Имперский Курьер

Глава 1

А я и не говорил, что он нормальный. Но другого у меня нет

Черный приталенный костюм, лакированные туфли, белые перчатки из плотной ткани, белый галстук, контрастирующий с черной сорочкой. Стильный образ портит разве что старая картонная коробка на голове с улыбающейся мордочкой. Впрочем, точно ли это коробка, а не сама голова?

Я огляделся, но пространство вокруг словно утопало в молочном тумане. Пара секунд мне потребовалась, чтобы осознать себя и происходящее. Человек в костюме терпеливо ждал, раскачиваясь с пятки на носок.

— Привет, — прогудел голос из-под коробки. — Ты осознаешь, кто ты?

— Да, — коротко ответил я.

— И?

Я назвал имя, под которым меня знали в большинстве миров Бесконечного Древа. А затем добавил и свой род деятельности, из-за которого меня и знали:

— Курьер.

— Отличненько. — Коробка прокрутилась вокруг своей оси, и теперь на меня смотрела еще более радостная, смеющаяся нарисованная рожица. — Мне нужно представляться?

— Раз я умер и появился здесь, то ты кто-то из эгрегоров.

Хотя в большинстве миров этих существ называют богами, но правильно говорить «эгрегор». Боги рождаются и правят в своих мирах, эгрегоры появились на заре мироздания и не привязаны к конкретному миру.

— Для шестиглазого Амбера у тебя маловато глаз, — произнес я.

— Ага, пошли методом исключения.

— Еще меня мог бы воскресить кто-то из триала жизни и смерти.

Это дети Амбера. Эгрегор смерти в целом нормальный парень, а вот оба эгрегора жизни — те еще твари, с одним из них я даже бился.

— Но… — вставило существо.

— Но это противоречит их правилам. Мертвые не должны воскресать.

— Остается…

— Ты Хаха, — произнес я, правильно сделав ударение на первом слоге. — Король В Маске или Бог Масок, как тебя часто называют.

— Агась, скорей всего это я, агась. Ну и раз с ролями мы определились, то у меня для тебя заказ.

— Если тебе нужен Курьер — найди себе живого. У меня сегодня планы напиться, отметить свою смерть.

Бог Масок протянул мне непонятно откуда взявшуюся бутылку.

Пожав плечами, принял щедрый подарочек. Ого, мать его за картонные рога, тильдренский ликер. Вкус у Хахи отменный, как и чувство юмора. В жизни не поверю, что это совпадение, будто Хаха дает мне одно из лучших пойл мироздания, когда именно этот ликер я зарекся пить. Была одна история…

— Живые Курьеры не очень надежны, — произнес Хаха назидательным тоном. — А мой заказ чрезвычайно важен.

Курьеров вроде меня, Курьеров с большой буквы, нанимают не потому, что лень идти самим. Нас нанимают, потому что нет других вариантов получить желаемое. Мы работаем с невозможным. Невозможно забрать необходимое? Невозможно попасть в нужное место? Нанимай Курьера. И готовься опустошить казну, потому что берем мы дорого.

Мне очень не хочется брать этот заказ, потому что трудно представить, что может вынудить эгрегора нанять Курьера. С другой стороны, я очень хочу взять этот заказ, потому что мне интересно узнать, что может вынудить эгрегора нанять Курьера.

— Курьер может провалить заказ лишь раз в жизни, — возразил я. — И причина у этого может быть лишь одна. Смерть. Слышал такую поговорку? Во всем мироздании ее знают.

— Вот именно. — Коробка вновь провернулась на улыбающуюся мордашку. — Ты уже сдох и провалил один заказ. А я никогда не слышал поговорки, что Курьер может провалить заказ, а потом воскреснуть и провалить второй. Я лишь минимизирую риски, понимаешь, агась?

— Отказываюсь.

— Ну это не тебе решать. — Коробка провернулась, и на меня уставилась грустная мордочка, над которой была нарисована тучка.

Еще одна всесильная сущность, считающая, что у меня нет выбора. Ладно, эту игру я знаю.

— Любой Курьер может отказаться от заказа, — хмыкнул я.

— Если это нарушит баланс вселенной, мироздания и бла-бла-бла. Короче, братан, ну чего ты сразу, а? Работенка-то плевая. Спуститься в один мирок и найти седьмой глаз Амбера. Делов минут на десять для его последователя.

— Кхм… Седьмой глаз? У Амбера их только шесть, сам же знаешь.

Все Курьеры, как и я, — последователи шестиглазого Амбера, всесоздателя мироздания и прародителя Бесконечного Древа Миров, праотца всех эгрегоров. Уж мы-то точно знаем, сколько у него было глаз, ведь сами используем его силу. Недаром нас также называют шестиглазыми.

— Ну если я ошибся, то и заказа никакого нет, — пожимает плечами Хаха. — Аванс оставишь себе и делай, что хочешь.

Пахнет жареным. Нет, паленым. Причем волосами из самых недоступных мест.

— В чем подвох?

— Какой подвох? — Коробка прокрутилась на удивленное лицо, рядом с которым торчали знаки вопроса. — Где подвох? Зачем подвох?

— Хватит ломать комедию. Я уже мертв, так что не думай, что даже перед лицом эгрегора начну трепетать и лебезить.

В подтверждение своих слов откупорил бутылку, сорвав эфирную пломбу одним лишь большим пальцем. Сделал пару глотков. Ух, хорошо пошла, сладенькая! Ну а что? Я зарекался пить его, пока был жив. Так-то это один из лучших ликеров во всех мирах Бесконечного Древа.

Разумеется, отравить меня невозможно. По крайней мере пока я здесь, в эфирном плане.

— Иного от шестиглазика и не ожидал. — Коробка вновь стала улыбающейся. — Никакого подвоха нет. Я тебя воскрешаю в новом мире, ты быстренько находишь глаз, а дальше делай, чо хочешь, агась?

— Агась. Как же, — усмехнулся я.

Я много янтарных эр прожил в шкуре Курьера, некоторые цивилизации существуют меньше. Шел по пути Амбера Всесоздателя, смог пробудить силу всех шести глаз, что он дарует своим последователям. Сталкивался с чудовищами, монстрами, полубогами, богами, верховными богами, пару раз даже с эгрегорами, сотни раз с их протеже, эфемерными сущностями, бессмертными архимагами, безумными тиранами, безумными бессмертными тиранами-архимагами — и пережил их всех. Но кого я всегда обходил стороной, так это последователей Хахи.

Эти ублюдки всегда балансировали на грани, играя в серой зоне, умудряясь не нарушать баланс вселенной, оставаясь невидимыми для Курьеров. Но при этом их появление несло катастрофические последствия для любого мира.

А если уж в каком-то из миров появился лично Король В Маске, то можно смело отсекать целую гроздь миров от Бесконечного Древа.

Хаха — бесцветный джокер в крапленой колоде, состоящей из козырных тузов.

Если ты собрал флеш-рояль, значит Хаха уже ставит тебе шах и мат. Связавшись с этой тварью, ты автоматически принимаешь правила игры, о которых тебе просто никто никогда не расскажет. Но именно это интригует меня больше всего. Заключить сделку с самим Хахой? Мм… Ну а чего мне терять?

— Какая оплата? Курьеры получают минимум аванс, это часть нерушимого Договора.

— Я же тебя воскрешу из мертвых. — Коробка с вопросительной рожицей. — Ты вообще представляешь, как трудно выдернуть душу из круговорота, да еще и сохранить ей все воспоминания и способности?

— Спасибо, конечно, но душу мою ты уже выдернул. Я об этом не просил.

— Кхм. Ладушки. — Счастливая рожица. — Мама мне всегда говорила, что с Курьерами лучше держать ухо востро, а то без последних штанов останешься. Вот твоя оплата. Вы же кристаллами принимаете?

Он протянул руку, и я увидел зажатый в белой перчатке черный камень. Кристалл — окаменевшие завихрения чистейшей концентрированной энергии. Этот был шестой ступени, то есть очень ценным. Шестой ступени Курьеру хватит, чтобы раскрыть новый глаз.

В каждом мире такие камни можно по пальцам пересчитать, так что и заказы с подобной оплатой попадаются крайне редко. Только вот не надо быть шестиглазым, чтобы заметить один нюанс.

— Он же треснутый. Вот-вот рванет.

— А я и не говорил, что он нормальный. Но другого у меня нет, и это только аванс.

— Не прокатит. Маловато будет, давай раскошеливайся.

Я подобные авансы получал от жалких императоров, повелевающих, дай Амбер, одним-двумя мирами. А тут целый эгрегор. Не какой-то там верховный бог, а эгрегор, мать его.

— Ладно, вот еще три мелких. Больше с собой не брал, карманы, знаешь ли, маленькие у этого костюма. Остальное получишь по завершении задания. В общем, тик-так, время — энергия, а мы и так уже заболтались. Аванс ты получил, с остальным сам разберешься, не маленький. Если будут проблемы — найди моего Трикстера, он там один. Он поможет отыскать глаз.

— Трикстера? — усмехнулся я. Трикстерами называли последователей Короля В Маске. У Амбера Курьеры, у Хахи Трикстеры. — Он хоть знает о глазе? А о том, что он Трикстер? Или вообще о твоем существовании?

— Лол, нет, конечно. — Смеющаяся рожица на коробке.

— Это один ответ на все вопросы?

— Агась. Покасики.

Хаха помахал мне перчаткой, и в этот момент моя душа сорвалась вниз сквозь белесый туман.

* * *

Торможение произошло резко, отчего я на мгновение растерялся. Но через секунду понял, что ощущаю на себе все прелести материального существования. На меня давила гравитация, я чувствовал вращение планеты, движение орбиты, энергию звезды…

А самое главное, я наконец-то почувствовал свою силу. Шесть пробужденных глаз, каждый доведен до абсолютной формы, в каждом скрыто по десятку способностей. Открывай и пользуйся. Как же не хватало этого ощущения могущества в эфирном плане, где мы болтали с Хахой. Правда, я почему-то не чувствовал своих обычных, человеческих глаз. Но неважно, я и без них все вижу.

Поднявшись на ноги, огляделся вокруг, благо для этого мне не нужно примитивное человеческое зрение. И, признаюсь, оказался весьма впечатлен и даже удивлен. Такого я точно не ожидал даже от Хахи. Вот тебе и оживление, вот тебе и спуск в мир.

Я стоял посреди сложной магической печати, заляпанной свежей кровью. Одиннадцать лучей, тройной контур, двадцать семь элементов. Руны мне незнакомы, все-таки они привязаны к конкретно этому миру, но фундаментальные законы одинаковы, так что я быстро сообразил, что к чему.

Сделано примитивно и грубовато, словно кто-то рисовал по картинке, не понимая, что для чего нужно. Но вообще какой-нибудь архимаг средней руки из отдаленного мирка мог бы вполне гордиться такой работой.

Похоже, тут кто-то устроил ритуал то ли призыва, то ли воскрешения.

А с учетом того, что использовалась магия крови, вряд ли они заказывали межгалактическую пиццу.

И еще тут стояла дюжина странных людей в дурацких черных балахонах с намалеванным в виде глаза алым символом. Одиннадцать из них расположились по кругу, воздев руки, а последний стоял напротив и что-то натужно кричал.

Так, давай-ка по порядку. Я в какой-то пещере. Хотя, скорее, это довольно древнее капище. А люди вокруг, судя по всему, адепты какого-нибудь местного культа. Кстати, от них просто разит дестабилизацией. Чем бы они ни занимались, мирозданию это вообще не нравится.

А этот седой старик с бледной кожей, похоже, их глава. Больно вальяжный. Так, а это кто? Почему у моих ног лежит девушка, да еще и полуголая? А, это что-то вроде дара, да? Я должен ее съесть, убить или трахнуть? Все вместе? В каком порядке?

Уж не знаю, кого они тут пытались призвать, но Хаха подсунул им конкретного… Курьера.

Я сделал шаг, вслушиваясь в речи старика, воздевшего руки и что-то орущего повелительным тоном. Появилось нестерпимое желание свернуть ему шею, но моя ладонь внезапно наткнулась на что-то невидимое.

— Да вы, ребята, подгот… Кх… — Что с моим голосом?

И не только с голосом… Да что вообще происходит? Почему у меня полуразложившееся тело? Где они его откопали, владелец сдох минимум янтарную эру назад. Обычные люди даже не живут столько. Зато теперь понятно, почему я не чувствую глаз.

Ладно, сейчас разберемся.

Сначала с местной шушерой. Для этого мне много сил не надо, хватит и одного глаза. Я посмотрел на старикана, что прямо сейчас тужился, вливая огромную, по его меркам, энергию в печать под моими ногами.

Ясно, одиннадцать человек поддерживают защитный барьер, а старикан пытается провести ритуал подчинения. Видимо, призванная тварь должна была отвлечься на сочную белокурую красавицу.

Но, к неудаче старика, на красавиц я предпочитаю отвлекаться наедине, но раз он настаивает, то первым от него и избавимся. Так, с какого из глаз Амбера мне бы начать для разминки?

Третий глаз Амбера. Абсолютная форма. Режим контроля пространства. Открыть.

Так-то лучше. Я почувствовал, как небольшой кусочек мира вокруг подчиняется моей воле. Вытянул палец, коснулся барьера. И поставил точку. Прямо в барьере.

— Подчинись! — выплюнул старик, с безумием глядя на меня.

Вены на его лице вспухли от напряжения, глаза навыкате. И хоть я не знаю языка, но смысл мне понятен.

— На хрен сходи погуляй, — ответил я на высшей речи.

Точка под моим пальцем всего на мгновение стала дырой в пространстве. Материя треснула, и пространство начало втягиваться в этот разлом.

Всего на миг, а затем мир сам залатал микробрешь. Но мига хватило, чтобы верхнюю половину старика исказило и засосало в дыру вместе с частью пространства. На каменный пол упала вторая половина тушки, заливая все вокруг не очень богатым внутренним миром.

Так, теперь самое сложное…

Не поскользнуться.

У адептов носом пошла кровь — надорвали пупки. Парочка самоустранилась насовсем. Трое посильнее — просто отрубились. Барьер пошел волнами. Бедолаги. Всего-то один микроразрыв, а они уже посыпались.

Самая сильная парочка балбесов с ужасом смотрела на меня, пытаясь из последних сил удержать барьер и кровавые сопли.

Поддерживаю их старания, зазывно машу рукой:

— Сильнее, глубже!

Понятное дело, они не знают высшей речи, но суть точно уловили, потому что с воплями бросились бежать по туннелю. Им навстречу уже спешило подкрепление, я ощущал тяжесть доспехов и мощь боевых артефактов.

Шарю рукой в подпространстве, благо третий глаз в абсолютной форме и не такое может. Ага, эфирная пиявка почуяла половинку старика. Иди-ка сюда… Вытаскиваю ее, но тварь тут же пытается наброситься на меня.

— Ты что-то попутала, не?

Эфирная пиявка сжалась под взглядом всего одного открытого глаза. Попыталась скукожиться, уничтожив саму себя, лишь бы больше на нее не глазели. Но у меня были иные планы, так что я просто вкачал в тварь каплю своей энергии. Теперь она нескоро сдохнет, даже если будет очень стараться.

— Иди прогуляйся, ни в чем себе не отказывай.

Я швырнул пиявку вслед убегающим адептам. Если старикан был самым сильным местным магом, то эту мелкую тварюшку они будут очень долго убивать. Главное — не забыть ее обратно вышвырнуть, как закончу с делами. А то мироздание меня по головке не погладит за такой подгон.

Кстати, о делах.

Первый глаз Амбера. Абсолютная форма. Режим созидания материи. Открыть.

Так-то лучше. Первым делом надо создать себе подходящее тело. Использовать генетический код тушки, в которой я оказался, восстановить по образу и подобию, внести правки, расширить каналы, укрепить кости, мышцы, кожу, оптимизировать нервную систему, улучшить работу внутренних органов. Ничего сложного, я все это уже проделывал со своим изначальным телом и сейчас просто копировал по памяти.

Так, теперь быстро вычистить весь мусор вроде наследственных мутаций, предрасположенности к определенным болезням, убрать изъяны… Ну и так, по мелочи, добавить косметических изменений.

Мое полуразложившееся тело начало трансформироваться, поглощая колоссальное количество энергии. Благо канал с Бесконечным Древом Миров был широким и стабильным.

Девчонка с ужасом смотрела, как на ее глазах оживший труп превращается в человека. Я подошел к ней ближе, почувствовал страх, из-за которого она не могла даже пошевелиться. Мельком отметил, что она довольно красива, вполне в моем вкусе.

Наклонился, чтобы не нависать над ней.

— Я помогу тебе, но и тебе нужно помочь мне. Согласна? — произнес я максимально спокойно и добродушно.

Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза. Но вот она едва заметно кивнула, будто и правда меня поняла.

— Умничка. — Успокаивающе улыбнувшись, я положил ей на голову ладонь и сосредоточился.

Можно было и самому, но почти все ресурсы уходят на восстановление, так что я решил облегчить себе задачу. Использую исконно местного жителя в качестве медиума, чтобы быстро подключиться к Потоку.

Амбер создал Бесконечное Древо Миров, а Поток — энергетическая составляющая мироздания. Если земля, вода и воздух — это плоть мира, магия — его кровь, то Поток — это нервная система, отвечающая за любое действие или мысль. Курьеры не владеют никаким видом магии, будь то стихийная, целительская, ментальная или любая другая. Мы подключаемся напрямую к Потоку, пронизывающему весь мир, и через него можем влиять на то, из чего мир состоит. Материя, пространство и время. Три первоосновы.

И сейчас я через эту девушку пытался подключиться и осознать ту часть Потока, что представляет собой мир, где она жила с рождения.

Сначала я увидел саму девушку, ставшую для меня проводником. Елена Юсупова из княжеского рода Юсуповых, что бы это ни значило. Младшая внучка главы рода, родилась и выросла в Российской империи двадцать три года назад по местному летоисчислению — то есть почти четверть янтарной эры, если я правильно понял.

Ей пророчили роль невесты на выданье, девушке следовало жить исключительно в интересах рода, она росла в строгости, всю жизнь ее готовили к браку по расчету, который должен был укрепить позиции рода.

Но что-то пошло не так, и девушка сбежала, поссорилась с отцом, подалась в имперскую армию и пошла служить родине, отдав себя боевому ремеслу. Кстати, ничего удивительного, ведь я видел, что ее духом-покровителем был ветер. Вот девушка и не желала жить по чьей-то указке, а хотела сама решать свою судьбу. Кстати, она с отрядом оказалась здесь не случайно, они как раз и пытались остановить тех ублюдков в черных мантиях.

Девушка скорбит по своим боевым товарищам, которых она вела в бой, а сейчас они лежат рядом. Их использовали для ритуала.

Я вдохнул в Елену толику своей энергии, позволив Потоку смыть ее печаль. Пусть это поможет в ее нелегкой жизни, станет опорой и поддержкой, в благодарность за услугу, что она оказывает мне сейчас.

Дальше я впитал несколько языков, которые знала сама девушка. Не очень сложные, хоть и со своими особенностями. Прошелся по истории этого мира, вычленил наиболее интересные моменты, оглядел принципы местной цивилизации. Многое приходилось пропускать. Слишком долго и затратно.

В остальном же мир был узнаваем. Очень похож на мой родной, когда я был еще обычным человеком. Тут имелась магия, но какая-то странная. Судя по всему, местные маги не стали развиваться в манипуляциях с внешними энергиями, а сосредоточились на внутренних источниках. Да так преуспели в этом, что магия оказалась возведена в подобие культа, только направленного на усиление не в теле отдельного человека, а целого рода или семьи. Из-за того, что люди придерживаются внутренней силы и строго следуют традициям, каждое поколение становится сильнее и могущественнее предыдущего.

Похоже, местных магов они зовут одаренными, хотя из-за такой строгой системы маги становятся ограничены техниками собственной крови. Так, род Юсуповых, например, владеет аспектами ветра и молнии. Культивирует и взращивает своих потомков именно в этом направлении, что делает их довольно сильными магами, но слишком уж узконаправленными.

Кстати, хозяин моего тела также владел редкой для этого мира особенностью. Похоже, он был у местных кем-то вроде оракула, хотя об этих ребятах я почти не нашел информации в Потоке мироздания. И это… странно.

Пришлось прервать контакт, потому что что-то мешало моему телу восстановиться по заданному алгоритму. Проблема нашлась быстро.

Засунув руку прямо себе в грудь, я нащупал нечто твердое, чего там точно быть не должно. Вытащил предмет и даже почти не удивился находке.

Тот самый кристалл, что Хаха вручил мне в качестве аванса. Чем дольше я разглядывал черный камень в руке, тем отчетливей понимал абсурдность ситуации. Похоже, эти тупоголовые фанатики использовали его в качестве катализатора и источника энергии. Но это дестабилизировало кристалл.

А абсурдность в том, что если бы они даже смогли призвать того, кого собирались изначально, и даже если бы старикан его подчинил, то все усилия пошли бы прахом. Потому что буквально через несколько секунд кристалл в моей руке рванет с такой силой, что от горы, в недрах которой мы находимся, останется кратер, глубиной ниже уровня океана.

Впрочем, я бы такое пережил. Может, и тот, кого они намеревались призвать, тоже не так прост. Но вот этим дебилам в рясах точно пришла бы хана.

— Вот и на кой мне такой аванс? — хмыкнул я. — Драный Хаха. Обхохочешься.

Поглотить энергию кристалла не успею, а выбрасывать в междумирье опаснее, чем прямо сейчас его проглотить, в надежде, что как-нибудь переварится.

— Ладно, потом разберусь. — Я улыбнулся девушке. — Я всего лишь твой добрый рыцарь в страшном сне. Все скоро закончится, я обещаю.

Одной рукой успокаивающе поглаживая ее по макушке, второй создал материальный предмет, запихнув в него всю нестабильную энергию кристалла. Через мгновение у меня в ладони лежал идеальный куб. В этом мире его называют кубик Рубика, судя по воспоминаниям Елены. Только у меня вместо цветов — узоры. И сегментов тут по шестнадцать на сторону. Сложу куб — по сути, вручную стабилизирую энергию, и можно будет ее поглотить. А может, просто рванет — не знаю. Но тоже весело. Этому фокусу меня научил один старый Курьер, но воспользовался я им впервые.

Я хотел было убрать куб в карман, но понял, что убрать его могу только в одно отверстие — и оно мне не подходит…

Потому что стою я совершенно голый.

Ладно, это совсем просто. По памяти Елены быстро создал себе стандартную одежду, чтобы не выделяться, а заодно и удобный плащ с внутренними карманами.

Тело продолжало сопротивляться восстановлению. Я просканировал материю и нашел еще три камня — в животе, паху, а один прямо в голове. Вот почему я так туго соображаю! Это были простенькие кристаллы третьего ранга. Странно… Если культисты расположили их в моем теле по центрам пересечения энергии, то где еще три? Дилетанты недоделанные.

В голове раздался предупреждающий звоночек.

— Ну что еще? — недовольно скривился я.

Четвертый глаз Амбера, тот самый, что принадлежал этому телу изначально и отвечал за знание будущего, похоже, подключился через меня к Потоку.

Он мгновенно выдал важную информацию о возможной моей гибели.

Собственно говоря, она случится через три, две, одну…

Глава 2

Как хозяин он полное говно. Зато как человек полное говно

Три секунды на то, чтобы оценить обстановку и принять решение. Учитываем, что минимум одну секунду я протупил от неожиданности. Просто не сразу поверил, что в этом мире найдется нечто, способное убить меня прямо сейчас.

Но будущее виделось однозначно. Через мгновение по этому капищу прилетит такой концентрированный магический удар, что никакие выставленные щиты не помогут.

Из-за чего и из-за кого это произойдет — я не знаю. Знаю лишь одно: нужно валить.

Рвать ткань мироздания нельзя. Да и не факт, что получится. Надвигается слишком большая концентрация энергии, и она наводит помехи. Щиты не спасут.

Нужно просто уйти из-под удара.

Секунда ушла на анализ ситуации и поиск оптимального варианта. Еще секунда на действие. Делать особо нечего. Обхватываю Елену, попутно перенаправляя Поток к пятому глазу.

Из-за того, что все произошло слишком сумбурно, перенос выходит через одно место. Это даже не перенос в пространстве, а хаотический прыжок куда повезет.

Похоже, нас с девушкой раскидало в разные места, потому что очнулся я один в поле зеленой травы и под солнечным небом, а в следующий момент почувствовал отдаленно ударную волну. Не в физическом, а, скорее, в эфирном плане. Что же, от капища вряд ли что-то осталось. Надеюсь, Елену переместило в безопасное место.

Посмотрел в ту сторону, откуда почувствовал эфирное возмущение. Что это вообще было? Удар явно магический, но такая мощь… Не в каждом развитом мире есть подобное оружие. Хаха решил поторопить? Это было бы в его духе, хотя он обычно не вмешивается напрямую. Какой-то сильный местный маг, способный убить шестиглазого? При этом я не заметил его при сканировании? Шанс, конечно, крайне мал, но…

Непроизвольно поджимаю губы. Не хотелось бы оказаться в мире с магом, способным на такое… Чертов Хаха.

Хотя чего гадать, надо просто подключиться обратно к Потоку и просканировать все пространство более тщательно. Маг такой силы будет подобен свету маяка в безлунную ночь.

— Ах ты ж падла! — не сдержался я. — Снять бы с тебя эту сраную коробку да посмотреть в твои бесстыжие глаза.

Так, спокойно. Делаем глубокий вдох и медленно выдыхаем.

До магической атаки на капище я чувствовал свои глаза. А теперь почти не чувствую! Не обычные человеческие, а амберовские. Шесть глаз! Открытых и доведенных до абсолютной формы. Я потратил на них десятки янтарных эр своей жизни. Я сражался за подходящие кристаллы с богами. Вырывал нужные камни из лап эгрегоров.

И вот сейчас я оказался почти без глаз в мире, где есть сила, способная убить меня, несмотря на весь мой арсенал? Не припомню, чтобы я когда-то так влипал.

Так, спокойно… Дышим ровно носом. Похоже, я слишком очеловечился в этом теле.

Связь с Бесконечным Древом была, были глаза и способности. А после непонятной атаки на капище все стало очень плохо. Получается, местные маги смогли пробить брешь в запечатанном мире, сквозь которую у меня была связь с Потоком всего Бесконечного Древа, так, что ли? И теперь эта брешь закрылась, оборвав ее.

Срочно нужно разобраться, как такое вообще возможно и почему запечатанный мир живет словно обычный.

Я попытался подключиться к Потоку еще раз. В принципе, у меня есть связь с той его частью, что наполняет конкретно этот мир. Но получать информацию, как делал минуту назад, я уже не могу. Для этого нужны все шесть глаз. А у меня сколько теперь?

Точно есть связь с первым глазом Амбера, отвечающим за создание материи. Это мой изначальный глаз, который приоткрылся, когда я стал Курьером. Уже неплохо, он всегда был моим основным оружием при выполнении заказов.

Еще имеется доступ к четвертому глазу, отвечающему за видение будущего. Похоже, это из-за прежнего владельца тела, чей геном я использовал при восстановлении. Судя по произошедшему, четвертый глаз совсем не развит и показывает лишь ближайшие ключевые события. Тут же проверил. Нет, даже этого не может. Только за пару секунд о смерти предупредит, похоже, пока что это предел. В общем, гадалка с костылями. Но сойдет.

На что я еще рассчитывал, связавшись с Хахой? Что этот хитрый говнюк отправит меня в рядовой магический мирок, где я быстро со всем разберусь? Ага, как же. Что-то смерть меня ничему не учит. Правду говорил один мой старый друг, что люди после смерти сильно тупеют. И вообще смерть очень сильно вредит здоровью. А он был опытным некромантом, так что знал, о чем говорит.

Итак, что мы имеем. Это запечатанный мир. Отрезанный от Бесконечного Древа. Ну вот, подумал об этом и сразу словил приступ клаустрофобии. Да, одного мирка маловато будет, чтобы вместить все мое эго.

Я в подобных местах раньше никогда не бывал, да и вообще считал, что это просто легенды. Не может мир закрыться, словно в скорлупу, и отрезать себя от остального мироздания. Вернее, может, но тогда он по всем законам должен сразу погибнуть.

Нет, тут, конечно, тоже хватает аномалий, но на предсмертные судороги не похоже. Еще и эта непонятная сила, уничтожившая капище. Ладно, и не из такой жопы вылезали… Хотя нет, из такой еще не вылезали. Но вылезем.

Я пошарил по карманам и извлек свои пожитки. Три кристалла третьей ступени, вытащенные мной из собственного тела, и кубик с запечатанным кристаллом шестой ступени. Пока он нестабилен — воспользоваться не удастся. М-да, сейчас аванс мне пригодился бы. Можно было бы сразу пробудить еще один глаз.

Значит, начинаем с нуля, пока не смогу пробить барьер. Путь Амбера в этом плане прост и прям. Амбер создал мироздание, а Курьеры таскают заказы по мирам, просто попутно уничтожая все, что вредит миру, — и становятся сильней. Способ медленный, но верный. Вот грохнул я тех культистов — и моя связь с этим миром стала чуть-чуть крепче, потому что сам мир стал чище.

А таскать можем что угодно и куда угодно. От заказчика, к заказчику, самого заказчика — неважно. Главное, чтоб было что доставлять и куда доставлять.

Второй способ — поглощать кристаллы. Это концентрированная энергия, запечатанная в камне. Я ее поглощаю, провожу через себя и выпускаю в Поток. Если мир магический, то надо поискать диких магических монстров. Желательно достаточно древних, чтобы в их телах скопился и окаменел большой кристалл. И еще я точно видел здесь прорывы Бездны при сканировании мира, а в них они тоже часто попадаются. Но с обитателями Бездны я пока предпочел бы не связываться.

Собственно, я прямо сейчас сделал то единственное, что могло мне помочь: проглотил один из кристаллов. Думаю, парочку я смогу переварить одновременно, мое новое тело под это хорошо приспособлено.

Так, теперь надо направить энергию и выяснить, какая из способностей раскроется. Способности даются случайным образом. Вернее, это как-то связано с самим Курьером, но выбирать я все равно не могу. Если вспоминать, то первой у меня раскрылась возможность воплощать так называемые осязаемые проекции. Гибкий и довольно универсальный навык, который всегда пригодится. Можно создать плоскость, в качестве щита, или простейший снаряд.

Подумать только! Пару минут назад я из чистой энергии собрал сложное, полностью функциональное человеческое тело без всяких изъянов, а теперь… Теперь понимаю, что мне едва хватит сил на создание парочки простеньких проекций, которые просуществуют несколько секунд. Докатились.

Так, а это что? Я этого точно не создавал.

Только сейчас заметил, что у меня на шее висит цепочка из потемневшего серебра. А на ней болтается перстень. Кстати, это артефакт, пусть и слабенький. Что-то связанное с магией крови. Любой Курьер способен видеть токи энергии, маны или движение Потока. А также мы прекрасно видим души разумных, правда в основном это работает с представителями той же расы, что и сам Курьер.

Странно. Разглядывая перстень, я понял, что это что-то вроде печати с выгравированным символом. Три завихрения, похожие на волны, образуют круг. Забавно. Если бы мне пришлось в новом мире искать гильдию Курьеров или иных последователей Амбера, то я бы в первую очередь проверил тех, кто использует подобный знак. Закольцованная волна — это символ Потока. Один из. В случайности я не верю, потому что слишком хорошо понимаю, как работают законы мироздания. А еще эти законы знает один хитрожопый говнюк с коробкой на голове.

Перстень явно принадлежал владельцу этого тела. Вернее, бывшему владельцу того, что осталось от тела, пока не появился я. Ладно, с этим разберемся по ходу дела.

Я наконец огляделся вокруг. Стоя на месте, никуда не придешь.

Так, для начала: раз уж я тут, то надо найти людей, благо они являются доминирующей разумной расой этого мира. А дальше найти… Чего бы пожрать. Да, в каком-то смысле я уже лет сто не ел.

Интересно, сколько времени прошло с моей смерти? Живы ли те, с кем я когда-то был знаком? Ладно, не суть. Ай, зараза. Это еще что такое?

Углубившись внутрь своей души, понял, что все пошло не по плану. Ну да, когда я только стал Курьером, у меня открылся всего один глаз, так что логично, что первая способность была из класса создания материи.

Похоже, придется учитывать тот факт, что это не мое старое тело, значит и развитие может сильно отличаться. Потому что энергия сожранного кристалла впиталась в четвертый глаз, раскрыв новую способность.

Вот и на хрена мне сейчас знать возможное далекое будущее человека, коснувшись его? Это же еще и самая зачаточная форма способности, так что вряд ли я смогу кого-то просканировать, если он будет сопротивляться.

Так, глотаем второй кристалл. Если опять получится хрень, то придется ждать неделю или две, пока переварится. Третий кристалл я сейчас точно не осилю.

Благо со вторым кристаллом все прошло как надо. Энергия ушла в первый глаз, открыв способность создавать проекции. Хоть здесь нормально.

От размышлений меня отвлек отдаленный скрип и цокот копыт. Лошадь? Странно, я уверен, что этот мир по техническому прогрессу уже дошел до начальной стадии глобализации и автоматизации. Как минимум должны быть компьютеры и единая сеть коммуникации. А тут лошадь. Это куда же меня закинуло?

Вокруг был чистый, нетронутый луг, вдалеке виднелся лес. Но я пошел на звук и вскоре вышел на проселочную дорогу.

Пара минут — и показался источник скрипа. Старая, немало повидавшая на своем веку телега. Которую тащила кляча, скорей всего заставшая тот день, когда эту телегу собирали.

На полозьях ехал пожилой мужичок в соломенной шляпе, худощавый, но довольно крепкий для своих лет.

— Приветствую, отец — произнес я, когда телега подъехала ближе.

— Здрав будь, ваше благородие, — поклонился он. — Чем служить могу?

— Не подскажешь, далеко до ближайшего города?

— Так пять кило́метров до городка, ваше благородие. — Старик указал вдоль дороги рукой.

— А ты в город едешь? Подбросишь?

— Да мне не жалко, но только где же это видано, чтоб… А-а-а! — Взгляд старика почему-то опустился на мои руки. — Признаюсь, принял вас за барина, больно уж одежка у вас богато смотрится.

— Ну раз с этим разобрались, как насчет поездки?

— Та садитесь. Лошадка моя крепкая, вывезет.

Я забрался на телегу, и мы тронулись в путь. Так, по первому контакту могу судить, что язык я в целом освоил нормально. Но все равно как-то странно выходит, словно Елена и этот старик говорят на разных наречиях. Похоже, дело в социальном расслоении, которое влияет на манеру речи разных классов населения.

А вот с руками у меня что не так?

— А как вы поняли, что я не… барин?

— Так понятно как. Печатки на пальце нема. А знатные все с ними ходят. И чтоб с загогулинами всякими красивыми, каменьями. А раз колечка нет, то вы купец какой, видимо? Заблудились, что ли? — подозрительно прищурился старик.

— Что-то вроде, — кивнул я.

Дедуля оказался старостой небольшой деревни неподалеку и сейчас вез муку на продажу в город. Мы поговорили обо всем понемногу, и к концу поездки в моем мозгу заполнилось приличное количество пробелов в знаниях об этом мире.

Когда долго путешествуешь в качестве Курьера, успеваешь посетить множество обитаемых миров. Каждый со своими обычаями и законами. Но многие вещи часто одинаковы, так что если видел десять похожих миров, то и в одиннадцатом быстро освоишься. Надо только разобраться в деталях.

В этом мире на первый взгляд довольно простая иерархия.

На вершине пищевой цепи находится императорская семья. Территория у империи обширная, поэтому на местах правят аристократические роды́. Княжеские, графские, герцогские и баронские. Чаще всего они состоят из одаренных, и чем древнее род, тем выше его сила и влияние.

И, если говорить об аристократии, похоже, владелец моего тела был как раз из знати, раз повсюду таскал с собой родовой перстень. Только вот почему на цепочке, а не на пальце?

Деревней дедули владеет барон Тютчев. И по большому секрету я узнал, что как хозяин он полное говно. Зато как человек полное говно. Поборами душит, работы никакой нормальной не дает, а какую дает, за ту платит гроши. Вот и приходится всей деревне вертеться.

На мой вопрос, чего же они тогда не съедут, ответил, что это их земля, они тут родились, тут и помрут.

— Да и куда нам податься? Будто у других хозяев лучше будет. Живы, здоровы, хлеб да соль есть, и то хорошо. Приехали.

Никогда не понимал людей, которые добровольно приковывают себя цепями к каким-то эфемерным сущностям. К земле, к дому, к багажу, к вещам. Ладно, не мне их судить…

Город выглядел как типичный город, ничего особенного на мой взгляд. Дома, люди, все как и всегда, разве что машин мало. Обычно города в подобных мирах просто кишат машинами и вечно куда-то спешащими людьми.

Старик довез меня до района складов на окраине, где его встретил тучный мужчина в рабочей форме, проверил какие-то бумаги и быстро потерял к нам интерес.

— Ну, дальше уж вы сами, — произнес дед. — А мне надо муку грузить и еще по магазинам успеть.

— Давайте помогу, — предложил я, подхватывая мешок.

— Что вы, одежду запачкаете! Дорогая ж поди.

Я отмахнулся.

— Главное, совесть в чистоте держать, тогда и грязь к сапогам не прилипнет.

Физический труд мне сейчас не повредит. И думается проще, и в новом теле разомнусь.

— Э, как завернул, — улыбнулся староста. — Ты точно не из знатных будешь?

— Показывайте уже, куда складывать? — вернул я улыбку.

Мы управились с разгрузкой за полчаса, пожали друг другу руки и на этом попрощались. Я был доволен. Хороший и полезный разговор с хорошим и полезным человеком. Он помог мне даже больше, чем я ему, так что немного поработать руками — мелочь.

К тому же я отметил, что тело функционирует нормально, однако мышцам требуется больше времени на адаптацию, все-таки они существуют в таком виде всего часа два. Так что любая физическая нагрузка и правда будет полезна.

Вот я и решил дальше продолжить путешествие пешком, заодно и ноги разомну. Город оказался довольно маленьким, много новых домов, а от складских районов до центра я дошел за двадцать минут.

Дальше меня вел главный ориентир, который еще ни в одном мире не подводил. Я шел по запаху в поисках вкусной еды и в итоге остановился напротив заведения с непримечательной вывеской.

Сам ресторанчик располагался даже не на центральной улице, а в переулке, где и люди не часто ходят. Внутри я тоже заметил лишь пару человек, обедающих за деревянными столиками.

Зайдя, подошел к стойке, за которой стояла миловидная, но крайне уставшая девушка.

— Добрый день, господин, присаживайтесь за столик, я скоро подойду, чтобы принять у вас заказ, — максимально вежливо, но немного вымученно произнесла она.

— Предобрый, сударыня. Дело в том, что я не совсем ваш клиент. Я действительно очень голоден, но у меня совершенно нет денег. Но перед запахом, доносящимся из ваших дверей устоять не смог, вот и решил попытать счастья. Подскажите, могу ли я что-либо для вас сделать, чтобы вы меня накормили?

Девушка посмотрела на меня удивленно. Видимо, не понимала, почему я не могу обменять свои красивые барские штаны на телегу бутербродов. Уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но внезапно задумалась и приглашающе махнула рукой:

— Иди за мной.

Через неприметную дверь мы вышли в узкий коридор, прошли мимо еще нескольких дверей и оказались на заднем дворе.

— Вот, — девушка указала на несколько штабелей коробок и ящиков, стоявших вдоль стены. — Надо занести внутрь, рассортировать, разложить. Овощи в холодильник, мясо в морозилку, салфетки и прочее в подсобку. Там смотри по табличкам и ничего не перепутай. Читать же умеешь?

— Умею, — улыбнулся я.

— Как закончишь тут, надо будет помыть всю картошку. Справишься, будет обед. Ну что?

— Никаких проблем, — кивнул я.

Работы часа на два. Странно, что кто-нибудь до сих пор этого не сделал, ведь продукты могут испортиться, на улице довольно тепло.

Управился я за час. Оказалось, что ящики только на вид тяжелые. А вот место в холодильнике можно было бы и оптимизировать. С картошкой провозился дольше, но и с этим справился. Давно я не работал руками, надо признаться, но ничего зазорного в этом деле не вижу. Наоборот, физический труд — самый благородный. Он — основа и первая ступень к труду умственному. Не умеешь работать руками, головой тоже не получится.

Вернувшись в зал, сказал, что закончил.

— Так быстро? — с подозрением спросила девушка. — Ладно, садись, жди.

Сама она скрылась в подсобке, видимо пошла проверять. Вскоре вернулась и поставила передо мной внушительную тарелку макарон с сыром и кусочками бекона.

Попробовал. Надо же. Либо я очень голоден, либо это и правда самые вкусные макароны с сыром, какие я только ел.

— Вкус потрясающий.

Девушка старалась скрыть улыбку, но комплимент блюду явно пришелся ей по душе. Это она сама, что ли, готовила?

— А ведь они разогретые. Попробовал бы ты их, когда они только приготовлены, эх. Боссу хотела показать, — опустила она глаза. — А он даже смотреть не стал. «Не лезь не в свое дело, — спародировала она брюзжащий голос. — Хочешь готовить лапшу, иди работай в лапшичную».

— Ну что же, все понятно, — кивнул я. — Он дебил.

Это был очевидный вывод. Ладно, лапша была, может, и не лучшей в моей жизни, все-таки я ел в таких ресторанах, в которые можно попасть лишь по приглашению. А приглашений выдавалось штук десять в янтарную эру.

Но эти макароны были приготовлены с душой. Дай девушке продукты высшего качества, подходящее оборудование, десяток местных лет на самосовершенствование, и она будет готовить действительно потрясающую лапшу. Может, не лучшую в мире, но в ресторане, где она работает, места придется бронировать заранее. Очень заранее.

Пока я ел, в ресторан зашел тучный человек в костюме. От него неприятно пахло потом, табаком и тухлятиной. Он что-то с брюзжанием высказывал девушке, но та лишь покорно кивала. Через десять минут он забрал выручку из кассы и двинулся на выход.

Проходя мимо, бросил на меня взгляд, но стоило глянуть в ответ, как мужичок быстро отвернулся, фыркнул и поспешил покинуть заведение. Похоже, местный начальник.

После его визита девушка была совсем не своя, но продолжала на автомате работать.

— Благодарю за этот прекрасный обед, — улыбнулся я. — Ваши таланты в готовке превосходны.

— Да, твои слова да боссу бы в уши. А, толку, все равно же не платишь…

Она ушла в подсобку, я допил, доел и уже собирался уходить, как девушка вернулась и протянула мне бумажный пакет.

— Держи, считай благодарностью за комплимент.

— Спасибо. — Я улыбнулся и взял пакет.

На короткое мгновение коснулся ее пальцев при этом. Девушка не была одаренной, да и хоть какой-то защиты у нее не имелось, так что мой четвертый глаз с легкостью увидел ее возможное будущее.

Постаревшая, уставшая, в грязном фартуке, намывает гору посуды мозолистыми руками, старый хозяин орет на нее благим матом за то, что недосчитал десять копеек в кассе.

Вот что ее ждет. Если только я это не поправлю. В знак благодарности за миску с макаронами.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Странный ты, на бейджике же написано. Или ты на него не смотрел? — усмехнулась она.

Ну да, намек на ее выпирающую грудь, видимо. Но меня все это время больше интересовала еда и другие вопросы. Хотя признаю… Грудь в моем вкусе.

— Минато, — представилась официантка. — Я не местная. Потому тут меня все зовут просто Миной.

— Приятно познакомиться, Мина.

— А тебя как зовут?

Хороший вопрос. Я ведь даже не выбрал себе имя. Своим именем представляться не собираюсь. А имя первоначального хозяина этого тела даже не знаю.

— Виктор. Можно просто Вик, — назвал я свое первое имя.

Я даже почти забыл его. Так меня звали, когда я только родился, когда жил обычную жизнь обычного человека. Это позже вселенная улыбнулась мне, и я стал курьером. Но раз этот мир чем-то похож на мой родной, то и имя не должно сильно выделяться.

— Приятно познакомиться, Вик.

— Почему ты не уволишься? — внезапно для самого себя спросил я. — Ты ведь ненавидишь это место, сразу видно.

— Как будто это так легко. Думаешь, эмигрантке вроде меня так просто найти работу в этом городе?

— Езжай в другой.

— В других что-то иначе?

— Ты хорошо справляешься.

— У меня стаж официантки меньше года.

— Я видел, как ты работаешь. Во всем заведении только ты и один повар. На тебе зал, гости, прием товаров. Ты явно выполняешь больше, чем положено официантке. Еще и босс на тебя сегодня наорал.

— И что дальше? — с грустью спросила она.

— Вот именно. Что дальше, Мина? Так и будешь горбатиться тут на того хмыря, пока он делает на тебе деньги?

— А какие опции? — усмехнулась девушка. — Уволюсь и останусь вообще без денег. И не факт, что смогу найти хоть какую-то работу.

— Сразу не сможешь. — Я встал со стула и отряхнул одежду. — Легко точно не будет. Должно быть трудно. Не факт, что ты найдешь подходящее место сразу. Не факт, что следующая работа будет лучше. Но что я точно знаю — эта работа уже точно не станет лучше. И продолжая тут вкалывать — ты ничего не изменишь. Ты боишься, что, когда уволишься, все станет хуже, а надо бояться, что никогда не станет лучше. Подумай об этом. Я пробовал твои макароны, человек, который так готовит, не должен растрачивать свою жизнь здесь.

Я встал из-за стола, подошел к девушке и неожиданно для нее поцеловал в лоб.

Вижу…

Небольшая постройка со скромной вывеской. Лапшичная «У Мины». Сама девушка работает за стойкой, одетая в поварской фартук. Видно, что она очень устала, но вместе с тем я почувствовал, что ее душа находится в равновесии. Простыми словами — она счастлива.

Развернувшись, я вышел, оставив растерявшуюся и хлопающую глазками Мину наедине со своими мыслями. Я видел один из вариантов ее будущего. И добавил еще один всего лишь парочкой слов. Теперь она справится, если начнет двигаться в указанном направлении.

— А, кстати! — Я резко развернулся и подошел к ней.

— А? — растерянно спросила Мина.

— Вот допустим, если я хочу узнать об одном аристократическом роде, но знаю только их герб, куда мне обратиться?

— Без понятия, — рассеянно произнесла девушка. — Я же официантка, а не аристократка. Тебе бы у них спросить.

— Точно, ну конечно. Спасибо еще раз, ты снова мне помогла. Удачи тебе.

Нет, после смерти реально тупеешь. Или это из-за слабого канала с Потоком? Слишком привык полагаться на свою силу. Сейчас многие фокусы мне недоступны, а по старинке работать разучился.

Так, мне нужен кто-то из местной аристократии. Вот кому-то не повезет, раз он понадобился Курьеру.

Ну что за чудесный мир! После такого обеда и жить сразу стало легче. Вообще, жизнь Курьера — это чередование полос, где за очередным заказом идет период отдыха. И получается так, что во время выполнения заказа в каком-нибудь мире безжизненных пустошей я могу неделями питаться одними запасенными сухарями, а после выполнения живу, словно король богатой страны. Комфорт, лучшая еда, дорогие вина, красивейшие и опытные жрицы любви, экзотические курорты и эксклюзивные программы для полной релаксации. Отдыхать Курьеры умеют. Потому что умеют работать.

Бывало так, что я неделю мог не вылезать из райских бассейнов тропического мира, куда многие правители могут попасть лишь на пару дней в своей жизни. Потому что очередь расписана как раз в среднем на десятки лет вперед. Многие просто не доживали до назначенной даты.

А на следующий день после такого отдыха я уже пробирался через какое-нибудь инфернальное пекло в замок демонического князя, чтобы забрать заказ. И мало кто из князей готов был добровольно отдать сердце замка.

Остаток дня я потратил, бродя по городу. Опытный глаз Курьера подмечал детали и нюансы, я следил за людьми и их бытом. Отмечал, кто во что одет, кто как себя ведет. Чем больше деталей, тем полнее моя картина мира.

Было бы неплохо узнать про перстень. Для начала стоило просто… спросить. Тихо и мирно, так сказать. Не зря же я покрутился около воняющей дестабилизацией компашки, потом зашел в темную подворотню — и вскоре почувствовал за собой слежку. Решил форсировать события и сразу направился в неприметный закоулок, подальше от снующих туда-сюда людей.

Сильно углубиться мне не дали.

— Уважаемый, — послышался неприятный голос. — Удели минутку.

Щелчок. Этот звук я всегда узнаю, такой знакомый и приятный. Звук взводимого курка.

Медленно обернулся и посмотрел на своих преследователей. Три человека, один совсем пацан, двое постарше. В центре стоит крепкий мужчина в кожаной куртке. Он как раз и целится в меня из револьвера.

Справа от него парень в плаще — уже достал бейсбольную биту и демонстративно ею помахивает.

Пацаненок заметно нервничал и постоянно отводил взгляд.

Вечерело. Людей на улице становилось все меньше и меньше. Шум города почти не доносился до этого глухого переулка. В мусоре за моей спиной уличная кошка рвала пакет, чтобы добраться до остатков тухлой рыбы.

— Уважаемый, — повторил главарь. — Не соизволите ли вы вывернуть карманы вашей стильной одежки и поделиться с честными работягами своим добром.

— Ну надо же, — усмехнулся я. Грабят Курьера в подворотне, охренеть. — Это же как паршиво вы должны были прожить свои жизни, что судьба в итоге свела вас со мной. Бедолаги.

— Че ты вякаешь! — Вперед выдвинулся парень с дубиной. — Цацки на бочку, гнида, слышал, че босс сказал?

— Спокойно, Шпала. Нельзя же так с барином разговаривать, — издевательски хрюкнул главарь. — Эй, Пострел, давай.

Он достал из кармана нож-бабочку, ловким движением раскрыл и передал стушевавшемуся пацану.

— Подрежь-ка чистюлю, — приказал он, указывая на меня стволом.

Глава 3

Придется сначала надрать им зад, чтобы они поняли, что я пришел с миром

Я спокойно стоял и улыбался, наблюдая за представлением. Паренек, сжимая маленький нож двумя руками, медленно пошел ко мне, не отрывая глаз от земли.

Его пошатывало, все тело дрожало. В паре метров он и вовсе остановился. Далековато для удара.

— Че там копаешься! — недовольно рявкнул главарь. — Делай.

Паренек неуверенно продвинулся еще на полшага.

Я склонил голову набок от умиления.

— Парень, если собираешься кого-то убить, смотри ему в глаза. Я сказал: посмотри мне в глаза.

Это был приказ. И пусть я растерял большую часть своей силы, я все еще оставался Курьером. Существом иного порядка. Это не сила Курьера, это просто сила.

Он резко поднял голову и с ужасом посмотрел мне в глаза. И остолбенел.

— Вот, а теперь бей. — Я раскинул руки в стороны, полностью открывшись. — Если хочешь убить, то меть в сердце, это сюда. Если хочешь, чтобы жертва мучилась, то в живот. Давай, парень, один удар.

Его глаза моментально увлажнились.

— Че застыл, ссыкло! — рявкнул главарь. — Ты либо сейчас станешь мужиком, либо останешься лежать в этом переулке. Хочешь, чтобы мы потом пришли за твоей сестренкой? Не боись, если ты сдохнешь, мы о ней хорошенько позаботимся.

Парень задрожал еще сильней, сделал короткий шаг, а я продолжал улыбаться. Не нужно быть шестиглазым, чтобы понять, что происходит.

Это его испытание. Переломный момент в жизни. Он может прогнуться под обстоятельства и ударить. Проявить слабость и пойти против своего предназначения. А может и выстоять, но я не собираюсь ему помогать, это его испытание

— Давай я помогу, — решил я усложнить ему задачу и повернулся спиной, высоко подняв руки. — Подумай о сестренке. У тебя нет выбора.

На самом деле даже не представляю, кем была его душа в прошлой жизни, раз в этой ей досталось такое испытание. Паренек явно рос на улице, без защиты, без поддержки. Связался с плохой компанией и стал зависим от них, так еще и о сестре надо думать.

Ставки для него действительно высоки. По сути, на одной чаше весов жизнь его и его семьи, а на другой — жизнь незнакомца.

— Считаю до трех, — раздался голос главаря. — Раз, два…

— Не могу, — понуро произнес паренек.

Я улыбнулся. Повернулся и посмотрел на отступающего к стене паренька. Он смотрел себе под ноги.

— Молодец, — похвалил я парня.

— Сопляк, — разочарованно сплюнул главарь. — Такая же тряпка, как твой папаша.

— Смотри, как это делается. — Парень с битой уверенно двинул в мою сторону.

Замахнулся он от души, а затем нанес незамысловатый удар, обрушив биту сверху вниз прямо на мою голову.

— Ай, — равнодушно произнес я, когда бита жалобно отскочила от моей черепушки. — Больно же.

— Одаренный! — Глаза человека расширились от удивления. — Босс, он физовик.

Главарь уже направил на меня револьвер, но я был быстрее. Сложил ладонь в форме пистолета и сделал движение, будто достаю его из невидимой кобуры.

— Паф, — произнес я, целясь пальцем в главаря.

Жесты были не обязательны, но сильно облегчали движение энергии через каналы. Так что эфирная пуля действительно вылетела из моего пальца. Невидимая, разумеется, обычному глазу, она попала главарю точно в лоб и почти сразу рассеялась.

Да, недолго мои проекции могут удерживать материальную форму. А еще голова главаря не разлетелась на части. Вместо этого он просто брякнулся на спину, да так, что ноги взлетели выше головы. Это не пуля даже, а так, эфирный горох какой-то. Позорище, одним словом.

— Босс! — крикнул второй.

Замахнулся, снова ударил битой, но я легко перехватил ее в полете. Взмахнул ладонью и впечатал голову ублюдка в кирпичную стену. Тело сползло на землю, а в стене осталась заметная вмятина.

Похоже, мое воссозданное тело значительно превосходит возможности местных неодаренных людей, что в целом неудивительно. Потому они приняли меня за местного мага?

— Стой тут, — сказал я пареньку, проходя мимо. Будто он мог куда-то из тупика сбежать. Но я с ним еще не закончил, только сначала надо разобраться с главарем.

Тот стонал и пытался перевернуться на бок. Скорей всего, сотрясение. Я подошел ближе, подобрал револьвер и уселся на ближайший ящик. Главарь медленно подполз к противоположной стене и с трудом смог принять полусидячее положение.

Посмотрел на валяющегося подельника, на пацана, на меня, на револьвер.

— Даже не думай, парень тебе не подчиняется и ничем не поможет, — спокойно произнес я, выбивая барабан. — Четыре патрона из восьми? Серьезно? У тебя даже патронов нет? Хочешь, покажу классный фокус? Мы с тобой сыграем в игру. У вас она называется русская рулетка, но немного с другими правилами.

Я высыпал лишние патроны, оставив один в гнезде. Вернул барабан на место и посмотрел в глаза главаря.

— Моя игра называется «семь к одному». Я стреляю в себя семь раз, ты в себя — один. Но когда ты будешь стрелять в себя — выбираю я. Если выиграешь, получишь это.

Я показал зажатый между пальцами кристалл третьей ступени. Судя по расширившимся глазам, бандит точно знал, что это такое. А по обильному слюноотделению я понял, что черные камешки стоят дорого в его мире.

— Смеешься надо мной, ублюдок? — сплюнул он.

— Да над тобой уже природа вдоволь посмеялась, хватит с тебя. Семь к одному, сделка?

— Это какой-то фокус? Ты будешь знать, где находится патрон?

Протянул ему револьвер. Одним лишь взглядом предупредил, чтобы не дергался.

Засранец сглотнул, проверил пушку так, будто я мог ее подменить.

— Ты семь раз стреляешь себе в башку? Заряжаю я? Барабан кручу я?

Я пожал плечами.

— Мне без разницы. Где будет патрон, не знаю, — ответил честно. — Ну что, по рукам?

— По рукам, идиот.

— Вот и ладушки, крути. Проверяй, чтоб все честно было. Да крути ты, не ссы.

Он крутанул, но я не дал ему остановить барабан, а вырвал пистолет из рук и сразу приставил дуло себе к виску.

— Знаешь, тут, конечно, весело. — Щелчок. — Но на самом деле одна хитрожопая тварь втянула меня в свои дела. — Щелчок. — А мне это не нравится. — Щелчок. — Все по новой. Считай, заново родился, — Щелчок. — А тут такой подарок — два в одном. Тебя грохну — стану сильней, пацану помогу — стану сильней. Заодно по своим делам кое-что выясню. Три в одном, получается даже.

Пятый щелчок. Самодовольная улыбка главаря постепенно сменялась на тревожное выражение, которое вот-вот перейдет в панику. Но на этом я остановился, потому что почувствовал, что умру через три секунды. Ровно с таким интервалом я давил на спуск. Понятно, проверили, фокус удался, как и всегда. Четвертый глаз Амбера — самый странный из всех. Он единственный обладает встроенной способностью чувствовать смерть владельца. У разных Курьеров это работает по-разному. В прошлой жизни я мог ощутить смертельную опасность примерно за сутки, но не знал, в какой конкретно момент и каким образом умру. В этом теле глаз работает как трехсекундный таймер. Ровно это же произошло со мной в капище, я тогда так удивился, что протупил целую секунду.

Полезно, но не очень. Знать о смерти и суметь избежать ее — не одно и то же. Я не могу предсказать смертельное ранение, после которого проживу еще пару минут, не смогу избежать ловушки, в которой буду медленно умирать. Да и в по-настоящему серьезном бою с сильным противником эта способность будет только мешать, потому что там за три секунды можно умереть десяток раз разными способами.

А что касается этого кретина… Пользы мирозданию от него никакой, но и вреда он вряд ли много принесет. Так, мелкий сорняк.

Передал ему револьвер.

— Твоя очередь.

Трясущимися руками он взял оружие. Бледный, испуганный. Он уже все знает… Все понимает…

— Ну же. Сделка есть сделка, — хмыкнул я.

Как и ожидалось, для таких, как он, это ничего не значит. Он попытался выстрелить в меня, но я был к этому готов. Легким движением перехватил его руку, не давая даже нацелиться. Отнял револьвер.

Курок, спуск, выстрел, стена за спиной главаря окрашивается красным, а переулок заволакивает дымом.

— Сделка есть сделка, — повторил я и еще два раза щелкнул себе в висок. Семь к одному. Как и было оговорено.

Ладно, с этим закончили.

— Эй, пацан. Как зовут?

— Пострел, — тихо произнес парень, покрепче сжимая нож, словно собрался обороняться. — Вася.

Я кивнул на нож.

— Как насчет сделки? Семь раз подряд я пыряю себя, один раз тебя. Кто выживет, тот выиграл.

Парень, вздрогнув, выронил нож. Я же только засмеялся. Подошел к нему, хлопнул по плечу.

— Шучу-шучу. Этот говнюк, — кивок в сторону трупа, — был каким-то крутым перцем, да? И хотел затащить тебя в свою банду, верно?

— Да, господин.

Похлопал я парня не просто так. Я увидел его самое возможное будущее. Точнее, его отсутствие. Сейчас я, скорее всего, разговариваю с живым мертвецом. Парень идет по скользкой дорожке прямо в могилу. Но так случится, если я просто сейчас уйду, оставив его в темном проулке с трупаком начальника. Вот только… я уходить пока не планирую. Да и не зря же я старался произвести на него впечатление. Теперь мои слова затронут его глубже.

— У него были неплохие шансы обогатиться, согласись. Сам все видел, семь к одному.

— Да, господин, — с ужасом произнес малец.

— Как думаешь, если пойдешь по его пути, у тебя будет больше шансов?

— Нет, господин.

— Так, может, тогда займешься чем-то другим? Кем бы ты хотел быть? Любое желание? Чем бы ты сам хотел заниматься? Как видишь, я не обычный человек. Кто знает, может, я и желания умею исполнять.

— Я… Я не знаю, господин. — Глаза парня уперлись в носки ботинок. — Но если прям любое… Я бы хотел строить дома.

— Строить дома, — задумчиво произнес я. — Созидатель. Достойная профессия. Почему именно дома?

Я встал и пошарился по карманам куртки главаря. Достал бумажник и мельком просмотрел содержимое.

— У нас с сестрой никогда не было дома. Я бы хотел строить большие и теплые дома. И чтоб обязательно с крышей. Тогда не придется мокнуть под дождем.

— Стартовый капитал, — сказал я, протягивая бумажник парню. — Чтоб было, что есть первое время, пока не станешь строителем.

Странно. В будущем парня все еще ничего не поменялось.

— Спасибо, господин. — Он робко взял бумажник, но почему-то вздохнул.

.Я крепко перехватил его руку.

— У тебя всего полгода, — сказал до безобразия спокойно.

— А?.. — ошалел парень.

— Если через полгода ты не построишь свой первый дом, то мы обязательно сыграем с тобой в игру.

Четвертый глаз Амбера. Начальная форма. Режим предсказания.

Я вижу крепкого загорелого человека, уже не юношу, а мужчину. Дом в три этажа, вдалеке озеро, вокруг живописный лес. Слышу голос женщины и радостные крики детей. Ощущаю усталость мужчины, но это хорошая усталость. Когда много работал и теперь есть возможность отдохнуть, наслаждаясь результатом своих трудов.

— Иди, — отпустил я руку парня. — Мы встретимся снова, я обещаю тебе.

Через мгновение его и след простыл. Неплохо получилось. Я видел его измененное будущее, к которому он теперь будет целенаправленно двигаться. А я стал сильнее. Да, делать мир лучше — это не только избавлять его от всякой заразы, но и помогать другим. В том числе спасать заблудшие души и направлять их по выбранному ими же пути.

Выставляю два пальца в жесте пистолета, прицеливаюсь. Выстрел. Пустая бутылка разлетается звенящими осколками, бедная кошка в ужасе улепетывает. Вот теперь это уже немного похоже на эфирную пулю. Хотя по убойности еще не дотягивает до чего-то серьезного. Например, до обычного револьвера.

Я сел обратно на ящик и принялся разглядывать револьвер. Раз я застрял в запечатанном мире без сил, то мне потребуется оружие.

Револьверы я люблю и уважаю. Есть в них некая эстетика. Но конкретно этот какой-то простенький, да и крови на нем много. К тому же у меня кристалл всего третьей ступени, для улучшения огнестрельного оружия этого не хватит, нужна хотя бы пятая.

Я встал и прошелся до второго тела. Кажется, этот парень еще жив. Везучий, что могу сказать. Я действительно рассчитывал его убить, но раз он выжил, значит Амбер не хочет его смерти. Пока не хочет. Добить можно, но тогда пойду против воли Амбера и ослабну. Да, есть у нас критичные недостатки. И чего уж, это иногда бесит. Бывают такие подлецы, на лицах которых хочется попрыгать, чтобы прямо в фарш. И тогда приходится выбирать: оставить ублюдка жить или потерять часть силы. А ослабнуть порой можно нехило так. Эх, пути Амбера неисповедимы. Ведь те, кто пережил бой с Курьером, часто меняются в лучшую сторону. Именно поэтому им дается второй шанс. Бывший архилич ныне возглавляющий святой орден в одном из миров не даст соврать.

Так, что тут у нас? Я вытащил из кармана будущего потенциального святоши что-то прямоугольное. Из памяти Елены уловил, что это смартфон. Местные постоянно ходят с ним по улицам, болтают, приложив к уху. Да что уж, такое ощущение, что это их третья рука. Вечно мордасами в них. Сидя, стоя, за столом… Интересно, в туалетах они тоже с ними сидят? Да не, вряд ли все так плохо.

Осмотрел фиговину со всех сторон. Магии не чувствую, а значит, это самая что ни на есть технологическая приблуда. В отдаленных мирах иногда встречается что-то подобное.

Потыкал пальцем в дисплей, но что-то пошло не так. Пишет: доступ заблокирован, подождите тридцать секунд. Я поднял голову лежебоки за волосы, второй рукой дал легкую пощечину.

— Шпала, просыпайся.

Да чтоб тебя… Повертел головой в поисках чего-нибудь… Ага, вот это сойдет. Подобрал голубиное перо, сунул засранцу в нос, покрутил. Это частенько срабатывает.

— А, что⁈ О-о-о…

Пока парень в прострации и дезориентации, ткнул ему в нос смартфон.

— Быстрее! Срочно! Маме позвонить!

Растерянный до безобразия он набирает пин-код, который я сразу запоминаю. Не дожидаясь, пока бандит выйдет из ступора, «окунаю» его лицом об асфальт, чтобы дальше себе отдыхал. Жить будет, Амбер доволен, я доволен, Шпала вроде тоже не жалуется, где-то грустит голубь без пера.

Ага, ясно. Все довольно просто. Тыкай себе пальцем туда-сюда, что-то да сработает. Помню, в одном из миров мне пришлось чуть ли не петь и вытанцовывать шаманский танец, чтобы с подобным агрегатом хоть как-то сдружиться.

Пока Шпала вжимался в землю, я уже нашел то, что нужно. Присвистнул. Неплохо-неплохо. В этом мире хорошо компенсировали неумение сканировать пространство. Даже карты есть. Притом весьма детальные. Больше не придется путаться в трех улочках.

Ого, а это что?

Ну-ка, попробуем…

Вбиваю «Сиськи».

Хм, ясно. Скромностью их инфополе не страдает. Это хорошо.

Вбиваю «Аристократия».

Довольно быстро нахожу то, что надо. Целый раздел в инфополе, посвященный древним и не очень родам Российской империи. Но, в отличие от сисек, в очень ужатом виде. Ни тебе генеалогических древ, ни родовых умений, ни сфер влияния. Будто бы местные аристократы очень тщательно следят за тем, что попадает в эти их… телефоны.

Ага, а вот и геральдика. Вздыхаю: да тут их сотни. Древние, действующие, забытые. Тут нужно время… Не в проулке же среди ошметков мозгов этим заниматься.

Я спрятал телефон в карман, подобрал биту.

Вот это оружие мне больше подходит в данный момент. Бита простая, не требует от владельца никаких особых навыков, не будет жрать много энергии. Бита — бьет. Просто и прямолинейно. Как и человек с битой.

Кристалла третьей ступени хватит за глаза, даже многовато будет. Но я опытный Курьер, смогу использовать его целиком и увеличить потенциал оружия.

Я присел на ящик, положил биту себе на колени, а сверху последний оставшийся кристалл третьей ступени. Накрыл все ладонями, закрыл глаза и сосредоточился.

Все Курьеры умеют создавать себе оружие. Оно принадлежит только нам, слушается только хозяина и вообще является частью Курьера. К счастью, создание не требует каких-то особых сил, лишь умения и терпения.

Примерно час мне потребовался, чтобы камень постепенно растворился в бите и при этом не разрушил ее. Но все прошло гладко, мне даже удалось сконцентрировать энергию, чтобы она вся уместилась в столь простую форму. Из-за этого мощь оружия возросла.

Я внимательно осмотрел плод своих трудов. Бита потемнела и немного увеличилась в размерах. Но, кажется, стала немного легче ощущаться, да и в руке лежала удобно.

А еще поверхность покрылась слегка светящимися трещинами. В целом получилось отлично. Я позволил оружию распасться, и через мгновение от него даже пыли не осталось. Сосредоточился, нашел его в себе и призвал. Бита восстановилась не моментально, а поэтапно, от рукояти до кончика, примерно за три секунды. Неплохо.

Думаю, когда мое владение материей улучшится, смогу призывать оружие мгновенно.

Так, раз уж мы разобрались с тем, что в этом мире я надолго, то пора бы немного подумать над ситуацией и разработать план действий.

Пока будем играть по правилам. Честно говоря, мне теперь и самому до безумия хочется найти седьмой глаз Амбера. Я даже представить не могу, что это может быть. И в какой форме он может находиться в этом мире. Вряд ли это глазное яблоко с лопнувшими капиллярами и хвостиками нервных окончаний.

То есть я ищу какой-то могущественный артефакт, аномалию или человека. Скорей всего, это нечто дестабилизирующее и опасное. Иначе зачем отправлять Курьера?

Итак, у меня стандартный заказ: иди в неизвестный мир и принеси неизвестно что. Работа, разумеется, не для новичков. Но, честно говоря, я подобные заказы щелкал уже на трех пробужденных глазах. В конце концов, за них хорошо платили.

Какие у меня варианты? Первый и самый очевидный — обратиться за помощью к тому, кто все знает.

Будь здесь стандартный магический мир, все было бы проще. Ищешь самую большую и древнюю магическую башню, идешь туда, стучишься в дверь. Там всегда сидит очень старый и довольно скверный характером архимаг. Но за новые знания эти ребята готовы собственных детей продать. Разумеется, в половине случаев приходилось сначала надрать им зад, чтобы они поняли, что я пришел с миром.

Но здесь нет никаких архимагов, как и магических башен, в которых они любят селиться.

Получается, самым надежным источником информации является кто-то важный. Может, не сам император, но кто-то из его двора, например.

Как попасть ко двору? С ноги я туда не войду, да мне и не надо. Опыт подсказывает, что лучший диалог строится с тем, кому от тебя что-то нужно.

Значит, мне всего-то нужно стать тем, кто очень нужен империи. Как? Хрен знает.

Второй способ — найти Трикстера, как и говорил Хаха. Тут одновременно и легко, и сложно. Легко, потому что раз Хаха об этом сказал, Трикстер вполне сам может меня найти. Сложность в том, что Трикстеры — одни из немногих существ, на которых не действуют силы шестиглазого.

О, ты пошел по пути созидателя Амбера? Освоил пространство, время и материю, открыл все шесть глаз и возвел их в абсолют? Наверное, сотни янтарных эр и кучу сил на это потратил, да? А теперь вопрос: кому на это полностью насрать? Чуваку с коробкой на голове. Или вместо головы.

Третий способ…

Подцепляю странный родовой перстень на цепочке с символом, похожим на Поток. Рассматриваю. Может ли быть, что владелец моего тела как-то связан с тем, что я хочу отыскать? Проверить стоит.

Так что и поиски я начал бы именно с этой зацепки. Очевидно, что предыдущий владелец тела принадлежал к местной аристократии. Просто так ввалиться к аристократу в гости вряд ли получится, но всегда можно сделать иначе. План действий точно такой же, как с императором, только проще.

Надо сделать так, чтобы этому условному аристократу я понадобился — и тогда он сам меня найдет. Осталось лишь выбрать подходящего «пациента».

Посмотрел на тело главаря. Стоило его сначала допросить, но больно уж он мне не нравился своей рожей. Правильнее было побыстрее от него избавиться. Да и информация от таких может только навредить.

Огляделся по сторонам. Я ведь не просто так не тороплюсь покинуть место заварухи. Теперь я точно знаю, что в этом городе вообще всем плевать, что кто-то в темном проулке громко вышибает кому-то мозги.

А если кто-то будет меня искать… Что ж… Удачи им. При создании тела я убрал все изъяны. У меня нет отпечатков пальцев, моя аура нейтральна, как у младенца, а эфирное тело кристально чистое. Меня можно опознать лишь по лицу, но что-то я не вижу очереди желающих посмотреть в мои невинные очи.

Не выделяйся, не привлекай внимания, смешайся с толпой, будь невидим у всех на глазах, сделай дело и уйди, не оставляя следов. Так меня учили. Труп с простреленной башкой я за след не считаю. Так, легкий отпечаток.

Вернулся к парню с торчащим в носу пером. Подтянул ящик поближе, уселся, достал из пакета Мины яблоко и захрустел. Но просто так есть было скучно, поэтому я решил… посвистеть незамысловатую мелодию, дожидаясь, когда засранец очнется или хотя бы кто-нибудь явится на звуки безобразия. На крайний случай сбежать я смогу без проблем, заприметил уже три пути отступления. Но по крайней мере посмотрю на тех тугодумов, которые якобы следят в этом городе за порядком.

Неужели всем и правда плевать?

Я хмыкнул, искоса поглядывая в окно на втором этаже.

* * *

Баба Клава затаилась под подоконником. Она так и не рискнула вытряхнуть миску с бобами из окна для трех котов, ждущих снизу.

Баба Клава гордилась, что смогла приучить котиков к бобам. Она ведь даже хотела вывести новую породу котов. Бобовые коты. Разводила бы их, продавала. Мясом кормить не надо — экономия. Подумаешь, немного пердят.

— Божечки ты мой, что же творится…

Она боится даже пошевелиться. Вдруг тот страшный мужчина ее заметит.

— Божечки, что же делается-то! Убиваются все. Пришли и убиваются, котиков распугали…

А что, если они больше не вернутся? Ее бобовые котики… Дело пяти лет трудов. Половину пенсии тратила на бобы! Колбасой их мазала поначалу и рыбными потрохами.

Неожиданно для себя баба Клава так разозлилась, что выглянула из окна. Увидела мальчишку, что-то жующего.

— Ишь какой… Устроил тут! Сидит, жрет…

Злость за голодных котиков затмила бабкин разум. Она придала ей небывалых сил и смелости. Вот она уже размахивается, чтобы пульнуть миской в поганца, но тот неожиданно переводит на нее взгляд.

— Ну харэ, мать.

Баба Клава поскальзывается, плюхается, миска летит ей на голову, бобы стекают по лицу.

Взгляд и голос этого человека так перепугал бабку, что она перекрестилась.

И так уж получилось, что котики больше не возвращались, а желание вести бизнес у бабы Клавы отпало.

И никто никогда не узнает, что стало бы с этим миром, если бы она продолжала кормить котов бобами…

Глава 4

Нам не нужен нормальный армагеддон, нам пердежный котопокалипсис подавай

Ну хоть бабушке интересно, что же тут происходит. Может, просто переулок такой особенный, а в других местах все нормально? А здесь хоть сейсмическую бомбу изготавливай, хоть котов-веганов разводи. Страшная штука, кстати. И бомба тоже.

Был я в одном мирке, где местные придурки вывели и расплодили травоядных котов, сломали к хренам всю экосистему. А всего через пять янтарных эр один бедный Курьер взял заказ на доставку в этот мир… Такого звиздеца я давненько не видел. Крысиная чума на трех континентах! Лучше бы сейсмическую бомбу изобрели, которая ядро планеты грохнет. Тогда и от крыс бы избавились разом, но нет. Нам не нужен нормальный армагеддон, нам пердящий котопокалипсис подавай.

Наконец-то лежачий в моих ногах парень подал признаки жизни. Протянул ему яблоко.

— Хочешь? Учти, оно последнее и я из вежливости предложил, так что в твоих же интересах отказаться.

— А? Яблоко? Какое яблоко? — Он вертит головой, с трудом фокусируя на мне взгляд.

— Это. — Я потряс надкусанным яблоком. — Ты тут еще где-то яблоки видишь?

— А? Не, не, спасибо, господин, я не голоден. — Парень продолжал хлопать глазами, видимо не до конца понимая, что происходит.

— Ну и славненько. Тогда давай поболтаем. Расскажи для начала, на кого ты работаешь.

— А? Я?

— Бесишь…

— На Суслика.

О, вроде ожил. Только затрясся больно. Наверное, ему не нравится вид мозгов его начальника.

— Кхм… — Я аж яблоком подавился. — Суслика? Это он, что ли, Суслик? — Киваю на труп, который совсем не маленьких размеров.

— Ну да. Кабан занят уже был, вот его Сусликом и прозвали.

— Ясно. А Суслик на кого работал?

— На Кабана.

— Ну? Мне из тебя все по слову вытягивать?

— Кабан этот район держит. За улицами следит, дань собирает, чтоб все в поряде было смотрит. Четко чтоб все было.

— Хорошо. А Кабан на кого работает? Дань для кого собирает?

— На Глухаря. Глухарь город держит, он вообще всем тут рулит. У него подвязки вообще везде. Говорят, даже в столице его знают.

— Так, это уже интересно. А Глухарь на кого работает?

— Ни на кого. Он же Глухарь. Он тут самый главный.

— Самый главный тут император, и то не факт. И уж точно не бандит сельского разлива. Кто выше Глухаря?

— Ну… Я не в курсах, я просто смотрящий, передо мной никто не расшаркивается. Но поговаривают, что за Глухарем кто-то из местных баронов приглядывает. Чесслово, не в курсах я, кто че там. Где аристо, а где пацаны с улиц.

— Вот, можешь ведь, когда хочешь, — улыбаюсь я.

Как и ожидалось. Четкая вертикаль власти. Пострел — Суслик — Кабан — Глухарь — Барон. Выше мне пока не надо, начнем спрашивать с барона, а там зависит от его ответов.

—. Где мне найти Глухаря?

— Я не знаю. Кабан в курсах, Глухарь с такими, как я, даже срать не сядет на одной улице. Это к Кабану.

— Хорошо, а Кабана мне как найти?

— Я не отведу. Меня замешают, если сдам.

— Да я сам найду, про тебя ничего не скажу, не ссы. Будет нашим маленьким секретом.

— Ну, Кабан держит баню на районе. По вечерам он там отдыхает с девочками. Либо у себя в офисе. Ну, типа на хате. Бетонный завод, там у него офис.

— Ну, славно поболтали. Свободен.

— Че, правда?

— Конечно, — киваю я. — Биту не забудь свою.

— Ага.

Ну. И мне пора.

Бандит, не веря своему счастью, рванул из переулка со всех ног, сжимая в руках биту — вообще-то уже мою. Надо же повесить на него какой-то маячок, раз уж у меня закрыт глаз, отвечающий за контроль пространства.

Можно было создать какую-нибудь мелкую проекцию, размером с монетку, но не факт, что в текущем состоянии я смогу удерживать ее хотя бы пару минут. А бита теперь мое личное оружие с собственным ядром из кристалла. В руках бандита это обыкновенная бита, но я прекрасно чувствовал связь с ней.

Мне даже стало интересно, куда он побежит.

— Пусть будут бани, пусть бани с девочками, ну пожалуйста!

Что может быть лучше для завершения первого дня в новом мире и новом теле, чем попариться в хорошей баньке, да в окружении прекрасных дам?

В конце концов, я за сегодня успел уничтожить целый культ и одного конкретного Суслика. Помог невинной душе справиться с испытанием, может, даже направил девушку к ее мечте. А, еще ту красавицу спас, Юсупову. Жаль, что не получилось перенестись вместе, насколько бы все проще тогда было. Она наверняка смогла бы быстро мне объяснить про перстень и герб.

В общем, разве я не заслужил немного расслабиться после столь напряженного дня?

Встаю, стряхиваю несуществующую пыль с плеча, ухожу, оставив местных котов наедине с тем, что осталось от деструктивных элементов этого мира. Хоть им интересно, что там да как.

Отойдя на приличное расстояние от места, так сказать, происшествия, я заваливаюсь на лавочку в каком-то парке. Долго изучаю в смартфоне гербы.

К сожалению, найти в интернете герб, похожий на Поток, не получилось. Либо мне страшно не везет, либо это кольцо вообще не родовое, а просто куплено в лавке сувениров.

Но нет, что-то здесь определенно не так. Не бывает таких случайностей. Судя по тому, что я только что вычитал, есть только одно место, где можно копнуть глубже и узнать то, чего не распространяют в интернете. Имперский архив. Кладезь знаний о разных родах. В том числе древних и забытых. Вот только попасть туда чуть ли не так же сложно, как в императорское имение. Нужно быть аристократом или хотя бы иметь письменное разрешение от аристократа.

Встаю, убираю телефон в карман.

Так, ладно. Пора в баню…

* * *

— Хрена тебе, Вик, а не баня.

Вряд ли в старом кирпичном здании, огороженном проволокой, находятся заведения для релаксации. По крайней мере десятки паллет с пыльными мешками у стен говорят о том, что это скорее тот самый бетонный завод.

Но парень с моей битой прибежал именно сюда.

Засранцы, работающие здесь, вряд ли являются добрыми и пушистыми гражданами

Теперь надо подумать над тем, как добраться до главаря и получить нужные ответы. Курьеры отнюдь не бессмертные существа. И ребята на территории завода очень даже захотят меня прибить. А самое печальное, у них вполне это может получиться.

Я создал крепкое и выносливое тело. Но не неуязвимое.

Так что лезть в лоб рискованно. Хотя…

— Кхм, — прокашлялся я и сделал голос грубее. — Чесслово, не в курсах, кто чо там. Где аристократы, а где пацаны с улиц. А? Чо? Кто? Кабан этот район держит. За улицами следит, чтоб все в поряде было, смотрит. Четко чтоб все было. Кхм…

Так, ну вроде неплохо получилось. Я вразвалочку направился прямо к воротам, небрежно размахивая битой. Вернуть свое оружие — не проблема для Курьера, оно часть меня. Походку скопировал с Суслика, хотя, по мне, выглядит скорее смешно, нежели грозно.

— Стопэ, — раздался голос из темноты. — Чей будешь?

— Уважаемый, — спародировал я Суслика, — кто так с честным работягой разговаривает?

— Разговаривают у следака на допросе. Че за базар?

Из темноты на свет вышли два мордоворота, один рожей похож на бульдога и смотрит так грозно исподлобья, что мне аж смешно стало. Второй — лысый, но довольно крепко сбитый мужик с пропитым лицом. Говорил бульдог.

— Базар не с тобой, а к Кабану. Это же его типа хата?

— Ты со мной базаришь, а уж я решу, надо тебе к Кабану или нет.

— Я с тобой не то что базарить, я с тобой даже срать на одной улице не сяду.

— Ты че такой дерзкий, а?

— Ты Глухарю базарить будешь, кто тут дерзкий. Доступно доношу? Веди к Кабану, а то я не ручаюсь, что вас обоих к утру тут не замешают.

— Это… — замялся бульдог, услышав имя Глухаря. — По какому вопросу-то? Че сказать?

— Ты этот район держишь? Ты за улицами следишь, чтоб все в поряде было? Четко чтоб было? Нет? Ну хрен ли я с тобой базарить должен? Может, Глухарю прийти, лично перед тобой расшаркаться?

— Еж, проверь гостя, — кивнул бульдог лысому.

Тот сделал шаг, скорее на автомате, нежели осознанно. Удар биты вышел легким, с таким приятным звуком, словно ложечкой стукнули по фарфоровой чашечке, когда размешивали сахар. А со стороны выглядело вообще так, будто я просто закинул биту на плечо.

Однако лысый как шагнул в мою сторону, так и упал плашмя, словно мешок с картошкой.

— Чо, чистюля, — спросил я бульдога, — тоже проверить хочешь или не бессмертный?

Детина нервно огляделся, что-то обдумывая. Я прямо видел, как умные мысли с трудом шевелились в его черепушке, отчего лицо исказила практически физическая боль.

Но в итоге он все же как-то сумел прикинуть, что толпа головорезов внутри завода — это чуть-чуть больше одного незваного гостя снаружи. А вот один бульдог — это чуть меньше, чем странный парень с битой. И принял верное решение: завести меня прямо в логово.

Правда, чем дальше мы шли, тем больше сомнений проскакивало на его лице, но он все же сумел взять себя в руки.

— Э, Пес, это кто? — На входе стояли и курили три человека.

— К Боссу. Человек Глухаря, — коротко бросил мой провожатый. Похоже, имя местного авторитета отсекало большинство вопросов.

Мы вошли внутрь и попали сразу в цех. Старое оборудование со следами ржавчины, повсюду пыль и цемент. Вдоль стен стояли какие-то цилиндры из бетона, валялось много железных прутьев. Рабочих я не заметил, поздно было уже, хотя из глубины помещения доносились разные звуки, в том числе мат. Похоже, кто-то чинил там старую бетономешалку.

Мы поднялись по железной лестнице на второй ярус, и я успел оглядеть цех с высоты. Всего насчитал около двадцати человек, включая тех, что курят на улице. Многовато.

Перед железной дверью сидели еще два человека. Я заметил рядом с ними оружие, прислоненное к стене. Не особо разбираюсь в местном огнестреле, но по опыту и аналогии предположил, что это пистолет-пулеметы. По внешнему виду магазина даже могу сделать ставку на калибр девять миллиметров, если в этом мире уважают классику.

— От Глухаря, — коротко кивнул Пес в мою сторону.

Оба охранника осмотрели меня с ног до головы, затем один постучал в железную дверь, приоткрыл ее и скользнул внутрь. Вышел обратно и кивнул на биту, затем на дверь.

Я прислонил оружие к стене и вошел, но дверь мне закрыть не дали. Вместо этого один из охранников вошел следом и встал в углу, держа ПП в руках. Спасибо, что хоть не в затылок направил.

Кабинет Кабана напоминал смесь классического начальника средней руки и сутенера. Большой резной стол, удобное офисное кресло, пара шкафов с папками, но с другой стороны стоял огромный кожаный диван, прикрытый шторой, широкая плазма на стене рядом с пейзажем в рамке, отдельная дверь, видимо в туалет. На полу пушистый белый ковер, но лишь в той части, где стоит стол начальника. И, судя по алым пятнам на паркете, лучше бы посетителю находиться ближе к ковру.

Так я и сделал, спокойно пересек кабинет и уселся в кресло напротив Кабана.

Местный босс скорее напоминал борова. Нет, когда-то давно это точно был крепко сбитый мужчина, который не гнушался ни физическим трудом, ни интенсивными тренировками в спортзале. Но годы и достаток сделали свое дело, и тело Кабана обросло лишним слоем сала, а то и не одним.

Обвислые щеки, на потной мясистой шее висит толстая золотая цепь, рубашка из дорогой ткани еле держится на выпирающем пузе. Кабан курил сигару, и я отметил количество золотых перстней на его пальцах, но никаких гербов нет, только драгоценные камни.

А еще Кабан был явно не в духе, о чем говорила полупустая бутылка с янтарной жидкостью на столе и общее амбре пота, дыма и алкоголя, витавшее в воздухе. Находиться в этом месте, рядом с этим человеком, оказалось физически неприятно.

— В чем дело? — чуть резко бросил главарь, даже не посмотрев в мою сторону.

— До босса дошли слухи, что на некоторых улицах не все идет гладко, — начал я издалека.

— У моих пацанов все в ажуре, — коротко ответил он.

Я лишь молчал и улыбался. Старая тактика: зачем что-то спрашивать, если можно просто молчать и ждать, когда собеседник сам все расскажет.

— Все под контролем. Глухарю не о чем беспокоиться.

Я слегка изогнул бровь. Пауза затягивалась, и Кабан явно начинал нервничать.

— Мелкие неурядицы, ничего серьезного. Обычное дело, на наши договоренности это никак не повлияет, даю слово.

— О, босс ни в коем случае не сомневается в ваших талантах. Ни на мгновение не сомневается. Он абсолютно уверен, что вы сдержите свое слово, это ведь в ваших интересах.

— Угрожать мне пришел?

— Разве в этом есть необходимость? Вы часто слышали, чтобы босс кому-то угрожал? Он, скорее, обеспокоен. Вдруг у вас случилось что-то серьезное. Что-то, что может повредить вашим отношениям. И он отправил меня узнать, не нужна ли какая-то помощь.

— Помощь? — удивился Кабан, а я прикусил язык. Кажется, мимо цели. — Передай Глухарю, что у Кабана все четко. Товар забрали, все в сохранности. Отгрузка будет как обычно.

— Рад это слышать, — улыбнулся я.

— Да я отвечаю, пацаны! — раздался знакомый голос у меня за спиной. — Так и было, зуб даю.

Я уже понял, что все пошло не по плану. Был уверен, что этот дебил с моей битой или уже побывал у Кабана, или и вовсе к нему не попадет. Ведь парень — кажется, его зовут Шпала — встретился с Курьером и выжил. Ну явно должен был сделать хоть какие-то выводы и больше не попадаться мне на глаза.

Но нет, вот он вваливается в кабинет.

— Босс… Там это… Бля, это ж тот одаренный! Он завалил Суслика. Пацаны, это он!

Я вздохнул. Не получилось по-тихому, значит не судьба. Бита уже была у меня в руках, так что оставалось просто действовать.

С кресла я вскочил, одновременно смещаясь в сторону и нанося удар. Статуэтка позолоченного медведя на столе показалась мне достаточно увесистой, и я не ошибся.

Со свистом пролетев через всю комнату, статуэтка врезается в голову охранника с ПП. Я вообще-то рассчитывал просто сбить его с ног, но, видимо, парень успел своими косяками заработать себе на полноценную смерть.

Шпала обалдевает от происходящего, а в дверях уже стоит второй охранник. Создаю проекцию щита и толкаю ее вперед. Охранника сносит и впечатывает спиной в стену.

Резко разворачиваюсь и наношу удар сверху вниз. Рука Кабана с зажатым пистолетом уже направлена мне в грудь, так что я был в считаных мгновениях от смерти. Но оказался быстрей.

Слышится хруст, и оружие падает на пол, Кабан воет, прижимая к груди изуродованную конечность, из которой торчат обломки костей.

— Закрой дверь, — приказываю я.

Шпала даже не пытается сопротивляться, видимо, сказалось его состояние от очередной встречи со мной. Он мгновенно захлопывает железную дверь и задвигает засов.

— Открывай сейф! — новый приказ. И в горле начинает першить. Зря я так.

— Да пошел ты на хрен! — багровеет главарь. — Я Кабан! А ты уже труп, гнида.

Ничего себе, я думал, что мои приказы только на одаренных не подействуют, однако и у простого человека может хватить воли сопротивляться. Ладно, я хотел как лучше.

Вкладываю немного энергии в биту, ровно на один удар. По поверхности оружия зазмеились еле-заметные светящиеся жилки.

Удар получился простой, без замаха, сверху-вниз. Огромный резной стол жалобно треснул и проломился посередине, а следом хрустнуло колено Кабана. Он вновь взревел от боли, изо рта пошла пена, а глаза, казалось, вот-вот выкатятся из орбит.

— Сейф. — Я аккуратно приподнял подбородок Кабана кончиком биты.

— Семь-пять-три-пять, за книгами, третья полка…

— Шпала! — скомандовал я, и мужик побежал выполнять. Послышался писк: он вводил комбинацию. — Где груз для Глухаря?

— Да пошел ты… — Теперь в глазах Кабана появился настоящий ужас. Он что, реально боится этого Глухаря больше, чем сейчас меня?

— Твой выбор, — согласился я.

Чуть больше энергии в биту, чуть ярче засветились прожилки. На этот раз я сделал медленный и широкий замах, оставивший в воздухе белый след.

— Стой!

Бита остановилась в последний миг, так, что лицо Кабана обдало порывом ветра.

— Стой. Твоя взяла. Грузовик на старой стоянке возле мотеля на въезде в город.

— Хорошая попытка. — Новый замах. — Но неубедительно.

— Я не вру, — замахал рукой Кабан. — Мотель для дальнобойщиков на южном съезде. Номера пять-семь-пять, двое в охране.

— Отлично.

Это уже больше похоже на правду. По крайней мере в стрессовой ситуации такие детали не придумаешь, а заранее Кабан вряд ли мог просчитать подобный исход.

— Больше не попадайся мне, — сказал я Шпале, забирая у него мешок с вещами из сейфа.

— Да, господин.

Все это время в дверь непрерывно стучали, но только сейчас догадались начать ломать кирпичную стену.

Я быстро выглянул в окно, и увиденное меня вполне устроило. Схватив визжащего Кабана, просто выбросил его на улицу. А эта зараза оказалась весьма тяжелой! Хоть тут и заводское здание, а не обычный жилой дом, но второй этаж не сильно выше обычного. К тому же Кабан приземлился аккурат на высокий забор с колючей проволокой. Даже не знаю, повезло ему или наоборот.

Зато окно выбито — и путь свободен. Я выпрыгнул следом и приземлился на созданную проекцию платформы. Второй прыжок на новую платформу. Третий прыжок и еще одна платформа, но в этот раз что-то пошло не так. Вместо твердой материи моя нога словно увязла в песке.

Глава 5

Деньги не сделают тебя счастливым, но избавят от проблем, которые могут сделать несчастным

Я потерял равновесие и дальше уже летел на землю, благо недалеко оставалось.

Приземлившись на асфальт, вытер выступивший на лбу пот и огляделся. Окно босса выходило на другую сторону от главного въезда, так что меня нескоро догонят. Да и для начала они пойдут помогать израненному Кабану.

Следует убраться отсюда подальше, здесь мне пока делать нечего. Южная трасса, мотель, грузовик. Надо торопиться, пока Кабан не поднял тревогу.

Обидно, однако, по поводу своих сил. Щитом я выбил боевика в дверях, пару раз усилил биту да создал три платформы, считай, тех же щитов, расположенных горизонтально. Шесть использований своих сил — мой текущий предел. Ну такое себе.

Бежал я долго, но, убедившись, что преследования нет, завернул в проулок и решил осмотреть содержимое мешка, который мне передал Шпала. В сейф я заглянул мельком, но вроде бы парень в состоянии шока выгреб все подчистую.

Несколько папок с документами. Записная книжка: имена, номера, цифры. Какие-то расчеты… Пятьдесят рублей на сотню? О чем это? Ладно, потом разберусь. Не особо интересно, но наверняка важно. Деньги. Кстати, не густо, всего пара тысяч рублей. Зато немало драгоценных камней и золота, которые мне так-то и деть некуда. В ломбард какой отнести или скупщику? Больше вопросов вызовет…

Деньги мне нужны. Много и быстро. Как говорил один старый и опытный Курьер, деньги не сделают человека счастливым, но они избавят от проблем, которые могут сделать его несчастным.

А проблем у меня сейчас хватает. И, зная свою натуру, уверен: скоро их станет еще больше. И я совсем не против решить большинство деньгами. А еще я люблю мягко спать, вкусно кушать и хорошо жить. Так что боевые трофеи — наше все.

Прикинул. Мешок тяжелый, таскать неудобно. Деньги и горсть разноцветных камней распихал по карманам. Туда же ушли тонкие пластинки золота.

Пару мелких камней бросил в коробку, которая стояла рядом со спящим бомжом. Все равно они у меня в карманах где-нибудь потеряются, да и что они могут стоить? Внезапно почувствовал небольшой прилив сил, как будто кардинально изменил судьбу человека в лучшую сторону. Так было с парнем из переулка и с Миной.

Скептически глянул на бомжа, достал сто рублей и бросил в коробку. Нет, больше ничего не поменялось. Ну ладно, не забирать же у бомжей деньги теперь. К тому же, он уже сжал их в руке, даже не просыпаясь. Как умудрился? Ладно.

До нужной стоянки дошел быстро. Просто шел на юг и вскоре выбрался из города. Еще через пару километров заметил несколько небольших строений на обочине и светящуюся вывеску.

Грузовик оказался на месте, неприметный, ничем не выделяющийся. Подойдя к задней части, увидел тяжелый навесной замок, прикинул, что проще всего будет снести его. Бита появилась у меня в руках в тот момент, когда сзади послышались шаги.

— Вам чем-то помочь, уважаемый?

— Да, — улыбнулся я, оборачиваясь. — У вас, случайно, ключа не найдется?

Охраняли грузовик всего два человека, зато оба с пистолетами. Но надо было сразу стрелять, а потом спрашивать. Видимо, по каким-то причинам Кабан не успел сообщить им о возможных проблемах.

Рывок. Без всяких способностей и усилений. Простой рывок, который получился весьма неплохим за счет того, что мое тело так было создано. Два взмаха биты, звонкие удары, словно камень кинули в пустую кастрюлю.

И вот уже на земле лежат полуживые охранники. Все заняло не больше секунды. Я быстро обшарил карманы, но никаких ключей не обнаружил.

— Пацаны, босс звонил, грит, ща какой-то борзый тип с битой может припереться, — раздался голос, приближающийся со стороны кабины. — Грит, валить сразу, разбираться потом будем. Пацаны?

Он как раз показался из-за фургона, и я аккуратно ткнул ему битой в висок, держа ее на манер бильярдного кия на вытянутой руке.

Третье тело прилегло отдохнуть. А вот и ключи нашлись. Вскрыв замок, я залез внутрь. Сразу же обратил внимание на странный запах пота и аммиака. Внутри все было заставлено ящиками.

Вскрыл несколько, но ничего интересного. В основном алкоголь. В одной коробке увидел фарфоровые фигурки котиков. Сдавил чуть сильней — и фигурка разлетелась на сотни осколков, а у меня в руках остался сверток с белым порошком. Ну, я догадываюсь, что это такое.

Бросил наркотики обратно и обратил внимание на странный источник энергии. Пройдя вглубь, сдвинул несколько коробок и заметил сейф. От него ключей уже не было, а вот заглянуть внутрь очень хотелось.

Будь у меня открыт глаз, изменяющий материю, я бы просто смял дверцу или сделал замок жидким. Но имеем, что имеем. Бита мягко засветилась, я прицелился и нанес короткий удар. Грохот, скрежет, скрип — и железка выгибается. Дальше в ход пошла грубая сила.

Через пару минут я все же смог кое-как открыть дверцу и заглянуть внутрь. Толстые пачки денег, но какие-то странные. Сравнил с деньгами в кармане. Так, деньги из сейфа Кабана обладают легким магическим напылением защитного характера. А деньги из сейфа в грузовике — нет. Ага, так вот что значит «пятьдесят рублей за сотенную купюру» из документов Кабана. Фальшивка для неодаренных. А жаль.

В любом случае меня больше заинтересовал источник энергии. Забравшись чуть глубже, достал небольшую шкатулку и откинул крышку. Внутри в выемках были аккуратно разложены кристаллы. Шесть штук примерно одного размера. Первая ступень, самые слабые, но все же кристаллы. В сумме по количеству энергии они не дотягивают даже до третьей ступени, но если я их все сожру, то смогу немного усилиться.

Почему-то мне кажется, что эта шкатулка — самое ценное, что есть в фургоне. Отличный повод встретиться с Глухарем, я считаю.

Коробка ушла в карман, и тут я услышал странный звук, похожий на всхлип. Подошел к дальней стене и положил на нее ладонь. Не нужно обладать навыками контроля пространства, чтобы заметить, что контейнер внутри гораздо меньше, чем снаружи.

После беглого осмотра я нашел неприметную ручку и сдвинул панель в сторону. А вот и причина запаха. В небольшом отсеке сидели три полуголые девушки, прикованные цепями к полу.

Довольно красивые, должен отметить, я бы даже сказал — ухоженные, если смыть следы длительного пребывания в заточении. Кожа чистая, руки и ногти относительно тоже. То есть они не похожи на каких-нибудь жительниц трущоб. Силы я в них не ощущал, так что одаренными девушки точно не были.

Все три со страхом щурились, глядя в мою сторону. Вряд ли в темноте они хоть что-то могли разглядеть, это моим глазам хватит и крупицы света, чтобы все прекрасно видеть. Например, старые подстилки, покрытые пятнами. Звукоизоляцию, которой обит отсек. Синяки на телах девушек.

— М-да, — подвел я комплексный итог увиденному.

Развернулся и пошел обратно.

Троих ублюдков я связал их же порванными рубашками, особо не жалея и затягивая рукава в узлы так, что, скорей всего, передавил все сосуды.

После всех этих мероприятий я…

…отправился в ближайшее кафе и попросил связаться с полицией. Заведение находилось чуть в стороне от комплекса мотеля и все еще работало. Ничего особенного, небольшое помещение без какой-либо претензии на роскошь, но запах с кухни доносился приятный.

Я теперь был при местных деньгах, так что взял себе кофе и кусок пирога с яблоками. Кофе оказался паршивым, как и пирог. А чего я вообще ожидал?

Помимо меня из посетителей в углу сидел паренек в мятом дешевом костюме. Перед ним на столе были разложены бумаги, в которых он делал какие-то заметки и периодически отвлекался на телефон.

Заказав кофе в ожидании представления, я вертел кубик, пытаясь собрать стороны так, чтобы получился узор. Но не то что одна сторона не собралась, а, кажется, все стало только хуже. М-да… А эта энергия бы мне сейчас пригодилась.

Вскоре подъехала полицейская машина. Минут через пятнадцать — еще две и одна скорая. Людей на стоянке стало много, и все чего-то суетились. Кто-то слонялся из стороны в сторону, другие вытаскивали ящики из грузовика, третьи помогали медикам с девушками.

— Что-то не так, — хмурился я, наблюдая.

Вроде бы все правильно сделал, но чувствую, что моя связь с миром вроде и не окрепла даже. Хотя спасти девушек и избавить город от наркотиков — дело явно на пользу человечеству. Где моя сила, Амбер?

— Позеры, — услышал я голос парня в углу. Заметив, что я вопросительно на него посмотрел, он продолжил мысль: — Мотель на загородной трассе. Это не юрисдикция полиции города. Они тут сейчас рожами посветят, а потом отчитаются, что накрыли партию незаконного товара. А по факту передадут все материалы, а сами палец о палец не ударят.

— А почему тогда они тут?

— Да кто-то сообщил, наверное. Вот и отрабатывают получение информации. А как увидели, что в кузове, так сразу начальство приехало, странно, что еще репортеров не вызвали.

— А кто должен был приехать вместо них? — спросил я, хотя уже начал догадываться.

— Земли вокруг города принадлежат местным баронам. Эта вроде Тютчева. Сейчас гвардия приедет, будут разбираться. А барону на полицию насрать, он напрямую в канцелярию отчитывается. Да только кто с него спрашивать будет.

Так все и случилось. Через полчаса приехали ребята на двух черных тонированных джипах с незнакомыми гербами. Оттуда вышли серьезного вида парни, о чем-то поговорили с полицией.

Затем те погрузили ящики обратно в кузов, а что самое странное — туда же отправились и девушки. И в итоге грузовик уехал в сопровождении джипов куда-то прочь от города.

— И это нормально? — спросил я парня. — Там же были люди и явно что-то незаконное.

— Барон сказал, что со всем разберется, а полиция сделала вид, что поверила, — флегматично пожал плечами парень. — Уже к обеду люди барона принесут капитану конверт с документами, которые подтверждают, что все в порядке.

— Очень плотный конверт будет.

— И в интересах капитана его взять.

— Бред.

— Так и живем, — спокойно произнес парень. — Если ты не аристократ, то лучшее, что можешь сделать, — не связываться с аристократами.

— А если сам аристократ?

— Ну, совет от этого никак не изменится, — усмехнулся парень и снова уткнулся в свои бумаги.

Я решил ему не мешать, да и кубик уже заметно начал подбешивать. А меня в принципе довольно тяжело вывести из себя.

Вышел на свежий воздух и глубоко вдохнул ночную прохладу.

— Чую запашок неправильного миропорядка, — усмехнулся сам себе. — Впрочем, когда меня волновали проблемы мира, если мне за них не платят?

И я не шучу насчет оплаты. Оплата Курьера — не просто заработок, но и символ. Оплата — это подтверждение Договора. Договор — это священно. Если Курьер взял оплату, он обязан сделать все возможное, чтобы выполнить заказ. И если для этого нужно очистить мир от вторжения демонов или утихомирить разбушевавшегося лича, возжелавшего мирового господства… ну что ж, это просто часть сделки.

Если Курьер взял заказ и получил оплату, значит Амбер одобрил этот путь для Курьера и проложит его таким образом, чтобы путь стал хирургической нитью, сшивающей раны мироздания. Ну а сам Курьер станет еще сильнее.

С такими мыслями я добрел обратно до завода, где обитал Кабан. Почему сюда? Ну, все просто. Не за джипами же мне бежать. Сами приедут, усадят в машину и довезут, куда мне надо.

Да и самое главное в моем плане теперь — это камни, а они у меня, так что приедут как миленькие. Значит, все идет по плану. Осталось подождать, когда сюда заявится настоящий человек Глухаря. А если я хоть что-то понимаю в бандитских разборках, то он должен заявиться очень скоро.

Банде было не до меня, так что я просто вошел через дыру в заборе, которая осталась там после падения Кабана из окна. Нашел пожарную лестницу и в два прыжка с помощью платформы дотянулся до нее. Забрался на крышу, да там и задремал. Хорошее завершение продуктивного первого дня, я считаю.

* * *

Проснулся уже рано утром. Странно, вроде бы поспал часов шесть, а такое чувство, что только-только глаза закрыл.

Но поспать дольше не получалось, потому что внизу начали шуметь. Крыша у здания вся в дырах, так что мне было и прекрасно слышно, и видно. Похоже, я проспал какую-то часть представления и проснулся уже к развязке.

На дне огромного котлована на коленях стояли пять человек, включая Кабана и Шпалу. Еще около десятка лежали мордой в землю на краю котлована. Над ними я заметил трех парней с пистолетами и одного человека, который сильно выделялся на общем фоне. Ничего особенного, просто его одежда выглядела чище и дороже, чем у остальных. Да и не видел я бандитов в белых пиджаках поверх бордовых рубашек.

— … сутки на все про все, — вещал он, обращаясь к лежачим. — Не вернете товар, присоединитесь к боссу.

Бетономешалка тем временем натужно скрипела, выливая содержимое цистерны прямо в котлован. Кабан и остальные были уже по пояс в жидкой смеси, и останавливать машину явно никто не собирался.

Паршивая смерть. Даже для таких ребят, как эти. Нет, смерть они заслужили, тут я не спорю. Но это как лечить чесотку, выжигая кожу каленым железом.

Потому я не так тихо, как хотелось бы, спрыгнул вниз через дыру в крыше. Все сразу же обернулись на звук. М-да, с каких это пор я не могу бесшумно спрыгнуть с десятиметровой высоты? Эх, как же не хватает остальных глаз!

— Ты еще кто? — удивился белый пиджак.

— Просто парень с битой.

Первого громилу, почти рядом с которым я приземлился, отправил в котлован простым пинком. Немного не рассчитал силу, так что тот долетел аж до противоположной стены ямы и лишь потом скатился вниз.

Второй уже развернулся ко мне и навел оружие. Я крутанулся, уходя в присед, бита с размаху сломала ублюдку ноги. Тот упал на край и с криком скатился к своему братюне.

Третий был далековато, так что успел не только навести и прицелиться, но и выстрелить. Я выставил руку, Поток приятно прошел через все тело, формируясь на открытой ладони в плоскость щита, который я тут же отправил вперед.

Незримый щит выдержал две пули, прежде чем сбить с ног третьего бандита. Пиджак уже достал из-за пояса пистолет, но почему-то перехотел стрелять и пушку уронил. Возможно, это как-то связано с бейсбольной битой, прилетевшей ему в лицо. Не знаю.

Я спокойно обошел котлован по кругу, поднял выпавший пистолет третьего бугая и для начала пальнул в потолок. Парни, уже начавшие подниматься с пола, быстро передумали.

— Не отвлекаемся, — произнес я. — Продолжаем расслабляться, не напрягаемся, наслаждаемся единением… с бетонным полом в его твердом состоянии. Кто не хочет, сможет единяться с жидким.

Я пнул пистолет пиджака в котлован, где он тихо булькнул. Остальной огнестрел уже там, даже если достанут, вряд ли смогут выстрелить. А судя по возне внизу, Кабан со своими решил воспользоваться ситуацией.

— Ты вообще понимаешь, на кого попер, а? — Парень в пиджаке нещадно гнусавил, придерживая разбитый нос.

— На кого? — усмехнулся я, подбирая биту и направляя ее на пиджака. Так, что ему пришлось пятиться. — На тебя? На Глухаря? На барона? На кого-то выше?

Когда земля с края котлована начала осыпаться вниз под подошвой пиджака, я остановился. Так мы и замерли: бандит на самом краю, я с вытянутой битой.

— Че те надо? — продолжал наезжать пиджак.

Явно привык командовать и помыкать. И получать от этого удовольствие. Сразу видно руководителя, лишь на ступеньку поднявшегося над остальными.

Но я задумался над вопросом. И правда, что мне надо? Мне надо узнать про перстень с символом Потока. Он как-то связан с местной аристократией. Соответственно, мне нужен кто-то из них, чтоб объяснил и показал. Первый на очереди барон, то есть Глухарь мне вообще не нужен.

Я не против по пути перебить всю местную шваль, ведь это сделает меня сильнее. Но тут важно соблюдать баланс и не увязнуть в мелких разборках.

— Передай начальству, что у меня товар. — Я продемонстрировал шкатулку с камнями. — Вечером буду ждать в ресторане под названием «Княжеский Пир». Пусть принесут деньги, и без фокусов. Все понял? Свободен.

Я махнул битой в сторону выхода. Пиджак злобно посопел, посверлил меня взглядом, но все же пошел. Уже в дверях бросил что-то неразборчивое вроде «звезда тебе», после чего бросился бежать. Зачем мне звезда? Странный.

Я подошел к краю котлована и присел. Кабан пытался привести в чувство найденный на дне пистолет, его четверка нерешительно ощупывала скользкие стены, бетон все прибывал, а трех сброшенных ребят Глухаря видно не было.

— Мы же оба понимаем, что тебе этого не простят, — произнес я, обращаясь к Кабану. — Можешь потратить время и попытаться меня достать, а можешь использовать его, чтобы быстро свалить куда подальше. Выбор за тобой.

Я бросил вниз последний пистолет, встал и спокойно пошел на выход. Никто не пытался меня остановить или броситься в погоню. Мне не требовалось их убивать лично, достаточно того, что я вмешался. Большинство из них скоро помрет в местных разборках, прекратит портить воздух своим существованием, а я получу свою оплату от Амбера. Кто-то из них заслуживает второй шанс и выживет. Кто-то — но не все. Кому суждено помереть, те помрут. Либо решат поквитаться со мной, либо их достанет Глухарь, либо еще как-то.

Я чувствовал, что стал сильнее, а значит, моя работа тут закончена. Пришло время дойти до барона.

Глава 6

Предсказал, что вечером будет в хламину пьян, и решил действовать на опережение

В ресторан я не пошел, впереди еще целый день. Надо было дать всем пешкам немного времени, чтобы организоваться и решить, кого они сегодня отправят на убой… На встречу. Я имел в виду на встречу.

Решил отправиться к Мине за… хм… лапшой. Но, к моему сожалению, ресторан оказался закрыт, а на двери висела табличка о поиске сотрудника.

— Научил на свою голову, — хмыкнул я. — Мог ведь сказать, чтобы уволилась послезавтра, а не в тот же вечер.

Ладно, несмотря на ситуацию, я был очень рад, что девушка уволилась. Значит, накипело настолько, что ей не хватало всего лишь одной искры.

Еще в душе промелькнуло некое злорадство по поводу ее босса. Надо было уважительней относиться к сотруднику, без которого даже ресторан открыть не можешь. Будет ему уроком.

Но кушать хочется, так что я пошел бродить по городу в поисках завтрака. Деньги у меня теперь какие-никакие водились, так что шел на запах и остановился у небольшой уличной палатки, где смуглый старичок ловко готовил мясо, завернутое в лаваш.

Кстати, неожиданно вкусно получилось. Простенько и вкусно.

— Отец, — обратился я к хозяину лавки, пока тот был не занят. — Не подскажешь, что может заинтересовать императора?

Ну а что? Вдруг случайный лавашечник знает тайны мироздания.

— Нашего?

— Нашего. — Странно прозвучало это слово, но вырвалось легко и само собой.

— Сегодня или вообще?

— Вообще.

Забавно, но старик меня психом не посчитал. Стал отвечать, хоть и с усмешкой:

— Власти всегда нужны от народа две вещи. Солдаты и налоги.

— Логично, — хмыкнул я, прикидывая в уме. — А сегодня?

— Так, сегодня у нас воскресенье? Тогда только солдаты.

— А налоги уже нет?

— А налоги в понедельник платить только. А солдаты в любые времена нужны. У войны нет расписания.

— А у налогов есть. Благодарю за пищу. Это на налоги.

Я расплатился, оставив два рубля чаевыми. Хотя сама шаурма стоит всего рубль.

Вчера я неплохо изучил центр, так что сегодня решил прогуляться по окраинам. Где-то ближе к обеду заметил, что множество людей идут в одном направлении. Причем идут целыми семьями, с детьми, все веселые и жизнерадостные.

Ну, где люди с улыбками, там всегда хорошо, потому я не задумываясь вклинился в поток. Выйдя из города, увидел большую территорию, огороженную временным забором. Над воротами огромная вывеска с кучей лампочек.

Судя по ней, в город приехал передвижной цирк. Обещают множество развлечений, сладкой ваты, яблоки в карамели и аттракционы.

Что ж, почему бы и нет? Сладости я люблю. Акробаток тоже. Из-за них однажды так и не смог нормально насладиться остальной частью обширной программы одного известного передвижного цирка. В итоге провел в их обществе весь месяц, а когда освободился, цирк уже покинул тот мир, забыв даже самих акробаток. Две янтарных эры пытался попасть к ним на представление, но никак не удавалось оказаться в одном мире в одно время. А потом путь увел меня далеко на другие ветви Бесконечного Древа Миров.

Пока предавался воспоминаниям, сам не заметил, как сделал круг и вернулся к входу. М-да, маловат, конечно, цирк. Тот, о котором вспомнилось, занимал площадь целого города, а за день не всегда удавалось и одну улицу пройти…

Когда в руках осталось три палочки от сладкой ваты, я решил взять еще и яблок в карамели. Зачем-то сразу четыре штуки. Пришлось угостить шныряющих детишек по пути. Одеты они были очень скромно, рассматривали прилавки и чуть ли не слюни пускали.

— Это… нам? — с восторгом и одновременно с подозрением спросила белокурая девочка.

— Это вам, — улыбнулся я и пошел дальше.

Мое внимание привлекла маленькая вывеска у незаметного шатра. Я вообще привык подмечать незаметное.

Подошел ближе, разглядывая расшитый звездами шатер. Вывеска над входом гласила, что он принадлежит ясновидящему Ламаро. А сбоку висела табличка с предоставляемыми услугами и ценником. Отвод порчи, гадание, предсказание будущего, поиск суженого, бла-бла-бла. Пророк, получается? Да это же мой бро! Интересно, у него тоже открыт четвертый глаз или обычный шарлатан?

Зайдя внутрь, я с удивлением понял, что тут никого нет. Стол завален хрустальными шарами, свечами в тяжелых подсвечниках, картами и бутылками. Сильно воняло какими-то пряными травами, похоже здесь их часто жгли. Никакой магии, никаких артефактов, ничего. Ладно, собственно, а чего я ожидал?

Вышел обратно на свежий воздух и даже прикрыл глаза от слепящего солнца, внутри было слишком темно.

— Оказался слишком хорошим предсказателем, — раздался насмешливый голос сбоку.

— Простите? — не понял я.

— Лам, — человек кивнул на шатер, — предсказал, что вечером будет в хламину пьян, и решил действовать на опережение.

— Понятно.

Я мельком оглядел говорившего. Мужчина крепкого телосложения, в простой, но качественной одежде, сидел за низким столом, так, что колени были видны. Рядом стаканчики, кубики, в руках колода карт.

— Сыграть желаете? Будущего не знаю, но если удача к вам благосклонна, выигрыш один к десяти.

— Многовато обещаете, это хорошо работает с идиотами, но отпугивает умных. Один к пяти было бы лучше.

— Давайте один к пяти, — усмехнулся картежник. — Стаканы, кубики, карты?

— Стаканы твердые, шарик либо на магнитах, либо улетает в рукав, кубики со смещенным центром тяжести или на магнитах. А карты полностью зависят от ловкости рук. Давай карты.

— Оу, да у нас тут мистер Скептик. У меня все по-честному, — даже не старался скрыть вранье мужик. — Угадаешь, где дама, приз твой.

— Давай, — кивнул я. Забавный. Он мне нравится.

Карты замелькали перед лицом, руки шулера двигались с грацией профессионала. Он то показывал верхнюю карту, а затем мешал колоду, то сразу выкладывал на стол. И так до тех пор, пока передо мной не образовалось пять карт, рубашкой вверх.

— Ну? Успел заметить, где дама, мистер Скептик?

— Браво, — похлопал я.

Он успел показать мне четыре дамы и якобы всех выложил на стол. Кто-то пойдет от обратного и выберет пятую карту, думая, что его обманывают. Но ловкость рук заключается в том, что он всегда сначала показывал верхнюю карту, а уже выложить мог как ее, так и вторую или вообще нижнюю.

— Дама в колоде, вторая сверху, — выбрал я. Не видел, правда не видел. Просто предположил, основываясь на опыте подобных фокусов.

— Очень горячо, мистер Скептик, — усмехнулся парень. — Но она оказалась первой.

Он выложил «верхнюю» карту и сделал это очень ловко. Сначала перевернул те, что лежали на столе, а уже затем взял одну из колоды, так что не успеваешь понять, откуда он ее вытащил.

На столе, кстати, лежало каре королей. Или как назвать комбинацию, когда у тебя пять одинаковых карт?

— Браво, — повторил я и выложил проигранный рубль, а затем еще десять. — За профессионализм.

Всегда во всех мирах искренне уважал мастеров своего дела, каким бы это дело ни было.

— Пусть удача улыбнется вам не в картах, а в жизни, мистер Скептик, — по-доброму рассмеялся шулер.

— И тебе не хворать.

Вышел с территории цирка и обернулся. Странное место… Что-то меня здесь притягивает, но не могу понять, что именно.

Вселенная часто обращается к людям, просто мало кто обращает на нее внимание. Человек идет на собеседование в фирму, где его точно возьмут на работу — но это будет самый адский труд, который доведет его до депрессии.

И прямо перед выходом он забывает, скажем, папку с документами. Возвращается, опаздывает, бежит, у него лопаются шнурки или отламывается каблук, рвутся колготки, зависит от того, парень или девушка. Но его это не останавливает, он идет дальше. Автобуса долго нет, на дорогах пробки, таксист проезжает по луже — и грязь попадает на человека. Вселенная всеми способами говорит, что не нужно ему идти на собеседование, свидание, встречу, переговоры, в принципе в то место. Это не его путь.

Я Курьер. Мне такие крайности ни к чему, одного наития достаточно, чтобы понять, что это место мне важно. Просто пока не могу понять почему.

Время близилось к вечеру, и я решил направиться в ресторан, чтобы успеть поесть.

«Княжий Пир», место, где я назначил встречу через человека Глухаря. Ресторан я выбрал не случайно, заприметил его еще во время вчерашней прогулки. Заведение производило вид приличного и даже дорогого. Все красиво оформлено, официанты в наглаженных рубашках, чисто, аккуратно, прилично. Но «средненькие» запахи еды их выдали.

Свободных мест мало. Значит, либо люди ходят сюда не за едой, либо у заведения иной источник дохода, либо все вместе. А судя по выцветшим афишам и потрепанному меню, ресторан работает довольно давно и даже не думает закрываться.

Когда я вошел внутрь, то лишь убедился в своих догадках. Много людей из явно разных слоев общества, часто за одним столом. Обсуждают дела или просто общаются. Некоторые молча потягивают кофе, а под пиджаками что-то выпирает.

Если этот ресторан держит не Глухарь лично, то кто-то из имеющих власть. Удобное прикрытие для ведения дел. Можно и серые дела обсудить, и просто отдохнуть, и деньги отмыть.

Я сделал заказ. Набрал всего по чуть-чуть, отдавая приоритет самым дорогим блюдам. Отдал официанту чаевые, так они быстрее работают.

Задумавшись, все же решился и достал шкатулку с камнями. Взял два и сунул в рот. Один разгрыз и проглотил, а второй оставил за щекой. Он мне еще пригодится.

Эх, на вкус как толченое стекло с опилками. Не самый приятный способ поглощения энергии кристалла, и он доступен лишь Курьерам.

Таким образом я не открою новую способность и не стану сильнее со временем. Но все имеющиеся способности на время усилятся. В былые времена я бы даже от горсти таких камней не заметил никакой разницы, а сейчас эффект может продлиться пару недель.

В целом мы всегда использовали временное усиление перед сложной и опасной доставкой. Расходы включены в аванс. Изжога тоже, к сожалению.

Сейчас меня интересовал мой четвертый глаз, отвечающий за предвидение. Его возможности пассивного режима меня не устраивали. И теперь — неделю точно — я смогу видеть чуть больше собственного будущего. Как минимум раньше замечать собственную смерть или ее вероятность.

Прошлое изменить невозможно, но будущее не предопределено. Просто есть вариант «невмешательства». Как все произойдет, если никто не будет знать, что это произойдет. Проще говоря — естественный ход вещей. Мне же нужно знать варианты и понимать, где я могу сыграть лучше, а где лучше будет не играть вовсе.

Некоторое время мне удалось спокойно ужинать. Еда была приготовлена из хороших, качественных продуктов, но готовил ее не повар, а исполнитель, который делал все по инструкции.

Эх, а ведь я бывал в таких ресторанах, где место и блюдо приходилось заказывать за годы до посещения. Даже шестиглазому Курьеру. И я точно знаю, что двух разных рыб, выловленных из одного аквариума в одно и то же время, нельзя готовить по одной и той же инструкции.

Энергия в теле начала циркулировать, временно расширяя мою связь с Потоком. Будущее обретало краски, пусть и широкими мазками, но все же. Варианты стали более предсказуемыми. В каком-то смысле можно сказать, что у меня просто обострилась интуиция или усилились аналитические способности. Примерно так это и работает на самом деле на моем текущем уровне.

Наконец мои ожидания оправдались: в ресторан по одному начали заходить довольно странные посетители: не обращая на меня внимания, они подходили к «кофеманам» и коротко о чем-то беседовали, а затем уходили. Полчаса такого брожения — и хозяева решили, что пора действовать.

Ко мне направились шесть человек с разных сторон. Все в строгих дешевых костюмах с выпирающими стволами под мышкой. Гангстеры недоделанные.

Одаренных среди них не было, силу я всегда чувствую. Но все равно ситуация опасная. Я не стал играть в героя — просто выложил шкатулку на стол. Один из подошедших откинул крышку, проверил содержимое и кивнул остальным.

— Вас ожидают, — произнес он.

Вначале я был уверен, что меня будут пытать прямо здесь, в ресторане. Наверняка у них имеются подходящие помещения. Но усилившийся глаз Пророка сообщил, что более вероятен другой исход. Так и случилось.

Меня вывели через черный ход, обыскали, забрали деньги, драгоценности, перстень, и куб. А больше у меня ничего и не было. По крайней мере они так решили.

Посадили в фургон и молча куда-то повезли. Я не сопротивлялся, чтобы не пришлось убивать их, когда ребята попытаются меня утихомирить. В конце концов, они везут меня туда, куда мне и надо. На встречу с кем-то из боссов.

Из фургона меня высадили уже за городом, предварительно сковав руки кандалами. Натуральными такими тяжеленными кандалами, с суровой на вид цепью.

— Чего мелочитесь, парни? Где рабский ошейник и кирка? Зажмотили остальной комплект? Я требую весь сет рудокопа.

— Требуй, требуй, — буркнул один из сопровождающих. — Пока можешь.

Меня пересадили в черный лимузин, и машина мягко тронулась с места. Это хорошо: похоже, там, куда мы едем, на паршивых фургонах не пускают. Плохо другое. Пророческий глаз начал сбоить.

Будущее, которое я и так видел лишь очень широкими мазками, внезапно начало хаотично меняться. Стоило мне решить, как действовать, будущее моментально принимало иную форму.

С таким я встречался не раз. Чаще всего это случается, когда в одной точке пространства-времени сталкиваются два пророка или существа, способных быстро импровизировать. Таких в мироздании очень много и помимо Курьеров, взять тех же Трикстеров Хахи.

Но главная проблема заключалась в том, что во всех вариантах я перестал видеть себя после определенного момента времени. Во всех. И этот момент наступит примерно через час.

— Ох и заставил ты меня понервничать, — произнесла сочная блондинка, сидящая в полумраке напротив меня. — Зря.

Похоже, начинается самое интересное.

Глава 7

Один старичок сказал, что барон — редкостный говнюк, а вы как раз похожи на редкостного говнюка

Учитывая место и обстоятельства, при которых меня забрали, а также цену автомобиля, сомнений не оставалось.

— Глухарь, я так понимаю? — все же уточнил я.

— Я на него работаю, если ты об этом, — бросила женщина, что-то быстро печатая в телефоне.

— Ой, да ладно, мне-то не заливай.

— Мы уже перешли на «ты»? Быстрый мальчик. И смелый. Но, скорее, глупый. — Она бросила на меня короткий взгляд.

Точно Глухарь. Слишком амбициозна, чтобы быть на вторых ролях, и достаточно умна, чтобы это скрывать. Это понятно по рассказам местной шушеры, с которой я успел пообщаться, и по сложившейся ситуации. Ну и плюс пара десятков мелких деталей — я успел их для себя отметить, но никак не мог сложить в одну картину.

От женщины веяло дестабилизацией, но странной. Она словно бы несла в этот мир боль и грязь, но потому, что так было надо. Я такое уже встречал, довольно часто и даже в больших масштабах. Очень тяжелое бремя, которое выбирают самостоятельно.

Она пошла по пути Грешника. Души, которая родилась для того, чтобы взвалить на себя бремя ответственности. Часто это не плохие люди. Это люди, которые совершают плохие вещи, потому что надо, но больше некому.

— Какой ранг? — бросила женщина, вырывая меня из мыслей.

— Второй, — буркнул я, продолжая на нее пялиться, — может, с половинкой.

Она коротко посмотрела на меня, проследила за моим взглядом, посмотрела на свою грудь и снова на меня. Да, я никогда не придерживался аскетичного образа жизни, что такого? А мое новое тело вообще еще даже девственности не лишилось, хотя я уже два дня в этом мире.

— Магический ранг какой у тебя, придурок?

— Чем занята вечером? Я недавно в городе, может, покажешь хороший ресторан?

— Тебе жить осталось два часа от силы.

— Я не услышал «нет».

— Где еще два камня? — Она потрясла шкатулкой.

— Формально тоже в машине.

— Нормально на вопросы отвечать не хочешь.

— Это у нас взаимно, — усмехнулся я.

— Ты странный. — Внезапно женщина сменила тон и уставилась на меня. — Свалился, как снег в июле, навел шороху, потрепал Кабана, вытащил ценный груз, заявился на встречу, как ни в чем не бывало… Так еще и сдался без сопротивления. Я целый отряд наемников оплатила, готовясь к стычке с магом рангом не ниже ветерана.

— Я очень загадочный, да. Это у нас тоже взаимно.

— Ты без оружия, в антимагических оковах, едешь к барону, где тебя допросят и казнят. А я вернусь обратно на вечеринку в честь благотворительного вечера, допивать шампанское и мило улыбаться важным шишкам.

Вообще-то я честно хотел просто поговорить с бароном. Если бы он оказался вменяемым мужиком, то я даже готов был извиниться за то, что доставил ему хлопот, и возместить ущерб. Но, объективно говоря, каковы шансы, что человек, покрывающий мелкие уличные банды, торгующий наркотой, рабами и фальшивками, окажется вменяемым?

Не стану себя обманывать, я очень рад, что меня собираются пытать. Надеюсь, барон окажется конченой гнидой. Два в одном получится: и ответы выбью, и сильнее стану. Так еще и с чистой совестью обзаведусь трофеями. То есть три в одном выходит. Да что не так с мозгами-то? Нет, это точно предыдущий владелец тела пренебрегал тренировкой серой мышцы. И надо было мне такой геном развивать? Будь больше времени с шестью глазами, подправил бы и этот момент.

— Так а зачем мы тащимся к барону, который даже не приглашен на вечеринку? Разворачивай машину, поедем оба пить шампанское.

— Уже поздно, — уголок ее губ приподнялся, — мы приехали. Напомню, что у тебя был вариант ответить на вопросы по-хорошему. Теперь придется отвечать как обычно.

— Звучит очень скучно и банально. Пытать будут?

— Если продолжишь разговаривать в том же духе — возможно. Но если честно расскажешь, куда дел целых два кристалла первого ранга… Кто знает.

Так, значит, кристаллы здесь называют кристаллами, и система ранжирования аналогична общепринятой. Запомним.

Мы действительно заехали на территорию, как я понял, загородной усадьбы барона. Семьдесят два километра на юго-восток от города, почти по прямой. Тоже запомним.

А вот красотами здания насладиться не удалось из-за накинутого на голову мешка. Меня вывели из автомобиля двое громил, я ощущал в них малую силу, это когда мана и магия вроде и есть, но настолько слабые, что можно не принимать в расчет.

Ману я хоть и чувствовал, но работать с ней не мог. Я никогда не выпущу даже крохотной искорки из пальца, а какой-нибудь замшелый архимаг из отдаленного провинциального мирка спокойно может вызывать метеоритные дожди. Но любой полноценный Курьер заткнет такого архимага за пояс даже не напрягаясь, потому что мы работаем с энергией Потока. Поток первичен, он пронизывает все мироздание.

Правда, мне до полноценного Курьера теперь расти и расти. Снова.

— Как зовут? — спросил я, снова унюхав рядом запах духов Глухаря.

Тишина.

— Ой, да ладно тебе. Считай это последним желанием приговоренного.

— Светлана, — произнесла женщина.

— Какое красивое имя — и как же оно тебе не подходит. Вернее, твоей профессии. — Я сменил тон, став максимально серьезным, и добавил в голос приказа: — Не заходи в дом, Светлана. Садись в машину и уезжай как можно быстрее. Отправляйся обратно допивать шампанское и улыбаться важным шишкам. Если зайдешь в дом, обратно уже не выйдешь.

Это можно было принять за шутку, за угрозу, за розыгрыш, за блеф, за что угодно. Но это уже произносил не безоружный парень в антимагических кандалах. Это произносил шестиглазый последователь Амбера. Неважно, потерял я свою силу, неважно, знала ли об этом Светлана. Сильный сказал слово. Слабый его услышал.

Женщина замялась, неуверенно переступила с ноги на ногу и направилась куда-то в сторону. О чем-то коротко переговорила, сослалась на срочные дела и уехала обратно. Может, это и совпадение, а может, она просто умная девочка с хорошей чуйкой. Недаром держит в цепких коготках целый городок.

Меня же провели через усадьбу, спустили в подвал, затем еще ниже и наконец усадили на жесткий металлический стул, не забыв приковать к нему как следует.

Через семнадцать минут наслаждения сыростью и холодом кто-то соизволил посетить одинокого меня, чтобы развлечь. Мешок сняли, и я увидел полноватого мужичка в годах, с неприличным количеством седины в волосах. Судя по округлой морде и мешкам под глазами, жизнь у него была сытая, но нервная.

— Барон Тютчев, предполагаю? — вежливо улыбнулся я.

— Ваше благородие. — Удар пришелся мне ровно в затылок. — К господам следует обращаться «ваше благородие».

Я запрокинул голову и посмотрел на стремного тощего мужика, что стоял у меня за спиной.

— Тебя я убью первым.

Человек был местным магом, как их здесь принято называть — одаренным. Я ощущал его родство с тенями, но именно что родство. Это как же все хреново, раз я такого слабака не смог ощутить за собственной спиной?

Барон тоже был одаренным, но уже посильнее. Местную градацию рангов я не знал, но навскидку — барон бы уделал трех-четырех таких типов, как теневик за спиной. Я не ощущал родства с какой-либо стихией, планом или иным аспектом, так что не знал, в каком направлении работает его дар.

— Раз знаешь мою фамилию, — барон неспешно уселся в кресло напротив, — значит с самого начала знал, кому дорогу переходишь.

— Нет, что вы, ваше благородие. — Я оглядел серую камеру, в которую меня привели. Кресло явно не отсюда. — Просто недавно общался с одним старичком, который сказал, что барон Тютчев редкостный говнюк, а вы как раз похожи на редкостного говнюка, вот я и сложил одно с другим. Со всем уважением, ваше благородие.

— Желаете отлучиться на чашку чая, пока я проведу воспитательную беседу с нашим гостем, ваше благородие? — спросил теневик.

— Посланник будет с минуты на минуту, сейчас не до этого. — Тютчев спокойно проглотил оскорбления. — Где еще два камня, которые ты похитил из сейфа?

— А я бы не отказался от чашечки чая. Два сахара, дольку лимона, будь любезен. — Я снова задрал голову и посмотрел на теневика. — Да ладно тебе, чего ты так пыжишься? Тебе же через тени туда-обратно метнуться — две секунды.

— Давай ты ответишь на мои вопросы, — устало произнес Тютчев, — а я благородно пропущу стадию, на которой от тебя будут отрезать кусок за куском, пока ты не подохнешь?

— Не пропустишь. — Я мгновенно растерял всю веселость. — Потому что я по глазам вижу, ты только этого и ждешь. Момента, когда мы наконец останемся наедине и ты сможешь порезвиться вовсю.

Щека барона вздрогнула. Рот расплылся в хищном оскале, а во взгляде проскользнуло что-то недоброе

— Раскусил, чертяка. Жду не дождусь, когда мы уже закончим. С таким наглецами всегда интересно. Вы поначалу много говорите. А потом верещите.

— У-у, да ты вообще больной на голову. Чаек тут не поможет, даже с лимончиком.

— Господин, — прервал нас теневик, — посланник прибыл.

— Хорошо. — Барон вновь натянул маску спесивого равнодушия. — Действуем по плану.

Думаю, это не совпадение. Я вначале решил, что мне просто почудилось, но в совпадения я не верю. Ровно перед тем, как охранник сказал о прибытии посланника, мне показалось, что пространство искривилось. Похоже на работу пространственной магии.

Вскоре в помещение вошел человек, от которого разило силой. Острой, холодной, мерзкой. Ледяной маг, но какой-то странный, не классический стихийник. Черный лед? Замерзшее пламя? Звездный холод? Я знаю много аспектов, базирующихся на понижении температуры, как связанных с элементом воды, так и нет.

Пришедший был гораздо сильнее барона. Скажем так, я бы изменил статус ситуации с «возможно, придется напрячься» на «может, все-таки чаечек?».

Посланник оказался высоким стройным мужчиной с идеальной осанкой и холодным взглядом. Таким же острым и холодным, как и его магическая аура. Одет в строгий черный костюм-тройку, лицо скрывает черная фарфоровая маска без каких-либо элементов. Да и в целом во внешности никаких деталей.

Костюм, маска — все. Ни часов, ни запонок, ни каких-либо украшений или аксессуаров. Безликий, и не только из-за маски.

— Это он? — спросил вошедший, глядя на меня. Голос под стать облику. Без каких-либо эмоций. Спокойный.

— Нет, это он, — кивнул я на теневика. — Я просто туалет искал.

— Что успели выяснить? — обратился посланник напрямую к барону.

— Только прибыл. Допросим его по полной программе. Отчет будет готов к утру.

— Хорошо. Поставка готова?

— У нас не хватило двух кристаллов, он их где-то спрятал. — После этих слов барон побледнел под взглядом посланника и поспешил договорить: — Но мы компенсируем. Я достану из личных запасов в двукратном размере. Это гораздо больше.

Видимо, в подтверждение его слов теневик поспешил открыть большую шкатулку. В ней лежали четыре мелких кристалла.

— Неучтенный, — произнес ледяной маг, посмотрев на меня. А затем повернулся к барону. — Что еще было при нем?

Через минуту принесли мои вещи. Деньги его не заинтересовали, а вот куб и перстень — очень даже. Я отметил, что посланник не узнал герб, да и что это за куб вряд ли догадался. Но ситуация в целом его явно раздражала. Именно потому, что он не понимал, что происходит, как мне показалось.

— По-хорошему ты говорить не станешь, — то ли спросил, то ли констатировал он. — Давай мы ускорим процесс.

Он положил мои вещи на подложку шкатулки, которую все еще услужливо держал теневик. Повернулся ко мне, поднял руку — и с нее повалил белесый дым, а кожа покрылась инеем. Теперь я узнал эту магию. У нее есть разные названия, но больше всего она известна как Холод Пустыни.

Магия редкая, произрастает из миров с черным песком. Очень редкое сочетание, когда в мире практически нет воды, дарующей жизнь, и при этом он находится в холодном свете далекой звезды.

И получается мир ледяных пустынь. Жители таких научились существовать в суровых условиях, выживая в отрицательных температурах. Каждая капля жидкости на вес золота. Какая жизнь, такая и магия. Но как их магия добралась до этого мира — тот еще вопрос. Возможно, Холод Пустыни пришел сюда тысячи янтарных эр назад, когда мир еще был частью Бесконечного Древа…

Как бы то ни было, я очень не хотел, чтобы ублюдок прикасался ко мне. Одно Касание Холода — и будет бо-бо. Очень. Этот холод замедлит все процессы в организме, вплоть до мозговой активности и мироощущения. Любое мгновение боли может растянуться на вечность.

И что-то мне подсказывает, что этот парень прекрасно знает свои возможности и как ими пользоваться.

— Лучше не подходи, — произнес я.

Разумеется, он и не думал останавливаться. Пытку я, скорей всего, выдержу. Но зачем? Я пришел сюда с конкретной целью, увидел и услышал достаточно. Для начала. Пожалуй, можно приступить к горячей фазе, раз меня холодком пугают.

— Сами напросились, — подытожил я.

Кристалл все это время я держал во рту. Обычно Курьеры поглощают кристаллы, чтобы высвободить сконцентрированную в них энергию и сделать частью Потока. Но можно сделать и наоборот: влить вечнодвижущийся Поток в застывший кристалл.

Я выплюнул камень. Хотелось бы в рожу посланнику, но он был слишком близко, а я прекрасно знал, что будет дальше. Сейчас этот камешек рванет чистой энергией. Не взрыв в обычном его понимании. Что-то вроде бомбы, бьющей по энергетическим каналам и ядру всего живого.

Кристалл упал на пол, со стуком отскочил и покатился дальше. Все посмотрели на него, а затем произошел выброс. Волна накрыла всю камеру в один миг и понеслась дальше, охватывая часть усадьбы.

Но почему-то меня накрыло тоже. Слишком сильно, не должно было так. А затем произошло странное. Цепная реакция задела другой кристалл, лежавший на подложке шкатулки, второй, третий, четвертый… И когда взорвались они, накрыло уже всю усадьбу и огромную территорию вокруг.

Казалось, будто в мире в одно мгновение исчез весь кислород, полюса поменялись местами, гравитация пропала, а мое тело в состоянии невесомости начало растягивать во все стороны сразу, но при этом неведомая сила старалась скатать меня в плотный шар.

За все прожитые янтарные эры я ни разу не ощущал ничего подобного. Кажется, я даже потерял сознание на несколько секунд. А когда очнулся, то понял, что больше не нахожусь в запертом мире. Теперь я находился в запертом пространстве размером с усадьбу барона.

Одно мгновение потребовалось, чтобы понять, что произошло. Я все еще не понимал как, но прекрасно осознавал — что. Я уже бывал в подобных местах, просто обычно самостоятельно входил в них. Сомнений нет.

Только что случился локальный прорыв Бездны, и я оказался в его эпицентре. Бездна накрыла небольшую территорию в несколько километров. И это очень плохо.

Очень, очень, очень.

И если я потерял сознание на пару секунд, то маги вырубились напрочь. Посланник первым начал приходить в себя, застонал, пытаясь подняться с каменного пола. Но наверху было полно людей, не обладающей магической силой. Что происходит с человеком, когда его касается Бездна? Он становится Бездной.

Вопль десятков глоток донесся даже до камеры в подвале. Обезумевшие Обращенные почувствовали наше присутствие. О, эти твари прекрасно чувствуют все, что сопротивляется Бездне. Люди мертвы, это уже не они. Теперь это отпрыски Бездны, желающие лишь одного: чтобы все вокруг стало их частью. И если что-то живое не желает подчиняться, то оно должно быть уничтожено.

Но проблема оказалась хуже, чем я предполагал. Теневик, который, по сути, держал кристаллы, мало того, что оказался ближе всех к эпицентру взрыва, так еще и был самым слабым магом среди присутствующих.

И прямо на моих глазах он начал превращаться в тварь Бездны. Тело трансформировалось, одежда рвалась, а сам он с ревом упал и принялся кататься по полу.

Через пару секунд все стихло, и поднялся уже не человек, а существо, в котором не осталось ничего человеческого.

— Знаешь, — без капли иронии сказал я, — это даже хорошо, что так вышло. Я же обещал убить тебя первым.

Глава 8

Надо было силу качать, а я все в харизму влил

Энергия Потока прошла по телу, сконцентрировавшись на кончиках пальцев. Принцип тот же, что у эфирной пули, но только эта проекция была плоской. Эфирное лезвие выстрелило, аккуратно перерезав толстую цепь кандалов.

Под временным усилением мои способности отчетливо выросли. Помнится, в переулке я смог только оглушить бандита. Сейчас я бы ему аккуратно срезал череп.

Бездна не блокировала мои силы, только ограничивала область применения. Я не мог заглянуть за пределы прорыва, но локальные способности все еще работали. Антимагические кандалы же вообще просто побрякушки для меня. Они рассчитаны на местных одаренных и блокируют возможность управления маной. Так что никаких проблем.

Я ударил кулаками друг о друга, а затем медленно развел руки в стороны. Между ними проявилась бейсбольная бита, светящаяся и искрящая белыми молниями.

А теневик оказался не так уж плох. Обычные люди под влиянием Бездны становятся Обращенными. Просто подобия людей, более сильные, быстрые и мерзкие. Этот же был каким-никаким, а магом. Так что смог стать Кошмаром Бездны.

Две ноги, две руки, но лицо вытянулось в рогатую морду с клыкастой пастью. Кожа посерела, сам он стал выше и массивней, лапы оканчивались длинными когтями, колени выгнулись в обратную сторону, отчего движения стали прыгающими.

Фигура Кошмара испускала черный дым, заставляя тварь сливаться с окружением. Да, внутри Бездны все покрывалось этим гребаным дымом, отчего казалось, что пространство словно плывет.

Тварь уставилась на меня и взревела. Сейчас, так как я единственный был в сознании, монстр сделал меня своей приоритетной целью. Без внешнего управления твари Бездны довольно тупы, если можно использовать этот термин. По факту у них нет ни мозга, ни иных органов, ни каких-либо чувств из привычных нам. Только желание убивать, потому что такова воля Бездны.

Монстр сорвался в атаку. Очень быстрое создание. Но моя бита оказалась быстрее.

Белые молнии сталкиваются с черным дымом. Бита влетает в харю твари. Треск, грохот, удар отдает в плечо, тварь сносит с места и впечатывает мордой в каменную стену.

Да, заряженный удар тоже стал сильней. Проблема в том, что Кошмару Бездны этого маловато будет. Хотя будь теневик человеком, его башка просто лопнула бы.

Монстр взревел, пошатнулся, восстановил равновесие и снова бросился в атаку. В этот раз я действовал уверенней. Сначала выставил эфирный щит между нами. Тварь влетела в невидимое препятствие на полной скорости, пробила его, но все же замедлилась.

Я воспользовался моментом, успев зарядить биту так, что белые молнии начали бить во все стороны, доставая аж до потолка. Удар вышел от души, с размахом сверху вниз. Тварь впечатало мордой в пол с такой силой, что челюсти клацнули громче самого удара и треска камней под ногами, вместе взятых.

Крепкая зараза, однако, не желает подыхать. Я выставил руку и пустил подряд три эфирных лезвия. Дым повалил густым потоком, означая, что тварь ранена, но шею я так и не смог перерубить.

В следующий миг мне пришлось отскочить в сторону, разрывая дистанцию. Тварь атаковала вслепую, но даже так, задень она меня, могла и вспороть когтями.

Пришла пора проверить, насколько хорошо я справился с задачей по восстановлению тела. Кошмар Бездны — отличный тренировочный манекен на такой случай. Бита искрила энергией, и я наносил удар за ударом, сближаясь и отходя на дистанцию в момент контратаки.

Реакция — пять, скорость и ловкость — пять, дыхалка могла быть и получше. Прочность кожи решил не тестировать, есть подозрение, что ничем хорошим это не закончится. В итоге мне потребовалось около пяти заряженных ударов и еще порядка десяти обычных, чтобы утихомирить тварь.

И то она все еще была жива.

— Надо было силу качать, а я все в харизму влил. — Я перевел дыхание, разглядывая изуродованную морду монстра, который все еще продолжал шевелиться. — Что, не смешно? В Бездне не играют в ролевки? Скучно живете.

— Откуда здесь прорыв Бездны?

Я обернулся на голос и посмотрел на человека в фарфоровой маске. Твою ж шестиглазую мать! От него несло такой концентрированной дестабилизацией, что мне пришлось приложить усилия, дабы остаться на месте.

Всего мгновение назад такого не было. А сейчас передо мной стоял человек, способный уничтожить весь мир. И не просто способный, а явно собирающийся это сделать. Мироздание буквально заставляло меня убить его прямо сейчас.

Это не просто какой-нибудь сумасшедший диктатор с оружием массового поражения. И даже не архимаг абсолютного уровня. Да я как-то раз убивал лича, обратившего целый материк в армию мертвых, так от него так не несло разрушением.

— Что ты такое? — прошептал я.

— Так… — Человек в маске обернулся, словно впервые меня увидел. — А ты кто такой? Почему я не знаю о тебе? Твоих рук дело?

Он повертел пальцем в воздухе, подразумевая прорыв Бездны. Ведет себя так, словно его это вообще не волнует. Бросил короткий взгляд на меня, на биту, на кандалы, а затем отвернулся, словно потерял интерес. Подошел к шкатулке и откинул крышку носком сапога.

— Сдетонировали? Интересно.

— Что ты такое? — повторил я вопрос, но меня снова проигнорировали.

— Где-то я это уже видел, — с интересом произнес он, нагибаясь.

Поднял мою цепочку и принялся разглядывать висящий на ней перстень. Разглядывал пару секунд, а затем просто бросил на пол.

— Досадно, — подытожил он. — Теперь придется искать замену. Но что поделать, что поделать. Ладно, здесь мы, похоже, закончили.

И прежде, чем я успел что-либо сделать, он обхватил свою голову руками и одним движением сломал себе шею. Дестабилизация исчезла, а ледяной маг рухнул на пол уже мертвым. Мгновенная смерть.

— Да какого хрена здесь творится⁈ — натурально опешил я.

Нет, этот мир действительно может удивлять. Признаю, Хаха не тратит время на скучную херню.

Кристаллы вызывают прорывы Бездны, чего никогда не происходило ни в одном из миров. Появляется существо, потенциально способное уничтожить весь мир. А затем просто самовыпиливается. Че, блин, происходит?

В дверь забарабанили с такой силой, что металл начал выгибаться. Ага, это до нас наконец добрались Обращенные. Противники страшные разве что для простых людей. Но их много, а я и так уже потратил силы на битву с Кошмаром. Кстати, о нем.

Развернулся и со всей силы опустил сапог на голову твари, что все это время пыталась подползти ближе, но с переломанными конечностями у нее не очень получалось.

Голова с хлюпаньем взорвалась черной жижей, которая тут же начала испаряться. Я посмотрел на оставшиеся два тела. Фарфоровый вроде бы не собирается обращаться, хотя иногда в Бездне и трупы восставали. Тютчев явно жив, дышит, просто в отключке. Хорошо, а то я зря, что ли, поехал сюда вместо вечеринки с шампанским?

Прикинул остатки сил. Да, под временным усилением мои возможности расширились, но все равно я чувствовал, что уже натянут до предела. Так что в наличии лишь бита. Думаю, смогу пару раз сделать усиленный удар или выстрелить эфирной пулей, но лучше до этого не доводить.

Получается, продолжаем тестировать мое новое тело? Получается.

Дверь слетела с петель, и в комнату ворвался первый Обращенный. Существо напоминало тощего, вытянутого человека с серой кожей. Тонкие руки свисают ниже колен, голова неестественно длинная, рот раскрыт в немом крике. Не стоит обманываться их хрупким видом, твари довольно сильные. Это можно понять по куску деформированной стали, что недавно был толстой дверью.

Монстры не очень быстрые, тупые, но зато бесконечно выносливые. Внутри Бездны они будут преследовать свою цель вечно, не зная усталости. И всегда знают, где она. Не убежать, не спрятаться. Либо вырваться за пределы прорыва, либо вступить в бой. Первый вариант не подходит, мне нужен барон, в идеале живой. Второй вариант…

Не люблю потеть.

Если приходится напрягаться изо всех сил, значит раньше ты хреново работал головой. Да, ситуация оказалась неординарной, и даже я со всеми своими знаниями и опытом не мог предсказать подобного. Но факт от этого не меняется.

Пинаю первую тварь, битой разношу голову второй, эфирное лезвие сносит сразу три башки, удар битой, пинок. Повторить.

Битва, в которой можно победить, если правильно рассчитать темп и тактику. Банальная усталость может стоить мне жизни. Двадцать шесть Обращенных. Почти все сдохли с одного удара, так что в целом это не я слабак, это Кошмар попался крепкий. Мое тело быстро впитало «мышечную память» прошлой жизни, так что перенос навыков прошел успешно.

Вернулся в подвал я, уже еле перебирая ногами. Все-таки пришлось выложиться на всю катушку. Канал с Потоком забит до предела, пришлось использовать способности. Теперь несколько дней буду «слепым» ходить, восстанавливаться. Да и в целом чувствовал себя не лучше. Одежда превратилась в рванину, пару раз меня задели. Будь я обычным человеком, уже бы сдох. Или от ран, или от кровопотери.

Барон все еще мирно спал. Вот жизнь-то у мудака?

Тело фарфорового начало обращаться. Раскрывшаяся Бездна не может существовать сама по себе, слишком нестабильная сущность. Похоже, в теле мага прямо сейчас концентрируется энергия Бездны, так что скоро он станет боссом этой качалки. Пожалуй, такой встречи я предпочел бы избежать.

Но сначала надо кое-что проверить, это может быть важно. Я собрал свои скромные пожитки, которые барон показывал фарфоровому.

До этого я шел из подземелья наверх, стараясь драться с наступающими тварями в удобных проходах, чтобы и шли строем, и мне было где размахнуться.

Теперь же решил потратить немного времени, дабы осмотреться. Я искал конкретную комнату. Фарфоровый прибыл сюда одновременно с искривлением пространства. Сам по себе он портальщиком точно не был, значит кто-то или что-то переместило его сюда. А портальная магия — это всегда школа Амбера, потому я хотел понять, в каком виде она существует в этом мире.

Нужное помещение я нашел быстро, хоть и спрятано оно было хорошо. Пришлось спуститься еще ниже в катакомбы. Барон либо очень сильно хотел спрятать это место, либо вообще возвел усадьбу прямо над портальным залом. Скорее второй вариант, потому что кладка сильно отличалась от той, что наверху. Это помещение явно древней всего остального в особняке.

Портал был примитивным, использовалась вертикальная вспомогательная арка в качестве врат. Рунический круг на полу, чтобы запустить и преобразовать потоки маны в нужной последовательности. И даже управляющий механизм имелся, в виде каменного постамента с выемкой под ладонь.

В целом таким порталом может воспользоваться любой средненький маг, просто делая все по инструкции. Нормального подключения к сети не получится, свободно перемещаться тоже не выйдет, но попасть из этой точки в конкретную другую — вполне.

Механизм работал на мане, которой у меня нет, так что не мой вариант. Можно ли использовать силу Потока? Скорей всего, да, правда, придется спалить все имеющиеся схемы. К тому же местные руны — тоже проблема.

— Да что же вы так все любите усложнять-то? Сами не задолбались все это чертить?

Разумеется, никто мне не ответил. Учитывая обстановку, я этому даже рад. Но если я правильно понял структуру, то она сильно перегружена. То ли местные не умеют в оптимизацию, то ли я чего-то недопонимаю. Ладно, посмотрел, запомнил, потом буду разбираться.

Так, ну и раз уж я здесь, то почему бы не заняться главным вопросом адаптации в любом новом мире. Да, я говорю про баблишко. Барон мне доставил проблем, а я всего-то хотел задать пару вопросов за чашкой чая, а не вот это вот все… Ладно, кого я обманываю? Хотел бы чаю, попросился бы к какому-нибудь адекватному аристократу, а не к тому, кто крышует бандосов, торгует наркотой и занимается фальшивомонетчеством.

Вопросы я все равно задам и ответы получу. А к ним вдобавок немного силы и много бабла. Очень много бабла.

— Не очень-то и много у него бабла, — пробурчал я, разглядывая содержимое сейфа.

Если что, его там было ноль. Толстые пачки денег, которыми забит весь сейф, оказались фальшивкой, как те, что я нашел в грузовике на стоянке. Зачем барону хранить подделку? Странный какой-то барон.

Урок номер один: местные бандиты и даже аристократы не хранят свои деньги в сейфах. Видимо, надежнее использовать банковские счета. Тут в основном документы. Бухгалтерия, накладные, письма… И компромат на мелких чинушей и купцов… Иначе я не могу объяснить, что здесь делают замызганные розовые панталоны…

Достал несколько купюр из кармана, достал пачку из сейфа и сравнил. Странное магическое напыление защищало деньги от воздействия Бездны. А вот фальшивки прямо на глазах скукоживались, превращаясь в липкую серую массу.

— Мерзость. — Я отряхнул я руку.

Осмотрел простенький кабинет.

На кабинет помещение мало походило, скорее на приемную. Но здесь было самое пафосное кресло с самой высокой спинкой во всем особняке, значит кабинет. Ну да, и сейф спрятан за книгами, как и положено.

Я прошелся вдоль стен, сдвигая картины, с которых облупилась вся краска под воздействием Бездны. А вот и второй сейф. Как и у первого, низкокачественная сталь уже начала портиться. Такими темпами от особняка через пару дней одни руины останутся. Живут в мире с регулярными прорывами Бездны, а защиту ставят только на деньги.

Во втором оказалось побогаче, тоже не густо, но уже лучше. Почти пять тысяч рублей нормальными купюрами. То есть я утроил свою наличку. Драгоценные камни тоже были — в отдельном мешочке. И на них никакой защиты от Бездны нет.

А вот украшения я оставил. Вытащил из кармана несколько золотых пластинок, что взял еще у Кабана, и бросил в сейф. Металл окислился и стал пористым, это уже не поправить.

Итого чуть больше семи тысяч наличкой и Амбер знает сколько в драгоценных камнях. Для начала пойдет. А теперь к самому важному.

Я вернулся в подвал, схватил за шкирку барона и потащил наверх. В проклятом особняке не осталось ни единой живой души. Повезло, что всякая живность вроде лошадей и собак не пережила прорыва и просто погибла. Вот уж Гончих Бездны или Черных Скакунов мне сегодня точно не надо.

Дотащил тушу Тютчева до гаража. Запихнул его в автомобиль, а сам уселся за руль.

— Лишь бы не пять, лишь бы не пять, — взмолился я Амберу. — Фух, две. Вперед, назад? — Я быстро разобрался с двигателем, а затем понажимал педали. — Ага, вперед и тормоз. Ну, это мы знаем, с этим мы справимся.

Две минуты мне потребовалось, чтобы разобраться с базовыми принципами управления автомобилем. Подумаешь, немного помял машину… Подумаешь, все машины в гараже. И гараж. А нечего было так тесно все строить!

Когда-то я водил парусный Поднебесный Галеон, управлялся с ездовым шестикрылым драконоидом. Иногда водил такие странные штуки, что непонятно — живое это существо или машина. Так что с куском железа на четырех колесах как-нибудь тоже справлюсь. Возможно, не все четыре колеса доедут до цели, но это уже нюансы.

* * *

Я двигался в сторону города, названия которого до сих пор так и не выяснил. В голове все плыло, тело желало отключиться, перейдя в экономный режим, но я сопротивлялся.

И еще мне очень не нравилось, что машина оставляет за собой длинный шлейф черных испарений Бездны, а за моей спиной разрастается целый купол темной материи, пожирающей и переваривающей пространство.

Не должен Курьер так влиять на миры, играясь с Бездной. Но оправдаюсь: сделал что мог. Зачистил от Обращенных и Кошмара. А с будущим Фарфоровым боссом… Разберусь, если будет некому. Но вообще это неправильно. Я должен бороться с Бездной, а не помогать ей прорываться в мир.

Попытался почувствовать Поток, боясь, что после содеянного моя связь с ним будет нарушена, а то и вовсе разорвана. Двадцать шесть человек, обращенных Бездной по моей вине. Да, дестабилизацией от свиты барона несло прилично, но я ощущал и вполне обычные души, правда не в самой усадьбе, а в соседних зданиях. Надеюсь, их не зацепило, иначе… Я слишком устал, ничего не могу понять. Придется подождать, пока не приду в норму. Будем надеяться, что в этот раз мне повезло и сдохли только те, кому надо было.

Так, объективно говоря, мне нужна помощь и тихое место, чтобы спокойно поговорить с бароном. Почему-то в голову опять пришел цирк, но я откинул эту мысль. Так, Светлана говорила что-то про благотворительный вечер…

Шестеренки в голове закрутились, подкидывая подходящие воспоминания. Вывески. Билборды, брошюры, голоса людей… Все, что я мельком видел, пока бродил по городу. Кажется, что-то похожее прочел на плакате перед входом в пафосное здание с огромной лестницей и колоннами. В центре города.

В голове тут же нарисовалась карта. Так, я подъезжаю с юга, значит мне прямо, направо, мимо бетонного завода, но не доезжая до улочки с лапшой. Собранный вручную мозг, по счастью, работал без сбоев, а то было бы очень забавно, если бы Курьер заблудился. Оп, а вот и знакомый автомобиль.

Я остановил машину и медленно выбрался наружу. Вытащил барона, так и не пришедшего в себя, а затем поволок его к черному лимузину.

— Какого… Ты… — Водитель, по совместительству охранник, не сразу, но все же узнал меня. А затем узнал и тело, которое я волок.

— Зови Светлану, — велел я. — Скажи, что ее спаситель пришел за ответной услугой. И помоги затащить задницу его благородия внутрь. Что вылупился? Хочешь, я его здесь брошу? Сам будешь объяснять Глухарю, почему возле ее машины валяется полудохлый начальник. Ой, да не строй ты такую рожу, все ты понимаешь, о чем я говорю.

— На заднее сиденье клади. — Он открыл дверь. — Сиди тихо и не рыпайся, иначе разговор будет короткий.

— Ага, — устало ответил я. — Скажи, пусть шампанского прихватит. Или чайку хотя бы.

* * *

Глухарь, то есть Светлана, остановилась как вкопанная, стоило ей увидеть два полуживых тела, развалившихся на сиденьях ее лимузина.

Водитель с опущенной головой придерживал дверцу, чтобы хозяйка могла нас видеть.

Светлана довольно сексуально закусила губу и посмотрела на меня, затем на барона. Наверное, в ее головке метались мысли одна другой хлеще.

— Я спас тебе жизнь, — напомнил я, потому что нутром чувствовал, что женщина может поторопиться и принять неверное решение. — С тебя тихое место и что-нибудь выпить. К утру ты меня уже не увидишь.

— Насколько все плохо? — спросила она.

Я понял, о чем она. Ежеподобному Иглоносу понятно, что моя встреча с бароном пошла не по плану. Причем ни по чьему плану. Вопрос в последствиях. Глухарь держит криминальную часть города, барон Тютчев всем этим заправляет, но опасается посланника, который работает на кого-то покрупнее.

И вот теперь барон на последнем издыхании, крыши у Глухаря больше нет. Светлана не сможет занять место Тютчева в иерархии, она не аристократка. Как я понял, это важно.

— Плохо, — честно ответил я. — Лучше бы тебе поторопиться и уехать из города.

— В мою квартиру, — скомандовала Светлана водителю, забираясь на соседнее сиденье.

— Так сразу? — усмехнулся я. — Может, хоть познакомимся?

Но красотка в сексуальном вечернем платье полностью проигнорировала подкол. Ну да, окровавленный, еле живой мужик в грязных лохмотьях вряд ли соответствует ее запросам.

Она достала телефон и принялась быстро писать сообщения. Затем позвонила.

— Да, это я. Задействуй туристическую визу. Сейчас. Да, сейчас — значит прямо сейчас, немедленно.

Сбросив звонок, она ловко разобрала телефон, что-то там сломала, а остатки бросила в стакан с водой на выдвижном столике. Нервно потерла виски и через пару секунд взяла себя в руки.

— Даже не смей, — строго сказала, едва я открыл рот. — Дома поговорим.

Машина остановилась в темном переулке. Это явно был старый район, может, даже заброшенный промышленный, точно не жилой сектор. Я даже на мгновение решил, что меня собираются по-тихому грохнуть.

Нет, вряд ли. Если я правильно понял душу Светланы, то женщина действует крайне осторожно и никогда не пересечет грань без необходимости. То есть, пока я ей не угрожаю, она не будет атаковать. Убить меня потом, чтобы замести следы, это да, это пожалуйста. Но зачем же торопиться.

Квартира Светланы занимала целый этаж старого заводского здания. Огромные окна, старая кирпичная кладка, новенькая проводка пущена прямо по стенам и потолку. Полы тоже явно новые, к тому же теплые, мебели немного, ничего лишнего. В целом очень просторно и уютно.

Я занял угловой диван и откинулся на спинку, запрокинув голову. Тело жаждало отдыха и восстановления, но нужно было завершить начатое. Водитель положил барона рядом со мной. Тютчев так и не соизволил очнуться. Если честно, мне кажется, он уже и не очнется. Не сдох от прорыва Бездны, но урон от осквернения слишком большой.

Пришла Светлана, уже без платья. К сожалению, в спортивном костюме, хоть и облегающем, но закрытом. Она достала бутылку и два стакана из бара в углу. Ведерко со льдом нашлось в морозилке. Себе плеснула половину, затем кивнула мне на стакан. Я взял бутылку и поблагодарил.

Напиток оказался терпким, выдержанным, крепким. То, что надо. Я больше по еде, в выпивке не особо разбираюсь, но мне приходилось пробовать напитки, которые не могут купить себе даже императоры некоторых миров. Не потому, что дорого, а потому, что не продается. Я умею ценить вещи, которые невозможно купить за деньги. Так что с уверенностью могу сказать, что этот виски был неплох. Для заштатного мирка, не специализирующегося в алкогольных изысках… Неплохо.

Хоть какая-то награда за мои старания.

Глава 9

В любой! В любой сраной библиотеке империи!

Я наклонился и прописал пару оплеух похрапывающему барону. Ноль реакции, а сильней бить побоялся. Хотел было пропустить через него часть Потока, чтобы взбодрить, но сил не осталось вообще.

Светлана с молчаливым любопытством наблюдала, а затем встала, достала что-то из тумбочки и подошла к дивану. Резким движением ударила иглой в грудь барона, автоматический шприц коротко пшикнул, и барон с ревом подорвался с дивана, безумно вращая глазами и размахивая руками.

Светлана плавно отошла в сторону, дабы не попасть под случайную оплеуху. Забавно, что все это она проделала с полным бокалом виски и даже капли не пролила. Грация, доступная исключительно женщинам.

— Что⁈ Кто⁈ Как⁈ — вертел головой Тютчев.

— Где, куда, зачем? — продолжил цепочку я и повернулся к Светлане. — Твоя очередь.

— Пропущу, — коротко ответила она. — Понаблюдаю.

— Значит, я выиграл. Барон? Да ёпт… — Пришлось встать и прописать Тютчеву подзатыльник, чтобы он успокоился.

Барон свалился на диван, затем скатился с него на пол и заскулил. М-да, я, конечно, знал, что мои оплеухи имеют волшебный эффект, превращающий людей в смиренных, пусть и немного обиженных собеседников. Но не в детишек же?

— Ну обосрись тут еще, — вздохнул я и уселся обратно.

— Не стоит, — вежливо попросила Светлана. — Впрочем, уже плевать.

— Света, — наконец пришел в себя Тютчев, — убей его! Убей немедленно! Я приказываю тебе, тварь! Хер ли ты на меня смотришь, шлю…

Кажется, мои волшебные оплеухи сломались и начали сбоить. Пришлось повторить.

— Не выражаться, — строго произнес я. — Вредно.

Скулящий на полу барон держался обеими руками за полыхающее ухо и пытался вжаться в стену, с ужасом глядя на меня. Вот, в этот раз нормально получилось, краснота расползлась почти на половину лица. Чуть-чуть поработать над замахом надо, но сделаем скидку на новое тело и усталость.

— Я, кстати, увольняюсь по собственному, компенсации не нужно, — произнесла Светлана и замолчала, давая мне возможность вести диалог.

— Свет, Свет, — запричитал барон. — Он… Он убил Посланника. Что с моими людьми? Что с охраной? Почему мы не в усадьбе?

— Да нет больше у тебя усадьбы, — пожал я плечами. — Да и людей у тебя нет. Но тот чудик в маске действительно мертв, тут ты прав.

Мне показалось или на последних словах Светлана ощутимо вздрогнула? Или это от барона такие вибрации пошли? Вот уж кого открыто трясет, аж зубы клацают.

— К-кто ты такой? Ч-чего тебе надо от меня?

— Пара вопросов по твоей специальности, — ответил я и достал цепочку с висящим на ней перстнем. — Знаешь, что это такое?

— Родовое кольцо, — испугано промямлил барон.

— Давай либо ты добавишь информации, либо я добавлю твоей роже красноты. Для симметрии. — Я поднес перстень к лицу барона.

— Я не знаю. — Барон вжался в стену. — Наследное, имперское, род владеет землями. Это же все есть в геральдике герба.

— Что за род-то?

— Не знаю. Не видел раньше такого. Мелкий какой-нибудь, их же сотни по всей империи.

— Та-ак, а как узнать?

— Ты серьезно? Ты пришел ко мне, уничтожил мое поместье, убил Посланника, чтобы спросить, кому принадлежит герб?

Я тщательно обдумал вопрос и свой ответ. Я стал богаче на пятерку и мешочек камней, по ощущениям стал вдвое сильней, чем в момент обрыва связи с Мировым Древом. Но объяснять такие тонкости Тютчеву? Потому я решил ответить честно и прямо, как и положено Курьеру:

— Ну да.

— В библиотеке! — рявкнул ошалевший барон.

— В какой библиотеке?

— В любой! В любой сраной библиотеке империи! В интернете на официальном сайте. У тебя телефона нет?

— Телефонов у меня уже двенадцать, — опять честно ответил я. — Собрал у твоих охранников, больно уж блестят красиво. И да, в интернете ничего нет. А где у нас ближайшая библиотека? В этом городе не подойдет, тут скоро станет слишком жарко.

— В любом! В любом городе есть городская библиотека. Знаешь, почему библиотеки называют городскими, больной ты псих? Потому что они есть в каждом городе!

— Незачем так орать, — усмехнулся я. — А если в библиотеке не будет информации об этом гербе?

В открытых источниках ее не будет. В этом я убедился, изучая тему в интернете. К сожалению, с самого моего перерождения ничего простого не было, начиная от Хахи и заканчивая целым деструктором. Их и по отдельности многовато для одного мира, а тут сразу оба, помноженные на прорывы Бездны и сбоящие кристаллы.

И теперь он мне говорит, что все ответы лежат в библиотеке? Ха два раза. С ударением на первый слог.

— В архиве, — чуть спокойней ответил барон. — Если род мертв, то информация должна быть в архиве. Выдают по запросу.

— Так, — подловил я его. — А с чего ты вдруг решил, что род мертв?

— Ну… — Барон замялся, но потом потер горящую алым щеку, и красноречие вновь вернулось. — Это герб княжеского рода. Там по окантовке понятно. Если перстень настоящий, то это мутная тема. Княжеских родов не так уж и много в империи, аристократы сначала учат детей разбираться в имперской иерархии, а уже потом — с какой стороны ложку держать. Знать все главные роды в империи — вопрос выживания. Бросишь неверное слово на приеме какому-нибудь княжичу, и все, не существовало Тютчевых никогда. Следов не останется, сколько ни копай. Но княжеские роды так просто не исчезают, и раз я не знаю этого герба, значит я не должен этого знать, понимаешь?

— Пока что не очень.

— Будешь совать нос не в свое дело — быстро поймешь, как все устроено в империи. Только насладиться этим пониманием долго не получится.

— Так, а теперь… Ты напишешь мне разрешение на посещение Имперского Архива. Без даты и имени.

— Так ты знал об Архиве? Зачем тогда…

Я поднял руку вверх, и барон замолк. Достав телефон, я зашел на сайт Имперского Архива. Тут же есть форма документа. Быстро переписал, сунул барону. Дрожащими руками он подписал и поставил печать своим перстнем.

— Еще что-то требуется?

— Триста рублей взноса клерку, если не хочешь ждать несколько месяцев… А еще за триста он тебе напишет от руки сведения по интересующему роду. От зарождения до падения.

— Так. — Я сделал глоток из бутылки и развалился на диване. — Помолчи, подумаю.

В целом ничего нового я не узнал. Ничего такого, чего не предполагал изначально. Ладно, тут есть центры информации и коррупция, вот удивили. Нет, конечно, я туда схожу и попытаюсь что-то выяснить, но информации там не будет. Причины барон назвал и лишь подтвердил мои догадки. Но как минимум кто-то должен будет всполошиться и на меня выйти, чтобы узнать, почему я интересуюсь этим родом. Вот с ним и поговорим.

Что еще меня интересует? Ну, вряд ли у Тютчева есть номер императора, чтоб позвонить, не его уровень. Ладно, ладно, я уже посмотрел его записную книжку. Точно нету.

— Ты все узнал, что хотел? — спросила Светлана.

— Посланник… — Я посмотрел на барона. — Кто он такой, на кого работает, что ты для него делаешь, давно с ним сотрудничаешь?

— Он… Я… Не могу… — Тютчев затрясся всем телом, и это уже была не дрожь, а настоящие конвульсии.

Выстрел. И голова барона бьется затылком в стену, а во лбу зияет аккуратное маленькое отверстие. Светлана демонстративно кладет небольшой дамский пистолет на стол, а сама откидывается в кресле.

— Кхм… А зачем?

— Осквернение. Посмотри на шею, зараза почти добралась до мозга.

И правда. Вены на шее взбухли и почернели. Тютчев был заражен Бездной и медленно умирал. Но все равно не вяжется.

Во-первых, приступ не походил на медленное угасание, скорее активировался какой-то защитный механизм, чтобы Тютчев не сболтнул лишнего. Я навскидку могу назвать десяток способов сделать подобное, в том числе и без магии.

Во-вторых, Светлана не похожа на человека, который проявит милосердие к такому, как он.

— И? — все же решил уточнить я.

— Что «и»? Когда он обратится, ты его остановишь? У меня в охране одаренных нет, а на магические пули пока, прости, не накопила.

— Понятно.

Ни хрена не понятно! Обратится? Вне прорыва Бездны может находиться существо, обращенное Бездной? В обычном мире? Хотя о чем речь. Я тут всего два дня, но уже точно могу сказать, что это самый необычный мир, в котором я бывал. Что вообще происходит? Сколько янтарных эр я был мертв, что Бездна научилась таким фокусам?

— Кто ты такой? — немного устало спросила Светлана, отпив из бокала и глядя в потолок.

Хлопнула входная дверь. В квартиру зашли несколько человек, молча кивнули нам и направились куда-то вглубь. Начали открывать шкафы, тумбочки, зачем-то вскрывать половицы в некоторых местах. Доставали вещи, какие-то документы, технику, деньги, упаковывали все в чемоданы, сумки и рюкзаки.

— Давай ты начнешь перечислять варианты, а я скажу «стоп», когда угадаешь, — ответил, сделав большой глоток.

Голова гудела, сознание держалось из последних сил.

— Для имперских безопасников ты действуешь слишком грязно, — поддержала игру женщина. — Для простого обывателя с улиц работаешь слишком эффективно. И ты одиночка, значит не полиция, не силовики и никакая другая структура.

— Давай уйдем в область мифического. Давай что-нибудь невозможное.

— Хм… Инквизиция? Даже если она существует, то все равно не вяжется. Слишком мелко, — кивнула она на барона.

— Может, я искал тех, на кого он работал. Кстати…

— Я не знаю, что за посланник. Видела один раз мельком стремного типа в черной фарфоровой маске. Больше не хочу. Предполагаю, что речь о нем, а я как раз стараюсь держаться подальше от подобной жути. Клянусь, это правда.

— Верю. Так что там с инквизицией?

— Инквизиция из страшилок, что я слышала, не стала бы так заморачиваться. Просто пришли бы в город, собрали всех вместе, поставили на колени, допросили и убили. Дел минут на десять, и не надо заморачиваться. А ты сначала Кабана закошмарил, камни присвоил, зачем-то пытался полицию втянуть, подкинул им компромат Кабана на барона и меня. Будто не в курсе, что тут все с одной руки едят.

— Так что еще остается? — продолжал я мягко вытягивать информацию.

— Последний Паладин. — Она внезапно посмотрела на меня круглыми глазами и сама усмехнулась своей догадке. А затем вновь откинулась в кресле и продолжила флегматично разглядывать потолок. — Говорят, где-то еще бродит один. Который зачистил Чистильщиков. Тогда же никто не вернулся… Но нет, он легенда. Он бы не валялся сейчас у меня на диване, заляпывая все кровью и грязью.

Что за Паладины, Чистильщики и откуда когда никто не вернулся, я не знал. Но виду не подал, чтобы не вызывать лишних вопросов.

— Знаю! — радостно, как ребенок, крикнула Светлана. — Ты тот самый… Этот… — Она даже защелкала пальцами, пытаясь вспомнить. — Глашатай. Глашатай Бездны. Ну этот, из легенд. Мужик с шестью глазами, он живет в разломах Бездны, но может ходить туда-сюда. Типа повелитель Бездны, который устраивает все эти прорывы. Не слышал?

— Не слышал, — мотнул я головой.

Правда не слышал. Бездна — она как безудержная стихия, несущая разрушение всему, до чего может дотянуться. Черная чума, заражающая миры. У нее нет разума, нет последователей, нет аватаров, нет повелителей.

Но вот то, что у него шесть глаз? Интересная легенда…

— Госпожа, все готово, — произнес водитель, когда остальные люди ушли с вещами. — Машина ждет.

— Иду, — кивнула она и встала с кресла. — Квартира в твоем распоряжении, отдыхай, сколько хочешь. Еда в холодильнике, выпивка в баре, вещей на тебя нет. Спасибо, что пришел и разрушил к хренам все, что я так долго создавала.

— Светлана, — остановил я ее и добавил в голос такой серьезности, что она вздрогнула. — Ты играешь на грани. Такова твоя натура, и от нее не уйдешь. Но барон, — я кивнул на тело в углу, — заглянул за грань и чуть не утащил тебя за собой. Будь осторожней при выборе партнеров, в следующий раз меня может не оказаться рядом.

— Очень на это надеюсь, — бросила она напоследок. Мне кажется, соврала.

Через несколько секунд я остался один в огромной квартире. Сил не осталось, желание только одно. Как сидел, так и вырубился. Мозг просто ушел в отключку, отрубив все ненужные процессы.

Организм перешел в режим восстановления, бросив все силы на регенерацию. Утром я должен проснуться зверски голодным, немного уставшим, но вполне здоровым.

* * *

Вышло иначе. В первую очередь восстановилась моя связь с Потоком, а до утра мне доспать не дали. Четвертый глаз, отвечающий за видение будущего, под временным усилением сожранного кристалла, в этот раз постарался на славу. Он предупредил меня не за три, а за целых пять секунд до неминуемой смерти. Тело как успело, так и восстановилось. Так что пять секунд после резкого пробуждения — это довольно много для Курьера. Мозг еще не до конца переварил информацию из предвиденья, а я уже бросился к единственному варианту спасения. Пришлось «выходить» в окно.

Взрыв ударной волной выбил стекла, а заодно нежно подтолкнул меня в спину. Я вынесся снарядом и прямой наводкой полетел в стену здания напротив. Врезался, отскочил, ухнул вниз, притормозил о переплетения проводов, железный карниз, снова отскочил и как мешок картошки свалился на землю.

— А-а-а-ау… — простонал я, медленно переворачиваясь на спину.

Ребра болели, но вроде были целы. В остальном тоже ничего смертельного, не считая зверского аппетита. Поток помог телу регенерировать, но израсходовал на это кучу внутренних резервов самого организма. Блин, Светлана же говорила, что в холодильнике еда…

Тут прозвучал второй взрыв, и из окна, в сопровождении кучи горящего мусора, вылетел холодильник. Я медленно наблюдал, как он бьется о ту же стену, что и я секунду назад, а затем с грохотом рушится вниз.

В считаных метрах от меня. Дверца отлетает в сторону, а на мокрый асфальт высыпается гора пластиковых контейнеров с едой.

— Та-а-ак… — Я задрал голову к небу и вытянул руку в сторону окна. — Вискарик! Бухлишко!

Ничего не произошло.

— Ну хотя бы чаечек. Водичка! Эх…

Похоже, можно было загадать лишь одно желание. А нет, все-таки два. С внутренней стороны отлетевшей дверцы стояли бутылки с водой, и парочка даже уцелела.

Контейнеры были плотно закрыты на защелки, так что большинство блюд не пострадало при падении. Я особо не стал заморачиваться и принялся завтракать прямо тут. Правда, содержимое контейнера с надписью «завтрак» мне не понравилось, пусть Светлана сама ест эту траву с творогом. А вот грудинка из «ужина» зашла на ура. Холодная, правда, но с разогревом проблем не возникло. Огня вокруг предостаточно.

— Простите? — прервал мою трапезу незнакомый голос.

Около входа в здание стоял человек в форме почтальона и с конвертом в руках. Никакой опасности, не одаренный, но место встречи действительно странное.

— Извините, — неуверенно пробормотал он. — У меня доставка по этому адресу. Велено было ждать у этого подъезда… И это… в комментарии указано передать человеку… Кхм, простите, мне воспитание не позволяет произнести это вслух. Но вы очень подходите под описание.

— Ничего себе у вас работа, — усмехнулся я.

— Да, — неуверенно улыбнулся мужчина. — Обычно мы таким не занимаемся, но там такие чаевые… Да и интересно было. Так это вам?

— Ну-ка, дай посмотреть. В обносках, рванине, как будто выбрался из… Откуда? Какой-какой ямы? Я что, действительно так плохо выгляжу?

Доставщик лишь смущенно пожал плечами. Будто он виноват в том, как я выгляжу.

— Нет, а вот это точно ложь. — Я принюхался к окровавленной одежде. — Хотя да, это тоже про меня…

Он передал мне пухлый конверт, я поблагодарил и поделился с ним бутербродом. Вскрыл пакет и усмехнулся. Две тысячи рублей новыми купюрами, справочник по библиотекам Российской империи с отметками, где есть архивы, и записка аккуратным женским почерком: «На взятку. В расчете».

— Хороша, чертовка, — усмехнулся я, запихивая последний бутерброд целиком в рот.

Я даже не злился на нее. Ну правда, я ведь с самого начала знал, что она будет подчищать за собой хвосты и попытается меня прибить, как только окажется достаточно далеко. А посылка — это так… Проверяет, вернется ли с пометкой «получатель не найден».

Умная девочка. Надеюсь, достаточно умная, чтобы больше не попадаться мне на глаза.

* * *

— Госпожа, — произнес водитель. — Вы просили сообщить, как придет ответ от почтовой службы.

— Да? — чуть сонно пробормотала женщина, спавшая на заднем сиденье. — И что там?

Она села и медленно потерла лицо руками, прогоняя остатки сна. Гнали всю ночь на полной скорости и будут так двигаться еще пару дней, прерываясь лишь на короткие остановки, чтобы водители могли сменить друг друга за рулем.

Туристическая виза — по факту план экстренного бегства на крайний случай. А Светлана с самого детства крутилась в криминальных кругах империи, так что чуйка на неприятности у нее работала на все сто. Спасибо папе, который всему ее научил.

И да, у дочери чуйка, как оказалось, работает лучше, чем у отца.

— Пишут, что посылка доставлена адресату.

— Не удивил, — вздохнула она, пытаясь разобраться, что чувствует по поводу этой новости.

— Не думаете, — спустя короткую паузу, все же решился спросить водитель, — что этот человек разозлится и погонится за вами?

— Пф, — фыркнула Светлана, делая большой глоток воды. — Если он такой мелочный, то проще было сразу его пристрелить.

— Так почему…

— Звук, — кивнула она, и водитель щелкнул переключателем, блокируя связь с другими машинами. — Сереж, он грохнул Посланника. Меня, честно, оба варианта устроили бы. Если бы он помер от взрыва, одной головной болью меньше. Если нет, то он в первую очередь проблема хозяина Посланника. И пусть уж лучше Король в Маске гоняется за этим странным типом, чем за нами.

— То есть вы рады, что он выжил? — В голосе водителя проскользнули странные нотки.

— Так выгодней, — произнесла Светлана. — К чему ты клонишь?

— Да нет, нет, — замотал головой водитель. — Просто… Ну, если бы я не работал на вас так долго, то решил бы, что вы совсем не против, чтобы этот странный тип погнался за вами.

— Но ты-то работаешь на меня с первых дней.

— Да, — согласно кивнул он. — Потому я просто уверен, что вы не против.

— Ой, все! — Светлана отвернулась к окну. — Едь молча. Умник.

— Есть, госпожа, — рассмеялся водитель. — Романтическую музыку?

Глава 10

Где можно купить паспорт?

До городской библиотеки я добрался быстро, хотя в городе началось некое беспокойство. Много полиции, пожарных, люди спешат то в одну, то в другую сторону, да и в целом атмосфера напряженная.

Пытался найти лоточника или разносчика газет, но, судя по всему, прогресс уже искоренил такие профессии в этом мире. Покопался в интернете, но с ходу ничего толкового не нашел. Наверное, если бы я был здесь коренным жителем, то знал бы точно, где искать. А так могу лишь задавать общие вопросы, получая общие ответы.

Да и в целом этот их интернет не такой уж и полезный, как мне показалось изначально. На каждый второй сайт зайти почему-то не получалось, очень мало форумов, где можно высказать свое мнение, — а те, что есть, требуют ввода персональных данных и заполнения анкет на десять листов вплоть до составления генеалогического древа. И всё ради того, чтобы прокомментировать котиков. Что уж говорить про новостные сайты. Кто-то очень крепко держит интернет за воротник и отпускать не спешит.

Если верить Светлане, то местная библиотека мне не подходит, учитывая странности рода, который я ищу. Тут можно найти подходящую литературу по теме аристократии, но стоит ли? Ну, вообще да, например, справочники по княжеским родам. Может, нужный мне и не уничтожен, а просто очень древний и давно забытый.

Переговорив с сотрудником библиотеки, я выяснил, что в этом мире у каждого человека есть собственный документ — что-то вроде индивидуальной визитки. Внезапно…

И странно: мир вроде магический, а используют какие-то документы для идентификации. Куда оттиски ауры делись? Почему не стигматы, как в большинстве миров? Поставил такой при рождении — и все. Везде тебя узнают, подделать невозможно, изменить так, чтоб не заметили, — тоже. У меня их около сотни стояло, делал в разных известных мирах — так проще жить. Тем более что многие были межмировыми. Отдельно стигматы для граждан, туристические стигматы, рабочие, дипломатические и так далее. Зато сразу понятно, кто я и зачем пришел.

А тут паспорт, блин. Ну что за деревня! Я искренне верил, что достаточно приложить палец к идентификационному артефакту в библиотеке. Заодно бы и узнал, как хоть зовут носителя моего тела.

На мой гениальный вопрос, где можно купить паспорт, библиотекарша как-то странно на меня посмотрела. Я решил, что ляпнул что-то не то, а потому поспешил покинуть заведение. В другую библиотеку схожу, где нормально объяснят. К слову, в интернет я тоже вбил, где купить паспорт. После чего интернет стал мне угрожать тюремным заключением.

Забавно. Впервые я почти что никто и звать меня никак. Обычно Курьеру не приходится таким страдать. У него всегда есть заказ. Ему всегда есть чем заняться. Никакой анонимности. Все время очереди из желающих всучить какую-нибудь миссию. От короля, которого нужно спасти от Князя Тьмы, до бабушки-одуванчика, у которой крысы в подвале и ей плевать, что ты какой-то там вселенский Курьер. Крысы ведь…

На улице я прислушался к своему организму. Ощутил некое натяжение канала. Оно и неудивительно, я собственными действиями вызвал прорыв Бездны. По сути, нанес рану этому миру, хотя моя задача прямо противоположная. Да, неосознанно, по незнанию. Факт есть, умысла нет, значит не преступление. И все же…

Курьеру так делать нельзя.

Поток вполне мог отвергнуть меня и перестать воспринимать как Курьера. А это все, конечная. Никаких способностей, никаких новых глаз, никакого содействия от мира. Может, какие-то фокусы из числа пассивных и сохранятся, но надолго ли?

В общем, я мысленно пообещал, что больше никогда не буду так делать. Натянутость исчезла. А я облегченно выдохнул. Пронесло.

В таком состоянии я и добрел до местного автовокзала. Пожалуй, хватит с меня этого города. Да и наворотил я тут дел. Курьеры «на дно» не залегают, но, видимо, пора учиться.

Я уселся в зале ожидания и принялся… ожидать. Мне это показалось забавным и символичным. Раз есть зал ожидания, то что меня в нем ждет? Подождем и увидим.

Кстати, ожидать пришлось недолго.

— Ох и потрепала вас жизнь, мистер Скептик, — услышал я знакомый голос. — Как умудрились? Не поверили, что собака может кусаться? Или усомнились, что медведи агрессивные хищники?

— Ты про это? — с улыбкой растянул я полы рваного плаща. — Да я просто за гвоздь зацепился.

— Сотню раз?

— Вроде того. Какими судьбами здесь?

— Да сворачиваемся, — пожал плечами цирковой шулер. — Отправили за маршрутными талонами и всякими важными бумажками для отчетности.

— А предсказатель-то нашелся?

— Хах, кстати! — хлопнул он себя по колену. — Забавная история. Он сначала два дня на связь не выходил, а потом сам позвонил. Говорит, что он теперь настоящий оракул, предсказал себе несметное богатство и, собственно, разбогател. За один день вроде. Мы поржали, конечно, но Лам в итоге так и не вернулся. Просто сказал, что увольняется и ничего ему от нас не надо.

— Ничего себе. Рассказал хоть, как стать богатым за день?

— Слушай, между нами. Я-то с ним побольше остальных общался, все-таки работали бок о бок, а делать в нашем закутке обычно нечего. Не то чтоб сдружились, но притерлись. Он рассказал, что нажрался в хламину, последние шиши потратил в пивнушке. Ну и уснул потом где-то прямо на улице. А когда проснулся, смотрит, рядом коробка из-под пива, а в ней целая сотка рублями. Считай, месячный заработок. Прям, говорит, почувствовал, что знак это свыше. Потому пошел, купил еще пива…

— Действительно, свыше…

— Да ты слушай дальше. Пива и сотню лотерейных билетов «ИмперЛото» по пятьдесят копеек каждый. Вроде как ему оракульское чутье подсказало, что так надо. Ну…

— И? Выиграл?

— Ну как выиграл. Он же оракул, хе-хе. Он знал, что выиграет. Чудеса, конечно.

— Звучит крайне интересно, — кивнул я с серьезным лицом.

— Да брешет, поди, — отмахнулся шулер. — Ни разу не слышал, чтобы в «ИмперЛото» кто-то выигрывал. Но факт есть факт, где-то ему точно привалило, иначе бы он так не уволился. Или бежал от кого и решил тут залечь. Кто его теперь знает.

— А было от кого бежать?

— Ну, к нему такие барышни иногда приходили… В том числе и замужние. А главное — доверчивые, если понимаешь, о чем я.

— Понимаю, пожалуй. Так у вас, получается, вакансия свободная есть?

— На ясновидящего? Что, устроиться к нам хочешь?

— Так я тебя и ждал, чтоб попроситься, — ответил я и почти не соврал.

— Так это не ко мне. Это к боссу. А ты фокусничать умеешь, что ли?

— Ну я ведь предсказал тогда, что дама будет второй сверху.

— Эх, забавный ты чертяка, мистер Скептик. Но мое дело малое, хочешь к боссу — могу отвести. Сейчас, только бумажек дождусь.

Так, ну это, конечно, не заказ на доставку, но однозначно я оказался в нужном месте и в нужное время. К тому же опять тот странный цирк…

Через двадцать минут мы уже приближались к окраинам города. От былого цирка даже таблички не осталось. Несколько автобусов, грузовиков и автомобилей, тройка цветастых палаток, да и те уже разбирают. Даже забор сняли и упаковали. Я прикинул, что здесь трудится около сотни человек, а может, и больше.

Шулер провел меня к самой неприметной палатке, зашел сам, а через пару минут вышел уже без бумаг и кивнул на вход.

Хозяин тоже собирался. Я заметил сложенную раскладушку, складные стол и стулья, закрытые и раскрытые сундуки.

— Вовремя ты. — Из-за стола поднялся плотный мужчина в черном сюртуке и сиреневых штанах в полоску.

Половину янтарной эры он уже точно прожил. То есть мужчине было за пятьдесят местных лет, но выглядел он бодрячком, а взгляд так вообще живее, чем у многих двадцатилетних. Не одаренный, но все же некую внутреннюю силу имеет.

— Виктор Сергеевич, — представился он и указал на стул. — Мы уже собираемся, но раз сам пришел, садись. Не обессудь, чаю не предложу.

— Андрей, — представился я.

Вчера Виктор, сегодня Андрей, завтра Ашот. И всё правда. Паспорт-то не купить. Сами виноваты.

— Так ты хочешь на место штатного ясновидящего? В курсе, что у нас разъездной характер работы?

— Да я только рад куда уехать. Ну и… кхм… паспорт я потерял, а кушать надо.

Деньги у меня, конечно, есть. Но если уж в цирк не берут без паспорта, то пошло оно всё.

— Это я вижу, — усмехнулся он, кивая на мою одежду. — К нам такие ездоки постоянно приходят. Тебе повезло — и одновременно нет. Повезло, потому что мне на паспорт плевать. И нет — потому что без него я беру больше с твоей прибыли.

Я пожал плечами.

— Устраивает. Я вообще люблю работать за идею.

Начальник клоунов хмыкнул.

— Значит сработаемся. Но предупрежу сразу. Мы своих не выдаем, но ты пока не свой. Если твои прошлые делишки помешают цирку, то мы тебя покрывать не будем. Разговариваем дальше?

Я кивнул.

— Вот и ладушки. Твои проблемы меня мало волнуют, здесь у нас все едут или куда-то, или от чего-то. Но мы не курьерская служба и не пассажирский транспорт. Если хочешь работу, то ты должен уметь работать. Опыт в ясновидении есть?

— Огромнейший, — сказал я.

— Одаренный? Или менталист? Психология, манипуляция вниманием, сбор информации?

— Всего по многу.

— Люди, которые приходят к медиумам и прочим мастерам, жаждут не знания о будущем, а успокоения души. Иногда им нужно знать прошлое, иногда получить уверенность в завтрашнем дне. Нередко их интересует настоящее, но на частного детектива денег нет. Вот они всем скопом и идут к медиумам за волшебным решением всех проблем. Но чтобы его дать, тебе придется пробиться через призму скептицизма и для начала доказать, что ты не шарлатан.

— Поверьте, я с этим справлюсь. Я большой знаток человеческих желаний.

— Продемонстрируешь? Без атрибутики, хрустальных шаров и прочего. Мы все люди взрослые, понимаем, как это работает.

— Да, без проблем. На вас?

— Не надо, мне будущее по три раза на дню предсказывают, уже не знаю, кому верить. Никита! — крикнул Виктор Сергеевич куда-то в стену. Через четыре секунды в палатку вошел щуплый парень с неухоженной бородой и маленькими глазками. — Манекеном побудешь?

— Конечно, Виктор Сергеевич. Только мне еще палатки складывать и колья пересчитывать.

— Да тут у нас профессионал, быстро справится. Так ведь?

— Конечно, — спокойно ответил я.

Встал, подошел к парню и взял его за руку, делая вид, будто рассматриваю линии на ладони.

— Сказал же, без театральщины, — буркнул директор цирка. — Просто покажи, как будешь обрабатывать клиента.

— Какой запрос? — посмотрел я в глаза Никите. — Будущее? Имя твоей жены? С кем она будет изменять? Кто станет первым императором мира или в каком году это произойдет?

— Мм… — замялся парень. — Ключи. Ключи потерял, не могу найти.

— Это потому что тебя сглазили. Навели порчу. Ты парень рукастый, расторопный, умелый, собранный, у тебя все всегда подсчитано и на своем месте. Такие, как ты, не теряют ключи и уж точно не забывают, где их оставили. Не переживай, сами найдутся, когда понадобятся. Но порча растет, кто знает, когда ты забудешь что-то по-настоящему важное. Могу снять, но не бесплатно.

— Могу идти? — Никита повернулся к начальнику, дождался кивка и выбежал из палатки.

Я уселся обратно на стул и посмотрел на хмурого Виктор Сергеевича.

— Что, все? Услышал сказку про колышки и палатки и решил, что он рукастый парень? Продал чистку от порчи вот так, в лоб? Извини, конечно, Андрей, но…

— Он ворует, — спокойно перебил я. — Вы и сами это знаете, просто нет доказательств, а голословно обвинять кого-то не хотите. А еще он рассказал вам слезливую историю своей жизни, а вы в нее поверили. Но именно из-за своих подозрений вы ключей Никите не доверяете, так что ничего он не терял. Он просто рад был, когда понял, что я обычный шарлатан-неумеха.

— Так, — побарабанил пальцами по столу директор.

— Он недавно у вас. Год, плюс-минус. Но недостача началась лишь несколько месяцев назад. Может, топливо, может, какие-то расходники, которых слишком много, чтобы заметить пропажу одного-двух. Вряд ли деньги, они любят счет, а считать вы умеете. Никита парень приятный, жизнерадостный, ничего не умеет, но быстро учится. Берется за любую работу и делает всегда на совесть… Остановите, когда ошибусь.

— Продолжай.

— В последнее время у цирка возникают проблемы. Приходят люди и что-то ищут, что-то спрашивают, интересуются. Но пока это все мелочи, потому что по-настоящему крупные проблемы вас еще не нагнали. А проблемы идут не за вами, а за Никитой. На самом деле он ворует не у вас. У вас он просто тренируется или крадет рефлекторно. Долго присматривался и теперь точно знает, что здесь брать можно, а что контролируется. Ворует он в городах, в которых вы бываете. Отпрашивается погулять каждый день во время стоянок. Присматривается, прицеливается, а прямо перед отъездом идет и грабит. В следующем городе сбывает. Тайник где-то в общем доступе, точно не в личном пространстве. Если он занимается сбором и разбором палаток, то искать стоит там, где они хранятся во время поездок. Кстати, он наглеет, это обусловлено опытом и безнаказанностью. Тут два исхода. Или он рискнет и заберет у вас что-то ценное, если сорванный куш будет стоить потери прикрытия. Или те, у кого он украл, придут за своим. И стоит молиться, чтобы они просто забрали украденное. Но ведь можно случайно украсть у людей, которые не будут разбираться в деталях.

Разумеется, речь шла про местную аристократию, и директор это прекрасно понял. Придет гвардия какого-нибудь графа, заберет какую-нибудь важную безделушку, спалит всех циркачей вместе с автобусами, чтоб другим неповадно было. И уедут обратно. И ничего им за это не будет. Так устроен этот мир. Да и любой другой, если честно.

Душу парня я увидел в момент прикосновения. Увидел отчетливо и ясно, для этого Курьеру никаких глаз не требуется. Чисто опыт, можно сказать. Еще увидел несколько наиболее вероятных вариантов его будущего. Во всех его убивают, причем каждый раз по-разному и разные люди. Да, были варианты и с горящими автобусами, были.

Душа у него мелкая, пакостная, завистливая и жадная. Чаще всего такие получают жизненные уроки от Вселенной в самом начале пути. После хорошей оплеухи они начинают держать себя в руках. Часто находят законные способы обворовывать людей, становятся всякими риелторами, адвокатами, банкирами… Или коучами. Продают готовые «успешные» бизнесы или просто за деньги учат других какой-нибудь бесполезной ерунде, но язык у них хорошо подвешен, так что справляются.

Но Никита, видимо, то ли увернулся от вселенской оплеухи, то ли не воспринял угрозу всерьез. А зная особенности души и конкретную точку пространства-времени, достроить остальное нетрудно. Прошлое я предположил, потому что хорошо знаком с такими личностями. Будущее увидел и достроил причинно-следственную связь. Люди во всех мирах остаются людьми. Разными в своей индивидуальности и одинаковыми по своей сути.

Много чего можно понять и узнать, когда доставляешь то, что нужно человеку. Особенно, если кроме тебя это никто больше не может доставить. Я знаю кое-какие секреты императоров и мировых канцлеров. У них не было выбора, кроме как довериться мне, чтобы получить желаемое. И, должен сказать, все их тайные желания, по сути, одинаковы. Все хотят власти, могущества, силы и секса. Чаще всего секса. Думаю, даже Хаха охренел бы, узнай, на что готовы люди, лишь бы переспать с объектом своих желаний. Некоторые даже женятся ради этого.

— Виктор Сергеич, — в палатке показалась голова Никиты, — я закончил, все сложено и упаковано. Я схожу прогуляюсь, город пофоткаю. Вернусь к отъезду, как обычно.

— Давай, конечно, — кивнул директор. А когда голова скрылась, обернулся ко мне. — Хобби у него такое, фотографирует города, в которых побывал. На память.

— Ага, часто на фотках витрины ювелирных магазинов попадаются? — усмехнулся я.

Виктор Сергеевич долго стучал пальцами по столу и изучал меня взглядом.

— Как? — наконец спросил он.

— Наблюдательность и мастерство.

— Профессиональные тайны, да? — усмехнулся он. — Подожди тут пару минут, ладно?

— Конечно.

Директор вышел из палатки и вернулся через шесть минут сорок две секунды. Под мышкой у него был зажат плотный и явно тяжелый сверток, который он положил на сундук.

— В грузовике? — просто любопытства ради уточнил я.

— Еще варианты?

— Могу накинуть, но это будет гадание на ногтях. Или так не говорится?

— Он механику помогал автобус один чинить, который постоянно ломался. Никита тощий, руки длинные, а там хрен пролезешь до нужного места. Вот теперь и выяснили, что там постоянно громыхало. И что мне с этим делать?

— Оставьте, — ответил я. — Это не ваше, вам это не надо. Что бы ни было внутри, за ним тянется шлейф проблем. Проблем Никиты. Зачем вам не ваши проблемы?

— И то правда, — кивнул Виктор Сергеевич. — Что ж…. Работаем три на четыре. Четыре дня в дороге, включая сборы, разборы. Три дня работаем. С нас клиенты, с тебя пятьдесят рублей в неделю за аренду места и инвентаря. И шестьдесят процентов от прибыли, поскольку ты у нас, так сказать, продукт без состава и паспорта. За риск нужно платить. Условия пересматриваются раз в полгода. Если нужно что-то из атрибутики, говори, обсудим. Но никаких черепов, черных свечей и прочей негативной тематики, у нас не тот профиль. Еда, удобства, спальные места — все общее. Хочешь ортопедический матрас — покупай сам. В пути и на стоянках работаем вместе, кто чем может, тот тем помогает. Водить умеешь?

— Лучше не стоит, — усмехнулся я, вспоминая последний опыт.

— Ладно, у бригадира возьмешь список дел, посмотришь, чем можешь быть полезен лагерю. Там все оплачивается отдельно, разберешься. Готовить умеешь?

— Да, только вам не понравится. Но если вдруг наступят голодные времена, то я могу из коры и червей сварить очень нажористую похлебку.

— Мерзость, — усмехнулся Виктор Сергеевич. — Так, если условия устраивают, то у меня последний вопрос. Можешь не отвечать, но я все равно спрошу. Несмотря на это, — он кивнул на сверток. — Людей я повидал немало и немного в них разбираюсь. В бродячий цирк не идут, а бегут. Либо от чего-то, либо куда-то. Ставлю зуб, что ты из вторых. Потому спрашиваю, на какой остановке ты планируешь сойти?

— Не знаю, — ответил я. — Как только найду тихое и спокойное местечко, где-нибудь у озера. Чтоб можно было обзавестись семьей и растить детей.

— Хах. Ну да, не в той империи ты родился. Что ж, если все устраивает, добро пожаловать в нашу маленькую семью. Вопросы?

— Только один. Сорок процентов от прибыли?

— А говорил, что работаешь за идею.

— Я просто подумал, что слишком хорош.

— И скромен, видимо? Пятьдесят процентов. И не будем больше торговаться. Я знаю, что именно на пятьдесят ты и рассчитывал, когда просил сорок.

Я улыбнулся. Мне понравился этот мужик.

Виктор Сергеевич встал и протянул руку. Я тоже поднялся и пожал ее, соглашаясь с предложением.

В момент рукопожатия как молния ударила. Я увидел душу Виктора Сергеевича, и все встало на свои места. Ну конечно, как же иначе. Проводник.

Проводники есть во всех мирах, они не просто кочевники, они искатели. Их судьба — жить дорогой, прокладывать путь и вести за собой остальных. Проводники рождаются в грязи и разрухе, а потом всю жизнь ищут землю обетованную. Райский край. Иногда находят.

Но горькая ирония в том, что ищут они это место не для себя, а для тех, кто идет за ними. Они как факел во тьме, что должен собирать заблудшие души и отводить их в безопасное место. Но сами могут быть счастливы лишь в пути. Тяжело Проводнику, который родился в закрытом мире, уже изученном и исследованном вдоль и поперек. Но директор бродячего цирка явно не унывает. Всегда можно подобрать бедолагу в одном месте и довести его до другого.

Сколько существует Бесконечное Древо Миров, столько Проводники были главными помощниками и союзниками Курьеров. Причем неважно, знает сам Проводник о своем предназначении или нет. Проводники открывали нам свои тропы, показывали безопасные маршруты, а иногда и давали заказы, когда нужно было проложить путь там, где сам Проводник пройти не может. Отказать в заказе Проводнику считается в курьерской братии позором. Наоборот, это большая честь — помочь Проводнику, и оплату можно взять символическую.

Неудивительно, что меня изначально тянуло к цирку, просто я тогда еще не понял почему. Не знаю, куда меня заведет эта дорога, но на некоторое время точно можно расслабиться. Если Курьер повстречал Проводника, значит можно не переживать за маршрут.

— Андрей, — окликнул меня Виктор Сергеевич. — Ты это, как найдешь свое тихое местечко у озера, дай знать, я и сам там кости брошу.

— Сообщу, Виктор Сергеич, — улыбнулся я. — Но мы оба знаем, что не бросите.

— С чего это? Я уже не молод, тоже, может, хочу остепениться.

— Желание хорошее. — Я припомнил поговорку Проводников, которую слышал во многих мирах, даже самых отдаленных и не знающих о существовании Бесконечного Древа. — Только если вы остановитесь, то кто тогда проведет караван через игольное ушко?

Глава 11

С тех пор я тильдренский ликер больше и не пью

Давно я так весело не путешествовал. Циркачи оказались крайне забавным и дружным народом. Меня приняли довольно тепло, но при этом никто не лез с расспросами, да и свою душу изливать не торопился.

Атмосфера как у временных попутчиков, объединенных общей целью, но не обязательствами. Будто мы не работаем вместе, а едем куда-то на пикник или вечеринку.

Двигались колонной, при этом большинство мест были не в автобусах, а на крышах. Все оборудованы бортами и застелены мягкими коврами и одеялами. Ехали под звуки гитар и перезвон бутылок с пенным. Кто-то спал прямо на крыше, благо погода позволяла, а высокие борта укрывали от ветра. Кто-то спускался в салон, где также расстелены одеяла. На зиму пересобирают все наоборот: вещи на крыши, люди вниз.

Мой автобус быстро начал переполняться — из-за того, что люди увидели, как я собираю кубик Рубика.

Людей привлекла необычность куба: по шестнадцать сегментов на сторону, да еще и узоры вместо цветов. Сначала один заинтересовался, потом другой попросил попробовать, третий сказал, что собирает такие с закрытыми глазами…

Через неделю поездки на нашей крыше начало собираться столько народу, что бригадиру пришлось разгонять их и записывать в очередь. Бригадир, кстати, это Леха Левша. Тот самый шулер, с которым я сразу познакомился в цирке.

В итоге ребята перерисовали детали кубика на дощечки и пытались сложить из них правильный узор, чтобы понять, как должна выглядеть та или иная сторона. Нашлись реально умные люди: притащили с собой переносные компьютеры и заставили их просчитывать варианты.

И все это под вечные споры, крики, шум, гам и попытки отобрать куб у очередного «криворукого клоуна», потому что он «вообще не так должен собираться». Клоун не обижался, потому что он клоун. Реально клоун, это же цирк. Да и в целом народ был дружный, так что особых конфликтов я не заметил.

Даже Никите, несмотря на воровство, вернули все его личные вещи и зарплату за неделю. Ну как вернули. Цирк собрался и уехал на час раньше без него. А на пустыре остался стоять чемодан с вещами и сверток с награбленным.

Моя работа была несложной. Просто говоришь клиентам то, что они должны услышать. Главная сложность в том, что должны они услышать обычно не то, что хотят. Проблем тут две. Во-первых, Курьерам очень трудно врать, это разрушает ауру. То есть ослабляет связь с Потоком. Кстати, по той же причине мы стараемся не произносить бранные слова, особенно не оскорблять разумных существ. Это не табу, а, скорее, рекомендация, но она уже давно вошла у меня в привычку.

Вторая проблема проистекает из первой. Иногда ко мне приходили люди, которым я не в силах помочь, а потому я был вынужден говорить правду и не брать с них деньги. Так я выяснил, что империя постоянно воюет на разных направлениях, в том числе прямо сейчас. Очень часто клиенты искали пропавших близких. Если я видел в их будущем воссоединение, то так и говорил. Иначе извинялся и объяснял, что мои «способности» не в силах помочь.

В остальном же — самые банальные вопросы, любой шарлатан справился бы.

— … И тогда эта гнида мне говорит, я тебе ничо не обязан и вообще ты сама начала сосать, прикинь.

Я разглядывал блондинку в розовом платье, из которого чуть ли не вываливались искусственные сиськи. М-да, бывают и такие клиенты. Самое забавное, что сейчас у нас стоянка даже не в городе, а неподалеку от нескольких поселков городского типа, чтобы добраться сюда можно было из любого. Как этот кадр тут оказался — для меня загадка. А прикасаться к ней, чтобы выяснить… Пусть некоторые тайны мироздания останутся для меня тайнами.

— Так в чем суть вопроса, уважаемая? Вы хотите приворожить его, чтобы он любил только вас? Или заставить выполнить обещание и купить вам… Телефон, я правильно понял?

— Не, че я, нормального мужика не найду себе? Сделайте так, чтобы у него его пипирчик отвалился.

— Пипир… Кхм… Порчу навести?

— Порчу, проклятье, как у вас там это называется? Сколько это будет стоить?

— Боюсь, это совершенно не мой профиль. Магия порчи очень сложная, а я всего лишь начинающий адепт.

— Это я заметила. — Блондинка брезгливо осмотрела мой шатер.

— Но я все же могу вам помочь. — Я наклонился чуть ближе. — Вам нужен настоящий малефик. Мастер темных искусств. К тому же за такую работу он возьмется бесплатно, а то и сам вам доплатит.

— Та-а-ак, а где мне его найти?

— Вот тут сложность. Малефики хорошо скрываются, сами понимаете, работа такая. Вот список городов, где их видели. Но найти их будет непросто. Ищите в туристических местах, где много народу. Так они прячутся, теряются в толпе. Чтобы выйти на них, заказывайте экскурсии у гидов. Если темный мастер сочтет вас достойной, он сам подойдет.

— Так, поняла. О, Париж! Как раз хотела там побывать. Алё, кися, слушай, а ты не хочешь оплатить своему котеночку…

Даже не поблагодарила. В ее разговор по телефону я перестал вслушиваться почти сразу. Типичная молодая душа, скорей всего, это ее первая жизнь. Мечется, не понимает, что вообще происходит и что с этим делать. Простая, легкая жизнь, никаких проблем и трудностей, помимо тех, что придумает себе сама.

Путешествия помогут. Посмотрит мир, наберется опыта и впечатлений, может, найдет для себя что-то интересное.

И я вроде нигде не соврал. Может ли опытный малефик наложить проклятие дисфункции? Спокойно. Прячутся ли они на видном месте? Постоянно. Подойдет ли он к жертве сам, если та будет ему интересна? Однозначно. Может ли быть у него логово в этих туристических городах из списка? Конечно, может. А может и не быть.

Блондинка убежала, щебеча по телефону. Я же потянулся и устало выбрался из-за стола. Темные полы мантии крайне неудобные, а из-за свечей и благовоний в палатке нечем дышать. Но атмосфера — часть шоу, никуда не деться.

Зашел сначала в личный отсек, но тут все еще хуже. Голый настил, раскладушка, складной стол и стул, тазик для умывания и сундук для вещей. А, и вешалка для мантии. Нет, так дело не пойдет.

Курьеры, конечно, спокойно могут работать без всякого комфорта, я как-то раз провел больше года в башне с архимагом, ведущим аскетический образ жизни. С тех пор я ненавижу манную кашу с гребаными комочками. У него вообще не было ничего кроме этой каши и воды.

Но не страшно, работа есть работа, пережил как-то. Он мне тогда помог, и я даже отправил ему в благодарность Крайденский Караван. Это комплексная услуга, когда по вызову приезжает десяток очень сексуальных женщин с вином, яствами, солями для ванн, благовониями и прочими штуками для расслабления. А крайденские женщины считаются лучшими массажистками, между прочим. Тантрический массаж там, все дела, хм… В общем, приезжает караван на три дня, и ты живешь как царь самой богатой страны во время пиршества. Стоит это как годовой доход царя самой богатой страны. Так что я оплатил ему караван на месяц, пусть покормит их своей сраной манкой.

К чему это я? К тому, что если есть возможность работать в комфорте, то надо работать в комфорте. Я порылся в сумке и достал один из телефонов.

Вышел на улицу и улыбнулся, подставив лицо лучам полуденного солнца. Поток клиентов пойдет ближе к вечеру, сейчас тут в основном детвора и проезжие. И те и другие гуляют по центральной части парка, где стоят сцены с актерами и палатки с едой.

— Опять денег не взял? — раздался насмешливый голос Лехи Левши. — Ты так никогда не расплатишься с боссом.

— Пока проблем не было. — Это правда. Я просто сразу оплатил аренду на год вперед. Директор, конечно, немного удивился, но виду не подал. — Да и не за что с нее деньги брать.

— Мог не деньгами.

— Фу таким быть, — делано скривился я.

— Конечно, легко строить из себя святошу, когда работаешь в палатке с плотной тканью. Где внутри полумрак, свечи, ароматические палочки. Прикасаешься к даме, чтобы прочитать ее судьбу, а потом томным голосом говоришь: на вас лежит страшное проклятие, но вам повезло. Я могу помочь, однако действовать надо быстро. Ты доверяешь мне, Сара? Да, Андрей, я верю тебе. Что мне надо делать? Я согласна на все, лишь бы…

— Эй, эй, эй, полегче…

Мне пришлось замахать руками, потому что Левша не только говорил на разные голоса, но уже начал однозначно жестикулировать руками и тазом, вживаясь в роль. Еще и сопровождая это плохой пародией женских охов и ахов. Вот что делает с человеком длительное проживание рядом с актерами, среди которых почти нет женщин.

— А я что? Я не жалуюсь, стол, стул, зато на свежем воздухе. Хозяин обещал поставить навес от дождя, если буду себя хорошо вести.

— Хочешь, научу будущее предсказывать, тогда и палаткой обзаведешься.

— Не-е-е, — отмахнулся Левша. — Там душно, свечи эти воняют, солнца не видно, еще и балахоны дурацкие носить надо. Но ты это, учти такой момент. Если вдруг захочешь уединиться с какой-нибудь молоденькой длинноногой отпадной брюнеточкой метр шестьдесят пять, грудь упругая двоечка и чтоб талия узкая, фигурка спортивная — то не забывай, что снаружи тут очень хорошая слышимость.

— Обязательно учту твой совет, как только представится возможность.

— Так это, возможность только что залетела к тебе в палатку.

Я обернулся. Действительно, колышется ткань над входом. Ну, раз я не почувствовал, значит никакой опасности.

— Иди уже, — махнул Леха. — Работай.

Последнее слово он демонстративно «взял в кавычки», но я лишь закатил глаза. Хороший парень, рад, что наши места оказались рядом.

Нырнул в палатку. Ну да, Леха умеет давать точные описания. Разве что забыл упомянуть, что девушка еще и довольно красива, а главное — с чистой, приятной душой.

Одета в плотные штаны и обтягивающую водолазку с высоким горлом. На ногах крепкие сапоги на плоской подошве. Вообще, будто бы в поход собралась. А еще меня смутило выражение ее лица: нервное, обеспокоенное, тревожное.

— Доброго дня, — как можно мягче произнес я, но девушка все равно нервно вздрогнула. — Могу вам чем-то помочь?

— З-з-здравствуйте. Простите, можно я просто тут посижу?

— Ну, это место для клиентов. Я не против, но если кто-то придет…

— Да, я клиент. Чем торгуете?

— Будущим. Прошлым. Истиной. Можете дать руку, и я прочитаю вашу судьбу.

— Да, да, конечно…

Я коснулся ее ладони. Кожа приятная, не неженка, но и не грубая. А вот вспышка, поразившая мой разум, оказалась чем-то новым для меня… В этом мире.

Между нами сразу образовалась тонкая, незримая связь. Скорей всего, краткосрочная, но все же. Я увидел ее будущее, наиболее вероятное, но сильно размытое во времени. Такое бывает, когда видящий, то есть в данном случае я, сам определяет, когда этому будущему наступить.

Мы стоим, она крепко прижимается ко мне сзади, словно пытается удержаться. Мои руки раскинуты в стороны, лицо напряжено. А вокруг бушует ураган энергии. Сила не похожа на привычный мне плавный Поток. Нет, тут что-то более дикое, яростное. И это не моя энергия, она чужая, она обжигает, она опасная и дикая. Смертельная для всех, кто окажется на ее пути…

Я отдернул руку.

— Так какой у вас вопрос? — поинтересовался вежливо.

Девушка не особо меня слушала, больше глядя на вход. А по лагерю начали разноситься грубые мужские голоса.

— Хотите знать свое будущее?

— Слушайте… — Внезапно она обернулась ко мне, и я увидел в ее взгляде панику, переходящую в решимость. — Хотите заработать?

— Конечно, а как?

— Можете подержать это у себя? А я заплачу за хранение.

Только сейчас я заметил, что у нее в руках куртка, в которую завернут сверток из темной плотной ткани.

— Хм, — задумался я, разглядывая сверток.

— Это не наркотики, — быстро произнесла она.

— Я знаю. Наркотиками занимаются жонглеры, у них там специальный белый порошок для факелов с огненным шоу. Удобно в нем прятать. Да шучу я, шучу!

Не шучу. Они реально возят там толченые таблетки, которые потом фасуют по пилюлям, но я пока не решил, что с этим делать. Тут же цирк. Они и меня возят, а я вроде как страшный преступник.

— Тут ничего незаконного. Просто мне надо где-то это спрятать.

— Цирк уезжает в понедельник, забрать вы должны будете свой сверток в воскресенье.

— В воскресенье, вечером, — кивнула девушка и с надеждой посмотрела на меня. — Я приду и принесу деньги. Двести рублей, устроит?

— Не пойдет, — помотал я головой.

Да, это месяц аренды, но кого волнуют деньги? Ну да, всех, но двести рублей? Я спокойно отдал две с половиной тысячи неделю назад директору цирка, по факту — за раскладушку и место в автобусе.

Однако меня волнует то, что это заказ. Вполне стандартный для Курьера, просто доставка идет не в пространстве, а во времени. Беру заказ и доставляю его в то же место, но в другое время.

Как же часто мне приходилось брать всякие могущественные артефакты из замков и монастырей, лишь бы их не захватили. А возвращал уже после окончания войны или осады. Обычно я возвращаю предметы на то же место, так как сам заказчик может быть уже мертв.

Но в этот раз условия четкие, девушка сказала, что заберет сама.

— Мне нужен аванс. Если нет денег, поцелуй подойдет, — улыбнулся я. А потом добавил, чтобы не было двусмысленности: — Потом просто двести рублей принесете.

Она раздумывала ровно две с половиной секунды, затем перегнулась через стол, задев при этом грудью ценный хрустальный шар, и впилась губами мне в губы. Поцелуй был хорош. Искренний, каким может быть поцелуй женщины, верящей, что это последний поцелуй в ее жизни. Я не спешил ее разубеждать, но если так и продолжится, то нам вполне может потребоваться совет Лехи…

Но тут на улице раздался шум, и девушка пришла в себя, оторвалась от моих губ и чуть смущенно опустила глаза.

— Воскресенье, вечер, двести рублей. — Я протянул руку к свертку. — Аванс получен, договор заключен.

Она чуть неуверенно отдала мне сверток, словно сама не понимала, почему так поступает. Но для меня все было очевидно: у нее просто невообразимая интуиция. Мало того, что нашла Курьера, так еще и интуитивно дала ему заказ. А это уже не шутки.

Голоса на улице стали громче, и сверток мгновенно оказался в моей руке, а затем тут же исчез в полах мантии.

— Налево до конца, — посоветовал я. — Завернете за палатку со сладкой ватой, там забора не хватило, так что спокойно попадете с территории цирка сразу в лесопосадку, а через нее на трассу.

— Спасибо, — кивнула девушка и пулей вылетела из шатра.

Я медленно вышел следом и подошел к Левше, делая вид, будто мы тут болтаем, хотя оба смотрели вслед удаляющимся аппетитным булочкам, которые разносил лоточник. В следующий миг синхронно развернулись на шум. Из-за дальней палатки вывалились двое запыхавшихся мужчин в темно-синей форме, похожей на военную, с автоматами за спинами и злющими рожами.

Оба пошли к нам, зыркая во все стороны.

— Бабу не видели? — то ли спросил, то ли рыкнул лысый детина. — Темные волосы, бежевые штаны, черная водолазка.

Я заметил, что у мужика на лице шрам, проходящий через глаз. Сам глаз покрыт серой пленкой. Обычно в таких случаях носят повязку, но этот тип специально оставил его открытым, чтобы все видели, какой он крутой и опасный.

От обоих веяло негативной энергией, грехов за ними водилось немало, да и души выгоревшие. Такие чистят яблоки и убивают людей с одинаковым выражением лица.

— А вы по пути хорошо смотрели? — уточнил я. — В оба глаза?

— Умник, да? — прорычал одноглазый.

— Пошли, Ник, некогда, — одернул его второй.

— Я тебя запомнил, шут.

— Точно? Могу покрутиться, чтобы ты разглядел меня с двух сторон.

— Пошли, — дернул его напарник, и оба головореза побежали дальше.

Левша к тому времени начал вставать, обеспокоенно глядя им вслед, но я остановил парня, положив руку на плечо. Пришлось надавить, чтобы он уселся обратно на свой табурет.

— Не надо, — пояснил я. — С ней все будет в порядке. Я же вижу будущее.

— Приставал?

— Приставал.

— То-то я смотрю, она вылетела как ошпаренная, — попытался отшутиться Левша. — Не умеешь ты с женщинами обращаться.

— Ну да, — усмехнулся я.

Тринадцать суккубов, что пытались стать моими женами, с тобой бы поспорили. Притом они друг дружку на дух не переносили. М-да, веселая была неделька… Правда, с тех пор я тильдренский ликер больше и не пью. Нафиг такие приключения.

Что же касается девушки, то видение было слишком отчетливым. Заказ получен, договор заключен, мы еще встретимся. К тому же довольно скоро, так что незачем торопить события.

— Паршиво, — все-таки высказал свою мысль Левша. — Понял, кто это?

— Кто?

— Гвардия. Нашивки видел с гербом? Это гвардия какого-то аристократа. А где аристократы, там проблемы. Как бы не пришлось сворачивать лагерь.

* * *

Лимонов Владимир Викторович.

Следователь по особо важным делам.

Отдел по защите гражданских прав.

Владимир Викторович убрал ксиву и прошел во внутренний коридор полицейского участка мимо охранника. При этом сделал вид, что не заметил, как тот скривил лицо.

Отдел по защите граждански прав подразумевал защиту обычных граждан от действий знати. Но по факту этот отдел скорее защищал интересы аристократии.

Родившийся в небогатой семье простолюдинов, Владимир Викторович сейчас загребал такие деньги, что его родителям и не снились. Аристократы очень щедры, когда дело касается их репутации.

Сегодня же день у Лимонова не задался с самого утра. Во-первых, один из щедрых инвесторов в пенсионную программу Владимира Викторовича внезапно скончался. Во-вторых, Лимонову пришлось в срочном порядке ехать в эту дыру, чтобы разобраться в причинах смерти барона Тютчева.

И вроде бы все ясно: внезапный прорыв Бездны, заражение. Редко, но случается подобное. Только вот уже к обеду Лимонов понял, что чем дольше он разбирается с этим делом, тем страннее оно выглядит.

Ладно прорыв Бездны, этим уже занимается отдел ликвидации. Однако внутри они нашли всего одного обращенного, грохнули, вытащили сформировавшийся кристалл, но больше никого не обнаружили. Словно во всем поместье в момент прорыва никого не было, хотя это не так.

Самого же Тютчева нашли в городе на старом кирпичном заводе. И вот удивительно, в здании случился пожар в ту же ночь. Причем сам завод давно заброшен.

— Владимир Викторович? — Тучный мужчина в дешевом костюме вышел навстречу, заранее протянув руку, словно просит милостыню. — Капитан Назаров.

— Вы тут главный, значит. — Лимонов все же пожал руку. — Это кто?

Он стоял возле допросной и с интересом наблюдал за тремя рыдающими девицами, которые наперебой что-то рассказывали полицейскому и при этом обильно жестикулировали.

— Это? — Капитан тоже глянул в окошко. — Гостьи покойного барона. Им повезло, в момент прорыва Бездны они находились в гостевом домике чуть дальше от самой усадьбы.

Лимонов был в курсе некоторых «слабостей» барона Тютчева. Собственно, из-за них он и познакомился с ним несколько лет назад. Из-за пустякового дела: одна мошенница сама нанесла себе множественные увечья и пыталась шантажировать барона, якобы он ее похитил и издевался. Разумеется, Лимонов быстро ее раскусил и передал дело справедливому суду. А барон Тютчев так впечатлился работой молодого следователя, что не знал, как выразить свою благодарность. Такое большое письмо написал, что в конверт еле влезло.

— И что говорят?

— Ну, странное говорят. Вроде их похитили и привезли туда какие-то бандиты. А сами они…

— Рапорт, — не скрывая раздражения, произнес Лимонов и протянул руку.

Через две минуты он уже листал протоколы допроса, свидетельства очевидцев, заявления от девиц и протоколы первичного осмотра.

— Парень со светящейся бейсбольной битой? — Лимонов изогнул бровь и посмотрел на капитана.

— Так они сказали, — развел руками Назаров. — Вышел с телом на плече прямо из пелены, сел в машину и уехал.

— А ваши ребята не подумали, что не стоит всякий бред заносить в официальный протокол? Или хотите сказать, что кто-то смог сделать магическую артефактную бейсбольную биту?

Капитан вновь лишь развел руками, на что Лимонов скривился. Если это есть в отчетах, значит уже есть у журналистов. В маленьких городах слухи быстро разлетаются.

— А это что за показания? — Лимонов помахал бумажками перед лицом местного начальника.

— Мм… Местные маргинальные элементы. Официально работали на бетонном заводе, вчера как раз на него было совершено нападение.

— И снова человеком с бейсбольной битой?

— Но не с артефактной битой… Вроде бы.

— Вроде бы? Кому принадлежит старая промзона на севере? Где под утро был пожар.

— Не могу знать. Но выясню. Кстати говоря, в том районе видели человека, подходящего под описание.

— Под чье описание?

— Парня с битой.

— В старой промзоне тоже был парень с битой?

— Без биты. Но тот же парень.

— Господи… — закатил глаза Лимонов. — Пойдемте в ваш кабинет, господин Назаров.

— Чайку, может? С лимончиком… Ой, простите, господин Лимонов, я не это имел в виду.

Абсолютно не компетентен. Ладно, и на его место подберем подходящую кандидатуру. Более сообразительную. Вот что сейчас сообщить начальству? Что в городе завелся сумасшедший маньяк с артефактной бейсбольной битой? Который за один вечер зачем-то напал на местный завод, устроил прорыв Бездны, убил барона, а затем отвез его на другой конец города и спалил на заводе, чтобы замести следы?

Нет, Лимонов, конечно, весьма уважаемый сотрудник в своем коллективе и у начальства на хорошем счету. Но если он передаст наверх подобный отчет, то уже к вечеру окажется безработным. В лучшем случае. А работа Владимиру Викторовичу нравилась, так что пусть за этот бред отвечает тот, кто его допустил.

— Чаечек не помешает, можно и с лимончиком, — похлопал капитана по плечу Лимонов. — И побольше, господин Назаров. Разговор у нас с вами будет длинным.

— Да? А о чем?

— Для начала расскажете мне о наркотрафике, господин Назаров, который вы тут крышевали…

— Господи… — икнул уже бывший капитан полиции.

Глава 12

Ты странный мужик, мистер Скептик. Но теперь мне кажется, что правильней будет сказать еб…

— Слушай, я к тебе с таким вопросом… — Я протянул Левше телефон, — Можешь показать, как мне купить ортопедический матрас, а то никак не разберусь. Надо, чтоб привезли сюда, а оплатить наличкой.

— Сюда? Это же промежуточный лагерь, тут ни хрена никто не привезет, разве что самогона. Жди, когда до города нормального доедем. Либо самому на местный рынок тащиться. И вообще, ты бы немного аппетиты умерил с такими большими покупками. Мы же все время в дороге. Лишняя поклажа — меньше свободного места, дороже перевозка. Шеф так и аренду может повысить.

— М-да, сложно у вас. Слушай, может, смотаемся в город? Клиентов все равно до вечера не будет. Хоть пожрем нормальной еды.

— Да можно, в принципе. Надо тогда к директору зайти, взять список покупок, заодно припасы пополним.

Сказано — сделано. Через двадцать минут мы вышли из лагеря. Я переоделся в повседневную одежду, которую мне дружелюбно продали местные, взамен моих лохмотьев. Во внутреннем кармане лежал сверток от давешней дамы.

Я пока решил не смотреть, что там, хотя условиями договора это не запрещалось. Любопытство жгло, но я терпел. А, нет, это не любопытство. Сверток реально был горячим, того и гляди проплавит дыру в кармане.

Я все же решил насладиться неведением и погадать, что же внутри. Прикольно, если бы яйцо огнедышащего дракона. Сверток маловат, конечно, для этого, но кто знает, какого размера местные драконы. Ну и в лес не ходи — ясно, что те брутальные мужики искали больше сверток, чем девушку. Если ее поймают и она расколется, то они вернутся. Эх, маловато взял за заказ. Всего-то поцелуй и двести рублей. Знал бы, запросил стриптиз. Как минимум.

Кстати, драконы тут водятся, это точно. В этом мире вообще довольно обширный и опасный бестиарий тварей. А территория империи весьма велика, притом заселена не то чтобы густо. Так что не угадаешь, из-за какого дерева на тебя бросится какой-нибудь кабанатус экстремус.

Все из-за системы магии. Местные маги, которые называются одаренными, сосредоточены на внутренних источниках силы. А на внешнюю магию забили болт, вот она и одичала.

Мы с Левшой добрались до поселка на своих двоих, чтобы не тратить бензин. В подобных местах всегда имеется центральный рынок, на котором можно быстро закупить все необходимое, чем мы и занялись.

Потом засели в кафе прямо возле рынка. Где много людей, там много и заведений, а куда ходят местные, туда и нам дорога. Взяли по пиву и по тарелке бараньего шашлыка с кетченезом. На закуску я добрал еще и жареных грибов с сыром. Заплатили пятнадцать рублей на двоих. Один раз живем все-таки. К слову, денег у меня осталось не так уж и много по меркам моих хотелок и цен на ортопедические матрасы. Две тысячи семьсот рублей. Это не считая золота и брюликов, которые я еще не нашел, куда сплавить. Зайти, что ли, в местный ломбард? А, ладно — оставлю на черный день.

Левша, жуя, что-то усиленно тыкал в экране телефона. Кстати, проклятия от кражи на них не вешают. Переоценил я магический прогресс этого мира.

А вот со слежкой не ошибся, эти штуки действительно могут выдать местоположение. Но плюсов все же больше. Доберемся до города, надо будет обзавестись «чистым» телефоном, который нигде не засветился.

— А у тебя в нем интернет есть? — спросил я.

— Конечно, — удивился Леха — Сейчас даже у кирпичей есть выход в сеть.

— Да? — Я посмотрел на кирпичную стену и решил, что это такая местная метафора. — Можешь кое-что для меня поискать?

— А сам чего? — усмехнулся он.

— В моем телефоне не работает.

Я в последнее время очень много «сижу в инете», как у местных принято говорить. В основном поглощаю информацию о мире, заполняю пробелы, узнаю детали. Но есть две проблемы. Информация часто бывает противоречива, и непонятно, чему верить. А еще в какой-то момент интернет перестает работать — и приходится брать следующий телефон. Так что нормальных у меня всего парочка осталась.

— Работал бы сам, работал бы и интернет, — ухмыльнулся Леха. — Оплачивать надо вовремя.

— А как это связано? Ты же не работаешь, а интернет есть.

— Вот сейчас вообще не понял, что за наезд? — Левша со смехом развернулся ко мне. — Хочешь сказать, что я хреново работаю?

— Работаешь ты мастерски, — не стал кривить я душой. — Но вообще не в том направлении.

— Поясни.

— В лагерь вернемся, покажу. Так ты глянешь кое-что мне?

— Валяй. — Леха положил телефон на стол и приготовился печатать.

— Спроси, что нужно императору.

— М-дэ. Прям вот так?

— Прямо так, — кивнул я.

— Что-то конкретное ищем?

— Нет, первое попавшееся. Это же самый популярный ответ будет?

— Ну да… «Хочешь быть полезен родине и его величеству? Вступай в ряды вооруженных сил Империи!» — прочитал он. — Первая ссылка.

— Забавно. А про налоги есть что-то?

— Нет.

— Два — один в пользу солдат, получается.

— Но если ты про оплату интересуешься, то платит империя щедро.

— Всем одинаково или есть те, кому больше?

— Есть, конечно. Одаренным в зависимости от ранга. Солдатам в зависимости от боевого опыта. Ну и от места службы тоже зависит.

— Вот! Вот это уже интересно. Куда мне надо пойти воевать, чтобы мне платили больше всего? Гипотетически. Чего ты так вылупился на меня?

— Да я вот представил тебя в твоей фиолетовой мантии и с автоматом в руках. Культист-штурмовик, ёпты. Ладно, платят больше всего в корпусе Освободителей. Берут всех, даже без опыта.

— А без паспорта берут?

— Это же регулярная имперская армия, а не гвардия какого-нибудь аристократа.

— Это да или нет, я не понял?

— Паспорт нужен.

— Так, а где можно… эм-м… купить паспорт?

Левша внимательно посмотрел на меня. Вздохнул и отложил телефон.

— Нет, это я искать в сети не стану.

Во-о-от. Умный человек оказался.

— Понял, значит отслеживается. А что за корпус Освободителей, можешь посмотреть?

— Это я тебе и так могу рассказать. Ты вообще из какой подземной пещеры вылез?

— Из древнего капища, вообще-то. Но формально это можно назвать пещерой, да.

— И много вас там таких?

— Вроде кроме меня никого не осталось. — Я вспомнил Елену, но, пожалуй, про нее нельзя сказать, что она вылезла из пещеры. Интересно, как у нее дела?

— Освободители занимаются проклятыми землями на западе империи. Там лет сто назад че-то рвануло, и теперь все заполонили монстры. Цепануло и нас, и соседей. Корпус сдерживает тварей, а сейчас собирают мощный кулак, чтобы покончить с проблемой раз и навсегда.

— А наш цирк, случаем, не в ту сторону движется?

— Мы-то? Точно нет, — усмехнулся Леха. — На нас и в мирных землях регулярно нападают. А там вообще жопная жопа.

— Не сквернословь. Нападают? А кто?

— Дай-ка вспомнить… Один раз разбирались со стаей диких кабанов, но там сами виноваты, слишком близко к лесу встали, где они гнездились. Дважды на нас бандиты нападали, однажды даже до стрельбы дошло. Как-то прямо из-под земли вырвалась стая Чумных Крыс. Этих тварей вообще ничем не извести, и хрен угадаешь, где у них гнездовье. Пришлось потом половине лагеря прививки от чумы делать. Один раз сцепились с гвардией местного барона, типа мы на его территории без разрешения лагерь разбили, хотя пиз… Вранье чистой воды. Но с этими связываться себе дороже, так что пришлось откупаться. А, однажды на нас Обращенный Медведь вышел. Прямо на стоянку. Тварь даже пули не брали. Мы тогда двоих парней потеряли, хорошие были ребята.

— Ничего себе! — Я действительно удивился. — Опасная у вас жизнь.

— Жизнь? — рассмеялся Левша. — Я тебя сейчас удивлю, мистер Скептик, но это события за последний год. Империя большая, проблем еще больше, армия везде не успевает, соседи к тому же шалят. А аристократия заботится лишь о своих землях, и то не обо всех и не всегда. Волколаки вырезали деревню? Поля не тронуты, значит другие люди придут, место-то хорошее.

Попахивает гнильцой. Вот это уже больше похоже на умирающий запечатанный мир, отрезанный от Бесконечного Древа. Прорывы Бездны, дикая магическая фауна, междоусобица и целый ворох разнообразных проблем. Рай для начинающего Курьера, заказы на каждом шагу. Главное, не подавиться.

— Вот, смотри. — Левша словно прочитал мои мысли и пододвинул телефон с открытой картой, на которой было множество пометок. — Умельцы сделали. Сообщения об угрозах, вот эти красные — подтвержденные, вот такие вот — непонятно, правда или слухи. У некоторых вон даже место обозначено, и искать не надо.

— Это что, награда? — Я ткнул в первый попавшийся значок с изображением окровавленных клыков и символа рубля.

— Да. Дай-ка посмотрю. Эта от старост поселков назначена. Есть даже вольные дружины, истребляют всякую нечисть за деньги.

— А империя?

— А что империя? Империя везде не успевает, рада любой помощи. Денег жмотят, но другим зарабатывать не мешают, даже налоги не сдирают. Не с дружин, по крайней мере. Но как клыки и шкуры скупать, так это имперцы первые.

— То есть я правильно понимаю, что можно просто пойти, грохнуть… Хозяина Чащи?

— Это как раз Обращенный Бездной Медведь.

— И получить за это пятьсот рублей?

— Еще с тушки столько же. А если продавать частникам, то и до тыщи можно дойти. Зависит от качества трофеев. Ну, там, шкура не рваная, клыки поострее, магическая ценность…

— И мир станет чуточку безопаснее.

— Что?

— Что? Говорю, пошли грохнем, вон он же прямо рядом с нами.

Леха подавился пивом, прокашлялся, а затем рассмеялся. А я в мыслях уже представлял, как укрепится моя связь с Потоком после того, как я избавлю мир от такой опасности.

— Погоди, ты что, серьезно? Ты кем себя возомнил? Думаешь вот так легко можно поднять косарик рублей? У тебя даже оружия нет.

— У меня есть бита, — пожал я плечами.

— Погоди… Нет, ты точно серьезно говоришь?

— Да погнали, просто одним глазком глянем, если что, вернемся.

— Ага, сейчас, пиво допью только. Это же обычное дело, на каждой стоянке ходим валить медведей-мутантов, а потом карточные фокусы публике показываем за деньги. Сечешь, да? Медведь трофейный — косарик минимум. А фокус — рубль. Может, это, чего мелочиться-то, переквалифицируемся. Боевой цирк, во! Короче, тебе пива хватит.

— Ну тогда я сам схожу. Только покажи, где тут север на карте? А, вот. Значит, туда, ага, понял.

Я просто встал и пошел. В карте разобрался, ориентиры для себя отметил, так что уже прекрасно понимал, где тот медведь. Найду без проблем. В конце концов, заблудившийся в пространстве Курьер — звучит не как начало, а как конец анекдота.

— Погоди, ты куда вообще⁈ Покупки же…

— Подождут. А вот медведь — нет.

Левша в ответ еле слышно пробубнил:

— Вот те на-а-а… В тихом омуте пьяные психи водятся…

Он допил кружку залпом, как в последний раз, и кивнул:

— Ладно, бухать — так вместе! Погоди, я с тобой!

Я не тащил Левшу за собой. Но и не был против его компании. Мужик он сообразительный, к тому же уже пожил немало и может мне рассказать разные нюансы о мире. А главное — он не задавал лишних вопросов и не болтал лишнего. Ценное качество для спутника Курьера.

А еще я не видел его будущего. Скорей всего, Алексей одаренный, но сам об этом не знает. Может, его дар не пробудился, да и вряд ли уже пробудится. Может, у него в роду были одаренные и это просто повлияло на его кровь. А может, он сам по себе крутой мужик — и моих микроскопических сил не хватает, чтобы что-то разглядеть. Много вариантов.

* * *

До нужного леса добрались минут за пятнадцать. Я все это время изучал информацию о цели. На награду скинулись два поселка и одна деревня. Медвежатину видели трижды за последний год, в основном пропадал скот, иногда охотники и грибники. Радиус поиска сузили до этого леса.

Заказ брали уже шесть раз. Но зверь словно бы чуял угрозу и прятался, так что его не находили, хотя лес прочесывали тщательно.

Мы стояли на опушке и вглядывались. Леха явно дрейфил, хотя вида старался не показывать.

— Я типа Лютик, да?..

— Чего?

— Да так…

М-да, бродить тут можно неделю и ничего не найти, лес вообще ни разу не маленький. Да и в целом картина навевает умиротворение и спокойствие, я даже запаха угрозы не чувствовал. Странно, я рассчитывал на иной результат.

— Скажи, — обратился я к Лехе, — а если мы примем заказ в твоем телефоне, то когда получим аванс?

— Аванс? Никогда. Голову притащим, через пару дней в лучшем случае нам перечислят награду.

— Ага, понятно. Слушай, мой расчудесный друг. — Я положил локоть ему на плечо и заговорщицки посмотрел в глаза. — Хочешь, я притащу тебе тушу этого медведя? Всю тушу только тебе одному — и делай с ней что хочешь.

— Гипотетически, да? — сглотнул он.

— Конечно… Конечно, — кивнул я.

— Хочу.

— Отлично. С тебя два рубля за дохлого медведя из этого леса, за которого объявлена награда. Но рубль авансом.

— Чего?

— Рубль давай, говорю. Чего, мелочи нет?

Левша немного опешил но на автомате достал из кармана горсть монет и протянул мне одну. Я взял и втянул носом теплый лесной воздух.

— Договор заключен, аванс получен.

— А? Чего? Дубнулся, да? Я с тобой больше не пью…

Я не ответил, потому что уже шагал между деревьев. Пожалуй, я впервые за свою долгую жизнь так странно выпросил себе заказ. Но в итоге это сработало, и я «почуял» свою цель. Вернее, нашел точку в пространстве, от которой несло разрушением и дестабилизацией. Да, заказы для Курьера — это не просто принеси-подай. Это Договор с последователем Амбера, праотца всех эгрегоров.

Идти пришлось вглубь леса. Под аккомпанемент непрерывно стенающего и брюзжащего Левши, который недоумевал от всего происходящего.

Но я его не слушал, полностью сконцентрировавшись на предстоящей битве.

— Эй, откуда у тебя бита? Ты где ее прятал?

— Бита? Ну есть она у меня. — Сам не знаю, почему так ответил.

— Мы же просто посмотреть пришли? Может, это, пойдем уже?

— Вот. — Я остановился и указал битой вперед. — Пришли, теперь можешь просто посмотреть. Все, как я и говорил.

— Э? Ты, конечно, странный мужик, мистер Скептик. Но теперь мне кажется, что правильней будет сказать ебан…

— Не сквернословь, — довольно строго напомнил я.

— Так ты зачем меня сквозь пол-леса протащил? Я весь в грязи и листве, ты ж прям как танк сквозь все кусты ломишься. Чтобы на полянку посмотреть?

— Полянку? — удивился я.

А, ну да. То ли я недостаточно очеловечился в этом теле и все еще мыслю как шестиглазый, то ли очеловечился слишком сильно и просто отупел…

Поднял с земли камень поувесистей, подбросил и отбил битой.

Камень по широкой дуге полетел к поляне, а затем словно бы отскочил от воздуха. И в этот миг все изменилось.

Послышалось недовольное рычание, от которого у Левши душа ушла в пятки. Ну, судя по сдувающему звуку, который он издал.

— Да ёп твою ж за ногу…

— Да, — произнес я, довольный эффектом. — Как тебе полянка?

Прямо на наших глазах поле травы заволокло черным дымом, а посредине начала разрастаться огромная фигура медведя, возникающая прямо из ничего. Громадный самец, куда крупнее обычного бурого медведя, весом под тонну. Он развернулся к нам, точно определив направление, откуда ему по макушке прилетела каменюка, встал на задние лапы и заревел.

В тон этому реву по всему лесу с ветвей сорвались птицы, а зверье бросилось наутек. Признаюсь, впечатляющая магическая ментальная атака, даже я вздрогнул. Леха, кстати, молодец, держался уверенно и лишь отступил, а не бросился бежать. Крепкий мужик.

— Э, нет, — указал я на длинный чуть изогнутый кинжал, что моментально оказался в его руке. Кстати, обратный хват, техника теневых убийц. Интересные рефлексы. — Твоя помощь в договор не входила, не вмешивайся. Он мой.

Как будто он собирался… Нет, Левша хоть и не трус, но и не самоубийца, чтобы лезть с ножичком против медведя-мутанта.

Я же спокойно пошел вперед, держа биту на плече и разглядывая противника. Теперь все стало ясно: никакой это не Обращенный Медведь. Чтобы обратиться, надо попасть под прямое воздействие Бездны, как в поместье барона.

Если бы медведь был обращен, передо мной стояло бы существо Бездны, трансформированное до неузнаваемости. Это же был Оскверненный Медведь. Да, где-то случился прорыв Бездны и его зацепило темной энергией. Отсюда черный дым, покрывающий всю тушу.

Бездна пытается осквернить все, до чего может дотянуться, но не всегда это получается. Например, когда мы сваливали из поместья барона, наша машина оставляла за собой четкий черный след дыма. Но со временем следы Бездны развеялись, и в город мы въехали уже неприметными. А вот к органике Бездна цепляется крепко, потому барон Тютчев и оказался заражен, хоть и продержался довольно долго.

Этот медведь тоже заражен Бездной. Но он изначально был существом магическим. Потому убивал скот, чтобы есть. Твари Бездны же убивают разумных, просто чтобы убивать. Уверен, аура сокрытия — врожденная способность, потому медведя не могли отыскать другие отряды, потому и Левша его не видел. Да и я, если честно, скорее ощущал разрушительную ауру, нежели смог разглядеть монстра.

Медведь умирал. Медленно, но неотвратимо. Зараза текла по его венам, стараясь подчинить себе. Я лишь мог отдать дань уважения воле истинного Хозяина Леса, не склонившегося даже перед первостихией. Жаль, что это ничего не изменит. Он либо сдастся и обратится, либо сдохнет и обратится.

— Я пришел прекратить твои страдания, — произнес я на высшей речи. Вряд ли он поймет, но и не для него эти слова. — Ты достойно жил, я же дам тебе возможность достойно уйти. Сразись со мной насмерть, чтобы Духи Лесов могли проводить тебя в последний путь. Как истинного Хранителя. Ты заслужил это право.

Медведь снова взревел и с грохотом опустился на все четыре лапы. Земля под ногами вздрогнула под давлением хозяина, но я устоял. Громадная тварь бросилась на меня, беря разгон, но я уже приготовился.

Главное — правильно рассчитать время.

Пригнулся, оттолкнулся и уже в воздухе сделал сальто. Получилось впритык. Когда медведь пробегал подо мной, расстояние между нашими головами было не больше ладони. Мне в нос тут же ударил запах гниющей плоти. Я разглядел пятна облезлой шерсти, которые не могли скрыть даже черные испарения Бездны.

Приземлился я у медведя за спиной, пока тот вспахивал землю, пытаясь затормозить. Он завертел мордой, заметил окаменевшего Левшу и взревел…

Глава 13

Выглядел он сейчас как человек, потерявший веру в логику мироздания

И тут же получил от меня увесистый пинок под зад. Нет, не Левша. Медведь.

— Эй, не хочу тебя оскорбить, но твой противник я.

Медведь неуклюже развернулся на месте и тут же огреб размашистый удар битой по морде. В сторону полетело несколько клыков, что привело зверя в бешенство. По рукам прошла неприятная дрожь.

— Не отвлекайся, — напомнил я.

Снова рев, но он донесся уже мне в спину. Я же ушел прочь, беря дистанцию, пока ошалевший от происходящего миша собирается с мыслями.

Бедолага. Он уже на пределе. Никакой звериной грации или мощи, неповоротливый, неуклюжий, ослабленный, вялый. Да, это все еще тонна мышц, ощерившихся клыками и когтями. Скорей всего, он убьет меня одним ударом, но это если попадет. Теперь я знаю, что стоит он «косарик» потому, что хорошо прячется, а не потому, что смертельно опасен. Справиться с таким может парочка средненьких одаренных, но лучше все же отрядом загонять.

— Давай! — Я указал битой прямо в морду медведя. Адреналин ударил по мозгам, сердце начало биться чаще. — Одна атака. Один удар. Только ты и я! Никаких вторых шансов! Покажи мне все, что у тебя есть! Покажи настоящего зверя в последний раз!

Какое же прекрасное чувство — радость сражения! Я ведь уже давно забыл, каково это, когда сталкиваешься с врагом лицом к лицу и у тебя есть нехилые такие шансы окончить свой путь прямо здесь и сейчас.

Да, на вершине моего могущества битвы происходили совсем иначе. Тогда, скорее, приходилось пару лет планировать, а потом наносить один точный удар в идеально выверенный момент. Эффективно, но не будоражит. Не так, как в случае, когда на тебя несется ревущая тонна мышц!

Медведь будто понял меня. Он сорвался в атаку, явно использовав свою дикую магию. Его мышцы на короткое мгновение налились былой силой, лапы вспахивали почву, а от топота земля тряслась под ногами.

— Да-а! — с восторгом прошептал я, вкладывая всю доступную энергию Потока в оружие.

Бита не просто начала сиять белым изнутри, она почти раскалилась от переизбытка энергии. Но я сделал все грамотно: вложил в простое оружие кристалл аж третьей ступени.

Белые молнии посыпались с биты во все стороны, и я тоже атаковал. Мы неслись друг к другу на всей скорости. Черная туча Оскверненного Бездной и яркая, искрящая молниями белая вспышка Курьера.

* * *

Леха Левша наблюдал за происходящим с края поляны и с каждой секундой все больше охреневал. Он видел в своей жизни много одаренных, в том числе и весьма сильных. Аристократов, пробудившихся, вольников — разных, в общем. И точно мог сказать, что его новый приятель не из их числа.

Однако же он почему-то не раздумывая сунулся в логово опасного монстра, каким-то неведомым образом сразу смог его найти, да еще и тут же вступил в бой. Один. Против такого чудовища, на которого не каждый отряд рискнет выйти.

А когда пацан заговорил на неизвестном языке… Алексей никогда не слышал ничего подобного, но произнесенные слова будто задевали что-то глубокое…

Затем это сальто с места, которому позавидовали бы некоторые из цирковых акробатов. Сам Левша даже пошевелиться не мог, а этот пацан выполнил прыжок прямо в бою, когда на него неслась сама смерть.

А в тот момент, когда медведь заметил Левшу, у того волосы на голове встали дыбом и была только одна мысль: все, хана! А пацан что? Просто подошел и пнул его под зад. Громадного магического медведя, оскверненного Бездной. Просто пнул, а потом еще и битой по морде заехал.

Да, удар вышел сильным, но это, блин, бита! А это гребаный мутировавший медведь!

Но апофеоз безумия наступил, когда в приступе звериной ярости монстр бросился в атаку. А пацан что-то весело ему кричал, а затем сам побежал навстречу своей смерти.

Вспышки, белые молнии, искры… Что это вообще такое? Артефакт? Кому вообще взбрело в голову создавать артефактную биту? Не меч, не молот, не копье хотя бы, а биту?

Грохот.

И что-то дернулось в груди Алексея, словно пробудилось. Странное чувство, которого он никогда раньше не испытывал. Будто внутри жило существо, которое всегда спало, а сейчас вдруг проснулось.

А следом прилетела ударная волна, принесшая с собой целую тучу пыли, земли и камней. Левшу чуть не сбило с ног, он сделал несколько быстрых шагов, вцепился рукой в дерево, но устоял. Грохот нарастал со всех сторон, и лишь через секунду стало понятно, что это трещат деревья вокруг поляны, медленно валятся на землю, вырванные с корнями.

Треск и грохот продолжались еще несколько секунд, а затем все стихло. Левша прокашлялся от забившей рот грязи и протер глаза. Из-за поднявшейся пыли и дыма ничего не получалось разобрать, но исход и так был очевиден.

— Вот и хана Скептику, — нервозно подытожил Леха, хотя собирался сказать совершенно другое слово. Просто уже на автомате решил не выражаться, а то пацан опять начнет нудить, что он сквернословит.

— Слышал выражение, что кто как обзывается, тот сам так называется? — раздался насмешливый голос, а затем из облаков пыли показался и его обладатель. — Не считаешь, что из нас двоих скептик как раз ты, а?

— Да что ты такое? — тихо спросил Левша, глядя на целехонького пацана.

— Просто парень с битой, — пожал тот плечами, а затем его голос резко изменился. — Но у меня к тебе тот же вопрос. Кто ты такой? Почему твоя душа только что резонировала с Потоком?

Алексей отступил на шаг и проморгался. На мгновение показалось, что у его приятеля изменился и взгляд, и будто бы глаз стало больше. Протер веки. Нет, просто показалось, видимо, грязь попала.

Да и сам пацан уже довольно улыбался, похлопывал Левшу по плечу и что-то весело болтал.

— А?

— Рубль, говорю, гони! Заказ выполнен, пора рассчитаться.

Левша рефлекторно сунул руку в карман, но понял, что все это время продолжал сжимать рукоять кинжала с такой силой, что костяшки побелели. Одно движение — и оружие исчезло в скрытом кармане.

Он выгреб всю мелочь и протянул пацану, словно желая откупиться. Но тот взял ровно рубль и снова довольно хлопнул его по плечу.

— Оп, добыча есть, можно поесть. Чего застыл, пошли. Трофей сам себя не разделает. Ты когда-нибудь пробовал медвежатину в медово-горчичном соусе? Нет? Ну вот попробуешь. Главное — соуса побольше, а то воняет…

* * *

Пока мы топали обратно к туше медведя, я раздумывал о Левше. Нет, мне точно не показалось. Когда я ударил заряженной битой, его обычно спокойная душа словно бы откликнулась, зашевелилась, задрожала.

Это явно была реакция на использование Потока, но подобного я никогда не встречал. К тому же заметил его мастерство обращения с кинжалом. Да, руки у мужика ловкие, недаром работает карточным шулером, но я не смог уловить момент, когда он доставал или убирал кинжал. Да даже не понял, где Леха его носит. Словно… в пространственном кармане.

И самое странное. Глядя на Левшу, я абсолютно не воспринимаю его как сильного. То есть ощущается он ровно так, как выглядит: уровень крепкого мужика, способного незамысловато зарядить кулаком в челюсть, но не факт, что попадет. Но рефлексы, оружие, стойка… Нет, он умеет сражаться, это точно. Причем умеет хорошо, но почему я этого не ощущаю?

Странный мир, странные люди. Впрочем, я готов глаз поставить на то, что Левша мне не враг ни в каком виде. Он не опасен для меня, либо я вообще не Курьер.

На этой мысли я решил пока остановиться и успокоиться. По ходу дела всегда успеем разобраться, что с ним не так и почему.

Мелькнула, правда, шальная мысль, что он может оказаться тем самым Трикстером, о котором говорил Хаха. Но я в итоге отбросил ее.

Для Трикстера он слишком… Нормален, что ли. И если все это маска, а он играет роль, то мне не стоило перерождаться, потому что я растерял все свои навыки. Да, будь Левша Трикстером, это объяснило бы, почему я не вижу его будущее, ведь на последователей Хахи не действуют способности Курьера. Но я не верю, что Алексей так умело притворяется простым парнем, много лет работающим в цирке. Нет, Трикстер уже бы десять раз попытался обвести меня вокруг пальца и использовать в своих интересах. Причем еще до того, как мы познакомились.

— Зараженный, — подытожил Левша, разглядывая то, что осталось от черепа медведя. — Хорошо ты его приложил. Расскажешь, что за артефакт использовал?

— А надо? — спросил я.

— Нет, — усмехнулся он. — Меньше знаю, меньше расскажу под пытками. В принципе, четверти черепа должно хватить в качестве доказательства. Что планируешь делать с тушей?

— В смысле? — не понял я. — Это твоя туша. Мы заключили сделку, я получил оплату.

— Грести через реку ложкой, ты что, серьезно сейчас? Я же вообще ничего не сделал, и ты просто так хочешь мне отдать все это?

— Таков договор, — пожал я плечами.

Деньги деньгами, но договор священен. Я получил свою долю силы от Амбера, притом приличную по нынешним меркам. Не за заказ, а за медведя. Заказ был нужен лишь для поиска цели. К тому же мне кажется, что я правильно понял Левшу и без оплаты не останусь.

— Окей. Я организую разделку, договорюсь со скупщиками, чтоб за нал взяли и сразу. Будет дешевле, но вряд ли у тебя есть официальный счет в банке. Так что без вариантов. Награду тоже заберу, договорюсь, чтобы цирк не при делах был, тише будет. И возьму себе десять процентов. Идет?

— Пятьдесят, — ответил я. — Это будет честно и справедливо. И лишь при таком условии возможно долгосрочное сотрудничество.

— Не я это предложил. — Левша протянул руку, и я ее пожал.

Еще один забавный факт: Левша на самом деле правша. Еще одна тайна, которую я пока не разгадал, но просто спрашивать не хочу. Так неинтересно.

— Жаль, зараза уже по всей туше. В другой раз твоей медвежатины попробуем.

— В смысле?

— Ну ты же не станешь жрать зараженное Бездной мясо? Хотя… учитывая, что я уже видел, может, и станешь. Но другие точно не будут.

— Тоже мне, нашел проблему, — усмехнулся я.

Присел возле туши и положил на нее руки. Энергия Потока заструилась по моим каналам, плавно переходя в плоть животного. Сил оставалось немного, хотя после выполнения заказа открылось второе дыхание.

Но тут и работа малозатратная. Нужно просто выпустить Поток, пропустить его через тушу и закольцевать обратно. Левая рука отдает, правая принимает. Таким образом энергия начинает циркулировать в спокойном, размеренном ритме, постепенно вымывая заразу.

Всего пара минут мне понадобилась, чтобы полностью вычистить мясо, кости, шкуру и то, что осталось от органов. Левша смотрел на это дело с открытым ртом.

— Готово, — выдохнул я и вытер выступивший на лбу пот. А это оказалось сложнее, чем я думал.

— Ты… что сделал?

— Вычистил скверну. Теперь у нас будет медвежатина в соусе.

— Вычистил скверну? — Он рассмеялся, но как-то истерично. — Ну да, конечно. Почему бы и нет. Подумаешь.

Я пожал плечами.

— Ты посмотри на него, плечами дрыгает. Маги как бы веками пытаются побороть осквернение, а он дрыгается. Сложные медицинские лекарства, оборудование и приемы, которые дают лишь небольшой шанс, что зараженный за год-два почти исцелится. Ну то есть он останется заражен, но жить будет. А ты такой за минутку справился и дрыгаешься тут? — Левша резко наклонился и посмотрел мне прямо в глаза. — Да ты кто такой вообще?

— Мне кажется, ты слишком впечатлительный. — Я аккуратно пятерней отодвинул его лицо подальше, а то больно уж страшные глазищи. — В мире полно магов-целителей, способных бороться с заражением. Ты просто о них не знаешь.

Точная информация. Когда я сканировал мир в первый раз, то как только заметил прорывы Бездны — уделил внимание этому аспекту. Важно было понять, в какой стадии борьбы находится мир.

И с удивлением отметил, что это стадия сопротивления. То есть прорывы есть, они регулярные и повсеместные, но человечество научилось с ними бороться и при этом продолжать нормальную жизнь.

Не знаю, насколько местные целители продвинулись в лечении заражения, но что-то они точно могут. Если верить словам Алексея — как минимум научились купировать заражение и не давать ему разрастаться.

А потом я вспомнил об аристократии, и все встало на свои места. Леха просто не в курсе достижений магической медицины, потому что простолюдинам такое банально недоступно.

— Ладушки, — произнес Левша, наконец переставший удивляться происходящему. — Раз мясо съедобно, то наша прибыль только что неплохо увеличилась. Так, теперь нам нужна большая морозилка.

— Хочешь продать мясо?

Он посмотрел на меня как на инопланетянина. Кем я, в принципе, и являюсь.

— Ты же знаешь, сколько стоит мясо магического хищника, верно же? Особенно медведя. Ок-е-е-ей, я пока не буду спрашивать, почему ты не в курсе самых базовых вещей, мистер Ачетакова. Крепче спать буду. Мясо магических тварей усиливает одаренных. Да какой-нибудь знатный род отвалит нам чемодан хрустящих за такой подгон. Ты хоть представляешь, как оно может усилить тех же физовиков?

— Нет. Но я представляю, насколько оно будет вкусным, когда я равномерно поджарю его на вертеле, медленно поливая соусом из меда, горчицы, уксуса, базилика, тмина, алого перца, соли… немного воды надо добавить, а потом еще лучка хрустящего. Да под глоточек ледяного пивка, желательно темного.

— Так, так, стоп. А, я даже спрашивать не буду. Конечно же, ты это серьезно.

— Блин, всего вторая ступень, — разочарованно произнес я, когда наконец смог добраться до кристалла в груди медведя. — Думал, будет третья. Хотя он же совсем истощен был.

— Так, опять же, я чисто на всякий случай проговорю вслух, что все магические кристаллы являются собственностью империи и мы обязаны его сдать за вознаграждение в ближайшем… Ты его сейчас сожрал, да? Мне же не показалось?

Он даже глаза протер.

— Ты сожрал магический кристалл! — Леха всплеснул руками и начал расхаживать вокруг. — Ну да, а хули нет? Нет, не смей. Как тут не материться? Он тут кристаллы жрет, и ничего ему не будет. Не будет же? Ну давай, спроси: ачотакова?

— Вычтешь из моей доли, — ответил я, похрумкивая и вытирая рукавом губы.

— Вкусно хоть?..

Выглядел он сейчас как человек, потерявший веру в логику мироздания.

— Как стекло… И опилки.

— А… ясно… стекло… опилки… — Левша потряс головой. — Так, ладно, теперь уж точно к официалам нельзя соваться. Сейчас наших вызову, чтоб помогли. Все свои, болтать не будут, но и ты тоже давай без этих своих фокусов, ладно?

— Угу. Я тогда просто тут посижу.

— Хорошо. Битой своей больше не маши. Никого не убивай. Птичек там, белок…

— С чего бы…

— Камни не жри…

— Не буду.

Левша уже собрался уходить, но добавил:

— И даже не шевелись.

Я пожал плечами, а он вздохнул, бурча себе под нос что-то вроде «Во что я ввязался».

Вскоре приехали ребята из цирка, всех их я знал. Двое парней показывали номера с гирями и штангами, один метал кинжалы в помощницу, сама помощница и еще несколько продавцов мороженого и сахарной ваты.

Под командованием Левши, который был же их бригадиром, они быстро начали превращать тушу медведя в аккуратные стопки мяса, шкуры, когтей, костей и потрохов.

Как я понял, многое было непригодно для продажи или использования. Все-таки мясо частично подверглось некрозу, внутренние органы повреждены, а кости стали хрупкими.

Однако те же кости, хоть и потерявшие прочность, все еще можно было перемолоть и использовать в приготовлении некоторых снадобий, пусть эффект и будет похуже. Эх, из прочных можно же сделать костяные пластины, отражающие часть направленной магии…

А вот кровь решили не набирать, слишком жидкая и темная. Из хорошей чистой крови получились бы отличные исцеляющие эликсиры. Но кто-то из ребят разбирался в этом деле и категорично заявил, что тут как не перегоняй, ничего не выйдет.

На меня внимания особо не обращали, все были заняты работой, а Левша вернулся в режим жесткого начальника, так что и времени на разговоры не нашлось. А я все это время действительно просто сидел и почти не шевелился.

Я медитировал, переваривая и направляя застывшую энергию в Поток, расширяя свой канал и становясь сильнее.

Вторая ступень кристалла, конечно, такое себе. Будь хотя бы третья, можно было бы открыть новую способность. Но хорошо, что не первая, тогда получилось бы лишь равномерное усиление. Хотя, скорей всего, тогда я бы кристалл припрятал на черный день и разгрыз ради временного всплеска силы.

Второй же ступени вполне может хватить на усиление уже открытой способности. Сейчас у меня их две.

Возможность четвертого глаза видеть наиболее вероятное будущее неодаренных настолько слабенькая, что я воспринимал ее скорее как побочный эффект и прямо сейчас не хотел развивать. Никто не отменял правило: узнав будущее, ты можешь его этим непроизвольно изменить. Короче, я слишком агрессивно иду по пути Амбера, для этого лучше подойдет развитие боевых навыков.

Так что усилить я хочу именно создание эфирных проекций. Я в основном использую пулю, а также плоскость в качестве щита или тарана. Еще лезвия неплохо показали себя против Обращенных, чья плоть не отличается прочностью.

Что ж. Приступим.

И я направил энергию кристалла в эту способность, чтобы расширить свои возможности и начать создавать более сложные проекции.

* * *

Сижу на пеньке, наблюдаю за потрошением медведя. Думаю…

Доведя глаза управления материей до совершенства, я смог бы перестроить собственное тело, а в бою делать кожу прочнее стали или моментально сшивать даже смертельные раны, лишь бы была энергия.

Вспоминаю Паука, знакомого Курьера. Он мог создавать временные проекции конечностей. В бою он был настоящим монстром. Тяжело победить Курьера, который начинает стрелять в тебя сразу с восьми рук. Собственно, оттуда и прозвище. Бедолага кучу кристаллов потратил на создание личного оружия. Зато стал мастером в этом деле и обзавелся самым богатым арсеналом в истории Курьеров. Кстати, именно он научил меня создавать оружие, без его уроков я вряд ли смог бы полноценно вместить кристалл третьей ступени в простую биту, чтобы она при этом не взорвалась.

Нет, ладно, постоянное усиление способностей хоть и рискованней, но выгодней. К тому же, судя по ощущениям, все прошло как надо и усилилось создание эфирных проекций. Я не удержался, отошел подальше от трудяг, вытянул руку.

Пила. Закручивающийся зазубренный диск срывается с ладони и влетает в дерево, что стоит в тридцати шести метрах от меня. Треск, грохот, дерево падает, срезанное у основания. М-да, эфирное лезвие так не может. Второе дерево, вдалеке. Трещит, кренится и грохается вслед за первым. Точно лезвие не может!

— Эй, ты чего там делаешь⁈ — послышалось от циркачей.

— Заготавливаю… э-э-э… дрова!

Ну, а что такого? Медведя же прибил, чего удивляться моим желаниям ломать и крушить во имя Святой Практики.

Пока что мне удавалось создавать лишь простейшие геометрические фигуры. Плоскости да шарики. Просто теперь я могу сделать из них что-то сложное. Пила — всего лишь плоскость с зубьями, могу пустить ледокол, чтобы раскидать врагов, могу сделать сферу больших размеров.

Но, по сути, это все еще не материя как таковая. Это просто настолько концентрированная и спрессованная энергия Потока, что она становится осязаемой, хоть и все еще невидимой для человеческого глаза. Примитивная форма материи, так сказать. И чем больше размер проекции, тем больше она жрет энергии и тем меньше существует. В этом плане эфирные пули по прежнему остаются самым эффективным оружием в плане энергозатрат.

Я собираюсь уже возвращаться, как…

Ноги отказывают. Буквально. Я просто замираю на месте, не в силах пошевелиться. Сдавливающая меня аура настолько сильна, что я с трудом поворачиваю голову к ее источнику.

То, что я сначала посчитал огромной горой веток и мха… пошевелилось. Одна конечность, вторая… восьмая. Вижу жвалы и стекающую с них густую слизь, десяток глаз, смотрящих только на меня. Несмотря на размер с небольшой дом, паук перебирает толстыми лапами с огромной скоростью, двигаясь прямо в мою сторону.

Огромным усилием воли я заставляю себя… Да ничего я не заставляю. Появившуюся в руке биту сразу же выбивает, и она отлетает в сторону. Я же получаю такой удар в дыхалку, что просто лечу кубарем через кусты и ветки. Со всего маху меня впечатывает в ствол дерева, выбивая остатки воздуха из легких.

Успеваю только поднять голову, над которой… уже разверзлась огромная пасть с сотнями зубов.

Ну вот и допрыгался…

Расслабился.

В этом мире есть вещи куда страшнее полудохлого медведя и куда опаснее Курьера с двумя открытыми глазами. Да что уж, я отчетливо чувствую в этой твари такую мощь, что даже при полной своей силе мне пришлось бы попотеть. Полагаю, что, убив медведя, я лишил паука добычи. И ему это не понравилось. Сидел здесь и думал, как бы нас всех поубивать. А тут я сам к нему явился…

Тварь замирает. Дергается, будто принюхиваясь. Потом еще раз. А потом разворачивается и уходит, пощелкивая жвалами.

Вздергиваю бровь, провожаю ее взглядом.

Я понял, что только что произошло. Сотни лет опыта позволяют. Тварь потеряла интерес к еде. Ведь еда не сопротивляется. Она слишком слабая. Может, уже дохлая. А значит… невкусная.

— Дай мне годик-другой, тогда и поговорим, — произношу я. Правда, шепотом.

Глава 14

Понятно, почему предыдущий предсказатель спился, с таким-то соседом

Оставшееся время я сидел, собирая кубик Рубика. Паук не вернется. Я в этом уверен.

Подошел Левша, осмотрел меня с ног до головы.

— Мне кажется или ты стал еще потрепанней? Ты чего там делал? Еще одного медведя убивал?

Я хмыкнул.

— Скорее наоборот. Скажи-ка мне вот что, дружище. Награда за медведя — пятьсот рублей. А какие вообще бывают награды? Ну, максимальные, которые ты видел.

— Да всякие бывают. Чем ближе к черной зоне, тем дороже задания. А что?

— Назови цифру.

— Вот ведь… Ну, за лям видел. Обычно такие заказы выдаются в черных зонах, у границ. Но там целые военные формирования этим занимаются.

— Понятно.

Пока Левша косится на меня, я молча вожусь с кубиком. Не уверен, но, кажется, одна сторона начала собираться, по крайней мере я примерно понял, как она должна выглядеть. Что ж, хороший прогресс для двуглазого. Того гляди скоро смогу открыть третий глаз. Надеюсь, это будет пятый. Третий глаз шестиглазого будет пятым. М-да, звучит странно. А еще говорят, что путь Курьера прост и понятен.

Миллион рублей, значит… Если приравнять ауру и силу медведя к пятистам рублям, то паук потянет где-то тысяч на сто-двести.

Похоже, я плетусь слишком медленно. Мне нужно больше кристаллов, больше сил. Этот мир намного сложнее, чем я предполагал при первичном сканировании. И, пожалуй, он самый опасный из всех, в которых я был при полной своей силе. Ну ладно. Один из.

— Мы, кстати, закончили, — вырвал меня из размышлений Леха.

— Здорово, отличная работа, — ответил я. — А что с моим заказом?

— Специи есть в лагере, мед купили, остальное тоже. Посуду тебе освободили.

Двинули с поляны, но в последний момент я резко обернулся, потому что отчетливо почувствовал, как медведь сверлит мне взглядом спину и чуть ли не дышит в затылок.

— Ты чего? — напрягся Левша.

Я оглядел пустую поляну. Следы битвы, разбросанные повсюду останки, куча поваленных деревьев и никакого живого медведя.

— Да не, — отмахнулся я. — Показалось. Наверное.

На этой ноте мы вернулись в лагерь, как раз успели к вечернему потоку клиентов. У нас с Левшой их было негусто, так что мы спокойно смогли порезать мясо — хотя правильней будет сказать порубить. Я приготовил маринад, все перемешал и оставил так на сутки. Пир будет лишь завтра вечером.

Следующий день прошел спокойно. Вообще, место для стоянки оказалось не очень удачным с точки зрения заработка. Но это для цирка, я же пользовался спокойствием по полной программе. Приготовил соус, пару раз кинул ложкой в местных «поваров», которые пытались меня научить, как правильно надо варить мед. Ладно, они вообще не понимали, зачем надо его варить, но объяснять я не собирался.

Я люблю готовить. Хотя это не совсем правда. Я люблю есть. Вот теперь это истина. И есть я люблю вкусно. Будь у меня талант, я определенно стал бы поваром, но чего нет, того нет.

И тем не менее не каждый день на моем пути попадается выдающийся кулинар с передвижной кухней. Потому, когда возникала такая возможность, я старался научиться тонкостям этой профессии.

Так что к вечеру субботы я уже вовсю крутил огромные вертела мяса над раскаленными углями. Левша помогал, заодно подгоняя остальных поварят. Потребовалось всего шесть ударов деревянной ложкой, чтобы они в точности начали выполнять мои команды и держать при этом рот закрытым. Сложное комбо для них, но на кухне может быть лишь один шеф, и сегодня это я.

В итоге с учетом вчерашнего времени, затраченного на маринад, всего шесть часов и сорок две минуты потребовалось на работу. Да, совместными усилиями. Но на весь лагерь. И вот мы сидим всей толпой вокруг трех костров и жрем потрясающую медвежатину на углях. Ребята притащили пиво сразу в кегах, так что каждый наливал себе сам, сколько хочет.

Девушки наготовили салатиков и легких закусок, кто-то распечатал старые запасы сухарей и вяленой рыбы. Под звездным небом в свете пылающих костров лилась веселая мелодия гитары, а ей в такт стучали маленькие барабаны.

Разумеется, это не та медвежатина в медово-горчичном соусе, что готовил шеф-повар, у которого я получил рецепт в качестве аванса за заказ. Но, справедливости ради, тогда использовалась нежнейшая часть медвежьего зверобога из одного дикого мира. Собственно, она была и заказом, и оплатой в виде блюда. И да, блюдо того стоило.

Что касается нашего ужина… Ну, я сделал все, что мог, и получилось…

— Клянусь каждым волосом в своей бороде, это лучшее мясо, что я ел в жизни! — размахивал директор кружкой пива. — Дайте мне еще, аж жить захотелось. А ты полон талантов, парень! — Он хлопнул меня по плечу. — А говорил, плохо готовишь! Может, лучше на кухню пойдешь? Назначу тебя старшим, на хороший оклад посажу.

Я хмыкнул.

— Воздержусь от такого щедрого предложения. Предупреждаю сразу, готовлю я по праздникам и по настроению. То есть очень редко.

По лагерю раздался гул негодования.

— У кого обезбол, тут опять челюсть свело! — раздался крик с другого края костра. — А разогревающая мазь от спазмов?

— Да пусть отлежится, так пройдет.

— Шоб вам вше дошталось? Хренушки! Я сошру вше, пока горяшее, — недовольный ропот, видимо от того самого больного.

Ну да, медвежатина — это вам не нежное куриное филе. Хочешь насладиться плотью могучего зверя — придется вгрызаться зубами.

— Твоя доля, — рядом плюхнулся Левша и протянул мне конверт. — Тыща двести. Мы уже продали все, что продается. Вышло дешевле, так как мы прошлись по черным рынкам и сделали скидку за срочный выкуп и… мутную историю трофеев. Ты же сожрал кристалл, поэтому медведь стал нелегальной добычей. Сам понимаешь, от таких трофеев лучше избавляться побыстрее. Но это честная половина после вычета доли ребят, что помогали с разделкой и транспортировкой. Надеюсь, ты не против.

— Все честно, — кивнул я. — Каждый труд должен быть оплачен, а парни нам здорово помогли.

— И болтать не будут, что важно. Тут каждому причастному подвалило по месячной зарплате, а то и по две. Я уже намекнул людям, чтобы лишнего не болтали и вопросов не задавали. Мясо, кстати, потихоньку распродадим в городах, а то тут деревни одни и совсем дешево хотят. Думаю, еще столько же выручим, плюс-минус.

— Здорово, — улыбнулся я.

Да, мяса осталось еще много, но неправильные покупатели могут поинтересоваться СПТ — сертификатом происхождения трофея. Такой документ выдают в специальных Центрах Обеспечения после сдачи кристалла. А я его благополучно сожрал, тем самым сильно уменьшив стоимость и усложнив сбыт трофеев. В общем, дело попахивает имперским уголовным кодексом.

Левша уверен, что если работать аккуратно, то все будет тихо, не мы первые, не мы последние. Аристократия вообще скупает камни чуть ли не через объявления в интернете и класть хотела на имперские законы. Разумеется, по головке их не гладят за это, но там уже включается политика. Если род в целом лоялен и служит империи, то пусть усиливается. А если какие грешки всплывут, то тут и торговля кристаллами «обнаружится», и прочие незаконные дела.

— Вот, наши умельцы сделали. — Левша протянул мне кожаный мешочек на завязках. — Из шкуры, которая без меха. Продать такую все равно сложно, а так полезная штука будет.

— Из шкуры, которая без меха?

— Медвежья мошонка.

Я отдернул руку. Курьер. С медвежьей мошонкой?

— Шучу, — ухмыльнулся Леха. — Просто кожа крепкая, пропитана маной. От пули или ножа не защитит, но всяко сохраннее будет, если есть какие ценности.

— Точно не из мошонки? — Я сузил глаза, всматриваясь в его лицо.

— Конечно, — кивнул он. — Конечно…

Принимаю сомнительный дар. Поверим, что это и правда шутка. От шута…

— Спасибо. Наверное.

Я тут же вытащил из кармана сверток, который незнакомка дала мне на сохранение. Кстати, срок истекает завтра, и у меня от этой мысли мурашки по коже пробежали. Я посмотрел на веселые, сытые и довольные лица людей, путешествующих со мной бок о бок, на Проводника-директора, приплясывающего под незамысловатый мотив прямо с кружкой пива в руке.

А потом вспомнил видение будущего девушки…

— Мне завтра нужно будет взять выходной, — сообщил я Левше как бригадиру.

— Без проблем, все равно на этой стоянке мы не особо популярны. Да и шефу так-то все равно, где мы шляемся, пока платим ренту. А без прибыли потерпит. Очередей иллюзионистов и оракулов у него за забором нет.

Я убрал «драконье яйцо» в не-мошонку и завязал тесемки. Разумеется, драконьим яйцом я его называю по привычке, просто предположение. Кто его знает, что там внутри, но пока что у меня нет идей получше. О как, а через этот мешочек вообще не жжется. Несмотря на сомнительное происхождение — полезное приобретение, жаль, что раньше не было.

Убрал мешок во внутренний карман куртки и потянулся к кружке с пивом, но перед глазами появился новый подарок.

— Это еще что? — с подозрением просил я.

— Клык, — сочевидничал Левша.

— Я вижу, что клык. Зачем?

Только взяв медвежий клык, я понял, насколько он огромный. Почти с большой палец. Похоже, те же лагерные умельцы впаяли его в железный ободок и подвесили на толстую нить, чтобы носить на шее.

— Не знаю, — ответил Левша. — Многие так делают, подтверждение того, что ты завалил зверя. В гильдии охотников такие вещи ценятся. Может, пригодится, может, просто побрякушка на память. На крайний случай продашь. Но в любом варианте это был единственный уцелевший клык из передних, так что ни у кого, кроме тебя, нет права им распоряжаться.

— Спасибо, — поблагодарил я и пожал ему руку.

— Мелочи, — отмахнулся Леха, возвращая себе веселый тон. — Ты сделал меня заметно богаче на ровном месте, так что это меньшее, чем я могу ответить.

— Отслеживай новые заказы. Я не против еще поохотиться, так что говори, если у нас будут подходящие цели по пути.

— Это я всегда за, — усмехнулся он. — Только это… Ты теперь всегда будешь кристаллы жрать? И да, я не спрашиваю, зачем ты это делаешь. Я спрашиваю, всегда ли?

— Всегда.

— Ясно. Значит, только неофициальная охота. Тогда учти, что у нас не везде есть связи. Мы крутимся как можем, рискуем. Не рассчитывай, что на каждой остановке так легко получится сбыть товар. В лучшем случае доход может быть сильно ниже официального рынка, в худшем — не найдем, кому сбыть трофеи, и они тупо испортятся. Не всегда можно что-то заморозить, как мясо. Да погодь ты, есть еще «в самом худшем случае». Это когда нас вяжут на сбыте нелегала без сертификата. Понял, да? Так что за объемами гнаться нет смысла, нам бы это как-то распродать.

— Понял, принял, впитал. Но ты разберешься. Я почему-то в тебе не сомневаюсь. Кстати, я обещал тебе фокус. Давай колоду. Вот смотри, есть пять карт, угадаешь, сколько из них тузов, а сколько королей, получишь выигрыш. Скажем, десять рублей. Не угадаешь — платишь рубль.

Я быстро перетасовал стопку и начал показывать карты по одной. Туз, король, туз, король, туз. Все делал быстро, но так, чтобы создавалось впечатление последовательного переворачивания карт.

— И?

— Не, не проведешь, — усмехнулся Левша. — Хотя рука у тебя легкая и быстрая. Но там четыре туза, а короля ты показал два раза одного и того же.

Я раскрыл карты. Туз, король и три двойки.

— Та-а-ак… — Леха отложил пиво. — Давай-ка еще раз.

— Тут нужна колода с одинаковыми символами или картинками, чтобы ты не мог прочитать по масти. Собачки, котики, квадраты и кружочки, цвета, в конце концов.

Я показал еще трижды. Разумеется, я не был опытным шулером, просто жил долго и успел понахвататься многого. Так что уже после третьего раза Левша с легкостью повторил мой фокус, а через пять минут уже улучшил его.

— И в чем смысл? — спросил он.

— В том, что ты пытаешься обмануть людей, а платят лишь те, кто считает себя умнее других. Тут иной подход. Ты сразу заявляешь, что будешь обманывать людей, а те попытаются вывести тебя на чистую воду и тогда получат выигрыш. Суть та же, но отношение кардинально другое. Теперь это не шулерство, а игра. Просто попробуй, посмотри эффект.

— Так, лады, надо обмозговать на трезвую голову, но мысль я уловил.

— Кстати, раз уж мы с тобой теперь подельники…

— Партнеры… По бизнесу.

— Как скажешь, партнер. То у меня к тебе серьезный вопрос.

— Валяй.

— Где мне купить паспорт? Тыща двести — столько хватит?

* * *

Из лагеря вышел рано на рассвете. Просто на всякий случай. Сегодня до момента, как верну заказ незнакомке, я решил в лагерь не возвращаться. Тоже на всякий случай, так сказать.

Левшу я растолкал и предупредил, что, если она появится, пусть даст мой номер. Ну как мой. Взял один из телефонов, который еще звонил. Левша зачем-то начал оскорблять ни в чем не повинных птиц, но я сделал вид, что внезапно оглох. При чем тут жаворонки вообще, я же про девушку говорил. Странный он немного. Понятно, почему предыдущий предсказатель спился, с таким-то соседом.

Первое, что меня интересовало, это вопрос, поднятый в разговоре с Левшой. Я про состояние местной медицины, в частности по борьбе с заражением Бездны. Хотелось пройти по больничкам и аптекам. Еще надо прошвырнуться по магазинам. И самое важное на сегодня — пожрать.

Так что я спокойно направился в ближайший поселок, там на автобусную станцию, а оттуда в ближайший город. В сумме дорога в одну сторону заняла два часа и восемь минут. Город как город, мало чем отличается от предыдущего, разве что больше старых домов.

В каждом городе империи имеется частная больница, специализирующаяся на борьбе с заражением Бездной. Все они принадлежат герцогскому роду Шмидтов. В политике и жизни империи Шмидты особо не светятся, да и на медицинском поприще успехами не блещут. Сидят себе тихонечко, лечат Черную Чуму как могут. Вот и решил я начать осмотр с их больницы.

Да и с тем, чтобы попасть внутрь, проблем не должно возникнуть. Зашел по пути в большой магазин и накупил нужного. Полотенца, одеяла и простыни. Много простыней. Брал прямо коробками, хоть и почти самое дешевое, но все равно пришлось оставить на кассе триста пятьдесят три рубля.

Все это всегда требовалось больницам в больших количествах. Пришлось заказывать грузовик.

Машина подъехала к заднему входу, я же зашел через главный, подошел к стойке и обратился к сидящей за ней женщине:

— Добренького денечка. Волонтерская доставка, постельное белье, полотенца.

— Доброго. А мне что-то не сообщали ничего. Вы по записи?

— По доброте душевной, — улыбнулся я. — Машина подъехала с другой стороны, охранник сказал, туда надо. А мне бы какую печать поставить, что приняли. Начальству отчитаться.

— Сто восьмой кабинет. Бахилы наденьте.

— Благодарю.

Сейчас в больнице время посещений, так что на человека без халата внимания особо не обращают. Но, на всякий случай, халат я тоже купил и надел прямо на ходу, пока никто не видел.

Дальше шел по ощущениям. Заходил в палаты, одну за другой, по пути стащил из стойки планшет с прикрепленными документами, повесил на шею странный провод с металлической дугой — стянул со стойки, пока молодой врач флиртовал с медсестрой. Очки взял со столика в одной из палат. Всё, пять минут — и я стал совершенно неотличим от местных врачей. Даже периодически что-то писал в бумажках, пока общался с пациентами.

В целом ситуация более-менее понятна. Лечить Бездну тут не умеют, целителей нет, только врачи. То есть весь персонал больницы — неодаренные. А все лечение сводится к простому укреплению организма, который сам пытается бороться с заразой. Витамины, капельницы, лекарства, чистый воздух, здоровое питание, минимум стресса и нагрузок.

Из действительно полезного: местные переливают чистую кровь, это и вправду может немного помочь. Еще ряд лекарств, как я понял, помогает замедлить распространение болезни. Не очистить организм от заразы, но купировать.

Вот это действительно потрясающе, что люди могут бороться с Бездной без применения магии или Потока.

Хотя в некоторых баночках с пилюлями я ощущал магическую энергию. А в других — энергию кристаллов. Странную, рассеянную, немного инертную, она уже не была замершей, но это точно энергия кристаллов. Похоже, местные как-то научились использовать их в своих целях. В науке, а не в магии.

Под конец я зашел в палату к тяжелым. Атмосфера была мрачненькой. В темном помещении всего три койки, двое мужчин и одна женщина. От их тел исходил легкий темный дым, простыни и одеяла пропитались им насквозь, покрывшись черными пятнами. Кожа потемнела, волосы выпали, тела исхудали. Но троица держалась и отказывалась сдаваться.

— Молодцы, — прошептал я. — Вселенная благоволит стойким.

Подперев дверь стулом, я прошелся по помещению, разглядывая людей. К моему огромному счастью, все трое были неодаренными. Зараза не успела дойти до внутренних органов, собственно, это единственная причина, почему они еще живы. А остальное поправимо.

Положил ладони на женщину и принялся вымывать Потоком черные миазмы из ее тела. Действовать приходилось осторожно, все же не медвежье мясо очищаю и не драгоценные камешки.

С тушей медведя я справился за пару минут. На исхудавшую девушку ушло около двадцати. Я немного освоился и приноровился, так что со вторым управился минут за пятнадцать, с третьим — за восемнадцать с половиной, но он уже совсем на грани был.

Устало вытер пот со лба и вздохнул. Работа кропотливая, тяжелая, требует полной сосредоточенности и просто чудовищной концентрации. Зато от их тел больше не валил черный дым, да и кожа начала светлеть прямо на глазах, дыхание восстанавливалось, а пульс приходил в норму.

Нет, так дело не пойдет. Чтобы вылечить всех в этой больнице, мне придется задержаться здесь на неделю. Это при условии, что не привезут новых пациентов.

Сил одного Курьера явно не хватит на целый мир.

Я подошел к тумбочке и взял стоявшие там две бутылки с водой. Вода — лучший медиум для концентрации аспекта Жизни во всех мирах и главный помощник любого целителя. Сконцентрировавшись, начал прогонять энергию Потока через нее, но во время циркуляции старался отдавать больше, чем принимать. Минут за двадцать удалось накачать энергией обе бутылки.

Выдохнул и только сейчас понял, что в дверь ломятся так, что вот-вот выбьют. Даже дух перевести не дают… Убрал стул и отошел в сторону. Бедный худощавый охранник влетел в палату, чуть не сбив меня с ног. Следом за ним забежала женщина-врач.

— Вы что себе позволяете⁈ Кто вы вообще такой и что здесь делаете? Вы хоть понимаете, что помешали плановым процедурам? Я уже полицию вызвала, если эти несчастные из-за вас умрут…

— Тихо! — рявкнул я, добавив в голос приказных ноток.

Бравый охранник и паникующий врач вытянулись по струнке и попытались спрятаться друг за друга, но у охранника получилось лучше. Перебор с голосом… Я потер лицо, успокаиваясь. Работа оказалась тяжелее, чем ожидал, вот и потерял контроль.

— В-вы к-кто? — пролепетала женщина.

— Волшебный алхимик-зельевар. Принес вам чудо-лекарство, — устало улыбнулся я, протягивая ей воду. — За пациентов можете не переживать, с ними теперь все будет в порядке. Тут две дозы, одной бутылки хватит, чтобы быстро исцелить малое осквернение. Можете дать любым людям из первой палаты, им хватит. Если герцога Шмидта заинтересует, то вот мой номер, пусть свяжется.

— А… — Она совсем ошалела от информации. Хотя, наверное, не от информации, а от вида чудесным образом исцелившихся пациентов. — А как вас представить?

— Сергей.

— Просто Сергей?

— Просто Сергей, — кивнул я.

Хотел было уйти, но вовремя опомнился и вернулся. Отдал вещи бледному охраннику и медленно проинструктировал:

— Очки на тумбочку в третью палату, эту странную штуку молодому врачу у стойки, планшет на стену возле шестой палаты, карандаш в карандашницу, халат можешь себе оставить. Спасибо.

Вышел из больницы и с облегчением вдохнул свежего воздуха. Все-таки близость миазмов Бездны сильно давит на душу. Тем более что последователи Амбера особенно чувствительны к ней.

Ладно, всем помочь я не могу, но начало положено. Пообщаюсь для начала с герцогом, если ему будет интересно. А там уже подумаем, как можно помочь нуждающимся. Должны в этом мире быть подходящие способы, чтобы обойтись без моего непосредственного участия.

Так, теперь надо бы разобраться с хвостом, который я давно заметил. Но нельзя же это делать на голодный желудок.

Глава 15

Фу, как невежливо, в людей пальцами тыкать. Надо будет сломать!

В ресторане «Токеши Суши» я разгулялся на всю катушку. Решил попробовать местных деликатесов. Всего-то сто пятьдесят рублей за суши с брюшком тунца, устриц с красной икрой, соевым соусом и лимонным соком, мисо-суп с сыром тофу и вареного краба.

А вот дальше меня… сюрприз не ждал.

На выходе из ресторана я нос к носу столкнулся с двумя парнями в знакомой темно-синей форме. Герб, символика, окантовка. Ага, барон с земельным участком, вассальный, а эта загогулина означает, что передо мной гвардия рода. Вот, теперь разбираюсь, не зря читал про геральдику.

Одноглазого лысого мудака тут не было, зато я узнал низкорослого парня, его напарника. Тоже одаренный, но послабее будет. Напарник одноглазого — я про себя окрестил его кучерявым карликом — указал пальцем на меня, стоило выйти. Фу, как невежливо, в людей пальцами тыкать. Надо будет сломать.

Понятно. Эти двое за мной следили. Но, видимо, разочаровались в том, что я всего лишь вкушаю крабов, и решили действовать напролом.

— Ну здравствуй, шут, — оскалился кучерявый.

— Вы ошиблись, шуты были возле центральной сцены, у них там носы, колпаки и парики смешные. А я предсказатель.

— О как, — еще шире улыбнулся он. — Хреновый из тебя предсказатель, иначе бы через черный ход вышел.

— Так там тоже ваши люди стоят.

Это было лишь мое предположение, иначе он не стал бы так заявлять про вариант бегства. Но по переглянувшимся гвардейцам я понял, что угадал.

— Мне тут птичка нашептала, что у тебя наша вещь.

— Птичка? Ты про ту сексапильную брюнетку? Ну, вещей у меня не много, а ваших так точно нет.

— Играть вздумал? По-плохому хочешь?

— По-плохому? Это как? Будете сверлить меня взглядами еще усерднее?

— Поехали прокатимся.

— Откажусь.

— У тебя выбора нет, шут, — оскалился кучерявый.

— Кто сказал?

Так, второй гвардеец — простой человек. Но если взять в расчет возраст и сферу деятельности, то можно считать обоих довольно опытными бойцами.

— Все, хватит, — устало произнес он. Видимо, главный у темно-синих. — Либо говоришь мне, где спрятал статуэтку, либо мы начнем действовать грубее. И кто знает, как все обернется. Несчастные случаи, опасные инциденты, немного паники… А ты никто. Шут, вор и преступник. Как думаешь, кому поверит полиция?

Пожимаю плечами.

— Я всего лишь курьер. У меня заказ с точными инструкциями. Я должен вернуть статуэтку сегодня вечером. К сожалению, ты не похож на моего заказчика — сексуальную жгучую брюнеточку. Да и ростом не вышел. Так что и отдать тебе я ничего не могу. Так, стоп. Давай-ка без резких движений. Ты же мне прокатиться предложил? Я передумал, поехали. Сразу бы сказали, что вы таксисты. Чего стоим?

— Шут, бл…

Оба переглянулись, не очень уверенно взяли меня под локти и потащили к машине.

Да, это точно оно. Я почувствовал прямо во время разговора негативную ауру, когда пытался понять, сколько еще человек сюда пригнали. Аура исходила от человека на пассажирском сиденье одного из внедорожников, припаркованных у ресторана. Это не была дестабилизация, вредящая миру. Скорее черная, больная душа, которой очень нужно отправиться на покой. В этом мире я подобных еще не встречал, даже интересно стало.

Шесть человек. Опытные бойцы, все вооружены огнестрелом и холодняком. Три одаренных, кучерявый самый сильный.

— Заскочим за шаурмой по пути? — спросил я. — Жрать охота.

Чего-то сушами я не наелся. Вкусно, живот полный, а насыщения нет. Шаурма — это другое дело.

— Проверь его, — кивнул кучерявый одному из своих подручных, когда мы дошли до внедорожников.

Парень сунулся, чтобы обыскать меня, и тут уже появился сложный выбор. Незаметно сломать ему руку или и дальше притворяться обычным цирковым шутом? Хочется первый вариант, но тогда они станут осторожней, а мне этого не надо. Ладно, потом сломаю. Пусть расслабятся.

— Босс, статуэтка, — отчитался обыскивающий. — Болван таскает ее с собой. А вы говорили, спрятал.

Странный. Зачем мне прятать заказ, отданный на хранение? Где спрячу, там и найти могут.

Я наблюдал, как он достает из мешка сверток, разворачивает его и показывает кучерявому. И правда статуэтка. Чуть позеленевший черный камень, очень старый, покрытый сколами и трещинами, оставленными временем. Статуэтка изображала человека с огромными глазами и маленьким тельцем. Похоже, создана в древние времена, когда ремесло скульптора еще даже не зародилось.

М-да, не драконье яйцо, конечно, но тоже весьма интересно. Мой опыт подсказывает, что старые камни не могут нагреваться сами по себе. Да и на простых археологов эти ребята не очень похожи. В отличие от брюнетки, кстати говоря.

— Что с этим? — кивнул на меня досматривающий. — В расход?

— Идиот? — опешил кучерявый. — Посреди города? В машину его грузи. Оковы не забудь.

— Оковы? На циркового шута?

Но под взглядом босса парень быстро сдулся и полез в багажник одной из машин. Это они молодцы, это правильно, лучше перебздеть. Разумеется, на их месте я бы запечатал меня в Изолированное Пространство, но вряд ли в этом мире водятся подобные артефакты.

Пока на меня надевали антимагические оковы, кучерявый подошел ко второму внедорожнику и обратился к человеку с черной аурой:

— Господин Измайлов, боюсь, род больше не нуждается в ваших услугах. Но ваше время оплатят в полном размере.

— Экая оказия, — послышался хрипловатый и крайне жизнерадостный голос. — Понимаете ли, дело в том, что я работаю не за деньги, а за идею. Заказ получен, и я его выполню, как и полагается профессионалу. А воспользуетесь вы результатами или нет, сугубо ваше дело.

— Как знаете, — пожал плечами кучерявый.

— Да все он знает, — хмыкнул я. Отпихнул парня плечом и уселся на заднее сидение. — Поехали уже. Или хотите меня голодом заморить?

Повернулся к пассажиру рядом с собой и с самой теплой улыбкой протянул руку, звякнув цепями. Сухонький пожилой мужчина крайне интеллигентного вида. Не одаренный, простой человек. В легком пальто и короткополой шляпе, на носу пенсне, на коленях огромный и явно тяжелый саквояж. Видимо, там внутри что-то ценное для него, раз он таскает его с собой, а не закинул в багажник.

— Дмитрий, — представился я. — Цирковой шут… То есть предсказатель.

— Измайлов Константин Борисович, — осторожно пожал он мою руку. — Специалист по переговорам.

Все стало ясно. Все встало на свои места, стоило мне коснуться его ладони. Заблудший и вампир в одном флаконе. Не тот, что из расы нежити, а духовный вампир.

Этот ублюдок сбился с пути еще несколько перерождений назад и с каждым разом уходил все дальше и дальше от предназначения. Колесо Реинкарнации явно давало ему не один шанс на исправление, но ублюдок никого не желал слушать.

Он больше никогда не реинкарнирует вновь, просто растворится в Потоке. Слабая душонка, совсем иссохшая, еле-еле держится в теле.

Сейчас его душа нашла способ поддерживать жизнь. Она питается эманациями других душ. Потенциальный серийный маньяк или убийца. Такие никогда не идут в солдаты, слишком слабы и трусливы. И жертвы им нужны такие же, слабые, чтобы на их фоне почувствовать себя сильным.

— О, специалист? А какого рода переговоры?

— Прошу прощения, подскажите, это мой клиент? — обратился он к водителю. — Мне сообщали о женщине двадцати двух лет.

— Женщина в поместье, этот же… Ну, если хотите, можете забирать, но за него вам вряд ли заплатят.

— Он же сказал, что работает за идею, — заметил я. — Сразу видно, человек профессионал.

— Совершенно верно, — посмотрел на меня вампир. — Должен заметить, ваш типаж не совсем мой профиль, но если желаете, я с удовольствием покажу вам свои навыки.

— Очень желаю, — улыбнулся я. — А можете уточнить, о чем речь? Что-то из области психологии?

— В каком-то смысле да, — кивнул он. — Скажем так, я практикую очищение души через телесные практики. Помогаю клиентам освободиться от груза тайн и воспарить с легкой душой.

— О, телесные практики! Пытаете, значит?

— Ой, как грубо, — поморщился вампир. — А я-то думал, что веду беседу с интеллигентным человеком. Вы производите крайне приятное впечатление при общении.

— Прошу простить, я не местный и имею некоторые трудности с интерпретацией слов. Больно уж сложный язык, слишком много скрытых смыслов в простых, казалось бы, словах. Прошу вас, расскажите поподробней, мне крайне интересно.

— О, это можно. Всегда приятно скоротать время за хорошей беседой с клиентом. Я, знаете ли, люблю прелюдии.

Я кивал и соглашался, задавал вопросы и слушал. А Константин Борисович пел соловьем, даже не осознавая, что происходит.

Я прикоснулся к палачу и не удивился. Все, кончились у ублюдка варианты будущего. Он оказался в поле зрения последователя шестиглазого Амбера, и теперь я решаю, каким будет его судьба.

Если у него и был вариант прожить долгую и счастливую жизнь, то теперь его нет. Потому что я уже принял решение, что убью гнусную тварь, чего бы мне это ни стоило. Вот его единственное будущее.

А наша беседа — стандартный прием, который уже хорошо зарекомендовал себя в этом мире. Уверен, никто даже не понял, как по ходу беседы я все больше и больше копировал манеру речи, голос и интонации Измайлова Константина Борисовича. Осталось лишь хрипотцы добавить.

Я уже многое о нем выяснил. Работает на заказ, никогда не задерживается надолго в одном месте, много путешествует, дела ведет исключительно с аристократией, но ни в коем случае не с империей. Инстинктивный страх перед представителями закона, очевидно.

Едем мы в усадьбу заказчика, с самим заказчиком он не знаком, потому что редко работает с кем-либо дважды. Старается нигде часто не мелькать, и это мне на руку. В общем, Измайлов оказался тварью редкостной, но очень словоохотливой.

Уже на середине пути его самовосхваления мне наскучили, и я решил, что пора бы действовать.

— Прошу прощения, подскажите, долго ли нам еще ехать? — спросил я у водителя.

— Почти прибыли, минут пять, — ответил он, потому что даже не понял, кто из пассажиров к нему обращается.

— Отлично, — улыбнулся я.

Направляю палец в нужную точку и формирую Поток. Эфирная игла — практически никакого урона, но в моем арсенале эта форма обладает наибольшим проникающим эффектом.

Игла прошивает днище автомобиля и шину.

Хлопок, водитель выкручивает руль, пытаясь удержать взбесившийся транспорт, и тормозит.

— Че за… — Он выходит из машины.

Следующая игла пробивает обивку пассажирского сиденья напротив. Гвардеец на нем остается сидеть, непонимающе разглядывая свою грудь.

Пришлось пустить еще три иглы, чтобы наконец добраться до сердца. Значит, у местных одаренных какая-то защита есть? Но он сидел смирно, так что это не было проблемой.

— Позвольте спросить… — «завоняло» изо рта пыточника.

— Да завали ты уже хлебальник, — чуть раздраженно ответил я. — Мне даже находиться рядом с тобой омерзительно.

Выждал некоторое время, пока водитель осматривал колесо и говорил что-то своим. Те связались с поместьем и сообщили о проблеме, вот теперь пора.

Я напряг руки, и звенья цепи со звоном разорвались. Лицо Измайлова искривилось от осознания происходящего. Я же подтянул ноги, развернулся на сидении и одним движением выбил боковую дверь. Она с грохотом улетела на десяток метров.

Я выскочил следом, теперь надо действовать максимально быстро. Гвардейцы были мудаками по версии мироздания, но мудаками с боевым опытом, так что расшаркиваться мне никто не даст.

Пальцы сложены пистолетами, прицеливаюсь и выпускаю две эфирные пули. Они оставляют аккуратные отверстия в телах ближайших гвардейцев. Еще два «выстрела» не производят должного эффекта: одним промахнулся, другой разбился о странную защиту, как и у одаренного в машине. Словно их тела покрыты невидимой оболочкой.

Тут же в меня начинают стрелять. Одной рукой выставляю щит, вторую направляю в одаренного, пальцами вперед. Эфирная дробь. Горсть снарядов срывается с пальцев, бьет ублюдка в грудь и сбивает с ног. Ага, защита имеет свойство истощаться, потому что в его тушке все же прибавилось отверстий.

Отправляю щит в полет на стрелка и тут же выставляю второй с другой стороны. Кучерявый стреляет с одной руки, а во второй ладони начинает концентрироваться мана, превращаясь в сгусток шаровой молнии. Вот это уже очень опасно.

Пускаю щит и сам бросаюсь следом. Если первый щит просто снес обычного стрелка, то одаренный лишь пошатнулся, даже не потеряв концентрации. И тем не менее это дало мне секунду времени, чтобы сблизиться.

Кучерявый выбрасывает руку с шаровой молнией, но я уже слишком близко. Смещаюсь в сторону, пропуская руку мимо лица, и бью открытой ладонью в грудь. Эфирная дробь. Весь заряд выстреливает в упор, пробивая и защиту, и плоть с ребрами.

Молния взрывается где-то за моей спиной, одаренный харкает кровью и отступает, но все еще жив, удивительно. И пока он тянется к кинжалу на поясе, я достаю из души биту. Удар ломает ему кисть, нож падает на землю. А я же только палец обещал сломать. Перестарался… Ну, формально на фортепиано он уже не сыграет.

Сближение, удар по коленям, кучерявый пытается оттолкнуть меня наэлектризованной ладонью, но пациент уже поплыл, так что легко уворачиваюсь. Минимальный заряд в биту, так, что лишь прожилки засветились, взмах — и уже мертвое тело падает на землю.

Последний гвардеец нападает сзади с ножом, решив, что я не замечу, как он поднялся на ноги после удара щитом. Слишком медленно.

Слегка отклоняю корпус, пропуская выпад, прижимаю его руку к груди и коротким тычком бью в локтевой сустав. А нечего было руки распускать, обыскиватель недоделанный. Обещал же, что сломаю, а Курьер держит слово.

Но мучить парня я не собирался. Он даже закричать от боли не успел. Один удар биты — и тело падает замертво. Вот и славненько. Теперь самое главное.

Я подошел к автомобилю и открыл пассажирскую дверь. Духовный вампир уставился на меня, до скрежета вцепившись в саквояж. Пришлось вырывать силой, так он не хотел расставаться со своим барахлом. А там всего лишь инструменты для пыток, целлофановые дождевики, чтоб не запачкаться, да десяток ампул с медикаментами для разных целей. Он сам рассказал, пока мы ехали.

Саквояж я поставил на землю, стянул с ублюдка шляпу, пенсне и надел на себя. Потом голову хорошо помою, но сейчас каждая деталь важна.

— По опыту знаю, что те, кто любят пытать людей, сами очень боятся боли, — произнес я, вытаскивая ублюдка из машины.

Намотал галстук на кулак, да так и тащил его за собой. Потому поддержать беседу он не мог, что меня безмерно радовало. Мне действительно физически больно находиться рядом с его душой, как в пространстве, так и во времени.

Я взял из багажника канистру бензина и моток веревки, оттащил мужика с дороги и крепко связал по рукам и ногам. Ненадолго должно хватить. Никаких разговоров, никаких нравоучений, никакого наслаждения процессом. Просто стандартная работа Курьера. Мы нити, которые сшивают бреши мироздания. Мы скальпель, который срезает гниль.

Хорошенько полил его бензином. Сам вернулся к месту битвы, нашел ключи от оков и проверил у гвардейцев карманы. Немного денег, пригодится. Телефоны собрал и выключил, в саквояже хватит места для трофеев. А вот и курильщик нашелся со спичками.

Оружие трогать не стал, я таким не пользуюсь, а продать его гораздо сложнее, чем мясо магического медведя. Левша объяснил.

— Что ты скулишь? — не скрывая презрения, спросил у вампира. — Ты же только что пятнадцать минут с упоением рассказывал, как правильно вырезать плоть у женщины, с поправкой на возраст, вес и болевой порог. Какую дозу эликсира вводить, чтобы она была в сознании. Какими инструментами лучше проверять болевую переносимость. У тебя же целая таблица есть зависимости децибелов крика от сопротивляемости. А я тебя всего лишь сожгу без всяких прелюдий.

— Ты не обязан этого делать, — залепетал старик. — Не бери грех на душу.

— Вечно вы путаете причину и следствие, — хмыкнул я. — Думаешь, мы уничтожаем всякую погань, потому что так велит Амбер? Наоборот. Я хочу, чтобы ты сдох. Курьеры всегда очищают мир, даже будучи еще простыми людьми. Просто Амбер признал нас и предложил силу.

— Я больше никогда… — Голос Измайлова дрожал и срывался. Разумеется, лжет. Просто начнет лучше прятаться, может, продержится еще год, а потом опять сорвется. — Клянусь, никогда…

— Да заткнись ты, — вздохнул я и подтянул к себе саквояж. — Знаешь, я иногда даже жалею, что не могу вести себя так же с такими, как ты. Будь я каким-нибудь поехавшим фанатиком-психопатом, как бы тогда было проще. Но нет, я не такая мразь. На твое счастье.

Бью вампира в плечо и давлю на поршень. Измайлов шипит от боли, пока прозрачная жидкость из шприца проникает в его тело.

— Ч-что… ч-что ты…

— Сам как думаешь, тварь? Спи давай, ты мне больше не нужен.

Препарат подействовал быстро. Все-таки ублюдок действительно знал свое дело. Через сорок шесть секунд Измайлов уснул, а еще через двадцать три его сердце перестало биться.

— Надеюсь, успел насладиться кошмарами, — сплюнул я, а затем дал смачную оплеуху трупу, сдобрив ее щедрой порцией чистого Потока. — Подъем, тварь. Хватит спать.

Через несколько мгновение тело мужчины дернулось раз, другой, а затем забилось в конвульсиях. Рот открылся, и раздался нечеловеческий вопль. Глаза навыкате, тварь задергалась, пытаясь добраться до меня и укусить. Но веревки держались, вязал я крепко.

— Выбралась наконец, показала свое истинное лицо, тварина, — оскалился я.

Душа не могла реинкарнировать, не могла отправиться в круговорот. Лучше бы она пожелала раствориться в Потоке, но нет. Осталась сидеть, дрожащая, мерзкая, запертая в мертвом теле.

Это существо и раньше можно было назвать человеком лишь с большой натяжкой, теперь же передо мной извивалась примитивная нежить. Новорожденный упырь. Не заразный, но все равно очень опасный. Дай твари волю — и она может веками кошмарить мелкие села и деревни, утаскивая беззащитных и пожирая их.

Спичка чиркнула о боковину, затем я поджег остальные и бросил весь коробок в ублюдка. Духовный вампир, ныне упыреныш, черная душа, ничего общего с человеком, кроме тела, которое тварь занимает не по праву.

— Гори! — прорычал я на высшей речи, начиная ритуал очищения. Так было нужно, иначе взбесившаяся душа может и дальше бродить по миру. — Пусть очищающее пламя испепелит твою душу и дарует ей вечный покой, пусть Поток смоет твои грехи. Пусть этот свет станет сигналом для всех, подобных тебе. Пусть они узрят и осознают.

Я выставил руки и выпустил чистую энергию Потока, раздувая пламя еще сильнее.

И тут произошло странное. Пламя сгораемой души стало настолько сильным, что прожгло брешь в скорлупе, внутри которой был запечатан этот мир. Всего на миг, даже по мерке Курьера.

* * *

Измайлов Константин Борисович, известный в узких кругах как Душегуб, славящийся нечеловеческой жестокостью, но крайней эффективностью, в последнее мгновение своей жизни увидел кошмарный сон.

Перед ним стояло настоящее чудовище. Оно смотрело на него широко открытыми шестью глазами и видело насквозь.

— Пусть все подобные тебе осознают, — произнесло чудовище на нечеловеческом языке, однако Константин Борисович почему-то его прекрасно понял, — что не будет им покоя, ведь Дитя Амбера явилось по их души.

Тысячи нечестивцев этой ночью не смогут уснуть из-за одного и того же кошмара, в котором шестиглазый монстр преследует их. Но они не знают, что этот кошмар будет преследовать их еще очень долго, пока рано или поздно не станет явью. Еще не знают.

Глава 16

Курьер заблудился и утонул в болоте

Настроение было прекраснейшим. Просто преотличнейшим! Усиленное энергией Потока пламя не оставило даже пепла от тела ублюдка, а мой канал связи в одно мгновение окреп так сильно, будто я сожрал и переварил пару камней первого ранга.

Силы возвращаются ко мне, правильной дорогой иду.

Тщательно обыскав все, нашел свои вещи, включая статуэтку. Странно, теперь она не просто испускала тепло, а словно бы пульсировала.

— Ладно уж, — вздохнул я и дотронулся до камня.

Существо тут же откликнулось на прикосновение. Да, существо. Оно было заперто в статуэтке, причем очень давно. Прислушавшись к ощущениям, я понял, что это некая разновидность природных духов, очевидно как-то связанных с пламенем.

Сейчас дух был очень слаб, еще лет двести — и его искра окончательно угаснет. Он давно уже утих и пребывал в подобии сна, экономя силы. Похоже, он почувствовал мое появление, а ритуал с пламенем растормошил его еще больше.

Амбер — Всесоздатель, первый эгрегор. По сути, он отец всех эгрегоров, включая Стихиалия. А стихийные духи — дети Стихиалия. Так что в каком-то смысле мы с этим огоньком в статуэтке дальние родственники.

Убираю статуэтку обратно в карман, беру саквояж и топаю по дороге в сторону усадьбы местного барона.

Идти и правда оказалось недолго, съезд был хорошо виден и вел в сторону леса. А перед лесом виднелся красивый и ухоженный особняк. Туда я и направился.

— Это частная территория, назовитесь, — окликнул меня солдат на воротах.

— Измайлов Константин Борисович, — поздоровался я, приподнимая шляпу. — Специалист по переговорам. Прибыл по заказу его благородия.

— А где парни, что вас везли?

— Видите ли, экая оказия приключилась. У одного автомобиля пробило колесо, а пока они его чинили, второй тоже сломался. Я не владею деталями, к превеликому сожалению, автомобильная техника не входит в сферу моих профессиональных интересов.

— Да, Тусклый звонил, говорил про колесо, — вмешался второй охранник. — Говорил, что разберутся сами.

— Вот, — кивнул я. — А мне не терпится познакомиться с клиенткой, вот и решил дойти сам.

— О, это вы про ту любительницу ваз и черепков? — хохотнул первый. — Я бы с ней тоже хотел познакомиться поближе. Может, вам нужна помощь в переговорах, а?

— Боюсь, наблюдение за моей работой отобьет у вас всякое желание знакомиться с моей клиенткой. Но вы можете познакомиться с ней после. Как раз оцените результаты моих профессиональных навыков.

— Не, спасибо, чёт перехотелось. Проводи его в подвал.

— Благодарю, — кивнул я и шагнул вперед.

— Э, не так быстро. Паспорт, уважаемый. На слово, что ли, вам верить?

— Да, конечно, конечно.

Паспорт я, разумеется, сжег. В нем была фотография, да и по возрасту совсем не подхожу. Потому я прямо на стойку водрузил «свой» саквояж, открыл его и начал бережно раскладывать инструменты прямо перед лицами постовых.

— Все самое ценное храню на дне, — с улыбкой пояснил я. — О, прошу вас, не трогайте. Это крайне хрупкий инструмент.

— Щипцы?

— Это чтобы доставать глазные яблоки, пока клиент еще жив. Только такими щипцами можно достать так, чтобы не повредить соединительную ткань и человек мог продолжать видеть. А вот этот хирургический нож нужен для…

Я начал расписывать все в таких красках и подробностях, что оба бывалых гвардейца моментально позеленели. Признаюсь, самому противно было, но успокаивало то, что я все это придумывал прямо на ходу.

— Да проходи ты уже, господи. Я же теперь неделю жрать не смогу. Отведи его.

— Прошу прощения, господа. Когда речь заходит о работе, я иногда забываюсь. Так что насчет помощи с клиенткой, которую вы предлагали?

— Иди уже!

Так, первая часть плана прошла успешно. Меня отвели, но не в особняк, а в соседнее здание, еще лучше. На входе встретил мужчина в строгом костюме. Ага, герб, финтифлюшки, значки. Слуга барона, дворецкий, наверное.

— Константин Борисович, по телефону мне казалось, что вы старше.

— Я это часто слышу. Но если вы таким образом усомнились в моих профессиональных качествах, то можете…

— Ни в коем случае не желал вас обидеть, — прервал меня дворецкий с легким полупоклоном. — Позвольте проводить. В целом ситуация изменилась с момента нашего разговора. Но раз уж вы здесь, то нас интересует все, что она знает о статуэтке. Особенно о способах ее активации.

— Погодите, подвал? Я разве не сообщал вам, что мне требуется проветриваемое помещение с толстыми стенами?

— Вы говорили про звукоизоляцию.

— Но разве я упоминал подвал?

— Прошу прощения за это недоразумение. Пройдемте внутрь, тут есть подходящее помещение, окнами в сторону леса, чтоб эффект ваших трудов никого не побеспокоил. Прошу за мной, клиентку скоро приведут.

— Никаких камер или иных сторонних записывающих устройств. Протокол беседы я веду сам, в единственном экземпляре, который передам после оплаты, — напомнил я.

— Разумеется, как и обговаривали.

Этот пункт я тоже уточнил в ходе беседы в машине. Маниакальная осторожность Измайлова давала о себе знать: он сам записывал аудио, используя прибор для искажения голоса. Таким образом, даже если на него выйдут, у суда не будет прямых улик, что это именно он проводил допрос. Странно, что он боялся суда. Более вероятно, его бы просто закопали, как свидетеля.

Поставил в голове зарубку поискать его покровителей. У такого специалиста должен стоять кто-то за спиной, чтобы особо мнительные клиенты не наделали глупостей.

Меня привели в комнату с высокими зарешеченными окнами. Голые каменные стены, скудная мебель, слив прямо в полу. Похоже, здесь забивали свиней или что-то в этом роде. По крайней мере я не ощутил следов насилия над разумными. В отличие от подвала.

Вскоре два амбала притащили девушку. Буквально притащили, сама она ходить не могла. Усадили на стул, который сами и принесли, приковали наручниками и протянули мне ключ.

— Если что-то понадобится, — пробасил один из них, — мы все время будем за дверью.

— Понадобится, — кивнул я. — Чтобы никто меня не беспокоил. И да, вы будете слышать… Эффект от моей работы. Пожалуйста, не прерывайте меня, я этого очень не люблю. Это напрямую повлияет на результат, а мы ведь не хотим расстраивать его благородие?

Амбалы молча вышли и закрыли за собой дверь. Я же поставил саквояж на металлический столик, раскрыл и быстро нашел нужный пузырек, иглу, шприц. Один укол — и девушка часов десять будет крайне бодрой и полной сил.

Осмотрел ее. Голова повисла, волосы спутаны, есть несколько синяков и ссадин, довольно свежих. Ну, ничего непоправимого.

— Доброе утро, дорогая, — «вернул» я свой нормальный голос. — Пора просыпаться.

— А? — Она подняла голову и принялась моргать. Похоже, ее долго держали в темноте. — Это же вы… Что вы здесь делаете?

— Как что? Воскресенье, вечер. Вы не пришли забрать заказ, потому я его сам принес. Пожалуйста, ваша статуэтка. С вас двести рублей, лучше наличными.

Она непонимающе посмотрела на меня, перевела взгляд на статуэтку и… Рассмеялась. Сначала неуверенно, а затем уже истерично.

— Вы серьезно? — Смех стих. — Вы, видимо, больны. Простите, что втянула вас в это. Я сказала им, что спрятала статуэтку в цирке, надеялась, что вы уже сбежали. Клянусь, я не говорила про вас.

— Я знаю, это Левша им сказал. Я попросил. Тоже, знаете ли, не люблю доставлять проблемы хорошим людям.

— А я вам доставила.

— Ни в коем случае. Во-первых, вы заказчица. Во-вторых, я не вижу здесь никаких проблем, — пояснил я, освобождая ее от наручников.

— Серьезно? — Она неуверенно начала растирать руки. — Мы в поместье барона Симонова. Одного из самых отмороженных аристократов империи. Его цепные псы наемничают повсюду, лишь бы платили. А мы прямо у них в доме.

— Так вон решетки сейчас подпилим, выберемся, и отсюда прямо в лес можно выйти. Никто не заметит.

— А сторожевые псы?

— Собачки меня любят, — сказал я. Это правда, животные часть экосистемы мира, обычно они лояльны к Курьерам. — Они не станут нападать без причины. В отличие от людей.

— Как все у вас складно получается. Только вот леса там нет. Это непроходимые болота. Симонов прячет там тела своих жертв. А то и топит живыми, глядя, как те барахтаются в трясине. Без карты троп там не пройти.

Курьер заблудился и утонул в болоте. Еще один финал для тупого анекдота. Не знаю, что там за болота, но вряд ли они хуже, чем в угодьях Живущего-В-Трясине, на которого я охотился несколько лет. А там весь материк — одно сплошное болото. И ничего, выжил как-то.

— Разберемся, — усмехнулся я. — И да, двести рублей. Я вот вообще не шучу.

Копейки, конечно. Но заказ есть заказ, это священный договор перед Вселенной. Его нельзя нарушать, в первую очередь хуже будет ей же самой.

— Да с меня даже сапоги сняли, спасибо, хоть штаны оставили.

— Ну, вечер понятие растяжимое, так что время расплатиться у вас еще есть. Пошли уже выбираться отсюда.

И именно в этот момент послышались гневные крики из-за двери, так что я лишь закатил глаза.

— Где он? — знакомый голос. Вот и одноглазик приплыл.

— Что случилось? — прошептала девушка.

— Да я там пару их ребят мимоходом укокошил, надеялся, что они позже обнаружат потеряшек. Не срослось.

Ну что поделать.

— Ладно, зато сильнее стану, — выдал я позитивную мысль в тот момент, когда дверь чуть не слетела с петель.

— Ты! — Одноглазый лысый гвардеец указал на меня пальцем. — Шут гребаный, где Тусклый с командой?

— Говорил же не беспокоить, — устало сказал я амбалам. — Жили бы долго и счастливо.

Одноглазый делает шаг, я взмахиваю рукой, в которой уже заканчивает формироваться бита. Рассчитано до миллисекунды. Бита появляется ровно под его подбородком за мгновение до столкновения.

Красиво полетел, раскидывая зубы во все стороны. А вот мусорить нехорошо.

Но хоть его и оторвало от земли, ноги все же не получилось задрать выше головы, есть еще над чем работать.

— Отойдите, пожалуйста, — обратился я к девушке.

В этот момент в комнату влетели оба амбала, чуть не расширив проем своими плечами. Не одаренные, но крепкие и опытные ребята. Энергию на них тратить не стану, она мне еще пригодится. И так справлюсь.

Бита, может, и простое оружие, но в этой простоте кроется огромный потенциал. Не скажу, что являюсь мастером боя хоть с каким-то видом оружия, но любой человек, поживший с мое, особенно если жизнь сплошное приключение, хочешь не хочешь, а научится драться.

И не просто махать кулаками. Так что я умел пользоваться довольно обширным арсеналом оружия, пусть и на средненьком уровне. Но средненький он по межмировым стандартам. Здесь я вполне могу выдавать неплохие результаты даже на некоторых турнирах.

Вот и парни явно не ожидали подобного отпора от «шута» с простой битой.

Короткий замах, бью первого в колено, возвратным движением второму прилетает в голову. Перехватываю биту двумя руками с разных концов. Удар рукоятью в висок, концом по ребрам, сам при этом приседаю, пропуская над головой размашистый удар. Рукоятью в колено, короткий замах снизу вверх в челюсть. Первый падает, второй уже поднимается.

Пинаю, чтобы оттолкнуть и взять расстояние. Подшаг с широким замахом, бита летит аккуратно в висок, но амбал умудряется принять удар на жесткий блок. Хрустят кости руки, но это его не спасает. В итоге получилось так, что он сам себе кулаком зарядил.

Удивительно, но оба амбала все еще живы, хоть и без сознания. Реально крепкие ребята, мое уважение. Ну, раз живы, значит не успели сильно накосячить.

— Пошли, — кивнул я девушке. — Как зовут-то?

— Лиза, — пискнула она, глядя на двух стонущих здоровяков.

Да, у меня хоть и прекрасно сложенное тело, но по габаритам я явно смотрюсь хлюпиком на их фоне. Понимаю ее удивление.

А вот одноглазик успел свинтить под шумок. Мой удар скорее ошеломил его, нежели нанес хоть какой-то вред. Все-таки он крепкий одаренный.

Я вновь посмотрел на оконные решетки. Дом, скорей всего, прямо сейчас окружают. Эх, как же не хватает пережеванного кристалла, который бы временно усилил меня. Тогда я смог бы просто немного подглядеть будущее.

— Ладно, будем прорываться, пока они не успели сообразить, что здесь происходит. Держись за мной и не отставай.

Выставляю перед собой щит. Ладно я, как-нибудь смогу защититься. Но вдвоем с Елизаветой шансы резко уменьшаются. Придется держать ее позади.

* * *

Пару минут пришлось поплутать по коридорам, прежде чем я открыл одну из дверей, которую заранее заприметил по запаху жареной курицы. Кухня. А на кухне часто бывают черные выходы для прислуги.

В общем, я тут же закрыл дверь обратно, бросился на пол, захватив с собой растерявшуюся Елизавету. Лежать, прижимая ее собой, было приятно, а вот град пуль, свистящих над головой, — не очень.

Да, там точно есть выход, судя по пятёрке гвардейцев, нещадно палящих в нас без всяких прелюдий и церемоний.

Материализую плоскость, подпираю ею дверь. Это даст лишние тридцать секунд.

Ползем дальше по коридору, до поворота, там уже поднимаемся на ноги. Щит моргает, он всё-таки принял пару выстрелов. Теперь нужно аккуратнее.

Главный вход тоже перекрыт, слышу оттуда крики. Вариантов не остается, надо действовать быстро. Хватаю девушку на руки и мчусь вверх по лестнице. Чуть не сбиваю с ног трясущуюся в пролёте служанку, забегаю в первую подходящую дверь. Без тормозов пролетаю всю комнату, выпрыгиваю в окно.

Было невысоко, но я все же сделал одну платформу в воздухе. Как и предполагалось, мы приземлились с глухой стороны дома, перед нами лишь решетка ограды. Только вот бежать до нее еще прилично.

— Стоять! — раздались крики сразу с двух сторон.

Трое, пятеро, восемь, дюжина, да блин! Быстро они.

Люди прибывали и прибывали, беря нас в полукольцо и прижимая к стене дома. Сколько ни оглядывался, я не видел никаких путей к отступлению.

— Не стрелять, сукины дети, не стрелять! — послышался рев одноглазого, который, похоже, задолбался уже это повторять. — Отойди от девчонки, шут! А статуэтку положи на землю.

Не стрелять, блин. Где ты раньше был, а?

— Какую статуэтку? — Я сделал вид, будто чуть не выронил ее, но в последний момент поймал. — Эту статуэтку?

Быстро сориентировавшись в ситуации, начал подкидывать ее на одной руке, глядя при этом на одноглазого. Надо подбрасывать так, чтобы снайперы не могли нормально прицелиться в голову или сердце.

Так, они беспокоятся за артефакт. И Елизавета им тоже нужна живой, но использовать заказчицу как щит — это уже низость, так что я продолжал прикрывать ее собой.

Вокруг нас собралось три десятка гвардейцев, из них примерно треть одаренных. На подходе еще люди. Большая гвардия у этого барона, боевой мужик, видимо.

— Медленно. Положи. Статуэтку, — едва не по слогам произнес одноглазый. — И отойди.

Я оглядел сжимающееся кольцо гвардейцев, некоторые прикрывались щитами, вооружившись шокерами. Хотят взять живым?

Многовато их для двуглазого Курьера, что только-только начал восстанавливать силу. Выглядит все как полная… Не хватает Левши. Он бы без затей сказал, как это выглядит.

Девушка вцепилась мне в спину и прижалась всем телом.

Я вздохнул и посмотрел вверх, на яркие звезды в ночном небе.

— Есть чё? — тихо спросил у Вселенной.

«Нет ничё!»

Глава 17

А эфирная пила вот не думала, эфирная пила делала вжик-вжик-вжик

— Повторяю еще раз. — Одноглазый шагнул ко мне. — Статуэтку положи.

Знал ведь, что надо было просить с Лизы стриптиз. Да что уж, похоже и этого мало. Заказ оказался намного сложнее, чем я думал.

Нет. Курьер проваливает заказ лишь единожды.

Вздохнув, сжимаю статуэтку чуть ли не до жалобного хруста. Отхожу на шаг от Лизы. Ее не должно задеть. Хрущу шеей:

— Ну что ж. Кто первый?

Будто почувствовав мое намерение биться до самого конца, статуэтка погорячела. И в голову полетел поток информации на высшей речи:

— Заказ. Доставить. Дух.

— Серьезно? — переспросил я. — Сейчас? Куда?

— Дом. — И мне пришел не просто мыслеобраз места, куда я должен отнести духа.

Ух, давно я не получал подобных заказов! И при таких обстоятельствах. Огненный дух был и заказчиком, и посылкой одновременно. Ну, тоже в рамках работы Курьера.

— Блин, а поближе нельзя? — уточнил я. — Да и… занят я сейчас. Меня немного убивают.

Это куда ж он меня завести хочет? Как минимум — очень далеко. Как максимум — очень, блин, глубоко. Где-то сильно ниже уровня моря.

Вот ему именно этот спящий вулкан нужен? Другие не подойдут? На континенте, я уверен, тоже найдется немало классных вулканов.

— Дом, — категорично заявил дух. — Заказ? Аванс.

— Да, я согласен, — принял я условия, стоило увидеть, что предлагает дух. — Аванс получен, договор заключен.

Весь диалог происходил мысленно и занял лишь пару секунд. Правда, из-за такого потока образов голова начала гудеть.

Дух передал в мое распоряжение все оставшиеся у него силы. Сам незаметно выбрался из статуэтки и по каналам перетек в мое тело, прилипнув к душе. Там, омываемый нежными движениями Потока, он не погибнет. Теперь ему не нужны силы для поддержания существования, потому он отдал их мне.

Я принял заказ, так что отныне сохранность «груза» — моя забота. Раньше предпочитал не браться за подобное, потому что силы стихийных духов работают лишь в их мире, а в остальной части Бесконечного Древа они бесполезны. И на хрена Курьеру такие оплаты?

Но в моей ситуации, учитывая, что я здесь застрял надолго, подобный аванс был щедрым подарком. Маловато, конечно. Но, надеюсь, хватит, чтобы разобраться хотя бы с текущей проблемой.

Так, как эту шайтан-педаль активировать? Где переключатель на режим аннигиляции? Я присмотрелся к появившейся искре. Она привязалась к моему энергетическому телу и органично вплелась в систему каналов.

Я попытался применить пламя, но искра не реагировала. Все же дар духа был скорее ближе к магии, чем к Потоку. Так, а если мы вот это сюда? И тогда…

Бита воспламенилась.

— Охо-хо! — радостно произнес я.

Все оказалось проще, чем я думал. Надо было пропустить Поток через искру, и он начал приобретать свойства пламени. А уж с Потоком я работать умею. Да начнется шоу!

Я обвел битой подступающих людей, которые почему-то так и не решились стрелять, видимо, ждали приказа. Не дождутся.

Земля под ногами одноглазого сначала раскалилась, а затем снизу вверх ударил столб пламени. Через мгновение от этого места зазмеились трещины, еще миг — и в небо ударили огненные гейзеры.

Формально дух был не огненным, как я вначале подумал. Он был сыном Гайи, старшего духа, то ли живущего в ядре планеты, то ли являющегося этим ядром. Мой же дух по имени Ортопукитиро-тиро… Звучит как набор букв, нет, я это не выговорю, даже на акцент не свалишь. Орто был духом вулкана и отвечал за магму, пламя и черный пепел. Но «вулканий» или «магматический дух» звучит как-то не очень, пусть будет огненным.

Так что оптимальным вариантом было использовать его силу именно таким образом, высвобождая пламя недр.

Потому мощный огненный гейзер под ногами одноглазика забрал столько же силы, сколько и огненная бита. А огненная бита, она… Ну, просто горит. Гребаные духи, особенно древние, что ж у вас вечно все через одно место? Помню, как отпинал одну грозовую птицу ногами просто потому, что на дворе был погожий день и ни облачка, ни тучки. А потом начался трехмесячный шторм и эта птичка гоняла меня по всему континенту без остановки.

Ладно, это я отвлекся, надо бы сосредоточиться на наших шашлыках. Гвардейцах. Хотя… Вокруг меня все ревело и пылало с такой силой, что я почти ничего не мог разобрать. Да, потому я не люблю связываться с духами. Сильные твари, слишком велика в них кровь Стихиалия.

Ревущее пламя меня не трогало, а вот одежда начала тлеть. Я отодвинулся ближе к стене, чтобы хоть как-то защитить Елизавету. Делать разломы было нетрудно, я водил битой из стороны в сторону, направляя через нее Поток туда, где еще ощущал живых врагов.

Простые люди умерли в первую же секунду боя, остались лишь одаренные. И то лишь те, что покрепче.

Я быстро понял, что могу не только создавать огонь, но и управлять им. С непривычки было сложновато. Сначала получались просто потоки пламени, я концентрировал огненные сгустки на одаренных.

Потом решил придать огню хоть какую-то форму, чтобы было проще контролировать. Огненный змей — первое, что пришло в голову. Довольно простая форма, не требующая особых навыков. Я делал нечто подобное раньше, но очень уж отдаленное. Так что пусть кое-как, а должно получиться.

Искра в груди трещала, раздуваемая Потоком, но исправно продолжала отдавать силу, повинуясь моей воле. Подконтрольное ей пламя начало собираться в один большой сгусток. Сначала похожий на огненное завихрение, затем на смерч… и вот сейчас попробуем…

Что за херабора? Это я сделал?

Пламя обрело форму, но почему-то совершенно иную, более сложную и объемную. И вместо огненной змеи передо мной сформировался огромный пятиметровый огненный медведь.

Он сам, без моего участия, встал на задние лапы, задрал пылающую морду и раскрыл пасть в немом реве. В следующий миг огонь затрещал и взревел так, что заложило уши. Медведь полностью состоял из магического огня, созданного искрой, но он мне вроде как и не подчинялся.

— Ага! — победно ткнул я на него пальцем. — Ничего мне тогда не показалось.

После победы над некромедведем я и правда почувствовал его незримое присутствие.

Медведь рухнул на четыре лапы, выпустив во все стороны волны огня. Во все, но не в мою. А затем он ринулся в атаку на одаренных, кромсая их пламенными когтями и хватая пастью.

Я категорически не понимал, что происходит, но парочка предположений имелась. Надо будет потом связаться с местными духами, перетереть один вопросик. Или за мной по пятам все это время следовал дух убитого медведя — тогда отдаю дань уважения его способностям к маскировке. Или меня где-то сбил грузовик — и сейчас целители пытаются из комы вытащить…

Зато дышать сразу стало легче. В переносном смысле, ведь мне больше не приходилось концентрироваться на удержании пламени. В буквальном смысле дышать было тупо нечем, воздух вокруг раскален до предела. И если я хоть как-то мог это терпеть, то Елизавета буквально вжалась мне в спину, стараясь закрыться от огня.

— Лежи. — Я опустил девушку вниз. — Прижмись к земле и не шевелись.

Почти закончили уже. Огнедведь веселился, но сконцентрировал в себе почти все свободное пламя. Так что пока он развлекается на левом фланге, кому-то придется взять на себя правый.

Земля горела под ногами. Хотел бы сказать, что от моих невероятных движений, но нет, просто горела. Мне это доставляло лишь легкий дискомфорт, а вот остальным одаренным было несладко.

Шестнадцать человек с моей стороны. Всех так или иначе обдало пламенем, всем тяжело дышать, почти все их силы ушли на защиту. Бодрее прочих держались, что неудивительно, стихийники. Один роднился с землей, двое с пламенем. Еще ледяной маг был без царапинки, но потратился полностью.

Дай этим ребятам пять минут отдышаться — и они не оставят от меня даже мокрого места. Без шансов. Не с моими нынешними силами. Но сейчас, после объемной атаки огненного духа, когда все ранены, дезориентированы и потеряли много сил… Мм… Бита бьет. Огненная бита тоже бьет, но со спецэффектами.

В живых остались самые крепкие из одаренных, да те, кому повезло находиться на расстоянии во время шоу.

Я двигался плавной лентой, бита ни на секунду не останавливалась, каждый удар был выверенным росчерком: где заканчивался один взмах, там начинался следующий. Я не шел, а перетекал от одного врага к другому. Бита выписывала круги и дуги, оставляя в воздухе яркий след, словно отмечая пройденный путь.

Они пытались дать отпор. Самые тупые собирались стрелять, но в таком пекле их оружие перестало работать, а где-то тупо принялось взрываться прямо в руках. Обладатели среднего интеллекта перешли на клинки или просто забрасывали меня магией. Откуда только силы взялись? Тут уже посложнее, где-то уворачивался, где-то отбивался, но бойцы из них сейчас никакие, так что не проблема.

Умных среди этой группы не оказалось, иначе бы просто дали деру. Последних двоих не считаю. Бежать, когда больше никого не осталось, это не ум и не трусость, это… Не знаю, базовый инстинкт?

Впрочем, отпускать я их не собирался. В отличие от этой парочки, я мог спокойно перемещаться по огненной земле, так что быстро нагнал первого, а за вторым уже было лень гоняться. Просто швырнул ему вдогонку эфирный диск. Если промахнусь — значит на то воля Амбера.

Ведь если человек после встречи с Курьером переосмыслит свою жизнь и встанет на путь исправления, желая посвятить всего себя добрым свершениям, то Амбер отведет руку Курьера в последний момент, дабы показать…

Ой, да ладно, располовинило его к хренам, конечно же. Там еще диск так крутанулся, что по диагонали просвистело, одна рука вообще метров на десять в сторону улетела, голова с верхним куском в другую, а ножки еще пару метров такие — топ-топ-топ. Бедные полицейские, короче, которые будут голову ломать, как так можно было. Я сам прифигел немного от зрелища. Я ж просто прибить его хотел, это как надо было накосячить в жизни, чтоб тебя совершенно случайно превратили в арт-объект для криминалистов.

Кстати, я на мгновение отвлекся и умру через три…

Повернувшись, увидел лысого одноглазого мужика. А ведь я его первым грохнуть хотел, и дело тут не в воле Амбера. Просто недооценил ублюдка, чем он и воспользовался. Сейчас одноглазик был мало того, что в бешенстве, но и в обгоревшей одежде, рожа красная. Зыркает еще так злобно.

Я склонил голову набок, разглядывая чудика. Нет, он реально самый сильный одаренный из местной гвардии, неудивительно. К тому же вот-вот убьет меня. Мне же просто стало любопытно понять, каким образом.

У него нет магического ядра, как у большинства местных одаренных. Вместо этого все его тело выполняет функцию этого самого ядра. Он не может манипулировать маной напрямую, но зато пускает ее всю на усиление собственного тела. Похоже, именно этот тип одаренных местные называют физовиками. Интересненько, я подобное только у некоторых монахов наблюдал.

Кстати, то, что таймер сработал и я обернулся, — ничего не изменило. Две секунды до смерти. Можно приготовиться и вступить в честный бой, в очередной раз проверить свои силы… Но лень. Что-то я немного подустал. Духовное пламя, огонь, еще этот медведь непонятный, энергии кучу потратил, опять вся одежда превратилась в обноски, а мне еще трофеи собирать… И вообще в душ хочу. Чтоб нормальный человеческий душ, а не эта байда в палаточном лагере.

Одна секунда до смерти. Так что…

— Фас.

Огнедведь смыкает пасть на голове одноглазого. На землю падает лишь тело. Команда была так, для проформы. Но зато стало понятно, что хоть я и перестал управлять огнем напрямую, общих приказов миша еще слушается.

Таймер… остановился. Это было близко. Если бы медведь не послушался, то у меня оставались бы сущие мгновения для принятия последнего решения. Опасно, очень опасно. В следующий раз надо соображать быстрее. Не атаковать, а, например, валить, сверкая пятками.

— Ты иди там повеселись, если хочешь, — кивнул я медведю в сторону россыпи домиков вокруг особняка. — А я туда пойду.

Медведь огненным валом уходит, сметая все на своем пути. А я возвращаюсь к Елизавете. Битва как таковая закончена, так что ей уже особо ничего не угрожает.

Правда, пришлось брать девушку на руки, чтобы вытащить из этого ада, все-таки моя искра защищает лишь меня. Может, как-то можно растянуть оберег на других, но с этим надо будет разбираться.

Когда отошли подальше, я постарался аккуратно поставить Лизу на ноги, но она вцепилась в меня. Да с такой силой — пришлось бы по очереди разгибать пальцы, чтобы отпустила.

— Тихо, тихо, все почти закончилось. — Я погладил трясущуюся Елизавету по голове. — Никто тебя не обидит, земля не горит, можешь спокойно вставать.

Пару минут пришлось говорить успокаивающим тоном. Не скажу, что ее состояние пришло в равновесие, но она хотя бы взяла себя в руки. Да, к такому безумию Лизу жизнь явно не готовила. Наверное, не стоило воровать артефакты у психованных аристократов с личной мини-армией.

Ладно, чего уж теперь мусолить. Надо заканчивать тут уже.

— Куда ты? — спросила Елизавета, вцепившись в мою руку. — Выход в той стороне.

— Э, не, — улыбнулся я. — У них была возможность дать мне спокойно уйти. Прям до хрена возможностей. А теперь я уже не хочу никуда уходить. Теперь мне здесь нравится, весело же. Свалить всегда успеем, пошли лучше развлечемся.

— Р-развлечемся?

Мне показалось или она покраснела? Или она уже была красной из-за огнедведя?

— Ну да, вон целый особняк стоит. Пошли, все там сломаем, набьем рожи оставшейся охране, шторы спалим, найдем барона и прибьем его.

— Нельзя.

— Можно, точно тебе говорю.

— Нет, я в том смысле, что за Симоновым, оказывается, стоят серьезные люди. Из власти. Да и вообще, его тут нет вроде как.

— И что, уходить теперь? Начал жечь, жги тоталово. Миша не поймет, если мы сейчас уйдем, обидится. А у нас с ним и так отношения натянутые, я ему зуб недавно выбил. И под зад пнул. И-и-и… и вообще.

Ай, ладно, хочу в душ и шаурму. Можно одновременно. Так что раньше начнем, быстрее пожрем.

Охраны в особняке почти не осталось, правда вот, автоматы у них стреляли. Они думали, что им это как-то поможет. Еще они думали, что толстые стены в доме их как-то защитят. А эфирная пила вот не думала, эфирная пила делала вжик-вжик-вжик.

* * *

Навскидку полиция должна добраться до усадьбы примерно через десять минут. Это в худшем для меня случае. Так что поторопимся.

Основная битва случилась у пристройки, где меня взяли в тиски. Потом пару раз постреляли из окон, поймали ответку и стихли. Внутри точно оставалось несколько бойцов гвардии и множество слуг, но если они не трогают меня, то зачем трогать их? Дестабилизации я больше не чувствовал, даже слабенькой, а значит, и битой махать смысла больше нет.

В особняке все перевернуто, будто тут пробежался табун цыган. Самое удивительное, что это не я. Видимо, те самые остатки гвардии вместе с прислугой решили то ли забаррикадироваться подручными средствами, то ли разграбить все под шумок.

В одной из комнат нашел дворецкого, который провожал меня в пыточную. Правда, теперь у него лицо немного посинело, да и взгляд сильно изменился. Не знаю, может, это как-то связано с удавкой на шее. Рядом с ним стоял, судя по всему, один из слуг. Он держал концы той самой удавки, но тут заметил меня.

— Кхм. Прошу прощения господин. Не судите поспешно.

— Да я уже как бы. — Я закинул биту на плечо, а другой рукой остановил Елизавету. Зачем даме смотреть на такое? — Не мое дело, не переживай.

От этого дворецкого говном несло похлеще, чем от многих гвардейцев, так что я не удивлен, что его в итоге забил собственный подчиненный. К слову, душа его была в целом приятной и чистой, несмотря на удавку. Это ж как надо было мужика достать?

— Не подскажешь, где тут можно найти сейф? Желательно набитый деньгами и драгоценностями? Если что, я не для себя, я для друга.

— Второй этаж налево, в кабинете один за портретом, другой за книжной полкой, господин, — ответил он с полупоклоном. — Паролей не знаю, приношу свои извинения.

— Я захватил с собой универсальный ключ, — взмахнул я битой. — А барон Симонов там или в подвале каком засел?

— Его благородия тут нет, — произнес слуга странным тоном. То ли заплакать хочет, то ли выматериться. Сложные у него отношения с хозяином. — Это место всего лишь испытательный гвардейский полигон, родовые земли Симоновых далеко отсюда.

— Благодарю. Не буду отвлекать, но веревочку рекомендую сжечь вместе с одеждой. Рукава у вас длинные, а имперские криминалисты могут быть крайне дотошными.

Это я в интернетах начитался, пытаясь понять, насколько хорошо в этом мире умеют искать людей. И если находить частички кожи и волосы на одежде подозреваемого — предел местных неодаренных сыщиков, то мне их опасаться не стоит. А вот слуге да.

Меня тяжело опознать, ни отпечатков, ни ауры, ни эфирного тела, только лицо, которого совсем недавно вообще не существовало в этом мире. Меня нет ни в каких базах империи, но уверен, уже есть описания странного парня с битой.

Тютчев, теперь Симонов. Я точно оставляю за собой шлейф, и рано или поздно меня нагонят, так что нужно просто быть готовым к встрече. С кем-то можно будет договориться, от кого-то откупиться, некоторых припугнуть, а с остальными придется разбираться.

— Мародерство? — прошептала Елизавета, пока мы поднимались на второй этаж.

— Компенсация морального ущерба, — ответил я. — К тому же не я, так слуги растащат, а свалят-то все равно на меня. И гвардию, и дворецкого, и медведя этого. А я его даже не знаю, между прочим, он сам приперся. Видел его один раз всего.

В сейфах было поприличнее, чем у Тютчева, но тоже маловато для важной шишки. Двадцать семь тысяч двести семь рублей наличными. Еще золото и драгоценные камни. С этим мы разберемся. Это раньше обменять драгоценности и камни для меня было проблемой. Сейчас есть Левша, который не только медвежье мясо может продать. За небольшой процент он даже снег может продать во время самой суровой зимы, как мне кажется.

Но в основном оба сейфа были забиты бумагами.

Я взял несколько стопок и проглядел. Облигации на имя Симонова, долговые векселя, расписки… Для меня это не имеет никакой ценности, деньги с них может получить только Симонов. Потому…

Искра чуть вспыхнула, отдавая мне кроху силы, а через мгновение все бумаги рассыпались пеплом. Ладно, это удобно, не зря заказ взял.

В целом я наварил большие деньги. По крайней мере я столько разом еще не «зарабатывал» в этом мире.

Так, а теперь переходим к главной добыче. Тот слуга мог и не знать о тайнике в корпусе массивной столешницы, но лакированная древесина — не тот материал, за которым можно спрятать энергетические кристаллы от Курьера. Было бы в этом мире больше магов, работающих с внешней маной, то и экранирование бы делали лучше.

А так, как я понял, местные одаренные кристалл могут почувствовать разве что на ощупь.

Разумеется, ковыряться хитроумным механизмом в столешнице я не стал. Да, в отличие от сейфов, красивый стол ломать было жалко, но просто.

Елизавету я попросил подождать меня в соседней комнате. Достаточно и того, что она увидит размер мешка на моем плече. Ладно, мы вроде как в одной лодке.

— Там полиция подъезжает, — сообщила она спокойным голосом. — С ними имперская стража.

— Тебе безопасней будет с ними? — спросил я.

Этот момент мы не обсуждали, но и бросать девушку посреди горящего поместья я тоже не собирался. Плюс она мне двести рублей еще должна. Как бы лично мне пофиг, я уже чувствую, как усилился после такой-то битвы, надо лишь восстановить силы. Но вот Амберу вообще не пофиг, сделка есть сделка.

— Мне бы в гостиницу, у меня там телефон. Один звонок сделаю, и дальше за меня можешь не переживать.

Я вытащил из мешка горсть телефонов. Новеньких, блестящих. У меня их теперь до фига и больше, не жалко. Но Елизавета лишь улыбнулась, покачав головой.

— Не знаю, как там обстоят дела у фокусников, но в моем мире, чтобы дозвониться некоторым людям, недостаточно знать номер.

— Это как? — не понял я.

— Скажем так, у нужного мне человека вообще нет номера для связи. Но есть специальный телефон. И позвонить ему можно с другого специального телефона. А он в гостинице.

— Мне кажется, такие вещи лучше при себе держать.

— Да я сама, дура, виновата. Возомнила о себе невесть что, — вздохнула она. — Так еще и поймали меня прямо перед гостиницей. Ждали, заразы.

— Ладно, не переживай. В гостиницу так в гостиницу. Пошли, я так-то тоже пока не горю желанием с имперским правосудием знакомиться.

Мы вышли из особняка, который за это время начал гореть почему-то. Точно не моих лап дело. И не медвежьих. Зверюга жрет мою энергию Потока и силу огненной искры, так что я точно знаю, в каком направлении он сейчас буянит.

Видимо, слуги решили, что пора сделать ремонт.

На въезде в поместье стояло несколько машин и суетился десяток людей в полицейской форме и с оружием в руках. Они спешно пытались открыть ворота, но у них получалось с трудом.

Хотя вон один уже перелез через ограду и что-то там тыкает в каморке охраны. Пожалуй, самое время.

— Сделай очень испуганное лицо и бегом за мной, — скомандовал я.

Глава 18

Мне еще в вулкан теперь прыгнуть надо

Мы бросились не от полицейских, а прямо к ним. Так что и лицо у Елизаветы получилось скорее удивленным, нежели испуганным.

— Скорее, скорее! — затараторил я, подбегая к полицейским. — Огромное чудовище убило гвардию и сейчас ломится в подвал! Там женщины, дети, вино, его благородие, деньги под подушкой, драгоценные камни…

Я перебирал варианты, но полицейские просто тупили и сами не понимали, что им делать. А, к Хахе все это.

Даю мишке последнюю мысленную команду, так-то мы уже выяснили, что он меня понимает. Заодно посылаю мощный импульс энергии — как искры, так и Потока.

В этот же миг со стороны казарм слышится дикий рев и в небо взлетает столб пламени. Разумеется, никого там больше нет, медведь просто ломает все, что ломается, и вообще развлекается как может.

Но сцена с ревом и огненными спецэффектами произвела впечатление на городских стражей. Полетели команды в рацию, что-то там про магического зверя, потенциального огненного одаренного и так далее. Суть простая: пришлите подкрепление.

— Так, вы двое, ждите здесь, — велел один из полицейских и глянул на напарника. — Следи за ними.

Вся бравая орава уже ринулась спасать то ли женщин и детей, то ли бухло и бабло, так что командиру пришлось догонять. Я же посмотрел на молодого парнишку, который лишь сжимал дробовик так, что костяшки побелели.

Стажер, видимо. Вообще не понимает, что ему делать. Я на ходу достал из мешка первую попавшуюся купюру. Сто рублей. Обидно, но, значит, судьба такая. Протянул деньги парню, и он как-то на автомате взял.

Ну вот, такой молодой, а уже рефлексы.

— Без обид, это компенсация за челюсть, — сказал я.

— Что? — нахмурился парень.

Легкий, но быстрый тычок в подбородок, аккуратно перехватить тело, а то еще головку о землю ушибет, бо-бо будет.

Я положил полицейского и отправился к ближайшей машине с мигалками.

— Забирайся, — кивнул Елизавете на пассажирскую дверь. — Водитель из меня хуже, чем любовник, если что, но как-нибудь доедем.

— На этом? — вскинула она брови. — Угонять полицейскую машину не перебор?

Я оглянулся на пылающий особняк, окруженный разрушенными постройками. Глянул в ту сторону, где недавно перебил под полсотни гвардейцев. Поправил мешок с награбленным и посмотрел на Елизавету. Она сейчас серьезно спрашивает?

— Есть вариант получше? — все же не удержался я от сарказма.

В этот миг с территории поместья вылетел видавший лучшие свои годы микроавтобус. Пролетел мимо, резко дал по тормозам, затем сдал назад, поравнявшись с нами. За рулем сидел тот самый мужчина, при виде которого у дворецких перехватывает дыхание.

— Садитесь, господин, госпожа. Сейчас имперская стража прибудет.

Я посмотрел на Елизавету, пожал плечами и кивнул на микроавтобус. Ну, так точно будет быстрее, почему бы и нет?

Внутри сидело еще четыре человека. Девушка с русыми волосами, на вид лет двадцати, паренек чуть помладше с цепким взглядом, а в конце салона двое детей лет десяти. Все немного напуганы, но на лицах читается решительность.

Машина дала газу, и вскоре мы уже мчались по дороге в город. Мимо пролетели три черных грузовика с имперской символикой. Я ощутил исходящую волну силы от них. Внутри не меньше десятка одаренных — и не той шушеры, что была в поместье барона. В грузовиках ехали ребята по силе как одноглазый, а то и круче. Слабеньких тоже хватало, но в целом мощь чувствовалась.

— Проскочили, — выдохнул водитель, когда грузовики удалились.

— Машину все равно лучше бросить до города, — вспомнил я советы из интернета. Вроде бы какой-то комментарий к боевику.

— Это личная, не барская, ее не сразу хватятся, господин. Денек еще можно покататься. Меня зовут Аркадий Борисович, господин.

— Юрий, — представился в ответ. — И я не господин.

— Как скажете, — улыбнулся в зеркало мужик.

— Чего вдруг бежишь? — спросил я. Ехать все равно долго, а он странное производит впечатление. Вроде и слуга, а вроде и не робкого десятка.

— Да как тут не бежать. Давно хотел, да случая не было. Ничем хорошим эта служба для нас не закончится.

Странно, я был уверен, что он начнет юлить и отнекиваться, а тут… Наоборот все. Водитель говорил, и каждое слово тянуло за собой следующее. Я почувствовал, как его душа раскрывается и тянется ко мне.

Понятно, знаем, проходили. Интуиция у Борисыча то ли развита хорошо, то ли обострена в данный момент. Он нутром чует, что перед ним не обычный человек, но словами вряд ли сможет это объяснить.

Ну а то, что ко мне тянется, так неудивительно, мы оба живем по совести. Не навреди миру и другим навредить не дай. М-да, в другой жизни, в другом мире, в другое время, чем Амбер не шутит, может, и собратом моим стал бы. Курьером, в смысле. Я тоже как он начинал. Одну мразь придушил — и дальше само как-то пошло-поехало. А там и Амбер меня приметил.

Аркадий Борисович же, исходя из рассказа, потомственный слуга в каком-то там поколении, работал на барона Симонова. Лет ему немного за пятьдесят, довольно бодрый, с вышколенными манерами, но без лишней спеси и чванливости.

Его семья служила Симоновым, сколько они себя помнят. Сам он родился, еще когда бароном был дед нынешнего. Поговаривают, тогда жилось более-менее, но чем дальше, тем хуже. При отце барона худо-бедно справлялись, а при нынешнем вообще мрак начался.

Появлялись новые слуги, вроде того дворецкого, со сбитым моральным компасом, как вежливо выразился Аркадий Борисович. Этих слуг я видел и без раздумий отправил в плавание по волнам реки душ. Если переводить вежливую речь Борисыча на язык Курьеров, от этих тварей несло дестабилизацией.

Ну а остальным повезло куда меньше. Аркадий Борисович держался из последних сил, потому что Симонову служили две его дочери, племянник и сын старого друга. Друг тот не дожил и просил позаботиться. Про жену я тактично не стал спрашивать, и так все понятно. Как и про то, где родители племянника.

Я не удивлен, что после потери жены, брата или сестры, друга у Борисыча нервы сдали от такой службы. Я удивлен, что он раньше не начал действовать.

Оказалось, что Юля, старшая дочь, училась в колледже для слуг. И если бы Аркадий Борисович рыпнулся, то, даже увези он остальных, Юлю вытащить не успел бы. А в этом году она вернулась в поместье, и оставалось лишь дождаться подходящего момента.

— А остальные чего не побежали от Симонова? — спросил я.

Мне было интересно. С аристократией я уже худо-бедно освоился, кто это такие и с чем их едят. А вот обратная сторона этой части общества мне открылась впервые. Чем больше я знаю о мире, тем лучше могу в нем действовать.

— Так а куда им податься? Беглые слуги, кто таких наймет? Понимаете, мы, кроме как по дому хозяйничать, ничему не обучены.

— А вы куда подадитесь? — Я посмотрел на четырех испуганных детишек в салоне.

— Да бог смилостивится, где-нибудь да осядем. Где тихо и спокойно. Руки-ноги есть, какую-нибудь работу уж точно найдем, а младшие, может, лет за десять и выучатся на кого. У аристократии память длинная, запомнят, что служить не годимся. Но уверен, наши предки поймут, если на нас родовая профессия закончится.

— Запомнят, — внезапно кивнула Елизавета. — Всех слуг проверяют. Аристократы в свой дом абы кого не пустят.

— А в палатку? — брякнул я.

— Какую палатку? — не поняла Елизавета.

— Борисыч. Смотри, какое дело. Дома у меня нет, в палатке живу. Но это пока, для души, так сказать. Да и не аристократ я. Но платить могу, работы хватит. Ну и искать тебя будут… Скажем так, Симонов все равно не отстанет ни от вас, ни от нас. Так что…

Если я правильно понял, то барон был из тех людей, от которых просто так не сбегают и по собственному не увольняются. К тому же он будет искать всех свидетелей произошедшего в поместье.

— Согласен.

— Безопасно, может, и не будет, но и…

— Говорю же, согласен. — Аркадий Борисович повернулся, не отпуская руля, и посмотрел мне в глаза. — Я видел, что вы сделали с гвардией, господин. Видел чудище, которое вам служит. Но вы точно не плохой человек. Возьмете семью мою на службу — до доски будем с вами.

— Так… — Я даже опешил от такого резкого согласия и уже начал сомневаться в адекватности мужика. — У меня даже дома нет, напоминаю. В палатке живу.

— Палатка так палатка, — абсолютно искренне произнес он. — Да даже под открытым небом лучше, чем у Симонова. По деньгам — сколько не жалко, столько и заплатите, господин. Мы и так вам жизнью обязаны. Нам же главное, чтоб при деле быть.

— Ну смотри, в крайности подаваться не станем. Платить буду, по совести и по возможностям. Захотите уйти — никого держать не стану. Работа действительно есть, может, и не совсем такая, к какой вы привыкли. Так что и помощь мне ваша не помешает, не думай, что я из жалости предлагаю.

Это была правда. Объективно: когда в моей жизни появился тот же Левша, все стало гораздо проще. Я застрял в этом мире надолго, так что мне нужны местные под боком, которые знают, как все тут устроено, и не будут задавать вопросы.

Левша — хороший вариант, но почему-то он отказывается заниматься моими покупками, обустройством в лагере, еще эту палатку каждую неделю складывать приходится… Никиту уволили, так что свободных рук в цирке не то чтобы много.

В общем, личные слуги, к тому же работающие на совесть, а не просто за деньги, — это для меня отличный вариант. Да и комфорта хочется. Доколе терпеть, как говорил один Курьер. Ладно, это я говорил.

— Эх, господин… — тяжело вздохнул Аркадий Борисович. — Я за свою жизнь много знатных повидал. Вы либо аристократ, либо должны им быть. И служба у вас для моей семьи будет трудной, но сытой. Если я ошибся, то грош цена моему опыту.

— Сам не знаю, ошибся ты или нет. — Я протянул руку. — Но договор.

— Договор. — Он без колебаний пожал мою ладонь. Крепкое рукопожатие.

— Договор заключен, — кивнул я.

Может, он и правда на каком-то интуитивном уровне понимает, что значит заключить договор с Курьером.

* * *

Борисыч высадил нас с Елизаветой у гостиницы, где она снимала номер. А сам он вместе с двумя дочерьми, племянником и сыном друга, которого называл своим собственным, поехал по делам.

Я отправил их для начала забрать мои покупки, которые успел заказать через интернет. А затем отвезти все в лагерь и разобрать. Дал контакты Левши, так что не заблудятся.

Сейчас я мечтал только о душе и пожрать. Девушка с ресепшена проводила нас в номер Елизаветы, так как та потеряла ключи. В особняке мы так и не нашли ее вещи, но девушку это мало волновало, всю дорогу она просто прижимала к себе статуэтку, которую завернула в какую-то тряпку.

Гостиница изнутри больше напоминала крепость с претензией на роскошь. Я точно ощущал, что в здании есть сильные одаренные. Одного и видел: парень, предложивший понести мою сумку, по силе не уступал одноглазому.

Что это за место вообще? Даже боюсь представить, сколько здесь стоит номер.

— Прошу, — улыбнулась администратор, открывая дверь и протягивая Елизавете карточку. — Никто не заходил, как вы и просили.

— А пытались? — внезапно спросила Лиза.

— Пытались, — продолжала улыбаться девушка. — Охранная система заставила передумать. К сожалению, большего сообщить не могу, политика отеля.

— Спасибо, — кивнула Елизавета.

Несколько комнат, какая-никакая мебель, большая ванная, огромная кровать. Я только что понял, что в этом мире еще ни разу не спал на нормальной кровати. То под открытым небом, то на раскладушке в палатке, то в трясущемся автобусе…

— Отлично, — кивнул я, протягивая стопку купюр. — Нам тележку еды и что-нибудь выпить.

Цирк уезжает завтра, так что задерживаться я не собирался. Надо вернуться к директору, он же Проводник, и двигаться с ними дальше. Мне еще заказ Хахи выполнять, с императором корешиться, яйцо дракона искать, в вулкан вот теперь прыгнуть надо будет, чтоб Орто вернуть домой.

Кровать — конечно, хорошо, но в этом мелком городишке мне делать нечего, а кровати есть и в других местах.

— Извини за статуэтку, — произнес я. — Не думал, что так получится.

— А? Что? — Глаза Лизы округлились, и она, развернув свою драгоценность, принялась вертеть ее, разглядывая каждую трещинку. — Ты чего пугаешь? Все в порядке.

— Кхм, погоди. А что это вообще такое, по-твоему?

— Это фигурка божества древних племен из Южной Америки. Времена ацтеков. Племена поклонялись этому идолу и приносили жертвы. Она имеет колоссальную археологическую ценность.

Ага, поклонялись, поклонялись, а потом подумали — зачем поклоняться идолу, если можно поклоняться сразу духу? И запечатали на хрен на тысячу лет. Мне вот очень интересно, как они это провернули? Сколько янтарных эр надо втираться в доверие к духу, чтобы тот дал себя так обдурить?

Впрочем, он точно не первый и явно не последний.

— То есть все в порядке? — неуверенно спросил я.

— Да, не пострадала. Не знаю, что это за материал, но он довольно крепкий, скорей всего, имеет магическую природу.

— Несомненно. А ты не боишься, что люди барона снова попытаются тебя убить?

— Точно, — вспомнила она. — Посиди здесь, мне надо позвонить.

Елизавета ушла в другую комнату. Ее не было двенадцать минут и шесть секунд, долгий вышел разговор. Звукоизоляция здесь не лучшая, так что хоть я и не мог разобрать слов, но точно слышал извиняющиеся нотки в голосе девушки. Как будто ее кто-то отчитывал.

И тем не менее вышла Елизавета другим человеком. Спокойствие, уверенность, легкость. Так ведет себя тот, кому не о чем переживать.

Поэтому на биту, лежавшую у меня на коленях, она посмотрела скорее удивленно.

— Две тачки, — кивнул я в сторону окна, пережевывая при этом пирог. — Вошемь шеловек. Кхм. Восемь человек с оружием, все одаренные. Герб Симонова.

— Странно. — С полным безразличием Елизавета подошла к окну. — Быстро они пригнали основные силы.

— Ты не выглядишь напуганной.

— Отель их задержит. Да и вряд ли Симонов настолько отбитый, что пойдет против… Нет, он не самоубийца. Отморозок и тугодум, но не псих. Ну да, уже уезжают.

И действительно. Все восемь человек сели в машины, развернулись и умчались, даже наблюдателей не оставили.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — уточнил я.

— А надо? — улыбнулась Елизавета. — Вот, возьми. Двести рублей, как и обещала.

— Спасибо. — Я принял купюры и не глядя сунул в карман. — Сделка завершена, стороны выполнили свои обязательства.

— Хорошо. Не поверишь, мне даже как-то дышать стало легче. Вроде бы двести рублей — мелочь. А так тяготило.

— Поверю, поверю, — улыбнулся я. — Просто ты хороший и честный человек. За тебя, я так понимаю, можно уже не беспокоиться. А статуэтка?

— Это главный экспонат грядущей выставки, никто не будет пытаться красть что-то из имперского музея. Симонов против империи даже в такой мелочи лезть не станет.

— А кто заказчик?

— Да кто ж его знает. Какой-нибудь шизанутый аристократ-коллекционер. За меня тоже не переживай. Я еще пару лет в экспедиции не сунусь, хватит работы в лаборатории. А там уже утихнет все.

— Так ты археолог?

— Научный историк. Ну да, простыми словами археолог. Но я больше изучаю древности, а не откапываю их, хотя и такое случается. Даже не представляю, сколько секретов скрывает этот кусочек камня! Не терпится добраться до лаборатории, у меня будет всего пара недель до того, как передадим его музею.

— Ну, я рад, что все в порядке. Я тогда в душ. Кстати, а где тут душ?

— Гостевой там, — кивнула она на дверь.

Раз огненный дух ее не интересует, то все сложилось отлично. Вряд ли Орто нужна статуэтка на память, которая, по сути, была его тюрьмой долгие тысячелетия.

Душевая оказалась большой, кабинка огорожена полупрозрачным стеклом. К счастью, тут нашлись гостиничное мыло и шампунь с приятным запахом. Когда горячие струи воды начали смывать налипшую грязь, я ощутил настоящее блаженство. Надо почаще останавливаться в гостиницах. А еще лучше — купить передвижной душ. Интересно, есть такой?

Я простоял так двенадцать минут, просто наслаждаясь блаженством. Потом дверь скрипнула. Сквозь запотевшее стекло заметил фигуру Лизы. Точно она, я ведь чувствовал ее душу.

— Извини, я душ перепутал? Это не гостевой?

Кабинка открылась, и я увидел, что на девушке только гостиничный халат. Она наклонила голову, с интересом разглядывая меня. Ну, я не из стеснительных, к тому же на разработку всех деталей этого тела я потратил не одну сотню янтарных эр. Так что в каком-то смысле даже рад похвастаться.

Халатик упал на пол, Лиза шагнула ко мне, под теплые струи воды.

— В этом номере всего один душ, — лукаво ответила она, приближаясь вплотную. — Придется тебе потесниться.

Отвечать что-то не было смысла. Я обхватил тонкую талию и прижал девушку к себе.

Этот поцелуй отличался от первого. Теперь это был поцелуй девушки, которая просто рада, что теперь в ее жизни может быть еще много поцелуев. И она этим наслаждалась.

* * *

— Парень с пылающей битой? Не сияющей?

— Огонь. Бита была в огне. И вокруг все было в огне.

— Не белый свет?

— Огненный огонь.

Следователь Лимонов внимательно посмотрел на туповатого амбала перед собой и внезапно осознал, что в этом помещении сидят два туповатых человека. Потому что и сам Лимонов уже ничего не понимал.

Не успел он закончить с делом Тютчева, как его вызвали в поместье, принадлежащее барону Симонову. Тоже, между прочим, хороший спонсор, и не только Лимонова, но и всего отдела ЗПП-шников.

Благо Симонов хотя бы остался жив, но ситуация все же странная. И если вначале Лимонова дернули сюда в срочном порядке просто потому, что он был ближе всех, то теперь история стала сложнее.

Больше полусотни тел, в основном из гвардии Симонова, но хватало и слуг. Причем большинство слуг просто пропали без следа. Как успел выяснить Лимонов, это поместье использовалось в качестве тренировочного полигона, но даже так там было несколько десятков одаренных, которые…

— Давай еще раз. — Владимир Викторович потер виски. — Парень с огненной бейсбольной битой перебил полсотни гвардейцев?

— И медведь.

— Какой медведь?

— Огненный.

— Огненный медведь перебил полсотни гвардейцев?

— Нет, парень с битой… — Амбал замялся.

— А медведь?

— Вообще, там не было медведя.

— Ты же сам только что про огненного медведя говорил.

— Огненный медведь был, да, а самого медведя не было.

— А-а-а… — простонал Лимонов.

— Ну мы просто с братюней первыми вырубились еще в допросной. Он нас двоих битой отделал.

— Которая огненная?

— Нет, обычная.

— А огненная бита откуда взялась тогда?

— Не знаю, он же нас еще в самом начале отделал. Битой.

— Так. — Лимонов начал терять терпение. — Нет, это какой-то сюр. Дневальный! Дальше сами его допрашивайте, рапорт мне на стол.

Он вышел из здания и закурил, приводя мысли в порядок. Два пусть и здоровых, но простых гвардейца выжили, а одаренные нет. Снова какой-то парень с бейсбольной битой. Бита другая, а парень? Еще и медведь откуда-то взялся. Так, стоп.

Лимонов выкинул недокуренную сигарету и вернулся в допросную.

— Парень этот с битой, что вас отделал. Откуда он взялся, знаешь?

— Да, — кивнул амбал.

— И молчал?

— Вы не спрашивали, — обиженно поджал губы амбал.

— Ну так спрашиваю. Кто он такой?

— Пыточник. Из цирка.

— Пыточник из цирка?

— Да. Но нет. Он на самом деле шут. Нам так старшой сказал. А мы думали — пыточник.

— Симонов вызвал палача из цирка?

— Да. Нет. Не знаю… — На последних словах амбал чуть не заплакал. Было видно, как трудно ему дается этот разговор.

Так, цирк. Это уже что-то, цирка раньше не было. Был только парень с битой. Или цирк тоже был?

Лимонов достал телефон и принялся отправлять указания. Если его догадка подтвердится, то он сможет связать эти два дела, а значит, получится найти и этого парня с битой.

На мгновение рука следователя дрогнула так, что он чуть было не выронил телефон. Какая-то мысль промелькнула в сознании, заставив волосы на затылке встать дыбом. Словно бы не стоит ему искать этого парня с битой. Будто бы случится что-то страшное, если он вдруг его найдет.

Лимонов тряхнул головой, прогоняя наваждение, и отправил несколько сообщений.

Глава 19

Шелупонь мы иш под ногтей, а не одаренные. Гошподин Ламаро шкажал. Ему луше шнать, он яшновидящий

— Это чего? — удивился Левша.

— Плазма. Полторы тысячи рублей стоит, представляешь.

— Я вижу, что плазма.

— Ну а чего тогда спрашиваешь?

— Действительно. Знаешь, просто немного устал удивляться.

Я внимательно посмотрел на Левшу, красноречиво намекая, что не стоит сейчас перечислять, чему он там устал удивляться. Он все понял правильно.

— Знаешь, остальные циркачи тоже немного не понимают, что ты тут делаешь. Работаешь кое-как, с половины клиентов денег даже не берешь. Зато шатер у тебя больше, чем у директора.

— Трехкомнатный, — вспомнил я слова из объявления.

— Трехсекционный это называется.

— Знаю, но трехкомнатный звучит уютнее.

— Ага. Мало того, что люди путают и идут к тебе по административным вопросам, так у тебя на входе еще и слуга сидит, который объясняет всем, как найти директора.

— Ассистент. Любой уважающий себя маг должен иметь ассистирующего ученика.

— Ну мне-то не заливай. Целая семья ассистентов, ага. У директора ассистентов нет, у тебя есть.

— Ну и чего такого? Жрать не просят, живут отдельно, ездят отдельно, плачу им я.

— В том-то и дело, что они живут в отдельной палатке.

— И в чем проблема? Они купили ее на свои деньги.

Я оплатил Борисычу подъемные, хорошо, что Симонов оказался щедрым на трофеи.

— Так их палатка тоже больше директорской!

— Намекаешь, что надо директору подарить шатер побольше?

— Нет, не в этом дело…

— А ведь хорошая мысль. Слушай, у меня тут идейка возникла…

— Даже знать не хочу. А теперь у тебя в шатре еще и плазма стоит. Как ты ее вообще подключил?

— Это Саня, паренек на входе. Он с техникой дружит. Сам выбрал генератор, переносную антенну и все это собрал, чтоб работало. Хватит загораживать экран, садись давай.

Левша приземлился на громадный надувной диван, на котором можно было спать, раскинув руки-ноги во все стороны. Я протянул ему ведерко с попкорном. По телеку как раз начинались мультики про кота, который гонялся за мышью, но разница в интеллекте не оставляла ему никаких шансов на успех.

— Я чего зашел-то. Мы распродали мясо и шкуры, с остальным пока так-сяк. Еще тысяча вышла.

— О, это здорово. Отдай мою долю Юле, это рыжая которая. Да не парься, она девочка умная, хоть и молодая. Все понимает, ничего не спрашивает.

Деньги — это хорошо. А то я все растратил уже. Вроде бы и много было, а комфортная жизнь, оказывается, дорого обходится. Так что с учетом доли, что притащил Левша, у меня сейчас пять тысяч. И плазма. Плазма в «трехкомнатном» шатре.

Еще хотел переносной душ купить, но он оказался ни разу не переносным. Для него требовался транспорт, потому что в машину Борисыча он бы не влез. Туда и так уже ничего толком не влезало, так что директор начинал косо поглядывать на меня.

Ладно, с этим мы тоже разберемся, надо всего лишь заработать тридцать семь с половиной тысяч рублей. Пять уже есть.

— Есть чего интересного по заказам? — спросил я Левшу.

— Здесь пусто. Так, чтоб быстро метнуться и обратно, — ничего. Но дальше по маршруту будет пара примечательных мест, я отметил.

После разборок в усадьбе Симонова прошла почти неделя, цирк успел переехать к следующему городку необъятной империи. От самого Симонова пока ни слуху ни духу, вряд ли он быстро вычислит меня. Саня откопал в интернете объявление о розыске какого-то мужика с битой, даже снимки с камер прилагались. Но там даже я не уверен, что это я. Снимки нечеткие, описание какое-то странное, словно десять человек описывали, каждый по-своему, а в ориентировке усредненный вариант получился.

Зато что точно есть, так это объявления о розыске Борисыча с детьми и еще десятка человек. Аркадий Борисович подтвердил, что все разыскиваемые — слуги Симонова из поместья. Похоже, не он один решил улизнуть от благородного господина.

Аркадий Борисович по этому поводу проинструктирован, из цирка они ни ногой. Циркачи не сдадут, как мне кажется, даже если узнают. Тут все бегут или от чего-то, или куда-то, как сказал мне директор при первой встрече. А вот посетители… Ну ничего, Юлю мы покрасили в рыжий, всех остальных как смогли тоже привели в нужный вид. Постригли, покрасили, переодели, Борисыча еще и побрили, вообще не узнать.

Елизавета отписалась, что благополучно добралась до музея и с ней все в порядке, так что все закончилось хорошо. Орто мирно спал возле моей души, ни о чем не тревожась. Наш договор не подразумевал никаких сроков, но при первой же возможности придется слетать и отпустить духа домой.

Искра же после побоища в усадьбе превратилась в тлеющий уголек. Стоит еще хотя бы маленький огонек на пальце зажечь — и все, кончится аванс от духа. Но при этом я заметил, что если перенастроить циркуляцию энергии в теле, то все меняется.

Я начал по капельке поддавать Потока в искру, напитывая ее. И, к моему удивлению, огонь охотно принял подношение. Так что теперь я начал часть сил отдавать на разжигание искры. Не знаю, что из этого получится и сколько времени уйдет, чтобы накопить хотя бы тот же объем, что я использовал в усадьбе. Использование силы духов для меня в новинку, но тем интереснее.

А еще стал подыскивать себе подходящее оружие в пару к бите. Теперь мне нужен был револьвер. Как я уже говорил, уважаю их за эстетику и шарм. Но абы какой тоже не подойдет. Я шестиглазый Курьер, в конце концов, и оружие мне нужно соответствующее.

Револьвер — не бита, тут нельзя брать первую попавшуюся штамповку, нужно что-то эксклюзивное, с историей, с отпечатком руки мастера. К сожалению, пока что в местных магазинах ничего подходящего не попадалось, но я не унывал. Все равно нужен кристалл минимум пятой ступени, чтобы сделать из револьвера духовное оружие.

Оставался и еще один неразрешенный вопрос.

— Леш, — обратился я к Левше. — Не в курсе, есть где-нибудь поблизости лесные рощи, но чтоб… Особенные, понимаешь? Что-нибудь вроде священных лесов, с друидами, дриадами, эльфами там? Священные именно.

— Да, слушай, есть. Помню, недавно пил с одним лепреконом, он как раз говорил, что единорог похитил у него мешочек с золотом и утащил с собой по радужному мосту в священную рощу. Это было под Мухосранском, а роща единорогов где-то в районе челябинской промзоны, получается.

— Ты сейчас так прикалываешься? Единороги не похищают золото, тем более лепреконское.

— Так, и кто сейчас над кем прикалывается?

— Ладно, серьезно. Где-то неподалеку от нас должен быть какой-нибудь священный лес. Я серьезно! Но в интернете ничего не нашел.

— Хорошо искал? Спроси у детей, они подскажут нужные форумы со сказками. Ладно, ладно, — замахал руками Левша. — Если серьезно, в интернете такую ересь не пишут обычно. Если ты уверен, что где-то есть священный лес, то ищи в разделе городских достопримечательностей. Там обычно каждому старому сараю придумывают целую легенду.

— Отлично, так и сделаю. Саша!

Паренек примчался моментально, с деловым видом выслушал указания и умчался выполнять. Он парень местный, в том смысле, что родился в этом мире, с техникой дружит, в интернете вообще как рыба в океане. Так что я не сомневался, что уже к утру у меня будет список подходящих мест с отметками на карте.

Надо было выяснить, откуда взялся огненный медведь. Вернее, откуда он взялся, я догадываюсь и так, но теперь нужно понять, почему он появился и что ему от меня надо. Вряд ли он ищет дорогу к нужному вулкану.

А для того, чтобы связаться с ним, нужен местный медиум. Что-то вроде переводчика-ретранслятора с духовно-медвежьего на курьерский. Любое лесное святилище должно подойти. Видимо, мишка не умеет обращаться напрямую, потому что на мои ментальные вопросы он не отвечает, да и вообще никак себя не проявляет, словно и нет его тут.

Ладно, с этим по ходу дела разберемся, а сейчас как раз началась новая серия. Эта про нахального кролика и охотника, который вечно пытается его подстрелить. Кролик, пожалуй, мне нравится больше всех. Есть в нем некий курьерский дух.

* * *

Юля сегодня работала с клиентами господина. Вела учет посещений, брала оплату и в целом следила за финансами. В целом господин ей нравился, человек он приятный, всегда вежливый, руки не распускает, да даже какого-то хамского взгляда она не замечала за ним.

Но все же девушку тяготила такая работа. Нет, после нескольких месяцев в усадьбе барона Симонова она была бы рада хоть в борделе уборщицей пахать до конца жизни, лишь бы не возвращаться в дом этой мрази. Но все же быть слугой благородного рода — это честь и уважение, отец готовил ее к этому всю жизнь, для этого она училась, за это семья отдала все сбережения.

И теперь тот же отец говорит, что отныне они служат простому парню, без рода и фамилии, который еще и работает в передвижном цирке фокусником. Нет, она видела, что стало с усадьбой барона Симонова. Но с трудом верилось в слова отца, что такое устроил этот парень, ведь он ненамного старше самой Юли.

Но отца она уважала и доверяла его решениям. Потому и работала с полной отдачей, и другим спуску не давала. Мало ли как оно повернется, может, ее труды кто заметит, оценит да выкупит потом у господина. Попадет она в слуги какого-нибудь знатного рода, может даже графского, чем черт не шутит.

А иначе… Юля бегло осмотрела просыпающийся лагерь. Ну ладно, это сейчас она молодая, красивая и подающая надежды. А дальше что? Кто ее тут замуж возьмет? За циркача выходить или за клоуна какого-нибудь?

Нет, пусть уж лучше какой-нибудь молодой красивый барон выкупит ее в свою свиту. Да и выкупать-то не надо. Отец никакого договора не составлял, так, на словах все. Формально ее служба даже никак юридически не закреплена, вставай и иди куда хочешь. Это серьезные аристократы обычно заключают договор на всю жизнь.

Впрочем, нутром Юля ощущала, что эта сделка отца с господином хоть и на словах, но будет покрепче императорского указа. Она не знала, отчего у нее такое чувство. Но все в семье ощущали то же самое.

И все равно мысли о работе на какого-нибудь знатного господина не покидали ее. Была бы она служанкой графа, как вон тот мужчина, ходила бы в дорогой одежде с вышитым гербом, все ее подружки с колледжа обзавидовались бы.

Девушка снова уставилась в бумаги, потому что тот самый слуга графа заметил ее взгляд и быстро направился к ней.

— Провидец тут? — спросил он резким голосом, тут же разрушившим все очарование. — Отвечай.

— Ясновидящий Ламаро принимает только по предварительной записи, — без запинки ответила Юля. — Если вам нужна помощь, заполните анкету, и я внесу вас в расписа…

— Приведите, — бросил слуга двум гвардейцам.

— Эй, подождите!

Юля попыталась преградить гвардейцу дорогу, но тот схватил ее за руку и дернул в сторону, отчего девушка вскрикнула.

— С дороги, шавка, жить надоело?

Гвардеец уже шагнул за порог и свирепо посмотрел на скорчившуюся от боли Юлю.

— Отпусти ее, — раздался спокойный и вкрадчивый голос из глубины шатра.

Гвардеец сам не понял, почему замер. На мгновение ему показалось, что это не огромный расшитый шатер, а древняя пещера. И он только что шагнул на чужую территорию. Из недр вот-вот вылезет хозяин, и тогда вторженец пожалеет о том, что вообще родился.

Но через пару секунд появился обычный человек, и наваждение отпустило. Полуголый, только в домашних штанах и меховых тапочках, он шел, на ходу орудуя зубной щеткой. Людей гвардеец не боялся. Да, мускулистый, подтянутый, ну и что? И не таких убивали.

— Я сказал отпусти, — повторил человек.

Рука мгновенно разжалась после этих слов, а гвардеец сам не понял, почему внезапно попятился. Словно бы почувствовал себя уязвимым в тени шатра — и подсознание потребовало, чтобы он вышел на солнце. Потому что мама в детстве говорила, что страшные чудовища боятся солнечного света.

Но вот же — человек вышел следом и не растаял. И гвардеец разозлился на свою секундную слабость. Почудится же. Не надо было пить вчера перед сменой.

— Вы ясновидящий Ламаро? — спросил слуга. — Вас ожидает граф Варламов. Собирайтесь, у вас две минуты. Эти господа вас проводят.

— Нет, — просто бросил хозяин шатра, отчего слуга на мгновение потерял дар речи.

— Что значит нет? Вы вообще слышали, что я сказал? Граф Варламов…

— Ожидает, бла-бла-бла. Слышал. А вы слышали, что я сказал? Нет. Кстати, у вас две минуты, чтобы убраться отсюда.

— Ты совсем страх потерял? — перешел на шепот слуга. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? Сам граф прислал за тобой.

— Если графу так надо, пусть приезжает и заполняет анкету.

На этих словах господина у Юли перехватило дыхание. Она просто на мгновение представила, как целый граф будет стоять тут перед ней и заполнять заявку. От одной этой мысли девушка чуть не упала в обморок.

— Потом моя помощница определится с расписанием и назначит графу время.

— Графу? Тебя, собака, манерам не учили? Ты как говоришь о его светлости?

— Полторы минуты.

— Ладно, видит бог, я не хотел, — закатил глаза слуга. — Парни, объясните ясновидящему про манеры, а затем загрузите в багажник. Я буду ждать в машине.

Слуга удалился, стараясь не показывать эмоции. Да, внешне он казался раздраженным, но в душе радовался. Он обожал такие вот моменты, когда появлялся повод наказать зазнавшуюся шавку. Потом, когда его сиятельство закончит, он вдоволь пройдется по ясновидящему, обучая манерам.

Так что в машине он сидел, наслаждаясь моментом и предвкушая картину, как двое гвардейцев будут тащить окровавленное тело ублюдка к багажнику. Прекрасное будет зрелище. Правда, ожидание немного затягивалось, но когда он уже хотел было выйти и проверить, чего они там так возятся, дверца машины сама открылась.

В салон ввалился один из гвардейцев. Не сел, а именно ввалился и рухнул на сиденье. На гвардейце лица не было. В буквальном смысле, все лицо превратилось в один сплошной кровоподтек.

— Что случилось? — опешил слуга.

— Мы были не правы, — прошамкал гвардеец. — Гошподин Ламаро нам это объяшнил.

— А второй где?

— Ижвиняетша.

— Что делает?..

— Прощеня прошит. Перед дамой. Которой больно шделал. Щаш придет. Или нет.

— Вы идиоты⁈ — В голосе слуги прорезались истерические нотки. — Вы же оба одаренные. Физовики!

— Вшего лишь адепты, гошподин.

Слуга выскочил из машины и увидел второго гвардейца: тот ковылял к нему, баюкая явно сломанную руку.

— Вы же одаренные… — не веря происходящему, повторил слуга.

— Шелупонь мы иш под ногтей, а не одаренные, — всхлипнул подошедший гвардеец. — Гошподин Ламаро так шкажал. Ему луше шнать, он яшновидящий.

Он забрался в машину, заняв целиком еще одно сиденье, словно бы предлагая слуге целого графа ехать на переднем рядом с водителем.

Гнев и страх боролись в душе слуги несколько минут.

Но в конце концов он представил реакцию графа и понял, что надо что-то решать. Да только вот не успел, потому что машина тронулась с места, забыв о нем. Правда, тут же затормозила. Открылось боковое окно, а из него показался ясновидящий, причем уже одетый.

— Чуть не забыл. Спасибо, что согласились подбросить до города, — вежливо сказал он. — А вы пешком прогуляйтесь, вам полезно будет. Подумайте над своим поведением.

Слуга стоял, провожая машину взглядом, и не понимал, как такое вообще могло произойти? Ему же поручили совсем плевое дело: найти циркового шута, который что-то наплел и обрюхатил дочку графа, да привезти его в поместье. Правда, по описанию Ламаро походил скорее на старого пьяницу, а не на молодого атлета, которого слуга увидел. Но все же.

А Юля, наблюдавшая за происходящим, в этот момент решила, что не очень-то и хочется ей служить всяким графам. И в цирке неплохо живется, весело, столько людей интересных, работа на свежем воздухе. Лоточник угощает всех сладкой ватой… А замужество… Ну, вон у господина друг ничего так. Староват, конечно, ему уже лет тридцать. Но зато вежливый, обходительный, да и руки у него такие… Ловкие.

* * *

Удачно все так сложилось. Я, конечно, хотел бы подольше поспать, но раз уж мне такси целого премиум-класса вызвали, то грех не воспользоваться. Здесь вообще любят подвозить. Ребят я оставил отдыхать в салоне, они свой урок усвоили, так что могут расслабиться.

Водитель вообще лишних вопросов не задавал. Странный он: сначала сказал, что умрет, но не предаст графа, а потом внезапно дал заднюю и просто уточнил адрес, куда ехать.

Я ведь даже не собирался его убивать, просто хотел выкинуть из машины, сам бы доехал. Но что-то он сам себе надумал. И вообще, не люблю балаболов, раз сказал, что умрешь, будь любезен, отвечай за слова.

Но ладно, ребята они в целом неплохие. Мутные — да, но не настолько, чтобы их убивать. Да и до города подкинули, а то мы опять лагерь разбили в какой-то заднице, хотя тут двадцать километров до окраины. Но нет, частные земли, мать их…

В городе я хотел прошвырнуться по магазинам, обновить гардероб, а то одежда у меня долго не живет. Заодно нашел по сети старую оружейную лавку, торгующую антиквариатом. О ней хорошие отзывы, так что я надеялся подыскать себе заготовку под оружие.

Ну и вкусно пожрать не помешало бы, разумеется.

Основной наплыв гостей в передвижной цирк ожидается завтра, но все равно неплохо вернуться к вечеру. Может, еще какая красотка заглянет с заказом, как в тот раз. Да и за самим цирком надо приглядеть, а то аж целый граф тут заинтересовался нами. Но для этого есть куча циркачей, так что пришлось потратить силы и потрогать фокус-группу.

Это десяток ребят, включая директора, с которыми я стараюсь поддерживать хорошие отношения. Их жизнь прочно связана с цирком, так что я отслеживаю их будущее. Если оно не меняется, значит и самому цирку ничего не угрожает. А я как бы немного притягиваю проблемы.

Вот сегодня этот граф, например. Ну не мог я поступить иначе. Пришлось быстренько идти проверять, не перегнул ли я палку. Если бы будущее фокус-группы изменилось, пришлось бы сейчас тащиться к этому графу и разбираться, чтобы он цирк не трогал.

Но, видимо, мужик в этот раз попался адекватный, ему нужен только я, вернее ясновидящий Ламаро. А на цирк ему плевать. Вот и хорошо. Мне в целом тоже на него плевать. Никаких графов Варламовых я не знаю, а с таким подходом и знакомиться у меня желания не возникает.

Правда, сейчас меня больше беспокоило другое.

Два человека преследовали меня с того самого момента, как я вышел из автомобиля. Одного из них я не видел, только успевал уловить чей-то пристальный взгляд да темный капюшон, теряющийся в толпе.

Юркий, осторожный, умелый. Дестабилизации не чувствую, только фокус внимания, направленный в мою сторону. Если бы он так пристально на меня не смотрел, то, может, я и вовсе бы не заметил его. Это не способность Курьера и не свойство глаз. Банальный опыт. С моей работой приходится всегда быть начеку, и со временем развивается некое шестое чувство.

Второй преследователь был еще страннее. Я его прекрасно видел, потому что он даже не пытался прятаться. Очень худой и высокий, то ли одет в черную мантию, то ли просто обмотался шторой, я не понял.

Лицо скрывает полумаска, на голове черная шапка, хотя на улице довольно тепло. Я сидел в кафетерии возле окна и просто ел десерт, запивая его сладким кофе. Тощий тип же просто стоял на противоположной стороне дороги и смотрел на меня. Люди шли вправо-влево, обтекая высокую фигуру, а тот просто стоял и смотрел. Не шевелился и вроде бы даже не моргал.

А самое странное — я вообще не ощущал его. Ни дестабилизации, ни эманации души, ничего. Словно манекен передо мной. Впрочем, никакой опасности я тоже не чувствовал.

Вышел из кафе и направился в оружейную лавку. Тощий последовал за мной, держась на расстоянии, словно пес на привязи. Я останавливался — он тоже. Я продолжал идти — он шел следом.

В лавке ничего подходящего не нашлось. Я побродил по городу, но преследователи не предпринимали никаких действий. Я даже забрел в темную подворотню, несмотря на резкий запах мочи. Тощий остался на улице, а когда я вернулся, там и стоял.

— Достало, — прошептал я, развернулся и пошел прямо на него. Громко спросил: — Может, уже хватит этих игр? Если тебе что-то от меня надо…

Я не дошел каких-то пятнадцать метров. Пока я двигался, тощий человек просто смотрел на меня, но стоило приблизиться, как он исчез в черном дыму. Это не было заклинанием или каким-то фокусом с дымовыми шашками. Просто его тело покрылось дымом, а когда тот рассеялся, на тротуаре уже никого не было.

И никаких ощущений, только два пристальных взгляда в спину. Я все же приблизился к месту, где он стоял, и осмотрелся. Черный дым оказался именно тем, чем и казался. Легкие эманации Бездны ощущались в этом месте. Слишком легкие, но они были.

— Ну да, ну да, — пробубнил я себе под нос. — Слишком все было нормальным в последнее время, правда, Хаха?

Глава 20

Мне даже смотреть на это было больно

В самом деле, а почему бы не появиться странному существу посреди обычного города? Существу, от которого веет Бездной, но при этом оно не является зараженным или Оскверненным. Какой-то новый вид тварей Бездны? Чисто местный выводок?

— И что дальше? — спросил я в пустоту.

Ладно, они явно оценивают мою реакцию. Ломать комедию не вижу смысла, но и оставлять как есть не собираюсь. Хотят поиграть? Давайте поиграем, как раз переварил уже несколько камней из имения Симонова. Надо бы проверить, насколько я стал сильнее.

Из города я вышел пешком и направился не по дороге, а напрямик через поля в сторону лагеря. Чем дольше я шел, тем слабее чесалась спина. Так дело не пойдет, нужно, чтобы преследователи продолжали идти за мной. Тогда попробуем иначе.

Я свернул к ближайшей лесополосе и углубился в нее. Ощущение, будто мне смотрят в спину, вновь стало сильнее. Хорошо. Вышел на довольно просторную поляну, сел в центре на пенек и достал кубик, который всегда таскаю с собой. Вот и сейчас, чтобы скрасить ожидание, принялся складывать стороны. Кстати, уже три узора из шести начали обретать очертания.

Впрочем, долго поработать над кубом не удалось, вскоре вытянутый незнакомец вышел из леса на поляну. Правда, с другой стороны.

— Что, решил все-таки поговорить? — усмехнулся я.

В его руке появилось лезвие. Прямоугольной формы, не меч, но и не кинжал, что-то среднее.

— Судя по размеру клинка, ты у нас не фанат длинных разговоров, да? Ладно, извини, сам не люблю шутки ниже пояса, просто ничего лучше в голову не пришло. Да и ты, знаешь ли, не самая благодарная аудитория.

Бита сформировалась в руке, я был бодр и свеж, полностью отдохнувший, чего бы и не размяться?

Тощий атаковал. Прямолинейный рывок, двигался он как ящерица, чуть пригнувшись к земле. Довольно быстрый для человека, в котором не ощущается ни капли магии.

Выпад я отразил битой, взяв оружие двумя руками с разных концов. Противник бил будто мимоходом, ни на секунду не замедляясь. Атаковал, пролетел мимо, обогнул, еще один взмах, продолжил движение — и так по кругу. Буквально по кругу.

Я почти весь бой стоял на месте и крутился вокруг своей оси, пока он носился вокруг, осыпая меня резкими размашистыми ударами. Его прямоугольное лезвие высекало искры из биты, что удивляло. Бита хоть и усиленная, но в материальной форме деревянная. Получается, белые искры появлялись из-за столкновения странного лезвия с духовным оружием, усиленным Потоком.

Это не обычный клинок, он тоже имеет какую-то связь с Бездной. Да и этот стиль боя не подходит человеку. Носясь вокруг меня, он теоретически тратил слишком много сил на бесполезные действия, быстро выдохся бы. Но противник ни на секунду не сбавлял темпа, скорее наоборот, он словно ждал, когда устану я.

Ладно, переходим ко второй фазе. На очередном развороте я ускорился и попытался ударить ему на ход. Тощий среагировал мгновенно и откинулся назад так сильно, что у любого человека спина сломалась бы. Мне даже смотреть на это было больно, однако же бита просвистела впустую.

Так, ладно, попробуем еще раз. Я нанес с десяток ударов. Простых, довольно прямолинейных, но быстрых и сильных. Тощий ублюдок увернулся от всех, при этом пару раз еще и попытался зацепить меня. Нет, это уже не ящерица, это змея какая-то.

— Да что ты такое вообще? — удивился я, отходя на безопасное расстояние.

Он бросился в атаку, снова по прямой. Нет, это мы уже проходили.

Пинаю ногой эфирную платформу, отправляя ее в полет. Та сбивает противника с ног и до меня он долетает, уже пропахав носом приличное расстояние. Аккуратненько тюкаю его битой по макушке, чтобы просто вырубить, но не убить. Очень уж интересный персонаж, хочется мне с ним пообщаться.

Только вот удар получился глухой, его башка дернулась, а затем мне пришлось отскочить. Ублюдок завертелся вихрем, подскакивая с земли и размахивая клинком во все стороны. Мало того, что гибкий, так еще и крепкий, зараза.

А если так? Эфирная пуля бьет его в грудь, но не пробивает. Странно, я даже прислушался к внутренним ощущениям. Нет, точно, мои эфирные пули уже легко пробивают даже легкую броню, а тут вроде бы просто плоть. Духовный доспех, как у одаренных? Тоже нет. Да и непохоже, чтобы он носил защиту под этими тряпками. Он резиновый, что ли?

Эфирная дробь попадает в цель, но лишь сбивает ублюдка с ног, не причиняя никакого вреда. Он снова вскакивает и прет на меня. То ли не понимает, что я его атакую издалека, то ли ему настолько пофиг, что он игнорирует мои атаки. Хорошо, переходим к приему из разряда посерьёзней.

Закрученный эфирный диск, который спокойно срезает стволы деревьев бьет его в грудь и отскакивает. На одежде остается широкий разрез, и из него хлещет черная жижа. Не кровь, а именно черная жижа.

Но ублюдку плевать на рану, он продолжает идти на меня, явно не зная ни страха, ни усталости. Как будто он нежить — но я не вижу ни одного признака не-жизни.

Перенаправляю энергию, усиливаю свое тело чистым Потоком. Пока получается так себе, но тело было создано изначально с этим расчетом, а силенок у меня теперь побольше, чем вначале.

Бита также начинает светиться энергией. Рывок в сторону — и усиленный удар. Бита с треском влетает в грудь ублюдка, не успевшего среагировать. Вообще-то я целился в голову, но и так сойдет. Тощее тело отрывается от земли и стрелой уносится в сторону леса. Слышится треск ломаемых веток, а следом и грохот от поваленного дерева. Удар вышел мощный, но я не сомневался, что тварь его переживет. Не может быть так легко.

И действительно, через несколько секунд тощая мразь выходит на поляну. Чуть переломанная, но живая. Правда, руки прямо на ходу начинают выкручиваться, с хрустом вставая в нормальное положение. И с чавкающим звуком выправляется вмятина в груди.

Это регенерант. Тело вроде бы человеческое, но внутренних органов наверняка нет, а скелетная структура модифицирована. Черная жижа обеспечивает моментальную передачу импульсов и энергии.

— Заглядение просто!

Я двигался по поляне, держа ублюдка в поле зрения.

Что-то делает его сильнее, может магия, может, эта жижа, может, еще что. Вопрос лишь в том, где он берет энергию. Всегда, с какими бы, казалось, бессмертными тварями я не сражался, всегда вопрос один. Каков запас энергии и источник ее пополнения. Вряд ли у этого ублюдка открыт волшебный канал, накачивающий тело под завязку. Значит, его запас ограничен.

— Сколько раз ты сможешь срастить кости? — спросил я. — А если я отрежу тебе голову, ты сможешь ее пришить обратно? Или вырастить новую? — Я оскалился в предвкушении. — Так интересно! Давай выясним?

Проблема была одна: второй наблюдатель. Все это время он скрывается где-то рядом. Он следит за боем и явно не собирается вмешиваться. А потому я не хотел показывать слишком много.

Значит, будем действовать теми методами, которые уже доказали свою эффективность. Я держал тело в усиленном состоянии, но перестал вкладывать в биту энергию. Не хочу гоняться за этим убожеством по всему лесу. Да и ждать, пока оно оклемается и приползет обратно, — слишком долго. Мы так до самой ночи можем продолжать, а мне еще работать надо. Сексапильные дамочки сами себе будущее не предскажут, знаете ли.

Так что мутузил я его битой от души, благо усиленного тела хватало, чтобы мои удары выбивали из твари всю резвость. В ответ на мою тактику тощий также ускорился до нечеловеческих рефлексов. Но, похоже, это был его предел, так как я все еще оставался более быстрым.

Тринадцать минут сорок шесть секунд занял весь наш бой. Если честно, я уже начал выдыхаться, все-таки у меня всего лишь человеческое тело, к тому же не сильно-то и закаленное пока еще. Впрочем, не думаю, что даже многие одаренные физовики смогли бы продержаться с такой интенсивностью и не устать.

А остановился я по простой причине. Противник ослаб. Не устал, а просто стал медленным. К тому же его кости больше не восстанавливались, так что сейчас он походил на манекен, который собирал пьяный слепой сторож.

Весь изломанный, одежда превратилась в лохмотья, он двигался еле-еле, но не подавал никаких признаков дискомфорта, словно собственное состояние его вообще не волновало.

— Тайм-аут, — махнул я рукой. — Ну или давай я тут посижу, передохну, пока ты ковыляешь. Эй, может, покажешься уже?

Последнее я выкрикнул в пустоту, но второй наблюдатель никак не отреагировал. Ну и ладно, разберусь тогда с этим, а затем найду второго.

Я начал заряжать биту, намереваясь завершить бой одним ударом. И в этот момент тощий остановился и схватился, как мне показалось, за грудь. Но в следующий момент он сорвал с себя обрывки лохмотьев, и я увидел то, к чему он тянулся.

Тощее тело было раскрашено татуировками, состоящими сплошь из плавных волнистых линий. Очень необычный узор, имеющий явный практический смысл. Никогда в своей жизни я не встречал ничего подобного, но эти линии словно обрисовывали сложную систему энергетических каналов со всеми пересечениями и точками силы в организме.

И свивались в спираль вокруг центрального ядра напротив груди. Там у этой твари находился какой-то механизм, похожий на диск. Я заметил металлические штыри, отходящие от механизма и впивающиеся прямо в плоть, а в центре диска — энергетический кристалл первой ступени.

Тварь схватилась за механизм и что-то повернула. Послышался щелчок, а затем и хруст. Хрустел кристалл, разламываемый на мелкие осколки. В тот же миг татуировки засветились, от фигуры тощего повалил черный дым, все кости одновременно срослись, издав слитный чавкающий звук. Да и сам он словно стал на голову выше.

— Интересно, — произнес я, разглядывая процесс. — Допинг, значит.

Линии татуировок не просто светились, а постепенно сжигали тварь. Похоже, его оболочка не переживет поглощение целого кристалла, но удивлял сам факт того, что живой организм способен использовать запечатанную энергию. Я был уверен, что это удел исключительно Курьеров.

А в следующий миг тварь просто исчезла, снова провернув фокус с дымом, как тогда в городе. Ну и как тут не материться? Я ощущал его присутствие, но не более. Не было признаков дестабилизации, глаз пространства у меня закрыт, а как эта тварь исчезла — я вообще не понимаю. Вряд ли мимикрия или невидимость, маловероятно и молекулярное расщепление. Скорей всего, ушел на иной слой бытия, но не в тени, это бы я почувствовал.

Надо подгадать момент, когда он атакует, придется довериться инстинктам.

Я закрыл глаза, замедлил дыхание и сосредоточился. Тело полностью расслаблено, ни единого мускула не должно дрогнуть, я обязан быть полностью беззащитным, тогда сработает.

Ждать пришлось пару мгновений, потом включился таймер. Я умру через восемь секунд. Семь. Ого, да я неслабо прокачался за это время! С трех секунд до восьми.

Шесть. Пять. Четыре. Еще чуть-чуть. Три. Почти пора. Две. Терпение — высшая добродетель. Одна секунда. Пора.

Эфирный купол. Самая сложная и объемная из доступных мне конструкций. Глухая оборона, не очень прочная, но зато круговая. Проблема в том, что я могу удержать ее всего пару секунд, но в данной ситуации — то, что надо.

Лезвие вонзилось в барьер за моей спиной. Бита со свистом рассекла воздух, пока я разворачивался. Я видел глаза твари прямо перед собой, подернувшиеся черной пеленой. А в следующий миг бита впечаталась в его рожу. Послышался хруст, и ублюдка снесло в сторону.

Я бросился следом, держа оружие концом вниз, так что бита вспахивала за собой землю.

Удар снизу вверх — и тушу подбрасывает в воздух. Примеряюсь и прыгаю через мгновение. Он падает вниз, а я взмываю вверх, отталкиваюсь от ближайшего дерева и подлетаю еще выше. Биту держу двумя руками. Выгибаюсь всем телом, а затем, словно пружина, распрямляюсь, нанося удар. Я вложил в него всю силу и даже немного энергии.

Бита обрушивается на падающего врага сверху вниз. Ударная волна срывает листву и ломает ветви деревьев. Тело ублюдка метеором вбивает в землю, оставляя в ней небольшой кратер.

Приземляюсь следом, намереваясь добить тварь, но из воронки валит лишь черный дым, разящий Бездной. Тела нигде нет.

И в следующий миг я получил свою первую за этот бой рану. Ублюдок полоснул меня по спине, рассек одежду и плоть. Лезвие оказалось не только острым, но и несло в себе заразу. Я почувствовал, как по организму пошло заражение Бездной.

Впрочем, мне даже делать ничего не пришлось. Стоило Черной Чуме наткнуться на циркулирующие волны Потока, как она растворилась. И все равно неприятно.

Я развернулся в сторону противника, но тот больше не пытался атаковать в лоб. Совсем наоборот, после удачного выпада он начал уходить широкими скачками, постепенно растворяясь в дыму.

Вот это совсем паршиво, дело принимает дурной оборот. У меня сил еще на пару куполов, но что от них теперь толку, если он не собирается меня убивать? Еще и убегает, чтобы успеть снова раствориться в дыму.

Странно то, что до этого тварь не проявляла никаких признаков интеллекта или способностей к самообучению. Он скорее действовал по заданному шаблону. Получается, кто-то ему подсказал, что не надо пытаться меня убить? Кто-то догадался с первой попытки?

Бред. Так быстро адаптироваться можно лишь в одном случае. Странный наблюдатель знает, что я могу видеть свою смерть. Ну или предполагает подобное. Иначе бы он решил, что мне просто повезло или что эфирный купол я держу всегда. Тогда бы попытался пробить защиту снова.

Внезапно тварь появилась прямо у меня возле ног, ровно в тот момент, когда лезвие коснулось бедра. Ублюдок двигался на запредельной скорости, появился и унесся в сторону, оставив на моей ноге длинный и глубокий порез.

— Какая же мерзкая тактика, — пожаловался я и сплюнул.

Ладно, придется использовать козырь.

Поводил челюстью, чтобы кристалл попал на зубы. Если у меня есть запас, то я всегда таскаю один за щекой, вот как в предыдущий раз. Только теперь я не собирался напитывать кристалл Потоком, чтобы вызвать очередной разрыв Бездны. Просто разгрыз камень и проглотил. Не только прыткий заранее умеет пользоваться допингом.

Пожевав битого стекла, я прямо взбодрился. Когда уже кто-нибудь научится выращивать кристаллы со вкусом карамели? Впрочем, кроме Курьеров, же их никто из разумных больше и не жрет…

Тем не менее шансы сравнялись. Энергия взорвалась где-то по пути кристалла к пищеводу, и я запустил ее в кольцо Потока. Каналы вздулись от хлынувшей мощи, как эфирные, так и обычные, но церемониться было некогда. Мне нужно все прямо здесь и сейчас.

В этот раз я не стал дожидаться удара. Я даже забил на то, что за мной наблюдает еще кто-то. Бита, заряженная под завязку, обрушилась на землю светящейся вспышкой. Грохот, треск, белые молнии ударили во все стороны, а почва задрожала.

— Попался, — победоносно прошептал я.

Раз его оружие и тело пропитаны Бездной, то он так или иначе будет реагировать на энергию Потока. И в одном месте молнии ударили в «пустоту», которую тут же заволокло черным дымом.

Я сорвался с места. Замах вышел долгим, я даже толком не бил. Я просто мчался вперед, размахнувшись битой. По пути разнес в щепки ствол дерева, а затем пробежал сквозь черный дым. Тварь выбило из «невидимости» и отправило в полет. Я несся следом и бил, не давая ей возможности снова окутаться дымом. Две целых и семь десятых секунды ей требовалось, чтобы полностью раствориться. Я наносил удары чаще.

Гремела земля, валились деревья, трещали камни, пока я избивал тварь, не давая ей и мгновения передышки. Грохочущим ураганом мы пронеслись по лесополосе, пока я не отправил тушу ублюдка в полет к огромному камню. От удара с камня пластами съехал мох, тело ублюдка оставило вмятину и уже собиралось упасть на землю, как я врезал ему обеими ногами.

Каменюка пошла трещинами, а ублюдка впечатало еще дальше в углубление. Я встал и перешел в режим нанесения коротких, но точных ударов. Бита свистела в руках, пока я методично выбивал из монстра дурь. Я целил по суставам, по позвоночнику, черепу, кистям, бил по голове из одной стороны в другую, так что шейные позвонки хрустели только в путь. Я перемалывал все сочленения в труху, а враг даже пошевелиться не успевал, чтобы хоть что-то сделать.

Во время боя с него слетела маска и шапка, я краем глаза отметил, что вместо рта у твари широкая пасть от уха до уха, полная мелких акульих зубов. Уже не удивляло, что существо имеет черты Обращенного Бездной, при этом самим Обращенным не является. Какой-то гибрид, которого будто бы частично заразили Бездной, но это не убило его, а сделало еще сильнее. К тому же у существа вообще нет души, хотя это изначально живой организм. Плевать. Просто добить.

Я сбился со счета. Даже не представляю, после какого удара магические узоры на теле твари погасли. Сам он тоже замер, растратив всю энергию.

Я выдохнул и опустил биту. Отошел на шаг, разглядывая изуродованную тушу. Я запоминал каждую деталь, каждый изгиб, каждую мышцу — всё. Пары секунд хватило, теперь я смогу нарисовать этого монстра даже с закрытыми глазами. И тогда я подошел поближе, схватил тварь за голову и наклонил.

— Вот оно как.

Знакомый символ. Не магические линии, а просто символ, выбитый на лысой голове, чуть выше лба. Алый глаз, от радужки отходит три ответвления. Чем-то напоминает символ Потока на моем перстне, только выполнено более примитивно, ну и глаз все-таки, а не просто круг.

Этот символ я уже видел здесь. Точно такой же был на культистах, которых я грохнул в момент приземления. Именно они создали ритуал, позволивший Хахе пихнуть в запечатанный мир душу Курьера. А теперь создали еще и это чудовище. Не сказать, что особо сильное, но противоречащее всем законам Бесконечного Древа Миров. Что же это за орден, если его адепты способны вытворять подобные вещи?

Я резко обернулся и увидел второго наблюдателя. Им оказалась девушка в черных одеждах, таких же, как у твари. Лицо замотано, видны лишь глаза. Но фигура явно женская. И это точно обычный человек, а не гибрид.

Та-ак.

Кто тут у нас?

Глава 21

А то, что дракон еще жив, так это его проблемы

Девушка сидела на ветке дерева, наблюдая за боем. Видимо, засмотрелась и не заметила, что несколько десятков деревьев повалило и теперь ее укрытие стало слишком заметным. А когда остался лишь один взгляд, жгущий мне спину, я смог определить направление.

Глаза с красной радужкой, белые брови. Альбиноска. Девушка вздрогнула от неожиданности, когда поняла, что ее заметили, резко подняла руку, но я остановил ее жестом. Громко произнес:

— Погоди. Это была бесплатная демонстрация. В следующий раз, когда твои хозяева решат убить меня, пусть приходят сами. Теперь можешь идти.

Девушка молча опустила руку, во все стороны ударили клубы дыма. Я даже отсюда видел, что это просто дым, а не эманации Бездны. Обычный фокус. Разумеется, когда дым рассеялся, на дереве уже никого не было, да и ощущение чужого взгляда исчезло.

М-да, рановато я позабыл про этих фанатиков, а ведь они каким-то образом сумели пробить брешь в запечатанном мире, чем и воспользовался Хаха. Глупо с моей стороны было считать, что в том капище полегли все адепты. Ладно, будем иметь в виду, что проблем прибавилось.

Я посмотрел на тушку странного монстра, но она иссыхала прямо на глазах, растворяясь, словно это было обычное исчадие Бездны. О, вот опять таймер смерти включился. Правда, под временным усилением от съеденного кристалла он дал мне целых двенадцать секунд.

Их хватило, чтобы вырвать из рассыхающейся плоти странный механизм и разглядеть его. Контейнер для хранения кристалла, там же и жернова для перемалывания. Внешний диск их активирует, а штыри как-то передают энергию. Очень интересный металл, вот его полезно изучить поближе.

Но время заканчивалось. Я подбросил механизм вверх и ударил по нему битой. Непонятная штукенция улетела в небо и там разорвалась на множество осколков. А взрыв явно имел магическую природу. Интересный мир, интересные тут умельцы живут. Так хочется с ними пообщаться, аж руки чешутся. Ладно, и до них доберемся.

До всех доберемся. Курьеры — твари живучие, везде успевают. А я, как оказалось, самый живучий из всех Курьеров.

* * *

— Леш, я собираюсь свалить на недельку, где у нас следующая остановка будет?

— Далеко собрался?

— В Пите… Петя… Петербург. — Ну и названия, хрен выговоришь.

— Чего это ты там забыл?

— Секс со страстной брюнеточкой, оружейку и магазин, торгующий контрабандными кристаллами. А, еще там есть кафе, где подают лучшее мороженое в империи.

— Надеюсь, ты шутишь.

— Конечно шучу.

— Я по поводу контрабанды кристаллов.

— А, не, я про мороженое. Тут же и так холодрыга.

— Геолокацию остановки, я так понимаю, тебе скинуть…

— Аркадий Борисыч повезет. За мелкотней присмотри, ладно?

— Ты про своих слуг? Тогда я поживу в твоем шатре.

— Да пожалуйста, только если в списке каналов появятся новые с пометкой восемнадцать плюс, подписку сам будешь оплачивать.

— Эй… — Левша стал серьезным. — Помощь нужна?

— С брюнеткой? Сам справлюсь.

— Ты понял, о чем я.

— Нет, — покачал я головой. — Просто пригласили на выставку, ничего такого.

— Ага, как же. Ладно, не пропадай.

На том и попрощались. Я прыгнул в микроавтобус, и мы покатили. Можно было на поезде, но зачем, если у меня теперь есть личный водитель? Машинка, кстати, говно то еще. Для большой семьи самое оно, но вот для таких поездок надо бы что-то покомфортнее подыскать.

Елизавета прислала приглашение на музейную выставку, где будет впервые показана статуэтка ацтекского бога, которую мы благополучно спасли. Так-то повод мизерный, но она сказала, что со мной хотят познакомиться важные люди.

Кто и зачем, Лиза по телефону говорить отказалась. Ну и ладно, все равно я собирался в большой город. Надо в архив заглянуть, навести справки по поводу перстня. Да и в целом полезно будет познакомиться с местными мегаполисами.

Добрались за два дня. Я все это время был начеку, ожидал новых сюрпризов от красноглазого культа, но ребята притихли. Если тот гомункул был их сильнейшим оружием, то они нескоро себя проявят.

В городе Борисыч высадил меня у презентабельной гостиницы, где уже был снят номер. И только когда я поднялся, начал понимать, что к чему.

— Господин Юрий? — Девушка в строгом костюме и с папкой в руках вышла мне навстречу. — Госпожа Елизавета попросила подготовить вас к мероприятию. К сожалению, вы опоздали, так что времени у нас не очень много. Будьте добры, пройдите в дальнюю комнату.

Юрий — имя, которым я представился Елизавете, так что девушка была точно от нее. В дальней комнате меня ждал сухонький старичок с рулеткой. Меня поставили на табуретку, измерили со всех сторон, потом отправили в душ, а когда вышел, на кровати уже лежали три черных костюма.

— Какой вам больше нравится? — спросила подошедшая помощница.

— Они же одинаковые.

— Этот французский, — указала девушка. — Этот выполнен в западном стиле, к нему подходит тонкий галстук двадцатка. Этот классический, можно носить с шейным платком или бабочкой.

— Они же все одинаковые.

— Галстуки, платки или бабочки?

— Костюмы.

— Я поняла вас. Тогда западный тройка и сорочка на запонках с высоким воротом. Да, этот вариант лучше подходит вам по фигуре и должности.

— Должности? А какая у меня должность?

— Личная охрана графини Липницкой.

— О как. Ну ладно, даже интересно стало. А графиня хоть симпатичная?

— Смотря что вы считаете симпатичным.

— Ну по шкале от нуля до десяти, где ноль — это я, а десять — вы?

— С запонками будьте осторожны, это собственность рода Липницких, как и костюм.

Через час, побритый, причесанный и вкусно пахнущий, я пришел на выставку в музей. Хотя со стороны это больше походило на светский прием.

Целая куча мужчин в дорогих костюмах и женщин в красивых платьях. Не знаю, какие экспонаты они тут собирались смотреть, потому что первое впечатление было как раз противоположное. Будто эти гости пришли себя показать. По крайней мере драгоценностей на каждой девушке было больше, чем спрятано в мешке у Левши. Вот куда следовало тащить трофеи, здесь явно на них был бы спрос.

— Юрий, рада что вы пришли, — раздался милый голосок Елизаветы.

— Оу! — Я поцеловал протянутую руку. — Как я понимаю, графиня Липницкая?

— Я младшенькая в семье, — ехидно улыбнулась она.

Лиза была одета в легкое вечернее платье, идеально облегающее стройную фигуру. А вот и родовое кольцо на пальчике.

— А где оно было раньше?

— Ну… — пожала она плечами. — Не очень удобно его носить. То за лопату зацепится, то в земле потеряешь, пока копаешься. А в лаборатории вообще запрещены любые украшения. Так что я как-то отвыкла его повсюду таскать.

— Зато теперь понятно, почему ты не переживала из-за Симонова.

— Да, отец уже объяснил барону, с кем тот связался. Войну развязывать не стали, но контрибуцию мы получили солидную. А у тебя не было проблем?

— С Симоновым? Пока нет. Видимо, по той же причине.

— Думаю, да. Мстить тому, кто меня спас, он не рискнет. Но тебе всё равно надо быть осторожным. Пойдем, посмотришь на выставку.

— Что это вообще за место?

— Официально здесь проводится открытие новой музейной коллекции. — Елизавета взяла меня под руку, направляя в толпе и не забывая при этом мило улыбаться гостям. — А неофициально — очередной повод для аристократии помериться письками. Ой, простите мои манеры. Поддержать взаимовыгодные отношения.

— А разве у тебя не должен быть сопровождающий… твоего положения?

Я уже немного разбирался в местной этике, все-таки много книжек успел прочитать. Но до сих пор сомневался, что правильно все понимаю. В этой империи на каждое официальное правило приходится еще с десяток традиций и по сотне негласных законов.

— Мой род организует это мероприятие, мы главные спонсоры Музея всемирной истории. Так что я здесь на правах распорядителя, а не гостя. Могу обойтись парой охранников.

— Парой?

— Ой, брось, как будто мне теперь еще кто-то нужен… Для защиты, я имею в виду.

— Ну да, ну да, — усмехнулся я. — Кстати, а твоя семья в курсе… Ну…

— Господи, нет, конечно! Я хоть и младшая, но все же дочь графа. А ты, уж извини, работаешь в передвижном цирке. Ничего такого, пойми правильно, не в восемнадцатом веке живем, но официально никаких отношений с простолюдинами быть не может. Я же не баронесса какая-нибудь.

— Я не в обиде. Но если что, неофициальное общение меня вполне устроит.

— Сначала закончим с официальным, а вечером я так устану, так устану, что даже до поместья не доеду. Как удачно, что тут есть личный телохранитель, который проводит меня до отеля! О, кстати, а вот и отец, он хотел с тобой познакомиться.

К нам подошел статный мужчина в синем костюме. Пышная шевелюра тронута благородной сединой, осанка ровная, взгляд твердый и уверенный. Он сначала протянул руку, а уже затем представился:

— Граф Липницкий Федор Михайлович.

— Юрий. — Я ответил на крепкое рукопожатие. — Личный телохранитель вашей дочери.

— Наслышан, наслышан, — усмехнулся он, чем вызвал у меня легкое удивление. — И благодарен. — Еще больше удивления. — Вы спасли Лизу, она рассказала о вашей храбрости и геройстве. Учтите, если вы вдруг ищете работу по своим талантам, моя гвардия для вас всегда открыта.

— Кхм, — попытался я спрятать улыбку. — Благодарю, ваше… ваше сиятельство. У меня уже есть работа, меня все устраивает.

— В любом случае словами я тут не отделаюсь. Будьте любезны, передайте номер вашего счета, я просто обязан отблагодарить вас материально.

— Я принимаю энергетическими кристаллами, если вам будет удобно.

— Хах, хорошее чувство юмора! — Он ободряюще хлопнул меня по плечу. — Ладно, оставлю вас, надо еще с Варламовым пообщаться, а то он весь день ноет. Представляешь, Лиз, его дочурка познакомилась с каким-то цирковым ясновидящим, он ей заморочил голову, и последствия уже заметны…

— Какой ужас! — округлила глаза Елизавета.

— А я ему и сказал, что надо было детей воспитывать правильно. Тебя в пример привел.

— Спасибо, папа, я очень рада, что ты мной гордишься.

— А то, — усмехнулся граф Липницкий в усы. — Ладно, пойду я. А вы, Юрий, подумайте над моим предложением.

— Обязательно, — кивнул я.

Ну надо же. Возможности Курьера оценили по достоинству и пригласили аж в графскую гвардию работать. Обязательно подумаю. Заодно о том, как этот анекдот рассказать императорам некоторых миров, поклявшихся служить мне до последней янтарной эры.

— Ну? — Елизавета с прищуром посмотрела на меня.

— Что ну? Это был какой-то другой ясновидящий, не я. Мало ли в империи цирков.

— Ну да, — усмехнулась она. — Пошли пройдемся, у меня еще есть немного свободного времени.

Девушка взяла два бокала с шампанским с подноса официанта и один передала мне. Вкусненько, но не темное пиво, конечно. Узнай варфийские гномы, что я пил такое, объявили бы меня прокаженным и больше не пустили бы в недра Священной Горы. Пару янтарных эр не пускали бы, а потом снова позвали, чтобы я завалил очередного дракона, который там поселился.

Кстати, хитрый народец. Они одни из первых сообразили, что раз Курьеры не занимаются убийствами, то можно выдавать заказ на доставку драконьего сердца. А то, что дракон еще жив, так это его проблемы.

— Кстати, когда ты рассказывала отцу о своем чудесном спасении, что именно ты обо мне говорила?

— Что ты опытный боевой одаренный со стихией огня. Твоего ранга я не знаю, так что наугад предположила ветерана. Но если ты мастер, то…

— Пусть будет ветеран, — улыбнулся я. Зарубка в памяти: разобраться с местной иерархией силы у одаренных.

— Вот, кстати, виконт Авдеев. Он очень заинтересован в разговоре с тобой. Выслушай, пожалуйста, он очень хороший человек. Но если его предложение тебя не заинтересует, то можешь спокойно отказаться.

— Хорошо, за спрос денег не берут. Напомни, а к виконтам обращаться «ваша светлость»?

— Ваше благородие.

— Ага, спасибо.

— Семен Семенович, — улыбнулась Елизавета.

— Госпожа Липницкая. — Виконт поцеловал руку девушки. — Выглядите прекрасно, словно алый цветок по весне на склоне изумрудной горы.

— Благодарю, виконт, — улыбнулась графиня.

«Алий цвитёк на склёне гари». Он мне уже не нравится. Хотя внешне вроде мужик нормальный. В возрасте, худоват, явно не привык к физическому труду. Но усики эти какие-то стремные…

Однако Елизавета сказала, что он хороший человек, и мои ощущения подтверждали ее слова. Душа у виконта чистая, открытая, честная.

— Юрий. — Я подал руку.

— Семен Семенович. — Виконт и глазом не моргнул, пожимая мою ладонь. Хотя я вроде только что с десяток местных норм приличий нарушил, поздоровавшись первым.

Ладно, значит можем сработаться.

— Простите, господа, мне нужно отлучиться, — сказала Лиза. — Вынуждена оставить вас.

— Будем с нетерпением ждать вашего возвращения, скрашивая тоску ожидания светской беседой, — поклонился виконт.

Буэ-э-э… Вот это манеры. Впрочем, я тоже так могу… Если захочу.

— Елизавета отзывалась о вас в очень положительном ключе, Юрий. — Тон виконта стал более деловым, но остался крайне дружелюбным.

— А если конкретней? — уточнил я. — Сразу скажу, в манерах общения я не искушен, ваше благородие, надеюсь, это не станет для вас проблемой.

— Как раз наоборот, именно это мне и нужно. Как и иные ваши качества. Елизавета сказала, что вам можно доверить даже весьма ценные вещи. Что вы человек слова и дела. И еще, что не нужно совать нос в ваши секреты, особенно если нет желания сократить количество имений.

— Что ж, довольно точное описание. Сам бы лучше не написал в резюме. Так в чем суть вопроса?

— Мне нужна помощь. Роду Авдеевых нужна помощь. Нужен человек не из нашего круга, не из аристократии. Надежный, неболтливый, которому можно доверить некую ценность и не опасаться, что она пропадет.

— Неужели нет подходящего человека на примете?

— С такой комбинацией требований? Хватает, признаюсь. Но еще этот человек должен быть способен постоять за себя. Скажем так, очень хорошо постоять за себя. А вы как раз мало того, что подходите под все перечисленные условия, так еще и доказали свой профессионализм, как мне поведала госпожа Липницкая. А ее словам я верю безусловно.

— Допустим. Сами понимаете, при таком раскладе у меня два вопроса.

— Суть работы и размер оплаты, — кивнул виконт. — У меня украли одну вещь, очень важную для рода. Но вернуть ее официальным способом не получится. Скажем так, она не совсем законна с точки зрения империи. Физически тоже не в моих силах, так как похититель, скажем так, обладает куда большими возможностями. А вот незаметно проникнуть, забрать и уйти — это, как я понимаю, вполне реально. Разумеется, я окажу любую посильную помощь.

— Что ж, звучит интригующе. И раз уж это не совсем законная работа, то я склонен попросить не совсем законную оплату. Скажите, эта вещь может стоить энергетического кристалла? Скажем, пятой ступени.

— Для меня эта вещь дороже всех кристаллов мира. Но, признаюсь, это будет трудно.

— Но реально.

— Но реально. Если вы согласитесь на эту работу и сделаете невозможное, то со своей стороны я поступлю так же и добуду оплату.

— Звучит заманчиво, — кивнул я.

— Что же, тогда предлагаю встретиться завтра без лишних глаз. — Он обвел взглядом зал.

— Договорились.

— Приятно было познакомиться, Юрий.

— Взаимно, — честно ответил я.

Ладно, несмотря на его витиеватые словесные выпердыши, виконт Авдеев вроде ничего так. Законность заказа меня не волновала вовсе, а то, что дело может оказаться мутным, — еще меньше.

Во-первых, я ощущал душу Семена Семеныча, и она мне нравилась. Прямой, честный человек. Во-вторых, это стандартный заказ Курьера. Прямо классический, разве что не отнести надо куда-то, а наоборот, принести что-то обратно. А Курьеру заказы просто так не раздают, раз есть заказ и оплата, значит верной дорогой иду.

Разве что как раз с оплатой я сомневался. Камни шестого ранга, способные открыть новый глаз, вряд ли валяются в этом мире под ногами. Как и во всех других. Про седьмой ранг, способный довести глаз до абсолютной формы, я вообще молчу.

Так что я счел пятую ступень камня — максимально возможной оплатой. И виконт Авдеев подтвердил мои догадки: такие камешки тут водятся. Отлично, осталось только найти под него подходящее оружие.

М-да, размышляю так, будто уже взял заказ. Хотя еще даже деталей не узнал. Впрочем, если у человека есть серьезная проблема и камень пятой ступени, священный долг Курьера — избавить его и от одного, и от другого.

К тому же очень выгодно подружиться с человеком как раз на фоне совместной и не совсем законной работы. Потому что с таким человеком можно позволить себе говорить более открыто. Может быть, именно виконт Авдеев станет тем, кто наконец расскажет, где мне купить паспорт. Или украсть, я уже даже на это согласен.

— Семен Семенович уже ушел? — послышался голос Елизаветы. — Как все прошло?

— Нормально, — произнес я, оглядываясь вокруг. — Слушай, а чего все на меня так пялятся? Не ту пуговицу расстегнул? Или у меня носки не того цвета?

— Ну как тебе сказать… — Елизавета прыснула в кулак. — Дамы явно не прочь, чтобы ты расстегнул все пуговицы, а их кавалеры напротив, желают, чтобы ты и вовсе куда-нибудь исчез. Вместе со всеми пуговицами.

— У меня какие-то волшебные пуговицы? Может, я чего-то не замечаю…

— Юрий, ты же простолюдин, не прими за оскорбление. Пришел охранником на светское мероприятие, скорей всего одаренный, но никто о тебе не слышал. А слабым одаренным ты априори быть не можешь, ведь сопровождаешь графиню. А потом тебе жмет руку целый граф, а затем еще и виконт с тобой шепчется, хотя по положению он…

— Даже срать бы со мной на одной улице не стал.

— Ну-у-у, в каком-то смысле можно и так сказать. Серьезно, тебе еще с каким-нибудь князем здесь поздороваться осталось, тогда тебя точно весь месяц будут обсуждать. Слушай, не бери в голову, у имперской аристократии свои заморочки, тут настоящий клубок змей из…

Она что-то еще говорила, но я уже не слушал. Все мое внимание было приковано к одной точке в пространстве. Именно оттуда исходила мощная дестабилизирующая аура.

Очень, очень знакомая аура…

Глава 22

Мой дом — моя разветвленная сеть межгалактических крепостей, заселенных полуразумными подконтрольными монстрами, смертоносными машинами и хитроумными ловушками

— Я отойду, — бросил я Елизавете.

Она еще что-то говорила, но манеры и обстановка не позволили ей броситься меня догонять. И хорошо. Ей же лучше.

Я ледоколом пробирался сквозь толпу к своей цели. За считаные мгновения я зарядил несколько эфирных конструкций и перекинул энергетический кристалл из-за щеки так, чтобы раскусить в любой момент. Пустил немного Потока, раздувая искру в груди, биту пока не призвал, но оружие уже готово появиться по первому зову.

Всего шесть секунд назад я мило беседовал с Елизаветой, а сейчас готов сжечь тут все до основания, если придется.

— Эй, служка, ты как посмел коснуться меня, это оскорбление…

— Отвали, — рыкнул я на какого-то смазливого паренька.

Кажется, перебор с приказными нотками, потому что отвалил сразу с десяток гостей. Зато идти стало легче.

А вот и моя цель. Я смотрел в спину сухонького беззащитного старичка, опирающегося на дорогую резную трость. Путь мне преградили сразу двое очень сильных одаренных, каждый из которых легко способен меня убить.

— У вас какое-то дело к его сиятельству? — спросил один из охранников.

Спросил очень вежливо, но по интонации было понятно, что если я немедленно не отойду, то умру прямо на месте.

— Пропустите его, — бросил старичок, и парочка моментально расступилась. — Дайте нам поговорить.

После этих слов не только охранников, даже гостей в радиусе двадцати метров не осталось. Благо тесниться им не пришлось, зал и без того был огромен.

Старичок был одет довольно просто, без всякой помпезности. Некогда явно сильный одаренный, но годы уже взяли свое. Силы от него особой я не ощущал, в особенности по сравнению с его охранниками.

А вот дестабилизация… Нет, вначале я еще сомневался, но теперь точно уверен. Передо мной стоял человек, но это лишь физический облик. Его контролирует то же существо, что контролировало фарфоровую маску в поместье барона Тютчева. Как и в тот раз, дестабилизирующая аура появилась внезапно.

— Сломан, — кивнул старичок.

И указал на бронированное стекло, за которым на подставке из бархата лежала та самая фигурка древнего божества.

— Я почему-то даже не удивлен, увидев тебя здесь, — произнес он. — Как ты меня узнал?

Тяжело не узнать такую дестабилизацию.

— У меня свои методы, — пожал я плечами.

— Удивительно, — улыбнулся он. — Твоих рук дело? — снова кивнул на фигурку.

— Возможно, — ушел я от прямого ответа.

— Знаешь, как тяжело отыскать живого духа, да еще и ослабить до такой степени, чтобы запечатать? И где мне теперь замену искать? Ладно, это риторический вопрос. Уже нашел. Просто не люблю прибегать к запасным вариантам.

— Почему?

— Потому что они для тех, кто не может с первого раза сделать все нормально.

— Кхм… Кто ты такой?

— Николай Сергеевич Воздвиженский. Старейшина рода Воздвиженских.

— Ой ли? — сузил я глаза.

— Хах… Ну, по крайней мере для остальных ты именно с ним разговариваешь. Так что будь любезен, юноша, добавь в речь нотки уважения. Ты же не хочешь оскорбить княжеский род на ровном месте?

Воздвиженские. Княжеский род империи, обширные территории, множество вассалов, приближенные к императорскому двору. Что-то я про них поверхностно читал, но сейчас это не имеет значения.

— Это моих рук дело. Я освободил духа, — дал я прямой ответ, решив сменить направление нашей беседы.

— Не удивлен. Своего настоящего имени я называть не собираюсь. — Существо в теле старейшины также перестало играть словами. — Да и не о нем ты хочешь узнать.

— Не о нем.

— Считай меня умнейшим человеком в этом мире. Удовлетворен таким ответом?

— К сожалению, нет.

— Увы, другого ты не получишь. Понимаю, звучит несколько наигранно.

— Нет, нет. Я тебе… — покосился на охранников, — вам верю. Пожалуй, заяви вы об этом на весь мир, я буду единственным, кто в это поверит по-настоящему.

— Вот как? Интересно, интересно.

Лять! Ну и как тут не материться? Нет, у меня много вариантов в голове было, я даже подгонял их, как-то притягивал за уши, но на самом деле я просто не хотел одного конкретного. Не хотел признавать наиболее вероятный.

Но теперь уже точно сомневаться не приходится. Это существо сказало правду. Ну просто слишком уж легко все складывается. Был один Курьер Оккам, который говорил, что самое простое объяснение обычно самое верное.

И все факты указывают на то, что я сейчас общаюсь с прямым последователем Кайоса. Кайос, грубо говоря, это эгрегор мудрости и интеллекта. Если Амбер создал мироздание, Витала, эгрегор жизни, породила всех живых существ, то Кайос наделил их разумом. Любое создание, способное взять палку и расколоть ей орех, несет в себе отпечаток Кайоса.

А вот прямые последователи этого эгрегора — Озаренные — уже отдельная история. Есть адекватные, почти вся межмировая гильдия Гениев состоит из последователей Кайоса. В отличие от Курьеров Амбера, Озаренными Кайоса не становятся, ими рождаются. Их появление в мире предрешено, их судьба предопределена. Мир в них нуждается, потому Кайос дает ему свою искру.

И раз тварь передо мной разит дестабилизацией, значит этот последователь Кайоса явно сбился с пути. Для чего он был рожден в запечатанном мире — и так понятно. Либо разобраться с Бездной, либо распечатать, либо все вместе. А заодно изобрести лекарство от всех болезней и позволить человечеству шагнуть в золотой век процветания. Но вместо этого он собирается все к хренам разнести.

— Позволишь спросить, откуда такая вера в мой интеллект? — вырвал меня из задумчивости старик.

— Вы маг разума. Скорей всего, сильнейший на планете. Но это скорее побочный эффект вашей гениальности. У вас есть с десяток марионеток-ретрансляторов, может больше, зависит от накопленной силы и опыта. Через них вы способны контролировать еще в сумме около сотни людей, как тот маг в фарфоровой маске или этот старик, в чьем теле сейчас находитесь. Вам даже ходить никуда не надо, вы знаете и видите все, что знают и видят ваши марионетки.

— Так, продолжай.

— У вас благие цели и намерения, но они требуют принести жертву. Может, вы хотите уничтожить половину человечества, чтобы спасти вторую половину, иначе погибнут все. Может, вам нужно отдать Бездне пару континентов, чтобы остальные процветали. Может вам вообще требуется устроить Армагеддон, чтобы, не знаю, переселить всех выживших в прекрасный новый мир. Не знаю.

— Не знаешь, — кивнул он. — А к чему тогда рассказываешь?

— К тому, что вам интересно. Вам интересно, почему я уже дважды встал на вашем пути и пусть самую капельку, но помешал планам.

— Ну, целую капельку — это ты себе льстишь.

— Скорей всего. Но тем не менее я вас заинтересовал. Мы разговариваем уже две минуты и сорок секунд, а время ваше стоит дорого. Однако старик до сих пор не свернул себе шею.

— Слишком много шумихи поднимется. Он уже старый, умрет по естественным причинам.

— Согласен. И все же я знаю причину вашего интереса.

— Ну-ка, удиви меня.

— Вам скучно. Уже очень давно стало скучно. Уверен, проблему долгожительства вы уже для себя как-то решили. Возможно, живете уже не первый век. И все это время главная проблема в том, что вас окружают идиоты. А по вашим меркам идиоты — вообще все. А ваши грандиозные планы если и рухнут, то из-за того, что какой-то дебил где-то что-то сделает не так. А тут вроде бы и проблема, но ее устроил конкретный человек. И мало того, это неучтенный человек. Так вы меня назвали при первой встрече. Я — тот, кто мешает вашим планам, а вы даже не понимаете, кто я. Это должно раздражать, ведь вы привыкли все контролировать, но в душе вы рады.

— Допустим, — кивнул он. — Продолжай.

— Вам всегда хотелось найти себе оппонента, потому что играть одному скучно.

— Ты считаешь мои планы простой игрой?

— Не я. Вы так считаете. Для вас устроить геноцид планеты — всего лишь задачка уровня детской игры. Это скучно. Но если у вас появится достойный оппонент, то станет гораздо интересней.

— О, вот к чему ты клонишь? Считаешь себя достойным игроком?

— Я просто пытаюсь убедить вас дать мне шанс, — усмехнулся я. — Да, я могу сказать, что заставлю ваши мозги не просто работать на всю катушку, а кипеть от напряжения. Но это будут просто пустые слова. Потому предлагаю начать с малого. Раз уж я заинтересовал вас, предлагаю обменяться вопросами. Что-то вроде знакомства. Один простой вопрос, простой короткий ответ.

— А если кто-то соврет?

— Любые мои слова вы легко проверите, и ложь подорвет основы доверия.

— Доверия между врагами?

— А что? Врагов можно уважать. Особенно сильных.

— А если я тебе совру?

— Зачем? Я предложил правила, вы соглашаетесь и тут же нарушаете? Совсем не интересно.

— Согласен. И с правилами, и с последним утверждением. Но сам понимаешь, на многие вопросы я откажусь отвечать. Так что не пытайся узнать, кто я или где нахожусь.

— Для этого у меня есть другие способы. Вы наверняка тщательно заметаете следы, но вы хоть и гений, но самым умным стали не с рождения. Скорей всего, успели отличиться, пока не поняли, что стоит держать свои способности в секрете.

— Ладно, ладно. Теперь я действительно готов сыграть с тобой. Один вопрос, один ответ. Начнешь?

— С удовольствием. — Я повернулся к старику лицом и посмотрел прямо в глаза. — Что такое седьмой глаз Амбера?

Пауза длилась долгих шестнадцать секунд. Первым моргнул старик. Моргнул и отвернулся.

— Книга, — произнес он. — Простой вопрос, простой ответ. Удовлетворен?

— Более чем, — кивнул я. — Ваш ход.

— Первое твое воспоминание об этом мире было… Древнее капище, магический круг и кучка ряженых придурков?

— Вы действительно… Кхм… — Я даже не сдержал удивления. Если у меня оставались еще хоть крохи надежды, то теперь и они исчезли. Я точно разговариваю с Озаренным. — Там еще куча имперцев была разной степени мертвости.

— Что ж, благодарю за честность. А то я уже действительно решил, что теряю хватку и где-то проглядел такого кадра.

— Вербовать не будете?

— Посмотрим, — пожал плечами старик. — Может, и буду, если окажешься полезен. Пока что я в цирковых шутах не заинтересован.

Хороший ход. Показывает, что мои действия для него не секрет.

— Уходи, пока Воздвиженский не очнулся и не прихлопнул тебя за то, что стоишь так близко.

Я развернулся и не простившись направился обратно к Елизавете. Вот теперь на меня точно смотрел весь зал. Но сейчас мне было плевать. Ой, ладно, мне всегда было плевать, просто сейчас голова вообще занята другим.

Сначала лично Хаха отправил меня в этот мир, потом оказалось, что тут давно уже существуют прорывы Бездны, мир запечатан, а общепринятые для Бесконечного Древа Миров законы здесь работают как хотят. И теперь добивочная в виде сбившегося с пути последователя Кайоса.

Озаренные очень, очень, очень редко сходят с пути, и обычно с ними разбирается гильдия Гениев. Потому что если к опытному Озаренному отправят Курьера, чтобы устранить его, значит это входит в план Озаренного и Курьер уже мертв. Я ведь говорил, что мы не бессмертные?

У нас же ситуация спорная. У меня огромный опыт и знания, а у него мозги, плюс мы на его территории. Можно надеяться на то, что этому ублюдку всего лет триста-четыреста и он еще не сталкивался с последователями других эгрегоров, в частности с Курьерами.

Тогда у меня есть шансы. А пока что мы имеем? Маг разума, кукловод — это обычный стартовый набор Озаренного. Мотивы и цели пока неясны, но раз он над чем-то работает, то время у меня есть.

С Озаренными я уже сталкивался, пару раз сражался, один раз даже сдох. Поведение у них всегда схожее, я бы назвал его разумным прагматизмом. Убивать меня нет никакого смысла, пару лет он будет за мной наблюдать и изучать. Не пристально, а так, мимоходом. Это если я не буду слишком уж сильно выделяться.

Скорей всего, устроит несколько подлянок, просто чтобы проверить, на что я способен. А потом в какой-то момент он решит, что я приношу больше проблем, нежели информации. Или, не дай Амбер, решит, что я опасен. И вот тогда начнется настоящая игра под названием «прибей Курьера всеми возможными способами».

И, к сожалению, к этой игре я пока что не готов. Надо очень быстро усилиться. Очень быстро и очень сильно.

Из важного: я выяснил про седьмой глаз Амбера. Нет, не то, что это какая-то книга. Важно, что Озаренный вообще о нем знает. Вот это уже серьезная зацепка. По крайней мере я теперь знаю, у кого можно спросить подробности.

Осталось только найти ублюдка. А вот это самое сложное. Озаренные крайне слабы и уязвимы в прямом бою, встреться мы прямо сейчас лицом к лицу, я, скорей всего, легко смогу убить его.

Но Озаренные довольно рано понимают свою очевидную слабость. А потому начинают скрываться и готовить убежища для обороны. И чем дольше он живет, тем серьезней у него защита.

Есть расхожее выражение «мой дом — моя крепость». Те, кто его придумал, явно никогда не бывали в доме старого Озаренного. Там больше подходит: «Мой дом — моя разветвленная сеть межгалактических крепостей, заселенных полуразумными подконтрольными монстрами, смертоносными машинами и хитроумными ловушками. И вообще это не мой дом. Это я для отвлечения внимания построил, там мой полный двойник сидит, убивайте его на здоровье, все равно никогда не отличите от оригинала».

Я на ходу достал телефон и отписался Сане, племяннику Аркадия Борисовича. Он пацан смышленый, в интернете как рыба в океане. Пусть отслеживает все катастрофы в мире.

Меня интересовали внезапные пожары, взрывы, прорывы водосточных труб или уничтоженные «по естественным» причинам города. Если я прав, то Озаренный мог и не убрать информацию о своем рождении. Обычно они начинают заниматься этим уже после того, как в их головах созреет очередной план по захвату мира.

Что-то где-то могло уцелеть. Сведения о мальчике-гении, табель успеваемости в школе, которую он окончил по ускоренной программе. Если я прав, то теперь он решит подчистить все следы, замаскировав эту чистку под несчастный случай. Скорей всего, запылает везде — просто для отвлечения внимания.

Я очень надеюсь, что он раньше не сталкивался с кем-то, кто может начать его поиски, а потому у меня есть шанс.

Ладно, разберемся. Как-нибудь. Скорей всего. Надо было у Авдеева просить кристалл восьмого ранга. Да, знаю, что их не существует, но я уже ничему в этом мире не удивлюсь.

— Эм… — Елизавета как-то незаметно приблизилась, явно нарушая обычную дистанцию между графиней и телохранителем. — Слушай, а можешь со мной подольше сегодня походить? Не знаю, о чем ты беседовал со старейшиной княжеского рода, но об этом теперь будут говорить все вокруг.

— А что мне за это будет? — улыбнулся я, отсекая негативные мысли.

— Так, давай подумаем, чем еще я могу тебя отблагодарить, — вернула она улыбку.

Эпилог

Огромный зал с высокими потолками утопал в темноте. Единственным источником света было алое сияние, исходящее от множества магических линий на полу.

В центре зала стоял человек в черной мантии с вышитым символом в виде алого глаза. Он устало опирался о постамент и вглядывался в хрустальный шар.

Послышались тихие шаги. Гостю потребовалось около минуты, чтобы пересечь свободное пространство.

— Докладывай, — устало произнес человек у постамента.

— Объект пережил нападение.

— Это я и сам вижу, — он указал на шар.

Тот был полым, наполненным жидкостью. А внутри плавал человеческий глаз, радужка которого слегка сияла.

— Абоминация показала свою неэффективность. Даже в абсолютной форме и с учетом работы корректировщика.

— Отчет готов?

— Данные от корректировщика анализируются. Предварительный вывод: цель является пророком и способна предвидеть свою смерть. Как вы и предполагали.

— Этого недостаточно, чтобы справиться с абоминацией.

— Цель предположительно является одаренным в ранге «ветеран», аспект физический; одаренным в ранге «подмастерье», аспект кинетический; одаренным в ранге «мастер», аспект усиливающий. Последнее под сомнением.

— В каком смысле?

— Либо мастер-усилитель, либо кто-то создал артефакт в виде бейсбольной биты.

— Значит, мастер-усилитель. Что еще?

— Иммунитет к Черной Чуме. Абоминация смогла его ранить благодаря командам корректировщика.

— В смысле высокая сопротивляемость? Или он еще и целитель?

— Нет, по предварительным данным именно полный иммунитет.

— Это невозможно.

— Целительский аспект замечен не был, но мы не исключаем эту возможность. Господин… — Докладчик замялся. — Вы уверены, что ордену стоит… Ну, вдруг это и правда Янтарный Человек?

— Если это существо не подчиняется нам, значит оно для нас опасно.

— Ваш отец желал…

Докладчик не договорил, потому что его горло мертвой хваткой стиснул тот, кого он называл господином.

— Именно поэтому мы должны его убить. — На лице главы ордена не дрогнул ни один мускул, даже тон не изменился. — Мой отец желал бы быть отмщенным.

Докладчик упал, а глава направился вглубь зала, к одной из стен. Взмахнул руками, линии на полу засветились ярче, и стена с тихим шорохом отъехала в сторону.

За ней находилось помещение, напоминающее смесь мастерской и кабинета алхимика. Глава подошел к ряду крестообразных конструкций с распятыми на них телами.

Вытянутые, тощие, с широкими пастями, полными острых зубов. Существа, лишь отдаленно напоминающие людей. Отличались они и от уничтоженной абоминации. Магические печати более насыщенные и сложные, а на теле не один механизм, концентрирующий энергию кристаллов, а шесть.

— Совершенство, — с благоговением произнес глава, разглядывая свои творения. А затем он заметил, что у одной из особей нет кристаллов в ячейках. — Почему один экземпляр не на зарядке? Где кристаллы? Ты там сдох, что ли⁈

— Одна из поставок прервалась, — раздался хрип из центра зала, где докладчик всеми силами пытался не потерять сознание. — От барона Тютчева не было поставки в этом месяце.

— Неприемлемо. Род вырезать, земли присвоить и перераспределить между остальными поставщиками. Нагрузку также перераспределить.

— Уже сделано.

— Без моего приказа? — спокойным голосом произнес глава. Только вот от этого голоса пробирала дрожь.

— Не мы, не мы, — быстро залепетал докладчик. — Тютчев уже был мертв, мы лишь распорядились землями, согласно уставу ордена.

— Ладно. — Тон главы стал мягче. — Сколько стандартных абоминаций можешь контролировать?

Казалось, вопрос брошен в пустоту зала, но в следующий миг за спиной главы появилась бесшумная тень, которая то ли спрыгнула откуда-то сверху, то ли все это время была невидимой.

— Пять, — коротко ответил корректировщик — девушка в черных одеждах, — не забыв при этом опуститься на колено и склонить голову.

— Хорошо. Абоминация два-ноль, совершенное оружие, контролировать его сложнее, но с одним ты должна справиться. Бери и заверши начатое. Ты. — Глава повернулся к потирающему горло докладчику. — После испытаний версии два-ноль жду полный отчет и список необходимых улучшений, если таковые понадобятся.

— Да, господин, — поклонился докладчик и посмотрел на корректировщика.

Странная девушка с красными глазами и белыми бровями продолжала стоять на одном колене, склонив голову в поклоне, хотя господин уже вернулся в центр зала.

Глава положил руку на хрустальный шар, и свет на полу запульсировал. Через несколько мгновений гипнотизирующее переплетение алых линий наконец замерло и перестало сиять.

— Бывший владелец глаза направился в Петербург, там он пробудет несколько дней. Будь на связи, проведи проверку без свидетелей, когда он покинет город.

— Да, господин, — раздался тихий женский голос.

— Ай! — Докладчик от неожиданности отскочил в сторону, потому что странная девушка каким-то образом оказалась прямо рядом с ним.

Впрочем, стоило ему проморгаться, как она исчезла.

Псс… Тут это… Револьвер, волчара, пять волчат, огнедведь и снова мужик на обложке: https://author.today/reader/401247

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Имперский Курьер

Content

Имперский Курьер

Глава 1 А я и не говорил, что он нормальный. Но другого у меня нет

Глава 2 Как хозяин он полное говно. Зато как человек полное говно

Глава 3 Придется сначала надрать им зад, чтобы они поняли, что я пришел с миром

Глава 4 Нам не нужен нормальный армагеддон, нам пердежный котопокалипсис подавай

Глава 5 Деньги не сделают тебя счастливым, но избавят от проблем, которые могут сделать несчастным

Глава 6 Предсказал, что вечером будет в хламину пьян, и решил действовать на опережение

Глава 7 Один старичок сказал, что барон — редкостный говнюк, а вы как раз похожи на редкостного говнюка

Глава 8 Надо было силу качать, а я все в харизму влил

Глава 9 В любой! В любой сраной библиотеке империи!

Глава 10 Где можно купить паспорт?

Глава 11 С тех пор я тильдренский ликер больше и не пью

Глава 12 Ты странный мужик, мистер Скептик. Но теперь мне кажется, что правильней будет сказать еб…

Глава 13 Выглядел он сейчас как человек, потерявший веру в логику мироздания

Глава 14 Понятно, почему предыдущий предсказатель спился, с таким-то соседом

Глава 15 Фу, как невежливо, в людей пальцами тыкать. Надо будет сломать!

Глава 16 Курьер заблудился и утонул в болоте

Глава 17 А эфирная пила вот не думала, эфирная пила делала вжик-вжик-вжик

Глава 18 Мне еще в вулкан теперь прыгнуть надо

Глава 19 Шелупонь мы иш под ногтей, а не одаренные. Гошподин Ламаро шкажал. Ему луше шнать, он яшновидящий

Глава 20 Мне даже смотреть на это было больно

Глава 21 А то, что дракон еще жив, так это его проблемы

Глава 22 Мой дом — моя разветвленная сеть межгалактических крепостей, заселенных полуразумными подконтрольными монстрами, смертоносными машинами и хитроумными ловушками

Эпилог

Nota bene