Марта Лу

Будь моей тайной

NoSugar. Романтика

Иллюстрации Alen Min

© Марта Лу, текст, 2025

© Alen Min, иллюстрации, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Глава 1

Стася Черемухина

– Почему я должна менять школу, когда учебный год уже начался?!

– Тебе уже объяснили почему, – морщится мама. Ей не нравится, когда я повышаю голос. – Другие бы на твоем месте радовались выпавшему шансу, а ты…

Нахмурив лоб, готовлюсь слушать нотацию о том, какую неблагодарную дочь она вырастила. Да, наверняка кто-то бы на моем месте от радости до потолка бы прыгал, но не я. Потому что я вполне способна представить, что меня ждет в новой школе. Вернее, в элитной гимназии, одной из самых престижных в столице. Заняв первое место на межшкольной олимпиаде по русскому языку и литературе, я выиграла возможность совершенно бесплатно перевестись из своей районной школы в эту самую гимназию – вот такой широкий жест со стороны тамошнего руководства, которое обычно тщательно отбирает учеников, не принимая кого попало, ну и стоимость обучения назначает в такую сумму, которая мне и не снилась.

Да если бы я только знала, что первый приз будет таким, вообще бы не участвовала в этой олимпиаде!

Но я рассчитывала выиграть деньги. Нам с мамой они очень нужны. Мама трудится на двух работах, выплачивая ипотечный кредит за квартиру, в которой мы живем, а мне подрабатывать не разрешает. Говорит, что я должна учиться и не отвлекаться от учебы ни на что. Ни на временные подработки, ни на сериальчики, ни на, как она выражается, амурные дела. Собственно, поэтому у меня в мои шестнадцать до сих пор нет и не было бойфренда. А учитывая, что одеваюсь я очень просто и косметикой почти не пользуюсь, поскольку денег на нее не хватает, то и вниманием со стороны парней не избалована.

– Имей в виду, Анастасия, такой шанс представляется раз в жизни, – строго произносит мама, называя меня полным именем, что она делает лишь в редких случаях. – Даже если ты всего один выпускной класс проучишься в гимназии, это все равно поможет тебе с поступлением. Как это может быть не ясно?

Бросив взгляд на маму, я вздыхаю и чувствую, как душу царапают угрызения совести. Она выглядит такой усталой, измотанной. Ей бы отдохнуть где-нибудь в санатории, поправить здоровье, а она только и делает, что работает, и все ради меня. Может, я в самом деле неблагодарная? Подавшись вперед, я неловко обнимаю маму и бормочу едва слышно:

– Ну ладно, что ты… Все мне ясно. Просто это… как-то… ну… Там ведь все по-другому, не как в моей школе. И форму придется покупать…

– Купим, – отвечает мама решительно и обнимает меня в ответ. – Ты, главное, не забывай хорошо учиться. Я ведь тоже была молодой и понимаю: юность, новые знакомства, симпатичные мальчики, но…

Хмыкаю себе под нос. Новые мальчики, как же. Да эти мажоры в мою сторону даже не посмотрят! На что угодно готова поспорить, что буду для них невидимкой. Совесть умолкает, зато снова напоминает о себе страх перед скорым будущим. Но маме я его не показываю. Отстраняюсь и натягиваю на лицо улыбку.

– Ужин будет готов через полчаса, – сообщает мама.

Иду в свой закуток – отгороженный шкафом угол комнаты, в котором стоит моя узкая кровать и письменный стол. На кровати небрежно свалена одежда. С тоской смотрю на любимые потертые джинсы, которые я ношу, как говорится, и в пир, и в мир, и в добрые люди.

Моя прежняя школа отличается демократичностью – или же им попросту не хотелось заморачиваться с формой для учеников. В нее позволяется ходить в любой одежде, главное, чтобы она была чистой и не выглядела чересчур развратной – не как в ночной клуб. Так что я с удовольствием носила в школу эти самые джинсы, а еще черные брюки, вполне приличные, купленные на распродаже в торговом центре. Вообще с детства не вылезаю из удобных штанов, а летом им на смену приходят шорты. Юбочки и платьица – это вообще не мое, я и ходить-то в них не умею.

Но в гимназии так нельзя. Там, само собой, с первого дня ее основания введена школьная форма. И для девочек ее нижняя часть – обязательно юбка! А верхняя – форменный пиджак с белой блузкой, и вот их как раз менять можно хоть каждый день. Но у меня белая блузка всего одна, надеваемая обычно на первое сентября, и то я из нее, кажется, уже выросла.

Мне очень хочется разделить мамин оптимизм по поводу смены школы, но, увы, не получается. Кажется, меня ждет полный провал. Я не круглая отличница, но в целом учусь неплохо, и в школе меня чаще всего хвалили. Однако программа в гимназии однозначно сложнее, и там у меня все шансы оказаться в числе отстающих. Не говоря уж о том, что все – и учителя, и ученики – наверняка самые настоящие снобы, которые будут смотреть на меня сверху вниз.

Предстоящий учебный год кажется горной вершиной, которую мне во что бы то ни стало нужно преодолеть. Чтобы не разочаровать маму. Чтобы сделать лучше свое собственное будущее. Но от волнения и страха у меня все внутри неприятно дрожит. Даже любимые макароны с сыром по мамину фирменному рецепту не лезут в рот – совершенно нет аппетита.

После ужина я переодеваюсь в джинсы, набрасываю поверх майки теплую серую толстовку и выхожу прогуляться. Знакомый двор, деревянная горка, качели. Выросла я не здесь, но к этому месту уже привыкла, и до школы мне очень близко, можно пешком добежать. А в гимназию и обратно придется ездить на автобусе. Что поделать, лимузина с личным шофером у меня нет и в ближайшее время не предвидится.

Во дворе слишком людно и шумно, так что я иду в расположенный неподалеку парк, где есть надежда отыскать тихий уголок и свободную лавочку в нем. Сентябрьский вечер кажется по-летнему теплым и ясным, но даже это меня сейчас не радует. Погруженная в свои мысли, шагаю вперед, не глядя по сторонам, и вдруг что-то стремительно сбивает меня с ног.

Глава 2

Стася Черемухина

– Эй, откуда ты, блин, вообще тут взялась?! – Слышу я над собой чей-то сердитый голос. – Нафига ты сюда выползла, гусеница?! Прогуливаться больше негде?

Открываю глаза, которые зажмурила от страха и неожиданности, и обнаруживаю себя лежащей на траве. Это я еще удачно упала. Не на асфальт. Но ноге все равно почему-то больно. И джинсы, мои любимые джинсы порвались на самом видном месте!

Глядя по сторонам, понимаю, что случилось.

Оказывается, что, забывшись, я ступила на велодорожку и угодила под велосипед. А прямо сейчас меня отчитывает хозяин велосипеда. Судя по его виду, он тоже не удержался в седле и упал, только на ноги поднялся раньше меня и сейчас возвышается надо мной, точно каратель с мечом над провинившейся грешницей.

Закусив губу, окидываю незнакомца взглядом. Это парень примерно моих лет. Достаточно высокий, хотя с моим собственным ростом в метр пятьдесят пять мне почти любой великаном кажется. Модная короткая стрижка, темно-русые волосы, лицо могло бы показаться очень даже привлекательным, если бы не его надменное и даже брезгливое выражение. Упакован по полной, в смысле одет в брендовые вещи, которые мне самой и не снились, и велосипед явно тоже очень крутой и дорогущий.

Мамочки, надеюсь, я его не сломала!

Но, опустив взгляд туда, куда смотрит парень, понимаю, что все еще хуже. Потому что там лежит его, несомненно, очень дорогой смартфон. На асфальте! С разбитым стеклом! Караул!

Демонстративно наклонившись, незнакомец подбирает смартфон с дорожки и показывает мне разбитый экран.

– Что с этим делать будешь? А, гусеница? Ты говорить вообще умеешь?

– Не называй меня так! – Срывается с моих губ. Поднимаюсь на ноги, неловко отряхиваю одежду. – Я… нечаянно… Я не хотела… Прости…

– Ну надо же! – Закатывает глаза он. – Она не хотела! Думаешь, попросишь прощения и я закрою глаза на то, что ты наделала?

По его лицу я вижу – не закроет. Из принципа не закроет. И не только потому, что смартфон новейшей модели и стоит баснословную для меня сумму, но и потому, что кто-то посмел испортить его имущество. И не просто кто-то, а такая, как я. Одна из тех, которых он, похоже, воспринимает как пыль под носками его белоснежных кроссовок.

– Я возмещу… – чуть не плача, выдыхаю я. – Не сразу… у меня нет таких денег… Но постепенно… расплачусь…

Некоторое время незнакомец молчит, разглядывая меня. Затем на его губах появляется кривая усмешка. Наклонившись так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, он медленно и членораздельно произносит:

– Расплатишься. Конечно, расплатишься. Только не деньгами.

– А как?..

Его слова мне совсем не нравятся. А что, если он… Да ну, глупости. Непохоже, чтобы я оказалась в его вкусе. Это было бы что-то из области фантастики.

– Может, его еще можно починить? – высказываю я предположение. – Заменить экран. Мой вот уже несколько раз ремонтировали, и ничего, работает как новенький…

– Я не пользуюсь сломанными вещами, – скривив губы, отвечает парень. Стащив со смартфона чехол, он вытаскивает из него сим-карту, а после забрасывает его вместе с чехлом куда-то в кусты. – Никогда.

Раскрыв рот, во все глаза смотрю на него. Чего-чего, а такого я не ожидала. Ненормальный какой-то! Псих! И угораздило же меня с ним столкнуться!

– Твой где?

– Нету, – бросаю я. – Не с собой. Дома оставила.

Парень скользит по мне взглядом, прищуривается.

– Мне тебя обыскать?

– Еще чего! – вскрикиваю я. Верчу головой, но, как назло, вокруг никого нет, даже других велосипедистов. Парк словно обезлюдел. – Только посмей до меня дотронуться! Буду кричать!

На его губах снова появляется усмешка. Интересно, он по-человечески вообще улыбаться умеет? Что-то сомневаюсь.

– Артур! – Слышу чей-то звонкий голос и стук каблуков по асфальту. К нам быстрой и легкой (несмотря на неудобную обувь) походкой приближается девушка модельной внешности в алом мини-платье, с гладкими и блестящими, как в рекламе шампуня, черными волосами и длинными ногами. – Артурчик, вот ты где! А я тебя повсюду ищу! А это еще кто? – Сморщив нос, глядит на меня знакомая этого психа.

Вот как его, оказывается, зовут. Артур. Слишком красивое имя для такого неприятного типа.

– Так, никто, – отвечает он и поворачивается к ней. – Ты здесь откуда? Не припомню, чтобы мы договаривались встретиться.

– Тебя искала, – кокетливо сообщает брюнетка. – Я была у вас дома, и твоя мама сказала, где ты. У меня такие новости, закачаешься!

– Опять какие-нибудь дурацкие сплетни про одноклассников? – Морщится Артур. Он явно не в восторге от этой встречи. Зато его внимание переключилось с меня на нее, и это мой шанс. Возможно, единственный. Пока они разговаривают, я медленно отхожу в кусты, а затем, отдалившись на некоторое расстояние, срываюсь с места и бегу прочь из парка.

Мчусь так быстро, как никогда в жизни. Ветер свистит в ушах. Кажется, мне вслед что-то кричат, но я не слышу слов и все ускоряюсь.

Возле дома, отдышавшись, я понимаю, что кое-что оставила в парке. То ли в тот момент, когда упала, то ли во время своего забега. Маленький деревянный значок с изображением забавного котенка. Он был на моем болтающемся за спиной рюкзачке. Казалось бы, пустяковая вещица, но не для меня.

Мой талисман.

Последний папин подарок.

Напоминает о себе боль в ушибленной коленке, взгляд сам собой падает на прореху в джинсовой ткани, и я, не сдерживаясь, приземляюсь на скамейку возле подъезда и плачу, всхлипывая и вытирая лицо рукавом толстовки.

Глава 3

Стася Черемухина

Первый учебный день на новом месте наступает слишком скоро. Мама забрала документы из моей старой школы, я попрощалась с теперь уже бывшими одноклассниками. Самое неприятное оказалось в том, что даже те, с кем я общалась по-приятельски, смотрели на меня с завистью. Ничего они не понимают. Да я бы с радостью осталась с ними и ничего не меняла!

Но поворачивать назад уже слишком поздно. Я выхожу из автобуса и шагаю в направлении гимназии. На мне школьная форма, которая обошлась в копеечку, и та самая единственная белая блузка. Она и правда уже мала и обтягивает меня так, что мои формы в ней смотрятся больше, чем на самом деле. А клетчатая юбка кажется такой короткой, что все время хочется ее одернуть. Но это все с непривычки. Мне и черные туфли из кожзама немного жмут, слишком редко их надевала, предпочитая разношенные кеды.

Зато мама выглядит счастливой, и мне не хочется ее расстраивать. Уже заранее, до знакомства с новыми одноклассниками и учителями, решаю, что не буду рассказывать ей правду. Что бы ни случилось. Скажу, что все в порядке, все супер. Ни к чему ей знать о том, как меня там встретят на самом деле.

Гимназия даже с виду не похожа на остальные школы города. Она скорее напоминает учебное заведение с историей, место которому не здесь, а где-нибудь в Англии. Довольно большая территория, вся зеленая и ухоженная. Несколько корпусов, соединенных между собой длинными застекленными переходами. Главное здание кажется старинным, почти полностью увито плющом (или как там называется это ползучее растение), и, если напрячь фантазию, можно представить, что это не обычная, а какая-нибудь магическая школа.

Ученики подкатывают к гимназии на машинах с шоферами. По ним сразу видно – элита. Даже с учетом того, что на всех одинаковая школьная форма, девчонки умудряются как-то выделяться. Белые блузки на них все разные, некоторые с провокационными вырезами или с кружевами, попадаются и такого фасона, точно их в Лондоне времен королевы Виктории шили. Глядя на них, я сразу же начинаю чувствовать себя Золушкой, на которой сэкономила фея-крестная.

Способом отличаться от остальных для учениц гимназии служит также обувь, а еще украшения. Кольца, сережки, браслетики, явно не дешевенькая бижутерия. И высокие гольфы, да. На мне самые обычные капроновые колготки телесного цвета, мама выдала новые из своих запасов. Поскольку я обычно не ношу юбки и платья, то понятия не имела, сколько всего, оказывается, можно надеть под них.

«О, сколько нам открытий чудных…» – бормочу себе по нос, скользя взглядом теперь уже по ученикам мужского пола. Они тоже в школьной форме. Пиджаки с нашивками, брюки. Рубашки, между прочим, не только белые, а на некоторых даже замечаю водолазки и тонкие свитера. Эй, почему парням такое послабление?!

Вертя головой по сторонам, я сталкиваюсь с одним из учеников. Практически утыкаюсь лицом ему в грудь, а затем поднимаю голову посмотреть и извиниться за свою неуклюжесть. Ух, высокий. И… интересный какой. Позабыв о неловкости ситуации, таращусь на него.

У парня необычные черты лица. Азиатские. Приятные, красивые даже. Густые черные волосы падают на лоб, он небрежным движением убирает их назад и тоже смотрит темными глазами на меня, почти не мигая. Наверное, думает, что это за полутораметровое недоразумение в него врезалось.

– Извини-прости! – опомнившись, быстро говорю я. Надеюсь, он понимает русский язык. На нем тоже форма, так что учится этот парень явно в той же гимназии, а не просто так заглянул проведать знакомых. Да и не пускают сюда абы кого. Не такое место.

Азиат не отвечает, так что обхожу его и иду дальше, стараясь не концентрироваться на неприятной дрожи в коленках. Пока на меня никто не обращает внимания. Вот бы так все оставалось и дальше…

Оформлять документы мама приходила без меня. Она же принесла мне расписание и передала, чтобы я шла прямиком в класс на первый урок. Легко сказать…

Оказавшись в огромном, точно в театре оперы и балета, холле, растерянно кручу головой. Меня задевают плечами и локтями, вокруг слышатся голоса. Громкие, шумные. Наткнувшись взглядом на взрослую женщину, видимо, учительницу, подхожу к ней. Спрашиваю, где найти нужный мне кабинет.

– Новенькая? Иди за мной, мне как раз в ту же сторону, – отвечает она и цокает каблуками к лестнице. Шагаю следом. Ноги заплетаются. Рюкзак вдруг начинает почти нестерпимо давить на плечи.

Был бы сейчас со мной мой значок-талисман! С ним я бы чувствовала себя уверенней и спокойней. Но он безвозвратно потерян.

При воспоминании о том вечере по коже пробегают колкие мурашки. Передергиваю плечами и снова натыкаюсь взглядом на азиата, с которым столкнулась перед гимназией. На него с глупыми улыбочками пялятся девчонки помладше. Не иначе поклонницы. Выходит, он местная звезда. Экзотическая. Правда, тот в их сторону даже и не смотрит, на ходу листая учебник.

Так, вслед за женщиной, я поднимаюсь на нужный этаж. Она кивает мне на дверь и желает удачи. Благодарю и улыбаюсь в ответ.

Удача мне очень пригодится.

Вхожу в непривычно просторный светлый класс и осматриваюсь. Куда мне сесть? Тут вообще есть свободные места? А вдруг все заняты? Может, учителя подождать?

Пока стою в дверях, становлюсь объектом внимания. Хочется сжаться в комочек и стать незаметной. Невидимой. Чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Кто-то идет прямо ко мне.

– Вот я тебя и нашел, гусеница, – слышу я. Поднимаю голову и вижу Артура. Того самого, из парка.

Похоже, теперь мы с ним одноклассники.

Хуже, чем уже есть, первый учебный день представить нельзя, а ведь он только начинается.

Глава 4

Артур Маевский

Девчонка смотрит на меня не мигая. В ее светлых глазах плещется паника – еще немного, и начнется цунами. Ухмыляюсь, видя ее реакцию на меня.

– Вот так сюрприз… – говорю я. – Прямо подарок от Деда Мороза, только что-то он в этом году рановато про меня вспомнил. Так, значит, ты и есть та самая новенькая, которая выиграла олимпиаду?

Нам про нее уже сообщили несколько дней назад. Ясное дело, никого ее заслуги не впечатлили, и большинство в классе были против того, чтобы ее сюда переводили. Но решение принимало руководство, так что всем плевать, что мы там по этому поводу думаем. Даже если наши родители – спонсоры гимназии. Директору, видите ли, выгодно сделать себе рекламу как меценату и взять к нам нищую олимпиадницу.

То, что она нищая, я понял еще в парке. Сколько лет ее джинсам? Кто сейчас вообще такое носит? Просто позорище. Ей повезло, что в гимназии школьная форма. Хотя… Блузочки-то у наших девчонок от кутюр, а у нее из масс-маркета.

Вспомнив, как она сбежала из парка, я скрежещу зубами. Драпанула с такой скоростью, что только пятки сверкали. Если бы не Инесса, которая прилипла ко мне, как дурацкий стикер, я бы ее на велике догнал.

Инесса и сейчас напоминает о себе – и опять не вовремя.

– Артурчик! – зовет меня и подходит ближе. С задумчивым видом, который ей совсем не идет, смотрит на новенькую. – Я тебя где-то видела… Точно, в парке! Артур, это твоя знакомая?

– Это наша новая одноклассница, – отвечаю я.

– Ооооо… – тянет Инесса. – А откуда ты ее знаешь? Она же не нашего круга.

Это ее «не нашего круга» звучит как из какого-то сериала вроде тех, которые смотрит наша домработница. Кто в наше время так выражается? Кошусь на Инессу, испытывая желание послать эту липучку подальше. С чего она вообще взяла, что может звать меня Артурчиком? Только потому, что наши родители дружат? Я же ее Инессочкой не зову – в отличие от моей матушки, которая, кажется, мысленно нас уже поженила и придумала имена нашим детям. Размечталась!

– Видишь вон ту парту? – Киваю я на место, которое обычно занимает Инесса. – Садись туда и не мешай. Нам с новенькой надо кое-что обсудить.

– Грубиян! – фыркает она и тут же оглядывается по сторонам, проверяя, не слышал ли кто, как я ее отшил. Но все заняты своими делами, им не до нас. Да и вообще, пока урок не начался, народу в классе мало.

Не провожая взглядом Инессу, снова смотрю на новенькую. Та втягивает голову в плечи и кусает губы. А губы красивые, кстати, я это еще в парке заметил. И волосы у нее зачетные, длинные, и фигурка ничего, благо длина юбки и расстегнутый форменный пиджак позволяют это оценить. Переодеть бы еще и с веснушками что-нибудь сделать.

Будь она просто новой ученицей гимназии, наши отношения могли бы сложиться по-другому. По крайней мере, начаться. Но эта девчонка – моя должница. Врезалась в мой велосипед и сбила меня с него – раз. Сломала мой смартфон – два. Сбежала, когда я с ней еще не договорил, – три.

А я, как говорится, мстительный, и память у меня хорошая. И дело вовсе не в стоимости выброшенного смартфона – для моего папаши это не деньги. Дело в принципе. Никто не смеет так себя со мной вести. Никто. И какая-то нищая олимпиадница – особенно. В нашу первую встречу она этого не уяснила – что ж, теперь у меня будет время донести до нее эту простую истину.

За спиной новенькой хлопает дверь, и в класс входит Ким Сонмин. В ушах, как всегда, беспроводные наушники, в руках учебник, выражение лица непроницаемое. Первый урок сегодня – английский язык, и наша южнокорейская звезда справляется с ним получше некоторых. А вот с русским у него проблемы. Его отец дипломат, работает в посольстве, и Сонмин учится у нас уже второй год.

Обойдя застывшую в проходе новенькую, он оборачивается на нее, бросает короткий взгляд и идет дальше, не обращая внимания на восторженные глазки девчонок, которые, наслушавшись кей-попа, принимают парня за живое воплощение их розово-сопливых грез. И если бы только они. Из других классов тоже все время лезут, заглядывают, ойкают, делая вид, что ошиблись дверью, – надоели уже.

Наблюдаю за реакцией новенькой. Она тоже смотрит на Сонмина заинтересованно, но как-то по-другому, не как остальные. А затем переводит взгляд на меня и опять принимает испуганный вид.

– Чего молчишь? – спрашиваю у нее. – Прощения попросить не хочешь? За то, что слиняла из парка.

– А ты меня простишь, если попрошу? – парирует новенькая. – Ведь нет же, правда? И… я уже сказала, что возмещу тебе стоимость твоего смартфона… просто не сразу…

– А я сказал, что платить ты будешь не деньгами, – наклонившись к ее лицу – до чего же мелкая! – говорю я.

– А как?.. – спрашивает она, как тогда в парке, когда нам помешала Инесса.

– А как – я еще не придумал, – заявляю я.

В класс входит учительница английского, и нашу милую беседу приходится прервать.

– Новенькая? – спрашивает Ирина Евгеньевна. – Что же ты стоишь? Вон там, рядом с Кимом свободное место.

– Рядом со мной тоже свободное, – вклиниваюсь я.

– Ты же, Маевский, всегда один сидишь, – удивленно приподняв брови, замечает учительница. Истинная правда – я всегда сижу один. Но иногда можно сделать исключение.

– Новенькой первое время будет трудно в гимназии, а я подскажу, что у нас и где, – пожимаю плечами я. – Я ведь президент класса все-таки. Так что…

– Хорошо придумал, – принимает мои слова за чистую монету Ирина Евгеньевна и указывает новенькой на мою парту. Та с видом осужденной на казнь идет по проходу между рядами, а я смотрю в ее спину и улыбаюсь. Игра начинается.

Ты еще не знаешь, насколько крупно вляпалась, девочка.

Глава 5

Стася Черемухина

– Значит, президент класса, – бормочу я себе под нос, шагая к указанной парте, которая сейчас кажется глубокой пропастью, куда мне предстоит прыгнуть. Выдумали же. В моей прежней школе был староста и никаких президентов.

Коленки дрожат, юбка с каждым шагом точно становится все короче. На меня смотрит учительница, а еще – с довольным видом – Артур. Рановато он радуется тому, как хорошо все устроил. Отсяду от него при первой же возможности. Кошусь в сторону парты азиата – он сидит один и даже ухом не ведет в сторону девчонок, которые уставились на него с явным обожанием.

Усевшись за парту, я вытаскиваю из рюкзака тетрадь, пенал и учебник по английскому. Один из тех, которые мама получила для меня в библиотеке, когда приходила в гимназию с документами. Хотя бы этим здесь снабжают. Ума не приложу, как бы мы выкрутились, если бы еще учебники покупать пришлось. И вообще, даже странно, что они тут еще не перешли на электронные, все легче было бы таскать.

Артурчик, как его называет та самая девица из парка, вразвалочку шагает ко мне и садится рядом. Напрягаюсь в ожидании его следующего шага, но парень вроде бы занят своими делами и не смотрит на меня. Или он перед учительницей так себя ведет? Та тем временем направляется к своему столу и приводит его в порядок. Класс постепенно наполняется учениками, и вскоре слышится звонок.

– Good morning! – поднявшись со стула, приветствует класс учительница. – А у нас сегодня новенькая. Черемухина, выйди, пожалуйста, сюда к нам.

Так и знала! Надеюсь, мне не придется проходить через это на каждом уроке. Но деваться некуда – выхожу. На меня тут же обращается множество взглядов. И все они оценивающие. Меня как будто положили на прилавок и разглядывают. Того и гляди взвесят на весах или пальцем потыкают.

– Как вы уже знаете, недавно между районными школами нашего города была проведена олимпиада по русскому языку и литературе. Ее победитель получил возможность выйти на новый уровень среднего образования, а именно – перейти в нашу гимназию. И этим победителем, вернее, победительницей стала Анастасия Черемухина, прошу любить и жаловать!

Растягиваю губы в неестественной улыбке. Похоже, все мои эмоции легко считываются будущими одноклассниками, а особенно одноклассницами. А еще они прекрасно видят, сколько стоит моя блузка, обувь и рюкзак. Меня начинает разбирать злость. Все эти дочки и сынки богатеньких родителей – да что они вообще знают о жизни? Новый уровень образования, пфф. Посмотрела бы я, как бы они себя повели, не будь их предки хозяевами жизни.

– Расскажи о себе, Черемухина, – просит учительница. Да что ж она ко всем по фамилиям-то обращается? Непривычно. – Чем ты увлекаешься? Наверное, любишь читать, раз с такой легкостью обошла всех соперников в вопросах по литературе?

– Люблю, – отвечаю я. В детстве у меня не было даже телевизора, не говоря уж о компьютере. Оставались только книги.

– Вот и замечательно! А что еще тебе нравится? Какой-нибудь спорт?

– Бег, – срывается с моих губ раньше, чем я успеваю подумать. Артур насмешливо кривит губы. Вспомнил, наверное, как я сбежала от него в парке.

– Замечательно, очень полезно! Рада, что ты так хорошо знаешь русский язык. Надеюсь, с английским у тебя тоже все в порядке?

– С английским похуже, – признаюсь я, опустив глаза. Наша старенькая учительница ушла на пенсию, а та, что пришла ей на замену, относилась к работе спустя рукава, так что успехами в английском в моей прежней школе никто, увы, не блещет. Похоже, это может стать проблемой.

– Жаль, у нас ведь углубленное изучение английского. Подумаю, что с этим можно сделать. Кстати, меня зовут Миронова Ирина Евгеньевна, и я ваш классный руководитель. Можешь вернуться на свое место, Черемухина. Еще раз поздравляю тебя! Поприветствуйте свою новую одноклассницу, ну же! – взывает она к остальным. – Разве вам не хочется поздравить ее с победой?

В классе раздается несколько жиденьких хлопков. Поспешно возвращаюсь за парту. Рядом с моей тетрадью лежит записка. В ней небрежным почерком написано: «После уроков задержись. Жди меня в коридоре под расписанием. Не придешь – тебе же хуже, гусеница».

Смяв в ладони записку, бросаю сердитый взгляд на соседа по парте. Что за детские игры? Теперь он мне еще и угрожать будет? Вот еще, выдумал. Может, я и встречусь с ним после уроков, но только для того, чтобы прямо в лицо высказать все, что о нем думаю, и в выражениях стесняться не буду.

Да, это по моей вине парень лишился наикрутейшего смартфона, которым, как выяснилось, не очень-то и дорожил, но его поведение – это просто что-то с чем-то. Ведь я как чувствовала, что ничего хорошего мне этот перевод в гимназию не обещает! Но обратно в районную школу меня едва ли уже примут, да и мама… Она так обрадовалась, когда я победила в олимпиаде. Ей хочется, чтобы я получила приличное образование, поступила в университет, в будущем нашла хорошую работу.

Нет, у меня остается только одна дорога – вперед, и только вперед. Я доучусь этот год в гимназии, чего бы мне это ни стоило. А после наши дороги с Артуром Маевским разойдутся навсегда.

Глава 6

Стася Черемухина

В английском я безнадежно отстаю, и это становится очевидно уже на первом уроке. Гимназия действительно с углубленным изучением, и здесь давно перегнали программу моей бывшей школы. Чтобы проверить уровень моих знаний, учительница задает мне несколько вопросов по теме, которую они проходят сейчас, и я что-то беспомощно блею под насмешливыми взглядами моих новых одноклассников.

Просто позорище!

Ирина Евгеньевна от моего ответа тяжко вздыхает, смотрит на меня с сочувствием, затем на ее привлекательном лице появляется задумчивое выражение, и наконец она произносит:

– Кажется, у меня есть идея. Ты ведь хороша в русском языке, Черемухина. А Ким очень хорош в английском. Вы будете подтягивать друг друга. Он тебя – по английскому языку, а ты его – по русскому. Что скажешь, Ким? Ты не против?

Она поворачивается к азиату, и тот пожимает плечами.

– Хорошо, – отвечает с заметным акцентом, и классная руководительница с облегчением выдыхает. Радуется, наверное, что переложила ответственность со своих плеч и ей не придется заниматься со мной лично. А то я ведь своим плохим английским наверняка все показатели ей испорчу.

– Вы можете оставаться после уроков в этом кабинете, можно начать уже сегодня, я тоже с вами задержусь. Не забудьте только. Или договоритесь о том, чтобы встречаться где-нибудь еще, неважно где, главное, чтобы результат был, – предлагает она.

Смотрю на парня, который кажется полным невозмутимости. Он действительно согласен? И как мне подтягивать его в русском? Я же не репетитор. Начинаю сомневаться, что из этой затеи получится что-нибудь путное, но после меня учительница вызывает отвечать его, и на английском он в самом деле шпарит бойко, без запинок и даже почти без акцента. Может, жил раньше в англоязычной стране? Кто он вообще такой, интересно? Вроде бы Ким – корейская фамилия. А по имени к нему при мне пока никто еще не обращался.

Урок заканчивается. Первым после Ирины Евгеньевны из класса выходит Артур. Даже не оглянувшись на меня. И это к лучшему. Век бы с ним не пересекаться!

Пока я собираю вещи и сверяюсь с расписанием, ко мне приближается та самая брюнетка, с которой мы уже встречались в парке.

– Вот что, новенькая, – заявляет она без предисловий. – Что бы ты там себе ни надумала, Артурчик мой. Ясно?

– Э-э-э-э-э… – не сразу нахожу слова я. – Я как бы и не претендую на твоего Артурчика, нужен он мне… Забирай и пользуйся на здоровье.

– Это ты сейчас прикалываешься? К твоему сведению, мы с ним с детства знакомы, и наши родители дружат! А ты так нагло уселась рядом с ним!

– Я нагло уселась? – Офигеваю от ее слов. – Это учительница нас вместе посадила, между прочим, после того, как он сам предложил! Так что все претензии к ним.

– Смотри у меня, – оскаливается собеседница. Гримаска на лице делает ее похожей на злую ведьму. – И не смей подкатывать к Артуру, иначе пожалеешь.

Резко развернувшись, она выходит. Потираю рукой лоб, чувствуя, как начинает болеть голова. Что-то многовато в последнее время желающих мне поугрожать.

Кроме брюнетки, никто больше ко мне не подходит. Для всех прочих одноклассников я словно бы невидимка. Кажется, они резко потеряли ко мне всякий интерес или просто не горят желанием познакомиться поближе. Кое-как я нахожу следующий кабинет. Немного подумав, занимаю пустующую парту позади всех. Не хочу больше сидеть рядом с Маевским. И не буду.

Лишь позже, когда ловлю на себе его взгляд, понимаю, что этим я бросила ему вызов. Но Артур ничего не говорит. Только прищуривает глаза, и я закрываюсь от него раскрытым учебником.

Второй урок – литература. Тут тоже есть произведения в программе, которые не проходят в районных школах, но некоторые из них я читала в свободное время, так что неуверенности не чувствую, даже когда учительница обращается ко мне с вопросами. К счастью, меня больше не заставляют выходить к доске и представляться.

Еще через урок, на этот раз алгебры, наступает большая перемена. Иду в столовую одна, а по дороге рассматриваю гимназию изнутри. Какая же она… впечатляющая. Иначе и не скажешь. Большая, просторная, современная и в то же время напоминает какую-нибудь старинную школу. Все вокруг обставлено и оборудовано дорого и со вкусом. Много дерева, много пространства и света.

Столовая расположена на первом этаже. Там тоже красиво и вдобавок очень вкусно пахнет, но шумно, как в любой другой школе. Помимо обедов, за которые плата вносится раз в месяц, есть буфет, где можно купить что-то повкуснее, например шоколадные батончики, всевозможные сэндвичи и напитки. Я могу оплатить питание только со следующего месяца, так что у меня нет выбора: или приносить еду с собой из дома, или брать что-то в буфете. Пробежавшись взглядом по ценам, понимаю, что у меня хватает только на самую простую булочку без всего и чай. Покупаю их и иду на поиски свободного столика. Совсем пустого не нахожу и сажусь напротив уткнувшейся в планшет незнакомой девчонки – подальше от моих одноклассников, которые сгруппировались в другом углу.

После большой перемены продолжаются занятия. На меня все так же не обращают внимания, и я надеюсь, что так будет и дальше, но напрасно. Потому что перед последним уроком на мою одинокую парту ложится еще одна записка со словами: «Не забыла про нашу встречу?» Почерк тот же, это явно снова Артур Маевский. Сжав губы, разрываю бумажку на мелкие клочки, а когда урок заканчивается, иду вовсе не к висящему на стене в холле расписанию, а в кабинет английского, где меня уже ждет Ирина Евгеньевна, а с ней мой будущий ученик и учитель в одном флаконе.

К этому моменту я уже знаю, что он на самом деле кореец и зовут его Ким Сонмин.

Глава 7

Стася Черемухина

Ирина Евгеньевна радуется. Неужели думала, что я не приду? А у этого Кима такое отстраненное лицо, как будто ему реально все равно, что из него тут добровольно-принудительно репетитора по английскому делают.

– Очень надеюсь, что ваши занятия помогут тебе догнать нашу программу, Черемухина, – произносит учительница. – Я, конечно, могу давать тебе облегченные задания, но это будет неправильно. Другие ученики будут недовольны, понимаешь?

– Да, – киваю я. Чего же тут не понять? Они и так от меня явно не в восторге. Да и с чего бы? Я совершенно точно не отношусь к числу тех, кто считается достойным учиться в гимназии, меня не привозит личный водитель на иномарке, а что касается учебы, то в других предметах я не блещу, а с русским повезло, потому что у меня так называемая врожденная грамотность. И это, кстати, тоже проблема. Некоторые вещи я знаю интуитивно, даже не заучивая правил из учебника, а теперь мне, похоже, придется их объяснять.

– Вот и славно, что ты это понимаешь. Что же касается русского языка, тут я не советчик. Можешь обратиться к преподавателю русского и литературы, но лучше, если вы разберетесь сами, ни к чему еще и его напрягать. Наши учителя и без того слишком загружены, – щебечет англичанка, а сама то и дело косится в сторону своего каждую минуту оповещающего о новых сообщениях смартфона в блестящем чехле. На свидание ее там приглашают, что ли? А что, женщина она молодая. И без обручального кольца, кстати говоря.

Милостиво оставив в наше полное распоряжение свой кабинет и ключ от него, Ирина Евгеньевна уходит. Цоканье ее каблучков затихает где-то в коридоре. Не поднимая глаза на парня, смотрю в раскрытый передо мной учебник. Язык точно прилип к небу. Что мне сказать?..

Да уж, глупая какая-то ситуация.

К счастью, Сонмин начинает разговор первым.

– На чем вы остановились? – спрашивает он. – Там, в твоей школе. Можешь показать? – Кивает на учебник передо мной кореец.

– Да, только… мы по другому учебнику занимались, – отвечаю я. Начинаю перелистывать страницы в поисках содержания, которое тут почему-то не в конце, как я привыкла, а в начале. Вот уж точно, смотрю в книгу – вижу фигу.

Ким придвигается ко мне. Совсем немного, чуточку, но это все равно волнительно и странно. Он все-таки парень, причем на редкость популярный, и я прекрасно понимаю, что у него без труда найдется куча других – и наверняка куда более интересных – дел кроме того, чтобы после уроков сидеть с бестолковой новенькой в пустом классе. Но Сонмин протягивает руку и открывает учебник на содержании. После чего облокачивается на парту и терпеливо ждет, пока я что-то пойму и смогу объяснить, с какой темы нам лучше начать свои занятия.

Я очень стараюсь перестать тупить поскорее, но невольно то и дело скашиваю взгляд на парня. Он действительно красивый, даже я (с учетом того, что никогда особо не фанатела по азиатам) могу это понять и оценить. Издалека-то привлекает внимание, а вблизи особенно. Естественно блестящие волосы, густые черные ресницы, четко очерченные губы. Мне приходилось слышать, что в Южной Корее, откуда родом мой новый одноклассник, очень развита пластическая хирургия, но едва ли он к своим годам успел сделать несколько операций, чтобы добиться такого вау-эффекта. Наверное, с генами повезло. Унаследовал красоту так же, как я свои круглогодичные веснушки.

Упс. Кажется, мое повышенное внимание к парню, а не к учебнику, не осталось незамеченным. Ким слегка усмехается, а я, наконец-то каким-то чудом углядев нужную строчку в содержании, тыкаю в нее пальцем.

– Вот это.

– Уверена? – переспрашивает он. Акцент у него забавный, конечно, но мне совсем не мешает. Все-таки Сонмин не первый день в России и учится здесь, да и способности к языкам, судя по успехам в английском, у него явно имеются.

– Да, – отвечаю я, кусая губу. – Мы остановились на этом. Но я… что ты мне посоветуешь, чтобы лучше говорить и понимать на слух?

– Фильмы… сериалы с субтитрами… песни как вариант, – перечисляет, пожимая плечами, собеседник. – Ты должна сама… эммм… подобрать, что тебе лучше подходит. И практика еще.

– Языковая практика? – переспрашиваю я. Ну да, понятное дело. Вот только мне особо-то и не с кем говорить на английском.

– Хорошо, давай подумаем над программой занятий и приступим уже, – кажется, Ким Сонмин начинает терять терпение. На его месте я бы уже раньше потеряла. Он мог бы сейчас играть в компьютерные игры, смотреть корейские сериалы, плавать в бассейне, который, кстати, в гимназии тоже имеется, или дышать воздухом в парке, а не терять тут время со мной.

– Давай, – соглашаюсь я. В кабинете жарко, поэтому я снимаю форменный пиджак. Неловко придвигаюсь обратно к парню, когда он раскрывает передо мной свою тетрадь.

В это время хлопает дверь, и в классе появляется новое действующее лицо. Это Артур Маевский. Он, похоже, в ярости, даже ноздри раздуваются, как у быка, который бежит прямиком на красную тряпку. От направленного на меня сердитого взгляда хочется втянуть голову в плечи, но вместо этого я делаю наоборот – с глубоким решительным вдохом распрямляю грудь и плечи, чтобы достойно встретить атаку моего личного недавно обретенного врага. Это оказывается серьезной ошибкой, потому что старенькая блузка не выдерживает такого обращения – одна из пуговиц на стратегическом месте рвется и отлетает, тут же делая мой вид пикантным и неприличным.

Глава 8

Стася Черемухина

Этот день не мог стать еще хуже! Устроить стриптиз перед двумя парнями – кошмарное его завершение. Прямо как в страшном сне, который все не кончается и не кончается, пока не прозвенит будильник.

Чертова пуговица улетела неизвестно куда. Края блузки разошлись в стороны, открывая нижнее белье. Пытаюсь стянуть их руками – ничего не выходит. Блузка слишком узкая. Надо было купить новую, не может же быть, чтобы нигде не устраивали распродаж!

Я тянусь за сброшенным пиджачком, чтобы прикрыться, но тот, как назло, свалился на пол. И к нему тут же подбирается Маевский. Подхватывает и с издевательской улыбочкой прячет за спину.

– В таком виде ты мне больше нравишься.

Вот ведь… гад. Гад, гад, гад! На глаза набегают злые слезы, а этот паршивец так и пялится на мою грудь. Извращенец несчастный! Пусть его поклонница-брюнетка перед ним раздевается!

Внезапно Ким тянется ко мне и накидывает на мои плечи свой пиджак, который он тоже снял еще до моего прихода. Такого Артур явно не ожидал. Он округляет глаза и пялится на нас двоих так, словно чудо какое-то увидел.

Запахиваю на себе пиджак Сонмина, который, разумеется, больше моего, и с благодарностью смотрю на парня. Надо же, настоящий джентльмен. Не то что некоторые.

– Почему ты не пришла? – рычит на меня Маевский.

– Не захотела и не пришла, – отвечаю я. – У нас, между прочим, занятия, а ты мешаешь. Отдай мне мой пиджак и уходи!

– Вижу я, чем вы тут занимаетесь, – прищурив глаза, цедит он. – Вдвоем в пустом классе, наедине. Быстро же ты начала соблазнять парней, гусеница.

– Каждый понимает в меру своей испорченности, – фыркаю я.

– Мы в самом деле занимаемся английским, – произносит Ким Сонмин.

– А ты не вмешивайся! – огрызается за компанию и на него Артур Маевский. – У меня к ней свои счеты. И она по ним заплатит.

Стискиваю зубы. До чего же он… невыносимый! Неужели все богачи такие? Самодовольные мажоры! И это среди них мне предстоит провести несколько месяцев?

Чую, они будут бесконечными.

– Я отдам тебе деньги за твой дурацкий дорогущий смартфон, – говорю я. – Все до копейки. А до тех пор оставь меня в покое и дай спокойно учиться.

– Нет! И я уже сказал, что твои деньги мне не нужны! Проблемы со слухом?

– А твоя проблема в чем? – парирую я. – Так нравится кого-то доставать? Да ты… ты вообще ничего обо мне не знаешь!

Поднявшись с места, выхватываю из его рук свой пиджачок. Помялся, бедненький. Опять отглаживать придется.

Рядом с Маевским я выгляжу точно такса рядом с овчаркой. Такая же мелкая. Но ему удалось меня по-настоящему рассердить, так что я уже не думаю о нашей разнице в росте и весовых категориях. И, если придется, ударю его. Пусть не думает, что надо мной можно глумиться вволю.

Артур Маевский

Эта гусеница меня просто выбесила. Ждал ее возле расписания, как идиот, целых пятнадцать минут, если не больше. Еле отбился от Инессы, которая пыталась утащить меня в кафе. Может, и надо было с ней пойти. Но я вспомнил слова Ирины Евгеньевны про занятия и догадался, где может быть новенькая, если не ушла домой.

И что? Она действительно оказалась там, в кабинете английского. Сидели с Кимом рядышком, ну прямо как голубки.

Так вот, значит, каковы твои вкусы, Анастасия Черемухина? На экзотику потянуло? А тут еще и училка такую удачную возможность подкинула подобраться к нашей восточной звезде поближе.

Черт-те что. Сам не пойму, почему меня это разозлило. Их близость, склоненные над учебником головы. Прядь ее длинных рыжеватых волос почти задевала его щеку, а он никак на это не реагировал, преспокойно сидел, хотя обычно не подпускал девчонок близко, типа его только учеба у нас интересует. Только учеба, как же. Все мы, парни, одинаковые, а в нашем возрасте и подавно. Ни за что не поверю, что Сонмин с утра до вечера только и мечтает, как поскорее аттестат получить, а о девушках вообще ни секунды не думает.

Когда пуговка на туго натянутой на груди блузке девчонки отлетела и ускакала куда-то по полу класса, я не смог сдержаться. Уставился на нее во все глаза. Блин. Это не первая частично раздетая девушка, которую я вживую вижу в своей жизни. Помнится, та же Инесса как-то пыталась меня соблазнить и вовсю изображала из себя роковую женщину. Послал ее подальше, конечно. Знаю я эту тактику: сначала «Это будет наш с тобой секрет», а потом двумя семейными кланами в ЗАГС потащат, и фиг отвертишься.

Так, о чем это я… Новенькая, в общем, не первая, и пофигуристее видали. Но что-то в ней такое есть… Не только в ее девичьем теле и светлой незагорелой коже, открытой лишившейся пуговицы блузкой, но и в глазах, во взгляде. Что-то, на что хочется смотреть, не отрываясь.

Чтобы продлить это и заодно наказать за то, что не явилась по моему приглашению, подбираю с пола ее пиджак раньше, чем она сделает это сама. Но кореец практически тут же набрасывает на нее свой. Рыцаря из себя вздумал строить?

Спрятав наготу, девчонка подскакивает ко мне и глядит с таким вызовом, как будто вот-вот на меня бросится. Глаза горят, ну точно разъяренная тигрица, а не ученица гимназии. Того и гляди вцепится мне в рожу. Это желание прямо так и написано у нее на лице. И в этот момент открывается дверь.

– А вы что тут делаете? Уроки закончились давно! Марш по домам!

Завуч. Принесло же его. Мужик старой закалки и перед обеспеченными учениками не лебезит. А еще бывший военный. Ослушаться его не вариант.

– Я с тобой еще не договорил, – шепотом произношу я, наклонившись к девчонке так близко, что ощущаю свежий мятный запах ее волос. – До новой встречи, гусеничка моя. До завтра.

Глава 9

Стася Черемухина

От прощальных слов Маевского меня аж передергивает. Закусываю губу и провожаю его взглядом. В душе закипает ненависть, горькая, яростная. Никогда не думала, что могу испытывать такие эмоции к человеку, которого почти не знаю. Но сейчас они, кажется, намерены прочно во мне обосноваться.

Мужчина – один из учителей – пристально и пытливо смотрит на меня. Понимаю, что выгляжу странно в его глазах. Закутана в один форменный пиджак с чужого плеча, в руках держу другой – свой собственный. Да и ситуация, в которой он меня застал, выглядит какой-то двусмысленной. Двое парней и одна я.

– Простите, – поднявшись с места, говорит Ким Сонмин. – Ирина Евгеньевна оставила нас здесь, чтобы я позанимался английским с новенькой. Артур просто… перепутал классы.

Бросаю на парня благодарный взгляд. Снова он меня выручает. И с чего бы? Мы ведь не друзья. Я даже не понимаю, как он относится к идее англичанки подтянуть меня по ее предмету.

– Почему такой вид? – задает мне вопрос учитель.

Краснею до корней волос. Мне что, придется еще и ему, взрослому мужчине, который явно старше моей мамы, показать свою блузку с оторванной пуговицей? Да ни за что!

– Простите, – повторяю я за Сонмином, отхожу в сторону, поворачиваюсь спиной и торопливо, едва попадая в рукава, меняю пиджаки. Полностью застегиваю свой и возвращаю Киму его. При этом опускаю глаза, чтобы не пересекаться с ним взглядами.

Странно, ведь из-за того, что произошло, стыд должен испытывать Артур Маевский, а стыдно мне. Жгуче, до боли. Ему же это чувство, наверное, вообще ни грамма не знакомо.

– Вам придется найти для занятий другое место, – строго произносит учитель. – Как вариант, есть же библиотека. А сейчас расходитесь.

– До свидания!

Я выскальзываю из кабинета английского первой. Пересекаю коридор и сбегаю по лестнице. Мне хочется быстрее на свежий воздух, я задыхаюсь здесь, меня душат слезы, которые я упорно загоняла внутрь все то время, пока терпела унижения от этого гада. Невыносимо думать о том, что завтра увижу его снова. И не только завтра, но и все ближайшие месяцы видеть буду.

Мне звонит мама. Голос у нее радостный и оживленный. Она получила премию на работе и предлагает мне прикупить что-нибудь новенькое.

Вовремя. Мне как раз нужна новая блузка. Но даже это сейчас нисколечко не радует.

Чтобы не расстраивать маму, я стараюсь, чтобы мой голос звучал нормально, как всегда. До нашей встречи у меня есть немного времени, чтобы привести себя в порядок и спрятать следы непрошеных слез. Я не позволю, чтобы из-за какого-то урода огорчалась и она тоже. И жаловаться учителям тоже не собираюсь. Я должна справиться с ним самостоятельно.

Ты мне за все ответишь, Артур Маевский!

Артур Маевский

Елки, как же завуч не вовремя явился. Понесло его проверять дисциплину в пустых классах. Бесит, что пришлось уйти из-за него.

Иду пешком, чтобы проветрить голову, а перед глазами так и стоит новенькая. Этот взгляд ее яростный, подбородок гордо вздернутый, губы. Блузка… Черт, а вот об этом лучше не думать. Иначе просто взорвусь.

Сначала она меня реально раздражала. Тем, как появилась передо мной, стала причиной сломанного смартфона, который пришлось выбросить, сбежала из парка. Я никогда и не смотрел на таких, как эта нищебродка. Отдаст она мне деньги, как же. К пенсии, может, и накопит.

И, конечно, я никак не ожидал, что эта особа появится в нашей школе. Что она та самая победительница олимпиады. Вот ведь совпадение, нарочно не придумаешь! «Теперь будет мне глаза мозолить до самого выпускного», – подумал я в первую минуту. Но в то же время почуял, что наклевывается что-то интересненькое.

А после того, что произошло в кабинете английского… Проклятье. Кажется, меня к ней тянет. В том самом смысле. Как к девушке!

Почему не к Инессе? Почему я равнодушен к той, кого мне прочат в жены чуть ли не с ясельной группы детского сада? Она ведь выросла в красивую девушку: яркая брюнетка, фигуристая; пацаны шеи сворачивают, когда она мимо них проходит, даже взрослые мужики поглядывают. Выглядит Инесса старше своих лет, ей можно спокойно дать все двадцать, если не больше. Особенно, если она с вечерним макияжем.

Но нет, Инесса меня никогда не цепляла, даже когда вдруг за одно лето повзрослела и обзавелась формами. Я к ней попросту привык за все то время, что мы знакомы. Может, она и подходит мне, но это не то. И не та. Так что все ее надежды и розовые мечты о нашей скорой свадьбе и парочке орущих громче сигнализации карапузов напрасны.

Но эта новенькая… Черемухина. Есть в ней что-то. Что-то, чего не хватает той же Инессе. Особенное, западающее в душу. Какой-то внутренний стержень, характер.

Нет. Не надо так о ней думать. Она – мое развлечение, чтобы развеять скуку. Игрушка. И не больше.

Но почему меня так взбесило, когда увидел ее рядом с Кимом? Ревность? Не смешите меня, ревновать – жалкий удел неуверенных в себе нытиков. Да и вообще глупо. Очень сомневаюсь, что он, отвергнув столько признанных школьных красоток, вдруг увлечется какой-то новенькой.

Как она вообще могла вот так быстро и запросто влезть мне в голову? Настолько, что думаю о ней и бешусь при мысли о том, что она меня даже нисколько не боится. Ну ничего-ничего. Еще не вечер. Погоди у меня, гусеничка. В следующий раз мы будем одни, и никто тебя от меня не защитит. Заполучу тебя и успокоюсь.

Уж я-то найду такую возможность.

Глава 10

Стася Черемухина

Новое утро, новый учебный день, новая блузка… И все та же я. Вхожу в класс, стараясь расправить плечи и дышать глубоко. Ничем не показывая свой страх. Страх перед тем, что этот день мне готовит.

Снова первый урок – английский. Я занимаю свободную парту, за которой уже сидела вчера после того, как пересела от Маевского. Рядом с ним ни за что больше не сяду.

В класс входит Ирина Евгеньевна. Сегодня у нее хорошее настроение и цветущий вид. Все-таки успела вчера на свидание?

– Good morning! – приветствует она нас. – Черемухина, как позанимались вчера с Кимом? Есть успехи?

Все взгляды тут же оборачиваются в мою сторону. Вот же ж! Додумалась она задавать этот вопрос, когда все одноклассники в сборе! Я вижу любопытство в чужих глазах, а в некоторых – ревность. Так смотрят девушки, которые явно неровно дышат к Сонмину.

Артур тоже смотрит. Так зло, что мне становится не по себе. Да что я ему, в конце концов, сделала? Непохоже, чтобы он был так уж привязан к своему смартфону. С доходами его родителей еще много таких же гаджетов купить можно.

Преподавательница английского ждет ответа, и я сглатываю и произношу сдавленно:

– Да, все нормально прошло. Но… нам… нам вчера сказали, что в классе после уроков лучше не оставаться. Так что надо выбрать библиотеку или другое место.

– Ну, с этой задачей вы, думаю, и сами справитесь, – отвечает учительница. – Взрослые уже, не первоклашки, разберетесь. Мне главное, чтобы результаты были. В Киме-то я не сомневаюсь, а ты, Черемухина, у нас пока темная лошадка. Но я в тебя верю.

Жар приливает к лицу. Опускаю голову, пряча раскрасневшиеся щеки под волосами. Верит она в меня, как же. Просто заморачиваться не хочет. Видимо, и правда роман завела, и ей сейчас не до нас.

А я-то чем лучше? Взяла и соврала Ирине Евгеньевне. Потому что все прошло совсем не нормально. И черт его знает, как оно будет дальше. Мне Сонмину после вчерашнего даже в лицо посмотреть неловко. А если Артур Маевский и дальше продолжит нам мешать? С него станется подстроить какую-нибудь пакость.

Вчера весь остаток дня и вечер я очень старалась о нем не думать. Не вспоминать. Забыть. Улыбалась маме. Выбирала вместе с ней новую блузку: закрытую, без пуговиц на груди. Мы даже позволили себе маленькую радость – заглянуть в кафе и поужинать там, а не дома. Но потом мама сказала, что так мы отмечаем мое поступление в гимназию, и у меня разом пропало настроение, а вместе с ним и аппетит.

Разумеется, я ничего ей не сказала. И не скажу. Разве что про занятия по инглишу обмолвилась, и то лишь потому, чтобы объяснить, почему я задержалась.

– О, настоящий кореец? – удивилась мама. Она у меня канал дорам периодически смотрит. – А откуда он так хорошо знает английский?

– Не знаю, не спрашивала, – дернула плечами я.

– Так ты спроси, поинтересуйся. И вообще подружись с ним. Помню, в мое время тоже отстающих по разным предметам подтягивали… – Ударилась в ностальгию мама. А я только вздохнула. В ее время все однозначно было куда проще.

Начинается урок английского. Чувствую себя такой тупой и ничего не понимающей, как будто, будучи еще школьницей, зашла в студенческую аудиторию в самый разгар лекции. Вот что значит углубленное изучение.

Все сильнее начинаю скучать по своей старой школе. Пусть она и не претендовала на звание лучшей в городе, к ней я привыкла. Там чувствовала себя спокойно. Да, по-настоящему близких подруг и друзей я так и не завела, зато не было и врагов. Отношения со всеми одноклассниками и учителями складывались ровные, не такие, из-за которых можно переживать.

Но здесь – другое дело. Потому что здесь учится Артур Маевский. Ненавижу его всем сердцем. Слишком сильное чувство, но по-другому с таким, как он, никак. Знаю, что для того, чтобы ему противостоять, нужен холодный рассудок, но не могу совладать с эмоциями. И они прорываются наружу после урока, когда этот гад подходит к моей парте. Еще не успев собраться, я замираю перед ним, ощущая приближение очередных неприятностей на мою голову.

– Почему ты отсела? – задает вопрос Маевский.

– И ты еще спрашиваешь? – отвечаю я. – После того, что ты… как ты себя повел вчера, я не то что рядом сидеть… Я дышать с тобой одним воздухом не хочу!

– Ну надо же… – издевательски усмехаясь, парень наклоняется ко мне. Так близко, что до меня доносится его запах, и он, черт возьми, приятный. Горьковато-пряный, обволакивающий. Похоже, какая-то очень дорогая мужская туалетная вода. – А я вот ничего не имею против того, чтобы дышать с тобой одним воздухом, можно даже в поцелуе…

Отшатываюсь назад так резко, что едва удерживаю равновесие. И Артур тут же хватает меня за плечи. Его взгляд скользит по моему лицу и ниже, останавливается на воротничке блузки.

– Вижу, ты приоделась. Раньше было лучше, – хмыкает ненавистный одноклассник. – А тут где застежка, сзади?

– Отпусти! – Вырываюсь из его рук. – И оставь меня в покое! Я…

– Ты первая передо мной провинилась, гусеница. Надо было смотреть, куда идешь. Или вообще оставалась бы в своей школе, тогда бы точно больше не пересеклись.

– Да я бы с удовольствием там осталась! – выпаливаю я. Слишком громко – на нас уже начинают обращать внимание. Ко всему прочему, мы еще стоим в проходе. И, конечно, интерес ко мне Артурчика не ускользает от внимания той самой брюнетки, которая так его называет. – Но у меня не было выбора… – добавляю я и закусываю губу, чтобы не разреветься при всех, и хуже того – при нем.

– Правильно, – шепчет он, наклонившись к самому моему уху, как вчера. – Выбора у тебя нет. Я тебе его не оставлю.

Глава 11

Стася Черемухина

Чуть хрипловатый голос Артура Маевского звучит так интимно, что становится не по себе. По коже ползут противные мурашки. Упираюсь ему в грудь ладонями, с силой отталкиваю парня с дороги, хватаю свой рюкзак и выбегаю из класса. Только в коридоре, немного отдышавшись, понимаю, что захватила не все. О чем мне тотчас же напоминают.

– Эй, ты там забыла на парте, – походкой королевы приблизившись, заявляет его чернокудрая подруга и впихивает мне в руки мой пенал и тетрадь. – Дешевка, – морщится она, глядя на то, как я неловко заталкиваю свое имущество в рюкзак. – И ты, кажется, решила проигнорировать мое предупреждение не лезть к Артурчику.

– Твой Артурчик сам ко мне пристает! – отвечаю я, окончательно разозлившись. – Не видела разве? Так и тянет свои грабли!

– Эй, полегче. Если он к тебе лезет, значит, имеет какой-то свой интерес… но не личный. Ни за что не поверю, что у Маевского может быть настолько плохой вкус.

– Послушай, – выдыхаю я. – Что тебе от меня надо? Я не гонялась за перспективой перевестись в вашу суперкрутую гимназию. Веришь ты или нет, но меня вполне устраивала моя старая школа, самая обычная. Просто так вышло, что я победила в олимпиаде и…

– Победила в олимпиаде и вынуждена была начать учиться в элитной гимназии, – издевательским тоном произносит собеседница. Вышедшая из класса вслед за ней группка девчонок тут же начинает услужливо подхихикивать. – Бедная-несчастная. Это же так тяжело – со своими нищебродскими шмотками вдруг оказаться среди нас. Пожалеем ее, девочки? – Оборачивается она к своим прихлебательницам, и те начинают смеяться уже громче, не втихую.

Стискиваю зубы, чтобы не сказать то, о чем впоследствии могу пожалеть. Что бы я ни ответила сейчас, любое мое слово будет переиначено, вывернуто на свой лад и обсмеяно. Лучше промолчать, как бы это ни было сложно, и идти дальше своей дорогой. А именно – в другой класс. Урок уже скоро начнется, и опаздывать на него во второй учебный день мне не хочется. Как и привлекать к себе излишнее внимание еще и остальных учащихся и учителей. Мне с лихвой хватает и того, что уже привлекла.

Накинув рюкзак на плечо, я иду дальше по коридору и вдруг едва не натыкаюсь на Сонмина. Выходит, он все это время был где-то рядом? И слышал наш с брюнеткой разговор?

Думать об этом не хочется. А еще смущаюсь, когда вспоминаю вчерашний день. И ту неприятную ситуацию, при которой присутствовал Ким Сонмин.

Захочет ли он после этого со мной заниматься?..

– У тебя сегодня после уроков есть время? – спрашивает кореец.

– Да, – киваю я. Мои дни и в особенности вечера вовсе не загружены. Я не посещаю спортивные секции, не занимаюсь танцами, о которых когда-то мечтала, – все это требует значительных финансовых вложений, которые наша с мамой маленькая семья не может себе позволить. Иногда разрешаю себе побродить по книжным магазинам, полистать и понюхать новые книги. Почему-то из всех запахов в мире мне больше всего нравится запах свежей типографской краски.

– Тогда приходи в библиотеку. Попробуем разные методы, чтобы развить твои навыки английского. Заодно и посмотрим, какой тебе лучше подходит.

– Хорошо, – соглашаюсь я. Отвожу взгляд в сторону, но наконец-то решаюсь добавить еще кое-что. – Ты меня прости… за вчерашнее.

– Простить тебя? – Собеседник приподнимает темные брови. – За что? Это ведь была не твоя вина.

– Моя вина в том, что я перешла дорогу Артуру Маевскому, – говорю я. Сама не понимаю, зачем пытаюсь что-то объяснить – может, Сонмину это вовсе даже и не интересно? – Не специально. Так уж вышло… Случайность. Из-за меня разбился его смартфон, а потом я убежала и…

– Сделала только хуже, – замечает азиат. В голове мелькает мысль, что у него ведь наверняка совершенно другой менталитет. Что там у них полагается в подобных случаях – поклониться? Встать на колени? Кажется, в одном из сериалов, которые смотрела мама, а я заглядывала краешком глаза, от одной героини именно этого и требовали, когда она в чем-то провинилась. Представила, как опускаюсь на колени перед Маевским, и поморщилась. Да никогда и ни за что в жизни!

– Теперь уже поздно, – развожу руками. – Сам же видишь, я его раздражаю… самим фактом своего существования. Как и его подругу.

Ее, как я уже успела узнать, зовут Инесса Забродина.

Фамилия сразу показалась мне знакомой. Потом я вспомнила, где ее слышала. Тот самый Забродин? Это ведь фамилия известного бизнесмена, владельца торговой марки кондитерских изделий и не только! Выходит, брюнетка – его дочь? А впрочем, чему удивляться, тут ведь все ученики не простые, а богатые и знаменитые. Одна я, белая ворона, не такая затесалась.

– И с ней, как я понимаю, тоже лучше не связываться, – добавляю я со вздохом, понимая, что начала учебу в гимназии с обретения целых двух неприятелей, причем один подтянул за собой второго. Ведь Инесса докопалась до меня только из-за того, что мною заинтересовался Артур, в противном случае она бы в мою сторону и не взглянула! – Надеюсь, хотя бы твои поклонницы на меня не ополчатся? – задаю вопрос Сонмину, который явно не совсем понимает, что я имею в виду. Хмурит лоб и смотрит вопросительно. – Ну, девчонки, которые за тобой бегают… не приревнуют тебя ко мне, когда увидят, что мы много времени проводим вместе с нашими занятиями? – поясняю я.

– Не беспокойся. – Губ парня касается легкая улыбка, и как же она ему идет! – Я никому из них… как бы это сказать… не давал надежду.

Глава 12

Стася Черемухина

«И правильно, – думаю я. – Еще не хватало надежду давать этим липучкам». И все же мне в самом деле не хочется стать объектом ненависти еще и для тех девчонок, которые бегают за Сонмином.

– Извини, у меня еще есть дела, а скоро уже урок, – произносит он и скрывается за поворотом. Смотрю ему вслед и уже собираюсь идти в направлении нужного мне класса, как вдруг слышу за спиной голос Инессы все с теми же ревниво-сердитыми интонациями. Правда, сейчас она обращается не ко мне.

– Ну Артурчик… – манерно тянет брюнетка. – Ну почему ты не хочешь прийти на вечеринку к Альбине? Без тебя там будет скучно…

– Если тебе без меня скучно, тоже не ходи, – равнодушно отвечает ей Маевский. На мгновение мне становится жаль Инессу – ну неужели она сама не понимает, как нелепо смотрится со стороны вот такое ее поведение? – Сиди дома.

– Но дома же еще скучнее… А может, ты придешь ко мне, а? Родаков сегодня не будет. Посидим, посмотрим фильм. Что скажешь?

– Скажу, что не хочу. Ни на вечеринку, ни тем более к тебе. А теперь отстань.

– Почему ты такой? Я расскажу… твоей маме! Ты ведь знаешь, как она ко мне относится!

– Рассказывай хоть директору гимназии, – бросает ей Артур. А затем по моей коже ползут мурашки, потому что следующие его слова адресованы вовсе не собеседнице, а мне. – Подслушивать нехорошо, гусеничка.

– Почему ты ее так называешь? – возмущается брюнетка. – Она что, в самом деле тебе нравится? Эта?..

– Да, – отвечает ей Маевский, и на смену мурашкам приходит морозный холод, растекающийся по венам. – Она мне нравится. Смирись.

– Не может этого быть! – восклицает Инесса так громко, что у меня звенит в ушах. На этот раз наши с ней мнения полностью совпадают. Не может этого быть. Я не могу нравиться Артуру Маевскому. Это очередной его хитрый ход, тактика, чтобы испортить мне учебный год в гимназии.

Не желая слушать, что он еще скажет, ухожу. Прибавляю шаг, глядя себе под ноги. Но не могу не думать о том, что только что прозвучало. Зачем, ну зачем он это сказал? Его подруга возненавидит меня еще сильнее, а я…

Я всего лишь хочу оправдать мамину веру в меня. Окончить школу. Поступить в университет. Денег на то, чтобы оплатить мое высшее образование, у нас нет. Выход один – поступать по ЕГЭ. А ведь бюджетных мест мало. Однако, если я заработаю хорошие оценки в аттестате за этот последний школьный год, у меня будет какое-никакое преимущество, гимназия все-таки. Известная, элитная, должна же ее репутация сработать в мою пользу. Да и победа в олимпиаде тоже может иметь значение, ко всему прочему.

Но я всего лишь второй день тут, а уже вляпалась в неприятную историю и нажила себе врагов. По коридору спокойно пройти не могу – в мою сторону уже косятся и оглядываются. Наверное, это те, кто слышал слова Артура и их с Инессой ссору из-за меня.

Вопреки моим опасениям, следующий урок проходит спокойно. За ним еще один, и еще. На переменах я стараюсь максимально дистанцироваться от одноклассников и демонстративно утыкаюсь носом в учебник каждый раз, когда кто-то смотрит в мою сторону. Пусть лучше считают меня скучной заучкой и унылой ботаничкой, чем той, кто тянет грабли к чужому – ну, или потенциально чужому – парню. Так всяко безопаснее.

Но на большой перемене мне снова приходится идти в столовую, и там, когда я опять беру чай и пустую булочку, ко мне за стол присаживается одна из девчонок из моего класса. Я видела, как она отвечала на уроке физики. Очень грамотно – видимо, увлекается этим предметом. Мне, гуманитарию, даже завидно стало. По физике, химии, алгебре и геометрии я вытягиваю на четверку, не больше.

А еще этой девчонки не было среди подпевал королевы Инессы, и это для меня тоже весомый аргумент в ее пользу.

– Это что, весь твой обед? – Кивает она на то, что я взяла в буфете.

– Общее питание будет только со следующего месяца, – объясняю я. – А все остальное… слишком дорого. Как будто не буфет, а крутой ресторан.

– Это ты еще в аэропорту меню в кафешках не видела, – замечает собеседница, и я молчаливо соглашаюсь с тем, что и правда не видела. Я пока еще в своей жизни никуда не летала. Родители предпочитали путешествовать поездами, а затем, когда не стало папы, мы с мамой и вовсе не смогли бы себе позволить даже поездку в соседний город. Остается утешать себя тем, что все впереди, ведь буду же я когда-нибудь зарабатывать… – Хочешь, поделюсь? – Кивает она на свой поднос.

– Нет, спасибо, – решительно отказываюсь я. – Я не голодная, правда. А ты… тебя ведь Лена зовут?

– Алена. Мне так больше нравится. А тебя Настя?

– Лучше Стася… Привычнее.

– Вот и познакомились по-настоящему, – улыбается Алена. У нее очень светлая, словно фарфоровая, кожа, белокурое каре и большие голубые глаза. Кукольную внешность портит лишь заметная щербинка между передними зубами, но она же и добавляет обаяния. – А ты молодец, – вдруг произносит она. – Нужно быть смелой, чтобы сюда к нам перейти… и дать отпор Артуру Маевскому.

– Ну, я этого не выбирала. Даже не знала, что призом будет переход в гимназию, – пожимаю плечами я. – Возможно, это решили в последний момент, кто знает. А что касается Артура, то… мы с ним встретились незадолго до того, как я впервые сюда пришла, – добавляю я и рассказываю про эпизод с парком и смартфоном. – Вот так все получилось, – развожу руками.

– Мда… дела… – тянет Алена, даже забыв про остывающую еду. – Думаю, если бы ты и оплатила Маевскому покупку нового гаджета, это бы не решило проблему окончательно. Он бы все равно от тебя не отстал.

Глава 13

Стася Черемухина

– Почему ты так считаешь? – настороженно спрашиваю я.

Алена хмурится, отводит глаза, но все-таки отвечает:

– Тебе не понравится то, что я скажу, но… Это было пару лет назад, мы тогда были, естественно, помладше. В нашем классе училась девочка, которая тоже попыталась дать отпор нашему Артуру Маевскому. Она считала, что он спустя рукава выполняет обязанности президента класса, и хотела занять это место. Амбиции у нее были, конечно, ого-го какие. В общем, ему это, естественно, по душе не пришлось и между ними начался конфликт. Который закончился тем, что эта девчонка не просто перевелась из гимназии, но и вообще переехала в другой город!

– Это ты сейчас меня так предупреждаешь? – Понимаю я. Услышанное мне в самом деле ни грамма не нравится, хотя я уже даже не удивляюсь тому, что такое случилось. – Но… почему… Как ему удалось ее до такого довести?

– Маевский это умеет, – вздыхает собеседница. – Он влюбил ее в себя. И опозорил. Выставил все в таком свете, как будто это она за ним бегала и унижалась. Хотя на самом деле, по правде говоря, кто унижается, так это его Инесса. Вернее, она очень хочет быть его и всем хвалится, что их семьи давно дружат и чуть ли не об их помолвке договорились!

– Оно и видно, – киваю я и, тоже вздохнув, допиваю чай. – Погоди… Ты что же, думаешь, что Артур и со мной выберет такую тактику? Попытается меня в себя влюбить? Ну нет, со мной у него такой номер не пройдет!

– Кто знает, кто знает… – Алена аккуратно вытирает руки бумажной салфеткой. – Все-таки он далеко не урод и даже умеет… быть обаятельным.

– Обаятельным гадом, – подытоживаю я. – Нет уж. Я лучше пойду работать уборщицей и верну ему деньги за смартфон.

– Я же сказала – не думаю, что это поможет. Ладно, пойду я, – одноклассница поднимается с места. – Надо еще перед уроком заскочить… попудрить носик.

– Ты почти ничего не съела.

– Ничего страшного, не люблю чечевичный суп. Короче, я тебе рассказала все, что знаю про ту историю, а ты будь осторожна с Маевским. Не верь ему.

– Даже не собираюсь! – заявляю решительно. В памяти тут же звучат слова «Она мне нравится». Стискиваю кулаки и скриплю зубами от злости. Вот зачем он это сделал? Чтобы Инесса после уроков переехала меня своей машиной с личным водителем?

Но когда уроки заканчиваются, брюнетка выходит из класса. Все так же с видом королевы. Надеюсь, она и правда не поверила Артуру.

Как и я.

Едва не забыв о нашем с Сонмином следующем занятии, отправляюсь на поиски библиотеки. Она совсем не похожа на ту тесную и пыльную, что была в моей прежней школе. В гимназии библиотека – это очень большое, оформленное в пастельных тонах помещение, в котором имеются не только высокие стеллажи с множеством книжных томов, но и современные компьютеры с принтерами и сканерами, а также целый шкаф с настольными играми. Здесь красиво, тепло и уютно. И кореец, успевший оказаться тут раньше меня – конечно, он ведь знал, куда идти, – уже занял стол и разложил на нем учебники и не только.

– Что это? – спрашиваю я, приблизившись к столу и заняв стул напротив.

– Обучающие карточки. Никогда не видела? Еще я вот что нашел, запиши ссылку и начни смотреть дома, – разворачивает он ко мне ноутбук, на экране которого я вижу симпатичную девушку-блогера. – Очень простые уроки разговорного английского с упражнениями. Можешь потренировать некоторые из них.

– Я ведь еще должна позаниматься с тобой русским, – вспоминаю я. – Но ты, кажется, и так превосходно на нем говоришь. И вообще…

– Говорю нормально – пишу не очень. Много сложных правил. Все эти ваши времена, ударения, падежи…

– Ну да, – киваю я. – Тут я согласна. Но все равно твой русский определенно лучше моего английского.

– Ты просто не жила в англоязычных странах.

– А ты жил? – интересуюсь я. Любопытно же. Наверное, здорово, когда твой отец дипломат, можно увидеть много стран, пожить в них не как простой турист, повидать разные традиции других народов.

– Угу. В Канаде. Итак, давай не будем терять времени…

И мы приступаем к занятию. Поначалу я смущаюсь и держусь скованно – то и дело вспоминаю вчерашний день. То, как нас грубо прервали. Время от времени я посматриваю в сторону двери, подсознательно ожидая, что вот-вот в библиотеку ворвется Артур Маевский и опять все испортит. Но ничего подобного не происходит, и постепенно я успокаиваюсь и, отбросив эти глупые страхи, начинаю сосредотачиваться на учебе, вспоминать пройденное в своей школе и даже кое-что понимаю не хуже своего репетитора, хотя и ошибки тоже делаю, так что до полного успеха мне еще далеко.

Из Кима получается очень хороший учитель, я даже не ожидала. Должно быть, я бы на его месте в некоторые моменты уже начала бы раздражаться и ворчать на не самую толковую, да еще сидящую как на иголках ученицу. Но он терпеливо разъясняет мне то или иное сложное определение и показывает, как правильно произносятся слова, которые я все время норовлю выговорить так, как они пишутся.

– Спасибо, – благодарю я его, когда наше первое настоящее занятие подходит к концу. С удивлением замечаю, что прошло уже больше часа. Ну и ну. Хорошо, что из библиотеки нас не выгоняют, как вчера из класса. Мне тут в самом деле очень нравится.

– Завтра сможешь занять мое место и поучить меня русскому языку, – улыбается Сонмин, и у меня в груди что-то замирает от его улыбки. Такой редкой и такой очаровательной, что глаз не отвести. Ох, только бы он не заметил этой моей реакции!

– Хай, сенсей! – Откуда-то всплывают в моей голове строчки из аниме. – Ой, это же по-японски! То есть я хотела сказать «да, учитель».

– Я тебя понял, – хмыкает собеседник.

Глава 14

Стася Черемухина

Из библиотеки мы с одноклассником выходим вместе, и это очередной неловкий момент. Надо ли нам и дальше идти вот так же вдвоем или лучше будет разойтись здесь, попрощавшись до завтрашнего утра? Мы ведь даже не друзья. Не будь этих дополнительных занятий по языкам, нас бы совершенно ничего не связывало. Чуть помедлив на пороге и набравшись храбрости, произношу:

– Ну что, пока! Еще раз спасибо за урок! До завтра!

– До завтра, – отвечает мне Ким Сонмин, и, обогнав его, я иду к лестнице. Спускаюсь на первый этаж и выхожу из здания. Небрежно наброшенный на одно плечо рюкзак хлопает меня по спине, в голове еще вертятся сложные слова английского языка, но на душе, вопреки всему случившемуся за сегодняшний день, уже чуть полегче, чем вчера.

Может быть, я понемногу начинаю привыкать?..

Папа всегда учил меня, что нужно уметь принимать обстоятельства, если прямо сейчас не можешь их изменить, а я не соглашалась с ним в этом, начинала спорить, заявляя, что надо пытаться менять то, что тебя не устраивает, в любом случае, даже если ты слишком слаб для этого. Но что я могу изменить в той ситуации, в которой оказалось? Гимназия останется такой же, как была и есть. Артур Маевский и его Инесса… пожалуй, тоже едва ли исправятся. Они такие, какими их воспитали. Избалованные детки богатых родителей, вот кто эти двое. Их судьба заранее выстелена красной ковровой дорожкой. Им не придется переживать из-за баллов по ЕГЭ, ведь их семьи вполне могут и платное обучение в любом высшем учебном заведении страны себе позволить. Может быть, даже за границей.

То, что я с ними вот так пересеклась, – это просто случайность. На самом же деле между нами нет совершенно ничего общего, мы словно с разных планет. И, следовательно, никогда не сможем понять друг друга.

Сидя в автобусе и любуясь умытым недавним дождем городом, я так и сяк кручу в голове эти мысли. Само собой, я ни чуточки не верю словам Маевского о том, что я ему нравлюсь. Алена в нашем разговоре в столовой это лишь подтвердила – одноклассник действует по уже проверенной схеме. Но если с той девочкой у него все получилось, то со мной не выйдет. Может, я и не встречалась пока ни с кем, но не настолько наивная, чтобы поверить первому встречному мажорчику.

А вот Инесса… Приняла ли она его слова за чистую монету? Будет ли снова доставать меня своей глупой ревностью?

Ох, как же жаль, что мне совершенно не с кем обо всем этом поговорить! С мамой? Нет, ни за что! Не хочу ее волновать. Близких, что называется задушевных, подруг у меня нет, а приятельницы по двору и прежней школе вряд ли смогут понять суть проблемы. Для них внимание симпатичного и богатого парня – это уже подарок судьбы, даже внимание подобного рода. Еще скажут, что я сама не ценю своего счастья, которое надо бы хватать в охапку и бежать, пока не отобрали.

А что, если написать об этом где-нибудь во всемирной сети? Завести электронный дневник – разумеется, анонимный, никаких имен и подробностей, по которым меня можно вычислить, лучше даже указать другой город. Поделиться всем, что у меня на душе. Может быть, тот, кто его прочитает, даже что-нибудь путное мне посоветует. Ведь на консультацию квалифицированного психолога денег у меня все равно нет, а так я хотя бы выскажу все то, что меня беспокоит, не дает спокойно спать, жить и учиться. Возможно, это и мне самой поможет успокоиться, найти все ответы в себе. Справиться со всеми теми месяцами последнего школьного года, которые предстоят мне впереди.

Решено – сделано. Вечером, покончив с домашними заданиями и другими накопившимися делами, я захожу в интернет. Мама тихонько смотрит телевизор и не знает, чем я сейчас занята. Недолгий поиск тут же выводит меня на сайт, где можно создать свой блог и о чем-нибудь в нем рассказывать. Кажется, сейчас такими почти никто и не пользуется – все уже несколько лет как перешли в социальные сети. Но в них на первом месте вовсе не слова, не текст, а фотографии, а мне совершенно не хочется показывать всему миру свое лицо. Все совсем наоборот – мне хочется его спрятать.

Зато и одноклассники меня тут ни за что не найдут, ведь все они наверняка интересуются лишь соцсетями, где можно постить фото гламурных нарядов, красивых мест, которые они посещают на деньги, заработанные родителями, и дорогущих ресторанных деликатесов. Это какая-то современная ярмарка тщеславия. Все так и стремятся чем-нибудь похвалиться, выставить на всеобщее обозрение свои покупки и достижения. А мне вот, например, хвастаться особо-то и нечем, так что я даже собственный аккаунт заводить не стала, когда все из моей старой школы побежали это делать. Ну и пускай, не очень-то и хотелось.

Создаю страницу, назвавшись ником Steysi005, выбираю приятное мне оформление – светлое, украшенное очень милыми розовыми лепестками цветущей то ли вишни, то ли сакуры. И вот теперь можно уже что-нибудь написать. От волнения кусаю кончик ногтя на большом пальце, чего давно уже не делала, и приступаю, положив руки на старую клавиатуру с местами стертыми буквами.

«Я – самая обычная девушка шестнадцати лет, которая недавно перешла в новую школу…»

Глава 15

Стася Черемухина

Знаю – начало получается очень банальное. Но это ведь не художественный вымысел, не роман, это рассказ о моей жизни. И сейчас действительно такой момент, когда мне совершенно не с кем обо всем этом поговорить, так что приходится выплескивать свои мысли и переживания на чистый компьютерный лист.

Я пишу про Артура Маевского. Про наше с ним первое столкновение и новую встречу в школе. Про его поведение. Про то, что я отличаюсь от других учеников. Про то, что едва ли сумею найти там друзей, хотя среди моих новых одноклассников есть два человека, которым я симпатизирую. Может быть, напрасно, но пока они еще не дали мне повода в себе разувериться. Однако это вовсе не значит, что наши отношения когда-нибудь перерастут в настоящую дружбу. Да и не до того мне сейчас. Надо сосредоточиться на учебе и думать о поступлении в вуз.

Но ведь и шестнадцать лет бывает всего раз в жизни…

Вздохнув, я перечитываю написанное и нажимаю на кнопку «Выложить». Вот и все. Возможно, скоро кто-нибудь прочтет мою историю, а может и нет. Далеко не факт, что кому-то захочется заглянуть на страницу неизвестного пользователя. И все же я ощущаю непривычное волнение, сердце колотится, а пальцы так и тянутся нажать на кнопку мыши, чтобы обновить страницу и увидеть счетчик просмотров или первый комментарий.

Но вместо этого я принимаю волевое решение не проверять результаты до завтрашнего вечера, закрываю страницу и иду готовиться ко сну. Смотрю на себя в зеркало, пока умываюсь и чищу зубы, и никак не могу выбросить из головы сравнение себя с Инессой. Разумеется, брюнетка выглядит гораздо эффектнее меня. Она высокая, яркая, с грамотным макияжем, который я никак не могу освоить, да и нет у меня денег на дорогую косметику, которой та наверняка пользуется. А еще у нее – в отличие от меня – чистая и светлая, почти фарфоровая кожа, никаких рыжих веснушек, которые не исчезают даже зимой, только немного бледнеют и становятся не так заметны. До зимы еще далеко, так что сейчас они видны во всей красе, сколько ни три – не сотрешь. Папа говорил, что веснушки – это поцелуи солнца, которое очень меня любит.

Теперь, после его смерти, я понимаю, что он и был этим самым любящим меня солнцем. И не только. Папа был для меня всем: небом, воздухом, опорой под ногами. Со мной всегда оставалась его незримая поддержка, а потом она пропала. Как и мой талисман, его последний подарок – тот самый значок, который я потеряла в день встречи с Артуром Маевским.

И с этого же дня начались мои неприятности.

На глаза наворачиваются слезы, которые я тут же смываю, чтобы мама ничего не заметила. Правда, когда я выхожу из ванной, она уже спит, устав на работе. Тихонько пройдя в комнату, выключаю телевизор и лампу на прикроватном столике, а затем возвращаюсь в свой уютный уголок.

Завтра новый учебный день. Скорее бы выходные. Кажется, я еще никогда не ждала их с таким нетерпением, как жду сейчас.

Наутро, подходя к гимназии, я сталкиваюсь с Артуром Маевским. Кажется, он уже ждет меня – специально встал так, чтобы я не смогла пройти мимо. Весь такой из себя самоуверенный, одет с иголочки, руки в карманах форменных брюк, которые подчеркивают его длинные ноги. Проходящие мимо девчонки из других классов оглядываются на него, хихикают, строят глазки. Но Артур ни на кого из них не смотрит – его взгляд прикован исключительно к моей скромной персоне.

И мне это совсем не нравится.

– Доброе утро, гусеничка! – произносит одноклассник, изогнув губы в усмешке.

– Я же просила не называть меня так! – выпаливаю я. И ведь обещала себе не реагировать на его подначки, но получается невольно, само собой. Надо иметь железные нервы и нехилый такой запас терпения, чтобы сдержаться и не высказать в ответ все, что я думаю об этом типе.

– А как тебя называть? Настенька? Настюша? – интересуется Маевский.

– Даже не начинай! Пропусти меня уже! Иди к своей Инессе!

Я задеваю парня плечом, когда прохожу мимо, и уже успеваю сделать несколько шагов, оставив его за спиной, когда он вдруг снова меня окликает:

– Эй, новенькая! Значит, общаться со мной ты не хочешь, правильно? А вот это тебе больше не нужно?

Оборачиваюсь и вижу у него в руках маленький деревянный значок с изображением котенка. Мой значок! Тот самый, который я тогда обронила в парке!

– Отдай! – Я делаю шаг к Артуру, а тот, нарочно дразня меня, задирает вверх руку, в которой держит значок. Как будто хочет, чтобы я прыгала, пытаясь у него его отобрать, ведь с моим крохотным ростом только это и остается.

– А ты мне что за это? Да, ты ведь испортила мое имущество. Тогда, думаю, будет справедливо, если я в отместку испорчу твое… – медленно, растягивая слова, говорит одноклассник и делает вид, точно хочет сломать значок.

– Нет! – выкрикиваю я, хватая парня за локоть.

– Он тебе так дорог? Копеечная же безделушка! Или… тебе его подарил твой парень, а, гусеничка?

– Мне его подарил мой папа! Которого больше нет в живых! И значок вовсе не копеечный, это ручная работа!

Произношу все это на одном дыхании, слова сами срываются с губ, обжигают, напоминая о том, что для меня значит эта вещица. Подарок от папы. Последний подарок.

Я до сих пор помню этот день. То, как мы с папой ходили на ярмарку. Там продавалось много всего интересного: всякие поделки, игрушки, украшения, мыло, которое мастерицы варили самостоятельно. Папа спросил, что я хочу, а я сказала, чтобы он сам выбрал что-нибудь для меня. Тогда он и купил этот милый значок и сам пристегнул его к моему рюкзачку.

Глава 16

Артур Маевский

Новенькая смотрит на меня, сверкая глазами. Я впервые вижу ее в такой ярости. Кажется, она вот-вот подпрыгнет, вырвет из моих рук этот треклятый значок, а напоследок пнет меня так, что я не удержусь на ногах. Во всяком случае, именно это намерение написано на ее лице. Эх, гусеничка, кто ж тебе позволит так обращаться с президентом класса?..

Использовать значок однозначно было неплохой идеей. Найдя его на земле после побега девчонки из парка, я даже засомневался, подбирать ли его, но все-таки подобрал. И, как выяснилось, не зря. Вот только я не думал, что у нее с ним связаны настолько трепетные воспоминания. И сейчас явно задел ее за живое – судя по реакции, которая не замедлила последовать.

Настроение, по правде говоря, у меня ни к черту. Еще со вчерашнего дня, когда я во всеуслышание заявил, что новенькая мне нравится, а она, никак на мои слова не отреагировав, просто ушла! К такому я не привык – все же моя симпатия дорогого стоит. Еще и Инесса в очередной раз принялась выносить мозг. Как будто я ей что-то обещал, ну в самом-то деле! Мы ведь уже не первоклассники, когда можно было играть в «жениха и невесту». Хотя, вспоминая прошлые годы, я и тогда-то не особенно стремился поддерживать эти игры и отмахивался, когда родители заводили свои разговоры про «когда-нибудь породнимся».

Это однозначно не вина Инессы, но она никогда не вызывала во мне таких эмоций, как эта девчонка. Да и никто не вызывал, если уж совсем начистоту. Злость, но в то же время жгучий интерес и… ревность, да. Я все-таки признался себе в этом, видя, как она стоит и разговаривает с Кимом, улыбается ему во все тридцать два зуба. Ведь, казалось бы, ничего особенного в ней нет, еще и веснушки ее эти. Но что-то притягивает. Глаз не отвести.

Вот и сейчас я будто бы разрываюсь надвое. С одной стороны, мне хочется отдать ей этот чертов значок, раз уж он в самом деле дорог ей как память о покойном отце. С другой – так и подмывает еще немного подразнить гусеничку. Выпросить у нее что-нибудь в обмен. Поцелуй, например.

Любопытно, а она вообще умеет целоваться?..

Или, может, сказать ей, чтобы бросила занятия с корейцем? Чего это она ему и дальше улыбаться будет? А он ей. Ну надо же, проявил внимание к новенькой. Лучше бы не игнорировал ту толпу фанаток кей-попа, что за ним то и дело слоняется. Выбрал бы уже одну из них, а остальных разогнал. Надоели всему классу.

– Отдай! – повторяет девчонка. Сердито, упрямо. И руки в бока упирает, отчего новая блузка под расстегнутым форменным пиджаком натягивается на ее плечах, напоминая…

– Ладно, ломать его я не буду, – говорю я, склоняя голову, чтобы получше ее рассмотреть. А фигурка у новенькой и вправду хороша. Стройная, изящная, с изгибами в нужных местах. Чуток бы поправиться – даже лучше будет. Тоже, что ли, на диете сидит? – Но и так просто тебе не отдам. Будешь моей прислугой.

– Что за барские замашки? – Кривится она. – А крепостной крестьянкой тебе не стать? Может, у тебя предок графом был и тебе тоже захотелось попробовать себя в этой роли?

– Может, и был, – ухмыляюсь я. Все возможно, но я своей родословной не особо интересовался, это надо у деда спрашивать, он одно время архивы поднимал. Вспоминаю, как давно его не навещал, и делаю заметку в голове зайти к нему на днях.

– Так вот, ваша светлость, граф Маевский, в эти свои ролевые игры, пожалуйста, играйте без меня! – отрезает гусеничка.

– Значит, ты больше не хочешь его возвращать? – Прячу я значок в ладони. Сжимаю сильнее, отчего неровные грани упираются в кожу и наверняка оставляют там следы. – Я могу его выбросить или… кому-нибудь подарить? Инессе, например. Правда, сомневаюсь, что ей такое понравится, но, раз уж от меня…

– Нет! Хочу! Верни! – Не уступает она. Поджимает губы, хмурится, стискивает ладони в кулаки. Смешная такая – неужели и правда драться со мной собралась? И это при всей разнице в росте и весовой категории? Смелая девочка.

– Тогда… – улыбаюсь я, – мы еще поиграем в мои игры. И вот тебе первое распоряжение – сегодня после уроков ты идешь со мной. Отмени занятия с Кимом или что ты там еще себе наметила, у меня на тебя другие планы.

– И какие же? – Поднимает брови собеседница. Наклоняюсь над ее лицом, чтобы поближе разглядеть ее веснушки. Забавные они все-таки.

– Узнаешь после уроков. А теперь иди, а то опоздаешь. Твой значок я бережно сохраню, обещаю, – заявляю я, пряча упомянутую вещичку в карман и застегивая его на замок-молнию.

Девчонка все сильнее на меня сердится – это явственно написано у нее на лице. Но мне даже нравится такая реакция. Живая, искренняя. Хочется думать, что новенькая во всем такая, как в своей злости. И в страсти тоже.

Я почти не сомневаюсь, что однажды мне представится возможность в этом убедиться. Надеюсь, скоро. Я очень постараюсь, чтобы так все и случилось.

Тебе от меня не уйти, гусеничка моя. Не спрятаться и не скрыться. У нас целый учебный год впереди. Если я чего-то захотел, я этого непременно добьюсь, такой уж у меня упертый характер. А сейчас я хочу, чтобы ты стала моей… по-настоящему, только моей и ничьей больше.

Все у нас с тобой впереди.

Поиграем.

Глава 17

Стася Черемухина

Час от часу не легче. Что этот умник опять навыдумывал? Прислугу ему надо. А губа не треснет? И вовсе я не собираюсь встречаться с ним после уроков!

Но значок… Мне обязательно нужно его забрать. Оставлять дорогую мне вещь в руках Артура Маевского нельзя. Поэтому придется идти на эту встречу. Стараясь не думать о том, что меня ждет, если заловит Инесса, иду в класс.

У тех, кто учится здесь далеко не первый день, вид гимназии и ее оформление, должно быть, уже не вызывают ни восторга, ни интереса. Привыкли. Я же пока другое дело. Засмотревшись по сторонам, не замечаю, как натыкаюсь на кого-то. Запоздало отшатываюсь назад, но уже поздно – по моей блузке размазана ярко-красная помада, которую тот, с кем я столкнулась, держит в руке.

Вернее, та. Инесса Забродина. Ешки-матрешки, ну почему я не могла напороться на кого-нибудь другого?!

– Смотри, куда идешь! – кривя губы, заявляет мне королева нашего выпускного класса. – Ты вообще знаешь, сколько стоит эта помада?! А если заставлю тебя покупать мне точно такую же?

Отлично. Количество испорченных мною чужих дорогих вещей приближается к рекорду. А ведь раньше у меня не было особых поводов обвинять себя в редкостной неуклюжести.

– Не переживай, – слышу голос Маевского. А этот-то откуда здесь взялся? Прям наш пострел везде поспел, как моя бабушка говорила. На этот раз он обращается к Инессе, но при этом косится на меня – его явно забавляет виноватое выражение моего лица и моя испорченная блузка. Чего не скажешь обо мне.

– Да как я могу не переживать? – плаксиво жалуется ему на меня подруга, которая явно не против стать кем-то большим. – Ты только посмотри, что эта кривоногая натворила! А это помада, между прочим, от… – готовится она назвать какую-то супермодную и супердорогую марку косметики, но тут Артур ее перебивает.

– Куплю я тебе такую же помаду, – заявляет он, улыбаясь по-голливудски – во все тридцать два зуба. – Даже две, если хочешь. Ну как, согласна?

– Артурчик! – Расплывается в такой же улыбке Инесса. Все-таки они хорошо смотрятся вместе – хоть сейчас в молодежную романтическую комедию. – Правда купишь? – Умильно хлопает длинными ресницами она, но тут же, осознав, перестает улыбаться. – А с чего это ты собираешься расплачиваться за чужие косяки? За ее косяки, – тычет в меня наманикюренным пальчиком одноклассница.

– Ничего, – довольно прищурившись, отвечает ей Маевский. – Сначала я расплачусь за нее с тобой. А потом она расплатится со мной – счет-то растет с каждым днем.

– Чем это она с тобой расплатится? – Снова начинает злиться Инесса.

– Ну-ну, не хмурься, морщины будут. Пойдем, куплю тебе твоей любимой минералки. До урока еще есть время.

Обняв за плечи, Артур уводит ее прочь. Но прежде чем скрыться за поворотом коридора, оборачивается и подмигивает мне. Я в ответ строю ему рожу и, спрятав пятно от помады под форменным пиджаком, ухожу в другую сторону.

Почему ни одна из моих нынешних неприятностей не обходится без его участия?..

Захожу в класс, где опять занимаю одну из свободных задних парт. Я лучше буду сидеть в самом дальнем углу, чем рядом с Маевским. Смотрю вперед – в спину Сонмина, который сидит, расслабленно положив руки на парту. Должна ли я с ним поздороваться? А если я поздороваюсь, а он меня не услышит – если опять в своих наушниках? Даже любопытно, что там у него за музыка. Почему-то мне кажется, что однозначно не кей-поп.

Инесса с Артуром появляются в классе перед самым звонком. Кажется, ему удалось ее утихомирить – по крайней мере, на меня она даже не смотрит. Я бы даже сказала, что демонстративно в мою сторону не поворачивается, как будто я пустое место.

Хотя, наверное, для большинства учеников гимназии именно это я из себя и представляю.

Алены сегодня нет. Жаль. Я все-таки надеюсь, что с ней у меня получится подружиться. Было бы здорово. И тогда в гимназии у меня появится хоть один человек, который мне рад.

В класс заходит учитель. Первый урок у нас сегодня – геометрия. Непростой для меня – закоренелого гуманитария. Нужно приложить все усилия, чтобы не опозориться перед всем классом, если вдруг вызовут к доске. Но, к счастью, сегодня вызывают не меня.

День проходит ни шатко ни валко. На меня никто особо не обращает внимания, к чему я уже начинаю привыкать и что даже воспринимаю с облегчением. Лучше так, чем если ко мне снова станут цепляться девчонки из свиты Инессы Забродиной.

В столовой я опять занимаю отдельный столик подальше от одноклассников. Прихлебывая чай, листаю учебник биологии – повторяю следующий урок. А затем вдруг слышу шаги – постукивают чьи-то туфельки на каблуках. Это Инесса. Так моему недолгому спокойствию приходит конец.

– Хочу тебе напомнить, о чем уже предупреждала, – цедит она сквозь зубы. – Мне тут передали, что утром видели тебя во дворе гимназии вместе с Артурчиком. И что вы стояли очень близко друг к другу.

– Я тут ни при чем, – пожимаю плечами. – Все претензии к Маевскому. Это он ко мне подошел.

– Он парень, – заявляет Инесса.

– И что?

– Парням свойственно совершать ошибки. Например, западать не на тех. Или специально уделять внимание первой встречной нищебродке, чтобы позлить… другую девушку, – добавляет она, под «другой девушкой» явно имея в виду себя. – Но ты… ты не смей его в этом поощрять! Иначе увидишь, что будет!

Глава 18

Стася Черемухина

Не слышала еще ничего глупее. Интересно, откуда у Инессы подобные представления? Неужели из семьи? Ведь говорят, что самые важные уроки мы получаем вовсе не в школе, а наблюдая за своим окружением.

Как же хорошо, что мне повезло с родителями и я научилась от них тому, что действительно стоит ценить.

– Угрожаешь? – говорю я в ответ на ее тираду. – Лучше бы о себе подумала. Вот скажи – ну откуда у тебя эти проблемы с самооценкой? Ты ведь красивая девушка, все при тебе, да к тому же ни в чем не нуждаешься, – киваю я на фирменные туфли собеседницы, которые явно стоили как две зарплаты моей мамы, если не больше. – Неужто тебе и правда нравится так унижаться? Бегаешь за игнорирующим тебя Маевским, как собачонка, а ведь могла бы оглядеться – и обнаружить рядом других парней, которые совсем не против с тобой встречаться. Да и какие твои годы – будут у тебя еще нормальные отношения в будущем, а не вот такие, как у вас…

Королева класса явно не ожидала от меня подобной отповеди. Ее глаза изумленно округляются, рот приоткрыт. Наверное, ей впервые это сказали. Хотя ведь не только я заметила странности в ее поведении. Просто остальные молчали.

Да что там – я сама от себя не ожидала такой смелости. Наверное, просто надоело все это. Я ведь и в самом-то деле пришла в гимназию, чтобы учиться, а не влипать в какие-то истории, больше подходящие мексиканской мыльной опере.

Или элитные школьники всегда так развлекаются, а я просто не в курсе?..

– Да как ты смеешь?.. – заявляет Инесса с видом оскорбленной гордости. – Что ты вообще знаешь про наши с Артурчиком отношения? Да мы с детства вместе, и ни тебе, ни кому-то другому не встать между нами!

– Ууууу, как все запущенно, – качаю головой я. – Но я еще раз повторяю – с этими претензиями не ко мне. Разбирайся со своим Артурчиком сама. А лучше сходи к психологу и разберись со своими тараканами. Это будет уж точно полезнее, чем ходить к стилисту или на маникюр, а по стоимости так же.

На нас уже начинают обращать внимание. Обедающие за соседними столами парни и девчонки из нашего и других классов разворачиваются в нашу сторону, явно прислушиваясь к разговору. Фыркнув, Забродина разворачивается и шагает к выходу из столовой. Смотрю ей вслед, думая о том, что мои слова, похоже, до нее так и не дошли. А жаль.

До конца уроков меня никто не достает. Мне очень не хочется снова оказываться с Артуром Маевским наедине, но другого выхода нет – иначе он разозлится и точно выбросит мой значок. А потому я подхожу на последней перемене к Сонмину и говорю ему, что сегодня у нас позаниматься английским не получится, у меня появились другие дела.

– У меня тоже, – отвечает кореец, глядя с таким выражением на лице, как будто он уже знает, что у меня за дела, и совершенно их не одобряет. – Позанимайся дома. Завтра спрошу тебя по неправильным глаголам.

– Да, сенс…

– Сонсэнним, – улыбается Сонмин. – Так обращаются к учителю или наставнику в Корее. Запомнишь?

– Сонсэнним… – повторяю я незнакомое слово. Меня никогда особо не интересовала Южная Корея, но сейчас, когда я вижу улыбку на красивом лице этого парня, мне вдруг хочется побольше узнать про его страну. Может, даже выучить язык.

«Ты английский сначала выучи», – напоминаю я себе. Вот ведь, он всего лишь улыбнулся, а я уже поплыла. Надеюсь, Ким ничего не заметил… А то как же нам заниматься с ним дальше, если и я стану одной из его фанаток?..

Президент класса перехватывает меня уже на выходе из школы.

– Ага, вот ты где, гусеничка, – произносит с довольной улыбкой. Видимо, Инесса после нашей «милой» беседы в столовой не устроила ему истерику. Или же устроила, но этому все как с гуся вода.

– Думал, что я сбегу? – Прищуриваюсь я. Если рядом с Сонмином мне волнительно, но в то же время как-то спокойно и комфортно, то в присутствии Маевского о спокойствии и речи нет. Находясь в его компании, я буквально закипаю – ну прямо как наш старенький чайник со свистком.

– Неа, – довольно лыбится он. – Был уверен, что ты придешь. А теперь пойдем!

С этими словами Артур бесцеремонно хватает меня за руку и утаскивает за собой, при этом ускоряясь и оглядываясь на ходу. Ага, значит, тоже хочет избежать новой встречи с Инессой Забродиной. В другой ситуации я бы ему даже посочувствовала, но однозначно не теперь.

– Куда ты меня тащишь? – возмущаюсь я. – Это, к твоему сведению, можно квалифицировать как похищение! – громко восклицаю, когда меня почти насильно усаживают на заднее сиденье явно очень дорогой белой машины. – Самое настоящее!

– Тогда можешь считать, что я тебя похитил, я не против, – хмыкает в ответ Маевский.

– Куда ехать? – невозмутимо интересуется у него водитель.

– В парк недалеко от нашего дома.

Перевожу дыхание – едва ли в достаточно людном месте мне что-то угрожает. Скосив взгляд на Артура, вижу, как он пристегивается, и делаю то же самое. Мне не так часто приходится ездить в автомобилях, я куда более привычна к муниципальному общественному транспорту.

– Когда ты отдашь мне мой значок? – спрашиваю я.

– После того, как ты проведешь этот вечер со мной, – тут же получаю ответ. – Весь вечер, гусеничка. Столько времени, сколько я захочу.

Хмурюсь, глядя в окно, когда автомобиль плавно трогается с места. Напоминаю себе, что надо будет позвонить маме, если задержусь. Она наверняка подумает, что я снова осталась в школе из-за занятий по английскому, но не допоздна же.

Глава 19

Стася Черемухина

Романтическая прогулка по парку с Артуром Маевским – совсем не то, о чем я мечтала. Но сейчас я думаю, что даже хорошо, что мы какое-то время побудем наедине, без любопытных глаз одноклассников и – самое главное – без Инессы. Так я смогу все ему высказать.

Вот только не факт, что он прислушается к моим словам…

Кошусь в его сторону. Одноклассник выглядит полностью расслабленным. Смотрит в окошко, постукивая длинными пальцами по белоснежной кожаной обивке сиденья, которую я невольно поглаживаю. В какой-то момент его рука оказывается совсем рядом с моей, и я поспешно убираю ладонь на колени. Еще не хватало, чтобы ему вздумалось ко мне прикасаться!

Снова начинаю злиться на этого мажора, но напоминаю себе, что мой драгоценный значок все еще у него. А это значит, что мне придется быть с ним терпеливой. Как бы мне это ни претило, надо делать вид, будто я и в самом деле не против этой прогулки. А то передумает и не отдаст мне мою вещь. Выбросит или и правда подарит Инессе.

Эти двое – действительно прекрасная пара. Оба красивые, богатые, высокомерные. Как будто главный красавчик и его девушка из американских комедий. Странно, что они не вместе. То есть однокласснице бы этого очень хотелось, но вот сам Артур, кажется, не в восторге от ее гламурной персоны.

Вот только я ему и вовсе не подхожу! И даже не мечтаю о том, чтобы встречаться с ним! С таким, как он!

Делаю глубокий вдох. Спокойнее, Стася, спокойнее. Займи свой разум чем-нибудь другим, кроме мыслей о Маевском. Например, повторением английских неправильных глаголов. Это куда полезнее.

Английский язык напоминает мне о Сонмине. Мне становится неудобно перед ним. Лучше бы у нас сейчас было очередное занятие, чем вот эта прогулка с тем, кому я совсем не рада.

Артур вдруг наклоняется ко мне и шепчет прямо на ухо:

– Знаешь, сколько девчонок тебе сейчас завидует?

– Что? – Отшатываюсь я.

– Завидуют тому, что ты со мной. Что я пригласил тебя на свидание, – Объясняет он. На его губах появляется самодовольная усмешка.

– Вот и гулял бы с этими девчонками, – бурчу я себе под нос, но Маевский слышит и довольно смеется.

– Ну уж нет, гусеничка, сегодня я хочу быть с тобой, – отвечает он, и это его «быть с тобой» звучит так интимно, как будто речь идет вовсе не о прогулке в общественном месте, а как минимум об ужине в шикарном ресторане.

– И никакое это не свидание, – добавляю я, желая оставить за собой последнее слово, но одноклассника не переспорить.

– Если я так решил, значит, это свидание. А что такого, новенькая? Тебя впервые куда-то приглашает такой крутой парень, как я?

– Смотри не лопни от собственной крутости! – фыркаю я. Ну до чего же он… невыносимый тип! – И на свидание я ходила, к твоему сведению!

– В начальной школе?

– В восьмом классе!

Этого мальчика звали Сережа, и мы сидели за одной партой. Однажды он сказал, что у него есть сертификат на бесплатное посещение недавно открывшейся кофейни. Мы пришли туда вдвоем, и я объелась панкейками, а потом покрылась некрасивыми красными пятнами. Оказалось, что у меня аллергия на чернику, которой щедро были посыпаны эти пухлые сладкие блинчики. Получилось очень неловко, но сейчас я вспоминала о том дне с ностальгической улыбкой.

Жаль только, что Сережа хотел поговорить со мной о том, как ему понравиться другой девочке…

– И с тех пор ни разу? – Таращит глаза Артур. – Ууууу, как все запущенно! Ты, наверное, и не целовалась никогда в жизни.

Вместо ответа я накрепко сжимаю губы и угрюмо молчу. Не собираюсь я ему ничего о себе рассказывать и ни в чем признаваться! И без того ляпнула лишнее про этот восьмой класс, только развеселила его.

Вдруг представляю, как он рассказывает об этом Инессе, а та с издевательским смехом передает всему классу. Становится неприятно. Но просить его никому не говорить я не стану. Еще не хватало. Да к тому же Маевский в ответ на такую мою просьбу может выдвинуть мне еще кучу условий, с него станется.

Машина наконец-то останавливается. Открываю дверцу и выхожу. Жадно вдыхаю свежий воздух. От большого пруда, в котором летом можно купаться, дует ветер, ерошит мои волосы, бросает в лицо спутанные пряди. Отвожу их в сторону и вопросительно смотрю на Артура, который покидает автомобиль вслед за мной.

– В какую сторону пойдем? – спрашиваю у него.

– Туда, – кивает он на дорожку, ведущую вниз.

– Спустимся к воде? – удивляюсь я.

– Покажу тебе свое секретное место.

От этих слов я сразу же напрягаюсь. Что еще за секретное место? Эй, мы так не договаривались!

Я уже готова выкрикнуть это вслух, когда Маевский вдруг ехидно прищуривается.

– Ты ведь хочешь получить обратно свой значок?

– Конечно хочу!

– Тогда не спорь. Идем за мной. Сегодня я все решаю.

У него точно комплекс! Так и рвется всеми командовать. Наверное, и президентом класса поэтому стал.

Спускаюсь вслед за Артуром. Вскоре ступеньки заканчиваются, и дальше мы идем по траве и песку. Эта прогулка явно не для моих туфель.

Купаться уже поздно, вода холодная, но несколько человек с удобством устроились у самой воды. Компания молодых людей и девушек, должно быть студентов. Им весело, они громко над чем-то хохочут, и мне вдруг становится завидно. В гимназии я всем чужая. Появятся ли у меня друзья в университете?..

Глава 20

Стася Черемухина

– Чего приуныла, гусеничка? – ухмыляется Артур Маевский. Ловит, куда направлен мой взгляд, и его ухмылка становится шире. – Что, положила глаз на какого-нибудь парня?

– Да что у тебя, все мысли об одном?

– А у тебя только об учебе? – парирует он. – Эх ты, новенькая! Молодость проходит, пока ты в учебники пялишься.

– Не всем же родители могут оплатить обучение в любом вузе, – резче, чем хотелось бы, говорю я. – Некоторые, представь себе, не в состоянии поступить на платное отделение, а бюджетных мест мало. Вот нам и приходится, как ты выражаешься, пялиться в учебники.

– Так можно же просто выгодно выскочить замуж, и тогда учиться не понадобится, – замечает Артур.

– Предложи этот вариант своей Инессе!

– Она не моя!

– Инесса считает иначе!

– А ты что, уже ревнуешь?

Он просто непрошибаем! Не отвечая, печатаю шаги и морщусь, чувствуя, как песок набивается в туфли. Веселящаяся компания остается позади. Над нашими с Маевским головами колышутся древесные кроны. Песчаная полоса заканчивается, и идти становится легче.

В таком месте начинает казаться, будто находишься не в столице, а где-нибудь на природе, но высокие дома на горизонте напоминают о том, что это огромный мегаполис.

– Где там твое секретное место? – спрашиваю я. Раздражение становится все сильнее. – Сколько еще идти?

– Устала? Может, понести тебя на руках? – смеется одноклассник. – Мы почти пришли, вон оно!

– Что это?

Сама не знала, что ожидала увидеть. Чуяла какой-то подвох. Но это оказывается просто беседка. Самая обычная каменная беседка на пригорке с красивым видом на пруд и его заросшие деревьями берега. Вблизи она выглядит хуже, чем издали, камень местами выщербленный, да и надписи на стенах беседку не украшают.

– Раньше здесь было лучше… – Артур небрежно касается кончиками пальцев кривобокого рисунка над лавочкой в центре. – Это я его оставил.

– Да, художником тебе явно не стать, – хмыкаю я. – Это что ты тут пытался изобразить? Удава, который проглотил слона?

– Какого еще удава?

– Обыкновенного, – пожимаю плечами, понимая, что «Маленького принца» одноклассник явно не читал. Да и неудивительно – едва ли он проводит свободное время за книгами. Это еще раз напоминает о том, как мало у нас общего. Не только в материальном положении, но и вообще. – Зачем ты меня сюда привел?

– Захотелось побыть вдвоем.

– Почему?

– Ты всем парням, которые тебя позовут на свидание, будешь задавать такие глупые вопросы?

– Да не свидание это! И не думай, пожалуйста, что абсолютно со всеми прокатят твои глупые… – осекаюсь, когда Маевский вдруг оказывается совсем близко. И когда только успел? Он наклоняется ко мне, его пахнущее мятной жвачкой дыхание касается моих губ, и я запоздало осознаю, что меня сейчас, кажется, поцелуют. Резко отшатываюсь назад и упираюсь ладонями в его грудь, отталкивая.

И вот что это сейчас было?!

– Не играй со мной, – прошу я. – Инесса… Ты ей и правда нравишься. И вы очень друг другу подходите. А я… Не думай, что со мной получится, как с той девочкой.

– С какой еще девочкой? – Недоуменно хмурится Артур.

– С той, которая тоже хотела стать президентом класса, а потом вынуждена была перевестись в другую школу и вообще уехать… из-за тебя! – выпаливаю я на одном дыхании.

– Это кто тебе такое наболтал?

– Думаешь, никто не заметил твои… манипуляции? Так нельзя, – говорю я, надеясь, что сумею до него достучаться. – Люди – не куклы, которыми ты можешь играть.

– Вот, значит, как? – Щурится одноклассник. Услышанное ему явно не нравится. – Не читай мне мораль, новенькая. Я сам разберусь, как мне относиться к людям. И как ты можешь знать – может, с тобой все по-другому и ты меня всерьез зацепила?

– Ну да, конечно, – закатываю глаза я. – Именно поэтому ты не даешь мне просто спокойно учиться в гимназии. Прекрасно зная, что после этого Инесса станет моим врагом номер один, заявляешь ей, что я тебе нравлюсь! Мешаешь мне заниматься с Кимом, хотя знаешь, что у меня нет возможности платить репетитору по английскому! Шантажируешь меня значком и говоришь, что я должна стать твоей служанкой, чтобы его вернуть! Я все перечислила или что-то забыла?

– Если я захочу, Инесса и все остальные будут относиться к тебе по-другому, – настойчиво шепчет он, перехватывая мое запястье и снова наклоняясь прямо к моему лицу. – Против меня они не пойдут. Если станешь моей девушкой…

– Зачем тебе это нужно? Ты сам говоришь – другие девчонки были бы счастливы быть сегодня с тобой вместо меня! Та же Инесса… и не только. И когда ты успел бы в меня влюбиться? Мы и знакомы-то всего ничего…

Я произношу эти слова растерянно, взволнованно. Какая-то часть меня хочет поверить в искренность Маевского. В то, что я и правда зацепила его, стала для него особенной… Ведь так же обычно бывает в книгах и фильмах, да? Популярный парень встречает простую скромную девушку и влюбляется в нее, хотя вокруг него увиваются все окрестные красотки…

Черемухина, очнись и включи голову! Ты не в кино! Не героиня сопливой мелодрамы! И тебе надо учиться, а не крутить любовь с надменным президентом класса! Иначе тебе даже самый заштатный университет не светит!

Вырываю руку из его хватки и отворачиваюсь. Перевожу дыхание и обнимаю себя за плечи. Мне вдруг становится холодно, как будто из наивной девичьей мечты я попала в реальный мир и обнаружила, что по нему вовсе не разгуливают розовые единороги.

– Мне пора домой, – говорю я. – Уроки надо делать. И мама будет беспокоиться, если я задержусь.

Глава 21

Стася Черемухина

Артуру Маевскому мои слова явно не нравятся. Он смотрит на меня хмуро, но затем с неохотой кивает. Разворачивается и выходит из беседки с таким гордым видом, как будто он принц в изгнании.

– Мой значок, – напоминаю я. – Отдай… пожалуйста… Тебе он все равно не нужен, а мне очень дорог…

– Сначала пообещай, что исполнишь мое желание, – не оборачиваясь, говорит одноклассник.

– Что? Какое желание? – Недоумеваю я. Что он еще может придумать?!

– Любое. Но я загадаю его позже. Договорились?

– Как я могу на такое согласиться?! – возмущенно выпаливаю я. Любое желание? Да кто поручится за то, что ему в голову придет?!

– Не хочешь – как хочешь, – невозмутимо произносит Артур. Уверенно шагает вниз, к самой воде. Я едва поспеваю за ним, уже ощущая какое-то дурное предчувствие.

И не напрасно. Остановившись, Маевский вытаскивает из кармана мой значок и, замахнувшись, бросает его в пруд. У меня от шока пропадает дар речи. Ярость захлестывает океанскими волнами. Выкрикивая что-то невразумительное, я набрасываюсь на парня и толкаю его.

– Как ты посмел?! Да как ты… Ты хоть понимаешь, что он для меня значил?

Я ниже ростом и слабее физически, но Артур явно не ожидал нападения, так что срабатывает эффект неожиданности. Мгновение – и он падает в воду. На меня попадают колкие холодные брызги, но в эту минуту мне жарко, как в пустыне.

– С ума сошла?! – фыркает Маевский.

– Так тебе и надо! – выпаливаю я.

– Угомонись уже, ненормальная ты гусеница! Вот он, твой ненаглядный значок! Забирай на здоровье!

Неловко поднявшись из воды, одноклассник вкладывает мне в ладонь значок, который, оказывается, вовсе не улетел на дно пруда. И я понимаю, что и в самом деле не слышала всплеска, когда Маевский его якобы выбросил, вот только на тот момент этого не осознавала. Прижимаю значок к груди и торопливо прячу, пока его снова у меня не отобрали.

– Весь промок из-за тебя, – ругается Артур. – Додумалась толкать в воду! Что на тебя нашло вообще?

– А не надо было так надо мной издеваться! – оправдываюсь я. Да, перед парнем немного неловко, но ведь он сам первый начал. Я вообще не хотела и не собиралась с ним сюда приходить!

Обратно мы возвращаемся порознь. Маевский уходит вперед. После вынужденного купания он весь мокрый и явно не хочет попадаться на глаза большому количеству людей. Остается надеяться, что водитель его дождется и домой одноклассник поедет в тепле и комфорте автомобиля. Я же, выйдя за пределы парка, поднимаюсь к остановке и привычно жду автобус, который доставляет меня к метро, откуда можно добраться до моей станции.

Мама уже и в самом деле волнуется. Она успела вернуться с работы и приготовить ужин, а я только пришла. Я решила не врать ей про занятия английским – говорю, что гуляла в парке, который находится далековато от дома. Собственно, все это является правдой. Вот только про Артура Маевского я рассказывать не хочу.

Мы ужинаем с мамой под монотонный бубнеж телевизора, после чего я ухожу в свою комнату и приступаю к урокам. Их на завтра задали как-то слишком уж много, гораздо больше, чем бывало в моей прежней школе. Еще и этот английский!

Про дневник вспоминаю только под вечер. Как-то волнительно открывать страничку – а вдруг там написали, что я просто малолетняя дурочка, которая не знает настоящих проблем? Или вообще полная тишина, потому что никто даже не заходил и не читал. Но все оказывается не так страшно. Да, комментариев мало, и один из них что-то вроде рекламы – предложение обратиться к онлайн-психологу. Но остальные очень даже приятные. Такие поддерживающие, как будто по другую сторону экрана у меня и правда появились друзья.

«Держись, девочка, все пройдет!» «Эти мажоры есть везде, покажи им, что тебя не сломать так просто». «Скоро школа останется позади, и когда-нибудь ты будешь вспоминать эти дни с улыбкой».

А еще я замечаю мигающий конвертик в уголке – это личное сообщение. Такое, которое в отличие от открытых всем комментариев могу прочитать только я. С замиранием сердца открываю его и вижу не просто несколько фраз, а целое письмо.

«Здравствуй! Кажется, у нас с тобой похожие проблемы. Я тоже учусь в одной школе не так давно и чувствую себя там чужим. Может, раз уж мы с тобой друзья по несчастью, будем переписываться? Ведь когда делишь что-то на двоих, это уже не так тяжело переносить, правда?»

У меня даже слезы на глаза наворачиваются от этих слов. Как хорошо сказано! Мне действительно хочется завести друга, с которым я смогла бы делиться всем. Друга или подругу… Кстати говоря, а какого пола автор письма?..

Читаю дальше, чтобы узнать ответ на этот вопрос.

«Я парень, мне 17 лет. Учусь в выпускном классе. Люблю читать комиксы (мангу) и ходить в кино. Пока это все, что я могу рассказать о себе, но, надеюсь, постепенно мы узнаем друг друга получше. Да, девушки у меня нет, и люди, которые меня окружают, считают, что такие вещи меня совсем не волнуют, но они ошибаются. О нашей переписке я никому рассказывать не стану, хочу оставить ее в секрете, только для себя. Будешь моей тайной?»

Сердце взволнованно стучит. Вот так сразу? Это, конечно, не приглашение на свидание и не предложение встречаться, но какой-то намек на что-то большее, чем просто дружеская переписка, мне в этих словах все же мерещится.

«Пока я не пишу свое настоящее имя – можешь называть меня Key».

Key? Это вроде как ключ на английском? Вся эта таинственность начинает меня захватывать и интриговать.

«Хорошо, – немного подумав, отвечаю я. – Только ты тоже будь моей тайной. Не спрашивай, в каком городе я живу, не проси прислать фотографию и все такое, договорились?»

Глава 22

Стася Черемухина

Мой новый знакомый отвечает не сразу. В ожидании ответа я успеваю поволноваться и подумать о том, что, возможно, переписка с незнакомым парнем – это не лучшая идея. Как я вообще могу быть уверена, что там, на другой стороне окошка с конвертом, действительно мой ровесник, а не какой-нибудь престарелый извращенец? Вон сколько предупреждают о безопасности в Сети и за ее пределами. Надо ли вот так рисковать?

И все же мне хочется верить в то, что человек, который мне пишет, в самом деле тот, за кого себя выдает. Иметь что-то свое, особенное и сокровенное. Тайну.

«Договорились, – пишет наконец-то Key. – Я ни о чем таком не буду тебя спрашивать, пока ты сама не захочешь рассказать. Но что бы тебе хотелось обсудить?»

Задумываюсь перед тем, как приступить к написанию ответа. Что бы мне хотелось обсудить? Мне давно не задавали подобные вопросы.

Может быть, даже никогда.

Ведь что, по правде говоря, если исходить из мнения большинства, особенного в девочках-подростках? Да ничего. Им полагается хорошо учиться и не позорить родителей, а так один ветер в голове. Шмотки да смазливые лица из мальчуковых групп – вот и все их интересы. Скудно и скучно.

Если начистоту, я тоже не раз так думала о своих сверстницах. Говорила себе, что они пустые и ограниченные. Но ведь не все же?..

И парни, я уверена, тоже не все одинаковые. Может быть, тот, кто написал мне, совсем другой. И у меня есть шанс узнать его поближе. Подобрать к нему ключ. А заодно и к себе самой.

Эта мысль волнует и будоражит. Заставляет сердце стучать быстрее. Даже перед своим первым свиданием, о котором недавно рассказывала Артуру Маевскому, я не чувствовала ничего похожего на то, что ощущаю сейчас. Из-за незнакомца, который может оказаться кем угодно. Забавно, не правда ли?

«Ты сказал, что любишь читать мангу, – пишу я, наконец-то кое-что надумав. – А что из нее самое любимое? Я в этом совершенно не разбираюсь, предпочитаю по старинке читать обычные книги, но вдруг ты сумеешь меня заинтересовать?»

Я в этом несколько сомневаюсь, но, в принципе, чтобы лучше понять своего виртуального собеседника, готова даже открыть для себя новый литературный жанр. Или правильнее будет сказать – новый стиль? Форму подачи материла, отличную от привычной?

Неважно – главное, что мне приходит новое сообщение от того, кто попросил называть себя Key.

«Могу порекомендовать “Свободный ветер”, – пишет он мне. – Это корейская манга, но в этой стране говорят “манхва”. Кстати, ее герои – школьники, так что, думаю, тебе будет актуально прочесть эту историю».

Корейская? Любопытно… Мне на ум сразу приходит Ким Сонмин. А вдруг это он? Да ну, зачем однокласснику анонимно мне писать? Я ему и без того наверняка уже поднадоела. Да и с русским языком у него вроде бы проблемы, хотя в этом я еще лично не убедилась, а письма от моего нового знакомого написаны вполне грамотно.

И вообще, неужели только корейцы читают корейскую мангу? Не думаю. Ведь книги британских авторов читают не только англичане.

Так что, отогнав эту мысль, я иду гуглить порекомендованную мне историю и нахожу перевод на русский. Округляю глаза, видя количество глав. Еще и два тома! И выпуск продолжается. Да тут читать не перечитать!

Открываю первую главу. Хм, а это и вправду интересно и не так уж страшно, хотя просто буквы на книжной странице для меня, конечно, привычнее. Зато уже в самом начале речь идет о школе, и это погружает меня в мою собственную ситуацию, но дает возможность взглянуть на нее с другой точки зрения. Как бы то ни было, а это опыт. Да, жизнь непредсказуема, но мне больше никогда не будет шестнадцать лет. Я больше никогда не стану ученицей выпускного класса. Сразу после гимназии у меня начнется совсем другая жизнь, пока еще полная неизвестности, но нельзя относиться к этому году просто как к тому, что я хочу забыть как страшный сон.

Ведь он уже не повторится.

Переключаюсь на очередную главу и вспоминаю, что надо ответить тому, кто мне эту мангу, то есть манхву, конечно же, посоветовал. Набираю сообщение. Говорю спасибо за рекомендацию и пишу, что уже начала приобщаться.

«Замечательно, – тут же отвечает Key. – Надеюсь, тебе понравится. А как ты относишься к фантастике?»

«Положительно», – пишу я чистую правду.

Так мы некоторое время обсуждаем любимые жанры, а потом мой взгляд падает на часы. Ого! Мне уже полтора часа как пора быть в постели!

«Доброй ночи, – прощаюсь я. – Было очень интересно с тобой пообщаться. До завтра!»

«До завтра!» – вижу я в ответном сообщении, и на моих губах расплывается глупая улыбка. Ничего не могу с собой поделать. Может, я просто-напросто романтичная дурочка, но это действительно был очень приятный вечер. Я даже о Маевском почти совершенно забыла. Любопытно, как он там, не простудился после вынужденного купания?

Перед сном я прикалываю свой памятный значок на шарф с эмблемой Гриффиндора, который уже не ношу, и украшаю им комнату. Теперь он больше не потеряется. Навсегда останется со мной и будет напоминать мне о папе.

О том дне, когда я была очень счастлива и еще не знала, что совсем скоро это счастье закончится.

Завтра будет мой четвертый день в элитной гимназии, но я уже не так сильно боюсь наступления утра.

Глава 23

Стася Черемухина

Утром я подхожу к гимназии, стараясь выглядеть как можно более уверенной в себе. Этому меня тоже учил папа – даже если поджилки трясутся, не показывать этого. Держать голову высоко. Правда, у меня это получается не всегда. Иногда самообладание дает сбой. И одним из факторов, которые на это влияют, оказался Артур Маевский. Рядом с ним вся моя уверенность в компании с самоконтролем трещит по швам.

Захожу в здание, поднимаюсь по лестнице, вхожу в класс. Первый урок сегодня тоже английский. Внезапно набравшись храбрости, я подхожу к парте моего репетитора и произношу:

– Могу я сесть с тобой? Хотя бы только на этот урок… Не то чтобы ты должен мне подсказывать, просто я… – запинаюсь и натягиваю на лицо смущенную улыбку.

– Да, садись, – отвечает Ким Сонмин. Вот кто владеет собой прекрасно! Его лицо остается невозмутимым, пока я краснею и бледнею перед ним.

– Ну как? Все готовы? Буду проверять! – Ирина Евгеньевна летящей походкой входит в класс. Да, уже почти не сомневаюсь, что у нее с кем-то бурный роман. – Маевского сегодня не будет, да и в ближайшее время, видимо, тоже, он заболел. Кто-нибудь хочет на это время взять на себя обязанности президента класса?

Закусываю губу. Настойчивая мысль лезет в голову. Артур заболел из-за меня. Из-за того, что я столкнула его в воду, уже холодную в это время года. Но ведь я же не просила везти меня к этому пруду, он сам меня туда притащил!

– Ты, кажется, сесть хотела, – напоминает Сонмин, и я, осознав, что торчу посреди класса, опускаюсь на стул и начинаю выкладывать учебники и тетради на парту. – Ты расстроена? – вдруг задает вопрос одноклассник. – По причине отсутствия Маевского, – немного витиевато выражается он, заставляя вспомнить о его иностранном происхождении.

– Что? – переспрашиваю я. – Нет, конечно! С чего бы мне из-за него расстраиваться? Да я наоборот радоваться должна, что его не будет в школе несколько дней! Хоть отдохну от него!

Ким смотрит недоверчиво, так что я утыкаюсь в учебник, делая вид, что с головой поглощена повторением домашнего задания. А тут уже и звонок звенит. Встречаю начало урока с облегчением. Пусть английский пока дается мне сложно, лучше я буду думать про перевод текстов и неправильные глаголы, чем про то, насколько плохо себя сейчас чувствует Артур Маевский. Он сам в этом виноват, сам, сам, сам!

Разумеется, Инесса выглядит подавленной и то и дело косится на опустевшую парту президента класса. Может, Маевский ей в самом деле очень сильно нравится? Жаль, что он этого не ценит. Эти двое ведь и в самом деле стали бы хорошей парой. У них много общего – положение, привычка к обеспеченной жизни, внешняя красота. Всегда лучше выбирать человека по себе. Тогда и конфликтов в семейной жизни меньше будет.

Вскоре меня вызывают к доске, так что мне резко становится не до размышлений о парочке богатых и знаменитых одноклассников. Отвечая на вопросы учительницы, я катастрофически плаваю. До меня доносятся смешки и ехидные комментарии остальных. Кто-то даже произносит, что такие, как я, – сплошной позор для элитной гимназии. Когда возвращаюсь за парту, у меня пылают уши, а пальцы нервно подрагивают, стискивая тонкую обложку тетради.

– Кажется, нам нужно заниматься больше, – говорит Ким Сонмин. – И чаще. Что насчет сегодняшнего вечера – ты опять занята?

– Нет, – отвечаю я. – Сегодня я свободна. И завтра, и послезавтра. И да, ты прав, надо больше и чаще, иначе итоговые результаты по английскому у меня будут плачевными. На второй год, конечно, не оставят, но…

– У тебя все получится, – ободряет меня собеседник. – Ты старательная. И учеба здесь намного легче, чем в корейских школах.

– Поверю тебе на слово, – хмыкаю я.

Ирина Евгеньевна шикает на нас, и мы, переглянувшись как заговорщики, умолкаем.

Без Артура день проходит совсем иначе. Мне даже дышится легче. Не надо постоянно дергаться из-за того, что Маевский снова заловит меня в коридоре, скажет очередную глупость, еще что-нибудь выкинет. Да и Забродина без него как-то притихла. Ходит в окружении своей свиты из местных расфуфыренных красоток, ко мне не лезет.

В столовой замечаю, что Алена снова сидит одна, и подхожу к ней.

– Привет! Могу я…

– Даже не спрашивай, просто садись! – Отмахивается одноклассница. – Похоже, ты в хорошем настроении. Это потому что Артурчика сегодня нет?

– Так заметно? – удивляюсь я.

– Еще бы! Но, может, это просто я такая… наблюдательная. Все-таки на психолога поступать собираюсь, надо тренироваться.

– Почему именно на психолога?

– У нас это семейное дело. У папы своя клиника. Мама тоже там работает.

– Здорово, – говорю я. Повезло же Алене. И будущее рабочее место уже заранее готово, и родители, если что, помогут в учебе.

– А ты?

– Что я?

– Определилась уже, чем хочешь заниматься по жизни?

– Нет, – признаюсь я. – Пока могу только надеяться, что смогу поступить куда-нибудь на бюджет. Иначе мне придется пойти работать, чтобы накопить на платное обучение. Моя семья не такая, как у большинства из тех, кто здесь учится. Совсем не богатая.

– Понятное дело, – вздыхает собеседница. – Прости, но даже в школьной форме, которая вроде как нас всех здесь уравнивает, ты отличаешься от остальных. И это заметно всем, включая учителей.

Глава 24

Стася Черемухина

Не скажу, что мне приятно это слышать, хотя ничего нового Алена не сказала. Я ведь и сама знаю, что я просто-напросто белая ворона в стае богатеньких деток, что не подхожу элитной гимназии. С первого дня это ощущаю.

Но у меня нет выбора. Я должна доучиться здесь до конца года. А потом сдать ЕГЭ, получить аттестат и отправиться в новую жизнь.

Надеюсь, хотя бы в университете я не буду окружена такими же людьми, как мои одноклассники.

– Извини, я не хотела тебя обидеть… – бормочет Алена.

– Все нормально, – прерываю я ее неловкие слова. – Для меня это никакой не секрет. Я не могу позволить себе одеваться, как другие, в брендовые вещи, у меня нет машины с шофером, нет уверенности в том, что родители без проблем оплатят мне обучение хоть в Англии, если я захочу. Да и из родителей у меня только мама. Папа умер.

– Прости, я не знала! – Одноклассница касается моего локтя. – Но ведь в любом случае гимназия – это неплохой шанс. Как строчка в резюме. Да, универы будут смотреть на результаты ЕГЭ, но то, что ты оканчивала выпускной класс здесь, у нас, да еще и попала сюда благодаря победе на олимпиаде, – явный аргумент в твою пользу!

– Этим я себя и утешаю, – слабо улыбаюсь я. – Когда паршиво становится. Да и вообще… все могло быть и хуже.

– Это точно, – кивает Алена. – Пока тебя вроде никто особо не достает. Кроме Маевского, конечно, но он особый случай.

– Еще какой особый, – соглашаюсь я и, поддавшись моменту, невольно рассказываю ей все. Про вчерашний день, про беседку у пруда и про мой импульсивный поступок, который, возможно, и послужил причиной того, что Артура сегодня нет в школе. Собеседница, слушая меня, охает и ахает, как будто я делюсь с ней сюжетом интереснейшей книги, а не эпизодом из собственной жизни. – Вот такие дела, – развожу руками, договорив. – Хорошо, что Инесса об этом не знает, а не то спустила бы на меня всех собак.

– Определенно ты права! Не знает и не должна узнать! Но до чего же странно он себя вел! Чего хотел, интересно? Слушай, а может, он и правда в тебя влюбился?

– Ну да, как же! – Отмахиваюсь я с нервным смехом. – Влюбился он! Любовь не для таких прожженных эгоистов, как Артур Маевский!

В привычный шум столовой вклинивается еще какой-то звук. Энергичная мелодия, быстрая песня, исполняемая приятными мужскими голосами на незнакомом языке. Кажется, кей-поп. В этом музыкальном сопровождении какая-то школьница приближается к столу, за которым сидит Ким Сонмин. Подходит ближе, садится напротив и начинает что-то ему говорить.

– О, очередная поклонница! – Алена закатывает глаза. – Представляю, как они ему надоели! Еще и музыку врубила! Устроила тут шоу для всех желающих!

– И часто такое бывает? – спрашиваю я.

– Периодически наблюдаем. Слушай, а ты ведь с ним английским и русским занимаешься! И как, получается?

– Пока рано судить, но, думаю, да, – отвечаю я. – Мне надо больше стараться. Все-таки английский…

– Ооооо, ты уже говоришь как азиаты в дорамах! «Больше стараться»! Они все время так заявляют, а потом ночуют на работе!

– Так ты их смотришь?

– Иногда. Но без фанатизма. Что, нравится он тебе?

– Английский язык?

– Ким Сонмин! Он же красавчик, просто краш, согласись? Даже я, бывает, поглядываю в его сторону эдак заинтересованно, но шагов никаких не предпринимаю. Не хочется сливаться с группой его обожательниц. Да и вообще – первый шаг должен делать парень, так ведь?

– Так, наверное, – рассеянно отвечаю я.

– Ты не ответила – тебе-то он нравится?

– Не знаю, – говорю чистую правду. – Но скорее да, чем нет. Он хороший репетитор, внимательный, объясняет сложные моменты, мог бы учителем стать…

– Ох, да какая разница, какой из него вышел репетитор! – экспрессивно восклицает одноклассница. – Он же классный парень, и это главное! А тебе выпала возможность проводить с ним свободное время, так что ты можешь наблюдать его в неформальной обстановке!

– А что, разве у других такой возможности нет?

– Нет, конечно! Ким с нами никогда не тусит! Ну, по правде говоря, сначала его не очень хорошо у нас встретили… – добавляет Алена. – Смеялись над его акцентом, речью, кто-то даже по разрезу глаз проехался. Подростки, что с них взять? Сейчас-то уже не такое отношение. И русский он однозначно подтянул.

– Значит, Сонмин тоже чувствовал себя изгоем? – произношу я. Странно, раньше я об этом и не думала. Мне казалось, что все ученики, кроме меня, подходят этому месту. Но ведь Ким тоже отличается… Он иностранец, у него совсем другой менталитет, другая культура. Каково ему было привыкать? Тем более после Канады, там ведь тоже все иначе.

– Увы, – отводит взгляд одноклассница.

Тем временем Ким Сонмин поднимается из-за стола, не глядя на девочку, которая к нему подсела, и выходит из столовой. Корейская музыка стихает. По помещению проносятся громкие смешки, и незадачливая поклонница смущенно опускает голову, пряча лицо за шторой длинных прямых волос с цветными прядями.

– Любовь зла, – констатирует факт Алена. – Знаешь, когда я стану психологом, буду учить девушек и молодых женщин быть умными и гордыми. Уважать свою личность, думать в первую очередь о себе. Не превращаться в русалочек, которые ради мужика и голос, и жизнь отдадут. Потому что никто таких жертв не оценит, уж поверь мне. Вот та же Инесса. Зациклилась на своем Артурчике, – она очень хорошо передразнивает интонацию Забродиной, – с первого класса, а что толку? Плевать он на нее хотел с высокой колокольни. Лучше бы обратила внимание на парней, которые за ней бегают, есть и среди них достойные экземпляры.

Глава 25

Стася Черемухина

Весь оставшийся учебный день я размышляю о словах одноклассницы. О том, как важно для девушки уважение к себе, осознание своей ценности. Ведь та же Инесса, по сути, просто неудачница, которая бегает за парнем, явно не разделяющим ее чувства. И пусть Забродина мне совсем не нравится, тут я ей даже могу от души посочувствовать. Наверное, это и в самом деле нелегко – любить кого-то безответно и обманывать саму себя, уверяя всех окружающих, что ее любовь взаимна, хотя тем самым окружающим на самом деле все прекрасно видно со стороны.

Еще я думаю про Сонмина. Про то, что и ему пришлось нелегко в новой школе, а я-то думала, что я одна тут такая непохожая на остальных. И про переписку с таинственным парнем из интернета тоже думаю, гадая, ждет ли меня от него письмо, когда я вернусь домой. Я могла бы залогиниться на сайте дневников со смартфона, но специально не делаю этого, решила, что дождусь вечера. Да и гаджет у меня не из новейших, браузер там не очень хорошо настроен, и связь все время вылетает.

Однако сразу после уроков я пойти домой не могу. Сначала – занятия английским. А потому я немедля иду в библиотеку, где меня уже ждет Ким Сонмин. Вид у одноклассника, как всегда, спокойный и собранный, даже одежда ничуть не помята. «Не то что у меня», – мысленно вздыхаю я, стараясь незаметно оправить юбку.

– Итак, приступим, – произносит кореец. – Для начала давай вместе сделаем домашнее задание. Помнишь его?

– Угу, – киваю я. Как тут забудешь? Англичанка пообещала, что завтра первым делом его у меня проверит. Не нравится ей, что я пока не делаю успехов. А куда деваться, времени-то совсем мало прошло, да и я ей все-таки не вундеркинд. Она не думает, что мне в новой школе освоиться надо, а на это требуется время. – Давай сделаем. И… спасибо. За то, что возишься тут со мной.

– Возишься? – переспрашивает Ким. Кажется, это слово ему незнакомо. Уф, опять я забыла, что разговариваю с иностранцем!

– Занимаешься, – поясняю я, раскладывая на столе учебники и тетради. – Не каждый бы на это согласился. Думаю, большинство бы отказались.

– Отказались? – удивленно переспрашивает собеседник. – Но… как же? Об этом ведь учительница попросила.

– Ну, можно же сказать, что мы исправно занимаемся, а на самом деле прогулять.

– Прогулять? – Снова удивляется Сонмин, и его глаза становятся почти круглыми.

– Ну да, – улыбаюсь я. – Ладно, ты меня не слушай. А то я тебя тут научу плохому.

– Плохому? Например? Ты о бранных словах?

– Бранных? – хмыкаю я. – Нет! Уж этому я тебя точно учить не собираюсь. А что, в Корее вообще не прогуливают школу? Никто и никогда?

– Почему же? Бывает. Ммм… как по-вашему… хулиганы, – отвечает парень. – Но для нас учеба очень важна. Хорошо окончить школу, сдать выпускной экзамен, поступить в престижный университет. Достойное образование – старт к успешной взрослой жизни, а для этого стоит постараться. Разве у вас не так?

– Пожалуй, – соглашаюсь я. – Но, как и везде, наверное, хорошее образование доступно не всем. Бюджетных мест мало, а платное обучение далеко не каждый может себе позволить…

– Я думаю, все у тебя получится. С учебой. Ты упорная и целеустремленная, – говорит кореец, с запинкой произнося сложное для него слово, а у меня жар приливает к лицу. Почему он такой внимательный и милый? Полная противоположность Артуру Маевскому!

Вот и зачем, спрашивается, я про него вспоминаю? Только настроение себе порчу! Вон из моей головы, президент класса!

Но он никак не желает оттуда уходить. Хуже того – я все еще чувствую свою вину за то, что Маевский заболел после того, как упал в холодную воду. Да, я сделала это не специально, но все же… А вдруг у него будет воспаление легких? Или он много пропустит по учебе, а в выпускном классе и в самом деле важно посещать уроки…

Я напоминаю себе, что Артур – не я. Если у него возникнут какие-то проблемы, родители просто наймут для него репетитора. Целый штат репетиторов. Это мне нельзя пропускать занятия. Мое будущее во многом зависит от того, как я окончу учебный год.

С этой мыслью я рьяно принимаюсь за английский язык. Мне хочется доказать учительнице, Сонмину, Маевскому, другим одноклассникам – всем, что дело не только в успешно пройденной олимпиаде, которая привела меня в элитную гимназию. Что я действительно могу чего-то добиться. По-настоящему. И сама поступлю в университет!

Кореец, кажется, удивляется моей внезапно проснувшейся настойчивости и желанию успеть за наше занятие сделать и заучить как можно больше. Удивляется, но поддерживает. Таким образом, мы засиживаемся допоздна. Когда выходим из здания, на улице уже почти сумерки. Даже мама уже успела вернуться с работы и начала беспокоиться, где я и не случилось ли чего со мной, пришлось ей позвонить, чтобы успокоить.

– За тобой приедут? – интересуюсь я у своего спутника.

– Сегодня нет, – качает головой Сонмин. – Я собирался вызвать такси. Могу я заодно подвезти тебя домой?

– Что? – растерянно переспрашиваю я. – Да не нужно меня отвозить! Я на автобус пойду!

– Вечером общественный транспорт ходит плохо… эээ… нерегулярно. Такси гораздо удобнее. У меня есть приложение, – терпеливо объясняет мне одноклассник, пока я ошалело хлопаю глазами.

Глава 26

Стася Черемухина

Кажется, кореец скоро решит, что я совсем бестолковая и совершенно не умею общаться. А я и правда не умею, по крайней мере, с такими, как мои новые одноклассники. С прежними, из старой школы, все получалось как-то проще, само собой. С ними я была относительно на равных. Мажоров в моем классе не было, иностранцев тоже, да и в целом я не сильно отличалась от остальных.

Но в гимназии все по-другому. Я чувствую себя чужой. Лишней. Непривычное окружение, новое место. Еще и Маевский со своей Инессой…

Насколько легче было бы оставаться незаметной, быть в стороне, но чертов президент класса привлек ко мне ненужное внимание. Может, даже и к лучшему, что он какое-то время не будет приходить на уроки, хоть вздохну спокойно. Хотя чувство вины от этого не уменьшается, все-таки простудился Артур, похоже, действительно из-за меня…

– Ну так как, поедем? – напоминает Сонмин. Его приятный голос с акцентом вырывает меня из мыслей. И я киваю ему, соглашаясь на предложение подвезти меня до дома на такси.

Запоздало думаю, что надо бы, наверное, сложиться, раз я тоже еду, но, когда я это произношу, он смотрит на меня с таким выражением лица, как будто я смертельно его обидела.

– Прости, – быстро говорю я. Может, и правда нарушила какие-то нормы, которые он считает правильными для себя? – Я тебе очень благодарна.

– Все нормально, – отвечает он. На его губах появляется легкая улыбка, и я тоже улыбаюсь в ответ. Мы оба молчим, но тут тишину прерывает громкое бурчание моего живота.

Ну да, пустой булочки и чая надолго не хватает. А сейчас к тому же уже вечер. И мама ждет меня дома с ужином.

– Хочешь есть? – спрашивает кореец. Смущенно киваю в ответ. – Вот, возьми…

Порывшись в своем фирменном рюкзаке, он вынимает оттуда большую шоколадку и протягивает мне. Шоколадка какая-то интересная, в незнакомой упаковке, я таких раньше не пробовала. Может, корейская?

– Давай ее разделим, – предлагаю я. Разорвав упаковку, отламываю себе половинку, а вторую возвращаю ему. Не удержавшись, сразу же откусываю и зажмуриваюсь от удовольствия.

Шоколад очень вкусный! Белый, а внутри начинка с клубничным вкусом. Я так проголодалась, что съедаю свою половину очень быстро, еще до того, как подъезжает вызванная Кимом машина.

Мы с Сонмином садимся на заднее сиденье. В салоне машины стоит уютный полумрак, негромко поет радио, чем-то приятно пахнет. Таксист спрашивает адрес, мы по очереди называем улицы и номера домов. Я с удивлением обнаруживаю, что одноклассник живет не так далеко от меня, так что ехать нам определенно в одну сторону. Вот и хорошо!

По дороге мы ни о чем не говорим. Кореец доедает шоколадку, я смотрю в окошко. Люблю наблюдать за вечерним городом, любоваться светом фонарей, реклам и множества окон, за каждым из которых своя жизнь, своя история. Мне это нравится даже больше сериалов, честное слово. Даже жаль, что ехать остается уже недолго.

В какой-то момент машину встряхивает на неровной дороге, я подпрыгиваю, едва не прикусив себе язык, и чувствую, как рука Сонмина накрывает мою. Это случайность, от толчка он не удержал равновесия и слегка завалился на бок. Но меня вдруг точно прошибает электрический удар. Это неправильно, так не должно быть. Эй, я ведь даже не поклонница кей-попа!

Через минуту или меньше Ким убирает руку, так ничего мне и не сказав.

Моя остановка первая. Выйдя из машины, неловко машу своему спутнику, прощаюсь и благодарю еще раз. Войдя в подъезд, в котором пахнет свежей краской, прижимаю руку к груди.

Что это было? Всего лишь нечаянное соприкосновение! Тогда из-за чего я так разволновалась?..

Но дело не только в сегодняшнем вечере. Ким Сонмин с самого начала, с первой нашей встречи, вел себя так, что его не в чем было упрекнуть. Да, этого парня не назовешь душой компании, он довольно замкнутый и игнорирует всех своих фанаток, но на занятиях со мной проявлял завидное терпение и внимание, еще и жалобы мои выслушивал. В отличие от Артура Маевского ничем меня не обидел и не оскорбил. Должно быть, в этом вся причина – я не влюбилась, мне просто хочется ответить взаимностью на его хорошее ко мне отношение, вот и все.

Но почему сердце так сильно бьется?..

К тому моменту, когда я захожу в квартиру, мне удается немного успокоиться и взять себя в руки. Не хочу, чтобы мама что-то заподозрила. Больше всего она боится, что я увлекусь отношениями с мальчиками или еще чем-то, что помешает моей учебе.

Поужинав, сажусь за уроки. За стеной разговаривает телевизор, а мои руки сами тянутся открыть новое сообщение от моего таинственного друга по переписке. Я знаю, что в любой момент он может пропасть, ему может наскучить наше анонимное общение, но пока Key здесь, на связи, и его новое письмо уже меня дожидается.

Он спрашивает, как у меня дела, что нового, получается ли привыкнуть к новой школе. Говорит, что искать себя и свое место можно всю жизнь, но, пока мы еще молоды, у нас есть право на ошибку. Я не ожидала настолько мудрых рассуждений от своего практически ровесника, и внутри меня снова шевелится сомнение в том, что Key тот, за кого себя выдает.

Мы не предлагаем друг другу перейти в мессенджеры или обменяться еще какими-то контактами, не спрашиваем и не называем настоящие имена. Такой у нас договор. Это дает свободу рассказывать о своих мыслях и мечтах, делиться секретами. Key пишет мне, какой фильм недавно посмотрел, я отвечаю, что из-за учебы не успеваю даже ничего смотреть или читать. Он спрашивает, общаюсь ли я сейчас с друзьями и подругами детства, и я вспоминаю, что из-за нашего с семьей переезда в другой район все они, к сожалению, растерялись. Мой собеседник тоже много переезжал и вынужден был искать знакомых на новом месте. Наверное, поэтому мы так хорошо понимаем друг друга.

За уроками и переписками я засиживаюсь далеко за полночь. Наутро встаю с трудом, спотыкаюсь и зеваю на каждом шагу, даже кофе проливаю. Завтра суббота, надо продержаться сегодняшний день. А потом выходные! Всего лишь первая неделя в гимназии прошла, а кажется, что гораздо больше.

– Ты и сегодня задержишься? – спрашивает мама, когда я уже обуваюсь.

– Как получится, – отвечаю я. Закидываю на плечо рюкзак, одергиваю пиджак и юбку – никак не привыкну к этой форме. – Пока-пока!

Глава 27

Артур Маевский

Черт знает что! Из-за новенькой мне теперь приходится сидеть дома на больничном. Даже не представлял, что короткое падение в холодную воду может принести такие дурацкие последствия. Врач – наш семейный – заявил, что я чудом избежал воспаления легких. Разумеется, никто раньше назначенного им срока отпускать меня в школу не собирается, а к охране в виде моей беззаботной родительницы присоединилась тяжелая артиллерия в лице бабушки. Прямо сейчас она лично, не доверяя нашей домработнице Пелагее, варит мне куриный бульон по рецепту, который, по ее словам, всех членов семьи на ноги ставил. Гремит на кухне посудой, сурово поджав губы, и никого туда не пускает.

Матушка то и дело заходит ко мне то потрогать лоб – якобы не доверяя современному электронному градуснику, – то спросить, не нужно ли мне чего, то просто посидеть рядом и повздыхать. Начинаю чувствовать себя беспомощным младенцем, который не обходится без нянек. И делать ничего не хочется, наскучили и приставка, и фильмы все абсолютно.

А тут еще Инесса! Она звонит и пишет мне каждую свободную минуту, дай ей волю – и прямо с уроков бы названивала, даже с контрольных, если бы там не отбирали смартфоны. Докладывает обо всем, что происходит в гимназии. Тот факт, что у меня заложен нос, болит горло и я могу отвечать ей только гнусавым хрипом, ее совершенно не смущает. Навестить меня она тоже собирается, даже жаль, что я не вирус какой-нибудь подхватил, а всего лишь переохладился, ведь в таком случае побоялась бы заразиться и не пришла.

Надо было соврать, что вирус.

Наверное, я несправедлив к ней, но достала уже хуже горькой редьки, честное слово. Смешное выражение, тоже, кстати, бабушкино. Интересно, кого и как могла достать редька?

Разумеется, Инесса не упускает возможности рассказать мне про Черемухину. Та, похоже, подружилась с Аленой Кроевой, в столовой постоянно за одним столом сидят. Кроева в некотором смысле аутсайдер, но не изгой, иногда может и потусить с некоторыми из одноклассников. Просто непонятно, что у нее в голове. Ее отец – владелец клиники для тех, у кого проблемы, видимо, дочь от него нахваталась всяких заумных выражений и свой этот снисходительный взгляд тоже от него унаследовала.

– А еще новенькая вчера чуть ли не до позднего вечера проторчала в библиотеке с нашим распрекрасным корейцем! – докладывает мне Инесса, позвонив перед уроками. О том, что я вообще-то мог в это время крепко спать, она не подумала. Но я сегодня проснулся рано, видимо, по школьной привычке. – Их видели, когда они в такси садились. В одно такси, между прочим!

Что за?.. Меня начинает разбирать злость. Вспоминаю, как яростно смотрела на меня гусеничка, когда думала, что я выбросил в пруд ее значок. Да ее глаза просто молнии метали, казалось, прожгут меня насквозь! И что, на следующий день после нашей прогулки она чудесно провела время с другим парнем?!

А он что, спрашивается, из себя строит? Тоже мне, звезда! К тому же его папашу могут в любой момент перевести в другую страну!

Не могу понять, почему Стася с таким упорством отказывает мне. Я ведь уже дал ей понять, что она мне нравится. Прямым текстом сказал!

Что еще-то ей нужно?!

Стася Черемухина

Новый день начинается с урока географии. Ни в одной из стран, о которых рассказывает учитель, я не бывала. Да я и вообще мало что видела в свои годы. Привычно утешаю себя мыслью, что все впереди. Будут и у меня когда-нибудь далекие путешествия.

Кошусь на Сонмина, мы снова за одной партой. Сегодня я даже не стала спрашивать разрешения, чтобы сесть с ним рядом. Кореец сосредоточенно слушает учителя, вертя в руке гелевую ручку. В какой-то момент он забывает, что снял с нее колпачок, опирается щекой на ладонь, и на его коже остается четкая линия иссиня-черного цвета. Парень недовольно смотрит на ручку, а я украдкой улыбаюсь, наблюдая за ним.

Я что, и правда начинаю в него влюбляться? Так же, как все эти девчонки, которые бегают за ним на каждой перемене? Вспоминаю ту бедную девочку из столовой, за которой все наблюдали со смехом, и мне становится не по себе при мысли, что я могу оказаться на ее месте.

Стоп, Черемухина, остановись! Ты в элитной гимназии не для того, чтобы влюбляться в красивых и недоступных и страдать по ним потом. Тебе нужно как можно усерднее учиться и думать о собственном не таком уж далеком будущем, а также о мамином. Долго она еще будет выбиваться из сил на работе, гробя при этом свое здоровье? Когда стану студенткой, обязательно найду какую-нибудь подработку, чтобы помогать ей, и пусть даже не спорит!

Такие мысли здорово отрезвляют. Я напоминаю себе, что надеяться мне в жизни больше не на кого. Был папа, добрый, замечательный, самый лучший, но его больше нет. Встречу ли я когда-нибудь своего человека? Будет ли наша любовь взаимной, а совместная жизнь – долгой и наполненной радостью? Еще неизвестно. А вот платить за квартиру, за интернет, покупать продукты и лекарства нужно постоянно, и если мой мир пошатнется из-за глупой влюбленности, если она помешает достижению моих и маминых целей, плохо будет только мне самой.

А еще я не хочу, чтобы мне разбили сердце. Я видела, как моя бывшая одноклассница в прошлом году страдала из-за безответной любви к старшекласснику, который как раз оканчивал школу. Забросила учебу, прогуливала, рыдала, выслеживала его, когда он гулял с приятелями или просто шел по своим делам. Записки ему писала и на парту подбрасывала. Кто-то ее жалел, кто-то посмеивался, в итоге она так сильно съехала по всем предметам, что родителям пришлось вести ее к психологу и вдобавок к этому тратиться на репетиторов.

Нет, сейчас я не могу позволить себе любовь. Ни несчастную, ни счастливую – никакую. И в том, и в другом случае она будет отвлекать, занимать мое время. Единственное послабление, которое я себе сделала, – это тайная переписка на сайте, где выложен мой дневник. Но это не любовь, а дружба, к тому же виртуальная, и мне она ничем не угрожает.

С Сонмином я тоже могу просто дружить. Пока нам все равно придется общаться, потому что мы помогаем друг другу с учебой. В этом нет ничего криминального.

Следующий урок после географии – биология. Этот предмет мне нравится, хоть он и не совсем гуманитарный. С удовольствием погружаюсь в самостоятельную работу, когда нам дают задание, чем и занимаюсь до звонка, даже почти не обращая внимания на соседа по парте. На перемене слышу имя Маевского. Его произносит Инесса – что ж, вполне ожидаемо.

– У Артурчика совсем пропал голос, – рассказывает она своим подружкам. – Но, представляете, ни в какую не сознается, как так получилось, что он упал в воду! А если бы утонул?!

Подпевалы хором ахают и выражают свое сочувствие. Инесса упивается им. Сейчас, когда президента класса нет, она оказывается в центре внимания и ведет себя так, чтобы ни у кого не возникало сомнений в том, что они пара.

Мне ее жаль. Алене, видимо, тоже. Но Инессе до осознания того, что она совершает большую ошибку, еще нужно дорасти.

А пока остается только отвернуться от нее, чтобы не смотреть больше этот спектакль одного актера. Вчера перед сном я позаботилась о своем досуге – загрузила в приложение телефона несколько книг, до которых давно руки не доходили. И прямо сейчас открываю первую из них и, уткнувшись в экран, начинаю читать.

Так заканчивается перемена, а затем начинается урок английского языка, на котором мне нужно наглядно продемонстрировать, делаю ли я первые успехи в наших с Сонмином дополнительных занятиях.

Глава 28

Стася Черемухина

Англичанка здоровается, обводит взглядом класс и смотрит прямо на меня.

– Пойдешь к доске, Черемухина?

Буквально кожей чувствую, что одноклассники замерли в ожидании бесплатного шоу. Ведь в прошлый раз я показала себя очень слабо, даже, прямо скажем, опозорилась по полной программе. Но сегодня во мне гораздо больше уверенности, чем раньше. Во-первых, потому что в классе нет Артура Маевского, который буквально из себя меня выводил. А во-вторых, я надеюсь, что наши занятия с Сонмином не прошли даром.

Когда я встаю, чтобы выйти к доске, он бросает на меня взгляд и негромко, так, чтобы больше никто не услышал, произносит:

– Ты справишься. Файтинг!

Где-то я уже это слышала. Может, в корейском сериале? Надо бы все-таки найти время и тоже посмотреть хотя бы парочку самых известных дорам. К тому же манхва, которую порекомендовал Key, мне понравилась. Поддержка соседа по парте и теплые воспоминания о новом друге по переписке словно подталкивают меня, и я решительно делаю шаг вперед.

И… падаю.

Кто-то поставил мне подножку! Впереди сидят двое из числа подпевал Инессы, а еще пара людей, с кем я пока и словом не перекинулась. Подозреваю, что именно королева класса подговорила кого-то из них вот так все мне испортить!

– Ты не ушиблась? – спрашивает Ирина Евгеньевна. Вид у нее взволнованный, голос вполне даже сочувствующий, но устраивать разбор полетов и искать виноватых она явно не собирается. Ну еще бы, они же элитные ученики, родители которых платят за то, чтобы их детки посещали эту гимназию, а я кто?..

Так, пыль под ногами богатых и знаменитых.

– Нет… простите, я… споткнулась, – отвечаю я и, не обращая внимания на хихиканье одноклассников, поднимаюсь на ноги. Юбка в порядке, к счастью, не задралась, но вот на колготках зияет большая дыра. Чертовы дешевые колготки!

Еще у меня болит коленка, но крови нет, так что эту неприятность можно перетерпеть. Будет крупный синяк. И маме, если заметит, придется что-то объяснять.

Стиснув зубы, иду к доске. Я все равно отвечу, чего бы мне это ни стоило! И ничьи пакости, никакие дурацкие выкрутасы не заставят меня сдаться.

Повернувшись лицом к классу, встречаю подбадривающие взгляды Алены и Сонмина. Хотя бы два человека, которые на моей стороне, в классе есть, а это уже немало. Я справлюсь!

– Ты уверена, что в порядке? – Хмурится учительница. Ей, конечно же, не хочется получить нагоняй от директора гимназии, если окажется, что я получила серьезную травму. Наверное, он строгий товарищ и не любит скандалов.

Я заверяю ее, что со мной все хорошо, и приступаю к ответу. Домашнее задание просто от зубов отлетает. Я делала его вместе с Сонмином, поэтому у меня нет сомнений в правильности, да и дома перед сном хорошенько все заучила.

Когда я заканчиваю, Ирина Евгеньена улыбается с заметным облегчением.

– Прекрасно, Черемухина, ты просто умница! Очень старательная! Прошла всего первая учебная неделя, а ты уже так хорошо отвечаешь!

– Спасибо моему репетитору, – добавляю я, глядя на парня, который на мгновение кажется вдруг смутившимся. А меня начинает грызть совесть. Я же так и не позанималась с ним русским языком, собиралась только. Надо немедленно начать! Хотя бы по основным правилам из учебника пробежаться.

– Да, Ким тоже молодец, подтягивает тебя до нужного уровня, – с довольным видом кивает англичанка.

Вижу, как Инесса кривит губы. Она явно думает, что, как бы я ни училась, а их уровня мне все равно не достигнуть. С этим даже я не могу поспорить, да и не хочу. Я на своем месте, а она на своем. Ничего не поделаешь, родителей ведь не выбирают, и я бы своих на других ни за какие деньги не променяла.

Возвращаюсь на свое место, на этот раз без приключений.

– Болит нога? – тихо спрашивает Сонмин.

– Все нормально, – отвечаю ему. – И… спасибо тебе. Без твоей помощи я бы не справилась.

Опустив руку, потираю голую коленку в капроновой прорехе и думаю, что делать. Запасные колготки я с собой, конечно же, не ношу. Может, получится сбегать в ближайший магазин?..

Следующая перемена большая, и моя проблема решается с участием Алены.

– Ой, спасибо большое! – Теряюсь я, когда она протягивает мне упаковку новеньких колготок. – Я куплю такие же и отдам! После выходных!

– Пустяки, у меня их много. – Алена передергивает плечами и поправляет свой модный рюкзачок, в котором вряд ли помещается все необходимое, настолько он миниатюрный. – А из Кима и в самом деле хороший репетитор получился, а?

– Еще какой, – соглашаюсь я.

– Повезло тебе… Ладно. Жду в столовой!

В довольно просторной кабинке женского туалета я переодеваю колготки, выбрасываю в урну свои, уже не подлежащие спасению, и, как в каком-нибудь кино, слышу голоса, которые доносятся до меня через дверь.

– Как же она меня бесит!

Капризные интонации Забродиной я узнаю сразу. А еще догадываюсь, что речь идет обо мне. Ну о ком же еще ей говорить в таком тоне?

– Кого она из себя строит, Золушку? Вцепилась в Артурчика, очаровала Сонмина, даже училка – и та теперь от нее в восторге! Ведьма!

Определилась бы уж, Золушка я или ведьма.

– Тоже мне, звезда нашлась! Олимпиадница! А сама нищая! Нет, ты видела ее туфли? На каком рынке она их покупала?

Инесса предсказуемо осыпает меня бранью, а потом, когда ее собеседницы выходят в коридор, звонит Маевскому и начинает с ним сюсюкать. Нашла место для задушевной беседы! И почему она не идет обедать?

– У меня сегодня разгрузочный день, так что никакой столовки! – дает ответ на мой вопрос королева класса. – Артурчик, я приду к тебе сегодня! Принесу твои любимые вкусняшки! Что ты говоришь, тебе мама их уже накупила? Ну так я еще больше куплю!

Закатываю глаза. Ох уж эти влюбленные барышни. Даже интересно, на что еще она готова пойти, чтобы заполучить его благосклонность?

Нет. Не интересно. Пусть сами разбираются, лишь бы ко мне не цеплялись.

У меня уже в животе бурчать начинает, а Инесса как назло никак не прекращает разговор со своим ненаглядным. Спустя долгие минуты она все же заканчивает, но еще некоторое время проводит у зеркала. Наверное, макияж обновляет.

В итоге поесть я так и не успеваю, потому что перемена хоть и большая, но все-таки не бесконечная. Алена спрашивает, куда я запропастилась и почему не пришла в столовую. Отвечаю, что решила повторить задание к следующему уроку, а то вдруг и на нем к доске вызовут.

Но вызывают не меня, а Сонмина. Пока кореец стоит у доски, я снова тайком им любуюсь и ничего не могу с собой поделать. Такой красивый! Никогда не думала, что восточный тип внешности может настолько меня зацепить. Но его улыбка, глаза, это движение, которым он поправляет волосы… Смотрела бы и смотрела. Ох, Стася, похоже, ты и в самом деле вляпалась!

И что теперь делать?..

Глава 29

Стася Черемухина

Как все-таки хорошо, что впереди выходные и у меня будет время как следует обо всем подумать! Не верится, что прошла всего лишь одна учебная неделя. Событий столько, что они уместятся в целый месяц!

Мне хочется с кем-то поделиться своими запутанными мыслями и растрепанными чувствами, но с кем? Волновать маму не хочется. И разочаровывать тоже. Она-то надеется на то, что я и вправду весь оставшийся до окончания школы год буду нацелена только на учебу. Если когда-нибудь и заговорю с ней о мальчиках, то только тогда, когда стану взрослой и самостоятельной, но не сейчас, не в шестнадцать лет.

Жаль, что у меня так и не появилось настолько близких подруг, с которыми я могла бы поговорить абсолютно на любые темы. Но, увы, не всем так везет. Мелькает мысль побеседовать с Аленой, все же она будущий психолог, но мы еще мало знакомы и я пока не готова к подобной откровенности.

Key? Может, ему написать? Наше общение мне очень по душе, но оно тоже недостаточно долгое для таких тем. Хотя он парень, мог бы дать дельный совет по отношениям. Возможно, у него даже опыт есть. Интересно, что это была за девочка и сильно ли она ему нравилась? Ой, я что же, начинаю ревновать того, кого никогда в жизни не видела?

В голове творится полнейший кавардак, но я упорно досиживаю оставшиеся уроки. Сегодня у нас с Сонмином очередное занятие в библиотеке. Перед ним я неожиданно волнуюсь так, что все правила русского языка вылетают из памяти.

Но когда мы с корейцем оказываемся за одним столиком в библиотеке, я стараюсь взять себя в руки. Это непросто, потому что вблизи он еще красивее. Особенно когда так внимательно на меня смотрит, опуская длинные ресницы, а его темно-карие глаза кажутся почти черными.

Ох, и зачем парню такая красота? Наказание же! Причем даже не для него самого, а для окружающих.

Соберись, Черемухина, сегодня ты в роли репетитора! Сонсэннима! Так что не оплошай давай!

И я очень стараюсь. Спрашиваю, что ему непонятно и в чем затруднения, объясняю заковыристые правила и исключения из них. Вспоминаю, как вел себя Сонмин, когда мы занимались английским, и пытаюсь ему подражать. Я никогда раньше никого не подтягивала и учителем себя не представляла, но это оказывается интереснее, чем мне казалось. Время бежит незаметно, и мы опять умудряемся засидеться до вечера.

– Такси? – спрашивает меня кореец, когда мы шагаем к выходу. В такое время опустевшее здание гимназии кажется совсем другим и напоминает заколдованный замок. А парень, идущий рядом со мной, кажется принцем.

Прекрасным и далеким.

Эта сказка вовсе не про меня, я и правда никакая не Золушка и никогда не мечтала ею быть, но сейчас мне хочется просто насладиться моментом. Тем, как звучат наши шаги в тишине. Как мое плечо будто бы случайно задевает руку идущего рядом Сонмина. Представляю, что бы я почувствовала, если бы он вдруг обнял меня. Уверена, это будет совсем не так, как с Маевским!

И зачем только он мне опять вспомнился?

Всю атмосферу испортил!

– А не хочешь прогуляться? – неожиданно даже для себя самой спрашиваю я, когда кореец повторяет свой вопрос насчет такси. Замечтавшись, я забыла ему ответить. Вот такой рассеянной стала!

– Пешком? До дома? – удивляется он. – Уверена?

– А почему нет? Если не по центральным улицам, будет даже недалеко! Пойдем?

Сама не знаю, почему я это предложила. Нет, знаю – чтобы подольше побыть с Сонмином. Ведь в выходные мы не увидимся. Я не такая эгоистка, чтобы заставлять его посвящать мне помимо будних дней еще и субботу, и воскресенье. У него наверняка найдутся свои дела, да и мне самой есть чем заняться.

Он соглашается, и мы идем пешком. Теперь, когда я знаю, что наши дома находятся в одном районе, мне даже кажется правильным вот так возвращаться вместе, а не по отдельности. Хотя, когда за ним приедет водитель, я, конечно, напрашиваться не буду…

Вечерний город, как обычно, не кажется спящим. На пути нам то и дело попадаются прохожие, магазины и кафе работают допоздна, поэтому еще открыты. Когда проходим мимо пекарни, из-за двери которой одуряюще пахнет выпечкой, мой желудок напоминает о том, что его сегодня весь день не кормили.

– Хочешь чего-нибудь? – спрашивает у меня мой спутник. Не успеваю отказаться, а он уже заходит в пекарню и склоняется над витриной. Когда возвращается, в руках у него два больших пирожка с яблоками, и один из них предназначается мне.

– Спасибо! – Пирожок выглядит очень аппетитно, и я не нахожу в себе сил отказаться от угощения. – Не обедала сегодня!

– Почему?

– Так получилось.

Некоторое время мы молча идем рядом и жуем пирожки. На ногах у Сонмина явно очень дорогие фирменные кеды, и я опять думаю про послабления для мальчиков в правилах гимназии. Девочкам спортивную обувь разрешается носить только на уроках физкультуры, которая у выпускного класса не обязательный, а факультативный предмет.

– А чем обычно перекусывают в Корее? – интересуюсь я, доев пирожок. Он был вкусным, но закончился слишком быстро. – Там есть пирожки или что-то вроде?

Ким Сонмин рассказывает мне о сеульских пекарнях, о круглосуточных магазинчиках, в которых можно, к примеру, заварить себе лапшу быстрого приготовления, о булочках со сладкой фасолью, про которую я даже не слышала никогда. С удивлением узнаю, что корейцы очень не любят есть в одиночестве. А принятие пищи для них имеет такое большое значение, что они уже с утра могут размышлять на тему того, где и чем будут в этот день ужинать.

Я очень многого не знаю об этой стране, которая с каждым словом моего собеседника начинает казаться мне все более интересной. И вот я, которая почти нигде не бывала, уже начинаю мечтать о том, чтобы когда-нибудь поехать в Южную Корею. Вот бы отправиться туда вместе с Кимом! Экскурсовод из него наверняка выйдет такой же замечательный, как репетитор. Что ж, мечтать, как говорится, не вредно, главное помнить, что не всегда наши мечты сбываются.

Глава 30

Стася Черемухина

– Какие у тебя планы на будущее? – спрашивает у меня Сонмин, когда до моего дома остается пройти совсем немного.

Мы решили срезать путь через дворы. Места здесь уже все знакомые. Вечер сегодня выдался теплый, так что лавочки у подъездов не пустуют, все хотят насладиться оставшимися днями недолгого бабьего лета.

Мне под ноги, кружась, опускается позолоченный осенью дубовый лист. Поднимаю его и задумчиво кручу в руках. Потом отвечаю на вопрос:

– Хочу окончить гимназию, хорошо сдать экзамены, поступить куда-нибудь на бюджет… Все как у всех школьников, наверное. Буду подрабатывать, чтобы помочь маме. Ей… сейчас трудно приходится, потому что мы остались одни, папы у меня больше нет. А у тебя какие планы?

– Мне сложно говорить о будущем конкретно… э… точно, – помедлив, отвечает собеседник. – Дело в том, что моего отца в любой момент могут перевести на работу в другую страну. Такое уже было раньше. Мы срывались с места, переезжали. В итоге мама этого не выдержала и ушла.

– Как ушла? – Не понимаю я. Выходит, Ким Сонмин тоже живет лишь с одним родителем, только я с мамой, а он с папой. – Куда?

– Вернулась в Сеул.

– И ты… остался с отцом? Она не предложила тебе уехать с ней? Прости, это не мое дело! – торопливо выпаливаю я, осознав, что слишком уж увлеклась расспросами. Вдруг ему не хочется об этом говорить? Ведь получается, что мать его попросту бросила и уехала одна!

Бросила несовершеннолетнего сына! В моей голове такое никак не укладывается. Хотя, если подумать, отцы сплошь и рядом оставляют детей даже возрастом помладше, так почему бы матери такое не сделать?..

– Сразу видно, что ты не смотришь дорамы, – произносит Сонмин. Губы его слегка улыбаются, но темные глаза смотрят внимательно и серьезно. – Ребенок принадлежит семье отца и носит его фамилию. И я бы не хотел, чтобы мой отец был в чужой стране один, совсем без родных. Так что, даже если бы меня… эээ… поставили перед выбором, я бы остался с ним.

Он замолкает, и по этому молчанию я понимаю, что перед выбором его не поставили. Его мама просто в один непрекрасный день собрала вещи, купила билет на самолет в один конец и улетела на родину. Я не понимаю, как можно было уехать от такого сына. Красивого, умного, хорошо воспитанного. Да, он довольно замкнутый, но, возможно, случившееся в его семье – это одна из причин?

И неужели она спокойно живет вдали от него и совсем по нему не скучает?..

– Мой отец много работает, – говорит кореец, опустив взгляд на носки своих кед – такие белые, как будто обувь только что достали из стиральной машинки. – А я много учусь. Но иногда у нас все-таки получается поужинать вместе.

– Из-за меня ты еще больше задерживаешься в школе, – вздыхаю я, внезапно ощутив угрызения совести. – В выходные нужно отдохнуть от занятий и вообще от учебы. Займись чем-нибудь интересным, сходи в кино, погуляй…

Я не предлагаю составить ему компанию, хотя мне этого очень хочется. Но вправе ли я отвлекать его от и без того редкого общения с отцом? К тому же мне очень не хочется уподобляться той веренице девчонок, которая за ним бегает, и становиться для него просто одной из многих. Кажется, что, пока мы придерживаемся дружеского общения, нам легко и комфортно друг с другом, а если шагнуть дальше, все станет очень сложно и запутанно. Так зачем же все портить?..

От этой мысли у меня становится тяжело на душе, но я уверяю себя, что пришла к самому правильному решению. Для Сонмина учеба на первом месте. И мне самой тоже нельзя отвлекаться, а нужно сцепить зубы и идти к своей цели. Да и будущего у нас нет. Он сам сказал, что его отца в любой момент могут перевести в другую страну по работе, и сыну, конечно же, придется уехать с ним. Велика вероятность, что мы будем жить в разных часовых поясах. А в любовь на расстоянии я не верю, это только в книжках и фильмах романтично смотрится, на деле же такие отношения обычно очень быстро заканчиваются.

В груди что-то сжимается, но я натягиваю на лицо улыбку.

– А ты чем займешься? – интересуется Сонмин.

– Помогу маме с уборкой в квартире. Может, в парке с ней прогуляемся. Тут, рядом… – добавляю я и вспоминаю, что именно в этом парке впервые столкнулась с Артуром Маевским. И что он тут, интересно, забыл? Далеко ведь живет, неужто ему в своем районе негде было на велосипеде покататься, вот какая только нелегкая его сюда занесла?!

– Ты скучаешь по своему отцу? – спрашивает парень.

– Очень! – Киваю я. Перед глазами проносятся воспоминания о том, как мы с папой гуляли в этом самом парке. Тогда только недавно переехали в этот район, мне все не нравилось и хотелось вернуться обратно в свой прежний двор и квартиру, где мы жили до того, но ему как-то удалось примирить меня с переменами в нашей жизни.

Оставшиеся минуты до дома я рассказываю своему спутнику про папу. Возле моего подъезда мы прощаемся. Мне хочется обнять Сонмина, но я понимаю, что он может расценить мой порыв неверно, так что прячу руки за спину.

– Пока-пока, до понедельника!

Провожаю его взглядом и открываю дверь. В подъезде обхожу пару милейших собачек породы корги, которых выгуливает пожилая соседка, и поднимаюсь на свой этаж. Уже в прихожей аппетитно пахнет картофельными драниками, которые приготовила мама. Это одно из моих любимых блюд. Вкуснятина!

– Опять ты припозднилась. Все уже остывает. Иди мой руки и за стол! – Встречает меня уютный мамин голос.

– Спасибо, это лучшее завершение недели! – кричу я ей из прихожей. Кажется, никогда раньше так не радовалась пятнице. Обычно время летит быстро, но в гимназии оно точно растянулось, как игрушка в виде длинной пружины, которая была у меня в детстве.

За ужином я рассказываю маме про то, что мы с Сонмином возвращались домой вместе.

– Похоже, он серьезный мальчик, – одобрительно замечает она. – Но ты ведь в него не влюбишься? У иностранцев совершенно другой менталитет.

– Даже не собираюсь! – заверяю я. – И вообще ни в кого не планирую влюбляться! Не переживай о такой ерунде!

Хотелось бы мне, чтобы это было правдой.

– Разве это ерунда? – Смеется мама. – Я ведь еще не старушка и прекрасно помню, каково быть старшеклассницей. Столько всего… Влечений, соблазнов… Хочется поскорее стать взрослой. Но очень тебя прошу, подожди хотя бы до поступления в университет, там ты обязательно кого-нибудь встретишь.

Я киваю, а про себя думаю, что такого, как Ким Сонмин, точно больше не встречу.

Нигде и никогда.

Глава 31

Стася Черемухина

«О чем ты мечтаешь?» – спрашивает у меня Key в своем очередном письме. Это уже становится традицией – задавать вопросы, над которыми хочется поразмышлять. Вот и сейчас я, отодвинув подальше мысли о том, что с Сонмином у меня ничего не получится, задумываюсь над тем, а о чем же я и вправду мечтаю.

Окончить школу, сдать экзамены с хорошими результатами, поступить в университет? Это моя цель, это то, чего хочу я, чего больше всего желает мама. Но мечта ли это? Даже не знаю… Мечтой ведь должно быть что-то… не настолько конкретное.

Прикусываю колпачок ручки, глядя на экран монитора. Всего несколько слов от незнакомого человека, который находится по ту сторону. Где-то далеко или, может быть, рядом? А что, если мы знакомы? Нет, это было бы что-то совсем уж фантастическое.

Я незаметно привязываюсь к своему невидимому собеседнику, имени и фамилии которого даже не знаю. Понятия не имею, как Key выглядит и тот ли он, за кого себя выдает, но уже очень жду от него новых писем. Читаю мангу – манхву – по его рекомендации, теперь еще и музыку слушаю ту, которую он мне посоветовал.

Маме я об этой переписке не говорю. Сомневаюсь, что она одобрит. Временами ее одолевает тревожность за меня, так что вряд ли мама с доверием отнесется к тому, что я так много рассказываю о себе человеку, которого совсем не знаю, да еще и драгоценное время на это трачу. Может и запретить мне ему писать. Но наше общение начинает становиться для меня отдушиной, чем-то нужным и важным, и я уже не могу от него отказаться.

«На днях у меня появилась новая мечта, – пишу я. – Хочу побывать в Южной Корее. Но это очень далеко и очень дорого, так что пока и вправду остается только мечтать».

«Вот как? – отвечает через некоторое время Key. – А знаешь, почему-то я не сомневаюсь, что у тебя получится когда-нибудь туда поехать, может, даже не раз. И уверен, что тебе там очень понравится».

Невольно улыбаюсь. Уверен он, значит? Что ж, посмотрим. Как мама говорит, вся жизнь впереди, будут и у меня однажды всякие разные радости и чудесные путешествия. Только испытать все самое прекрасное в этой жизни хочется уже сейчас, не откладывая на потом…

Тишину моей комнаты прерывает писк мессенджера. Это Алена. Недавно мы обменялись контактами, и я считаю это большим прогрессом в моих непростых отношениях с одноклассниками, из которых только она и Ким Сонмин стали мне приятелями.

«Что делаешь завтра, есть какие-то планы?» – интересуется она.

«Планов нет, а что?» – отвечаю я, добавляя улыбающийся смайлик. Недавно читала блог о том, что скобочки как способ выражения эмоций уже пора включить в число знаков препинания, настолько к ним все привыкли. Причем на официальном уровне.

«Любишь ирландские танцы? Пойдем на концерт! У меня лишний билет».

Это предложение, такое неожиданное и приятное, удивляет меня настолько, что пишу ей ответ не сразу, а минут через семь.

«Если честно, не знаю, нравятся мне такие танцы или нет, никогда их вживую не видела».

«Ну и тем более, значит, надо сходить и посмотреть! Жду тебя к семи вечера. Запомни адрес!»

Мне не приходилось бывать в концертном зале, о котором идет речь, но я надеюсь, что не заблужусь. Все-таки в моем, пусть и довольно стареньком, смартфоне имеется навигатор. И как же здорово иметь планы на выходные!

Суббота пролетает как-то незаметно. Провожу этот день за уборкой и стиркой, помогаю маме приготовить обед. На самом деле хозяйка из меня не очень – зачитавшись чем-нибудь интересным, я легко могу пропустить убежавший суп и пригоревшую кашу. Мама только головой качает, когда это видит. Я даже таймер ставлю, но иногда умудряюсь и его сигнал не услышать!

«Я точно ничего не должна тебе за билет?» – решаю все-таки уточнить у Алены.

«Точно-точно! Родителям эти билеты бесплатно достались от благодарных клиентов. Но у них нет времени ходить на концерты».

Замечательно, наверное, когда есть такие родители и четкие планы на будущее. Но я не завидую. Мне повезло с мамой и с папой.

Прожил бы он еще подольше…

Вспомнив, как мы с Сонмином говорили про наши семьи, я вздыхаю. Тяжело ему, наверное, было принять всю эту ситуацию с его матерью. Менталитет и традиции корейцев – это одно, но все же она самый родной ему человек! И так просто ушла, оставив сына с вечно занятым отцом… Мне слишком сложно такое понять, я понимаю, что обстоятельства бывают всякие, но не представляю, как можно было так поступить.

«А меня пригласили на концерт! – Набираю следующее письмо для моего виртуального друга. – Буду смотреть ирландские танцы. Уже завтра!»

Ответ от него прилетает практически сразу.

«Интересно! Расскажешь потом. Я давно не был на концертах».

За ужином говорю маме про свои планы на завтрашний вечер. Она рада, что у меня налаживаются отношения с новой одноклассницей. Предлагает как-нибудь пригласить Алену к нам домой, но меня немножко смущает тот факт, что я живу гораздо скромнее, чем другие ученики гимназии. Ремонт, которому уже много лет, самая простая мебель… Инессу и Маевского при виде нашей квартиры просто перекосило бы!

Вот ведь не вовремя они вспомнились. Весь аппетит испортили! Я облизываю ложку и вздыхаю.

Насколько все было бы проще, если бы я оставалась в своей старой школе!

Но маме лучше этого не говорить, не расстраивать ее. Она очень рада и горда тем, что я перешла в гимназию, за обучение в которой нам не пришлось платить ни копейки. Всем своим коллегам, подругам и знакомым уже рассказала, какая я у нее умница и молодец.

Поужинав, вымыв посуду и вернувшись в свою комнату, вижу несколько комментариев под своим онлайн-дневником. Несколько дней ничего туда не писала. Даже как будто и не нуждалась в этом, потому что есть ведь Key. Но даже ему я не могу всего рассказать. Например, про то, что у меня внезапно проснулись чувства к однокласснику, в которых я сама не могу разобраться, лучше молчать, а еще лучше – постараться вообще не думать о них…

Может, тогда все само пройдет. Любовь к такому экзотичному, красивому, при этом умному, внимательному и доброму парню, как Ким Сонмин, – это что-то вроде болезни, которой нельзя избежать, но нужно просто перетерпеть и переболеть. Ну, как ветрянкой.

А ведь он еще на фоне Артура Маевского и остальных такой замечательный! Президент класса смотрит на меня как на чужую игрушку, к которой тянется избалованный пятилетка, другие одноклассники явно не понимают, что он во мне нашел, когда есть Инесса Забродина, Сонмин же… Он просто замечает меня. Интересуется мной. Помогает.

Наверняка все это кореец делает чисто по-дружески, из жалости к нищей олимпиаднице, которая обедает чаем с пустой булочкой, или из своих каких-то национальных побуждений, например «учитель должен заботиться об ученике», вот и все. А я уже нафантазировала себе… Глупая, глупая Черемухина. Учиться тебе еще и учиться. И не только английскому, но и отношениям, и пониманию мотивов других людей.

Глава 32

Стася Черемухина

В воскресенье около семи вечера я стою возле концертного зала и жду Алену. Найти это место оказалось не так-то легко даже с навигатором. Да еще и от метро идти далековато.

Толпа перед невысоким, но красивым и явно старинным зданием постепенно редеет, а одноклассницы все еще нет. Кошусь на часы на экране смартфона. Еще немного, и мы определенно опоздаем.

Наконец подъезжает такси, и из него выпархивает Алена, которая заметно торопится, но бежать на таких каблуках едва ли может. На ней короткое красное платье, волосы завиты крупными локонами, как у Кэтрин Пирс из сериала «Дневники вампира», и эта прическа ей очень к лицу. Алена выглядит такой нарядной, что мне становится неловко за мои простые черные брюки и тунику в этническом стиле.

– Привет! – Алена подходит и обнимает меня. От нее вкусно пахнет духами и почему-то пирожным тирамису. – Я опоздала, да? Пробки кошмарные! А ты как добралась, хорошо? Пойдем скорее!

Обычно она говорит меньше и более взвешенно, но такой общительной нравится мне не меньше, чем обычно. Мы входим в здание концертного зала, одноклассница предъявляет билеты, я верчу головой, разглядывая картины на стенах и лепнину на высоком потолке. Оказывается, что наше место в первом ряду партера!

– Это не какие-то любители, – шепчет мне на ухо Алена, когда мы садимся на обитые красным бархатом кресла. – Известный коллектив, участники занимали первые места на соревнованиях. Я тоже когда-то мечтала заниматься танцами, даже в школу-студию ходила, вот только таланта к этому делу у меня не обнаружилось.

Затаив дыхание, я смотрю на сцену. Она такая большая, что, кажется, там поместится не только танцевальный коллектив, но и целая футбольная команда. Гаснет свет, звучит музыка, а затем на сцене прямо перед нами появляются танцоры в струящихся изумрудно-зеленых, как холмы Ирландии, одеждах.

Все два с половиной часа, что идет представление, я не отрываю взгляда от сцены. К тому моменту, когда оно заканчивается, меня переполняет восторг. Никогда не видела вживую чего-то настолько волшебного! Когда мы вместе со всей толпой идем к выходу, в ушах у меня все еще звучит музыка, а ноги, кажется, готовы пуститься в пляс, хотя движения я, конечно же, не запомнила. Вот она – волшебная сила искусства!

– Спасибо огромное! – Теперь приходит моя очередь обнять Алену, от души благодаря ее за приглашение в такое место. Она ведь вполне могла позвать кого-нибудь другого.

– Не за что. Рада, что тебе понравилось. Ты куда это собралась?

– На метро, куда же еще?

– Погоди, за мной родители приедут, подбросим тебя хотя бы до станции.

Мама и папа Алены, которые приезжают за ней примерно минут через пятнадцать, очень похожи между собой. Возможно, их такими делают одинаковые очки в тонкой оправе и одежда, состоящая из свободных льняных брюк бежевого цвета и таких же рубашек. У них профессионально-вежливые улыбки и приятные голоса. Наверное, такими и должны быть психологи, чтобы сразу располагать к себе клиентов и вызывать в тех желание немедленно все-все-все им рассказать. Но я в их присутствии почему-то теряюсь, смотрю в пол и негромко здороваюсь.

Машина у них большая и белая, в ней приятно пахнет, а гладкое кожаное сиденье хочется погладить. Сразу видно, что у Алены отношения с родителями хорошие. Она смеется, рассказывает, как прошел концерт, вспоминает какую-то тетю Марьяну из Питера, которая однажды поехала на целый месяц в Дублин, где оказалось так же дождливо, как и в ее родном городе.

– А все потому, что ей надо было ехать не в Дублин, а в Дубай! – хохочет одноклассница. – Именно туда ей и посоветовали взять тур! А она все перепутала, вот такая рассеянная! Ей бы еще Вену с Венецией спутать! А Корею с Карелией!

– Ну уж не настолько она безграмотная в географии, – хмыкает мама Алены и вдруг смотрит прямо на меня. – Настя, а ты любишь путешествовать? Бывала уже в других странах?

– Я Стася, – поправляю ее. Настей меня звали только в детском саду, давным-давно. – Нет, я пока не была за границей.

– Ничего, все впереди, успеешь еще, – доброжелательно улыбается она. – Я сама только на третьем курсе выбралась посмотреть мир. Начала с Китая. Помнится, меня запугивали, что я пропаду там без знания языка. Но, как видите, не пропала, а несколько фраз на китайском до сих пор помню.

– А вот я там еще не была! – добавляет Алена.

– И ты еще успеешь. Вам сейчас в первую очередь учиться надо. Не до развлечений.

– Но в школьную-то поездку ты меня отпустишь?

– Что за поездка? – удивляюсь я. В моей прежней школе ничего подобного не было. Хотя нет, год назад собирали желающих поехать в туристический лагерь, но мне сидеть за книгами было милее, чем собирать палатки, рыбачить и разводить костры, отгоняя их дымом злющих комаров, так что я отказалась.

– А, ты же не знаешь! Гимназия постоянно что-то такое организует на каникулах. Интересно, что они придумают напоследок?

– Уверена, что-то, что вы запомните на всю жизнь.

Так, за разговором, мы доезжаем до станции метро. Мама Алены интересуется: может, меня довезти прямо до дома? Но я отказываюсь, уверяя, что дальше доберусь сама.

В такое время в метро гораздо меньше народу, чем днем, но и пустым его не назовешь. Найдя свободное место в углу вагона, сажусь и смотрю в темный прямоугольник окна. Меня все еще переполняют впечатления, и я уже мысленно подбираю слова, чтобы рассказать маме о том, что видела и слышала.

Мама, как будто догадавшись, что я про нее подумала, звонит мне и говорит, что встретит меня на станции. Я редко возвращаюсь домой так поздно, понятное дело, что она беспокоится. Воскресенье подходит к концу, а завтра мне снова надо надевать форму и идти в гимназию. Привыкну ли я к ней за этот учебный год и примут ли меня там когда-нибудь за свою? Или я так и останусь почти для всех чужой?..

По правде говоря, сейчас это меня не слишком сильно волнует. Я рада, что мы сблизились с Аленой и за обедом мне не приходится сидеть за столиком в полном одиночестве. Рада, что есть Ким Сонмин. Пусть он и не станет моим парнем, память о наших с ним занятиях, прогулках, разговорах я сохраню только для себя, как храню подаренный папой значок и белый бант, с которым пошла в первый класс. Навсегда.

Глава 33

Стася Черемухина

Новая учебная неделя начинается с дождя за окном. Дождь идет все утро, пока я собираюсь в гимназию. Забываю дома зонт и к тому времени, как добираюсь до автобусной остановки, успеваю промокнуть. Влажная одежда и волосы неприятно липнут к коже. Автобус переполнен, меня зажимают со всех сторон, толкают, тыкают зонтиками, и я чувствую, что мне не хватает воздуха.

Наверное, никто из тех, кто посещает гимназию, не добирается на учебу общественным транспортом. Кроме меня. Замечаю уже знакомую машину родителей Алены, из которой она выходит с изящным прозрачным зонтиком в руках.

– Привет! – Машет мне одноклассница. – А ты чего такая мокрая? Как мышь!

– Так получилось! – откликаюсь я, не останавливаясь, и спешу к зданию. Хочется поскорее оказаться под крышей. Туфли скользят на мокром асфальте – эта обувь явно не предназначена для забегов.

По дороге натыкаюсь на кого-то. Ну прямо как в мой первый день здесь! Неужели он был всего лишь неделю назад?..

Подняв взгляд, вижу знакомые темные глаза. Это опять Ким Сонмин! Как и тогда. Снова он. А ведь я обещала себе поменьше о нем думать.

Кореец держит над собой и мной большой желтый зонтик, жизнерадостно-яркий, как весеннее солнце. И у меня вдруг в душе все переворачивается. Хочется запечатлеть этот миг, как полароидную фотографию. Но он ускользает солнечным лучом и рассыпается дождевыми каплями, когда меня кто-то толкает в спину. Оборачиваюсь и вижу Инессу.

– Чего встала на дороге? – шипит она. – Ну просто кадр из дорамы тут изобразили! – добавляет, закатив глаза. – Мало тебе было Артурчику голову заморочить, всех самых крутых парней выпускного класса подавай, да?

– Я уже сто раз говорила, что не нужен мне твой Артурчик! – отвечаю я. Бросаю быстрый взгляд на Сонмина – мне неловко, что он опять стал свидетелем этой глупой разборки. – Прости, – быстро говорю ему и, с сожалением выскочив из-под зонтика, бегу к гимназии.

Одна из туфель едва не соскальзывает с ноги, юбку приходится придерживать, рюкзак бьет по спине. Залетаю в вестибюль, перевожу дыхание, ладонями приглаживаю вьющиеся от влаги волосы. В это время года здесь еще не требуется сменная обувь, на всех этажах тщательно убирают, но я все-таки хорошенько вытираю подошвы о расстеленную специально для этого дорожку.

К тому времени, как Ким Сонмин догоняет меня, я уже поднимаюсь на второй этаж.

– Опять по-дурацки получилось, – бормочу я, когда он окликает меня по имени. – Когда уже Инесса от меня отстанет? Занялась бы лучше каким-нибудь полезным делом!

– Каким, например?

– Эм… волонтерством? – произношу я и сама понимаю, как смешно это звучит. Забродину никак невозможно представить в такой роли. И Маевского тоже. Они родились в богатых семьях и даже не думают о том, что где-то совсем рядом с ними есть нуждающиеся люди, обездоленные дети-сироты, голодные бездомные животные. Этой парочке и в голову не придет помогать другим.

Вот поэтому-то они друг другу и подходят. Потому что одинаковые. Слеплены из одного теста.

А кто же тогда подходит мне? Такой же простой парень, который знает, сколько стоят продукты в супермаркетах, где надо караулить скидочные акции, чтобы купить что-то вкусное, а не просто съедобное и питательное? В гимназии таких определенно нет.

– Сегодня будем заниматься? – спрашивает кореец.

Сердце делает кульбит, но я старательно делаю вид, будто его слова и голос меня не волнуют.

– Да, давай, – отвечаю как можно спокойнее. Мы всего лишь приятели, связанные общим делом, нельзя об этом забывать. – Английским или русским?

– На твой выбор.

Это очень галантно с его стороны – оставить решение за мной. Интересно, все его соотечественники такие же воспитанные? И умные – уже после недели наших регулярных занятий у меня наметился явный прогресс в изучении английского языка.

В столовой мы с Аленой снова садимся за один столик, еще раз обмениваемся впечатлениями от вчерашнего концерта, решаем, что надо как-нибудь вместе погулять. Благо мест для прогулок в столице предостаточно. Найти бы еще время на все.

– Ты сегодня опять вечером с Кимом остаешься? – интересуется одноклассница, покачивая ногой в остроносой туфельке. Сегодня на Алене новая блузка, которую я раньше не видела. Кружевная и чуть более открытая, чем те, что она носит обычно.

– Да, надо же друг друга подтягивать, – киваю я.

– Ну-ну, – хмыкает Алена. – И он тебе совсем не нравится как парень? Вот ни грамма?

– Я не для этого перешла в гимназию, чтобы парня себе искать, – заученно бубню я. Так, глядишь, и сама уверюсь в том, что никакие незнакомые чувства во мне не просыпаются. – И для него, уверяю тебя, тоже на первом месте учеба.

– А насчет Маевского что думаешь?

– Я про него вообще не думаю!

Вру. Думаю, и чересчур уж часто. Но не с теплом, как про Сонмина, а с досадой и страхом, что его возвращение в гимназию заново лишит меня спокойного существования.

Я ведь так хотела быть просто старательной и незаметной, но президент класса мне этого не позволил.

– Забродина считает иначе.

– Да параллельно мне, что она там считает!

Экспрессивно взмахнув рукой, я едва не роняю на пол пустую чашку и едва успеваю ее подхватить. Алена задумчиво смотрит на меня, подперев рукой подбородок. Взгляд у нее какой-то необычный, изучающий, что ли. Наверное, именно так ее родители смотрят на своих клиентов. Кстати говоря, я ради любопытства заглянула на официальный сайт их клиники – цены там о-го-го.

После уроков мы с корейцем занимаем уже ставший нашим столик в библиотеке. Я выбираю английский, оставляя русский на завтра. Погружаюсь в изучение грамматики, и время опять пролетает незаметно. Но сегодня я уже не предлагаю Сонмину пойти домой вместе. Нам лучше держать дистанцию, поэтому никаких больше совместных прогулок, поездок на такси и задушевных разговоров.

Так проходит неделя. И пусть держаться на расстоянии мне непросто, я убеждаю себя, что поступаю правильно, и с завышенным даже для меня усердием вгрызаюсь в гранит школьной науки. Влюбленность пройдет, а знания останутся.

На проверочной контрольной по английскому в пятницу я получаю заслуженную четверку, и меня снова хвалит Ирина Евгеньевна.

В выходные мы встречаемся с Аленой и идем с ней гулять – по какой-то иронии судьбы в тот самый парк, где я толкнула Артура в пруд. О минувшем пляжном сезоне напоминает только чей-то забытый полосатый зонтик от солнца. А желтых листьев стало еще больше, дворники не успевают их убирать.

Key пишет мне, что ему грустно, но не сообщает причину. Всеми силами стараюсь его поддержать. Наверное, это просто время такое – осень вступает в свои права и напоминает о приближении зимы.

А в понедельник моему покою наступает конец. В гимназию возвращается Артур Маевский. Он первым же делом подходит ко мне и перед всем классом приглашает на свидание.

Глава 34

Артур Маевский

– Какое еще свидание? – Стася округляет глаза. – Никуда я с тобой не пойду!

Смотрю на нее и не понимаю, почему все так по-дурацки складывается. Я ведь ни к кому и никогда раньше такого не испытывал! Неужели она не понимает?

Инесса дергает меня за рукав, но я не обращаю на нее внимания. Меня точно подхватило ветром и куда-то несет. Туда, где я буду видеть только ее. Эту девчонку, которая каким-то невероятным образом сумела пролезть мне в душу, зацепить не по-детски, так, что все внутри переворачивается от одной мысли, что она будет с другим, не со мной! Сам не могу объяснить, как так вышло, но я во что бы то ни стало намерен добиться своей цели.

Потому что я хочу ее и должен ее получить. Потому что, как дурак, скучал по ней все эти дни, которые не ходил в гимназию. И думал только о том, как увижу ее опять.

И вот как она меня встретила!

А ведь болел я исключительно по ее вине, между прочим!

– Ты мне нравишься, – произношу я, не обращая внимания на то, что уже прозвенел звонок на биологию и все собрались в классе. Только учитель опаздывает. Но даже его появление меня бы сейчас не остановило. – Только ты. И я никому не позволю тебя обидеть. И никому тебя не отдам. Помни про это.

Слышу, как кто-то поблизости громко ахает. Но не поворачиваю голову, вообще ни на кого не обращаю внимания. Вижу только округлившиеся от изумления глаза Стаси, ее бледное лицо, закушенную губу.

Она явно не ожидала такое услышать. Думала, что меня отпустило за время больничного? И что она теперь может развлекаться с другим парнем?

Или парнями?..

А затем чувствую, как что-то резкое точно обжигает мое лицо. Это не укус злобной осы, хотя очень похоже. Потому что именно в нее перевоплотилась Инесса!

И она посмела дать мне пощечину!

– Да как ты…

Забродина не ждет моей реакции на ее выходку. Она в слезах вылетает из класса. В дверях наталкивается на учителя, едва не сбивает его с ног и убегает прочь по коридору, только и слышен звук от соприкосновения ее каблуков с паркетом.

– Что здесь происходит? – Опешивший биолог обводит класс хмурым взглядом и смотрит на меня в упор. – Артур, можешь объяснить, почему твоя девушка настолько расстроена, что даже меня не заметила?

– Она не моя девушка! – выпаливаю я.

Учитель явно не в восторге от всего происходящего, но его недовольство мне сейчас вообще по барабану.

– Ну, допустим. Не девушка, подруга. И огорчил ее, как я понимаю, ты. И вообще, что за страсти-мордасти в выпускном классе? Вы как ЕГЭ сдавать собираетесь, а?

Да плевать мне на это ЕГЭ!

Новенькая опять садится рядом с Сонмином! Когда она берет с парты ручку, ее пальцы заметно дрожат. А кореец вдруг касается ее ладони, как будто хочет успокоить.

– Иди за Инессой и успокой ее, – требует от меня биолог.

– А если она в женском туалете? – отвечаю ему и стискиваю зубы, когда вижу, как пальцы Стаси и ее соседа по парте сплетаются.

Вот ведь какая сладкая парочка образовалась, пока меня не было!

– Тогда пусть кто-нибудь из ее подруг ее найдет. А ты садись на свое место. И так уже время от урока потеряли.

Уверен, что он наябедничает обо всем директору, но на это мне тоже плевать. Самое главное сейчас – разрушить связь между моей гусеничкой и этим азиатом! Потому что она должна быть моей. Я первый увидел ее, у нас есть своя история. А что до Инессы, то ее истерики – не мои проблемы. Ей уже давно пора отстать от меня. Даже если нажалуется своим родителям, а они передадут моим – неважно, я ей, в конце концов, ничего не обещал, она сама все про нашу великую любовь с детства навыдумывала.

Как проходит урок, почти не замечаю. Кажется, все смотрят только на меня, а я не могу отвести взгляда от новенькой. Похоже, я и правда по ней соскучился. Не мог понять, что со мной происходит, бесился, зато сейчас мне все ясно. Просто я наконец-то встретил ту, кого хочу назвать своей по-настоящему, всерьез, а не понарошку.

Инесса в класс так и не возвращается. Я думал, что она начнет бомбить меня сообщениями, но ничего не приходит. Даже как-то странно, нетипично для нее вот так отмалчиваться, наверняка ведь сейчас полыхает от гнева.

На перемене Стася подходит ко мне и смотрит так, будто хочет убить меня этим своим взглядом.

– Пожалуйста, прекрати так себя вести, – говорит она.

– Как «так»? – усмехаюсь я.

– Ты опять привлек ко мне внимание всего класса! Заявил при всех, что ты… что я тебе… Когда я пришла в вашу гимназию, то рассчитывала только спокойно доучиться последний год до выпуска! А ты с самого начала втянул меня в свою игру! Хочешь посмеяться над нищей олимпиадницей – пожалуйста, смейся, но на этом остановись, прошу тебя. Помирись с Инессой. Она тебе подходит гораздо больше, чем я.

– Вот что… – Я разворачиваюсь и перегораживаю ей проход, почти вжимаю ее в стену. – Все так и есть, как я сказал. Ты мне действительно нравишься, ты… а никакая не Инесса! И если ты хотела просто учиться, то чего ради начала играть в любовь с Кимом? Или это другое? Не думал, что ты такая же, как эти дурочки! – добавляю, сравнивая ее с остальными, кто бегает за корейцем с самого его появления в гимназии.

– Ты ничего не знаешь! Мы с Сонмином просто хорошие друзья, а не пара! И пропусти меня уже, а то на урок из-за тебя опоздаю!

– Все в порядке? – Вмешивается в наш разговор еще один голос с характерным акцентом.

Ну конечно, самое время появиться ее верному рыцарю. Оттолкнув меня, Черемухина подходит к своему азиату. Тот сверлит меня мрачным взглядом, но она берет его за руку и уводит.

Смотрю им вслед и стискиваю кулаки. Друзья, значит, ага? Можно подумать, друзья вот так за ручки держатся!

Я должен что-то придумать. Что-то предпринять, пока не сошел с ума. Меня так накрыло этими эмоциями, что само по себе это не пройдет. Только она может удовлетворить эту жажду, потому что лишь в ней я и нуждаюсь. И времени до конца учебного года не так много, как кажется.

Инесса на уроки не приходит, забирает свои вещи через подруг и сваливает домой. Вечером меня и в самом деле ожидает разборка с родителями, вернее с матерью. По ее словам, «бедная девочка» проплакала из-за меня несколько часов, и у нее так разболелась голова, что даже врача вызывать пришлось, потому что таблетки не помогли.

– Что у вас случилось? Почему ты обидел Инессу? Все же было нормально…

– Все и сейчас нормально, просто я ее не люблю! – огрызаюсь я. – Мы никогда не будем вместе и не поженимся, даже не надейся, можешь ее благородному семейству так и передать! И ей пора бы уже это уяснить!

– Но ты довел ее до слез! – восклицает матушка, не ожидавшая от меня такой отповеди.

– А она съездила мне по роже! Так что мы квиты! Все, не хочу больше про нее говорить! – Ставлю точку в бессмысленном разговоре и, хлопнув дверью, ухожу в свою комнату.

Глава 35

Стася Черемухина

Стою у окна в библиотеке и чувствую, как по коже бегут мурашки. Я, конечно, предполагала, что возвращение с больничного Артура Маевского для меня приятным сюрпризом не станет, но чтобы такое! И нравится же ему позорить меня перед всем классом!

А Инесса? Выбегая из класса, она смерила меня таким взглядом, что стало не по себе. Я еще никогда прежде не вызывала в ком-то такой сильной ненависти, как в ней. А за что? Разве моя вина в том, что парень, которого королева класса считает своей собственностью, ко мне прицепился?..

Чувствую, как чья-то рука касается моего плеча, вздрагиваю и оборачиваюсь.

– Сонмин!

– Ты в порядке?

Киваю и отвожу взгляд. Перед ним мне тоже очень неловко. Опять он стал свидетелем дурацкой ситуации с моим участием! И не только он – весь класс! А до Маевского вообще как будто не доходит, что я свободный человек со своими интересами и предпочтениями. И что мне он не нужен. Совсем.

– Давай уже займемся нашими языками, – говорю я и смеюсь над тем, как двусмысленно это прозвучало.

И мы занимаемся. Сначала английским, потом русским. На выходные у одноклассника было домашнее задание от меня – написать небольшое сочинение. С этим он справился на отлично. Стиль сочинения и выбор слов для него мне что-то напоминает, но сейчас я слишком расстроена и рассеянна, чтобы над этим задумываться.

Отзанимавшись, мы спускаемся по лестнице на первый этаж. Вот такой – практически пустой и тихой – гимназия нравится мне гораздо больше, чем в дневное время. Сегодня за Сонмином приезжает дорогой темно-серый автомобиль, в котором кроме водителя сидит еще один человек.

– Это мой отец. У нас сегодня совместный ужин в корейском ресторане, – объясняет мой спутник. – А ты когда-нибудь в таком бывала?

Качаю головой. Мы с мамой вообще редко едим не дома. Да и папе так больше нравилось, он и сам очень вкусно готовил. Однако иногда походы в кафе все же случались. На дни рождения, например.

До дня моего рождения осталось не очень много времени, но без папы это уже не такой праздник, как раньше.

Прощаемся с Сонмином и расходимся по домам. В квартире я привычно проверяю портал интернет-дневников. Сегодня письмо от моего виртуального друга что-то задерживается.

Утром опять идет дождь. На этот раз зонтик я не забыла, но он просто громоздкий и загораживает обзор. Из-за этого, пока шагаю от автобусной остановки, больше смотрю вниз, чем по сторонам. На мокрый, покрытый желтыми кляксами листьев серый асфальт, о который разбиваются крупные дождевые капли, на лужи и обувь прохожих. Светофор на пешеходном переходе рядом с гимназией недавно сломался, но машин здесь обычно не очень много.

Обычно, но не сегодня. Меня окатывает водой, отчего светлые колготки мгновенно покрываются пятнами. Когда я уже иду по переходу, зонтик норовит вырваться из рук от внезапно налетевшего порыва ветра, я упорно сражаюсь с ним и… отрываюсь от земли.

Сильный удар, от которого меня подбрасывает в воздух, резкая боль, темнота перед глазами… Ручка зонтика выскальзывает из разжавшихся пальцев. Вода течет по лицу. Или это кровь? Сквозь пелену, которая накрывает сознание непроницаемым коконом, слышу испуганные крики людей и громкие сигналы машин. Хочется попросить, чтобы они замолчали. Хочется позвать маму.

Мама – бледная и заплаканная – появляется позже, и не на улице, а в больничной палате. Сама не понимаю, как я туда попала. Кажется, какая-то часть произошедшего со мной попросту стерлась из памяти. Или я была без сознания? Да, похоже на то.

Меня накачали обезболивающими препаратами. Сломанная нога закована в гипс. Слышу, как врач рассказывает маме, что мне повезло, что я даже сотрясения мозга, судя по всему, избежала, хотя нужно еще обследоваться… Мама очень внимательно его слушает. Мне хочется спать.

Когда открываю глаза, за окном уже темно. Жалюзи опущены. Я что, проспала весь день?

И уроки пропустила!

Что же теперь будет? Это ведь выпускной класс! Меня же не выгонят из гимназии?

Хотя, если выгонят, я больше никогда не увижу Артура Маевского и Инессу Забродину. Хоть какой-то плюс. Интересно, как скоро они забудут о моем существовании?

Но тогда и Ким Сонмин тоже больше никогда не будет сидеть со мной за столиком в библиотеке и, поправляя спадающие на лоб черные волосы, рассказывать мне про английские неправильные глаголы…

Когда-то в детстве я очень боялась попасть под машину, потом этот страх как-то стерся, его заменили другие. И вот это случилось! Кто бы мог подумать, что такое произойдет? Впрочем, по статистике, мой случай не самый редкий. И ведь я переходила дорогу в положенном месте, а сколько тех, кто пренебрегает правилами?

Появляется молодая круглолицая медсестра и на мой вопрос, где мама, отвечает, что она уехала домой за моими вещами.

В холодном электрическом свете, который включили в палате, осматриваюсь по сторонам. Тут всего две кровати, на одной лежу я, вторая пуста и аккуратно застелена белоснежным бельем. Надеюсь, это не какая-нибудь частная клиника, которая нашей маленькой семье не по карману. Хотя в частную, наверное, меня бы на скорой не привезли. Мне очень хочется пить, и медсестра приносит теплую воду в пластиковом стаканчике.

К маминому приезду я опять уже сплю. Это все из-за обезболивающих. Во сне я вижу, как сдаю экзамен по английскому языку.

На следующий день меня продолжают обследовать. Анализы, снимки, врачебные кабинеты и процедурные, пропитанные запахом дезинфицирующих средств. Мне приходится ездить в инвалидной коляске, управлять которой самостоятельно не получается. Хорошо, что мама помогает. Она отпросилась с работы, чтобы побыть со мной.

Мне и в самом деле повезло. Перелом довольно сложный и срастаться будет долго, но сотрясения мозга нет. Много ссадин, кожу на лбу даже зашивать пришлось, при этом кровопотеря небольшая. Обычно у людей, пострадавших в дорожно-транспортных происшествиях, гораздо больше серьезных повреждений. Иногда на восстановление могут уйти целые годы, а последствия порой остаются необратимые.

– Как же учеба? – спрашиваю я у мамы, когда мы остаемся в палате вдвоем. Я только что пообедала. Больничная еда невкусная, но, видимо, питательная, потому что голод утоляет хорошо.

– Я позвонила в гимназию, – отвечает мама и успокаивающе касается моей руки. – Ты временно перейдешь на домашнее обучение, а потом вернешься к учебе. Не переживай.

– Может, я лучше опять пойду в свою старую школу? Туда ближе. Можно ходить другой дорогой, а не через тот переход.

– Я думала, мы этот вопрос закрыли, – хмурится мама. – Разве тебе плохо в гимназии? Уже ведь и подругу нашла. Она, кстати, звонила тебе. Собирается навестить.

Вспомнив про Алену, я улыбаюсь. Может, мы пока и не стали близкими подругами, но она мне нравится. Уверена, что одноклассница придет и перескажет мне все свежие новости про Инессу и ее Артурчика.

Глава 36

Артур Маевский

– Ты совсем чокнулась! – рычу я на Инессу. То, что ее глаза полны слез, меня ни капельки не колышет. – Как ты вообще могла до такого додуматься?

– Не знаю! – всхлипывает она. – Помешательство какое-то. Теперь и Геннадия уволят, а со мной что будет?..

Геннадий – это ее личный водитель. Тот самый, который научил Инессу водить и иногда позволяет ей брать машину. Хотя прав у нее нет. Но она из него веревки вьет. Нет, он в нее не влюблен, ничего такого. Просто эта ведьма доплачивает ему от себя дополнительно к той сумме, которую он получает от ее родителей, а у мужика какая-то сложная ситуация в семье. А теперь ему крышка.

Потому что Забродина додумалась сбить на машине новенькую!

– Я же сказал, что никому не позволю ее обидеть! А если бы ты ее насмерть сшибла? Тебя-то предки отмажут, а ей и ее родным каково? – ору я. Злость застилает глаза. – Ты реально сумасшедшая!

– Это ты меня до этого довел! – кричит Инесса в ответ. Ее губы дрожат, глаза красные – сейчас она мало напоминает первую красавицу класса, а то и всей гимназии. – Взял и заявил при всех, что она тебе нравится! Опозорил меня! Как тебе только не стыдно?!

– Мне? Это тебе, дуре, должно быть стыдно! Ты чуть человека не убила!

На наши вопли приходит мой отец. Сегодня тот редкий день, когда он дома. Скрыть от него правду не получается.

Пока Забродина рыдает в три ручья, мой папаша звонит ее родителям. Потом в больницу, куда увезли Стасю. Номер больницы мы выяснили еще раньше. Жутко хочется ее навестить, увидеть, убедиться, что она в относительном порядке. Но меня как будто сделали соучастником случившегося, да и отец рьяно против этого возражает.

– Ваша одноклассница в безопасности, – говорит он жестко. – А вы лучше возьмитесь за учебу. Оба!

– Меня ведь не выгонят из гимназии? – охрипшим от слез голосом спрашивает Инесса.

– Не выгонят. Но твоему отцу это будет дорого стоить. Как и то, чтобы семья этой девочки не выдвигала претензий. Она же олимпиадница, да? Значит, родители небогатые?

– Ну да… У нее только мать, – вспоминаю я. – Отец умер.

Это ведь он подарил ей тот значок…

В памяти оживает тот вечер, когда я привез Черемухину в парк. Осенний запах воды и листьев. Острые грани значка в моей ладони. Закушенная губа и отчаянный взгляд. Он будто рыболовным крючком подцепил мое сердце, которое жалко трепыхается, но ничего не может с этим поделать.

– А сейчас поговорим наедине.

Отец кивает на дверь. Выхожу вслед за ним, оставляя Инессу в моей комнате. Она уже почти успокоилась. Надо отправить ее домой. Видеть эту психичку больше не хочу.

– Тебе что, и правда нравится эта девочка? – спрашивает родитель, пытливо уставившись на меня. Под этим его взглядом мне всегда становится не по себе. Кажется, что я еще хожу в детский сад и на меня нажаловалась воспитательница.

– Ну, допустим, нравится, и что дальше?

– А ты ей?

– Не знаю.

Хочется сказать, что тоже нравлюсь, но я ведь помню эти ее переглядки с Кимом. И как он ее за ручку держал. От этого злость раздирает еще сильнее.

– Вот что, Артур. Ты в выпускном классе. У тебя впереди большое будущее. И я не хочу, чтобы ты себе его испортил. А эта… как ее там… Черемухина тебе не подходит.

– Это почему же?

– Ты сам прекрасно знаешь, почему. Она не нашего круга. И никогда тебя не поймет.

Закатываю глаза. Он такой же, как Забродина! Которая, по мнению моей семьи, является для меня идеальной парой.

– Я сам разберусь, – бросаю я, стискивая руки в кулаки.

– Если бы не эта история с твоим участием, она не попала бы под машину. Я поговорю с родителями Инессы. Ей будет нужна помощь специалиста и строгий контроль.

– Ремня ей нужно хорошего, а не специалиста. И я ее не доводил до такого, если ты намекаешь на это. Уж точно ничего ей не обещал. Она просто избалованный ребенок. Вот в чем все дело.

– Вы оба такие. Подумай над этим. И радуйся, что все обошлось без трагедии.

С этими словами отец уходит, оставляя меня одного. Да уж. Так паршиво у меня на душе еще никогда не было.

– Артурчик! – Забродина выглядывает из комнаты. – Ты ведь меня простишь? Хочешь, я больше никогда не сяду за руль? Я этого не планировала, честное слово, просто ехала, а тут она со своим дурацким зонтом на переходе! Вообще-то по сторонам смотреть надо! Это могла быть и не моя машина!

– Может, и не планировала, но сделала намеренно! – выпаливаю я. – Знаешь, как это называется? Покушение на убийство!

– Да перестань ты так говорить!

Она снова начинает плакать. Теперь на шум приходит моя матушка. Пытается утешить эту истеричку, а на меня смотрит с осуждением.

Да что же за дурдом!

Спускаюсь вниз и, хлопнув дверью, выхожу прочь. Хочется на воздух, подальше от них. Ненавижу всех, и себя в том числе.

Когда моя жизнь успела превратиться в такой бардак?

Но ничего, все наладится. Стася поправится и вернется в гимназию. Гусеничка моя бедная. Пострадавшая ни за что гусеничка. Она должна знать, что в том, что с ней произошло сегодня утром, нет моей вины. Это все Инесса с ее помешательством на мне. Даже не столько на мне, сколько на том будущем, которое она для нас придумала, слушая родительские фантазии. А ведь столько парней за ней бегало, ну неужели ни один не понравился?..

Чтобы хоть как-то отвлечься и разогнать скребущихся на душе кошек, иду в кибер-спортивный клуб. Там у меня уже есть знакомые парни. И вообще место прикольное, недавно открылось в моем районе.

Интересно, а Черемухина в свободное время чем занимается? Ну, кроме того, что гуляет в парке. Вспоминая нашу первую встречу, я улыбаюсь, хотя тогда она меня жутко взбесила. И смартфон выбросить пришлось. Конечно, я в тот же день купил себе новый, еще круче, но сам факт!

Стася очень красивая. Сначала я этого не заметил, но потом, когда пригляделся… Эти ее светлые глаза, веснушки, волосы длинные. Ей не надо наращивать ресницы и что-то еще делать со своей внешностью. Она хороша такой, какая есть.

Когда подхожу к клубу, смартфон начинает трезвонить. Забродина! Не отвечаю и отключаю звук. Ну ее в пень. Все, что в его возможностях, мой отец для нее уже сделал, а от меня-то она чего еще хочет?

На мой невысказанный вслух вопрос Инесса отвечает в смс-сообщении. Просит не рассказывать одноклассникам о том, что в случившемся с Черемухиной виновата она. Так и думал, что не захочет огласки. Даже своим подружкам едва ли расскажет. Учитывая, как они ей завидуют и мечтают подвинуть с пьедестала, неудивительно.

Глава 37

Стася Черемухина

– Забродина?! – Ошарашено смотрю на маму, которая с очень огорченным видом покачивает головой.

– Ее родители говорят, что твоя одноклассница наехала на тебя нечаянно. Дождь, мокрый асфальт… Она даже не видела, что это ты.

Угу. Не видела она, как же. Вспоминаю жгучую ненависть во взгляде Инессы, которым она меня окинула перед тем, как выйти из класса.

Наверное, теперь я тоже должна ненавидеть ее в отместку за то, что Забродина мне сделала. Но сейчас мне почему-то еще больше жаль ее, чем раньше. До какого же предела душевной боли, ревности и отчаяния надо было дойти, чтобы так поступить?..

Очень хочется надеяться, что я никогда ничего подобного не испытаю.

– Конечно, это несчастный случай, – продолжает мама. – Но ситуация все равно возмутительная! Разве нормально, что несовершеннолетняя девочка, у которой нет прав, водит машину по большому городу? Она и сама могла пострадать! Нельзя же настолько распускать детей! Интересно, во всех обеспеченных семьях так? Какие они все-таки… другие…

В ответ я только вздыхаю. Мои новые одноклассники разные, но кое-какая общая черта объединяет их, по крайней мере большинство из них. Им не нужно беспокоиться о завтрашнем дне. Обо всем подумают родители. И следующие мамины слова только подтверждают эту мысль.

– Ее семья обо всем позаботится. Оплатит лечение и все, что будет необходимо. Также они дадут денежную компенсацию.

Мне хочется закричать, чтобы мама отказалась и не смела ничего брать у этих людей. Но я молчу. Потому что нам с ней и правда нужны деньги. Очень. Почти каждая покупка одежды, например, или обуви пробивает брешь в нашем бюджете, а мне пришлось купить новые вещи для того, чтобы ходить в них в гимназию.

– Благодаря этим деньгам я смогу взять на работе небольшой отпуск за свой счет и побыть с тобой дома, – говорит мама, ласково касаясь моего лба, как будто хочет проверить температуру. От этого простого прикосновения я чувствую себя маленькой девочкой. В горле встает колючий комок.

– Хорошо, – соглашаюсь я. Это вынужденная мера. Отказаться от компенсации было бы неразумно.

– Только вот что – Забродины очень просили не выдвигать обвинение и не рассказывать в гимназии о том, что за рулем была твоя одноклассница. Вам же еще доучиваться вместе. Потом, когда ты вернешься.

Когда я вернусь… Да, мне все-таки придется снова их всех увидеть. Инессу, Артура и остальных.

Сонмина…

Сердце тягуче сжимается при мысли о нем. Закусываю губу. Может, и хорошо, что, пока срастается перелом, я буду на домашнем обучении. Время и расстояние вылечат меня от этой влюбленности. Надеюсь, Маевского тоже. Может, они с Забродиной наконец-то станут настоящей парой. И оба от меня отстанут.

Как было бы замечательно!

– Чему ты улыбаешься? – спрашивает мама.

Надо же, даже не заметила, что улыбаюсь.

– Наверное, обезболивающие так действуют.

– Тебе могла понадобиться операция, но врач говорит, что перелом срастется и без нее. Организм молодой, справится. Только времени понадобится много, и позже, когда начнешь ходить, нельзя будет сильно нагружать ногу.

Хорошо, что это займет много времени. А нагружать ногу я и не собираюсь. В гимназии у старших классов нет обязательных уроков физкультуры, а даже если бы и были, я получила бы освобождение по состоянию здоровья.

К тому времени, когда приходит Алена, даже не сменившая школьную форму, я успеваю переварить новость, что машиной меня сбила Инесса. Конечно, я не собираюсь об этом рассказывать, хотя немножко дурной славы королеве класса бы не помешало. Эдак она придет к выводу, что всегда и во всем будет оставаться безнаказанной, родители с их обширными связями и большими деньгами все решат и уладят.

– Ну ты даешь! – Сгрузив на тумбочку большой пакет со всевозможными сладостями, ярко-рыжими апельсинами и другими фруктами, Алена осматривает палату, в которой я по-прежнему одна. – Нет, конечно, погода сегодня премерзкая! Но попасть под машину! Или ты специально, чтобы контрольную по алгебре пропустить? Ладно-ладно, я шучу!

– Что нового в классе? – спрашиваю я.

– Забродиной сегодня тоже не было. Наверное, до сих пор в себя не пришла после вчерашнего. Ну Артурчик устроил представление, просто цирк бесплатный! Скажи, а он тебе правда не нравится? Вот совсем-совсем?

– Конечно не нравится! Я уже говорила, что ни капли! И хоть бы эта парочка существовала где-нибудь подальше от меня!

– Ну, пока ты восстанавливаешься, так и будет, – хмыкает одноклассница. – Ким Сонмин выглядел расстроенным, когда англичанка рассказала, что с тобой случилось. Похоже, вы двое сдружились, а?

– Он просто культурный человек, – напустив на себя как можно более равнодушный вид, пожимаю плечами я. – И это… как его… эмпатичный, вот! Не то что некоторые.

– На самом деле другие тоже не обрадовались. Никто тебе плохого не желает. Наоборот, просили передать, чтобы выздоравливала поскорее! И, кстати, все это, – Алена кивает на объемистый пакет, – не только от меня. Мы все сложились и купили. У тебя хоть планшет есть? Сериальчики смотреть, пока тут прохлаждаешься.

– Планшета нет, – признаюсь я. – Но мама обещала привезти из дома мои книги. У меня есть несколько непрочитанных.

– Ладно, планшет я тебе в следующий раз принесу, у меня где-то валяется старый, но вполне себе рабочий. Только сим-карту в него свою вставь. А тут у тебя не так уж плохо. Не пятизвездочный отель, конечно, но тоже норм, жить можно. И все включено! – звонко смеется она. – Может, какой-нибудь медбрат симпатичный заглянет. Или практикант из медвуза.

– Да ну тебя, какой еще практикант? – Отмахиваюсь я. Мне кажется или Алена как-то чересчур озабочена вопросом романтических отношений? Хотя, может быть, в нашем возрасте и положено о таком думать, это просто мне не до этого…

– Молодой и красивый, какой же еще? Ладно, а если серьезно, то возвращайся в наше болото пораньше, не через полгода. Мне будет тебя не хватать.

Не сразу понимаю, что она назвала болотом элитную гимназию, зато от последней ее фразы на душе становится теплее. Кажется, у меня и в самом деле появилась подруга. Приятно осознавать этот факт.

Интересно, а Сонмин тоже будет ждать, когда я вернусь? Или найдет себе другого репетитора по русскому языку? Странно, что раньше не нашел…

Алена еще некоторое время болтает о том, кто из наших с ней одноклассников с кем встречался, а затем перескакивает с учеников на педагогов. Оказывается, что в гимназии романы между учителями не одобряются, но некоторые как-то умудряются нарушать это правило и выкручиваться из неловких ситуаций. Никто не хочет, чтобы его уволили с прибыльного места, ведь частных школ подобного уровня не так много, а в обычных платят гораздо меньше.

Пока все это слушаю, начинаю хотеть спать. Не удержавшись, громко зеваю, и тогда одноклассница спохватывается, что мне надо отдыхать. Прощаемся до следующей встречи, и она выскальзывает за дверь.

Глава 38

Стася Черемухина

Проходят две недели, и меня выписывают из больницы домой. К этому времени мама уже успевает получить денежную компенсацию от Забродиных, и хотя мне этот факт ужасно не нравится, возражать я все-таки не решаюсь. Рассказывать одноклассникам о причастности Инессы к моей госпитализации я не собираюсь, но часто думаю о том, что после возвращения в гимназию нужно будет держаться от нее подальше, потому что неизвестно, что может быть на уме у этой ненормальной. И от Маевского, конечно же. От Маевского в первую очередь.

Ведь именно с него все началось!

Пока я валялась на больничной койке, Алена навещала меня еще пару раз. Порадовать мне ее было нечем – никаких симпатичных практикантов из медвуза в мою палату не заглядывало. Планшет она мне принесла, как и обещала, а мама выполнила мою просьбу насчет книг, так что скучать в больнице не пришлось. Честно говоря, за прошедшие дни я даже пришла к выводу, что все к лучшему. Наверное, мне нужна была эта передышка после первых учебных недель, чтобы свыкнуться с тем, как отныне изменилась моя жизнь.

С планшета я зашла на сайт дневников, прочитала несколько чужих записей от нечего делать и сама тоже опять стала немного писать. К счастью, Key никуда не пропал, мы продолжали быть на связи, и я рассказала ему о том, что лежу в больнице после несчастного случая. Он всеми силами старался меня поддержать, рекомендовал, что почитать и посмотреть, присылал смешные картинки и видеоролики с милыми котиками. Он делал все то, что бы я хотела видеть от своего парня в подобной ситуации, разве что не приходил меня навестить. Но мы ведь изначально договорились о том, что будем сохранять анонимность, да и находиться мой виртуальный друг мог за сотни и тысячи километров от меня.

Больше всего мне не хватало Сонмина, я даже позволила себе надеяться, что мы увидимся, но он так и не пришел. Как и никто из новых одноклассников, кроме Алены. Зато, к моему удивлению, заглянули несколько человек из моей прежней школы. Мама встретила их на улице и рассказала о приключившейся со мной истории. Вот так я обнаружила, что меня, оказывается, помнят и мне симпатизируют больше людей, чем казалось.

Дома стало полегче. На ногу я еще, конечно, наступать не могла, зато меня больше не будили шумы и голоса из больничного коридора, да и от обследований уже успела подустать. Мама, как и собиралась, взяла отпуск за свой счет, чтобы за мной ухаживать, и мы, как в моем детстве, проводили много времени вместе. Смотрели фильмы, обсуждали книги, которые я прочитала, пока лежала в больнице. Ну и учеба на дому началась, куда же без этого.

Учителя занимаются со мной по интернету через специальные программы, присылают домашние задания и тестируют меня по тем же темам, которые изучают в данный момент мои одноклассники. Все это поглощает львиную долю моего времени и почти не оставляет сил на какие-то душевные переживания. Я смиряюсь с тем, что случилось, перестаю ждать, что Сонмин меня все же когда-нибудь навестит, а в свободные минуты переписываюсь с Аленой, которая рассказывает мне различные новости из жизни гимназии и присылает всякие мемы, чтобы поднять настроение.

К тому времени, как мама снова выходит на работу, я почти привыкаю прыгать на одной ноге, неловко опираясь на костыли, и не падаю с них, как в первые дни. А в сопровождении мамы даже выхожу на улицу. Всего лишь во двор и ненадолго, но для меня и это уже самое настоящее достижение.

Так проходит месяц и начинается следующий, а ненадолго вернувшаяся солнечная погода за окном сменяется затяжными дождями. Перелом срастается, хоть и медленно, как говорили врачи, и я понемногу учусь ходить заново. На рассеченном при падении лбу остается маленький шрам, совсем незаметный, а у меня появляется повод для шуток о том, что теперь я стала похожа на Гарри Поттера.

Наступает мой день рождения, мама печет домашнюю пиццу и мой любимый торт, а я наконец-то решаюсь пригласить Алену в гости, в нашу скромную квартиру. Очень нервничаю, пытаясь представить, как она смотрится со стороны, но все проходит хорошо, весело и уютно. Одноклассница приносит мне в подарок умные часы и огромный букет цветов, желает здоровья, удачи и огромной любви.

Key, которому я рассказала про мой день рождения, говорит, что хочет сделать подарок, но свой адрес я ему сказать не решаюсь. Тогда он присылает мне сертификат на покупку электронных книг, чтобы я могла пополнить свою библиотеку на планшете. Алена возвращать его пока не требует, потому что у нее есть новый, а эта модель уже устарела, так что я продолжаю им пользоваться не только для развлечения, но и для учебы.

В эти дни я чувствую себя очень странно. Как будто все, что предшествовало аварии, было сном. Вся эта дикая история с Артуром Маевским, безумная ревность Инессы, занятия с Сонмином в библиотеке… Этих занятий мне ужасно не хватает. Я активно взялась за английский и работаю над уроками самостоятельно, но каждый раз, когда открываю учебник, в ушах словно бы звучит знакомый теплый голос с восточным акцентом. Как-то вечером я включаю корейскую дораму о подростковых проблемах и не могу от нее оторваться. Так далекая маленькая страна, которую называют Страной утренней свежести, и особенности уклада жизни в ней становятся для меня понятней и ближе, а мечта когда-нибудь там побывать начинает превращаться в цель.

Однажды ночью, когда мне не спится, я открываю на планшете чистый лист и начинаю писать историю о школьной любви, а несколько дней спустя нахожу в себе смелость выложить первые главы в своем интернет-дневнике. Но сначала моим читателем становится Key. Ему я отправляю свое творчество первому и только после одобрительного отзыва с его стороны нажимаю кнопку «Опубликовать». Неожиданно написание романа затягивает меня с головой. Я выкраиваю время и каждую свободную минуту трачу на то, чтобы поработать над книгой, а комментарии от заинтересовавшихся пользователей портала дневников поддерживают меня, дарят вдохновение и мотивацию продолжать.

А потом выпадает первый снег. Наступает зима. И приходит время возвращаться в гимназию.

Глава 39

Стася Черемухина

Осторожно ступая по укрытой выпавшим с утра снегом земле, подхожу к гимназии. На мне снова форма, правда, вместо тонких колготок плотные, а еще зимнее пальто, шапка и шарф. Ну и туфли, в которых ходила осенью, теперь превратятся во вторую обувь. Я очень боюсь поскользнуться, потому что все еще неуверенно чувствую себя на своих двоих. Хоть гипс и сняли, а после этого я много тренировалась в ходьбе по квартире, ногу все еще нужно беречь.

Алена подъезжает примерно в то же время. Она догоняет меня на подходе к зданию и широко улыбается. В последнее время мы не слишком часто общались, потому что в гимназии наступило время среднегодовых проверочных тестов и старшеклассников оставляли после уроков для подготовки к ним. Я же старательно занималась на дому. Не хотелось отставать от одноклассников, да и программа была гораздо сложнее, чем в моей прежней школе, так что лишнего времени практически не оставалось.

– Ну что, готова к встрече с Артурчиком? – спрашивает Алена.

– Ох, не напоминай! – Отмахиваюсь я. И это она еще не знает о том, что сделала Инесса! А вот интересно, известно ли про это Маевскому или от него тоже скрыли правду?..

Я много передумала о встрече с этой парочкой. Нервничала, конечно, представляла, как все пройдет. А еще надеялась, что Артур и думать обо мне забыл.

Но он не забыл… И возможность в этом убедиться предоставляется мне еще до начала первого урока. Когда я сдаю одежду и обувь в гардероб, который здесь отличается от обычной школьной раздевалки, как дорогой ресторан – от привокзальной кафешки, президент класса подходит ко мне и трогает за плечо.

Оборачиваюсь и вздрагиваю, увидев его лицо. Он совсем не изменился. Такой же самоуверенный.

– Гусеничка!

В его голосе звучит радость, а меня от осознания этого факта бросает в холодный пот.

– Не называй меня так! По-человечески тебя прошу, отстань от меня уже! Давай забудем все, что было, и просто доучимся этот год! – взываю я к его… совести? Здравому смыслу? Но все бесполезно.

– Не могу забыть, – качает головой Маевский. – Знаешь, как я скучал? Сколько раз хотел прийти к тебе, но…

– И хорошо, что не пришел! – перебиваю я его излияния. Мне они не нужны. Я уже начинаю жалеть, что не уговорила маму вернуть меня в мою старую школу.

– Инесса больше ничего тебе не сделает, – произносит Артур, и я понимаю: он знает. Знает, при каких обстоятельствах я попала под машину. Но, учитывая, что Алена не в курсе, Маевский держит все в тайне от одноклассников. Видимо, Забродина ему все же не безразлична, раз он ее покрывает. Вот хорошо бы они были уже наконец-то вместе!

– Надеюсь, ты тоже, – тихо отвечаю я и, обогнув его, иду к классу. Иду медленно, быстрая ходьба для меня пока под запретом. А бег тем более.

Оказавшись в классе, в растерянности озираюсь по сторонам. Куда мне сесть? Снова рядом с Сонмином? Но вдруг это место уже занято кем-то другим? Хотя Алена бы, наверное, рассказала.

– С возвращением! – Слышу знакомый голос. Ким Сонмин подходит ближе, и у меня замирает сердце. Я почти забыла, какой он красивый!

– Спасибо…

– Прости, что не навещал тебя. Я хотел прийти, но… – говорит кореец, а меня накрывает чувство дежавю. – Но не решился, – наконец находит он нужное слово и смотрит мне прямо в глаза. Так, что я забываю все слова. И конечно, я не сержусь на него за то, что не приходил. Ведь я и сама вряд ли бы пришла к нему, если бы что-то случилось с ним. Тоже бы не решилась.

– Все хорошо, – отвечаю я спустя несколько бесконечных секунд молчания.

– Садись. Тебе нельзя долго стоять. – Сонмин кивает на нашу с ним парту, и я с облегчением занимаю дождавшееся меня место.

Учебный день начинается с урока мировой художественной культуры, за ним идет физика, потом биология. Преподаватели не спрашивают у меня домашнее задание, не вызывают к доске – дают привыкнуть. На переменах несколько одноклассников подходят и поздравляют с выходом с больничного, но среди них нет ни Инессы, ни ее подружек. Все они держатся в стороне и делают вид, будто вовсе меня не замечают. Особенно в этом преуспевает сама Забродина, которая тоже вроде бы нисколько не изменилась за то время, что мы с ней не виделись.

Я стараюсь не думать о том, что Инесса пыталась меня убить. Наверняка в тот момент она даже не размышляла. Действовала чисто на эмоциях, на злости, импульсивно. Такое в ее характере. Они с Артуром и правда чем-то похожи.

Маевский больше не подходит, только смотрит в мою сторону, и от этого его взгляда мне отчаянно хочется спрятаться. К сожалению, они с Забродиной так и не стали настоящей парой. И фальшивой тоже не остались. Если раньше Инесса буквально на каждом шагу ломала комедию, изображая, что у них в отношениях все распрекрасно, то сейчас она больше не ведет себя таким образом. Спектакль закончился.

На большой перемене мы с Аленой, как и раньше, сидим за одним столом. Сейчас я наконец-то обедаю тем же, что едят и все остальные, а не покупаю себе чай и булочку, как раньше. Все очень вкусно, одноклассница уже привычно пересказывает мне сплетни из жизни гимназии, но у меня возникает странное чувство, будто что-то изменилось.

И сама я тоже уже не та, что прежде.

Ким Сонмин ничего не говорит насчет возобновления наших с ним занятий в библиотеке, и я сама тоже об этом молчу. С одной стороны, меня тянет к ним вернуться, с другой – не хочется быть навязчивой. Да и некогда, потому что тесты для проверки знаний уже скоро. После уроков класс разбивают на группы и оставляют для дополнительной подготовки по разным предметам. Я оказываюсь в одной группе с Артуром, и он, пользуясь случаем, садится рядом со мной.

– Хочу тебе помочь, – интимно шепчет мне на ухо Маевский. – Я ведь президент класса, это моя обязанность. А ты так долго отсутствовала и многое пропустила.

– У меня было домашнее обучение, – отодвигаясь от него, бормочу я.

– Это не то.

Он и правда старается мне помочь и даже подсказывает, хотя это запрещено. Мне не нравится его компания, но не устраивать же скандал при всех. Одноклассники, уверена, и прошлый с нашим участием еще не забыли. Тот, после которого Инесса Забродина в слезах выбежала из класса. А на следующий день села за руль автомобиля и…

Меня пронзает дурное предчувствие. До спазма в груди, до тошноты. Еще сегодня утром я старалась уверить себя в том, что все неприятности позади, но сейчас мне все сильнее кажется, что мои злоключения в элитной гимназии еще не закончились.

Глава 40

Стася Черемухина

Декабрь – особенный месяц. Вроде бы холодает с каждым днем, а ночи длинные и темные, и утром тяжело подниматься с кровати. Но начинается продажа елочных игрушек, в магазинах звучит новогодняя музыка, а знакомые городские пейзажи украшают к празднику. И кажется, что происходит какое-то волшебство. Пусть даже от наступления нового года ждать особо нечего, а все равно от этого чувства никуда не деться.

К тому же мне как раз есть чего ждать. В новом году я окончу школу, сдам ЕГЭ и получу аттестат. И стану не школьницей, а студенткой! Надеюсь на это, по крайней мере. Если не получится поступить на бюджет, придется идти не в университет, а работать, потому что оплату моего высшего образования мама не потянет.

Гимназия тоже уже украшена. Просто пришла в нее однажды утром, а в холле стоит огромная наряженная елка. Искусственная, но очень здорово сделанная. И сам декор выполнен с таким вкусом и размахом, что над ним точно профессиональный дизайнер поработал. Остальные ученики, видимо, к такому уже привыкли и не удивляются, только я хожу с открытым ртом и все рассматриваю.

За обедом мы с Аленой снова сидим за одним столиком и едим лосось с брокколи на пару – да, готовят в здешней столовой и такие блюда. Мой взгляд то и дело невольно скользит в ту сторону, где сидит Ким Сонмин. Он опять совсем один и непохоже, чтобы в ком-то нуждается.

– Ты в нем сейчас дыру протрешь, – говорит мне Алена. – А как уверенно заявляла, что Ким тебе совсем не нравится! Ну подошла бы да призналась.

– Как та девочка? – Вспоминаю я незадачливую поклонницу, которая подошла к Сонмину с корейской музыкой. – Даже не собираюсь! И вовсе он мне не…

– А Маевский тем временем с тебя глаз не сводит, какая драма! – хмыкает собеседница.

Она права, в чем я сразу же убеждаюсь. Артур и в самом деле таращится на наш столик. Несмотря на то, что с ним рядом сидит Инесса. Ей явно не нравится откровенное внимание, которое он мне оказывает, но ко мне она больше не подходит, и ее подружки тоже про меня как будто забыли. Мы игнорируем друг друга так нарочито, даже странно, что учителя еще ничего не заметили. Или им попросту не до того? Проверочные тесты совсем скоро, и каждый день после уроков нас гоняют по полной программе.

Маевский не ведет себя так нагло, как в первые дни нашего с ним вынужденного общения. Он выбрал другую тактику. Внимание, вроде как ненавязчивое, помощь с учебой, поддержка, которую можно счесть дружеской, если бы не взгляд, которым президент класса на меня смотрит. Жгучий, жадный, требовательный. Несколько раз Артур предлагал подвезти до дома, чтобы мне с больной ногой не пришлось ездить на автобусе, но я упрямо отказывалась.

Вот и сегодня на дополнительных занятиях он опять садится рядом со мной. Инесса и Ким Сонмин в другой группе. Зато Алена в нашей, и я могла бы подсесть к ней, но ее парта уже занята другой соседкой.

Когда занятия подходят к концу, тороплюсь домой. В холле замечаю афишу, которой с утра не было. В ней говорится о новогоднем праздничном вечере. Будет концерт, дискотека и что-то еще. Почти как в моей бывшей школе, но, подозреваю, масштаб здесь покруче. И выступать на концерте будут не сами же ученики, заранее подготовившие программу, а приглашенные артисты. Некоторые имена даже кажутся мне знакомыми, хотя я мало слежу за творчеством современных исполнителей.

Слышу, как меня окликают по имени, и оборачиваюсь.

Это оказывается Сонмин. Мы с ним, хоть и продолжаем сидеть за одной партой, давно не пересекались вот так, наедине. Сразу вспоминаются наши вечера в библиотеке, и становится жаль, что их было так мало. Я много занималась самостоятельно, а еще, пока сидела на больничном, смотрела сериалы с субтитрами и освоила приложение для изучения языка. Но мне все равно не хватает наших встреч.

И не хватает его самого…

Я долго старалась убедить себя в том, что не влюблена. Что это болезнь, которая пройдет сама, нужно лишь время. Но сейчас, когда мы стоим в пустом холле гимназии и смотрим друг на друга, мне вдруг начинает казаться, что, возможно, я ошибаюсь. И ничего не пройдет. Что, если моя любовь – это не досадная заноза, которую надо просто вырвать из сердца, а нечто другое?

Часть меня самой.

– У тебя все хорошо? – спрашивает кореец, и я как-то скованно киваю в ответ.

– А у тебя?

– Тоже.

– Как занятия, готов к тестам?

– Думаю, да. А ты? Может, нужна помощь с английским… или с чем-нибудь еще?

– Не нужна. Стасе помогаю я. Мы ведь с ней в одной группе, – вмешивается в нашу беседу Артур Маевский.

И откуда он только взялся?!

– Я спрашивал не тебя, – отвечает ему Ким, и их взгляды скрещиваются, как мечи на дуэли. Они смотрят друг на друга так, словно готовы накинуться с кулаками. Неужели из-за меня?..

– Все хорошо, правда, – говорю я Сонмину, трогая его за рукав форменного пиджака. Вот сейчас лицо корейца выглядит действительно угрожающе. Хотя я понятия не имею, умеет ли он вообще драться. – Я справляюсь. И помощь мне не нужна – а твоя в первую очередь, – добавляю, повернувшись к Маевскому. Пусть не думает, что я все забыла. Все мои проблемы начались со встречи с ним!

Вот и сегодня он не дал мне даже просто по-приятельски поговорить с Кимом! Но я очень надеюсь, что у корейца не будет из-за меня неприятностей. Ни к чему еще и его в эту бесконечную историю втягивать. А что касается моих к нему чувств, я все равно не собиралась в них признаваться. Нужно до конца сохранить их в секрете, так будет лучше для всех.

Ухожу, буквально кожей ощущая, как мне смотрят в спину. На душе становится как-то паршиво. Даже яркие новогодние огоньки, которые уже зажглись над входом в гимназию, не радуют. Но, возвращаясь домой, я натягиваю на лицо улыбку. Не хочу, чтобы мама видела меня подавленной. Она радуется тому, что я вернулась к очной учебе. Правда еще чаще напоминает теперь, чтобы, переходя дорогу, я внимательнее смотрела по сторонам.

Как все-таки хорошо, что у меня есть Key! Когда прихожу домой и проверяю почтовый ящик на портале дневников, его письмо меня уже ждет. Да, мы до сих пор не обменялись никакими другими контактами. Но я начинаю думать, что, может быть, однажды это случится. И, кто знает, возможно, мы даже встретимся лицом к лицу?..

Глава 41

Стася Черемухина

– Волнуешься? – спрашивает мама утром за завтраком.

– Угу, – бормочу себе под нос, торопливо глотая овсянку. Сегодня в гимназии проверочные тесты, к которым нас так упорно готовили. Конечно, это еще не ЕГЭ, но все равно очень нервно.

– Не переживай, ты справишься, – поддерживает меня мама. – Я очень тобой горжусь. Наверное, надо почаще тебе об этом говорить, да? – добавляет она, поправляя выбившуюся из прически прядь моих волос.

– Я тоже тобой горжусь, мам! – отвечаю я, отодвигая пустую тарелку. Это правда. Из нас получилась неплохая команда. Я не знаю, встретит ли она когда-нибудь хорошего человека, который хотя бы отдаленно будет похож на папу. Хотя он может быть и совсем другим, главное, чтобы мама была с ним счастлива.

О своей же личной жизни я себе думать пока запрещаю. Глядя украдкой на Сонмина, думаю, что первая любовь, наверное, и должна быть вот такой. Тайной и безответной.

А ведь есть еще Key. Да, мы никогда не виделись, это всего лишь дружба по переписке. Но я как-то незаметно к нему привязалась. Когда письма задерживаются, мне начинает его не хватать, а те, что приходили раньше, я время от времени перечитываю. Несмотря на то, что, если верить его словам, мы ровесники, он кажется мне более взрослым. Очень серьезным, вдумчивым.

Вспоминаю мальчишек из моей старой школы – темы для общения с ними были весьма ограниченными, как и круг их интересов, которые вертелись вокруг спорта, компьютерных игр и фильмов про супергероев. Но Key – совсем другое дело. С ним я могу поговорить обо всем на свете.

Только о своих чувствах не говорю. Как-то неудобно писать одному парню о том, что влюбилась в другого. Даже несмотря на то, что мы с ним просто друзья.

После той стычки с Артуром Ким Сонмин больше не предлагал мне свою помощь. Зато Маевский ведет себя как ни в чем ни бывало. Инесса же продолжает смотреть на меня волком. Подойти и попросить прощения за мою сломанную ногу и другие травмы она даже не пыталась. Очевидно, считает, что денежная компенсация от ее родителей заменила любые извинения.

Да и что еще взять с богатой избалованной девочки, которая продолжает думать, будто я хочу увести ее парня, с которым она даже по-настоящему и не встречалась?..

После завтрака спешу на автобус и еду в гимназию. Сегодня ночью подморозило, дорожки покрылись ледком, с которым не успевают справляться дворники. Балансирую, как канатоходец, отчаянно надеясь, что не упаду на только недавно зажившую ногу, и вдруг чувствую, как кто-то хватает меня под локоть.

Оборачиваюсь, испугавшись от неожиданности.

– Опять ты?!

– Сказала бы спасибо, что я тут тебя поддерживаю! – Хмурится президент класса. – И вообще я бы мог заезжать за тобой, а потом подвозить. Хоть каждый день.

– Не нужно, я нормально добираюсь и сама.

– Вижу я, как ты добираешься. Может, закопаем топор войны, а? – шепчет он, наклонившись к самому моему лицу, и я вижу беспокойный огонь в его глазах. – Это же Инесса во всем виновата, а не я.

– А ты белый и пушистый, угу, – замечаю я, покачав головой. Кажется, Артурчик так ничего и не понял. И едва ли когда-нибудь поймет.

– Как ты, готова к проверочным?

– Хочешь предложить шпаргалку?

– Думаешь, у меня есть? Ты переоцениваешь мои возможности, гусеничка, – усмехается Маевский. – Мой отец считает, что учиться надо честно, о чем заявил мне еще в первом классе.

– Странно, что не в детском саду! У тебя он наверняка был особенный, для привилегированных детей. С углубленным изучением… чего-нибудь.

– Неа, – хмыкает собеседник. – Я не ходил в детский сад. У меня была гувернантка.

– О, ну ясное дело. Гувернантка! Куда уж нам…

Так, перешучиваясь, мы доходим до дверей в здание. На крыльце стоит парень, чей взгляд, кажется, прожигает меня насквозь. Мне даже жарко становится, несмотря на то, что я в довольно тонком пуховике.

Ким смотрит прямо на нас. В упор. И его лицо становится каким-то… разочарованным?..

Ничего не сказав, даже не кивнув мне, он уходит. Снова один, как обычно. Наверное, со стороны мы с Артуром и в самом деле выглядели как парочка, он же так и вел меня под руку до самой гимназии.

Теперь осталось еще Инессе на глаза попасться!

Но королева класса сегодня приехала раньше нас. Она уже восседает за своей партой, с демонстративным видом читая учебник. Может, тоже нервничает из-за тестов? Хотя ей-то чего переживать… Для Забродиной определенно не станет трагедией, если ее не возьмут учиться на бюджет.

Сонмин в мою сторону даже не поворачивается. От этого на душе становится как-то горько. Кажется, что я упустила что-то важное, едва успевшее начаться в моей жизни и… несбывшееся.

Проверочные тесты по разным предметам начинаются с самого утра. Нас, как и во время подготовки, делят на группы и рассаживают по разным классам, перед этим заставляя всех сдать гаджеты. Стараюсь отбросить все посторонние мысли, чтобы целиком и полностью сосредоточиться на учебе. Даже когда голова становится тяжелой, не отрываю взгляда от листка с заданиями. Они довольно сложные, но и я не напрасно занималась столько времени, так что уж на какие-то вопросы точно должна ответить правильно.

Время выдохнуть наступает только на большой перемене, когда мы идем на обед. Как обычно, садимся за столик с Аленой. Она тоже выглядит усталой и даже какой-то рассеянной.

Обсуждаем тесты, говорим про новогодний вечер. Алена рассказывает, что в гимназии это всегда большое событие. Все девчонки заранее к нему готовятся, почти как к выпускному, покупают платья, решают, кто с кем пойдет, и все такое.

– То есть нужно, чтобы был кавалер? – переспрашиваю я.

– Не обязательно. Но это сразу повышает твои очки! Любопытно, Инесса будет в этом году с Артурчиком или нет?

– А обычно они…

– Да, – кивает Алена. – Обычно они приходят вместе. На все мероприятия.

Наверное, это такая уступка, на которую Артур идет ради нее. Вернее, шел раньше… Он ведь не собирается пригласить меня?..

– На каникулах тоже много всего интересно бывает, – продолжает рассказывать одноклассница. – Возят по музеям, на спектакли в театры… Иногда даже очень редкие билеты достают, так что, если хочешь, присоединяйся.

– Это за отдельную плату? – уточняю я.

– Угу. Но зато ежегодная поездка входит в общий пакет. У нас она будет весной, так что готовься хорошо провести время!

Хорошо провести время в компании Маевского и Забродиной?

Это вряд ли.

Глава 42

Стася Черемухина

Результаты проверочных тестов приходят через несколько дней. К этому времени нам уже успевают представить программу на зимние каникулы. Как и говорила Алена, все мероприятия, кроме концерта, который будет в гимназии, платные. Но я уже решила для себя, что все дни каникул проведу за самостоятельной подготовкой к ЕГЭ. До конца учебного года остается не так уж много времени. Я точно знаю, что у некоторых моих одноклассников есть репетиторы. Кто-то готовится поступать в столичные вузы, кто-то собирается после окончания гимназии уехать в Санкт-Петербург, а кто-то – даже в другие страны. Но я могу рассчитывать только на собственные силы. Поэтому – учиться, учиться и еще раз учиться!

«Какие планы на Новый год?» – пишет мне Key. Тут мне ему рассказать нечего. Встречать праздник я собираюсь дома с мамой, тихо и скромно. Мы уже собрали, поставили и нарядили нашу маленькую искусственную елочку. Также я украсила квартиру, и теперь, когда вечером подхожу к дому, мне приветливо мигают огоньки гирлянды в окне.

«А у тебя?» – тоже интересуюсь я. «Я не понимаю, почему у вас этот праздник отмечают так шумно», – читаю в ответном письме. Задумываюсь, что значит это «у вас». Он, что же, иностранец? Уже не первый раз ловлю себя на мысли, что мне хочется побольше узнать о личности моего виртуального друга по переписке, а еще – увидеть, как он выглядит. Изначально мы договаривались, что не будем интересоваться такими подробностями, но ведь можно когда-нибудь и нарушить эту договоренность. Хотя мне немножко страшно представлять обмен фотографиями и тем более личную встречу.

Проверочные тесты я сдала не хуже всех, но и не в числе лучших. Их результаты не идут в аттестат, потому что основная цель таких тестов – определить, над чем еще нужно поработать до конца учебного года. Как и следовало ожидать, в английском языке я все еще отстаю от одноклассников.

– А вы что, больше не занимаетесь с Кимом? – спрашивает у меня Ирина Евгеньевна. – Это напрасно. Ты же вернулась с больничного, могли бы и возобновить.

– Но… мы же готовились к тестам, – теряюсь я поначалу, но быстро нахожу оправдание. Мы и правда задерживались после уроков для подготовки. Если бы еще английским языком занимались, пришлось бы сидеть в гимназии и вовсе допоздна.

– Но теперь-то тесты позади, – заявляет учительница. – Можете и на каникулах попрактиковаться. Или ты считаешь, что английский язык тебе в жизни не пригодится?

Английский мне, конечно, пригодится, но захочет ли Сонмин вернуться к нашим занятиям? Он ничего не говорит, хотя боковым зрением я ловлю на себе его взгляд. И Маевский тоже на меня уставился во все глаза. Сжимаюсь при мысли о том, что он сейчас по своей привычке вмешается и что-нибудь скажет, например, предложит заниматься со мной вместо корейца. Инесса тоже явно ожидает чего-то в этом духе, ее лицо застыло, губы плотно сжаты. В классе повисает напряжение, как будто между нами в воздухе натянуты невидимые нити. Интересно, замечают ли это остальные?..

– Что ж, я свое мнение высказала, а дальше, надеюсь, вы без меня разберетесь, – заключает Ирина Евгеньевна и переходит к обсуждению других вопросов.

Выдыхаю и опускаю глаза к лежащему на парте учебнику.

– Ты уже решила, какое платье наденешь? – спрашивает у меня Алена за обедом.

– Платье? – переспрашиваю я, прожевав откушенный кусок пирога.

– Ну так на новогодний вечер же! – напоминает она.

Точно. Праздничный вечер – одна из нечастых возможностей появиться в гимназии не в форме, а в другой одежде. Для учениц это большое событие. И только я вижу в этом проблему. Потому что привычный мне стиль одежды совсем другой, и никаких нарядных платьев в моем скромном гардеробе не водится.

А покупать новое платье для одного вечера будет слишком уж накладно. И что мне с ним делать потом? Надеть единственный раз и повесить в шкаф?

– Может, вообще туда не ходить? – вслух думаю я и вижу, как округляются глаза у Алены.

– Да ты что? Знаешь, как тут круто все обычно устраивают?! – восклицает она. – Постой, у тебя что… нет подходящего платья? – изумленно спрашивает одноклассница и выглядит еще более шокированной, когда я киваю в ответ. – Но как такое может быть? А в своей прошлой школе ты в чем на мероприятия ходила?

– Да так, просто не заморачивалась, – пожимаю плечами я. Если бы Алена побывала в той моей школе, она бы вряд ли задавала подобные вопросы. – А это обязательно должно быть платье?

– Ну а ты что хочешь надеть: брючный костюм или, может, комбинезон? – скептически хмыкает собеседница. – Слушай… Кажется, я могу тебе с этим помочь!

Спустя некоторое время ей удается убедить меня пойти на новогодний вечер в одолженном у нее платье.

– Оно мне узковато, а тебе в самый раз будет! – Алена окидывает меня оценивающим взглядом. – И из гимназии никто меня в нем не видел! – добавляет она. Можно подумать, это имеет такое уж важное значение. Одноклассники все равно не считают меня равной им, и даже если я приду в наряде, сшитом лично для меня французским кутюрье, ничего в их отношении ко мне не изменится.

– А ты уже придумала, кто будет твоей парой? – интересуюсь я. Алена вздыхает и закатывает глаза. – Я так поняла, что можно и самой кого-нибудь пригласить.

– Можно. Но тот, кого бы я хотела пригласить, едва ли пойдет со мной. Так что лучше даже не пытаться.

Ее взгляд меняется, наполняясь печалью и горечью.

Впервые слышу, что однокласснице кто-то нравится, да еще и вот так, без взаимности. Хочется узнать подробности, но большая перемена подходит к концу. Нам пора поспешить на следующий урок.

Когда заканчивается день и я спускаюсь по лестнице в гардероб, кто-то трогает меня за плечо. Оборачиваюсь и вижу Сонмина. На его губах появляется улыбка, и мое сердце пропускает удар.

– Я… хотел… хочу сказать… если ты не против, мы можем и дальше заниматься английским и русским, – говорит он, и я киваю и тоже улыбаюсь ему, ощущая такое облегчение, словно с моих плеч свалилась огромная гора. Мне так сильно его не хватало все это время. И пусть мы можем оставаться только друзьями, я все равно счастлива знать, что наши занятия вернутся в мою жизнь.

– Да, сонсэнним!

Глава 43

Стася Черемухина

– Прочитай еще раз, – нахмурив густые брови, говорит Ким Сонмин. Наклонившись ко мне, он указывает на то место, где я прочла неправильно, а у меня от его нечаянной близости перехватывает дыхание. – Ты сделала ошибку.

– Х… хорошо, – запинаясь, отвечаю я и послушно читаю. На этот раз все верно. Но кореец отодвигается, и я с трудом сдерживаю вздох разочарования.

Я помню, что должна думать только об учебе, но, когда он рядом, это слишком сложно. Потому что я и в самом деле ужасно скучала по нашим занятиям. По светлому уюту библиотеки, которая стала моим самым любимым местом в гимназии, по голосу Сонмина и по тому, как терпеливо он мне все объясняет.

Сама я тоже, конечно, стараюсь подтянуть его по русскому языку, хотя мне кажется, что у него уже и так все преотлично получается.

А когда я возвращаюсь домой, то читаю письма, которые прислал мне Key, и понимаю, что он мне тоже очень сильно нравится. А может, даже больше, чем просто нравится. Хотя я его никогда не видела и даже не могу быть уверена в том, что мой виртуальный друг – тот, за кого себя выдает.

Это вообще нормально – быть влюбленной сразу в двоих?..

Поговорить об этом и посоветоваться мне не с кем. Маму я заверила в том, что вообще не думаю о мальчиках. Может, тогда обсудить с Аленой?

– Ты пойдешь на новогодний вечер? – спрашивает Ким.

Я киваю в ответ. Да, я все-таки решила пойти. К тому же у меня теперь есть платье, правда, я его пока еще даже не видела.

– Может, пойдем вместе? – внезапно предлагает Сонмин, и я в изумлении смотрю на него. Он это всерьез? Мы придем туда как пара?

Да меня ведь его фанатки на части разорвут! На много-много маленьких Стась. Ох, но как же заманчиво звучит это его предложение!

– Ты согласна? – спрашивает кореец, когда я слишком долго молчу.

– Да, – хрипло выдыхаю я, выйдя из ступора. – Согласна. Я хочу пойти туда с тобой.

Очень надеюсь, что не пожалею о принятом решении. Стараюсь не думать, как отреагирует на мое появление в компании корейца Артур Маевский. Да и вообще – какое мне дело до его реакции и мнения? Кто он мне? Абсолютно никто.

Оставшиеся до конца декабря дни проходят очень быстро. Весь город поглощен ожиданием Нового года. В нашей с мамой квартире пахнет сладкими мандаринами и терпкими цукатами из сосновых шишек. Оказалось, их очень здорово есть вприкуску. Именно таков теперь для меня вкус праздника.

Алена приносит мне платье только накануне мероприятия. Дома, когда я достаю его из плотного пакета, чувствую себя Золушкой, которая получила наряд от крестной феи. Правда, у нее он был подлиннее и не такой… облегающий.

Нет, платье, безусловно, очень красивое и определенно дорогое, просто я не привыкла носить вещи, которые сшиты настолько по фигуре. Да еще и с декольте. Мне представлялось что-то более скромное и романтичное.

Примеряю платье и смотрю на себя в зеркало. Оно изумрудно-зеленое, и ткань как будто едва заметно мерцает. Этот цвет очень подходит к моему цвету волос.

Платье и вправду оказывается мне впору и хорошо сидит, но все изгибы подчеркнуты так, что меня охватывает смущение. И это когда я в одиночестве перед зеркалом, а что будет на вечере? Но других вариантов у меня все равно нет.

Праздничных туфель я тоже не имею, так что возьму с собой те же, в которых хожу обычно. Нужна еще сумочка. Хорошо, что у мамы есть подходящий по цвету клатч, с которым она не ходит, потому что считает его слишком маленьким.

Мама в этот вечер тоже уходит. У нее корпоратив на работе. Она не хотела туда идти в целях экономии, но я ее уговорила.

Ким Сонмин заезжает за мной на такси. Под расстегнутой зимней курткой на нем сегодня не школьная форма, а темно-синий костюм с черной рубашкой и галстуком. И он ему очень идет! Я невольно залипаю взглядом на подтянутую фигуру своего кавалера и понимаю, что он это заметил. До чего же неловкий момент…

В полутемном салоне автомобиля мы сидим рядом на заднем сиденье. Прямо как в тот памятный вечер, когда после занятий возвращались домой на такси. И так же, как тогда, его рука задевает мою, а я вся замираю от, казалось бы, невинного, но будоражащего момента.

Машина останавливается на парковке у здания гимназии. Мы идем рядом, соприкасаясь плечами. Я взволнованно думаю о том, что этот вечер должен стать незабываемым.

Перед гардеробом Сонмин помогает мне снять пуховик, и я остаюсь в платье.

– Ты сегодня очень красивая, – говорит он.

Бросаю быстрый взгляд в зеркало. Я не очень хороша в умении себя приукрасить, и косметики у меня почти нет, пришлось позаимствовать мамину, чтобы сделать легкий макияж. Конечно, он не такой впечатляющий, как профессиональный у визажиста, который могут позволить себе мои одноклассницы, но меня и в самом деле радует мое отражение.

А еще больше – комплимент моего спутника.

– Стася! – Слышу я и, обернувшись, вижу Алену. На ней нежно-сиреневое платье ниже колен с открытыми плечами, легкое и воздушное. Я бы такое на выпускной надела с удовольствием.

– Привет! – улыбаюсь я.

Алена переводит озадаченный взгляд с меня на Кима.

– Вы что, у гардероба столкнулись? – спрашивает она. – Или… Или пришли вместе?

Я вдруг понимаю, что даже не рассказала ей о том, что кореец предложил мне пойти на новогодний вечер в его компании. Мне все казалось, что можно сглазить, если расскажу. Да и смущал тот факт, что я же не раз говорила, что как парень он меня не интересует.

– Вместе, – отвечает за меня Сонмин.

– Вот как… – Алена перестает улыбаться и поджимает губы. – Ну ладно, в зале увидимся.

Она, в отличие от меня, сегодня одна, без пары. А вот Инесса все же явилась с кавалером. Только не с Артуром, а с другим нашим одноклассником. Она выглядит ослепительно. Настоящая королева.

Маевский пришел без пары, хотя не сомневаюсь, что желающих нашлось бы немало. На нем элегантный костюм-тройка, волосы зачесаны как-то по-новому, не так, как обычно. Он притягивает к себе девичьи взгляды, но сам смотрит только на меня.

На то, как я стою рядом с одним из фуршетных столов в большом зале и ем очень вкусную брускетту с креветками и авокадо, которую даже кусать жалко было, такая она красивая. А Ким Сонмин что-то мне рассказывает, склонившись к моему уху и стоя очень близко, потому что из-за громкой музыки его плохо слышно. Я чувствую запах его парфюма, от которого у меня кружится голова, и ничуть не жалею о том, что ответила ему согласием и что мы пришли сегодня вместе.

Глава 44

Артур Маевский

Проклятье! Черемухина явилась на новогодний вечер в компании Кима! Не просто в компании – в паре с Кимом!

Эти двое как будто не замечают, что на них таращится весь зал. Щебечут себе. Уминают закуску и ждут начала концерта.

Сжимаю кулаки и не нахожу в себе сил оторвать взгляд от них. От нее. Она такая красивая в этом русалочьем платье. Невозможно перестать смотреть на ее фигуру, распущенные по плечам волосы, улыбку… Улыбку, которую Стася дарит не мне!

Честно говоря, я вообще не хотел сюда идти. Особенно после того, как дома мне устроили серьезный разговор на тему отношений с Инессой. Ее родительница, видите ли, позвонила моей матушке и пожаловалась, что ее драгоценная дочурка отправляется на вечер не со мной. И что нам уже пора бы и помириться. Вроде как все равно никуда не деться друг от друга.

И с какой это, хотелось бы знать, радости? Я что же, обещал Забродиной, что женюсь на ней? Определенно нет. Я вообще пока о законном браке не думаю. Абсолютно.

Но гусеничка…

Она продолжает меня притягивать. Волновать и раздражать одним фактом своего существования. Мне казалось, что за последние дни мы как-то сблизились, пересекаясь на дополнительных занятиях по подготовке к тестам, даже болтали как-то по-дружески. Хотя мне, конечно, хотелось большего. Но я ее не торопил, и что же в итоге?..

Новенькая снова занимается с корейцем после уроков! И на вечер сегодня они явились вдвоем! А это почти то же самое, что открыто признать себя парой!

Злюсь на нее ужасно. На них обоих. Этот клятый азиат никогда ни с кем не встречался. И на прошлогоднем вечере совершенно точно был один! Чего ради он вцепился в ту, кого я увидел первым?!

Ловлю на себе взгляд Инессы. Она пришла с Игорем, который давно в нее влюблен. Парень едва слюни не пускает при взгляде на ее упакованную в красное платье фигуру, но я-то знаю, что Забродина им всего лишь пользуется. Даже жалко его. Она думает, что сумеет мне этими своими выкрутасами насолить, вызвать ревность, но я был бы рад, если бы у них что-то получилось. Наверное, стоило раньше ее отшить. Забить на дружбу родителей, не ходить с ней на такие вечера и не давать надежду на большее.

Да что уж теперь… Все в прошлом. Вместе с Инессой я точно не буду, особенно после того, что она сделала.

Новогодний вечер развивается по своему традиционному сценарию. Сначала фуршет, потом концерт с приглашенными звездами, а затем танцы. Дискотека, короче говоря. Когда под медленную музыку в зале гаснет свет и в его центре появляются первые пары, кто-то трогает меня за локоть. Оборачиваюсь и с удивлением вижу Алену, с которой мы обычно даже не разговариваем.

– Оу, какие люди, – усмехаюсь я. – Это что? Приглашение на белый танец?

– Именно.

– Ну ладно, пошли.

У меня нет ни малейшего желания танцевать, но любопытно, что ей от меня нужно. Эта девчонка себе на уме. Мы учимся вместе с первого класса, но я ее почти не знаю.

Беру ее за руку, веду за собой, небрежно обнимаю за талию. Мы топчемся под музыку. Я почти физически ощущаю на себе ошеломленный взгляд Забродиной, которая явно не ожидала такого поворота.

Да я и сам его, признаться, не ожидал.

– Чего тебе надо, Кроева? – спрашиваю я, почти задевая губами прядь ее коротких светлых волос. – Ты же не просто так меня пригласила. Колись давай.

– Раскусил, – хмыкает она и кивает на Стасю и Кима. Они пока не танцуют, просто стоят в уголке, но вполне могут присоединиться. – Ты же знаешь, что они пришли вместе?

– Конечно, я это заметил, – отвечаю я саркастично. – И что дальше? Хочешь посмеяться над тем, какой я неудачник?

– Болван ты, Маевский, – бросает Алена. – Неужели ты ничего не планируешь с этим делать? Так и удовлетворишься тем, что тебя отшили? Ну надо же. Я была о тебе лучшего мнения.

– Что ты предлагаешь? – Скриплю зубами я.

– Подумай, пошевели мозгами. Голова же у тебя не только для того, чтобы модную стрижку носить. На весенних каникулах загородная поездка, предмет твоего обожания туда тоже собирается, может, сумеешь обратить это в свою пользу.

– Слушай… А твой-то интерес в чем? Разве ты не ее подруга? – задаю вопрос я и вдруг понимаю, где собака зарыта.

Кроевой нравится Ким Сонмин!

А она хороша. Отлично скрывала. Я бы ни за что не догадался, если бы не этот разговор.

– Не твое дело. Я все сказала, – цедит Алена. Песня подходит к концу, и наша пара распадается.

Смотрю ей в спину, когда она идет прочь, задевая пышной юбкой других танцующих, и думаю о том, что женской дружбы, возможно, действительно не бывает. Или просто Черемухиной так не повезло. Лучше бы она вообще ни с кем в нашей гимназии не сближалась.

Кроме меня, естественно.

Стася все-таки идет танцевать с корейцем. По ним видно, что оба совершенно не умеют это делать и чувствуют жуткую неловкость. Может, они и не как парочка пришли вовсе, а просто больше не с кем было. И у меня есть шанс. У меня все еще есть шанс!

Начинаю размышлять над тем, как использовать поездку на весенних каникулах. Правда, времени до них еще много. Успею что-то придумать.

Стася Черемухина

Просто невероятно! Алена танцует с Артуром! Она что, с кем-то поспорила, что его пригласит?

Впрочем, мне сейчас совсем не до них. Все мои мысли занимает Сонмин. И хоть я уже давно запретила себе чувства к нему, они прорываются сквозь все запреты и готовы вот-вот выплеснуться наружу. Я давлю в себе слова признания и робко вкладываю пальцы в его ладонь, когда он приглашает меня на следующий танец. Да, я не очень хорошо умею двигаться под музыку, особенно под такую медленную, но это неважно, потому что это первый раз, когда одна его рука оказывается на моей талии, а вторая осторожно скользит по спине, касается волос, перебирает их.

Так приятно!

Мне все равно, что Маевский смотрит на нас. Пусть хоть вся гимназия смотрит! Раз уж на этом вечере я Золушка, у меня просто обязан быть танец с принцем.

Когда все заканчивается, становится как-то грустно. Завтра первый день зимних каникул. Скоро старый год уступит место новому. В этом новом году я стану выпускницей, а затем, если все получится, студенткой. Время мчится до головокружения быстро, и до окончания гимназии осталось совсем немного. Скоро наши с одноклассниками пути разойдутся. Я еще даже не спрашивала Сонмина, какие у него планы на будущее, но едва ли после выпуска он останется в России, ведь в Южной Корее есть очень престижные университеты, я уже успела найти о них информацию.

Глава 45

Стася Черемухина

Зимние каникулы не слишком долгие, но домашние и уютные. Новый год мы встречаем вдвоем с мамой. Вместе готовим любимые праздничные блюда, смотрим добрые рождественские фильмы, а утром первого января выходим гулять в парк. Там никого нет, только идет снег, нежный, пушистый. Первый снег нового года.

Обмениваемся виртуальными поздравлениями с Аленой и одноклассниками из моей прежней школы. Приятно, что они меня помнят. Key тоже поздравляет, спрашивает, как настроение.

Настроение у меня странное. Никак не могу забыть новогодний вечер в гимназии. Я чувствовала себя по-настоящему счастливой, и никто не испортил мне праздник, не наговорил гадостей. Даже Маевский и тот не подошел, только смотрел со стороны. Задала вопрос Алене, с чего бы ей вдруг вздумалось с ним потанцевать, и она ответила, что просто по приколу. Наверное, решила провести какой-то эксперимент. Дочь психологов, что с нее взять.

Когда вечер подошел к концу, Ким Сонмин вызвал такси, и домой мы поехали вдвоем. И снова сидели рядом в машине, и его рука будто бы случайно задевала мою. Даже от воспоминания об этом меня захлестывает волнение. Сердце трепещет, а на губы сама собой наползает улыбка. Вроде бы ничего особенного, но как же романтично вот так быть рядом, соприкасаясь только ладонями.

Для меня все это впервые. Интересно, а для него? Может быть, тоже?..

Когда мы подъехали к моему дому и попрощались, Сонмин поздравил меня с Новым годом и спросил, не желаю ли я на каникулах тоже немножко позаниматься, хоть пару раз. Конечно, я ответила согласием, а как же еще? Но к себе его пригласить так и не решилась, договорились встретиться в антикафе, которое находится поблизости.

Перед тем как туда пойти, я очень волновалась, но все прошло замечательно. Почти так же, как и в библиотеке. Даже спокойнее. Тут я не опасалась появления Артура. Смогла немного расслабиться.

Правда, мой самый строгий контролер – по-прежнему я сама. Даже не мама. Она считает, что для меня главное – хорошо учиться и поступить в университет, в этом я ее убедить сумела. Поэтому очень стараюсь не поддаваться никаким соблазнам. Да и Ким Сонмин тоже в первую очередь поглощен учебой, как настоящий кореец, и его отец считает, что сыну надо оставаться одним из лучших в классе, в какой бы стране они ни проживали. Вот он и старается соответствовать, не разочаровать единственного оставшегося с ним родителя. В этом мы с ним находимся в похожей ситуации и понимаем друг друга, хотя у Кима-старшего, в отличие от моей семьи, проблем с финансами нет.

Кроме учебы на каникулах я занимаюсь кое-чем еще. Нет, не просмотром сериалов, хотя без этого, само собой, тоже не обходится. Я вернулась к написанию своей истории. Понемногу публикую главы на портале с дневниками, и о них хорошо отзывается не только Key, но и другие читатели. Я всегда любила книги, но никогда не думала, что и сама займусь сочинительством, а вот потянуло на творчество, не оторваться.

Наедине с чистым листом бумаги я чувствую себя… счастливой. Свободной. Готовой поделиться своими чувствами с миром. Даже теми, которые научилась скрывать, прятать в глубине души. Оказалось, что это важно и как-то правильно, что ли. Несколько человек написали мне, что получается очень жизненно. Поначалу я боялась, что надо мной посмеются, но затем, благодаря тому, что Key меня поддержал в этом начинании, обрела обычно не свойственную мне уверенность.

– Послушай, – говорит мне Сонмин на нашем следующем занятии в симпатично оформленном зале антикафе. Он сидит рядом, привычно вертя в пальцах ручку. – А ты бы не хотела пойти в разговорный клуб?

– Что за клуб? – спрашиваю я.

– В такое место, где можно потренироваться разговаривать на английском.

– Но я же говорю с тобой…

– Знаю, – улыбается он своей полной мальчишеского обаяния улыбкой. – Но ты стесняешься, когда отвечаешь на уроках. Тебе нужно расширить свои практические навыки.

Выражается одноклассник слегка витиевато, но я понимаю, к чему он клонит. Немного подумав, соглашаюсь. Набираюсь храбрости и предлагаю ему отправиться на встречу разговорного клуба вместе.

Этот клуб посещают не только школьники, но и студенты, а также люди постарше. Некоторые из них изучают английский язык самостоятельно. Они большие молодцы, очень упорные. Я даже не ожидала, что соберется столько народу. Сначала немного смущаюсь и больше слушаю, чем говорю, но милая девушка Галина, которая ведет встречу клуба, как-то умудряется втягивать в диалог всех присутствующих.

– Ну как, понравилось? – спрашивает Ким, когда мы возвращаемся из клуба.

– Да, очень, – с улыбкой киваю я. – Спасибо, что придумал туда пойти. А вот с русским языком у нас опять пробелы!

– Ничего, успеем, – отвечает он, и я снова думаю о том, как быстро убегает драгоценное время. Мне казалось, что выпускной год будет очень сложным. Он и вправду оказывается нелегким, но я благодарна переводу в гимназию за то, что встретила там Сонмина.

И пусть даже он никогда не узнает о том, что я к нему чувствую, все равно…

– Ай! – Наступаю на прикрытый выпавшим снегом лед, нога едет вперед, а я падаю на спину. Как же больно!

– Стася! – Ким Сонмин наклоняется надо мной. Вид у него встревоженный, даже лицо побледнело. – Ты в порядке? Сильно ушиблась?

– Нормально, – бормочу я.

Он протягивает мне руку, я сажусь, а потом с его помощью неловко поднимаюсь на ноги. Прислушиваюсь к себе: не болит ли в том месте, где еще недавно был перелом? Вроде бы нет, но я все равно очень сильно испугалась.

И мой спутник тоже. Он буквально затаскивает меня в кафе, мимо которого мы как раз проходим. В такое время там пусто. С потолка свисают крупные бумажные снежинки, в углу стоит елочка, столик украшен гирляндой. Усадив меня на мягкий диванчик, Ким приносит мне большую чашку горячего шоколада. Он снова интересуется, все ли со мной хорошо, и я заверяю его, что не пострадала.

– Ты скучаешь по Корее? – задаю ему вопрос, когда мы сидим напротив друг друга и я делаю глоток за глотком из чашки, которая приятно согревает замерзшие даже в перчатках ладони.

– Я давно там не был, – с задумчивым видом отвечает одноклассник. – Да, думаю, что скучаю. А ты хочешь там побывать?

– Еще бы! – хмыкаю я. Пока мне рано планировать дальние путешествия, но мечтать, как говорится, не вредно. Когда-нибудь я обязательно брошу монетку в реку Хан!

Глава 46

Стася Черемухина

Три месяца спустя

– Что за капризы? – спрашивает за ужином мама. – Я понимаю, что ты сейчас активно занята учебой, но ведь и отдыхать когда-то надо. Тем более что едет весь твой класс!

– В этом-то и проблема, – бормочу я себе под нос.

Речь идет о загородной поездке на весенних каникулах. За нее не нужно платить отдельно, а едут, похоже, действительно все. Включая Артура Маевского и Инессу Забродину.

Да, у меня с ними сейчас что-то вроде нейтралитета, но пока мы пересекаемся исключительно в стенах гимназии, а на каникулах окажемся в совершенно другой обстановке. И это меня заранее нервирует. Снова подключается плохое предчувствие и грызет изнутри.

С другой стороны, мне, конечно же, хочется поехать. Ничего подобного у меня раньше не было. Алена успела в красках обрисовать мне прошлогодние поездки, и кажется, организация там действительно на высшем уровне. Впрочем, чего еще ждать от элитной гимназии? Их даже на море как-то возили, причем в один из лучших отелей страны.

– Думаю, ты пожалеешь, если откажешься, – замечает мама.

Закусываю губу. Наверное, она права. Ведь Алена, с которой мы подружились, там тоже будет. И Ким Сонмин… Мы с ним сможем погулять вместе, поговорить, а то только одной учебой и занимаемся, как какие-то роботы, запрограммированные на то, чтобы хорошо сдать экзамены.

И правда, почему из-за людей, которые мне несимпатичны, я должна отказываться от возможности побыть с теми, кто мне нравится?

– Я бы и сама куда-нибудь с тобой поехала, но мой отпуск еще не скоро, – говорит мама. – Да и сама знаешь, как у нас с деньгами… Может быть, мне надо поменять работу, не держаться за свою, но при наших обстоятельствах это риск.

Киваю, соглашаясь с ней.

– Мне, конечно, страшновато тебя отпускать, ты ведь еще никуда отдельно не ездила. Но это поездка от гимназии, там за вами будут присматривать. И ты заслужила отдых, – добавляет мама.

– Хорошо, – улыбаюсь я. – Убедила. Я поеду.

Надеюсь, я об этом не пожалею.

На следующий день я говорю классной руководительнице, чтобы включила меня в список. Записались и в самом деле все. Это последняя школьная поездка, дальше каждый пойдет своей дорогой, и пусть наш класс нельзя назвать таким уж дружным, видимо, всем хочется на прощание отдохнуть в компании одноклассников.

Вечером приступаю к сбору вещей. Чемодан у меня небольшой, да и гардероб не очень богатый, так что складываю только самое необходимое. Известно, что мы будем находиться в каком-то очень живописном месте, планируется несколько экскурсий по историческим местам, так что наверняка будет интересно.

Утром от гимназии всех забирает большой комфортабельный автобус. В нем мягкие и очень удобные сиденья, в которых так и хочется заснуть. Учитывая, что легла я поздно, не могу перестать зевать.

Мы с Аленой сидим рядом, Ким Сонмин в противоположном ряду. На нем снова его любимые наушники, отсекающие все внешние звуки. Я взяла с собой планшет, который до сих пор не вернула однокласснице – с ее позволения. В него у меня загружены новые книги, так что в дороге скучать не придется. Ловлю на себе взгляд Маевского и отгораживаюсь от него планшетом.

– Вы так и не поговорили? – интересуется Алена, заправляя за ухо прядь волос.

– О чем нам говорить? – Пожимаю плечами я.

– Он ведь ради тебя перестал общаться с Инессой. Раньше они так много времени проводили вместе. Может, конечно, Артурчик ее просто терпел, но все-таки…

– Это их дела, и меня они не касаются, – твердо заявляю я.

Мне бы и в самом деле хотелось раз и навсегда прояснить все в наших запутанных отношениях с Маевским, но я сомневаюсь, что он меня поймет. Лучше уж дождаться конца учебного года. Тогда наши с ним пути раз и навсегда разойдутся.

Автобус едет долго. Так долго, что некоторые уже начинают ворчать и жаловаться, что они устали, им скучно и некомфортно. Сопровождающие нас учителя терпеливо объясняют, что осталось уже немного времени, скоро приедем к месту назначения.

Мне досталось место у окна, так что, отдыхая от чтения, я просто смотрю на пролетающие мимо пейзажи. Там, куда мы направляемся, теплее, чем в столице, и это чувствуется уже сейчас. Кажется, что даже кондиционированный воздух автобуса пахнет весной.

Я думала, что мы приедем в какой-нибудь дом отдыха, и представляла его как одно большое здание, но автобус останавливается в сосновом бору, в котором на некотором отдалении друг от друга стоят коттеджи в стиле шале. Они такие красивые и так гармонично вписаны в природу! Как с картинки в журнале про жизнь богатых и знаменитых.

– Что, опять сюда? – позевывая, говорит Алена даже как-то разочарованно, пока я с восхищением разглядываю место, куда мы приехали.

– А вы уже тут бывали? – интересуюсь я.

– Один раз, но тогда была зима. Там в домах камины и все такое. Как в альпийской деревушке, – хмыкает она, поднимаясь с места и разминая затекшие ноги.

Мои ноги тоже побаливают, но я радуюсь тому, что мы на месте. Значит, скоро ужин. А еще душ хорошо бы принять…

Нас делят на девочек и мальчиков и в сопровождении учителей разводят по двум соседним коттеджам.

– Остановимся в одной комнате? – предлагает мне Алена, и я согласно киваю. Это отличная идея. С кем-то другим делить комнату мне бы и не хотелось.

Коттедж очень большой. Трехэтажный, с панорамными окнами и балконами, а когда мы заходим внутрь, обращаю внимание на то, как стильно он обставлен. Вся мебель выглядит новой и очень дорогой. Я понимаю, что для большинства моих одноклассников такая атмосфера роскоши вполне привычна, но не для меня. Стараюсь не слишком явно это демонстрировать и не вертеть головой во все стороны.

– Комнаты для вас уже приготовлены, – объявляет Ирина Евгеньевна. – Ключи от них я вам выдам. Отдыхайте, приводите себя в порядок и спускайтесь к ужину.

Нам с Аленой достается комната с видом на коттедж мальчиков. Она просторная и уютная, с двумя большими кроватями, парой шкафов и – вот красота – отдельной ванной комнатой. Такое я раньше только в сериалах видела.

– Чур я первая! – Выхватив вещи из своего розового чемодана, одноклассница спешит в ванную. А я подхожу к окну и задергиваю кремовые, в тон светлых стен, шторы.

Затем достаю смартфон, пользуясь отсутствием соседки, фотографирую комнату и отправляю фотографию маме. Пишу ей, что мы добрались благополучно. Мама сразу же отвечает, что рада за меня.

Есть еще один человек, с которым мне хочется поделиться новостями. Это Key. Но ему я фото комнаты отправлять все-таки стесняюсь и решаю, что потом, при свете дня, сделаю снимки окружающей коттеджи природы.

Глава 47

Артур Маевский

Эта поездка на каникулах особенная. Не только потому, что последняя. Сейчас среди знакомых лиц есть та, от кого я не могу отвести глаз всю дорогу. Она делает вид, будто не замечает меня. То читает что-то на своем планшете, то смотрит в окно. Иногда закусывает губу или наматывает на палец прядь волос, явно делая это неосознанно, но очень соблазнительно. Я прямо залипаю на нее в такие моменты, как будто сознание уплывает куда-то, а остается только желание.

Быть рядом. Целовать. Касаться.

К тому же на эту поездку у меня есть планы. Кроева вовремя дала мне подсказку. Все время от одних каникул до других я размышлял на эту тему и кое-что придумал.

Кое-что, что поможет нам со Стасей остаться наедине и сблизиться.

И плевать, что Ким Сонмин тоже поехал. Он мне не конкурент. Да и не было у них ничего, определенно. Просто помогают друг другу с учебой. Я ведь даже следил за ними, подсматривал, но никаких поцелуйчиков или обнимашек не заметил, хотя все равно ревновал ужасно, видя, как весело они болтают и над чем-то смеются.

Ничего, будет и на моей улице праздник.

Инесса так и не переключилась на кого-нибудь другого. Время от времени я ловлю на себе ее обиженный взгляд. Она поняла, что жаловаться родителям бесполезно, потому что это меня только еще больше раздражает, и выбрала другую тактику. Давит на жалость. Ну и напрасно, жалеть ее я не намерен. Да и вообще мне сейчас не до нее. Плевать, что Забродина себе там думает.

Приезжаем в место, где уже были когда-то зимой. Коттеджи здесь неплохие и окрестности живописные. А главное – есть дикие места.

Все складывается очень удачно для меня.

Мы прибыли уже вечером, так что скоро ужин. Нас расселяют по коттеджам. Как президент класса и сын одного из главных попечителей гимназии, я получаю отдельную комнату. Из окна виден коттедж девочек, куда мы пойдем ужинать. Принимаю душ, слегка просушив волосы, одеваюсь и спускаюсь вниз.

В гостиной уже горит камин, возле которого сидит с книгой один из наших сопровождающих – учитель географии.

– Быстро ты, – говорит он, подняв на меня взгляд. – Артур, послушай… Это, конечно, не мое дело, но… вы помирились с Инессой?

– Мы и не ссорились, – отвечаю я. Это, конечно, не совсем правда, но откровенничать с учителем я не собираюсь. – Все нормально.

– Не думаю. Она стала плохо учиться. Буквально скатилась. Другие учителя тоже это заметили и беспокоятся. Вы же все-таки в выпускном классе…

– Скажите Забродиной, мне-то эта информация зачем? – Пожимаю плечами я. – Это ее проблемы. Ее и ее семьи, которая уж точно не остановит единственную и любимую дочку без высшего образования.

Географ хмурит брови и начинает говорить что-то еще, но тут по лестнице спускаются наши парни. Отлично. А то достал уже своими нравоучениями.

Накидываем куртки и дружно топаем в соседний коттедж к девчонкам. Там уже накрыт стол в столовой и готов приветственный ужин. От вкусных запахов у меня разыгрывается аппетит.

Одноклассницы наши еще не все собрались. Наряжаются, наверное. Обегаю столовую взглядом в поисках Черемухиной и не нахожу ее.

Выхожу в коридор и вижу, как она спускается по лестнице. Одна, без своей подружки. Влажные волосы, синие джинсы, белый свитер с подвернутыми руками. Такая уютная и домашняя. Хочется притянуть ее к себе, крепко обнять, почувствовать ее запах.

Увидев меня, гусеничка вздрагивает. От такой ее реакции на меня хочется со злости сказать что-то грубое. Но я сдерживаюсь и натягиваю на лицо улыбку.

– Ну, как тебе здесь? – спрашиваю с интересом.

– Хорошо, – несмело отвечает она. – А тебе? Хотя да… Алена говорила, что вы тут уже бывали раньше.

– Угу, – киваю я. – Бывали. Зимой.

– И в какое время года лучше?

– Сейчас, – сощурившись, говорю я. – Определенно. Потому что сейчас здесь ты.

Мой ответ явно ее смущает. К тому же на лестнице появляется Алена Кроева. Поглядев на меня, она понимающе усмехается и шагает к нам.

– Девочки и мальчики, поторопитесь, ужин стынет! – Выглядывает из столовой классная руководительница.

– Уже идем! – откликается Кроева и, проходя мимо, тыкает меня локтем в бок. Да что она себе позволяет? Думает, если мы на одной стороне, то и наглеть можно?

Ужин действительно вкусный. Пользуясь случаем, сажусь рядом с Черемухиной, накладываю ей на тарелку еду, наливаю воду – в общем, изображаю из себя галантного кавалера. Пока Ирина Евгеньевна толкает приветственную речь, украдкой таращусь на длинные ресницы и светлую кожу с веснушками. Ох, и угораздило же… Ведь в первую встречу она меня просто вывела из себя!

После ужина перемещаемся в гостиную. Там тоже горит камин, а еще для нас уже приготовлены настольные игры. Кто-то ноет, что не хочет играть и что мы уже не дети, но учителя твердо задались целью организовать для нас совместный досуг и следуют ей. Так что следующие полтора часа проводим за играми. Стараюсь быть ближе к Стасе и почаще оказываться с ней в одной команде.

После игр расходимся. Возвращаемся в свой коттедж. Кореец, как всегда, в наушниках и ни на кого не смотрит. Он тоже играл, но не особо вовлекался. Все-таки этот парень странный, себе на уме – короче, идеально подходит Алене.

Поднявшись в свою комнату, запираю дверь и заваливаюсь спать. Завтра нас ждет насыщенный день. Программу экскурсий объявили за ужином.

Перед тем как лечь спать, нахожу номер телефона Кроевой и пишу ей сообщение. Для осуществления моего плана мне будет нужна ее помощь. Надеюсь, потом она не вздумает меня этим шантажировать.

Когда наступает утро, завтракаем с парнями в своем коттедже. С девчонками встречаемся на улице и загружаемся в автобус. По дороге нам что-то втирают про старинные усадьбы и музеи, которые мы сегодня увидим, но все мои мысли заняты планом.

Сегодня на Черемухиной те же джинсы и свитер, что и вчера вечером. Но даже в такой простой одежде она приковывает мой взгляд. Кажусь себя сумасшедшим, потому что ничего подобного раньше не испытывал. Я ведь думал, что это пройдет. Но не прошло.

Инесса замечает, как я смотрю на новенькую, и демонстративно берет Игорька за руку. После новогоднего вечера их нередко можно увидеть вместе. Но я уверен, что она держит бедного одноклассника во френдзоне. Это вполне в ее духе. А он – вот дурак-то набитый – не теряет надежды.

Хотя… разве я не веду себя так же?..

Глава 48

Стася Черемухина

Ночь на новом месте прошла спокойно. Вечером после ужина и настольных игр, на которые нас уговорили сопровождающие учителя, я поднялась в свою комнату, завела будильник и минут двадцать почитала перед сном. Еще и с Аленой, лежа в кроватях, поболтали немножко, хотя мне показалось, что она в каком-то не очень хорошем настроении.

В коттедже было очень тепло, а матрас оказался таким удобным, что утром даже подниматься с него не хотелось. Но больше всего меня впечатлил камин! Глядя на горящий в нем огонь, я чувствовала такое умиротворение, которого никогда раньше не испытывала. И даже навязчивое внимание Артура Маевского не испортило этот эффект. Я решила, что, несмотря ни на что, буду наслаждаться этой поездкой, ведь у меня сейчас, если так посмотреть, последние школьные каникулы. Летом после экзаменов я рассчитывала где-нибудь подработать. И мама возражать уже не будет, потому что гимназия окажется позади.

Наутро после завтрака, на котором присутствовали только девчонки из нашего коттеджа, выходим к автобусу. Одноклассники тоже присоединяются. Погода сегодня прохладная, я кутаюсь в теплый шарф и смотрю на Сонмина. На нем расстегнутая кожаная куртка, черные волосы немного растрепаны. Поймав мой взгляд, кореец улыбается мне, но подойти к нему поближе я не решаюсь.

Рассаживаемся в автобусе, мы опять рядом с Аленой. По дороге на экскурсию нам рассказывают о том, куда мы едем и что там увидим. Все кажется очень интересным, но я вижу, что некоторые лениво зевают и таращатся в смартфоны и планшеты вместо того, чтобы слушать.

Первое место, куда мы приезжаем, оказывается старинной усадьбой, окруженной большим парком. Жаль, что в это время года листья на деревьях еще только начинают появляться. Могу представить, как тут здорово летом!

Само здание очень красивое. Эти величественные колонны, каменные стены, выложенные брусчаткой дорожки. Наверняка в девятнадцатом веке по ним чинно прогуливались барышни с кавалерами. А сейчас идем мы. Кто в кроссовках, кто в модных ботинках. Впереди вышагивает Ирина Евгеньевна в легком черном плаще с бирюзовым шелковым шарфиком. Похоже, ей не холодно.

– Итак, сейчас мы заходим в усадьбу и организованно ее осматриваем. Для нас проведут экскурсию. Аудиогидов у них нет, повторять для вас никто не будет, так что слушайте внимательно, – обернувшись к нам, объявляет классная руководительница.

– Опять эти скучные экскурсии! – возмущается кто-то.

Лично я точно знаю, что мне скучно не будет. Люблю исторические места. Когда-то мы с мамой и папой ездили на электричках по Подмосковью. Были и в Рязанской области, на родине поэта Сергея Есенина, там даже дом его сохранился. Тогда я еще мало что понимала, но мне все равно нравилось.

Экскурсовод оказывается милой улыбчивой девушкой. Наши парни тут же, приосанившись, начинают отвешивать ей комплименты и флиртовать. Не все, конечно. Ким Сонмин уж точно так себя не ведет. Он очень вежливо здоровается с ней и, когда мы входим в двери усадьбы, как-то незаметно оказывается рядом со мной.

В усадьбе сохранилась вся обстановка. А потолки такие высокие, что создается ощущение, как будто мы во дворце. Очень красиво!

Переходим из комнаты в комнату, слушаем экскурсовода. С прежними жителями усадьбы была связана загадочная, мистическая история. С тех пор об этом месте ходит легенда о призраках.

– А вы-то сами видели каких-нибудь привидений? – с хитрым видом спрашивает Артур.

– Я сама нет, но я и работаю тут всего три месяца, – улыбается ему экскурсовод.

– Вам, наверное, надо на ночь здесь остаться, чтобы их увидеть, – хмыкает он. – Вон как раз и постелька удобная, – кивает на высокую кровать с балдахином, мимо которой мы как раз проходим. – Попробуйте как-нибудь.

Покинув усадьбу, гуляем по парку, а затем едем в следующий пункт нашего маршрута – краеведческий музей. Он находится неподалеку, на окраине небольшого живописного села. Там для нас тоже проводят экскурсию, а затем Ирина Евгеньевна объявляет, что мы идем на обед в крафтовую сыроварню к местному фермеру.

– Фу, какие-то деревенские сыры, – брезгливо морщит носик Инесса, услышав об этом. – Вот настоящий итальянский пармезан или моцарелла – другое дело! Не сравнить.

– Ну извини, мы не в Италии, – разводит руками учительница.

Забродина и дальше остается всем недовольной, а мне очень нравится. И сытный обед за большим деревянным столом, и дегустация сыров, и сама атмосфера большого фермерского дома. Нас еще угощают вкусным и ароматным травяным чаем.

– Прошлым летом собирала в наших лесах, – рассказывает жена фермера. – Все экологически чистое, натуральное. И травы, и лесная земляника, знаете, сколько в ней витаминов?

Не сомневаюсь, что большинство моих одноклассников предпочли бы что-нибудь другое, но голод, как говорится, не тетка, а столичные рестораны далеко, так что они не жалуются, едят с аппетитом.

После обеда Ирина Евгеньевна говорит, что у нас свободное время, так что мы можем немножко погулять самостоятельно.

– Сбор на этом месте через полтора часа! – предупреждает она. – Смотрите не заблудитесь! Связь может ловить не везде, так что далеко не забредайте!

– Еще и со связью проблемы, ну и куда мы попали? – Инесса закатывает глаза, берет под руку Игоря и уходит с ним. На прощание не забывает оглянуться на Маевского, но он в ее сторону даже не смотрит.

Мы идем гулять в паре с Аленой. Она ведет меня в сторону леса – видимо, того самого, в котором собирали травы и землянику для чая.

– Мы точно не заблудимся? – оглядываясь, спрашиваю я.

– Да точно-точно, не переживай! Подыши хоть воздухом! Или ты хочешь гулять по деревне и отбиваться от петухов?

– От каких еще петухов? – смеюсь я.

– Ну или от гусей. Или от коз. Или от собак. Понятия не имею, кто у них тут водится. А в лесу хорошо, может, подснежники найдем!

– Главное, чтобы не медведей.

Одноклассница шагает вперед так целеустремленно, как будто ее там кто-то ждет. Я даже видами природы насладиться не успеваю. Зато пачкаю обувь мокрой землей и замерзаю еще сильнее.

Лучше бы по деревне погуляли!

– Подожди меня минутку, я в кустики! – выпаливает Алена и поспешно скрывается за стволами деревьев. Лес смешанный, тут, как и рядом с коттеджами, тоже растут сосны, а еще ели, от которых приятно пахнет смолой. В усадьбе же туалет был и в музее, да и на ферме тоже, а ее вот на природе в кустики понесло.

Проходит минута, вторая, третья, но Алена так и не появляется. Неужели и вправду заплутала? А если провалилась в какую-нибудь яму?..

И зачем мы только сюда пошли?! Зря я поддалась ее уговорам. Достаю смартфон, чтобы ей позвонить, и вижу, что связи нет!

Стараюсь не паниковать и вспомнить какие-то ориентиры, чтобы вернуться обратно или хотя бы дойти до места, где ловит сеть, но тут меня окликают по имени.

Вижу направляющегося ко мне Артура Маевского и понимаю, что рада сейчас даже ему.

Глава 49

Артур Маевский

Всю дорогу в автобусе украдкой поглядываю на Черемухину. Нервничаю, не зная, получится ли у меня сегодня осуществить запланированное. Конечно, Кроева обещала помочь, но кто ее знает, не подведет ли.

Ладно, если не сегодня, то в другой день.

Стася то ли делает вид, то ли и правда не замечает моих взглядов в ее сторону. Смотрит в окно, внимательно слушает учительницу. Кажется, ей и правда интересна вся эта болтовня про какие-то усадьбы и музеи.

Хотя усадьба и в самом деле неплохо сохранилась. И экскурсовод – интересная девушка. Приятно посмотреть, да и голос мелодичный, на такой работе ей самое место.

После экскурсий нас везут на обед, а потом разрешают погулять самостоятельно. Это то, чего я и ждал. Мы с моей пособницей уже успели обменяться сообщениями, она написала, что поведет новенькую в лес, а там незаметно скроется. И что я должен идти за ними. Кое-как отвязавшись от парней, которые зовут составить им компанию и дойти до ближайшего магазина, сворачиваю в сторону леса, где между голых еще стволов и колючих сосен мелькает бледно-сиреневая куртка одноклассницы.

Едва нахожу в себе терпение, чтобы дождаться ухода Кроевой. Место она выбрала очень удачное. Превосходно.

Догоняю гусеничку и по лицу вижу, что она уже волнуется. То ли из-за пропажи подруги, то ли считает, что она заблудилась. Вот и экстремальная ситуация, в которой я могу себя проявить и стать ее спасителем!

– А ты чего тут одна? – спрашиваю я, напустив на себя удивленный вид.

– Алена куда-то подевалась! – выпаливает Черемухина. Она и вправду беспокоится, кажется, даже веснушки побледнели. – Отошла… ну, надо ей было… и не возвращается. А тут и связи нет! Зачем мы только пошли в этот лес?!

Ну, я, допустим, знаю, зачем.

Но не скажу.

– Да ладно тебе, не переживай, – говорю я. – Найдется. Не джунгли же здесь, крокодилы не водятся.

– А если она упала?

– Куда? В берлогу к медведю? Они так близко к человеческим поселениям не живут, – замечаю я, хотя сам точно не знаю. Да ну, какие еще медведи? Глупости какие-то.

– Если мы недалеко ушли, почему так плохо со связью? – Стася морщит нос. – Я ей даже позвонить не могу…

– Аномальная зона? Слышала же про привидений? Может, сюда и инопланетяне заглядывают? – хмыкаю я.

– Выдумал тоже, – фыркает новенькая. – Ладно, пойдем. Надо как-то выбираться отсюда и искать Алену.

Делаю глубокий вдох. Хочется сказать, что никуда идти не хочу, но я сдерживаюсь. Мы впервые за долгое время наедине. Только она и я. И мне не хочется упустить ни секунды из этого времени.

Раньше я шел напролом, но сейчас мне не хочется спугнуть ее. Поэтому я делаю вид, что готов отправляться на поиски Кроевой. Лесные тропинки, несмотря на то, что снег почти растаял и земля успела подсохнуть, в самом деле узкие, неудобные и скользкие, так что мы идем, поддерживая друг друга. От этой нечаянной близости, от легкого касания ее волос моей щеки у меня перехватывает дыхание. Я еще никогда так не реагировал на девушек.

Но Черемухина как будто не замечает моего состояния. Болтает про то, что городским жителям на природе находиться опасно, то и дело проверяет связь на своем смартфоне. И, когда та появляется, сразу же звонит Алене.

Та ожидаемо не отвечает.

– Что же такое? – Стася выглядит расстроенной. – А если с ней действительно что-то случилось?

– Может, она уже вернулась к месту сбора?

– Без меня?

– Или встретила кого-то. Вот как ты меня. Они разговорились, пошли дальше вместе…

– Это как-то странно, – с сомнением отвечает она. – Хотя… Алене кто-то нравится. Правда, она не говорит, кто именно. Может, он ей и встретился?

– Ну, если это парень из нашего класса, тогда вполне возможно…

Точно из нашего. И я даже знаю, кто это. Но ни за что не собираюсь ей рассказывать.

– Почему нас вообще отпустили гулять одних?

– Потому что мы не первоклассники. Да ладно тебе! Классное же приключение!

– Сомнительное приключение, – бурчит себе под нос моя спутница и вдруг спотыкается об какую-то корягу. – Ай! Моя нога!

– Подожди-подожди! – пугаюсь я – этого в моем плане определенно не было. – Стой на месте и держись за меня! Это не та же нога, которая была сломана?

– Нет, – качает головой Черемухина. – Нога другая. Но все равно больно!

– Может, мне ее осмотреть?

– Доброго доктора Айболита из себя строишь? Все со мной нормально! Не надо, ой, да что ты делаешь?..

Несмотря на ее недовольство и сопротивление, я усаживаю гусеничку на какой-то пенек, снимаю с нее ботинок, смешной носок с рисунком в виде танцующих авокадо и закатываю штанину джинсов. Нога выглядит нормально, похоже, просто подвернула слегка. Когда я на горнолыжном курорте вывихнул ногу, картина, помнится, была куда хуже. Да и отдых тогда накрылся медным тазом. Пришлось до конца каникул сидеть в номере и в приставку рубиться.

От прикосновения к ее коже меня как будто электрическим током прошибает. Безумие какое-то. Неужели она ничего не замечает?..

– Мне холодно, между прочим!

Помогаю завязать шнурки на ботинке, а дальше поддерживаю ее, прихрамывающую, чтобы не споткнулась опять. Шагаем совсем медленно. И это круто. Круче всех самых пафосных свиданий, которые только можно придумать. Свежий запах весеннего леса, шальное синее небо над головой и прохладные тонкие пальцы, которые я сжимаю в своей ладони.

– Ты слишком близко, – шипит на меня Стася, но руку не вырывает.

Так, поплутав еще немного по лесу, выходим к деревне и направляемся к месту, где нас уже ждут. Конечно же, Кроева тут. Стоит и усмехается. И Ким Сонмин тоже уже нагулялся. Уверен, от его внимания не ускользает то, как близко мы с новенькой друг к другу.

– Алена! – Выпустив мою руку, кидается она к однокласснице. – Куда ты пропала? Ничего не случилось?

– Прости-прости, я вспомнила, что мне надо срочно позвонить родителям, а связь не ловила! – тараторит Кроева придуманную легенду, ну просто актриса, хоть на Оскара выдвигай. – Так что пришлось возвращаться в деревню! А потом смартфон сел, забыла с утра зарядить! Хорошо, что ты пришла… и не одна. А почему хромаешь опять?

– Споткнулась неудачно, – объясняет ей Черемухина. – Я за тебя беспокоилась! Думала, ты ушла далеко и заблудилась.

– Все нормально! А для ноги у меня мазь есть. Дам тебе, как вернемся в коттедж, завтра будешь в полном порядке.

– Так, если все в сборе, идем в автобус! – объявляет Ирина Евгеньевна, прерывая их милую беседу.

Глава 50

Стася Черемухина

После нашего с Маевским появления вдвоем на меня смотрят косо. В первую очередь, конечно, Инесса и ее подруги. Интересно, знают ли они о том, что она пыталась переехать меня своей машиной?..

Алена тоже поглядывает странно. Как-то… выжидающе. Как будто ждет, что я ей что-то расскажу. А что я могу еще добавить к тому, что уже рассказала? Ну встретила в лесу президента класса, ну пошли обратно вместе, ну растянула ногу. Больше ведь ничего не произошло. Но такое ощущение, что одноклассники считают иначе.

А Ким Сонмин? Что он подумал? Конечно, мы с ним не встречаемся, но все же мне перед ним как-то неловко.

Почему все так сложно?..

Возвращаемся в коттедж, переодеваемся, в столовой накрывают к ужину. На него снова приходят парни. Артур, как и вчера, демонстративно садится рядом и начинает за мной ухаживать. Можно подумать, я сама себе салат не положу! Меня раздражает его близость и уверенность в том, что он имеет на это право, но устраивать разбор полетов при всех не хочу. Про нас и так уже наверняка сплетничают. Зачем еще больше накалять обстановку?..

После ужина снова игры, но на этот раз не настольные, а связанные с учебой. Сначала с литературой, потом с английским языком. Неожиданно для себя замечаю проснувшийся азарт и активно включаюсь. Да так, что в литературной игре моя команда занимает первое место! Ура!

В английской игре тоже пытаюсь участвовать, но тут одноклассники все же преуспевают. Моих занятий – самостоятельных, в разговорном клубе и с Сонмином – пока недостаточно для того, чтобы с ними тягаться. Но все же я делаю успехи, и это заметно, если сравнить с тем, на каком уровне я была в начале года, когда только пришла в гимназию.

Игры заканчиваются, и мы расходимся по своим комнатам. Учителя строго за этим следят, но поздним вечером, когда я собираюсь пойти в душ, а Алена уже успела переодеться в пижаму, мне приходит сообщение с незнакомого номера. И в нем меня просят выйти на улицу.

– Как романтично! – вздыхает соседка по комнате. – Меня вот никто на вечернее свидание не вызывает – ни анонимными сообщениями, ни камушками в окно. Пойдешь?

– А если это какая-то шутка? – хмурюсь я.

– Пойди и проверь!

– Ирина Евгеньевна может меня заловить!

– Спорим, что она уже видит десятый сон? Иди! Я тебя прикрою, если что!

Поддавшись на уговоры, я накидываю куртку, выхожу из комнаты в коридор и тихонько спускаюсь по лестнице. Хорошо, что она не скрипит, а то было бы как в детективном романе. Коттедж погружен в тишину. Камин погас, в гостиной, столовой и на кухне все приведено в порядок. Работники, которые занимаются уборкой и приготовлением еды, живут отдельно и вообще лишний раз стараются не показываться нам на глаза, как будто они носят мантии-невидимки.

Я подозреваю, что не справлюсь с замком на входной двери, но он легко поворачивается. Главное, чтобы никто не запер дверь, пока я на улице. Хотя в этом случае можно позвонить Алене, смартфон я с собой захватила.

Входная дверь тоже не скрипит, открывается совершенно бесшумно.

Выхожу из коттеджа и озираюсь по сторонам. Уже стемнело и похолодало, фонарей мало. В полумраке сосны кажутся великанами, которые вот-вот оживут и, размахивая пушистыми ветками-лапами, двинутся на меня.

Озираюсь по сторонам и мысленно ругаю себя за то, что пошла. Наверняка это и в самом деле шутка. Дурацкая!

– Эй, гусеничка!

Оборачиваюсь и вижу Артура Маевского.

– Опять ты?!

– Что за холодный прием? – усмехается он. На нем распахнутая куртка, под ней черно-белая толстовка, штаны тоже в спортивном стиле. В такой одежде Маевский выглядит как-то моложе, более расслабленно.

– Откуда ты узнал мой номер? Кажется, я тебе его не давала. И зачем ты меня сюда вытащил?

– Я ведь президент класса, забыла? Так что узнать номер мне несложно. А вытащил… Да ты сама посмотри!

– Куда смотреть-то?

Артур подходит ближе и встает за моей спиной, одна его рука ложится мне на плечо, другая тянет вверх мой подбородок.

– Туда смотри! Ты когда-нибудь видела столько звезд? Уверен, что нет.

Я поднимаю глаза, и у меня перехватывает дыхание. Звезд действительно много. И они такие головокружительно красивые!

– Любуйся, гусеничка, – шепчет мне на ухо Маевский.

Звезды складываются в линии и созвездия. Некоторые из них мне даже знакомы. Их мне еще в детстве показывал папа, когда мы ездили за город к его родственникам.

Я ведь почти забыла об этом, а сейчас вспомнила.

В горле встает колючий комок, когда я думаю о том, что воспоминания, связанные с папой, постепенно стираются из моей памяти. Как бы я ни старалась их удержать, они тают, уходят, оставляют меня. Я даже лицо его не всегда могу представить таким, каким он был, когда…

Звезды расплываются перед глазами и тонут в иссиня-черной глубине неба.

– Стася, – замечает перемену в моем настроении Артур, – что с тобой?

Я всхлипываю. Он разворачивает меня к себе, вглядывается в мое лицо. Зажмуриваюсь, но слезы все равно катятся.

– Да что такое? – Не понимает Маевский.

– Я… папу вспомнила… – выдыхаю с очередным сдавливающим горло всхлипом.

– Почему сейчас-то?

Ничего не отвечаю. Думаю, что, может быть, мой папа тоже превратился в звезду. Одну из тех, что светят мне, когда я поднимаю взгляд к небу.

– Ох, гусеничка…

Артур вдруг обнимает меня, прижимает к себе. У меня нет сил вырываться, слезы душат, не дают сказать ни слова. Я так давно не плакала по папе, да и вообще старалась не показывать маме, что мне до сих пор тяжело, чтобы ее не расстраивать.

Рыдать в объятиях парня, который мне даже не нравится, как-то странно, и позже я, несомненно, как следует отругаю себя за это, но в эти минуты я утыкаюсь в его плечо и реву от души. Как будто прорвало кран. Глупая, глупая Черемухина, разве это тот человек, рядом с которым можно позволить себе быть чувствительной и слабой?..

Маевский тоже молчит и дает мне выплакаться. А потом протягивает пачку бумажных носовых платков. Я сморкаюсь, вытираю глаза, лицо. Могу представить, как выгляжу сейчас. Хорошо бы Алена уже спала, когда я приду, чтобы не пришлось ей ничего объяснять…

– Я не думал, что звезды тебя так растрогают, – бормочет президент класса.

– Просто напомнили, – говорю я. – Спасибо. Давно на меня такое не находило.

– Как твоя нога?

– Лучше.

Алена дала мне мазь, которая и вправду сразу же помогла. Ее родители окончили медицинский университет по специальности клиническая психология, среди их близких друзей много врачей разных профилей. Так что в лекарствах одноклассница хорошо разбирается.

– Я пойду. Звезды красивые… – еще раз запрокинув голову, хрипло говорю я. – Очень.

– А ты еще красивее, – заявляет Артур, в мгновение ока превращаясь из сочувствующего друга в прежнего язвительного насмешника.

Ничего не отвечаю и шагаю к двери.

На мое счастье, она открыта.

Глава 51

Артур Маевский

Этот вечер что-то во мне переворачивает. Я уже видел новенькую рассерженной и расстроенной, но сегодня впервые увидел такой трогательной. И точно знаю, что никогда этого не забуду.

После того, как она плакала, пока я ее обнимал, твердо решаю, что теперь не отступлюсь. Особенно когда у меня есть поддержка в лице Кроевой. Пусть забирает корейца, жалко, что ли? Тем более что со Стасей они просто друзья-товарищи, не больше. Даже из школы больше вместе не ходят, только английским в библиотеке занимаются.

Когда я возвращаюсь в коттедж и запираюсь в свой комнате, мой смартфон пиликает. Открываю входящее сообщение в мессенджере и вижу приложенную к нему фотографию, на которой мы с гусеничкой стоим в обнимку. На фото не видно, что она плачет у меня на плече, и кажется, что мы просто влюбленная парочка. То что надо!

«А ты молодец», – пишу я в ответ и представляю себе, как улыбается Алена. А это она хорошо сообразила – выйти вслед за Черемухиной и сделать снимок в нужный момент. Сталкерша, конечно, но куда деваться, если приходится добиваться любви?..

Конечно, соседке по комнате она эту фотку не покажет. И никому другому – по крайней мере, пока. Об этом я сам ее прошу, решив, что время еще не пришло.

Фотография выстрелит позже.

А пока я, растянувшись на кровати, вспоминаю запах волос гусенички, ее мокрые ресницы, приоткрытые губы и чувствую, как мое сознание уплывает куда-то далеко. Это такое незнакомое, но потрясающее ощущение. Смотрю на фото в сотый, наверное, раз и улыбаюсь невольно.

Жаль, конечно, что Стася так рано лишилась отца. Похоже, она и правда была сильно к нему привязана. Мой вот жив, но всегда держится как-то отстраненно и чаще отчитывает меня, чем хвалит, даже в раннем детстве. Рядом с ним мне постоянно кажется, что я сдаю какой-то сложный экзамен, а он наблюдает за тем, как я что-то мямлю у доски, и кривит губы. Мама и бабушка, конечно, относятся ко мне иначе, это они, если вспомнить его слова, вконец меня разбаловали.

На следующее утро встаю непривычно рано для каникул, еще до официального подъема. Спускаюсь на первый этаж коттеджа и вижу, что я не один такой. В гостиной с чашкой кофе сидит Ким Сонмин.

– Ну надо же, какие люди, – хмыкаю я себе под нос. – Ты-то мне и нужен, приятель. Без обид, но иногда и в самом деле все средства хороши.

– Ты что-то сказал? – Оборачивается азиат. Да уж, он и правда смазлив и нравится девчонкам. Но пусть каким-нибудь другим, а не моей гусеничке, вот тогда у меня не будет к нему никаких претензий.

– Да, хочу кое-что тебе сказать, пока мы одни, – заявляю я, подходя ближе. Открываю на смартфоне фотографию, которую вчера получил от Кроевой, и показываю ему. И вижу, как даже через непроницаемое выражение лица одноклассника пробивается неверие и… боль.

Так он что, реально в нее влюблен?..

– Мы со Стасей очень близки, – нагло вру я, глядя в его глаза. – Если ты понимаешь, о чем я. А ты понимаешь, я вижу. Она пока не хочет всем рассказывать, скрывает, чтобы… ну, Инессу лишний раз не бесить, но факт есть факт. Можешь спросить у ее подруги Алены, она подтвердит. Так что не стой на пути у наших отношений. За тобой столько девчонок бегает, толпа целая, одиноким точно не останешься.

– Почему Стася сама мне об этом не сказала? – спрашивает Ким. Когда он волнуется, это заметно, акцент становится сильнее. – Мы ведь с ней… друзья.

– Да ну, какие друзья? – ухмыляюсь я. – Всего лишь английским и русским после уроков занимаетесь, да и то по заданию классной. Разве это дружба? И почему она вообще должна с тобой откровенничать? Ты парень, а у девчонок для этого дела подружки есть.

Слышу чьи-то шаги на лестнице и понимаю, что проснулся кто-то еще, а свидетели нашей беседы мне не нужны.

– Ну, удачи тебе в личной жизни, – бросаю я и иду на кухню. Пора завтракать. Скоро нас повезут на очередную экскурсию, и на этот раз я что-нибудь придумаю, чтобы сидеть в автобусе рядом с новенькой.

Ким Сонмин

Смотрю вслед Артуру Маевскому. Как небрежно он бросил «удачи тебе». Как легко сломал все, что было для меня таким важным.

И таким хрупким.

После ухода матери я пообещал отцу, что не разочарую его, как это сделала она. Что не стану отвлекаться от учебы. В том числе и на отношения с девушками. Даже на дружбу. Но я позволил себе небольшое послабление, о котором отец ничего не знал.

И сейчас его у меня отняли.

Отняли глоток свободы. Кусочек счастья. Надежду на будущее… с ней.

Я сам не понял, когда влюбился. Не заметил этот момент. И так и не рискнул сделать первый шаг, о чем сейчас ужасно сожалею.

Стася… Ее улыбка, голос, взгляд. Все это стало для меня значимым и драгоценным. Она не знала. Наверное, даже не догадывалась, хотя иногда мне казалось, что мои чувства взаимны.

Выходит, что нет. Со мной просто вели себя вежливо и дружелюбно. А я принял это за что-то другое.

Но ведь было кое-что еще, что нас с ней связывало. Но эту ниточку тоже придется порвать. Если я хочу больше не ощущать разрушающей душу боли, должен это сделать.

Достаю смартфон, и тут он разражается громким сигналом. Звонит отец. Обычно он не связывается со мной в рабочее время, так что, похоже, у него какие-то новости.

Отвечаю на звонок и выслушиваю. Губы складываются в невеселую усмешку. «Все одно к одному», – кажется, так говорят русские. Эта новость как нельзя кстати дополняет то, что я сейчас услышал… и что решил. Моя жизнь снова меняется, и мне остается только плыть по течению. Подчиняться и делать то, чего от меня требуют. Ведь я, как говорят коллеги отца, просто идеальный корейский сын, воспитанный и покорный, как и положено, в заветах конфуцианства. Их дети другие. Частые переезды, смена обстановки, смешанные коллективы сделали их бунтарями, но только не меня.

Потому что, пойдя против отцовской воли, я стану похож на мать, которая не пожелала жить так, как хотел он. Жить с ним. И со мной. Мы с ней больше не были семьей. И хотя иногда она мне звонила, интересовалась, как я поживаю, было очевидно, что ей от этих вымученных разговоров так же неловко, как и мне. С моей хальмони, бабушкой, ее матерью, и то легче общаться. Вот с ней я, пожалуй, буду очень рад увидеться, когда снова окажусь в Сеуле.

Сеул… Прикрыв глаза, я вспоминаю звуки родного города. Запахи и вкусы острых рисовых клецок токпокки и рыбных пирожков омук с бульоном, которые можно поесть на улицах. Я уже очень давно там не был. Но желание вернуться домой смешивается с тоской по тому, что я оставлю здесь.

Глава 52

Стася Черемухина

На экскурсии в музее для нас проводят мастер-класс по плетению макраме. Девчонки ворчат, путаясь в нитках длинными наращенными ногтями. А мне нравится. Маникюра у меня нет, так что ничего не мешает. Ну а еще это занятие успокаивает, что мне сейчас определенно на пользу.

Я сама не понимаю, что происходит со мной и окружающими, но после того дня, и особенно вечера, когда я рыдала в объятиях Артура Маевского, что-то изменилось. Вроде бы не было никаких свидетелей того, что тогда случилось под звездным небом, но такое ощущение, что одноклассники что-то знают. Поглядывают в мою сторону и усмехаются. Неужели президент класса им что-то наболтал? От него можно всего ожидать.

Даже Алена продолжает как-то странно на меня смотреть, хотя наши с ней отношения вроде бы не изменились. Даже ближе стали. Все-таки мы живем в одной комнате и много времени проводим вместе. Раньше у меня не было закадычных подруг, и я не уверена: может, что-то делаю неправильно? Но я ведь ничем ее не обидела…

А еще Ким Сонмин… Он наоборот – вообще перестал со мной общаться. Не подходит, не заговаривает. Даже не смотрит. Я не понимаю, почему так, но мне очень больно при мысли о том, что мы с ним перестали быть даже друзьями.

– Все! Не могу больше заниматься этой ерундой! – Инесса с раздраженным видом бросает начатое плетение на стол. – Кто вообще придумал эти бестолковые мастер-классы? Нам что, больше заняться нечем, только по музеям таскаться?

Ирина Евгеньевна вышла, иначе бы услышала эти жалобы и что-то сказала. Хотя для Забродиной учителя – все равно не авторитет. Она поднимается с места и начинает прохаживаться туда-сюда по комнате, а следом то же самое делают и ее подпевалы.

– Надоели они, да? – шепчет мне Алена, которая сидит рядом. У нее получается на удивление красиво. Занималась этим раньше?

– Еще как, – соглашаюсь я.

Но мысли мои далеки от Инессы. Я думаю про Сонмина. И мне все сильнее хочется поговорить с ним.

Признаться.

И будь что будет!

Я еще никогда и никому не признавалась в любви. Да и влюблена-то по-настоящему не была. Это впервые.

Но что делать? Как об этом сказать? И… правильно ли поступлю, если признаюсь?

Я уже почти надумываю посоветоваться с Аленой, но сомневаюсь. Не потому, что боюсь, что она кому-то расскажет мою тайну, просто не уверена, что мне стоит просить совета у одноклассницы. Все же это касается только меня… и его. Мне и принимать окончательное решение. К тому же Алене я много раз говорила, что кореец не интересует меня как парень, впрочем, как и никто другой.

Включая Маевского. Который после того вечера, похоже, вообразил, что теперь нас связывают близкие отношения. Дернуло же меня расплакаться перед ним! Это практически такой же неловкий момент, как и тогда на пруду, когда я толкнула его в воду. Но об этом он давно уже не вспоминал, так что, надеюсь, и о моих слезах тоже забудет.

Да и недолго нам уже осталось учиться вместе.

Помучившись мыслями, я решаю, что поговорю с Сонмином после того, как мы вернемся с каникул. В гимназии. Ведь наши занятия после уроков возобновились, а библиотека, может, и не самое романтичное место для свиданий, зато тихое.

А пока я решаю получать удовольствие от поездки. Фотографирую природу и музейные экспонаты, дышу свежим воздухом, по вечерам звоню маме. Она интересуется, все ли у меня хорошо. Отвечаю, что все замечательно.

Оставшиеся дни каникул ничем не омрачены. Артур, правда, так и проявляет ко мне излишнее внимание и заботу, но я стараюсь не раздражаться из-за этого. Все-таки он не такой уж плохой парень, избалованный просто. Кто знает, может быть, в такой же семье, как у него и Инессы Забродиной, я бы выросла такой же. Да и в целом отношение одноклассников ко мне не самое худшее, другие и вовсе сталкиваются с буллингом, а на меня просто косо посматривают или игнорируют, ничего страшного. Есть ведь Алена. И Ким Сонмин.

Пусть он сейчас и не глядит на меня, мои чувства к нему по-прежнему не угасают, светят ярко, как звезды в ночном небе. Потому что его появление в моей жизни и вправду осветило ночь, которая меня окружала. Подарило новые мечты и подтолкнуло заняться творчеством.

Каникулы подходят к концу, и наступает утро, когда мы загружаемся в автобус и едем обратно. Возвращаемся в город, где уже тоже чувствуется теплое дыхание весны. Я радуюсь встрече с мамой… и готовлюсь к признанию.

Может быть, оно ничего не изменит, но я уверена, что не пожалею о своем решении. Я устала молчать и прятать все, что чувствую, в глубине души. Мне нужно сказать ему правду.

Даже к первому дню в гимназии я не готовилась так старательно, как к тому, когда мы возвращаемся туда после весенних каникул. Я тщательно отглаживаю блузку, юбку и форменный пиджак, чтобы не пропустить ни одной некрасивой складочки на ткани, укладываю в прическу непослушные волосы и даже делаю легкий, едва заметный макияж. До чего же волнительно!

Выезжаю пораньше, но автобус, как назло, задерживается. А потом еще и в пробку попадает, пока я сижу в нем и жутко нервничаю. В итоге я прихожу в гимназию за несколько минут до звонка на первый урок.

Тут все по-прежнему. Звуки, запахи, голоса. Тороплюсь в класс, в коридоре натыкаюсь на одну из подруг Инессы, которая что-то недовольно шипит мне вслед.

Как странно. Наша с Сонмином парта пуста. Обычно он приходит раньше меня.

Надеюсь, не заболел.

Постепенно появляются остальные. Та самая подружка Инессы, с которой я столкнулась, сама Забродина, зевающая Алена, которая машет мне рукой. Но того, кого я жду, до сих пор нет.

Первый урок – английский. Ирина Евгеньвна быстро входит в класс, звонко цокая каблучками. Обводит нас взглядом. Улыбается немного устало.

Ну да, для нее ведь и каникулы рабочими получились из-за нашей поездки.

– Доброе утро! Вижу, что все в сборе. Да, есть новость. Ким Сонмин больше не будет с нами учиться. Его отца перевели. Они улетают обратно в Южную Корею. Что поделать, когда у родителей разъездной характер работы, детям часто приходится менять школу.

Она говорит что-то еще, но я уже не слышу. Доска, парты, светлые стены и окна – все плывет перед глазами. А в голове стучит лишь одна мысль: «Не успела, не успела, не успела…»

Глупая трусиха ты, Черемухина, и ради чего было откладывать такой важный разговор?..

Глава 53

Стася Черемухина

Прошло уже около месяца, а я все никак не могу привыкнуть к мысли о том, что Ким Сонмин уехал. Каждый день, приходя в гимназию, с надеждой смотрю на парту, за которой я теперь сижу одна. Так и кажется, что увижу его там… или в коридоре… или в библиотеке. Иногда он мне даже мерещится. Наверное, я начинаю сходить с ума. Единственное, что отвлекает, – это учеба и моя рукопись, в которую я вкладываю все свои переживания из-за случившегося. У меня сохранен телефон Сонмина, но по нему больше никто не отвечает. В соцсетях он не зарегистрирован, да я и сама ими не пользуюсь. Адресами электронной почты мы не обменялись.

Но не только кореец пропал из моей жизни. Key тоже. И примерно в то же самое время. С весенних каникул от него не пришло ни одного письма. Я не понимаю, что с ним могло случиться, надеюсь только, что ничего плохого.

Мы так и не успели прислать друг другу фотографии или сообщить о каких-то еще каналах связи…

Хоть мой виртуальный друг и молчит, я все равно ему пишу. Рассказываю обо всем, что со мной происходит. Да, про свою первую и несчастливую любовь тоже в итоге написала. Про несостоявшееся признание. И про то, что не только Ким Сонмин, но и сам Key мне тоже стал очень дорог.

Я все-таки отправила ему фотографии, которые сделала на каникулах, но ответа больше ни на одно письмо не пришло.

Зато случилось нечто невероятное! Там же, на сайте дневников, со мной связалась редактор крупного издательства. Самого настоящего, хотя поначалу я решила, что это шутка. В этом письме мне предлагали опубликовать мою историю, которую я дописала почти до финала. И, конечно же, я согласилась!

Чтобы подписать договор, книгу с сайта пришлось удалить. В итоге, немного подумав, я стерла весь свой аккаунт. Все равно Key больше мне не писал, а других хороших друзей я там не нашла, хотя за некоторые комментарии под рукописью осталась местным пользователям очень благодарна.

До экзаменов остается все меньше времени. Я много часов провожу над учебниками. Один раз даже чуть не потеряла сознание от переутомления. Рассердившись, мама заставила меня гулять в обязательном порядке. Так что я теперь почти каждый день хожу в тот самый парк, где когда-то впервые встретила Артура Маевского.

После того, как Сонмин уехал, президент класса стал действовать еще активнее. Даже свидание мне пытался назначить. Разумеется, я не согласилась. Но он все равно не дает мне покоя. Однажды даже поехал на автобусе со мной из гимназии, хотя и морщился всю дорогу от звуков и запахов общественного транспорта.

Весенний парк очень многолюден. Гуляющих целая толпа: пенсионеры, школьники и студенты, мамы с колясками. Собачников тоже хватает. Когда мне навстречу вышагивает деловитый карликовый пудель, а за ним спешит хозяйка – девушка примерно моих лет, – я решаю, что в будущем непременно заведу небольшую собаку. И буду с ней гулять, а еще – покупать ей игрушки.

Мы с мамой изучаем информацию об университетах, некоторые из них кажутся мне очень привлекательными, но я по-прежнему сомневаюсь, попаду ли на бюджетное отделение. Все-таки мест не так много. Уже начинаю думать, что, если не получится с высшим образованием, то пойду на среднее специальное, а высшее можно будет получить позже, заочно, когда уже начну работать.

– Так и думал, что найду тебя здесь!

Уф! От неожиданности замираю на месте. Смотрю на Артура, одетого в легкую ветровку и светлые джинсы.

– Ты пришел сюда, чтобы меня найти? – спрашиваю я.

– А что, ты мне не рада, гусеничка? Мы ведь можем погулять вместе. И на этот раз никакая Инесса сюда не заявится и нам не помешает.

– Знаешь, я давно хотела тебе сказать… – Набираю в грудь побольше воздуха и выпаливаю: – Я люблю Сонмина! Ты никогда не нравился мне как парень! И, пожалуйста, не надо больше пытаться меня добиться! Давай хотя бы конец учебного года проживем без всех этих сложностей и не отвлекаясь!

– Кого… кого ты любишь? – запинаясь, переспрашивает Маевский. Его лицо покрывается красными пятнами. – Повтори!

– Сонмина… – выдыхаю я.

– Он же уехал!

– Ну и что? – Пожимаю плечами. – Сам понимаешь, сердцу не прикажешь. И прошло слишком мало времени, чтобы о нем забыть…

– Но я появился раньше! – выкрикивает он хрипло. Хватается за грудь, как будто своими словами я причинила ему реальную физическую боль. – Со мной ты познакомилась раньше, чем с ним! Ведь помнишь же! И разве нас ничего не связывает?

– Неважно, кто с кем раньше познакомился, – качаю головой, глядя на него с сочувствием. Мне знакома эта боль, но я ничего не могу поделать. На чувства Артура Маевского мое сердце не откликается. – Это не так работает. Может, наша встреча и была первой, но его я узнала… ближе, чем тебя. По-настоящему. Так, что смогла ему доверять. И полюбить. И тебя когда-нибудь полюбят, я знаю.

– Тебе еще не поздно узнать меня поближе! – Артур делает шаг вперед и хватает меня за плечи. Проходящие мимо люди косятся на нас, но он ни на кого не обращает внимания.

– Прости… но нет. Ничего не выйдет. Я не могу.

– Хорошо… Как скажешь… – Маевский, криво усмехаясь, опускает руки. – Но ты должна кое-что знать. Смотри.

Он вытаскивает из кармана ветровки свой супермодный смартфон и начинает что-то на нем набирать. Спустя пару минут мой издает сигнал. Открываю сообщение в мессенджере и с недоумением смотрю на фотографию, которую прислал мне Артур.

На фото мы с ним стоим в обнимку. Я помню, как это было, но по изображению нельзя определить, что я плачу, а он меня утешает. Кажется, будто нас застукали в романтический момент.

– Не понимаю… – бормочу я. – Кто… Кто сделал фотографию?

– Твоя подружка, – хмыкает президент класса. – Кроева. И вообще, это ее была идея. В лесу она не нечаянно пропала, а намеренно. Чтобы нас с тобой свести.

Алена?..

– Что ты такое говоришь? Она не могла… Зачем ей это было нужно?

– А ты еще не догадываешься? Ким Сонмин! Он не тебе одной нравился.

Так значит Алена… Она все подстроила, чтобы на каникулах я сблизилась с Маевским? Или чтобы это так выглядело в глазах окружающих!

– Ты показывал ему это фото?! – со слезами на глазах кричу я. – Показывал Сонмину? И поэтому он…

Все детали головоломки встают на свои места. Теперь становится понятным его поведение. И нежелание со мной общаться.

– Что ты ему наговорил?..

– Мне жаль. – Артур отводит взгляд. – Все равно из этого ничего не вышло. Зря только ввязался в дурацкий план. Ким уехал, а ты на меня даже не смотришь.

Бессильно сжимаю ладонь в кулак и закусываю губу, чтобы не разрыдаться еще сильнее. Только не здесь и не сейчас. Не при нем.

– Может, купить тебе воды? Или кофе. На тебе просто лица нет…

– Уходи, – прошу я. – Просто уйди… и забудь дорогу в этот парк. Он в столице не единственный.

Глава 54

Стася Черемухина

Я думала, что конец учебного года будет для меня самым нервным и беспокойным временем. Но все оказывается не так. Я действую будто на автомате. Хожу на уроки и дополнительные занятия, занимаюсь на дому. Когда есть время, посещаю разговорный клуб… хотя без Сонмина это уже не то.

Сонмин… Теперь я знаю, почему он от меня отвернулся. Поверил Маевскому, когда увидел фотографию. Решил, что я и вправду втайне встречаюсь с Артуром. А потом уехал… и между нами пролегла пропасть.

Напряженная учеба помогает мне держать себя в руках. Друзей и подруг в гимназии у меня больше не осталось. Я ничего не сказала Алене – просто на следующий день после разговора с Маевским в парке села в столовой не за наш с ней, а за другой столик. Наверное, он ей сообщил, что рассказал мне про их заговор. Но мне это уже не интересно. Просто все равно. Я иду к своей цели, а гимназия скоро останется позади.

Параллельно продолжается работа над моей историей. Я все-таки ее дописала! Редактор помогла придумать псевдоним и написать аннотацию. Маме до сих пор не верится, что ее дочь-школьница стала автором книги, которая скоро будет издана на бумаге. Да и я сама с трудом привыкаю к этому факту. Кажется, что мне снится сон.

Key… Если бы он знал о моем успехе! Но едва ли узнает. Мой аккаунт на портале дневников удален полностью. Восстановить его нельзя, можно только завести новый, но я не хочу.

Приближаются экзамены. Все в гимназии нервничают: и учителя, и ученики выпускного класса. И вот настает этот день.

Мама обнимает меня и напутствует. Бледная Ирина Евгеньевна желает удачи. Ловлю направленный в мою сторону взгляд Артура Маевского и неловко киваю ему. Я больше не злюсь на него. Боль притупилась. Наверное, нам с Сонмином просто не судьба была быть вместе. Мы слишком разные и живем в разных мирах.

Перешагиваю порог кабинета. Дыхание перехватывает, словно перед прыжком в воду, в животе точно свернулся колючий клубок ежей. Надо успокоиться!

Все проходит точно в тумане. Сама не понимаю, справилась я или нет, но первый экзамен позади. Теперь можно выдохнуть и продолжать готовиться к следующему.

Снова иду в тот же парк. Там очень хорошо и на этот раз мало народу, как будто наступило затишье. Сажусь на лавочку, достаю смартфон и перелистываю фотографии. В той поездке на весенних каникулах я много снимала сосны и коттеджи, музеи и сельские улочки. Красивые все-таки там были места.

На одно фото случайно попал Ким Сонмин. Сердце замирает, когда смотрю на него. Он не заметил, что его фотографируют, взгляд темных глаз направлен не в камеру. Поглаживаю ладонью снимок и думаю, что нужно будет его распечатать. Просто на память.

Артур Маевский послушался меня и больше сюда не приходит. Оставил меня в покое. Неужели они с Аленой и в самом деле думали, что их план выгорит? Хотя… им ведь удалось вбить клин между мной и Сонмином. И почему только я не поговорила с ним на каникулах? Он все равно бы уехал, но мы прояснили бы это недоразумение. И сейчас я бы чувствовала себя по-другому.

Но в прошлое вернуться невозможно, и ничего нельзя исправить. Только двигаться дальше. Что я и делаю.

Три года спустя

– Тебя выбрали!

Моя подруга Милана бежит ко мне со всех ног, едва не снося по пути напуганных ее энергией первокурсников. Хватает меня за руки и начинает восторженно подпрыгивать. Ее скуластое лицо светится от радости.

– Да что происходит? – Теряюсь я.

– И ты еще спрашиваешь? Тебя выбрали! Ты едешь в Южную Корею!

Теперь мы прыгаем вместе. И очень шумим. Нас слышит, наверное, весь университет.

Немного успокоившись, Милана тащит меня в буфет, где мы покупаем кофе с ванильным сиропом и посыпанные кунжутом булочки.

– Невероятно, правда? – говорю я, сделав первый глоток.

– Что же тут невероятного? Ты ведь так этого хотела! И безумно старалась! Я даже не знаю, кто еще больше этого достоин, чем ты! – тараторит подруга, уминая булку. – А еще ты писательница!

– Не такая уж известная… – смущаюсь я.

– Не прибедняйся!

Мне и правда не верится. Я ведь уже давно мечтала побывать в Южной Корее. С тех самых пор, как…

Сердце томительно сжимается.

Милана не знает про Сонмина. Она думает, что я просто дорамщица. Я и в самом деле немало корейских сериалов посмотрела за прошедшее с окончания гимназии время.

Мне все же удалось получить высокие баллы на экзаменах и поступить на бюджетное отделение. Я решила стать лингвистом и изучать английский язык, а в дополнение к нему – корейский. О том, что есть шанс поехать учиться в один из университетов Сеула, узнала, когда оканчивала первый курс. Тогда мы уже подружились с Миланой. Она тоже учится на бюджете, только вместо корейского у нее итальянский, ну еще бы, с таким-то именем!

Моя первая книга имела успех у читателей, так что издательство даже выпустило дополнительный тираж в подарочном оформлении, а еще подписало со мной договор на второй роман. В нем я решила рассказать про подругу главной героини, которая тоже заслуживала того, чтобы ее историю узнали. Мама сменила работу и часто говорит, что очень мною гордится. И что папа тоже бы гордился. Я бы так хотела, чтобы он видел меня сейчас и разделил со мной мою радость…

Смаргиваю слезы, делаю еще один глоток успевшего остыть кофе и спрашиваю подругу, что ей привезти из Кореи.

– Красивого мальчика прихватишь? – отвечает она и смеется. – Нет! Ты лучше себе его найди. А то ни с кем ведь еще не встречалась… И как тебе только не стыдно?

– Почему мне должно быть стыдно? – удивляюсь я.

– Потому что ты многим нравишься, но сама ни на кого не обращаешь внимания! Тебе что, никто никогда не нравился? Не может такого быть!

Вздыхаю. Этот разговор происходит между нами не в первый раз. Но мне и правда после Сонмина никто не нравился. Он и Key – единственные, кто сумел затронуть мое сердце. Их обоих я потеряла, но это не значит, что мне нужно начать ходить на свидания с первым встречным.

Да и вообще – учеба гораздо интереснее свиданий! Я же еще книги пишу и подрабатываю в том самом разговорном клубе, в который когда-то ходила сама. Так что времени совсем ни на что не хватает!

Так я Милане и говорю, на что она только скептически морщит нос.

– Не хватает времени здесь – хватит в Сеуле! Вот помяни мое слово! Там ты точно кого-нибудь встретишь!

Глава 55

Стася Черемухина

Сеул… невероятен! Сначала я его не разглядела как следует. Слишком была вымотана после долгой дороги. Но потом, на следующий день, когда соседки по общежитию повели меня на прогулку… Вот тогда я и поняла, что этот город еще более волшебный, чем он представлялся мне по дорамам!

Да, я теперь живу в общежитии. Там много иностранных студентов. Некоторые из них говорят на корейском языке хорошо, некоторые похуже, но все знают английский, так что проблем с коммуникацией у нас нет. С местными мы пока особо не пересекаемся, но обещают студенческую вечеринку, на которой состоится знакомство. Очень ее ждем.

Сейчас идет дождь, и под его мерный шелест я пишу очередную главу своей новой книги. Это занятие нравится мне все больше. Когда только начинаешь, кажется, что финал очень далек. Это как огромная гора, которую предстоит покорить. Одолевают сомнения: а справлюсь ли я? Но затем двигаюсь вперед шаг за шагом, слово за словом, глава за главой. И наконец открывается второе дыхание, когда преодолеваешь все препятствия на пути и приближаешься к завершению. От этого становится даже немного грустно. Но впереди ждут новые истории, а уже написанную приходится отпустить – когда точка поставлена, для нее начинается новая, отдельная от автора жизнь.

– Стася! – Француженка Леа заглядывает в комнату. – Мы тут с ребятами курочку заказали. Нам ее так много привезли! Присоединишься? Или ты занята?

– Могу сделать перерыв, – улыбаюсь я.

Перед тем, как выйти из комнаты, проверяю сообщения. Милана пишет и требует отчета о том, со сколькими красивыми парнями я успела познакомиться. Ее даже разница во времени не останавливает.

Порадовать подругу мне пока нечем.

Курочка в панировке – моя любовь. Не все из корейской кухни пришлось мне по вкусу, но она однозначно попала в мой личный топ. Откусываю первый кусочек и блаженно зажмуриваюсь от восхитительного сочетания вкусов: острый и сладкий, насыщенный и пряный.

– Ты настоящая фанатка курочки! – смеется Леа.

– Я тут такого красавчика в библиотеке видела! – вздыхает ее соседка по комнате Эмма.

Ох! И они говорят про красавчиков! Ну просто никуда от них не спрятаться. Хотя как же может быть иначе? Это ведь Корея, а здесь внешняя красота буквально возведена в культ.

Я думаю про Сонмина. Возможно, он так и остался в родной стране, в которую вернулся, когда был старшеклассником. И есть вероятность, что мы с ним ходим под одним небом, дышим одним воздухом…

Небо здесь очень высокое, выше, чем у нас. Кажется, это как-то объясняется близостью к экватору, но я далека от географической науки. Мне просто нравится на него смотреть. В общежитии есть небольшая веранда на крыше – почти как в дорамах! В хорошую погоду мы сидим на ней и едим что-нибудь вкусное из доставки или из ближайшего круглосуточного магазинчика. Помимо курочки мне еще очень нравятся сэндвичи, а также кимпаб, их тут готовят с разными начинками. С тунцом и кимчи – мой любимый!

– Почему ты захотела сюда поехать? – спрашивает у меня Леа.

– Просто… нравится культура, язык… – объясняю я.

– Не верю! – Собеседница указывает на меня палочкой для еды. – У тебя есть какая-то тайна. И наверняка она связана с любовью. Мы, французы, в этом хорошо разбираемся. Может, расскажешь?

– Пока не могу, – говорю я, опустив взгляд.

– Ладно, дадим тебе время, – кивает она и меняет тему. – Мне точно придется сесть на диету! Вся эта еда слишком вкусная! Буду есть только рис, водоросли и свежие фрукты! Вот увидите, как я похудею!

Я улыбаюсь. В этой разнородной компании мне неожиданно уютно. Я уже не та замкнутая и нелюдимая девочка, которой была когда-то. Многое изменилось, стала другой и я сама. Видел бы меня сейчас Ким Сонмин…

«Где бы ты ни был, я тебя помню», – мысленно произношу я.

Дождь за окном заканчивается, и мы идем гулять. Правда, через какое-то время он начинается снова – здешняя погода непредсказуема. Хорошо, что зонтики продаются на каждом углу, а где-то их даже можно позаимствовать бесплатно и потом вернуть на место.

Ким Сонмин

– Оппа, поторопись, скоро дождь начнется! – наигранным тонким голоском повторяет Мунбель. Мне не очень нравится, когда она меня так называет, но я уже привык. Чхве Мунбель – дочь хорошего друга моего отца. Я отношусь к ней по-дружески, но она явно мечтает о большем. Что и демонстрирует на каждом шагу, в том числе и этим обращением.

Кроме того мы с ней учимся в одном университете, что создает дополнительные сложности.

– Может, тогда не пойдем? – спрашиваю я.

– Ты что? – Морщится Мунбель. – Я так давно хотела там поужинать! И вот только сейчас сумела забронировать столик!

– Хорошо-хорошо, – вздыхаю я.

Чхве Мунбель – поклонница всего европейского. Она увлеченно изучает новинки парижской моды и покупает сумки, которые привозят из Милана. Ресторан, в который мы с ней сегодня идем, тоже итальянский.

– Будем есть пасту! – Радуется Мунбель.

И она в самом деле заказывает большую порцию пасты с морепродуктами, а еще разнообразные закуски и красное вино. Поскольку мы совершеннолетние, проблем с законом не будет, но есть проблема с самой Мунбель. Я уже несколько раз видел ее нетрезвой и знаю, что она быстро теряет контроль над собой.

Надеюсь, от пары бокалов вина ничего не произойдет.

Я бы с гораздо большим удовольствием погулял сейчас по городу и перекусил бы какой-нибудь острой уличной едой, но Чхве Мунбель такое не любит. Да и ее остроносые туфли на высоких каблуках не предназначены для прогулок. Особенно по улицам, которые намочил дождь. А мне это нравится. После дождя нередко загрязненный сеульский воздух становится чистым и свежим.

Ресторан очень большой и современный. У него панорамные окна, и наш столик как раз возле одного из них. В ожидании, когда принесут заказанный мною десерт, смотрю на улицу и вдруг вижу проходящую мимо компанию молодежи. Парней и девушек. У всех них европейская внешность.

И среди этих молодых людей оказывается… Стася.

Она стала старше и поменяла прическу, но я бы ни с кем ее не перепутал. Или мне все же мерещится? Я ведь в Сеуле… И уже не первый раз мне кажется, будто я вижу ее в толпе. Но впервые девушка, проходящая мимо, так сильно похожа на нее, что я не могу найти почти никаких существенных отличий.

– Земля вызывает Сонмина-оппу! – окликает меня Мунбель. – Куда ты смотришь? Ты как будто привидение увидел!

– Так и есть, – глухо говорю я, переводя взгляд с окна на нее. Мунбель изумленно хлопает длинными ресницами. – Привидение.

Глава 56

Стася Черемухина

– Отлично выглядишь! – Леа подходит со спины, когда я стою перед зеркалом в ванной комнате, и одобрительно показывает большой палец. – И почему ты так редко делаешь макияж?

– Просто… привыкла, что он у меня только по особым случаям, – пожимаю плечами я.

Мы собираемся на вечеринку, на которой познакомимся с местными, корейскими студентами. Все девчонки с самого утра взбудоражены. Ближайший косметический магазин сегодня наверняка получил рекордную прибыль.

На мне короткое черное платье с длинными рукавами. Прическа у меня теперь другая, не та, что была в школе, и все говорят, что она идет мне куда больше. Правда, волосы все еще непослушные, да и веснушки на своих местах, куда они денутся.

– Ты тоже замечательно выглядишь! – совершенно искренне говорю я соседке. Леа блондинка, нежная и хрупкая. Она немного напоминает мне Алену Кроеву.

С Аленой мы так и не помирились. Даже после того, как все экзамены были сданы. Даже на выпускном вечере. Впрочем, его я покинула гораздо раньше одноклассников, не осталась даже на банкет. Все равно главного человека, которого мне хотелось бы увидеть, там не было.

– Идем. – Леа трогает меня за локоть. Киваю и выхожу из ванной.

Территория университета очень большая и живописная. Тут можно заблудиться, и первое время я действительно путалась, то и дело сворачивала куда-то не туда, приходилось спрашивать дорогу. Корейцы поначалу меня смущались, но, убедившись, что я неплохо говорю на их родном языке, охотно отвечали и подсказывали правильный путь.

Вечеринка проходит в корпусе, где мы еще не бывали. Оттуда уже слышится громкая музыка. Я даже узнаю песню – ее часто включают в маленькой уютной кофейне, куда я захожу за горячим и сладким латте из батата. Корейцы в большинстве своем – поклонники кофе со льдом, но я к нему пока не пристрастилась. А вот матча-латте, особенно бататовый, пришелся по вкусу.

– А вот и красивый парень! – шепчет за моей спиной Эмма. – Он точно не айдол? Ну просто картинка!

– Только уже занят, похоже, – разочарованно вздыхает Леа.

Смотрю в ту сторону, где находится объект их обсуждения, и забываю, как дышать. Потому что это… Ким Сонмин. Определенно! Я успела достаточно привыкнуть к корейским лицам, чтобы их различать, да и не перепутала бы его ни с кем другим. Так Сонмин… тоже здесь учится?..

А потом я вижу, что он не один. Рядом с ним девушка-кореянка. Стройная, изящная, как статуэтка. На ней красное платье, через плечо перекинута дорогая фирменная сумочка. Они с Сонмином очень хорошо смотрятся вместе.

– Красивая пара! – Вторит моим мыслям Леа. – Ну да, глупо было бы предполагать, что такой краш может быть одиноким. Поищем еще кого-нибудь?

Я хочу спрятаться и не успеваю. Мы подходим ближе. Ким Сонмин поднимает взгляд и тоже видит меня.

Он делает шаг вперед, даже открывает рот, чтобы что-то сказать, но его спутница виснет у него на руке и тянет куда-то за собой.

– Оппа, пойдем скорее! – требует она, называя его так, как в Корее девушки обращаются к старшим братьям, близким друзьям и… бойфрендам.

– Простите, мне очень срочно надо в уборную! – бросаю я, разворачиваюсь и торопливо иду прочь.

Понятия не имею, где в этом корпусе расположены туалеты. Нахожу тупиковый коридорчик и останавливаюсь в нем, чтобы отдышаться и привести мысли в порядок. Мысли упорядочиваться не хотят и бестолково скачут, как кролики, выпущенные на свободу из тесной клетки.

Я много раз представляла себе эту встречу. По-всякому. Примеряла ее на себя… на нас. И сейчас столкнулась с худшим вариантом. Увидела Сонмина с девушкой.

С его девушкой!

«А чего ты ожидала? – ехидно интересуется внутренний голос. – Что он все это время будет в одиночестве тосковать по тебе? Глупая же ты, Черемухина!»

Да. Очень глупо было бы рассчитывать на такой вариант. Наверное, Ким Сонмин про меня уже и думать забыл. А я тут выскочила, как чертик из табакерки. И тут же сбежала, чтобы не столкнуться с ним лицом к лицу.

А ведь мне так много нужно ему сказать! Но есть ли сейчас в этом какой-то смысл? Он ведь живет своей жизнью, учится в престижном университете, встречается с красоткой-соотечественницей, все у него сложилось хорошо, я надеюсь. Стоит ли напоминать ему о прошлом? О том, что могло бы быть, но не случилось из-за моей трусости?..

Смартфон начинает трезвонить. Это Леа. Они меня уже потеряли.

Прислоняюсь к прохладной стене и делаю глубокий прерывистый вдох. Ищу, но не нахожу в себе сил, чтобы все же пойти на эту вечеринку. Видеть Сонмина с другой. Знакомиться с новыми людьми, рассказывать им о себе, делать вид, будто все в полном порядке. Будто мое сердце не разрывается в клочья.

Открываю чат и малодушно вру девчонкам о том, что совсем плохо себя чувствую. Наверное, что-то съела, вы же и сами знаете, далеко не вся здешняя еда подходит нашим непривыкшим к такой остроте желудкам. Да, мне очень жаль, что придется пропустить мероприятие, но ведь не последнее же оно, правда? Желаю им хорошо повеселиться и торопливо, стараясь никому не попадаться на глаза, возвращаюсь в наше общежитие. Все ушли, в комнатах тихо и пусто – самое то, чтобы побыть наедине с собой.

Ложусь на кровать и закрываю глаза. Но за сомкнутыми веками перед внутренним взором появляется лицо Сонмина. Он немного изменился, стал старше… И еще красивее. В самом деле, ему бы в айдолы податься, выступать на сцене, сниматься в дорамах и рекламах, одной лишь легкой полуулыбкой покоряя сердца молоденьких и взрослых поклонниц. Уверена, что Ким Сонмин отлично бы с этим справился. Как и с учебой, которая ему давалась куда легче, чем мне.

Я ведь все это время надеялась, что мы когда-нибудь встретимся снова. Еще и поэтому взялась за изучение корейского языка. И вот… встретились. Но мне так больно. Больнее, чем было раньше, когда мы были в разлуке.

Я неправильная? Мне бы нужно за него порадоваться, пожелать ему счастья, пусть и с другой, а я жалею себя. Потому что сегодня у меня окончательно отобрали надежду. И мне придется это принять. Оставить прошлое в прошлом, несбывшееся и печальное.

Заставляю себя подняться с кровати, смыть макияж, над которым столько трудилась некоторое время назад, и переодеться в пижаму. Через некоторое время телефон пиликает, оповещая о пришедших в мессенджер сообщениях. Соседки по общежитию присылают мне фотографии с вечеринки. На одном фото вижу Сонмина, рядом с которым стоит его девушка. Ее голова с блестящими волосами, уложенными в идеальную прическу, касается его плеча. Он ее оппа. Ее парень.

А для меня теперь совсем чужой.

Глава 57

Ким Сонмин

Стася и в самом деле учится в моем университете! Она была среди иностранных студентов, которые недавно приехали в Сеул. Но на вечеринку-знакомство, куда меня притащила Мунбель, Стася так и не пришла. Хотя я чуть шею не свернул, когда пытался отыскать ее в толпе. Выходит, что она передумала идти на вечеринку из-за меня?..

Увидела меня и сбежала. Наверное, ей неловко снова со мной встречаться. Но ведь нам обязательно нужно поговорить!

На следующий же день я начинаю действовать. Выясняю расписание иностранцев на ближайшее время. Оказывается, что на днях они пойдут в поход в горы. Я довольно хорошо знаю те места, поэтому иду к руководителю и прошу записать меня в сопровождающие. Пусть считают это волонтерством, главное, чтобы разрешили пойти.

Мунбель к нам точно не присоединится, даже чтобы лишний раз побыть со мной. Она в такие места не ходит. Насколько мне известно, у нее даже кроссовок нет, хотя для горной страны, какой является Корея, это самый подходящий вид обуви.

Решено – я иду в поход вместе со Стасей и другими студентами из разных стран. Там она от меня никуда не убежит, как перед вечеринкой. И мы с ней поговорим.

Мне очень многое нужно ей сказать.

В ночь перед походом я почти не сплю. Думаю, что, возможно, стоило не усложнять все так, а просто разыскать ее в общежитии, где они все живут. Или почти все. Точно не знаю. Кажется, некоторые иностранные студенты снимают квартиры.

Сейчас я живу один. Отец снова в другой стране по работе. На этот раз я с ним не поехал, потому что поступил в университет. С матерью мы по-прежнему почти не общаемся. Она перебралась в Пусан и встретила там мужчину, адвоката по профессии. Кажется, они счастливы и планируют пожениться официально. Зато я с радостью навещаю мою хальмони, которая всегда угощает меня вкусными домашними блюдами, а когда я ухожу, дает с собой кучу контейнеров с кимчи и другими закусками.

Моя жизнь наладилась, но каждый день меня преследует ощущение, будто в ней чего-то не хватает. Кого-то. И я точно знаю, кого именно.

Мне до сих пор до конца не верится в то, что Стася тоже здесь. Приехала учиться в Сеул. Вряд ли, конечно, это из-за меня, но вдруг?..

Тогда почему она так поспешно убежала, когда меня увидела?

Размышляю над этим и засыпаю лишь под утро. Трезвонит будильник, пора собираться. Одеваюсь в удобный костюм, в котором обычно хожу в горы, беру с собой рюкзак. Сегодняшний маршрут не самый сложный и совершенно безопасный. Корейские пенсионеры преодолевают его примерно за пять-шесть часов, но иностранцам наверняка понадобится больше времени.

Я не единственный сопровождающий. Кроме меня еще идут смутно знакомый мне старшекурсник и один из преподавателей. Оба они хорошо знают английский язык.

Иностранные студенты уже в автобусе. Захожу туда последним. Это напоминает мне ту поездку на весенних каникулах, после которой все закончилось.

Стася сидит у окна и не замечает моего появления. Она читает книгу, даже не на планшете, а бумажную. Я с удивлением замечаю, что книга на корейском языке. Это новинка. Мунбель мне недавно подарила такую же.

Стася Черемухина

До чего же интересная книга! Вчера ходили с девчонками в самый известный книжный магазин Сеула, и я не удержалась, купила. Даже в поход ее с собой взяла. Читаю в автобусе. Еще и написана так легко, что мне даже почти не приходится лезть в словарь, чтобы уточнить значение непонятных слов.

– Да отвлекись ты от своей книжки! – настойчиво шепчет мне Леа, когда автобус уже отъезжает. – Посмотри, он здесь! Красавчик с вечеринки!

– Что? – Смотрю на нее и растерянно хлопаю глазами.

– Тот, который с девицей был. Но сейчас он без нее! Может, расстались?

Сердце подпрыгивает к горлу. Ким Сонмин тоже идет с нами в поход? Или она говорит про кого-то другого?

Обвожу взглядом автобус и натыкаюсь на его затылок. Да, практически все корейцы брюнеты, если не красят волосы, но я как-то сразу его узнаю. Эти слегка растрепанные волосы, наушники в ушах – все так знакомо.

Он оборачивается, словно почувствовав, что на него смотрят, и я понимаю, что не ошиблась. Это и вправду Сонмин! Но почему он здесь?..

Леа щебечет что-то еще, но я ничего не слышу. И читать не могу. Только тупо смотрю в окно на проносящиеся мимо сеульские улицы и думаю, как же мне теперь быть.

Приезжаем в нужное место, выходим из автобуса, разминаем ноги. Преподаватель проводит инструктаж на английском. Оглядываю величественную природу, жадно вдыхаю свежий воздух.

– Это Ли Донвон и Ким Сонмин, они будут вас сопровождать вместе со мной. Не беспокойтесь, все под контролем. Но на всякий случай у нас есть аптечка, а еще неподалеку дежурит служба спасения.

Начинаем подниматься по горной тропе. Кошусь на Сонмина, который идет впереди. Через некоторое время Леа начинает жаловаться на усталость, ее слова подхватывают остальные, и мы, выбрав подходящее место, останавливаемся на привал.

Перекусив, отхожу немного в сторону. Мне нужно перевести дух. Когда Ким Сонмин так близко, я будто теряю самообладание.

Пройдет ли это когда-нибудь?..

Любуюсь попавшимися на пути красивыми цветами, а после замечаю что-то интересное. Это невысокая пирамидка, сложенная из камней. Подхожу ближе и рассматриваю ее.

– Это символ исполнения надежд, – слышу я и, повернув голову, вижу приближающегося ко мне Сонмина. Он говорит по-русски! Не забыл за столько времени? – Что-то вроде молитв. Их может услышать Сансин, горный дух.

– Интересно, – говорю я.

– Ты можешь положить сверху свой камушек.

– И что тогда будет?

– Говорят, что это приносит удачу.

Что ж… удача мне определенно не помешает.

Мы тут одни, отстали от остальных, как в тот день, когда Алена завела меня в лес и оставила ждать Маевского. Если бы я только знала, что они нарочно это задумали! Тогда, вероятно, не стала бы откладывать разговор с Сонмином…

– Это неправда! – глядя в его глаза, выдыхаю я. Эти глаза темные, но для меня они всегда были наполнены светом. – Мы не встречались тайно с Артуром, он тебе соврал.

– Я знаю, – отвечает Ким Сонмин.

– Но… откуда? – недоумеваю я. Ему что, Алена рассказала? Может, у нее все же совесть проснулась?

– Из твоих писем.

– Писем?

Ничего не понимаю. Я не писала Сонмину письма. У меня и почты-то его не было. А телефон он отключил, потому что уехал в другую страну. Да и я сама позже сменила номер.

– Ты не догадываешься? – Улыбается кореец. – Key – это я. И я прочел все письма, которые ты мне отправила, когда вернулась с каникул. Жаль, что поздно. К тому времени ты уже удалила аккаунт.

– Но… про обман Маевского я узнала позже! – выпаливаю я. Так мой виртуальный друг по переписке и Ким Сонмин – один и тот же человек? Поэтому меня так сильно тянуло к ним обоим? То есть к нему… Мысли путаются, и я начинаю вспоминать все моменты, когда мне казалось, что я откуда-то знаю человека, который пишет мне письма.

«Ведь когда делишь что-то на двоих, это уже не так тяжело переносить, правда?»

«Это корейская манга, но в этой стране говорят манхва».

«Будешь моей тайной?»

Сонмин делает шаг вперед и оказывается так близко ко мне, что я чувствую его запах. Парфюм незнакомый, но очень волнующий. Меня окутывает этим запахом с ног до головы, и я забываю, что хотела сказать.

– Ты написала, что любишь меня, – произносит он тихо, почти шепотом. Очень интимно. По коже бегут мурашки, и виноват в этом точно не прохладный горный воздух.

– Д… да? Разве? Я не помню.

– Уверен, что помнишь. Меня, а не Артура. Ведь правда же?

– Я…

– У меня не получилось связаться с тобой. Ни по телефону, ни как-то еще. Но я собирался однажды приехать и найти тебя.

– Найти меня?

Да что я все повторяю, как попугай?!

– Но у тебя есть девушка!

Ким Сонмин оторопело моргает.

– Какая еще девушка?

– Та, с которой ты был на вечеринке.

– Чхве Мунбель?

Значит, вот как ее зовут. Красивое имя. Такое же яркое, как его обладательница.

– Она вовсе не моя девушка!

– Она зовет тебя оппой!

– Ну и что? Мы просто давно друг друга знаем. Мунбель – дочь друга моего отца.

– Правда? – Поднимаю лицо навстречу ему. Налетевший откуда-то ветер обдувает щеки. Сонмин касается теплой ладонью моего лица и стирает с моей щеки слезинку.

– Клянусь. Я люблю тебя, Стася. Так же, как тогда, когда мы учились в гимназии.

– Но почему ты молчал?!

– А ты почему?

Он прав. Мы оба наделали глупостей, так и не решившись сделать первый шаг навстречу. И упустили кучу времени.

Но впереди у нас – еще больше. Дней, ночей, недель, месяцев, лет. И мы не потеряем ни мгновения.

Ни за что.

Мы еще долго разговариваем, перебивая друг друга, перемежая русские, корейские и английские слова. Потом целуемся. Неловко признаться, но это мой первый поцелуй.

Много первых поцелуев. И они чудесные. Именно такие, как я и мечтала.

Этого стоило ждать. На это стоило надеяться. И верить.

Всегда.

Content

Марта Лу
Будь моей тайной

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57