Лия Росс

Ритмы романтики

© Росс Л., текст, 2024

© прыгучий апельсин, иллюстрации, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

Василиса

Где я? Яркий свет бьет мне прямо в глаза. Я ничего не вижу. Прикрываясь рукой, иду вперед и слышу, как все вокруг громко выкрикивают мое имя.

Я открываю глаза: передо мной огромный стадион, полный людей. Софиты направлены лишь на меня, в самую середину сцены. Вдруг начинает звучать до боли знакомая мелодия. Это же моя песня!

Во мне не было ни капли страха или волнения, все шло так, как должно было. Люди, поднимаясь со своих мест, поддерживали меня милыми плакатами. Как же приятно понимать, что моя музыка и правда кому-то нравится. Не зря я здесь стою!

Улыбаясь, беру микрофон в руки, крепко сжимаю его. И перед тем, как наконец запеть, все вокруг темнеет и появляется из ниоткуда неприятный звук.

Я резко просыпаюсь, уставившись на ненавистный будильник. Выключив его, проклинаю про себя весь этот мир. А ведь сон был настолько прекрасным, что стоило его хотя бы досмотреть.

Вздохнув, снова падаю на подушку и неотрывно смотрю в потолок, пытаясь проснуться после сладкого и долгого сна.

Мама нарекла меня Василисой, потому что во время беременности отец ей часто дарил васильки. Она посчитала это неким знаком перед тем, как я родилась.

Внешность соответствовала имени в то время: светлые волосы с золотистым отливом, настолько длинные, что с косами я почти никогда не расставалась на протяжении всей учебы. Так было удобнее. Голубые глаза, в которых всегда можно было увидеть мое недовольство к окружающему миру.

Я с самого начала была бунтаркой, имела свое личное мнение и не позволяла кому-то обидеть меня и словом. Со временем стала относиться ко всему проще и просто пропускала негативные комментарии в свою сторону мимо ушей.

Но однажды я изменила внешность. Заявилась на первое сентября с распущенными волосами и разноцветными прядями – у всех челюсти отпали. Еще вдобавок нацепила на себя подвеску с черепушкой и обвела губы черной помадой. Я думала, что у моего классного руководителя инфаркт случится. Она сразу же вызвала маму и объяснила ей, что мое поведение и внешний вид не соответствуют правилам школы.

Мама стояла и, краснея, извинялась, заверяла, что такого больше не повторится. Домой мы возвращались в тишине, но она и там не стала устраивать скандал и лишь молча положила передо мной средство для снятия макияжа и ватные диски.

Но мой новый образ был связан лишь со сменой вкуса в музыке. Рок и другие музыкальные жанры стали частью моей жизни, слушать их хотелось сутки напролет.

Всю комнату я увесила плакатами популярных групп, даже подрисовала на розовых обоях маркером черепа и кости, чтобы смотрелось не настолько убого. Мама, когда увидела, чуть в обморок не упала, начала возмущаться. Но я только хлопнула дверью перед ее носом и включила на полную громкость Nickelback[1].

На следующий день увидела на кровати черные обои и всякие инструменты, необходимые для поклейки. Обрадовавшись, расцеловала маму и за пару дней закончила мини-ремонт, переставив мебель в разные углы комнаты.

Но знаете, что самое обидное? После того, как я окончила девятый класс и собралась поступать в музыкальный колледж, наша семья потерпела крах.

Дело в том, что мама взяла большой кредит на открытие своего бизнеса, но, к великому сожалению, прогорела. А долг остался и довольно приличный. Я никогда не видела маму такой разбитой и подавленной. Денег на мою учебу не оказалось, а поступать на бюджет не вариант, все равно бы не приняли. Мои оценки оставляли желать лучшего: в девятом классе скатилась до троек, но проходной балл сдала и поступила в другое место.

Черт, время идет! Надо поскорее вставать, иначе опоздаю на пары. Через месяц уже начнутся экзамены и зачет, следует закрыть все свои долги, иначе не видать мне новой гитары как своих ушей.

Бодро поднялась с мягкой кровати, откинув одеяло, надела тапочки и отправилась в ванную комнату. В зеркале была не девушка, а чудо-юдо с волосами в разные стороны. Умылась холодной водой, чтобы окончательно проснуться, и причесалась. Ну вот, уже не так плохо.

Я теперь, конечно, не выгляжу как панк или гот, но черные вещи все еще присутствуют в моем гардеробе, а волосы так и крашу периодически, обновляя цвет кончиков. Чтобы сильно не шокировать маму и папу, выбираю не такие яркие цвета. Хотя, мне кажется, они давно уже привыкли к моим закидонам.

Похлопав себя по щекам, натянуто улыбнулась и отправилась делать себе быстрый завтрак.

На холодильнике обнаружила маленькую записку от мамы:

«Уже убежала на работу, буду вечером.

Обязательно поешь!

Мама»

Мама работает всю неделю напролет. С утра в поликлинике трудится медицинской сестрой, а в выходные дни ходит в большой офис, полы моет. Не самая приятная работа, но она говорит, это лучше, чем просто сидеть и ничего не делать. А так, деньги лишними, в нашем случае, не будут.

Что касается папы, то он у меня полицейский и, к сожалению, тоже постоянно отсутствует дома. Его зарплаты едва хватает, но благодаря моему небольшому заработку мы можем оплачивать кредит каждый месяц.

В самом холодильнике уже заботливо стояли нарезанные бутерброды с колбасой на небольшой тарелочке. Достала и погрела в микроволновке, чтобы не есть холодными. А пока грелось, налила себе ароматный кофе, который стараюсь пить не спеша, чтобы подольше им наслаждаться.

Микроволновка щелкнула, и я аккуратно достала горячую тарелку. Поставила на стол рядом с кружкой и добавила в кофе молоко.

Только я собралась откусить бутерброд, как пришло уведомление от Лили. Подруга, как обычно, неугомонная, уточняет, встала ли я. Правильно, проспать пары мне ничего не стоит, но расстраивать маму не хочется.

В.: «Минут через пятнадцать буду выходить, жди, как обычно, возле ворот!»

Отправила подруге смс и убрала телефон подальше, чтобы уже наконец насладиться долгожданным завтраком. С утра вечно голодная, будто и вовсе не ела никогда. Потому что чаще всего вечером на работе не успеваю даже перекусить. Только воду пью.

Телефон вновь пиликнул, и я просто нажала на кнопку блокировки, чтобы убедиться, что Лиля отправила мне утвердительный смайлик. Так и думала. Гордеева предсказуема, как всегда.

Взглянув на часы, решила ускориться: быстро поглотила остатки бутербродов, допила кофе, ловко составила посуду в раковину и протерла стол от крошек. Не люблю ссориться с мамой из-за пустяков. И так возвращается домой не в особо хорошем настроении.

Чтобы собраться в колледж, мне хватило буквально несколько минут, потому что, в отличие от Гордеевой, я не особо парюсь по поводу внешнего вида.

Как обычно: майка, клетчатая рубашка, накинутая сверху, и черные джинсы. А сейчас еще и тепло, так что надеваю свои любимые кеды. Волосы оставляю распущенными, наношу увлажняющий крем на лицо и бальзам для губ. Мне этого достаточно, чтобы выглядеть вполне сносно для студентки второго курса.

Подхватив рюкзак, который просто забит металлическими значками любимых рок-групп, последний раз смотрю на себя в зеркало и довольно улыбаюсь. Схватила с полки черную кепку и вышла из квартиры, заперев дверь на ключ.

До остановки идти минут десять, так что сразу вытаскиваю беспроводные наушники и включаю музыку. Я с ними почти никогда не расстаюсь. Музыка будоражит меня каждый раз, заставляет мурашки бежать по всему телу, закрывать глаза и представлять себя на стадионе, как в утреннем сне. Эх, мечты, мечты! Исполнятся ли они когда-нибудь? Зависит от меня самой.

К сожалению, в сутках лишь 24 часа, и я за это время ничего не успеваю. Учеба, подготовка к экзаменам, практика, вечерняя работа, а потом просто без сил плюхаюсь спать до самого утра. А еще ведь надо успевать делать домашнее задание, всякие презентации, схемы. Спасибо Лиле, что помогает с этим. Без нее я бы уж точно не справилась.

Вот и виднеется остановка. Она заполнена людьми, все едут на работу или учебу, как и я. Поднимаю голову и вижу цифровое табло с расписанием маршрутов. Ага. Мой автобус подойдет буквально через пару минут. Садиться на скамейку не рискнула, я так один раз пропустила автобус, и пришлось топать пешком, потому что следующий был только через двадцать минут, а этого достаточно, чтобы опоздать на первую пару.

Вот он и подъезжает. С остановки в него ломанулась не только я, но и еще с десяток людей. Меня стиснули внутри, придавив к окну и к какому-то парню, отчего стало неловко. Я и так не общаюсь с мужским полом, не то чтобы с ними обжиматься.

Поднимаю смущенный взгляд на рядом стоящего парня и понимаю, что угодила прямиком в его объятия. Чувствую, как мои щеки краснеют, поэтому пытаюсь как-то отодвинуться подальше, но места совсем нет. Решаю, что лучше уж прижаться к окну, чем к нему.

– Прошу прощения, что так получилось, – парень улыбнулся и помог мне, развернувшись лицом к окну, тем самым, давая немного личного пространства.

– Что? – я поставила песню на паузу.

– Говорю, простите, что зажал вас.

– Все хорошо, утро же, – пожимаю плечами, возвращаясь к прослушиванию музыки.

А пока мы едем, пару раз кидаю короткие взгляды в его сторону, отмечая для себя: а он привлекательный! Светлые короткие волосы, зеленоватые глаза. Но что бросилось первым, так это его татуировка на шее – крупный китайский дракон. Выглядит довольно устрашающе, но в то же время прекрасно. Сглотнув, резко опускаю глаза, когда понимаю, что уж больно долго пялюсь на парня, а это неприлично, еще и в автобусе. Вижу, как он что-то у меня спрашивает, и снимаю один наушник.

– Что слушаешь?

– Ну, как сказать… рок.

– Правда? Что за группа? – парень приободрился и широко улыбнулся. Ого, еще и улыбка такая шикарная. Так, Астахова, успокой свои гормоны.

– Disturbed[2], – неуверенно протягиваю ему свой наушник, и он с радостью его принимает, вставляя в ухо. Включаю трек заново, слегка убавив громкость, потому что привыкла слушать почти на полную.

– Можешь не убавлять. Мне нормально. – На миг он прикрыл глаза и закивал в такт музыки. Как приятно осознавать, что такое нравится не только мне.

Но вдруг замечаю, что мне уже выходить на следующей остановке и прошу парня пропустить меня к дверям. Он вернул мне наушник и мило улыбнулся.

– Надеюсь, когда-нибудь еще увидимся, – подмигнув, поменялся со мной местами. Я протянула руку к поручню и быстро покинула автобус, когда он остановился.

Посмотрела на часы и поняла, что пора поспешить. Пара начиналась через десять минут, а я еще даже не возле главных ворот. Зато рядом с ними я сразу заметила Гордееву. Она скромно держит свой белый шопер, осматриваясь, видимо меня ищет.

Подбежав к подруге сзади, решила ее напугать.

– Бу!

– Сейчас получишь! – Лилька нахмурила свои светлые брови и недовольно уставилась на меня, сложив руки на груди.

– Что такое?

– Ты снова чуть не опоздала.

– Так не опоздала же. Лучше пойдем внутрь, пока не встретили тут кое-кого.

Даже язык не поворачивается назвать его по фамилии, не то что по имени. Это тот человек, которого я хотела бы видеть в колледже меньше всего, потому он вечно портит жизнь другим.

– Не докапывается до нас, и ладно.

– Зато преуспевает в том, что слишком много болтает. И считает себя центром Земли.

Фыркнув, поправила рюкзак на плече и направилась в сторону входа. Не только мы одни заходили так поздно в колледж, с нами еще, наверное, человек тридцать. Сразу видно, что последние курсы. Потрепанные, уставшие, идут лениво и с неохотой.

Боюсь, в следующем году я буду выглядеть точно так же. Только одна Гордеева останется красавицей. Пусть мне и не нравятся все эти платья и юбки, еще и светлых оттенков, но на Лиле они смотрятся очень миленько.

Она сама по себе миниатюрная девчонка, ниже меня ростом, характером – божий одуванчик. Ее любят все: что учителя, что парни. Но я-то знаю, что ее сердце занято одним красавчиком, только вот я до сих пор с ним лично не знакома. Гордеева прячет его от меня, говорит, что пока будет держать все в секрете. Но сколько ждать не сказала.

Мы наконец зашли в колледж и поднялись на второй этаж. В коридоре шумно, пришлось пробираться сквозь толпу, чтобы попасть в кабинет философии. Нас ждет полтора часа нудных рассуждений преподавателя, но придется вникать в суть, иначе не видать мне четверки в зачетке.

– Не забудь, у тебя еще впереди алгебра и английский, иначе лишишься стипендии.

Да, Лиля права. Как бы мне ни хотелось учиться и просто радоваться тройкам, приходится прикладывать уйму усилий, чтобы добиться хотя бы четверки. Стипендия никогда не бывает лишней, особенно когда нужно помогать выплачивать долг мамы, да и вещи себе покупать, и ходить с Гордеевой в кино и кафе.

– Ты же мне поможешь, правда? – посмотрела на подругу жалостливыми глазами.

– Конечно помогу, куда я денусь, – вздохнув, она приобняла меня за плечи, и мы вместе с одногруппниками зашли в кабинет, удобно устроившись за первой партой.

Первые две пары длились будто целую вечность. Я успела за это время зевнуть раз двадцать, полежать на парте, но, чтобы не расслаблялась, периодически получала ручкой в ребро от подруги.

Кое-как записав конспект с учебника в тетрадь, с облегчением захлопнула ее и обрадовалась звонку. Теперь можно пойти перекусить и освежиться. Хихикая, Гордеева рванула быстрее меня в столовую. Она-то помнит: стоит поторопиться, иначе стоять нам в очереди еще добрых минут пятнадцать. Народу в колледже много, а голодные студенты – это монстры. И уж точно никто не пропустит тебя вперед, даже если у тебя одна кружка чая с сахаром.

Пока я лениво шагала вслед за ней, успела заметить толпу девчонок в холле. Неужели Его Высочество пожаловало к нам в колледж? Мне настолько все равно, что прохожу мимо и попадаю прямиком в столовую. А Лиля молодец, вторая по счету на кассе стоит с наполненным подносом.

Отыскав стол побольше, поставила на скамейку свой рюкзак, заняв место подруге, а сама села напротив. Столовая потихоньку превращалась в ад интроверта. Такое чувство, будто собрался почти весь колледж, чтобы отобедать.

– Держи! Взяла тебе котлетку и пюре, – Лиля радушно улыбнулась и кивнула на поднос, отодвинув мой рюкзак и сев. Пахло очень вкусно! Еще и морс прихватила.

Вдруг поднялся шум. Все направили свои взоры в сторону входной двери, в которых стоял не кто иной, как Гончаров.

Ну началось!

Я думала, он пройдет мимо столовой и ломанется в любимую группу, чтобы показать свое миловидное личико учителям и молоденьким студенткам. Гончаров считает себя чуть ли не богом. А я же считаю, что у него раздутое самомнение и выраженная мания величия. Просто парень пользуется тем, что его родители спонсируют наш колледж и вкладывают сюда немалые средства для совершенствования. Новый ремонт, новая мебель, современная техника.

Даже его родители, по сравнению с ним самим, – приятные люди. Пару раз приезжали лично посмотреть, как продвигается ремонт, что нового появилось и нравится ли это все студентам. Их внимание было приятно многим. Зато тогда весь день Гончаров ходил с нахмуренным лицом и громко вздыхал в сторонке.

– Ого, кого принесло в колледж, – с удивлением шепнула подруга, не отвлекаясь от еды.

Иногда мне кажется, что только мы с Лилькой не попались на его деньги, высокий рост, спортивное телосложение и смазливое личико. Да, он хорош собой! С этим поспорить трудно. Но характер желает лучшего. Не повезет его будущей девушке, которая захочет связать с ним свою жизнь. Хотя если ей нужны будут одни деньги – то, думаю, дурной характер не проблема.

– Его бы мне хотелось видеть меньше всего сейчас. Весь аппетит испортил.

Закатив глаза, отодвинула тарелку с едой в сторону и медленно отпила из стакана.

– Да ладно тебе. Сделай вид, что впритык не замечаешь его.

Я все еще помню, как он клеился к Лиле, когда мы только поступили. Старшекурсники тогда устроили нам посвящение, и среди них был Гончаров. Досталось всем не по-детски, возвращались домой измазанные и помятые, пусть и было весело. Зато парень успел чуть ли не всех девчонок облапать, а после концерта смело подошел к Гордеевой и предложил как-нибудь прогуляться. За что я люблю свою подругу, так это за то, что всегда может дать отпор, несмотря на свой мягкий характер. Она ему отказала, и все вокруг потом шептались. А вот Гончаров явно разозлился и еще долгое время ходил и косился на Лилю.

– Так он… Вот смотри, что творит.

Перед нами развернулась неприятная картина. Недалеко от нас сидел тихий и спокойный первокурсник, уткнувшись в книгу. Никому не мешал, однако, Гончарову стало скучно, и он решил докопаться до бедного студента, подойдя к нему вплотную.

– Разве здесь не столовая? Думал, книги только в библиотеке читают. Освободи-ка лучше нам место, – Гончаров нагло ухмыльнулся и, схватив рюкзак парня, отбросил его в сторону.

Что за наглость? Невозможно это терпеть. Я приподнялась со скамейки и уже хотела рвануть на защиту парня, как Гордеева схватила меня за запястье и потянула на себя.

– Ты чего творишь? Договорились же, что не будем вмешиваться. Он же потом жизни тебе не даст, – подруга беспокоилась и, нахмурившись, смотрела в сторону Гончарова. Ей самой не нравилось такое поведение, но идти против него никто особо не рисковал. Кроме меня.

Во мне кипела злость из-за несправедливости к другим. Чем мы хуже? Тем, что не родились с золотой ложкой во рту? Да пошел он.

– Отпусти. Я ему устрою, – выдернув руку из цепких лап подруги, засучила рукава рубашки и быстрым шагом добралась до парня. Резко остановила его руку, что тянулась к первокурснику.

Наши взгляды встретились. Мой был гневным, мне хотелось рвать и метать, сердце бешено стучало. А его – полным удивления и некоего интереса.

Глава 2

Никита

Мое утро не задалось с самого начала. Не успел я встать, как почти тут же выслушал много ласковых слов в свой адрес. Подняв тяжелую голову с подушки, увидел перед собой отца. Стоял нахмуренный и злой, сложив руки на груди. Сейчас начнется.

– Никита, ты совсем страх потерял? Я тебе что говорил про вечеринки? Устраивай их у кого-нибудь другого, а не в нашем доме! Ты видел, что вообще творится? Ты у меня точно дождешься, я лишу тебя всех привилегий, – он чуть слюной не брюзжал, склонившись надо мной.

– Можно не орать с самого утра? Я только проснулся. – Еле встав с кровати, потянулся и, почесав затылок, сонный отправился в ванную комнату, чтобы сполоснуться под холодным душем и привести себя в человеческий вид.

В зеркале увидел себя и чуть не испугался. На голове творился беспорядок, лицо бледное. А нижняя губа слегка припухла, сбоку виднелся небольшой синяк и засохшая кровь. Что вообще вчера было?

Вроде как мы собрались у меня дома для того, чтобы отпраздновать день рождения одногруппника. Они хотели снять какой-то дом за городом и спокойно отдохнуть, но я, как только услышал, что намечается вечеринка, решил взять все в свои руки.

– Может отпразднуем у меня? Куча свободного места на заднем дворе и огромные колонки имеются. – Все воскликнули от радости и согласились с моим предложением.

– Если, конечно, твои родаки не против!

– Они постоянно торчат на работе, так что все будет хорошо. Вечером всех жду у себя, – ухмыльнувшись, откинулся на спинку стула.

Конечно же, не обошлось без громкой музыки и литров крепкого алкоголя. Народу было немерено, так что пришлось с дома перейти на улицу, где мы устроили настоящую вечеринку с хлопушками и веселыми танцами. Соседи и полицию могли вызвать, но время было детское, так что мы имели полное право делать то, что хотели.

Я самостоятельно разливал всем коктейли и успевал флиртовать с красивыми дамами из нашего колледжа, ни одну не пропуская. Многих интересовала только моя смазливая внешность и папины деньги, которые я мог каждой понравившейся девушке запихнуть в трусы.

Одна попалась ко мне в сети. Высокая блондинка медленно вырисовывала своими тонкими пальцами линии по моим плечам и шептала мне на ухо похотливые словечки. Девушка явно напилась, но от ее прикосновений я быстро завелся. Медленно коснулся ее пухлых губ, не забегая вперед. Мне хотелось ее испробовать на вкус, слегка потомить ожиданием, прежде чем приступать к дальнейшим действиям.

Однако не успели мы даже подняться ко мне в спальню, как вдруг я получил по лицу кулаком. Оказалось, девушка была занята другим. Будет мне уроком: не стоит распускать руки, пока не узнаю, состоит ли та в отношениях.

– Твоя баба сама ко мне полезла, так что претензии к ней, – стирая кровь с губ, ухмыльнулся я и поднялся. Парень хотел мне еще добавить, как вдруг кто-то стал кричать во весь голос, что к нам подъезжает полицейская машина.

Все мгновенно разбежались кто куда, а я остался наедине с сотрудниками полиции, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Пока делал коктейли, успел несколько шотов залить в себя, наслаждаясь вечером и компанией.

Спросили о том, совершеннолетний ли я и вообще, почему у меня разбита губа. Но говорить о драке не стал, убедив их, что неудачно споткнулся и приземлился лицом на каменную дорожку во дворе. С каким же недоверием они смотрели на меня. Чуть позже приехали родители с работы и застали меня в таком виде, как и весь бардак, который остался после шумной вечеринки. А я потом вроде как сразу же завалился спать, забыв раздеться.

Выйдя из душа, я быстро надел чистые вещи, причесался и прошел мимо кухни, кинув что-то вроде: «Доброе утро, мама». Потом сел в машину и поехал в колледж. К сожалению, учебу никто не отменял, отец заставлял меня учиться и, если, не дай бог, пропущу хоть один день, не снести мне моей головы. Он так и трясется над своей репутацией.

В колледже меня ждали одногруппники, спрашивали, досталось ли мне от отца и что там с полицейскими. По пути в столовую объяснил им, что все разрешил сам и просто лег спать. Не стану же я говорить им, что мы с отцом вечно цапаемся и ненавидим друг друга всей душой.

Настроение было дерьмовое. Мне захотелось тоже его кому-то испортить, поэтому решил докопаться до бедного первокурсника, мирно сидящего за столом. Я уже предвкушал испуганное лицо и просьбы оставить его в покое, как вдруг на его защиту прибежала какая-то девчонка.

А это еще кто?

Впервые вижу ее в нашем колледже. Но она явно не первокурсница, не видел ее среди нового потока. Хотя я понимаю, почему раньше не замечал ее. Девушка одевается просто ужасно: сверху накинута клетчатая рубашка, больше похожая на мужскую – уж больно ей великовата. Хотя под рубашку надета майка, которая облегает все прелести.

Она схватила мою руку довольно сильно, пытаясь не дать мне добраться до этого ботаника. На полголовы ниже меня, с виду хрупкая, а на деле цепляется крепко. Ей удается сдержать мой порыв. Как только расслабляюсь, девушка отпускает руку и подходит ко мне вплотную. Таким образом она закрыла мне обзор на первокурсника, который вжался в скамейку, опасливо выглядывая из-за спины девушки.

– Слушай, Гончаров. Тебе не надоело донимать людей, которые слабее тебя?

Какой приятный голосок. Смотрит злобно из-под лба, но при этом, выглядит довольно мило.

– А тебя не учили не встревать, когда люди разговаривают?

– Это по-твоему разговор? Мне показалось, ты пытался вышвырнуть человека с места.

– Когда кажется, креститься надо.

– Не увиливай от темы. Ты совсем обнаглел. Возомнил себя богом, строишь из себя невесть кого. Думаешь, раз богатый, так все можно? – она нахмурилась, скрестив руки на груди, и подошла еще ближе, не сводя своего гневного взгляда.

– Как раз так и думаю. До тебя пока никто не жаловался.

Конечно, все знают, что я могу в один момент лишить человека стипендии или подстроить все так, что он вылетит из колледжа, не успев опомниться. Одно упоминание отца ставит всех в затруднительное положение, так как знают, какими связями он обладает. Только вот сам отец не знает, как я пользуюсь его именем.

Но либо эта девчонка глупая, либо уж больно смелая и дерзкая. Второй вариант подходит больше. Даже парни не рискуют перечить мне или влезать в спор, а тут…

– Знаешь, тебе стоит поумерить свой пыл и перестать цепляться ко всем. Лучше бы занялся своими оценками, – едко хмыкнула девчонка. Да что она вообще себе позволяет? Следит что ли за мной?

– А тут я уже разберусь как-нибудь сам.

Продолжать разговор бессмысленно, и я хотел уже было уйти поскорее и выкурить пару сигарет за колледжем. Не хотелось бы срываться на девчонке при других.

– Спорим, что ты даже месяц не продержишься без родительских денег?

Такой вопрос вогнал меня в тупик.

– Давай устроим пари. Если ты проживешь целый месяц, не попросив у родителей и копейки, и будешь сам зарабатывать на еду, дорогу, ну и на твои дорогостоящие сигареты, то тогда получишь уважение. А если же нет – то, боюсь, с уважением придется попрощаться.

Какая она дерзкая! Со мной еще никто так не разговаривал. Послать бы ее куда подальше, да и забыть. Но что-то в ней зацепило… Черт! Еще и предложила именно в тот момент, когда вокруг столько народа. Если откажусь, все меня за слабака посчитают и, перешептываясь, будут трусом называть…

– Так я и думала, – хмыкнув, она развернулась к первокурснику лицом, помогла ему встать и предложила сесть к ней за стол.

– Я согласен.

– Что? – лицо ее вытянулось от удивления.

– Но есть еще одно условие. Если я выиграю пари, то ты пойдешь со мной на свидание.

Мне кажется, челюсть у всех в столовой отпала. А это не менее сотни человек. Как теперь она выкрутится?

– Я… черт, – девушка прикусила нижнюю губу, и в моей голове появились не очень хорошие мысли. Мне надо было что-то ляпнуть в ответ. Не ей одной ставить здесь условия.

– Не согласна? Упс. И кто теперь отступать собрался? – довольно ухмыльнулся, наблюдая за тем, как она злится все больше – ситуация повернулась к ней обратной стороной.

– Хорошо. Но я буду пристально наблюдать за тобой, Гончаров. Одна просечка, и ты проиграл, – проговорила она это сквозь зубы, вновь приблизившись ко мне. И все-таки она милая, когда злится.

Я попросил всех расступиться и вылетел из столовой. Нужно было как-то успокоить свои нервы после такого. Через открытый запасной выход попал на улицу и спрятался за угол, чтобы камеры не запалили мое местонахождение. Только тогда я смог достать пачку из кармана.

Девчонка оказалась не промах. Давненько таких не видел, кроме той, что отшила меня прямо на глазах у всего колледжа. Думал от такого стыда буду отходить еще пару месяцев. Но, переключившись на пьянки и вечеринки, все дружно об этом позабыли.

Да. Я подлец и урод. Не даю жизни обычным людям, потому что не знаю, как еще справляться со своим гневом. Отец запрещает серьезно заниматься музыкой, еще и против моей воли устроил сюда учиться, чтобы я был у него на виду. Он только на публике весь такой хороший и дружелюбный, а дома – вечные споры и ругань. Его сын обязан быть примером для других. Вот пару лет назад, пока родители были в отъезде, набил себе татуировки, за что получил таких люлей, что остался без гитары на несколько недель. Пришлось уже с помощью парней ее вызволять из запертого шкафа в кабинете отца.

И за прокол брови тоже получил нехило. Только мама на это адекватно реагирует. Она занимается своим маленьким бизнесом, но даже при загруженном графике не забывает обо мне и иногда приходит по вечерам в комнату, чтобы заботливо обнять. Это напоминает мне детские времена, когда наша семья была одним целым.

Порой я жалею, что являюсь единственным ребенком в семье. Может, если бы был кто-то еще, то отец не так сильно ко мне придирался бы и разрешил заниматься тем, к чему у меня лежит душа.

Мечтаю в такие моменты свалить из дома, найти хоть какую-нибудь подработку и начать жить самостоятельно. Но когда ты привыкаешь в шикарной жизни, отказаться от нее куда труднее, чем кажется.

Музыка – моя давняя любовь. Рок мне полюбился еще в подростковом возрасте, когда удалось как-то побывать на концерте одной из групп. На самом деле, на него я пошел только из-за Феликса. Тот увлеченно следил за этой группой, перепевал их песни и обрадовался как ребенок, когда узнал, что они приезжают в наш город. Я не собирался идти с самого начала, но тетя Нина не хотела отпускать его одного, только в моей компании. Пришлось согласиться. Отстояв стойко огромную очередь, мы ломанулись занимать лучшие места, и, когда концерт начался, я почувствовал мурашки по коже. Я так вдохновился, что после одолжил у Феликса на неделю гитару.

Пора возвращаться внутрь. Большая перемена заканчивается, а значит, нужно идти на оставшиеся пары. Блин. Еще работу теперь искать. Может даже это и к лучшему.

Только как она собралась следить за мной? Не знаю, взыграло ли во мне что-то вроде ответственности за свои слова, что я почти сразу полез в карман за телефоном.

* * *

Пока шли пары, обшарил все группы и приложения с вакансиями в нашем городе. Что именно мне подошло бы, не знаю. Я не особо умею работать руками, да и не привык к этому. Что ж, для таких, как я, существует работа в общественном питании. Вот, кажется, нашел!

Вакансия бармена в вечернем ресторане «Лунный прибой».

Отлично! Придется таскать жестяные бочки с пивом, готовить коктейли и делать прочие заготовки. Это я могу! Не зря столько вечеринок устраивал. Только на них я еще и сам пил, а тут, придется держать себя в руках.

Когда последняя пара закончилась, я вышел из колледжа и направился к машине, параллельно позвонив в ресторан. Ответила молодая девушка администратор, представившись Ульяной. Поболтать бы с ней, но я старался говорить чисто по делу, сказал, что срочно требуется работа. Она тут же предложила приехать.

Завел машину и направился в ресторан, думая о том, смогу ли заправлять свою малышку этот месяц. Не хотелось бы перебираться на общественный транспорт.

Пришлось хорошенько поискать заведение, ведь оно находится не совсем возле главной дороги, а чуть подальше, ближе к пешим улицам. Остановился на парковке возле ресторана и осмотрел вывеску. Довольно яркая, наверняка в темное время хорошо привлекает внимание. Быстро изучил отзывы в приложении. Ресторан все хвалят за быстрое обслуживание, чистоту, вкусную европейскую кухню и даже за живую музыку.

Вылез из машины и, чуть помявшись, застыл возле главного входа. А надо ли оно мне вообще? Почему я должен что-то кому-то доказывать, особенно этой дерзкой девчонке. Но понимаю, что надо. Может, это знак вселенной поднять свою задницу и начать действовать?

Вот где я стараюсь проявлять серьезность, так это в музыке. С группой мы видимся нечасто, поэтому при каждом удобном случае Феликс выжимает из нас соки до последней капли, чтобы на предстоящем концерте выступить идеально. Если в нем просыпается не мой друг, а вокалист, можно смело готовить себе место под могилу.

Как только разберусь с работой, сразу созвонюсь с Феликсом и все расскажу. Для начала нужно побольше узнать о графике работы – репетиции никто не отменял! Хотя на них из всей группы я появляюсь реже всего.

Смотрю неуверенно на дверь и, медленно отворив ее, захожу внутрь. Как и думал, тут тоже довольно атмосферно и все под стать названию. Смотрится гармонично, большая танцевальная площадка, на стенах красуются различные картины в позолоченных рамках и яркие неоновые фразы, цепляющие взгляд. Посередине зала стоит огромная барная стойка, столики расположены крайне удобно, несколько маленьких для 2–4 человек и несколько столов в углу для большой компании. Также заметил сцену, красиво украшенную.

Вдруг передо мной появилась невысокая девушка в очках. Как я понял, это и была та самая Ульяна, с которой недавно разговаривал по телефону.

– Здравствуйте! Вы Никита, верно?

– Все верно. Так что у нас там по поводу условий и графика?

Она указала рукой пройти за столик и сама аккуратно присела напротив, открыв кожаную папку.

– Все довольно просто. Работа два через два, конечно же вечерние и ночные смены, нужна хорошая выдержка. Ваша мужская сила тоже пригодится – работа в баре явно не для женских ручек, хотя нам приходится как-то выкручиваться.

– Да, понимаю. Когда я могу приступить?

– Хоть сегодня. Наш бармен стал часто болеть и уже слезно просится уволиться, так как смены тяжелые, не вывозит. Его даже заменить некем было. Хорошо, что вы откликнулись, – девушка сдержанно улыбнулась, поправляя очки.

– Отлично. Я готов. Где можно переодеться?

– В нашей каморке для персонала. Там есть свободные шкафчики, занимайте любой, я чуть позже приклею на него ваше имя. Кстати, есть ли у вас опыт?

– Есть. Небольшой правда, но коктейли уж точно сумею приготовить, – улыбнувшись, осмотрел барное меню и понял, что здесь имеется достаточно большое количество неизвестных мне напитков и слегка задумался.

– Что ж, хорошо. Если возникнут трудности, обращайтесь ко мне. Также вам в помощь будет технологическая карта коктейлей и одна сотрудница, – с улыбкой на лице Ульяна вернулась к своим делам.

Я вежливо улыбнулся в ответ и пошел к барной стойке. Она овальной формы, столешница полностью сделана из мрамора и в свете неона сияет чистым глянцем. Места полно, хватит не только одному мне в ней бегать. Обещали девчонку на помощь, надеюсь, не менее прекрасную, чем Ульяна.

Осмотрев алкоголь, нашел папку с технологическими картами коктейлей. Пролистал все двадцать страниц и убедился, что материала для изучения много и было бы неплохо приступить к этому сейчас, пока ресторан еще не открылся.

Вдруг открылась входная дверь, и я с любопытством оглянулся через плечо, увидев на пороге ту девчонку, что выставила меня на посмешище. Она следит за мной что ли?

Глава 3

Василиса

Чертов Гончаров!

Удумал меня на свиданку сводить? Совсем страх потерял. А я еще, как дурочка, согласилась. Так правильно, сама же и начала все это, теперь придется отдуваться. Но я не думаю, что он столько выдержит без родительских денег. Как мне помнится, у него еще крутая тачка на парковке стоит, наверняка бензин не из дешевых. Устанет бедный мальчик ходить ножками и как миленький приползет к родителям на коленях.

Последнюю пару просидела в раздумьях, нещадно грызя колпачок ручки. Лиля отобрала у меня ее и указала головой на доску. Точно, нужно все записать. Когда пойдут зачеты, придется показывать все конспекты и записи с лекций за последние месяцы.

Обреченно выдохнув, уткнулась в тетрадку и быстренько начала все переписывать, иногда отвлекаясь на голос преподавательницы. Она обратилась к группе, спрашивая, все ли понятно. Одна из важных тем нашей специальности. Ненавижу менеджмент, но только в этот колледж приняли с моими плохими оценками, да и мама вроде как с кем-то из знакомых договорилась, чтобы рассмотрели мои документы вне очереди.

Прозвенел звонок, и я с радостью поднялась с места, складывая тетради и пенал в рюкзак.

– Ты сразу на работу? – Лилька остановила меня возле кабинета.

– Да. Сама знаешь – грим, прическа, наряд.

– Помню-помню. Ну что ж, хорошо. Обязательно позвони мне, как поедешь домой.

– Но это будет после двенадцати ночи.

Гордеева та еще соня и ложится спать довольно рано. Знаю, что в десять часов уже дрыхнет без задних ног. Если сегодня после подработки побежит к своему ненаглядному, то уж точно будет спать в полночь. Про него я знаю только то, что он сутки напролет проводит в автомастерской со своим отцом. Даже имени мне не сказала!

– Я потерплю. Сегодня мы с Антоном ночуем у меня, – Лиля мечтательно вздохнула и только потом ойкнула, прикрыв рот руками.

– Так Антон, значит. Когда ты нас познакомишь? Я надеюсь, это не очередной придурок, наподобие Гончарова.

– Нет-нет. Тоша у меня прекрасный, трудолюбивый и такой романтик.

Ну все, Гордеева расплылась в блаженной улыбке и растворилась в мыслях о своем парне. Я помахала рукой у нее перед глазами, чтобы вернуть в реальность.

– В общем, жду звонка. А то я переживаю за тебя, – Лиля чмокнула меня в щеку и убежала, хихикая.

Вздохнув, посмотрела на часы. Пойду прогуляюсь пешком до ресторана, как раз пройдет еще около часа и потом смогу спокойно закрыться в гримерке. Как обычно, надев наушники, включила музыку и спокойным шагом направилась в сторону заведения, который находился в нескольких кварталах от колледжа. Ехать на автобусе не было никакого желания, а на улице замечательная погода.

Вдруг мимо меня пронеслась машина Гончарова, отчего я, испугавшись, отскочила в сторону. Черт, стоило посмотреть сначала назад, прежде чем включать музыку. Так ведь недолго и под колеса угодить по своей же вине.

И тут же я задалась вопросом: а как я буду следить за ним? Ну, что он реально работает, а не халтурит или не занимает деньги у друзей. Об этом я как-то не подумала. Может, достать его номер через Гордееву? Ну уж нет, я с ним общаться напрямую не очень-то хочу.

И вновь корю себя за свой длинный язык и неумение вовремя остановиться. Пока шла через дворы, написала небольшое смс подруге:

В.: «Лиля, ты можешь достать номер Гончарова?»

Л.: «Могу конечно. Он у каждой второй девчонки есть».

В.: «Отлично! Как узнаешь, перешли мне!»

Л.: «А ты чего задумала на этот раз?»

В.: «Из-за этого гребанного пари».

Л.: «Держи! 8*********5»

В.: «Ты моя спасительница!»

Л.: «С тебя кофе, подруга! И поход в киношку!»

Разберусь с обещаниями позже, а сейчас нужно попытаться дозвониться до Гончарова. Только вот, что я ему скажу? Давай наденем на тебя браслет с маячком или чипом слежения? А такие вообще существуют? После такого бреда он сразу же сбросит. Даже не представляю, как следить. Не бегать же мне за ним по пятам как собачонка. Должен быть другой выход.

Набрав в легкие побольше воздуха и резко выдохнув, нажала на кнопку вызова. Гудки медленно тянулись, а ответа все не было. Может, он все еще за рулем? Наверняка не берет трубки от незнакомых номеров.

Ну вот что мне делать с этим Гончаровым? Свалился как снег на голову. Зачем он пришел в столовую и начал донимать того бедного парнишку? Не случись этого, мы бы не заключили пари. И моя жизнь продолжила бы идти своим чередом. Но, боюсь, у бога на меня свои планы.

Раньше страдала от того, что не могу как следует навалять ему и высказать все в лицо. Теперь, когда я это сделала, уже пожалела миллион раз, что вообще открыла рот и побежала спасать первокурсника. Надо было слушать Гордееву и не лезть на рожон.

Пока искала решение, уже дошла до ресторана. До открытия оставалось пару часов, так что следует поторопиться. Еще распеваться и приводить себя в порядок для выступления.

Вечерний ресторан «Лунный прибой» – один из самых популярных в нашем городе. Здесь играет живая музыка, подают кучу вкусной еды и есть огромное разнообразие алкоголя. Внутри очень атмосферно, в неоновом стиле, с живописными картинами луны и ночных пляжей. Наш директор лично занимался поисками художников, чтобы они дополнили своими превосходными картинами заведение.

Я тут работаю уже два года. Но начинала уж точно не певицей. Ища подработку, чтобы помочь маме, нашла объявление о том, что требуется официант, готовый работать в вечернее время. Мне было на тот момент шестнадцать, и по факту я никак не могла выходить в такой поздний час, но я уговорила Михалыча принять меня хотя бы на испытательный срок. Тогда он сам поймет, подхожу я или нет, несмотря на возраст.

А выполняла я свою работу очень даже хорошо. В первую неделю успела заработать столько чаевых, сколько никому не удавалось. Приходилось использовать свое природное обаяние, даже запомнила постоянных посетителей и мгновенно приносила им напитки и еду, за что также получала неплохую надбавку.

После испытательного Дмитрий Михайлович согласился, но только на три дня в неделю. Я обрадовалась, что вообще осталась при работе. Никому в колледже рассказывать об этом не стала, упомянув лишь то, что просто есть подработка. Лилька почти сразу прознала, от нее трудно что-то скрыть. Но она только поддержала мое рвение поскорее расплатиться с кредитом и даже пару раз заменяла меня, когда я болела. За это я ей до сих пор благодарна!

А вот как я добралась до сцены? Совершенно случайно.

В начальных классах я подпевала песням с радио, мама включала ради меня караоке. Она поняла, что у меня есть талант, и даже хотела отправить заниматься с преподавателем, но с деньгами было туго. Тогда решили, что обучать пению меня будет бабушка – раньше она работала учителем музыки. Приходила к ней я несколько раз в неделю. Даже занимала первые места на всяких местных конкурсах, пела на всех школьных мероприятиях. Бабушка и мама гордились мной. Но когда бабушка умерла, я бросила это дело.

Буквально полгода назад, в день годовщины ее смерти, я была на работе. Присела отдохнуть в каморке, чтобы перевести дух после беготни по залу, и резко вспомнила о бабушке. Не знаю почему, но мне захотелось спеть. Посвятить песню ей, за то, что она столько сделала для нас. Дмитрий Михайлович проходил мимо и все слышал. Так и предложил выступать, ведь в ресторане как раз не хватало живой музыки.

* * *

Толкнув плечом дверь, радостная зашла в ресторан и заприметила за столом Ульяну. Если она сегодня в прекрасном настроении, то трогать меня не будет. Надеюсь. А то достала со своей ревностью к Михалычу.

Я не виновата, что наш директор стал для меня хорошим другом. Мы много раз обсуждали мою семейную ситуацию, мечту петь на сцене. Он даже платит в два раза больше, только об этом никто не знает.

Дмитрий Михайлович – мужчина молодой, около тридцати. Как начальника его любят и уважают все, потому что он никогда не повышает на нас голос и всегда готов войти в положение, если что-то случилось или у кого-то не получается выйти на работу. И мне вон как помог – до конца жизни буду ему благодарна.

А Ульяна, точнее, Ульяна Владимировна, думает, что между нами роман. Упаси боже! Я его максимум за старшего брата принимаю, не более того. Да и он ко мне относится по-семейному. А вот наш администратор сохнет по нему уже целый год, как только пришла сюда работать. Вот и придирается ко мне по пустякам.

– Добрый вечер, Ульяна Владимировна! – натянуто улыбаюсь и прохожу мимо нее в каморку, замечая кого-то возле барной стойки. О, неужели так быстро нашли бармена? Это только радует.

Стоит мне повернуться к нему, чтобы поприветствовать, как вижу знакомую физиономию. Гончаров?!

– Ты что тут делаешь? Следишь за мной? – парень был в таком же недоумении, как и я сама.

– Еще чего! Мне кажется, все наоборот.

Ну почему он? Обязательно было выбирать именно этот ресторан? Как же он меня бесит. Не хватало еще для полного счастья видеть его лицо каждую смену.

– Вы знакомы? – Ульяна заинтересованно поправила очки и подошла к нам.

Ну вот. Надо было сделать вид, что не знаю его! Ну Гончаров… Теперь мы не дадим друг другу спокойно жить. Хотя в этом явно есть одно преимущество – я смогу лично убедиться в том, что он и правда работает.

Черт! Только сейчас поняла, что могу проиграть пари, и тогда придется идти с ним на свидание. А Гончаров не в моем вкусе.

Хотя он симпатичный. Каштановые волосы слегка кудрявые, длинная шея, широкие плечи. А эти татуировки на руках… кхм, смотрятся вполне гармонично с его дерзким образом богатого мальчика. Но вот характер… Боюсь, его даже могила не исправит. Вот был бы он милым со всеми, рассудительным и спокойным, без своих крутых машин, денег и вечных тусовок, то, может быть, я и рассматривала его как парня.

Стоп. Как парня? Серьезно? Астахова, очнись! С каких пор ты стала так думать о Гончарове? Ему никогда не стать идеальным, мы никогда не подружимся или чего похлеще. Только подойдет со своими пошлыми шуточками или начнет распускать руки – сразу в глаз получит.

– Ну так. Учимся вместе, – ответил угрюмо парень и вернулся к чтению, иногда поглядывая в мою сторону.

– О, это отлично. Сработаетесь. После выступления пойдешь за стойку, поможешь ему, научишь парочке рецептам, – хитро ухмыльнулась Ульяна и, не дожидаясь моего ответа, ушла в сторону кухни.

– Какого…

– Так это ты помогаешь за баром. Как они вообще тебя сюда пустили? – подал он голос. Я кинула на него гневный взгляд и сжала зубы, чтобы не выпалить какую-нибудь гадость.

– Советую как следует изучить карты, они тебе этим вечером ой как понадобятся, Гончаров.

– Гончаров, Гончаров… Ты что, моего имени не знаешь?

Парень подошел ко мне, когда я собиралась уже молчком уйти в свою гримерку. Нужно было готовиться к выступлению. Расстояние между нами сократилось слишком быстро – я даже сделала пару шагов назад, крепко держась за лямку рюкзака.

– Я знаю твое имя. Но у меня нет никакого желания его произносить, так как твоя фамилия говорит о многом.

– И какое же оно?

– Никита. Твоя личность слишком уж популярна в колледже, аж тошно.

– Впервые вижу девчонку, который я был бы настолько противен, – Гончаров попытался напустить на себя безразличный вид, но мне показалось, будто он расстроен. На него же постоянно вешается толпа девушек.

– Знаешь, это жизнь тебе дает знак, что Земля не крутится вокруг тебя одного. Если бы у меня был выбор между тобой и каким-нибудь ботаником, я однозначно выбрала бы второго, – закончив фразу, развернулась и ушла, захлопнув за собой дверь.

Сердце быстро стучало от волнения. Я так давно мечтала сказать ему что-то подобное, чтобы хоть как-то задеть за живое. Но не перегнула ли я палку? Надеюсь, он сделает правильные выводы. Тяжело вздохнув, села за гримерный столик и включила лампочки. Сегодня у нас по афише спокойная и нежная тематика, что-то более романтичное, чем обычно.

Каждое выступление – разная музыка, чтобы люди возвращались к нам снова и снова. Хотя после того, как я появилась на сцене, многие стали заходить и правда чаще, оставляя за вечер немалую сумму. Ко мне пару раз подходили пьяные мужчины попросить номер телефона, но у нас есть охрана, так что таких сразу выводят на улицу для безопасности и для предотвращения конфликта внутри заведения.

Михалыч позволяет мне самой выбирать наряд и макияж. Я его сразу предупредила, что не люблю, когда меня вгоняют в рамки. А он и согласился, давая вольную. Теперь у меня здесь висят около десятка платьев, юбок и брюк, раз в месяц директор выделяет деньги и я обновляю гардероб – чтобы наряды не повторялись слишком часто.

Я нашла косметичку, выудив оттуда все необходимое для макияжа. Даже блестки решила добавить, чтобы в этом неоновом свете смотреться еще лучше. Тональный крем, корректор, прочие штучки. Краситься меня научила Лиля буквально за пару дней. Ради этого завела себе тетрадку, чтобы записать все поэтапно и больше не допускать ошибок в нанесении косметики. Еще и чистить кожу после всего этого нужно правильно.

Посмотрела на себя в зеркало, пытаясь понять, хорошо получилось или не очень. Решила отправить фотографию Гордеевой – она все-таки в этом больше разбирается, проще спросить у нее и не ломать голову.

В.: «Ну как тебе? „фотография“»

Л.: «ВАУ! Мои уроки прошли не зря».

В.: «Тебе правда нравится?»

Л.: «Конечно! Оставляй так!»

Отлично. Пришла пора выбирать себе наряд. При таком количестве вещей сложно понять, что именно будет хорошо смотреться с макияжем. Нужно что-то менее яркое, но нежное, блестящее. Зря, что ли, столько блесток нанесла на веки. Меня теперь без напряга можно разглядеть и с другого конца зала.

Ага, кажется, нашла.

Синее облегающее платье, оно переливается на ярком свету и при неоне будет выглядеть еще лучше. Очень приятная на ощупь бархатная ткань.

Внизу стояла полочка с туфлями и кроссовками – под это платье так и просились высокие каблуки. Сегодня же у нас более спокойная музыка, без рока и прочего движа, так почему бы и нет.

Отыскала подходящие бархатные черные туфли на каблуке. Сразу же примерила весь образ и поняла, что стоит собрать волосы повыше. Нашла менее заметную резинку, затянула хвост как следует и немного распылила лака, чтобы убрать торчащие волоски.

Теперь смотрится чудесно. Добавила пару акцентов в виде аксессуаров и покрутилась вокруг себя. Мне даже самой нравится. Помню, как Лиле много раз говорила, что платья мне не идут, слишком подчеркивают фигуру, которую я старательно прячу за мешковатой одеждой. Но сейчас понимаю, что ошибалась.

Честно говоря, я не люблю привлекать к себе лишнее внимание. Ага, говорит человек, который на всю столовую высказал Гончарову все, что о нем думает. Я так старалась быть невидимкой, но пошла на поводу своих эмоций. Он настолько достал меня за эти два года, что уже не было сил терпеть.

Постоянно со стороны наблюдала, как он ходит с гордо поднятой головой, смеется над тупыми шутками своих друзей и строит козни против тех, кто морально слабее него. Это просто ужасно. Не знаю, он сам по себе таким вырос или, может, у него в семье не все так радужно, как кажется на первый взгляд, но парню явно необходимо чье-то внимание.

Я проторчала в гримерной еще какое-то время, настраиваясь на хороший вечер. Размяла шею, руки, ноги, приготовила себе сразу литровую бутылку воды, потому что программа будет идти без перерыва целый час.

Еще и Гончаров станет первым из колледжа, кто увидит меня на сцене. Гордеева не в счет, я даже спела пару ее любимых песен на день рождения. Та прыгала от радости, готовая расцеловать меня в обе щеки. Но я взяла с нее слово, что она никому не проболтается о моей работе. Такой вот маленький секретик!

Глава 4

Никита

Эта девчонка сводит меня с ума! Единственная, кому я вовсе неинтересен как парень. Еще и сравнила меня с ботаником. Надо же! На себя бы посмотрела, прежде чем судить. Та еще язва. Бледная как поганка, будто вообще не спит и не ест. Уж больно худая. Мне такие, знаете ли, тоже не особо нравятся.

Перевел дух и настроил себя на рабочий лад. Ульяна любезно показала мне шкафчик и выдала фирменный фартук ресторана с красивой эмблемой луны.

Стянув через голову худи, надел фартук на футболку и крепко завязал узел за спиной. Посмотрел в напольное зеркало и сделал вежливую улыбку. Вроде неплохо. Выключил звук на телефоне и отправил маме смс, что вернусь домой поздно, так что пусть меня не ждет. Закинул телефон в карман фартука и вернулся к барной стойке, чтобы проверить наличие чистых бокалов и стаканов.

* * *

В момент открытия людей за дверьми уже было немерено. Ульяна пыталась справиться с потоком в одиночку, но она уже привыкла к этому, так что ей хватило полчаса, чтобы рассадить всех гостей и весело подгонять официантов. Действительно ажиотаж. Но, боюсь, не только из-за того, что здесь вкусно готовят.

Возле сцены висела афиша о том, что сегодня будет живая музыка с участием Ли́сы. Кто это, я так и не понял. Вернулся к работе, а ее хватало. Люди сидели не только за столиками, но и заняли всю барную стойку. Я только и успевал приносить чистые стаканы с кухни, чтобы сделать напиток каждому, кто просил. Запарился конкретно, что аж вспотел. Вышел в туалет умыться холодной водой, чтобы хоть немного охладиться, и насухо вытер лицо полотенцем, прибежал к стойке. Девушки, сидящие напротив, начали кокетливо улыбаться и просить добавки, не забывая при этом светить своими широкими разрезами на кофточках и платьях. Эх, а я на работе, так что никак.

В ответ лишь улыбнулся и ушел в другую сторону, проверяя, не пришел ли кто еще. Как только на небольшую сцену поднялась Ульяна, все наконец утихли, она сообщила, что сейчас для гостей выступит девушка, покорившее не одно сердце своим голосом.

Из-за кулис вышла та, которую все ждали. Ого. Вот это штучка! Я аж присвистнул, завидев ее в вечернем платье и на каблуках. Подождите… Подошел чуть ближе и слегка прищурился, чтобы понять: это у меня галлюцинации или же на сцене и правда стоит та девчонка? Черт! Не показалось. Это действительно она!

Не подумал бы, что она поет, по ее внешнему виду вообще многое не скажешь. Особенно то, что у девушки на самом деле прекрасная фигура и стройные ножки. Сглотнул, пытаясь усмирить свои мечты. Интересно, ее видел еще кто-то из колледжа? Нужно обязательно выяснить сегодня ее имя. А то даже не знаю, с кем забился на пари. Да и вообще захотелось вдруг познакомиться с ней поближе. Только боюсь, она меня ни за что не подпустит к себе.

Попытка не пытка.

Стоило девушке запеть, как у меня вдруг перехватило дыхание. Не зря я тогда обмолвился, что у нее приятный голос. Хочется прикрыть от блаженства глаза и вечно ее слушать. Вот что значит внешность обманчива. Выглядит в этом платье просто очаровательно. Вся из себя недотрога, защитница слабых, да и на деле оказывается, очень талантливая. Может, и характер не настолько ужасен.

Гончаров, ты сам себя слышишь вообще? Втюрился, что ли? Девушки всегда влюблялись в меня первыми, и не приходилось за кем-то бегать. А теперь что? Тьфу на все это. Собрался с мыслями и вернулся в сторону тех девчонок. Они продолжали весело болтать, не обращая внимания на сцену.

– Молодой человек, не дадите свой номер? – ко мне обратилась блондинка, хлопая глазками.

– Не раздаю просто так.

– Ну что же вы. Неужели откажете красивой девушке?

Да, красивая, спору нет. Но во мне вдруг что-то колыхнулось, смешанные чувства. Однако почему бы и нет, раз она предлагает сама. Поглядывает на меня своими маленькими голубыми глазами, подмигивает и протягивает разблокированный телефон.

– Хорошо, – улыбнувшись, набрал свой номер и забил его как «Бармен Никита». Вернув телефон, собрал со стойки пустые стаканы и отправил на мойку.

После выступления девушка и правда присоединилась ко мне в баре, помогала с толпой людей. Она почти сразу же переоделась в форму. Мастерски делала коктейли, наливала по десять кружек чая и пива. Я даже следить за ней не успевал, не то что поговорить.

– Слушай, может, скажешь свое имя? Мое ты знаешь, а я твое – нет.

– Уверен, что тебе обязательно его нужно знать?

– Конечно. Мне потом тебя на свидание вести, – ухмыльнувшись, устроился рядом с девушкой. Она подняла на меня свои голубые глаза и недовольно вздохнула.

– Думаешь, что победишь? Мне кажется, тебя хватит ненадолго. Ты же не привык жить без денег.

Кольнула в самое сердце. Да, признаюсь, родители меня конкретно разбаловали, но деньгами отец просто пытался заменить свое внимание. Вот я и привык.

– А сама-то?

– В отличие от тебя, я прекрасно знаю, что такое жить без денег и есть пустую гречку, – в ее взгляде проскочила злость. Она взяла поднос со стаканами и понесла его на мойку, не оборачиваясь.

– Давай помогу, – я пытался выхватить у нее поднос, но она вцепилась в него настолько крепко, что еще чуть-чуть, и все бы разлетелось в стороны.

– Какая же ты упрямая.

– Вся в тебя, Гончаров. – Она зашла на кухню и составила посуду аккуратно в глубокую мойку и сразу забрала чистые с сушилки.

– Скажешь свое имя? Или буду так и называть тебя Лисой, как на плакате.

Она тут же обернулась. Опа, сработало.

– Только попробуй и ты труп, – процедила сквозь зубы девушка, нахмурив брови.

– Ну так что? – Я не готов отступать так просто.

– Да Василиса я! Достал уже, – со скоростью света она скрылась за дверьми, оставляя меня одного в полном удивлении.

Ну теперь понятно, почему она Лиса. Очень красивое имя.

Смена закончилась в четыре часа ночи. Позднее, чем все предполагали, но одна пьяная компания не особо-то собиралась домой, постоянно заказывала алкоголь и еду.

Ульяна безнадежно глядела в их сторону, потирая уставшие глаза.

– Может, мне как-то помочь их выпроводить?

– Только если ты сможешь это сделать без ругани.

Кивнув, снял фартук и положил его за стойку, поправляя футболку. Подошел к столику, за которым сидели пять бухих мужчин, и вежливо попросил покинуть заведение.

– Мальчик, лучше принеси нам еще пива. Мы же заплатим хорошо, с двойными чаевыми, – махнул мне рукой мужчина, слегка покачиваясь из стороны в сторону.

– Мы закрываемся. Начальство и так пошло вам на уступки, и вы здесь сидите лишний час. – Я понимал, что если он скажет мне что-то противоречивое в ответ, то я взорвусь. Кулаки сжимались, но я только спокойно улыбался, не показывая своего гнева.

– Нам все равно. Мы тут будем сидеть столько, сколько пожелаем.

Остальные тоже начали ворчать, говорить, что мы бездари и даже не можем дать людям отпраздновать день рождения на всю катушку.

– Тогда советую вам пойти в клуб неподалеку. Они как раз работают до утра.

Тот самый, в котором я однажды подрался с какими-то левыми чуваками в компании с Антоном. Они еще тогда накинулись на нас с ножом, хорошо, что кто-то вовремя вызвал полицию – Тохе досталось не по-детски.

– А не надо нам указывать, что делать.

Мое терпение потихоньку иссякало. Я плотно сжал губы, нервно проводя руками по волосам. Думаю, пора приступить к более радикальным мерам. Вдруг в зал вышла Василиса. Она что-то шепнула Ульяне и оставила рядом с ней рюкзак. Та сразу стала куда-то звонить.

– Молодые люди. Я вас очень прошу, покиньте наше заведение. Мы вызвали наряд полиции, и, если вы останетесь здесь еще хотя бы на пять минут, боюсь, проблем будет больше, – произнесла Василиса.

Компания напряглась. Мужчина, что до этого отвечал мне, скривил лицо и посмотрел на девушку, собираясь выпалить что-нибудь гадкое, но передумал и просто встал.

– Ни за что сюда больше не приду. Ужасное обслуживание. – С брезгливостью он кинул пачку денег на стол, и мужчины покинули заведение. Все вокруг вздохнули с облегчением.

– Спасибо тебе, Василиса, – от души поблагодарила ее Ульяна и даже была готова пойти к ней с объятиями, но вовремя остановилась и кашлянула, не зная куда девать свой взгляд. Она отдала Васе рюкзак и ушла в сторону кухни.

– А ты молодец.

– Не стоит благодарности. У нас такое часто бывает, – девушка направилась в сторону выхода, прощаясь со всеми.

– Ты закончила?

– Как видишь.

– Завтра придешь?

Она повернулась ко мне, вскинув бровь.

– Я работаю три раза на неделе. Иногда могу выйти на помощь бармену, но это если Михалыч позовет.

Что еще за Михалыч?

– Понял. Значит, увидимся в колледже, – хмыкнув, вернулся на свое рабочее место, чтобы убрать беспорядок после посетителей.

– Я думала, ты теперь ненавидишь меня всем своим черным сердцем, – Вася остановилась возле двери и обратилась ко мне.

– Черным? Как мило. Ну уж нет, раз я собрался идти с тобой на свидание, то нам нужно познакомиться поближе, Василек, – как только я это сказал, то понял, что зря. Девчонка чуть не швырнула в меня мусорное ведро, стоящее возле выхода.

– Гончаров! Держи язык за зубами. Если кто узнает… – она провела большим пальцем по горлу, не отрывая от меня взгляда. Ого, пошли угрозы. Рассказывать я и не собирался, но подразнить так и хочется.

Как только девушка покинула ресторан, я вздохнул. Может, стоило довезти Василису до дома? Наверняка, живет не близко. Хотя я не был уверен на все сто процентов.

Попрощавшись с персоналом, махнул рукой и вышел из ресторана. Девушки уже видно не было. Уехала на такси или, может, решила пойти пешком? Что ж, тогда самому нужно возвращаться домой. Надеюсь, я не застану отца, когда приеду, иначе выслушаю в свою сторону очередные ругательства и то, какой я некудышный сын.

Пора научиться закрывать на это глаза и пропускать все мимо ушей. Но как это сделать, если каждый раз его слова задевают меня за самое больное? А я устал твердить ему, что давно вырос, и пора перестать меня воспитывать. Его воспитание так ничего и не дало. Лишь только лишило меня главной мечты.

Сев в машину, завел ее и выехал на проезжую часть. Фонари освещали ночную дорогу. Она была совершенно пуста, на тротуарах прохожих тоже не было.

Вдруг я увидел какого-то высокого мужика, а рядом с ним девушка, и она пытается от него отбиться. Резко затормозив, вышел из машины и быстрым шагом направился в их сторону, сжимая кулаки. Не знаю, что мной двигало в этот момент, но я понимал: он получит за то, что пристает к девушкам. Как только подбежал, мой кулак сразу же прилетел ему в лицо. Он упал, и я продолжил. Каким бы я ни был ужасным, но в обиду девушек не дам.

Однако меня остановила чья-то рука, послышался громкий голос. Поворачиваю голову и вижу Василису.

Это была она? Вот черт.

Тут же взял ее за руку и отвел в машину, по ее же просьбе отвез домой. Меня все еще немного потряхивало, из-за этого чувствовалось легкое раздражение. Василиса пыталась со мной спокойно поговорить, но какого-то фига сорвался на ней, хотя даже и не думал обижать ее. Она выбежала из машины, хлопнув дверью, и скрылась в подъезде.

Ну ты и дурак, Гончаров! Стукнув ладонями по рулю, опустил голову на руки и тяжело вздохнул. Она и так перепугалась, а я тут я еще со своими нервами. Она же прекрасно знала, что у меня есть машина и я мог вполне отвезти ее домой.

Понимаю, что не прав, и чувствую себя полным идиотом. Теперь надо как-то расслабиться, а по возможности извинюсь перед ней. Решил набрать номер Феликса и поинтересоваться, чем он занят.

– Алло. Надеюсь, не разбудил?

– Ты же знаешь, что нет. Работаю над песней, а что? – послышался сонный голос друга. Он сутки напролет сидит в своей комнатушке, заперся наверняка от Тохи и тухнет теперь там, пока не допишет.

– Хочу приехать, можно?

– Еще спрашиваешь, что это с тобой? Ты всегда заявляешься без предупреждения, Кит.

Блин, ненавижу, когда он так меня называет.

Мое имя сокращают только два человека: мама и Феликс. С ним мы знакомы с самого детства, ходили в один детский сад, жили в соседних домах, и наши родители дружили тоже довольно давно. Вот и мы сдружились настолько крепко, что даже сошлись в музыкальном вкусе.

В подростковом возрасте мы про свою группу даже и не думали, а друг так и вообще не предполагал, что будет петь, для него это было просто баловством. Хотя я-то помню, как он пел песни «Ласкового Мая» в нашем дворе, а довольные бабульки сидели на скамейках и восхищенно слушали. А потом все закрутилось, завертелось и вылилось в нашу собственную рок-группу с участием меня, Феликса и двух наших знакомых.

Теперь же друг успевает работать в клубе диджеем и чудесным образом посвящает время написанию собственных песен, нашим репетициям и выступлениям в барах или на каких-нибудь фестивалях.

– Просто… мне нужно с кем-то поговорить, а еще лучше, сыграть на своей малышке.

– Ты ее спрятал куда-нибудь?

– Она в надежном месте, рядом со мной, – я обернулся. На заднем сиденье в самом углу в свете уличных фонарей можно было разглядеть черный чехол, в котором и лежала гитара.

– Понял. Приезжай, сообразим что-нибудь на двоих, – послышался смешок, и друг отключился.

Я поднял голову в сторону дома и хотел было разглядеть окна Василисы, но понял, что не знаю даже квартиры. Да и вообще ничего о ней не знаю, кроме имени и чем она на самом деле занимается втайне ото всех.

Не припомню ее даже. Мне казалось, я знаю всех новеньких в колледже, однако ошибался. Еще и с ее острыми ответочками в мою сторону – себе такое только Исаев позволяет, если его очень сильно разозлить.

Ребята из нашей рок-группы прекрасно осведомлены о том, что вообще творится у меня на душе. Кроме них, мне больше некому высказаться. Маму стараюсь лишний раз не нагружать своими проблемами, она и без меня знает, что с отцом у нас непростые отношения, и неизвестно сколько это будет длиться.

Я устал быть покорным сыном, устал делать то, что хочется ему, и лишать себя любимых увлечений. А что говорить про репутацию отца, так он и без моего участия ее построил на совершенном уровне, меня почти нигде и не упоминает от греха подальше. Либо отец всем платит хорошие деньги, чтобы держали язык за зубами. Это он любит делать.

Завел машину и выехал в уже известном направлении, куда я бы мог доехать и с закрытыми глазами.

Пустая улочка, невысокий пятиэтажный панельный дом, рядом с которым стояла большая детская площадка, а возле подъезда путь мне освещал уличный фонарь, который вот-вот перегорит. Оставив машину на парковочном месте, прихватил с собой чехол и направился на второй этаж, негромко постучался в дверь. Рядом живет молодая семья, а на дворе ночь, не хочется проблем себе и друзьям.

Безо всяких вопросов мне отворил дверь потрепанный Феликс, потирая от усталости глаза.

– Ты чего такой убитый?

– Не поверишь, но работал.

– Да ну? Заходи давай, – друг пропустил меня в квартиру.

У друга постоянно ночная жизнь – работа, написание песен. Он сам-то почти никогда не отдыхает, поэтому неудивительно, что всегда бледный как смерть.

Зевая, он пропустил меня сразу в свою любимую комнату, которую он называет рабочей – тут все обустроил по своему вкусу, стены обиты звукоизоляцией. Разная аппаратура, дорогой микрофон для записи, неподалеку стояла гитара и еще валялась куча проводов, раскиданные бумажки и пара сломанных карандашей. М-да, пора привыкнуть к этой картине. Радует одно: он никогда не пьет, поэтому спиться ему точно не грозит в таком постоянном стрессе.

Знаю, что Феликс пишет просто очумелые песни, и когда-нибудь нам повезет прорваться на большую сцену или даже работать с другими музыкальными коллективами на разогреве. Исаев только об этом и грезит последние два года.

Глава 5

Василиса

Впервые за эти полгода волновалась перед выходом на сцену. Пока я пыталась привести мысли с порядок и унять легкую дрожь в теле, услышала, как включили мелодичные песни.

Так, Астахова, ты сможешь! Не первый раз! И плюнь ты на этого Гончарова. Сделай вид, что его там вообще нет. Обычный рабочий день, люди, как всегда, готовы слушать тебя весь вечер.

Набрала полные легкие воздуха и медленно выдохнула через рот, повторяя это про себя несколько раз. Удалось хотя бы прояснить голову и немного успокоиться. Взяв бутылку с водой, вышла из гримерки и, пройдя через узкий коридор, свернула за кулисы. Дружелюбно поздоровалась с нашим звуковиком и сообщила, что можно потихоньку начинать программу.

Вышла на сцену и осторожно присела на высокий деревянный стул поближе к своему родному микрофону.

– Приветствую всех в «Лунном прибое»! Сегодня наша программа будет наполнена прекрасными песнями о любви. Все для вас!

Зал заполнился радостными свистами и приветственными аплодисментами. Как же приятно! Зазвучала медленная и красивая мелодия, я прикрыла глаза. Покачиваясь из стороны в сторону, начала медленно петь. Я будто оказалась в другом мире, наполненном грустью и нерешительностью. Песня была о девушке, которая пытается выбраться из неудавшихся отношений. А сама любовь – настолько глубокое чувство, что приносит не только счастье, но и страдание.

Меня так зацепил смысл песни, что я хотела передать людям эмоции, которые испытываю. Приоткрыла глаза и посмотрела на каждого присутствующего, даже поймала заинтересованный взгляд Гончарова. Мы смотрели друг на друга еще несколько секунд, но я вовремя отвела глаза в сторону, почувствовав неловкость. Мне показалось, что парень расслабился и наслаждается песней, отвлекшись от работы. Надеюсь, мне потом не придется слушать его тупые шуточки в свою сторону.

Песня заканчивалась, и я заметила, что гости прониклись атмосферой, кто-то даже слезинку проронил. Как же это прекрасно! Чуть сама не заплакала, поэтому натянула радостную улыбку.

– Спасибо вам большое! А сейчас следующая песня…

* * *

Смена закончилась поздно. С Гончаровым работать довольно напряженно. Мы каждый раз сталкивались за барной стойкой, он задевал меня своими руками, боком, или же наши взгляды случайно одновременно поднимались. Я только смущенно отводила глаза, стараясь отвлечься на народ.

А еще теперь он знает мое имя и чем я занимаюсь. Что-то слишком много для человека, который до этого был в моем списке ненависти на первом месте. Даже пытается дружелюбно со мной поболтать. Но я точно не поведусь на его штучки. Недостаточно только красивой внешности и лестных комментариев в мою сторону, чтобы я расплылась перед ним лужицей.

Шла по темной улице и думала об этом. Прикусив губу от мыслей, остановилась возле пустой автобусной остановки и достала телефон, чтобы вызвать такси. Черт, батарейка не вовремя села. Не успела даже предупредить Лилю и маму. Что теперь делать?

Потопталась немного на месте и решила отправиться домой пешком, пока по дороге не поймаю такси. Стоять здесь не самый лучший вариант, потому что сам по себе район так себе, особенно ночью. Рядом клубы, пивнушки, полно пьяных людей. Всякое может произойти, поэтому я поправила рубашку, покрепче взялась за лямки рюкзака и направилась в сторону дома.

Шла по пустым улицам и иногда оглядывалась назад, чтобы убедиться в том, что никто не идет за мной. Сжав кулаки, спрятала их в рукава. И к удару готовилась, и холодно было. Кто же знал, что придется топать пешком, взяла бы хоть с собой теплое худи.

Вдруг неподалеку послышался какой-то шум и ругань. Стало не по себе, прибавила шаг. Пока шла от автобусной остановки, ни одной машины так и не проехало. Продолжаю оглядываться по сторонам, пока не натыкаюсь у панельного дома на какого-то мужчину.

Он оперся спиной о стену и медленно покуривал сигарету, закинув голову. Решила не привлекать к себе внимание и хотела пройти мимо, уткнувшись взглядом в асфальт.

– Эй, девчонка, ты чего тут одна ходишь?

Отвечать желания не было никакого, и я уже хотела перейти на бег, но мужчина догнал меня слишком быстро и схватил за плечо, настырно останавливая.

– Что вам нужно? Я сейчас в полицию позвоню.

Ага, конечно, телепатически позвоню. Телефон же выключился!

– Воу, какая бойкая. Может, составишь мне компанию? Посидим, выпьем. – От мужчины так и несло алкоголем, отчего мне стало совсем худо. Не выношу подобный противный запах.

– Если вы сейчас же не отойдете, я…

– Кричать будешь? А смысл? Тут никого нет, улицы пустые, – мужчина крепко схватил меня за рубашку и стал тянуть на себя, гадко посмеиваясь. У меня не оставалось другого выхода, кроме как прописать ему с колена. Но, вот черт, как только я замахнулась, он поймал мою ногу, и я чуть не упала.

– Ну-ну, кто же так делает?

Выбраться нет никакой возможности, силы иссякли, сколько бы я его ни пыталась ударить. От безысходности на глазах наворачиваются слезы.

Слышу сбоку визг шин и громкий хлопок двери. А потом мужчина полетел в сторону. С ужасом взглянула вслед ему и увидела рядом разозленного Гончарова. Его кулаки сжаты с такой силой, что были готовы разбить целую бетонную стену. И косточки покраснели от удара.

– Не учили обращаться с дамами вежливо, урод? – он весь всполошился и собирался пойти добивать его, но я схватила его за руку.

– Никита, стой, не надо. Он того не стоит. Поехали отсюда, – но парень будто не видел меня, в его глазах бурлила злость.

– Отвези меня домой, пожалуйста. – Гончаров наконец повернулся и, осмотрев меня с ног до головы, немного успокоился. Грубо подхватил за локоть и усадил в машину, заставив пристегнуться.

Ехали мы в полной тишине. Я изредка кидала на парня короткие взгляды, но не решалась начать разговор. Мое сердце все еще бешено стучало, от страха кровь закипала. Парень приоткрыл окно, чтобы не дать мне надышаться противным дымом. Его рука потянулась к радио, и он негромко включил первую попавшуюся станцию, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

– Ты меня случайно увидел?

– Я еще не очень хорошо знаю тот район, объехал пару домов, чтобы выехать на нужную дорогу, и потом вижу, что какой-то мужик пристает к девушке. Не предполагал, что это будешь ты, – он нервно облизнул нижнюю губу и остановился возле моего дома, поставив машину на ручник.

– Спасибо, что подвез. Боюсь, я бы вообще не дошла до дома.

– В следующий раз не гуляй одна по темным переулкам, – он вздохнул, заглянув в свой телефон.

– Я не специально, просто телефон разрядился.

– На зарядку, значит, раньше надо было ставить, – съязвил парень и осуждающе посмотрел мне в глаза.

– Ну ты… Да пошел ты, Гончаров! – я вышла из машины и, с силой захлопнув дверь, побежала в подъезд.

Какой же он все-таки. Сделал хорошее, но отчитал, как маленькую девчонку. Психанув, шумно зашла домой, стянула кеды и прошла на кухню. Мама сидела за столом, пила чай и читала какую-то книжку.

– Мам? Ты почему не спишь?

– Да так, не спится чего-то. Тебя ждала, – она подозвала меня к себе и нежно поцеловала в макушку.

– Да я умоюсь и спать. Был тяжелый день, надо поспать, а то утром на учебу.

– Хорошо.

Я ушла в ванную, сняла одежду, закинула ее в стирку и смыла косметику, чувствуя себя немного лучше. Вытираясь полотенцем, взглянула на себя в зеркало, упираясь ладонями в раковину. После сегодняшнего случая страшно вообще находиться одной на улице. Мне был дан урок, чтобы не забывать следить за телефоном и вовремя его заряжать. Хорошо, что Гончаров проезжал мимо. Боюсь, если бы не он, домой я могла сегодня вообще не вернуться, и от этого становилось очень жутко.

Решаю перед сном все-таки позвонить Гордеевой, но я не уверена, что она дождалась меня. Однако подруга поднимает быстро трубку и говорит вполне бодро.

– О, Вася, ты дома? Я уже начала волноваться.

– Да, недавно пришла. Поставила телефон на зарядку: сел, зараза, пока работала, – плюхаюсь на кровать звездочкой, прикрыв глаза.

– А как же ты доехала?

– На парах расскажу. Все, могу идти спать?

– Ложись. Увидимся утром. Чмоки, – девушка отключилась, а я благополучно уснула так, как и легла, даже не убрав телефон из-под уха.

* * *

Мне кое-как удалось подняться в семь утра. Я наспех умылась, немного привела себя в порядок и, выпив кружку кофе, выбежала из квартиры. Слава богу, автобус в этот раз не пропустила. Людей меньше, чем вчера, но того парня я так и не увидела, значит, наша встреча была чистой случайностью. Очень жаль.

А Гончаров козлина. Я вроде и благодарна ему, а вроде и прибить хочется. Нам работать вместе еще целый месяц, придется видеть его не только в колледже, но и в ресторане. Терпи, Василиса, терпи! Месяц пролетит незаметно, и он исчезнет, как ни в чем не бывало. Наверняка уже ходит по колледжу и треплется с каждым о том, как он совестно выполняет условие пари и теперь ни от кого не зависит. Как бы не проболтался о моем секрете, иначе ему не жить.

Сглотнув ком в горле, зашла в колледж, но вокруг все тихо и спокойно, никто не смотрит на меня косым взглядом.

– Что случилось?

– Из-за Гончарова одни сплошные проблемы, – пробурчала в парту, не поднимая головы. Захотелось убежать в лес и хорошенько проораться. Вся моя жизнь пошла наперекосяк из-за одного человека, но в том, что меня заметили, виновата сама. Теперь и получаю удары судьбы со всех возможных сторон.

– Так. Тебе нужно как можно скорее расслабиться. Может, составишь мне компанию на концерте рок-музыки?

Услышав о роке, тут же подняла голову и уставилась на подругу сверкающими глазами. А Гордеева знает, как взбодрить меня. Даже плохое настроение улетучилось.

– А почему я раньше не слышала о концерте?

– Афиша появилась пару дней назад. Но просто ты у нас человек вечно занятой, подумала, вдруг ты не пойдешь со мной, если позову.

– Ни слова больше! Я иду! Когда и где?

Достала телефон и записала информацию о мероприятии в заметки. Концерт будет в воскресенье, в одном небольшом ночном баре, где частенько выступают приезжие группы. Он неподалеку, так что добраться можно пешком, не надо тратиться на такси или автобус. Заодно прогуляюсь, нынче погода замечательная и очень теплая, солнышко светит почти каждый день.

– Вот на тебя посмотришь и не скажешь, что любишь рок, – хихикнув, ткнула подругу локтем.

Лиля больше похожа на куколку со своими длинными светлыми кудрями и милым стилем одежды. Но, как говорится, не суди книгу по обложке.

– На тебя тоже посмотришь и не скажешь, что вечерами переодеваешься в красивое платье и классно поешь на сцене, – шепнула мне на ухо подруга. – Кстати, можно я пока у тебя поживу? – Гордеева удивила меня своим вопросом, отчего я впала в ступор.

– В каком смысле? Что-то случилось?

– Ну как сказать… Нас затопили соседи, так что в квартире ужас творится. Родители еще в командировке. Я кое-как им дозвонилась, все рассказала. Пообещали приехать как можно быстрее. Но это в любом случае не менее двух-трех дней. Пустишь? – Гордеева сложила руки, моля меня согласиться. Конечно я ее пущу, не оставлять же одну.

– Хорошо. Вместе съездим к тебе и соберем вещи. Со мной будешь спать, кровать большая. – Подруга обрадовалась и чуть не завизжала от счастья. – Тс-с. После пары все обсудим.

Я увлеченно слушала преподавателя и даже сумела ответить на пару его вопросов, тем самым, заработав себе хорошую оценку и похвалу. Еще один плюс в мою копилку знаний.

После звонка я решила сходить купить себе бутылочку холодной воды, чтобы не помирать на парах в душном кабинете. Преподаватели не всегда разрешают открывать окна, а двери нараспашку не всегда помогают, только мешая учебному процессу из-за гула в соседних группах.

Но стоило мне свернуть за поворот в сторону столовой, как вдруг ко мне неожиданно подошла толпа знакомых мне девчонок. Вот их-то и не хватало для полного счастья.

Закатив глаза, хотела пойти в обратную сторону, но меня крепко схватили за плечо. Повернув голову, замечаю Анастасию – бывшую девушку Гончарова.

Когда они начали встречаться, весь колледж стоял на ушах: мол, смотрите, Никита выбрал себе равную из богатой семьи. Красавица, модница, всегда выглядит изящно. Идеальная пара! Однако они долго не продержались, что неудивительно.

Настя с самого первого курса задевала меня своими колкостями: Лиля же отказала Гончарову, и все на нее накинулись; я начала защищать подругу, из-за чего и нажила себе врага.

– Куда убегаешь, Васечка?

Вот тварь. Прекрасно знает, что меня это раздражает и все равно произносит это ужасное искажение моего имени. Сжав плотно зубы, сбросила ее руку со своего плеча.

– Тебе что-то от меня нужно?

– Даже не подходи к Никите. А то смотрите-ка, смелая такая, пари ему предлагает. Наверняка придумала план по соблазнению, – послышались неприятные смешки со стороны ее подружек.

Я напряглась, злость во мне начинала закипать. Хотелось что-то ответить, но я решила держать себя в руках и не накалять обстановку. Настя только ухмыльнулась и подошла ко мне ближе, ткнув пальцем прямо в ключицу и слегка толкнув назад. Она ведь сама нарывается на драку – кулаки у меня уже чешутся.

– Слушай, мне твой Гончаров нахрен не сдался. Забирай со всеми потрохами, а от меня отвали, – я откинула ее руку в сторону и уже хотела поскорее добраться до кабинета, но остальная шайка девчонок схватила меня за рубашку и потащила на себя. Ну все! Сами напросились.

Я вырвалась, чуть не вывернув им руки и пошла в сторону испугавшейся Насти. Та сжалась, изображая жертву, но как только я подготовилась к удару, поняла, что этим я точно не решу проблему. Да и вокруг уже, перешептываясь, собирались зеваки.

– Не смей ко мне больше подходить, поняла? Иначе в следующий раз я точно не остановлюсь, – процедив сквозь зубы, поправила смятую рубашку и подняла рюкзак.

Девчонка свихнулась на своем Гончарове и теперь вообще ничего не видит вокруг. Хочешь ты с ним снова встречаться, так забирай, предпринимай какие-то действия, а не доставай других, на которых хочешь выпустить пар. Она ничуть не лучше Никиты, такая же, как и он.

Я видела их несколько раз вместе, идущих за ручку. Но Гончаров не особо-то проявлял какие-то чувства. Больше ходил с каменным лицом или же мог на публику чмокнуть быстро девушку в щеку, отчего та тут же таяла, как мороженое. Бе, противно.

– Ты чего тут устроила? – Налетела я на причину нашего конфликта. Никита смотрел на меня сверху вниз, спрятав руки в карманы джинсов и слегка приподняв бровь – обратила внимание на маленькое колечко, что дернулось от движения.

– А я что? Это твоя бывшая – полоумная дура, – настроение разговаривать с ним никакого не было, поэтому обошла парня и направилась дальше по коридору.

Никита не стал останавливать меня.

Глава 6

Никита

– Снова с отцом поругался? – обратился ко мне Феликс.

– Как обычно, но сейчас не об этом. В общем, дело такое: мы поспорили с девчонкой, что протяну без родительских денег целый месяц.

– Стоп. Чего? Что ты сделал? Поспорил с девчонкой? – друг уставился на меня удивленными глазами.

– Так получилось. Я был не в настроении и решил кому-нибудь тоже его подпортить. Жертвой оказался какой-то первокурсник, но… – нервно провел рукой по волосам и уселся на стул.

– Кит, ты снова срываешься на людях? – Феликс кинул на меня тяжелый взгляд, скрестив руки на груди.

Да, мы много раз обсуждали это, и я вроде как обещал сдерживать свои эмоции и стараться весь негатив сбрасывать иными путями. Но как? Спорт мне не помогает, разговоры тем более, а связывать игру на гитаре с плохим настроением я не собираюсь.

– И что дальше было?

– Какая-то девчонка стала защищать его. Слово за слово, так и дошли до пари. Продержусь – будет мне больше уважения и пойду с ней на свидание, если отказался бы, сам понимаешь, что меня ждало бы, позориться мне не особо хотелось.

– Ну ты даешь. Тебя уделала девчонка, – Исаев засмеялся.

– Ничего смешного. Мне пришлось устроиться на работу, так еще и туда, где она сама подрабатывает.

– Кит, это однозначно судьба.

– Какая, нафиг, судьба? Так и хочется оторвать ей язык, – швырнул в него первый попавшийся под руку карандаш, друг с легкостью увернулся, продолжая смеяться.

– Зацепила тебя, значит. В следующий раз придешь и скажешь: «А мы тут на свидание собрались!» – Феликс пытался парадировать меня, только уж больно утрировал. Я хотел было запульнуть в него блокнот с песнями, но вместо этого заглянул внутрь, скользя глазами по строчкам, быстро написанным карандашом.

– А вот подглядывать нехорошо, – Феликс подошел ко мне и протянул руку, чтобы я вернул блокнот, но чем больше я читал текст, тем больше удивлялся смыслу.

– С каких пор ты пишешь про чувства? – я поднял заинтересованный взгляд на друга. Тот на секунду задумался, а потом все-таки вырвал из моих рук блокнот.

– Вдохновение напало. Я, кажется, встретил свою музу.

– Влюбился, что ли? Когда успел? У тебя же только дом-работа-дом, а еду через доставку заказываешь.

– Неважно. Как-нибудь потом расскажу, – отмахнулся Феликс.

– Ну и ладно, – я взял чехол, расстегнул его и аккуратно вытащил гитару, мягко проводя по ней подушечками пальцев. Стараюсь за ней ухаживать, чтобы работала исправно и выглядела такой же красивой и глянцевой, как при покупке.

– Что хочешь сыграть?

– А фиг его знает…

Подключив провода, я задумался. Нужно что-то расслабляющее. То, что я слышал совсем недавно. Взял медиатор, откинулся на спинку стула и, прикрыв глаза, начал вспоминать песню Василисы. Перед глазами возникла сидящая на стуле женская фигура в красивом синем платье, в голове зазвучал ее очаровательный голос. Пальцы на автомате стали перебирать струны. Вот бы соединить это все – мою игру и Василису. Думаю, здорово бы получилось.

– Я так чувствую, ты тоже влюбился, да, друг?

Голос Феликса вернул меня к реальности. Я повернулся к нему, заметив его хитрую ухмылку.

– Чего?! Тебе показалось.

– Ладно. Пойдем поедим и на боковую. Тебе утром на учебу, студент, – парень хихикнул и погнал меня прочь с комнаты, выключая свет.

Утром я встал с великим трудом. Исаев дрых под боком и совсем не слышал, как кто-то трезвонил в дверь. Из-за сонливости сам ничего не понимал, но этот звон поднадоел, так что пришлось подняться. Натянул джинсы и, зевая, открыл входную дверь.

– Ой!

Передо мной стояла миниатюрная девчонка. Увидев меня без майки, она стыдливо прикрыла глаза ладонями.

– Ты кто такой? Где Феликс? – пробурчала она, уткнув лицо в руки.

– У меня встречный вопрос: кто ты такая?

Она нерешительно расставила пальцы и взглянула на меня.

– Гончаров?

– Мы знакомы? – где-то ее видел, но не могу понять, где именно. Может, пересекались в клубах или на моих вечеринках?

– Конечно знакомы. Ты ко мне подкатывал в прошлом году, а еще вчера поспорил с моей подругой, если тебе вдруг память не отшибло, – девушка нахмурилась, но решила не ждать, когда я ее вдруг пропущу внутрь, поэтому пошла на меня как танк, оттолкнув в сторону.

Подождите. Она подруга Василисы? Вот что значит, когда город маленький и все друг друга знают. После учебы точно свалю отсюда куда подальше.

– Феликс! Подъем! – она юрко бегала из комнаты в комнату, заглядывая в каждую.

– Ты и есть та самая муза Феликса?

Я последовал за ней, пытаясь понять, что она вообще здесь забыла. Феликс продолжал спать без задних ног, развалившись на кровати звездой. Подошел к нему и похлопал по плечу, пытаясь разбудить.

– Какая муза? Я вещи Антона ищу, – девушка заглянула в спальню, сдувая пряди с лица.

– Исаев, подъем! Где шкаф Антона?

– Тоха живет в соседней комнате. У него так мало вещей, что все вмещается в небольшой пакет из-под продуктов, ему шкаф нафиг не сдался.

Я все еще пытался понять, что происходит: как тут оказалась подруга Василисы и зачем ей вещи Антона? Феликс перевернулся на живот и, видимо, только сейчас узнал гостью.

– О, Лиля, привет. Ты тут какими судьбами?

– Я ищу вещи Антона. Он ночевал у меня. Когда мы проснулись, кругом была вода – соседи сверху затопили. Тоша помогал, ну и промок весь. Не голым же ему возвращаться домой! Мне еще родителям сообщить надо, что в квартире теперь можно аквапарк открывать, – тяжело вздохнув, она плюхнулась рядом с Феликсом, уперлась локтями в колени и опустила лицо на раскрытые ладони.

– Как так-то? И где теперь будешь жить?

– Перекантуюсь у Василисы, другого выхода нет.

– Пойдем покажу, – оба двинулись в комнату Тохи. Пока они разбирались с вещами, сходил на кухню за какой-нибудь едой, а то мой бедный желудок уже во всю воет.

В холодильнике не густо: пара яиц, остатки плавленого сыра, хлеб и полпачки молока. Зато банок пива целых шесть штук. Это Антон любитель по вечерам расслабиться после работы. Хотя я заметил, что в последнее время, он как-то изменился: стал меньше бывать дома, на репетиции прибегает, а потом сразу пропадает.

– Ну все, я побежала обратно, – послышался голос из коридора, а за ним и хлопок двери. На кухню сразу же, потягиваясь, пришел Феликс.

– И как давно у Антона девушка? – Разбил яйца в глубокую миску и смешал с молоком, добавив немного приправ и сушеной зелени. Хорошо, что хоть немного умею готовить!

– Месяц, – зевнул он.

– Об это знаешь только ты? – Отправил взбитую смесь в разогретую сковороду и, накрыв стеклянной крышкой, повернулся к Феликсу. Тот опустил глаза в пол.

– Вообще-то, знают все, кроме тебя. Они вместе уже месяц: встречаются после того случая в клубе.

Вот вам и друзья.

Молчали все это время, а я один, как дурак, был не в курсе. Ну-ну, спасибо. Ругаться не хотелось, поэтому молча вернулся к готовке.

Забыть тот случай в клубе трудно.

Был день рождения Витьки, и мы решили устроить ему сюрприз: заранее заказали столик в хорошем клубе и украсили все шарами. По ходу празднования к нам присоединялись девчонки, мы пили, танцевали. В один момент вышли с Антоном покурить на улицу и поговорить наедине. Мы запали на одну и ту же девчонку, но друг был мне дороже, вот и хотел ему об этом сказать. Вскоре к нам пристали двое пьяных парня, которые не прочь были помахать кулаками.

Я-то быстро вышел из себя, но Тоха меня остановил. Парни решили не тормозить, и один из них достал из внутреннего кармана куртки острый перочинный ножик. Его лезвие сверкало в холодном свете уличного фонаря, и мы с другом, переглядываясь, напряглись. Парень с ножом рванул с места и хотел налететь на меня. Я среагировал мгновенно: вывернул руку с оружием, но получил коленом в живот, отчего согнулся от резкой боли. Антон кинулся ко мне, а потом – к парню. Тот замахнулся ножом и попал другу прямо в живот.

Антон рухнул на колени, еле встал, вокруг него была кровь. Он пережимал рукой рану, пытаясь что-то мне сказать, но не мог. Вдруг я услышал полицейскую сирену. Пока мы тут разбирались, кто-то вызвал наряд: тех двух схватили, а меня, всего дрожащего, пытались допросить. Я и слова сказать не мог из-за испуга, пытаясь как-то помочь другу. К нам вдруг подбежала какая-то девушка, наспех подкладывая под голову Антона свою белоснежную кофту и помогая ему лечь на спину, согнув колени, и без всякого страха пыталась остановить его кровотечение.

Слава богу, скорая приехала очень быстро. Санитары в одно мгновение уложили Антона на каталку и забрали с собой. Та девчонка напросилась с ними, а я, оставшись возле машины, закурил. Мои руки сильно дрожали, в голове была пустота. Мне никогда не было так страшно за чужую жизнь, как сейчас.

Друзья сбежались на улицу, услышав, что произошла драка. Феликс тогда тряс меня, пытаясь выпытать хоть слово, но я только стоял и молчал. Вскоре он все понял по моим окровавленным рукам и вместе со всеми отправился в больницу.

Только чуть позже мне удалось спокойно поговорить с полицией и рассказать, как все было. Они и к Антону потом приезжали, чтобы взять показания.

Пока Панфилов был в больнице, приезжал к нему несколько раз, приносил фрукты и интересовался здоровьем. Выписали его быстро, теперь он как огурчик, но вот на животе виднеется аккуратный шов. Врачи сказали, что если бы нож попал на несколько сантиметров выше, то все было бы куда серьезнее.

Из воспоминаний меня выдернул Феликс:

– Просто ты сам перестал с нами общаться. Мы ведь на репетициях видимся только. После того случая в клубе ты с нами больше никуда не ходишь.

Разложив приготовленный омлет по двум фарфоровым тарелкам, поставил их на стол и, не поднимая глаз, сел напротив Феликса.

Сам не знаю, почему вдруг все изменилось.

Отец наседает с новой силой. Сегодня вернусь домой и будет скандал: почему меня не было, где я шляюсь, вместо того, чтобы готовиться к экзаменам. А мне ведь это нафиг не сдалось, заниматься юриспруденцией все равно не планирую. После окончания колледжа кину ему на стол диплом и уйду восвояси, забрав с собой парочку вещей и гитару.

– Я исправлюсь, друг, – пообещал я.

Исаев не стал донимать меня вопросами, просто позавтракал в полной тишине, кидая на меня короткие взгляды. Потом я поблагодарил его, что приютил меня, забрал гитару и обязался явиться завтра на последнюю репетицию. На выходных будем выступать на рок-концерте, там соберутся все талантливые группы с ближних городов.

Перед колледжем решил заехать домой. Все равно опоздал на первую пару, а переодеться в чистое надо. Как бы там не оказалось отца, иначе прилетит по полной программе. Но, к моему счастью, дома был только домашний персонал. Стянув кроссовки, со всеми поздоровался и поднялся к себе в комнату. Гитару оставил в машине от греха подальше.

Плюхнувшись на кровать, достал телефон – ни смс, ни звонков. Может, отец и не заметил вовсе, что меня нет? Наверняка мама постаралась. Нужно будет с ней поговорить, все рассказать. Хотя нет, лучше соберу их обоих в гостиной и выложу все как на духу. Будет орать? Да плевать. С каких пор его мнение стало для меня таким важным?

Я и так боялся его все свое детство и пытался вечно угодить как дурак. А теперь все, хватит! Возьму и брошу учебу и пусть потом сам разбирается со своими журналистами, не мои проблемы. Но вот боюсь, как бы он потом не начал упрекать маму в том, что это она во всем виновата.

До моих семи лет мама сидела в декрете, отец не позволял ей выходить на работу, а ее обиду и гнев пытался смягчить красивыми цветами, дорогими украшениями, вкусными ужинами и путешествиями. Но стоило мне пойти в школу, как она заскучала дома и потребовала свободы. Отец помялся, но все же уступил и даже выделил приличную сумму для открытия бизнеса. Теперь у мамы что-то вроде небольшой дизайнерской компании. Последние лет пять они вообще невзлюбили друг друга, каждый раз собачатся из-за бизнеса, их отношения уже давно на грани развода. Но из-за работы отца все за нами следят, и они пытаются сохранить остатки всеми силами. Оба отдалились от меня. Но мама хоть какую-то заботу проявляет и помогает, в отличие от отца.

Закинул в рюкзак парочку тетрадей, переоделся в чистые вещи и накинул кожаную куртку, отправляясь на учебу.

* * *

Припарковал машину и зашел в колледж. Пока поднимался на нужный этаж, заметил в коридоре какой-то переполох. Хотел пройти мимо, но вдруг понял, что там Василиса, вот-вот начнется потасовка. Не знаю почему, но мне захотелось вмешаться. Неужели это из-за вчерашней ситуации в столовой? Черт, наверняка Настя взбесилась!

Когда мы встречались с Мельниковой, она мечтала о совместном будущем, но я на корню рубил все ее мысли – не планировал что-либо серьезное. Настя обижалась, но отношения не разрывала. А потом однажды вынесла мне мозг, что я холодный, как глыба, и такой парень ей не сдался.

Теперь она, видимо, взбесилась, что я согласился на какое-то сомнительное пари с левой девчонкой, и в ней проснулось чувство ревности. Но ведь она разлюбила меня…

Вздохнув, почесал затылок и решил подойти к собравшейся толпе, но как только Василиса замахнулась на девушку, я замер, наблюдая за дальнейшими действиями. Пусть она и буйная, но не будет же кого-то бить только из-за того, что ее стали доставать? Василиса что-то буркнула Насте и стремительно пошла в мою сторону, ничего не видя.

– Ты чего тут устроила? – спросил я, когда она чуть не врезалась в меня.

– А я что? Это твоя бывшая – полоумная дура.

Девушка обошла меня и направилась дальше, а я остался стоять на месте, лишь проводив ее взглядом до лестничной площадки. Ко мне вдруг подошла Настя, вся растрепанная.

– Мельникова, тебе заняться нечем?

– Это мне заняться нечем?! Ты с легкостью согласился на условия этой чокнутой. Где твоя безразличность ко всему окружающему? Отшил бы ее, как и всех, – девушка была на взводе, пыталась привести свой внешний вид в порядок. Проходившие мимо косо на нее поглядывали.

– Не твое дело. Мы расстались, и пилить мне мозги уже не твоя забота.

Разговаривать больше с ней не хочется, поэтому я разворачиваюсь, но слишком настойчивая Настя хватает меня за руку. Тут же ее отдергиваю, устремив на девушку раздраженный взгляд.

– Но Никита… Я думала, может, нам попробовать снова?

– Издеваешься, что ли? Ты сама меня бросила, а теперь вдруг решила возобновить отношения? Извини, но нет.

Девушка всхлипнула. О боже, не люблю все эти сопли, поэтому как можно скорее скрылся на лестнице, отыскав своих одногруппников.

Глава 7

Василиса

После пар мы отправились вместе до квартиры Лили. Тут и правда все настолько плачевно, что поможет только ремонт.

– Еще и Антоша весь промок, пришлось ехать до его друга, с которым он живет, чтобы взять парочку сухих вещей.

Гордеева залезла в небольшую комнатку рядом со своей и начала там копошиться.

– Это чья? Твоя, что ли? – спросила я, увидев синюю сумку, куда она начала все складывать.

– Нет. Папина, он ее всегда берет в командировки, но накануне поездки прикупил себе получше и оставил эту дома. Не хочу тащить свой чемодан.

Ну да, только огромного чемодана мне не хватало в своей крошечной комнате, в которую и так едва вмещается двуспальная кровать, тумба и небольшой стол со стулом, за которым я и успеваю кое-как делать домашнее задание.

– Обещаю помогать по дому. Я же помню, что твоя мама много работает, так что лишние руки точно не помешают.

Несмотря на миловидную внешность подруги и то, что ее родители вполне обеспеченные люди, Лиля совсем не избалованная. Наоборот, всегда готова помочь.

– Я все, – подруга показала на полную спортивную сумку, и я вздохнула, понимая, что тащить это придется мне.

– Не хочешь сменить каблуки на что-то более удобное? Например, кроссовки.

– Думаешь?

– Еще как. Твои юбки и платья никуда не убегут, а брюки и джинсы на тебе смотрятся ничуть не хуже. – Гордеева расплылась в улыбке и скрылась снова за дверьми комнатушки.

Ну вот и замечательно. Тогда сумку потащит сама. Залезла в телефон и решила посмотреть, сколько будет стоить такси до моего дома, но как только увидела цену, обомлела. Лучше прокатимся на автобусе.

– Погнали, – подруга вышла в темных джинсах, белом топе с длинными рукавами, в руках несла кроссовки.

– Ну я же говорила. Просто прелесть.

– Думаю, эту неделю мы хорошо повеселимся, и я наконец смогу перерыть твой гардероб.

– Ну уж нет, не вздумай.

Я помню, как Гордеева пыталась выкинуть почти всю мою одежду, аргументируя это тем, она не подчеркивает мою слишком красивую фигуру и скрывает всю женственность.

– Если думаешь, что я заставлю тебя надеть короткие юбки и топы, то ты глубоко ошибаешься. Я просто сделаю так, что весь колледж будет смотреть на тебя с открытым ртом. В приятном смысле этого слова, – кокетливо подмигнув, Лиля подхватила свою сумку и с кряхтением накинула ее на плечо.

Если ей что-то взбрело в голову, то бесполезно отговаривать.

– Пойдем давай. Нам еще с новым материалом разбираться, да и мама наверняка приготовила что-нибудь вкусное на ужин. Может, даже твой любимый пирог с вишней, – я специально выделила слово «пирог», чтобы подруга посмотрела на меня глазами, полными счастья. Родителей я уже предупредила, что Гордеева поживет с нами, они были не против. Сказали, хоть кто-то разбавит мою скуку.

До дома добрались на автобусе. Пришлось помогать Лиле, та уже на полпути устала от тяжелой ноши. По очереди несли сумку, пока не подошли к нужному подъезду. В квартире стоял чудесный запах свежеиспеченного пирога и еще каких-то приправ. К нам в прихожую вышла довольная мама, вытирая руки о кухонное полотенце.

– Ну как доехали?

– Да потихоньку. Устали, конечно, так что поесть просто необходимо, – выдала я маме, стягивая кеды. Лиля скромно улыбнулась и аккуратно поставила свою обувь рядом с моей.

– Как ваши дела, Яна Валерьевна?

– Ой, отлично. Спасибо, что спросила! Сегодня был сокращенный день в поликлинике, освободилась пораньше, потом домой прибежала, еды наготовила. Сейчас вас накормлю и побегу к подружке, давно не виделись.

– Ты надолго? – поинтересовалась я.

– Нет, на пару часов. Утром снова рано вставать, – она чмокнула меня в щеку, и мы все вместе пошли на кухню.

На столе уже стояла большая тарелка с запеченным картофелем и рыбой. Пахло просто изумительно – я уловила нотки лимонного сока, лука и приправ. А на кухонной тумбе красовался горячий пирог, на который я показала подруге. Та уже чуть слюнями не подавилась.

Я усадила подругу за стол, а сама налила нам крепкого чая, пока мама раскладывала тарелки и столовые приборы.

– Может, чем-то помочь?

– Сиди, ты гость. Твоя задача – насладиться маминой вкусной едой, иначе она расстроится.

Это, конечно же, шутка, но маме будет очень приятно знать, что ее стряпня нравится кому-то еще. Она очень скучает по папе, как и я. Надеюсь, сегодня вечером он вернется домой.

Лиля кивнула. Я села рядом с ней, и мы за разговорами не заметили, как съели почти все, что стояло на столе. Гордеева аж джинсы расстегнула, чтобы дышать стало легче. А я только смеялась, помогая маме прибраться после ужина.

– Мы в комнату, – взяла за руку подругу и повела к себе. – Твой парень знает, что ты временно живешь у меня?

– Да, я ему сообщила.

– Кстати… по поводу концерта. Надеюсь, ты собралась туда не каблуках? – вопросительно посмотрела на подругу, когда мы уже зашли в комнату. Та села на кровать, поправляя волосы, и задумалась.

– Нет конечно, хотя идея неплохая.

Я закатила глаза – Лиля же любит рок, наверное, она знает, что такое рок-концерт. Решила порыться в сумке Лили. Та даже не была против, молча за мной наблюдала. Итак, наша принцесса взяла с собой пару трикотажных юбок, две светлые блузки и один классический пиджак. Чуть покопавшись, увидела футболки, еще одну пару джинсов, пару туфель на высоких каблуках и муслиновую пижаму.

– Однако не густо.

– Что посчитала нужным, то и взяла.

– Сплошная классика, еще и пастельные цвета. Нужно найти тебе что-нибудь потемнее.

Подумав, оставила сумку в покое и уже решила разобраться с вещами в своем шкафу.

– Мы и твой гардероб будет разбирать?

– Пока нет. Я ищу что-нибудь подходящее твоего размера.

У меня самой-то почти не из чего выбирать: свободные футболки, худи, джинсы и пара шорт на лето, как и майки, которые я иногда надеваю под рубашку. Но у меня хотя бы есть черное, в отличие от Гордеевой. Она как солнышко вечно сияет, аж больно порой на нее смотреть. Не зря преподаватели нас прозвали Свет и Тьма.

– Может, мне тоже устроить тебе ревизию? – хитро прищурившись, Лиля встала рядом со мной. – Давай завтра сгоняем в магазин? Поможем друг другу обновить вещички.

– Идея неплохая, но с деньгами сейчас не очень…

– На этот счет не переживай. Я все сама оплачу, – Гордеева подмигнула.

Скоро получу зарплату, но больше половины уйдет на закрытие долга, что-то дам маме на продукты. И в итоге на себя останется совсем немного.

– Спасибо, Лиля, правда. Я каждый раз благодарю судьбу за то, что прислала мне тебя.

Мы сели на пол и крепко обнялись. Я уткнулась ей в плечо, подруга заботливо проводила рукой по моим волосам.

– Нам обоим повезло! Ты дополняешь меня, а я тебя.

– Это точно. Ну так что решили насчет гардероба?

– Завтра все купим. Ты мне подберешь что-нибудь для концерта, а я тебе помогу немного изменить стиль, не отходя от твоего нынешнего.

Вздохнув, я кивнула. От новой одежды не отказалась бы.

– Яна Валерьевна не будет против громкой музыки?

– Нет, она все равно скоро уходит. А что? – пока убирала вещи в шкаф, заодно прихватила Лилины и аккуратно сложила их на верхнюю полку.

– Тогда я включу для атмосферы, – подруга достала свой телефон и подключилась к колонке, стоящей на углу письменного стола. Та стала переливаться радужными цветами, и вдруг послышалась до боли знакомая музыка.

– Хэй! Так нечестно. Я же сейчас буду танцевать, а не убираться.

Гордеева знает мои слабые места, поэтому специально включила еще одних моих любимчиков – Fall Out Boy.[3]

Сидит и, напевая про себя, во всю улыбается. Я тоже не сдержалась и стала петь, на лету вспоминая текст песни. Как и ожидалось, отдалась музыке с головой, изображая, что играю на виртуальной бас-гитаре. Лиля засмеялась, а после присоединилась ко мне – мы смотрелись так, будто были на месте самих музыкантов и устроили себе мини-концерт.

В комнату заглянула мама, увлеченно наблюдая за нами. Как только песня кончилась, я подскочила от испуга, заметив ее в дверях.

– Ты так не пугай больше.

– Я пошла, тусовщицы. Не забудьте поставить будильник, – мама весело подмигнула и покинула комнату, прикрыв дверь.

Гордеева включила сразу целый плейлист группы, и весь оставшийся вечер мы танцевали, параллельно занимаясь уборкой. Вдруг мне на телефон прилетело смс. Заметив загоревшийся экран, я на него отвлеклась.

– Что случилось?

– Черт, Михалыч написал, что нужно новенькому помочь в баре. А я только хотела отдохнуть, – разочарованно вздохнула и упала спиной на кровать, думая, что ответить директору.

– Что за новенький?

– Не поверишь, но это Гончаров, – я закатила глаза, глядя на Лильку.

Может, Гончаров сам справится? Но я же не настолько монстр, чтобы бросить человека на второй день работы, он ведь толком не понимает, как должен работать бармен. Тем более в такие вечера, когда народу уйма, и их не волнует, умеешь ты делать коктейль или только начал, главное – получить свое.

А репутация ресторана для Дмитрия Михайловича на первом месте, не хочется подводить его, зная, что доверяет он мне на все сто процентов. Придется тащиться в ресторан и отрабатывать дополнительную смену. Зато получу неплохо, может, даже чаевые подкинут. Деньги никогда не бывают лишними.

– Только не говори, что тебе придется ему помогать, – она присела рядом со мной, все еще находясь в шоке от услышанного.

– К сожалению, – пришлось вставать и искать одежду, чтобы переодеться. Хотя, порыскав в шкафу, поняла, что выбирать особо не из чего. Нашла черное худи с рисунком, джинсы и футболку. Пришлось надеть и ремень, иначе джинсы попросту слетят с меня, пока буду бегать за барной стойкой.

– Ты хоть напудрись, что ли. А то выглядишь так, будто после дикой тусовки, – подруга хмыкнула, а я заглянула в зеркало и увидела, какая я взлохмаченная. Причесалась и сделала низкий хвост.

– А косметика?

– Без нее. Там жарко, когда начинается беготня. Нанесу что-нибудь и точно буду выглядеть ужасно, – хихикнув, я намазала лицо кремом и нанесла бальзам на губы, чтобы немного увлажнить их.

– Ну хоть так. Все, жду тебя!

Кивнув, я вышла из комнаты, засунула ноги в кеды, забрала с тумбы ключи и надела сумку через плечо. В ней у меня всегда лежит паспорт – вдруг пригодится, всякое может быть.

А то год назад, когда я возвращалась домой после работы, меня остановили полицейские, подумали, что мне нет восемнадцати. Паспорта тогда не было, хотели уже в участок везти, но хорошо, что хоть дали папе позвонить, он все разрулил. С тех пор боюсь ходить без документов.

Добралась до ресторана на такси, если бы поехала на автобусе, то точно опоздала бы к открытию. А опаздывать я не люблю: народа много, а ты бегаешь как угорелая и не понимаешь, за какой заказ взяться.

Зашла, увидела Гончарова с Ульяной, всех поприветствовала и пошла переодеваться. Вышла к барной стойке, а там Гончаров – как обычно, стоит улыбается. Бесит меня. Хотела сменить бочку пива, так он давай мне помогать, мол, таскать такие тяжести девушке нельзя. Ага, фигушки. Сама справлюсь. Но он все равно сумел вытиснуть меня и поменял бочку сам.

Во время рабочего процесса я немного подсказывала Гончарову, как правильно нужно делать коктейли и как быстро запомнить технологию, чтобы каждый раз не путаться. Но на мое же удивление Никита все схватывал на лету. Под конец совсем разошелся и даже дал мне немного отдохнуть в сторонке.

Начала со стороны разглядывать парня, раньше на детали я не особо обращала внимания. В неоновом свете сияет густая шевелюра, на носу небольшая горбинка, пухлые губы и вечно хищная ухмылка, которую так и хочется стереть с его лица.

Гончаров тот еще бунтарь раз проколол бровь и набил две здоровые татуировки на обеих руках. Он хорош собой, широкоплечий, мускулы так и играют под футболкой. Только окинет девушек своим томным взглядом карих глаз, как те попадают в его сети и готовы в одно мгновение оказаться с ним в постели.

Тьфу ты! Саму себя отдернула от таких мыслей. Нашла о чем думать, еще и пялюсь на Гончарова как дурочка. Кому-то пора снова вливаться в работу, а не сидеть сложа руки!

В компании с парнем вечер пролетел незаметно. После ажиотажа вместе прибрались за стойкой. Ульяна Владимировна мило болтала с Никитой, пока я переодевалась в каморке. Забрала свои вещи и прошла мимо них, кинув «до вечера» на прощание. Однако стоило мне выйти на улицу, чтобы вызвать такси до дома, как меня за руку поймал Гончаров.

– Ты чего это? – я немного перепугалась, схватившись за сердце.

– Давай довезу тебя, – парень указал головой на свою машину.

– Да не нужно. Сама доеду, не маленькая, – отцепила его руку и, немного отойдя, заказала такси.

– Василек, хватит выпендриваться. Я знаю, где ты живешь. Довезу с комфортом, – Никита рванул следом и оказался передо мной.

– Лучше Ульяну Владимировну довези, раз тебе так неймется, – подняла на парня раздраженный взгляд, но поняла, что он пытается загладить вину после вчерашнего.

– Ревнуешь, что ли? – на лице Гончарова появилась ухмылка.

– Больно надо тебя ревновать. Мы друг другу никто. Просто поспорили, и все.

– Вот как? А ты не забыла, что будет, если я выиграю это пари?

Вот гад. Любит же испортить настроение. Почему все красавчики вечно какие-то говнюки?

– Помню. Но особо не обольщайся, Гончаров.

Такси подъехало прямиком к главному входу. Обойдя парня, села на переднее сиденье и захлопнула дверь. Водитель тут же тронулся с места, а я вздохнула с облегчением. Глядя в боковое зеркало, заметила, что Никита смотрел на машину до самого конца, пока мы не свернули за поворот.

Когда мы доехали до дома, я оплатила наличными и, поднявшись на нужный этаж, тихонько открыла дверь. Было темно. Наверняка Лиля уже спит.

Оставив сумку у входа, поплелась в комнату. Верно, подруга уже спала, укрывшись моим плюшевым пледом. Она устроилась возле стенки и держала в руках какую-то тетрадку. Я подошла поближе и поняла, что это моя тетрадь с песнями – я исписала ее, когда еще не выступала в ресторане и у меня было куча вдохновения. Интересно, где Лиля ее нашла?

Убрала тетрадь в стол и, переодевшись в пижаму, плюхнулась рядом с подругой. Укрылась второй частью пледа и быстро уснула.

Глава 8

Никита

День тянулся медленно. Пару раз звонила мама, но из-за беззвучного режима не слышал, а когда набирал ее сам, то раздавались только долгие монотонные гудки.

Мы вышли с ребятами снова через запасной выход на перемене, собираясь в небольшой круг.

– Чем сегодня займемся? Может, устроим вечеринку? – один из наших закинул мне на плечо руку, интересуясь планами.

– Сегодня работа, так что как-нибудь потом.

– Работа? Ты серьезно устроился на работу из-за этого глупого пари? Да расслабься ты, все уже забыли про него. Давай закатим вечеринку у меня дома, а ты сам всех пригласишь, алкоголь и танцы – тоже с тебя. Ну как?

Я задумался. У меня уже был шанс отказаться, но я не стал этого делать, посчитав нужным сдержать свое слово. И если этого бы не сделал, то стал бы для самого себя предателем.

– Никита? Ау, Земля вызывает, – парень помахал у меня перед глазами руками, пытаясь вернуть в реальность.

– Давай в следующий раз, окей?

Я затянулся последний раз и кинул окурок под ноги, оставляя его дотлевать.

– Что вообще с ним происходит? – все дружно пожали плечами, а я ушел на парковку, чтоб сначала отрепетировать как следует с парнями, а после двинуть на смену. Ох, тяжелый вечер предстоит.

Когда дошел до машины, поднял глаза и увидел вдалеке Василису вместе с девушкой, которая утром забегала к Феликсу. Хм, они и правда дружат. Значит, она встречается с Антоном? Может, и Василек про их отношения знает? Нужно будет поинтересоваться сегодня лично у Панфилова. Тот никогда не врет.

Ехать до студии не так уж и долго, я добрался буквально за десять минут. Внутри был только Витька, который встретил меня с искренней улыбкой.

– О, Никита. Как твои дела? Совсем перестал с нами общаться. Может, сладкое хочешь? – парень сбегал до своей сумки и показал мне небольшой прозрачный контейнер, в котором лежали четыре аппетитных на вид капкейка с кучей сладкого крема сверху.

– Выглядит вкусно. Пожалуй, съем один.

Витя любезно достал один и протянул мне, не забыв о салфетках. Предусмотрительно – пока ел, весь кремом перемазался. Друг ни на минуту не отходил от меня, продолжая улыбаться. Я аж чуть не подавился под таким напористым взглядом, поэтому отвернулся от него и за два укуса доел выпечку.

– Ну как тебе?

– Ты же знаешь, у тебя всегда вкусно. – Вытерся салфетками и выбросил их в мусорное ведро, а потом снова повернулся к Вите.

Тот аж запрыгал от счастья и стал сиять ярче солнца. Стоит его похвалить, как у него настроение поднимается до космоса и он готов творить дальше.

Лукин – самый младший в нашей группе. И самый позитивный. Настолько, что порой удивляюсь, как ему удается превращать свою вечную радость в энергию для игры на гитаре. Он у нас исполняет ритмичные партии и делает это просто шикарно.

Витя у нас за мамочку: любит печь сладости и каждый раз готов нас ими закормить до смерти, но мы покорно поедаем его стряпню, потому что это и правда очень вкусно.

Он учится в музыкальном колледже, в отличие от нас всех. Его родители преподают в консерватории, поэтому слух и любовь к музыке у него в крови. Родители даже не настаивали на том, чтобы он пошел по их стопам, но парень сам выбрал свой путь и ничуть не жалеет об этом.

– Парни скоро подойдут? У меня через три часа смена.

– Ты работаешь? – его лицо вытянулось от удивления.

– Да. Феликс, что ли, еще не проболтался, что я на пари встрял?

– Ну-ка поподробнее, – Витька хитро улыбнулся, потирая руки и предвкушая, о чем же пойдет речь.

– Да ничего такого…

Пока я рассказывал, он только искренне удивлялся и похихикивал. В конце похлопал меня по плечу и встал с пола.

– Ну ты даешь, Гончаров. Советую приглядеться к этой девушке.

– С чего это?

– Да потому что она единственная, кто тебя уделал. Хочу ее поскорее увидеть, – парень мечтательно вздохнул, за что получил от меня подзатыльник.

– Учись давай. Девчонки потом.

– И это говорит тот, у кого и до учебы была толпа поклонниц. А после нашего выступления, прибавится раза в три.

Надеюсь, что нет. Люблю женское внимание, но сейчас не тот период, в котором мне хотелось бы с кем-нибудь мутить.

Пожал плечами и, взяв свою малышку, подключил провода. Пока настраивал ее, в студию заявились Феликс и Антон, что-то бурно обсуждая. Наверняка утреннее происшествие и как девушка ворвалась в квартиру Исаева.

– О, смотрите, кто явился на репетицию, – я поздоровался с Антоном, скрепив наше приветствие рукопожатием. А он с каждым разом становится все больше, с его работой в автомастерской точно скоро как рама станет.

– Друзья, когда вы планировали поделиться со мной новостью о том, что Тоха обзавелся девушкой?

Тишина. Один только Феликс улыбнулся и пошел настраивать аппаратуру. Панфилов виновато почесал затылок и подошел ко мне ближе, закинув руку на плечо.

– Слушай… эм, просто ты сам перестал с нами плотно общаться, гулять, вот мы и молчим.

– Да уже ладно, Феликс мне все выболтал.

– Прости, что так вышло. Я хотел тебе сказать чуть позже, перед концертом. Но рад, что ты уже знаешь, мне даже полегчало, – парень душевно улыбнулся и напоследок похлопал по плечу, направившись к барабанам.

Вздохнув, вернулся в гитаре. Мы отрепетировали все песни. Феликс хотел добавить еще одну новую, над которой он работал последнее время, но понял, что она достаточно сырая для исполнения на концерте, поэтому отложил ее на следующий раз. Хотя звучание и текст просто шикарные, думаю, эта песня стала бы нашим очередным хитом.

На репетиции я пробыл до самого конца. Пришлось оттачивать все до последнего, приложив максимум усилий, так как до выступления оставалось всего пару дней. Накануне собраться мы не сможем: у Антона повторно женится отец, а у Витьки практика допоздна. Свободны только мы с Феликсом, но и то – работу никто не отменял.

– В воскресенье жду вас всех пораньше, нужно хотя бы разочек сделать прогон, хорошо? – Мы дружно кивнули, и каждый разошелся кто куда.

Я сел в машину, хлопнув дверью. Нужно было поторопиться на работу, а я сидел и думал.

Как же мне ребятам сказать о том, что после учебы сваливаю в другой город? Мы ведь планировали идти до конца вместе, песни Феликса потихоньку набирают популярность в интернете, друг даже упоминал о том, что, возможно, у нас будет небольшой тур по ближайшим городам. Но я так хочу уехать подальше от отца, делать то, что хочется мне самому, и не зависеть от его мнения, не быть под пристальным вниманием.

Я завел машину и поехал в сторону «Лунного прибоя». Подъехал быстро, персонал уже во всю спешил в заведение – до открытия оставалось совсем мало времени.

Вышел из машины и заметил Ульяну. Девушка шла с большой коробкой, чуть ли не спотыкаясь на каждом шагу. Не задумываясь, сразу же решил ей помочь, не в состоянии смотреть на то, как она тащит на себе такой груз в одиночку.

– Давайте помогу! – подхватил коробку и посмотрел на Ульяну. Она благодарно улыбнулась и сказала донести ее до барной стойки.

– А почему грузчики не довезли ее прямиком до двери?

– Да я перепутала адрес и записала свой.

– Вы несете это из дома? Без машины? – моему удивлению не было предела.

– Пришлось. Но, слава богу, живу недалеко, буквально через два дома. А Дмитрия Михайловича не стала беспокоить.

– Дмитрий Михайлович? Тот самый Михалыч, что ли? – Ульяна кивнула, расплываясь в робкой улыбке. Сразу же смутилась и, слегка покраснев, отвернулась.

– Да. Но его так только Василиса называет. Между ними какая-то особенная связь, и меня это дико напрягает.

– Ревнуете, что ли? – приподнял бровь.

– Да, и что с того? Нравится он мне давно, но делает вид, будто меня не замечает. Зато вокруг Васьки бегает вечно, делает все, что она ему скажет.

Вот как. Значит, ей нравятся мужчины постарше?

Хмыкнув, поставил коробку на стойку, открыл канцелярским ножом и вытащил содержимое. Внутри была куча упаковок с салфетками и прочих штучек для зала и бара.

– Спасибо за помощь, – сказала Ульяна.

Пока мы беседовали, мимо пробежала Василиса. Взглянув на нас, она изобразила что-то вроде улыбки, всех поприветствовала и пошла переодеваться. Разве она сегодня работает? У нее выступление только завтра, судя по новой афише на сцене и возле главного входа.

Когда мы с Ульяной закончили разговор я пошел переодеваться в нашу каморку, но Васи там не обнаружил. Натянув фартук, встал за стойку и начал готовить бар к рабочему дню. Проверил наличие алкоголя, фруктов и прочих жидкостей для коктейлей. Девушка вернулась в зал и, заприметив меня, тяжело вздохнула. Подошла ко мне и молча приступила к работе. Хах, даже и слова не вымолвила.

– Здороваться не учили, Василек?

Девушка посмотрела на меня с раздражением и даже напрягла нижнюю челюсть, давая понять, что если я ее еще раз так назову, то однозначно получу кулаком в лицо.

– И тебе вечер добрый, Гончаров.

– Чего такая злая?

– Михалыч позвонил, вызвал за бар. Сказал, сегодня завал ожидается и ты один не справишься, – она сдула с лица надоедливую прядь и стала менять железную бочку из-под пива на новую.

– Хэй, дай сам. Спину надорвать хочешь? – подскочил к ней, слегка оттолкнув в сторону, но та встала в позу.

– Я сама! Не первый раз уже.

– Какая ты вредная-то, еще и упертая. А ну уйди!

Она не выдержала моего напора и вылезла из-под стойки, проклиная меня всеми возможными словами.

– Чего вдруг превратился в хорошенького, Гончаров? Или же пытаешься меня задобрить, чтобы я отменила пари?

– А ты можешь? – я посмотрел на девушку. Попытка не пытка.

– Даже не думай. Уже не отвертишься, – хмыкнула она, скрестив руки на груди. Однако она не ушла, а спокойно наблюдала за тем, как я меняю бочку на новую. А это не так уж и легко, как кажется на первый взгляд.

– Замечательно. Поставил как нужно. Значит, и с коктейлями справишься, – похлопала меня по спине и позвала за собой, открывая технологические карты, которые видел еще вчера.

– Я вчера уже изучил, да и готовил некоторые.

– Думаешь, все так просто? У нас этих коктейлей штук пятнадцать, – девушка недоверчиво посмотрела на меня.

– Если я быстро запоминаю аккорды, то и подобное осилю, – выпалил я, стирая пот со лба.

– Что? Аккорды? Ты играешь?

Черт, проговорился. Девушка посмотрела на меня со скрытым интересом, но тут же отвернулась и начала зачем-то натирать стаканы, и без того, отмытые до блеска. Занервничала.

– Нет. Ну так… для себя, – специально кашлянул и попытался перевести тему. – Следующее твое выступление связано с рок-н-роллом, что будешь исполнять?

– Вот завтра и послушаешь.

Я хотел еще задать вопросы, но подошла Ульяна и попросила не отвлекаться: пришли первые гости, нужно на работе сосредоточиться.

До самой ночи мы с Василисой помогали друг другу, она мне что-то подсказывала по ингредиентам и граммам. На удивление работать с ней оказалось куда приятнее, чем вчера. Она даже пару раз смеялась над моими шутками, которые я успевал выкрикивать во время танцевальной паузы для гостей.

Когда к барной стойке подошли двое мужчин, Вася побежала наливать им светлое пиво, а я внимательно за ней наблюдал. А она не так уж и плоха! На моем лице даже появилась улыбка, но я тут же понял, что пялюсь на нее в открытую, и встряхнул головой. Но как же тут устоять: Василиса казалась миниатюрной, с хорошими формами, с искренней улыбкой на лице, которую дарила другим людям и была вполне веселой девчонкой. Я только сейчас начал понимать, что Астахова в моем вкусе. Хотя, признаюсь, до этого момента я так не думал.

– Гончаров, очнись! – девушка щелкнула передо мной пальцами, пытаясь привлечь к себе внимание.

– Да, что такое?

– Ты застыл как статуя. Работу никто не отменял.

– Так пока тихо, народу поубавилось.

На самом деле к барной стойке подходило еще куча людей, но мне так не хотелось обрывать наш зрительный контакт. Сейчас мы смотрели друг другу прямо в глаза, затаив дыхание.

– Знаешь, должен признать, ты симпатичная девчонка, Василек. – Девушка мгновенно смутилась. Она несколько секунд стояла и хлопала глазами, переваривая то, что я выдал в порыве эмоций. И зачем я это сказал?

– Гончаров, применяй свои чары на других глупых девчонках. Работай давай, – Василиса сменила свое смущение на гнев и нахмуренная отошла в сторону, забирая новый чек для заказа.

И вот снова. Снова отталкивает меня, не подпускает. И правильно делает, лучше пусть будет так, чем мне вдруг захочется завладеть ее сердцем, потому что это закончится явно плохо для нас обоих.

* * *

Василиса собиралась после смены домой, и в этот раз я решил подвезти ее. Однако она отказалась, предложив с укором проводить Ульяну. Стоило мне напомнить ей условия спора, как она тут же напыжилась. Какая же она милая, когда начинает злиться. А мне нравится ее дразнить!

Василиса села в такси, а я проводил машину взглядом. Так сказала про Ульяну, будто ревнует. Может, услышала наш оживленный разговор и подумала, будто между нами, может, что-то есть.

Следующим вечером вновь заступаю на смену, нужно добраться до дома как можно скорее и лечь спать. Направившись к машине, увидел, как из ресторана вышли все работники. Администратор, зевая, с ними попрощалась и закрыла заведение.

– Может, вас до дома подвезти? – предложил я Ульяне.

– Было бы неплохо. Совсем нет никаких сил, – благодарно улыбнувшись, она залезла в машину. Сел за руль и спросил точный адрес дома. Совсем рядом, можно было даже не подвозить. Но на дворе ночь, не хочу, чтобы получилось, как с Василисой.

Через пару минут мы были на месте.

– Спасибо. Я пойду, – она хотела открыть дверь, но я остановил ее внезапным вопросом, который вдруг возник в моей голове.

– Как думаете, вашему Михалычу нравится Василиса?

– Не уверена. Она слишком молодая для него. Но между ними явно что-то есть, – девушка вздохнула и вышла из машины.

И что между ними может быть? Так странно, знаком с ней пару дней, а уже задаюсь такими вопросами…

Вернулся домой быстро, но понял, что бензина осталось слишком мало, а мои карманные деньги почти иссякли. Просить у отца не буду, раз мы поспорили. Однако про друзей никто не говорил. Только я хотел написать Феликсу, как увидел за кухонным столом отца с открытой бутылкой виски.

– Где шляешься? Снова на свои тусовки бегал? – отец уже был слегка нетрезвым. Язык заплетался, глаза наполнены гневом. Все-таки заметил мое отсутствие.

– Нет. Я на работу вышел, – кинул ему, собираясь подняться в свою комнату.

– Работа? Не смеши меня. Ты же бездарь! Тебя чтобы заставить что-то сделать, надо сильно постараться. Не любишь свои белые ручки марать. Только тусить и бухать за мой счет, – я повернулся к нему и понял, насколько же отец меня ненавидит.

Он во всем винит меня, что я сам стал таким ужасным, неблагодарным сыном. А на самом деле это все из-за него. Но переубеждать его нет никакого смысла, пусть продолжает думать так, как ему хочется. Рано или поздно я свалю отсюда и просто сделаю так, что отец обо мне больше не услышит. Как же меня достало все это! Я не могу уйти прямо сейчас. Только из-за мамы держусь, как могу.

– Да, я такой! И что ты мне сделаешь?

– Отдавай ключи от машины. И больше никаких карманных, – протянув руку, он смотрел на меня с полной серьезностью.

Долго ждать не пришлось. Подошел к нему и всучил ключи.

– Посмотрим, как ты проживешь без всего этого.

Мне так и хотелось ляпнуть какую-нибудь гадость, но промолчал. Сжав челюсть, поднялся в свою комнату, хлопнул дверью, а потом еще и ударил в нее кулаком. Теперь еще и без машины остался.

Присев на край кровати, я задумался о том, что нужно как следует расслабиться. На дворе ночь, звонить кому-то не вижу смысла, а в клуб тащиться одному не хочется. Откинулся спиной назад и не заметил, как заснул с телефоном в руках.

Глава 9

Василиса

– Василиса, подъем!

Я махнула рукой, чтобы отогнать от себя подругу.

– Василиса! Вставай! Нам пора в колледж, – Гордеева уже начала кричать мне в ухо, и я подскочила.

– Какой еще колледж? Сегодня суббота, – со злости кинула в нее подушку. Мне снился такой хороший сон, как я вновь оказалась на сцене и пела. Это было так классно! Столько эмоций, будто все наяву. А Лиля мне все обломала.

– Ты снова пишешь песни, правда?

– Кстати, об этом. Не делай так больше. Ты же знаешь, что я этого не люблю, – буркнула и поднялась с кровати, потягиваясь.

– Прости. На самом деле, я нашла ее случайно, когда искала наушники, – подруга выглядела виноватой, превращаясь в милого ангелочка. Вот как на нее злиться?

– Ладно уж. Нашла да нашла. Все равно там ничего особенного, – я улыбнулась ей, обнимая за плечо.

Лиля – сама по себе чуть ли не святая. Пусть ее родители и довольно обеспеченные люди, но она не сидит на месте, а подрабатывает флористом в цветочном. Говорит, любит смотреть на живые цветы, чувствовать их приятный запах, ухаживать за ними. Она и со своим Антоном видимо, так связалась: ухаживала как за цветочком, тот, видимо, и распустился. Характер у подруги мягкий, неконфликтный, хотя любит быть правой и готова отгрызть голову каждому, кто меня обидит.

А я сама кому хочешь голову оторву, даже просить не надо. Вот и характер у меня не сахар, порой ругались с родителями до такой степени, что я могла убежать из дома втихую. Потом получала таких тумаков после возвращения, но мы долго не могли злиться друг на друга.

Я направилась в сторону кухни и обнаружила на столе записку от мамы и кучу венских вафель на большой плоской тарелке. Хоть ей и надо было бежать, но все равно успела напечь нам вкуснятины.

Эх, она столько работает, мечтаю, наконец, разбогатеть и сделать для нее все: чтобы наслаждалась отдыхом, покупала все, что ей хочется, путешествовала с папой. Они даже ни разу не были за пределами нашего города, не то что страны.

Как только я поставила греться чайник, услышала стук в дверь. Кто бы это мог быть? Оставила Лилю на кухне, а сама посмотрела в глазок. Обрадовавшись, открыла дверь и широко улыбнулась.

– О, моя Василиса дома! – он раскрыл руки и крепко обнял меня.

– Папочка!

Наконец-то он вернулся. Мы видимся очень редко, поэтому каждый раз встречаю его будто из продолжительной командировки.

– Кто там? – подруга выглянула из кухни и уставилась на мужчину.

– Папа вернулся со смены. Заходи.

– О, Лиля, привет! Как твои родители? – папа устало улыбнулся и разделся.

– Здравствуйте, Глеб Викторович! Все хорошо, тоже работают, дома не появляются, – выпалила подруга. Папа медленно дошел до ванной комнаты и умылся, чтобы хоть немного привести себя в порядок после тяжелой смены.

– Кстати, ты же помнишь про шоппинг?

– Помню. Но только недолго, у меня вечером выступление, – я вернулась на кухню, налила всем горячего чая и к вафлям достала варенье.

Отец посидел вместе с нами, рассказал о том, что произошло за эти пару дней и как они устали ловить беспризорников. Параллельно он с радостью умял пять штук маминых вафель и вдруг завел разговор о гитаре, про которую я и вовсе забыла. Папа обещал мне как-то купить новую гитару, так как старая давно сломалась. Это было в тот период, когда умерла бабушка и я бросила пение на какое-то время.

– Ну так что, будем покупать гитару? – вопрос папы ввел меня в ступор.

– Правда? Мама не против?

– А причем здесь мама? Это мой подарок на твой день рождения. Да, слегка заранее, он ведь только через неделю, но все же.

От радости я захлопала в ладоши, как маленький ребенок. Гордеева тоже улыбнулась, понимая, как это важно для меня. Может, у меня срастется с песнями?

– Тогда собирайся, скоро поедем.

Кивнув, я взяла Лилю за руку и отвела в комнату, чтобы переодеться. Подруга даже предложила примерить ее юбку и свитер.

– Ты серьезно?

– Абсолютно. Смотрелось бы классно, – она крутила вещами перед моими глазами, хитро улыбаясь. Я только посмотрела на нее убийственным взглядом, она все прекрасно поняла и без слов.

– Ладно-ладно. Но в магазине не отвертишься.

Мы переоделись и направились к выходу – обуваться. Я прихватила все необходимое с собой, папа тоже сменил свою полицейскую форму на повседневную одежду.

– Как всегда, на автобусе?

Я кивнула. Втроем вышли из квартиры и под веселые разговоры двинули на остановку. Там мы почти сразу же поймали нужный автобус и буквально через полчаса были возле большого торгового центра, в котором можно найти абсолютно все.

Магазины одежды начинались со второго этажа. Папа сразу сказал, что с нами не пойдет, и поэтому направился искать музыкальные инструменты.

– Итак, что будем подбирать?

– Не юбки точно.

– Какая ты скучная, Астахова!

Она облазила все полки в магазине, что-то спрашивала у консультантов. Но это же Лиля! Вряд ли найдет что-то с первого раза подходящее. Пришлось потаскаться по магазинам.

– Раз не юбки, пойдем другим путем. Брюки, шорты будем сочетать с блузами, свитерами, иногда с футболками, – подруга задумалась, а я стояла в сторонке и просто молчала, вздыхая. Отговорить Лилю нереально.

– Вот, померь все это, – она впихнула мне в руки не менее десяти вещей и толкнула в сторону примерочной. Пришлось подчиниться. Надевала нехотя, но Лиля же это делает из лучших побуждений. У меня и правда шкаф забит исключительно оверсайзом и джинсами.

Вышла к Гордеевой в свободных кожаных брюках и белом кашемировом свитере, косо поглядывая на себя в зеркало. Как-то непривычно видеть себя такой, но оторвать взгляд не смогла.

– Ух ты! Смотри, у тебя сразу ноги длиннее стали, талию выделили, но при этом, тебе должно быть удобно: никаких открытых элементов, все как ты любишь, – она подошла ко мне сзади и приобняла за плечи.

– Ты так думаешь?

– Честно.

Все еще стояла и смотрела в зеркало. Гордеева стянула с моих волос резинку и легонько растрепала их.

– Зачем? – воскликнула я.

– Так намного лучше. Ты и так всегда ходишь с пучками и хвостами. Волосы совсем не отдыхают.

– Мне как-то непривычно видеть себя такой.

Но на самом деле мне понравилось отражение в зеркале. Получился нежный образ, даже в сочетании с черным, сохранился мой бунтарский посыл, особенно если накинуть сверху кожаную куртку.

– Я не хочу заставлять тебя. Это твой выбор. Если решишь ходить так, я все это куплю. Если нет, настаивать не собираюсь.

Девушка отошла в сторону и дала мне время подумать. А надо ли оно мне? Понимаю, хуже точно не будет. Попробую немного поэкспериментировать. Если все-таки не понравится, отдам вещи Лиле, а сама вернусь к своим любимым джинсам.

– Хорошо. Я согласна. Но если мне в течение последующей недели не понравится быть такой, верну вещи тебе, – ответила я подруге. Гордеева улыбнулась и кивнула. Попросила консультантов отнести вещи на кассу и, когда все упаковали по пакетам, расплатилась своей картой.

– Ну все. Осталось найти мне что-нибудь для рок-концерта.

– Теперь мой выход, детка, – я хитро хихикнула и подхватила подругу под локоть.

Повела ее по другим магазинам, высматривая вещи с шипами, цепями, что-то черное. Лилька с энтузиазмом ходила за мной и даже предложила свою помощь, раз я так долго выбираю ей наряд. Но нет, если она мне уже все выбрала, теперь моя очередь добавить в ее гардероб что-то более темное, неординарное. Ее редко можно увидеть в обычных джинсах или шортах, Гордеева у нас как кукла Барби, любит все самое красивое и светлое.

– Кажется, нашла, – всучила Лиле несколько вещей, а сама забрала у нее пакеты с покупками. Присела на мягкий пуфик и стала дожидаться, когда Гордеева появится из-за шторы.

– Ну, что скажешь? Как тебе? – она вышла из кабинки и покрутилась, изображая модель на подиуме. Надо же, подруге вполне идет черный цвет, особенно в сочетании с крупными серебряными цепями, рваными джинсами и ботинками на высокой подошве.

– Мне нравится! Такой я тебя еще ни разу не видела, – обошла вокруг нее, внимательно осмотрела и улыбнулась.

– Ну все! Завтра ближе к вечеру, как полагается, подготовимся и рванем отрываться по полной.

Лиля сама оплатила покупки, и мы довольные отправились к папе. Он недавно написал, что нашел подходящий магазин и теперь ждет там, чтобы я смогла выбрать то, что хочется.

Стоило мне переступить порог магазина с музыкальными инструментами, как я чуть не упала в обморок. Вокруг было столько красоты. Гитары… аж голова кругом идет. Какую же мне выбрать? Мы попросили консультанта помочь, иначе скуплю все.

Мой взгляд остановился на акустической гитаре, она так и манила меня. Чем-то похожа на мою старую. А значит, мне с ней будет намного проще и привыкать не придется. Однако цена уж больно высокая. Сердце защемило от разочарования. Папа точно не сможет себе позволить купить такое. Но когда я повернулась к нему с грустным лицом, он поинтересовался:

– Что-то случилось? Ты ее хочешь?

– Да, но она очень дорогая.

– И что? Главное, чтобы тебе нравилось, – он улыбнулся и попросил консультанта оформить заказ. А я стояла с открытым ртом и не могла ничего сказать. Подруга поздравила меня с покупкой новой гитары.

– Значит, ты продолжишь писать песни?

Пусть Лиля и слышала, как я играю, но именно свои песни еще ни разу никому не исполняла. Даже мама никогда не заглядывала в мою комнату, пока я сидела наедине с собой и писала песни. У меня в тетради их всего штуки три, но показывать кому-то ни разу не рискнула. Поэтому я и напряглась, когда увидела, что Лиля нашла мою секретную тетрадь.

– Я подумаю над этим.

– Попробую тебя замотивировать. Познакомлю завтра с хорошими ребятами, – подмигнув мне, подруга взяла меня под руку и повела на выход, пока папа расплачивался за гитару.

После поехали домой, потому что нужно было потихоньку готовиться к вечерней смене. Надеюсь, в этот раз Михалыч не поставит меня помогать Гончарову. Хочу насладиться сегодняшним выступлением. И тематика вечера очень подходящая: рок-н-ролл. То, что нужно, чтобы немного развеселиться и выпустить весь негатив.

Оказавшись дома, мы побежали в мою комнату и разобрали все пакеты. С дрожащими руками достала гитару из чехла. Какая же она красивая! Из массива, с белой окантовкой. Не папа, а волшебник!

* * *

Как только я пришла на работу, сразу же помчалась в гримерную. Сделала прическу, подобрала подходящую одежду. Но, усевшись перед зеркалом, я поняла, что моей косметички нет. Кто мог ее взять?

Ключи есть только у меня и у Ульяны Владимировны. Не думаю, что она вдруг решила мне устроить такую гадость прямо перед началом выступления. Впервые за все время, пока я здесь работаю, мою косметику наглым образом украли.

И пока я ее искала, перерывая каждый уголок ресторана, Гончаров узнал о пропаже и вызвался помочь. Косметички нигде не было, но под столом в моей гримерной он нашел помаду и тушь. Хоть что-то.

А после выгнала из помещения, увлекаясь разговором с Лилей, чтобы она мне помогла навести красоту всего с двумя предметами косметики, не имея под рукой больше ничего.

Тут я на мгновение задумалась о Никите. Пока шла в ресторан, на парковке его машины не заметила. Неужели приехал на автобусе? Хотя кто его знает, может, и такси заказал. Следить сутки напролет за ним не могу, поэтому не факт, что он не попросит деньги у родителей, как мы договаривались изначально. Но тогда бы он и не оказался здесь.

Для человека, который никогда не работал, он даже очень неплохо справляется. Хотя всем известно про его бешеные вечеринки и про то, как он всячески пытался испортить репутацию отца. Про Гончарова много что писали в интернете, постили провокационные фотографии – глядя на него сейчас, и не скажешь, что парень был таким совсем недавно. Прошло всего несколько дней, а он как миленький выполняет всю работу, учится, внимательно слушает и даже хорошо общается с персоналом, в особенности с женским полом, что неудивительно с его-то внешностью. Да и харизма дает о себе знать.

Когда пришла пора выходить на сцену, я немного заволновалась. Но на удивление само выступление прошло идеально! Даже старалась не кидать взгляды в сторону барной стойки, чтобы случайно не столкнуться глазами с Гончаровым. Из-за него я начинаю нервничать еще больше. Ей богу, как маленькая!

Нехотя попрощавшись с посетителями, которые так не хотели меня отпускать после выступления, я уже собралась возвращаться в гримерную, скрываясь за кулисами, но меня жестом остановила Ульяна, подзывая к себе.

– Пойдем на пару слов к тому столику, они хотят с тобой поговорить.

Я сначала не поняла, что именно от меня требуется.

– Они вроде какие-то известные личности. Пойдем.

Как только я направила свой взор в их сторону, чуть не завизжала. Один из них был жюри на самом популярном музыкальном шоу в Москве, куда я так мечтала попасть после учебы.

Я последовала за Ульяной, по пути поправляя прическу и одежду. За столом сидели несколько незнакомых мне человек и тот самый мужчина. Он выглядел очень даже воодушевленным: как только я подошла, он привстал с кожаного дивана и пожал мне руку.

– Приветствую, Лиса! Восхищен твоим талантом. Не хочешь поучаствовать в нашем шоу? Думаю, далеко пойдешь!

Я все это время молчала как дурочка и хлопала ресницами. Неужели это происходит со мной на самом деле?!

– Да, я согласна! – это все, что я смогла выжать из себя.

– Отлично! Вот визитка, позвони мне, как соберешься на кастинг, – мужчина протянул мне черную карточку с инициалами и номером телефона. Я так рада!

Осталась в ресторане до самого закрытия, чтобы поговорить с Михалычем. Он-то мне точно поможет, да и хотела узнать, готов ли он отпустить меня на некоторое время, ведь кастинг стартует уже через месяц. Нужно заниматься и снова писать песни! Увидела начальника на входе и сразу же к нему подбежала.

– Ты сама-то уверена, что тебе это нужно?

– Дмитрий Михайлович, отпустите девочку. Пусть едет, у нее и правда талант, – к нам присоединилась Ульяна Владимировна. Но Дмитрий Михайлович, задумавшись, на нее даже не посмотрел.

– Что ж. Без тебя нам будет тяжко.

Ура! Обняла со всей силы мужчину в знак благодарности.

– Тогда тебе следует подготовиться. Мне найти педагога?

– Я могу ее подготовить, – послышался голос Гончарова. Мы все дружно к нему повернулись. Он подготовит меня? В каком смысле?

– Ну, точнее, не я сам. У меня лучший друг – вокалист.

Надо же, Никита решил мне помочь. Надеюсь, за этим не кроется какой-нибудь хитроумный план. Михалыч перевел взгляд на меня, а я только пожала плечами.

– Я могу вас познакомить завтра, если ты не занята.

– Увы, но завтра я иду с подругой на рок-концерт, так что никак.

– На тот, что будет вечером в баре «Кролик Роджер»? – он приподнял вопросительно бровь.

– Да. Ты тоже идешь?

– Почти. Значит, там и встретимся, – Гончаров попрощался со всеми и вышел из ресторана. Проследив за ним глазами, вздохнула. Что он имел в виду под этим «почти»?

Глава 10

Никита

Утром проснулся вообще никакой. Еле встал с кровати, скинул с себя грязную одежду, в которой проспал всю ночь, и направился в собственную ванную комнату. Спустя какое-то время вышел из душа, вытащил из шкафа чистое полотенце, вытерся и, вздыхая, посмотрел в зеркало.

Может, пойти жить к Феликсу и Антону? Боюсь только, их хозяйка не будет рада моему появлению в квартире. Но раз я вышел на работу, то почему бы после первой зарплаты и не задуматься о съемном жилье? Если будет не хватать, одолжу у друзей.

Вдруг меня осенило: после того, как я решил устроить отцу сладкую жизнь и делать все назло ему, на друзей совсем забил, особенно после того случая в клубе. На репетиции хожу без охоты, хотя мне очень важно продолжать заниматься музыкой. Это часть моей жизни, и я не хочу ее забрасывать.

Пора что-то менять: наладить контакт с парнями, уделять больше времени репетициям. А девушки… на один раз всегда можно найти подходящую. Только вот почему-то мои мысли все время заняты Василисой. Этой наглой и упертой девчонкой, которой палец в рот не клади.

Она сильно зацепила меня, наблюдать за ней на работе – одно удовольствие. А когда выходит на сцену, то совсем голову теряю, ее голос тронул меня до глубины души. А вот в колледже она совершенно другая – тихая, как серая мышка, не привлекает к себе много внимания.

Что-то я много думаю. Точно нужно развеяться! Завтра после концерта позову друзей в какой-нибудь бар или клуб – оторвемся по полной.

Вернулся в комнату и решил набрать Феликса, спросить его о предстоящих делах.

– Да, Кит?

– Друг, что завтра после концерта планируешь делать?

– А есть какие-то предложения? – голос у Исаева был еще сонным.

– Провести время вместе.

– Можно. Давно не собирались.

Попрощавшись с другом, кинул телефон на кровать и задумался. Учебы сегодня нет, а чем заняться до самого вечера – не знаю. И тут я понял: отдал отцу ключи от машины, а ведь на заднем сидении осталась гитара! Если он ее найдет, ей не выжить. Черт! Нужно как можно скорее забрать ее. Накинул на себя чистую футболку и спортивные штаны, выглянул из комнаты и оценил обстановку.

Тишина. В принципе, как и всегда. Только прислуга что-то делает на кухне, а так, голоса отца или мамы не слышно. Значит, их нет дома. Это мой шанс выкрасть ключи из кабинета и забрать гитару.

Проникнув на носочках в темный кабинет отца, обыскал все открывающиеся шкафчики, стал рыться на письменном столе и прочих поверхностях, включая полки с книгами и документами. Но ключей нигде не было. Можно было бы разбить в машине окно, но он сразу поймет, что это сделал я. Вздохнув, почесал затылок: надо что-нибудь придумать. Без своей гитары я не смогу пойти на концерт, а подводить парней нельзя, иначе Феликс меня из группы исключит, несмотря на то, что мы дружим с детства. Исаев так долго ждал этот концерт, готовился к нему. Да и ребята уже давно настроились на выступление, так что я просто обязан достать гитару из машины.

Вдруг в кабинет заглянула одна из служанок, напугав меня до чертиков.

– Вы что-то ищете?

– Да так, ключи от своей машины, – прикинулся я дурачком.

– О, так они внизу. Захар Игнатьевич забыл их на столе, а я убрала в шкаф в прихожей, – девушка мило улыбнулась мне, застеснявшись. Я поблагодарил за информацию и быстро спустился и нашел то, что искал.

Как хорошо, что отец порой что-то забывает.

Звякнул связкой и вышел на улицу к машине. Открыл ее и, облегченно вздохнув, забрал чехол с гитарой.

Вернул ключи туда, откуда взял, и поднялся к себе в комнату, спрятав гитару поглубже в шкаф. Надеюсь, отец не начнет искать ее. Когда мы украли ее из кабинета, отец кричал на весь дом и пытался выбить из меня признания, но я только безразлично сидел за столом, ковыряясь в тарелке с едой, и делал вид, что вообще ничего не знаю.

На смену пришлось добираться на автобусе. Людей море, еле втиснулся – меня чуть дверьми не придавило. Хорошо, что через несколько остановок народа стало поменьше, и я вздохнул полной грудью.

Вышел на своей остановке и прогулялся до ресторана. Внутри царила суматоха. Персонал бегал по всему залу, кто-то ловко выныривал из кухни с тазами и тряпками.

– Ульяна, что тут творится?

– Заказали столик на большую компанию, бегаем суетимся. Там вроде кто-то из музыкальной индустрии, – девушка уткнулась в свой телефон, быстро клацая по клавиатуре.

– Шутите? – я приподнял бровь.

– Вообще-то «Лунный прибой» знают не только в нашем городе. Кто будет – неизвестно, но предупредили, чтобы было все на высшем уровне. Поэтому стараемся, как можем. Ты тоже не подкачай сегодня, народ никто не отменял.

Я кивнул в ответ. Быстро переоделся и провел небольшую ревизию в баре. Ульяна помогла мне разобраться с тем, что стоит списать, а что оставить. Не всех ингредиентов хватало, поэтому пару коктейлей пришлось поставить в стоп-лист.

– Никто не видел мою косметичку? Она всегда была в гримерной, – из ниоткуда взялась Василиса.

Она собрала свои светлые волосы с еле видными розовыми концами в высокий хвост и уже переоделась в одежду для выступления. Я осматривал девушку с головы до ног, но она заметила это и нахмурилась, скрестив руки на груди.

– Чего уставился?

– Нельзя, что ли? Смотреть никто не запрещал.

– Знаю я твои эти взгляды. Лучше помоги найти косметичку, открываемся скоро, – вздохнув, Василиса стала спрашивать каждого, кого встречала на своем пути. Но все были настолько заняты, что просто отмахивались.

– Уверена, что не в гримерке?

– Посмотрела везде.

Я пошел следом за ней, помогая отыскать пропавшую косметичку. Облазил все полки, шкафы, но ее и правда нигде не было.

– Кто сюда мог еще войти?

– Ключи только у меня и у Ульяны, – мы переглянулись. Василиса наверняка думает, что это дело рук администратора, но почему-то я уверен, что она тут ни при чем.

– Ладно. Поищем еще, – я повернулся и обнаружил валяющуюся на полу помаду, которая закатилась под стол. Поднял ее и показал Василисе.

– Да, это моя. Где ты ее нашел?

Указал пальцем в сторону стола, и Василек полезла туда, опустившись на коленки. Хотел сделать комплимент, но вдруг понял, что мне прилетит, если я заикнусь о том, что у девушки довольно аппетитный вид сзади. Сглотнув, отвернулся, чтобы не смущать самого себя.

– Ну что, нашла?

– Только тушь, – разочарованно произнесла девушка и выбралась из-под стола, отряхиваясь.

– Что будешь делать?

– Знаю один выход, – она достала телефон и, набрав чей-то номер, приложила его к уху.

– Лиля, спасай. Моя косметика куда-то подевалась, есть только тушь и помада, – Василиса села на стул, а я прислонился спиной к стенке, наблюдая за девушкой. Она нервно дергала ногой и грызла ногти, ожидая ответа подружки.

– Спасибо за помощь, конечно, но тебе пора за барную стойку, – она обратилась ко мне, подняв на меня свои глаза.

– Прогоняешь, да? Еще и так грубо, – прожигал Василису взглядом. Мне хотелось позлить ее еще немного.

– Да, Лиль, я слышу. Я воспользуюсь твоими советами, – наспех отключившись, девушка встала и начала выталкивать меня из гримерной.

– Настырная же ты. Иду я, иду, – засмеялся, но все-таки вышел. Девушка громко захлопнула перед моим носом дверь и включила на фоне музыку, чтобы закончить с макияжем.

* * *

Когда народ подтянулся, стало невыносимо душно. Я напомнил персоналу, чтобы они включили кондиционеры, иначе жалоб не оберемся. Выполнял свою работу, готовил коктейли уже за считанные минуты, успевая только кинуть взгляд на чеки.

А потом я увидел тех самых гостей, которые забронировали два столика. Их было человек семь или восемь. Некоторые из них были в строгих костюмах, другие же – в обычной одежде. Я их будто где-то видел, но не мог понять где именно.

Пока натирал стаканы, объявили о начале выступления Василька. Поднялся радостный шум, овации. Я сразу же перешел на другую сторону стойки, чтобы понаблюдать за девушкой.

Зал затих, и на сцену вышла счастливая Василиса. Покоряя своей яркой улыбкой, она остановилась в середине сцены и поприветствовала всех гостей. Девушке удалось создать невероятный образ: она выделила свои выразительные голубые глаза и подвела губы темно-бордовым цветом. Стоило Васильку запеть, как все замерли от восхищения, никто не спускал с нее взгляда. Она безупречно брала высокие ноты, выкладываясь на все сто процентов.

Если бы ее услышал Феликс, ему бы она понравилась не меньше, чем мне. А еще я заметил, как перешептывались важные гости, глядя на Василису. Они подозвали Ульяну и что-то попросили. Та кивнула в ответ и после направилась в сторону кухни, скрывшись за дверьми. Интересно, что они ей сказали?

Выступление Василисы длилось целый час. За это время, я, подпевая, готовил коктейли, наливал литры пива и убирал за собой бардак, созданный во время процесса. Василиса выглядела счастливой, несмотря на усталость. Она попрощалась с гостями, поклонилась и пожелала всем прекрасного вечера.

Однако уйти со сцены просто так ей не дали. Ульяна подбежала к ней, поймав возле кулис, и что-то шепнула на ухо, указывая в сторону вип-столиков. Василисино выражение лица менялось с каждой секундой: от недопонимания до радостной улыбки. Девушка кивнула и рванула в зал, попутно получая слова благодарности за выступление. Она дошла до того столика, о чем-то с ними поговорила, но о чем – я не слышал, да и к работе нужно было возвращаться.

Как только приблизилось время закрытия, гости стали расходиться. Сегодня посетители оставили много чаевых. Даже мне милые дамы подкинули несколько тысяч и заплетающимся языком сказали, что я слишком симпатичный для того, чтобы работать за барной стойкой.

В пустом зале появился высокий мужчина в строгом костюме. Весь из себя статный, серьезный. Он позвал к себе администратора, рядом с ним, активно жестикулируя, шла радостная Василиса. Как только они подошли поближе, я смог расслышать их разговор.

– Они и правда тебе предложили поехать туда? – мужчина остановился возле стойки, кидая короткие взгляды на Василька.

– Да! Сказали, что мне обязательно нужно попробовать свои силы! Ты отпустишь меня? – девушка сжала губы и с надеждой посмотрела на него.

– И когда это шоу?

– Через месяц.

– Ты сама-то уверена, что тебе это нужно?

– Дмитрий Михайлович, отпустите девочку. Пусть едет, у нее и правда талант, – в разговор встряла Ульяна, но на нее и внимания никто не обратил.

– Что ж. Без тебя нам будет тяжко, – он потрепал девушку по волосам и слегка улыбнулся. Василиса запрыгала на месте и в порыве эмоций обняла мужчину. Вспомнил, это тот самый Михалыч, про которого говорила Ульяна. Я впервые увидел его за эту неделю.

– Тогда тебе следует подготовиться. Мне найти тебе педагога?

И почему именно в этот момент я решил ляпнуть, что могу ей помочь?

* * *

Как только я вернулся домой, то тут же завалился спать без задних ног. Хорошо, что выступление вечером и у меня есть время, чтобы как следует выспаться, помыться, привести себя в порядок и отправиться на место встречи.

Утром я резко проснулся от громкого стука в дверь. Возможно, это была мама, но уж больно сильно она стучала. Я подскочил с кровати, даже не задумавшись о том, что спал в одних трусах, и только перед тем, как открыть дверь, накинул на себя спортивные штаны, чтобы не чувствовать себя неловко.

– Кто там?

– Милый, это я. Нам нужно срочно поговорить, – мамин голос был встревожен, и я сам немного запаниковал.

Когда я открыл дверь, увидел, что она плачет. Что произошло? Я завел ее в комнату и посадил на стул, присев напротив нее на корточки.

– Мама, что случилось?

– Мы снова спорили о бизнесе. И я ему ляпнула, что собираюсь подать на развод. Я устала жить с ним, мы как соседи. По сути, уже никто друг другу. И этот бизнес… Спорим и спорим, – она всхлипывала. Я поглаживал ее по дрожащим плечам.

– А он что? Грозит отнять его?

– Сначала начал кричать, о том, мол, я плохая жена и подвожу его, ведь у него сейчас много работы с различными журналистами, встречи на телешоу. Они прознают, и тогда все начнут вокруг говорить, что Гончаровы не такая уж и крепкая семья, какими мы пытались казаться последние два года. А потом толкнул меня и пару раз замахнулся.

Щелчок в моей голове. Он поднимает на нее руку, а я об этом не знал. Мама смотрит на меня со слезами на глазах и держит за руку, она понимает, что я могу вскочить в любой момент и сразу рвануть к отцу.

– Не ходи к нему. Я что-нибудь придумаю и все равно уйду от него. Отдам этот гребанный бизнес, и пусть он им подавится, – мама стирала остатки слез со щек. Я же, прижав ее к груди, крепко обнял. Обязательно что-нибудь придумаем.

Ближе к вечеру, я переоделся для выступления и накинул кожаную куртку. Вытащил гитару, прихватил телефон и наличные, которые дали в ресторане на чаевые. Тихонько выглянул из комнаты, чтобы убедиться, что отца нет дома. Спустился на первый этаж, оглядел кухню и гостиную. Даже мамы не было видно. Возможно, после нашего разговора уехала к своей подруге, чтобы окончательно успокоиться после истерики. Нужно будет в ближайшее время разобраться с отцом лично.

Вышел из дома со спокойной душой и вдохнул свежий воздух. После утреннего дождя стало будто легче дышать. Набрал Феликса и предупредил его, что выдвигаюсь из дома и совсем скоро приеду в бар.

Чтобы доехать туда, пришлось сделать две пересадки на автобусе. Да, на машине было куда удобнее, но тут я могу смотреть по сторонам, разглядывать город, а не просто следить за дорогой и ненавистным светофором.

Так я и проехал до своей остановки. По карте нашел вход в бар, в котором мы должны встретиться с парнями перед началом разогрева.

Глава 11

Василиса

– Доберешься домой сама? – Михалыч обратился ко мне.

– Конечно. Не первый раз же, – улыбнулась ему, а после подхватила за плечо и отвела в сторону, шепнув на ухо: – Дмитрий Михайлович, лучше довезите Ульяну домой.

– Так она рядом живет, в отличие от тебя, – он нахмурил свои брови, стряхивая мою руку.

– Да нравитесь вы ей. Дайте шанс, проявите интерес. Мне ее уже жалко.

– Василиса, с каких пор ты заделалась в свахи? Мне сейчас не до отношений. Сама понимаешь, бизнес отнимает кучу времени, еще планирую скоро открывать филиал на другом конце города, – он разочарованно вздохнул, а потом краем глаза посмотрел на девушку.

Ульяна Владимировна собиралась домой, как и весь персонал. Еще чуть-чуть, и она уйдет из ресторана в одиночестве.

– Ладно. Проявлю вежливость, – буркнул Михалыч, а я обрадовалась, как ребенок, и пихнула мужчину в сторону администратора. Поправив пиджак, он подошел к ней ближе и предложил подбросить до дома. Та аж засияла от счастья и согласилась, слегка покраснев.

Ну вот, может, наконец, наладят свои отношения. Я хоть и недолюбливаю Ульяну, но она сама по себе девушка неплохая и тоже заслуживает радости в жизни. А ее радость на данный момент стоит рядом с ней.

Я попрощалась с официантами и вышла следом за парочкой. Вызвала, как обычно, такси и со спокойной душой вернулась домой, где меня ждала Лиля, спящая на своей половине кровати. Я заботливо накрыла ее пледом, а сама скрылась за дверьми и проведала родительскую спальню. Мама, обнимая папу, сопела под его боком.

Я быстренько выпила горячего молока с парой штук песочного печенья на темной кухне, умылась в ванной, довольная легла рядом с Гордеевой, натянув до подбородка теплый плюшевый плед, и мгновенно заснула.

* * *

С самого утра Лилька стала будить меня. Только вот не сама, а своим топотом. Она выходила много раз из комнаты и заглядывала обратно – я приоткрыла глаза.

– Лиля, что случилось?

– Ой, я тебя разбудила? Я просто нервничаю перед концертом, помогаю твоей маме на кухне, пока она еще не ушла на работу, – подруга присела рядом со мной и улыбнулась.

– Блин. Всего шесть утра?! Я хочу еще поспать, – пробурчав, уткнулась лицом в подушку.

– А мы там оладушки приготовили…

Стоило Гордеевой заикнуться об этом, как в моем животе предательски заурчало. Ну вот кто так делает? Наверняка она сейчас сидит и хитренько улыбается, дожидаясь того, что я подскочу с кровати и побегу на кухню.

– Ты специально, да?

– Пойдем поешь. До концерта еще куча времени, так что успеешь поспать, – хихикнув, она ушла на кухню и начала греметь посудой.

Зевая, я лениво потянулась и надела тапочки. Потирая глаза, пришла на прекрасный запах оладушек и увидела, как мама весело пританцовывает возле плиты. На кухне играла тихая музыка из радио. Лиля налила нам горячий шоколад и поставила кружки на стол.

– О, Василиса проснулась. Как прошла смена?

– Как и всегда. Но вчера произошло кое-что прекрасное, – я еле сдерживала улыбку. А мама повернулась ко мне с полной заинтересованностью.

– И что же? – Лилька тоже взбодрилась.

– Вчера в ресторане был мужчина, который сидит в жюри музыкального шоу «Жги!». И он предложил мне поехать на кастинг, пригласил лично. Представляете? – Эмоции почти взяли надо мной вверх, и я чуть не подскочила с места, вновь осознавая то, что это произошло в реальности.

Пока мама и Лиля пытались переварить информацию, я побежала до прихожей, вытащила из сумки его визитку и положила на кухонный стол. Подруга взяла ее в руки и рассмотрела поближе. Покрутила несколько раз и только потом поняла, о чем я говорю.

– Этот тот самый Игнат Александрович?

Я закивала. А вот мама до сих пор была в недоумении. Она забрала визитку у Лильки и стала сама рассматривать ее, нахмурив брови.

Точно, я ведь ей не говорила, что хотела бы поучаствовать в шоу, времени подходящего не было. Мама поддерживает мое рвение к музыке, но вряд ли предполагала, что я хотела бы посвятить ей всю жизнь.

– И где это будет проходить?

– В Москве. Через месяц будет кастинг, полечу, наверное, – на кухне воцарилась давящая тишина. Почему-то мне показалось, что мама запретит ехать, начнет говорить об учебе или о том, что ей также нужна помощь.

– Хорошо. Я спрошу у Глеба, может, кто из его друзей приютит тебя, – мама расплылась в теплой улыбке, раскрывая руки для объятий.

Я мгновенно подлетела к ней. Уткнувшись в плечо, чуть не расплакалась от счастья. Я так рада, что мама не против.

– Не всегда же тебе быть заложницей моего собственного долга. Ты и так многое сделала. Пожертвовала своими мечтами, любимым делом, поэтому я и не была против твоей работы в ресторане. Только там ты могла стать самой собой, – крепко прижимая меня к себе и медленно гладя по волосам и спине, она легонько поцеловала меня в макушку. Я чувствовала, как ее грудь стала дрожать и редко вздыматься.

– Прости, что так получилось. Ты должна делать то, что считаешь нужным. Мы вчера как раз с отцом говорили, решили остатки долга закрыть самостоятельно. Осталось не так много, а ты копи на поездку спокойно, – подняв взгляд на маму, увидела, как, стекая по щекам, из ее глаз полились слезы. Она смахнула их ладонью, улыбаясь мне.

– Мам, я очень тебя люблю.

– Я тебя тоже, солнышко.

– А, может, покушаем? Горячий шоколад уже давно точно не горячий, – подруга грустно вздохнула.

Мы с мамой дружно засмеялись и приступили к завтраку. К оладушкам достали из холодильника вкусную сгущенку и жирную сметану, которую я так обожаю. Положила себе побольше и с аппетитом съела несколько штук, параллельно обсуждая поездку в Москву.

Нужно за этот месяц не только плотно подготовиться к кастингу, но и заработать побольше денег. Придется выходить вместе с Гончаровым в смены. Радости мало, но с Никитой теперь не так противно работать. Я даже как будто смирилась. В колледже все еще проходим мимо друг друга, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Но наши взгляды каждый раз сталкиваются. И со стороны Никиты они более чем заинтересованные.

Я вот думаю, а как Гончаров связан с музыкой? Друзья, которые подготовят меня к кастингу, аккорды он быстро запоминает…

Кстати, о гитаре. После теплой беседы на кухне я вернулась в комнату и, взяв чехол, присела на стул. Провела рукой по приятной ткани, аккуратно расстегнула молнию и достала новенькую гитару. Она такая красивая! Мне уже не терпится сыграть, но для начала ее надо настроить.

На звуки прибежала Лилька с улыбкой до ушей. Устроилась рядом со мной и молча ждала, пока я начну что-нибудь исполнять из собственного репертуара. Но я почему-то застеснялась.

– Ну ты чего? Я хочу послушать.

– Не знаю. Как-то перед своими немного страшно, – прикусив от волнения губу, посмотрела на подругу. В ее глазах я увидела ту самую искорку – как же ей хочется послушать мою игру.

– Все будет хорошо, – Гордеева накрыла мою руку своей ладонью, пытаясь успокоить и поддержать.

Я вздохнула, прикрыла глаза, чтобы настроиться, и попыталась вспомнить свои песни. Пальцы начали перебирать струны, из-под которых выбивалась грустная и тихая мелодия. Я становилась спокойнее, увереннее. Тело и разум расслабились, я полностью отдалась звуку и запела:

Лови мои мечты, они как бабочки летят,

Звуки музыки в душе мою печаль таят.

Сердце тоской томится, сквозь слезы

исчезает,

Мечта о любви в сердце моем умирает.

Лилька сидела тихо, внимательно слушала, как я пою, и даже, закрыв глаза, покачивалась из стороны в сторону. Мелодия льется. Звуки ласкают слух. Я испытываю такой кайф от того, что взяла в руки гитару и отыграла всю мелодию без единой ошибки. Последний раз провожу пальцами по струнам, и в комнате наступает тишина.

– Василиса, это так красиво. Какой талант! Тебе и правда нужно ехать в Москву! – подруга подскочила с кровати и крепко обняла меня.

А я только улыбнулась, все еще находясь в эйфории. Приятно, что кому-то понравилось мое творчество. Никогда бы не подумала, что это услышит кто-нибудь, кроме родителей. Мои выступления в ресторане совсем другие. Я пою чужие песни, это не то. Душа требует своего.

– У тебя обязательно все получится. Мы поддержим тебя, как сможем.

– Спасибо, Лиль! – убрала гитару на место и обняла подругу.

Мы долго болтали, но потом меня конкретно сморил сон. Я обняла подругу, заваливаясь вместе с ней на кровать и под тихий шепот вместе уснули, свернувшись клубочком.

Когда проснулись и нехотя встали, потягиваясь во все стороны, дружно навели порядок дома и приготовили перед выходом вкусный ужин для мамы и папы. А пока мы собирались на концерт, Лильке позвонили родители и сообщили, что уже завтра возвращаются домой, будут думать, что делать с последствиями потопа. Вроде как планируют ремонт, а пока придется снять квартиру на какое-то время. Подруга уговорила родителей, чтобы она еще пожила у меня, отсюда ей проще добираться до колледжа и работы.

Ясно, что Гордеевой хотелось небольшой свободы от родителей. Мы с ней в этом похожи. Я бы сама не прочь жить отдельно, но подумаю об этом после окончания колледжа. Остался-то всего год.

– Я перезвоню вам завтра.

Она отключилась и села рядом со мной, грустно вздыхая.

– Все хорошо?

– Это нормально, что я не хочу возвращаться к родителям? – она посмотрела на меня.

– Мы взрослеем, и нам хочется жить своей жизнью. Так что это вполне нормально.

– Я хочу жить с Антоном. Но не знаю, как сказать родителям. – Я села возле нее, задумавшись.

– Ты правда настолько сильно в него влюблена? – вместо слов был кивок и печальные глаза, которые вот-вот заполнятся слезами.

– Мы нравимся друг другу. Меня тянет к нему, хочу просыпаться рядом, проводить время вместе как можно больше.

– Поговори с родителями. Скажи все, что у тебя на душе. Они обязательно поймут, – я приобняла ее за плечо и улыбнулась. Девушка немного успокоилась, и мы продолжили готовиться к концерту.

Лиля надела все, что мы для нее купили, – смотрелось просто отлично. И не скажешь, что она в повседневной жизни совсем такое не носит, а предпочитает каблуки и нежные цвета.

Мы помогли друг другу с макияжем и прическами. Я заплела маленькие косички спереди, воткнув в них маленькие серебристые колечки. Лиля попросила ей сделать то же самое. Напоследок взглянули в зеркало и удостоверились, что выглядим на все сто.

– Сейчас позвоню Антону. Спрошу, где они там, – Гордеева достала телефон и набрала своего парня. Поскорее бы его увидеть, интересно же, в кого там втрескалась моя лучшая подруга!

Она ходила из угла в угол, хихикая и мило болтая с ним по телефону. Я взглянула на часы и поняла, что пора выдвигаться, иначе можем попасть в огромную очередь и не протолкнуться поближе к сцене. Подошла к подруге и, похлопав по плечу, указала головой в сторону настенных часов.

– Милый, я скоро приеду. Жди.

Ох уж эти нежности. Мы взяли билеты, сумки, вышли в подъезд и закрыли квартиру на ключ. Как только отправила маме смс, что вернемся домой ближе к полуночи, Лиля подхватила меня под руку и потащила на улицу в сторону автобусной остановки. В бар мы планировали дойти пешком, но совсем забыли о времени, так что придется вновь воспользоваться любимым общественным транспортом.

До бара «Кролик Роджер» добрались, собрав пробки в центре города. К счастью, успели вовремя. Пришлось все же постоять в небольшой очереди, где каждый чуть ли не толкался, лишь бы прорваться первым внутрь бара. Но когда мы зашли, то просто обалдели от обстановки. Здесь все очень круто: неоновые вывески, куча зеркал, всяких атрибутов, связанных с мультфильмом, в честь которого и назван бар. Барная стойка поделена на две зоны. Огромная танцевальная площадка поразила меня своим размером. Народа было уже много, чтобы не запариться, сняла с себя кожаную куртку.

– Только не говори, что сразу побежишь к своему Антону! – ворчала я, пока мы пробирались сквозь толпу.

– Нет конечно. Сначала они выступят, а потом уже вас познакомлю, – подруга вся расцвела при мыслях о своем парне.

По пути к сцене мы прикупили пару бутылок холодной воды в баре, а то слишком уж душно, плохо может стать. До начала оставалось каких-то пять минут. Скоро загремит музыка, в ушах будет гудеть! Но в этом-то и прелесть таких концертов, иначе как по-другому получить удовольствие?

– Ты мне хоть покажешь, кто из них твой? – указала Гордеевой на парней, которые вышли на сцену под громкие аплодисменты.

Надо же, какой у них вокалист! Высокий, светловолосый, на его лице сияет улыбка. Он всех поприветствовал. Почему мне кажется, что я где-то его уже видела? Но музыка заиграла, и я отвлеклась.

Лиля крикнула на ухо, чтобы я обратила внимание на гитариста. Он ее парень, что ли? Но как только я перевела взгляд, моя челюсть чуть не упала. Гончаров?

– Какого черта… – я застыла от шока. Лиля пыталась меня растрясти и что-то еще мне крикнула, но фразу я пропустила мимо ушей. Теперь меня волновал только Никита. Он мастерски исполнял свои партии на бас-гитаре. Я бы не прочь такому научиться, но пока мой максимум – акустическая гитара.

А какой он серьезный, когда сконцентрирован на одном деле. Но это не помешало ему пару раз улыбнуться зрителям и вместе с вокалистом спеть припев. Гончаров и петь умеет? Я что, сплю? Ущипнула себя и ойкнула, поняв, что все происходит на самом деле. Никогда бы не подумала, что такой человек, как он, будет играть с совершенно обычными парнями на сцене. Он удивляет меня все больше.

Музыка меня так заворожила, что я невольно стала подпевать, пусть даже и не знала песен. Лиля сбоку визжала, пританцовывая. Мне очень нравилась их подача, взаимодействие с публикой и исполнение. Каждый привносил что-то свое, и выступление от этого становилось невероятным.

Никита и вокалист продолжали вытворять на сцене что-то невообразимое, отчего почти вся толпа с девчонками сходила с ума. Хитрая улыбка Гончарова сносила голову каждой. Через пару песен он снял куртку и остался в одной белой майке. Теперь все могли рассмотреть на его руках татуировки, которые обвивали их как лоза. Под такт музыки он встряхивал волосами, пытаясь избавиться от надоедливых прядей, которые прилипали ко лбу. В баре и правда становилось очень жарко. И это точно не только из-за того, что все танцуют и подпевают группе.

Когда же они закончили и попрощались со всеми, Гордеева тут же потащила меня за кулисы. Я еле поспевала за ней и чуть не сбила с ног двух людей.

– Влюбленная, остановись! Я чуть не убилась.

Когда мы оказались на месте, подруга затормозила.

– Ну и где он?

Автоматически стала искать глазами Гончарова. Вон он. Стоит счастливый. Слегка вспотел после такого движа на сцене. Зараза, даже в таком виде красавчик.

Лилька рванула в сторону парня и прямо запрыгнула на него. Ну и ну. Воссоединение сладкой парочки. Я осторожно последовала за ней и молча встала в сторонке, чтобы не привлекать к себе внимания. Размечталась! Тут же подлетел Гончаров, схватил меня за руку и повел знакомить с их вокалистом.

– Феликс, хочу представить тебе одного прекрасного человека. Это Василиса.

Только я собралась возразить, с каких пор я стала прекрасным человеком, как потеряла дар речи уже второй раз за этот день. Тот самый парень в автобусе! Те самые зеленые глаза, светлые волосы и большая татуировка на шее.

Парень обрадовался – он не забыл нашу встречу. А потом вдруг заикнулся, что я стала его музой, отчего мне стало неловко еще больше. Я и так чувствую себя неуютно рядом с Гончаровым.

– Василиса, не составишь нам компанию после концерта? Хотим отдохнуть, расслабиться. А у меня огромное желание пообщаться с тобой, – подмигнул Феликс.

Я сразу согласилась. Почему бы и нет. Хотя бы переключусь на кого-то, кроме Никиты. Пока мы продолжали кайфовать с Лилей от концерта и подпевать остальным группам, я чувствовала, как парень прожигает меня своим взглядом. Как бы у меня во лбу дырка не появилась.

Глава 12

Никита

В баре было полно веселого народа. Наверняка многие останутся на концерт. Издалека уже удалось оценить обстановку вокруг огромной сцены. Люди толпились кучками, что-то громко обсуждали и смеялись, пытаясь перекричать музыку в зале. Я прошел за кулисы, где увидел Феликса, Антона и Витю. Все трое готовились к выступлению.

– О, пришел. Ты почему не на машине? А то мы тебя уже заждались, – Антон обрадовался моему приходу. Он подошел ко мне и, крепко обняв, похлопал по спине.

– Отец ключи забрал. Совсем с катушек слетел. Теперь передвигаюсь на автобусе, – обнял друга в ответ. – Сегодня после концерта идем праздновать?

– Конечно. Только ты не против, если я приглашу свою девушку? – Панфилов с надеждой посмотрел на меня. Если пойдет она, то пойдет и Василиса. Это довольно заманчивое предложение. Главное, нам с ней не поубивать друг друга.

– Уверен, что ей будет интересно с нами пойти? – в ответ последовал кивок.

– Хорошо.

Вдруг возле сцены послышались счастливые крики. Взглянув за кулисы, понял, что приехала группа, у которой мы выступаем на разогреве. Это отличный шанс показать себя! Феликс ни за что не упустил бы такую возможность, поэтому и смог выбить нам место. Хотя тут и без нас куча талантливых групп, с которыми мы пересекались несколько раз на прошлых концертах и фестивалях.

– Ну что, готовы, парни? – Феликс собрал нас всех, обнимая за плечи.

– Всегда!

Спустя несколько минут нас пригласили на сцену под бурные аплодисменты. Мы редко выступаем перед таким количеством народа, каждый раз кажется каким-то чудом.

Исаев вновь порадует всех присутствующих своими песнями. После этого концерта у него точно фанаток прибавится. Феликс не только очаровывает всех своим высоким и красивым голосом, но и привлекательной внешностью.

Как только голос друга зазвучал под ритмичную музыку, народ всполошился еще больше. Все смотрели только на него. Исаев плавно двигался по сцене, контактировал с людьми и красиво улыбался. Все это действовало безотказно. Народ был в полном восторге! Феликс не забывал и о нас: подходил к каждому, давая шанс спеть вместе с ним, что не могло не будоражить. У меня самого захватило дух! Теперь я начал понимать, почему друг всегда такой возбужденный после наших редких выступлений.

С таким классным настроем нам удалось исполнить три песни, и с радостью на душе мы покинули сцену. Внутри осталось приятное чувство. То самое, когда публике нравятся, как ты играешь и что ты исполняешь.

Вдруг Феликса окликнул кто-то из менеджеров группы, у которой мы выступали на разогреве, и подозвал к себе. Друг отбежал на пару минут, а в это время мы обсуждали с парнями выступление. До тех пор, пока к нам не нагрянула девушка. Она запрыгнула на Антона, обнимая его за шею.

– О, а вот и радость моего сердца! – парень посмеялся, покрутившись с ней вокруг себя. Следом за ней пришла Василиса, выглядела она слегка смущенной.

– Вот так встреча, Гончаров, – девушка слезла с парня и повернулась ко мне. К ней подошел Витька и радушно приобнял за плечи. Надо же, все рады ее видеть. Конечно же, кроме меня.

Я перевел свой взгляд на растерянную Василису.

– Где там Феликс? Он мне нужен, – спросил я у ребят, те лишь пожали плечами.

Хотел пойти искать его, но вдруг увидел, что он вышел с другой стороны сцены. Весь такой радостный и улыбчивый. Они сказали ему что-то хорошее?

– Ну что там? – Лукин пристроился рядышком и стал допытывать друга.

– Не поверите! Им понравилось наше выступление, и мне дали контакты одного хорошего продюсера. Сказали в понедельник связаться с ним.

После такой новости я готов пойти в отрыв. Как же хорошо складывается этот день! Остается только разобраться с отцом, и тогда моя жизнь точно станет чуточку лучше.

– Феликс, хочу представить тебе одного прекрасного человека. Это Василиса, – я подошел вплотную к девушке и положил ей руки на плечи, вставая сзади. Она хотела что-то мне ляпнуть в ответ, но осеклась, увидев Исаева.

– Это ты?

Друг застыл, хлопая глазами. А после на его лице появилась широкая улыбка. Не понял? Они что, знакомы?

– Точно, мы же виделись с тобой, – девушка не менее эмоционально отреагировала.

– В автобусе. Друзья, это она. Моя муза.

Чего? Это он про нее говорил мне тогда? После их встречи он как с катушек слетел. Не вылезая из квартиры два дня, он написал целую песню.

– Муза? В каком смысле? – она стала заикаться. От моих глаз не укрылось, как покраснели ее щеки и кончики ушей.

– Это потом. А откуда ты знаешь Никиту? – Исаев поднял на меня глаза.

– Это она подбила меня на пари.

Все вокруг от удивления только приоткрыли рты.

– Василиса, не составишь нам компанию после концерта? Хотим отдохнуть, расслабиться. А у меня огромное желание пообщаться с тобой, – улыбка не сползала с лица друга, он не сводил с нее заинтересованного взгляда.

Почему это в моем сердце предательски кольнуло? Из-за того, что Феликс так быстро переключился на Василька, или потому что эта девушка возможно что-то значит для меня? Но я ведь о ней ничего толком и не знаю, пусть мы и видимся чуть ли не каждый день на работе.

– Я согласна.

Весь концерт мы держались вместе где-то в самой середине. Народу было чересчур много, дышалось с трудом. Ведь каждый раз кто-то пихал меня в ребра или же орал под ухо. Но каким-то образом я оказался рядом с Василисой. Она сконцентрировалась на группе, выкрикивая вместе со всеми слова песни. Со стороны за ней было наблюдать куда приятнее, чем общаться лично. Но то, что она согласилась на мое предложение помочь ей с подготовкой, меня уже радует. Значит, у нас будет шанс сблизиться хоть немного.

Когда концерт закончился, мы с трудом стояли на ногах. Мои начали жутко болеть, и я попросил друзей поскорее собраться и отправиться в какой-нибудь клуб.

По дороге мы болтали. Феликс шел возле Василисы и что-то ей нашептывал с хитрой улыбкой. А чего я парюсь? Мне вообще никакого дела не должно быть до их общения. Наоборот хорошо, что они спелись. Так ей будет проще заниматься с ним. Только нужно будет сказать об этом другу, пока я совсем не забыл. Подошел сзади и встал между ними, на что получил локтем в бок от девушки.

– Феликс, помнишь музыкальное шоу «Жги!»? – Он кивнул. – Так вот, Василисе нужно помочь с подготовкой к кастингу. Ее пригласили, а у нее это что-то вроде заветной мечты. Я никого не знаю лучше тебя.

– Она поет? – его глаза расширились от удивления.

– Вообще-то я еще здесь, мальчики, – напомнила о своем существовании девушка, недовольно пробурчав.

– Еще как поет. Ты бы слышал.

Исаев заинтересовался предложением, а после обошел меня и обратился напрямую к Василисе. Отлично! Мое дело сделано. Дальше пусть разбираются сами.

В клубе тоже было много народа, но нам удалось занять большой стол недалеко от барной стойки и танцпола. Я пропустил Антона с Лилей вперед, потом Витю с Феликсом и сел рядом с Василисой. Она была совсем не против моего общества: сняла с себя куртку и ознакомилась с меню, которое нам оперативно принес молодой официант.

Посовещавшись, решили, что закажем побольше еды, так как после такого тяжелого дня стоило подкрепиться, а не только заливать в себя литры алкоголя. Мы с парнями взяли пиво, а девчонкам какие-то интересные сладкие коктейли, которые они выбрали каждая на свой вкус.

– Так ты про него мне говорил? – когда Василиса обратилась ко мне, я чуть не поперхнулся водой.

– Да. Феликс давно поет и пишет свои песни, как ты уже слышала. Все хочет уехать в Москву, прославиться. Но пока довольствуемся чем есть.

Она рассматривала друга, расслабленно откинувшись на мягкий кожаный диван.

– А ты молодец, Гончаров. Мне понравилась твоя игра, – прокричала мне девушка на ухо, обдавая мою шею горячим дыханием. Аж мурашки пошли по коже.

– Не думал, что ты вообще обратишь на меня внимание.

– Почему это? – она вопросительно уставилась на меня.

– Ну так мы же вроде как недолюбливаем друг друга. Особенно ты меня.

Я не врал. Ведь она первая полезла на меня с криками и своим проклятым пари. Но теперь мне это не кажется каким-то обременением, а наоборот, девушка дала мне будто пинок под зад и мне даже нравится жить такой жизнью. Работать, ценить деньги, людей и их отношение к себе и окружающим. В колледже даже перестал цепляться к первокурсникам. Меня просто переклинило. Я же не в детском саду, а вполне взрослый человек. Жалко, что понял это только сейчас.

– Не теперь, Никита. Ты вроде как неплохой человек, – стоило ей произнести мое имя, как в моем горле пересохло. Наши взгляды встретились и мое дыхание перехватило еще сильнее, чем на концерте. Только теперь уже из-за того, что я начал понимать, что девушка сейчас действует на меня, как на быка красная тряпка.

Ее глубокие голубые глаза, милая улыбка вызывают во мне бурю эмоций. Я вроде не пьян. Нам даже пиво еще не принесли, а моя голова уже идет кругом. Еще и, как назло, она проводит своим языком по губам, отчего становится не только душно, но и тесно. Но к ней вдруг обратился Феликс, из-за чего наш зрительный контакт прервался.

Я видел, как ее глаза забегали, а грудь начала вздымается слишком часто. Неужели она чувствует что-то подобное? Что вообще происходит? Надеюсь, это не то, о чем я думаю.

Отвлечься получилось только после того, как нам принесли все блюда и горячительные напитки. Тогда-то я и напился. На это было несколько причин: наше выступление, возможное сотрудничество с крутым продюсером и, конечно же, моя головная боль – Василиса.

Девушка выпила только пару коктейлей, но уже стала более разговорчивой и веселой. Позвала свою подругу на танцпол, и они обе убежали потанцевать в самый центр. За столом мы остались мужской компанией и стали бурно обсуждать Василька.

Феликс так вообще не сводил с нее взгляда. Будто переживал, как за свою девушку. Следил, чтобы к ней никто не начал приставать, а то в таких местах хватает мужчин, не прочь потрогать пьяных девчонок исподтишка. Антон точно так же наблюдал за своей, продолжая закусывать под пиво.

– Никита, признайся, она тебе нравится, – Панфилов ухмыльнулся, указывая на танцующую девушку.

– Кто тебе такое сказал? Ты же знаешь, что я не умею любить, – крикнул другу через весь стол.

– Любить-то, может, и не умеешь, но я же вижу твои взгляды в ее сторону. Девчонка явно тебе небезразлична.

Витька, сидящий рядом, кивал, соглашаясь с другом. Он медленно попивал свое пиво, которое мы заказали еще в самом начале, мы с парнями за это время успели еще по два больших бокала взять. Но Лукин пятикапельный, поэтому старается следить за своей нормой. Чаще всего среди нас он всегда остается самым трезвым.

– Вы же знаете, что Никита любит девчонок только на одну ночь, – выдал Феликс.

В каком-то плане он был прав. Мои долгие отношения никогда не заканчиваются чем-то хорошим. Мне вон Насти хватает, которая продолжает бегать за мной как хвостик. Бесполезно каждый раз говорить ей, что мы больше никогда не будем вместе, поэтому игнорирую, как могу.

– А вот мне Василиса и правда нравится, – признался Феликс.

– Так вы же только познакомились, – икнул Витька, прикрывая рот ладонью.

– Мы встретились еще до этого, и она мне запала в душу, – Исаев прикрыл глаза, улыбаясь. Вот кто точно влюбился, так это он. У друга почти никогда не было отношений, для него существовала только музыка.

– Смотри, Гончаров, уведут твою Василису Прекрасную, – хихикнул Антон и откинулся на спинку дивана, выпив залпом остатки пива.

Я вновь перевел взгляд на Василька и понял, что возле нее терся какой-то странный тип. Не хватало, чтобы он начал к ней приставать. Подскочил с места и двинулся в сторону центра, расталкивая людей. Астахова была уже под действием алкоголя, вряд ли она понимала, что танцует с каким-то незнакомым парнем, закинув на его шею руки.

Злость закипела во мне, даже сам не понимаю из-за чего. Я отдернул девушку, пряча ее за своей спиной. Послышался недовольный возглас, но с ней разберусь чуть позже.

– Слышь, парень. Девушка так-то мной занята, – его язык заплетался. Он пытался меня толкнуть, но получалось слабо. Драться с ним не хочется, поэтому развернулся к Василисе, взял ее за руку и вывел из танцующей толпы.

– А ну стой! Мы не закончили!

Недалеко от нашего столика он догнал нас и схватил меня за куртку, повернув к себе. Кажется, придется применить немного силы. Я оскалился, замахнувшись кулаком на парня, но меня попыталась остановить Василиса, выкрикивая мое имя. Это подействовало отрезвляюще.

– Это моя девушка, уяснил? – он быстро закивал и скрылся с моих глаз. А я поймал испуганный взгляд девушки, которая стояла возле меня и слегка дрожала. Нужно отвезти ее домой.

* * *

Я вернулся в клуб почти сразу же после того, как отвез Василису домой на такси. В машине она поцеловала меня в щеку. Я думал, мое сердце остановится. Почему именно она? Когда меня целовали другие девушки, я почти ничего не испытывал, кроме как приятного ощущения, без всякой неловкости или смущения.

Между нами промелькнула искра с самого начала. Хотя казалось, что в ресторане на работе мы поубиваем друг друга. А теперь между нами необъяснимое. Я не верю тому, что Василиса могла мне и правда понравиться. Но сколько наблюдаю за ней со стороны, столько и убеждаюсь, что она хороший человек.

До сих пор не понимаю, что между нами происходит…

Парни дружно умотали домой, остался только Феликс, дожидался меня с вещами. Там и моя гитара стояла. Я также подхватил куртку Василисы, чтобы вернуть ее в колледже.

– Слушай, друг, она тебе правда нравится? – вдруг поинтересовался Исаев, когда мы выходили из заведения.

– С чего ты взял? – я достал помятую пачку из кармана, но она оказалась пустой, поэтому сразу же выкинул ее в мусорный бак. Феликс молча поделился со мной. После первого затяга становилось легче.

– Так я видел, как ты побежал ее вытаскивать. Еще и домой отвез.

– Астахова глупая. Еще и напилась с двух коктейлей. Неизвестно, что был за пацан, – кинул на друга взгляд.

– И с каких пор ты переживаешь за какую-то девчонку, раз она тебе не нравится? – мы встретились глазами. Феликс будто что-то выпытывал у меня.

– Я смотрю, Василек тебе приглянулась.

– Возможно.

– Не удивлен ни капли, – стряхнув пепел, заглянул в телефон. Время близилось к трем часам ночи, нужно было возвращаться домой. Утренние занятия в колледже никто не отменял, хотя учебу я ненавидел всем сердцем.

– Ты у нее, кстати, поинтересуйся, когда мы сможем начать наши занятия. У нее не так много времени, а значит, придется встречаться чаще, – заметил Феликс.

Мое такси подъехало, и я попрощался с другом, пообещав, что обязательно поговорю с девушкой.

Оказавшись дома, решил срочно ложиться спать, день был не из простых. Я никогда не испытывал столько эмоций, в моей голове одна каша. Быстро ополоснулся и лег.

Мои глаза закрылись, а перед ними вновь возникала сцена с поцелуем в машине. Это было так невинно. В последний раз девчонки, краснея и стесняясь моего хитрого взгляда, целовали меня в щеку еще в старших классах. А тут мое сердце забилось чаще, я начал нервничать, пытаясь сдержать свой порыв, как бы не накинуться на Василису. Взлохмаченные волосы, пьяный взгляд голубых глаз и слегка приоткрытые пухлые губы, которые так и манили меня в них впиться. Вся открытая передо мной, как книга. Слишком красивая, слишком манит меня.

Глава 13

Василиса

Когда концерт закончился, мы, уставшие, но счастливые, отправились в клуб, чтобы расслабиться. Пить я вообще не умею, так что нужно держать себя в руках.

Весь вечер Гордеева занята своим любимым парнем. Не отлипает от него, будто вообще не созваниваются и не видятся. Не знаю, может, завидую ей. Пока рядом с собой я не заметила кого-нибудь, с кем можно было бы построить такие же душевные отношения. А за подругу я рада, главное, что она счастлива!

Пока мы направлялись в клуб, ко мне подошел Феликс и стал расспрашивать про мои интересы. Рассказала, что учусь в одном колледже с Никитой, что мы с ним повздорили и заключили глупое пари.

– Ну и ну. Весело у вас, ребятки, – он хихикнул и продолжил идти рядом со мной.

– С ним вообще не соскучишься.

Но наш разговор прервал Гончаров, за что хорошенько получил от меня. Оказывается, он имел в виду Феликса, когда предлагал помощь в подготовке к кастингу. Он и правда классно поет, и я совсем не против перенять его опыт. В душе я очень обрадовалась такому шансу.

В клубе было ничуть не тише, чем на концерте, отчего у меня начала слегка болеть голова. Не знаю почему, но Никита пропустил всех, а сам сел рядом со мной. Было немного душно, поэтому я сразу сняла куртку. С едой и алкоголем определились сразу. Захотелось какого-нибудь сладкого коктейля, так как терпеть горький просто не могла. Заиграла музыка, из-за которой приходилось кричать, чтобы поговорить.

Я обратилась к Гончарову, пока мы ждали еду, и спросила у него про Феликса. Оказывается, песни, что он исполнял на концерте, написаны лично им. Это очень круто! У меня только одна песня написана полностью, остальные обрываются уже на первом куплете. Но теперь я с гитарой – точно что-нибудь придумаю еще. Для кастинга нужно что-то более свежее и яркое.

– А ты молодец, Гончаров. Мне понравилась твоя игра, – крикнула парню на ухо, чтобы он смог меня услышать. Не похвалить его не могла, ведь он и правда был хорош. Надеюсь, не зазнается после этого.

Вдруг он упомянул то, что я вроде как его недолюбливаю. Но подумав, заверила, что не на данный момент. Мы смотрели друг другу в глаза достаточно долго. Но мне не было неловко, даже наоборот – не хотелось отводить взгляд. Сердце забилось слишком быстро, во рту пересохло. Я провела языком по нижней губе, чтобы хоть как-то избавиться от этого ощущения, но после этого взгляд Никиты стал напряженным.

Хорошо, что Феликс задал мне вопрос. Я тут же переключилась на него, натянув улыбку, хотя мои глаза предательски выдавали смущение. Нужно попытаться успокоить свое сердце и привести мысли в порядок.

Когда принесли еду и коктейли, я сразу накинулась на свой и выпила его в первые десять минут. Слишком быстро. Но это никак не помешало мне заказать следом еще один. Через некоторое время я почувствовала легкое головокружение и из ниоткуда взявшееся желание пойти потанцевать. Мне стоило отдохнуть, окунуться в музыку, отбросить все лишние мысли.

– А ну-ка пойдем, – я подошла к Лиле и выдернула ее из лап Антона. Та с радостью согласилась, чмокнув напоследок парня в щеку. Пришлось протиснуться через людей, чтобы попасть в самый центр танцпола.

Тут было больше места, танцующие парни любезно подвинулись. Поблагодарив их, мы с Гордеевой во всю начали отрываться. Я себе такое редко позволяю, но иногда точно нужно давать себе что-то вроде перезарядки. Я прикрыла глаза, наслаждаясь песней, что отзывалась битами прямо в грудной клетке. Мое тело двигалось в такт музыке.

Неожиданно почувствовала, что кто-то у меня за спиной, чуть ли не дышит в шею. Не знаю, из-за алкоголя или нет, но мне было все равно с кем танцевать. Парень возник из ниоткуда и положил свои руки мне на талию, а мои закинул к нему на крепкие плечи. Именно в тот момент я почти ничего не понимала, продолжая двигаться.

Но меня резко отдернули. Кто это? Сквозь пелену и головокружение я разглядела гневного Гончарова. Он ругался с тем парнем, с которым я успела потанцевать буквально пару минут. Неужели будет драка? Только этого не хватало.

Мое тело пробила дрожь, когда Никита повернулся ко мне, взял за руку и потащил в сторону выхода. Но разозленный парень остановил его, схватив за плечо. Вдруг Гончаров замахнулся. Я была пьяна, но понимала, что назревающую драку надо срочно остановить.

– Никита, прошу, прекрати! Никита! – пыталась перекричала я музыку, схватив его за руку. Тот сразу остудил свой пыл.

– Это моя девушка, уяснил? – рыкнул ему прямо в лицо. Незнакомец закивал и тут же ушел.

– Все хорошо. Поехали домой. – Он крепко взял меня за руку, и мы вместе вышли из клуба. На улице было не так тепло, как днем. Я обняла себя руками, чтобы не замерзнуть.

– Блин, прости. Забыл про твою куртку.

Но он не стал возвращаться в клуб, а лишь снял с себя косуху и надел ее на меня. По всему телу прошла теплая волна. Я посильнее закуталась в нее, уткнувшись носом в ворот. На таком холоде я почти сразу отрезвела, да и сама ситуация в клубе заставила меня немного прийти в себя.

– Вызвал такси до твоего дома. Отвезу тебя и потом вернусь в клуб за вещами.

Спорить не стала – просто кивнула, присев на скамейку, что стояла неподалеку.

– Ты сказал ему, что я твоя девушка. Что это значит?

Мой вопрос поставил его в тупик. Гончаров посмотрел на меня своим пронизывающим взглядом карих глаз, но отвечать не стал. Лишь отошел в сторонку, встав чуть поодаль от меня. Знает, что я не люблю запах табака.

– Просто ляпнул на эмоциях. Ничего такого не подумай, – он смотрел вдаль, выпуская в воздух дым.

– Хорошо.

А что я могла еще ответить? Сделаем вид, что этой ситуации вообще не было. Разъедемся по домам, и все будет как всегда: непринужденные разговоры на рабочем месте, тупые шутки и непонятные до конца взгляды Гончарова в мою сторону.

Такси приехало буквально через пять минут. Гончаров пропустил меня сесть первой, потом уселся рядом и захлопнул дверь. Достал несколько купюр и протянул таксисту, чтобы сначала высадил меня, а потом привез обратно к клубу.

Всю дорогу ехали молча, не проронив ни единого слова. А внутри меня бушевал ураган. Какая Гончарову разница, с кем я танцую? Но на вопрос я не найду ответа, если не поговорю с Никитой, не спрошу лично, глядя в глаза.

В окне показался мой дом, а значит, пора прощаться и выходить. Совместная смена будет послезавтра, там и встретимся. И, возможно, мне удастся выпытать из парня честные и искренние ответы на все беспокоящие меня вопросы.

– Спасибо, что довез. Забери пожалуйста, – я хотела стянуть с себя куртку и отдать парню, но он категорически отказался.

– Оставь. Тебе еще как-то до квартиры дойти надо. На работе вернешь, – почему-то именно сейчас он стал вновь холодным и безразличным. Не понимаю я Гончарова.

– Тогда увидимся во вторник.

Открывая дверь, я замерла. Прежде чем выйти, нагнулась в сторону Никиты и, едва касаясь губами, поцеловала в щеку. Будем считать это благодарностью за заботу, пусть мы и не так хорошо ладим.

Его глаза расширились от удивления, и он схватил меня за предплечье, не давая отодвинуться.

– Не делай так больше.

– Почему?

– Потому в следующий раз я тебя просто так точно не отпущу, – прошептал он мне в губы. Между нами оставались какие-то жалкие миллиметры. Мои щеки покраснели от близости. Но парень ничего не стал делать, лишь нехотя отпустил.

Вернувшись в реальность, я наспех попрощалась, пулей вылетела из такси и забежала в свой подъезд.

Дурак ты, Гончаров! Применяет на мне свои чары? Но меня пугает то, что я сама желала его поцелуя.

* * *

Утром я проснулась раньше всех и не застала рядом с собой спящую Лилю. Точно, я совсем про нее забыла!

Достала быстро телефон из кармана джинсов, которые валялись на полу возле кровати, и набрала номер, ожидая услышать голос подруги. Но мне ответил Антон:

– Василиса, это ты?

– Да! Как там Лиля? – переживала немного, понимая, что она осталась ночевать у парня.

– Все хорошо. Вы как уехали с Никитой, мы побыли еще недолго, и я забрал Лилю к себе, чтобы не тревожить тебя и твоих родителей ночью.

– Спасибо, что заботишься о ней.

– Я ее люблю, это мой долг. – Я улыбнулась его словам и отключила звонок, плюхнувшись обратно на кровать.

Немного болела голова, так что стоит выпить хотя бы одну таблетку, чтобы не так сильно мучиться. Скоро нужно будет ехать на пары, надеюсь, там увидимся с Гордеевой.

Хочу поделиться с ней тем, что произошло между мной и Никитой. Интересно, приедет ли он сегодня на учебу? И как мне вообще общаться с ним после произошедшего? Меня никто силком не заставлял его целовать. Это было мое искреннее желание на тот момент.

Все-таки нашла в себе силы подняться с кровати и сходить на кухню, чтобы найти аптечку. Оказывается, за столом сидел папа, медленно попивая чай. А потом из ванной комнаты вышла мама, поправляя аккуратную прическу.

– О, а вот и наша гулена! Как прошел концерт? – Она достала из холодильника все нужное для бутербродов и начала готовить нам легкий завтрак. Времени и правда не так много, а мне еще надо каким-то волшебным образом привести себя в порядок и стереть остатки вчерашнего макияжа, который наверняка смазался после сна.

– Замечательно! Концерт был классный, даже познакомилась с хорошими ребятами, – не стала вникать в подробности, что двух из них я уже знала. – А потом пошли в клуб ненадолго.

– Ну, главное, что ты отдохнула. А теперь давай ешь и собирайся в колледж.

Я кивнула. Поискала таблетки среди кучи других и нашла подходящее средство. Запила водой, облегченно выдыхая. Надеюсь, поможет.

Помогла маме налить чай и присела рядом с папой, чмокнув его в щетинистую щеку. Он спросил про кастинг и как вообще эти люди вышли на меня. На самом деле, интересно, почему они забронировали именно в нашем заведении столик.

– Ты сегодня отдыхаешь или работаешь? – поинтересовалась мама.

– Отдыхаю. Вернусь домой и сяду за зубрежку, ведь скоро экзамены.

Нужно и правда начинать готовиться. Сессия будет перед моим отъездом в Москву, так что стоит постараться и сдать все без троек, дабы не лишиться стипендии.

Я быстренько поела, поблагодарила маму и закрылась в ванной, пытаясь отмыть лицо. Хорошо, что у нее полно всякого добра в виде мицеллярной воды и пенки для умывания. Спустя пару минут кожа очистилась и задышала. Потом намазала лицо увлажняющим кремом, а губы подкрасила неярко-розовым бальзамом и расчесалась, распутывая непослушные волосы. Собрала их в низкий пучок, аккуратно заколов шпильками. А когда вернулась в комнату, вспомнила о тех вещах, что купила мне подруга. Может, стоит разочек надеть их?

Примерила белый свитер, кожаные брюки и взглянула на себя в зеркало. Лилька была права: выглядит вполне сносно, можно на учебу ходить. А главное, что это не юбки или платья, которые я не очень люблю носить в повседневной жизни. Но при этом я стала женственнее – молодец все-таки Гордеева!

К такому наряду прекрасно подойдет Лилина сумочка: переложила в нее тетради и пенал. Сверху решила накинуть пальто, которое мама когда-то давно мне купила, но я не стала его носить, пребывая в ужасе. А теперь оно казалось мне вполне подходящим – серое, длинное. На ноги надену свои любимые черные кеды.

– Выйдем вместе? – спросила мама, а после ахнула, увидев меня в таком образе.

– Глеб, иди посмотри! Василиса взяла пример с Лили и теперь выглядит так прекрасно, – она расплылась в нежной улыбке, рассматривая меня. Папа тоже был приятно удивлен.

– А до этого, значит, была некрасивой? – я посмотрела обиженно на маму.

– Солнышко, ты всегда была и будешь для меня самой красивой! Просто теперь ты показываешь свою красоту немного иначе.

* * *

В колледже меня все встречали удивленными взглядами, и кто-то даже присвистывал вслед, отчего я слегка смутилась, пытаясь поскорее добраться до кабинета.

Свернув за угол, прижалась к стенке и с облегчением выдохнула. В этой части коридора никого не было, так что я могла хоть чуть-чуть расслабиться. Надеюсь, я не столкнусь с Никитой, пусть он и обещал вернуть мне куртку. Ляпнет еще что-нибудь про мой внешний вид.

Медленным шагом дошла до кабинета литературы и села за первую парту. Преподаватель на своем месте, уткнулся в компьютер. Никого из группы пока не было. Но меня больше смутило, где же моя Лиля. Мне очень нужна была ее поддержка, хотелось рассказать ей все, что вчера произошло. Может, она подскажет мне хоть что-нибудь.

Но вот чудо: только я вспомнила о подруге, как она, лучезарно улыбаясь, оказалась на пороге кабинета. Видимо, между нами и правда есть связь!

– Ты чего такая радостная?

– У Антона ночевала. Наконец мы вдвоем провели время, обнимались, разговаривали о нашем будущем, – Лилька села рядом и крепко обняла меня.

– И что решили?

– Что мы, возможно, все-таки скоро съедемся. Только придется сначала поговорить с моими родителями, – девушка загрустила.

– Все будет хорошо, Лиль, – я приобняла ее за плечо, прислонившись к ней головой.

– Спасибо тебе. Кстати, вы куда делись с Никитой после того, как он тебя забрал? Я танцую, оглядываюсь, а тебя нет. Антон сказал, что Гончаров скрылся вместе с тобой.

– Он отвез меня домой. И получилось так, что я поцеловала его в щеку перед тем, как уйти. – Я вся залилась краской. Это не укрылось от зорких глаз подруги.

– Что?! Ты поцеловала Гончарова? – своим криком она привлекла внимание преподавателя. Я тут же извинилась и вытащила подругу из кабинета.

– Тише-тише! Ну не совсем поцеловала, так чисто – чмокнула. И не в губы же.

– Подруга, я тебя не узнаю! Вы когда успели так сблизиться с Никитой? Ты же столько времени его ненавидела. А теперь что? – пребывая в глубоком шоке, Гордеева наворачивала круги вокруг меня.

– Не знаю. Мы в последнее время стали лучше общаться. Он начал показывать себя с другой стороны, вроде как он не такой уж и плохой, – пока я объясняла подруге, почему я вдруг изменила свое отношение к Никите, Гордеева смотрела на меня, не сводя своего серьезного взгляда.

– Астахова, ты чего вдруг? Влюбилась, что ли?

Ее вопрос заставил меня замолчать. Я сама не понимаю своих чувств и что вообще происходит между нами. Присев на скамейку возле окна, опустила голову. Как вести себя с Никитой? Сколько твердила себе, что мне не нужны никакие отношения, а тут испытываю что-то вроде симпатии к Гончарову. К тому, кого больше всех ненавидела последние два года.

– Я не знаю, что мне делать, Лиль…

– Прости, что я на тебя так напала, – в ее голосе прозвучали нотки сочувствия. Она присела рядом. – Просто, ты же видела, какой он на самом деле, как ведет себя с окружающими.

– Да, но… Сейчас он будто совсем другой. Он помогал мне несколько раз, спрашивал про мои интересы, даже нашел того, кто подготовит меня к конкурсу.

– Ты точно описываешь Никиту? – Гордеева вскинула бровь.

– На все сто процентов. Он еще и музыкой, оказывается, увлекается, а это…

– Присмотрись лучше к Феликсу. Он парень хороший, милый, не то что Никита, – фыркнула подруга и сложила руки на груди.

– При чем тут Феликс?

– Просто пообщайся с ним поближе и поймешь, как же он отличается от Гончарова.

Лилька заставила меня задуматься.

Но зачем мне это? Чтобы таким способом попытаться забыть Никиту и переключиться на кого-то другого? Лучше уж тогда вообще ограничить себя в общении с кем-то из мужского пола и не искушать саму себя. Однако мне нужна помощь с текстом и игрой на гитаре.

Глава 14

Никита

На утро моя голова трещала из-за выпитого алкоголя. Направился в душ, чтобы освежиться. До начала первой пары в запасе был как минимум час.

После холодной воды стало полегче, но таблетку все же выпить надо, чтобы не помирать на занятиях. Не забыть бы взять с собой куртку Василисы.

Причесался, надел чистые вещи, которые удалось отыскать среди скопившегося бардака в моем шкафу, и спустился вниз на кухню. За столом сидела мама и спокойно пила кофе, листая какой-то модный журнал.

– О, Никита, ты проснулся. Как вчера прошел ваш концерт?

– Намного лучше, чем ожидали, – налил себе теплой воды и запил горькую таблетку, слегка сморщившись от противного вкуса.

– По тебе видно, – мама улыбнулась.

– Отец дома?

– Нет. Даже не приезжал со вчерашнего вечера. Так даже лучше. Я подала заявление на расторжение брака и готова отдать ему свою половину бизнеса, лишь бы он отстал от меня, – мама говорила об этом так спокойно, чем удивила меня. Повернувшись к ней лицом, я решил спросить:

– И что ты будешь делать потом? Отец тебе не отдаст дом, ему наплевать.

– Знаю. Поэтому я откладывала деньги последний год, когда поняла, что мы потихоньку близимся к разрыву. Куплю небольшой домик или квартиру и буду пытаться построить свой бизнес заново. Заберу тебя с собой, и все у нас будет хорошо, – она встала из-за стола и обняла меня. Мама была ниже меня ростом – я положил ей свой подбородок на макушку и расслабился в ее объятиях.

– Я буду жить один. Обо мне не переживай.

– Один? А как же деньги? Мы с отцом так тебя избаловали. Ты не сможешь жить самостоятельно, – мама подняла на меня свои грустные глаза.

– Я же работаю, так что выкручусь. Тем более я уже не маленький, давно пора было взяться за ум, – я мягко поцеловал маму в лоб, на что она улыбнулась.

– Ты так повзрослел! И как я упустила этот момент?

– Скажи спасибо одной особе, – ухмыльнувшись, поймал мамин заинтригованный взгляд.

– У тебя что, девушка появилась?

– Нет. Просто кое-кто помог мне наконец осознать, что хватит кутить и тратить деньги, которые я не зарабатываю. Окончу учебу, положу отцу диплом на стол и уеду куда-нибудь. Хочу продолжать заниматься музыкой, – мои губы расплылись в широкой улыбке, стоило мне упомянуть Василису.

– Хочу с ней познакомиться, – мама пихнула меня в бок.

– Как-нибудь потом. Мне пора в колледж, – чмокнув ее напоследок, прихватил рюкзак, куда закинул не только тетрадки, но и куртку девушки. Вышел из дома и направился на автобусную остановку.

Зайдя в колледж, поймал на себе косые взгляды первокурсников – раньше я только и делал, что издевался над ними в любой удобный момент. Теперь же проходил мимо них с безразличием.

Перед тем, как зайти в нужный кабинет, столкнулся с одногруппниками, они позвали меня выйти ненадолго на улицу. Я согласился.

– Кит, может, все-таки устроим вечеринку на этой неделе? Без тебя стало так скучно, – заныл друг, закинув свою руку мне на плечо.

– Пока не могу, работаю.

– Тебя эта девчонка заколдовала, что ли? Ты все время пропадаешь на работе. С нами перестал общаться, – в их голосах звучала нотка обиды. Но мне и правда сейчас не до кутежа.

– Она здесь ни при чем. Просто мы работаем вместе, вот и все. Плюс у меня репетиции с группой, – высвободившись из лап парней, направился к входу.

– Вместе? И где же?

– В ресторане. Больше не могу ничего не сказать, – открыв дверь, покинул задний двор.

* * *

После первой пары я решил разыскать девушку, поэтому пошел к стенду с расписанием занятий. К моему удивлению, столкнулся там с Василисой.

Она задумчиво стояла возле доски и что-то разглядывала. Она была в необычном образе. Мы хоть и не так долго знакомы, но в моей голове сразу отложилось, что она предпочитает что-то менее броское и более простое: джинсы, рубашки. Но сейчас передо мной была совсем другая девушка.

– Василек, я тебе куртку вернуть пришел, – радостно крикнул, за что удостоился уничтожающего взгляда и гневно сжатых кулаков.

– Я просила меня так не называть. Еще раз услышу, точно пойдешь на пары с синяком под глазом.

– Не ругайся. Держи, – я вытащил из рюкзака кожаную куртку и протянул девушке, улыбаясь.

– Кстати, спасибо еще за вчерашнее. Ну, что отвез домой, – она не подняла на меня даже глаз, забирая куртку и прижимая к себе.

– Ты больше ничего не помнишь?

– Т-ты про что? – от меня не утаились ее бегающий взгляд и удивленное лицо. Она все прекрасно помнит, но не хочет об этом говорить.

– Ни про что. Забудь.

Только я развернулся к ней спиной и хотел уйти, как Василиса схватила меня за руку. Она явно собирается что-то еще сказать.

– Что там по поводу занятий с Феликсом?

Ну вот, перешла на другую тему. Но мою руку так и не отпустила. Я резко повернулся к ней, смотря прямо в глаза. В них читалось смущение.

– Дай свой телефон.

Девушка молча протянула мне свой гаджет, разблокировав его перед этим. На обоях у нее красовались не облака или розовые цветочки, а темные и непонятные картинки с черепами и костями.

– Я записал номер Феликса. Позвони ему и договоритесь о встрече. Мне пора, – вложив телефон ей прямо в руку, я быстрым шагом вернулся на свой этаж.

Оставшиеся пары прошли как в тумане. Пару раз вызывали к доске. Но в каком бы состоянии я ни был, все равно слушаю вполуха. Что-то кратко отвечал и возвращался за парту, утыкаясь носом в кофту.

Раз у меня сегодня выходной, может, стоит посвятить его самому себе?

В моей голове выстроился небольшой план – можно свалить в какое-нибудь тихое место. Мне нужно побыть в одиночестве, а то в последнее время в моих мыслях сплошная неразбериха.

После пар прямиком сажусь на дачный автобус, который ходит в нужную мне сторону и втыкаю в уши проводные наушники, чтобы забыться в привычной музыке, наблюдаю за сменяющимся видом за окном.

На ум пришло только одно место – я проводил там много времени, когда ссорился с отцом в детстве. Это наш старый семейный дом загородом. Смены сегодня нет, так что можно провести там хоть целый день и даже переночевать.

После высоких домов постепенно начинаются частные секторы, зеленые леса и пустые поля, простирающиеся на огромную территорию. Еще даже не доехал, а уже чувствую себя куда лучше, чем в городе. Со мной в автобусе ехали бабушки и дедушки. Одна из них даже потрепала меня по плечу, что-то спрашивая. Снял наушник и вопросительно посмотрел на женщину.

– Внучок, не знаешь, у кладбища останавливает? – В дрожащей руке она держала красивую открытку. С обратной стороны виднелось послание, написанное красивым мелким почерком.

– Знаю. Я вам скажу, где нужно будет выйти, – улыбнулся я ей.

– Спасибо, – бабушка убрала открытку в сумку, прижимая к себе свежие цветы.

Я повернулся обратно к окну. Буквально через полчаса сказал женщине, что подъезжаем к кладбищу и предупредил, что ей придется минут пятнадцать идти пешком – остановка не у самого входа.

Сердечно поблагодарив меня, она протянула монетки водителю и с трудом стала выходить. Понимая, что ей необходима помощь, резко встал с места, оплатил проезд, выскочил вслед за женщиной и подхватил ее за руку, забрав сумку и цветы.

– Да что ты! Ты же наверняка едешь дальше, – она пыталась меня отговорить и хотела вернуть обратно в автобус, но тот уже тронулся с места и уехал. Мне совесть не позволила оставить ее одну.

– Я вам помогу. А там уже сам как-нибудь доберусь. – Бабушка поворчала еще немного, но после согласилась.

Шли мы медленно, я предложил ей взяться за меня покрепче. Она только была благодарна этому и не отказалась.

Прошли мимо ворот и начали искать место. Женщина в этот раз вместо открытки достала письмо. Молча обведя глазами текст, она обратилась ко мне:

– Судя по табличкам, нам туда, – она указала пальцем в правую сторону. Так и дошли между рядов до нужной могилки.

Небольшая мраморная плита, на которой изображена фотография мужчины с пышными усами и короткой стрижкой. Взгляд такой добрый. Мне сразу вспомнились мои дедушка и бабушка, которые похоронены здесь неподалеку.

Заходить на чужую могилу не стал. Отдал цветы, сумку и предупредил бабушку, что ненадолго отойду. Мама приезжает сюда раз в год, а я с ней за компанию, так что куда идти знаю. Не дойдя несколько шагов до могил, остановился. Мне и отсюда были видны их лица на фотографиях. Именно такими они и остались в моей памяти: красивыми, добрыми и полными счастья.

Это родители моего отца. И тот семейный дом, в которой я направлялся, принадлежит им. Они поддерживали нашу семью все время, за что я им очень благодарен. Именно дедушка научил меня элементарным вещам, которые пригодились в обычной жизни: гвоздь прибить, розетку починить.

– Твои? – рядом со мной оказалась бабушка.

– Да. Они погибли четыре года назад, ехали с аэропорта домой на такси и попали в аварию. Перед этим позвонили маме и пригласили к себе на шашлыки. Но спустя пару часов до нас дозвонились врачи и попросили приехать как можно скорее. Бабушка и дедушка были в тяжелом состоянии, – я опустил голову, чтобы скрыть свою печаль, которая стала давить мне на сердце. Это было невыносимо.

– Как мне тебя жаль, внучок. А мой бывший муж умер от болезни. Говорила я ему, кури меньше, – стала ворчать женщина, присаживаясь на ближайшую скамейку, которая стояла на пустой дороге.

– Вы из-за бывшего мужа поехали так далеко?

– Конечно. Любила его и после развода. Он тогда мне зло сказал, что больше не чувствует ко мне ничего и отправил восвояси. Я и уехала к своей старшей дочери, а после домик в деревне прикупила.

– А как узнали о его смерти? – спросил я, вспоминая открытку.

– Мне написала его дочь от первого брака. Прислала сначала открытку, а чуть позже пришло письмо. Оттуда и узнала, что мой Феденька больше не в этом мире. Вот и приехала навестить его могилку. Оказывается, уже прошел почти год и на самом деле он не разлюбил меня, а просто не хотел быть обузой на старость лет. Заболел сильно, лечение ему бы не помогло, – пока бабушка рассказывала, ее голос дрожал все сильнее и сильнее, а потом она и вовсе расплакалась. Я сочувствующе посмотрел на нее.

– Он заботился о вас…

– Да дурак он! Я бы ни за что не оставила его одного в таком состоянии, если бы знала.

Заглянув в свой рюкзак, нашел там сухие салфетки, протянул пару штук бабушке и попытался ее успокоить.

– Спасибо тебе, что проводил меня и выслушал. Ты хороший мальчик.

Я тепло улыбнулся и посмотрел на экран телефона. Нужно поскорее ехать в поселок, пока есть время до заката.

Вновь помог бабушке добраться до остановки и остался с ней до тех пор, пока не приехал обратный автобус. Когда бабушка поднималась в транспорт, она вдруг остановилась и обернулась ко мне:

– Те, кто тебя любят, всегда будут рядом с тобой.

Дверь передо мной закрылась, и я остался наедине со своими мыслями. Проводив глазами автобус, я направился пешком в сторону поселка, обдумывая услышанные слова.

Добрался до дома только через пару часов. Нашел возле ворот спрятанный ключ, открыл ворота и прошел во двор, оглядываясь. Все было на своих местах, трава сильно заросла. Подул холодный ветер, и я с наслаждением вдохнул свежий воздух. Зашел в дом и закрыл входную дверь на внутренний замок. Снял обувь, поставил рюкзак на пол и сразу же направился к печке.

В дровнике еще оставались какие-то бревна. Нашел спички, старые газеты, которые дедушка любил читать по утрам, и растопил печку с первого раза. Еще не забыл, как это делается. Оставил ее разогреваться и прошелся по всему дому.

Без дедушки и бабушки дом опустел, везде была пыль. Вытряхнув несколько раз одеяло, подготовил себе спальное место на диване перед телевизором, включил его на фоне, чтобы чувствовать себя более уютно в таком тихом доме.

Полазил по всем шкафам и отыскал старые альбомы с фотографиями. Они для меня словно маленькой сокровищницы. Присел на диван и разложил их перед собой. На карточках были не только молодые бабушка и дедушка, но и маленький отец. Вот он подросток, а вот из армии вернулся: высокий, широкоплечий и с серьезным лицом. В нем я увидел самого себя. Мы похожи как две капли воды. Только цвет глаз у нас был разный.

Захлопнув альбомы, я прислушался к царившим вокруг звукам. В печке трещали дрова, тихо работал телевизор – говорили о погоде на завтрашний день и больше ничего. Мне нужно было что-то еще.

И вновь в моей голове появилась Василиса.

Эта девчонка выводит меня из равновесия. Что же в ней такого? Совершенно обычная студентка, которая терпеть меня не может. Но за последние несколько дней она стала мне так близка. Она открылась мне с другой стороны, как и я ей. Наше общение вышло на новый уровень. Ни от кого не укрылось то, как я смотрю на Василису и пытаюсь ее всячески уберечь.

Ясно одно: она мне нравится. А признаться боюсь. Аж смешно становится. Ну и что, если, возможно, получишь очередной отказ или даже кулаком по лицу. С характером Василисы можно ожидать чего угодно.

Ее поцелуй все еще ощущается на моей щеке. Такой теплый и приятный. Как же мне хотелось бы прикоснуться к ней, не бояться того, что Астахова может отскочить от меня, как от огня, или покрыть меня многоэтажным матом. Притянуть к себе, почувствовать ее сладкий запах духов, оставить след на щеках и губах.

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди от таких мыслей. Нам однозначно нужно поговорить.

Глава 15

Василиса

После первой пары мне пришлось спуститься к основному стенду, так как наше занятие отменили и сделали срочную замену. А вот в какой кабинет идти, мы не знали. Конечно же, поручили сбегать мне и посмотреть.

Пока я искала глазами нужную строчку в списке замены – оказывается, нам поставили основы менеджмента, – услышала голос Гончарова. Васильком меня назвал – в следующий раз точно за это вмажу – и куртку отдал. А еще он пытался мне напомнить про наш вчерашний поцелуй. Пришлось сделать вид, что я совсем ничего не помню, и перевести разговор – узнала, что там с занятиями по вокалу. Чем раньше смогу приступить, тем лучше. Никита попросил мой телефон и записал номер Феликса. А после быстрым шагом скрылся за поворотом.

Пока направлялась в сторону кабинета, быстро написала Феликсу смс. Он тут же ответил, и между нами даже завязался диалог. На паре пришлось прятать телефон под партой и скрытно ему отвечать. В итоге парень пригласил меня в свою студию на выходных. Я с радостью согласилась, отправив смайлик с большим пальцем вверх.

* * *

Я совсем не успевала за течением времени. Будни промелькнули мимо меня. Работа и учеба отняли у меня столько сил, что я готова была на выходных просто закрыться в комнате и тупо лежать. Подготовка к экзаменам была адской.

Лиля гоняла меня по всем предметам, пока я не стала отвечать четко и без запинок. В такие моменты в Гордееву вселяется какой-то страшный демон, не дающий и шанса на пятиминутный отдых и ошибки. Зато, благодаря ей, я много всего запомнила.

На телефон пришло напоминание из календаря – сегодня первое занятие с Феликсом. Точно! Совсем об этом забыла.

Взглянув на себя в зеркало, увидела помятое и усталое лицо. Однозначно нужно привести себя в порядок, чтобы не опозориться перед Феликсом. Родители оба на работе, так что можно включить музыку погромче, что я и сделала. Прихватив чистое белье, направилась в ванную. Целый час там провела, подпевая знакомым песням.

Потом вернулась в комнату, поправила майку и брюки, застегнула ремень на талии. Осталось только высушить волосы, и можно выходить.

Кстати, Лиля убежала к родителям, чтобы наконец с ними встретиться. Она очень по ним соскучилась за все это время, тем более что в командировку они уехали за неделю до потопа. Надеюсь, вечером она вернется с хорошими новостями.

* * *

Я поднялась на второй этаж незнакомого мне здания и, найдя нужную дверь, осторожно ее приоткрыла и вошла внутрь. Увидела Феликса. Он углубился в чтение книги и даже не заметил меня.

– Привет!

– О, Василиса! Заходи, – засуетившись и убрав книгу в сторону, он встал со стула.

– Надеюсь, я не опоздала?

– Ты вовремя, не переживай. Так что там у тебя по песне? Будешь исполнять что-то свое или мне помочь с выбором? – парень улыбнулся, не отрывая от меня своего внимательного взгляда.

– У меня одна песня, но, думаю, она немного сыровата, – виновато улыбнулась в ответ.

– Споешь мне?

– А у тебя есть гитара?

Кивнув, Феликс вынес из маленькой комнатки инструмент и протянул мне его. Именно в этот момент наши руки случайно соприкоснулись, отчего я даже ойкнула. Но парень только радушно улыбнулся.

Как-то я не догадалась взять свою гитару, о чем жутко жалею. Но выбора не оставалось, как попробовать сыграть на чужой.

Я постаралась максимально выложиться, но мой голос слегка дрожал, ведь рядом со мной сидел тот, кто уже не первый год выступает на концертах со своими песнями. Было страшно петь под его пристальным взглядом. Мои пальцы ритмично перебирали струны. Эта песня вызывала во мне столько печальных эмоций, что я стала бояться, как бы не расплакаться перед Феликсом.

Но как только он увидел, что я стала петь медленнее и тише, а пальцы перестали меня слушаться, парень присел рядом со мной на корточки и, встревоженно посмотрев мне в глаза, увидел слезы, стекающие по щекам.

– Что случилось? Почему ты плачешь?

– Все хорошо. Прости, что так получилось, – я наспех стирала рукавом рубашки слезы, пытаясь натянуть улыбку.

– Точно?

Я кивнула, прижимая к себе гитару.

– Давай тогда еще раз, – он поднялся и вновь сел рядом, приготовившись меня слушать. Второй раз получилось уже куда лучше, а эмоции немного отошли на другой план: я пыталась сконцентрироваться на том, чтобы показать Феликсу все свои плюсы и минусы песни и самого исполнения.

Парень показал несколько приемов для развития дыхания, как не сбиваться. А еще он поделился тем, что сейчас работает диджеем в одном из клубов и ему это дело очень нравится. Но свою группу он любит куда больше, как и друзей.

– Знаешь, нам на концерте дали номер одного продюсера, который работает в Москве, и я ему позвонил сегодня утром, – вдруг выдал Феликс.

– И что же он сказал?

– Что он прослушал наши песни, которые есть в интернете, и ему очень нравится. Ему хотелось бы поработать с нами, но тогда нам придется ехать в столицу, а у парней здесь своя жизнь, Витька так вообще еще учится, – парень грустно улыбнулся, откинувшись на мягкую спинку стула и закинув руки под голову.

– Поделись с ними этой новостью. Вам нужно посидеть всем вместе и поговорить. Все равно придете к единому мнению.

Феликс кивнул.

– Слушай, а как тебе идея сходить вечером в кафе?

Вопрос парня ввел меня в ступор. На что он намекает?

– Так, сразу скажу, я просто хочу узнать тебя получше, как человека, – парень звонко рассмеялся, видя мое непонимающее лицо. А я ведь и правда подумала!

– Хорошо. Я согласна, – сдалась под натиском его очаровательной улыбки и, попрощавшись, выбежала из студии.

Дома все еще была тишина. Переодевшись, я быстренько приготовила ужин и зашла к себе в комнату, чтобы сесть за гитару и, может, что-нибудь написать. Моя песня была не до конца готова и все еще требовала нескольких изменений, чтобы звучать куда лучше, чем сейчас.

Я достала свою тетрадь и карандаш. Пока в голове была полная пустота. Нужно вспомнить что-то хорошее, либо что-то очень важное для меня. Я расслабилась, закрыла глаза и стала перебирать все, что произошло со мной за последнее время.

Ненавистный Никита, дурацкий спор, который ушел на второй план. На данный момент мечта петь стала для меня самой главной, мне необходимо ее исполнить. Ради себя, ради бабушки. Она точно гордилась бы мной, узнав, что я вернулась в музыку.

Бабушка… Она столько сделала для меня и для родителей. Заботилась обо мне и помогала с учебой. В моей голове стали вырисовываться трогательные моменты из детства, занятия с бабушкой. Тут же сжала пальцами карандаш и стала активно чиркать что-то на бумаге. Я знала, что хотела бы спеть.

Так и просидела за написанием песни пару часов, пока не отвлеклась на звонок от Феликса.

– Василиса, ты не забыла, что мы должны сейчас встретиться в кафе?

Вот черт! Я оглянулась на настенные часы и поняла, что опаздываю на нашу встречу.

– Ой-ей. Дай мне, пожалуйста, полчаса, я скоро подбегу, – в трубке послышался звонкий смех.

– Бывает. Я подожду, не переживай.

Он отключился, а я буквально за десять минут собралась. Поискала в шкафу подходящие вещи для нашей встречи, но в моем гардеробе остались только брюки и джинсы. Тогда полезла на полку Лильки и отыскала там простенькое темное трикотажное платье. Надела его, покрутилась перед зеркалом. Отлично смотрится, и главное – все нужное прикрыто!

Распустила волосы, как мне посоветовала подруга, слегка подкрасилась и выбежала в прихожую, натягивая свои любимые кеды. Сверху накинула кожаную куртку и прихватила небольшую сумочку. Вскоре уже была на месте, кафе было рядом с домом. Интересно, Феликс наугад выбрал или ему Никита подсказал?

Я натянула счастливую улыбку и зашла в кафе, пытаясь отыскать глазами Феликса. Парень сидел в самом углу, уставившись в огромное панорамное окно, выходящее на красивую площадь.

– Прости, что опоздала. Я писала песню и совсем забыла о времени, – я присела напротив, снимая куртку.

– Главное, что ты пришла, – он перевел на меня свой взгляд и, упершись подбородком в сложенные ладони, не отрываясь смотрел на меня.

К нам подошел официант и принял заказ на две пасты с морепродуктами, небольшую порцию салата, сладкий десерт для меня и кофе. Я хотела отказаться, но Феликс убедил, что сам все оплатит.

– Между тобой и Китом есть что-то?

Почему все любят задавать вопросы, на которые мне трудно ответить сразу. Я не могла сказать с уверенностью, что мы друг другу никто, просто знакомые. И будет ложью, если отвечу, что совсем ничего не чувствую к нему.

– Если ты про отношения или что-то такое, то нет. Я сама виновата, что на эмоциях предложила ему пари прямо на глазах у всего колледжа. Но, думаю, он уже справился со своей задачей. Тут осталось-то пару недель, и будет свободным, как птица, – вздохнув, опустила глаза на кружку и начала размешивать сахар в кофе.

– Ты не держи зла на него. У него непростые отношения с отцом. Это не мое дело, поэтому я и не лезу. Но всячески поддерживаю его, как могу, – он говорил это искренне и с пониманием. – На самом деле, Никита – простой парень, любящий музыку и свободу.

– Вы давно знакомы?

– С самого детства. Наши родители хорошо общались раньше, вот и мы тоже сдружились. А потом мои погибли, когда мне было двенадцать. Меня к себе забрала тетя Нина и воспитала как родного. Что касается Никиты, то мы друг другу всегда помогали, поддерживали в трудных ситуациях. А после у нас появилась общая любовь – музыка. И даже сейчас он рядом со мной. Так что Гончаров не такой, каким кажется на первый взгляд.

– Я знаю, – хмыкнув, ответила я.

– Правда? Ты же вроде как его недолюбливаешь, – с недоверием посмотрел на меня Феликс, поблагодарив официанта за принесенную горячую пасту.

– Да, это так. Но сейчас, когда мы стали работать вместе, я узнала его поближе. И только недавно поняла, что он совсем другой.

– Ну, я рад, что ты изменила свое мнение, – губы парня расплылись в доброй улыбке.

Пока ужинали, обсуждали предстоящие занятия и договорились встречаться два раза в неделю. На носу были экзамены, да и работу нельзя пропускать – коплю на поездку.

После кафе решили немного прогуляться по району. На улице уже стало темнеть. Солнце медленно уходило за горизонт, а вместо него на небе появилась яркая луна. Приятно болтая, мы даже не заметили, как обошли все улицы и уже добрались до моего дома. Заметив, что в окне моей комнаты виднеется свет, я поняла: Лиля вернулась домой. Мне так захотелось побежать к ней и поделиться новостями! Ей наверняка будет интересно.

Я остановилась возле подъезда и повернулась к парню, пряча сцепленные руки за спиной.

– Спасибо, что пригласил. Да и вообще с тобой приятно общаться.

– Всегда пожалуйста. Еще увидимся, Василиса, – отсалютовав, Исаев остался стоять на месте. Из его губ мое имя прозвучало слишком прекрасно, и это вогнало меня в краску. Помахав ему на прощание рукой, поднялась на свой этаж, открыла дверь ключами и сразу сбросила с ног кеды. Ко мне тут же выбежала Гордеева с хитрой улыбкой на лице.

– С кем гуляла? Ну-ка признавайся!

– С Феликсом.

– Ого-го! А ты у меня шустрая, – она подхватила меня за локоть и потащила в комнату, запирая дверь на щеколду.

– Кто-то еще дома?

– Твой папа. Недавно вернулся с работы. Но не об этом сейчас. Признавайся, что делали? – ей не терпелось послушать мой рассказ. Она плюхнулась на кровать и похлопала рядом с собой, приглашая сесть.

Хихикнув, я быстренько переоделась в домашнюю одежду и легла на подушку, прикрыв глаза.

– Так ты расскажешь или продолжишь измываться надо мной? – голос Лильки был полон наигранной обиды, который пробил меня на смешок.

– Ладно. Ложись сюда, – указала на соседнюю подушку, где Гордеева, собственно, и спит. Вырубив свет в комнате, она подключила звездный проектор, расползающийся на стены и высокий потолок, а после легла ко мне поближе. – Я же была на занятии с Феликсом. Мы разобрали все мои ошибки, начали корректировать текст, чтобы было более созвучно, но не потерялся смысл. А потом он позвал меня посидеть в кафе.

– Стоять! С этого места поподробнее.

– Ты слушай. Мы встретились, хотя я опоздала немного, потому что сидела за текстом. Мне такое пришло в голову, – подскочив, вытащила тетрадь из ящика в столе и протянула подруге.

– Это я потом посмотрю, а ты продолжай, – Лиля отложила тетрадь в сторону.

– Посидели, поговорили про его детство, про дружбу с Никитой…

– Серьезно? Вы болтали о Гончарове? – вздернув бровь вверх, Лилька укоризненно посмотрела на меня.

– Так получилось. Феликс стал расспрашивать, есть ли что-то между мной и Никитой. Не могла же я замять эту тему, ответила прямо.

– Ох, Астахова. Ну и что дальше? Целовались хоть? – ее лицо стало вновь заинтригованным. Смена настроения подруги меня порой удивляет.

– Нет. Он проводил меня до дома. И попрощались до следующего раза, – закончив рассказ, забрала тетрадку и вернула обратно в ящик, захлопнув его.

– Ну так неинтересно, – надувшись, Лилька плюхнулась обратно на спину и уставилась в потолок, внимательно разглядывая звезды.

– Я не целуюсь со всеми подряд. Да и вообще не уверена, что нам стоит заходить так далеко. Феликс просто помогает.

– Зато Никита тебя ой как беспокоит, – вздохнув, она протянула мне руку, чтобы я легла вместе с ней. Сжала ее ладонь и прилегла рядом, уткнувшись носом в ее пышные волосы.

– Он настолько тебе не нравится?

– Ты прекрасно помнишь, как он ко мне подкатывал. Не доверяю я ему. Он же ни юбки мимо себя не пропускает. Я беспокоюсь за тебя, солнышко, – она подняла на меня свои глаза и сделала виноватое лицо. Головой понимаю, что Лиля заботится обо мне и всячески старается оградить от таких парней, как Гончаров. Но сердце говорит мне о другом. Для начала мне нужно обговорить все с самим Никитой и наконец расставить все по своим местам, чтобы больше не было никакого недопонимая.

Либо мы и правда нравимся друг другу, либо продолжаем вести себя как чужие люди и после окончания пари прекращаем наше общение и расходимся, как в море корабли.

– Я понимаю. Спасибо за твою заботу, – чмокнув ее в лоб, прижалась к подруге и прикрыла глаза, радуясь тишине вокруг. Не помню, что было потом, но я проснулась только под утро, укрытая теплым пледом. Подруга сопела рядышком, отвернувшись к стенке.

Глава 16

Никита

После моей поездки загород, я вернулся оттуда с чистыми мыслями и совершенно спокойный. Только зашел домой, как услышал ругань родителей на кухне. Сразу же пошел к ним.

Отец замахивался, кричал, что он пожалел о том, что связал с мамой свою жизнь и теперь не прочь развестись. Как только он заметил мое присутствие, то опустил руку и посмотрел на меня таким безразличным взглядом, будто я был каким-то ничтожеством, а не родным и единственным сыном.

– А ты где снова шлялся?!

– Тебе не все равно? Я сваливаю из дома, – не скидывая обувь, поднялся на второй этаж.

– Ты? Не смеши меня! Через неделю прибежишь как миленький! – крикнул отец мне в спину.

Я только нахмурился и хмыкнул, захлопнув дверь за собой. Раз мама сделала свой шаг, значит, и мне пора. Отыскал в шкафу большой рюкзак, который остался у меня еще со школы, и напихал в него необходимые вещи на первое время. Закинул на левое плечо гитару. Оглянулся по сторонам, все ли я забрал. Куда сейчас идти, не знаю. Но попрошу Феликса приютить меня хотя бы на несколько дней, а там уже попробую разобраться с квартирой.

– Дорогой, ты уверен? – в комнату вдруг вошла мама, обеспокоенно глядя на меня.

– Да, мам. Хватит с меня. Я терпел его ужасное отношение много лет, а сколько он издевался над тобой, – от злости, я ударил кулаком по шкафу, отчего послышался глухой треск.

– Пожалуйста, звони мне, – она подошла ко мне, взяла за руку, которой я только что ударил, и прижала ее к своей груди, подняв на меня глаза. В них я видел грусть и отчаяние.

– Обязательно, – я нежно поцеловал ее в лоб.

– Держи. Тебе это необходимо, – мама вложила в мою руку несколько крупных купюр.

– Я не возьму. Скоро аванс, так что прорвусь.

– Ради меня, Никита, – мамина ладонь накрыла мою щеку, и я ощутил приятное тепло.

– Хорошо, мам. Но я верну, – вместо ответа, она только улыбнулась.

Мы вместе вышли из комнаты. Отец уже стоял и поджидал нас возле главного выхода. Так просто он меня не отпустит, видимо.

– Пропусти по-хорошему, – я грозно навис над ним. Но его это совсем не напугало.

– А то что? Наваляешь родному отцу?

– Какой ты отец после того, как гнобил меня и маму столько времени? Ты никогда не уделял мне должного внимания, не показывал свою любовь, оскорблял и просил невозможного. Почему я должен быть примерным сыном, когда отец внутри гнида?

Мою щеку обожгло резким ударом. Мама позади меня ахнула, прикрыв рот ладонями. А я только ухмыльнулся, зная, что он так и сделает, лишь бы заткнуть меня.

– Ты неблагодарный щенок! Если бы не я, у тебя бы ничего этого не было, – он указал рукой на весь дом, наверняка имея в виду еще машину и деньги.

– Да подавись ты ими, – я вытащил из кошелька карточки, которыми пользовался до этого, и кинул их в лицо отцу, оставляя себе только наличку, которую удалось заработать за все время работы в ресторане. А сам оттолкнул его в сторону и вышел из дома, наслаждаясь тем, что наконец высказался. Мама вышла за мной.

– Пожалуйста, поехали со мной. Не дай бог он замахнется на тебя, пока меня нет.

– Я позвоню подруге, пока побуду у нее. Постараюсь как можно скорее купить себе квартиру. – Она со слезами на глазах посмотрела на меня, поглаживая ладонью красную щеку. После удара она горела, но мне было настолько наплевать на эту боль, которая не сравнится с той, что я теперь окончательно потерял отца. Пусть он был мне ненавистным все это время, но в глубине души отец оставался родным человеком.

– Только попробуй заявиться ко мне в администрацию или сюда. Тут же вышвырну, – злостно плюнул отец мне в спину, выглядывая на улицу. Слушать противно.

Надев наушники, двинулся в сторону остановки. И пока шел, написал смс Феликсу, что я скоро приеду к нему, если он, конечно, не занят.

Ф.: «Черт. Я с Василисой в студии».

Н.: «Подъеду позже, не беспокойся».

Ф.: «Нет-нет. Запасные ключи есть в горшке возле нашей двери. Приготовишь еду тогда».

Эксплуататор.

* * *

На удивление, меня и правда ждал ключ в горшке с зеленым растением. Отпирая дверь, покрутил головой, надеясь, что никто меня не видит, – не хватало еще проблем в такой тяжелый день. Скинул свои вещи в прихожей и обошел всю квартиру. Комната Антона была чистая, без бардака. Не удивительно – Лиля наверняка его заставила следить за чистотой, так как приходит сюда очень часто.

В комнате Феликса было все наоборот. На полу валялась не только одежда, но и клочки бумаги, карандаши и даже окурки. Какой ужас. Прикрыл дверь и пошел на кухню, снимая куртку. Василиса мне вернула ее как раз в следующую смену после нашей встречи на концерте.

Но эту неделю мы почти не общались, лишь по работе. А раз девушка обходила меня стороной, значит, прекрасно помнит окончание вечера, когда я увез ее домой. Но наседать не стал, понимаю, что могу только усугубить ситуацию, и поэтому просто молчал, лишь наблюдая за ее выступлениями в ресторане.

А сегодня она решила встретиться и позаниматься с Феликсом. До кастинга оставалось все меньше времени, а это значит, что девушка скоро уедет в Москву неизвестно на сколько. Пока Василиса тут, мне нужно взять себя в руки и как-то признаться ей, что она мне нравится.

Раздумывая обо всем этом, приготовил еду. Вскоре в квартиру залетел счастливый друг.

– Кто сюда поставил эти вещи? – выругался Исаев, споткнувшись о сумку и гитару.

– Я.

– Кит, блин. Я чуть не убился.

– Главное, что не убился, – хмыкнув, кивком головы позвал его на кухню. На столе уже стоял обед: вкусно пахнущая паста с мясом, нарезанный хлеб и две кружки горячего чая.

– Оставляю тебя жить с нами. Ты прекрасно подходишь на роль мамочки, – друг издевательски хихикнул, а я кинул в него кухонное полотенце.

– Я как раз и хотел попроситься пожить у тебя ненадолго. Пока не найду квартиру или комнату.

– В каком смысле? Ты ушел из дома? – Феликс посмотрел на меня удивленными глазами, присаживаясь за стол.

– Да. Это была последняя капля. Мама тоже уходит от него. Ей небезопасно с ним оставаться, – я ковырял вилкой в тарелке, совсем не чувствуя голода.

– Только не говори…

– Он ударил ее. Снова.

Исаев откинулся на спинку стула, прикрывая лицо рукой. Он знал, что у нас в семье не все так гладко, но не настолько же.

– Он хороший и добрый на людях. Ты же знаешь, как он трясется над своей репутацией, работая в администрации города.

– Это ужасно, Кит.

Мы молча пообедали, а после, ближе к вечеру, друг убежал на встречу с Василисой, замечтавшись, что это что-то вроде свидания. Девушка очаровала его полностью, стоило им лишь пару раз встретиться. В этом весь Феликс – с девушками милый, обходительный, не то что я.

Исаев приоделся, причесался, прыснул несколько раз парфюм, отчего я аж чихнул пару раз, пока стоял рядом, и скрылся за дверьми, наказав мне пока расположить свои вещи в его комнате, чтобы они не стояли посреди прохода.

* * *

В понедельник я проснулся в кровати Феликса. Вторая половина была пустая, а значит, друг либо не спал уже вторые сутки, после того, как вернулся с прогулки, либо встал слишком рано и уже убежал в домашнюю студию заканчивать песню.

Василиса же его муза, так что после проведенного времени вместе он наверняка вдохновился и теперь не может никак остановиться.

Я был прав.

Застал Исаева сидящим за аппаратурой в наушниках. Он бодро нажимал нужные кнопки, покачивал головой в такт и придумывал что-то новое каждую секунду. Отвлекать его не хотелось, поэтому прикрыл дверь и заглянул к Антону.

Тот себе спокойно спал, развалившись звездой на всей кровати. Панфилов устает не меньше нашего. Работа похлеще других, так что и его я не собирался будить, чтобы потом мне не влетело.

Пора было собираться в колледж. После того как я ушел из дома, уже не было смысла ходить на учебу, но до диплома оставалось всего ничего, так что я просто доучусь. Тем более что мне нужен предлог видеться с Астаховой. Мы с ней так еще ничего и не решили, а Феликс бегает вокруг нее, виляя хвостиком. Внутри меня бушевал ураган, я начинал опасаться, что девушку друг очарует, прежде чем я расскажу о своих настоящих чувствах.

На пороге колледжа я стоял как штык ровно в восемь утра. Оглядывался, пытаясь отыскать глазами девушку. Но пока только видел зевающих первокурсников и шумные компании, которые собирались вместе для того, чтобы обсудить новости. Среди них была Настя.

Девушка стояла возле одного парня и звонко смеялась, не обращая на меня внимания. И это хорошо. Чем меньше мы видимся, тем больше шансов, что она когда-нибудь отстанет от меня. Но мой план провалился с треском, когда я услышал свое имя за спиной.

– Никита!

– Что тебе надо на этот раз? – повернулся я.

– Как грубо! Может, ты согласишься пойти со мной на концерт? – Настя махала перед моим лицом двумя билетами на выступление российской группы, которая мне нравились.

– Почему я? У тебя вон целый гарем, – метнул глазами в сторону компании, которая в ответ прожигала меня своими взглядами.

– Они так, для общения. А ты другое дело, – девушка пыталась флиртовать со мной, закручивая на указательном пальце свои длинные темные волосы. Она подошла ко мне ближе и провела кончиком ногтя по груди, наблюдая за тем, как я начинаю хмуриться.

– Слушай, мы об этом уже говорили. Не заставляй меня повторяться, – наш разговор стал более напряженным.

– Ну Никита. Пожалуйста! Я выбила эти билеты только ради тебя, – Настя пыталась сделать несчастное лицо и пустить слезинку, на что я только раздражительно вздохнул.

– Спасибо за предложение, но нет. Мне пора, – махнув рукой, пошел дальше. Не хочу устраивать сцену на глазах у любопытных зевак.

– Ты все равно будешь моим! – Последнее, что я услышал, прежде чем свернуть в другую сторону.

Я решил выйти через запасной выход на задний двор, чтобы немного освежиться перед началом пар и немного привести свои мысли в порядок после встречи с Настей. Нужно всего лишь потерпеть до получения диплома, и все наконец закончится.

Я откинулся спиной на холодную стену, пытаясь нарыть в карманах очередную пачку. Пора бы уже бросать это поганое дело, пока совсем не испортил свое здоровье. И Феликсу бы не помешало.

Вдруг мне пришла мысль написать Василисе, чтобы поговорить с ней в уединенной обстановке и признаться в своей симпатии.

Н.: «Василек, можешь подойти к запасному выходу?»

В.: «А что такое?»

Н.: «Поговорить нужно. Это важно».

Ответа не было около пяти минут, хотя она прочитала смс сразу. Я начинал нервничать, постукивая ногой. Выкидывая окурок в мусорный бак, собрался уже уходить, как вдруг столкнулся лицом к лицу с удивленной Василисой.

– Слушай, я тоже хотела с тобой поговорить, – вздохнув, она вышла на улицу, прикрывая за собой железные двери.

– О чем?

– Наше пари нужно прекратить. В нем нет необходимости, – вдруг выдала девушка.

– В каком смысле?

– Я верю, что ты не просишь денег у родителей. Да и узнав тебя получше, понимаю, что ты не такой уж и плохой, – говоря это, она не поднимала на меня своих глаз, что-то разглядывала под ногами.

– Кто тебе сказал, что я не прошу денег? – я смотрел на нее, засунув руки в карманы. Мне не нравился ход нашего разговора.

– Никто. Феликс поделился тем, что ты не очень хорошо ладишь со своим отцом…

– Друг называется. Взял и все выболтал, – я занервничал, проводя рукой по волосам. Мои пальцы начинали дрожать не то от злости, не то от переживаний.

– Не вини его. Это я спросила, когда мы вчера были в кафе, – она всполошилась, боясь, что я разозлюсь на Феликса. Но нет. Просто надеялся, что Астахова не узнает, что у меня происходит в семье.

– Исаев у нас быстрый.

– Он очень беспокоится за тебя, – Астахова сжала губы, увидев мой взгляд.

– Значит, он тебе нравится больше, чем я? – откинув в сторону окурок, навис над девушкой. Она непонимающе уставилась на меня, прижимая к своей груди ладони, задержав дыхание. – И теперь ты будешь против того, чтобы я поцеловал тебя?

Не знаю, зачем спросил, но хотел посмотреть на реакцию девушки. А Василиса посмотрела на меня с удивлением, прикусив нижнюю губу и оттягивая с ответом. Ее глаза бегали, не понимая, как ответить за мой вопрос.

Она специально меня провоцирует?

Я схватил ее за тонкую талию и притянул к себе. Она не вырывалась, не кричала и не била меня. А лишь с приоткрытыми губами ждала дальнейших действий, не разрывая нашего зрительного контакта.

Я медлил, специально измываясь над ней, тянул время, тем самым, заманивая в свои сети. Сердце не прекращало быстро биться, а дыхание участилось. Я всем свои телом чувствовал, как девушка напряглась. Ее ладони легли на мою широкую грудь, сжимая футболку. Она сомневалась, ее глаза начали бегать, и Василиса пыталась вырваться из моей хватки.

Мои губы накрыли ее с неким напором, смакуя их. Через поцелуй я пытался передать те самые чувства и эмоции, которые испытывал последнее время. Мой напор увеличивался, а руки начали свободно двигаться по телу, вырисовывая каждый изгиб. От этого я начал испытывать легкое возбуждение и удовольствие от близости. Однако Василек не бросала попыток высвободиться из сладостного плена.

Я разочарованно выдыхаю, опуская глаза на Астахову. У нее был такой же затуманенный взгляд, как и у меня.

– Прошу, отпусти, – прошептала она, посмотрев на меня растерянно.

Я разжал объятия и проводил ее взглядом: поправив одежду, она хлопнула дверью.

Неужели я сделал только хуже?

Закрыв лицо руками, я готов был кричать от переизбытка эмоций. Астахова дала себя поцеловать, но оттолкнула меня, как какой-то ненужный кусок дерьма.

Я зашел в кабинет и, с психом кинув рюкзак на рядом стоящий стул, откинулся на спинку. Подбежали одногруппники и присели на край парты.

– Ты чего такой злой?

– Лучше не спрашивай. Сегодня будет какая-нибудь вечеринка? – прожигаю взглядом знакомого.

– Да, есть. Настя устраивает, приглашает оторваться по полной. Пойдешь с нами?

– Добавляй меня в список. Гончаров возвращается, – вокруг меня парни радостно загудели.

И пофиг, что там будет моя бывшая. Главное – отдохнуть и забыться. Василиса сделала свой выбор. Я ей и правда противен.

После всех пар я сразу же поехал со своими одногруппниками домой к Насте. Она живет в богатом районе, который находился ближе к концу города за закрытой территорией. В таком же раньше жил и я. Здесь полно огромных домов, коттеджей, искусных каменных ворот и гаражей, забитых дорогими тачками.

Интересно, перестанут ли со мной дружить те, кто был все это время рядом, когда узнают, что я больше не являюсь владельцем дорогой тачки, у меня нет шикарной крыши над головой и мой счет в банке с парочкой миллионов закрыт отцом после ссоры?

Вот и проверим.

Меня уже нечем добивать.

Мы припарковались возле дома и вышли на улицу. Играла громкая клубная музыка, диско-шар переливался в свете прожекторов. Дом Насти был безумно огромным, даже внешне превосходил мой. Когда мы прошли во двор, я заметил, что сбоку от дома находился огромный бассейн, рядом с ним стояло несколько лежаков и закрытых зонтов, которые днем прикрывают от яркого солнца. Также там располагалась летняя кухня с каменной печью, большой деревянный стол в середине на большую компанию и удобные стулья, с подушками на сиденье.

Но мы с парнями направились сразу же в дом по каменистой дорожке, которая стелилась от калитки до большой двойной двери, за которой и начиналась вся тусовка.

– Ребята! Никита снова с нами! – крикнул знакомый, и вся толпа в доме закричала громче музыки, приветствуя меня. Девушки стали перешептываться и строить мне глазки, парни пожимали руки и звали выпить.

Я отыскал фуршетный стол, на котором стояли не только вкусные закуски, но и целая куча алкоголя. На любой вкус и цвет. То, что мне надо.

Налил себе большой стакан и отпил сразу почти половину, закинув после этого себе в рот пару кусочков сыра и винограда. В этом плане у Насти все на высшем уровне.

– Ну привет, Никита, – послышалось сзади, и я повернулся.

Девушка стояла передо мной в красивом черном коротком платье, открывающим взор на стройные ножки на высоких каблуках и тонкую талию. Она подошла ко мне вплотную, шепнув на ухо:

– Соскучился, не так ли?

Глава 17

Василиса

Утро понедельника не задалось с самого начала. Вчерашний день рождения давал о себе знать, отзываясь пульсирующей болью в висках.

Лиля не стала устраивать громкого праздника и попросту собрала нас всех дома, пригласив Антона и Витьку. Тот понравился моим родителям, да и я смогла узнать его поближе.

Лукин не только мастерски владел музыкальными инструментами, но и умел печь торты. Могу смело назвать его мастером кондитером. Он как раз и приготовил торт на мой день рождения: большой, двухъярусный в красивом черно-серебристом исполнении и даже добавил блестки, от которых все были в восторге. Пока я задувала свечи, они разлетались во все стороны. Гордеевой даже удалось запечатлеть этот момент и после запостить на свою страничку, поздравляя меня там с праздником.

Подруга уговорила меня надеть свое милое белое платье в цветочек, которое смотрелось вполне хорошо. Даже родители были в шоке, увидев меня в коридоре на каблуках и платье. Лиля вдобавок сделала мне прическу, завив легкие кудри, и накрасила меня, лишь подчеркнув губы и глаза.

Мама даже сказала, что мне стоит пойти с друзьями куда-нибудь вечерком отдохнуть. Вот и потащила меня Гордеева со своим Антоном в очередной клуб. Мы заняли столик в углу, мирно посидели, немного выпили.

Лиля строго следила за моими коктейлями, ведь прошлый раз закончился плохо. Пока я сидела и наслаждалась обществом подруги и Антона, поймала на себе заинтересованный взгляд одного из парней в заведении.

Парень сидел за барной стойкой и, закусывая, пил шоты одним залпом. При каждом удобном случае поворачивался в мою сторону и без всякого стеснения смотрел, слегка улыбаясь. Я сочла это немного странным, поэтому решила больше не смотреть в ту сторону. Но после того, как мы оплатили счет и стали собираться, парень вдруг поднялся с барного стула и подошел ко мне, наклонившись прямо к лицу.

– Не против знакомства?

– В клубах не знакомлюсь, – мои кулаки сжались, но я пыталась натянуть улыбку.

– Все хорошо? – тут же подошел Антон. По сравнению с незнакомцем, Панфилов был куда шире и выше, так что визуально внушал страх.

– Я просто хотел познакомиться с красивой девушкой, которая скучает с вами, – уверенно приподняв подбородок, ответил парень. Он выглядел вполне адекватным и даже не пьяным, несмотря на то, сколько же незнакомец выпил.

– Она занята.

– Точно не тобой. Я видел, как ты целовался с другой блондинкой.

Антон напрягся, но промолчал. К нему сбоку подошла нахмуренная Лиля и демонстративно взяла меня за руку, крепко сжимая. Я понимала, что она хочет увести меня отсюда.

– Пойдемте скорее.

Уговаривать никого не пришлось, поэтому уже через пять минут мы стояли на улице. Вскоре Панфилов заказал такси и отвез нас домой.

Лиля долго не хотела с ним прощаться, повисла на нем и целовала в губы. Я же, слегка пошатываясь, забрала подругу и, несмотря на ее сопротивления, отвела в квартиру. Завалились в коридор, смеясь, как дурочки, – к нам выбежала мама, решив, что это кто-то чужой. Но как только увидела нас, тоже рассмеялась и отправила спать.

Теперь же моя голова раскалывалась на части, а еще нужно было каким-то образом попасть в колледж. До практики оставалась неделя, а это значит, что и до экзаменов рукой подать. Пропускать занятия вообще не вариант, потому что на каждые пары приходит директор вместе с руководителем и проверяют посещаемость. Не хватало получить втык.

– Лилька, вставай. Нам пора собираться. – Дыхнув себе в руку, поняла, что изо рта ужасно пахнет и нужно срочно идти в ванную. На часах уже было семь утра, стоило поторопиться.

– А можно я побуду дома? – пробурчала подруга в подушку.

– Если бы можно было, я тебя бы не будила. Вставай давай, пьянь, – ткнула ее в бок, заставив подскочить.

– Вот ты изверг, Астахова. Даже подруге выспаться не даешь. Сама пила не меньше меня.

– У меня ведь лучший учитель, – укоризненно посмотрела на Гордееву. Та медленно разлепила сонные глаза и уставилась на меня, хмыкнув.

– Это точно.

– Ну так что, встаешь?

– Пошли, ведьма. Видела себя в зеркале? – она хрипло рассмеялась, а я встала с кровати и подошла к напольному зеркалу, чтобы посмотреть на себя. Лучше бы этого не делала, потому что оттуда на меня глядела какая-то неизвестная девушка. Волосы торчали во все стороны, помада размазалась, под глазами черные разводы от туши.

– Какой ужас!

– Это еще мягко сказано. Пошли превращаться в принцесс, – хихикнув, Лиля ойкая поднялась и повела меня в ванную комнату.

– И как ты будешь нас превращать в принцесс за полчаса? У тебя есть волшебная палочка?

– Лучше. У нас есть горячая вода, шампунь, фен и куча косметики. Погнали!

Гордеева аж взбодрилась. Мы и правда управились за какие-то полчаса и стали выглядеть вполне опрятно. Сделав себе низкий пучок, надела белую блузку и брюки, взяв из косметики подруги лишь губную помаду и блестки.

– Я тоже готова, – она покрутилась вокруг себя, показывая мне свой твидовый пудровый костюм, который безумно ей шел.

– Ну как тебе?

– Ты же знаешь, что красотка в любой одежде, – ухмыльнувшись, нашла сумку с тетрадями, проверила содержимое и направилась в прихожую.

– Поторапливайся, а то опоздаем.

Не знаю каким чудом, но мы успели ровно в восемь приехать на пары. Хорошо, что оставалось еще время до начала занятий. Мы облегченно выдохнули и спокойным шагом направились в сторону нашей аудитории.

На пороге кабинета получила смс от Никиты. Это было вполне неожиданно, ведь я никак не могла подобрать хорошего случая подойти к нему и поговорить. Мне хотелось сначала сказать парню, что в пари больше нет смысла, ведь за это время я узнала его куда лучше, чем до этого, и теперь вполне понимаю, почему Гончаров так себя вел. Но как он отреагирует на то, что нравится мне?

Нам стоит поговорить прямо сейчас, пока не стало слишком поздно. Я хочу знать ответ, даже если он будет отрицательным.

Не отвечая на смс, я побежала в сторону запасного выхода, где все старшекурсники курят втайне от преподавателей. Хотя, мне кажется, они прекрасно все знают и просто закрывают на это глаза, чтобы не разразился скандал с богатыми мальчиками, за счет которых и стоит этот колледж.

Но стоило нам увидеться с Никитой, как я тут же потеряла дар речи. Какие слова подобрать, чтобы он правильно меня понял? Только я заикнулась о том, что добровольно отменяю пари и знаю о его ситуации в семье, как Гончаров на глазах стал меняться, нервничать и даже злиться.

А потом… потом он поцеловал меня.

Пыталась вырваться, но парень слишком силен: он неистово целовал меня, покусывая губы. Было приятно, между нами будто разгоралось пламя, но разум включился слишком рано.

Мне страшно! Очень!

Я сама хотела этот поцелуй, так долго мечтала о нем, но меня вдруг будто пронзило молнией. А что, если Гончаров и не изменился за эти пару недель? А что, если это была игра с самого начала? Он в отместку хотел завладеть моим сердцем и телом, заставить в него влюбиться, а потом бросить меня, как ненужную куклу, и заставить страдать за то, что я опозорила его перед всем колледжем?

Я еле убежала. Меня трясло, я не могла в таком состоянии вернуться в кабинет, поэтому скрылась в туалете. Включив холодную воду, умылась и попыталась привести свои мысли в порядок. Почему я поняла это только сейчас? Его помощь, взгляды, жесты, улыбки и тот случай в клубе…

Я запуталась.

Написав быстрое смс подруге, я стала дожидаться Лилю, чтобы она помогла мне разобраться во всем. Неужели я и правда настолько глупая?

– Что случилось? – подруга почти сразу же прибежала. – Гончаров что-то сказал тебе? Как-то обидел? Я его прибью! – Лилька разозлилась и уже засучила рукава пиджака, чтобы пойти на поиски обидчика. Но я остановила Гордееву, схватив за руку.

– Да что такое?

– Мы поцеловались. Только уж точно не в щечку.

– Чего, блин?! – она подвела меня ближе к окну.

– Никита предложил поговорить, я и пошла. Хотела ему сама сказать, что отменяю пари. А так получилось, что мы… – мне не хватало слов это сказать снова. Теперь во мне бушевало смятение, я все еще четко ощущала его поцелуй на своих губах. Ну почему меня вдруг потянуло на такого, как Гончаров? Рядом со мной появился прекрасный человек, Феликс, а я вечно думаю об этом придурке.

– Вы меня оба достали! Ты ему сказала про свои чувства?

– Не успела. Я испугалась и убежала. А если он просто притворялся все это время и специально делал все так, чтобы я влюбилась в него, чтобы потом отомстить?

– С чего вообще такие мысли? Гончаров хоть и не святой, и я до сих пор ему не доверяю, но, когда Антон рассказал, как он смотрит на тебя… Никита защитил тебя в клубе от непонятного типа, отвез домой, так еще и куртку потом вернул. Навряд ли парень, который хотел бы отомстить, так поступал бы, не думаешь? – скрестив руки на груди, Лилька прожигала меня своим внимательным взглядом.

Может, Лиля права? Вот дура! Опустилась по стенке вниз, обхватив колени.

– И что мне делать?

– Поговори с ним еще раз. Только, пожалуйста, начинай сразу с основного, без всякий вступлений, – она грустно вздохнула и села рядом, приобняв за плечо.

* * *

После пар я стала названивать Гончарову, чтобы узнать, где он и можем ли мы снова встретиться. Но он не брал трубку, а после и вовсе выключил телефон. Либо он сделал это специально, либо у него села батарейка.

Я начала спрашивать преподавателей, когда они видели в последний раз Никиту, но те только пожимали плечами. Пока я не столкнулась с их руководителем:

– Извините, пожалуйста. А Гончаров был на последней паре?

– Был. А что такое? – женщина поправила очки и, приподняв бровь, посмотрела на меня с интересом.

– Мы должны были встретиться, но никак не могу его найти, а телефон разрядился, – состроив виноватое лицо, пыталась узнать хоть какую-то информацию.

– Так они вроде ушли всей группой на вечеринку какую-то. Слышала краем уха, когда стояла возле гардеробной. Думаю, вам нужно туда, – вздохнув, она повернулась ко мне спиной и ушла в сторону своего кабинета.

Вечеринка? Только не это. Он же после пари ни разу там не был. Никита может напиться и натворить глупостей.

Я набрала Лилю.

– Гончаров на какой-то частной вечеринке. Ты не можешь узнать по своим каналам, у кого и где она? – я бежала по коридору, пытаясь никого не снести. Кто-то даже ругнулся мне вслед, но я только извинилась и вышла на улицу, ожидая ответа подруги.

– Ну слушай, сегодня вечеринка только у бывшей Никиты намечалась.

Настя. Черт! Надеюсь, мне не придется с ней разбираться.

– Кидай адрес смс-кой.

– Ты прямо туда поедешь, что ли? – удивилась подруга.

– Да он сейчас точно сгоряча натворит чего-нибудь, – прикусив губу от волнения, я ждала адреса, как манны небесной. Лиля быстро мне его скинула, а я тут же вызвала такси от колледжа прямиком туда, чтобы как можно скорее добраться до Никиты.

Только что я ему скажу?

«Привет, я тут подумала и поняла, что полная идиотка и теперь спасаю тебя от большой ошибки?»

Машина долго не приезжала, и я начала переживать еще сильнее. Но только я хотела уже звонить в службу такси, как во двор заехал автомобиль и передо мной появился не кто иной, как Антон. Впереди сидела и подруга.

– Мы недалеко уехали. А я так и знала, что такси долго будешь ждать. Садись давай, будем твоего принца вызволять из лап этой змеюки. – Улыбнувшись, я быстро села на заднее сиденье и даже пристегнулась на всякий случай.

– Вы мне поможете его вытащить оттуда, если что?

– Еще спрашиваешь. У нас же выбора нет, – хмыкнула подруга и развернулась ко мне, взяв за руку.

– Но пойдет ли он со мной? И выслушает ли вообще? – я слегка поникла, понимая, что парень может отказаться со мной разговаривать.

– Ты меньше думай, больше делай.

– Не переживай, он даст тебе выговориться, – вдруг выпалил Антон, сворачивая круто налево.

– Почему?

– Он если пьяный, то становится более мягче, что ли. Я его слишком хорошо знаю. И Никита тот самый человек, который даже если делает гадость человеку, то потом чувствует за собой вину. Он не бросил меня и всячески помогал, когда я загремел в больницу после ранения.

К загородному дому Насти мы приехали только через полчаса. Девушка жила не так уж и близко к колледжу, пришлось собрать парочку пробок, чтобы наконец добраться сюда.

Когда я выскочила из машины, то услышала приглушенную музыку, доносившуюся из дома. Как же нам попасть внутрь? Я позвонила в звонок, но так никто и не открыл.

– Сможешь перелезть? – посмотрела я на Антона.

Парень кивнул и, взобравшись на самый вверх, перелез во двор. Через пару секунд послышался щелчок в замке. Калитка отворилась, и мы с Лилькой прошли внутрь, поскорее закрывая ее за собой.

– Чувствую себя каким-то правонарушителем, – шепнула подруге.

– Ради любви можно и постараться, – они переглянулись с Панфиловым, взявшись за руки.

Я подошла ко входной двери и попыталась ее как можно медленнее открыть. Внутри уже царил полный хаос. Громкая музыка, запах сигаретного дыма и алкоголя – аж закашляла. На нас даже никто не обратил внимания, когда мы прошли в прихожую.

Кто-то целовался на лестнице, кто-то танцевал под музыку со стаканами в руках. А кто-то даже устроил игры в бутылочку прямо на полу в зале. Несколько человек расположились на мягком ковре, который уже покрылся пятнами от пролитых напитков.

– Давайте разделимся. Я его ищу на первом этаже, вы на втором, – предложила я. Гордеева кивнула и растолкала всех, кто сидел на лестнице, поднимаясь наверх.

Я же стала осматриваться здесь, обходя не только зал, но и большую кухню, на которой тусовалось не меньше народа.

– Смотрите, кто к нам заявился. А тебя приглашали? – ко мне обратился одногруппник Никиты, который вечно ходил вместе с ним. Неприятный тип.

– Где Никита?

– Вместе с Настей. Вон там, – он указал пальцем в сторону дивана, который стоял рядом с тем ковром, где играли студенты. Гончаров расслабленно сидел на мягкой поверхности и глядел куда-то в сторону. На его коленях устроилась девушка, пытаясь привлечь его внимание. Но тот только отмахивался, продолжая пить свой коктейль.

Времени думать особо не было. Лиля сказала действовать. Значит, будем действовать. Поправив одежду и собрав всю волю в кулак, подошла к ним двоим и встала прямо перед парнем.

– Никита, нам нужно поговорить. – Мое сердце забилось быстрее, как только я встретилась с ним взглядом. Он удивился моему появлению, но сделал вид, что ему все равно, сжимая руку на бедре Насти.

– Тебе чего надо, Астахова? Бегаешь за моим парнем, как собачонка? – она демонстративно поцеловала его, удерживая крепко за подбородок. Мне стало противно. Но я всячески сдерживалась, чтобы просто не наброситься на эту дуру.

– Давай по-хорошему. Я забираю Никиту, а ты продолжай тусить, – схватив парня за рукав куртки, дернула на себя. Гончаров на удивление поддался, но был тут же пойман злой Настей.

– Он мой, усекла? Иди бегай за другими, – гадко засмеявшись, девушка обняла Никиту за шею и прижалась к нему еще сильнее. Теперь и во мне закипала злость. Не из-за того, что она не отдает мне Никиту, ведь он не вещь какая-то, а из-за того, что она ведет себя настолько тупо и вызывающе. Мои руки так и чешутся схватить ее за волосы.

– Он не твоя игрушка, поняла? Пусть Никита решит сам, с кем ему остаться.

Я внимательно посмотрела на парня. Гончаров поднял свои карие глаза на меня. Они были наполнены искоркой задора, видимо, из-за нашей с Настей перепалки.

– Я выйду ненадолго, – вставая, он скинул девушку с себя и пошел вперед меня. Прожигая меня гневным взглядом и сжимая челюсть, Настя устроилась на диване.

Фиг тебе, а победа за мной.

Конечно же, я пошла следом за Никитой, готовясь к тому, что выложу ему все как на духу. Но он лишь безразлично допил остатки, выкинул пустой стакан и, взяв новый, обратился ко мне.

– Ты позвала меня в молчанку играть?

– Я хотела сказать…

– Что я урод и негодяй? Это ты мне хотела сказать еще утром, так? То, что распустил руки, насильно поцеловал и вообще ты до сих пор не доверяешь мне? – он медленно, как хищник, надвигался на меня, не сводя своего взгляда. Я попятилась назад и уперлась спиной в стену. Нервно сглотнула, язык перестал меня слушаться.

– Что еще ты хотела сказать? Давай, я весь внимание. Мне уже все равно, что ты скажешь. Давно пора принять тот факт, что я конченный идиот, которому впервые в жизни понравилась девушка по-настоящему.

Глава 18

Никита

– Ни капли не соскучился. Лучше даже не приставай, – закатив глаза, я прошел мимо Насти.

– Почему ты вдруг решил прийти? Твоя Васька отшила тебя, да?

Она ударила по самому больному. Я сам до конца не понимал, почему Астахова так отреагировала на наш поцелуй, теперь мне хотелось вообще забыться и даже не вспоминать о сегодняшнем дне.

– Не твое дело.

– Я могу помочь ее забыть, дорогой, – Настя подошла сзади и, обняв, стала поглаживать меня ладонями, спускаясь все ниже.

– Не много ли себе позволяешь? А то твои парни возникнут из ниоткуда и потом знай как звали, – я стал искать глазами ту шайку, что вечно крутилась вокруг нее.

До меня пару раз доходили слухи, что Настя встречается не с одним, а с несколькими парнями, пользуясь тем, что они согласны на свободные отношения. Даже противно об этом думать.

– Они мне никто. Так, друзья, – она хрипло шептала мне на ухо, продолжая бессовестно исследовать меня своими маленькими руками. Схватив их и откинув от себя, повернулся лицом к девушке.

– Слушай, у тебя вроде нет недотраха. Думаю, даже получаешь больше, чем надо. Зачем я тебе нужен? – Настя ухмыльнулась, повиснув на мне. Она и во время отношений была как липучка, но сейчас это начинает раздражать намного больше.

– Потому что я все еще тебя люблю. Ты мой и всегда им будешь. – Она посмотрела на меня с хитрой искоркой в глазах и я даже не успел опомниться, как Настя уже накинулась на меня с поцелуем.

Но я ничего не чувствовал. Никакого удовольствия, никакого приятного тепла, который я испытал при поцелуе с Василисой. Тот был в меру страстным, напористым, с легкой ноткой нежности. Мои руки дрожали, медленно изучая такое хрупкое тело Астаховой. А сейчас… Сейчас это просто нечто пустое.

Я оторвался от девушки и с брезгливостью вытер губы о рукав куртки, внимательно наблюдая за тем, как Настя непонимающе открыла рот.

– Это было ужасно. Не приближайся, – забрав стакан со стола, налил себе еще напитка по самый край и под музыку направился в середину гостиной, чтобы сесть на диван и как следует отдохнуть.

Тут меня никто не трогал, кто-то просто издали наблюдал за тем, как я раз за разом поглощаю стаканы с алкоголем. Мне становилось дурно. Голова почти не соображала, но я старался сохранить эту частичку здравого смысла, однако Настя оказалась не настолько глупа, раз решила воспользоваться ситуацией, присев ко мне на колени и что-то шепча на ухо.

Бесит, когда человек не понимает с первого раза, что ему не рады. Она прикасалась ко мне, гладила, целовала лицо и шею, а я даже ничего не испытывал. Девушка пыталась вновь меня поцеловать в губы, повернув к себе за подбородок. У меня же голова шла кругом, перед глазами все плыло, но осознание того, что на мне сидит моя бывшая, приводила меня в чувство.

– Настя, отвали по-хорошему.

– Не отталкивай. Я же знаю, что тебе было со мной хорошо, особенно в постели. Ты не найдешь кого-то лучше меня.

– Это ты так думаешь. Мне не нужна змея, которая готова раздвинуть свои ноги перед половиной колледжа, – злостно выплюнул я. Девушка тут же остановилась, уставившись на меня гневным взглядом.

– Ты же знаешь, что пожалеешь потом о своих словах. Я устрою шикарную жизнь твоей Василисе, если ты не будешь со мной, – процедила Настя сквозь зубы.

Эта девушка всегда добивается своего через угрозы. Этому она научилась у меня, о чем я уже начинаю жалеть. Она прожигала меня своим взглядом, ожидая ответа или действий с моей стороны. Избалованная девчонка. Теперь я понял, каким был со стороны, каким меня видела Василек все это время. И наконец осознал, почему она так сильно меня ненавидела.

– Не смей ее трогать, поняла?

– А что ты мне сделаешь? Папочке нажалуешься? Так мой отец выше твоего по статусу, тебе придется подчиниться, милый мой, – Настя хитро оскалилась. Как же бесит.

Вдруг в комнату влетела Астахова, застав нас вдвоем. Мне сразу стало стыдно. Но я искренне не понимал, почему девушка решила сюда прийти и как она вообще узнала, что я здесь.

Девушки начали спорить. Астахова пыталась позвать меня на разговор, а Настя пыталась указать ей на то, что мы якобы снова вместе. Для доказательства Мельникова страстно поцеловала меня. Это начинало доставать.

Я встал и вышел на задний двор через раздвижные стеклянные двери на кухне, чтобы уже выслушать, что же мне так упорно хотела сказать Василиса. Но она все молчала и молчала. Тогда я обратился к ней. Василек пыталась мне что-то ответить, но я завелся с пол-оборота, высказал все, что было в голове. Я сам стал понимать, что с самого начала не внушал какого-то доверия, что, возможно, Астахова так и не узнала меня настоящего, видела лишь маску идиота и мажора.

– Что еще ты хотела сказать? Давай, я весь внимание. Мне уже все равно, что ты скажешь. Давно пора принять тот факт, что я конченный идиот, которому впервые в жизни понравилась обычная девушка по-настоящему.

Она распахнула свои голубые глаза. Я прижал ее к стене, нависнув сверху. Боюсь, смотрелся в этот момент уж больно устрашающе. Василиса расслабилась и положила свою руку мне на щеку, нежно поглаживая большим пальцем.

Теперь пришел мой черед удивляться, но как только я собрался продолжить монолог, девушка приложила палец к моим губам.

– Я хотела извиниться перед тобой за то, что сегодня произошло. Я просто испугалась, что ты специально сблизился со мной, чтобы отомстить за сцену в столовой.

– С чего ты вообще взяла это? Я хоть раз дал повод усомниться в моей искренности? Да, я не самый милый и добрый человек на свете, но если мне…

– Помолчи. Я не закончила. – Ее серьезный взгляд остановил меня. Как это у нее получается меняться с нежной и пугливой девчонки до властной и такой бесстрашной?

– Я признаю, что слегка сглупила. У меня никогда не было серьезных отношений, и я старалась сторониться таких, как ты. А таких, поверь, уж очень много. Тем более что ты прекрасно знаешь, в какой сфере я работаю. А когда я стала понимать, что между нами что-то происходит, то испугалась, – она говорила тихо, с легким хрипом в голосе, отчего я только прижимался к ней плотнее.

– Испугалась, что можешь влюбиться в меня, а я пересплю с тобой и выброшу, как ненужную игрушку? – Василиса подняла на меня глаза и кивнула.

Я вздохнул и улыбнулся, проведя рукой по ее волосам. Девушка не понимала, чему я радуюсь. До меня только сейчас дошел смысл сказанных ею слов. Она косвенно пыталась мне сказать, что я ей нравлюсь. Значит, не я один не мог нормально рассказать о своих чувствах.

– Я сказала что-то не то? – Астахова нахмурилась, скрестив руки на груди. А я продолжал улыбаться, как дурак.

– Нет. Ты сказала именно то, что хотела, – я опустил голову, приблизившись к ее лицу как можно ближе. Подхватив за талию, прижал к себе.

Я ощущал на своих губах прерывистое ее дыхание, чувствовал, как она сама желает меня поцеловать. Прикрыв глаза, она подалась вперед и тут же впилась в меня, закинув свои руки на шею. Это было для меня знаком, что я могу продолжать. Приоткрыв ее губы, я проник внутрь, и мы сплелись с ней языками. Василиса целуется уж больно умело для той, у кого не было еще отношений. Но сейчас меня это волнует меньше всего. Ее руки перемеcтились с шеи на мои волосы, она яростно их сжала, отчего я зарычал ей в губы. Другой рукой она поглаживала меня под курткой. Ее прикосновения… Они были столь желанными все это время.

– Никита! Ты где? – перед нами появился покачивающийся из стороны в сторону знакомый.

Мне пришлось оторваться от девушки, кинул на парня недовольный взгляд. Тот указывал пальцем в сторону входной двери. Музыка резко затихла, поднялся галдеж.

– Что случилось?

– Соседи вызвали полицию из-за того, что наши стали устраивать дебош на улице. Еще и долбиться начали в соседние дома. Так что желательно нам всем отсюда свалить!

Ну вот только полиции не хватало.

Я посмотрел на Василису. Она напряглась и вжалась в стену.

– Ты мне веришь?

– Ты сейчас это к чему? – нахмурившись, Астахова выглянула из-за угла дома и увидела мигающий красно-синий свет.

– К тому, что мне нужно будет перекинуть тебя через стену, – я хмыкнул. Девушка повернулась ко мне и еще больше сдвинула брови к переносице.

– Серьезно?

– Серьезнее некуда, Василек, – протянув ей ладонь, ждал ответного действия. Она, недолго думая, взялась за меня покрепче и улыбнулась.

– Я никогда не скрывалась от полиции.

– Когда-то нужно начинать, – широко улыбнувшись, проанализировал обстановку.

С этой стороны невысокий забор, через который можно перебраться и попытаться скрыться на другой улице.

– Твои вещи с тобой?

– Да! А твои?

– Все свое всегда с собой, – проверил карманы, там были пачка сигарет и телефон, вернулся в дом и забрал свой рюкзак недалеко от того дивана, где я сидел. Потом подошел к кирпичному забору. Слегка пригнулся, подставляя руки Василисе так, чтобы она смогла забраться и перекинуть ногу.

– Что-то мне страшно, – закусив нижнюю губу, она посмотрела на меня неуверенно.

– Все будет хорошо.

Василиса выдохнула и поставила ногу мне на ладони, придерживаясь за стену. Она делала это впервые, поэтому слегка медлила, боялась упасть, но я помог ей подняться повыше, чтобы ей было удобнее закинуть ногу на забор.

– Я все! Мне просто спрыгнуть вниз?

– Прыгай! Я следом за тобой, – спустя пару секунд я услышал глухой звук и как ойкнула девушка.

– Ты в порядке? – побеспокоился я. Не хотелось, чтобы из-за меня она себе что-нибудь сломала.

– Да-да. Ногу немного отбила, но жить можно, – за стеной послышался веселый хохот.

Убедившись, что с ней все нормально, я отошел назад и, разбежавшись, запрыгнул на забор. Руки крепко схватились за кирпич, он остро врезался в ладони. Прошипев от боли, перебрался через стену и приземлился прямо на ноги.

– Куда нам теперь идти? Бежать? – она осмотрела меня с ног до головы.

– Скроемся на другой улице. Полицейские не видели нас в лицо, а значит, потом просто пойдем пешком, будто мы и не были вовсе здесь.

План был такой себе, но действенный. Если будем бежать слишком долго, привлечем к себе много внимания. Василек кивнула, согласившись со мной, взялась за мою руку и выглянула на дорогу.

Было тихо и пусто. Возле главных ворот так и стояла полицейская машина, слышались негромкие разговоры и препирания пьяных студентов. Боюсь, Насте достанется по полной программе не только от родителей.

– Идем, – шепнула Василиса, двигаясь в противоположную сторону от машины. Сделав вид, что мы просто гуляем и вообще здесь ни при чем, направились в неизвестном направлении, лишь бы поскорее уйти подальше от этого дома.

Мой телефон в кармане стал вибрировать слишком часто, кто-то пытался дозвониться. Я взял его и увидел кучу пропущенных от Насти. Брать трубку я не собирался, она и без меня прекрасно сможет разобраться с проблемами. Сделает, как и я когда-то. Просто даст денег или пригрозит своими родителями. И ее ведь отпустят, скажут, что дают последнее предупреждение, а на деле, будут только рады больше с ней не связываться.

Вскоре мы замедлили шаг и, отбросив все сомнения, что нас поймают, расслабились.

– Так что было между тобой и Настей? Вы снова вместе или она врала? – вопрос девушки заставил меня остановиться.

– Она приставала ко мне, сколько бы я ее не отшивал. И пока выпивал, понимая, что противен тебе, Настя решила воспользоваться ситуацией. – Девушка повернулась ко мне, внимательно слушая.

– Значит, я тебе и правда нравлюсь? – вдруг она спросила.

– Правда, Василек, – прошептал ей прямо в губы и мягко прикоснулся к ним. От одной только мысли, что девушка чувствует ко мне то же, что и я к ней, меня переполнило счастье.

– Знаешь, теперь это звучит не настолько ужасно.

– Василек-то? Это очень мило звучит. Я не просто тебя так называю. – Она с удивлением посмотрела на меня, а я только широко улыбнулся, закидывая ей руку на плечо. – У тебя красивые голубые глаза. Они гармонично сочетаются с твоим именем.

Девушка была приятно удивлена, она весело хихикнула, ткнув меня в бок локтем.

– А ты романтик, оказывается, Гончаров.

– Снова фамилия? – ухмыльнувшись, подхватил девушку на руки. Она завизжала, обвив мою шею.

– Все-все! Больше не буду. Опусти меня.

Это вызвало у меня смешок.

Вдруг мимо нас проехала полицейская машина.

Я поставил Василису на землю, и она постаралась сделать более уверенное лицо – мы просто здесь гуляем и не имеем никакого отношения к вечеринке. Но, видимо, судьба сегодня была к нам не благосклонна, потому что машина остановилась рядом. Боковое стекло опустилось, выглянул мужчина средних лет, слегка нахмурившись.

– Василиса, что ты здесь делаешь? – девушка напряглась.

– Папа? Я… я просто гуляла неподалеку. У тебя здесь был вызов?

Папа? Этот мужчина – ее отец?

Я прочистил горло, поправил одежду, волосы и натянул улыбку.

– Они! Они тоже там были, – я услышал недовольный голос Насти с заднего сиденья. Посмотрев в окно, увидел злой и прожигающий взгляд девушки. Судя по всему, у нее не получилось откупиться.

– Вы были в том доме? – он указал назад. Астахова нервно сглотнула, понимая, что не может соврать родному отцу. Что ж, кажется, нам придется скататься в полицейский участок.

– Да, были, – я ответил вместо девушки. Василиса не стала возражать и просто кивнула, подтверждая мои слова.

– Садитесь назад. А ты – рядом со мной, – мужчина проследил за тем, чтобы мы оба сели в машину. Василек молча уселась рядом с отцом и пристегнула ремень.

А вот мне пришлось устроиться вместе с Настей. Та была на меня настолько зла, что отодвинулась к окну и отвернула голову, скрестив руки на груди.

До участка мы доехали в тишине. Никто из нас и слова не проронил в присутствии мужчины. Василиса всю дорогу вжималась в сиденье, перебирая пальцами лямку сумки. Как бы мне хотелось взять ее за руку и успокоить. Боюсь, если ее отец узнает про все мои выходки, которые я устраивал раньше, то он запретит нам общаться.

Мы все вышли из машины и прошли внутрь здания. Девушка двигалась следом за отцом, в руках у нее был телефон. Она кому-то быстро написала смс и спрятала гаджет подальше. А после посмотрела на меня с волнением.

– Все будет хорошо, – медленно я прошептал, чтобы она смогла прочитать по губам.

Нас усадили на стулья и сказали ждать. Настя продолжала игнорировать мое присутствие, зато косо поглядывала на Василису.

– Вы думали, раз сбежали вместе, то вам ничего не будет? Попомни мои слова, Никита, теперь я вам обоим устрою веселую жизнь.

– Только попробуй и сама окунешься в это дерьмо, – прошипел я, сжимая кулаки.

– Посмотрим, как запоешь, когда ее отец узнает, с кем шатается его любимая дочурка.

Глава 19

Василиса

Как вообще такое могло произойти? Почему именно отец был на дежурстве в этом районе? Он у меня старой закалки и, так как я единственная дочь в семье, всегда следил за тем, чтобы я не связывалась с кем попало. Когда он только узнал о моей подработке в ресторане, то проверил его вдоль и поперек, пока не убедился в том, что Михалыч не торговец детьми и не собирается причинять мне вред.

Наверняка он начнет проверять Никиту. А Гончаров ни капли не святой, его жизнь была наполнена скандалами с правоохранительными органами – папа точно что-нибудь нароет.

Скрестив руки на груди, я сидела прямо напротив Никиты, нервно дергала ногой и пыталась что-нибудь придумать. Меня с Никитой отпустят, а вот Настя точно накличет на себя гнев родителей за очередную вечеринку, которая закончилась походом в полицейский участок. По тому, как она прожигала меня своим взглядом, я поняла: теперь от нас с Никитой она точно не отстанет.

Я отвернулась в сторону отца – он, сидя за рабочим столом, перебирал какие-то папки и разговаривал с коллегами. Я успела отправить смс маме о том, что нахожусь в папином участке, попросила забрать меня как можно скорее. В ответ получила лишь десятки пропущенных, но доставать телефон больше не стала.

– Все будет хорошо, – Никита вдруг пересел ко мне и обнял за плечо.

– А если папа найдет на тебя что-нибудь? – шепнула ему на ухо, чтобы Настя не слышала нашего разговора.

– А что он найдет? Я никого не убивал и не крал ни разу. Подумаешь, устраивал слишком громкие вечеринки и попадался пару раз голый и пьяный на улице, – парень хихикнул.

– Вот именно. Я помню твои выходки. Их даже в новостях выставляли несколько раз, что сын Гончарова не умеет себя контролировать.

– Но зато ты прекрасно знаешь, что это было давно и до встречи с тобой. Сейчас я такого не вытворяю, потому что больше нет смысла. Я ушел из дома, – его последняя фраза повергла меня в шок.

– В каком смысле ушел? Что случилось? – я взволновалась. Но Никита только улыбнулся, увидев мои переживания.

– Тебе не стоит волноваться. Феликс и Антон приютили меня на некоторое время, а там уже разберусь с квартирой.

– Значит, ты продолжишь работать в ресторане?

– Конечно. Сначала я хотел уволиться после твоей реакции, думал, зачем мозолить тебе глаза. А раз мы во всем наконец разобрались, то можно и остаться. – Он провел рукой по моей щеке, привлекая ближе к себе. Но я вспомнила, что мы находимся в не совсем неподходящем месте, поэтому мягко отпрянула от него, отрицательно качнув головой.

– Точно.

– Фу, как противно смотреть на ваши нежности, – Настя демонстративно отвернулась от нас.

Вскоре папа подозвал к себе Настю, чтобы подписать какие-то бумаги. Она раздраженно цокала и несколько минут сидела за столом, читая содержимое.

– Как думаешь, она и правда не даст нам жизни?

– Не обращай внимания. До конца учебы осталось совсем немного, – вздохнул Никита.

– Как хорошо, что она защищает диплом вместе с тобой, иначе еще один год с ней я бы точно не выдержала, – расслабившись, я положила голову на широкое плечо парня и прикрыла глаза.

– Василиса! – в здание зашла мама, пытаясь отыскать меня. Я сразу узнала ее голос и поднялась со стула.

– Мама, я здесь!

– С тобой все хорошо? Почему папа тебя забрал? – она стала второпях осматривать мое лицо, руки и ноги. По ее бегающим глазам можно было понять, что она очень переживает.

– Все нормально. Просто я была на вечеринке, и хозяйку дома забрали вместе с нами.

– Ты была на вечеринке? Надеюсь ты не курила какую-нибудь дрянь? – мама немного успокоилась, присаживаясь рядом с Никитой.

– Нет-нет! Я… – замолчав, кинула короткий взгляд на Гончарова. Мама же не знает.

– Что ты? Подралась? Выпила?

– Да нет же. Просто я пошла туда, чтобы поговорить с ним, – закусив губу, указала головой на парня. Никита поздоровался с мамой.

– А кто вы, молодой человек? – она с недоверием на него посмотрела.

– Я Никита, парень вашей дочери.

– Парень? Василиса, я, может, еще чего-то не знаю?

– Только это, – я присела рядом с ней и обняла за шею, шепча на ухо извинения за то, что не поделилась этим раньше. Она понимающе посмотрела на меня, аккуратно поглаживая волосы.

– Ты же знаешь, что я всегда поддержу тебя. Если он и правда хороший, то почему бы и нет, – мама тепло улыбнулась, а после обратилась к Никите.

– А ты приходи к нам обязательно в гости, хорошо? Мне нужно узнать тебя получше.

Гончаров без всяких слов кивнул.

Вдруг к нам подошел отец, максимально злой. Он окинул оценивающим взглядом Никиту, но ничего говорить не стал, потом его глаза переметнулись на меня.

– Пойдем, доча, отойдем ненадолго, – папин голос звучал так, будто я провинилась в жестоком преступлении. Пришлось повиноваться и пойти за ним в более укромное место для тихих разговоров.

– И сколько ты знакома с ним? Почему я только сейчас узнаю, что ты с кем-то встречаешься?

– Папа, я не на допросе. Может, дома поговорим? – мне не нравилось, когда он начинал разговаривать со мной в таком тоне, ведь мы друг другу родные люди.

– Я просто хочу понять, насколько у вас это серьезно. Навести справки о Гончарове не составило никакого труда. Ты видела, какая у него репутация? Отец старается хоть как-то вправить ему мозги, а он только тратит деньги и шарахается по всяким подозрительным вечеринкам.

– Ты ничего о нем не знаешь! – я начинала закипать.

– А что еще я должен знать? Он из богатой семьи, избалованный пацан, который сидит на шее у родителей, хотя ему почти двадцать. Я не хочу, чтобы ты потом плакала из-за него, – папа указал пальцем в сторону Никиты. Парень сидел и мило беседовал с мамой, не подозревая о том, что на данный момент мы обсуждаем именно его.

– Да, лично мы знакомы не так долго. Но мы работаем и учимся вместе. Сейчас мне достаточно знать то, что Никита на самом деле неплохой человек и даже имеет чувство сострадания и долга. И по поводу его отца ты точно не в курсе, какой он на самом деле.

– Зато, смотрю, ты знаешь, – папа все сильнее раздражался, понимая, что я пытаюсь защитить Никиту.

– Знаю. Пожалуйста, давай уже поговорим дома. Я не хочу с тобой ссориться здесь, – я выдохнула и попыталась успокоить свои дрожащие руки.

– Хорошо. Но с ним ты пока видеться не будешь.

– Что? Ты мне запрещаешь? – моему отчаянию не было предела.

– Запрещаю.

Вот теперь я точно окончательно была зла на отца. Из моих глаз полились слезы. Я не понимала, почему он так несправедливо относится к нему. Почему он не верит моим словам? Все это его работа: он привык узнавать о каждом все, подозревать любого встречного чуть ли не во всех грехах, лишь бы оказаться правым.

Сжав челюсть, я посмотрела на отца и, молча развернувшись, подошла к Никите и маме. Мы стали молча дожидаться, когда же закончат с нами и отпустят на все четыре стороны. Когда же нас опросили, мы подписали какие-то бумаги и я схватила парня за руку, чуть ли не вылетая из участка. Даже не успела что-то сказать маме, потому что мне хотелось поскорее уйти отсюда, где меня атмосфера чуть ли не душила, особенно под пристальным взглядом отца.

– Василиса! Подожди, что случилось? – Гончаров кричал сзади. Но ноги сами несли меня вперед. Перед глазами все плыло из-за слез, а в сердце так сильно жгло оттого, что любимый отец не может понять свою единственную дочь.

– Стой! – в одну секунду Никита прижал меня к груди, а мимо на скорости проехал огромный грузовик.

– Да что с тобой?! Ты чуть не попала под машину! – он кричал на меня, тряс за плечи, пытаясь привести в чувство. Увидев слезы, парень на мгновение замолк, а потом вновь прижал к себе, уткнувшись носом в волосы.

– Папа… он против того, чтобы мы общались и виделись, – я готова была сорваться, еще чуть-чуть и меня бы охватила истерика.

– Он все нашел про меня, да?

– Да! И явно дал понять, что не доверяет тебе, – всхлипнула я, поднимая голову.

– Ты поэтому разозлилась на отца?

– Он начал плохо говорить про тебя.

– Но ты ведь тоже была обо мне с самого начала не лучшего мнения. И даже сегодня ты вдруг предположила, что я настолько конченный идиот, что буду мстить тебе за тот случай в столовой. Дай ему время, успокойтесь оба и поговорите, – Никита нежно улыбнулся, заправляя мою прядь за ухо.

– Пойдем, я отведу тебя домой, а то Яна Валерьевна будет волноваться.

* * *

Я сидела на кухне и медленно помешивала чай в кружке. Лиля сидела рядом и мысленно поддерживала меня, положив свою голову мне на плечо. Она выслушала все, что произошло между мной и Никитой, даже чуточку обрадовалась, пусть и относилась к нему с недоверием.

Не найдя Никиту на втором этаже, они спустились и застали нас в гостиной. Решили не мешать и ушли, наслаждаясь остатками вечера наедине друг с другом. Но когда Гордеева вернулась домой, увидела, что моя мама вся на нервах: мы с парнем убежали, никому ничего не сказав, на мамины звонки я не отвечала. Но вскоре Никита сам привел меня домой.

– Он правильно поступил, что проводил тебя, – подруга вздохнула, поднимая голову.

– Теперь мне еще страшнее разговаривать с папой, – я обняла себя руками, подминая под себя ноги.

– Не переживай раньше времени. Все будет хорошо, я уверена, – Лилька посмотрела на меня грустными глазами и обняла.

На кухню зашла мама. А за ней и папа. По его лицу было видно, что он успокоился. Я тоже, так что теперь можно все мирно обсудить. Папа сел за стол, сцепив руки в замок и немного помялся, пытаясь подобрать правильные слова.

– Прости меня, пожалуйста. Я и правда повел себя слишком резко. Ты сама знаешь, что меня порой заносит, особенно если я на работе.

– Знаю. Просто я сразу сказала, что нам лучше поговорить дома. Между мной и Никитой разъяснилось все только сегодня, поэтому я и не говорила вам о нем, – я почувствовала, как на душе становилось легче.

– Теперь я готов тебя внимательно выслушать.

– У Никиты сложная ситуация в семье. В его защиту могу сказать, что своими выходками он, возможно, пытался привлечь внимание отца или даже отомстить ему за что-то. Я сама еще не всех подробностей знаю, поэтому просто предполагаю. – Папа слушал меня, изредка кивая.

– Хочешь сказать, делал все назло ему?

Я кивнула. Человек не станет просто так что-то делать, тем более пытаться как-то выделяться из толпы своими непонятными поступками.

– Хорошо, я тебя понял. Можешь его на днях пригласить. Посидим, поговорим в спокойной обстановке, – папа слегка улыбнулся, а я от радости подскочила со стула и обняла его, поцеловав в щеку.

– Может, он действительно неплохой парнишка. Но если вдруг что-нибудь выкинет, ты сама знаешь, – он пригрозил пальцем.

– Знаю. И еще, прости меня тоже. Я вся в тебя, взорвалась на пустом месте. – Папа понимающе посмотрел на меня и нежно поцеловал в лоб, как в детстве. Мы помирились, и это главное.

В хорошем настроении я пошла к себе в комнату.

Раз уж все разрешилось, то теперь можно было продолжать заниматься подготовкой к кастингу. Скоро в Москву ехать, нельзя терять ни минуты. Я накидала еще несколько новых строчек и изменила некоторые слова в предыдущих куплетах, чтобы лучше звучало по смыслу. Теперь уж точно намного лучше.

Сыграв несколько раз мелодию, которая, по моему мнению, стала звучать куда круче, я решила позвонить Исаеву и сообщить, что дело движется в правильном направлении.

– Да, Василиса? – в трубке послышался сонный голос. Я непонимающе посмотрела на часы. Было только девять часов вечера, неужто я его разбудила?

– Надеюсь, не помешала?

– Я после смены отсыпался, но ничего страшного. Что-то случилось?

– Хотела сказать, что немного переписала песню и мотив изменила. Так что в следующий раз приду с более качественным текстом, – я улыбнулась.

– Это отличная новость! Сыграешь мне? – усмехнулся парень в трубку.

– Прямо сейчас?

– А чего тянуть? Мы увидимся только через пару дней. А мне не терпится услышать, что же ты придумала, – Феликс засмеялся. Ну раз он так просит, то почему бы и нет. Может, сразу подскажет, надо ли что-то менять.

Мысленно настроившись, положила телефон на стол и включила громкую связь. Стесняться теперь нечего, Исаев уже знаком с моим творчеством. Хорошо, что Лилька над душой не сидит, а то точно не смогла бы сыграть в ее присутствии. Феликсу послушал меня буквально пару минут, а потом попросил остановиться. По телу прошла мелкая дрожь, неужели ему не понравилось?

– Василиса, ты умудряешь удивлять меня все больше. Эта версия звучит намного лучше. Обязательно сядем и вместе поработаем над ней.

– Тебе и правда понравилось? – мои глаза засветились от радости.

– Звучит хорошо, но не идеально, поэтому мы и встретимся в среду и все обсудим. Я пойду досыпать, – Исаев зевнул и попрощался со мной.

Я откинулась на кровать, прижимая к себе гитару. Как же хорошо иметь такие полезные связи. Мы с Феликсом однозначно станем отличными друзьями.

– Ты закончила личный концерт для Исаева? – в дверном проеме показалась голова Лиля. Она хитро поглядывала на меня.

– Он сам попросил меня сыграть, чтобы не ждать до занятия, – поднявшись с кровати, я убрала гитару в чехол и поставила ее возле письменного стола. Тетрадка отправилась в нижний ящик, где она всегда и лежит.

– Вот как? Не боишься, что он будет к тебе подкатывать?

– С чего такие мысли? – нахмурив брови, повернулась к подруге.

– Ты же его личный вдохновитель. Сама прекрасно знаешь, что это значит. Тем более, если мне память не изменяет, вы миленько провели время в кафешке.

– Я не собираюсь давать ему ложных надежд. Так или иначе, мы с Никитой теперь вместе, и рано или поздно он об этом узнает. – Чтобы не стоять на месте просто так под гнетущим взглядом подруги, я стала убирать раскиданные вещи.

– Жалко его, конечно. Хороший паренек. Но судьба, видимо, решила пошутить над тобой, впихнув в твою жизнь Гончарова, – Лиля по-доброму засмеялась, за что получила подушкой по лицу.

– Ты меня теперь всю жизнь будешь этим попрекать?

– Буду напоминать при каждом удобном случае.

Тут засмеялась и я. Началась битва подушками, пух так и летал по всей комнате. Вскоре мы выбились из сил и завалились на кровать.

– Мы с тобой как две маленькие девчонки, – прошептала подруга.

– Почему? – улыбнувшись, повернула голову к Гордеевой. Та показала мне язык и, подскочив, оглянулась.

– Астахова, ты вообще видела, что творится в твоей комнате? Здесь как будто бомба из пуха взорвалась.

– Убрать не проблема. Тащи пылесос.

Включив негромко музыку в колонке, мы дружно принялись за уборку.

– Ну и ну. На ночь глядя решили прибраться? – в комнату заглянули родители. Повсюду летал белый мелкий пух.

– Это все она, – мы с Лилей одновременно указали друг на друга пальцем, еле сдерживая смех. Но родители не стали злиться, мама лишь покачала головой и пожелала приятной уборки, скрывшись за дверью. Папа, усмехнувшись, пошел за ней следом.

Надо бы поскорее заканчивать и ложиться спать. Начинается зачетная неделя, стоит максимально влиться в учебу и быть поактивнее на парах. Вон Лиля с таким подходом два года подряд зарабатывает автоматы и без проблем сдает экзамены.

Глава 20

Никита

Мы шли до дома Василисы долго, неспешно. По выражению лица девушки и ее неуверенной походке я понял, что она еще не готова к разговору с отцом. Я всю дорогу, как мог, старался ее успокоить, приободрить. Она, натянув слабую улыбку, кивала головой и куталась в куртку. Солнце садилось, и становилось зябко. Мы все это время держались за руки.

– Даже если он вдруг запретит нам видеться, то, значит, мне придется совершать героические поступки и забираться к тебе в комнату через окно. Тем более что в колледже мы так или иначе будем пересекаться. Этого он не проследит. – Мы остановились возле подъезда Василисы.

– Ты прав. Но ради того, чтобы увидеть меня, не стоит рисковать и забираться на четвертый этаж, – она немного приободрилась и даже засмеялась. Подняла на меня заплаканные покрасневшие голубые глаза. Как же больно смотреть на это.

Я подошел к ней, провел рукой по волосам и нежно коснулся губами лба. Хотелось дарить ей только любовь, тепло и заботу. Что со мной сделала Василек? Я никогда не испытывал подобных чувств к другим девушкам раньше.

– Спасибо тебе за все, – прошептала она.

– Пока не за что. А вот когда ты с Феликсом хорошенько подготовишься к кастингу и поедешь со мной в Москву, вот тогда и скажешь, – усмехнулся я, приобняв ее за плечи.

– Что? Ты собрался вместе со мной в Москву?

– Конечно. Я там не был несколько лет, с родителями как-то катались в их отпуск. – Василиса, задумавшись, смотрела на меня.

– Ты поедешь в виде поддержки или…

– Как твой парень и один из самых преданных фанатов твоего таланта.

Она расплылась в искренней улыбке и крепко обняла меня за шею. Я прижал ее к себе, вдыхая сладкий парфюм. Приятный запах цветов, какой он манящий… Наши объятия слишком затянулись из-за того, что мне хотелось как можно четче запомнить этот аромат.

– Гончаров, ты там уснул или собираешься укусить, как вампир? – посмеялась девушка, слегка отпрянув от меня.

– Прости. Но насчет укуса ты права, ведь ты пахнешь слишком вкусно, Василек. Как цветочек, – облизнувшись, хитро взглянул на Астахова, приближаясь к ее лицу.

– Не вздумай. А то уйдешь отсюда с фингалом под глазом, – она шутливо пригрозила кулаком. Оставалось только повиноваться и отпустить девушку домой.

На прощание она подарила мне быстрый поцелуй в щеку и за пару секунд скрылась в темном подъезде, оставляя меня в недоумении. Почему снова поцелуй в щеку? Мы же вроде все решили.

Но я только вздохнул и направился в сторону остановки. Надеюсь, успеваю на автобус, чтобы попасть домой к Феликсу. Нужно с ним обсудить пару моментов насчет занятий с Василисой. Думаю, им стоит видеться почаще, чтобы у девушки было больше возможностей набраться опыта у друга и поработать над песней.

Вдруг мои мысли прервал звонок. Взглянул на экран телефона – это была мама. Я тут же ответил.

– Да, мама? У тебя все хорошо?

– Солнышко, я… я у подруги. Как и обещала, позвонила, – но мне совсем не нравился ее голос. Он был грустным и хриплым, будто она долго плакала.

– Мам, точно все в порядке? – тревога внутри меня нарастала.

Она молчала в трубку, лишь печально вздыхая. Видимо, мама чего-то не договаривает. Почему-то мне казалось, что в этом замешан отец.

– Мы с твоим отцом разошлись слишком плохо. После твоего отъезда я пошла собирать вещи. Он за это время успел хорошенько напиться, стал говорить очередные гадости.

На фоне я услышал голос маминой подруги:

– Никита! Твой отец совсем уже оборзел! Видел бы ты свою маму!

– Я не понял, он что, ударил тебя снова?!

Кулаки сжались до такой степени, что костяшки сильно побелели, а ногти впились в кожу. Он перешел все границы. Нужно что-то с этим делать.

– Пожалуйста, не ходи к нему. Я куплю жилье подальше отсюда, если он не отберет бизнес, то буду вести его дистанционно. Все будет хорошо, – мама пыталась всячески успокоить меня. Я сам понимал, что в данной ситуации махать кулаками нет смысла.

– Он должен получить по заслугам. Поэтому ты должна написать на него заявление.

– Что?

– И никаких «нет». Иначе я приеду и лично с тобой пойду туда, чтобы проследить. Включи громкую связь, – она молчала.

– Тетя Вера, пожалуйста, завтра утром сходите с ней в полицейский участок.

– Ну хоть кто-то это сказал ей, кроме меня. Схожу, дорогой, не беспокойся, – бойко ответила мне женщина. С ней мама точно не пропадет.

– Мама, пообещай мне.

– Хорошо, сынок, – услышав мамины слова, я сразу же облегченно выдохнул.

* * *

Утром меня разбудил громкий шум на кухне. Там уже возился Антон, готовил на троих завтрак. Он хлопал дверцей холодильника, доставал нужные продукты. Заметив меня в дверном проеме, улыбнулся.

– Помощничек встал. Давай помогай. А то мне скоро на работу, а тебе в колледж, – Панфилов указал рукой на чистую доску и нож. Пришлось помочь. Он задумал суперклассный и вкусный омлет с помидорами, ветчиной и кусочком сыра.

– Как твои дела с Василисой? Все вчера решили? – Тоха ухмыльнулся, подстроившись рядом со мной.

– Да, мы все обговорили. Я очень рад, что она все-таки пришла.

– Вы милая парочка, кстати. – Друг закинул нарезанные помидоры в раскаленную сковороду и, убавив огонь, начал все помешивать.

– До меня долго, конечно, доходило, что она нравится мне, но главное, что вообще дошло.

На кухню зашел сонный Феликс. Он потянулся, взлохматил свои светлые волосы и непонимающе уставился на нас.

– Вам чего не спится так рано?

– Это ты спишь слишком много, работничек. Вернулся почти сутки назад, а проснулся только сейчас, – возмутился я.

– Извините, что моя работа ночная. Но зато она мне безумно нравится, – улыбнувшись, Феликс сел за стол и положил голову на руки.

– Ты кайф вообще от музыки получаешь. Как идет работа над новой песней? Когда будем записывать? – поинтересовался Антон, выключив плиту.

– Совсем скоро. – Исаев прикрыл сонные глаза и будто снова заснул. Я щелкнул перед его лицом пару раз пальцами, пытаясь привести в чувство.

– Спящая красавица, подъем!

– Голова тяжелая какая-то. Возьму сегодня выходной, – он достал из кармана спортивных штанов телефон и, периодически зевая, настрочил кому-то смс.

– Не заболел ли? – Панфилов поставил перед нами тарелки с едой и потрогал лоб Феликса. – Температуры нет. Но если станет хуже, скажи мне, дам тебе лекарство какое-нибудь, – тот кивнул и подвинул к себе тарелку.

– Лопайте, антилопы.

Мы пожелали друг другу приятного аппетита и с превеликим удовольствием приступили к завтраку. Пусть я тоже умею готовить, но вот у Тохи получается в миллион раз лучше.

– Когда у нас репетиция? – решил я спросить у Феликса. Он настолько был занят поеданием омлета, что пропустил мой вопрос мимо ушей. Однако, потом вопросительно посмотрел на меня, вытирая рот салфеткой.

– Ты что-то спросил?

– Да. Так когда репетировать будем? Я соскучился по музыке, – жалобно произнес, откинувшись на спинку стула.

Парень задумался.

– После того, как допишу песню. Разучим все, а потом, как и обещал, запишем клип. Наши фанаты уже помирают в ожидании новинки, – Исаев улыбнулся и показал мне комментарии людей на нашем небольшом канале. Многие и правда требовали очередную песню.

– Я тут подумал. А если Василиса исполнит песню со мной?

– Ты хочешь, чтобы она тоже снялась в клипе? – спросил Антон.

– Да. Она девушка миленькая, поет отлично. Думаю, вместе мы будем звучать просто идеально. Раз она является моим вдохновителем, то пусть тоже споет, – Феликс не шутил, а говорил с уверенностью, кидая то на меня, то на Тоху короткие взгляды. Он хотел услышать наше мнение.

– Мы-то не против. Просто тебе нужно сначала спросить у нее самой. Она же готовится с тобой к кастингу, не? Не уверен, что Василиса вывезет такую нагрузку.

– Я понял. Увидимся с ней на занятии и поговорим об этом.

Доев омлет, поблагодарил друга и отнес грязную посуду в раковину. Взглянул на часы и понял, что пора спешить на пары. Хочу поскорее увидеться с Василисой.

– После учебы на работу? – вдруг спросил Феликс, вставая из-за стола.

– Да. Поскорее бы получить зарплату и снять квартиру. Не хочу вас долго стеснять, – за такие слова я отхватил подзатыльник от Антона.

– За что?

– Не говори ерунды. Я скоро съезжаю, так что оставайся пока что с Феликсом. Будешь следить за ним, чтобы питался нормально и спал как полагается. Со своей работой совсем забил на себя, – он кинул недовольный взгляд на Исаева. Тот только глупо улыбнулся, потирая шею.

– Виноват, знаю. Но просто мне мало двадцати четырех часов в сутках. Работа, музыка, песни – все это отнимает слишком много времени.

– Тебе нужна девушка, чтобы вставила мозги на место, – хмыкнул Антон.

– Она со мной не уживется. Быстрее сбежит, чем будет каждый раз вытаскивать меня, – теперь же на лице друга проскользнула печаль.

– Подожди. Ты собрался уезжать? Куда? – до меня только дошел смысл слов Антона.

– Мы с Лилей собираемся съехаться. Ее родители хотят со мной встретиться, вот и скажу им про свои серьезные намерения.

– Вы пожениться решили, что ли? – удивленно выдал Исаев, приподняв бровь.

– Пока нет. Но такой разговор был. Хочу, чтобы она сначала отучилась, получила профессию, дальше разберемся. Но моему отцу Лиля нравится, говорит, маму напоминает, – Антон улыбнулся.

– Вы быстро, однако.

– Тебе ли не знать, каково это, когда тебе нравится человек и ты готов на все, лишь бы быть с ним? – ухмыльнулся Панфилов, уперев руки в боки.

– Так тебе все-таки нравится Василиса, верно? – задал вопрос Феликс. Его лицо не выражало ни гнева, ни раздражения. Он был спокоен и даже расплылся в мягкой улыбке. – Я и не сомневался, что она что-то для тебя значит.

– Разве она тебе не нравится? – спросил я.

– Нравится, но только как друг. Василиса приятный человек, она понимает меня, у нас много общих тем, но, боюсь, как парень я ее не привлекаю с самого начала. Да и мне самому отношения сейчас в тягость, – уверил нас друг, закинув руки нам на плечи.

– Так что, можно сказать, она влилась в нашу тусовку.

– Ладно, болтушки. Обсудим все вечером. Мне пора на работу. – Антон скинул руку Исаева и скрылся в своей комнате.

– Тоже пойду собираться. Опоздаю на пару, придется потом еще целых полтора часа ждать встречи с Васильком.

* * *

Гребанный автобус. Гребанные люди.

Их было столько в транспорте, что мой завтрак чуть не вышел обратно. Чьи-то острые локти давили прямо на ребра, я еле дышал.

Не самая приятная поездка с утра, но это стоило того, чтобы вовремя добраться до колледжа и встретить там Василису. Пришлось побегать по этажам и поискать ее. Вернувшись вниз, увидел ее в толпе зевак. Там же заприметил хищное выражение лица Насти. Бывшая тыкала Василисе своим телефоном прямо в лицо, гадко посмеиваясь. Вокруг стояли парни-придурки, с которыми она таскается последние полгода: они хихикали, как гиены. Я напрягся. Неужели Настя никак не успокоится?

Растолкав всех, вышел в круг. Василиса смотрела на нее со слезами на глазах. Нужно прекращать этот цирк.

– А вот и мой милый Никита пришел. Полюбуйся. Твоя якобы девушка целуется с другими, так и еще и наряжается откровенно, чтобы привлечь к себе побольше мужского внимания. А ведь такой тихой казалась. Бедная Вася, плак-плак, – издевалась она. Таким способом Настя только больше позорилась. А после она показала мне фотографию, где Василек стояла возле сцены и правда с кем-то целовалась.

Сжав челюсти, я закрыл собой Василису и обратился к Насте.

– Тебе больше заняться нечем? Зачем ты устроила этот цирк? Чтобы что? Поиздеваться над ней перед всеми, а самой казаться круче всех? Ну ты и идиотка, Мельникова, – от моего напора девушка замолчала, глазами искала поддержки. Но никто не рискнул вступиться за нее.

– Никита, ты не понимаешь. Она не та, кем кажется. Вся из себя хорошенькая, а сама обжимается с каждым встречным, – Настя пыталась оправдаться, что-то доказать. Но вот только Василису она совсем не знает.

Вдруг мой сжатый кулак накрыла маленькая теплая рука. Это была Василиса. Я повернул голову и посмотрел на нее. Второй день подряд плачет. Глаза еще больше опухли. Даже без слов я понимал, что она пытается сдержать мой гнев.

При всех я притянул ее к себе и поцеловал в губы. Василиса такого не ожидала, но поддалась порыву, прикрыв глаза. Вскоре я отпустил ее и все высказал Насте:

– Давай решим все здесь и сейчас. Мы никогда не будем вместе, что-то доказывать мне не нужно. В отличие от тебя, бездельницы, Василиса помогает своей семье, работает. И пытается исполнить свою мечту. А зная ее упертый характер, могу сказать: она добьется своего. А вот тебе пожелаю только, наконец, отстать от нас, перестать злиться на всех вокруг и прислушаться к своим истинным желаниям, – выдал ей на одном дыхании, не отпуская ладони Василисы.

Все вокруг стали шептаться между собой, а Мельникова лишь хватала ртом воздух. В конечном итоге топнула гневно ногой и скрылась за углом.

Даже ее покорные парнишки не заступились за нее, понимая, что, если полезут, начнется драка. А им наверняка не хочется пачкать руки из-за какой-то богатой девчонки, которая только и умеет, что соблазнять парней. Они сами пользовались ею, как могли. Только вот не учли того факта, что против меня идти не было никакого смысла. Я просто размазал бы их по стенке, а потом они вместе со мной загремели бы в полицейский участок.

– Та фотография…

– Я на сто процентов уверен, что это какой-то пьяный мужик, который полез к тебе. Не беспокойся. У тебя работенка непростая, так что ни капли не удивлен. Но почему ты вдруг заплакала? Ты же такая сильная, – я усмехнулся, а Василиса недовольно на меня взглянула.

– Хоть ты не начинай.

– Прости. Не каждый раз тебя вижу такой. Всего лишь второй. Чаще всего ты сама готова заставить человека заплакать. – Взяв покрепче Василька за руку, оставил поцелуй на тыльной стороне ладони. Я заметил, как у нее кончики ушей покраснели.

– Не знаю. Столько навалилось за эти сутки, – вздохнув, она остановилась на полпути.

– Ты не обязана быть всегда сильной.

– Знаю. Но мне нужно быть сильной, иначе кто меня защитит в случае чего?

Я посмотрел в ее глаза, кристально голубые, как чистое озеро:

– Я.

Глава 21

Василиса

После вчерашних приключений с трудом встала на учебу. Голова тяжелая – столько слез было выплакано.

Сбоку зашевелилась Лиля, потянулась. Она разлепила сонные глаза и посмотрела на меня, немного сощурившись из-за яркого солнца в комнате.

– Доброе утро.

– Очень доброе. Так не хочу идти на пары, – заныла я.

– А кто тебя спрашивать будет? Надо, подруга, надо. Сдадим все зачеты, экзамены, и лети в Москву, – усмехнулась Лиля, вставая с постели.

– Ты права, надо потерпеть немного.

– Кстати, а вот меня уже не придется терпеть, я скоро переезжаю, – Гордеева загадочно улыбнулась. Она уже успела встать и теперь красовалась возле зеркала, расчесывалась.

Перед тем как начать собираться на пары, вдвоем зашли в тесную ванную комнату и быстренько умылись. Я как увидела свои бедные опухшие глаза, ужаснулась. Нужно будет как-то это прикрыть за макияжем.

– Ты возвращаешься к родителям? – Мы вернулись в комнату, и я залезла в шкаф: порылась на полках и нашарила свои старые джинсы, а также рубашку, по которой очень соскучилась.

– Нет. Мы съезжаемся с Антоном. Уже все решили. Плюс на выходных едем к родителям, чтобы они познакомились с ним, – подруга радостно запрыгала на месте. Выглядит такой счастливой, что я даже немного завидую. Они и правда прекрасная пара, смотрятся вместе хорошо, да и отношения у них такие милые и нежные – наблюдать за ними приятно.

– Я рада за вас! – улыбнулась ей.

Лиля тоже подошла к шкафу и начала прикладывать к себе одежду, висящую аккуратно на плечиках, чтобы подобрать что-нибудь на учебу.

– Не переживай. И с Никитой обязательно будете жить вместе, – хихикнув, она повернулась ко мне и подмигнула.

– Кто тебе сказал, что я хочу жить с ним? Мы только начали встречаться, нужно узнать друг друга получше, потом, может быть, и созреем, – я смутилась от слов подруги.

Натягивая одежду, напоследок посмотрелась в зеркало, толкнув бедрами Лилю, чтобы она немного подвинулась.

– Ладно-ладно. Узнавайте друг друга, присматриваетесь, а мы пока поживем вместе, да на свадьбу вас позовем. – Гордеева как ни в чем не бывало надевала жемчужные серьги, а я уставилась на нее, пытаясь переварить ее слова.

– Свадьба? Вы быстрые, ребята. Не рано ли?

– Она если и будет, то позже. Антон хочет, чтобы я сначала окончила колледж, и уже, может быть, устроим с полным размахом, как говорится, – зеленые глазки подруги засияли. Насколько же сильно они любят друг друга. Удивительно.

– Ты только заранее предупреди, хорошо? Чтобы я успела купить что-нибудь экстравагантное к празднику, – мы обе засмеялись.

– Хохотушки, на учебу не опоздаете? Даже не позавтракали, – послышался мамин голос из коридора. Поесть мы и правда не успеваем, но ничего страшного, столовая спасает в такой ситуации.

– Мы успеем!

* * *

Колледж встретил нас громкими возгласами и столпившимися студентами в сторонке от центрального входа. Лиля сразу же направилась в столовую, чтобы утолить свой голод. А я же решила сначала отыскать Никиту, если он уже приехал на учебу.

Повернув за угол, столкнулась с Мельниковой. Увидев меня, она скорчила гримасу.

– Смотрите кто явился. Наша строптивая козочка. А я тут нашла кое-что интересное про тебя, – ее гадкое хихиканье меня насторожило. Что она придумала на этот раз?

– И что же ты нашла?

– Я, конечно, знала, что в омуте черти водятся, но чтоб такие. У тебя милая мордашка и красивое тело, а еще ты, видимо, целуешься со всеми подряд, пока водишь Гончарова за нос, так ведь, Вася? – после ее слов я сглотнула, не понимая, к чему та ведет разговор.

Какой поцелуй?

Девушка будто прочитала мои мысли и вытянула руку с телефоном, на экране которого была я пару месяцев назад, судя по блестящему платью, и целовалась с каким-то незнакомым мне мужиком. Фу. Вспоминать противно. Как раз именно в тот момент наша охрана разгоняла их буйную компанию в ресторане, но один из них успел поймать меня возле сцены.

Я скривилась при виде фото. Воспоминания очень неприятные, ведь после того случая не хотелось больше выступать. Но Михалыч пообещал, что решит этот вопрос и подобного больше не произойдет. Обещание он выполнил, но осадочек остался.

– Ну что, стало стыдно? Боюсь, Никите это не понравится, – Настя ухмыльнулась, чувствуя вкус победы. Она приподняла подбородок, а стоящие за ней парни весело ее подбадривали.

– Почему ты такая? – мои кулаки сжались. Я прикусила нижнюю губу, чувствуя легкую боль от обиды и несправедливости. Не знаю почему, но мои глаза наполнились слезами.

– Что? Какая такая?

– Такая тварь. Тебе нравится всех унижать? Что я тебе такого сделала? – мой голос предательски дрожал. Еще чуть-чуть и она увидит мою слабость.

– Ты забрала мое, поняла? Никита будет только со мной и больше ни с кем. Я дам ему понять, что он выбрал не ту, – Настя была так уверена в себе и своих словах. Подхихикивая, она не заметила, как сквозь толпу к нам прорвался Никита.

Я постаралась скрыть свои вновь покрасневшие от слез глаза и смахнула мокрую дорожку ладонью, шмыгнув носом. Но это не укрылось от зорких глаз Никиты. Как только Мельникова стала оправдываться и пытаться запятнать мою репутацию, он тут же разозлился.

Нужно помочь ему успокоиться.

Я положила руку на его сжатый кулак – он сразу поменялся на глазах. Вдруг он притянул меня к себе и поцеловал у всех на виду. У Насти чуть глаза на лоб не вылезли. Потом Никита высказал ей все, что думает о ней, и за Мельникову никто не заступился. Уверена – Настя не скоро появится на глазах у всех. Теперь новость о том, что Гончаров защитил меня и дал отпор девушке, разлетится по всему колледжу буквально в течение первой пары. У нас сплетников полно.

Затем он увел меня подальше и сказал, что теперь никому не даст меня в обиду и будет защищать. Мы вновь оказались вдвоем на улице за дверью запасного выхода. Выдохнув, я прислонилась к стене спиной и скатилась вниз. Встревоженно подскочив ко мне, Никита опустился рядом.

– Что-то болит? Кружится голова?

– Нет. Я просто так устала. Вчера нервничала, сегодня Настя помучила. Откуда она вообще взяла эту фотографию, – я прижимала к себе колени.

– Я обязательно узнаю. Не думай об этом. Главное, что я тебе верю, – его карие глаза смотрели на меня с печалью. Ему самому была неприятна эта ситуация. Сколько раз он пытался отбиться от этой девчонки после их расставания, но она вновь и вновь делает новые попытки. Теперь же она добралась и до меня.

– Ты сегодня тоже работаешь, верно?

– Да. Нужно будет привести себя в порядок перед тем, как выходить на сцену, – я понимала, что наверняка сейчас выгляжу не лучшим образом, поэтому постаралась прикрыться ладонями, чтобы Никита особо не вглядывался в мое заплаканное лицо.

Но в мгновение он убрал мои руки и приподнял голову за подбородок. Я встретилась взглядом с его выразительными карими глазами и тут же растерялась.

– Не смотри на меня так, – шепнула я.

– Почему? Ты прекрасна.

– Не думаю, что я похожа на богиню Афродиту даже заплаканная, – я вновь шмыгнула носом, улыбаясь одним уголком губ.

– Не говори так. Ты нравишься мне любая, – он медленно, будто поддразнивая, провел большим пальцем по треснувшим губам.

– Как я выйду сегодня на сцену?

– Твоя Лиля решит эту проблему, я уверен, – улыбнувшись, он встал и достал телефон.

Мои щеки запылали. Зачем было касаться моих губ, будто хотел поцеловать, а самому взять и уйти?

Надувшись, откинула голову назад. А потом вспомнила: я же на земле сижу, наверняка джинсы испачкала. Только этого мне не хватало. Подскочив с места, как угорелая, стала обтряхивать себя, пытаясь разглядеть остатки грязи или какое-нибудь пятно.

– Там все чисто.

– Точно? А то целый день на парах еще сидеть. Не хочу краснеть за свой внешний вид, – сдувая надоедливую прядь волос, поймала на себе хитрый взгляд Никиты. Он уже отвлекся от гаджета и преспокойно наблюдал за мной.

– Точно, – Никита отошел от меня на пару метров, чтобы не пускать дым в мою сторону. А я в это время достала телефон и проверила, не писал ли кто.

Л.: «Эта Мельникова совсем офигела? Весь колледж на ушах стоит!»

В.: «Настя мстила мне за вчерашнее. Она почти заполучила Никиту, как вдруг явилась я, и он мгновенно переключился».

Л.: «Да пошла она к черту!»

В.: «Не ругайся. Я скоро буду!»

Л.: «Мне Никита написал, что тебе нужна будет моя помощь. Что случилось?»

В.: «Плакать вторые сутки – такое себе развлечение. Выгляжу хуже зомби».

Л.: «Не парься и доверься мне. На работу пойдешь красивая!»

Улыбнувшись сообщению подруги, подняла голову. Никита смотрел куда-то вдаль. Он никогда не изменял своему стилю: любитель черного и кожаного, редко когда снимает свои здоровые ботинки. Девчонкам это всегда нравилось. За время, что мы работаем вместе, у него слегка отросли волосы сзади. Пряди переливались на солнце, темные брови нахмурены.

Тряхнув головой, покраснела от своих же мыслей. И вдруг понимаю, что Никита смотрит прямо на меня и хитро ухмыляется.

– О чем думала? Неужто обо мне?

– Н-нет конечно. Думала о том, как бы поскорее прошла следующая неделя и мы полетели вместе в Москву, – дыхание сбилось, я стала слишком подозрительно заикаться под его пристальным взглядом. Гончаров приподнял проколотую бровь.

– Вот как? Осталось немного. Нужно постараться и сдать чертовы экзамены хотя бы на тройки. А у меня еще и диплом впереди, – обреченно вздохнул он, распахивая железную дверь.

Именно в этот момент прозвенел звонок. Пора идти в аудиторию.

– Точно! Диплом! Ты поедешь со мной, а как же защита? – я взволнованно посмотрела на него.

– Это уже мои проблемы, Василек. Но я все равно поеду с тобой, – подмигнув, парень скрылся за поворотом. А я еще несколько секунд стояла как дурочка и думала о том, что он слишком рискует ради меня.

Я быстро нашла свой кабинет и села рядышком с Лилей, которая делала вид, будто внимательно слушает преподавателя.

– Ну ты даешь, Астахова. Теперь все говорят только о вас с Никитой, – Гордеева показала мне кучу смс в чате колледжа.

О господи!

Каждый второй обсуждал меня, мою внешность и то, кто я вообще такая. Никита мелькал лишь изредка, и то смс были, вроде: «Он же такой красивый, богатый, а выбрал невзрачную девчонку!»

Вот этого я боялась больше всего. Никита самый обсуждаемый человек нашего колледжа, и все, что связано с ним, будут мусолить еще какое-то время. Даже одногруппники начали перешептываться, увидев меня.

– Не вздумай никого слушать. Это ваше с ним дело, – пыталась подбодрить меня Лиля, обнимая за плечо.

– Я и не переживаю нисколько.

Я врала. На самом деле мое сердце бешено колотилось от страха. Я все два года старалась быть незаметной, но, напав на Никиту в столовой, вынесла себе смертельный приговор. Да, тогда меня тоже долго обсуждали, но потом как-то подзабыли и вскоре переключились на что-то другое. А теперь снова это началось, не прошло и трех недель.

Пока я перебирала все возможные варианты будущих событий, мне пришло оповещение.

Н.: «Я всегда буду рядом. И если про тебя начнут говорить гадости, я их тут же заткну!»

Мои губы расплылись в улыбке. Значит, Никита тоже в курсе того, что творится в чате.

– Гончаров пишет, да? – Лиля нагло заглянула в телефон, но я не стала прятать от нее то, что она и так прекрасно знала.

– Ох, голубки. А он начинает мне нравится все больше! – Подруга положила свою голову мне на плечо, и мы вместе углубились в изучение новой темы.

Так и пролетел наш учебный день. Переговоры с учителями, чтобы нам дали примерные вопросы на зачеты, расспросы, какие примерно будут задания на экзаменах и как сдавать практические. Многие из группы соглашались уже на тройки, лишь бы облегчить себе жизнь, а мы с Гордеевой наоборот хотели получить соответствующую оценку за наши знания.

Подруга отвела меня на обед в столовую, где купила мне целый поднос еды. Там было все: от первого до десерта, хлеба и чая. Зато у самой стояла одинокая тарелка с салатом и обычный черный чай.

– Ты снова худеть собралась?

– Лето уже началось, а в июле мы собирались с Антоном поехать на море. Не хочу выглядеть в купальнике как корова, – пробурчала девушка, уминая за обе щеки зеленую траву и помидоры.

– Боже упаси! Какое худеть? Ты видела себя в зеркале? Худая, как щепка. Я все расскажу твоему Антону, чтобы втык тебе дал, раз меня не слушаешь. – И подвинула к ней тарелку с куриным супом. – Давай ешь. В нем точно калорий не так много.

Лиля пыталась возразить, но потом передумала и принялась за суп.

Вот так-то лучше.

Пока я ела, у меня складывалось такое чувство, будто мою спину прожигают взглядом. Было неприятное ощущение. Любопытство гложило изнутри, поэтому небыстро, аккуратно обернулась.

Каково было мое удивление, когда я поняла, что на меня смотрит почти половина столовой. Нет, в их взглядах не было злости, раздражения или чего-то отталкивающего. Они смотрели с интересом, кто-то даже улыбался.

Ошарашенная повернулась обратно к Гордеевой.

– Ты как будто призрака увидела.

– Хуже. Поскорее бы это все закончилось, – вздохнув, вернулась к еде, пытаясь не подавиться.

– Ну так что, здесь накрасимся или мне проводить тебя до работы? – улыбнулась Лиля, стирая остатки обеда с лица салфеткой.

– Давай на работе. Заодно познакомлю тебя с Ульяной Владимировной. Надеюсь, моя уловка сработала и Михалыч растаял под влиянием нашего админа, – хихикнув, я встала из-за стола. Затем отнесла поднос на место, взяла сумку и прижалась к подруге как котенок.

– Ну пошли, Лиса, – мой псевдоним Гордеева произнесла шепотом, приложив палец к губам. А я только легонько толкнула ее в бок, улыбаясь.

Глава 22

Никита

Прошла целая неделя после того, как мы поговорили с Василисой на вечеринке и наконец признали тот факт, что нравимся друг другу. Тогда же и кончилось наше пари, однако это не означало, что я не стану работать дальше, ведь теперь я предоставлен самому себе.

Антон уже собрал свои вещи, поделился новым адресом. Это в нескольких кварталов от квартиры Феликса и очень близко к нашему колледжу. Панфилов показал нам фотографии жилья – неплохая вроде квартира.

Василиса совсем пропала на этой неделе. Она работала официанткой и за барной стойкой, выступления на сцене тоже никто не отменял, поэтому спустя три дня Василек выглядела бледной и измученной.

В колледже у нас начались зачеты и экзамены. Мы встречались с ней возле главного входа и уделяли друг другу максимум свободного времени, чтобы хоть как-то восполнить те моменты, когда мы вообще не видимся.

На удивление преподавателей, мне удалось сдать все предметы на тройки и четверки. А диплом просто заказал у одного из первокурсников, которых сам же и донимал, попросив прощения за свое уродское поведение. Парень куксился, недоверчиво глядел исподлобья, но за диплом взялся и буквально за четыре дня настрочил мне нехилый такой текст. Повезло пройти проверку на антиплагиат с первого раза. Пришлось, конечно, потом помучиться с распечаткой листов, прошивкой диплома и аккуратным оформлением. Я даже потратил пару ночей, чтобы самостоятельно сделать презентацию и доклад. Ради этого брал ноутбук у Исаева. Тот после работы долго отсыпался, а я мог спокойно пользоваться техникой. Василиса подсказала парочку моментов, как сделать более информативно и эстетично.

Несмотря на то, что мы виделись утром в колледже и вечером в ресторане, мне все равно ее не хватало. Она перемещалась по залу или за барной стойкой как ураган. Я даже не успевал следить за ней, так как у самого работы было не меньше.

Еще Василиса успевала в свои единственные выходные забегать к Феликсу на занятия. Когда Исаев возвращался домой, то мог бесконечно говорить о том, что они наконец добрались до самого важного. Текст был почти доведен до идеала, он передавал весь смысл и эмоции Василисы. Эту песню она посвятила бабушке.

Очень обидно, что Василек так ни разу и не сыграла ее мне, а Феликс не хочет раскрывать все карты сразу. Попросил подождать до кастинга, чтобы услышать полную версию сразу на сцене. Что за несправедливость? Но я дождусь.

Сегодня был последний день экзаменов. Хотелось провести этот вечер с Василисой, но она сообщила, что ее родители жаждут меня видеть. Значит, зайдем к ним после нашего свидания. Я пригласил ее в кафе, которое порекомендовал Антон. Он сказал, что Лиле там очень понравился интерьер и атмосфера в целом. Надеюсь, что Василисе тоже приглянется.

Ради этого мне пришлось вернуться в ненавистный дом. Теперь он пустовал. После того как я заставил маму написать заявление на отца, она вместе с тетей Верой на следующее же утро отправилась в полицейский участок, и его забрали. Доказательств было предостаточно. Это не только свежие побои на матери, но и камеры с видеонаблюдения, которые давно стояли дома ради нашей же безопасности. А также они допросили наш персонал, который сначала пытался что-то скрыть – наверняка отец им всунул кучу денег, лишь бы они молчали. Однако уборщица, самая молодая, выложила все как есть. Я был за это ей благодарен и даже встретился лично, чтобы передать спасибо от себя и мамы. Девушка пожелала нашей семье счастья и здоровья, а сама вернулась в родной дом.

Ничуть не жалею, что так произошло. Теперь буду спать спокойно и знать, что мама наконец вздохнула с облегчением и может продолжать вести собственный бизнес. Но чувство вины меня не отпускало. За то, что я не сделал этого раньше, что был слеп и пытался как можно больше насолить отцу, не замечая того, как он начал поднимать руку на маму. Это все моя вина.

Забрал из дома оставшиеся вещи, старые фотографии. Остальное сжег и посчитал нужным больше сюда не возвращаться.

Удалось даже забрать машину. Я нашел ключи в отцовском кабинете, спрятанные в ящике стола, но, думаю, в будущем продам ее и поменяю на какую-нибудь другую, более практичную.

Все вещи я перевез к ребятам. Теперь, подойдя к шкафу, я задумался: что же больше подойдет для свидания с Василисой. Мой выбор пал на светлую легкую рубашку, черные аккуратно выглаженные брюки и простые белые кроссовки. Все вместе смотрелось неплохо. Рукава рубашки закатал по локоть, открывая вид на татуировки.

Причесавшись, взглянул в зеркало и понял, что выгляжу слишком глупо. Поэтому потрепал ладонью волосы и подмигнул самому себе. Забрав телефон с комода, выдвинулся из квартиры, прихватив с собой бежевый кардиган на тот случай, если погода испортится или Василиса замерзнет.

Завел машину и заехал сначала в цветочный магазин. Но вот тут-то я и застопорился, почесывая затылок. Я никогда не дарил девушкам цветы. Лишь маме, когда был еще школьником.

– Вам, может быть, помочь с выбором? – обратился ко мне молодой человек, вежливо улыбаясь.

– Был бы благодарен. Просто я как-то не задумывался о том, какие цветы нравятся моей девушке.

– Опишите мне ее. Вы собираетесь на свидание, или, может, у нее день рождения? – Он подошел к стеклянной витрине и приложил палец к губам, задумавшись.

– Она бойкая и сильная, не даст себя в обиду. Порой смешная, а когда злится, то выглядит очень мило.

– Советую подарить тюльпаны. Они символизируют чистоту и доверие, – предложил флорист, поворачиваясь ко мне.

– Давайте. Сразу штук одиннадцать и красиво упаковать, – улыбнувшись, отошел в сторону кассы, достал кожаный кошелек и вытащил карту.

Продавец осторожно доставал по одному ярко-красному тюльпану, а после при мне завернул их в упаковочную бумагу и перевязал атласной лентой.

– Надеюсь, они ей очень понравятся!

– Тоже надеюсь, – протянул несколько купюр и оплатил букет, пожелав парню хорошего рабочего дня.

Настроение сегодня прекрасное. Вдохнув пряный аромат цветов, прикрыл глаза и представил, как удивится Василиса, увидев такую красоту в своих руках.

Вернувшись в машину, посмотрел на часы и поспешил доехать до места встречи. Кафе располагалось на первой линии возле главной дороги. У них даже имелась летняя терраса. Но я решил забронировать столик внутри заведения, чтобы Василек чувствовала себя комфортно.

Занимая крайнее свободное место на парковке, вышел из машины. Перед тем как зайти в кафе, я устроился чуть подальше, между домами, и опустил букет, чтобы не дай бог на него не пустить дыма – Василисе не нравится запах табака.

Пока стоял, думал о том, как бы девушка не пришла в кафе раньше меня. Будет не совсем красиво. В моей голове наша сцена встречи выглядит слишком идеально, но, боюсь, как бы она не разбилась о реальность. Выкинув окурок, пошел в сторону главного входа.

Перед входом стоит небольшая лестница с металлическими периллами, на которых красиво вьется какая-то лоза. Поднимаюсь по ней и захожу внутрь, приветствуя доброжелательного администратора. Она провела меня до нашего столика. Слава богу, он еще пуст. Немного успокоившись, сел и попросил сразу принести вазу под цветы. Девушка кивнула и вскоре принесла ее. Минуты идут слишком медленно, Василиса все никак не появляется.

Нет, она не опаздывает. У нее есть целых пять минут до назначенного времени, но внутри меня поднимается тревога. А что, если она передумала? Или вообще уснула после вчерашней смены? Еще и экзамены с утра сдавала.

Расстегнув верхнюю пуговицу, отогнал лишние мысли и откинулся на спинку мягкого стула, направив взгляд на улицу. Место я выбрал шикарное: отсюда великолепный вид на парк через дорогу. Зеленые деревья, невысокие кустарники с яркими цветочками, каменистая дорожка. Нужно будет обязательно туда заглянуть.

Открылась входная дверь, и я услышал звон колокольчика. Повернулся и сразу потерялся. Мне не хватило бы слов, чтобы описать, как же прелестно выглядела моя Василиса. Именно моя. Я никогда ее такой не видел.

Точнее, я видел ее много раз в красивых облегающих платьях, длинных и коротких. И видел, какой она была, когда подводила свои голубые глаза подводкой и дополняла образ тенями и тушью. Но сейчас девушка выглядела абсолютно мило и невинно.

Распущенные длинные светлые волосы с розовыми концами струились по плечам. Платье было летнее, с корсетом, которое так четко показывало, насколько же она похудела после тяжелой недели. Хотя я и до этого считал, что ее фигурка хрупкая. Платье было не слишком длинное, чуть выше колен, нежно-белого оттенка. А на ногах красовались белые туфли на невысоком каблуке.

Ну все, я окончательно потерял голову.

Сглотнув, встал со стула и взял в руки букет тюльпанов. Девушка, смущаясь, подошла ко мне и опустила взгляд в пол.

– Ты выглядишь еще прекраснее, чем всегда, – хрипло произнес я. – Это тебе.

Василиса приняла букет. На ее лице возникла улыбка, смятение ушло, а вместо него пришла радость и приятное удивление.

– Знаешь, мне цветы никто не дарил. Ну, конечно, не считая папы. – Я помог ей сесть за стол и предложил поставить тюльпаны в вазу, наполненную водой.

– Я так вообще их никому не дарил, так что ты первая.

– Правда? У тебя же было столько девушек. Мне казалось, ты мог их водить куда угодно и покупать все, что хочешь. – Я сел напротив, подвинувшись к столу вплотную.

– У меня не было никакого желания тратиться на цветы или какие-нибудь мелкие подарки. Эти девушки не настолько сильно мне нравились, – я специально выделил последнее слово, чтобы Василиса посмотрела на меня. Так и вышло.

Наши глаза встретились.

– И даже Насте ты не дарил цветов? – спросила она, хитро сощурившись.

– Даже ей.

– Значит, можно считать тебя официально романтиком? – девушка тихо рассмеялась, упираясь локтями в стол.

– Не уверен. Но ради таких моментов стоит и постараться им быть, – ответил, не отводя от нее взгляда.

Таких, как Василиса, я еще не встречал. Не верится, что всего месяц назад она пыталась изничтожить меня одним своим взглядом. А теперь передо мной сидела Василек, умеющая плакать, искренне улыбаться и радоваться мелочам. Именно передо мной мной.

Мы разговаривали. Долго. Обо всем, о чем только могла зайти речь. Она мило смеялась, продолжала изредка пускать колкости в мою сторону, но делала это больше шуточно, чем серьезно. За это время мы успели сделать небольшой заказ. Василиса захотела чего-нибудь сладкого и горячего чая, решив не наедаться перед нашей встречей с ее родителями.

Поправляя свои волосы, я молча наблюдал за ней. Я боролся с огромным желание встать и увести ее отсюда. Туда, где бы нас не нашли, не стали тревожить. Там, где мы могли быть только наедине, и просто обниматься, греть друг друга и болтать о всяком.

Такое место есть – семейный дом, в который я обещал вернуться только с ней. Но, думаю, мы это устроим после нашей поездки в Москву. Сейчас Васильку нужна моя поддержка, я должен быть сильной опорой, помочь ей со всем справиться и преодолеть страхи, связанные с кастингом.

– Когда у нас самолет?

– Через три дня. Я купил билеты, отправлю тебе в личные сообщения, как вернусь домой. – Я медленно отпивал из фарфоровой чашки уже остывший черный чай, расслабленно сидя на мягком стуле.

На фоне играла тихая медленная музыка, как раз располагающая к разговорам о друзьях, детстве и школьной поре.

– Почему ты никому не говорил о том, что на самом деле происходит в твоей семье? – вдруг спросила она, отодвигая от себя пустую тарелку. В ее глазах стоял вопрос, и, возможно, он беспокоил ее больше всего.

Выдохнув, я отвернулся в сторону и зацепился взглядом на улице за мимо идущую семью. Такую счастливую. Маленький мальчик сидел на шее у своего высокого отца, а тот, видимо, рассказывал ему что-то смешное, раз сын так весело хохотал. А мама тем временем катила пустую коляску и поддразнивала их обоих, нежно улыбаясь. Она смотрела на них с такой любовью.

– Знаешь… мое детство само по себе выдалось тяжелым. Только благодаря маме я держался все это время. Когда ты единственный ребенок в семье, тебе вроде как уделяют больше внимания, любят, лелеят. Но только не в моей семье. Я пытался привлечь к себе внимание, которого мне так не хватало. Мама долго сидела в декрете, а потом наконец решила открыть свой бизнес, который мгновенно пошел в гору, и я остался сам с собой наедине. Летом проводил много времени у бабушки с дедушкой, где я был просто счастлив, – слова давались тяжело, в горле образовался ком обиды. – Я пытался доказать, что не совсем дурак. Старался хорошо учиться, везде участвовать, даже учителя всегда положительно отзывались обо мне. Но папе это было неинтересно. Одна мама радовалась моим успехам и поддерживала, как могла. А потом мне понравилась музыка, мне захотелось научиться играть на гитаре и вновь показать отцу, что я очень талантливый. Может, хоть тогда он бы заметил меня. И что ты думаешь? – я резко перевел взгляд на Астахову. Ее глаза были наполнены печалью, а губы плотно сжались в тонкую полоску. – Правильно. И тогда он меня не заметил. Ну и нафига мне все это? Строить из себя хорошенького, когда отцу все равно. Я и пошел в отрыв после девятого класса. Стал бухать, курить, завел новые знакомства с теми, кто любил устраивать веселые вечеринки и попросту влился в их компанию. Мне хотелось только мстить и больше ничего. Чтобы он страдал, как и я. – Мои руки сжались в кулаки от злости, а тем временем слезы подступали. Нельзя плакать, не сейчас.

– Тебе если совсем трудно, то…

– Один только Феликс от меня не отвернулся за все это время. Пытался мне вбить в тупую голову, что пора с этим заканчивать. Благодаря ему я познакомился с Витей и Антоном. Они очень хорошие, правда. Это как моя вторая маленькая семья.

– Никита…

– И знаешь, когда я видел, что мой отец злится, ругается, внутри я ликовал. Это значит, он замечал меня. А теперь, когда я узнал, что он несколько лет поднимал руку на маму, то был готов порвать его на части. И до сих пор злюсь на себя за то, что не замечал это. Она страдала все это время, понимаешь? – Мои эмоции вышли из-под контроля. Я заплакал. Слезы текли по щекам. Я закрылся ладонями, чтобы никто не увидел этого. Какой позор.

Василиса быстро подозвала официанта, попросив счет. Я дрожащими руками достал деньги из кошелька сразу крупную купюру, а после девушка взяла меня за руку, выводя из кафе.

Я резко остановился и закинул голову назад. На улице начало темнеть, а на небе появлялись первые мелкие звезды и луна. Василиса аккуратно обхватила меня ладонями за лицо и вгляделась в мои заплаканные глаза.

– Все хорошо, слышишь? Ты ни в чем не виноват, – она шептала, прислонившись своим лбом к моему.

– Я виноват. Виноват перед мамой.

– Ты ведь решил эту ситуацию, ведь так? – Василек отстранилась.

– Да. Я попросил маму пойти в полицию и написать заявление на него, – шмыгнув носом, сделал глубокий вдох и выдох, пытаясь хоть как-то унять свою дрожь в теле.

– Ты весь дрожишь. Тебе нужно успокоиться, – прошептала она мне прямо в губы. На тот момент мне нужно было совсем другое успокоительное.

За долю секунды притянул Василису к себе и поцеловал в губы. Она не сопротивлялась. Всем своим весом прижала меня к стене, пытаясь перевести инициативу на себя. Провела языком по верхней губе, после посасывала ее и слегка прикусывала. Недовольно шиплю и меняюсь с ней местами, прижимая теперь ее к стене. Она вообще когда-нибудь прекратит меня удивлять?

Внутри я распалялся слишком быстро. Улица не самое подходящее место для страстных поцелуев и объятий. Она обхватила мою шею руками.

– Василек, прекращай такие игры, – оторвался от нее, пытаясь перевести дыхание. Но она поймала мой подбородок и вновь увлекла в жаркий поцелуй, заставляя забыться. Все плохие мысли тут же улетучились. Наша близость. Наш поцелуй – это сводит меня с ума.

– Давай не здесь. Нам еще с твоими родителями нужно встретиться, помнишь? – говорю между поцелуями, чтобы хоть как-то остановить девушку.

Она подняла на меня возбужденные глаза, которые блестели при свете уличного фонаря. Слишком красивая. Слишком желанная.

– Помню, – буркнула Астахова, кусая губу.

Тяжело вздохнув, отвернулся. Взял Василису за руку и повел к машине. Мы сели, и я выехал с парковки. Я посмотрел в зеркала, чтобы понять, есть ли сзади проезжающие машины, и выехал на главную дорогу.

– Спасибо, – вдруг выдал я.

– За что?

– За то, что выслушала все это.

– Хоть кто-то должен был это сделать. – На ее лице появилась добрая улыбка, которая заставляла мое сердце биться еще сильнее. Эта девушка просто нечто.

Глава 23

Василиса

Какой ужас! При воспоминании о поцелуях, мои щеки вмиг вспыхивают. Я хотела хоть как-то привести в чувство парня, но сама не заметила, как разошлась. А ведь это мог увидеть кто-то из прохожих.

Мне хотелось ощущать его крепкие руки по всему телу, я желала до безрассудства близости. Но я рада, что Никита сам вовремя остановил меня, напоминая о том, что нам нужно ехать к родителям. Я слишком сильно соскучилась по нему.

Последнюю неделю я только и делала, что пахала как проклятая. Занятия с Феликсом были не самыми легкими: он гонял меня, мы переписывали некоторые строки несколько раз подряд, меняли аккорды, пытались найти золотую середину. Но благодаря этому теперь моя песня зазвучала иначе.

Феликс периодически хвалил меня. Но просил пока никому не исполнять эту песню, на кастинге услышат. Даже пришлось Никите сказать, что пока не время, хотя я прекрасно понимала, что он жаждет услышать ее.

Мы почти не виделись из-за сдачи экзаменов и плотной рабочей недели. Пусть он и подвозил меня до работы, но стоило нам переступить порог ресторана, как наш рабочий день был забит до самого конца нескончаемым потоком гостей. Я успевала и в баре поработать, и в самом зале, помогая официантам. А еще выступала на сцене с новой программой.

Только тогда мне удавалось поймать на себе влюбленные взгляды Никиты. Я улыбалась ему в ответ, наслаждаясь песнями и громкими аплодисментами гостей. После каждого такого выступления уносила в гримерку по несколько десятков красных роз. Прекрасные и вкусно пахнущие цветы заполонили половину пространства в моей маленькой комнатке. Пришлось некоторым девушкам из персонала раздать, а то дома места нет, а на работе завянут.

Даже Ульяна Владимировна была рада принять небольшой букет от меня. Девушка неловко поправила очки, поблагодарив за цветы. А после я увидела, как она с нежностью посмотрела в сторону Дмитрия Михайловича.

За неделю тот появлялся пару раз, раздавая новые указания персоналу. И мужчина явно оценил ее взгляды. Между ними что-то происходит. Надеюсь, что та моя уловка сработала, как надо, и между этими двумя наконец что-то произошло.

А буквально на следующий же день Ульяна Владимировна поделилась со мной подробностями личной жизни.

– Так что там у вас творится?

– Дима подвез меня, чем удивил, ведь я живу совсем рядом. Раньше он никогда так не делал. Нам хватило и пяти минут, чтобы рассказать друг другу то, что вообще творилось эти годы между нами, – она слегка засмущалась и даже сняла очки, потирая покрасневшую переносицу.

– Так это я его попросила, – хихикнув, посмотрела на девушку.

– Ты? Но зачем?

– Да потому что я знаю, как он вам нравится. Да и он сам порой глядел на вас заинтересованно. А поговорить нормально никогда не могли решиться, – Ульяна разинула рот от удивления.

– Но разве вы не…

– Что мы? Дмитрий Михайлович помог мне с работой, поддерживал во всех начинаниях и позволил выступать на сцене, потому что знал всю мою ситуацию в целом. Я очень ему благодарна. Но, знаете, каким бы ни был брутальным и красивым Михалыч, мужчины постарше меня точно не интересуют, – я приобняла девушку за плечо, наблюдая за тем, как она радуется сказанным словам. Ну прям расцвела!

– А кто же тебя интересует, Василиса? – поинтересовалась администратор, возвращая очки на место.

– Такие, как он, – указав на Никиту, бегающего за барной стойкой в поисках чистого инвентаря, улыбнулась.

И сейчас я улыбнулась, вспоминая наш разговор с ней.

Мой взгляд переместился с улицы на Никиту. Парень поворачивал налево, держа руль одной рукой. То, как он оделся сегодня, меня привело в большой шок. Впервые увидела парня в светлой одежде, и она ему очень шла. Он будто походил на ангела. Белая рубашка была чуть свободной и немного прозрачной. Рукава закатаны – видны все татуировки.

Ох, что за мысли начинают лезть в мою голову? Я хочу чертово продолжение сегодняшнего вечера, но не могу позволить себе такую роскошь, ведь мы едем ко мне домой, а сам Никита сейчас живет вместе с Феликсом. Остаться наедине у нас пока никак не получается.

– Пойдем?

Вопрос Никиты застал меня врасплох.

Оглядевшись, я поняла, что мы добрались до моего панельного дома, остановившись прямо возле подъезда. В окнах нашей квартиры горел свет. Возможно, Лилька приехала за остатками вещей, ведь перед тем как съехать от меня, она сначала разгребала гардероб в собственном доме, а только потом решила забрать остальное.

– Да, идем.

Мы вместе вышли из машины. Я поправила прическу и платье, надеясь, что после страстного поцелуя выгляжу вполне опрятно. Никита подавил смешок, наблюдая за моими действиями.

– Выглядишь прекрасно, не переживай, – он протянул мне руку.

– Просто немного нервничаю, – буркнула себе под нос и взялась за ладонь Никиты.

– Подожди, – он вдруг остановился прямо у лестницы.

– Что случилось?

– Я даже не купил цветов или чего-нибудь вкусного к чаю. Как-то некультурно, что ли.

Он глубоко задумался, а я только замотала головой, понимая, что уже поздно что-то предпринимать. Я и свои-то красивые цветочки забыла в кафе, что аж жалко стало.

– В следующий раз что-нибудь купишь. Я им сообщила, что ушла с тобой на свидание. А значит, после него мы возвращаемся домой уставшие и слегка забывчивые, – чмокнув парня в щеку, схватила за руку и потащила наверх, стуча каблуками.

Гончаров молча поспевал за мной. Но как только мы оказались перед железной дверью, я затормозила. Осмотрела быстренько парня с головы до ног, еще раз проверила саму себя и только тогда постучала. Почти сразу же послышались глухой топот. Наверняка мама засуетилась. Открылась дверь не сразу, а спустя почти целую минуту. Тоже с отцом волнуются. Я ведь ни разу не приводила парня домой.

Я натянула радостную улыбку и увидела любопытное лицо мамы, когда дверь распахнулась. Никита постарался также выглядеть более спокойным, но продолжал сжимать мою ладонь.

– Никита пришел, заходите! Не стойте на пороге!

Мама загнала нас домой и поставила перед Никитой папины мягкие тапочки. Размер подошел ровно-ровно. А вот у папы был недоверчивый вид, он стоял, скрестив руки на груди.

После нашего разговора он сам попросил привести познакомиться Никиту. Надеюсь, не будет очередных разборок.

– Здравствуйте, Глеб Викторович. Я Никита, парень вашей дочери, – он держался молодцом, сделал дружелюбное выражение лица и в знак уважения протянул руку.

Папа покосился на нее, но, увидев мой недовольный взгляд, пожал руку в ответ и пригласил нас на кухню. Мама устроила целый пир: приготовила столько вкусностей, даже свободного места на столе не оказалось.

Мы уселись сбоку, а родители напротив нас. Что ж, разговор предстоял нелегкий.

– Какие у тебя намерения по поводу моей дочери? Тюфяки и мажористые пацанчики ей точно не нужны, – папин голос звучал грозно, что аж меня пробирала дрожь. Не люблю, когда он так начинает делать.

– Да, моя семья обеспеченная и я признаю, что вел себя недостойным образом последние года три. Наверняка моя фамилия много где засветилась, но могу вас заверить, что сейчас мой образ жизни другой и отношусь к Василисе более чем серьезно.

Я посмотрела на Никиту. Он говорил это с полной уверенностью. И даже внешне отстаивал свое мнение, не опуская головы. Их взгляды были направлены друг на друга, и у меня возникло такое чувство, будто они мысленно о чем-то спорят.

– Так, Глеб, хватит парня расспрашивать. Хороший он. Давайте ужинать! Зря я, что ли, возле плиты четыре часа простояла? – возмутилась мама, пихнув отца в бок. Тот тут же прекратил свою зрительную схватку и расслабился, приступая к еде.

Я облегченно выдохнула.

Рука Никиты легла мне на колено, успокаивающе поглаживая. Ладонь потихоньку пробиралась под подол платья, вызывая во мне приятную мелкую дрожь. Еле сдерживая себя, чтобы не выдать сладостный стон, почесываю кончик уха и смущенно отвожу глаза. Нужно срочно выйти, пока Гончаров не пересек все границы дозволенного. Вновь был не самый подходящий момент для проявления чувств.

– Пойду поздороваюсь с Лилей, – улыбнувшись, тихонько шлепнула парня по руке и встала из-за стола, направившись в комнату.

Подруга включила негромко музыку и убирала в свой чемодан вещи из шкафа, аккуратно их складывая стопкой.

– Я дома.

– Ой, привет. Не слышала, как ты вошла. Сейчас все соберу и поеду обратно, – она выглядела счастливой. Но как только Лиля заметила мое покрасневшее лицо, остановилась и, взяв меня за руку, усадила на мягкую кровать.

– А ну-ка рассказывай, что случилось? Свидание прошло замечательно?

– Мы обсудили вопрос, который волновал меня с того момента, как я об этом узнала от Феликса. И тебе даже не хотела говорить сначала, – замявшись, стала теребить край платья, не поднимая глаз.

– О чем ты? – наверняка Гордеева нахмурилась и стала представлять нечто невообразимое, о чем же я могла умолчать.

– Никите было трудно все это время. И я узнала причину его поведения в колледже. Да и вообще узнала получше его.

– Надеюсь, его не избивали в детстве? А то мало ли, – хмыкнула подруга.

– Нет. Немного непростая ситуация в семье. Я поделюсь с тобой как-нибудь позже, когда у нас будет больше времени. Никита сейчас на кухне с родителями, как бы отец его не сожрал с потрохами, – мы дружно прыснули от смеха.

– Ты же скоро уезжаешь в свою Москву. Неизвестно, когда вернешься.

– Если пройду кастинг, то задержусь там до нового учебного года. Если же нет, то вернусь почти сразу, – взволнованно вздохнув, положила голову на плечо подруги, пытаясь таким образом получить от нее поддержку. Лиля провела ладонью по волосам и положила свою голову сверху.

– Не думай о плохом. Феликс подготовил тебя отлично. Встретитесь еще раз на генеральный прогон, и тогда точно все будет замечательно, – ее слова заставили меня поверить в чудо. Неужели и правда моя мечта может осуществиться уже в ближайшее время?

После я решила переодеться в домашнюю одежду, натянув плюшевые штаны и футболку. Мне стесняться не перед кем. Я подошла к проему, который ведет на кухню, и тихонько подслушивала разговор между Никитой и родителями.

Однако вместо ссоры или ругани, я услышала только радостный хохот мамы и довольно спокойный тон отца, который интересовался, чем же по жизни занимается Никита.

– Я учусь на юриста и скоро буду защищать диплом, но, думаю, после окончательно подамся в музыканты. Это моя страсть. Моя жизнь. Это то, что нас связывает с Василисой крепко.

Его слова взбудоражили меня. Я прижалась к стене спиной, не осознавая того, что могу быть мгновенно раскрыта, потому что послышался глухой стук. Зажав рот ладонями, чтобы не ахнуть, подождала еще несколько секунд, прежде чем скрыться в своей комнате.

Чтобы больше не рваться туда, помогла подруге собрать чемодан и кое-как закрыть его. Даже пришлось садиться на пластмассовую крышку. Лиля застегнула замок и дала мне пять.

– Спасибо за помощь, – стирая пот со лба, она устало улыбнулась и, выглянув в окно, заметила там машину.

– У Никиты снова появилась машина?

– Да. Совсем недавно забрал из дома. Теперь подвозит меня до работы, – мои губы медленно расползались в довольной улыбке.

– Не мне же одной кататься, верно? – Гордеева подмигнула мне и опустила чемодан с кровати на пол, ставя его на колесики.

– Пойду. Антон уже ждет меня, – быстро чмокнув меня в щеку, подруга попрощалась с моими родителями и как пуля выскочила на улицу к своему принцу.

Дверь закрывать не стала, так как Никита уже собирался возвращаться домой. Маме так не хотелось его отпускать, что она просила посидеть еще немного.

– Я хочу заехать к маме, пока еще не совсем поздно, – ответил ей Никита, выходя в прихожую с довольным лицом. Увидев меня в милой плюшевой пижаме, он сдержал смех и надел кроссовки.

– И многое ты слышала?

– С чего ты взял, что я подслушивала? – сделав невозмутимое лицо, попыталась притвориться дурочкой.

– Знаю, – его хитрая ухмылка выбивает меня из колеи. Откуда ему вообще известно, что кто-то стоял в коридоре?

– Да ну тебя. Езжай давай уже, – протянула ему ключи от машины, нахмурив брови. Это только позабавило Никиту.

– И еще кое-что. Больше так не делай на людях, – прошипела прямо в лицо парню, когда он забирал ключи и наклонился ко мне как можно ближе.

– Что именно не делать? – теперь дурачком притворялся он, медленно, но верно прижимая меня к стене. Навис надо мной, как зверь над своей жертвой, которой так хотелось полакомиться.

– Не заставляй меня это говорить.

– Не я первый начал эту интересную игру с прикосновениями, – он обхватил мой подбородок пальцами и притянул к себе, глядя в глаза. Становилось все жарче. Теперь, когда Никита – объект моей симпатии, довольно тяжело отстраняться от того, кого так сильно желаешь. Но мы дома и, если родители застукают нас, то ему несдобровать.

– Тогда продолжим позже, Гончаров, – как же мне нравится дразнить его фамилией. Его глаза вспыхивают от интереса и поблескивают на свету, а я только миленько улыбаюсь и ныряю под его руку, чтобы выбраться из хватки.

– Доброй ночи, – распахнув дверь, встала прямо на пороге, провожая парня взглядом.

– Будь готова к невероятному, Василек, – прошептав эту фразу мне в губы, он юрко спустился по лестнице. Боюсь, в Москве меня ожидает что-то нечто удивительное и новое.

* * *

Сегодняшний день был полон сюрпризов.

Самолет до Москвы у нас завтра с утра, а это значит, что после занятия с Феликсом мне нужно приехать домой и собрать вещи.

Я долго думала над тем, с какой сумкой ехать. Голова и так кипела, поэтому выбрала более вместительную и удобную. Нужно будет не забыть убрать гитару в чехол и поставить ее в прихожей на видное место. Утром не будет времени собираться наспех. Я успею лишь только запихнуть в себя завтрак, чашку кофе и тут же умчаться на всех порах в аэропорт.

Это первая моя поездка куда-то за пределы родного города, поэтому немного волнуюсь. Аж паника берет, стоит мне вспомнить о том, что полечу на самолете. Никогда не любила высоту, сразу идет кругом голова. Надеюсь, общество Никиты меня как-то спасет.

Я как к себе домой заваливаюсь в студию, в которой сидел не только довольный Феликс, медленно попивая горячий кофе, но и группа в полном составе. Ну почти в полном. Тут не было Никиты.

– Вы решили составить нам компанию? – поинтересовалась я у парней и обнялась с каждым из них.

Антон дружелюбно улыбнулся, но сам выглядел очень усталым и сонным. Возможно, много работы поднакопилось. Лиля жаловалась, что порой не видит своего драгоценного парня с утра до вечера и еле дожидается его с работы, чтобы хотя бы поцеловать и лечь с ним вместе спать.

А вот Витя выглядел вполне бодрым. Любезно протянул мне свои вкусные шоколадные маффины, настаивая на том, чтобы я съела сразу два. Ему сложно отказать, ведь его выпечка и правда превосходная.

– Феликс нас позвал. Хотел что-то рассказать.

– В общем, друзья мои. Об этом знает Никита и Антон, осталось рассказать вам обоим, – парень поднялся со стула и указал пальцем на меня и Витю. Я заволновалась, потому что не до конца понимала, о чем идет речь.

– Василиса споет с нами новую песню и снимется в клипе.

Выдал как отрезал. Лукин только обрадовался этой новости, подпрыгивая на месте. А я вот не сразу поняла смысл услышанного. Спеть вместе с ними?

– Я, конечно, пробовала петь в жанре рока, но, думаю, пусть это лучше останется той музыкой, которую мне просто хочется послушать в свободное время, – выставив руки вперед, я начала оправдываться, ведь не считаю себя настолько талантливой.

Я слышала, какие песни исполняет Феликс и с его голосом это звучит вполне гармонично. Девушки от такого в полном восторге. Но вот я… мне больше по душе что-то более спокойное. Хотя по моим музыкальным предпочтениям этого не скажешь.

Исаев увидел в моих глазах страх и неуверенность.

– Ты справишься. Дай себе один шанс. Давай споем сейчас вместе, и ты убедишься в том, что у тебя получится.

Глава 24

Никита

Я встал довольно рано, чтобы успеть привести свои мысли в порядок перед тем, как ехать за Василисой. Нам предстоит долгий и тяжелый перелет, ведь девушка впервые окажется в небе, а послe – в неизвестном ей городе, который так и пестрит новыми приключениями.

Как она будет вести себя там, даже не представляю, ведь кастинг в таком крупном городе, еще и на одном из самых популярных шоу в стране будет суров. Я сам немного переживал.

Уняв дрожь в пальцах после пробуждения, я сразу направился в комнату Феликса. Но его там не оказалось. Неужели он снова целую ночь просидел в рабочей комнате?

Не оставалось иного выхода, как заглянуть за другую деревянную дверь. Исаев удобно расположился на кожаном стуле и тихо посапывал, откинув голову назад. В руках он сжимал какие-то исписанные листки, не отпуская их даже во сне.

Друг хотел проводить нас. Поэтому я медленно подошел к нему и встряхнул за плечо. Послышалось недовольное бурчание. Феликс потянулся, разминая шею ладонями, и распахнул глаза, глядя на меня снизу вверх.

– О, ты уже здесь? Сколько вообще времени? Я не проспал? – он засуетился, подпрыгивая на месте. Потом вдруг осознал, что держит что-то в руках.

– Ты не спал всю ночь?

– Спал. Прямо здесь. Но уснул поздно, часа в три, – сонно улыбнувшись, он взъерошил и без того лохматые волосы и встал со стула, пряча бумажки в какую-то папку.

– Ты что-то скрываешь от меня? – настороженно спрашиваю его.

– Вовсе нет. Это новые наброски текста, подогнал их под Василису.

– В каком смысле подогнал?

– Помнишь, я говорил, что должен спеть с ней? Так вот, она попробовала и дала свое согласие записать совместную песню. Теперь подгоняю под нее текст.

Верно, он говорил об этом. Да и сама Василиса была в полном восторге, когда Феликс предложил ей это, поначалу сомневаясь в своих собственных силах. Она выглядела настолько счастливой, что я не мог не разделить вместе с ней эту хорошую новость.

– Помню.

– Так что, когда приедете домой, займемся этим вплотную. А пока я буду готовить все для съемок клипа. Нужно попросить парней найти кое-какие бутафорские вещички, – хмыкнув, Феликс вышел на балкон босиком.

– Я тебя услышал. Как раз после диплома будет намного больше времени. – Я вышел вместе с ним, вдыхая свежий утренний воздух.

– Что планируете с Василисой потом?

– О чем ты?

– О ваших отношениях. Если ее примут после первого кастинга, тебе придется одному возвращаться домой. А она там пробудет не меньше трех месяцев. Плюс, если вообще победит, есть вероятность, что ей придется там остаться на неопределенное время, – друг говорил это с беспокойством, искоса поглядывая на меня.

Я упираюсь локтями в деревянные перила балкона и смотрю на открывшийся мне вид еще сонного города. Дул непринужденный холодный ветерок, который заставил меня съежиться. Как Исаеву не холодно полуголым, так и еще и босиком стоять на улице?

– Мы будем решать проблемы по мере их поступления. А пока я хочу насладиться обществом своей девушки и провести с ней несколько дней в столице.

– Хорошо.

Это и впрямь заставило меня сильнее задуматься. Но обсуждать с Феликсом такое не хочу. Это только между мной и Василисой. Что-то более личное и сокровенное. Я не отпущу эту девушку, даже если между нами будет тысячи километров.

– Мы не опоздаем в аэропорт? – на лице Исаева вдруг возникла легкая улыбка. Я глянул на часы, осознавая, что пора было выдвигаться в сторону дома Василисы. Сейчас очень рано, так что город пока не особо проснулся для того, чтобы устраивать пробки на дорогах.

– Иди собирайся. Я буду ждать в машине, – выпустив клубок дыма, я потушил окурок в пузатой стеклянной банке, в которой уже собралось не мало бычков, и зашел обратно в квартиру, плотно закрыв дверь.

Мне хватило пары минут, чтобы надеть более приличные вещи для поездки, накинуть кожаную куртку и поднять с пола спортивную сумку, наполненную не только одеждой, но и предметами личной гигиены, парой книг и бутылкой воды – надеюсь, перед рейсом выпьем.

Взглянув перед выходом на свою малышку, стоящую одиноко в углу, послал ей воздушный поцелуй и вышел на улицу. Бак заполнил еще накануне вечером. Феликс машину сразу же заберет и поставит на парковку возле дома, раз уж он вписан в страховку. Тогда не придется держать ее на платной парковке.

Открыв дверь, закинул на заднее сидение сумку, а сам удобно уселся за руль, настраивая еле теплую печку в машине. С утра погодка желала лучшего. Слишком прохладно. Это нам с Феликсом по барабану, мы знойные парни, но вот Василиса наверняка сейчас выйдет на улицу и будет шокирована холодным ветром.

Пока ждал друга, достал телефон и проверил, не писала ли мне девушка. Оказывается, было одно сообщение, отправленное десять минут назад.

В.: «Я проснулась, если что. Буду ждать в семь возле подъезда!»

И добавила смайлик с красным сердцем.

Как мило.

Видел бы кто-нибудь нашу переписку, точно бы утопился в луже нежности. Причем с моей стороны. Никогда бы не подумал, что она сможет раскрыть во мне романтика. Однако и колкостей в наших сообщениях не меньше. Даже есть парочка кружочков, когда девушка возвращалась с занятий и жаловалась на то, каким же бывает жестоким Исаев – заставляет ее повторять одно и то же по несколько тысяч раз. В этом весь он, когда доходит до разбора тонкостей любимого дела.

Феликс выбежал из подъезда, накинув на голову капюшон худи. Сел в машину и скомандовал выезжать, за что получил в ответ мой недовольный взгляд. За моим молчанием крылось что-то большее, чем просто возмущение.

– Да ладно тебе. Поехали забирать твою ненаглядную, – широко улыбнувшись, друг опускается чуть вниз и прикрывает глаза, наслаждаясь теплом в машине.

Благодаря тому, что дороги почти пустовали, нам удалось доехать быстро. По пути обогнали несколько медленных машин – видимо, кто-то не до конца проснулся. Как и Исаев, который почти сразу же задремал, стоило нам отъехать от дома.

Порой его образ жизни и правда меня сильно беспокоит. Нам стоит подыскать ему девушку, которая возьмет на себя заботу о нем и как следует вставит мозги на место. Когда-нибудь Феликс угробит свое здоровье окончательно, а потом будет страдать. Ночные смены не дают ничего хорошего. А ведь он каким-то образом успевает писать песни, проводить занятия с Василисой. Его искренние улыбки выглядят устало, а явные синяки под глазами дают понять, насколько же он истощен.

Остановившись, ставлю машину на ручник и достаю телефон, чтобы сказать Астаховой спускаться вниз, так как мы приехали чуть раньше назначенного времени. Она получает мое смс незамедлительно и тут же его читает, оставляя меня без ответа. Значит, сейчас спустится.

Я перевел взгляд на Феликса.

Наша дружба всегда была особенной. Мы поддерживали друг друга. Несмотря на мои протесты каждый раз ходить в сомнительные места, это заканчивалось тем, что я следовал за ним, куда он пожелает. Исаева вечно тянуло туда, где могли устраивать драки, а мы сами попадали в гущу событий и огребали не меньше других. Возвращались домой побитыми, с кучей синяков и ссадин, тетя Нина не ругалась, а лишь вздыхала и залечивала наши раны. Даже ни разу не рассказала моим родителям о том, что происходило, стоило нам с Феликсом пойти гулять.

И ведь я ни разу не пожалел, что она попросила меня сопроводить его на рок-концерт, который так вдохновил нас обоих. Думаю, без этого события не было бы нашей группы «Fire's», я бы не познакомился с Антоном и Витей, а после и не встретил бы Василису. Это целая цепочка событий, которая сделала меня счастливым человеком.

Послышался стук. Возле машины стояла Василиса и махала рукой. Я разблокировал заднюю дверь, и она смогла сесть внутрь, укладывая рядом с собой черный чехол.

– Ты положишь мой чемодан в багажник?

– Да, сейчас, – ловко вынырнув из автомобиля, нажал кнопку и убрал в багажное отделение тяжелый белый чемодан. Девушки, они и в Африке девушки. Всегда куча вещей.

– Он спит? – проверяя, девушка тыкнула пару раз пальцем Феликса. Но тот только склонил свою голову набок, продолжая видеть сны.

– Не буди его. Он заснул поздно, над песней корпел, – захлопнув дверь, убедился, что Василиса пристегнулась, и я тронулся с места.

– Я думала, он займется этим позже. Мы еще столько времени в Москве пробудем.

– Он привык все делать сразу. Не любит откладывать на потом. Лучше устанет и замучается, но сделает сейчас. Но при этом жертвует своим и без того коротким ночным сном, чтобы довести дело до конца. Упрямый баран, – цокнув, включил тихую музыку и уставился на дорогу, упираясь локтем в боковую дверь.

Девушка лишь вздохнула и поудобнее устроилась на кожаном сиденье, положив свою руку на гитару. Оставшееся время мы провели в молчании.

* * *

Мы успели вовремя. Василисе досталось место возле окна, значит, сможет любоваться видами во время полета. Однако ее рука сильно вцепилась в мою ладонь, оставляя красные отметины.

Девушка всем своим видом показывала, насколько же она переживает. Ее можно понять. Сам давно не летал, так что имеется небольшое волнение внутри. Однако мы друг с другом, а значит, я постараюсь ее отвлечь разговорами и аккуратными поглаживаниями, лишь бы не дать впасть в панику. Гитара удобно устроилась между ног девушки. Ее пугливый взгляд устремился в окно.

Перед тем как попасть на посадку, мы попрощались с Феликсом в зале ожидания. Он крепко обнял нас обоих и пожелал хорошего полета, а после засуетился, вспоминая о небольшом подарке Василисе.

Им оказался медиатор. Черный, с красивым изображением черепа и кроваво-красных роз. Что-то вроде на удачу перед завтрашним кастингом. Я поменял положение наших рук и теперь наши пальцы переплелись. Но это едва ли помогло ей успокоиться, так как она продолжала дрожать и сдавливать мне кожу до покраснения.

– Все будет хорошо. Расслабься.

– Я пытаюсь, но не могу. Высоты боюсь с самого детства, когда чуть не рухнула с детской качели на землю. Друзья тогда раскрутили меня и почти сделали полный оборот, руки не слушались и соскальзывали от страха. С того момента моя голова начинает сильно кружится и нарастает паника, стоит мне подняться куда-нибудь повыше и посмотреть вниз, – сглотнув, она прикусила губу и совсем загрустила.

Время пришло.

Пилот объявил взлет, и весь салон дружно пристегнул ремни безопасности. То, что Василиса была в ужасе, это вообще ничего не сказать. Ее колотило, как при ознобе, а взгляд нервно бегал. Пришлось обнять ее за плечи и прижать к себе, заставляя закрыть глаза и представлять что-то более приятное.

Самолет набирал высоту. Я сам начал переживать, но сейчас было не самое лучшее время, чтобы паниковать. Василиса прижалась ко мне еще сильнее, чуть не утыкаясь в плечо носом. Ее пальцы схватились за мою куртку и не отпускали ее до тех пор, пока она не почувствовала спокойствие и безопасность.

– Ну что, успокоилась? – я взглянул в ее испуганные голубые глаза. Последовал положительный кивок.

Мне нужно ее как-то отвлечь. Увидев приближающуюся стюардессу, подозвал ее к себе, любезно улыбаясь.

– Чем могу помочь?

– Можно ли нам принести какое-нибудь вино? Моя девушка боится высоты и очень переживает, – наклонившись к ней ближе, прошептал, указывая головой на Василису, которая не отрывала своего взора от окна.

– К сожалению, сейчас утренний рейс и пока я не могу предоставить вам алкогольные напитки, – стюардесса искренне выглядела виноватой, понимая, в каком состоянии Василиса.

Вздохнув, потер пальцем переносицу.

– Тогда что-нибудь сладкое и черный чай, – девушка кивнула.

Что ж, буду надеяться, хотя бы какая-нибудь сладость поможет. Повернувшись к ней, заметил, что Василек немного расслабилась и даже немного вытянула ноги вперед, обхватив руками верхнюю часть чехла с гитарой.

– Как думаешь, я пройду? – вопрос прозвучал с ноткой неуверенности.

– Я очень надеюсь, что ты пройдешь. Столько было потрачено сил на подготовку. В тебя верю не только я, но и все остальные. Даже твои родители не были против поездки так далеко. Они дали тебе шанс, которого ты так заслуживаешь, чтобы показать себя.

– Просто… одно дело петь на сцене небольшого ресторана, где меня знают все, приходят ради того, чтобы послушать мое исполнение, а другое – петь там, где никто о тебе не слышал. Таких, как я, тысячи.

– Почему ты начала сомневаться в себе? Не нужно так. Уже все видели, как ты замечательно поешь и идешь шаг за шагом к своей заветной мечте, – я заправил за ухо ее светлую прядь и медленно провел пальцами вниз к шее.

Ее дыхание сбилось, а грудь стала вздыматься еще чаще. Прикрыв глаза, она повернулась и попала своей раскрасневшейся щекой в раскрытую ладонь. Потирается, как маленький котенок, который просит ласки и нежности.

Я легонько поглаживаю ее, еле касаясь, чтобы вызвать у нее мурашки. Голубые глаза распахнулись и посмотрели на меня с мольбой. Раскрытые пухлые губы так и притягивают к себе, молят поцеловать и распробовать их на вкус как следует.

Но стоит мне подтянуться к ней ближе, провести большим пальцем по нижней губе, как вдруг нас прервал кашель стюардессы. Облом. Очередной.

На подносе лежит пара сладких и пышных пончиков, покрытых разноцветной шоколадной глазурью и кружка с чаем, от которого вверх стремился еле видный дымок.

– Это вам.

Неохотно оторвавшись от девушки, поблагодарил за еду и опустил столик перед Василисой, поставив все это ей. Она была приятно удивлена, облизываясь только от одного вида выпечки.

– Я подумал, что тебе стоит поднять как-нибудь настроение.

– И спасибо тебе за это, – от радости она поцеловала меня в щеку и увлеклась поеданием пончиков, напрочь позабыв о том, что происходило всего минуту назад.

Я уснул почти сразу же после разговора с Василисой. Я и ей посоветовал вздремнуть, но она отказалась, ссылаясь на то, что вполне выспалась за ночь и просто будет слушать скачанную заранее аудиокнигу, чтобы хоть как-то разбавить многочасовую скуку.

Я проснулся только под самый конец, когда Василек стала тормошить меня за плечо.

– Никита, мы сейчас будем садиться. Открывай глаза!

– Мы уже прилетели, что ли? – сонная пелена все еще плыла перед глазами. Моргнув несколько раз, протер глаза кулаками и пригнулся, чтобы заглянуть в окно. И правда. Внизу виднелся огромный город, который казался просто крошечным с такой высоты.

– Прошу всех пристегнуть ремни!

Выполнив все указания, Василиса вложила свою ладонь мне в руку и устроила голову на моем плече. Она не дрожала и не испытывала дикого ужаса, как на взлете.

Посадка прошла просто отлично. Сели плавно, без лишних нервов. Увидев, какая образовалась большая толпа в самолете, решили с Василисой дождаться, когда большинство пассажиров сойдет с трапа. Закинув гитару на плечо, Василиса вцепилась покрепче в лямку и поднялась вместе со мной с места. Мы выходили самые последние, зато без толкучки и с безмятежным видом.

Москва встретила нас теплой и солнечной погодой. На часах было одиннадцать часов. Вот что значит жизнь в разных часовых поясах. В нашем городе уже было под вечер, когда тут только разгар дня.

Пришлось простоять около часа в аэропорту, чтобы забрать свой багаж. Чемодан поставил рядом с Василисой, вытянув ручку.

– Куда теперь?

– Я снял нам номер на трое суток. Этого должно хватить, чтобы узнать, как пройдет твой кастинг. Если же тебя примут, то попрошу друзей устроить тебя к себе на небольшой срок или же тебя примут к себе знакомые твоих родителей, а сам вернусь, – услышав это, она с обречением вздохнула. Защитить диплом все же нужно.

– Не беспокойся. Я потом приеду к тебе, и мы решим вопрос с жильем.

– Хорошо.

На улице нас ждало такси, которое я заказал десять минут назад. Уточнив адрес еще раз, мы загрузили чемодан и сумку в багажник машины, а сами уселись на заднее сиденье.

Ехали, конечно, долго. В отличие от нашего маленького города, тут был целый мегаполис. Высокие многоэтажные дома, куча зеленых парков, торговых центров и заведений общественного питания. Без карты тут точно не разобраться.

Отель был недалеко от того места, где пройдет кастинг. Я заранее подумал об этом, поэтому и забронировал здесь номер на двоих. Расплатившись наличными, мы оказались на многолюдной улице. Василиса минуты две разглядывала отель, а потом взяла свой чемодан и пошла внутрь.

Я все это время работал в поте лица и даже просил Дмитрия Михайловича дать мне еще какую-нибудь дополнительную работу, чтобы хоть как-то поднакопить на эту поездку, оплатить хороший отель, наши походы по магазинам или же кафешкам и ни в чем не отказывать Василисе.

Здесь было довольно уютно и мило. Внутри работал кондиционер, но, думаю, как только заселимся в номер, я сразу же рвану в душ, потому что от меня явно пахнет не цветочками после долгого перелета.

На стойке регистрации получили свои ключи и поднялись на второй этаж. Коридоры были длинные, светлые, с красными ковровыми дорожками на полу. Номер 21. Находим дверь слева, чуть дальше от лестницы.

Распахнув дверь, мы сначала любопытно заглянули в комнату, а потом зашли, оставив вещи возле входа. Сбросив с себя обувь, я плюхнулся на кровать. Наконец-то, в Москве!

Глава 25

Василиса

Здесь все оказалось куда лучше, чем я себе представляла. Отель в номере был пусть и маленьким, но вполне уютным и отлично сойдет на пару-тройку дней.

Никита первый залез в душ, пока я вызывала в номер что-нибудь из ресторана поесть, ведь иначе так с голоду можно помереть. Пончики и чай уже давно затерялись в моем желудке и теперь он издавал характерный звук для того, кто давно не ел.

Открыв тяжелые темные шторы, посмотрела, какой у нас прекрасный вид за окном. Столько всего вокруг. Даже у нас в городе не так красиво, как здесь. Хотя нашла, конечно, что сравнивать: большой и прогрессивный мегаполис, в котором живет более двенадцати миллионов человек или же наш небольшой, но столь любимый город.

В номере немного душновато. Найдя пульт от кондиционера на комоде, включила его. Сняв с себя джинсы и худи, осталась в длинной черной футболке. Хочу после Никиты тоже пойти в душ.

Еду ждать не меньше получаса, поэтому у меня есть время вспомнить аккорды, усесться в удобное мягкое кресло и что-нибудь сыграть на гитаре. Достала ее из чехла и детально осмотрела, не случилось ли с ней чего, пока мы летели. Все как и прежде. Глянцевый блеск при свете солнца, без единой царапины и с парочкой «милых» наклеек. Ага, черепа очень милые.

Вспомнила вдруг о медиаторе, который спокойно покоился в заднем кармане джинсов. Достала его и вновь принялась разглядывать. Маленький, удобный и красивый. Феликс знает, что дарить той, кто просто без ума от музыки.

Что же сыграть?

На уме только моя песня, но сейчас не самое подходящее время. Хотелось чего-нибудь интересного, мелодичного. Пальцы медленно перебирали струны. Комнату заполонил известный мотив песни Эда Ширана[4], которая будоражила меня и по сей день, сколько бы я ее ни слушала в наушниках. Вот что значит быть меломаном, когда любая из песен, и наплевать на жанр, заставляет сердце биться быстрее и испытывать огромное желание ее спеть.

Мой голос звучал мягко. Английский никогда не был для меня проблемой. Тем более что я хорошо разобрала этот текст, прежде чем выступать с ним на сцене в ресторане.

Мурашки побежали по коже. Я прикрыла от удовольствия глаза. Пела песню тихим голосом, не торопясь, получая двойной кайф. В одиночестве мне не так страшно. Тут только я и моя гитара.

Вдруг в комнате запахло приятным ароматом мужского геля для душа, который напоминал больше резкий парфюм с терпким послевкусием.

Никита.

Он стоял позади. Я не видела его, но уже чувствовала, как он прожигает заинтересованным взглядом мою спину. Гончарову не доводилось слушать, как я пою с ним наедине.

Здесь только он и я.

Сглотнув, я решила остановиться и резко повернулась к парню. Я была немного смущена: он стоял в одном полотенце, оно, приспущенное, сексуально висело на его широких бедрах. На плечах выступали красноватые пятна после мытья. На руках большие татуировки, уходящие вверх. Они прекрасны.

Появилось внезапное желание провести пальцами по ним, очерчивать по контуру. Позволил бы Никита сделать это?

Его взгляд не давал мне встать с места – уж больно проницательный, – пригвоздил меня. Но после на его лице появилась хитрая ухмылка, и он, сам подойдя ко мне, опустился на корточки.

Широкие руки легли мне на бедра, а темные карие глаза всматривались в мои. Стало неловко. У меня еще никогда ничего не было с парнями. Только глупые детские поцелуи в губы – это все, что было до Никиты.

А с ним…

С ним все иначе.

Внимательно наблюдая за моим выражением лица и будто понимая, какое смятение я сейчас испытываю, он взял мою ладонь в свою руку и медленно поцеловал от кончиков пальцев до запястья. Дорожка поцелуев, такая нежная и в то же время возбуждающая, заставила меня прикусить губу.

Гончаров не сводил с меня своего пристального взгляда.

– Что же ты хочешь на самом деле?

– О чем ты? – сладостный стон сорвался с моих губ, стоило ему перейти с запястья на внутреннюю часть бедер. Все еще медленно, осторожно, боясь спугнуть меня или сделать что-то неправильно.

– Ты сама начала дразнить меня еще тогда, возле кафе. Но потом всячески избегала контакта, – хриплый голос парня говорил о том, насколько он сам возбужден до невозможности.

Языком он вырисовывал узоры на распаленной коже, спускаясь все ниже и ниже. Мои пальцы отпустили гитару и вплелись в густые мокрые волосы Никиты. С придыханием он оставил маленькие засосы, то на одном бедре, то на другом. Двигался в правильном направлении, ведь внутри меня нарастало приятное и жгучее чувство получить желаемое.

Расслабившись, откинулась на кресло. Пусть тут и тесно, но это не помешало Никите схватить меня покрепче за бедра и спустить слегка вниз. Открыв глаза, увидела, как он приподнялся и навис надо мной, упершись обеими руками в подлокотники. Как зверь. Облизнувшись, он наклонился и впился в меня страстным поцелуем. Горячо. Во мне разжигалась необъятным пламенем жадность, нехватка в его прикосновениях. Я переместила пальцы вначале на подбородок, поглаживая его. Затем нетерпеливо к шее, поддевая вырез футболки. Она только мешает.

Но я не смогла трясущимися руками снять ее. Лишь закинула их на шею парня и впилась ногтями в кожу. За этим последовало шипение сквозь поцелуй, но Гончаров не отступал. Оставив мои опухшие губы в покое, он покрыл поцелуями шею, легонько прикусывая тонкую кожу.

У меня вырвался глухой стон.

– Еще, – я ощущала горячее дыхание возле уха. Он меня дразнил.

В жилах бурлила кровь, по всему телу расползлось приятное чувство неги. Пришла моя очередь дразнить, пока он не перехватил всю инициативу на себя.

Несмотря на то, что ноги меня совсем уже не держали, поднялась вместе с Никитой с кресла, которое уже стало в нашей ситуации неудобным и со всей силы толкнула парня на кровать. Он хищно глядел на меня.

Стянув с себя дрожащими руками футболку, кинула ее в угол и, сделав пару шагов, оказалась около Никиты. Упершись в мягкую поверхность, он поднялся. На губах играла ухмылка, а в глазах плясали чертики, ожидая моих дальнейших действий. Сейчас процессом руковожу я, а не он. Перекинув ногу, оказалась прямиком на бедрах парня. Даже полотенце не способно скрыть того, что парню явно нравится вся эта игра.

– Надо же, Василек решила действовать первая? – его это забавляло.

Стеснение ушло. Теперь я наклонилась к нему, но не целовала в губы, а лишь дразнила его, проводя губами по щекам, носу, борясь с великим желанием укусить, а после заботливо зализать ранку.

Мы сводили друг друга с ума. Но я давала ему то, чего он так желал. Его руки гладили мои ноги, поднимаясь все выше. Он сжимал мое тело, а я блуждала пальцами по его прекрасному, накаченному прессу.

– Хочешь? – аккуратно спросил он меня.

Я молчала. Лишь выпрямилась, положив свои руки на животе парня.

– Тебе стоит лишь сказать, и я сделаю все, как ты пожелаешь. – Одной рукой он ловко забрался мне под топ. От приятных ощущений я даже закатила глаза.

– Только скажи, – снова прошептал он своим сексуальным голосом, не сводя с меня взгляда.

Не могу больше. Закусив губу, наклонилась к нему вновь и зарылась пальцами в волосы. Притянула его к себе, наслаждаясь рваными поцелуями. Никита, раскрыв мои губы, провел своим языком по небу и зубам. Играл со мной, кусал…

Даже не заметила, как он приподнял топ и начал меня ласкать. Ловко. Быстро. Не сдерживая стонов, я с трудом сидела на нем. Заметив это, Никита положил меня на кровать, и спину пронзил холод шелкового покрывала, вызывая очередные мурашки. Его не остановить. Топ полетел назад, а я, выгибаясь, таяла от бесконечных прикосновений. Его ладони везде. Не успела заметить, как он вернулся к моим губам. Голова кругом.

Он изучал мое тело руками, каждый сантиметр, при этом проверяя, как я реагирую на его действия.

– Так ты хочешь?

Мое сердце чуть не выскочило наружу. Эти ощущения не сравнятся ни с чем, что я испытывала до этого.

– Хочу… хочу, пожалуйста.

Не узнала свой собственный голос. Он наполнен желанием, такой низкий и жаждущий наконец окунуться в пленительное удовольствие. Получить то, что заставит меня дойти до самого конца и вздохнуть с облегчением.

– Ты так прекрасна, – игриво шептал Никита. Внизу живота все приятно ныло.

Снова поцелуй. Сознание уплыло и потерялось. Не хотелось отпускать Никиту. Одной рукой обняла его за шею, а второй спустилась плавно по телу, чувствуя приятную мягкость его кожи.

Становилось страшно, в глубине просыпалась неуверенность в том, делаю ли я правильно. Но, судя по довольным рыкам на ухо, мне стоило продолжать в том же духе.

Я изучала его тело, боясь причинить боль. Но Никите все, похоже, только нравилось, поэтому с каждым движением я раскрепощалась все больше. Никита страстно играл со мной. Я томно выдыхала, борясь с желанием вскрикнуть, поэтому прижалась к нему, впившись в кожу ногтями.

Я никогда не испытывала ничего подобного. Никита, конечно же, знает, что делать. Как завести девушку, доставить ей неописуемое удовольствие.

– Не так быстро, Василек, – прикусив меня за мочку уха, прорычал он.

– Прошу…

– Придется чуть потерпеть, – Никита продолжал играть с моим телом.

– Больше не могу…

Ему нравилось смотреть, как я изнемогаю. Он провел ладонями по чувствительному животу, отчего я вздрогнула и нетерпеливо выдохнула. Спустился по телу, дразня меня и не давая требуемого.

Затем он резко встал с постели двинулся в сторону сумки и быстрым движением вынул из глубокого кармана несколько штук презервативов. Какой запасливый!

– Я смотрю, ты подготовился, – облизала я губы.

Он тут же вернулся, устраиваясь поудобнее между моих ног. Взялся за щиколотку и мягко поцеловал меня от кончиков пальцев до лодыжки, не сводя своего хищного взгляда. И мне это нравилось.

– Тогда стоит тебя наградить за такое долгое ожидание, – закинув мои ноги к себе на плечи, он продолжил покрывать их мелкими осторожными поцелуями.

Я была уже просто на пределе. Но Никита завел меня еще больше. Было слышно, как открывается пачка, как Никита ловко надевает презерватив, чем он завел меня еще больше.

В одно мгновение чувствую боль, которая быстро распространялась по всей нижней части тела.

– Тш-ш, все хорошо. Я подожду, – он поцеловал меня в щеки, слизывая соленые капли. Никита пытался меня успокоить, отвлечь, шепча приятные слова.

Прикрыв глаза, расслабилась. Мои руки блуждали по его спине, хватаясь как за спасательную соломинку. Никита слегка приподнялся на локтях, увлекая меня в чувственный поцелуй. Каждое движение отдавалось во мне новой волной. Неприятные ощущения постепенно отступили.

Вдруг я услышала стук в дверь. Точно, я же заказала еду в номер. Но как? Остановиться нереально.

Заткнув рот ладонью, пыталась заглушить сладкие стоны. Подняв глаза на Гончарова, увидела хитринку в его глазах. Что он задумал?

В голове совсем каша. Все тело настолько чувствительное, что каждое прикосновение будоражило до невозможности. А Никита, будто специально, приподнимал мои бедра. Сдержаться невозможно. В порыве укусила себя, понимая, что нас могут услышать.

Стук не прекращался.

– Одну секунду, пожалуйста, – ответил в полный голос Никита. Как ему удается удерживать самообладание в такой момент?

Мои ладони крепко сжали шелковое покрывало, я прикусила губу так сильно, как могла.

– Еще немного, – шептал Никита мне на ухо своим низким голосом.

Сейчас…

Именно сейчас…

По всему телу расплылась приятная волна, мой разум затуманился. Никита остановился вместе со мной, сжимая до боли бедра. Откинув голову назад, я еще несколько секунд сотрясалась от полученного долгожданного наслаждения. Я жадно глотала воздух, пытаясь прийти в себя.

Никита, прикрыв глаза, упал рядом со мной, он пытался выровнять учащенное дыхание. Парень весь вспотел. Повернувшись к нему боком, закинула руку и ногу на него. После такого стоило и отдохнуть.

– Теперь я понимаю, почему все на тебя вечно вешаются табунами, – хихикнув, посмотрела на него, убирая налипшие пряди со лба. Он поймал мою руку и нежно поцеловал каждый палец.

– Забудь об остальных. Ты прекрасна, мой Василек, – шептал он между поцелуями. Открыв свои карие глаза, смотрел внимательно, с любовью. А после, нависнув надо мной, увлек в сладкий поцелуй.

Глава 26

Никита

Черт. Эта девчонка сводит меня с ума!

Одного раза нам не хватило, под ночь мы попросту свалились без сил на кровать и пытались около получаса привести себя в чувство. Наша еда все это время благополучно стояла за дверью, забрали мы ее уже холодной. Пришлось есть – как-то жалко было оставлять такую вкусную куриную грудку со свежим (или не совсем) салатом, небольшой бутылочкой белого вина и сладким десертом – чизкейком. Василиса во всю облизывалась, радуясь тому, что наконец ее желудок полон до самых краев.

А я только с весельем наблюдал за ней. Насколько же она прекрасна, когда вот так просто сидит с согнутыми ногами в одной длинной футболке и ест, тыкая вилкой листья зеленого салата.

– Если ты будешь так смотреть, я подавлюсь, – заявила она мне, пока мой взгляд проходился от ее макушки до самых кончиков пальцев ног.

– Не бойся, оказывать помощь умею, – усмехнувшись, отпил немного вина из прозрачного бокала.

– Не сомневаюсь. Но лучше не стоит, мне еще завтра выступать.

Точно. Кастинг. Лишь из-за него мы сюда прилетели. Но девушка выглядела вполне спокойной. Гитара лежала на мягком кресле, поблескивая от включенного света.

– Я пойду помоюсь. А то кто-то не дал мне этого сделать, – улыбнувшись, она поднялась из-за столика и стрельнула в меня своими зоркими глазками. Хитрюга.

– Я смотрю, ты не особо-то и против была.

Оценив мой подкол, она подмигнула мне, взяла чистое полотенце, махровый халат и скрылась за белыми дверьми.

Пока Василиса целый час радовалась горячему душу и явно что-то напевала, судя по доносившимся звукам, я решил взять ее гитару и что-нибудь попробовать сыграть.

Да, не моя малышка, но вполне сойдет. Из душа слышал, как Василиса пела Эда. Интересный все-таки у нее вкус. Устроившись поудобнее на том самом кресле, с которого все и началось, я призадумался. Первым на ум всегда приходили только песни Феликса, ведь я был частью группы, и, конечно же, все аккорды уже глубоко сидели в подкорке мозга.

Пока я перебирал в голове все возможные варианты, пальцы сами начали играть. Мелодия звучала медленно и грустно, напоминала что-то знакомое. Откуда я это знаю? Из всего того, что я исполнял ранее, не припоминаю подобного. Точно! Это песня, которую играл мой дедушка.

Летними вечерами бабушка накрывала стол во дворе, зажигала свечи, и вместе с дедушкой пела. Обычно это был шансон. Они развлекали меня, как могли, и сами радовались жизни.

Как же приятно порой такое вспомнить.

Я сидел с гитарой до самого конца, пока Василиса не вышла из ванной, вытирая свои длинные волосы полотенцем. Она глядела на меня с удивлением, заметив в моих руках свой инструмент.

– Что играл? Я не слышала.

– Да так, вспомнилось из детства кое-что, – поставил возле столика гитару и подошел к девушке.

– Пойдем спать?

– Надо бы. Завтра рано вставать, пойдем пешком до того места, где проводят кастинг. Хочу, чтобы ты прошла быстрее, дабы не терзать себя сомнениями. – Внутри она однозначно волнуется, переживает. Сама об этом не один раз говорила.

Взяв меня за руку, она потянула меня на себя и оставила на губах мягкий поцелуй.

– Это намек или…

– Пока без намеков, Гончаров. После такого я еще долго тебя к себе не подпущу, – хихикнув, она повела меня к кровати. Выключила свет и легла, прижимаясь всем телом.

Надо же, никогда не спал с девушкой в одной кровати просто так. И засыпать вместе с Василисой было одним удовольствием.

* * *

Утром мы, конечно же, проспали. Даже не услышали звонкий будильник, который я поставил на своем телефоне.

Потерев глаза, в испуге заметил, что уже девять – в это время как раз начинается кастинг. Тут же разбудил Василису. Пока она умывалась, собрал все вещи и все необходимые документы, а потом помог ей одеться. Схватили гитару и выбежали из отеля как ошпаренные.

Люди кругом глядели на нас как на сумасшедших. Василиса была растрепанной и помятой, даже не успела причесаться. Пролетев мимо высоких домов, оказались на нужной нам улице, и я поднял глаза, заметив яркую вывеску с названием.

– Нам однозначно сюда, – сказал я. Василиса вцепилась мне в руку и побежала следом за мной. Открыв двери, выдохнули с облегчением и зашли внутрь.

Здесь все было по стандарту: красиво, минималистично и чисто. Огромное помещение – как раз для проведения данного рода мероприятий, где уже толпилась куча народу. Здесь даже располагались удобные диванчики для удобного ожидания своей очереди, но многие предпочли столпиться возле большого телевизора, который висел на стене, чтобы можно было наблюдать за выступающими.

– У тебя есть с собой расческа? – прошептал ей, пока мы искали стойку регистрации. Народу уже собралось немерено.

– Блин, забыла. Что делать? – Она начала нервничать и грызть большой палец.

– Без паники. Резинка хоть имеется? Или ты не из тех, кто носит с собой половину чемодана? – еле сдерживая смех, увидел, как Василиса, разозлившись, молча вытащила пару тонких резинок из кармана.

– Отлично. Повернись ко мне спиной.

Она сделала так, как я ей сказал. Аккуратно расчесав пальцами волосы, приподнял их и собрал сразу двумя резинками. Вроде неплохо получилось!

– Где научился?

– Во-первых, ничего сложного в том, чтобы собрать волосы в хвост. А во-вторых, я просто мечтал о младшей сестре еще в детстве и научился даже плести косы ради этого. Хотя чуда так и не произошло, – улыбка получилась грустной. – Пойдем быстрее регистрироваться. Перед тобой и так народу навалом. Боюсь, мы здесь надолго.

Закатив глаза, Василиса подошла к свободной стойке регистрации, показала свои документы и заполнила какие-то бумажки.

А я пока оглядывался по сторонам.

Многие пришли по-простому, без каких-либо специальных инструментов. Другие же притащили чуть ли не всю свою аппаратуру. Кто-то собрался в группки и обсуждал всех вокруг.

Что ж, как я и предполагал, просидеть пришлось почти три часа. Каждый раз участники выходили оттуда либо со счастливыми лицами и чуть ли не на все здание орали о том, что жюри очень понравилось их выступление, либо со слезами на глазах, говоря о несправедливости, или же злостно хлопали дверьми и вылетали пулей из здания.

Косо поглядываю на Василису сбоку. Ее пальцы сжимали гриф, будто она душила гитару. Глаза бегали, она то и дело кусала свои пухлые губы и вздыхала, за всеми наблюдая.

– Тебе нужно успокоиться. Чем больше ты переживаешь, тем больше вероятность, что что-то пойдет не так.

– Ты думаешь, что-то пойдет не так? А если я им не понравлюсь? Что тогда?

– Так, стоп. Не нервничай. Я рядом с тобой, слышишь? Ты сама знаешь, что ты талантливая и твоя песня просто превосходна, – повернул ее к себе за плечи, слегка их сжав.

– Но откуда ты знаешь? Ты же даже ее не слышал, – прикусив нижнюю губу, она опустила свои глаза в пол.

– Верно. Но это не повод усомниться в твоих способностях. Тем более что тебе помогал сам Его Величество Исаев, который пишет песни не первый год. – На ее бледном лице появилась улыбка, и она даже рассмеялась.

– Думаешь, я им понравлюсь?

– Понравишься, – прижав ее к своей груди, положив подбородок на светлую макушку. Я верю в то, что у нее все получится. Василиса сильная, она не раз это доказывала. Справится и с этим.

– Астахова Василиса, прошу на сцену, – из-за железной двери выглянула мелкая девушка в очках и с планшетом в руках, ища глазами участника.

– Представь, будто ты сейчас выходишь на сцену в нашем ресторане. Все тебя уже знают, любят и уважают. Представь, что я сижу там, в зале, и наблюдаю за тобой, не отрывая своего взгляда, наполненного любовью, – с уверенностью шепнул ей на ухо. Она смущенно подняла глаза и кивнула.

Оставив меня одного, она вышла на сцену. Наблюдал за ней через небольшой телевизор, который висел на стене. Сглотнул – сам же переживаю. Убрал трясущиеся руки в карманы куртки и подпер стенку спиной.

Раздался родной голос. Чистый и красивый. Как она внешне передает свои эмоции и чувства, которые испытывает в этот момент! Вслушался в текст песни, и по всему телу побежали мелкие мурашки. Интересно, кому она посвятила эту песню?

Многие участники подскочили с места и собрались под телевизором, любопытно наблюдая за выступлением Василисы. Только потом я вспомнил, как она говорила о бабушке, благодаря которой она поет и готова посвятить этому свою жизнь.

Допев песню, Василиса замолчала. Она смотрела с надеждой на жюри. Те перешептывались между собой. Секунды казались мне бесконечными. Сердце застучало сильнее, когда они наконец приняли свое решение и озвучили его в небольшой микрофон:

– Вы прекрасно поете! Но не в этом сезоне. Желаем вам успехов…

Дальше я не слушал. Гнев заполнил меня. Как это нет?! Она столько старалась, потратила много сил, не спала ночами, вкладывала всю свою душу и любовь. А все ради того, чтобы услышать это холодное «нет»?

Не верю! Обернувшись, увидел, с какой печалью в глазах она вышла оттуда. Голова совсем опустилась, но слез не было. Некоторые даже поддержали ее, советуя не сдаваться. Она натянула улыбку и поблагодарила каждого за теплые слова.

Я подошел к ней и крепко прижал к себе. Василиса дала волю эмоциям: плечи затряслись, моя футболка намокла почти моментально. Ничего не говоря, я заботливо гладил ее по спине и гневно смотрел в сторону жюри. Дверь вновь распахнулась.

– Пойдем отсюда… пожалуйста, – прошептала Василиса.

Заплаканный взгляд отрезвил меня. Сейчас я должен быть рядом и поддержать ее. Слегка подтолкнув ее вперед, забрал гитару, и мы вышли из этого проклятого здания.

У меня ни разу не возникало сомнения в том, пройдет ли Василиса дальше. Но, на мое же удивление, шоу-бизнес оказался куда более жесток, чем я мог себе представить. Наверняка она в своей голове уже миллион раз прокрутила момент с отказом и ругает саму же себя.

– Скажи, ты же не думаешь забрасывать музыку, – опустил я глаза на девушку, идущую рядом. Василиса уже перестала плакать, лишь безразлично смотрела вперед, чуть ли не спотыкаясь на каждом шагу. Приходилось держать ее за плечи.

– Нет. Даже если они мне отказали, это не значит, что пришел конец всему, над чем я так долго старалась. Просто на эти шоу больше никогда не поеду, – из нее будто выкачали все эмоции. – А чего я ожидала? Что меня примут с распростертыми объятиями лишь из-за того, что кто-то из жюри позвал меня сюда? Размечталась, – ее губы тронула нервная ухмылка.

– Ты снова думаешь в плохом ключе. Может, просто не судьба.

– Не судьба? Я готовилась целый месяц, Никита. Изнуряла себя, чтобы быть идеальной. Мне обидно! Да, черт возьми, мне очень обидно, что мой труд не оценили должным образом! – Василиса остановилась, скинув мои руки с плеч. Она перешла на крик.

– Я тебя понимаю. Но что ты хочешь услышать от меня? Я верю в тебя и знаю, что раз не получилось здесь, получится в другом месте. Ты прекрасно добьешься своего и без их конкурса, – указал я рукой на высокое здание, из которого мы вышли. Во мне начинала бурлить злость и отчаяние. – Хочешь, пойду набью им морды и расскажу, сколько ты трудилась ради того, чтобы приехать сюда? – челюсть напряглась.

– А толку-то? Думаешь, они после этого передумают? Только кулаками и можешь решать проблемы!

Василиса смотрела на меня с обидой в глазах. Сейчас за нее говорит гнев, а не она сама. Чертов конкурс!

– Вот как?! Кулаками?! А что же ты тогда связалась с таким, как я? М? Может, все-таки почуяла запах денег?

Что я вообще несу?

– Что?! Ты думаешь, что я повелась на твои деньги?! Да засунь их себе куда подальше, Гончаров! – выплюнула она мне в лицо, смотря из-под лба. А после развернулась, тут же поймав такси, и уехала, оставляя меня одного на тихой улице.

Что я вообще ей ляпнул? Причем здесь деньги? Вот идиот! Идиот!

Со злости стиснул зубы, сжал в ладони волосы и остановился на несколько секунд перевести дыхание и подумать. Как бы она с дуру не решила чего вытворить! Надо возвращаться в отель.

Не знаю, будет быстрее пешком или же вызвать такси? Но пока буду ждать его, может пройти больше времени. Решил вернуться той же дорогой, которой мы сюда пришли. Заодно проветрю мозги, продумаю план, как извиниться перед девушкой. Сразу же прояснились мысли, успокоились нервы, и я смог думать более разумно.

Как можно было такое сказать собственной девушке, которой так сильно дорожу? В голове не укладывается. Но как же доказать Васильку, что она достойна большего, чем это прогнившее шоу, куда многих берут не за талант, а за кучу денег в беленьких конвертах.

Но она была такой счастливой, предвкушала, как останется здесь на некоторое время, познакомится с хорошими людьми и, возможно, ее кто-нибудь заметит, даст шанс исполнить свою детскую мечту.

Но оказалось, все не настолько радужно.

Василисе пришлось понять, насколько связи и деньги решают все. Я даже уверен, что они были готовы взять ее, да вот только решили, что на ее место можно выбрать кого-то прибыльнее, чем простую девушку из маленького города, у которой за плечами пара лет работы певицей в вечернем ресторане и ничего больше.

Пока думал, даже не заметил, как подошел к нашему отелю.

Распахнув стеклянную дверь, зашел внутрь. Сухо поздоровавшись с персоналом, поднялся на второй этаж и залез рукой в карман, пытаясь там нашарить ключ-карту. Точно! Она же у Василисы осталась.

Подойдя к двери, постучал. Тишина. Нахмурившись, стучу второй раз. Мое терпение подходит к концу. Заметил в конце коридора запыхавшегося портье, который спешил ко мне.

– Извините, ваш ключ, – он уперся ладонями в колени, пытаясь отдышаться. Видимо бежал следом за мной. Подойдя к нему, забрал ключ.

– Моя девушка в номере? Она не открывает.

– Нет. Я видел ее буквально минут десять назад. Выходила из отеля с чемоданом и гитарой.

– Что? Она ушла с вещами? – Мои глаза округлились. Неужели Астахова решила вернуться домой без меня?

Не дожидаясь ответа портье, приложил ключ-карту к двери и, резко открыв ее, осмотрел номер. Пусто. Лишь моя спортивная сумка возле кровати.

Не верю своим глазам.

Зашел внутрь, осмотрев полки и комод. Может, хотя бы записку оставила? Но ничего не нашел.

Злиться нет никакого смысла, поэтому сделал глубокий вдох-выдох и решил подумать, что мне делать. Есть только одно разумное решение – поехать в аэропорт за ней. Может, успею поймать.

Сложил в сумку оставшиеся вещи. Еще раз проверил, что ничего не забыл. Закрыв за собой дверь и спустившись вниз, вернул ключ на ресепшене.

– Вы же оплачивали три дня, но прошли лишь сутки, – замялась девушка на стойке.

– Понимаю. Извините за неудобства, но мы решили вернуться домой пораньше, раз уж сделали все дела, – пришлось делать вид, что все прекрасно.

– Хорошо. Тогда мы в ближайшее время вернем вам деньги на счет за оставшиеся два дня, – миловидно улыбнувшись, она что-то напечатала на компьютере и пожелала прекрасного дня.

Да уж, день точно прекрасный!

Попрощавшись, заказал такси в приложении и дождался его уже на улице, немного нервничая. За это время пытался дозвониться до Василька, но она, видимо, испытывала мое терпение на прочность, так как трубку не взяла даже после десятого звонка.

Плюнув на все попытки, сел в машину и попросил доехать водителя до аэропорта как можно скорее. Однако мы застряли в пробке почти на целый час. Нервы шалили. Я постукивал указательным пальцем по колену, внимательно вглядываясь в то, что творилось за окном.

Достал телефон и посмотрел ближайшие рейсы до нашего города. Черт! Один отправляется буквально через полтора часа. Если она уже там, то точно улетит на нем. А машины двигались уж больно медленно.

– До аэропорта далеко отсюда? – задал вопрос водителю.

– Пара километров, а что?

– Я побегу. Спасибо вам, – всучил ему несколько купюр, схватил сумку и вышел из такси, направившись вдоль дороги быстрым шагом. Перекинув лямку через плечо, сжал ее покрепче и перешел на бег.

Я должен успеть!

Глава 27

Василиса

Передо мной стояла небольшая очередь, которая двигалась слишком медленно, а, судя по цифровому табло, самолет до моего города отправлялся совсем скоро.

Скрестив руки на груди, нервно постукивала ногой. Может, мой поступок слишком опрометчивый? Пусть мы и поругались с Никитой, но это не настолько глобальная причина для того, чтобы улетать отсюда одной. Стоило остыть и вновь поговорить с ним.

Достав телефон, нашла контакт Гончарова. Палец завис над зеленой кнопкой – позвонить или нет? Сомневаюсь. Да, я тоже виновата, что начала на него наезжать, упомянула то, что парень привык все решать одними кулаками, а не только словами. Но на самом деле это ведь не так. Но и Никита тоже хорош, про деньги заливал.

Вот дурак.

Прекрасно знает, что деньги для меня не стоят на первом месте, тем более что я сама в силах их заработать. В груди неприятно кольнуло.

Выключив экран, медленно выдохнула. Очередь начала двигаться уже более активнее, что не может не радовать. Но почему внутри меня такое чувство, будто мне стоит вернуться к Никите и все обсудить без всяких криков и нападок?

Вдруг из моих рук резко выхватили ручку от чемодана. Отреагировала мгновенно. Повернулась со сжатым кулаком. Никита остановил его своей широкой ладонью, слегка сжимая.

– Ты что тут делаешь? – удивилась я.

– А ты, позволь спросить? Решила без меня улететь? – он часто дышал, щеки покраснели. Бежал? Тяжелый взгляд упал на меня, вызывая табун мурашек по коже.

– Я… хочу вернуться домой.

– Слушай, я виноват, согласен. Но и ты тоже подлила масла в огонь. Если у тебя нет настроения или ты сильно расстроена, это не значит, что стоит срываться на тех, кто беспокоится за тебя, – Гончаров провел рукой по волосам, задержав на мне свой взгляд. И правда чувствует себя виноватым.

– Прости. Я тоже не хотела кричать на тебя. Но просто столько навалилось разом. Недосып, усталость, еще и этот кастинг…

Никита подошел ближе и просто молча обнял меня. Я уткнулась носом в его крепкую грудь, ощутив, как его сердце быстро бьется, уловив родной древесный запах с отдаленными кокосовыми нотками.

– Не уезжай, пожалуйста, – склонившись, он прошептал на ухо, задевая губами чувствительные зоны.

– Не уеду.

* * *

Что ж, поездка удалась на славу. После нашего небольшого душевного разговора мы купили билеты на ночной рейс, чтобы осталось время заглянуть хотя бы в какой-нибудь торговый центр.

А уже в самолете мы прижались друг к другу, укрывшись пледами, и благополучно заснули. Как и в первый раз, мне было страшно взлетать, но уже не настолько сильно, так что я попросту закрыла глаза и представила себе приятную картинку. Пляж, песок, море, рядом Лилька и Никита. Как было бы хорошо провести вместе время этим летом.

Раз уж мне не суждено остаться в столице, значит, нужно искать другие развлечения на весь летний период. Работа работой, но отдых точно никто не отменял. При посадке на рейс я настрочила смс Феликсу, что возвращаюсь домой, потом поподробнее расскажу о том, что же произошло в Москве.

Мы уставшие и сонные вышли из самолета, радуясь долгожданному приземлению в родном городе. Нас не было всего пару дней, а я так сильно соскучилась по всем, что душа уже рвалась к близким людям и друзьям.

Гончаров помог с багажом, пока я стояла и вызывала такси до дома. Очень хотелось плюхнуться на свою любимую кровать и не вставать с нее несколько часов, просто наслаждаясь уютом и тишиной.

Когда мы подъехали, Никита чувственно поцеловал на прощание, взяв с меня слово, что увидимся завтра на работе. Радостно согласилась и, поднявшись по лестнице, постучала в дверь.

– О, наша малышка вернулась, – встретила меня мама с теплом и, крепко обняв, начала расспрашивать о поездке.

Папа любопытно выглянул из кухни, вытирая руки о полотенце, а когда увидел меня в дверном проеме, раскрыл свои руки для плюшевых объятий, целуя меня в макушку.

– Хочешь, приготовим пирог? Зови Лилю.

Как же было хорошо оказаться дома. Тут меня любят, даже несмотря на то, что мне не удалось достичь чего-то большего. Мама суетилась так, будто меня не было не пару дней, а полгода.

– Мам, присядь пока. А я пойду разберу вещи, – хихикнув, усадила ее на стул на кухне, а сама пошла в свою комнату, оставив чемодан возле шкафа. Туда же поставила и гитару.

От усталости легла на кровать. Все-таки обидно немного, что все так получилось. Но Никита был прав – не стоит зацикливаться, надо двигаться дальше.

Вспомнив нашу с ним близость, улыбнулась. Тело все еще помнило, как это было приятно. Прикрыв глаза, представила, что же будет, когда мы начнем жить вместе. А после стыдливо закрыла ладонями лицо, чуть ли не визжа.

Лучше не думать! Краснею как рак.

– Солнышко, пойдем. Папа уже приготовил обед, – услышала я крик мамы.

– Иду.

Встав, наспех расчесала растрепанные волосы, переоделась во что полегче и поспешила на кухню, радуясь обществу родителей.

– Ты, главное, не переживай. Всё получится. Не сейчас, так потом! – говорил папа, наливая еду в тарелку.

– Спасибо вам за поддержку. Мы, конечно, немного повздорили из-за этого с Никитой, но уже все хорошо, – широко улыбнувшись, заметила тревогу на лице мамы.

– Поругались, что ли? Ты у нас, как папа, не умеешь сдерживать своих эмоций, – ее руки уперлись в бока, а строгий взгляд устремился на отца, который изобразил что-то вроде недовольства.

– Мама! Я умею себя контролировать, но просто именно в тот момент мои нервы не выдержали.

– Ладно хоть помирились. Зато ты в меня отходчивая, долго не можешь злиться.

Ага. Настолько разозлилась, что собрала вещи и, свалив в аэропорт, чуть не улетела домой одна. Боюсь представить, что бы сделал Никита, если бы не успел поймать меня. Ведь он ради меня бежал туда аж с магистрали.

– Лучше вы рассказывайте, как у вас дела? Что произошло за это короткое время? – Пробую на вкус папино творение. Картофель получился мягким и пряным, даже удивительно. Папу застать за готовкой почти невозможно.

– Точно! Мне повысили зарплату на подработке. У нас начальница очень приятная женщина. Она же мне помогла устроить тебя в колледж, – радовалась мама.

– Правда? А кто она?

– Ой. Знаю только имя и отчество. Ольга Анатольевна.

Что-то знакомое. Хмурюсь, пытаясь вспомнить.

– А фамилии не знаешь?

Мама задумалась.

– Правда, не помню. Но фамилия красивая, дворянская. А еще у нее связи есть в твоем колледже, она так и устроила тебя туда.

Пожав плечами, она вернулась к обеду. А я прокручивала в голове мамины слова. Почему мозг сопротивлялся и никак не мог вспомнить то, что явно знает? Плюнув на все попытки, я возобновила приятную беседу и рассказала родителям, что еще видела в Москве.

Наевшись до отвала, поблагодарила папу за вкусную еду, помыла всю посуду и вернулась в комнату, чтобы дозвониться до подруги. Надо пригласить ее к себе и немного посплетничать.

– Да, Астахова? – в трубке раздавалось шуршание.

– Ты занята?

– Немного, а что? – рассмеялась подруга, шепча кому-то отстать от нее.

– Антону привет, – ухмыльнувшись, поняла, что помешала парочке проводить приятно время. – Как освободишься, приезжай ко мне, есть что обсудить.

Сбросив звонок, легла на кровать и уставилась в потолок. И что мне теперь делать? Впервые у меня столько свободного времени, что можно даже балду погонять. Но я не я, если не займу себя полезным делом.

На экране высветилась картинка черта – это Феликс звонит. Ну а что? Он и правда был похож на черта, когда начинал гонять меня на занятиях.

– Слушаю.

– У тебя есть свободная минутка?

– Есть. Что-то случилось? – становилось любопытно.

– Спустишься ненадолго?

С подскочила с кровати и, распахнув шторы, выглянула в окно. Возле подъезда Исаев шагал из стороны в сторону.

– Могу.

Отключившись, натянула джинсы, первую попавшуюся футболку и спустилась вниз, предупредив родителей, что выйду совсем ненадолго поговорить с другом.

– Ничего не случилось? – спросила я, не успев даже подойти к нему.

– Нет. Просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь после поездки, – мило улыбнувшись, парень указал рукой в сторону, предлагая прогуляться.

– Уже лучше. Не знаю, почему я была уверена, что меня возьмут с первого раза?

– Потому что мы все так думали и поддерживали тебя, Василиса. Ты и правда очень талантливая и думаю, что многого добьешься в будущем. – Мы шли рядом друг с другом по дорожке медленным шагом. Феликс сцепил руки за спиной, глядя вперед.

– Наша запись песни еще в силе? – поинтересовалась я.

– Конечно. Я уже закупил все необходимое. Вот, кстати, держи, – он достал из кармана сложенную плотно бумагу.

– Что это?

– Текст песни. Выделил все твои партии, – на его лице я увидела солнечную улыбку.

– Правда, спасибо тебе за такое предложение. Если бы его не было, боюсь, совсем бы раскисла.

– Мне самому интересно поработать в таком формате. Думаю, слушатели будут очень удивлены, а значит, мы подогреем интерес к твоей персоне. – Феликс остановился возле маленькой кофейни и зашел внутрь.

– Ты… я думала, ты хочешь просто спеть со мной, – хлопая глазами, последовала за ним.

– Верно. Но и не прочь помочь тебе немного, чтобы люди услышали тебя, начали говорить о тебе. Социальные сети сейчас работают очень хорошо, поверь. – Исаев встал в очередь на кассе.

А я как дурочка только стояла и хлопала глазами, пытаясь понять его замысел.

– Почему? – выдала я тихим голосом.

– Что почему?

– Почему ты мне помогаешь? Мы ведь не настолько хорошие друзья, – переминалась я с ноги на ногу.

– Ты хорошая девушка. Вижу в тебе рвение и стойкость, – ответив мне, Феликс обратился к баристе и попросил два сладких латте небольшого размера.

– Спасибо тебе, – выдала я с улыбкой на лице и присела за столик возле большого окна. Парень еще пару минут стоял возле кассы, а потом, оплатив по карте, присоединился ко мне.

– Всегда рад помочь. Тем более ты дорога Никите, а это многое значит для меня, – подвинув поближе стаканчик с кофе, он немного отпил и блаженно прикрыл глаза.

– Знаешь, я вам обоим благодарна. Никита привнес в мою жизнь нечто удивительное. Он показал себя с лучшей стороны и больше не кажется таким гадом, каким был раньше, – я тихо хихикнула, грея руки о горячий стаканчик. – А ты помог приблизиться к моей мечте, столько помогал. И я даже теперь не уверена, захочу ли когда-нибудь вернуться в столицу и снова побороться за свое место на шоу.

– Хэй, даже не думай так. У тебя все получится. И это шоу не настолько важное. Помимо него, есть куча других классных возможностей, в особенности социальные сети, – Феликс сложил руки в замок, смотря мне в глаза. – Ты думаешь мы не хотели с парнями великой популярности? Очень даже хотели. Но потом наши мечты разбились о суровую реальность. Благодаря Вите и связям его родителей мы пробили студию для репетиций, чтобы репетировать там, а не в гараже у Антона. Плюс хотели записать свою первую песню, на которую долго не могли собрать нужную сумму, но сделали это, приложив максимум усилий.

Я внимательно слушала Феликса, подперев руками подбородок. Он даже усмехнулся, заметив, как я не свожу с него взгляда, впитывая информацию как губка.

– После пробивались на различные концерты, начали устраивать свои собственные хотя бы здесь, в нашем городе. И это нам помогло. Потихоньку-помаленьку – даже добрались до продюсера в Москве, который готов взять нас под свое крыло и дать огромную возможность показаться всей стране или даже всеми миру, – закончив рассказ, Исаев выпил остатки кофе, затем заглянул в пустой стакан и тяжело вздохнул.

– Хочешь мой? – протянула ему свой – кофе привыкла пить только на завтрак.

– Ну что ты, я тебе его взял.

Но увидев мое нахмуренное лицо, Феликс сдался и взял латте, продолжая наслаждаться напитком.

– Спасибо, что поделился историей. Думаю, я знаю, как буду действовать дальше, – подмигнув, встала из-за стола. Вместе мы покинули кофейню и еще немного прогулялись по полупустым улицам города.

* * *

Кто бы знал, что записывать клип куда труднее, чем кажется на первый взгляд. Я-то думала, что мы просто споем с Феликсом вместе от души, окунемся в темную атмосферу песни с некой толикой любви и разгоряченных чувств, которая присутствовала в самом тексте. Но в реальности все было совершенно по-другому.

Я первые несколько дублей очень стеснялась камеры. Никогда бы не подумала, что это станет для меня очередным испытанием на прочность. Выступать перед людьми не боюсь, зато сниматься было очень тяжко.

Наверное, около часа Феликс и Никита пытались привести меня в чувство. Давали побольше воды, успокаивали словами. Витя принес мне кучу сладких эклеров с нежным клубничным кремом, а Антон пригласил для поддержки Лильку, которая пришла сюда со своим бойким настроем. Вот только тогда я уже смогла немного отпустить ситуацию и представить, что передо мной моя любимая публика, как в ресторане, – теперь можно спокойно раствориться в громкой музыке и в голосе Исаева, который одним своим взглядом помогал мне стойко держаться на ногах.

И только спустя часа четыре мы уставшие плюхнулись на стулья, чтобы хоть немного передохнуть. В клипе должно быть несколько сцен: одна с нами, другие – как рассказ о глубоком смысле этой песни, в которых участвовали знакомые Феликса. Они радушно согласились помочь нам и поучаствовать в занимательном проекте.

Я наблюдала за ними, представляя на их месте себя и Никиту. Только вот они совсем не были похожи на нас. Парочка встретилась случайно, влюбившись друг в друга с первого взгляда, однако, там было не все так просто, ведь парень попросту не мог быть с этой девушкой из-за своего темного прошлого – он боялся подвергнуть ее страшной опасности.

Тяжелая музыка звучала очень гармонично, а наши, такие разные, голоса с Феликсом сочетались не хуже. Та же нотка нежности и его слегка грубый, но высокий голос заставляли пробежаться мурашки по коже. Думаю, клип выйдет очень атмосферный и душевный.

Все закончилось только под конец дня, когда солнце начало садиться. Уставшие и с головной болью, мы дружно разошлись, пожелав друг другу спокойной ночи.

Никита подвез меня домой и помог доплестись до квартиры. Я постучала, и нас впустила мама. Она заставила парня остаться хотя бы на часок – побеседовать. Он с легкостью согласился и составил маме компанию за чашкой горячего ароматного чая, а я же ушла в комнату и просто без сил рухнула на кровать, почти мгновенно заснув и даже забыв раздеться.

Проснувшись утром, я потянулась и обнаружила, что рядом со мной лежит кто-то еще. Удивленно распахнув глаза, увидела тихо посапывающего Гончарова, на котором я удобно устроилась.

Не поняла.

Помню, как он помог мне подняться в квартиру и остался разговаривать на кухне с мамой, а я просто ушла спать.

– Никита! Никита! – потрясла его за плечо, пытаясь разбудить. Вскочив с кровати, аккуратно выглянула из комнаты в коридор и прислушалась к звукам. Родителей нет дома.

– Что случилось? – сонным голосом спросил он.

– Ты чего тут делаешь? Хочешь, чтобы нас спалили в таком виде? – Я была в одном топе, в котором вчера уезжала на съемки. Стыдоба! Он еще и раздел меня.

– Чего стесняться? Мы взрослые люди, твои родители все прекрасно про нас знают, – Никита приподнялся на локтях, разглядывая меня с ног до головы. Постепенно на его лице появилась ухмылка, а я только смущенно пыталась прикрыть себя руками.

– Чего я там не видел, Василек? – Он встал с кровати и поймал меня за талию, когда я хотела взять со стула свои вещи. Его руки бессовестно гладили спину, плавно перемещаясь вниз.

– Давай не сейчас, – пробурчала себе под нос, пытаясь хоть как-нибудь высвободиться из плена его рук. Но только больше погрязала в этом, прикрыв глаза.

– Думаю, самое время для шалостей, – промурчал он мне на ухо, подцепив зубами мочку. Его ловкие пальцы заставляли меня краснеть, вытворяя все, что ему вздумается.

– Милая, ты проснулась? Я бегала в магазин, – вдруг послышался мамин голос, доносящийся из коридора. Хлопнула входная дверь. Никита перевел хитрый взгляд на меня и только ускорился, затыкая мой рот требовательным поцелуем.

Господи! А если она увидит нас? Дверь в комнату не была закрыта до конца. Но из-за приятно ноющего ощущения внизу живота я не могла думать ни о чем другом, как только поскорее получить долгожданную разрядку.

Уже второй раз это происходило именно тогда, когда нас могли застукать на таком пикантном моменте. От возможности быть пойманными, желание только распалялось.

Больше не могла сдерживаться, и только страстный поцелуй Никиты спас меня от громких стонов. Его язык хозяйничал у меня во рту, переплетаясь с моим. Легонько прикусив губу зубами, Никита оттянул ее назад.

Меня трясло от нахлынувшего удовольствия. Ухватившись обеими руками за шею парня, уткнулась лицом в горячую кожу.

– Не делай так больше, – прошу его с мольбой в глазах. Он демонстративно облизнул пальцы и ухмыльнулся:

– Сама же попросишь еще. – А после поцеловал, прижавшись ко мне. Этот парень точно сведет меня с ума!

Эпилог

Никита

Вечер в ресторане был насыщенным. Я уже настолько приноровился работать за барной стойкой, что научился чуть ли не закрытыми глазами наливать коктейли и делать это буквально за минуту. Наплыв народа был просто колоссальный, ведь сегодня на сцене выступала Василиса с очень классной джазовой программой.

Она готовилась последнюю неделю, подбирая подходящие песни, а также попросила Дмитрия Михайловича закупить все необходимое для выступления, так как сама ничего не успевала. Тому пришлось повозиться, чтобы добыть похожее блестящее платье, черные шелковые перчатки и прочие аксессуары, дополняющие образ.

Я, как обычно, заехал за ней домой и привез на работу. Девушка сумбурно чмокнула меня в щеку и убежала в гримерную, где сидела и по сей момент.

Пока я готовил очередные освежающие коктейли для хохочущих девиц за стойкой, обратил внимание на то, что мне все приходят и приходят оповещения на телефон. Но пока не было времени даже взять его в руки.

Дождался, когда Василиса вышла вся блестящая и прекрасная на сцену, поприветствовала гостей и подтянула к себе микрофон. Свет приглушили, а на фоне заиграла приятная джазовая мелодия.

Интересно было видеть ее в таком образе, с аккуратно собранной прической и ярко-красной помадой на губах, на которых притаилась милая улыбка. Но я настолько привык к таким сменам в гардеробе девушки, что уже считаю это неким превосходством, ведь у меня есть прекрасная возможность видеть ее не только в узких темных джинсах и любимой клетчатой рубашке, но и в красивых платьях, которые так идеально смотрятся на ее хрупкой фигурке.

Задорный голос Василисы заставил меня счастливо улыбнуться и подпевать: пока она выбирала себе песни и разучивала их в студии, я успел их выучить наизусть.

Протерев чистые стаканы белым тонким полотенцем, вспомнил о телефоне и быстренько, пока Ульяна Владимировна не видела моих скрытных действий, взял его в руки и разблокировал.

Ф.: «Друг, как сможешь, загляни на наш канал! Обязательно покажи Василисе»

Неужели случилось что-то хорошее? Феликс позавчера загрузил клип и сказал пару дней подождать – народу надо дать оценить песню как следует. Все немного переживали, ведь впервые Исаев пел не один, это был немного другой концепт, который все равно сохранял основную идею и подачу в жанре рока.

Любопытство так и съедало меня изнутри, а пальцы тянулись к заветной красной кнопке. Но нет, нужно дождаться, когда закончится смена, и уже после вместе с Василисой посмотреть результаты нашего старания.

Повернув голову назад, отвлекся на любимую и вновь начал подпевать. Она исполнила около пяти шикарных песен, благодаря им в ресторане появилась атмосфера вечеров тех времен. Василек научила меня любить не только рок: я распробовал и другие жанры, которые были не менее интересными и завлекающими.

Сегодня мы еле закончили в три часа. Народ расходился медленно и неохотно. Кто-то праздновал свой день рождения, кто-то желал поближе познакомиться с моей девушкой. Но, увидев, как она шустро бегает по залу, разнося на подносе еду, поняли, что поймать ее не удастся. Да и я бы не позволил. В этот раз обошлись без охраны.

Молодые люди покинули заведение спокойно и все равно напоследок попросили ее номер телефона. Однако Василиса им вежливо отказала, ссылаясь на то, что она уже занята.

Проводив их недовольным взглядом, я вернулся к уборке за стойкой. Нужно было выкинуть несколько коробок сока, отмыть мраморную столешницу от разлитого алкоголя и отнести на мойку гору стеклянной посуды.

Надеюсь, мойщица не убьет меня своим пронзительным взглядом, как это делает чаще всего. Всегда глупо улыбаюсь и скрываюсь за дверьми в ту же секунду.

– Василиса, иди сюда, – подозвал девушку к себе, заприметив ее, убирающей столы. Оставив мокрую тряпку, она устало вздохнула, подошла и присела на высокий барный стул.

– Что случилось? А то работы много.

– Тут Феликс написал. Сказал, чтобы мы посмотрели клип, – протягиваю ей включенный телефон. Она медлила, смотря то на меня, то на гаджет. Заметно нервничая, ткнула на видео.

Убавив звук, она повернула экран горизонтально и всматривалась в каждый кадр, прикусив губу. Ее глаза бегали. А под конец видео она просто молча положила телефон на стол.

– Только не говори, что все настолько плохо? Я знаю, что ты отлично спела, – уже мысленно начал подбирать подходящие слова, чтобы хоть как-то приободрить девушку. Как вдруг увидел, что уголки ее губ приподнялись, а глаза на ярком свету заблестели.

– Нет. Все прекрасно… все получилось очень круто, правда, – шмыгнув носом, она вновь взяла гаджет в руки и решилась пройтись по комментариям. Я надеюсь, Василиса не вычитает там чего-нибудь неприятного. Но с пролистыванием ее выражение лица не менялось, она вчитывалась в каждую буковку, боясь упустить что-нибудь важное.

– Ну что там? – самому не терпелось посмотреть.

– Держи.

Взяв телефон, я увидел, что просмотры видео достигли такого масштаба, которого не было даже на наших прошлых песнях. От удивления даже рот открылся. В комментариях все только восхищались и жаждали концерта новым составом.

Обошел барную стойку и чуть ли не до хруста костей обнял девушку, отчего она, смеясь, ойкнула.

– Ты моей смерти хочешь? – с весельем в голосе спросила Василиса, уткнувшись мне в плечо. А сама обняла меня в ответ, скрепив пальцы в замок.

– Вот видишь, ты смогла. Все будет хорошо, Василек, – шептал ей на ухо. Закрыв глаза, утонул в теплых объятиях. Провел кончиком носа по щеке и после мягко поцеловал в губы, придерживая за подбородок. Она продолжала улыбаться сквозь поцелуй.

– Голубки, доделываем работу и домой, – нас прервал голос Ульяны Владимировны. Девушка поправила очки, скрестив руки на груди. Что ж, работа есть работа. Зато вне стен ресторана мы просто хорошие друзья.

Когда Ульяна наконец обрела свое счастье в лице Дмитрия Михайловича, наше общение стало более открытым. Мы даже разочек все вместе сходили в караоке-клуб, где оторвались по полной. Никогда бы не подумал, что наш директор умеет правильно веселиться – вечно вижу его на работе с каменным лицом. Однако Ульяна убедила меня в том, что он на самом деле душка и даже порой улыбается.

– Кстати, не забудьте, что через неделю открытие нового ресторана. Думаю, Дима предложит вам перевестись туда, так как там места побольше, да и сцена просторнее, – смягчилась Ульяна Владимировна, подходя к нам ближе.

– Правда? Он даже не говорил об этом, – удивилась Василиса.

– Потому что собирался спросить только на открытии. Но просто имейте в виду, – похлопав Василису по плечу, она улыбнулась и ушла на кухню, оставляя нас одних.

– Видишь, как интересно складывается наша жизнь?

Повернувшись ко мне, Василиса обхватила меня за шею и крепко прижалась.

– Ты прав. Это мне нравится намного больше. Друзья, работа, личная жизнь, музыка. Еще совсем недавно я переживала за свое будущее, понимая, насколько моя мечта висит на тоненьком волоске. Но ты, Феликс и ребята смогли сделать нечто поистине удивительное. И я просто счастлива, что повстречала таких людей. – В ее голубых глазах читалась искренняя радость. Она была полна сил и уверенности в том, что сможет свернуть горы, как и раньше, несмотря на неудачи, которые будут происходить, хотим мы этого или нет.

– Мы всегда будем рядом, – оставил на ее лбу теплый поцелуй.

* * *

Ну и жара.

Конец июня выдался ужасно солнечным, пока мы ехали до нашего семейного дома на машине, кондиционер работал, не переставая. Два раза даже останавливался на заправке, чтобы купить воды.

Василиса периодически стирала со лба пот. Нужно было выезжать ближе к закату, но дорога занимает достаточно времени, а я хотел перед этим заехать на кладбище и отнести бабушке и дедушке свежие цветы.

– Покупай сразу три литра. И возьми какую-нибудь шоколадку, а то я сдохну от голода, – уныло приговаривала Василиса, заправляя машину.

А она вполне неплохо справляется с ней. Даже давал несколько раз покататься по двору. Только вот Василек один раз въехала в ближайший столб, поэтому пришлось ремонтировать бампер. После этого наказал ей сначала сдать на права. Дулась целую неделю, но согласилась, откладывая понемногу деньги. Хотя я ей еще не сказал, что уже оплатил обучение.

– У вас все? – обратилась ко мне продавщица, когда я выставил на прилавок три бутылки воды и две молочных шоколадки.

– Да, – вежливо улыбнулся и быстро оплатил покупку.

– Ну что, взял? Мама звонила, они там уже готовить начали, – крикнула Василиса, прикрывая ладонью глаза от солнца и слегка прищуриваясь.

– Взял, не переживай. Дуй в машину, – закинул все на заднее сиденье, осторожно отодвинув цветы в сторону. Дал девушке шоколад, а сам сел за руль, пристегиваясь.

Она с радостью приняла сладость и быстро распаковала ее, вдыхая аромат шоколада. Отломив пару кусочков, закинула их в рот и с удовольствием съела, поделившись и со мной.

Завернув в сторону кладбища, припарковался недалеко от могилы, а после взял цветы и вышел из машины. Василиса последовала за мной, оглядываясь.

Здесь было так тихо и спокойно. Нашел глазами мраморные плиты и со вздохом открыл калитку, впуская и девушку. Она прошла внутрь немного неуверенно, перебирая в ладонях рукава рубашки.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да. Просто немного не привычно находиться в таком месте. Мы бабушкину могилу навещаем раз в год, но я никогда не могу сдержать слез. А видя, как здесь лежат твои родные, мне тоже становится грустно, – Василиса подняла на меня свои глаза.

– Я им очень благодарен. Они научили меня многому, – улыбнувшись, присел на корточки и поменял цветы на обоих могилах. Вот теперь выглядит красиво.

– Они всегда будут рядом с тобой, в твоем сердце и в твоих воспоминаниях, – Василиса присела рядом и, обняв за руку, прижалась.

– Как приедем, обязательно покажу тебе фотоальбомы. Там столько фотографий, что глаза разбегаются, начиная с той поры, когда они были еще молодыми.

– Мне будет интересно посмотреть и послушать твои рассказы, – прошептала девушка, мягко улыбаясь.

Так мы просидели несколько минут. Поведав бабушке и дедушке рассказ о нашем знакомстве с Василисой, я немного успокоился. Появилось такое чувство, будто они наверняка улыбаются и радуются моим успехам. И, несмотря на мои прошлые грехи, продолжают меня любить и поддерживать, даже не будучи рядом.

– Поехали к родным. Нас все заждались. – Я поднялся и помог встать девушке, подхватив за локоть. Мы закрыли за собой калитку и, кинув прощальный взгляд, вернулся к машине.

– Лилька завалила меня сообщениями о том, где мы. Напишу, что скоро приедем и привезем им хорошее настроение и музыку. – Быстрые пальцы Василька тыкали по экрану телефона, пока я разворачивался.

– Какие же все нетерпеливые. Я не виноват, что мы немного проспали, а потом долго собирались.

Сегодня Василиса ночевала со мной, пристроившись сбоку на небольшой кровати. Места едва хватало на двоих, но мы вполне уместились и спали всю ночь напролет, не отпуская друг друга из объятий. Что ж, надеюсь, в скором времени, мы решим вопрос с жильем. Не зря же мама тогда дала деньги на съем. Воспользуюсь ими, а после верну.

– Сколько нам примерно ехать?

– Минут тридцать.

Дорога заняла даже меньше по времени, чем я предполагал. Как только мы начали подъезжать к поселку, Василиса с восторгом ахнула, увидев вдалеке огромное озеро. Оно блестело на ярком солнце, переливаясь как куча маленьких бриллиантов.

– Какое красивое! Столько живу в нашем городе, а за пределами никогда не была. Хочу туда, можно? – сложив руки в мольбе, Василиса посмотрела на меня с надеждой. Я еле сдержал смех.

– Ну, Никита! Пожалуйста!

– Она еще холодная, Василек. Простудишься.

– Да я хотя бы пальцем ее трону, посмотрю вблизи. – Теперь же Василиса стала строить мне глазки и умолять одним своим видом. Она бы так умоляла доставлять ей удовольствие, как делает это сейчас.

– Хорошо. Завтра съездим, – со вздохом ответил, потирая висок пальцами.

– Ты лучший!

– Ого, какие словечки пошли. А раньше кем только не был.

– Ну все, не начинай. Это было давно и неправда, – она хихикнула.

– Неправда? Шутишь? Ты собиралась выбрать ботаника, а не меня, если бы у тебя был выбор, – постепенно мои губы расплылись в ухмылке. Мельком заметил, как она непонимающе взглянула на меня.

– Да? А такое было?

Издевается?

– Да помню, помню. А то готов одним взглядом убить. – Девушка наклонилась ко мне и чмокнула в щеку. Вся светится от радости.

– Приехали.

Я остановился возле железных ворот, рядом с соседним пустым участком, который даже не был огорожен забором. Рядом с домом стояли еще три машины, одна из которых мне уже была известна.

– Бери свою гитару, – попросил я Василису, а сам подхватил сумку, остатки воды и запер машину. Отворил с легкостью входную дверь и пропустил Василису вперед.

– Ого, какой большой дом, – она вертела головой в разные стороны, пытаясь разглядеть все до мелочей.

– Сначала в дом заходи, с экскурсией позже разберемся.

Толкнув дверь плечом, зашел внутрь и услышал знакомый до боли смех. Это была мама. Улыбнувшись, увидел, что нас встречает Феликс и Антон.

– Все приехали?

– Конечно все. Одни вы где-то шляетесь, голубки, – недовольно пробурчал Исаев, забирая сумку с вещами.

– А где Лиля? – спросила Василиса, снимая с ног кеды и пытаясь влезть в мои большие тапочки, которые я прихватил с собой из дома.

– С твоими родителями. Пойдем, – указал головой Антон.

– Подожди. Я хочу ее познакомить с мамой, – я остановил рукой девушку. Василек посмотрела на меня с неким страхом в глазах.

– Я же предупреждал, что мама тоже приедет отметить мой диплом.

Либо она прослушала, потому что была уставшей после смены, либо попросту забыла. Нервно сглотнув, она заглянула в небольшое зеркало в прихожей, поправила прическу, осмотрела себя с ног до головы и решила снять рубашку, повесив ее на крючок рядом с остальной одеждой. Теперь она осталась в белом топе и шортах.

– Нормально выгляжу? – ее голос дрожал, а резкие движения руками помогли мне понять, что она волнуется.

– Ты прекрасна. Моей маме не важно, как ты выглядишь, лишь бы была хорошим человеком, – взяв девушку за плечи, повернул ее к себе лицом и поцеловал в кончик носа – заметил, как она смутилась.

Взяв крепко за руку, повел на кухню, где за столом сидела моя мама вместе тетей Верой: они дружно нарезали овощи на большую сервировочную тарелку.

– О, Кит приехал, – всполошилась мама, поднимаясь со стула.

– Мам, познакомься. Это Василиса, моя девушка, – сам я был уверен в том, что они поладят и надут общие точки соприкосновения. Мама наспех вытерла руки о кухонное полотенце и подошла к нам, тепло улыбаясь.

– Ты такая красивая. Я рада, что моему оболтусу досталась такая прелесть, – своими словами мама смутила Василису, а меня оскорбила, на что я наигранно сделал обиженное лицо.

– Спасибо, мам.

– Пойдем мне все расскажешь про ваше знакомство, – она утащила ее за стол, продолжая нарезать овощи. Василиса с превеликим удовольствием присела рядом и помогла, чтобы ускорить процесс.

Чтобы им не мешать щебетать, вышел во двор, где заметил сидящих на удобном диванчике родителей Василисы и болтающую с ними Лилю. Феликс, Антон и Витька трудились над шашлыком и о чем-то шепчась.

– Что обсуждаете? – вклинился между ними.

– Наш предстоящий концерт. Подумываю устроить тур, – Феликс нанизывал на шампур новую порцию замаринованного мяса.

– Тур? А как же предложение продюсера? Ты не хочешь с Москву? Сам же мечтал об этом столько времени.

– Еще не знаю, какой дать ответ. Витя еще учится, не хочу выдергивать, у Антона здесь бизнес с отцом и любимая девушка, которая тоже учится. Ну, собственно, как и твоя. А я не эгоист, чтобы думать только о собственных мечтах, раз уж мы небольшая, но дружная семья.

– И ради нас ты согласен оставить все как есть? – спросил я, смотря внимательно на друга. Он широко улыбнулся.

– Конечно. Как все станут свободными, так и подумаем над тем, что нам делать и куда двигаться дальше. А сейчас у нас есть все, о чем только можно было мечтать – любимая работа, любимая музыка, любимые люди и крепкая связь между нами.

Панфилов и Лукин кивнули в подтверждение словам Феликса.

– Будем наслаждаться летом, продолжать репетировать, строить планы на концерты. – Он снял с мангала готовые порции шашлыка и поставил новые, а после вдруг ойкнул и с любопытством обратился ко мне. – Как думаешь, Василиса согласится быть частью нашей группы?

– Что? Ты хочешь, чтобы она стала вторым солистом?

– Да.

– Мы согласны, если что, – хихикнул Витька, помахивая куском картона над мангалом, чтобы поддерживать жар.

– Она будет счастлива, – улыбнулся уголком губ и даже не заметил, как сзади тихо подошла Астахова и обняла за талию.

– Почему я буду счастлива? – весело захлопала она глазами.

– Потому что мы предлагаем тебе место у нас в группе, – выдал я на одном дыхании, наблюдая за реакцией девушки. Сначала она вскрикнула, прикрыв от удивления рот ладонями, а потом запрыгала на месте от счастья.

– Солнышко, что такое? – Яна Валерьевна обеспокоенно посмотрела на дочь, поднимаясь с диванчика.

– Мам, пап, я буду выступать вместе с парнями, – она продолжала скакать на одном месте. Мы поддержали ее энтузиазм.

– Мальчики, стол ставим и стулья тоже. Пора накрывать, – крикнула мама в окно.

Пожав плечами, вернулся в дом с Антоном, и мы вдвоем перетащили два большущих складных стола. Их еще дедушка покупал. Эти столы доставались каждый раз, когда в доме собиралась куча народа, чтобы отпраздновать какие-нибудь события или же мой день рождения.

Все остальные помогли донести стулья, расставить чистые тарелки и приборы. Впервые в доме кипела жизнь после смерти бабушки и дедушки. Это грело мою душу. Здесь собрались все те люди, которых я люблю и уважаю.

Большие тарелки с едой быстро заполнили столы, не оставив свободного места. Даже еле-еле впихнули вкусный горячий шашлык, от запаха которого уже бежали слюнки.

Когда же все комфортно уселись, отец Василисы достал пару бутылок водки и вина – для женщин, – откупорив каждую. Мы с Феликсом помогли разлить по рюмкам и бокалам.

– Что ж, мы собрались здесь по очень хорошему поводу, – из-за стола встала моя мама, держа в руках наполненный бокал. – Мой сын закончил учебу и защитил свой диплом на хорошую оценку. Это большая радость для меня, как для мамы. А также сегодня я удостоилась чести познакомиться с девушкой, которая приняла Никиту таким, какой он есть. И, конечно же, ее прекрасные и понимающие родители тоже здесь, – она уважительно приподняла бокал. – Надеюсь, что в будущем мы станем с вами родственниками, – хохотнула мама, на что Василиса распахнула глаза от удивления. – И также здесь друзья моего сына: верные и надежные. Спасибо вам всем за то, что нашли свободное время и приехали сюда, в дом родителей моего бывшего мужа. Здесь так давно не было настолько громко и многолюдно. А ведь здесь Никита проводил все свое детство на каникулах, – на маминых глазах выступили слезы. – Мне до сих пор очень жаль, что я мало уделяла ему времени из-за работы, хоть и старалась быть хорошей матерью для него. Я должна была с самого начала заметить его изменения в поведении, ведь собственный отец перестал обращать на него внимание, я должна была хоть как-то поддержать его. Чувствую себя виноватой.

Все затихли. Мама всхлипывала, а я встал из-за стола и, подойдя к ней, крепко обнял. Еще немного, и я сам расплачусь.

Я так сильно ее люблю, что даже не виню в том, что вообще происходило в нашей семье. Она пыталась вырваться из клетки, в которую ее посадил отец. И делала все, чтобы у меня было счастливое детство.

– Мама, все хорошо. Не плачь, пожалуйста.

– Давайте выпьем за то, что здесь собрались мы все и чтобы это происходило почаще, – вдруг вызвался отец Василисы, улыбаясь. Даже такой грозный человек, как он, умеет улыбаться.

Все поддержали его и встали из-за стола, чокаясь друг с другом.

Успокоить маму у меня получилось, только когда завел ее дом и мы просто поговорили по душам. Она стирала слезы со щек, слушая меня внимательно. А напоследок обняла, устроив расслабленно голову на плече.

– Я люблю тебя, Кит.

– Я тебя тоже люблю, мама.

Просидев так несколько минут, мы вернулись уже в хорошем настроении во двор и сели за стол, чтобы послушать тосты. А после все уговорили Василису сыграть нам ее песню. Она долго мялась, но все же под напором публики сдалась.

Я принес ей гитару и присел рядом на зеленую траву, чтобы послушать. Услышать ее игру и голос для меня – чистое удовольствие. От приятного и звонкого пения по коже побежали мурашки, а глаза сами закрылись, я полностью окунулся в смысл песни.

Каждый замер. Василиса расслабилась и пела так, будто здесь не было никого, кроме нее самой. Гитара звучала ритмично, с нотками печали. Открыл глаза по окончании песни и заметил, что все вокруг чуть ли не плачут, в особенности родители девушки.

– Ну вот, из-за меня все снова грустные. Давайте что-нибудь веселое. – Василек хитро посмотрела в мою сторону, а после протянула гитару.

– Я?

– Ты.

Остаток вечера мы провели в задушевных песнях. А потом перешли на более активное и веселое, включив на колонке громкую музыку. Все встали из-за стола и начали танцевать. Лиля кружилась в компании Василисы. Две подружки-хохотушки плясали от души, огибая каждого, кто встречался на пути. Слышался звонкий смех и разговоры.

Василек подошла ко мне, когда вдруг включилась медленная музыка, подходящая для белого танца.

– Не хочешь потанцевать? – с улыбкой она посмотрела на меня. После трех бокалов вина она стала более открытой. Вспомнил момент из клуба, когда эта девушка пошла на танцпол отжигать с подругой, а в конечном итоге связалась с каким-то пацаном, которому я чуть не вмазал.

Легкое прикосновение к руке, глубокий взгляд голубых глаз заставили меня повиноваться и потеряться в реальности. Взял ее за талию и подтолкнул к себе ближе. Мы медленно покачивались из стороны в сторону, я кружил ее, периодически притягивая к груди. Ее ладони покоились на моей шее, а тонкие пальцы перебирали волосы.

– Хочешь съездить на море в конце июля? – она загадочно улыбнулась, а после соприкоснулась своим кончиком носа с моим.

– С тобой хоть на край света, Василек, – прошептал ей в губы и мягко поцеловал, чувствуя горьковатый вкус алкоголя.

– Теперь ты так просто от меня не отделаешься, Гончаров. – Ее глаза хитро заблестели.

– А я и не собирался.

Примечания

1

Nickelback – канадская рок-группа, основанная в 1995 году. – (Здесь и далее – примеч. автора)

2

Disturbed (в переводе с англ. – «Встревоженные») – американская метал-группа, образованная в городе Чикаго (штат Иллинойс) в 1994 году под названием Brawl.

3

Fall Out Boy – американская рок-группа, основанная в 2001 году в городе Уилметт (Иллинойс).

4

Ed Sheeran – британский певец, автор песен, музыкант, звукозаписывающий продюсер, актер и бизнесмен.

Content

Лия Росс
Ритмы романтики

Глава 1 Василиса

Глава 2 Никита

Глава 3 Василиса

Глава 4 Никита

Глава 5 Василиса

Глава 6 Никита

Глава 7 Василиса

Глава 8 Никита

Глава 9 Василиса

Глава 10 Никита

Глава 11 Василиса

Глава 12 Никита

Глава 13 Василиса

Глава 14 Никита

Глава 15 Василиса

Глава 16 Никита

Глава 17 Василиса

Глава 18 Никита

Глава 19 Василиса

Глава 20 Никита

Глава 21 Василиса

Глава 22 Никита

Глава 23 Василиса

Глава 24 Никита

Глава 25 Василиса

Глава 26 Никита

Глава 27 Василиса

Эпилог Никита

Примечания