Лада Бакал

Тбилиси. Биография города

Когда Бог создал Землю, он оставил местечко для себя и назвал его «Грузия».

Народная грузинская мудрость

© Бакал Л., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Предисловие

Грузия пленительна. Из стихов Пушкина и Лермонтова мы знаем: здесь на холмах лежит ночная мгла и сливаются струи Арагвы и Куры. Сюда можно добраться по Военно-Грузинской дороге, как сделали это Остап Бендер и Киса Воробьянинов. Здесь сияет Казбек, зреет виноград в Алазанской долине, наливаются персики в Гори и ходят овцы по горам Сванетии.

В Грузии едят хачапури и хинкали, а вина пьют из двухлитровых рогов, разумеется, до дна. Грузия гостеприимна и радушна, застолья длятся часами, и голодным от грузинской хозяйки не уйдет никто.

Грузия – родина благородного Мимино и коварной Медеи. Страна гордых женщин и отважных мужчин, край многоголосного пения, лезгинки, резных деревянных балконов, шумных базаров и уютных двориков. И квинтэссенция всего этого – Тбилиси, не просто столица, а символ грузинской культуры.

Здесь христианские храмы соседствуют с башнями огнепоклонников. Водопады и тенистые леса – с булыжными мостовыми, по которым еще недавно ходили верблюды и ослы, а сегодня мчат машины. Отреставрированные, сверкающие на солнце ажурные дома – с покосившимися, ветхими и заброшенными.

На въезде в город сразу захватывает дух, а отпустит ли – узнаете потом, главное – смотрите во все глаза. Вот старый город с крепостью Нарикалой, а вот аристократический район XIX века Сололаки. Вот гора Мтацминда с телебашней и старомодным парком развлечений, а вот проспект Руставели – тбилисский Бродвей с театрами, дорогими магазинами и ночными клубами.

У Тбилиси много холмов, много взлетов и много секретов. История здесь жива. Легко представить караваны, идущие через город, стоя на стенах крепости, увидеть, как идут на приступ завоеватели – арабы, персы, сельджуки, вообразить, как в Ватных рядах торгуются с покупателями восточные купцы.

Каждый, кто хоть раз был в Тбилиси, вспоминает его с особенным чувством. О, Тбилиси! Ах, Тбилиси! Кавказский Париж, христианская Медина, город воинов и паломников, богатых купцов и нищих художников, правителей и бунтарей. Что в нем такого? А вы съездите, посмотрите сами – на собор Сиони, на картины Пиросмани в музее, на театр Габриадзе. Вы влюбитесь. Так случилось со мной.

Но впервые отправляясь в Тбилиси, я не смогла найти книги о городе. И друг мне сказал: а ты напиши.

Так я и сделала.

Эта книга – попытка рассказать, как и почему люди стали тут жить, что с ними происходило и какие следы история оставила в облике города. Речь пойдет и о районах, и об отдельных домах, но в первую очередь – о людях, сделавших этот город таким, какой он есть, и благодаря которым здесь царит удивительный дух – дух Тбилиси.

Как устроена эта книга

Представьте себе, как кэрролловская Алиса берет пузырек с надписью «Выпей меня», делает глоток и стремительно вырастает. И вот уже она не видит собственных ног и даже не знает, что с ними происходит. Остается писать им письма «Алиса – ногам, к Рождеству», рассказывать, что произошло с руками, и спрашивать, как поживают лодыжки.

Вот так и с городами. Их биография – совсем не то, что биография человека. С человеком проще: родился, вырос, чему-то научился, что-то сделал или не сделал, постарел или не успел (мало ли как вышло) и умер. Города же сжигают дотла и отстраивают заново, на левом берегу растят капусту, на правом принимают послов из Трапезундского царства, одни кварталы ветшают, другие хорошеют… Потом мода меняется, и вот уже заброшенные промзоны превращаются в креативные пространства.

Кварталы Тбилиси, когда-то небольшого селения справа по течению Куры, растянулись вдоль реки, вскарабкались на оба ее берега, разрослись и вширь, и ввысь. Город оброс идеями, историями и примечательными местами – их все больше, а рассказчику все сложнее выбрать самые-самые. Но тем интереснее.

Среди героев книги – основатель Тбилиси Вахтанг I Горгасали и царица Тамара, поэты Тициан Табидзе и Александр Грибоедов, нефтяной магнат XIX века Александр Манташев и нищий художник Нико Пиросмани. В Грузии их вспоминают часто, поднимают за них тосты – словно они живые, знакомые и близкие всем люди, практически родственники.

Но истории есть и у камней города: садов, храмов, бань, театров, мостов, скал. Они хранят следы войн и разорений, капризов правителей и вдохновения художников, движения мысли и капитала.

С историей в Тбилиси соприкасаешься не только в музеях: она повсюду. Смотрите внимательно по сторонам – вдруг из-за угла выйдет рыцарь в тигровой шкуре, а девушка в кафе окажется Ниной Чавчавадзе, черной розой Тбилиси.

Перед первой поездкой в Тбилиси я прочитала почти все, что было возможно, но про город ничего не поняла, кроме того что в нем есть крепость, ботанический сад, бани, река и проспект Руставели. Решила поселиться в старом городе и выбрала на карте квартиру в центре. Таксист из аэропорта привез меня к храму Сурб Геворк.

Представьте, что вы стоите перед Казанским собором в Санкт-Петербурге и недоумеваете. Получается, что именно в нем вы сняли небольшую квартиру? Так и я стояла перед собором, дорогой читатель, и понимала: меня надули. Но жизнь богаче наших представлений о ней. Оказалось, что я действительно сняла, но не храм целиком, а одну из келий для паломников и священников. Мне рассказали, что в ней когда-то жил Саят-Нова, поэт, о котором я узнала в школьные годы. Это как в Кембридже жить в комнате Байрона или в театре «Глобус» сесть на стул Шекспира.

Я поселилась в келье Саят-Новы на главной площади Тбилиси. Это было удивительно. Ночью в честь церковного праздника стали звонить в колокола – казалось, что прямо в моей голове. Происходящее было невозможным – и совершенно реальным. Тогда я решила написать эту книгу.

Смотрите же, что из этого вышло.

Мне очень хочется, чтобы Тбилиси заговорил с вами: мостовыми на улице Шардени, деревьями в парке Рике, спуском Ахвледиани и площадью Гудиашвили. Всюду смысл, тысячи судеб. Они помогут понять и полюбить этот город, за который столетиями воевали, который столетиями воспевали, в котором любили, ненавидели, надеялись, отчаивались, боролись и побеждали.

Добро пожаловать в Тбилиси – с его камнями и людьми. И конечно, не обойдется без грузинской еды и вина.

Часть 1. Город

В Государственном музее истории Грузии имени Симона Джанашия есть знаменитый экспонат: дманисский гоминид, или Homo georgicus – человек грузинский. Ему около 1,8–2 млн лет, и это самые древние останки человеческого предка за пределами Африки. В Грузии всегда было хорошо, и люди понимали – тут стоит жить.

В VI веке до нашей эры разделявших эти взгляды стало достаточно, чтобы возникло первое государство на территории современной Грузии, на морском побережье. Время было занимательное – эпоха вавилонского пленения иудеев, зарождения древнегреческой философии, основания буддизма и зороастризма. Государство у Черного моря звалось Колхидским царством – да, тем самым, из древнегреческого мифа. Колхидской царевной была Медея, которая помогла Ясону добыть золотое руно. Весьма вероятно, что Колхидское царство было всего лишь союзом нескольких греческих колоний, а не полноценным государством.

Спустя почти 400 лет после Колхиды образовалось Иберийское царство (оно же Иверия) в центре современной Грузии, в исторической области Картли, от названия которой произошел топоним Сакартвело – так грузины сами называют свою страну. А себя – картвелами, картвели, картли.

Слова «грузин» и «Грузия» персидского происхождения. Большую часть IV–VI веков нашей эры Иберия зависела от Персии. И в Тбилиси с персами многое связано, сами увидите.

А еще Грузия второй в мире после Армении приняла христианство как государственную религию. Случилось это в древней столице Иберии Мцхете то ли в 325-м, то ли в 327-м, а то ли и вовсе в 317 году – ученые спорят до сих пор.

Тбилиси появился только через 100 с лишним лет.

Глава 1. Фазаньи курочки. История Тбилиси

Город показался мне многолюден. Азиатские строения и базар напомнили Кишинев. По узким и кривым улицам бежали ослы с перекидными корзинами; арбы, запряженные волами, перегорожали дорогу.

Пушкин о Тбилиси. «Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года»

За точку отсчета возьмем географический центр Тбилиси – Метехскую скалу на левом берегу Куры. С нее через реку открывается прекрасная панорама старого города. Особенно хорошо виден район серных бань Абанотубани. С него и начнем рассказ.

Главный герой уже здесь: посмотрите на бронзового всадника у Метехской скалы. Видите – он указывает на правый берег? Там все и началось, и он-то все и устроил. Разрешите представить: Вахтанг Горгасали, Волчья Голова, – основатель города.

Существует легенда: царь Вахтанг отправился из тогдашней столицы Иберийского царства – Мцхеты – охотиться по течению Куры. Дальше легенда начинает спотыкаться: царь гнался то ли за оленем, то ли за фазаном, с соколом или без сокола, то ли ранил жертву, то ли загнал в ущелье. Потом легенда и вовсе раздваивается, как дорога перед богатырем на распутье: фазан, скрываясь от сокола, свалился в горячий источник и сварился, а раненый олень выпил из источника и исцелился. Легенды сходятся в главном – был царь и были источники, горячие и целебные. И царь решил, что такое место не должно пропадать, – быть тут городу.

Грузины очень серьезно и уважительно относятся к этой истории – в Тбилиси легенду о фазанах и оленях вам придется услышать и обсудить не раз. Выберите одну версию и оставайтесь ей верны. Олень, так олень, фазан, так фазан.

Правда, фазан все же популярнее. Он изображен на гербе города, на канализационных люках, у серных бань есть небольшой памятник соколу с фазаном в когтях. Если вам повезет разговориться с грузинским охотником, он расскажет, что и сейчас охота на фазана в Грузии – отнюдь не редкость.

Люди. Царь Вахтанг I Горгасали

Вахтант I Горгасали (приблизительные годы жизни – 440–502) – это грузинский король Артур. Средневековая летопись «Картлис цховреба» – «Жизнь Грузии» – называет его правление сказочным временем. О Вахтанге I слагали поэмы и предания, а позже и вовсе канонизировали. Царское знамя в его честь зовется «Горгасалиан Давитиани», а имя носит одна из высших военных наград современной Грузии.

При Вахтанге Иберия, или Картлийское царство, была вассалом Персии. Персии в те времена противостояла Византия, а христиане – огнепоклонникам, зороастрийцам, преобладающей религии Персии того времени. Вахтанг успешно лавировал между ними, объединял Картли и укреплял ее независимость.

Прозвище Горгасали, Волчеголовый, дали Вахтангу персы. У царя был шлем, на котором спереди была изображена голова волка, а сзади – льва.

Правил Вахтанг долго – больше пятидесяти пяти лет. Присоединил несколько провинций, изгнал из Картли огнепоклонников (правда, те все же вернулись, но влияние свое утратили), добился автокефалии грузинской церкви и основал Тбилиси.

Вахтанг даже побывал в Иерусалиме. И возможно, именно он приказал построить (или значительно расширить) монастырь Святого Креста, который принято называть «обителью грузинской славы» на земле обетованной. Считается, что в этом монастыре жил Шота Руставели и, по одной из версий, там он и похоронен.

Горгасали был дважды женат. Его первой женой была иранская принцесса Белендухт. Она умерла, родив царевича Дачи, который унаследовал трон Вахтанга. Второй женой была Елена, родственница византийского императора Зенона.

В 502 году в битве с персами Вахтанг был ранен то ли мечом, то ли стрелой. Легенда гласит, что беглый раб смог сразить царя лишь потому, что знал уязвимое место на его доспехах. Исполин, а не царь! Ранение оказалось смертельным. Вахтанга похоронили в построенном им соборе Светицховели в Мцхете, который стал усыпальницей царской династии – с Горгасала началась эта традиция.

* * *

Но легенды легендами, а что же было на самом деле? Зачем Вахтангу понадобился еще один город неподалеку от Мцхеты? Официальной датой основания Тбилиси считается 458 год, но это весьма условно. Все, что известно о Вахтанге, мы знаем из книги историка XI века Джуаншера Джуаншериани «Жизнь Вахтанга Горгасала». Например, Джуаншериани пишет, что Вахтангу было шестьдесят лет, когда он основал Тбилиси. Если это так, то Тбилиси возник около 500 года.

500 год выглядит более логичным и потому, что к тому времени Вахтанг окончательно рассорился с персами, и еще одна крепость на подступах к Мцхете с запада ему бы не помешала. А может, Вахтангу захотелось основать светскую столицу – непохожую на религиозную Мцхету с собором Светицховели. Вахтанг не ладил с архиепископом Микаэлом, тогдашним главой иберийской церкви: они, говоря дипломатично, конфликтовали, и архиерей даже однажды выбил Вахтангу зуб ногой (чего только не прочтешь в летописях!), за что был выслан в Константинополь. Вместо епископа прислали католикоса, высшее духовное лицо, читай – патриарха, что значило – грузинская церковь отныне суверенна, а этого Вахтанг и добивался. Но при Вахтанге Тбилиси не был столицей. Год основания 458-й приняли за точку отсчета только в советское время.

Впрочем, археологические раскопки в районе Старого города и Метехской скалы показывают, что Тбилиси возник не на пустоши. На месте нынешней грузинской столицы люди жили уже в IV тысячелетии до нашей эры. А крепость возвел еще в середине IV века царь Иберии Вараз-Бакур I. Так что Вахтанг, скорее всего, просто укрепил и перестроил уже существующее поселение.

Раскопки вели в советское время в квартале между улицами Горгасали, Абано и Самгебро, неподалеку от восстановленного храма Сорока Севастийских Мучеников. Считается, что первый храм на этом месте возвели как раз при Вахтанге, вот археологи и пытались найти фундамент церкви V века. Нашли больше: баню I века, памятники III–IV веков, стены дворцового комплекса IX–X столетия, много бытовых предметов, в том числе средневековые чаши с изображением фазана.

Сейчас на месте бывших археологических работ – небольшой раскоп, открытый для публики (за небольшую плату). Часть его находится прямо под открытым небом, так что любой прохожий может рассмотреть древние стены и попытаться представить, как это все выглядело во времена Вахтанга (или еще раньше). Может быть, вам повезет, и вы увидите живого фазана. Ну или закройте глаза и вообразите.

Камни. Имя города

Тбили (თბილი) – значит «теплый». Это название впервые упоминается в IV веке, то есть примерно за 100 лет до Вахтанга Горгасали. Старогрузинский вариант – Тпилиси. Из него образованы названия города в других языках. В армянском Тэплис, в греческом Тифлис или Тифилис.

В русском и большинстве европейских языков до 1936 года употребляли форму «Тифлис», а в грузинском – «Тпилиси».

В 1936-м в грузинском языке официально приняли вариант «Тбилиси»: заменили древний корень «тпили» на новый – «тбили». Название Тбилиси утвердили в русском как более близкое к грузинскому по звучанию. Большинство других языков впоследствии переняли форму «Тбилиси», но некоторые языки, такие как турецкий, персидский, греческий и немецкий, сохранили вариант «Тифлис».

* * *

Как мы уже говорили, Вахтанг Горгасали умер в 502 году. В Европе к тому времени уже пала Западная Римская империя и наступило Средневековье. Вахтанга сменил его старший сын Дачи, который перенес столицу из Мцхеты в Тбилиси. Впрочем, менять Мцхету на Тбилиси и обратно правители Грузии будут еще много раз.

При Дачи персы, от которых Грузия и так сильно зависела, захватили почти всю страну. Дачи кое-как сумел наладить с ними отношения и остаться хоть и номинальным, но царем. Но уже к 580 году персы упразднили царскую власть в Грузии. От правления Дачи в Тбилиси осталась церковь Рождества Богородицы, в XVII веке получившая название Анчисхати. Вы ее можете увидеть и сейчас – это старинный каменный храм рядом с театром Габриадзе. Она считается самой старой в городе, хотя, конечно, сильно перестроена. Анчисхати то разрушали, то восстанавливали, в XIX веке, пытаясь придать храму славянский вид, возвели купола и пристроили звонницу, а в ХХ веке снесли все имперские элементы и вернули изначальный облик.

Дачи достроил еще более важную и точно самую эффектную достопримечательность города – крепость Нарикалу, которая стоит на высоком крутом берегу и вознесена над городским пейзажем. Она – сама древность.

В VII веке Тбилиси разграбил византийский император Ираклий II. А в следующем столетии город захватил арабский халиф Мерван II по прозвищу Кру из династии Омейядов. Грузины прозвали Мервана Глухим, потому что тот был глух к бедам народа, армяне – Слепым – за то, что он отказывался видеть слезы, а арабы попросту Ослом – за упрямство.

В VIII веке Тбилиси стал частью Арабского халифата. Поначалу арабы назначали царей из потомков Вахтанга Горгасали, но потом заподозрили тех в сговоре с хазарами и сожгли Тбилиси до основания. После пожара городом, точнее, тем, что от него осталось, стали править тбилисские эмиры. Это был неплохой период: эмиры строили оросительные сооружения, проводили каналы, сажали сады. В Грузии распространялся ислам, оживились торговые связи. Тбилиси возродился, а благодаря арабским купцам даже стал богатеть: неподалеку проходил большой торговый путь, одно из ответвлений Великого шелкового. В городе появились мечети и медресе, караван-сараи и бани. К середине IX века Тбилиси был уже одним из самых больших городов Кавказа, по количеству жителей уступая только Дербенту.

Халифат слабел, его земли отвоевывали армяне, кахетинцы, византийцы, турки-сельджуки, аланы, хазары. Тифлисский эмир Саак решил отделиться от халифата и перестал платить дань багдадским правителям. Тогдашний халиф оказался не настолько слаб, чтобы спустить это. В 853 году арабы второй раз сожгли Тбилиси, а мятежного эмира распяли на кресте.

Уже в XI веке Тбилисский эмират состоял только из самого Тбилиси и пригородов: власть эмира ослабела, в городе фактически правил совет старейшин. Грузинские цари, начавшие объединять Грузию, несколько раз пытались отвоевать Тбилиси у арабов, но безуспешно. В 1068 году. Тбилиси захватили турки-сельджуки, но удерживали город недолго. В 1122 году Тбилиси отбил у сельджуков Давид IV Строитель.

Люди. Давид Строитель

Давид IV из рода Багратионов (1073–1125) – объединитель, собиратель грузинских земель, восстановитель, строитель, или по-грузински – Агмашенебели, великий правитель Сакартвело. Он провел реформы армии и церкви, присоединил Триалети, Кахетию и Эрети. И только Тбилиси оставался в руках турок.

«Тбилиси будет грузинским!» – так сказал царь и сдержал слово. Но это случилось не сразу.

В августе 1121 года Давид одержал победу в битве на горе Дидгори, на подступах к Тбилиси. Грузинское войско было невелико, и царь, в поисках союзников, пригласил переселиться в Грузию одну из ветвей половцев (тех самых половцев, с которыми сражался Игорь в «Слове о полку Игореве»). Половцы-кипчаки согласились. Правда, Давиду пришлось жениться на дочери их хана.

На Дидгори против трехсоттысячной армии турков-сельджуков выступило объединенное войско из 40 тысяч грузин, 15 тысяч половцев, 500 аланов и 100 крестоносцев. Давид в лучших традициях Средневековья сказал напутственное слово перед сражением: «Воины-христиане! Мы легко победим врага, если будем самозабвенно драться за отечество наше. Давайте стоять насмерть. И чтобы не бежать нам отсюда, завалим вход в ущелье деревьями!» Так и сделали – загнали турков в узкое ущелье, и те не смогли воспользоваться численным превосходством.

Тбилиси был взят грузинской армией несколько месяцев спустя. В 1122 году Давид, огромный плечистый великан, въехал в освобожденный город. Он пришел со стороны своего родного Кутаиси. Сегодня это район Дигоми на северо-западе Тбилиси, а царь по-прежнему там: его десятиметровая статуя приветствует нас на въезде в столицу.

Средневековые хронисты описывают Давида как идеального правителя – и воина, ученого, монаха. Рассказывают, что царь очень любил читать, а если уставал к концу дня, просил, чтобы читали ему вслух. А лавры просветителя Давид заслужил: он приглашал к своему двору ученых и поэтов, основал под Кутаиси восхитительный, неповторимый Гелатский монастырь (хронисты пишут, что царь сам таскал на его строительстве каменные глыбы), и при нем – академию, позвал туда книжников из разных уголков Грузии и Византии.

Давид дружил с церковью и сделал ее мощной союзницей светской власти: вторым лицом в государстве, первейшим из всех вазиров, советников государя стал воспитатель царя, епископ Георгий Чкондидели. Вы не удивитесь, узнав, что Давид, как и Вахтанг Горгасали, будет потом канонизирован.

В современной Грузии Давида Строителя считают прозападным политиком. Он действительно наладил тесные связи с европейским рыцарством, принимал послов короля Иерусалима Балдуина II и передал правителю государства крестоносцев в дар крест, составленный из частей Креста Господня. Сегодня эта реликвия хранится в соборе Парижской Богоматери во Франции и называется «Крестом Давида».

* * *

Царствование Давида Строителя – одно из самых ярких в Золотом веке грузинской истории (им называют период между 1000 г. н. э. и 1225 г., уже после смерти правнучки Давида, царицы Тамары). В этот период Грузия была самым влиятельным государством на Кавказе (и самым большим). Ей принадлежали территории от Каспийского моря до Черного, часть современного Азербайджана, Южная Армения, север Турции и Ирана. Тбилиси был столицей этой империи.

К концу XII века в городе жило, по разным оценкам, от 80 до 100 тысяч человек. Примерно столько же тогда составляло население Лондона, а в Киеве жителей было в два раза меньше. Через Тбилиси проходили торговые пути – из Скандинавии и Руси в страны Ближнего Востока и Византию. Как и в европейских городах того времени, в нем возникали купеческие и ремесленные гильдии. Тбилиси рос: гора Мтацминда стала городским кварталом; границы достигли сегодняшнего района Вера и проспекта Руставели.

Став грузинским, Тбилиси остался многонациональным. Мудрый Давид Строитель не выслал из страны мусульман и евреев. Он знал, что их торговые связи и опыт пригодятся городу. Чтобы добиться лояльности, царь обложил арабов самым низким налогом в 3 динара, евреи платили 4 динара, а грузины – 5 динаров. Давид, понимая, что не так просто изменить четырехсотлетний уклад жизни, запретил христианам резать свиней в районах, населенных мусульманами.

Вероятно, именно Давид построил на Метехской скале царский дворец. Впрочем, археологи находят на его месте и более старые фундаменты, относящиеся еще ко временам Вахтанга Горгасали. Получается, что первый дворец на левом берегу Куры – очень древний, ровесник Нарикалы. Само название Метехи значит «вокруг дворца». Дворец многократно перестраивали, брали штурмом, в XIX веке сделали тюрьмой, а в советскую эпоху взорвали. А вот храм, возведенный во второй половине XII века рядом с дворцом, сохранился до наших дней.

Зенит Золотого века Грузии – правление царицы Тамары (1184–1213). Удивительно, но от ее сиятельной и насыщенной эпохи в Тбилиси не осталось почти ничего. Мостом Тамары зовут один из арочных мостов в Ботаническом саду, но не факт, что название имеет хоть какое-то историческое обоснование. От той эпохи до нас дошли несколько храмов (Метехи, Сиони, храм Андрея Первозванного в Верийском парке) и Синий монастырь 1180 года постройки. Остальное уничтожено землетрясениями, персами, турками, большевиками.

Наступил 1220 год. И тут пришли монголы: империя Чингизидов докатилась до Кавказа. Наследником Тамары был ее сын, Георгий IV Лаша. Он погиб в бою с монголами, разорившими север страны, но до Тбилиси не добравшимися. После Георгия правила его сестра Русудан. При ней в 1226 году Тбилиси взял шах Джелал ад-Дин Мангуберди, властитель Хорезма – империи на территории современных Узбекистана, Таджикистана, Афганистана и Ирана. Шах устроил в Тбилиси зверскую резню: на Метехском мосту предали смерти десять тысяч (а по другим данным – сто тысяч) христиан.

В 1238 году Тбилиси захватили монголы. Правда, сжечь город им не удалось: Тбилиси уже сожгли по приказу царицы Русудан, чтобы не оставить ничего завоевателям. В 1242 году Русудан подписала с монголами мир, признала Грузию вассалом хана и обязалась платить дань. Грузия потеряла половину своих земель. Тбилиси все еще оставался столицей, но царица перебралась в Кутаиси.

После смерти Русудан Грузия распалась на Восточную со столицей в Тбилиси и Западную со столицей в Кутаиси. Больше ста лет Картли и Кахетию терзали монголы, осетины, дагестанцы и гражданские войны. Города обезлюдели, разрушенные кварталы Тбилиси вспахали и засадили виноградниками.

Но монголы не смогли управлять огромной империей. Георгий V Блистательный, хитрец и дипломат, сначала добился от монголов признания его царем всей Грузии, а потом прогнал их, приструнил вассалов и в 1334 году объединил Грузию. Виноградники и фруктовые сады, посаженные вокруг Тбилиси, приносили хороший доход. Грузинские, еврейские, армянские, мусульманские, венецианские и генуэзские купцы снова превратили столицу в важный торговый центр, богатый и многолюдный город. Но в 1346 году, как раз в год смерти Георгия V, пришла беда пострашнее монголов – чума. За 20 лет она истребила по меньшей мере половину населения Тбилиси – и всей Грузии.

Монголы и чума искалечили Грузию, но завершающий удар нанес Тамерлан. В 1386 году его войска шесть месяцев осаждали Тбилиси. Гарнизон сдался только после того, как Тамерлан выстрелил по крепости из пушки – до сих пор невиданного на Кавказе оружия. Пушку привезли из Китая – оттуда происходили все осадные технологии Чингизидов: инженеров захватывали в плен, а технику изымали.

После падения Тбилиси работоспособных мужчин угнали в Самарканд, столицу империи Тамерлана, туда же вывезли драгоценности из казны и разоренных церквей и библиотеку грузинских царей, которая сгинула где-то на просторах Центральной Азии. Великий Хромой, как звали Тамерлана, одновременно воевал против Золотой Орды, Индии и Османской империи, но возвращался в Грузию шесть раз и дважды разорял Тбилиси.

Тамерлан умер в 1405 году. Уже в 1407 году в Грузию пришли тюркские кочевники, захватили часть восточной Грузии и на протяжении XV века несколько раз брали Тбилиси. Царь Александр I восстановил было единство страны, но отступил под натиском тюркских племен и постригся в монахи. В Грузии началась междоусобица. В 1470 году страна разделилась на три царства и одно княжество: Картли, Кахети, Имерети и Самцхе. Тбилиси стал столицей Картли.

Венецианские посланники и купцы Иосафат Барбаро и Амброджо Контарини в своих заметках о путешествии в Персию упоминали Тбилиси XV века как сильно разрушенный город, где кроме Метехского замка все лежит в руинах. Крепостное право стало суровее, крестьяне беднее, налоги выросли.

В 1453 году пал Константинополь, последний христианский союзник Грузии. Страна оказалась в изоляции. Перевалы Кавказских гор и путь к России перекрывали тюркские племена. Послы, искавшие поддержки у Испании и Ватикана, вернулись ни с чем. Вскоре Грузия оказалась зажата между двумя мусульманскими империями: Османской на западе и Персидской на востоке.

Следующие 300 лет принесли череду ничего не решающих побед и поражений в войне турок и персов. Тбилиси переходил из рук в руки, изредка доставаясь грузинским царям, которые, впрочем, признавали себя вассалами Сефевидов, иранских правителей. В разоренном Тбилиси XVI века жило всего около десяти тысяч человек, в основном армяне, спасавшиеся здесь от завоеваний Османской Порты. Грузинская знать покинула город, предпочтя ему свои поместья. Тбилиси стал городом ремесленников и купцов.

В 1605 году моуравом (управляющим) Тбилиси был назначен Георгий Саакадзе, великий воин и интриган. Со временем его власть усилилась, он стал могущественнее картлийского царя: строил заговоры против персов вместе с грузинской знатью, потом объединялся с персами против грузинской аристократии. В 1625 году Саакадзе даже поднял антиперсидское восстание и попытался взять тбилисскую крепость Нарикалу. Ничем хорошим это не кончилось: Саакадзе бежал в Турцию. Тем не менее персы устали от войны и отказались от планов выселения грузин, которые вынашивал шах Аббас I после разрушительных войн начала XVII века. Аббас мечтал разрушить Картли и Кахети и уничтожить или переселить мятежных грузин, но не преуспел и отказался от своих планов – Тбилиси это сулило относительно мирную жизнь.

В 1633 году персидский шах назначил правителем Картли мусульманина Ростома. Ставленник Персии, Ростом тем не менее проводил независимую политику и много сделал для города. При Ростоме в Тбилиси строили и перестраивали серные бани (в бани царя Ростома можно отправиться и сегодня), восстановили один из старейших храмов – Анчисхати. Царь возвел новый дворец на правом по течению берегу Куры, недалеко от современной площади Ираклия II. Крепость Нарикала в том виде, в котором она существует в наши дни, тоже построена при Ростоме: тогда город обнесли мощной стеной.

До нас дошли записки турецкого путешественника Эвлии Челеби, автора лучшего травелога[1] той эпохи. По восточной Грузии Челеби путешествовал в 1646–1647 гг. Во владениях Ростома царил порядок, оживились торговля и ремесленное производство, строился и благоустраивался Тбилиси. Интересуясь укреплениями городов, Челеби очень подробно описал столицу. По его сведениям, на правом берегу Куры, за стенами крепости, стояло шестьсот зданий, на левом берегу – триста. Тбилиси был хорошо укреплен. Высокая башня защищала вход в туннель, проведенный к реке для снабжения крепости водой. В левобережной, меньшей, но сильной крепости стоял трехтысячный гарнизон. К концу XVII столетия в Тбилиси жило уже около 20 000 человек.

XVIII век – время культурного и экономического роста Грузии. В 1709 году при царе Вахтанге VI в Тбилиси открылась первая типография – на правом берегу Куры, в районе нынешней площади Ираклия II. Там напечатали поэму Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре», редактировал издание сам царь Вахтанг. Пустоши засадили виноградниками, которых было уже так много, что для сбора урожая приходилось нанимать иностранных работников. Вахтанг строил дороги и караван-сараи, купцы объединялись в гильдии, появлялись торговые лавки.

Оживились и русско-грузинские отношения. Вахтанг VI вступил в переписку с Петром I, в Тбилиси приехали русские послы. Вахтанг собирался поддержать Петра I в походе против персов, за что разгневанный шах пообещал престол Картли кахетинскому царю. В 1723 году кахетинцы с помощью персов захватили Тбилиси. Вахтанг обратился за помощью к туркам, и два года спустя в Тбилиси уже стоял турецкий гарнизон. Потом вновь персидский, и опять турецкий.

Впрочем, империя персов, в которой уже много лет шла гражданская война, сама ослабела. Турция воевала на два фронта: в Европе и в Закавказье. И вот тут-то у небольшой Грузии, лежащей меж двух империй, появился шанс. Царь Картли Теймураз II и его сын, царь Кахетии Ираклий II, в середине XVIII в. прогнали иранцев и турок из Грузии. После смерти Теймураза Ираклий стал правителем объединенного Картли-Кахетинского царства. При нем в Тбилиси открылась первая школа, была создана полиция, началось восстановление храма на Метехской скале. Но турки и персы по-прежнему были готовы напасть. И в 1782 году Ираклий попросил Екатерину принять Картли-Кахетинское царство под покровительство. В 1783 году Россия и Картли-Кахетия подписали Георгиевский трактат и стали военными союзниками, при этом Грузия оставалась независима.

Но Россия не сдержала обещаний и не предоставила военной помощи, когда она была так нужна. В 1795 году к Тбилиси подошло 35-тысячное персидское войско. Семидесятипятилетний Ираклий II повел войска в атаку. Под стенами Тбилиси погибла почти вся его армия, четыре тысячи человек, но им удалось перебить тринадцать тысяч персидских воинов. Тбилиси пал. Он горел три дня: сгорели школы, библиотеки, типография, монетный двор, арсенал, были разрушены церкви и дворцы. Были убиты около двадцати тысяч человек, почти столько же угнали в плен. После ухода персов Ираклий II не захотел возвращаться в разрушенный Тбилиси и умер в Телави в 1798 году.

Царем Картли и Кахетии стал сын Ираклия Георгий XII, у которого уже не было сил на борьбу с Ираном и Турцией. Он добился от Павла I обещания вернуть российское покровительство. Но Александр I после смерти Георгия и Павла присоединил земли Грузии к России, а царскую власть упразднил. Наследника престола Давида XII насильно вывезли в Россию, как и членов царской семьи. В 1865 году Государственный совет России предоставил потомкам Георгия, последнего царя Грузии и Имеретии, титул светлейших князей Грузинских. Все представители рода Багратиони носили княжеский титул: князья Багратион-Бабадиши, князья Багратиони-Давитишвили и князья Багратион-Мухранские.

Багратионы стали известной аристократической фамилией. Знаменитый представитель российских Багратионов – герой войны 1812 года, генерал князь Петр Иванович Багратион, правнук царя Грузии Иессея (Али-Кули-хана), правившего в 1714–1727 годах.

Весь XIX век Тбилиси, который стали называть Тифлисом, был центром российской губернии – Грузинской, Грузинско-Имеретинской, Тифлисской – во главе с главнокомандующим. Менялись генералы-наместники, менялся город. В 1802 году снесли оборонительные стены, а в 1816-м – Метехский замок, на месте которого построили тюрьму. В 1827 году молнией разрушило часть крепости Нарикала.

В начале века население Тифлиса росло медленно. Генерал Алексей Ермолов щедрыми пособиями привлекал русских служащих, сюда бежали грузины из разоренной Имеретии. Но даже к 1817 году население столицы было меньше, чем до последнего персидского погрома, – около 25 000 человек, и три четверти населения были армянами.

Тбилисские купцы неохотно пускали иностранцев, но все же к 1823 году в Тбилиси уже торговали англичане, немцы, французы. В городе даже открыли хороший провансальский ресторан, в лавках продавали немецкие и швейцарские сыры, из Франции приехали виноделы, заинтересовавшись грузинскими виноградниками.

Активно отстраивать город начали в 1820-х годах. Улицы окончательно расчистили от щебня, оставшегося после персидских разрушений, наняли европейских архитекторов, открыли Ботанический сад, построили школы и первое женское учебное заведение в Закавказье – гимназию Святой Нино. В 1828 году стала выходить газета «Тифлисские ведомости», на русском языке, но с приложением на грузинском.

Временем больших перемен и масштабного строительства стала середина XIX века. Наместником России в Грузии в 1845 году был назначен граф Михаил Воронцов. Ему приписывают слова: «Маленькая Грузия должна стать самым красивым, самым ярким парчовым узором на пяльцах российской вышивки». И Воронцов сделал немало, чтобы так оно и случилось.

Он открыл в Тбилиси публичную библиотеку, Кавказское общество сельского хозяйства и провел первую в Закавказье сельскохозяйственную выставку. Учредил Кавказский отдел Русского географического общества. При Воронцове начала выходить еженедельная газета «Кавказ». Воронцов сам учил грузинский язык и призывал негрузинских чиновников своей канцелярии следовать его примеру. При нем в Тифлисе построили новые жилые дома, фабрики, конные заводы, мосты. Возведенный итальянским архитектором Скудьери Михайловский (в честь Воронцова) мост до сих пор стоит над Курой. По указу Воронцова расширили и украсили главную улицу города – проспект Головина, будущий проспект Руставели.

Воронцов создал Тифлисский оперный театр, пригласив итальянских певцов и танцовщиков. Нанял актера Михаила Щепкина, и тот открыл Тифлисский драматический театр. Театры стали настолько популярными, что грузины и армяне называли своих детей Гамлетами и Дездемонами. Воронцов поощрял и грузинских драматургов, ценил творчество «грузинского Мольера» Георгия Эристави. До сих пор, хотя прошло уже около двух столетий, в Тбилиси о Воронцове вспоминают и называют «Мишей» (его и Саакашвили, так что, услышав, уточняйте, какой Миша имеется в виду).

В 1860-е годы Тифлис уже походил на обычный европейский город. Население составляло около семидесяти тысяч человек; улицы освещали двести самых современных керосиновых фонарей; в лавках торговали французским платьем, книгами. В Тифлисской гимназии училось почти три тысячи студентов. Но и черт азиатского города оставалось немало: при подъезде с востока путешественников встречала виселица, на которой качались трупы разбойников, а Головинский проспект зимой превращался в огромную грязную лужу.

В 1870-е годы от Поти (с черноморского побережья) до Тифлиса проложили рельсы, в 1880-е их протянули уже до Баку – Закавказская железная дорога оживила и торговлю, и промышленное производство. Работало уже более двух сотен фабрик и заводов: стеклодувный, плавильный, шелкопрядный, сахарозавод, оружейный, табачный, виноградо-фруктово-водочный, сыроваренный, кожевенный. В 1873 году по Михайловскому проспекту (нынешнему Давида Агмашенебели) пустили первую линию трамвая-конки.

В начале XX века в Тбилиси жило уже 160 000 человек. Купцы торговали с Азией и Европой, аристократы ездили в Санкт-Петербург и за границу, рабочие бастовали. В Тбилиси к тому времени действовали водопровод, электростанция, около десятка трамвайных маршрутов, фуникулер. Работало шесть театров, семь кинотеатров, двадцать три книжных магазина и двенадцать типографий. Берега Куры соединяли целых восемь мостов, особняки богатых горожан украшало венецианское стекло и мозаики модерна. Распространялись социалистические идеи, обострялись межнациональные конфликты, чаще звучали призывы к освобождению Грузии от российского господства.

Осенью 1905 года Тбилиси был парализован всеобщей забастовкой, начались беспорядки, на рынках взрывали бомбы. Протесты жестоко подавлялись, но вспыхивали вновь. Главной проблемой был этнический состав: губернская столица оставалась армянским городом под управлением русских, грузин было не больше трети, а интеллигенции (врачей, учителей, чиновников) – не более десяти процентов.

После Февральской революции Учредительное собрание не успело решить судьбу Закавказья. А большевикам после Октябрьской тоже было не до него. В 1918 году Грузия объявила о своей независимости. В том же году в Тбилиси вошла армия немецких интервентов, через год – британских. А в 1921-м город взяли большевики. Тбилиси стал советским.

1920-е годы – период антисоветских бунтов, голода, разрушения церквей и первых репрессий. Но все же атмосфера в Тбилиси была более свободной, чем в Москве или Петрограде. Потому 1920-е и 1930-е годы – это еще и эпоха расцвета грузинской культуры. Тбилисский университет выпустил новое поколение историков, искусствоведов, биологов, физиков. Грузинские писатели, композиторы и художники ездили за границу, а иностранные приезжали в Тбилиси, в городе проходили интересные выставки, на европейские языки переводили грузинскую литературу. Открылись новые театры: Грузинский театр имени Шота Руставели, Тбилисский академический театр имени Котэ Марджанишвили.

Вдоль Куры обустроили набережные; в Ваке и Сабуртало возвели жилые дома для рабочих. Тюрьму на Метехской скале сделали музеем. На Мтацминде в 1929-м официально открыли Пантеон, где похоронены поэты, художники, писатели Грузии. В 1934 году был принят генеральный план развития города. Главной площадью стала нынешняя площадь Свободы; на Мтацминде разбили парк; проспекты расширили и застроили «сталинками»; в 1935-м открыли стадион «Динамо» и запустили первую в мире детскую железную дорогу.

К концу 1930-х в Тбилиси жило уже больше полумиллиона человек. В 1936–1939 годах по стране прошелся каток сталинских репрессий – и Грузию зацепило полной мерой. А затем грянула война. На фронт ушел каждый пятый житель города. В 1941–1942 гг. немцы рвались к Кавказу, к бакинской нефти, но перейти через Главный Кавказский хребет так и не смогли: войска советских альпинистов отбили атаку, Тбилиси уцелел.

В 1958 году Тбилиси отпраздновал 1500-летие. Дату, конечно, назначили: нужно было чем-то отвлечь беспокойную республику – после выступления Хрущева на XX cъезде КПСС в 1956 году в Грузии начались беспорядки, закончившиеся столкновениями сторонников и поклонников Сталина с вооруженными войсками и милицией, 15 человек было убито, 200 ранено.

В честь юбилея на Метехскую скалу поставили конную статую Вахтанга Горгасали, на Сололакский хребет – Мать Картли, 20-метровую женскую фигуру с чашей вина в левой руке и мечом в правой.

В начале 1960-х Грузия становится интеллектуальной и культурной фрондой, государством в государстве. Здесь снимают кино новой грузинской волны, пишут авангардную и модернистскую музыку, одеваются как во Франции и читают Сартра. Тбилиси – это модно. Советские люди массово приезжают в Грузию. Творческая интеллигенция влюблена в грузинское искусство, на русский язык переводят грузинскую поэзию. Гия Канчели и Георгий Данелия, Отар Иоселиани и Вахтанг Кикабидзе, Арчил Гомиашвили, Софико Чиаурели и Резо Габриадзе – звезды советской культуры. Сильны грузинские киношколы, поэзия, литература, наука. Грузинский театр, грузинская мода – эти понятия гремели на весь Советский Союз, а отдых в Батуми и Абхазии считался шиком.

Город в те времена тоже приобретал советский, но шик. В 1966 году открылся тбилисский метрополитен, четвертый в СССР после московского, ленинградского и киевского. Метро в Союзе строили, когда население города превышало миллион человек, но в случае с Тбилиси сделали исключение – в конце 1960-х в Тбилиси было всего 800 000 жителей.

В 1979-м Тбилиси впервые отпраздновал день города – Тбилисобу: его придумали как светский праздник, не связанный с религиозными коннотациями. Впрочем, Тбилисобу полюбили и отмечают до сих пор в первые выходные октября.

Архитектурно Тбилиси сумел остаться самобытным. Сложность рельефа и сейсмоопасная обстановка не позволяли возводить типовые проекты – архитекторам приходилось выкручиваться. Так Тбилиси обзавелся шедеврами советского модернизма и брутализма. Среди них – собранное словно из кубиков детского конструктора здание Министерства автомобильных дорог Грузии, шедевр советского постконструктивизма, высотки на улице Нуцубидзе, соединенные между собой мостами, Дворец торжественных обрядов со множеством разновеликих окон и арок, Археологический музей в Дигоми, похожий на мегалитическое сооружение, сложенное из блоков на вершине холма. Выросло гигантское здание железнодорожного вокзала. Построили Тбилисский университет.

Советская эпоха подходила к концу, обострялись конфликты. С 1989 года в Грузии постоянно проходили митинги с требованием выхода из СССР. 9 апреля 1991 года Верховный совет Грузинской ССР восстановил суверенитет Грузии. Первым президентом республики стал Звиад Гамсахурдия.

Но уже в августе 1991 года Гамсахурдия поддержал членов сформированного в Москве Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП). Комитет выступал за сохранение СССР и против подписания нового союзного договора. Национальная гвардия Грузии отказалась подчиняться президенту и в декабре осадила здание парламента на проспекте Руставели – началась гражданская война.

Две недели в Тбилиси шли бои, в город вошли танки. 6 января 1992 года Парламент пал, Гамсахурдия бежал из страны, но его сторонники не сдались. И спустя полгода уже они осаждали улицы Тбилиси. В конце концов Парламент победил, Гамсахурдия был окончательно свергнут, главой государства стал Эдуард Шеварднадзе.

Для Тбилиси 1990-е – период безденежья и разрухи. Новые жилые дома, которые начали возводить при Советском Союзе, не были достроены, но люди селились в них от безысходности. Воду и электричество часто отключали, отопления не было – в холодные зимы дома щерились самодельными печками. Разрушенные во время войны здания не спешили восстанавливать. Закрывались гостиницы и рестораны, пришел в негодность фуникулер на Мтацминде.

В ноябре 2003 года в Тбилиси вновь начались протесты – на площадь Свободы вышли больше ста тысяч человек. Шеварднадзе подал в отставку, а президентом стал Михаил Саакашвили. Этот бескровный переворот назвали Революцией роз.

Саакашвили активно взялся за восстановление Тбилиси. При нем в центре построили несколько модернистских зданий: пешеходный мост Мира через Куру, Президентский дворец, Дом юстиции, на берегах Куры разбили парк Рике. Старый город начали реставрировать, открылись современные гостиницы. Тбилиси вновь стал туристическим центром, не строгим и чинным, как европейские столицы, а самобытным, хранящим дух старины и древние традиции. В городе было очень много недовольных нововведениями: считалось, что исторический облик города не выдержит такого соседства.

Правление Саакашвили выдалось очень противоречивым и полным политических скандалов: да, уровень коррупции очень упал, но тюрьмы пополнились рекордным количеством заключенных, и сам Саакашвили и служащие его аппарата были обвинены в применении противоправных методов – в том числе пыток в тюрьмах. Отношения с Россией стали самыми сложными за всю историю (тому причиной и военные действия 2008 года). Яростные политические баталии привели к тому, что в 2013 году, не дожидаясь конца президентского срока, Саакашвили улетел в Брюссель. В 2021 году он нелегально вернулся в Грузию, где был арестован. В Грузии к власти пришла партия «Грузинская мечта – Демократическая Грузия», основанная предпринимателем Бидзиной Иванишвили. Сегодня Грузия – унитарная парламентская республика. 14 декабря 2023 года Грузия стала официальным кандидатом на вступление в Европейский союз.

Глава 2. К вопросу о теплой воде

Бани, одни из самых древних построек города, расположились марсианскими куполами разного размера вдоль небольшого ущелья у русла реки Цавкисисцкали, которая течет через Ботанический сад и впадает в Куру. В 2013 году реку извлекли из-под земли, отреставрировали набережную, поставили памятник фазану. Пахнет там специфически – сероводородом. Если подниматься выше по небольшому ущелью, придете к водопаду среди скал – буквально в самом центре города! Особенно приятно там вечерами.

Серные бани в Тбилиси – не просто место для омовений, а грузинская культурная традиция, как Боржоми и многоголосное пение. Раньше мужские и женские дни в банях чередовались, а сегодня равенство – можно мыться в любой день. В давние времена посещение бань было одним из любимых развлечением женщин. Сюда приходили надолго. Весь день здесь пела певица, а женщины проводили время в общении с подругами.

В фильме Сергея Параджанова «Цвет граната» о средневековом поэте Саят-Нове есть запоминающиеся кадры: женские ноги с браслетами на щиколотках ступают по круглым крышам бань, а мальчик, восхищенный женской красотой, в окошко любуется, и мы можем лишь додумывать чем.

Архитектурно бани – большие полуподвальные помещения, крытые каменными круглыми куполами с окном. В самой бане царит легкий полумрак, сверху падают косые лучи света, блестят изразцы и мрамор. Здесь можно принимать ванны в бассейне с серной водой, можно мыться и делать массаж. Теплых серно-щелочных источников, вытекающих из-под горы Табор, действительно много. Еще в конце XIX века их насчитывалось больше тридцати. Температура источников от 37° до 50°, и они с давних пор служили местным жителям для купания. При археологических раскопках в районе Абанотубани удалось обнаружить бани I–II веков с мозаичными бассейнами, раздевалками и разветвленной системой керамических труб. Так что все началось еще до фазанов.

Сегодня перед банями разбит замечательный сквер во французском стиле с красиво постриженными кустами и деревьями, и трудно представить себе, что еще десять лет назад его не было, а от набережной Куры ущелье угадывается сквозь листву всех оттенков зелени.

Деревья идут Тбилиси и очень украшают его. Платаны, вечные спутники южных городов от Рима до Лиссабона, от Турина да Кишинева – с серыми стволами, светлой листвой – часты тут. Встречаются каштаны. Стоят кипарисы – рядом с пальмами. Под Нарикалой растут кактусы. Дубы, цветущие персики, миндаль, магнолия, рододендроны и сосны, встречающиеся повсюду, превращают обычный город в южный парк, и правильное настроение, которое окутывает путника тут – привычка к отдыху, расслабленность и нега.

– Тбилиси – не город для работы, – строго сказал мой приятель Звиад, – посмотри в окно? Видишь, миндаль цветет, иди гулять, дорогая моя.

Но я отправлюсь в баню.

Бани в этих местах строили и грузины, и персы, и турки. В XVII веке турецкий путешественник Эвлия Челеби писал: «В восточной части Большой крепости из недр земли течет такая горячая вода, что можно сварить голову и ноги овцы. Это полезные горячие источники с [построенными над ними] куполами».

Ему отвечал поэт ХХ века Иосиф Гришашвили: «Не побывать в банях – все равно что приехать в Париж и не подняться на Эйфелеву башню». Эти слова стали так известны, что именем Гришашвили названа улица, идущая мимо бань.

Абанотубани в общем и есть «бани» – от слияния двух грузинских слов: «баня» («абано» на грузинском) и «район» («убани» на грузинском). Районом Абанотубани считается ущелье между горой и крепостью Нарикала с одной стороны и горой Табор с другой. Район старинной городской застройки вокруг Абанотубани охраняется ЮНЕСКО как оригинальный образец грузинской средневековой светской архитектуры.

На перекрестке улиц Самгебро и площади у храма Севастийских Мучеников, прямо у бань, раскопали руины, возможно, дворца Горгасали – сегодня это отчасти законсервированные, но открытые для публики археологические раскопки. Первые дома Тбилиси появились на краю каньона примерно там, где сейчас храм Сорока Мучеников – то есть прямо рядом с источниками.

Сохранившиеся до настоящего времени бани построены в разное время в XVII–XIX веках.

Архитектура бань традиционная восточная, персидская. Эти низкие приземистые здания находятся под землей. Снаружи видны только сводчатые полукруглые купола из специального кирпича, так что туристы ходят прямо по крышам бань. Сверху купол, как правило, заканчивается небольшой башенкой с проемами, через которые в баню поступает солнечный свет. Стены сделаны из кирпича, пол и обычные ванны – из плит местного серого пористого камня.

Из всех бань выделяется Пестрая, она же Орбелиановская, она же Голубая. Это высокая, отдельно стоящая баня, украшенная стрельчатым фасадом и боковыми минаретами, отделанная пестрыми изразцами, напоминающая медресе на площади Регистан в Самарканде – и формой, и голубой мозаикой. Именно в ней, по легенде, парился Пушкин (см. Пестрая, она же Орбелиановская), бывал Дюма. Баня была реконструирована – на ней теперь памятная доска с цитатой из Александра Сергеевича, что существенно повышает популярность заведения, особенно среди русскоговорящих гостей. Но вообще комплекс бань весьма эклектичен: тут и псевдостаринные строения, и бани советского времени, и действительно исторические роскошные бани – в общем, почти термы Калигулы в Риме.

Задаваться вопросом, ходить или нет в грузинские серные бани, не следует – просто идите. Это такой же культурный экспириенс, как взглянуть на Эйфелеву башню в Париже, попробовать турецкий кофе, сваренный в джезве, увидеть Помпеи или лиссабонскую крепость, построенную при маврах. Прикоснуться к истории – вот что это значит. Есть Тбилиси, есть бани, и вы еще спрашиваете, идти или нет? Идите.

Купола на площади ведут свою историю веками: и пусть тут не осталось оригинальных бань времен Ираклия II, царицы Тамары или Ростома и Русудан, опыт все тот же.

Серные бани – особенные впечатления. Находятся они под землей, запах в них стоит специфический, а польза от такого омовения – не только в чистоте, но и в многокомпонентном воздействии – для мышц, нервной системы, опорно-двигательного аппарата. Бани успокаивают и умиротворяют. Лучшее время – понедельник, после еженедельной чистки. Приходите днем, не с утра, пусть бани нагреются. Не возьмемся давать советов про конкретную баню – они меняют, случается, хозяев, меняется и ценник, и набор услуг, но основное остается неизменным – бассейн с теплой серной водой, теплый воздух, попеременное погружение в холодную и горячую воду. Сначала – душ, чтобы окунаться в бассейн с серной водой уже чистым, для лучшего воздействия. Уточните в конкретной бане – будут ли в кабинете мозаики, можно ли вызвать банщика и массажиста (ценник лучше обсудить заранее) с тем самым мыльным массажем, который хвалили Пушкин и Дюма – и наслаждайтесь. Температура в бане – 40–50 градусов, обычно посетители несколько раз повторяют процесс попеременного омовения в теплой и холодной воде. Распарившись, выпейте душистого чая с травами, отдохните – и продолжайте исследовать город.

Камни. Купола на площади

Пестрая баня, она же Голубая, или Орбелиановская

Серная вода, мыльный полотняный пузырь и терщики с шерстяной варежкой – все как у Пушкина. Смешно, что, согласно некоторым источникам, баню построили в 1840 году, а Пушкин в ней, как все уверяют, побывал, хотя он-то в Тифлисе был в 1829 году.

Александру Дюма, прожившему в Тбилиси несколько месяцев, приписывают любовь к серным баням – якобы он посещал баню каждый третий день. В его же пересказе известна история, как банщики умудрились уронить в горячую воду завернутого в простыню армянского епископа. Кинулись спасать, но поздно: «Извлекли из кипятка вареным».

Дюма оставил и самые восторженные отзывы о местном знаменитом мыльном массаже, и звучат они так: «Полное и несказанное блаженство».

* * *

«Путешествие в Арзрум» – произведение Александра Пушкина в жанре травелога, написанное в 1829–1835 годах.

«Отроду не встречал я ни в России, ни в Турции ничего роскошнее тифлисских бань. Опишу их подробно. Хозяин оставил меня на попечение татарину-банщику. Я должен признаться, что он был без носу; это не мешало ему быть мастером своего дела. Гассан (так назывался безносый татарин) начал с того, что разложил меня на теплом каменном полу; после чего начал он ломать мне члены, вытягивать суставы, бить меня сильно кулаком; я не чувствовал ни малейшей боли, но удивительное облегчение. (Азиатские банщики приходят иногда в восторг, вспрыгивают вам на плечи, скользят ногами по бедрам и пляшут по спине вприсядку, е sempre bene.) После сего долго тер он меня шерстяною рукавицей и, сильно оплескав теплой водою, стал умывать намыленным полотняным пузырем. Ощущение неизъяснимое: горячее мыло обливает вас как воздух! NB: шерстяная рукавица и полотняный пузырь непременно должны быть приняты в русской бане: знатоки будут благодарны за таковое нововведение. После пузыря Гассан отпустил меня в ванну; тем и кончилась церемония».

Бани – традиционное место работы азербайджанцев в Тбилиси. Они и живут локально вокруг площади бань – рядом с мечетью Джума на Ботанической улице, с другой стороны площади.

Услуги мойщика и массажиста обговариваются отдельно.

Продолжая двигаться вдоль речки Цавкисисцкали по ущелью в банном квартале, путник добредет до водопада Легвтахеви в Инжирном ущелье – буквально в 5 минутах ходьбы от бань, в самом центре города.

Живописное ущелье Легвтахеви начинается у Орбелиановской бани и заканчивается, изгибаясь, водопадом, который образует речка Цавкисисцкали, протекающая через Ботанический сад. Она падает со скалы, пробивая ущелье, по которому впадает в Куру. Сегодня ущелье – одно из самых посещаемых туристами мест в грузинской столице. Ежедневно тут бывают тысячи людей. Легвтахеви до реставрации помнили только историки. Это ущелье было много лет спрятано в глубину серных бань. В советское время тут был коллектор, над ним проходила дорога. Лишь в 2011 году началась реконструкция, после того как остатки старых построек были убраны, построили пешеходные мосты и дорожки.

Гуляя по ущелью, можно смотреть вверх – на старые кварталы домов поздней средневековой застройки по стенам скал: бывшая мечеть, дома зороастрийцев, типичные грузинские дома XIX века – с балкончиками. Сегодня они отреставрированы, и балкончики выглядят еще более грузинскими, чем на архивных фотографиях.

Я в Грузии. Я никого не знаю.

Чужая речь. Обычаи чужие.

Как будто жизнь моя загнулась с краю,

Как будто сплю – и вижу голубые

Холмы. Гуляет по двору сорока.

Когда б я знал, зачем, забыв гнездовье,

Ума искать, и ездить так далеко,

Как певчая говаривала Софья.

Ах, видишь ли, мне нравится балкончик,

Такой балкончик, длинный, деревянный.

Прости меня, что так ответ уклончив,

Как этот выступ улочки гортанной.

Не унывай: ведь то, что с нами было,

Не веселей того, что с нами будет.

Ах, видишь ли, мне нравятся перила,

А все хотят, чтоб здания и люди.

Само собой и здания и люди!

Но погибать я буду – за балкончик

Я ухвачусь – и выскочу из жути,

И вытру пыль, и скомкаю платочек.

Меня любовь держала – обвалилась.

Всех тянет вниз, так не сдавайся ты хоть,

Ах, Грузия, ты в этой жизни – милость,

Пристройка к ней, прибежище и прихоть!

Александр Кушнер

Глава 3. Арабская крепость и другие чудеса. Нарикала

Крепость Нарикала – а точнее, ее руины – видна почти с любой точки в городе. Ее узнаваемый профиль выразительно очерчивают скалы Сололакского хребта. От Куры к крепости ведет извилистый подъем по крутым улицам, а от парка Рике со стороны Метехской площади через реку к крепости можно впечатляюще и быстро подняться по канатной дороге.

Это одна из лучших смотровых площадок города. С нее видны старый город, район Сололаки левее внизу, районы Авлабари и Метехи на противоположном берегу Куры – и горы вокруг.

Время основания крепости – IV век, она ровесница города. Тут мы снова встречаем Вахтанга Горгасали, на сей раз без птиц и зверей: говорят, что он руководил строительством крепости.

Нарикала – крепостной комплекс разных эпох, неоднократно перестроенный: арабами в VII–VIII веках, монголами в XI–XII. В VII столетии она называлась Шурис-Цихе («Завидная крепость» с арабского).

При Давиде Строителе крепость была укреплена и переделана в соответствии с арабской фортификацией – на вершине горы, небольшая, недоступная для конницы и атаки с наскока, с толстыми стенами. Сооружение не раз подвергалось осадам – ее разрушали и восстанавливали персы, грузины, византийцы, хазары, арабы, турки-сельджуки. В разное время крепостью владели византийцы и арабы, затем она перешла в собственность Грузинского царства.

Современное название ей дали, как считается, монголы (от тюркского «нарын» – «малая» и «кала» – «крепость»). Землетрясение 1827 года нанесло Нарикале огромный урон. Церковь Святого Георгия, внутренняя церковь крепости, использовалась расквартированным русским гарнизоном как пороховой склад. В момент землетрясения порох взорвался, разрушив здание и укрепления вокруг. С тех пор крепость так и не была полность восстановлена.

С Нарикалой связано немало легенд. Например, предполагают, что она находилась на Великом шелковом пути, хотя историки сомневаются, проходил ли он вообще через Тбилиси.

В крепости воды нет. В былые времена сюда вели различные акведуки и каналы, а также тайные выходы к реке, в том числе водопровод Нарикалы – одно из первых сооружений такого рода в Грузии.

В 90-е годы двадцатого века крепость была частично реставрирована. Не ждите полноценной, исторически верной реконструкции или же противоположного – новодела. В крепости есть и старинные развалины, и заново отстроенные стены. В 1996 году на территории крепости был восстановлен храм Святого Николая XII века.

Ранее Нарикала состояла из Верхней крепости, линии массивных стен с бастионами, обращенными в сторону реки Куры, и Нижнего города. Комплекс занимал внушительную территорию и хорошо просматривался издалека. До наших дней дожили лишь некоторые фрагменты.

Можно осмотреть верхнюю часть крепости и пройти по Сололакскому хребту, вдоль которого тянутся остатки башен и стен. Прогулка от Нарикалы по хребту вправо замечательна открывающимися видами на древности и руины. Здесь есть удобная тропинка, по которой можно гулять, наслаждаясь видами на Ботанический сад, расположенный внизу.

Постарайтесь разглядеть угловой форт, который нынче почти скрыт кустами. Считается, что здесь когда-то была расположена башня Шахтахти – обсерватория.

Через двести метров путник доходит до статуи Матери-Картли или Матери-Грузии. Двадцатиметровую деревянную статую разместили на вершине хребта в 1958 году, когда город отмечал свое 1500-летие. В 1963 году скульптуру заменили алюминиевой копией. В одной руке у статуи чаша с вином для приветствия тех, кто пришел как друг, в другой меч, карающий врагов.

В Тбилиси ходит анекдот про Мать-Грузию и конный памятник Вахтангу Горгасали. Они расположены на разных берегах Куры и смотрят друг на друга через скалы и водную гладь. Мать-Грузия говорит Вахтангу: «Давай выпьем!», а он отвечает: «Извини, я за рулем!»

От памятника, спускаясь вниз, вдоль хребта тянется очень приятная для прогулок тропа до Мтацминды, она выходит к началу парка наверху у ресторана. Имейте в виду – виды на город с нее прекрасные, и малолюдно.

Камни. «Мосты и дерева»: Ботанический сад у крепости

Между хребтом Сололаки и горой Табори в историческом центре города, в ущелье реки Цавкисисцкали, в Инжировой долине расположен огромный парк – Тбилисский ботанический сад, бывшие царские сады. Что исчезло в других городах, выжило в Тбилиси. В Москве от огромного Государева сада в районе улицы Забелина сохранилось лишь название церкви – Владимира в Старых Садах, дерева не дожили. А в Тбилиси пожалуйста – сады и парки тут существовали в течение столетий. В 1671 году французский путешественник Жан Шарден, в честь которого названа улица Шардени, упоминал парк в своих заметках. Правда, нынешний сад превосходит царственного предшественника в размерах в разы: в начале XX века территория росла на запад, а потом к садам присоединили старое мусульманское кладбище.

Главный вход в сад расположен в конце Ботанической улицы (Ботаникури), что поднимается к подножию Нарикалы прямо от угла площади бань и храма Сорока Мучеников. Второй официальный вход – с Сололакского хребта, от верхней станции канатки. Там есть смотровая площадка и лестница, уходящая от площадки вниз. Так вот, лестница эта выводит к кассе и позволяет войти в парк. В начале XX века в районе Сололаки c улицы Ладо Асатиани через гору был пробит тоннель для входа в сад; нынче в нем ночной клуб, а прохода нет.

В Ботанический сад есть несколько проходов – мы советуем пользоваться официальными. Если дойти до статуи Матери-Грузии и пройти немного западнее, то станет виден лестничный спуск. Он бывает закрыт. Бывает охраняем. А бывает открыт и неохраняем. Кассы нет. Как вход работает изредка, а как выход – почти всегда.

В самой западной части парка есть мост через Цавкисисцкали, и от моста асфальтовая дорога выводит на Коджорскую трассу. Касс там нет, но пройти можно. Кроме того, если вы оказались в Цавкисисцкальском каньоне, то войти из него в парк тоже просто. Там почти дикий лес, не очень понятно, зачем вам туда могло бы быть нужно, но вдруг.

* * *

В настоящее время площадь Ботанического сада составляет 128 га и в нем около 3500 сортов растений. Много это или мало? В Батумском около 5000, в Никитском 30 000, в Лиссабонском – 1500.

Из-за расположения между Сололакским (150 м) и Таборским (680 м) хребтами в Ботаническом саду теплый и полузасушливый климат. В январе температура здесь не опускается ниже нуля, а осадков выпадает больше всего весной и осенью.

Сад с прекрасной и очень ухоженной территорией – всюду дорожки, у деревьев – таблички, тут немноголюдно и очень приятно. 70 гектаров территории занимают специально посаженные растения. На остальной площади растут самые разные деревья и цветы.

Тбилисский ботанический сад – это научно-исследовательский институт: именно отсюда начинается культивация и распространение многих растений в Грузии. Здание научно-исследовательского комплекса видно от касс – оно на другой стороне ущелья.

О собрании диковинных растений в этих местах Грузии было известно еще с 1671 года. В те времена на нынешней территории было три сада, принадлежавших царской семье. В разрушительном 1795 году во время персидского набега и пожара в Тбилиси они полностью сгорели. Все, что осталось от царских садов, стало собственностью государства. История возрожденного Ботанического сада Тбилиси начинается с 1845 года – Царские сады были переданы Академии наук. Тогда царский наместник на Кавказе граф Михаил Воронцов подписал приказ о создании Ботанического сада, первого в Закавказье. Справедливости ради надо сказать, что в 1840 году открылся Сухумский военно-ботанический сад, но это был небольшой парк, а не коллекция растений. Батумский ботанический сад появился в 1892 году – ощутимо позже.

Примерно с 50-х годов XIX века в саду шла акклиматизация растений для Грузии, выведенные здесь сорта распространяли по горным заказникам. В 1861 году ученый-ботаник, тогдашний директор сада – житель знаменитой немецкой колонии Тбилиси (считается, что его фамилия была Шерер, но это не точно, потому что такую же фамилию носил и садовник парка Воронцовского дворца) построил оранжерею, в которой выращивал цветы. За ней закрепилось название «французская», так как посадочный материал был получен из Франции. Оранжерея не предназначена для посещений.

Взгляду прямо при входе в Ботанический сад предстает пешеходный мост. Мало кто знает, что на этом месте, вероятно, находилось самое древнее каменное сооружение в Тбилиси. Через него шла дорога из Персии на Мцхету, и мост настолько древен, насколько богато ваше воображение.

Сразу над мостом начиналась крепость, ее окружал город. Те ворота Ботанического сада находятся на месте старинных Гянджийских ворот.

В 1809 году царские сады передали дворцовому ведомству для выращивания аптечных трав. Тогда же или чуть раньше были снесены городские стены, и Гянджийские ворота исчезли навсегда.

Вероятно, в те же годы склоны ущелья заросли инжиром (легви) и оно стало Инжировым (Легвтахеви). Сейчас так называют весь Тбилисский каньон, в советское же время там росли только кусты, а на фотографиях досоветского времени вообще нет растительности: в печку шел любой кустик.

Историческая часть парка – ее площадь шесть гектаров – находится на крутом склоне Сололакского хребта. Террасами на склонах растут самые древние обитатели сада. Обратите внимание на редкое каменное дерево (Celtis caucasia) которому больше 180 лет. Высота его больше 16 метров, а обхват – 85 сантиметров. В исторической части парка находятся три небольших озера и музей (сейчас не работает).

Среди лиственных деревьев и кустарников особенно замечательны дубы. Здесь их три вида: каменный, пробковый и кермесовый – они растут рядом с водопадом.

Собрание хвойных деревьев находится в центре парка, и это лучшее, что есть в парке. Здесь растут пихта европейская и испанская, пихта Фразера, ель Шренка, сосна крымская, сосна черная.

Многие виды – исчезающие или редкие. Особенно интересен мелкоплодный земляничник – реликтовое растение.

Здесь много эндемиков – растений, характерных только для этих мест: дуб имеретинский, граб кавказский, клен полевой. Саженцы привозили сотрудники Ботанического сада со всей Грузии. Здесь есть теплица пальм, парник растений из тропиков и огромная плантация роз: почти тысяча сортов! В августе и сентябре эта часть парка особенно хороша.

Через речку Цавкисисцкали на территории сада перекинуты три моста.

Первый – недалеко от входа в парк. Ажурный мост, полностью покрытый зеленью – мост царицы Тамары, тот самый, что построен на месте старого каменного моста, часть дороги из Персии на Мцхету. Второй мост находится над 42-метровым водопадом, и с него открывается неплохой вид на брызги и капли, ущелье и дома. Конструкцию возвели в 1914 году, капли и брызги с тех пор не изменились. Третий мост через реку – подвесной: это для детей и сильных духом взрослых.

Глава 4. Старый город. Поэты и художники

У подножия крепости Нарикалы, между районом Абанотубани и площадью Свободы с запада и кварталом Сололаки с востока теснятся, бегут вверх-вниз и петляют улицы Старого города – Клдисубани. Тут жив дух старого, тысячелетнего Тбилиси, кавказской столицы, превосходящей древностью и Ереван, и Баку.

Это – один из самых старых, испытавших влияние и Персии, и зороастризма, и ислама, и множества народов Кавказа, и конечно, самой грузинской древности, квартал.

С Мейданом, площадью на берегу Куры (она же площадь Горгасали), той, что напротив Метехской скалы, связано много судеб. Здесь читал свои стихи знаменитый на весь Восток армянский поэт Саят-Нова, небольшой памятник которому стоит на площади. Здесь же, чуть выше – у храма Сурб Геворк, – он погиб во время кровавого персидского нашествия 1795 года, толкнувшего обессилевшую Грузию в неприветливые объятия России. Некоторые историки считают, что Нико Пиросмани торговал молоком и мацони тоже здесь, в переулках у Мейдана, площади пяти церквей: наверху, на Ботанической улице, Ботаникури, виден минарет, рядом армянский храм Геворк, грузинский Сиони и две синагоги. Другие полагают, что здесь, в Старом городе, Пиросмани и вовсе не бывал – жизнь его проходила на другом берегу.

Район Старого города возник в раннее Средневековье, в VIII–X вв., он называется Кала – «крепость» по-арабски – и вырос из предместья цитадели. При персах Тбилиси начал расширяться, изначальная крепость на холме приросла большим кварталом, обнесенным стенами, на берегу Куры.

«Город построен из соснового дерева», – сообщают нам средневековые источники. В IX веке Тбилиси не был каменным. Об этом писал в «Истории дома Арцруни», классическом сочинении по истории Грузии и Кавказа, армянский историк Фома (Товма) Арцруни; вполне возможно, что даже внешние стены города были деревянными. Каменной была только крепость Нарикала, перестроенная при персах. Армяне называли Тбилиси Пайтакараном (Лесным местом). Кстати, многие древние грузинские церкви изначально возводили из дерева, и только в последующие века перестраивали в камне.

Сейчас крепостные стены Старого города сохранились только на севере, в районе проспекта Бараташвили, элегантно спускающегося с площади Свободы к набережной Куры. Стены отлично вросли в городской пейзаж, став основанием для новых зданий, – как в Риме, как в Стамбуле, как в Праге. От старых рвов у стен крепости ничего не осталось: люди, история, годы совершенно их переварили.

В нынешнем Старом городе все так же, как и сотни лет назад: маленькие извилистые улочки поднимаются от реки к горе в районе Клдисубани. Здесь дома с резными балконами лепятся крыша к крыше, как ласточкины гнезда. Сегодня это один из сохранившихся в почти первозданном виде районов Тбилиси – с покосившимися строениями и зачастую нищим бытом их обитателей, хотя активная стройка и реставрация идут и тут.

Кала начинается от площади Мейдан (иначе – Татарского Майдана, или площади Вахтанга Горгасали) и продолжается до главной площади города – Свободы. Площади соединяет главная улица района, его ось, официально улица Котэ Абхази, которую на самом деле все зовут, как в советское время, Леселидзе. Старое имя вросло в улицу, в ее камни и плоть стен, тень платанов, а новое до сих пор выглядит как неловко натянутый парик: таксисты могут не понять вас, когда вы попросите привезти вас на Абхази, а вот Леселидзе известна в Тбилиси всем.

Мейдан – самая старая, первая площадь города, в некотором смысле центр Тбилиси вообще. Во времена грузинских царей до персидского завоевания на площади совершались казни преступников и оглашения царских указов; потом, как принято в азиатских городах, тут возник базар.

История Мейдана начинается где-то в совсем туманной древности, но только от XIX века дошли относительно внятные описания. В прошлом через Мейдан проходили караванные дороги, в том числе и часть Великого шелкового пути, если он в самом деле был здесь. Караваны входили в город с востока, через Гянджийские ворота, проходили через Мейдан, оттуда шли на север и покидали город через Коджорские, или Мухранские ворота, что около теперешней площади Свободы. От центральной площади расползались узкие торговые улицы, заполненные лавками, складами, магазинами – современные улицы Абхази, Шардени и другие.

В 1524 году персы, тогда владевшие городом, построили на скалистом берегу Куры мечеть, которая выходила на Мейдан фасадом, тем самым застолбив за символом ислама место в самом центре города. Площадь стала центром шиитской культурной жизни. Здесь вплоть до ХХ века проводились церемонии Шахсей-Вахсей, имитирующие страдания и гибель имама Хусейна, важного мусульманского деятеля. Мечеть над Мейданом разрушили в XX веке по личному приказанию Берии.

Напротив снесенной мечети и сегодня стоит храм Святого Георгия, Сурб Геворк – важное здание в истории Тбилиси, Грузии и грузинского армянства. Удивительно, насколько Тбилиси вообще армянский город. Стоит углубиться в средневековую и раннехристианскую историю Кавказа, и становится понятным, как мал мир, как хрупок, как мобилен: здесь, на Кавказе народы постоянно мигрировали в эпохи войн и набегов – приходили целые кланы, семейства, роды из Армении, Персии и даже из Каппадокии, приходили и оседали здесь, в Тбилиси.

Армянскую церковь над Мейданом построили в 1251 году, что поразительно в масштабах континента и времени – в монгольскую эпоху в Грузии мало что строили, на Руси не строили ничего, если не считать северных, новгородских земель. (Есть даже версия, что первый храм на фундаменте у Мейдана был выстроен в 631 году, что приводит нас к самому основанию города, но это лишь гипотеза.) Ясно одно – перед нами одна из древнейших христианских церквей города. И самых важных – сегодня здесь находится кафедра епископа Армянской церкви Грузии.

В эпоху монгольского нашествия 1236 года немало беженцев из Армении нашли убежище в Грузии. Одним из них был Умек, купец из Арзрума, бежавший с семьей в Тпхис (Тифлис, Тбилиси) и построивший здесь храм в честь своего спасения. На западной стене церкви до начала XX века была видна надпись о строительстве церкви Сурб Аствацацин на средства Умека. Надпись не дошла до наших дней, но в газете «Арарат», в статье 1850 года «Описание города Тпхиса» она сохранилась.

XII и начало XIII веков были периодом удивительной помощи и взаимопонимания между грузинами и армянами. Например, самыми удачливыми полководцами великой грузинской царицы Тамары были армяне – братья Иване и Закаре знаменитого княжеского рода Мхаргрдзели-Закарян, сумевшие победить турок-сельджуков, что позволило царице присоединить к Грузии немалую часть исторической Армении.

В армянских средневековых монастырях в то время работали скриптории, грчатун – центры знания и образования – где переписывали книги. Таким средоточием рукописной и книжной жизни был Сурб Геворк, что подтверждают рукописи. Первая известная рукопись из скриптория Сурб Геворка – Евангелие XIV века (Венеция, хранилище рукописей монахов Мхитаристов, рукопись 109). Немало летописей известны именно в переписанных копиях работы монахов этого монастыря.

В разные эпохи у церкви хоронили выдающихся армянских деятелей. Тут находится могила знаменитого придворного поэта и певца царя Ираклия II, писавшего на трех языках (армянском, грузинском и азербайджанском) знаменитого ашуга (поэта) Саят-Новы, которого высоко ценят армянская и грузинская культура. Считается, Саят-Нова погиб в 1795 году во время наступления Ага-Магомед-Хана и похоронен у северной стены Сурб Геворка.

До сих пор в Тбилиси сохранился армянский праздник роз вардавар: он популярен среди поклонников Саят-Новы, в день этого праздника на могиле Саят-Новы – розы. Каждый год в конце мая у могилы Саят-Новы у Сурб Геворка собираются поклонники его поэзии.

Люди. Саят-Нова (1722–1795): поэт, шут, ашуг и монах

Один из известнейших фильмов Сергея Параджанова, визионерское кино-притча о средневековом поэте – «Цвет граната» – регулярно входит в списки лучших фильмов человечества. Авторское название фильма – «Саят-Нова». В фильме много Тбилиси – есть там и бани, и Мейдан, но главное – судьба поэта.

Саят-Нова – псевдоним Арутюна Саадяна, жившего в начале XVIII века, армянского поэта и ашуга, писавшего на трех языках – грузинском, армянском, азербайджанском. Чтобы понять масштаб известности Саят-Новы, достаточно сказать, что его песни до сих пор, спустя 300 лет, поют и знают в Армении – спросите любого, это национальный герой, что-то среднее между Пушкиным и Чапаевым. Жизнь и творчество Саят-Новы – до сих пор предмет изучения. Сам поэт рассыпал в стихах достаточно намеков и загадок. Достоверных сведений о Саят-Нове осталось немного – это случайные факты из песен поэта, страницы рукописных сборников – его и сына Оганеса, рукописи, переписанные Саят-Новой, письменные грузинские источники, воспоминания современников, которые знали его, и пересказы его выступлений, поражавших очевидцев.

Арутюн Саакян родился в небогатой семье ремесленников в армянском районе Авлабаре – на левом берегу Куры, за Метехи. Представление о мобильности мира и движении народов в те годы, в конце XVII – начале XVIII века, дает факт, что отец Арутюна в молодые годы жил в Алеппо, в Сирии, а мать родом с севера Армении; встретились они в Тбилиси – мир совсем не был закрытым.

Саят-Нова с полным правом мог считать себя тбилисцем. Жизнь его связана с Грузией: именно тут он стал известен – поэт и ашуг, музыкант и острослов, шут при дворе грузинского князя. Сначала Саят-Нова, сын ремесленника, учился ткацкому ремеслу, прял и ткал, и даже изобрел портативный ткацкий станок, благодаря которому получил возможность работать внутри дома, а не снаружи – в то время ткачи работали на улице, громоздкие станки занимали много места. Именно ткачеством Саят-Нова кормил семью.

Но попутно он стал сочинять песни: писал обо всем, но главное – о любви. Тогда и появился его псевдоним – прозвище «Саят-Нова» часто переводят как «Царь песнопений».

Саят-Нова, по свидетельствам современников, был несравненным музыкантом и певцом с чарующим голосом. Про него говорят, что его талантов хватило бы на шестерых – композитора, музыканта, певца и трех поэтов.

В то время часты были соревнования ашугов – вроде западных турниров трубадуров и странствующих певцов. Сегодня это, пожалуй, аналог творческих вечеров поэтов. Побеждали остроумцы, острословы, эрудированные, бойкие на язык поэты с чувством юмора. Саят-Нова был мастером словесной эквилибристики. Об одном из турниров осталась легенда, будто заезжий шут спросил поэта по-азербайджански, знает ли его соперник известного ашуга – Саят-Нову, с которым пришелец приехал соревноваться. Саят-Нова ответил ему на том же языке: «Не знаю, не видел, не знаком» («Бильманам, горманам, танманам»). Те же слова с другим ударением означали совсем иное: «Знай, это я; посмотри, это я; узнай, это я». Но чужеземец не понял ответа и сказал: «Я не верю твоим ответам, ибо все его знают и прославляют». Тогда Саят-Нова отвечает: «Инан-манам» («Верь, это я»).

Мастер-полиглот, эрудированный и талантливый, каким был Саят-Нова, использовал для записи стихов сразу все известные ему алфавиты, переходя с одного на другой, поэтому мы не всегда сегодня можем правильно интерпретировать его записи. Помимо этого ребуса для читателя, поэт позволял себе словесные вольности, которые были понятны современникам Саят-Новы, но стали загадкой для нас.

В правление последнего грузинского царя Ираклия II Саят-Нова входил в свиту наследника царевича Георгия. Существует несколько версий знакомства царя и поэта, но ни одна на сегодня не является достоверной: то ли поэт уже был известным певцом, и ко двору царя его пригласили, то ли он попал в войско царя в афганском походе, а может, его выкрали дагестанцы и продали царю на невольничьем рынке, точно мы не знаем. Известно, что именно Саят-Нова стал первым грузинским поэтом при дворе – до него стихи писали на фарси.

Поначалу царь Ираклий был доброжелателен и благосклонен к Саят-Нове. Перед ним не только были открыты все двери, его не только приглашали ради острословия, он также принимал участие в делах – даже ездил царским послом с небольшими поручениями.

Из стихов понятно, что у поэта завязался яркий роман с кем-то из родни правителя – сестрой или дочерью князя. За дерзость и покушение на девушку куда выше его по общественному положению Саят-Нова силой был пострижен в монахи и отправлен в монастырь в Армению – в Анзали, в провинции Гилян, недалеко от родины его матери. Через некоторое время он вернулся в Грузию, но снова был выслан – в Ахпатский монастырь в Лори, в северную Армению. Окончил свои дни Саят-Нова тут, в Тбилиси, у площади Мейдан, в монастыре Сурб-Геворк, где погиб во время нашествия 1795 года – по легенде, он молился в церкви, отказался отступиться от веры и был зарублен персидскими саблями.

Похоронен Саят-Нова прямо у церкви Сурб-Геворк, над Мейданом. Сохранилось 68 его произведений на армянском языке, 34 – на грузинском, 115 – на азербайджанском (многие не опубликованы и хранятся в рукописном виде в Музее Азии в Санкт-Петербурге).

Разве голоден был и едой подкрепиться пришел я?

Слышать голос твой жаждал, беседой упиться пришел я.

Мне денницы дождаться б! Затем, что не спится, пришел я,

Сам не помню, зачем, бестолковый тупица, пришел я?

Ты венец государя. Бесценно твое покрывало,

А моя голова украшений таких не знавала.

Ты – оконница из хрусталя и резного сандала

Ради ночи бессонной к тебе, златолицей, пришел я!

Ты – узорный клинок, драгоценный товар хорасанский,

Ты – цветистый атлас, ты – парча, каламкар индостанский.

Я – купец из далеких земель, ты – базар мой марандский.

Денег нет у меня на парчу, ради ситца пришел я!

* * *

Среди множества старинных улиц, разбегающихся вверх к Сололакскому хребту между Мейданом и площадью Свободы, можно найти совершенно разные здания, эпохи, героев и людей – от церквей разных конфессий до дворцов, особняков, лестниц и театров. Как пестрое покрывало истории, этот кусочек Тбилиси на диво многонационален – еврейский квартал соседствует с армянским монастырем и особняками знаменитого армянского купечества Тбилиси, а вот улицы Сололаки построены и проложены позднее. Хотя позже в этом районе поселились грузины, армяне, татары, русские, курды, персы, турки, греки и даже поляки с немцами; хотя рядом с центральной синагогой стояли собор Сиони и шиитская мечеть (снесенная); Петхаин, Нагорный квартал, Клдисубани считался «Грузинским Иерусалимом»: здесь раньше было полдюжины сефардских и ашкеназийских синагог, сотни еврейских торговых и ремесленных лавок и даже этнографический музей грузинских иудеев. Сегодня это местами сонный и не очень ухоженный район, где спит история древнего времени Тбилиси, а за углом может бурлить жизнь в свежеотреставрированных интерьерах.

Считается, что первые евреи прибыли в Грузию в 586 году до нашей эры, после взятия Иерусалима и разрушения храма Соломона Навуходоносором и вавилонянами. Позже их назовут эбраэли, грузинскими евреями. Они жили на всей территории Грузии: в Цхинвали, Мцхете, Тбилиси, Они, Калаши.

Еврейка Саломея из Мцхеты была автором жизнеописания Нины Каппадокийской, крестительницы Грузии.

Позже евреи переселялись в Грузию из Византии, Армении, Ирана – и строили школы, магазины, целые кварталы, где когда-то говорили на иврите и его жаргонах киврули и исраэли – и возводили синагоги, конечно.

Старый еврейский квартал – «уриата убани», или «эбраэлта убани», как его называли, – как раз находился в Кале. Он известен и под другими именами – Петхаин, Бетлемисубани (Нагорный квартал). А вот евреев звали «уриа» – так они упоминаются в «Картлис цховреба» и других летописях. Существует еврейский квартал и сегодня, только он стал гораздо меньше: от Леселидзе наверх поднимается улица Иерусалимская: она приводит на небольшую Иерусалимскую площадь с несколькими магазинаи и лавками кошерной еды – и парочкой симпатичных ресторанов. Обратите внимание: если пойти от Иерусалимской площади по улице Туманяна наискосок вниз, к Мейдану, вы увидите грузинскую синагогу с тыла – и витражи ее хороши.

В Тбилиси на сегодняшний день две действующие синагоги, и обе расположены в старом городе на улице Леселидзе в районе Иерусалимской площади. Одна из них – грузинская синагога сефардского толка, другая ашкеназская. Музей евреев Грузии находится в здании бывшей купольной синагоги, ныне не действующей.

Сейчас, как говорят тбилисские евреи, среди них не сохранилось деления на сефардов и ашкенази. Хотя некогда между общинами были разногласия, в частности, из-за языка. Грузинские евреи не создали своего языка вроде идиша или ладино, они говорят на грузинском, но иврит остался для чтения Торы. Синагога построена общиной евреев из Ахалцихе, которые появились в Тбилиси в конце XIX века. Здание, как велит традиция, обращено к Иерусалиму по главной оси – от входа по направлению арон а-кодеша, специального хранилища для свитков Торы, символической замены Ковчега Завета. Эта синагога называется Тбилисской большой.

Ашкеназская синагога укрыта во дворах старого города. От грузинской синагоги нужно пройти несколько кварталов в сторону площади Свободы. На Леселидзе, 28 вам встретятся железные ворота с табличкой на иврите – это ворота к синагоге, иногда называемой «русской», ее адрес – тупик Ткави, 11.

Сегодня евреев в Грузии осталось не очень много: многие эмигрировали в Израиль. Именно грузинская община ратовала за начало переселения в страну обетованную: письмо, переданное грузинской общиной в ООН, достигло цели и открыло начало массовой эмиграции евреев в 1971 году. Так что пышной и многолюдной еврейской свадьбы, как на картине Шалома Кобашвили, тут нынче не увидишь.

Прямо после поворота на Иерусалимскую улицу на углу Леселидзе стоит обнесенная заборчиком невысокая церковь Джварис-мама, она же церковь Святого Креста. Прекрасный тихий садик (надеемся, калитка открыта) скрывает одну из самых старых построек города: про нее говорят, что строить церковь начал еще Вахтанг Горгасали в V веке, позже храм разрушали монголы, восстанавливали грузины – и по новой. А названа церковь в честь грузинского иерусалимского монастыря Святого Креста – его строил, по легендам, сам Горгасали; там, в Земле обетованной, жил и служил, по некоторым данным и похоронен, придворный царицы Тамары Шота Руставели.

До наших дней дошло здание 1825 года – оно не видело ни резни 1795 года, ни прихода русских наместников, при которых было восстановлено. Но как знать, кто сидел в этом садике и кого помнят камни во дворе. В советское время тут была библиотека, а нынче в боковой стене монастыря появились небольшие кельи.

Через дорогу садику Джварис-мама найдется хорошая рифма – на другой стороне Леселидзе есть небольшой, но приятный скверик: его называют сквером Сиони, или Чиаурели. И это уже совсем другая история. Скамейки, небольшой фонтанчик с питьевой водой – в Тбилиси много таких, и как же они выручают знойным летом – как и деревья: чинары, платаны. Круглый в плане, собирающий четыре улицы тенистый сквер появился в советское время при новой прокладке улицы Леселидзе во времена перепланировки города при Лаврентии Берии. В этом месте улица делала крюк, и ее выровняли, снеся часть строений. Получился приятный тенистый уголок.

В скверике стоит памятник Софико Чиаурели – прямо через дорогу от Вахтанга Горгасали и Шоты Руставели. Эта знаменитая грузинская актриса из прославленной театральной династии – дочь великой актрисы Верико Анджапаридзе и режиссера Михаила Чиаурели. Единственная из советских актрис семь раз удостоенная приза «За лучшую женскую роль» на международных конкурсах, двоюродная сестра Георгия Данелии. Табличка на памятнике сообщает: «Великая актриса». Мы согласны – Софико прекрасная! Актерские работы Чиаурели незабываемы: в «Цвете граната» Параджанова она играет поэта в молодости, княжну, музу и саму Поэзию, и это волшебство, конечно. Кроме того, она – невеста в «Не горюй!», прачка в «Мелодиях Верийского квартала» и бабушка в «Каникулах Петрова и Васечкина». Один из лучших ее фильмов – «Ищите женщину».

Камни: Норашен

Через дорогу от сквера – церковь Благовещения, она же Норашен – позднесредневековая базилика конца XV – начала XVI веков, в масштабах Тбилиси не слишком внушительного возраста. Церковь простая в плане, без примечательной архитектуры. Но и она может говорить: например, рассказать о конфликте между грузинской и армянской общинами.

В эпоху возрождения национального сознания при Звиаде Гамсахурдиа (и расцвета национализма) церковь пытались превратить в грузинскую православную. Наиболее острый момент наступил в 1994 году, когда были изъяты все армянские книги из архива церкви. Все шло к тому, что церковь будет разрушена, как взорвали в 1989 году другую армянскую церковь в Тбилиси – Сурб Аветаран на Авлабаре. Но, к счастью, этого не произошло. Начало реставрационных работ показало, что, кажется, армянскому и грузинскому духовенству удалось договориться. Сейчас тут проводят службы, бывают немногочисленные посетители.

* * *

По территории Грузии всегда проходили торговые пути, и караван-сараи – постоялые дворы, где останавливались купцы с товарами со всего света – старинная примета торгового города.

На Леселидзе гостиниц прошлых веков несколько. В некотором смысле новодел, но выстроенный на месте старинного здания – так называемый караван-сарай царевны Текле, дочери Ираклия II (который к царевне, видимо, никакого отношения не имеет. Но народная этимология зачастую не считается с фактами). Он стоит на фундаменте старого Царского караван-сарая XVII века на Сионской, 13, недалеко от еврейского квартала. Последняя реставрация недавняя – зданию придавали «восточный колорит», особенно это заметно по фасаду.

Царевна не приняла уничтожение независимого грузинского царства в 1801 году, писала гневные поэмы и стихи, а когда ее муж был убит при восстании в Кахети, написала знаменитое стихотворение, обращенное к сестре, «Послание к (царевне) Кетеван», где призывала не поддаваться отчаянию и быть стойкими. Была сослана в Калугу, вернулась в Тбилиси, умерла и похоронена в Мцхете.

Караван-сарай (или чем бы ни было это здание) существует с начала XVII века, а его связывают с именем царевны с конца 18-го столетия. Здесь были гостиница и склады для ценных товаров. Сегодня в здании – один из корпусов Тбилисской духовной семинарии, оставшейся в истории, потому что в ней когда-то учился Иосиф Джугашвили (Сталин) – но не в этом здании, а в другом. Удивительно, как приход русских наместников, гордая стать грузинской знати, род Багратиони, Шелковый путь, Сталин и грузинское христианство встречаются на этом перекрестке.

Важное в истории города имя – Манташева – носит караван-сарай на Леселидзе, 22. Армянский клан, владевший торговыми площадями на улицах близ Мейдана, управлял огромным складом-гостиницей. Манташев – удивительная фигура в истории города, речь о нем пойдет дальше.

Улица Жана Шардена, Шардени, находится между Леселидзе и Курой, в том квартале, где в Средневковье были мастерские ремесленников, а в новое время цвела торговля. Тут сохранилась Хлопковая улица, Бамбис Риги – как раз на ней и стоят Манташевские торговые ряды. А бывшая Темная улица получила имя французского путешественника по Кавказу Жана де Шардена (1643–1713), проехавшего Азию и оставившего описание Грузии и Тбилиси тех времен, и стала променадом. На эту узкую, как щель, улицу можно попасть прямо с Мейдана, а заканчивается она около сквера Сиони: там стоит бронзовая копия археологической находки – человек с рогом. По Шардени можно изучать устройство средневековых городов Востока и Передней Азии.

В те времена, когда эта часть города более всего походила на базар, через Коджорские ворота, как раз там, где сейчас улица Леселидзе/Котэ Абхази начинается от площади Свободы, проходил к Мейдану и торговец молоком, крестьянин Нико Пиросманашвили.

Сегодня – один из самых знаменитых наивных художников мира.

Люди. История Нико Пиросмани, крестьянина и интеллигента, который мечтал рисовать

Судьба играет человеком. Если вы, уважаемый читатель, влиятельный магнат и могущественный делец, для истории это может оказаться несущественным; пройдут десятилетия, сменится век, и вас, как некогда богатого купца Ходжибекова, мало кто будет помнить. Но случается, что нищий крестьянин, бродяга с деревянным чемоданчиком может обрести бессмертие, если сотворит чудо. Наш рассказ – об одном из самых известных наивных художников мира, покорившем мир картинами, нарисованными на простой черной клеенке.

Посмотрите на картины Пиросмани. Тифлис конца XIX и начала XX века живет в его живописи: едет фуникулер на Мтацминду, качаются вывески легендарных духанов, вот арба, ослики и буйвол, вот накрытые столы и люди– кинто, весельчаки и кутилы, карачохели, герои и красавцы, завсегдатаи застолий и – кутежей, как сам Пиросмани подписывал свои работы. Вот базар, вот лавка, сады, пейзажи и натюрморты. Мир Пиросмани совершенно пленительный, и имя ему – Тифлис.

Почти вся жизнь Пиросмани связана с Тифлисом, хотя родился Нико Пиросманашвили (Пиросманишвили – неправильно!) в Кахетии, в селе Мирзаани, недалеко от Сигнахи. Нам неизвестна даже дата его рождения – скорее всего, это случилось в 1862 году – но точно нам про жизнь Пиросмани, собранную из воспоминаний разных людей, вообще мало что известно.

Несомненно и точно, что в семье крестьян Пиросманашвили было четверо детей. Никала был младшим. Сначала умерла мама, потом отец, старшая сестра вышла замуж, брат уехал в другое село, и вот сироты младшие сестра и брат Пиросманашвили оказались в богатом армянском доме Калантаровых в Тифлисе, в районе Сололаки. Это добрый и гостеприимный дом, здание которого не сохранилось до сегодняшнего дня, а вот более поздняя постройка Михаила Калантарова на Мачабели, 17, известна как один из адресов Пиросмани в Тбилиси. Но Нико Пиросмани там не жил.

В доме Калантаровых-старших Никала был чем-то вроде мальчика на побегушках: и не ровня Калантаровым, и не совсем слуга. Именно здесь он научился говорить и писать на нескольких языках – без ошибок на грузинском, с ошибками на русском, именно здесь он начал рисовать, и сразу замечательно.

Калантаровы оставили воспоминания о Пиросмани: в них он предстает странным, задумчивым, мечтательным мальчиком, отличающимся от всех, с неожиданными реакциями, чувствами, поведением то застенчивым, то диковатым. Он не заводит близких дружб, держится обособленно. После неудачного сватовства к Элизабет Ханталамовой, дочке Калантаровых (по другой версии – к Вирджинии Калантаровой, другой сестре Михаила), Никала покинул дом Калантаровых.

Он открыл мастерскую вывесок, у него ничего не вышло, мастерская прогорела, и он поступил служить на Закавказскую железную дорогу. Несколько лет Пиросмани работал кондуктором на грузовых составах железной дороги от Поти до Батуми. Его рабочее место – на открытой платформе у последнего вагона, там, где ветер и непогода. Пиросмани много болел, пропускал работу и в конце концов уволился – к облегчению работодателей и собственному.

Пиросманашвили пробовал себя в торговле – на деньги, оставшиеся после увольнения со службы и на занятые у друзей, он открыл молочную лавку – в районе Мтацминды, на углу теперешних улиц Грибоедова и Руставели. Поначалу дела шли хорошо: Пиросмани построил сестре Пепуце дом в Мирзаани (сегодня там музей Пиросмани), отдал долги, подумывал о женитьбе, даже купил черкеску и кинжал, обмундирование жениха (неординарный поступок для человека, всегда ходившего в «русском» – шляпе и пиджаке. Но со временем Пиросмани потерял интерес к бизнесу. Передоверив дела компаньону, сам Нико регулярно покупал возами сено, рассыпал его в задней комнате лавки и лежал в нем, мечтая, часами (вообразите, что думали соседи и покупатели).

В конце концов сорокалетний Пиросмани собрал чемодан с красками и отправился вести жизнь бродячего художника. С благополучного правого берега Куры Нико переехал на левый, простонародный: жить стал в духанах – небольших едальных заведениях у вокзала – рисовал на клеенке, железе, жести, спал, ел, пил где придется, и рисовал, рисовал.

С последующей жизнью Нико Пиросманашвили больше связана левая часть Тбилиси, тогдашнего Тифлиса – район Дидубе и вокзала. Больше всего времени он проводил на Молоканской улице, с которой его и повезли умирать в больницу – сейчас это улица Пиросмани. Иногда у Нико появлялся угол – в том или ином подвале, в том или ином духане – там ночевал его деревянный чемоданчик с нарисованным человеком в шляпе, там он хранил краски, кисти, а больше у него ничего и не было.

Но чаще он с утра начинал обходить духаны: снимал шляпу и предлагал – что сегодня вам нарисовать?

Бывали удачные недели – когда удавалось нарисовать две-три-четыре картины. Например, за время, проведенное им в «Эльдорадо»: знаменитом духане, харчевне в пригороде Тбилиси – Ортачале у духанщика Титичева, создано около 10 картин: лежащие красавицы, знаменитый жираф, кутеж…

У духанщика Бего Яксиева, побратима и мецената, Пиросмани жил годами, но в конце концов сорвался и ушел – бродить, жить без места, искать свой угол и рисовать – за еду, за выпивку, за ночлег.

Продал ли художник свою лавку и все имущество, чтобы засыпать цветами двор женщины, в которую был влюблен, неизвестно. Произошла ли на самом деле ставшая знаменитой история с актрисой Маргаритой, которая известна нам в пересказе Паустовского и из песни «Миллион алых роз»? Неизвестно. Но актриса и кафешантанная певичка Маргарита де Севр в Тифлисе гастролировала, и как говорят, картина «Актриса Маргарита» написана с нее. Есть теория, что вся эта история – плод фантазии первого биографа художника, Георгия Леонидзе, а может, и художника Ладо Гудиашвили, пересказавшего ее собутыльникам поэта. Лавку Пиросмани для Маргариты не продавал, а вот пустить на цветы свои накопления вполне мог.

После Пиросмани осталось около двухсот тридцати картин. Говорят, их было куда больше, в десять раз больше. Примерное количество работ Пиросмани оценивается в две с половиной тысячи – многие вывески, которых написал он без числа, погибли в голодные 20-е, когда из жести делали трубы буржуек; стекла, на котором было исполнено множество его работ, тоже не осталось, а вот клеенки сохранились лучше. Многие из них осели в частных коллекциях, другие – в музеях. Кстати, Пиросмани писал не на «клеенках со столов», а на специальной технической парусиновой клеенке – чаще черного или реже белого цветов. Обратите внимание, как дозированно он использует цвет фона, как передает в «Медведе ночью» с помощью приемов буквально ночного зрения объем, цвет и фактуру изображаемого. Луи Арагон и Сергей Судейкин называли его грузинским Джотто. Пиросмани часто относят к наивному искусству, но первооткрыватели Пиросмани всегда ставили его выше всех других примитивистов.

В 1912 году братья Илья и Кирилл Зданевичи, студенты Петербургской Академии художеств, приехавшие на каникулы, увидели вывески Пиросмани. Где могли, они покупали или описывали все встреченное. В столице Зданевичи начали пропагандировать Пиросмани и показывать его картины другим художникам. Это стало сенсацией. Благодаря Зданевичам работы Пиросмани появились на выставках, их обсуждали, о них писали. Казалось, скоро все изменится: но наступила война – и с ней сухой закон. Духаны закрылись. Пиросмани стало негде работать, жить, никому больше не были нужны вывески. После нескольких хвалебных статей в газетах напечатали карикатуру на него – и Пиросмани тяжело переживал это.

Последние два года жизни он стремительно угасал – и физически, и психологически. Потерялся деревянный чемоданчик, Нико быстро старел. Пиросманашвили умер зимой 1918 года, в пятьдесят шесть лет – больной, пьяный и одинокий. Из подвала на Молоканской, 29 его увезли в больницу, а оттуда – в общую могилу на кладбище. Мы не знаем, гле он похоронен: либо во дворе Михайловской больницы, либо за оградой Кукийского кладбища, где хоронили бездомных. Под скромной плитой-кенотафом[2] в Пантеоне на горе Мтацминда нет его праха.

Виноторговец Месхишвили, владелец нескольких работ художника, говорил: «Где вы были тогда? Если он был великий – почему на него не обратили внимания? Где были ваши глаза?»

Счастье не выпало на долю Нико Пиросмани, а вот посмертной славы досталось с лишком: его работы хранятся в Тбилиси, Москве, Лондоне, Париже. Картины оцениваются в миллионы долларов. В Тбилиси одна из лучших его мировых коллекций: отправляйтесь за ней в «Голубую» Национальную галерею – на улицу Шота Руставели, 11. Галерея называется голубой, потому что постройка конца XIX века работы архитектора Альберта Зальцмана была выкрашена в голубой цвет, и исторически остается такой.

* * *

Старинные города не представить без церквей – смыслообразующих зданий человеческих поселений. За улицей ремесленников, за караван-сараем стоит Сионский собор – один из главных храмов Тбилиси и второй по старшинству в Грузинской церкви; назван он в честь горы Сион. Это древний и красивый храм. Именно в Сиони венчался русский дипломат и писатель Александр Грибоедов с грузинской княжной Ниной Чавчавадзе.

Его история уходит в V или VI век. В VIII веке храм пострадал от арабов. И наконец свершилось: во времена Давида Строителя, в 1112 году собор отстроили заново. Городом в то время владели тифлисские эмиры, лишь в 1122 году Давид присоединил Тбилиси к Грузинскому царству. Как и весь город, собор не раз разрушался – хорезмийцами в 1236 году, землетрясением 1668 года и горел в 1795-м во время нашествия Ага-Мухамед-хана – и восстанавливался в последующие эпохи.

Здесь хранится древний крест святой Нины, сделанный из виноградной лозы, геометрически неправильный, сплетенный ее волосами.

Люди. Святая Нина

Нина, племянница иерусалимского патриарха (а по другим сведениям – рабыня и монахиня), христианка родом из Каппадокии, в конце третьего века нашей эры отправилась в Грузию после череды провидческих снов. Нина искала хитон Господень – одну из легендарных туник Иисуса, снятых с него при распятии.

Как же хитон оказался в Мцхете? Он был выкуплен евреем Элоизом, раввином из Мцхеты, у римского легионера, получившего святое одеяние по жребию. Сам Элоиз выполнял просьбу любимой сестры Сидонии, просившей привезти ей что-нибудь, к чему прикасался Христос. Сидония Христа не видела, однако поверила в Мессию и Спасителя мира, давным-давно предсказанного еврейским преданием. По возвращении из Палестины Элоиз передал Сидонии хитон. Сидония прижала его к груди и рухнула бездыханной – с хитоном ее и похоронили. Эту реликвию и отправилась искать Нина.

Дева Мария, приходившая к Нине во сне, воодушевила ее на путешествие – чудесным образом вручив ей крест. С крестом в руках Нина проснулась, обвила своими волосами – а дальше началась история.

Спасаясь от преследований императора Диоклетиана, Нина, ее подруга Рипсиме (имя сохранили хроники) и еще тридцать семь девушек-христианок бежали из Рима на северо-восток. Когда девы оказались в Армении, царь Тиридат (Трдат III) получил письмо от императора, в котором говорилось о беглянках и о необычной красоте Рипсиме. Царь решил заполучить ее в свой гарем, не преуспел и приказал изрубить девушек. Спаслась только Нина. И уже в одиночестве продолжила путь в Грузию. После этих событий царь Армении тяжело заболел и превратился в кабана (возможно, это иносказательное описание безумства).

Его исцелил Григорий (Нарекаци, изобретатель армянского алфавита) Просветитель, до того в тщетной попытке крестить царя не преуспевший и 13 лет просидевший в колодце для осужденных на смерть. Поверив в силу христианской веры, выздоровевший царь крестился, крестил народ и провозгласил христианство государственной религией в Армении – впервые в мире.

Интересно, что Армения приняла христианство в 301 году. Хронисты же, по одной из версий, возводят бегство Нины из Рима к 303 году, а по другой прибытие девушек в Армению – к 288 году. Но простим несовершенство хроник, в главном они сходятся.

Оказавшаяся со своим крестом в Грузии Нина поселяется в Мцхете, и хроника трогательно уточняет – у ежевичного куста. Нина помогает, странствует и проповедует, и ее молитва услышана: в 326 году грузинский царь Мириан обращается в христианство из-за чуда во время охоты в окрестностях Мцхеты. Внезапно оказавшись во тьме, царь помолился (без результата) своим богам, затем призвал «бога Нино», обещая в случае спасения принять христианство, и в тот же момент увидел свет.

Царь написал в Византию – царице Елене и императору Константину Великому, и когда прибыло посольство и духовенство из Константинополя, во Мцхете, у слияния рек Арагви и Куры, был окрещен народ Грузии, и грузинское царство стало христианским.

14 октября Грузия отмечает Светицховлоба, священное явление животворящего столба.

С хитоном тоже получилось интересно. Над могилой Сидонии выросло дерево – кедр – и стало чудотворным. Из ствола дерева сделали столб, и сейчас он хранится в специальном футляре в соборе, ему посвященном – Светицховели (считается, что своих чудотворных свойств кедр не утерял). В одном из вариантов жития святой Нины Грузия, Иверия, называется «духовным садом, который будет приносить божественные плоды вовеки».

На карте Грузии много мест, связанных со святой Ниной, а похоронена она в Бодбе, в Кахетии. Сейчас у ее могилы – монастырь. И, конечно, сад.

С именем Нины связан самый древний храм Грузии – Джвари, V века, ровесник византийских храмов. Он стоит на горе над слиянием рек Арагвы и Куры (навечно прославленном в русской литературе строками лермонтовского «Мцыри»), и по легенде, здесь стояла когда-то Нина, придя из Армении и выбирая, куда идти проповедовать и просвещать. Постойте и вы – и посмотрите на один из самых впечатляющих пейзажей этой части вселенной.

Камни. Крест святой Нины

Везде в Грузии на глаза будет попадаться необычной формы крест – с поперечинами, направленными книзу. Это так называемый Крест святой Нины – из виноградной лозы.

Крест, помимо многочисленных изображений, можно вживую увидеть в храме Сиони – недалеко от улицы Леселидзе, между площадью Свободы и Мейданом. Крест много путешествовал по миру и даже провел 200 лет в деревне Лысково, у опального грузинского княжеского рода, сосланного в Россию.

* * *

Когда в ноябре 1799 года российская армия вступала в Тбилиси, грузинский царь встречал генерала Ермолова именно здесь, на площади перед собором.

Рядом с Сиони ищите храм Анчисхати, он же Рождества девы Марии, самое древнее сохранившееся здание в городе: VI век. Это небольшой и простой храм строгой и примитивной архитектуры, похожий на мцхетскую Джвари – первую грузинскую церковь, – стоит на улице Шавтели, недалеко от театра Резо Габриадзе. В XVII веке князь Амилахвари передал храму древнюю икону из города Анчи, отсюда и название «анчисхати» (Анчийская икона).

Как палимпсест[3] позволяет, стирая новые строки, читать самые древние, так же легко можно рядом с Аничсхати перенестись в прошлое. Просто сотрите все приметы современности – и вы в VI веке при царе Дачи Уджармели, сыне Вахтанга Горгасали, стоите у построенного вами храма. Во времена СССР тут, в советском духе, был музей народного промысла и художественная мастерская. От музея и искусства и сегодня, в XXI веке, тут немало – внутри, в храме находятся замечательные иконы грузинской школы – совершенно своеобразной и очень отличающейся, к примеру, от русской и армянской: обратите внимание на удивительную икону XIII века царицы Тамары – круглоликой, большеглазой, особенной по цвету.

Анчисхати построена как простая по конструкции трехнефная базилика с апсидами в форме подковы, это реверанс византийскому стилю и прямое указание на древность постройки. Первоначально она была построена из блоков желтого туфа, во время реставрации 1958–1964 гг. использовался кирпич – так что стены ее, как и прочих древних строений, сложены из разного материала – это похоже на заплатки на перелицованной старинной одежде.

Живопись. Икона из Анчи

Существует легенда: современник Христа сирийский царь Авгарь был болен проказой. Надежду на выздоровление он видел в изображении Христа (наверное, уже и в Сирию дошли слухи об исцелении страждущих) и отправил художника Анания в Галилею за портретом. Живописец пытался нарисовать Христа, но не смог: кисть падала из рук, портрет не получался. Тогда Иисус умылся и вытер лицо полотенцем. На картине необыкновенным, загадочным образом проявился облик. Борода Христа была мокрой – и так и отпечаталась на холсте, поэтому икону и называют «Спас Мокрая Борода». Мастер вернулся в Эдессу. Болящий царь коснулся холста и сразу поправился.

Далее следы полотнища теряются на какое-то время. И лишь в 545 году архиепископу Евлалию в Эдессе явилась Богоматерь и открыла нахождение холста.

Ну в общем, если на Западе есть Туринская плащаница, то почему бы Востоку не заиметь свою тоже?

Слухи о чудотворной иконе обошли весь Восток. Нерукотворный образ хранился в Константинополе, а в 944 году из-за крестового похода и битвы за Константинополь икона была отправлена в Грузию, в город Анчи, а оттуда кочевала по миру, пока не попала в Анчисхати.

* * *

Из совершеннейшей древности начала христианства на Кавказе и в Азии, тут, в Тбилиси нетрудно безо всякой машины времени перенестись в самую настоящую арабскую медину. Клдисубани, верхняя часть Калы – особый район Старого города. На склоне Сололакского хребта, под Нарикалой поднимаются и спускаются лестницы и петляют извилистые улицы. Клдисубани начинается на юг от современных улиц Ладо Асатиани и Ованеса Туманяна. Большинство улиц в этом районе – лестницы, особенно примечательна Вифлеемская. Улица-лестница длиной в 144 ступеньки, сооруженная в 1850 году, кажется, что спешит в крепость, а может, просто поднимается к небу?

Первую церковь под Нарикалой в Клдисубани построил Вахтанг Горгасали, сооружение копировало Вифлеемский собор в месте рождения Христа. Говорят, здесь похоронены мать и сестра Вахтанга. Позже рядом появился женский армянский монастырь. Сегодня оба здания– предмет споров грузинской и армянской церквей. Церкви много раз перестраивали; их современный облик принадлежит XVIII веку.

Если подняться немного от Вифлеемской улицы в гору, в Клдисубани обнаружатся фрагменты удивительного памятника V века – башни храма огнепоклонников Атешга; сегодня это остатки разрушенного сводчатого здания, законсервированные под пластиковой крышей (дар посольства Норвегии самому северному в мире храму зороастрийцев, древней религии персов, и это трогательно – кто бы ожидал от Норвегии такой страсти к огню) – и квадратная кирпичная башня рядом.

Название происходит от персидского слова атеш-кяде, что значит «огненный храм». Весьма вероятно, что зороастрийский храм был построен в Тбилиси в период персидского завоевания, около VI века. В начале XVIII века, после прихода турок, здесь построили мечеть. Когда в 1735 году Надир-шах вытеснил турков, мечеть была разрушена. Сегодня строения лишь по привычке называются огненным храмом, скорее всего это просто часть сооружений зороастрийского комлекса. Атешга, дом огня – высокая кирпичная башня. Чтобы попасть внутрь, нужно постучаться в дверь частного дома на улице Гоми, 3, и попроситься пройти во двор.

Неподалеку высится еще одна удивительная башня.

«Пусть слезы у нас будут только от резки лука», – написано золотыми буквами на фронтоне здания, в котором живет волшебный театр.

Каждый день в 12 и в 19 часов каждый турист, гость или просто счастливый бездельник знает, куда ему идти: на улицу Шавтели, 12 – здесь зазвучит музыка, ангел прозвонит в колоколец и начнется маленькое представление на башне с часами – на знаменитой башне театра Габриадзе.

Резо Габриадзе – режиссер, драматург, сценарист, художник, автор скульптур «Чижик-пыжик» и «Нос» в Петербурге, соавтор фильмов «Мимино» и «Кин-дза-дза»; но главное – он придумал, сделал и поставил пять знаменитых спектаклей, которые идут по всему миру с успехом уже несколько десятилетий, получая призы на международных театральных фестивалях. Это спектакли Театра марионеток, для которых Резо Габриадзе писал пьесы, создавал кукол и чудесно их оживил на сцене.

Здание Театра марионеток построено в 1981 году, оно небольшое, всего на 80 зрительных мест. Все в театре и вокруг него несет отпечаток поразительного художественного вкуса.

– А что вы хотите, – говорят местные жители, – это Грузия, дивный сад!

В 1996 году у театра открылось кафе «Не горюй!», декор кафе полностью выполнен самим Резо Габриадзе. Чай там поразителен, пирожные запоминающиеся, а занавески – с вышитыми скульптурами Родена.

В 2010 году к зданию театра пристроили ставшую очень популярной башню с часами. Каждый день в полдень и в семь часов вечера на башне разыгрывается миниатюрный кукольный спектакль «Цикл жизни». Обратите внимание: самодельная мозаика и изразцы башни изготовлены самим Габриадзе. Там есть несколько смешных подписей на разных языках мира.

Мир – театра, иллюстраций, драматургии Резо Габриадзе – удалось показать в мультфильме Левона Габриадзе-младшего «Знаешь, мама, где я был?». Это анимационный автобиографический фильм о детстве Резо, пришедшемся на послевоенные годы, полный иронии, юмора и грузинского взгляда на жизнь.

От средневековой крепости через арабский город, зороастрийцев, евреев, ранние крепостные стены и остатки водопроводов, храмы и скверы Леселидзе выводят путника на площадь Свободы, средоточие города.

Бывшая Ереванская (Эриванская) площадь свое имя и новодельную, видимую издалека стеллу с Георгием Победоносцем получила не так давно, после обретения Грузией независимости.

Тут Пушкин пил кофе, и русское наместничество управляло городом в период его восстановления и подъема XIX века. Но обо всем этом – в следующей главе.

Глава 5. Кавказский Париж. Сололаки

Сололаки – один из центральных районов Тбилиси, аристократичный и своеобразный. Если пытаться найти душу и дух места, то стремиться надо сюда – в лощину между горой Мтацминда и Сололакским хребтом, к западу от старого города. Здесь нет знаменитых достопримечательностей, но Сололаки полон атмосферой XIX века, того Тифлиса, который называли кавказским Парижем. Здесь много интересной бытовой архитектуры, много домов с историей, много забавных строительных решений, витых и резных лестниц, дворов и парадных, в которых сохранились удивительные росписи в стиле модерн и ампир, рококо и мавританском. Район активно рос в конце XIX – начале XX века, когда у живших тут торговцев и купцов появились средства, и каждый старался перещеголять соседа, построив самый необычный и хорошо отделанный дом. Местная власть, промышленники, купцы и статусная интеллигенция заказывали строительство особняков лучшим архитекторам страны.

Сололаки – великолепный, хоть и несколько замшелый памятник эпохе, когда у людей были деньги и вкус, и они знали, что с этим делать.

Это пражские Винограды и львовский Новый Свет, это лучшие кварталы Нового Орлеана и Барселоны – особняки, безошибочно свидетельствующие о вкусе и стиле обитателей этих мест; а значит – и о статусе города. Сололаки достойно становится в этот ряд – он изыскан и выглядит достойно на фоне грандов, даже в обветшалом виде.

На рубеже XIX–XX веков Тифлис из небольшого поселения на границе Европы с Азией превратился в романтический европеизированный город. Здесь была резиденция наместника России на Кавказе, сюда устремлялись предприимчивые люди со всей Азии. Тогда же город стал столицей армян Южного Кавказа – самый основательный слой городского купечества и промышленников составляли армяне. Город богател во второй половине XIX века, купцы и промышленники стремительно делали здесь состояния. Тифлис, конечно, оставался имперской провинцией, но провинцией пышной, богатой и претенциозной.

Тифлисские дома этого периода пышностью и качеством мало чем уступают европейскому модерну, и именно здания того времени делают из Тбилиси Париж кавказского свойства: сегодня особняки Сололаки выглядят как роскошная, но поизносившаяся одежда с чужого плеча. Квартал впечатляет, но фрески в подъездах изуродованы протечками или прорезаны толстыми жгутами электроарматуры, многие здания нуждаются в ремонте.

Давайте отсчитывать минуты, километры и степень катарсиса от здания мэрии на площади – прежде Эриванской, потом имени Берии, имени Ленина, а теперь Свободы. Сололаки – все, что сзади и справа от мэрии. Слева раньше проходила крепостная стена, отделяющая старый город от новых районов. Сололаки же всегда располагался за крепостной стеной и входил во внешний город – Гаретубани.

Этот район напоминает о страннейшей эпохе в истории Грузии – арабском владычестве, халифате. Слово «сололаки» происходит от арабского «сулулах» – «канал». Во время арабского владычества VII–XII веков, закончившегося Дидгорской битвой и победой Давида Строителя, был прокопан канал от села Коджори вниз к Куре для орошения виноградников и садов. По утверждению археологов, проходил канал как раз по Сололакскому хребту. Название хребта стало со временем именем самого района.

Канал действовал до середины XIX века. Вода была платной: час полива обходился в 1 рубль серебром. Со временем сады и виноградники были вырублены, а на их месте построены дома. Надобность в канале отпала, его разобрали. В каньоне на западе Ботанического сада еще видны остатки этого масштабного сооружения, но они ветшают день ото дня.

При наместнике Воронцове в 1850-е годы тут были проложены прямые, в европейском стиле, улицы. Получился чистый, приличный квартал для состоятельных людей. Здесь любили жить армянские меценаты, любившие Тбилиси и многое сделавшие для него: Манташев, Тамамшев, Гамбаров, Ахвердов, Амирагов, Шароев, Корганов, Алиханов, Арамянц, Агабабов, Бозарджянц. Сохранились особняки с уникальной архитектурой (до сегодняшнего дня дожили хрустальные венецианские стекла в некоторых окнах и парадных). Мраморные кариатиды и богатая лепнина украшают фасады, в парадных – красивейшие росписи и отделка, например, натуральным малахитом. Сегодня район разрушается на глазах и остро нуждается в реконструкции, которая идет точечно и выборочно.

Сололаки очень геометричен, как парижский бульвар Османа или центральные улицы Санкт-Петербурга. Основными магистралями района служат улицы Ладо Асатиани и Лермонтова (Лорткипанидзе). Их пересекают улицы Дадиани, Табидзе и Мачабели. По Дадиани проходит восточная граница между районом Кала и Сололаки, западная граница идет по улице поэта Георгия Леонидзе. Четная сторона – это еще Сололаки, а вот нечетная – уже Мтацминда.

Улица Асатиани – без сомнения, одна из смыслообразующих осей района. Улица Оганеса Туманяна, карабкающаяся вверх от Мейдана, после Иерусалимской площади, продолжая движение с востока на запад, становится второй важной осью координат Сололаки. Садовая, Бебутова, Энгельса, нынешняя Асатиани – очень старая улица, еще в древности обходившая крепостные стены города и выводившая транспортный поток (осликов, верблюдов, лошадей – караваны) вдоль подножия горы Табори к тогдашней Коджорской улице.

На Асатиани сегодня много маленьких симпатичных местечек, где можно выпить и закусить, подумать о вечном и обсудить философию – или декриминализацию – с современной тбилисской интеллектуальной молодежью. Новые для Тбилиси винотеки и бары на Асатиани часты; тут есть все – от сидра до бокала квеврийского, от «европейского» вина до пива, коньяков и чачи. Например, пивной бар Black Dog (улица Ладо Асатиани, 33), там удобно начать вечер.

Вот перед нами трехэтажный особняк Сименсов на Асатиани, 30 – тех самых, которые телефоны и техника Siemens. Дом построили, когда знаменитые промышленники занимались прокладкой на Кавказе телеграфных линий. Все пятеро братьев (включая Вернера, основателя современного Siemens) в разное время приезжали в Грузию, а двое младших, Вальтер и Отто, жили в Тбилиси до конца своих дней. В воспоминаниях Вернер Сименс описывает Тбилиси так: «Тифлис, собственно говоря, состоит из двух городов: верхнего европейского и нижнего азиатского, и оба резко разграничены друг от друга. Европейский Тифлис с гордостью называет себя азиатским Парижем или претендует, по крайней мере, на этот титул».

Вечером, пожалуй, улица выглядит выигрышнее, чем при солнечном свете, и стихотворение поэта Ладо Асатиани, где Тбилиси – такой же собеседник, как и Пиросмани, не потребует от вас объяснений – все будет понятно.

Хевсуры смелые, выносливые сваны,

Грузинки-женщины с бездонными глазами,

Тбилиси мой и Пиросмани,

Не знаю почему, люблю вас несказанно.

Он умер? Или смерть промчалась мимо.

Поверить в это мне совсем легко.

Живу на улице, носящей его имя.

И утро каждое встречаю я Нико.

Он, выпив рюмку водки для начала,

Что разжигает жизни аппетит,

Разводит краски для красавиц Ортачала,

Не зная, что давно уж знаменит.

Здесь вечная лоза, и синь небес так манит.

То мутны, то чисты потоки у Куры.

Тбилиси мой, мой Пиросмани,

Как бесконечно дороги мне вы.

Обратите внимание на важный в масштабах улицы, а то и города, дом номер 28 по Асатиани: тут некогда был пансион благородных девиц, про который рассказывают смешную притчу: якобы сюда Николай Второй в 1914 году приехал в папахе. Воспитанницы стали выдергивать из нее, надетой ему на голову, волосинки на память, и царь заметил, снял папаху, протянул девицам (такие ли они были благородные и воспитанные, история умалчивает) и разрешил надергать волосков сколько душе угодно.

Так вот, помните манташевские торговые ряды у Мейдана и его же караван-сарай на Леселидзе?

Да, это снова филантроп Александр Манташев, тринадцатый по размеру капитала богач Российской империи. Первый телефонный кабель в Тбилиси обязан своим появлением Манташеву: его протянули от дома магната в Сололаки к дидубийским конюшням.

Именно на его средства в 1905 году на Бебутовской улице был построен пансион, позже ставший женской гимназией, впоследствии обычной районной школой; сегодня в здании 6-я авторская школа. В наши дни школьное здание в стиле неоготики называют тбилисским Хогвартсом.

На Асатиани Манташев построил еще одно учебное заведение – тогда реальное училище, сегодня школа № 43 имени Тициана Табидзе. Исчезли состояния и империя Манташевых, а средняя школа № 43 стоит, в свое время в ней учились Марлен Хуциев, Александр Эбаноидзе, Булат Окуджава, Микаэл Таривердиев, Лев Кулиджанов.

Ну а собственный дом Манташева в Сололаках, на Кикодзе, 8 довольно скромен – он отлично дополняет яркую историю жизни Александра Манташева.

Люди. Александр Манташев

Жизнь одного из самых богатых людей Российской империи Александра Манташева полна неожиданных поворотов. Родился Манташев в Тифлисе. Жил и рос в Тебризе, где у отца была торговля хлопком и текстилем. Единственный наследник отцовского дела, Александр с юности занимался коммерцией.

В 1869 году он переехал в Манчестер, британский текстильный узел, чтобы напрямую отправлять отцу в Тебриз товары. Александр Ованесович познакомился с европейской деловой культурой и выучил английский, французский и немецкий языки.

В 1872 году Манташев возвратился в Тифлис и открыл на Эриванской площади собственный хлопковый магазин. Это было начало. В 1887 году он приобрел контрольный пакет акций Центрального коммерческого банка Тифлиса. В 1890-х годах Манташев стал купцом первой гильдии и председателем Тифлисской городской думы. Его заинтересовала бакинская нефть. Манташев приобрел несколько убыточных скважин. Для переработки нефти его фирма открыла в Баку заводы – керосиновый и смазочных масел, построила порт и элеватор. Вскоре скважины стали приносить огромные доходы. В Англии были куплены два танкера, которые повезли манташевскую нефть в Индию, Китай, Японию.

Манташев продолжал скупать акции нефтяных производств, и вскоре его фирме принадлежало более 50 % разведанного на то время запаса нефти и более 66 % нефтяных запасов Каспийского моря.

О Манташеве в то время, как сегодня об Илоне Маске, Безосе и Джобсе, ходило множество слухов, сплетен и удивительных историй. Например, такая: едет Манташев из Вены в Париж, а сосед по купе – отчаянный молчун. Общительному Манташеву все никак не удается завести беседу. Из всех предметов хоть как-то интересует спутника бакинская нефть. Оказывается, что единственный человек, о котором он слышал в связи с Баку – это Александр Манташев. Манташев представляется, но беседа не клеится, его визави не спешит представиться и разговор не получается. Через несколько дней Манташев получает приглашение на раут за подписью знаменитого барона Ротшильда, который и был тем самым спутником. Видимо, Ротшильд не доверял транспортным знакомствам.

В 1907 году Манташевым построен нефтепровод Баку – Батуми. В 1909 году его фирма по объему основного капитала (22 млн рублей) стала самой крупной в истории русской промышленности. Теперь Манташев – «нефтяной король», один из тринадцати самых богатых людей в Российской империи.

В Грузии любят театр, и Манташев не был исключением. В Тбилиси им был вместе с купцом Исаем Питоевым построен театр, который сегодня носит имя Шота Руставели, в то время это был армянский театр. В парижской консерватории Academic National de Musique у него была своя ложа. Он мечтал о театре в Ереване, но воплотить мечту не успел.

Манташев был человеком скромным. Золота не носил, всегда появлялся на публике с живым цветком в нагрудном кармане пиджака. Не имел собственного экипажа, ходил пешком или ездил на трамвае. Александр Манташев умер 19 апреля 1911 года. Его похоронили рядом с женой в фамильном склепе Ванкского собора в Тбилиси.

Состояние унаследовали сыновья. Левон был экстравагантным кутилой и повесой. Играл в карты и на скачках. Ему принадлежали сохранившиеся до нашего времени рядом со зданием московского ипподрома конюшни Манташева с вензелями, он выиграл в карты у Рябушинского знаменитую виллу «Черный лебедь» в Петровском парке у метро «Динамо» в Москве. На ней до сих пор виден вензель: буквы Л и М, Левон Манташев.

После революции нефтяные промыслы национализировали. Левон метался между белыми, красными, англичанами, французами и уехал в эмиграцию. Алексей Толстой, как считается, описал именно Левона Манташева в романе «Эмигранты»: «Нефтяной магнат, расточитель миллионов, человек с неожиданными фантазиями, лошадник, рослый красавец». Его брат Иосиф Манташев вернулся из эмиграции в Армению, изменил фамилию и не афишировал происхождение.

Что еще мы знаем про Александра Манташева:

– он одним из первых решил вкладываться в кино (какое же все-таки чутье было у человека на тренды!). В 1908 году они со Степаном Лианозовым создали в Москве кинофирму «Биофильм»;

– на предприятиях Манташева устраивал забастовки Иосиф Джугашвили;

– в 1938 году Ванкский собор был разрушен при перепланировке города. По легенде, настоятель собора отказался подписывать бумаги о согласии со сносом («Не я строил, не мне разрушать…») и был расстрелян. Могилы Александра Манташева и его жены исчезли бесследно.

* * *

На Кикодзе, кроме жилища Манташева, есть еще интересный дом: номер 11.

Это «итальянская вилла», «наше палаццо» – дворец братьев Маиловых, нефтяных магнатов и «королей икры». Обратите внимание на галерею и палисадник. Этот красивый и комфортабельный дом в советские годы использовался как жилой фонд для видных членов партии. В 30-е годы многие из них прямо отсюда отправились в подвалы НКВД.

Одна из самых изысканных улиц Сололаки – Мачабели, бывшая Сергиевская.

На ней стоит дом, когда-то принадлежавший вдове начальника артиллерии Отдельного Кавказского корпуса Прасковье Ахвердовой, урожденной Арсеньевой, троюродной сестре матери Михаила Лермонтова и наставницы Нины Чавчавадзе, жены Александра Грибоедова. Здесь бывали Лермонтов и Грибоедов, снимал флигель Александр Чавчавадзе, собирался цвет грузинской и русской интеллигенции Тифлиса.

Теперь на месте усадьбы Дом писателей Грузии. Тот самый, в котором жил Галактион Табидзе, умывался ночью во дворе Осип Мандельштам, встречались Юрий Тынянов и Тициан Табидзе, выступал с первыми стихами юный Булат Окуджава. Дом писателей – эталонный дом Сололаки. Не просто красивое здание, а уникальная возможность узнать, как выглядели изнутри старинные аристократические дома в Тбилиси.

Камни. Дом писателей

Дом писателей Грузии – место, куда нужно приходить, чтобы вдохновиться. Особняк Сараджишвили, филантропа, – так называется здание по адресу Мачабели, 13 – примечателен еще и тем, что на полу открытой веранды известная немецкая компания Villeroy & Boch выложила мозаику, точно такую же, какая украшала одну из палуб «Титаника». Сегодня в Доме писателей проводят литературные вечера, выставки современных художников и презентации книг грузинских авторов. Летом здесь работает кафе «Литера» – это легальный способ осмотреть интереснейший особняк, заказать бокал грузинского вина и посидеть на литературном вечере.

Умывался ночью на дворе,

Твердь сияла грубыми звездами.

Звездный луч как соль на топоре,

Стынет бочка с полными краями.

На замок закрыты ворота,

И земля по совести сурова,

Чище правды свежего холста

Вряд ли где отыщется основа.

Тает в бочке, словно соль, звезда,

И вода студеная чернее,

Чище смерть, соленее беда,

И земля правдивей и страшнее.

Осип Мандельштам

* * *

На Мачабели, в доме 11, в бытность первым секретарем ЦК компартии Грузинской ССР, жил Лаврентий Берия. Сегодня в этом невероятно красивом белом доме с садиком – представительное отделение Олимпийского комитета Грузии. Вообще с Берией связывают не только дом № 11 по улице Мачабели, но и № 15, где жили его племянницы, и еще несколько домов.

На Мачабели, 4 жил известный ученый, востоковед, лингвист Николай Яковлевич Марр. Он внес огромный вклад в историю, археологию и этнографию Грузии и Армении, переводил старинные тексты. Николай Марр знал восемь языков; ему принадлежит теория о связи грузинского языка с баскским.

Сразу три дома в Сололаках связаны с именем поэта Николая Гумилева.

Первые два – на Мачабели, 1 и Мачабели, 14 (дом инженера Мирзоева).

На то, чтобы считаться домом Гумилева, есть и третий претендент – дом на улице Георгия Леонидзе, бывшей Сололакской, под номером 4. С 1900 по 1903 год, с 14 до 17 лет, Николай жил в Тбилиси: его родители переехали на юг из Кронштадта из-за болезни брата. Именно в Тбилиси Гумилев напечатал первое стихотворение – в 1902 году в «Тифлисском листке».

Я в лес бежал из городов,

В пустыню от людей бежал…

Теперь молиться я готов,

Рыдать, как прежде не рыдал.

Вот я один с самим собой…

Пора, пора мне отдохнуть:

Свет беспощадный, свет слепой

Мой выпил мозг, мне выжег грудь,

Я страшный грешник, я злодей:

Мне Бог бороться силы дал,

Любил я правду и людей;

Но растоптал свой идеал…

Я мог бороться, но, как раб,

Позорно струсив, отступил

И, говоря: «увы, я слаб!»,

Свои стремленья задавил…

Я страшный грешник, я злодей…

Прости, Господь, прости меня,

Душе измученной моей

Прости, раскаянье ценя!..

Есть люди с пламенной душой,

Есть люди с жаждою добра,

Ты им вручи свой стяг святой,

Их манит, их влечет борьба.

Меня ж прости!..

Николай Гумилев

На Леонидзе находится одно из самых красивых в Сололаках зданий – Национальный банк Грузии, бывшее Тбилисское общество взаимного кредита, построенное известным архитектором Михаилом Оганджановым, убитым на дуэли в 1916 году (почему-то этот факт меня поражает. А вас?). Им спроектировано в Сололаках несколько оригинальных зданий.

Совсем рядом, на улице Даниела Чонкадзе, 12 – редкой красоты дом табачного промышленника, купца первой гильдии Николая Бозарджянца, который можно увидеть во многих советских фильмах. В телесериале «Семнадцать мгновений весны» именно мимо него шел на переговоры пастор Шлаг. В городском обиходе особняк зовется «домом мадам Бозарджянц». Богатые коммерсанты для страховки от потерь в случае банкротства записывали имущество на жен и домочадцев, чтобы оно осталось в семье. Стены дома облицованы керамической плиткой ручной работы, лестницы из мрамора, окна выполнены по специальному заказу из венецианского стекла. После прихода большевиков особняк реквизировали, оставив мадам Бозарджянц две комнаты. В доме появились новые жильцы – здесь получила квартиру Нина Берия, урожденная княжна Гегечкори, а к ней позже въехал муж – Лаврентий Берия. Раньше на доме висела памятная табличка Берии, потом ее сняли. Sic transit, думаешь, идя по Сололаки, gloria mundi.

Площадь Гудиашвили

Вот куда непременно стоит заглянуть в Сололаках, так это на лучшую площадь района, названную именем художника Ладо Гудиашвили. Небольшая, тенистая, с садом и маленькой площадкой, в скамейках и с фонтанчиком питьевой воды, она находится на границе Клдисубани и Сололак, на начинающемся подъеме в гору Табори. Она прекрасна. Дома собрались в кружок, обрамляя испещренное солнечными зайчиками и пробивающимся сквозь листву светом пространство. Одинокий мужчина с собакой, старушка в черном, несущая корзину по улице, не нарушают идиллию места – на площади слились в объятии влюбленные, это скульптура, которая собирает воедино композицию места и дарит его отрадой и надеждой. Это одно из самых поэтических мест города.

Сегодня площадь Гудиашвили – единственное целиком отреставрированное и восстановленное место в районе. Обветшавшие от землетрясений и отсутствия заботы последних лет дома обновлены; прекрасный вкус и состояния прежних владельцев видны тут как нигде. Площадь стоит вровень со своими современницами – площадями Будапешта, Лиссабона и Праги – и хорошо смотрится.

Люди. Ладо Гудиашвили: Запад и Восток

Самый известный грузинский живописец ХХ века – Владимир (Ладо) Гудиашвили. Изящный, декоративный, очень театральный Ладо Гудиашвили – легенда Грузии, а его картины– национальное достояние. Признанный гением при жизни, художник был очень знаменит.

Весь бывший Советский Союз был знаком с творчеством Гудиашвили: интригующие сюжеты одной из самых популярных чеканок, с томными девами и нежными ланями, что украшали на излете советских лет быт граждан буквально всей страны, взяты из его картин.

Ладо Гудиашвили родился в Тифлисе, тут же учился в художественном училище, после служил учителем рисования в школе. В 1915–1918 годах познакомился с Пиросмани, чьи работы ошеломили молодого художника. О Пиросмани Гудиашвили написал в книге своих воспоминаний. После персональной выставки 1915 года он сблизился с грузинскими интеллектуалами, особенно с поэтическим кружком «Голубые роги», куда входили Тициан и Галактион Табидзе, Паоло Яшвили.

В 1917–1918 годах вместе с Ильей Зданевичем и Алексеем Крученых входил в знаменитый «Синдикат футуристов». В 1919 году Гудиашвили и Сергей Судейкин расписали кафе поэтов «Химериони».

В 1917 году Гудиашвили участвовал в исследовательской экспедиции в провинции: рисовал памятники грузинской архитектуры, копировал старинные фрески. Зарисовки и копии фресок он показывал в 1919 году на выставке. Они, как и работы Пиросмани, оказали сильнейшее влияние на стиль Ладо.

В 1919 году Гудиашвили вместе с художниками Давидом Кокабадзе и Шалвой Кикодзе уехал в Париж. Там они поселились в районе Монпарнаса, в знаменитом «Улье». Ладо часто бывал в кафе «Ротонда». Трое неразлучных грузин учились, вращались в богемных кругах, заводили невероятные знакомства. Гудиашвили учился в художественной Академии Ронсона и работал театральным декоратором. Он выставлялся в Париже, Марселе, Лионе, Бордо, Лондоне, Риме, Брюсселе, Амстердаме, Берлине, Нью-Йорке и стал широко известен в мире. Был знаком и дружил с Пабло Пикассо, Морисом Утрилло, Амедео Модильяни, Наталией Гончаровой.

У Гудиашвили выкристаллизовалась уникальная, ни на кого не похожая манера рисования, близкая традициям древнего персидского и современного грузинского искусства, где живописный национальный быт сочетается с влиянием авангардистской живописи. Сам он отмечал всегда влияние на свой стиль Нико Пиросмани.

В 1925 году Гудиашвили вернулся на родину. С 1926 года начал преподавать в Тбилисской академии художеств. В Советском Союзе Гудиашвили сохранил свою стилистику и манеру письма, не работал в жанре социалистического реализма, картины его по-прежнему были полны мифологическими и фантастическими образами.

В 1946 году за роспись алтаря церкви Кашвети (на проспекте Руставели) в Тбилиси Гудиашвили исключили из ВКП(б) (позже Ладо отказался от восстановления в партии, а предлагали не раз). Духовенство также осудило художника за неклассический образ Богоматери и запретило ему работу в церкви.

Гудиашвили писал маслом, гуашью, темперой, акварелью, часто работал как график, тем не менее у него очень узнаваемый стиль и своя манера. Картина Гудиашвили – это женщина с животным, чаще всего лошадью, ланью или птицей; реже – с медведем, обезьяной или сказочным чудищем. Одна из самых известных работ Гудиашвили – иллюстрации к «Витязю в тигровой шкуре». В Тбилиси открыт дом-музей Ладо Гудиашвили, в парке «Девятое апреля» ему поставлен памятник.

* * *

С Сололаки связано множество легенд. Молва помещает именно сюда «тысячу роз» – историю про Пиросмани, рассказанную Константином Паустовским в «Повести о жизни»:

«Казалось, арбы свозили сюда цветы не только со всего Тифлиса, но и со всей Грузии… Никто не решался первым ступить на этот цветущий ковер, доходивший людям до самых колен… Каких цветов тут только не было! Бессмысленно их перечислять! Поздняя иранская сирень. Там в каждой чашечке скрывалась маленькая, как песчинка, капля холодной влаги… Густая акация с отливающими серебром лепестками. Дикий боярышник – его запах был тем крепче, чем каменистее была почва, на которой он рос. Нежная синяя вероника, бегония и множество разноцветных анемонов. Изящная красавица жимолость в розовом дыму, красные воронки ипомеи, лилии, мак, всегда вырастающий на скалах именно там, где упала хотя бы самая маленькая капля птичьей крови, настурция, пионы и розы, розы, розы всех размеров, всех запахов, всех цветов – от черной до белой и от золотой до бледно-розовой, как ранняя заря. И тысячи других цветов.

Он шел к дому Маргариты, прикасаясь рукой к стенам. Все видели, как навстречу ему выбежала из дома Маргарита – еще никогда никто не видел ее в таком блеске красоты, – обняла Пиросмани за худые, больные плечи и прижалась к его старому чекменю.

– Почему, – спросила Маргарита, задыхаясь, – почему ты подарил мне эти горы цветов в день своего рождения? Я ничего не понимаю, Нико.

Пиросмани не ответил. Но Маргарита всем существом, всеми нервами, всей кровью, бившейся в ее теле, поняла и без его ответа силу его любви и впервые крепко поцеловала Нико в губы. Поцеловала перед лицом солнца, неба и простых людей – жителей тифлисского квартала Сололаки.

Некоторые люди отворачивались, чтобы скрыть слезы. Люди думали, что большая любовь всегда найдет дорогу к любимому, хотя бы и холодному сердцу. Потому что все знали, что Пиросмани любил Маргариту, но она совсем не любила его, а только жалела за его горькую и неудачную жизнь».

Улица драматурга Шалвы Дадиани, бывшая Вельяминовская – старая граница города, здесь проходила крепостная стена. На углу улиц Дадиани и Леселидзе находились Дигомские ворота, снесенные при перепланировке города.

Крепостная стена на границе города раньше поднималась вверх по хребту и доходила до одной из башен Нарикалы – ее остатки еще заметны на склоне. После сноса стены проложили улицу, известную с 1840-х годов «Вельяминовской хинкальной» c лучшими в городе хинкали. Сейчас здесь целых три хинкальных, и каждая считает себя законным преемником той самой, знаменитой.

Сололаки – подлинный гастрорайон Тбилиси. Здесь самые дешевые и интересные общепиты, если вы исповедуете правило «Есть там, где едят местные жители». Духан «Рача» на углу Дадиани и Лермонтова – одно из самых колоритных заведений города. Натуральный полуподвальный духан, в советские годы – столовая, с шашлыками, саперави и другими потрясающими вещами. Его недавно отреставрировали, но колорит, как и цены, постарались сохранить.

Невероятной красоты дом на улице Чонкадзе, 4 – Анны Мадатовой. Это роскошная вилла в стиле модерн. Кем была сама Анна Мадатова, мы знаем очень мало: она эмигрировала из Тбилиси в Париж и умерла в 1926 году. Есть предположения, что она Мадатова по мужу, ее девичья фамилия Гукасова (бакинские нефтепромышленники), во всяком случае отпевали Анну Осиповну Мадатову в Париже в армянской церкви.

Его построил тот же, убитый на дуэли Михаил Оганджанов – проект принадлежит к 1902 году, строительство велось в 1903–1904 годах. Вход в дом с улицы Чонкадзе встречает парадной, встроенной прямо в скалу, и сразу же начинается длинная, выбитая прямо в скале лестница-туннель. Оригинальное архитектурное решение связано с расположением дома. Он находится на высокой террасе улицы Гергетской, а лестницей соединен с улицей Чонкадзе.

Дом № 20 в стиле классицизма на улице Табидзе, принадлежавший купцу первой гильдии Михаилу Тамамшеву, многие годы называли Пушкинским домом. Но на самом деле Пушкин в нем никогда не жил. Этот дом дочь Тамамшева получила в приданое, выходя замуж за Михаила Смирнова – сына Александры Смирновой-Россет, друга Пушкина, Гоголя, Лермонтова. Теперь здесь музей, в котором хранятся личные вещи Смирновой-Россет и выдающихся деятелей русской и грузинской культуры XIX – начала XX века.

С Сололаки связано столько имен, невероятных историй – головокружительных обогащений и мгновенных потерь состояний, отчаянных переездов, историй страсти и разочарований! Столько по его улицам прошло знаменитостей! И художники оставили удивительные памятники эпохи – это Сололаки.

Пожалуй, про Сололаки можно написать не одну главу – и знаете, возможно, одной из лучших идей будет просто приехать и гулять по району, поджидая местных жителей у парадных, заходя с ними внутрь – поднимать голову и смотреть на искусство жить, которым владели обитатели этих улиц и этих домов сто пятьдесят лет тому назад. Еще один армянский купец, меценат и нефтепромышленник Исай Питоев покровительствовал театрам, нефтяной король Александр Манташев поддерживал образование, строил школы. Нефтепромышленник, геолог, купец, владелец медных заводов Александр Мелик-Азарянц входил в правление Кавказского Армянского благотворительного общества. Магнат, нефтепромышленник, финансист и меценат Микаэл Арамянц, друг и сосед Манташева, построил знаменитую больницу – лучшую в свое время в городе – и первый в Тифлисе синематограф «Аполло». Архитектор Александр Тер-Микелов спроектировал Арамянцу отель «Мажестик» (нынешний «Мариотт») и «итальянскую виллу» для «икорных королей» братьев Маиловых.

Красота, безмятежность и вечность – вот чем дышит этот прекрасный, ветшающий квартал, которому от всего сердца – для нас всех – хочется пожелать сохранности и скорейшей реконструкции, потому что здесь живут красота, память и история.

Глава 6. Что за столица Грузии без гор! Мтацминда

Невозможно представить Тбилиси без гор. Если бы хребта не было, его бы следовало насыпать.

Знакомьтесь: Мтацминда – возвышенность в 200 метров, доминирующая над Тбилиси, проще говоря, гора.

Она расположена в самом центре Тбилиси. Нынешнее название Мтацминда («Святая гора») носит с XVI века в честь Святого Афона, когда на плече горы построили Иверскую церковь; раньше же звалась горой Давида в честь Давида Гареджийского.

Район Мтацминды граничит с Сололаки, поднимается вверх по течению Куры и захватывает начало проспекта Руставели. На вершине горы находятся телебашня, парк и ресторан. Это лучшая обзорная площадка города и признанное место для романтических встреч и свиданий. Чтобы подняться на гору, стоит воспользоваться фуникулером, построенным бельгийской трамвайной компанией в начале XX века: дорога по-прежнему работает, но дважды за прошедший век серьезно ремонтировалась. Подъем состоит из двух станций: сначала Пантеон с церковью Святого Давида, потом собственно на вершине горы – с парком, рестораном, обзорной площадкой и телебашней. Можно идти и пешком – тропа начинается прямо у станции фуникулера и взбирается по склону парка вверх под стрекотание цикад.

В VI веке на Мтацминде поселился отшельником Давид из Гареджи, стоявший у истоков монашества в Грузии, один из ассирийских отцов. Рядом с пещерой, где он жил, был выстроен храм (нынешняя версия здания датируется XIX в.). На территории храма есть горный родник (и вода там совершенно ледяная).

Люди. Давид Гареджийский

В начале VI века тринадцать монахов-подвижников, каппадокийских странников, известных как ассирийские отцы, что в общем неверно – они сирийские, – пришли из Сирии в Грузию поднимать христианство. По преданию, были они учениками Симеона Столпника, того, кто ввел в монашескую схиму подвиг столпничества (когда спят стоя и вообще все стоя). Монахи разбрелись по всей Грузии и основали множество монастырей – например, знаменитый пещерный комплекс Давид-Гареджа, прямо по которому проходит граница между Азербайджаном и Грузией: ее охраняют и пограничники с собаками, и монахи с послушниками.

Главным был Иоанн Зедазнийский, под его руководством сирийские монахи обосновались на горе Зедазени рядом с Мцхетой. Оттуда они отправлялись в странствия по всей Грузии, проповедуя христианство и борясь с зороастризмом. Монахи сыграли большую роль в укреплении позиций христианства и, пожалуй, внесли большой вклад в создание Грузинской православной церкви в том виде, в каком она сейчас существует, а особенно в монашескую традицию. Земли, в которых приходилось проповедовать, находились под влиянием персов (в те времена – еще огнепоклонников).

Видимо, в скитаниях и добрел Давид из Гареджи до Мтацминды, из Мцхеты – в Тбилиси. В то время Тбилиси был богатым городом на перекрестке торговых путей – из викингов в сарматы, из Азии – в Европу, от византийцев – в Китай. По улицам его бродили раввины, зороастрийцы в пышных одеяниях, индийские купцы и буддийские торговцы. А Мтацминда была горой за границами города, и там Давид вырыл себе пещеру.

По четвергам Давид сходил с горы и проповедовал в городе. Многим не нравилось его миссионерство. Давида решили оклеветать и объявить отцом ребенка соблазненной кем-то девушки. Давида схватили, привели на суд. На виду у всей толпы Давид дотронулся посохом до живота барышни и спросил: «Я ли отец твой?» Из утробы ответили: «Нет, не ты», и прозвучало имя какого-то кузнеца. Девушка родила камень и умерла. В память этого на месте суда над Давидом построили церковь Кавшети («Каменную», позже расписанную Ладо Гудиашвили – увидеть ее можно на проспекте Руставели).

Давид был опечален смертью девицы и просил у Бога чуда, тогда на горе открылся источник ледяной воды. Говорят, он чудодейственен и помогает от бесплодия. А удрученный нравами жителей Давид побрел себе дальше – к границе с Азербайджаном, в каменные пещеры.

* * *

Рядом с церковью Святого Давида и Иверской церковью на середине подъема на гору расположен тбилисский Пантеон, некрополь деятелей искусств. Все началось с могилы Грибоедова, которого в Тбилиси очень любят – в течение 28 лет к нему на могилу ходила в трауре княжна Нина Чавчавадзе. За постоянный траур ее звали «черной розой». На могиле ее мужа, автора «Горя от ума», высечена фраза: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя?»

Как говорят в Грузии: «Великий человек был Грибоедов, великий, и с красавицей его ему повезло».

Люди. Грибоедов и Грузия

Александр Сергеевич Грибоедов – поэт, писатель, музыкант, композитор, дипломат и философ – известен не только литературными и музыкальными произведениями, но и экстравагантными поступками. В университете он начал учиться в 11 лет, в 15 окончил, а в 17 ушел в добровольческом нерегулярном соединении на Отечественную войну 1812 года. Летом 1817 года Грибоедов поступил на службу в Коллегию иностранных дел в Санкт-Петербурге. Однако вскоре стал участником четверной дуэли из-за балерины Истоминой (той самой, из «Евгения Онегина, «Стоит Истомина // Она…»), в которой стрелялись дуэлянты Шереметев и Завадовский и их секунданты – Якубович и Грибоедов. Завадовский убил Шереметева выстрелом в живот, и сам навсегда покинул Россию. Грибоедова и Якубовича, обменявшихся выстрелами, за участие в запрещенных дуэлях в 1818 году сослали на Кавказ.

Грибоедов получил назначение секретарем посольства в Персию. В тифлисской гостинице его встретил тоже отправленный служить на Кавказ Якубович. У Татарской могилы за селением Кукия (сегодня – часть района Чугурети) Якубович и Грибоедов стрелялись во второй раз. Александр Сергеевич был ранен в левую ладонь, мизинец навсегда остался изуродованным, положив конец его карьере музыканта.

В Персии Грибоедов провел больше полутора лет, в 1821 году перевелся в Грузию. За это время он выучил арабский, турецкий, грузинский и персидский языки.

В Тифлисе у него появились друзья, он начал писать «Горе от ума». Говорят, что первый проект Закавказской железной дороги, изменившей жизнь региона, тоже принадлежал Грибоедову.

После восстания декабристов Грибоедова арестовали по подозрению в участии в тайном обществе. Однако следствие не нашло доказательств, Александр Сергеевич был оправдан, получил повышение по службе и был назначен русским послом в Иране. По пути в Тегеран он провел несколько месяцев в Тифлисе и обвенчался в Сионском соборе с княжной Ниной Чавчавадзе.

Нина Чавчавадзе принадлежала к знаменитой грузинской аристократической семье, была дочерью князя Александра Чавчавадзе и княжны Саломеи Орбелиани. О ней отзывались как об исключительно красивой, умной и доброй девушке. Еще в 1822 году Грибоедов бывал у князя Чавчавадзе и давал его 9-летней дочери уроки музыки. В 1828 году Грибоедов, вернувшись в Тифлис, встретил выросшую Нину и был поражен ее красотой. «Мадонна Мурильо», – так называл тридцатитрехлетний Грибоедов Нину, которой было всего пятнадцать. Во время венчания жених уронил обручальное кольцо, что считалось дурным предзнаменованием.

Через несколько месяцев после свадьбы Грибоедов уехал в Тегеран, а беременная Нина осталась ждать его в Тифлисе. 30 января 1829 года толпа религиозных фанатиков напала на русское посольство, убив всех сотрудников. Тело Грибоедова было настолько изуродовано, что его опознали только по мизинцу левой руки, изувеченному на дуэли. Арбу с телом Грибоедова на горном перевале в Армении встретил Пушкин и написал об этом в «Путешествии в Арзрум».

Персидский шах прислал Николаю II знаменитый алмаз великих моголов «Шах» с извинениями, и инцидент был исчерпан. Когда Нины достигло известие о смерти мужа, она потеряла ребенка, и для нее начались бесконечные годы траура. Черные одежды она не снимала вплоть до своей смерти в 1857 году.

Нина больше никогда не вышла замуж, отвергая все ухаживания (в том числе влюбленного в нее 30 лет поэта и генерала Григория Орбелиани). Ее верность стала легендой еще при жизни. Нину называют «черной розой Тифлиса».

В августе 1828 года главнокомандующий русским гарнизоном на Кавказе генерал Паскевич устроил бал в честь свадьбы Александра Грибоедова и Нино Чавчавадзе. После ужина гости вышли в сад. Указывая на возвышающийся над садом монастырь Святого Давида на Мтацминде, Александр Грибоедов сказал: «Если со мной что-то случится, похорони меня там». Нина растерялась, но муж приложил палец к ее губам и повторил дающее надежду «Если».

* * *

Первыми захоронениями Пантеона были могила Александра Грибоедова и Нины Чавчавадзе, но особенным кладбищем он стал только через сто лет со дня гибели Грибоедова. Здесь похоронены писатели и поэты, художники, актеры, режиссеры, поэты – Акакий Церетели, Николоз Бараташвили, Серго Закариадзе, Илья Чавчавадзе, Важа Пшавела, Верико Анджапаридзе, Кики – Екатерина Джугашвили, мать Сталина. Второй памятный пантеон грузинских знаменитостей находится в Дидубе.

На вершину Мтацминды можно подняться по улицам Бесики (ее называют тропой Давида Гарадежийского) или Мтацминдской, можно перейти от крепости Нарикала по вершине хребта. Если добираться со стороны Куры, то следует дойти до улицы Поликарпа Какабадзе и сесть в вагончик фуникулера на нижней станции.

У тбилисского фуникулера есть почетное место в истории живописи: его рисовал Пиросмани в 1904 году. «Фуникулер» можно увидеть в «Голубой» Национальной галерее имени Дмитрия Шеварднадзе на проспекте Руставели. Вагончики изменились, рельсы меняли, но маршрут остался прежним: нижняя станция, Пантеон, верхняя станция.

Раньше у фуникулера был конкурент – канатная дорога поднималась на гору прямо от проспекта Руставели, но после аварии канатку закрыли, и теперь у города только фуникулер.

Зеленый парк горы Мтацминды – популярное место пикников и свиданий. Здесь есть несколько ресторанов, откуда принято любоваться городом.

Глава 7. Другой берег: Авлабари и Метехи

Давайте пересечем реку и погуляем по левому берегу Куры.

Впервые название «Авлабар» в отношении района на высоком плато левого берега Куры встречается в грамоте XIV века, хотя берег этот был обжит людьми давным-давно, как говорят нам археологические раскопки. Слово арабского происхождения: «баре» значит «граница», «рубеж» – так что ничего удивительного, что квартал Авлабари начинался прямо за крепостной стеной.

Район знаменит Метехским храмом, собором Троицы – Цвинда Самеба, президентским дворцом, начальной станцией канатной дороги, ведущей к крепости Нарикала на другом берегу Куры, парком Рике, музеем современного искусства, руинами собора Аветаран, модернистским зданием музыкального театра – и особенным духом, который царит тут.

Метехи – центральная часть Авлабара, исторический район Тбилиси на высокой скале над берегом Куры, напротив площади Мейдан. Считается, что район заселялся при Вахтанге Горгасали, который построил здесь дворец. Современное название квартала появилось в XII веке и означает «вокруг дворца».

В VIII веке на Метехской скале, как гласит легенда, убили мученика Або Тбилисского.

Люди. Або Тбилисский

Або Тбилисский – святой покровитель города. Араб по национальности, он занимался в Багдаде изготовлением благовонных масел. Приехал в тбилисский эмират (исламское государство в Грузии, существовавшее с VIII по XI века в то время на Кавказе) в 775 году в свите правителя царства Картли Нерсе, который в Багдаде просидел три года в тюрьме по доносу и наконец был оправдан и отпущен в Грузию. Во время пребывания в Тбилиси Або заинтересовался христианством: сначала он спорил с верующими, но затем принял их правоту. В 781 году царь бежал в Хазарию, а с ним и Або, который в Хазарии крестился, а затем проповедовал в Абхазии. В 782 году Або вернулся в Тбилиси и продолжил обращать в христианство арабов; в 785 году он году был казнен – обезглавлен, тело сожжено и в овечьей шкуре пепел брошен в Куру. На этом месте, по преданию, бывают видения столпообразного света. Мне не являлся, но, возможно, вам повезет.

* * *

Метехская скала выделяется на высоком левом берегу Куры напротив исторического центра Тбилиси. Сейчас тут руины царского дворца, храм Метехи и памятник Вахтангу Горгасали.

Скалу удобно считать географическим центром города и отсчитывать от него километры и шаги. Тут хорошая смотровая площадка, с которой видно южную, самую интересную часть Старого города – от серных бань Абанотубани до Моста дружбы (одного из «чудес» современной архитектуры, в просторечии называемого «мост-прокладка», или Always).

Главная достопримечательность тут – храм Метехи, он же живописная Успенская церковь, дошедшая до наших дней. Это одна из самых древних церквей города, перестроенная при царе Димитре II в 1278–1284 годах. Возможно, что построен храм был при Горгасали и составлял единый комплекс с дворцом. Храм знаменит тем, что именно в нем, по легенде, царица Тамара молилась во время вторжения захватчиков, и ей удалось их победить. В XIX веке церковь была переделана под казармы казачьего полка, по приказу Ермолова рядом была пристроена тюрьма, а при Берии чуть было не снесена (за протесты против ее сноса художник Дмитрий Шеварднадзе поплатился жизнью). В советское время в храме был экспериментальный театр.

Люди. Дмитрий Шевардназде

Один из первых грузинских художников, Шеварднадзе учился в Мюнхенской академии художеств. Его талант был многогранен, а натура – деятельна и кипуча. Дмитрий – постановщик первых грузинских фильмов, пропагандист творчества Нико Пиросмани, театральный художник, реставратор. В 1937 году выступил против проекта Лаврентия Берии, секретаря ЦК КП(б) Грузии, сноса церкви Успения в Метехи. Получил от Берии предложение стать директором музея, в котором находилась бы масштабная копия церкви, в обмен на отказ от протестов, но не принял его. Вскоре был арестован и расстрелян, однако церковь так и не была снесена.

Дмитрий Шеварднадзе – двоюродный дед бывшего президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе. Считается, что именно история Дмитрия рассказана в знаменитом перестроечном фильме Тенгиза Абуладзе «Покаяние», а значит, можно понимать фразу «Эта дорога ведет к храму» как относящуюся именно к Успенской церкви.

Люди. Шушаник

В церкви похоронены не только святые мужи, но и святые жены! Это история такая же древняя, как сам Тбилиси, и восходит к V веку нашей эры. Шушаник (Сусанна), дочь армянского военачальника была женой правителя Южной Картли. Он противостоял объединительным государственным намерениям Вахтанга Горгасали и отправился за поддержкой к шаху в Иран, где принял зороастризм, женился на дочери шаха и пообещал обратить в огнепоклонничество и бывшую жену. Шушаник отказалась отречься от христианства, несмотря на кандалы, заточение в полной темноте, волочение по колючкам, другие истязания. Шесть лет она провела в заключении, посте и молитве и еще при жизни стала известна как чудотворница. Эта святая также известна как Сусанна Ранская или Сусанна Грузинская.

Люди. Царица Тамара

«Царь царей и царица цариц абхазов, картвелов, ранов, кахов, армян, ширваншахов да шаханшахов, да всего востока и запада самоуправитель и завоеватель» – царица Тамара, культовая фигура в грузинской истории. По популярности она обгоняет и Давида Строителя, и Вахтанга Горгасали. Была коронована в 1178 году – в сложной, как водится, обстановке: в государстве Картли вспыхивали мятежи, бунтовали горцы, наступали мусульмане. У ее отца, царя Георгия III, не было наследника мужского пола. И Тамара стала лучшей наследницей из возможных.

Хроники превозносят царицу Тамару: при ней и религиозные неурядицы разрешаются, и административный порядок наступает, и недостойные правители перестают править землями, устанавливается внешний и внутренний мир, жители довольны, нападки отражены, культура растет, царство крепнет, все строится – вот что такое правление Тамары, «золотой век грузинской истории».

За пределами Грузии ходят мифы о ее личной жизни, в Грузии ей приписывают строительство множества замков и монастырей. Во всяком случае, «замок царицы Тамары» или «мост царицы Тамары» можно встретить много где. Например, в сванском селе Ушгули стоит дворец – ее «летняя резиденция», и золотая чеканная икона Святого Георгия, которой Тамару короновали, хранится тоже в Верхней Сванетии.

В первый же год правления Тамары происходит удивительное. Традиционно при царе существовало что-то вроде Совета – дарбази: для консультаций с князьями, аристократами, прочими влиятельными лицами. Государственный деятель Картли Кутлу-Арслан, турок-кипчак, потомок половцев, предложил – кроме дарбази неплохо было бы иметь еще карави. Там должны были собираться народные депутаты. Тамара и ее сторонники восприняли происходящее как бунт и покушение на царские права. Кутлу-Арслан был схвачен. Его сторонники стали протестовать. Тамара пошла на переговоры. Кутлу-Арслана отпустили, его идея была отброшена и забыта. Хронисты того времени не поняли принципа парламентаризма и восприняли идею как мятеж – поэтому в житии Тамары история описана как победа светлых сил над темными. Царица не знала, что была в полушаге от создания первого в истории планеты парламента. Через 80 лет Симон де Монфор более удачно реализует этот проект в Англии.

Пока решались эти дела, произошло знаменитое событие: по распоряжению Тамары был перестроен пещерный Успенский храм, – так возник пещерный монастырь Вардзия. В 1184 и 1185 годы в нем были созданы фрески, так что если вам доведется там побывать, представьте себе, как художники по ходу работы обсуждали последние новости о браке Тамары.

Мужем ее был выбран некий Юрий, живший в степях северного Кавказа. Считается, что он был сыном известного русского князя Андрея Боголюбского, строившего Владимир, хотя это не доказано. Юрий однозначно был русский и православный, и его пригласили в Грузию в 1185 году – в том самом году, когда князь Игорь ходил на половцев. Сама Тамара была за то, чтобы узнать жениха получше до свадьбы, но ее окружение торопило, и Тамара и Юрий были обвенчаны. Это был важный брак, но он не задался: Георгий/Юрий оказался пьяницей и совершил «много неприличных дел».

Через два с половиной года было решено развести Тамару с Юрием и выселить его в Византию. Развод в то время был шагом самым крайним. Похоже, что все действительно зашло слишком далеко.

Вторая свадьба царицы Тамары состоялась в 1187 году, сразу же после изгнания Юрия. На этот раз в мужья ей выбрали осетинского (аланского) князя Давида Сослана из рода Багратионов – он жил в Грузии и воспитывался при дворе. Тамара была с ним знакома и успела присмотреться к нему получше. Алания того времени была большим православным государством, имевшим хорошие отношения с Грузией.

В 1191 году взбунтовались имеретинцы и сваны. Восставшие вызвали из Византии Юрия и предложили ему отбить трон. Юрий с большим греческим войском дошел из Византии до Кутаиси и был там коронован. Ему удалось склонить на свою сторону Западную Грузию и совершить несколько походов на восток до самого Гори. В 1191 году Юрий был разбит и бежал. Там следы его теряются.

В том же 1191 году у Тамары родился первый сын – Георгий IV. В 1193 году – дочь Русудан, которая доживет до нашествия монголов в 1238 и не сумеет им противостоять.

Где-то между 1189 и 1212 годами грузинский поэт Шота Руставели создал поэму «Витязь в тигровой шкуре» (Вепхисткаосани), которую посвятил Тамаре. Пока Тамара воевала с Юрием, Восток снова стал неспокоен: среди тюрков начались междоусобицы. Младший сын правителя сельджуков Амир Михран просил помощи у царицы в борьбе за трон династии сельджуков, и царица отправила мужа с войском на подмогу. Абу Бакр, брат и урзупатор трона сельджуков, был разбит, а князю Давиду досталось знамя халифа, которое Тамара подарила Гелатскому монастырю.

Через несколько лет началась война за Армению – там проявились военные таланты основных военачальников Тамары – Захарии и Ивана Закарянов. В 1201 году они заняли Бжни, а в 1203-м отвоевали у мусульман Двин. Закаряны очистили от турков Армению, установив армянское, лояльное Тамаре, правление.

Детали другого знаменитого сражения с турками, битвы при Басиани, неизвестны. Считается, что у султана было около 250 000 человек, у грузин – 90 000. Грузинская армия потеряла 2–5 тысяч человек, турецкая – 180 000. Это была победа немыслимых масштабов. Героями стали три человека: Давид Сослан и братья Захаряны. Тамара не только воевала (и побеждала!) на Востоке, она устанавливала царства и создавала империи.

После свержения византийской династии Комнинов племянники Тамары Алексей и Давид Комнины бежали в окрестности Трапезунда. Как раз в это время Константинополь осадили крестоносцы – и решено было помочь Комнинам. Грузинская армия вошла в пределы Византии и захватила Трапезунд. Так была основана Трапезундская (Трабзон) империя, которая была другом и союзником Грузии до XV века.

Точный год смерти царицы Тамары неизвестен – историки колеблются между 1209 и 1213 годами. Неизвестно точное место захоронения царицы, и археологические изыскания в 1920 году не помогли выяснить истину. Существует версия, что царица Тамара тайно похоронена в Иерусалиме.

В России отчего-то прижился миф, что у Тамары были любовники, и она их убивала и бросала тела в Терек. Этот миф создал ореол сами понимаете какой славы вокруг Дарьяльского ущелья и царского замка. Маяковский упоминает этот сюжет в поэме «Владикавказ-Тифлис» и в «Тамаре и Демоне», а в «Двенадцати стульях» на эту тему прохаживаются Ильф и Петров. Меж тем какие любовники – только замки, военные походы, монастыри и победы над армиями захватчиков: именно такую Тамару и помнит Метехи.

* * *

В XVII веке прилегающая к церкви Метехи территория стала крепостью. С присоединением Грузии к России необходимость в укреплениях отпала, но по иронии судьбы на их месте была устроена тюрьма. Здесь сидели Горький, Калинин, Камо (который умудрился даже сбежать). После прихода советской власти наступил самый страшный период в истории района. Метехская тюрьма стала лагерем для политзаключенных. Здесь их и расстреливали.

Каждую неделю в четверг ночью расстреливалось от шестидесяти до ста человек. Непрерывное кровопролитие было пыткой не только для заключенных, но и для людей, живущих вне тюрьмы. Все улицы вокруг Метехи долгое время были необитаемы. Население бросало свои дома, будучи не в состоянии слышать выстрелы и крики жертв, сообщают источники той поры.

При Сталине тюрьму закрыли, но снесли и часть старинной застройки квартала (из-за строительства моста через Куру). В 1961 году скульптор Амашукели установил тут конную статую Вахтанга Горгасали, ту самую, с которой мы начали наш рассказ о городе.

Авлабар – левобережный старинный армянский район города, раньше бывший отдельным городом и лишь со временем слившийся с правобережным Тбилиси. Это часть Тбилиси со своей собственной историей и атмосферой. Квартал оставался армянским, даже когда в остальных районах Тбилиси армянское население сильно сократилось. Сейчас он знаменит в основном рынком, недорогими отелями, Метехской скалой и Троицким собором. Здесь родился знаменитый ашуг Саят-Нова (его могила – через реку, рядом с площадью Мейдан) и певец Тбилиси Сергей Параджанов. Действие пьесы «Ханума» (по ней снят фильм «Не горюй») Авксентия Цагарели происходит именно на Авлабаре. Кстати, Цагарели, как и Пиросманашвили, служил на Закавказской железной дороге. Но Пиросмани был кондуктором, а драматург Цагарели – начальником станции.

Авлабар – это большое ровное плато, которое возносится над Курой громадным скальным обрывом. Это единственное место с таким ландшафтом на всем протяжении Куры. В бронзовом веке любили такие места, поэтому наверняка здесь еще в ту пору жили люди. Так что когда Вахтанг Горгасали в 458 году начал строить город у серных источников, авлабарцы могли наблюдать за ним с противоположного берега.

В VII веке тут находилась крепость Исани, которую осаждала византийская армия императора Ираклия в 628 году. Позже пришли арабы. От них произошло название местности, и на карте города остался район явно турецко-арабского происхождения – Исани. От времени эмирата здесь ничего не сохранилось, а в XII веке выстроили Метехский дворец, от которого до наших дней дошла только Успенская церковь.

За Курой шумит базар, за базаром – Авлабар. Много лет границы района проходили от Метехской скалы до современной Авлабарской площади, затем по линии проспекта Кетеван, а с другой стороны – по скале. С востока Авлабар ограничивался небольшим оврагом, сейчас там отреставрированная башня. В том месте, где Метехская улица выходит к Авлабарской площади, были ворота. От них начиналась Кахетинская (сегодня проспект Кетеван) и Навтлугская дороги. По сей день видно, как улицы Авлабара разбегаются веером от площади – пространства перед городскими воротами.

Авлабар – «народный», себе на уме, слегка навеселе. Это один из самых обжитых районов города, недаром же именно Авлабарская площадь выбрана местом для установки памятнику Мимино.

Над ветхим одноэтажным Авлабаром высится кафедральный собор Святой Троицы, самый высокий на Южном Кавказе (68 м). Построен он на месте старого армянского кладбища Ходживанк, на холме святого Ильи. Цминда Самеба – сегодня главный грузинский православный храм.

Дворец царицы Дареджан – интереснейшее здание, также известное как дворец Сачико. Дворцов в Тбилиси всего два. Один в Чугурети и один – в Авлабаре. Его построили для царицы Дареджан (княжны Дадиани, 1738–1807), жены Ираклия II. Дворцом можно любоваться с Метехской скалы и с Винного спуска. К зданию можно подойти с его задней стороны – на Винном спуске даже есть указатель. Сам дворец – маленькое здание с опорными столбами и голубым балконом. Сейчас он находится на территории женского монастыря, рядом – храм, газоны, розы и пальмы. Дворец очень скромный; возможно, это только часть прежней постройки, но не исключено, что это он весь: грузинские царские дворцы всегда были невелики.

С дворцом Сачико связана одна история. После смерти царя Георгия XII и присоединения Грузии к России все претенденты на престол должны были переехать в Россию, а царица Мария – вдова Георгия – отказывалась. Генерал Лазарев, который обеспечивал переезд, пытался настоять – и Мария заколола его кинжалом. И произошло это, как считается, именно здесь, во дворце царицы Дареджан.

Винный спуск (он же Винный подъем) – улица в районе Авлабар, ведущая от Метехской скалы к мосту Метехи. Здесь раньше соединялись две дороги: Марнеульская и Навлутская, был главный базар города и торговали вином. Тут находится знаменитая Плачущая скала – с выходами на поверхность серных источников. Она особенно хороша зимой, когда замерзают струи воды и стена становится хрустально-ледяной.

Кармир Аветаран, храм Красного Евангелия – ранее существовавший большой армянский собор в Тбилиси. 13 апреля 1989 года собор был взорван под предлогом угрозы обрушения в случае землетрясения. По другой версии, он был взорван из антиармянских соображений. Из-под завалов удалось извлечь элементы каменных украшений. Сейчас их можно увидеть у храма Сурб Геворк Эчмиадзин неподалеку (раньше лежали во дворе храма Сурб Геворк у Мейдана).

Официальная резиденция президента Грузии расположена на улице Абдушелашвили. Особняк виден отовсюду, это яркий пример современной архитектуры, вписанной в облик Тбилиси. Здание узнаваемо из-за ярко-голубого стеклянного купола, венчающего классический трехпортиковый фасад. Говорят, что это неудачная копия Рейхстага в его нынешнем воплощении.

По живописному спуску имени Елены Ахвледиани, замечательной грузинской художницы, среди домов причудливой грузинско-армянской архитектурной смеси, увенчанных балкончиками, можно от президентской резиденции спуститься к Куре и парку Рике, повторяющему в своих очертаниях контур Грузии на карте. В парке есть рояль в кустах, статуя Рейгана и нижняя станция канатной дороги. Именно тут лежит «Труба» – театр музыки и драмы, одно из самых спорных и странных сооружений Тбилиси.

Авлабар – симпатичное и аутентичное место, чтобы поселиться в Тбилиси, недорогое, но близко от центра, со множеством приятных кафе и интересным рельефом.

Глава 8. Поговорим об элегантности. Чугурети

В первый приезд в Тбилиси вам покажется, что вся жизнь кипит на правом берегу: там тикают часы на башне у театра Габриадзе, там бани, Нарикала, площадь Свободы, Сололаки и Мтацминда. Но это не совсем так: много интересного происходит на левом берегу Куры (Мтквари). И это не только старый район Авлабар, о котором мы уже рассказали, но и Чугурети. Сюда стоит идти за живым, современным и нетуристическим Тбилиси.

Чугурети застраивался в XIX веке: на плоском берегу активно развивалась в ту пору жизнь российского форпоста на Кавказе – многонационального Тифлиса. Строились православные, католические, лютеранские церкви, доходные дома, присутственные места. Чугурети правилен, геометричен, продуманной застройки: здесь все линейно. И он очень красив, но совсем иначе, чем старый город. Этот левобережный район граничит на юге с Авлабаром, на севере с Дидубе, мост связывает его с районом Мтацминда. С востока, за железной дорогой, начинаются пригороды. Проспект Давида Агмашенебели – главная магистраль квартала.

Все начинается с площади Котэ Марджанишвили, основателя грузинского театра, в среднем течении проспекта Давида Агмашенебели (Давида Строителя). С ним пересекается улица Марджанишвили, вторая районообразующая улица. Просто попробуйте это выговорить: улица Михаила Цинамдзгвришвили, параллельная Агмашенебели. Застройка, чередование кафе, аптек, банков – этот уникальный, как писал Набоков, для каждого города ритм хорошо ощутим в своем грузинском варианте именно тут. С Агмашенебели пересекается еще одна важная артерия района – проспект царицы Тамары. Площадь Марджанишвили замечательно хороша: она напоминает свободой и простором лучшие площади Санкт-Петербурга.

Главное, за чем идут в Чугурети – пути и еда: вокзал и знаменитый Дезертирский рынок. На Дезертирке есть все, что предлагает Грузия, от чачи с сыром и до четырнадцати сортов сухих острых перцев, от голубого пажитника до самого изысканного шафрана и мацони, от засушенной хурмы с чурчхелой до молотого граната. Отведите на Дезертирку полдня, бродите, очарованные, между кахетинскими крестьянами и сванскими торговцами, нюхайте, пробуйте – наслаждайтесь. Рынок у станции метро Дидубе дешевле Дезертирки, но более стихиен и неорганизован.

Чем ближе к центру, тем аристократичнее Чугурети, здания все изысканнее. Здесь удачно снимать апартаменты и ужинать: дешевле, чем в центре, без исторического гнета веков, и не осыпается штукатурка, как в Сололаки, а просто очень вкусно и красиво.

Если входить в Чугурети с юга, с Авлабара или через Чугуретский мост, то первым делом под ноги стелется квартал, который когда-то назывался Воронцовка, с центром на Воронцовской площади, ныне Саарбрюккенской. Это район бывшей немецкой слободы – с соответствующими домами, историями, кирхами. Весь район недавно отреставрирован и производит цельное впечатление. Вы зададитесь вопросом, откуда в Тбилиси немецкие переселенцы? Связано это, как ни странно, с глобальным катаклизмом.

В апреле 1815 года в Индонезии произошло крупнейшее в истории извержение вулкана Тамбора, и из-за густых облаков вулканического пепла, окутавших буквально всю планету, в Европе и Северной Америке в 1816 году случилась вулканическая зима, не было лета и человечество пережило неурожай и голод.

В областях, где голод был особенно силен, крепли миграционные настроения. Многие мечтали о Святой земле, Палестине, чтобы там встретить второе пришествие и тысячелетнее царство грядущего Мессии. И пока суд да дело, решили переселиться поближе – скажем, в Грузию. Так в Тбилиси оказалась немецкая община. Среди переселенцев 1817–1820 годов причиной называли голод 53 %, и только 21 % – религиозные мечтания. Остальные видели в переселении перспективы лучшего трудоустройства.

В Грузию немцев пригласили по инициативе генерала Ермолова. В основном это были семьи из Баден-Вюртемберга, которые перенесли нашествие Наполеона, политические беспорядки, голод и религиозные гонения. Одна из крупнейших немецких колоний обосновалась тут, на берегу Куры.

С Чугурети связано и имя Льва Толстого. По адресу Агмашенебели, 54 он прожил около двух лет – тут были расквартированы русские гарнизоны.

В Чугурети жил Нико Пиросмани, расписывал духаны фресками и картинами. Любой полуподвал здесь может оказаться бывшим духаном, в котором он работал.

С Чугурети связана и остросюжетная история Дворца одной ночи, как его называют в Тбилиси. Версий несколько, расскажем одну. Итак, как в любой приличной истории, у нас есть принц – на этот раз Ольденбургский, правнук Павла I, а также, как в любой грузинской истории, есть князь – Тариэл Дадиани. Есть и красавица – его супруга Аграфена Дадиани. Князь, заядлый картежник, умудрился проиграть принцу в карты на одну ночь свою жену. Вернее, Ольденбургский предложил ставку, а князь не отказался – и проиграл. Княгиня поставила условие – та самая ночь должна случиться во дворце, который специально для нее должен быть построен. Пока здание строилось, княгине пришлось общаться с принцем, и к моменту исполнения обещаний она уже была влюблена в него, а после той самой роковой ночи бросила своего князя и вышла замуж за Ольденбургского. Во Дворце одной ночи, который сейчас стоит по адресу Каргаретели, 6, располагается Музей театра и кино Грузии. А могли бы и карточный салон устроить. Ну, или Дворец бракосочетаний.

Стоит обязательно заглянуть на улицу Пиросмани (бывшую Молоканскую). Пиросмани – совсем небольшая улица, которая идет от вокзала и тянется метров 400 на юг, где переходит в улицу Георгия Читая. На ней прожил последние годы жизни художник Нико Пиросмани – в духане «Карданах» и в полуподвале у сапожника Чинки. В доме № 29 сейчас находится его небольшой музей.

Музей Пиросмани в Тбилиси совсем крохотный, он филиал музея в родном селе художника Мирзаани. Здесь всего две комнаты – в одной висят копии картин, а соседняя, под лестницей – каморка, где Нико Пиросмани прожил последний год жизни. Когда я там была, в музее работал грустный мальчик, который показал – вот тут Пиросмани жил, а остальное скажут стены и скудная обстановка.

Это та самая комната, в которой художника навещал Ладо Гудиашвили – и оставил описание этой исторической сцены, она вошла в фильм «Нико Пиросмани» и в его воспоминания.

Нельзя говорить о Пиросмани и не вспомнить названия знаменитых тифлисских духанов, сосредоточенных большей частью здесь, в Чугурети, и отчасти – в Сололаках. Звучит как песня: «Загляни, дорогой», «Сам пришел», «Сухой не уезжай», «Войди и посмотри», «Симпатия», «Тили Пучури» («Маленькая вошка»), «Хлебосольство Грузии», «Рача», «Зайдешь – отдохнешь у берегов Алазани», «Золотые гости», «Вершина Эльбруса» и знаменитейший «Не уезжай, голубчик мой» – громадный духан, стоявший в начале Военно-Грузинской дороги – там, где сейчас площадь Героев, в Вере – при повороте на Сабуртало.

Название района Чугурети происходит от слова «чугур» – «овраг»: когда-то эта часть Тбилиси была с двух сторон ограничена оврагами. В центре современного Чугурети когда-то находилась крохотная деревенька Кукия, окруженная со всех сторон лесами, где стрелялся на дуэли Грибоедов с Якубовичем.

Так вот, именно здесь обосновались баден-вюртембергские немцы, основав колонию Александердорф. С этого момента началась история Чугурети как одного из интереснейших районов Тбилиси: его самобытность во многом обусловлена немецким «происхождением».

Камни. Немецкая слобода

Немецкие переселенцы приехали поздней осенью 1817 года и перезимовали в землянках. В начале 1840-х годов на Александердорфе появились 2-х и 3-этажные основательные здания. Это были каменные дома с верандами, балконами, внутренними двориками и винными подвалами, смесь южногерманской и кавказской городских архитектур. Со второй половины XIX века в немецкой колонии уже были несколько правильно распланированных широких улиц, которые пересекались перпендикулярными узкими улицами. В центре колонии находилась большая площадь, на которой размещались правление, церковь, школа, общественные здания и магазины. К середине 1840-х еще несколько немецких семей приехали из Германии и России.

Колонисты занимались сельским хозяйством. Считается, что именно немцы привезли в Грузию картофель. Они же начали готовить колбасы, сыр, пиво. Во второй половине XIX века немцы – Кученбахи, Фореры, Фогели – создали в Грузии крупные хозяйства.

Поселившиеся в районе Кукии были ремесленниками. Их товары хорошо сбывались. А вот планы переселения в Палестину не воплотились в жизнь: в 1843 году колонисты отправили в Святую землю эмиссаров. Те вернулись с мнением, что жить там невозможно из-за бесплодия земли и нашествий бедуинов.

Вклад немецкой общины в жизнь Тбилиси велик. Врачи, аптекари, ученые, писатели, музыканты полюбили и изменили город, которому служили честно и преданно.

В 40-е годы XIX века по инициативе Михаила Воронцова главная улица Чугурети стала застраиваться изысканными особняками и постепенно стала походить на кавказскую версию тогдашней главной улицы империи, Невского проспекта. На стыке XIX и XX веков на проспекте селились высокопоставленные чиновники и иностранные дипломаты – и их дома все больше превращали Агмашенебели в левобережный аналог проспекта Руставели.

* * *

В 2011 году закончилась реставрация северной части проспекта Давида Строителя, от улицы Марджанишвили до улицы царицы Тамары, а к 2016 году в южной части Агмашенебели появилась приятная пешеходная зона – и сразу обросла кафе, магазинчиками, ресторанами и галереями.

Если символ Тбилиси – фазан, то Грузия привычно сравнивает себя с орлом. Среди множества прекрасных зданий Агмашенебели – «Дом с орлом» купца Эраста Чавчанидзе. После реставрации здесь восстановили уникальные украшения фасада и росписи в подъездах (двери дома всегда открыты). Это сцены из поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре» работы итальянских мастеров.

Можно бесконечно перечислять дома и рассказывать истории их жителей, но не забудьте заглянуть в дом № 36 на проспекте Агмашенебели, в «Винную галерею» с ее отменного качества винами.

Немало приятных мест, где можно перекусить, отдохнуть, выпить кофе и вина украшают этот самый европейский из нынешних районов Тбилиси, с ними соседствуют дизайнерские магазины и сувенирные лавочки.

Люди. Илья Чавчавадзе

На улице Ивана Джавахишвили, 7 находится одна из важных для национального самосознания Грузии точек – Литературно-мемориальный музей Ильи Чавчавадзе.

Возможно, вы слышали о нем, а если нет, мы расскажем.

Илья Чавчавадзе – дальний родственник поэта и генерала Александра Чавчавадзе, отца Нины Чавчавадзе и тестя Александра Грибоедова. Илья происходит из кварельской ветви княжеского рода; он был политиком, поэтом, издателем газеты «Иверия», писателем, историком, журналистом и общественным деятелем, боровшимся за национальную независимость Грузии. Илья Чавчавадзе – одна из самых заметных национальных фигур Грузии конца XIX – начала XX века; в современном грузинском государстве его называют «отцом отечества». В 1987 году Грузинская православная церковь канонизировала его как Илию Праведного.

Илья Чавчавадзе учился в Санкт-Петербургском университете в пору расцвета там либерализма, с 1858 по 1861 год, и оставил университет из-за студенческих волнений, после которых бунтовщики были высланы или исключены.

Чавчавадзе вернулся в Грузию. Среди многих его деяний – работа председателем Общества распространения грамотности среди грузинского населения. Он писал статьи, выступал против крепостного права, последовательно убеждал, что Грузия должна стремиться к независимости и отделиться от России.

Илью Чавчавадзе убила банда разбойников 30 августа 1907 года у села Цицимаури, когда он ехал в свое кварельское имение.

Музей Чавчавадзе открыли в Тбилиси в 1987 году в доме сестры Ильи Чавчавадзе – Элизабет, и сам Илья Чавчавадзе бывал и жил – в 1889–1901 годах. Здесь же работала редакция и типография учрежденной им газеты «Иверия». По четвергам тут собиралось общество и устраивались литературные вечера.

* * *

Железнодорожный вокзал

Некогда одно из самых масштабных сооружений бывшего Советского Союза в современном бруталистском стиле, огромная бетонная постройка 1982 года, сегодняшний вокзал Тбилиси не производит того ошеломительного впечатления, которое он оказывал на приезжих в былое время, в том числе и из-за живших в нем годами абхазских беженцев. Сюда прибывают и разбитые плацкарты из Зугдиди и Поти, и суперсовременные экспрессы до Батуми – тут царит очень «вокзальная обстановка» с тысячей снующих деловых мужчин в кожаных куртках, среди обменников и тысячи ларьков, с маршрутками, закусочными, автобусами и большим Тбилисским рынком.

Детская железная узкоколейная дорога

Недалеко от футбольного стадиона в парке Муштаиди находится ДЖД– первая детская железная дорога не только в Советском Союзе, но и во всем мире. 24 июня 1935 года аттракцион (а может, и комбинат профтехподготовки) начал работать, сегодня его возраст потихонку приближается к ста годам. Парк, названный по имени слуги (собственно Муштаиди) иранского генерала Бахмана Каджара, который разбил сад на окраине Тбилиси, известен своими аттракционами. Когда-то детские железные дороги планировалось открыть во всех крупных городах Союза, но увы. В общем, это стоит увидеть.

Воронцовка

Граф Михаил Воронцов, одессит, дворянин, выросший в Лондоне и получивший великолепное образование, военачальник, ветеран войны с Наполеоном, царский наместник в Новороссийской и Бессарабской губерниях (где с его женой, графиней Елизаветой Воронцовой в Одессе флиртовал Пушкин), закончил свои дни российским наместником на Кавказе и оставил в истории Тбилиси неизгладимый след.

Десять лет (с 1844 по 1854 годы) он проводил на Кавказе политику российского императора; при нем строился и перестраивался Тбилиси – ремонтировались старые кварталы, строились новые, развивался грузинский театр. При нем возникла Тбилисская публичная библиотека. Был организован Кавказский учебный округ, и дети грузинских дворян поехали на учебу в Россию и за границу.

В Тбилиси существует целый район, который носит имя Воронцова. В 1867 году, после смерти графа, горожане на добровольные пожертвования воздвигли ему памятник на площади, названной в его честь – Воронцовской, куда выходит Сухой (он же Михайловский) мост. Район неплохо отремонтирован и выглядит по-европейски. Тут расположены офисы небольших фирм, художественные заведения, галереи, гостиницы и рестораны.

В советскую эпоху площадь носила имя Карла Маркса, в наши дни ее переименовали в Саарбрюкенскую. Но тбилисцы зовут ее площадью Воронцова. Площадь знаменита на весь мир, тут в свое время произошло одно из самых известных убийств эпохи модерна. Любовное? Кровавое? Беспутное? Артистическое? Да!

Люди. Норвежцы и Тифлис: смерть Дагни Юль

На Саарбрюккенской площади, недалеко от Сухого моста, стоят два дома, когда-то бывшие известными тифлисскими гостиницами – «Лондон» и «Гранд-Отель». Они связаны с норвежскими писателями, философами и поэтами: в «Лондоне» останавливался Кнут Гамсун, лауреат Нобелевской премии по литературе, а в «Гранд-Отеле» убили Дагни Юль – писательницу, интеллектуалку, возлюбленную шведского писателя Стриндберга, норвежского художника Эдварда Мунка и жену польского писателя Станислава Пшибышевского – крупных фигур Серебряного века.

В эпоху модерна их читали все. Гамсун выходил огромными тиражами. Пшибышевского и его романы обсуждала вся Европа. Без них двоих не было бы ни Андрея Белого, ни Ахматовой, ни прозы Серебряного века – к примеру, Бальмонта. Северяне тоже любили Россию и любили ездить на Кавказ, прославившийся в Европе горами и антуражем как раз в конце ХIХ – начале ХХ века.

История Дагни Юль – готовый сериал и известный в русской литературе сюжет – о нем писали Нагибин и Бунин.

Дагни Юль была одной из первых норвежских феминисток, а известность ей принесли романтические отношения с выдающимися художниками. Юль с юности вращалась в богемном мире Христиании (как тогда назывался Осло). Там она познакомилась с Эдвардом Мунком, который с нее писал свою «Мадонну» и перевез ее в Берлин. Потом был короткий роман с Августом Стриндбергом, который сначала страстно обожал ее, а потом возненавидел; и наконец Дагни Юль вышла замуж за писателя и литератора Станислава Пшибышевского.

Дагни уже ждала ребенка, когда первая жена Станислава, мать его детей, отравилась угарным газом. Пшибышевского подозревали в ее убийстве и арестовали. Из тюрьмы он вышел оправданный законом, но потерявший репутацию в глазах общества.

У Дагни родилось двое детей от Пшибышевского, но воспитывать их было некому и негде: Станислав много пил, у обоих родителей постоянно случались новые романы, по два-три одновременно. Пшибышевские путешествовали в Вену, Берлин, Краков – там у Дагни появился новый поклонник, Генрик Сенкевич. Летом 1901 года Юль поехала на Кавказ с очередным любовником – сыном нефтепромышленника Владиславом Эмериком, взяв с собой пятилетнего сына Зенона, которого некуда было пристроить. 5 июня Эмерик убил ее в номере «Гранд-Отеля» выстрелом в голову и сам попытался застрелиться. Эмерик страдал психическим расстройством.

Зенон Пшибышевский прожил долгую жизнь, 93 года, воспитывался в Швеции, стал дипломатом, написал воспоминания.

Считается, что убийство Дагни Юль стало основой сюжета рассказа Бунина «Генрих». «Венские пропойцы, вроде Пшибышевского» там даже прямо упоминаются. А Юрий Нагибин назвал свой рассказ «Трое, одна и еще один»; стоя на Саарбрюккенской площади, можно вспомнить финал этой истории, полной надрыва, страстей, алкоголизма.

Похоронена Дагни Юль, покорительница сердец, муза художников и писателей, на Кукийском кладбище.

* * *

Автором проекта тифлисской геофизической обсерватории и ее директором был немецкий ученый, астроном-метеоролог Арнольд Мориц. Строили обсерваторию тоже немцы: архитекторы Отто Симонсон и Леопольд Бильфельд, авторы многих зданий в Сололаках, в Чугерети и на Руставели.

Оперный театр создан по проекту архитектора Виктора Шретера, дворец в Ликани – трудами Леопольда Бильфельда. Дворец наместника на Кавказе и здание гимназии спроектированы Отто Симонсоном, городская управа – архитектором Паулем Штерном, а театр имени Руставели – Александром Шимкевичем.

Немецким ученым тбилисцы обязаны сохранением богатого и древнего дендрологического парка Ботанического сада. Назовем несколько имен: это ученый Генрих Карл Шарер, который проработал в саду 28 лет и сделал много полезного, ботаник А.А. Гинценбер. А вот имя Адольфа Ролоффа, ставшего директором в 1902 году, история сохранила – именно он открыл научные отделения, лаборатории, испытательные станции Ботанического сада в Закавказье.

Почти все тифлисские аптеки принадлежали немцам – Коху, Оттену, Хайне, Земмелю. Спуск с улицы Руставели в народе до сих пор зовется Земмелем. Первую телеграфную линия на Кавказе, ту, что связала Тбилиси с Коджори, построила фирма Siemens – в то время вся семья Сименсов жила в Тбилиси.

Глава 9. Все дороги идут к Руставели. Проспект

Проспект Руставели стартует мощно и красиво – от площади Свободы он сразу берет широкое и свободное дыхание и держит его до конца, до пересечения с улицей Грибоедова, до района Ваке и зданий бизнес-центров и офисов. Это парадный фасад Тбилиси, его Тверская и его Невский. Проспект Руставели не слишком длинен – всего лишь полтора километра, но он застраивался в интересный период, на стыке XIX и XX веков, когда Тифлис впитывал новые мировые тенденции, пропускал их через свою историю и обычаи и в итоге стал самым красивым городом в Закавказье.

Сегодня Руставели – улица с эклектичной архитектурой, где намешано все – и советское строительство (сталинский ампир Академии наук), и дома XIX века, и современные здания; и все это – история восточного и в то же время европейского города со своей культурой и на пересечении разных менталитетов. Вот только по-настоящему старинного на Руставели ничего нет. О лесах и долах напоминают высаженные по обоим сторонам проспекта платаны – деревья светлой тени и ярких солнечных зайчиков.

Главная улица города по-западному широка и свободна. После разрушения Тифлиса в 1795 году персами город лежал в руинах, местное население было убито или угнано в рабство. В это время сюда пришли русские: началась русская оккупация, как сегодня говорят одни, или Грузия присоединилась к России, как считают другие.

В начале XIX века вдоль древнего тракта, ведущего на север в сторону границы с Россией, и была проложена главная улица нового города. Изначально проспект назывался Головинским в честь наместника Закавказья в 1837–1843 годах генерал-лейтенанта Евгения Александровича Головина, и лишь в 1918 его переименовали в Руставели.

Улица берет начало с площади Свободы: раньше здесь была граница старого города, а сегодня находится мэрия Тбилиси. В советское время на площади стоял памятник Ленину. С 2006 года площадь преобразилась, и нынче тут возвышается монумент работы Зураба Церетели: святой Георгий, убивающий дракона. Кроме дракона и мэрии, на площади есть магазины, музеи и гостиницы. Кафе, в котором, по легенде, когда-то пил чачу Пушкин, увы, не сохранилось.

Загляните в Музей изящных искусств имени Амиранашвили на площади Свободы, который стоит на улице Ладо Гудиашвили, 1. Здесь хорошая коллекция русской, итальянской живописи, есть даже картина Лукаса Кранаха.

Городская легенда занятно объясняет, почему проспект Руставели не прямой: он делает небольшой зигзаг в средней части. Говорят (а в случае Тбилиси это правда, здесь до сих пор рассказывают предания, так что «говорят» не просто фигура речи), что, когда проспект прокладывали, на пути возникла помеха – по одной из версий, грядки какого-то старика, по другой – часовня. Воронцов проявил уважение и приказал обогнуть препятствие.

Сегодня на Руставели по-прежнему появляются новые здания – например, торговый и бизнес-комплекс «Галерея», внутри которого – русский театр имени Грибоедова, магазины и лавочки, вход в метро.

Первые строения в этой части города решались в классическом стиле. Пример тому – многократно перестроенный дворец наместника на Кавказе (1802), резиденция графа Воронцова. Адрес дворца – Руставели, 6, и это одно из самых заметных зданий района. Выписанный из Санкт-Петербурга архитектор Николай Семенов к 1847 году выстроил здание резиденции в стиле классицизма, с белыми колоннами и античными статуями. Его главный фасад выходит на проспект, а с западной и восточной стороны резиденцию окружает небольшой парк Девятого апреля, бывший общественный сад, спланированный немецким архитектором Отто Симонсоном. Во дворце жили все главнокомандующие и наместники царя на Кавказе.

Сейчас тут Дом молодежи, но тбилисцы по-прежнему зовут его «Дворцом наместника», «Дворцом Миши», «Воронцовским». Михаилу Воронцову принадлежат слова «Маленькая Грузия должна стать самым красивым, самым ярким парчовым узором на пяльцах российской вышивки». Звучит, конечно, колониально, но Михаил Воронцов много сделал для Тбилиси, расцвет и роскошь города прочно связаны с его именем. Во дворце часто проводили приемы, сад украшали, и в нем росло множество ромашек – любимых цветов графини Воронцовой, – а сегодня их тут уже нет, увы.

В 1918–1921 годах здесь заседало собрание Закавказского сейма, позже – парламент Грузии, а в советское время (1932–1937) во дворце жила мать Сталина, Кеке Мгеладзе. Говорят, что они с сыном часто прогуливались в дворцовом саду, сюда прилетали к ней внуки, и она наотрез отказывалась переезжать в Москву. В 1937 году по инициативе Берии здание стало Домом пионеров и школьников. Сейчас в Воронцовском дворце работают детские кружки, студии, спортивные секции и даже маленький планетарий. Внутрь попасть сложно, но и снаружи много интересного.

На проспекте, как на любой центральной улице, находится сразу все. Правительственные, общественные, культурные и разные другие учреждения: парламент, церковь Кашвети, Академия наук Грузии, Национальный музей Грузии, Театр оперы и балета, Театр имени Шота Руставели, Тбилисский русский драматический театр имени Грибоедова, метро, магазины, музеи, гостиницы. И даже самый вкусный в мире, как говорят грузины, лимонад! – «Воды Лагидзе».

На Руставели, 24 ищите «Воды Лагидзе» – легендарное кафе и грузинский бренд лимонада, рассказывать истории про который в Грузии – почти что национальный спорт. Вам скажут, что тархун и сливочно-лимонный вкус обожали как американские президенты, так и советские генсеки, а уж чему верить – выбирайте сами. Точно известно, что культовые напитки были изобретены Митрофаном Лагидзе в 1887 году – и с тех пор стали неотъемлемой частью грузинской истории. Легенд несколько: согласно одной, лимонады на исторической Ялтинской конференции в 1945 году на столах поразили Черчилля и президента США, а Франклин Рузвельт, распробовавший чудесный напиток, увез с собой в Америку аж две тысячи бутылок. В свою очередь, Гарри Трумэн интересовался, нельзя ли наладить поставки лимонада непосредственно в США. Но не верьте сразу: вскорости вам расскажут, что когда Сталину прислали кока-колу, он отправил в Вашингтон «Воды Лагидзе»…

В общем, заходите и пробуйте. Внимание: в кафе – отменные хачапури.

Люди. Елена Ахвледиани

Неподалеку от Руставели, на улице Киачели, 12, находится музей самобытной художницы, одной из самых утонченных и элегантных женщин Грузии и Тбилиси Елены Ахвледиани. Ахвледиани – возможно, автор самых лучших пейзажей, показывающих красоту Тбилиси.

Дружбой с ней гордились Верико Анджапаридзе, Ладо Гудиашвили, Кето Магалашвили, Генрих Нейгауз, Святослав Рихтер.

Элена, Эличка, как ее называли в семье, родилась в Телави. Отец Елены Димитри был отставным военным врачом, а мать происходила из знаменитого княжеского рода Эристави. У Димитри Ахвледиани была амбулатория, где он бесплатно принимал больных. В 1910 году семья переехала в Тбилиси и поселилась на Елизаветинской улице, в Чугурети (сегодня – улица Цинамдзгвиришвили). Елена ходила в женскую гимназию. Она была очень способной и выделялась среди сверстниц. В семье все мечтали, что Эличка будет заниматься музыкой, но сама она выбрала рисование.

Уже в 1919 году Елена приняла участие в Тбилисской художественной выставке, а в 1922-м поступила в только что открывшуюся Академию художеств, в класс художника Гиго Габашвили, и с первого же дня настолько выделялась среди сокурсников, что ей назначили особую стипендию. А спустя год Елену Ахвледиани вместе с Ладо Гудиашвили, Давидом Какабадзе, Кето Магалашвили и другими успешными и талантливыми студентами отправили на стажировку в Париж. Примечательно, что эту поездку профинансировало «Общество по распространению просвещения», председателем которого был известный грузинский художник, первый директор Музея искусств Грузии Дмитрий Шеварднадзе (мы писали о нем в главе об Авлабаре и Метехи).

По легенде, поездку в Париж Елена предпочла свадьбе с сыном родительских друзей. Разорвала уже назначенные договоренности и уехала учиться живописи во Францию.

В Париже Елена стала частью общества художников, живших в те годы на Монмартре. Знакомство с Модильяни, тесная дружба с Майолем повлияли на нее. Поменялась палитра привычных ее цветов, изменился стиль – появились детальность в рисовании, тонкость и глубина. Первая персональная выставка Елены Ахвледиани прошла в Париже, в тот момент – центре мировой культуры. Пабло Пикассо хотел купить картину «Зима в Телави», но Елена сказала, что эта работа не продается.

Зато Модильяни она за символическую цену продала другую картину. Узнав, что у Модильяни нет на это средств, она принесла картину ему домой и оставила, но тщеславный художник вернул подарок. Елена снова послала ему картину. И это продолжалось до тех пор, пока художники не пришли к компромиссу.

Парижский период длился несколько лет, после чего Елена вернулась в Тифлис. И главным героем ее картин стал город – весной и летом, в осенний дождь и в снегопады, с узкими кривыми улочками, ажурными балконами и горами вокруг. Тбилиси для Елены Ахвледиани был любовью, которую она пронесла через всю жизнь.

Известный режиссер Котэ Марджанишвили пригласил Елену Дмитриевну художником-постановщиком в Грузинский национальный театр, он считал ее талант и уникальную способность создавать совершенно неповторимые работы выдающимся:

«Ваша живопись так декоративна, каждая картина так скомпонована, Вы так чувствуете пространство и таким человеческим настроением полны ваши работы, что вам место в театре» – писал Марджанишвили в одном из писем к Елене Ахвледиани. Больше шестидесяти спектаклей оформила Елена Дмитриевна за свою жизнь. Кроме того, она продолжала писать Тбилиси и небольшие грузинские городки, пейзажи и зарисовки; особенно известны ее зимние тбилисские пейзажи. Говорят, что Ахвледиани настолько точно переносила на бумагу городские пейзажи, что сегодня при реставрации цвет зданий восстанавливают по ее картинам.

Кроме того, дом Елены Ахвледиани остался в воспоминаниях современников примером гостеприимного грузинского дома, где поют, танцуют, много и интересно говорят; здесь всегда было полно людей, тут гостили Рихтер с женой, Белла Ахмадулина, Евгений Евтушенко. Интерьер музея Ахвледиани сохраняет в подлинном виде и мастерскую художницы, и жилую часть квартиры. А главное – внутри много прекрасных работ Елены Ахвледиани – ярких, цветных, прекрасных – и мы понимаем, что так восхищало Пикассо и Модильяни.

* * *

Рядом с музеем Ахвледиани на проспекте Руставели находится церковь Святого Георгия, которую называют Кашвети – по названию местности. Эта церковь построена в 191о году взамен обветшавшего храма на месте суда зороастрийцев над оклеветанным монахом Давидом Гареджийским, одним из ассирийских отцов, мы писали о нем в главе «Мтацминда». Давида пытались обвинить в сожительстве с монашкой, но оболгавшая его девушка родила камень. По преданию, этот камень лег в основание церкви Кашвети.

Художник Ладо Гудиашвили в 1946 году расписал церковь, – совсем недалеко, в парке Девятого апреля, примыкающему к Руставели, художнику поставлен памятник.

Люди. Тициан Табидзе

Дружба поэтов Тициана Табидзе и Бориса Пастернака началась со случайного знакомства в 1931 году, когда Пастернак приехал в Тбилиси по приглашению еще одного поэта, Паоло Яшвили. Тициан и Нина Табидзе сказали друг другу: «Это необыкновенный человек, и мы будем дружить с ним всю жизнь». Так и оказалось. Пастернак влюбился в Грузию, объездил всю страну.

В 1937 году в Москве и Ленинграде прошли творческие вечера Тициана Табидзе, а в конце того же года его арестовали и расстреляли по обвинению в антисоветской деятельности. Арест последовал за отказом Тициана Табидзе подписать бумагу с обвинением в шпионаже друга детства и юности поэта Паоло Яшвили. Это история о выборе, нравственности и совести: дело в том, что Паоло Яшвили уже не было в живых – он застрелился, не выдержав травли и ожидания ареста.

У Тициана Табидзе был выбор: с одной стороны, Берия предлагал ему покровительство, обещав обеспечить все условия для работы, с другой – арест и расстрел. Ответил Табидзе как человек, не способный на предательство: «Если я подпишу, не будет иметь смысла ничего из того, что мной уже сделано и написано».

Когда по личному распоряжению Берии Табидзе арестовали, Пастернак прислал его семье телеграмму: «У меня вырезали сердце. Я бы не жил, но у меня теперь две семьи – моя и ваша». Это был Поступок. Много лет Пастернак помогал семье Табидзе. Нина делала для него подстрочные переводы; каждый год она приезжала отдыхать в Переделкино на дачу Пастернака.

Тициана Табидзе домашние ждали до начала 1950-х годов. А его уже не было в живых – расстреляли в 1937 году.

Камни. Голубая галерея

Следующее важное здание на Руставели – Национальная галерея Грузии, Голубая галерея, – собрание всей самой значимой грузинской живописи. Здание (действительно голубое) конца XIX века было построено для военно-исторического музея на Кавказе, но стало художественной галереей.

Первая выставка в художественной галерее состоялась в 1920 году и была подготовлена Дмитрием Шеварднадзе (см. главу 7 «Другой берег: Авлабари и Метехи»). Он собрал все, что составляло художественное искусство Грузии и было доступно в ту пору. В экспозицию вошли портреты XVIII и XIX веков «грузинской школы», русские, западноевропейские, иранские и современные грузинские картины.

Здание было небольшим, многие работы не помещались, и был разработан план реорганизации галереи. Дмитрий Шеварднадзе предложил перенести галерею в историческое место – крепость на скале Метехи. В 1933 году тюрьму, которая размещалась в Метехском дворце, перевели в Ортачалу, а исторические здания Метехи предоставили Национальной художественной галерее. В 1934 году галерея открылась для публики на новом месте. Сегодня у нее несколько зданий, а Голубой дом – центральный и самый важный. Здесь выставлены работы Ладо Гудиашвили, Давида Кикобадзе, Елены Ахвледиани и Нико Пиросмани.

* * *

Национальный музей Грузии, с которого мы начали нашу книгу, он же археологический, он же этнографический, совершенно замечательный: в нем хранятся тысячи грузинских и кавказских археологических памятников. Это вся история грузинской культуры от бронзового века до начала XX столетия.

Именно тут можно увидеть найденного в Дманиси гоминида Homo Ergaster, о котором мы говорили в самом начале – знаменитого «человека грузинского» возрастом около 1,8 миллиона лет.

Обратите внимание на выдающуюся коллекцию захоронений Колхиды – от артефактов бронзового века до золотых украшений. Тут же – современная экспозиция по истории советской оккупации и декоративное искусство Грузии – от керамики до украшений.

На проспекте Руставели по выходным и праздникам проходит ярмарка рукодельных изделий около дворца наместника на Руставели, 6 – там иногда можно поймать торговцев картинами и всевозможными украшениями в грузинском стиле.

Но главный рынок Тбилиси – это, конечно, Сухой мост.

Когда-то река Кура в центре города имела два рукава, и с тех пор сохранились два моста: Сухой (под ним в данный момент проходит шоссе и торговля) и Саарбрюккенский – через основное русло Куры.

Блошиный рынок Мшрали-Хиди – Сухой мост – отдельное государство на Руставели. Сюда обязательно стоит наведаться. Торгуют абсолютно всем: от советских елочных игрушек, африканских статуэток и фарфоровых бюстов Сталина до псевдовосточных ковров и разнообразной живописи. Приезжать лучше в выходные, так как именно в субботу и воскресенье рынок разрастается, и шансы отыскать нечто особенное среди огромного количества добра (и, будем честны, хлама) существенно возрастают. Цены выше среднего, поэтому торговаться здесь можно и нужно. На Сухом мосту имеет смысл искать небанальные грузинские сувениры: среди старых чайников, медалей и радиоприемников можно наткнуться на крайне интересные артефакты реальной тбилисской жизни. Рынок работает ежедневно с 10:00 до 17:00, но и это время подвержено флуктуациям – погода, настроение продавцов, мало ли что еще.

По правую руку от Сухого моста (ближе к Дому юстиции) на самом берегу Куры раскинулся книжный рынок. Формально он находится на территории парка Дедеана. Тут нет торговых рядов, а только металлические лотки с вырезанными номерами. Много литературы на русском языке, но больше все же грузинской.

Камни. Дом юстиции

Наглядный символ реформ, авангардное здание у Сухого моста в конце проспекта Бараташвили, под множеством синих крыш выглядит как грибница, а означает конец бюрократизму. Здесь все можно решить в одном здании, и говорят, что за полчаса и при полном отсутствии бумажной волокиты. В здании находятся палата нотариусов Грузии, агентство публичного реестра, агентство гражданского реестра, архив и бюро по исполнению всех возможных вопросов. Дом юстиции объединяет более 300 сервисов.

Здание построено за 18 месяцев по проекту известного итальянского архитектора Массимилиано Фуксаси в 2011 году для самого большого в мире сервис-центра. По всей Грузии есть его филиалы.

* * *

Заканчивается Руставели на площади Революции. Площадь украшает роскошный доходный дом купца Мелик-Азарянца в стиле модерн, с необычными траурными гирляндами и окнами в виде слез – в память о рано умершей дочери владельца дома. Это, возможно, самый красивый дом на Руставели, его называют Тифлисским пассажем. Напротив дома Мелик-Азарянца – Академия наук Грузии, единственное в Тбилиси здание в жанре сталинского ампира, с замечательной башней; в здании находится и Союз кинематографистов Грузии. На ступенях и под портиком здания часто возникает стихийный сувенирный рыночек.

Обратите внимание: у дома 44 на улице Руставели растет дерево, которому две тысячи лет, привезенное из Палестины, так что можно смело говорить, что и на Руставели есть свои древности.

Вот и кончился наш путь по Тбилиси; есть и пить на Руставели не рекомендуется (сделаем исключение для вод Лагидзе), а вот гулять под платанами и на Сухом мосту, прохаживаться в тенистом парке Девятого апреля, смотреть вокруг и наслаждаться Тбилиси – одним из лучших городов на свете, созданном для прогулок, смеха, веселья и радости в лучшем из возможных миров – автор вам решительно рекомендует.

Глава 10. Несколько слов о других районах Тбилиси

Ваке

Это один из новых районов города, расположенный к северу от Мтацминды, недалеко от центра. Его называют районом богемы, или тбилисского бомонда.

Ваке – «равнина» в переводе с грузинского, и этимология не обманывает: тут действительно почти ровно. Идите сюда за самым большим парком города (бывшим парком Победы), поднимайтесь канатной дорогой к Черепашьему озеру – популярному месту отдыха тбилисцев. Канатная дорога начинается от дальней окраины парка Ваке – в центральной части регулярного, к окраинам становящегося диким дендропарка.

Озеро лежит у северного склона горы Мтацминда примерно в 3 км от Тбилиси. Раньше в этих местах обитали черепахи, но их давно тут не видели. Черепашье озеро невелико и расположено на высоте 686 метров над уровнем моря: в жаркий день тут прохладнее, чем в душном городе.

Этнографический музей у Черепашьего озера очень интересен: сюда свезли со всей страны около 70 старых зданий – ажурные деревянные дома с двускатной крышей из соломы или досок из западной Грузии, сторожевые башни из Хевсурети и Сванетии, кахетинские винодельни и водяные мельницы, ранняя христианская базилика и семейная усыпальница с саркофагом VI–VII веков. Коллекция традиционных предметов домашнего обихода – прялки, вязальные рамы, одежда, ковры, керамика и мебель – вполне представительна.

Вере или Вера

Район находится недалеко от центра, примыкает к Руставели и Ваке. У района очень хорошая репутация, ее легко перенять, если и самому там поселиться.

Знаменит парком Вере, старинным Верийским кладбищем, домами-музеями грузинской богемы. Хорошие рестораны и много новой архитектуры.

Сабуртало

Новый район Тбилиси, не так давно вошедший в городскую черту, соседствует с Вере и Ваке. Туда идет отдельная линия метро. В Сабуртало стоит ездить, как говорят в Грузии, кушать – обратите внимание на лучшие, по мнению многих, кучмачи, потроха по-грузински, в ресторане «Бернар».

В Сабуртало ездят учиться – тут университет. И смотреть на зверей – сюда переехал после наводнения Тбилисский зоопарк. У района непростой рельеф, здесь находится одно из архитектурных чудес СССР – здание Министерства автомобильных дорог Грузии, обыгрывающее сложный ландшафт местности. Сегодня это, без прикрас, культовое здание, похожее на несколько вставленных друг в друга деталей «Лего» принадлежит Национальному банку Грузии. Его еще называют «Чей в чем», и имеют в виду эротический подтекст.

Лагуна Вере, или Разрушенный стадион

Всякий поворачивающий на Сабуртало автомобилист (и пассажир такси, следующий, к примеру, в Мцхету,) замечает у разворота на площади Героев разрушенный стадион.

Центральный водно-спортивный комплекс имени Ленинского комсомола, а в просторечии лагуна Ваке, когда-то был очень продвинутым сооружением, но быстро устарел и морально, и технически, да еще и пострадал во время наводнения 2015 года.

Здание хотят признать памятником советской архитектуры, но все никак не признают. Есть планы постройки двух небоскребов в 65 этажей на месте бассейна, но будут ли они реализованы – неясно.

Часть 2. Есть, пить, любить

Вкус неба и земли. О грузинской еде

Одна из причин, по которой люди ездят в Грузию, – еда. Что говорить: шашлык и лобио, пхали и джонджоли, остры и харчо, хачапури и чурчхела – это знаете, пробовали, дайте добавки, возьмите две.

Страна, в которой вкусно кормят, превращает еду в религию. Французы за обедом говорят о еде. В Италии региональность блюд возведена в принцип, а о чем говорить с людьми, у которых и принципов нет? Паста или пармезан, оссобуко или сицилийские трубочки – вот достойнейшие темы для обсуждения, которым с радостью предаются все, вытаскивая из закромов памяти «лучшие рецепты моей бабушки».

В Грузии тоже все серьезно. Миф «У нас ужасно вкусно все» всепроникающий – и порокам, и снобизму вокруг него грузины предаются со страстью.

Возьмем хачапури. Думаете, это просто лепешка с сыром? Как бы не так! Это четыреста вариантов лепешки с сыром. Хачапури по-осетински, хачапури по-имеретински, по-аджарски, по-свански. В Сванетии вам расскажут, что хачапури придумали именно тут (коров-то много, молоко только на сыр и переводим). В Кахетии возразят. В Мегрелии хмыкнут.

В общем, заказывать надо один хачапури на компанию из шестерых, и не факт, что вы съедите его целиком. И тесто, и вкус его, и сыр, и количество сыра будут разными. У каждой хозяйки с утра стоит тесто на хачапури, и если – какое счастье! – совершенно случайно в гости зашли двадцать человек, за ней не заржавеет. Диаметр лепешки по умолчанию сантиметров сорок, и сыр будет капать, расплавленный, сочный, а вы будете откусывать и стонать. Очень вкусно.

Во-вторых, кубдари. Это сванские хачапури с мясом. Много мяса, есть зелень. Мясо перченое, острое.

Просто грузинский хлеб – лепешки в форме ромбов, похожие на те, что пекут в печи тоне.

Сыры. Их много, типа сулугуни, копченого сулугуни, жареного сулугуни, мягкого свежего – имеретинского, с зеленью, чесноком, перцем. Овечий. Острый овечий типа испанского. Выдержанный коровий, сухой и темный.

Всякие виды шашлыков и штук вроде шашлыков – с грибами и картошкой.

Супы – острые, густые, наваристые. Бульоны.

Пхали – протертые овощи с грецкими орехами. Соленья. Просто салат с нерафинированным маслом, густо посыпанный красным перцем и толчеными орехами.

Наконец, хинкали! Хинкали с бараниной и говядиной, с курицей и индейкой, со свининой, в конце концов! Теста то много, то мало, то острая начинка, то не очень, с зеленью и чесноком, вай мэ! Съешь все, а хвостики осторожно сложи в кучу. Видишь, как сумрачно мужчины в харчевне возле вокзала сражаются каждый с целой тарелкой хинкали?

А курица, запеченная в печке (с утра еще бегала), а что-то такое из баклажанов, что никогда не любившие баклажаны восклицали «Да чтоб вас!» и просили добавку… А форель чудесная – и маленькие картофелины, запеченные в гоци – грузинской глиняной сковороде…

Грузинская кухня берет такой долгий вдох, что к финишу выдыхается и приходит обессиленной: десертов тут не очень много. Ну чурчхела, ну мороженое с орехами и фруктами. Но на улице растет маленький и большой инжир, винограда много, персики совершенно сбивают с ног запахом. И давайте выпьем кофе – его тут заваривают по-турецки, иногда с кардамоном, и знают в нем толк.

Сурамский перевал, разделяющий страну, – рубеж и для грузинской кухни. К западу от него земли были больше подвержены турецкому и европейскому влиянию, средиземноморским кулинарным традициям. К востоку от Сурамского перевала царит иранская кухня. И во всем этом счастье живут грузины, и туда с радостью ныряют туристы.

Важно сказать, что грузинская кухня состоит в тонком балансировании на контрасте пряного и острого. Второй рецепт счастья – побольше овощей везде!

Супы

Харчо

Это легенда. Национальный грузинский суп из мяса с рисом и грецкими орехами на кислой основе из сушеных слив – ткемали либо тклапи широко шагает по планете. Суп пряный, острый, с обилием чеснока и зелени, густой – в грузинском суповом стиле.

Для харчо берут только говядину (на грузинском «дзрохис хорци харшот» значит «говяжий суп»), сливы и тертые грецкие орехи, фирменный знак грузинской кухни. По «классическому» рецепту эти три компонента нельзя убрать из блюда или заменить другими.

Чихиртма

Бульон из курицы или индейки с разболтанным в уксусе яйцом и луком менее знаменит, чем харчо, но повсеместно любим в Грузии. Из фирменных грузинских штучек тут – кислая основа и традиционное загущение супа мукой.

Хаши

Тут мы встречаемся с грузинской разновидностью этого фирменного кавказского блюда. В армянском лечебнике «Утешение при лихорадках» 1184 года в некоторых рецептах упоминается мясной бульон под именем «хашой» или «хашу», возможно, ритуального характера. Хаши варят из говяжьих ног и рубца, подают несоленым – с отдельной тарелкой соли, рубленого чеснока и зелени. Хаши особенно хорош с похмелья. Согласно традиции, хаши не выносит трех вещей – коньяка (надо есть с водкой), женщин (они не должны есть чеснок) и тостов (они занимают время, а хаши должен быть очень горяч).

Бозбаш

Еще одна грузинская вариация кавказского супа из баранины и гороха.

Конечно, на этом варианты всех супов Грузии не исчерпываются, другие – менее знамениты, но существуют супы из мацони, из овощей – и как правило, в них всегда есть мука и яйцо на кислой основе. Приятного аппетита!

Мясо

Основа основ грузинской кухни – мясо. Все зиждется на нем, вокруг него все танцуют (лезгинку) и именно под него поднимают (и осушают!) трехлитровые рога с вином.

Хинкали

Храни Господь Грузию и ее хинкали. Хинкали – это как Казбек или «Сулико»: простонародное и изысканное, похожее на то, что есть у других (равиоли, пельмени, манты, позы), и все-таки совершенно особенное блюдо. Хинкали такая важная часть грузинской кухни, что существуют особенные праздники, когда едят только хинкали – называются они хинкалоба. Дайте пять!

Хинкали – такие как бы большие пельмени, но в то же время совершенно не они. Это воздушные дирижабли теста, несущие в себе или рубленное (кинжалами!) мясо в нежнейшем облачении бульона, или фарш. Вопрос жизни или смерти, как почти все в Грузии – с зеленью или без? Говядина или баранина? Существуют разные партии. Сражения протекают увлекательно.

Важный элемент в теории и практике хинкали – форма. Традиционно грузинские хозяйки лепят их таким образом, чтобы на верхушке получился хвостик из теста. Хорошим тоном считается, чтобы хинкали у основания (при подходе к хвостику) имели не менее 18 складок (едоку считать их не обязательно).

Хинкали надо уметь есть. Князья Дадиани умели! Никаких ножей и вилок. Истинные аристократы и подлинные гурманы едят их только при помощи рук. И рта, конечно же рта!

Как надкусить хинкали так, чтобы бульон не вытек, ни одна драгоценная и благоухающая капля? Как держать хинкали, горячие, полыхающие жаром, источающие аромат? Сноровка – дело наживное. И главное – не ешьте хвостики!

Шашлык

Само по себе это блюдо немудрящее: как жарить мясо на углях с помощью шампуров или деревянных палочек, известно всем народам мира, однако в разных частях этой планеты люди делают шашлык из разного мяса, по-разному его маринуют и сервируют. В Грузии – не хуже прочих. Хотя есть мнение, что даже и получше. Точно такой же, как и у грузин, шашлык можно встретить в Швейцарских Альпах, у итальянских тирольцев, у индейцев перуанских Анд, у жителей Горного Борнео (я бы попробовала), в пустынях Монголии.

Кавказский шашлык – как правило, из баранины, нанизанный на шампур и зажаренный на древесном угле в мангале. Мясо маринуют как с помощью примитивных специй – соль, перец, уксус, так и в сложных многокомпонентных составах, требующих особого приготовления.

Настоящий грузинский шашлык – мцвади. Он отличается особым ароматом и сочностью. Его делают преимущественно из говядины. Мясо должно быть слегка запеченным, прожаренным снаружи и сочным внутри. Как правило, для мцвади мясо не маринуют, оно просто должно быть очень свежим.

Различают три вида мцвади. Первый – шашлык из цельного куска вырезки, его еще называют «длинный шашлык». Шашлык из бастурмы – из маринованного мяса. И шашлык из баранины с баклажанами. В этом случае мясо помещается внутрь баклажанов и затем насаживается на шампур и жарится на мангале.

По мнению специалистов, лучшие для шашлыков дрова – из виноградной лозы. Далее по убыванию качества подойдут белая акация, кизил, терн, бук, дуб, фруктовые деревья – вишня, абрикос.

В качестве сопровождения к шашлыку подается репчатый и зеленый лук, дольки лимона, свежие помидоры, свежие или соленые огурцы, жаренные на вертеле фаршированные баклажаны.

Остри (он же острый)

Это популярное и пряное блюдо готовится из мякоти говядины, тушенной с острым перцем, помидорами и луком.

Чахохбили– рагу из птицы

Первоначально делалось из фазана, но сегодня грузины массово перешли на курицу.

Чахохбили – это кусочки филе птицы, тушенные в томатном соусе, с добавлением специй, зелени и чеснока. Характерной особенностью чахохбили является так называемое сухое обжаривание птицы в течение 15 минут без добавления какого-либо жира.

Сациви

Холодное густое и пряное блюдо на курином бульоне, популярная закуска, где мякоть курицы (без костей) свободно плавает в густом соусе из толченых грецких орехов, уксуса и чеснока.

Чкмерули

Курица в сливочном соусе (сливках или молоке) с большим количеством чеснока, зелени и специй.

Цыпленок табака

«Цицила тапака» – второй, после шашлыка, гигант грузинской кухни, атлант, держащий на своих плечах славу грузинской кулинарии. Гиганта готовят так – цыпленок укладывается определенным образом под гнет, в результате чего кости ломаются, и цыпленок приобретает характерную позу. Делается со специями и чесноком (без зелени!).

Чакапули

Это баранина, тушенная со специями, зеленью и травами. Неповторимый вкус чакапули придает свежий эстрагон (тархун), часто для приготовления используют ткемали. Эти компоненты придают мясу кислый вкус и нежный аромат. Подают чакапули как самостоятельное блюдо с вином, зеленью и хлебом, едят только в горячем виде.

Чашушули

Тушеная говядина с овощами и специями, то же, что и чакапули, но из другого мяса.

Оджахури

Одно из самых простанародных грузинских блюд. Это жареное мясо с картофелем на кеци. Знаете ли вы, что такое кеци?

Кеци (гоци)

Невысокая сковородочка из красной глины или черного камня. Она позволяет готовить почти без жира, блюда на ней получаются очень ароматными. Используют кеци для готовки на газовой или электрической плите, в духовке, на открытом огне, но еда будет вкуснее, если готовить на углях. Чтобы дольше сохранить блюдо горячим, его подают прямо в кеци.

Кучмачи

Традиционное грузинское блюдо, обязательное на праздничном столе. В сущности – жареные потроха. В Самгрело едят большей частью с гоми, в остальной Грузии – с мчади (читайте об этом ниже, не пропустите!). Кучмачи – это телячьи и свиные (или утиные, куриные) сердце, печень, легкие и желудки, ну, и зелень, и специи.

Свинину в Грузии едят нечасто, но бывает – и в виде шашлыка, и как мужужи – холодец из свинины.

Гочи

Жареный молочный поросенок – украшение стола и праздничное блюдо.

Блюда из теста

У всех счастливцев, попавших в Грузию, есть одно тайное знание. Издалека вы будете думать, что Грузия – это шашлык, приправы, соусы, вино. Но господи, какой тут хлеб! Лишь познавшие вкус настоящих хачапури путешественники скажут: Грузия – это выпечка.

Хачапури

Про хачапури мы уже говорили выше, но мало, слишком мало. Давайте еще, ладно?

Куда бы вы ни пришли: в горную сванскую деревню, в изысканный тбилисский ресторан, в простую кутаисскую харчевню – вас угостят хачапури, лепешкой с сыром. Казалось бы, ну что тут – мука, мацони и сыр, но сколько нюансов! Сколько возможностей вкуса, сколько расплавленного сыра, и как, черт побери, вкусно!

Хачапури – это «хачо», творог, и «пури», хлеб, все банально. Насколько это блюдо древнее, никто не возьмется предположить. Этнографы полагают, что хачапури родом с гор Северо-Западной Грузии. Поначалу это была пища пастухов. На высокогорное пастбище, куда на лето гоняли коров, много продуктов не возьмешь. А для хачапури нужно только запастись мукой. Остальное – мацони и молодой сыр – можно сделать на месте, испечь лепешку с начинкой на открытом огне – и сытный ужин готов. Собственно, так и делают имеретинские хачапури, только со временем их начали жарить на сковороде кеци или запекать в печи тоне (на виноградной лозе или дровах из деревьев фруктовых пород).

Чкинти-квели, имеретинский сыр, который годится для хачапури, напоминает творог. Делают его из парного коровьего молока, сквашивают и отводят пару суток на выдерживание в рассоле. Если смешать чкинти-квели с травами и пряностями, он превратится в популярную закуску гебжалия. Но прежде всего этот молодой сыр – полуфабрикат, сырье для производства сулугуни.

Именно недозрелость чкинти-квели, его сравнительно слабая соленость и обеспечивает нежный вкус имеретинского хачапури. Если чкинти-квели не могут найти, его заменяют сулугуни, адыгейским сыром или фетой – рассольными сырами схожего способа производства. При приготовлении сыр рвут руками на тонкие волокна, а не режут и не натирают на терке. Молочных продуктов на хачапури расходуется чуть больше, чем муки. И дело не только в начинке, которой должно быть столько же, сколько и теста, но и в самом тесте: для большинства разновидностей его замешивают на мацони.

При всем разнообразии хачапури ярко выделяются три вида: по-имеретински, по-мегрельски и по-аджарски. Первые два имеют форму круга с начинкой из сыра внутри, хачапури по-мегрельски покрыто сырной корочкой и снаружи.

Хачапури по-аджарски – совсем другое дело. Во-первых, тут мы встречаем дрожжевое тесто. Во-вторых, его выпекают в форме лодочки, добавляя в середину яйцо и сливочное масло. Упиваться вкусом аджарского хачапури следует с помощью тонких бортиков лодочки. Отломайте бортик. Перемешайте сыр, яйцо, сливочное масло кусочком бортика, макайте в середину и…. А!

✔ Имеретинский хачапури – круглая лепешка с сыром внутри.

✔ Мегрельский хачапури – отличается от имеретинского наличием сыра еще и сверху лепешки.

✔ Аджарский хачапури – самый необычный. Это открытая лодочка, с сыром, яйцом и кусочком масла внутри.

✔ Пеновани – довольно популярный вид хачапури. Внешне и по вкусу напоминает слойку с сыром, делается из слоеного теста.

✔ Гурийские пирожки – необычное блюдо, напоминающие рогалик. Внутри – яйцо и сыр.

✔ Ачма – то же хачапури, но приготовленное из предварительно отваренных слоев теста, которые перемежаются слоями масла и сыра (такая грузинская лазанья, вернее, аджарская).

✔ В начинку сванских хачапури идет молотая чечевица, а чем дальше к востоку страны, тем чаще к сыру примешивают различные добавки: свекольную ботву, шпинат, крапивные листья.

✔ Лобиани – пирог из отваренной фасоли. Обычно довольно острое блюдо.

✔ Кубдари – сванский пирог с мясом, с добавлением острых приправ.

✔ Рачинские хачапури– с фасолью и беконом.

Обычно путешествующие по Грузии привозят с собой парочку лишних килограммов.

«Нет, не жалею! – восклицают они. – Было так вкусно!»

И дело не только в хачапури.

Традиционные грузинские хлебные изделия разнообразны. Отметим хлеб Шотис Пури в виде лодки. Его пекут в большой круглой печи под названием тоне. Едят кукурузные лепешки мчади, испеченные в кеци, горячий хлеб-лаваш. Слоеное печенье када в виде трапеций внутри таит сладкую начинку. На Сурамском перевале пекут сладкие пряные лепешки назуки, известные на всю страну. О этот вкус корицы! А в Кахетии назуки пекут с карамелизованным луком.

Овощи

Грецкий орех – король грузинского стола. Все стоит на нем, всем им одухотворено, посыпано и напитано. В Древнем Вавилоне считалось, что употребление грецких орехов способствует повышению интеллекта. Из-за этого их не разрешали есть простым людям, чтобы не покушались на власть. Если судить по наличию грецких орехов в блюдах – в Грузии каждый академик, вах!

Орех на Кавказе – священное дерево, в некоторых селах до сих пор жив обычай: родился ребенок – посади орех.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона сообщает, что при церкви грузинского села Кехви рос грецкий орех высотой в 25,6 м, а в обхвате 8,5 м, в тени его могли укрыться до двухсот всадников.

Конечно, когда орехов столько, с ними надо что-то делать!

Например, пхали.

Вообще пхали не само по себе блюдо, а способ приготовления: берите овощи, тушите или запекайте, размалывайте и смешивайте с грецкими орехами. Вуаля!

Это одно из самых дешевых блюд грузинской кухни, и необычайно вкусное. Шпинат, свекла, капуста (все ее 9 грузинских разновидностей), молодая ботва овощей – редиса, свеклы, цветной капусты, даже трава во дворе – мальва, джонджоли, крапива, экала (сассапариль); листовая свекла, или мангольд – сгодится все! Украшают пхали обычно зернышками граната.

Грузинское блюдо аджапсандали в августе переживает пик популярности: приходит сезон баклажанов и болгарского перца. Что такое аджапсандали? Грузинский ответ рататую и рагу – тушеные овощи, острые, с морем восхитительных трав. Есть версия, что аджапсандали в переводе с тюркских наречий значит «какая ты восхитительная». В Болгарии и Турции похожее блюдо зовут «имамбаялды» – буквально «имам упал в обморок».

Блюдо под названием лобио известно в Грузии с давних времен. До того, как конкистадоры привезли из Америки фасоль, его готовили из плодов долихоса – гиацинтового боба. Фасоль появилась в конце XVII века и влезла в чужую одежду – блюдо из нее тоже стало называться «лобио». Для приготовления используется зерновая или стручковая фасоль. Зерна фасоли – белые, розовые, красные – отличаются вкусовыми нюансами. Для варки лучше выбирать только один из видов зерен, так как время приготовления у них различное. С фасолью связано много предрассудков – и переваривается она тяжело, и бродит в кишечнике. Все эти проблемы снимает предварительное длительное (от 8 часов) вымачивание в холодной воде. Потом – варить, разминать, добавлять масло, лук, чеснок, другие ингредиенты (и не забудем про грецкие орехи!).

Баклажаны (бадриджани) – поистине один из главных овощей в грузинской кухне. Он царит в аджапсандали, из него делают рулетики и икру, его запекают как гарнир к шашлыку – несть числа приключениям баклажана в грузинской сковороде гоци. Классика – баклажаны с грецкими орехами, хмели-сунели и множеством трав.

Нет грузинской кухни без трав. На каждом столе всегда стоит тарелка, а на ней – кинза, укроп, черемша, мята, кресс-салат, базилик, чабрец, тархун. Ешьте на здоровье!

Если вы дочитали до этого абзаца, то наверное, прекрасно понимаете, что такое грузинский салат. Режьте помидоры и огурцы (не так мелко, как в израильский салат, но и не так крупно, как в средиземноморский). Полейте домашним рафинированным маслом из сел Гежри или Тудубани – что вам больше нравится. Тоненькие колечки лука, толченый чеснок, хмели-сунели или сванская соль. И не забудьте посыпать грецким орехом!

Соленья

Грузинская кухня тщится вывалить на ошарашенного едока сто чудес света, и грузинские соленья – не последние на этом празднике жизни.

Мжавеули – общее название грузинских разносолов, обязательная часть кулинарного грузинского путешествия.

Мжавеули в разных вариантах может включать помидоры (красные и зеленые), перцы, лук-порей, чеснок, капусту по-гурийски, джонджоли, огурцы.

Начнем с джонджоли – засоленных соцветий растения клекачка колхидская.

В апреле, сразу после распускания листьев, на деревьях акации появляются продолговатые цветочные бутоны, такие кисти будущих цветов. Местные жители собирают их и засаливают вместе со всевозможными приправами – это и есть грузинские джонджоли. Иногда их называют каперсами, поскольку на вкус они действительно очень похожи. Вкус у джонджоли острый и интересный. Клекачку в обиходе же часто зовут грузинской акацией. Бывал в Грузии, едал цветы!

Мжаве комбосто – капуста по-гурийски. Это белокочанная капуста, засоленная со свеклой (и оттого пунцового цвета), с сельдереем, чесноком и острым перцем. Рецепт ее особенный и ни на что не похожий, вкус острый, пикантный.

Крупы

Если на востоке пекут хлеб, то на западе часто в качестве аналога лепешки, хлеба и гарнира подают гоми, грузинский вариант мамалыги и поленты. Гоми – густая пресная каша из кукурузной крупы крупного помола и муки, встречайте и любите.

Это универсальный грузинский гарнир, который своим пресным вкусом (никакой соли! Ни одной специи!) и нежной консистенцией, а иногда и температурой оттеняет вкус основного блюда. Если сациви подают холодным, то кашу – горячей. С расплавленным сулугуни! Варят гоми не только из кукурузы, но и из чумизы – разновидности итальянского проса, из полбы, в редких случаях – из риса.

Соусы

Грузинские соусы – тоже одно из украшений кухни, слава стола, сокровища кулинарной традиции.

Ткемали – наверное, самый знаменитый грузинский соус. Подается он ко всем блюдам, и как король, входит во все двери. Существует тысяча и одна модификация этого соуса, но неизменно одно – кислая слива. Ткемали – это дикорастущая слива, которую собирают в высокогорье Кавказа. Ее мелкие плоды бывают красного, розового, желтого и зеленого окраса (из которых делают соответственно красный, розовый, зеленый и желтый ткемали). Прежде чем покупать плоды того или иного сорта, их необходимо предварительно попробовать на вкус. Из той, что послаще, получится кисло-сладкая приправа. Истинная слива-ткемали имеет яркий кислый вкус, который и ценят гурманы.

Основные ингредиенты соуса – слива ткемали, чеснок и травы. При приготовлении обязательно используется пряность омбало (мята болотная) – без нее классический ткемали не делают, добавляют в процессе варки во избежание брожения слив. Интересно, что мяте болотной посвящена одна из песен группы «Nirvana» – Pennyroyal Tea.

Аджика – грузинская острая приправа в виде пастообразной массы, в состав которой входят красный перец, соль, чеснок и пряные травы (зеленые и сушеные, уцхо-сунели, он же пажитник). Аджика обычно бывает красного цвета, однако из неспелого перца может получиться приправа зеленого цвета. В классической аджике нет и следа помидоров.

Но аджикой и ткемали грузинские соусы не кончаются. Вот еще несколько замечательных.

✔ Бажэ – орехово-чесночный соус. Он считается праздничным блюдом, и если ткемали знаменит как король, то бажэ вкусен как король. Подается к курице и индейке.

✔ Не путайте с бажэ гаро – еще один ореховый соус грузинской кухни. В нем орехи заправлены уксусом, яичными желтками, кинзой, чесноком. Хорош к птице.

✔ Кизиловый соус красен как мак и столь же радостен. Считается универсальным, идеально подходящим как к птице, мясным и рыбным блюдам, так и ко многим салатам и гарнирам. Яркий кислый вкус, особенный аромат.

✔ Киндз-дзмари – еще один ореховый соус! Хорош к белой рыбе, в нем есть соль, орехи и уксус, а еще кинза.

✔ Сацебели – соус из уцхо-сунели, куриного бульона, чеснока, красного молотого перца и кардобенедикта (он же имеретинский шафран).

✔ Терновый соус – похож на кизиловый, на вкус более кисло-сладкий, подается ко всем блюдам.

✔ Тклапи – высушенное пюре сливы ткемали или кизила в виде тонкого блина. Тклапи – хороший способ сохранить сливовое пюре, непременный компонент харчо, на всю зиму.

Пряности

✔ Кникус благословенный, или бенедикт аптечный – растение семейства астровые рода василек (да, в грузинской кухне много поэзии). Другие названия – волчец кудрявый, кардобенедикт, имеретинский шафран, бархатцы. Употребляется в сушеном виде, входит в состав многих соусов и знаменитой смеси пряностей хмели-сунели.

✔ Сванская соль – пряность, как вы догадались, Сванетии. В состав входят чеснок, пряности, в том числе шафран, кориандр, перец и другие. Острая приправа.

✔ Хмели-сунели – порошкообразная смесь трав и пряностей, не острая. Состоит из высушенных измельченных трав: базилика, петрушки, сельдерея, укропа, кинзы, лаврового листа, чабреца, мяты, майорана, голубого пажитника (уцхо-сунели), иссопа, имеретинского шафрана.

✔ Уцхо-сунели – измельченные семена и сухие соцветия пажитника голубого. Это народная грузинская пряность, которая отличается особым ароматом и придает всем блюдам нежный ореховый привкус. Свежий голубой пажитник не отличается какими-либо необычными свойствами или особенным запахом, а вот если его высушить, растение превращается в изумительную специю, которая входит в состав многих пряных смесей.

✔ Кинза, она же кориандр – одна из самых древних специй. Народная этимология производит название от древнегреческого κόρις, что означает «клоп», так как в незрелом состоянии растение издает резкий запах клопа (клопов не нюхали, поэтому верим на слово). В Центральную и Западную Европу кориандр попал от римлян.

✔ Тархун – яркая ароматная специя, не острая, с большим содержанием ароматических масел, с сильным запахом. Другие названия – полынь эстрагонная, эстрагон.

✔ Что касается базилика, то он описан еще у Боккаччо (Новелла о горшке с базиликом).

✔ Чабрец, он же тимьян, распространен по всему свету и везде употребляется в пищу.

Блюда, как говорилось в «Книге о вкусной и здоровой пище», молочной кухни

Вы удивитесь, как много в Грузии коров.

Горный скот Грузии не похож ни на какой другой: коровы тут невысокие (высота в холке около 100 сантиметров), но при этом дают молока много и повышенной жирности, больше четырех процентов. Это породы «мегрельская красная» и «кавказская бурая». Греческий философ Аристотель писал, что в западной части Грузии имеются очень мелкие коровы, способные давать много молока; именно это отличает горный скот Грузии. И в Грузии действительно очень много молока: из него, во-первых, делают мацони, во-вторых, делают сыр.

О, мацони!

Как часто бывает на Кавказе, кисломолочный напиток из молока принадлежит и армянской кухне, и грузинской.

Мацун, или мацони – кисломолочный продукт с освежающим вкусом и легкой горечью. Делают мацони из кипяченого молока овец, коз, коров, буйволов. Основу этого полезного продукта, известного в регионе много веков, составляет сквашенное молоко. Мацони относится к основным продуктам питания долгожителей высокогорных районов Кавказа и Малой Азии.

Если вы не уберете молоко в холодильник, оно непременно скиснет и выйдет простокваша – результат обычного, естественного скисания. Мацони так получить нельзя. Определяющей микрофлорой мацони является волшебная парочка: Lactobacillus bulgaricus (болгарская палочка) и Streptococcus thermophilus (теплолюбивые стрептококки).

Молоко для мацони сквашивают в особых температурных условиях. Сначала его прогревают до 90 градусов, остужают до 45–55 градусов и добавляют закваску. Затем смесь горячего молока и закваски помещают в темное теплое место и оставляют без движения на 3–4 часа. Молоко скисает и густеет. Получившийся продукт охлаждают примерно 8 часов.

Мацони в сравнении с простоквашей или кефиром кислее, острее и гораздо гуще по консистенции. Оно похоже на кислый питьевой йогурт. Все это потому, что молочнокислые продукты можно разделить на две категории: полученные путем молочно-кислого брожения и полученные путем смешанного брожения – молочно-кислого и спиртового. Ко второй категории относятся кефир, кумыс из молока кобыл, шубат из верблюжьего и некоторые другие напитки.

К первой категории относятся мацони, йогурт, айран, катык, сузьма, шалап, курт, простокваша и много других напитков. Как видим, они по-разному называются, имеют каждый свое происхождение, различны на вкус, в каждой кулинарной традиции применяются по-своему. И несмотря на древность происхождения, все они – напитки молодости.

Мацони – основа закваски для хачапури. Кроме того, из него готовят супы – шечаманды и борани.

Шечаманды – легкий, летний суп, где мацони загущен яйцами и мукой.

Борани заливают мацони, а в нем обычно есть два слоя: скажем, шпинат и мясо, баклажаны и мясо etc.

Сыры

Если вы думаете, что в Грузии два сыра – сулугуни и имеретинский, то вам придется съесть свой галстук. Cыров множество.

Вы же помните, что молока очень много? История производства сыра в Грузии насчитывает не одно столетие. В «Доме сыра» в Тбилиси выставлена посуда, в которой хранили сыры еще восемь тысяч лет назад, в то время как в других странах его начали производить только четыре тысячелетия спустя. Грузия – сырная страна, здесь производят его местные, особенные виды. В высокогорных районах до сих пор пользуются древними рецептами приготовления сыра. Например, некоторые из его сортов выдерживают в меду, чаче, покрывают виноградной кожурой. По официальным данным, сейчас в стране зафиксировано 14 сортов сыра: чоги, калти, тенили, коби, дамбал хачо, месхури чечили, грузинский, аджарский члечили, гуда, имеретинский, сулугуни, тушинский гуда, мегрельский сулугуни, сванский сулугуни. Все эти сорта можно продегустировать в тбилисском «Доме сыра», на улице Абашидзе, 9.

Грузинские сыры – скорее не закуска как в европейской традиции, а компонент горячих вторых и первых блюд. Сыр могут отваривать в молоке, запекать в тесте, вымачивать и даже жарить на вертеле или сковороде. Такие приемы кулинарной обработки сыров свойственны многим народам, живущим в горах или предгорьях. Жарка и варка сыра свойственны швейцарской кухне. Здесь мы снова встречаем нашу знакомую скороводочку кеци или гоци – небольшие глиняные и каменные сковородки: сулугуни в кеци вы не забудете, да.

Самые известные сыры – имеретинский и сулугуни. Они настолько любимы в Грузии, что их изготовляют не только на специальных заводах, но и в домашних условиях. Причем эти два сорта связаны как курица и яйцо: сулугуни производят из имеретинского сыра, для этого применяют термическую обработку и вымешивание сырной массы – как хозяйки вымешивают тесто. В результате всех этих действий и получается рассольный сыр сулугуни со слоистой структурой, который очень любят грузины и, возможно, полюбите и вы.

Начнем с самого базового – имеретинского.

Имеретинский сыр

Бывает с дырочками или без, известен под именами «чкинти квели» или «имерули».

Откуда родом: Западная Грузия, Имерети.

Это молодой малосольный сыр, готовится из парного, некипяченого коровьего молока. Относится к невареному типу сыров. Подходит к красному и розовому вину и к свежим овощам.

Сулугуни

Неизвестно, как там было на самом деле, но есть версия, что этимология слова сулугуни происходит от «сули» (что означает «душа») и «гули» («сердце»). Звучит как грузинский тост! В далекой древности необыкновенный сыр пришелся по вкусу многим и распространился по всей Грузии. Сыр сулугуни ни на что не похож, он плотен, слоист и эластичен. Вкус сыра кисломолочный, умеренно соленый, очень оригинальный, его не спутаешь ни с каким другим сыром.

Откуда родом: регион Самегрело-Земо Сванети (северо-запад).

Сулугуни – это рассольный молодой пластичный сыр из коровьего или буйволиного молока со слоеной структурой. Его получают путем замешивания в молочной сыворотке молодого имеретинского сыра.

Бывает копченой разновидности.

Подходит к красному вину.

Коби

Рассольный овечий сыр в форме усеченного конуса или в виде брусков. Похож на имеретинский.

Откуда родом: Степанцминда, северо-восток.

Кобийский сыр обладает острым, соленым, кисловатым вкусом. Иногда в нем может ощущаться запах травы и небольшая горчинка. Мякоть – ломкая, плотная, с глазками. Сыр покрыт рельефной корочкой, которая образовалась после формовки в плетеных корзинах.

Чоги

Тушинский сыр, популярный среди местного населения, готовится с середины июля по конец августа из жирного овечьего молока. Созревает в мешках из овечьей шкуры, соленый, острый, обладает специфическим запахом.

Откуда родом: Тушети, север.

Тенили

Один из самых вкусных грузинских сыров – он даже внесен в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО. Тенили имеет сложную технологию изготовления, очень жирный и напоминает длинные тонкие нити.

Откуда родом: Самцхе-Джавахети.

Калти

Напоминает пармезан. Это сливочный, ломкий и сладкий сыр из творожной массы надуги – творога из скисшего молока. Высушенные головки сыра берут с собой пастухи: он хорошо утоляет голод, а также является хорошим антисептиком. Как и все горные сыры, калти хранится чуть меньше, чем вечность.

Откуда родом: север Грузии.

Гуда

Наверное, самый специфический и необычный из грузинских сыров. В общем, он пахнет. Он пахнет сильно! Сыр гуда, или гудис квели (что в переводе означает «сыр из мешка») делают во всех горных регионах, однако его родина – северо-восточный горный район Тушетия (Тушети). Оттуда, кстати, Мимино! Помните, в фильме старушка хотела перевезти на вертолете корову? Это одна из самых труднодоступных областей Грузии, главным занятием населения которой всегда было скотоводство.

Готовится гуда по той же технологии, что имеретинский сыр, но не из коровьего, а из овечьего молока. Главная особенность гуды – его выдерживают до двух месяцев в специальном овечьем бурдюке, сделанном из бритой овечьей шкуры, вывернутой бритым внутрь.

Для приготовления гуды молоко, профильтрованное через сито с травами, створаживают сычужным ферментом, накрывают и оставляют в тепле. Потом сыворотку сливают, получившийся полуфабрикат укладывают в мешки, солят и отправляют ненадолго под гнет – удалить излишки жидкости. Когда она стечет, сыр помещают в бурдюк, солят, накрывают войлоком и начинают переворачивать, в первые дни до трех раз, потом раз в день или реже. Иногда перед помещением в бурдюк будущий сыр в мешках, закутанный в овечью шкуру, отбивают – это усиливает его аромат и вкус.

Иногда применяют и такой интересный прием: бурдюк с сыром закапывают в землю, а сверху разводят костер.

Как говорят местные рестораторы, гуда – сыр специфический, по пахучести дающий фору многим французским сортам. Его могут ненавидеть из-за острого овечьего запаха либо обожать из-за его невероятного вкуса. Но равнодушных к нему нет. Аромат гуды настолько сильный, что не все даже решаются взять сыр с собой в самолет, чтобы привезти кусочек домой (и, возможно, очень правильно делают). Это самый дорогой сыр в Грузии. Цвет его колеблется от серо-кремового до желтого, в зависимости от жирности молока.

Надуги – сливочно-творожный сыр, подобный итальянскому сыру рикотта, его еще называют грузинским творогом. Иногда надуги сушат, получая сушеный надуги.

Картули квели (грузинский сыр) – сыр из коровьего, овечьего, козьего или буйволиного молока либо из их смеси.

На белые сыры с плесенью – бри, камамбер – похож дампали квели, что в переводе означает «прогнивший сыр».

Чечили – сыр из обезжиренного коровьего молока в виде тонких нитей.

К редким, почти забытым видам сыров относится сванский сыр – нарчви, а также сыр до-мхали, который делают в Квемо Картли из мацони. Его намазывают на хлеб как масло, используют для супов, добавляя лук, готовят из него очень вкусный соус.

Довольно дорог творожный дамбалхачо. Шарики творога высушивают, слегка коптят и потом хранят в глиняных горшках, где они покрываются плесневой корочкой. Сыр едят, растапливая с маслом и макая в эту массу хлеб. Запивать такое грузинское фондю принято жипитаури – фруктовой водкой.

С 2010 года в Тбилисском этнографическом музее (в парке Мтацминда) каждую осень проходит фестиваль сыра, на который приезжают производители со всей Грузии, из Армении и Азербайджана.

• ДОМ СЫРА – Тбилиси, ул. Абашидзе, 9.

Десерты

К сладким блюдам запал грузинской кухни кончается, да и кто будет сладкое после такого завтрака, обеда или ужина? Съешьте к кофе козинаки – конфеты из поджаренных орехов и загустевшего меда, чурчхелу – похожую на колонну, свечу или тонкую колбаску сладость из орехов и заваренного виноградного сока с мукой, попробуйте каду – сдобную булочку с начинкой из поджаренной муки, сливочного масла и сахара, пеламуши – густой кисель из виноградного сока и крахмала, который едят охлажденным, баты-буты – кукурузные хлопья в виде небольших шариков, политых сахарным сиропом, и запейте минеральной водой.

Напитки

Если вы путешествуете по грузинским горам и из-под земли бьет источник воды, проверьте – это простая вода или минеральная? Железно-кислая или сульфатно-магниевая? А вдруг боржоми?

Боржоми

Это король грузинских минеральных вод, один из символов страны. Минеральная вода вулканического происхождения, которой уже более 1500 лет. Источники открыли в XIX веке, и они сразу стали популярны; сегодня Боржоми – место выхода вод – национальный парк. На поверхность земли боржоми попадает с глубины 8–10 км, выталкиваемый природным углекислым газом. В отличие от многих других гидрокарбонатных натриевых минеральных вод, боржоми не успевает остыть под землей и выходит на поверхность теплым (38–41 °C), по пути обогащаясь композицией из шестидесяти минералов, находящихся в породах кавказских гор. Пейте на здоровье!

Набеглави

Еще одна популярная марка, но не такой раскрученный бренд, как «Боржоми». Его история начинается в 1905 году. По преданию, местные жители обратили внимание на источник, из которого пили воду горные козлы. Козлы были такими симпатичными и здоровенькими, что люди решили попробовать тоже.

Набеглави исключительно приятна на вкус и очень полезна.

Этими двумя наименованиями грузинские минеральные воды не исчерпываются. Есть «Саирме», «Бакуриани», «Цмвели» – и про каждую не расскажешь. Замечу, что при путешествии пешком по горам в Грузии вероятность встретить минеральный источник совсем не мала.

Знаменитые грузинские лимонады

Воды Лагидзе

В 1900 году в Кутаиси открылся небольшой заводик по производству прохладительных напитков и быстро стал очень популярным. В 1906 году, при посредстве Ильи Чавчавадзе и Акакия Церетели, Митрофан Лагидзе открыл производство прохладительных напитков в Тбилиси – и на проспекте Руставели появился магазин «Воды Лагидзе». Продукция завода быстро завоевала популярность и была удостоена высших наград на выставках и оптовых ярмарках в Санкт-Петербурге, Москве и Вене в 1913–1914 годах. Митрофан Лагидзе стал поставщиком российского императорского двора, а затем иранского шаха. Воды Лагидзе популярны и сегодня, а грузинские лимонады, подтвердит каждый любитель, высочайшего качества.

Еда

Дружба и гостеприимство – в крови грузина. «Гость нам послан Богом!» – так говорят в грузинском доме, когда на пороге появляется незнакомец. Хозяин накрывает длинный стол, созывает друзей, приглашает тамаду, ставит на стол «Боржоми» и свое лучшее вино. Черное (так в Грузии называют красные вина) – Мукузани, Киндзмараули или белое – Ркацители, Цинандали.

Местная кухня – по-настоящему высокое искусство, и все, что вы прочли выше – лишь небольшое погружение в увлекательный мир грузинской кулинарии, хит для туристов. Тем, кому хочется увезти с собой немного местной еды, имеет смысл заглянуть на рынок Орбелиани.

Чай, мед, приправы, которые тут называют «сунели», ароматные растительные масла, чурчхела и сухофрукты, сыры редких сортов со специями и добавками: сыр в золе, копченый сыр, сыр, выдержанный в саперави, сыр с чабрецом и с мятой.

Кроме того, обратите внимание на два городских рынка. Приятных вам покупок!

• Дезертирский рынок: ул. Цинамдзгвришвили, 135

• Рынок Навтлуги: ул. Мевеле, 3

Вкус солнца: немного о грузинском вине

Екатерина (Эка) Елисеева

Земля далекая!

Чужая сторона!

Грузинские кремнистые дороги.

Вино янтарное —

В глаза струит луна,

В глаза глубокие,

Как голубые роги.

Сергей Есенин

«Грузины пьют не по-нашему и удивительно крепки. Вины их не терпят вывоза и скоро портятся, но на месте они прекрасны. Кахетинское и карабахское стоят некоторых бургонских. Вино держат в маранах, огромных кувшинах, зарытых в землю. Их открывают с торжественными обрядами. Недавно русский драгун, тайно отрыв таковой кувшин, упал в него и утонул в кахетинском вине…»

«Путешествие в Арзрум», Александр Пушкин, 1836

Скорее всего вы слышали про грузинские сорта винограда «ркацители» и «саперави» и, наверное, хоть раз в жизни пили цинандали или киндзмараули. Но мало кто знает, что в Грузии есть другие достойные внимания и постепенно набирающие популярность сорта – «киси», «цицка», «мцване», «чинури», «хихви», «цоликаури», «крахуна» и многие другие. Есть полусухие, сухие, полусладкие, розовые, игристые вина и даже портвейны. Именно необыкновенное разнообразие вин – одно из главных богатств этой земли, которое нельзя игнорировать. Около 500 сортов винограда из 4000 известных в мире родом из Грузии.

За последние годы появилось много больших и маленьких виноделен, где рождается на свет невероятное количество разнообразного (и непредсказуемого) вина.

Недавно на территории Грузии археологи обнаружили остатки глиняной посуды и окаменелые виноградные косточки возрастом около восьми тысяч лет. Похожие артефакты находили на территории Турции, Греции и Ирана, но грузинские – самые древние. Это дает возможность предположить, что именно здесь, в долине Куры и Алазани, и шире – в Закавказье вообще – зародилось виноделие как таковое[4].

Для производства вина в Грузии до сих пор используется та же технология, что и много тысяч лет назад.

Осенью приходит пора сбора урожая – ртвели. В зависимости от региона и погоды созревание винограда всякий раз наступает немного по-разному, но обычно собирать его начинают в конце августа в юго-восточных районах, а заканчивают в конце октября в горах, где некоторые сорта винограда снимают уже после первых заморозков.

На ртвели съезжается вся семья, зовут друзей, гостей и знакомых. Винограда много, собрать его надо быстро. Это тяжелый труд, и грузины всегда рады помощи, поэтому осенью иногда можно приехать самостоятельно и напроситься в то или иное хозяйство пожить и пособирать виноград. Для сбора назначается день без дождей и ветра. Как правило, работа на винограднике начинается с рассветом, чтобы успеть закончить до палящего солнца: тогда виноград сохранит сок при перевозке к прессу.

Вечером непременно накрывается обильный стол, и хозяин угощает всех прошлогодним вином – надо освободить место для нового урожая.

Собранный виноград давят ногами – под человеческим весом не дробятся виноградные косточки (если это произойдет, в вине появится горечь); давят в сацнахели – чане с желобом, когда-то каменном, а теперь деревянном, – по которому стекает виноградный сок. Все, наверно, помнят танец Челентано в фильме «Укрощение строптивого» – выглядит очень похоже. При переработке большого количества винограда используют механические прессы для выжимания сока. Получившаяся масса попадает в специальные глиняные емкости для брожения и созревания вина – квеври.

Квеври – это большие глиняные кувшины, напоминающие амфоры без ручек (в Древней Греции подобную посуду называли пифосом), в них помещается от нескольких десятков до 4–5 тысяч литров вина. Чаще всего используют квеври на 1–2 тонны винограда.

Археологи датируют остатки найденных квеври возрастом в 5000–6000 лет до нашей эры: сначала они были плоскодонны, а позже их стали делать с острым дном в форме конуса.

Чтобы сделать такой кувшин, требуется до трех месяцев лепки и обжига, затем стенки обрабатывают пчелиным воском, который позволяет порам «дышать». Глину для квеври добывают на нескольких карьерах в Имерети и Кахети: она должна хорошо выдерживать обжиг, чтобы кувшин не лопнул и послужил нескольким поколениям виноделов.

Чтобы очистить квеври от останков предыдущего вина, мужчины, – а это исключительно мужская работа, – забираются внутрь и драят стенки кувшина. При этом «чистильщики» поют песни – так окружающие понимают, что человек не надышался винными парами и не потерял сознание. Важно тщательно очистить квеври, чтобы вино не испортилось от оставшихся на стенках микроорганизмов, поэтому поверхность вычищают золой и разнообразными скребками, например, из мелкопористой коры вишневого дерева, а затем обрабатывают серой.

Кувшины закапывают в землю в погребах (марани) по самое горло, почти вровень с полом, благодаря чему вино бродит при постоянной температуре в 14–15 градусов. Квеври сначала размещают в земле, а затем вокруг возводят стены и потолок. В западной Грузии зачастую квеври находятся под открытым небом.

Когда весной приходит время открывать квеври, сначала читают молитву и зажигают свечу, потом откупоривают крышку и снимают пробу с вина.

Помимо сока в квеври попадает и виноградная мезга (на грузинском «чача») – кожура, косточки и гребни – веточки винограда. Далее вся эта масса будет бродить несколько недель. Вино надо много раз в день перемешивать, чтобы брожение происходило во всей емкости, а не только сверху. Грузины говорят, что вино кипит, а не бродит. Под действием углекислого газа шапка мезги поднимается к горлышку. Если пропустить момент перемешивания, например, опоздать на несколько часов, то шапка мезги может стать твердой, а дрожжи придадут будущему вину неприятный привкус.

Когда процесс брожения полностью прекращается, газ выходит наружу, а мезга оседает на дно, квеври герметично закрывают и оставляют на срок от нескольких недель до нескольких месяцев – это зависит от традиций семьи и рецепта каждого конкретного винодела. Стандартный срок – шесть месяцев для белых вин, красные же редко оставляют на мезге, обычно ее убирают сразу после окончания ферментации. Вино на мезге называют «дедазе» – «с матерью», а с отделением мезги – «удедо» – «без матери». Вино, созданное таким способом, содержит много полезных полифенолов, и в красном их больше, чем в белом. Именно нюансы процесса созревания вина в квеври определяют вкус и специфику местного рецепта приготовления вин.

Вино, настоявшееся и выбродившее на собственной мезге с веточками, получается танинным, густым, очень ароматным, богатым оттенками виноградного вкуса. Если в хорошем европейском вине надо сосредоточенно ловить тонкие оттенки ароматов, то в квеврийском – все напоказ. Красное пахнет ежевикой, сливой, черноземом, а у белых вин ароматы орехов, меда, сухофруктов, хурмы. Непривычные к кахетинским винам ценители иногда находят его необычным и резким.

Такой метод используют в основном на востоке Грузии – в Кахетии, потому его принято называть кахетинским. В результате белое вино из кахетинских сортов винограда скорее оранжевого цвета, а красное – кахетинское саперави – практически черного. Белое грузинское, сделанное по кахетинской технологии, в квеври, так теперь и называют в остальном винном мире – amber wine, янтарное вино (а не оранжевое!). Много ценителей грузинского вина из квеври появилось в Европе, США, Японии и Китае, так что каждый год примерно от 45 до 70 миллионов литров вина уходит на экспорт в 53 страны мира.

На западе Грузии используется похожий метод: настаивают вино с небольшой частью мезги без веточек и косточек, но убирают ее раньше. Это касается и красных сортов винограда. Белое вино получается соломенного оттенка, повышенной кислотности, более легким и светлым. Красное – тоже светлее, менее плотное и менее танинное. Такая технология называется имеретинской.

Многие виноделы нынче используют металлические цистерны и баки, в них процесс производства не такой трудоемкий, как в квеври, где дрожжи могут повести себя непредсказуемо: одна ошибка – и вино будет безнадежно испорчено.

Природно-полусладкие вина Грузии – песня на разные голоса. В своем роде это высшая лига грузинского виноделия: хванчкара, твиши и кинздмараули – вина очень вкусные, как правило, со сложными ароматами. Кто бы что ни говорил, в них никогда не добавляют сахар или спирт – по крайней мере, честные виноделы, которым важна репутация. Процесс преобразования сахара в спирт естественным образом останавливается первыми ночными заморозками, так что именно натуральный виноградный сахар делает вино естественно полусладким. Такой метод приготовления вина называется рачинским, или рача-лечхумским – по названию горного района Рача-Лечхуми.

Легендарная хванчкара производится из двух сортов местного винограда «александроули» и «муджуретули». Во время сбора урожая, чтобы хитрые продавцы не сдавали на заводы более дешевый виноград «саперави» под видом редких «александроули» и «муджуретули», полицейские посты на дорогах днем и ночью проверяют каждую въезжающую в регион машину.

Ежегодно в первые выходные октября в столице проходит Тбилисоба – День города и праздник урожая. Центр Тбилиси окутывает дым бесчисленных мангалов с шашлыком, везде звучат грузинские песни, и самое время найти, где празднуют виноделы (в город съезжаются деревенские жители со своими мангалами и вином) и попробовать мачари – только забродивший виноградный сок, почти молодое вино. Осторожно! Пара стаканчиков может не только развеселить, но и подтолкнуть к приключениям.

Белое или красное?

Грузины привыкли пить за праздничным столом сухое белое (янтарное), потому что застолья длятся много часов, а белое вино достаточно легкое, и человек может выпить несколько литров. Но когда вы будете в Грузии, непременно возьмите к обеду белого, а к ужину красного, или наоборот. Очень удобно знакомиться с винами на дегустациях в винных барах, магазинах, винотеках и на заводах – всегда найдется такое, в которое вы влюбитесь. И если соблюдать умеренность в употреблении, от него никогда не заболит голова и не будет похмелья. Кстати, по-грузински состояние похмелья – «набахусеви». Корень слова намекает на Бахуса, древнеримского покровителя виноделия. Сами грузины привыкли использовать русское слово «похмелье», и в понедельник утром можно случайно подслушать в телефонном разговоре среди грузинской речи «Я на пахмельи», что значит «Сейчас пойду есть хаши и пить чачу, и будет мне хорошо».

Красное, оно же черное, вино из квеври получается настолько танинным и густым, что может повысить давление, поэтому пьется бокалами, а не литрами. На застольях можно встретить красные вина, приготовленные по европейской технологии.

Кстати, «саперави» в переводе с грузинского означает «придающий цвет, красящий», его сок почти не отстирывается. Если вы купили саперави из квеври, а в бокале у вас прозрачное красное вино, то скорее всего вам продали виноматериал с красящим веществом.

Активно развивается производство розового вина, с каждым годом на рынке появляется все больше наименований отличного розе. Виноделы стараются не отставать от мировых тенденций и отвечать достойными винами на растущий спрос.

В любом хорошем магазине можно найти грузинские петнаты (фр. petillant naturel – натуральное игристое). Мы привыкли называть такие вина шампанскими, но они отличаются от шампанского происхождением и нюансами технологии.

Грузинские вина идеально подходят к блюдам местной кухни. Кахетинские танинные хорошо сбалансируют обилие мяса и жирную еду восточных регионов, а легкие западные вина оттенят особенности кухни западной части страны, где привыкли есть больше птицы и овощей.

Европейская традиция виноделия, которую в страну привез и развил в 40-х годах XIX века князь Александр Чавчавадзе, отец Нины Чавчавадзе, подразумевает брожение только виноградного сока, без кожуры и прочих составляющих. Такое вино всем знакомо: оно соломенного в случае белого или ярко-красного цвета с легкими ароматами цветов и фруктов. В имении Чавчавадзе в Цинандали и появилось первое одноименное вино, которое до сих пор делается по тому же рецепту из сортов винограда «мцване» и «ркацители».

Винные регионы Грузии

Самый известный и главный (по объему) винодельческий регион Грузии – это, без сомнения, Кахети – область в долинах рек Иори и Алазани. В районе Алазанской долины собирают примерно половину всего урожая грузинского винограда.

На сегодняшний день в Грузии официально выделено 27 микрозон – областей, где вино делают только из винограда, выращенного в конкретной микрозоне. Его качество защищено названием. Таких зон в Кахети 20. Все названия вин происходят от ближних к виноградникам сел. Пусть никого не смущает использование одинаковых сортов винограда – вкус вин различается в зависимости и от зоны, где расположены виноградники, и от технологии приготовления. Система микрозон работает с 2010 года.

Краткий винный справочник

Кахетия

Ахмета. Белое сухое и полусладкое вино из «кахури мцване», «хихви», «киси» по кахетинской технологии.

Ахашени. Красное природно-полусладкое вино из сорта «саперави», производится по рачинской технологии.

Ахоеби. Красное сухое и полусухое вино из «саперави» или «саперави будешури» по кахетинской технологии.

Вазисубани. Белое сухое вино. Производится из сортов «ркацители» и «кахури мцване» по кахетинской технологии. Марочное вино, выдерживается полтора года в дубовой бочке.

Гурджаани. Белое сухое марочное вино производится из винограда «ркацители» и «кахури мцване» по европейской технологии.

Зегаани. Красное сухое вино из сорта «саперави» по европейской и кахетинской технологиям.

Карденахи. Белое крепленое (с добавлением спирта) и белое сухое вино, производится из сортов «ркацители», «хихви» и «мцване», выдерживается 3 года в дубовых бочках.

Кахети. Тут выращивают для белых вин виноград «ркацители» и «мцване», «киси», «хихви», «кахури мцвивани», «читиствала». Сорта для красных и розовых вин – «саперави», «саперави будешури», «каберне совиньон», «ркацители розовый».

Вина могут быть сухими, полусухими, полусладкими, сладкими, приготовленными по кахетинской технологии.

Кварели. Красное сухое вино, производится из сорта «саперави» по кахетинской технологии. Марочное вино, выдерживается 3 года в дубовых бочках.

Киндзмараули. Красное природно-полусладкое вино из сорта «саперави», «саперави будешури», производится путем остановки брожения охлаждением, т. е. по рачинской технологии. Может быть добавлено до 15 % саперави из другого терруара.

Киси Маграани. Белое вино по европейской и кахетинской технологиям из винограда «киси».

Котехи. Белое из «ркацители», красное из «саперави» производится на правом берегу Алазани, в средней части долины по кахетинской технологии.

Манави. Белое сухое вино, производится из сорта «мцване» с добавлением «ркацители» по европейской технологии.

Мукузани. Красное сухое вино, производится из сорта «саперави» по кахетинской технологии. Марочное вино, выдерживается 3 года в дубовых бочках.

Напареули. Белое вино производится из «ркацители» и «кахури мцване», красное – из «саперави», «саперави будешури», оба – по европейской технологии. Марочное, выдерживается 3 года в дубовых бочках.

Саперави Хашми. Красное сухое вино по европейской и кахетинской технологиям из «саперави».

Телиани. Красное сухое вино, производится из сорта «каберне совиньон» по кахетинской технологии. Марочное, выдерживается 3 года в дубовых бочках.

Тибаани. Белое сухое вино производится только из местного «ркацители», «кахури мцване», «хихви» по кахетинской технологии. Марочное вино, выдерживается год в дубовой бочке.

Царапи. Белое сухое по кахетинской технологии из «ркацители», «кахури мцване» и «хихви».

Цинандали. Белое сухое марочное вино, названо по месту производства – селу Цинандали, где Александр Чавчавадзе начал выпускать его в 1886 году. Производится из сортов «ркацители» и «кахури мцване» по европейской технологии. Красное саперави здесь тоже делают по европейской технологии.

Западная Грузия

Окурешис Усахелаури (Лечхуми). Красное сухое и полусладкое вино из сорта «усахелаури», произведенное по рачинской технологии.

Свири (Имеретия). Белое сухое вино из сортов «цицка», «цоликаури» и «крахуна» по имеретинской технологии.

Салхино Оджалеши(Самегрело). Красное сухое, полусухое и полусладкое вино из сорта «оджалеши» по имеретинской и рачинской технологиям.

Твиши (Лечхуми). Белое полусладкое вино, производится из сорта «цоликаури» по рачинской технологии.

Хванчкара (Рача). Красное природно-полусладкое вино, производится из сортов «александроули» и «муджуретули» по рачинской технологии.

Картли

Атенури (Шида Картли). Белое игристое и белое сухое (по кахетинской и имеретинской технологиям), производятся из сортов «чинури», «горули мцване», «алиготе».

Болниси (Квемо Картли). Белые, розовые и красные вина по европейской и кахетинской технологиям из «ркацители», «чинури», «горули мцване», «cаперави», «тавквери», «шавкапито», «асуретули шави».

Разумеется, этими наименованиями выбор грузинского вина не ограничивается. На винодельнях постоянно купажируют новые вина, меняют период мацерации, количество мезги, экспериментируют с выдержкой в дубовых бочках… Будьте уверены, вы не встретите двух одинаковых вин, сделанных из одного и того же урожая на соседних винодельнях.

На заводах выдерживают вино как в квеври, так и в металлических чанах, которые проще очищать, и «ркацители» с одного виноградника, но поставленное вызревать в разных емкостях, даст разное по вкусу вино. Причем в каждом случае интересное и качественное.

Cорта винограда

В Грузии насчитывается более 500 сортов винограда. Все сорта делятся на черные, они же красные, и белые. Тут перечислены самые популярные и распространенные.

«Аладастури» – черный, один из древних сортов, растет в Гурии и Имерети, из него делают красное полусладкое вино.

«Александроули» – черный сорт, один из древних аборигенных сортов, растет в Рача-Лечхуми, из него (с виноградом «муджуретули») делается знаменитая хванчкара. Растет в окрестностях села Амбролаури. На местных заводах стоимость бутылки 40–50 лари. В Тбилиси будет дороже.

«Горули мцване» (груз. «горийский зеленый») – белый сорт, растет в Картли, в Горийском районе. Используется и самостоятельно, и для купажа в игристых винах вместе с сортом «чинури».

«Грдзелмтевана» – белый, один из древнейших сортов винограда, растет в Кахетии, из него делают столовые вина европейского типа и полусладкие.

«Кахури мцване» (груз. «кахетинский зеленый») – белый виноград ярко-зеленого цвета, как видно из названия, растет в Кахетии, считается, что самый вкусный виноград произрастает в пределах села Манави. Вино из него производят кахетинским и европейским методом. Оно получается, пожалуй, самым легким и нежным из всех белых грузинских вин.

«Киси» – белый сорт винограда, встречается нечасто, только в Кахетии, урожая дает мало, но в последние несколько лет активно культивируется и возвращает себе былую популярность. Вино по кахетинскому методу получается чрезвычайно ароматным, янтарным, но далеко не всем удается сделать достойный напиток из этого капризного винограда. Обычно это сухие вина, однако и полусладкое тоже получается очень хорошим. Знатоки охотятся за вином из этого сорта.

«Колхури» (груз. «колхидский») – молодой сорт белого винограда, появился во второй половине XX века, в основном из него делают вино по европейской технологии.

«Крахуна» — белый сорт, растущий в Имерети, один из древних и довольно редких, часто из него делают не только насыщенные белые вина, но и крепленые, и десертные, например, портвейн «Аргвети». Со временем вино из Крахуны становится только лучше, что нетипично для белых вин.

«Муджуретули» — черный сорт, растет в Рача-Лечхуми, очень капризный, малоурожайный, но именно он придает тот самый вкус и аромат хванчкаре.

«Оджалеши» — черный, растет в Самегрело, один из древних сортов. Благодаря зятю князя Давида Дадиани, Ашилю Мюрату, этот сорт получил широкое распространение сначала в селах Салхино и Чкадуаши, а потом и за их пределами. Французский аристократ, переехавший с женой в Самегрело, изменил метод выращивания лозы – вместо того, чтобы пускать лозу по стволам старых деревьев, он ввел французский метод – растить лозу на специальных опорах. Мюрат обратил внимание на ценный сорт, почти уничтоженный грибком, и занялся его восстановлением.

«Оцхануре Сапере» – черный сорт, в основном растет в Имерети, из него делается одноименное вино.

«Рачули тетра» (груз. «рачинский белый») – белый сорт, растет в Рача-Лечхуми, из него производят как столовые, так и полусладкие вина.

«Ркацители» (груз. «красный рог») – самый популярный сорт белого винограда, растет на всей территории Кахетии и кое-где в Картли, все самые известные белые вина делаются именно из него.

«Саперави» (груз. «красящий») – самый известный и самый популярный сорт черного винограда в Грузии. Из него делается примерно 80 % красного грузинского вина. Лучшим по вкусу считают виноград из района Мукузани. Вино мукузани не меньше года выдерживается в дубовой бочке. Если вам вдруг предлагают мукузани прошлого года, не верьте.

«Тавквери» – черный, растет в Картли, довольно редкий. В основном предназначен для изготовления молодого вина, почти не выдерживается в бочках.

«Усахелаури» (груз. «безымянный», от названия деревни Усахело). Черный, один из старейших сортов. Родину этого сорта можно обойти за день пешком – это две деревни в Лечхуми – Окуреши и Зуби. Из него производят рачинским методом драгоценное редчайшее природно-полусладкое вино усахелоури, стоимостью от 120 лари за бутылку.

«Хихви» – белый сорт, растет и в Западной, и в Восточной Грузии. Вино, изготовленное по кахетинской технологии, получается темноватым, тягучим. Европейская технология раскрывает тонкий аромат винограда. Иногда его используют для крепленых вин, например, «Карденахи», с добавлением винограда сортов «ркацители» и «кахури мцване».

«Цицка» – белый аборигенный сорт из Имерети, используется, в основном, для игристых вин, часто вместе с «цоликаури».

«Цоликаури» – белый виноград. Второй по популярности сорт после «ркацители», распространен в западной Грузии – Имерети, Гурии, Самегрело, Аджарии и Рача-Лечхуми. Вино из него производится по европейской и имеретинской технологиям. Именно этот сорт используется для натурального полусладкого вина твиши.

«Чинури» – белый сорт, встречается в Картли, реже в Кахетии. Считается самым популярным в Картли, его также называют «каспури» (от села Каспи – каспский) или «чинебули» (изысканный). Часто вино из этого сорта как будто слабогазированное, напоминает легкое шампанское. Этот виноград вместе с «горули мцване» используется для игристых вин.

«Чхавери» – белый, а точнее, розовый сорт, распространен в Гурии и частично в Аджарии, из него делают розовое и белое вино, сухое и полусладкое, а также добавляют в игристые вина.

«Шавкапито» – черный, один из древних сортов, очень редко встречается, растет в Картли. По легенде, это был любимый сорт грузинских царей.

«Одесса», или как привыкли называть его на юге России и Украины, «изабелла» также растет в Грузии, но считается техническим сортом винограда, используется для чачи, вино из него не производят. Однако иногда в западной Грузии из него делают полусладкое домашнее вино, по вкусу напоминающее компот (от такого вина часто бывает похмелье).

Также в Грузии культивируются и привезенные из Франции сорта винограда – «каберне совиньон», «пино шави» (нуар), «шардоне» и «алиготе» и другие.

Рядом с Тбилиси есть Центр грузинской винной культуры и лозы, где выращивают около пятисот грузинских коллекционных и триста пятьдесят зарубежных сортов винограда. Лозы сохраняют на случай эпидемии болезней винограда.

Домашнее виноделие

Вино в Грузии – больше чем просто напиток. Это нечто сакральное. Вино – это традиции, ритуалы и священнодействие. Каждый праздник, религиозный ли, семейный ли, принято отмечать за накрытым столом – и обязательно с домашним вином. Все не случайно! Тосты произносятся в установленном порядке, тамада ведет застолье по ему ведомым законам, а мерикипе – помощник тамады – смотрит, кому подлить вина: после каждого тоста надо обновить напиток. Пьют маленькими стаканчиками на 3–4 глотка, обязательно много закусывают. Без тоста, то есть без причины, вина не пригубляют.

В пасхальный день принято нести вино в храм; на кладбище, как и на поминках, оно обязательно.

Существует традиция сохранять вино года рождения ребенка, чтобы откупорить квеври, например, на его свадьбу или совершеннолетие. Такое домашнее вино может храниться очень долго, не теряя своих вкусовых качеств и не превращаясь в уксус. Когда мужчины уходили на войну, в нагрудный карман клали ветку лозы, чтобы если суждено пасть в бою, на месте гибели вырос виноград.

Домашнее вино не принято продавать, им угощают. Например, если у соседа свадьба, а винограда у него мало или вина вовсе нет, то никто не поедет в магазин. Попросят несколько сотен литров у друзей или родственников, за деньги или нет – дело десятое. На торжество обычно рассчитывают количество вина по 3–4 литра на человека. В Грузии на свадьбу приглашают всех родственников, друзей, коллег и знакомых, 150–200–300 и т. д. человек – это обычный грузинский праздник, так что вино привозят на грузовике. Кстати, не приехать на свадьбу, если тебя пригласили, можно только в том случае, если ты умер, другие причины – это повод для обиды. Шутка, но доля правды в ней есть.

Если вы оказались на застолье, неважно по какому поводу, возможно даже в честь вашего приезда, помните: тамада – царь и бог застолья, его не только перебивать, но и перечить ему нельзя. Вставать и говорить тост без его разрешения – ни в коем случае! Дайте знак, и вам, может быть, не сразу, но непременно дадут слово.

На застольях у новичков часто возникает проблема: после тоста все выпили по глотку, и вам тут же доливают стакан до краев, а вы больше не готовы пить. Если не хотите – (хотя разве такое возможно в Грузии?) вместо слов «Мне хватит», допейте вино и переверните стакан вверх дном. Тогда все поймут, что вы и правда больше не хотите, и никто не обидится. Но если вдруг вам протягивают рог – ох, надо пить. Зато это значит, что вы практически член семьи.

Предложат выпить вахтангури (это то же самое, что на брудершафт) – уточните, о каком объеме вина идет речь, а то согласитесь, вам дадут рог на полтора литра, и что делать? Придется пить.

Часто к вину в качестве закуски подают чурчхелу – «грузинский сникерс». Для чурчхелы уваривают виноградный сок («бадаги») до загустения и добавляют муку, чтобы чурчхела при сушке не теряла форму. Из виноградного сока еще делают пеламуши – традиционный десерт. В сентябре рынки расцветают чурчхелами всех цветов – предприимчивые продавцы уверяют, что это чурчхела из киви, граната и кто знает из чего еще, но на деле она может быть только цвета винограда – светлая или темная, как ркацители или саперави.

В каждом дворе своя традиция виноделия, свои секреты. Квеврийское вино в Грузии – это совершенно удивительный и особый мир, за изучением которого можно (и нужно, хочется добавить) провести долгие годы. Недаром с 2013 года традиционный грузинский способ приготовления вина в квеври признан памятником нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.

Советы

Не стоит покупать вино на шоссе и туристических рынках, например, в Мцхета по дороге к Светицховели или на самом известном тбилисском Дезертирском рынке. Сейчас легко найти хорошее вино в проверенных местах – винотеках, винных магазинах, барах. Если в ресторане вам понравилось вино, вам с удовольствием продадут его с собой. Существует бесчисленное количество винных туров. На всех винзаводах есть экскурсии и дегустации.

Летом в разгар туристического сезона в популярных точках предлагают мороженое со вкусом саперави – вина там нет, оно сделано в лучшем случае на сиропе, в худшем на красителе и ароматизаторе.

Главный совет – знакомьтесь, общайтесь, спрашивайте местных. Тут у каждого свой виноградник, свой марани, свое вино, своя чача (о ней тоже не стоит забывать). И пробуйте, пробуйте, пробуйте.

В Тбилиси – пить!

Как только наступает весенне-летнее тепло и виноделы открывают квеври с молодым вином, в Тбилиси друг за другом проходит несколько винных фестивалей. В начале мая – Фестиваль молодого вина на Мтацминде и Zero Compromise – популярный фестиваль натурального вина в здании шелковой фабрики. В начале июня – большая выставка WinExpo. В октябре, сразу после сбора урожая, проходят Дни грузинского вина и Фестиваль молодых виноделен на Мтацминде.

Перечислим самые, пожалуй, известные места, которые стоит посетить для знакомства с грузинскими винами. Стоимость дегустаций будет зависеть от разнообразия предлагаемых вин. Где-то есть готовые сеты от 35–45 лари за 2–3 бокала, где-то вам предложат вино в зависимости от ваших пожеланий, где-то в стоимость дегустаций будут входить закуски или даже ужин – частая практика в Кахетии. Если вы хотите попасть на дегустацию, ищите ссылку на страницу, в Грузии соцсети – вполне платформа для бизнеса. Надежнее всего позвонить и забронировать стол. Практически везде найдется человек, говорящий по-английски, а по-русски – не всегда, но стоит спросить.

В караван-сарае «Карвасла» на улице Сиони, 8 работает музей вина – можно познакомиться с виноделием всей страны, не выезжая из Тбилиси.

В подвалах XVIII века послушайте шум подземных ручьев и посмотрите на коллекцию артефактов: кубки, квеври, ритуальные сосуды. На стенах множество черно-белых фотографий Тбилиси и процесса изготовления вина. Конечно же тут проходят дегустации, работает школа сомелье. Билет стоит 15 лари, в цену входит бокал вина.

Ghvinis Ubani, или Винный район – это пространство бывшего Винзавода № 1 на углу улиц Меликишвили и Петриашвили, построенного Александром Озеровым в конце XIX века. Именно тут Отар Иоселиани снимал «Листопад». Сейчас на территории находятся рестораны, бары, бутики грузинских дизайнеров и арт-галерея. Вход с угла через цветочную лавку. Советуем пройти по первому этажу и посмотреть, как хранятся вина и коньяк из коллекций Наполеона и Сталина.

Винотеки

• ღVino Underground

• 15, Galaktion Tabidze str.

В баре ღVino Underground огромный выбор натурального грузинского вина. Сооснователь, американец Джон Вурдеман, около тридцати лет назад приехал в Грузию, и теперь его винодельню «Слезы Фазана» – Pheasant’s Tears Winery в Сигнаги – прекрасно знают за пределами страны. Одно из лучших мест для первой дегустации.

Dadi wine bar and shop

• 4, Shalva Dadiani str.

Бар Александра Новикова и Дины Рамазановой в двух шагах от площади Свободы удивляет картой на стене – на ней отмечены винодельни, чьи вина представлены в баре. Помимо коллекции нетривиальных вин, в этом баре есть завтраки с 10 утра, что редкость для поздно просыпающегося города.

8000 vintages

• 26, Sulkhan Tsintsadze str. 60, Abashidze str. 27, Revaz Tabukashvili

Сеть больших винных магазинов с баром и дегустациями в разных районах Тбилиси. В ассортименте почти 700 наименований. При знакомстве с местными сомелье хочется немедленно половину вин попробовать, а другую половину забрать с собой. Дегустации от 35 лари в группе и 70 лари индивидуально за двухчасовое погружение, часто проводятся мастер-классы, бывают тематические бесплатные дегустации.

Wine Boutique

• 17, Anastasia Eristav-Khoshtaria str.

В улочках Верийского квартала спрятался гостеприимный магазин грузинских вин. Владельцы с энтузиазмом продвигают культуру грузинского виноделия, открывая бутылку за бутылкой для гостей.

DecanTer

• 26 Rustaveli ave

Прогуливаясь по Руставели, загляните в арку напротив Оперы. Подходящее место для первого знакомства с грузинским вином, тут любят новичков, уже через час-другой вы сможете разобраться, что именно вы предпочитаете из грузинского вина. Дегустации 35 лари за сет или бесплатная, если вы намерены купить бутылку вина.

Wine Gallery

• 39, Mikheil Tsinamdzghvrishvili str.

В роскошном особняке начала XX века расположился двухэтажный магазин вина – на первом этаже изобилие вин заводских и маленьких виноделен, а в подвале дегустации вина и разливное на любой вкус: терпкое тибаани, легкое хихви, солнечное ркацители, непрозрачное саперави, невесомое цоликаури и медовое киси. Все можно пробовать перед покупкой, цены значительно ниже, чем на первом этаже.

Wine Merchants

• 46, Ivane Javakhishvili str.

Кафе и энотека – два в одном. Очень уютное место с большим выбором вин и игристого. Опытные сомелье подскажут, что попробовать на месте и что взять с собой.

Cheers

• 14, Ivane Machabeli str.

Бар с пиццей и вином из кранов! Несколько видов красного, белого и янтарного в розлив в самом сердце района Сололаки. Тут можно попробовать редкий сорт картлийского шавкапито.

Tsitska

• 34, Lado Asatiani str.

Винотека на Асатиани, небольшая, но в ней есть все, что надо – маленькие винодельни, интересные сорта, смешные этикетки и общительные продавцы. На месте выпить тоже можно, хотя официальных дегустаций нет.

Petnat wine shop

• 3, Tamar Chovelidze str.

Идеальное место для покупки грузинского игристого вина.

Про все винные места невозможно рассказать, но стоит упомянуть еще несколько баров с интересными винными коллекциями.

Wine Not

• 1/3, Beglar Akhospireli str.

Wine Embassy

• 85, Zakaria Paliashvili str.

Craft Wine Bar

• 54, Egnate Ninoshvili str.

Wine Point

• 22, Pavle Ingorokva str.

Suliko Wine Bar

• 27, Mikheil Zandukeli str.

В Тбилиси есть отель с названием «Винный дворец». Есть огромный марани – погреб с винами и коньяками. Каждый постоялец отеля может пить безлимитно, опция включена в проживание.

Hotel Wine Palace

• 31, Bidzina Kvernadze str.

Если вы уже неплохо разбираетесь в грузинских винах, то будет к месту упомянуть некоторые винодельни – вам будет проще искать в магазинах знакомые названия. Советовать что-то конкретное не будем, выбирайте на свой вкус.

Archil Guniava

Baia’s wine

Gabriel’s wine

Gotsa Familly Wines

Iago’s Wine

Karalashvili Family

Lagvinari

Lekso’s Marani

Lukasi

Marani Milorauli

NIKA Winery

Okro’s Wines

Papari Valley

Ruispiri Biodynamic Vineyard

Shalauri Wine Cellar

Shaloshvili Cellar

Tchotiashvili Family Vineyards

Temi Wine

Tiko Estate

Осторожнее пейте и не покупайте вино на шоссе и туристических рынках, например, в Мцхета по дороге к Светицховели или на самом известном тбилисском Дезертирском рынке. Сейчас легко найти хорошее вино в проверенных местах – винотеках, винных магазинах, барах. Если в ресторане вам понравилось вино, вам с удовольствием продадут его. Существует бесчисленное количество винных туров. На всех винзаводах есть экскурсии и дегустации.

Обязательно попробуйте мороженое со вкусом саперави, оно сладкое, но очень ароматное.

Главный совет – знакомьтесь, общайтесь, спрашивайте местных. Тут у каждого свой виноградник, свой марани, свое вино, своя чача (о ней тоже не стоит забывать). Забудьте про каберне и шардоне. И пробуйте, пробуйте, пробуйте.

Пять маршрутов по Тбилиси

1. По старому Тбилиси

Начать прогулку лучше всего с левого берега Мтквари-Куры, от памятника Вахтангу Горгасали. Перед вами – старая, самая древняя часть Тбилиси: бани, старый город, Шардени, Мтацминда, памятник Матери-Грузии (он не так стар, но соседствует с древностями), церкви. У парка Рике садитесь на канатку и поднимайтесь к крепости – у вас теперь весь город, и Кура, и правая, и левая его части как на ладони. Это удачное место для прогулок и для селфи или портрета спутника. Найдите башню астрономических наблюдений, посмотрите на Ботанический сад. Спускайтесь старыми маленькими улочками к церкви Сурб-Геворк, взгляните на могилу Саят-Новы, и по улице Cамгебро (на ней славное маленькое кафе) поворачивайте направо, к баням. Перед вами площадь – самая древняя в этом городе. Сквер, кафе, ущелье. Подойдите к берегу речки, постарайтесь почуять запах серы – это место выхода на поверхность теплых серных источников. Крыши бань прекрасны, обойдите каждую. (Помните! Лучшее время для посещения самих бань – утро понедельника.) Вдоволь нагулявшись по площади, идите в самую глубь ущелья – оно кончится водопадом. Снизу любуйтесь балкончиками старой застройки и гадайте, где именно там, наверху, башня зороастрийцев.

Примерное время прогулки – 2–2,5 часа. Оптимальное время – часов в 17:00–17:30 свет становится нерезким, закатным, красноватым, и вам обеспечены лучшие виды на город. К водопаду в ущелье лучше приходить после 19:00 или 20:00, как начнет темнеть. Это незабываемо!

2. Средневековый Тбилиси: церкви и дворы

Начните с площади Мейдан. Можно позавтракать в одном из сетевых ресторанов «Мачахела», (он непритязателен и хорош) и любоваться видом на реку, остатками дворца на том берегу, церковью Сурб-Геворк и взбегающими вверх улицами Нарикалы. Да, вам туда – идите наверх, в старую Вифлеемскую церковь. Смотрите по сторонам – на крутые улочки, балкончики, дворы, где идет настоящая живая жизнь древнего города. Дойдите до Анчисхати, посмотрите на самую старую церковь города и возвращайтесь к Леселидзе. Теперь, обогащенные знанием того, как выглядит Анчисхати, будьте знатоком: сравнивайте ее с Норашен на Леселидзе, пройдитесь по улице Шардени, выйдите к церкви Сиони. Сфотографируйте киот с крестом св. Нины. Пройдитесь вокруг Сиони. Не пропустите у Анчисхати прелестный театр Габриадзе. Дом, построенный в 1980 году, как и пристроенная к нему тридцатью годами позже знаменитая «падающая башня» сегодня та самая изюминка, без которой Старый Тбилиси уже невозможно представить.

Два раза в день, в 12 и 19 часов, можно увидеть удивительное кукольное представление – «Круг жизни».

Если представления идут – берите билет на любое. Если театр на гастролях – выпейте чай в кафе при театре, внимательно рассмотрите башню (это чудо, сопоставимое с пражскими или мюнхенскими шедеврами архитектуры). Если вы начнете прогулку в 10:30, к 12:00 окажетесь у башни и застанете представление. Возвращайтесь на Шардени или Леселидзе. Медленно идите к площади Свободы, понимая, что шагаете по древнейшему тракту, и воображайте – вокруг средневековые караван-сараи, вы на Шелковом пути. И не купить ли вам верблюда? Вот вы уже и пришли.

Примерное время прогулки – 2,5–3 часа. Оптимальное время – утро, часов в 10:00–10:30. В маленьких переулках вокруг Леселидзе много хороших винных бутиков и магазинов редких сыров и деликатесов.

3. Тбилиси модерна, Париж Востока: XIX век, Сололаки и Мтацминда

C площади Свободы выбирайте любую из улиц, идущих вверх – Галактиона Табидзе или Шалвы Дадиани. Пройдите всю улицу Ладо Асатиани, главную улицу Сололаки, обращая внимание на все, любуясь каждым домом, не упуская из виду подъезды, дворы, решетки, окна. Тут есть и венецианский хрусталь, и малахитовые подъезды, и площади в невосстановленном состоянии. Несмотря на всегдашнюю непарадность, в Сололаки атмосферно, вкусно и недорого. От Амальгебы по улице Заала Дколо 30 минут займет дойти до Мтацминды. Выбирайте дневное время, чтобы фуникулер останавливался на средней станции – Пантеоне (вечером после 17:00 эта опция перестает работать и фуникулер проезжает Пантеон без остановки). Наверху любуйтесь видом на город с самой высокой точки, пейте кофе или вино. (Не возлагайте на верхний парк больших надежд).

Примерное время прогулки – 3 часа. Оптимальное время – день, часов в 14–15, ваша цель – поспеть к фуникулеру на Мтацминду до 17:00. Эту прогулку удобно разделить на две полуторачасовых, если вклинить в промежуток самые вельяминовские хинкали. Спустившись с горы, погуляйте по Руставели. За Пиросмани в музей лучше прийти с утра.

4. Авлабар

Прогулку стоит начать от памятника Вахтангу у Метехской скалы. От него направиться к храму Метехи, вспомнив все удары судьбы, выпавшие на его долю. По Винному подъему, любуясь плющом у выходов серных источников и дворцом царицы Дареджан, подняться наверх, искать армянские храмы Нор-Эчмиадзин и руины собора Аветаран – и чувствовать себя точно как в пьесе «Ханума», покупая овощи на Авлабарском рынке на улице Гамлета Гонашвили.

Центр района сегодня – громадный храм Самеба. Пройдите по улице Месхишвили, сверните на Самрекло, пройдите мимо памятника Николозу Баратшвили, а за чаем отправляйтесь на улицу Елены Ахвледиани. Район полон ресторанчиков и гостиниц, тут удобно жить, но не все улицы, как говорится, одинаково полезны. От набережной можно продлить прогулку парком Рике.

Примерное время прогулки – 3–4 часа. Оптимальное время – утро, часов в 10–11, ваша цель – дух города, поэтому гуляйте вдумчиво.

5. Чугурети: за покупками

Прогулку начинать стоит утром, доехав на метро до остановки «Вокзальная площадь». Прямо из метро отправляйтесь на знаменитую Дезертирку – рынок между улицей Абастумани и проспектом царицы Тамары. Не возьмемся утверждать, сколько времени вам потребуется на покупку всех подарков и экзотических трав, специй и прочих чудес – скажем, час. Выходите на улицу Михаила Цинамдзгвришвили (да!) и двигайтесь к площади Марджанишвили. Район элегантен – почувствуйте его дух. Сверните на Картеретели, 6 посмотреть на знаменитый Дворец одной ночи, оттуда, обращая внимание на архитектуру и кофейни, выйдите на Агмашенебели – центральную артерию района. Обязательно поешьте там! И загляните в магазины грузинских дизайнеров. За полтора часа вы выйдете к Сухому и Саарбрюккенскому мостам, главному блошиному и арт-рынку Тбилиси.

Примерное время прогулки – 3–4 часа. Оптимальное время – утро, часов в 10–11, ваша цель – покупки, подарки, еда, другой Тбилиси, поэтому гуляйте медленно.

Тбилиси, я люблю тебя! Несколько слов о Тбилиси на прощание

Я полюбила Тбилиси, город сияющего солнца, гор и множества историй, сразу и целиком – от Саят-Новы до Метехского храма, от Анчисхати до театра Габриадзе и Сабуртало.

Больше всего мне хочется, чтобы вы узнали и полюбили его тоже – и кусты цветущей форзиции, и Саарбрюккенскую площадь, и дом Ильи Чавчавадзе с садиком. Тбилиси! Ориентальный и европейский, кавказский, наивный и изысканный – как хорошо, что ты есть в этой жизни, и сюда можно возвращаться снова и снова!

Иллюстрации

Тбилисский Ботанический сад стоит каждой минуты, что можно провести на его дорожках

Памятник Вахтангу Горгасали на Метехской скале

Пантеон выдающимся деятелям грузинской культуры на горе Мтацминда

Легкий и парящий, изысканный и надежный… вот ты какой, тбилисский балкончик!

Спор о том, испортили ли современные строения авангардной архитектуры облик старинного города, будет вечным. Есть и сторонники, и противники такого решения. Перед нами Концертный зал и Выставочный центр – здание, спроектированное итальянским архитектором Массимилиано Фуксасом, до сих пор не введено в эксплуатацию

Мост Мира – пешеходный мост через Мтквари. Спроектирован итальянским архитектором Микеле де Лукки и светодизайнером Филиппом Мартино

Смотрите на город с Мтацминды, считайте храмы. И удивляйтесь соседству грузинской архитектуры и привычных нам европейских зданий

Мтквари течет, по мостам через нее бегут люди. И так много столетий тут

Купола бань выглядят по-восточному

Архитектура бань самая разная, но всегда – восточная

Орбелиановская баня, она же – баня Пушкина

В городе, куда ни посмотри, везде можно найти что-то необычное: изразцы на доме, деревянную резьбу или вазу, вмонтированную в ограду

Табличка на стене Орбелиановской бани

То самое ущелье с теплыми источниками

А вдруг именно так выглядел фазан, которому обязан город существованием?

Даже статуи не удерживаются в Тбилиси и выпивают

Закат, кипарис и голубой балкончик – типичный вечер в Тбилиси

Дворик, полный изящества

Ранней весной водопад еще не вошел в полную силу

Во время прогулки в Сололаках

Башня у театра Резо Габриадзе

Башня Габриадзе, детали

В каждом дворе тут может жить художник

Памятник Софико Чиаурели

Улица Давида Агмашенебели

В переулках у Шардени и Леселидзе

Между Мейданом и Площадью Свободы

Мцхета дарит путника удивительным видом – тут сливаются, по Лермонтову, струи разноцветных Арагвы и Куры. И мы смотрим на них оттуда, откуда смотрел Мцыри

Храм в Мцхете

Мцхета, Светицховели

Мцхета, Светицховели

Спускаться вниз от крепости маленькими улочками – это значит открывать для себя тбилисское средневековье…

Памятник Грузии-матери, с мечом и кубком. Она через реку смотрит на конную статую Вахтанга Горгасали

Самый изысканный и аристократичный из районов – Сололаки

Подъезды Сололаки – как пещеры Али-Бабы, такие сокровища тут таятся

Восток встречается с Европой – вот почему Тбилиси зовут «кавказским Парижем»

Рынок на Сухом мосту

Очаровательные детали восточного классицизма – такое можно встретить только тут

Пустынное утро в переулках у Леселидзе

Детали. Встретится такая очаровательная фигурка, напомнит и о грузинских мастерах, и о необыкновенной истории города…

Изучать тбилисские балконы, разные в разных районах города, можно часами

Навесные балконы – не средство увеличить жилплощадь, а особенность национальной архитектуры

Дворец царицы Дареджан

Вечерний вид с крепости на статую Грузии-матери

Отвесный берег Куры в лучах садящегося солнца. Храм на Метехской скале

Тут похоронен великий Саят-Нова. Армянский храм на Мейдане

Районы «в стиле Петербурга» на левом берегу Куры

Блеск и помпезность XIX века, и это тоже Тбилиси

«Дворник» Пиросмани – но не картина, а скульптура по мотивам

Так рекламировали замечательный мультфильм Резо Габриадзе «Знаешь, мама, где я был?»

Собор Сиони в Тбилиси

Церковь Анчисхати, возможно, одна из самых старых кладок в городе

В городе многое связано с христианством: еще бы, ведь Нина, крестительница города, пришла из Константинополя, и память об этом жива в городе

В городе живая христианская жизнь. Совсем не диво встретить священника, монаха или монашку. А в храмах живет история

Памятник Сергею Параджанову, певцу Саят-Новы, уроженца Тбилиси

Хрупкая и прекрасная колоннада Дома Литераторов в Сололаках как никогда идет южному солнцу, кипарисам во дворе

На одной из самых старинных площадей города – памятник Саят-Нове: его музыкальный инструмент навеки застыл тут в камне

В многочисленных лавочках продают керамику и сувениры

Правду говорить легко и приятно, и Тбилиси достоин любви

Исследуйте! Кошки и лианы, белье и кружевное дерево балконов: вот подлинные грузинские дворы

Кошек в Грузии много, и они очаровательны

Новый Тбилиси

Примечания

1

Травелог (англ. travelogue от travel) – путевой очерк (прим. ред.).

2

Кенотаф (в пер. с др.-греч. «пустая могила») – памятник, аналогичный надгробному, но находящийся там, где нет останков покойного (прим. ред.).

3

Палимпсест (в пер. с греч. «вновь скоблю») – в древности так обозначалась рукопись, написанная на пергаменте, уже бывшем в подобном употреблении (прим. ред.).

4

This, Patrice; Lacombe, Thierry and Thomas, Mark R. (2006). «Historical Origins and Genetic Diversity of Wine Grapes». Trends in Genetics 22 (9): 511–519. DOI:10.1016/j.tig.2006.07.008. PMID 16872714.

Content

Лада Бакал
Тбилиси. Биография города

Предисловие

Часть 1. Город

Глава 1. Фазаньи курочки. История Тбилиси

Люди. Царь Вахтанг I Горгасали

Камни. Имя города

Люди. Давид Строитель

Глава 2. К вопросу о теплой воде

Камни. Купола на площади

Глава 3. Арабская крепость и другие чудеса. Нарикала

Камни. «Мосты и дерева»: Ботанический сад у крепости

Глава 4. Старый город. Поэты и художники

Люди. Саят-Нова (1722–1795): поэт, шут, ашуг и монах

Камни: Норашен

Люди. История Нико Пиросмани, крестьянина и интеллигента, который мечтал рисовать

Люди. Святая Нина

Камни. Крест святой Нины

Живопись. Икона из Анчи

Глава 5. Кавказский Париж. Сололаки

Люди. Александр Манташев

Камни. Дом писателей

Площадь Гудиашвили

Люди. Ладо Гудиашвили: Запад и Восток

Глава 6. Что за столица Грузии без гор! Мтацминда

Люди. Давид Гареджийский

Люди. Грибоедов и Грузия

Глава 7. Другой берег: Авлабари и Метехи

Люди. Або Тбилисский

Люди. Дмитрий Шевардназде

Люди. Шушаник

Люди. Царица Тамара

Глава 8. Поговорим об элегантности. Чугурети

Камни. Немецкая слобода

Люди. Илья Чавчавадзе

Люди. Норвежцы и Тифлис: смерть Дагни Юль

Глава 9. Все дороги идут к Руставели. Проспект

Люди. Елена Ахвледиани

Люди. Тициан Табидзе

Камни. Голубая галерея

Камни. Дом юстиции

Глава 10. Несколько слов о других районах Тбилиси

Лагуна Вере, или Разрушенный стадион

Часть 2. Есть, пить, любить

Вкус неба и земли. О грузинской еде

Супы

Мясо

Блюда из теста

Овощи

Соленья

Крупы

Соусы

Пряности

Блюда, как говорилось в «Книге о вкусной и здоровой пище», молочной кухни

Сыры

Десерты

Напитки

Вкус солнца: немного о грузинском вине

Екатерина (Эка) Елисеева

Винные регионы Грузии

Краткий винный справочник

Cорта винограда

Домашнее виноделие

Советы

В Тбилиси – пить!

Пять маршрутов по Тбилиси

1. По старому Тбилиси

2. Средневековый Тбилиси: церкви и дворы

3. Тбилиси модерна, Париж Востока: XIX век, Сололаки и Мтацминда

4. Авлабар

5. Чугурети: за покупками

Тбилиси, я люблю тебя! Несколько слов о Тбилиси на прощание

Иллюстрации

Примечания