Ли Чиён. Авторы сценария – Ким Хана и Ким Ёнюн

Мой тайный роман. Разбитое сердце

My Secret Romance Book 1 (애타는 로맨스 1)

Novelized by Lee Ji Youn

Script by Kim Ha na and Kim Yeong yun

Печатается с разрешения Imprima Korea Agency (the Republic of Korea) и Impressum Literary Agency (Russia).

My Secret Romance Book 1 (애타는 로맨스 1)

Novelized by Lee Ji Youn

Script by Kim Ha na and Kim Yeong yun

All rights reserved.

Original Korean edition

published by STORYPUNCH, INC.

В оформлении макета использованы материалы по лицензии ©shutterstock.com

© Диброва Е.В., Козырева А.Л., перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Глава 1

Это фиаско

– Не смотри на меня так.

Он грубо схватил ее за плечо, и от его страстного взгляда тело девушки будто раскалилось. В горле пересохло. Сердце сжалось.

– Я не могу больше сдерживаться, – прошептал он, прижимая ее к стене.

– Ах…

Губы слегка приоткрылись, и слабый стон с горячим дыханием вырвался из ее груди, обжигая ему шею.

Он коснулся девичьего плеча, а после начал медленно спускаться ниже, ведя рукой по чувственным изгибам, вызывая у нее мурашки по всему телу.

«О боже, я схожу с ума», – подумала она.

Словно прочитав ее мысли, он прильнул к ней в страстном поцелуе, и его горячее…

«Станция Самсон, платформа слева!»

– Черт!

Юми слишком сильно погрузилась в книгу, и сейчас реальность внезапно настигла ее. Она бросила взгляд в окно поезда, поправляя очки в черной оправе. Только недавно была станция Ханян. Как быстро поезд проехал десять остановок…

«Так зачиталась, что чуть не пропустила свою. Что я творю, пора выходить!»

Юми закрыла книгу и подняла сумку, которая стояла у ног. Она хотела прикрыть название романа рукой и быстро спрятать, но обложку с надписью «Недостоин тебя» все равно было видно.

Пассажир рядом осуждающе нахмурился, глядя на слащавое изображение, однако Юми не заметила этого, выбегая из вагона. Она еле пробралась сквозь поток входящих людей и ускорила шаг, чтобы не опоздать на собеседование.

Выйдя из метро, Юми ощутила холод пронизывающего ветра. Достала мобильный телефон из кармана, запахивая куртку, уже вышедшую из моды. «От метро вроде прямо…» – прикинула она, заглянув в карту.

Юми оторвала взгляд от экрана и посмотрела на здание. Сегодня ее первое в жизни собеседование на вакансию диетолога-нутрициолога. Это была самая обычная компания, не из крупных, но Юми была готова работать там с полной самоотдачей. Она даже не надеялась, что ее позовут на очное собеседование, и радовалась этой возможности. Но…

– Кроме диплома диетолога у вас только два сертификата? Указана европейская и китайская кухня… а корейская?

Просматривая холодным взглядом резюме, сотрудник отдела кадров сразу нашел ее ахиллесову пяту.

– В следующем месяце у меня как раз экзамен по корейской кухне, – как можно любезнее ответила Юми, выдавив самую милую улыбку, на которую была способна.

– Неужели? – усмехнулся мужчина.

Такой ответ его не устроил. Он демонстративно отложил бумаги и спросил:

– Вы не получили этого сертификата еще в университете?

Язвительный тон ранил Юми – она виновато опустила взгляд. Воодушевление куда-то улетучилось.

– Мы закончили, спасибо.

– Спасибо, до свидания.

Девушка вежливо поклонилась. И не успела выйти за дверь, как в кабинет почти вплыла стройная красавица.

– Ого, у вас семь сертификатов о повышении квалификации, Ким Хина! – первым начал разговор сотрудник, прежде холодно допрашивающий Юми. Новая кандидатка даже не успела сесть.

– Корейская, европейская, японская, китайская кухня, кондитерские изделия, выпечка и даже лицензия на готовку ядовитой рыбы фугу. Это потрясающе!

Юми взглянула на сидящую в кресле кандидатку, не веря своим ушам: «Серьезно? Эти люди только на сертификаты смотрят?»

Семь! У этой девушки было больше всех сертификатов среди претендентов на эту вакансию. Как обойти такого конкурента и получить работу?

– Ох…

Она вздохнула, как будто земля вот-вот уйдет из-под ног, и повесила на плечо сумку, которую перед собеседованием оставила на стуле в комнате ожидания.

«Да… Предчувствие меня не подвело. Похоже, мне не перезвонят, так что теперь главное сосредоточиться на экзамене по корейской кухне», – подумала Юми.

На выходе из здания у нее зазвонил телефон.

– Алло?

– Юми, привет! – раздался вкрадчивый женский голос, как будто на том конце думали, стоило ли начинать разговор.

Это была Соён, ее бывшая одноклассница, которая регулярно звонила школьным подругам раз в два месяца. Сегодня, вероятно, тот самый день.

– Ты где? – спросила она.

– Рядом со станцией Самсон. У меня было собеседование.

– Точно, ты говорила, что сегодня пойдешь. Ну как, тебя взяли?

– Не-а. Со мной пришла чудо-женщина с семью сертификатами.

– Прямо чудо?

– Вроде того… В любом случае я сама виновата, – пробормотала Юми бесцветным голосом.

– Бедняжка. Мы тебя поддержим, приезжай.

– Куда это?

– В «Отрыв» – туда сейчас все ходят!

– «Отрыв»? – удивилась Юми.

За тяжелой железной дверью с неоновой вывеской «Отрыв» звучала шумная музыка. Лазерные лучи прорезали духоту зала. Кто-то из посетителей энергично танцевал, другие, прилипнув к барной стойке, пили, а третьи громко разговаривали. Всегда многолюдный, клуб «Отрыв» был идеальным местом, чтобы спастись от одиночества.

Чинук облокотился на дверь и безучастно огляделся.

– Посмотри, какой красавчик!

Девушки уставились на него. Одет он был просто: в черную футболку и джинсы. Но одежда облегала спортивное тело, подчеркивая широкие плечи, высокий рост и стройную фигуру. Его черты лица были совершенными, как у скульптуры. Высокая переносица, изящные темные брови, острая линия подбородка и пухлые губы… Настоящий принц из сказки, малейшее движение которого привлекало всеобщее внимание.

– Наверное, он модель.

– И не говори. У меня аж голова закружилась.

Все девушки вокруг перешептывались и не сводили взгляда с Чинука. Одна из них, явно уверенная в своей красоте, подошла к парню.

– Чха Чинук, верно? – Девица улыбнулась и подмигнула ему.

Он поморщился, не подтверждая и не отрицая.

– Я часто бываю здесь, – продолжала девица.

Положив руку ему на плечо, она бросила на него томный взгляд.

– И что с того?

Сказано это было настолько холодно, что ее зрачки расширились от удивления. Многие парни сразу очаровывались ею, а Чинук и бровью не повел.

– Тогда тебе не стоит сюда больше ходить.

Глядя сверху вниз, Чинук невозмутимо убрал руку девушки, повернулся спиной к танцполу и отряхнулся, будто от пыли.

Она ошеломленно смотрела ему вслед, не веря, что ее отвергли. Вскоре удивление сменилось гневом.

– Да пошел ты!

Но Чинук исчез в толпе и даже не оглянулся.

– Пришел?

Широко улыбаясь, через танцпол к нему подошел владелец клуба, он же университетский друг – Чхольмин.

– Уже и не надеялся увидеть тебя здесь. На Эри все время спрашивает, придешь ли ты. От нее столько шума, ты бы знал…

– На Э… Кто? – Чинук нахмурился, услышав незнакомое имя.

– На Эри, новая актриса. Только дебютировала.

– Неинтересно.

– Правда не слышал о ней? У девчонки потрясающая фигура! Тебе стоит это увидеть.

Чхольмин ухватил друга за плечо и потащил искать ту самую На Эри. Вдруг он застыл в изумлении – аж рот открыл, – будто увидел приведение.

– Да ладно, вы шутите?

Чинук повернул голову, желая узнать причину такого удивления.

– Эй! Кто пустил сюда эту замарашку?

Он перевел взгляд на девушку в углу, про которую говорил Чхольмин. Волосы собраны в пучок, очки в грубой черной оправе, костюм давно вышел из моды… Рубашка застегнута под горло на все пуговицы, сумка на ремне через плечо – весь ее облик совершенно не вписывался в окружающую обстановку. Чинук недоуменно поморщился.

Она еще могла вытерпеть громкую музыку, от которой барабанные перепонки были готовы лопнуть в любой момент, а вот толпу – точно нет. Только повернешься, как заденешь кого-нибудь… Юми из последних сил лавировала в толпе, пытаясь не врезаться в других.

Но большинству вокруг, в отличие от нее, похоже, было все равно. Люди танцевали, дергаясь из стороны в сторону, и касались друг друга телами. В зале стояла жара, воздуха не хватало, словно в сауне.

«Почему за такие мучения берут столько денег?» – подумала Юми.

Пот лил ручьем, очки соскользнули вниз. Она поправила их кончиком пальца и тряхнула головой. Какой тут «отрыв»… Она даже расслабиться не могла, чувствуя лишь головную боль.

Осторожно, чтобы ни с кем не столкнуться, продвигалась вперед. На полпути до танцпола она заметила Соён и компанию – все высматривали ее. Подруги в мини-платьях на смертоносно высоких шпильках рядком ждали у барной стойки, каждая с бутылкой пива. Юми в ее черном брючном костюме сильно контрастировала с этими красавицами в пикантных нарядах. Она была похожа на ворону, приближающуюся к стае прекрасных лебедей.

Соён оглядывалась по сторонам, но вдруг будто зацепилась взглядом за что-то странное. Она посмотрела прямо на подошедшую Юми.

– Ого! – не удержавшись, воскликнула подруга.

Как по команде вся компания повернула головы. Хором они повторили возглас Соён и столпились вокруг новоприбывшей.

– Ты правда пришла в таком виде?

– Кто так в клуб одевается?

Что, годы уже берут свое и память начала их подводить? Сказала же по телефону, что придет после собеседования! Но стоило Юми наткнуться на возмущенный взгляд Соён, как ответ застрял у нее в горле. Она же не сделала ничего плохого, почему ей так неловко? В итоге смущенно улыбнулась и пробормотала:

– А, это… Я только с собеседования.

Тогда Соён громко спросила:

– И как прошло?

Лебедь готова заклевать ворону? Она же рассказала, что провалилась, а Соён пообещала поддержать ее. Однако Юми не нашлась с ответом и только вздохнула. Забрала у Соён бутылку и глотнула прямо из горлышка.

– Побудь здесь. Сейчас я ее выведу, – решительно сказал Чхольмин, следивший за Юми.

– Не стоит. Она необычная!

Чинук быстро поймал друга за руку. Да, наряд девушки выглядел кошмарно, однако не выгонять же ее за это…

– По-твоему, она выглядит необычно? На мой взгляд, просто ужасно.

– Брось. Лучше сделай что-нибудь с музыкой.

– О, тебе тоже не нравится?

Честно говоря, Чинук лишь хотел сменить тему, но музыка сегодня и правда была совершенно пресной и скучной.

– У диджея форс-мажор случился, так что взял замену. Тухляк какой-то ставит, скажи? Еще и эта оборванка пришла. Я просто…

– Забудь.

Прервав Чхольмина, Чинук заметил в углу человека в синем костюме и замер.

– Вот же… Увязался за мной.

Он нахмурился, его лицо приобрело недоброе выражение.

– Кто? – Чхольмин в недоумении проследил за взглядом Чинука.

– Чан, помощник отца.

– Этот тип и в туалете за тобой следит?

На прошлой неделе президент компании Чха Тэбок поручил своему личному помощнику Чан Учжину следить за Чинуком, чтобы знать о каждом шаге своего сына.

– Думал, что ускользнул от него, но помощник все же добрался сюда. Так, дружище, я пошел.

Чинук попытался незаметно выбраться из клуба, но внезапно путь ему преградила девушка. Глаза у незнакомки вызывающе блестели.

– Ты кто? – прищурился, разглядывая ее.

Обтягивающая одежда, яркий макияж… Та актриса, На Эри?

Хоть он и не видел фото, но, встретив девушку лично, заметил на ее лице следы пластических операций. Даже макияж не мог этого скрыть. Не сдержавшись, Чинук нахмурился.

– Слышала, ты часто бываешь здесь. Ждала этой встречи с прошлой недели.

– Неинтересно, – отмахнулся он в своей обычной манере и попытался пройти мимо.

Но Эри вдруг обняла его со спины и прижала к себе. От неожиданности парень пошатнулся и непроизвольно навалился на стену, оказавшись почти вплотную к девушке.

– Ты что делаешь?

Рассердившись, Чинук попытался вырваться, но ничего не вышло – та крепко вцепилась.

По-хорошему тут явно не получится… Одной рукой Чинук оперся о стену, второй ухватил Эри за подбородок. Ему доводилось встречать женщин, безрассудно идущих в лобовую атаку. Избавиться от еще одной будет легко.

Приблизился к ее лицу, будто хотел поцеловать. В тщетной надежде она слегка приоткрыла губы, но Чинук лишь насмешливо улыбнулся.

– А вблизи следов еще больше! Глаза подправила, нос сделала… Над подбородком тоже поработала?

Он хотел унизить ее. Вот только Эри повела себя нетипичным образом – одарила его сияющей улыбкой и ответила:

– Зато грудь у меня своя!

«У нее проблемы с головой? Или самооценка зашкаливает?» – подумал Чинук и озадаченно уставился на девушку.

Юми икнула, разглядывая ряд пустых бутылок на столе. Хмель не сразу ударил в голову, так что пришлось выпить столько, что в животе забулькало. Вообще печаль лучше всего лечить с помощью сочжу… Облизнув губы, Юми потянулась за новой бутылкой.

– Эх!

Не успела она сделать еще один глоток, как почувствовала, что организм пытается сообщить что-то важное. Видимо, слишком быстро пила? Черт… А где здесь туалет? Схватившись одной рукой за живот, Юми вскочила с места, огляделась и увидела нужную табличку в конце узкого коридора.

Какая-то обнимающаяся парочка загородила ей дорогу. Что эти двое устроили возле туалета? Она неловко поправила очки, присматриваясь.

Парень и девушка, которые, казалось, вот-вот сольются в поцелуе, выглядели как герои романтического фильма. Особенно парень, от красоты которого дух захватывало.

Каково это, когда тебя любит такой красавчик? На мгновение в голове у Юми возникла сцена из «Недостоин тебя». Там тоже герой в страстном поцелуе прижимал героиню к стене! «Почему целуются они, а краснею я?» – подумала Юми, прикусив нижнюю губу. Она слишком ярко представила головокружительную сцену из книги.

– Ой!

Только не сейчас… Фантазия будто усилила тянущее ощущение внизу живота. Хотелось бы ей увидеть больше, но…

– Простите! Но мне очень надо…

Юми пробежала между парнем и девушкой, оттолкнув их друг от друга, и шмыгнула в туалет.

– Эй, ты! – закричала Эри.

Романтическая атмосфера была разрушена. Воспользовавшись моментом, Чинук развернулся в сторону выхода:

– Я пошел, меня кошка дома ждет.

– Какая еще кошка?

Вместо ответа он махнул Эри рукой и быстро вышел из клуба.

На сковородке вспыхнул столб пламени, и Юми с громким «Ай!» отпрянула. Одногруппники повернулись на шум и, глядя на «представление», закричали:

– Опять?

Внезапно откуда-то появилась преподавательница и отодвинула ее от плиты. Выключила газ, схватила сковородку и потушила огонь.

– Спасибо, – давясь кашлем, поблагодарила Юми.

Она осторожно забрала у преподавательницы дымящуюся сковородку с парой жалких обгоревших котлет.

– Это, по-твоему, китайская забегаловка? Что за файер-шоу ты устроила? Собралась всех нас сжечь?

Наставница недовольно посмотрела на девушку. Подобный инцидент произошел явно не впервые.

– Простите…

– Юми, это уже какой раз? Третий? Четвертый?

А ведь ей надо было еще как-то сдать экзамен.

– Третий… наверное…

– Если это повторится еще раз, ищи другой курс. Возможно, наш тебе не подходит, но сейчас много где учат готовить. Или, может, тебе вообще стоит заняться чем-то другим.

«Вероятно, она права? Я чаще не готовлю еду, а сжигаю…»

Незадачливая ученица опустила голову, сняла запотевшие очки и протерла стекла. Что за день?..

Но неприятности на этом не закончились. Юми жила на цокольном этаже в старом многоквартирном доме. Тяжело спустившись по лестнице, она обратила внимание на желтый листок с объявлением, прикрепленный к ее двери.

– Ох… – только и вырвалось у нее после прочтения корявой надписи.

Срок договора аренды истекает через 30 дней без возможности продления. Хозяйка

«Просто нет слов! Как я могу найти новое жилье всего за месяц? Это просто невозможно!» – Юми в отчаянии вздохнула. Зазвонил телефон. Увидев, кто звонит, она помрачнела.

«Как всегда, не вовремя…»

Нехотя приняла вызов и услышала громкий и бодрый голос Михи.

– Привет, доченька!

– Привет, мам, – угрюмо ответила Юми.

– Приглашение получила?

– Нет.

– Как так? Тебе же еще ехать… Ладно, ты и так знаешь место и время, так что приезжай без него.

– Я, наверное, не смогу. Сейчас у меня…

– Что?! Так! – воскликнула Михи. – Моя единственная дочь не приедет на свадьбу?! Хочешь поставить меня в неудобное положение?

Юми отодвинула телефон от уха и поморщилась – слишком резко и громко.

«И мать туда же! Что за день такой? Сплошная нервотрепка. Пожалуйста, просто оставьте меня в покое!» – сокрушалась она.

– Тебе обязательно было устраивать свадьбу в какой-то горной деревне на другом конце страны аж в Канвондо? – вспыхнув, повысила голос Юми.

– Что? Это не просто горная деревня, а отель «Тэбок», элитный курорт…

– Не знаю, что за «Тэбок» такой. Короче, приехать не могу! Да и не хочу. Все! – крикнула она и, не дожидаясь ответа от матери, положила трубку.

Все еще рассерженная, она прижала ладони к вискам. Опустив взгляд, ойкнула от неожиданности. На полу лежал сиреневый конверт.

«Почтальон просунул это под дверь?» – подумала Юми. В конверте была открытка с розовым цветочным узором.

Жених – Ким Ёнхан

Невеста – Чо Михи.

Без этой бумажки Юми легко могла пропустить свадьбу, но теперь, вскрыв конверт и действительно получив приглашение, почувствовала себя неловко. Еще одна головная боль.

– Ну в самом деле! – В отчаянии глядя на приглашение, Юми не знала, как поступить.

– Как это понимать?! – Не успел Чинук войти в кабинет президента Чха, как тот обрушил на него весь свой гнев.

Президент швырнул на стол планшет и посмотрел на сына так, будто был готов придушить его на месте. Взглянув на экран, Чинук недовольно поморщился.

Свидание под луной. Актриса На Эри и богатый наследник крупной компании замечены вместе в клубе.

А он даже не поцеловал ее. Только обнял. Но из этого уже такую шумиху раздули! Похоже, репутации конец…

– Тебе в следующем году тридцать, а ты ни дня не работал, только деньги мои прожигал и прожигаешь…

«Как обычно, в своем репертуаре», – подумал Чинук.

– Я бы на твоем месте помалкивал, даже если бы сожалел о своем поведении, – продолжал отец. – Ты только и можешь, что создавать проблемы, а теперь еще и решил из моей компании посмешище сделать?

– Так она уже, – ехидно ответил Чинук.

Лицо президента Чха побагровело от злости.

– Что?!

– Твоя компания, отец, даже не входит в тройку лидеров финансового сектора.

Услышав это, глава «Тэбок групп» с яростью ударил кулаком по столу.

– Паршивец! Все, ты доигрался. Живо собирай вещи и выметайся! Поработаешь стажером – будет тебе уроком.

– Не хочу.

Пропустив ответ мимо ушей, президент Чха нажал на кнопку селектора и приказал:

– Чан, иди сюда! Немедленно выведи отсюда этого мальчишку.

– Отец, ты действительно сделаешь это?

Чинук смотрел на отца взглядом, полным разочарования. Сколько он себя помнил, тот всегда был таким. Мальчик рос без матери, но вместо того, чтобы окружить его заботой, отец еще строже обходился с ним, объясняя это тем, что не хочет избаловать. Вот и сейчас он не пытался спокойно все обсудить, выслушать другую сторону, а сразу дал волю эмоциям. Чинук устал бороться с вечным непониманием.

– Ладно, – процедил сквозь зубы Чинук, сдерживая раздражение, – я пойду!

И, повернувшись спиной к отцу, быстро вышел из кабинета.

– Я должен ехать на ЭТОМ?

На остановке был припаркован туристический автобус с логотипом отеля «Тэбок». Закончив разглядывать его, Чинук повернулся к секретарю Чан Учжину. Тот был одет в розовый костюм.

– Почему не могу поехать на своей машине?

– Распоряжение президента компании, – сухо ответил помощник, поставив чемодан Чинука на землю.

– Ты же все равно поведешь мою машину, Чан. Так, может, и я тоже поеду…

– Взрослый человек, а ведет себя как мальчишка! – вдруг воскликнул Учжин, ткнув пальцем в Чинука. – Ничего не получит, пока не поумнеет! Деньги, карточки, ключи от машины – забери у него все. Все!

Пока Чинук стоял с ошарашенным лицом, Учжин вежливо поклонился и сказал прежним учтивым тоном:

– Именно так выразился глава.

– Что?

Чинук сжал кулаки. Какое Чану дело до его эмоциональности?

– Тебе это кажется забавным, да, приятель? – спросил он с такой интонацией, что было понятно, насколько его это разозлило.

Учжин неожиданно испугался. Его же не будут бить? Вообще, сыну начальника несвойственно такое поведение, но кто знает? Учжин вжал голову в плечи и нервно сглотнул. Чинук смотрел на него так, будто собирался убить прямо здесь.

– Ладно. Только на этот раз. – С досадой сжав зубы, он взял чемодан и сел в автобус.

Глубоко вздохнув, попытался справиться с гневом. Учжин почти заменил ему отца, после того как стал личным помощником президента Чха. Было бы не так обидно, следи за ним кто-то незнакомый. Чинук проводил кабриолет с Учжином обиженным взглядом.

– Этот автобус едет в отель «Тэбок»?

Через мгновение Юми, одетая в простые джинсы, невзрачную водолазку и мешковатый кардиган, уже вошла в салон. Запыхавшись, она прижала к груди небольшой тканевый чемодан и осмотрелась. Похоже, почти все места уже заняты.

Проходя вглубь автобуса, она случайно задела Чинука по голове своим чемоданом.

– Ай!

Он схватился за голову и посмотрел вверх. Однако Юми была слишком занята поисками места, поэтому ничего не заметила и прошла дальше. Поняв, что девушка ударила его случайно, Чинук постарался успокоиться.

– Эх, мест нет.

В конце автобуса все места уже заняли, и Юми с грустным лицом собралась идти обратно. И снова задела Чинука. Из его глаз посыпались искры. На этот раз парень не собирался молчать.

– Эй! – окликнул он Юми.

– Да?

Та рассеянно обернулась, но, увидев Чинука, оторопела. Тот красавчик из клуба, похожий на героя романтического фильма? Такого не забудешь.

«Неужели тоже узнал меня? Мы же виделись в клубе совсем недавно. Хотя… вряд ли».

Тут Юми увидела свободное место рядом с ним. «А, так он предлагает мне сесть! Как мило. В нем прекрасно все: и внешность, и характер».

– Ой, спасибо.

Поклонилась и подняла чемодан на багажную полку. Передний карман оказался расстегнут, и из него вывалилась книга.

– У-у-у!

Уголком она ударила Чинука прямо лоб и упала на пол. От острой боли он схватился за ушибленное место и застонал. «Да что такое!» Чинук собирался все ей высказать, но увидел обложку книги.

– «Недостоин тебя»? – Он надменно усмехнулся.

Юми, испугавшись, быстро подняла книгу и поправила очки.

– Мне так жаль…

«Как же неловко! Да, заголовок вульгарен, но на самом деле это захватывающая история любви несчастной девушки и простого парня. И сюжет в ней есть! Хотя не обошлось и без постельных сцен…»

Но это были только ее мысли, сказать она так ничего и не смогла. Смутившись, Юми быстро окинула взглядом автобус в надежде найти другое место. К сожалению, такого не было.

– Отъезжаем. Займите свои места!

– Да, сейчас.

«Ну вот, мне придется с каменным лицом сидеть всю дорогу… Как быть?»

Она попыталась пройти к сиденью, но Чинук пристально смотрел на нее и даже не думал сдвинуться с места. Юми озадаченно посмотрела на свободное кресло.

Чинук был таким высоким, что почти упирался коленями в спинку кресла впереди. «Да, у тебя длинные ноги, так что при всем желании не подвинешься. Я понимаю». Юми пробормотала извинения и осторожно полезла к сиденью, пытаясь не наступить ему на ноги. Неожиданно автобус тронулся.

– Ой-ой!

Она потеряла равновесие и упала.

– Ах!

«Подождите, на чем я сейчас сижу? Неужели это?..» Юми вдруг поняла, что сидит на коленях у него, совершенно незнакомого парня, и икнула. Дыхание перехватило.

– Извините, мне так жаль, очень жаль… – Юми смущенно склонила голову, – автобус внезапно поехал…

– Так и будешь сидеть на мне? – раздраженно спросил Чинук.

До нее дошло, что она даже не попыталась встать – настолько была растеряна.

– Извините…

Юми вскочила и заняла соседнее сиденье. Чинук же только поправил одежду, отвернулся и закрыл глаза.

– Извините, я правда…

Увидев, что сосед игнорирует ее, на миг перестала смущаться и надулась. Какой черствый. Она же не специально… Откуда столько высокомерия? Как же ей хотелось сказать ему что-нибудь этакое! «Ладно, все равно это моя вина. Проще смириться. – Юми одной рукой запахнула кардиган. – Да уж! Я и вправду сидела на коленях у этого красавчика… Конечно, все произошло случайно, но раньше со мной такого не было».

Покраснев от неловкости, украдкой посмотрела на Чинука. Вблизи он выглядел еще красивее. И дело не просто во внешности. У него был глубокий взгляд, способный очаровать кого угодно. От такого одновременно бросало в дрожь и становилось теплее. Как от весеннего ветерка в поле…

В этот момент парень открыл глаза.

Поняв, что ее заметили, Юми икнула.

– Ик-ик!

Она не перестала икать, даже когда задержала дыхание, поэтому быстро отвернулась к окну и стукнула себя в грудь. Чинук бросил на Юми безразличный взгляд и снова закрыл глаза. Девушка с облегчением вздохнула и вытерла лоб.

– Ик!

Чтобы остановить икоту, снова прикрыла рот рукой, но это не помогло.

«Почему она не прекращается? Да что ж такое!»

– Ик-ик!

Эти звуки слышал весь автобус.

Сколько еще ехать? За извилистой горной дорогой показалось зеленоватое Японское море. Юми прислонила голову к окну и посмотрела на побережье. Она не хотела приезжать на свадьбу матери, но сейчас ей хотя бы представилась возможность насладиться прекрасным пейзажем. Последние годы Юми была настолько занята, что даже не могла вспомнить, когда последний раз была на море.

Вскоре ее веки начали тяжелеть. Она зевнула и, прикрывая рот рукой, устроилась поудобнее. Вчера из-за переезда ей удалось лечь спать лишь поздней ночью. Тряхнула головой, прогоняя сон, и несколько раз шлепнула себя ладонью по щеке. Увы, это не сработало, и вскоре усталость взяла свое.

Чинук, который все это время сидел со скрещенными руками и прикидывался спящим, медленно открыл глаза. «Удобно устроилась». Он бросил взгляд на соседку, которая крепко спала, прислонившись к окну, и возмущенно покачал головой.

«Как можно так беззаботно спать рядом с незнакомцем?»

Чинук почувствовал какой-то аромат и снова посмотрел на Юми. От нее пахло чем-то сладким. Определенно, не духами. Может, шампунем или косметикой? Непонятно. На девушке были очки в черной грубой оправе, выцветшие темные джинсы, которые, кажется, вышли из моды, и скучный кардиган… Она была совсем не в его вкусе, но почему-то притягивала взгляд. В потоках солнечного света ее тонкая кожа без какого-либо макияжа казалась гладкой, блестящей и нежной на ощупь.

Чинук скривился и отвел взгляд. «М-да, а мог бы сейчас на кабриолете ехать». Вдалеке медленно начало вырастать огромное здание отеля «Тэбок» с пляжем.

Вскоре автобус остановился на остановке перед курортом.

– Приехали!

Пассажиры встали со своих мест, взяли багаж и начали выходить на улицу. Но Юми крепко спала и ничего не услышала. Чинук спустил чемодан с полки.

– Просыпайся, приехали, – сказал он.

Соседка даже не думала просыпаться.

– Девушка?

Чинук хотел дотронуться до ее плеча, но остановился. «Не думаю, что это хорошая идея. Пусть сама разбирается». Еще какое-то время смотрел на нее, а потом повернулся и вышел из автобуса.

Он увидел великолепное здание отеля. Яркие солнечные лучи играли на мраморной отделке. Если бы он приехал сюда при других обстоятельствах, то чувствовал бы себя бодрее. Но это была ссылка.

– Ну и что мне здесь делать? – проворчал Чинук.

И, прикрываясь рукой от солнечного света, направился к отелю. Белоснежное здание казалось сделанным изо льда.

Глава 2

Только не ее номер!

– Как добрались?

Только он вошел в свой номер, как его встретил лучезарно улыбающийся Учжин, который добрался до отеля первым. Секретарь протянул ему аккуратно сложенную форму обслуживающего персонала.

– Это еще что? – спросил изумленный Чинук, глядя на золотистый бейдж.

– Вы уже поняли.

– Так отец хочет, чтобы я был мальчиком на побегушках?

Учжин пожал плечами, мол, «а что в этом такого?».

– После того, как переоденетесь, управляющая отелем подробно расскажет о ваших обязанностях. Десяти минут будет достаточно?

«Ха, вы только посмотрите. Воспользовался ситуацией и играет в начальника!»

– Не ожидал от тебя такого!

– Решайте сами, это ваша ответственность. Буду ждать снаружи, – серьезно ответил Учжин, не поведя и бровью.

Слегка кивнув, он вышел из комнаты. Чинук никогда не видел Учжина таким. Помощник и раньше ему отказывал, но обычно удавалось его уговорить. На этот же раз все было по-другому. Без шансов.

«Что теперь, под папину дудку будем плясать?»

– Ну хорошо, еще посмотрим, чья возьмет. – Чинук вцепился в форму обеими руками, изо всех сил подавляя гнев.

– Да вы что, издеваетесь?

Он и представить не мог, что его заставят делать. «Чистка бассейна? Ладно. Но убираться в номерах?! Еще и помогать на кухне, мероприятиях и так далее…» – Чинук устал, лишь взглянув на свой забитый график.

– Ах, вот как. Отец действительно решил поиздеваться надо мной.

Управляющая отелем, седая женщина чуть за пятьдесят, добродушно улыбнулась и покачала головой.

Все здесь знали, что становление «Тэбока» – отчасти ее заслуга. На их глазах из небольшого отеля в сельской местности он вырос до элитного курорта. За широкой улыбкой управляющей скрывались дотошность и профессионализм.

– Для начала наведи порядок в номерах. Ёнсок тебе все покажет.

Управляющая кивнула, и сотрудник, лет двадцати на вид, вышел вперед и поприветствовал Чинука.

– Будем напарниками.

Вместо того чтобы поздороваться в ответ, Чинук многозначительно посмотрел на парнишку.

«Я думал, что буду работать на стойке регистрации или в офисе, но уборка комнат? Помощник на кухне? Официант на мероприятиях?» – подумал он.

– Поторопитесь! – громко сказала управляющая Чинуку, который еле сдерживал раздражение.

– Не думаю, что смогу заняться этим прямо сейчас, потому что собираюсь отдохнуть хотя бы часок. Я все утро провел в автобусе, было неудобно, и у меня затекла спина.

К сожалению, управляющая была непреклонна. Она скривила рот, вытащила из кармана телефон и начала набирать номер. Перед тем как нажать на вызов, с улыбкой спросила:

– Мне позвонить господину Чха?

Чинук нервно закусил губу и посмотрел на управляющую. Она никак не отреагировала. «Да, не стоит перечить начальнице».

Чинук решил отступить:

– Ладно. Начну прямо сейчас…

Ёнсок поспешил за ним из кабинета управляющей. Он обращался к Чинуку на «вы», потому что знал, что тот сын президента Чха, владельца курорта. И даже не смотрел ему в глаза, когда показывал, как правильно убирать номер. Чинук сложил руки на груди и молча наблюдал за этим. «Если так и дальше пойдет, то, может, он и один справится». Однако, закончив с первым номером, напарник подвез к нему тележку для уборки и с улыбкой сказал, что дальше Чинук будет работать сам.

– Что? Хочешь все на меня скинуть?

– Я же только что вам показал, что нужно делать. Теперь можете убирать самостоятельно.

Ёнсок опустил взгляд и протянул ключ-карту от всех номеров.

– Управляющая сказала, что проверит номера лично, так что постарайтесь убрать их как следует.

– Чего? Лично проверит?

– Да, так и сказала.

Ёнсок, не оглядываясь, поспешил к служебному лифту. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Восхитительно…

«Я тут багаж еле дотащил, а теперь еще с этими швабрами возиться!»

Чинук раздраженно пнул тележку уборщика, и в этот момент открылась дверь номера напротив. Из него вышла Юми.

– Да. Номер 297456.

После автобуса она сменила черные джинсы на черные брюки.

– Два… девять… семь…

Сосредоточившись на звонке, девушка быстро перешла на другую сторону коридора, не заметив Чинука. Он попеременно смотрел то ей в спину, то на дверь.

Только не ее номер!

«Что?!» – донесся издалека голос Юми.

Чинук тряхнул головой и открыл дверь ее номера, как вдруг услышал возглас. От неожиданности он оглянулся и увидел в конце коридора ее. Юми стояла с бледным лицом и дрожащей рукой держала телефон. На контрасте с темными стенами и черной одеждой ее почти белое лицо выглядело устрашающе.

«Это что, она?! Да, тогда в клубе я видел именно эту девушку». – Чинук замер и прищурился.

Он вспомнил посетительницу в брючном костюме, которую несколько дней назад Чхольмин хотел выгнать из клуба. Она выглядела точно так же. Получается, Мисс «Недостоин тебя» из автобуса и Замарашка из клуба – один и тот же человек?

– Не прошла? – спросила Юми дрожащим голосом.

Понимала, что не понравилась тому сотруднику на собеседовании, однако все равно расстроилась.

– Не могли бы вы проверить еще раз?

Из динамика донеслось только безжалостное: «Я проверил не один, а целых пять раз. В списке прошедших собеседование нет номера 297456 и имени Юми».

– Понятно, простите за беспокойство…

Она повесила трубку и устало опустилась на пол. В ней до последнего жила надежда, что получится произвести впечатление даже без сертификата корейской кухни…

Девушка обреченно вздохнула. «Они и не собирались выбирать меня… Наверняка приняли на работу ту девушку с семью сертификатами».

«Вы не получили этот сертификат еще в университете?»

Юми будто наяву услышала холодный голос интервьюера. Обидно, но он был прав. Что она делала все то время, пока училась?

«Зачем ты живешь? Лучше ведь умереть, чем вот так!»

Она вскрикнула и схватилась обеими руками за голову, застыв на мгновение, будто осознала нечто важное.

«Точно! Ключ забыла! Отвлеклась на звонок и оставила его в номере!»

Повернулась в сторону двери и увидела, что рядом с ней стоит тележка уборщика.

– Извините, подождите минутку!

Юми сорвалась с другого конца коридора, увидев, как Чинук открывает дверь.

– Фух, успела. А то пришлось бы идти за другим ключом.

Похоже, она не узнала его в униформе. Девушка забежала в номер и лучезарно улыбнулась. Гордость Чинука дала трещину.

«Ты не узнала меня, потому что я в форме уборщика? Даже так не вспомнила мой глубокий взгляд?» – подумал он.

– Что вы здесь делаете?

Чинук понимал, что это ее номер, но не смог удержаться.

– Что?

Юми вопросительно посмотрела на Чинука.

– Мне очень жаль, но вы не можете заходить в чужой номер. Если же он ваш, то воспользуйтесь ключ-картой.

– Я отвлеклась на звонок и забыла его на столе…

Как и сказала Юми, на столе лежало два предмета. Ключ-карта и та самая книга, что упала на него в автобусе, – «Недостоин тебя». А у окна стоял чемодан, который она так «бережно» несла через весь салон автобуса и из которого книга выпала. Очевидно, что здесь ее номер. Чинук знал это лучше, чем кто-либо другой. И только что видел, как она выходила отсюда. Просто хотел воспользоваться ситуацией, ведь эта девчонка насолила ему раньше, а теперь еще и не узнала в форме.

– Извините, вам придется спуститься к стойке регистрации.

– Послушайте. Вы же только что видели, как я вышла из номера.

Юми была готова расплакаться.

«Ты же точно стоял рядом и все видел! – Она еле сдержалась, чтобы не нагрубить ему. – Почему ведешь себя так по-хамски? Зачем?!»

– Нет, не видел.

Реакция Юми разозлила его еще больше. «Утверждает, что забыла ключ, потому что отвлеклась на звонок, но меня в коридоре все же заметила. Кого она хочет обмануть?» – подумал Чинук.

– Спуститесь вниз к стойке регистрации и попросите ключ, – непреклонно сказал он, вытолкал Юми и захлопнул дверь номера.

«Сначала тот дурацкий звонок, теперь это…»

Юми посмотрела на новый ключ-карту. Из-за неуступчивости того парня ей все-таки пришлось спуститься вниз и подтвердить личные данные.

«Ты что, мстишь мне за то падение в автобусе? Вот ведь! Это же было мило!»

Когда она, ворча, вошла в комнату невесты, к ней повернулась стройная, пышногрудая виновница торжества, стоявшая перед зеркалом в полный рост. Михи было за пятьдесят, но ее кожа оставалась упругой, и на свадьбу мать надела платье с открытыми плечами и глубоким декольте.

– О, дочка, ты пришла!

Увидев наряд Юми, она широко раскинула руки и воскликнула:

– Боже мой! Что это такое? Ты на мою свадьбу или похороны приехала? Похожа на смерть – только косы не хватает!

– А что такого? Я же не в джинсах, – равнодушно ответила Юми, присаживаясь на диван.

– Ладно, сейчас мы тебя приоденем.

По щелчку Михи из-за огромного зеркала вышли две помощницы.

– А?

В мгновение ока они сняли с Юми очки и под руки потащили в примерочную.

– Ой, подождите!

Она и моргнуть не успела, как все было сделано.

Под «ай» и «ой» Юми из гадкого утенка превратилась в прекрасного лебедя. Идеально уложенные волосы, лиловое коктейльное платье с открытыми плечами и легкий макияж, подчеркивающий ее естественную красоту…

Михи с гордостью посмотрела на преобразившуюся дочь.

– Как тебе хорошо в линзах! Твои очки просто ужасны, так что хорошо, что ты сняла их. Надо подчеркивать свою красоту – ты же дочь несравненной красотки Чо Михи! А, точно, забыла самое главное… Принесите мне их сюда!

Михи протянула руку, и помощница что-то ей передала. Юми охватило дурное предчувствие.

– Что это? Ой, не надо!

Юми попятилась.

– А ну не дергайся! Мама лучше знает!

– Где здесь выход? Я пойду…

Михи притянула дочь к себе, ухватив ее за подол платья.

– Мама, нет! Не нужны мне вкладыши!

Из комнаты невесты раздался пронзительный крик.

Свадьба была в самом разгаре. Украшенный белыми цветами шатер находился на открытом воздухе. Рядом с дорожкой к алтарю стоял огромный экран, а перед ним – круглый стол, за которым сидели гости.

– Объявляю вас мужем и женой!

Юми горько улыбнулась, наблюдая за матерью и ее новым мужем. Михи и Ёнхан смотрели друг на друга взглядами, полными любви. Ей вроде как полагалось радоваться за маму и желать ей счастья, но это было непросто.

– А сейчас клятвы жениха и невесты!

Ёнхан с сильным провинциальным акцентом начал читать клятву.

– Во-первых, какой же сегодня хороший день! Спасибо, что пришли благословить нас. Это для нас очень важно. В этом году мне исполнилось пятьдесят…

Михи и Ёнхан посмотрели друг на друга так, будто были одни в целом мире. Они правда так сильно любят друг друга и поэтому женятся?

Юми молча отвернулась и посмотрела на море, такое синее и бесконечное.

От скуки Чинука клонило в сон. Плечи болели. «Ничего, зато потом у меня будет время на себя…» – Он мрачно наблюдал за затянувшейся свадебной церемонией.

Внезапно у шатра появился Учжин. Подошел к Ёнсоку, который держал в руках пустую тарелку, и что-то прошептал ему на ухо. Вдруг Учжин достал из кармана какой-то предмет, и глаза Чинука вспыхнули.

Это были ключи от кабриолета. Его кабриолета! Передав их Ёнсоку, Учжин исчез за шатром. А вот и шанс, дарованный свыше! Забрать ключи у Ёнсока, который даже взглянуть на Чинука боялся, было проще простого.

«Надо подобраться незаметно…»

Чинук огляделся по сторонам и увидел, как из кухни вышла сотрудница, аккуратно толкая тележку с трехуровневым свадебным тортом. Он с улыбкой подошел к ней:

– Вам помочь?

– Да нет, она же на колесах.

Однако Чинук проигнорировал эти слова и отодвинул девушку в сторону.

– А вдруг вы руку потянете?

– Что?

Она засмущалась, и Чинук быстро взялся за ручку.

– Я помогу.

Осторожно покатил тележку вперед, не сводя глаз с Ёнсока.

– А сейчас мы покажем вам видео о жизни жениха и невесты!

На экране рядом с алтарем появилась надпись «Чо Михи + Ким Ёнхан». Вскоре она исчезла, и началось слайд-шоу с их фотографиями. Ёнхан позировал на фоне побережья и гор Канвандо, а Михи – среди городских пейзажей. Детские фотографии быстро сменились юношескими.

Внезапно весь экран заняла фотография Михи в купальнике, и Юми помрачнела. «У меня плохое предчувствие… Только не это… Мама же не будет показывать на свадьбе то, о чем я думаю?» – подумала она.

– Красавица-невеста – настоящая актриса!

Гость, сидевший напротив Юми, пробормотал себе под нос:

– Актриса, ага. По молодости эта дамочка…

Затем сосед слева прошептал ему на ухо:

– Неужели это правда?

Оба гостя с удивлением посмотрели на Юми, сидящую напротив. Она поймала на себе их взгляды и напряглась.

«Началось…» – пронеслось у нее в голове.

На экране высветился постер к фильму 80-х годов.

Сейчас взорвется!

На видео с провокационным текстом двадцатидвухлетняя Михи без колебаний расстегнула свою рубашку. Обнаженная грудь была скрыта изящной надписью «18+». Изумленные гости, никак не ожидавшие увидеть такое на свадьбе, начали перешептываться.

«Мама!»

Юми уставилась на экран, сгорая от стыда, будто там были ее обнаженные фотографии.

– А ну отдай!

Чинук преградил путь Ёнсоку и протянул ладонь. Лицо последнего исказилось.

Неважно, что там ему прошептал человек в цветном костюме, ибо сейчас перед ним стоял сын владельца курорта. Если перейти такому дорогу, в будущем не оберешься проблем. Ёнсок не смог сказать ни слова и просто передал ключи.

– Спасибо.

Чинук быстро положил их в карман брюк и, насвистывая, покатил тележку к столу с гостями.

Юми с опаской огляделась. Ей казалось, что все вокруг только и делали, что обсуждали увиденное и бросали на нее осуждающие взгляды. Свое тело демонстрировала мать, а стыдно было дочери.

Не в силах терпеть, она вскочила. «Зачем я вообще приехала!» – воскликнула про себя и побежала к выходу. На пути у нее возник Чинук с тележкой.

– О-о-ой!

Чинук увидел, как девушка бежит к выходу, и попытался увести тележку в другую сторону, но было слишком поздно – столкновение неизбежно.

– Ай!

Она врезалась в тележку, и торт взлетел в небо, словно воздушный шар. Чинук поспешно протянул руки и прижал Юми к себе, отступая назад. На мгновение их взгляды встретились, и он удивился, увидев слезы в ее глазах. «Плачет?» Они оба посмотрели наверх, и…

Свадебный торт упал точно на голову девушки.

Юми рухнула навзничь и ударилась спиной об пол. Кусок платья остался у Чинука в руке.

– Ой!

Она лежала на полу заплаканная, с кремом от торта на голове, а Чинук стоял, ошарашенный, и смотрел на нее сверху вниз. Прошло всего мгновение, но для них оно показалось вечностью.

Юми пришла в себя и поднялась. «Мама учудила, так еще и торт! За что мне все это?!» Прикрыла порванное платье и побежала к главному корпусу отеля. Но у нее сломался каблук, и она плюхнулась вперед. Чинук зажмурился, будто упал сам. Юми снова поднялась и понеслась дальше.

– Чха Чинук!

Он повернул голову и увидел разъяренное лицо управляющей.

– Ты что натворил? Доигрался?!

– Что вы имеете в виду? Это вышло случайно…

– Случайно?!

– Как я должен был увернуться, если она налетела на меня, как бешеный бизон?

В кармане управляющей зазвонил телефон.

– Я обязана доложить об этом президенту Чха, но не стану. Не хочу потерять работу из-за тебя.

– И что тогда?.. – Он замолчал, и женщина убрала телефон.

Взгляд управляющей не предвещал ничего хорошего.

«Они же не отправят меня на корабль чернорабочим и не сошлют на необитаемый остров?» – подумал Чинук и ощутил, как по спине побежали струйки холодного пота.

– Ты сейчас пойдешь и сам извинишься перед гостьей, которую назвал бизоном.

– Что? Извиниться?

– Я не собираюсь повторять дважды!

Чинук возмущенно посмотрел на управляющую, но выбора у него не оставалось.

Он коротко выругался и направился к главному корпусу.

– Мам, ты с ума сошла?

Юми металась по номеру и кричала в телефон, а с ее головы на мраморный пол капал сладкий крем.

– Ты и правда гордишься тем фактом, что снималась в эротических фильмах? – Тыльной стороной ладони Юми пыталась вытереть волосы. – Зачем везде рассказывать об этом?!

– А зачем прятать такую красоту? Я ведь красотка, не так ли?

В отличие от взбешенной Юми, Михи говорила спокойно.

– Вот как? Может, и на похоронах твою обнаженную фотографию вывесить?

– Эй! Следи, что говоришь матери! – Сарказм дочери задел ее, и она повысила голос. – Смерти моей хочешь?!

– Не начинай, а!

«Эта девчонка меня уже…» – подумала Михи, но ойкнула, когда позади себя услышала голос Ёнхана:

– Детка, гости и правда удивились… Но это твой день! Ты невеста!

– Да ну вас!

Юми устало откинула голову назад и тяжело выдохнула.

«Как бы я ни злилась, но сегодня свадьба моей мамы, так что на этот раз лучше не вмешиваться», – подумала она.

– Мам, прошу, веди себя, как подобает взрослому. Тебе не стыдно перед людьми?

Юми отчитывала мать как ребенка.

Михи фыркнула:

– Кто бы говорил? Сама уже взрослая – не пора ли ходить на свидания? Еще и носишь не пойми что! На тебя ведь без слез не взглянешь!

Как всегда! Мама ни разу не пыталась серьезно выслушать ее и обо всем судила по себе.

– Все, поняла.

Юми устала спорить и положила трубку. Рассеянно взглянула в зеркало. Оттуда на нее смотрела до смешного нелепая девушка с заплаканным лицом, в рваном платье, с уродливо расплывшейся косметикой и липкими от взбитых сливок волосами… Ужас. И все гости видели ее такой.

Какой позор…

«Я просто дура. Приехала сюда, чтобы посмотреть на эту ярмарку тщеславия… Эх… Может, горячая ванна немного поднимет настроение», – думала она.

Быстро стянула с себя испорченное платье, закуталась в банный халат и поспешила в ванную. Вдруг в дверь позвонили.

– Кто там?

Юми приоткрыла дверь, и Чинук бесцеремонно вошел в номер, толкая перед собой тележку. Девушка в изумлении попятилась, сжимая ворот халата.

– Ай! Что вы здесь делаете?

– Обслуживание номеров.

Она узнала Чинука и нахмурилась.

– Я не заказывала вино.

Чинук пропустил эти слова мимо ушей и начал откупоривать бутылку. От такой наглости ее лицо вспыхнуло. Сказала же, что ничего не заказывала, что он делает?!

«Страшно представить, каким будет счет за обслуживание!» – с ужасом подумала Юми.

– Извините! Я же сказала, что ничего не заказывала!

– Это извинение от отеля, – бросил Чинук, вытягивая пробку из бутылки.

– Думаете, раз бесплатно, то сразу соглашусь принять? Не нужно, унесите.

– Если бы вы знали, сколько стоит это вино, вы бы…

Молодой человек не мог понять, чем она недовольна. Он принес сыр, фрукты, всевозможные закуски, дорогое вино, которое не так просто достать…

«Ты вообще знаешь, что это за марка?» – подумал Чинук и поднял бутылку, чтобы Юми смогла разглядеть этикетку. Но интереса в ее глазах не было, словно девушка смотрела на обычную бутылку сочжу[1].

– И сколько оно стоит?

– Вы что, не знаете этого производителя?

Надменность парня начала выводить ее из себя.

«Вы только посмотрите на него! Да, я не разбираюсь в вине». Пробовала все виды сочжу, но о винах знала лишь то, что красное – красного цвета, а белое – белого. Ну и что с того?

– Мне это не нужно, уходите. – Она в негодовании указала пальцем на дверь. – Немедленно!

Чинук вздохнул, глядя на донельзя раздраженную Юми. «Остается последний способ», – подумал он. Облокотившись о стену, чуть наклонился и засунул одну руку в карман и одарил девушку самым обаятельным взглядом. Большинство девушек обычно тут же застывали на месте, поддавшись дьявольскому очарованию такого красавца.

Но эта не смутилась, не покраснела и вообще ничего такого. Просто стояла и недовольно смотрела на него. Неужели не сработало? И управляющая, и она – обе, похоже, имели весьма специфические вкусы. «Не сработало. Похоже, у меня нет выбора…»

– Я хотел извиниться, – сдался Чинук.

Юми скрестила руки на груди и холодно посмотрела на него. «Не знаю, за что он собрался просить прощения, выслушать его тем не менее надо». Из-за всего этого чувствовала себя очень неловко.

– Хорошо, говорите.

Чинук был сбит с толку, потому что считал, что девушка первой скажет: «Нет, это мне стоит просить прощения. Это я случайно оказалась перед вами, все произошло по моей вине». Именно она налетела на него, когда он мирно вез тележку с тортом. Это ему следовало злиться. Еще и извинений требует!»

– Вы хотели извиниться. Говорите.

– Пластинку заело? – пробормотал Чинук себе под нос, но так, чтобы его было слышно.

– Что?

– Если хотите услышать мои извинения, сначала извинитесь сами.

– За что? – растерялась Юми.

«Почему этот тип требует извинений?» – подумала она и нервно рассмеялась.

– Вообще-то…

Неожиданно парень шагнул к ней. От неожиданности глаза ее распахнулись – он стоял почти вплотную. Вытащив руку из кармана, ткнул пальцем в Юми, случайно выронив ключи, но никто из них этого не заметил.

– Разве я врезался в свадебный торт, будто бешеный бизон?

«Кто тут бизон? Я?! На себя посмотри, олень тощий!»

– Вы все сказали?

– Нет, не все, но, если продолжу, у меня язык отсохнет.

Выпалив это, Чинук развернулся и, не дав шанса возразить, вышел из номера. Дверь за ним с грохотом закрылась.

Юми чувствовала себя так, будто ее обвели вокруг пальца.

– Эй! Ты!..

«Хочешь, чтобы этот бешеный бизон врезался в тебя?!» – Она пнула дверь, будто на ее месте был только что вышедший парень.

Когда Чинук выходил из лифта, к нему, пыхтя, подбежал Ёнсок:

– Надо… убрать номер, из которого выехали.

– Валяй.

Он пошел дальше, не обращая внимания на остолбеневшего Ёнсока, который не мог выдавить из себя ни слова. В итоге тот так и остался стоять в коридоре один.

Проходя мимо лобби, Чинук непроизвольно рассмеялся, вспомнив рассерженную Юми, утратившую контроль над собой. Как она с раскрытым ртом притопывала ногой точно кролик, выпрашивающий еду.

«А какие у нее были круглые глаза, когда стояла с тортом на голове, – ну разве не прелесть?»

Он прыснул, хотел достать ключи и сунул руку в карман.

«А… Не понял?»

– Вот же!..

«Потерял?» – Чинук в отчаянии покрутил головой.

– Ай!

Это была большая ошибка – пинать дверь босой ногой. Обхватив руками ступню, Юми запрыгала на месте. Все из-за этого грубияна!

– Чем больше думаю, тем сильнее злюсь. Бешеный бизон? Тогда ты… ты… будешь носорогом!

Честно говоря, при мысли о нем на ум приходил совсем не носорог, а подтянутый волк с серебристой шерстью. Это раздражало еще сильнее. Сжав кулаки, Юми топнула ногой.

– Еще хуже, что он такой красавчик! Зла не хватает!

Пытаясь успокоиться, взяла бутылку с вином, которую принес Чинук, и глотнула прямо из горлышка. Глаза расширились. Какой великолепный вкус!

– Цена сразу чувствуется.

Она немного подержала вино во рту, пытаясь распробовать букет. Сладкий вкус гармонично сочетался с терпкими нотками, раскрываясь всеми оттенками. Напиток мягко спустился по гортани, оставив длинное бархатное послевкусие. Именно так описывали хороший напиток на занятиях!

«Если бы вы знали, сколько стоит это вино…»

Вспомнила надменную улыбку Чинука, когда тот вытаскивал пробку, и опять начала злиться. Но, взглянув на бутылку, все-таки смогла взять себя в руки.

– Хм, действительно неплохо.

Ухватив ее одной рукой и напевая себе под нос, Юми пошла в ванную. Тут в дверь снова позвонили.

Кто на этот раз? Точно не тот грубиян… Мама?

Взглянув в глазок, увидела лишь пустой коридор. Но стоило отвернуться, как звонок повторился. Не думая, она открыла дверь и нахмурилась, увидев Чинука. Он прислонился к стене, чтобы его не заметили.

– Что на этот раз?

– Кажется, я кое-что уронил. Мне нужно войти. Впусти.

Вот это наглость! Нагрубил, не извинился, а теперь еще и требует что-то!

«Вот еще! Он дурой меня, что ли, считает? Если один раз стерпела, то и дальше буду?» – обиженно подумала Юми.

– Достаточно. Не знаю, о чем вы, но я отнесу это в бюро находок, если найду.

Юми попыталась захлопнуть дверь, но Чинук успел выставить руку.

– Всего на минуту.

– Нет. Я сказала, нет! Может, уберете руку?

«Надо было повесить цепочку на дверь… Почему я учусь только на ошибках?!»

Пыхтя, Юми напрягала все силы, пытаясь закрыть дверь, и Чинук перешел к мольбам:

– Пожалуйста. Если я не найду это, меня могут уволить.

– Уволить?

Момент колебания. «Сейчас так тяжело найти работу, а потерять место, которое с таким трудом получил… Ужас».

– Ладно. Только ищите быстрее и… Ай!

Отходя от двери, Юми случайно наступила на лужицу из взбитых сливок и, поскользнувшись на мраморном полу, полетела вниз.

– Ай-ай-ай!

Юми взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие, но все было напрасно, и она с грохотом упала на пол. Встревоженный Чинук влетел в номер и замер, потрясенный открывшейся картиной.

Юми невнятно застонала, растянувшись на мраморном полу, по которому, словно кровь, растекалось вино.

– Вот же!..

Чинук быстро присел на корточки рядом с девушкой. Она лежала с широко раскрытыми глазами, и казалось, потеряла сознание. Чинук похлопал ее по щеке.

– Очнитесь.

«Ой, больно. Нельзя аккуратнее?» – подумала Юми.

Но от шока язык отказывался слушаться, и вместо слов изо рта Юми вырвался какой-то жалкий стон:

– У-у-у…

Она слишком хорошо понимала, в каком положении оказалась: лежит на полу в отвратительном виде, при этом халат задрался, оголив ее бедра.

«И опять он так на меня смотрит! В автобусе, на свадьбе и вот теперь. Почему перед ним я все время куда-то падаю? Какой позор».

Переполненная досадой и смущением, Юми зажмурилась, так и не придя в себя окончательно. Чинук решил, что девушка потеряла сознание, и быстро полез за телефоном.

– Пожалуйста, потерпите. Я сейчас вызову «Скорую».

«Нет! Только не это!»

– Не надо. – К счастью, шок прошел сам собой, и к Юми вернулась способность говорить.

Она открыла глаза и дернулась, пытаясь встать. Чинук подумал, что самой ей не справиться, и подхватил Юми. Та вздрогнула, когда оказалась в воздухе.

«Что? Он взял меня на руки? Мамочки!»

– Что? – от удивления ее голос дрожал, а лицо залилось краской. – Я… могу идти сама.

– Знаю, сидите спокойно.

От двери до кровати была всего пара шагов, и сердце Юми затрепетало. У него были такие широкие плечи, накачанный торс и руки… Нос уловил слабый запах мужского одеколона.

Чинук осторожно опустил Юми на кровать, тщательно осмотрел, нет ли переломов. Ничего страшного он не увидел – только порезы на руках и ногах да осколки стекла. Прекрасно. Если бы с девушкой что-то случилось, управляющая придушила бы его.

– Я останусь ненадолго. Вдруг у вас сотрясение. – Чинук взял полотенце и начал собирать с пола битое стекло. – Не ходите босиком, пока не пропылесосят – тут могут быть мелкие осколки.

Юми послушно кивала головой, как ребенок. В зеркале напротив кровати она увидела свое отражение. Жалкое зрелище. На голове воронье гнездо, липкое от взбитых сливок, халат пропитан вином, будто кровью… Сумасшедшая какая-то, по-другому и не скажешь…

«Сейчас умру от стыда. Можно забиться в какую-нибудь щель?»

– Как же я зла… – отрешенно пробормотала Юми себе под нос, все еще глядя в зеркало.

Что за день такой? Почему все валится из рук?

Вдруг Юми стало невыносимо жаль себя, и она, сдерживая подступающие слезы, прикусила нижнюю губу.

– Вот…

Чинук, занятый уборкой, встал и повернулся к ней.

– …Поэтому я просила вас уйти. Зачем вы принесли бесполезную вещь? Кто вообще заказывает вино… – голос девушки дрогнул, будто она была готова расплакаться. – Я ничего не могу. У меня даже тефтели не выходят… Жила на съемной квартире, а теперь мне велели съезжать… Почему все это происходит со мной?

По щеке скатилась слеза. Юми быстро вытерла ее тыльной стороной ладони, но, к сожалению, остановиться уже не могла. Из глаз полилось, как из сломанного крана.

– Вы в порядке? – не спросил, а бросил Чинук, совершенно не тронутый ее слезами.

– Что?..

– Я спросил, в порядке ли вы.

Вопрос застал Юми врасплох, она не понимала, что сказать. Слова эхом звучали в голове: «В порядке ли я? Я в порядке?» Вместо ответа – молчание, и лишь слезы продолжали течь по щекам. «Да что со мной?»

Юми попыталась взять себя в руки, но ничего не вышло. Чинук невозмутимо наблюдал, как она плачет. Затем снял пиджак и накинул ей на плечи.

Юми удивленно взглянула на него.

– Похоже, вам пришлось нелегко в последние дни. – Он запахнул пиджак. – Но вы приехали сюда отдыхать, так что расслабьтесь и не обращайте ни на кого внимания. Не поддавайтесь печали. Вы поняли меня?

Последний вопрос был задан таким резким голосом, что Юми растерянно кивнула, а Чинук сухо улыбнулся в ответ:

– Я немного убрал здесь. Остальное сделают горничные.

Чинук подкинул в руке найденные ключи от машины и неторопливо вышел из номера.

Юми проводила его взглядом.

«Какая разница, плачет она или нет?» Чинук не понимал, почему сердце вдруг сжалось. Покинув номер, он никак не мог заставить себя идти дальше.

– Эй, полегче.

Непроизвольно Чинук усмехнулся. Ему далеко не впервой видеть женские слезы. Обычно его передергивало от вида плачущей девушки – настолько неприятным было это зрелище. Но почему сейчас он не мог найти себе места?

Глядя на закрытый номер, Чинук покачал головой.

«Наверное, это совесть. Все-таки девчушка упала по моей вине. Именно. У меня, Чха Чинука, есть совесть».

Тут в кармане зазвонил телефон. Это был особый рингтон, и Чинук напрягся, но тут же поспешил ответить на вызов:

– Да, это я. Выяснил?

Брови у него на лице едва заметно дрогнули, пока он внимательно слушал собеседника.

– Это точно? Понял. Пришли адрес.

Отбой. Телефон пискнул, оповестив о новом сообщении.

– Да… Предчувствие не обмануло, – сказал Чинук, хмуро глядя на экран телефона.

На краю горной деревни стоял небольшой ресторанчик. Забегаловка, если говорить откровенно. Единственная вывеска на ней сообщала: «Рисовая каша с морским ушком». Именно там Чинук припарковал свой кабриолет. Молча разглядывая неказистое строение, он проверил адрес из сообщения. Удостоверившись, что приехал в нужное место, вышел из машины, прихватив с переднего сиденья букет цветов. Но не смог заставить себя войти.

Тяжелый вздох сомнений вырвался из его груди. «Да-а, не так я себе это представлял. – Он так тосковал, что в своих фантазиях просто врывался в эту забегаловку. – Неужели еще не готов?» Чинук молча поглядел на цветы. В конце концов осторожно прикрепил букет к ограде рядом с ресторанчиком, сел в машину и быстро уехал.

Вскоре двери открылись, и вышла женщина чуть старше пятидесяти. Это была Эрён, хозяйка закусочной. Будто услышав что-то, она покрутила головой, оглядываясь, и заметила на ограде букет. Осмотрев его, нашла маленькую открытку и сразу схватила ее.

Развернув, женщина увидела сделанную от руки надпись «С днем рождения!». Ее лицо погрустнело. В тщетной надежде Эрён выбежала на дорогу, но машины Чинука уже и след простыл.

Хорошо провести время, не обращая внимания на всех остальных? Уперев руки в бока, Юми с обидой рассматривала вывеску ресторана барбекю. Там, в номере, пребывая в расстроенных чувствах, она решила последовать совету Чинука.

«…расслабьтесь и не обращайте ни на кого внимания».

Хоть он и хам, но сказал правильную вещь: она приехала на море, и было бы жаль просто взять и вернуться.

Смыв в душе с себя остатки торта и вина, Юми переоделась в черный брючный костюм. Чтобы повысить самооценку, Юми взяла поролоновые вкладыши Михи и в приподнятом настроении направилась к морю…

Она хотела сделать селфи на фоне красивых пейзажей, пройтись по пляжу у самой воды и выпить кофе со льдом в кафе на побережье… Вот только куда бы Юми ни смотрела, повсюду видела парочки. Все вокруг улыбались и обнимались, а ей приходилось довольствоваться горьким одиночеством.

«И барбекю туда же?»

Вывеска сообщала: «Заказ от двух человек». Чувствуя себя здесь чужой, Юми развернулась, чтобы уйти. В итоге она купила треугольный ролл с говядиной в ближайшем магазинчике и пошла к автобусной остановке, чтобы вернуться в отель. Устроившись на скамейке, развернула упаковку и принялась за еду. Сухой рис застревал в горле, и это выводило ее из себя, но чего она ожидала?

Юми глядела вдаль, жуя ролл. Тут мимо проехал кабриолет, но через пару метров внезапно остановился, скрипнув покрышками об асфальт. «А? Зачем это?..» – подумала она, покачав головой, и в недоумении уставилась на авто. Дав задний ход, машина замерла прямо напротив скамейки. На водительском месте сидел Чинук. Он медленно повернул голову в сторону Юми.

– Нашли себе развлечение?

Убедившись, что на остановке та самая девушка из отеля, Чинук ухмыльнулся.

– Ай!

Юми и без того чуть не подавилась рисом, а неожиданное появление парня вовсе лишило ее способности дышать. Стукнув себя кулаком в грудь, она быстро отвернулась, пряча покрасневшее лицо.

– Вы не могли бы просто уехать? Сделайте вид, что не заметили меня. Я не настроена спорить, – пробормотала Юми.

Чувствуя стыд из-за недавнего происшествия, она не могла поднять глаз на собеседника.

Чинука же это только раззадорило.

– Я беспокоюсь, что теперь вы хотите прыгнуть под машину… – поддел он ее.

– Что?

Как и ожидалось, Юми немедленно вспыхнула. Ее глаза сверкнули гневом, а сама она напомнила ему пушистого крольчонка, который внезапно рассердился. Чинук по-новому взглянул на девушку. На ней был черный брючный костюм, совершенно неуместный на курорте… В нем Юми была похожа на монашку. Те тоже вечно в черном.

– Прямо как Чернушка, – неожиданно сказал Чинук, будто говорил сам с собой.

– Чер… Что? Чернушка?

– Одна крошка, о которой я забочусь.

«Крошка, о которой он заботится? Это он так о своей девушке? Решил похвастаться?» – Погрузившись в размышления, Юми вдруг поняла, что Чинук сидит в роскошном кабриолете. На таком только в кино разъезжают.

– Кстати, откуда эта машина? Напрокат взяли? Хотя вряд ли подобную можно найти в этой деревне… Наверное, вы угнали ее у кого-то из постояльцев?

Странный вопрос больно ударил по самолюбию Чинука. Угнал? Да кем она его считает?! Его, Чха Чинука! Но, как бы то ни было, ситуация выглядела забавно. Глядя на Юми, которая приняла его за угонщика, Чинук с трудом сдерживал смех.

– Видите ли… Вы же ничего обо мне не знаете. Слушайте. Я не обычный человек.

– А, да… И что? – Юми раздраженно покачала головой.

Чинук скрипнул зубами. Недоверие незнакомой девушки снова задело его гордость.

– Я не собирался рассказывать вам… Но сын хозяина этого курорта…

– Что? Вы угнали машину сына владельца отеля? – испуганно перебила его Юми, не дав закончить.

Она никак не давала ему все объяснить, и Чинуку показалось, что он сходит с ума.

«Даже если не говорить ей, что я и есть сын владельца, она что, не заметила ауру богатства? У нее перед носом было элитное вино… Ладно, предположим».

Сдавшись, Чинук тряхнул головой:

– Ладно… Залезайте, прокачу.

Обычно такое предложение приводило девушек в восторг, но Юми только неуверенно посмотрела на него.

Она не могла просто взять и забраться в машину, только нервно моргала и вздыхала.

– Чего тормозите? Сам же предлагаю.

«Я ведь не собираюсь садиться в эту машину и кричать: «Гони, милый!», правда?» – колебалась Юми.

– Вас же… не остановят и не задержат за угон?

Когда он услышал этот важный и крайне серьезный вопрос, у него окончательно пропало желание бороться, и даже не осталось сил злиться.

– Не хотите – не надо, – буркнул Чинук, протягивая руку к кнопке включения двигателя.

Но вдруг на мгновение замер, перевел взгляд на знак автобусной остановки. В груди опять закипело раздражение.

– Кстати, отсюда далеко ехать… – многозначительно сказал он Юми. – А автобусы ходят редко.

Его слова подействовали: Юми испуганно заморгала. В ее голове тут же начали возникать жуткие картины. А если автобус не приедет? Ей придется ночевать здесь?

Вокруг быстро темнело, и Юми даже послышалось завывание диких зверей. Она вскочила cо скамейки, быстро открыла переднюю дверь, залезла на пассажирское сиденье и торопливо пристегнулась. Сама невинность. Затем, неловко посмотрев на Чинука, пролепетала:

– …Будем считать, что это обслуживание клиента.

«Все равно я ничего не теряю», – с улыбкой подумал парень, нажимая на педаль газа.

Глава 3

Впервые вижу такую милую плачущую девушку

Кабриолет летел по открытой прибрежной дороге.

Юми высунула руку в окно и подставила лицо свежему морскому бризу. Небо и море соприкасались, и от великолепного пейзажа захватывало дух. Юми широко улыбалась, не в силах скрыть свое восхищение.

Чинук взглянул на сияющее лицо девушки и улыбнулся сам. Юми совсем не походила на тех, кого он подвозил раньше… «Ну… Это из-за того, что я видел ее слезы?» Как ни странно, ему не удавалось забыть, как она пыталась сдержаться и не расплакаться при нем. Эта картина все еще стояла перед глазами, отчего в груди все сжималось.

– Так у вас недавно было собеседование? – между делом спросил Чинук, не сводя глаз от дороги.

– А? Какое собеседование?

Юми не поняла, о чем речь, и наморщила нос. Чинук продолжал смотреть вперед.

– Черный костюм идет вам больше, чем платье. Вы похожи на монашку.

– Что? На монашку?! – недовольно воскликнула Юми.

Ее лицо покраснело от стыда, потому что это было прямое попадание!

«Как он угадал, что меня так дразнили?»

Чинук продолжил загонять ее в угол:

– И каждую ночь вы читаете вслух, я не прав?

«А это откуда знает? Я ведь совсем тихо!»

Юми вздрогнула. Ее тщательно хранимый секрет был раскрыт.

Не глядя на нее, Чинук легко ухмыльнулся, будто понял все только по ее голосу.

– У твоей книги было интересное название. «Недостоин тебя»…

– Э… это… На самом деле в этой книге…

Тут на приборной панели что-то запищало.

– Что это? Что за писк? – Юми испуганно огляделась, пытаясь понять, откуда идет звук.

– А, секретарь Чан… – Чинук поморщился и коротко выругался. Что там еще?

Юми нервно переводила взгляд то на него, то на приборную панель. «Машина же не взорвется, как в фильме?» – думала она.

– Извините, – негромко обратился к ней Чинук.

Он продолжал следить за дорогой, напряженно сжав челюсти.

– Да?

– Вы не одолжите мне денег? – невозмутимо спросил Чинук.

– Что-о-о?

– Простите, президент. Это все моя вина, – послышался из телефонной трубки голос Учжина.

Прикрыв глаза, президент Чха молча слушал доклад помощника.

– Он не мог уйти далеко без наличных и карт. И бензин в машине почти кончился…

– Достаточно, – сурово отрезал президент Чха. – Сегодня ничего не предпринимай. Он мог кое-куда поехать…

– Я вас понял.

Завершив разговор, президент Чха медленно открыл глаза и стал смотреть в потолок.

Немного поразмыслив, он пробормотал:

– Кто знает, может быть, знакомое лицо поможет ему собраться.

Чинук остановил машину на обочине возле тихого безлюдного пляжа, выключил двигатель. Открыв дверь, повернулся к Юми.

– Выходите.

Она взглянула на него так, будто он сказал что-то нелепое.

– Ну нет. Что это за место? Разве мы ехали не в отель?

– Я не говорил, что отвезу вас туда.

– А? Это шутка?

Вместо ответа Чинук вышел из машины и снова взглянул в ее сторону. Юми продолжала сидеть, в замешательстве оглядываясь по сторонам.

– Вы не выходите?

– Вы мне приказываете?

– Тогда не обижайтесь.

Пожав плечами, парень отвернулся к морю.

– Нет, вы только посмотрите! Бросаете меня здесь одну?

Юми торопливо вылезла из машины. Чинук остановился и оглянулся на нее.

– Я ведь за бензин заплатила! И после этого вы решили оставить меня? – проворчала Юми. – Кстати, о бензине. Цены сейчас…

– А, та мелочь?

«Он пятьдесят тысяч вон мелочью назвал?! Что за человек!» – поразилась Юми. Она сжала кулаки и пошла на Чинука.

– Сколько вы зарабатываете в час в этом отеле? Если пятьдесят тысяч вон для вас мелочь, может, потрудились бы пару часов и заработали бы их сами?

– Вы же не знаете, какая у меня должность…

– Что? Вы зарабатываете столько за час?

– Пятьдесят тысяч в час для меня – не деньги, потому что «Тэбок»…

Чинук чуть не рассказал ей всю правду, но вовремя замолчал. Все равно они больше никогда не встретятся, так зачем говорить, что перед ней стоит сын владельца корпорации «Тэбок групп»?

– Все, – он отвел глаза, чтобы не встречаться взглядом с Юми, – в любом случае я все верну в двойном размере.

– Предлагаете просто поверить вам? – фыркнула она.

Чинук резко наклонился, и его лицо оказалось напротив ее.

– Если я дал слово, то сдержу его, несмотря ни на что.

Взгляд парня пылал.

«Слишком близко!» – У Юми покраснели щеки. Она отошла на шаг, будто ничего не произошло.

– Ну хорошо.

– Я останусь здесь и буду смотреть на закат, а вы можете делать что хотите. Возьмите такси или поймайте попутку. Только не знаю, получится ли.

– Что?

Чинук прошел мимо оторопевшей девушки, открыл багажник, достал бутылку вина и вразвалочку направился к пляжу. Юми, смотревшая ему в затылок, вдруг подскочила и побежала следом, будто ей в голову пришла неожиданная мысль.

– Эй, вы же за рулем! Предупреждаю, я позвоню в полицию.

Чинук посмотрел на нее с озадаченным видом:

– Можно вызвать водителя.

– У вас ни монеты, и вы хотите кого-то вызвать?

«Думаешь снова у меня одолжить? Ну уж нет! Я тебе не кошелек на ножках!» – подумала она.

– Ничего, многие в отеле заплатят за меня.

Он продолжил идти, проигнорировав Юми. Та возмущенно фыркнула. И что ей делать одной? Вдруг Чинук остановился и оглянулся.

– Хотите выпить? – Чинук приподнял бутылку.

– Выпить?..

В ответ он лишь кивнул. Неожиданное предложение повергло Юми в замешательство. Пить с незнакомым парнем на каком-то пляже? Вечером? Немыслимо! Но что ей оставалось? Юми сомневалась, что сможет поймать такси. «Можно на попутке… Но вдруг водитель маньяком окажется? – пыталась она убедить себя. – Выпьем немного, вызовем водителя, вернемся. Но до того…»

Лицо у нее по-прежнему горело, когда она засеменила к Чинуку. И вовсе не потому, что ей хотелось остаться с ним!

Над морем неторопливо разгорался алый закат.

Чинук уселся на песок и начал ловко откупоривать бутылку. Как и в прошлый раз, он выглядел привлекательно, даже занимаясь таким простым делом. Длинные пальцы, вцепившиеся в пробку, вены, проступающие на тыльной стороне ладони, – это зрелище заставляло сердце трепетать.

Пробка вышла, и Чинук, взяв бутылку одной рукой, наклонил голову и сделал глоток. Движения его кадыка были хорошо заметны.

У Юми, которая сидела рядом и украдкой наблюдала за ним, пересохло в горле. Она машинально сглотнула. «Как можно выглядеть так круто, делая что-то столь обычное? Наверное, какая-то оптическая иллюзия из-за заката. И вовсе не потому, что он такой красивый…»

Чинук опустил бутылку и, глядя на море, пробормотал:

– У нас обоих был плохой день, а здесь мы можем развеяться.

«Развеяться? Это какой-то подкат?» – подумала Юми с упавшим сердцем. Ей стало тревожно.

Чинук будто прочитал ее мысли:

– Это не подкат, не обольщайся.

«Вот наглец. На что ты намекаешь? Как иначе мне воспринимать такие странные реплики?»

– Ха, смешно! Кто еще обольщается?

– Вот и славно.

Чинук усмехнулся краем рта и снова поднес горлышко ко рту. Но не успел он сделать глоток, как ладошка Юми вцепилась в бутылку.

– Тоже хочу. То дорогое разбилось, я не успела толком им насладиться. – Обхватив бутылку обеими руками, девушка сделала глоток. – Вау…

Она вытерла губы и прищурилась, будто пила не вино, а сочжу. Перед тем как снова выпить, она пробормотала:

– Ну, как ни крути, а я уже здесь. Вряд ли мы еще когда-нибудь встретимся, так что будь что будет.

На лице Чинука промелькнула невеселая улыбка, полная одиночества. Выпив куда больше одного глотка, Юми оторвалась от бутылки и вытерла губы. Вдруг она широко распахнула глаза и указала на что-то впереди.

– А? Смотри!

Чинук проследил взглядом за направлением ее пальца и увидел на песке монетку. Юми потянулась и схватила ее.

– Ура, монетка! – воскликнула она. – Пятьсот вон!

Перевернув ее, Юми широко улыбнулась, будто ребенок.

– Выпущена в год моего рождения. Значит, сегодня удачный день.

– Удачный?.. Разве похоже? – с иронией заметил сидящий рядом Чинук.

Юми повертела монетку и уверенно ответила:

– Считаю, что всего одно хорошее событие делает мой день удачным, даже если до него было сто несчастий. На этом огромном пляже я нашла монету, которой столько же лет, сколько и мне, – разве это не удача?

Звучало разумно, и Чинук кивнул. Юми с монеткой вызывала в нем умиление. Она сняла уродливые очки, портящие хорошенький носик, и ее большие круглые глаза снова напомнили ему симпатичного крольчонка, а румянец на щеках после выпитого вина делал эту девушку еще привлекательнее.

Ее кожа казалась такой гладкой и нежной, будто шелк. Чинук вдруг почувствовал, что хочет прикоснуться к ней, и протянул ладонь. «Безумие… Что я делаю?» Он мысленно усмехнулся и торопливо сжал кулак.

Вдруг Юми стерла с монетки песок и протянула Чинуку.

– Вот, подарок.

Он слегка нахмурился, вспомнив недавнее «у вас ни монеты».

– Даешь милостыню, потому, что я не смог заплатить за бензин?

– Нет, – Юми с улыбкой покачала головой, – это на удачу. У тебя печальный взгляд. – Она состроила грустную рожицу. – Как у котенка, который ждет маму-кошку.

– Котенка? – поразился Чинук.

Он посмотрел на Юми и заметил, что ее взгляд затуманен.

– Уже напилась?

– А? Недооцениваешь меня? Я умею пить.

Щеки Юми покраснели еще сильнее, противореча ее словам.

– Всего несколько глотков вина… Ух!

Она взглянула на Чинука и, поднеся бутылку ко рту, выпила еще.

Все сильнее темнело на горизонте. Сидя рядом на песке, Юми и Чинук смотрели на море и закат, не в силах оторваться от алого зарева. Их руки почти соприкасались.

– Спасибо за утро… – прошептала Юми, нарушая молчание.

Чинук весь обратился в слух, но постарался не выдавать своего интереса и с невозмутимым видом глотнул из бутылки.

– В последнее время у меня ничего не ладится, – продолжила она.

Ее веки отяжелели после выпитого, а язык почти не слушался.

– Мне так одиноко… Это очень тяжело, когда некому даже спросить, в порядке ли я… А я была на пределе…

На лицо ей упала тень печали.

– Ты первый. Первый, кто спросил, все ли у меня хорошо.

Юми вздохнула и опустила голову.

– Это вроде бы мелочь, но… Почему-то мне стало легче, – добавила она отрешенно.

Чинуку показалось, что внутри Юми зияет дыра. Он медленно повернул голову.

Ему не нужны были объяснения, чтобы понять, о чем говорит эта девушка, потому что сам находился в такой же ситуации. Отец прекрасно знал, почему Чинук бунтовал, но просто закрывал на это глаза. Никогда – ни разу – не спросил: «Сын, ты в порядке?» Возможно, всего один этот вопрос мог улучшить их отношения хотя бы немного.

Чинук смотрел на бессильно подрагивающие хрупкие плечи. Ему вдруг захотелось укрыть это милое создание в объятиях, как сегодня днем он укрывал ее своим пиджаком, и больше не отпускать.

По щеке Юми скатилась слеза.

– Да что же это?..

В смущении она смахнула ее, но тут же выступила новая. «Что со мной? Я никогда не плакала при матери… Почему же так раскисла перед незнакомцем?»

Закусила губу и снова протерла глаза, но это не помогло. Чинук осторожно протянул ладонь и коснулся ее щеки.

– Э-эй…

Юми вздрогнула и удивленно вытаращила глаза. Он стер ее слезы большими пальцами. От него исходила аура спокойствия.

– Девушки уже плакали из-за меня… Но ни одна еще не плакала потому, что я спросил, все ли у нее в порядке.

Чинук говорил сухо и без эмоций, но от его прикосновения по телу Юми разлилось приятное тепло. Она не могла произнести ни слова и лишь только смотрела на него.

Невесомая тишина окутала их.

Он обхватил ее лицо ладонями, легонько сжал щеки и тихо прошептал:

– Впервые вижу такую милую плачущую девушку.

Юми почувствовала, как горячо запылало в груди, обжигая до боли. Слышать от парня такие слова, получить такой взгляд… Она никогда не испытывала ничего подобного! Сердце на мгновение замерло, а потом забилось с утроенной силой, стуча, как пулемет.

– Ик!

И в этот момент появилась икота. Юми моргнула, не понимая, почему ее тело вдруг так повело себя. Тут же ее инстинкты безнадежной одиночки забили тревогу.

– У… уже очень поздно. Пора ехать.

Юми дрожала всем телом, будто оказалась без одежды на холодном зимнем ветру. Она торопливо отстранилась, попыталась встать, но запуталась в своих же ногах.

– Ай!

Чинук успел подхватить ее и крепко прижать к себе. От неожиданности Юми резко выдохнула и посмотрела на Чинука. В больших девичьих глазах все еще стояли слезы, будто случившееся немного ее испугало.

Время замерло – он поймал взгляд. И тут…

– Ик! – вырвалось из груди Юми.

Икоту, как и слезы, не так просто остановить, если она уже началась. Юми никак не могла справиться с этим приступом и растерялась.

Некоторое время Чинук смотрел, не шевелясь, а затем медленно наклонил голову. Их лица оказались так близко, что Юми могла слышать его дыхание. Сердце неудержимо забилось в груди.

– Я могу помочь? – Прошептал Чинук, касаясь ее щеки. Не успела Юми ответить, как их губы соприкоснулись.

– Ах!

Все произошло так внезапно – Юми совершенно этого не ожидала. Из глаз снова закапали слезы.

Сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди.

Это был всего лишь короткий поцелуй, но у Юми будто петарда в голове взорвалась. Икота пропала.

– Ха-а…

Когда Чинук отстранился, она ощутила странную пустоту в душе, от которой все тело покрылось мурашками. Ее губы, которых он только что коснулся, горели огнем. Юми быстро провела по ним красным от вина языком. Она не осознавала, насколько притягательно выглядела при этом…

Чинук не мог оторвать от нее взгляд. Он-то поцеловал ее шутя, чтобы избавить от икоты… Ох, не стоило этого делать!

Мягкие губы этой прекрасной незнакомки, вздохи, нежные прикосновения кончиками пальцев – слишком прекрасно, чтобы останавливаться. Мгновение, когда он дотронулся до щеки, миг поцелуя, сладкий запах ее дыхания и кожи, который заполонил все пространство между ними, – Чинук почувствовал, что ему не хватает воздуха.

– Теперь… – прошептал он, взяв дрожащую ладонь Юми, – теперь твоя очередь помогать мне.

«Из-за тебя я даже думать не могу. Это было так сладко, что не хочу останавливаться». Чинук потянулся к ней.

Юми увидела медленно приближающееся лицо и прикрыла глаза. Понимала, что будет дальше, но противиться этому не могла. Да и как? Она была готова на все, лишь бы снова почувствовать его прикосновение… Когда они слились в поцелуе, по ее телу пробежали электрические разряды, а ноги стали ватными. Юми, сама того не осознавая, вцепилась в его плечо.

Чинук наклонил голову и привлек Юми к себе. Он чуть приоткрыл рот и сразу же просунул язык глубоко внутрь, не дав Юми опомниться. По коже у нее побежали мурашки.

– Ах! – горячо и прерывисто выдохнули они в унисон.

Чинук хотел чувствовать всю Юми. Он осторожно обхватил одной рукой ее затылок, а другой – талию. Поцелуй казался сладким, ароматным нектаром. Оба чувствовали неутолимое желание.

– А-ах…

Юми начала задыхаться в страстном поцелуе Чинука. Он почувствовал это и отпустил ее. Закрыв глаза, девушка уткнулась лицом ему в грудь, как будто у нее закружилась голова. Чинук осторожно погладил ее по спине.

Мгновение спустя, отдышавшись, она подняла голову и посмотрела на него. Чинук мягко улыбнулся и положил ладонь ей на щеку.

Они чувствовали, как их души слились в едином порыве. Слова были не нужны.

На этот раз Юми, обняв Чинука за шею, первая поцеловала его. Он удивился такой смелости и не смог сдержать улыбку. Казалось, что это был ее первый раз – губы девушки дрожали. Чинук крепко обнял ее, чтобы помочь расслабиться.

Поцелуи становились все более страстными.

Багровое море догорало у них за спиной.

Дул освежающий морской ветер.

Похожие на сверкающие рубины волны разбивались о белый песчаный пляж.

– Еще не вернулся… – доложил Учжин президенту Чха по телефону.

Тот перевел взгляд на настольные часы. Шел десятый час вечера.

– До сих пор никаких известий?

– Нет, ничего.

– А ты сам ему звонил?

– Телефон выключен.

– Хм…

– Извините, президент Чха. Но он действительно исчез. Начать поиски?

Президент на мгновение задумался, рассеянно постукивая кончиками пальцев по столу. «Я думал, что Чинук поедет к той актрисульке… но нет… Куда, черт возьми, он делся?»

– Господин Чха?

Не услышав ответа, Учжин осторожно переспросил:

– Как мне поступить?

– В конце концов, он уже не ребенок, что с ним может случиться? Подождем еще немного.

– Как скажете.

Когда Учжин повесил трубку, президент Чха нажал на кнопку внутренней связи и вызвал секретаря Кима, который ждал за дверью.

– Да, президент, – сказал он, войдя в кабинет.

Президент Чха встал из-за стола и подошел к окну. И, не оборачиваясь, сказал:

– Думаю, что не стоит оставлять дело на одного Учжина. Мы не можем найти мальчишку.

– Понял. Мне связаться с сотрудниками отеля?

– Так и поступим, – угрюмо кивнул президент. Он не хотел доводить до этого, но выбора не было – сын первым начал.

– Хорошо. Займусь этим прямо сейчас.

Секретарь Ким поклонился и вышел из кабинета.

«Сколько мы уже обнимаемся?» – вдруг одернула себя Юми.

– Нам пора… – пробормотала она, уткнувшись лицом в грудь Чинука.

Вместо ответа он медленно провел ладонью по ее спине.

Юми, честно говоря, не горела желанием возвращаться. Она хотела, чтобы этот удивительный парень всю ночь обнимал и целовал ее. Но сегодня она перешла границы, которые никогда не нарушала.

Хватит. Это был не просто первый поцелуй, неловкое касание губами. У нее дрожали колени. Не потому, что она выпила слишком много вина. И не из-за великолепного багрового заката и романтической атмосферы. Все из-за него.

«Пора остановиться! Возьми себя в руки!»

– Вызови водителя.

Чинук услышал решительный тон Юми и коротко вздохнул. Она была права. Им лучше вернуться, пока не стало слишком поздно. Достав телефон из кармана, он набрал номер водителя из отеля, который сохранил перед тем, как уехал, и нажал на вызов. Но через несколько секунд сказал с недоумением:

– А? Почему сети нет?

– Что? Телефон не ловит?

Чинук прислушался к гудкам и покачал головой.

– Звонок не проходит…

– Может, просто зарядки мало?

– Думаешь?

Он посмотрел на экран телефона – индикатор показывал полный заряд.

– Дело не в батарее… Почему же тогда?.. – недовольно пробормотал Чинук. – Вот теперь сигнал совсем пропал…

– Что?

Юми быстро взяла телефон из рук Чинука. И правда, сигнала не было. Она поводила им туда-сюда, но результат был тем же.

– Подожди минутку. Попробуй мой.

Юми достала и разблокировала свой мобильный. Но, к сожалению, история повторилась.

– Да в чем дело-то? В Южной Корее везде же ловит! – Юми неверяще смотрела на экран.

Пытаясь поймать сигнал, они бродили по пляжу, вышли на дорогу и прошли по ней достаточно далеко. Безрезультатно.

– Что нам теперь делать?

Юми обеспокоенно посмотрела на Чинука. Они выпили целую бутылку вина на двоих и не могли сесть за руль. А автобусы уже не ходили…

– Может, тогда…

На голову ей упала холодная капля. Она озадаченно подняла голову. Пара так увлеклась поисками сети, что никто из них не заметил, как со стороны моря пришли тучи. Что еще хуже: начался дождь. На море погода меняется быстро, и небольшой дождик в мгновение обернулся ливнем. Оба тут же вымокли до нитки.

– Что делать? – всхлипывая, спросила Юми.

– В машину!

К счастью, перед тем как уйти, они закрыли крышу кабриолета и сейчас мчались к нему со всех ног. Чинук открыл двери, щелкнув брелоком, и пара оказалась внутри.

– Сначала вытри волосы, а то мокрые, – сказал он.

Затем достал из бардачка полотенце и протянул Юми. Стуча зубами от холода, она вытерла голову и лицо. Но одежда промокла насквозь, так что это не помогло. Мокрая ткань прилипала к коже, и согреться никак не получалось.

– В-в-включи об-б-богреватель, – попросила Юми, сжавшись от холода.

Но Чинук возразил:

– Не получится.

– Что значит «не получится»? Бензин жалко?! – Ответ ее обескуражил.

Чинук покачал головой и достал с заднего сиденья пальто.

– Чтобы включить обогреватель, нужно завести двигатель. А если сделать это в нашем состоянии, нас могут оштрафовать за вождение в нетрезвом виде.

«И что? Я не собираюсь замерзнуть здесь насмерть! Придумай что-нибудь!»

– Кошке девяти жизней не хватит, чтобы выжить в этой морозилке, – проворчала Юми, ежась от холода.

– Лучше сними с себя всю одежду, – сказал Чинук, протягивая ей пальто.

– Что? Раздеться?

«Вот и показал свое истинное лицо!»

Она испуганно смотрела на него. Но парень как ни в чем не бывало снял с нее пиджак.

– В мокрой одежде ты не сможешь согреться. Поэтому…

– Эй! Следи за руками! – прикрикнула Юми, когда Чинук расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Но он просто сунул ей пальто и сказал:

– Держу в машине на всякий случай. Поэтому снимай одежду и завернись в него. На переднем сиденье будет неудобно, так что лезь назад.

Небо прояснилось, будто дождя и не было. Луна сияла ярче обычного, освещая весь салон… Юми перелезла, накрылась пальто Чинука и начала осторожно раздеваться. Там действительно было удобнее. Она шмыгнула носом и сняла мокрые рубашку и брюки, прилипавшие к телу.

Странно, но ей сразу стало теплее.

Юми завернулась в пальто и посмотрела на Чинука.

Он сидел впереди, весь мокрый и замерзший. Его губы дрожали. Юми стало жаль парня: отдал ей свое пальто, а сам мерз.

– Я сниму только рубашку.

В конце концов Чинук не выдержал холода и начал расстегивать пуговицы. Он быстро снял ее, и в размытом лунном свете из темноты показался мускулистый торс. Юми не удержалась и восхищенно посмотрела на его красивое тело.

Но затем, покраснев, поспешно отвела взгляд. Ее щеки горели, будто в лихорадке.

– Слушай, если тебе холодно, сними брюки тоже…

– Ты не против?

– Просто закрою глаза.

– Да можешь и не закрывать, – пошутил Чинук.

Юми неловко улыбнулась и кивнула.

Звук расстегивающейся молнии тихим эхом отдавался в полумраке. На мгновение воцарилось неловкое молчание. Ему было очень зябко даже без мокрой одежды. Юми становилось холодно от одного только взгляда на него, хотя сама сидела в пальто. «А вдруг он заболеет?» – К своему стыду, она ничего не могла поделать.

Не то чтобы она не знала, как быть в таких ситуациях. «Но все же не будет ли это слишком?..» Юми посмотрела вниз, на пол машины, и прикусила нижнюю губу. «Да что тут думать?» В итоге она решилась. Нельзя же быть такой эгоисткой.

– Иди сюда. – Юми поманила Чинука к себе, с большим трудом сохраняя невозмутимое выражение лица.

– Уверена?

– Лучше так, чем смотреть, как ты замерзаешь до смерти у меня на глазах.

Услышав это, Чинук рассмеялся. Вместо того чтобы пересесть на заднее сиденье, он посмотрел на Юми, будто спрашивал о чем-то. Она медленно отвела взгляд.

– Не хочу повторять это дважды, – холодно сказала она.

Чинук принял предложение и пересел к ней, устроившись рядом.

– Не так близко.

Их обнаженные плечи соприкоснулись, и Юми вздрогнула от смущения. Но что тут сделаешь? У них не было одеяла – только одно на двоих пальто, так что о личном пространстве пришлось забыть.

Юми уткнулась лицом в ткань, делая вид, что не чувствует прикосновение кожи Чинука.

Их дыхание, дуновение ветра и шум набегающих волн терялись в тишине безмолвной ночи. Каждому из них сначала было неловко, но потом они привыкли. Парень и девушка согревали друг друга своими телами… В этом было что-то волнующее. Сидеть бок о бок на заднем сиденье кабриолета и смотреть на звезды через люк в крыше было не так уж и плохо. Если не считать того, что они оба были без одежды и укрывались одним пальто…

Голова Юми постепенно склонилась к плечу Чинука. Она была заворожена звездами и не заметила этого.

– Долго нам еще здесь сидеть?

– Думаю, часа в четыре утра сможем уехать.

– Хорошо.

«Интересно, одежда успеет высохнуть?» Снова последовало неловкое молчание, нарушаемое только их тихим дыханием.

– У меня есть вопрос… – осторожно спросил Чинук. – Что это?

Юми повернулась к нему.

– Какими духами ты пользуешься? – продолжил он.

– Я не пользуюсь духами.

– Тогда почему пахнешь так сладко?

– Правда?

Юми шмыгнула носом, словно принюхиваясь.

– Ничего не чувствую…

– А… Да я просто…

– Может, шампунь или гель для душа?

Она слегка приподняла пальто и понюхала себя, бормоча:

– Похоже на ваниль с кокосом…

– Да… наверное… – невнятно пробормотал Чинук.

Ему вдруг показалось, что он разучился дышать. Спросил, не подумав, и разговор вышел неловким. Когда он думал о ее геле для душа, вдруг в голове возникла картина, как она моется. Тело немедленно отреагировало на этот образ.

«Черт… надо отвлечься… Спеть, что ли?»

– Тебе удобно так сидеть? Можешь вытянуть ноги, чтобы не затекли.

Юми и не догадывалась, о чем он думал, и возбуждала его, просто сидя рядом. «Или она совсем неопытна, или у нее было много мужчин… Судя по ее неуклюжему поцелую, похоже, первое… Черт!» Он снова вспомнил, как они целовались, и порыв, который он старался подавить, захватил его с новой силой. Сердце забилось как сумасшедшее. Кокосово-ванильный запах не то геля для душа, не то ее собственный, должно быть, вскружил ему голову.

Чинук осторожно повернулся к Юми. Чувствуя его взгляд, она тоже медленно подняла голову. Когда их горящие глаза встретились, его рот приоткрылся, словно от волнения.

«Как же я хочу поцеловать эту девушку и ощутить ее дыхание. Еще чуть-чуть, и я услышу сладкий запах… Немного ближе…»

Сердце по-прежнему отбивало чечетку, и уже было не разобрать, чье именно. В темноте их взгляды переплелись.

Чинук поднял руку и медленно провел по щеке Юми. Кончиками пальцев почувствовал, что ее немного трясет.

Непонятно, кто проявил инициативу, но через мгновение они уже слились в поцелуе. Пальто, прикрывавшее тела, упало на пол, но пара была настолько занята друг другом, что совершенно этого не заметила. Юми медленно скользнула вниз по сиденью, а Чинук естественным образом оказался над ней.

– Ах!

Воздух стал влажным и жарким. Их тела дрожали, перед глазами стояла пелена, а все мысли испарились. Глаза Юми наполнились слезами блаженства. Чинук осторожно коснулся ее, будто она была хрустальной статуэткой, и поцеловал.

Они задышали в унисон, и их тела слились воедино…

Чинук и Юми заснули в объятиях друг друга.

Он проснулся, повернувшись во сне, и уперся взглядом в потолок машины. Медленно моргнул еще сонными глазами. У него давно была бессонница, но впервые за долгое время он выспался. Это из-за нее?

Чинук посмотрел на Юми, которая лежала у него на руках. Она крепко спала, слегка посыпавая. Сама безмятежность…

Все в этой девушке было прекрасно: сладкое дыхание, нежная кожа, мягкие волосы и слегка приоткрытые розовые губы. Просто глядя на нее, Чинук улыбнулся.

А потом склонил голову и поцеловал Юми. Он хотел поцеловать ее крепче, но боялся разбудить. Медленно и осторожно отодвинулся, поднял упавшую одежду, укрыл Юми пальто и вышел из машины.

Солнце незаметно поднялось над горизонтом, и в его лучах синее море сверкало, как множество драгоценных камней. Чинук прислонился спиной к машине и созерцал водную гладь. Впервые за долгое время его утро действительно было добрым.

Он повернулся и через стекло посмотрел на спящую Юми.

Чинук решил принести завтрак, пока она не проснулась, и вышел на дорогу. Вдалеке увидел туристическое кафе, которое было открыто, несмотря на ранний час. В кармане брюк с вчера оставалась сдача после заправки. Чинук купил маффин с кофе и вернулся к машине.

«Что?..»

Юми, еще недавно мирно спавшая на сиденье, пропала. Пальто тоже куда-то делось. Чинук озадаченно огляделся по сторонам. Может, пошла прогуляться?

Он искал везде, но ни на пляже, ни у дальнего утеса никого не нашел.

«Куда она делась?»

Чинук хотел позвать ее, но вдруг остановился, потому что понятия не имел, как это сделать – он не спросил у девушки имя.

Помнил, что ее гель для душа пахнет ванилью и кокосом, но не знал даже номера телефона или адреса. В растерянности его взгляд блуждал по пустому пляжу.

Дул морской бриз. Кажущиеся издалека белыми волны быстро набегали на песчаный пляж.

Глава 4

Что он сейчас делает? Помнит ли меня?

– Да, пожалуйста… – с жаром умоляла она.

– Все, что пожелаешь.

Его голос, помутненный желанием, отдавался в ушах, и все ее тело задрожало от горячих прикосновений. Она не могла больше сдерживаться.

– Не останавливайся…

Она закрыла глаза и вцепилась в его плечи, трепеща всем телом. В этот момент он…

Юми поспешно закрыла книгу.

Сердце было готово выскочить из груди, руки и ноги дрожали. Она просто не могла прочитать следующее предложение. Ладно еще дома, но в общественном месте, в вагоне метро…

Юми спрятала книгу в сумку и украдкой осмотрелась. Никто из пассажиров не обращал на нее внимания. Все были заняты своими делами: смотрели в окна или в телефоны. Это все ее мнительность.

Нервно откашлявшись, Юми сама стала смотреть на проплывающий мимо пейзаж. Поезд как раз проезжал через реку Ханган. Синие волны, гонимые ветром, напоминали море. Юми горько улыбнулась, смотря на водную гладь, поблескивающую в лучах солнца.

Уже три года прошло. От волнующей сцены в книге бешено забилось сердце и раскраснелось лицо. А раньше она преспокойно могла читать такие книги, будто учебники…

Одно дело представлять это в одиночестве без какого-либо опыта, и совсем другое – читать, узнав, каково это. Как небо и земля. Она каждый раз вспоминала ту ночь, и у нее перехватывало дыхание. Иногда, сама того не замечая, она всхлипывала, а ее глаза наполнялись слезами.

В такие моменты она старалась уйти подальше от людей, чтобы не показаться сумасшедшей. Сегодня же, поспешно закрыв книгу, хотя бы не пропустила свою станцию.

Юми улыбнулась, словно слышала далекий крик чайки и шум набегающей волны. «Интересно, что он сейчас делает? Помнит ли меня?» – зажмурилась девушка.

Еще какое-то время просто смотрела в окно, а потом подняла сумку и направилась к дверям.

Сегодня она вышла из дома раньше обычного. Это был ее последний день работы диетологом-стажером в начальной школе. Со следующей недели Юми перейдет на полную ставку в столовую большой компании. Она была рада сделать этот шаг вперед, но немного сожалела, что придется расстаться с детьми. За время стажировки она к ним привязалась.

– Сегодня отбивные! Приятного аппетита! – с улыбкой сказала Юми, ставя поднос на стол.

– Ура! Отбивные!

– Вы лучшая!

– А можете завтра тоже их приготовить?

Дети радостно кричали и прыгали, увидев любимое блюдо. Юми вспомнила, что сегодня ее последний день в школе, и всхлипнула.

– Завтра я уже не приду…

Дети смотрели в замешательстве. До каникул еще далеко. Почему же тогда?..

– Нет! Не уходите!

– Мы будем скучать!

Ребята, которые первые догадались, в чем дело, окружили ее. Кто-то даже вцепился в край белого халата на ней. Юми улыбнулась и погладила каждого по голове.

– Я тоже буду скучать!

Она пыталась сдержаться, но слезы все равно лились по щекам.

13:15

Перед главным зданием корпорации «Тэбок групп» стоял Учжин, проверяя время по наручным часам. Он был одет во все зеленое – от галстука до ботинок, – и прохожие с любопытством оглядывались на него. Учжин как ни в чем не бывало с серьезным видом смотрел вперед.

Мгновение спустя к зданию подъехал роскошный черный автомобиль. Он подошел к машине и открыл заднюю дверь.

– Добрый день, господин директор, – учтиво поздоровался Учжин.

Чинук поднял глаза от экрана ноутбука.

– Как прошла ваша встреча по поводу франшизы?

– Хорошо.

Убрав ноутбук в портфель, Чинук медленно вышел из машины.

– Давайте возьму. – Учжин протянул руку к портфелю.

– Не нужно, сам понесу.

Он хлопнул Учжина по плечу и пошел вперед, одной рукой поправляя ворот костюма. Учжин не мог нарадоваться. Стильная строгая прическа, первоклассный галстук и сшитый на заказ костюм, дорогие часы… Это была полная противоположность тому Чинуку из прошлого. Черты лица заострились, однако больше всего изменился его взгляд: он стал таким серьезным и острым, что мог пронзить любого насквозь.

Чинук вошел в здание, и люди расступились перед ним, будто воды Красного моря перед Моисеем. Смущаясь, сотрудники торопились вернуться к работе.

Он осмотрел лобби и широким шагом прошел к лифту.

– Ого… Он просто Апполон!

– В движении он еще прекраснее!

Сотрудницы за стойкой ресепшена провожали генерального директора восхищенными взглядами, но он прошел мимо, даже не повернув головы. Учжин невозмутимо следовал за ним.

– За три года с момента запуска бренда мы вышли в лидеры по объему продаж. Число наших магазинов, в том числе в крупных торговых центрах, быстро растет. Это связано с тем, что наша продукция превосходит товары конкурентов во всех аспектах: материал, функционал и дизайн. Аналогов ей нет.

Чинук отложил доклад и оглядел конференц-зал. Президент Чха и все представители высшего руководства внимательно слушали его. На их лицах читалось довольство.

– В этом году я собираюсь приложить все усилия, чтобы выйти на зарубежные рынки.

– Зарубежные… Сомневаюсь. Подходящее ли сейчас время? Господин президент, как вы считаете? – Директор Мэн единственный высказался против. – В настоящий момент экономика нестабильна, выходить на зарубежные рынки слишком рискованно. Нам нужно сосредоточиться на рынке внутреннем. Я понимаю, что директор опирается на статистику и опыт других компаний, но на практике все работает иначе.

Этот человек уже не в первый раз выступал против предложений Чинука. Он был одним из влиятельнейших директоров «Тэбок групп», однако с тех пор, как три года назад в компанию пришел Чинук, начал сдавать позиции.

Неудивительно, что он воспринимал в штыки любое решение нового генерального директора.

– Напомнить, кто вытащил компанию из кризиса?! – громко спросил Чинук, взглянув на директора Мэна.

Тот потупил взгляд.

– Так вот это был я, Чха Чинук!

Никто не смел поднять головы. Ведь он был абсолютно прав.

«Они совсем не знают меня. Кто мог подумать, что именно я, прожигатель жизни, не вылезающий из скандалов, спасет «Тэбок групп» от краха?» – думал он.

Три года назад Чинука сослали в отель «Тэбок», и там парень кардинально изменился, словно по щелчку пальцев превратившись в трудоголика. Вскоре после того, как он присоединился к семейному делу и вернулся в штаб-квартиру компании в Сеуле, президент Чха попал в больницу с высоким давлением. Тогда директор Мэн, второй человек после Чха Тэбока, временно взял на себя управление корпорацией и через полгода довел ее до страшнейшего кризиса.

Затем откуда ни возьмись появился Чинук и все исправил. Он зарекомендовал себя так хорошо, что остался на посту генерального директора, и с тех пор все боялись малейшего его недовольства.

– Как часто вы посещаете магазины и производства? Раз в год, два?.. – обратился Чинук к директору Мэну.

– Я так занят, что…

– Отвечайте на вопрос! Что-то не нравится – предлагайте свои идеи! И вообще, не слишком ли много вы на себя берете?

Директор Мэн побагровел. Он уже хотел ответить Чинуку, но вмешался президент Чха:

– Закончим на сегодня.

Мэну пришлось успокоиться. Не стоило лишний раз тревожить президента. Тот был его последней опорой.

– Хорошо, тогда на сегодня все.

Чинук поклонился и выключил микрофон. Все начали покидать конференц-зал, а президент Чха подошел к Чинуку, который раскладывал документы после совещания.

– Полегче, сын, полегче. Я тебя прекрасно понимаю, но и ты пойми: Мэн посвятил свою юность «Тэбок групп».

– А теперь свою юность корпорации посвящаю я.

– А ты прав.

Президент Чха расхохотался и похлопал Чинука по плечу. Даже сейчас он не мог поверить в удивительное преображение своего сына. Временами ему даже казалось, что это все сон. Что бы ни было у Чинука на душе, лицо у него оставалось бесстрастным.

– К концу недели закончу бизнес-план по расширению.

Чинук действительно стал ответственнее, но вместе с тем и холоднее. Иногда президент чувствовал, что говорил не с человеком, а с роботом. Больше всего его волновало, что Чинук пренебрегал личной жизнью.

– Кстати, жениться не надумал?

– Исследование рынка уже завершено, и мы опубликуем нашу маркетинговую стратегию, как только внесем все правки. – Чинук сделал вид, что не слышал вопроса.

Президент Чха повысил голос:

– Я тебя спрашиваю, когда ты собираешься заводить семью и детей?

– Мне еще многое предстоит сделать. Заниматься другим не планирую.

– Тебе уже тридцать два! Я говорил тебе о том, чтобы ты перестал валять дурака и начал встречаться с женщинами! Когда ты слышал от меня хоть слово о том, что надо жить холостяком, как монах?

Чинук коротко вздохнул. Отец уже отчитывал его за это. «Теперь недоволен тем, что я не собираюсь жениться и подарить ему внуков. Он когда-нибудь будет мной полностью доволен?»

– Может, мне и правда в монастырь уйти? – надменно ответил Чинук, не скрывая раздражения.

– Что?! – закричал президент Чха, чуть ли не с ужасом глядя на сына.

Тот продолжил, не меняя выражения лица:

– Тогда я пойду на рабочую встречу.

После чего повернулся и вышел из конференц-зала. Президент Чха ошеломленно смотрел ему вслед. Просто взял и ушел! Со стороны казалось, что у Чинука разбито сердце…

– Ох уж этот юнец! Что у него случилось?

Президент Чха покачал головой, задумчиво потерев лоб.

Сегодня был первый рабочий день Юми на новом месте. Она вышла из автобуса и, боясь опоздать, почти побежала. Так можно прийти даже немного раньше.

– Как же здорово!

Она посмотрела на большую вывеску «Тэбок», поблескивающую на солнце, и улыбнулась, уже чувствуя себя частью компании. «Сколько раз я пересдавала экзамены по корейской и европейской кухне! Я так старалась, чтобы пройти стажировку и стать настоящим диетологом!» – Юми была полна воодушевления.

Она энергично шагала к небоскребу, когда ее внимание привлекло что-то блестящее. Приглядевшись, улыбнулась еще шире.

– О, пятьсот вон!

Она быстро нагнулась и подобрала монету. По привычке вытерла ее о рукав, чтобы проверить год выпуска. «Конечно, не год моего рождения, но тоже ничего! – промурлыкала Юми. – Теперь первый день точно пройдет удачно! Меня ждет головокружительный успех!»

Вскоре после того, как Юми вошла, автомобиль генерального директора остановился перед зданием. Учжин открыл пассажирскую дверь. Чинук медленно поднял веки.

– Какое расписание на сегодня? – спросил он, когда они вместе вошли в лобби.

– В половине девятого планерка, с девяти – совещание. Я подготовил тезисы.

Чинук остановился, чтобы забрать документы у Учжина.

– Нужно съездить на завод в Сувоне, его только достроили.

Юми стояла спиной к ним перед лифтом напротив. Она откинула голову назад и смотрела, как на световом табло меняются цифры.

– Да, днем в половине второго будем на месте.

Продолжая зачитывать расписание, секретарь нажал кнопку лифта.

– Мы проведем встречу, как только перепроверим контракт на приобретение франшизы, и…

– Достаточно.

Чинук прервал Учжина и приложил ладони к вискам. В последнее время он похудел и казался бледнее обычного.

– Вы хорошо спали?

– Не спал уже два дня.

– Вы завтракали?

– Да хватит…

– Давайте исключим из расписания посещение завода? Вы плохо…

– Не развалюсь же я, в конце концов, – отрезал Чинук.

– Пожалуйста, подумайте о своем здоровье… – в голосе Учжина слышалось беспокойство.

– Чего ты заладил с утра пораньше… И так голова раскалывается!

Чинук уставился на бумаги.

Раздался звуковой сигнал, и двери лифта у противоположной стены открылись.

Юми шагнула в кабину, и Чинук, будто влекомый странной силой, оглянулся. В последний момент он увидел ее лицо. Двери закрылись.

– Что?..

«Не может быть!» Его сердце забилось быстрее, а земля ушла из-под ног. Зрение затуманилось, в голове зазвенело. Он прикрыл глаза рукой и пошатнулся.

– Директор!

Учжин в панике схватил его за руку. Тот покачивался, будто собирался упасть. Чинук уставился на двери лифта, словно увидел привидение.

– Ты видел?

– Кого?

– Девушку в черном.

– Вы видели призрака? Все настолько плохо? – Учжин действительно беспокоился.

Чинук не слышал его, продолжая смотреть на двери. Он еле стоял на ногах. «Это не может быть она. Просто похожа. Как же я жалок! – внезапно он разозлился. – Мне просто показалось!»

– Директор!

– Ах да, точно…

Голова снова пошла кругом. Язык больше не слушался. Чинук медленно моргнул. Перед глазами поплыло. Он старался сохранить равновесие, но ему стало хуже.

Резкий звон в ушах оглушил его, и мир накрыла черная пелена.

Дрожащие ноги подкосились – Чинук упал.

– Директор! Директор!

Крик Учжина слышался все дальше и дальше.

– Ух ты!

Войдя в пустую столовую, Юми широко раскрыла рот от восхищения. Она думала, что увидит только простые пластиковые столы и стулья, но все вокруг выглядело просто шикарно: мраморные стены, столы и стулья из массива дерева. Не столовая, а первоклассный ресторан со шведским столом. «Говорили, что «Тэбок групп» хорошо относится к сотрудникам. Видимо, это правда. Даже не верится, что я работаю теперь здесь! Мне уже все нравится! От одного взгляда на это место кажется, что черная полоса наконец-то закончилась!»

Кухня оказалась не менее впечатляющей, поскольку была оснащена самой современной техникой, которую Юми прежде видела только в кулинарных журналах. Это точно не сон?

Но, когда она увидела свое рабочее место, восторг улетучился.

«И этот склад назвали кабинетом диетолога-нутрициолога?»

Повсюду стояли коробки с продуктами и кухонными принадлежностями, а в центре на длинном столе красовался старый компьютер. Рядом со столом висела белая маркерная доска и зеркало в полный рост, в углу стояла вешалка с ее рабочей формой – белым халатом. По сравнению с великолепной столовой и просторной кухней этот кабинет казался убогим.

Юми разочарованно вздохнула. Впрочем, вскоре она успокоилась, и недовольство ушло с ее лица. Она подошла к зеркалу и надела халат. «Все равно хорошо, что я работаю здесь!» Юми лучезарно улыбнулась своему отражению в зеркале.

– Здравствуйте! Меня зовут Ли Юми, я диетолог-нутрициолог и с сегодняшнего дня буду работать с вами! Надеюсь, мы поладим! – представилась Юми и захлопала в ладоши. Повара встретили ее равнодушными взглядами. Никто не захлопал в ответ и не сказал ни слова. Увидев такую реакцию, Юми медленно опустила руки. С неловкой улыбкой она посмотрела на новых коллег. Главный повар Ван Покча, женщина лет сорока с небольшим, казалась чем-то недовольной, а другие повара просто выглядели безучастно.

Синхва, единственный мужчина на кухне, возился с картошкой, а Джени, девушка с красной помадой на губах, изучала свой маникюр со скучающим видом. Только Ынби, самая молодая и милая, приветливо улыбнулась Юми.

– Вы сказали, что стажировались в школьной столовой перед тем, как вас направили сюда? – спросила Покча, окинув Юми взглядом с головы до ног.

– Да, в начальной школе.

– Не расслабляйтесь. Кампания сильно отличается от школы. И прежде всего числом голодных ртов.

– Конечно! Я буду усердно работать.

Джени нахмурилась, услышав звонкий голос Юми.

– Сейчас уши отвалятся… – сказала она так, чтобы Юми ее услышала. – От новичков всегда одни проблемы. Интересно, что случится на этот раз?

Судя по тону, она не шутила. Юми сглотнула и постаралась не реагировать на пренебрежение в голосе. Ынби вышла вперед, будто не могла видеть, как новенькую прижимают к стенке.

– Я все тебе покажу, – благожелательно предложила она.

– Да, спасибо.

Ынби вытащила Юми из неудобной ситуации и быстро увела ее прочь. Покча, Джени и Синхва неодобрительно покачали головами.

– Зачем вы себя изводите? – воскликнул директор Мэн, входя в палату.

Его сопровождали еще несколько членов совета директоров.

Чинук лежал под капельницей, глядя в экран компьютера. Он оторвался от работы и мрачно взглянул на вошедших.

– Вы не можете уследить за своим здоровьем, а собираетесь управлять компанией, как же это? Не лучше ли на какое-то время передать дела нам…

– Чтобы вы прибрали ее к рукам? – покачал головой Чинук, устремив на директора Мэна недовольный взгляд.

Он попал в точку. Директору Мэну не осталось ничего, кроме как замолчать. Тут негромко заговорил еще один член совета, стоявший рядом:

– Нельзя пренебрегать здоровьем… Мы наймем для вас личного шеф-повара.

– Шеф-повара? Компании больше некуда деньги потратить?

Пристыженный любитель высокой кухни поспешно замолчал.

– Не тратьте рабочее время на бестолковые визиты в больницу – лучше займитесь своими прямыми обязанностями, – резко сказал Чинук.

Спорить было бессмысленно, и все тихо вышли из палаты. Никто не посмел возразить.

Когда внутри никого не осталось, Учжин, ждавший все это время снаружи, подошел к Чинуку. Почтительно поклонился и сказал:

– С завтрашнего дня я покидаю компанию.

Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Чинук нахмурился.

– Ты решил окончательно добить меня?

– То, что случилось с вами, полностью моя вина. Мне нужно было настоять и отвезти вас в больницу. Я не справился со своими обязанностями…

– Чего это ты?.. Все, забудь, вечером разберемся. Давай лучше что-нибудь сделаем с моим отставшим графиком.

– Было приятно работать с вами.

Учжин еще раз поклонился и развернулся к двери.

«Что, ты это серьезно?» – опешил Чинук.

– Чан! – воскликнул он, чувствуя себя загнанным в угол.

Но секретарь никак не отреагировал и молча повернул дверную ручку. Когда он уже открыл дверь, Чинук резко сел на кровати.

– Пожалуйста, Учжин, подожди!

Он замер на пороге. Чинук редко называл его по имени, а «пожалуйста» добавлял еще реже. В основном когда понимал, что сам не справится.

– Скажи, чего ты хочешь! – будто признавая поражение, продолжал Чинук.

Учжин медленно обернулся.

– Что мне сделать, чтобы ты остался? – Чингук угрюмо прищурился.

– Ничего сложного. Я хочу только, чтобы вы питались три раза в день. Сегодня тоже.

– А? Трехразовое питание? И только?

– Да.

– Ох, ну… – Чинук не знал, что на это ответить, и замолчал.

Видя его замешательство, Учжин пожал плечами.

– Если не хотите… – Он улыбнулся и снова повернулся к двери.

– Хорошо, хорошо, согласен! Буду я есть! – Чинук замахал руками в знак полной капитуляции.

– Тогда сейчас же все устрою.

– Конечно, ни в чем себе не отказывай, – буркнул Чинук.

Он понял, что Учжин заранее спланировал этот спектакль. Он ни за что не мог отказаться от дела всей своей жизни и уйти в неизвестность из-за какой-то ерунды. Если бы секретарь хотел уволиться, то сделал бы это давным-давно. «Но я уже обещал…»

Чинук опустился на подушку и обреченно прикрыл глаза.

– Ли Юми, вы здесь?

Учжин вошел на кухню с картонной коробкой в руках. Юми повернулась к двери. Она вместе с Ынби несла ящик с картофелем. Ынби быстро шепнула ей на ухо:

– Это Чан Учжин, личный секретарь генерального директора, второй человек в «Тэбоке».

«Зачем он пришел сюда?» – удивилась Юми.

Она подошла к Учжину, вытирая руки о белый халат.

– Да, я Ли Юми, диетолог-нутрициолог, чем могу помочь?..

Не дав договорить, Учжин вручил ей картонную коробку:

– Здесь свежие морские ушки. Как можно быстрее сварите с ними рисовую кашу чонбокчук[2].

– Что?

– Генеральный директор скоро выпишется из больницы, и эта еда пойдет ему на пользу. Вы же нутрициолог, рассчитайте баланс питательных веществ, чтобы все было в лучшем виде.

– Но я не повар…

Юми колебалась, и Учжин слегка нахмурился.

– А, понимаю… Виноват. Мне это в голову не пришло. Видимо, нужно нанять еще одного нутрициолога, чтобы отвечал за обеды…

«Он уволит меня в первый день? Я всего несколько часов отработала», – возмутилась Юми.

– Еще одного? Если уволите меня в первый же день…

Казалось, Учжина совершенно не волновало ее возмущение. Он спокойно ответил:

– Это ваш первый рабочий день? А где вы будете работать, если «Тэбок групп» не станет?

– Что?..

– Наш директор в одиночку справлялся с огромным объемом работы. Он совсем себя не щадил, забывал о еде и в итоге попал в больницу с истощением. А без него наша корпорация – все равно что корабль без капитана.

Юми слушала объяснения Учжина. Не могла же она просто отмахнуться.

– Я надеялся, что вы не откажетесь позаботиться о питании генерального директора, но раз вы не повар… Возможно, другой диетолог сможет…

Эти слова заставили Юми собраться. «Может, еще не поздно передумать?»

– Мне нужно только сварить чонбокчук для генерального директора? – «Всего-то один раз, а если откажусь, то меня уволят». – Я готова! – решительно сказала она, сверкая глазами.

– Ай! – взвизгнула Юми и подскочила на месте, дрожа от омерзения.

Она пыталась разделать морские ушки. Работа на кухне кипела, однако на крик тут же выглянули Покча и другие повара, отложив приготовление обеда.

– Что случилось? – спросили они с тревогой.

– Оно шевельнулось! Я просто дотронулась, а оно начало двигаться. Ай!

Морское ушко в руке Юми снова зашевелилось, и от испуга она уронила его.

– Ты что, никогда не готовила живых моллюсков? – удивилась Покча.

Юми покачала головой. Ни на одном практическом экзамене, где требовалось приготовить блюдо из морепродуктов, ингредиенты не ерзали на сковороде! В кулинарной академии использовали только замороженные полуфабрикаты.

– Ох…

Покча и остальные громко вздохнули. Джени скрестила руки на груди и раздраженно цокнула языком.

– Что и требовалось доказать. «Диетолог-нутрициолог», а на деле… Я же говорила, что от новеньких одни проблемы.

– Если не справлюсь… – понурно пробормотала Юми, – меня точно уволят.

– Это Чан тебя припугнул. Просто так не уволят. – Ынби наклонилась и подняла с пола морское ушко.

– В смысле?..

– В «Тэбоке» есть профсоюз, поэтому нельзя взять и уволить человека без веской причины.

– Конечно, на деле толку от этого никакого, но, по крайней мере, он есть, и руководство об этом помнит, – нарочито тоскливо поддержала Джени.

– Не заморачивайся. Просто купи готовую кашу в соседнем магазине и нарядно укрась, – как ни в чем не бывало предложил Синхва.

«А это мысль!» – оживилась Юми.

– Однако если поймают, тогда никакой профсоюз тебе не поможет…

«Да они просто подшучивали надо мной, а не пытались помочь!»

Недовольно взглянув на Синхву, Юми взяла морское ушко с разделочной доски. То вдруг шевельнулось в ее руке.

– Ай! – Она вновь испуганно вскрикнула.

Моллюск во второй раз полетел на пол. «Я так до ночи буду возиться, – подумала Юми. – А если я не справлюсь с таким простым делом… Меня могут уволить? Прямо в первый день? И тогда все зря…»

В отчаянии она опустила голову.

– Спасибо, ты меня очень выручила!

Как бы ни сгущались на небе тучи, луч солнца все равно пробьется, и Покча, сжалившись, сама подготовила ушки к нарезке и готовке. Благодаря такой помощи Юми смогла без лишних проблем приготовить рисовую кашу. Она нарезала моллюсков тонкими ломтиками, добавила зеленый лук и семена кунжута. Блюдо получилось очень аппетитным.

На второе Юми приготовила мясо в соевом соусе с острой капустой кимчхи. Она как раз собиралась закрыть контейнер, когда позвонил Учжин и сказал, что генеральный директор уже выписался из больницы и поехал в офис. Поэтому попросил доставить обед прямо в кабинет, поскольку у директора не было времени сходить поесть.

– Да, поняла.

Юми положила трубку и с гордостью посмотрела на свои блюда. Закрыв контейнер, она прилепила стикер с посланием:

Приятного аппетита! Поправляйтесь скорее! ^___^

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог —

– Это здесь?

Она шла по коридору, держа в руках обед для генерального директора, и вглядывалась в таблички на кабинетах. В самом конце она увидела нужную:

«Генеральный директор Чха Чинук».

Уже занесла было руку, чтобы постучать, но тут дверь распахнулась.

– Я пришел, потому что беспокоился о вас. Почему вы?..

Из кабинета выскочил красный от злости директор Мэн. Юми шагнула было назад, но не успела.

– Ой!

Толчок сбил ее с ног, и девушка распласталась по полу. Но контейнер из рук не выпустила.

Директор Мэн мельком взглянул на нее и просто прошел мимо, не предложив помощь. Он даже не извинился.

– Ох, больно, – бормотала Юми, кое-как поднимаясь с пола.

Она посмотрела вслед директору Мэну и нахмурилась. Вроде взрослый солидный человек, а так повел себя… В этот момент дверь снова открылась, и вышел Учжин.

– Обед готов?

– Да.

Юми протянула контейнер секретарю.

– Ах да, забыл сказать, – обернулся он, уже собираясь вернуться в кабинет, – в дальнейшем приносите еду три раза в день: на завтрак, обед и ужин.

Юми не верила своим ушам. Не просто разок сварить тарелку каши, а каждый день готовить на три полноценных приема пищи?

– Три раза в день?..

– Какие-то проблемы?

До того дружелюбный взгляд Учжина обжег ее холодом. Ынби, конечно, говорила, что их не могут уволить просто так, но вот интересно, смогла бы она повторить это, глядя в эти ледяные глаза? Юми торопливо ответила:

– Нет, все в порядке. Каждый день в столовой готовят на триста-четыреста человек – еще три порции никого не обременят.

Разумеется, она не забывала вежливо улыбаться.

– Точно? Тогда не подведите меня.

Когда Учжин ушел в кабинет, Юми с измученным видом облокотилась о стену. Ей стоило насторожиться, увидев более высокую зарплату, чем в других компаниях.

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке!

В расстроенных чувствах Юми побрела обратно на кухню.

– Что это?

Чинук открыл крышку и скривился. Учжин подошел и, заглянув через плечо, посмотрел на кашу.

– Я передал ей морские ушки, чтобы она сделала рисовую кашу…

– Чонбокчук? Нет, это вообще на человеческую пищу не похоже, сам не видишь?

Когда директор Мэн толкнул Юми и она упала на пол, прекрасная рисовая каша с морскими ушками, украшенная луком и кунжутом, смешалась с мясом и кимчхи. Блюдо больше не выглядело аппетитным, да и вообще съедобным. Если выражаться мягко – мешанина, а если назвать как есть – помои.

– Даже у Чернушки корм лучше! Убери это!

Чинук прикрыл рот ладонью, будто его замутило, и оттолкнул контейнер от себя.

Юми обходила столовую, внимательно проверяя объем порций сотрудников. Вдруг у нее зазвонил телефон. Не задумываясь, она приняла вызов:

– Это Юми, я вас слушаю.

– Говорит Чан Учжин. Приготовьте рисовую кашу с мясом краба.

– Кашу с крабом?

– Да, у вас полчаса. И еще. Используйте мясо большого краба-стригуна.

Учжин положил трубку, не дав ей ответить. Юми уставилась на экран телефона: «Это же не кулинарный конкурс. Всего полчаса? Как я успею? Да еще и во время обеда, когда вокруг такой хаос!»

«Какие-то проблемы?»

На мгновение Юми представила ледяной взгляд Учжина, и ее передернуло. Ынби как-то предупреждала, что генеральный директор в десять раз страшнее. Значит, придется выполнить это поручение. А что еще оставалось?

Не отрываясь от своих расчетов, Юми поставила воду для риса. Она как раз хотела выключить плиту, когда телефон снова зазвонил.

– Да, алло.

– Говорит Чан Учжин. Генеральному директору надо срочно ехать на встречу, так что он пообедает в другом месте. Приготовьте ужин.

Юми сварила рис, а услышав, что директор пожелал как минимум десять разных закусок, удвоила усилия. Вся взмыленная, она почти закончила, когда в очередной раз услышала звонок.

– Говорит Чан Учжин. Директор закончил встречу и решил не возвращаться в офис.

– Что?..

– Вы хорошо постарались сегодня. Пожалуйста, не забудьте приготовить завтрак.

Завершив разговор, Юми в негодовании уставилась на телефон. «А раньше не могли сказать? Я вам не собака, чтобы меня дрессировать! Как же вы меня бесите!» Она положила телефон на кухонный стол и тяжело опустилась на стул.

На первом этаже небольшого двухэтажного здания располагался паб «Книги & Пиво». Прямо под эмблемой – пивной крышкой и книгой – на стеклянной двери висела табличка «Работаем с 15:00 и до последнего гостя», а у входа был аккуратно припаркован скутер.

Юми вошла внутрь. Интерьер был выдержан в спокойных тонах, свет приглушен. На стенах висели фотографии и письма в рамках, на полках красовались сувениры со всего света. Юми прошла к диванчику в углу и поставила на него сумку.

– О, ты пришла? – Хёнтхэ, подписывавший книгу за стойкой, махнул рукой.

Чон Хёнтхэ, довольно популярный в последнее время писатель, был владельцем паба. Возможно, Юми следовало гордиться, что она училась с этим прекрасным человеком в одном классе и даже дружила с ним, однако сегодня она могла только завидовать. Ведь он плюс ко всему еще и родился с золотой ложкой во рту!

– Как первый день? – спросил Хёнтхэ, ставя на столик колу и пиво в стеклянных бутылках.

Вместо ответа Юми схватила газировку и сделала большой глоток. От раздражения у нее в горле пересохло.

– Уф. – Она со стуком поставила бутылку на столешницу, вытерев губы тыльной стороной ладони.

– Похоже, сегодня ты была служанкой, которую весь день гоняли королевские повара?

– Служанка на королевской кухне – это еще ничего. Скорее, я была рабом на галере, как в фильме «Бен-Гур».

– Это как? – непонимающе нахмурился Хёнтхэ.

Он и представить себе не мог, что Юми сегодня пережила.

– Да что случилось-то? Ты мрачнее тучи! Тебя уволили в первый же день?

– Сейчас думаю, что лучше бы уволили.

– Чего?

– Да нет, ничего. Я, наверное, пойду наверх. А то еще немного, и упаду прямо здесь.

Помахав Хёнтхэ на прощание, Юми вышла из паба и, обогнув здание, направилась к лестнице на второй этаж, с трудом переставляя ноги.

Она жила над «Книгами & Пивом» уже три года. Хёнтхэ, который владел всем зданием, предложил ей пожить на втором этаже, когда ее выселили из прежней квартиры. Изначально Юми не собиралась задерживаться дольше полугода, но почему-то до сих пор не переехала.

«О-ох, как я устала – сейчас точно помру. – Зевая, Юми еле-еле добралась до комнаты. Ей хотелось сразу же залезть под одеяло, но она не могла. – Нужно хотя бы умыться».

Юми быстро приняла душ, уселась перед зеркалом и нанесла на лицо питательную сыворотку и увлажняющий крем. Массируя пальцами кожу, она взглянула на свое отражение. Вздохнула, представляя, сколько ей предстоит вытерпеть в будущем: «Но что я могу поделать? Спасибо, что у меня вообще есть эта работа, когда столько людей не могут никуда устроиться».

Она выключила свет, и комната погрузилась в темноту, нарушаемую лишь светящимися наклейками в виде звезд на стенах и потолке. «Совсем как три года назад, на море…» – ей почудились далекие крики чаек и шумный перекат волн.

«Что бы сказал тот парень, если бы сейчас был рядом со мной? Спросил бы, в порядке ли я?»

Почти сразу после этого Юми закрыла глаза и уснула.

Глава 5

Ты ответишь за мое разбитое сердце

– «Проспала! Что делать?!»

Юми так устала накануне, что не услышала будильника. Она торопливо сбежала по лестнице, громко топая по металлическим ступенькам. Шум привлек внимание Хёнтхэ. Он выглянул из кафе и посмотрел на Юми.

– Что случилось?

– Чего ты так рано приехал? До открытия же еще несколько часов.

– Собирался устроить генеральную уборку.

Вот уж правду говорят «выход найдется всегда»!

– Хёнтхэ, ты мой самый лучший друг! – Юми схватила его за руку. – Пожалуйста, одолжи скутер!

– Она?..

Учжин неожиданно замолчал и посмотрел куда-то на улицу сквозь панорамные окна фойе. Чинук повернулся, пытаясь понять, что привлекло внимание секретаря. Он увидел парочку на скутере, которая припарковалась у входа в здание. Парень сначала снял шлем сам, а затем протянул руку, чтобы помочь своей спутнице.

Чинук прищурился, вглядываясь в лицо девушки.

– Кто это? – спросил он.

Из-под шлема показалась нижняя часть лица пассажирки, но Чинук уже отвернулся к Учжину.

– Ли Юми, новый диетолог-нутрициолог. Она следит за вашим питанием. Похоже, бойфренд подвез ее до работы на своем скутере. Какой заботливый…

Учжин никогда раньше не проявлял интереса к женщинам. Чинук ухмыльнулся:

– Что это с тобой? Ты расстроен, потому что у нее есть парень? Она тебе понравилась?

– Ни в коем случае, – дернулся Учжин. – Ли Юми всего лишь готовит для вас и ничем не отличается от других сотрудников.

– Ладно. Так на чем мы остановились? – перебил его Чинук и пошел дальше.

Учжин быстро взглянул на парочку и пошел следом.

– Я приготовила на обед рис с жареным мясом.

«Как такие черные круги под глазами могли появиться всего за сутки?» – Учжин с беспокойством посмотрел на Юми. Она начала работать совсем недавно, но он уже опасался, что долго девушка не продержится. Ему стало немного совестно из-за дополнительной работы, которую он взвалил на нее. Увы, здоровье Чинука было важнее. О совести пришлось забыть…

– Не возражаете, если я проверю?

Сегодня Юми готовила завтрак дважды – первую попытку Учжин забраковал. Поэтому с мыслями вроде «доброта спасет мир» она вложила в обед сердце и душу. Сжав край фартука, Юми выдавила улыбку:

– Конечно.

– Замечательно. Благодарю за старания.

Учжин взял контейнер с обедом, вежливо кивнул и скрылся в кабинете генерального директора.

Глядя секретарю в спину, Юми скрестила пальцы на удачу: «Я даже красивую записку написала. Надеюсь, на этот раз ему понравится».

Учжин поставил контейнер перед Чинуком, который был занят изучением каких-то бумаг. Тот поднял голову, и секретарь сказал, четко проговаривая каждое слово:

– Вы должны съесть все, господин директор.

Чинук снова уставился в свои документы и рассеянно ответил:

– Хорошо, оставь тут.

– Я потом проверю.

Ну прямо учитель, честное слово. Чинук почувствовал себя школьником, которого отчитывают за недоеденный обед. Он недовольно покачал головой:

– Я не хочу повторять дважды.

– Мне сообщить президенту Чха?

Учжин вышел, закрыв за собой дверь, и Чинук вернулся к бумагам. Вдруг он заметил желтый стикер, приклеенный к крышке контейнера.

Раньше диетолог уже оставляла записки:

Приятного аппетита! Поправляйтесь скорее! ^___^

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог —

Доброго утра и хорошего дня! ^___^

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог —

Следующее послание было длиннее, так что маленькие буквы с трудом поместились на стикере:

Сегодня я приготовила для Вас жареную говядину с рисом.

Если хотите, можете завернуть рис и мясо в сушеные водоросли, и получится ролл с говядиной. Я положила достаточно водорослей. Приятного аппетита! ^___^

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог —

Чинук отложил записку и открыл контейнер с обедом. Говядина с рисом, овощи и сушеные водоросли. Восхитительно.

– Ролл с говядиной…

В голове Чинука возник образ, от которого сердце забилось быстрее. Он вспомнил, как девушка сидела на остановке и ела такой, только треугольный.

Картинка стояла перед глазами.

«Она держала в руках ролл «со вкусом говядины»!»

Доела его в машине, смяла пластиковую обертку в комок и украдкой огляделась, будто хотела просто оставить ее в салоне, но смутилась и быстро убрала мусор в сумку, когда поймала взгляд Чинука.

«Ха, забавно», – усмехнулся он про себя и прикрыл лицо ладонью, будто пытался отогнать видение. «Всего одна ночь, а я запомнил каждую секунду, и теперь в голове хаос. Не падать же в обморок из-за каждой похожей на нее девушки? Видимо, нервишки шалят».

Чинук отвел взгляд от контейнера и нажал на кнопку вызова второго секретаря.

– Наён, зайди так, чтобы секретарь Чан тебя не видел.

– Все?

– Да, это весь заказ. Пожалуйста, распишитесь здесь.

Юми аккуратно поставила подпись в бланке доставки и взяла тяжелый ящик с бананами, ойкнув при этом, – ящик оказался неожиданно тяжелым. В этот момент она увидела Наён, второго секретаря генерального директора. Та вышла из здания, держа в руках знакомый контейнер для обеда.

Девушка вытряхнула еду в мусорный пакет, завязала его и выбросила в большой бак для пищевых отходов. Затем вернулась в здание.

Говорят, что у женщин хорошо развита интуиция. Юми не сомневалась, что это был именно тот контейнер, который она совсем недавно передала Учжину для генерального директора. Она скрипнула зубами и пошла к мусорным бакам, с трудом удерживая ящик с бананами. Юми поставила свою ношу на землю и начала искать выброшенный Наён пакет. Вскоре она увидела его и вытянула наверх.

– Только не… – пробормотала Юми, развязывая узел.

Ну конечно! В пакете лежало то самое мясо с рисом, которое она так старательно готовила целое утро. Его просто выбросили, даже не притронувшись – Юми, как диетолог, могла подсчитать объем порции, всего лишь раз взглянув на нее.

«Он не съел ни кусочка!» – изумилась она.

Президент Чха в сопровождении секретаря Кима подошел к Чинуку. Тот вышел из шоурума, где как раз закончил осматривать новую продукцию компании. Чинук и Учжин поклонились, приветствуя президента, и тот неожиданно спросил:

– Ты не разговаривал с Хэри?

Услышав это имя, Чинук нахмурился. Чу Хэри работала телеведущей и успела сделать себе имя. Ее отец был школьным учителем Чинука, поэтому они с Хэри были давно знакомы, и президент Чха считал ее лучшей партией для сына.

– Она звонила, когда тебе стало плохо, так переживала. Вот о такой невестке я мечтаю.

Президент Чха спал и видел, как женит сына на Хэри. Но Чинук не разделял мнения отца. Он знал Хэри с пятнадцати лет и считал ее кем-то вроде младшей сестры.

– Мне это неинтересно. Хэри не в моем вкусе.

– Хватит уже! – вдруг вспылил президент Чха. – Тебе нужна опора, жена то есть! Или хочешь загнать себя в гроб?! Да?!

– Не волнуйся об этом. Моя лучшая опора – мой верный секретарь Чан.

– Да, господин президент, – поддержал Учжин, – ваш сын всегда может на меня опе…

– Достаточно! Вы двое, вообще, собираетесь заводить семьи? – перебил их президент Чха. – Раньше ты постоянно влипал в истории с женщинами…

Вдруг президент Чха подумал, что сын не мог измениться без причины. Неужели все из-за разбитого сердца?

– Тебя что, девушка бросила? Сбежала? – прямо спросил он.

Чинук окаменел. Впрочем, президент Чха этого не заметил.

– Извини, мне надо идти. Много работы.

Коротко попрощавшись, Чинук направился к лифту. Учжин последовал за ним.

– Генерального директора точно здесь нет?

Чинук собирался повернуть в сторону своего кабинета, когда неожиданно услышал знакомый голос. Он инстинктивно замер и махнул рукой, останавливая Учжина. Тот непонимающе посмотрел на него.

Чинук осторожно выглянул за угол коридора. У двери в его кабинет стояла Наён и какая-то сотрудница в белом халате, которые носили сотрудники на кухне. «Неужели это и есть Ли Юми?» – подумал Чинук. У девушки были длинные волосы, которые закрывали часть лица. Его сердце отчего-то забилось чаще.

– Возможно, я смогу вам помочь?

– Тогда, пожалуйста, передайте генеральному директору…

Она волновалась, и ее голос мягко подрагивал. Так говорила лишь одна девушка…

«Голос очень похож…» – Чинук прищурился, вглядываясь.

– Я прошу его больше не выбрасывать еду. Если ему не нравится, хотела бы узнать, что и как мне следует готовить.

Девушка поправила волосы, и Чинук увидел ее лицо.

Он дернулся, схватился за грудь. Ему стало так больно, будто сердце разбилось на сотни осколков.

– Я буду признательна, если директор расскажет мне о своих предпочтениях. Спасибо.

Юми поклонилась Наён и ушла в противоположную от Чинука сторону. Когда дверь лифта за ней закрылась, он вышел из-за угла. Это была она! Точно она! Та девушка, что сбежала от него три года назад!

Чинук смотрел на двери лифта, но взгляд был пустым. Вдруг на него нахлынули воспоминания. В то утро…

Он купил маффин с кофе и вернулся к машине. Девушка, еще недавно мирно спавшая на сиденье, пропала. Пальто, которым он накрыл ее, тоже куда-то делось. Чинук озадаченно огляделся по сторонам. Может, пошла прогуляться?

Чинук искал везде, но ни на пляже, ни у дальнего утеса никого не нашел.

«Куда она делась?»

Чинук хотел позвать ее, но вдруг остановился, потому что понятия не имел, как это сделать, – он не спросил у девушки имя.

Помнил, что ее гель для душа пахнет ванилью и кокосом, но не знал даже номер телефона или адрес. В растерянности его взгляд блуждал по пустому пляжу.

Дул морской бриз. Кажущиеся издалека белыми, волны быстро набегали на песчаный пляж. Чинук прислонился к машине. Он прождал довольно долго, но девушка так и не вернулась.

Чинук подумал, что, возможно, она застеснялась опухшего спросонья лица и решила вернуться в отель. Он запрыгнул в машину и включил двигатель. «Хотя это странно… Потому что на ней и так не было косметики…»

Чинук приехал в отель и, решив не ждать лифт, побежал вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Ему так сильно хотелось обнять ее…

В одно мгновение добежал до пятого этажа, так что дыхание у него сбилось. Пытаясь отдышаться, протянул руку к звонку, но вдруг дверь номера открылась сама собой. Он неуверенно вошел. Что-то было не так. Шестое чувство подсказывало ему, что в номере есть кто-то ещё, и Чинук обернулся. Предчувствие не обмануло. За спиной был Ёнсок, который как раз убирал номер. Напарник взглянул на Чинука и, будто не заметив, что тот не в форме, дружелюбно спросил:

– Вы уберете этот номер?

– А где гостья? – Чинук окинул взглядом помещение.

Чемодана девушки не было. Это заставило его нервничать. Он обошел номер, но ни в ванной, ни в самой комнате ее вещей не было.

– Что? – непонимающе нахмурился Ёнсок.

– Плохо слышишь? Девушка, которая жила в этом номере, – куда она пошла?

Чинук повысил голос, и Ёнсок вздрогнул. От испуга даже уронил тряпку.

– Только что уехала, – осторожно ответил он, боясь еще сильнее разозлить сына владельца отеля.

– Что? Уехала?

Чинук не мог в это поверить: «Уехала? Как?.. Не сказав ни слова, не оставив записки, просто исчезла?»

На его лицо было жалко смотреть.

«Значит, ее зовут Ли Юми…»

Он вернулся в реальность. Вновь почувствовал разочарование, и эти чувства тенью отразились на лице. Его взгляд упал на контейнер с ужином. Паста с овощами. Сверху лежала записка от Юми.

Хорошая трапеза – празднество, требующее умелой подготовки и доставляющее немалое наслаждение.

– Мишель де Монтень —

Чинук перевел взгляд на компьютер и щелкнул мышью, открывая новое письмо. На экране появилось резюме Юми.

Это точно она! Совсем не изменилась за эти три года. Только сняла свои ужасные очки. Ее прическа, одежда – все осталось прежним.

Услышав тогда, что она уехала из отеля, он побежал к стойке регистрации, чтобы узнать ее номер. Управляющая отказалась давать личные данные гостьи, поэтому ему пришлось сдаться. Если бы он действительно хотел найти Юми, то мог бы сделать это позже, однако та ранила его самолюбие, когда ушла, не сказав ни слова. Он больше ничего не хотел знать о ней.

Чинук смотрел на фотографию Юми из резюме, задумчиво подперев рукой подбородок. Снимок не мог рассказать, как девушка жила эти три года, но выглядела умиротворенной. Она улыбалась и казалась счастливой.

«Похоже, бойфренд подвез ее до работы на своем скутере. Какой заботливый…» – Чинук вспомнил недавние слова Учжина, когда они видели девушку из вестибюля.

«Да, ты времени зря не теряла. Нашла парня, пока я страдал». – Чинук вспомнил сцену в лобби, и у него заныло в груди. Он смял маленькую записку. «Ли Юми, ты ответишь за мое разбитое сердце», – сквозь зубы проговорил он.

– Вчера вы сказали, что хотели узнать о предпочтениях господина Чха, все здесь.

Учжин передал Юми картонную коробку. Она озадаченно прочитала: «Отчет о питании Чха Чинука».

– Что это?

Коробка была настолько тяжелой, что Юми с трудом удержала ее.

– Эта информация должна остаться конфиденциальной. Прошу помнить об этом.

Она заглянула внутрь и поразилась – коробка была доверху забита бумагами! Юми достала документы. Отчет был напечатан самым мелким шрифтом и напоминал внушительную энциклопедию.

– Ознакомьтесь с отчетом и впредь планируйте питание согласно ему.

– Мне нужно все это прочитать? – растерянно пробормотала она.

– Ах да, если вам что-нибудь понадобится, директор сказал не приходить, а задавать вопросы по телефону.

Учжин достал из кармана визитную карточку Чинука и протянул ее Юми. Она осторожно взяла ее и неловко улыбнулась.

«Вряд ли генеральный директор настолько избирателен!»

Прошел час…

«Какой кошмар! Таких приверед еще поискать надо!» – Юми вздохнула и посмотрела на экран телефона.

В отчете были фразы вроде: «Генеральный директор не любит мясо средней и сильной прожарки, поэтому следует готовить мясо средне-сильной прожарки».

«Значит, директор любит стейк! Я приготовила один с салатом на завтрак, а он все равно его выбросил и даже не притронулся! И записку мою выкинул! Не любит среднюю и сильную прожарку?! Средне-сильную ему подавай?! Кто вообще так говорит?» – думала Юми.

Чинук весь день придирался к любой мелочи. В обед выбросил жареную рыбу – видите ли, она «пахла», а от ужина отказался, потому что Юми опоздала на одну минуту!

«Где ваша пунктуальность! Если вы опоздаете хотя бы на одну минуту, он не будет есть».

«Юми, лучше не шути с генеральным директором. Следи за временем, поставь на кухне таймер. Важны даже самые мелкие детали! Не зря же его называют «бомбой замедленного действия»!»

Юми с трудом сдерживала гнев, вспоминая слова Джени: «Бомба замедленного действия», серьезно?! Может, проще взорвать эту «бомбу», чтобы он успокоился?»

Но это было только начало.

«Вы принесли свежие устрицы, а потом устрицы в кляре и рис с устрицами. Слишком много холестерина. Не пойдет».

Но нигде в отчете не говорилось о холестерине… Юми с досадой читала все новые сообщения с абсурдными требованиями.

«Да чтоб тебя!»

Она зашла в мессенджер и переименовала контакт Чинука из «Генерального директора» в «Мистера Привереду». Вдруг ее привлекла фотография профиля.

«Увеличить».

Директор сидел полубоком к камере и изучал документы. Фотография была сделана против солнца, и черты лица получились нечеткими. Юми не могла оторвать взгляд. «Почему он?..» Она вдруг вспомнила того парня с пляжа, его красивые черты в свете закатного солнца, и два образа будто наложились друг на друга. Глаза девушки наполнились слезами, сердце сжалось.

«Нет, так не годится».

Юми быстро вытерла слезы. Где он, а где этот сумасшедший эстет! Конечно, парень из отеля тоже был грубоват, но хотя бы не вел себя как ребенок. Она быстро закрыла фотографию и увидела статус профиля: «Сердце разбито…»

«Ну и псих. Это у тебя-то разбитое сердце? Сомневаюсь, что оно вообще есть!»

Юми фыркнула и отложила телефон.

– Кунжутная каша с семенами лотоса тоже не удалась. – Учжин с унылым видом протянул Юми контейнер. На телефон ей пришло сообщение. Прочитав его, она нахмурилась.

У меня аллергия на кунжут.

«Что?! Я просматривала сотни страниц этого нелепого отчета снова и снова, и там ни слова не было об аллергии на кунжут!» Не выдержав, Юми написала в ответ:

Но этого не было в отчете! Когда проявилась аллергия?

Сегодня.

«Я была права: ты самый настоящий Мистер Привереда!» Юми сжала кулаки, пытаясь унять гнев и не ляпнуть сгоряча лишнего. Она побрела обратно в кабинет, повторяя про себя, что терпение – это добродетель… В кабинете села за стол и опустила голову: «Как же тяжело! Я ожидала, что работать на генерального директора будет трудно, но не настолько! Это просто невыносимо! Почему он все выкидывает, даже не попробовав?! Неужели мои блюда настолько ужасны? Я сертифицированный специалист вообще-то!» Юми чувствовала себя просто ужасно – ее самооценка рухнула.

Пришло очередное сообщение. Юми бессильно взглянула на экран. Писал Хёнтхэ:

Придворный повар, ты как? Директору опять не понравилось?

«И он туда же! «Придворный повар»? Вот ведь подлиза! Ну я ему сейчас…»

Юми вздрогнула и быстро набрала:

У меня уже крыша едет! Он просто исчадие ада!

На экране появилось новое уведомление, но Юми его не заметила и продолжила печатать:

Сумасшедший придурок! Моя готовка ему не нравится?!

Пусть тогда лапшу кипятком запаривает! Наверное, уже сидит там и наворачивает!

Юми, вся красная и злая, отложила телефон.

Но вдруг… Почувствовала что-то неладное и снова взяла его в руки. «Не могла же я…»

Юми посмотрела на экран, и глаза у нее расширились от изумления.

«Черт! Как же так вышло?»

Вместо диалога с Хёнтхэ был открыт диалог с «Мистером Привередой». Пока она печатала сообщение, всплыло новое, и автоматически открылся диалог с директором.

Юми поспешно пролистнула переписку вверх.

Надеюсь, ужин будет лучше, чем то, что вы принесли на обед.

Ниже было ее сообщение:

Сумасшедший придурок! Моя готовка ему не нравится?!

Пусть тогда лапшу кипятком запаривает! Наверное, уже сидит там и наворачивает!

Ей не показалось. Все было взаправду.

– Что я наделала?! – воскликнула Юми, вскакивая со своего места. – Как же так?!

Она схватила телефон и начала жалобно причитать.

– Говорят же: «Невезучий на спину падает, а нос разбивает». А я еще и челюсть сломала!

Юми схватилась за голову и нервно задрожала. Если ее уволят в первый же месяц, будет очень сложно найти новую работу. Особенно если кто-то узнает, что она написала такое самому генеральному директору…

«Нужно исправить это недоразумение. Любой ценой!» – Задыхаясь, Юми выбежала из кабинета.

Вся красная, без стука влетела в приемную генерального директора. Она тяжело дышала. Секретари Учжин и Наён, которые спокойно занимались своими делами, удивленно повернули головы. Учжин подошел к Юми.

– Вам помочь?

– Дело жизни и смерти… – Юми никак не могла отдышаться. – То есть… Мне нужно сказать директору кое-что очень важное… Это всего на минуту…

На глазах Юми выступили слезы.

– Мы не можем вас пустить, – возразил Учжин, не дрогнув, – поскольку у вас не назначена встреча с генеральным директором, а он никогда…

– Пусть заходит, – прервал его Чинук.

Учжин недоуменно посмотрел в сторону двери директора.

– Ну что ж, раз так, то заходите…

– Спасибо! Спасибо большое!

Юми поклонилась секретарям и дрожащей рукой потянулась к ручке двери.

«Крепись, Ли Юми! Из любой ситуации есть как минимум два выхода! Даже если тебя съел тигр!»

Она вошла в кабинет Чинука. Тот сидел за столом, откинувшись назад, и держал в руке телефон.

«Может, еще не видел сообщение?»

– Господин генеральный директор, я – Ли Юми, ваш диетолог-нутрициолог. – Представившись, Юми низко поклонилась.

Никакой реакции. Он продолжал смотреть в экран мобильного телефона, даже головы не повернул.

«Увидел! Точно увидел сообщение!»

– Извините, пожалуйста, это сообщение предназначалось не вам… а другу…

– Неужели? Так вы и другу обеды готовите? – знакомый голос прозвучал будто из ниоткуда.

«Какой у него низкий голос… Так, стоп. Еще мне не хватало думать о голосе начальника».

– Мне очень жаль. – Юми снова низко поклонилась. – Если вы дадите мне шанс, то обещаю…

Чинук медленно поднялся из-за стола и повернулся к девушке. Она осторожно подняла голову.

– …со всей ответственностью… отнестись к работе…

Слова застряли в горле.

«Что?!»

Прямо перед ней стоял тот самый парень, воспоминания о котором не отпускали ее все эти три года. Она застыла.

«Глазам не верю… Что он мог забыть в кабинете генерального директора? Я уже совсем с ума сошла!»

Юми беззвучно ловила ртом воздух, как золотая рыбка, вытащенная из аквариума.

Чинук равнодушно смотрел на нее, не говоря ни слова.

Молчание было тягостным.

«Сколько это будет продолжаться?»

– Извините меня.

Юми несколько раз поклонилась и, не оглядываясь, выбежала из кабинета.

Глава 6

Новый уровень

Рабочий день пролетел незаметно. Юми собиралась домой. Глаза слипались. «В последнее время я сильно устаю, так что и не такое померещиться может. Мне просто нужно вовремя есть и заботиться о здоровье. Да, точно. Просто померещилось!» – Юми тряхнула головой и потерла ладонями виски.

«Я так сильно скучала по нему, так хотела, чтобы он спросил, как я, что просто-напросто перепутала его с «Мистером Привередой». Чха Чинук, генеральный директор, единственный сын президента и наследник корпорации «Тэбок групп»… Он точно не мог быть тем парнем из отеля!»

«Да, в последнее время я совсем не высыпаюсь. Мозг уже кипит от стресса и переутомления. Вот сегодня приду пораньше домой, высплюсь хорошенько, и все пройдет».

Опустив голову, Юми вышла из здания через вращающуюся дверь вестибюля. Повернула налево к автобусной остановке и вдруг заметила черный автомобиль, припаркованный перед входом. Ее глаза округлились от удивления.

На капот машины, засунув руку в карман, небрежно облокатился молодой мужчина. Он медленно повернулся и посмотрел на Юми. «Точно привиделось. Не может быть, чтобы это был тот же человек…» – Юми справилась с дрожью в ногах и развернулась, чтобы уйти. Но через несколько шагов кто-то с силой развернул ее.

– Три года прошло.

Перед ней стоял тот самый парень из отеля. «Глазам не верю! Это правда он!» – подумала Юми. И на нем был костюм, как у генерального директора.

«Так… Если он и есть Чха Чинук, значит… Тот красавчик с курорта и генеральный директор – один и тот же человек!» Осознав всю ситуацию, Юми вздрогнула. Ей показалось, что земля под ногами вот-вот разверзнется.

Чинук, как будто наслаждаясь ее реакцией, наклонился так близко, что их лица почти соприкоснулись.

– Ты все такая же. Совсем не изменилась. – Он усмехнулся и неторопливо добавил:

– А я вот перешел на новый уровень…

Чинук ослепил Юми своей улыбкой. В ее голове крутился миллион мыслей. «Что ответить? Как себя вести?»

– Я… я не понимаю, что…

Юми посмотрела в сторону, избегая его пристального взгляда. Ее лицо густо покраснело до самой шеи.

«М-да, врать она точно не умеет», – отметил Чинук.

– Не помнишь меня? – Он недоверчиво уставился на Юми.

– Вы… Вы же генеральный директор… Ик!

От смущения Юми начала икать. Она прикрыла рот руками и поспешно опустила голову.

– Да я не об этом.

Глядя на ее макушку, Чинук переспросил:

– Мое лицо. Неужели не помнишь?

Он полагал, что она смутится при виде него, но такой реакции не ожидал. «Так и поверил, что ты забыла! Это невозможно! Притворяться решила?»

– Да я… не знаю… правда… – пробормотала Юми, не поднимая головы.

Удивленный Чинук громко выдохнул и пригладил челку одной рукой.

«Мой стиль настолько сильно изменился? Вполне возможно… За эти три года многое изменилось», – подумал он.

– Хорошо, садись в машину. Поговорим в тихом месте.

Чинук хотел взять ее за руку, чтобы посадить в салон, но Юми стряхнула его руку и резко отступила назад.

– Простите, я не из тех девушек, которые садятся в машину к первому встречному!

– Что?!

– До завтра!

Юми поклонилась, развернулась и побежала так быстро, что Чинук не успел и слова сказать. Однако убежала недалеко – каблук на правой туфле сломался, и она упала на асфальт. Только Чинук хотел помочь подняться, как Юми снова вскочила и побежала вперед.

«Ха, и носишься ты так же».

Он горько рассмеялся. Конечно, глупо было ожидать, что сбежавшая от него девушка будет рада встрече, но такой поворот был совершенно неожиданным.

– Я уверен, что ты притворяешься! – пробормотал себе под нос Чинук, глядя вслед Юми. «Не может быть, чтобы она забыла меня. Ха, это просто смешно. Впрочем, тогда, три года назад, на остановке была похожая ситуация. Может, и правда, все как в прошлый раз?»

– Ох-х.

Эта мысль задела его гордость.

Юми зашла домой и рухнула у двери, будто у нее подкосились ноги.

«Что же я?.. Нет… Дело не в том, что он, как лягушка в сказке, вдруг превратился в принца, нет… Как же он?.. Что мне теперь делать? Ох… Говорят же, что от сильных переживаний ноги становятся ватными… Это точно! Повезло еще, что не упала перед ним в обморок…» – Юми прислонилась к входной двери и уставилась в потолок, пытаясь осмыслить произошедшее.

«Видите ли… Вы же ничего обо мне не знаете. Слушайте. Я не обычный человек». – Казалось, она слышала голос Чинука вживую.

«Я не собирался рассказывать вам… Но сын хозяина этого курорта…» — «Что? Вы угнали машину сына владельца отеля?»

– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – Юми взъерошила волосы, вспоминая тот разговор. – Так вот что он хотел сказать? Что он сын президента «Тэбок групп»?

«Это не просто сказка, в которой лягушка превращается в принца после поцелуя! Я не могу поверить, что за три года он превратился из мальчика на побегушках в генерального директора крупной компании. Из всех вакансий… почему?! Вечно мне не везет!» – сокрушалась она.

«Какая же я!.. – Юми закрыла лицо руками и заплакала. – Он и вправду стал круче – вот что расстраивает!»

«Ты все такая же. Совсем не изменилась. А я вот перешел на новый уровень…» – Она вспомнила, как Чинук стоял, прислонившись к машине, и смотрел на нее свысока. «Не могу поверить, что провела ночь с ним…» Ее сердце колотилось так, словно вот-вот выскочит.

Грудь сдавило, дышать стало невозможно. Юми закрыла глаза, и в памяти отчетливо всплыло то утро трехлетней давности. Ей показалось, что она слышит шум волн.

«Как же хорошо! Теплое дыхание щекочет уши…» Юми глубоко вздохнула, чувствуя себя очень счастливой. Она медленно открыла глаза, но без очков все было размыто. Первое, что она увидела, была широкая мужская грудь.

Спросонья Юми не поняла, что находится в объятиях мужчины.

«А? Где мы?»

Вдалеке шумело море, кричали чайки.

«Ох, так вот оно что… На пляже?»

В этот момент Юми дернулась, как будто ее ущипнули.

«О боже мой».

Чинук крепко спал, укрывшись пальто. Оба были без одежды. Юми руками прикрыла обнаженную грудь и взяла жакет и рубашку с переднего сиденья. К счастью, вещи успели высохнуть за ночь.

«Что я натворила?»

Ее лицо исказилось, губы задрожали, когда она вспомнила прошлую ночь. Они напились. Вдруг красочные образы нахлынули, как яркий дневной свет. «Боже, мы с ним провели ночь, прямо как в «Недостоин тебя»! Это безумие! Я всегда сторонилась мужчин, спасибо маме и ее фильмам для взрослых. Говорят, в тихом омуте черти водятся, но… как же так! Мой первый раз – встреча на одну ночь в машине на пляже!»

Чинук спал как младенец.

«Наверное, он тоже счел это случайной встречей! Да, уверена, так и думает! На одну ночь! Точно, он ведь даже имени моего не спросил и просто… Да и не поверит, что это мой первый раз. Его это, наверное, и не волнует. Вокруг него и так всегда много женщин».

Юми вспомнила романтическую сцену в клубе. Даже издалека девушка рядом с Чинуком была обворожительно красивой. А вместе они смотрелись просто потрясающе. «Наверное, это и была его подружка, которую он мило назвал «Чернушкой»…» Юми внимательно посмотрела на спящего парня.

«Прекрасен, словно персонаж из фильма. Пусть эта чудесная ночь с ним останется приятным воспоминанием».

– М-м-м…

Чинук нахмурился и прищурился, будто вот-вот проснется. Юми быстро опустила голову и притворилась, что спит.

Вскоре он проснулся и медленно приподнялся. Он нежно поцеловал Юми, и та не сдержала вдох. Она боялась, что будет слышно бешеный стук ее сердца.

«Я схожу с ума. Будто чувствую его взгляд даже с закрытыми глазами».

Она услышала, как он открыл дверцу машины и вышел наружу. Выждав, осторожно приподнялась, выглянула в окно и увидела, как Чинук шел по дороге.

«О нет! Что же делать? – Юми вскочила и торопливо схватила одежду. – Нельзя допустить, чтобы он меня увидел. Я не могу с ним встретиться, только не сейчас!»

Юми кое-как оделась и выскочила, держа в руках остальные вещи. Даже не думая о том, как выглядит, она просто неслась по дороге в противоположную от Чинука сторону.

К счастью, почти сразу на остановке к ней подъехал автобус, который ходил всего раз в час.

Она поспешно забралась в салон и с облегчением вздохнула, как вдруг зазвонил ее сотовый телефон, хотя до этого он не ловил сеть.

– Алло?

– Слушайте… – с другого конца провода раздался резкий голос, – почему вас нет дома? Уже сегодня въезжает новый жилец!

– Вы же говорили съехать «завтра»? Сейчас я не в городе… Вернусь к вечеру, а утром меня уже не будет.

– Кто это говорил «завтра»?! Жилец приезжает сегодня! – Владелица перебила Юми и продолжила: – Я уже связалась с грузчиками, они приедут к трем. Так что, если вы не заберете вещи, мне придется…

– Нет, что вы, скоро буду…

Собеседница повесила трубку, не дослушав Юми. Девушка спешно проверила время: «Чтобы успеть до трех, нужно прямо сейчас выехать в Сеул», – подумала она.

Вернувшись в номер, быстро собрала сумку и даже в душ сходить не успела.

«Но могу ли я так просто уйти?» – задумалась Юми, выйдя в коридор. Ее грызли сомнения: хоть это и была встреча на одну ночь, может, все-таки стоило попрощаться?..

Она зашла обратно в номер и взяла со стола блокнотик с логотипом отеля. «Не буду же я ему свой номер оставлять…» Юми щелкнула ручкой и написала:

Спасибо!

Конечно, она хотела еще много чего написать:

«Спасибо, что спросил, все ли со мной в порядке».

«Спасибо за то, что подарил мне хорошие воспоминания».

Но, взглянув на записку, поспешила уйти из номера.

«Ох».

Юми очнулась от воспоминаний и чуть не заплакала.

«Такой теплый момент! Всякий раз, когда мне было трудно, я вспоминала этого парня с его «ты в порядке?» и набиралась сил. Если бы мы не встретились снова, все бы так и осталось прекрасным воспоминанием… Не могу поверить, что теперь он мой начальник! Это не воспоминание, а ужас какой-то! Не романтический фильм, а хоррор!»

Юми закрыла лицо руками, ее плечи дрогнули. Случись конец света, она приветствовала бы его с распростертыми объятиями.

Чинук смотрел на экран компьютера и деловито щелкал мышкой. Но вскоре устало провел ладонью по лбу и откинулся на спинку стула.

«Да я… не знаю… правда…»

Он не мог сосредоточиться на работе, потому что все время думал о Юми, лепетавшей перед ним. Прокручивал в голове то, как от страха дрожали ее пальцы. Когда она его впервые поцеловала, ее руки дрожали так же… И он поцеловал ее в ответ, крепко прижимая к себе…

Чинук прикрыл глаза, вспоминая ту ночь, сладкое дыхание «незнакомки», гладкую кожу. На следующий день она жестоко бросила его и ушла, однако его не тянуло упрекнуть ее за это – просто хотелось поговорить по душам…

«Мое лицо. Неужели не помнишь?» – «Да я… не знаю… правда…»́

– Как она могла? Сделала вид, что не помнит? Трусиха! А самое обидное, что она счастлива с новым парнем! Это просто невыносимо! Ну, мы еще посмотрим, как долго ты сможешь притворяться, что не помнишь меня… – пробормотал Чинук, словно угрожая, и с силой сжал кулаки. – Думаешь, что недостаточно оскорбила меня, и теперь собираешься еще вот так играть со мной? Не бывать этому!

– С этого момента вам нужно носить обед в этом, – Учжин принес в столовую тяжелую плетеную корзину для пикников, – и приносить его теперь будете лично.

– Это обязательно? Я сейчас и так очень занята. Вы же понимаете… – Юми легко догадалась, что задумал Чинук, поэтому несколько сгустила краски. На самом деле на кухне были заняты приготовлением обеда все, кроме нее.

– Я лишь передал вам слова директора, – холодно ответил Учжин, оглядывая столовую.

– Вам не кажется, что это уже слишком? Я не могу подниматься к нему каждый раз.

– Если что-то не нравится, выскажите это директору Чха. Мое дело – передать вам инструкции.

«В самом деле, какой властью может обладать секретарь… Он делает только то, что говорит начальство».

– Да, вы правы.

Она уныло сложила контейнеры с ланчем в плетеную корзину, оставленную Учжином. «Что ж, деваться некуда…» Стоя у кабинета Чинука, Юми одной рукой поправила одежду, пригладила распущенные волосы и постучала.

Ее поприветствовала секретарь Наён, с которой они виделись уже не первый раз, и та относилась к Юми дружелюбно.

– Давай проходи. Директор ждет.

– Спасибо.

Девушка направилась в кабинет, чувствуя себя кроликом, входящим в логово тигра.

Когда Юми вошла, Чинук просматривал документы. Она изумилась: он выглядел ровно так же, как и три года назад. От делового костюма и укладки не осталось и следа: он убрал челку назад и надел форму сотрудника курорта.

Юми быстро отвернулась и увидела доску рядом с его столом. На ней пестрели изображения, от которых Юми стало не по себе: «Что происходит? Почему это здесь?»

Под заголовком «Реконструкция отеля «Тэбок» рядом с дизайнерским планом курорта была помещена фотография номера, в котором она останавливалась.

– Что с тобой? – Чинук медленно поднялся со своего места и подошел к ней.

Юми сжимала в руках корзинку и заметно нервничала.

– Увидела что-то знакомое? – спросил Чинук с иронией.

– Нет…

Юми поставила свою ношу и спокойно улыбнулась. Чинук наблюдал за ней, опершись на угол стола. «Какой же он красавчик – словно модель на фотосессии…» – Юми старалась не смотреть, но ее взгляд то и дело возвращался в его сторону. Дрожащими руками она начала доставать контейнеры с обедом.

– Что будет сегодня?

– Я приготовила сампап с разными начинками. Это рис с мясом или овощами, завернутый в листья периллы и приготовленный на пару.

Чинук смотрел на Юми, словно еда его не интересовала. Под его пристальным взглядом девушка чувствовала жар и невольно прикусила губу…

– Я выбрала блюдо, которое вам будет удобно есть. – Юми продолжала объяснение, прижимая ладони к пылающим щекам.

Она подняла голову и встретилась глазами с Чинуком, нервно сглотнула и снова опустила голову.

Чинук улыбнулся. «Раньше она реагировала на мой взгляд спокойно, а теперь так скромно себя ведет. Это даже мило».

– Хочется поскорее попробовать.

Он взял контейнер и оглядел его.

– Надеюсь, вам понравится. Я старалась учесть ваши предпочтения.

– Рад слышать.

Открыл крышку, довольно посмотрел на жареные роллы с тофу и подмигнул ей.

– Давай видеться вот так каждый день.

«У меня сейчас сердце выпрыгнет! Каждый день?! Еще и подмигнул!»

– Желаю приятного аппетита! – протараторила Юми и вдруг икнула.

«Только не это!»

Быстро поклонилась на прощание и, не оглядываясь, вышла из кабинета. Она даже не смогла толком поблагодарить Наён. Подбежав к лифту, затрясла головой: «Я вся красная, не могу перестать икать, сердце стучит, как отбойный молоток… И так три раза в день?» Юми обреченно вздохнула: «Не знаю, выдержу ли».

Чинук просматривал данные на планшете, но внезапно поднял голову и спросил у сидящего за рулем Учжина:

– Учжин, слушай…

Тот с любопытством посмотрел на босса через зеркало заднего вида, услышав, как он обращается к нему по имени, а не по должности или фамилии.

– Скажи, только честно. У меня обычное лицо или нет?

– Что это вы вдруг?..

Не самый странный вопрос, однако Учжин насторожился.

– Ну, меня можно легко забыть, увидев лишь однажды?

– Это вряд ли. Ваше лицо соответствует вашему положению и запоминается.

Чинук обрадовался, услышав такой ответ:

– Правда? Но оно не слишком хорошее, чтобы притворяться, что не помнишь меня? Или чтобы вести себя странно.

– Вы это о ком?

– Да есть тут одна…

«Такая милая. Но поэтому и такая отталкивающая. А еще с парнем встречается. И выглядит так, будто у нее в жизни случилась беда. С другой стороны, какая бы она ни была, выбор свой уже сделала. Бросила меня! Как посмела вообще?!»

Чинук снова повернулся к планшету, борясь с раздражением.

Чинук прислал Юми фотографию бутылки вина с подписью:

Принесите это вино сегодня к ужину.

Только взглянув на фотографию, девушка застыла с открытым ртом. Это было вино, которое они пили три года назад. «Он ведь специально! Чтобы я вспомнила тот вечер! Нет, нет!» – Она быстро помотала головой.

«Давай-ка просто покончим с этим и пойдем домой! Завтрак и обед прошли хорошо, так что мне осталось просто пережить ужин! Что лучше приготовить к вину? Чтобы выбраться отсюда в целости и сохранности, нужно вложить всю душу в этот ужин. Сначала поджарю багет, сыр бри, паштет и…»

Она взялась за готовку, и все тревожные мысли отступили на второй план.

Юми постучала, однако никого из секретарей уже не было. «Вот бы Наён осталась!» Дверь в кабинет Чинука пугала, словно это была комната с финальным боссом в какой-нибудь компьютерной игре.

Сделав глубокий вдох, Юми осторожно постучала.

– Войдите, – донесся из-за двери низкий голос Чинука.

«Всего десять минут! Я смогу пойти домой, если потерплю десять минут».

Юми решительно повернула дверную ручку, медленно открыла дверь и с трепещущим сердцем шагнула в кабинет.

– А?

Она застыла на месте. Обстановка изменилась до неузнаваемости. Было темно, по всему кабинету расставлены зажженные свечи, а из маленьких колонок на столе лился джаз.

«Что это такое?!»

Юми с недоумением хлопала глазами. Чинук, сидевший на углу стола, посмотрел на нее и поднял бокал с вином, как будто ждал этого момента.

– Это вино прекрасно сочетается с джазом, – сказал он, покачивая головой точно так же, как делал это на пляже три года назад. – Не хочешь выпить со мной?

«Что? Что за бред он несет?»

Она всего на мгновение посмотрела на Чинука, но растерялась. Ведь то же самое было и в тот день.

«Тогда думала, что мы едем обратно в отель, а не на пляж. Я этого не ожидала, и тогда он предложил выпить с ним. Сейчас у него такое же выражение лица, как тогда…»

Юми сглотнула.

Этот звук эхом отдавался в ее ушах. От волнения у нее пересохло в горле. Она хотела отказаться, но язык онемел.

Приняв молчание за согласие, Чинук начал открывать вино.

– Ни за что! – громко воскликнула Юми, придя наконец в себя. – Я не могу пить на работе.

– Рабочий день уже закончился. Можно сказать, что ты не на работе, – парировал Чинук, взглянув на часы, – и к тому же завтра выходной, так что спешить некуда.

– Я не пью.

– Уверена? – усмехнулся он. – Странно, у меня другие сведения… «Я умею пить» – разве не твои слова?

– Тогда…

Юми хотела возразить, но сдержалась. Чуть не поддалась на провокацию! Взглянула на Чинука и вежливо поклонилась:

– Доброго вам вечера.

Из кабинета она практически выбежала. К счастью, он не остановил ее. Тем не менее до лифта Юми неслась со всей возможной скоростью, будто опасалась, что директор передумает и побежит за ней. Двери лифта открылись сразу же, будто высшие силы решили помочь ей.

Юми без происшествий вернулась на кухню. Там она смогла перевести дух.

– Вина он предложил!

Теперь, обдумав произошедшее, она рассердилась: «Сначала предлагает выпить вина, а что предложит потом, в романтической-то обстановке?»

– Именно после того случая я и бросила пить… – пробормотала Юми, принимаясь за уборку кухни.

Ее накрыло беспокойство, и не только из-за него, но и из-за собственных мыслей. Всего минута рядом с ним, а чуть не поддалась!

«Да что с тобой? Ты смогла взять себя в руки тогда, неужели не сможешь сейчас?»

Когда Юми домыла тарелки и разложила по местам все кухонные принадлежности, на часах было почти девять вечера. Она уже предвкушала, как быстро приедет домой и отдохнет, но, выйдя из здания, увидела, что на улице начался дождь.

Юми задрала голову и неверяще посмотрела на небо. «Всю неделю ведь было ясно! Поверить не могу! Еще и зонт дома оставила…»

Оставалось только прикрыть голову сумкой и бежать до остановки. «На старт, внимание, марш!» – мысленно скомандовала она себе, готовясь выскочить на улицу.

И тут…

Прямо перед ней остановился знакомый автомобиль. Не успела Юми удивиться, как стекло опустилось, и оттуда выглянул Чинук.

– Садись. Подвезу.

– Спасибо, не стоит.

– Это мы уже проходили, поэтому просто садись.

– Правда, не сто…

Договорить она не успела. Чинук вышел из машины, схватил ее за руку и посадил на пассажирское сиденье.

– Будь добра, сиди спокойно.

Чинук достал из бардачка полотенце. Дождь усилился, и его голова успела промокнуть. Юми отчего-то почувствовала себя виноватой. Слова застряли в горле, и она отвернулась к окну.

– Тогда высадите меня, пожалуйста, у автобусной остановки.

Чинук не ответил и нажал на кнопку зажигания. Двигатель глухо загудел, автомобиль тронулся. В салоне повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь мягким шуршанием шин по мокрому асфальту. Юми замерла, прижав к себе сумку, и смотрела вперед. «Остановка уже скоро, просто потерпи немного», – успокаивала она себя.

Вскоре сквозь плотную завесу воды показались очертания автобусной остановки. Чинук проехал мимо, даже не сбавив скорость. Юми повернулась к нему, не понимая, что происходит:

– Мы только что проехали остановку.

– Знаю. Довезу тебя до дома, не волнуйся.

– Вы же не знаете, куда ехать.

– Ха! – рассмеялся Чинук. – Я не настолько глуп, чтобы не узнать, где живет человек, который готовит мне еду три раза в день, Ли Юми.

Его слова прозвучали как угроза. Юми тоскливо отвернулась к окну и посмотрела на дома за стеной дождя. Она решила молчать до конца поездки.

Слышались лишь шуршание дворников и стук капель по крыше и стеклам. Чинук бросил на Юми короткий взгляд и снова сосредоточился на дороге.

«Черт!» – Удерживая руль одной рукой, он ослабил галстук, показавшийся вдруг слишком тесным.

После того как Юми выбежала из кабинета, у него пропал аппетит. Какое-то время Чинук просто смотрел на контейнер с ужином, а затем ушел, так и не прикоснувшись к еде.

Выехав с подземной парковки, вдруг заметил Юми, мнущуюся перед зданием. Конечно, ему не было никакого дела до того, что она промокнет без зонта. Чинук решил подвезти ее, чтобы заставить понервничать. Однако… Он и сам не знал, кто из них двоих совершил бóльшую глупость.

Ему постоянно хотелось смотреть на Юми. Сердце застучало быстрее. В замкнутом пространстве салона ее сладкий запах кружил голову. Аромат немного изменился, но все еще был таким сладким, что Чинук сглотнул. Не отрывая взгляда от дороги, он спросил:

– Ты сменила гель для душа?

– Что?

– Раньше был ванильный с кокосом…

– А, вы об этом. Да, вышел новый, к тому же мне нравится запах розы…

Она же решила ничего не говорить! Юми торопливо оборвала себя на полуслове. «Минуточку. Он упомянул тот ванильно-кокосовый гель для душа, а я уши развесила… Три года назад тоже… – вспомнила Юми и чуть не хлопнула себя рукой по лбу. – Вот же! Еще один вопрос с подвохом, и я попалась!» Ее глаза испуганно округлились, она побледнела.

Чинук с трудом сдержал улыбку, наблюдая за растерявшейся Юми. Девушка выглядела так забавно, пытаясь решить, соврать что-нибудь или притвориться спокойной. «Если все так оставить, она от переживаний сама в обморок упадет. Пытается казаться сильной, хотя на нее никто и не нападает…»

Ее пальцы, вцепившиеся в сумку, дрожали. Чинуку очень захотелось накрыть их своей ладонью, но он подавил это желание. Глубоко вздохнул.

«Развел костер, чтобы выкурить кролика из норки, и боишься, что он задохнется в дыму… Просто подожди, пока добыча сама выйдет к охотнику», – подумал он.

– Спасибо, – автомобиль остановился у «Книги & Пиво», и Юми потянулась к ручке, – до завтра.

Она кивнула на прощание, распахнула дверь и выскочила из машины со скоростью света. Чинук повернулся, чтобы отдать ей зонт с заднего сиденья, но Юми уже и след простыл. Он покачал головой и рассмеялся:

– Ух, а я хорош.

Неожиданно его внимание привлек скутер, припаркованный возле паба.

«Похоже, парень подвез ее до работы на своем скутере. Какой заботливый…»

В голове Чинука всплыли слова Учжина и образ той парочки.

«Почему ее парень оставил скутер здесь? Приехал в гости? Если нет, то они живут вместе?.. Они настолько близки?»

Чинук вцепился в руль обеими руками, прожигая транспортное средство взглядом. Ему захотелось задеть его машиной.

Желание было почти нестерпимым, но тут дверь открылась, и вышел парень чуть моложе тридцати. Он надел шлем и завел скутер.

Вздох облегчения. Он точно не мог принадлежать парню Юми. Почему ему стало так спокойно?.. Чинук задумчиво посмотрел в окно, озадаченно приложив руку к груди.

– Что? Так вы с ним… тогда…

Ошеломленный Хёнтхэ поставил банку пива на стол. Юми торопливо огляделась по сторонам. К счастью, громкая музыка заглушила возглас Хёнтхэ, и никто из посетителей не мог услышать их разговор.

– Эй, потише!

Она строго посмотрела на друга и приложила палец к губам. Хёнтхэ же, будто не заметив ее жеста, продолжил так же громко:

– С Мистером Привередой, твоим боссом?

Юми серьезно кивнула.

– Ух ты! Круто!

– Что? Эй! Чего тут крутого? Попробуй представить себя на моем месте. Ты случайно всречаешь на работе человека, с которым провел одну ночь. Нет, не встречаешь, а прямо врезаешься в него! Если бы моим начальником был кто-то вроде тебя, я бы не переживала и спокойно работала дальше!

Хёнтхэ пожал плечами и развалился на диване.

– И я не могу понять, что делать. Все уже произошло… Я просто сделаю вид, что не знаю его – типа ничего не было.

– Эй! Ты же не можешь просто взять и забыть! Сколько бы времени ни прошло, та ночь не исчезнет!

Хёнтхэ не мог понять, почему Юми так переживает. Он взглянул на нее. Она обхватила ладонями лицо и, казалось, была готова заплакать.

– Почему так переживаешь?

– А?

– Это, конечно, не мое дело, но почему это тебя так беспокоит? Странно. Разве нет?

– Я… Я пойду, очень устала, извини. Еще увидимся.

Юми торопливо схватила сумку и поспешно вышла из паба. Глядя на ее суетливые движения, Хёнтхэ только удивленно покачал головой. Вскоре выражение его лица стало задумчивым.

– Нет, быть не может, – рассмеялся он, будто картина, нарисованная воображением, оказалась слишком невероятной.

Не факт, что людей это зацепит, но…

– Для начала передай это в маркетинговый департамент… – Чинук, изучавший документы, почувствовал на себе пристальный взгляд Учжина и поднял голову. – Почему ты так смотришь?

Секретарь пожал плечами:

– Простите. В последнее время вы стали лучше выглядеть.

– Да?

– Возможно, это из-за Ли Юми? – осторожно спросил помощник.

Чинук будто окаменел, услышав вопрос. Он почувствовал, как внутри него разгорается пламя. Мысли хаотично завертелись в голове. К счастью, Учжин добавил:

– Похоже, ее готовка идет вам на пользу.

– А-а-а, да.

Он закашлялся, и тут на столе зазвонил телефон. Ответил, не проверив, кто звонит.

– Алло?

– Приветики!

Это была Хэри. Чинук прикрыл глаза, услышав ее радостный голос.

«Если бы знал, что это она, не стал бы отвечать…»

Хэри не подозревала о мыслях Чинука и, похоже, искренне обрадовалась, когда он взял трубку.

– Я только что закончила тренировку. Это совсем недалеко от твоей работы. Если не занят, могу забежать к тебе на ланч. Что скажешь? – прощебетала она.

– Занят. Скоро надо уезжать.

Конечно, это была ложь, однако она могла сработать. Увы, Хэри не привыкла сдаваться легко.

– А что насчет вечера? Неподалеку есть ресторан, где готовят хорошую пасту с морепродуктами.

– Сегодня работаю допоздна.

– Могу подождать, пока ты не закончишь все дела. Подъеду к зданию компании и буду ждать где-нибудь неподалеку.

Если Чу Хэри чего-то хотела, она ни за что не отказывалась от задуманного и упрямо шла до конца. Но и Чха Чинук не хотел уступать ее настойчивости.

– Не получится. Возможно, провожусь до утра. Не жди меня, – холодно добавил Чинук, четко проговаривая каждое слово, – мне надо идти.

Он раздраженно взглянул на экран и поставил телефон на беззвучный режим.

– Собираетесь задержаться сегодня? – уточнил Учжин.

– Да.

– Насколько мне известно, вы уже закончили со всеми срочными делами…

– Хочешь уйти домой? Не переживай, я же не сказал, что заставлю задержаться и тебя, – отрезал Чинук.

Это было что-то новое. Учжин недоуменно взглянул на Чинука, но ничего не сказал и тихо вышел из кабинета.

– Юми, ты уже две недели проработала. Не пора ли нам собраться всем вместе и пойти выпить? – Ынби, собиравшаяся домой, оглядела кухню.

– Действительно. Мы еще ни разу не собирались в новом составе, – поддержала ее Джени.

Та уже успела переодеться в черное платье с глубоким вырезом.

– Может, пойдем поедим жареной курицы с пивом? Рядом как раз открылся новый ресторанчик. Компаниям дают скидку десять процентов, – предложил Синхва.

– Ладно.

Покча поглядела на него с сомнением, но все же и она была не прочь отведать курицы с пивом. Когда старшая кивнула, все повернулись к Юми, главной героине вечера.

– Пошли?

Наён по секрету написала ей, что Чинук вечером собирался уехать из офиса и поужинать где-то в другом месте. Значит, сегодня Юми была свободна от дополнительной готовки. Ей выпал шанс пообщаться со странноватыми коллегами в неформальной обстановке и, возможно, сблизиться…

Звук нового сообщения вернул Юми с небес на землю. Стоило ей взглянуть на экран, и ее лицо тут же скривилось.

Я задерживаюсь. Приготовьте ужин до 10 вечера.

– Сегодня не смогу. Возникло срочное дело… – Она виновато улыбнулась, сжимая телефон обеими руками. – Присоединюсь в другой раз.

«Чего улыбаюсь? Радоваться-то нечему!» – Юми тряхнула головой и снова надела белый халат.

Приготовьте пасту с мидиями, креветками и мясом лобстера.

Она озадаченно перечитала сообщение. Директор заказал пасту с морепродуктами.

«Где я сейчас возьму мидий или лобстера? Рядом нет даже рынка…»

На складе нет морепродуктов.

Не прошло и секунды, как пришел ответ:

П.А.С.Т.А. Будьте любезны.

«Он невыносим! Жить, что ли, не сможет без своей пасты с мидиями?»

Ей показалось странным, что в обед Чинук не капризничал. Видимо, просто приберег самое интересное на вечер! Еще немного, и ее терпению конец!

Юми фыркнула и раздраженно поправила форму.

Чинук сидел у компьютера и смотрел в экран. Он снял галстук, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке и подвернул рукава. Да, Учжину он заявил, что очень занят, но, по правде говоря, срочных дел сейчас не было.

«Может, стоило заказать ужин на девять?» – Чинук постучал кончиками пальцев по столешнице, покосился на время в углу монитора.

21:55.

Она обещала, что больше не задержится ни на минуту, поэтому должна скоро прийти. Чинук зловеще усмехнулся. Девчушка продержалась дольше, чем он рассчитывал, однако сегодня ей придется сдаться.

В дверь постучали. Он достал кошелек из кармана пиджака и уселся на край стола.

– Войдите.

Юми с корзинкой для пикника в руке открыла дверь и прошла прямо к столу, не глядя на Чинука.

– Я принесла пасту с морепродуктами, как вы и заказывали. – Она достала тарелку из корзинки и осторожно поставила ее на стол. – Приятного аппетита.

Молча поклонилась и уже собиралась уйти, как вдруг Чинук негромко окликнул ее:

– Подожди…

Юми замерла, повернув голову.

– Если вы еще чего-то…

Директор встал и неторопливо подошел к ней. Юми машинально отступила на шаг. Волнение, куда более сильное, чем днем, отразилось на ее лице. «Странное чувство. Что происходит?»

Чинук достал из кошелька две купюры по пятьдесят тысяч вон и протянул Юми.

– Возьми.

– Что это?

Юми не знала, что и думать: «Это точно не плата за пасту, тогда что?»

– Возвращаю долг за бензин. С процентами, – серьезно сказал он.

«Что?!» – От такого ответа Юми на мгновение потеряла дар речи.

«Если возьму эти деньги, то признаю, что все помню! Ни за что!»

Юми отпрянула, растерянно покачав головой. Чинук шагнул за ней.

– Извините, я не понимаю, что вы имеете в виду… О каком долге за бензин вы говорите?

Вместо ответа Чинук ухватил Юми за руку и вложил туда деньги. Она попыталась отстраниться, но он обхватил ее ладонь своими, заставив сжать купюры в кулак. После этого посмотрел ей в глаза.

Под его мрачным взглядом Юми почувствовала, как в горле пересохло. Она нервно сглотнула.

– Ты тоже кое-что мне должна, – почти прошептал Чинук, не выпуская ее ладонь.

– А?..

– Я говорю о моем пальто. Черном кашемировом пальто ручной работы! Тем утром ты его забрала. Или тоже забыла?

– Что… о чем вы говорите?.. Ик!

От сильного волнения Юми икнула, быстро прикусив нижнюю губу, и вспомнила то злополучное утро. Колени у нее задрожали. Хотелось провалиться сквозь землю. Она продолжила смотреть на Чинука с тем же непонимающим видом. Нельзя, чтобы он догадался…

– До последнего будешь упираться? – спросил Чинук, и ей показалось, что сейчас она превратится в ледяную статую. – Хорошо!

Директор притянул ее к себе. Их лица оказались так близко, что они почти соприкасались носами. Юми почувствовала, как горячее дыхание спустя три года вновь опалило кожу, и сердце у нее дрогнуло.

– Тогда почему ты нашла меня сейчас? Зачем? Не для того же, чтобы забрать долг за бензин?

Юми дернулась, пытаясь вырваться из его хватки, и залепетала:

– Я… я не понимаю, о чем вы говорите. Меня просто наняли в эту компанию… Ик!

– Смотри на меня и слушай внимательно.

Волна необъяснимой злости захлестнула Чинука, исказив черты лица. Его взгляд внушал ужас.

– Я не могу верить ни единому твоему слову. Не могу есть пищу, которую ты готовишь. Притворяешься, что ничего не помнишь, лжешь, а потом просишь есть твою еду? Откуда мне знать, что там в тарелке? Как я могу верить тебе? Скажи.

«Вы только посмотрите на него!» Со всей силой, на которую была способна, Юми вырвалась. Очутившись на свободе, она с негодованием взглянула на Чинука:

– Я диетолог-нутрициолог. Для меня это не шутки!

– Да? Тогда попробуй сама.

– Что?

– Попробуй. Ты первая!

– Приказываете?

– Именно, – кивнул Чинук.

Он не мог понять, почему Юми продолжала притворяться. Он фактически загнал ее в угол, но она все равно делала вид, что ничего не знает. К раздражению Чинука примешалось разочарование.

Юми решительно взяла вилку, накрутила немного спагетти, отправила в рот и, продолжая смотреть ему в глаза, проглотила.

– Еще!

Он рассчитывал, что девушке не хватит силы воли продолжить.

На этот раз Юми не стала накручивать спагетти на вилку, а подцепила самый край и медленно втянула в себя спагетти, сложив пухлые губы трубочкой. Такой деликатес не грех и посмаковать!

Юми высунула кончик языка и облизала остатки томатного соуса с губ. Она и представить не могла, какой эффект это зрелище произвело на Чинука.

Тот непроизвольно сглотнул. Такая же, как три года назад… Теперь он был уверен, что не ошибся! Чинук ухватил Юми за плечо и хрипло проговорил:

– Ты сейчас пытаешься соблазнить меня?

У Юми глаза на лоб полезли: «Что? Соблазнить?!»

Вопрос Чинука был настолько нелепым, что Юми подавилась. Ее лицо покраснело, она стукнула себя кулаком в грудь, пытаясь откашляться. Этот человек точно хотел убить ее! Или… Кашель никак не заканчивался, и от него аж тело скрутило. Когда Юми наконец смогла отдышаться и поднять голову, то наткнулась на ледяной взгляд директора. Кажется, сейчас ее блюдо снова отправят в мусорку?

– Теперь я могу идти? – осторожно спросила она.

Чинук задумался: «Я могу просто отправить ее за новой пастой… И тогда она останется здесь… Кажется, это единственный способ? Тогда воспользуюсь им». Мгновение, и его лицо снова превратилось в безэмоциональную маску. Снова сел на край стола и, стараясь не встречаться взглядом с Юми, отвернулся к окну.

– Как хочешь.

Юми открыла корзинку и начала что-то искать. Вскоре она достала большую деревянную перечницу и поставила ее на стол.

– Поперчите сами.

«Сам?» – Чинук нахмурился. Заметив его недовольство, Юми торопливо одернула себя. Возможно, это прозвучало не очень вежливо, но разве с перцем не вкуснее?

– Я пойду.

Юми торопливо поклонилась и направилась к выходу. Она не знала, что Чинук не сводил с нее взгляда, пока дверь не закрылась.

В кабинете повисла тишина.

Чинук горько усмехнулся и посмотрел на тарелку с пастой.

Спагетти выглядели очень аппетитно и были украшены морепродуктами и листьями базилика. Юми слегка нарушила аккуратную композицию, и он подумал, что точно так же она вторглась в его мысли.

Чинук поморщился и помассировал виски, будто пытался стереть что-то из памяти.

Внутри у него все чувства перемешались, так что разобраться в них было тяжело. Он сам загнал ее в угол, так откуда взялось это горькое послевкусие? Еще немного, и она бы сдалась, так почему просто отпустил девушку? Чинук почувствовал, что надо остановиться. Подсознательно испугался последствий и поэтому позволил ей уйти?

«Поперчите сами».

В голове вдруг возникли последние резкие слова Юми, и он усмехнулся. Значит, перца добавить… Такая же забавная, как тогда. Чинук накрутил немного спагетти на вилку и поднес ко рту. Он почувствовал, как к соленому вкусу морепродуктов примешиваются острые нотки чеснока и томатного соуса. Неплохо. Нет, пожалуй, эта паста была достаточно хороша для ресторана.

Чинук уселся за стол и приступил к ужину.

Глава 7

Ты всегда такая?

– Где же оно?

Придя домой, Юми принялась суетливо обыскивать комнату. У нее было не так много вещей, но нужная никак не находилась.

– Вспомнила! – Она бросилась к шкафу. – Точно положила куда-то сюда…

Юми раздвинула вешалки, залезла в дальний угол шкафа и достала картонную коробку, которая была обернута в ткань. Поставила ее на пол, развязала тугой узел. В коробке лежало черное кашемировое пальто.

– Нашла!

Она совсем забыла о нем. Нет, сказать по правде, специально спрятала его в самый темный угол.

«Я говорю о моем пальто. Черном кашемировом пальто ручной работы! Тем утром ты его забрала. Или тоже забыла?»

Юми помрачнела, вспомнив пылающий взгляд Чинука. Это все из-за пальто? Действительно, парень вроде него едва ли будет так переживать из-за интрижки на одну ночь. Наверняка у него их было множество. «Почему он тогда пристал ко мне с расспросами, узнала я и не забыла ли его?» – задумалась Юми. Вся ситуация была странной.

Ладонью осторожно провела по пальто. Шелковистый кашемир выглядел действительно дорого. «Может, какой-то очень известный и дорогой бренд? Наверняка. По какой еще причине директор мог так рассердиться?»

Она разочарованно вздохнула и покачала головой. Столько шума из-за какой-то ерунды! Тогда, три года назад, у Юми настолько сильно тряслись руки, что она просто не смогла толком привести себя в порядок. Она бездумно схватила пальто, чтобы прикрыть кое-как застегнутые пуговицы и мятый костюм.

Юми так спешила быстрее добраться до Сеула, что одежда волновала ее в последнюю очередь. Она и не осознавала, что на ней пальто Чинука, пока арендодательница не помогла ей с вещами.

Вернее, заметила она раньше, еще в автобусе. Зато стало понятно, почему другие пассажиры провожали ее удивленными взглядами.

Вначале, переехав в нынешнюю квартиру и разобрав вещи, Юми хотела отправить пальто по почте. Правда, она не знала имени и не могла указать получателем «мальчика на побегушках из отеля», как не могла и вернуться, чтобы разыскать его сама…

Так Юми изо дня в день откладывала это дело, пока не стало слишком поздно. Но неправильно держать у себя чужое пальто, бесконечно оправдываясь и притворяясь, что забыла. Возможно, если вернуть его, директор просто обо всем забудет и неловкое положение разрешится само собой?

– Как же быть?

Юми сокрушенно сжала пальто в руках. «А если просто отправить его без обратного адреса? Нет, нельзя. Он точно поймет, от кого… И будет смеяться, если я вновь притворюсь, что не знаю его».

– Вот же!..

Она уткнулась лицом в пальто, сдерживая слезы обиды. Будто крольчиха, прячущаяся в норке от хищника. «В кроличьей норке вход один, но выходов хотя бы несколько. А у меня что? Что вход, что выход – все заблокировано. Почему меня отправили работать именно в «Тэбок групп»? Почему не в какой-нибудь городок в горах на отшибе? Вот было бы здорово… Стоп!»

Она вспомнила, как кто-то спросил ее на встрече одногруппников:

«Юми, ты устроилась в большую компанию? Не скажешь куда?»

«В «Тэбок групп».

«О, это круто. Молодец, Юми! – посыпались со всех сторон поздравления».

«У них такое здание! Никакой текучки и всегда одно число сотрудников».

«А главное… Работа не мешает личной жизни!»

Некоторые из однокурсников завистливо вздыхали и рассказывали о своих местах работы:

«Мне пришлось уехать за город».

«А мне – не просто за город, а в деревенскую больницу».

А что, если поменяться с кем-то из них? Наверняка они были бы очень рады. Юми улыбнулась, ухватившись за эту идею: «Точно, устроюсь куда-нибудь в глушь. Перееду в деревню и отправлю пальто оттуда! Пусть тогда попробует достать меня!»

Юми представила себя свободной, и хватка, сжимавшая ее горло, сразу исчезла. Все точно получится! С легкой душой она убрала пальто обратно в коробку.

Неизвестно, что случилось, но Чинук уехал из офиса на весь день. Свободная от приготовления завтрака, обеда и ужина, Юми в приподнятом настроении составляла меню и рассчитывала количество необходимых продуктов. Раньше она была так загружена готовкой, что не всегда успевала сделать это.

Пока все работники кухни отдыхали после обеда, больше похожего на жестокое сражение, девушка незаметно прошмыгнула на крышу здания. Ей надо было позвонить Чону, ее начальнику из кейтеринговой[3] компании, которая и отправила ее в «Тэбок групп».

Юми прокашлялась и набрала номер. В трубке послышались гудки. Больше на крыше никого не было, однако на всякий случай она огляделась по сторонам.

– Слушаю? – послышался мягкий голос Чона.

Юми почувствовала себя так, будто разговаривала с любимым учителем после долгой разлуки.

– Здравствуйте, это Юми.

– О, рад слышать. Как у тебя дела, справляешься?

– Да, потихоньку.

«Я, конечно, еще держусь, но уже готова испустить последний вздох…»

– Как работа? Коллеги с кухни не обижают?

– Нет, меня хорошо приняли.

– Замечательно. А то некоторые вначале немного задираются…

– Я… Кстати… Это… Когда будет ротация сотрудников?

– Что? Ротация? Юми, ты же и полугода не проработала. Ты ведь в «Тэбок групп»? Все так хотят туда попасть… – От удивления Чон заговорил громче.

Разумеется, хотят. «Но я не одна из них!» – расстроенно думала Юми, вцепившись в телефон обеими руками, будто утопающий за спасительную соломинку.

– Да, но… Хотелось бы знать заранее. Я так люблю все планировать, – рассмеялась она, – поэтому… Когда ожидать перераспределения?

– Первое – через полгода. Но это самое раннее. Обычно компании ждут год, а то и два. Вдруг тебе новое место не понравится и ты захочешь снова сменить его? Им это невыгодно.

«Мне нужно продержаться всего полгода, шесть месяцев!»

– Тогда вы не могли бы отправить меня куда-нибудь подальше, например в деревню?

– Почему? Что-то случилось?

– Нет, ничего. Просто хочу пожить на свежем воздухе… Ай!

Она повернула голову и вдруг заметила Учжина, который стоял у двери на крышу. От неожиданности телефон выпал из рук.

– Алло? Юми?

– Ой, простите меня. Телефон уронила.

Юми торопливо нагнулась, подбирая мобильный. Когда она снова повернулась к двери, помощника директора уже не было.

«Это все нервы. – Юми с облегчением выдохнула. – Надо потерпеть полгода. Если не смогу, то наверняка сойду с ума».

– Вы не будете заезжать в офис, сразу вернетесь домой? – спросил Учжин, взглянув на Чинука в зеркало заднего вида.

– Да, на сегодня все, – ответил тот, не отрываясь от экрана ноутбука.

Учжин кивнул и пробормотал себе под нос:

– Хорошо… Сотрудникам нужна небольшая передышка. Некоторые уже просят перевести их куда-нибудь в деревню…

– Это кто в деревню просится? – Чинук поднял голову, ловя взгляд Учжина в зеркале.

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог. – Мгновение секретарь смотрел на него, затем снова сосредоточился на дороге. – Она просила своего начальника из компании-подрядчика перевести ее в деревню. Жаловалась, что работы очень много. Нам следует нанять для вас личного шеф-повара. Поэтому…

– Да что она о себе возомнила! – воскликнул Чинук.

Учжин вздрогнул от резкого тона и испуганно оглянулся. Лицо Чинука было красным от гнева, директора трясло. Он никогда не видел его таким. Учжин нервно сглотнул и поспешно отвернулся. Надо было промолчать – сам чуть не попал под горячую руку.

– Чан, разворачивайся, – приказал Чинук, сжав кулаки, – мы едем в офис.

Его тихий голос не предвещал ничего хорошего.

В семь часов вечера Чинук, который вообще-то должен был быть где-то, но никак не здесь, приехал в офис. Юми только успела порадоваться, что наконец-то уйдет с работы вовремя, как была вынуждена в спешке готовить ужин.

«Держись! Всего полгода… Бывало и хуже. По сравнению с…» – Юми, занятая натиранием корня имбиря на терке, вдруг замерла. Она вспомнила кошмарные школьные годы.

«Вы посмотрите, как вырядилась!»

«А короче юбки не было?»

Юми показалось, что она снова слышит голоса одноклассников.

«Ты в курсе? Твоя мама в «клубничке» снимается».

Новый учебный год в средней школе встретил Юми шепотом сверстников и тычками пальцев. Все из-за одного одноклассника, который украдкой посмотрел фильм для взрослых «Сейчас взорвется!» с Чо Михи в главной роли. Для Юми это стало шоком. До того момента она думала, что ее мама – обычная актриса, сделавшая перерыв в карьере. Сама Михи только сказала: «А что в этом такого?» – и пожала плечами.

Через три дня слух разлетелся по всей школе. Жизнь Юми превратилась в череду кошмаров. Мальчишки постоянно кричали: «Сейчас взорвется!» – и лопали водяные бомбы у ее головы, а потом смеялись над тем, как она дрожит в мокрой одежде. Юми не могла даже возмутиться, ибо клеймо «дочери порнозвезды» сделало из нее бесправную грешницу. И в тот год она услышала страшное: «Чего и следовало ожидать. Ты же дочь порноактрисы!»

Тот случай оставил на ее душе шрам, который до сих пор не зажил. Со стороны все могло выглядеть как глупая детская ссора, но жертве была причинена огромная боль. Юми терпела унижения до старших классов. Она специально перешла в новую школу как можно дальше от ее района, чтобы больше никогда не видеться с одноклассниками, превратившими ее жизнь в кошмар. Увы, прошлого не вернуть, и психологическая травма преследовала Юми до сих пор.

Возможно, именно из-за страха вновь прослыть «дочерью порноактрисы» она носила длинную юбку, застегивала рубашку на все пуговицы, а помадой пользовалась только гигиенической и только по необходимости.

В университете ничего не изменилось. В гардеробе у нее были сплошь строгие брюки и свободные блузки, а свидания вслепую или студенческие вечеринки не вызывали интереса. Однокурсники считали ее старомодной и наградили прозвищем Монашка. И вот…

Она вздохнула, выплывая из воспоминаний, и подумала: «Я всегда сторонилась мужчин, будто они просто предмет мебели… И на первом свидании отдалась парню, которого знала всего один день. Если такое вообще можно назвать свиданием… Этого не должно было случиться! Мне надо перетерпеть, а потом я просто исчезну и заживу мирно, как раньше».

– Всего полгода.

Она продолжила тереть имбирь с удвоенной скоростью.

Когда Юми подошла к кабинету директора, Наён и Учжин уже ушли. «Хорошо, – подумала она, – кто-то каждый день задерживается, а кто-то уходит вовремя… Но не будем об этом. Скоро и я так смогу! Скоро и на моей улице будет праздник!»

Постучав, она открыла дверь и вошла. Чинук, который стоял у окна, повернул голову.

Юми поклонилась, поставила корзинку на стол:

– Я приготовила свинину, маринованную в имбире и медово-соевом соус…

– Ли Юми, я не ожидал, что вы такой ненадежный сотрудник.

Юми, которая как раз доставала из корзинки очередной контейнер, удивленно замерла. «А? Что? У него аллергия на имбирь? В отчете этого не было…» Пока девушка непонимающе хлопала глазами, Чинук подошел ближе. От его взгляда по спине побежал холодок.

– Ты всегда такая? Если что-то не получается, сразу сбегаешь?

«Он говорит о том дне? С бензином не вышло, так решил придумать другую уловку?»

Юми не ответила. Директор выхватил у нее контейнер и с грохотом швырнул его на стол. Она отступила на шаг.

– Бьешь в спину, а потом сбегаешь?

– Сбегаю? Что вы?..

– Тогда как это назвать? Ты что-то скрываешь?

Внезапная атака Чинука привела Юми в замешательство. Она почувствовала себя мышкой, загнанной в угол, или еще хуже.

– Я… О чем вы?..

– Ты просила перевести тебя куда-нибудь подальше отсюда?

До нее дошло: «Ой! Так это была не галлюцинация! Секретарь Чан действительно был на крыше! Выходит, он слышал разговор с Чоном…»

– А, вы об этом. Нет, я не прошу перевода сейчас. Чуть позже, – осторожно ответила она, стараясь не смотреть в глаза директору.

Юми ни в коем случае не собиралась сбегать в деревню вместе с пальто – только вернуть его посылкой сразу после переезда. Но стоило ли признаваться в этом сейчас? Будет от этого хоть какая-то польза?

«Он уверен, что каждое мое слово – ложь, и ни за что не поверит, даже если скажу правду. Наверняка думает, что все из-за пальто! Знала же, что все так и будет! Не стоило притворяться, что я его не узнала», – подумала Юми. Увы, раскаиваться было поздно. Не в силах выдавить ни слова, девушка виновато опустила голову.

Ей не хотелось ничего усложнять или ранить его чувства, однако сделать это оказалось сложнее, чем она ожидала. Пока Юми стояла, не говоря ни слова, Чинук подошел еще на шаг.

– Ладно. Можешь уходить, если хочешь. Я, в свою очередь, использую этот шанс, чтобы обновить «Тэбок групп». В следующем месяце нам потребуется заключить повторный договор с подрядчиком, отвечающим за питание, и на это место уже претендует много компаний. Вдруг текущий подрядчик уйдет и оно станет вакантным?

– Что? – нехорошее предчувствие овладело Юми, как вызывает волнение гроза вдалеке. – Текущий подрядчик…

– Ты не расслышала? Как можно доверять сотруднику, который сбегает, проработав только три недели?

– Что значит «сбегает»? Через полгода первая ротация, поэтому…

– Я также не смогу доверять фирме-подрядчику, отправившей тебя ко мне, – продолжил Чинук, перебив ее, – поэтому хочу поменять ее.

Будто наяву Юми услышала саркастическое замечание Джени:

«От новичков всегда одни проблемы. Интересно, что случится на этот раз?»

Она создала не просто проблему, а настоящую катастрофу планетарного масштаба! «Что будет с другими поварами? – ужаснулась Юми. – Из-за меня они лишатся достойной работы! Я-то думала, что через полгода все разрешится… Как же так?»

– Увольте только меня. Не трогайте других, – попросила Юми дрожащим голосом.

– Это мне решать.

– Ну знаете ли! Вам не кажется, что вы переходите границы?

Юми с неприязнью посмотрела на Чинука. В ее глазах читалось отчаяние.

– Перехожу границы?

– Да, именно. Вы генеральный директор, как вы можете так поступать?

– Кто тут еще перешел границы… Именно так ты поступила со мной. Не припоминаешь?

«О чем он говорит? Я-то ему что сделала? Не было ничего такого».

– Не понимаю, – сказала Юми с обидой в голосе, – я чем-то обидела человека, который протаранил меня тележкой, а потом потребовал извинений? Еще и вино… Ай!

Осознав, что именно она сказала, Юми быстро закрыла рот ладонью, испуганно глядя на директора. От волнения слова сами вылетели.

– Наконец-то призналась.

Он улыбнулся с видом победителя.

Юми не знала, что делать. Она так долго держалась, а теперь сама проговорилась. От досады ей хотелось откусить себе язык: «Все кончено. Слово не воробей, как говорится».

– Меня действительно нелегко забыть. – Чинук с торжествующей улыбкой скрестил руки на груди.

Его гордость, которой изрядно досталось из-за этой девушки, наконец-то вернулась в полной мере.

В глазах у нее стояли слезы. Она держалась, но в конце концов заплакала.

Раздражение Чинука улетучилось, и он почувствовал укол совести. Да, она сильно его разозлила, однако никто на полном серьезе не собирался из-за этого расторгать договор с надежным подрядчиком и увольнять всех сотрудников кухни. Это был просто блеф. А Юми, похоже, восприняла все слишком серьезно. «Плакать-то зачем?!»

Чинук неловко откашлялся и отвернулся от Юми. Он просто не мог посмотреть ей в глаза. Вдруг девушка низко поклонилась:

– Мне очень жаль, пожалуйста, простите меня, господин директор.

Это было настолько неожиданно, что Чинук тут же повернулся обратно. Продолжая стоять в поклоне, она продолжила:

– От волнения я не заметила, что взяла пальто. Это звучит как оправдание, но именно так все и было.

Ее голос дрожал, однако говорила Юми подчеркнуто вежливым тоном. Она превратилась в подчиненного, который извинялся за свою ошибку перед руководителем. Чинук не был готов к этому. Он растерянно моргнул.

– Пожалуйста, пересмотрите свое решение о расторжении контракта с компанией-подрядчиком, – продолжала твердить Юми, – потому что другие не должны пострадать из-за моей ошибки. Прошу вас.

– Хорошо. Я не буду менять подрядчика…

– Благодарю. Я верну вам пальто.

«Да не в пальто дело, просто…» – хотел ответить Чинук, но будто онемел. Холодный официальный тон сбил его с толку, не давая сделать и шага в ее сторону.

Не получив ответа, Юми поклонилась еще раз:

– Мне правда очень жаль. До свидания.

Она развернулась и пошла к двери.

«Я не хотел… не хотел ее извинений. И пальто мне не нужно. Я лишь… – Чинук почти сделал шаг, чтобы поймать ее за руку и остановить, но застыл на месте. – А чего я хотел?» Он не смог ответить на вопрос, бессильно наблюдая, как за Юми закрывается дверь.

Юми вышла из кабинета на трясущихся ногах и прислонилась спиной к двери, не в силах идти дальше. «Как же я облажалась! Он застал меня врасплох! Хотя держалась вроде бы хорошо. Ох… – Она смеялась сквозь слезы. – И все же… После признания мне стало легче. Пусть увольняет хоть завтра».

Чинук остановился у ворот дома и быстро ввел пароль. Прошел через стеклянную входную дверь, миновал просторный сад и оказался внутри своего тихого двухэтажного особняка. Дом можно было фотографировать и помещать на обложку модного журнала, однако внутри было пусто и холодно, будто здесь никто не жил.

Чинук лег на диван, даже не включив свет. Он меланхолично уставился в потолок, который был залит струящимся через окно гостиной лунным светом. Через некоторое время вздохнул, вспоминая разговор с Юми:

«Мне очень жаль, пожалуйста, простите меня, господин директор».

«От волнения я не заметила, что взяла пальто. Это звучит как оправдание, но именно так все и было».

«Почему она наконец сдалась, а страдаю я?!» – Чинук расправил плед и накрылся им с головой. Посмотрел на пушистое старое одеяло, которое совсем не подходило к минималистичному интерьеру, и горько улыбнулся.

«Что ж…»

Он глубоко вздохнул и уткнулся лицом в одеяло. Казалось, чувства, застрявшие глубоко в груди, вот-вот вырвутся наружу. И выразить их всё никак не получалось.

«Это больно. Чем дольше держу все в себе, тем противнее и больнее становится, как будто меня ножом ударили, да еще и лезвие провернули… – Чинук крепко обхватил одеяло руками и свернулся калачиком. – Похоже, сегодня опять не усну».

Сколько бы Юми ни утешала себя тем, что «почувствовала облегчение», дома эмоции снова взяли вверх. Чха Чинуку было отвратительно видеть, как она врет ему прямо в лицо.

«Мне нет оправдания! Он поймал меня на лжи. Генеральный директор ни за что не станет есть пищу, приготовленную человеком, которому не доверяет. Меня наверняка уволят! А я только получила нормальную работу…»

После бессонной ночи Юми начала собираться на работу. Под глазами у нее появились темные круги. «Наверное, уволит меня сразу, как только приду. Может быть, он собрал все мои вещи и ждет? Или их вообще уже вышвырнули из здания…»

«Да, это несправедливо, однако что я могу поделать? Хорошо еще, что я взяла весь удар на себя и никто не пострадал из-за его вспышки гнева. Поэтому буду просто утешать себя тем, что спасла коллег, и делать вид, что ничего не произошло. – Юми склонила голову, чтобы подавить крик. – Чувствую себя даже хуже, чем когда три раза провалилась на экзамене по корейской кухне! Может, к Хёнтхэ поваром напроситься?»

Юми шла к зданию компании, будто на казнь.

– Большое спасибо вам за все.

– Юми, ты чего?

Вместо того чтобы ответить на вопрос Ынби, Юми беспомощно улыбнулась и опустила плечи.

Однако все были заняты приготовлением обеда, поэтому не восприняли всерьез печальный вид новенькой.

Когда коллеги на кухне закончили с готовкой и пошли на перерыв, Юми вернулась к себе в кабинет.

«Странно. Охранник не остановил меня в вестибюле. Наверное, все же решили дать время собрать вещи…»

Юми поставила на стол большую картонную коробку.

«Я и трех недель не проработала, так что брать мне особо нечего. Главное – это оставить им заметки по питанию».

Она уже потянулась за стикерами, но тут кто-то постучал в дверь.

Это был Учжин в ярком клетчатом костюме и с хорошо знакомой корзиной.

– Доброе утро, – поздоровался секретарь и протянул корзинку.

Юми открыла крышку контейнера для еды. Он был практически пуст.

– Он снова все выбросил, не попробовав…

– Директор попросил передать, что ему очень понравилось. В частности, он сказал, что свинина на гриле, маринованная в имбирном соке с соевым соусом и медом, превосходна.

– Что? – Юми удивленно посмотрела на Учжина. – Не может быть, так и сказал?

– Конечно.

«Что, черт возьми, ты задумал? Сначала кричал, что никогда не будешь есть то, что приготовил лжец. Или хочешь польстить напоследок, чтобы завершить все спокойно?

– Еще он что-то говорил?

– Да. У директора встречи за завтраком и обедом, поэтому сегодня нужен только ужин. Я пошел.

Глядя на уходящего Учжина, Юми изо всех сил старалась подавить нарастающее волнение.

«У него созрел очередной коварный план? Что на этот раз? И почему вдруг сейчас такое затишье?»

Юми рухнула на стул и пробормотала что-то себе под нос.

«Он точно этого так не оставит. Может, хочет лично меня уволить? Или… когда я не буду к этому готова? Что он задумал?!» – Юми не понимала, что происходит.

– Ну как?

Учжин вопросительно посмотрел на Чинука.

– Что «как»?

Тот коротко вздохнул, откинув голову:

– Ну… Что диетолог ответила, когда ты принес контейнер и сказал, что мне все понравилось?

– А, это… Да ничего особенного. Хотя…

– Что?

– Выглядела она немного странно. Испуганно, наверное.

– Правда?

Чинук кивнул, словно ему понравился ответ Учжина. Он забеспокоился о Юми и поэтому решил подбодрить девушку, похвалив то, что она приготовила. Но поблажек давать не хотел. «Пусть понервничает!»

– Кстати… – Чинук уже выходил из кабинета, когда Учжин остановил его, – директор Мэн пытается сменить подрядчика, отвечающего за питание. На свою компанию.

– Что? Сменить компанию? Без моего ведома?! – Чинука перекосило от злости.

«Мой мир вот-вот рухнет, а время идет как всегда». – Юми успокоилась, слушая мерное тиканье часов. Чем ближе к ужину, тем больше у нее сохли губы и все внутри холодело.

«Ох!»

Она глубоко вздохнула и еще раз проверила контейнер. «Повезло, что сегодня не было завтрака и обеда. Но все равно стоит быть начеку!»

Открыла дверь кабинета и подошла к столу. Чинук не обратил на это никакого внимания. Он с серьезным лицом уставился в монитор, полностью сосредоточившись на работе. Юми не могла просто оставить контейнер и уйти, поэтому молча ждала.

Она надеялась, что директор будет к ней снисходителен. Прошло немало времени, прежде чем Чинук обратил на нее внимание. Он отвернулся от компьютера и небрежно посмотрел на нее. Его лицо не выражало эмоций.

– Так что с пальто?

«Ой, точно!»

– Извините… – Юми поспешно склонила голову. – Отдам его в химчистку и принесу в ближайшее время. Вчера я поздно ушла с работы, прачечная была закрыта… Поэтому…

– Тогда отложим до выходных.

– Что?..

– Всю эту неделю работаю сверхурочно. Соответственно, и ты остаешься, чтобы готовить мне ужины.

– А, вы об этом.

«Понятно… Вместо того чтобы уволить, собираешься заставить меня работать как проклятую?» – подумала Юми.

Чинук непринужденно поднялся со своего места, обошел стол и приблизился к ней.

– Сделаем вид, что вчера я не говорил про смену компании-подрядчика.

«А? Он передумал?» – с бледным лицом Юми застыла на месте.

Чинук остановился перед ней и медленно наклонился.

– Передумал, но… – продолжил он тихим голосом, – есть одно условие, Ли Юми.

– Какое условие? – спросила Юми слабым дрожащим голосом.

Его лицо было так близко, и от волнения ей с трудом удавалось говорить. Она хотела сделать шаг назад, но тело ее не слушалось.

Чинук пристально посмотрел на девушку, а потом выпрямился и сказал:

– Сделай что-то, что меня впечатлит.

– В каком смысле?

– Хочу, чтобы ты приготовила такое блюдо, чтобы я понял, что оно приготовлено от всего сердца. Оно поможет мне забыть все, что ты со мной сделала.

«Ха, хочешь сказать, что больше не собираешься меня убивать? Что еще надо сделать, чтобы моя готовка пришлась тебе по вкусу?» – Юми, казалось, становилось все хуже.

– Выполни это условие за месяц. Тогда мне будет все равно, уйдешь ты через полгода или останешься.

«Но «впечатление» – это субъективная вещь… То есть моя жизнь будет зависеть просто от его мнения?»

– А если не справлюсь?

– Конечно, я продлю контракт с компанией-подрядчиком. Первоначально он рассчитан на три года, но продлю на пять лет. – Чинук наклонился, приблизив свое лицо к ней, и продолжил: – Только если ты останешься в «Тэбоке».

Это последнее, что Юми ожидала услышать, и глаза у нее стали как блюдца. Директор добавил:

– Значит, ты не уйдешь ни через шесть месяцев, ни через год, даже если твоя компания захочет перераспределить сотрудников.

«Собираешься держать меня всегда рядом и запугивать? Прямо как в «Мизери» Стивена Кинга?»

– Почему? Место перевода после ротации не имеет значения. И с вами это никак не связано.

– Мне было бы жаль, если бы ты оставила работу мечты.

– Мечты?!

«Да он издевается!»

– Знаете, как трудно каждый день готовить отдельное меню для трехразового питания, при этом управляя столовой, куда приходят более трехсот сотрудников за смену?

– Хочешь сказать, тебе недоплачивают? Секретарь Чан доплатит за твою работу, чтобы ты не чувствовала себя разочарованной… Или этого мало? Не думал, что ты такая расчетливая.

«О, собираешься подкупить меня, чтобы я не расстраивалась? Это я расчетливая? Какой же ты!..» Юми долго сдерживала себя, и вот гнев ее прорвался, словно огромный поток воды через дамбу при наводнении. «Это так несправедливо и обидно, что я должна доказывать ему что-то! С меня хватит!»

– Так вы спланировали все с самого начала? А еще меня обвиняли в притворстве!

Неожиданный вопрос смутил Чинука. Это правда – он намеренно сделал так, чтобы ей было трудно притворяться, что она ничего не помнит.

– Прошло три года, а не тридцать лет, и мне очень жаль, что сказала, будто ничего не помню. – Дрожащим голосом она начала изливать на него все негодование, что было в душе. – Сожалею, что случайно взяла дорогое пальто. Но вы не можете доводить кого-то до такого состояния просто из-за какой-то одежды. Для вас тряпка важнее человеческого достоинства?

– Послушай. Думаю, ты все не так поняла – дело совсем не в пальто… – Чинук попытался исправить недоразумение, однако она уже его не слышала.

Юми пыталась не подавать виду, но чувствовала себя так плохо, что не сдержалась и заплакала. Она вытерла слезы и продолжила выговаривать Чинуку скопившиеся обиды:

– Вы хоть знаете, как приготовить яичницу-глазунью? А рамен сварите? Я диетолог, а не повар! А чем занимаюсь здесь? Таскаю вам эти проклятые контейнеры!

– Юми, пожалуйста, успокойся…

Чинук крепко обхватил ее за плечи, чтобы утихомирить. От его прикосновения Юми быстро пришла в себя. Только тогда она поняла, что натворила, и вся сжалась от страха: «Совсем рехнулась! Мне нужно было на коленях умолять его, а не показывать недовольство. Конечно, все сказанное было правдой. Этот мир настолько несправедлив, что нельзя даже говорить то, что считаешь нужным».

В кабинете повисло тяжелое молчание. Чинук растерянно смотрел на Юми, которая от смущения прикусила нижнюю губу и пыталась не встречаться с ним взглядом. Через несколько мгновений все-таки собралась с силами и подошла к столу, проскользнув мимо Чинука. Достала контейнер из корзины, поставила на стол и поклонилась.

«Лучше всего прояснить ситуацию и уйти как можно скорее. Так и поступлю».

– Я сделаю все возможное, чтобы приготовить блюдо, которое сможет произвести на вас впечатление, – произнесла она сухим тоном и на ватных ногах направилась к двери.

– Юми, стой.

Услышав негромкий, но властный голос директора, девушка на мгновение замерла. Повернув голову назад, увидела его серьезное лицо.

– Позволь мне задать один вопрос. Почему ты ушла в то утро?

Юми выглядела ошарашенной:

– Хотите поговорить об этом прямо сейчас?

Чинук пристально посмотрел на нее и тихо сказал:

– Скажи мне, в чем причина?..

Юми молчала. Несколько раз пыталась начать и, глубоко вздохнув, наконец ответила:

– Честно говоря, не знаю, почему вам это так интересно. Мы всего лишь… – Она осторожно подбирала слова, продолжая избегать взгляда в глаза. – Мы ведь даже не встречались.

Губы Чинука слегка дрогнули, как будто от шока и обиды. Но уже через мгновение его лицо вновь стало непроницаемым.

– Мне пора. – Юми медленно повернулась и вышла из кабинета.

«Так, значит… Я был для нее просто встречей на одну ночь?»

Чинук тоскливо смотрел на закрывшуюся дверь.

«Ужас!»

Юми не могла нормально стоять и вся дрожала. Она шла осторожно, опираясь о стену. Только что сказанные слова исчезли из ее памяти. Перед глазами темнело, а в груди было так тесно и душно, будто что-то внутри нее сломалось… С потерянным видом Юми подняла голову к потолку.

«Проще уволиться. Он такие условия выставил, так что чем не повод? Кто знает, какое блюдо может произвести на него впечатление?! Какой привереда, императором себя возомнил!»

Юми не могла поверить, что встреча на одну ночь могла привести вот к этому.

«После такого я и близко не подойду к мужчине, которого не знаю. Больше никогда… Хотя, кажется, уже слишком поздно».

Она печально побрела в столовую.

– Ого, Чинук! Какими судьбами? Давненько я тебя не видел… – удивленно спросил Чхольмин.

Чинук в одиночестве пил виски. Вместо приветствия он залпом осушил стакан и взял бутылку, чтобы снова его наполнить.

– Что происходит? Что с твоим лицом? – в голосе старого приятеля слышалось беспокойство.

– Дружище… – Чинук открыл рот, как будто что-то бормоча, и стал размахивать стаканом, – я же… На самом деле совсем не такой, ты ведь хорошо знаешь…

– Что за бред ты несешь? Еще даже полуночи нет, а кто-то уже в стельку.

– Ох-х… – глубоко вздохнул Чинук вместо ответа.

«Мы ведь даже не встречались».

Голос Юми все еще звучал у него в голове. Чинук пристально посмотрел на стакан с виски, поднял его и залпом выпил. Затем поставил на стол и скривился. Виски был крепким.

– Как же паршиво…

– Да что с тобой?! Не из-за девушки же ты такой! Что-то с компанией? Опять отец замучил?

– Дружище…

– Что?

– Можешь поверить, что я стал для кого-то парнем на одну ночь, просто развлечением? – неразборчиво пробормотал Чинук и горько улыбнулся, налив себе очередную порцию скотча.

Чхольмин нахмурился, глядя на друга, и спросил:

– Кто осмелился сказать такое?

Но тот лишь тяжело опустил глаза.

«Мной просто воспользовались? Теперь, когда убедился в этом, меня должно трясти от злости… Я должен ненавидеть ее… но не получается. И от этого еще больнее».

– Она просто ушла, ничего не сказав… Ох… – Чинук больше не мог говорить и, тяжело вздыхая, поднес ко рту стакан и опрокинул в себя содержимое. От виски шел тяжелый и сильный аромат. Алкоголь тек по пищеводу, обжигая его, и в груди разливалось тепло. – А для меня эта девушка… – Он горько улыбнулся и прошептал себе под нос: – Но она ушла…

Глава 8

Меня заботят мысли только моей девушки

Юми знала, что все так и будет! Ее не уволили, и она была не просто рада, а бесконечно благодарна за это. Всю неделю готовила Чинуку завтраки, обеды, ужины и перекусы по требованию, будто послушная невестка, пытавшаяся угодить свекрови. Причем Чинук вел себя, именно как придирчивая свекровь.

– Если бы кое-кто внимательно прочитал отчет, то знал бы, какая еда может меня впечатлить… – недовольно сказал он, открывая крышку контейнера.

– Простите. Была бы признательна, если бы вы уточнили, что я упустила.

– Во-первых, твое отношение. Ты приготовила полуфабрикат? Или использовала свежие ребрышки?

Это была тщательно отобранная говядина высшего качества, выращенная без использования гормонов исключительно на натуральном корме. Ребрышки тайно принесла Ынби, сообщив, что это элитный быстро охлажденный продукт. Джени и Синхва попробовали по кусочку и, показав большие пальцы, восторженно сказали: «Эти ребрышки будто только что разделали!» Однако с Чинуком это не сработало. Тот каким-то образом понял, что имеет дело с замороженным мясом.

– Кроме того, вкусное блюдо и выглядеть должно хорошо… Почему бы тебе не поработать над этим? Если не справляешься с оформлением, сходи в ресторан высокой кухни и возьми пару уроков.

«Он предложил человеку, который работает от рассвета до заката, в свободное время посетить ресторан? Деньги-то есть, а вот время…»

Но Юми была не в том положении, чтобы перечить. Сейчас на вершине пищевой цепочки был именно он, а Юми – в самом низу. Она должна была любой ценой приготовить блюдо, которое его впечатлит, чтобы через полгода получить свободу. Ситуация очень напоминала школьные годы. Впрочем, вспоминая свои страдания тогда, Юми благодарила судьбу за нынешнюю жизнь. По крайней мере, здесь ее страдания хорошо оплачивались.

– Простите. Буду больше стараться.

– Извините, у вас есть сухая чистка для кашемировых вещей?

Адская рабочая неделя наконец-то закончилась, и наступила благословенная суббота, так что Юми пошла в прачечную, прихватив злополучное пальто. Ей хотелось как можно быстрее вернуть этот долг.

– Как?..

Однако пальто только добавило новых забот.

– Что это? – Юми в ужасе распахнула глаза и отшатнулась.

«Вечно со мной так! Только начинаю думать, что жизнь налаживается, как тут же случается какая-нибудь беда!»

– Вот, смотрите, здесь.

Хозяйка прачечной, женщина лет пятидесяти, развернула пальто и задумчиво поцокала языком. Не веря своим глазам, Юми пригляделась.

– Очень хорошее пальто, кашемир высшего качества. А моль, зараза такая, именно его и любит – на синтетику не летит. Вот тут прогрызла.

Катастрофа! Хозяйка была права, на пальто тут и там виднелись крошечные дырочки.

– Девушка, вы что, просто убрали его в шкаф и ничем не обрабатывали?

Юми грустно кивнула. У нее и шерстяных вещей почти не было, что уж говорить о кашемире… Она никогда не сталкивалась с молью и не знала про обработку шкафа. «Для этого нужно чистящее средство типа как для ванной?»

– Что-то можно сделать? – Юми в отчаянии посмотрела на хозяйку прачечной. – Это не мое пальто, но я должна вернуть его владельцу.

– Ну… Могу посоветовать одно хорошее место. Думаю, там с этим справятся. Кстати, девушка, это же настоящий «Кинел», не подделка?

Юми не могла на это ответить и только растерянно моргала. Хозяйка снова цокнула языком:

– Что ж… Выйдет дорого. Пальто длинное… Ну, больше сотни…

– Сотни? Сто тысяч вон?

Неприятно, но Юми могла себе это позволить. «А почему она качает головой, будто ей меня жаль?» – подумала она, глядя на хозяйку.

– Понимаете, сто тысяч вон – это хорошая цена, будь речь о подделке. Но если это настоящий «Кинел», то добавьте еще один нолик.

– Что?! – не сдержавшись, воскликнула Юми. – Миллион вон? Почему так дорого? Это же кашемир, а не норка.

– Это «Кинел». Один из самых известных брендов. Его трудно достать, даже если есть деньги.

«Кинел» или «Конел» – какая разница, что мне теперь делать?!» – Юми хотелось просто сесть на пол и расплакаться.

Ранним утром понедельника, еще затемно, Юми с тяжелым сердцем смотрела на здание «Тэбок групп».

– Ох… – из ее груди вырвался обреченный вздох.

Ей хотелось все бросить и спрятаться в какой-нибудь деревушке в горах. Но теперь, испортив пальто и наделав других ошибок, она отрезала себе путь к светлому будущему и не могла сбежать. «Что ж, лицензию диетолога-нутрициолога уже получила, а теперь получишь и лицензию повара!» – подбодрила себя Юми. Она вспомнила, как раз за разом проваливала экзамены и собеседования, как ее выгнали со съемной квартиры, и другие тяжелые моменты. «Я не могу сдаться, если хочу хоть что-то исправить! Та женщина из прачечной обещала попытаться зашить пальто. Возможно, у нее все получится. А если она не сможет… Что ж, тогда мне придется немного поднапрячься и возместить ущерб».

Она могла откладывать те деньги, которые секретарь Чан дополнительно выдавал ей за готовку для Чинука…

«Сколько лет мне понадобится, чтобы накопить нужную сумму?»

Юми решительно тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли. Следовало тщательно все обдумать и составить план дальнейших действий. Во-первых, нужно изо всех сил избегать Чинука, пока она не разберется с пальто. Если он спросит об этом и начнет упрекать за то, что соврала и оставила вещь себе, то придется падать на колени и молить о пощаде: «Извините, ваше пальто немного пострадало…»

Конечно, Юми собиралась рассказать ему правду, даже если у хозяйки прачечной все получится. Но принести чистое пальто в отличном состоянии и принести изъеденную молью тряпку – это не одно и то же. Чтобы загладить вину, одних слов будет мало. Поэтому ей и не следовало лишний раз попадаться директору на глаза. Собрав всю свою волю в кулак, Юми поглядела на грандиозное здание, окутанное предрассветным сумраком.

Чинук приехал на работу и сразу же скрылся в своем кабинете. Через мгновение вернулся в приемную и подошел к столу Наён.

– Скажи, что стоит у меня на столе? – спросил он у секретаря.

Наён, которая как раз раскладывала документы, посмотрела с непониманием:

– Ваш завтрак. Что-то не так?

– Ли Юми сегодня на работе?

– Да. Приехала даже раньше меня и ждала в коридоре.

– Правда?

С разочарованием на лице Чинук ушел в кабинет.

Он открыл контейнер с завтраком. Юми приготовила французский тост с яйцом и беконом и нарезала фрукты в виде маленьких животных. Из яблока, например, получился кролик. «Если она хотела меня впечатлить, почему выбрала именно кролика, на которого так похожа?» – задумался Чинук. Он представил, как Юми старательно работает ножом, и умилился.

Завтрак был съеден и забыт, но в обед ситуация повторилась. Вернувшись с совета директоров, Чинук снова обнаружил контейнер на столе.

– Обед принесла Ли Юми?

– Да, прямо перед вашим приходом.

– Так-так…

Вечером Чинук отлучился в туалет всего на минуту, а когда вернулся, на столе его уже ждал очередной контейнер с запиской:

На ужин я приготовила овощной ролл с вешенками.

Приятного аппетита!

^___^

– Ли Юми, диетолог-нутрициолог —

То же повторилось и во вторник, и в среду. Чинук понял, что это точно неспроста. Ли Юми хитрила, лишь бы не встречаться с ним. «Да ты опять пытаешься сбежать, – подумал он и коварно ухмыльнулся. – Пушистый кроличий хвост всегда только распаляет хищника!»

В четверг вечером, когда все уже собирались домой, Юми, как всегда, задержалась допоздна, продумывая меню на следующую неделю и внося его в компьютер. Она уже собиралась нажать кнопку сохранения в системе, когда ее отвлек сигнал мобильного. Даже не читая, Юми знала, кто прислал сообщение.

Сохранила меню, выключила компьютер и взяла телефон. «Директор Чха всю неделю не задерживался. Я уже надеялась, что до выходных так и продолжится… С другой стороны, что поделать? Скажет готовить – буду готовить».

Нельзя сказать, что Юми вложила в поздний ужин душу, но она постаралась сделать все, чтобы директор от него не отказался. Она приготовила маленькие пельмени с креветками и салат из листьев периллы, приправленный кунжутом и паприкой.

Юми положила салат в контейнер и почти закрыла крышку, когда телефон снова зазвонил. Ее так занимали мысли о том, как красивее украсить блюдо, что она ответила на звонок, даже не проверив, кто это.

– Алло.

– Юми, моя любимая доченька! – услышала она радостный голос матери.

Юми нахмурилась, отругав себя за то, что взяла трубку, не глядя. Мать никогда не звонила просто, чтобы узнать, как дела. Либо она поругалась со своим мужем Ёнханом и хотела выговориться, либо устала нянчиться с Тонгу, их общим ребенком, и собиралась пожаловаться. Либо напилась.

– Что случилось? Мам, я сейчас занята. Можешь перезвонить, если это не срочно?

– Бессердечная девчонка! Тебе мать звонит, а ты «занята»!

– Но я правда не могу говорить! – возмутилась Юми, укладывая пельмени в отдельный контейнер.

– Юми-и-и…

Судя по тому, как Михи растягивала слова, она уже успела выпить несколько бокалов. Юми недовольно закатила глаза: заигрывание матери с алкоголем начало превращаться в привычку. Честное слово, иногда ей казалось, что Михи не ее мать, а дочь-подросток!

– Можно пожить у тебя немного, а? Я так устала жить в этой маленькой деревне. Хоть на пару деньков в Сеул…

– О чем ты? А как же Тонгу?

– Возьму с собой.

«То есть она не просто приедет, а привезет с собой двухлетнего ребенка?» – Юми почувствовала, как закипает. Еще чуть-чуть и…

– Нет! – отрезала она и положила трубку.

Телефон тотчас зазвонил снова, однако Юми проигнорировала его и продолжила складывать остатки ужина в контейнер. Взглянула на часы. Девять с небольшим. Стоило поторопиться, чтобы не опоздать. Она взяла плетеную корзинку и поспешила к кабинету директора.

Оставленный на столе телефон продолжал звонить.

Выйдя из лифта, Юми прошла мимо кабинета и скрылась за дверью пожарной лестницы. Она осторожно приоткрыла ее и выглянула в коридор. Наён рассказала ей, что Чинук всегда моет руки перед едой, поэтому уходит в туалет незадолго до того, как Юми приносит контейнеры. За это короткое время она успевала оставить еду на столе и уйти. Несколько дней подряд план работал идеально.

Часы тикали, минуты тянулись одна за другой, но, сколько бы Юми ни ждала, директор все никак не выходил из кабинета. Может, с графиком что напутала?

Она взглянула на наручные часы. Девять двадцать пять. «Что делать? – Юми нервно прикусила губу. – Просто поставить контейнер на стол? Я не буду смотреть ему в глаза и сразу уйду. Уж лучше так, чем опоздать и разозлить его».

Она уже собиралась открыть дверь, как вдруг…

Чинук вышел из кабинета с каким-то документом в руках.

«Наконец-то! Наверное, это займет больше времени, чем мытье рук?»

Как только двери лифта за директором закрылись, Юми выбежала с пожарной лестницы и устремилась к кабинету. Задыхаясь, она подбежала к столу и принялась торопливо расставлять контейнеры. Скорее всего, его не будет дольше, чем обычно, но на всякий случай стоило поторопиться.

Юми была так поглощена своим делом, что не заметила, как дверь за ее спиной открылась. Чинук вошел в кабинет и встал у нее за спиной. Скрестив руки на груди, он наблюдал, как она достала последнюю салфетку, положила ее рядом с контейнерами, развернулась, и в этот момент спросил:

– Чем порадуешь?

– Ай! – испуганно воскликнула Юми.

Говорят, если человека хорошенько напугать, то у него перед глазами звездочки кружатся… И она как раз увидела такой звездный хоровод. Дыхание перехватило, сердце екнуло, а ноги подкосились. Почувствовала, как пол становится мягким и податливым, а уже в следующее мгновение провалилась в темноту.

– Эй! – Чинук успел выставить руки и поймать девушку.

Он, конечно, ожидал испуганных криков, однако не мог предвидеть, что Юми вот так возьмет и упадет в обморок. Да, от страха кролики могут терять сознание, но она всё-таки не кролик. Это должен был быть просто розыгрыш в ответ на ее собственную прихоть избегать его!

– Ли Юми, очнись!

Чинук осторожно положил девушку на диван и легонько похлопал ее по щекам. Увидев абсолютно белое лицо, он не на шутку забеспокоился. Все мысли тотчас пропали. Казалось, что вся обида немедленно исчезла: «Открой глаза, пожалуйста! Сейчас не время! Пожалуйста! Надо вызвать врача».

Чинук быстро достал из кармана телефон.

– Потерпи немного. Я уже звоню в «Скорую».

– Ох…

Веки Юми дрогнули, приоткрываясь.

– Слышишь меня?

Он встал на колено рядом с Юми и бережно дотронулся до ее волос. Она пробыла без сознания меньше пяти минут, но ему показалось, что прошла целая вечность.

Юми открыла глаза и попыталась сесть. Чинук придержал ее за плечо, не давая подняться с дивана. Он снял пиджак и укрыл ее.

– Не двигайся. Тебе надо лежать.

Юми смотрела непонимающе, будто забыла, что произошло. «Почему у него такое лицо? Он волнуется?» – пронеслось у нее в голове. Чинук напряженно смотрел на нее, стиснув зубы. «Точно!» – вспомнила Юми. Она испугалась его внезапного появления и упала в обморок. Моргнув еще раз, окончательно пришла в чувство.

В полном молчании они смотрели друг на друга.

– Директор… – осторожно начала Юми, – хочу вам кое-что сказать…

Выглядела при этом серьезно, будто искала в себе силы сознаться в чем-то страшном. Чинук затаил дыхание. Неужели сейчас он услышит о ее чувствах?

Сказать по правде, та ночь не была для него просто «еще одной» ночью с девушкой. «Все эти дни мои мысли были только о тебе. Если я все испортил, пожалуйста, дай еще шанс…»

– …о вашем пальто, – неожиданно сказала она.

Чинук замер. Решила поговорить о пальто в такой момент? «Да к черту пальто! Я уже и забыл о нем. Все равно уже вышло из моды…»

– Оно… немного продырявилось…

– Продырявилось? – переспросил Чинук.

– Просто… моль… – попыталась объяснить Юми.

– Моль?

Чинук задумался, пытаясь понять, что она имеет в виду. Юми расценила его молчание как раздражение: кто бы не рассердился, узнав, что его пальто стало в дырочку?

– Мне очень жаль.

Девушка виновато шмыгнула носом. Все меньше Чинук понимал, что происходит, и оттого только сильнее хмурился.

– Ли Юми, ты поэтому избегала меня всю неделю? – глухо спросил он.

– Не совсем… То есть я просто старалась, чтобы мы не сталкивались…

Но это и называется «избегать»!

Под мрачным взглядом директора Юми смутилась и дернулась, пытаясь вскочить с дивана, но он снова удержал ее. Ей оставалось только неподвижно лежать. Взглянув снизу вверх на Чинука, Юми почувствовала его давящую ауру.

– Простите, пожалуйста. Я не знала, что моль любит натуральные ткани, но обязательно починю пальто. Уже отнесла его в хорошее ателье, где умеют работать с дорогими брендами… – взмолилась она, чуть не плача.

– Достаточно. Поговорим, когда принесешь, – прервал ее Чинук.

– Да.

Юми осторожно кивнула, глядя в его ледяные глаза.

«Вот какого ты обо мне мнения… Думала, что я что-то скажу тебе из-за пары дырок в пальто, и поэтому избегала меня? Да я сам в твоих глазах как моль!..» – думал Чинук. Очередной удар по самолюбию.

– Вижу, тебе стало легче? Вчера и позавчера ты вернулась вовремя, – мимоходом сказал Хёнтхэ, сверяя со списком винные бутылки, выставленные на стеллаже.

Он собирался заказать вино для своего паба и проверял, каких марок не хватает, а Юми составляла ему компанию.

– Да, но… – Она наклонила голову, потрогав этикетку.

– Ты говорила, что Мистер Привереда ел не в офисе.

– Да, к счастью.

Хёнтхэ оторвался от ревизии и повернулся к Юми. «Ее одежда также застегнута на все пуговицы, прическа волосок к волоску, вся в черном. Этот цвет, конечно, всегда в моде, однако в этом случае… Кажется, в школе она одевалась подобным образом. Совершенно не изменилась, только теперь носит линзы, а не очки», – подумал он, глядя на Юми.

– Господин Чон?

К ним спешил управляющий магазином. Хёнтхэ был его постоянным клиентом.

– Слышал, у вас новое вино, так что приехал посмотреть.

– Да, только что привезли. Пожалуйста, проходите сюда.

Юми пошла вместе с ними. Вдруг ее внимание привлек очередной шкаф. Она замерла. Там в золотистом свете были выставлены самые изысканные сорта вин. Юми сделала шаг к шкафу, всматриваясь в бутылки. Где-то она уже это видела… Это не?..

– Что-то нашла? – подошел к ней Хёнтхэ.

– А, вас интересует «Шато лё Пен»?

Хёнтхэ удивленно приподнял бровь:

– Откуда ты знаешь этот сорт?

– А, ну… Наверное, видела в каком-то журнале, – неловко выпалила она.

– Если честно, – управляющий заговорщически поманил Хёнтхэ и Юми к себе и зашептал, – это пустая бутылка. Она стоит здесь просто для красоты. Конечно, ценник есть, но мы при всем желании не сможем достать это вино, поскольку его производят очень маленькими партиями. Одна бутылка стоит…

Менеджер назвал цену, и глаза у Юми округлились.

– Сколько-сколько?

«Серьезно?! За такие деньги можно купить две тысячи бутылок сочжу! Почему это вино настолько дорогое?» – подумала она и тут же вспомнила слова Чинука:

«Если бы вы знали, сколько стоит это вино, вы бы…»

Теперь понятно. Юми слегка прикусила нижнюю губу, еще раз убеждаясь, что они были из разных миров. В его мире ходили в дорогом пальто и пили элитное вино… Она и дня не провела с ним, однако все еще не могла поверить, что встретила такого человека.

Прошло уже три года, а воспоминания о том дне были такими яркими, как будто все случилось только вчера. Теперь Юми поняла, почему каждый раз так смущалась перед Чинуком на работе, еще не зная, что это тот самый парень из отеля. Она вспомнила его тихий голос, который шептал ей на ухо той ночью, руки и их мягкие прикосновения, его теплый глубокий взгляд. А потом ту страсть, с которой он…

– Кроме французских вин у нас есть еще много достойных вариантов.

Услышав слова управляющего, Юми вернулась в реальность. Мочки ее ушей покраснели, будто окружающие могли узнать об ее мыслях. Она сглотнула и притворилась, что объяснения менеджера ей интересны.

– Чилийские вина оправдывают свою цену, к тому же они очень популярны. Давайте покажу вам новые поступления. Сюда, пожалуйста.

Юми пошла за менеджером и Хёнтхэ, но не удержалась и в последний момент обернулась на витрину. Одинокая бутылка гордо стояла в золотистых лучах, как сам Чинук. Горькая улыбка возникла на ее лице. «Хотела бы я, чтобы ты остался лишь приятным воспоминанием…»

– Ты слушаешь меня или нет?

Чинук давно обещал приехать на завтрак к родителям, и отец начал жаловаться, не успели они сесть за стол. Ему была известна причина недовольства отца, однако решил сделать вид, что не понимает, о чем речь.

– Разве это возможно? Ты всегда мне что-то говоришь, а я всегда слушаю, – нахмурился Чинук.

– Говорил тебе позвонить Хэри! Говорил же?!

– Мы с ней почти каждый день видимся. К чему вопрос?

– Когда это вы последний раз встречались? Что-то не припоминаю!

– Я каждый вечер смотрю новости с ней.

– Издеваешься?! – возмущенно воскликнул отец. – Пришел посмеяться надо мной?

– Конечно нет. Ты позвал меня на завтрак. Что не так? Мне уйти?

Казалось, в какой-то момент Чинук понял, как вести себя с отцом. Он больше не протестовал, как раньше, а только равнодушно выслушивал претензии, не придавая им особого значения.

Отец тоже знал, что больше не сможет отчитывать сына, как раньше. Поэтому разозлился еще больше. Их взгляды встретились, и началась незримая дуэль. Первым глаза отвел отец. Решил, что лучше не давить на Чинука сейчас.

– В любом случае найди время встретиться с Хэри. – Президент попытался успокоиться и продолжил мягким тоном: – Давай соберемся все вместе. И подготовь ей подарок. Она никогда не приходит с пустыми руками, неужели тебе не стыдно перед ней?

– Так она о тебе заботится, а не обо мне. Сам и дари.

«Меня на это не купишь!» – подумал Чинук.

– Ты мне зубы не заговаривай! Хэри заботилась обо мне из-за тебя, разве не видишь, что у нее на уме?

Чинук ухмыльнулся, будто с трудом сдерживал смех.

– Меня заботят мысли только моей девушки. Остальные пусть думают, что хотят.

– Что-что-что? И кто эта девушка, чьи мысли тебе не безразличны?

– Девушка?.. – Выслушав вопрос отца, Чинук покачал головой. – Неважно.

– Ладно, не буду тебя допрашивать. Давай просто завтракать. Скоро все остынет.

Президент Чха глубоко и печально вздохнул и взялся за ложку.

«Что на этот раз? Что, черт возьми, происходит? То он внезапно появляется, то внезапно исчезает…» – Юми была погружена в свои мысли, оглядывая опустевшую после обеда столовую.

Она упала в обморок неделю назад. Пальто было еще не готово: хозяйка прачечной сказала, что на его ремонт уйдет немного больше времени, чем планировалось. Тем более она уже призналась во всем Чинуку и могла не торопиться. Однако за эту неделю она ни разу его не видела. Он все время отказывался от еды по разным причинам. Нагрузки стало меньше, зато беспокойства прибавилось… Что, если директор просто избегал ее, чтобы она не смогла выполнить задание? До назначенного срока осталось всего две недели…

«Ты из-за пальто злишься? С другой стороны, как не злиться? Это же люксовый бренд… Ох-х… – В мыслях Юми царил беспорядок. Она подперла подбородок руками и нахмурилась. – Вот бы увидеть его, понять, о чем думает. Не могу же я ворваться к нему в кабинет…»

Вдруг откуда-то послышался приятный запах.

«Уже начали готовить ужин?»

На кухне Покча ловко жарила оладьи с остатками капусты кимчхи, а Ынби, Джени и Синхва наблюдали. Увидев Юми, они пригласили ее присоединиться.

– Давай садись с нами.

– Только приготовила. Ешь, пока еще хрустящий, – угостила ее Покча, выкладывая горячий оладушек на тарелку.

Покча только на первый взгляд казалась сварливой и злой, а на самом деле заботилась обо всех на кухне и относилась к Юми как к части коллектива.

– Нет ничего вкуснее хрустящих соленых оладий, когда голоден.

– Ты готовишь соленые капустные оладьи?

– Ага, в Сеуле мало кто знает их рецепт. А зря, очень вкусно.

Юми попробовала и пришла в восторг. Восхитительный вкус.

– Ну что, понравилось? – улыбнулась Покча.

– Вау, действительно очень здорово. Вкус соленый и сладкий одновременно…

– Все так говорят, когда пробуют мои оладьи.

У Юми появилась идея.

– Да, – небрежно ответил Чинук, услышав стук в дерь и не отрывая глаз от документов.

Дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась Хэри, вынарядившаяся, словно собиралась на вечеринку.

– Приветики!

Чинук нахмурился.

«Я же велел не пускать ее! Куда смотрели Наён и Учжин?!»

– Там никого нет, что ли?

– А, секретарей вызвал президент Чха, так что они отлучились.

«Отец! Вот ведь! – проворчал под нос Чинук. – Это точно он подстроил! Только вот зачем? Сам знает, что чем больше на меня давить, тем больше я отдаляюсь».

Чинук подавил нахлынувшее раздражение и спокойно посмотрел на Хэри. Та подошла к нему почти вплотную.

– Что-то срочное? Пришла, даже не позвонила.

– Как ты себя чувствуешь? Выглядишь расстроенным. Ты такой бледненький!

Хэри хотела дотронуться до его щеки, но Чинук резко отодвинул кресло назад.

– Опять руками лезешь! Я же просил тебя не трогать мое лицо. – Он был недоволен и повысил голос.

Однако Хэри совершенно не заботила такая реакция. Она оперлась на спинку его кресла и улыбнулась. Что поделать? Чтобы заполучить красивого мужчину, иногда приходится цепляться за него!

– Какой злюка. Мне было рили сложно освободить график, чтобы увидеть тебя… Даже босса заигнорить пришлось…

– Ты точно телеведущая? Разговариваешь, как подросток. Все эти словечки…

– Чинук, это не сленг. У нас все так говорят. Вот подожди немного, и все эти «словечки» появятся в толковом словаре. Сейчас уже доширак нызвают дошиком. Что тут такого!

Чинук вздохнул. Такая же, как в школе.

«Когда она наконец повзрослеет? Это потому, что с самого детства все считали ее милой, а когда она выросла и похорошела, то обзавелась армией поклонников, которые готовы поддерживать ее во всем – даже в глупости».

Однако для Чинука Хэри оставалась просто знакомой. Ни больше ни меньше.

– Уходи. У меня еще много дел.

Приняв серьезный вид, Чинук продолжил изучать бумаги.

– Ну-у, Чину-у-ук… – Вместо того чтобы уйти, Хэри приобняла его сзади и продолжила приторно сладким голосом: – Мы так давно не виделись. Хэри голодная. Купи мне роллы с лососем! Ну купи, купи! – Она почти повисла на Чинуке, думая, то это выглядит мило.

– А ну слезь! Я тебе что, Чернушка, чтобы так меня тискать? – воскликнул Чинук и сбросил с себя руку Хэри, но она обняла его еще крепче, как капризный ребенок, который не хочет отдавать игрушку.

– Ох-х, – громко вздохнула Юми, прижимая к себе корзинку с капустными оладьями. Она придумала блестящий план, как ей впечатлить Чинука.

Юми уже представила это:

– Вы когда-нибудь ели капустные оладьи? Не хотите попробовать?

Чинук наверняка еще будет дуться, но, когда попробует кусочек, сразу расплывется в улыбке и простит ее за все, что она сделала.

Юми постучала, открыла дверь и застыла на месте.

– Ой!

Какая-то женщина обнимала Чинука сзади и поглаживала по щекам, будто собиралась страстно поцеловать…

Юми, онемев, просто смотрела на эту сцену.

– Простите! – Очнувшись, она резко отвернулась.

Корзинка в ее руках дрожала. Она поспешила к выходу.

– Юми, подожди! – Чинук вскочил с кресла и оттолкнул Хэри в сторону.

– О-ой! – Хэри пыталась удержать равновесие и неловко взмахнула руками.

Чинук не обратил на это внимания и подскочил к Юми, даже не пытаясь помочь Хэри.

– Что-то случилось? – спросил он.

Юми опустила голову, не найдя в себе смелости посмотреть ему в лицо. Крепко сжала корзинку в руках, будто там лежали золотые слитки, а не оладьи.

– Нет-нет, ничего срочного. Зайду позже.

– Я спросил: «Что-то случилось?» – недовольно повторил Чинук.

Ей пришлось посмотреть на него. Она нагло ворвалась в кабинет посреди свидания, однако лицо директора оставалось бесстрастным. Юми украдкой взглянула на девушку, которая поправляла платье, бубня что-то себе под нос. Она была ослепительно красива, как актриса, только что сошедшая с экрана. Кукольное личико, идеальные формы… Природа действительно щедро ее одарила. Роскошная с головы до ног, незнакомка восхищала утонченным чувством стиля.

Юми представила, какой потрепанной выглядит на ее фоне, и почувствовала себя жалкой – полная противоположность той девушке: волосы прижаты шапочкой, от бесконечной работы халат помялся…

– Юми, все хорошо?

Услышав свое имя, она очнулась и осторожно поставила корзинку перед собой.

– Вы когда-нибудь ели капустные оладьи? Не хотите попробовать?

Чинук кивнул в сторону стола и спокойно ответил:

– Оставь там.

– Да, конечно.

Юми поставила корзинку на стол и поспешно вышла из кабинета. Как только дверь за ней закрылась, она оперлась о стену и попыталась отдышаться.

«Кстати, девушка выглядит знакомой. Где я могла ее видеть? Не уверена, что знаю ее, но лицо кажется знакомым…»

Вдруг ее осенило:

«Добрый вечер, дорогие зрители! Вы смотрите вечерние новости с Чу Хэри».

«Точно! Я видела ее по десятому каналу в семичасовых новостях. Неужели это та самая Чу Хэри?»

Из кабинета донесся звонкий голос, который до этого она слышала только по телевизору.

– Ух ты! А почему оладушки из капусты? – говорила она вовсе не как диктор. – Чинук, ты ешь эту еду для бедных?

– Хэри, помолчи, будь добра.

– А я ведь рили чуть не упала! Почему ты меня не поймал, а? Я же могла пострадать! Давай лучше куда-нибудь сходим.

«Что? Еда для бедных? Я так старалась, когда жарила эти оладьи!» – Юми вышла из кабинета генерального директора, трясясь от негодования.

– Ох, ну в самом деле… – проворчала она.

«Не знаю, почему мне было так неловко от его взгляда? Очевидно, он сказал мне оставить оладушки, чтобы просто не отказываться при посторонних. Хоть что-то. Надо бы радоваться… Но почему тогда на сердце так тяжело?»

– С другой стороны, чего я ожидала? Ладно, позлилась и хватит!

Не всем везет в жизни… Юми опустила плечи и понурно направилась к лифту.

– Я такая голодная! Пошли куда-нибудь. Ты меня вообще слушаешь?

После того как Юми ушла, Чинук будто не замечал Хэри, и та снова вцепилась в его руку, всеми силами пытаясь привлечь его внимание. Он лишь раздраженно посмотрел на нее и убрал руку. Хэри прошла вперед и нарочно споткнулась.

– Ай!

Чинук не то что не попытался помочь, а даже не моргнул.

– Кажется, ты еще в школе с физкультурой не дружила? Почему тебя ноги не держат?

Как же так? На работе стоило ей чихнуть, как тут же сбегались мужчины с платочками… Какого же черта Чинук ничего не делает, даже если она падает на пол прямо перед ним?! Да, ей нравились плохие парни, однако грубость Чинука больше разочаровывала.

– Я просто такая слабенькая, Чинук… – жалобно сказала она, отбросив остатки гордости.

Не сработало. Он был холоден.

– Хватит. Тебе лучше уйти. Мне пора на совещание.

Чинук подошел к столу и резко открыл папку с бумагами, но не мог сосредоточиться. Его беспокоило, как все выглядело в глазах Юми. Можно было не гадать, о чем именно она подумала.

Ему хотелось остановить ее и сказать, что все это – недоразумение, но потом эта мысль его рассмешила. Они были не в тех отношениях, чтобы объясняться друг перед другом. В любом случае Юми считала его ничтожеством, хуже моли. Любые его слова остались бы неуслышанными.

«Тогда на курорте она подумала, что я угнал кабриолет».

Хэри прервала его мысли:

– А ты не можешь отменить совещание? Мне ведь рили было сложно найти время, чтобы встретиться с тобой…

– Уходи. Прошу по-хорошему.

Она не отступила и продолжила тоненьким голосом:

– Ну-у, Чину-ук…

– Пожалуйста, не мешай мне работать, уходи!

– Почему ты не прогнал ту девку с капустой, а меня прогоняешь?!

У него кончилось терпение. Он схватил Хэри за руку и вытолкнул из кабинета. Затем захлопнул дверь прямо перед ее носом и заперся изнутри.

В ожидании лифта Юми смотрела на светящуюся кнопку, но не видела ее.

«Неудивительно, что у него есть девушка. Конечно, устраивать такое прямо в кабинете – не лучшая идея. С другой стороны, она такая красивая… Тут все понятно. Ох… Тогда почему… глаза так сильно щиплет? Пылинка, что ли, попала?» – Юми потерла покрасневшие веки.

«В чем причина того, что мне так сложно смотреть тебе в глаза?»

Глава 9

Мы даже не встречались

Когда Чинук вошел в зал заседаний, все директора встали со своих мест, приветствуя его.

– Сидите, это лишнее, – махнул он рукой.

Дождавшись, пока все сядут, сразу же перешел к делу.

– Кто был автором осенне-зимней коллекции? – Он взмахнул папкой с какими-то бумагами.

Все застыли. Только менеджер Ян, который и был автором, так испугался, что поперхнулся и громко закашлялся, схватившись руками за горло.

Чинук пренебрежительно посмотрел на него.

– Вы думаете, нашим покупателям понравится этот ужас? Ян, да и все остальные, к следующей неделе подготовьте новые проекты. Мозговой штурм поможет нам выбрать лучший.

Подобные «мозговые штурмы» под управлением Чинука не были похожи на свободный обмен идеями. Совсем. Скорее, это был жуткий сеанс обезвреживания бомбы с часовым механизмом. «Похоже, они все расслабились, пока меня не было», – подумал он.

Сотрудники испуганно переглянулись – в их взглядах также читалось и напряжение. Они не могли понять, почему всего за неделю настроение генерального директора так испортилось. Дела у компании шли вполне неплохо.

– Завтрашнее совещание по поводу маркетинговых стратегий продвижения за рубежом отменяется, поэтому прошу вас подойти к этому вопросу со всем вниманием, – продолжал отчитывать их Чинук. – Вы думаете, стратегии для внутреннего рынка хорошо себя покажут за границей? О каких достижениях может идти речь, если вы подходите к делу так несерьезно?

– Простите! – хором ответили остальные директора.

Оправдывая свое прозвище Безумный трудоголик, Чинук с головой погружался в работу, не тратя ни часа на отдых. Это он, можно сказать, был зависимым от работы, но его люди-то нет! Казалось, грозная аура генерального директора душила всех.

– Я откорректирую маркетинговые стратегии для каждой команды и вышлю вам. Хватит работать с этим старьем! Все поняли?

– Да, господин Чха!

– На сегодня все, приступайте к работе. С таким планом, какой вы предоставили, совещания – пустая трата времени.

Закончив речь, Чинук встал и вышел из зала. Действительно, «бомба с часовым механизмом», время и место взрыва которой никто не мог предсказать. Подчиненные разом облегченно вздохнули, откидываясь на спинки стульев.

– Кстати, – вдруг сказал Учжин, когда они с Чинуком вышли в коридор, – в прошлый раз я говорил вам о замене подрядчика, отвечающего за питание. Похоже, директор Мэн хочет не просто продвинуть свою компанию, но еще и подкупает других директоров. Они уже поднимают этот вопрос.

Смена подрядчика – не то решение, которое можно принять в одиночку, поскольку оно скажется на всей компании. Поэтому будет голосование, как и положено при демократии.

– Неужели? – Чинук равнодушно покачал головой.

Как и вчера, Чинук уехал осматривать завод в Сувоне, откуда сразу вернулся домой, не заезжая в офис. «Он не отказался от капустных оладий, и я думала, снова закажет ужин… – Бормоча себе под нос, Юми вышла из автобуса и направилась к зданию. – Он все еще злится? Или снова что-то задумал? Как я приготовлю блюдо, которое его впечатлит, если он не дает мне возможности?» Время шло, а дело никак не продвигалось. Если так и дальше пойдет, ей придется работать в «Тэбок групп» до тех пор, пока она не уволится по собственному желанию.

Сказать по правде, пока Чинук не требовал готовить, все было не так плохо. Человек может привыкнуть ко всему. Несколько дней Юми была свободна от готовки, не видела босса, и постепенно у нее появилось желание оставить все как есть. «Условия работы хорошие ведь, и еще я наконец-то сломала ледяную стену и подружилась с поварами. К тому же…»

– Эй!

Юми так глубоко погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала, как ее позвали. Повернувшись, она увидела девушку с кукольным лицом, которую видела вчера в кабинете Чинука. Это была Хэри, и она шла к ней, цокая высокими каблуками-шпильками. За ней следовал курьер с огромной коробкой.

– Да, ты, девочка с капустными оладьями.

– Что?!

«Как она только что меня назвала?» – гневно подумала Юми, чуть нахмурившись. Настроение было испорчено. Хэри как ни в чем не бывало обернулась к курьеру:

– Хорошая работа. Отдайте ей.

– Держите. – Курьер немедленно выполнил приказ.

Коробка оказалась такой тяжелой, что Юми чуть не упала, машинально сделав шаг назад. Хэри поглядела на ее мучения, развернулась и пошла в сторону столовой.

– Это и есть столовая?

– Да, но что вы?..

Ведущая поманила ее пальцем с таким видом, будто сама была принцессой, а Юми – ее служанкой. Юми, неожиданно для себя ставшая носильщиком, вздохнула и последовала за ней. Когда они появились на кухне, все повара, занятые предобеденными хлопотами, немедленно повернулись в их сторону. Хэри осмотрелась и приказала:

– Поставь на стол.

Юми с трудом поставила коробку, чувствуя, что еще немного, и руки отвалятся. Благодарности в свой адрес, конечно, не услышала. Ведущая изучала взглядом столовую и кухню. Юми успела надеть халат, а «девушка из телевизора» все не прекращала крутить головой, будто сотрудница санинспекции, которую прислали проверить чистоту помещения. Наконец Хэри разочарованно вздохнула:

– Какой ужас. И здесь готовят для моего Чинука? Фу! – Она протянула руку к коробке и тут увидела Юми. – Посмотри, что внутри.

Юми покорно открыла коробку и взглянула на содержимое. Внутри было полно изысканных деликатесов вроде лобстеров, морских гребешков, икры, трюфелей, шафрана, дорогого сыра разных видов и самых свежих овощей.

– Для чего это? – Юми озадаченно уставилась на коробку.

Хэри вздернула подбородок:

– С сегодняшнего дня ты должна готовить из этих продуктов, – объяснила она. – Хочу быть уверена, что мой Чинук ест только то, что готовят из лучших продуктов. Кто еще за этим проследит? Я сама отобрала элитные продукты высшего качества.

– Что?..

– Если уж ты взялась за эту работу, то делай ее хорошо.

«Ого, да это «Мисс Привереда»!»

– Вам вовсе не стоило специально привозить эти продукты, – ответила Юми, стараясь не показывать, что думает обо всей этой ситуации на самом деле.

Все лишние эмоции только навредят.

– Я стараюсь готовить для директора хорошо сбалансированные блюда.

– Это ты о капустных оладьях? – усмехнулась Хэри, скрестив руки на груди. – Я слышала, что твои старания почти всегда оказываются в помойке. Не знаешь, что ли, какой у моего Чинука тонкий вкус? Как ты могла кормить его такой гадостью? – Хэри говорила с таким жаром, что запыхалась, а ее красивое личико слегка покраснело. – Ах, неважно. Впредь будешь фоткать всю еду и отправлять мне, а я уже решу, будет ли мой Чинук это есть.

У Юми и так голова болела от всего этого, а Хэри только подлила масла в огонь. «Если Чинук – это сварливая свекровь, то эта дамочка – не менее противная золовка. Как известно, хуже матери мужа может быть только его сестра».

– Почему я должна вас слушать? – спокойно спросила Юми, сдерживая раздражение.

– Известно почему. Я твоя будущая начальница. Мы с Чинуком скоро поженимся!

Ее громкий возглас разлетелся по кухне, заставив всех повернуть головы и вздрогнуть. Все затаили дыхание. Конечно, каждый знал прозвище генерального директора, но никто и представить не мог, что его избранница такая же взрывоопасная! Как и то, что телеведущая и дочь друга его семьи Чу Хэри – первая в списке возможных невест! Генеральный директор и Чу Хэри действительно вместе? Правда? Сотрудники кухни взволнованно переглядывались, боясь хоть что-то сказать.

Хэри улыбнулась, празднуя свою победу в этом словесном поединке:

– Так что не спорь со мной и делай, что говорю.

Юми растерялась от такого напора.

Две девушки жили в одном городе, но как будто в разных реальностях. Наследник крупной корпорации женится на красивой телеведущей – это естественный порядок вещей… Почему ей стало так тоскливо?

– Я поняла… В следующий раз буду согласовывать все блюда с вами, – тихо ответила Юми, потупив взгляд.

– Кто тебе это сказал?

Все повернули головы. В столовую вошел Чинук с плетеной корзиной в руках. Его внезапное появление удивило Юми и Хэри, как и всех сотрудников кухни: генеральный директор ни разу не спускался в столовую. Это поразило присутствующих не меньше, чем слова про свадьбу!

– Ты собралась замуж сама за себя? – резко обратился он к Хэри.

– Чинук!

Лицо у ведущей исказилось от удивления и испуга. Ей стоило больших трудов достать его расписание, и она была уверена, что у него будет долгое совещание утром. Поэтому и выбрала этот момент, чтобы прийти… А теперь все пропало.

– Хочешь поиграть в хозяйку – не впутывай в это других. Не мешай моим людям работать.

Красные губы ведущей задрожали от злости. Мало того что Чинук вот так объявился без предупреждения и напугал ее, так еще и унизил перед всеми! «Как он мог!» – подумала Хэри. Раньше, что бы она ни делала, Чинук терпел все ее выходки и молчал, очевидно заботясь о ее репутации. Сейчас же выглядел так, будто был неспособен испытывать чувства.

– И да…

Он неожиданно ухватил Юми за плечо и притянул к себе. От неожиданности та не успела отпрянуть и оказалась в объятиях генерального директора компании.

– Я ем только то, что готовит мне эта девушка, мой личный нутрициолог.

Юми застыла с приоткрытым ртом. Она не знала, что и думать.

– Никто, – Чинук снова повернулся к Хэри, – кроме меня, не может говорить ей, что делать. Запомни это.

Та недоуменно распахнула глаза.

– Чинук, о чем… о чем ты?

Она не могла поверить в происходящее. Чинук что, поставил эту простушку выше нее?!

– Не смей трогать эту девушку. Я не буду повторять дважды.

Хэри с ненавистью посмотрела на Юми. Он все еще прижимал ее к себе. «Так ты выбрал эту замарашку, а не меня, прямо перед этими…» Ее еще никогда так не унижали. Она вжала голову в плечи, пытаясь справиться с эмоциями. А Чинука, похоже, совсем не беспокоило, что он только что растоптал ее гордость. Он отвернулся от Хэри и коснулся халата Юми.

– Сними, пожалуйста, халат, – попросил он.

– Что? Зачем…

Девушка быстро сняла халат, и директор взял ее за руку:

– Идем.

Он вывел ее из столовой, держа в другой руке плетеную корзинку.

– Чинук, куда ты?.. А я?! – воскликнула покрасневшая от стыда и злости Хэри.

Повара, которые видели всю эту сцену, зашептались:

– Вот дела, Юми оказалась меж двух огней?

– Чу Хэри в жизни-то еще красивее, чем по телевизору.

– Это было круто!

Юми не сразу поняла, что случилось. Вот директор пришел в столовую, а вот они уже вышли из здания на улицу. Произошедшее больше напоминало сцену из какой-нибудь дорамы. Юми осторожно посмотрела на Чинука, который все еще держал ее за руку.

– Что вы делаете? – спросила Юми

– А ты не знаешь? – вопросом ответил тот.

– Естественно, нет. Вы вдруг схватили меня и утащили за собой, – проворчала она, пытаясь высвободить руку. Чинук тут же отпустил ее.

– Тебе не нравилось идти со мной за руку?

– А? Нет, я не просила вас отпустить меня. Просто хочу знать, что вы собираетесь делать.

Вместо ответа он передал ей корзинку. Юми крепко прижала ее к себе, будто самую большую драгоценность.

– Вы принесли ее сюда только для того, чтобы отдать мне? – в ее голосе сквозило удивление.

Чинук усмехнулся, качнул головой и продолжил идти вперед.

– Ответьте!

Она окликнула его достаточно громко, однако ответа так и не дождалась. Чинук шел вперед, не сбавляя шага. Юми взволнованно огляделась по сторонам и обернулась.

Вдалеке ей не удалось различить высокое здание компании. Они отошли на достаточно большое расстояние. Итак, надо решать: либо вернуться на работу, либо просто идти дальше за директором. Немного поколебавшись, Юми все же последовала за ним. Ей хотелось знать, зачем он это сделал.

– Ох… Куда мы идем?

Чинук был гораздо выше, шел быстрее, и Юми с трудом поспевала за ним.

– У меня есть дела вне офиса.

– Какие дела? Извините, но я тоже сильно занята. Обед скоро…

Тут Чинук резко остановился и бросил на нее ледяной взгляд.

– Думаешь, у тебя больше дел, чем у генерального директора?

– Что?

– Просто иди за мной. Все поймешь, когда придем.

И он продолжил путь.

Чинук привел ее в дорогой мясной ресторан, настолько известный, что его часто упоминали на телевидении в кулинарных передачах, а столик приходилось бронировать как минимум за три месяца. До открытия оставалось несколько часов, однако Чинук как ни в чем не бывало приложил палец к сканеру на двери, и та открылась с приятным звоном. Когда они вошли внутрь, к ним тут же поспешил менеджер.

– Мы ждали вас. Проходите сюда, – радостно сказал он.

Менеджер провел пару в обеденный зал. Юми напряженно оглядывалась по сторонам. В просторном зале были только встретивший их менеджер и один официант, ожидавший у входа – ресторан точно еще не работал…

– Зачем мы?..

– Позавтракать. Зачем еще люди ходят в ресторан?

Юми наморщила переносицу: «Глупый вопрос, могла бы и не спрашивать. Лучше бы ты сказал, зачем привел меня с собой».

– Сюда, пожалуйста.

Менеджер проводил их к столику у окна, из которого открывался красивый вид на город. Он налил воду в бокалы и тихо ушел на кухню вместе с официантом.

– Насколько я знаю, здесь не подают завтраки, – быстро проговорила Юми, пригнувшись к столу.

Чинук равнодушно пожал плечами и взял бокал с водой.

– У меня есть время только утром, поэтому менеджер специально открыл ресторан пораньше.

«То есть мы будем есть стейки с утра? – недоуменно подумала Юми. – Вот бы они принесли утреннее меню в качестве специального предложения».

– Сама подумай, – Чинук сделал глоток воды, – зачем мне, самому занятому человеку в компании, вести тебя в ресторан в свободное время?

Он спросил именно то, что Юми сама хотела спросить. «Ты избегал меня неделю, а теперь привел в ресторан позавтракать? Тебе так понравились капустные оладьи? Возможно, мне наконец-то удалось произвести впечатление? – в груди у нее загорелась робкая надежда. – Хотя… Ты не похож на человека, которого можно впечатлить оладьями. Кажется, мне пора спуститься с небес на землю и посмотреть правде в глаза…»

– Вы пытаетесь задобрить меня? – осторожно предположила Юми.

Чинук нахмурился.

– То есть… Вы решили, что вам станет легче, если вы дадите мне меньше работы и сводите на завтрак?

Похоже, такой ответ ему не понравился. Он хрустнул пальцами:

– Я похож на человека, который выходит из себя, когда не может что-то получить?

– Да!

Юми быстро кивнула.

«Снова! Она делает из меня какого-то злодея», – с досадой подумал Чинук и мрачно посмотрел на Юми. Настроение у него испортилось. Девушка отвернулась, избегая прямого взгляда.

– Ли Юми, – начал Чинук, – сегодня я хочу прояснить кое-что.

Она насторожилась. Что это он хотел прояснить? Если верить романам и сериалам, ничем хорошим разговор не закончится…

– Давай просто позавтракаем и обсудим все за едой. Я уже сделал заказ. Не возражаешь?

– Конечно нет.

Директор не просил ее приготовить завтрак, и Юми почему-то была уверена, что его выбор ее не разочарует. А еще знала, что после вкусной еды и умирать не так страшно, поэтому решила просто насладиться завтраком.

Глядя на Чинука, Юми довольно улыбнулась.

– Алло, Хэри? Ты же решила взять отгул? – удивился Чон, главный продюсер канала и начальник Хэри.

Обычно сотрудники не звонят начальству в выходной.

– Да, но я все думала о работе и не могла успокоиться.

Хэри могла влюбить в себя любого мужчину. Улыбка делала ее лицо еще красивее, а улыбалась она часто. Продюсер Чон, которому было уже под шестьдесят, также был в числе ее поклонников.

– Не переживай так. Ты – украшение нашего канала, и тебе нужно как следует отдохнуть, чтобы личико светилось еще ярче.

Комплименты всегда грели ей душу. Вот как надо обращаться с женщинами! Сразу видно порядочного мужчину!

– Чон, вы, кажется, предлагали мне взять авторский проект? Я согласна. С радостью возьмусь за это дело!

– Ах, правда? Это чудесно! Но ты уверена? В последнее время у тебя и так большая нагрузка…

Как и сказал продюсер, Хэри была украшением канала «Эн-Би-Эн». Никто бы не справился так, как она.

– Что вы! Нельзя упускать такой шанс. Я готова стать ведущей.

– Отлично, тогда передам все наверх.

– Да, спасибо вам. До свидания!

Хэри опустила трубку, и наигранная улыбка исчезла с ее лица.

«Фи!»

Хэри брезгливо положила телефон в сумочку. Из головы не выходила утренняя сцена, когда ее Чинук обнимал Юми.

«Ну и вкус у тебя, Чинук! Посмотрим, кто победит!» – прошипела ведущая, прикусив губу. Никто не сможет противостоять такой красотке, как она! У противницы нет шансов!

Она поправила прическу и, цокая каблучками, направилась к лифту, чтобы встретиться с президентом «Тэбока», своим будущим свекром.

К Чинуку и Юми подошел официант с тележкой, уставленной тарелками: Чинук попросил подать все сразу, чтобы не тратить времени. Перед каждым из них появился французский луковый суп, салат «Цезарь» и небольшая отбивная, обжаренная с овощами в особом соусе.

– Попробуй отбивной стейк с овощами, это очень вкусно, – сказал Чинук, развернув сложенную салфетку и положив ее на колени. – Не знаю точно, когда и как появилось это блюдо, но мне нравится, что в нем много овощей и немного самого мяса.

«Чего это он так заважничал?» – проворчала про себя Юми и наколола мясо на вилку. Не придавая особого значения его словам, попробовала отбивную. Ее глаза округлились. «Ух ты, как вкусно! Конечно, в таком месте работает опытный шеф, но я и правда не ожидала!»

Чинук улыбнулся, как будто предвидел ее реакцию.

– Интересно, какая себестоимость? – спросила Юми с набитым ртом.

Она уже начала анализировать блюдо как диетолог. Сразу захотела включить отбивную в меню столовой. Конечно, говяжья вырезка слишком дорогая, и отдел закупок такие траты не одобрит, однако можно заменить ее свининой или курицей.

Юми думала о меню для столовой всякий раз, когда ела. Это уже стало частью ее жизни. Профдеформация, не иначе. Юми с улыбкой посмотрела на Чинука. Тот пристально глядел на нее, и девушка быстро опустила глаза в тарелку, ощутив внезапную неловкость. Только сейчас ее осенило, что они завтракают наедине! До этого они только вино пили вместе. Вдруг ее сердце бешено забилось.

«Так вот какого это – сидеть на свидании с мужчиной… Ой, не бери в голову. Очнись уже. Какое свидание с мужчиной, который скоро женится?»

Но ей нужно было убедиться.

– Хотела спросить… Вы с Хэри… женитесь?

– С чего ты взяла? Если только она сама не решила все за меня.

– А, так вы просто встречаетесь?

– Кто сказал, что мы вообще встречаемся?

– Ну как… Вчера вы двое… обнимались. Поэтому я и подумала… – Юми замолчала, густо покраснев.

Чинук спокойно положил вилку на стол. Собирался пустить все на самотек, но не мог. Однако он заговорил вовсе не о своих отношениях с Хэри:

– Тогда кем были мы с тобой?

Юми вздрогнула.

«Честно говоря, я не знаю, почему вам это так интересно. Мы всего лишь… мы ведь даже не встречались».

Глаза Чинука напряженно сверкнули. Казалось, он видел ее насквозь. Юми вся покраснела и снова почувствовала себя кроликом рядом с удавом. Вспомнила тот день и не смогла ничего сказать, поэтому просто опустила голову. Чинук взял вилку со стола.

«Что с ней такое? Не съем же я ее! Опять красная как помидор… И снова такое чувство, будто грубо ответил…»

Он устало вздохнул и наколол кусочек отбивной на вилку.

– Хэри – дочь моего школьного учителя. Мы давно знаем друг друга, так что воспринимаю ее как младшую сестру. Не пойми неправильно.

– Да, но… Она так говорила о вас…

Чинук сурово взглянул на Юми, и та закрыла рот. Но ей было невыносимо любопытно, и промолчать не получилось.

– Тогда… я хотела бы уточнить… Вы сказали, что будете есть только то, что приготовила я…

На этот раз Юми не смогла договорить. Потому что для нее это тоже был забавный вопрос. Чинук ответил, не меняясь в лице:

– Все просто. Ли Юми – мой личный нутрициолог, поэтому буду есть только ее блюда. Предпочитаю иметь дело только с профессионалами, которые сдали государственный экзамен и получили лицензию диетолога, а не с любителями вроде Хэри. Теперь понимаешь, что я имею в виду?

– А… да.

Казалось, ситуация прояснилась, однако почему-то Юми чувствовала себя неуютно. Она медленно кивнула.

– А что? Восприняла мои слова как-то иначе?

– Нет, что вы…

– Мы не встречались, но ты подумала, что я обнял тебя при всех, потому что нас связывает что-то кроме работы?

– Это не так.

«У нее сейчас пар из ушей пойдет. Нет, почему девушка, у которой есть парень, так волнуется? Уже не уверен, есть ли он у нее…»

– Юми, слушай, – начал Чинук, и в его голосе прозвучало подозрение, – давай внесем ясность в наши отношения.

«Какие еще отношения? Какая ясность? Неужели он меня сейчас уволит, потому что ляпнула лишнего? – В этот момент на глазах Юми появились слезы. – Привел меня в ресторан, чтобы мне было не так обидно?» Она потеряет работу всего лишь из-за просьбы о переводе?! Ей стало невыносимо грустно. «Если бы знала, что меня все равно уволят, ушла бы сама!»

– Это уже слишком.

По щеке Юми покатилась слеза. Чинук не ожидал такой реакции и смутился.

– Почему ты плачешь?

– Понимаю, что была неправа. Да, я притворялась, что не помню вас, испортила ваше пальто, хотела уйти… Вы могли бы тогда просто меня уволить, зачем приводить в такое шикарное место? – Юми вытирала слезы, но не могла перестать плакать.

«Ну почему она снова плачет? Это разбивает мне сердце». – Чинук быстро огляделся с беспокойством на лице. Время обеда еще не пришло, поэтому в зале были только менеджер и два официанта. Чинук кивком дал им знак ненадолго уйти. Когда троица покинула зал, он поспешно пересел ближе к девушке:

– Юми, ты все не так поняла.

Чинук вздохнул и осторожно приобнял ее за плечи. Она вытерла слезы салфеткой.

– Речь не о твоем увольнении. Я всего лишь хотел прояснить ситуацию.

«Кого ты дразнишь? Ах, ну что это такое!»

Юми уставилась на Чинука глазами, полными слез.

– Надо просто кое-что уточнить. Не смешивай личные дела и рабочие, хорошо?

– А… – Осознав услышанное, она начала улыбаться. – Значит, меня не уволят?

– Нет конечно.

«Не успела заплакать, а уже смеется. Такая непостоянная… Но на нее чертовски приятно смотреть. Так, стоп! Смотреть-то приятно, однако нельзя забывать, что мы на работе! – Чинук уже давно думал об этом и сейчас окончательно решил провести черту. – Сколько можно трястись над ней?!» – подумал он и вернулся на свое место.

Нужно было собраться с мыслями. «Проясню все сейчас. Итак уже много ошибок наделали. Хватит цепляться за прошлое».

– Давай оставим все в прошлом. Не будем примешивать личное в рабочий процесс. На всякий случай: не испытывай ко мне никаких чувств. Как ты сказала, мы даже не встречались, – тихо сказал Чинук с холодной улыбкой, пристально глядя на Юми.

– Ик!

Пытаясь остановить внезапную икоту, девушка схватила со стола бокал с водой и залпом выпила. Она была так смущена, что ей казалось, будто внутри у нее начался пожар. Чинук спокойно продолжил есть, словно ничего не случилось. Элегантным жестом он поднес кусок отбивной ко рту. Юми прикрыла рот рукой и с обидой уставилась на своего начальника.

Хёнтхэ припарковал мотоцикл у паба, слез с него и снял шлем. Еще оставалось время до открытия, но перед дверью уже ждала женщина с ребенком и чемоданами. Она крепко держала малыша за руку. Ее лицо казалось знакомым. Женщина оглянулась, бормоча что-то себе под нос.

– Хёнтхэ! – Она лучезарно улыбнулась, как только увидела его, и быстро сняла солнцезащитные очки.

– Вы Михи?

Она подбежала к Хёнтхэ, широко раскинув руки, и сразу же обняла его.

– Сколько же лет я тебя не видела! Ах, как похорошел! – неловко поприветствовала его Михи.

Обескураженный Хёнтхэ так и застыл в ее объятиях. Она засмеялась и взъерошила его волосы, будто гладила большого щенка.

Мальчик просто стоял рядом и ел фруктовый лед.

– Тонгу, ты сильно вырос.

До сих пор Хёнтхэ видел только фотографии Тонгу и сегодня впервые встретился с ним вживую. Младший брат был похож на Юми так сильно, что его смело можно было принять за ее сына. Хёнтхэ дотронулся до пухлой щечки малыша, чтобы тот улыбнулся. Но мальчик лишь слегка нахмурился, словно был недоволен. Похож на сестру даже в мелочах…

– Юми была точно такой же в его возрасте. Гены есть гены, – сказала мама.

– И не говорите… Долго ждали? – спросил Хёнтхэ, поднимая чемоданы.

– Нет, что ты. Только подошли.

– Юми не говорила, что вы приедете. Если бы знал, то пришел бы раньше, открыл кафе и встретил вас… – виновато сказал Хёнтхэ.

– Ой, да ничего страшного! – Михи нарочито бодро махнула рукой. – Это Юми виновата. Вечно все забывает.

– Да, бывает. Давайте тогда позвоню ей. – Хёнтхэ достал телефон из кармана и начал набирать Юми, как вдруг Михи изменилась в лице и схватила его за плечи.

– Хёнтхэ, ты мой хороший!

– Что? – удивленно спросил он.

Вместо ответа Михи наклонилась к сыну и сказала: «Тонгу, чего стоишь, обними Хёнтхэ!» Малыш бросил мороженое, крепко обнял ногу Хёнтхэ липкими ладошками и радостно протянул: «Бла-а-атик!»

Хёнтхэ смотрел на них, не понимая, что происходит.

– Спасибо, все было очень вкусно, – вежливо сказала Юми, вставая из-за стола.

– Я накормил тебя вкусным завтраком, а ты подумай, как впечатлить меня на обед. Люблю, когда получаю столько же, сколько отдаю, так что постарайся. – Чинук не думал о манерах.

– Да, конечно, – неловко кивнула Юми.

«Ничего ему сказать нельзя – всегда найдет, к чему придраться!» – подумала она, шагая к выходу.

Вдруг Чинук схватил ее за плечо. Юми этого не ожидала и упала директору в объятия.

– Осторожнее! Чуть в дверь не врезалась! – раздраженно воскликнул он.

– Ик!

Юми почувствовала прикосновение Чинука и снова начала икать, но тут же вырвалась из объятий.

– Ик!

Она не могла остановить икоту и закрыла рот руками, отвернувшись в другую сторону.

– Что-то ты часто икаешь, – равнодушно сказал Чинук, прошел вперед и коснулся сенсора перед дверью. Стеклянные створки снова распахнулись под веселую мелодию точно так же, как в первый раз.

«Вечно теряется передо мной, краснеет, икает… Неужели?..» – На губах Чинука появилась загадочная улыбка.

Глава 10

Давай оставим все в прошлом

После обеда, когда все как раз собирались немного отдохнуть, случилось нечто совершенно неожиданное.

– Правда, – переспросила Юми, – сегодня все директора будут ужинать в столовой?

– Я ведь уже сказала. Пока тебя не было на кухне, приходил секретарь, – ответила Ынби.

Она выглядела не менее взволнованной: все указания передали именно ей.

– Почему они вдруг решили поесть здесь?

– Хотят почувствовать себя простыми смертными? Может, даже оденутся, как обычные сотрудники? – предположил Синхва.

Покча никак не отреагировала на его предположение. Ынби покачала головой:

– Нет, дело не в этом. Секретарь велел приготовить особенное блюдо.

– Как это?! Осталось всего несколько часов! Что же это такое!.. – возмутилась Покча.

Не успела она выплеснуть все негодование, как на кухню влетела запыхавшаяся Джени, хлопнув дверью.

– Беда! Нет, катастрофа! Мы обречены! – закричала она, подбегая к Покче. – Это проверка! Компания, которая хочет получить наше место, специализируется на блюдах для особых случаев! Они знают наше меню и хотят победить, потому что их праздничное меню лучше!

– А у нас контракт истекает через месяц!

Покча поняла, к чему все идет, и побелела. Вместе с ней побледнела и Юми, которая слышала весь разговор. «Не может быть… Директор Чха сказал, что продлит договор с нашей компанией. Даже не на три года, а на пять лет…» – растерянно подумала она.

– Это точно? Я была уверена, что «Тэбок» продолжит сотрудничать с нами.

– Абсолютно точно, – кивнула Джени. – Обычно никаких проблем с продлением не возникает, но сейчас кто-то сверху счел, что корпорацию надо «освежить», и настойчиво продвигает эту идею. Правда, такое решение не может принять один человек, так что иногда такие вопросы затягиваются.

– Стой, Джени. Откуда ты это узнала? – спросил Синхва.

– Я же такая красотка! Кое-кто понял, что не сможет больше видеть меня, если контракт разорвут, и рассказал все мне, – рассмеялась она.

– Не о том беспокоитесь! – повысила голос Покча.

Синхва и Джени прекратили обмен любезностями и вжали головы в плечи.

– Что будем делать? Если им хоть что-то не понравится, если будет хоть одно замечание, контракт заключат с другими.

Все посмотрели на Юми. Их судьба зависела от ее решения. «Как же быть? Времени совсем мало… Какие остались продукты и что можно из них приготовить?!» – нервно думала она, прикусив губу.

«Попробуй отбивной стейк с овощами, это очень вкусно… Не знаю точно, когда и как появилось это блюдо, но мне нравится, что в нем много овощей и немного самого мяса…» – в ее голове зазвучал голос директора.

«Именно! Изысканно, и порции получатся достаточно большими!» – осенило Юми. Решение было найдено.

– Мы приготовим отбивной стейк с овощами!

– Из говядины? – нахмурилась Покча. – Где мы возьмем столько вырезки? Да и обойдется это недешево.

– Заменим говядину на свинину.

– А что насчет вкусовых предпочтений директоров? Мясо, наверное, понравится всем, но старшие директора наверняка прицепятся к кисло-сладкому соусу. Далеко не все его любят, – высказалась Джени.

Юми покачала головой и показала коллегам рецепт, который записала в блокнот.

– Сначала мы поджарим в воке[4] свинину с овощами и самыми простыми специями вроде соли и перца. Потом выложим все и на оставшемся масле с подливкой приготовим овощной соус. Сервируем еду отдельно, и те, кто любит соус, смогут добавить его, а остальные будут есть без него.

– Прекрасная идея, Юми! – посветлела Ынби.

В глазах остальных тоже появилась надежда.

– Времени нет. Давайте приступать.

И повара взялись за дело.

– Почему вы так неожиданно решили пойти в столовую? К тому же на ужин, а не на обед… – спросил Чинук, глядя на идущих рядом директоров.

Он прекрасно знал, что задумал Мэн, но все равно задал этот вопрос. Директор Ом, один из ближайших союзников Мэна, подал голос.

– Мы хотели проверить работу столовой, – объяснил он. – К тому же, если простые сотрудники увидят, что их руководство так же задерживается допоздна, это благотворно скажется на имидже компании.

Директор Мэн почувствовал, что пришло время раскрыть карты.

– Да? – вмешался он в разговор. – Я слышал, что готовка нового нутрициолога не выдерживает никакой критики… В столовой точно работают достаточно компетентные люди?

Если ему нужен был подходящий момент, чтобы поднять вопрос о смене подрядчика, то этот момент наступил.

– Вы несколько преувеличиваете, – сказал Чинук, пронзив Мэна ледяным взглядом. – Вам же известно, насколько я избирателен в еде. Не думаю, что моим вкусам легко соответствовать.

– Не уверен, что привередливость – это достоинство, – многозначительно сказал тот.

– А я такого и не говорил, – парировал Чинук с улыбкой. – Конечно, дело не только в этом, но часто дети, которым не удавалось присутствовать на тихих семейных ужинах с родителями, вырастают очень привередливыми. Прямо как я. Хм… Мой отец всегда был занят корпорацией, и ему часто не хватало времени на семью. Это очень сильно сказалось на моем вкусе. Да и на воспитании…

Когда Чинук начал критиковать отца, Мэн побледнел. Получалось, что, осудив слишком избирательный вкус Чинука, он обвинил президента Чха в плохом воспитании сына. А что, если это дойдет до него? Мэн понял, что проиграл эту битву. «Черт с тобой!» – Он нервно сглотнул и пропустил Чинука вперед.

Повара встретили процессию директоров взволнованными взглядами.

– Отбивной стейк? – спросил кто-то, хмурясь.

– Да. Сегодня на ужин вас ждет отбивной стейк из свиной вырезки с овощами, – улыбнулась Юми, передавая подносы.

– Свинина – это хорошо… Но я не люблю соус. Кислятина.

– В таком случае просто не добавляйте его к овощам.

– О, вот как? Другое дело! У всех вкусы разные… Спасибо, что позаботились об этом. Внимание к деталям всегда важно.

– Спасибо, мне приятно это слышать.

Юми благодарно кивнула и вдруг поймала на себе взгляд Чинука. Тот стоял совсем рядом. Она так волновалась, что не заметила его среди других директоров.

Всего на мгновение их взгляды встретились.

Они завтракали вместе этим утром, но Юми показалось, что она не видела его целую вечность – такой беспокойный выдался день.

Возможно, причина в этом? Посмотрев ему в глаза, Юми почувствовала, что вот-вот заплачет.

Да, нельзя смешивать рабочее и личное. Прошлое должно оставаться в прошлом. Но она просто не могла выбросить из головы мужчину по имени Чха Чинук. Ей показалось, что она слышит его глосс: «Ты в порядке?»

Увы, все это было лишь плодом ее воображения. В глазах Чинука не читалось ни намека на чувства, и, получив поднос, он тут же повернулся к Юми спиной.

«Да, все правильно». – Она торопливо прогнала глупые фантазии и улыбнулась следующему в очереди.

– Здравствуйте. Сегодня на ужин отбивной стейк с овощами. Предпочитаете с соусом или без?

Директора устроились за большим столом прямо перед линией раздачи. Большинство оценили отбивные стейки по достоинству.

– Очень недурно.

– Да, почти как в ресторане.

– Хорошо, что они положили подливку отдельно. Хочу – ем с ней, хочу – без нее.

– Не люблю я этот кисло-сладкий соус. Лучше без него.

Слушая сдержанные комментарии директоров, Чинук повернул голову в сторону Мэна. Тот как раз наколол кусок отбивной на вилку и настороженно принюхивался, морща лоб.

– Как вам, директор Мэн? Поделитесь мнением.

– Я еще не попробовал, – отрезал тот и уже хотел отправить вилку в рот, как Чинук добавил:

– Кстати, хотел вас спросить.

Мэн повернулся к Чинуку.

– Вы не обошли своим вниманием даже такую мелочь, как компанию-подрядчика, отвечающую за питание… Но ведь вы и так сильно загружены, посещая наши фабрики раз-два в год.

Мэн прищурился, не понимая, к чему Чинук это сказал.

– Вы недавно говорили, что «Тэбок» надо освежить, и решили сменить подрядчика, обслуживающего столовую? Наверное, нам стоит не останавливаться на этом и также провести обновление в совете директоров. Конечно, мы не будем делать исключение для учредителей. Кажется, срок действия вашего контракта заканчивается через месяц…

В ту же секунду лицо Мэна побагровело. Он гневно взглянул на Чинука и вскочил со стула.

– Не уверен, что я в том положении, чтобы рассуждать о продлении моего контракта, генеральный директор Чха.

– Да? Но все-таки попробуйте. Вам, должно быть, интересно обсудить это. Вы ведь любите обновления.

Мэн не сомневался, что президент Чха, за которым в таких случаях оставалось последнее слово, его не уволит, но напор Чинука пугал.

– Хорошо. Я уделю внимание этому вопросу.

Мэн бросил на Чинука злой взгляд, повернулся к нему спиной и пошел к выходу из столовой.

Повисла напряженная тишина. Директора молча переглядывались. Разыгравшаяся сцена заставила их занервничать: тот, кто встанет на сторону Мэна, мог потерять свое место, когда наступит время продлевать их контракты.

Как ни странно, первым тишину нарушил Ом:

– И правда. Да, свежие веяния – это хорошо, но, как говорится, старый конь борозды не испортит, – сказал он и рассмеялся.

– Вы правы. Вкус пищи важен, не стоит менять поваров и подрядчиков слишком часто.

– Отбивной стейк выше всяких похвал!

Эти слова слышала Юми, которая сновала вокруг стола, проверяя, всем ли всего хватает. Стараясь не показывать своего интереса, она отвернулась.

Чинук слушал, что ему говорили старшие директора, изредка кивал, неторопливо расправляясь с отбивной. Вряд ли это блюдо соответствовало его избирательному вкусу, но, похоже, он собирался доесть все до конца.

Юми вспомнила их разговор за завтраком:

«Думаешь, у тебя больше дел, чем у генерального директора?»

«Просто иди за мной. Все поймешь, когда придем».

«Сама подумай. Зачем мне, самому занятому человеку в компании, вести тебя в ресторан в свободное время?»

«Так вот почему директор Чха повел меня в ресторан, сославшись на работу! Неужели он знал обо всем заранее и хотел, чтобы я была готова?» – подумала она и почувствовала, как в груди потеплело. От этого на лице сразу появилась улыбка.

Увы, за весь ужин Чинук никак не показал, что заметил Юми. Даже не посмотрел ни разу в ее сторону.

«…не будем примешивать личное в рабочий процесс… – вспомнила Юми его слова. – Давай оставим все в прошлом…»

Все правильно, она и сама отчаянно желала, чтобы все так и было, но эти слова, словно лезвия, резали душу, оставляя на ней кровавые раны.

Юми задержала взгляд на двери, за которой исчез Чинук, и принялась за уборку линии раздачи.

Чинук вышел из столовой и, оказавшись в коридоре, обернулся. Юми вытирала линию раздачи, повернувшись спиной к нему. Он ничего не говорил ей о проверке и не знал, что она приготовит отбивные, а не острый тофу с мясным фаршем, который был заявлен в меню на сегодня.

Ставки были высоки. Да, ему было слегка не по себе, но Юми прекрасно справилась, развеяв все сомнения. «Если он смог научить одного, значит, сможет и двух… Именно это чувствует учитель, когда ученик добивается успеха?»

– Молодец, – удовлетворенно сказал Чинук.

Юми вошла в паб Хёнтхэ и не поверила своим глазам.

– Только не это! Почему вы здесь?.. – пробормотала она.

На диване, рядом с Хёнтхэ, сидела Михи с кружкой пива, а рядом с ней – Тонгу с бутылочкой шоколадного молока. Возле них стояли два чемодана, большой и маленький. Один был сделан из кожи и украшен многочисленными логотипами. Он явно принадлежал Михи и должен был демонстрировать ее любовь к роскоши и люксовым брендам. На маленьком чемодане были нарисованы разноцветные кролики – в нем лежали вещи Тонгу.

– Мама, что вы здесь делаете?

– О, дорогая, ты наконец-то пришла! – Михи поставила пиво на столик и вскочила с дивана, явно собираясь заключить Юми в объятия, но та отстранилась.

– Я спросила, что ты здесь делаешь?!

– Так ты встречаешь свою мамочку после долгой разлуки?

Обстановка накалялась. Хёнтхэ уже не раз и не два был свидетелем бурных споров между Юми и ее матерью. Он тихонько встал, прокрался к двери, выскользнул из паба и повесил на дверь табличку «Закрыто».

– Я так рада видеть тебя, а ты даже обняться не хочешь? Эх, это можно было бы понять, будь ты мальчиком.

Михи жалобно шмыгнула носом, но Юми никак не отреагировала. Она холодно смотрела на мать, скрестив руки на груди. Михи вернулась на диван, с досадой подумав, что излюбленный прием не сработал.

– Я немного поживу с тобой.

– Нет. У меня нет желания нянчиться с тобой и Тонгу.

– Эй, на что ты намекаешь? Да я с кем угодно могу ужиться!

– Ну раз так, то возвращайся к своему мужу. Пожалуйста!

Михи замолчала. Ее лицо приобрело печальное выражение, губы дрогнули, а глаза наполнились слезами. Юми непреклонно покачала головой.

– Мам, хватит. Твои слезы меня не разжалобят.

Раньше Михи часто вспоминала актерское прошлое во время ссор, когда хотела добиться своего. Она делала это так часто, что фальшивые слезы перестали действовать на Юми.

– Ах! – тяжело вздохнула Михи.

Она опустила взгляд и тихонько пробормотала:

– Не могу…

– Что?

– Я не могу вернуться к нему.

– Почему? Опять нагрубила?

Ёнхан был спокойным и терпеливым и напоминал большого плюшевого медведя. Похоже, отвратительный характер Михи смог вывести из себя даже его. Юми не удивилась.

– Мам, прекрати. Где ты еще найдешь такого доброго человека, как он?

– Доброго?! – воскликнула Михи неожиданно громко. – Он сказал, что ни за что не уедет из своей деревни! Мне столько раз приходилось умолять его переехать в Сеул, а он и бровью не повел! «Где родился, там и пригодился, «Лучше дома места нет!» – передразнила она Ёнхана. – Как можно оставаться с таким мужчиной?! Я достаточно пыталась. Больше так не могу! Там вокруг нет ничего, кроме воды! Ни одного ночного бара! Просто ссылка какая-то.

Юми почувствовала, что в этот раз причитания матери отличались от обычных жалоб. Она нахмурилась, ощутив приближение неприятностей.

– Мама. Что ты имела в виду, когда сказала «я достаточно пыталась»?

Михи плотно сжала губы, будто не могла найти силы признаться и хотела воспользоваться правом хранить молчание. Повисла напряженная тишина.

– Только не говори, что вы…

«Не может быть. Нет, точно нет, это я вечно думаю о плохом».

Юми подошла к матери и наклонилась, пытаясь встретиться с ней взглядом, но та отвернулась, пряча лицо.

– Мама! – не выдержала Юми.

Михи закрыла уши от крика дочери.

– Да! Мы разводимся! Мы с Ёнханом больше не вместе, понятно?!

Фраза о разводе прозвучала как гром среди ясного неба. Юми не могла поверить в то, что она только что услышала: «Какой развод? Что случилось?»

– Мама…

– Так что какое-то время мы с Тонгу поживем у тебя.

«Секундочку! Развод разводом, но при чем тут я? Они будут жить здесь, со мной? Не хватало мне проблем на работе, так еще и с ними жить? Да ни за что!»

– А у меня ты спросила?

– Я уже сказала Хёнтхэ.

– Дом его, но живу в нем я! Ты должна была сначала спросить меня, а не его.

– Так вот я и спрашиваю.

– Нет, мама.

– Что значит нет? У тебя совесть вообще есть? Не стыдно мать прогонять?

– Я не хочу с вами жить!

– А куда мне идти? Как нам быть с малышом Тонгу?

– Мам, вечно ты делаешь, что в голову взбредет. Тебя никто не заставлял сновы выходить замуж.

– Эй! Не можешь пожалеть, так хоть в душу не лезь! Тоже мне дочь называется! – Михи обняла Тонгу, который тихо наблюдал, как они ссорятся. Она погладила сына по пухлой щечке.

– Тонгу, когда вырастешь, не поступай так с мамой, хорошо?

– Ага, мама, – невинно закивал Тонгу.

Он посмотрел на Юми и весело рассмеялся. Как можно устоять перед искренним детским смехом? Юми не могла сердиться, глядя, как этот маленький ангелочек улыбается. Она уже забыла про разборки с мамой и засмеялась вместе с братиком.

«Ох, что я делаю?» – Осознав свою ошибку, Юми быстро сменила выражение лица, но было поздно. Михи все поняла, обняла Тонгу и жалобно уставилась на Юми.

«Ну что тут сделаешь?» – Юми не могла выгнать братика на улицу. Поняв, что все уже решено, просто вышла из паба.

Чинук проверял документы на компьютере, готовясь к командировке, назначенной на следующую неделю. Из-за всех интриг с заменой подрядчика он забыл сказать Юми, что уезжает.

Учжин и Наён оставались в офисе и могли предупредить ее, но беспокойство не отпускало. Кончики его пальцев барабанили по столу.

«Может, написать ей?» Внезапно он вспомнил, что уже давно не писал Юми. С того вечера, когда она упала в обморок в его кабинете.

Раздосадованный, Чинук потер виски. Он упрекал ее за то, что она не разделяла работу и личные отношения, а теперь сам наступил на эти грабли. С горькой улыбкой посмотрел на шкатулку на краю стола. По его лицу пробежала тень. Шкатулка всегда стояла на столе, однако он вечно был занят и почти не вспоминал о ней. А вот сейчас…

«И зачем я до сих пор храню ее? – Чинук взял шкатулку и начал медленно открывать ее, но тут же захлопнул крышку. – И выбросить не могу… Если кто-то узнает, подумает, что я извращенец какой-то».

Юми с раздражением распахнула дверь и увидела Хёнтхэ, нервно вышагивающего туда-сюда.

– Хёнтхэ! – Она подошла к нему.

– Юми, ты не подумай… Я правда собирался позвонить тебе! – Он виновато почесал голову и уже начал было извиняться, но Юми перебила его:

– Ты чего? Это мне нужно попросить прощения. Ужасно стыдно. Сначала заявилась к тебе жить, а теперь еще и семью притащила…

– Не говори так. Ты же здесь не бесплатно живешь, а исправно платишь за аренду.

«Ага, аренда. Сдаешь мне жилье в два раза дешевле, чем любому другому», – подумала Юми.

– Прости, пожалуйста. Из-за нас еще и закрылся раньше времени.

– Не переживай, я хозяин и сам решаю, когда закрываться.

– И все же…

– Ты наверняка устала. Лучше иди отдохни.

– Ох, не хочу возвращаться.

Юми повернулась к пабу. Еще утром это место было для нее уютным домом, но теперь больше напоминало ад.

– Если хочешь, поживи пока у меня. Даже лишняя кровать найдется.

Хёнтхэ всегда был хорошим другом. Его слова тронули Юми.

– Какой же ты все-таки добрый. Даже слишком. А если моя мама снова заплачет, ты и ее с Тонгу к себе заберешь?

– Ах-ах-ах, не шути так. – Хёнтхэ порой не понимал шуток Юми. – Давай не будем об этом.

– Если не буду смеяться, то расплачусь. – Она устало опустила голову.

Может, это и прозвучало как шутка, но ситуация была просто ужасной. Юми представила жизнь втроем с мамой и Тонгу в маленькой комнате, и у нее потемнело в глазах.

Вдруг у Хёнтхэ зазвонил телефон. Он ответил:

– Соён, привет! Да, она со мной. А что? Понял.

Хёнтхэ закончил звонок и добродушно улыбнулся Юми.

– Только что Соён звонила. Сказала, что ты трубку не берешь.

– Ой, точно. Я была так занята, что даже не доставала телефон из сумки.

И сейчас она забыла его, выходя из паба.

– А что она хотела? Что-то случилось?

– Да, сказала, что ждет нас в каком-то крутом местечке.

– Хм? Это где? – удивленно переспросила Юми.

Чинук услышал звонок и взял телефон со стола, не отрываясь от компьютера.

– Алло?

– Чинук, привет… – заговорил Чхольмин взволнованно.

– А, привет.

– Ты уже настолько погряз в работе, что забыл обо всем?! В следующем месяце я женюсь, помнишь?!

Чинук открыл на телефоне календарь и увидел дату свадьбы, отмеченную красным кружочком. Он и не заметил, как пролетело время. До свадьбы осталось меньше месяца

– Хочу увидеть тебя перед свадьбой! Только ты можешь скрасить последние вольные деньки. Короче, приходи в «Отрыв». Сейчас!

– Сейчас?.. – Чинук озадаченно посмотрел на часы. Уже одиннадцатый час, пятница…

– Да, именно! Ты и так эти две недели с работы не вылезаешь! Отдохни хотя бы этот вечер.

– Хорошо, кое-что доделаю и приеду.

– Что значит «кое-что»? Время видел? Бегом сюда!

Чинук улыбнулся и покачал головой.

– Что поделать. Грех перед свадьбой не погулять.

Он повесил трубку и выключил компьютер.

– Мы здесь! – Друзья окликнули Юми и Хёнтхэ, как только те вошли в клуб.

Компания уже собралась у барной стойки. Все они казались немного подвыпившими. Соён окинула Юми взглядом и сказала:

– Ну вы посмотрите. Опять ты как монашка оделась? Видишь, все нарядились, одна ты в трауре.

Компания окружила Юми. Послышались неодобрительные комментарии:

– Когда ты уже изменишь стиль?

«А когда вы уже отстанете?»

– Так я прямо с работы, вот и не успела переодеться. – Юми безразлично пожала плечами.

«Еще и мама приехала, поэтому не хотела заходить домой», – мысленно добавила она, ничего не рассказав друзьям.

Соён разговаривала только с Хёнтхэ, поэтому Юми до последнего не знала, куда они ехали. Такси заехало в район Итхэвон, известный бурной ночной жизнью, и Юми увидела знакомую яркую вывеску клуба «Отрыв». Именно сюда подруга позвала ее три года назад, и именно здесь произошла первая встреча с Чинуком. Какое совпадение… Юми горько улыбнулась.

– Ты же устроилась диетологом в крутую фирму, но так и не смогла отпраздновать. Давайте выпьем за новую работу Юми! – Соён широко улыбнулась и протянула подруге бокал с шампанским. Все остальные высоко подняли свои.

– Да, Юми. Давай выпьем!

– А можно я обойдусь колой? Я бросила пить…

– Да ладно тебе, не выпадай из коллектива. Ничего не случится.

Устоять перед таким искушением было трудно. Проще не пить вообще, чем выпить немного.

– Не переживай. Я присмотрю за тобой. – Хёнтхэ приобнял Юми за плечо и взял протянутый ему бокал.

– Эй, Хёнтхэ, не мешай. Всего бокал для поднятия настроения, – вмешалась Соён.

– Ох… Ну если только один… – сдалась Юми.

«И правда, давно я не веселилась». В конце концов Юми осторожно взяла шампанское. Хёнтхэ обеспокоенно посмотрел на нее, но она уверенно кивнула, давая понять, что все в порядке.

– Чха Чинук, приятно познакомиться.

– Много о тебе слышала! – ответила невеста Чхольмина, широко улыбаясь Чинуку.

Она оказалась энергичной и безумно красивой девушкой.

– Ты без спутницы?

– Я холост.

– Правда? – удивленно спросила она. – Ты такой привлекательный, даже не верится, что без пары…

– Вот как? – Он горько улыбнулся и пригубил бокал с напитком.

Чхольмин понял, что другу неприятен этот разговор, и вмешался:

– У него своя история…

Хотел уже продолжить фразу, но Чинук так свирепо уставился на него, что тот не рискнул говорить вслух и прошептал невесте на ухо. Та вытаращила глаза. Возможно, Чхольмин что-то преувеличил.

Чинук понял, что не сможет их переубедить, и отвернулся к танцполу. Его взгляд прошелся по танцующей толпе и вдруг остановился на компании у барной стойки. Он увидел девушку в черном костюме и прищурился. «Странно, но мне кажется, что я где-то ее видел. – Сам того не заметив, он уже выпил коктейль. – Неужели это?..»

В полумраке лицо девушки казалось едва различимым, но сомнений не оставалось – это была Юми. Темнота мешала различить детали, но Чинук был уверен, кто стоял возле стойки: офисный костюм, совершенно неуместный в клубе, густые волосы, естественно спадающие до плеч, большие круглые глаза, как у милого кролика, и пухлые щечки… Такие девушки в клуб приходят нечасто. Он хотел отвернуться и забыть о ней, но не смог и продолжил еще пристальнее разглядывать. Рядом, обнимая ее за плечи, стоял симпатичный парень. Вся компания друзей подняла бокалы с шампанским, словно что-то празднуя. Будто зачарованный, Чинук продолжал следить за ними.

Музыка сменилась с ритмичной танцевальной на спокойный свит-джаз, и освещение в клубе стало ярче. Теперь ему было хорошо видно лицо Юми. Он помрачнел.

В это же время друзья Юми увлеченно общались. Главной темой была недавняя поездка Хёнтхэ в Восточную Европу.

Хёнтхэ нравился девушкам еще со школы: он не только был высоким красавчиком, но и хорошо понимал женщин, ведь у него было четыре старшие сестры. Впрочем, сейчас бывшие одноклассницы воспринимали его не как мужчину, а, скорее, как друга, к которому всегда можно обратиться. Он даже давал им дружеские советы по отношениям, когда они заходили в его паб. Даже для Юми, которая всегда держалась подальше от парней, Хёнтхэ был исключением. Она могла спокойно обняться с ним при всех, как сейчас. Для нее он был таким же другом, как Соён.

– Ого, посмотрите на того красавчика! – Соён, потягивая шампанское, указала пальцем в сторону танцпола.

– Что, нашла кого-то красивее меня?

– Хёнтхэ, прекрати важничать.

Юми из любопытства повернула голову.

– А рядом с ним, наверное, его девушка, тоже такая красотка! Прямо как модель!

У танцпола стояла красивая пара. Приглядевшись, Юми изумилась: «Неужели это?..»

Она увидела парня в деловом костюме, сидящем точно по фигуре, который тепло смотрел на ту же пару, что и её друзья. Было темно, и Юми не могла различить черты его лица, но он чем-то напомнил ей Чинука.

На него смотрели все красавицы клуба, но он, казалось, искал кого-то у танцпола. Его глаза пылали, будто от ревности: в толпе было много мужчин. «Наверное, приглядывает за своей девушкой…» – подумала Юми.

Безумная мысль опалила сознание. Что, если это действительно был Чинук? Она почувствовала, как во рту пересохло. Вдруг таинственный парень повернулся в ее сторону. Юми показалось, что он смотрит точно на нее, хотя в темноте не могла знать этого наверняка.

– Продолжим через десять минут! – объявил диджей.

Энергичные танцевальные ритмы сменились вновь мелодичным джазом, свет стал ярче.

– Что?

Ей не показалось. Это был не кто иной, как Чха Чинук, генеральный директор «Тэбок групп».

Который, к слову, как раз смотрел на нее. Время будто застыло. Чинук поднес ко рту бокал, не сводя глаз с Юми. Залпом опустошив его, передал официанту и направился к ней.

Сердце в груди девушки бешено заколотилось.

Глава 11

Ты ничего не хочешь мне сказать?

Чинук бросил взгляд на свой коктейль и тяжело вздохнул.

Внезапно грудь сдавило без всякой причины, а к горлу подкатил горький ком отвращения. Он не хотел подходить к тем ребятам и портить веселье. Чинук вспомнил мужчину, которого видел перед зданием компании. Того, который сейчас обнимал Юми за плечи и, должно быть, подвозил ее тогда на скутере. У него было похожее телосложение, прическа, и он выглядел как звезда с обложки популярного журнала.

«Не топ-модель, конечно, но многие на него заглядываются», – подумал Чинук.

Юми потягивала шампанское из бокала и мило улыбалась своему спутнику. Чинуку она никогда так не улыбалась.

«Неужели ей так нравится этот парень? Когда я пригласил ее выпить со мной бокал вина, она наотрез отказалась, а теперь спокойно пьет с этим… Так, хватит думать об этом!» – упрекнул он сам себя и внезапно расправил плечи. Нужно самому убедиться, насколько хорош парень Юми. «Не может быть, что он настолько крут, чтобы она предпочла его мне, Чха Чинуку!»

Конечно, прежде всего в нем играло любопытство. А если Чинуку что-то любопытно, он узнает об этом все.

– Я сейчас вернусь, – сказал он друзьям и повернулся к бару.

– Ой! – Юми не могла поверить собственным глазам.

Чинук шел к ней через толпу на танцполе. «Странно, что он вообще здесь в такое время. И почему идет сюда? – думала она. – Может, поздороваться? Хотя, наверное, не стоит…» Юми нервно огляделась вокруг. Соён с подругами вышли поправить макияж, и у бара остались только она и Хёнтхэ. Чинук подбирался все ближе и ближе.

– Что? Так вы с ним… Тогда… С Мистером Привередой, твоим боссом?

В этот момент она вспомнила обо всем, что рассказывала Хёнтхэ про Чинука. А если они встретятся? Конечно, они не стали бы обсуждать такие личные темы в первую встречу, но лучше было им вообще не говорить. Юми в спешке схватила сумочку, висевшую на стуле, и потянула Хёнтхэ за руку.

– Слушай, я, наверное, пойду.

– Что? Почему так рано?

– Переживаю за маму и Тонгу, сам понимаешь…

Это была почти правда. Михи обязательно принимала душ перед сном. И наверняка не разобралась, как включить воду, и, вероятно, уже все сломала.

– Давай провожу тебя. – Хёнтхэ попытался последовать за Юми, но та быстро махнула рукой.

– Нет, спасибо. Лучше оставайся с девочками и передай им, чтобы не обижались на меня, ладно?

– Да, конечно. Все передам.

– Выручил! Как и всегда. В любом случае увидимся завтра, – поблагодарила его Юми и поспешила к выходу.

Чинук увидел, как Ли Юми поговорила с предполагаемым парнем, встала, взяла сумочку. Тот почему-то пошел в противоположную сторону. Чинук на мгновение задумался, за кем идти. Он затеял все это, чтобы увидеть парня Юми, но теперь, когда она собиралась уходить, его любопытство развеялось.

Поколебавшись, Юми направилась прямо к выходу. Чинук все же пошел за ней. Старался не отставать, но в клубе было слишком много людей.

– Осторожнее! – Кто-то толкнул Чинука в плечо. Он развернулся и на мгновение отвлекся. Когда повернулся к выходу, девушка уже исчезла.

– Такси!

Поймать такси на многолюдной клубной улице в пятницу вечером – то еще испытание.

Юми с грустью смотрела на занятые машины, проезжающие мимо. Заказать через приложение тоже не получалось: водители не отвечали или не приезжали.

«На метро я успею проехать только полпути… Хотя если поймаю машину там, то и дешевле выйдет».

Юми пошла к входу в подземку, продолжая высматривать такси, когда кто-то встал прямо перед ней. Не заметив помеху, уткнулась прямо в грудь прохожему. Она удивленно отступила, подняла голову и поймала холодный взгляд Чинука.

– Директор… – Ее зрачки расширились.

«Наверное, видел, как я убегала…» – Юми попыталась не выдать своего замешательства и выдавила улыбку.

– Что ты здесь делаешь? – бесстрастно спросил Чинук.

– Я… Как видите, домой собираюсь. А вы?

Юми хотела спросить: «А вы с вашей очаровательной спутницей?» – но промолчала. Вместо ответа Чинук повернулся к ней спиной и как ни в чем не бывало заявил:

– Я тебя подвезу. Сейчас трудно поймать такси.

«Чего это он вдруг? С девушкой поссорился?» – Юми и не думала идти за ним.

– Идешь? – обернулся на нее Чинук.

На мгновение она замешкалась: должна ли она притвориться, что не видела его в клубе, или лучше честно признаться. «Мы обменялись взглядами, так что нет смысла притворяться. Он и так считает меня обманщицей, так что не стоит падать в его глазах еще ниже».

– Вызовите водителя? Я видела, как вы пили в клубе.

– Это был коктейль.

Юми поморщилась.

– Разве в коктейлях нет алкоголя?

– Это была «Девственная Мария».

Чинук сделал акцент на первом слове.

Юми понимала, что «девственная» значило безалкогольный напиток, но прозвучало это весьма двусмысленно. Она слегка покраснела и опустила голову.

– А мне ты говорила, что не пьешь. – Директор резко сменил тему. – Только что видел, что тебе это очень даже нравится.

– Один бокал в компании друзей…

– Ага, все так говорят.

– Это правда! После этого я только делала вид, что пью, чтобы не выбиваться из атмосферы!

Не успела Юми договорить, как Чинук нагнулся к ней. Она застыла на месте, не успев сделать и шага назад – настолько быстро он приблизился. Их лица практически касались друг друга.

– Ик!

От сильного смущения Юми начала икать. Директор Чха продолжал спокойно смотреть на нее. Убедившись, что губы девушки почти не пахнут алкоголем, снова выпрямился и сухо сказал:

– Хорошо, я тебе поверю. Но… все это странно, не думаешь?

– Ик! Что? – спросила Юми, не прекращая икать.

Она ударила себя в грудь.

– Когда в офисе я попросил тебя выпить, ты тоже могла просто пригубить. Почему же отказалась?

– Понимаете… Ик!

«Потому что я не твой парень? Потому что ему можно доверять, а мне нет? В этом все дело?» – раздраженно думал Чинук, глядя на Юми, которая изо всех сил пыталась справиться с приступом икоты.

– Рядом с клубом негде было припарковаться, поэтому я оставил машину немного дальше на стоянке. Придется пройтись пешком. – Директор снова отвернулся от нее и пошел вперед.

– Ах! – Юми задержала дыхание. Но Чинук не стал ждать и продолжил идти. Она почувствовала себя брошенной. Все выглядело так, будто он был ее гиперопекающим старшим братом и силком тащил домой с вечеринки.

– Ну что еще? – проворчал Чинук, обернувшись к ней. – Последний поезд уже ушел, хочешь идти домой пешком?

Чинук взглянул на часы и покачал головой, но Юми стояла неподвижно.

«Зачем вообще пошел за мной? Чтобы поворчать? Тем более в клубе ты был не один… – Юми вспомнила девушку рядом с директором. Если Хэри была милой словно кукла, то та красотка в «Отрыве» была очень элегантной. – Может, Хэри для него действительно как сестра, а встречается он с этой? Ох, не знаю, не знаю. Сложные у них отношения. Хотя какое мне дело? Просто поблагодарю его за то, что подвезет до дома».

Она пошла за Чинуком, и тот снова отвернулся.

– Почему ты ушла так рано? Все твои друзья остались в клубе… – спросил он, дождавшись, пока Юми догонит его.

– Ой… Я сегодня немного устала.

«Точно. В столовой устроили внезапный ужин для директоров, и ей пришлось целый день усердно работать. – Чинук взглянул на уставшую Юми, но вдруг вспомнил про ее парня, который остался в клубе. – Она решила пойти домой, а он просто остался развлекаться? Что за человек. Не могу поверить, что ее влечет к такому… Должно быть, эта девушка не разбирается в мужчинах».

– И выглядит он слишком смазливо. – Чинук не заметил, как заговорил вслух.

– Что, простите?

– Я про того парня, который стоял рядом с тобой.

– А, вы про Хёнтхэ. Ну, он действительно милый. Но все же не смазливый.

Юми тепло улыбнулась, и Чинуку показалось, что она подумала о чем-то очень личном.

«Да ты прямо с ума сходишь, просто думая о нем! Хёнтхэ! Милый! И вообще, у него дурацкое имя». – Чинук раздраженно ослабил галстук, ставший вдруг слишком тесным.

«Как же его описать?» – Юми задумалась и начала рисовать что-то в воздухе.

«Прямо извелась вся!» – Чувствуя еще большее разочарование, Чинук расстегнул еще и верхнюю пуговицу рубашки, но противное удушье не проходило.

– Хёнтхэ, скорее, как ангел, только крыльев не хватает.

– Улетит и никогда не вернется?

– Совсем нет. – Юми удивленно посмотрела на босса. – Почему сразу не вернется? Наоборот…

– Вечно достает?

– Да нет же! Я говорю, что он милый, как ангел! – уже громко сказала она.

«Посмотрите, как нахваливает! С ума сойти! Совсем от любви ослепла!» – Чинук не мог успокоиться.

– Он был первым, кто заговорил со мной, когда я пришла в новую школу.

– Получается, со старшей школы?! – Чинук не мог поверить, неужели они встречались так долго.

Юми же подумала, что вопрос о том, как давно они знакомы.

– Ага.

«Тогда если они встречаются со школы, то со мной она?.. Так вот почему сбежала?! Получается, изменяла со мной? Я виноват? Но откуда мне было знать, что у нее все это время был парень? – Чинук нахмурился. – Почему тогда она расплакалась на пляже, когда я спросил, все ли у нее в порядке? Парень, который даже не знает, в каком состоянии находится его девушка… и не парень вовсе!» – От всех этих мыслей у Чинука разболелась голова. Погрузившись в себя, он быстро пошел вперед, забыв, что идет не один.

– Извините… Можно немного помедленнее? – попросила Юми.

Чинук был гораздо выше, и она не могла догнать его, как ни старалась.

Чинук шел впереди, и, глядя на его спину, Юми вспомнила, как он вел ее за руку этим утром. Тогда ей хотелось убежать – так крепко держал директор ее за запястье. А теперь… Конечно, она не хотела снова идти с ним за руку, но чувствовала себя странно.

«Та красотка из клуба точно его девушка. Может, они просто поссорились? Подождите-ка, а что тогда они делали с Хэри в его кабинете? Даже если она для него как сестра, не слишком ли это все?.. Ах да, он ведь весь из себя красавчик! Вечно вокруг него кто-то вертится! Вот ведь Казанова!» – Юми вспыхнула и нахмурилась, будто речь шла о ее собственном парне.

В это время Чинук остановился. Он нагнулся к асфальту, что-то поднял и зажал в кулаке. Дождался, пока Юми догонит его, и протянул к ней сжатый кулак.

– Это тебе. Возьми.

– Что там?

– Узнаешь, когда протянешь руку.

Юми послушалась Чинука, и он вложил в ее ладонь монету в пятьсот вон.

– Зачем? – спросила Юми, глядя то на монету, то на Чинука.

– Монетка на удачу. Она выпущена в год моего рождения. Мне и правда сегодня повезло?

Ничего не понимая, Юми медленно моргнула. Она не могла поверить в то, что говорил ей Чинук.

– Выпущена в год моего рождения. Значит, сегодня удачный день.

Вот подарок. На удачу. У тебя печальный взгляд.

Чинук в точности запомнил все, что она сказала ему тогда на пляже. Юми только что называла его про себя Казановой, но теперь была тронута до глубины души. Чинук поступил искренне, не как ее начальник, а как человек.

– Спасибо. – Юми мягко улыбнулась, осторожно погладила монету, которую он ей протянул.

Когда она положила монету в карман, Чинук небрежно бросил:

– Выглядишь подавленной. Может, просто устала. Хочешь, скажу, что ты похожа на кролика, который потерял маму и свесил ушки? – Он помнил их разговор на пляже до мельчайшей мелочи.

– Я больше похожа на кролика, который внезапно прыгнул куда-то, не глядя, и теперь не знает, что делать!

– Что?

– Да так, ничего… – пробормотала Юми.

Вопрос Чинука отрезвил ее, и она улыбнулась. Чинук посмотрел на ее улыбку и с серьезным видом пошел дальше.

За время поездки он не проронил ни слова. Юми отвернулась к окну, любуясь ночным городом.

Дороги давно опустели, и они доехали меньше чем за полчаса. Возле паба «Книги & Пиво» Чинук остановил машину и выключил двигатель.

– Забыл сказать. В понедельник я уеду в командировку на неделю.

– А, хорошо.

– Эта неделя не будет считаться.

Таким образом, у нее все еще оставалось две недели на то, чтобы впечатлить его.

– Да, поняла. Спасибо, что подвезли.

Юми кивнула на прощание, быстро распахнула дверь и пошла к пабу.

Вдруг водительская дверь открылась. Чинук вылез из машины и последовал за ней.

– Ли Юми, – негромко позвал он.

Она остановилась, не дойдя до двери, и обернулась.

– Да?

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– В каком смысле?..

Юми непонимающе посмотрела на Чинука. Тот добавил:

– Я уезжаю на неделю… Что ты об этом думаешь?

– А…

«Зачем спрашивать о таком? Напугал!» – Юми попыталась улыбнуться.

– Желаю вам счастливого пути.

– Что с лицом? – нахмурился Чинук.

Очевидно, ответ Юми чем-то его не устроил.

– А что с ним не так?

– Выглядишь слишком довольной!

«Чего ты добиваешься? Да, я улыбнулась, ну и что? Лучше скажи, почему сам мрачнее тучи?» – Юми пыталась понять, что испортило директору настроение, но у нее никак не получалось. Все вокруг считали его трудоголиком, так что очевидно, что он должен был радоваться недельной командировке.

– Вам не нравится, когда я улыбаюсь?

– Не замечал за тобой этого раньше.

– Я просто рада, что не буду готовить целую неделю.

Действительно, приезд Михи и Тонгу добавил ей забот, и недельная передышка была как нельзя кстати.

– Рада? – Чинук нахмурился еще сильнее.

«Ой! Не стоило говорить так прямо?» – Юми осознала свою ошибку. Чинук все еще был ее начальником, нельзя говорить ему все что вздумается. Она торопливо поклонилась, извиняясь за промах.

– Я буду упорно искать блюдо, которое вас впечатлит.

Чинук скрестил руки на груди. Он все еще хмурился.

– Изо всех сил…

Юми осторожно посмотрела на директора: «Какой же он обидчивый, да и дуться может целую вечность. Лучше мне просто молчать». Она опустила голову, не желая встречаться с ним взглядом.

– Еще в детстве мне рассказывали сказку о храбром кролике, который бросил вызов тигру, потому что не знал, что тот существует, – сказал он наконец.

Юми подняла голову.

– Храбрый кролик?

– Ладно, до встречи.

Чинук хотел что-то добавить, но не решился. Он развернулся, сел в машину, завел двигатель и вскоре скрылся в темноте.

– Что это с ним? – пробормотала Юми, глядя ему вслед.

«Неужели мои слова так его задели?..»

Было утро воскресенья, и Юми хотела выспаться. Впервые за долгое время у нее была такая возможность.

– Ма, я голодный, – потряс ее за плечо Тонгу.

– М… – Юми с трудом открыла глаза. – Тонгу… десять минут. Попроси маму, она тебя накормит.

– Мамы нет, ма.

Эта фраза окончательно разбудила Юми.

– Что? Как это «нет»?

Юми вскочила с кровати и подбежала к шкафу с одеждой. «Неужели сбежала, бросив Тонгу? Нет, невозможно, но Михи вполне могла устроить себе незапланированное путешествие, чтобы развеяться!» – подумала она, распахивая дверцу шкафа. Вычурные наряды матери висели на месте. Повернув голову, Юми увидела, что и дорогой чемодан никуда не делся, все так же стоял рядом со шкафом.

Она облегченно выдохнула. Мама точно никуда не уехала. Но из-за нервов сердце колотилось как сумасшедшее. «Так и до еще одного обморока недалеко!»

– Ма. – Тонгу обхватил ногу Юми.

Михи ушла, поэтому мальчик ластился к старшей сестре. «Почему он такой милый? – Юми немного растерялась. – Мы с мамой так похожи?»

Она погладила брата по голове:

– Тонгу, а куда пошла мама?

– Нинаю, ма.

«Удивительно, я прекрасно его понимаю! Вот что значит одна кровь», – поразилась Юми.

– Она тебе ничего не сказала?

– Нисазала.

Всю субботу мать разбирала вещи, раскладывала их, присматривала за Тонгу, лишь чудом сохраняя хладнокровие. Как и опасалась Юми, Михи хватило ненадолго, и уже в воскресенье она исчезла, не сказав никому ни слова.

– И куда тебя понесло?

Не выпуская брата, Юми свободной рукой набрала номер Михи. Та не брала трубку, звонок каждый раз попадал на автоответчик.

– Мама, ты где? Ушла, никого не предупредив? Оставила Тонгу на меня? Это уже ни в какие ворота… – пробормотала Юми, дождавшись гудка. Возможно, мать прослушает сообщение.

– Ма, я голодный. – Тонгу уткнулся лицом в шею Юми, совсем как голодный котенок.

– Тонгу, почему ты и маму называешь «ма», и меня? Путаница получается. Я – Юми, твоя сестра.

По глазам брата Юми поняла, что «ма» нравится ему больше, чем «сестра» или «Юми», но… Вдруг ее и в самом деле посчитают матерью Тонгу?

Она посадила Тонгу себе на колени и заглянула ему в лицо.

– Я твоя сестра. Повтори: «Се-стра».

– Ма.

– Нет, не «ма». Давай, попробуй: «Се-стра».

Тонгу уставился на нее круглыми глазами и старательно проговорил:

– Ма.

– Ладно, попробуй сказать «Юми». Ю-ми.

– Ма.

Тонгу явно не понимал, что не так.

– Что же мне с тобой делать?..

Возможно, братик был еще слишком мал для фонетических упражнений – все же ему было только два года.

– Попробуй сказать «папа»?

– Па.

– А брат?

– Блат.

Что ж, неидеально, но Юми могла разобрать каждое слово. «Тогда почему именно меня он зовет «ма»?» – удивилась она.

– Тонгу, ты же так хорошо говоришь! Почему ты не можешь сказать «Юми»?

– Ма!

Мальчик весело рассмеялся и потерся своей щекой о щеку Юми. Этому он точно научился у Михи. Но Юми и не хотела сопротивляться уловке. Тонгу был ее единственным младшим братом, и она как старшая сестра должна была позаботиться о нем. Да и он уже не младенец, так что ей не придется все время сидеть возле кроватки.

Юми поставила Тонгу на пол и встала. Не удержавшись, она легонько ущипнула брата за пухлую щеку.

– Ладно, я приготовлю завтрак. Что хочешь?

– Вот! – Тонгу неожиданно протянул ей игрушечного кролика.

– А? Ты хочешь съесть кролика?

Юми удивленно посмотрела на довольного младшего братишку.

Чинук собирал вещи, но мыслями был далеко и никак не мог сосредоточиться на командировке. Он замер, глядя на чемодан.

«Я просто рада, что не буду готовить целую неделю».

Вспомнил довольное лицо Юми, ее счастливый взгляд и улыбку.

– Поверить не могу, – покачал он головой в такт своим мыслям и усмехнулся.

Удивительно. Чинук-то думал, что новость о командировке ее огорчит, но девчушка, напротив, чуть не запрыгала от радости.

«Вот ведь!.. Может, все отменить? Чтобы готовила мне по четыре раза в день!» – Он громко щелкнул замком чемодана, пытаясь справиться с раздражением.

С ним творилось что-то странное. Раньше думал только о предстоящей командировке и работе, а сейчас голова пухла от глупых назойливых мыслей. Чинук почувствовал, что эта неделя будет очень длинной, и от этого настроение у него испортилось еще больше.

– Пошло оно все.

Он тяжело опустился на кровать, прикрыв лицо ладонью.

– Выложи рис в виде кролика. Сейчас мультик такой есть – посмотри, как там. Потом надрежь сосиски с одного конца, чтобы получились сосиски-осьминожки. И не забудь про яичный рулет. Ты должна нарисовать на нем сердечко кетчупом или смайлик.

Юми только дозвонилась до матери, а она уже завалила ее советами. Как всегда.

– Когда вернешься? Это ты так избаловала Тонгу?

– Ой, посмотрите на нее! Вспомнила бы себя в его возрасте. Как же я с тобой намучилась. Мне приходилось выкладывать водоросли в виде Бэтмена или Микки-Мауса, иначе ты не ела…

Юми убрала телефон от уха и наморщила нос: «Правду говорят, что «лягушка не помнит, как головастиком была», вот и я забыла. Ладно, проехали».

– Тогда скажи, где ты сейчас? Куда ушла?

– Я устроилась на работу. Надо же нам с Тонгу что-то есть. Деньги сами по себе не появятся.

Что ж, по крайней мере, Михи не решила сидеть на шее у дочери.

– Хорошо. Только не снимайся в кино.

– Что? – Она повысила голос. – А почему нет? Твоя мама еще о-го-го! Могу начать хоть сейчас…

– Не вздумай! – перебила ее Юми, невольно сорвавшись на крик. – Или я перестану с тобой общаться!

– Вы посмотрите на нее! Я, вообще-то, актриса! Кино меня кормит – мне платят за съемки! Что тебя не устраивает?

– Это ты съемки в порнографии называешь работой?

– Какая разница, где сниматься? В обычных фильмах тоже обнаженка бывает смотря какая роль.

В сущности, Михи была права, но Юми просто не могла так просто это принять. Ведь тысячи людей видели, как ее мать раздевалась! А иногда не только раздевалась, но и… «Ни за что!» – со злостью подумала Юми.

– Не хочу ничего слышать! Только снимись в чем-то подобном… и ты мне больше не мать!

Юми сбросила звонок. Тонгу по-прежнему сидел рядом, тиская игрушечного кролика. Казалось, он уже привык к постоянным ссорам.

– Хочешь кролика – будет тебе кролик, – буркнула Юми и пошла на кухню.

Она взялась за готовку и вскоре успокоилась. Процесс создания рисовых кроликов увлек ее. Фигурки получились даже лучше, чем ожидалось.

– Тонгу, завтрак готов. Иди сюда.

Увидев любимого персонажа, Тонгу восхищенно вздохнул. Вдруг у него на глазах навернулись слезы.

– Эй, братик! – испуганно воскликнула она. – Что такое?

«Может быть, его сосиска-осьминожка напугала?» – предположила Юми. Она и правда постаралась: сделала восемь щупалец, глаза, нос и даже рот…

– Ма, любютибя!

Тонгу вскочил с места и бросился обнимать сестру. От неожиданности та даже растерялась.

– Ну что ты? – Юми осторожно высвободилась из объятий брата, который повис у нее на шее. – Тебя так тронули рисовые кролики?

Тонгу закивал, хлопая мокрыми от счастья глазами. Михи плохо готовила, и Юми представляла, каких кроликов ему приходилось есть: круг и две палки, и хорошо, если рис не подгорел. Ее собственный шедевр не мог не впечатлить брата…

– А у тебя есть вкус. Знай, твоя сестра – дипломированный диетолог-нутрициолог, с сертификатами по европейской и корейской кухне.

– Ма лусе сех!

Тонгу показал ей большой палец и принялся за еду. Его лицо светилось от счастья.

– Не торопись. Я сделаю еще.

– Да, ма!

Глядя на довольного брата, Юми вдруг почувствовала озарение.

– Вот оно.

То самое блюдо, которое она так долго искала! «Даже если он не прослезится, как Тонгу, равнодушным точно не останется!»

Юми погрузилась в работу: она купила несколько книг по сервировке от известных экспертов, искала рецепты в интернете. Однако через три дня ее план впечатлить Чинука, подав ему блюдо в виде любимого персонажа, провалился.

Хозяйка прачечной наконец-то ей позвонила, и Юми поехала за пальто. Но по приезде жестоко разочаровалась:

– Что это? Что произошло?.. – спросила она, рассматривая пальто.

Только успокоилась, решив, что все проблемы позади, как на ее голову свалилась новая беда!

Хозяйка, впрочем, выглядела крайне довольной результатом:

– Такое бывает. Я постаралась сделать все незаметно, но эта ткань настолько нежная, что каждый стежок будет видно.

– Да… но… это… – у Юми просто не было слов, чтобы выразить свои чувства.

Везде, где моль прогрызла дырки, виднелись черные бисеринки.

– Посмотрите, какая красота! Не то что обычные стежки. Видели последние коллекции «Гуччи» и «Дольче & Габанна»? В этом году бисер в моде.

– Но…

– Просто покажите это вашему другу. Если ему не понравится, то верну плату за починку.

«Но дело вовсе не в деньгах! – Юми была уверена, что Чинуку, который по привередливости не уступал самым капризным двухлеткам, пальто точно не понравится. – Мне конец!» – обреченно подумала она.

Обратная дорога казалась ей бесконечной.

Юми чувствовала себя запертой в клетке, откуда не сбежать, как ни пытайся. Она остановилась и посмотрела вверх на хмурое, затянутое тучами небо. На душе скребли кошки. До понедельника встреча с директором Чха ей не грозила, но что потом? Сколько у нее денег?

«Интересно, хватит ли? Скопить удалось не так много, но что поделать… Раз испортила чужую вещь, то надо возместить ущерб… – Юми не удержалась и вздохнула, сжав кулаки. – Никогда больше не свяжусь с мужчиной, который любит брендовые вещи! Нет! Вообще больше ни с одним мужчиной не заговорю! Буду благочестивой одинокой старой девой!»

Она тряхнула головой, отгоняя невеселые образы. Однако Чинук никак не покидал ее мысли. Юми тряхнула головой еще раз и поправила волосы. «Меня просто совесть мучает! Я совсем по нему не скучаю! Совсем…»

В ее зрачках отражалось пасмурное небо.

– Опять бессонница? Неважно выглядите, – сказал Учжин взволнованным тоном, встречая Чинука у лифта в лобби.

– Какой там. Я и дома не могу заснуть, не то что в отеле. – Чинук пожал плечами и принял у помощника папку с документами.

– Может, стоит обратиться к врачу? – предложил тот.

– Хватит. Не в первый раз.

– Тогда вам тем более следует поехать в больницу. Вы не спите, усталость продолжает накапливаться…

– Не волнуйся, в обморок больше не упаду. – Чинук хлопнул Ужчина по плечу, будто пытался его успокоить. – Я тебя тогда напугал, поэтому никаких больше обмороков. А если все-таки упаду, отменишь трехразовое питание и будешь поить меня травами.

– Точно, народная медицина. Совсем забыл о ней.

– И не вспоминай! Не нужна.

Чинук вернулся к бумагам.

Бессонница была с ним всегда, с раннего детства. Удачные дни, когда она отступала, выпадали крайне редко. Порой, когда симптомы становились слишком тяжелыми, Чинук пил снотворное, прописанное врачом, но оно почти не помогало. «Когда я в последний раз спал без таблеток или алкоголя?» – подумал он и улыбнулся, вспомнив. Три года назад, в тот самый день… В памяти возникло лицо Ли Юми, и Чинук резко захлопнул папку.

Обед закончился, и Юми занялась проверкой продуктов в холодильнике.

– Прекрасно. Можно отправлять на кухню, – сверилась она со списком.

К холодильнику подошла Джени и достала замороженную свинину.

– Кажется, у тебя свободный день? – спросила она. – Сегодня никакой готовки?

С тех пор как Джени узнала, что они с Юми ровесницы, девушки сблизились. Возможно, стать подругами еще не успели, но и просто коллегами уже не были.

– Директор уехал в командировку.

– Так вот почему ты аж светишься.

Юми ответила ей улыбкой. Да, она наконец могла отдохнуть, но на сердце все равно было неспокойно. А стоило подумать об испорченном пальто, сразу хотелось плакать.

– Юми, какая же ты!..

Они с Джени одновременно развернулись и увидели Ынби. Та стояла в дверях, недовольно глядя на них.

– А… Что?

– У директора полно работы. Вдруг он опять перестанет есть? Ты не беспокоишься?

– Беспокоюсь?

– Он такой красивый… Что будет, если он похудеет? Нет, мне нельзя… – Ынби тяжело вздохнула и вышла с кухни.

– Ей тоже нравится директор Чха, – прошептала Джени на ухо ничего не понимающей Юми.

– О…

– Он немного не в моем вкусе – слишком тощий. Предпочитаю накачанных мужчин.

– Возможно, просто под костюмом не видно…

– Ну-у, придется его раздеть, чтобы узнать наверняка. Вот если выпадет шанс…

– Что?! – Юми уставилась на Джени с нескрываемым ужасом.

Та непонимающе улыбнулась.

– Ты чего?

– Нет, ничего.

– Юми, у тебя будто парня никогда не было. Я права?

Юми густо покраснела и опустила голову. Она не могла признаться, что видела Чинука голым и знает, что он вовсе не тощий.

– Ай, ладно. Можешь не отвечать, – махнула рукой Джени.

Она взяла свинину и ушла назад на кухню. Юми открыла холодильник и попыталась вернуться к работе. Однако слова Ынби засели в голове, не давая сосредоточиться. Теперь ее мучило беспокойство.

«Вдруг директор голодает? Кто ему готовит?»

– Хватит! – Юми тряхнула головой, отгоняя тревогу. – Ему не два года, так что как-нибудь справится!

Глава 12

Ты мне так встречаться предлагаешь?

Наступила суббота – последний день командировки.

Чинуку осталось посетить обед с представителями компании-партнера.

Он и Учжин сложили чемоданы и из отеля поехали в ресторан. Официант проводил их в отдельный кабинет.

Все знали, что Чинук не привык ждать, поэтому стол был накрыт к его приезду.

– Мы надеемся, что вам понравились отель и еда, – поприветствовал их Чон, один из сотрудников.

– Спасибо за заботу, нас все устроило.

– Рад это слышать.

– Надеюсь, вы обеспечите бесперебойные поставки сырья.

– Разумеется. Что ж, контракт подписан, давайте отвлечемся от дел и насладимся прекрасным обедом. Очередь на бронь сюда больше месяца, и, думаю, оно того стоит.

– В самом деле? – удивился Чинук.

Он взял палочки, попробовал холодный салат с устрицами и кивнул. Затем взглянул на тарелки с горячими закусками.

«Я приготовила сампап с разными начинками. Это рис с мясом или овощами, завернутый в листья периллы и приготовленный на пару…»

Юми когда-то приготовила для него сампап, очень похожий на этот. «Я и не притронулся к нему, велел Наён выбросить… А ведь выглядел он аппетитно, – подумал Чинук. – Жаль, стоило попробовать…»

Сампап на тарелке заставил Чинука вспомнить о ней. Он непроизвольно усмехнулся. Чон неправильно его понял и обеспокоенно спросил:

– Извините, вам не понравилось?

– Нет, все очень вкусно.

Чинук отмахнулся от мыслей о Юми и подцепил с тарелки оладушек из фасолевой муки: «Я вовсе не ее вспомнил, а еду, которую она готовит. Сам не заметил, как привык к ней. Только и всего».

– Чего-то не хватает… – задумчиво пробормотал Чинук, сидя на заднем сиденье машины.

Учжин посмотрел на него в зеркало заднего вида.

– Что вы имеете в виду? – спросил он.

– Внутри как-то пусто…

– Как это возможно! Вы только что поели. Сколько там было закусок, восемьдесят?

– Сам знаю, – Чинук безразлично посмотрел в окно, – но чего-то все-таки не хватает… Хочется еще чего-то. Как будто сыт на девяносто восемь процентов. Тебе так не кажется?

«Что это с ним? – напряженно подумал Учжин. Плохой аппетит Чинука всегда его беспокоил, и эта внезапная перемена не обрадовала, а насторожила. – Интересно, есть поблизости приличный ресторан?» – Учжин огляделся по сторонам.

– Хотите, остановимся где-то по дороге?

– Нет, не в этом дело. Я не так давно ел сампап, вот и вспомнил.

– Тот, который приготовила Ли Юми?

– Да, точно. Попрошу ее приготовить еще раз.

– Но сегодня же выходной. Да и завтра тоже, – заметил помощник.

Однако Чинук пропустил его слова мимо ушей и потянулся за телефоном. «Номер вроде тот… А почему ребенок ответил? Позвал «ма»… Маму?» – Он непонимающе нахмурился.

Тонгу ползал по полу. В какой-то момент игрушечный кролик ему надоел, и он схватил телефон Юми. В ту же секунду тот зазвонил.

Мальчик случайно ткнул пальчиком в экран и ответил на вызов.

– Это я… – раздался низкий мужской голос.

– Ма? – позвал Тонгу, с любопытством разглядывая телефон. – Ма?

Юми с полотенцем на голове как раз выходила из ванной. Увидев телефон в руках брата, испуганно вытаращила глаза.

– Нет!

Прыгнула вперед, выхватывая телефон. Быстро посмотрела на экран и скривилась: «Мистер Привереда!»

– Алло? – торопливо ответила она.

– Кто это был? – Голос Чинука звучал спокойно.

– А… Наверное, я…

«Как глупо! Конечно, он мне не поверит!» – мысленно отругала себя Юми. Неужели не могла придумать что-то более правдоподобное?

– Наверное, ты? – недоверчиво переспросил директор.

– Я… просто только встала и думала, что это мама… Извините, у вас какое-то дело? – поспешила она сменить тему.

– За всю неделю мне почти не удавалось нормально поесть. Умираю от голода. Я напишу тебе мой адрес, пожалуйста, сделай мне сампап.

– Сейчас?

– Да, сейчас.

«Какой кошмар! Позвонил в мой законный выходной и требует сампап! Даже для него это слишком!»

– Извините… Но сегодня же выходной…

– Ты разве не отдыхала всю эту неделю? Если бы привезла мне сампап, мне было бы очень приятно…

«Вот оно! Я тебе еду с доставкой, а ты, возможно, не будешь сердиться из-за пальто». – Юми воспряла духом.

– Хорошо. Сейчас же начну собираться.

– Не опоздай.

Юми положила трубку. Через мгновение пришло сообщение с адресом:

Через два часа приеду в Сеул.

Надеюсь, успеешь приготовить его.

Юми быстро вытерла волосы полотенцем. Ей следовало поторапливаться, если она хотела успеть до приезда Чинука.

– Тонгу… А где мама?

Когда Юми уходила в ванную, Михи лежала, завернувшись в одеяло, и смотрела телевизор. Теперь ее нигде не было. Младший вытянул руку и показал на дверь.

– Ма, усла.

Михи улизнула, пока Юми мыла голову.

– Ну в самом деле! Она каждые выходные сбегать будет?!

И Хёнтхэ, как назло, уехал на какую-то писательскую встречу, закрыв паб.

– Что будем делать? – спросила Юми, глядя на Тонгу.

Братик, еще ничего не знающий о проблемах взрослых, только счастливо улыбнулся.

Они сходили в магазин за продуктами и поехали к дому Чинука. В одной руке Юми держала телефон, то и дело сверяясь с картой, в другой – ладошку брата и сумку с покупками. На плечо повесила большой пакет с пальто. Тонгу нес своего кролика: происходящее казалось ему чем-то вроде веселой прогулки.

– Кажется, нам сюда.

Юми остановилась возле большого двухэтажного дома и проверила адрес. Все точно. Прежде чем войти, она присела на корточки и заглянула Тонгу в глаза, протягивая ему мизинец.

– Тонгу, обещай называть меня Юми.

Она не могла оставить брата без присмотра, поэтому взяла с собой. Но легче от этого не стало. Тонгу всего два года, чуть отвернешься – случится беда. Не ребенок, а бомба с таймером.

– Не шали и всегда будь рядом. Понял?

– Да, ма.

Тонгу вытянул мизинчик, касаясь мизинца сестры. Он пока ничего не знал о смысле этого действия, но послушно повторил за ней, потому что она попросила.

Юми ввела код. Зазвучала приятная мелодия, и массивные ворота открылись. Крепко держа брата за руку, медленно вошла во двор.

Он был огромный, с прекрасным садом. Очевидно, за всем здесь хорошо ухаживали. Только в таком месте и мог жить Чинук.

Миновав сад, Юми и Тонгу вдруг увидели пушистую черную кошку. Та лежала на траве возле входной двери, вытянув лапы. Заметила гостей и повернула голову не то от удивления, не то от страха, не то просто так. Блеснули два желтых глаза.

– Мяу, – недовольно мяукнула кошка, когда Юми загородила солнце, проходя мимо.

Настоящая хозяйка! Юми и Тонгу торопливо шагнули в сторону, чтобы не злить ее.

Кошка снова вытянулась и закрыла глаза. «Наверное, живет тут, – поняла Юми, заметив автоматическую кормушку возле двери. – У Мистера Привереды есть кошка! Круто!»

Осмотрелась, нашла цифровой замок и снова ввела пароль. Дверь открылась, и они с братом попали в просторную, будто спортивный зал, и такую же пустую гостиную. Невольно закралось сомнение, живет ли здесь кто-нибудь вообще. Мебели почти не было, и Юми показалось, что по комнате гуляет холодный ветер.

Юми подошла к кожаному дивану, который стоял в центре. Пакет с пальто поставила на пол рядом с ним, а сумку с продуктами – на кофейный столик. В глаза бросились мятые одеяло и подушка, валявшиеся на диване.

– На диване спит, что ли?

Тут же лежал пушистый плед, казавшийся довольно старым. Юми осторожно взяла его и нахмурилась: «Совсем маленький, будто детский. Откуда он здесь?»

Любопытство взяло верх, и Юми решила посмотреть другие комнаты. За первой дверью обнаружился кабинет с огромным столом, на котором была гора документов и куча пустых кружек со следами кофе. А ведь Чинук не был дома почти неделю…

«Я думала, у него каждый день домработница убирается», – удивилась Юми, заглядывая в следующую комнату. Та оказалась совершенно пустой – никакой мебели.

– У него нет спальни? – удивилась Юми.

– Похоже, на въезде в Сеул пробка, – проворчал Учжин, глядя на бесконечную вереницу машин перед ними.

Чинук посмотрел на часы. Если пробка не рассосется в ближайшее время, он задержится примерно на час.

– Объехать можно?

– Нам придется вернуться назад, так что вряд ли приедем намного быстрее.

– Уверен?

Чинук порывистым движением ослабил галстук, сдерживая недовольство. «Вряд ли она все успела за два часа. Опоздание ни на что не повлияет…» Он уставился в окно с отстраненным видом, тщательно скрывая охватившее его волнение.

– Что б тебя! Куда ты опять побежал? У нас и так мало времени! – ворчала Юми.

У нее никак не получалось свернуть аккуратные роллы: рис то и дело вываливался. Просто наказание какое-то. Из двух часов, которые ей дал Чинук, большая часть ушла на поход в магазин, дорогу и поиск адреса. На готовку осталось лишь полчаса.

– Я точно еще диетолог? Может, уже повар?

Приготовить сампап за полчаса – это уже определенный уровень мастерства. Не пора ли записаться на какой-нибудь кулинарный конкурс?

– Перец… чуть не забыла. Так, где он?

Юми обыскала всю кухню, но из приправ нашла только соль. Ни соевого соуса, ни тем более пасты из красного перца. В холодильнике стояла единственная упаковка молока и пара бутылок с водой, у кофемашины – пачка органического сахара. Хорошо, что она сходила за покупками и купила соус.

– И зачем ему этот огромный дом? Богачи питаются воздухом? Неужели не мог нанять повара?

Ворча, Юми вдруг поймала себя на мысли, что Тонгу куда-то пропал. Огляделась и позвала его:

– Тонгу!

Никакого ответа.

– Тонгу! – повторила она громче.

В этот момент в кабинете что-то с грохотом упало.

– Что случилось?!

Юми побежала на звук, на ходу стягивая перчатки:

– Тонгу!

Распахнула дверь кабинета и увидела, что Тонгу стоял на стуле и пытался забраться на стол. На полу валялась большая шкатулка – похоже, малыш случайно столкнул ее. Юми подскочила к брату, схватила его и поставила на пол. Руки у нее немного тряслись от волнения, когда наклонилась, чтобы проверить, не поранился ли он.

К счастью, все было в порядке.

– Эй! – воскликнула Юми дрожащим голосом. – Я же сказала тебе ничего не трогать!

– Ты ни гаваила ни тогать, ма.

– Что? Разве нет? Ладно, что сделано, то сделано.

Юми подняла с пола шкатулку и увидела, что край треснул. «Только не это… Дорогая, наверное… Я еще за пальто не расплатилась, а теперь еще и шкатулка!» – ужаснулась она.

Осторожно поставила шкатулку на стол и нервно коснулась крышки, будто это могло исправить ситуацию. Угораздило же Тонгу заинтересоваться именно шкатулкой! Ни документами, ни ручкой, которым от падения ничего бы не сделалось…

– Ох, точно с ума сойду, – вздохнула Юми, глядя на младшего брата.

Она уже хотела уйти, но вдруг остановилась и посмотрела на стол. В ней снова проснулось любопытство: «Почему эта шкатулка стоит здесь? Она совсем не вписывается в обстановку». Юми потянулась к крышке.

На въезде в Сеул пробка закончилась, и движение пришло в норму, но Чинук все равно опоздал на полтора часа. Под приятный звон ворота открылись, и он вошел во двор, держа в руках два стакана с кофе на картонной подставке. Подходя к дому, бросил взгляд на крыльцо и, к своему удивлению, не увидел туфель Юми.

– Ли Юми! – позвал Чинук.

В гостиной также не было ни следа ее присутствия. Он поставил кофе на столик и увидел возле него большой пакет из супермаркета. Заглянув внутрь, нашел то самое кашемировое пальто, которое Юми забрала три года назад. Безо всякого интереса отодвинул пакет в сторону.

После этого пошел на кухню. Сампап ждал его на столе. Рядом с тарелкой лежала короткая записка:

Миссия выполнена! Извините, что ушла – у меня

остались дела. Приятного аппетита! ^___^

– Диетолог Ли Юми —

Прочитав послание, Чинук горько усмехнулся.

– Неужели так занята, что не могла дождаться? Тоже мне, заботливая домохозяйка, – буркнул он, откладывая записку.

Юми смотрела на экран мобильного, прикусив губу от волнения. Директор Чха до сих пор не ответил. «Он уже должен был приехать!» Она плотнее закуталась в одеяло и взглянула на Тонгу, который мирно посапывал рядом. Мальчик уснул сразу, как они вернулись, заявив, что устал. Ей оставалось только завистливо вздохнуть:

– Хотела бы и я так же спокойно спать…

Юми включила телевизор и прибавила звук, чтобы заглушить тревожные мысли. Выступала какая-то группа: не то айдолы, не то еще кто. Парни задорно прыгали по сцене, будто пытались впечатлить жюри на шоу талантов, однако ни один ее не заинтересовал. Беспокойство не проходило, и Юми чувствовала, как дрожали ее ноги.

– Что, если он потребует возместить ущерб? Нет, пальто «золотое», я же не рассчитаюсь! А та шкатулка сколько стоила?

Юми снова посмотрела на Тонгу. Тот спал как ни в чем не бывало.

– Все из-за тебя…

Нет. Умом Юми понимала, что ребенок ни в чем не виноват. Она сама не смогла уследить за ним. Юми вздохнула и вновь уставилась в телевизор. Выступление неизвестной группы закончилось, и начались новости из мира кино. По красной дорожке международного кинофестиваля шли актрисы в ярких вечерних платьях, завораживая блеском драгоценностей.

– Бриллианты, наверное… – пробормотала Юми.

Она снова вспомнила о шкатулке, которую так и не открыла – совесть победила любопытство. Там точно лежали бриллианты. Судя по размерам, внутри должно лежать как минимум колье. Фантазия уже нарисовала картину, как блестят камни.

«Интересно, он купил его для той красотки из клуба или для Чу Хэри?» – подумала Юми и вспомнила, какая страсть горела в глазах Чинука, когда он смотрел на ту девушку. А ведь она не была единственной. Они с Хэри обнимались в кабинете и почти поцеловались. И три года назад была еще одна девушка… Не то Чернушка, не то Чернышка.

В голове возникла та самая сцена: Чинук прижимает Чернушку к стене, наклоняется к ней, чтобы через мгновение поцеловать… Юми прикусила губу: «А вдруг?! Может быть, у тебя есть еще кто-то! Казанова!»

Воображение не утихало, и вскоре стало очевидно, что подарить колье – это серьезный шаг. На этой девушке Чинук точно женится. Интересно, кто счастливица? На экране продолжали сверкать драгоценности, и актрисы с лицами Чу Хэри, Чернушки и той модели из клуба улыбались в камеру.

– Повезло. Только кому?..

Внезапно она разозлилась и, схватив пульт, решительно переключила канал.

Ынби с Джени, тихонько напевая что-то, вернулись на кухню после перерыва. Юми корпела над обедом для Чинука, создавая что-то необыкновенно художественное. Повара подошли ближе и присмотрелись.

В контейнере сидел медвежонок, слепленный из риса. Его брови и миленький носик были сделаны из водорослей, глаза – из кусочков яйца и двух фасолин. Медвежонок улыбался. Рядом с ним Юми поместила осьминога из венской сосиски, а сбоку – деревце из брокколи.

– Что это, Юми? Похоже, ты действительно вложила душу в этот обед. – Ынби сложила руки на груди и с подозрением посмотрела на девушку и контейнер.

– Точно, генеральный директор же тогда отвел тебя на завтрак! – Джени не упустила возможности сделать разговор еще более неловким. – Мне кажется, ты вложила в это блюдо больше чем душу.

Юми испуганно замотала головой.

– О чем ты? Просто стараюсь работать как можно лучше.

Изначально она думала приготовить ячменную кашу с нарезанной кубиками маринованной редькой. К сожалению, Чинук наверняка уже увидел и испорченное пальто, и побитую шкатулку, поэтому план пришлось изменить.

Юми хотела как можно быстрее впечатлить директора, потому что боялась, что он снова завалит ее работой. Или еще чего хуже: готовка в выходные станет нормой, а к трем основным приемам пищи добавится четвертый – поздний ужин. От одной этой мысли ее бросило в дрожь. «Ни за что, Мистер Привереда!»

– Как вам? – Юми показала контейнер Ынби и Джени.

– Хм, – Ынби задумчиво хмыкнула, приставив палец к губе, – представь, что я – это генеральный директор.

– Давай.

Ынби чуть нахмурилась и улыбнулась. Юми ощутила нехорошее предчувствие. Знать бы еще почему…

Вскоре Чинук утолил свое любопытство. Он открыл контейнер, но вдруг замер. Несколько мгновений он молчал, а затем повернулся к Юми:

– Ли Юми… – В его голосе было слышно раздражение.

– Да?

«Если не понравилось, зачем на меня волком смотреть?» – подумала Юми и нервно сглотнула.

– По-твоему, я похож на ребенка?

– Нет, я…Дело не в этом…

Кто знал, что еда в виде милых зверят впечатлит только такого, как Тонгу?

Юми бессильно опустила голову, понимая, что снова провалилась.

Директор встал и подошел к ней вплотную.

– Или ты мне так встречаться предлагаешь?

– Что? – Она густо покраснела. – В каком это смысле? Что вы имеете в виду? Почему так неожиданно?..

– Вполне закономерный вопрос. Или ты готовишь кому-то такое просто так?

Конечно, он прав, ведь такие блюда – это всегда намек! Как же ей теперь выкрутиться?

«Ох…» – Юми вздохнула и крепко сжала кулаки.

До утра понедельника от него не было ни писем, ни звонков. Возможно, он еще не видел, что его кашемировое пальто превратилось в маскарадный костюм, а у шкатулки откололся уголок. Но ей не хватило смелости признаться в этом.

– Понимаете… не то чтобы это что-то значило… просто…

– Хватит, – раздраженно прервал ее Чинук, – отныне никаких носов, глаз и ртов. Не пытайся обмануть меня. Просто сделай лучше блюдо, которое действительно меня впечатлит. Все ясно?

– Да, – угрюмо кивнула Юми.

– Еще есть что сказать?

– Мне жаль…

«Наверное, стоит извиниться? Если сама признаюсь, то он, возможно, не будет так злиться. Хотя уже вон какой недовольный». – Она тряхнула головой.

– Мне так жаль… Точнее… спасибо.

Чинук с удивлением посмотрел на нее.

– Что, опять что-то натворила?

«Фух! Значит, еще не заметил! Правильно говорят: «Грешить легко – трудно каяться…»

– Нет, что вы! – Юми замахала руками. – Все поняла и теперь буду стараться еще больше, чтобы приготовить блюдо, которое вам понравится! – Она вымученно улыбнулась, поежившись. – Я справлюсь!

Теперь в его взгляде читалась настороженность. «Что-то с этой девчушкой сегодня не так». – Он не мог точно определить, что именно, но такое поведение казалось слишком подозрительным. Может, после недели разлуки она хоть немного, но соскучилась? В таком случае оставалось только радоваться.

– Тогда я пойду. – Юми поклонилась и чуть ли не выбежала из кабинета.

«Ну что ж…» Чинук подождал, пока останется один, и начал фотографировать зверят в контейнере. Он раскритиковал ее старания, но это недовольство было показным, ибо настоящего мужчину не могут растрогать рисовые медведи. Но теперь можно дать волю чувствам.

«Как мило! – Чинук взял палочки, глядя на широко улыбающегося ему рисового мишку. – С чего бы мне начать? Уши? Нос? Жаль портить такую красоту. Ли Юми, ты издеваешься надо мной, да? Как можно съесть что-то настолько милое?»

Он вздохнул и отложил палочки. «Небось и своему парню такое готовила!» – на мгновение в нем вспыхнула ревность. Он крепко сжал челюсти, представляя, как Юми отдает Хёнтхэ точно такой же контейнер с милыми зверятами.

– Отец, кушайте, пока не остыло. – Хэри протянула палочки президенту Чха.

Тот с восторгом посмотрел на множество изысканных закусок, достойных императорского стола, и принял палочки.

– Хэри, ты сама все это приготовила?

Красочные блюда, упакованные в деревянные контейнеры ручной работы, действительно поражали. Готовил точно настоящий мастер. Девушка застенчиво улыбнулась, прикрыв рот рукой, и кивнула.

– Да, я теперь веду программу «Подмастерье шеф-повара». В ней профессиональные повара готовят вместе с гостями, вот и научилась кое-чему.

Слушая ее, президент Чха расплылся в улыбке:

– Хэри, я поражен! Ты лучшая невестка, самая лучшая!

– Вы мне льстите, отец. Всегда есть над чем работать.

– Еще и скромная… Президент ухватил палочками мясо. Хэри затаила дыхание в ожидании его реакции.

– Кстати, отец, кое-что вызывает у меня беспокойство…

– Ты про Чинука?

– Да. У него очень тонкий вкус. Не могу поверить, что за питание нашего Чинука отвечает диетолог из столовой, а не высококлассный шеф-повар. Она кладет его еду в обычные контейнеры. Как же так! Вот!.. – Хэри быстро прикусила язык, чтобы не ляпнуть: «Вот сучка!»

К счастью, президент Чха ничего не заметил. Его больше удивила новость о том, что сын ест из контейнеров.

– Что? Это не шутка?

– Ах, как же? – наигранно удивилась Хэри. – Думала, вы знаете.

В дверь постучали.

– Звонил? – спросил Чинук, войдя в комнату.

Он чуть нахмурился, когда увидел Хэри и отца вместе. Не успел войти, как отец начал разговор на повышенных тонах:

– Как раз вовремя. Ты что, правда, питаешься из контейнеров, которые тебе приносят из столовой?

Чинук сразу понял, что это Хэри обо всем рассказала, холодно посмотрел на нее и ответил:

– Да, мне нужно по состоянию здоровья.

– Вот глупый! Если тебе требуется персональное меню, то лучше женись.

Чинук не сдержался и тоже повысил голос:

– А ты тоже женился на кухарке?

– На что ты намекаешь?!

– Что не собираюсь жениться лишь для того, чтобы мне готовили обеды!

– Ладно, ладно! А внуков я когда увижу, тебя спрашиваю?!

Атмосфера начала накаляться. Хэри прикрыла лицо руками и покраснела.

– Давайте не ссориться… – начала она приторным голосом и повернулась к Чинуку.

«Ну вот опять!» – Он отвел взгляд, не желая играть в ее игру.

Вдвоем они вышли от президента и направились к лифту. Отец приказал сыну проводить Хэри, но ему было невыносимо находиться рядом с ней лишнюю минуту. Чинук застыл посреди коридора.

– Давай прекратим этот спектакль, – сказал он, даже не глядя на нее.

– Да? – Девушка замерла от радости. – Ты наконец принял решение? Это предложение? Я тоже тебя люблю!

Она попыталась обнять Чинука, но тот оттолкнул ее.

– Какое еще предложение? – саркастически сказал он Хэри, которая недоуменно стояла с распростертыми объятиями. – Хорошо играешь, не думала сменить профессию? Из тебя бы вышла неплохая актриса.

– Чинук!

– Не кричи на меня, а то испугаюсь.

– Почему испугаешься?.. Я сделала что-то не так?

Хэри невинно улыбнулась, застенчиво прикрыв щеки руками.

Чинук даже бровью не повел:

– Хватит притворяться беззащитной овечкой, глупо выглядит. И больше не заставляй меня краснеть за тебя, как в тот раз в столовой.

– У тебя что, роман с этой девчонкой-капустницей?

– Какой еще роман?

– Я не слепая и все понимаю. Между вами определенно что-то есть.

Чинук проигнорировал ее и хотел уйти, но девушка схватила его за галстук и потянула к себе. Чинук от удивления застыл на месте. Хэри приподнялась на каблуках, и их лица оказались совсем близко.

– Давай-ка проясним ситуацию, – сказала она. – Говорю тебе прямо. Я всегда добиваюсь желаемого. Так что не указывай мне, что делать. Я буду делать только то, что хочу! Ты мой! И я не собираюсь делить тебя с кем-то еще!

Она отпустила Чинука, резко развернулась и пошла к лифту. Только после того, как дверь лифта закрылась, Чинук расправил мятый галстук. Он всегда нянчился с Хэри и не думал, что она перейдет черту.

– Когда же ты повзрослеешь?..

Чинук вернулся домой поздно, но, вместо того чтобы выспаться, сел готовиться к завтрашней встрече. Работал за столом в кабинете, изучая документы, и вдруг заметил шкатулку, которая всегда стояла в углу стола. Сейчас же она была не на своем месте. Чинук присмотрелся повнимательнее. Ему показалось, что крышка сдвинута вбок. Он с любопытством взял шкатулку и сразу увидел скол на краю.

«Этого не может быть…»

До командировки шкатулка была целой.

Внезапно он вспомнил Юми и ее странное поведение днем.

– Понимаете… не то чтобы это что-то значило… просто… Мне так жаль… Точнее… Спасибо.

– Что, опять что-то натворила?

– Нет, что вы! Все поняла и теперь буду стараться еще больше, чтобы приготовить блюдо, которое вам понравится!

Тогда он пропустил эти слова мимо ушей, потому что слишком был рад увидеть Юми после командировки…

«Только не это! Неужели она открыла шкатулку?! – Чинук вскочил, ударив кулаком по столу. – Нет!»

Неописуемый страх пронизывал все его тело.

– Наша маркетинговая стратегия для повышения продаж нижнего белья ориентирована на молодежь и основана на ряде рекомендаций…

Менеджер Нам заговорил быстрее, пытаясь уложиться в оставшееся время.

– Как я уже говорил, молодежь хочет, чтобы нижнее белье не только было функциональным, но и подчеркивало индивидуальность…

Мыслями Чинук был далеко от совещания. Он неосознанно подпер подбородок рукой и нахмурился. Нам волновался, он принял серьезное выражение лица Чинука на свой счет, и его голос задрожал.

– Я имею в виду… чтобы соответствовать новым запросам м-молодого поколения…

Чинук с усилием моргнул. Веки казались свинцовыми. Прошлой ночью он почти не спал, и в мыслях у него была отнюдь не тема сегодняшнего собрания.

«Точно увидела… – пробормотал Чинук себе под нос, глубоко задумавшись. – Нужно было просто выбросить их. Зачем вообще сохранил? Еще и в шкатулке. Я просто псих…»

Чинук вздохнул, вспоминая тот самый день три года назад. Когда в отеле ему сказали, что Юми уехала, то помчался на междугородний автовокзал. Надеялся, что она, возможно, еще сидит и ждет свой рейс… Именно так бывает в кино. Но реальная жизнь далека от красивого образа в кинематографе. Девушки не было среди бесчисленного множества людей, заполнивших автовокзал. Пытаясь справиться с разочарованием, Чинук вернулся в машину и облокотился на руль.

Уже поставил было ногу на педаль газа, собираясь уехать, как заметил на полу что-то белое. Не задумываясь, нагнулся и поднял странный предмет.

«Это?..» – спросил он сам себя, слегка наморщив лоб.

В руке у него находилось то, что носят только женщины. Обычные мужчины не знают всех тонкостей женского белья, но Чинук, какой бы разгульный образ жизни ни вел, знал о белье и бизнесе отца очень много. Ему было очевидно, что это за предмет.

«Вкладыш в бюстгальтер?»

В индустрии эту вещицу называли «пуш-ап-вставка». Это все, что осталось ему от Юми на память. Счастливые пятьсот вон, которые она подарила Чинуку, были потрачены утром на завтрак. Он не знал, что все так обернется, и не планировал оставлять чью-то вставку в лифчик. Но по какой-то причине не выбросил ее и привез в Сеул. Сунул в шкатулку с подаренными запонками и булавками для галстука. Он редко надевал их, вот и забыл, что там хранится.

Вкладыш никогда не казался ему чем-то странным или пошлым. Но что подумала Юми? На спине Чинука выступил холодный пот. «Я даже не знаю, что означает «М.Х.» на вставке, но, скорее всего, это инициалы… Значит, вставка была не ее? Ужас, что она подумала? Наверное, решила, что я мерзкий извращенец, храню чужое белье годами и все никак не могу забыть ту ночь, словно лузер какой-то!»

– Нет! Ни за что!

Все еще слыша злорадный смех Юми, Чинук вскочил и ударил кулаком по столу. Бледный от страха Нам замолчал и быстро поклонился.

– Мне жаль, директор. Я все переделаю.

Он сел на место. Среди собравшихся поднялся небольшой гул. «Неужели опять взорвался? Все же хорошо было, что это с ним?» – Присутствующие на совещании начали опасливо переглядываться. Увидев испуганные лица подчиненных, Чинук понял, что натворил.

«Черт возьми, надо поменьше думать и предаваться воспоминаниям…» – Чинук с досадой провел ладонью по лбу.

– Давайте отдохнем десять минут.

– Да, директор!

Конференц-зал мгновенно опустел.

«Ох… – Он откинулся на спинку кресла. – Я действительно неважно выгляжу».

«Генеральный директор не любит мясо средней и сильной прожарки, поэтому следует готовить мясо средне-сильной прожарки».

Юми учла вкусовые предпочтения, приготовила стейк и нашинковала петрушку. Делать из еды мордашки или рисовать соусом уже не стала, а просто положила рядом со стейком круглую сладкую тыкву, японские трюфели и спаржу. Может, и не ресторан роскошного отеля, но уровня стейк-хауса она точно достигла. Юми вытерла салфеткой соус с края тарелки и довольно улыбнулась.

В кармане зазвонил телефон. Увидев, что звонит Учжин, ответила:

– Ужин уже готов!

– Ох, я позвонил слишком поздно…

– М-м-м?..

– Он не хочет сегодня ужинать…

– Понятно…

В ее планах было произвести на директора впечатление вкусным стейком… но все отменилось. Она угрюмо повесила трубку.

«Ты всегда ел три раза в день, но почему-то именно сегодня…» – Юми зашла в переписку с Чинуком и изумилась: фотография в профиле изменилась на картинку страшного черепа, а статус гласил: «Сердце разбито!!!»

«Почему тут три восклицательных знака? Не один, а три! Вчера там точно было многоточие… Что это за зловещий восклицательный знак? Точно, он увидел пальто! Или скол на шкатулке! А может, и то и другое! Что же мне делать?!» – Юми не могла найти себе места.

Чинук перевел взгляд с контейнера на Учжина:

– Я же сказал, что не буду ужинать.

– Да, но диетолог Ли Юми принесла его, чтобы вы съели хотя бы кусочек.

«Когда это она начала думать обо мне?»

Когда секретарь вышел из кабинета, Чинук неохотно взял контейнер и открыл его.

– Что?..

Внутри была очередная записка от Юми.

Ошибка

1. Ошибка, заблуждение.

2. Отклонение от правильного употребления языковых единиц и форм.

3. Неверное толкование, недопонимание.

Ему показалось, что он уловил намек. После этого резко вскочил и скомкал записку: «Нет! Эта женщина!.. Подшутить надо мной вздумала?!»

Юми уже переоделась, когда Учжин принес контейнер назад. Она открыла его и грустно посмотрела на нетронутый стейк. Учжин сразу ушел, но его властный голос до сих пор раздавался у нее в ушах.

– Директор был очень зол. Что ты написала в записке?

– Что в контейнере стейк, и все… – Юми еле сдерживала слезы.

«Ну и ладно! Зануда без чувства юмора!» – подумала она, но вслух сказала:

– Извините… моя ошибка.

«Ошибка? Ха, решила побольнее меня уколоть? – Вернувшись домой, Чинук стал нервно расхаживать перед столом, на котором стояла треснутая шкатулка. – Да она… Да что она вообще!..» Он внезапно остановился, бросил взгляд на шкатулку и схватился за голову, будто злился не на нее, а на себя. «Зачем оставил ее здесь? Что это, черт возьми, такое!» – В порыве ярости он хотел швырнуть шкатулку в мусорку, но остановился. На него смотрела милая мордашка.

«Это еще что?» – удивленно вздохнул Чинук и сделал шаг назад. Наклонился и поднял какую-то вещь, лежащую между столом и мусорным баком. До этого он много раз проходил мимо, но ничего замечал. А сейчас нашел плюшевого кролика.

«Откуда?..» – Чинук о чем-то задумался и почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– О, ты уже здесь? – Уставшая Юми доплелась до Хёнтхэ, который передавал клубничное молоко Тонгу. Братик жалобно плакал.

– А мама где?

– Эм-м… отошла на некоторое время. – Хёнтхэ неловко улыбнулся и взял телефон со стола. – У нее сейчас встреча…

Хотя на самом деле не встреча, а съемки – Михи снималась в рекламном ролике какого-то магазина без ведома Юми. Хёнтхэ быстро спрятал телефон, на котором они с Тонгу смотрели этот ролик.

В кадре Михи с аппетитом пробовала соленого краба, соблазнительно подмигивала в камеру и говорила: «Закажите прямо сейчас!»

Юми покачала головой:

– Она вечно оставляет Тонгу на тебя, извини.

– Не извиняйся, мне теперь без него скучно.

– Спасибо, Хёнтхэ.

Она взяла брата на руки:

– Малыш, иди сюда. Сейчас поднимемся наверх и умоемся.

– Кстати, ты не видела кролика Тонгу? Я все магазины обошел, но такого нигде нет. Он дорожит им больше всего…

– Ма-а, мой клолик… – захныкал Тонгу, уткнувшись в плечо Юми.

– Давай сейчас умоемся и ляжем спать, а завтра вместе найдем его, хорошо? У меня сегодня был трудный день, и я очень устала, – вздохнула Юми и похлопала братика по спине.

Вдруг раздался телефонный звонок.

«Только не этот рингтон… Мистер Привереда!»

Юми вмиг погрустнела, и Хёнтхэ с любопытством посмотрел на нее. Она неловко улыбнулась, отвернулась, глубоко вздохнула и ответила на вызов:

– Алло?..

– Ты где? – перебил ее Чинук.

Его голос звучал страшнее, чем обычно. Юми нервно сглотнула:

– Что? Дома…

– Приезжай. Мне нужно кое-что сказать.

– С-сейчас?

– Да. Прямо сейчас!

Не стоило оставлять Тонгу одного. Скоро в пабе начнется наплыв клиентов, и Хёнтхэ будет занят…

– Может, перенесем разговор на завтра? А то я…

– Хорошо, тогда приеду к тебе сам.

– Что? Нет, там…

Чинук бросил трубку раньше, чем ей удалось сказать что-то в свое оправдание. Обескураженная, Юми плюхнулась в кресло с Тонгу на руках. Хёнтхэ все слышал и обеспокоенно спросил:

– Что случилось? Кто это был?

– Смерть… Смерть с косой пришла за мной… – ответила она, глядя в одну точку.

– Ма-а, мой клолик… клолик, – плакал Тонгу, прижимаясь к сестре.

«Да, малыш, я тот самый кролик, которого съел тигр».

Юми крепко обняла брата и глубоко вздохнула. Если бы могла, то с радостью бы заплакала, как Тонгу.

Глава 13

Дело во мне?

«Быстро доехал».

Она ожидала, что Чинук приедет не раньше чем через час, но тот был на месте уже через сорок минут. К счастью, Михи вернулась домой чуть раньше и забрала Тонгу наверх.

Юми напряженно смотрела, как директор переходит дорогу. На нем была удобная домашняя одежда. В любой другой ситуации его можно было счесть симпатичным без привычного строгого костюма. Но для Юми сейчас он выглядел как смерть с косой. Чинук подошел к ней и окинул сверху вниз холодным, злым взглядом.

– Вы хотели поговорить? – осторожно начала она и пожалела, что не взяла с собой что-нибудь успокоительное – сердце колотилось от волнения.

Вместо ответа Чинук протянул то, что прятал за поясом. Это был игрушечный кролик. Тот самый, которого так искал Тонгу! Юми удивилась, и это не укрылось от взгляда Чинука.

– Даже спрашивать не буду. Видно, что твое.

«Он опять загнал меня в угол!» – подумала Юми и отчаянно улыбнулась.

– Ах-ах-ах, вот где он… оказался… Понимаете… – начала выкручиваться Юми, но вдруг опомнилась.

«Так, стоп! Он ни за что не поверит, что это все мой двухлетний брат!» – Юми спешно попыталась придумать оправдание.

– Это все мой щенок… А я-то думала, куда… – Юми потянулась за игрушкой, но Чинук резко отдернул ее.

– Я нашел ее в своем кабинете! – прорычал он. Его глаза метали молнии. – Ты заходила туда?!

На мгновение между ними повисла удушающая тишина. Бежать было некуда.

– Слушайте, я … – Юми еле сдерживала слезы.

«Значит, точно заходила. И шкатулку видела!» – Чинук изменился в лице.

Вдруг гнев перерос в стыд: это ведь его застукали за хранением чужого белья, да еще и в шкатулке на столе по центру комнаты. «Ну что мне с ней делать? Вечно мучаюсь с ней!»

– Расскажи в деталях, что видела.

Юми не знала, о чем думал Чинук, поэтому зажмурилась и поклонилась:

– Мне очень жаль! Я найду шкатулку, как можно более похожую на вашу! Конечно, ваша шкатулка наверняка дорогая, но я хочу загладить свою вину…

«Может, сразу и про пальто сказать? Проще выдержать один сильный удар, чем несколько слабых».

– И еще насчет пальто…

– Ты открывала шкатулку! – закричал Чинук, не дав ей закончить. – Видела, что там внутри?!

«Значит, пальто пока не нашел? Из-за бриллиантового колье так разозлился? – Юми торопливо отвернулась. – Там, наверное, огромные бриллианты… Миллионов на сто…»

– Понимаете… Если они такие большие… – пролепетала она.

От слова «большие» лицо Чинука исказилось еще больше. Работа в компании, производящей нижнее белье, наложила свой отпечаток: он подумал, что речь о вкладышах в бюстгальтер.

«Значит, увидела, точно увидела! Что она тогда подумала?» – Его переполняло чувство, что земля вот-вот уйдет из-под ног. Но остатки гордости сохранить все же нужно.

– Вот как? Повеселилась? Как тебе не стыдно так играть со мной?

Чинук был подавлен. Ему казалось, что Юми бормотала, пытаясь скрыть от него свое презрение. Ей же была непонятна причина, почему директор злился. «Да, виновата – повредила шкатулку… Но это же не специально! И что значит «играть со мной»?! Кто еще с кем играет!»

– Я не понимаю!.. – Юми почти плакала от несправедливости. – Что вообще происходит?.. Ох…

Ее захлестнули эмоции, и на мгновение способность говорить пропала. Но, отдышавшись, девушка продолжила:

– У меня и так столько всего крутится в голове, не только вам было нелегко!

Но Чинук уже не слышал ее. Он не понимал, какие трудности она имела в виду, если все эти годы счастливо провела со своим парнем.

– Это тебе-то тяжело?! – угрожающе процедил Чинук, сжимая челюсть.

– Да, я случайно увидела то, чего не должна была. Но это вы написали мне! В мой выходной! Если бы вам не вздумалось вызвать меня к себе домой, всего этого не случилось бы! – защищалась Юми.

– Хватит! – уже крикнул Чинук. Он чувствовал себя тигром из сказки, которого трижды перехитрил кролик. – Опять пытаешься меня обмануть? Да как ты смеешь?!

Вдруг сзади послышался низкий мужской голос:

– Мужчина, что вы себе позволяете?

Это был парень, который на скутере подвез Юми до работы. Он встал перед ней, закрывая собой, и уверенно посмотрел Чинуку прямо в глаза. Последний нахмурился.

– Ты еще кто? Это не твое дело, уходи.

– А что вы мне сделаете? – дерзко ответил владелец скутера.

Чинук кричал так громко, что даже Хёнтхэ в пабе услышал. Он всегда защищал Юми, будто старший брат, и сейчас не остался в стороне. Она не знала, как объяснить все происходящее, и обеспокоенно потянула его за край рубашки.

– Хёнтхэ…

Тот обернулся и подмигнул Юми. Помимо красивого лица у него был черный пояс по тхэквондо, хапкидо и богатый опыт занятий кикбоксингом. Он всегда мог постоять за себя, когда путешествовал по всему миру, и за своих близких в обычной жизни. Юми знала об этом и беспокоилась больше за Чинука. Если дело дойдет до драки, Хёнтхэ и царапины не получит, а вот директор…

– Юми, кто это? – грозно спросил Чинук. Он прекрасно знал, кто перед ним, но хотел услышать это от нее.

«Нарисовался тут, защитник. Как в клубе ее одну оставлять, так пожалуйста!»

Юми замешкалась, и Хёнтхэ притянул девушку к себе, не отводя взгляда от противника. Она озадаченно посмотрела на друга, но ничего не сделала. Хёнтхэ уверенно сказал:

– Непонятно?

Чинук гневно смотрел на них. Он хотел, чтобы именно Юми подтвердила факт отношений, а ее парень только выбешивал. Хотелось ударить его, но надо было держать себя в руках.

«Все это дико неловко, но придется смириться. Я все-таки генеральный директор крупной компании, и не буду опускаться до драки. Тем более сам ей сказал разделять личное и рабочее. Но почему она вечно бормочет мне что-то?» – Чинук глубоко вздохнул и сказал:

– Ли Юми, это правда?

Она ничего не успела сказать. Хёнтхэ бесцеремонно ответил за нее:

– Вы директор компании, в которой работает Юми, верно?

Чинук недовольно кивнул. «А что, по мне не видно?!» – Вот что он хотел сказать на самом деле. Тон Хёнтхэ выводил его из себя.

– Не знаю, что у вас там произошло, но разбирайтесь с вашими проблемами в офисе, а не здесь. Вы не можете просто взять и приехать к сотруднику домой. Устраивать такие сцены – это злоупотреблять служебным положением. Поэтому, если вам больше нечего ей сказать, уезжайте.

«Что?! – Чинук лишился дара речи. – Что этот сопляк себе позволяет?»

– Юми, послушай.

Чинук хотел спокойно поговорить с ней, но Хёнтхэ крепче обнял девушку за плечо и развернулся в сторону паба.

– Пойдем домой.

Она оглянулась, но Хёнтхэ потянул ее за собой. Уже у самого входа он бросил на начальника Юми последний дерзкий взгляд и закрыл дверь.

Некоторое время Чинук просто стоял столбом, собираясь с мыслями: «Что, черт возьми, произошло?» Вся ситуация казалась безумно нелепой. В прострации сел в машину, завел мотор и поехал.

Когда загорелся красный свет, Чинук опомнился и резко нажал на тормоз. Одной рукой схватился за руль, другой – уперся локтем в стекло. Еще немного, и он бы разбился. Злость не утихала, перед глазами все еще стоял Хёнтхэ, крепко прижимающий к себе Юми. В тот момент Чинук так хотел схватить его за руку! «Как ты смеешь к ней прикасаться!» – разозлился он, а потом с грустью вспомнил, что сам не имеет права даже думать об этом.

«Ха, я просто сумасшедший, – посмеялся над собой Чинук и наконец пришел в себя. – Ее парень – придурок. Но почему меня так волнует все это? Стоп! Если он ее парень… она и с ним так же, как и со мной в ту ночь?!» Воображение нарисовало картину, как эти двое целуются и падают на кровать, и Чинук неосознанно со всей силы ударил по рулю.

По тихим ночным улицам разнесся громкий гудок.

– Совсем из головы вылетело. Мне же нужно приготовить сухие закуски.

Когда они вошли в паб, Хёнтхэ убрал руку с плеча Юми, будто ничего не произошло, и поспешил на кухню. Скорее всего, он забыл про заказ, когда услышал шум снаружи.

– Я помогу тебе.

Юми быстрым шагом последовала за Хёнтхэ на кухню. Ей нужно было объясниться перед другом без посторонних.

– Почему помог мне? – спросила Юми, когда они вместе мыли руки.

– В смысле «почему»? Друзья так и поступают. Тебе же было страшно. – Он с взволнованным видом пожал плечами.

– Прямо как главный герой в сериале?

– Что?

– Я часто видела такое в сериалах и думала, каково увидеть это в реальности. Но тебе удалось превзойти все мои ожидания – так его отделал! Ты был действительно крут, – рассмеялась Юми и в шутку стукнула Хёнтхэ по плечу.

– Ай, с ума сошла! – воскликнул он. – Думал, у тебя там настоящая беда, поэтому спас, а ты вместо благодарности колотишь меня?

– Мало было?

– Нет, нет! Этого достаточно. Простите, ваше святейшество!

Только после того, как Хёнтхэ взмахнул руками, признавая поражение, Юми успокоилась.

– Мокрыми руками же еще больнее!

Юми снова вымыла руки, как и положено диетологу-нутрициологу.

– Садистка, легко бы сама с директором справилась, – проворчал Хёнтхэ, глядя на нее.

Девушка лишь ухмыльнулась.

– Если он продолжит лезть, скажи, что у тебя есть парень, – с улыбкой предложил Хёнтхэ.

– И где мне его взять?

– Я притворюсь им!

– Да ну тебя!

Однако Хёнтхэ не успокоился. Все время, пока он готовил, наставлял ее:

– То, как он смотрел на тебя – ненормально. В этом мире полно мужчин, которых тянет даже на таких злюк, как ты. Поэтому, если мужчина тебе не нравится, нужно уметь давать отпор.

– Да все не так было! – выпалила Юми.

Хёнтхэ ничего не ответил и ушел с готовыми закусками в зал. Когда он вернулся, Юми на время прекратила уборку, чтобы извиниться:

– Прости меня. Ты мне очень помог, я просто устала и поэтому так разнервничалась.

– Продолжай, – убирая продукты в холодильник, Хёнтхэ широко улыбнулся, – тебе жаль, что поколотила меня?

– Еще захотел?!

Юми резко захлопнула дверь холодильника, и Хёнтхэ быстро отступил в изумлении:

– Нет-нет!

В драке он мог одолеть любого, но ей всегда поддавался. Юми мягко улыбнулась, о чем-то задумавшись.

– Устала, пойду спать, – сказала она, слегка коснувшись плеча Хёнтхэ. – Спокойной ночи.

– Добрых снов.

Выходя из кухни, Юми вдруг остановилась и повернулась к нему.

– И спасибо тебе за сегодня.

– Всегда к твоим услугам. Если что опять случится, обязательно зови! – улыбнулся друг, показывая на себя указательным пальцем.

Проводив Юми взглядом, он быстро потер плечо.

«Ох, все еще покалывает. Ну и тяжелая у нее рука!» – проворчал Хёнтхэ про себя. Вдруг улыбка исчезла с его лица. Ситуация казалась ему странной. Юми сторонилась мужчин, даже глаза от пола не поднимала, но с директором вела себя иначе, даже кричала и плакала.

«Хм-м… Что с ней произошло? Как будто сердце разбили. – Поглядев в окно, он увидел, как Юми пошла к лестнице на второй этаж. – Никогда не думал, что она заговорит с мужчиной. Неужели и в ее душе началась весна?»

– Ха! – внезапно Хёнтхэ сухо закашлялся, будто задыхаясь.

«Что со мной? Если у Юми кто-то появится, я должен радоваться за нее. Но внутри все равно как-то холодно и больно. Может быть… это все плечо. Да, плечо». – Он еще раз потрогал то место, куда ударила Юми, и поспешил к клиентам.

Юми, уставшая и понурая, уже почти поднялась по лестнице, но на предпоследней ступеньке остановилась.

– Да что вы имеете в виду?

– Хватит!

Она вспомнила яростное лицо Чинука. Горячие слезы разочарования и обиды хлынули из ее глаз.

«Мельком взглянула на то колье… Нет, я даже не видела ничего! Только взяла шкатулку в руки, и все! Зачем приезжать ко мне посреди ночи и устраивать скандал? Могу ведь просто возместить ущерб. Да! В лепешку расшибусь, но выплачу ему все за эту несчастную шкатулку!»

Она пыталась отмахнуться от горьких мыслей, но те никак не уходили. Ей стало еще хуже, когда она вспомнила, что весь этот скандал был из-за подарка директора своей девушке.

«Так ли она хороша? Кто это вообще такая, раз он решил устроить такой сюрприз?» – Юми представила, как Чинук застегивает на таинственной незнакомке колье, и, не выдержав, зажмурилась, прикусив губу. В душе вспыхнуло адское пламя.

«Знаю, что не в том положении, чтобы ревновать его, но… Я ревную! Тьфу!»

Юми топнула ногой и продолжила подниматься.

– Они действительно встречаются, готова поспорить.

– И не говори. Какая там у них разница в возрасте? Ему уже помирать скоро.

– Да ладно тебе, есть пары, у которых разница больше двадцати лет, а тринадцать – еще пустяк по сравнению с этим. Что здесь такого?

Это был ужин со съемочной группой телекомпании. Присутствовали все, включая продюсеров и сценаристов. Торжественное мероприятие плавно перешло в обычный корпоратив, и все делились последними сплетнями о знаменитостях. Хэри никогда не интересовалась любовными похождениями других людей, поэтому со скучающим видом сидела в телефоне.

Чинук, я выпила на корпоративе, ты можешь приехать и забрать меня?

Сообщение было отправлено довольно давно, но Чинук все не отвечал. «Даже проверить телефон не удосужился! Так и будет меня игнорить?!» – думала она.

Вдруг на экране высветилось текстовое уведомление. Хэри вскочила и выбежала в пустой коридор, чтобы прочитать сообщение там. С волнением открыла переписку, и на лице у нее появилось разочарование. Ответ Чинука был до отвращения прост:

Позвони менеджеру.

«Ах ты богатенький мерзавец! – Хэри нахмурилась, вцепившись в телефон. – Менеджеру позвонить, говоришь? Неужели не понял, зачем я написала? Сейчас притворюсь, что напилась, и как приеду!..» – Она просто кипела от злости.

– Хэри? – подошли к ней коллеги, увидев ее одну в коридоре.

– Да. – Ведущая улыбнулась главному сценаристу программы, будто до этого вовсе не хмурилась. Сценаристом была женщина под сорок, и ее щеки покраснели от алкоголя.

– Ты чего тут одна грустишь?

– А, я не сильна в выпивке, вышла подышать.

На самом деле Хэри могла выпить подряд десять шотов и глазом не моргнуть, но старалась беречь репутацию перед коллегами.

– Понимаю. Пить не умеешь… если, то это… скучно на таких меро… приятиях. – Сценарист не могла связать и двух слов.

– Вижу, вы сегодня чуть навеселе?

– Да. Мне было нужно. Кастинг на следующей неделе, а голова уже болит. Где я найду генерального директора для передачи?

– Вам нужен генеральный директор в качестве гостя программы? – Хэри заметно воодушевилась.

– Ага. Трудно найти кого-то красивого, умного и чтобы говорил хорошо.

«Есть такой! Знаю одного!» – от радости Хэри схватила сценариста за плечо.

– Предоставьте это мне! – серьезно сказала она.

– Что? – изумленно ответила коллега. – У тебя есть кто-то на примете?

– Да, есть. И это очень-очень близкий для меня человек.

Хэри сказала «близкий» с особой интонацией, и глаза у нее засияли.

«Небеса мне благоволят! На этот раз я свяжу Чинука по рукам и ногам!» Улыбка озарила ее лицо.

Всю ночь Юми не могла уснуть и молилась, чтобы утро не наступило. Надеялась проснуться в другом мире, где вчерашний вечер прошел по-другому. Но ее приветствовало обычное утреннее солнце.

– Ох-х…

Юми шла к кабинету генерального директора, держа в одной руке корзину, а в другой – небольшой пакет. Нервы были на пределе от мыслей о том, как пройдет встреча с ним после всего, что случилось вчера. Ей безумно хотелось сбежать. Однако нельзя было поступать так безответственно: работа досталась ей после долгих поисков, и сейчас еще надо было содержать не только себя, но и маму с братом.

Собравшись с духом, постучала в дверь.

– Входи, – буркнул Чинук из кабинета.

«Мог бы спокойно сказать…» – подумала Юми, медленно открыла дверь и тихо зашла в кабинет.

Директор был погружен в изучение документов. Она решила сделать вид, что ничего не было, поставила корзину на стол и сказала:

– На завтрак сделала стейк из лосося.

– Возьми это. – Чинук достал из ящика стола плюшевого кролика и положил его рядом с корзиной, не отрывая взгляда от бумаг.

Юми со страхом посмотрела на игрушку и быстро сунула ее в карман халата.

– Да, спасибо… – Она достала шкатулку из маленького пакета и протянула Чинуку. – Я тоже принесла вам…

Прошлой ночью ей пришлось умолять мать отдать одну из ее шкатулок, подаренных мужем. Он не был богатым наследником корпорации, как Чинук, но в своем городе считался обеспеченным и дарил жене много драгоценностей. Так Юми смогла найти довольно хорошую замену. В тот момент она была безумно благодарна Михи за ее любовь к роскошным безделушкам.

– Это еще что такое?! – Реакция Чинука была совершенно неожиданной. Увидев шкатулку, он вскочил и схватил Юми за руку, которой она держала ее.

– Ик!

От страха Юми начала икать. Директор навис над ней, прожигая грозным взглядом. Его аж трясло от злости.

– Чтобы я этого не видел! – зарычал он.

Юми была так смущена, что не могла говорить. Она просто смотрела на Чинука. Ее рука, казалось, горела.

«Что со мной не так? Он просто держит меня за руку, а я и двинуться не могу!»

Чинук видел, в каком состоянии девушка перед ним, но продолжил свирепым голосом.

– С этого момента не смей!.. Не смей ни говорить о шкатулке, ни приносить мне ее! – медленно проговаривая каждое слово, приказал Чинук. – Поняла?!

– Да, поняла.

«Чего тут непонятного? И зачем так кричать?! Все из-за твоей девушки!» – думала Юми, чувствуя, как погружается в отчаяние.

– Директор, не могли бы вы тогда отпустить мою руку? – пробормотала она.

Только тогда он осознал, что до сих пор держит ее за руку, и поспешно отпустил. После сел и откинулся на спинку стула.

– Я пойду. – Юми спрятала шкатулку в пакет и поклонилась. Чинук не ответил, продолжая изучать документы.

Она тянулась к ручке двери, чтобы открыть ее, когда услышала небрежный голос у себя за спиной:

– Тот парень вчера… вы встречаетесь?

«Да какая уже разница, есть у меня кто или нет? Все нервы вымотал!» – Юми не хотела отвечать сразу и холодно посмотрела на босса.

– Обязана ли я отвечать на личные вопросы?

Тот насторожился:

– Вы живете вместе?

– Это тоже личный вопрос, поэтому, думаю, и на него могу не отвечать.

Чинук хотел подбежать и вытрясти из нее ответ, но понимал, что не имеет на это права.

– Конечно, ты не обязана, – тихо сказал Чинук, сдерживая эмоции. – Просто знай, что ты не так хорошо разбираешься в мужчинах, как тебе может казаться.

Юми не верила своим ушам и с сомнением прищурилась, глядя на него.

– Тогда в клубе и вчера у паба… Он вел себя неподобающе. Как бандит какой-то, – продолжил Чинук.

«Что?! За моего лучшего друга принялся?!» – Сдерживая желание закричать, Юми мягко, но решительно возразила:

– Хёнтхэ – образец вежливости и человек с богатым внутренним миром, – ухмыльнулась она. – Совсем не блестящая пустышка, как некоторые.

«Кто? Блестящая пустышка? Это она про меня?!» – нахмурился Чинук.

– Мне пора. На кухне ждут.

Юми поклонилась и вышла.

Чинук вскочил и прошелся по кабинету взад-вперед.

«Это она… обо мне говорила? Да как это возможно?!» – Он обмахивал себя ладонями, пытаясь остыть. Затем остановился, вспомнив про завтрак, резко открыл контейнер и застыл: на розовом стейке была выложена улыбка из фасоли.

– Черт! Я же сказал, никаких улыбок! Что с ней не так?! – заорал Чинук, давая волю эмоциям.

Юми шла прочь от кабинета, недовольно бормоча себе под нос:

– Что он устроил?! Еще и про Хёнтхэ такое говорил! Какая ему разница, кто с кем встречается?

Она так рассердилась, что не дождалась лифта и свернула на пожарную лестницу.

– Просто цирк какой-то! – продолжала Юми свой гневный монолог, топая по ступенькам. – А если бы я и правда жила с парнем? Что бы он делал?

Ее охватило желание развернуться, ворваться к директору в кабинет и высказать ему в лицо все, что она о нем думает: «Как хорошо вы поступаете со своей невестой!» Знала бы, что он так взбесится – точно открыла бы ту шкатулку. Юми закусила губу. Она так и не посмотрела, что в шкатулке, но уже страшно завидовала той, кому она предназначалась.

Чинук уже собирался выйти из конференц-зала, когда его внимание привлекла книга в руках Учжина. «Что за странное чувство?» – подумал он и спросил у секретаря:

– Что за книга?

Учжин показал:

– Купил почитать в перерывах. Слышал, интересная.

Чинук присмотрелся, прочитал заголовок и вдруг нахмурился. Он протянул руку и забрал книгу.

Чон Хёнтхэ, «Дорожные заметки. Эссе»

Его глаза холодно сверкнули. На обороте было напечатано фото автора.

– Этот щегол из клуба – писатель?

– Вы его знаете? – удивился помощник.

Чинук не ответил и пошел дальше, унося с собой книгу.

«Что это с ним? Не одобряет чтения в перерывах?» – Учжин тихо последовал за раздраженным Чинуком. В последнее время тот вел себя как несдержанный подросток. Настроение менялось резко и непредсказуемо.

«Возможно, с возрастом это пройдет», – подумал Учжин и начал зачитывать список дел на вечер:

– После встречи с представителями торгового центра «Роял» запланирован торжественный ужин. Я забронировал столик в ресторане…

– Отмени! – перебил его Чинук и резко остановился.

– Что?

– Сразу после встречи возвращаемся в офис.

– Но… – Учжин непонимающе посмотрел на босса, скрывая разочарование. Он так не хотел пропускать торжественный ужин!

– Я должен поесть в офисе!

Чинук ухмыльнулся, глядя на книгу, – в его голове родился план.

– Он же не хотел ужинать, почему передумал?!

Юми с грохотом поставила контейнер на столешницу. Времени было в обрез, и она надеялась, что успеет приготовить хотя бы что-то достаточно приличное, чтобы Мистер Привереда не отправил блюдо в мусор. О «впечатляющем» речь и не шла.

Только совесть не дала ей помыть зелень в использованной воде из посудомоечной машины. Юми положила все на разделочную доску и принялась торопливо нарезать, недовольно бормоча себе под нос.

Джени уже успела переодеться и собиралась уходить, но окинула Юми взглядом и напоследок бросила:

– Ужин – это только предлог.

– Эй!

Ынби толкнула Джени локтем и нахмурилась. Виновато посмотрела на Юми и сказала:

– Извини, опять мы тебя бросаем.

Юми отложила нож и взглянула на коллег, а потом ответила с улыбкой:

– Ничего, мы сегодня все тяжело потрудились.

Тут подошла Покча с сумкой на плече. Взглянула на труды Юми и вздохнула:

– Знаешь, у нас почти не осталось огурцов, кое-кто чуть не пожаловался. Ужины ужинами, но не забывай о своих прямых обязанностях.

– Да, поняла.

– Пока, Юми. Удачи тебе.

– До завтра.

Попрощавшись, повара вышли. Юми тяжело вытерла пот со лба. «Должно быть, в прошлой жизни директор как-то не поужинал и умер от голода! А как иначе объяснить его капризы?!» – подумала она, снова берясь за нож и пододвигая доску ближе к себе.

На столе перед Чинуком появился контейнер.

– Это жареный рис с овощами, яйцом и мясом, – объяснила Юми. – Я приготовила его практически без запаха, чтобы все соответствовало вашему тонкому вкусу.

Он кивнул, не отрываясь от работы:

– Хорошо. Можешь идти.

«Неужели больше не злится?» – удивилась Юми. Но вслух сказала другое:

– Да. Приятного аппетита.

Она почтительно поклонилась и быстро вышла из кабинета.

Ей хотелось поскорее прибраться на кухне и уйти домой, но тут пискнул мобильный, оповестив о новом сообщении.

Писал Хёнтхэ:

Хочу погулять с Тонгу по набережной Хангана. Что думаешь?

Юми улыбнулась и быстро ответила:

Круто! Я тоже уже выхожу.

Она сама давно хотела сводить брата к реке. В последнее время Михи начала сбегать и по будням, прикрываясь своей загадочной подработкой. С другой стороны, мать стала приносить деньги в общий бюджет. Единственное, что беспокоило Юми, – Тонгу чаще оставался дома один. Прогулка у реки должна была порадовать его.

Не успела она убрать телефон в карман, как пришло еще одно сообщение.

– Что это?

Лицо ее побледнело после увиденного.

Почему сегодня так мало? Экономите на продуктах?

Приготовь добавку. Сейчас.

«Как это «мало»?! Этой порцией можно двоих накормить!.. – Юми чуть не задохнулась от возмущения. – И ты хочешь добавку прямо сейчас?»

Посмотрела на время – почти восемь вечера.

– Что делать?

Она прикидывала варианты, нервно притопывая. У нее был шанс успеть на прогулку, если поторопиться. Но сначала надо придумать, что приготовить из оставшихся продуктов.

Юми металась между столом и холодильником, то листая блокнот с рецептами, то разыскивая ингредиенты. В конце концов решила приготовить шарики из риса с мясом. Она нарезала зелень и мясо, сварила рис и слепила шарики, обмакнула во взбитом яйце и слегка обжарила. Последний штрих – листья шпината. Чинук мог отчитать ее за такое простое блюдо, поэтому она сделала все, чтобы ужин выглядел как можно аппетитнее.

Юми закрыла контейнер и побежала со всех ног. Постучала в дверь кабинета и влетела туда сразу, как только получила разрешение войти. Счет шел на секунды.

– Я принесла… добавку, – сказала она, с трудом переводя дыхание.

Ни слова благодарности. Чинук только угрюмо посмотрел на нее и на контейнер.

– Я приготовила… рисовые шарики… с мясом и зеленью… в яйце…

Говорить было тяжело. Юми вдохнула, пытаясь отдышаться, и продолжила:

– Времени было немного, поэтому приготовила из того, что осталось…

– Хорошо, можешь идти, – раздраженно перебил ее Чинук, махнув рукой.

– Да.

Юми поклонилась и вышла. Вдруг у нее потемнело в глазах и закружилась голова. «Слишком быстро бежала…» – Она побрела по коридору, пытаясь прийти в себя. Ноги едва держали.

Как только дверь за девушкой закрылась, Чинук достал из ящика стола пузырек с пищеварительными ферментами. Отвинтил крышку и залпом выпил лекарство. Затем мрачно посмотрел на контейнер и решительно открыл его.

Юми так старалась – нельзя было выбросить еду. С другой стороны, чтобы попросить новую порцию, ему придется съесть все.

– Ха… – Он прикрыл рот ладонью, потому что совсем недавно съел много риса и чувствовал себя более чем сытым.

– Посмотрим, кто кого!

Чинук наколол шарик на вилку, зажмурился, будто готовился выпить горькую микстуру, и отправил его в рот.

– У него с головой все в порядке? – нахмурилась Юми, глядя на новое сообщение.

Всего-то пара шариков? Принеси добавку.

Она была уже в дверях столовой, когда директор написал ей это. «У него яма вместо желудка? Что происходит?! – подумала Юми, чуть не плача. – Продукты почти закончились. На склад теперь идти!»

Быстрее. Я голоден.

Долго еще?

Ты за мясом на ферму уехала, что ли?

Телефон то и дело звенел. Сообщения приходили без остановки.

– Что за человек! Если бы свинью дома завела, проблем было бы меньше!

В итоге Юми нашла продукты и приготовила рис с яйцом и королевскими креветками.

Чинук снова не поблагодарил, а просто хмуро указал на стол.

– Желаю приятного… аппетита…

«Желаю лопнуть…» – подумала Юми и поклонилась:

– Я пойду.

Она снова поплелась в столовую. «Приду завтра пораньше и вытру все как следует. Иначе упаду прямо тут». Взяв сумку, уже хотела идти домой, как вдруг ноги подкосились, и Юми споткнулась. «Ох, да что это? Я так до дома не дойду. Надо отдышаться». – Девушка устало опустилась на стул.

Снова зазвенел телефон.

Пришлось лезть в сумку, доставать телефон и вымученно отвечать, потому что сил уже не было.

– Да?

– Ты где, еще не ушла с работы? – раздался бодрый голос Хёнтхэ.

Где-то на фоне смеялся Тонгу. Похоже, они уже успели дойти до набережной.

«Древние иудеи бежали из рабства через реку Иордан, а я – через Ханган!»

Юми вздохнула и обрушила на Хёнтхэ поток жалоб:

– Мистер Привереда меня с ума сведет! Заказал ужин, а потом еще добавку… Сколько же раз… – Быстро подсчитав число порций в уме, Юми нервно рассмеялась. – Целых два раза! Это только ужин! Съел три ужина! Как не лопнул? Он точно человек?

– Что? Твой шеф съел три ужина? – неверящим тоном переспросил Хёнтхэ. – Теперь он Мистер Обжора?

«Да как ни назови, все равно чокнутый!» – подумала Юми. Ей было не до смеха.

– Извини, я слишком задержалась, так что не смогу к вам приехать.

Повисло молчание. Затем Хёнтхэ спросил мягко:

– Сильно устала? За тобой заехать?

– Правда, можешь забрать меня?

«Он, наверное, на машине. Доеду домой с комфортом».

Стоило Юми представить, что ей не придется ехать на автобусе, как вдруг по спине у нее пробежал холодок. Очень медленно она повернула голову к двери. Там стоял Чинук. Облокотился о стену и засунул одну руку в карман.

– Ой! – Юми подпрыгнула от неожиданности. Вспомнив, что еще на линии, сказала:

– А, не надо. Потом поговорим.

Пока она заканчивала разговор, директор подошел ближе.

– За тобой кто-то заедет? – спросил он, бросив взгляд на телефон.

– Нет. А… Вы что-то хотели?

«Сам пришел сюда – плохой знак. Надеюсь, не для того, чтобы заказать еще еды! – испугалась Юми. – Говорят же: «Надейся на лучшее – готовься к худшему». Но, пожалуйста, пусть мои надежды меня не подведут!»

Увы, молитвам не суждено было сбыться.

– Я голоден.

– Что? – переспросила Юми.

«У тебя что, черная дыра в животе?» – подумала она, с сомнением глядя на Чинука.

– Вы не наелись тем, что я приготовила?

– Рамён вполне меня устроит.

Директор скрестил руки на груди и нагло улыбнулся.

Юми резала грибы шиитаке и представляла на их месте голову босса. Нож громко стучал по доске. В кастрюле бурлила вода для рамёна.

«Целую неделю все было хорошо. И вот тебе, снова капризы!» – думала она.

Нож с силой опустился на доску, обезглавливая очередной гриб.

«Сначала все выбрасывал, чуть меня не уволил, а теперь три ужина ему подавай! У него глисты завелись? Что с ним происходит?»

Юми бросила грибы в кастрюлю, добавила мелко нарезанный лук и анчоусы. Выглянула в столовую. Чинук с ухмылкой развалился за столом.

Вскоре Юми, все еще в рабочих перчатках, вынесла плошку с рамёном, накрытую крышкой.

– Вы сегодня задержались сильнее обычного, – с сарказмом сказал Чинук.

Как же хотелось схватить этого шутника за воротник и хорошенько потрясти! Увы, такая выходка стоила бы ей работы, вот и приходилось любезничать. Юми выдавила улыбку:

– Сегодня у вас хороший аппетит.

– У меня всегда много работы, но голод не давал сосредоточиться, – как ни в чем не бывало ответил Чинук.

«Дел у тебя много? Так я и поверила! Ты просто хотел меня помучить!» – подумала Юми, украдкой бросив взгляд на директора. Уже хотела поставить плошку на стол, но вдруг остановилась.

– Забыла подставку. Подождите, пожалуйста.

Она хотела взять подставку с другого стола, но Чинук остановил ее:

– У меня есть своя.

Он положил что-то на стол. Присмотревшись, Юми непонимающе нахмурилась: это была работа Хёнтхэ «Дорожные заметки. Эссе». Но при чем здесь книга?

– Тебе не тяжело? Можешь поставить.

Чинук забрал плошку с рамёном и поставил на «Дорожные заметки». Мимоходом коснулся рук девушки. Юми мгновенно очнулась и отдернула их. Он поднял крышку:

– Ух, хорошо.

Взял ложку и попробовал бульон.

Юми с горечью посмотрела на книгу:

– Автор книги, случайно, не Хёнтхэ?

– Этой? – Чинук непринужденно пожал плечами. – Одолжил ее у секретаря Чана. Такая удобная подставка для горячего получилась… Тебе не кажется?

Книга – подставка для горячего? Юми не могла поверить, что подобное сказал образованный человек. Даже маленькие дети знают, что книги надо беречь. Она принесла подставку с другого стола. Улучив момент, переставила плошку и забрала книгу. Директор с интересом следил за ней. Наконец Юми взглянула ему прямо в глаза и выпалила на одном дыхании:

– Книги нужны, чтобы их читать, а не подкладывать подо что-то.

«Рассердилась, потому что ее обожаемый парень это написал? Я не ставлю ничего на книги, тем более горячее! А теперь все именно так и выглядит!» – раздраженно подумал Чинук. Хмуро посмотрел на Юми, и та отвела взгляд.

– Приятного аппетита. Мне пора идти.

Кивнул на стул напротив:

– Садись. Жди, пока я поем.

«Что?! – возмутилась Юми про себя. – Еду ему приготовь, потом еще и рядом сиди? Я что, нянька?!»

– Нет. Мне пора домой, – отказалась она, разворачиваясь к выходу. – Когда закончите, пожалуйста, отнесите тарелки к раздаче.

– Я сказал тебе сесть, – негромко, но четко проговорил директор.

«Решил идти до конца? Хорошо, на этот раз останусь». – Юми села, обиженно надув губы. Чинук довольно усмехнулся, взял палочки и подцепил немного лапши.

Часы на телефоне показывали девять вечера. «Когда он уже меня отпустит?» – Юми опустила голову и вздохнула. Чинук, неторопливо смакующий рамён, бросил:

– Кажется, у тебя должно было быть свидание?

Девушка посмотрела на него с раздражением. Тогда он добавил:

– Я сорвал тебе планы?

Юми положила телефон на стол: «Все, с меня хватит». Она не знала, почему директор так себя вел, и от этого было обиднее всего.

– Хотела бы задать вам вопрос. Сегодня вы заказали три ужина подряд. – Юми замолчала, собираясь с силами, бросила взгляд на книгу Хёнтхэ. – Возможно, причина этого как-то связана с книгой?

Взгляд Чинука обжег ее холодом.

– Ли Юми, я похож на человека, которому больше нечем заняться?

Сейчас перед ней сидел не директор Чха, а зловещий ангел смерти из страшных легенд. Стало не по себе. «Будто хочет убить меня взглядом!»

– Нет, что вы. Просто… – пролепетала она.

Чинук отложил палочки и сыто откинулся на спинку стула. Молча уставился на Юми. Юми нервно вздрогнула, чувствуя, как в горле пересохло: «Мне стоит остаться на месте и встать?» Звенящая тишина смущала ее. Она первой опустила взгляд:

– Ешьте быстрее. Лапша размокнет.

Чинуку не было дела до рамёна.

– Ли Юми…

Его голос звучал так тихо, что Юми испугалась: «Опять рассердился?»

– Мне нужно кое-что проверить…

– Да, что вы хотите прове?..

Не успела она договорить, как директор поднялся с места и навис над ней, опершись руками о стол. Их лица оказались почти вплотную.

– Кх! – Глаза Юми расширились от неожиданности. Он вдруг оказался так близко, его взгляд заставлял ее гореть, их губы почти соприкасались…

– Ах!

Она почувствовала, как дыхание перехватило. «Нет, только не сейчас!»

Глотнула воздуха, пытаясь сдержать подступающую икоту.

Юми задрожала всем телом, пытаясь пересилить себя. С каждой секундой Чинук хмурился все сильнее.

– Ик! – Юми прикрыла рот ладонью, но это не помогло. – Можно мне… воды?..

Она вскочила с места и рванула к кулеру, но Чинук успел поймать ее за руку и прижать к себе. От этого икота лишь усилились.

– Ик! Ик! Ик! – дрожала Юми.

Зажала рот ладонью, но это не помогло, и ей оставалось лишь смущенно смотреть на Чинука. Он наклонился к ее лицу и прошептал:

– Похоже, твоя икота не возникает просто так. Что бы она могла значить? Думаю, я знаю.

Юми недоуменно моргнула: «О чем ты?! Куда так близко!» Она отступила на шаг. Чинук тут же снова приблизился:

– Дело во мне.

«Что?! – Только сейчас до нее дошло, что все внезапные приступы икоты возникали рядом с ним. – А ведь правда!» Она не могла вымолвить ни слова. Чинук улыбнулся:

– Ты так реагируешь на меня?

Не то от испуга, не то от удивления, но икота прошла как по волшебству.

Время будто замерло. Чинук ждал ответа, серьезно глядя на Юми.

Она собралась с мыслями и выдернула свою руку.

– Икота – это всего лишь реакция тела на сокращения диафрагмы. Думала, это все знают.

Голос Юми звучал ровно, но Чинук заметил искры беспокойства в ее глазах:

– Я спрашивал не об этом.

– Мне просто некомфортно рядом с вами! Я вас не боюсь! – быстро ответила Юми.

Теперь в ее взгляде была решительность.

– Некомфортно? – нахмурился Чинук.

Он не понимал, что она имела в виду. Если бы боялась или поддалась его обаянию – да, но дискомфорт? Значило ли это…

– Ты чувствуешь дискомфорт из-за меня?

На одном дыхании Юми выпалила все, что так долго копилось внутри:

– Да! Даже этого не понимаете! Всякий раз, когда вижу вас, вновь вспоминаю то, что хотела бы забыть! И мне очень, очень стыдно!

«Хочешь… забыть?» – это был очередной болезненный удар по его самолюбию.

– Я ответила. Теперь мне надо идти.

Юми взяла сумку с соседнего стола, повесила на плечо и, как была в форменном халате, так вышла из столовой.

Чинук остался один. Пытаясь совладать с эмоциями, кипящими внутри, посмотрела вслед Юми и вздохнул.

Она снова ранила его гордость.

Глава 14

Ни минуты отдыха

– Тонгу, давай посмотрим, кто быстрее съест все печенье?

– Да, давай.

– Тогда начинаем. Раз, два, три!

– Ура-а-а-а!

Хёнтхэ и Тонгу схватили пачки с печеньем и начали состязание.

– За вами тигр гонится? Ешьте медленнее, – устало сказала Юми, входя в паб.

Она кинула на диван сумку, свой форменный халат и села рядом с братом. Соревнование по поеданию печенья не впечатлило ее.

– Кода выфла ф равты? – спросил Хёнтхэ неразборчиво – его рот был набит печеньем.

– Сначала прожуй, а потом уже говори, – ответила Юми.

Она достала кролика из кармана и протянула его Тонгу.

– Вот нашла. Твой кролик.

У него также был полный рот печенья, и он не мог сказать ни слова – только смотрел на Юми во все глаза. Но тут же быстро прожевал печенье, улыбнулся и крепко прижал к себе кролика, будто самую большую драгоценность.

– Клолик!

Какая-то дешевая потрепанная игрушка, но Тонгу был поистине счастлив. Юми посмотрела на него и почувствовала, как раздражение отступает. Одна счастливая улыбка брата, родного человека, и вот она уже улыбается вместе с ним.

Хёнтхэ проглотил печенье и запил водой.

– Выглядишь уставшей, – сказал он. – Этот придурок Мистер Привереда явно заработался.

Юми не ответила, только махнула рукой и встала с дивана.

– Все, чего я хочу, – подняться к себе и отдохнуть. Тонгу, поиграй еще немного, но потом сразу иди спать. Уже поздно.

За столиком неподалеку сидела студентка, постоянная посетительница паба. Когда Юми вышла, она подошла к Хёнтхэ и наклонилась.

– Кто это такой маленький? Племянник?

Хёнтхэ медленно отвел взгляд от двери и покачал головой.

Эта девушка заходила в «Книги & Пиво» почти каждый день. Хёнтхэ усмехнулся: он прекрасно понимал ее мотивы.

– Он-то? – ответил он, широко улыбнувшись, и погладил Тонгу по голове. – Мой сын.

Услышав это, не только студентка, но и все посетительницы удивленно посмотрели на мальчика. Послышались возгласы:

– Что?

– Ваш сын?

– Нет!

Неожиданное внимание удивило Тонгу, который счастливо обнимался с кроликом. Он недоуменно посмотрел на Хёнтхэ, будто спрашивая его, что с гостьями не так.

Тот молча взял Тонгу на руки и посадил себе на плечи. Обвел взглядом паб и улыбнулся.

– О-о-о, пожалуйста…

Юми рылась в сумке, пытаясь найти ключи, как вдруг услышала странные звуки, доносившиеся из квартиры. «Только не это…» – подумала она, чувствуя, как внутри все холодеет. Нащупала ключи и торопливо открыла дверь. В квартире было темно.

Михи в красном пеньюаре лежала на диване с бокалом вина и смотрела какой-то фильм. Юми прочитала название: «Сейчас взорвется!»

В телевизоре двадцатилетняя Михи, одетая в похожий красный пеньюар, медленно шла по спальне в алых лучах, ослепительно улыбаясь в камеру.

Пеньюар соскользнул с ее плеч, и закадровая музыка – смесь саксофона и чьих-то стонов – стала громче.

– Зачем ты это смотришь? – в ужасе воскликнула Юми. – Выключи!

Михи обернулась. Впрочем, она пропустила слова дочери мимо ушей, ведь ей так нравилось смотреть на себя молодую. Она глотнула вина:

– Не хочу. Смотри, это лучшая работа твоей мамы.

На экране Михи томно зашептала:

– Сейчас взорвется, сейчас взорвется…

Пеньюар сполз ниже, почти полностью оголяя ее тело…

– Хватит, выключи! – отчаянно закричала Юми.

Михи ничего не оставалось, как выполнить требование. Фильм застыл за мгновение до того, как ее молодая версия предстала перед зрителями полностью обнаженной.

– Ты уже достаточно взрослая. Чего там не видела? – раздраженно сказала Михи, откладывая пульт.

– Не понимаешь, как мне жизнь этим испортила?

– Что?

Юми схватила сумку и выбежала из квартиры. Входная дверь с грохотом закрылась.

Михи как ни в чем не бывало отхлебнула вина: дочь и раньше вспыхивала без причины.

– Какая нервная… Потому что парня нет. Нашла бы уже себе кого-нибудь.

Она залпом допила вино и снова включила фильм.

Чинук вошел во двор и увидел кошку, вальяжно развалившуюся у входа. При его приближении она подняла голову. Чинук улыбнулся и погладил ее. Кошка замурчала и положила голову на траву.

– Чернушка, кроме тебя, у меня никого.

Он почувствовал, как у него защипало в носу. Опустился на крыльцо рядом с питомицей, которую продолжил гладить, привалившись к стене дома.

Чернушка была единственной женщиной, которая приносила ему не горе, а утешение.

– Кажется, мы вместе больше трех лет.

– Мяу, – отозвалась пушистая, будто понимая, что ей говорят.

Три года назад в переулке на его улице появилась бездомная кошка. Вскоре у нее родились котята, а сама она куда-то исчезла. Котятам быстро нашли новый дом. Всем, кроме одного – черного, которого отказались брать местные дети. Чинук увидел его, пищащего от голода, и начал подкармливать. Когда еда в миске заканчивалась, котенок бродил где-то на улице. Как только замечал Чинука, то подходил и начинал тереться о его ноги, показывая, что рад встрече. Тот подсыпал еды в миску и гладил котенка по голове, пока он ел. Малыш не возражал.

– С мамой тебе не повезло. Бросила тебя только потому, что ты не такой, как все, – грустно сказал Чинук. – Кое-кого напоминает. Да?

Котенок оторвался от миски, посмотрел на Чинука и тоскливо мяукнул.

Так и началась их дружба.

С каждым днем миска ставилась все ближе к дому, пока в конце концов у входной двери не появилась автоматическая кормушка. Не так давно Чинук проделал в двери вход для Чернушки – она ждала котят. С тех пор она каждый день встречала его с работы, развалившись у двери. Живот её заметно округлился.

Чинук раздраженно стянул галстук и взглянул на ночное небо, усыпанное звездами. В голове звенели слова Юми:

«Всякий раз, когда я вижу вас, я вновь вспоминаю то, что хотела бы забыть… Хотела бы забыть… Забыть…»

– Как она могла?! – воскликнул он и сжал кулаки.

Кошка подняла голову и лизнула его руку, отчего кулаки тут же разжались.

– Спасибо, Чернушка. Ты всегда меня поддержишь. Ох…

Он погладил ее по голове и тяжело вздохнул. Виски болели, ныл живот. «Похоже, сегодня я переел», – подумал Чинук, морщась от боли.

– Три года прошло?

Юми сидела на скамейке в парке недалеко от паба и сверлила взглядом бутылки сочжу. Выпивку купила в соседнем круглосуточном магазине.

В конце концов она решилась и откупорила бутылку. Если не считать того бокала шампанского в клубе, это будет первый раз за три года. Юми выдохнула и сделала большой глоток.

– Ух… – поморщилась девушка, почувствовав горечь во рту. – Совсем забыла, какова эта штука на вкус.

Юми вытерла губы рукавом. Вдруг сбоку от нее кто-то поставил пакет. Она повернулась и увидела Хёнтхэ. Тот сел рядом.

– Так и живут диетологи-нутрициологи: пьют сочжу, как воду, даже не закусывая? Держи.

Друг протянул ей маленькую копченую колбаску. Юми взяла ее и угрюмо откусила кусочек.

– Возможно, тебе будет непросто, но попробуй понять свою маму, – мягко сказал Хёнтхэ. – Понимаешь… она немного эксцентричная.

– До каких пор?

– Что?

Он замешкался с ответом, и Юми выпалила:

– Ха… Сколько еще? Как долго мне пытаться понять ее? Со средней школы и до сих пор… Столько лет прошло, а я не могу.

Когда она сказала про школу, Хёнтхэ осекся. Только самые близкие друзья Юми – он и Соён – знали о том, что тогда происходило. Правда, Юми никогда не вдавалась в подробности. Хёнтхэ всегда думал, что ее просто дразнили одноклассники, и точно не знал, что стало причиной травмы.

– Мама всегда делала, что хотела. Появлялась из ниоткуда и все рушила. Сколько бы ни пыталась понять…

Юми изо всех сил прикусила нижнюю губу, сдерживая подступающие слезы.

«Твоя мама в «клубничке» снимается!»

«Сейчас взорвется!»

Она все еще слышала тот шепот.

Стоило ей пройти мимо группы школьников, как те показывали на нее пальцем.

Хулиганы прямо в лицо говорили всякие пошлости, кричали: «Сейчас взорвется!» – и лопали водяные бомбы у ее головы. А потом смеялись, глядя на то, как она дрожит в мокрой одежде. Это было тяжело, но Юми справлялась. Худшим моментом стал другой – предательство лучшей подруги. Именно она сказала ту страшную фразу:

«Чего и следовало ожидать. Ты же дочь порноактрисы!»

– Это все из-за моей мамы! – пробормотала Юми, пока образы прошлого сменялись в ее голове.

Она успела отвыкнуть от алкоголя, так что хватило всего одной бутылки, чтобы опьянеть. Веки быстро налились тяжестью. Юми с трудом моргнула и потянулась за новой бутылкой. Отвинтила крышку и сделала глоток.

– Что именно?

Хёнтхэ почистил новую колбаску и протянул ей. Взяв закуску, она продолжила:

– Почему из всех курортов именно тот?! Если бы я не поехала, тогда бы…

Руки не слушались, и откусить колбаску никак не получалось. Голова начала заваливаться. Юми пробормотала совсем неразборчиво:

– И вот так… В машине… С Мистером Привередой на пляже посреди ночи… Не думала ведь… Я же не такая, не так… Почему?

– В смысле? Так, нам пора идти. Кому-то уже хватит. – Хёнтхэ ничего не понял из ее сумбурного монолога. – Ты же всегда хорошо переносила алкоголь. Что с тобой сегодня? Это потому, что давно не пила?

Юми не слушала, а отрешенно уставилась на звездное небо. Из глаз девушки текли слезы.

– Если бы тогда не… Сейчас все могло быть иначе? – На ее губах появилась мечтательная улыбка.

Вдруг Юми поморщилась и мотнула головой.

– О чем я думаю? Совсем… с ума сошла.

Вдруг положила голову на плечо Хёнтхэ и заснула. Он испугался, приобнял подругу и легонько потряс.

– Эй, Ли Юми! Здесь нельзя спать! Юми, ау-у!

Как ни пытался разбудить ее, но все без толку. «Похоже, придется нести ее на руках», – обреченно подумал Хёнтхэ.

– А ты тяжелая!

– Сообщение пришло так неожиданно, но вы все равно согласились.

Учжин довольно кивнул, увидев Чинука. Сегодня тот принарядился и явно успел зайти к парикмахеру. Хотя казался слегка раздраженным.

– У нас дел невпроворот, зачем нужно это интервью? Ты же знаешь, сколько еще собраний надо успеть провести!

Накануне ночью помощник прислал ему приглашение на телеинтервью. «Я слишком много съел, какое мне интервью?!» – возмутился про себя Чинук. Он тяжело вздохнул, коснувшись живота. Учжин, впрочем, ничего не заметил и быстро ответил:

– Это особая просьба президента Чха…

– Президента Чха? Получается, приглашали отца?

– Да, но с точки зрения продвижения бренда ваше присутствие будет выгоднее. «Новое белье для нового поколения» – такова концепция сейчас. Думаю, все пройдет удачно.

Вдруг Учжин заметил странную позу директора и спросил с беспокойством:

– Вы хорошо себя чувствуете?

– Да, все в порядке, просто немного мутит… – Чинук развернулся и быстрым шагом направился к лифту, вытирая со лба холодный пот. – Скажи, что у них есть не больше часа.

Добежав до лифта, Чинук увидел Юми, которая грустно следила, как на световой панели меняются цифры, и не заметила его появления. Он проигнорировал девушку и пошел к лифту напротив. Учжин мельком взглянул на них и встал рядом с директором, как вдруг услышал голос Юми за спиной:

– А, Хёнтхэ.

Услышав знакомое имя, Чинук дернул бровью и обернулся. Юми говорила по телефону, не подозревая о его присутствии.

– Как доехал вчера?

«Вчера? Они все-таки встретились?» – думал он, стараясь сдержать пламя, загоревшееся в груди.

– Хорошо. Ты сегодня свободен?

«Как это мило. Язык от приторности сводит!»

– Что, заберешь меня?

Лицо у него стало мрачнее тучи. Этот бездельник хотел забрать ее с работы! Юми улыбнулась и кивнула.

– Хорошо. Увидимся позже.

«Что значит «увидимся позже»? У тебя ног нет? Почему не можешь добраться домой сама? Обязательно нужно, чтобы подвозили?!» – возмутился Чинук, украдкой глядя на девушку. Она счастливо улыбалась, точно говорила со своим любимым парнем.

Юми убрала телефон и вошла в лифт. Как только двери за ней закрылись, приехал лифт Чинука. Но он застыл перед дверьми.

Учжин тоже остановился и посмотрел на начальника.

– Вы не идете?

Чинук смотрел куда-то вперед. Его глаза пылали, а черты лица будто окаменели. Он строго посмотрел на секретаря:

– Иди и передай кое-что моему диетологу.

– Что? Приготовить контейнеры на группу? – переспросила Юми.

Просьба привела ее в замешательство. Учжин чувствовал себя неловко.

– Днем директор будет давать интервью для телевидения. Поэтому… хм… попросил приготовить обед и для съемочной группы. Сделаете десять порций?

– Нет, почему вы просите меня готовить обед для всей съемочной группы?

– «Просто я так хочу», – ответил Учжин, копируя интонацию Чинука. – Директор так и сказал.

Белая как мел Юми сжала кулаки. Похоже, вчерашние неосторожные слова превратили ее сегодняшний день в кошмар. «Это уже не просто «некомфортно» – это «непозволительно» и «невыносимо»!» – подумала она.

– И еще… Сегодня вечером будет совещание рекламного отдела. Подготовьте двадцать порций ужина.

– Что?!

И все в один день!

– Может, мне разложить ужин из столовой в контейнеры?

– Не думаю, что директору это понравится.

«Прекрасно. Ему не понравится. Он просто хочет завалить меня работой!» – подумала Юми. Она посмотрела на Учжина. Секретарь выглядел, как всегда, невозмутимо, но про себя наверняка задавался теми же вопросами. В конце концов, что ему оставалось? Он просто выполнял приказ.

– Ох, – вздохнула Юми, ловя на себе виноватый взгляд Учжина.

«Вы ни в чем не виноваты, секретарь Чан. Это все Мистер Привереда…» – мысленно ответила она, а вслух сказала:

– Я все сделаю.

И пошла в столовую. Учжин проводил ее взглядом и грустно покачал головой.

– Хотел бы я знать, что происходит… – пробормотал он, развернулся и пошел к лифту.

Его занимал вопрос: что творилось с директором? Долгое время тот сторонился женщин, а теперь так изменился. Возможно, между этими двумя что-то было? Как-то иначе Учжин не мог объяснить, почему босс начал вести себя как подросток.

Он подошел к лифту и, глядя на световое табло, начал обдумывать происходящее: «Неужели… это возможно?»

– Ха! – выдохнул он и усмехнулся. – Чинук, мальчишка, ты перебарщиваешь.

И, покачав головой, вошел в лифт.

– Так это твоих рук дело! – раздраженно сказал Чинук, поднявшись в сад на крыше, где должно было пройти интервью.

Хэри радостно махнула рукой в знак приветствия.

– О чем это ты? – Она удивленно посмотрела на него.

Сегодня Хэри выглядела более нарядной, чем обычно, – все на ней было идеально с головы до пят. Вот только усилия по наведению красоты пропали зря: в глазах Чинука она выглядела школьницей, дорвавшейся до маминой косметички.

Он мрачно огляделся: съемочная группа была занята настройкой осветительного оборудования и камер, а продюсер и сценарист обсуждали композицию кадра. Хэри делала вид, что ни при чем, но Чинук уже догадался, почему оказался здесь. Неслучайно отец попросил подменить его на один раз. Это уже выглядело подозрительно, потому что тот любил такие интервью больше, чем Чернушка жареного лосося… Неспроста все это! Когда Чинук понял, что Хэри и отец сговорились, нашел единственный выход – молчать.

– Прости, но я очень хотела тебя увидеть! – Хэри совершенно не заботило недовольное лицо Чинука, она просто улыбалась. – Отлично выглядишь.

Она изо всех сил старалась говорить сладким голосом, но звучало это смешно.

«Боже, неужели не понимает, как жалко выглядит?» – думал Чинук, холодно глядя на нее. Все ухищрения Хэри делали ее еще больше похожей на глупого ребенка.

– Ты у меня такой красивый, никакой актер с тобой не сравнится! – Хэри подошла вплотную и попыталась поправить Чинуку галстук, но он отстранился.

– Как это понимать, «у тебя»? Знаешь же, что я никому не принадлежу! – отчеканил Чинук. Огляделся и продолжил: – Чу Хэри, раз уж ты здесь, чтобы работать, давай приступим к работе, хорошо?

В это время сценарист закончила говорить с продюсером и подошла к ним.

– Директор Чха, большое спасибо, что уделили нам время. Слышала, что вы были очень заняты, однако сразу изменили свое расписание, когда Хэри вам позвонила.

Чинук хотел сказать, что звонил президент Чха, а не Хэри, но сдержался. Сценарист заметила его заминку и, похоже, не так поняла:

– Кстати, между вами что-то есть?

– Ой… – Хэри скромно опустила глаза и покраснела. «Все идет по плану!» – подумала она.

Хэри твердо решила дать всем понять, что Чинук – ее жених. И сейчас было самое подходящее время. Сотрудники лучше всех разнесут нужный ей слух. Она будет первой официальной девушкой Чха Чинука. Репортеры быстро об этом прознают, и новость станет сенсацией во всех газетах и на новостных порталах: «Самая красивая ведущая Чу Хэри и наследник «Тэбок групп» Чха Чинук!» или «Чу Хэри выходит замуж и завершает карьеру!».

Одна мысль об этом сводила ее с ума! Хэри прикрыла рот одной рукой и повела плечами.

– Понимаете, мы с Чинуком…

«Да что она несет! Пора вешаться».

– Как брат и сестра! Для меня Хэри – самая дорогая младшая сестричка! – Он потрепал Хэри по голове. Прическа последней была испорчена.

– Ну ты чего! – воскликнула она.

Чинук не только сорвал ее план объявить их парой, но еще и испортил прическу прямо перед съемками! Девушка начала судорожно поправлять локоны.

– Да, он всегда такой. Относится ко мне, как старший. Может, скоро будет заботиться о Чинуке-младшем! – Хэри решила идти до конца.

Но никто намека не понял. Чинук и сценарист удивленно посмотрели на Хэри и расхохотались.

– Прости, Хэри, не удержался. Знаете, мы дружим еще со школы, у нее и тогда не было чувства юмора. Но я все равно ее очень ценю. – Чинук снова погладил подругу по голове и широко улыбнулся сценаристу.

– Давайте пообедаем вместе после съемок. Моя компания приготовила ланч-боксы.

При слове «ланч-бокс» Хэри передернуло. Все и так шло не по плану, так еще и эти контейнеры!

– Чинук, ну какие ланч-боксы на работе? Только не говори, что их приготовит твоя диетолог?

– Начнем, пожалуй.

Он проигнорировал вопрос Хэри и направился к съемочной площадке.

– Вот же!

«Опять эта капустница с контейнерами! Что его так зацепило в этой неказистой девке?!» – Хэри хотелось кричать от злости, но создаваемый годами образ благородной девушки не позволял устроить истерику при всех. Однако и отпустить ситуацию тоже не получалось. Она прикусила губу, жалея об упущенной возможности, как вдруг в ее голове возникла идея. «Ну ничего, братик, еще посмотрим, кто кого!» – Хэри злорадно улыбнулась и достала телефон.

– Неужели никто не может мне помочь? Я не смогу одна приготовить десять порций, – молила Юми.

Но Ынби, Синхва и Джени ничего не могли поделать: согласно правилам компании, еда из столовой должна была подаваться только там, готовка навынос допускалась только в виде особого исключения. Такое исключение получила Юми, чтобы готовить персонально для директора Чха, но и это не входило в условия контракта с кейтеринговой компанией, в которой она числилась. Так что сверхурочные получала непосредственно от «Тэбок групп». На этот раз Юми сказали приготовить ланч-боксы для сотрудников телекомпании, и она понимала, что не справится с этим одна. Однако повара при всем желании не могли ей помочь. Молчание нарушила Покча:

– Ты же знаешь, что нам нельзя выносить блюда из столовой, только если все навынос отдельно готовить. Но мы слишком заняты обедом. Сама говорила, что справишься, забыла?

– Говорила, но…

Покча была права. Повара не виноваты в том, что директор решил выместить на ней свое раздражение.

– Извините, что попросила всех вас о таком большом одолжении. Не волнуйтесь. Я справлюсь.

«Не все потеряно. Еще целых три часа осталось! Все получится!» – Юми закатала рукава и разложила ингредиенты на одной стороне рабочей столешницы. Затем быстро помыла овощи и приступила к готовке. Сделать решила салат и сэндвичи. Сначала она нашинковала листья салата, помидоры и огурцы. Обжарила на гриле куриную грудку, нарезала ее тонкими ломтиками, почистила вареные яйца, измельчила их и смешала с медово-горчичным соусом и майонезом.

Юми то и дело поглядывала на часы и так торопилась, что чуть не налила соевый соус вместо бальзамического уксуса в салат с оливковым маслом.

«Ой, еще бы чуть-чуть, и все испортила!» – Она остановилась и вытерла холодный пот со лба. Повара с жалостью смотрели на ее мучения, но не могли ничем помочь.

Юми решительно стиснула зубы, приговаривая: «Ладно, посмотрим, кто победит!» – выстроила прозрачные пластиковые контейнеры в ряд и начала раскладывать в них салат и сэндвичи.

– Девиз нашего бренда: «Новейшие технологии и удобство для активного образа жизни».

Чинук сидел, удобно закинув ногу на ногу, не обращая внимания на камеру, и смотрел на Хэри. Она слушала его спокойно, с профессиональной улыбкой.

– Всего за три года ваш бренд стал лидером на рынке. В чем секрет успеха?

– Секрет в том, что… – сделал паузу Чинук, словно собираясь с мыслями, и продолжил: – Я верю, что это просто результат тяжелой работы. И я, и все сотрудники «Тэбок групп» усердно трудятся, порой жертвуя сном и правильным питанием, – уверенно сказал он и улыбнулся в камеру. На мониторе улыбка казалась еще привлекательнее.

Сегодня Чинук будто светился изнутри, ослепляя всех своим великолепием. Хэри с обожанием смотрела на него, забыв, где находится. «Это так завораживает – просто смотреть… Какие же у него широкие плечи. Интересно, каково быть в его объятиях? Вот бы он сам обнял меня! А то вечно отскакивает!» – думала она и вспомнила их первую встречу. Это случилось в средней школе: она пошла навестить отца, а Чинук заходил к нему попрощаться после выпуска.

– Ты, наверное, Чу Хэри? Учитель много рассказывал о тебе.

Лучезарная улыбка тогда еще совсем молодого Чинука сразила ее. «Как принц из сказки!» – подумала тогда Хэри. Придя домой, порвала все картинки персонажей, в которых была влюблена. Теперь ей не нужны были нарисованные принцы, потому что она встретила такого наяву, и он стал мужчиной ее мечты. Хэри была уверена, что никогда не разлюбит его, что бы ни случилось. Если бы могла, то закрыла бы глаза всем женщинам на планете, только бы никто не смел взглянуть на ее Чинука.

– Занять первое место в отрасли важно, но еще важнее сохранить его. Что вы делаете, чтобы удержать позиции?

Директор снова повернулся к ведущей. На его губах все еще играла легкая улыбка.

«Ах, боже мой! Я столько раз видела эту улыбку, но все равно таю! Она принадлежит мне! И Чинук тоже – никому его не отдам!» – подумала Хэри, решительно глядя на него, и крепко сжала папку с вопросами для интервью.

– Ох-х, справилась, – выдохнула Юми, пытаясь плечом открыть дверь на крышу. Ее руки были заняты огромной сумкой с контейнерами.

В суматохе, даже забыла про свой внешний вид: белый халат был в пятнах от соуса, волосы растрепаны. Хоть Юми и выглядела жалко, но она гордилась собой: за такое короткое время успела без чьей-либо помощи приготовить ланч-боксы на десять человек. «И с этим справилась!» – подумала она. Как бы сильно директор ни издевался над ней, это был детский лепет по сравнению с тем, что она пережила в средней школе. Лицо у нее помрачнело.

– Ты чувствуешь дискомфорт из-за меня?

В памяти возник образ ошеломленного Чинука. Она сказала неправду. Ей всегда было неловко, когда сталкивалась с ним, но дискомфорта не было. При виде него пульс просто немного учащался, и начиналась икота. А если он улыбался, Юми волновалась. Три года назад, в тот день… Воспоминание об этом отдало острой болью в сердце, словно в него воткнули булавку.

– Ты так реагируешь на меня?

Она как будто снова услышала этот голос… Может, он был прав?

Тряхнула головой, успокаивая трепещущее сердце. Директор не должен был узнать о ее чувствах, даже если чувства были искренними.

– Юми, мне так жаль, что я не смог тебе помочь, – раздался извиняющийся голос.

Она оглянулась и увидела Синхву на крыше. Парень поднялся за ней со второй тяжелой сумкой, которую у нее не было возможности захватить сразу. Юми мягко улыбнулась коллеге, который чуть не плакал.

– Ничего страшного, спасибо, что помог с сумкой. Скоро обед. Поторопись, а то на кухне, как всегда, не хватает рук.

– Ты справишься?

– Конечно. Просто расставлю контейнеры и сразу вернусь.

– Мы решили угостить тебя вечером пивом с курицей.

– Хорошо, спасибо.

Синхва проверил время и поспешил назад на кухню. Юми с двумя тяжелыми сумками отправилась в сад, разбитый прямо на крыше, – интервью проводилось там.

– Извините… – Она позвала одного из сотрудников, стоявших перед ней, стараясь говорить как можно тише.

Мужчина не услышал ее и отошел в сторону, двигая свет по указанию режиссера. Юми хотела обратиться к женщине рядом, но и та была занята, исполняя указания сценариста. Весь персонал был сосредоточен на съемках. Никто не замечал девушку с огромными сумками.

В конце концов Юми поставила их немного в стороне, чтобы не мешались, и увидела Чинука с Хэри. В новом костюме, подобранном для съемок, он казался еще красивее. Хэри, сидевшая напротив, выглядела профессионально-элегантно и не строила из себя кокетку, как обычно. Может, все дело в свете прожекторов? Под ним они казались людьми из совершенно другого мира.

– Как хорошо смотрятся…

Даже в глазах Юми эти двое выглядели идеальной парой.

«Что бы ответила Хэри, спроси директор ее: «Ты так реагируешь на меня?» Точно бы не ляпнула какую-то глупость, как я…» – с горечью подумала она.

– Думаю, этот вопрос повторяет предыдущий, так что…

Хэри судорожно пыталась выбрать подходящий вопрос из списка и осторожно посмотрела на Чинука. Он уже рассказал обо всем, и она перевела взгляд на продюсера со сценаристом, которые нетерпеливо следили за съемкой, глядя в монитор. Но вдруг заметила Юми, стоявшую в задней части съемочной площадки.

«Боже, ну и замарашка! Поверить не могу, что вспылила из-за кого-то вроде нее… Грязный халат, это гнездо на голове, фи!» – подумала Хэри, посмотрев на девушку оценивающим взглядом, и вернулась к интервью. А теперь самое интересное. Один шанс она упустила… Точнее, Чинук все испортил, но сейчас появилась новая возможность поднять главную тему.

– До сих пор, директор Чха… – Хэри широко улыбнулась, чуть прищурившись.

«Что она задумала? – подумал Чинук, готовясь к следующему вопросу. – Хэри не улыбается просто так. Сегодня не исключение».

– Вы были так заняты, что у вас даже не оставалось времени на свидания.

Как и ожидалось, это была провокация.

– Что ж…

Он хотел сказать: «Почему на деловом интервью меня спрашивают про личную жизнь?» – но постарался сохранить невозмутимое выражение лица и спокойно ответил:

– В юности у меня их было достаточно, поэтому не вижу причин расстраиваться.

– Вот как… – кивнула Хэри, будто понимала, о чем он. – Вы не думали о женитьбе?

«О чем, черт возьми, ты пытаешься меня спросить?» Его охватило раздражение.

– Пока нет.

Когда Чинук уклонился от точного ответа, Хэри мягко подалась вперед и прищурилась:

– Можно задать вам неприличный вопрос?

«Неприличный вопрос? Самое главное, не грубить ей. Вокруг слишком много людей…»

– Что ж, задавайте.

Он крепко сжал челюсти и попытался непринужденно кивнуть головой. Хэри мельком взглянула на Юми и снова медленно повернулась к гостю программы. Выглядела она, как никогда, серьезной:

– Как насчет меня?

Лица Чинука и Юми помрачнели.

«Я знал, что это произойдет. Наверняка устроила интервью только ради этого, – бесстыдный вопрос Хэри застал его врасплох. – Меня этим не проймешь, как бы сильно ты ни старалась. Хочешь опозориться на глазах у всех?» – подумал Чинук.

Хэри заметила его тяжелый взгляд, но только подмигнула.

– А, я не упоминал ранее? У меня уже есть девушка.

Весь персонал начал перешептываться.

– Неудивительно, ведь вы такой красавчик. Так и знала!

– Вау, вот это сенсация!

– Неужели это Хэри?! Хотя, может, и кто покруче!

Все обернулись на резкий звук. Пищал таймер, который поставил Учжин. Секретарь спокойно сказал:

– Время вышло.

Чинук встал, как будто только этого и ждал:

– Думаю, записанного материала будет достаточно.

Ведущая разочарованно встала вслед за Чинуком. В любом случае она не ожидала от него чего-то конкретного. Но если бы добилась своего, новость бы тут же разлетелась.

– Хорошо, финальную часть запишем отдельно. – Хэри вернулась к своему деловому настрою и кивнула в сторону продюсера. – Хорошая работа, всем спасибо.

Камеру и прожекторы выключили. Персонал был занят демонтажем осветительных кабелей на полу, а продюсер и сценарист подошли к большому монитору, чтобы проверить записи.

– Вы что-то хотели?

Подходя к монитору, сценарист заметила Юми, стоящую в углу съемочной площадки. Она пришла в себя и быстро подняла одну из сумок с ланчем, стоявшую у нее под ногами.

– Я принесла ланчи.

– А, директор Чха сказал нам, что компания приготовила ланч-боксы. Спасибо.

Чинук обсуждал с Учжином дальнейшее расписание, но, услышав голос Юми, обернулся. По ее потрепанному виду было понятно, насколько сильно она устала.

Чинук понял, что поступил, как капризный ребенок, и почувствовал укол совести. Он и правда разозлился, увидев, как Юми разговаривает по телефону с парнем, но теперь, глядя на ее измученное лицо, понял, что был неправ. Кроме того, Хэри была сейчас здесь. Если бы он знал, что так случится, то не стал бы говорить про обед для всей группы.

Его план провалился.

– О, это ланч-боксы?

– Мы как раз проголодались!

– Спасибо, что позаботились о нас!

Юми с воодушевлением разговаривала со сценаристом и другими сотрудниками. Чинук смотрел на нее, стоя немного в стороне. Их взгляды встретились.

Глава 15

Мне нужно проверить…

– Ма, кудя смотишь? – Тонгу потянул Михи за руку, глядя на здание перед ними. Он был рад тому, что впервые за долгое время смог погулять с мамой, которая почему-то выглядела печальной. Казалось, что вот-вот расплачется.

– Кудя смотишь? – Не дождавшись ответа в первый раз, Тонгу схватил маму за руку. Михи опомнилась, вытерла слезинку и улыбнулась сыну.

– Там когда-то давно работала твоя мама.

– Ух ты!

Малыш не мог поверить, что его мама работала в таком высоком блестящем здании! Будто фея в волшебном замке!

Он с восхищением смотрел то на нее, то на здание. Михи подняла сына на руки и поцеловала в щеку.

– Это называется телевещательная станция.

– Телещательная?

– Ага. Не обычный канал, а целая вещательная станция, в которой снимаются сериалы.

– Ого!

Тонгу едва ли понимал разницу, но само здание, сияющее в лучах солнца, представлялось ему сказочным хрустальным замком.

– Извините, вы, случайно, не Михи? – позади раздался мужской голос.

Она оглянулась и увидела двух мужчин в возрасте: один седой, за пятьдесят, радостно улыбался второму, серьезному, на вид, было лет шестьдесят.

– Да, это я. Мы знакомы?

Седой мужчина достал из кармана дорогого пиджака визитку и протянул ее Михи.

– Кан Чэсон, директор телеканала «Эн-Би-Эн», ответственный за выпуск сериалов.

– Что? Директор?

– Очень рад нашей встрече. Честно говоря, я ваш давний поклонник. Знали бы, каким разочарованием для меня было увидеть статью о том, что вы выходите замуж и завершаете карьеру!

Михи подумала, что спит. Директор огромного телеканала был ее поклонником? Ошеломленная, она стояла с визиткой в руке. Директор Кан улыбнулся Тонгу:

– Какой у вас внучок! Выглядит смышленым.

– Внук? – Михи хотела возразить, но директор продолжил:

– Я не могу допустить, чтобы такая прекрасная актриса просто сидела дома, приглядывая за внуком. Если вы снова захотите сниматься, для меня будет честью предложить вам роль в одном из наших сериалов. К сожалению, сегодня у меня уже назначена встреча, но буду ждать вашего звонка. Кстати, позвольте представить нашего главного продюсера.

– Ой, да ладно тебе, Кан.

Михи забыла обо всем, когда услышала от директора предложение сняться в дораме. Ее уже не волновало, примет ли кто Тонгу за ее внука, а не за сына. Директор Кан несколько раз попросил ее позвонить, а затем уехал со своим спутником на машине.

Этим спутником был президент Чха. Отъезжая, он оглянулся на Михи, держащую Тонгу на руках.

– Куда смотришь?

– Известная актриса, говоришь? Честно говоря, впервые слышу.

– О да… Это Чо Михи. Поистине уникальная актриса. Сначала играла в спектакле, на много лет опередившем свое время. Тот, правда, провалился, и ей досталась эпизодическая роль в сериале… А, ну еще, конечно, ее популярность выросла после эротического фильма «Сейчас взорвется!».

Услышав название эротического фильма, президент Чха удивленно оглянулся. Но машина уехала уже далеко.

– Тоже смотрел? – спросил директор Кан. – Его видели абсолютно все. Это был огромный успех, но сразу после выхода фильма Михи вышла замуж и оставила карьеру. Какой талант пропал зря!

– Ничего себе.

Президент Чха недовольно откинулся на спинку сиденья, скрестив руки на груди. Его не волновала эта актриса и ее прошлое – он думал только о Тонгу. «Даже у такой молодой женщины есть милый умненький внук! А у меня когда появится?!» – подумал он, сухо откашлявшись, и отвернулся от окна.

«Опять чем-то недоволен… – подумала Юми, украдкой взглянув на Чинука. – Ланч-боксы принесла вовремя. Что теперь не так? Ну и ладно! Я сделала все, что от меня зависело!»

Она начала расставлять контейнеры, избегая холодного взгляда Чинука. Вот теперь ей действительно было некомфортно. Директор выглядел красивее обычного, но при этом казался отстраненным. Еще и нарядная Хэри крутилась рядом с ним. Юми хотела поскорее закончить работу здесь и уйти. Но стоило достать из сумки последний контейнер, как…

– Это сад на крыше? – со стороны выхода донесся громкий голос. Спустя пару мгновений все увидели двух курьеров с большими коробками.

– Он самый. Что это? – спросил Учжин и шагнул вперед. Курьер ответил:

– Императорские ланчи!

– Что?

– У меня заказ на десять императорских ланчей по этому адресу.

Курьеры начали расставлять свои ланч-боксы рядом с контейнерами Юми.

– Ух ты! – повсюду слышались удивленные голоса.

А удивляться было чему. Внутри шикарных коробок лежали: стейк из вырезки, морское ушко на гриле, королевские креветки во фритюре, салат из лосося, пибимпап[5] из угря и морского ежа, а также говяжий бульон. Салат с сэндвичами выглядел просто убого по сравнению с этими шикарными блюдами.

«Как же это низко! Сначала заставить все это готовить, а потом поступить вот так!..» – Юми пыталась унять дрожь в руках, ставя последний контейнер на стол. Сотрудники ни о чем не догадывались и озадаченно смотрели на ланчи. Перешептываясь, быстро собрались вокруг заставленного стола.

– Что здесь происходит?! – раздраженно спросил Чинук у Учжина.

– Честно говоря, сам не понимаю.

Но в его голове уже мелькнуло подозрение. Он повернулся к Хэри и тут же получил подтверждение:

– Сюрприз! Это для тебя! – Она улыбнулась и взяла Чинука под руку. – Ты нашел время помочь мне, хотя был очень занят. Поэтому я решила позаботиться о твоем обеде. Как и положено любящей девушке.

«Позаботиться, ага, так и поверил. Она специально устроила все так, чтобы унизить Юми. Какая же мелочная!»

– Хэри…

Начал говорить, но внезапно остановился. Юми приготовила десять ланчей по его приказу. И что бы он ни сказал Хэри, все это началось из-за него.

Чинук повернулся к Юми. Та стояла с безучастным лицом, но было видно, что случившееся сильно ее ранило. Ему хотелось подойти, но Хэри крепче схватила его за руку. И сказала так громко, чтобы каждый услышал:

– Это все моя вина! Как я могла забыть, что диетолог принесет ланчи! Мне очень жаль!

Она победно ухмыльнулась, будто говоря Юми: «Теперь ты знаешь, где твое место!»

Чинук все понимал и не мог оставаться в стороне. Он холодно посмотрел на Хэри.

«Я и не знала, что ланч-бокс может быть таким роскошным. Чинук, наверное, это и представлял, когда говорил о блюде, способном впечатлить его». – Юми смотрела на свои простенькие контейнеры рядом с дорогими коробками, которые заказала Хэри. Только что она гордилась собой – ей удалось приготовить десять порций за такое короткое время. Но в мире всегда найдется тот, кто сделает больше, лучше, роскошнее. Ей становилось все хуже и хуже. Юми попыталась успокоить себя, но не смогла и лишь горько улыбнулась.

– Я не могу так это оставить, – наигранно серьезно сказала Хэри, изо всех сил сдерживая смех. – Тогда давайте просто уберем мои коробки и съедим ланч-боксы диетолога!

– Что?! – Услышав такое, сотрудники собрались вокруг стола.

– Почему? – почти заскулили они. Большинство уже предвкушали отведать изысканных блюд и безумно расстроились от предложения Хэри.

– Так не пойдет! Я умираю с голоду. Кто захочет есть хлеб с капустой, когда есть мясо?

– Да, я тоже не хочу сэндвич…

Сотрудники поспешно расселись вокруг стола и открыли императорские контейнеры, чтобы их не забрали.

– Вау, действительно вкусно. Не верится, что это еда из контейнера!

– Этот стейк просто нечто. Как будто в ресторане обедаю!

Никто из персонала даже не взглянул на ланч-боксы Юми. Наоборот, они отодвинули их на край стола, пододвигая к себе императорские обеды. Чинук смущенно посмотрел на сотрудников, которые наслаждались императорскими ланч-боксами.

– Я пойду, – быстро сказала Юми, закусив нижнюю губу. Она больше не могла здесь оставаться.

– Да, спасибо вам. В столовой скоро обед, так что поторопитесь, – сказала Хэри, махнув рукой.

Из сада на крыше Юми практически выбежала. Чинук был в полном замешательстве. Он просто хотел проучить ее за свидание с тем сопляком, но никак не хотел унизить перед всеми. Нельзя, чтобы она ушла в таком состоянии.

– Ли Юми, подожди минутку, – позвал Чинук, но Хэри не отпускала его руку.

– Ты куда? Останься пообедать со мной.

– Я не голоден, ешь без меня.

В ответ на резкий тон она еще крепче сжала руку и прошептала:

– Чинук, режиссер, сценарист и сотрудники – все смотрят! Если ты вот так просто уйдешь, что они обо мне подумают?

– Чу Хэри, – сказал Чинук, решительно скидывая ее пальцы с предплечья, – послушай внимательно, на этот раз я закрою глаза на твои игры. Но только на этот. Если снова попытаешься выкинуть что-то подобное, твой имидж и милое личико уже ничего не спасет. Надеюсь, ты поняла меня.

Чинук вышел с крыши, не оглядываясь.

– Это как понимать вообще?! – прошипела Хэри, скрестив руки на груди. «Я бы не стала ничего предпринимать, но это ты начал угрожать мне!» Теперь война началась по-настоящему. Война за Чха Чинука!

Чинук быстро спустился с крыши и прибавил шаг, увидев Юми в коридоре.

– Ли Юми!

Несколько раз окликнул ее, но девушка не оборачивалась, продолжая идти вперед. В конце концов он обогнал ее и встал посреди коридора, закрыв собой путь.

– Юми, произошла огромная ошибка!

Говорил Чинук так быстро, как только мог, потому что боялся, что она оттолкнет его и уйдет.

– Я бы никогда не поступил так с тобой, то есть… – Глаза Юми, полные слез, заставили его замолчать.

«Пожалуйста, только не плачь! Ты снова плачешь из-за меня! – Чинук почувствовал острую боль в груди. – Опять заставил ее страдать. Я правда не хотел, просто все это… это…» Он не мог говорить – не получалось выдавить из себя ни единого слова. Вдруг Юми поклонилась:

– Мне так жаль.

Сердце в его груди сжалось еще сильнее. Сейчас извиняться должна не она, а он.

– Тебе не за что просить прощения, – сказал Чинук, и его голос дрогнул.

Но Юми не двигалась.

– Ли Юми! Встань, ты ни в чем не виновата.

Только тогда она медленно выпрямилась и серьезно посмотрела на директора.

– Мне искренне жаль, что испортила вам интервью.

– Что ты имеешь в виду? Почему испортила? – переспросил Чинук с растерянным видом.

Он не понимал, в чем может быть ее вина.

Юми нахмурилась: «Директор хотел сделать Хэри предложение. Интервью было организовано специально ради этого. Я сама видела: они сидели друг напротив друга, говорили о том, что знают друг друга со школы. Он сказал, что в отношениях. Но, даже если это и не Хэри, значит, та таинственная Чернушка! Вокруг него всегда много женщин!»

Она изо всех сил старалась говорить спокойно:

– Мне жаль. Вы, наверное, организовали интервью, чтобы сделать предложение. С вами в клубе была девушка… Вы очень разозлились, что я испортила вашу шкатулку с колье, которое хотели подарить.

Чинук стоял в шоке. «Что? Колье? Какое еще колье? Юми думает, что в шкатулке было?.. Значит, она не открывала ее?» Выражение его лица делалось все задумчивее и задумчивее.

Юми снова поклонилась. Это выглядело так вежливо, что ей самой стало не по себе.

– Простите, господин директор. Мне правда очень жаль.

Она прошла мимо Чинука к лифту.

«Ох, почему так долго едет?»

Ей было неловко в присутствии директора, поэтому она продолжала нажимать на кнопку. Но лифт поднимался медленно, видимо, останавливался на всех этажах.

Чинук все еще смотрел на Юми издали, но лифт все не приезжал. Пусть он и стоял на другом конце коридора, его взгляд ощущался почти физически. Девушка развернулась и быстро пошла к пожарной лестнице. Лучше спуститься так и не раздражать его.

Тяжелая дверь захлопнулась, и Юми бросилась вниз по лестнице. Ноги дрожали от волнения, и она крепко ухватилась за перила. Прошла несколько пролетов, когда услышала, что сверху снова хлопнула дверь. Кто-то быстро спускался вниз. Юми не думала, что это может быть директор, но на всякий случай поспешила к выходу в коридор.

– Ай!

Не успела она схватить ручку двери, как ее с силой развернуло. Придя в себя от удивления, поняла, что находится в объятиях Чинука. Он запыхался, пока гнался за ней, и сейчас тяжело дышал, глядя в глаза девушке.

– Мне нужно проверить кое-что, – наконец сказал Чинук.

Юми лишь растерянно смотрела в ответ. Его грудь тяжело поднималась и опускалась.

– Почему, почему ты решила, что это было колье? По размеру шкатулки?

Она не поняла вопроса и нахмурилась.

– Это так важно сейчас?

«Может быть, там браслет? Или кольцо, или серьги? Какая разница…» – подумала она, чувствуя, как портится настроение. Юми поджала губы и отвернулась, избегая зрительного контакта. Попыталась представить, что бы чувствовала на его месте: «Я испортила ему предложение и опозорила перед съемочной группой… Да, Хэри сделала из меня посмешище – было обидно до слез, но мне следовало держать себя в руках. И почему он зациклился на такой ерунде?! Колье или браслет… что это меняет?»

– Ты же не открывала шкатулку? Не открывала ведь? Да? – продолжал допытываться Чинук.

«Открывала, не открывала… Чего пристал? Хочешь снова услышать извинения? Что мне еще надо сделать, чтобы ты перестал злиться?!» – раздраженно подумала Юми.

– Нет, не открывала. Только в руках держала.

– Ага, понятно… Значит, не видела, что было внутри? Так?

– Да.

Стоило ей сказать это, как лицо директора вновь заледенело. Он убрал руку и отступил на шаг, давая пройти Юми, которая стояла с опущенной головой и не смотрела на него. «Вот же! Ни в чем толком не разобрался, а сразу накинулся! – подумал Чинук. – Она точно меня ненавидит. Как быть теперь? Что сказать, чтобы простила меня?»

Пока собирался с мыслями, Юми заговорила первой:

– Я не видела, что в шкатулке, но, наверное, там была очень ценная вещь. Извините меня еще раз. Мне уже надо идти – на кухне дел много.

Это не была отговорка. До обеда оставалось совсем чуть-чуть, и Юми действительно нужно было спешить в столовую. Она скомкала край халата и уже развернулась, чтобы уйти, но директор потянул ее назад:

– Подожди.

– Что вы делаете?

Юми попыталась высвободиться, но Чинук не отпускал. Он сделал это машинально: как только девушка сказала, что уходит, его руки дернулись сами собой. Его пронзила мысль, что нельзя отпускать ее вот так.

Впрочем, руки оказались быстрее. Чинук по-прежнему смущался и не мог сказать ничего внятного. Язык его не слушался. «Совсем с ума сошел! Надо извиниться!» – Он винил себя за медлительность. Теперь ему стало понятно, что чувствовали подчиненные во время мозговых штурмов на время. Они так волновались, что могли только моргать.

В конце концов, так и не пересилив себя, Чинук наклонился. Их лица оказались настолько близко друг к другу, что Юми почувствовала жар тела.

– Отпустите меня… – ее голос дрожал.

Казалось, что время застыло. Сколько бы сил она ни прикладывала, выбраться из крепких объятий Чинука никак не получалось. Юми чувствовала, что задыхается. Подобные вещи были слишком личными, потому следовало прекратить все это, но… Юми не смогла ничего сделать. Ей захотелось постоять так еще немного, всего мгновение.

Вдруг сознание заволокли неясные образы прошлого.

«Не завидую».

«Не хотела бы я быть дочкой порноактрисы!»

«Какая же ты уродина!»

Злобные возгласы одноклассников зазвучали в ее голове так отчетливо, будто она попала в прошлое.

«Эй, ты в курсе? Твоя мама в «клубничке» снимается!»

Юми начали дразнить после летних каникул, однако несколько друзей все же осталось. Например, лучшая подруга Хиён, которая защищала ее от хулиганов и утешала, когда насмешки становились невыносимыми. Но зимой их дружба дала трещину.

Все началось с Сынху, мальчика, который нравился Хиён. Красивый, популярный и очень умный, он неизменно входил в тройку лидеров школьного рейтинга успеваемости. Многие девочки засматривались на него. Как-то Сынху проявил заботу по отношению к Юми: хулиганы в очередной раз облили ее водой, а он протянул ей полотенце. Тут же посыпались новые насмешки:

«К Сынху полезла?»

Они как-то перекинулись парой-тройкой слов, случайно столкнувшись в коридоре, но девочки немедленно объявили ей войну.

«Посмотрите, как вырядилась!»

«Точно, ресницы накрасила!»

«Какая юбка короткая».

У Юми от природы были густые ресницы, поэтому глаза казались больше, но одноклассницы обвинили ее в использовании туши. Она никогда не укорачивала форменную юбку, поскольку та и так казалась слишком короткой из-за ее длинных ног. Но задир было не переубедить: ведь ее мать – порноактриса. Значит, она виновата.

«Эй, ты же знаешь, что мне нравится Сынху? Хочешь его отбить?»

Хиён поверила не Юми, а безосновательным слухам, которые распускали глупые школьники. Последние друзья начали избегать ее. В их глазах она пыталась увести Сынху у своей подруги – такое не прощали. В ее памяти до сих пор было живо воспоминание, как Хиён сказала:

«Чего и следовало ожидать. Ты же дочь порноактрисы!»

Все отвернулись от Юми, и до конца года она была изгоем. А потом перевелась в новую школу. Там старалась сидеть тише воды ниже травы, не привлекая ничьего внимания. Носила уродливые очки в черной оправе, длинные юбки, застегивала блузки на все пуговицы, никогда не снимала форменный галстук.

Ничего не изменилось ни в университете, ни после него. Она даже не разговаривала с незнакомыми мужчинами и нарушила свои правила всего один раз, три года назад…

Юми опустила взгляд на руки Чинука. Он все еще крепко прижимал ее к себе. В голове пронеслось: «А что, если кто-то из сотрудников увидит нас? Все подумают, что я соблазняю директора! Ни за что!..»

Она пришла в себя, собрала все силы и вырвалась из объятий Чинука, который на сей раз не стал ее удерживать.

– Я пойду, у меня очень много дел! – выпалила Юми и побежала вниз по лестнице.

«Даже не обернешься? – подумал Чинук, растерянно глядя ей вслед. – Ты все не так поняла – у меня нет девушки!» Но слова по-прежнему не хотели выходить наружу. Его переполняли чувства: растерянность, вина, сожаление. «Как я все объясню?» – Он не знал, что делать.

– Юми, вы как раз вовремя, – сказал Синхва, когда та вбежала в столовую.

Сотрудники уже собрались у линии раздачи. Синхва раскладывал обед по тарелкам.

– Простите, опоздала, – извинилась она, присоединяясь к работе.

«Даже хорошо, что я сейчас занята, не будет времени думать о плохом».

Вскоре шумный суетливый обед завершился, столы и линия раздачи были протерты, посуда – вымыта, и Юми смогла вернуться в свою каморку. Она сняла халат, повесила его на крючок и посмотрела в зеркало. Дурные мысли навалились на нее с новой силой, дыхание перехватило, кровь прилила к щекам, на глазах навернулись слезы. «Надо взять себя в руки!»

– Не плачь. Нет причин плакать! Пожалуйста, не надо!

Она изо всех сил распахнула глаза и сжала кулаки.

– Если заплачу, значит, правда что-то чувствую к нему! А это точно не так. Ни капельки!

Юми уставилась на свое отражение, будто пытаясь загипнотизировать его: «У меня нет чувств к директору Чха! До самой старости буду жить. И умру старой девой!»

Телефон Чинука жалобно звонил на столе. Экран вспыхнул, и появилось уведомление о десяти пропущенных звонках от абонента Чу Хэри. Он взял телефон, выключил звук и снова положил его на стол. Учжин, замерший в ожидании, спросил:

– Будут какие-нибудь распоряжения?

На столе лежали сумки с контейнерами, которые приготовила Юми. Никто к ним так и не притронулся.

– Тоже не стал есть?

– Что?

– Ты тоже отказался есть обед Ли Юми?

Секретарь нервно сглотнул, чувствуя на себе яростный взгляд. Непонятно, почему директор решил выплеснуть свое раздражение именно на него. Учжин натянуто улыбнулся:

– А… В последнее время я неважно себя чувствую, мне прописали особую диету. Не могу есть мучное.

– Можешь не есть сэндвич. Тут еще салат.

– Курицу тоже запретили. Извините.

– Ну, тогда ничего не поделаешь.

Чинук виновато посмотрел на сумку с контейнерами, а затем повернулся к окну. Темные грозовые тучи заволокли небо. «Кажется, скоро дождь, – отстраненно подумал он. – Будто небо готово заплакать. И не только небо…»

– Наверное, стоит их выбросить? – пробормотал директор.

Учжин удивился и осторожно уточнил:

– Столько стараний и на помойку?

Он думал, что восхитительные императорские ланчи, заказанные Чу Хэри, уже разобрали и съели. Значит, Чинук приказал избавиться от обедов Юми? «Да, наверное, он о ее контейнерах. Не могу же я избавиться от того, что уже съедено», – решил Учжин. Но на всякий случай переспросил:

– Как? Мы уже все съели…

– Я не о ланч-боксах! – взорвался Чинук.

– А? Тогда о чем?

Вместо ответа он глубоко вздохнул. И продолжил бормотать что-то себе под нос:

– Почему вечно веду себя, как бесчувственный идиот? Учжин, ты же понимаешь? А я нет. Не понимаю, что чувствую. Все это убивает меня, но ничего не могу поделать!

– Вам нравится, когда все просто и ясно. Если ситуация становится запутанной и оттого неловкой, вы стараетесь избежать ее.

Чинук задумчиво кивнул:

– Верно. Но в этот раз не вышло… Иногда могу не сдержаться, когда говорю с этим человеком. Выхожу из себя и превращаюсь в какого-то злодея. Будто это не я вовсе. Знаю, что это плохо. Но я же лучше, чем тот другой я, да?

Директор говорил настолько расплывчато, что понять его было невозможно. Учжин запутался:

– Что? Извините, не понимаю, не могли бы вы?..

– Не пытайся. Я сам себя не могу понять.

– А. Хорошо.

В такие моменты Учжин вспоминал пословицу «Молчание – золото». Вот и сейчас, не зная, что ответить боссу, он решил просто промолчать.

– О-о, ма! – радостно воскликнул Тонгу.

Михи купила целый поднос куриных наггетсов и картошки фри – похоже, у нее было очень хорошее настроение. Мальчик еще никогда не видел такого количества вкусностей сразу.

– Кушай, малыш, я… – Михи вставила трубочку в пакетик апельсинового сока и отдала сыну. – Если продолжу сниматься, то куплю тебе еще больше вкусностей. Взамен ты должен держать это в секрете от Юми. Хорошо?

Тонгу не знал, что значит «сниматься» или «секрет», но зато понял слово «вкусности» и широко улыбнулся.

– Секлет от ма.

– Какой хороший мальчик. Тонгу, зайчик мой. – Михи потрепала его за пухлую щечку.

– Какой очаровательный малыш, – сказала какая-то женщина, сидевшая от них через проход.

Похоже, Тонгу так мило ел картошку, что она просто не смогла промолчать.

– Такой смышленый, – добавила она.

Михи улыбнулась ей и повернулась к сыну:

– Тонгу, что нужно сделать?

Мальчик послушно встал и поклонился женщине.

– Сколько тебе лет?

– Два.

Тонгу выпрямился, вернулся за столик и взял куриный наггетс своей крошечной ладошкой. Он улыбнулся и откусил кусочек.

– У вас такой хороший внук.

– Внук?

Улыбка сползла с лица Михи. Она обиженно взглянула на чересчур любопытную даму.

– Вам кажется, это мой внук? Я что, похожа на старушку?

– Ой, не хотела вас обидеть. Извините.

Вскоре женщина ушла, почувствовав себя слишком уж неловко. Тонгу проводил ее взглядом и посмотрел на недовольную Михи. Что это такое, «внук»? Странно, но в Сеуле он очень часто слышал это слово, и всякий раз при этом мама сердилась. Только не понимал почему. Возможно, стоило спросить у Юми. Она должна была объяснить.

– В… нук, – прошептал мальчик.

Может, это какая-то еда?

Перед ужином повара собрались в столовой, наслаждаясь последними минутами перерыва. Но Юми не могла отдыхать: сидела в стороне от всех, на дальнем краю стола, и составляла меню, то и дело проверяя время на телефоне.

«И еще… Сегодня вечером будет совещание рекламного отдела, подготовьте двадцать порций ужина».

«Двадцать порций…» – думала она и понимала, что времени нужно куда больше, чем утром. Готовку следовало начать прямо сейчас. Осознав это, встала и пошла к кухне, на ходу набирая номер Учжина. Он сказал только то, что ужин нужен на совещание рекламного отдела, но не уточнил ни времени, ни места его проведения. После нескольких гудков секретарь взял трубку.

– Алло? – его голос звучал невозмутимее обычного.

– Здравствуйте, это Ли Юми.

– А, хорошо. Только хотел позвонить вам.

«Вспомнил, что не все рассказал, и решил уточнить детали», – предположила Юми, а вслух спросила:

– Скажите, пожалуйста, куда мне доставить ужин? Вы говорили, что он пройдет на совещании рекламного отдела. Значит, принести в большой конференц-зал? Или…

– Я прошу вас приехать в больницу.

– Что? Зачем?

«Действительно неожиданно. – Юми не знала, что и думать. – Они же не будут проводить совещание в больнице?»

– И никому об этом не говорите. Коллегам тоже.

– Да, поняла. А что случилось?

Она услышала, как Учжин тяжело вздохнул.

– Генеральный директор потерял сознание, – ответил он.

Юми застыла на месте.

Что? Генеральный директор? Мистер Привереда упал в обморок?

Глава 16

Ты мне должна

Юми неслась по коридору в поисках личной палаты Чинука. Как доехала до больницы, не помнила. После звонка Учжина сразу выбежала на улицу и поймала такси. Дальше все было как в тумане. Она должна была убедиться, что с Чинуком все в порядке, и до тех пор не могла ни о чем думать. Через десять минут поисков нашла нужную палату. Она даже забыла постучать и просто распахнула дверь. Учжин, стоявший у кровати, почувствовал ее движение и повернулся. Юми быстро перевела взгляд на кровать позади него. Директор в больничной пижаме лежал под капельницей. Его глаза были закрыты.

– Что случилось?

Вместо ответа Учжин кивком указал на босса. Было непонятно, спал он или лежал без сознания.

– Директор? Директор?! – Только после того, как Юми позвала его во второй раз, Чинук пошевелил губами.

– Кто это? – еле слышно прошептал он. – Как ты узнала?

– Я позвонил, – вмешался Учжин. – Вам ведь стало плохо из-за ее ланч-боксов.

Юми нахмурилась, переводя взгляд то на одного, то на другого.

– Что вы имеете в виду? Он съел мой обед вместо заказанного Чу Хэри?

– Да. И не один, а почти четыре, – сказал Учжин, показывая четыре пальца. – Директор пожаловался на внезапную боль в животе, когда ел четвертую порцию, поэтому я сразу отвез его в больницу.

– Так, все, хватит, – оборвал их Чинук.

Секретарь поймал злобный взгляд и молча отступил.

– Мне нужно переговорить с врачом, так что извините меня.

Учжин вышел из палаты, оставив их вдвоем. Повисло неловкое молчание.

– Если не собираешься уходить, то лучше сядь. И так голова болит, – первым заговорил Чинук, глядя на Юми снизу вверх.

– Вы съели обед, который я приготовила? – осторожно спросила она, присаживаясь рядом с кроватью.

Чинук опустил глаза, но все и так было ясно. Ему снова удалось удивить ее.

– Зачем вы столько съели? Могли просто выкинуть контейнеры.

– Выкинуть?! – скривился Чинук. – Вспомни, что ты сказала в тот раз? Сама злилась на меня за то, что я выбросил обед, не притронувшись к нему. Еще и в кабинет ломилась.

– Что? О чем вы?

Вдруг Юми вспомнила:

«Тогда, пожалуйста, передайте генеральному директору… Я прошу его больше не выбрасывать еду. Если ему не нравится, хотела бы узнать, что и как мне следует готовить».

«Наён определенно сказала, что его не было в кабинете… Она не могла солгать, тогда как директор услышал?»

– Значит, вы все слышали? Ха-ха, – засмеялась Юми и тут же осеклась.

– Я видел это собственными глазами. Ты тогда была как разъяренная медведица, а не бизониха… Будто еще чуть-чуть, и ударила бы кого-нибудь. Характер у тебя, конечно, тот еще.

«В чем-то он прав. Иногда я поднимаю руку на Хёнтхэ», – подумала Юми.

– Ну, не прямо ударила бы… – Она неловко улыбнулась.

– Значит, у тебя сегодня нет планов с твоим парнем? – спросил Чинук будто невзначай, пристально глядя на нее.

– С парнем? – удивилась Юми. – А, вы о Хёнтхэ. – Она поняла, о ком идет речь, и медленно покачала головой.

Хёнтхэ попросил в таких случаях говорить, что они пара, но ей не хотелось снова врать.

– Он не мой парень.

– Что?! – Чинук распахнул глаза от неожиданности.

– Хёнтхэ – мой лучший друг. И мы не живем вместе. На первом этаже у него паб, а на втором квартира, которую сдает мне.

«Ах вот оно что… Она не живет с этим разгильдяем! – Чинук почувствовал облегчение. – Стоп! То есть получается, я ревновал без причины? Ну, не ревновал, конечно, просто… Просто волновался».

– Должно быть, вас запутала вся эта ситуация, – добавила Юми, не подозревая, какие мысли терзают ее начальника.

– Тогда почему вел себя как твой парень?

– Хотел защитить меня – вы немного перегнули палку.

– Защитить? Это он тогда чуть не напал на меня!

«Конечно! Думает, раз ему плохо, можно сочинить свою версию?» – нахмурилась Юми и продолжила:

– Помните, как вы отчитывали меня у паба: «Хватит! Опять пытаешься меня обмануть? Да как ты смеешь?!»? Крик стоял на всю улицу, и Хёнтхэ испугался за меня.

Чинук понял, что Юми права. Тогда он разозлился из-за шкатулки. Решил, что Юми видела те вставки в бюстгальтер, и потерял самообладание.

Ему стало стыдно, губы дрогнули, и он сказал севшим голосом:

– То, что произошло в тот день… Мне очень жаль.

– Что? Что вы только что сказали?

Юми притворилась, что не расслышала извинения. Чинук прокашлялся и сказал громче:

– В ту ночь я был слишком взволнован. Сожалею, что накричал на тебя.

Казалось, Юми не поверила в его искренность.

– Ли Юми, что-то не так? – Его лицо вмиг стало хмурым.

– Слышала, что люди становятся сентиментальными, когда больны, но не думала, что это произойдет и с вами.

– Что?!

Юми засмеялась:

– А нет, вспыльчивый характер по-прежнему с вами.

– Ли Юми!..

– Аккуратнее! Вам нужен покой.

– Сама меня довела, а теперь лечить собираешься?!

«Да, а он действительно разозлился! Значит, не так уж ему и плохо, раз повысил голос», – успокоилась Юми. Теперь она знала, что с директором все будет в порядке.

– В любом случае мы с Хёнтхэ просто друзья.

– Ты правда веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

– Для меня он не мужчина, а ангел. Я вам уже говорила.

«Что за блестящее объяснение, какой еще ангел? Ладно, все равно ей ничего не докажешь, ох… – подумал Чинук. Его все сильнее клонило в сон. – Странно, я даже не принимал снотворное», – зевнул он, медленно закрывая глаза.

– Ты тоже… все не так поняла… – тихо сказал он.

Юми с любопытством посмотрела на директора, который сегодня предстал перед ней в несколько ином свете.

– Та девушка в клубе… невеста моего старого друга. И я тебе говорил, что с Хэри у нас тоже ничего нет. А Чернушка… Сильно удивишься, когда увидишь ее… И шкатулка… если бы ты знала, – пробормотал Чинук и окончательно заснул.

Не дождавшись продолжения, Юми коснулась его плеча. «Кажется, и вправду спит, – разочарованно улыбнулась она. – Конечно, столько кричал и волновался, вот и растратил все силы». Его лицо выглядело осунувшимся. Всему виной слишком насыщенный график: частые переработки, деловые поездки и почти полное отсутствие выходных.

Юми осторожно поправила одеяло. Их руки случайно соприкоснулись.

Чинук повернулся во сне и машинально взял ее за руку. Удивленная, она попыталась высвободиться, но директор только крепче сжал ладонь.

«Что же делать? Если потяну сильнее, то разбужу его…» – подумала Юми и решила подождать, когда он сам отпустит.

В этот момент в палату заглянул Учжин. Увидел, что Чинук крепко спит, держа Юми за руку, которая трогательно охраняла его сон.

Секретарь вспомнил о пакетике со снотворным, которое передала медсестра. Видимо, оно уже было ни к чему. Учжин тихо закрыл дверь, стараясь остаться незамеченным. «Давно он так крепко не спал… Организм настолько истощен или дело в этой девушке?»

Юми крепко держала Чинука за руку, будто мама ребенка, и смотрела, как мирно тот спит. Она не понимала, что чувствует, но ее сердце трепетало. Юми долго сидела так, пока в какой-то момент не опомнилась и не бросила взгляд в окно. Уже совсем стемнело.

– Почему это нельзя? – обиженно спросила Хэри у Учжина перед палатой Чинука. Он строго-настрого сказал Наён не говорить, где находится босс, но Хэри просто выклянчила у нее адрес своими рыданиями. Беспокоясь за любимого, она сразу же приехала и никак не ожидала, что ее могут не пустить в палату.

В другой раз Учжин, может, и пошел бы навстречу, однако сегодня был непреклонен:

– Директору нужен покой.

– Я только на минутку, просто посмотрю на него.

– Нет. Если он проснется, настоящая буря обрушится и на меня, и на вас.

– Секретарь Чан…

– Лучше отправляйтесь домой. Как только директор проснется, сразу передам ему, что вы заходили, и позвоню вам.

– Но как я могу уйти, даже не взглянув на него? – взмолилась Хэри, чуть не плача. – Я ведь даже не усну, потому что сильно переживаю!

– Что ж, тогда возьмите это, – сказал секретарь и протянул ей небольшой сверток.

– Это еще что такое? – удивилась Хэри, рассматривая бумажный пакетик с логотипом больницы.

– Очень сильное снотворное. С ним вы точно заснете, – серьезно ответил Учжин.

– Что?! Снотворное? Чан Учжин! Решили поиздеваться надо мной?

Учжин сразу ответил:

– Снотворное не рецептурное, так что можете не переживать. Если оно вам не подходит, врач выпишет рецепт прямо здесь.

– Секретарь Чан!

– Тсс! Говорите тише. Разбудите директора.

«Будто со стеной разговариваю!» – холодно подумала Хэри.

В конце концов она сдалась – не хотела разбудить и разозлить Чинука.

– Хорошо. Пожалуйста, свяжитесь со мной, когда он проснется.

Ведущая обреченно посмотрела на дверь и пошла обратно. Учжин проводил ее взглядом и тут же приоткрыл дверь в палату.

Чинук все еще крепко спал. Юми тоже уснула, облокотившись о край кровати. Они по-прежнему крепко держали друг друга за руки.

Помощник улыбнулся и снова тихо закрыл дверь палаты.

– В прошлый раз вы попали в больницу от недоедания, теперь – от переедания. Вас не поймешь… – сказал Учжин и нажал кнопку, поднимая верхнюю часть кровати.

– В компании не должны знать, что произошло, – ответил Чинук.

Вид у него был неважный, но все же намного лучше, чем вчера днем. Ранним утром дежурный врач осмотрел его и разрешил покинуть больницу. Но с условием, что Чинук возьмет выходной.

– Имей в виду, Учжин, если об этом узнает совет директоров или отец, мне станет еще хуже, – отрезал он, вставая с кровати.

– Понимаю. Вы, кажется, давно не высыпались. Как ощущения?

– О чем ты?

Чинук покачал головой и передернул плечами. Он чувствовал себя удивительно свежим и отдохнувшим. Правильно говорят, что сон – лучшее лекарство.

– Ли Юми сидела с вами до поздней ночи, – сказал Учжин, с любопытством глядя на директора.

«Разве? Я так быстро заснул…» – подумал Чинук, но вслух сказал другое:

– Поеду домой, приму душ и сразу на работу, поэтому, пожалуйста, подготовься к встрече, которую я отменил вчера в час дня.

Учжин нахмурился:

– О чем это вы? Врач сказал, что сегодня вам следует отдохнуть!

– Мне удалось хорошо выспаться, так что все в порядке.

– Директор!

– Все в порядке, сказал же!

– Ладно. Но если вам снова станет плохо, то я свяжу вас по рукам и ногам и отправлю на полноценный курс лечения.

– Учжин, не пытайся мне угрожать.

– Это не угроза, а предупреждение.

– Все! – Чинук не ответил, лишь подписал согласие на выписку и направился к выходу.

Чернушка терлась о ноги хозяина, жалобно плача. Она беспокоилась, потому что его не было дома всю ночь.

– Чернушка, волновалась за меня? – Чинук наклонился и легонько потрепал питомицу по голове. Та потерлась мордочкой о руку, которую тут же начала облизывать.

– Не волнуйся, я в порядке. И никогда тебя не брошу.

Погладил кошку еще несколько раз и поспешил в ванную. «Не хотелось бы опоздать на работу…»

В спешке выбирая костюм в гардеробной, случайно наступил на пакет с пальто. Его привезла Юми в тот самый день, когда пришла приготовить санпан и нашла шкатулку. Чинук бросил пакет в гардеробную и забыл об этом.

«Вряд ли я еще раз надену его, но хотя бы повешу на вешалку», – подумал он, достал пальто и обомлел.

– Что за?

Пальто было полностью расшито бисером и больше походило на карнавальный костюм. Чинук вспомнил, что, когда приехал к Юми домой, она говорила что-то и невнятно оправдывалась:

«И насчет пальто еще…»

«Понятно, почему вела себя так! Ну теперь я точно не буду это носить. – Он улыбнулся, вспомнив ее смущенное лицо. – Ох уж эта Юми! Что мне с ней делать? Не могу перестать думать об этой девушке».

Чинук крепко прижал пальто к себе. Ему казалось, что оно до сих пор пахло ванилью и кокосом.

Юми готовилась к завтраку, когда ей позвонил Учжин.

– Директор на работе? – переспросила она.

– Да. Я просил его отдохнуть сегодня, но про его упрямство вы знаете не понаслышке.

Юми аж рот от удивления приоткрыла:

– Но ведь…

– Вчера он не смог закончить работу. Пришлось переносить все, что было назначено на вечер. А сегодня пришел в офис, всем своим видом показывая, что отдыхать не собирается.

– Понятно.

«Этого упрямца никому не переубедить», – подумала Юми, прикидывая, что приготовить для человека в его состоянии. Решила сварить рисовый суп на курином бульоне.

Когда прибежала к кабинету директора, Учжин встал из-за стола и постучал вместо нее.

– Входи.

Секретарь осторожно открыл дверь, и Юми вошла. Чинук даже не посмотрел на нее, настолько погрузился в работу.

– Я принесла завтрак, – сказала она, ставя контейнер с кашей рядом со стопкой исписанных бумаг. – Здесь рисовый суп, чтобы вы быстрее поправились.

Директор взглянул на завтрак, но ничего не ответил, и Юми спросила:

– Как вы себя чувствуете? Лучше?

– Да, – равнодушно бросил Чинук и продолжил изучать документы.

«Почему вдруг так охладел? Вчера держал меня за руку, никуда не отпуская. Полночи с ним сидела…» – удивилась Юми.

– Хорошо, тогда я пойду.

Она развернулась к двери, когда Чинук захлопнул папку:

– Юми.

– Да? – обернулась она.

Чинук резко встал из-за стола и подошел к девушке. Он опять близко наклонился к ней, заставив разволноваться.

– Что такое?

Юми почувствовала, как краснеет под пристальным взглядом Чинука.

– Вчера… – начал он негромко. – Спасибо.

Эти слова ее успокоили. Она облегченно выдохнула, но тут вспомнила, где находится, и торопливо замотала головой:

– Нет, не стоит. Это моя готовка довела вас до такого состояния – я должна была приехать.

– Нет. Сам виноват, что съел слишком много.

«Раз ты так считаешь – хорошо, кто я такая, чтобы спорить?» – подумала Юми.

Чинук продолжил:

– Вчера ты сильно устала, пока готовила обед для съемочной группы. Так что сегодня можешь отдохнуть. Я освобождаю тебя от готовки.

Он говорил вежливо, однако Юми почувствовала холод в его словах.

– На этом все. Можешь идти.

Чинук выпрямился и вернулся за стол. Юми растерянно кивнула и тихо вышла из кабинета.

Оказавшись в коридоре, встала, не зная, что и думать: «Что с ним произошло? Будто с призраком разговаривала».

Она бросила последний взгляд на дверь и пошла к лифту.

– С ума сошел? – воскликнул Чхольмин.

Чинук сидел за барной стойкой с коктейлем в руках. Чхольмин подбежал к нему и попытался отобрать бокал.

– Ты только что из больницы, тебе нельзя пить!

Но парень лишь буркнул в ответ:

– Отдай. Это безалкогольный.

Чхольмин облегченно вздохнул и облокотился о стойку.

– Думал, твой секретарь-надзиратель снова меня побьет за то, что спаиваю тебя. Ушел с работы пораньше? – спросил он у друга.

– Угу, – кивнул тот и залпом осушил бокал. Сразу же махнул рукой, подзывая бармена.

– Что у тебя случилось? Пытаешься напиться безалкогольными коктейлями?

Бармен принес второй бокал. Чинук взял его и начал очень серьезным тоном:

– Слушай… Ты, случайно, не читал книгу зоолога Конрада Лоренца «Кольцо царя Соломона»?

– С чего вдруг заговорил о какой-то книге? У меня от таких разговоров только голова болит. – Чхольмин насторожился. «Почему он такой хмурый?»

Чинук пропустил возмущение мимо ушей и продолжил:

– В этой книге говорится о двух собаках, которые каждый день гуляют вдоль изгороди и лают друга на друга. Однажды они, как всегда, были на прогулке и гавкали, но ворота изгороди вдруг оказались открытыми.

– О, а что дальше? Драка? – заинтересовался Чхольмин.

Он отставил бутылку с бокалом и посмотрел на друга.

– Самое интересное, что и я так решил. Однако они просто остановились друг напротив друга. Потом одновременно отошли от ворот за забор и начали гавкать.

– Да ладно?

– Из-за изгороди животные могли только лаять друга на друга. А потом преграду, которая их разделяла, убрали, и те не знали, что делать.

– И это все? Книга о двух трусливых псах? – саркастически предположил Чхольмин.

Чинук задумался:

– Хм. Понятно. Трусливых, значит…

«Возможно, я такой же, как те собаки…» – подумал он с горькой усмешкой и уставился на свой бокал. Новость о том, что у Юми на самом деле нет парня, обрадовала его, но, как ни странно, не стала импульсом к тому, чтобы заговорить с ней о своих чувствах. Поэтому утром постарался держать с ней дистанцию.

В голове Чинука появилось множество вопросов. Сначала спросил себя: «Почему противилась, хотя у нее не было парня?», затем: «Ей правда некомфортно со мной?» После подумал: «Если нет, возможно, я просто не в ее вкусе?»

А что, если именно поэтому девушка так упорно отталкивала его? Или просто боялась, что он разобьет ей сердце?

Ему были нужны ответы. Без них не получится сделать первый шаг навстречу Юми.

– Знаешь, – сказал Чхольмин, сделав глоток, – в мире нет одинаковых людей и нет одинаковых зверей.

– О чем ты?

– Те псы из твоей книги предпочли вернуться за изгородь, но не все собаки мира поступили бы так же. Все зависит от хозяев и условий, в которых животное выросло.

– Например?

– Мне не доводилось с ними жить, зато у Кёнхи в детстве был щенок. Мы собираемся взять одного примерно через месяц после свадьбы. Я начал часто ходить в приюты… Так вот, у всех собак разные характеры.

Чинук внимательно слушал, и Чхольмин быстро добавил:

– Но есть те, которые не вернутся за изгородь. Они посмотрят, обнюхают друг друга, познакомятся и подружатся. Правда, я видел что-то такое в одном из приютов!

– Думаешь?

– Чем чаще кто-то с кем-то встречается, тем лучше у них складываются отношения, даже если вначале не заладилось. Мы ведь не можем понять друг друга в первую встречу.

«А в этом что-то есть, – оживился Чинук. – Если он прав, то нам с Юми срочно надо узнать больше друг о друге».

– И сколько раз собакам надо встретиться?

– Ну… В лучшем случае раза четыре. Может, около десяти.

– Десять раз?

После десяти встреч он наконец найдет ответы?

– Да, думаю, этого точно хватит, – пробормотал Чинук, делая глоток.

– Извините, что вы сказали? – Юми окончательно запуталась.

Директор отказался от завтрака и попросил только обед. Когда она принесла контейнер, то внезапно сказал, не глядя на нее:

– Юми. Ты мне должна.

«Чего? Должна?» Что-то определенно было не так.

Пришлось выдавить из себя улыбку и, не дождавшись объяснений, развернуться. Не успела она выйти, как услышала голос:

– Ты должна ответить за свой проступок.

Юми растерянно обернулась:

– Вы… о чем?

Чинук встал с места, быстро обошел стол и приблизился к девушке.

– Мне стало плохо.

Она отступила на шаг.

– Я не смог нормально работать.

Директор вновь сократил дистанцию. Юми хотела сказать что-то вроде: «Почему вы сваливаете все на меня?» – но лишь отпрянула. Ответом с его стороны стал шаг вперед.

– И все из-за моего личного диетолога-нутрициолога! – резко сказал он.

Ей стало страшно: «Почему ты так смотришь?» Ноги задрожали, она пошатнулась и практически упала на стул для посетителей.

Чинук оперся руками на стол, отрезая все пути к отступлению. Наклонился, приблизившись еще сильнее, и прошептал:

– Поэтому ты должна за все мне ответить.

«За что ответить?» Как бы Юми ни пыталась, но не могла понять, что это значит. Директор пояснил:

– За треснутую шкатулку и мое кашемировое пальто, в котором теперь разве что в кабаре выступать.

«Увидел все-таки! И про шкатулку вспомнил. Что придумаешь на этот раз?» Глаза у девушки округлились от ужаса. Чинук наклонился ниже настолько, что его дыхание обжигало ей кожу.

«Как это странно!» – Юми закрыла лицо руками, будто поправляя выбившиеся прядки волос.

– Мы должны расставить все по местам.

«Вот бы провалиться!» Сказать подобное своему начальнику было нельзя, хотя в мыслях она просто вопила. Оставалось лишь выдавить улыбку в попытке оправдаться.

– Поэтому так старалась приготовить блюдо, которое вас впечатлит…

– Нет, меня это не устраивает.

«Отказываешься от моей готовки?!» – эта мысль почти шокировала ее.

– Что… То есть что вы имеете в виду? А как я верну долг?

«Все-таки придется потратить накопления? У меня их не так много…» – думала Юми, чуть не плача.

Вдруг Чинук выпрямился и как ни в чем не бывало предложил:

– Давай вместе есть?

Она опешила: «Подожди! Ты сказал… есть вместе?»

– Простите, что?..

– Будешь есть со мной, и я тебя прощу.

Юми не ответила, продолжая непонимающе смотреть, отчего директор нахмурился:

– Что, не хочешь?

– А, нет. Мне показалось, что не так вас поняла… Вы предложили вместе обедать, да?

Чинук кивнул:

– Мы уже об этом говорили. Я не могу доверять тебе и питаться тем, что ты готовишь. И, похоже, состряпать что-то, что меня действительно впечатлит, у тебя не получится. Поэтому просто будем есть вместе.

«Не смогу? Почему? Разве у меня так плохо получается готовить? – Ей стало очень обидно от этих слов, и все чувства мигом отразились на лице. – Между прочим, Тонгу плакал от счастья, когда я приготовила ему завтрак!»

– Всего десять раз, не больше и не меньше. То кашемировое пальто, которое из-за тебя превратилось в маскарадный наряд, стоило десять миллионов вон. Будем считать, что каждый прием пищи будет стоить миллион.

«Завтрак, обед или ужин стоимостью в миллион? У него с головой все хорошо?» – поразилась Юми.

Чинук надменно скрестил руки на груди:

– Даю тебе шанс вернуть долг.

Предложение не казалось обременительным: все, что требовалось, – есть вместе. Она даже порадовалась, что директор не завалил ее дополнительной работой. Но расплата таким странным способом не могла не настораживать.

– Если соглашусь, смогу перейти в другую компанию, как только будет следующая ротация персонала?

– Разумеется. Конечно, глупо уходить из «Тэбок групп» – вряд ли найдешь место лучше, – но, если все-таки захочешь, мешать не буду, – ответил Чинук.

Юми недовольно взглянула на него, и он усмехнулся:

– Выбирай. Ты можешь взять на себя ответственность и продолжить работать здесь, выплачивая долг, а можешь просто поесть вместе со мной и решить проблему.

– Он и правда настолько богат, что совсем денег не считает? Собирается вычитать из моего долга по миллиону вон за каждый завтрак, обед или ужин? Уму непостижимо. Что за человек…

Юми вышла из лифта и направилась в столовую, одной рукой потирая затылок. Она радовалась, что ее сбережения останутся в безопасности, но на душе все равно скребли кошки.

Мистер Привереда едва ли предложил ей это от чистого сердца. Но в последнее время ей пришлось столько помучиться, что уже во всем виделся подвох. Стоит хоть немного ослабить бдительность, и восстановиться после нового удара будет очень непросто.

– Чего он добивается? – мрачно пробормотала Юми. – Затеял пытку едой?

Она вздрогнула, представив себе жуткую картину: Чинук привязывает ее к столу и кормит отвратительными блюдами, которым самое место в мерзком фильме вроде «Собачьего мира»[6]. «Только не это! Я даже сырых осьминогов есть боюсь!» – ужаснулась Юми и схватилась за голову.

– Что он опять задумал?

Хэри шла по коридору в студию – скоро должны были начаться съемки очередной передачи. Вдруг она остановилась и раздраженно фыркнула.

От Учжина так и не было никаких вестей. Поэтому сама поехала в госпиталь, чтобы все проверить, однако к тому моменту Чинук уже выписался. Скрипя зубами от досады, девушка решила мыслить позитивно и предположила, что секретарь просто забыл позвонить, поскольку был занят сборами, и позвонила первой. Он не взял трубку.

Она уже успела отправить Чинуку около двадцати сообщений.

Ответа не было. Тогда позвонила по номеру компании. Ответила какая-то незнакомая сотрудница, которая сказала, что Наён на месяц ушла в отпуск. А когда Хэри пыталась узнать подробности, то получила холодное: «Я не могу раскрывать график генерального директора посторонним лицам».

– Да что происходит!

«Хотела бы я сама туда приехать и все выяснить… Но не могу», – размышляла Хэри. Вся ее неделя была занята съемками, свободного времени почти не осталось.

Интуиция подсказывала ей, что нужно обязательно встретиться с Чинуком на этой неделе, иначе случится что-то плохое. «Что делать? Рискнуть и пропустить какие-нибудь съемки? За это меня уволят? Но я все-таки Чу Хэри, звезда канала «Эн-Би-Эн»!» Она застыла на месте, как статуя, совершенно не представляя, как поступить.

Юми ушла час назад, а гора бумаг напротив Чинука не уменьшилась. Он напряженно вглядывался в очередной документ и никак не мог сосредоточиться. С тяжелым вздохом откинулся на спинку кресла. Ему не давал покоя их разговор.

«А если десяти раз будет мало? Наверное, следовало настоять на как минимум ста днях…» – дурацкие мысли мешали сконцентрироваться на работе.

– Десяти раз хватит. Тогда… – пробормотал Чинук, рассеянно уставившись в потолок.

Раздался стук в дверь, и в кабинет заглянул Учжин:

– Вас ждет машина.

– Да.

Он торопливо встал, будто стесняясь, что собственный секретарь застал его в такой момент. Снял пальто с вешалки, старательно делая вид, что ничего не произошло.

– Поехали.

Тем временем в столовой у Юми также все валилось из рук. Она должна была сверить меню, но постоянно отвлекалась и наделала ошибок. В конце концов Юми не выдержала и села в уголок, глубоко задумавшись.

«Мы уже об этом говорили. Я не могу доверять тебе и есть то, что ты готовишь. И, похоже, состряпать что-то, что меня действительно впечатлит, у тебя не получится. Поэтому просто будем есть вместе».

«Всего десять раз, не больше и не меньше. То кашемировое пальто, которое из-за тебя превратилось в маскарадный наряд, стоило десять миллионов вон. Будем считать, что каждый прием пищи будет стоить миллион».

«Выбирай. Ты можешь взять на себя ответственность и продолжить работать здесь, выплачивая долг, а можешь просто поесть вместе со мной и решить проблему».

Чем больше она думала о словах директора, тем сильнее сердилась и чувствовала себя дурой: «Я дипломированный диетолог-нутрициолог с двумя сертификатами повара. Наверное, мои навыки только растут, а он просто смеется надо мной?!» Она задавалась вопросом, что задумал Чинук и что именно собирался есть с ней.

– Никогда еще предложение вместе насладиться едой не заставляло меня так беспокоиться! Вроде ничего особенного не сказал, а я как на иголках! Какая-то суперспособность!

Ее бормотание услышала Ынби и подошла к ней.

– Юми! Что с тобой?

Вздрогнув от неожиданности, она вскочила с места: «Неужели все слышала?»

– А? Нет, ничего. Я просто… Показалось, что у этого стола немного ножки шатаются.

Ынби недоверчиво посмотрела, как девушка шатает совершенно целый стол, и хотела что-то спросить, но тут ее позвала Джени, и ей пришлось вернуться на кухню.

Убедившись, что коллега ушла, Юми прекратила мучить стол и выпрямилась.

И стоило ей выдохнуть, как телефон звякнул, оповещая о получении нового сообщения. Она достала телефон из кармана халата и посмотрела на экран.

Сегодня вечером в 7 часов. Жди у входа в здание.

Уже сегодня?

Юми задрожала, изо всех сил сжимая телефон и представляя на его месте Чинука. Затем растерянно прикусила губу. «Что делать?»

Глава 17

Мы не на свидании

«Сделать вид, что не получила сообщение, и просто уйти домой? Или все-таки признать поражение и поехать на ужин? – Юми переступала с ноги на ногу, пытаясь справиться с волнением. – Да, он может заставить меня съесть что-то мерзкое, как в «Собачьем мире». С другой стороны, ужин – шанс больше узнать человека по имени Чха Чинук… Мы разрешили то непонимание: у него сейчас нет девушки, тогда почему бы и нет?»

– О чем я думаю?! – вдруг одернула она себя.

Заманчивые иллюзии затуманили разум! Юми прикусила губу: «В любом случае я ему не пара. Красавица-ведущая Чу Хэри не смогла завоевать его сердце. Что обо мне говорить – я же дочь порноактрисы… Чего попусту мечтать!»

Тряхнула головой и торопливо пошла к остановке по тротуару. В этот момент она увидела, как машина Чинука выехала с подземной парковки и поехала прямо к ней. «А? Уже семь?» – встрепенулась Юми. Так погрузилась в размышления, что и не заметила, как пришло время встречи. Что делать? Для начала решила отойти подальше от входа: хотя бы не будут спорить у всех на глазах.

Как только машина остановилась перед ней, Юми распахнула переднюю дверь и быстро забралась в салон, чтобы никто из сотрудников «Тэбок» не заметил этого.

– Ждала? Сейчас ровно семь.

– Нет, я только что вышла.

Вообще Юми пришла на пятнадцать минут раньше, однако решила не говорить об этом.

Чинук заметил, что девушка ежилась от холода, будто стояла на улице какое-то время и успела замерзнуть, но ничего не сказал и просто нажал на педаль газа. Он совсем не знал, какая еда нравится Юми, и поручил Учжину найти лучшие рестораны города. Неважно, корейские, китайские, японские или с европейской кухней, главное, чтобы сервис был на высоком уровне. Список включал даже заведения, где продавали не самую изысканную еду, вроде рисовых клецок или горячих закусок во фритюре – вдруг Юми любит их? «Я не кто-нибудь, а Чха Чинук, у меня все схвачено!» – довольно подумал он, чувствуя себя рыцарем, полностью готовым к битве.

Чинук скосил взгляд на Юми. Та явно волновалась: напряженное лицо, челюсти плотно сомкнуты, ладони прижаты к коленям. Она напомнила ему щенка, который спрятался за забором, поджав хвост. И смотрит такими огромными жалобными щенячьими глазами…

Машина выехала на шоссе, и Юми заговорила:

– Я думала об этом… И…

– Что предпочитаешь? – спросил Чинук, перебив ее.

Собирался предложить варианты заранее, чтобы она увидела и оценила его старания. Да, немного по-детски, но иначе он не мог.

– Корейскую кухню, европейскую, китайскую или японскую? Я знаю все хорошие места. Просто выбери. Чего хочешь?

– Корейскую кухню.

– Хорошо. Знаю отличный ресторан, он недалеко от реки…

– Кстати… – Теперь Юми перебила Чинука. – Не уверена, что это правильно.

Светофор загорелся красным, и Чинук резко остановил машину. Шины громко взвизгнули.

«Что ты пытаешься сказать? – подумал Чинук. – Снова сбежать хочешь?»

Повернулся к ней и недовольно спросил:

– Неправильно? Признала же, что виновата, а я дал тебе шанс все исправить…

После услышанного Юми вздрогнула. Поначалу хотела просто сдаться и делать то, что говорит директор, но все же смогла взять себя в руки и победить неуверенность. «Должна сказать ему. И все равно, что случится потом! Я не безвольная кукла-марионетка!» – решила она, сжимая ладонь в кулак.

– Имела в виду, что понесу ответственность как ваш диетолог.

– Как диетолог? – растерянно переспросил Чинук.

Юми кивнула:

– Поэтому сама выберу меню. Я же специалист!

– Что?

– Мы не на свидании, так что это – часть моей работы.

Юми нашла лучший выход из затруднительного положения, в котором оказалась: теперь директор не мог заставить ее съесть что-то не то, а ей самой не придется волноваться о чувствах к нему. Она только следит за здоровьем начальника, поэтому и ест вместе с ним!

– Часть работы?

Чинук нахмурился, глядя на Юми. Ему никак не удавалось понять эту девушку: каждое ее слово, каждое действие удивляло его. Впрочем, столь неожиданное требование показалось ему до ужаса милым.

– Кто это еще решил… – пробормотал он, с трудом сдерживая смех. – Хорошо. Будем есть то, что скажет уважаемая диетолог Ли Юми.

– И за ужин плачу я.

– Ты же сказала, что это часть работы. Значит, ужин за мой счет.

– В прошлый раз вы водили меня в стейк-хаус – за мной должок. Иначе мне будет неловко.

– Ладно, как хочешь.

– Тогда развернитесь. Нам нужно в противоположную сторону, – сказала Юми очень деловым тоном, указывая пальцем направление.

– Понял, – в тон ей ответил директор и перестроился в левый ряд.

Дожидаясь сигнала на поворот, внезапно почувствовал раздражение: «Раскомандовалась тут…»

Чинук очень тщательно готовился к ужину, но теперь ощущал только горечь поражения. Как только загорелся зеленый, он так резко дернул руль, что колеса машины заскрипели, а сам автомобиль тряхнуло.

– Ай! – Юми вскрикнула.

Дернулась вбок и случайно схватила Чинука за бедро. «Ой!» – Юми почувствовала его упругие мышцы. Стоило как можно быстрее убрать руки, но испуг парализовал ее.

– Ик!

Казалось бы, куда уж хуже, но тут вернулась икота!

Юми съежилась и украдкой взглянула на Чинука. Ей почудилась наглая усмешка: он прекрасно понимал, что она чувствует!

– Могу тебя понять. Я в очень хорошей форме.

У нее даже возможности ответить не было!

Поймав на себе возмущенный взгляд Юми, Чинук вдавил в пол педаль газа, и машина рванула вперед. Юми прижало к сиденью. Не прекращая икать, девушка воскликнула:

– Ик! Помедленнее, пожалуйста… Ик!

Ей показалось, что упадет в обморок, так и не доехав до места.

Она вцепилась в ремень безопасности и зажмурилась.

– Мы точно приехали туда?

Чинук не верил своим глазам. Они приехали в район, на который указала Юми. Для этого пришлось пересечь реку, и, к счастью, вечерних пробок было меньше обычного, поэтому они легко проехали через центр города. Но, оказавшись среди плотно застроенных извилистых улочек, Чинук почувствовал себя не в своей тарелке. Он никогда не был здесь и не мог представить, что в Сеуле существуют подобные странные места.

Юми заставила его припарковаться на самой обычной общественной парковке, пояснив, что больше оставить машину негде, и повела его в какой-то узкий переулок. Они остановились перед воротами небольшого старого дома с черепичной крышей. Чинук подумал, не ошиблись ли они адресом, и даже развернулся, чтобы уйти, однако Юми уверенно открыла ворота и даже сделала шаг внутрь.

– Почему ты хочешь войти в чужой дом? – спросил он, чувствуя неловкость. И тут же схватил Юми за руку и попытался увести ее.

Она покачала головой.

– Все правильно. Именно сюда я хотела вас привести.

– Это разве не жилой дом?

– Нет, здесь ресторанчик.

– А где вывеска?

У входа висела только табличка с меню: рагу из курицы, гречневая лапша, пельмени. Названия ресторана нигде не было.

– Я часто бываю здесь. Заходите смелее.

Юми потянула Чинука за руку.

– Часто, говоришь? Интересно, долго ли это место продержится без вывески?

– О, не волнуйтесь об этом. Этот ресторан процветал еще до вашего рождения. Выглядит не очень шикарно, но место, поверьте, известное.

«Что-то даже на ресторан непохоже… – нахмурился Чинук. – Не считая завтрака в стейк-хаусе, это наш первый совместный поход в ресторан. Я-то думал, наш первый ужин будет романтичным, а она привела меня в семейную забегаловку без вывески!»

– Заходите. Вы обещали, что мы пойдем туда, куда я предложу.

Юми потащила его внутрь. Перед глазами Чинука предстало необыкновенное зрелище.

Ресторан был стилизован под старину с раздвижными дверями в каждой комнате. Вокруг дома в форме буквы «П» тянулся деревянный настил. Гости садились на него и снимали обувь, оставляя ее тут же.

«Сидеть придется на полу? Все настолько аутентично, что даже нет стульев?» – смутился Чинук.

Юми, напротив, чувствовала себя уверенно. Спокойно уселась на пол и разулась.

– Обязательно снимать обувь? Я привык сидеть на стуле. Как видишь, у меня ноги слишком длинные… – попытался возмутиться Чинук.

Юми пропустила его жалобы мимо ушей.

– Эй, Ли Юми!

Девушка махнула рукой, поторапливая его.

«Ладно, это наше первое свидание! – подумал он. – Я должен терпеть. Сяду прямо на пол, подогну ноги – что еще остается?» Обреченно вздохнул и все-таки последовал примеру своей спутницы.

Снаружи ресторан казался жилым домом, и внутри это ощущение усилилось. В главной комнате с теплым полом стояли два стола, а вместо стульев – подушки. Чинук сел за стол напротив Юми, чувствуя себя крайне неудобно. Он и не помнил, приходилось ли его благородным ногам оказываться в такой тесноте.

Бросил взгляд на шкаф в углу комнаты и затем – на меню. То же, что и на вывеске у ворот: рагу из курицы, пельмени, гречневая лапша, а также пиво и рисовое вино макколи.

– И это все меню?

– Да. Обычно я ем пельмени, пока жду курицу, а в самом конце – лапшу.

Тут вошел хозяин – мужчина средних лет – и принес поднос с закусками. Приветливо улыбнулся Юми:

– Добро пожаловать. Вы давно не заходили. Погрязли в делах?

– Да, было много работы. Почти каждый день задерживалась, к выходным сил вообще не оставалось.

– Ох, нельзя забывать об отдыхе. Так и заболеть можно.

– Вы правы.

Юми многозначительно посмотрела на Чинука, будто говоря ему: «Вот послушайте». Тот неловко кашлянул и сделал вид, будто внимательно изучает меню.

– Что будете заказывать?

– Одно рагу, порцию пельменей, гречневую лапшу с яйцом и гречневую лапшу с бульоном.

– Хорошо.

Хозяин поставил блюдца с соевыми ростками, красной маринованной редькой и луком, нарезанными соломкой, и кувшин с водой. Рядом положил влажные полотенца для рук и вышел из комнаты.

– Это все закуски?

– Вместе с курицей подадут салат из пахучего лука.

– Что это?

– Он хорошо сочетается с курицей – что еще надо?

Чинук раздраженно плеснул воды в стакан и осушил его залпом, будто пытался потушить пожар внутри себя.

– Давайте сначала поедим, а потом обсудим. Вам захочется прийти снова.

– Думаю, сегодня будет первый и последний раз…

– Сначала попробуйте рагу из курицы и салат из лука, и сразу силы появятся, – сказала Юми, протирая руки теплым полотенцем.

В машине девушка сильно нервничала, а теперь, придя в знакомое место, чувствовала себя как дома.

Казалось, она светилась изнутри. Когда Чинук в последний раз видел ее такой?

Он почувствовал, как в горле пересохло, и снова глотнул воды. Юми отложила полотенце, закатала рукава и подвинула пустое блюдечко ближе к себе.

– Это особый соус, специально для этого места, – серьезно сказала она, ловко смешивая горчицу, уксус и пасту из красного перца. – Я пока не определилась с конечным составом.

Затем отложила немного соуса на отдельное блюдце и подвинула к Чинуку.

Спустя какое-то время вернулся хозяин. Он нес тарелки с дымящейся курицей и салатом из лука, заказанные Юми.

– Можете смешать курицу и лук.

Она положила зеленый лук на курицу и протянула тарелку директору. И затаила дыхание, следя за тем, как он пробует.

– Как вам?

Чинук совершенно не чувствовал привычного запаха курицы. Кожица хрустела на зубах, мясо имело нежную структуру без намека на сухость. Юми сказала, что в этом ресторане использовали старинные семейные рецепты, и яркий вкус блюда был тому подтверждением.

– Неплохо… – ответил Чинук под впечатлением от рагу.

Он взял палочки и подцепил ими еще один кусок курицы. Наблюдая за ним, Юми пояснила:

– Вы почувствовали вкус мяса. Какие приправы и специи ни используй, какой от них прок, если они перебивают вкус основного ингредиента. Возможно, блюдо выходит не слишком изысканным, но именно в простоте заключается вся его красота. Поэтому хозяин приправил эту курицу только самыми простыми специями и не предложил других закусок, кроме лука и редьки. Их вполне достаточно.

Чинук кивнул, признавая ее правоту. Комната вмиг наполнилась теплом и уютом, будто он оказался дома у бабушки. «Это на меня так действует еда или присутствие Ли Юми?» – спросил себя Чинук.

– При составлении диеты важны не только полезные свойства еды, но и гармония вкуса. Более того, консистенция играет свою роль. Каждый раз, когда прихожу сюда, наслаждаюсь тем, как сочетается мягкая курица, вареные побеги лука и хрустящая редька.

«Попала в родную стихию? – Внимательно слушая рассказ своего диетолога, Чинук увидел, как загорелись ее глаза. – Почему она так сияет?»

Он продолжал наслаждаться блюдом. Юми выглядела такой счастливой, и перебивать ее не хотелось. «Раньше мы много лаяли друг на друга. Вдруг изгородь пропала, пес замолчал и принюхался. Ему захотелось узнать больше о соседке. Кажется, сейчас я принюхиваюсь так же, как тот пес?» – подумал Чинук.

Было ли дело в прекрасной еде или в присутствии рядом Юми – неизвестно, но он съел все, что было в тарелке.

– Как вам? – спросила она с улыбкой, глядя на пустую посуду.

– Посмотрю, буду ли позже вспоминать об этой курице.

«Ни крошки не оставил, а вредничаешь! – возмутилась мысленно Юми. – Мне тебя точно не переспорить». И, поднимая с полу сумку, сказала:

– Пойду заплачу, так что можете не торопиться.

– Нет, пойдем вместе… Ох!

Чинук вскочил вслед за Юми и тут же со стоном плюхнулся обратно на колени. Она взволнованно наклонилась к нему:

– Все в порядке?

– Похоже, ноги отсидел…

– О нет, у вас судороги?

Это была не судорога, а просто легкое онемение. Юми присела рядом на корточки и дотронулась до его икр.

– Нет… Немного правее…

– Тут? Справа? Где именно? Здесь?

Ладони девушки сместились чуть правее. Сжав кулаки, начала разминать мышцы.

– Кстати, Ли Юми.

– Что?

– Не могла бы ты перестать?

Она вопросительно посмотрела на Чинука.

– Нельзя вот так просто трогать чужое тело.

«О чем это он? Будто спасаю утопающего, который вырывается!» – В ней кипело возмущение.

– Я просто хочу помочь.

Чинук многозначительно ухмыльнулся:

– В машине схватила меня за бедро, а потом притворилась, что ничего не было.

– Что вы говорите! Когда это?! Пойду рассчитаюсь, а вы тут сидите.

Юми резко встала, ее лицо пылало. Схватив сумку, выбежала из комнаты.

Всего одна шутка, и такая реакция. Он рассмеялся, глядя ей вслед.

Выходя из комнаты, заметил пожилую женщину, которая чистила редьку. Юми уже заплатила и была где-то снаружи. Чинук открыл ворота, вышел на улицу и увидел ее. Она держала в руках черный полиэтиленовый пакет, все еще немного хмурясь.

– Дайте мне вашу руку, – попросила девушка, протягивая пустую ладонь.

– Руку?

Она кивнула, и Чинук усмехнулся – вместе поужинали, и уже такой прогресс. Неплохо.

– Ладно.

Он поймал ладонь Юми в свои. Ее глаза сверкнули:

– Что вы делаете?

– Ты же просила взять тебя за руку.

– Вы не взяли, а схватили.

Юми осторожно высвободилась и положила что-то на ладонь Чинука.

– Вот, съешьте.

Это была какая-то конфетка. Директор растерянно посмотрел на нее: «Что это? Карамелька?» Снова усмехнулся:

– Каждый раз, когда вместе со счетом приносят конфеты, я думаю: «Кто их ест?» Обычно просто оставляю их на столе.

– Просто оставляете такую вкуснятину?

– Слушаюсь и повинуюсь, госпожа диетолог.

Чинук открыл рот и положил в него карамельку, будто послушный ученик. Он ощутил насыщенный сладкий вкус.

Вообще его нельзя было назвать сладкоежкой, однако эта конфета, которую дала Юми, таяла во рту нежно, как самый изысканный десерт. Вроде такая мелочь, но все-таки…

– Пойдемте. Это лучший способ отбить запах.

Пока Чинук перекатывал во рту конфетку, Юми сняла обертку со своей. Увидев, как маленькая карамелька лежит на ее белой ладони, он вдруг почувствовал непонятное озорство.

– Подожди.

Остановил Юми за секунду до того, как она положила конфету в рот.

– Я знаю, как съесть ее другим способом.

Юми непонимающе моргнула: «Имеет в виду измельчить карамель до состояния пудры?»

– Как это?

– Хочешь узнать?

– Да.

Не успела договорить, как директор быстро наклонился к ее губам. Юми затаила дыхание, будто ожидая поцелуй. Однако Чинук просто выхватил у нее конфету, подкинул в воздух и, откинув голову назад, поймал ее ртом. Совсем как дрессированный щенок, которого учат делать трюки с помощью лакомств.

«Что это было? – Юми уставилась на него, не веря своим глазам. – То есть другой способ – это не «сладкий поцелуй», а «щенячий прыжок»? Снова будешь издеваться надо мной за то, что я этого не знала?»

Смущенная, Юми торопливо отвернулась, пряча красное лицо, и пошла дальше. Она прочитала слишком много любовных романов. Конечно, они ведь не пара…

– Что это у тебя? – спросил Чинук, указывая на пакет.

– А. Попросила положить пельмени с собой.

Приподняла пакет и выдавила из себя улыбку. Хорошо, что он сменил тему…

– Для кого они? – неожиданно резко спросил Чинук.

«Только не говори мне, что повезешь их ему!» Его глаза загорелись ледяным пламенем. Но Юми рассеяла все сомнения:

– Это маме. Она тоже любит сюда заходить.

– А, так ты живешь с мамой?

– Да, с недавнего времени, так сложились обстоятельства.

– Вот как… Теперь я спокоен, – тихо и немного грустно сказал Чинук.

– Спокоен? – Юми удивленно посмотрела на директора, но тот лишь вымученно улыбнулся.

«Что его так расстроило?»

– Я к тому, что ты заботишься о маме, привозишь ей гостинцы. Кажется, у вас замечательные отношения.

– Нет, вовсе нет. Мы вечно ссоримся. Вот, к примеру, позавчера вообще…

Она осеклась: «Стоп, зачем говорю все это? Ему не нужны подробности о моей семье!»

– А как насчет вас? – поспешно спросила Юми. «У такого человека, как Чха Чинук, наверняка прекрасная мама».

Но почему-то его лицо становилось все мрачнее и мрачнее.

– Ну, как сказать… Я мало что помню о своей матери. Родители расстались, когда я был совсем маленький.

«Расстались? Развелись, наверное?» – подумала Юми и сказала:

– Мне очень жаль.

«Ох, не надо его об этом спрашивать!» – на этот раз помрачнела уже Юми.

– Моя мать сейчас живет одна в провинции Канвондо, здоровая и невредимая, – спокойно ответил Чинук. – Она любила кашу из морских ушек и часто сама ее готовила. Я плохо помню лицо матери, но это не забыл.

Когда Чинук был маленький, то очень боялся морских ушек и всегда плакал при одном их виде. Мама успокаивала его, брала на руки и гладила. Возможно, именно поэтому он так хорошо запомнил эту кашу – она ассоциировалась у него с мамиными теплыми объятиями.

– Вам тоже нравится каша из морского ушка? Давайте в следующий раз поедим? – воодушевленно предложила Юми. Чинук же стал только грустнее.

– Нет, спасибо. Никто не умеет готовить эту кашу, как моя мать.

Юми вспомнила, что в первый рабочий день приготовила ему именно это блюдо.

«Может, надо было хотя бы попробовать ее кашу вместо того, чтобы сразу выбрасывать? Вдруг она готовит, как моя мама?» – подумал Чинук и быстро зашагал вперед.

Юми в первый раз видела его таким печальным и слегка растерялась. Но уже через секунду пришла в себя и поспешила за директором. Догнав, молча пошла рядом: все утешительные фразы показались избитыми.

Он еще в прошлый раз запомнил дорогу и доехал до ее дома без навигатора.

– Спасибо, что подвезли, – поблагодарила Юми и вышла из машины.

– В следующий раз плачу я. Возражения не принимаются, – вдогонку ответил Чинук.

Она подождала, пока машина начальника не скрылась из виду.

«Уф, впервые за столько времени мы начали ладить. Зачем я вообще спросила про его маму? Как всегда, все порчу!» – рассуждала Юми, медленно идя к пабу «Книги & Пиво».

– Ой, что это? – Юми почувствовала в кармане какую-то вещь. Конфетка. Кажется, она случайно взяла лишнюю в ресторане. Остановилась, разглядывая находку.

«Надо было отдать ее директору, когда мы прощались. Я могла показать ему свой способ съесть карамельку…» – Юми вспомнила, как он взял ее за руки, и ей почудилось, что снова чувствует тепло ладоней Чинука. Перед глазами всплыло его приближающееся лицо… Сердце в груди забилось, затрепетало. Юми повернулась к дому, прижав ладони к горящим щекам.

– Нет, ты посмотри на ее скулы! Точно вся обколотая! – взволнованно кричала Михи, сидя перед телевизором.

Там крупным планом показывали лицо актрисы из сериала.

Ее не интересовали гостинцы, которые привезла Юми, она буквально прилипла к экрану, комментируя внешность модели:

– Даже издалека видно – вся в ботоксе! Смотри, смотри! Вон след на подбородке справа остался!

– Да вижу, вижу! Все-то ты замечаешь, – проворчала Юми.

Она разрезала напополам пельмешку и положила кусочек в рот Тонгу.

Мать все не унималась:

– Эта Кёнэ стала актрисой только благодаря мне! Если бы я не вышла замуж и не завершила карьеру, то была бы на ее месте! И стала бы такой же популярной!

Всякий раз, когда Михи видела по телевизору Но Кёнэ, начинала жаловаться Юми, которая слышала это столько раз, что уже наизусть помнила все фразы матери.

– Кто меня тогда вообще тащил замуж? Могла бы сниматься в сиквелах «Сейчас взорвется!» и была бы звездой!

Юми задумалась: «Если бы она тогда не вышла замуж за моего отца, то я бы не родилась. Возможно, все были бы счастливы. Мама не вздыхала бы, сожалея об упущенных возможностях, а надо мной не издевались бы в школе…»

«Вот как… Теперь я спокоен».

В голове всплыл разговор с Чинуком.

«Я к тому, что ты заботишься о маме, привозишь ей гостинцы. Кажется, у вас замечательные отношения… Я мало что помню о своей матери».

Вспомнив печальное лицо директора, она сама загрустила.

– Как же бесит!

Из воспоминаний ее вырвал очередной возглас мамы:

– Да чем она лучше?! И лицо, и тело – мы выглядим одинаково хорошо! А у меня даже ботокса нет! Да, Тонгу? – Михи наклонилась к сыну, и тот резво кивнул с набитым ртом, а потом прищурился, будто любуясь мамой. – Один ты меня поддерживаешь!

Она взяла мальчика на руки и поцеловала в пухлую щечку. Его улыбка успокаивала.

– Как хорошо вы смотритесь вместе! – с улыбкой сказала Юми.

И сказала это искренне. После развода Михи настояла на опеке над Тонгу и отказалась от алиментов, лишь бы не расставаться с сыном.

Несмотря на все инфантильные выходки Михи и издевательства, которые Юми пришлось терпеть в школе из-за ее работы, она все равно любила мать. Ведь та никогда не отказывалась от дочери, как бы трудно им ни приходилось.

Когда отец Юми разбился в автокатастрофе, для них наступили тяжелые времена. Один богатый мужчина предложил Михи выйти за него замуж, но поставил условие, что Юми будет учиться за границей и не станет вмешиваться в их жизнь. Михи отказалась. «Не нужен мне брак, если не смогу быть со своей доченькой! Так что проваливай! Проваливай!» – ответила она тогда.

Ей претила мысль расстаться с дочерью. Они прошли через множество испытаний, часто не могли договориться, однако для Михи дочь всегда была на первом месте. Юми поняла, что благодарна маме за то, что она всегда была рядом.

«Мои родители расстались, когда я был совсем маленький».

Снова вспомнила печальные глаза Чинука.

«Она любила кашу из морских ушек и часто сама ее готовила. Я плохо помню лицо матери, но это не забыл».

«Теперь понятно, почему тогда он даже не притронулся к моей каше. Наверное, оно и к лучшему, ведь я впервые готовила такую и наверняка сделала не такой вкусной, как у его мамы. Теперь хочу научиться готовить кашу с морскими ушками. В понедельник попрошу рецепт у Джени», – думала Юми, ложкой разламывая пельмень для Тонгу.

Чернушка печально замяукала, завидев Чинука у входной двери.

«Ох, я, наверное, пропах курицей?» – подумал он, поднес рукав к лицу и принюхался.

Кошка заплакала громче.

– Прости, милая. Совсем забыл привезти тебе гостинец. Тем более что теперь у тебя есть, о ком заботиться, кроме меня.

Чернушка легонько прикусила ладонь хозяина, обиженно глядя ему в глаза. Она не могла говорить, но все было ясно без слов.

– Хорошо, в следующий раз привезу курицу и тебе. Открыл для себя место, где ее очень вкусно готовят. Тебе тоже понравится, – сказал Чинук, гладя кошку по голове, и вдруг осекся.

«Что я только что сказал? Ха, я же не собираюсь вернуться туда?» – Он негромко рассмеялся. Собственные мысли потрясли его.

Чернушка поняла переживания Чинука и запрыгнула к нему на колени.

«Могу же я рассказать все Чернушке?» – вздохнул он.

– Знаешь, давно у меня не было такого вкусного ужина. И не помню, когда так хорошо проводил время. Я действительно был счастлив… Потому что был с ней.

Чинук понял, что завтра суббота и они с Юми не увидятся. В сердце кольнуло. Он прислонился головой к стене, закрыл глаза и начал гладить Чернушку. Кошка довольно замурчала и закрыла глаза.

Михи скрипнула дверью шкафчика, и Юми недовольно заворочалась во сне. Затем тяжело вздохнула, повернулась и обняла Тонгу, лежащего рядом. Он зарылся в теплые объятия сестры.

«Мои кровиночки, так похожи! Особенно когда спят», – умилилась Михи, глядя на детей. Те крепко спали в обнимку. Михи взяла одежду, косметику, как можно тише закрыла шкафчик и вышла из комнаты.

Сегодня у нее назначена встреча с Кан Чэсоном, директором телеканала «Эн-Би-Эн». Он вручил ей свою визитку и обещал познакомить с лучшим продюсером. Если она не получит роль сразу, то хотя бы заведет полезные связи. Однако до тех пор надо было держать это в строжайшем секрете от Юми.

Ей точно не предложат роль в откровенном фильме вроде «Сейчас взорвется!», но кто знает? Может, на канале захотят снять историю любви с актерами ее возраста? Михи была согласна и на такое, и даже на романтические сцены с поцелуями.

Проблема была в Юми. Она ни за что не позволила бы маме вновь сниматься.

«В наши дни актрисы среднего возраста тоже довольно популярны. Всегда есть шанс. Тем более я в хорошей форме, выгляжу не хуже юных актрис. В любом случае стоит попробовать! Я еще в самом соку!» – размышляла она, бормоча себе под нос.

Выйдя из комнаты, ушла на кухню, тайком переоделась и накрасилась. Затем бесшумно вышла и осторожно спустилась по лестнице. В этот момент к пабу подъехал Хёнтхэ на скутере.

– Ого, отлично выглядите, собираетесь куда-то? – удивленно спросил парень, снимая шлем.

Михи надела обтягивающее платье, черные чулки и убийственно высокие каблуки. На ее губах была ярко-красная помада.

– У меня сегодня важная встреча на телевидении, – лучезарно улыбнулась она. – Сможешь меня подвезти?

– Да, конечно!

Было субботнее утро, до пробок оставалось несколько часов, поэтому дорога до телецентра заняла мало времени. Михи осторожно слезла со скутера, сняла шлем и передала его владельцу.

– Спасибо! Только, пожалуйста, не говори Юми. Это большой секрет!

– Конечно. Удачи на встрече!

Женщина слегка подмигнула Хёнтхэ и исчезла в дверях здания. Он проводил ее теплым взглядом и уже надел шлем, когда кто-то окликнул его:

– Эй ты!

Не задумываясь, повернулся на голос. К нему подошла Хэри и буквально швырнула в него пакетом с одеждой, предоставленной для съемок.

– Ты из магазина? Забирай.

– Что? – Хёнтхэ озадаченно поднял пакет. Он понятия не имел, что происходит. Однако Хэри лишь поморщилась и раздраженно бросила:

– Тебе уже заплатили за доставку? Чего как вкопанный застыл, забыл свои обязанности?

Хэри недовольно достала из своего кошелька купюру в пятьдесят тысяч вон и сунула ее в карман Хёнтхэ.

– Сдачу оставь себе.

– Слушайте, тут такое дело… – Он попытался сказать, что произошло недоразумение, но Хэри перебила его:

– Ох, опять… Я знаю, что ты мой фанат. Но у меня вот-вот эфир начнется. Сфоткаемся в следующий раз. Давай езжай уже! – Не оглядываясь, Хэри побежала в здание.

– Ха! Что это за девушка? – рассмеялся Хёнтхэ, ошарашенно глядя в спину незнакомке.

«Кто она? На певицу непохожа. Может, начинающая актриса? А с этим что делать?» – подумал он, недоуменно смотря на пакет, на котором большими буквами был написан адрес магазина.

– Куда опять пропала с утра пораньше?

Громко зевая, Юми спустилась по лестнице. На всякий случай решила проверить, приехал ли Хёнтхэ. Дверь паба была плотно заперта. До начала рабочего дня было еще далеко.

Она хотела выпить кофе с Хёнтхэ и заглянула внутрь через окно, но в темноте зала никого не увидела. Это было странно, потому что друг всегда приезжал к этому времени или предупреждал, что опаздывает.

Но скоро раздался знакомый звук работающего двигателя. Хёнтхэ остановился, снял шлем и почесал голову. Заметив Юми, помахал ей рукой и быстро слез со скутера.

– Ты сегодня поздно.

– Да вот с утра встретил странную девушку, – проворчал он, передавая шлем Юми.

– Странная девушка?

– Ага. Она просто подошла ко мне и сунула деньги за поручение.

Они зашли в паб, и Хёнтхэ включил кофеварку. Кофе должен был помочь ему привести мысли в порядок.

– Хм… Действительно странно. Ты ее никогда не видел, а она просто дала тебе деньги… А ты что?

– А что я? Деньги я получил, но дамочка смылась быстрее, чем мне удалось хоть что-то сказать. Вот и поехал. Я же не вор.

Он ухмыльнулся и засыпал кофейные зерна в кофеварку.

– Ты завтракала? Хочешь французский тост? С сахарной пудрой.

– Здорово, Тонгу будет в восторге! Я тогда взболтаю яйца.

Но не успела Юми закатать рукава, как в кармане зазвонил телефон.

– Подожди минутку.

На экране высветилось «Мистер Привереда».

«Ох, зачем звонить мне так рано в субботу утром?» – подумала она, нервно принимая звонок.

– Да, директор.

Услышав «директор», Хёнтхэ заинтересованно наклонился к Юми, чтобы подслушать разговор, но девушка отошла к окну.

Из трубки донесся низкий голос Чинука:

– Юми, давай сегодня…

За пятнадцать минут до этого.

– Точно? – с подозрением переспросил Чинук.

– Да точно вам говорю, – быстро ответил Учжин, – это один из лучших ресторанов в столичном округе. А их коронное блюдо – паста с креветками в особом сливочном соусе.

– Коронное?

– Да, я часто хожу на свидания и всегда заказываю эту пасту.

Чинук поморщился, услышав от помощника слово «свидание». Вот и доверяй после этого людям: сам ходит на свидания, но ничего не рассказывает об этом.

– Свидание? Ты не говорил, что у тебя есть девушка.

– Да какая девушка, я уже стар для этого.

– Почему никогда не рассказывал мне об этом?

«Почему все вокруг ходят на свидания, а я вечно прозябаю в офисе?» – обиженно подумал Чинук.

– Вы сами всегда говорили разделять личные и рабочие моменты.

«Ну и ладно!» – Он окончательно обиделся.

– Все, тогда до понедельника.

Босс плюхнулся на диван, бросив телефон на кофейный столик.

Чернушка запрыгнула к нему на колени и начала вылизывать руку. Чинук протяжно вздохнул, но нежная забота кошки немного успокаивала.

– Даже ты не одинока. Должен же быть у твоих котят папа. Ох, как я докатился до такого…

Ему стало грустно. С таким настроением и коронная паста в рот не полезет. Он снова взял телефон.

После гудков послышался заспанный голос Юми.

– Да, директор.

«Такая сонная… Точно, утро субботы же».

– Юми, давай сегодня… – Он даже не поздоровался и сразу продолжил: – Позавтракаем вместе.

– Что? – предложение начальника озадачило Юми.

«И зачем сказал сразу? Мог бы начать с «сегодня хорошая погода, у тебя есть планы?». Ох, ладно, это же телефонный разговор, зачем затягивать. Тем более еще утро!» – успокоил себя Чинук.

– Сегодня же выходной, – непонимающе продолжила Юми.

– А что, ты не ешь по выходным? Устраиваешь разгрузочные дни?

– Да нет, просто…

«К чему это он? Я больше жизни люблю вкусно поесть! Никаких разгрузочных дней!» – подумала девушка.

– Тогда в чем проблема? Ты все равно наверняка еще не завтракала, так что давай вместе.

– Да, я пока не ела, но…

– Вот и отлично. Сегодня выбор места на мне. Адрес пришлю, так что собирайся. – Не дожидаясь ответа, Чинук повесил трубку.

– Я… – начала Юми и поняла, что говорит в пустоту.

Она возмутилась: «Что это такое? Взял и отключился!»

Хёнтхэ наливал кофе и как бы невзначай спросил:

– Мистер Привереда звонил? Что сказал?

– Да ничего особенного. Только мне нужно отлучиться на некоторое время.

– Сейчас?

– Ага. Ты готовь, а я съем тост как-нибудь потом. – Юми уже направилась к двери.

– Ну, что поделать…

– Точно, Тонгу! – вдруг опомнилась она. – Нельзя оставлять его одного! Что мне делать? Куда опять мама делась?!

Уже достала телефон, чтобы позвонить матери, и Хёнтхэ торопливо отставил кружку с кофе. Он помнил, что Михи на важной встрече, и не хотел, чтобы ее отвлек звонок от дочери.

– Юми, не волнуйся, пусть Тонгу позавтракает здесь, я за ним пригляжу.

– Нет, так не пойдет. Ты и так вечно с ним сидишь.

Девушка решительно покачала головой и набрала номер Михи. Хёнтхэ выхватил телефон Юми и сбросил звонок.

– Я так люблю Тонгу! Ну пусть он со мной посидит!

– Что?

– Не переживай, оставляй его мне и спокойно езжай.

«Что это с ним?» – Юми подозрительно посмотрела на друга, однако тот лишь мило улыбнулся.

– Мне очень нравится сидеть с малышом. Даже не спорь!

– И все же…

– Все в порядке!

Только после того, как Хёнтхэ повысил голос, она кивнула:

– Хорошо. Тогда сейчас приведу его.

– И если что-то случится, то звони мне.

– Это еще зачем? – нахмурилась Юми. «Какая муха его укусила?»

– Сама же говорила, что я как герой сериала, вот и веду себя соответственно!

– Ну тебя!

– Серьезно! Буду прямо как Сонхун из дорамы «Пять детей»! Ты мне не доверяешь?

– Да доверяю, доверяю, чего завелся.

Юми махнула рукой и выскочила из паба готовиться к завтраку с Чинуком.

«Что-то не похожа она на человека, которого заставляют работать в выходной. Чуть не скачет от радости. Небось и напевает себе под нос», – подумал Хёнтхэ, глядя вслед Юми.

Его будто что-то тревожило.

«Почему так паршиво? Наверное, просто грустно завтракать без друга…» – Он сделал глоток, печально уставившись на кофе, который сварил для Юми.

– Ох… И кофе сегодня какой-то горький… Может, сахар добавить?

Глава 18

Я хочу быть с тобой даже так

В Итхэвоне было многолюдно. Повсюду гуляли люди, отдыхая после рабочей недели. Найти свободное место для парковки было сложнее, чем достать звезду с неба. В конце концов Чинук решил оставить машину чуть подальше и прогуляться до ресторана пешком.

Заведение, которое так расхваливал Учжин, находилось на одной из самых оживленных улиц района, известной модными кафе, барами и клубами. В глаза то и дело бросались яркие вывески. Он заметил нужный итальянский ресторан, оформленный в средиземноморском стиле. У его дверей выстроилась очередь из влюбленных парочек: все хотели провести выходные в обществе друг друга и вкусно поесть.

Чинук прошел к слегка запыхавшемуся метрдотелю, который стоял у входа. Тот кивнул и спросил:

– Какой столик вам нужен?

– На двоих. Я хотел бы место у окна.

Метрдотель покачал головой:

– Не могу обещать. Как видите, у нас очень много гостей. Как вас записать?

– Чха Чинук.

Метрдотель записал имя в лист ожидания с заметкой «2 чел.» и отдал Чинуку специальный талончик с номером.

– Держите. Когда подойдет очередь, я вас позову.

Чинук посмотрел на талончик. Ему достался пятнадцатый номер.

– Номер девять, Чон Сынчжу! Пожалуйста, проходите!

Какая-то парочка, держась за руки и счастливо улыбаясь, прошла в ресторан мимо Чинука. Он еще раз взглянул на свой номер. Все правильно: пятнадцать.

– Подождите! Если сейчас был девятый, то до моего еще пять?

– Да, – кивнул метрдотель. Он посмотрел на Чинука, как на двоечника, который так и не научился считать.

– То есть мне придется ждать столько времени?

– Все так. В лучшем случае столик освобождается через каждые пятнадцать-тридцать минут, в худшем – сорок пять минут – час.

– Что?

«То есть, чтобы попасть в это «лучшее место для свиданий», мне придется прождать больше часа?» – подумал Чинук.

Вспомнил вчерашний поход в семейный ресторан – они сразу сели. А если Юми рассердится и не захочет ждать? Его прошиб холодный пот. Он достал свою визитную карточку и обратился к метрдотелю самым невозмутимым тоном:

– Это моя визитка.

Метрдотель ответил раздраженным взглядом:

– Не давайте ее мне, положите в ящик.

– В какой ящик? – не понял Чинук.

Метрдотель показал на небольшой ящик, рядом с которым стояла пестрая табличка с условиями акции:

Ежемесячная лотерея – не упустите шанс выиграть

купон на греческий салат!

«Почему этот человек решил, что мне нужен бесплатный салат? – возмутился Чинук. – В жизни ничего не бывает бесплатно. Если бы что-то было нужно, то просто купил бы это!» Он взял себя в руки и вежливо обратился к метрдотелю:

– Я не хочу участвовать в этой лотерее. Давайте обсудим варианты, как можно избежать долгого ожидания. Скажите, сколько нужно заплатить за это?

– Прошу прощения?

– В каждом престижном отеле или курорте есть специальные предложения для ВИП-клиентов. В какое бы время суток человек ни пришел, он может получить номер. Я хочу воспользоваться аналогичной услугой, поэтому спрашиваю вас, сколько это стоит.

Метрдотель тяжело вздохнул, выслушав объяснение.

– Как вы думаете, в нашем скромном заведении есть что-то подобное? – спросил он.

– Тогда я бы хотел, чтобы эта услуга появилась. Для начала введите ежегодные взносы для желающих получить статус ВИП… Агрессивный маркетинг именно так и работает. Если рассмотреть бизнес-модели…

Чинук принялся объяснять метрдотелю преимущества появления специальной услуги для ВИП-клиентов. Вдруг кто-то ткнул его в спину. Обернувшись, он увидел недовольную Юми. Девушка быстро огляделась по сторонам и громко зашептала:

– Что вы здесь устроили?

– Хочу быстрее получить для нас столик.

– Никто так не делает! Пойдемте.

Юми грозно сверкнула глазами и схватила его за руку. Затем виновато повернулась к метрдотелю:

– Извините, пожалуйста. Позовите нас, когда очередь подойдет.

Она увела Чинука подальше от входа и только потом отпустила. Конечно, идти с ней за руку – почти в обнимку – было приятно, но он не показал этого, невозмутимо поправив складки на одежде.

Юми, вся красная от стыда, закрыла лицо ладонями и опустила голову, будто совершила какое-то страшное преступление.

– Что это сейчас было? Как вы могли так поступить на глазах у всех?

– Просто не хотел тратить свое время.

– Тратить время?

– Разве ожидание в очереди перед рестораном не трата времени?

Ему определенно не следовало так говорить. Юми вскинула голову и показала пальцем в сторону:

– Посмотрите сами!

Вокруг было множество парочек. Они держались за руки, улыбались и болтали.

– Вам кажется, они тратят время?

Теперь Чинуку так не казалось. Напротив, парни и девушки выглядели довольными.

– Они общаются со своими любимыми и ждут, чтобы насладиться вкусной едой. Представьте, если кто-то будет пытаться влезть перед всеми, заявляя, что он «очень важная персона»?

Чинук молчал. Чувствовал, что был неправ.

– Эти люди всю неделю работали и наверняка с трудом нашли время в выходные, чтобы выбраться на свидание.

Некоторые парочки разглядывали меню, определяясь с заказом, кто-то фотографировался в обнимку. Ярко светило солнце, и все казались счастливыми.

Глядя на их беззаботные лица, Юми почувствовала укол зависти. Почему ей нельзя провести выходные так же!

– У меня тоже нет выходных. Если вы решите вызвать меня, я обязана прийти, – сказала она совсем тихо.

Чинук вдруг почувствовал себя виноватым.

– Хм… – пробормотал он, потупив взгляд. – Если тебе будет легче… Представь, что мы тоже на свидании.

– Это ведь неправда! Я пытаюсь вернуть вам долг! И вы сами назначаете время, когда вам удобно…

Юми замолчала на полуслове. На ее глазах навернулись слезы, и она прикусила губу, чтобы не расплакаться. Обычно у нее получалось держать себя в руках, однако в окружении влюбленных парочек чувствовала, что больше не может так.

Девушка скрестила руки на груди и повернулась к Чинуку спиной. Ей не хотелось видеть его лицо.

– Даже так… – услышала она его вкрадчивый голос. – Я хочу быть с тобой даже так.

«Что он сказал? Не верю своим ушам…» – Юми снова развернулась.

– Терпеть не могу… – сказал он, глядя на нее, – есть в одиночестве.

«Вот значит как… Понятно».

– А… – выдохнула Юми.

Вдруг вспомнила, что директор постоянно ел один. Если не считать деловых обедов с партнерами, она всегда приносила контейнеры в его кабинет: на завтрак, обед и ужин.

– Когда моя мама ушла, отец… всегда был слишком занят. Уходил из дома рано утром, а возвращался поздно вечером. Поэтому я с детства почти всегда ем один…

Юми представила маленького Чинука за столом, накрытым домработницей. И в тот раз, когда приготовила у него дома роллы с рисом, он также съел их один?

Каждый раз, когда она приходила домой, ее встречала Михи. Да, порой мать создавала слишком много проблем и плохо готовила, но, по крайней мере, самые простые блюда, вроде супа из кимчхи, ей удавались.

Юми почувствовала, насколько Чинуку должно было быть одиноко.

– Ужасно… – вырвалось у нее.

Чинук нахмурился. «Вряд ли она искренне мне сочувствует…» – подумал он, избегая ее взгляда.

Оба замолчали. Тишина казалась гнетущей. Чинук посмотрел куда-то через дорогу и заговорил первым:

– Кстати, Ли Юми…

«Ну, что еще ты хочешь сказать?» – Она подняла взгляд на него.

– Говоришь, мы не на свидании… А тебе не кажется, что ты выглядишь слишком нарядно для работы?

Юми залилась краской: «Что? Как он понял? Просто демон какой-то!» Да, стащила мамину косметичку, брызнула капельку духов… Не стала застегивать последнюю пуговицу на блузке и даже надела маленькие милые сережки. Неужели это настолько бросалось в глаза?

– А, вовсе нет! – ее голос предательски дрогнул. – Просто выходные, и я решила немного освежиться. Вот дома немного накрасилась.

– Ага, конечно.

Чинук многозначительно кивнул:

– Хочешь сказать, ты специально наряжаешься, чтобы в одиночестве полить цветы?

– Да, именно!

Вообще-то Юми то и дело забывала поливать свои цветы – некоторые уже засохли, – но уже открыла рот и облизала губы, чтобы оправдания звучали уверенно…

– Номер пятнадцать, Чха Чинук! Проходите, пожалуйста! – объявил метрдотель.

«Спасена!» – Она мысленно выдохнула. Равнодушный голос метрдотеля показался ей ангельским гимном.

– Это нас?

– Мы здесь!

Чинук взмахнул талончиком. Он схватил Юми за руку и повел к входу. Девушка вытаращила глаза. Чинук усмехнулся:

– Идем. Пора за работу!

Она шла за Чинуком. Входя в ресторан, почувствовала, как ее сердце затрепетало. «Это просто работа, но тогда почему я так себя чувствую?» Чинук крепко сжимал ее ладонь, и Юми чувствовала, как по телу растекалось приятное тепло.

– Лучшее блюдо здесь – паста с креветками в сливочном соусе, – сказал он и закрыл меню.

Юми, которая как раз выбирала, что заказать, подняла голову:

– Вы часто здесь бываете?

– Просто… – Чинук замялся.

Не мог же он признаться, что пришел сюда по совету Учжина – его гордость этого не перенесла бы.

– Тогда я тоже ее возьму.

В этом ресторане работало довольно много поваров, и заказ принесли быстро.

В целом паста была вкусной, только немного подвели креветки. Юми показалось, что они были немного жестковаты, будто их пережарили. Сливочный соус таял во рту, дразня рецепторы вкусом трюфелей.

Впрочем, это блюдо немного не соответствовало избирательному вкусу Чинука. Как Юми и предположила, директор пожаловался на креветки:

– Повар явно сосредоточился не на готовке, а на чем-то еще.

– Сливочный соус неплох. Пахнет трюфелями.

– В него не добавили настоящих трюфелей – только трюфельное масло.

– Вы же сами сказали, что это лучшее блюдо в заведении.

На самом деле так сказал Чан Учжин. Чинук вздохнул и сделал глоток воды. «Не следовало доверять его вкусу. Я забыл, как он восхищался готовой пастой из круглосуточного магазина и ел, полив ее кетчупом».

– Наверное, шеф-повар сменился. Знал бы, то позвал тебя в другое место.

– Ничего страшного. Мне понравилось, – улыбнулась Юми и ловко накрутила на вилку немного спагетти.

Лукавила она или нет, но ела с явным аппетитом.

Наблюдая за Юми, Чинук вдруг вспомнил пасту с морепродуктами, которую она когда-то приготовила для него. Та была гораздо вкуснее, чем эта коронная, с креветками и сливочным соусом.

– Там паста была гораздо вкуснее, чем здесь…

– Где? – удивленно переспросила Юми.

– Есть одно место… «Энгри Буффало энд Беар».

«Какое странное название для ресторана…» – подумала девушка.

Вдруг ее осенило.

«Это же английский. «Энгри» переводится как «рассерженный», «буффало» – «бизон», «беар» – «медведь». «Рассерженные бизон и медведь»?

Вдруг в голове зазвучал голос Чинука:

«…разве я врезался в свадебный торт, будто бешеный бизон?»

«Я видел это собственными глазами. Ты тогда была как разъяренная медведица, а не бизониха…»

«Неужели таким образом директор сказал, что моя паста лучше?» – Юми неверяще посмотрела на Чинука. Тот отвел взгляд и подцепил вилкой креветку.

– Давай доедим, пока не остыло, – пробормотал он.

В отличие от пасты тирамису их не разочаровало. Чинук наконец-то успокоился и, довольный, попросил принести счет.

Когда вышли из ресторана, увидели, что очередь стала только длиннее.

– Может, прогуляемся? – предложил Чинук.

– Давайте.

Вообще-то Юми подумывала сразу вернуться домой, но предложение звучало слишком заманчиво. Ей хотелось еще немного побыть с Чинуком. Совсем чуть-чуть…

Как обычно в выходные, на улицах было очень оживленно. Они едва ли могли идти рядом друг с другом, держась за руки. Юми пыталась не отстать от Чинука, когда тот вдруг остановился. Обернулся, взглянул на нее сверху вниз, а затем неожиданно приобнял за плечи и потащил в другую сторону.

Когда они оказались в пустом переулке, Чинук вдруг встал перед ней на колени. «Что он делает? Ничего не понимаю…» – растерялась Юми. Быстро огляделась по сторонам, проверяя, нет ли вокруг других людей. Чинук как ни в чем не бывало начал завязывать шнурки на ее ботинках. Юми сглотнула. Неожиданная забота поразила ее.

«Красивый парень встал на колени и завязывает мне шнурки. А я думала, что так только в любовных романах и сериалах бывает… – подумала она, чувствуя, как сердце забилось быстрее, а щеки вспыхнули. – Не ожидала, что и сама попаду в такую ситуацию!»

Девушка прикусила губу, ловя на себе завистливые взгляды прохожих. Она не знала, куда себя деть от смущения, и посмотрела на далекую горную вершину.

– Готово, – сказал Чинук и коснулся мысков ее ботинок.

– Я могла и сама…

– Да? – насмешливо спросил он и потянул за шнурок. – Ну, если хочешь сама…

– Не надо! – не сдержавшись, воскликнула Юми и тут же наткнулась на серьезный взгляд начальника.

Это немного сбило ее, и она пробормотала:

– Не стоит. Вы так старались, не надо снова их развязывать.

Чинук довольно улыбнулся и неторопливо встал с колен.

– Давай выпьем где-нибудь чаю?

– Ох… – Юми согласилась бы и на чай, и на ужин, однако ее ждал Тонгу. Она не хотела обременять и так занятого Хёнтхэ. Нужно было ехать домой. – К сожалению, не получится, мне уже нужно домой…

– Домой? Это срочно?

– Ну, мой…

Юми хотела было рассказать про брата, но остановилась. В прошлый раз ведь сказала про щенка. Было бы странно сейчас оправдываться. Поэтому сказала:

– …щеночек. Мне нужно покормить его.

Чинук прищурился: «Серьезно, покормить собаку? Сам так всегда говорю, когда не хочу оставаться с человеком. Пытаешься найти отговорку?»

– Спасибо за завтрак, я пойду.

Юми поклонилась, развернулась и побежала к станции метро. Чинук с сожалением смотрел ей вслед, пока она не скрылась из виду. Не успели расстаться, а он уже чувствовал себя таким опустошенным, что даже описать это чувство не мог. Печально свернул на общественную парковку и остановился, заметив вывеску «Пекарня для домашних животных».

– Надо бы Чернушке гостинец привезти.

– Может, нам пригласить на интервью Чон Хёнтхэ? – сказал помощник сценариста, просматривая вкладки браузера.

– Он писатель? – Хэри с сомнением покачала головой.

– Я слышал о нем, – вклинился продюсер. – Тот бестселлер – эссе о путешествиях – это его работа? К тому же все фотографии в его книгах сделал сам автор. Возможно, он и в соцсети их выкладывает? Наверняка у него там много подписчиков.

– Еще и красавчик.

Помощник сценариста с торжествующей улыбкой протянул Хэри ноутбук. На экране было множество фотографий Хёнтхэ.

«Знакомое лицо. Где я могла его видеть?» – подумала она.

Главный сценарист обратился к ней:

– Что думаешь? Хорош? Если уговорите его, это будет потрясающе. Впрочем, слышал, что ему не нравится появляться на телевидении. Непростая задача.

– Мне кажется, мы с ним уже встречались… Только где?

– Неужели ты с ним знакома? – просиял главный сценарист.

– Нет, я его не знаю, просто его лицо… Никак не вспомню.

– У нашей Хэри везде связи есть. И генерального директора «Тэбока» знает, и писателя! Как нам повезло работать с такой ведущей! – Он хлопнул ладонью по столу, как будто принял решение. – Это просто замечательно! Давайте повысим наш рейтинг до десяти процентов!

– Вы не так поняли, я его не знаю…

Однако никто из съемочной группы уже ее не обращал на нее внимания.

– Ух ты! Кто-то говорил, что руководство даст нам внеплановый отпуск, если добьемся десяти процентов!

– Ура! Это было бы потрясающе!

«Да они уже все решили! Как же раздражает! Придется опять задействовать красоту». – Хэри обреченно передернула плечами.

– Хорошо, я с ним встречусь.

«Ничего. В этом мире все мужчины, кроме Чинука, неравнодушны ко мне, поэтому уговорить этого писателя на интервью не составит особого труда», – подумала она.

Ответ продюсера Чона был не слишком обнадеживающим:

– На данный момент у нас не запланировано никаких новых сериалов. Я свяжусь с вами, когда что-то появится.

Несмотря на положительную рекомендацию от директора Кана, продюсер Чон не оценил Михи. Однако его сериалы были очень популярными – их рейтинг превышал тридцать процентов, – так что Михи терпела пренебрежительный тон в свою сторону.

– Спасибо, буду с нетерпением ждать вашего звонка.

В любом случае она не надеялась сразу получить роль. Обижаться было не на что, но ей довелось случайно подслушать интересный разговор, когда вернулась за забытым жакетом.

– Не уверен, что она нам подходит. У нее не было больших ролей в прошлом, еще и репутация актрисы эротического фильма…

Стоя у двери, Михи слышала все.

– Сами посудите, до этого была только эпизодическая роль в сериале. Слабовато по сравнению с актрисами ее возраста. Та же Но Кёнэ в свое время снималась в хите «Что-то около одного процента».

– Так Кёнэ не оставляла карьеру – зачем их сравнивать? Продюсер Чон, хотя бы посмотрите на игру Михи в той эпизодической роли. Она хорошая актриса и в актерском мастерстве превосходит Но Кёнэ.

– Сомневаюсь. Тем более уже больше двадцати лет прошло. И меня смущает ее репутация эротической актрисы.

Михи не выдержала. Громко постучала и распахнула дверь. Продюсер и директор внезапно замолчали, повернувшись в ее сторону. Женщина лучезарно улыбнулась и подошла к дивану.

– Извините, я забыла свой жакет.

Она схватила его и вышла из кабинета.

«Поверить не могу! – уже в коридоре зло сжала кулаки. – Как он посмел сравнивать меня с Но Кёнэ? Когда я была в расцвете сил, она мне и в подметки не годилась! У самого еще молоко на губах не высохло, а так оскорбляет меня! Еще посмотрим! Будет умолять меня сняться в своем сериале!»

Возмущенно ворча, Михи резко завернула за угол коридора. С другой стороны шла Хэри со стаканом кофе в руке. Она просматривала сценарий и не заметила, что перед ней кто-то есть.

– Ой!

Столкновение было неизбежно. От неожиданности Михи уронила жакет на пол, и кофе пролился прямо на него.

– Черт!

Жакет был одной из ее самых дорогих вещей. Она уставилась на Хэри так, будто собиралась убить ее на месте.

– Эй! Ты что творишь?

– Мне жаль. Вы так внезапно появились, что я не увидела вас, извините.

– Хочешь сказать, что это моя вина? – уже кричала на нее Михи.

Хэри никак не ожидала такой реакции и стояла, не зная, что ответить. Это только больше разозлило Михи. Она закричала громче. Ведущая начала оправдываться:

– Мне правда очень жаль. Я заплачу за химчистку, пожалуйста, не кричите так.

Она поспешно достала деньги из кошелька и протянула их Михи, но та схватила купюру и бросила ее на пол.

– Эй, я что, выгляжу так, будто выпрашиваю у тебя деньги на химчистку? Ты. Как тебя зовут? И что значит «Не кричите», ты как со старшими актрисами разговариваешь?

– Актрисами?

Хэри совсем не знала ее.

«О чем это она? На актрису совсем непохожа…» – подумала Хэри.

– Ты меня не знаешь? Я…

Вдруг из-за угла коридора вышла женщина средних лет в модной одежде. Было видно, что она только после съемок. Она увидела Михи с Хэри и воскликнула от удивления:

– Ой! Михи! Верно?

Кёнэ подбежала и обняла ее.

– Давненько не виделись!

– Да, давненько.

– Приятно встретиться с бывшей коллегой. Чем ты занималась все это время? Давненько ничего о тебе не слышала.

Хэри, которая до этого стояла в растерянности, оживилась:

– Здравствуйте! Я в восторге от вашей последней роли!

– Ой, здравствуй! Ты же ведущая Чу Хэри? Очень приятно.

– Вживую вы гораздо приятнее, чем на экране.

Михи была поражена.

«Конечно, меня ты не знаешь, но восхищаешься работами этой посредственности? Грубиянка!» – Михи с досадой смотрела, как две успешные женщины мило улыбались друг другу и обменивались любезностями. Она развернулась и быстро пошла к лифту.

«Даже так… Я хочу быть с тобой даже так».

«Терпеть не могу… есть в одиночестве».

Юми вспомнила, как Чинук осторожно завязывал шнурки на ее ботинках, и улыбнулась. «Ах вот каково это – быть в отношениях? Все мое тело продолжает трепетать, и я схожу с ума!» – Она прислонилась к спинке дивана, уставившись куда-то вдаль.

– Чего такая задумчивая?

На кухню вошел Хёнтхэ, отнеся заказанное пиво клиенту.

– Задумчивая? – Юми опомнилась и посмотрела на друга.

– Ты вся светишься.

– Я?

– Ага!

– Да ну тебя!

Юми стало не по себе. «Только подумала о директоре и уже вся покраснела!»

Она опустила голову и закрыла лицо ладонями.

– С самого утра ходишь довольная, когда тебе позвонил Мистер Привереда. Обрадовал тебя чем-то? Зарплату повысил?

– Да нет, какое там повышение… Долг отрабатываю.

– Долг? – удивился Хёнтхэ. – Ты занимала у него деньги?

– Не совсем. Я просто должна поесть с ним десять раз.

– В каком смысле? Что ты имеешь в виду? Контейнеров уже недостаточно, теперь вам обязательно есть вместе? Что, он один не может? Почему ты ешь с ним? Так вот почему он позвал тебя сегодня? В твой выходной, между прочим.

Юми никогда раньше не видела друга таким сердитым. Что вдруг случилось с «ангелом Чон Хёнтхэ»?

– Эй, почему злишься?

– Что?

Хёнтхэ опомнился и дернул плечом.

– Говорю, чего злой такой? Аж покраснел весь.

«Да что это я, в самом деле, – подумал он и взглянул на себя в зеркало. – Что со мной не так? Как услышал, что Юми будет есть с шефом, сразу настроение испортилось».

– Братик злой? – печально спросил Тонгу и ухватил его за рукав.

– Нет, все хорошо.

– Хёнтхэ, точно все в порядке?

«Что происходит? Грудь словно обручем сдавило, воздуха не хватает. Это все Мистер Привереда! Не нравится мне этот тип…» – Хёнтхэ постарался взять себя в руки.

– Юми, твой директор опять злоупотребляет положением, – сказал он уже ровным тоном

– А ты слишком остро реагируешь. Мы с ним всего лишь вместе едим. Я даже непротив.

– Шутишь?

– Это разгружает меня от лишней готовки. К тому же ходим в хорошие места, где вкусно готовят. В этом нет ничего плохого. Заодно и рецепты запоминаю.

– Ага, только поэтому?

«Я не умею врать! А он так смотрит… Что делать? Просто поверь мне, Хёнтхэ, сама ведь не понимаю, что сейчас чувствую». – Юми хлопнула друга по руке, крепко зажмурив глаза, чтобы он не догадался о ее чувствах.

– Эй! Это просто работа, чего пристал!

Вдруг дверь распахнулась и на кухню вошла Михи. От ее утреннего веселого настроя не осталось и следа – она казалась раздраженной и несколько обескураженной. В руках держала испачканный жакет.

– Налей мне холодной воды, пожалуйста.

– Да, конечно.

Хёнтхэ помчался на кухню и принес стакан, Михи тут же осушила его, после чего сразу вышла.

– Что это с ней?

– Не знаю. Пойду спрошу, – сказала Юми.

– Мы только виделись. Не решит ли она, что это странно? – пробормотал Чинук.

Лежа на диване, он смотрел в экран телефона, а рядом умывалась Чернушка.

– Может, позвонить ей? Приглашу ее завтра встретиться и уйду первым. Скажу, что надо тебя покормить. Как тебе?

Чернушка перестала вылизываться и многозначительно посмотрела на хозяина.

– Мяу!

Это определенно звучало как «ну ты и дурак!».

– Ладно, не буду.

Чинук покачал головой и отложил телефон.

– Не стоит навязываться, да?

– Мяу.

На этот раз «мяу» напоминало «точно, балбес».

– Ну и ладно!

Чинук бросил на кошку обиженный взгляд и потянулся к телефону.

– Или все-таки позвонить?

Михи смотрела на себя в зеркало туалетного столика. Хоть и не оглядывалась, но понимала, что Юми пошла за ней. Затем тяжело вздохнула и начала стирать макияж.

– Куда ты пропала с утра?

Она не отвечала, вытирая лицо ватным диском.

– Мам!

– Я не в настроении сейчас разговаривать. Давай потом.

Юми нахмурилась, увидев любимый жакет матери весь в пятнах от кофе. Может, у нее что-то случилось?

– Все хорошо? Ни с кем не подралась?

– Я что, преступница, по-твоему? – вдруг крикнула Михи.

Юми удивленно посмотрела на нее. Похоже, она с кем-то сильно поссорилась.

– Мам, ты не так меня поняла.

– Какая-то нахалка пролила кофе на мой жакет и просто бросила мне пятьдесят тысяч за химчистку. А я на нее накричала, потому что эта девчонка решила, будто клянчу у нее деньги, представляешь?!

– Ничего себе!

Это задело Юми. Какой бы инфантильной ни была ее мама, никто не смел так с ней поступать!

– Кто это был?! Где это произошло?! – с яростью в голосе спросила она.

Вдруг в кармане зазвонил телефон.

– Подожди, мам, сейчас отвечу и…

Глаза Юми расширились от удивления, когда увидела, кто ей звонил.

– Что?!

Примечания

1

Сочжу – это традиционный корейский алкогольный напиток. Объемная доля спирта может составлять от 13 % до 45 %.

2

Чонбокчук – рисовая каша с морскими моллюсками чонбок (морские ушки или галиотисы). В традиционной корейской кухне моллюски чонбок считаются деликатесом, раньше их подавали на стол монарха. Это объяснялось полезными свойствами морских ушек.

3

Кейтеринг – это отрасль общественного питания, связанная с оказанием услуг на местах, выбранных заказчиком, с которым подписывается договор. Так же кейтеринг занимается обслуживанием различных мероприятий и розничной продажей готовой кулинарной продукции.

4

В о к – глубокая китайская сковорода с выпуклым дном маленького диаметра.

5

Блюдо из отварного белого риса, покрытого овощным салатом намуль, пасты из острого перца кочхуджан, сырого яйца или яичницы и тонко нарезанных кусочков мяса. Ингредиенты перемешиваются непосредственно перед едой.

6

Итальянский документальный фильм 1962 года, в основу которого легли сцены, демонстрирующие жестокие и неприятные стороны жизни. Один из эпизодов посвящен получению фуа-гра путем накачки живых гусей кормом через воронку.

Content

Ли Чиён. Авторы сценария – Ким Хана и Ким Ёнюн
Мой тайный роман. Разбитое сердце

Глава 1 Это фиаско

Глава 2 Только не ее номер!

Глава 3 Впервые вижу такую милую плачущую девушку

Глава 4 Что он сейчас делает? Помнит ли меня?

Глава 5 Ты ответишь за мое разбитое сердце

Глава 6 Новый уровень

Глава 7 Ты всегда такая?

Глава 8 Меня заботят мысли только моей девушки

Глава 9 Мы даже не встречались

Глава 10 Давай оставим все в прошлом

Глава 11 Ты ничего не хочешь мне сказать?

Глава 12 Ты мне так встречаться предлагаешь?

Глава 13 Дело во мне?

Глава 14 Ни минуты отдыха

Глава 15 Мне нужно проверить…

Глава 16 Ты мне должна

Глава 17 Мы не на свидании

Глава 18 Я хочу быть с тобой даже так

Примечания