Заязочка

Очень Дикая Охота

Они хотели как лучше. А кто не спрятался - они не виноваты...

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Северус Снейп/Гермиона Грейнджер, Минерва МакГонагалл, Аргус Филч, Люциус Малфой

Категория: Джен

Рейтинг: PG-13

Жанр: Комедия, Экшен

Размер: Миди

Статус: Закончен

События: Шестой курс, Финальная битва с Волдемортом, Потеря памяти, Тайный план Дамблдора

Предупреждения: AU

Страница произведения: https://fanfics.me/fic55808

Очень Дикая Охота

Очень Дикая Охота

История собаки Баскервилей в пересказе Гермионы Грейнджер произвела на студентов факультета Гриффиндор неизгладимое впечатление.

— Круто! — выразил общее мнение Рон Уизли, допивая пятую бутылку сливочного пива.

Сей не шибко алкогольный напиток присутствовал в факультетской гостиной по случаю дня рождения Гермионы. Его удалось раздобыть с помощью Добби.

— У этого маггла боггарт был собака? — уточнил Невилл.

— Можно сказать и так, — ответила Гермиона, — он верил в старинную легенду о проклятии, преследующем его род. Это сильнее боггарта.

Гарри сделал глоток сливочного пива.

— А вот интересно, — задумчиво сказал он, — в волшебном мире есть что-нибудь подобное? Я имею в виду — легенды о чудовищах, преследующих какой-либо род. Или предвещающих смерть членам какой-нибудь семьи. У магглов таких страшилок хоть отбавляй.

— А зачем тебе это? — спросил Невилл.

Гермиона с интересом взглянула на Поттера.

— Ты хочешь использовать это? Против чистокровных сторонников Волдеморта?

Гарри задумчиво почесал шрам.

— А что, было бы здорово! Напугать тех же Малфоев. Или Лестранжей.

— Тут нужно что-то серьезное. Покрашенной собакой не обойдешься, — сказала внимательно слушавшая разговор Джинни.

— Но что-то же есть? — Гарри было сложно отказаться от увлекательной идеи.

Невилл почесал в затылке.

— Если в старых семьях что-нибудь такое есть, то это знают только члены семьи. И просто так не расскажут.

— А вообще, какие предвестники смерти существуют? Кроме Грима? — спросила Гермиона.

— Баньши, — ответила Джинни.

Присутствующие замолкли. Баньши им явно не по зубам.

— Ничего, — заявила Гермиона, — в библиотеке хоть что-то на эту тему точно должно быть. Всем задание: найти это что-то.

Рон с тоской взглянул на девушку, но спорить не стал, зная, что это бесполезно. Остальные согласились с вялым энтузиазмом. Если бы они только знали, во что это выльется...

Через несколько дней все участники авантюры собрались в Выручай-комнате. Гарри проводил опрос, Гермиона азартно рылась в своих записях.

По очереди были отклонены идеи использования дрессированных драконов и страшных пророчеств.

— Значит так, — Гермиона наконец оторвалась от своих пергаментов, — самое страшное, что только есть в магическом мире, и чего боятся все волшебники без исключения — это Дикая Охота.

— Чего? — переспросил Рон.

— Дикая Охота, — повторила Гермиона, — у магглов тоже есть похожая легенда. Якобы, это демоны, загоняющие души грешников в ад. А в Запретной секции я нашла интересную книгу, где излагается взгляд магов.

На Гермиону смотрели с интересом. Похоже, про Охоту никто ничего не знал.

— Значит так, — продолжила отличница, — в легендах магов есть упоминание о тех временах, когда люди и боги жили вместе.

— А потом боги ушли, а Холмы закрылись, — вспомнил Невилл.

— Точно, — со значением подняла указательный палец Гермиона, — а чтобы отделить Мир людей от Мира богов — были созданы Врата. Но люди не угомонились, они неоднократно пытались открыть Врата между Мирами. И тогда появилась Стража Врат — Дикая Охота.

— Но, Гермиона, — проговорил Невилл, — Охотники приходят, если кто-то пытается открыть Врата. А это жуткий тёмномагический ритуал, включающий человеческое жертвоприношение. Ты же не собираешься...

— Конечно нет. Дело в другом. Дикую Охоту никто не видел более пятисот лет.

— И что? — спросил Гарри.

— Значит, никто не знает, как она выглядит! Можно изобразить что-нибудь этакое, непонятное, а потом распустить слухи, что, мол, видели Дикую Охоту.

— А зачем? — не понял Рон.

— Но ведь все подумают, что если пришла Охота, то кто-то пытался открыть Врата. А Стража не разбирается: кто прав, кто виноват. Поэтому ее и боятся.

— То есть все будут подозревать всех? — уточнил Невилл.

— Именно!

Присутствующие задумались. Идея была на редкость сумасшедшей. Но что-то в ней все же было. Этакая рациональная безуминка.

— А как ты себе это представляешь? — спросил Невилл.

Гермиона закусила губу.

— Ну, смотри! Дикую Охоту все боятся, но никто не знает, как она выглядит. Значит, нужно, чтобы кто-то увидел нечто непонятное, а потом ему внушить, что он видел именно Дикую Охоту. Или в тот момент, когда он увидит что-то непонятное, кто-нибудь закричал бы: «Ааааа, смотрите! Дикая Охота!».

— А если нас поймают? — спросил осторожный Невилл.

Гермиона небрежным взмахом руки отмела все возражения.

— Скажем, что проводили важное социологическое исследование. Проверяли: с какой скоростью в мире волшебников распространяются слухи, и как искажаются в процессе распространения.

Никто ничего не понял, но, на всякий случай, все кивнули.

— Ладно, — сказал Гарри, — а как ты себе это представляешь?

— Что именно?

— Ну, ЭТО.

— Да ничего сложного, — подключился Рон. — Главное решить — как мы будем это изображать.

— Мы? — спросил Невилл.

— Ну а кто еще!

— Вот именно! — сказала Гермиона. — Дикая Охота — это демоны верхом на адских конях. Нужно придумать, как это можно изобразить, чтобы никто ничего не понял. И использовать при этом как можно меньше магии!

— Почему?

— Чтобы нас не отследили, конечно. Сейчас везде полно сигнальных и защитных чар. Они реагируют на магию.

— А как без магии? — удивленно спросила Джинни.

— С помощью маггловских средств. Так даже лучше. Большинство волшебников вообще ничего не поймет.

— Но мы тоже ничего не понимаем в маггловских средствах, — продолжала Джинни.

— Зато я понимаю, — отрезала Гермиона. — Главное — придумать что-то необычное, а я посмотрю, какие материалы и средства могут понадобиться для этого.

— А как должны выглядеть эти, как их, демоны? И адские кони? — перешел к вопросам по существу Невилл. — Раз их уже пятьсот лет никто не видел?

— Вот сами и придумаем!

— А коней где возьмем? — спросил Рон. — Опять тестралы?

— Нет, — ответила Гермиона, — тестралов многие видят. И знают, что это такое. Гиппогрифы тоже не подойдут.

— Тогда на чем? — удивился Гарри.

— На метлах, — сказала Гермиона.

— На метлах? — рассмеялся Рон. — По твоему, все узнают тестралов, но никто не догадается, что «демоны» летят на метлах?

— А мы их замаскируем!

— Как?!

— Придумаем. Всем думать! Ясно?

И все отправились думать...

Результатом размышлений явились два расплавленных котла на Зельях, испорченный вредноскоп на ЗОТИ, разбежавшиеся мандрагоры на Гербологии, покусанный соплохвостами Хагрид на Уходе за магическими существами и взрыв на Чарах. А то, что Рон трансфигурировал из чайника, еще долго потом являлось в кошмарных снах профессору МакГоннагал.

Наконец, заговорщики вновь собрались в Выручай-комнате.

Проще всего оказалось придумать внешность «демонов». Страшные морды, рога, уши, хвосты и прочее было изготовить достаточно легко. С адскими лошадьми из метел было сложнее. Конечно, можно было что-нибудь понавешать на них, но Гарри авторитетно заявил, что это нарушит аэродинамику. В конце концов, было решено, что в ближайшую субботу Гермиона отправится через камин в «Трех метлах» в «Дырявый котел», а оттуда — в маггловский Лондон, чтобы приобрести все необходимое для предстоящего маскарада. А остальные должны были ее прикрывать.

И вот, вечером субботы в Выручай-комнате гриффиндорцы обалдело рассматривали кучу, состоящую из вратарских хоккейных масок, мотков проволоки, надувных рогов, которые так любят навешивать на себя футбольные фанаты, рулонов фольги, елочных гирлянд и украшений.

— Тут еще кое-что от маскарадных костюмов, — Гермиона деловито увеличивала пакеты и свертки. — Раскрасим светящимися красками. Хвосты «лошадей» и демонов сделаем из гирлянд.

— А морды? — спросил Рон.

— Чьи?

— Лошадиные.

— Сделаем из тыкв. И свечку внутрь, чтоб глаза светились, — предложил Невилл.

Джинни примерила рожки.

— Они светятся, — пояснила Гермиона, — здорово, правда?

И работа закипела.

В процессе подготовки всплыла еще одна проблема. Заговорщики долго спорили: должна ли Охота лететь бесшумно, или дьявольский полет должен сопровождаться дьявольским же шумом. В конце концов, все согласились, что с шумом страшнее. К записи «жутких звуков» Гермиона подключила своего кузена, объяснив ему, что это необходимо для хэллоуинской вечеринки.

Вратарские маски расписали светящимися красками. Плащи и балахоны щедро украсили светодиодными трубками. Рон обзавелся резиновыми рогами, к концам которых прикрепили мигающие лампочки. Невиллу приделали уши-локаторы из проволоки и фольги. Гарри прикрепил к плечам еще две маски, решив изобразить трехголового демона. Джинни к светящимся рожкам добавила заячьи уши. Так как Гермиона должна была оставаться на земле, чтобы в нужный момент включить «адский шум», в «демоны» завербовали еще Луну Лавгуд и Дина Томаса. Рон не удержался и привлек Лаванду Браун, которая по его словам должна была громко вопить: «Ааааа! Смотрите все! Дикая Охота!!!». Лаванда привлекла Парвати. Дальнейшее разрастание количества посвященных пресекла Гермиона.

Кузен не подкачал, прислав диск, на котором был записан действительно адский шум, состоящий из сигнала «Воздушная тревога», первых тактов полета валькирии из оперы Рихарда Вагнера, топота рвущихся к финишу лошадей в Аскоте, вопля атакующих горцев из фильма «Храброе сердце» и воя заходящего на цель пикирующего бомбардировщика Ю-87. Если бы при прослушивании этого кошмара на Выручай-комнату не были наложены заглушающие чары, вполне возможно, что из Хогвартса в ужасе разбежались бы не только ученики и преподаватели, но и все привидения.

Генеральная репетиция была назначена на ночь Хэллоуина.

После ужина все собрались в Запретном лесу, недалеко от антиаппарационного барьера. Переоделись. Повторили роль каждого.

Гермиона прошлась мимо всех, как командир диверсионного спецподразделения перед строем добровольцев. Поправила уши Невиллу и левую голову Гарри. Слегка загнула рога Рона и ушки Джинни. Расправила хвост Луны. Разлохматила светящиеся дредды Дина.

— Диспозиция ясна всем? Взлетаете здесь и следуете строго на северо-восток. Через милю разворачиваетесь и летите прямо сюда. Я включу шум. Можете и сами что-то орать. Только уговор: не пытайтесь лихачить. Мало ли что, эти морды из тыкв с накладками из фольги и хвосты на метлах могут помешать. Всем ясно?

— Ясно, — ответили гриффиндорцы.

— Тогда вперед.

Кошмарная компания взлетела и направилась строго на северо-восток. Гермиона замерла, глядя им вслед, ее палец чутко подрагивал на кнопке «Пуск» маггловского CD-проигрывателя. Рядом притаились Лаванда и Парвати, готовые начать голосить по сигналу. И все бы ничего, если бы...

Если бы директору школы чародейства и волшебства Хогвартс, Альбусу Персивалю Брайану Вулфрику Дамблдору, не пришло бы в его мудрую голову проинспектировать защитные чары на антиаппарационном барьере в компании профессора Северуса Снейпа. А свежесбежавшему из Азкабана Люциусу Малфою — назначить именно под соседними кустами свидание своему сыну Драко.

«Демоны» пролетели оговоренную милю и по сигналу Гарри развернулись. Чутко следящая за ними Гермиона нажала кнопку «Пуск» и дала отмашку Лаванде и Парвати...

Ночную тишину разорвали чудовищный вой и вопли...

Невилл Лонгботтом был страшно горд, что его привлекли к такому важному и ответственному делу. Летя в ночи на закамуфлированной метле, он чувствовал себя почти что настоящим грозным демоном. Его друзья отрывались по полной. Гарри и Рон лаяли и мяукали. Луна квакала. Дин завывал не хуже баньши. Джинни свистела. А он? Он тоже будет... Будет кричать что-нибудь этакое, залихватское и, может быть, даже непотребное. Самое залихватское, что пришло ему в голову, было: «Эге-гей!» и «Йо-хо-хо!». «Эге-гей» явно подходило больше. С непотребной составляющей было сложнее. Так уж вышло, что самое неприличное слово, которое знал воспитанный строгой бабушкой Невилл, было «жопа». Но лететь и орать «Эге-гей! Жопа!» было как-то не очень хорошо. О, вот еще непристойное выражение: «Вашу мать». Это подойдет. И Невилл завопил высоким голосом:

— Эге-гей! Вашу мать!

— ААААААА! — неслось снизу. — Смотрите все! Дикая Охота летит!

Зрелище действительно впечатляло. И было просто ни на что не похоже.

Боковым зрением Гермиона заметила какое-то движение. Она обернулась и в неверном лунном свете с ужасом разглядела медленно оседающего на землю Дамблдора и уже поднявшего волшебную палочку Снейпа. Только не это! Времени на размышление не было. Гермиона с воплем: «Сэр! Это свои!» одним прыжком бросилась на шею Мастеру Зелий. Тот покачнулся, но устоял. Гермиона обхватила его ногами за талию, левой рукой за шею, а правой принялась вырывать палочку из его руки.

Лаванда и Парвати испуганно замолчали. А прямо над ними Гарри решил-таки исполнить «финт Вронского», несмотря на все предупреждения. Остальные «демоны» предусмотрительно шарахнулись в стороны. Все, кроме Невилла, который не справился с управлением и, продолжая вопить: «Эге-гей! Вашу мать!», рухнул прямо на Дамблдора, удачно вписавшись в вой пикирующего бомбардировщика времен последней мировой войны магглов.

Снейп прекратил отбиваться от вцепившейся в него Гермионы и обернулся к поверженному начальнику. В соседних кустах раздался громкий шорох.

— Кто здесь? А ну, выходи! — рявкнул уже изрядно вздрюченный Снейп.

Кто-то бешеным галопом рванул вглубь леса. Лишь на краткий миг в лунном свете мелькнули платиновые локоны.

«Демоны», заметив, что на земле происходит что-то непонятное, решили спешиться. Снейп наконец оторвал от себя Гермиону.

— Могу я узнать, что здесь происходит, мисс Грейнджер? — спросил он зловещим голосом.

— Эээээ..., — выдавила из себя Гермиона.

— Ыыыыы, — послышалось из-под Невилла.

Общими усилиями из-под оглушенного гриффиндорца извлекли директора. Тот полными ужаса глазами уставился на своих подопечных.

— Вы в порядке, сэр? — участливо спросил Гарри.

Дамблдор обалдело смотрел на трехголового монстра, почему-то разговаривающего таким знакомым голосом Надежды магической Британии, и что-то почти ощутимо щелкнуло в его мозгах. И не только щелкнуло. Директор Хогвартса затрясся, выдал что-то вроде «Ууууээээаааыыы!», а затем лег на землю и свернулся калачиком, глупо хихикая.

— Маски долой! — приказал Снейп.

Все послушались. С Невилла маску сняла Гермиона. Из кустов выбрались Лаванда и Парвати.

— И почему я не удивлен? — пробормотал Снейп.

— Гу-гу, — ответил Дамблдор.

— Директор, да что с вами такое?

— Беееее, — продолжал Дамблдор.

Снейп тяжело вздохнул. Вызвал патронуса. Серебристая лань умчалась в сторону замка.

— Ну что, дамы и господа, пойдемте разбираться? Директора нужно доставить в Больничное крыло.

Директор с довольным хихиканьем барахтался в воздухе. Поэтому к чарам левитации пришлось добавить связывающие. И процессия двинулась в замок. Замыкал шествие очухавшийся Невилл.

— Ооооой! — сказала мадам Помфри, увидев кто и кого принес ей в качестве пациента.

В Больничное крыло решительно вошла профессор МакГоннагал.

— Северус, — строго начала она, — я не понимаю, что... Ооооой!

— Гы-гы-гы, — включился в беседу Дамблдор.

— Северус, что ты с ним сделал?! — возмутилась МакГоннагал.

— Я? — переспросил Снейп. — Всего лишь доставил в Больничное крыло. А вот чем занимались в Запретном лесу ваши гриффиндорцы и мисс Лавгуд, мне и самому интересно.

МакГоннанал осмотрела студентов.

— Почему вы в таком виде? Что там произошло? Мисс Грейнджер, вы староста! Извольте отвечать!

— Мы... мы хотели изучить, с какой скоростью в волшебном мире распространяются слухи, — озвучила Гермиона свою версию произошедшего, — и как искажаются в процессе распространения. А это была репетиция.

— Слухи? Репетиция? И что вы репетировали?

— Если интересно, Минерва, я могу показать в Омуте Памяти, ЧТО так напугало Дамблдора, — ехидно предложил Снейп.

— Напугало? — возмутилась МакГоннагал.

— Да, Минерва, напугало. Или вы серьезно считаете, что это я долго бил по голове нашего дорогого директора? Зачем же было тащить его сюда?

МакГоннагал поджала губы.

— Ну, хорошо! Я разберусь. Сейчас главное — привести в чувство Альбуса.

— Конечно. Да, по пятьдесят баллов с каждого за нахождение вне замка после отбоя и хулиганство. А сейчас идите в свои гостиные. Мисс Грейнджер, задержитесь! У меня к вам несколько вопросов.

Все поспешно разошлись.

МакГоннагал стиснула зубы, но сдержалась. Мадам Помфри махала палочкой над Дамблдором. Тот следил за ее движениями и счастливо смеялся. Никакие заклинания на него не действовали.

— Может само пройдет? — робко предположила Гермиона.

— Не думаю, — ответила мадам Помфри, — случай серьезный.

— Святого Мунго отпадает, — пробормотала МакГоннагал, — тогда неминуемо узнают в Министерстве. Страшно даже представить...

Она осеклась и с ужасом уставилась на Снейпа. Тот вопросительно приподнял левую бровь.

— Министерство, — прошептала МакГоннагал, — о нет! Инспекция!

— Какая еще инспекция? — недовольно спросил Снейп.

— Завтра. Комиссия из Министерства. По вопросам безопасности Хогвартса. Что мы им скажем?!

— Что совместными усилиями студентов факультета Гриффиндор при участии студентки Райвенкло директор Хогвартса доведен до невменяемого состояния, — предложил свою формулировку Снейп.

— Северус, как ты можешь?!

— А при чем тут я? Я слизеринец.

— Бу, — подтвердил Дамблдор.

МакГоннагал схватилась за голову.

— Надо... надо что-то делать! Что-то решать! Если эти чинуши узнают про Альбуса...

— Значит, нужно предъявить им Альбуса, — высказалась мадам Помфри, — комиссия — это же на один день? Вот и ладно. Этого, — она кивнула на пускающего слюни директора, — я спрячу. А кто-нибудь выпьет оборотное зелье и изобразит Дамблдора. Его и так чудаком считают, так что все пройдет удачно. А с учениками сами разбирайтесь. Пусть поклянутся хранить тайну.

— Да, конечно. Но кто изобразит Альбуса? Деканы и учителя должны быть на месте. Посвящать кого-то еще? — МакГоннагал растерянно оглядела присутствующих.

— А если мисс Грейнджер? — спросил Снейп. — Насколько я понимаю, это она заварила всю кашу?

— Что — мисс Грейнджер?

— Изобразит нам Альбуса. Официально она заболеет чем-нибудь заразным. Поппи якобы поместит ее в изолятор. А у меня как раз имеется модифицированное и усовершенствованное оборотное зелье. Заодно и испытаем.

Гермиона попятилась. Он что, серьезно?! Это... это просто невозможно... Она... она не сможет... Нет!

МакГоннагал переводила взгляд с нее на Дамблдора. Ее глаза заблестели.

— А что? Если мы с Северусом введем ее в курс дела...

— Не надо, — пробормотала Гермиона, — пожалуйста. Я не могу.

— Считайте это заданием Ордена, мисс Грейнджер, — в голосе декана Гриффиндора отчетливо громыхнула сталь.

Снейп хмыкнул и ловко выдрал из бороды Дамблдора приличный клок волос. Директор взвизгнул от боли.

— Северус! — возмутились МакГоннагал и Помфри в один голос.

— Но нам же нужны волосы.

— Но не таким образом! Ему же больно!

Снейп не ответил.

Мадам Помфри отлевитировала Дамблдора в угол зала, где оказалась потайная дверь, за которой находилась небольшая, но уютная комнатка с мягкой кроватью, столиком, креслом и шкафчиком.

— Ну вот, — сказала медиковедьма, — здесь Альбус будет в полной безопасности.

Дамблдор радостно закурлыкал. МакГоннагал тяжело вздохнула.

— Ладно, — сказала она, — я сейчас зайду к своим и возьму с них клятву о неразглашении. Потом переговорю с Филиусом, чтобы он взял клятву с мисс Лавгуд. И, думаю, Помону тоже надо предупредить. А Северус отведет мисс Грейнджер в кабинет директора. Позже я подойду туда, и мы с ним введем ее в курс дела. Ох! Ну надо же такому случится!

И она вышла из Больничного крыла.

— Прошу, мисс Грейнджер, — указал на дверь Снейп.

Гермиона затравлено взглянула на него и пошла вперед с видом приговоренного к смертной казни.

До самого кабинета Дамблдора они молчали.

— Сливочная помадка, — сказал Снейп, и горгулья пропустила их внутрь.

— Ну что, мисс Грейнджер, осваивайтесь, — Мастер Зелий широким жестом обвел большую комнату.

Гермиона робко присела на краешек стула. Проснулся и завозился на своей жердочке Фоукс. Потревоженные светом портреты прежних директоров щурились и зевали.

— Что ж вы так скромно, мисс? — насмешливо поинтересовался Снейп.

— Сэр, — выдавила из себя Гермиона, — я не могу. Правда, не могу.

— Раньше надо было думать, — назидательно проговорил Мастер Зелий, — кстати, что там за история со слухами? И при чем тут Дикая Охота?

Гермиона поежилась. Снейп — это вам не мадам Помфри, с ним отговорки не пройдут. К счастью, дверь в кабинет открылась, и вошла МакГоннагал.

— Ну что ж, — с ходу начала она, — студенты поклялись не разглашать этот инцидент. Где-то здесь у Альбуса были записки по защитным мероприятиям. Надо поискать.

— Э, любезные, — обратился к ним один из портретов, — могу я узнать, почему это вы позволяете себе хозяйничать в кабинете директора в его отсутствие?

— Я очень прошу вас, Финеас, оказать мисс Грейнджер посильную помощь, — вежливо, но твердо проговорила МакГоннагал. — И вас, господа, тоже. С Альбусом случилось несчастье. Он сейчас находится в Больничном крыле. А завтра, то есть уже сегодня, в Хогвартс приезжает комиссия из Министерства.

— И что? — переспросил другой портрет. — Вы, насколько я в курсе, заместитель директора. Заболеть может любой. При чем тут эта девочка?

— Мы не можем раскрыть комиссии состояние Альбуса, — сказала МакГоннагал. — А кого нам могут прислать на замену из Министерства, страшно даже представить. Надеюсь, вы еще не забыли эту ужасную особу, Амбридж?

Портреты поежились. Дама в розовом оставила неизгладимые воспоминания.

— Значит, если я правильно вас понял, — продолжил тот, кого назвали Финеасом, — изображать нашего коллегу будет эта девочка? Вам не кажется, что это не очень разумно?

— У нас нет другого выхода, — ответила МакГоннагал. — Привлекать человека со стороны мы не можем. А все преподаватели, кто в курсе произошедшего, должны быть на месте.

Портреты задумались.

— Тогда ладно, — милостиво кивнул Финеас, — мы поможем. Юная леди может на нас рассчитывать.

— Большое спасибо, — пробормотала Гермиона.

МакГоннагал принялась рыться в директорском столе.

— Где же это? Он же сам мне показывал! Где? — бормотала она в процессе поисков.

— Минерва, — спокойно проговорил Снейп, — может, объясните на словах? Защиту устанавливали мы с Филиусом. Название заклинаний и чар я прекрасно помню. У авроров свои планы, они с Дамблдором, насколько мне известно, не делились. Те меры, которые применяются к ученикам, мисс Грейнджер известны.

МакГоннагал тяжело опустилась в кресло.

— Да, конечно. Спасибо, Северус! Я... просто ... это все так неожиданно...

Снейп пожал плечами.

— Полагаю, Минерва, сейчас самое главное, чтобы вы формально вступили в должность. Не знаю, как там все это отображается в Министерстве, и можно ли это как-то скрыть. Но речь идет о безопасности детей. Это сейчас важнее всего.

— Да, конечно. Собственно, совершенно не важно, кто там подписывает документы. Это и раньше часто делали заместители директоров. И эти записи в архивах никто не смотрит специально. Перевести на себя защиту замка я могу. Мы уже отрабатывали это с Альбусом на всякий случай.

— Вот и славно, — подытожил Снейп, — главное — пережить завтрашний день. Я еще до завтрака принесу мисс Грейнджер оборотное зелье. А нам с остальными деканами нужно будет ни в коем случае не оставлять нашего дорогого директора наедине с членами комиссии и всячески подстраховывать.

— Кстати, это уже было, — подал голос один из портретов, — если мне не изменяет память, в 1666 году. Тогдашний директор...

— Я бы попросил..., — прошипел портрет с противоположной стены.

— А что тут такого? — ехидно поинтересовалась седовласая дама в песне. — И так все знают, что у вас, коллега, был бурный роман сразу с тремя вейлами. И вас изображал ваш побочный сын от магглы, сквиб. А делами занимался ваш заместитель.

Портреты захихикали. Тот, о ком все говорили, громко фыркнул и исчез с портрета.

Гермиона даже рот открыла от изумления. Директора Хогвартса казались ей почти небожителями, лишенными обычных человеческих слабостей. А тут такое.

— В общем, все ясно, — подытожила МакГоннагал, — самое разумное — лечь спать. Утром Северус принесет оборотное зелье. Мисс Грейнджер для разминки поприсутствует в новом качестве на завтраке. А там и комиссия появится.

Гермиона тяжело вздохнула.

— Ничего-ничего, — похлопала ее по плечу декан, — справитесь. А сейчас ложитесь спать. Может, успокоительного зелья у Северуса попросим? Выспаться нужно обязательно.

— Ддда, пожалуйста.

— Я принесу через камин, — кивнул Снейп.

— Что ж, мисс Грейнджер, осваивайтесь. Спальня директора там, — указала МакГоннагал.

— Хорошо.

Гермиона прошла через неприметную дверь.

У директора Хогвартса была большая и захламленная спальня. Слишком много мебели, драпировок, ковриков. Все ярких, прямо-таки кричащих расцветок. Странно, что пожилой человек чувствовал себя в такой обстановке комфортно. Сама Гермиона никогда бы не поставила у себя в комнате ни алых с золотом пуфиков, ни оббитых парчой вычурных диванчиков (или как они там называются, козетки, канапе?). Герб Гриффиндора над балдахином огромной кровати тоже смотрелся нелепо, если не сказать дико.

Девушке стало не по себе. Почему она не может провести эту ночь в своей постели? Или это нужно для гарантии, что она не проболтается о грядущей подмене? Чтобы была под рукой?

Послышался шум камина. Затем кто-то постучал в дверь и, дождавшись приглашения, вошел. Снейп протянул Гермионе хрустальный флакон.

— Вот. Вполне выспитесь. Мы с Минервой зайдем рано утром, чтобы проконтролировать ваше преображение.

— Сэр, — неуверенно проговорила Гермиона, — а можно я проведу эту ночь в башне Гриффиндора?

— Вам не нравятся апартаменты директора? — насмешливо приподнял бровь Снейп.

Гермиона покачала головой.

— Ничего страшного, мисс Грейнджер. Кровать, я думаю, достаточно удобная. Выспитесь.

— Хорошо, сэр. Но... мне кое-что нужно.

Снейп с недоумением взглянул на нее. Потом кивнул.

— Вызовите эльфа. Он принесет вам все, что необходимо.

— Да, конечно.

— Спокойно ночи, мисс Грейнджер.

— Спокойной ночи, сэр.

Она осталась одна. Решительно тряхнула головой. Да, она сама заварила эту кашу. И она поможет родной школе пережить визит министерской комиссии. А там и директор выздоровеет.

Вызвала Добби, который принес ей пижаму, зубную щетку и расческу. Совершила вечерний туалет. Забралась на огромную кровать. Залпом выпила зелье. Едва успев проговорить «Нокс», Гермиона заснула.

Проснулась она оттого, что кто-то довольно невежливо тряс ее за плечо. Спросонья она плохо понимала, что с ней и, где она собственно находится.

— Просыпайтесь, мисс Грейнджер!

Что?! Ее будит профессор МакГоннагал. Неужели она проспала?!

Гермиона резко села на кровати, чуть не заехав головой по носу декану своего факультета.

— Ой! Простите, профессор.

— Ничего, мисс Грейнджер. Вставайте. Северус ждет нас в кабинете. Сейчас выберем одежду для вас, и вы примите оборотное зелье.

Гермиона нервно сглотнула. Потом решительно отбросила одеяло и направилась в сторону ванной.

Когда она, закончив свой утренний туалет, вернулась в спальню, то застала МакГоннагал у шкафа. Та потрясенно разглядывала белье Дамблдора.

— Профессор..., — начала Гермиона и осеклась...

Даааа. Конечно, учитывая экстравагантные мантии, балахоны и колпаки директора, сложно было ожидать от него приверженности к строгой классике. Но реальность превзошла все ожидания.

— Я хотела подобрать для вас одежду, — пробормотала МакГоннагал. — Но мне и в голову не приходило... то есть я бы не стала ... никогда бы себе не позволила...

— Я понимаю, профессор, — кивнула Гермиона.

Тут было на что посмотреть. Несколько полок занимали кальсоны и панталоны самых феерических расцветок. На многих были фривольные, движущиеся картинки. Это не говоря о множестве рюшечек, оборочек, обилии бахромы, фестончиков и бантиков. К каждой паре были скрупулезно подобраны чулочки с подвязками.

— Я даже не знаю, — пробормотала Гермиона.

— А придется выбирать из этого, — скривилась МакГоннагал. — В свое белье вы попросту не влезете. Ладно, балахон и мантию я для вас выбрала. Белье на ваше усмотрение. Пора принимать зелье.

Гермиона выдернула из шкафа голубые атласные панталоны, украшенные изображениями черных кошек. Это было все-таки поприличнее, чем остальное. Соответствующие чулки прилагались. Как и удобные башмаки с бантами черного бархата.

МакГоннагал отвернулась. Гермиона сбросила пижаму и залпом выпила зелье из флакона. Трансформация началась...

Буквально через минуту в большом зеркале отразился почтенный старичок. Гермиона была бесконечно благодарна за то, что почти все было скрыто длинными волосами и бородой. Из-под бороды виднелись тощие кривые ножки.

— Да, получилось, — пробормотала МакГоннагал, обходя по кругу свою ученицу. — А теперь, дорогая, одевайтесь. У нас мало времени.

Где-то на задворках сознания билась мысль, что, например, Гарри вряд ли бы справился со всеми этими шнурками, завязками, крючками и подвязками. Все-таки маггловская одежда была намного практичнее. Наконец, с одеванием было покончено. Гермиона и МакГоннагал вышли в кабинет, где их уже ждал Снейп.

— Неплохо, — буркнул он, протягивая Гермионе очки-половинки и палочку директора.

— Надеюсь, дорогая, вы понимаете, что вам лучше удерживаться от колдовства? — сказала МакГоннагал.

— Конечно, профессор.

— Так, — приступил к инструктажу Снейп, — вы теперь — Альбус Дамблдор. Профессора обращаются к вам по имени. Вы к ним тоже. Так что никаких «сэр» или «мэм». Ясно?

— Да, сэр. То есть, да, Северус.

Он поморщился.

— Далее, поприветствовав комиссию, пригласите их в свой кабинет на чашку чаю. А вместе с ними и деканов всех факультетов. А дальше по обстоятельствам.

Гермиона кивнула.

— Действие зелья рассчитано на сутки. Вам придется вернуться сюда. Пароль вы поменять не можете. Добавлять или снимать балы тоже не можете. Как и назначать взыскания. Ясно?

— Ясно.

— И последнее. Если я услышу от вас обращение «мальчик мой», или вам вдруг захочется угостить меня лимонной долькой, то пеняйте на себя.

— Да... Северус.

— Вот и отлично.

— Нам пора, — сказала МакГоннагал, — Северус, не запугивай девочку. Все будет хорошо, я уверена.

И они отправились на завтрак...

Однажды Гермионе уже довелось потрапезничать за столом преподавателей. Дело было на четвертом курсе во время святочного бала. И она тогда так волновалась, что почти ничего не запомнила из происходящего. Теперь же она занимала место самого Дамблдора. Ох! С директорского места весь Большой зал был виден как на ладони.

Ученики медленно по одному и группками подтягивались на завтрак. Вот появились Гарри и Рон. Несколько вздрюченный Невилл. Участники вчерашнего безобразия бросали боязливые взгляды на стол преподавателей.

Перед Гермионой появились сладкие блинчики. Она поморщилась. Кажется, этот шедевр французской кулинарии называется «Креп сюзетт». Впрочем, насколько она помнила, за столом преподавателей можно было заказывать блюда. Вот она сейчас очистит тарелку и закажет себе нормальную яичницу с беконом.

— Ешьте, — прошипела сидящая рядом МакГоннагал, — резкое изменение вкусов привлечет ненужное внимание. И продемонстрируйте всем, что вам это нравится.

И Гермионе пришлось давиться сладким, делая вид, что она в восторге.

На своем привычном месте нехорошо усмехался Снейп. Подтягивались и другие преподаватели. Спраут мягко улыбнулась в ответ на пожелания доброго утра. А Флитвик заговорщицки подмигнул. Почему-то от этого стало легче.

Появилась почта.

— Нужно сделать объявление о комиссии из Министерства, — толкнула Гермиону локтем в бок МакГоннагал.

Гермиона встала. Коленки у нее тряслись. Но деваться было некуда.

— Дорогие ученики, — сказала она, — прослушайте объявление.

Все замерли и уставились на нее. Так, сказала она себе, расслабься.

— В связи с событиями, о которых вы все знаете, Министерство магии решило проверить безопасность Хогвартса. Сегодня к нам прибудет комиссия. Я надеюсь на ваше понимание и сотрудничество. Это все. Спасибо.

Гермиона села. Ученики начали переглядываться.

— Неплохо, — похвалила МакГоннагал.

— Комиссия, — пробормотала мадам Хуч, — опять все мои метлы перероют.

— Думаю, что в этот раз метлы их интересовать не будут, — подхватил нить беседы Флитвик. — А вот нам с Северусом попотеть придется.

— А это..., — включился в обсуждение Хагрид, — если опять привяжутся, что я небезопасный?

— Не привяжутся, — ответила ему МакГоннагал, — мы с Альбусом тебя в обиду не дадим. Правда, Альбус?

Она с силой надавила на ногу Гермионы.

— А? Да, конечно. То есть я никого в обиду не дам.

— Похоже, нам пора встречать комиссию, — поднялся со своего места Снейп.

Деканы во главе с директором направились к выходу из Большого зала.

Министерская комиссия не заставила себя долго ждать. Гермиона почувствовала непреодолимое желание вцепиться в руку МакГоннагал и не отпускать. Министр Фадж, сопровождаемый Перси Уизли, представители аврората, члены Попечительского Совета и... Амбридж.

— Рад приветствовать вас в Хогвартсе, дорогие мои, — проблеяла Гермиона, получив очередной тычок под ребра от МакГоннагал. Похоже, к концу дня на ней не останется живого места, мелькнула непрошеная мысль.

Гости с дежурными улыбками согласились выпить чайку, и были препровождены в кабинет директора.

— Опять эта в розовом! — прошипел один из портретов. — И кто пустил?!

Все присутствующие сделали вид, что не услышали. Эльфы шустро сервировали чай. Флитвик кашлянул. Фадж оглянулся на Уизли, который тут же извлек из кожаной папки пергамент и протянул своему начальнику.

— Мы уж предупреждали вас, дорогой директор, что хотели бы удостовериться в безопасности Хогвартса. Это не от недоверия.

— Конечно-конечно, — кивнула Гермиона, — мы все понимаем.

— А что вас собственно интересует, министр? — спросил Флитвик. — Мы работаем в тесном контакте с авроратом.

Фадж сделал замысловатое движение руками, которое, судя по всему, должно было символизировать его полное доверие к педагогическому коллективу Хогвартса и чиновничье рвение одновременно. Вышло впечатляюще.

— Ну, видите ли, всегда стоит убедится лично. Как бы там ни было, родители — это родители. Они переживают. А раз переживают родители, то мы никак не можем оставить их переживания без внимания.

— Потому что они переживают, — кивнул Снейп.

— Вот именно. Так, на чем я остановился?

— На переживаниях, — подсказал Уизли.

Фадж задумчиво уставился в свою чашку. Гермиона пододвинула ему вазочку с вареньем. Он благодарно кивнул.

— Кхе-кхе, — послышалось со стороны Амбридж.

Гермиона содрогнулась.

— До нас дошли странные слухи, — мерзким голосом начала «жаба в розовом». — О неком явлении, имевшим место быть рядом с Хогвартсом.

Гермиона замерла. Неужели эта гадина пронюхала об их репетиции? Но как?! Значит, все-таки... Она перевела взгляд на Снейпа. Тот ответил ей мрачным взглядом. Ох! Перед внутренним взором встала вчерашняя сцена в лесу. Да, там кто-то был в кустах. Кто-то, кого спугнул Снейп. Это был шпион?

— А что такое было рядом с Хогвартсом? — спросил Флитвик. — Защитные чары не нарушены.

— Более того, — поддержал Снейп, — мы с директором вчера ночью лично проверили все защитные чары и антиаппарационный барьер. Все было в полном порядке.

— Да-да, — подтвердила Гермиона, не дожидаясь очередного тычка от МакГоннагал.

— Слухи на то и слухи, — поддержала коллег профессор Спраут, — людям нечем себя занять, вот они и выдумывают.

— А что за слухи? — спросила МакГоннагал.

— Якобы рядом с Хогвартсом видели Дикую Охоту.

Все присутствующие, включая министра, потеряли дар речи от неожиданности. Или сделали вид, что потеряли.

— Хм, — буркнул Флитвик, — а почему именно Дикую Охоту? И кто видел?

— Кто видел неизвестно, — важно ответила Амбридж, — но дело не в этом.

— А в чем? — спросил Снейп. — Вдруг ваш источник не заслуживает доверия?

— Действительно, — подключилась МакГоннагал, — мало ли кто и что говорит.

Амбридж надулась.

— Это серьезное обвинение, — проквакала она.

— Для серьезного обвинения необходимы доказательства, — отрезал Флитвик, — так и я могу сказать, что видел вас в борделе, где вы приставали к клиентам.

Члены комиссии рассмеялись, Фадж ухмыльнулся, Амбридж побагровела.

— Это... это клевета! Я требую!

— Вот я и говорю — клевета! Либо вы расскажите, кто распространяет нелепые слухи про Дикую Охоту, или мы обвиним вас в клевете на Хогвартс.

Снейп кивнул Гермионе.

— Послушайте, — начала она, — ну, в самом деле. Кто и что видел? Разве в таком случае не было бы мощного магического выброса? У нас тут авроры патрулируют.

— Это сколько надо выпить, чтобы увидеть именно Дикую Охоту, — пробормотала Спраут, — к тому же, почему этот неизвестный решил, что видел именно ее? Охотников, если мне память не изменяет, не видели уже пятьсот лет. Никто не знает, как они выглядят.

— Думаю, вопрос исчерпан, — подытожил отец Пэнси Паркинсон, член Попечительского Совета, — Пока не будет конкретных доказательств, говорить не о чем.

Амбридж в этот момент как никогда была похожа на жабу.

Гермиона переглянулась с МакГоннагал и Снейпом.

— Полагаю, представители аврората сами убедятся, что мы делаем все возможное для защиты студентов Хогвартса, — сказала она. — А что касается слухов..., — тут она картинно развела руками.

— Конечно-конечно, — заулыбался Фадж. — Главное — это безопасность.

— Мы можем прямо сейчас все проверить, — предложил представитель аврората.

— Разумеется, — ответила Гермиона, судорожно вспоминая, не забыли ли они чего такого на полянке в лесу.

— Да, директор, — улыбнулся мистер Паркинсон, — в связи со всем известными событиями не состоялось заседание Попечительского Совета.

Гермиона изумленно взглянула на него, но быстро поняла, о чем речь. Конечно же, арест Малфоя-старшего.

— Я помню, — сказала она.

— Так что заседание состоится послезавтра. Ждем вас в Министерстве. Заодно утвердим новую смету. В связи с изменившимися обстоятельствами.

— Да-да.

И проверка началась.

Собственно, ничего особо страшного не происходило. Авроры шмыгали по территории, проверяя защитные чары. Фадж и члены Попечительского Совета осматривали классы и вели светские беседы с преподавателями. Амбридж дулась на всех и вся. Обед прошел в том же ключе. Наконец, комиссия откланялась.

Гермиона и деканы снова собрались за чаем в кабинете директора.

— Вроде, все прошло удачно, — констатировала профессор Спраут. — Мисс Грейнджер молодец.

— Будем надеяться, — буркнул Снейп.

— А как дела у Альбуса? — спросил Флитвик.

— Без изменений, — вздохнула МакГоннагал.

Все помолчали.

— А что делать с этим заседанием Попечительского Совета? — робко спросила Гермиона.

— Теоретически на заседание может отправиться кто-то из нас, — задумчиво проговорил Снейп, — но, во-первых, если вдруг директор начнет вести себя немного по-другому, чем сегодня, то насторожатся те члены Попечительского Совета, что видели его в Хогвартсе. А во-вторых, ни к чему, чтобы с отсутствием директора совпала отмена кого-либо урока. Мало ли что. К тому же лично у меня послезавтра сдвоенный урок Гриффиндор-Слизерин у шестого курса. Я просто не могу оставить без присмотра ни Поттера, ни Уизли, ни Лонгботтома, ни остальных.

— У меня тоже Гриффиндор-Слизерин, седьмой курс, — сказала Спраут.

— У меня пятый, — вздохнула МакГоннагал.

— И какой идиот составлял это расписание, — пробормотал Флитвик.

По понятной причине ему никто не ответил.

— Так что снова придется вам, мисс Грейнджер, — сказал Снейп. — У вас хорошо получается.

Профессор Спраут как-то нервно оглядела коллег.

— Ну, раз такое дело... Мисс Грейнджер, Гермиона, может быть, вы поможете...

С этими словами она достала из кармана мантии небольшую тетрадь и увеличила ее.

— Что это? — спросила МакГоннагал.

— Каталог. Я столько лет просила Альбуса, а он... Нет, я, конечно, понимаю, что он занят чем-то очень важным, но... тут такие растения. Это крайне необходимо, в том числе и для приготовления лечебных зелий. Может быть в этот раз...

Снейп схватил лист пергамента и принялся что-то писать.

— Что у тебя, Северус? — спросила МакГоннагал.

— Список ингредиентов для уроков Зелий и нового оборудования для кабинета ЗОТИ. И не надо на меня так смотреть, Минерва! Лучше подумай, что нужно тебе для занятий, и что Альбус точно не стал бы включать в смету.

— Но это неэтично..., — пробормотала МакГоннгал.

— Мы же не новые мантии заказываем, — у Флитвика заблестели глаза. — Замечательная идея!

— Пользуетесь случаем, господа? — ехидно поинтересовался Финеас с портрета.

— Мы не для себя, мы для школы, — пробурчала Спраут.

— Ну-ну...

— Все-таки надо посмотреть записи Альбуса, — немного нервно проговорила МакГоннагал, — вдруг он планировал что-то важное.

На нее молча и осуждающе уставились ее коллеги.

— Ладно. Хотя, может, стоит навестить его в Больничном крыле? Вдруг?

Вся компания направилась в царство мадам Помфри.

Студенты настороженно провожали их взглядами. Не каждый день можно было увидеть процессию из деканов всех факультетов и директора.

У входа в Больничное крыло Флитвик споткнулся обо что-то невидимое. Снейп ловко ухватил это что-то... Перед учителями предстали Гарри Поттер и Рон Уизли, прятавшиеся под мантией-невидимкой.

— И почему я не удивлен? — насмешливо спросил Снейп.

— Мистер Поттер, мистер Уизли, — МакГоннагал строго смотрела на своих студентов, — могу я узнать, что вы здесь делаете?

Гарри исподлобья зыркнул на Снейпа.

— Отвечайте, мистер Поттер!

— Мы хотели навестить Гермиону, — выдавил из себя Гарри.

Гермиона вздохнула. Надо было выручать друзей.

— Гарри, — мягко сказала она, — я понимаю твою тревогу. Уверяю тебя, с мисс Грейнджер все в полном порядке. Она скоро поправится.

— Директор, — нерешительно спросил Рон, — ее ведь не наказали?

— Ну конечно нет. Она заразилась еще на летних каникулах. У некоторых болезней большой инкубационный период. А ваши приключения послужили толчком для развития инфекции.

«Мерлин! Что я несу».

— Вы все слышали, мистер Поттер? — поинтересовался Снейп.

— Да, сэр, — выдавил из себя Гарри.

— Возвращайтесь к себе в гостиную, мальчики, — сказала МакГоннгал, — а вашу мантию, мистер Поттер, я пока оставлю у себя. Вы не отдаете себе отчета, что могли перезаразить всю школу. Это недопустимо.

У всех присутствующих отвалились нижние челюсти. Чтобы декан Гриффиндора отобрала мантию у Поттера! Просто невероятно. Гарри потрясенно смотрел на профессора трансфигурации.

— Я жду, мистер Поттер! — жестко проговорила она.

Гарри протянул ей мантию. Потом они с Роном медленно ушли.

— Не ожидал, Минерва, — пробормотал Флитвик.

— Нам ни к чему, чтобы кто-либо, хотя бы и Поттер, узнал о нашей тайне, — несколько смущенно ответила МакГоннгал.

— Золотые слова! — прокомментировал Снейп.

И они вошли в Больничное крыло.

Мадам Помфри со скорбным видом проводила их к Дамблдору. Директор радостно хрустел лимонными дольками и забавлялся с разноцветными мячиками.

— Гу-гу, — обрадовался он визитерам.

— Без изменений, — прокомментировала все это мадам Помфри. — И не говорит.

— А что вы пробовали? — спросил Снейп.

— Все! Все, что только можно, — мадам Помфри всхлипнула.

— Может, какие маггловские способы есть? — поинтересовался Флитвик.

Все обернулись к Гермионе.

— Я не знаю..., — проговорила она, — надо посмотреть. Хотя...

— Что?

— Есть способ, когда больные тесно общаются с животными. Это помогает. Обычно для этого берут кошек или собак. Я бы предложила Косолапсуса, но он общается только со мной.

— Подумаем, — пробормотала мадам Помфри.

Снейп резко втянул воздух через стиснутые зубы и схватился за левое предплечье.

— Прошу меня извинить, — сказал он и стремительно вышел.

— Пожалуй, нам тоже пора, — согласился Флитвик.

Гермиона, профессора Спраут и Флитвик последовали за Снейпом. МакГоннагал замешкалась. Она осторожно погладила Дамблдора по голове. Он счастливо улыбнулся. МакГоннагал всхлипнула и выбежала из палаты.

Северус Снейп шел по направлению к антиаппарационному барьеру. Ясно, что Лорд тоже будет спрашивать его о Дикой Охоте. И от него не отделаешься, как от министра. Свидетелем же гриффиндорско-райвенкловского безобразия был, скорее всего, кто-то из Малфоев. Что уже неплохо. С Люциусом и Нарциссой можно договориться. Главное, скрыть от Лорда состояние Дамблдора. На короткий момент мелькнула хулиганская мысль, что неплохо бы и с Лордом проделать такую же шутку. Лежали бы они с Дамблдором на соседних койках, улыбались друг другу. А Северус и Люциус неплохо бы разруливали ситуацию, являя время от времени окружающим своих марионеток под действием оборотного зелья. Хотя у Лорда волос не было...

Так, срочно изгнать из головы непочтительные мысли о наличие волосяного покрова у Его Темнейшества и аппарировать.

Заседание Ближнего круга в этот раз происходило в Малфой-мэноре. Во главе большого дубового стола восседал вздрюченный Волдеморт. За столом располагались не менее вздрюченные УПСы.

— Ссссеверусссс, — прошипел Волдеморт в ответ на приветствие Снейпа, — что там такое творится в Хогвартсе?

— Сегодня была министерская комиссия, — почтительно ответил Снейп.

— Я не об этом, — отмахнулся Волдеморт, — наш брат Люциусссс был не далеко от замка и видел что-то сссстранное. Ты тоже там был.

Снейп склонил голову.

— Я не могу точно сказать, что именно это было, мой Лорд. Дамблдор привлек меня к инспекции антиаппарационного барьера. В какой-то момент мы услышали дикий шум. По небу летело что-то невообразимое и светящееся. Я могу показать ЭТО моему господину.

— А из кустов кааак прыгнет..., — сказал Малфой-старший, — и прямо на Снейпа.

— Что же ты не помог ему? — ехидно спросила Беллатрикс.

— У меня ребенок, — с достоинством ответил Малфой. — Я не мог бросить мальчика наедине непонятно с чем.

— Что там на тебя прыгнуло? — спросил Лорд.

— Собака Хагрида, — ответил Снейп, радуясь, что его не слышит Грейнджер, — глупое животное испугалось, а так как оно знает нас с Дамблдором, то и бросилось к нам за спасением.

Объяснение было логичным.

— А с Дамблдором что? — спросил Лорд.

— К сожалению, он в полном порядке, — ответил Снейп.

— Жаль...

Все помолчали.

— Ты должен узнать, что это было, — сказал Волдеморт.

— Слушаюсь, мой лорд.

— Всех касается.

УПСы почтительно склонили головы.

Аппарировав в Запретный лес, Снейп направился в Хогвартс. А в замке он на полном автомате пошел в кабинет директора...

Обсудив с деканами факультетов списки необходимого оборудования и материалов, Гермиона осталась одна. Во избежание ненужных слухов ей еще целую неделю нужно было изображать Дамблдора. В конце концов, это могло быть не так уж и плохо, у директора Хогвартса была отличная библиотека. Итак, мисс Грейнджер заказала у эльфов чай и сэндвичи с ветчиной и маринованными огурчиками (чтобы перебить вкус конфет) и наслаждалась жизнью, листая старинный фолиант по защитным чарам.

В камине зашумело. Из зеленого пламени в кабинет шагнул Снейп.

Гермиона отложила книгу и привстала.

Снейп несколько секунд смотрел на нее.

— Аааа, добрый вечер, — пробормотала Гермиона.

— Добрый вечер.

Неожиданно их прервали: входная дверь распахнулась. На пороге стоял Филч. Он широко ухмыльнулся, картинно развел в стороны полы мантии, под которой были только кожаные стринги, кокетливо покачал бедрами и проговорил:

— Ну что, сладенький, поиграем?

Каким образом удар не хватил всех присутствующих, История умалчивает.

Увидев Снейпа, Филч густо покраснел и замотался в мантию.

— Ты всегда предупреждал меня, Альбус! — его голос дрожал от возмущения. — Всегда! Ты решил посмеяться надо мной!

— О, нет! — простонала Гермиона.

Снейп обалдело переводил взгляд с одного на другого. Филч громко всхлипнул и бросился бежать. Гермиона схватилась за голову. Снейп нащупал кресло и сел в него.

— И что это было? — спросил он.

— Ннне знаю....

Несколько минут они молча смотрели друг на друга.

— Судя по всему, — начал Снейп, — у нашего дорогого директора связь с Филчем.

Гермиона тяжело вздохнула.

— И что теперь делать? — спросила она. — Может сказать Филчу правду и взять с него клятву? Все так запуталось...

Снейп покачал головой.

— Такими темпами мы введем в курс дела весь Хогвартс.

Гермиона насупилась.

— Раз уж я зашел, мисс, может, просветите меня, что все-таки это было? Ваша милая шутка уже стоила рассудка Дамблдору, привлекла внимание Министерства и Темного Лорда. Про разбитое сердце мистера Филча я умолчу.

Гермиона закусила губу. В рот попали волосы от бороды. Пришлось их выплюнуть.

— Итак, мисс Грейнджер? Я жду...

Гриффиндорка тяжело вздохнула. Но деваться было некуда...

Снейп некоторое время переваривал полученную информацию. Потом хмыкнул.

— И что, вы планировали бросаться на каждого, кто бы решил применить какое-либо заклинание к вашим друзьям?

— Нет, сэр. Нам казалось, что будет достаточно, если пойдут слухи. Мы же не знали, что там будете вы с директором.

— Там были еще и оба Малфоя, — сказал Снейп. — Вам очень повезло, что они чистокровные волшебники и презирают магглов.

Гермиона напряженно смотрела на него.

— И что теперь будет? — жалобно спросила она.

— Если бы я знал, — фыркнул Снейп.

Они помолчали.

— Ладно, мисс Грейнджер, ложитесь спать. Завтра будет проще — всего-то поприсутствовать на завтраке, обеде и ужине.

— Сэр, — неуверенно начала Гермиона.

— Да?

— А вы сможете поменять пароль на кабинете директора? Вдруг .... вдруг он опять вернется? Я ... я боюсь.

— Боитесь, что мистер Филч вернется, и вам придется ответить ему взаимностью?

Она робко кивнула.

— Вряд ли я смогу вам помочь, мисс Грейнджер, поменять пароль на комнатах директора может только директор. Теперь это профессор МакГоннагал. Обратитесь к ней.

— Хорошо.

— Доброй ночи, мисс Грейнджер.

— Доброй ночи, сэр.

Снейп взял щепотку дымолетного порошка, бросил его в камин и со словами «Комнаты декана Слизерина» исчез в зеленом пламени.

Гермиона еще несколько минут сидела в кресле, потом вскочила и бросилась на поиски МакГоннагал. Объясняться с оскорбленным в лучших чувствах Филчем ей совершенно не хотелось.

Декана Гриффиндора не было нигде. Возвращаться в директорские апартаменты было жутко, за каждым углом мерещился злобный Филч. С тяжелым вздохом Гермиона направилась в Больничное крыло, надеясь на гостеприимство мадам Помфри.

Разбуженная медиковедьма ошалело уставилась на посетительницу.

— Альбус?! Как ты выбрался?! Что ты тут делаешь?!

— Мадам Помфри, это я. Это не директор.

— Ффффу..., как же вы меня напугали!

Мадам Помфри осторожно пощупала Гермиону за бороду. Неожиданно хитро прищурилась.

— А я все-таки проверю, — бормотала она, таща за собой посетительницу, — мало ли что.

За потайной дверью мирно спал и похрапывал директор. Рядом с ним на подушке лежала свернувшаяся калачиком кошка.

— Это еще что такое? — грозно спросила медиковедьма, изрядно выведенная из себя всеми невероятными событиями последних двух дней.

Кошка вскочила. Несколько секунд она шипела, выгнув спину. Потом соскочила на пол и... превратилась в Минерву МакГоннагал.

— Минни?!

МакГоннагал немного нервно оправила мантию.

— Ну, мисс Грейнджер рассказала про этот маггловский способ с животными. Я решила попробовать... вдруг бы получилось помочь Альбусу.

— Это что же такое, а? — бормотала мадам Помфри. — Вы и меня до сумасшествия доведете. Как это называется?

— Видимо, анимаготерапия, — ответила Гермиона.

Помфри и МакГоннгал повернулись к ней.

— Анимаго... что? — спросила профессор трансфигурации.

— Ну, терапия — это терапия, — принялась объяснять Гермиона, — лечение, то есть. А анимаго, так вы ведь анимаг. И пытались лечить. Вот и получается — анимаготерапия.

— А зачем вы пришли сюда? — спохватилась мадам Помфри. — Неужели это, — тут она ткнула пальцем в спящего Дамблдора, — заразно?

— Ну... тут такое дело, — замялась Гермиона, — видите ли... зашел профессор Снейп... по делу... а потом, вдруг, пришел мистер Филч... в таком странном виде... и предложил... то есть... ну... они с директором встречаются... как выяснилось... а тут он не знал, что в кабинете еще и профессор Снейп... а сменить пароль я не могу. И возвращаться не могу. Я боюсь его.

— Кого?! — дуэтом переспросили Помфри и МакГоннагал.

— Филча, — призналась Гермиона.

Дамы задумались.

— Мадам Помфри! — взмолилась Гермиона. — Можно я тут где-нибудь в уголке переночую?

— В уголке? Может еще на каминном коврике?

— Все в порядке, — пришла в себя МакГоннагал. — Сейчас мы вернемся в кабинет директора, и я поменяю все пароли.

— Спасибо большое!

— Не за что.

Они распрощались с ворчащей мадам Помфри и отправились в кабинет директора. Филч им так и не встретился.

— А теперь расскажите мне все по порядку, — потребовала МакГоннагал, когда все пароли были изменены, и дамы решили попить чаю в директорской вотчине.

— Я читала. Мне разрешили пользоваться библиотекой директора, — начала Гермиона. — Тут из камина вышел профессор Снейп. Мы с ним только поздоровались, как вдруг распахивается дверь и входит мистер Филч.

— И что было дальше? — спросила МакГоннагал.

Гермиона поежилась.

— Он... он распахнул мантию, а там почти ничего не было.

МакГоннагал смотрела на нее, приоткрыв рот от изумления.

— А потом он сказал... мне... «Ну что, сладенький, поиграем?».

МакГоннагал резко вздохнула.

— А заметив, что здесь еще и профессор Снейп, стал кричать, что его всегда предупреждали, а теперь я, то есть Альбус, решил над ним посмеяться. Это было ужасно!

— И ... и что?

— Я не знаю, что мне теперь делать. Профессор Снейп сказал, что говорить мистеру Филчу о случившемся с директором не стоит.

— Я тоже так считаю, — согласилась МакГоннагал. — Альбус скоро поправится, и они с Филчем сами разберутся.

— А я?

— Что вы?

— Мистер Филч же думает, что директор — это я. Может все-таки сказать ему?

— Ни в коем случае!

Гермиона кивнула. Ситуация запутывалась все больше и больше...

Завтрак прошел спокойно. Только за гриффиндорским столом дулся Гарри. Да на горизонте маячил оскорбленный Филч. Избегая последнего, Гермиона под прикрытием МакГоннагал добралась до директорского кабинета. Теперь можно было спокойно почитать до обеда.

Библиотека Дамблдора впечатляла. Здесь была великолепная подборка книг по трансфигурации, чарам, зельям. Собрания старинных мифов. А одна полка была целиком занята книгами по темным искусствам. Осилить все это за неделю было просто нереально. Мелькнула робкая надежда, что и потом можно будет выклянчить книгу-другую. Или, если болезнь директора затянется, то опять придется его изображать. Нет, Гермиона от всей души желала директору скорейшего выздоровления. Но книги... Ах, если бы все устроилось так, чтобы и Дамблдор поправился, и ее из кабинета не выгнали...

Кто-то явно ломился в кабинет. Гермионе стало страшно. Хотя вряд ли Филч решился бы на какую-либо выходку среди бела дня. Открыть же дверь визитеру Гермиона могла. Она взмахнула своей палочкой, на которую МакГоннагал и настроила запирающие чары, и замерла, наставив палочку на дверь.

На пороге появился Гарри Поттер.

Гермиона облегченно выдохнула и спрятала палочку в рукав.

— Здравствуй, Гарри, — сказала она.

— Здравствуйте, директор.

Гермиона указала юноше на стул, на который тот и сел.

— Ты что-то хотел? — спросила Гермиона.

Гарри нервно стиснул ладони.

— Директор, — сказал он, — я помню, что вы говорили, но я уверен, что Гермиона не просто так заболела. И это не маггловское заболевание.

— Почему ты так решил? — удивленно спросила Гермиона.

Гарри мрачно смотрел на нее. Ах, да, директор ведь угощал всех чаем.

— Хочешь чаю? — спросила Гермиона.

Гарри покачал головой.

— Спасибо, нет. Я хотел сказать вам, директор, что я уверен — с Гермионой что-то сделал Снейп.

Гермиона замерла. Снейп? С ней? Что-то сделал?

— Гарри, — удивленно спросила она, — а с чего ты взял, что профессор Снейп что-то сделал со... с мисс Грейнджер?

Гарри вздохнул.

— Директор, вы же все теперь знаете, да?

— Да, Гарри, Гер... мисс Грейнджер нам все рассказала.

— Ну вот. А потом Снейп сказал ей, чтобы она задержалась. И все.

Гермиона замерла. Проще всего было бы во всем признаться Гарри. Но с нее взяли клятву. То, что проворачивали они с деканами, называлось мошенничеством. Выйди эта афера на свет Божий, и всю их теплую компанию отправят в Азкабан.

— Гарри, — осторожно сказала она, — ты путаешь. Я совершенно точно знаю, что профессор Снейп не делал ничего плохого Гермионе. Твои подозрения абсолютно беспочвенны.

Гарри насупился.

Послышались шаги, и в кабинет вошла декан Гриффиндора.

— Мистер Поттер?

— Профессор?

МакГоннагал бросила встревоженный взгляд на Гермиону.

— Мистер Поттер, что привела вас в кабинет директора? Есть какая-та проблема, которая не может быть решена мной, деканом вашего факультета?

Гарри удивленно уставился на нее.

— Нет, мэм.

— Тогда, полагаю, вам стоит отправиться на занятия.

— Да, мэм.

— Вот и отлично.

Гарри побрел к выходу.

— Что он хотел? — спросила МакГоннагал, когда за ним закрылась дверь.

— Он говорил, что я не больна. Что это профессор Снейп что-то сделал со мной. Но ведь это же не правда.

— Конечно, не правда. Профессор Снейп никогда не причинял и не причинит никакого вреда никому из студентов.

Гермиона кивнула. Она уважала всех учителей. Снейп не был исключением.

— Ты готовишься к завтрашнему заседанию Попечительского Совета? — спросила МакГоннагал после паузы.

— Да, — кивнула Гермиона.

МакГоннагал сцепила пальцы и закусила нижнюю губу.

— Знаешь, — медленно проговорила она, — это ужасно, но Помона абсолютно права. И Северус с Филиусом тоже. Альбус последние несколько лет... Короче, я думаю, нам действительно стоит попробовать ... ну, то есть, включить в смету...

Гермиона кивнула.

— Конечно. Я так понимаю, что суммы на питание и обеспечение нужд школы не изменятся? Ремонт ведь не планируется?

— Нет.

— Тогда я действительно возьму с собой списки, которые вы приготовите. А остальным учителям тоже что-то нужно?

МакГоннагал кивнула.

— Хуч каждый год плачется, что метлы для первокурсников просто в ужасном состоянии. Вектор и Синистра тоже что-то такое говорили. Но ведь...

— Знаете, — сказала Гермиона, — мой папа как-то рассказывал, что еще до того, как они с мамой открыли свое дело, он работал в государственной клинике. Так вот, они всегда составляли список по максимуму. В чем-то им отказывали, а что-то приобретали. Давайте сделаем так же. Включим в список все. Откажут так откажут. Но хоть что-то удастся выбить.

— Думаете, получится? — с надеждой в голосе спросила МакГоннагал.

— А почему бы и нет. Кстати, профессор, я знаю, что искал директор. Он кое-что рассказал Гарри. Но, дело в том, что он не оставил никаких записей. Я просмотрела все.

— Альбус любит эти игры в таинственность, — пробормотала МакГоннагал. — И что же он ищет? Думаю, что в сложившихся обстоятельствах ты можешь рассказать мне.

— Да, конечно. Судя по всему, еще учась в Хогватсе, Том Риддл интересовался созданием крестражей. Это предметы, содержащие часть души колдуна.

МакГоннагал даже приоткрыла рот от удивления.

— Невероятно! И что теперь делать?! Ну, Альбус.... Нет, но как он мог?! Почему не сказал мне или Филиусу? Мы могли бы помочь в поисках. А Северус в курсе? Он такой специалист по Темным Искусствам. И арифмантические расчеты не помешали бы.

Гермиона с интересом смотрела на своего декана. А ведь действительно. Гарри, конечно, Избранный. Но разве не проще было бы искать эти таинственные крестражи с помощью других сильных и опытных волшебников? Ни сам Гарри, ни она понятия не имели, как можно отличить крестраж от другого безобидного предмета. Конечно, директор не мог предположить, что падет жертвой Дикой Охоты, но хоть какие-то распоряжения и записки он должен был оставить? На всякий случай. В конце концов, на свободе было множество Упивающихся Смертью, его ненавидел Волдеморт. Могло случиться все что угодно.

— Это очень хорошо, что ты мне рассказала, — сказала МакГоннагал, — очень. Я посоветуюсь с Филиусом и Северусом. Вместе мы что-нибудь придумаем.

— А списки? С необходимым оборудованием?

— Я скажу на педсовете. А потом приведу сюда Филиуса и Северуса, и ты еще раз им все расскажешь про эти крестражи.

— Да, профессор, — кивнула Гермиона.

Сказать, что Гермиона испытала сильнейшее облегчение — ничего не сказать. Помощь сильных опытных волшебников дорогого стоила. Практичную и рациональную мисс Грейнджер уже давно беспокоило, что директор практически ничего не говорит Гарри и совсем не готовит его к грядущему сражению с Темным Лордом. Не считать же подготовкой душеспасительные беседы и изначально обреченные на провал занятия окклюменцией со Снейпом. Иногда даже складывалось впечатление, что Дамблдор решил единолично справиться с новым врагом, а Гарри он только терпит из-за пророчества.

МакГоннагал отправилась проводить педсовет. Гермиона снова уткнулась в книгу. Медленно, но верно приближалось время ужина.

Положение обязывало. К тому же всегда можно было попросить у эльфов чего-нибудь по-настоящему вкусного, чтобы заесть сладости. И Гермиона отправилась в Большой Зал.

Лестницы вели себя как-то на редкость нервно. И если первую Гермиона преодолела без потерь, то на второй вдруг сработала исчезающая ступенька. Гермиона довольно ощутимо упала на пятую точку, лишь чудом не полетев вниз, лестница начала двигаться, а борода, к которой было практически невозможно привыкнуть, попала в подлую ступеньку и застряла.

Это был конец... Гермиона специально подгадала, чтобы в коридорах было много учеников, полагая, что Филч не рискнет выяснять отношения при свидетелях. И теперь все желающие могли лицезреть директора Хогватса в на редкость неудобной позе. Ужасно! К тому же она не взяла палочку. Свою она не хотела светить, вдруг кто-нибудь заметил бы отличия. А директорскую не брала, чтобы не было искушения.

— Директор, что с вами? — послышался чей-то испуганный голос.

— Отойдите! Что здесь такое?

О, а это Снейп. Он поможет.

— Осторожно, Альбус!

Снейп легко усмирил взбунтовавшуюся ступеньку и бережно поднял Гермиону.

— Как вы?

Она прижалась к его груди и осторожно согнула и разогнула сперва одну ногу, а потом другую. Вроде все было цело.

— Что уставились? — грозно обратился Снейп к студентам. — Марш на ужин!

Ученики поспешно ретировались.

— Альбус! — послышался полный боли голос.

О, нет!

— Альбус! Как ты можешь?! Ты не только опозорил меня! Ты... ты изменяешь мне... со Снейпом....

Гермиона замерла, как заяц в свете фар маггловского автомобиля. Снейп, который так и не выпустил ее из объятий, содрогнулся.

— Мистер Филч, — прошипел он, — вы в своем уме?

Филч с рыданиями бросился бежать. Гермиона села обратно на ступеньку и закрыла лицо руками. Снейп тяжело вздохнул.

— Вы идете на ужин? — спросил он.

— Я... я не могу... это все так ужасно...

— Ничего не поделаешь. Пойдемте.

Гермиона оперлась на протянутую руку и встала. Как бы там не было — придется идти. За все надо платить.

Ужин прошел в напряженной атмосфере. Студенты перешептывались и поглядывали на стол преподавателей. Похоже, у скандальной сцены были свидетели. Репутация Дамблдора трещала по швам. Гермиона перехватила косой взгляд Гарри. А он-то тут при чем?!

Наконец, этот кошмар подошел к концу. Гермиона направилась обратно в директорский кабинет, стараясь держаться поближе к МакГоннагал. Они замешкались у входа в кабинет, поджидая Снейпа и Флитвика.

— А ты чего хотел? — послышался из-за угла голос Рона. — Если у директора роман со Снейпом, то он тебя слушать не будет. И начхать ему на Гермиону.

— Значит, будем ее спасать сами, — ответил Гарри.

Голоса удалялись. Гермиона и МакГоннагал переглянулись. Только этого им и не хватало.

— Надо предупредить Поппи, — пробормотала МакГоннагал.

— Что-то случилось? — доброжелательно поинтересовался подошедший Флитвик.

Вскоре появился и Снейп.

Гермиона снова рассказала то, что узнала от Гарри по поводу крестражей. Снейп выслушал молча, стиснув зубы и глядя в сторону. Похоже, что он крайне болезненно переживал недоверие Дамблдора. Флитвик удивленно всплеснул руками.

— Ну, надо же! Никогда бы не подумал! Хотя, это многое объясняет. Но как бы там ни было, Альбус не прав. Один он не мог справиться.

— Вот именно, — твердо проговорила МакГоннагал, — а раз Альбус сейчас... эээээ... недееспособен, то мы решим эту проблему сами.

— А как можно ее решить? — робко спросила Гермиона.

— Дорогая моя, есть определенные чары, реагирующие на темную магию. Именно их используют авроры.

— А как же тогда...

— Да?

— Извините, профессор, но если Волдеморт создавал эти крестражи, то он использовал именно Темные Искусства. И никакие авроры ничего об этом не знали.

Флитвик пожал плечами.

— Сейчас об этом сложно что либо сказать. Возможно, дело в том, что он создавал свои артефакты в местах с очень сильной защитой. В том же Хогвартсе.

Гермиона поежилась.

— Как бы узнать, что сумел найти Альбус, — пробормотала МакГоннагал, — может быть...

— Если вы о легиллименции, Минерва, то боюсь вас разочаровать, — ответил Снейп. — В том состоянии, в котором сейчас находится директор, подобный сеанс может привести к необратимым последствиям.

— И никаких записей? — спросила МакГоннагал.

— Я все проверила, — ответила Гермиона, — разве что есть какие-нибудь тайники.

— Я могу посмотреть, — предложил Флитвик, — да и Минерва, как нынешний директор, может просто приказать кабинету показать все спрятанное.

— Кажется, я могу вам помочь, — послышался голос Финеаса.

Присутствующие вздрогнули и уставились на портрет.

— В самом деле? — с надеждой спросила МакГоннагал.

— Здесь есть тайник, в котором директор держит флаконы с воспоминаниями. И там же его записи. Он за той стенной панелью. Правда, пароля я не знаю.

— Ничего, — ответил Снейп, — главное, мы теперь знаем, где искать. Большое спасибо, мистер Блэк.

Портрет довольно заулыбался.

— А теперь насчет завтрашнего заседания Попечительского Совета, — сказала МакГоннагал. — Я собрала списки необходимого со всех учителей. Теперь вся надежда на мисс Грейнджер.

Гермиона взяла у нее свитки пергамента. Саженцы, рассада и семена для профессора Спраут. Новые метлы для мадам Хуч. Ингредиенты для Слагхорна и Снейпа. Книги и оборудование для кабинетов трансфигурации, ЗОТИ, чар, рун и арифмантики. Новое оборудование для Больничного крыла.

— Хагрид хотел заказать каких-то кошмарных животных, но мы решили, что это ни к чему, — пояснила МакГоннагал. — А так вроде все пожелания учтены. Может быть, действительно удастся хоть что-то выцарапать.

— Я постараюсь, — кивнула Гермиона.

Снейп и Флитвик легко вскрыли тайник Дамлбдора. Там действительно было множество флаконов с серебристой субстанцией чьих-то воспоминаний и несколько тетрадей с записями.

— Это надо изучить, — сказал Снейп.

— А что делать с Гарри? — вспомнила Гермиона.

— А что с ним такое? — спросил Флитвик.

— Ну.... видите ли, профессор, у директора явно был роман с мистером Филчем. А мистер Филч решил, что я... то есть директор... встречается с профессором Снейпом. А Гарри до этого приходил сюда и говорил, что он считает, что я не болею, а со мной что-то плохое сделал профессор Снейп. А потом мы с профессором МакГоннагал слышали, как Рон говорил Гарри, что раз у директора роман с профессором Снейпом, то директор ничего делать не будет. А Гарри сказал, что тогда они будут спасать меня сами.

— Бредятина, — прокомментировал Снейп.

— Оно, конечно, бредятина, — задумчиво проговорил Флитвик, — но я бы обновил защиту на Больничном крыле. И поставил бы сигнальные чары на гостиную Гриффиндора, чтобы студенты после отбоя не шастали. Мало ли что. Поттер и Уизли шустрые мальчики.

— Так и сделаю, — согласилась МакГоннагал. — У нас тут столько дел. И поиски крестражей. И все эти заказы для школы. Ни к чему, чтобы кто-то что-то пронюхал.

Гермионе показалось, или даже несгибаемую МакГоннагал стало устраивать сложившееся положение? Об этом стоило подумать...

Встреча с попечителями Хогвартса прошла в доброжелательной атмосфере. Если волшебники и удивились, что директор принес с собой длинные списки, то не подали виду. Беседа быстро перешла в конструктивное русло. Судя по всему, Дамблдор предпочитал сам распределять фонды. Гермиона же не возражала, если кто-то из попечителей брался лично проконтролировать закупку. Таким образом, удовлетворились абсолютно все запросы. Плюс оставалась небольшая сумма на непредвиденные расходы.

— Если и правду говорят, что ему дали по башке, — услышала она шепот, — то ему это явно пошло на пользу.

В Хогвартсе Гермиону встретили взволнованные учителя.

— Вот, — протянула она пергаменты МакГоннагал, — все будет куплено. Новые метлы, книги и оборудование закупят попечители. А ингредиенты и все, что нужно для теплиц, купят сами профессора, но надо потом будет предоставить счета.

МакГоннагал трясущимися руками схватила пергаменты с резолюциями попечителей.

— Не может быть! — благоговейно прошептала она.

— Замечательно! Потрясающе! Просто здорово! Спасибо, директор!

Мадам Хуч схватилась за сердце. Гермиона вспомнила свой первый урок полетов. Да, похоже, что новые метлы не покупались очень давно. Профессор Спраут не выдержала и расцеловала Гермиону. Флитвик радостно подбросил колпак в воздух. Снейп быстро просматривал утвержденный попечителями список ингредиентов. Вектор и Синистра пали в объятия друг друга. Мадам Помфри, ради такого события оставившая свой пост в Больничном крыле, возвела очи горе и забормотала что-то явно молитвенное.

— Вот и замечательно! Вот и славно! — бормотала МакГоннагал. — Вы, коллеги, еще раз просмотрите списки, а нам надо кое-что обсудить.

Деканы подхватили Гермиону и перебазировались из учительской в кабинет директора.

— Ну, что?! — высказала общий вопрос МакГоннагал.

— Все было нормально, — ответила Гермиона. — Они сначала, конечно, удивились. Но слухи про Дикую Охоту все-таки разошлись. И все решили, что это — результат травмы. Раньше директор только озвучивал суммы. А когда попечители увидели подробно расписанную смету, то на все согласились. Думаю, все проблемы были из-за непрозрачности расходования средств.

— Что? — переспросила абсолютно счастливая профессор Спраут.

— Ну, непрозрачность, это значит, что не предоставлялась подробная смета. И попечители не были уверены, на что именно расходовались средства, — пояснила Гермиона.

— Ясно, — кивнул Снейп.

— А что с записями директора? — спросила Гермиона.

— С записями директора? А почему вы решили, что мы будем перед вами отчитываться? — спросил Снейп.

— Северус, это будет просто нечестно по отношению к мисс Грейнджер, — не согласился Флитвик.

— Конечно, — кивнула МакГоннагал, — мы просто обязаны ввести ее в курс дела.

Профессор Спраут уже в который раз перечитывала собственную заявку и поливала ее счастливыми слезами.

— Собственно, мы не так уж много и выяснили, — с явной неохотой проговорил Снейп, — Том Риддл явно интересовался реликвиями Основателей. Известно местонахождение только меча Годрика Гриффиндора и Распределяющей Шляпы. В воспоминаниях упоминаются медальон Салазара Слизерина и чаша Хельги Хаффлпафф. А из записей директора можно сделать еще кое-какие выводы. Правда, у нас было не так много времени, чтобы просмотреть все.

— Там много домыслов, — пояснил Флитвик, — рассуждений всяких.

— То есть он создавал эти свои крестражи из реликвий Основателей? — спросила Гермиона. — А сколько их всего? И реликвий, и крестражей?

— Есть еще диадема Ровены Райвенкло, — ответил Флитвик. — А крестражей скорее всего семь. Вот и надо загадки разгадывать.

— Разгадаем, — воинственно заявила МакГоннагал. — И обезвредим.

На этой оптимистической ноте и закончилось совещание.

Северус Снейп взял на себя чтение записей Дамблдора. Это было что-то вроде дневника. Описание даже самых незначительных событий перемежалось лирическими отступлениями, рассуждениями и тому подобным. Продираться через эти дебри было не так-то просто. Плюс — масса ссылок на неизвестные Снейпу книги по Темным Искусствам. А из рассуждений последнего времени выходило, что у Лорда мог быть крестраж, помещенный в змею, и что таким же крестражем совершенно случайно оказался Гарри Поттер.

Книги по созданию крестражей нашлись в другом тайнике, обнаруженным МакГоннагал. Профессора Хогвартса содрогнулись от ужаса.

— Ничего не понимаю! — возмущалась декан Гриффиндора. — Ни-че-го! Альбус явно уже был не в своем уме. Это работа не для одного.

— Совершенно верно! — согласился Флитвик.

— Простите, пожалуйста, — подключилась к беседе Гермиона, — а эти части из крестражей как-то между собой взаимодействуют?

— По идее должны, — ответил Снейп, — ведь это части единого целого.

— Альбус, судя по всему, решил пойти по пути наименьшего сопротивления, — задумчиво проговорил Флитвик, — он искал сами крестражи и планировал их уничтожить. Или пытался уничтожить. Теоретически, это ослабляло Лорда, но не намного. Логичнее было бы попытаться убить самого Волдеморта, а потом искать крестражи и спокойно уничтожать их.

— Все дело в этом дурацком пророчестве, — почти выплюнул Снейп.

— Я тоже так считаю, — согласился Флитвик.

— А как можно убить Волдеморта? — спросила МакГоннагал.

— Как и любого из нас, — ответил Снейп. — Вопрос в том, кому из своих последователей он доверяет настолько, чтобы посвятить его в ТАКОЙ секрет.

— Скажите, — спросила Гермиона, — а наличие крестражей подразумевает, что мы или кто-то другой может создать еще несколько Волдемортов?

Все с ужасом уставились на нее.

— Вам одного мало, мисс Грейнджер?!

— Ну, они же будут конфликтовать...

Снейп и Флитвик переглянулись.

— Гениально!

МакГоннагал потрясенно всплеснула руками.

— Послушайте, но если Волдеморт откалывал части от своей души, то какая-то часть должна быть главной? Или абсолютно все части равнозначны?

— Сложно сказать, — ответил Флитвик.

— Нужно найти хотя бы один крестраж, — сказал Снейп.

— Я поговорю с Серой Дамой, — сказал Флитвик, — насчет диадемы Райвенкло. И надо постараться разузнать про остальные реликвии.

В камине полыхнуло зеленым.

— Минни, ты здесь? — послышался голос мадам Помфри.

— Да, Поппи. Что случилось?

— Мне кажется, что тебе надо это видеть. И не только тебе.

— Уже идем!

Все присутствующие в кабинете директора переместились через камин в Больничное крыло.

— Вот и хорошо, что вы все здесь, — бормотала мадам Помфри, провожая процессию к потайной комнатке. — Просто не знаю, что с этим делать.

— Да что случилось-то? — спросила профессор Спраут.

— А сами посмотрите.

Посмотреть было на что.

Дамблдор, завернутый в одеяло, стоял на кровати и явно обращался с речью, состоящей из нечленораздельных звукосочетаний, к сооружению из подушек, громоздящихся на стуле.

— Бу-бу-га, — вещал Дамблдор.

Судя по всему, подушки ему что-то ответили.

— Бе-бу, — отрезал Дамблдор, строго глядя на подушки.

— Ва-гу-ве, — кажется, подушки не соглашались.

— Квакамба!

— И так уже час, — благоговейно проговорила мадам Помфри. — Не знаю, что делать.

— Знать бы, с кем он разговаривает, — задумчиво сказал Флитвик.

— Альбус?! Альбус! ЧТО ОНИ С ТОБОЙ СДЕЛАЛИ?!

Волшебники испуганно обернулись. Перед ними стоял взъерошенный Филч.

— Ааааа! Так вот оно что! Вот оно КАК! — бормотал он, отступая за ряд кроватей. — Думали, я не догадаюсь, да? Не пойму, что Альбус НИКОГДА бы так со мной не поступил! Гады! Предатели! Оборотни!

Под кроватью кто-то громко чихнул.

— Всем вылезти из-под кровати! — неожиданно высоким голосом выкрикнул Снейп.

Из-под свисающих одеял медленно выбрались Гарри Поттер и Рон Уизли.

— Ничего себе! — прокомментировал мизансцену Флитвик.

— Ааааа..., — выдал Гарри, поочередно тыкая пальцем то в одного, то в другого Дамблдора. Рон замер с открытым ртом.

— Мистер Поттер! Мистер Уизли! — первой пришла в себя МакГоннагал. — Могу я узнать, что вы здесь делаете?!

— Гы-гы, — поддержал ее Дамблдор.

Филч бросился к нему.

— Альбус! Что эти мерзавцы с тобой сделали?

Дамблдор со счастливой улыбкой на устах позволял ему тормошить и ощупывать себя.

— Мистер Поттер, — вступил в беседу Снейп, — вы не ответили на вопрос.

— А куда вы дели остальных профессоров? — воинственно спросил Гарри.

Рон стиснул кулаки.

— Мистер Поттер, что вы несете?! — возмутилась МакГоннагал.

— Я все понял! — орал Гарри. — Вы все — Упивающиеся под обороткой! Это Снейп все устроил! Где профессор МакГоннагал?! Где Гермиона?!

— Гарри, успокойся, — сказала Гермиона, — ты просто не понимаешь...

— Я все понял! Это захват Хогвартса!

— Петрификус Тоталус! — взмахнул палочкой Флитвик.

Два тела с глухим стуком упали на пол. Филч закрыл собой Дамблдора.

— Не дам!

— Да ради Мерлина, — буркнул Снейп.

— Думаю, мистер Филч даст нам клятву, что никому не расскажет о состоянии директора, — вздохнула профессор Спраут. — А вот что с учениками делать?

— Придется стирать память, — ответил ей Флитвик. — здесь клятвой не обойдешься. Они выдадут нас с головой.

— Заодно надо посмотреть, не говорил ли Альбус еще чего Поттеру, — предложила МакГоннагал. — Приступай, Северус.

Снейп кивнул и достал из рукава волшебную палочку...

Гермиона не находила себе места в директорском кабинете. Ей было ужасно стыдно за Гарри и Рона. Нет, ну в самом деле. В доведении директора до сумасшествия соучаствовали. А виноват, видите ли, Снейп. Это было... просто нечестно. Профессор снабжал ее зельями, подстраховывал, помогал разгадывать загадки с крестражами, шпионил у Волдеморта, в конце концов. А неблагодарные ученики только и делали, что приписывали ему все смертные грехи. Ужасно...

Услужливая память тут же подсунула картинки прошлого. И подожженную мантию на первом курсе. И взлом кабинета на втором. И тройной «Ступефай» на третьем. И ни разу в буйные студенческие головы не пришло даже извиниться.

Гермиона решительно вскочила. Она извинится прямо сейчас.

Она схватила дымолетный порошок и, со словами «Комнаты декана Слизерина», шагнула в зеленое пламя...

Кто-то с громким «Ой!» подскочил с кресла у камина. Гермиона оказалась нос к носу с ... Люциусом Малфоем...

— Вы несколько не вовремя, — процедил сквозь зубы Снейп.

— Дамблдор? — переспросил Малфой.

— Нет, конечно, — ответил Снейп. — Проходите, мисс Грейнджер, располагайтесь. Раз уж вы в курсе всех этих поисков. Мы вот как раз с господином Малфоем эту проблему и обсуждаем.

— Мисс Грейнджер? — удивленно спросил Малфой. — В самом деле? Ну вы тут в Хогвартсе и даете.

— А...а вы? — пробормотала Гермиона.

— А мы тут обсуждаем реликвии Основателей, мисс Грейнджер, — ответил Снейп. — Присоединяйтесь.

Гермиона медленно опустилась в кресло.

На небольшом столике стояла бутылка огневиски и бокалы.

— Не могу предложить вам выпить, мисс, — сказал Снейп, — формально вы все еще моя ученица.

— Должен сказать, мисс, что вы сильно изменились со времени нашей последней встречи, — заметил Малфой.

Гермиона насупилась.

— Люциус, давай к делу, — поморщился Снейп.

— Да, конечно. Так вот. Во-первых, одна из приятельниц моей жены видела на последнем министерском приеме медальон Салазара Слизерина у этой дуры Амбридж.

— Что? — переспросили Снейп и Гермиона.

Малфой кивнул.

— Эта кретинка лопотала что-то о своей девичьей фамилии, о наследстве. Как будто можно спутать.

Снейп кивнул.

— Конечно. Кого она пыталась обмануть.

— А, во-вторых, мне удалось прижать Рудольфуса. Вроде как его женушка помещала что-то очень секретное в фамильный сейф Лестранжей в Гринготсе.

— Ого! Гринготс — это серьезно. Это не министерскую дуреху прижать. В любом случае, это уже кое-то.

— Уж не знаю, что вы там придумаете, — проговорил Малфой, — но эта компания, ошивающаяся в моем доме, меня уже допекла. Жена на пределе. Павлинов передушили, эльфов загоняли, антикварную мебель портят. Даже портреты предков жалуются. Я уже не говорю про дурной пример для мальчика.

— А если наложить «Империо» на Беллу или Рудольфуса? — спросил Снейп.

— Тогда уж на Рудольфуса, — поежился Малфой, — только бы узнать, что там такое Белла спрятала. И оборотное зелье тоже нужно. Лестранжи официально в розыске.

— Тогда нужно подождать, Флитвик обещал разузнать все про диадему Райвенкло. Если медальон Слизерина действительно у Амбридж, то останется только чаша Хаффлпафф.

— Этот ваш Лорд перепортил кучу замечательных вещей, — сказала Гермиона.

— Да, — согласился Малфой, — надеюсь, уничтожать их не придется. Жалко.

— Ну и ладно, — подвел итог Снейп.

Малфой фыркнул.

— Все-таки жулики вы тут все в вашем Хогвартсе. Обманываете и Министерство, и Попечительский Совет.

— Между прочим, все довольны, — буркнула Гермиона.

— Конечно. Я бы тоже предпочел иметь дело с кем-нибудь предсказуемым. Впрочем, позвольте откланяться. Было очень приятно побеседовать.

— Тебя проводить? — спросил Снейп.

— Спасибо, не нужно.

Малфой распрощался и вышел.

Снейп с интересом смотрел на свою гостью.

— И чем обязан вашему визиту в мою скромную обитель, мисс? — спросил он.

Гермиона тяжело вздохнула. Одно дело душевный порыв, а другое — оказаться один на один с Мастером Зелий.

— Я хотела извиниться, сэр, — тихо проговорила она.

Он удивленно смотрел на нее.

— Извиниться?

— Да, перед вами. За все.

— Звучит почти угрожающе, — хмыкнул Снейп. — Но начинание похвальное.

Гермиона поежилась под его взглядом, но не удержалась от вопроса.

— А мистер Малфой он что, решил нам помогать?

Снейп поигрывал бокалом с виски.

— Пожалуй, я отвечу на ваш вопрос, мисс. Большинство чистокровных магических семей прежде всего на своей собственной стороне. А сейчас непосредственная опасность грозит всей семье Малфоев. Лорд после воскрешения совершенно не способен прислушиваться к доводам разума. Для своих соратников он опасен не менее чем для врагов. Победа Лорда может обернуться войной с магглами. Магия — магией, но против современного маггловского оружия она ничего не даст.

Гермиона смотрела на него, приоткрыв рот от изумления. Великое противостояние, война Добра и Зла, сражение светлых и темных сил, все, к чему она привыкла, стремительно утрачивало смысл. Снейп кивнул.

— Вот именно, мисс Грейнджер. Речь идет об угрозе самому существованию нашего мира. Люциус Малфой и другие знатные семьи это прекрасно понимают.

— И вы ему доверяете?

— До конца, мисс Грейнджер, доверять не стоит никому. Но сейчас такие как Малфой наши естественные союзники.

Гермиона кивнула. Она была совершенно согласна с тем, что не стоит пренебрегать никакой помощью.

— А что касается ваших извинений, мисс, то мне, безусловно, приятно. Хотя я предпочел бы, чтобы вам не за что было извиняться.

Гермиона смутилась. Но не надолго.

— Скажите, сэр, — спросила она, — а почему все-таки столько волшебников поддержали Волдеморта еще в прошлую войну? Неужели только из-за страха?

Снейп откинулся в кресле.

— Вот что вас интересует? Понятно. Разумеется, я не могу говорить обо всех. Да, кто-то присоединился к сторонникам Лорда из страха, но это было уже в самом конце. Часть из присоединившихся свято исповедовала принципы чистоты крови. Они надеялись, что Темный Лорд сделает все, чтобы изгнать магглорожденных из волшебного мира. Другая часть состояла из тех, у кого не было практически никаких шансов пробиться при существующих порядках. У таких как я, например.

— «Весь мир насилья мы разрушим, до основанья, а затем...», — пробормотала Гермиона, — а еще об этом писал Гюстав Ле Бон. О тех, кому хочется занять места получше. Мне папа давал почитать, когда я заинтересовалась революционными движениями.

— Хотел бы я это прочесть. Но речь не об этом. Тот Лорд погиб. То, что вернулось в позапрошлом году лишь с большой натяжкой можно назвать Темным Лордом. Это отвратительный безумец. Либо на него так повлияло случившееся во время убийства Поттеров, либо что-то пошло не так при проведении ритуала воскрешения. Именно поэтому от него пытаются откреститься многие из бывших сторонников. Старый мир, каким бы несправедливым он не был, все-таки лучше непредсказуемого хаоса.

Гермиона поднесла руку к виску. Пальцы запутались в прядях седых волос.

— Никак не могу привыкнуть, — пробормотала она.

Снейп чуть усмехнулся.

— То есть, профессор, война не нужна ни кому? Так получается?

— Не совсем так. Война не нужна, например, вам. Мне. МакГоннагал, Спраут и Флитвику. Вашим друзьям. Малфоям.

— Но ведь кому-то она нужна?

Снейп со вздохом наколдовал чайник и чашки.

— Прошу, мисс. Не бойтесь, не отравлю. А что до войны, то она действительно нужна. Нужна безумцам, жаждущим крови. Продажным политикам, которым нечего предложить своим избирателям. Героям прошлого, о которых забыли. Пешкам, мечтающим выбиться в ферзи. Всякого рода дельцам, ловящим рыбку в мутной водице.

Гермиона отпила глоток чаю.

— И что же нам делать? — спросила она.

— Нам? Все что мы можем, это устранить главный источник опасности. И благородно отойти в сторону. Старый мир быстро вернет себе утраченные позиции. А нам, если уцелеем, конечно, могут даже по медали дать. Ну и от кого-то вроде Малфоя можно пару подачек получить. Малфой — скотина благодарная.

Гермиона нахмурилась.

— Это ужасно!

— Отнюдь. По мне — самый лучший вариант.

Гермиона робко взглянула ему в лицо. Он ответил ей усталым взглядом.

— Сэр, — тихо сказала она, — но это же отвратительно.

— Это жизнь, мисс.

Гермиона допила чай и со стуком поставила чашку на столик.

— Я не понимаю Гарри, — сказала она. — Я ведь из-за этого и пришла к вам. Я просто не понимаю, почему мы все всегда считали, что вы наш главный враг. Хотя вы только и делали, что спасали нас и помогали.

Снейп усмехнулся.

— Каждый верит в то, во что хочет, мисс. Впрочем, мне ваша благодарность не нужна. Оставьте ее для Дамблдора.

— Дамблдор?! — крикнула Гермиона. — Дамблдор?! Нет уж!

— Не понравилось в его шкуре?

— Да, не понравилось! И больше всего мне не понравилось, что всех шокирует, когда я веду себя как нормальный человек. Все ждут дурацких фокусов, выходок. А если я просто поступаю разумно, то слышу за спиной: «Ах, ему же дали по голове, поэтому он так себя и ведет». Почему он не доверился другим профессорам, когда догадался про крестражи? Почему не попросил помощи? Что за тупая вера в пророчества полоумной идиотки? Ее все с легкостью водят за нос, предсказывая себе всевозможные ужасы. Она — чокнутая алкоголичка. А директор — старый развратник. Черт побери, ни один маггл не поставил бы на эту парочку! Кроме умалишенных.

— А что делают неумалишенные магглы в таких случаях, мисс?

— Обращаются к специалистам!

— У магглов есть специалисты по борьбе с безумными магами?

— Да, есть! Полиция, психиатры. Интерпол, в конце концов. Это международная полиция. И никто не будет сидеть и ждать, пока подросток спасет мир. Наоборот, взрослым будет стыдно, если они свалят свои проблемы на детей!

Снейп передернул плечами.

— Вы обвиняете меня?

— Вас — нет! Но всех остальных — да!

— Жаль, что они вас не слышат.

— Вы только что сами сказали: каждый верит в удобное для него. Это означает — и слышит только то, что хочет слышать.

— Если бы вы знали, как правы, мисс.

Гермиона отвернулась к камину.

— Но мы же можем хоть что-то сделать? — жалобно спросила она после паузы.

— Мы можем с помощью Малфоя избавиться от безумного монстра. Идите спать, мисс Грейнджер, я уверен, что у нас все получится. И... мне очень приятно было получить от вас извинения. Правда, приятно.

— В самом деле, сэр?

Он утвердительно наклонил голову и прикрыл глаза.

— Ну... ну тогда, спокойной ночи, сэр...

— Спокойной ночи, мисс Грейнджер.

Она встала, взяла щепотку дымолетного порошка и исчезла в изумрудном пламени. А Мастер Зелий долго смотрел ей в след.

А еще через несколько дней профессора Хогвартса отправились на дело... Самое легкое задание досталось Флитвику. Расспросив Серую Даму и сделав логические выводы, он довольно быстро обнаружил диадему Ровены Райвенкло в Выручай-комнате. Помона Спраут в компании Люциуса Малфоя, принявшего оборотное зелье с волосом собственной жены, контролировала находящегося под Империо Рудольфуса Лестранжа, которого напоили зельем с волосом Драко. Если подобная компания и шокировала гоблинов, то они ничем себя не выдали. Главное, что у них был ключ от хранилища. Чашу Хаффлпафф доставили в Хогвартс.

Северус Снейп с искренним удовольствием накладывал Империо, а затем стирал память Долорес Амбридж.

И вот три реликвии лежали на столе в кабинете директора. Портреты чуть не посворачивали себе шеи, рассматривая артефакты.

Флитвик размахивал палочкой, бормоча заклинания.

— Да, коллеги. Вне всякого сомнения, здесь ощущается очень сильная темная магия. И да — это крестражи. Именно такой эффект описан в тех книгах, что нашла Минни.

— И что же делать? — взволнованно спросила МакГоннагал. — Может быть все-таки?...

— Ни за что! — Флитвик прижал диадему к сердцу.

— Действительно, — согласился Люциус Малфой, которого признали полноправным членом команды, — это даже как-то нечестно, что в Хогвартсе хранятся только те реликвии, что когда-то принадлежали Годрику Гриффиндору.

— Совершенно согласна, — кивнула Спраут, пододвигая к себе чашу.

— А можно только уничтожить реликвии или провести обряд воскрешения? — спросила Гермиона. — Действительно, жалко такую красоту.

МакГоннагал тяжело вздохнула.

— Я прекрасно понимаю ваши чувства, — сказала она. — Я сама была бы просто счастлива, если бы можно было сохранить это чудо для потомков. Будем думать.

И все отправились думать.

Еще через пару дней вся компания вновь собралась в кабинете директора Хогвартса. Новым членом общества была Нарцисса Малфой.

— Надо с Северуса обет снять, — пояснил Люциус, — ни к чему это.

— Конечно-конечно, — сказала Нарцисса, — я и не собиралась. Просто хотела попросить о помощи. Это все Беллатрикс.

Простенькую мысль, что вполне можно было избавить от обета, ненадолго скрывшись из поля зрения чокнутой сестрицы, никто озвучивать не стал. Мало ли какие еще были обстоятельства.

— А... а можно мне хотя бы взглянуть? — миссис Малфой лучезарно улыбнулась.

— На что? А.... Прошу! — МакГоннагал широким жестом указала на стол, где в свете свечей сверкали и переливались реликвии.

— Ах! — всплеснула руками Нарцисса.

— Так что там с обетом? — напомнил о насущном Снейп.

— Да-да, давай руку. Люциус, будь свидетелем. Я Нарцисса Малфой освобождаю Северуса Снейпа....

К обсуждению вернулись чуть позже.

— Обряд воскрешения очень сложный. Странно, что Петтегрю умудрился провести его в одиночку, — заметил Снейп. — Там дело не только в зелье.

— Зелье-то тоже не из разряда лечебных, — буркнул Флитвик.

— Это так, но в одиночку его сварить очень сложно.

— А там ведь должно быть произведено человеческое жертвоприношение, — задумчиво проговорил Люциус Малфой. — Я имею ввиду оригинальный обряд.

— Убили же Седрика, — всхлипнула Спраут.

— Вряд ли это можно считать полноценным жертвоприношением, — покачал головой Люциус.

— Это так, — подтвердил Снейп, — само по себе убийство не дает энергии необходимой силы. Жертва должна отвечать определенным требованиям. И убивают ее не абы как, а строго определенным образом.

— То есть вы хотите сказать..., — начал Флитвик.

— Именно, — подтвердил Снейп, — ритуал был проведен с нарушениями. Результат — тот безумец, что терроризирует магический мир.

— А вы предлагаете прервать обряд? — спросила Гермиона.

— Можно сделать и так. Это высвободит часть души, но не даст ей воплотиться, — Снейп потер переносицу. — Меня все больше занимает, почему Петтегрю провел обряд с такими нарушениями. Похоже, что он пытался создать полностью послушного ему Лорда. Но чтобы разобраться, мне понадобиться сложные арифмантические расчеты.

— Я поговорю с Септимой, она не откажет, — сказала МакГоннагал.

— У вас тут целая организация, — улыбнулась Нарцисса, — это и есть ваш этот, как его, Орден Феникса?

— Да нет, я бы так не сказала, — покачала головой МакГоннагал.

— Я бы предпочел обойтись без параноиков, оборотней, крушащих все на своем пути дурочек, а так же без многодетных родителей и их излишне активных отпрысков, — процедил сквозь зубы Снейп.

— Но мы ведь не можем...., — МакГоннагал обвела взглядом собрание и осеклась. Да, члены Ордена Феникса в штыки приняли бы и аферы профессоров с подменой директора, и новых союзников.

— Ну, к чему эта формальщина, — пожал плечами Люциус Малфой, — а если вам всем нужна какая-нибудь организация, то давайте ее как-нибудь назовем. Не Орден, а например Союз. Союз... что нас всех объединяет?

— Хогвартс, — ответил Флитвик.

— Союз Хогвартса. Или еще лучше — Союз Вепря.

— Здорово! — захлопала в ладоши Нарцисса.

Гермиона смущенно улыбнулась. Ей не очень нравилось, что приходилось скрывать все от друзей. Но она прекрасно понимала — так будет лучше. Орден Феникса создавался Дамблдором. Многие его члены были просто неспособны понять и принять новые идеи. И без того же Моуди с его паранойей было гораздо спокойнее. В Союзе Вепря не было старых обид, нелепых претензий. Да, так будет лучше. А друзьям она потом все объяснит.

— А вы, правда, мисс Грейнджер? — доброжелательно спросила ее Нарцисса Малфой, деликатно поправляя директорскую бороду. — Драко столько о вас рассказывал.

— В самом деле? — вежливо спросила Гермиона.

— Давайте вернемся к обряду, — перебил всех Флитвик. — Что там с жертвоприношением?

— Если исключить из ритуала жертвоприношение, то мы получим несовершенного Лорда. То есть, при определенных условиях, он может быть управляем, — ответил Малфой.

— Вот это да! — обмерла МакГоннагал.

— И это нужно использовать, — сказал Снейп. — Необходимо провести расчеты и немного изменить рецептуру зелья.

— А что делать с кровью врага и плотью слуги? — спросил Малфой.

— Думаю нацедить немного крови из Поттера не проблема, — ответил Снейп. — А от кого из УПСов отрезать немного мяса, решим позже. Будем действовать по обстоятельствам.

— Я бы не возражал, если бы на ингредиенты пустили кое-кого из моих родственничков, — проговорил Малфой в сторону.

Нарцисса поморщилась, но ничего не сказала.

— А что делать с Гарри? — спросила Гермиона.

— Боюсь, дорогая, что для Гарри выхода нет, — печально ответил Флитвик.

— То есть как?

— Частица души Темного Лорда вряд ли куда-нибудь денется. Так что мальчик должен будет умереть. Об этом и в записях Альбуса говорится.

— Нет-нет! Это невозможно!

— Мисс Грейнджер, мне очень жаль, но не существует способа спасти Поттера, — сказал Снейп. — По крайней мере, известного способа.

— Если что-то неизвестно вам, то не значит, что этого нет!

— Разве, что-нибудь маггловское, — насмешливо произнес Люциус Малфой.

Гермиона уставилась на него.

— Именно, именно маггловское!

— Что вы имеете в виду? — спросила МакГоннагал.

— Экзорцизм, — ответила Гермиона.

Все волшебники уставились на нее.

— Экзорцизм? — переспросила МакГоннагал.

— Вы предлагаете полить Поттера водой и бормотать вокруг него эти смешные маггловские заклинания, которые они называют молитвами? — удивленно поинтересовался Малфой.

— Можно еще вокруг с бубном поплясать, — предложил Снейп.

— Да нет же! Я читала! Теперь это называется освобождением. Психолог договаривается с подселенной сущностью и освобождает ее. Правда, иногда используют электрошок, но думаю, без этого можно обойтись. А вот если с помощью легиллименции отделить часть души этого вашего Лорда, а потом изгнать ее из Гарри....

— А что такое электрошок? — спросил Флитвик.

— Это когда через тело человека пропускают электрический разряд. Очень больно. Еще иногда электрошок используют для обороны от преступников.

— А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее, — заинтересовался Снейп.

— Как вам не стыдно, профессор! Разве вам не жаль Гарри?!

— Честно говоря, не очень. Но в отличие от нашего дорогого директора я предпочитаю провести болезненную процедуру, но сохранить мальчишке жизнь.

Гермиона опустила глаза. Он был прав.

— Остается змея, — сказал Флитвик.

— Но ее-то можно убить с чистой совестью, — заметила МакГоннагал.

— Тут нужен элемент неожиданности, — заметил Малфой.

— Кажется, у меня есть план, — сказал Снейп. — Только придется посвятить в него еще кое-кого, возможно Роланду. И да, придется проводить модифицированный обряд воскрешения. Очень рассчитываю на помощь Септимы. А плоть слуги все-таки лучше взять у Беллы. Тут я совершенно согласен с Люциусом. Извини, Нарцисса, но более преданного слуги у Лорда нет.

Лорд Волдеморт чувствовал себя крайне неуютно. Он вообще редко был чем-нибудь доволен после своего эффектного воскрешения на кладбище. Все было .... как-то ... как-то неправильно, что ли. Вот вчера, например. За каким лысым гоблином ему понадобилась эта пьянка? Кто додумался пытать этих магглов? Зачем этот дикий угар, кровь, вопли пытаемых? Пытки — вещь хорошая, но когда нужно сломить сопротивление врага, допросить пленного, наказать провинившегося. Разве... разве ему когда-нибудь нравилось просто мучить кого-то? Куда делись его светлые мысли? Гениальные планы? Все это исчезло. Осталась пустота, разбавляемая дикими выходками в компании почти утративших человеческий облик соратников. Безумие...

В Малой гостиной Малфой-мэнора часы размеренно пробили полночь. Скрипнула дверь. Лорд медленно поднял голову. Его красные глаза расширились от удивления. В комнату медленно вошел ... он собственной персоной. За ним еще один. И еще. Три Темных Лорда стояли перед четвертым и злобно на него пялились. Если бы у него были волосы, то они встали бы дыбом.

Дверь снова скрипнула. В комнату вошел ... Дамблдор. Потом еще и еще... За Дамблдорами последовали Гарри Поттеры. Вскоре вокруг кресла, на котором восседал несостоявшийся Властелин Мира, стояли — три Волдеморта, пять Дамблдоров и семь Гарри Поттеров.

Темный Лорд икнул и на мгновение зажмурился. Но кошмарное зрелище никуда не делось. Из-за кресла хозяина выползла Нагини и замерла, пробуя языком воздух.

— Бомбарда Максима! — взмахнул палочкой один из Дамблдоров, и от жуткой твари осталась только кучка пепла.

Волдеморты и один из Поттеров синхронно вскрикнули и схватились за голову. Тот из Лордов, что все еще сидел в кресле в ужасе приоткрыл рот.

— Ччччто?! Что вы наделали, мерзавцы?! — голос плохо повиновался ему.

— Обряд был проведен с нарушениями, — пояснил один из Поттеров. — Вот, решили исправить. Выберем более приличного Лорда.

— Ввввы...

— Да, больше крестражей не осталось. Кроме Поттера, конечно.

— Поттер, да, Поттер! Ничего, он сильный волшебник, мне подойдет его тело.

— А что? Недомогания? Галлюцинации? Плохая концентрация?

— Мерзкий Петтегрю, он все перепутал! Ну, ничего! Я еще всем покажу!

— Внимание, — шепнул один из Дамблдоров.

Волдеморт наставил волшебную палочку на того Гарри Поттера, что все еще держался за голову. В ту же секунду ближайший к нему Дамблдор что-то быстро приложил к телу мальчика. Раздался треск, дикий вопль. Затем снова заорали Волдеморты.

— Получилось! — взвыли Дамблдоры и Поттеры.

Гарри Поттер стонал, лежа на полу. Четыре Дамблдора подняли волшебные палочки. «Главный» Волдеморт, явно пересиливая дикую боль, успел отреагировать, тоже крикнув «Авада Кедавра».

— Неееет! — заорал тот Дамблдор, что прикладывал шокер к Поттеру, и одним прыжком сбил с ног ближайшего двойника. Зеленый луч пролетел у них над головой.

— Ах ты, скотина! — добил монстра другой Дамблдор.

Все было кончено.

— Сэр! — тормошил Дамблдор Дамблдора. — Сэр, вы в порядке?

— Это вы, мисс Грейнджер? Если вы, наконец, с меня слезете, то я точно буду в порядке.

— Извините.

— Северус, это твое зелье еще долго будет действовать? — спросил другой Директор.

— Еще пятнадцать минут.

— Хорошо, что не сутки, эта борода меня доконала.

— Потерпи, Нарцисса.

— А каково было бедняжке Гермионе...

— Кстати, Поппи, ваш пациент не сбежит под шумок?

— За ним Филч присматривает. Вот кто абсолютно счастлив. Кормит Альбуса с ложечки, меняет ему белье. Детские книжки вслух читает.

— Неужели, неужели мы ЭТО сделали?!

— Сделали, Минни. Сделали. Гарри, как ты себя чувствуешь?

— Замечательно.

— Шампанского всем!

Домовики притащили бутылки и бокалы. Тела Лордов вынесли на террасу мэнора. То один, то другой Дамблдор или Поттер по очереди исчезали, чтобы вернуться в нормальной одежде. Вскоре в зале собрались Снейп, МакГоннагал, Люциус, Нарцисса и Гермиона, изображавшие Дамблдоров. И собственно Гарри Поттер, а так же Флитвик, Спраут, Помфри, Вектор, Хуч и Драко.

— Надо известить Министерство, — сказал Малфой-старший.

— Да, не забудьте, что бедный Альбус пострадал в схватке с монстрами и отправлен в Хогвартс. Его разум не выдержал жуткого зрелища четырех Волдемортов. Про Поттера — молчок, — напоминала всем МакГоннагал.

— Помним, мы все помним.

— Вот и замечательно.

— Северус, взгляни-ка на Метку. У тебя тоже исчезла?

— Поттер, тебя без шрама за мошенника примут.

— Заткнись, Малфой!

Все счастливо галдели и обменивались впечатлениями. Гермиона откровенно наслаждалась возвращением прежнего облика. Тело бывшего директора Хогвартса надоело ей до трясучки.

У мраморного камина замер Снейп. Он пил маленькими глотками ледяное шампанское, прикрыв глаза от удовольствия.

— А вы рады, сэр? — тихо спросила его Гермиона.

— Я счастлив.

Она кивнула.

— Вы ведь теперь не уйдете из Хогвартса?

— Думаю, что нет. А вам этого бы хотелось?

Она замотала головой.

— Конечно, нет. Я бы хотела попросить вас о дополнительных занятиях.

Он усмехнулся.

— Вы в своем репертуаре, мисс Грейнджер.

Она насупилась.

— А что плохого в том, что мне нравиться учиться?

— Ничего. Это весьма похвально. Просто вы, похоже, забываете, что в жизни есть не только учеба.

— А сами?

— Вы забываетесь, мисс Грейнджер.

Она хитро улыбнулась.

— Я имела в виду, что вам теперь не надо шпионить. Появится столько свободного времени.

— Не могу спорить. Пожалуй, пополню библиотеку, займусь научными исследованиями.

Гермиона смотрела на него сияющими глазами.

— Мисс Грейнджер... Я не говорил, что мне нужны для этого помощники. Даже не пытайтесь.

— Я подам заявку на ученичество.

— Откажу.

— А я опять подам.

— Вам нельзя шампанское, мисс.

— А я все равно подам.

— Я вредный и злобный. Буду на вас кричать.

— Хорошо, сэр.

— Никогда не оценю ваших стараний.

— Ничего, сэр.

— Нагло присвою все результаты ваших трудов.

— Я согласна, сэр.

— А...

— Договорились, сэр. Завтра я занесу вам контракт.

— Что?

— Вы только что огласили ваши условия, и я на них согласилась. Так что формально вы уже мой Мастер, а я — ваша ученица.

Снейп с интересом смотрел на нее.

— Ну и хитрюга вы, мисс. Хотя после истории с Дикой Охотой, сметой Хогвартса и нашей победы над Темным Лордом меня уже ничего не удивляет.

— Прибыли представители аврората и лично Министр, — громко сказал Люциус Малфой. — Все помнят нашу версию произошедшего?

— Да.

«Ежедневный пророк» в красках живописал кошмарное сражение доблестного аврората и профессоров Хогвартса сразу с четырьмя Волдемортами. Воскрешение еще трех свалили на Петтегрю, которому и так уже было не отвертеться от ответственности. Этим воскрешением объяснили и все еще будоражащее общественность появление Дикой Охоты. Щедро раздавались награды. МакГоннагал официально утвердили в должности директора Хогвартса. Малфои и Снейп получили полное помилование и признание своих заслуг перед магическим сообществом. Кроме того, были выбиты дополнительные ассигнования на научные исследования на базе Хогвартса. И никого не заинтересовало исчезновение Беллатрикс Лестранж.

* * *

— Куда мы идем, сэр?

— Вы можете хотя бы пять минут не задавать вопросы, мисс Грейнджер?

— Хорошо.

Две фигуры в длинных темных плащах удалялись в сторону Запретного леса. Наконец они достигли антиаппарационного барьера и, взявшись за руки, исчезли с громким хлопком.

Материализовавшись на продуваемом всеми ветрами перекрестке, над которым возвышался древний кельтский крест, Снейп, а это был он, отпустил руку своей спутницы.

— Ну что, мисс Грейнджер, приступаем?

— Приступаем. А к чему, сэр?

— Сейчас увидите.

Он быстро очертил круг.

— Вставайте сюда.

— А теперь что?

— Смотрите.

На горизонте появилась какая-то темная, быстро движущаяся группа. Она стремительно приближалась к замершим у креста волшебникам.

— Что это? — шепотом спросила Гермиона.

— Сейчас увидите, — так же шепотом ответил Снейп.

Громко всхрапнула лошадь. Неведомые всадники неслись, не касаясь земли. Длинные плащи летели по воздуху. Кошмарные псы сопровождали жутких охотников. Ото всего этого веяло ужасом.

— Полюбуйтесь на Дикую Охоту, мисс Грейнджер, — тихо сказал Снейп, склонившись к уху своей ученицы.

Она прижалась к нему.

-Они... они кого-то ищут? Кто-то хотел открыть Врата?

Снейп обнял ее, успокаивая.

— Не обязательно. Просто за последние пятьсот лет забыли, что Охотников можно увидеть при определенных условиях. Они появляются, если кто-то нарушает границу между Мирами. Но это не значит, что в другое время они полностью невидимы.

Гермиона провожала взглядом жутких всадников. Ее волосы щекотали лицо Мастера Зелий, ее Мастера. Он осторожно поцеловал свою ученицу в макушку.

— А вы откуда знаете? Если все всё забыли? — спросила Гермиона.

— Просто изучал не только магические, но и маггловские легенды.

— Понятно.

Снейп медленно разжал объятия.

— Ну что, мисс, возвращаемся в Хогвартс?

— Да, сэр.

Снейп взмахом палочки уничтожил круг. Они с Гермионой снова взялись за руки.

— Как насчет чашечки чая, мисс?

— С удовольствием, сэр!

И они аппарировали.

КОНЕЦ

Не забудьте поставить метку "Прочитано".

Напишите комментарий - порадуйте автора!

А если произведение очень понравилось, напишите к нему рекомендацию.

Страница произведения: https://fanfics.me/fic55808

Content

Заязочка
Очень Дикая Охота

Очень Дикая Охота

КОНЕЦ Не забудьте поставить метку "Прочитано". Напишите комментарий - порадуйте автора! А если произведение очень понравилось, напишите к нему рекомендацию.