энергию и пускаю её на усиление тела. Взлетаю в воздух и приземляюсь на выступ прямо перед скалопитеком, который как раз собирался разбежаться и сигануть в портал.

— Ты не пройдёшь, обезьянья морда.

Примату такой расклад не нравится. Он покрывает свои кулаки обсидиановыми наростами, вроде кастетов, и лезет в драку. Усилив тело, я просто перекидываю монстра через себя, и он с воплем летит в жерло вулкана.

Остальные, что карабкались по склону, замечают гибель своего товарища и рвутся отомстить. Превосходно, я ведь уже размялся и буду рад подраться!

Через несколько минут я стою на вершине, залитой кровью, а у моих ног громоздятся тела приматов. Чувствую себя великим завоевателем, который воздвиг гору из трупов поверженных врагов.

Струнами я надрезаю выступ, с которого обезьяны прыгали в портал, а затем, напитавшись маной, хватаю большой булыжник и бросаю его сверху. Выступ с треском рушится. Всё, больше макаки не смогут отсюда попадать в реальный мир. Отряду Ларисы придётся скучать на улице.

Ничего, там, рядом есть отличная пышечная, смогут выпить кофе и перекусить. К тому же, мало ли, вдруг здесь найдутся летающие или достаточно прыгучие монстры.

Над тем, как я сам вернусь, вообще не парюсь. Надо будет просто снова напитаться маной, и тогда смогу допрыгнуть.

А теперь — пора зачистить этот разлом!

Первым делом пускаю на своё развитие энергию Хаоса, которой здесь не то чтобы много, но вполне достаточно для того, чтобы прокачаться. Я почти на автомате взял её под контроль, когда упал из портала. Теперь пора воспользоваться ей осознанно.

Затем срезаю всё полезное с убитых приматов. Мана-кристаллы из мозгов отправляются в мой рюкзак, а костяные гребни со спины — в желудок Щелкунчика. Позволяю ему слопать одну обезьяну, и затем мы отправляемся дальше.

С горы хорошо видны размеры и границы разлома. Судя по всему, я нахожусь примерно в центре. Просторно здесь! Второй уровень это вам не первый. Через весь разлом тянется горная гряда, и по факту разлом делится на два биома. По правую руку от меня — так сказать, огненный архипелаг. Территория залита булькающей лавой, вытекающей из вулкана, и по ней разбросаны скалистые острова. По левую руку заросшие руины какого-то города.

И там, и там полно монстров, с высоты мне хорошо видно. А вот сердца что-то не наблюдаю. Возможно, что оно находится в одном из разрушенных зданий.

Тогда сначала на архипелаг, а потом уже в город. Решено.

Спускаюсь длинными прыжками, словно снежный барс. По дороге на меня никто не нападает, но стоит спуститься к подножию горы, как из лавы тут же вылетают мелкие крылатые ублюдки. Огненные бесы! Одни из самых безобидных тварей Хаоса, при условии, что их немного. А здесь их много. Даже очень.

Будто повинуясь какому-то беззвучному зову, они один за другим выныривают из лавы и начинают швыряться в меня огнём. Чувствую при этом, как горит на душе печать Пожирателя, и понимаю, что дело именно в ней. Так же, как энергия Хаоса стремится ко мне, так и монстры, порождённые ей, горят желанием меня уничтожить.

— Сюда, мои хорошие, сюда! — ору я, отбивая снаряды бесов и рубя их самих.

Они всё прибывают и прибывают, несмотря на потери. Такое чувство, что стремятся ко мне со всего архипелага. Огненные сгустки летят в меня без перерыва, словно я под лавовый град попал.

Приходится применить весь свой арсенал. Это значит, что я вытягиваю ману из кристалла, достаю пистолет и выпускаю на охоту Кардинала и Щелкунчика. Первый яростно звенит, врубаясь в стаю бесов, второй со счастливым визгом принимается лопать врагов. Защита монстрика работает, снаряды ему не страшны. Пока цела моя броня, с ним тоже всё будет в порядке.

У меня кончаются патроны, Кардинал отказывается дальше летать, а у бедолаги Щелкунчика появляется огненная отрыжка. Сколько он бесов слопал — не сосчитать. Причём большинство живьём. Но те продолжают переть.

Когда мы заканчиваем, склон горы полностью покрывают мёртвые тела монстров. Кровь стекает в лаву и с шипением испаряется.

Фуф! Вот это веселуха. Не ожидал.

Дальнейший поход оказывается ещё забористей, чем я думал. Ведь не только бесы, но и все остальные здешние монстры считают своим долгом прикончить меня. Стоит приблизиться, как я сначала ощущаю активацию печати, а затем твари кидаются на меня, не думая о собственной безопасности. Будто в одержимых превращаются.

С одной стороны, мне так даже проще, никого не приходится искать. С другой стороны, времени на передышку нет совсем. Пока зачищаю лавовый архипелаг, успеваю чутка устать. А ещё потерять кучу добычи. В пылу сражения много трупов упало в лаву, и доставать их оттуда как-то не хочется.

Будь мой астральный доспех посильнее, нырнул бы. Раз плюнуть. Но та броня, что есть сейчас, продержится недолго. Не хочу рисковать. Всё равно мой рюкзак уже полон всякой всячины. Помимо того, что я вырезаю из монстров, удаётся найти на островах ценные минералы.

Решаю сделать привал. Есть хочется, но еды у меня с собой нет, только вода. Поэтому, вернувшись к подножию горы, утоляю жажду и сажусь медитировать. Направляю астральную энергию на восстановление организма. А когда ощущаю, что снова полон сил, перехожу через гору, сражаясь по пути со скалопитеками, и спускаюсь в заброшенный город.

Уверен, здесь добычи будет намного больше. В разломах не так уж часто удаётся наткнуться на поселения, и это каждый раз праздник. Потому что ценно здесь всё, каждый осколок разбитой тарелки и каждый обрывок бумажки. Ведь культура иных миров так интересна исследователям!

Не говоря уж о том, что можно наткнуться на более полезные предметы, вроде оружия и артефактов. И на кучу монстров, само собой!

— Помогите!.. Пожалуйста… — вдруг доносится из дома, когда я к нему подхожу.

Голос женский, такой красивый и печальный, что сердце невольно начинает биться быстрее.

— Помогите!.. — умоляет она.

Ага, как же. Не на того ты хочешь напасть, сволочь.

Знаю, что это за тварь. Бес-имитатор. Владеет телепатией и магией иллюзий, может принять облик человека и заманить в ловушку. В отличие от огненного беса, он не умеет летать, а в своём натуральном облике похож на прямоходящего поросёнка с рожками.

Забраться ко мне в голову он не мог, значит, сталкивался с людьми до этого. Неудивительно, ведь в этом городе определённо раньше жили люди.

Решаю подыграть, шутки ради:

— Где же ты, красавица? — хотя прекрасно слышу, откуда раздаётся голос.

— Помогите… Умоляю…

— А что мне за это будет?

— Помоги, и я стану твоей… Я люблю тебя! — вдруг выдаёт голосок.

Ого, ничего себе. Прям любопытно становится, какой же облик принял имитатор? Пойду, гляну.

Подхожу к разбитому крыльцу и запускаю внутрь струны. На всякий случай проверяю, не притаились ли другие бесы возле двери или на потолке. Они ловкие, со своими кривыми когтями могут карабкаться по стенам.

Чисто. Захожу и вижу женщину обалденной красоты, которая сидит на полу и смотрит на меня большими наивными глазами.

Однако. У беса и правда, хорошо получилось. Девица стройная, с тонкой талией и приятными округлостями в нужных местах. Одета в короткую полупрозрачную тунику, под которой ничего нет. Туника спущена с плеча и обнажает верхнюю часть груди.

— Помоги! — девица протягивает ко мне бледные руки.

— По-моему, у тебя всё в порядке.

— Я люблю тебя!

— Ага, конечно. Давай, признавайся, где остальные.

Бес в обличьи девушки теряется и опять повторяет:

— Помоги!

Всё, блин. Надоел мне этот спектакль. Только надо заставить монстра принять свой истинный облик, а то не хочется убивать такую красавицу, даже зная, что она не настоящая.

Легонько щёлкаю девицу по лбу струной, и её наивные глаза становятся ещё больше.

— Ты здесь один, что ли?

Лицо девушки темнеет, становясь из бледного чёрным, как сажа. А я чувствую, как разгорается печать Пожирателя. Походу, он здесь не один.

И точно! Камни и обломки мебели, разбросанные по всему дому, вдруг сминаются, как пластилин в невидимых руках, и превращаются в бесов. Девушка растекается, как лужа смолы, и вместо неё появляется целых три имитатора.

Нифига себе. Они объединили усилия, чтобы создать такой красивый образ? Не знал, что они так умеют. Редко с ними сталкивался в прошлой жизни, и обычно сразу убивал.

Впрочем, не жалею, что в этот раз немного поболтал. За дополнение информации о монстрах в каталоге Стражей тоже начисляют рейтинг. Я буду рад, как можно быстрее его повысить, чтобы можно было забирать трофеи подороже.

Хлещу струнами во все стороны, особо не целясь. Бесов много, промахнуться тяжело. Порубив их всех на рагу, достаю из каждого кристалл, срезаю рога и когти. А затем выпускаю Щелкунчика. Пусть лопает, мне не жалко.

— Давай быстрее, а я дальше пошёл, — говорю ему.

— Ага! — малыш с радостью набрасывается на угощение.

Я не переживаю, что он потеряется — благодаря нашей духовной связи интуитивно найдёт дорогу ко мне. Поэтому пусть пирует, а я не буду терять время. На всякий случай оставляю с ним Кардинала, мысленно приказывая топору летать рядом и защищать монстрика.

Немного отхожу и снова ощущаю пульсацию печати. Затем доносится топот с соседних улиц и пронзительные обезьяньи крики. Отлично. Похоже, что скалопитеки со всего города стремятся ко мне.

Нет, это, правда, отлично! Уж чего-чего, а кристаллов маны я сегодня добуду столько, что их можно будет лопатой грести.

Вступаю в бой. На самом интересном месте, когда одним ударом струны получается срубить головы сразу двум приматам, слышу из-за спины крик Щелкунчика:

— Дру-уг! Моги!

Вот чёрт, похоже, малыш попал в беду. А расстояние между нами слишком большое, чтобы он мог просто вернуться ко мне в душу. Придётся бежать на помощь.

Наношу круговой удар всеми тремя струнами, отгоняя обезьян, и отправляюсь на зов. Пробегаю через несколько улиц, выпрыгиваю из-за угла…

— Щелкунчик, ты офигел⁈

— Моги, — жалобно просит он.

Оказывается, Кардинал прикончил большого скалопитека. По размерам он похож на вожака стаи. Видимо, тоже нёсся подраться со мной, но чутка не добежал. Топор раскроил ему череп, а Щелкунчик захотел поживиться свежатинкой.

Проблема в том, что перед смертью примат окружил себя магическим каменным доспехом. И бедный монстрик не может его прокусить, а целиком в пасть скалопитек не влазит.

— Ачу. Кусна, — он указывает лапкой на мёртвого примата.

— Ну ты даёшь, малыш. Прячься!

Другие скалопитеки выскакивают из-за угла, спрыгивают с крыш и налетают на меня всей стаей. Щелкунчик ойкает и испаряется, а мы с Кардиналом принимаемся крошить обезьян.

Когда всё заканчивается, я расковыриваю каменный доспех вожака и, достав все нужное, позволяю Щелкунчику его слопать. А затем, собрав трофеи с остальных приматов, продолжаю исследовать разлом.

В городе оказывается ещё много бесов-имитаторов. Но они, видать, получили телепатический сигнал о том, что я не поддаюсь на их уловки. Поэтому больше не пытаются заманить меня красивыми голосками и прелестными упругими телами. Вместо этого они маскируются под неживые предметы и нападают исподтишка.

Обнаружить этих говнюков непросто. Их мастерство иллюзии на высшем уровне — меняя облик, они перестают излучать магию. Так что даже я не могу их обнаружить. Но все их атаки всё равно бессмысленны. Маловато силёнок, чтобы пробить мою астральную броню.

Зачистка города занимает много времени. Честно признаться, я даже устаю, особенно учитывая желание монстров Хаоса прикончить меня. Трофеев я набрал немало, и пора бы уже заканчивать. Только вот сердце никак не могу найти. Даже вдалеке его не почувствовал.

Хм-м. Вполне возможно, что разлом поддерживается сильным монстром. И единственное место, где его можно обнаружить — это под горами в центре местности. Потому что все остальные места я уже обошёл.

Направлюсь к горам. Через некоторое время нахожу вход в пещеру прямо под вулканом. Спуск крутой, и такое чувство, что уходит под землю на несколько километров. По пути мне попадается множество черепов неизвестных существ и куча осколков обсидиана. Похоже, это тайное логово скалопитеков, только вот их самих что-то не видно.

Спустившись глубже, начинаю чувствовать сильную энергию. На сердце непохоже, значит, я оказался прав. Опорой этого разлома служит сильный монстр.

Скоро нахожу и его самого. Это оказывается скалопитек, но больше всех прочих и покрытый седой спутанной шерстью. Типа старейшина, видимо. Он сидит один в круглой пещере, где свет исходит от растущих на стенах голубых кристаллов, и не шевелится. Такое чувство, будто медитирует.

Стоит мне переступить порог пещеры, как примат вдруг поворачивается ко мне и произносит:

— Я ждал тебя, сын Хаоса.

— Ни хрена себе, — вырывается у меня.

— Чему именно ты удивлён, сын Хаоса? Тому, что я умею говорить?

— Да. А ещё тому, что ты называешь меня сыном Хаоса.

— Разве ты не носишь метку Пожирателя миров? И не удивляйся, что мне это известно.

— Чему здесь удивляться? Все здешние монстры сразу её чувствуют, — пожимаю плечами.

— Я знаю это по другой причине. Потому, что сам ношу такую.

Чувствую, как моя печать вспыхивает намного ярче, чем до этого, и то же самое происходит в душе скалопитека. Между нами, будто появляется связь.

Седой задумчиво мычит и прикрывает глаза, а затем произносит:

— Многие века назад Пожиратель миров пришёл сюда. Он уничтожил наш мир и расколол его на тысячи частей. Я пытался одолеть его, и в наказание получил эту метку, — примат касается морщинистой рукой своей груди.

— Знакомая история, — признаюсь я.

— Да. Я чувствую. Ты тоже с ним боролся, но, в отличие от меня, смог победить.

— Я хотел его прикончить, но получилось только заставить бежать.

— Это уже дорогого стоит, — с уважением говорит скалопитек.

Возникает неловкая пауза. Честное слово, я не знаю, что сказать, хотя вопросов в голове возникает целая прорва.

— Послушай меня, сын Хаоса. Пожиратель не простит тебя. Рано или поздно он явится в твой мир, чтобы отомстить.

— Правда? Замечательно. В следующий раз его прикончу.

Скалопитек почтительно кивает и говорит:

— Я верю, что ты сможешь это сделать. Моя попытка стала неудачной, и мой мир погиб, как многие миры до него и многие после. Мои родичи одичали и стали животными. Мой город превратился в руины, — он с печалью глядит за мою спину, в ту сторону, где находится разрушенное поселение.

— Сочувствую, — вполне искренне говорю я.

Это действительно печально. Похоже, что здешние скалопитеки когда-то были вполне разумной и процветающей расой. Если все они были более-менее такими, как этот, с ними вполне можно было бы дружить.

Седой продолжает:

— Я долго поддерживал осколок своего мира от вторжений. Но теперь я стал слишком слаб. Открылись порталы, через один из которых к нам явился ты, уничтожающий на своём пути всё живое… Сначала я решил, что наступила финальная трагедия для моей реальности. Но теперь считаю, что это благо.

— Почему? — уточняю я.

— Ты можешь всё закончить. Убей меня, чтобы закрыть порталы. Осколок нашего мира растворится в вечности, и здесь больше никто не будет страдать.

Вот блин. Неловко как-то. Убивать монстров ради добычи или потому, что они пытаются убить тебя — это совсем не то же самое, что делать это по их просьбе.

— Ты сомневаешься, сын Хаоса? Я сам прошу тебя об этом, окажи мне честь. Когда я умру, к тебе перейдёт часть моей силы. Я умру с надеждой, что когда-нибудь ты станешь достаточно силён, чтобы одолеть Пожирателя миров.

Скалопитек встаёт и склоняет передо мной голову. Немного поколебавшись, я выпускаю струны и одним ударом лишаю его жизни.

В тот же миг из его мёртвого тела вырывается такое количество энергии, что у меня едва получается устоять на ногах. Часть этой энергии летит ко мне и врезается прямо в душу. Я чувствую, что моментально становлюсь сильнее, и теперь наверняка могу призвать уже четыре струны.

Проверить некогда. Остатки энергии заставляют пещеру ходить ходуном. С потолка сыпятся камни, а мир вокруг теряет краски. Разлом закрывается!

Бросаюсь к проходу, на ходу высасывая ману из кристалла. Раздаётся грохот, и проход обрушивается на моих глазах. Голубые кристаллы на стенах пещеры гаснут, оставляя меня в полной темноте.

Замечательно. Теперь у меня есть только несколько минут на то, чтобы придумать, как выбраться отсюда. Потом разлом закроется. Если не успею — то, как поэтично выразился седой примат, я растворюсь в вечности вместе с осколком этого мира.

Глава 16

Разлом.

Спокойствие, только спокойствие. Что там писали аналитики про этот разлом? Возможно, что сюда ведут несколько порталов. Да и седой перед смертью говорил то же самое! Он сказал «открылись порталы, через один из которых пришёл ты». Значит, есть и другие.

Проход, по которому я спустился в пещеру, наглухо завален. Надо искать другой способ выбраться. Темно только, хоть глаз выколи. Создавать астральный свет или видеть в темноте я в этом теле ещё не научился!

Так, стоп. У меня же есть телефон, а на нём фонарик. Тьфу ты.

Просто не привык ещё до конца к этому аппарату. Это коренные жители Земли пользуются смартфонами с рождения, для них он как часть тела.

Вынимаю телефон из кармана и включаю фонарик, свечу лучом по сторонам. На голову падает камень, но я не обращаю внимания. Доспех на месте, мне не больно.

Ага! Наверху, под потолком, какая-то нора. Надо попробовать. Цепляюсь струной и подтягиваюсь к этой норе. Чувствую, как веет свежим воздухом и замечаю вдалеке мерцающий красный свет. Наверняка это портал!

Гору трясёт всё сильнее, воздух наполняет противный скрипучий звук. Как будто ножом по тарелке, аж зубы сводит. Рывками лезу вверх по тоннелю. Выпускаю струну, подтягиваюсь, затем выпускаю следующую. Скоро оказываюсь снаружи, в складке на склоне горы. Она со всех сторон укрыта выступающими скалами, есть только узкая щель, через которую сюда попадает свет. Неудивительно, что я не заметил второй портал снаружи.

Ощущаю, как разлом начинает скукоживаться, и недолго думая, прыгаю в портал. Такое чувство, будто в следующий миг осколок мира перестаёт существовать прямо за моей спиной.

Оказываюсь на влажной траве, рядом с берёзовой рощицей. Моросит мелкий дождик, прохладный ветерок обдувает лицо. Красота-то какая. Всегда приятно вернуться в нормальный мир после разлома, а в этот раз особенно.

Рюкзак на месте. Щелкунчик с добычей в желудке тоже никуда не делся. Отлично, значит, вылазка прошла успешно!

Есть только одна проблема. Я понятия не имею, где нахожусь.

Снова вспоминаю про телефон, который до сих пор сжимаю в руке. В нём же и карта, и навигация, да и связь, в конце концов. Если понадобится, можно попросить Стражей забрать меня.

Открываю карту и быстро соображаю, где я. Да уж, далековато от города я оказался. Но ничего, дойти можно. Я и не такие расстояния преодолевал, когда возникала необходимость. Можно дойти до дороги, а там уже вызвать такси или поймать попутку. Никаких проблем.

Поправляю набитый добром рюкзак и бодрым шагом отправляюсь вперёд. Красота вокруг. Мелкий дождик не помеха, даже приятно. Топая вперёд, начинаю насвистывать любимую мелодию из родных краёв, как вдруг до меня доносится отчаянный женский крик.

Резко останавливаюсь и прислушиваюсь. Ну нет, бесы-имитаторы вряд ли могли здесь оказаться. Они перемещаться не любят, предпочитают заманивать жертву в засаду. Да и зачем орать, если можно ласково позвать, как в тот раз?

Похоже, кто-то по-настоящему попал в беду.

Ускорившись, бросаюсь на звук, который доносится из-за холма. Взбегаю на его вершину и вижу крайне неприятную картину. Одинокая девушка пытается отбиться от трёх скалопитеков. Она создаёт заклинания молнии, но приматы с лёгкостью закрываются от них каменными щитами и смыкают круг вокруг несчастной.

Я не благородный принц, но бросить даму в беде не могу. Свистнув, привлекаю внимание обезьян. Они поворачиваются, а Кардинал уже летит прямо к ним. Вонзается в грудину одного из монстров и роняет его на землю. С оставшимися расправляюсь сам, резко сократив дистанцию и порубив их струнами.

Ого, я оказался прав. Энергия седого примата сделала меня сильнее. Теперь я могу призывать четыре струны, и это очень хорошо.

Спасённая девушка, рыдая, кидается ко мне в объятия. Ничего не говорит, просто крепко прижимается ко мне всем телом и плачет, вся трясясь.

— Уже всё закончилось. Всё хорошо, — успокаивающе говорю я, поглаживая её по каштановым волосам.

Вдоволь наревевшись, она отлипает от меня и смотрит в глаза. Наконец-то могу её разглядеть. Приятная барышня. Невысокая такая, миниатюрненькая, но при этом с пышными прелестями, которые я прекрасно могу разглядеть благодаря глубокому декольте.

Интересно только, что делала столь симпатичная особа в глуши? Одета она так, будто вышла прогуляться по городским улочкам. А ещё здесь витает немало энергии Хаоса. Должно быть, она исходит от трупов скалопитеков, но всё равно как-то странно. Тем более, что от портала далеко, да и не видел я других монстров поблизости.

— Сп-пасибо, — всхлипывая, говорит она и целует меня в щёку.

— Пожалуйста. А что…

— Меня зовут Полина Демидова, — представляется она.

— Андрей Зверев. Откуда…

— Я дочь барона Демидова, — быстро перебивает она, как будто специально не хочет, чтобы я задавал вопросы.

— Рад знакомству. А что вы здесь делаете совсем одна?

— Я так благодарна вам за спасение, господин Зверев! — она снова начинает плакать и приникает к моей груди.

Ох, блин. Приятно, конечно, когда ко мне прижимается такая красавица, но всё равно кажется, будто здесь что-то не так.

— Простите мою настойчивость, Полина. Вы можете ответить на вопрос?

— На какой? — она поднимает взгляд и смотрит на меня снизу вверх, хлопая мокрыми ресницами.

— На тот, который я только что задал.

— Вы о том, что я здесь делаю? Я просто гуляла. Люблю гулять под дождём. Поместье моего отца здесь, недалеко, — она машет рукой куда-то в сторону.

— И что, вы не заметили портал? Его вроде бы издалека должно быть видно.

— Заметила, и сразу побежала обратно, но тут наскочили эти твари… Ах, они могли меня растерзать! — её большие глаза опять наполняются слезами.

— Интересно, почему дочь барона бродит по глуши одна, без охраны. Тем более, когда только сегодня ночью прошла Багровая буря, — говорю я.

В душе появляются какие-то смутные подозрения. Не знаю, что здесь может быть не так, но интуиция редко меня подводит.

— Почему вы задаёте столько вопросов, господин Зверев? Я просто девушка, которой не повезло встретиться с этими монстрами… — она бросает взгляд на трупы приматов и передёргивает плечами.

— Просто это как-то странно. Разлом был второго уровня, портал немаленький и ярко светится. Да и скалопитеков просто заметить, они красться не умеют.

— Ну… если честно… Я специально пошла к разлому. Мне так хотелось посмотреть на него вблизи, — мямлит Полина, опуская глаза.

Вот это уже больше похоже на правду. Только всё равно почему-то не очень верится. У меня такое ощущение, будто она пошла к разлому не просто так, а с некой целью.

Может, это просто паранойя, конечно. Не представляю, зачем обычному человеку, даже дворянке с магическим даром, соваться к разлому второго уровня. На Земле любой ребёнок знает, что лучше держаться от них подальше.

Будто угадывая мои мысли, девушка говорит:

— Я не сразу заметила монстров. Думала, что если кто-то вылезет, я смогу с ним справиться. Я была такой дурой! Как хорошо, что вы появились, мой спаситель!

Она снова целует меня и так заглядывает в глаза, что будь я обычным парнем, сразу бы поплыл. Но я-то не обычный парень, в прошлой жизни меня много раз пытались соблазнить женщины намного более обворожительные и коварные.

— Я так вам благодарна, — с придыханием шепчет Полина прямо мне в губы.

— Я уже понял. Не стоит благодарности, на моём месте любой Страж поступил бы так же.

— Вы член ордена Стражей⁈ — девушка вдруг отпрыгивает от меня, как будто я покрылся шипами или раскалился добела.

Вместо ответа постукиваю пальцем по амулету на груди, а подозрения охватывают с новой силой. И теперь я уже начинаю соображать, в чём здесь может быть дело.

На лице Полины вдруг появляется улыбка, и она радостно выкрикивает:

— Как я сразу не догадалась! Какое счастье, что именно вы оказались рядом. Вы ведь закрывали разлом, не так ли?

Снова молчу и только киваю в ответ.

— Вы настоящий герой! Господин Зверев, пожалуйста, позвольте пригласить вас к нам поместье. Мой отец будет счастлив отблагодарить вас за моё спасение! Здесь недалеко, а ведь уже вечереет.

— Хотите, чтобы я остался на ночь? — провоцирую красотку.

— Мы примем вас как дорогого гостя! Поужинаете, отдохнёте и утром поедете в город на нашей машине. Сможете как следует расслабиться после боя с монстрами и поспать с комфортом. У нас есть свободная комната… рядом с моей спальней, — шёпотом заканчивает она.

Девушка прикусывает нижнюю губу и чуть выпячивает грудь вперёд. Так похотливо и покорно смотрит на меня, что невольно чувствую жар в штанах. В других обстоятельствах я бы с радостью получил с ней удовольствие.

Вроде бы ничего не должно настораживать. Она так сильно мне благодарна, что хочет отдаться, это можно понять. Прочие обещания тоже выглядят вполне логично — кто откажется приютить и накормить человека, спасшего дочь от монстров? Однако выслушав всё это, я полностью убеждаюсь, что дело нечисто.

И теперь мне до чёртиков любопытно узнать, прав ли я в своих догадках. Да и поесть не против, тем более, что обещают шикарный ужин. Поэтому улыбаюсь и говорю:

— Конечно, леди. С радостью принимаю ваше приглашение.

— Отлично, идёмте! — Полина берёт меня за руку и ведёт за собой.

Красавица не обманула: поместье действительно находится недалеко. Уже скоро я вижу впереди двухэтажный дом с белыми стенами и красной черепицей. По стенам вьётся плющ, сад за домом полон цветов. Уютно выглядит. Даже слишком.

Когда приближаемся к дому, чувствую магию. Поместье и его территория окружены невидимым, но сильным защитным куполом. Судя по структуре заклинания, работает артефакт.

Входим под купол, и для нас дождь прекращается. Капли беззвучно разбиваются об купол, а внутри даже ветра нет. Тишина и спокойствие.

— Правда, у нас здесь здорово? Мой отец сам делает артефакты, этот купол его работа! — Полина смотрит на меня искрящимися глазами.

— Да, неплохо. А что-нибудь боевое он делает?

— Лучше вам спросить об этом у него, — девушка кивает на крыльцо, где появляется мужчина.

Худой и жилистый, он одет во всё чёрное — водолазка, брюки, начищенные туфли, круглые очки и даже кольцо на пальце. Только седина в волосах выбивается из общей картины.

Сохраняя идеальную осанку, он спускается по ступеням, не отрывая при этом взгляда от меня.

— Кто это с тобой, Полина? — спрашивает он.

Девушка бросается к нему в объятия:

— Отец! Это Андрей Зверев и он спас меня от монстров из разлома! А ещё он Страж. Я так испугалась, когда встретила этих страшилищ! — она вновь начинает плакать.

Барон выглядит растерянным. Прижав дочь к себе, он медленно проговаривает:

— Бедная моя девочка. Тише, не плачь, ты в безопасности. Иди в дом, я должен поговорить с твоим спасителем.

Он мягким жестом отстраняет от себя Полину и делает шаг ко мне.

— Простите, что спрашиваю, Андрей. Вы дворянин? — сняв очки, говорит он.

Его глаза кажутся мне немного неестественными, будто бы он надел линзы. А ещё от его чёрного кольца исходит тщательно скрытая энергия, которую я всё-таки улавливаю и сразу узнаю.

Надо же. Какие любопытные вещи здесь происходят. Мои догадки получают подтверждение, и теперь я точно не жалею, что решил принять приглашение. Посмотрим, что эти люди сделают дальше…

— Да, я дворянин, — отвечаю на вопрос.

Мужчина медленно сгибается в поклоне и говорит:

— Барон Владимир Демидов, рад знакомству. Я от всей души благодарю вас за спасение дочери. Если есть что-то, что я могу для вас сделать — только скажите.

— А простолюдину вы не стали бы кланяться? — скрывая ухмылку, уточняю я.

— Поймите правильно, господин Зверев, мне дорога моя честь. Кланяться простолюдину — унижение, даже в таком случае, — распрямившись, говорит барон.

Несколько мгновений смотрим друг на друга. Взгляд у него не просто неестественный, а холодный и безжалостный, как у змеи.

— Так как я могу вам отплатить? — спрашивает барон.

— Полина обещала, что в вашем доме меня накормят и позволят переночевать, а утром отвезут в город. Думаю, этого будет достаточно, — говорю я.

— Что вы! Жизнь моей дочери гораздо дороже ужина и постели. Я что-нибудь обязательно придумаю. Идёмте, Андрей, — Владимир жестом приглашает меня в дом.

Внутри оказывается очень светло и чисто. Опрятный и скромный интерьер, снова цветы повсюду, как гипсовые на лепнине под потолком, так и живые в горшках.

— Иван, подойди! — выкрикивает барон Демидов.

— Здесь я, здесь, — из коридора, шаркая, выходит старый слуга.

— Это господин Андрей Зверев, наш почётный гость. Набери для него ванну и скажи, чтоб постирали одежду. И подготовь для него свободную спальню. Через час жду вас в столовой, Андрей, — говорит Владимир уже мне, пожимает руку и уходит, оставляя наедине со слугой.

— Добро пожаловать, господин. Идёмте за мной. Только разуйтесь, будьте добры, хозяева уж больно за чистоту ратуют…

— Это я вижу, — говорю я, разуваясь и оглядывая блестящий паркет.

Иван медленно идёт по коридору, придерживаясь за стены, и затем мы поднимаемся на второй этаж. Там слуга заводит меня в просторную ванную и включает воду.

— Одежду прямо на пол бросайте, Анютка потом соберёт и постирает. Приятного омовения, господин. Ежели чего пожелаете — зовите, я услышу.

Поклонившись напоследок, старик уходит. Пожав плечами, бросаю на пол рюкзак, а затем раздеваюсь и ложусь в горячую воду.

Да-а, хорошо… Давненько же я не принимал ванну. Пожалуй, это я могу себе позволить. Пусть барон со своей дочкой готовятся к тому, что собираются сделать, а я пока немного расслаблюсь.

То, что Демидовы наверняка что-то задумали — никаких сомнений. Я сразу заподозрил что-то не ладное, когда почувствовал энергию Хаоса на том месте, где спас девушку. А потом я почувствовал такую же энергию, идущую от кольца Владимира, и всё встало на свои места.

Эта семейка поклоняется Хаосу! Никаких сомнений. Судя по всему, Полина пыталась подчинить монстров, но у неё хреново получилось. Призвать смогла, а вот сломить их волю, уже нет.

Что им надо от меня, пока не знаю. Но если вспомнить поклонников Хаоса из моего прошлого мира, то они любили человеческие жертвоприношения. Особенно им нравилось приносить в жертву магов — тогда они могли забрать силу их души и сами становились сильнее.

Мерзкое колдовство. Не говоря уж о том, что поклонение Хаосу неуклонно приближает приход Пожирателя миров. Он, так или иначе, появится — появление разломов надёжный признак, хоть и один из первых. Но тех, кто играет на его стороне, я всё равно терпеть не стану.

Впрочем, это не мешает мне наслаждаться их гостеприимством. Пусть думают, что усыпили мою бдительность.

Устроившись поудобнее, закрываю глаза и начинаю медитировать. Через несколько минут в дверь раздаётся стук, и затем звучит приглушённый женский голос:

— Господин, я могу войти?

— Входи.

Дверь скрипит за спиной. Должно быть, служанка явилась, чтобы взять мою одежду на стирку.

— Только рюкзак не трогай, — говорю я, не открывая глаз.

— Я и не собиралась, — приближаясь, звучит голос, и тут я узнаю его.

Полина? Сама явилась?

Открываю глаза и вижу, что из одежды на дочери барона только белое кружевное белье. Которое особо ничего не скрывает.

— Не хотела тревожить вас, господин. Но я так сильно благодарна вам за спасение. Вы не будете против, если я… доставлю вам удовольствие?

Чёрт возьми. При взгляде на шикарное молодое тело Полины тяжело отказаться от такого предложения. Понимаю, что это очередное действие в пьесе, которую они с отцом разыгрывают. Но я ведь уже решил, что пока буду изображать наивного дурачка, так что почему бы и нет.

Поднимаю руку и маню красотку к себе.

— Иди сюда.

Полина подходит и залезает ко мне в ванну. Сев напротив, она медленно снимает бюстгальтер и роняет его рядом, а затем взмахивает рукой, окружая нас каким-то розовым магическим куполом. На инстинктах выпускаю струны, но сразу понимаю, что ничего угрожающего в этой магии нет.

— Я сотворила заклинание тишины. Нас никто не услышит, поэтому можем не сдерживаться, — приближая своё лицо к моему, шепчет Полина.

— Я и не собирался, — зеркалю её ответ по поводу рюкзака и прижимаю упругое тело к себе.

В ванне мы задерживаемся гораздо дольше, чем на час, но нас никто не тревожит. Когда всё заканчивается, обессиленная Полина уходит, а я спокойно заканчиваю мыться. Скоро всё-таки появляется служанка, забирает мои залитые кровью монстров шмотки и оставляет шёлковый домашний костюм. Выглядит он вполне солидно, почти не похож на пижаму.

Одевшись, накидываю мягкие тапочки, которые также принесла служанка, и спускаюсь на первый этаж. Меня встречает Иван и провожает в столовую, где все уже ждут. Семья Демидовых в полном сборе — не только барон и Полина, но также баронесса и трое молодых мужчин. Надо полагать, братья Полины.

— Здравствуйте, — говорю я.

— Сегодня ужин в вашу честь, благородный господин! — объявляет баронесса.

— Спасибо, что спасли нашу сестру, — басит один из братьев.

«И не только от монстров. Только что в ванной я тоже несколько раз её 'спас», — думаю про себя, а вслух говорю коротко:

— Пожалуйста.

— Прошу за стол! — барон обводит руками расставленные угощения.

Когда они успели столько всего приготовить? Здесь и мясо, и свежий хлеб, и целый запечённый гусь, и много чего ещё. Чуть слюной не захлебываюсь, ведь в этом мире я ещё ни разу так роскошно не ел. Грех отказываться.

Садясь за стол, проверяю с помощью Астрала, нет ли где отравы. К счастью, вся еда чиста, можно спокойно ей насладиться. А вот в вине, которое мне подают, полно яда. Парализующий, если не ошибаюсь, но при этом не смертельный.

А-а, вы всё-таки хотите принести меня в жертву, но для этого я должен остаться жив? Коварные негодяи. Ладно, сейчас поем, а потом мы с вами разберёмся поговорим по душам.

Барон поднимает кубок и провозглашает:

— Выпьем за господина Зверева! За его храбрость и самоотверженность. Ваше здоровье, Андрей. Клянусь, моя семья не забудет о вашем подвиге.

Сколько лицемерия, аж тошнит.

Все поднимают бокалы, и я тоже. Но затем только делаю вид, что пью, не делая при этом ни глотка. Даже губы на всякий случай окружаю астральной плёнкой, а то вдруг яд слишком сильный.

А затем приступаю к еде! Заранее пускаю энергию на улучшение пищеварения, чтобы попробовать всё.

Гусь отличный, свинина просто тает во рту, сыр и другие закуски отлично дополняют основные блюда. Уплетаю за обе щеки, не обращая внимания на подозрительные взгляды, которыми обмениваются члены семьи. В них прямо читается: «почему он до сих пор не упал?»

— Андрей, как вам вино? — спрашивает баронесса.

— Простите, не очень. А вот еда шикарная.

— Может быть, вам принести выпить что-нибудь другое? — переглянувшись с женой, говорит Владимир.

Так, ну всё. Пожалуй, я наелся. Если что, можно и потом немножко перекусить, когда со всем остальным закончу.

Вытираю губы салфеткой и откидываюсь на стуле. Передо мной четыре мужчины, а у меня как раз четыре струны. Выпускаю их и подбираюсь к каждому, а затем говорю:

— Можно просто воды. Без отравы, желательно.

Тихий лязг приборов за столом смолкает. Все поворачиваются ко мне. Один из братьев так крепко сжимает нож для масла, как будто собирается меня им убить.

— Что вы имеете в виду? — хмурится барон.

— То, что моё вино отравлено парализующим ядом. Может, хотите глоточек?

— Отец, он догадался! — Полина вскакивает из-за стола, и в руках у неё вспыхивают молнии.

— Похоже, что так, — соглашается Владимир.

Не зря мне казалось, будто что-то не так с его глазами. Когда с них спадает иллюзия, радужка становится красной, а зрачки принимают форму четырёхконечной звезды.

Надо же. Да он насквозь пропитан магией Хаоса. И теперь, когда перестаёт скрывать свою ауру, я это отлично чувствую.

Нож для масла в руке его сына вдруг наливается багряным светом и вытягивается, превращаясь в кривой меч. Все Демидовы, включая баронессу, встают и готовят боевые заклинания.

— Тебе не справится со всеми нами, Страж, — хрипло произносит барон.

— Ты, правда, так думаешь? — с усмешкой спрашиваю я, спокойно закидывая в рот оливку.

— Лучше выпей вино. Поверь, у него чудесный букет. Потом ты ничего не почувствуешь, хоть и будешь осознавать.

— Откажусь, пожалуй. Давайте-ка вы лучше все ляжете лицом в пол и покорно подождёте, когда приедут мои коллеги.

— Давайте убьём его! — выкрикивает Полина.

— Какая ты кровожадная. Когда мы с тобой развлекались в ванной, ты кричала совсем другое.

— Довольно. Взять его! — рявкает Владимир.

Я в один миг окружаю себя астральным щитом и струнами хватаю за горло всех мужчин семейства. Дёргаю, заставляя их рухнуть на пол. Молнии, которые швыряют в меня Полина и баронесса, спокойно принимаю на броню.

— Не думай, что всё будет так просто! — орёт с пола барон.

Затем я чувствую, как он применяет какое-то мощное заклинание Хаоса. Одновременно с сыновьями он издаёт жуткий горловой вопль, а затем их тела начинают меняться, превращаясь во что-то… в кого-то…

Мать твою, что это за твари⁈

Глава 17

На севере от Санкт-Петербурга. Поместье барона Демидова.

Ничего себе! Связь этих ребят с Хаосом гораздо сильнее, чем я предполагал. Судя по количеству энергии, где-то в доме есть артефакт, усиливающий эту связь. Полина ведь оговорилась, что её отец любит мастерить артефакты.

Барон и его сыновья преображаются, становясь уродливыми тварями. У кого-то вырастают рога, у кого морда становится похожа на лошадиную, только с волчьими клыками. Отвратительно выглядит, аж еда наружу просится.

Их превращение длится довольно долго, даже скучно на это смотреть. Если б я хотел, то уже давно бы прикончил всех четверых. Но любопытно посмотреть, на что будут способны эти мутанты.

Полина с матерью тем временем продолжают швырять в меня заклинания. Мой доспех спокойно выдерживает эти атаки, но всё равно это досаждает.

— Да почему они тебя не берут! — в ярости верещит Полина, поливая меня молниями с двух рук.

— Да потому что я сильнее, сладенькая. Перестань, пожалуйста, а то начинаешь надоедать.

— Сдохни! — раздаётся в ответ.

— Как грубо. Ладно, сама напросилась.

Убираю струну с шеи младшего из братьев, который корчится на полу, обращаясь в подобие богомола с человеческим телом. Вытягиваю ману из парочки молний и усиливаю своё тело. А затем решаю попробовать кое-что новенькое. После разлома и встречи с седым приматом я стал сильнее, а перед ужином хорошо отдохнул. Должно сработать!

Перехватываю заклинание и удерживаю его. О да, отлично. Теперь я способен не просто отбивать или обезвреживать вражескую магию. Отныне я могу вернуть её обратно!

Швыряю молнию в баронессу. Её защита разлетается, и я тут же обхватываю струной её горло:

— Шевельнёшься — прикончу. Поняла?

Женщина, стиснув зубы, кивает.

— Дочери передай, а то она меня не слышит.

Баронесса кладёт ладонь на плечо Полины, которая как раз сотворила очередное заклинание.

— Дочь, остановись. Пусть мужчины сражаются.

— Но мама! Я хочу сама его убить! — кровожадно вопит красавица.

— Я сказала, остановись.

Разумная женщина, молодец. Не хотелось бы убивать их вместе с дочерью. Тем более что мужская часть семьи закончила трансформацию и готова кинуться на меня. Давайте, посмотрим, что вы умеете!

Облик барона получился что надо, в отличие от его сыновей. Драконья голова с чёрной чешуёй, острые когти и хвост, увенчанный на конце кривым шипом. Он запрыгивает на стол, топча и раскидывая остатки еды. Остальные кидаются на меня с флангов, а женщины отходят вглубь комнаты.

— Убейте его! Порвите! Я хочу увидеть его кишки! — пуча глаза, хрипло орёт Полина.

Ничего себе, какая она на самом деле кровожадная. А казалась такой милой и податливой девушкой. Ну, в ванне-то она точно была податливой, а теперь как будто с цепи сорвалась.

Её братья оказываются неинтересными соперниками. Богомол вырубается с одного удара кулаком в лоб. Клыкастый конь и крокозябра, которую я не могу ни с чем сравнить, тоже долго не выдерживают. Швыряю их струнами по всей комнате, в итоге выбрасываю крокозябру в окно, а коня так прикладываю мордой об потолок, что сворачиваю ему шею. Полина и баронесса издают одновременный вопль боли и ярости.

Не стремился никого убить, так уж получилось, простите.

Барон-дракон ревёт так, что окна дрожат, и выдыхает тугую струю пламени. Отскакиваю в сторону и вытягиваю из огня всю ману.

— Ты совсем дурной? Дом же спалишь! — отчитываю его.

— Папа, оторви ему голову! Подари мне её! Я хочу его голову! — топая ногами, орёт Полина.

— Мне кажется, его голова на стене будет круче смотреться, ты так не думаешь? — спрашиваю я.

Владимир бросается врукопашную, пытаясь зацепить меня когтями и хвостом. Пару раз у него даже почти получается, уж больно он быстрый и ловкий, а удары хвостом всегда неожиданные. Но только я всё равно быстрее, а магический щит барона не такой крепкий, как мой.

Разрываю дистанцию, уворачиваясь от нового взмаха хвостом, и вытягиваю из защиты противника последние капли силы. После сразу же обхватываю его горло тремя струнами и крепко стискиваю, а четвёртой подсекаю ему ноги. Владимир падает на стол и ломает его пополам, оказываясь на полу. Полина вырывается из рук матери и бежит вперёд, создавая очередную молнию.

— А ну стоять! — больно щёлкаю её по руке свободной струной, одновременно уничтожая заклинание.

— Дочь, отойди. Он слишком силён, — глухо говорит её мать.

— Хоть у кого-то из вас мозги заработали, — говорю я.

Опускаю глаза на барона, который задыхается на полу:

— Ваше благородие, сдавайтесь. Я победил.

— Я… лучше… умру!.. — отчаянно хрипит он и вновь призывает тёмную энергию.

Дом натурально начинает ходить ходуном. Хаос наполняет всё вокруг, стены трещат, гипсовые цветы отваливаются с потолка и, поднимая клубы пыли, разбиваются об пол. Всё вокруг тускнеет, и такое чувство, будто я попал в закрывающийся разлом.

— Да-а! Ха-ха-ха! Во имя Хаоса! Пусть наши души растворятся в бескрайнем море анархии! — Полина падает на колени и поднимает руки в воздух.

— Какая же ты долбанутая на самом деле, — замечаю я.

Придаю струнам остроту и усиливаю давление. Миг спустя драконья голова барона отделяется от тела, но энергетическая буря вокруг продолжается. Не понял, почему? А-а, то самое чёрное кольцо у него на пальце.

Срываю кольцо одной струной, а второй разрубаю на части. Локальный армагеддон сразу же прекращается, а фанатичный смех Полины вдруг обрывается.

— Что ты сделал? — резко превратившись в обиженного оленёнка, она смотрит на меня большими глазами.

— Тебе по пунктам рассказать? Давай вкратце: я победил, вы проиграли. Не шевелись, поняла?

— Великий Хаос… Владимир, муж мой… — баронесса со слезами на глазах шагает к телу супруга.

— К вам это тоже относится. Не шевелитесь, — железным тоном приказываю я.

Женщина поднимает на меня взгляд, в котором горе плещется пополам с ненавистью.

— Отправь меня за ним, Зверев! — почти требует она.

— Не люблю убивать женщин. Или сама разбирайся, или подожди, пока тебя казнят. Насколько я знаю, за поклонение Хаосу только расстрел или плаха. В вашем случае расстрел, вы же благородные. Эй, Иван! Иван!

Не сразу, но слышу за дверью шарканье слуги, и затем его седая голова показывается в дверях. Он с ужасом смотрит на тела на полу, громко сглатывает и переводит взгляд на меня:

— Д-да, господин?

— Принеси верёвку.

— З-зачем?

— Хочу научиться вязать морские узлы, зачем же ещё? Давай без глупых вопросов. Выполняй.

Старик испаряется, а я тем временем струнами затаскиваю парня, обратившегося в крокозябру, с улицы в дом. Правда, к нему успел вернуться человеческий облик, но в сознание он так и не пришёл. Жив, только это ненадолго.

Достаю из кармана телефон и затем поглаживаю приятную шёлковую рубашку.

— Хороший костюмчик. Можно себе оставлю? Не отвечайте, это риторический вопрос. Алло? На связи Зверь.

— Зверь, я база. Говори, — по уставу отвечает дежурный связист Стражей.

— Я вышел из разлома через другой портал, и мне попалась семья поклонников Хаоса. Парочку пришлось убить, остальные задержаны. Нужен отряд для ареста и доставки на базу.

— Координаты, — сухо отвечает дежурный.

— Записывай.

Диктую ему координаты и сбрасываю звонок. Тут Иван как раз приносит верёвку, и я связываю всех оставшихся в живых Демидовых. Полина сыплет угрозами и пытается укусить меня, так что приходится оторвать кусок от её платья и соорудить импровизированный кляп. Достала, честное слово.

— Иван, принеси мой рюкзак. Побыстрее.

— Хорошо, господин… Простите, а что будет с хозяевами?

— Их ждёт положенное наказание. Но ты, наверное, хотел узнать, что будет с тобой?

— Да, господин, — кланяется слуга.

— Понятия не имею. Допросят, для начала, а там зависит от того, что ты скажешь.

— Да что же я скажу-то? Я ничего не делал, обычные свои обязанности выполнял.

— Передо мной можешь не объясняться, мне плевать. Принеси рюкзак и позови остальных слуг. Если кто-то вздумает спрятаться — всё равно найду.

— Как скажете, — покорно соглашается старик.

Слуг в доме оказывается всего трое — сам Иван, Анютка, а также немой здоровяк. У него на лбу вытатуирована магическая печать подчинения. Вполне возможно, что он не по собственной воле служил Демидовым. Снять её, что ли?

Ладно, нафиг, Стражи сами разберутся. Мне уже поступил сигнал о том, что ближайший оперативный отряд в пути.

Достаю из рюкзака Кардинала и выпускаю, отдавая мысленный приказ атаковать каждого, кто рискнёт шевелиться. На всякий случай предупреждаю пленников вслух:

— Лучше не пробуйте бежать, мой топор шутить не любит. Кардинал, покажи.

Он с огромной скоростью летит вперёд и вонзается в стену прямо над головой Полины, а в следующую секунду телепортируется и снова оказывается в воздухе.

— Видали? Так что без глупостей. А я пойду, осмотрюсь.

В доме наверняка есть чем поживиться. По праву победителя я могу взять себе парочку трофеев. И меня не так уж интересуют деньги, потому что добычи из разлома я и так много вытащил. Хотя ладно, кого я обманываю. Деньги меня тоже интересуют, но гораздо интереснее найти что-нибудь, связанное с поклонением Хаосу.

В кабинете барона нахожу висящий на стене родовой меч. Блин, вот его я точно заберу, пополню коллекцию. У меня уже есть один клинок, доставшийся от Беркута. Будет ещё один. Пользоваться мечами в бою не привык, но как трофей самое то.

Там же, в кабинете, натыкаюсь на сейф. Не могу удержаться от соблазна и взламываю его. Забираю деньги, золотые украшения и нахожу несколько таких же чёрных колец, как было на пальце Владимира. Недолго думая, уничтожаю их. Похоже, что покойный барон любил создавать именно тёмные артефакты, а их лучше сразу разрушить.

Прислушиваюсь к своей связи с Кардиналом. Топор спокоен, значит, пленные ведут себя благоразумно.

Вот и молодцы.

Кстати, надо будет на досуге прокачать не только связь с Щелкунчиком, но и с топором. Он ведь способен на большее, у меня просто не было времени им заниматься. А зря, пока что Кардинал ни разу меня не подводил. Обязательно возьмусь за это дело.

В гардеробной комнате беру две большие сумки. Призываю Щелкунчика и велю ему выплюнуть всю нашу добычу в них. А то светить малышом перед Стражами по-прежнему не хочу. Вряд ли меня похвалят за то, что я привязал к себе монстра из разлома. Пусть лучше это будет моей тайной.

Про сумки скажу, что они мои, и что я сложил в них добычу ещё в разломе.

Спустившись в подвал, сразу чувствую мощное давление Хаоса. Да, здесь точно имеется какой-то артефакт. Скоро нахожу каменный алтарь, покрытый разводами давно запёкшейся крови. Судя по всему, жертвы здесь приносились неоднократно.

Недолго думая, разрубаю алтарь на две части. Тёмная энергия выплёскивается из него волной, которую сразу же беру под контроль и пускаю на своё развитие столько, сколько могу. Не всю, к сожалению, получается использовать. Грамотно работать с Хаосом мне ещё предстоит научиться, я только в начале пути.

Закрадывается непрошеная мыслишка о том, что надо быть осторожнее. Пока что я не замечаю негативного влияния, но как знать — возможно, что Хаос способен отравить даже мою душу. Вряд ли, конечно, но лучше проявить осмотрительность.

Пока что всё в порядке. Усиление есть, побочных эффектов нет. Но буду начеку.

Поднявшись наверх, вижу через окно, как возле дома тормозят две бронемашины Стражей.

— Привет! — машу рукой, когда вооружённый отряд врывается внутрь.

— Привет, Зверь, — раздаётся скромный голосок.

Не сразу замечаю за широкими спинами скромную улыбку Зайцевой. Улыбаюсь ей в ответ:

— Рад тебя видеть, Даша.

— И я тебя, — покраснев, она опускает взгляд.

— Где задержанные? — спрашивает командир отряда.

— Там. Трупы тоже, — машу рукой в сторону столовой.

Пока Стражи конвоируют в машины живых Демидовых и перетаскивают мёртвых, я мило болтаю с Заей. Она расспрашивает, каково мне было одному в разломе второго уровня, и я с радостью рассказываю о своих приключениях. Даша восхищённо ахает и округляет глазки, что, честно признаться, доставляет мне удовольствие.

— Мы закончили. Поместье опечатаем, завтра сюда приедут маги-следователи и всё изучат, — говорит, подойдя ко мне, командир отряда.

— Отлично. Спасибо, что быстро прибыли.

— Тебе лучше поехать с нами. Командор захочет узнать из первых уст, что произошло.

— С радостью. Всё равно мне надо добычу сдать, а машина в городе осталась.

Скоро отправляемся на базу. Я еду с Зайцевой в одной машине, и мы продолжаем непринуждённую беседу. Замечаю, кстати, что Даша повысила ранг до девятого.

— Отличный прогресс. Всего несколько дней с момента выпуска прошло.

— Сложная зачистка вчера была. Мы с такой огромной красной сворой столкнулись! Я в жизни так много заклинаний не творила, — воодушевлённо рассказывает девушка.

— Ты молодец. Как насчёт отметить? — приобнимаю её за талию.

— Ну… я… с радостью, — покраснев, соглашается она.

М-м, мне такое по душе. С виду скромница, но я-то уже знаю, на что она способна в постели. Да и вообще, Даша прикольная, с ней интересно. Не женщина моей мечты, конечно, но всё равно приятно провести время вместе.

Когда прибываем на базу, прошу подвезти меня к складу и там сдаю добычу. Начальник склада аж в ладоши хлопает, видя мои объёмные сумки.

— Ай да Зверев, ай да сукин сын! Как у тебя это получается?

— Работа в радость, вот и результат хороший, — подмигиваю я.

— Себе оставишь что-нибудь?

— Мана-кристаллы и несколько сердец бесов. Хочу алхимикам отдать, пусть гранаты сделают.

— Отличный выбор! Гранаты из бесовского пороха получаются во! — начальник склада показывает большой палец.

Ну, ещё бы. В Аркелиме я лично сушил сердца огненных бесов и делал из них взрывной порошок. Засыпаешь в склянку и бросаешь, как следует. Взрыв получается эффектным и эффективным. И это склянка. Осколочная граната будет ещё круче.

Беру в автомате стаканчик чёрного кофе и иду в сторону главного здания. Командор наверняка меня уже ждёт.

Так и есть. Поднявшись на третий этаж, стучу в кабинет и сразу слышу громогласное:

— Кто там?

— Андрей Зверев, командор.

— Входи, чего ждёшь!

Как только переступаю порог, Дмитрий Сергеевич встаёт из-за стола и широкими шагами идёт ко мне, на ходу протягивая ладонь. Его рукопожатие, как и всегда, чертовски крепкое.

— Молодец, Зверев! Молодец! Я так и знал, что ты принесёшь ордену большую пользу.

— Спасибо, командор.

— Что это у тебя? — он смотрит на стаканчик в моей руке.

— Кофе.

— Вылей эту бурду! Сейчас я тебе налью нормального кофе! Коньячку добавить?

— А давайте. Всё равно, наверное, на базе спать лягу. Машина в городе осталась. Кстати, разрешите позвонить?

— Звони, конечно, — командор машет рукой, подходя к кофемашине в углу комнаты.

Достаю телефон и набираю номер Ларисы. Рыжая недоступна. Возможно, она сейчас в разломе. После того, как я закрыл свой, их наверняка направили к другому. Вот блин. Надеюсь, она хотя бы перепарковала мою тачку, а то я бросил её посреди дороги и ключи в салоне оставил. Торопился на вылазку и не предполагал, что придётся вылезать через другой портал.

— Всё в порядке? Давай за стол! — басит Дмитрий Сергеевич.

— В полном порядке.

Усаживаюсь и делаю глоток ароматного кофе с коньяком. Командор, уставившись на меня своим чёрным глазом, говорит:

— Прими мою благодарность. Ты, я погляжу, не просто закрываешь разломы. Сначала браконьеров арестовал, теперь и вовсе поклонников Хаоса!

— Что те, что другие сами меня нашли, — я пожимаю плечами.

— Это не умаляет твоих заслуг. Делом Монстроедов занимается капитан Радов, и он хотел тебя видеть. Не смог дозвониться сегодня.

— Так я же весь день в разломе провёл. Обязательно увидимся.

— Знаешь, что? Я думаю, ты заслужил медаль! — хлопнув ладонью по колену, говорит командор.

— Да зачем она мне? Я не ради медали всё это сделал.

— Затем, что я обязан выделить твои заслуги. Пусть другие посмотрят на тебя, восхитятся, и тоже будут стремиться к высотам. Это важно, понимаешь?

— Понимаю, конечно. Ну, как скажете. Медаль, значит медаль, — делаю ещё глоточек кофе.

— К медали, если что, прилагается денежная премия. Или можешь выбрать что-нибудь из оружия, например. Как насчёт хорошего автомата?

— Мне бы лучше что-нибудь компактное.

— Не вопрос! — отвечает Дмитрий Сергеевич и встаёт.

Он подходит к своему столу, открывает ящик и достаёт из него деревянную шкатулку. Из шкатулки, в свою очередь, достаёт пистолет с длинным воронёным стволом и костяными накладками на рукояти.

— Держи. Мне всё равно без надобности, я теперь в разломы практически не хожу.

— Это ваш личный? — уточняю я, не спеша принимать подарок.

— Мой личный останется у меня. Это запасной, — хитро щурится командор.

— Тогда спасибо.

Принимаю пистолет и вижу, что накладки на рукояти резные. Там изображены герб ордена и перечёркнутые рогатые черепа.

— Чья кость? — спрашиваю я, осматривая искусно сделанный рисунок.

— Белой виверны. Редкая тварь, между прочим, в разломах ниже третьего уровня не водится.

— Я знаю. Спасибо ещё раз, Дмитрий Сергеевич.

— Тебе спасибо. Многие за несколько лет столько не успевают сделать, сколько ты сделал за несколько дней. Хочу увидеть, что ты ещё покажешь.

— Подождите и увидите, — с улыбкой отвечаю я.

Болтаем ещё немного, допиваем кофе, и я отправляюсь обратно к складу. С моей добычей уже разобрались, так что получаю положенную пачку денег и заказанные трофеи.

После этого я иду в арсенал. В нём не только выдают табельное оружие, но и можно купить что-нибудь на свои деньги. Ассортимент огромный, правда, мне доступно далеко не всё, рейтинг не позволяет. А жаль, я бы не отказался купить какой-нибудь автоматический гранатомёт, например. В некоторых ситуациях он будет весьма полезен, а таскать его можно в Щелкунчике. Снайперской винтовкой тоже можно обзавестись.

Но это всё потом. Пока что я приобретаю только пару запасных магазинов и коробку патронов для пистолета. А ещё парочку светошумовых гранат. Интересно будет посмотреть, какой эффект они окажут на монстров.

Следующий пункт назначения — лаборатория алхимиков. Ночью они не работают, но на месте есть дежурный, который без проблем принимает сердца бесов и оплату за изготовление гранат. Он предлагает заодно закупиться зельями, но я отмахиваюсь. Ничего полезного для меня тут нет. Стать сильнее, ускориться и при необходимости исцелиться я могу и с помощью Астрала, пить зелья ни к чему. Тем более что они обычно противные на вкус.

Когда выхожу из лаборатории, в кармане звонит телефон. Это Виктор. Чего это он так поздно? В кабак хочет пригласить?

— Здорово, Витёк.

— Привет, Андрюха! Ну, ты где шаришься? Я уже минут десять возле склада торчу.

— А что ты там делаешь? — уточняю я.

— Приходи, сам увидишь, — Самойлов вешает трубку.

Ну что ж, иду обратно к складу и вижу под фонарём свой помятый пикап и Виктора за рулём. Заметив меня, он с улыбкой выпрыгивает из салона и спрашивает:

— Как тебе сюрприз?

Со смехом пожимаю ему руку и хлопаю по плечу.

— Спасибо! Сюрприз просто отличный.

— Не могу сказать того же про твою машину. Где ты откопал эту колымагу?

— Отличная тачка, между прочим. Мне она нужна добычу возить, а не для понтов.

— Да я шучу, дружище. Рассказывай, как успехи! Слышал, ты любителей Хаоса задержал? — спрашивает Виктор.

Приходится мне ещё раз пересказать свои сегодняшние приключения. Поведать всё в подробностях не успеваю. За спиной раздаются шаги и, обернувшись, я вижу капитана Радова.

— Здравия желаю, капитан! — приветствуем его вместе с Виктором.

— Здравия желаю. Андрей, я тебя искал.

— Знаю, мне командор сказал. Что-то насчёт тех браконьеров?

— Ты абсолютно прав, — кивает Герман.

Помедлив, он продолжает:

— Тот лопоухий раскололся. Признался нам, где находится одна из баз Монстроедов. Завтра утром мы собираемся туда на облаву, и я буду рад, если ты отправишься с нами. Виктор, ты тоже, — смотрит он на Самойлова.

— То есть это не обязательно, что ли? — уточняю я.

— Нет. Операция, как бы это сказать, не входит в прописанные обязанности Стражей. Поэтому участие добровольное, но желающих набралось уже достаточно. У многих есть счёты к Монстроедам.

— Я не против, — пожимаю плечами.

— Буду счастлив помочь, — говорит Виктор.

— Я в вас не сомневался. Тогда оставайтесь на базе, хорошо? Отправимся с рассветом. Отдохните, как следует.

— Так точно! — снова в голос отвечаем.

Ставим мою машину на парковку и отправляемся в казарму, где для нас находят свободные места. Это другая казарма, не та, где мы жили, когда были рекрутами. Обстановка приятнее, кровати мягче и между ними даже есть тканевые перегородки для сохранения личного пространства.

Будят нас с рассветом, и на телефон сразу прилетает несколько уведомлений. О том, что я включён в особый оперативный отряд, и что сбор состоится на плацу через десять минут. Успеваю одеться и даже принять бодрящий холодный душ, а затем мы с Виктором бежим на плац.

Там собирается немало народу. Герман не шутил, многие Стражи хотят поквитаться с Монстроедами.

Капитан Радов выходит, встаёт перед строем, хищно улыбается и говорит:

— Рад видеть всех вас. Задачу вы знаете. План простой: прибываем на место, окружаем логово и штурмуем. Постарайтесь брать браконьеров живыми, но сильно можете не стараться. Дальнейший инструктаж на месте. Вопросы есть?

— Никак нет! — слаженно отвечает весь отряд.

— Прекрасно. Тогда нале-во! К воротам бегом марш. Объясним этим ублюдкам, где раком зимуют!

Глава 18

Где-то под Санкт-Петербургом

На место отправляемся большой колонной из нескольких бронемашин и парочки грузовиков, набитых бойцами. Да уж, браконьеры и особенно Монстроеды — злейшие враги ордена Стражей. Потому что монстров не совсем корректно считать за врагов, они просто живут в своих разломах, а наружу лезут не потому, что такие злые, а потому что им кушать хочется. А вот те, кто намеренно грабит и убивает Стражей, совсем другие.

Так что, я совсем не удивляюсь, что так много народу собралось. Командор даже временно освободил от обязанностей несколько ветеранских оперативных отрядов. Чувствую, заварушка будет что надо.

— Внимание на монитор! — раздаётся из динамика голос капитана Радова. Он едет в другой машине, но связь, похоже, настроили между всей колонной.

Все поворачиваемся к экрану, на котором открывается карта. Жёлтые точки вереницей тянутся по дороге, а далеко впереди вижу красную точку.

— Здесь находится цель. План следующий: на безопасном расстоянии от места высаживаемся и дальше идём пешком. Окружаем логово Монстроедов, и по команде атакуем. Маги поддержки, ваша задача поставить заклинания-ловушки, чтобы ни одна мразь не смогла сбежать. Приступайте только после начала атаки, чтобы они не почуяли магию.

Прочистив горло, Герман продолжает:

— Есть одна деталь, о которой вам нужно знать. Наша цель расположена на землях барона Светлакова. Мы пытались связаться с ним, но барон пока не отвечает. Думаю, вы знаете, что вести боевые действия на личных землях дворянина незаконно. Но если вдруг выяснится, что Светлаков покрывает преступников — нам также придётся штурмовать его поместье, — Радов замолкает, позволяя нам осмыслить информацию.

Ничего себе, деталь. Да это же всё меняет. Ведь если браконьеры расположили своё логово на землях барона с его одобрения — у нас и правда будет законное право арестовать его. Только вряд ли он согласится пойти с нами по-хорошему, так что Герман прав, будем штурмовать поместье.

Знаю я уже одного барона, который любит сотрудничать с преступниками. Неужели и этот такой же? В этом мире вообще есть честные и по-настоящему благородные дворяне? Пока что большинство из тех, с кем я встречался, вели себя как полные придурки.

Похоже, облава будет даже ещё интереснее, чем мне казалось.

Правда, проходит минут десять, и голос капитана вновь звучит в динамике:

— Барон Светлаков вышел на связь. Он собирается встретить нас на дороге через несколько километров. На всякий случай готовьтесь к бою. Сомневаюсь, что нас атакуют, но лучше быть настороже, — предупреждает Герман.

Достаю подаренный командором пистолет, проверяю магазин и передёргиваю затвор. Внимание всех, кто находится со мной в десантном отсеке, оказывается приковано к моей новой игрушке.

— Ты где такую штуку урвал? — восхищённо спрашивает Виктор.

— Дмитрий Сергеевич подарил. За хорошую службу.

— Я пятый год служу, мне он никогда ничего не дарил, — бурчит кто-то.

«Так ты, наверное, за эти годы ничего выдающегося и не сделал», — думаю про себя, но вслух не говорю. Обидится ещё.

— Дай посмотреть! — Самойлов тянет руки к пистолету.

— Смотрят глазами, вообще-то. Ладно, шучу, держи.

Не успевает Виктор толком покрутить пистолет в руках, как наш броневик съезжает с дороги. Окон в десантном отсеке нет, но по тряске и так понятно. Судя по всему, колонна перестраивается в боевой порядок, а значит, мы вот-вот встретимся с бароном Светлаковым.

Очень интересно, что же он нам скажет.

— Приготовиться к высадке! — командует Радов.

Виктор возвращает мне пистолет и хватает свой автомат. Все остальные тоже спешно проверяют оружие и подтягивают ремни на экипировке. Только я сижу как сидел.

Выгляжу белой вороной среди всех этих ребят в бронежилетах и касках. Мне-то броня не нужна, астрального доспеха хватает. Но у Стражей даже маги носят броники, потому что, если мана закончится, хоть какая-то защита нужна.

Машина плавно тормозит, и за секунду до остановки звучит приказ:

— Пошли, пошли!

Бойцы распахивают двери отсека, мы выпрыгиваем наружу и рассредоточиваемся. Наша машина оказалась в правом крыле, довольно далеко от дороги. Чуть дальше на ней стоит пара гражданских машин, а перед ними — несколько ребят с автоматами и невысокий мужчина в пальто и шляпе. Стильно выглядит. Похож то ли на английского джентльмена, то ли на мафиози. Это явно сам барон Светлаков.

Капитан в сопровождении нескольких людей идёт ему навстречу. Интересно послушать их разговор, но отсюда точно не услышу, и струной не дотянусь. Придётся подойти поближе.

— Зверь, ты куда? — шипит Виктор, когда я схожу с места.

— Прямо, — указываю направление.

Слишком близко не подхожу, ровно настолько, насколько хватает длины струны.

— Добро пожаловать в мои владения, господа, — неожиданно глубоким и сильным голосом произносит барон Светлаков.

— Здравствуйте, Альберт Геннадьевич. Герман Радов, капитан ордена Стражей. Прошу простить за вторжение на вашу собственность, но мы не могли с вами связаться, — отвечает Герман.

— Дела не позволяли мне отвлечься. Однако я только что внимательно прочитал ваше сообщение. Вы уверены, что на моей территории находится логово браконьеров?

— Так точно, ваше благородие. Информация проверенная.

— Хм, — барон задумчиво теребит кончик носа, а затем сокрушается:

— Какой позор! Как я мог не заметить, что на моих владениях орудует банда Монстроедов⁈

— Простите, ваше благородие, но я хотел задать вам тот же вопрос, — хмуро говорит Радов.

— Представляю, что вы подумали, особенно когда я не сразу ответил. Уверяю, я никак не связан с ними. Лес, в котором они находятся, я не использую. Туда даже дорога не проложена, я понятия не имею, что там происходит. Земли у меня достаточно обширные, за всем не уследишь.

— Понимаю, — не особо доверчиво соглашается Герман.

Альберт Геннадьевич шагает к нему и прикладывает руку к груди:

— Мне жаль, капитан, что я не смог обнаружить логово этих злодеев. Но я хочу загладить вину. Вижу, вы собрали немало людей, но надеюсь, не откажетесь от помощи моей гвардии.

— Какого рода помощь?

— Скажем, я мог бы подвезти артиллерию и накрыть браконьеров перед началом облавы. Мои солдаты также будут рады поучаствовать в самом штурме.

— Давайте обойдёмся без артиллерии. Не хочу, чтобы случайно задело кого-то из наших, — Радов качает головой.

— Как скажете, хотя какой был бы эффект! Тогда попрошу вас немного задержаться. Я отдам приказ, — Светлаков достаёт из кармана телефон.

Ну ладно, всё понятно. Дальше уже не будет ничего интересного. Убираю струну и возвращаюсь к своим. Виктор тут же спрашивает:

— Чего ты на них пялился?

— Я в основном слушал, а не пялился.

— Как ты мог их слышать на таком расстоянии?

— Фокус такой, — привычно отмахиваюсь я.

Самойлов криво усмехается и говорит:

— Ну-ну. Что услышал хоть?

— Барон ни при чём, его гвардия поможет нам разнести браконьеров.

— Отлично. А то я уж боялся, что придётся его дом штурмовать. Светлаков — хороший знакомый моего отца. Было бы неловко, — Виктор закидывает автомат на плечо.

Скоро нам отдают приказ грузиться обратно в машины, и мы продолжаем путь. Затем высаживаемся, и капитан велит строиться. Он залезает на крышу броневика, чтобы все его видели, и командует:

— Вырубить все артефакты и постоянные заклинания. Находимся в режиме радиомолчания, указания будут поступать в нашем приложении. Без приказа в бой не вступать. При обнаружении противника задержать его как можно тише. Вопросы есть?

— Разрешите обратиться, — говорю я.

— Что у тебя, Зверь?

— В тот раз браконьеры признались, что имеют незаконный доступ к нашему приложению. Если вы будете отдавать через него приказы, они могут увидеть, что мы здесь. Предлагаю использовать обычные сообщения.

Подумав, Герман кивает:

— Молодец, Зверев. Принимается. Связь через обычные сообщения. Другие вопросы или предложения есть?

— Никак нет! — отвечает строй.

— Готовность пять минут.

Через минуту прибывают гвардейцы Светлакова, и докладывают, что готовы поступить под командование Радова. Он проводит для них инструктаж, а затем мы разделяемся на группы и расходимся по окрестностям, широким кольцом окружая лес.

Одно за другим прилетают сообщения о том, что группа на позиции. Когда все оказываются на нужных местах, Герман приказывает начать движение.

Мы с Виктором идём рядом. Крадёмся вперёд через лес, и скоро сквозь заросли до нас доносятся запах костров и голоса. Подходим чуть ближе, и тут из кустов на меня выходит худой мужик без рубашки с покрытым тюремными татуировками торсом.

— Это чо за… х-р-р!

Он хрипит, когда я затягиваю струну на его глотке, и падает на землю. Дёрнувшись пару раз, затихает.

«Готовность к бою», — пишет Герман.

Беру в правую руку пистолет, а из левой выпускаю все четыре струны, и надеваю астральный доспех. Продвигаюсь ещё немного вперёд, и вижу лагерь Монстроедов. Он состоит из простых бревенчатых домиков, палаток и десятка разномастных автомобилей.

«ОГОНЬ!»

Грохот выстрелов и заклинаний разрывает лесную тишину. В лагере моментально начинается паника, браконьеры носятся туда-сюда, как муравьи, в муравейник которых ткнули палкой. Кто-то из них хватается за оружие, кто-то сразу бежит к машинам, а кто-то просто падает на землю и орёт от ужаса.

Сложив струны вместе, я несколькими ударами срубаю дерево, и оно падает прямо на микроавтобус, в который успело набиться немало противников. Выпускаю Кардинала, приказывая кромсать всех, кто не наш. А потом решаю опробовать в деле новый пистолет.

Хорошую штуку подарил мне командор! Пистолет не только отлично лежит в руке, он ещё и крайне точно стреляет. Даже несмотря на то, что я не проводил пристрелку, быстро получается с ним освоиться. Первые пару раз промахиваюсь, но потом все пули летят точно в цель.

В какой-то момент у оставшихся браконьеров получается собраться вместе и занять слаженную оборону. Только поняв, что нас намного больше, они решают, что ловить здесь нечего, и пытаются вырваться из окружения.

Неудачно, само собой. Кого-то убивают по дороге, а кто-то попадается в магические ловушки, и на этом бой заканчивается.

— Отставить огонь! — разносится голос капитана Радова.

Ну вот, а я только разошёлся. Впрочем, особого удовольствия мне эта акция не доставила, я всё представлял как-то иначе. В итоге получилось, что мы как будто в тир сходили, враги почти не оказали сопротивления. Неудивительно, ведь нападения они не ожидали.

Герман приказывает оцепить лагерь, и затем мы начинаем его обыскивать. Трупы складываем в одну кучу, раненых в другую.

— Вам конец, — рычит один браконьер с простреленной ногой, когда его поднимаю.

— Да ты что? По-моему, это вам конец, — отвечаю я.

— Ха-ха! Думаешь, это единственное наше место? Это маленький лагерь, а остальные уже получили сигнал, и вы их не найдёте. Мы вам ещё отомстим, уроды! — хрипло обещает он.

— Лучше закрой пасть. Капитан, вы слышали? — швырнув монстроеда на землю, спрашиваю я.

— Слышал. Было очевидно, что это не единственная их база и далеко не главная. Но мы всё равно нанесли им ощутимый ущерб. До остальных мест тоже доберёмся, рано или поздно, — говорит Герман.

— Зверь, видал, что у них над костром жарится? Это же костегрыз! — подойдя, Виктор указывает

— Правда? Фу.

«Они же на вкус как гнилая картошка, не могли кого получше пожарить?», — думаю я.

— Зверь⁈ Ты тот самый Зверь⁈ — рычит под ногами браконьер.

— Может, и тот самый. С какой целью интересуешься? — спрашиваю я.

— Ты тот ублюдок, который Ушастого повязал! Хана тебе, понял⁈ Мы тебя поймаем и выпотрошим, как…

Резко стегаю его струной по виску, и браконьер на полуслове отрубается. Его лежащие рядом товарищи, все, как один глядят на меня со злобой, но молчат.

— Этот балбес что-то напутал, как вы думаете? Это я вас всех поймал. Ну ладно, я был не один, но ваше логово мы отыскали благодаря мне. Радуйтесь, потрошить вас никто не будет, просто на каторгу отправят.

— Лучше бы убили, — бормочет кто-то.

— Это можно устроить, хочешь? — спрашиваю я.

Ответа не получаю. Видимо, не хочет.

Вместе с остальными Стражами брожу по лагерю. В одном из домиков мы находим кучу ресурсов из разломов — части животных, минералы и сушёные растения, пригодные для изготовления зелий. Я обращаю внимание на идущие из-под земли магические волны. Немного поискав, нахожу замаскированный тайник, а в нём ящик, под завязку набитый мана-кристаллами.

Хорошая добыча, и в разлом ходить не надо. Если представится возможность, надо будет устроить соло-налёт на лагерь Монстроедов или других браконьеров. Судя по всему, они не сразу продают добычу, а какое-то время копят. Есть шанс неплохо заработать.

Когда выхожу из домика, то замечаю барона Светлакова, который беседует с капитаном. Они оба замечают меня, и барон быстрым шагом направляется в мою сторону, на ходу протягивая руку:

— Андрей! Рад встрече!

— Здравствуйте, ваше благородие, — отвечаю на рукопожатие.

Альберт Геннадьевич отходит от меня на пару шагов и осматривает с ног до головы.

— Надо же. Как ты возмужал.

— Что вы имеете в виду?

— То, что из хиленького мальчугана ты превратился в сильного мужчину! — барон разводит руками.

— Подождите, мы знакомы?

— Конечно же. Но ты был ещё совсем малышом, когда мы виделись в последний раз, поэтому вряд ли меня помнишь.

— Добрый день, ваше благородие, — к нам подходит Виктор и слегка кланяется.

— Витя? Неужели это ты? Я слышал, что ты вступил в орден Стражей, но не думал, что отец отправил тебя в боевое подразделение, — удивляется Альберт Геннадьевич.

— Я сам так решил, ваше благородие, — немного хмуро отвечает Самойлов.

— Надо же, похвально. Рад видеть вас обоих, юноши! Я уже поблагодарил вашего командира, но хочу сказать отдельное спасибо вам лично. Если бы не вы, браконьеры так и продолжали бы заниматься грязными делами на моих землях!

Барон снова пожимает нам руки, хлопает Виктора по плечу и затем добавляет:

— Послушайте, господа. Хочу пригласить вас обоих на торжественный приём, который состоится у меня в поместье на следующей неделе. Виктор, передай также моё приглашение отцу. Надеюсь, он не откажет.

— Уверен, он будет рад присутствовать, — вежливо отвечает Самойлов.

— Приходите, мы отметим ваше вступление в орден и победу над браконьерами. Обязательно возьмите с собой спутниц, будут танцы, — подмигивает Светлаков.

— Спасибо, ваше благородие. С радостью, — отвечаю я.

Действительно, почему бы и нет? Во-первых, я не против развлечься, нельзя же всё время работать. Во-вторых, мне надо заводить знакомства в дворянских кругах. Лучше всего делать это в неформальной обстановке, и приём — лучший для этого повод. Тем более, насколько я понял, барон со мной знаком. Кстати, хотелось бы узнать подробности.

Альберт Геннадьевич, будто читая мои мысли, говорит:

— Андрей, можно тебя на минутку?

— Конечно, ваше благородие.

— Виктор, рад был увидеться, — повернувшись к Самойлову, говорит барон, и мы отходим в сторону.

Когда мы удаляемся на некоторое расстояние, он ещё раз осматривает меня всего, качая головой.

— Удивительно. Ты совсем не похож на своего отца. Он никогда не выглядел таким сильным и статным.

— У него были другие интересы.

— Ты прав, к сожалению. Выпивка затмила для него всю прочую жизнь…

— Значит, вы неплохо его знали? — спрашиваю я.

— Не только его. Всю твою семью. Послушай меня, Андрей, я должен сказать кое-что важное, — Светлаков понижает голос и подходит ко мне вплотную.

— Слушаю.

— Ты обязательно должен прийти на мой приём через неделю. Нам с тобой нужно серьёзно поговорить о твоём будущем. Скажи, ты думал о том, чтобы восстановить род Зверевых?

— Конечно. Я уже навёл справки о том, как это сделать.

— Прекрасно. Когда будем на приёме, я расскажу тебе несколько важных вещей, которые ты обязательно должен знать, если серьёзно намерен восстановить свой род, — шёпотом заканчивает барон.

— Так зачем тянуть? Может, прямо сейчас расскажете?

Альберт Геннадьевич тонко улыбается и по-отечески похлопывает меня по плечу:

— Это долгий разговор, сынок. И не хотелось бы вести его здесь, среди мертвецов. Приезжай на приём, и многое узнаешь о том, как погиб твой род, и как ты можешь его восстановить. До встречи.

Тронув край своей шляпы, Светлаков быстрым шагом уходит, не дав мне больше ничего сказать. Задумчиво смотрю ему вслед. Интересно, что такого интересного он может мне рассказать?

— Что он хотел? — подойдя, спрашивает Виктор.

— Рассказать что-то о моём роде. Насколько я понял, он был знаком с моими родными.

— Очень может быть. Твой род, вообще-то, был довольно уважаемым, пока его не уничтожили. Но знаешь, с твоими силами ты обязательно восстановишь его и сделаешь ещё круче, чем раньше! — уверенно заканчивает Самойлов.

— Обязательно, — согласно киваю я.

Скоро мы заканчиваем все дела в лагере Монстроедов. Маги поджигают его и затем окружают защитным куполом, чтобы огонь не распространился по лесу. Магическое пламя охватывает палатки и бревенчатые домики, и скоро от лагеря остаётся лишь пепел.

Мы возвращаемся на базу, где Герман распределяет добычу. Я решаю взять деньгами, кристаллов маны у меня и так хватает. После этого капитан приглашает всех отметить удачную облаву, и мы отправляемся в общую столовую. Повара заранее нажарили для нас кучу мяса — к счастью, нормальной свинины, а не монстрятины. Под общие радостные возгласы в столовую вкатывают кеги с пивом, и начинается пир.

Надолго я не остаюсь. После пары напряжённых дней мне хочется отдохнуть и восполнить силы. Ещё бы! Я ведь сначала в одиночку зачистил разлом второго уровня, потом сражался с Демидовыми, а сегодня ещё и в облаве на браконьеров поучаствовал. Я умею быстро восстанавливаться, и время перевести дух у меня было, но мне захотелось немного расслабиться и отдохнуть. Иногда можно себе это позволить. Поэтому, отрезвив себя с помощью Астрала, сажусь за руль и еду домой.

Скидываю свой многострадальный спортивный костюм и понимаю, что ещё одной зачистки разлома он не переживёт. Несмотря на то, что в поместье поклонников Хаоса его постирали, выглядит он всё равно кошмарно.

Хорошо, что перед отъездом с базы я зашёл в арсенал и купил себе стандартный комбинезон Стражей. Он удобный, прочный и имеет множество карманов, куда можно складывать всякую мелочёвку.

Поэтому костюм отправляется в мусорное ведро, а я отправляюсь в кровать.

Когда укладываюсь, чувствую, как меня зовет Щелкунчик. Поесть хочет, наверное. Пока я пировал со Стражами, он почти без перерыва канючил, умоляя его выпустить и попробовать свининки.

— Чего тебе, малыш? Нормальной еды дома нет, только котлеты замороженные, — спрашиваю я, призвав монстрика.

— Не. Пать, — говорит он и укладывается мне под бок.

— Ты хочешь со мной поспать?

— Ага.

— Ну ладно, спи. Спокойной ночи.

С тёплым пушистиком рядом я отрубаюсь почти моментально. Только и успеваю отправить душу в Астрал.

Проснувшись утром, чувствую себя вполне бодрым. Поэтому сразу отправляюсь на пробежку, не забыв надеть жилет-утяжелитель. Вернувшись во двор, делаю серию упражнений на турнике, а дома принимаю контрастный душ и завтракаю пышным омлетом из четырёх яиц. Скорлупу скармливаю Щелкунчику. Он не против, для него это кусна.

Хочу опять отправиться на зачистку, поэтому достаю телефон и ищу варианты. В городе разломов совсем не осталось, оперативные отряды работают быстро. Как правило, все городские разломы закрываются в течение суток. Но зато рядом с Петербургом ещё осталось кое-что интересное.

Первый уровень, первый, первый… Опа, второй. Причём недалеко от меня. Бронирую, но перед выездом хочу уделить немного времени Кардиналу.

Подзываю топор. Он с готовностью вылетает из прихожей и зависает в воздухе передо мной.

Закрыв глаза, призываю астральную энергию и пропускаю через нашу связь. Она не такая, как с Щелкунчиком, да и топор не живое существо, хотя в нём и обитает дух. Поэтому приходится немного повозиться с настройкой энергии, но в итоге у меня получается.

Основные усилия направляю именно на укрепление связи. Командор говорил, что мощь Кардинала зависит именно от этого. По идее, связь сама укрепляется со временем, и я в этом уже убедился — топор стал значительно лучше слушаться моих приказов, летает дальше и стал способен на хитрые манёвры. Но мне этого мало. Надо раскрыть его потенциал на полную.

Где-то через час проверяю, что получилось, и убеждаюсь, что получилось просто отлично. Кардинал получил возможность менять ширину полотна. То есть теперь он может сделать лезвие узким и ударить, например, между бронепластинами какого-нибудь монстра или в другое уязвимое место. Да и скорость топора увеличилась, в чём я убеждаюсь, выпустив его полетать в окно.

Теперь пора испытать его в действии!

Переодеваюсь в комбинезон, подхватываю рюкзак и отправляюсь на улицу. Сев в машину, вбиваю в навигатор координаты разлома и еду. Слушаю радио, наслаждаюсь скоростью. Настроение высший класс.

Съезжаю с трассы на грунтовку. Разлом уже близко, так что достаю пистолет на случай, если рядом покажутся монстры.

Вдруг у меня звонит телефон. Взглянув на экран, вижу, что это Радов. Беру трубку:

— Да, капитан!

— Андрей! Немедленно разворачивайся! — орёт он.

— В смысле?

— В прямом! Не едь к тому разлому, это ловушка!

Через несколько секунд я убеждаюсь, что это так и есть. На месте вообще нет никакого разлома!

А в следующий миг на меня обрушивается шквал пуль и магии.

Глава 19

Российская Империя. На востоке от Санкт-Петербурга.

Астральный доспех я надеваю моментально. Но мне становится жаль машину, по которой градом стучит свинец, и я расширяю защиту, окружая всю кабину. Хорошо, что сил теперь хватает на такой приём. И очень вовремя я это сделал, потому что в следующей миг в мой щит в районе лобового стекла врезаются два огненных шара, а следом рой светящихся стрел. Но вреда они уже не наносят.

Очешуеть! Это кто же на меня засаду устроил? Варианты есть, я за короткое время успел нажить себе немало врагов. Ватагин, Беркут, браконьеры, кто там ещё?

Ладно, гадать не буду. Пойду разбираться.

Торможу и выпрыгиваю из салона. Почти не глядя отбиваю очередной огненный снаряд и кричу:

— Эй, придурки! От кого будете⁈

— Сдохни, падла! — раздаётся в ответ.

Понятно, говорить не хотят. Значит, придётся сначала объяснить, что нападать на меня вот так исподтишка — дурная затея. То есть это в любом случае дурная затея, но подлые засады я особенно не люблю.

Перехватываю пару летящих в меня заклинаний и пускаю полученную от них ману на усиление тела и ускорение. У меня, конечно, имеются при себе мана-кристаллы, но зачем их тратить, когда тут столько маны в меня летит? Срываюсь с места, на пули не обращаю внимания, а летящие в меня заклинания перехватываю и отправляю обратно. Судя по воплям, уже получилось кого-то зацепить. Нападающие прячутся по кустам, поэтому с уверенностью сказать не могу.

Врываюсь в заросли и натыкаюсь на группу из трёх утырков с автоматами.

— Привет и пока!

Несколько стремительных ударов, и утырки лишаются голов, а я бросаюсь к следующей группе. На ходу отдаю Кардиналу мысленный приказ, чтобы отправлялся в другую сторону. Даже не оборачиваюсь, уверенн, что топор всё сделает как надо. Дверь в машине осталась открытой, он вылетит.

Мне навстречу выпрыгивает маг. Отчаянно пытается замедлить меня проклятием, но только зря тратит ману. Удар четырьмя струнами сразу лишает его не только защиты, но и жизни.

— Валим! — звучит панический крик.

— Куда вы? Мы же только начали!

Магия в меня больше не летит, поэтому достаю струной свой кристалл и рывком поглощаю энергию. Использую всю на ускорение. Нельзя допустить, чтобы хоть один противник ушёл. Парочку догоняю и сталкиваю их головами так, что оба моментально отправляются в мир иной.

Бегу за остальными и ловлю их в тот момент, когда они пытаются залезть в спрятанную в кустах машину.

— А ну стоять! Оружие на землю и мордой туда же. Кто не послушается — сразу сдохнет.

Стоящий ближе всех придурок атакует меня магией. Струя огня срывается с его руки, но я моментально перенаправляю её ему же в голову. Почти сразу на плечах у него остаётся только закопчённая черепушка. Забавное зрелище. Он сформировал отличное заклинание, и вложил в него много маны. Испугался, наверное, бедолага.

— Инструкции прежние. Или надо повторить? — спрашиваю я, взглядом обводя троих оставшихся.

Один из них, коротышка с прыщавым лицом, поспешно бросает ружьё и падает лицом в траву. Двое других не торопятся. Переглянувшись, вскидывают стволы, но через секунду тоже лежат на земле. Правда, немножко мёртвые.

Прислушиваюсь. Кроме стука зубов коротышки, никаких звуков. Значит, это были последние, вот и хорошо.

— Встань.

— Г-господин, я не хотел, меня заставили! — лепечет он, не торопясь подниматься.

— Встань, сказано.

Парень встаёт и без приказа задирает руки на головой. На вид ему лет восемнадцать, не больше.

— Ты кто такой?

— Ту… ту… — заикается он на первом же слоге.

— Ту-ту? Поезд, что ли?

— Турок, — заканчивает парень.

— Правда? А на вид вроде русский. Ладно, рассказывай.

— Что рассказывать?

— Кто и почему.

— Не п-понял…

Вздохнув, разъясняю:

— Кто вы такие и почему на меня напали?

— Мы… то есть, они… Монстроеды, — он кивает на мёртвых товарищей.

Вот оно что. Значит, тот засранец в лагере всё-таки не впустую бросался словами. Они и правда, решили мне отомстить. Что ж, мотив понятен. Одним ответом прыщавый Турок снял сразу оба моих вопроса.

— А ты типа не из них, что ли? — уточняю я.

— Нет! Меня хотели взять, но не успели ещё. Сказали, если вас прикончим, это будет мой ритуал принятия.

— Ритуал прошёл неудачно, да?

— Ага, — грустно опускает голову коротышка.

— А разлом вы закрыли, что ли? — продолжаю допрос.

— Какой разлом?

— К которому я ехал. Вон там должен был быть, — указываю в сторону своей машины.

— Так не было никакого разлома. Они сказали, что фальшивый на карте сделали, специально для тебя.

Ничего себе. Получается, что Монстроеды гораздо глубже вторглись в систему Стражей, чем мы думали. Раз они даже фальшивые разломы на карте могут создавать. Судя по словам Турка, фальшивку ещё и никто не видел, кроме меня. Я не разбираюсь в программировании, но понимаю, что для этого нужен серьёзный уровень доступа.

Достаю телефон и велю коротышке:

— Бери тело. Оружие не трогай, а то сам знаешь, что будет.

— Тело? А какое брать? — он с ужасом оглядывает трупы.

— Какое тебе больше нравится. Сейчас машину подгоню, придётся тебе грузчиком поработать. Радуйся! Им меньше повезло. Алло, база? На связи Зверь.

— Зверь, я база. Как обстановка? — спрашивает дежурный.

— Всё нормально. Только дождик, кажется, вот-вот начнётся, но для Питера это нормально. А почему ты спрашиваешь?

— Это шутка или что? Нам доложили, что тебя заманили в ловушку, — судя по голосу, собеседник хмурится.

— Так и есть, но я с этим разобрался.

— Принято. Мне развернуть оперативный отряд или нужна помощь?

— Пусть едут. Думаю, в мою машину все трупы не влезут.

Положив трубку, иду к пикапу. Вот блин, успели-таки покоцать его пулями. Несколько дырок в двери и одна на лобовом стекле. Ну и ладно, стекло поменяю, а дверь пусть так остаётся. Дополнительная вентиляция, а то у меня кондиционер плохо работает.

Скоро приезжает броневик Стражей. В отряде вижу пару знакомых лиц, мы с ними вместе проходили обучение. Тому, что на мне нет ни царапины, а по кустам раскидано столько мертвецов, уже никто не удивляется. Уж в ордене-то о моих способностях все наслышаны.

Не уверен, кстати, что это хорошо. Вопросов никто не задаёт, но спустя время я почти убедился, что на Земле нет другого человека, который способен напрямую работать с Астралом, как я. Ничего плохого или противозаконного в этом нет, но уникальный дар может сделать меня объектом интересов каких-нибудь спецслужб или правителей. Будут потом бегать за мной, зачем это нужно?

Но пока что, кажется, мой дар считают просто необычной магической способностью. Вот и хорошо, пусть так будет и дальше.

Собираем всё, что можно собрать с нападавших, включая их бренные тела, и отправляемся на базу. Когда адреналин боя стихает, у меня портится настроение. Мало того, что без разломной добычи остался, так сегодня ещё и не успею на новую вылазку.

Пока собирали тела, командор позвонил лично и попросил, чтоб я приехал к нему. Не хочу ему отказывать, человек-то хороший. Да и дело с этими браконьерами непростое. Что, если они решат и другим отомстить, всем, кто был на облаве?

— Посадите его к себе, пожалуйста, — говорю я, подталкивая Турка к оперативникам.

— На хрена он нам сдался?

— А вдруг на меня ещё раз нападут? Прикончат ещё случайно этого говнюка. Нельзя упускать того, кто хоть что-то знает о Монстроедах.

— Логично, — соглашается командир отряда и ведёт коротышку к броневику, после чего мы едем на базу.

Российская империя. По пути на базу Стражей.

— К-кто он вообще такой? — спрашивает Турок.

Страж с позывным Борода поправляет стоящий в углу десантного отсека гранатомёт и спрашивает:

— Кто? Зверь?

— Ну да. Он же вообще… как герой из легенд! Вы бы видели, с какой лёгкостью он всех перебил. На нём вообще ни царапины не осталось! Он носился там, как молния, и пули от него отскакивали, и магия тоже ничего не могла сделать. Он просто обращал чужую магию против тех, кто её сотворил! — со страхом и восхищением рассказывает парень, а затем, переведя дыхание, спрашивает:

— Как это вообще возможно?

Переглянувшись, Борода и другие Стражи начинают смеяться, заставляя Турка покраснеть.

— Что такое? — бормочет он.

— Да уж, не повезло вам. Это ж надо быть такими идиотами, чтобы на Зверя такую хиленькую засаду устроить!

— Точно. Надо было всех Монстроедов собрать в одном месте. Окопы выкопать, пулемёты поставить, минное поле сделать. Тогда Андрюха, может быть, минут на пятнадцать дольше бы провозился. Хотя нет, на четырнадцать, — заканчивает Борода и все опять смеются.

Турок окончательно смущается и больше ничего не говорит. Да-а, надо было ему подробнее узнать, на кого они собираются устроить засаду, прежде чем соглашаться…

База ордена Стражей недалеко от Санкт-Петербурга.

Приехав на базу, сразу направляюсь к командному зданию. Дмитрию Сергеевичу, видимо, доложили, что я уже на территории. Поэтому, как только подъезжаю к крыльцу, он выходит. Жестом показывает, чтобы я оставался в машине и приближается. Осматривает дырки от пуль на двери и качает головой, а затем залезает внутрь.

— Здравствуй, Андрей, — пожимает мне руку и внимательно осматривает своим чёрным глазом.

— Здравствуйте, командор.

— Давай-ка отъедем куда-нибудь в сторонку. У тебя телефон при себе?

— Конечно.

— Выключи и вытащи сим-карту.

Не понимаю, зачем такая конспирация, но делаю, что попросили. Отъезжаю к спортивной площадке, где сейчас пустынно, и глушу мотор.

Командор, задумчиво постучав пальцами по приборной панели, спрашивает:

— Мне очень не понравилось то, что ты рассказал. Я имею в виду не саму засаду, а то, как тебя в неё заманили.

— Да уж, ничего приятного. Выходит, Монстроеды глубоко сидят внутри нашей системы.

— Это не самое плохое. Я передам командованию, и программисты с этим разберутся…

Как-то странно слышать из уст Дмитрия Сергеевича «передам командованию». Я привык, что он самый главный. Хотя и знаю, что это не так — он начальник петербургского отделения, самого большого и влиятельного в империи. Однако у ордена есть ещё верховный командор, а номинально на верхушке иерархии стоит российский император. По факту он в наши дела не лезет.

Командор тем временем продолжает:

— Дело в том, что браконьеры не могли получить такой глубокий доступ самостоятельно, то есть снаружи. Им кто-то помогал.

— Хотите сказать, внутри ордена есть крыса? Мы поэтому говорим в машине?

— Именно поэтому, Андрей. Что касается крысы — есть, и не одна. Думаю, их целая стая. Ты ведь дворянин, должен понимать. Там, где есть выгода, всегда найдутся лицемеры и предатели.

— Для этого и дворянином быть не обязательно, — пожимаю плечами я.

Дмитрий Сергеевич будто пропускает мои слова мимо ушей и крепко стискивает кулак. Глядя в никуда, он произносит:

— Благодаря тебе мы наконец-то нанесли ощутимый удар Монстроедам, а значит, и тем, кто помогает им внутри ордена. Процесс запущен, и теперь его уже вряд ли можно остановить. Нам придётся идти до конца и уничтожить всех, кому выгода важнее спасения человечества от монстров.

— Одно другому не мешает, по-моему, — честно отвечаю я.

— Да, ты прав. Но есть те, кто выбирает только выгоду, а на людей им плевать. Таких людей не должно быть среди нас.

— Если я могу как-то помочь, только скажите.

— Ты уже достаточно помог. Настолько, что тебя захотели убить, и наверняка ещё раз захотят. Пока что мы с капитаном Радовым будем сами разбираться. Но если встретишь где-нибудь Монстроедов или других браконьеров — привози.

— Живыми или мёртвыми? — на всякий случай уточняю.

— Лучше живыми. Но не обязательно. Их трупам я порадуюсь не меньше, — кровожадно скалится командор.

— Договорились, Дмитрий Сергеич. Притащу всех, кого встречу.

— И будь осторожен, ладно? Не ходил бы ты в разломы один, слишком это рискованно. Хотя, зная твои возможности… Можешь и один ходить. Так ты быстрее повысишь силу своей души. Кстати, ранг ещё не поднял? — командор бросает взгляд на мой амулет.

— Пока нет. Но я работаю над этим.

— Не сомневаюсь. Ладно, а теперь поехали на плац.

Ничего не подозревая, завожу пикап и рулю туда, куда попросил Дмитрий Сергеевич. Однако на плацу, оказывается, собралось полное построение. Все Стражи, которые сейчас есть на базе.

— Пойдём, — командор хлопает меня по плечу и открывает дверь машины.

Пожимаю плечами и иду следом за ним. Уже догадываюсь, что сейчас произойдёт. Командор ведь обещал в прошлый раз.

Оказываюсь прав — сегодня Дмитрий Сергеевич собрал всех, чтобы прилюдно вручить мне медаль. Он произносит торжественную речь о моей отваге и неоценимой пользе, которую я принёс ордену, а затем вешает на грудь серебряную медаль «За заслуги» второй степени.

Всего лишь побрякушка, но приятно, что мой вклад оценили. Тем более что к медали прилагается неплохая сумма денег. Командор обещает, что их перечислят мне на счёт.

К тому времени уже начинает темнеть. Решаю плюнуть на всё и позволить себе ещё немного расслабиться. Тем более, я обещал одной красавице сводить её поужинать.

Достаю телефон и набираю номер. Трубку берут уже после первого гудка:

— Алло? — раздаётся милый голос.

— Даша, привет. Ты на базе?

— На базе, а что? — отвечает Зайцева.

— Как что? Мы же собирались отметить повышение твоего ранга. Поехали в город, сегодня мы с тобой ужинаем в ресторане.

— Но уже поздно… — сомневается она.

— Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться? — спрашиваю я.

— Не знаю. Полчаса хотя бы.

— Хорошо. Через час жду тебя возле ворот. Пока.

Я же понимаю, что «полчаса» на женском языке это как минимум в два раза больше. Поэтому без сомнений даю Даше фору. У меня всё равно есть ещё парочка дел на базе.

Отправляюсь к алхимикам, надеюсь, что мои гранаты из бесовского пороха уже готовы. Так и есть — получаю ящик, внутри которого разложены по ячейкам гранаты и в отдельном отсеке упакованы взрыватели. Всё, как положено.

После этого иду в арсенал, чтобы докупить патроны. Вчера на облаве я потратил два магазина, будет не лишним восполнить запасы. Помимо обычных патронов, мне в этот раз предлагают приобрести артефактные.

— Это ещё что за зверь? — спрашиваю я.

— О, брат, это редкая штука, — отвечает арсенальщик и кладёт передо мной коробку с патронами, в который вставлены голубые пули.

Сразу чувствую, что от них исходит довольно сильная магия. Даже удивительно, учитывая небольшой размер предметов.

— Видишь, да? Особый сплав, и порох в гильзах тоже непростой, плюс зачарование. Почти любую магическую защиту пробивает с одного выстрела. Если только маг специально против этих пуль не настроит свой барьер. Бери, пока кто-нибудь другой не купил, они редко появляются.

— Беру. Сколько?

Работник арсенала называет сумму, и я, честно говоря, слегка охреневаю. Ничего себе. Да я машину дешевле купил. Но артефактные патроны вещь действительно классная. Мне иногда приходится потратить время, чтобы вытянуть ману из щита противника, а так я смогу просто нажать на спусковой крючок и готово.

На всякий случай беру себе ещё один запасной комбинезон и коробку обычных патронов. Затем отношу все приобретения в машину, еду к воротам и жду Дашу.

Блин, а я-то не одет для ресторана. Хотя комбез у меня чистый и больше напоминает парадную форму, на груди амулет Стража и новенькая блестящая медаль. Вполне себе солидно выгляжу.

Зайцева скоро появляется. Я замечаю её издалека, потому что она сильно выделяется на фоне всех остальных обитателей базы. Она надела скромное белое платье и такие же белые сапожки, а в прическу вставила заколку с лилией. Обалденно выглядит.

Выхожу навстречу и отвешиваю галантный поклон:

— Прекрасно выглядите, госпожа Зайцева.

— Благодарю, господин Зверев, — с улыбкой отвечает она, делает реверанс и смотрит на мою медаль.

— Ну, давай, спрашивай, — усмехаюсь я.

— Когда ты успел медаль получить⁈

— Сегодня. Час назад, если быть точным, как раз перед тем, как позвонил тебе. Кстати, почему тебя не было на награждении?

— Меня освободили. Я в госпитале была, помогала раненым.

— Правда? Ты же вроде целительством не очень владеешь.

— Разбираюсь потихоньку. На зачистках бывает полезно, — пожимает плечами Даша.

Садимся в машину и едем. По пути рассказываю, какая интересная вылазка у меня сегодня получилась — без посещения разлома, но всё равно весёлая. И довольно прибыльная, в итоге. Потому что за трофейное оружие мне тоже подкинули деньжат.

Выбираем небольшой уютный ресторанчик с итальянской кухней и проводим чудесный вечер. Пьём вино, едим, общаемся, и в какой-то момент Даша сама предлагает перебраться в место поуютнее.

Никаких проблем — берём ещё бутылочку вина с собой и отправляемся ко мне. А там, стоит переступить порог, как Зая вновь показывает мне свою вторую натуру. Страстная, жадная до мужской плоти самка, которую непросто удовлетворить. Однако я успешно справляюсь с этой задачей, и не раз.

Засыпаем вместе, но утром я опять просыпаюсь один. Записки в этот раз нет, но в качестве комплимента Даша оставила мне свои кружевные трусики. М-м, неплохо. Кажется, я начну собирать ещё одну коллекцию, помимо родовых мечей.

Вечер и ночь прошли великолепно, но теперь наконец-то пора приняться за дело! Разломы не ждут, да и деньги на счету сами по себе не появятся. Так что открываю приложения и начинаю подыскивать себе работу на сегодня.

Когда бронирую разлом, мне тут же поступает подтверждающий звонок от диспетчера. Мол, разлом реальный, можешь выезжать. Дмитрий Сергеевич, видать, отдал такое указание после вчерашнего — официально подтверждать бронирование. Разумная мера.

К сожалению, мне удаётся подобрать только разлом первого уровня. Поэтому не тороплюсь его закрывать, тщательно исследую на предмет всего полезного. Провожу внутри целый день и полностью истребляю всех монстров.

Пикап аж к земле прижимается, когда я сгружаю в него всю добычу. Я забил и кузов сзади, и багажник на крыше, и ящики сбоку, и даже в салон трофеев накидал. Машина еле едет, но куда мне торопится? Отличный день, могу позволить себе расслабленную поездку до базы и затем домой.

Поставив машину на парковку, поднимаюсь на свой этаж и за два пролёта чувствую магию. Опасную, боевую магию.

Опять засада, что ли?

Активирую доспех, выпускаю струны и на всякий случай вставляю в пистолет магазин с артефактными патронами. К сожалению или к счастью, в подъезде меня никто не ждёт. Зато на дверь моей квартиры наложено мощное взрывное заклинание. Настолько мощное, что если б я его не обнаружил, то меня бы разнесло на атомы вместе с дверью, да и со всем домом, наверное.

Любопытно. Это Монстроеды продолжают свои попытки или уже кто-то другой постарался? В этот раз вряд ли смогу узнать, к сожалению. Никаких следов неизвестный не оставил, а в структуре заклинания нет ничего такого, что указывало бы на виновника.

Что ж, ладно. Тогда мне просто остаётся подождать, пока неизвестный проявит себя в следующий раз. А пока что, я просто вытягиваю ману из заклинания и тем самым обезвреживаю. После чего спокойно открываю дверь и захожу домой.

Примерно в таком формате проходит ещё несколько дней. Я охочусь, добываю ресурсы, меняю парочку комбинезонов и постоянно качаюсь. А вместе со мной качаются мои питомцы, Щелкунчик и Кардинал. Топор я тоже считаю за питомца. Он не совсем разумный, конечно, но к нему я тоже успел привязаться.

Однажды утром мне звонит Виктор и спрашивает:

— У тебя фрак-то есть?

— На кой он мне? — удивляюсь я.

— Ты забыл, что ли? Вечером приём у Светлакова.

— Забыл, — честно признаюсь я.

— Я так и думал. Сходи, купи себе фрак или смокинг хотя бы. И пригласи кого-нибудь, барон просил прийти со спутницей, — напоминает Самойлов.

— Ага, хорошо. Вечером увидимся.

Вот и дела на сегодня появились. Я думал, что опять отправлюсь в разлом или дома посижу, позанимаюсь развитием. Совсем забыл про светское мероприятие.

Отправляясь за подходящей одеждой, думаю, кого же мне взять с собой в качестве спутницы. Собственно, есть только две кандидатуры, Даша или Лариса. С первой я уже успел, как следует порезвиться, а со второй пока что нет. Но они обе мне нравятся, и я обеих хотел бы взять с собой.

Тогда чего я парюсь? Вот и позову обеих! Вряд ли барон Светлаков расстроится, если я приду с двумя спутницами. Он ведь так хотел со мной поговорить. Заодно произведу впечатление на высший свет Петербурга и сразу запомнюсь.

Звоню Зайцевой, и она сразу же соглашается. А вот с Ларисой, естественно, так просто не выходит. Она девушка другого склада.

— Приём у барона? Ты издеваешься? — спрашивает она.

— С чего бы? Я приглашаю тебя провести приятный вечер.

— У меня даже платья нет подходящего… Да и вообще, зачем мне с тобой куда-то идти⁈

— Потому что я тебя уже пригласил. Даша тоже идёт, и Виктор там будет. Давай, рыжик, не отрывайся от компании.

— Я тебе не рыжик!

Не обращаю внимания на эту реплику и говорю, глядя в окно машины:

— Я тут приехал выбирать себе фрак, рядом есть отличный магазин женской одежды. Наверняка здесь найдётся для тебя отличное платье.

— Я ещё не согласилась!

— Сейчас скину адрес, — говорю я и кладу трубку, а потом скидываю ей сообщение с адресом.

Долго выбирать фрак не приходится. Собственно, по фасону все одинаковые, классика и всё такое. Надо только определиться с размером и тканью. Ну, и приобрести дополнительно белую рубашку, туфли, запонки, носки и галстук-бабочку.

Официальный образ обходится мне довольно дорого. Собственно, я не стал скупиться, и выбрал одну из самых дорогих моделей. Да и магазин изначально выбрал тот, куда ходят закупаться только дворяне. Я пока что не восстановил свой род, но в обществе других аристократов должен выглядеть подобающе, а не как бродяга, который пришёл на приём случайно.

Когда выхожу на улицу с покупками, сразу замечаю красотку с аппетитной круглой попкой и рыжими волосами. Быстро же она добралась.

— Доброе утро, барышня. Не желаете ли пойти со мной сегодня вечером на светский приём? — говорю я, подходя к ней.

— Не очень, но ты не оставил мне выбора, — морщится она.

— Ой, да перестань. Будет весело. Пошли, выберем тебе платье.

Сделать это оказывается гораздо сложнее, чем купить мне фрак. Платья-то все разные, их приходится мерить. Лариса постоянно воротит нос — то длина не её, то фигуру портит, то цвет дурацкий. Когда мне надоедает, а это происходит довольно быстро, я сам подхожу к вешалке, перебираю платья и достаю изумрудно-зелёное.

— Попробуй вот это.

— Оно не подойдёт, — морщится девушка.

— Просто поверь мне, — всучиваю ей одежду и подталкиваю к примерочной.

Лариса долго не появляется, а когда выходит, то её глаза счастливо блестят, однако на лице она пытается сохранить невозмутимость.

— Ладно, ты был прав. Оно неплохо на мне сидит.

— Неплохо? Да ты в нём богиня!

— Скажешь тоже, — бурчит она.

Изумрудный цвет превосходно сочетается с пламенем её волос, открытые плечи добавляют соблазна, но отсутствие декольте и длинный подол оставляют достаточно пространства для фантазии.

— Ты великолепна. Девушка, мы его покупаем! — обращаюсь я к продавще.

— Отличный выбор. Вашей супруге очень идет, — улыбается та.

— Мы не супруги, — рычит Лариса, а я смеюсь.

После этого заходим в ювелирный магазин через дорогу и я покупаю Ларисе подвеску и серьги с изумрудом, которые отлично сочетается с цветом платья и её глаз. Лара, конечно, снова отказывается, а ее глаза говорят о том, что эти украшения она ни за что не упустит. Я не принимаю возражений и кладу их в ее сумочку. Позвонив Даше, уточняю, какого цвета будет её платье, и беру комплект украшений ещё и для неё.

Расстаёмся на время, потому что Ларисе ещё надо сделать макияж, причёску и что ещё там делают девушки перед важными событиями? Я только принимаю душ и бреюсь, а затем заказываю машину с водителем. Не вести же мне прекрасных дам на своём дырявом мастодонте.

Вечером сначала заезжаю за Дашей. Сегодня она в соблазнительном красном платье, которое отлично подчёркивает её фигуру. При виде украшений с рубинами она восхищённо ахает и долго-долго меня целует. Затем забираем Ларису, и дальше едем втроём.

Зайцева как-то подозрительно поглядывает на Лару. Ревнует, видимо. Но потом они начинают болтать, и Зая расслабляется. Когда приезжаем в поместье Светлакова, между ними уже нет никакого напряжения. Обе берут меня под руки, мы вместе поднимаемся по крыльцу и входим в зал.

Внутри всё именно так, как я себе и представлял. Хрустальные люстры, белые скатерти, снующие туда-сюда официанты с подносами. Гости сидят за столами или плавно перемещаются по залу и ведут негромкие беседы. На нас, как я и думал, сразу обращают внимание — ещё бы, новые лица в обществе, к тому же кавалер явился сразу с двумя дамами. Необычно, даже с учётом того, что в Российской Империи разрешено многожёнство.

— Андрей, наконец-то! — ко мне подходит сам барон Светлаков.

— Здравствуйте, ваше благородие, — киваю я.

— Рад видеть тебя, особенно в окружении таких прелестных спутниц.

Альберт Геннадьевич по очереди целует руки Даше и Ларисе, а затем начинает водить нас по залу и знакомить с разными людьми. Я с удовольствием общаюсь, несмотря на то, что многие, услышав мою фамилию, делают большие глаза, а кто-то даже отшатывается в ужасе. Мало того, что я последний потомок уничтоженного рода, так еще и папаша этого тела оставил после себя не лучшую репутацию.

Исправлять его косяки, походу, придётся долго. Но ничего, я с этим справлюсь.

Вдруг замечаю за одним из столиков знакомое лицо, приношу свои извинения барону и направляюсь к столу, за которым сидит мой знакомый Михаил Беркут. Тот издалека замечает меня и сначала удивлённо вскидывает брови, а затем хмурится.

— Что ты здесь забыл, безродный? — растягивая слова, интересуется он.

— Пришёл узнать, что за правила на этом приёме.

— О чём это ты?

— Почему не огородили ленточкой мусорный столик? Мало ли, вдруг за него случайно приличные люди захотят сесть.

— Ах ты с… — Михаил обрывает сам себя на полуслове и подскакивает.

— Давай, договаривай. Как ты там хотел меня назвать?

— Ты сам прекрасно знаешь, что представляешь из себя, ничтожество! Благодари меня за то, что ещё дышишь!

Что-то в его тоне заставляет мой мозг осветиться догадкой. Усмехнувшись, я говорю:

— Погоди секунду. Не ты ли оставил мне взрывное заклинание на двери? Или, скорее, кто-то из твоих подручных.

— Что за бред ты несёшь! — фыркает Беркут, но его глазки забегали.

— Не советую тебе повторять подобного. А то знаешь, вдруг и на твоей двери что-нибудь опасное появится. Например, твои мозги.

— Да как ты смеешь, безродный! Ты вообще соображаешь, с кем ты…

— Что здесь происходит? — раздаётся властный голос за спиной.

Невольно оборачиваюсь и вижу мужчину с длинными светлыми волосами, который приближается к нам. Скользнув по мне взглядом, он в упор смотрит на Михаила и снова спрашивает:

— Что здесь происходит?

— Прости, отец. Этот безродный снова провоцирует меня!

— Снова?

Мужчина переводит на меня холодные голубые глаза и, цокнув языком, говорит:

— Надо полагать, передо мной Андрей Зверев.

— Вы правы. А передо мной кто? — спрашиваю я.

— Граф Сергей Егорович Беркут. Рад знакомству.

— Взаимно, ваше сиятельство.

Сергей Егорович, не глядя на сына, произносит:

— Миша, оставь нас ненадолго. Я хочу поговорить с твоим оппонентом тет-а-тет.

— Как скажешь, отец, — недовольно бурчит Беркут-младший и уходит вместе со всеми, кто сидел за его столом.

Едва он отдаляется, граф жестом приглашает сесть за стол. Ну что ж, я не против побеседовать. Интересно, что он скажет, хотя уже догадываюсь.

— Итак, Андрей. Я имел неудовольствие слышать о вашем столкновении с моим сыном. Потрудитесь объяснить, как так вышло, что его родовой меч оказался у вас.

— Очень просто. В баре произошёл конфликт, Михаил вызвал меня на дуэль и выставил защитника по фамилии Краснов. Я победил. По правилам дуэлей, меч вашего сына стал моим.

— Что я могу сделать, чтобы вернуть его?

— Ничего, — пожимаю плечами я.

— Спрошу прямо. Сколько вы хотите за возврат меча? Назовите сумму, — невозмутимо говорит граф.

— Со всем уважением, ваше сиятельство, но я не собираюсь продавать его вам. Я получил клинок в честном бою, и если соглашусь с ним расстаться, то лишь таким же способом.

Глаза Сергея Егоровича недобро блестят.

— Вы уверены? — спрашивает он.

— Абсолютно.

Лицо Беркута-старшего заметно напрягается, но он сохраняет спокойный тон. Глядя мне в глаза, он медленно кивает и встаёт:

— Хорошо, Андрей. Я вас услышал. Но учтите — никто не смеет унизить мой род и остаться без ответа. Приятного вечера, — с этими словами он уходит, не оборачиваясь.

Ха, ну надо же. Я получаса не провёл на приёме, а мне уже угрожает могущественный граф.

Неплохое начало. Интересно, чем всё закончится?

Глава 20

Российская империя. Поместье барона Светлакова под Санкт-Петербургом.

После разговора с Беркутом-старшим я спокойно встаю и разыскиваю взглядом своих спутниц. Замечаю обеих в другом конце зала, в компании Виктора и некоего пожилого мужчины.

Направляюсь к ним, на ходу зацепив бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта. По-моему, он даже не заметил, что я это сделал.

— Добрый вечер, — говорю я, подойдя к знакомым.

— Андрей, наконец-то! Где ты был? — Виктор пожимает мне руку.

— Встретил старого приятеля, познакомился с его отцом. Убедился в справедливости поговорки про яблоко и яблоню.

— Только не говори, что ты встретил Беркута, — Самойлов сводит брови.

— Хорошо, не скажу, а как ты догадался?

Мужчина рядом с Виктором неожиданно смеётся и говорит:

— А вы правы, юноша! Насчёт поговорки, я имею в виду. В той семье отец и сын друг друга стоят. Я бы многое сказал из того, что думаю о них, но при дамах не стоит. Граф Борис Анатольевич Самойлов, — он протягивает мне руку.

— Андрей Алексеевич Зверев. Невероятно рад знакомству, ваше сиятельство. Виктор много о вас рассказывал, — я почтительно киваю.

— Взаимно, Андрей. О вас я тоже много слышал, и не только от Виктора. Господин Фурин очень лестно отзывается о вас.

Не сразу соображаю, что он говорит про Дмитрия Сергеевича. Я всего пару раз слышал эту фамилию, обычно его называют просто командор или Циклоп из-за того, что у него один глаз. Правда, эту кличку произносят только шёпотом, Дмитрию Сергеевичу она не нравится.

— Андрей у нас настоящая звезда, — поддакивает Даша.

— Хватит, а то я засмущаюсь. Шучу-шучу, продолжайте, — с улыбкой говорю я.

Борис Анатольевич снова смеётся и говорит:

— Этот юноша мне по душе. Я рад, что у тебя появился такой друг, Виктор.

— Я тоже, отец, — отзывается тот.

Наш разговор прерывается тем, что распорядитель объявляет начало танцев. Отлично! В прошлой жизни я обожал танцевать. Меня считали лучшим танцором во всём Аркелиме, дамы на королевских балах чуть ли не дрались за право потанцевать со мной. А может быть, просто пытались подмазаться.

— Пойду, найду свою спутницу, — говорит Виктор.

— А я, пожалуй, украду одну из ваших. Если вы позволите, Андрей, — говорит граф Самойлов.

— Конечно, ваше сиятельство. Всё равно я не могу танцевать одновременно с обеими.

Конечно же, мне предстоит первому выбрать партнёршу, и я решаю взять Ларису. Явно нехотя, но она соглашается, и мы идём в середину зала, где уже освободили место. Борис Анатольевич с Дашей следуют за нами.

— Ты хоть танцевать-то умеешь? — шипит мне на ухо Лара.

— Честно говоря, ни разу не пробовал. А что насчёт тебя?

— Что⁈ — отвечает на это она, но деваться уже некуда. Мы вышли на танцпол.

Не все земные светские танцы мне знакомы. До меня Андрей Зверев и на приёмах-то ни разу не был, только на попойках с собутыльниками своего папаши.

Но это вовсе не беда. Учитывая мой талант и умение прекрасно контролировать своё тело, научиться — дело нескольких секунд.

Распорядитель объявляет первый танец. Смотрю, какие позы принимают другие пары, и повторяю за ними.

— Веди сначала ты, — говорю рыженькой.

— Что, сразу сдаёшься?

— Надо сообразить, что мы вообще танцуем.

— Ну, ты даёшь, Зверев…

Музыканты начинают играть, и мы кружимся в танце. Быстро улавливаю ритм, запоминаю движения и через несколько тактов перехватываю инициативу. Когда я уверенно начинаю вести, Лариса старательно скрывает свою реакцию. Но я по глазам вижу, что мне, все же, удалось её удивить.

Когда музыка смолкает, мы с Ларой отходим на шаг друг от друга. Я кланяюсь, она делает реверанс, и затем я беру её за руку и отвожу к одному из столиков.

— Получилось? — спрашиваю по дороге.

— Почти, — уклончиво отвечает она.

— Врушка.

— Ладно, Зверев! Получилось. Ты, правда, раньше не танцевал этот танец?

— Правда. Просто я во всём талантлив.

— Самомнения тебе не занимать, это точно, — фыркает рыженькая.

— При чём здесь самомнение? Я лишь констатирую факт.

Через несколько минут перерыва объявляется новый танец, и по этикету надо выбрать другую партнёршу. Конечно же, я приглашаю Дашу. На этот раз танец быстрее и сложнее, но я и с ним легко справляюсь.

Следуют другие танцы, которым я с удовольствием обучаюсь на ходу. Дамы даже не понимают, что их кавалер впервые на подобном мероприятии. Одна красотка даже спрашивает, не соглашусь ли я провести для неё частные уроки. Жаль, что приходится отказать, у меня и без того полно дел.

Последний танец особенно сложный, и длится гораздо дольше остальных. Разобравшись с движениями, я полностью погружаюсь в ритм и как будто перестаю чувствовать собственное тело. Мы с Ларисой кружимся по центру зала, и на этот раз она не скрывает удивления. Глаза большие, дыхание учащённое — и мне кажется, не только потому, что мы активно двигаемся. При этом она не отстаёт и тоже демонстрирует всё, на что способна. В итоге мы ни разу не сбиваемся и движемся так ритмично и плавно, что все остальные не отрывают от нас глаз.

В конце танцевальной части распорядитель объявляет лучшую пару. И кто же ей оказывается? Конечно, мы с рыженькой! Мне вручают сувенирный орден, а ей — диадему, и нас просят исполнить ещё один танец под аплодисменты остальной публики.

— Вот теперь ты действительно меня удивил, — шепчет она, когда мы приступаем к «победному» вальсу.

— Тем, что нас объявили лучшей парой?

— Конечно! Если ты до этого не знал все эти танцы, как у тебя вообще получилось?

— Не у тебя, а у нас. Мы же вдвоём танцевали, — замечаю я.

— Ладно, как скажешь. Поздравляю с победой, партнёр, — улыбается она.

— И я тебя, — улыбаюсь в ответ.

Когда мы заканчиваем, то срываем бурю аплодисментов. Ловлю на себе взгляд Беркута-младшего. Он единственный не хлопает и смотрит на меня так, будто я что-то отобрал у него.

Ой, точно, я ведь отобрал у него родовой меч. А на этом приёме привлёк к себе столько внимания, что ему явно завидно.

Ну и пусть завидует. Мне плевать. Лишь бы не вздумал отчебучить что-нибудь, а то не хочется портить такой прекрасный вечер.

Даша подбегает к нам и целует в щёку сначала меня, а затем Ларису и поздравляет. Мы все вместе отходим в сторону, я приношу дамам прохладительные напитки и не забываю про себя. После танцев все проголодались, и официанты начинают разносить закуски, а затем нас пригласят за столы отведать горячего.

Я тоже голоден, но успеваю слопать только пару канапе. Одну с форелью, другую с чёрной икрой. Затем ко мне подходит барон Светлаков и громко объявляет:

— Вот это мастерство, Андрей! Не ожидал, что именно ты победишь в танцевальной части. Госпожа Темникова, вы, безусловно, не только украшение вашей пары, но и всего вечера.

— Спасибо, ваше благородие, — сдержанно отвечает Лариса.

— Андрей, ты уделишь мне время? Помнишь, мы хотели кое-что обсудить? — глядя мне в глаза, спрашивает барон.

— Конечно, — отвечаю я.

— Тогда приглашаю тебя со мной во внутренний двор. Дамы, я надеюсь, вы не будете без нас скучать.

Мы с Альбертом Геннадьевичем выходим на улицу. Он подзывает официанта и велит принести какого-то особого виски. Пока слуга бегает за напитком, барон молчит и смотрит на сияющую в небе луну.

Наконец, официант возвращается с двумя квадратными бокалами, в которых плещется тёмно-янтарный напиток. Светлаков забирает оба и протягивает один мне.

— Твоё здоровье, Андрей.

Приподнимаю бокал и делаю глоток, а затем спрашиваю:

— Так что вы хотели рассказать?

— Очень многое. Даже не знаю, с чего начать.

— Можете начать с того, что за связь у вас была с моим родом.

— Да, ты прав. Пожалуй, стоит начать именно с этого, — барон делает ещё глоток виски.

Задумчиво окинув взглядом свой сад, он говорит:

— Мой род и твой были союзниками. Соглашение заключили мой отец и твой дед много лет назад. Это был крепкий и взаимовыгодный союз. Я часто бывал в вашем поместье ещё ребёнком, неплохо знал всех сыновей барона Зверева, включая твоего отца.

— Он был младшим, не так ли? — уточняю я.

— Да. Урод в семье, уж прости за откровенность.

— Не за что просить прощения. Это все знают, потому его и оставили в живых после войны, не так ли? Потому что он был бесполезным отщепенцем, над которым все могли потешаться. Мол, смотрите, вот это дерьмо — всё, что осталось от Зверевых.

Светлаков поворачивается ко мне, подняв брови:

— Ты так спокойно об этом говоришь? Но, увы, ты прав. Твоего отца никто не принимал всерьёз, потому и тебя до недавнего времени считали таким же, как он.

— До недавнего времени?

— После того, как ты вступил в орден Стражей, поползли слухи. Люди говорят, что ты очень силён и обладаешь уникальным магическим даром. А ещё, что ты якобы тайно служишь то ли какому-то влиятельному роду, то ли самому императору.

— Чего только не болтают, — пожимаю плечами я.

— То есть это не так? — в лоб интересуется Альберт Геннадьевич.

— Зачем вы спрашиваете? Я ведь в любом случае отвечу «нет».

— Я просто надеюсь, что ты будешь честен со мной.

Взглянув барону в глаза, говорю:

— Я сам по себе. Ни на кого не работаю, никому не служу. Даже в ордене я выбрал независимый путь, и не всякие приказы готов исполнять. Устраивает вас такой ответ?

— Более чем.

Светлаков отпивает ещё виски, и, переведя взгляд на тускло освещённый двор, продолжает:

— Вернёмся к твоему роду. Когда вам объявили войну соседи, я был ещё юношей, чуть старше, чем ты сейчас. Я до сих пор не понимаю, в чём была причина той войны, но она была страшной. Много людей погибло. Мой род, конечно же, сразу пришёл на помощь Зверевым, однако нашу гвардию разбили, а мой отец погиб в бою рядом с твоим дедом. Я тоже участвовал в той битве, и чудом избежал гибели. М-да… Стоит вспомнить, сколько мёртвых тогда лежало на том поле, и меня покрывают мурашки. Смотри!

Барон задирает рукав, и я вижу, что его кожа действительно покрыта мурашками. Видимо, он не шутит, и сражение было суровым. Судя по рассказу, я в прошлой жизни видал и более кровавые баталии, но понимаю эмоции собеседника.

— Что было дальше? — спрашиваю я.

— После победы в битве противники отправились штурмовать ваше поместье и взяли его. Всех, кто носил фамилию Зверев, начали одного за другим казнить прямо на крыльце. Неслыханное варварство! Но затем случилось кое-что очень странное.

— Дайте угадаю, вы про разлом?

— Да, вот именно. Чтобы разломы открывались сами по себе не во время Багровой бури — это огромная редкость. Как Страж, ты должен это знать. Но именно тогда, когда отрубили голову наследнику рода, твоему дяде, в вашем главном зале открылся разлом. Из него тут же полезли твари, которые заставили всех бежать. Я не могу объяснить, почему это случилось, и никто не может. Ходят слухи, будто бы твой дядя перед смертью сотворил какое-то проклятие или использовал родовой артефакт. А может, энергия смерти и ужаса, которая царила там, заставила разлом открыться.

— И тот, и другой вариант возможны. Или оба вместе, — пожимаю плечами я.

— Так или иначе, этот разлом до сих пор там. Через некоторое время вокруг открылись и другие, и теперь все земли вокруг поместья Зверевых окружены разломами, из которых постоянно лезут монстры.

— Я знаю. Но всё равно спасибо, ваше благородие, за подробную историю падения моего рода.

— Не за что. Я бы предпочёл не вспоминать всё это, но ты имеешь право знать.

Ненадолго воцаряется тишина. Я обдумываю то, что рассказал мне Светлаков. История не то чтобы поразительная, но интересная. Война, всех убили, туда-сюда — это понятно. Но эпизод с разломом и правда, мутный. Чтобы его открыть, надо владеть магией Хаоса, и невероятно мощной.

Насколько мне известно, Зверевы подобным не баловались. Так может, вовсе не они открыли разлом, а кто-то из врагов? Хотя зачем бы им это было надо, не представляю. Ведь они уже и так победили.

— Теперь скажи вот что, Андрей. Ты собираешься восстанавливать род? — прерывает молчание Светлаков.

— Да.

— Зачем тебе это?

— Амбиции не позволяют сидеть на месте. Тем более надо всего лишь оформить несколько бумажек, и я стану бароном.

— Так и зачем тебе становится бароном? — продолжает допытываться Альберт Геннадьевич.

— Хочется. Надо же к чему-то стремиться.

— Что ж, понимаю. И поддерживаю твоё стремление. Когда твой отец был жив, я уговаривал его вернуть род Зверевых к жизни. Но он был не такой, как ты, и предпочитал каждый день напиваться вместо того, чтобы стремиться к возрождению рода.

Светлаков смотрит на меня, по-отечески тепло улыбается и говорит:

— Хорошо, что ты другой. Я рад, что ты решил восстановить свой род. Но ты должен учесть кое-что — враги, что его уничтожили, могут захотеть закончить дело.

— Почему же до сих пор не закончили? Я вот он, можно попытаться убить.

— Потому что пока ты не представляешь для них угрозы и остаешься символом падения рода. Но если ты восстановишь род и возглавишь его, это будет совсем другое, понимаешь?

— Понимаю, конечно. Я не боюсь, — отвечаю я.

— Рад слышать, и поэтому готов тебе помочь. Восстановить документы на род и получить официальное признание — это не просто несколько бумажек, как ты выразился. Там очень много работы, однако, я готов тебе с этим помочь. Бесплатно.

Дзынь-дзынь! Внутри меня звенит тревожный звоночек. Когда малознакомый аристократ предлагает что-то бесплатно — почти наверняка есть подвох. Сначала Светлаков попытался растрогать меня историей гибели моей семьи и сказал, что всегда был нам верным союзником, а теперь искушает безвозмездной помощью.

Здесь почти наверняка что-то не так. Хотя, возможно, это лишь моя паранойя, а на самом деле Альберт Геннадьевич искренне желает помочь.

— Моя очередь узнать: зачем вам это? — спрашиваю я.

— Как я сказал, наши рода были союзниками. Я хочу, чтобы этот союз воскрес вместе с твоим родом.

— И всё?

— И всё. Ты считаешь, будто для меня в этом есть какая-то выгода? — прищуривается Светлаков.

— Если честно, да. Не понимаю, зачем вам мне помогать. Тем более бесплатно.

— Я только что ответил. Верить или нет, принимать ли мою помощь — сам решай. Клянусь тебе, что не преследую никакой личной выгоды, — говорит барон и залпом допивает виски.

Всё равно мне кажется это странным. Как бы не влететь в какую-нибудь крупную подставу. Однако самому бегать и заниматься оформлением документов мне просто некогда. Альберт Геннадьевич вроде говорит искренне, так что, почему бы и не согласиться?

— Простите, что усомнился, ваше благородие. Я радостью приму вашу помощь.

— Всё в порядке, Андрей. Я понимаю, тебе сложно довериться незнакомцу. Ты ведь не видел своими глазами, что я был другом вашего рода и сражался с вами на одной стороне. Ты вынужден верить моим словам, а за словами часто скрывается ложь, — философски говорит барон.

Улыбнувшись, он берёт мою руку и пожимает её.

— Но я докажу свою дружбу действиями. Завтра тебе позвонит мой адвокат, и вы вместе приступите к восстановлению рода Зверевых.

— Договорились, Альберт Геннадьевич. Спасибо.

— Договорились, — эхом отзывается он, а затем жестом приглашает меня обратно в дом.

Когда мы входим, распорядитель как раз приглашает всех за столы, а слуги начинают разносить горячее.

— Приятного аппетита, Андрей. Ещё увидимся, — говорит Светлаков.

— Конечно, ваше благородие.

Нам подают превосходную, нежнейшую говядину, которая просто тает во рту, с гарниром из сливочного картофельного пюре. Довольно просто для дворянского приёма, но обалденно вкусно. Искренне наслаждаюсь блюдом, а затем и шоколадным пирожным с мягкой начинкой, которое подают на десерт.

После этого приём официально считается законченным. Барон Светлаков произносит речь, благодарит всех за визит, и гости постепенно начинают расходиться. Никто не мешает задержаться ещё, пообщаться и выпить. Но я решаю, что с меня на сегодня хватит, поэтому мы с девушками отправляемся на парковку.

Машина, которую я взял в аренду вместе с водителем, конечно похуже, чем у некоторых именитых родов, которые присутствовали на приеме, но лучше доброй половины остальных. Позже я обязательно куплю себе какую-нибудь солидную тачку и найму личного водителя, а пока мне нужна только рабочая лошадка, которую не жалко подставить под клыки монстров и пули.

С территории поместья выезжаем на грунтовую дорогу. Лариса и Даша наперебой делятся впечатлениями о приёме. Рыжик уже не выглядит такой суровой, улыбается, глазки блестят и постоянно стреляют в мою сторону. Вот и хорошо, я рад, что получилось её развлечь. А то она слишком строгая постоянно.

Выезжаем на трассу и поворачиваем в сторону города. Стоит нам проехать совсем немного, как нас обгоняет тонированный чёрный джип, а следом за ним ещё один, такой же. У них на дверях чей-то герб, но я не успеваю разглядеть.

— Девочки. У нас проблемы, — врываюсь я в их милый щебет.

— Проблемы? — сразу сводит брови Лариса.

— Угу. Вон те ребята впереди явно что-то от нас хотят. Видишь, притормозили? А сзади ещё едут.

— Ой, и правда! — пищит Даша.

— Только не бойтесь, я со всем разберусь.

— Ты же не думаешь, что я буду сидеть в машине, пока ты сражаешься? — ещё больше хмурится рыженькая.

— А ты не думаешь, что я позволю тебе драться в этом прекрасном платье?

Скоро нас догоняют другие джипы, ещё один пристраивается сбоку и таким образом нас вынуждают остановиться. Я и не против. Лучше выйду из тачки и подерусь нормально, размахивать струнами на ходу не очень удобно. Наёмный водитель бледнеет и паническим взглядом смотрит на меня, но я показываю ему большой палец, мол, всё в порядке.

— Сидите здесь. Дашуля, организуй защиту, — говорю я, открывая дверь.

— Хорошо! — отвечает та и накрывает автомобиль магической сферой.

— Я с тобой! — возмущается Лариса.

— Сиди, здесь! — тоном, не терпящим возражений, отвечаю я.

Захлопываю дверь, накидываю доспех и на всякий случай выпускаю струны. Атаковать меня с ходу никто не спешит, значит, хотят сначала поговорить. Ладно, я не против, поболтаем.

Теперь я вижу, чей герб на дверях машин — это же Беркуты. Ну, кто бы сомневался, можно было и сразу догадаться.

Из автомобилей выходит целая толпа гвардейцев. Вроде без оружия, но у них под пиджаками наверняка имеются пистолеты или даже боевые артефакты. Они окружают меня, а следом появляется граф Беркут в сопровождении своего сынка.

— Снова здравствуй, Андрей, — говорит старший, а младший только злобно скалится.

— Здравствуйте. Чем обязан?

— Ты знаешь, — холодно сообщает Сергей Егорович.

— Может, и знаю, а может, и нет. Я что, ваши мысли должен угадывать? Не тяните кота за яйца, ваше сиятельство, что вам нужно?

— Как ты смеешь говорить с ним в таком тоне! — верещит Беркут-младший.

Отец поднимает руку, приказывая ему замолчать, и не сводит с меня своего ледяного взгляда.

— Я хочу вернуть наш родовой меч. Даю тебе последний шанс отдать его добровольно. Ты даже получишь выкуп, соответственно своему… положению, так скажем.

— То есть вы типа подачку мне кинете? — усмехаюсь я.

— Можешь назвать это как хочешь, мне без разницы.

— А если я откажусь, тогда что?

— Тогда я верну меч в бою, — отвечает граф.

— И кто из этих дуболомов выступит против меня? — оглядываю молчаливых гвардейцев.

— Я окажу тебе честь, безродный, которой ты не заслуживаешь. Я сам сражусь с тобой, — отвечает Сергей Егорович.

— Правда? Я согласен, — говорю я и сразу скидываю фрак.

Взгляд графа становится ещё холоднее. Он тоже снимает свой фрак и не глядя бросает его сыну.

— Чтобы всё было официально: я, граф Сергей Беркут, вызываю тебя, Андрея Зверева, на дуэль. Как ты предпочитаешь сразиться?

— Магия.

Мы сходим на пустырь, которым окружена дорога. Молчаливые гвардейцы графа следуют за нами, не нарушая круг. Лариса и Даша, несмотря на мой приказ, выходят из машины и тоже присоединяются.

— Что, Миша, в прошлый раз мало опозорился? В этот раз папа будет вместо тебя сражаться? — саркастично интересуется Лариса.

— Не лезь не в своё дело, рыжая! — огрызается тот.

— Еще раз посмеешь с ней заговорить подобным образом и после того, как отделаю твоего отца, я переломаю тебе все кости. Веришь⁈ — обратился я к Михаилу. Тот сначала собрался что-то ответить, но, натолкнувшись на мой взгляд, передумал.

Когда отходим достаточно далеко от дороги, то останавливаемся, и Беркут-старший, повернувшись ко мне, спрашивает, проигнорировав нашу с его сыном словесную перепалку:

— Готов?

— Ещё бы. А вы?

— Сейчас увидишь, — отвечает он.

Короткий взмах рукой — и его тело покрывается светящимся латным доспехом. Неплохо, интересный вариант магической брони. Латы полностью покрывают тело, нет ни единого зазора, а на шлеме даже отсутствует смотровое отверстие. С первого взгляда кажется, что эту защиту ничем не пробить.

Я бы с радостью воспользовался бы артефактными патронами, но использование артефактов в дуэлях запрещено. Ладно, тогда по старинке, струнами.

Следом за доспехом в руках графа появляется здоровенная булава, навершие которой размером с арбуз. Исходящие от неё волны магии впечатляют даже меня. Судя по всему, булава способна отражать вражеские заклинания и пробивать магические щиты как нефиг делать. Это идеальное оружие и доспех против магов. Вряд ли против него сможет устоять даже архимаг, вот только для меня он не представляет угрозы.

Беркут-старший делает шаг вперёд, и тут же смещается в короткой вспышке. Чувствую, что он оказался за моей спиной, и еле успеваю пригнуться. Булава со свистом пролетает над моей головой, а Михаил радостно вопит:

— Прикончи его, отец!

Где-то я слышал подобное совсем недавно. Точно, в доме Демидовых. Только там девчонка орала. Принеси мне его голову и всё такое.

Отпрыгиваю в сторону и впиваюсь струнами в броню противника. Надо ускориться, а то есть шанс, что булава способна пробить даже мой астральный доспех. Шанс небольшой, но рисковать не хочу. Все-таки мне еще далеко до моей прежней силы.

Да и вообще, настроения драться, как-то нет. Посмотрю, на что способен граф, и вырублю его.

Увы, кроме своих крутых лат и булавы, он не может показать ничего впечатляющего. Ну да, умеет совершать рывки на короткие расстояния. Ну да, он быстрый и может призывать другое оружие. Кинжалами в меня швыряется, пытается заарканить хлыстом. Скучно.

Вдоволь напитавшись маной, я быстро захожу за спину графа и хватаю двумя струнами его булаву. Другими двумя хватаю его за ноги и швыряю на землю, а сверху обрушиваю его же оружие. Бах, бах, как молотом по наковальне. После третьего удара кираса Беркута лопается, и я, занеся булаву в четвёртый раз, спрашиваю:

— Сдаётесь?

Граф, помедлив, молча поднимает обе руки. Сказать вслух стыдно, понимаю, но я не сильно гордый.

Михаил подходит к нам, ошарашенно глядя на поверженного отца, потом поднимает взгляд на меня и вдруг орёт во всё горло:

— Убейте его! Прикончите! Игорь, выстрели ему в башку!

Гвардейцы, несмело переглядываюсь, тянут из-за пазух пистолеты. Ай-яй-яй, неужто нападут? Какой позор будет для рода Беркутов, когда я перебью цвет их гвардии.

Лариса и Даша подбегают ко мне. Рыжая призывает пламя, а Зайцева окружает на всех крепким магическим коконом.

— Стреляйте! — вопит Миша.

— Отставить, — хрипло приказывает граф и медленно встаёт.

Разбитый доспех с него уже исчез, но выглядит Сергей Егорович всё равно потрёпанным. Полагаю, схватка отняла у него много сил, хоть и продлилась не очень долго.

— Бой был честным. Убрать оружие, — говорит он.

Охранники с облегчением подчиняются. Видя, как я размотал их графа, у них явно не было большого желания нападать на меня. Хлопаю девчонок по плечам, чтобы убрали магию, шагаю к Сергею Егоровичу и вытягиваю руку:

— Ваш меч, граф.

Еле заметно скрежетнув зубами, он отвечает:

— Я готов немедленно предоставить выкуп. За оба клинка.

— Отказываюсь. Понимаете, я собираю коллекцию. Ваш меч будет отлично в ней смотреться.

Беркут-старший глядит на меня с ненавистью. Он бросает взгляд в сторону одного из своих и, еле разжимая губы, приказывает:

— Принеси.

Гвардеец бегом срывается к машинам и скоро возвращается с дорогущим по виду мечом в не менее дорогих ножнах. Граф принимает его и затем протягивает мне. Берусь за рукоять, но Сергей Егорович не сразу отпускает меч и цедит:

— Я его верну.

— Можете попробовать. Условия прежние.

Забрав оружие, молча мотаю головой девушкам, и мы возвращаемся в машину. Беркуты и их гвардия возвращаются в свои и разъезжаются, освобождая нам дорогу.

У Ларисы и Даши появляется новый повод для разговора. Перебивая друг друга, они восхищаются моим мастерством, а я с улыбкой принимаю комплименты, скромно отвечая, мол, ничего такого, обычный поединок.

Когда приезжаем к дому Даши, она на прощание дарит мне поцелуй и еле слышно шепчет на ухо:

— Может, отвезёшь Ларису и вернёшься ко мне?

— Не сегодня. Надо выспаться, — так же тихо отвечаю я.

Бросив подозрительный взгляд на Лару, Зайцева ещё раз целует меня и выходит из автомобиля.

Дальше едем молча. Рыженькая мнётся, явно хочет что-то сказать, но не решается. Однако через пару минут всё же набирается смелости:

— Спасибо за вечер, Андрей. Всё было чудесно. Мне… понравилось с тобой танцевать.

— Пожалуйста. Мне с тобой тоже.

— Если захочешь пригласить меня куда-нибудь ещё, я не буду отказываться, — бормочет она, теребя подол платья.

— Тогда я обязательно тебя куда-нибудь приглашу. Попозже.

Когда останавливаемся возле её дома, Лариса снова долго мнётся, а потом бурчит:

— Это ничего не значит, понял?

— Что это?

— Вот это, — она резко поворачивается ко мне и целует.

Собиралась поцеловать в щёку, но реакция у меня что надо. Поворачиваюсь и подставляю губы. М-м, знакомый клубничный вкус. Как приятно.

Лариса задыхается от возмущения:

— Ты… Ты… Подлец! Ты всё испортил!

— По-моему, наоборот, — широко улыбаюсь я.

— Какой же ты всё-таки придурок, Зверев!

С этими словами она выпрыгивает из машины и, возмущённо топая каблуками, скрывается в подъезде. Усмехаюсь ей вслед, а затем прошу водителя отвезти меня домой.

Надо выспаться. Завтра, как и всегда, у меня полный событий день.

Российская империя. Санкт-Петербург. Городская резиденция графа Беркута.

— Теперь я верю тебе, — говорит граф.

Он впервые что-то произнёс с тех пор, как они сели в машину и приехали домой после поединка. Сын поднимает на него взгляд и переспрашивает:

— Что?

— Теперь я тебе верю. Этот парень действительно очень силён. Прости, сын, что сомневался в тебе.

— Я же говорил, — бурчит он.

— Это не отменяет того, что ты поставил пятно на нашей репутации. Не стоило вообще с ним связываться.

— Как я мог, отец⁈ Этот безродный оскорбил меня, я…

— Довольно. Я прекрасно знаю, что ты сам умеешь провоцировать конфликты.

Устало вздохнув, Беркут-старший откидывается в кресле и говорит:

— Не переживай, он ещё получит своё. Я это так не оставлю, и не позволю нашим мечам оставаться в чужих руках.

— Отец, позволь мне с этим разобраться. Зачем ты вообще вмешался? Я бы решил этот вопрос, клянусь честью! — тоном избалованного ребёнка говорит Михаил.

Граф вонзает в него ледяной взгляд и таким же ледяным тоном интересуется:

— Интересно, что ты сделаешь? Пошлёшь к нему убийц? Или попытаешься сам сразиться с ним? Нет уж, я тебе запрещаю лезть в это дело. Мечи мы уже потеряли, не хватало ещё, чтобы ты лишился жизни или окончательно посрамил нашу честь.

— Но отец…

— Никаких «но». Я сам всё решу с этим Зверевым. Поверь мне, он сполна ответит за наш позор.

Глава 21

Российская империя. Санкт-Петербург.

Проснуться. Размяться. Отправиться на пробежку. Сделать по сто пятьдесят отжиманий, приседаний и упражнений на пресс. Как следует позаниматься на турниках. Дома принять контрастный душ, поесть самому и накормить Щелкунчика.

Моё обычное утро. Уже рутина, но приятная и полезная. Мне доставляет удовольствие и сам процесс, и результат.

Я провёл в этом теле всего около двух месяцев, но при взгляде в зеркало понимаю — провёл это время не впустую. Мышцы стали заметно крепче и рельефнее, уже нарисовался пресс, а на бицепсы и плечи любо-дорого взглянуть. Вместо хлюпика, которого соплёй перешибёшь, из отражения на меня глядит весьма атлетичный молодой мужчина.

Конечно, тело только инструмент. Но разве не приятно, когда инструмент не только эффективный, но и красивый? Приятно, конечно.

Скоро мне должен позвонить адвокат от барона Светлакова, так что сегодня у меня день бюрократии. Решаю немного помедитировать и затем отправиться в банк — пополнить вклад и купить ещё ценных бумаг. А как позвонит адвокат, встретимся в городе.

Усаживаюсь на пол в позу лотоса, выпрямляю спину и выравниваю дыхание. Через несколько мгновений моя душа в полном слиянии с Астралом. Тоже весьма приятный процесс — объединяться с великой и всемогущей энергией.

Астрал есть везде, он пронизывает все миры и на нём держится всё сущее. Всё, что есть вокруг, что можно потрогать и что нельзя — поддерживается первородной астральной энергией. Поэтому через Астрал, если уметь, можно управлять хоть магией, хоть законами физики. В теории, если достичь достаточного уровня управления астральной энергией и получить нужные умения, можно уничтожать миры и создавать новые.

Понятное дело, что таким могуществом я не обладал даже в прошлой жизни, хотя мой уровень управления астральной энергией и был высок. Покорять её сложно, даже несмотря на мой дар. Дар — это всего лишь возможность, всё остальное — упорный труд. Особенно учитывая, что никаких учителей и учебников по работе с Астралом не существовало в моём прошлом мире, и в этом мире их тоже нет.

Создавать энергетические нити, которые я привык называть астральными струнами, я научился сам. Другие, кто владел подобным даром в Аркелиме, научились использовать Астрал по-другому. У каждого свой путь и свой способ взаимодействия с великой силой.

Что-то меня на размышления потянуло этим утром. Ностальгия, наверное. Я уже привык жить на земле и считать себя Андреем Зверевым, но иногда всё же вспоминаю Аркелим и прошлую жизнь. Нет, я не сожалею о ней. Всё закончилось так, как должно было закончиться.

А в новом мире у меня появилось столько дел, что вспоминать о прошлом просто нет времени. К тому же перспективы с каждым днём вырисовываются всё интереснее и чётче. Восстановлю свой род, выкуплю поместье и разберусь с врагами. Правда, врагов у меня с каждым днём становится всё больше.

И это бодрит! Я и сам могу держать себя в тонусе, но, когда вокруг полно придурков, которые хотят меня нагнуть, что-то отобрать или просто прикончить — так ещё увлекательнее.

Ведь так весело щёлкать по носу каждому, кто разевает на меня пасть, а потом смотреть на их удивлённые лица. Как вспомню физиономию Беркута-младшего, когда я навалял его папаше, сразу настроение улучшается.

— Ладно, пора по делам! — говорю сам себе и встаю.

Мне бы одеться поприличнее. Мне ведь сначала в банк нужно, потом с адвокатом поедем во всякие официальные учреждения. Надо купить повседневный деловой костюм. А то пока что у меня в гардеробе только спортивная одежда и покрытый кровью монстров комбинезон Стража.

Еду на своём пикапе в торговый центр и отправляюсь в бутик, где продают мужскую одежду. Сознательно выбираю тот магазин, что получше и подороже. На Земле есть мудрая поговорка — я не настолько богат, чтобы покупать дешёвые вещи. Её смысл не всем понятен, но он довольно легко раскрывается другой поговоркой — скупой платит дважды.

Как только захожу в бутик, рядом со мной сразу же появляется милая продавщица. Она одета в скромное, но в то же время соблазнительное платье, а фигура у неё просто идеальная. Большие глаза и гладкая, будто фарфоровая, кожа делают её похожей на куколку.

— Чем могу помочь, господин? — спрашивает она, хлопая длинными ресницами.

— Нужен деловой костюм на каждый день.

— У нас большой выбор. Какой цвет предпочитаете?

— Чёрный. Или тёмно-синий. Давайте посмотрим, что у вас есть.

— Конечно, господин. Прошу за мной.

Девушка идёт вглубь торгового зала, позволяя насладиться видом сзади. Причём она как будто приглашает оценить её походку, бросив на меня вызывающий взгляд через плечо. Какой хороший сервис в этом магазине.

Долго выбирать не приходится. Примерив пару вариантов, покупаю классический чёрный костюм, а к нему несколько рубашек, пару ремней и повседневные туфли. Мне предлагают подогнать костюм по фигуре, и пока портной работает, я пью бесплатный кофе на удобном диване и флиртую с продавщицей. А после этого сразу примеряю свой новый костюм, в нём и решаю пойти.

— Спасибо, что выбрали нас, господин. Остальные ваши покупки я сложила в пакет. Позвольте, я оставлю вам нашу визитку, — что-то быстро написав на карточке, продавщица бросает её между рубашек.

— Спасибо, любезная.

— Надеемся увидеть вас снова, — с каким-то намёком в голосе произносит она.

Выйдя из магазина, достаю визитку и убеждаюсь — на обратной стороне девушка написала свой номер телефона. Ну что же, сохраню на всякий случай. Мало ли, вдруг мне захочется расслабиться в компании красавицы, которая не состоит со мной в одном ордене.

Направляясь к выходу из торгового центра, прохожу мимо салона часов и мой взгляд привлекает выставленный на витрине экземпляр. Массивные часы со стальным браслетом и чёрным мраморным циферблатом.

Пожалуй, они придадут статусности моему новому облику. Примеряю их и покупаю. Время я могу посмотреть и на телефоне, однако часы — это в первую очередь аксессуар, который показывает вкус и статус владельца. Я могу себе позволить хорошие часы, так что почему бы и нет.

После этого, как и планировал, отправляюсь в банк и делаю там все запланированные дела. Когда сажусь в машину, раздаётся звонок телефона. Номер незнакомый, но я догадываюсь, кто это.

— Слушаю.

— Андрей Алексеевич, доброе утро. Меня зовут Станислав Горбовский, я адвокат. Звоню вам по поручению барона Светлакова.

— Здравствуйте, Станислав. Ждал вашего звонка. Где и когда мы встретимся? — спрашиваю я.

Адвокат предлагает увидеться через полчаса в кафе напротив отделения имперской канцелярии. Сразу еду туда.

Станислав оказывается мужчиной в возрасте, даже, можно сказать, стариком. На вид ему лет семьдесят, однако ведёт он себя весьма энергично. Мы сразу находим общий язык.

Адвокат рассказывает все детали о том, как будет проходить восстановление документов на род. Мне почти ничего не придётся делать, достаточно будет лично подать заявление и подписать доверенность, чтобы Станислав мог заниматься всем остальным от моего имени.

Я не собираюсь так просто давать незнакомому человеку право распоряжаться своими делами, поэтому немного меняем текст доверенности. Принимать ключевые решения без моей подписи адвокат не будет иметь права.

Отправляемся в канцелярию, где я пишу заявление и оплачиваю пошлину. Когда вижу сумму на квитанции, невольно удивляюсь. Да это же целое состояние! Я могу себе позволить и денег не жалко, ведь я понимаю, для чего это необходимо. Однако я рассчитывал, что сумма будет меньше.

И это только начало. Предстоит оплачивать другие пошлины, заверение различных документов, а в конце — магический тест крови, который тоже стоит ого-го сколько. А когда восстановлю род, понадобится ещё больше средств на выкуп поместья и развитие своей экономики.

Делаю вывод, что мне пора увеличивать свой доход. А ещё было бы здорово получить какой-то другой источник дохода, кроме разломов. Мне нравится охотиться на монстров, но, если вдруг возникнут другие дела — денежный поток тут же прекратится. Надо обзавестись прибыльным делом, которое потребует от меня только контроля.

Вариантов пока что нет, но нужно поразмыслить над этой темой. А пока найду подходящий разломчик где-нибудь недалеко.

Попрощавшись со Станиславом, сажусь в автомобиль и сразу начинаю искать. Вот блин. Уже знакомая проблема — Багровая буря случилась давно, и все разломы поблизости от города позакрывали. Остались либо неинтересные, без активности монстров, либо очень далеко.

Ладно, это меня не остановит. Надо поискать интересные варианты. Я не против прокатиться и посмотреть на красоту российской природы.

Изучаю карту в приложении Стражей и натыкаюсь на весьма интересный разлом возле Твери. На карте возле него куча отметок от аналитиков и комментарии Стражей, которые уже побывали внутри.

Разлом, как можно догадаться, аномальный и держится уже больше года. Он даже собственное название имеет — Крепость ночи. Закрыть его никто не смог, хотя нашли и уничтожили уже множество сердец. Но главный фокус Крепости даже не в этом, а в том, что внутри этого разлома есть ещё разломы, а внутри них могут быть ещё разломы, а в них, в свою очередь — ещё разломы. И всё это — осколки одного мира.

Ого, как интересно. Хочу туда. Тем более, по отзывам Стражей, во внутренних разломах Крепости ночи можно нарваться на очень богатую добычу. Не только в виде монстров, кто-то пишет, что натыкался на сокровищницы с артефактами, жилы редких минералов или могильники, где в склепах полно добра.

Всё, решено. Еду в Тверь.

Чтобы попасть в Крепость ночи, надо подать особую заявку, что я и делаю. А затем загоняю машину в автомастерскую, чтобы подготовили к дальней дороге.

Вскоре получаю звонок от командора. Неожиданно.

— Здравствуй, Андрей, — говорит он, когда я беру трубку.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич.

— Мне доложили, что ты подал заявку в Крепость ночи. Это так?

— Да, командор. Хочу посмотреть, что это за необычный разлом такой, — не отрицаю я.

— Ты помнишь, о чём мы говорили после того, как тебя заманили в засаду? — строго спрашивает Дмитрий Сергеевич.

— Помню. Но вы же знаете, я могу за себя постоять.

— Знаю, что можешь. Но Монстроеды тоже не дураки, среди них много сильных магов, и с оружием у них нет проблем. В следующий раз они могут устроить такую ловушку, что даже ты не справишься.

— Это вряд ли, — усмехаюсь я.

— Послушай, в Питере мы потрепали браконьеров, но в других частях России они по-прежнему сильны. А возле Крепости ночи особенно, сам понимаешь.

— Не понимаю. Почему это? Они что, тоже туда ходят? — спрашиваю я.

— Конечно. В Крепость ведёт несколько порталов, и как минимум один из них под контролем браконьеров. Мы не знаем, где он находится, но внутри разлома с ними постоянно происходят стычки, — отвечает командор.

— Замечательно. Будет повод снова им навалять.

— Андрей, я не хочу, чтобы ты рисковал собой. Скажу откровенно: я считаю, что ты очень важен для ордена, и не хотел бы тебя потерять.

— Спасибо, Дмитрий Сергеевич, я это очень ценю. Более того, я тоже не хочу теряться, но я же не ребёнок, не надо меня так оберегать.

Хрипло вздохнув, командор сдаётся:

— Ладно, если ты так хочешь — отправляйся. Но при одном условии. Возьми с собой кого-нибудь. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что тебе прикроют спину.

— Договорились. Всего доброго, командор.

— До встречи, Андрей.

Положив трубку, думаю, что это и правда неплохая идея. Мне по душе зачищать разломы в одиночку, но в аномальной Крепости ночи всё равно бродит толпа других людей. Да и ехать в другой город в компании будет веселее.

Недолго думая, обзваниваю своих друзей и приглашаю на гастроли. Виктор отказывается, у него, кроме службы, появились какие-то родовые дела. Даша тоже не хочет, ссылаясь на то, что собирается лучше научиться целительству, прежде чем отправляться в рискованные путешествия. Тогда звоню Ларисе.

— Чего тебе, Зверев? — бурчит она в трубку.

— Привет, рыжик, — с улыбкой здороваюсь я.

— Не называй меня так, я же просила!

Пропускаю её фразу мимо ушей и спрашиваю:

— Помнишь, после приёма ты сказала, что, если я приглашу тебя куда-нибудь, ты не будешь отказываться?

— Допустим, — немного помолчав, отвечает девушка.

— Приглашаю тебя поохотиться в Крепости ночи. Знаешь, где это?

— Ничего себе. Я думала, ты в ресторан меня позовёшь или вроде того, — ошарашенно отвечает Лариса.

— Мне кажется, зачистка разломов понравится тебе больше, чем ужин при свечах.

— Неприятно это признавать, но ты прав. Там ведь можно хорошо заработать, не так ли?

— Ещё бы, — говорю я.

— Тогда я согласна. Когда ты хочешь поехать?

— Сегодня. Заеду за тобой в восемь.

— Уже сегодня⁈ Ладно, я… Мне нужно поговорить с лейтенантом. Думаю, получится уладить.

— Скажи, что ты едешь со мной по приказу командора. Это правда, кстати, он велел мне взять с собой кого-нибудь.

— Вот как. То есть ты пригласил меня просто из необходимости, — холодно говорит Лариса.

— Вовсе нет. Из необходимости я бы позвал кого угодно, но предпочитаю взять с собой друга. Всё, в восемь, — напоследок говорю я и кладу трубку.

Когда механики заканчивают с моей тачкой, я еду на базу и пополняю запасы. Беру пару комбезов, запасные ботинки, боеприпасы и всё прочее, что может пригодиться. Немного подумав, беру запас и на Ларису.

После этого возвращаюсь в город и не скуплюсь на покупку охранного артефакта, который устанавливаю на дверь своей съёмной квартиры. Если кто-нибудь решит забраться и украсть, например, родовые мечи из моей коллекции, то артефакт его временно парализует, а полиция получит сигнал и арестует злоумышленника.

Беркуты так сильно хотели вернуть свои клинки, что лучше перебдеть. А то потом придётся по очереди вызывать их на дуэль и возвращать то, что моё по праву.

Я и правда не собираюсь продавать мечи, хотя и знаю, что могу выручить круглую сумму, а деньги мне нужны. Но принципы важнее золота, да и собирать коллекцию мне действительно нравится. Три меча уже есть — два от Беркутов, один от Демидовых. Уверен, что появятся ещё.

Без пяти восемь я подъезжаю к дому Ларисы, а ровно в восемь она выходит из подъезда. Надо же, как пунктуально. Необычно для девушки.

На спине у Лары объёмный рюкзак, в руках две сумки. А вот это уже вполне типично — наверняка взяла с собой кучу всего, что никогда не понадобится.

Выхожу и помогаю ей с сумками. Затем садимся в машину и отправляемся в путь. Дорога займёт семь-восемь часов, и я намерен двигаться без остановок, чтобы к утру уже добраться до места.

— Зачем ты решил туда поехать? — спрашивает Лариса, когда мы выезжаем за город.

— Скучно мне здесь. И деньги нужны.

— Да, мне тоже, — она задумчиво смотрит в окно.

Краем глаза любуюсь её аристократическим профилем и спрашиваю:

— Зачем тебе деньги?

— Мой старший брат тяжело болен. Он тоже был Стражем, и в разломе третьего уровня. Его ранил сильный монстр. Это случилось больше двух лет назад, но рана до сих пор не заросла, мой брат страдает. Целители говорят, это что-то вроде магического заражения, они не могут его вылечить. Нужно особое зелье, очень редкое.

— И сколько стоит это зелье? — спрашиваю я.

— Дело не в деньгах, иначе Стражи бы всё давным-давно оплатили. Проблема в редчайшем ингредиенте, который крайне редко попадается в разломах высокого уровня. На этот ингредиент очередь выстроилась до Владивостока. Поэтому надежды нет, — отвечает девушка и грустно вздыхает.

Я тут же начал продумывать план, как помочь парню, но моментально наткнулся на проблемы с правилами ордена Стражей. Даже если я сейчас начну зачищать высокоуровневые разломы и найду нужный ингредиент, то мне его не разрешат оставить. Слишком низкий рейтинг. А значит, мне необходимо поднять рейтинг и прокачаться, как можно быстрее, чтобы начать посещать высокоуровневые разломы и иметь возможность оставить себе нужный ингредиент. Ну, или на крайний случай, иметь возможность выбора того, кому из него изготовят зелье. Нужно будет узнать у командора, когда Ларисы рядом не будет.

По-дружески кладу ей руку на плечо и уверенно говорю:

— Не переживай. Я что-нибудь придумаю.

— Это правда, или ты меня так успокоить пытаешься?

— К сожалению от меня тут не все зависит, но я не брошу тебя в беде. Это я тебе обещаю. Мне требуется время. Оно у меня есть?

— Есть. С этой раной он может прожить довольно долго. Проблема в том, что ему больно и сколько он еще сможет терпеть эту боль, я не знаю.

— Тогда я обязательно что-нибудь придумаю. А ты придумай, как удержать брата от необдуманных поступков. Договорились?

— Договорились, — отвечает Лариса и улыбается.

Убрав руку с её плеча, я обгоняю плетущийся по трассе грузовик и спрашиваю:

— Ты поэтому пошла в Стражи, чтобы исцелить брата?

— Не только. Мои родители и дед тоже были Стражами, это своего рода семейная традиция. Наша семья и дворянство получила за верную службу ордену и Отечеству.

— Ничего себе, круто. Гораздо круче, по-моему, чем просто родиться в дворянской семье.

— Не все с этим согласны. Рада, что ты так считаешь, — приподняв уголки губ, отвечает Лариса.

Как я и думал, к утру мы добираемся до места. Разлом расположен не в самой Твери, а на севере от неё. К нему уже проложена отдельная дорога, которая охраняется почему-то не людьми ордена, а солдатами имперской армии.

— Что они здесь делают? — спрашиваю, останавливаясь перед блокпостом.

— Этому разлому присвоили статус объекта стратегической важности. Внутрь ходят только Стражи, а безопасность вокруг обеспечивает армия, — объясняет Лариса.

Блокпост оформлен как надо — бетонные укрепления, окопы с блиндажами, пулемётные и гранатомётные расчёты. Все стволы обращены в ту сторону, где находится разлом. На рассветном небе, кстати, прекрасно видны жёлтые всполохи портала и даже доносится его мерное гудение, если прислушаться. Портал, судя по всему, огромный. Четвёртый уровень, как-никак.

К нам подходит солдат и вяло отдаёт честь.

— Здравия желаю. Ваш пропуск.

— Здравствуйте. Пропуска нет, мы только прибыли. Петербургское отделение ордена Стражей, — отвечаю я и показываю приколотый на груди амулет.

— Понятно. Тогда езжайте прямо, ближе к порталу увидите здание из белого кирпича, вам туда. Найдёте командора Кравченко, он всё расскажет.

Я поехал в указанном направлении и вскоре нашему взору предстал во всей красе портал Крепости ночи. Он и правда очень большой, в этом мире я таких ещё не видел. Гудит так, что кажется, будто рядом с ухом постоянно кружит стая шмелей.

Вокруг портала выстроен целый городок. Помимо упомянутого белого здания, есть и другие, вполне основательные, а также рынок, несколько кафе и кабаков, даже для бани и автозаправки место нашлось. Отдельно стоят казармы, отмеченные гербом Стражей.

Паркуемся и идём на встречу с командором тверского отделения ордена. Нужный кабинет находится на верхнем этаже, в конце коридора. Стучусь и, дождавшись ответа, вхожу. Лариса идет следом за мной.

Тверской командор выглядит совсем не так, как наш. Невысокий, щуплый мужчина с крючковатым носом и угрюмым взглядом. Смотрит так, как будто мы ему чем-то обязаны.

— Вы кто? — неприветливо спрашивает он.

— Андрей Зверев и Лариса Темникова из питерского отделения, — отвечаю я за двоих, рыжик согласно кивает.

— А, ну да. Фурин звонил насчёт вас. Меня зовут Николай Васильевич. Присаживайтесь, — он указывает на хлипкие стулья.

Вообще, обстановка в кабинете довольно странная. Стены покрыты простой штукатуркой, вся мебель дешёвая и потасканная. А вот сам Николай Васильевич сидит за блестящим столом на шикарном кожаном кресле. И ручка у него в руках позолоченная, если не золотая. Сразу приходят в голову мысли о том, чем он на самом деле здесь занимается.

Мы с Ларисой садимся. Командор ощупывает взглядом её фигуру, а затем поворачивается ко мне:

— Порядки следующие. Так как вы не местные, за каждый день пребывая на базе обязаны платить. Койка, питание и базовая экипировка предоставляется, остальное за свой счёт. Место для машины на стоянке тоже не бесплатное. С добычи платится повышенная комиссия, ваш рейтинг в ордене значения здесь не имеет. Как надолго планируете тут остаться?

Лариса заметно мрачнеет. Полагаю, она думает, что заработать с таким раскладом ей здесь вряд ли удастся.

— Такое чувство, будто я на платное сафари приехал, — усмехнувшись, говорю я.

Командор Кравченко недовольно морщится и спрашивает:

— А куда же ты приехал, Зверев? Я ведь прекрасно понимаю, что Стражи из других городов приезжают сюда за добычей. Ты же вольник, не так ли? Значит, для тебя деньги в любом случае важнее, чем защита людей. Вот и плати, если сам заработать хочешь. Такие правила. Не устраивает — дверь вон там, — он кивает за наши спины.

— Нас всё устраивает. Планируем остаться дня на три, для начала.

— Всего на три? — удивлённо смотрит на меня Лара.

— Хватит, чтобы осмотреться, — пожимаю плечами.

Николай Васильевич безразлично кивает и заполняет своей позолоченной ручкой какие-то бумажки, а затем протягивает их нам.

— Бухгалтерия на втором этаже. Отдел пропусков на первом. В казарме вам покажут ваши койки. Хорошей охоты, — рублеными фразами говорит он и возвращается к своим делам, теряя к нам всякий интерес.

Если честно, я рассчитывал на более радушную встречу, но да ладно. Я сюда приехал не друзей искать, а деньги зарабатывать. В целом, этот командор прав — хочешь заработать, надо вкладываться.

Я оплачиваю пребывание на базе за себя и за Ларису. Она пытается всучить мне свои деньги, но я только отмахиваюсь. Получаем пропуска, оформляемся в казарме, и затем рыжик спрашивает:

— Выспимся и в разлом?

— Ты же вроде поспала в дороге. Или ещё хочешь?

— Да я-то нормально, но ты же всю ночь за рулём провёл.

— Помедитирую полчасика, приму душ и буду как огурчик. Увидимся возле тачки, — подмигиваю я и направляюсь в мужскую казарму.

Астрал помогает мне быстро восстановить силы, и через тридцать минут я чувствую себя готовым к чему угодно. Вода в душевой казармы ледяная, но это даже хорошо. Помогает ещё сильнее взбодриться.

После душа я беру телефон и звоню командору.

— Слушаю, Андрей, — он берёт трубку почти сразу.

— Доброе утро, Дмитрий Сергеевич. Послушайте, у меня есть один вопрос. Вы же знаете, что у Ларисы Темниковой есть брат, которого постигло несчастье?

— Знаю, конечно. Он служил под моим началом, мы однажды даже вместе ходили в разлом. Отличный был Страж. Почему ты спрашиваешь?

— Просто я хочу помочь. Она сказала, что для его исцеления нужно зелье из очень редкого ингредиента, давайте представим, что я его добыл. Мы сможем сделать так, чтобы зелье из него досталось именно брату Ларисы?

Командор отвечает не сразу:

— Всё сложно, Андрей. Ингредиент и правда очень редкий, и стоит целое состояние, даже не одно. Я не имею права лично распоряжаться подобными ресурсами.

— Так речь и не про вас. Если у меня будет достаточно рейтинга и я лично добуду ресурс, то смогу оставить его себе? — спрашиваю я.

— Зависит от обстоятельств. Если тебе повезёт и ты найдешь ингредиент — я постараюсь что-нибудь придумать. Большего не могу обещать.

— Спасибо, командор. Это уже много. До свидания.

— Пока, Андрей.

Встречаемся с Ларисой возле моего пикапа. Оказывается, она успела поболтать с местными Стражами и узнала кое-что интересное. Пока экипируемся, она мне рассказывает:

— Закрывать этот разлом уже давно не хотят. Слишком прибыльно. К тому же монстры наружу вылезают редко. Бывает, что вырвется толпа из какого-нибудь внутреннего разлома, но им не дают пробиться на Землю. Внутри оборона выстроена, — Лариса кивает в сторону портала.

— Ага, понятно. Где там пожирнее места, ты не узнала? — спрашиваю я, вставляя пистолет в кобуру.

— Как повезёт. Внутренние разломы труднодоступны и опасны. Ну, и как всегда не угадаешь, что за порталом. Анализатор внутри не работает, изучающие заклинания тоже.

— Чувствую азарт. А ты? — интересуюсь я.

— Если честно, да, — с улыбкой признаётся Лариса, застёгивая на груди «патронташ» с мана-кристаллами.

— Славно. Значит, мы как следует повеселимся и хорошо заработаем, будь уверена, — говорю я и закидываю на спину рюкзак.

Эх, надо было купить новый рюкзак, побольше. В этот много добычи не влезет, а призывать при Ларе Щелкунчика я не могу. С другой стороны, размеры портала таковы, что внутрь можно запросто проехать на машине. Собственно, другие так и делают. Значит, внутрь отправимся на колёсах, а там посмотрим, как обстановка.

Относим ненужные сейчас вещи в казарму, заодно освобождая место под трофеи. Я сажусь за руль, и мы едем к порталу. Предвкушаю отличную охоту, когда вдруг мой настрой сбивает неожиданный телефонный звонок. На связи Станислав.

— Что-то срочное? — спрашиваю я.

— К сожалению, да, господин Зверев. У меня плохие новости. Вашу заявку на восстановление рода заблокировали.

Глава 22

Российская империя. Недалеко от города Тверь. Разлом Крепость ночи.

— Как понять, заявку заблокировали? Мне что, отказывают в восстановлении рода? — спрашиваю я.

— Всё несколько сложнее. Чиновники усмотрели некоторые нарушения в оформлении документов, и да, вы правы — возникли сомнения в том, что вы являетесь истинным аристократом, — объясняет Станислав.

— Так это должен выявить тест крови, разве нет?

— Да, конечно. Но без документального подтверждения принадлежности к роду тоже не обойтись… Понимаете, дело в не в этом. Мой знакомый в имперской канцелярии по секрету рассказал, что вашу заявку заблокировали специально, по просьбе одного человека.

— Вот это уже интереснее. Кто решил вставлять мне палки в колёса? — интересуюсь я.

— Вам пытается помешать граф Беркут.

— Серьёзно⁈

Не могу удержаться от дикого смеха. Ну, Беркут, позорище! Это ты решил мне так отплатить за потерю мечей? Какое низкое коварство и как… не по-мужски, что ли. Нет, чтобы попробовать ещё раз со мной сразиться, или хотя бы попытаться убить чужими руками.

Впрочем, интриги — важная часть жизни аристократа, я это понимаю. Сам их никогда не любил, но порой приходилось участвовать. В этой жизни тоже, полагаю, без них не обойтись.

— Не извольте беспокоиться, господин Зверев. Я позвоню барону Светлакову, он окажет помощь, — обещает адвокат.

— Не нужно. Барон и так помог мне, когда отправил вас разбираться со всем этим. Я задействую собственные связи. Держите меня в курсе. Если буду недоступен — не переживайте. Я сейчас отправлюсь в разлом.

— Как скажете, господин. Тогда я жду содействия от ваших знакомых, а пока продолжу готовить другие документы.

— Спасибо, Станислав, — говорю я и сбрасываю звонок.

— У тебя проблемы? — спрашивает Лариса.

— Ты что, у меня не бывает проблем. Только временные трудности и задачи, которые надо решить. Всё в порядке, солнышко.

— Я тебе не солнышко, — хмурится она.

— Рыжиком нельзя тебя называть, солнышком тоже. Как же мне к тебе обращаться? — делаю наигранно печальное лицо.

— У меня, вообще-то, имя есть!

— А если я хочу ласково?

— Обойдёшься.

— Ты разбиваешь мне сердце. Алло, Виктор? Привет, дружище! — говорю уже в трубку.

— Привет. Как вы там, добрались до Твери? — спрашивает Самойлов.

— Конечно. Прямо сейчас стоим перед разломом и через пару минут войдём. Могу я попросить тебя выполнить одну просьбу?

— Конечно. Что случилось?

— Я подал заявку на восстановление рода, а граф Беркут благодаря своим связям заблокировал её. У тебя наверняка есть знакомые в канцелярии, сможешь уладить это недоразумение?

— Думаю, да. Есть там один парень, который мне денег должен. Начальник отдела. Да и у отца, если понадобится, много друзей среди чиновников. Разберёмся, Андрюха, — уверенно говорит Виктор.

— Я знал, что на тебя можно положиться. Спасибо, Витёк, я твой должник. С меня трофей из Крепости ночи.

— И всё? Тебе придётся ещё как минимум сводить меня в бар и познакомить с парочкой красоток!

— Не вопрос, сочтёмся, — с улыбкой отвечаю я.

— Ага, до встречи.

— Вот и всё, трудности решены, — говорю я, положив трубку.

— Ты подал заявку на восстановление рода? — удивлённо спрашивает Лариса.

— Угу. Хочу настоящий Род, с большой буквы. Поместье, жёны, детишки, прибыльные предприятия, большая гвардия и прочее в том же духе. Всё как у людей. Нужно ведь развиваться. Не люблю топтаться на месте.

— Жёны и детишки? — рыжик округляет глаза.

— А что в этом удивительного? Это же продолжение рода. По-твоему, мужчины не хотят иметь детей?

— Не такие, как ты.

— Как же плохо ты меня знаешь. И снова делаешь больно вот здесь, — касаюсь рукой груди.

— Не корчи из себя обиженку, тебе не идёт, — морщится Лара.

— Я просто шучу. А может, и нет. Ладно, поехали! Охота уже взглянуть на эту Крепость ночи!

Резко включаю передачу и газую вперёд. Прямо в портал ведёт дорога, так что залетаем внутрь и сразу оказываемся посреди пустыни, где царит безлунная ночь.

Перед порталом с внутренней стороны, как и говорила Лариса, организована оборона — огневые точки, башни для магов и снайперов, даже системы залпового огня. Дальше — равнина, покрытая костями и песком. Только приглядевшись, я понимаю, что это не песок, а прах. Целые барханы человеческого праха.

Костей здесь немерено, а среди них валяются ржавые шлемы, торчат из земли мечи и копья, развеваются изорванные потускневшие знамёна. А далеко впереди высится титаническая крепость с десятками башен — судя по всему, она-то и дала название разлому.

— Впечатляет, — присвистнув, говорю я.

— Да уж. Никогда такого обширного разлома не видела, — соглашается Лариса.

А я видел и побольше, но только в прошлой жизни. Хотя настолько аномального, чтобы внутри были разломы, внутри которых ещё разломы и так на несколько слоев — признаюсь, не встречал. Крепость ночи в этом плане действительно уникальна. Тем интереснее всё здесь исследовать.

По пустыне тут и там катаются машины и бродят группы людей. Кто-то просто пытается отыскать что-то полезное среди праха. Этакие мародёры, которым ссыкотно соваться в саму крепость. Другие гоняются за какими-то монстрами. Время от времени мелькают вспышки выстрелов и заклинаний.

Баловство какое-то. Где стаи монстров, где добыча?

— Пойду пообщаюсь, — говорю я, выпрыгивая из машины. Лариса без слов выходит следом за мной.

Вместе подходим к Стражу, который скучает возле станкового гранатомёта. Ему настолько всё неинтересно, что он даже на нас внимания не обращает.

— Здорово. Как служба? — спрашиваю я.

— Да никак, –безэмоционально отвечает тот.

Заметив рядом со мной рыжую красотку, он всё-таки немного приободряется и уточняет:

— А вы откуда? Не видел вас здесь раньше.

— Из Питера приехали, поохотиться хотим. Расскажешь, где здесь монстры посильнее и подороже водятся?

— Посильнее это только во внутряках. Они все в крепости, но нечего вам там делать вдвоём, — боец машет рукой в сторону темнеющей на горизонте цитадели.

— Почему?

— Зомби.

— Зомби? — переспрашиваем одновременно с Ларой.

— Зомби, — кивает Страж.

— Что за зомби?

— Ну, обычные, мертвецы ходячие. Там и люди, и монстры, и кого только нет.

— У меня только один вопрос — почему они вообще до сих пор там есть? — уточняю я.

— Нельзя их перебить.

— Почему? — допытываюсь я, уже теряя терпение. Из этого парня клещами ничего не вытянешь.

Он пожимает плечами и объясняет:

— Во-первых, когда из внутряков — ну, из разломов внутренних — новые твари лезут, зомби их мочат и их ряды пополняются. Во-вторых, там дух некроманта живёт. Догоняете?

— Да расскажи уже полностью, что к чему, а то я тебя в зубы догоню, — не выдерживает Лариса.

— Тише, огонёчек мой, не так грубо, — успокаиваю её я.

— Новое слово придумал? — рычит она.

— Тоже не нравится? По-моему, прикольно.

— Злые вы. Сразу видно, из столицы, — бормочет Страж.

— Не обижайся, но ты можешь нормально рассказать, что там в этой крепости? — предпринимаю я последнюю попытку.

Парень вздыхает:

— Говорю же, дух некроманта там обитает. Он всех этих зомбаков поддерживает и новых создаёт. Сам при этом, то в одно, то в другое тело вселяется. По светящимся глазам легко его найти, но, если зомби завалишь — он тут же в другого перепрыгнет, подальше куда-нибудь. Вот и скачет туда-сюда, ни один маг ещё не смог уничтожить его во время переселения.

— А что будет, если его уничтожить? — интересуется Лариса.

— Все зомби тут же развоплотятся, и новые появляться не будут, — вместо бойца отвечаю я.

— Точно, — кивает он.

Задумчиво смотрю на крепость и говорю:

— Спасибо, дружище. Приятной тебе смены.

— Ага, — кивает он и усаживается поудобнее, возвращаясь к ничегонеделанию.

Я же направляюсь к машине. Следуя за мной, Лара говорит:

— Дай угадаю. Ты думаешь о том, как бы поймать и уничтожить дух этого некроманта?

— Возможно, ты не так уж плохо меня знаешь, — улыбаюсь я, глядя на неё через плечо.

— Этот разлом уже год существует. Никто не смог поймать некроманта, но тут появляется Андрей Зверев и у него сразу всё получается. Так, что ли? — фыркает рыжик.

— Именно так. Смотри и наслаждайся. Сначала поедем, полюбуемся на крепость вблизи, — говорю я, садясь за руль.

Несёмся через пустыню, поднимая клубы праха и не обращая внимания на редких монстров, которые пытаются нас атаковать. Несмотря на то, что разлом четвёртого уровня, вижу только мелких тварей вроде гулей. Как нам и сказали, здесь уже просто всё давно зачистили.

Подумав, отправляю Кардинала полетать. Пусть тренируется. Через нашу укреплённую связь наполняю его астральной энергией и топор, засияв ярче обычного, бросается в бой. Летит рядом с машиной и рубит каждую тварь, которая имеет глупость приблизиться.

Кроме крепости впереди, вижу и другие интересные места. По правую руку стоит выжженный лес, над которым кружат огнеплюи и другие летающие монстры. По левую — обширные руины города, за которыми виднеется граница разлома. Из города доносится стрельба и время от времени сверкают заклинания.

Чем ближе мы подъезжаем к крепости, тем больше я поражаюсь её размерам. В моём родном мире было немало величественных городов и цитаделей, но они все меркнут по сравнению с масштабами этой. Даже жаль осознавать, что мир, в котором возвели столь несравненное строение, был уничтожен.

Судя по пустыне праха и костям, судьба этого мира вполне банальна. Большая война, в ходе которой была использована слишком мощная магия, из-за чего не выдержала сама ткань реальности.

Крепость окружена глубоким и широким рвом, а внутрь ведёт единственный подъёмный мост. За ним, в галерее под стеной, толпится куча зомби — бывшие люди и монстры, которые при виде нас злобно рычат, но навстречу не идут. Кардинал собрался, было, порубить их, но я мысленно приказываю ему вернуться к машине.

Поднимаю глаза и вижу, что на стенах тоже бродят большие группы оживших мертвецов.

— Мы так и будем на них пялиться? — спрашивает Лариса, готовя огненное заклинание.

— А что ты собираешься делать? Я просто хотел посмотреть, что они из себя представляют, и как попасть внутрь.

— Посмотрел? Что теперь?

— Посмотрел. Поехали обратно, — говорю я и разворачиваю машину.

— Эй, подожди! Как обратно⁈ — удивляется рыжик.

— Ну вот так. Теперь я понимаю, почему Стражи и все остальные не особо стремятся в крепость. Зомби много, убить их сложно, а взять с них нечего. Остаётся только один вариант — быстро прорываться к внутренним разломам и надеяться, что не порвут на части по дороге. А потом надеяться, что не будут поджидать у портала, когда будешь выходить, — объясняю я.

— Тебя такая тактика не устраивает?

— У меня совсем другие намерения, огонёчек, — улыбаюсь я.

— Какие? — спрашивает Лара, не обратив внимания на прозвище.

— Обеспечить себе постоянный доход. И тебе тоже, раз уж ты будешь мне помогать.

— Не поняла…

— Скоро поймёшь. Повторяю: смотри и наслаждайся.

Покидаем разлом, и сразу же направляемся к командору Кравченко. Он так и сидит в своём кабинете, заполняя какие-то бумажки позолоченной ручкой.

— Снова вы. Что нужно? — неприветливо говорит он.

Я без приглашения сажусь на стул и придвигаю его вплотную. Лариса молча усаживается на потёртый диванчик за моей спиной.

— Послушайте, Николай Васильевич. Я вижу, вы человек деловой. У меня, как раз, есть для вас есть деловое предложение, — говорю я.

Кравченко несколько мгновений смотрит на меня, чешет крючковатый нос и спрашивает:

— Ты ничего не перепутал, Зверев? Я командор Стражей, а ты всего лишь вольник, который совсем недавно обучение закончил. Какое ещё предложение?

— Я же сказал, деловое. Выгодное. Как вы смотрите на то, чтобы увеличить прибыль от Крепости ночи, скажем, в три-четыре раза? Это так, навскидку. Скорее всего, цифра будет больше.

Вижу, как глаза собеседника алчно блестят, однако он сохраняет невозмутимость. Постучав ручкой по столу, интересуется:

— Что ты имеешь в виду?

— Всё очень просто. Я уничтожу дух некроманта и очищу крепость, что откроет свободный проход ко всем внутренним разломам. Стражи смогут спокойно добывать ресурсы, сюда потянется больше людей из других городов. Сами понимаете, что доходы в этом случае резко увеличатся.

Командор откидывается на кресле и смеётся.

— Крепость ночи существует уже год! Многие Стражи гораздо опытнее тебя пытались уничтожить некроманта. У них не получилось, и у тебя не получится.

— А если получится? Вы же ничем не рискуете, — говорю я.

— Я не верю, что это вообще возможно. Дух некроманта неуловим.

— Не бывает ничего невозможного. Само собой, я хочу кое-что взамен.

— Даже интересно, что? — прищуривается Николай Васильевич.

— Долю от всей добычи из внутренних разломов. Можно ресурсами, но лучше деньгами. Пять процентов будет в самый раз, — отвечаю я.

Чувствую на себе изумлённый взгляд Ларисы. Командор же резко становится серьёзным. Отложив ручку, он складывает руки на столе и сцепляет в замок. Кажется, теперь у нас действительно пошёл деловой разговор.

— Шутишь? Я не собираюсь платить тебе проценты. Если даже сможешь очистить крепость, получишь премию, не более того, — говорит он.

— Такой вариант меня не устраивает. А вы подумайте, как следует. Просто представьте, сколько Стражей поедет сюда со всей империи. Они будут селиться в казармах, платить за место на парковке и повышенную комиссию с добычи. Да и самой добычи будет столько, что вас наверняка это порадует.

Николай Васильевич ничего не отвечает. Глядя сквозь меня, задумчиво что-то подсчитывает в голове. Уверен, у меня получилось его заинтересовать. Наверняка он представляет, сколько денег можно срубить с желающих поохотиться в освобождённой крепости.

— Всё равно пять процентов — это слишком много, — бурчит, наконец, он.

Теперь моя очередь молчать. Спокойно жду, позволяя собеседнику выдвинуть встречное предложение.

— Один процент. Учитывая потенциальный объём, в чистых деньгах это всё равно много, — говорит командор.

— Недостаточно много за риск, который мне предстоит, — отвечаю я.

Лукавлю, конечно, ведь не думаю, что уничтожить некроманта будет слишком сложно.

— Четыре, — говорю я.

— Полтора процента, Зверев. И право охотиться в любое время с бесплатным пребыванием в казарме.

— Интересное предложение. Три с половиной процента, право на охоту для меня и моих людей без оплаты и повышенной комиссии.

— Твоих людей? — усмехается Кравченко.

— Я барон, вообще-то. Вполне возможно, что мне будут служить люди с лицензией на право охотиться в разломах, — пожимаю плечами я.

— Барон, говоришь. Хорошо, два процента и право на охоту.

— Три процента, право на охоту для меня и моих людей, а также право инвестировать в объекты на территории перед разломом, — киваю за окно.

— Жёстко торгуешься, Зверев! Изначально речь шла только о проценте добычи, — недовольно хмурится командор.

— Так ведь процент уменьшился, и взамен появились другие условия.

Подумав, Николай Васильевич протягивает руку:

— Два процента и всё прочее, что ты озвучил.

— Три. Это последнее слово. Или продолжайте ограничиваться крохами от потенциального дохода. И то, пока Стражам не надоест рисковать, пробиваясь к внутрякам через зомби, а император не прикажет закрыть этот разлом к чёртовой матери.

Кравченко несколько секунд смотрит мне в глаза, а затем роняет:

— Хорошо.

— И учитывайте, что меня устроит лишь официальный договор, — добавляю я, не спеша пожимать ему руку.

— Само собой.

Скрепляем соглашение рукопожатием, после чего составляем и подписываем два экземпляра договора. Я забираю свой, и мы с Ларисой покидаем кабинет.

— Не думала, что у тебя есть деловая хватка, — говорит она.

— Я своего не упущу. Теперь поехали, уничтожим этого некроманта.

— Что, прямо сейчас?

— А зачем тянуть? — усмехаюсь я, аккуратно складывая свой экземпляр договора.

Садимся в машину и снова отправляемся в разлом. Проделываем уже знакомый путь до крепости и останавливаемся возле подъёмного моста. Зомби на той стороне агрессивно рычат и машут конечностями, как бы пытаясь нас прогнать. Присматриваюсь, но не вижу среди них ни одного со светящимися глазами.

— Очистишь дорогу? — поворачиваюсь к Ларе.

— Без проблем, — отвечает она.

Она отправляет вперёд несколько огненных шаров, которые испепеляют большую часть зомби. На остальных я натравливаю Кардинала. Увеличив ширину лезвия, топор кромсает мертвецов на куски, после чего мы с Ларисой входим внутрь крепости.

Откуда-то сверху на нас тут же прыгает зомби-мантикора. Ловлю её струнами и шмякаю об землю. Раздаётся оглушающий хруст, но зомби, невзирая на переломанные кости, ползёт к нам. Парой ударов Кардинал отрубает мантикоре башку, и мы продолжаем путь.

Крепость огромна и внутри представляет из себя настоящий лабиринт. Многоуровневые стены, коридоры, переходы и запутанные подземелья. И зомби, зомби повсюду, причём весьма агрессивные. Ходячие трупы самых разных существ норовят нас прикончить, ни на что не обращая внимания. Только отрубленная голова или сквозная дырка в мозгу заставляет их успокоиться. Метод Ларисы «сжечь дотла» тоже неплохо работает.

Внутренних разломов мы находим очень много. Они повсюду, и это тоже своего рода лабиринт. Не могу утверждать, но мне кажется, что некоторые из них связаны между собой и ведут либо в одно и то же пространство, либо просто являются двусторонними порталами. То есть войдёшь в одном месте крепости, а выйдешь в другом. И хрен потом найдёшь дорогу обратно.

— Да где этот некромант? — возмущается Лариса, испепеляя очередную группу зомби.

— Тебе уже не терпится его найти? — смеюсь я, разрубая струнами других мертвецов.

— Мне надоело просто так тратить ману! Ты был прав, с этих зомби нечего взять. Может, мы в какой-нибудь внутряк сходим?

— Нет-нет, потом. Сейчас главная цель — найти некроманта. Смотри, да вот же он!

— Где? — резко поворачивается рыжик.

— Вон там, наверху!

На вершине одной из башен сидит однокрылая зомби-виверна. Глаза у неё ярко светятся красным. Виверна внимательно наблюдает за нами, но атаковать не спешит.

Похоже, этот некромант очень осторожный. Неудивительно, что так долго протянул.

Ничего, теперь сюда явился я, и ему недолго осталось!

Впитываю ману из припрятанных в кармане кристаллов и резко прыгаю вверх. До вершины башни не достаю, но длины струн хватает, чтобы схватить виверну.

Тварь издаёт удивлённый рёв, когда я с размаху швыряю её вниз. Она с грохотом падает у подножия башни, и по камням расходятся трещины. Всё ещё находясь в воздухе, я наношу удар струнами и отрубаю голову виверны. Её глаза тут же гаснут, и я чувствую, как невидимый дух некроманта стремительно уносится прочь.

Быстрый, зараза. Но не быстрее астральных струн!

От первых трёх он успевает увернуться, но четвёртой я его хватаю и тут же начинаю вытягивать из него силы.

Дух обретает видимый образ — зеленоватый призрак, чьё лицо искажено яростью, насылает на меня цунами некротической энергии. Только без толку. Я разрушаю его проклятие и цепляю ещё парой струн, чтобы быстрее уничтожить призрака.

Когда мои ноги касаются земли, некромант развоплотился.

— Готово, — говорю я, небрежно отряхиваясь.

По крепости проносится многоголосый вопль, и все зомби, которых мы видим, падают на землю. Становится тихо, и в этой тишине Лариса переводит на меня ошарашенный взгляд.

— У тебя получилось, — шепчет она.

— Ага. Поехали обратно. Расскажем об этом командору. Кстати, благодарю за помощь. Мы с тобой позже подпишем отдельный договор, ты будешь получать половину процента из моих трёх.

— Я?..

— Конечно. Ты же мне помогла, одному пришлось бы дольше возиться. Или хочешь отказаться?

Лариса мотает рыжей головой:

— Не хочу. Я… Спасибо, Андрей. Для меня этого много значит.

— Пожалуйста. Поехали, рыжик.

— Не называй меня так, — бурчит она.

— Лучше всё-таки огонёчек? Как скажешь. Поехали.

Российская империя. На севере от города Тверь. Возле разлома Крепость ночи. Кабинет командора Кравченко.

— Я же тебе говорил, этот парень просто алмаз, — смеётся в трубке командор Фурин.

— Но я не думал, что он настолько силён! Он за пару часов сделал то, над чем другие бились целый год! — возмущается Николай.

— Не удивляйся. Это ещё далеко не всё, на что способен Зверев. Вот увидишь, он станет легендой.

— Да он уже легенда. По крайней мере, здесь, у моего разлома.

— Твоего? Разломы никому не принадлежат, — напоминает Дмитрий.

— Знаю, знаю. Это просто фигура речи.

На самом деле командор Кравченко так не считал. Он был очень рад, что на его территории открылся такой прибыльный разлом, и быстро научился на нём зарабатывать. И да, он давно думал над тем, как бы изловчиться и уничтожить некроманта. Ведь территорию перед крепостью давным-давно зачистили, прибыль упала, а лезть во внутренние разломы с каждой неделей становилось меньше желающих.

Но теперь всё изменится. Крепость свободна от зомби, проход открыт. Как и говорил этот Зверев, Стражи устремятся сюда со всей России, а деньги потекут рекой.

От перспектив у Николая кружилась голова. Можно ведь построить ещё хоть десяток казарм и сдавать каждую койку, поставить гостиницу для тех, кто побогаче, обеспечить продажу экипировки и боеприпасов, предлагать множество дополнительных услуг… Не говоря уже о том, чтобы продавать часть добычи налево.

Радость командора омрачало только то, что со Зверевым всё-таки придётся делиться.

— Где ты вообще отыскал этого парня? — спрашивает Николай.

— Нигде. Он сам пришёл и захотел стать Стражем. Я благодарю судьбу за то, что решил дать ему шанс, — отвечает Фурин.

— Да уж…

«Только вот не слишком ли он силён? — думает Кравченко про себя. — Если он продолжит в том же духе, то и вовсе Крепость ночи закроет, теперь это наверняка возможно. А я не хочу лишаться прибыльного дела. Возможно, будет лучше, если Зверев погибнет в одном из своих походов…»

Глава 23

Один из внутренних разломов Крепости ночи.

— А я говорю, так нельзя! — заявила Лариса.

— Да почему же нельзя, если можно? Вот, смотри! — отвечаю я, перехватываю булыжник, который кидает в меня каменный голем, и этим же булыжником заряжаю ему по кумполу. При обычном броске голему было бы плевать. Он очень крепкий, и собственным камнем его ни за что не прошибёшь. Но перед броском я так сильно раскрутил булыжник струнами, что он разлетается в крошку вместе с башкой голема.

— Вот видишь? Можно! А ты спорила, — говорю я, указывая на обезглавленную тварь.

— Но ведь он до сих пор жив, — Лариса скрещивает руки на груди.

— Ну и что? Ты говорила, что ему нельзя причинить вреда собственным камнем. Вот доказательство, что можно.

— Вообще-то, я говорила, что его нельзя своим же камнем убить. Ты всё переврал, — с обиженным видом говорит она.

Ох, блин. Женщины. Как угодно извернутся, лишь бы оказаться правыми.

— Ладно. Продолжим, — говорю я и шагаю к голему.

Его не слишком-то волнует, что он лишился головы. Очаг остался где-то в теле, и, если его не вынуть, вскоре вырастет новая башка. Но теперь он меня не видит и не слышит, поэтому машет руками и швыряет булыжники наугад во все стороны.

Перехватываю самый крупный. Удерживая его в воздухе одной струной, другими обтёсываю, придавая форму рубила, и затем обрушиваю на монстра. Пары ударов хватает, чтобы у него отвалилась рука, а из плеча выпал очаг. После этого голем рассыпается грудой обычного камня, который не представляет угрозы.

— Видишь? — говорю я, отбрасывая прочь рубило.

— Так нечестно. Ты обработал камень, — бурчит Лариса.

— Какая разница? Я просто немного облегчил себе задачу. Это уж точно проще, чем пытаться расплавить голема.

— Думаешь, моих сил не хватит, чтобы его расплавить⁈ — глаза девушки вспыхивают.

— Хватит, конечно. Просто это будет дольше и сложнее, а самое главное затратнее.

— Пошли, найдём следующего! Я тебе докажу!

— Да я же сказал, что верю тебе. Но если хочешь показать, как это выглядит — пошли, я не против, — развожу руками и указываю направление.

С тех пор, как я уничтожил дух некроманта в крепости, прошло несколько дней. Мы с Ларисой почти без остановки охотились всё это время, возвращаясь на базу только затем, чтобы поспать. Добычи каждый день приносили столько, что после её продажи девушка не могла поверить, что держит в руках столько денег.

Помня её ситуацию с братом, я решил делить всю прибыль поровну. Монстров я обычно убивал значительно больше, чем рыжик, но её помощь всё равно была неоценимой.

Постоянно сражаясь, мы оба подняли свой ранг. Теперь у меня был седьмой, а у Ларисы — восьмой. За это тоже, кстати, полагается небольшая премия, но сначала необходимо вернуться в Питер и подтвердить повышение ранга. А уезжать я пока не планировал.

Крепость ночи и правда оказалась чрезвычайно интересным разломом. Исследуя внутренние разломы, я начал подозревать, что у этого аномального лабиринта из осколков мира есть какая-то структура. Не во всех внутренних разломах были сердца, но несколько мы с Ларой всё же отыскали и уничтожили. На основной разлом это никак не повлияло, но само положение сердец натолкнуло на определенные мысли.

Так что я решил проверить свою теорию. Я уже составил схему расположения внутренних разломов, ведь только казалось, что внутри крепости они расположены хаотично. Но достаточно подключить пространственное мышление, и становится понятно, что это не так.

Внутряки объединены в своеобразную сеть с ключевыми точками. Именно в порталах, которые стоят на ключевых местах, находятся сердца. Их порядка нескольких десятков, плюс-минус, но, если уничтожить их все — Крепость ночи закроется.

Вчера мы уже побывали в одном из ключевых разломов, и нашли там сердце. Уничтожать не стали. Сегодня мы пошли в другой «ключик». Если сердце будет и здесь — теорию можно считать подтверждённой.

Разлом представлял из себя пещеру с множеством ходов, полную каменных големов и жукобразов. Когда мы встретили жукобразов, Щелкунчик внутри меня сначала испугался, а затем умолял выпустить его. Очень уж ему хотелось попробовать слопать хоть одного жука.

Понимаю, малышу охота убедиться в том, что он стал сильнее. Но я и без того знаю, что это так, а призывать его при Ларисе по-прежнему не хочу. Да и другие Стражи нам часто встречаются, даже во внутренних разломах. Не все обращают внимания на метки, которые мы ставим перед входом в портал и которые обозначают, что здесь занято. Телефоны внутри Крепости не работают, так что забронировать тот или иной внутряк невозможно.

— Смотри, вон голем, — указываю я.

— Слишком маленький, — морщится Лариса.

— Какая разница? Он такой же каменный, как и остальные. Будешь плавить или нет?

— Хорошо. Смотри!

Она берёт кристалл из своих запасов и впитывает ману. Пустой кристалл уже не выбрасывает, как раньше — я приучил её к тому, что могу заново наполнить пустышки маной, так что не надо ими раскидываться.

Напитавшись энергией, Лариса несколько мгновений создаёт мощное заклинание, а затем обрушивает на голема огненный столб. Ничего себе! В пещере моментально становится жарко, как в бане. Плавится не только сам голем, но и камень вокруг. Когда Лара заканчивает, от монстра остаётся только быстро застывающая лужица лавы.

— Очешуеть. Я и так тебе верил, но всё равно впечатлён. У тебя просто невероятный талант.

Девушка вытирает пот со лба и говорит:

— Спасибо. Фух, если честно, это было сложнее, чем я думала. Ты не против, если мы здесь закончим побыстрее?

— Не против. Надо только сердце найти, чтобы подтвердить мою теорию. Идём в этот коридор, похоже, что оно здесь.

Скоро мы действительно натыкаемся на сердце разлома. Вокруг чёрной сферы находится кладка жукобразов, и насекомые лезут изо всех щелей, защищая свои яйца. Приходится с ними подраться, причём аккуратно, чтобы не задеть сердце. Разрушать я его не собираюсь.

Щелкунчик снова упрашивает, чтобы я выпустил. Если не живого, так хоть мёртвого жукобраза он мечтает слопать. Отказываю, мысленно ругая монстрика. Сто раз ему уже объяснял, что не могу призывать его при других людях, он всё никак не запомнит.

Жалко его немного, давно не выпускал. Представляю, как сильно проголодался малыш. Надо будет сходить в разлом одному, чтобы Щелкунчик как следует наелся.

Когда возвращаемся на базу, я доверяю Ларисе свой пикап и прошу отвезти добычу на склад, а сам направляюсь к командору. Кравченко, как и всегда, не слишком приветлив, но не может отказаться принять меня.

Мы ведь теперь с ним партнёры. И дело даже не в проценте, который я буду получать от добычи из разлома. Я ведь выторговал право инвестировать в объекты возле разлома, и сразу же этим правом воспользовался.

Мы с Николаем Васильевичем скинулись и начали строить новую казарму. Уже через несколько дней после очистки крепости от зомби мест для всех желающих поохотиться стало недостаточно. Но командор, само собой, не стал никого разворачивать, вместо этого он начал продавать места под аренду палаток и сами палатки. Предприимчивый дядька, ничего не скажешь.

— Здравствуй, Андрей. С чем пожаловал? — он указывает на стул.

— Николай Васильевич. Вы же не хотите, чтобы разлом закрылся? — усаживаясь, интересуюсь я.

— А ты что, собрался его закрыть?

— Я похож на того, кто стреляет себе в ногу? Нет, меня устраивает мой новый источник дохода.

— Тогда к чему вопрос? — не понимает Кравченко.

— К тому, что я знаю, как сделать так, чтобы Крепость ночи случайно не закрылась.

Глаза командора блестят, как две начищенные монеты. Ну да, я сразу понял, что этого человека интересуют в первую очередь деньги. Он не такой, как Дмитрий Сергеевич, для которого защита людей важнее всего. Господину Кравченко гораздо интереснее добывать ресурсы, причём желательно чужими руками. Что он и делает, собственно.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает он.

— Смотрите.

Достаю из кармана карту, на которой схематично изобразил расположение порталов внутри крепости.

— Не уверен, что здесь отмечены все внутренние разломы, но большинство точно. Обратите внимание на те, которые я обвёл, внутри них есть сердца. Вероятнее всего, если все эти сердца уничтожить, то Крепость ночи закроется.

Николай Васильевич внимательно смотрит на схему и задумчиво хмыкает.

— А здесь есть система, не так ли? Мне докладывали, что внутряки расположены хаотично, — говорит он.

— Да, я сначала тоже так думал. Но проверил и убедился, что это не так. Сердца объединены в сеть. Возможно, даже не обязательно уничтожать их все, достаточно разрушить несколько и это вызовет цепную реакцию.

— Нам с тобой это не нужно, — поднимая на меня взгляд, произносит Кравченко.

Усмехнувшись, я согласно киваю:

— Да, конечно. Потому вам надо сделать следующее. Направьте людей во все отмеченные разломы и убедитесь, что там есть сердца. Просто на всякий случай. Я слышал, что у стражей есть очень интересные артефакты, которые пропускают монстров в обе стороны, а людей только в одну. Это правда?

— Правда. Неудачный эксперимент. На который потратили слишком много денег. Его уже давно прикрыли. А зачем тебе этот артефакт нужен?

— Он нужен не мне, а вам. Установите эти артефакты перед ключевыми разломами так, чтобы монстры могли шастать и туда, и обратно. А люди могли только войти в разлом, но не выйти. Разумеется, нужно обязательно прикрепить надпись, что в этот разлом войти можно, а выйти оттуда не получится. А значит те, кто войдут обречены на смерть.

— А это отличная идея! Тогда в ключевые разломы не пойдут ни Стражи, ни браконьеры. И уничтожить этот артефакт не получится. Он отлично защищен. Более того, он сам подзаряжается от окружающей маны, что находится вокруг него. Мне уже нравится с тобой работать, — неожиданно радушно улыбается командор.

— Надеюсь о том, что надпись должна быть прикреплена так, что ее невозможно будет уничтожить, вам напоминать не нужно? Ведь, в случае если надписи не будет и погибнет Страж, отвечать придется именно вам.

— Само собой. Надпись устанавливается прямо на самом барьере и будет уничтожена только вместе с ним, — затем он, почесав крючковатый нос, спрашивает:

— Сколько ты хочешь за эту информацию?

— Нисколько. Это и в моих интересах. Подарок для любимого партнёра. Просто вовремя перечисляйте всю положенную мне долю, вот и всё.

— Андрей, ты сомневаешься во мне? Я партнёров не обманываю! Будешь каждый месяц получать, сколько положено.

— Рад слышать, — говорю я.

На самом деле я ещё как сомневаюсь в честности Кравченко. По нему сразу видно, насколько он ушлый. Придётся проверять, верные ли суммы он будет мне перечислять. Думаю, что Дмитрий Сергеевич поможет, у него наверняка есть доступ к нужной информации.

Пока что мне и правда выгодно, чтобы Крепость ночи продолжала работать. Да и стране это тоже выгодно, прекрасный источник магических ресурсов. Но, если уж начистоту, то оставлять такой разлом слишком рискованно. Он нарушает стабильность всего мира и притягивает энергию Хаоса.

В том числе благодаря ему Багровые бури будут становиться все опаснее, и после каждой из них будет открываться всё больше разломов, могут начать происходить и другие катаклизмы, а в конце концов — пришествие Пожирателя миров.

Одним словом, какое-то время я готов потерпеть существование гигантского аномального разлома ради выгоды. Но когда придёт время, то приду и закрою его. Тем более, что схема для этого у меня уже есть.

— Вы как-то решаете проблему с браконьерами? — спрашиваю я.

— По мере сил, Андрей. Мы до сих пор не можем найти, где находится портал, через который они входят. Они ведь как-то попадали сразу внутрь крепости и у них было преимущество. Но теперь, когда зомби не стало, рано или поздно мы их вычислим, — говорит Николай Васильевич.

Прощаемся с ним, и я направляюсь в казарму, чтобы принять душ и переодеться в чистое. От комбеза воняет гемолимфой жукобразов и расплавленным камнем.

Наступает вечер, и я думаю предложить Ларисе сходить поужинать в местное кафе. Еда здесь простая, но вкусная, вроде шашлыков и прочих блюд, но кто сказал, что это плохо? Иногда нет ничего лучше жаренного на палке мяса.

Однако моим планам не суждено сбыться. Едва выхожу из душа, как слышу звонок своего телефона. Это Станислав, надеюсь, что на этот раз с хорошими новостями.

— Здравствуйте, Андрей Алексеевич! Как ваши гастроли, хорошо проходят? — бодрым тоном спрашивает адвокат.

— Просто отлично. А как у вас дела?

— За этим я и звоню! Ваши знакомые помогли разобраться с препятствиями, граф Беркут больше не смог помешать. Документальное оформление полностью закончено. Вам осталось только пройти магический тест крови, и на следующий день ваш род будет официально восстановлен, а вы станете его главой, — радостно заканчивает Станислав.

— Превосходно. Тогда я немедленно выезжаю в Петербург. Буду завтра утром.

— Рад слышать. Я уже подал заявку на тест от вашего имени. Думаю, что утром разрешение будет получено, вам останется только прийти в назначенное отделение имперской канцелярии.

— Спасибо за помощь, Станислав. Вы избавили меня от кучи головной боли, — искренне благодарю я.

Повесив трубку, отправляюсь на улицу и почти сразу встречаю Ларису. Она одета в лёгкое белое платье, а рыжие волосы рассыпаны по плечам. Кажется, не меня одного посетила идея поужинать сегодня в кафе.

— Прекрасно выглядишь. Я думал, ты обычно не носишь платья, — говорю я.

— Всё остальное в стирке, — не слишком убедительно отвечает она и затем спрашивает:

— Какие планы на вечер?

— Честно? Хотел пригласить тебя на ужин, но мне позвонил адвокат. Надо возвращаться в Питер.

— Дай угадаю, прямо сейчас? — вздыхает Лара.

— Да, прямо сейчас. Собирайся. А я сбегаю закажу шашлык, съедим по дороге.

Уже через полчаса мы покидаем базу. В машине стоит умопомрачительный аромат мяса. Мы уплетаем шашлык, закусываем свежим лавашом и сочными помидорами, и лично у меня настроение чудесное. Лариса выглядит слегка мрачновато, поэтому я спрашиваю:

— Ты расстроилась, что мы рано уехали?

Помедлив, она кивает:

— Да. Спасибо тебе, это было классное приключение, и мы отлично заработали, но я думала, что у меня получится заработать всю сумму необходимую для лечения брата. Зелье зельем, но для того, чтобы поддерживать его жизнь и хоть как-то обезболивать нужны дорогостоящие процедуры от дорогостоящих лекарей.

— Сколько не хватает? — уточняю я.

Лариса называет сумму, и я на ходу лезу в свой рюкзак. Достаю оттуда пачку денег и вручаю ей:

— Держи.

— Зверев, ты чего? Это же целое состояние!

— Я знаю. Возьми, пожалуйста. Я ведь обещал, что мы заработаем столько, сколько нужно. Я держу слово.

Рыжик не спешит принимать деньги:

— Ты и так очень много для меня сделал. Я ведь и постоянный доход теперь буду получать благодаря тебе.

— Не только благодаря мне, мы вместе постарались. Ладно, давай так: ты возьмёшь деньги, а я получу кое-что взамен.

— Что же? — подозрительно щурится Лара.

— Пошлячка! Знаю я, про что ты подумала. Нет, взамен я хочу, чтобы ты позволила называть тебя Огонёчек. Это будет моё ласковое прозвище для тебя.

Девушка неожиданно смеётся и забирает у меня деньги:

— Ладно! На такое условие я согласна.

— Вот и хорошо, — улыбаюсь я.

Держа в руках стопку купюр, Лариса смотрит на меня и серьёзно говорит:

— Спасибо, Андрей. Ты хоть и дурак, но всё равно хороший.

— Пожалуйста. Мне для друзей ничего не жалко.

— Мы друзья?

— Конечно, Огонёчек. Разве ты не хочешь со мной дружить?

Впервые вижу, чтобы Лариса покраснела. Пряча взгляд, она говорит:

— Хочу, конечно. Будем друзьями.

— Вот и договорились.

К утру мы добираемся до Петербурга. Я высаживаю девушку возле её дома, а затем отправляюсь к себе. Охранный артефакт на месте, никто не пытался проникнуть ко мне в квартиру. Даже странно. Я был почти уверен, что Беркуты попробуют похитить свои мечи. Может, они не знали, что я уезжал из Петербурга?

Да и фиг с ними. Рано или поздно наверняка объявятся, а пока не буду о них думать.

Заперев дверь, выпускаю Щелкунчика и открываю морозилку:

— Ешь, что хочешь. Кроме ящиков, они мне ещё пригодятся.

— Пасиба! — выкрикивает монстрик и набрасывается на еду.

Пока он хомячит, я немного медитирую, чтобы восстановить силы после бессонной ночи, а затем иду в душ и сбриваю отросшую щетину. Сегодня я должен выглядеть солидно, поэтому надеваю костюм, белую рубашку и даже галстук. Не забываю про свои стильные часы. Отозвав Щелкунчика, иду в дворянский салон, где меня стригут и проводят еще кучу всяких процедур, после которых я уже выгляжу, как должен выглядеть реальный дворянин.

Посмотревшись в зеркало, невольно улыбаюсь. Да, вот это настоящий аристократ. Кто бы что ни говорил, а встречают всё же по одёжке. Достойный внешний вид много говорит о человеке.

Звоню Станиславу, и тот называет адрес отделения, в котором меня примут. На своём пикапе решаю не ехать, вызываю такси элитного класса и отправляюсь на нём.

В здании имперской канцелярии людно. Несмотря на то, что мне назначено, приходится подождать. Маг крови, который будет проводить тест, занят на каком-то судебном заседании.

Ловлю себя на том, что немного волнуюсь. Никаких сомнений в том, что тест покажет нужный результат, но сейчас я совершаю важный шаг в новой жизни. Уже очень скоро я буду не просто Андреем Зверем, а главой собственного дворянского рода. Это один из ключевых моментов моей новой жизни. Большой шаг вперед к моей цели. Поэтому и волнение вполне естественно, несмотря на то что в прошлой жизни я достиг невероятных высот.

Пока сижу в коридоре, опять медитирую. Скоро рядом раздаются шаги и следом голос:

— Андрей Алексеевич?

Тут же открываю глаза и вижу перед собой человека в круглых очках. Он приветственно кивает мне и указывает на кабинет:

— Простите за опоздание. Александр Петрович Гордеев, рад знакомству. Пройдёмте.

Заходим внутрь. Помещение выглядит совсем не так, как у обычного чиновника. Посреди комнаты — круглый каменный стол, покрытый рунами, а в центре у него углубление в виде чаши.

— Надеюсь, мне не надо будет полностью заполнить её кровью? — указываю на чашу.

— Что вы, нет, конечно. Присаживайтесь. Я сначала проверю документы.

Я сажусь за круглый стол. Александр Петрович тем временем снимает со стеллажа папку с документами. Замечаю, что на ней написано моё имя.

Какое-то время маг читает бумаги, беззвучно шевеля губами, а затем глядит на меня поверх очков и спрашивает:

— Итак, род Зверевых. Других живых членов нет?

— Нет.

— Как нет?

— Вот так. Я последний остался, — развожу руками я.

— Очень жаль. Будет сложнее подтвердить вашу принадлежность к роду. Почему меня никто не предупредил, что вы единственный?

Нахмурившись, он ставит папку на место и говорит:

— Подождите, пожалуйста. Мне придётся сходить в архив, чтобы получить необходимые сведения. Понимаете, если нет других живых членов рода, мне придётся сравнить данные вашей крови с теми, что записаны в архиве. Одну минуту.

Он уходит, и одна минута растягивается на целый час. Когда Александр Петрович возвращается, в руках он держит ещё одну папку, потускневшую от времени.

— Нашёл! — с гордостью говорит он.

— Я в вас не сомневался, — устало отвечаю я.

— Что ж, господин Зверев, теперь приступим. Предупреждаю, будет немного больно.

— Ничего, я боли не боюсь, — отвечаю я.

Маг крови запирает дверь на замок, задёргивает шторы, и в комнате становится темно. Сев напротив меня, он достаёт кривой нож и говорит:

— Вытяните ладонь.

Холодное лезвие полосует по коже, и моя кровь начинает стекать в чашу по центру стола. Когда набирается нужное количество, Александр жестом приказывает убрать руку.

— Возьмите и намажьте рану, — он протягивает мне целительное снадобье.

— Я сам, не нужно.

Призываю астральную энергию, чтобы затянуть рану, и наблюдаю, что делает Гордеев. В Аркелиме магия крови была под запретом, и считалась тёмным искусством. На Земле всё немного иначе. Некоторые аспекты магии крови незаконны, но другие вполне позволено использовать. Вот, даже в государственном учреждении ритуалы проводят.

Александр вытягивает руку над чашей и широко растопыривает пальцы. Чувствую, как он творит мощное заклинание. Ого, сколько энергии требуется на простой тест! Не думал, что эта магия настолько сильная.

Кровь в чаше начинает вращаться, вспыхивать попеременно разными цветами, а затем складывается в различные фигуры. Александр внимательно смотрит и делает пометки. Чем дольше идёт процесс, тем сильнее он хмурится.

— Что-то не так? — спрашиваю я.

— Всё в порядке. Давно ли вы стали Стражем?

— При чём здесь это?

— Отвечайте, пожалуйста. Это важно для теста, — бросив на меня короткий взгляд, говорит маг.

— Около двух месяцев назад.

— Как часто ходите в разломы?

— Почти каждый день, — честно признаюсь я.

— А перед тем, как вы пошли обучаться на Стража, бывали в разломах? — продолжает он допрос.

Что-то мне перестаёт это нравится. При чём здесь вообще моя работа и разломы? Речь ведь о том, принадлежу ли я к роду Зверевых.

— Да, бывал в одном. Это было что-то вроде испытания для поступления, — отвечаю.

— Понятно.

Гордеев замолкает и продолжает делать пометки. Крови постепенно становится всё меньше, а когда ритуал заканчивается, чаша остаётся полностью пустой.

Посмотрев на меня поверх очков, маг делает ещё пару записей и бормочет под нос:

— Интересно.

— Что именно?

Он отвечает не сразу. Захлопнув папку, поднимает на меня глаза и улыбается:

— Всё хорошо, Андрей. Мне нужно кое-что проверить, я скоро вернусь. Прошу вас не покидать кабинет.

— Тест прошёл успешно? Вы можете подтвердить, что я принадлежу к своему роду?

— Я ведь сказал, мне нужно кое-что проверить. Оставайтесь здесь, — поднимаясь, говорит он.

— Как скажете, — пожимаю плечами.

Александр уходит, а внутри меня продолжают шевелиться неясные подозрения. Что он там такого увидел? Ему явно что-то не понравилось. Может, снова возникли сомнения в том, что я истинный Зверев? Или Беркуты опять подготовили какую-то подлянку?

Ладно, подожду немного и узнаю.

Снова принимаюсь за медитацию. Не знаю, сколько времени проходит, но из медитации меня выводит громкий топот, доносящийся из коридора.

Дверь резко распахивается, почти слетая с петель. В комнату врываются вооружённые Стражи, во главе которых — капитан Радов.

— Капитан? Что вы здесь делаете?

— Замолчи, Андрей, — железным тоном приказывает Герман и обнажает свои мечи.

Другие Стражи целятся в меня из автоматов. Маг крови за их спинами готовит заклинание.

Я не хочу убивать никого из них, но ситуация вообще непонятная. Накинув астральный доспех и, на всякий случай, выпустив струны, я спрашиваю:

— Какого хрена здесь происходит?

— Это ты мне скажи. Давно ли ты стал поклонником Хаоса? — рычит Радов.

— Что за бред? Я не поклоняюсь Хаосу.

— Тест показал, что на твоей душе есть тёмная метка, а в крови — частицы магии Хаоса. А ещё внутри тебя живёт некий монстр, не так ли?

Вот дерьмо. Надо было мне разобраться, что из себя представляет этот тест.

Моё молчание расценивается как согласие, и Герман, поднимая меч, говорит:

— Клянусь, я не хочу причинять тебе вреда, Андрей. Ты спас мне жизнь, но простить подобное предательство я не могу. Советую не сопротивляться.

— Послушайте, капитан. Всё не так, как вы думаете.

Стиснув зубы, Радов цедит:

— Лучше заткнись. Зверев Андрей Алексеевич, за поклонение Хаосу ты арестован и будешь приговорён к смерти.

Конец первой книги.

От авторов:

Здравствуйте, уважаемые читатели. Если вам понравилась книга, то мы будем вам признательны за лайки и положительные отзывы.

Хотите быть в курсе графика выхода глав и других новостей этой серии, подписывайтесь на обоих авторов.

Вторую книгу из серии «Орден Багровой бури» вы можете найти здесь: https://author.today/reader/390579/3606863

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Орден Багровой бури. Книга 1

Content

Орден Багровой бури. Книга 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Nota bene