Маг на побегушках

Глава 1

Огромный черный дракон выполнил в полете петлю, и из его лап к земле полетела маленькая фигурка. Я расслышал отдаленный девичий крик: «Помогите!» и выскочил из своей башни. И очень вовремя. Девушка, кувыркаясь, влетела в океан маны, верхняя часть которого здесь проходила всего в двух десятков ярдов над землей, и от удара, подобного удару о воду, потеряла сознание. Но дальше стала падать уже гораздо медленнее.

«Как хорошо, что она магичка!» — мелькнула у меня мысль, но думать времени не было, так как мне следовало поймать бедняжку. Она хоть и падала теперь медленно, но от удара о землю в бессознательном состоянии могла что-нибудь себе сломать. Мой долг как настоящего мужчина, воина и мага был поймать ее, чтобы уберечь.

Я, неотрывно следя за стройной фигуркой в короткой, всего чуть ниже колен, юбке и ослепительно-белой рубашке, сделал два быстрых шага вперед и поймал красотку. А потом бросился к своей неприступной башне, только мельком глянув на спасенную, которая ужасно напоминала эльфийку с копии какого-то знаменитого древнего портрета, что уже сотни лет, судя по выцветшим дешевым краскам, висела в комнате, в которой мне довелось жить последние годы и в которую я теперь бережно нес свою драгоценную ношу.

Но и дракон времени не терял. Он с нарастающем воем спикировал к земле, а потом обернулся огромным косматым мужиком. Я только успел захлопнуть тяжелую дверь, как в нее посыпались размеренные удары.

Я проснулся и быстро встряхнул головой.

«Черт! Надо же! Уснул во время осады», — подумал я и оглядел одну из нижних комнат, в в которой сейчас находился, прислушиваясь к ударам стали о сталь снизу, — «Или я такой уверенный в себе воин, который может урвать пять минут сна даже под обстрелом катапульт, между отбитием налета вражеских кирасир и рывком фаланги в сокрушительную атаку, или дурак, который не понимает, что его жизнь в шаге от своего бесславного завершения».

К сожаления, опытным воином я не был, но и завершать земной путь как-то не желал, хотя последние годы тот и кружил по этой жуткой дыре мира. И мой краткий сон легко объяснялся. Я очень много колдовал в последний час, вот мозг и отрубился, давая себе возможность восстановиться, стоило мне ненадолго присесть у стены.

Я позволил себе еще несколько секунд помечтать, вспоминая сон, а потом и критике подверг, возвращаясь к реальности:

«Все в нем хорошо, только непонятно, с чего я выдумал, что дракон может летать выше океана маны? Впрочем, сон есть сон. Так-то, девушки на голову мне тоже не падают. Одурел тут уже от одиночества…»

Я встал, осторожно выставил в бойницу зеркальце на палке и осмотрел подножие башни. Видно было не очень-то, но хоть рассмотрел, что осаждающие не начали предпринимать ничего вредного для моей жизни, просто развлекались метанием топоров в стальную дверь. Для врагов мой маневр не остался незамеченным, и, чуть не выбив из моих рук инструмент наблюдения, в камень узкой бойницы стукнула стрела. Толстая и грубая, но с наконечником из тщательно заточенной стали, который высек несколько ярких искр из потемневшего за века буро-желтого камня.

С трудом дотянувшись до края бойницы в толстенной стене, я забрал стрелу и бросил к нескольким таким же в углу комнаты. Даже рассматривать не стал. Насмотрелся уже за последний час на обычные орочьи стрелы, которыми эти зеленые гиганты удивительно метко стреляют из устрашающего вида луков.

— Эй, белопузый! — неожиданно донеслось снизу. — Выходи сам! Мы тебя небольно убьем. И сделаем из тебя лучшую нашу колбасу. Ты хороший воин. Даже моего сына подстрелить сумел. Но сейчас шаман закончит его лечить и быстро тебя выкурит. Тогда на хорошую смерть не рассчитывай!

Вождь орков говорил на курни, языке, который знал каждый уважающий себя путешественник, торговец и маг, почти правильно, только с отчетливыми порыкивающими нотками. Не иначе как в детстве учился в каком-то человеческом городке, пока не подхватил выпавший из лап папаши штандарт вождя людоедского племени.

— Зачем вы пришли? — аккуратно вступил в диалог я. — У меня нет ничего ценного. А если вы меня все-таки достанете, то потом прилетит отряд с сильными магами мстить. Давайте разойдемся мирно!

Злить орков мне не хотелось. Их здесь было четырнадцать клыкастых голов. Мне очень повезло, что я узнал об их приходе заранее и успел закрыться в башне. Но какой бы неприступной ни была крепость, если в ней нет гарнизона, то ее очень даже быстро захватят. А я до гордого звания «гарнизон» никак не дотягивал.

Пока я их сильно не оскорбил, была надежда, что людоеды убоятся вполне реальной мести и уйдут восвояси, поняв, что прежде чем добраться до моего мяса, им придется здорово попотеть. А может и потерять парочку бойцов. Одного я уже ранил, что не способствовало благодушию вождя, но если трезво размышлять, то эти типы шли сюда не политесы разводить. Я их интересовал строго с гастрономической точки зрения.

— Я тебя предупредил, — вальяжно возразил мне главарь. — Жди через полчаса атаку духов нашего шамана.

Про духов я был достаточно наслышан, чтобы серьезно их опасаться. Нет, спрятаться от них на верхних этажах башни я сумею. Но тогда остальным осаждающим ничего не помешает взломать дверь и проникнуть внутрь. Хотя о чем это я? Я и сейчас им ничем помешать не могу.

Башня для обороны была приспособлена так себе. Круглая, высотой более пятидесяти ярдов, с толстенными стенами и единственной дверью на высоте пяти ярдов от земли. Окошек, а скорее бойниц, было много, но шириной в пять дюймов. При толщине стен более ярда, обстреливать из них находящихся под стенами было совершенно невозможно. Разве что вытолкнуть небольшой булыжник, от которого увернуться нет ничего проще.

Нет, на вершине есть и нормальные бойницы, из которых можно и вниз стрелять. Только и осаждающим обстреливать бойницы ничего не мешает. А если будут много стрелять, то рано или поздно попадут. Можно еще оттуда сбрасывать тяжелые булыжники. Но пока те долетят! Даже разбегаться зеленым уродам не придется. Достаточно будет лениво отходить.

Но верхняя половина башни уже выше океана маны, так что от духов шамана я укроюсь там однозначно. Хотя и моя магия работать перестанет, а она мне сейчас очень даже нужна. На нее вся надежда.

— Ну и что там разглядел наш пушистый друг? — задал я сам себе вопрос. И сам же на него ответил. — Сейчас узнаем!

Привычка разговаривать самому с собой за три года одиночества уже порядочно въелась мне в кровь. А что делать? Сидя здесь можно же и вообще человеческую речь забыть! Так что приходилось разговаривать с понимающим и умным собеседником.

Я начал входить в магическое зрение, лениво рассматривая окрестности. Как можно было ожидать, ничего не поменялось. С одной стороны высоченная отвесная скала, с другой почти бездонная пропасть и дальше крутой склон следующей горы. За моей спиной еще одна скала, но уже пониже, а впереди крутой, но проходимый спуск в лесистую долину на пару сотен ярдов ниже небольшой площадки на которой и стояла башня.

Я сосредоточился на кустах на краю площадки, а потом рывком перешел на зрение моего наблюдателя. Вид из под корней густого и колючего кустарника, от самой земли. А чего еще ожидать от мелкого грызуна?

Я отдал мысленный приказ и поле зрения заскользило по кругу. Вот лежащий на земле орк. Вот шаман, задумчиво постукивающий узловатыми грязными пальцами в бубен над раненым. Лечит, подлец. А вот и башня попалась взгляду. Если сильно всматриваться, то я и себя могу разглядеть за бойницей. Это многого стоит — увидеть себя со стороны, хотя бы и глазами животного!

Но сейчас у меня задача поважнее. Я очень хорошо знаю эти кусты, и мне надо очень точно определить, где сидит шаман. Так… вот приметный пенек, а вот ветка с начинающими распускаться цветами. Это мой сад, и сейчас от моей памяти зависит очень многое.

Я свернул связь с грызуном и потряс головой. Нелегко возвращаться в тело человека из слабого мозга крупной мыши! Ходят байки, что некоторые мои коллеги, слишком долго погостив в сознании животных, сами теряли рассудок и превращались или в козла, или в ту же мышь в собственном теле. Вранье, конечно, но проверять не хочется.

Восстанавливая в памяти приметы зарослей, я примостил арбалет и стал тщательно целиться в сплошную зеленую массу молодой листвы.

— Сюда стрельнуть? — спросил я своего любимого собеседника. И тут же получил ответ. — Нет… надо совсем капельку правее. Да… пожалуй, так.

Выстрел прозвучал сухим щелчком, а через секунду короткий вопль шамана известил меня, что я все-таки попал! Но не только меня. Четверо орков, которые как раз втаскивали на площадку здоровенную, грубо связанную лестницу из свежесрубленных стволов деревьев, бросили свою ношу и схватились за луки. Рев снизу донес до меня гнев и негодование остальных осаждающих. По бойницам защелкали стрелы.

Я присел спиной к стене в стороне от щели, чтобы случайно не подстрелили, и опять нырнул в мозги грызуна. Так… Вот шаман лежит… Болт не видно.

А если так? Я напрягся и начал считывать память зверушки. Ага! Вот шаман все так же камлает целебное заклинание. А вот ему в спину втыкается болт. Да… похоже, я переборщил. Болт вошел прямо в позвоночник. Все-таки завалил насмерть одного орка. Да еще целого шамана!

Теперь у осаждающих есть очень веская причина для мести одному человеку. Хотя, какого черта? Сожрут они меня просто так или горя праведной, с их точки зрения, местью? Много, можно подумать, разницы!

А еще я убил первого разумного в своей жизни. И сразу орочьего шамана. Неплохое начало! Теперь если меня и убьют, то я не буду простой жалкой жертвой. Так что — жизнь начала налаживаться!

Из раздумий меня вывели мощнейшие удары железа по железу. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности, но потом успокоился. Орки дотащили-таки лестницу и теперь один из них, несомненно, пытается выбить топором дверь. Ну что ж, удачи ему! Высадить полдюйма отличной гномьей стали и тараном-то не просто будет.

Хотя… не стоит сильно расслабляться. Если у осаждающих будет время, то они или выбьют все-таки дверь, или исхитрятся по стене подняться. Плиты, из которых сложена башня, тщательно подогнаны, но сотни лет не могли не сказаться. Так что забивать колышки в стыки вполне посильная задача.

Я отдал мысленный приказ моему наблюдателю возвращаться и, кажется, почуял как маленький серый комочек юркнул в норку в неглубокой щели в скальной породе. Эти мелкие и очень предприимчивые зверушки то ли прорыли ход в трещинах скал, то ли воспользовались каким-то древним дренажным каналом, но нашли способ пробираться в подвал башни, где и трудились в меру сил над запасами обитавших здесь людей.

Поймать мышанов, как я их назвал, так как не знал как они правильно называются, очень сложно. Отличный слух и обоняние позволяют им прекрасно чувствовать любого охотника на огромном расстоянии. Но вот против кувшина с качающейся крышкой им противопоставить оказалось нечего. Тут не органы чувств нужны, а мозги. А мышаны все-таки обычные животные.

Я быстро вышел из комнаты на лестницу, спиралью вившуюся у дальней стены башни вокруг колодца, проходившего по всей высоте постройки. Чтобы не терять времени на спуск, я просто шагнул в пустоту, по которой когда-то, вероятно, двигался магический лифт, и плавно полетел вниз. Ничего магического или содержащего в себе ману не может двигаться в океане маны быстрее резво бегущего человека. А во мне маны было предостаточно. Так что я ловко спружинил ногами о каменные плиты пола уже в подвале.

А вот и мой разведчик. Нахохлившийся грызун размером с крысу, но заметно симпатичнее, негодующе сверкал не меня глазками с почерневшей от времени столешницы. Ну да. Моим служащим не сильно нравится их работа. Но что поделать? Нечего было воровать мои припасы.

Я подхватил зверька и бегом отправился наверх. Там я пристроил безымянного мышана в клетку к его товарищу и наконец разорвал связь. Зверек возмущенно заверещал и сделал несколько быстрых кругов по клетке. Второй поддержал его в гневной тираде. А сверху им ответила какая-то пичуга из своего узилища. Вот и весь мой отряд. И тренировка, и помощь. Сегодня меня особенно выручил дежурный грызун, вовремя услышав приближающихся орков, тем самым дав мне время надежно запереться.

Все-таки не зря я не терял бдительности, иной раз сам удивляясь своей паранойе. Три года все это было лишней тратой сил в абсолютно пустынном уголке высокогорья, но вот, теперь и пригодилось.

Не теряя времени, я порысил вверх по лестнице без перил. Узкая и темная, она могла бы напугать любого, как и пугала меня первые месяцы жизни здесь. Но постепенно я как-то привык и обнаглел. Несколько раз оступался, но худшее, что мне грозило, это пробегать вверх пять-десять ярдов заново, в зависимости от того как быстро удастся сориентироваться и уцепиться за ступени.

За одним исключением. Один раз я сорвался с самого верха лестницы. Впрочем, к черту воспоминания! Я как раз добежал до верхней границы океана маны и невольно задержал дыхание. Хоть и привык уже, но все равно, это как в ледяную воду нырять, каждый раз пробирает до костей.

Маны здесь не было. Мне сразу стало и бежать труднее, и как будто чувства все притупились. Я маг, а значит мана это мое все! И колдовать здесь я не могу, и все мои связи с животными сразу бы оборвались. Да еще как! Резко и ошеломляюще, так что и сознание можно потерять.

Я добрался до вершины башни и с трудом открыл верхнюю дверь в каменное убежище. Тоже стальную и тяжелую. Не забыл, конечно, сначала в специальные щели осмотреть площадку. А то мало ли… Вдруг какой орк уже здесь, а я и не в курсе. Непростительная была бы ошибка. И последняя.

Здесь было как всегда ветрено и просторно. Набивший мне оскомину вид на окружающие с двух сторон красоты (с двух-то других, были совсем близкие отвесные скалы) в другое время и другого человека просто привел бы в восторг. Но у меня были заботы поважнее.

Я аккуратно выглянул в нависающую над пустотой бойницу. Трудящийся над дверью орк как раз сделал перерыв и что-то возмущенно орал. А! Понятно. Топор сломал. Ну бывает… Я подтащил несколько крупных булыжников, разместил их на парапете и разом столкнул вниз. Но увы, никакого эффекта не добился. Зеленые твари резво разбежались и одарили меня градом стрел. А потом и вообще загнали меня в надстройку над лестницей, когда стали стрелять навесом. Тяжелые стрелы, поднявшись надо мной еще на сотню ярдов, набирали неплохую скорость в падении и могли здорово ранить.

Я оглядел узкий подъемный мостик, предназначенный соединять вершину башни с задней скалой. Сейчас он торчал вертикально вверх, но мог быть быстро опущен. Туда я могу убежать, если орки все-таки проникнут внутрь моей крепости. Но увы. Там дальше пещера. Хоть и большая, но надолго не спрячешься. А с другого конца пещеры обрыв на другую сторону горной гряды. И земли там намного опаснее здешних. Хотя, конечно, если придут приглашать главным блюдом на пир, то убегу туда. Но выжить там будет ой как непросто.

Потянулись долгие часы противостояния. Я опять спустился вниз, но отдохнуть получилось так себе. И нервная обстановка, и постоянно возобновляющийся грохот от упрямых попыток выбить дверь.

Через час, правда, случилось небольшое разнообразие. На площадку влетела горгулья. Зрелище уже ставшее обыденным для меня и довольно новое для орков. Нет, видеть они их в ущелье видели часто, но не так близко. А дерганный полет небольшого создания, чрезвычайно похожего на крупную летучую мышь, спутать с чем-то другим было совершенно невозможно.

Хоть вперед эта магическая тварь летела с обычной скоростью, около тринадцати лиг в час, но вот в объеме кубической сажени, в котором скорость магических существ не ограничена, существо металось немыслимо быстро и совершенно непредсказуемо. Так что стрелять в нее из лука занятие совершенно бесперспективное. В чем орки и убедились, разом выпустив по несколько стрел.

А самое забавное, что даже попади они случайно, горгулья пролетевшую сквозь нее стрелу особо и не заметила бы. Ну разве что какой ремешок сбруи перебить можно. Ее легко можно убить магией, или прихлопнув чем-нибудь. Но, само собой, в полете такие фокусы провернуть непросто.

Горгулья привычно пролезла через бойницу и уселась ждать, равнодушно обводя комнату взглядом маленьких глазок. Я поднял почти невесомого почтальона и рассмотрел маленькую сумочку, на тонких ремешках висящую на груди твари. Ага, обычное информационное послание из столицы империи в далекую северную провинцию. Значит, мне не возбраняется почитать.

Глава 2

Я развернул листки тончайшей бумаги и сразу оторвал от одного оставшийся чистым краешек. Писари в точке получения, конечно, будут страшно недовольны, но мне еще сообщение о нападении писать, если я его переживу.

Впрочем, ничего особо интересного в письме не оказалось. Кого-то назначили на должность, кто-то помер, и так далее, и тому подобное. Еще в сумочке нашлось несколько платных писем от разных торговых домов в отдаленные филиалы. Их я тоже нагло прочитал. Хотя опять же, одна скукота.

Хотя… что-то в одном письме меня очень насторожило. А именно длинные колонки цен на разные товары. Благодаря постоянному чтению подобной почты, я уже неплохо разбирался в ценах на все, чем торговали отлично мне знакомые торговые дома. И эти цифры были просто абсурдными.

Я усмехнулся и потянулся к дощечке, смазанной грязным от частого употребления воском. Шифры я обожаю! Не такие примитивные, конечно, где каждую букву заменяют числом ее порядкового номера в алфавите.

Я так увлекся, что даже об угрожающей мне опасности забыл на полчаса. Но в конце был страшно разочарован. Ушлый купец писал своему приказчику, срочно выводить капиталы из нескольких банков, которые были связаны с младшим принцем. Тот недавно попытался отравить двоих старших братиков, и его теперь здорово матросили. А заодно могло достаться и некоторым купцам и банкирам, которые имели неосторожность дать кредиты или вести какие-то дела с великовозрастным лоботрясом.

Любопытно, конечно, но я ждал чего-то поинтереснее. Тем более, что про покушение я уже и так знал… Не знал только, что принца не собираются казнить, как требует закон. Покушение на наследника, как-никак. А ссылка… это так… несолидно даже как-то за попытку убийства братьев.

Горгулья все время моих конспирологических изысканий сидела в глухом ящике. Ей-то все равно, что я делаю, но ее память может прочитать умелый маг, вроде меня, только поопытнее. А если меня здесь убьют, то могут и прочитать. Горгулья оркам не дастся и через двое суток вернется в пункт отправки.

Я сел писать сообщение о нападении. Отправлять почтальона дальше я сейчас не буду. Для этого я должен покинуть башню по верхнему мостику. Я это конечно могу, оркам вверх подняться будет очень непросто. Но не буду. У меня и инструкция есть на этот счет.

Впрочем, если осада затянется, то и письмо может успеть дойти, и даже отряд воинов с магами могут прислать. Но по времени получается какая-то ерунда. Отсюда до столицы почти тысяча лиг. Лига это дюжина стадиев. Стадий это дюжина дюжин ярдов. Бр-р-р-р… Запутаться проще простого. Я как-то читал про эльфийские меры длины, так там все проще — есть километр, который состоит из тысячи метров, а метр немного более ярда. В общем, лига это примерно полтора километра.

Горгулья за сутки пролетает триста лиг. Трое суток лететь до столицы. Еще здесь она просидит двое суток. Отправить ее прямо сейчас у меня возможности нет. Пять суток получается. Еще с неделю потребуется передать приказ и выслать отряд из ближайшего города. За двенадцать суток орки меня отсюда раз пять выкурят.

Я грустно задумался о перспективах и даже не обратил внимание на наступившую тишину. А потом бросился к бойнице и разглядел спины последних осаждающих, скрывающихся в роще в нижней долине.

А через час до меня донесся изумительный запах жареного мяса, заставив чуть не захлебнуться слюной. С мясом у меня было совсем туго. Крупных птиц сюда не залетало, а из интересных животных часто можно было наблюдать только горных коз. Но наблюдать, это не значит добыть.

За три года мне только один раз удалось подстрелить наглого и круторогого козла, который почему-то решил, что он хозяин этой долины, и напоказ стал скакать по отвесным скалам прямо у меня над головой. Та знатная охота до сих пор иногда приходила мне во снах, вызывая спазмы в животе. Сильнее чем о нажористом козле я мечтал только о какой-нибудь красотке, которую нелегкая судьба забросила бы в эту несусветную глушь, чтобы дать мне себя спасти со всеми вытекающими.

Впрочем, мне еще один раз попадалась коза. Но это был совсем другой случай. Старая дура сорвалась с отвесной стены и сломала ногу. Но я ее не пустил на мясо, а, наоборот, вылечил. Мне очень требовалось крупное животное для тренировки управления его разумом. А когда я вволю натренировался, сожрать животину у меня уже не поднялась рука.

Еще на дальнем конце нижней долины обитал целый прайд сурков. Но лопать сусликов-переростков мне не позволяла брезгливость. Так что единственным довольно регулярным источником животной пищи для меня были некрупные рыбины, которых я летом иногда ухитрялся ловить в бурных ледяных речушках, порождаемых тающими снежными шапками на окружающих меня горах.

Я в очередной раз сглотнул слюну, а потом вдруг понял, кого именно орки жарят! И аппетит сразу как рукой сняло. Запеченный шаман никак не относился к блюдам, которые я хотел бы попробовать в своей жизни.

Чтобы окончательно убедиться в глубине морального падения моих осаждающих, я достал из клетки птичку и принялся колдовать над ее микроскопическими мозгами. В этот раз разведка предстояла довольно дальняя, а я мог держать поводок только на расстоянии до двухсот ярдов. Так что я отдал птичке приказ полететь туда-то, обнаружить костер, все там внимательно осмотреть и возвращаться.

Уже через полчаса я внимательно прочитал память пичуги и удивленно присвистнул. Все тринадцать оставшихся орков сидели около костра и жрали своего бывшего товарища. Даже никого наблюдать за башней не оставили. Неужели решили снять осаду и просто предпочли нести убиенного мной шамана внутри себя, чтобы лишний раз не утруждаться?

И действительно. Посланная через час на повторную разведку птичка застала уходящий восвояси отряд. Я возликовал. Я отбился! Я убил шамана и выстоял! Я герой! Жизнь начала потихоньку налаживаться.

Я хотел было отпраздновать победу парой глотков чего-нибудь спиртного, но вовремя вспомнил, что у меня осталось только около половины бутылки перегонки. А это неприкосновенный запас на случай неожиданного ранения, которые меня в моей одинокой жизни стороной не обходили.

Возиться с производством спиртного я не любил. Сначала ставить брагу, потом с огромным трудом ее перегонять не имея подходящей посуды. Это было настолько утомительно, что всякое желание порадовать себя легкой пьянкой, переходящей в удалой загул, отбивало на корню.

Так что я просто порадовался и поорал с верхней площадки башни перед сном, слушая отдаленное эхо видавших и не такой идиотизм седых гор.

* * *

А утром я первым делом отправил на разведку и птичку, и мышана. Но нет, орки не вернулись, провернув хитрый прием ложного отступления. Так что я, засунув в тесную клетку двоих горгулий, из которых вторая прилетела глубокой ночью, пока я спал, побежал на вершину башни. Но там я не продолжил путь, а остановился и достал новоприлетевшую горгулью из клетки. Оба почтальона, естественно, были в анабиозе, в который впадали сразу, оказавшись вне океана маны.

Я аккуратно отцепил сумочку от полупрозрачного тельца и зажег огнивом свечу. Нехитрая манипуляция, и малюсенькая восковая печать отстала, пропустив меня внутрь футляра, полного государственных секретов.

На десятке тончайших листов бумаги оказались колонки цифр и букв. Ожидаемо шифр, причем не такой примитивный как у купцов. Я любил разгадывать такие перед сном. Впрочем, такое удовольствие доставалось мне нечасто. Писари меняли шифр всего раз в полгода, и разгадав его один раз, дальше я просто читал депеши. Ну никакой заботы обо мне не дождешься от этих ленивых мелких чиновников!

Но даже знакомый шифр я читать не стал. На это все равно надо какое-то время, а его у меня сейчас в обрез.

Я просто вытащил из проволочной клеточки мышана и поводил им над листками. Главное, чтобы он все тщательно рассмотрел. Потом я убрал зверька обратно и повесил клеточку себе на грудь. А сумочку горгульи запечатал как и было, слегка подогрев воск от свечи.

— Ну что, маг на побегушках у империи? Пора тебе побегать! — скомандовал я себе и что есть духу припустил прямо по шаткому подвесному мостику и далее по короткому отрезку плоской скалы к пещере.

В пещеру я ворвался зажмурив глаза, чтобы дать им привыкнуть к полной темноте. Всю эту дорогу я знал лучше своих пяти пальцев и просто наслаждался скоростью, много большей, чем может развивать маг в поле маны, компенсируя себе неудобство от этой самой маны отсутствия.

Да, это довольно рискованно, так мчаться сломя голову. Но, во-первых, я уже давно почти потерял чувство самосохранения, ибо что тут сохранять в этой убогой жизни, которая мне досталась в последние три года? А во-вторых, тут никого нет и быть не может. Я на скале, куда забраться безумно сложно. И у меня на груди мышан, который если услышит или унюхает чужого, сразу зашипит. Инстинкт у него такой.

Я промчался со свистом ветра в ушах по пещере с половину лиги. Пещера была природная, но над ней в незапамятные времена здорово поработали неизвестные мне люди или другие существа, расчистив и спрямив коридор. Так что, самое то для лихих забегов в полной темноте.

Но вот впереди забрезжил слабый призрачный свет. Здесь океан маны выныривал в пещеру плавным пузырем внутри горы. Да и коридор на несколько ярдов понижался. Безопасная дорога уходила вверх по краю огромной пещеры и ныряла в темный зев. Но был и путь прямо. В ману, там где на камнях гнездились большие кипы светящегося гномьего мха.

Кроме короткого пути и хоть какого-то освещения, впереди поджидали и нешуточные опасности. Я вбежал в ману и сразу замедлился до положенных мне тринадцати лиг в час. И моя жажда приключений была полностью удовлетворена, когда из темной щели высунулась клыкастая пасть и попыталась тяпнуть меня за ногу. Но просто не успела. Здешние твари не слишком быстры, да и на вид не так уж отвратительны, если не слишком присматриваться.

Я добежал до края островка маны и опять выскочил в быстро темнеющий коридор. Только по привычке оглянулся. За мной семенила собакоподобная скотина, размером с волка и ярко фиолетового окраса. Хорошая тварюга! Надо будет сходить потом, добыть ее шкуру. Главное, чтобы не ушла по своим неотложным нежитьевым делам.

Я опять помчался по темному коридору и вскоре был вознагражден быстрорастущим пятнышком света в конце тоннеля. А уже через минуту я выскочил с другой стороны горы. И горной гряды. И материка. Ну и в северной части Агатской империи, в конце-то концов.

Здесь вид был совсем другой. За крошечной площадкой начинался глубочайший обрыв. Наверное в целую лигу! Все горы перед глазами были гораздо ниже и не закрывали горизонта. Но, несмотря на умеренную высоту, они были страшно скалисты и изрезаны. Тут до ближайшего города всего лиг пятьдесят, но это для летуна. Пешком выйдет может и полтысячи. Месяц путешествия! И живут тут твари еще те. Сначала гоблины. Но они последние лет сто еще ничего. А вот дальше люди… Злые и воинственные, и хитрые вдобавок. Оркам до них расти и расти. Очень плохое место!

Я не стал задерживаться на площадке, а лихо разогнавшись с восторженным воплем прыгнул вниз. Ветер засвистел в ушах, а потом меня как будто долбануло! Я попал в океан маны. И всего сажень, что равно двум ярдам, мне было дано на торможение.

Бешено взвизгнул у меня на груди мышан. Прости зверек! Человек развлекается.

Я попытался ухватиться за уступ, но в этот раз не преуспел, так что, просто спружинив ногами, приземлился на небольшой площадке чуть ниже. Ну что сказать? Просто площадка над пропастью в лигу глубиной. Заботливо выровненная кем-то и когда-то. На плоском камне чуть в стороне сидело аж четыре горгульи, посматривая на мои выкрутасы равнодушными глазками.

Первым делом я выложил на камень двоих путешествовавших со мной почтальонов. Они уже начали шевелиться. Очень хорошо! Я подул на них маной. Ничего сложного, это как амулеты заряжать. И уже через пару минут пародии на птиц не сказав даже «спасибо» дерганным полетом устремились в голубую даль чистого неба.

Вот в этом и заключался смысл моего лихого забега. Как написано в инструкции для дежурного мага на отдаленном посту «Перевал»? Два часа нести горгулий по лишенному маны пространству. Это всего четыре лиги. Маг должен быть хромым, не иначе! А затем два часа напитывать почтальонов маной, чтобы те оклемались и смогли продолжить полет. Потом взять горгулий отсюда и еще два часа тащить их на юг. И опять два часа реанимировать. Вот и весь день прошел.

Я же бегу треть часа от силы. Горгульи не успевают совсем изнемочь. Дунул разок маной, и полетели как миленькие. И обратно так же. Час на все про все! А дальше делай что хочешь.

Я оттащил обратных горгулий, не забыв на вершине своей башни вскрыть сумку единственной секретной и также дать запомнить текст мышану. Одна из горгулий летела из Юла, крупного города на север отсюда, в Бринстон, тот город на юге, из которого и положено было снабжать и охранять мой почтовый пост. В ее сумочку я и положил отчет о нападении, надеясь, что с учетом бюрократических проволочек мне уже дня через три пришлют на помощь отряд на драконидах, который отловит и уничтожит орков. Эти зеленые твари довольно мстительны, и для меня будет лучше, если им в очередной раз покажут, что эти горы все-таки территория империи и хулиганить, устраивая налеты на императорскую собственность, чревато серьезными проблемами.

Но вся эта возня с горгульями — это рутина, как ни крути, обычная и уже набившая оскомину. Зато вечером, прибрав после орков площадку и оттащив в сторону для дальнейшей разделки на дрова монструозную лестницу, я прочитал шифр и размечтался.

Ничего интересного, впрочем как и всегда, там не оказалось, но в сообщении из столицы писали, что по требованию тайной службы Его Величества подлежат аресту родственники одного барона, казненного по обвинению в попытке отравления наследника и второго сына императора. Брата барона, который служит капитаном во флоте, приказывается арестовать и доставить в столицу. А там допрос с магом-правдовицем, конечно, и ссылка или казнь по результатам. Законы империи суровы.

А вот весьма молодую баронскую сестру, заткнув рот кляпом, предписывалось отправить в распоряжение начальника тайной службы империи для допроса и дальнейшей отправки в женский монастырь богини покаяния. Этот монастырь и оказался предметом моих смелых мечтаний. Я бы туда не отказался наведаться! Там же не все, как ходят слухи, о покаяниях думают. Может там найдется местечко для не самого страшного мага, профессионально покоряющего мышей?

Уснул я уже поздно, а проснулся рано. Бесновались мышаны, что звоном отдавалось в моей голове через поводок к одному из них. Я стрелой метнулся к бойнице, в сторону которой были направлен праведный гнев грызунов, и даже расслышал отдаленный рык. А потом и разглядел. В свете встающего солнца, над дальним краем нижней долины металось темное пятнышко. Один маневр, другой. Потом вниз полетела темная точка. Пятнышко, развернувшись в невероятном кувырке, попыталось атаковать точку, но не сильно преуспело. До меня донесся разочарованный рык драконида.

Эти ящерице— или змееподобные летающие твари здорово доставали всех живущих в предгорьях. Но и на разбойников неба нашлась управа. Их отлавливали и, подавив магически, заставляли служить в славных военных силах империи. И даже та команда магов и воинов, которую я мог ожидать себе в помощь, прилетела бы именно на драконидах.

А вот один, кажется, летел и не долетел. Я взял под контроль своих служащих: пташку и мышана, и отправил в разведку. Пока они шарили по кустам, я быстро оделся и выскочил из башни.

Надо сходить и осмотреть труп. Как это не прискорбно осознавать, но пока не прилетели остальные вояки, я бы взял с тела кое-что полезное. У меня же ничего нет! А вечный кодекс наемников не запрещает брать полезное. Только меч оставь и тело похорони. А кто я такой, чтобы спорить с Великими Кодексами?

Глава 3

Я осторожно двинулся в стороны непонятной битвы. Что там произошло? Кто сбил наездника на драконидах? Я не сильно и боялся, так как мой страх за жизнь уже давно превратился в облачко дымки, которая окутывает вершины гор, но при первых лучах солнца развеивается без следа.

Шел, надеясь, что не ломлюсь сквозь кустарник как тролль, а скольжу между стволами подобно эльфийскому диверсанту, около получаса, пока звонкие трели моей пичуги не привлекли мое внимание к кипе кустов у самого края бездонной пропасти.

Я раздвинул ветки и тяжело вздохнул. Совсем молодая девушка лежала на спине, пробитая насквозь обломанным стволом какого-то подлого деревца.

Но уже через секунду я резко оживился и бросился прикладывать ухо к груди незнакомки. Ветка, которую я принял за палача девушки, покаянно колыхалась из под ее подмышки, но крови и на сорванной с плеч кожаной кирасе, и на частично расстегнутой укрепленной куртке все равно хватало.

Я резво сунул руку под куртку. Мне и понравилось, и не понравилось одновременно. Грудь понравилась, а вот слабое прерывистое дыхание нет.

Я выхватил кинжал и стал срезать оставшиеся целыми ремни кожаной кирасы, надетой поверх куртки. Мне очень не понравилось зеленоватое густое пятно, которое с шипением пыталось прогрызть доспех. Драконид все-таки плюнул кислотой!

Через секунду я заметил и два пятнышка кислоты на скуле девушки. И тут же бросился их оттирать, плюя себе на руки, пока не догадался отцепить от пояса фляжку с водой и щедро не окатил красивое лицо незнакомки.

А уже через пять минут я резвой рысью направлялся к башне, крепко прижимая к груди маленькое, красивое, очень слабое, но живое тело. Ты хотел красотку для спасения? Ну так получай! Правда, мысли о налаживании жизни отошли на второй план, мне просто хотелось успеть и суметь спасти девушку.

Я еще прибавил скорости и уже через пять минут ворвался в комнату и начал срывать одежду с нежданной красавицы. Надо срочно промыть и зашить раны! Кроме прочего, у воздушной наездницы обнаружилась и здоровенная шишка на затылке, которая похоже и была причиной глубокой потери сознания. Явно, девушка приложилась к стволу дерева, когда ее неожиданно сбросил летающий ящер.

В итоге ран оказалось всего две. Простреленная навылет стрелой голень, это первое и самое сложное. Девушка, похоже, сама достала стрелу и как-то остановила кровь. Мне осталось только зашить. А вот в спине оказалась гораздо менее опасная, но гораздо более кровоточащая рана. И нанесла ее эльфийская стрела!

Я крутил в руке обломок с изящным листовидным наконечником и удивлялся все больше и больше. Или доспехи у спасенной оказались непревзойденными, или эльф криворуким… Но стрела пробила кирасу, застряла в толстой коже куртки и только на полдюйма воткнулась в спину несчастной. И было это довольно давно. А потом та упала с драконида, и видимо разбередила рану. Залила кровью себя так, что казалось, что уже и в теле-то нечему оставаться.

Я грустно кинул обломок с наконечником к подготовленным для переделки в арбалетные болты орочьим стрелам и вздохнул. Я узнал эту девушку. Жизнь, поманив меня сказочными изменениями, напомнила, что сказки и страшными бывают.

Ты сломя голову бежишь спасть красотку, а потом оказывается, что она почти труп. А когда труп все-таки выживает, то оказывается, что нежданная находка та еще змея.

Змея пошевелилась под сиреневым пушистым покрывалом и открыла глаза. Я слегка стиснул зубы, и решив, что можно попробовать начать и с чистого листа, напряженно улыбнулся:

— Привет, незнакомка! Ты в безопасности.

Ничего не столь банального мне в голову не пришло. Но девушка тут же развеяла мои потуги. Она попыталась скинуть одеяло, но тут же коротко взвизгнула:

— Где я? Меня раздели? Почему я только в белье?

Я задумчиво пожал плечами:

— В тебе было несколько дырок. Как ты хотела, чтобы тебя перевязывали? Поверх доспехов?

— А ты кто? И я тебя знаю? — не унималась безудержно краснеющая красотка. — И почему тебя поставили здесь дежурить?

— Никто не ставил меня дежурить, — я слегка склонил голову, пытаясь поймать взгляд девушки. — Я сам добровольно лечу тебя.

— А ты доктор?

— О! Самый лучший доктор на сто лиг в округе! — усмехнулся я.

— Дай угадаю, — вдруг успокоилась девушка. — Потому что другие доктора здесь без раздумий отправляют пациентов в суп? Да? Я в жуткой дыре? Почтовый перевал?

— Хм… тебе не откажешь в умении ориентироваться на местности, — удивился я.

— Эх! Жаль что мой драконид взбесился! Я бы уже наверное была на севере к этому часу, а не лежала здесь, — печально вздохнула спасенная.

— Э… Ты правда хотела перелететь через почтовый перевал? — я начал подозревать, что перехвалил умение ориентироваться девушки.

— А почему нет?

— Ну хотя бы потому, что через него никто не летает…

— А почему тогда он обозначен на карте? — не сдавалась красотка.

— Не видел карт, надо признаться, — я начал откровенно веселиться, — но здесь проходят только почтовые горгульи. И то только с моей помощью. И если тебя я еще смогу провести или даже перенести через перевал как горгулью, но уж никак не драконида.

Настало пара минут напряженной тишины, которую прервал я:

— Как ты себя чувствуешь?

— Да вроде ничего, — прислушалась к себе спасенная, — только голова сильно болит. Давно я здесь?

— Всего с час, — я прикинул время и поправился. — Точнее, драконид тебя сбросил в лес часа полтора назад. И тебе повезло, что в лес. Иначе он разорвал бы тебя. Судя по всему, тварь взбесилась. По крайней мере кислотой в тебя плюнуть успела. Но пока я добежал, пока принес тебя. Сейчас грею воду. Ты вся в крови. Я только обработал твои раны, но не мыл.

— И на том спасибо! — фыркнула девушка с раздражением. — Сама помоюсь!

Я только пожал плечами. Так даже лучше. А через минуту спросил:

— Кто ты?

И девушка надолго задумалась, попытавшись изобразить слабость, а потом уверенно соврала. Похоже, она не продумывала раньше как назваться, и я застал ее врасплох.

— Меня зовут Мира. Я тут летела по своим делам…

— Хм… — усмехнулся я, но играть в игры мне почему-то не хотелось. — А у тебя с собой были документы на имя лейтенанта воздушного флота Агатской империи Леди Анисы рю Лардс, урожденной баронессы рю Лардс.

— Ладно! Это я, — легко согласилась бравая воздушная наездница. — Я летела из Бринстона на север по… личным делам.

— И при отправлении в тебя стреляли эльфы, которые, как всем известно, в нашей империи служат только в императорской гвардии.

Не сказать, что я какой-то особо догадливый, и про эльфов исключительно в гвардии я не особо в курсе, но того злополучного барона, которого назначили козлом отпущения и казнили за покушение на наследника, звали именно рю Лардс. И сестру его, предназначенную в вечное услужение богини покаяния, упомянули в шифровке как Анису. А когда я увидел документы спасенной, то не сопоставить факты мог только идиот, которым я, как смею надеяться, не являлся.

— Ну стреляли в меня, допустим, уже в горах, — неубедительно, но вдохновенно начала врать девушка. — Мало ли, может там есть какие-то дикие эльфы… А может и не эльфы вовсе… Только стрелы похожие… Но меня ранили. Да. И в драконида попали пару раз. Но я лечилась амулетом исцеления. И драконида лечила. Так что не думай о себе слишком много! Я и без тебя справилась бы.

Да уж! Лучшая защита — это нападение. И эта красотка не разочаровала меня в худших предположениях и перешла в атаку:

— А ты кто?

Хороший вопрос! Но мне даже врать не надо. Я приосанился и важно, хотя и весьма иронично, изрек:

— Маг пятой категории, Кириан Симор, к вашим услугам. Прошу отметить, что я офицер имперских войск в ранге равном армейскому капитану. И выслуженное дворянство прилагается.

Но окровавленная, хотя и совершенно не сломленная пигалица быстро вернула меня на грешную землю:

— Что-то ты не похож на имперского офицера! — девушка аж попыталась сесть на кровати, стыдливо натягивая покрывало из шкуры повыше. — Ты больше похож на какого-то скаута, которые иногда заходят в Бринстон, пытаясь подороже продать свои убогие находки.

— Э-э-э, — слегка замялся я, пытаясь подобрать приличные слова взамен тем, которые я употреблял в разговорах с самим собой, описывая свое житие. — Ответственные за мое снабжение чиновники в Бринстоне очень плохо исполняют свою работу. Так что за три года моя одежда несколько поизносилась. А я даже купить ничего не могу. Лавок здесь нет, а попросить что-то мне привезти я тоже не могу. Мое офицерское денежное содержание уходит в оплату одного ущерба, который я, надо сказать, не причинял.

— Ну-ну, — скептически фыркнула Аниса. — Все так говорят. И что ты такого отмочил, что с тебя вычитают жалованье? Наверное обесчестил какую-то девицу, но выдать ее за тебя не смогли из-за разницы в положении в обществе?

Я усмехнулся про себя фантазии девушки, но скрывать событие, перевернувшее мою жизнь не стал:

— Знаешь, версия с девушкой мне нравится больше, но я всего-навсего сжег университетскую библиотеку.

А потом резко перевел разговор:

— Кстати, мы с тобой один раз виделись, хотя и не знакомились. Ведь это ты доставила меня из Бринстона на этот почтовый пост три года назад. Ты тогда была в звании кадета, правда.

Я специально упомянул о нашем знакомстве. Мне было интересно, как баронесса отреагирует на свое тогдашнее поведение, которое, надо сказать, меня тогда очень задело. Я и так был в подавленном состоянии, а тут еще совсем молодая девчонка, которой поручили отвезти меня в эту самую дыристую из всех дыр мира, не скрываясь фыркала и изображала презрение к преступнику. Хотя могла бы понять, что настоящего преступника никто ей везти не поручил бы.

Аниса на несколько секунд задумалась, припоминая, а потом слегка покраснела и потупила глазки. Ну что ж, признак хороший, решил я для себя. Странно, что она вообще не вспомнила о той нашей встрече сразу. Вероятно, просто еще в шоке от бегства, ранений и падения с ящера.

— Ладно, — решил я опять сменить тему нашего разговора. — Сейчас я принесу воду. Потом ты сможешь надеть этот плащ. Другой одежды у меня нет, кроме совсем уж заношенной. А потом ты сможешь постирать свою одежду, ну и зашить. Если ты не против, то я уже сейчас брошу ее в воду, чтобы отмокала.

Я показал на бежевый меховой плащ, который в основном исполнял функцию моей зимней одежды. Но ничего более приличного предложить гостье я не мог. Хотя, что значит «более приличного»? Этот плащ выглядел очень даже ничего, хоть сейчас накидывай на столичную модницу с самыми высокими притязаниями! Ну разве только швы немного… много… ну перешить все, конечно, стоило бы.

Но моя гостья только мельком одарила взглядом искристый бежевый мех, и серьезно задумалась и даже мельком взглянула на свои руки. Мне в голову стала закрадываться мысль, что ни стирать, ни шить бравая воительница и не пробовала в своей жизни ни разу. И мои подозрения самым блестящим образом подтвердились.

— А ты не мог бы помочь мне в этом? — спросила Аниса и покраснела. — Я пока себя еще очень плохо чувствую.

Я согласно кивнул. А девушка, вероятно решив ковать пока горячо, совершенно отчаянно покраснела и продолжила:

— Я белье тебе чуть позже отдам. Оно тоже в крови.

Я отправился за водой и на лестнице задумался, а чего это я, собственно, согласился стирать и зашивать вещи моей спасенной? Она такой уж немощной не выглядела. В крайнем случае, могла бы отложить эти работы на пару дней.

Я смущенно хмыкнул. Эдак я стану не только магом на побегушках у империи, но и у одной симпатичной баронессы персонально. А я ведь строил совсем другие планы! Аниса вроде бы перестала быть такой заносчивой, как при нашей первой встрече. Вероятно, все-таки повзрослела. Но я как рассчитывал? Я добываю еду, а Аниса занимается хозяйством. А тут вон как повернулось.

Ладно, спишу это на свою радость от того, что мне на голову свалилась девушка. Да еще и красивая. Ну и еще, пусть это будет еще одним шагом с моей стороны для улучшения наших отношений. Но дальше надо думать, прежде чем бросаться исполнять просьбы! А то денщик, это совсем не любовник. Да что там любовник? Я даже хоть сейчас жениться согласен! Три года одиночества — это три года, как ни крути.

Я принес воду и протянул раненой невзрачно выглядящий комочек.

— Что это? — удивилась девушка, рассматривая серый пучок волокон.

— А это мыло, — усмехнулся я. — Мне и средства гигиены не поставляют. А это корень одного кустарника. Я его измочаливаю обухом топора и ничего так, можно пользоваться. Он неплохо мылится. Хотя и его приходится экономить, так как этих кустов маловато.

Уже внизу, принявшись за стирку, я опять задумался. Особенно помогла раздумью маленькая тряпочка, на которую тоже натекла кровь из раны на спине девушки. Мне почему-то вспомнился старый скандал, еще из моей прежней жизни, потрясший весь город, когда внезапно выяснилась, что одна ушлая служанка продавала ношенное белье своей молодой хозяйки каким-то непонятным типам.

— Ну нет! Сейчас же поговорю с ней! — пообещал я себе. — Я не слуга, в конце концов! Это она мои вещи стирать должна, пока я буду добывать нам еду.

И тут же себе ответил, с ехидной ухмылкой:

— Правда трусов ей не достанется, не надейся! Мои полностью износились еще два года назад, а новые прислать никто не удосужился.

Но поговорить у меня и в этот раз не получилось. Когда я вернулся в свою комнату, чтобы затеять серьезные разборки с постановкой на место одной наглой особы, ну и как повод, заодно забрать грязную воду, я обнаружил сладко посапывающую на моей кровати девушку. Ее еще мокрые изумительные блестящие розовое волосы, которые она тоже ухитрилась отмыть моим жалким заменителем мыла, заманчиво раскинулись по всей подушке.

Я сглотнул слюну. Все мысли улетучились из моей головы, кроме одного обжигающего желания присоединится к спящей. И только серьезным усилием воли я вернул себя в грешный мир.

— Ну так нельзя, — выговаривал я себе, спуская по лестнице кадку. — Это уже черте-что будет! Насилие какое-то… Да потом мы ввек не помиримся, может так получиться.

— Да-да, — ответила моя другая ипостась. — Будешь на правах слуги, если сам жестко своих прав не заявишь. Эта девица совсем немало о себе думает!

А я только отмахнулся и подумал, что пора мне бросать разговаривать с самим собой, а то так и окончательно свихнуться можно. Тем более, что теперь есть такая замечательная собеседница.

Время еще только приближалось к обеду, так что я подхватил единственную горгулью, которая ожидала переноски в рабочем кабинете и сбегал на другую сторону гор. Но мысли мои витали в каких-то немыслимых дебрях, так что вывело меня из мечтаний только пренеприятное происшествие.

Когда я пробегал по короткому участку маны в глубине пещеры, на меня из-за обломка скалы выскочила бежевая тварь. Настолько неожиданно, что я прозевал и сам момент нападения, и даже предупредительное шипение мышана в клеточке на моей груди, раздавшееся буквально за секунду.

Но рефлексы не подвели! Я не только в немыслимом кувырке увернулся от укуса, но и утвердившись на ногах, с размаху рубанул непонятно когда вынутым мечом. Да так удачно, что махом перерубил позвоночник нападающей около самого черепа.

— Да, не зря я тренируюсь! — похвалил я себя, глядя на предсмертно подергивающее ногами нечто. — Пока мозги растекаются от возбуждения, рефлексы спасают.

Затем я за хвост вытащил добычу из поля маны в сторону своей башни. Потом приду, заберу причитающееся. Но дальше я уже бежал вполне осознавая и кто я, и где я, и что мне надо делать.

Я и принес обратных горгулий, и не забыл почитать проходящие через мой пост сообщения, и сбегал снять ценную бежевую шкуру с твари. И уже когда солнце стало клониться к закату принялся за готовку ужина. А заодно и пропущенного нами (не мной, а нами!) обеда.

Глава 4

Впрочем, готовка много времени не заняла. Из всех запасов после зимы у меня осталось только немного сушеной рубленной тыквоины, да горсть собранных вчера молодых почек и коры кустарников для витаминов. Но пусть только моя гостья попробует воротить нос! Тут же поставлю к плите, и пусть соорудит что-нибудь из великосветской кухни. Хоть из своих сапожек, хоть из топора!

Впрочем, когда я постучал в дверь своей комнаты и услышал в ответ звонкое «Войдите!», из моей головы все кровожадные мысли как ветром сдуло. Я зашел и заметил как Аниса полным изящества движением поворачивается ко мне от узкой бойницы, в которую, похоже, что-то разглядывала.

— Предлагаю поужинать, — просто сказал я, запнувшись.

«Ага, хорошо что «Кушать подано» не сказал!» — подумалось мне, но дальше мысли не потекли. Девушка радушно улыбнулась и даже, быстро подойдя к столу, стала сдвигать лежащие на нем вещи. А потом вообще начала переносить их на тумбочку.

«Хороший знак!» — подбодрил я себя. — «Значит не считает, что только я обязан приложить усилия. И пусть освободить стол это мелочи, но главное начало!»

Но тут я заметил что моя спасенная довольно заметно хромает и вспомнил кое о чем очень важном.

— Но сначала, мне надо осмотреть твои раны, — смущенно заявил я. — А потом мы уже спокойно поужинаем.

Девушка начала все больше и больше краснеть и наконец срывающимся голосом возразила:

— Это пустое. Я сама… обновлю повязки потом.

— Э? Как? — не согласился я. — Ну на голени еще ладно. Но на спинке…э-э-э… на спине как ты перевяжешь? Так что я сейчас помою руки и приду. А ты пока… э-э-э… разденься.

Когда я вернулся, сжавшаяся в комочек девушка сидела, скинув плащ до талии, ко мне спиной. Я, стараясь не думать ни о чем лишнем, размотал бинт и осмотрел еще утром безудержно кровоточившую рану. Но, к моему глубокому удивлению, она уже почти затянулась.

— Но как? — поразился я. — Тут уже и перевязка не нужна! Только еще помажу мазью на всякий случай. А так у тебя уже почти порядок.

Аниса поспешно накинула плащ, работавший сейчас халатом и обернулась ко мне. А когда я требовательным жестом заставил ее показать так же поразительно быстро заживающую простреленную насквозь голень, как-то облегченно произнесла:

— А это у меня свойство такое магическое. На мне все раны быстро заживают.

Я с сомнением посмотрел на два пятнышка от кислоты на скуле девушки и покачал головой. Какое-либо особое магическое свойство, а то и несколько, были у всех. Другое дело, что многие о них и не подозревали. Ну там какая-нибудь способность договориться с дельфином у жителя гор могла не проявиться никогда. А какой-нибудь варвар вообще зарубил бы себя собственным топором, если бы узнал, что у него есть врожденная способность привлекать мужчин.

— Это только опасных ран касается, — слегка замявшись пояснила девушка. И тут же перевела тему на примитивную, но милую банальность, слегка позволив плащу соскользнуть с плечика. — Но ты говорил про ужин, а я просто умираю от голода.

Когда я сервировал стол казаном с кашей из тыквоины, двумя кривоватыми глиняными тарелками моей работы и кружками, хоть и не такими кустарными, но с отколотыми краями, да еще кувшином из бутылки со срезанным горлышком, полным ледниковой водой, да подвесил маленького магического светлячка, исполняющего роль отсутствующих у меня лишних свечей, только тогда я обратил внимание на лицо моей гостьи, напоминающее выражением кошечку, объевшуюся сметаной.

Я моргнул и видение пропало. Аниса мило улыбалась. И кашу стала есть с огромным удовольствием. У меня даже возникло ощущение, что если бы не приличия, то она черпала бы ее полной деревянной ложкой и запихивала в свой изящный ротик. А мне вот это блюдо уже третий год в рот не лезло. Я повертел ложку в руках и положил на край тарелки.

— Прошу меня извинить, — виновато развел я руками, — но после зимы мои припасы как-то поуменьшились. Так что, все чем располагаю, перед нами… Я бывает еще добываю рыбу в близлежащих речушках, а вот с мясом совсем туго. Так что похудеть здесь как… как два пальца… э… прости. В общем, здесь богатырем не станешь. Так что я вот… малость отощал…

Я нес уже полную ахинею! Запутался в трех словах и в итоге смущенно замолк. Но тут меня спасла моя восхитительная красотка. Она быстро, насколько позволяли приличия, прожевала крестьянскую кашу и аккуратно пристроила ложку на край тарелки.

— Да ты смог найти решение в ситуации, когда любой другой опустил бы руки, — вкрадчиво начала Аниса. — Я просто восхищена этим!

Я начал таять. Но как оказалось это было только начало.

— У тебя есть трудности, которые могут выпасть на долю любого воина. Но не каждый может найти в себе силы справиться с обстоятельствами, и своими руками обеспечить себя. И не только себя, но и своих близких. Это умение, достойное настоящего аристократа!

Про каких близких идет речь я не понял, но сейчас это было и не важно. Аниса глубоко вздохнула и посмотрела в сторону бойницы, за которой проглядывал краешек далекой горы с заснеженной вершиной.

— Ты может не видел себя? — я видел, у меня даже есть кусок зеркала, но вот чего точно не было, так это таких слов! — Обветренное лицо, строгий и хищный взгляд уверенного в себе воина. А руки! Руки привыкшие держать не только карандаш, но и грубый меч из хладной стали. На них видно каждую мышцу. Каждую жилку. Руки воина. Сильные и надежные!

Я опустил взгляд на свои руки, слегка подрагивающие, непонятно от чего, на потемневших досках стола. Сильно загоревшие. И действительно, под кожей нет ни капли жира, поэтому вся структура мышц как на виду, хоть сейчас отгружай как наглядное пособие для студентов-лекарей. Картину особенно подчеркивали закатанные рукава. Вообще говоря, голые предплечья на столе — это черт знает что такое, но на моей последней рубашке настолько износились манжеты, что образ пренебрегающего условностями воина все-таки ложился куда занимательнее, чем образ оборванца.

И тут Аниса меня совсем добила.

— Да такой благородный воин — это просто мечта для любой девушки! Особенно, спасенной им из зубов взбесившегося монстра.

Я совсем потерял связь с действительностью и как будто сквозь туман расслышал воркующий голосок:

— Кириан, а расскажи о себе? Так интересно простой девушке узнать о герое!

Как меня только за мою жизнь не называли… И умником, и никчемным придурком, и красавчиком с которым не хочется расставаться поутру, и даже государственным преступником. Но «герой» мне определенно понравился больше всего другого!

— А что рассказывать? — собственно с готовностью принялся за рассказ я. — Мне посчастливилось родиться ровно в двадцативосьмитысячном году от создания мира. Многие завидовали, считая, что первый год новой эпохи принесет невиданное счастье рожденным в него.

— Строго говоря, — хихикнула Аниса, — это был последний год уходящего тысячелетия. А вот двадцать восемь тысяч первый год, в который родилась я, это действительно был первый год нового тысячелетия.

Я только растерянно кивнул. Слышал и такую версию, но как-то даже не вникал. В любом случае, мне уже давно было все равно. Так что я не стал спорить, а просто продолжил:

— Я родился на острове Сокилия, в простой семье…

Почему-то мне показалось не сильно уместным рассказывать Настоящей Леди о моем простом происхождении. Но я тут же подумал: «А какого черта? Я и раньше никогда не стеснялся, так с чего сейчас начну, когда я уже почти равен барону рангом?» Так что просто внутренне махнул рукой:

— В семье простого рыбака. Когда мне было девять лет, у меня обнаружили очень редкий магический талант. Я мог управлять разумом животных. И наш городской маг отправил меня в лучшую магическую школу империи, в Тирн.

— Не скучаешь о семье? — неожиданно перебила меня девушка, сочувственно посмотрев на меня.

— Не знаю… — я замялся, даже не пытаясь начать искать в себе то, чего не находил уже много лет. — Похоже, и обо мне никто особо не скучал. У меня была большая семья, десять братьев и сестер. И семья была очень бедная. А маг дал моим родителям просто огромные деньги за меня. Он был очень справедливым старичком. Так что все были счастливы. Моя семья обзавелась лавкой в порту, а я получил новую жизнь.

Я не очень любил касаться этой темы, так что сразу перешел к жизни в Тирне. А девушка слушала меня очень внимательно. Она наверное и рот бы приоткрыла, если бы он не был занят моей кашей. Мне даже приятно стало, что кто-то так оценил мой сомнительный кулинарный талант.

— В школе было довольно строго, но я ее закончил лучшим учеником за сотню лет, и меня с радостью взяли в Тирнский Магический Университет, самый лучший на нашем континенте. Вот там началась просто сказочная жизнь. Даже нам, шестнадцатилетним в большинстве своем первокурсникам, позволялось очень многое. Даже шутки над преподавателями прощались. Без перебора, конечно. Да и сами профессора не отставали. Помню как мы ломились в стену, на которой нам чудилась несуществующая дверь. А один профессор так задурил головы всем первокурсникам-менталистам, что мы во время дежурства по кухне два часа таскали воду от колодца решетами. Повар тогда был очень недоволен.

Я улыбнулся, а Аниса хихикнула, чуть не подавившись кашей.

— У меня, как у лучшего ученика, была просто сказочная стипендия. И нас, студентов, привечали во всем обществе Тирна. Даже в высшем свете. Не как равных, конечно, но приглашали с удовольствием. А еще я…

И тут я прикусил язык, сообразив, что рассказывать девушке, как я путешествовал по спальням местных красоток, будет совсем лишним. Но хорошо, что успел остановиться. Хотя получилось весьма неуклюже. Сообразив, что я о чем-то решил умолчать, Аниса еле заметно нахмурилась, но тут же взяла себя в руки. А я, несколько секунд помявшись, так и не придумал как выйти из щекотливого положения. Поэтому просто перешел к финалу:

— Так я проучился два курса. А как-то летом, уже во время каникул, я дежурил ночью в библиотеке, и она сгорела. Да… как она горела! Наверное, в столице было видно. Ты может не представляешь, как может гореть тысяча кубических саженей книг! Сбежались все маги и студенты. Организовали самый большой магический круг за всю историю мира, наверное. Но все что смогли, это спасти от огня остальные здания университета.

Девушка сочувственно покивала. Меня почему-то порадовало, что она не стала восхищаться моему рассказу о великом пожаре.

— А свалили все на меня. Хотя при начале пожара я просто спал в закутке для дежурных около входа, как мне и предписывалось правилами. Потом, когда разбирали угли, в дежурке нашли сплавленную печурку, на которой дежурные варили себе кофе. Я сам, что интересно, никогда так не делал, но о печке знал. Меня даже в тюрьму не отправили. Просто запретили покидать территорию университета, а клок волос брали у всех студентов в обязательном порядке. Так что бежать смысла не было. От магического поиска так просто не скроешься.

Аниса сочувственно посмотрела на меня. Но я решил рассказать уж до конца о том трагичном происшествии сразу, хотя и не любил даже вспоминать:

— А потом меня вызвал городской судья и даже не собираясь ничего слушать, сообщил мне решение, что меня отправляют отрабатывать ущерб. А я много что мог бы сказать. И что ночью слышал, как от библиотеки отъезжали пара возов, и что почему-то когда сработали охранные амулеты, полыхало уже так, что тушить пожар смогла бы разве что легендарная саламандра, которая рождена в бушующем пламени. Судья только сказал, что я как минимум знал о печурке, но никому не сказал, как предписывается, так что должен радоваться, что так легко отделался. Офицерской службой. А как я мог сказать об этой злосчастной плите, если это обычные студенческие заморочки? Все что-то нарушают и все об этом знают, но никто никого по мелочам не сдает.

— Все стоят друг за друга, это правильно, — кивнула девушка.

— Да нет, не совсем так. Если бы кто-то из студентов стал баловаться некромантией или еще что-то такое ужасное, то покрывать никто не будет. Но мелочи, это да. А когда я говорил проректору, который беседовал со мной, про ночные повозки, тот только отмахнулся, сказав, что это с кухни вывозили отходы. Представляешь, там в студенческой столовой даже были отходы!

Я усмехнулся, но Аниса просто кивнула, не приняв мою попытку пошутить. А я налил себе воды и продолжил:

— Но уже позже, я, прокручивая в голове те события, вспомнил много чего интересного. И то, что возчики на повозках разговаривали тихо и культурно. Ты представляешь себе таких возчиков? Да это типы, которые первым словом в своей жизни произносят не «мама», а «мать твою»! И что буквально за несколько дней до пожара привезли целый воз каких-то сверхценных книг. На них даже эльфы хотели приехать посмотреть. И то, что старичок-библиотекарь уже месяц был в отпуске, а эти загадочные ночные возы видели многие студенты все это время. А проректор ходил вечно невыспавшийся и нервный. В общем, я твердо уверен, что библиотеку месяц обкрадывали, а потом сожгли, чтобы скрыть следы. И библиотекарь, который уже через два дня примчался с целебных вод, похоже, тоже так считал. По крайней мере, он не хватал меня за грудки, а только грустно выслушал мой рассказ. А потом его опять чуть не насильно на те же воды и вернули, сообщив, что он плохо перенес гибель миллионов книг.

Я побарабанил пальцами по столу и решил подводить итог:

— Мне насчитали полтора миллиарда ущерба.

— Сколько? — пискнула девушка, пытаясь охватить в голове сумму, сопоставимую с бюджетом небольшого государства.

— Полтора миллиарда золотых, — усмехнулся я. — Хотя, какая разница? Да хоть бы всего миллион. Жизни не хватит выплатить. Мне дали ранг мага пятой ступени, что очень много для студента, закончившего два курса. Это же уже почти уровень магистра! Так что даже немного натянули, чтобы было жалованье побольше. Еще как-то выписали наследное дворянство. В итоге у меня сейчас теоретический доход тридцать золотых за звание и двенадцать за дворянство. Итого сорок два. И это в день. Если за месяц такое получить, то это пара пудов золота. Надорвешься! — я усмехнулся.

Впрочем, я слукавил, намеренно упомянув немыслимый вес. Никто крупные суммы в золоте не получал и не хранил, ну разве что драконы, да гномы, падкие именно до этого не особо-то и ценного металла. А обычно роль крупных денег выполняли драгоценные камни. Впрочем, я в них разбирался так себе, так как ни в школе, ни в университете больших денег конечно не видел.

— Обидно столько терять, — покачала головой Аниса.

— Да что уж там, — я только махнул рукой, хотя со справедливостью слов красавицы не мог не согласиться. — Хотя бы пять золотых в день как рядовому солдату могли бы оставить. Но хуже другое. Мне положены офицерский паек и обмундирование, когда я на дежурстве. А я, как ты заметила, на вечном дежурстве. Причем бессменно, за двоих магов, хоть и самого низшего ранга. Так что мое содержание должно быть все восемьдесят золотых в день, — я опять усмехнулся недостижимому. — Так вот, подлец интендант меня здорово обворовывает. Мне не привозят ни черта. Только мешок этой простейшей каши раз в три месяца. Я один раз прочитал память драконида, на котором мне привозили припасы. Сначала с телеги сгрузили два мешка нормальных, но растительных продуктов, а сама повозка с колбасами, сменной одеждой и всякой гигиеной отправилась в сторону рынка. А потом еще и возница приземлился около какого-то загородного трактира и поменял эти два мешка на один с примитивной крупой из тыквоины. Я писал гневные письма почтовому начальнику, но как видишь. В доле там все. Я как-то приспособился, но боюсь, тебе будет нелегко поначалу.

— Да ничего, — и не подумала расстраиваться баронесса, похоже еще не оценив весь масштаб ожидающей ее катастрофы. — Главное компания, а трудности закаляют.

Глава 5

Я внутренне порадовался, что мое общество оценено так высоко. Но все таки закончил:

— В принципе да, если не задумываться лишний раз о разносолах, а найти себе занятие, то терпимо. Плохо только без мяса. Это ведь кажется, что в лесу много живности. Но она ведь совсем не спешит к нам на стол! А может я фиговый охотник…

— Ты воин! Не можешь же ты быть всем сразу, — уверенно сказала Аниса и посмотрела на меня почти влюбленным взглядом.

Я чуть не взлетел со своего стула. Мне хотелось что-то свершать! Ронять горы и сдувать облака! Я приосанился и изрек:

— Ты не подумай, я не собираюсь сидеть здесь вечно. Но надо просто поймать момент, и мы покинем эту дыру. Я не считаю, что что-то еще должен нашему старому маразматику императору. Пока, конечно, есть проблемы… Если уйти, то через несколько дней горгульи вернутся, и меня начнут искать… А магический поиск дело такое. На полтысячи лиг действует. Надо просто дождаться момента, чтобы успеть убраться подальше, пока не начнут искать.

— Ты что-нибудь придумаешь! — уверенно заявила девушка, вселяя в меня очередную порцию уверенности. — А я всеми силами тебе помогу.

— А ты как жила все это время до нашей встречи? — нагло спросил я, убежденный что эта самая встреча для Анисы так же интересна, как и для меня. Может и зря, конечно, но кто же не склонен к преувеличениям в угоду своим мечтам?

— У меня не такая яркая жизнь за плечами, — улыбнулась девушка. — Я… э… просто служу здесь… служила… наездником драконида. Летуном, как мы себя называем.

И я вдруг понял, что Аниса совсем не рвется рассказывать о себе. А потупленный взгляд подсказал мне, что девушка еще просто не придумала вранье, которое можно мне скормить. Но не успел я спуститься на грешную землю из пушистых облаков, между которыми летают розовые слоники, как воркующий голос приподнял меня чуточку повыше:

— А расскажи как ты управляешь животными? Это так интересно!

— Да, это умение довольно редкое, — радостно ухватился я за любимую тему. Впрочем, может любимой темой для меня теперь все-таки является Аниса? Ну пусть будет, за вторую любимую. — И владеют им маги на разном уровне. Самый простой, это подавить сознание животного и взять все управление на себя. Но это примитив. Так могут многие орочьи шаманы, например. Но ты представляешь себе, как это заставить полететь птицу, управляя каждым движением ее полета, каждой мышцей?

Аниса не представляла. Она просто восхищенно смотрела не меня, так что я продолжил:

— Я же действую на уровне магистра. Так что тот ранг, что мне присвоили с натяжкой, я уже давно перерос… У меня было время попрактиковаться… да… Так вот, я могу заставить животное просто что-то сделать, пользуясь его собственными жизненными навыками. Например, видишь этого мышана?

Я указал в угол комнаты, где в клетке сидели два нахохлившихся зверька. Девушка с готовностью обернулась, да так, что плащ слегка распахнулся, открывая верх восхитительной груди. Я сглотнул слюну, а девушка звонко сказала:

— Интересные зверьки. Они не кусаются? Это мышаны, значит?

— Хм… — мне было трудно вернуться к теме животных от темы красавицы и видов на ее интересные места. — Я не знаю, что это за вид, а просто их так называю. И да, они здорово кусаются! Но если ты пожелаешь, я прикажу одному вести себя прилично, и ты сможешь его вволю потискать. Но я хотел другое сказать. Или показать… Ты можешь перейти в магическое зрение?

Ну конечно могла. Аниса все-таки маг. Никто наездником драконидов не взял бы простого человека. Впрочем, мочь и желать, это очень разные вещи. И есть очень важная причина. Впрочем, девушка тут же доказала свое безграничное доверие ко мне, начав переходить в магическое зрение.

Ей это давалось с трудом и очень долго. И все это время она не ощущала ничего. Я мог бы при желании сделать с ней все что угодно, но естественно, опуститься до такой подлости у меня даже мысли не возникло. Маги так не делают! Это въевшееся в кровь правило. Абсолютный запрет для всех приличных магов, если мы не на войне, по разные стороны фронта. Я помнил еще из школы, как учитель жестоко выпорол одного балбеса, который вздумал прикоснуться к девчонке, которая с таким же трудом еще неумело переходила в магическое зрение.

Я мог перейти в это состояние за пару секунд, но надо понимать разницу уровня мою и Анисы. Ей потребовалось минуты три. Наконец, она слегка отсутствующим голосом произнесла:

— О! Вижу.

— Отлично! — я оторвал взгляд от красавицы, ведь нагло пялиться кодекс не запрещал, и немного вернулся в наш мир из области грез. — Видишь жгуты от меня к мышану и птичке? Они слабые, но разглядеть все равно можно.

— О! Вижу, — повторилась баронесса. — Они идут от твоей головы к головам животных.

При этом она медленно поворачивала головой, скользя по комнате отсутствующим взглядом. Собственно, это все, что она могла. Я-то в таком состоянии мог даже сражаться, хотя и хуже чем обычно. Но для девушки такой уровень был просто недоступен.

— Да собственно и все, — я даже сам не понял, зачем попросил мою гостью посмотреть на эти жгуты. — Ладно, возвращайся обратно, а то так можно и сознание потерять.

Аниса вернулась намного быстрее, всего за несколько секунд, и выглядела хоть слегка раскрасневшейся и тяжело дышащей, но страшно довольной:

— Ты такой сильный! — восхищенно прошептала она. — Так ты получается все это время держишь связь с ними? Это же, наверное, так сложно. Я просто поражена! Да ты же архимаг уже!

— Ну не архимаг, пока что… — я был страшно доволен комплиментом. — Но год-другой и стану. А сейчас я могу держать связь всегда. И на расстоянии в двести ярдов. Только надо понимать, что это опасно. Если кто-то сейчас убьет подконтрольного зверька, мне мало не покажется.

— Так может тебе надо их отпускать? — встревоженно спросила девушка.

— Зачем? Они тут в безопасности. А у этого мышана слух очень хороший. Я между прочим, тебя, точнее твоего драконида, сегодня утром именно его ушами услышал. Ты может теперь понимаешь, какой я мог бы быть полезный маг, если бы меня не отправили в эту дыру?

— Да я и так не сомневалась… — девушка еще не оценила всего того великолепия, о котором я ей рассказал. — Но ведь это же невероятно! И какой же идиот император, что таких людей так… э… теряет.

— Ну император, я уверен, и не знает обо мне, — я усмехнулся. — Но следить за своими чиновниками ему следовало бы получше. Это да. Так вот… это еще не все. Если мне надо посмотреть на дальнее расстояние, я могу послать… да хоть эту птичку слетать хоть на пару лиг. А потом она вернется, и я прочитаю в ее памяти, что она разглядела. Тут одна сложность. Надо на уровне ее понимания объяснить ей, куда ей надо посмотреть. Ей же не скажешь «лети лигу и потом ищи орков», она ничего этого не знает. Я могу ей сказать так: «лети до той скалы, потом летай пока солнце не сдвинется два раза и возвращайся, и не забывай отдыхать когда устанешь и есть, когда проголодаешься».

— О, боги! — прошептала Аниса. — Как все сложно! Ты такой умный! И сильный! И умелый!

— Да это все сложно, — важно подтвердил я. — Но я стараюсь, и я достигаю.

В каком-то дальнем уголке моего сознания билась часть моей личности, которая просто кричала: «Ты что несешь? Ты же никогда не был таким самовлюбленным!» Но я не хотел даже слушать этого лишнего голоса.

— А ты и в мою голову так можешь проникнуть? — внезапно спросила девушка.

— Не волнуйся, — улыбнулся я. — Может и могу к человеку залезть, хотя и не пробовал ни разу, но если что, ты это сразу почувствуешь. Проникновение в сознание ощущается сразу. И более того, чем сильнее разум, тем легче ему отбить вторжение. Довольно легко только по самому верху отдать простой приказ, но и это тоже ощущается. Эти грызуны и птичка не могут мне сопротивляться. А вот человека сломить очень сложно даже архимагу. Даже коза, которую я спас и не стал пускать на жаркое, и то первое время могла отбивать мои вторжения.

— Коза? У тебя есть коза? — удивилась девушка. — Впрочем, о чем это я? Одинокий мужчина и коза… Что может быть естественнее?

— Что? — тупо спросил я.

Пушистые облачка, в которых я витал, обернулись пучками ледяных кристаллов. Розовые слоники с диким хохотом взрывались сгустками зловонного дыма и превращались в показывающих неприличные жесты чертей.

Вероятно, мой взгляд очень много сказал девушке, она прикрыла рот рукой и вскрикнула:

— Извини! Я просто вспомнила старый глупый анекдот!

Впрочем, для меня не было тайной, что это за анекдот. Еще прилетавшие ко мне воздушные извозчики шарили глазами по кустам, что-то ища на моей поляне перед башней. Следы козы они искали! Значит подлые негодяи сочиняют про меня всякое непотребное в этом задрипанном городишке? Я фыркнул и зло сказал:

— А еще бывают анекдоты про то, за что симпатичные девушки получают звание лейтенанта в армии!

Тут уже взорвалась Аниса. Нет, сначала она ошарашено посмотрела не меня, пытаясь осмыслить мою реплику, и только потом уже взорвалась:

— Да как ты только мог подумать такое?

— А ты? — не остался в долгу я.

Мы замерли, напряженно дыша в сторону друг друга. Вроде бы до обоих стало доходить, что идиотские оскорбления никому не нужны. Одна унция удовольствия шутника оборачивается пудом обиды для другого. Ну как так можно?

Мы почти разом выдохнули. Впрочем, очарование момента уже улетучилось. Я пошевелил ложкой давно остывшую и схватившуюся до состояния замазки кашу. Аниса покрутила в руке убогий фаянсовый бокал. Я уже начал подумывать, что стоит извиниться перед девушкой за мою ужасную бестактность. Ну подумаешь, коза… Обычные армейские шутки, надо полагать… А вот я ее оскорбил, похоже, серьезно. Но тут Аниса удивила меня.

— Прости меня, пожалуйста, — произнесла моя гостья, сделав такие глазки, что у меня чуть сердце не остановилось, — я такая дура иногда бываю!

— И ты меня прости за мою бестактность! — радостно попросил я. И только теперь заметил, что моя ложка как-то слишком изогнуто торчит из тарелки. Сломал и даже не заметил.

Аниса улыбнулась и погладила бежевый мех плаща, исполняющего сейчас обязанности халата.

— А что это за мех? — недоуменно спросила она меня. — Я, конечно, не великий знаток, но такого раньше не видела. И такой шелковистый и приятный! Это какой-то снежный барс? Редкая разновидность? А ты еще говорил, что плохой охотник…

— Нет, эти тварюшки обитают в пещере. Там есть островок маны, вот они туда и выходят из глубин. Ну ты же знаешь про проклятье гномов? Что нельзя прорыть шахту, или тоннель, или пещеру больше, чем тысяча ярдов? Иначе там заводятся опасные твари. Вот эти и выходят в тот островок. Но они не очень опасные, я легко их убиваю, если не зевать конечно. Но их мясо несъедобно. Они же и не животные, как ты понимаешь…

— Что? — вдруг взвизгнула девушка и вскочила, уронив стул. Она тут же попыталась скинуть с себя халат, но в последний момент вспомнила, что под ним у нее совсем ничего нет, так что мгновенно и нелогично закуталась в мех аж по самые глаза. — Это нежить? Ты дал мне шкуру нежити?

— А что такое? — удивился я, тоже вскочив со стула. — Шкура и шкура. Ну кожа у них выглядит не очень, это да, но я сшиваю две мехом наружу. И изнутри, и снаружи ничего так. И теплый, кстати…

— Так ты что? Не знаешь? — вдруг мгновенно успокоилась девушка. — Впрочем, если я еще жива, полежав день на простыне из нежити и походив в шубе, то пожалуй, уже и не поплохеет. В общем… нельзя человеку контактировать с частями нежити. Есть одно исключение — это если архимаг разрядит эти самые части в своей ауре. Более слабый маг сам вперед копыта отбросит. Впрочем, о чем это я… — Аниса нервно хихикнула. — Архимаг и разрядил. Да уж… Ты поразил меня в самое сердце!

— А я и не знал… — я виновато развел руками. — Я когда добывал этих зверушек, отметил, что первое время их шкуры носить неприятно. Но знаешь ли, тогда зима уже началась. У меня и выбора не было. В башне долго не просидишь… Дрова добывать надо. А на улице так вообще дубак страшенный. Тут же даже лето такое, что в Тирне зима теплее…

— Прости меня, что не поверила в тебя! — девушка подбежала ко мне и привстав на цыпочки звонко чмокнула меня в щеку. — Ты же герой! Увидел нежить, на которую десяток ветеранов посылают — убил! Шкуру снял и к делу пристроил. Дракона увидел, хвост узлом завязал! А для меня, простой, девушки, это еще не привычно…

Я просто расцвел. Потом еще не поленился, сбегал за шкурой, которую только сегодня снял с бежевой собаки. Аниса только прикоснулась к ней и сразу отдернула ручку.

— Да, прям пробирает! — пораженно сказала она. — А в этом халате хочется ходить не снимая. Да это же золотая жила! Такой мех даже принцесса надеть не откажется. Ты и охотник великий. Только на нежить, что гораздо почетнее!

Мы в тот вечер еще много о чем болтали. В основном о всякой ерунде. Я рассказывал о горах, ну что узнал о них, а слушал о жизни в большом городе, хотя Аниса, похоже, тоже не особо была в курсе. Так разве что… что служанки рассказывали, то и знала.

А потом девушка намекнула мне, что пора бы мне и удалиться в другую комнату, так как время уже за полночь. Я ушел и уже на лестнице вдруг остановился:

— Это что же получается? Моя красотка будет спать в моей кровати, а я сейчас иду в комнату, в которой у других магов слуги ночевали?

— А что ты хотел? — ответил я сам себе. — Ну не ожидал же ты, что приличная девушка окажется в постели с тобой, даже не выждав суток с начала вашего знакомства?

— Ну вообще-то мы уже три года знакомы, — хмыкнул я.

— Эти три года не считаются… Так что отсчет все-таки от сегодняшнего спасения поведем.

— Ладно, сегодня еще здесь посплю, а завтра все-таки уже расставлю все по местам, — подвел итог я, заходя в неуютную комнату этажом ниже.

Неуютную, это мягко говоря. Моя-то была офицерская изначально. Там и штукатурка на стенах присутствовала, и даже обои. Плюс паркет и мебель. Все, конечно, уже изрядно потертое, но все-таки. А здесь голый камень на стенах и на полу. Кровать и шкаф. Даже стол я уже давно унес и разобрал на доски. Похоже, в этой комнате не жили уже лет сто! Нет, ранее маги прилетали на дежурство со слугой. Вот только что-то подсказывало мне, что не со слугой, а с симпатичной служанкой. Так что эта комната пустовала, похоже, всегда.

Уснуть этой ночью у меня получилось только под утро. А на рассвете я вскочил, непонятно отчего бодрый. Проверил связь с моими животными и непонятно с чего взялся читать память мышана. И начал с того момента, когда я вышел из комнаты, оставив Анису одну.

Я затаив дыхание посмотрел, как девушка, в свете моего светляка, насвистывая какую-то песенку, подошла к кровати, а потом скинула халат и нырнула под одеяло. И мне стало невероятно стыдно. Не посмотрел я, а подсмотрел! Хоть и хотелось прокручивать эти пикантные пару секунд еще и еще, но я остановил себя. Да и вообще, так делать нельзя, если я хочу считать себя приличным человеком.

Я, разгоряченный от лишних мыслей, выскочил на улицу в одних штанах, и начал делать полный комплекс упражнений с мечом. Владеть оружием нас учили и в школе немного, и уже серьезно в университете. А здесь я развил свое умение еще очень и очень не мало. Я же хотел уйти из этой дыры, а безопасную дорогу никто мне обеспечивать не собирался. А то, что я не надел рубашку, это была не рисовка. Я просто уже износил всю одежду, которую имел. Осталось только на торжественный случай, как вчера. Да и то, не каждый бы нищий такое надел на вечеринку.

Я тренировался с полчаса, пока не заметил, что в дверях стоит Аниса и восхищенно смотри на меня. Я как раз только выполнил сальто, полосуя мечом воображаемого противника и чуть не споткнулся на следующем. Даже мысленно обругал себя, что взгляд красивой девчонки чуть не сбил меня с упражнения. Непростительная ошибка для воина!

— Божественное зрелище! — мурлыкнула девушка и резко сменила тему. — Ты не посмотришь на мою рану? Чтобы потом лишний раз не раздеваться.

Глава 6

Я как белка взлетел по лестнице и замер. Аниса уже развернулась ко мне спиной, а потом резким движением скинула халат до пояса. Я от неожиданности сделал шажок назад и чуть не свалился с узкой приступочки перед дверью. Ничего бы со мной не случилось, но было бы позорно.

Я сглотнул внезапно набежавшую слюну и, заставив себя успокоится, осмотрел рану, еще вчера утром из которой чуть только не хлестала кровь. А теперь только шрам. Довольно большой и свежий, но и только.

— Хм… на тебе и правда заживает как на драконессе, — промямлил я, все не отойдя от вида обнаженной по пояс девушки, пусть и со спины. — Полный порядок. Твоя одежда в комнате над спальней… Думаю уже высохла.

— А что мы будем делать сейчас? — все еще красная от смущения, Аниса обернулась ко мне, закутываясь в бежевый мех.

— Мне сейчас надо отнести горгулий, а ты пока соберись. Потом мы сходим на то место, где… я тебя нашел. Заберем оставшиеся вещи. Заодно по пути соберем кое-какие плоды на завтрак. Каша три раза в день, пожалуй, будет перебором.

— А можно мне с тобой? Горгулий отнести? Я быстро соберусь, — девушка вопросительно посмотрела на меня снизу вверх. Ее рост был аж на голову ниже моего и это было… так восхитительно!

— Боюсь, что ты не сможешь бежать, — с сожалением произнес я. — А если просто идти, то эта канитель затянется на весь день. Так что давай после обеда мы просто пройдем через пещеру, и я тебе все покажу.

Баронесса покладисто кивнула, но все таки попросила:

— А можно мне посмотреть на горгулий?

— С удовольствием покажу! — я был рад по любому услужить девушке и вообще, не хотел бы расставаться с ней даже на минуту. — Только ты не пугайся.

— Даже так? Ты думаешь, что я, летающая на драконидах, испугаюсь мелкую птичку? — с легким вызовом спросила она.

Я только хмыкнул и пошел к лестнице.

За ночь прилетело аж два посланника. Я поднял одну из горгулий и протянул девушке. Та на секунду замерла, но потом заставила себя протянуть руку и прикоснуться к маленькому тельцу.

— Ой! Она как из воздуха! — выдохнула Аниса. — Палец внутрь проходит!

— Она и есть из воздуха, — усмехнулся я. — Это воздушный элементаль. Уплотненный раз в двадцать воздух, смешанный с какой-то пылью. И она очень похожа на летучую мышь. Их делают на основе формирующихся элементалей. А еще заранее убивают летучую мышь и ее духа захватывают. Потом подавляют его волю и подселяют в элементаля.

— Ужас какой! — выдохнула девушка. — И мышку жалко.

— Именно, что ужас, — поморщился я. — Это же некромантия чистой воды!

— Некромантия?

— Именно! Некромантия это не только вонючие зомби, но и более изящная работа с духами убитых. Хотя бы и животных. Так что на службе нашего светлого императора есть самые настоящие некроманты.

— Никогда бы не подумала! — пораженно взглянула на меня девушка.

— И не подумаешь, — хмыкнул я. — Это одна из государственных тайн. Одна из двух с которыми нас знакомили в университете под подписку о неразглашении.

— А вторая?

— Ты хочешь знать и вторую? — усмехнулся я.

— Ну ты же рассказал первую, — резонно возразила девушка.

— Про вторую позже, если ты не против, — частично согласился я. — Просто она довольно сложная. Так просто не сказать.

— Ладно! Но помни, что ты обещал, — улыбнулась Аниса, но мне показалось, что сначала она собиралась нахмуриться. Впрочем, показалось и показалось…

Мы вместе выпотрошили сумочки почтальонов и с интересом прочитали послания, благо они были не секретные. А потом я чуть по лбу себя не стукнул.

— Ой дурак! — я серьезно расстроился. Аниса с тревогой посмотрела на меня, так что я продолжил. — Эти горгульи видели тебя. И если какой-то маг вроде меня будет читать их память, то увидит все, что видели эти пташки.

Тут я заметил как сильно побледнела девушка и постарался ее успокоить:

— Да не так страшно! Вряд ли кто-то озаботится читать память нормально долетевшей горгульи. А через несколько дней они все забудут. Но на будущее — так лучше не делать. Тебе нельзя им показываться.

Аниса согласно покивала, а я подхватил почтальонов и отправился в свой привычный забег.

Когда я вернулся, девушка ждала меня уже одетая. Мундир императорских наездников на драконидах сидел на ней просто на загляденье! Сейчас она была одета в обычную форму — узкие брюки и расшитая галунами короткая куртка. Верхних штанов и укрепленной куртки она естественно не надевала, так как это в полете и холод, и ветер, а на земле и так хорошо.

— Ты восхитительна! — сделал комплимент я довольной девушке. — Ну что? Пойдем, посмотрим, может что-то найдем?

Но найти нам удалось немного. Только снятую мной с наездницы кожаную кирасу, почти проеденную кислотой на груди, да одну перчатку.

— А что-то еще важное могло быть? — спросил я расстроенную девушку.

— По крайней мере, вторая перчатка и шлем. С перчаткой еще ладно, а шлем был очень хороший, с забралом из дымчатого кварца.

— Забралом? — не очень понял глубину потери я.

— Ну ты же не думаешь, что я с открытым лицом летала? — фыркнула девушка. — Это тебе обветренная кожа сказочно идет, а представь меня с таким лицом? Как у крестьянки, работающей в садах. Я заказала себе отличный шлем, который прикрывал лицо.

— Ладно… летать нам пока не светит, а потом что-нибудь придумаем. Так что, шлем не главное. Еще что-то было важное?

— Шпага неплохая, аптечка, амулеты магические… да ладно… чего уж там, все осталось привязанное к седлу. Хорошо хоть ты саму меня спас!

Ну вот как она так умеет? Что ни скажет, все мне комплимент. Я улыбнулся, но все-таки спросил:

— А как ты с оружием? Что умеешь?

— Да ничего толком, — виновато развела руками девушка.

— А как маг?

— Огнешар… и все собственно. Это если не считать светлячка, который все умеют делать.

— Покажешь? — я кивнул в сторону скалы.

Аниса согласно кивнула и на несколько секунд сосредоточилась. Затем резко вытянула руки и еще на пару секунд замерла. А потом между ее ладонями сформировался яркий шарик и поплыл к скале. Там он хлопнул и… Собственно, и все.

Хотя, что я мог ожидать от мага первого уровня? Девушка виновато посмотрела на меня и сказала:

— Таких штук пять за полчаса могу соорудить. Мы же не вояки по сути. Так, разведка, транспорт, курьерские задачи. А в бой на дракониде лететь, это безумие. Пара лучников утыкает сталью еще на подлете. Не наездника, так самого драконида. А нормальную броню на всю тушу он не упрет.

— Да ладно, — успокоил я свою драгоценную находку. — От тебя воевать и не требуется. Это моя задача! А насчет огнешара… это очень ценно в некоторых случаях. Я, между прочим, и такого не умею. Я же чистый менталист. А если еще что-то изучать, так это в огромный вред основным умениям.

Мы собрали немного еще недоспевших плодов на разных кустах. Но это уже в основном на краю нашей площадки с башней, так как лес по весне плодами порадовать не мог.

— Я эти кусты в первый год посадил, — похвалился я. — Нашел мешок с забродившими плодами и косточки пустил в дело. Очень здорово выручают. Через пару недель на них уже много плодов будет. На вон тех потом орехи вызреют. И на все лето приличная еда, и на зиму заготовить можно.

А потом я сообразил, что мои сельхозпотуги как-то мало впечатлили спутницу. Я разочарованно хмыкнул про себя. Ну да… герой это хорошо, а собиратель уже совсем не то. Но есть-то все равно обоим захочется. Остается надеяться, что мнение красавицы успеет поменяться уже очень скоро. Хотя я и сам бы отсюда убрался, и Анису увел в приличные места. Но… пока есть то, что есть, как ни прискорбно.

Затем мы отправились в пещеру. Но сначала мне досталось понаблюдать, как Аниса первый раз в жизни вышла за пределы океана маны. Она хоть и слабый маг, но чуть не покачнулась, сделав всего несколько шагов по лестнице в середине башни. А когда мы дошли до верхней площадки я оглянулся и аж оторопел. Девушка была ужасно встревожена и напугана.

— Неужели на тебя так действует отсутствие маны? — забеспокоился я.

— Здесь же теперь не работают никакие наши умения? — прошептала моя спутница.

— Почему никакие? Мана из тебя никуда не делась. Так что твоя регенерация при тебе, еще на несколько часов, пока ты не растеряешь ману. Ну или не выпустишь ее раньше.

По мере моих слов Аниса резко успокоилась и заулыбалась. А я продолжил:

— Но вот внешние умения работать не будут. Ни твой огнешар, ни моя связь с животными.

Я оглянулся и чуть не споткнулся. Аниса смотрела не меня просто с ужасом. Да что же такое? Она так боится остаться без примитивного огнешара, который простым камнем сбить можно?

— Ты такая красивая, когда пугаешься, — осторожно сказал я. — Но мне больше хочется, чтобы ты была спокойной и улыбчивой. Ты мне больше нравишься улыбающейся.

— Правда нравлюсь? — настороженно спросила девушка, а потом зажмурилась и слегка приоткрыла губки.

Большего намека я ждать не стал. Я аккуратно обнял Анису и поцеловал. Сначала осторожно, а потом все сильнее и требовательнее. И она начала мне отвечать, очень неумело, но старательно.

Продолжили путь мы только минут через пять. Девушка совершенно успокоилась, только раскраснелась, что ей шло просто невероятно! В пещере я зажег факел, небольшой запас которых держал у входа. Мрачные своды, частично природные, а частично обработанные руками неизвестных шахтеров, произвели на Анису удручающее впечатление. Она откровенно прижималась ко мне и успокоилась только когда я обнял ее.

У островка маны стало светлее от мха, и я заклал в честь прекрасной дамы дежурную нежить. Правда удовольствие красавице не доставил. Она, похоже, сильно боялась за меня, когда я вышел на бой. Приятно, черт побери. Но и пугать спутницу мне не хотелось, так что я отказался от первоначального намерения покрасоваться, изображая кульбиты, а быстро закончил бой ударом в глаз, чтобы не портить шкуру. Это была зеленая собака. Самая слабая из всех, что здесь встречались. И мех самый неинтересный. Но я все таки снял шкуру, благо времени это у меня занимало всего пару минут. Эти нежити расставались со шкурами очень охотно, вдобавок и обработки никакой не требовалось. Кожа просто подсыхала и все. Ни портилась, ни воняла, только цвет у нее был противно-бурый.

Мы дошли до конца пещеры и полюбовались видами северной части горной гряды. А после возвращения я уговорил Анису показать мне ее умение обращаться с оружием. Мне просто надо было знать, чтобы понимать на какую помощь я могу рассчитывать в случае возможного боя.

Ну что сказать. Моя спасенная фехтовала в целом неплохо. Ну там пару пьяных крестьян разогнать… Ведь для боя нужна еще и сила, а в миниатюрной девушке этого добра было всего ничего.

А потом я показал мастер класс, отбивая огнешары мечом. Близкие разрывы меня немного оглушали, конечно, но особо не мешали. Аниса пришла в восторг. Не от своей магии, о бесполезности которой она и так все знала, а от моей лихости.

— Может ты будешь изучать еще что-нибудь? — спросил я, надеясь, что это звучит не очень высокомерно. — Если время есть, почему его не потратить с пользой?

— А я изучаю, — потупила глазки девушка. — Заклинание для сохранения молодости. Мне сейчас, конечно, не надо, но пока выучу, уже может и не будет лишним. Если доживу, конечно.

Я поразился так, что даже забыл успокоить собеседницу насчет «доживу». Сохранение молодости — это уровень заклинания шестой минимум. Нет, она может надеяться хоть как-то его освоить лет за двадцать… Но как-то странно это.

Впрочем, много раздумывать мне не дали. Аниса попросила приготовить ужин. Причем, не показать ей, как готовить, а именно приготовить. Но я почему-то согласился. И не смог проявить твердость и потребовать от нее взяться за работу самой, хоть и под моим руководством.

Я расстарался в этот раз как никогда. Весь вечер убил! Но зато накрыл целый пир. Суп из тыквоины, каша из тыквоины, пирог из тыквоины. Да, начинка пирога тоже, естественно, из тыквоины. Ну и вода ледниковая.

Несколько часов стояние у плиты привели меня в ярость. Я даже сам от себя такого не ожидал. И когда я поднимался из кухни по лестнице в свою спальню (бывшую мою?), я устроил спор сам с собой:

— Ну и чего добился, придурок? Стал слугой? На черта тебе было стоять у плиты весь вечер? Причем, вкус у всех блюд примерно один. И тебе он уже поперек горла стоит!

— Ну ведь Аниса попросила приготовить ужин.

— Так ведь ужин, а не пир! Причем, такой убогий. И почему бы ей самой не расстараться?

— Ладно, убедил. Буду думать впредь, какие просьбы исполнять. Ну и еще. Мы же даже целовались сегодня. Я ей не равнодушен!

— И что? Со слугами тоже спят. Но слуги от этого слугами быть не перестают. Тем более, как бы тебе не отправиться ночевать опять в комнатку внизу.

— Нет уж. Хватит! Если кто вниз сегодня отправится, то не я.

Я угрюмо остановился около двери. Я уже псих? Такой диалог устроил сам с собой… Да уж. И с такой рожей идти соблазнять девушку?

— Так… стою пока на морду улыбка не вернется! А характер показывать буду уже по результатам ужина, — твердо решил я.

В итоге в комнату я вошел только через пять минут. Но зато с улыбкой от уха до уха.

Вечер прошел замечательно. Мы много болтали и смеялись. В этот раз, для разнообразия, об искусстве. Я, правда, был в этом ни в зуб ногой, но зато Аниса разбиралась во всех веяниях и тенденциях очень хорошо. Так что сегодня я больше слушал.

Но закончили мы вечер довольно рано. Аниса спрятала зевок и поежилась в плаще-халате в который переоделась перед ужином. Ну да, день был насыщенным и девушка несомненно устала с непривычки.

— Может я уже отправлюсь спать? — мило улыбнулась она мне и выразительно посмотрела на дверь.

Я согласно кивнул, составил посуду на поднос и отправился к двери.

— И еще, дорогой, — донесся ласковый голос мне в спину, — постирай, пожалуйста, мое белье, чтобы к утру высохло. А то два дня в нестираном как-то не очень.

Я пораженно обернулся. Аниса, слегка покраснев от смущения, протягивала мне трусики. Бац! Это я по инерции попытался выйти в дверь, забыв ее открыть. Посуда покатилась по полу. Одна щербатая кружка даже закончила свою долгую и трудную жизнь.

— Знаешь, дорогая, — медленно произнес я, — я думаю, что нам пора распределить обязанности. С этого момента, на тебе уборка, приготовление еды, ну и стирка, тоже. Вся стирка. А я постараюсь добывать нам еды. Ну и другие задачи… Я покажу как, если ты чего-то не умеешь, конечно. Но только покажу.

Лицо девушки вытягивалось от удивления по мере того, как я выдавливал из себя эту совсем не галантную речь. Она спрятала за спину руку с трусиками и удивленно, и слегка испуганно смотрела мне в глаза.

— И еще, — продолжил я. — Я сегодня и далее ночую в этой комнате. Я боюсь тебе предлагать, конечно, но… Выбирай… Я-то точно здесь. А ты, если не хочешь, то комната ниже твоя.

Аниса гордо вскинула голову и вышла. Но ничего так. Даже дверью не хлопнула. Я зло распинал посуду по углам, а потом пожал плечами. Так себе, конечно, предложение любви. Но что уж получилось!

Я лег в кровать и уставился в потолок. Но долго так не пролежал. Слегка скрипнула дверь, а потом девушка скользнула ко мне под одеяло.

— Ты был очень убедителен в предложении сердца, — только натянуто хихикнула она.

Уснули мы только под утро и проснулись уже в обед. А встали еще позже. Я первым делом сбегал, отнес горгулий и принес обратных. А когда зашел в комнату, то ни Анисы, ни разбросанной вчера посуды там не обнаружил.

А когда спустился на кухню, то застал милую картину. Посуда была вымыта и расставлена на полке, в плите горел огонь, а девушка в своем мундире лейтенанта стояла ко мне спиной и гипнотизировала взглядом кастрюлю. Она прекрасно слышала мои шаги, но не обернулась. Ну это понятно. Обязанности надо принять. Пришло время немного подуться.

Но я ошибся. Все также не оборачиваясь, Аниса медовым голоском произнесла:

— Милый, свари эту несчастную кашу, а то я и правда не умею.

Я подошел и поцеловал ее в шею, а потом как можно мягче сказал:

— Я расскажу как. Ничего сложного. Просто насыпь в воду две кружки крупы.

Далее я в нескольких фразах описал весь незамысловатый процесс и ушел, сказав, что схожу, соберу созревших ягод.

И ничего, наш поздний обед был вполне приличным. Ничего даже не подгорело. Настаивать на каких-то других домашних работах я не стал. Хватит на сегодня и готовки.

Глава 7

Вечером беседа наладилась. Аниса все время раздумывала, дуться на меня или нет, а потом вдруг резко заволновалась и, покраснев, спросила:

— А что делать, если будет ребенок? Здесь же совсем ничего нет! Это же будет… я даже не знаю…

Ничего себе! Опомнилась! Я удивленно посмотрел на нее:

— Не будет. Здесь была аптечка, и специальных пилюль там навалом, которые, собственно, одни там и остались за эти три года. И для женщин, и для мужчин. Я вчера еще в обед одну проглотил. Так что на месяц можно быть спокойными.

Девушка сначала успокоилась, а потом начала дуться еще больше, похоже за то, что я, подлец такой, нашу счастливую ночь так заранее спланировал. Но я постарался помочь ей вернуть хорошее настроение:

— Давай я тебе расскажу про вторую государственную тайну. Это касается магов-правдовидцев. Ну ты знаешь, что народ весьма опасается их, и в общем не зря. Если за кем-то есть грешок, то такой маг запросто выведет негодяя на чистую воду.

Глазки девушки загорелись. Еще бы! Тайны узнавать всегда интересно.

— Но есть верный способ обмануть такого мага. И тайные службы его знают. Против хорошего шпиона этот метод определять ложь не работает. Но тут надо понимать, как работает такой маг. Он, естественно, не видит в голове человека, правду тот сказал или нет. Маг чувствует возмущения в ауре, а они возникают при каждом действии. И при произнесении слов тоже. Если слова правдивы, то возмущения одни, а если вранье, то другие. Вот собственно и все. Так-то это все очень сложно, но принцип простой.

Аниса покивала, соглашаясь, а я продолжил:

— Маги такие редки, и много допросов в день не осиливают. Так что с ними допрашивают только важных преступников. А вот опытные шпионы и ассасины им не по зубам, так как знают метод противостояния. А он тоже простой по сути. Когда со шпионом начинает говорить такой маг, то тот врет вообще всегда. Спросил тот «день сейчас или ночь», надо ответить как есть, но усомниться. Просто произнести про себя: «На другом конце нашего мира ночь, а я скажу что там день» и сказать «День». Покажет один камешек и спросит сколько их, а шпион подумает «Камней вокруг сотни, да и в руке мага их три, но невидимых, а я скажу, что один» и скажет «Один». И так он все время врет. Маг его выловить не может. Вот такая тайна. Это уже не говоря о том, что эти маги нередко ошибаются.

— Здорово! Ты такой умный! — мурлыкнула девушка. — А это ничего, что ты мне эти тайны выдаешь?

— А что такого? Ты же государственная преступница. Тебе можно, — усмехнулся я.

И тут по лицу Анисы я понял, что сболтнул что-то лишнее. Хотя понятно что. Она же мне так и не рассказала, почему сбежала, да еще утыканная стрелами. Но чего так пугаться-то?

— Ты служишь в тайной службе? — неожиданно и обреченно спросила она. — Ты меня арестуешь?

— Что ты, милая! — бросился успокаивать ее я. — Я не служу ни в какой службе, кроме этой башни. И я тебя люблю! И защищать буду до последнего!

— А откуда ты знаешь про меня?

— Хм… — я замялся. А хотя, чего уж скрывать? — Я просто читаю всю почту, которую возят горгульи. И секретную тоже. Вот и знаю.

— Зачем читаешь? Ты шпион? — пораженно прикрыла ротик ладошкой совсем замороченная красотка.

— Да нет же! Сказал же, что никому не служу. Скучно мне! Вот и читаю.

— А не боишься?

— Я свое уже перебоялся, — только отмахнулся я. — Любого человека могут убить в любой момент. Вся жизнь, это сплошная опасность. Так что плевать мне на тайные службы всего мира!

Аниса задумалась, но явно начала успокаиваться. А потом вообще улыбнулась:

— Значит мы оба государственные преступники! Слушай, а что обо мне писали?

Я попытался вспомнить, а потом просто достал из ящика стола покрытую воском дощечку, на которой записал последнюю шифровку. Что-то я действительно расслабился. Всегда стирал такие следы, а тут вот, забыл. Но очень кстати.

Протянул дощечку девушке и она чуть не выхватила ее у меня из рук. Читать совсем быстро у нее не получилось. Писать на воске, это не на бумаге, и читать было совсем не просто. Минуту красавица разбирала мои каракули а потом вдруг побледнела. Я насторожился. Что же такое она там прочитала? Наверное, про казнь брата.

— Я сочувствую твоему горю, — участливо произнес я. — И я считаю, что наказать замешанного, но фактически не тронуть главного виновника — это очень неправильно! Тут уж обоих надо было ссылать.

— Да… — с легким облегчением сказала Аниса. — Жалко. Но мы никогда не были близки. Я же очень поздний ребенок. Моему старшему брату уже под пятьдесят… было. Да и вел он себя неправильно. А второго брата они еще черта с два поймают. Он тоже жучок еще тот! И пройдоха. Ну я надеюсь, что не поймают.

И вот тут я уже по настоящему задумался, хотя виду постарался не подавать. Что напугало мою девушку, если не судьба братьев? Про себя она все знает. Хотя…

— Опасаешься, что тебя засунут в этот монастырь? — участливо спросил я.

— Да… место не сахар. Там держат неугодных знатных или просто важных женщин. Хотя режим там вроде бы не такой уж строгий. Вот выбраться оттуда сложно, это да, — Аниса о чем-то задумалась и неожиданно хихикнула. — Там раньше строго было. Но потом эту богиню покаяния почти до смерти избила другая богиня. У нас в девчачьем училище такие слухи ходили. Хотя, что значит «слухи»? Это точная информация. Все кому интересно знают. Ты не слышал?

— Наверное мне было не очень интересно, — развел я руками.

— Неожиданною… Про эту Челизию, ну богиню справедливости, по моему, знает весь мир. Она дико оскандалилась лет сто назад. Вот тогда ее точно все знали. Про нее и песни складывали, и даже книги печатали.

Неожиданно Аниса отчаянно покраснела. А я все-таки спросил:

— Что за книги?

— Ой, не спрашивай! Они такие… такие… нет, ты не подумай! Я их не видела. Только слышала.

— А мне почему-то кажется, что видела, — усмехнулся я. — Надо и мне будет в библиотеке спросить, как в мир выберусь.

— В библиотеке? Спросить? — ошалело посмотрела на меня девушка. — Да тебя оттуда выкинут за одну эту просьбу! Но я не об этом. Эта Челизия тетка очень боевая и справедливая. Так вот, она сказала этой богине покаяния, что женщинам, которые кому-то не угодили, устраивать трудную жизнь негоже. Они не преступницы, в конце концов. А эта дура, ну покаянная, стала артачиться. Ну Челизия ее и отметелила. Дня два била. Еле оттащили. Единственный случай был вроде бы, что одна светлая богиня другую светлую чуть не убила.

— Как интересно боги живут-то, оказывается, — присвистнул я. — А я почему-то думал, что они чинно по облачкам сидят и свою амброзию трескают, поплевывая на весь наш мир со всеми его проблемами.

А потом опять задумался. Ну про эту шуструю богиню я почитаю конечно, как получится. А вот чего все-таки испугалась Аниса? Монастыря она тоже особо не боится, как оказалось. Да и чего бояться монастыря, если в тебя уже стреляли? Смерть всяко похуже.

А затем я решил не перегружать свой мозг, а для начала спросить прямо про мою любимую у нее самой:

— Аниса, а ты мне ведь так про себя и не рассказала, — я посмотрел в глаза девушки и заметил в них явное беспокойство. — А мне ведь интересно! Я вот про себя ничего не скрываю.

— Я расскажу, обязательно, но не сейчас, — твердо пообещала она.

А я почему-то подумал, что баронесса опять соврала. Расскажет, конечно, но тогда, когда придумает правдоподобную сказку. И я решил настаивать! Но не тут то было, Аниса сама начала просить меня рассказывать то про одно, то про другое. И я почему-то всегда втягивался в отстраненные беседы, каждый раз говоря себе, что «вот сейчас расскажу, а потом уж не отвяжусь, пока сама мне про себя не расскажет».

Так и день прошел. А ночью нам вообще не до бесед было.

Наутро я решил перейти к следующей части приучения Анисы к домашнему хозяйству.

— И что? Ты представляешь, что будет с моими руками? — возмущенно спросила меня девушка, когда я рассказал ей про процесс стирки.

— Ну ты же в армии служила, — попробовал давить на логику я. — А если бы тебя сбили где-нибудь в глухом месте, и тебе пришлось месяц выходить к своим одной? В грязном бы шла? Или все-таки постирала бы вещи, хоть в реке?

— Да ты что? Я бы умерла сразу! Одной в лесу… — привела веский довод она. — Не пугай меня так. Да и позавчера… Если бы ты меня не спас, я бы там на месте богиню смерти призвала!

— Ну, допустим, богиня смерти просто так ни из кого душу не вынет. А в пропасть прыгнуть у тебя бы не получилось. Ты маг все-таки. Так что, так просто не умереть, — попробовал я перевести неприятную тему в шутку.

— Легла бы под куст и умерла!

— Месяц лежать? Ну ты шутница!

— Во мне жира мало, быстрее бы окочурилась! — не сдавалась девушка, а потом неожиданно рассмеялась. — Но ты спас меня от смерти. Так что спаси теперь и мои руки! Ну пожалуйста.

— Ладно… что-нибудь придумаю попозже. Значит, сегодня будешь уборкой заниматься. А то непедагогично получится.

Аниса радостно закивала, а я почувствовал, что этот раунд все-таки остался за ней. Но даже обучение уборке у нас не вышло. Прилетела горгулья, причем с опечатанной секретной сумкой. Девушку почтальонам я не показывал, но сразу отнес посланника на другую сторону горы, не забыв по привычке вскрыть и дать запомнить мышану послание.

Когда я вернулся, то началось священнодействие, все время которого Аниса ходила вокруг меня кругами и даже терлась о меня, изрядно сбивая сосредоточение, когда я погрузившись в память животного, переписывал на дощечки колонки цифр и букв.

— И что? Ты можешь это прочитать? — восхищенно прошептала Аниса, усевшись мне на колени и пытаясь хоть что-то понять в шифровке.

— Сейчас нет, но скоро смогу, — удовлетворенно потер руки я. — Это новый шифр, мне пока незнакомый.

— А как ты его узнаешь?

— Разгадаю! Но нам предстоит интересный день. Вот смотри. Здесь каждая группа из трех знаков прячет букву. Если мы поищем одинаковые группы, то заметим какие знаки встречаются чаще. А таких букв в алфавите не так много. Но можно сильно упростить задачу. Шифровки, как правило, начинаются с определенного слова. Или «Достопочтенному», или «Позвольте поприветствовать», или «Важно» или еще как-то подобно.

Я просидел с шифром несколько часов. Все это время Аниса не слазила у меня с коленей, время от времени только не забывая отпускать комплимент за комплиментом моему уму.

Наконец я составил все соответствия знаков и начал быстро записывать результат. Сначала шел текст с предписанием слушаться какого то типа, специального агента по имени Сан Сурон и всеми силами помогать ему. А вот второй абзац оказался интереснее:

«Всем к безусловному исполнению. Особенно области вокруг Бринстона и Юла, но с течением времени по всему континенту. Задержать чрезвычайно опасную преступницу урожденную баронессу Анису рю Лардс, рост низкий, возраст двадцать лет, волосы розовые, худая. Чрезвычайно опасна. Вырвалась в Бринстоне от группы захвата высшего уровня. Обладает сильнейшим умением заставлять любого разумного выполнять ее просьбы. При задержании не давать говорить и не допускать любые жесты. Рот сразу заткнуть, закрыть руки антимагическими варежками или пальцы сломать под обезболиванием. Избегать повреждений, которые позволят призвать богиню смерти. Но в крайнем случае разрешается уничтожить.»

Пока я писал текст, девушка слабо взвизгнула и попробовала придержать мои руки, чтобы я не продолжал. А потом смирилась и только с ужасом вчитывалась в выходящие из под писчей палочки слова.

Я с удивлением посмотрел на нее, все еще не осмыслив до конца эти фразы, и увидел слезы, которые текли по щекам моей любимой.

— Мне уходить? — тихо спросила она меня.

Я вздохнул. Ну хоть понятно стало, с чего это я стал мальчиком на побегушках… Но как-то же справился.

— Нет, конечно, — твердо сказал я. — Никуда я тебя не отпущу. Но не спеши… Дай мне подумать, и привыкнуть к мысли, что я был болванчиком в твоих руках. Может скажешь сама и сразу, как я вырвался?

— Да я не такая уж ужасная, чтобы пальцы ломать, — всхлипнула девушка, — а ты… ты просто понял. А если понял, то моя магия, мое персональное проклятье перестает действовать. Ну почти.

— Эх.. вруша ты, — вздохнул я. — Выдрать бы тебя!

— Выдери, — согласилась баронесса. — Только не выгоняй.

— Не выгоню. Но ты должна мне все рассказать. Иначе как я тебе смогу верить? Да я получается вообще никогда не смогу понять, сам я что-то хочу, или ты меня попросила… заставила.

— Я постараюсь не просить…

— Так значит ты испугалась когда читала первую шифровку, что я про кляп догадаюсь? Так?

— Да.

— А чего ты испугалась на вершине башни, где маны нет? Что твое умение перестанет действовать? Но ведь уже высказанные просьбы не зависят от маны. Да, там попросить ты уже не могла, но прежние-то действовали?

— Там я испугалась, что перестанет действовать первая часть моего умения. Я всем нравлюсь. И я боялась, что ты не любишь меня, а только попал под мое влияние. И оно непроизвольное, я не могу им управлять. Прости…

— Однако… — я попытался осмыслить и эту новость. — Хм… и сколько всего частей у твоего умения?

— Шесть… — произнесла Аниса и мягко завалилась мне на плечо.

Я отнес потерявшую сознание девушку на кровать, но приводить в чувство не спешил. Хотя и пускать все на самотек тоже не годилось, так что я захватил сознание второго мышана, что оказалось не легко. Три поводка это многовато даже для меня. Приказ зверьку был прост, слушать дыхание Анисы и чуть что, сразу предупредить меня.

Мое доверие куда-то улетучилось, а если хитрюга придет в сознание, то еще чего доброго, успеет выдумать какую-нибудь версию, в очередной раз весьма далекую от правды.

А сам я сел осмысливать информацию и продумывать план допроса. Оставался еще крайний вариант. Влезть в голову. Но это только если она сама разрешит. Ну допустим разрешит, никуда не денется. Вины на ней целый воз. Но что я прочитаю? Я как бы не специалист. Значит, надо понять, что могу прочитать, и это заставить думать. Читать-то память человека хоть сколько-то глубоко я точно не смогу.

В общем, до того момента как девушка очнулась, я ничего дельного так и не придумал. Непродолжительный обморок очень положительно повлиял на мою любимую. Она слегка порозовела и почти успокоилась. И даже прикидываться, что все еще в отключке не стала, так что предупреждение мышана и не потребовалось.

— Ладно, — не стала тянуть дракона за хвост Аниса, заметив мою приподнятую вопросительно бровь. — У моего умения шесть свойств… Третье — это то, что от моих просьб сходят с ума. Но не подумай совсем уж плохого. Потом ум возвращается. Это я на слугах заметила. Но это свойство на сильных почти не проявляется.

— То есть, когда ты начала… просить меня, то все-таки допускала, что я свихнусь с катушек?

— Нет, нет! Если вовремя перестать воздействовать, то с ума не съедешь. И я сама этого очень боюсь! А с тобой особенно. Ты же мой герой и мой защитник! Но если бы ты был не в себе, для меня бы это могло очень плохо кончиться… Ведь в таком состоянии человек хоть и слышит мои просьбы, но понимает их как ему его сдвинутое сознание подсказывает.

— А может я уже того? Свихнулся? Вот и начал твои просьбы по своему слышать… — я задумался.

— Да нет же! — горячо возразила девушка, но в ее взгляде мелькнула тревога. — Это не так проявляется. Будь ты… сдвинутым, ты бы меня так не допрашивал.

— И много ты народу так? Сдвинула? Чтобы уверенно говорить, что так не проявляется?

— Немного… Но я верю в тебя, — опять начала всхлипывать Аниса.

Глава 8

Я решил переходить к следующему свойству, а то так сейчас опять в обморок упадет, и до утра не управимся. А сумасшествие… ну если оно особо не проявляется и жить не мешает, то и фиг с ним.

— Ладно, дальше рассказывай, — вздохнул я.

— Четвертое, если человек сошел с ума, то я могу попросить его ничего не помнить, и он потом, когда нормальным станет, все забудет.

— А много времени тебе требуется, чтобы с ума свести? И сколько это длится?

— Много! От пары недель. Так что ты точно нормален, — радостно ответила красотка. — А проходит сумасшествие дня через три, как я…. просить перестаю. А сколько времени длится, даже и не знаю, я никогда никого так долго не держала. Неделю от силы. Я же это не специально. Это еще в детстве было.

— Но с того времени твой талант развился, так?

— Да. Но откуда ты знаешь?

— А все врожденные свойства усиливаются с возрастом. Лет до восемнадцати-двадцати обычно. Так что теперь ты может гораздо быстрее можешь с мозгом управиться…

— Нет, нет! — опять разнервничалась Аниса.

— Ладно, а дальше какие свойства?

— Пятое, это то, что выполняя мои просьбы, человек удовольствие получает. А шестое, это то, что нахождение рядом со мной удовольствие приносит. Так что я в буквальном смысле дарю радость.

— Как наркотик? — пошутил я.

— Ага, — радостно согласилась пигалица.

Но меня сравнение что-то не порадовало. Наркотик он еще и привыкание вызывает, между прочим.

— Знаешь, я что-то не заметил радости от выполнения твоих просьб, — попытался вспомнить я. — Как то мне не доставляло удовольствие быть прислугой.

— Это были просьбы, которые ты отвергал, пока окончательно не понял. А вот выполнения мелких просьб тебе доставляло настоящее удовольствие. Рассказать что-то, подать. А особенно на вопросы отвечать. Вспомни!

— Ладно, а насколько сильно твое умение? Ты говоришь, что слабое, а писали, что сильнейшее? Так какое все-таки.

— Пусть оно сильнейшее по опасности, но я не могу просить все что угодно. Только мелочи или те вещи, которые человек уже сам почти готов сделать. Если бы меня там нашел не ты, а орки, то просить их не есть меня было бы бесполезно. А вот просьбу приготовить из меня не жаркое, а колбасу, они бы выполнили с радостью. И еще получали бы удовольствие от возможности услужить мне, — попробовала пошутить девушка.

-А если бы ты не стала просить меня прислуживать, а только мелочи всякие, то я бы и по сей момент не догадался? А потом бы тихонько свихнулся и тогда бы делал все не раздумывая. Так?

— Нет, конечно! Я бы до такого не довела.

— Тогда по другому… если бы ты не спешила, то постепенно приучила бы меня к… подчинению. Так?

— Наверное… Но я не собиралась так делать! Я же не строила коварных планов. Я просто хотела чтобы ты помог мне.

— А все-таки я понял, почему тобой так заинтересовалась тайная служба. Если ты будешь использовать свое умение расчетливо, то можешь добиться чего угодно. А с учетом остальных пяти свойств, так вообще! Ты действительно опасная пигалица, дорогая!

Я рассчитывал, что мои слова помогут мне объяснить Анисе всю ее неправоту в таком обращении со мной, но случилось нечто неожиданное. Девушка вскочила с кровати и чуть не нависла надо мной, благо я сидел на стуле. Она нахохлилась, и в своем мундире с галунами стала напоминать генерала, который готовится обложить матом пару-тройку полков.

— Знаешь что, дорогой, — возмущенно начала она. — Не надо обвинять меня во всем, чем можно. Да, я может поступила не очень хорошо, когда сознательно попросила тебя делать разную работу для меня. Но попросить близкого человека — это же нормально! И многие исполняют просьбы совсем без всякого воздействия. А не просить я не могла. Я же хочу жить хорошо. А ко всей этой работе я непривычна. И если для тебя в этом было совсем капелька труда, то для меня просто трагедия! Можно сказать, что унция твоего неудобства дала бы мне пуд радости.

Я чувствовал, что она и права, и не права одновременно. Но как-то сформулировать свое возражение вот так, сходу, не получалось. А Аниса продолжила:

— И ладно бы ты винил меня в чем-то излишнем или опасном! Но я же просила самый минимум. Ни носить мне воду для умывания каждые полчаса, ни украшать комнату всякими излишествами. А тем более, я даже и не подумала просить тебя добыть мясо, отправляя тебя на охоту в скалы, где можно свернуть шею. Не попросила эдельвейсы мне к пробуждению! А между прочим многие дамы именно так и делают, и ни у кого даже мысли не возникает осуждать их, даже если их кавалер сгинет где-нибудь среди скал, разорванный троллем, которому на эдельвейсы начхать с высоты этой самой горы. Так что не преувеличивай мою вину.

Я просто разинул рот от экспрессии малявки и от очевидной правоты ее слов.

— А что касается остальных свойств моего проклятого умения, так вину за них я признавать вообще не готова! То что нахождение рядом со мной приносит удовольствие, что в этом плохого? Такой же эффект оказывает обычная женская красота. Да радоваться надо, что рядом со мной можно быть чуточку счастливее! Это на самом деле неудобство только для меня. Ты не представляешь, как сложно жить, когда у всех вокруг мысли только об одном. Да я даже в девчачьей школе устала отбиваться от намеков одноклассниц, которые и сами не понимали, почему им хочется обняться со мной и просидеть так вечность. Вот и пришлось мне навсегда надеть маску презирающих всех вокруг аристократки.

Я бы даже посочувствовал, если бы все еще не был так зол на мою красавицу. А красавицу ли? Или мне так просто кажется? Да нет… Вроде с внешностью у Анисы полный порядок. И нравится она мне просто безумно!

— Но учитывать интересы других тоже надо, — попробовал я сформулировать возражение против не предполагающих отказа просьб. — О, точно! Понял я, что меня больше всего возмутило. То, что я не мог отказаться выполнять просьбу.

— Но я же по другому не могу, — печально сказала девушка. — А по поводу интересов, то не надо врать себе — все и всегда ставят на первое место свои интересы. И хорошо, если готовы поделиться кусочком с близкими. На этом мир стоит. Вот ты же спас меня. Но и свои интересы не забыл. Не веришь? Тогда просто представь, что на моем месте оказалась бы старушка. Ну как хороший человек, ты бы ей помог, конечно. Но заботиться, как обо мне, точно не стал бы!

Я слегка поморщился о перспективе замены и внутренне согласился с доводом.

— А еще, когда ты меня хм… пригласил… — она кивнула в сторону кровати. — Ты не сильно-то подумал о моих интересах. Нет, я не жалуюсь, но все-таки. Для приличной девушки это не то же самое, что для мужчины!

— Да я хоть сейчас жениться готов, — ошарашенно сказал я.

И тут Аниса резко замолкла. Она помялась, порозовела, а потом невнятно проговорила:

— Не надо спешить, мы же еще маловато знакомы. Да и вообще… И не думай того, что ты сейчас подумал, что я баронесса и надеюсь, что все еще образуется, и ты мне не пара. Просто… оказаться… э… вместе на второй день знакомства — это еще ладно. А вот жениться, это уже точно перебор!

Мы оба на несколько минут замолчали, а потом Аниса вдруг произнесла:

— Прошу меня простить. Но только за мои задевшие тебя просьбы. А если ты будешь меня еще в чем-то обвинять, то я от тебя уйду!

Я удивленно посмотрел на узкое окошко, за которым хоть и царствовала поздняя весна, но совсем не южная.

— В нижнюю комнату, — поправилась девушка, а потом подумала, вспоминая ее обстановку и слабо улыбнулась. — Ну как минимум на дальний край кровати.

Я молча обнял красавицу, даже не задумавшись и о том, что она меня опять попросила, и что я с радостью просьбу выполнил, забыв о своем негодовании. Более того, мы отправились изучать какие там у кровати края дальние, а какие ближние. Так что все работы отодвинули на следующий день.

Вечером мы совместно приготовили ужин, и девушка вдруг сама начала мне рассказывать про себя:

— До двенадцати лет я жила в фамильном замке. Уже тогда обнаружилось мое проклятие. Слуги не могли мне отказать. Если говорить об отце и воинах дружины, то те держались получше, но все равно мелкие просьбы выполняли с радостью. Крепче всех оказалась амазонка, моя телохранительница, которая поначалу тоже поддавалась, хотя и весьма слабо. Это меня так раззадорило, что я решила ее сломить. Просто из упрямства. Это был единственный случай в моей жизни, когда я попробовала воспользоваться умением намеренно для полного подчинения человека.

Я слушал затаив дыхание.

— Но та дама оказалась умной и наблюдательной. Она видела уже и поклонение, и угождание мне слуг, и даже два случая схождения с ума от слишком частых моих просьб, так что выводы сделала. Она сняла свой ремень, в половину меня тогдашней толщиной и так приложила меня по мягкому месту, что я провизжалась только через полчаса. А та просто сказала, что если я не прекращу так поступать с ней, то она добавит еще раз двадцать. А потом добавила, что если не прекращу так поступать с другими, то уже через несколько лет буду вспоминать этот ремень как ласку. Люди мне не простят такого ведьмовского умения. Никто и никогда.

Я только покачал головой, удивляясь мудрости неизвестной амазонки, которых молва считает весьма недалекими.

— Я сделала выводы и стала больше задумываться и наблюдать. Несколько раз мне довелось убедиться в правоте моей телохранительницы, у которой, впрочем, скоро закончился контракт, и она уехала. В итоге я перестала вообще кого-либо о чем-либо просить. В замке о моем проклятии знал только отец, которому амазонка, конечно рассказала о происшествии, но он как-то не обратил на это особого внимания. Слуги, вообще, как-то даже и не поняли почему так мне угождали. Ну просто милая девочка, что бы не выполнить ее просьбу…

Потом Аниса сказала, что подробности о детстве расскажет, если я потом ее попрошу, а пока перейдет к более взрослым годам:

— В двенадцать меня отправили в пансион для благородных девиц, где и магию немного изучали. И вот тут начались первые настоящие проблемы. Я не была дурой, но была одной из худших учениц. Догадаешься почему? Нет? Вот как ты учился? Тебе давали задание, и ты изучал вопрос. А что непонятно, спрашивал у преподавателя. Спрашивал, понимаешь? Я же всегда высокомерно молчала. Сотня просьб к преподавателям и все бы догадались о моем проклятии… после того как вылечили бы массовое сумасшествие учителей.

Я покачал головой. Действительно, а ведь и не догадаешься о проблеме, пока не услышишь объяснение.

— А еще взрослеющие одноклассницы начали просто липнуть ко мне. В общем, я сбежала уже через пару лет. И еще два года просидела в замке ни с кем не встречаясь и почти не разговаривая. А потом отец умер, и мой старший брат, которому отец рассказал о моем умении, решил им распорядиться. Он настойчиво потребовал явиться ко двору, где он всю жизнь ошивался при младшем принце, впустую прожигая время. Догадываешься, чем мне это грозило?

Я не был уверен, поэтому пожал плечами.

— Стать чьей-то любовницей, выпрашивать много и разного, а потом быть казненной, когда до толпы дойдет, как именно я всего добиваюсь. Благо, что мне уже было шестнадцать, и я удрала в армию. Девушек-магов в войска берут неохотно, за одним исключением. Наездницы на драконидах. Эта тварь поднимает всего пудов десять, так что и мужчин берут тщедушных, и девушек соглашаются. Легче наездник, больше груза. А маги для того, чтобы после первого падения не соскребать летуна с камней.

Я улыбнулся сравнению, но Аниса была серьезной:

— Так я оказалась там, где мне было страшнее всего. Но ничего. Мы в основном не предназначены для битвы. Транспортировка отдельных солдат, доставка грузов и сообщений. Я всего два раза за время службы была в бою. Один раз мы кружили над орочьим стойбищем на недоступной для стрел высоте и поливали их огнешарами. Так… операция устрашения и отвлечения внимания, пока соседей громили наземные отряды. А вот второй раз был настоящий бой.

Аниса вздохнула и поморщилась страшным воспоминаниям:

— Тогда орда орков спустилась с гор и осадила один городок в двадцати лигах от нас. Пока полки пикинеров и арбалетчиков маршировали, нас подняли по тревоге и послали не дать зеленым сосредоточиться на штурме стен. Вот это была полная программа! С пикированием на отряды врага, стрельбу настоящего боевого мага из-за моей спины. Огнешары и стрелы навстречу, и кажется, что все тебе прямо в лицо, а еще стаи воющих призраков из ожерелий шаманов. Бр-р-р. Я, надо признаться, тогда не сберегла сухость штанов…

Я сочувственно посмотрел на девочку, которая, оказывается, в самой настоящей битве поучаствовала.

— С тех пор я с уважением отношусь к настоящим полевым воинам, видящим врага на расстоянии удара мечом. А потом… а потом я вечером вернулась с дежурного вылета и меня встретили четверо амбалов и самый настоящий эльф с нашивками тайной службы. Еще у них в руках были кляп и антимагические рукавицы. Это такие колодки, где каждому пальцу свое место. Так арестовывают опасных магов. Я, не помня себя, попросилась в туалет и они, ухмыляясь, повелись. А я пробралась к еще не расседланному дракониду и дала деру. Эльф сначала выстрелил мне в ногу. Да так, что наконечник, пробив мою голень, аж застрял в попоне моего воздушного коня. А потом мне повезло, что эти длинноухие твари слишком медлительны. Вторая стрела была уже на излете и кирасу не пробила. Еще он и другие воины стреляли в драконида, но сзади у того только хвост и задница, так что сильно не пострадал. Я летела всю ночь, чуть не теряя сознание, и леча то себя, то тварь амулетом исцеления. Но как-то долетела до этого непроходимого на самом деле перевала. А здесь драконид взбесился от боли и усталости. Ну а дальше ты лучше меня знаешь.

Я смотрел с сочувствием и просто всеобъемлющим обожанием на храбрую малышку.

— А лейтенанта я получила, конечно же из-за своего умения. В первый год я заработала такое обветренное лицо, что мне стало страшно. Это тебе идет почти черный загар, но совсем не молодой девушке. Я пошла к начальнику гарнизона просить разрешение на неуставной шлем с прозрачным забралом. Ну попросила. Потом еле отбилась от этого старикашки. Но он в обиде все равно не был, и даже выписал мне звание. Мне, к счастью, удалось отбрыкаться от должности командира нашего отряда, который и узнал какая опасность нависала над его синекурой только когда вышел из очередного запоя. И этот подлец, представь, стал сочинять про меня гадости… Но тут ему не повезло. Наши алкаши, с которыми я все-таки иногда оказывалась рядом, и которые все попали под первую часть моего второго умения, так его отм.. избили, проще говоря, что он неделю не вставал. Впрочем, он и так нередко неделями бухал, лежа в том числе.

Я только хмыкнул, на простоармейское выражение, которое чуть не употребила моя Леди, а та, даже не заметив того, что я заметил, продолжила:

— Но не подумай! Я звание все-таки честно заслужила. Ведь легко исполняют только просьбы для которых не надо через что-то в себе перешагивать, а я была на очень хорошем счету. Все время в своей комнате, всегда готова к вылету. Остальные летуны пили так, что гномы завидовали. Иногда и на вылеты их приносили денщики. Бывало в полете они падали. А драконид без наездника сразу сматывается. И дня три разбойничает по окрестностям, пока вложенный в его башку приказ не пересиливает жажду свободы. Тогда возвращается. А с ним куча претензий от окрестных городков. Хорошо, что у тварей вшит в сознание совсем жесткий запрет, без приказа на людей не нападать. Ну, чтобы наездника не сожрали в первую же очередь. Так вот, на людей они почти не охотились, что не скажешь о скотине.

— Что ты сказала? Возвращаются? — встревоженно спросил я. — Ой я дурак! Как сразу не подумал? Там же сейчас проштрафившаяся группа захвата. Они память твоего драконида как пить дать прочитают.

— Ой, — прикрыла ротик девушка, до которой тоже стал доходить весь уровень катастрофы. — Прости, я так тебя подвела!

— Короче, так! — я даже и не подумал винить бедняжку в этой забывчивости и в окончании моей спокойной, хоть и убогой жизни. — Сейчас уже поздно. А завтра на рассвете уходим на ту сторону гор. Собирать нам нечего. Надо только продумать, как нам представляться потом и так далее. Тебя же могут искать. Баронессы так просто по просторам империи не шастают. Да, и нашивки воинские надо спороть с твоего мундира. В первом же городе купим одежду. Но до этого офицер слишком заметен. Особенно девушка.

Глава 9

Мы бросились собираться. Но и правда, особо и брать было нечего. Хотя тюк шкур нежити вышел изрядный. Но они были единственным, что мы могли бы продать за неплохие деньги, которых у нас не было от слова «совсем».

— Ни никуда не годится, — грустно сказал я, сидя за рукоделием по спарыванию кучи нашивок с куртки моей красавицы.

А Аниса в это время прохаживалась передо мной, пытаясь изобразить парня. И не получалось у нее ничего! Абсолютно.

— Ты слишком красивая, — изобразил я сверху вниз два изгиба руками. — Разве что доспехи на тебя надеть… Но голос… Походка… Манера речи… Да уж, дохлый номер!

— И что же делать? — всхлипнула девушка и с надеждой посмотрела на меня. — И есть ли смысл? И у тебя волосы брали, и у меня при поступлении на службу.

— Волосы не хранят ауру по три года, — усмехнулся я. — Их положено каждый год обновлять. Но все это забывают. У тебя брали потом хоть раз? Надолго слепки в амулет записывают, но это очень уж дорого, а значит и редко делают.

Аниса энергично помотала головой. Я правда не сказал, что образцы кусочков ее прекрасного тела, таких как волосинки, капельки пота, ношенную одежду и в ее квартире могут поискать, но маловероятно, что найдут достаточно, чтобы даже архимаг сумел зацепиться. Вот если снятое белье стоит как доспехи в углу, то да, ауры там навалом, но моя любимая чистюля еще та! Тем более, если бы нашли, то уже здесь были бы на второй день. Так что нечего лишний раз расстраивать девушку, которая рассчитывает на меня.

А вообще-то я совсем не был уверен, что слепки моей ауры уже развеялись. Их же обрабатывали в университете. Если бы было иначе, уже давно бы с перевала сбежал. Но теперь придется рискнуть.

Спать мы отправились очень рано и уснуть постарались не позже полуночи. Но ненадолго.

— Просыпайся! — громко скомандовал я буквально через час. — Мышан волнуется. И я почти уверен, что это орки.

Аниса пискнула и бросилась одеваться, шепотом спрашивая у меня подробности.

— Не шепчи, и сильно не спеши. Они еще далеко… Хотя нет… Давай побежим сейчас на ту сторону. Там рассвета дождемся и прыгнем.

Я отпустил одного мышана и птичку, которые сразу смылись в темноте, а второго все-таки решил взять с собой. Где я потом кого-то такого же чувствительного ловить буду?

Мы побежали по лестнице, и вскоре безмагическое пространство на секунду перехватило мне дыхание. Но я уже был привычен, а вот Аниса пошатнулась и чуть не рухнула в колодец. Еле подхватить успел. Мы добежали до верхней двери, и тут я встал как вкопанный. Мышан недовольно водил ушками в клеточке у меня на груди и еле слышно попискивал. Неужели уже слышит орков внизу? Если те бежали, то могли и подоспеть. А если не внизу?

Я глянул на узкие окошки, прикрытые стальными ставнями и покачал головой. Ладно… заметят, так заметят, если там вообще кто-то есть. Так-то бойницы закрыты толстыми стеклами, неожиданной стрелы можно не бояться. Я как можно тише открыл тяжелый ставень и прильнул к стеклу.

Вот поднятый мостик. Плохо, что я не могу нормально осмотреть саму верхнюю площадку башни. Но сейчас этого и не потребовалось. В слабом свете луны я разглядел четыре массивные фигуры, сидящие почти у края скалистой площадки.

— Орки, — просто сказал я спутнице. — Как-то прошли через пещеру. Но как там оказались, не очень понятно. Может тут перевал какой-нибудь есть недалеко. С этой стороны на ту перебрались, а потом и до площадки перед пещерой.

— Значит мы всё? — внезапно успокоившись, спросила девушка. — В ловушке?

— Или в крепости, — не согласился я. — Прошу отметить, что в прошлый раз я от них как-то отбился. А теперь нас двое.

— Один с половиной, — усмехнулась Аниса. — Нет, вру. Один и одна десятая от силы. Ладно, пойдем вниз?

— Подожди, — я достал арбалет. — Ты как стреляешь?

— В общем неплохо.

— Хочешь стрельнуть? — решил предоставить выбор девушке я.

— А давай! — азартно улыбнулась она. — Ты одного орка уже убил, так и я тоже не зря на жаркое пойти хочу, если нас все-таки выкурят.

Я тихонечко приоткрыл раму стекла и Аниса быстро прицелившись, подстрелила-таки одного из зеленокожих гигантов. Тот лихо сидел на самом краю обрыва и болтал ступнями, размером в половину моей красавицы, над пропастью. Туда и улетел. А через несколько секунд отдаленный шлепок сообщил нам, что тот магом не был, и куда попал ему болт значения уже не имело.

Остальные трое орков вскочили и двое разрядили арбалеты по нам. Но попали только в каменную кладку около амбразуры. А потом все припустили к близкому зеву пещеры. Быстро сообразили, что нас достать непросто, а они как на ладони. Я даже арбалет перезарядить не успел.

— Ладно, — слегка разочарованно сказал я, разряжая свое оружие. — Зато у орков теперь есть отбивная на завтрак. И она нажористей нас обоих вместе взятых, надо отметить.

Мы спустились вниз, и я крепко раскаялся, что успел отпустить второго мышана и птичку. Теперь у меня остался только один разведчик.

А через несколько минут на площадку стали выбираться первые орки, несмотря на ночь, прикрываясь массивными щитами. Когда счет врагов пошел на третий десяток я досадно хмыкнул:

— А эти твари хорошо учатся! В прошлый раз просто пришли за обедом, а сейчас подготовились. И отряд в тыл нам послали, и приближаются так, что не подстрелишь. И шаманов уже двух я заметил. Их воины прикрывают. И они могут преподнести сюрприз. Будь готова, если что.

— Призраки? — уточнила Аниса. — Ну те быстро не вылетят. Шаман пару минут камлать должен, если я не ошибаюсь.

Я с уважением посмотрел на девушку. Сам я призраков еще не видел. Прошлого шамана я убил раньше, чем он сподобился атаковать.

— Эй, белопузый! — внезапно донеслось снизу. — Сегодня твой последний день! Я же тебе говорил, что мы месть не забываем. И убежать тебе не удастся в свою пещеру.

— Я уже заметил! — крикнул я в ответ, не видя смысла скрываться. — Один из них уже лежит за моей башней. Вам как раз на завтрак. Чтобы силенок набраться и принять позорную смерть от моей руки.

Не злить орков я больше смысла не видел. А одну только пользу. Злой враг — это не думающий враг, а это нам может в чем-то и помочь.

«Бум-бум», «бум-бум» раздались мерные удары в бубны со стороны шаманов. А сами украшенные перьями и всяким мусором фигуры медленно двинулись к подножию башни. Каждого из них прикрывали два здоровенных воина со щитами.

— Ну побежали наверх, моя дорогая! — скомандовал я.

Когда мы уже стояли на лестнице над самым краем океана маны, раздалось визгливое гудение множества глоток. А потом рой призраков бросился к нам и принялся метаться, не в силах прорваться к таким близким людям.

Я только усмехнулся, хотя от рева аж печенка завибрировала. Не хотелось показывать испуг. А вот Аниса не стеснялась и тесно прижалась ко мне, и даже тихонько вскрикнула.

— Ужас какой, — прошептала она. — Никогда так близко их не видела. И как они на орков похожи! Только прозрачных и совсем безумных.

— Ну я их вообще раньше только на картинках видел, — ответил я и решил поумничать. — Их тут штук двадцать. От обоих шаманов. И минут на десять их должно хватить, если раньше не отзовут. А потом несколько часов отдыхать будут.

— Я ты не умеешь их развеивать? — с надеждой спросила девушка.

— Увы… могу только разорвать связь с привязкой, что призрака не уничтожит, но загонит в клык на день-другой. Это довольно просто. Но я, во-первых, сам должен быть в океане маны, а во-вторых, с одним так можно сладить, ну с двумя максимум. А на такую толпу пяток боевых магистров надо, не меньше.

Призраки долетали до конца отпущенного им срока, а потом, особенно душераздирающе воя, стали втягиваться обратно в ожерелья из клыков.

— Или шаманы дураки, или они не могут отзывать призраков по своей команде, — прокомментировал я. — Пойдем вниз. Может подстрелим кого…

— А точно надо? А то страшно очень, — усомнилась девушка, но все-таки пошла за мной вслед.

Небо над нами уже начало менять цвет, приглушая редкие звезды. И в первом призрачном свете мы разглядели, как орки вытаскивают на площадку здоровенное бревно. Почти два часа мы недоумевали, что они хотят с ним делать. А уже после восхода все стало понятно.

Аниса грустно осмотрела пятиярдовый помост с навесом, который орки с трудом втащили на площадку.

— Таран, — вздохнула она. А потом твердо добавила. — Ну что ж, эти дни мы провели просто замечательно! И я люблю тебя, знай, и никогда не причинила бы тебе вред.

— Да подожди хорониться, — возразил я и прицелился из арбалета в одного из носильщиков. — Дверь еще на месте. И я сейчас пойду ее заваливать, чем попадется.

— Я с тобой! — сразу сказала Аниса.

Впрочем, я быстро прикинул запасы хлама и мебели, и изменил решение:

— Нет, завал они раскидают за минуту, а нас отгонят призраками. Хватай стулья, а я тумбочку, сделаем баррикаду вверху на лестнице, там нас так легко не выкурить будет. Побегут, первого пристрелю, а потом схватимся в рукопашную.

— Нет, потом ты ударишь меня мечом. Не хочу умирать в их когтях, — всхлипнула девушка. — Очень прошу!

Я машинально кивнул, а потом потряс головой. Магический посыл был так силен, что я даже не сомневался, что не смогу противостоять ему в решающий момент. Но ругать красавицу за нарушение недавнего обещания не манипулировать мной, язык у меня не повернулся.

Мы успели сбегать с грузом только два раза, как сильнейший удар, кажется, потряс всю башню. Да уж… так дверь долго не продержится.

Но пятый удар внезапно был сопровожден мощнейшим разрывом. А затем и яростным хоровым воплем орков.

Мы бросились к бойнице, около которой пробегали. Невысоко над нами парил драконид, а сидящий за скрючившимся впереди возницей человек в развевающемся плаще, не обращая внимание на свистящие рядом стрелы, надувал между расставленными руками огненный шар просто циклопического размера, фута два в диаметре.

Шар оторвался от рук и медленно поплыл вниз. Мы тоже посмотрели на землю. Орки частично бежали к кустам, частично стреляли в шар, но тот пропускал стрелы, не замечая их. Шар долетел до земли, и нас ослепила мощнейшая вспышка и оглушил грохот. Несколько изломанных зеленых фигур разлетелись в стороны.

Драконид тем временем стал снижаться. До нас донесся тонкий, на одной ноте вой возницы, и мне показалось, что с его ног к земле устремляются капли.

— Помощь пришла нежданно, — нервно хихикнула Аниса, — но нам, надо признаться, лучше не будет. Первый — это летун из интендантского отряда. Мои коллеги… бывшие, похоже опять перепились до полусмерти. Так что схватили и отправили на вылет, кого поймали. Второй — это один из тех, что за мной приехали. Архимаг боевой. И второй раз мне в туалет отпроситься явно не получится. Так что моя просьба об ударе остается в силе!

Я поежился второй раз. Это мы еще посмотрим на просьбы… А затем всмотрелся и действительно узнал возницу. Этот гаденыш привозил мне припасы, попутно продавая часть по пути. А потом я заметил точки еще четырех драконидов, которые заходили на посадку на краю нижней долины, в лиге от нас.

Драконид с архимагом сели около самого входа в башню, колдун кинулся в кусты, раз за разом создавая то огромные шары, то быстрые очереди из маленьких. Но далеко от башни не отходил. А возница забился под ящера и продолжал негромко скулить. А затем вспышки и яростные вопли стали доноситься и из леса. Бой длился с полчаса, а потом настала тишина.

Мы тихо сидели в комнате под самым срезом океана маны. А на площадку один за другим вышли пять фигур. Они стали полукругом. Очень внушительно и угрожающе. А потом из леса выбрались еще две. Пошатывающиеся, но отнюдь не от ран.

— Мои бывшие коллеги, — шепнула Аниса. — Здорово они набрались, раз еще не протрезвели окончательно. Но долетели, надо же…

Настала минутка тишины, нарушенная властным голосом. Архимагу надоело первому.

— Ну, долго мы еще будем ждать? — гаркнул он.

— А вы кто? — спокойно спросил я.

Я осматривал лица воинов и все больше удивлялся. У каждого под левым глазом был довольно свежий фингал. Даже у эльфа, который встал около самого высокого куста по центру.

— А ты не видишь что-ли? — удивился главный.

— Вижу восемь типов. У пяти побитые морды, один обделался, а двое из какого-то разбойничьего притона.

— Ну ты и наглец, — аж чуть не расхохотался архимаг. — Воины мы имперские!

— Ого! Те зеленые, что меня сожрать хотели, тоже воинами назвались. У меня тут императорский, между прочим, объект. И инструкция, между прочим, есть!

— Или ты сейчас же откроешь, или мы выломаем твою дверь! — негромко сказал самый пожилой, похожий на какого-то навороченного мечника.

— Вот-вот! — я продолжил валять дурака, стараясь говорить максимально серьезно. — Кто двери ломает, вы знаете. Короче, если вы императорские воины, то давайте документ. Можно еще форму, но я ни на ком ее не вижу, кроме двух алкашей. Но той, похоже, уже год полы моют.

— Справедливо, — опять вступил главный. — Смотри!

Он протянул вверх руку и от его ладони к бойнице, за которой я сидел, плавно полетел какой-то предмет. Я шикнул на Анису, чтобы быстро вышла из комнаты, и поймал влетевший ко мне кругляш из мифрила с несколькими вставками из драгоценных камней. Ну все как положено! И герб, и надпись «Тайная служба Его Величества», и куча слабеньких, но страшно навороченных заклинаний. Но, по крайней мере, никаких сигналов он не подавал. Это я сразу разглядел. Еще бы, если служба тайная, то случайный маг не должен заметить значок при сканировании.

— Ну, посмотрел? — спросил главный. — Возвращай и открывай дверь.

— Не так быстро! Я его проверяю. Я, знаешь ли, так быстро не могу, — ответил я, пряча жетон в карман.

— Эй вы, оба, не испытывайте наше терпение! — вмешался еще один, самый молодой.

— Оба? — удивился я. — Я здесь один. Нет, я бывает сам с собой разговариваю, но пока себя контролирую.

— А у тебя что, не было девчонки такой мелкой? — удивился архимаг.

— Девчонки не было. Три дня назад приходила одна красотка, лейтенант армии его величества, но девчонки с ней не было.

— И где она? Лейтенант эта? — крикнул молодой.

— Так ушла сразу же. Попросила у меня припасы, плащ… Проводить ее попросила. Я был очень рад помочь красотке, хотя званием выше нее, между прочим. Но она такая вежливая, не то что вы!

Воины переглянулись. Главный покачал головой, а эльф прислонил лук к тонкому стволу деревца, прислонился сам и скрестил руки на груди, явно намекая, что болтовня низших форм жизни не достойна ушей перворожденного. Общее впечатление высшего создания только портил все тот же фингал под глазом.

Я тут же принялся отдавать приказы мышану, и серый комочек через минуту юркнул на лестницу.

— Врет он, — внезапно сказал молодой. — Я чувствую три живых существа. Все примерно в одном месте.

— А, ну это у меня козы, — радостно сказал я.

Люди внизу понятливо заулыбались. Еще бы, анекдоты любили все. Но я постарался их разочаровать:

— Я же менталист, — фигуры внизу разом напряглись. — Вот тренируюсь на животных. Надо же вторую ступень получить как-то.

— Твои отношения с козами нам неинтересны, — фыркнул расслабившийся после намека на убогий мой уровень главный. — Открывай дверь, иначе пожалеешь.

— Бегу, — крикнул я и действительно побежал по лестнице.

Контакт с аудиторией терять надолго нельзя, так что уже через минуту я погромыхал засовами, а потом проорал:

— Не могу! Чертовы зеленые тут засов покорежили. Да и дверь почти вбили внутрь.

— Если я открою сам, знаешь куда я тебе этот засов засуну? — заорал воин.

— Иди сам и посмотри! — возмутился я. — Сам своими тупыми глазами посмотри, идиот! Дверь вверху есть еще одна. Но там три орка в пещере были, если не убежали.

Отряд разом напрягся, и только молодой сказал.

— Я сейчас импульс пущу.

А уже через минуту успокоил:

— Нет там живых, так что не трусь, вояка почтовый!

— Так летите!

— Куда? — задал резонный вопрос главный.

— Туда! Глаза разуй! За башней есть приступок. Еще в мане. Туда драконид поместится как раз. Я скину с моста веревку. Пусть ваш обделавшийся привезет бугая, и тот сам этот засов разгибает, если не надорвет себе все на свете.

Глава 10

Гости переглянулись, и вояка, достав из под драконида возницу, разместил его в седле. Сам сел сзади. Операция вступила в завершающую стадию.

Когда ящер сел на приступок, я с уже опущенного подъемного моста скинул веревку. Тонкую и неудобную, и привязанную довольно неудачно, так что вояка, уцепившись за нее, повис над пустотой. Я, изображая суету, незаметно перерезал веревку, и мужик молча удалился к земле. А я прыгнул на приступок и не церемонясь дал в морду вознице, вложив в удар всю ненависть три года обворовываемого человека. Тот с воем полетел вслед за воякой. Упал неудачно, кажется что-то даже сломал. А я уже ловил Анису, которая с еле слышным визгом спрыгнула мне вслед.

Взлетели мы быстро, сопровождаемые яростной руганью и циклопическим огнешаром. Но и у драконида, и у шара скорость в целом одинаковая, так что когда снаряд все-таки разорвался ярдах в пятидесяти у нас за спиной, то нас только немного тряхнуло.

И только самый опасный для нас эльф, который плавным движением схватил лук, тут же успокоился и остался стоять безучастно дальше. У его ног змеился обрывок тетивы, а маленькое серое тельце со всех ног бежало в кусты. Грызть, это лучшее, что умеют грызуны!

— Правь к концу долины, — сказал я, склонившись к уху девушки. — Нам преследователи не нужны. Ищи остальных ящеров.

И мы их сразу нашли. Там собственно мест для посадки особых и не было, кроме одной приличной поляны.

Четыре ящера лежали в рядок, я в сторонке вертели головами два доблестных интендантских летуна. Я сначала выстрелил из арбалета, и болт застрял в глине у ног недовояк. А уж маленький, но такой натуральный огнешар Анисы окончательно обратил сторожей в бегство.

— Зависни ярдах в десяти. Мне хватит расстояния!

Я рассчитывал справиться за пару минут, но пришлось повозиться подольше, пока последний из драконидов не воспарил в свободный полет.

— Полетели! — скомандовал я. — Больно у них там защит накручено. Подчинение только утвержденным летунам. И маг сильный все ставил. Пришлось зайти с другого конца. Надавить на первый основной инстинкт.

— Это какой? — поинтересовалась девушка, понукая нашего ящера.

— Размножения. Пообещал им самку за ближайшей горой. А потом они вернутся в Бринстон, надеюсь.

— Как ты, интересно, пообещал? Они кастрированные, вообще-то…

— Но помечтать-то можно, — хмыкнул я.

А потом разом стало не до веселья. Затрещали кусты, и из них вывалился самый молодой воин тайной службы. Он тут же, не переводя дыхания, скрючил пальцы и направил их на нас. Аниса только охнула и ткнулась лицом в чешую ящера.

Чертов менталист! За секунду сознание выбил. Я направил руки в сторону врага, читая трехсекундное заклинание, а параллельно напряг волю, отбивая атаку уже на мой мозг. У меня в голове только загудело, а вот противник охнул и присел, но больше не атаковал.

Я потряс головой, проясняя мысли, но мне их прояснили куда эффективне. Резкий удар в руку, и я, скосив глаза, заметил наконечник стрелы, торчащий у меня из рукава. Черт! Стрелять не только эльф умеет. Сзади донесся еще один яростный вопль, и очередная стрела уже на излете свистнула в сажени от нас.

Ладно, займусь сначала Анисой, а потом она уже меня перевяжет. Я протянул руки к голове девушки и начал произносить заклинание. Ящер наш еще летел, но как-то пробуждать наездницу надо. Сама она может еще час в себя не придет. Я раздвинул вялые шторы, которые прикрывали сознание девушки. Если бы она бодрствовала, да не пожелала меня впускать, то я бы не сдвинул их и на дюйм за полчаса. А сейчас они податливо распахнулись.

Что делать дальше я на самом деле не знал. Просто попытался транслировать спокойствие и доброжелательность. Потом попытался ощутить эмоции, отодвинул в сторону страх и возбуждения боя, и чуть не задохнулся в волне восхищения и обожания. Ко мне, между прочим.

Я просто растаял, а потом опомнился и стал наглаживать спутанные нити соединяющие области рабочего сознания, поврежденные ментальным ударом. Дело быстро пошло на лад, и Аниса стала приходить в себя. Я плавно покинул ее сознание и задумался. Чего-то я там не встретил. Но так быстро я мог заметить только самые сильные сейчас чувства. Ладно, то что увидел тоже радует!

— Что это было? — спросила девушка.

— Сильнейший ментальный удар. Этот козел мог ударить драконида и на несколько секунд расшатать его восприятие, мог меня и добиться еще меньшего. А вот тебя вырубил надолго.

— А ты что сделал?

— Я так не могу. Профиль не тот. Но я надавил ему на третий основной инстинкт.

— Это какой?

— Первый размножение, второй питание, третий выведение.

— То есть ты ему обеспечил полные штаны третьего инстинкта, — хихикнула наездница.

— Вроде того, но маловероятно. Желание и действие не одно и тоже. Толку немного, но концентрацию сбил. Ну и неприятное время по чистке после, если он не успел собраться и отбить мою атаку.

— Возможно, ты завел себе кровного врага среди твоих коллег-менталистов…

— Ну не кровного, конечно, но он будет считать, что он мне должен кое-каких веществ, это точно!

— А ты же влез мне в голову, так? — слегка заволновалась девушка. — И что увидел?

— Влез. Иначе тебя было не вернуть в сознание. А увидел я там только восхитительное! И это… ты уже полностью восстановилась? А то меня надо бы перевязать… стрелой попали, подлецы.

Девушка мгновенно оглянулась, охнула. Потом быстро наклонилась к подсумку и вытащила аптечку. А затем и амулет. После чего я понаблюдал акробатику воздушного наездника. Девушка резко подпрыгнула, а приземлилась уже не только ногами на седло, но и лицом ко мне. Я восхищенно присвистнул, а Аниса только нахмурилась, рассматривая окровавленный наконечник, торчащий из рукава бежевой пушистой куртки.

Сначала она приложила мне амулет и боль быстро растворилась. Потом достала маленький нож из аптечки.

— Не порть куртку, — возразил я. — Это наш единственный запас денег. Просто оторви наконечник и выдерни древко. Я сниму куртку и все. Рана не опасная.

Мы так и сделали. Драконид все это время летел по прямой в самом верху океана маны. По сторонам возвышались отроги основного хребта с заснеженными вершинами, а ближе к нам громоздились уже более низкие горы, покрытые сплошным лесом. Я посмотрел магически и прямо над нашими головами разглядел ровную поверхность океана маны, которая над горами плавно приподнималась.

— Мы можем лететь и по прямой, — охотно пояснила наездница. — Но там высоты маловато, а орки дежурят чуть не на каждой вершине. Их тут как грязи. Могут и обстрелять.

Так мы летели часа четыре, пока Аниса не показала рукой вправо:

— Там Бринстон. А куда мы полетим?

Я уже успел подумать и предложил:

— Я могу предложить направиться в Тирн. Мы, конечно, можем прятаться по глухим углам, но я бы хотел, чтобы ты жила как подобает. А в Тирне, хоть и могут искать более тщательно, но и скидывать со счетов, то что беглецов ищут прежде всего по глухим углам не стоит. Я читал наставление по поиску преступников. Нас же готовили в следствие в том числе. Хоть эти курсы должны были читать позже, но никто не мешал мне почитать книжки индивидуально. А самое главное, там есть мои должники. Хоть они и архимаги, но заставить их выплатить мне компенсацию можно.

— Да, в большом городе затеряться и проще намного, — согласно кивнула Аниса. — А потом мы можем сбежать за границу. И насчет компенсации мне нравится! Только называй все своими именами, — Аниса хихикнула. — Ты хочешь шантажировать гадов, которые обокрали библиотеку, а тебя подставили. И знаешь, дорогой, мне это ужасно не нравится! Мне страшно за твою душу. Это будет серьезное преступление.

— Хм… а то, что мы уже государственные преступники и угнали императорского драконида, тебя не смущает?

— То другое. На вину перед императором богам начхать. Да и преступления во время бегства, это совсем не то. И если твои архимаги нападут на тебя, то тебе не возбраняется взять трофеи. Но только не так, как ты запланировал. Я не хочу чтобы ты попал в ад.

Я задумался. Резон в словах спутницы, несомненно, был. Но и без денег добраться до какого-нибудь дальнего государства будет очень не просто. Нет, можно нарядиться странствующими жрецами и шагать по дорогам, собирая плоды. Но ладно я, а баронесса? Она же такое просто не переживет! Куда комфортнее отправиться в путь в уютной каюте корабля. Мои раздумья прервала красавица:

— И еще я вот что подумала. Тайная служба начнет разбираться, как сильнейший маг оказался в этой твоей башне. Допросят с магом-правдовидцем и университетского проректора в Тирне, и твое почтовое начальство в Бринстоне. Так что вряд ли ты успеешь отомстить всем этим типам, не говоря уж о том, чтобы что-то с них получить.

— Если бы хотели, то после пожара допросили бы, — мрачно возразил я.

— Тайная служба пожарами не занимается. А вот когда будут расследовать наше бегство, то мимо и пожара, и краж офицерского содержания не пройдут. Нас они не поймают, но надо же будет хоть что-то предъявить начальству.

— Звучит разумно, — вынужден был согласиться я, и усмехнулся. — Эх… лишит меня империя мести. Ладно! Сейчас придумаю, куда нам направиться.

Аниса оглянулась и озвучила, похоже, давно вертевшееся у нее на языке предложение:

— А давай в столицу! Там у моей семьи есть дом. Был… Конфисковали, конечно… Но не думаю, что уже все вывезти успели. Там много всякого. Так что мы возьмем что поценнее. И не думай, это как раз не кража будет. Это и мое в том числе. А во-вторых, мы сейчас противостоим тайной службе и имеем право брать с них трофеи. Так что у богов претензий не будет.

— Да ты прирожденная преступница! — пошутил я, и почти не обратил внимание как вздрогнули плечи девушки при моих словах. — И знаешь, для меня ведь, с моим талантом, нет никаких проблем проникнуть в среднеохраняемый особняк. И животных послать на разведку могу, и сторожа усыпить, если он не подготовлен серьезно против ментальных атак. Я вообще мог бы стать великим вором, но не хочу. И даже не потому, что ада боюсь. Я просто не хочу быть таким. Ладно! Полетели в столицу. Это куда, кстати?

— Карта в подсумке, — почему-то нервно хихикнула девушка. — Там, кстати, и амулеты. Подай мне бодрящий. Никуда мы не полетим, драконид уже все, выдохся. На амулете я его продержу еще часа три, а потом он опять взбесится. Он же летел от Бринстона до нас, потом всего час отдохнул.

Я вынул амулеты и вообще все из подсумка. Потом осмотрел добычу. Каждый амулет был размером с палец и состоял из густого переплетения золотых, серебряных и мифриловых проволочек с частым вкраплением драгоценных камней. Все это залито каким-то специальным клеем. Но главная стоимость в кропотливой работе артефактора. Всего амулетов у нас четыре: исцеляющий, обезболивающий, бодрящий и усыпляющий. Последний — это утихомирить ящера, если он начнет беситься постепенно. И каждый стоит не менее пятисот золотых, между прочим. Только продать их не просто. Надо сначала найти лавку с ушлым торговцем, что не так уж сложно, но времени все-таки требует. Да и не в каждом городке такой есть, да чтобы еще и при деньгах. Амулеты армейские и к свободной торговле запрещены.

Драконид тем временем действительно стал сдавать и летел какими-то рывками, несмотря на заряды бодрости, щедро выдаваемые наездницей. Внизу уже проплывали один за другим городки. Около стен одного крупного города я разглядел обширное торжище. Время было едва послеобеденное, и толпа народу весело бурлила и клубилась вокруг палаток и крытых возов.

— Давай так сделаем, — предложил я. — Сейчас садись около ярмарки. Переоденемся сходим. А то наша одежда, мягко говоря, выделяется. А потом долетим до Урбонга, это огромный город всего в десятке лиг, судя по карте. И еще он по пути к Тирну, так что может немного следы запутаем. А еще там я схожу в представительство тайной службы и разживусь серьезными деньгами.

— Что, так просто? — развернулась ко мне девушка, и я заметил болезненно красные пятна на ее лице. Да уж… действительно, несколько часов полета на ветру да под палящем солнцем, и все это без ее спасительного шлема. — Сходишь и возьмешь, прям как их служащий? Ты меня и правда пугаешь иногда. Нет, я тебе верю! Но все-таки…

— У меня есть медальон. Почему не сходить? Вряд ли здесь уже в курсе нашего… нашей битвы. И вообще, садись давай! — слово «бегство» я почему-то не хотел употреблять. Мы в бою! Мы не бежим, а выполняем тактический маневр.

— Есть, командир, — шутливо козырнула Аниса и послала ящера в пике.

Нет, падать быстрее тринадцати лиг в час мы никак не могли, но все равно… Ощущение когда у тебя из-под зада исчезает уже натершая его опора в виде седла, и ты летишь к земле по сути параллельно с шестиярдовым крылатым крокодилом! Я вам скажу! Лихо, одним словом.

Наш маневр оценили и на земле. Впервые я разом наблюдал несколько сотен пар глаз и разинутых ртов, провожающих пикирующего драконида. Ладно, все равно нас запомнят. Так что, чуть больше, чуть меньше, какая разница?

Я спросил какого-то мальчишку, где здесь лучшая лавка одежды, и тот с готовностью проводил нас до большого шатра из выгоревшей грубой ткани. Может я тоже заразился этим проклятием, что мои просьбы выполняются неукоснительно и с радостью?

По пути я заставил себя не глазеть на скопище людей, которого не видел уже сотни, тысячи… ну пусть три года. Люди… Много и разных. Плохо только, что они все глазеют на высокого оборванного варвара в куртке из меха царского уровня и миниатюрную красотку в брючном костюме, трогательно прижимающуюся к его боку. Аниса сняла верхнюю защитную одежду наездника, которая все еще была в лейтенантских знаках, и теперь просто напоминала молодую испуганную девушку, которой, судя по всему, в первую очередь и являлась.

В шатре одежной сказки нас встретила высокая статная дама, которая со все возрастающем недоумением уставилась на нашу парочку. Но тут назревающий скандал с выкидыванием непонятных бродяг прервал воркующий голосок:

— Уважаемая, прошу помочь нам! Нам надо продать немного исключительно редкого меха, достойного императрицы. Прошу дать нам максимально возможную цену, чтобы и вы потом не остались в накладе, — Аниса просто расточала мед, впрочем, ничуть не поступившись своим положением Леди. Эдакая добрая аристократка, которая снизошла до мелочной просьбы. — И еще, прошу не рассказывать о нас, ну хотя бы неделю.

Я сам чуть не кинулся расстелиться ковриком у ног Сиятельнейшей, но овладел собой и просто снял куртку и протянул ее даме-продавщице. Возвышенное и счастливое выражение на лице просто не позволяло назвать ее вульгарной торговкой.

Та повертела куртку в руках, и найдя в себе силы хоть чуток противостоять чудовищной магии, произнесла:

— О! Мех сказочный! Редкая форма нежити. И уже очищена серьезным магом. Не обработана, но это не страшно. Две стороны… Квадратных футов, наверное, сорок в целом. Немного пробита, немного в крови, не иначе господина… Тысяча сто монет, я надеюсь, справедливая цена. Я потом ее предложу жене самого герцога, но вы понимаете, что будет куча расходов. Надо будет и…

— Нас устраивает, уважаемая! — перебила от уха до уха улыбающаяся Аниса. — А еще покажите нам, что у вас есть из одежды, что не надо долго подгонять. Походная. На Милорда и Миледи. Ни в коем случае не ношенная! И немного белья, лучше по последней моде. Нам надо бы поскорее.

— О, Миледи понимает толк в моде! — как-то сладострастно прошептала торговка. Или уже не торговка, а поставщица Ее Всемилостивейшего Сиятельного В Какой Не Пойми Попе Высочества?

Она профессиональным взглядом окинула наши фигуры и начала доставать из тюков какие-то немыслимые наряды, все в кружевах и каких-то рюшечках, начав с какой-то веревочки с микроскопическим треугольником, которая должна была исполнять роль белья по «последней моде, пришедшей из Юлонского княжества». Причем мужской! И тут я очнулся и чуть не рыкнул:

— Уважаемая! Мне и моей Леди срочно! Походная неприметная приличная одежда. И никаких подгонок! Ладно! Для Леди еще пару-тройку запасного белья. Да, черт побери! Мы спешим!

— О! Милорд вождь варваров похитил из отчего дома аж целую лейтенанта воздушных войск Его Императорского Величества, и теперь спешит в храм. О, как романтично! — прошептала дама, но все-таки зашевелилась гораздо быстрее, и в той части тюков, содержимое которых больше соответствовала термину «практичность», чем «мода».

Похоже, ее ни на секунду не обманули споротые нашивки с мундира моей опасной красавицы. Но ладно… похитил и похитил. По крайней мере это звучит лучше, чем «два государственных преступника в бегах».

Глава 11

Как бы то ни было, но уже через двадцать минут мы щеголяли в хорошей, но не особо бросающейся в глаза одежде. И хоть подгонять ничего и не пробовали, но все сидело как на нас сшитое. Мне хоть на прием к генерал-губернатору идти. А вот Анису никуда в таком виде вести не хотелось, кроме как до кровати. И все приличное, вроде! Ну вот как обычная вроде бы одежда подчеркнула и усилила все достоинства фигуры?

Надо отметить, что не все части костюмов нашлись в шатре этой продавщицы, а обуви у нее совсем не было. Но она сбегала в соседние лавки и принесла несколько вещей и очень приличные ботинки для нас обоих.

А добило меня то, что продавщица, как бы приглаживая мифические складки на брюках, откровенно погладила мою любимую по нижней выдающейся части тела и прямо сказала:

— Может молодым людям хочется отдохнуть? Так тут у меня в задней комнате оборудована лежанка на тюках. Я на ней люблю вздремнуть после обеда. Так там места на троих более чем достаточно.

Я окинул взглядом мою красавицу, потом раскрасневшуюся от удовольствия продавщицу, даму лет сорока, но с ее замечательной фигурой выглядящую лет на тридцать от силы, и сделал шаг в сторону чуть приоткрытых занавесок, отделяющих ту вожделенную заднюю комнату. Меня спасло только то, что я встретился лбом с центральным столбом шатра и от удара хоть немного пришел в себя.

— Что со мной? — буркнул я, тряся башкой и пытаясь прийти в себя.

— Что, что! — ответил я сам себе. — Эта маленькая дурочка рассматривает какую-то кружевную тряпку и не понимает, похоже, что сейчас ее потащат насиловать на тюках с одеждой ее спутник с еще час назад незнакомой ей дамой.

— Ну да! Она же раз по десять спросила и меня, и продавщицу «Ну как сидит?», примеряя эти тряпки. Вот два человека и превратились в идиотов.

— Правильно! Она спросила, что является разновидностью просьбы, много раз. И, похоже, теперь, когда она уже не подросток, этого достаточно, чтобы реально свести с ума!

— Ну теперь ты понимаешь, что она имела в виду, под третьим свойством своего умения? Она спрашивала много раз, и вопросы были совсем простые, типа «Ну как вам?». А ведь это по сути просьба ответить и отвесить ей очередной комплимент. А так как комплимент в этом состоянии для нас за радость, то ни у кого не возникло даже мысли противодействовать ее колдовскому обаянию. Так что мы оба были рады и испытывали счастье в два горла орать: «О! Богини должны тебе завидовать!». Вот и напитались проклятием так, что уже и мозги прощально помахали нам ручкой, и не потребовалось никаких недель, что надо отметить. Полчаса. Моей любимой ведьме надо полчаса, чтобы свести с ума!

Наговорившись с самим собой, я с трудом отодрал от моей любимой продавщицу, смотревшую затуманенным взглядом, и как можно строже рыкнул:

— Нам надо идти! Отсчитайте нам, пожалуйста, сдачу.

Аниса разочарованно положила изучаемую ей тряпочку и с удивлением посмотрела на меня и на продавщицу, которая, мурлыкая как большая кошка, повисла уже на мне и откровенно прижималась заманчивым телом. Но в глазах Анисы мелькнуло понимание и она твердым и благожелательным тоном по сути повторила мое распоряжение:

— Извините, уважаемая, нам действительно пора. Так что дайте сдачу и упакуйте сумку с запасным… бельем. Да мы, пожалуй, пойдем.

Только тогда дама отлипла от меня и стала быстро упаковывать небольшую сумку, а потом и подала мне увесистый мешочек золотых. И вдруг неожиданно и очень разумно сказала:

— Вижу, что Милорд Вождь Варваров хочет спрятать свою Очаровательную Невесту под личиной мальчика. Но это бесполезно, скажу я вам со своего жизненного опыта. Такую красоту не замаскировать, кроме как… Вот смотрите, у меня есть пять плащей. И два из них на вас очень замечательно подойдут! И всего-то сто тридцать золотых.

Дама достала из дальнего мешка несколько плащей из хорошего шелка, но на толстой подкладке. И что интересно, на капюшоне каждого была укреплена плотная сетка, полностью прикрывающее лицо.

— Это плащи последовательниц Богини Свободных Женщин, чей культ стал очень популярен в последние годы. Ну вы понимаете? Некоторые девушки не хотят выходить замуж за выбранного им родителями жениха, а некоторые и не могут из-за откровенно страшной внешности. А под этим плащом не видно фигуры. И эти накидки на лицо никто не поднимает. Ну почти. Разве что стражники по долгу службы, и то неохотно. У нас вот был случай, один так заставил последовательницу Свободных поднять сетку, и стал активным импотентом. Друзья предлагали ему скинуться на мага, но он только пьет, плачет и всех посылает к чертям.

Дама выбрала два красивых плаща и протянула нам:

— Тут приходили на днях пять последовательниц Свободных. И они были не из тех, которые бегут от ненавистного жениха. На их лица не позарился бы даже последний батрак. Но потом они встретили важного купца с дальнего запада, и он всех их взял замуж. И они с радостью согласились, а плащи продали мне.

— Всех пятерых? — удивленно спросил я.

— У них многоженство. А красивых женщин, похоже, маловато. У нас даже ходят страшные слухи про коз. Они-то говорят, что хотят купить Челизию, но люди же понимают, зачем горячим западным мужчинам козы!

— Челизию? — вспомнил недавно упомянутое имя я. — Это же богиня, если я не ошибаюсь. Причем тут козы?

Дама посмотрела на меня с огромным интересом:

— Я правильно понимаю, что вы не слышали ни о Первой Красавице нашего мира, ни о козах? Черт! Как я завидую вашей невесте! Вы настоящий варвар! Может вам потребуется служанка? Ну там постели заправлять… Да хоть трупы в простынях под мост спускать! Я на все согласна! Я ваша навечно!

А потом она заметила мой непонимающий взгляд и слегка пришла в себя:

— Поверьте женщине, эти плащи отличная маскировка, — с энтузиазмом сказала дама.

— Ладно, заверните два, — натянуто усмехнулся я.

Почему-то мне показалось, что если Аниса ну никак не сможет замаскироваться под мальчика, то я уж точно смогу изобразить из себя страшную девушку. Главное не забывать щетину сбривать, на случай если какой-то особо смелый стражник потребует приподнять вуаль. Но мы же теперь в цивилизованных землях, и я куплю себе, наконец, нормальную бритву. И забуду о том топоре, на котором оказалась самая пригодная для тонкой заточки сталь.

Когда мы вышли, Аниса меня ошарашила:

— Я прощаю тебя! — важно заявила пигалица, щеголяя в брючном, но вполне приличном после исчезновения колдовского очарования костюме.

— Прощаешь? — тупо спросил я.

— Ну ты так тискал эту женщину…

— Я тискал? Да ты что, не поняла, что ты там устроила?

Аниса тяжело вздохнула:

— Да поняла я, не совсем дура… Просто это формула такая. Если Леди застает мужа, тискающего служанку, то положено так сказать.

— А если муж застает Леди, тискаемую конюхом? — тупо спросил я.

— Тут уже сложнее. Конюха на виселицу, Леди в монастырь. Муж с радостным визгом ныряет в облака порока, которые, надо заметить, и так ему не возбраняются.

— Черт! Ладно! Но я спросил о другом. Ты правда не поняла, что за какие-то полчаса свела нас с ума?

— Ну немного расслабилась… Так хочется иногда померить эти тряпочки… Но ты хоть теперь понял, что именно для меня значит это проклятие? В лавки с мужчинами-продавцами я вообще не захожу… Там где женщины, я просто отдаю первый и последний приказ принести что мне надо. А сегодня я расслабилась, веря в тебя! Это такая сказка, нормально померить вещи, пусть и на крестьянской ярмарке. И ты меня, как уже стало привычным, спас. Ты умеешь противостоять моему проклятью. Надеюсь ты не считаешь, что я пыталась тебя околдовать? Ведь не было ничего! Просто обычные вопросы.

— Да уж… Но простые вопросы чуть не свели с ума…

— Ладно, сама виновата… Прости, пожалуйста!

Я совсем запутался. Ни злости, ни желания как-то наказать Анису я не чувствовал. Но мои это чувства, или следствие ее, не допускающей невыполнения, просьбы?

Ушли мы, в общем, без особых проблем. Нас до драконида, спящего, оглушительно похрапывая, на полянке в сотне ярдов от ярмарки, провожала целая толпа детей. Но по настоящему взбесил меня только рослый детина с огромным лотком, подвешенным на широких ремнях, который как завороженный шагал ярдах в десяти за нами. Причем, я голову готов дать на отсечение, что этот урод не отрывая глаз пялился на нижнюю часть фигуры моей девушки!

Я уже думал немного вернуться и дать ему в морду, но тут Аниса ловко впрыгнула в седло и положила руки на шипастую башку, пробуждая уставшего ящера. Тот рыкнул, повел головой, а потом неожиданно плюнул кислотой. И попал, конечно. Прямо в промежность настырного сопровождающего! Тот взвыл и, сбросив свою ношу, так что какие-то глиняные свистульки веером разлетелись в стороны, кинулся к пруду, в полусотне ярдов в стороне.

Я, удовлетворенный местью, уселся позади наездницы, и мы взлетели под взорам всех посетителей ярмарки. А Аниса вдруг пустилась в пояснения:

— Ты заметил, как я попросила продавщицу? Я сказала ей, что нам нужна цена, которую она готова заплатить. То есть, любой умеющий торговаться и сам бы мог такую получить. Попроси я ее дать десятерную цену, то уже были бы варианты. Или бы она заплатила, что было бы ограблением с нашей стороны, или бы просто очнулась и стала голосить, что ее атакует ведьма. А потом я еще попросила ее молчать о нас неделю. Если бы попросила вообще не говорить, то она бы опять же могла очнуться. А вот неделю дама готова подержать горячую сплетню в себе. Я о чем собственно? Я не могу попросить-потребовать все, как тебе могло показаться. Только то, что уже может произойти. И ты это увидел сейчас.

— Ох, врешь! — вздохнул я, не собираясь держать в себе все сомнения. — Я видел и это, конечно. Но еще и другое. Ты, если захочешь, можешь час подурачить голову любому невинными вопросами-просьбами, типа «как я вам нравлюсь», на которые жертва каждый раз будет тебе поддакивать. А уже через час ты получишь счастливого идиота.

— Просто прости и забудь, — устало, но твердо сказала девушка. — Нет у меня желания сводить с ума торговок. А тебя уж тем более! Ну увлеклась в лавке. Я сделаю выводы. Но давай уж решим один раз! Ты сейчас сзади меня. Удар мечом я даже не почувствую. Или веришь, или нет. Я твоя!

Ошарашенный такой отповедью, я минут пять рассказывал девушке, как я ее люблю, и как доверяю. И я не лукавил. Я помнил те эмоции, которые прочитал в ее голове несколькими часами ранее, и мои чувства от того воспоминания просто взрывались фонтанами нежности. А потом, когда мы немного успокоились, я все-таки спросил:

— Но получается, что ты можешь вообще получать мелкие услуги и не особо дорогие вещи бесплатно. Там в трактире обед, там в лавке одну одежку…

— Да, путешествуя по стране, и не заходя в один трактир или лавку два раза, я действительно могу получать исполнение разовых просьб хоть сто лет! Но только… Есть гигантское «но»! Для леди жить подаянием — это хуже смерти! Я действительно лучше лягу и умру под кустом, чем так унижать себя.

Вот так! Леди есть Леди. Я проникся пониманием и пообещал себе, что моя любимая не будет вынуждена делать такое. Одно дело война, бой, бегство. Но в будущем и целом, моя Леди будет жить как Леди!

Мы приземлились в лиге от Урбонга. Ящера засунули в овраг, и я минут пять поколдовал над ним. Время уже было обеденное, и моя не спавшая почти полтора суток красавица выглядела совсем уставшей, и ее отчетливо пошатывало.

Не желая час ковылять к городу, я подхватил девушку на руки и быстрым шагом двинулся к воротам. Аниса только охнула, но потом с улыбкой спросила:

— Ты точно уверен, что к городу не мозолящие глаза путники приближаются именно так?

— Не уверен… — вынужден был согласиться я.

Поэтому в три прыжка настиг повозку под управлением сонного крестьянина и не спрашиваясь положил мою драгоценность на кипу душистого сена.

— Гони, уважаемый! — крикнул я. — Моя жена рожает! В приличный трактир за воротами. Золотой плачу!

Возница привстал на козлах и залихватски свистнул. Серая кобылка резво рванула вперед.

— Ну ты и нахал, — охнула Аниса, но все-таки понимающе прикрыла свою талию, которой и оса могла бы позавидовать, пучком сена.

Мы подлетели к воротам, и наш крестьянин гаркнул во все горло:

— Пропустите! Тут баба рожает!

И столько было простого смысла в словах обычного мужика, что в стороны кинулись не только немногочисленные ожидающие прохода в город, но и оба стражника у ворот.

А я только сделал себе зарубку в голове, как действительно без проблем можно проникать в города. И не запомнит никто подробностей въехавшего.

Когда я, отдав крестьянину честно заработанный золотой, заносил девушку в трактир, она мне только сказала:

— Да ты манипулируешь людьми похлеще меня! Только вот что… почему ты не убил ящера? Его же память прочитать могут.

— А ты представляешь, как его убивать? Я могу его усыпить и потом рубить голову. Но может же и проснуться. Смерть может пересилить мои указания. А держать на поводке при убиении, это я бы сам потом там полдня провалялся. Я дал ему указание спать трое суток, и сны смотреть, про самок, еду, и так далее. Эти мысли уже через полдня перемешают его память так, что даже архимаг будет читать только картины жрущего и.. занимающегося любовью ящера. Да и вообще… жалко скотину.

— Ты такой умный! — муркнула Аниса. — И сильный! И умелый!

Я опять растаял. Но как-то нашел силы снять комнату и дал указания девушке:

— Я пошел в Тайную службу, а потом найму карету, и мы поедем в столицу. А ты пока поспи. Я заказал обед в номер, и потом с собой возьмем. Потерпи немного, пожалуйста.

— Хорошо, любимый, — с закрывающимися глазами прошептала Аниса и уснула, кажется, прежде чем я положил ее на кровать. И зачем я обед заказывал?

Я запер комнату и важно прошествовал в центр города, стараясь не подавать виду, что я не видел и не ощущал всех этих домов, людей и всеобъемлющей вони уже три года.

Особо думать мне не пришлось. Я дошел до ратуши, а рядом как обычно возвышалась имперская комендатура. Зашел в воняющий котом холл и сунул трофейный жетон охраннику, бдительно дремавшему, опираясь на чудовищного размера алебарду.

— Где представительство Тайной службы? — сурово спросил я.

С охранника сон как хвостом дракона смахнуло. Тот вытянулся и гаркнул:

— Третий этаж, вторая дверь слева, Милорд!

Я быстрым шагом поднялся по устланной затоптанным ковром лестнице и толкнул указанную дверь.

Меня встретил тяжелый и угрюмый взгляд широкого мужика. Ранее тот, несомненно, был выдающимся воином, но тяготы жизни давно подкосили его силы. Впрочем, я бы не поставил и медяка на себя самого в случае поединка с таким.

Хозяин комнаты ничего не стал говорить, просто молча смотрел. Так что пришлось начать мне. Я протянул жетон и твердо сказал:

— Приветствую вас. Мое имя Сан Сурон.

Я помнил это имя из шифровки Тайной службы. И еще помнил, что этому агенту положено оказывать ну совсем самое полное из всех возможных содействие.

Мужик наметил жестом стандартное армейское приветствие, кивнул в сторону кресла, в которое я сразу сел, и буркнул:

— Лейтенант Лун Онсер.

После чего достал из ящика стола амулет, диаметром почти в фут, и положил сверху мой жетон. Мельком глянул на результат и рассовал все по местам. Жетон мне, а амулет в стол.

— Чем могу? — устало буркнул мужик, и я вдруг понял, что он с тяжелейшего, просто эпического похмелья.

— Мне нужны деньги, и еще ознакомиться с циркулярными письмами, — я наглел по полной.

Но мужик только кивнул и, достав из кармана ключ размером в ладонь, не пытаясь встать из своего кресла, повернулся в сторону, где стоял циклопический сейф.

Глава 12

Через минуту он со звучным шлепками разместил передо мной папку, а перед собой потертый журнал. А еще через минуту, полистав страницы, выдал:

— Для вас есть особый циркулярный пакет.

После чего вытащил из сейфа черный как ночь конверт из бархатистой бумаги, весь усыпанный печатями, как та ночь звездами.

Я даже присвистнул про себя. Для этого загадочного агента индивидуально рассылают по всем комендатурам персональный циркуляр!

Дежурный тем временем пододвинул мне журнал, чтобы я расписался в получении корреспонденции, а потом неспешно убрал в сейф.

— Сколько вам надо денег? — бесстрастно спросил лейтенант.

Я сначала хотел попросить тысячи две, чего с лихвой должно было хватить на дорогу до столицы, но бросив еще один взгляд на конверт, который один стоит не меньше десятки, а основа для печатей еще столько же, нагло сказал:

— Пятнадцать тысяч.

Мужик только кивнул, а потом посмотрел в журнал и произнес:

— В сейфе тысяча триста тридцать, — а потом достал из кармана самые настоящие часы и открыв крышку добавил. — Но я могу сходить в банк. Хоть и поздно, но мне откроют.

Я кивнул. И мужик, положив передо мной пустой бланк расписки на получение денег, тяжело поднялся и молча вышел.

Я нервно усмехнулся. Воевать, оказывается, может быть прибыльным делом! Потом быстро заполнил бланк и пробежал глазами циркуляры. Но не интересно. Оказывается, все их я уже читал.

Потом я решительно взломал печати на конверте и разочарованно вздохнул. Ладно бы шифр! Я их щелкаю как орехи. Но у меня в руках было несколько листов дорогущей гербовой бумаги, исписанных словами абсолютно незнакомого мне языка.

Я сложил конверт два раза и сунул в карман. Ладно, просто подожду денег.

Ждать долго не пришлось. Через десять минут в комнату вернулся лейтенант и стукнул по столу небольшим мешочком. Потом мельком взглянул на расписку и опять же тяжело уставился в мои глаза.

— Еще для вас будет спецзадание, — уверенно сказал я. — Вам следует сейчас пойти в бордель «Нога феи» и дежурить там, не раскрывая себя трое суток. Там должен появиться Анон Устро. Его следует арестовать с предосторожностями, как опасного, но не сильного мага.

В первый раз я заметил на лице бравого в прошлом лейтенанта довольную ухмылку, особенно когда он убирал в ящик стола обручальное кольцо. Что ж, похоже, он уже не раз выполнял такие «спецзадания», и возможно даже в этом самом борделе. Но тут целых трое суток, да по приказу!

Когда я, насвистывая, вернулся в трактир, я ожидал застать Анису крепко спящей, но застал горько плачущей.

— Что случилось, милая? — недоуменно спросил я.

— Значит это твоя любовь до гроба? Да? — всхлипнула девушка. — Только мы попали в город, как ты пошел по злачным местам? Нет, я понимаю, что ты три года сидел в одиночестве… Но как же я?

— О чем ты? — я все еще не понимал ничего. — Я люблю тебя! И никого мне не надо!

— А как же бордель? И не отпирайся! Ты спрашивал у трактирщика, где здесь лучший бордель. Гад! Козел!

— Э… я просто отравил туда офицера тайной службы, чтобы он просидел там три дня. Ты сама мне подсказала дельную мысль, что люди любят выполнять приказы, о которых и сами мечтают. Вот я и послал мужика ловить в борделе моего бывшего проректора, который меня подставил. Еще и сказал, что тот маг неопасный, чтобы он расслаблялся спокойно. Но по крайней мере трое суток никто не будет знать где он, и он не расскажет, как я обобрал тайную службу.

— Обобрал?

Я покачал мешочком с камнями и сказал:

— На пятнадцать тысяч. Собирайся. Через пять минут подъедет карета, и мы отправимся в столицу с комфортом. Только… Ради всех богов! Скажи мне откуда ты узнала, что я спрашивал про бордель? Ты же спала, а я не орал.

— Когда ты ушел, я потребовала воды помыться. Мы же так долго летели… Служанка радостно и рассказала… Все просто.

— Черт! — спохватился я. — Мне бы тоже не помешало. Я же тоже летел…

— Брось! — повисла у меня на шее Аниса. — Это девушка должна быть красивой и чистой, а мужчина, воин… и так сойдет. Ты же был на воинской операции! Тебе некогда.

Я оторопел, а моя красотка добила:

— Если в бордель не ходил, конечно!

— Да ну тебя, — не выдержал я. — Пойдем сходим туда. Адрес у трактирщика узнаем. Я же только название спрашивал. Там спросишь… у местных. С твои умением они тебе не соврут.

— Что? — Аниса аж побледнела от злости. — Ты предлагаешь мне идти в бордель? Леди в бордель? Ты сдурел? Да чтоб ты знал! Даже если муж туда и ходил, леди никогда не пойдет узнавать что-то в бордель! Не понимаешь? Ты идиот? Если муж ходил в бордель, то это неприятно. А если леди туда отправится, даже просто спросить, то это катастрофа хуже смерти!

— Я просто не хочу чтобы ты мне не верила, — растерянно пробормотал я.

— Я тебе верю! — веско сказала красотка. — Ты веришь мне, я верю тебе. Точка.

А когда мы садились в карету, я нащупал черный конверт в кармане, но так и не сказал моей любимой про него. Что-то больно часто она упоминалась в шифровках тайной службы. Вот так. Люблю, но не верю!

Ехали мы с комфортом и ветерком. Самым медленным в карете были собственно я с Анисой. Кучер не мог разогнать лошадей быстрее тринадцати лиг в час. Нас бы просто придавило к задней стенке и мы бы не дали лошадям бежать быстрее. Вот такой парадокс магии!

Но зато и не останавливались почти. Только лошадей меняли каждые двадцать лиг. А чуть реже и кучера менялись. Дорога была отличной, из тщательно выровненных каменных плит. В чем императору не откажешь, так это в великолепных дорогах. Карета тоже высшего класса. Комфорт и мягкий диван, это оказалось то, что просто необходимо баронессе. Да и мне понравилось. Особенно Аниса на этом самом диване.

За четверо суток поездки моя рана почти затянулась, а вот у Анисы, на которой серьезные ранения затянулись очень быстро, ни шрам на спине так и не исчез, ни два пятнышка от кислоты на скуле. Девушке очень это не нравилось, но воспринимала она это как должное, правда, жалела, что не купила косметику.

— Я же даже ей и не пользовалась, — пояснила она мне. — Но вот, теперь придется. Для девушки шрамы на лице, это просто ужасно!

Я так не считал, но возражать не стал.

В столице Агатской империи, огромном и славном Ванилоне, мы устроились в хорошем трактире и пошли осматривать представительство барона рю Лардс. Бывшее уже, конечно.

— Неплохо! — только и сказал я, разглядывая трехэтажный дом за маленьким садиком в самом дорогом районе города. Вокруг садика стальная ажурная ограда, а около ворот сторожка, из окна которой, чуть не выворачиваясь наизнанку, зевал мужик в форме Тайной службы.

Неудобным было только то, что рядом не было ни трактира, ни лавки какой-нибудь, где можно было бы присесть и спокойно управлять моими разведчиками. Но зато в сотне ярдов был фонтан со скамейками. Мы с Анисой сели под цветущим кустом, и я достал из кармана кусок булки. Вскоре на крошки и птички пожаловали, сознание двоих из которых я лихо скрутил.

Потом, правда, пришлось пару раз прогуляться по улице перед домом, пока мои разведчики обшаривали территорию. От фонтана мои поводки не доставали до дальних концов двора.

— Все, — сказал я, отпуская птичек. — Прислуги в доме сейчас нет. Только два охранника в сторожке. Оба почти спят. Надо только подойти, чтобы не насторожились, и я их усыплю за минуту. Потом спокойно войдем.

Мы вальяжно придефилировали к самым воротам, и я, запустив щупы, влез в головы обоим стражам почти одновременно. Они не были ни пьяными, ни излишне беспечными, просто усталыми от долгого сидения в комнатке. Но один только успел сказать «черт!», а второй успел вскочить, почувствовав мое вторжение в голову, прежде чем оба повалились без сознания.

Мы обшаривали дом часа два. Удалось найти немало драгоценностей и немного денег. А еще Аниса собрала пару мешков своей одежды.

— Ну и как мы пойдем здесь с этим? — хмыкнул я. — Здесь же дорогущий район. Приличные люди с мешками здесь не шастают.

— Не глупи, — усмехнулась моя прекрасная подельница по воровскому промыслу. — Надо просто найти большую коробку. Влюбленный идиот может таскаться за девушкой с просто необъятными подарками.

Так и ушли. Счастливая Аниса с огромным букетом, который настригла на клумбе перед домом, а рядом я с гигантской коробкой с изображением куклы.

Меня немного беспокоило, что такой наглый грабеж мог навести тайную службу на мысль, что два государственных преступника в столице. Но с другой стороны, а что делать? И дом могли обнести простые воры. Ага… С магом-менталистом уровня так, уверенного магистра.

Но даже если и мы? Столица большая. Тут найти кого-то не проще, чем в остальной империи. И деньги нам нужны в конце концов. И я не альфонс. Я потом заработаю, когда устроимся в далеком-далеком королевстве. Да и сейчас мы, строго говоря, деньги у императора свистнули, а точнее трофеями взяли. Никак уже не баронские они.

Я оставил Анису в комнате разбирать ее вожделенную тряпичную добычу, а сам двинул в библиотеку. Там я первым делом попросил хмурого библиотекаря дать мне книгу про Челизию. Ну надо же узнать, что это за загадочная богиня в конце-то концов! И реакция собеседника оказалась именно той, о которой моя красотка предупреждала:

— Молодой человек, — процедил он сквозь зубы, — бордель дальше по улице. Там может и найдется список с этой книжонки, если они держат что-нибудь для тех кто любит… самообслуживание.

— Не знаю, о чем вы! Мне надо официальное жизнеописание, — пожал плечами я.

— Не знаете? О простите меня! — библиотекарь искренне удивился. — Я и не знал, что в мире есть еще уголки, где живут такие неиспорченные молодые люди. Сейчас принесу.

— И еще, не подскажете, что это за язык? — я показал листочек, на который тщательно перерисовал несколько слов из письма для великого агента тайной службы.

— Белоэльфийский, — пожал плечами старик, едва взглянув на буквы. — Местные эльфы его используют мало, хотя знают поголовно. А вот на других континентах он у перворожденных основной.

— Мне словарь, пожалуйста. И стол для работы, — важно сказал я, и все это получил.

На первое я почитал про ушлую богиню. Ну что сказать? Я был просто поражен, если все это правда. Ну да ладно. Дела столетней давности не особо интересны, а время не пружина, не растянется. Лучше я возьмусь переводить послание для супершпиона.

В наш трактир я вернулся почти вечером. Нормально вернулся, только об косяк приложился уже при входе в комнату. Анисы не было, что странно. Я подергал шнурок и приказал явившейся служанке принести вина. Но потом налил воды и только чуть подкрасил ее этим «Жуно-Да-Сана», как было написано на этикетке. Мне надо было иметь трезвое сознание, это уж точно, если оно у меня вообще трезвое в последние дни!

Баронесса явилась через полчаса, сопровождаемая девушкой, груженой несколькими коробками. Аниса дала ей чаевые и приказчица из лавки, сделав замысловатый поклон, удалилась. Я сидел спиной и не оборачиваясь понаблюдал эту сцену отраженной в блестящем покрытии вазы.

— Что-то случилось, дорогой? — обеспокоенно спросила моя красавица.

— Случилось, — вздохнул я. — Ты не хочешь мне ничего рассказать?

— Что? Я просто ходила в лавку, докупить недостающие части к костюмам. О, боги! Ты думаешь, что я ходила по мужикам? Правда? Да как ты мог! Я Леди! И не смей так обо мне думать!

— Да какие мужики? Я хочу чтобы ты мне рассказала правду о себе.

Аниса обошла стол и села напротив меня. Оценила натюрморт с бутылкой вина и сразу напряглась, поняв, что разговор будет сложным.

— Я тебе все рассказала. Подробностей, конечно, можно вспоминать кучу, но это мелочи.

— Я не про мелочи. Так что? Будешь рассказывать, или как?

— Прошу тебя, скажи в чем ты опять меня подозреваешь?

— И не колдуй на меня! — я и вправду почувствовал желание начать говорить, но резко его подавил. Хотя… Я же и так говорить собирался.

Я достал черный конверт и почти швырнул на стол перед девушкой. Аниса слегка побледнела, разглядев печати, но промолчала.

— А ты случайно не знаешь белоэльфийский? — спросил я, доставая листки.

— Случайно не знаю, — зло ответила Аниса. — В школе учили несколько стихов, но просто наизусть.

— А я вот начал практиковаться… — хмыкнул я. — И знаешь, тайная служба тебя кое в чем подозревает.

— Да не подозревают они меня! Им нужно мое проклятие, чтобы обстряпывать свои делишки.

— Ладно… зайду с другого конца. А где ты была в начале февраля этого года?

И тут я увидел как Аниса начала бледнеть. Она сначала дернулась вскочить, потом передумала, резко скомкала листок в руках, а потом притихла.

— Только сознание не теряй, — попросил я, — а то я вылью на тебя воду из этой вазы.

— Не буду, — пообещала девушка. — Ну ладно, я самая настоящая отпетая государственная преступница и я хотела уничтожить эту гнилую императорскую династию. Доволен? Прошу только об одном. Не сдавай меня тайной службе! Лучше сам убей.

— С чего ты решила, что я собираюсь тебя убивать или сдавать куда-то? Ты же моя любимая государственная преступница. И я бы хотел быть с тобой всегда. Но я просто понять хочу! А еще я хочу, чтобы ты сама рассказала мне о себе правду. Всю!

— Ладно, — покладисто кивнула девушка. — Но начну я с вопроса. Ты знаешь сколько лет нашему императору?

— Ну.. — я напряг память. — Девяносто семь, вроде бы.

— Неверный ответ, хотя в школе учат именно это. Ему четыреста пятьдесят шесть!

— Сколько?

— Сколько слышал, — агрессивно ответила Аниса. — На сорок три больше, чем нашей светлейшей империи. Не веришь? Тогда вспоминай всех императоров. Все это в школе учили, как я думаю.

— Что там вспоминать? — хмыкнул я. — Андор Первый, и далее по нумерации. Сейчас Шестой.

— А тебя ничего не настораживает? Ты же умный, — Аниса задорно улыбнулась. — Намного умнее меня! Шифры разгадываешь, белоэльфийский вот освоил.

— Не тяни, — устало сказал я.

— Ладно. Они все правили лет по семьдесят. И помирали еще до своего столетия. А ты знаешь сколько живут монархи, если им не помогают отправиться на тот свет?

— Лет по сто пятьдесят, — пожал плечами я. — Архимаги-целители и все такое. Правда, под конец уже совсем развалины, но держаться за жизнь зубами крепко.

— Вот именно! Ада боятся, подлецы. А почему же тогда наши-то так вовремя мрут-то? Попробуешь догадаться? Да не мрет он! Он один! Понимаешь? Один! Он тела меняет. И не хочет он развалиной быть. Ему молодым приятнее.

— Поясни… — пораженно попросил я.

— Ладно, — устало вздохнула Аниса. — Он довольно сильный маг, но ничего особенного. Уровень магистра, наверное. И он знает какое-то заклинание, которое позволяет обменяться сознанием и душой. Старик вселяет себя в молодое тело, а молодого в свое, которое сразу убивает. Вот и все. И больше всего подходит для обмена кровный родственник. Можно и другого найти, но это очень сложно. Вот и у нас несильно афишируется, что император передает корону не старшему наследнику, а внуку. В школе это не учат, но сходить и посмотреть книжку по генеалогии императорской фамилии ты можешь. И это так при каждом наследовании.

Я пораженно смотрел на девушку. Пока все, что она сказала было очень логично. Ну ладно, генеалогию я завтра схожу все-таки гляну. Но остальное!

— Ладно, — сказал я, наливая полный бокал вина. — Но ты тут каким боком? Как тебя в заговорщики втянули?

— Заговорщики? — Аниса даже удивилась. — Какие заговорщики. Я одна.

— Врешь опять? Выгораживаешь? А зачем? Я же имен не спрашиваю и сдавать никого не собираюсь. А, наоборот, хочу спасти тебя. Хотя сначала, конечно, выпороть хочется!

— Не выпорешь, — хихикнула Аниса. — Ты добрый ко мне.

— А ты не ответила.

— Я одна. Зачем мне кто-то? Мне, чем меньше обо мне знают, тем лучше. Вот теперь слишком многие узнали, и меня ух как ловить начали!

— Ладно… пусть одна. Но зачем? А лучше спросить «нафига»?

— Просто не хочу, чтобы такая мразь землю топтала. Это достаточная причина?

— Тебя боги попросили? Дай угадаю? Небось твоя любимая Челизия? А что, она любит наворотить дел! Я сегодня почитал. А ты, наверное, даже видела ее?

— Видела. Но она меня не просила ни о чем.

— Видела?

Глава 13

Я думал, что меня сегодня чем-то удивить уже просто невозможно, но тем не менее… А Аниса вздохнула и принялась пояснять:

— Да. Я же одно время от трудностей жизни по храмам сильно шастать стала. Особенно храм Челизии мне полюбился. Справедливости захотелось, дуре.

— И?

— Вот и «и». Достала я ее. Задолбала!

— Боги тоже под твое влияние попадают?

— Немножко. У богов воля сильная. Но для этого надо, чтобы бог рядом со мной оказался. Просто в храме не подействует.

— И почему она к тебе пришла тогда, если не слышит?

— Ну боги может не слышат, зато жрецы очень даже! Можно просто молиться, и если жрец рядом шастает, то он очень попадает под мое проклятие. И сам начинает богиню за меня просить. А вот жреца богиня очень даже слышит. В этом, собственно, суть жреца.

— Понятно, — потряс я головой и отпил вина.

— Вот Челизия ко мне персонально и явилась. А она, оказывается, красивая. Ты не представляешь, насколько!

— В книге написано, что самая красивая женщина нашего мира. Только мне не понятно, почему нашего, а не мира богов?

— Мир богов — это часть нашего мира. Об этом все нормальные богословы пишут. Не те святоши, что в школах свою нудятину читают, а настоящие, думающие. И люди богами становятся, и боги часто среди людей шарятся.

— Ясно. И что Челизия тебе сказала?

— Ой! Что только она не сказала! Начала с того, что послала меня туда, куда в приличном обществе не посылают, — слегка покраснела девушка. — Она наверное минут десять говорила. Но если нецензурное отбросить, то только и сказала, чтобы я в храмы не смела ходить вообще. Ну кроме крайней нужды. Так и сказала: «Чтоб тебя, дуру, здесь только для венчания видели и потом уже когда вперед ногами занесут». Под «здесь» она любой храм в виду имела. Сама-то она не венчает и не отпевает.

— А что так? Разозлилась?

— Ну разозлилась, это да. Но так-то она очень добрая и справедливая. Просто она мне очень некультурно, но очень доходчиво объяснила, что если я какого-то бога на вмешательство в земные дела раскручу все-таки, то того потом убьют, так как им, богам, вмешиваться нельзя. Вот и все. Так что я теперь богами очень интересуюсь, особенно Челизией, но в храмы не хожу и ни о чем их не прощу. Как, собственно, и людей стараюсь не просить.

Я вздохнул. Ну что сказать? Ни капельки злости у меня на Анису не осталось. Хотя она все-таки так мне и не рассказала ничего. И по глазам вижу, что не расскажет. А о чем это говорит? Не знает моя красотка, что мне известно. Вот и боится лишнего ляпнуть. Ну вот как с такой жить?

Но наглость девушки, оказывается, не имела предела. Она сделала умильные глазки и спросила:

— А что здесь написано про меня?

— Что ты врешь все время, написано! — буркнул я, собирая листки.

— Расскажи, пожалуйста!

— Что? Это ты расскажи! И еще! Мы же договаривались, что ты на меня своей магией действовать не будешь.

— А она на тебя и не действует уже…

— Если бы… Не действует, когда я готов отбить атаку на разум. А если нет, то… в лавке на ярмарке мы видели.

Аниса задумалась, а потом обошла стол и села мне на колени.

— Ладно, слушай, — начала она. — Еще живя в замке, я и по храмам ходила, и в библиотеке много пропадала. И вычислила, что наш император черный маг. И он убивает своих внуков. Ну занимает их тела. Когда мой брат вступил в наследство, он не просто потребовал меня ко двору явиться. Он очень настаивал и говорил, что заставит хоть силой. Он меня страшно взбесил. Я его подчинила до сумасшествия и допросила по полной. Он был в курсе переселений, так как выбился в лучшие друзья младшего принца. А двое других принцев тоже такие же переселенцы. Старший уже дважды переселялся, второй тоже.

Аниса серьезно задумалась о чем-то, а потом продолжила:

— А вот младшего принца переселять император вроде бы не пожелал, так как тот просто дурак. Вот они с моим братом искали способы как им к этой компашке прибиться. Император династию очень небольшую держит. Размножение у них под строгим контролем, а то разведется родичей, и корми их, и покушений опасайся. Кроме императорской семейки, судя по генеалогиям высшей знати, таких переселенцев еще несколько. Канцлер точно и глава тайной службы.

Девушка вздохнула и попросила налить ей разбавленного вина.

— А мой брат, скотина, хотел чтобы я родила сына, и он в него потом переселился. Самому-то ему было уже за сорок. Пора было подумать о запасном теле. Я посчитала, что вправе уничтожить всех этих переселяторов. Ну и начала с заговора против принцев. Императора бы я убила без проблем, но что делать с остальными? Ну парочку я своими руками убью, а потом догадаются. Так что я убедила брата, что с ним связался принц из эльфийского леса и хочет выйти на младшего принца, с целью посадить того на престол, ну а потом новый император поможет эльфу зад на трон пристроить. Вроде как войной на эльфов пойдет.

— Слушай, а это не полная ерунда? Эльфы что, могут таким заниматься?

— Эльфы есть по всему миру. На всех континентах они светлые и, конечно, такого от них не дождаться. А вот на нашем материке эльфы не такие, у них там гадючник похлеще нашего! Ну сам подумай, стали бы светлые эльфы нашему императору служить? Да они бы его самого первым на стрелы насадили! Так вот. Мой брат рассказал эту сказку своему дружбану-принцу и они стали готовить покушение. Я оставила способ связи через записки. Поэтому иногда ездила в столицу и оставляла письма в тайниках. Без этого принц мог не поверить, что эльф ему помогать собирается продолжать.

Я покачал головой, но ничего по делу сказать не мог. В покушениях не силен, однако.

— Но эти идиоты провалили покушение, и их допрашивали маги. От принца ко мне ниточек не было, а вот у брата, похоже, память изрядно раскопали. И мой приказ забыть все, что я от него узнала, и что ему приказывала… Все. Получается, мое проклятие не стирает совсем память. Вот на меня и вышли. А еще это говорит о том, что моего брата все еще не казнили, раз новое открылось. Так что я действительно ужасная государственная преступница.

— Но брат твой знал только про то, что ты приказала принцев убить. Про императора вряд ли ты ему говорила.

— Ну и что? Догадаться несложно, что цель — уничтожение династии. Сами-то принцы нафиг никому не сдались. А что там написано? Теперь расскажешь?

— Теперь да. Там именно и написано, что ты своим умением заставила брата завербовать младшего принца и убить двух старших, а потом и императора. И что ты агент неизвестного государства или важной персоны, хотя и попыталась подставить эльфийского принца. Впрочем, не исключено, что именно он и замешан. А еще ты передавала записки, для чего наведывалась в столицу, и после твоих визитов происходили этапы подготовки покушения. Еще поручается специальному агенту Сан Сурон отложить другие дела и браться за поимку тебя.

— Агент я, значит… надо же! — хихикнула Аниса.

— Дурочка ты, а не агент, — покачал головой я. — Даже мне понятна твоя главная ошибка. Ты поручила убийство дуракам. И дураки, конечно же, облажались. Вот и все.

— Да я уже поняла. Как меня арестовывать пришли, так и поняла. Но я жалею только, что не нашлось кого-то такого же умного как ты, чтобы меня научил тогда, как правильно действовать надо.

— Слушай, а ты не боишься?

— Боюсь! Ужас, как боюсь. Но я, если что, к смерти готова. И у меня полный набор от Киниостии. Ну богини легкой смерти, если ты забыл.

— Ну-ка, ну-ка?

Про богиню смерти я конечно знал, и что у нее есть дополнительные услуги тоже, но как-то подробнее не интересовался.

— Если я сойду с ума, то сразу умру. И если я буду без сознания и попаду в руки врагов, то тоже.

— То есть что? Если бы рядом с тобой, когда ты сознание теряла был не я, а любой враг, то ты и не очнулась бы никогда?

— Да. Так что никто усыпить меня и в моей голове поковыряться не сможет.

— Жестко… — покачал я головой. — Надо и мне сходить такое же попросить. Я же тоже теперь великий государственный преступник.

— Прости, что я тебя втянула! — покаянно прошептала Аниса. — И не говори, что и так стал бы преступником, если бы из башни смылся. Одно дело беглец с почтовой станции, а другое покушение на императора.

— Ничего, сбежим! И знаешь, я даже подумал не помочь ли тебе довести дело до конца… Дело-то хорошее… Но потом подумал, подумал и решил, что нет, и тебе запрещу. И совсем не потому, что боюсь. Поздно уже бояться. Догадаешься почему не помогу?

— Нет, — девушка помотала головой.

— Ты не подумала вот о чем. Если ты убьешь императора, то в стране может начаться страшная смута. Миллионные жертвы могут случиться. Вот почему! Так что свергать эту поганую династию должна организация, которая сразу власть и возьмет. И так, чтобы без большой крови. А у нас такой организации нет. И не предвидится!

— Да… ты умный, а я наверное действительно дура. Не подумала.

— Ну значит завтра мы сядем на корабль и поплывем как можно дальше.

— На другой континент?

— На другой слишком дорого, не говоря о том, что двадцать процентов кораблей тонут в страшенных ураганах. Вот когда добудем денег, тогда уже и подумаем, надо ли нам на другой континент.

— Я тебя обожаю! — пискнула Аниса и бросилась мне на шею.

* * *

Встали мы на рассвете, но были удивлены неожиданному оживлению в городе, несмотря на раннее время. А когда до нас донеслись вопли мальчишек, что в столицу входят войска, то стало доходить, что мы опоздали. А потом мы своими глазами увидели марширующий прямо под нашими окнами полк пикинеров. Злые невыспавшиеся мужики топали, часто сбиваясь с шага, и их семиярдовые пики колыхались как камыш на ветру, только не все разом, а каждая со своей амплитудой и частотой. Время от времени наконечники встречались друг с другом, вызывая тревожный звон. А иногда раздавался и звон посильнее, когда очередной наконечник случайно выбивал стекло на третьих этажах домов.

— Интересно даже, что они с этими дрынами смогут сделать на узких улицах? — пробормотал я.

— Боюсь нам хватит, если они просто разом кинут в нас свои перчатки, — печально сказала Аниса.

Но еще больше меня поразили катапульты, которые проволокли упряжки здоровенных травоядных ящеров.

— Ну ясно, — махнула рукой девушка, — просто подняли по тревоге окрестные гарнизоны, и теперь они все стягиваются сюда. А разбираться, что притянулось, будут уже по факту. Армия… Странно еще, что драконидов не прислали.

И тут, как по заказу, рык с неба, а потом еще и звучный шлепок на мостовую того вещества, которым любят одаривать эти зубастые пташки, показал, что и летунов не забыли. Мы спустились в обеденный зал трактира и спросили мальчишку «принеси-подай», что происходит.

— Солдаты город оцепили. Людей, правда, выпускают, но всех очень шибко проверяют. И в порту корабли обшаривают! И еще стражники обходят трактиры и спрашивают про недавно приехавшую девчонку какую-то. С розовыми волосами, прямо как у вас, миледи.

— Так, мальчик, — не растерялась Аниса. — Скажи, пожалуйста, тем, кто будет спрашивать, что такой девушки ты не видел. И кто еще из прислуги есть? Позови всех ко мне, пожалуйста.

— Так это вас ищут, Миледи? — ахнул мальчишка, радостный от прикосновения к Великой Тайне.

— Нет конечно! — фыркнула Аниса. — Зачем меня искать, если я здесь. Не хочу просто с этими мужланами общаться. Вонь от их портянок портит аппетит!

А когда мы поднялись в номер я спросил:

— Дорогая, какой цвет волос тебе больше нравится?

— Мне твой нравится, морской волны! Но я поняла о чем ты. Купи мне темно красный, а себе желтый, так мы лучше рядом будем смотреться. А что ты хотел? Скоро и тебя искать начнут.

— А чего ты такая довольная? Не боишься? — удивился я.

— Нет. Со мной ты, а ты точно что-нибудь придумаешь!

Я только хмыкнул и сходил в лавку за красками. Себе правда купил темно-зеленую, так как желтые волосы мне никогда не нравились. По пути обдумал и план действий.

— Сиди здесь, — приказал я недовольной моим выбором краски девушке. — А я схожу в тайную службу, может что нового узнаю.

— Ты совсем что-ли? — воскликнула красавица. — Да это же почти во дворце! И там сейчас не протолкнешься, наверное.

— Я не в главное здание. Город огромный, больше миллиона. Наверняка, должны быть и другие отделения. В порту так точно. И когда больше народу, то легче затеряться. Все просто. Заодно и про корабли узнаю.

— Будь осторожен! А то ты что-то туда как к себе домой зачастил, — обеспокоенно сказала мне вслед моя любимая.

Я быстро дошел до порта и спросил про комендатуру. А вот потом задумался. Я хотел плотно покопаться в бумагах, а это будет затруднительно объяснить дежурному. Представиться ревизором? Но у того должна быть, наверное, специальная бумага…

Так ничего сходу не придумав, я заметил здоровенного кота, гревшегося на крыльце комендатуры. Я погладил животину и коварно накинул на него свой мозговой поводок. Через минуту кот уже важно прошествовал внутрь здания, а потом и помчался по лестнице, когда на него шикнул часовой.

Я хлопнул себя по лбу, вспомнив, что не знаю куда посылать своего разведчика, и прошел следом. Предъявил жетон и спросил про тайную службу.

— Третий этаж весь их, — отрапортовал солдат.

Я поднялся до этажа и встал у окна на лестничной площадке, любуясь видом на порт, где сейчас царила отменная суета. Какой-то капитан как бешеный орал, что ему надо отправляться, и требовал досмотреть его судно без очереди. Другие не отставали. Матросы и грузчики носились, солдаты колоннами маршировали то туда, то сюда.

Кот в это время по моим командам заглянул во все комнаты, нагло открывая двери лапами или головой. К моему удивлению, никого здесь не было, только дежурный заполнял какие-то бланки, прихлебывая чай из огромной кружки. Заполнив бумажку, молодой парень относил ее в какой-либо из кабинетов.

— Логично! Все в порту. Нас ловят, — буркнул я, посадил кота наблюдать за лестницей, приказав ему мяукнуть, если кто-то будет подниматься, и пошел к кабинету дежурного.

Но заходить не стал. Незачем ему меня видеть. Я сосредоточился и послал мощный импульс усыпления. Парень что-то почувствовал и вскочил. Ну ему же хуже. Падать выше. Грохот сообщил мне, что я все-таки победил в этой схватке.

Я отволок спящего в дальний кабинет и пристроил в уголке за дверью, а сам занялся сейфом. Вытащил огромную кипу бумаг и начал увлеченно в ней рыться. Меня интересовало всё, хоть сколько-то важное. И инструкции, как ловят преступников, и адреса представительств в других странах, если такое здесь есть.

Инструкции всякие нашлись, и я их отложил, а потом наткнулся на занимательный журнал. Названия кораблей с именами капитанов, которые стучали в эту службу.

— О! Это то, что надо. Хоть будем знать, к кому на борт не проситься, — радостно потер я руки, но сразу и погрустнел.

Журнал состоял из десятка стальных листов с намертво наклеенными бумажными листами. И в каждый лист стали был вделан амулет. Только на обложку была наклеена бумажка: «Если вы все-таки унесли этот журнал из кабинета, то чтобы отключить сигнализацию, разыскивайте капитана Урнинга. И молитесь.»

Я вздохнул, достал лист бумаги и начал быстро переписывать, сокращая как мог.

«Мяу», раздалось с лестничной площадки. Я дернулся и понял, что уже сам слышу размеренный стук каблуков. Подключился к глазам кота и тогда понял, что случилось. Я забыл дать правильные инструкции коту и этот подлец уснул.

Теперь бесстыжие зеленые глаза смотрели прямо на сапоги… сапожки. Взгляд заскользил вверх и наткнулся на стройные голые ноги, с ракурса кота, казалось уходящие в бесконечность. Я растерянно поморгал, забыв, что смотрят не мои глаза. И только еще очень сильно выше начиналась юбка. Я не мог оценить длину этого предмета с такого угла, но то, что тряпочка мало что прикрывает, видно было отлично.

А потом в поле зрения попало красивое лицо со слегка раскосыми глазами в обрамлении черных как смоль волос из которых торчали длинные изящные уши. А потом и весьма глубокое декольте в поле зрения мурлыки попало.

— Ах ты какой красавчик! — пропел нежный голос и рука с длиннющими ярко-красными ногтями погладила кота.

Я облегченно выдохнул. Эльфийка! А я-то недоумевал, что за такая безумно смелая девушка сюда наведалась. А от длинноухих и не такого можно ожидать.

Глава 14

Я быстро закрыл сейф и задвинул сумку с похищенными документами за шкаф. Сам постарался изобразить расслабленность. А через секунду в распахнутую дверь вплыла эта дива.

Расслабленность с меня как ветром сдуло, и я вскочил. Да уж. Пусть считается, что из уважения к леди. Теперь я смог оценить и реальную длину юбки, которая не достигала и середины бедер, и глубину декольте. На сгибе локтя руки висел плащ, что хотя бы объясняло, как она сюда вообще сумела дойти.

Девушка, а может и старушка, удовлетворенно кивнула, заметив мой подскок со стула и ошарашенный вид. Явно, такая реакция и была запланирована.

Я попытался проблеять какое-то приветствие, но эльфийка уже начала говорить, и я перебивать, конечно, не стал.

— Приветствую, воин! Я агент Сан Сурон, — и плавным жестом протянула мне медальон.

Я взял его и кивком указал на стул для посетителей. Слова мне все еще не шли на язык, но теперь уже от понимания, под кого я косил в Урбонге. Повертел кружочек в руках и положил на стол. Полагалось, вроде бы, проверить его амулетом, но я, естественно, не умел тем пользоваться. Но раздумья частично привели мои нервы в порядок, и я немного собрался.

— Приветствую вас, леди! — произнес я.

— Вы поставили рекорд выхода из ступора, солдат, простите не знаю вашего звания, — медленно проговорила гостья.

— Капитан Лун Онсер, леди! — не подумав, я назвался именем отправленного мной в бордель служаки.

— Ого! Целый капитан за этим столом?

— Я немного… э… резко пообщался с одним полковником, — соврал я.

— О! Понимаю. Мне проще. Я могу резко пообщаться даже с генералом, и мне ничего не будет. А вы разве не должны проверить мой жетон, капитан?

Я пожал плечами.

— Впрочем, вы, наверное, слышали обо мне, — ослепительно улыбнулась эльфийка. — А я знаю одного лейтенанта Лун Онсер в Урбонге. Вы случайно не родственники? — соврала дива, ведь если бы она видела того типа, то и он ее тоже. А перепутать нас трудновато.

— Он мой дядя.

— Надо же, а ваша служба, капитан, продвигается намного успешнее!

— Я маг, леди.

— О! Коллега! Это так приятно, пообщаться с умным человеком. А то мои телохранители только и могут говорить, что о выпивке. Другие любят говорить еще о женщинах, а эти только о выпивке. Вот и сейчас, пока я здесь, умчались в кабак.

Я усмехнулся про себя. Наверное, кому-то было непросто найти сопровождающих для такой красотки, особенно любящей так одеваться.

— Впрочем, перейдем к делу, капитан. Будьте так любезны показать мне циркуляры. Я только с корабля и обязана ознакомиться.

Я достал журнал, а потом и стопку документов из папки. Чтобы отобрать нужные пришлось повозиться.

— Я только недавно поспорил с тем полковником, так что еще не вошел в курс дел, — извиняясь произнес я.

— О, ничего страшного капитан! Мы, эльфы, вообще не любим спешить.

Наконец я выложил перед ней стопку циркуляров и черный конверт. Эльфийка первым делом взломала печати и картинно вздохнула.

— Ну вот зачем мне пишут на белоэльфийском, капитан? Я его, конечно, знаю, но не люблю. Писали бы уж на курни, если нет грамотного писаря на нашем.

Она читала довольно долго, а потом печально вздохнула:

— Я, капитан, не люблю браться за такие дела. Я же наемница, и имею право выбора. Я вообще предпочитаю спасать похищенных, наказывать отпетых негодяев, а не ловить какую-то глупую девчонку. Вы в курсе, кого надо ловить?

Я-то был очень даже в курсе, но не знал, что могу сказать этой непонятной наемнице. Пришлось осторожничать:

— Дело о покушении на принцев. Замешана одна молодая леди. Считается, что она связана с организатором. И у нее очень сильное свойство убеждать людей.

— А у меня свойство людей искать. Знаете, как именно я работаю? Я раз в сутки могу применить умение на любого человека, если мне приведут другого человека, который видел разыскиваемого. Я просто показываю пальцем, «он там». А потом я еду в сторону и через сутки показываю еще раз. Где линии сойдутся, там и разыскиваемый. Он конечно может бежать, перемещаться. Тогда мое умение работает не так хорошо. Точнее, работает хорошо, но поймать труднее, надо показывать раз за разом.

— Очень интересно! — мне и правда было интересно. И я уже понял, что один отсюда не уйду.

— И знаете капитан, я не хочу разыскивать эту глупую девочку. Мне ее просто жалко. Но покушение, это покушение. Я не смогу отказаться, так как эта малышка зачем-то приплела нашего принца. Если я откажусь, то на меня надавят из Леса так, что выдавят из меня все, что я съела за последнюю неделю. А очень жаль.

Я кивнул и надавил. Не на то, что она там ела, конечно, а на мозг эльфийки, усыпляя ее. Но тут нашла коса на камень.

— Что это? — только успела пропеть наемница, пока я не подпрыгнул к ней и не прижал одной рукой ее руки к телу, а другой крепко зажал рот.

Все-таки я понемногу продавливал сопротивление девушки ментальной атаке, и через минуту она наконец уснула, только под конец исхитрилась здорово укусить меня за ладонь.

Я снял с ее пояса кинжал, другого оружия заметно не было. Потом пробежался по комнатам и принес несколько небольших стальных кандалов и кляп. Черт ее знает, может она и проснется быстро. А потом нашел большой сундук и с трудом упаковал туда хоть и стройную, но очень высокую девушку. А затем притащил еще один сундук.

Потом спустился вниз и сказал часовому:

— Мне надо четырех человек вынести вещи. И пусть кто-нибудь найдет наемную карету.

— Сейчас все на постах, Милорд, — вытянулся часовой. — Но вы можете обратиться к нашему дежурному лейтенанту. Правда, он отошел ненадолго. Э… — кадык вояки завистливо подергался. — Осматривает тактические объекты на ближайших подступы к комендатуре, Милорд.

При этом глаза солдата, похоже почти без участия мозга, завистливо скосились в сторону ближайшего кабака, который, вероятно и выполнял роль тех самых «тактических объектов».

Я хмыкнул и позвенел золотыми в кармане.

— А если я потом попрошу ваших ребят по моему распоряжению осмотреть другие важные тактические объекты? С должным финансированием, конечно.

Солдат с готовностью гаркнул в сторону двери в дальнем конце холла, перед которой как огромные блины на блюде были сложены стопкой круглые щиты. Дополнял композицию прислоненный к стене увесистый трезубец, как вилка, подготовленная заботливой хозяйкой для соответствующих размеров едока. Завершающий композицию огромный, явно коллективного пользования, ночной горшок с крышкой, намекал на то, что у мифического едока очень подозрительные кулинарные наклонности.

Из двери выглянула ряха, одного взгляда на которую хватало, чтобы понять, что ей чрезвычайно срочно требовалось инспектировать не менее, чем стратегические объекты континентального уровня.

И уже через минуту я отдавал распоряжение четверым солдатам, которые с кряхтением спускали по лестнице два сундука. Кряхтели они явно набивая себе цену, так как груженый наемницей сундук я и один мог бы поднять, если половчее ухватиться, а второй был вообще почти пустой, если не считать стопочки секретных документов.

Вот так просто я похитил специального агента. Довезти сундуки удалось без проблем. Но потом пришлось поскрипеть мозгами. Я распорядился поднять багаж к нашей комнате, но внутрь не заносить. Не хватало еще, чтобы Аниса без меня решила посмотреть, что внутри! А сам немного отъехал с кучером и завел того в трактир, мотивировав тем, что должен угостить услужившего мне парня. Там заказал бутылку гномьей настойки и налил полный стакан. Мужик с удовольствием его выпил, а потом я атаковал его разум и усыпил человека. Позвал служку и приказал отнести пьянчугу в комнату, а карету пристроить в конюшню. Сам же почти бегом вернулся в наш трактир.

И тут меня ждал сюрприз. Анисы в комнате не было. Я в недоумении затащил сундуки, а сам бросился вниз. Все тот же мальчишка сказал мне, что Леди час назад ушла в лавку. Я вернулся в комнату, вытащил эльфийку и положил на кровать. А потом тщательно прикрыл ее же плащом, так как спокойно смотреть на ее не сильно одетое тело сил не было. Сам же стал думать, где искать мою девушку.

Она вроде не попалась, так как на улице шума не было, да и наш трактирный мальчишка наверняка не пропустил бы такое событие. Но вот куда умотала, и за каким чертом, для меня было полной загадкой. Аниса, хоть и не смогла нормально спланировать покушение, но все-таки девочка очень умненькая и понимает, когда можно хотеть комфорта и шастать по лавкам, а когда это делать совсем лишне.

А потом я залез в мешок, где мы держали добытые вчера драгоценности, чтобы постараться прикинуть наши средства, ибо на корабле никто нас бесплатно не повезет. Но это я, конечно, сглупил, в камнях я разбирался более чем слабо, это надо Анису спрашивать, ее титул просто обязывал быть в курсе таких вещей.

Но полез все-таки, как оказалось, не совсем и зря. Наша мини-сокровищница явно похудела. Ну и что за эпический наряд собралась покупать моя любимая?

Долго думать мне не пришлось, так как в дверь тихонько поскреблись. Я отпер и узрел счастливую Анису с объемистой коробкой в руках. К счастью, ей хватило сообразительности ходить на улицу в плаще последовательницы Свободных женщин.

Я постарался сделать лицо посуровее, а девушка, соответственно, сделала глазки повиноватее.

— Прости дорогой, я решила сбегать за другой краской для тебя, а потом подумала, что к новому цвету волос мне потребуются некоторые вещи… — но тут она заметила дорогой женский плащ на кровати, а под ним характерные изгибы тела, и ее тон мгновенно изменился. — Нет, вы только посмотрите на это! Стоило мне на пять минут выйти, как он уже какую-то девку приволок!

Аниса одним прыжком достигла кровати и сорвала плащ.

— Это эльфийка? — воскликнула она, сразу забыв, что собиралась обличать меня.

— Эльфийка, — согласился я.

— А где ее одежда?

— Это и есть ее одежда…

— А почему она в кандалах? И где ты ее взял? И где ты был вообще? — девушка ошарашенно переводила взгляд с меня на наемницу. — Знаешь, дорогой, я догадываюсь, что это не то, что я подумала, причем, что бы я ни подумала! И знаешь, почему я сейчас не закатываю истерику? Я верю тебе! Но я все-таки хочу услышать, что это вообще такое!

— Услышишь, как только замолчишь, — усмехнулся я. — И как только объяснишь, почему ушла без спроса в город, где тебя ищет половина имперской армии.

— Я должна объяснять? — ошарашенно спросила девушка. — Я? А ну говори, что произошло!

— Ладно! Это Сан Сурон. Да, именно она спецагент. И я ее похитил, потому что иначе она за несколько дней нашла бы тебя. Вот и все. А почему она так одета я не знаю.

— А может ее просто надо было… того? Убить? — спросила Аниса.

— Нельзя ее «того»… Она не враг, если не наврала конечно. А я не могу так убить. И ты сама про ад рассказывала.

— Это довод. Если она не злодейка, то убивать нельзя… Но что мы с ней будем делать?

— Сейчас мы поедем в порт и сядем на корабль. Потом разбудим и допросим эту девушку. А потом решим.

— Что, так просто сядем? Там же вроде облава…

— Я просто, а ты в сундуке. Она тоже. Два сундука я привез с собой.

— Надо три, — деловито заявила баронесса. — У меня же появились вещи.

— Кстати, о внезапно появляющихся вещах… А на что ты спустила четверть нашей добычи?

— Ну не четверть, конечно… Но я тоже недовольна дороговизной нарядов для простых баронесс… Вот и надо их беречь тем более!

— В мешке доедут.

— Помнутся!

— Погладишь!

— Кто, я?

— Ты. Ну можешь ее попросить, — я ткнул пальцем в эльфийку.

— Да ты только посмотри на ее когтищи!

Время уходило на какой-то совершенно идиотский спор. Я молча подвел Анису к сундуку и показал пальцем.

— Подожди, — уперлась девушка. — Хочу посмотреть как ты эту дылду будешь упаковывать. И ей, конечно, надо бы одежду. Ты же с ума сойдешь, если такое перед тобой будет дефилировать.

— У нее есть плащ, — я тоже подумал об одежде, но заботиться еще и о тряпках когда вот-вот подниму тревогу… а точнее очередную волну тревоги, это уже полным идиотизмом будет. Так и не уплывем сегодня. А завтра, я больше чем уверен, жетон уже не будет значить ничего. Это если дежурного еще не нашли. — В крайнем случае мою наденет.

Через пять минут удалось всех упаковать, и я отправился на нанятой карете в порт. Узнать у начальника, куда кто отправляется было делом пяти минут, а вот потом, правда, опять возникла сложность. Мне совсем не хотелось показывать жетон тем, с кем мы поплывем. По прибытии в порт назначения у сотрудника имперской Тайной службы могут возникнуть проблемы. И фиг докажешь, что просто прикидывался.

Так что я разыскал настоящего агента и, предъявив жетон, потребовал провести меня на устраивающий меня корабль сквозь оцепление.

Когда мы подошли к «Зеленой волне», которую я выбрал за маршрут и завидную заявленную скорость, оказалось, что это не просто корабль, который плывет в орочье государство, но и сам корабль принадлежит оркам. Не тем, конечно, с которыми постоянно воевали в горах, но все равно не самым приятным типам.

— Возьмете пассажира? — спросил я раздраженного солидной задержкой на обыск капитана, прохлаждавшегося у трапа.

— Куда? — буркнул тот.

— В Ола-Нулон.

— Хорошо, поднимайся. Стоить будет триста золотых за маленькую, но отдельную каюту. Жратву заказывай у кока.

— А туалет где? — деловито спроси я.

— У, сухопутная крыса, — хохотнул гигант. — Гальюн на носу. Видишь вон там торчит зеленый зад? Вот так же.

— Нет, так дело не пойдет. И на виду у всей команды! Я, между прочим, титулованный, — соврал я. — И вообще, дайте мне хорошую каюту из пары комнат.

— О! Как раз для вас, милорд, есть королевские апартаменты! Индивидуальный горшок и целых три комнаты. И за всю эту роскошь всего три с половиной тысячи. У нас сегодня скидки, — капитан явно веселился.

— Пойдет, — небрежно бросил я, и оборвал смех здоровяка на полуноте, добавив, — я же не рассчитывал найти на этой посудине что-то по настоящему роскошное, а мы воины, должны быть готовы к трудностям путешествия. Вы, вообще, когда отплываете?

— Отходим мы, милорд, — веско поправил меня капитан, — через пять минут, — а потом тихо буркнул, но так, чтобы я отчетливо расслышал. — Кое-кто даже свою попочку до горшка донести не успеет.

Пока двое матросов, шутя и подбрасывая, заносили мои сундуки, я заметил как в сторону борта особенно здоровенный орк несет за хвост обреченно дергающуюся крысу, укоризненно посматривая на жирного кота, жмурящегося на него с бухты каких-то канатов.

— Мышкуете, уважаемый? — усмехнулся я и попросил. — А отдайте ее мне, — и прикрикнул на матросов. — Поосторожнее там, посуду мне всю помнете, злодеи!

— Пожалели зверушку, милорд? — осклабился мне в ответ здоровяк. — Так не волнуйтесь, она доплывет не хуже русалки.

— Прикажу… — тут я заметил недобрый прищур собеседника и необъятный тесак, скорее все-таки поварской, чем боевой, у него за поясом. — Попрошу кока приготовить на ужин.

— О, милорд ценитель унжунской кухни, как я посмотрю, — кок протянул крысу мне. — Мы ими тоже кашу сдабриваем за милую душу, но это когда долго ходим. А сейчас мяса навалом. Хоть люди, хоть гоблины. А есть и проспиртованные гномы, их и запивать не надо. Ха-ха, шучу! Мы не дикари с гор.

Я зашел в каюту, по пути взяв под контроль крысу, и первым делом кинулся к сундукам. Аниса вылезла из своего узилища, потирая бока и постанывая.

— Твоя посуда здорово помялась, — пожаловалась она, пока я пристраивал на кровати и укрывал плащом эльфийку. — И это! Полегче! Поменьше ее тискай! А то… я тоже хочу.

Глава 15

Я подошел к своей любимой, обнял и крепко поцеловал. Она пошуршала мне в ответ. Я резко отстранил начавшую внезапно брыкаться девушку, а потом расстегнул верхние пуговицы ее курточки, отметив по пути, что грудь красавицы неожиданно прибавила пару размеров, достигнув уже просто излишнего объема.

А потом я достал толстую стопку листов, и мое настроение враз испортилось.

— Сама расскажешь? — спросил я так же погрустневшую красавицу, нервно застегивающую пуговицы. — Или как обычно?

— Давай, как обычно?

— А если ремнем?

— Пытками меня не сломить! И ты же знаешь, что я все время вру. Не хочется тебя разочаровывать! — огрызнулась красотка.

— Дай догадаюсь? Ты не бросила мечты прервать одну некродинастию?

Аниса только недовольно сопела, почти не отрывая взгляда от бумаг в моих руках. Обратил внимание на них и я:

— Так… что тут? — я начал с обложки на отличной гербовой бумаге с печатями, — «Официальная выписка из записей Ванилонского храма бога генеалогии в Агатской империи». Так вот куда ты ходила и на что спустила кучу денег? А как, интересно, можно составить выписку за час?

Аниса напряженно молчала.

— Знаешь что, дорогая, давай ты хотя бы не будешь молчать на простые вопросы, когда уже попалась!

— Листы выписок всегда есть наготове. Остается только сшить, — буркнула девушка.

Я начал тщательно вчитываться в текст на листах, и тут корабль покачнулся и начал разворачиваться. Я выглянул в окно и заметил, что причал потихоньку отдаляется. С палубы доносились взрывы мата на незнакомом мне грубом языке. Из порта им вторили уже на курни. И без того суетливое место, вообще превратилось в бордель во время пожара, так бессистемно и быстро все начали метаться.

— О! Явно обнаружили мое посещение конторы тайной службы, — удовлетворенно резюмировал я. — Но, надеюсь, корабли возвращать не попытаются.

А потом вернулся к бумагам:

— Так, генеалогия императорской фамилии рю Жанго. Как раз и проверю твои догадки, но попозже. А это генеалогия баронского рода рю Лардс. Зачем тебе? Ты и так знать должна… Или нужна официальная бумага? А зачем? Говори!

Аниса сидела, гордо распрямившись и с выражением лица ожидающего казни героя. Я покачал головой и продолжил:

— А это что? Генеалогия герцогского рода рю Бор. Он-то причем? А… вот пояснительная записка. Был первым претендентом на трон империи при пресечении правящей династии. Находился в изгнании и пресекся. Печально, но ты-то причем? Слушай, не заставляй меня уподобляться канцелярской крысе и изучать все пересечения этих чертовых деревьев титулованных родов! Я же все равно докопаюсь. Ты видела как я разгадываю шифры.

— Расскажу, если ты меня простишь, — задорно улыбнулась красавица.

— Ты же знаешь, что прощу. Я тебя прощу, даже если ты луну задуешь! Хоть и не знаю, почему тебя полюбил… Неужели твоя врожденная магия так сказалась?

— Может и сказалась, но только частично. Но ты же счастлив! Так какая проблема? А еще тебе нравятся загадки… шифры там всякие… А я одна сплошная загадка. Хотя ты меня разгадываешь как-то очень уж быстро и успешно.

— Говори, — усмехнулся я и потряс листками.

— Моя мать была последняя из рю Бор. А еще одна из моих далеких прабабок была родственницей нашего единственного императора.

— Почему-то я даже и не удивлен сильно, — покачал головой я. — Значит, если династия прервется, то ты будешь единственной претенденткой на престол, причем аж с двух нитей? Так?

— Да. И войны с развалом, скорее всего, не будет. Все великие роды империи меня поддержат. Никому не хочется оказаться в кровавой мясорубке. А единичных упрямцев я успокою своим умением. И его хватит даже на закаленных волевых воинов. Ведь права-то у меня, как ни крути, есть. Так что не будет войны! У нас, вообще, довольно стабильная империя. Император хоть и скотина, но земли собрал правильно, и законы принял верные.

— А зачем тебе это? Мало комфорта было быть баронессой?

— Причем тут комфорт? Я тебе говорила, что жила затворницей, боясь любого длительного общения? Ты первый с кем я много говорю. Ты мое сокровище! Я же за три года не сказала столько слов, сколько за неделю нашего знакомства. Я просто счастлива! Но ты же все-таки не весь мир. Мне нужно общение. Блистать в свете, жить полной жизнью. А с моим проклятием, я смогу жить и быть в безопасности только на самом верху. И именно не женой императора, а самодержецей. Жену императора с таким проклятьем отправят на плаху в рекордные сроки!

— Так вот, почему ты отказалась от моего предложения… Жениться, я имею в виду.

— Да, хоть и ужасно хотелось. Но на трон легче взойти незамужней. И вопросов меньше. Не все же такие как я. Многим древний род за спиной подавай… А еще за такую императрицу все высшие рода ухватятся, надеясь выгодно выдать меня замуж за своего. Но я понимаю, что мне надо! И если к тому времени ты не передумаешь сделать мне предложение, я буду на седьмом небе от счастья! И плевать мне на древний род. Я понимаю, что родоначальник рода всегда самый-самый. И даже поделю трон. Отдам тебе половину власти. Большую половину! Тебе я верю!

— А ты так уверена, что разберешься с правящей династией?

— Одна нет, хотя попыток и не брошу. Но если ты возьмешься за руководство, то абсолютно! И еще… я могу не рваться пристраивать свою… попу на трон. Но свергнуть именно эту династию переселенцев в тела своих внуков просто обязана! Хочешь сам угадать, почему? Нет? Ладно. Этой династии все равно не так долго осталось.

— Почему? — мне и правда было очень интересно.

— Ты же знаешь, что на севере нашего материка есть куча замков паладинов? Это такие типы, которые не терпят ничего темного. Они светлые, аж глаза режет. И они уже лет пять как начали резко готовиться к большой войне. А ты знаешь, что на нашем континенте есть только одно государство, для войны с которым паладинам надо готовиться? Да, это империя. А еще эти твердолобые парни не обижают простых королей, которые не зарываясь обстряпывают свои в меру темные делишки. Их профиль — это некроманты, нежить, темные властелины всякие. А еще я не думаю, что у них нет умных людей, до которых тоже могло дойти то, что дошло и до одной глупой девчонки.

Аниса вскочила и раскраснелась, так что я даже залюбовался своей воительницей.

— Ты представляешь, что будет, если лава закованных в полудюймовую сталь от плюмажа до копыт рыцарей пройдет как нож сквозь масло через всю империю до столицы? Да-да, у них даже плюмажи из стали! Нет, они не тронут население, но армию перетрут в кровавую пыль. А потом случится худшее. Распад и война всех со всеми.

Я только покачал головой, соглашаясь с каждым доводом.

— А знаешь, что произошло год назад? На северо-западе открылся межконтинентальный портал, и из него вышло пятьсот эльфийских лучников. Не наших темных, а настоящих светлых. Лучших лучников этого мира! Сейчас они ждут готовности паладинов. Так рано пришли потому, что такой портал можно открыть очень редко и при совпадении кучи условий. Это эльфы из Луанского леса, которому всего сто лет. Но молодых эльфов, недовольных политикой невмешательства их традиционных правителей, туда набежало уже более чем до черта. И командует экспедиционным корпусом сама королева Амисоль, не только очень мудрая, но и лучшая лучница этого мира. А она просто так на другой конец мира не попрется!

Аниса огорченно махнула рукой:

— Короче говоря, светлые справедливо записали нашего императора в темные властелины и теперь не отцепятся. Но действовать будут прямолинейно. И уже очень скоро! Не будут же паладины тренировать пополнение, а эльфы нюхать цветочки годами? Так что у нас не так и много времени. Окажусь я на троне или нет, дело второе. Но династия должна быть уничтожена!

— Но если именно ты станешь императрицей, то внутренняя война менее вероятна? Так? — подвел итог я.

— Да!

— Это вся правда? Окончательно?

— Э-э-э… — захваченная врасплох Аниса явно не успела подготовиться и отчаянно покраснела.

Я решил немного развеяться, обмыслить услышанное, да и необходимые меры безопасности предпринять. Сначала поставил на дежурство крысу при входе в нашу каюту. Потом сходил и поймал корабельного кота. Тот тоже встал на дежурство, шпионя по всему кораблю, благо моего поводка хватало на самые дальние закоулки трюма.

Затем я собрался будить эльфийку. Протянул щуп и с досадой понял, что пленная не спит.

— Орать не будешь? — спросил я.

Девушка открыла глаза и помотала головой, а когда я вытащил кляп, пропела:

— Я и драться не буду, капитан, — и слегка потрясла кандалами. — И не убегу. И даже брыкаться буду, если вы меня попытаетесь вытолкнуть из этой каюты. Это же корабль орков.

— И давно ты не спишь? — спросил я, снимая оковы.

Со стоном несчастная начала ворочаться и потирать все свое тело. Не похоже было, что она пыталась меня соблазнить, просто полежала час в очень тесном для нее сундуке, а потом еще и полетала в нем.

— Как эти зеленые придурки начали играть мной в свои идиотские игры с мячом, так и проснулась. И чуть не сдохла, надо сказать.

Мы с Анисой виновато переглянулись, а эльфийка продолжила:

— Даже не спрашиваю, зачем ты меня похитил, капитан. Или ты не капитан?

— Капитан, как ни странно, если еще не лишили звания… Но не Лун Онсер. И не из Тайной службы.

— Знаешь, капитан…

— Кириан Симор, — представился я.

— Мое почтение Леди баронесса Аниса рю Лардс, — кивнула сначала мне, а потом моей любимой эльфийка.

— А ты Леди Сан Сурон? — уточнил я.

— Да. Не видела смысла менять имя. Знаешь, капитан, я даже не виню тебя за похищение. И я была опасна для вас, и ты под плотным контролем Леди Анисы. Да и вообще, я знаю, что вы не желаете мне зла.

— Откуда, интересно?

— Киниостия. Если бы я без сознания попала в руки врагов, то эта замечательная богиня моментально вытрясла бы из меня душу. Так что вы мне не враги. Но ради богов, скажите, куда мы плывем?

— В Ола-Нулон.

— Неплохой вариант для меня. Если вы меня вдруг согласитесь отпустить, то там будет очень неплохо.

— Как мы можем тебя отпустить? Ты же опасна для нас, раз служишь императору.

— Давайте я расскажу вам, почему больше не опасна, а вы решите, верить или нет. Скорее всего не поверите, конечно, но я все-таки расскажу.

Мы переглянулись. Впрочем, слушать эту диву мы и так собирались.

— Мое умение. Оно не действует на тех, кого я лично видела. Вот так. Только образ из головы другого человека. Или эльфа, или кого угодно разумного. Я вас увидела, поэтому умение перестало на вас работать. Второе, я служила по контракту. Но именно в прошлом времени. Империя меня не сберегла, так что контракт расторгнут, с солидной неустойкой с их стороны. Третье, я вполне приняла услышанные доводы Леди Анисы. Надо признаться, что это для меня новость, и я должна ее осмыслить и проверить. Но по крайней мере подтвержу, что светлые эльфы высадились и паладины готовятся к войне. По этому поводу было намочено немало владетельных портков в наших дворцах. Но действительно, столько паладинов на наше государство не потребуется.

Наемница встала и попыталась натянуть юбку пониже. Неудачно, так как когда что-то прикрывалось снизу, то тут же кое-что открывалось сверху.

Она посмотрела на нас:

— Просто замерзла. С вашего разрешения, накину плащ. Но не подумайте, что из недоверия к вам.

— Слушай, а почему ты так одеваешься? — в первый раз подала голос Аниса.

— О! Чувствую попытку подчинения. — констатировала эльфийка. — Впрочем, я не в претензии. Ты все равно меня подчинишь, Леди Аниса, так что часом позже, часом раньше… А одеваюсь я так потому, что люблю эпатировать. Поражать. Еще я люблю моду и знаю о ней очень много. От мешков с прорезью для глаз, в которые наряжают некоторых женщин далекого запада, до пары нитей бус, которые тоже кое-где встречаются.

— Очень надо тебя подчинять! — фыркнула Аниса. — И на Кириана мое проклятье не действует! Он сильнее меня.

— Даже так? Тогда еще интереснее. Но меня подчинять надо, я даже буду настаивать. Все равно вы придете к этому решению. И надо же вам будет проверить мою правдивость. Нет, если вы готовы отпустить меня без этого, я буду только рада. Но даже не надеюсь на такое.

Тут нас прервали. В дверь постучали и рыкающий голос кока попросил открыть.

Я шикнул на девушек, и они понятливо скрылись в дальней комнате. Орк с интересом обвел взглядом каюту и спросил:

— Собираю заказы на ужин, милорд. Вы вроде бы хотели крысу?

— Эта негодница от меня сбежала, — поморщился я. — Прошу прощения, если она лишняя на этом судне.

— Пустяки, — отмахнулся кок. — Одной меньше, одной больше. Но если желаете, я могу послать юнгу поймать парочку.

— Не стоит утруждаться. Что вы планируете готовить?

— Жаркое из свинины и запеканку.

— И все? — изобразил удивление я.

— Это корабль, милорд. Нет, я может и смогу когда-то что-то приготовить специально для вас, но даже не уверен, что будет время.

— Я не привык обедать так скудно… В общем, сервируйте мне по три раза каждое блюдо! Но сервируйте по разному. Вы же можете одно положить так, а другое по другому. Будет шесть смен, а это уже приемлемо. Предкам на небесах не будет за меня стыдно.

— Если предкам надо угодить, то да… Сделаю! Еще что-то милорд?

— Вина белого и красного. Есть разные? Отлично. Кувшин воды. Шесть бокалов. Да! И приборов как положено.

— Не понял, милорд… — буркнул гигант. — Я знаю что такое «положить с прибором», но не думаю, что вас это интересует.

— Три ножа и три вилки, — фыркнул я. — Все разных размеров. Так положено. Про салфетки думаю спрашивать бесполезно, тогда три полотенца разных размеров. Соль и перец. В маленьких плошках.

— Понял милорд!

— А… постойте! У вас порции большие?

— Нормальные, — кок изобразил что-то объемом с четверть ведра. — Ребята не жалуются.

— Так! Мне кладите по трети этого объема. Неприлично столько пихать на тарелку!

— Хм… — уважительно посмотрел на меня гигант. — Меня часто просят положить побольше… Но чтобы поменьше… Вот что значит настоящий аристократ! И приятно иметь дело с истинным воином! Все четко, из имеющегося на камбузе, а то везли мы тут одного. «Сделай мне такое, сделай мне другое», а я и не слышал про такое! Так и капризничал, пока я в морду ему не дал.

— Пропал аппетит? — усмехнулся я.

— Ну кашу он потом просил… жевать-то уже нечем было…

Кок стал удаляться, а я все-таки еще спросил:

— Уважаемый, а как вы определяете истинного воина?

— Ну так по морде! — удивленно полуобернулся орк. — Такую обветренную морду на паркете не нашаркать.

Когда я запер дверь и прошел в комнату к дамам, то увидел, что Сан стоит с блуждающей улыбкой на губах, а Аниса в конвульсиях бьется на кровати. К счастью, я понял, что это просто смех, прежде чем начал учинять расправу над пленной.

Аниса, поняв, что посетитель уже ушел, вытащила изо рта кусок простыни, которым давила смех и расхохоталась во все горло. До истерики. Мне еле удалось успокоить рыдающую девушку.

Потом я вышел на палубу вроде как прогуляться, но на самом деле на разведку. Глаза кота хорошо, но и своими взглянуть на то, как здесь все устроено, тоже стоило. Около кормовой надстройки несколько обеспокоенных матросов наряжали одного в накидку из перьев, ругаясь что тот бубен не так держит. Языка я не понимал, но было понятно и так, особенно когда шаман-любитель получил бубном в бубен.

— Что случилось, — спросил я.

— Да, похоже, морской дух к днищу прилип. Хохотал, выл и рыдал только что. Вот изгонять будем. Да вы не беспокойтесь милорд, тварь не опасная, но надоедливая.

— Буду я еще всяких духов бояться! — поморщился я, но сделал себе в памяти зарубку, что звукоизоляция на корабле не ахти.

Когда я вернулся в каюту, то застал девушек увлеченно перебирающими гардероб Анисы. На эльфийке уже красовались мои запасные штаны и рубашка, что, впрочем, не сильно прятало ее стати. А когда она взглянула на меня, я по глазам понял, что всё. Аниса скрутила ее за полчаса. А ведь моему вторжению наемница сопротивлялась весьма успешно.

Глава 16

А потом и ужин подали. Пока девушки сидели в дальней комнате, кок приволок огромный поднос, уставленный небольшими тазиками. Грохнул все на стол. Ссыпал приборы и полотенца. Потом сходил еще раз и принес вино, воду и специи. Уходя кивнул и рыкнул:

— Жрите на здоровье!

Я поблагодарил и пригласил веселых девушек. Да… порции были все равно великоваты, к тому же все оказалось просто жутко жирным. Ножи были: один нормальный, второй боевой кинжал, а третий двухфутовый мясницкий секач. Вилки аналогично.

Я повертел в руках самую большую и пробормотал:

— Похоже на трезубец для охоты на морскую живность… И балансировка и засечки… Вот петля для веревки…

Потом метнул его в дверь. Удачно, даже аплодисменты дам заработал. Вино оказалось так себе, но пить можно. В общем никудышная еда, но деваться некуда. Аниса только чуть отъела от своих порций, а эльфийка только понюхала.

— Эльфы могут хоть месяц не есть, — пояснила она нам. — Мы же магические насквозь.

Она уже немного отошла от проклятия моей любимой и могла внятно общаться.

— Давайте я закончу доводы, почему я вам не враг, а может и смогу стать чуточку союзником, — пропела она, а мы покивали. — Я ищу только настоящих преступников. Вы же ничего не совершали. И Аниса объяснила мне за что стала врагом брата. Оказалась я на службе империи добровольно, но тоже с определенной целью. Из нашего леса ушло несколько десятков наших эльфов в армию светлых. Это не такая уж редкость. За тысячи лет было немало случаев, когда эльфы уходили от нас или к нам. Но сейчас их много и правителям это не нравится. Я наемница, но не от всех наймов могу отказаться. Поэтому я не хотела, чтобы меня привлекли к поиску ушедших и по когда-то заключенному договору правителей отправилась служить империи.

— Почему ты не можешь отказываться? — спросила Аниса.

— У меня есть дочь. Ей десять лет. И она учится в закрытой школе. По сути она оказалась заложницей. Маленькие дети — это единственные, кого можно взять в заложники у нас. Вообще, у эльфов родственные связи очень слабы. Браки редко бывают долгими. Но мой, наверное поставил рекорд. Муж развелся со мной на следующий день после свадьбы. Сразу как увидел меня на улице в наряде похожем на тот, в котором я попала к вам в плен. Только тогда была не юбка, а шортики.

— Шортики? — спросила заинтересованная девушка.

— Да Аниса. Шортики это такие штаны, только их штанины заканчиваются раньше, чем ягодицы. Тогда получился знатный скандал. Меня даже хотели изгнать. А посол западного королевства, ну где женщин засовывают в мешки, так глазел, что упал с лошади и разбил голову о камень. Насмерть. Причем, как-то попасть ухитрился. Камень был небольшой, а голова и того меньше. У него борода была в несколько раз больше.

Мы посмеялись, но недолго. Пока Аниса озабоченно не спросила:

— А у твоей дочки, не будет проблем, что мы тебя похитили? Ты же должна служить империи…

— Нет. Так даже лучше. Империя обязалась охранять меня и не справилась. Я могу путешествовать с вами, могу сама, если вы меня отпустите. Главное, не появляться в Лесу, пока светлые эльфы не вернутся к себе.

А потом ее глаза затуманились, так как опять пошла волна подчинения от вопросов Анисы и наемница произнесла:

— Я не враг вам, но при очень редком стечении обстоятельств могу оказаться опасной. Чувствую, что вы уже не против меня отпустить. Но если меня найдут способ вернуть в лес и будут угрожать дочери, то я расскажу все, что знаю. Пока я не услышала от вас ничего такого, что не известно другим. Но прошу вас не обсуждать при мне никаких планов на будущее, так как это может оказаться опасно для всех. Или тогда не отпускайте меня. Слух у меня обычный и секретничать вы можете с обычными мерами предосторожности.

Потом пришел кок забрать посуду и удивился почти не тронутым блюдам.

— Съедать все неприлично, — пояснил я. — Но в дальнейшем делайте порции еще в два раза меньше. А что ожидается на завтрак?

— Каша с маслом и хлеб.

— Если вы поджарите хлеб, а масло положите на отдельную тарелку, то получатся тосты.

— Без проблем милорд, — рыкнул орк. — Такое блюдо и ребятам предложу.

— Масло намазывается на хлеб, — на всякий случай пояснил я.

Каюта была и правда довольно неплохая, холл и две спальни. Так что на ночь мы разместились с комфортом. А наутро Сан нас огорошила:

— Вчера было любопытно слышать ваши семейные разборки, а ночью любопытно слышать ваш семейный мир.

— Знаешь, дорогая, — вспыхнула, покраснев до корней волос Аниса. — Держи свои ушки плотно закрытыми по ночам!

— Хорошо, — покладисто согласилась эльфийка. — Буду затыкать уши на ночь. Но лучше будет, если ты будешь затыкать рот. Ночью довольно тихо, и скоро могут прийти изгонять уже не морского духа, а нас.

* * *

На второй день путешествия море стало неспокойным, и меня посетила морская болезнь. Что интересно, обе мои спутницы даже не почувствовали никаких признаков недомогания. Но еще через день я более-менее привык, и наше путешествие опять приобрело приятные черты. А на седьмой день мы, наконец прибыли в Ола-Нулон. Когда матросы выносили мои сундуки, капитан рыкнул, чтобы они не смели швырять их, а то «багаж милорда может пострадать». А еще я просто чувствовал его задумчивый взгляд в спину, пока спускался по трапу.

И я внезапно понял, что капитан знал о двух неучтенных пассажирках. Просто… предпочел не подтверждать своих подозрений. Что ж, и среди орков попадаются очень даже мудрые существа.

Нет, можно было, конечно, предположить, что капитан меня подозревал в чем-то еще, не особо благовидном на его взгляд. Но я, вроде бы, ничего такого не делал… Разве что прихватил кое-что, принадлежащее этому судну. Но сомнительно, что немолодого орка как-то задела похищенная мной крыса.

Я заселился в хороший трактир почти в центре немаленького города. Там и выпустил на волю девушек.

— Давай мы проводим тебя до гильдии наемников? Ты же говорила, что здесь тебя знают, — сказал я эльфийке, доставая плащи Свободных женщин. — И возьми немного денег в виде компенсации за похищение.

— Этот плащ не поможет мне спрятаться. Впрочем, в нем будет лучше. Но… — Сан замялась. — Так не хочется с вами расставаться. И я понимаю, что это очарование Анисы… Но может… пока Аниса думает, я быстренько схожу замуж за Кириана? Я еще молодая, мне только сорок два. Да и внешность ничего так. И одеваться я обещаю в рамках приличия.

Я с укоризной посмотрел на мою любимую, которая аж побледнела от гнева, но ничего сказать не могла. В принципе, в ситуации ее вины было больше, чем чьей-либо еще. Эльфийка даже не понимала, какую крамолу говорит моей девушке. А я только в очередной раз и с очередного ракурса понял, что имеет в виду Аниса, называя свое умение «проклятьем».

— Прошу тебя, — процедила баронесса наемнице, — просто уйди в свою гильдию, а то здесь сейчас кровь хоть не прольется, но клочки волос могут полететь!

Мы вместе проводили нашу знакомую, а потом вернулись в трактир.

— Ну что? — все еще дуясь на всех, не исключая себя, спросила моя красавица. — Ты можешь что-то придумать насчет нашего дела? Как уничтожить эту чертову династию. Если ты не передумал, конечно!

— Не передумал, — обнял я девушку. — И давно придумал.

— Даже так? — в голосе и взгляде красавицы обида мгновенна сменилась жгучим интересом. — Ну, не тяни! Ну, пожалуйста!

— Мы поплывем к светлым эльфам. К нам у них претензий нет, да и у паладинов тоже. Думаю, что если мы попросим у них помощи в изведении только династии, не трогая империю, то Амисоль с радостью нам поможет.

Пока я говорил, Аниса все больше и больше грустнела. И я сразу догадался, что тут замешана очередная, не пойми какая по очереди тайна.

— Ну, — нетерпеливо спросил я. — Я слушаю?

— Что? — не поняла девушка.

— Какая великая тайна не дает тебе попросить помощи у светлых эльфов?

Аниса только пожала плечами. Но я уже представлял себе как надо строить допрос:

— Ты уже сталкивалась со светлорожденными?

— Нет, — недоуменно посмотрела на меня интриганка.

— Значит они потребуют что-то неприемлемое? Сделать империю по настоящему светлой? Навряд-ли… Это не так просто. Требовать такое, это тоже самое, что просто отказать. Не станут соглашаться на твое правление?

— Слушай, — потупила взор допрашиваемая, — прошу тебя придумать другой план. Этот оставим на крайний случай.

Попалась!

— Значит, эльфы могут убить темного властелина, но твою кандидатуру на трон даже рассматривать не будут? Так? Ну!

— Так. Но ты же понимаешь, что других кандидатур, чтобы не началась внутренняя война, нет.

— А ты так разбираешься в политике? Откуда? Тебе кто-то дал раскладки? Кто? Я вот даже одной части политической мозаики не смогу сложить, даже если долго пошастаю по библиотекам. Там, знаешь ли, не так много реальной информации о союзах, претензиях и так далее.

— Ты такой умный, — слабо улыбнулась девушка. — А не понимаешь, что у меня всегда были причины не говорить всего.

— Неубедительно! Если ты сразу расскажешь всё, то я смогу лучше помочь тебе.

Аниса замолчала и даже руки на груди скрестила калачиком, настороженно поглядывая на меня.

Я достал генеалогии, купленные девушкой, и начал их еще раз внимательно изучать. В прошлый раз ничего, отличающегося от рассказанного мне моей красавицей, я в них не обнаружил. Но вот какая-то мелочь кольнула мне край сознания. Но какая?

Когда я уставился в развесистые схемы, иначе называемые деревьями, и стал погружаться все глубже, внезапно меня выдернули из раздумий. Я поднял голову и узрел сияющую Анису.

— Дорогой, а давай сходим пообедать! Не в комнате, а в общий зал. А потом я все-таки перекрашу волосы, ты мне поможешь. А потом может пройдемся немного по лавкам? Мне так хочется порадовать себя какой-нибудь мелочью, да и тебе надо купить новые вещи взамен подаренных эльфийке.

Я удивленно хлопал глазами. И отказывать в таких вещах не хотелось, и понятно мне было, что девушка отвлекает меня всеми силами. И делает это довольно неумело, но с большим энтузиазмом.

— Ты же уже поняла, что я догадался, что в этих бумажках есть что-то, на что не так просто обратить внимание, но это важно. Тогда давай не будем тратить мое время, и ты мне сама скажешь, куда надо посмотреть. Я в ответ тебе обещаю, что не стану подозревать, что тайн здесь зарыто не одна, а больше. А еще в оставшееся время мы сходим и пообедать, и в лавки, и куда угодно. А перекрашиваться ты и сама не сильно мечтаешь, как я заметил, иначе мы сделали бы это еще на корабле.

Аниса надулась, поняв, что я раскусил ее попытку, а раз раскусил, то и под влияние ее чар не попал. А я вдруг понял, что именно надо искать в этих листках. Точнее, на что надо обратить внимание. Что я хочу найти, я до сих пор не знал.

Я взял чистый лист бумаги и начал выписывать на него индивидуальную генеалогию моей любимой, обращая внимание на любую мелочь. А уже через минуту мои изыскания дали плоды.

— Аниса, а как получилось, что твоя мать родилась после смерти бабки? — вкрадчиво спросил я, догадываясь что в этом и есть вся эта локальная тайна.

Девушка отвернулась от меня и уставилась в окно, окончательно уверив меня, что я нашел то, что искал.

— Твоя бабка на самом деле прабабка, а то и пра-пра? Так? Получается эти бумажки ничуть твоих прав на престол не подтверждают? С таким-то разрывом.

Баронесса фыркнула, что могло означать только, что я не прав, и она уверена, что эти выписки вполне годятся для восхождения на трон.

— Но эльфам вообще-то не сильно важны эти права наследования. Тогда что? Это не их касается? А кого? Отвечай, пожалуйста.

Но Аниса промолчала. Я только покачал головой:

— Ладно, в общем мне понятно, что пока мы в тупике. Если я вдруг придумаю что-то новое, то обязательно тебе расскажу, а пока просто поживем в этом городе. Но недолго. Дня три. А потом переедем в другой. И наши следы потеряются. Если империя падет, то нас и искать некому станет.

— Мы не поживем, — вздохнула девушка. — А посидим в этой комнате. Как и всегда. Ты видел, что происходит, когда я начинаю общаться с людьми, вращаться в обществе. Нет, мне сейчас гораздо лучше, чем раньше. Теперь у меня есть ты. Но все равно круг общения немного маловат. И ты не прав, думая, что если империя рухнет, то мной некому станет интересоваться. Год-два и опять кому-нибудь потребуется мое проклятие.

— Стоп-стоп-стоп! — усмехнулся я. — Давай мы сделаем так. Проблемы мы решаем по мере их возникновения. Я не отказываюсь подумать о великом свершении по спасению империи. Но сейчас мы можем провести один эксперимент.

Я скомкал листок, на котором делал выписки, и поманил девушку. Она недоумевая подошла ко мне.

— Суй в рот! — скомандовал я, подавая ей комок. — Ну! Эксперимент, есть эксперимент.

Аниса недоуменно засунула скомканную бумажку в рот и напряженно уставилась на меня.

— Ты леди, у тебя во рту что-то есть, значит сказать ни одного слова ты просто не сможешь, — вдохновленно продолжил я. — Бывают же девушки, которым не повезло родиться немыми. Вот… Зато с бумажкой во рту, ты ни за что не начнешь говорить! Улыбайся, танцуй, если что-то очень надо сообщить, напиши в блокнотике. И такой не отражающийся на внешности недостаток привлечет к тебе благожелательное внимание, плюс меньше ревности от других дам, плюс второе проявление твоего умения. Только помни, что я ревнивый!

Аниса серьезно задумалась, слабо улыбаясь, затем отвернулась и вынула бумажку. А вот потом она с радостным визгом бросилась мне на шею и, перебивая сама себя, зачастила:

— Ты сокровище! А я-то какая балда! Я же могла догадаться о таком приеме уже давно. Нет, молчать это ужасно, но ведь можно быть в обществе! Дорогой, трактирная служанка говорила, что завтра в ратуше будет бал. Любой благородный может явиться без приглашения. О! Пригласи меня, пожалуйста!

— Отлично! Приглашаю, — я просто воспарил в те самые облака с розовыми слониками, даже не думая, что, не сопротивляясь, употребляю лошадиную дозу умения моей красавицы. — Только, есть одно очень важное дело. Надо обязательно придумать причину, почему ты не говоришь, и почему маги не смогли помочь. Ну там, навскидку… ты росла в маленьком форте в окружении людоедов, или тебя прокляла ужасная ведьма.

Аниса, которая прыгала вокруг меня, оступилась и рухнула прямо на пол. К сожалению, в этот момент она была у меня почти за спиной, и я не успел ее подхватить, хотя и успел на рефлексах развернуться, несмотря на затуманенное от навеянного счастья сознание.

Я опустился на колени и приподнял любимую. Она не рыдала, но ужас в глазах сказал мне все.

— Тебя прокляла ведьма? Так? Это твоя тайна?

— Что? Прокляла? Нет, конечно! — Аниса немного пришла в себя, но только чтобы вместо испуга страшно расстроиться.

— А что тогда?

— Вот твоя бумажка, — девушка достала из кармана брюк мокрый комочек, только для того чтобы тут же спрятать его обратно. — И ты правда самый умный! Ты все правильно понял.

— И что же именно?

— Даты. Они не так важны в генеалогии. Ну подумаешь, описка… Эти циферки бывают так похожи. В генеалогии же главное, кто чей потомок. А циферки… это плохо, но бумажка не становится от такой опечатки ничтожной.

— Но почему для тебя они так важны?

— Моя мать родилась на шестьдесят лет раньше, чем там записано. Соответственно, она умерла не довольно молодой в пятьдесят пять лет, а в сто пятнадцать. Через два года после моего рождения.

— Э-э-э… — только и смог пробормотать я. — И?

— Простые люди столько не живут. Нужен или сильный маг для поддержания жизни, или самому надо быть не слабее архимага.

— Ну и что? Вы, вроде, не бедствовали.

— Моя мать вышла замуж за отца за год до моего рождения. Даже меньше. На три месяца. Я же говорила, что я очень поздний ребенок. Просто умолчала на сколько.

— Я не очень знаю возможности магов… Как-то недоучился…

— Есть и третья причина для долголетия. Так долго живут, иной раз прекрасно выглядя до самой смерти, ведьмы. А знаешь, кто дочери ведьм? Угадай с одного раза! — Аниса твердо посмотрела на меня и произнесла. — Я ведьма. Самая настоящая и очень сильная. Никакие светлые эльфы со мной дел иметь не будут.

— Ведьма? — пораженно пробормотал я.

— Да! Может ты думаешь, что ведьмы, это те старухи, которые живут в страшных избушках в глухом лесу и из украшений носят только бородавку на носу? Нет, бывают и такие. Но главное отличие ведьм все-таки в другом.

Аниса обреченно взмахнула рукой, встала с пола и села в кресло.

— Ведьмы, дорогой мой, имеют сильные умения. Мы, как правило, слабые или средние магини, но сильное умение или несколько есть всегда. Ты прекрасно знаешь, что умение это не магия. Для его использования не надо произносить заклинаний.

Глава 17

Я покивал. Знаю прекрасно. У меня вот умение ладить с животными. Очень сильно помогает моей магии, позволяя мне в двадцать один год быть уже полноценным магистром в этой области. Но без магии оно так себе. Ну собаки буду лучше слушаться и лишний раз не укусят. Даже примитивные комары предпочтут мне соседа. Кусают все равно, подлецы, но с любовью. Шутка. Просто реже.

— Но у ведьмовских умений есть одно обязательное дополнение. Догадываешься? А может изучал? Нет? Ведьмовские умения всегда имеют изъян. У меня вот целых два умения.

— Два?

— Да ты что? Не ты ли удивлялся, как быстро зажили мои раны. Это мое первое умение. А его изъян, то что мелкие повреждения на коже навсегда останутся со мной. Шрамы не уберет даже архимаг. Так что от стрелы на спине, и от кислоты на лице, все останутся, как и десяток шрамов на моем теле от мелких повреждений, которые ты уже заметил, но из деликатности ничего не сказал. Но только мелкие, к счастью. Крупные шрамы проходят. На моей ноге уже ничего нет.

Я смущенно хмыкнул. А я даже и не заметил. Между прочим, я не заметил и других шрамов на теле любимой, о которых она говорила. Но тут я даже не сомневался: это ее второе и главное ведьмовское умение. Башка плывет в те моменты, когда мог бы заметить…

— Кстати, — усмехнулась Аниса, — так понравившаяся тебе Сан тоже ведьма. Скорее всего. Не думаю, что у ее умения находить людей, так просто есть ограничение не указывать виденных ей. Она может найти похищенного ребенка. Любого. Но не своего.

Аниса сидела прямо как на торжественном приеме и напряженно всматривалась в мое лицо. Наконец она настороженно спросила:

— Ну как? Я тебя не сильно напугала?

— Что? Не думай о себе слишком много! — усмехнулся я. — Как маленькая ведьмочка может напугать человека, который в получасе от себя видел пищеварительный тракт орков?

— Правда? — на прекрасном, несмотря на два маленьких пятнышка на скуле, которые я вдруг стал снова видеть, лице девушки появилась и стала все больше расцветать ослепительная улыбка. — Я так восхищена тобой!

— Эй! Это я должен говорить тебе комплименты.

— Нет, ты не понял. Ты настоящий воин! Эти твои слова. Бывают смелые в бою люди, но они в ужасе бегут от призрака, который им совершенно ничего не может сделать. А уж от одного слова «ведьма» они готовы обмочить штаны. Нет! Ты и правда просто сокровище, крепче алмаза!

— А стану еще и сиять ярче алмаза, если ты мне все-таки расскажешь о себе действительно все.

Аниса стала резко грустнеть. А я вдруг подумал, что на сегодня хватит откровений. Этот невероятный шифр, которым оказалась моя любимая, надо разгадывать постепенно.

— Так что ты говорила про бал? — спросил я, меняя тему.

— Ой! — Аниса непритворно всплеснула руками. — Нам же нужны наряды!

— Э-э-э… — проблеял я, оценив всю глубину проблемы. — А у тебя разве нет?

— А у тебя? — девушка одним изящным движением переместилась мне на колени. — У тебя только походный костюм.

— Слушай, я бывал на таких праздниках, еще когда учился в университете. Там ничего страшного, если придешь в обычном. Даже более того, есть дамы, которые предпочитают кавалеров в кружевах, а некоторые девушки просто без ума от мужчин одетых просто. Для них идеально будет, если какой-нибудь рыцарь придет прямо в турнирных доспехах. Тем более, я и не собираюсь очаровывать никаких дам.

— Дорогой! Знаешь, я твоя от макушки до пяток, — мурлыкнула Аниса. — Но давай решать как пойти на бал буду все-таки я! Ты же не можешь отказать мне в такой малости?

— Ладно, — принял разумность довода я. — Только никаких рюшечек!

— Мой любимый мужчина воин, а не паркетный шаркун, как говорил кок на орочьем корыте, — одной фразой убедила меня моя любимая.

Аниса вскочила, но я жестоко оборвал полет ее души:

— Дорогая! Ты ничего не забыла? — я показал пальцем на свой рот. — Пока мы не придумаем, почему ты молчишь, мы не выйдем из этой комнаты. И ты, моя маленькая ведьма, вообще, разговариваешь теперь только со мной. И блокнотик надо купить.

— А… э… — девушка замялась. — Мне в голову так ничего и не пришло… Вся надежда на тебя, любимый.

Я пошевелил мозгами и подумал, что не зря же я читал похожее на приключенческий роман жизнеописание богини Справедливости. Так что, если я сочиню еще одну дурость про первую красавицу мира, то выглядеть это будет… Ну не правдоподобно, конечно, но среди прочего абсурда вполне может затеряться. Так что принялся сочинять на ходу:

— Ну слушай! Когда самую прекрасную женщину этого мира, светлейшую богиню Челизию, за ее помощь своему мужу, ужасный демон-на-побегушках-верховных-богов лишил голоса, то миллионы людей со всего мира пришли в храмы и попросили богов вернуть ей голос и предложили заплатить годом своей немоты за единственную минуту возможности говорить их богине. Но страшный демон расхохотался и сказал, что он согласен принять плату только от красавиц, которых одна на тысячу. С тех пор многие девушки ходят в храм первой красавицы и, к величайшему бешенству ужасного демона, Челизия имеет возможность говорить без перерыва!

— Дорогой! Это, это, это… Это же не обман даже! Это… Это легенда! Это баллада! Я запишу, чтобы не забыть. И показывать буду, конечно. Ты самый, самый!

Аниса бросилась за листком, потом, подергав шнурок, позвала прислугу. Но тут уже я показал ей на платок. Так что с явившейся служанкой разговаривал уже я:

— Красавица, сбегайте, купите, пожалуйста, для леди хороший блокнотик и парочку карандашей.

А потом я наставлял любимую:

— Только не показывай объяснение всем подряд. Если только кто-то очень сильно попросит объяснить, почему ты не говоришь. И еще помни, что я ревнивый!

— Я Леди! — веско ответила мне Аниса. — Я никогда не дам повода! Не говоря уж о причинах. Я бы обиделась, если бы не понимала, что ты имеешь в виду, не измену, а просто легкий флирт. Но и это я тебе обещаю, тем более, что я и не умею. Не забывай, что я и не была почти нигде. Ведь я сама не догадалась найти способ не говорить.

А затем мы отправились в лавку. Я особо не беспокоился, понимая, что за сутки до бала ничего эпического нам соорудить не смогут. Подберут что-нибудь из готового, да подгонят. К тому же моя любимая все-таки понимает, что спустить все наши оставшиеся, пусть и немалые деньги на наряды, будет верхом глупости.

Но я немного ошибся. Нет, особых трат, вроде бы не ожидалось, Аниса больше удовольствия получала от примерок, чем от покупок. Тот единственный случай, когда я заподозрил, что она потратила на наряды слишком уж много, оказался гораздо более неприятной покупкой официальных выписок. В лавке с меня сняли кучу мерок, а потом у меня возникло жгучее желание оттуда смыться. Но и оставлять свою любимую одну я серьезно опасался. У нее был просто невероятный талант находить себе или мне неприятности, стоило только оставить ее на пару часов.

Тут я заметил крупного попугая в клетке и накинул на него поводок. Теперь я мог видеть и слышать, что происходит в этом храме тканей и нарядов на расстоянии до двухсот ярдов. Я сказал Анисе, что вернусь за ней через два часа, или пусть возвращается в нашу комнату в трактире, и пошел пройтись по ближайшей округе.

Сразу же нашел лавку с магическими книгами и вспомнил, что я не видел ничего учебного целых три года, а вопросов по ментальной магии у меня в голове за это время накопилось уже порядочно. Я заплатил лавочнику за чтение, чтобы не прикидываться возможным покупателем, который на самом деле хочет бесплатно урвать абзац-другой и сел за маленький столик у окна. Мне даже предложили кофе, а потом хотела предложиться и симпатичная служаночка, заметив что книги не сильно мне интересны. А я на самом деле поминутно поглядывал глазами попугая, а слушал вообще непрерывно.

Но уже через полчаса в царство одежды просто ворвалась толпа девушек и они чуть не с порога начали раздеваться. Я сразу отключил зрение птицы и стал только слушать. Анису я, естественно, слышать не мог, так как она с огромной радостью держала во рту платок, наслаждаясь обычным обслуживанием, а не сомнительными намеками продавщиц, но мне было достаточно беспрерывной болтовни приказчицы, которая подносила и подносила кипы тканей, а также всяких бантиков, кружев и тому подобного.

А еще через час вдруг мой слух резануло, что приказчица среди кучи тряпичных терминов вдруг сказала: «Твоему жениху очень понравятся эти чулочки». Что-то подозревая, я резко встал, чуть не пробежал по улице и быстрым шагом ворвался в лавку. Хоровой визг кучи девушек чуть меня не оглушил. И хотя всех примеряющих от входа отделяли ширмы именно на такой случай, но чего бы не провизжаться, если вошел мужчина?

Приказчица, обслуживающая мою любимую, все также кружила около ширмы, но когда я заглянул за занавеску, то был обвизжен уже вполне справедливо, так как там находилась полураздетая совсем мне незнакомая девушка.

— Где? — только и спросил я, но этого хватило. Побледневшая продавщица запираться даже не подумала, вероятно оценив мой бешеный взгляд.

— Леди сказал, что хочет купить вам, Милорд, подарок как сюрприз и попросила понаряжать нашу девушку, обращаясь к ней «леди», а той молчать, а сама убежала через заднюю дверь.

— Как сказала?

— Шепотом мне сказала, Милорд. Простите, Милорд.

— Давно?

— Почти час назад, Милорд.

На несчастной лица не было, и вторая тоже замолчала, но у меня к ним претензий и не было. Что эти бедняжки могли против сильнейшей ведьмы?

Я посмотрел на попугая. Моя хитрая любимая, вскоре после того как я вышел, перешла за другую ширму, и птица не могла видеть как одну девушку поменяли на другую. И путь до задней двери тоже. Аниса предусмотрела все.

Я потребовал показать мне заднюю дверь и выскочил на узкую улочку. И не пустынную, а вполне даже приличную. В центре этого города вообще не было грязных и темных переулков.

Как я понимал, спрашивать кого-то уже поздно. Час есть час. Я прошелся в одну сторону и зацепил сознание трехцветной кошечки. Но вскоре и отпустил. Та час назад лакала что-то в каком-то погребе. Мое умение не сверхспособность, чтобы в минуту прочитать память животного, да еще и не зная точного времени бегства. Это по полчаса надо у каждого просматривать. Собрав всех кошек и собак улицы, я за несколько десятков часов, с необходимым мне отдыхом, смог бы понять все точно, но так идти по следу, это можно неделю провозиться.

Ладно! Я дошел до конца улицы и нашел все-таки подходящий объект. Верховая лошадь, похоже, уже давно ожидала седока около входа в кабак. Как определил? По навозу… Каждый следователь мечтает работать с рассыпанными алмазами, но чаще полагается все же на навоз.

Я встал неподалеку и стал читать память скотины, начав с периода час назад. Ускорить просмотр я никак не мог, событий в поле зрения лошади происходило не так много и занимал я себя тем, что мечтал, как же я буду пороть эту секретчицу!

Минут через пятнадцать мне все-таки повезло увидеть как перед глазами лошади почти пробежала Аниса, отчаянно вертя головой. Я определил направление и отправился туда же, разыскивая следующий объект для моей магии. Теперь правда было проще, время я знал достаточно точно. Хоть не буду тратить сил и того же времени на долгие просмотры.

Я прошел вперед и там нашел-таки лениво греющегося на вечернем солнце кота. Тот направил меня дальше. В принципе, до меня уже доходило, что можно и к одежной лавке возвращаться. Если баронесса хоть что-то рассчитывала, то ей надо бы уже быть в царстве тряпок. Тем более, что я уже выдохся и что-то прочитать в чьих-то мозгах смогу уже вряд ли.

Я прошагал еще немного и огляделся. На другой стороне небольшой площади высилось здание второй гильдии наемников в городе, если ту, в которую мы недавно проводили эльфийку, считать за первую. И если в городе не появилось их еще с десяток с того времени как Сан была здесь последний раз. Именно она нам рассказывала про все здесь, пока мы плыли.

Гильдия наемников — довольно вероятная цель беглянки, но если просто идти и спрашивать, то ничего не ответят, само собой. Если наемники будут так легко сдавать своих возможных нанимателей, то никто к ним обращаться и не будет.

Я прислонился к стене и решил мыслить логически. Если принять за правду, что Аниса не бывала в этом городе, то она вряд ли что-то здесь могла знать. Значит, она могла узнать путь от одежной лавки до загадочной цели или от приказчиц, или спросить его чуть ранее в нашем трактире. Приказчиц я уже спросил и маловероятно, что те укрыли цель моей загадочной любимой.

Я уже намеревался бежать в трактир, но тут из дверей гильдии наемников выскользнула Аниса и чуть не бегом припустила обратно. Я только успел заметить, что лицо у нее до крайности расстроенное. Похоже, цели своей авантюры она не достигла.

Я сначала хотел просто пойти за ней, но потом сообразил, что в лавке девушка сразу узнает, что я ее искал, и может успеть придумать очередную ложь. Хотя о чем это я? И так успеет. Но все-таки лучше не давать ей лишнего времени.

В два прыжка я догнал свою любимую и окликнул. Нет, педагогичнее было бы молча и неожиданно схватить ее за плечо, но так можно было и нарваться на разборки со стражей, если Аниса поведет себя правильно, будучи неожиданно схваченной на улице. А именно, хорошенько завизжит.

— Слушаю тебя, — я начал сразу с конкретики, пропустив вводные фразы вроде: «Что это значит?» или «Ты понимаешь, как это опасно?».

— Хотела купить у наемников раскладки по политике империи, — не моргнув глазом соврала беглянка.

— Для этого не надо было убегать, и у наемников вряд ли сыщется такой товар, — чуть не рыкнул я.

— Уже поняла. Но я… я еще хотела узнать цену на… устранение нескольких высших вельмож.

— Что? — я пораженно уставился на девушку. Она же совсем не дура, вроде бы.

— Да поняла уже, что сглупила, — покаялась та.

— Как они вообще стали с тобой разговаривать?

— Отказали, это да. Но отвечали вежливо. Я же спрашивала! Моего проклятия не хватило, чтобы побудить даже рассмотреть мой заказ, но ответили, почему именно отказали, и порекомендовали куда можно обратиться.

— Ну?

— Сказали, что в гильдию убийц ни в коем случае не надо, да и нет ее здесь. А вот если у меня есть доказательства, что цели заказа отпетые негодяи, и есть очень-очень много денег, то можно нанять юстасинов.

— Кто это?

— Орден такой тайный. Тоже наемники. Но страшно дорогие и убивают только злодеев. Их можно найти в Огоне, если поспрашивать в трактирах, что требуются умные парни. Это что-то вроде пароля.

Я никогда об этом ордене даже не слышал, и хоть такой наем на данном этапе был для нас из области сказок, но информация явно не лишняя. Да уж, не зря Аниса там поспрашивала.

-А еще мне сказали, что владетель этого в целом вольного города Лорд Шакс-Шор-Шипон. Он очень неординарная личность.

— Ну да, драконов трудно назвать ординарными…

— Ты знаешь про него?

— Откуда? Просто имя драконье.

— А-а-а… Так вот, он навел в городе порядок. Здесь же и наемники, и варвары, и… и кого только нет. Но он следит, чтобы стража исполняла свои обязанности, так что здесь нет ни гильдии воров, ни убийц. И, кстати, тайной службы империи здесь можно не бояться. Ну почти. Нагло действовать тут никому не позволят. А еще он очень хорошо в политике разбирается. Но… надо очень сильно постараться, чтобы он согласился кого-либо просто выслушать. А чтобы он еще и помог именно информацией, такие случаи за всю историю города по пальцам пересчитать можно. Но это те случаи, о которых информированные типы вроде этих глав наемников знают. А так-то может он и чаще делится сведениями.

Глава 18

Я пока не мог осмыслить, чем нам может помочь знаток политики, да и как его заинтересовать, поэтому просто буркнул:

— Пошли.

— Куда?

— В трактир. Пороть тебя буду! И в этот раз точно.

— Что? Я же такие сведения добыла!

— За этими сведениями мы могли и вместе сходить, это раз. И я, если бы был рядом, наверняка дополнительные вопросы задал, это два, А то что ты сбежала, и тебя могли легко те же наемники похитить, это три! А у этих наемников через недельку может быть контракт на твое похищение или убийство. И за него они взяться смогут, так как тебя ловят за покушение. А ты сама себя им показала.

— Так! — вдруг остановилась и топнула ногой девушка. — Ты меня пороть не будешь! Это раз! Я Леди, а не крестьянка! Леди можно только запереть. Ну или казнить…

— Ладно, извини, — согласился с доводом я. — Значит запру.

— Удивил! — хмыкнула Аниса. — Я и так три года, считай, взаперти жила.

— Служба и поездки как-то не вяжутся с запорами, — улыбнулся я.

— Это не считается. Леди запирают только от светской жизни и развлечений. Так вот. Два, это то, что ты больше никогда не будешь ставить ко мне соглядатаев. Попугаев всяких. В комнате у нас крыса, это хорошо, но она комнату охраняет. А вот специально ко мне нет. Не будешь! Я Леди.

— Не обещаю, но лишний раз не буду. Кстати, как ты поняла про попугая? Ну? Мне это важно. Это же моя профессия.

— Попугай стал менее активным и перестал говорить, как мне сказали девушки. Я перешла в магозрение и твой поводок разглядела. Кстати, как тебе девочки неглиже, которых там целая стая бегала?

— Я сразу как они вошли, зрение отключил, — пожал я плечами.

— Точно? — усомнилась Аниса, но тут же извинилась. — Ой, прости! А куда мы идем?

— В трактир, конечно.

— А как же бал? Надо же закончить примерку.

— Какой бал? Считай себя запертой. И надолго!

— Ладно, — покорно сказала Аниса, но потом твердо возразила. — Но надо хотя бы зайти и заплатить за беспокойство. Так нельзя… получилось, что Леди сбежала.

— А если бы тебе свернули шею? Почем им знать? Может Леди уже спустили под мост.

— Достаточно, что я это знаю, — гордо ответила баронесса.

Мы зашли в лавку, и как оказалось, не зря. За ширмой среди кип тряпок сидели две приказчицы и горько рыдали. Как оказалось, меньшее, что им грозило от хозяйки за такое театральное влезание в семейные разборки — это порка, а то и серьезный вычет из жалованья. Аниса нацелилась было закончить примерку, но я просто заплатил за беспокойство, как было принято, и за руку вывел баронессу на улицу. Та даже не упиралась, позору хватало и от того, что ее выводили. Но и возразить она ничего не могла, так как про бал я уже сказал.

Но пока мы дошли до комнаты, девушка немного переосмыслила свое поведение, особенно попытки кичиться передо мной титулом, так что даже решилась извиниться за бегство. И еще она поняла, что могла очень сильно подвести приказчиц, что ее расстроило больше всего.

Но за сутки мы помирились, и я все-таки согласился отправиться на бал. У Анисы и так было несколько платьев, а мне сошла и моя обычная одежда. Это же не великосветское событие в конце концов.

И как оказалось, я там был далеко не самым просто одетым. Все дворяне города приглашались в ратушу по умолчанию, а среди них хватало и по настоящему обшарпанных. С простолюдинами было не так просто, но и среди них встречались и поэты, и художники, которые и обедали-то не каждый день, что уж говорить об одежде?

Мы с Анисой, естественно, не планировали называться своими именами, так как на такое на нашем месте могли бы пойти только совсем безмозглые. Аниса назвалась Леди Си. Две буквы имени прямо указывали на его вымышленность, что для дам не возбранялось. Необходимо было только взять для него любые буквы из своего имени или фамилии. А для баронессы представиться чужим, но имитирующем настоящее именем, было абсолютно неприемлемо. Но то, что всем понятно, что имя вымышленное, нестрашно. Таких дам на любом светском или околосветском событии бывало чуть не половина.

Для мужчин быть под псевдонимом абсолютно исключалось, но у меня титулованных заморочек не было, так что я просто придумал себе имя с приставкой «лир», что указывало на выслуженное дворянство, и что мои земли только там, где стоят подошвы моих ботинок.

За три года то ли мода так сменилась, то ли в этом городе были намного более свободные нравы, но многие дамы щеголяли в настолько открытых сверху платьях, что держались они, несомненно, на клею. Вырез сзади заканчивался, вообще, уже на талии. Нижняя часть, правда была почти до пола, но опять же с очень длинным разрезом. Я еще подумал, что на этом балу наряд знакомой мне эльфийки такого уж фурора не произвел бы.

Первым делом я обратил внимание на то, что здесь очень много представителей других рас. Гномы и орки в широком ассортименте. Еще я заметил даже чету гоблинов и одинокого эльфа. Но самое необычное впечатление производили котоны — кошки ростом ярда в полтора, но с человеческой, в общем, фигурой. И пушистые с ног до головы, конечно же. Около парочки таких экзотических девушек крутилась целая толпа мужчин всех возрастов.

Еще я, даже не дойдя до ратуши, подслушал разговор, что на балу орудуют несколько русалок. Эти женщины-оборотни славились своим разнузданным нравом и одним неприятным свойством. Их поцелуй подчинял мужчин ровно на неделю. Потом они уводили жертву и использовали, но не только в интересном для многих смысле, а и на хозяйственных работах.

Когда я учился в Тирне, этих дамочек на балы старались не приглашать, но они нередко просачивались сами. А по-настоящему ссориться с русалками не решался никто и никогда, за их умение оживлять утонувших. Женщины, конечно, иногда страшно ругались с ними, особенно после опустошительных набегов тех на припортовые кабаки и более приличные заведения, но это не считается, да и чтобы переругать одну единственную русалку, требовалась целая бригада матерых дам, как правило усиленная одной-двумя рыночными торговками.

Женщин русалки не целовали никогда, кроме уважительной причины, когда дама уже утонула. И тогда в половине случаев та сама становилась русалкой. Если какой-то злосчастный корабль терпел бедствие недалеко от берега, то зеленоволосые бестии налетали со всех сторон и зачастую кораблекрушения обходились без жертв. Причем, не захлебнувшихся они без выкрутасов тащили до берега, а вот утонувших уже откачивали своей магией.

А как только мы вошли в зал, ко мне, улыбаясь и не обращая внимания на мою спутницу, подошла одна из них. Не узнать невозможно. Зеленые волосы, как будто мокрые, но лежащие пышной прической. Я только слегка ей кивнул, так что ничуть не расстроенная оборотень пошла искать другую потенциальную жертву.

Я глянул на Анису и к моей радости заметил, что она нисколько не напряглась от такой наглой попытки нас разлучить на недельку. Хотя, если кавалера могут так явно увести, то ломаный медяк ему цена. А еще я заметил, но уже с тревогой, что девушка сама как-то задумчиво смотрит вслед русалке. Впрочем, моя тревога сразу прошла, ведь если любимая женщина готова уплыть в голубые дали, но уже навсегда, то цена этой любви ничуть не больше.

Мы почти сразу разделились, так как для танцев было еще рановато. Аниса присоединилась к стайке девушек, не поболтать, так хоть послушать. А я прошел в соседний зал, где роились более взрослые люди. У меня была цель совместить на сегодняшнем вечере приятное с полезным. Я довольно нагло присоединился к одной важной компании купцов и местных чиновников, благо такие вторжения не запрещены на подобных событиях. Но вскоре, когда я рассказал несколько фактов, не сильно важных, но неизвестных компании, а мне попавших в голову когда я просматривал почту на перевале, то был окончательно принят в общество. А это уже позволяло мне задавать наводящие вопросы.

Вскоре я напитался информацией по самые уши. Да какой! Я решил ничего не говорить Анисе, чтобы не портить ей вечер. Утром расскажу, за несколько часов ничего не изменится уже.

— Поделюсь с вами, господа, поразительной и еще никому, смею надеяться, не известной новостью, — самодовольно поднимал свой авторитет важный гном, похоже немаленький чиновник магистрата. — Армия паладинов и светлых эльфов вышла с места дислокации. Причем, они так организовали все, что маршрут неизвестен, как и конечная цель. Вы только представьте себе, господа! Стотысячный корпус сверхтяжелой кавалерии двинулся куда-то, а куда никто сказать не может. Все сообщения из тех мест просто перестали приходить. Последнее, которое прислали информированные люди, было: «Меня арестовали. Сижу взаперти. Связи не будет. Через месяц обещали отпустить. Прошу не беспокоиться. Целую».

— И почему вы, уважаемый, решили, что корпус выступил?

— Потому что предпоследние сообщение было о том, что объявлено выступление корпуса, естественно.

— А почему агент смог связаться из тюрьмы? И почему он «целует»? Вы уверены, что это не цирк?

— Потому что это, как и предыдущие письма, от дипломатического представителя. Одной магессы, которая и отправляла сообщения магией. И уважаемая Леди отнюдь не шпионка. Она совершенно официально находилась при дворе одного местного герцога. Присылала то, что там и так всем известно. Просто быстро. Вот ей и позволили предупредить близких, чтобы не волновались. Это сообщение было отправлено всего пару дней назад. Хотя сведения, конечно, секретные, господа, и я рассчитываю на вас.

Я тихо поражался, что секреты так рассказывают в присутствии не пойми кого, к кому я мог себя отнести, относительно этого кружка, конечно.

Я представил в голове карту и мысленно пожал плечами. С точки зрения империи, разница, куда пойдет корпус несомненно была. Паладины собрались на северо-западе континента. Мы сейчас были на юго-западе. Империя на восток от нас, а от паладинов и на восток, и на юго-восток. На восток им идти совершенно ни к чему. Север-то империи они захватят, но переться оттуда до столицы придется очень долго. Весь континент почти посередине перегорожен высоченными горами, через перевалы которых могут пробираться только небольшие группы. А эльфы, допустим, так вообще не пройдут, так как на перевалах нет маны.

Чтобы прорываться к столице, корпус может идти только на юго-восток и потом повернуть на восток. Здесь тоже все гористое, но намного меньше. И есть две широкие долины. Империя может перегородить своими армиями обе, но понятно, что одну будет лучше. Значит, паладины хотят запутать имперских генералов.

Но это же полный идиотизм! У империи вообще здесь нет достаточных войск. Стальной корпус светлых фанатиков малочисленные западные армии и не заметит. Император может собрать войска в огромном количестве только на подступах к столице. Паладины славятся быстрыми маршами, лиг по семьдесят в день, так что дойдут довольно скоро. И если император не идиот, то понимает, что его армии будут опрокинуты в любом случае.

А он не идиот. И жить очень любит. Так что сейчас этот некроурод, скорее всего увязывает сундуки. Вряд ли паладины дураки, а значит уже что-то предусмотрели для поимки всей династии. Но дела это не меняет. Война может идти только по одному сценарию. Вот такой я стратег! Ага, полководец на побегушках с почтового перевала.

Я еще хорошенько погрел уши, а потом объявили танцы. Я сразу вернулся в молодежный зал и вскоре разыскал свою любимую в окружении плотной стайки молодых девушек.

«Все-таки пришлось ей показывать бредовую записку, чтобы объяснить свою немоту», — с досадой подумал я, заметив, как несколько весьма красивых особ с негодованием меряют взглядами Анису со спины. Явно их задело божественное признание красоты посторонней в городе девушки.

«Возможно, Челизия будет несколько раздражена нашествием дурочек в ее храмы. Ее жрецы, как писали в книге, до сих пор иногда выпихивают из храмов придурков с козами. А ведь эта богиня довольна крута на расправу. Остается надеяться, что она не узнает, кто ей так подгадил!» — понадеялся я, осознавая, что об этом стоило бы подумать раньше.

А потом я заметил какого-то парня, в дорогом, но до крайности заношенном сюртуке, который мечтательно перебирал струны лютни, стоя на краю девичьей компании и с затуманенным взором слушая восторженный щебет красоток.

И тут мне стало по настоящему страшно, потому что я уже знал, о какой книге с балладой, сдобренной картинками, мне с хихиканьем намекала моя любимая.

Я нервно оглянулся и заметил того самого болтливого магистратского чиновника.

— Что за потертый тип трется около красавиц? — спросил я его.

— А, бард местный, — пренебрежительно махнул толстой рукой коротышка. — Положено приглашать таких. Но надо признать, что он весьма талантлив.

— Не знаю в чем он талантлив, но только что хвастался девушкам, что гнома перепьет. Причем, как он сказал, не этим компотиком, что стоит в бокалах, а настоящей настойкой на фиолетовых грибах, с ноткой розовой пещерной плесени.

— Что? — удивленно переспросил гном. — Я бы конечно хотел немного потанцевать, но думаю, что когда этот мальчонка упадет мордой в салат, я еще успею на парочку танцев.

Он двинулся к барду, оттянул его в сторонку и начал что-то говорить, а потом они двинули в сторону бокового зальчика. Я понадеялся только на профессионализм певца, который поможет ему остаться в живых. С другой стороны, никто же ему насильно в глотку лить не будет?

Аниса выскочила из начавшего распадаться с первыми звуками разогревающегося оркестра кружка девушек и подбежала ко мне.

Мы станцевали парочку танцев, причем я отметил, что мы оба не тянули даже на уровень ниже среднего. Баронесса только с учителями занималась, а я за три года на перевале вообще забыл и то, что когда-то знал.

Впрочем, недостатка в приглашениях она не испытывала. Все-таки красавица, да еще с ее-то умением. Я тоже пару раз пригласил разных девушек. А потом вокруг стало совсем интересно.

Сначала одна из русалок нашла какого-то дурака, позарившегося на ее поцелуй, и в зале стало веселее. Но это ерунда, не все даже и заметили.

А вот танца после десятого, в перерыве для отдыха оркестра, в зал вплыла Сан, которую сразу же плотно обступила куча мужчин. А некоторые дамы стали картинно негодовать, за нарушение этикета в одежде, хотя в этот раз эльфийка была одета поскромнее многих в зале. И декольте не самое глубокое, даже плечи закрыты. Только вот подол платья узковат, так что если у других дам ножка иногда выглядывала из разреза платья, то у эльфийки она туда иногда пряталась.

Еще к ней сразу подошел присутствующий эльф, они о чем-то поговорили, после чего не перестававшая улыбаться Сан была опять окружена толпой, а эльф с недовольным видом удалился в другой конец зала.

Когда заиграла музыка, эльфийка пустилась в танце с каким-то рыцарем, а потом ее попробовали нагло увести, а затем вдруг резко вспыхнула самая настоящая драка. Наемница плавно выбежала из ставшей опасной толпы, но тут ее подвела эльфийская скорость. Какой-то тип остро возжелал ее увести куда-то, даже схватил, но что-то не рассчитал, так что в итоге остался с трофеем в виде не сильно большой тряпки, а Сан оказалась в середине зала в одном белье, на котором здорово сэкономили ткани. Провизжалась она очень от души, так что те, кто сразу не заметили конфуза, просто не имели возможности не обратить внимания.

Правда, тут же какая-то рослая дама в брючном костюме выскочила из-за колонны, накинула приготовленный плащ на наемницу, и, продолжая движение, залепила кулаком в морду счастливого охотника на платья.

Я следил за происшествием, одновременно не выпуская из поля зрения Анису, которая до начала драки общалась, но уже с более взрослыми дамами, на другом конце зала.

Глава 19

Наконец порядок восстановили, и танцы продолжились. Эльфийка больше не появлялась, а потом я случайно наткнулся на нее, когда пробирался к той же кучке, с которой беседовал вначале. Они что-то оживленно обсуждали, и мне захотелось не остаться в стороне от новой информации.

— Представляешь, капитан, — пропела эльфийка, когда я неожиданно вышел на нее из-за колонны, — всегда одно и тоже. Я даже не прихожу к самому началу, чтобы дать людям спокойно потанцевать.

Наемница и бывшая спецагент была в плаще, но не сказать, что сильно в него куталась. Так, приличия соблюдала.

— Леди Сан, — кивком поздоровался я.

— Капитан, — ответила та, а потом представила мне свою спутницу. — Рунга, моя телохранительница. Она амазонка, и в пещерах видела все эти танцы. А я вот хотела слегка развеяться от известных тебе чар. Впрочем, все как обычно, хорошо. Я парю в облаках внимания. Только вот рука болит.

И она потрясла, а скорее помахала, ладонью. Я попробовал было вставить про сочувствие, но Сан и не собиралась прерывать монолог:

— Представляешь, капитан, местный распорядитель сказал мне, что завтра днем здесь состоится встреча местного лорда со старыми друзьями. И этот нахал имел нахальное нахальство пригласить меня станцевать перед этой замечательной компанией. Пришлось дать ему пощечину. И я в первый раз пожалела, что не могу бить как Рунга, которая дала ему щелбан, чтобы и дошло, и не калечить. И поверь, капитан, от ее щелбана толку было намного больше.

Я бы с удовольствием продолжил перемещение за информацией, но Сан и не подумала меня отпускать:

— А еще, капитан, этот наглый эльф имел наглую наглость предложить мне неприличное. Ха. Я сама предложила ему, что сначала в храм, а потом и остальное. Он, естественно, отказался, тогда я сказала, что можно без храма, но я все равно хочу его титул. Титул у него так себе, но мне иногда не помешал бы. Но мне это не светит, капитан, так как уже десять лет все эльфы знают, что даже на самую капельку связываться со мной им нельзя. Я обязательно опозорю так, что потом им от стыда придется лет на двадцать уехать туда, где уши мерзнут даже в меховой шапке.

Я усмехнулся, вспоминая рассказ о замужестве моей собеседницы:

— А может он парень рисковый?

-Мне иногда кажется, что среди эльфов самый рисковый парень это я, капитан. Но не пугайся, я все-таки не парень, это легко может заметить любой, кто хоть немного пообщался со мной, так как мои наряды никогда не скрывают фигуры.

— Ну тогда может он не знал?

— Нет эльфов, которые меня не знают, капитан. Я вот, конечно, не всех знаю, иначе бы меня не желали вернуть в Лес, чтобы я искала беглецов. А вот меня знают все. И у меня есть подозрение, что скоро все остальные разумные на нашем континенте будут знать меня, капитан, хотя видят многоцветные боги, капитан, что я сама не прикладываю к этому усилий. Ну может только самую капельку из-за моей любви к эпатажной моде. Но ведь может же леди позволить себе маленькие слабости, капитан?

Я хотел было сказать, что слабости у нее не такие уж и маленькие, а совсем наоборот. Но пока обдумывал, что если при этом смотреть на голову, то мою фразу можно будет принять за колкость, а если смотреть пониже, то за рискованный комплимент, а потом еще обдумывал, что я сам как эльф стал думать по минуте, прежде чем что-то сказать, Сан откланялась.

А я попытался поскрипеть мозгами, что же это за эльф такой, не знающий главную эпатажницу местного Леса? Получалось, что может так статься, что и шпион светлых. Но как это проверить и что это может дать, с ходу не придумывалось, так что я присоединился-таки к компании болтунов.

Но оказалось, что если они и обсуждали что-то интересное, то это уже закончилось, потому что теперь речь шла о пьянке. А поводом для дискуссии стала процессия из пары слуг, которые выносили за руки-ноги из малого зала того самого магистратского чиновника-гнома, пьяного настолько, что он уже почти и не дышал. Я где-то слышал, что гном не может умереть от перепоя, но тут усомнился и обеспокоился, так как приложил к событию руку.

Но не успел я подумать еще и о судьбе барда, как тот вышел, хоть и изрядно шатаясь, но на своих двоих. Так как человек никогда не сможет перепить гнома, то этот или шельмовал, как-то спаивая собутыльнику раз в десять больше, чем выпивал сам, либо же имел какое-то врожденное свойство. Может у него желудок двойной, и теперь он будет ходить пьяным пару недель, постепенно опустошая запасную емкость.

Но, я все-таки надеялся, что вероятность появления песенного шедевра снизится до нуля, если бард так и не вспомнит сегодняшний вечер.

А потом не видящий ничего перед собой певун уткнулся лицом в декольте крупной пожилой дамы и стал буксовать ногами, пытаясь продавить преграду. Жертва произвола истерить не стала, а только воровато оглянулась, подхватила нежданную добычу подмышки и поспешила к выходу.

А мне не давала покоя новость про то, что здесь завтра соберется компания старых друзей лорда. А кто могут быть друзьями совсем немолодого дракона? Да еще тоже старыми. Ответ прост — другие драконы. А эти типы все как один страшные индивидуалисты. Так что, для того, чтобы им собраться, нужна ну очень веская причина. И не друзья они, скорее всего. Просто распорядителю так сказали, чтобы лишних вопросов не было.

Еще это объясняет, почему шабаш будет не в замке. Кто захочет пускать в свою святая-святых, где может еще и малая сокровищница присутствует, таких друзей-соперников? Что такое малая сокровищница? Не знаю, на ходу придумал. Ну не будет же лорд таскаться в свою тайную, черт знает где запрятанную сокровищницу, очень уж часто?

Сомнительно, что драконы слетятся сюда в истинном обличье, но они все поголовно оборотни, так что обернутся за стенами города, да соберутся. Главное, что в этом зале могут прозвучать очень интересные новости. А у меня просто зуд на чужие тайны за три года скуки выработался. Тем более, что может что-то и нам с Анисой полезное прозвучит.

А шпионаж, если разобраться, это мой основной профиль.

Я побродил по залу и заметил, что труппа бродячих артистов готовит несколько номеров для развлечения публики. И среди прочих жонглеров, гимнастов и фокусников присутствует дрессировщик. И животные у него интересные — штук двадцать летучих мышей.

Я прибился к компании молодых людей, которые, чуть не разинув рты, смотрели на разминку гимнастки в таком обтягивающем трико, что будь оно телесного цвета, она бы собирала аншлаги всегда. Дама заметила усиленное внимание и старалась вовсю, надеясь на повышение гонорара.

Но гимнастка меня хоть, несомненно, и заинтересовала, но главной целью не была. Я пустил два щупа к летучим мышам и улыбнулся. А дрессировщик-то мой коллега, только очень слабенький. Дает мышкам указания строить в воздухе какие-то фигуры, а потом возвращаться в клетку. Ну ничего, у него их много, не обеднеет.

Я начал записывать в мозги двоих зверьков новые указания. Сразу после выпускания из клетки смыться на волю, всю ночь усиленно питаться, а на рассвете вернуться в этот зал и спрятаться на днёвку среди лепнины потолка. Я даже постарался поточнее указать куда именно, чтобы не повисли серыми мешочками на самом виду. Да еще надо так спрятаться, чтобы снизу они были отгорожены от пола лепниной. А то так и проваливаются шпионы. Помет на полу не заметить трудно. Труднее только в тарелке, если тут поставят столы.

Как только начнется разгар дня, разведчикам необходимо слушать сквозь сон. Как станет шумно, проснуться и слушать. И приказы не очень жесткие, чтобы в случае опасности улетели, а не сидели до последнего. Далее… вечером улететь и прибыть… Вот тут было сложнее. Я прикинул направление на таверну, где мы остановились. Ну пусть будет так — лететь в направлении на луну двадцать охотничьих рывков и спрятаться в кроне дерева. Где луна будет завтра на закате я представлял. Да, если я не отменю приказ, то к полуночи начать питаться и к утру вернуться на то же дерево. И так три дня, так как потом они все равно забудут, что услышали.

А еще, как услышат длинный тонкий свист, лететь к его источнику и приземляться прямо на него. Я же должен был их как-то в руки получить.

Теперь моя задача будет найти то дерево, к которому приведет указание мышек. Схожу вечером и подберу шпионок.

Когда уже после полуночи мы с Анисой пошли в таверну, она ехидно посмотрела на меня:

— У той гимнастки дыры на одежде не протерлись от ваших взглядов, дорогой?

— Хм… может и протерлись. А что такого? И как же повадки Леди? — усмехнулся я.

— О! Я прощаю тебя, дорогой! — Аниса произнесла формулу, но потом поняла, что сама и остается в дураках, и уже проще сказала. — Просто на меня так смотрели… И эти шепотки: «Бедняжка… немая, а еще ее кавалер ту гимнасточку, видимо, так просто не отпустит». Люди почему-то считают, что если человек немой, то он еще и глухой. Хотя это открывает определенные возможности, надо сказать…

— Любимая, я на самом деле работал, — решил сразу пресечь назревающий конфликт я, а потом и рассказал о своем шпионском почине.

Красавице мой план очень понравился. Она только удивилась:

— Кир, а разве летучие мыши умеют считать до двадцати?

— Они вообще считать не умеют, — я широко улыбнулся, понимая суть вопроса. — Зато я умею, вот и закладываю им очередность команд. В данном случае, во время заката, когда она должна вылетать на охоту, у мышки в голове возникнет приказ: «Один рывок на Луну». Она его выполнит, и этот приказ будет отмечен, как выполненный, но на его место придет второй такой же. И так двадцать раз. Отсчитывание, на самом деле, одна из самых простых цепочек команд.

— Вот вроде и не дурочка, а все равно в голове не укладывается, — мурлыкнула Аниса. — Ты самый умный! Самый лучший!

Я тоже отвечал комплиментами, так что мы поспешили в нашу комнату, завершать вечер на самой лучшей ноте.

* * *

А в предрассветном сумраке я вдруг проснулся от обжигающего чувства опасности. Секунда потребовалась мне, чтобы понять, что паникует крыса. Животное пришло в неописуемый ужас, так что я сосредоточился и за несколько бесконечно долгих секунд разорвал нашу связь. Если какая-то шальная кошка сейчас нападет на моего сторожа, то мне прилетит очень сильно от повреждений. А если что-то другое мгновенно убьет зверька, то вообще, от отката смерти я полдня не встану. Я протянул руку к другой стороне кровати, чтобы разбудить любимую, но натолкнулся только на пустоту.

Уже понимая, что надо действовать как можно быстрее, я натянул штаны, заметив, как с подоконника шмыгнула крыса и забилась под тумбочку. Накидывая рубашку и хватая меч, я кинулся к окну.

Аниса во дворе трактира стояла неподвижно, как статуя. А огромное, белое с пятнами животное вцепилось зубами ей в левую руку. Я быстро распахнул окно и выпрыгнул, в полете определив породу зверя. Снежный барс, или кто-то очень похожий.

Меч свистнул, и кошка плавно отскочила, не желая ввязываться в схватку. Еще бы! У меня меч. Это хороший аргумент против когтей и зубов. А если бы я еще был в стальных доспехах, то у зверя вообще не было бы никакого шанса в схватке.

Но на мне стали не было, так что исход схватки не так уж очевиден. Но если я не сглуплю, то выиграю, хотя скорее всего буду здорово ранен.

Кошка еще отступила и тихо сказала:

— Отвали, придурок.

Я скосил глаза, в первое мгновение подумав, что это Аниса, но она стояла крепко зажмурившись и даже прикрыв глаза правой рукой.

Поняв, что мечом мне зверя не достать, а точнее и не зверя даже, а оборотницу, я сосредоточился и начал колдовать, впрочем, не опуская меча и будучи готовым отбивать прыжок.

Мое заклинание ударило в сознание кошки как орочий таран в дверь бывшей моей башни, но с тем же успехом. То есть, пробить не пробило, но помяло. Кошка охнула и села на вытоптанную землю, тряся башкой.

— Это не то, что ты думаешь, — произнесла она женским голосом. — Она сама попросила.

— Я сама, Кир, — произнесла моя очнувшаяся любимая. — Отпусти ее, пусть идет.

— Очарование зверя? — спросил я и нанес еще удар.

Кошка покачнулась и завалилась на бок, теряя сознание. Я стукнул еще раз и пробил. Мой щуп проник в беспамятный мозг. И я окунулся в волну эмоций.

Боль, разочарование, страх, недоумение. Я поймал хвостик какой-то мысли, и с удивлением смог ее прочитать: «Решила, называется, подзаработать сотню золотых, старая дура!»

И тут до меня окончательно дошло, что это точно не зверь. Те не умеют думать словами. Я обернулся к Анисе, которая стояла бледная как мел. С ее левой руки на землю часто летели рубиновые капли.

— Отпусти ее, пожалуйста, — повторила она. — Я сама ее попросила и даже заплатила. Пусть она уйдет.

Я покачал головой и пошевелил захваченное мной сознание. Уже через секунду кошка открыла глаза. Я убрал щуп и сказал:

— Уходи.

— Психический какой-то, — буркнула оборотница и засеменила к забору, который перемахнула одним прыжком.

Я помог Анисе дойти до комнаты, слегка напугав нашим видом раннюю служанку, и начал перевязывать рану на руке, попутно спросив:

— Что это значит?

— Решила стать оборотнем, — озвучила очевидный ответ она. — Не бойся, бинтуй спокойно, я под обезболиванием.

— Зачем?

— Решила, что так правильнее.

— Понятно, докапываться до причин мне придется самому…

Девушка только грустно и испуганно посмотрела на меня:

— Слушай, мне иногда кажется, что ты непроходимая дура, — рыкнул я.

— Ты даже не представляешь насколько ты прав, — согласно кивнула она.

Отдаленный гром кажется подтвердил слова девушки. Я прислушался и скосил взгляд в окно. Начинался штормовой рассвет.

— Поясни, пожалуйста.

— Ну один день я точно была непроходимой дурой. Вот расплачиваюсь.

— И когда был тот день?

— Давно… Давно он был.

Я покачал головой и спросил о самом важном сейчас:

— Какие вероятности?

— Проболею от двух до пяти дней. Три из десяти, что ничего, шесть, что обернусь, одна, что умру.

— А зачем обернешься? Что изменится?

Глаза девушки сверкнули, похоже выдав желание рассказать, что ей даст оборотничество, но потом она крепко сомкнула губы.

— Лекарства какие надо? — спросил я о самом важном на данный момент.

— Это не лечится, — не поняла Аниса.

— Чтобы болезнь облегчить.

— А… только температуру сбивать и общеукрепляющие. Может вообще ничего не потребуется. По разному болеют.

— И откуда ты все знаешь?

— Спросила конечно… у нее и спросила.

— Спланировала значит? На балу?

— Да. И еще… Держи под рукой оружие. Дубинку лучше, а то умереть я все еще не хочу. Но могу броситься… Во время первого обращения часто бывает момент безумия. А усыпляющий амулет вряд-ли подействует в таком состоянии.

— Тогда одевайся, пока еще не скрутило.

— Зачем? — удивилась Аниса, прислушиваясь к своим ощущениям.

— В храм богини легкой смерти. Или ты уже отменила просьбу ей убить тебя при безумии?

— Ой, — спохватилась девушка и бросилась одеваться.

Через несколько минут мы вышли под первые капли дождя, которые стремительно превратились в поток с небес.

«Замечательная погода для дня, в который происходит эпическая гадость», — подумалось мне. А потом мой взгляд наткнулся на вход в городскую библиотеку. Я покосился на мою спутницу, пытаясь оценить ее состояние. Но кроме подавленности, никаких признаков начинающейся болезни не заметил.

Мы по-быстрому сходили в храм, а потом забежали и в аптеку за лекарствами. Понадобятся или нет, а все равно лучше, чтобы были под рукой. А еще я купил моток прочной веревки.

Потом я отвел Анису домой, а сам побежал в библиотеку и там чуть не с порога попросил:

— Есть-ли книга по оборотням? Свойства там, особенности. Как передается, и как протекает первое обращение.

— Решил стать оборотнем? — удивленно спросила высокая девушка в очках с толстенными стеклами, вероятно помощница библиотекаря. — Зря. Девчонка что ли бросила? Так чем самоубиваться таким оригинальным способом лучше бы… да хоть меня в театр пригласил.

А потом все-таки быстро принесла тонкую книжечку под названием: «Оборотни. Краткий справочник». Как раз то, что надо, а то я как-то упустил из своего образования такой пласт знаний.

Но читать у меня времени все равно не было, я боялся, что моей глупой возлюбленной может резко стать хуже, так что я оставил солидный залог и умчался с добычей в свой трактир, провожаемый грустным, но уважительным взглядом библиотекарши, которая, вероятно, все поняла. Похоже, люди не так уж часто остаются рядом с укушенным.

Глава 20

В комнате я заметил, что болезнь все-таки стала развиваться, по крайней мере моя любимая уже легла в кровать, не в силах что-либо делать. Но и я ничего сделать не мог, так что просто уселся читать. И по мере чтения мое настроение все ухудшалось и ухудшалось. А потом я достал кандалы, украденные в Тайной службе империи и положил их к недавно купленной веревке.

— Все так плохо? — равнодушно спросила Аниса, которая уже впадала в основную стадию болезни, а потом, все таки заметив мое пожатие плечами, задала вопрос по-другому. — Что пишут?

— Что ты дура! — рыкнул я, но потом решил не мучить больную дополнительно и начал краткий пересказ вычитанного. — Оборотни есть у всех рас. И в уйму разных зверей, птиц и рептилий, как правило близких по размеру человеку, с большими допусками. Но в мышей по крайней мере никто не оборачивается. Для некоторых людей оборотничество привлекательно из-за длинной жизни, так как оставшийся срок жизни при этом удваивается, и тем, что оборотень даже в человеческом обличье немного сильнее, быстрее и выносливее человека. Но интеллектуальный уровень несколько понижается, хотя тебе, дорогая, по-моему это не грозит. Некуда дальше.

Аниса на полном серьезе согласно кивнула, а я продолжил:

— Еще оборотни редко болеют и стойки к магии, особенно ментальной. Хм… а как же я тогда, ту чертову кошку пробил? Я же даже человека не могу пока так скрутить. Может на адреналине, хотя вряд ли… Остается пробой? Я резко поднял уровень? Такое бывает при потрясениях… Ладно, вернемся к оборотням. Из-за полезных свойств некоторые идут на укус добровольно. Да, оборотничество передается орально. А обычным способом оборотни не размножаются, так как оборотни одного вида получаются только из одного пола разумных.

Тут до Анисы дошло то, о чем она, похоже и не подумала. Она резко побледнела, но стоически промолчала. А я только зубами скрипнул, хотя так далеко свою жизнь и не планировал еще.

— Оборотни часто живут среди людей. Но бывает и отдельными поселениями. Их где-то терпят, а где-то преследуют. В этом городе, как я понимаю, они чувствуют себя свободно. Хотя я не понимаю. Здесь написано, что оборотни иногда сходят с ума на какое-то время. Поначалу очень редко, а к концу жизни уже постоянно, превращаясь в настоящих бешеных зверей. Но даже сумасшедший оборотень старается не выдавать себя. Логично. Так же сразу охоту начнут… Слетевший с катушек оборотень редко убивает. Чаще именно кусает. Укушенный оборотнем болеет несколько дней, ну это мы уже знаем… А потом возможны три исхода. Самый вероятный, что станет оборотнем, еще может остаться человеком или умереть. Болезнь, как правило, протекает не сильно тяжело. Ну да… иначе бы, без ухода, большинство просто гибли бы. Это же чаще в лесу случается. При первом обращении оборотень всегда имеет короткий период сумасшествия, но при этом довольно слаб. Так что я тебя скручу.

А показал на веревку, а девушка кивнула.

— Оборачиваться сначала можно редко. Раз в две недели обычно. С опытом намного чаще, вплоть до периода в пару часов. Совсем не оборачиваться долгое время нельзя. Это грозит непроизвольным обращением, а то и тем же сумасшествием в придачу. Раненый оборотень может обернуться и продолжить бой или бегство. Но его раненая ипостась, за время нахождения непонятно где, не вылечится. С ней вообще ничего не происходит. При обороте сохраняется одежда и даже некоторый груз, который имелся при себе. Еще важное… с опытом можно трансформировать части тела. Ну там когти вырастить на руке или глаза зверя. Очень тонкое и опасное для врагов умение.

— Ты еще забыл кое-что, — прошептала Аниса, которой стремительно стало становиться хуже. — При превращении в оборотня часто можно вылечиться. Например, та женщина, которую ты чуть не убил недавно, стала оборотнем, чтобы избавиться от неизлечимой болезни. И таких, я подозреваю, большинство. Сейчас она наемница, так как из-за возросшей силы может конкурировать с мужчинами.

— Ты чем-то болеешь? — спросил я, но девушка только отрицательно помотала головой.

А потом началась основная стадия болезни. И я не думаю, что это то, про что было написано «протекает относительно легко». Хотя может внешние проявления сильные, но жизни не угрожают? Но я дал ей все лекарства, что мы купили. Они помогли, но не так как хотелось бы. Аниса металась по кровати, поминутно впадая в забытье. И все это под аккомпанемент грома продолжающейся бури.

Но к ночи ее состояние резко пошло на поправку. Я даже нашел минутку сбегать до дерева, которое присмотрел сутки назад. Там посвистел, но летучих мышей ко мне не явилось. Впрочем из-за сильного дождя и ливня они, возможно, где-то спрятались. Я же не давал им очень жесткого приказа, и очень хорошо, так как в такую погоду, возможно, мыши и не летают. Я даже не в курсе их повадок.

Но то, что я прислушивался, пытаясь уловить хлопанье крыльев, спасло мне жизнь, или как минимум здоровье. Я расслышал шорох за спиной и выполнил упражнение как по учебнику: выхватил меч, одновременно приседая и смещаясь в сторону. Заметил сзади потертую фигуру с уже поднятой дубинкой и останавливать удар не стал. Меч со шлепком врубился в шею грабителя, не оставив тому ни единого шанса.

Раздался приглушенный вопль, но не этого разбойника, а, похоже, подельника, скрывавшегося в подворотне. А потом топот ног и грохот, когда беглец во что-то влетел. Но я не слушал и не преследовал, а побежал в трактир. Еще просидеть полночи в стражницкой не хватало. Я был в своем праве, даже более того — сделал хорошее дело, но, конечно же, меня так просто не отпустят.

Ночь прошла спокойно, как и следующий день. Аниса болела не сильно, мы даже вполне нормально разговаривали. Правда, когда я пару раз попытался поспрашивать свою любимую о причинах ее поступка, хитрюга прикидывалась, что ей резко становится хуже, и я вынужден был отступать.

Вечером я опять сходил к дереву и ко мне на свист прилетела одна летучая мышь. В комнате я влез в ее память и собрался читать хоть всю ночь напролет. Мне даже не мешали постоянные вопросы девушки: «Ну что там?»

— Плохо там, — сказал я ей уже через час. — Мне же не надо просматривать весь день, а достаточно нескольких секунд, потом пропустить час и так далее. Вряд-ли собрание прошло очень быстро. Но все-таки наткнулся случайно. Собрание может и долгое было, но моих шпионов очень быстро обнаружили.

— Жаль… — протянула девушка. — Ну хоть что-то они подслушать успели?

— Сначала приветствия. Там было восемь драконов обоих полов, включая хозяина и еще один гость. Имена надо будет записать на всякий случай, чтобы не забыть… Все в человеческой ипостаси, естественно. А потом вдруг один из них сказал, что пустил поисковое облако и обнаружил две искры жизни на потолке. Они стрельнули небольшим шаром и оглушили одну мышь, судя по их крикам, пока спасшаяся металась по залу. Но вылетела все-таки.

— Обидно…

— Но самое интересное, кто этот гость. Светлый эльф Кононион из армии Амисоль, как он представился. Судя по всему это тот тип, которого Сан отшила на балу. Получается, мы могли бы услышать что-то интересное, если бы я был поумнее.

— Ну что ты! Никто не может предусмотреть всего. Ты все очень хорошо придумал. По крайней мере, на нас драконам не выйти, так что все хорошо.

— В принципе, да. Ниточки к нам нет. Если они вообще поняли, что на мыши было заклинание. Не обязательно, что у них есть менталист. Мышь и мышь. Мало ли их летает и спит где попало…

Так прошли два дня. Анисе не становилось ни лучше, ни хуже. Я взял в библиотеке несколько книг и читал их в слух, чтобы отогнать мысли о приближающейся развязке. Буря тоже успокаивалась.

Но на третье утро начался ад. Девушке резко стало плохо, причем настолько, что я даже побежал искать мага-лекаря. И, видимо заметив мое состояние, слуга сразу позвал немолодую женщину. Но, выслушав меня, та наотрез отказалась даже идти со мной:

— Болезнь оборотничества не лечится, — твердо заявила она. — Более того, даже диагностические заклинания могут принести вред.

Пришлось мне самому пытаться хоть что-то сделать, но кроме мелочей, вроде вытереть пот и протереть уксусом для охлаждения, я ничего не мог. И так продолжалось до обеда, а потом так же быстро все прошло.

Аниса открыла вполне ясные глаза и сказала:

— Похоже все. И, получается, что я не обернулась, — а потом, остановив жестом мое начавшее закипать бурное проявление радости, прислушалась к чему-то внутри себя и просто завизжала от восторга. — Я все-таки вылечилась!

— От чего, — разом насторожился я. — От твоего умения?

— От него не знаю, — растерянно ответила девушка.

— А от чего тогда?

— Э-э-э… я это…

Я уже понял, что сейчас буду слушать очередную ложь, но ободряюще кивнул. Аниса слегка покраснела:

— Не скажу. Это очень личное. Слишком личное, чтобы даже тебе рассказать.

— Ты издеваешься? — я вскипел. — Мы вместе бежим через полматерика. Мы рискуем и вступаем в битву с целой империей! И ты говоришь, что есть слишком личная болезнь из-за которой ты могла стать оборотнем или вообще умереть?

— Ладно, ладно! — Аниса не на шутку испугалась. — Я расскажу! Но не сейчас. Прости! Ты абсолютно прав, и я, после всего, что ты сделал ради меня, не должна была так говорить. Но я… правда попозже расскажу.

Я понял, что и этот секрет мне придется вытягивать из любимой с большим трудом, так что решил сейчас забыть про тайны и немного порадоваться. Аниса выжила и осталась человеком!

Девушка была еще очень слаба, но мы тут же проверили, не пропало ли ее умение. Просто позвали служанку и сделали заказ на обед, в процессе которого Аниса высказал несколько просьб. И бедная служанка поплыла уже после второй.

— Да, мое проклятие, к сожалению, даже не ослабло, — с сожалением сказала моя любимая после ухода служанки. — Эх… но было бы слишком много счастья для одного дня.

После обеда я, оставив счастливую девушку набираться сил, отправился в порт. Вроде бы шторм почти прекратился, и я хотел узнать про корабли, чтобы уже завтра уплыть в совсем недалекое и довольно недружелюбное Агатской империи герцогство. У меня было ощущение, что и правда, со дня на день могут прийти контракты на наши головы, и хоть наемники в Ола-Нулоне вели себя осторожно, но это не значит, что кто-то не позарится на премию. А если будут искать, то могут и найти. А мы даже волосы до сих пор перекрасить не удосужились.

Но едва я прошел в сторону порта четверть лиги, как ко мне подбежал уличный мальчишка и сказал:

— Сударь, вас просил зайти в тот трактир один важный господин. И сказал, что для вас есть это… как же он сказал? А, вот! Значительные новости.

Я посмотрел на заведение, но которое указал мальчишка. Очень даже приличное. В таком засаду организовывать сложнее, чем где-либо. Похоже, этот важный господин прекрасно знает, где я живу, раз устроился в том месте, где меня встретить вероятнее всего, если я конечно не иду в сторону неинтересных окраин.

Я зашел в трактир, или даже ресторан, как называли заведения высшего уровня, которые не сдавали комнат. В зале сидело несколько посетителей, и я сразу заметил двух орков-телохранителей. А вот их нанимателя я заметил не сразу, но только потому, что он сидел в отгороженном с трех сторон полукабинете. Вроде и говорить можно не опасаясь чужих ушей, и не там, где можно легко незаметно напасть.

Ко мне сразу подскочил служка и пригласил именно в тот закуток. Я прошел туда и сел напротив загадочного человека в плаще с натянутым чуть-ли не на нос капюшоне.

— Приветствую вас, — протянул тот и двумя руками приоткрыл капюшон.

— Приветствую вас, — настороженно сказал я.

Еще бы. Напротив меня сидел тот самый эльф с бала. И если мои предположения верны, из светлой армии, готовящейся уничтожить империю.

— Меня зовут Кононион, я светлый эльф с другого континента.

— Очень приятно, я Вирон, — назвался я именем, под которым был на балу, опустив и фамилию, и дворянскую приставку.

— Я прошу вас выслушать меня, тем более, что у меня есть для вас предложение, информация и просьба. И примите к сведению, что я не враг вам. Мои интересы не пересекаются ни с какими, которые вы задели. И сотрудничать с этими задетыми персонами и организациями я никогда не буду, потому что я именно светлый эльф. А для нас многие варианты сотрудничества исключены. Это нас очень сильно отличает от местных эльфов.

Я понятливо кивнул, уже внутренне готовый к тому, что этот ушастый тип, похоже, все обо мне знает.

— Три дня назад я присутствовал на встрече с местным владетелем и его соратниками. И внезапно обнаружилось, что нас пытались подслушать. К сожалению попытавшегося, один из гостей обнаружил летучих мышей заклинанием поиска жизни и одну из них удалось поймать. Маг-менталист определил, что на ней заклинание приказа. Очень сложное. Нетрудно догадаться, что им приказали слушать, а потом лететь туда, где их память можно будет прочитать. Но больше ни лорд-хозяин, ни его гости узнать не смогли. Только разыскали дрессировщика, который выступал накануне на балу, и допросили его под заклинанием правды. Выяснили, что он действительно маг-менталист, но слишком слабый для таких операций. Он может выдавать только самые простейшие команды животным. А тогда от него сбежало пять летучих мышей. Больше, чем обычно, но ничего особенного.

Я усмехнулся. Оказывается, я не нанес такого уж заметного ущерба этому типу.

— Но у меня, в отличие от них, есть очень серьезные навыки разведчика, диверсанта и следователя, поэтому я сразу независимо от них проверил самую очевидную версию, что мышей похитил присутствовавший на балу весьма сильный менталист, который не имел времени для нормальной подготовки и действовал экспромтом. Чтобы наложить на животных заклинание, требовалось довольно долго находиться около клетки. А там как раз стояла целая группа молодых людей. Я раздобыл имена и известные сведения обо всех, и сразу же стал проверять именно вас, еще и потому, что обратил на вас особенное внимание еще на балу. И тут же понял, что напрасно беспокоился о вашей прекрасной спутнице, когда вы присоединились к группе повес, которые глазели на довольно предосудительное именно в данный момент и в данной компании зрелище. Все остальные были точно не маги такого уровня, а вот вы приехали недавно и, судя по всему, из Агатской империи.

Я с интересом посмотрел на шустрого следователя. Тот, не меняя выражения лица, так же вежливо продолжил:

— Я предположил, что вы и есть менталист. Меня только смутила ваша молодость. Если уже сейчас вы так умеете, то сможете стать очень сильным архимагом. Еще для меня загадкой оказалась немота вашей спутницы. Достаточно, чтобы начать вас разыскивать в городе и чтобы спросить нескольких людей, информированных о жизни империи. И надо признаться, найти вас оказалось очень непросто. Только огромный опыт помог мне. Вы не оставили лишних следов, что делает честь вашему уму. Но по причине того, что вы пришли на бал пешком, я предположил, что вы проживаете недалеко, поэтому простое опрашивание прислуги привело меня к трактиру, где вы остановились.

Я понимающе кивнул. Нехорошо, что нас так легко было найти, но это будет мне уроком.

— Может быть вы зададитесь вопросом, зачем я приложил столько усилий для поиска? Две причины. Мне надо было узнать, кто пытался подслушать довольно конфиденциальную беседу, а позже уже и интересно познакомиться с потенциально очень сильным магом. Причем я очень быстро понял, что если вы и работали в чьих-то интересах, то только по разовому найму.

— Как? — спросил я.

— Очень сильный маг с очень слабым прикрытием и проработкой. Для опытной службы или группы непростительная ошибка. Чаще можно встретить наоборот.

Глава 21

Эльф подождал пару минут, ожидая от меня еще вопросов, но в итоге продолжил:

— А уж когда я получил сведения о вас и вашей спутнице из империи, то мой интерес достиг просто вершин деревьев. И еще я сразу отбросил версию, что вы прибыли по заданию имперской Тайной службы, чтобы подслушать эту самую встречу. Именно потому, что вы оказались потенциально очень сильными шпионами, но с нулевой подготовкой. А еще баронесса Аниса рю Лардс действительно совершила покушение на членов правящей династии, и опять же предельно непрофессионально, особенно если учитывать ее врожденное умение. Вы могли бы стать разведчиком, каких в мире мало, а баронесса, вообще, просто божественного уровня. Но и нашумели в империи вы очень сильно, так что разрабатывать такую легенду для вашего появление здесь, это как ехать на разведку в упряжке с бубенцами, да еще и оркестром.

Я усмехнулся сравнению и стал слушать дальше.

— И тогда я уже чрезвычайно заинтересовался вашими персонами и выяснил, что баронесса является ведьмой.

— Ну и что? — не выдержал я.

— Как? Вы знаете, но вас это не смутило? — впервые я заметил удивление на лице эльфа.

— А почему это должно меня смутить? Ведьмы не обязательно сидят в избушках и гадят по-мелкому.

— Вот именно! Ведьмы бывает сидят в замках и гадят по-крупному, — эмоционально заявил Кононион.

— Аниса не гадила никому! — возразил я, хотя, похоже, врал даже самому себе.

— Не уверен! — эльф был явно раздражен. — Я, вероятно, сильно недооценил ее несомненное влияние на вас. Или она сильнее, чем я рассчитал, или вы менее устойчивы к ее умению.

Мы зло посмотрели друг на друга. Объяснять что-то этому типу я не собирался. А вот он решил объяснить:

— Вы путаете термины, лир Кириан. Ведьмовские умения действительно есть у многих, а вот чтобы быть ведьмой надо именно сидеть в избушке. Или еще хуже, входить в сильнейший в нашем мире ведьмовской клан Робоно. Невероятно древний и невероятно опасный.

Я почувствовал, что прихожу в ярость, краем глаза заметив, как почти незаметно изменились позы орков телохранителей за столиком в нескольких ярдах от нас. Похоже, эти зеленые типы заподозрили, что я сейчас попробую завязать их нанимателю уши под подбородком морским узлом. Но я все равно почти прорычал:

— У вас доказательства есть?

— Прямых, конечно же нет. Робоно набили руку на конспирации и прямых следов не оставляют, — эльф был только немного раздражен. — А вот косвенных парочку найду. И это я еще не искал, потому что для меня это очевидно. Первое, ее мать была ведьмой из этого клана, а ведьмовство очень часто передается по наследству по женской линии. Может вы не знаете, но Робоно — это женская династия. Там нет не родственниц. А еще они темные как ночь. И про эту династию мы знаем немало. Ее представительницы бывает встречаются на других континентах, но там их или уничтожили, или вытеснили светлые эльфы. А здесь им можно вольготно себя чувствовать.

— Почему же вы не можете их прижать и здесь? — язвительно спросил я. — Темные эльфы не дают?

— Почему темные? Местные эльфы не темные, — пожал плечами диверсант-следователь. — Они как люди. Бывают темные, бывают светлые, но большинство где-то посередине. Но да, остальные эльфы именно светлые. У нас почти не бывает серых, а уж темные исключительная редкость, и они однозначно не вхожи в наши Леса. Но вы правы. Мы не ведем работы здесь именно потому, что это материк местных эльфов. У нас нет и не было войны, так же как и нет, и не было никаких контактов на государственном уровне. О жизни друг друга мы знаем только из случайных рассказов людей и других разумных.

— А как же пятьсот лучших лучников этого мира?

— А это уже относится к государственной тайне, и я не буду ничего вам пояснять.

— Черт с ними! Давайте еще доказательства.

— Нам точно известно, что мать леди Анисы была ведьмой из клана Робоно. Но клан это чуть меньше, чем династия. Если дочь ведьмы не хочет становиться ведьмой, ее насильно в клан тянуть не будут. В клан можно вступить только добровольно. А вот уйти из него невозможно. Дорога в один конец. Ведьмы уговаривают дочерей, племянниц, внучек и так далее, вступить в клан, но не заставляют. А догадываетесь почему? Клан темный, но это еще не причина для светлых уничтожать его. Убить ведьму мы можем за темные дела, да и то не за всякие. Именно за преступления. Так что на всех материках есть представительницы этого клана, которые шпионят и гадят по мелкому. Мы про них знаем, хотя не уверен, что про всех, так как они мастерски прячутся, следим, но ничего сделать не имеем права, пока она сама не переступит черту. Так вот, если ведьмы будут заставлять вступать в клан, то мы будем иметь право их уничтожать просто за то, что они Робоно.

— То, что мать Анисы состояла в клане, является косвенным доказательством, что она сама состоит в клане, не более чем ваши длинные уши являются косвенным доказательством, что вы заяц, — зло усмехнулся я.

— Вы и правда думаете, что этими словами можете вывести из себя стопятидесятилетнего разведчика и диверсанта, ученика одной из лучших шпионок этого мира? — парировал Кононион.

— Попробуйте лучше озвучить что-нибудь поубедительнее, — потребовал я.

— Бабка Анисы по заданию клана вышла замуж за одного из пресекшегося вскоре герцогского рода рю Бор, тем самым мать леди Анисы и сама леди Аниса получили призрачные права на престол. Но чтобы оторваться от рю Бор ее матери надо было выйти замуж за какого-нибудь аристократа. Барон рю Лардс подошел идеально. Старый подонок имел привычку охотиться на женщин. Но его слуги были умнее, они предупреждали население городка и выпускали на улицу несколько дам из местного борделя, иначе бы имперские власти махом отправили идиота на плаху. В итоге все были довольны, пока однажды одна из дам, гулявшая по улице, не проигнорировала предупреждение слуг. Так барон похитил столетнюю ведьму. А на утро дама сообщила, что она урожденная рю Бор и с милой улыбкой предложила выбрать между храмом и плахой. Впрочем, барон не был так уж сильно против. Красивая женщина лет сорока на вид, да еще с часто встречающимся у ведьм умением очаровывать.

Я промолчал, внимательно слушая, хотя меня уже посетили тяжелые мысли, что я впервые услышал достаточно вескую причину для постоянной лжи Анисы.

— А потом начинаются косвенные доказательства. И то, что ее несколько раз посещали бабки и тетки, разной степени родства, и то, что в шестнадцать лет леди Аниса ездила в город, где иногда собирались члены клана Робоно, и то, что ее умение резко усилилось в это время, что часто бывает при инициации, и что она организовала покушение на принцев.

— Аниса не темная и не злодейка! — возразил я.

— Я такого и не утверждаю, — развел руками эльф. — Среди Робоно встречаются и такие. И веселушки-хохотушки, и отличные матери и жены. Далеко не все творят злодеяния. Но все так или иначе работают на благо клана. И еще в пользу леди Анисы я могу сказать, что она может и пожалела о вступлении в клан, но выйти из него не сможет. А быть просто одной из нескольких сотен ведьм, которым позволяют просто жить, растить смену и лишь время от времени участвовать в сомнительных делах, ей не позволят. Именно из-за ее сильнейшего умения. Я даже могу предположить, что для обеспечения верности клану ее заразили одной страшной болезнью. Робоно такое нередко практиковали ранее. Для того, чтобы не умереть надо раз в год принимать лекарство. Одну порцию присылают время от времени. Скрыться не получится из-за того, что многие ведьмы отлично владеют поиском по ауре, а отказаться сотрудничать не получится из страха не получить лекарство.

— А эта болезнь как-то лечится? — уже начал подозревать я.

— Я знаю два случая излечения от подобной болезни. Один раз сильнейший маг составил противоболезнь, которая убила похожую болезнь. А другой был интереснее. Одна гоблинка… Вы не изучали историю этой расы?

— Нет.

— Ладно, отбросим, хотя это именно их вылечили противоболезнью. Так вот одна гоблинка стала оборотнем-драконом. И вылечилась при этом. Оборотень дракон, это не обычный дракон. Обычный дракон, это именно дракон, который оборачивается в человека. А оборотнем-драконом может стать любой разумный, при этом основной ипостасью останется прежняя раса.

— А обращение в другого оборотня?

— Я точно не знаю, но вроде бы может вылечить. Ведь оборотень это другая раса. А болезнь, созданная когда-то Робоно, заражает именно людей. И более того, заболеть ей может только женщина. И чтобы заболеть требуется сложная процедура. Иначе бы ведьмы породили эпидемию.

Я чуть не зарычал про себя. Так вот от чего пыталась вылечиться моя любимая! И, похоже, вылечилась. Да что там. Вылечилась. А значит и в клане она состоит. Надо быть честным перед собой и не отбрасывать доказательства, только потому, что мне не нравится конечный вывод. Но ведь несчастная девушка уже раскаялась в своем решении и хочет убежать от этих Робоно. А значит я ей помогу.

— А вы можете укрыть нас в своем светлом лесу? Я думаю, что я мог бы принести пользу вам.

— Хм… — эльф удивленно приподнял брови. — Именно сотрудничество с нами я и хотел предложить вам. Маг с таким потенциалом нам очень интересен. Причем, вы можете выбрать, служить в разведке или чем-нибудь другим заниматься. Но я думал, что если мне удастся убедить вас в том, что леди Аниса ведьма из клана Робоно, то вы найдете в себе силы выйти из под ее влияния. Потому что сотрудничать с темной ведьмой мы не можем по причине того, что мы светлые. Это абсолютно исключено.

— То есть мы с вами, оказывается, враги?

— Пока вы не делаете темных дел, нет. Но даже если вы станете на тропу тьмы, то и тогда как-то противостоять ей и вам мы не можем и не собираемся, так как на этом континенте присутствуют местные эльфы. Но кроме нас есть еще паладины. У них есть сильные маги и примитивная разведка. И они могут угрожать вам, если вы попытаетесь помочь леди Анисе занять трон Агатской империи. То что ей получится сесть на трон — полный бред. Она сама даже с вашей помощью не справится, а клан ей помогать не будет.

— Вы утверждаете, что она сама решила сесть на трон?

— Скорее всего нет. Ей или порекомендовали, как-то обосновав необходимость этого, или даже прямо приказали. Но клан ей хоть сколько заметно помогать не будет. Робоно легко могли бы занять этот трон с их-то возможностями и опытом. Но тогда их сразу начнут уничтожать как минимум паладины. Объяснить почему? Невозможно занять престол и остаться незамаранным. Точнее, возможно, но надо создать светлое государство, по настоящему, а не на словах. Темные ведьмы не могут создать светлую империю. Проще говоря, если Робоно займут трон империи, то война с паладинами и уничтожение империи гарантированы. А если вдруг каким-то чудом леди Аниса сама сядет на престол, то паладины прибудут убивать ее одну. Клан вроде и причем, но недостаточно. А гибель империи для Робоно очень выгодна по куче причин. В мутной воде очень хорошо ловится рыбка. Также и неуспешная попытка занять престол может вызвать гражданскую войну. Так что мой вывод, как аналитика, таков — леди Аниса, это воин, отправленный на гибель ради интересов клана.

— А что? Им не нужна ведьма с таким талантом?

— Нужна, но подконтрольная. Кто из лидеров клана захочет терять власть? Клан Робоно существует тысячи лет не из-за талантов отдельных членов, а из-за сплоченности и подчинения. Еще я хотел бы вас предупредить, что Робоно можете понадобиться и вы. И если вам не удастся избавиться от чар леди Анисы, то ее могут заставить завербовать вас. У ведьм есть много людей, которые сотрудничают с ними. Они не члены клана, но тоже привязаны на всю жизнь. Еще они могут прямо угрожать вашей жизни, чтобы добиться покладистости от нее. Как и наоборот

— Давайте лучше вернемся к вопросу империи, — не захотел принимать предупреждение я, хотя и очень хорошо услышал, так как эта одна из причин лжи моей любимой. — Вы же собираетесь уничтожить династию. Значит кто-то сядет на престол, а что вероятнее, империя распадется на части с войной всех против всех.

— Я не буду раскрывать вам всех деталей, даже более того, не раскрою ничего об этой операции, но поверьте, королева Амисоль совсем не дура. А вам надо просто знать, что императрица Аниса — очень плохой вариант для империи.

Я задумался, прокручивая в голове сообщенное мне. И нашел все-таки вопросы, которые еще хотелось бы прояснить:

— Почему паладины еще не уничтожили Робоно здесь?

— И не уничтожат. Просто не могут найти. Нужна серьезная работа специалистов по разведке, а паладины принципиально прямолинейны.

— Ясно. И еще вопрос. А вы сможете если не укрыть Анису, то хотя бы помочь чем-то?

— Мы точно нет, а вот я лично мог бы и помочь чем-то, но при выполнении двух условий. Первое, вы сможете мне доказать, что не под контролем леди Анисы. И второе, она сама сможет доказать, что не под контролем клана. И пусть клан считает ее своим членом, но никак не может заставить хоть что-то сделать, хоть самую мелочь. И, конечно, если вы не свяжетесь с тьмой. Причем, я хоть и понимаю, что она имела право покушаться на принцев, но надо и как-то доказать, какое именно. Ведь убийство преступника все равно преступление. А то, что по ее вине казнили или казнят старшего брата, а среднего могут заключить в тюрьму, это тоже очень сомнительные деяния.

— Про право убить принца я не знаю, но могу спросить. Про среднего брата то же самое. А вот про старшего знаю. Он хотел ее заставить родить сына для того, чтобы переселиться в дальнейшем в новое тело.

— Этот довод принимаю, хотя доказательства все равно потребуются. Вообще, ей надо вспомнить все, что она делала сомнительного с точки зрения законов и морали, и все это обосновать. Другими словами, доказать что она скорее светлая, чем темная.

— А мне это не требуется?

— Пока вы никак сами не связаны с Робоно, нет. Я не жрец светлого бога, ваша душа меня так уж сильно не интересует. Но темным вы стать тоже не должны, естественно.

— Буду иметь в виду, — сказал я. — А как с вами можно будет связаться?

— Пару недель я буду здесь, в трактире напротив ратуши. А потом можно направить письмо в Бриль, это город под управлением паладинов, на имя лорда Коно.

— Что? Так просто писать? — удивился я. — А если перехватят? И как быть с обратным адресом?

— Логично, что это так себе способ, — вздохнул Кононион. — Так что писать лучше иносказательно. С обратным адресом еще хуже, как вы понимаете. По нему могут вас найти, если перехватят письмо. Если за вами будут идти агенты, то лучше самим туда явиться и в замке спросить того же лорда. Или тратьте большие деньги, чтобы отправить горгульями. Хотя я понимаю ваши сомнения, но вы не мой агент, и я не могу дать вам шифры и надежные способы связи. И на быструю связь все равно рассчитывать не приходится.

— Благодарю за информацию, — я собирался распрощаться.

— Еще несколько минут вашего внимания, — остановил меня эльф. — У меня к вам есть просьба, лир Кириан. Не могли бы вы попросить леди Сан выслушать меня. Я видел, что вы беседовали с ней на балу, а потом еще и узнал, что вы имели честь похитить ее. Но вы вроде бы поладили, и ваши отношения как минимум хорошие.

— Если вы на что-то намекаете, то они слегка дружеские, — усмехнулся я на такой почти прямой вопрос про отношения. — Не более того. Поэтому я вынужден спросить, по какой причине вы хотите быть выслушанным. Насколько я понял, Сан не очень благоволит эльфам вообще.

— Вы может быть не поверите, но я влюбился в нее буквально с первого взгляда. Я навел о ней справки, и хотел бы сделать ей предложение, увезти ее отсюда. Да что угодно, кроме моего переезда в местный Лес.

— Хм… а вас не смущает, что леди Сан любит эпатаж на грани, или даже немного за гранью? Некоторые считают, что она может уничтожить репутацию любого.

— Вы думаете репутации бывшего короля, который крутил роман с гоблинкой, еще может что-то угрожать?

Глава 22

Я оторопел. Действительно, такое я бы даже в сказке посчитал слишком неправдоподобным. Пожалуй, эти двое стоят друг друга. А потом я подумал и решил, что эльфийка не обидится на меня, если я расскажу о ее не такой уж и тайне:

— Я передам леди Сан вашу просьбу, но она вряд ли сможет с вами отправиться куда-либо в ближайшие годы. У нее десятилетнюю дочь держат в заложниках.

— Боги вислоухие! — воскликнул эльф.

— И по этой же причине она вас, вероятно, приняла за своего соплеменника. А от них она держится в стороне, так как каждый может оказаться посланником, который передаст ей хоть самый неприятный приказ.

— Странно, — удивился шпион-диверсант, — я думал, что здешние эльфы все друг друга знают. Их же всего несколько тысяч.

— Только не она. Ей не положено из-за ее умения. Вы же в курсе него?

— Да. Но я не подумал, хотя должен был, — эльф страшно расстроился.

— А вы не желаете помочь девушке, в которую влюбились? — удивленно спросил я.

— Вы так ничего и не поняли. Если она сама с дочерью уедет со мной, то это ее право. А вот если я явлюсь за ребенком в ее Лес, то это… Точнее, я никогда не смогу явиться в ее лес, кроме как решу искренне там поселиться, и то меня могут не принять. И переселение для меня тоже недопустимо. Любые действия с моей стороны абсолютно запрещены. И не говорите, что я не готов на все ради любви. Действительно не готов. Этим эльфы отличаются от людей. И эти правила существуют десятки тысяч лет, и именно благодаря им ни разу не было войны между эльфами. И я не стану первым, кто сделает шаг в этом направлении.

А я подумал, что ничего Сан я не передам. Уже завтра я с Анисой должен уплыть отсюда. Но сначала я должен многое обдумать. Хотя какого черта? Обдумывание обдумыванием, а уплыть все равно надо!

Так что, прежде чем вернуться в трактир, я сходил в порт, договорился об отправлении на рассвете и даже оставил небольшой аванс. Заодно и информацию в голове уложил, и допрос моей красавицы продумал.

А когда я вернулся в нашу комнату, то замер на пороге. Анисы там не было. Я спустился в зал и спросил трактирщика.

— С час назад к ней пришла некая дама, и Леди ушла с ней, ничего не говоря, — трактирщик смотрел настороженно, опасаясь неприятностей.

Я вернулся в комнату и осмотрел ее. Потом влез в память крысы и начал читать. Действительно, в комнату постучали, и Аниса спросила: «Кто?», женский голос властно сказал: «Это Арда, открывай!». И Аниса безропотно открыла, хотя в этот момент ее руки дрожали, а ее лица я не видел.

В комнату вошла опасно выглядящая дама лет, наверное, пятидесяти, в брючном костюме, с любопытством оглядела комнату и удовлетворенно сказал: «Ты одета? Хорошо. Пошли». Аниса сделала шаг назад и отчаянно помотала головой, раз за разом произнося: «Нет, нет!». Но посетительница грубо схватила ее за плечо и вытолкнула в коридор. Дальше моя любимая пошла сама, только кинула последний взгляд на комнату полными слез глазами.

Несложно было догадаться, что девушку похитила ведьма из этих самых Робоно. Но еще есть надежда отбить ее, ведь ушла она совсем не добровольно! И плевать мне, если Аниса даже сама туда когда-то вступила.

После ухода Анисы, а точнее ее наглого похищения, крыса по заложенной команде выполнила обход охраняемой территории, не пропуская и окна. Там она увидела, как ведьма, твердо держа баронессу за плечо, чуть не силой запихнула ее в карету. Совсем простую, похожие сдавались внаем вместе с лошадьми и кучером для поездок по городу за умеренную плату. Похожие, но не такие. Запыленный кучер и несвежие кони указывали на то, что вероятнее всего, они приехали в город именно сегодня. А значит, скорее всего сразу и отправятся обратно. Тем более, что в этом городе лорд-дракон вряд ли потерпит какого-то постоянного нахождения ведьм.

Я подозревал, что мне придется потратить немало времени на поиски, хотя бы потому, что в городе было довольно много ворот. Да и сам город совсем не маленький, до ближайших ворот не меньше лиги. И хоть быстрее всего мне было добежать, но я все-таки послал трактирного служку за наемной лошадью.

Если я буду сломя голову носиться по городу, то меня рано или поздно задержит стража. Ну не принято здесь бегать по улицам всем, кто вышел из детского возраста. Особенно дворянам. А бодрой рысью можно проехаться только чуть медленнее, чем я бегаю на своих двоих.

Я быстро рассовал по карманам почти все наши деньги и наконец отправился в погоню. По пути, правда без особой надежды, прямо спросил у проходившего патруля стражи, будут ли они вообще искать похищенную девушку.

— Если похищенная шла на своих ногах, то вряд ли, — десятник был опытен и, сразу предположил наиболее вероятный по его жизненному опыту вариант. — Но вы можете поговорить с лейтенантом в нашей казарме. Если убедите его, что это все-таки похищение, а не родственники отыскали и забрали домой вашу беглую возлюбленную, то искать конечно будем.

Убедить-то я мог, но опасался, что похищение ведьмы ведьмой расследовать все равно не будут. Убрались обе из города, тем лучше! Еще и меня запрут до выяснения, а сидя под охраной трудно продолжать поиски. А если вдобавок сам лорд заинтересуется, с чего это Робоно так вольготно шастают по его землям, то это грозит беседой с магом-правдовидцем, выяснением, что я менталист, а потом и сложением двух с двумя. Ну и, как минимум, длительным отдыхом в неуютном доме с решетками на окнах.

Я доехал до первых ворот и спросил стражника, нагло оторвав его от работы по обшариванию воза выезжающего из города крестьянина. Возница такую задержку перенес стоически, как и положено его сословию, а вот стражник недовольно посмотрел на меня, но пять золотых в моей руке все-таки привлекли его внимание.

— Не выезжала ли через эти ворота примерно час назад карета, похожая на городские наемные, серого цвета, запряженная парой неплохих лошадей? В карете должны были быть дама в возрасте и молодая девушка с розовыми волосами. Обе в брюках. Может еще кто-то, кроме них двоих.

Стражник оглянулся на свидетеля-крестьянина, потом на товарищей, с которыми придется поделиться, но все-таки решил, что ответив мне, он сильно инструкций не нарушит, и помотал головой:

— Нет, Милорд! Таких выезжающих не было.

Я отдал деньги и не мешкая погнал лошадь к следующим воротам. Но там стражник на мой вопрос отвечать наотрез отказался, хотя и поглядывал на деньги с жадностью и сожалением. Может еще был неопытный и старался соблюдать все приказы, а может на него десятник из окна сторожки смотрел, а может недавно погорел на чем-то подобном, и еще не отошел от выволочки. Черт его знает! Я оглядел других стражников, позвенев золотыми и добавив к ним еще пол горсти. Но те только отводили глаза.

«Ладно», — подумал я. — «Поеду пока к следующим воротам. Если нигде не выезжали, то тогда вернусь сюда и уже буду думать, как разговорить подлецов».

Но только я развернул лошадь, как моего сапога коснулась чья-то рука и вкрадчивый голос произнес:

— Подождите, Милорд! Я могу подсказать. Я тут с утра сижу.

Я глянул вниз и увидел котона, которых часто еще просто называют котами. Раса редкая, в этом городе я видел только нескольких на балу. Данный экземпляр был маловат даже для их расы — фута три с половиной от силы. А еще он был одет в ужасно безвкусный костюм, даже на мой взгляд далекого от моды человека. Желтый и весь усыпанный фиолетовыми сердечками.

Я моргнул. Нет, не костюм. Этот кот был просто неодет. За одежду я принял его собственную шерсть. Хотя набедренная повязка все-таки на нем была. Ну да, иначе бы его сразу стражники замели. Котоны все-таки имеют почти человеческое тело и конечности. Эдакие маленькие люди с кошачьей головой и хвостом, полностью покрытые короткой, но очень густой шерстью.

Я спрыгнул с коня и отошел на несколько шагов в сторону, так как на нас стали очень недобро посматривать стражники. Возможно, они позавидовали гражданскому, который сейчас мог неплохо подзаработать, а может инструкция запрещала и позволять шпионить за проезжающими посторонним.

Котон подхватил с мостовой небольшую крайне обшарпанную коробку с лямкой для подвешивания на плечо и шагнул за мной. Я краем глаза заметил содержимое. Уйма маленьких пузырьков с аляповатыми рисунками и несколько связок бумажных цветов.

— Милорд, я тут продаю духи и маленькие подарки, тем, кто проезжает через ворота. Поэтому я бывает заглядываю в кареты. Предлагаю, ведь многие девушки не прочь порадовать себя мелким подарком.

Я кивнул, подбадривая парня.

— Более часа назад я видел эту карету, запряженную серыми лошадьми, и заглянул внутрь. Старая дама шикнула на меня, а молодой девушке с розовыми волосами было не до духов. Она плакала.

Я достал из кармана горсть золотых и незаметно высыпал в коробку. А потом громко сказал:

— Хватит с тебя и золотого, проходимец!

— Благодарю, милорд, — погромче прокричал котон, сразу поняв, что я уберегаю его от возможного гнева стражников. Или еще хуже, ограбления с нанесением в пушистую мордочку.

А потом он шепотом добавил:

— Карету сопровождали двое воинов верхом. Один в желтом плаще, другой в зеленом. Оба лет тридцати, одежда новая. Карета сразу после ворот свернула на конную станцию, где им быстро заменили лошадей. И еще, эту карету я видел въезжающей два с лишним часа назад, но тогда ее сопровождал один всадник, и внутри была только одна старая тетка. А второй приехал в город вчера вечером, но в этом я не уверен, народу тут много проезжает, милорд.

— Благодарю! — кивнул я, прыгнул в седло и двинулся к воротам.

По недовольным мордам стражников я понял, что они ни за что не пропустят меня вперед очереди из пары повозок, трех всадников и дюжины пешеходов. Задержка не сильно большая, с учетом моего отставания уже часа на полтора. Но все-таки ждать с четверть часа не хотелось. Во мне бушевала жажда погони!

Я кинул золотой крестьянину, который как раз готовился подъехать для досмотра, и не терпящим возражения голосом произнес:

— Покупаю твою очередь.

Мужик радостно закивал и стал разворачиваться в хвост ожидающих, под завистливыми взглядами половины очереди. А я спокойно проехал. Досматривать меня без веских причин было нельзя, а назвать имя, это дело нескольких секунд.

Дальше я сразу погнал лошадь. Ну как погнал. В пещере я бегал быстрее. А в океане маны мне было не разогнаться, впрочем как и карете.

Сначала я подумал поймать или даже купить какую-нибудь птицу. Я мог дать ей приказ и отправить ее вперед, искать упряжку. Но здраво рассудив, пришел к пониманию, что объяснить примитивному мозгу пернатого, как найти именно нужную карету я не смогу. Да и именно вдоль дороги послать разведчика не получится. Нет в понятийном запасе птицы дорог. Животные есть, люди, огонь, деревья, солнце, облака, скалы, даже дома. А в моем поиске этого мало. Вдобавок, несмотря на приближающийся вечер, всяческих путников хватало. На лигу приходилось несколько повозок, пяток всадников и столько же пешеходов. Птице не разобраться.

Так я проехал пару лиг, и тут дорога плавно опустилась в пойму небольшой речушки. По сторонам ярдах в тридцати начинались перелески, а прямо виднелся узкий деревянный мостик. И тут мне в бок ударил болт. Я чуть ли не кувырком слетел с лошади и, превозмогая боль и оглушение, начал оглядываться. Впереди какой-то крестьянин, заметив происшествие, привстал на козлах и так начал погонять свою кобылку, что несомненно превысил мою скорость погони.

Сзади две какие-то бабки с воплями «Убили!» развернулись и бросились бежать, тоже весьма резво для своего возраста. Еще я краем глаза заметил крупную карету, неспешно влекомую четверкой лошадей, которая приближалась ко мне навстречу. Крестьянин на своей скаковой кобыле чуть не влетел в нее, и до меня донесся негодующий вопль кучера.

А вот из-за деревьев справа неспешно выходили четверо, несомненно, воинов. Двое не очень молодых в желтом и зеленом плащах, и двое почти моего возраста. Мечи у всех оставались в ножнах, а в руках были обычные палки. И еще шляпы, глубоко натянутые на глаза, выдавали вышедших на незаконное дело.

— Точно он? — спросил зеленоплащный, похоже командир.

— Точно! У меня глаз как у орла, — довольно ответил владелец желтого. — И попал я здорово!

— А он не сдох?

— Ну как я мог его пристрелить тупым болтом? Разве что, падая, шею свернул, но за это к нам претензий быть не должно.

— Бабка приказала хорошенько отметелить, но не убивать, — недовольно возразил главарь. — Ну что уж теперь? Кстати, — он повернулся к одному молодому и в его голосе послышалась радость, — Гроги, ты должен мне сотню!

— Это нечестно, командир, — возмущенно завопил тот. — Я ставил сотню на то, что он струсит, а ты десятку, на то, что найдет!

— Неважно! Он здесь, значит сотня моя, Гроги!

— А дайте я ему зуб выбью, за то что обесчестил сестренку, — вмешался четвертый, самый молодой.

— Если ты ему будешь выбивать по одному за каждый раз, то у него их не хватит утолить твою жажду мести, если он не акула, — хохотнул арбалетчик.

По мере разговора они почти приблизились ко мне. Я прикинулся бессознательным. Бок сильно болел, как и нога. Понять, что с ней, я не мог, так как старался не шевелиться. Быстро прикинул расклады, и они были так себе. Четверо воинов. И если против молодых я смог бы продержаться хоть сколько-то один на один, то против более опытных надо троих таких как я на каждого.

Убежать пытаться бессмысленно. Воин в минуту догонит мага, так как ему мана не мешает разогнаться. Оставалась моя ментальная магия, но их четверо. Впрочем, моя мощь после борьбы с оборотницей заметно выросла, так что я создал четыре щупа и направил каждому в лоб.

Совсем недалеко раздался свист возницы кареты и щелчок кнута. Похоже, тот решил не разворачиваться, что для тяжелой кареты на узкой дороге настоящая проблема, а попытаться проскочить место кровопролития поскорее.

Я разом надавил на все щупы, и хоровой вопль показал мне, что серьезно достал нападающих. Но сходу мне не удалось продавить не одного. А командир, вообще, только недоуменно оглянулся на вопли товарищей. Я нажал еще раз, и защита проспорившегося Гроги треснула, впустив меня в область отдачи приказов.

«Бей командира! Бей мечом», — начал транслировать я не терпящую возражений команду. — «Он тебя обманул. На сотню! Бей мечом!»

Гроги молниеносно выхватил меч и полоснул командира поперек спины. Звон стали подсказал мне, что у того под курткой серьезная кираса. Но захваченный мной не зевал, второй удар пришелся ниже брони, окончательно выведя главного и самого опасного из боя.

В момент нападения с тыла, командир похоже сообразил что к чему и уже занес палку, чтобы обрушить мне на голову. Но первый удар по кирасе его ошеломил, а второй, подаривший ему тяжелую и позорную рану, заставил выгнуться назад. При этом с него слетела шляпа и оказавшаяся под ней смешная шапочка из красноватой жести. Я как раз пытался откатиться, но шапочку подхватил.

Больно уж цвет ее показался мне подозрительным, я такого никогда не видел, но немало читал. Так что хватательное движение вышло почти рефлекторно.

Зубной мститель страшно завыл. Его защиту я так и не продавил, но, похоже, доставил слишком много боли. Один только арбалетчик держался неплохо. Он обрушил свою палку на голову Гроги так, что она переломилась. От удара по управляемой голове и мне досталось немало. Меня на секунду оглушило, и из носа чуть не фонтаном брызнула кровь. Вот так, повреждение управляемого очень плохо действует на мага.

Я тут же разорвал все связи и попытался оценить ситуацию. Боеспособен только арбалетчик, который забивает кулаками и ногами Гроги. Мимо меня как раз начали пробегать кони кареты, и я рывком поднялся на ноги. Сделал несколько шагов и из последних сил уцепился за заднюю подножку, на которой в другие времена ездят лакеи. Несколько десятков ярдов меня волочило по камням дороги, превращая из дворянина в оборванца, пока я не собрался с силами и не смог подтянуться. Карета набирала скорость, пока не достигла магического ограничения, я с трудом устраивался на подножке, а внутри нее набирали силу два голоса, один звонкий девичий, а второй басовитый, женщины заметно старше.

Глава 23

Вслед нам с завыванием пустился в погоню арбалетчик. И так хорошо пустился! Он, рыча от бешенства и достав меч, очень быстро догонял карету, и уже через несколько секунд наши клинки встретились. Я стоял на задней подножке, левой рукой держался за поручень, а правой отбивал удары. А еще я, с трудом сосредоточившись, читал заклинание. Догоняющий же не мог фехтовать во всю силу, так как это не так просто делать при очень резвом беге.

Наконец я ткнул в голову противника щупом, но опять не пробил. Тот только взвыл особо яростно. Я надавил еще и еще. И наконец просунул кончик в небольшую трещину в естественной защите сознания, за которой почувствовал волны злости и ярости боя. Нечего даже пытаться захватить сознание врага в таком состоянии. Так берсерк не обращает внимания на вторжение в его мозг. Но и на берсерка есть прием. Я чуть подправил направление бега, пустив ложную мысль, что карета сворачивает, и воин-бандит с разбегу влетел в растущее у обочины дерево. И не толстое совсем. Но от морды стрелка, которой он ударился, осталось очень и очень немного. Жить будет, к сожалению, но вылечится еще не скоро.

Я оглянулся, обратив внимание на то, что вой в карете прекратился. Из заднего окошка на меня смотрело испуганное и восторженное лицо совсем молодой девушки, которая вероятно решила, что попала в балладу, и на запятки ее кареты, в которой она едет на бал, вспрыгнул принц-герой-эльф, который только что выдержал тяжелый бой с сонмов врагов и присел немножечко передохнуть и отпустить десяток-другой комплиментов красавице его мечты, прежде чем отправиться на свершение новых подвигов.

Тут до меня дошло, что в воротах города меня могут встретить не очень-то ласково. А заглянув за край кареты понял, что проблемы уже в какой-то сотне ярдов. Я присел, выгадывая момент для прыжка, но на свою беду оглянулся, чтобы хотя бы кивком поблагодарить девушку, чья карета как-никак увезла меня от огромных неприятностей.

Но встретился я не с тем восторженным взглядом, а с раздраженными буркалами, которые гневно сверлили меня с немолодого лица, шириной во все окошко. Прыжок произошел сам собой. Перекатившись пару раз, я сориентировался и побежал в сторону. Через кусты и рощу, где должны были быть другие ворота.

Уже в сумерках я добрался до какого-то маленького трактира перед воротами, где кое-как привел себя в приличный вид. Еще и надушился гномьей настойкой, и рот прополоскал. Получился уже не непонятный тип, переживший непонятный бой, и к которому могут быть вопросы у стражи с последующей беседой с лордом и тюрьмой, а просто помятый тип, здорово подгулявший в кабаке за воротами, где цены на выпивку хоть немного, но ниже, чем в городе.

Я дошел до своего трактира, забрал наши с Анисой вещи и поселился в паре кварталов от центра, в гораздо более простом, но гудящем от обилия постояльцев заведении. И не из экономии даже. Хотя я сегодня и потерял лошадь за которую был оставлен залог, но сберег имеющиеся у нас ценности, да еще и шапочку из адамантина раздобыл.

Адамантин. Легендарный металл, полностью непроницаемый для магии. Именно из такого делают себе шлемы паладины, отправляющиеся на бой с темным властелином, чтобы тот сразу не захватил сознание воина. Я сегодня делал то же самое, в принципе. И эта шапочка могла стоить мне если не жизни, то здоровья. Нет, имей я время и силы на второй удар, то к мозгу можно проникнуть и от подбородка. Потому шлемы и делают закрытыми, только с узкими щелями. А шапочка мне пригодится, но только как источник неплохих денег за продажу. Трат мне предстоит немало, а отвлекаться на добычу денег времени не будет.

Утром я оценил свое состояние и потопал к лекарю, причем не магу, а обычному. Я опасался, что маг может разобраться в моем магическом умении, а в городе наверняка ищут менталиста.

Лекарь равнодушно осмотрел меня и сказал:

— Ребро сломано, но просто побереги его и само срастется. Повязка не нужна. С ногой тоже ничего страшного, просто похромаешь немного. А вот рану на голове надо обработать и перевязать. Такое впечатление, что тебя спустили с каменистого обрыва, без особых последствий. Дуракам везет. Но на будущее, ищи себе служанок в замках, которые стоят на более ровных, желательно травянистых холмах.

Я мрачно покивал. А что еще мог подумать этот старичок, глядя на множество ушибов и расцарапанную морду? А где я разбил голову, я даже не помнил. На фоне залитого кровью лица я тогда не обратил внимания.

Потом я сходил в первую гильдию наемников и спросил леди Сан. Хмурый мужик в тесном зальчике сразу за входной дверью смерил меня взглядом и сказал:

— Леди выполняет заказ. Можешь зайти дня через три.

— А можно ознакомиться с открытыми контрактами? — спросил я.

— Можно, но не тебе. И вообще, найди лучше себе отряд, к которому можешь примкнуть, пока не заработаешь имя. Мы такого оборванца рекомендовать нашим нанимателям не будем.

Мда… дожил до «оборванца». Впрочем, справедливо. Моя не так давно приобретенная одежда, после вчерашнего приключения и катания волоком по дороге, довольно здорово обтерлась, а местами и обдырявилась. Я бы мог назваться «лиром», и сказать про свое магическое умение, тогда этот тип сам бы суетливо бросился подбирать под меня отряд, чтобы они железной стеной берегли ценного мага. Но пока мне раскрывать себя совершенно не хотелось.

Я нашел мелкого и задрипанного кота, накормил его котлетами в небольшом и почти пустом трактире напротив, чтобы он в ближайшие часы не думал о еде, и отправил животное в гильдию.

В том трактире я просидел довольно долго. Все никак не звучало ничего интересного. А вот потом новости полились как из ведра. Явилось несколько командиров отрядов и они начали обсуждать и делить контракты, чтобы лишний раз не конкурировать и не путаться друг у друга под ногами. Оказывается, вчера пришел быстроходный корабль из империи и привез много для них интересного, и ушлый гильдейский исполнитель пригласил наиболее авторитетных воинов удачи на горяченькое.

Сначала компания ознакомилась с несколькими мало интересными мне контрактами, а вот потом я навострил уши моего разведчика.

— Вот интересный контракт на поимку урожденной баронессы Анисы рю Лардс, — пошелестел бумажками продажный служитель. — Двадцать лет, маленькая, волосы розовые, красивая. Бывшая лейтенант имперских наездников на драконидах. Одна воинская операция за плечами. Боевые навыки нулевые. Есть некоторые основания считать, что может быть в нашем городе. Девяносто тысяч за живую и пятьдесят за голову.

Раздались множественные возгласы восторга, вызванного немыслимой суммой контракта. И только один голос спросил более разумное:

— С чего такая щедрость? Читай дальше.

— Сильнейший маг. Умение связано с подчинением. Брать только неожиданно со стандартными предосторожностями. Ну хоть стало понятно… Обвиняется в покушении на принцев. Неплохо замахнулась малышка! И вот еще… может быть со спутником. Но это уже следующий контракт.

— Давай сразу его, а потом оба и обсудим, — последовало логичное предложение.

— Кириан Симор. Двадцать один год. Высокий. Цвет волос — морская волна. Таких уйма, отмечу, так что искать его бесполезно, если он не назвался собственным именем, конечно. Среднего уровня менталист, оружием владеет плохо, хитрый авантюрист. Значит имя он сменил. Бывший капитан императорской армии. Цена за поимку и за голову одинаковая — пять тысяч. В общем, на этого типа можно выйти только через его розововолосую любовницу.

Будь у меня настроение получше, я бы в шутку повозмущался, что меня оценили так дешево, но я просто сделал себе отметку в памяти, что меня здорово недооценили. А это очень хорошо. Хотя чего это я? За мою башку предложили очень хорошо, это просто за мою любимую предложили немыслимо много. Интересно почему?

Наемники тем временем радостно галдели, уже представляя как разбогатеют и будут швырять золотые под ноги, чтобы не замарать сапог, переходя грязные лужи. А потом дошло и до драки.

Одной даме, там и такая была, двинули в глаз, и та громко сетовала на подпорченную внешность. Впрочем, она в долгу не осталась и раздала пару пинков оппонентам по самому сокровенному. Но те пострадавшие не жаловались, а только скулили.

Вскоре, правда, порядок был восстановлен, и порешили провести совместную операцию. Город быстро, но скандально поделили на сектора и решили, что на опрос слуг в трактирах отправят только наиболее подготовленных, а простым необразованным воинам поручат пошариться по окрестностям города. Такая осторожность объяснялась тем, что местный Лорд весьма крут и вряд ли одобрит охоту за головами в своем городе. А может и себе забрать розововолосую малышку, которую несомненно сумеет скрутить. Сильные маги всем интересны.

Я зло покачал головой. Получалось, что суммарно на поиски отправлялось морд шестьдесят. И это только из этой гильдии.

А потом кто-то высказал вопрос, а не привлечь ли им к поискам Сан Сурон. Но ему возразили:

— Эта белоручка вряд ли согласится. Не думаю, что она запишет императорских отпрысков в достойных защиты. Даже за долю в таких деньжищах.

И это меня особо порадовало. Я же сам хотел нанять эту эльфийку, да и определенная симпатия к ней у меня была.

Я просидел до обеда, а потом отправился к памятным мне городским воротам. Высмотрел оригинально раскрашенного котона, хотя с некоторым беспокойством боялся его не застать. Я же дал ему неплохие деньги. Это для меня горсть золотых, так, проходные траты, а для разносного торговца какой-то ерундой двадцать золотых может быть заработком и за пару месяцев.

Но к моей радости и удивлению, тот был на месте, рядом с воротами. Радость понятна, а вот удивило меня то, что и ассортимент торговли, и одежда пушистого парня не изменились. Он как раз при мне вскочил на подножку небогатой кареты и стал что-то говорить вкрадчивым голосом, даже не пытаясь показывать свой товар.

А потом из окошка высунулась изящная женская рука и погладила его по голове, сначала несмело, а потом все энергичнее. А затем до меня донесся многоголосый визг и две детские ручки просто вцепились в густую шерстку. Котон замурчал так, что я даже с десятка ярдов расслышал. Через пару минут тот получил монету, а карета двинулась к выезду из города.

Я усмехнулся про себя. Даже не знаю, как можно назвать такой способ заработка. Наверное, все-таки не подаяние. Пусть будет одной из разновидностей уличных представлений.

Я тихо свистнул, а потом махнул рукой, и котон, подхватив коробку, резво подбежал ко мне и поприветствовал:

— Здравствуйте, Милорд! — а потом окинул мою внезапно ставшую потертой одежду, царапины, перебинтованную голову, и добавил. — Вижу, Милорд, что вы все-таки догнали ту карету.

— Почти, — усмехнулся я. — Они оставили засаду.

Тот серьезно кивнул, явно оценив, что я здесь, а вот где засадники неизвестно.

— Пойдем, поговорим, — я кивнул в сторону дверей простецкого кабака.

В такое заведение почти неодетого человекокота пустили без разговоров. Более того, его здесь, кажется, знали.

— Будешь что-нибудь? — спросил я, подзывая разносчицу.

— Если можно, сметанки, — облизнулся парень.

Я снова усмехнулся про себя. Какой-то бог, когда создавал эту расу, здорово повеселился, наделив человекоподобных, как и другие разумные, существ кучей кошачьих привычек. Нет, я про них почти ничего не знал, но мурлыканье и любовь к сметане уже заметил.

Сделал заказ и окинул строгим взглядом котона:

— Я бы хотел тебе кое-что предложить, но сначала хочу задать несколько вопросов.

Тот согласно кивнул, и я приступил к опросу.

— Ты, вообще, взрослый?

— Мне семнадцать. А совершеннолетие у нас с четырнадцати. Я просто… ростом не вышел.

— Я дал тебе неплохие деньги за честную услугу. Почему ты не купил одежду? Семья?

И тут мой собеседник замялся. А я совершенно не хотел услышать очередную ложь. За последние недели у меня на такие сказки уже выработалась аллергия. Но если своей любимой я мог простить очень многое, то этому проходимцу не собирался.

— Так! Ты говоришь только правду! И я имею способ проверить. Если будешь врать, мы сразу расстанемся.

— Я купил одежду, Милорд. Просто… сразу ее и проиграл. И деньги тоже.

— Ясно. А как здесь оказался?

— Эх… проиграл.

— Что? Себя?

— Получается, что так. Я служил в доме одного нашего торговца. Он живет здесь как представитель нашего народа. Но с месяц назад мне выдали деньги на покупки. У меня были и свои, и я пошел играть. Проиграл в итоге всё. Так оказался на улице. Но я сделал выводы, Милорд! Играть надо только на свои. Я же не дурак! Так… придурок.

— А чего домой не вернулся? — мне было совсем не смешно.

— Боюсь, Милорд. У меня хорошая честная семья. Но в наших землях нет игр. А здесь мне очень понравилось играть. Вот я и сделал такое, что не поймет никто из родных и соседей.

— А как идут твои продажи у ворот?

Тут парень понял, что я спрашиваю чуточку о другом.

— Продаж почти нет, Милорд, но мне дают деньги за… не знаю даже…

— За то, что ты даришь радость? Как уличному актеру?

— Точно, Милорд! Вы отлично сформулировали! И это гораздо лучше, чем «из жалости».

Котон явно обрадовался, что я резко поднял его статус из нищих до артиста. И, похоже, удивился, как ему самому такое в голову не пришло.

— И как заработки? — продолжил опрос я.

— Да ничего так, на жизнь хватает. Но на меня все больше и больше косо посматривают и стражники, и какие-то местные мальчишки. А еще через месяц с меня могут потребовать налог, как с торговца. Так что я намереваюсь скоро уходить.

— Куда?

Но мог и не спрашивать. Парень просто пожал плечами.

Я попробовал оценить наш разговор. Мой собеседник говорил очень грамотно, вероятно у этого народа хорошее образование дают даже в бедных семьях. Очень наблюдательный. Работать должен уметь, хотя это и не главное. Может просадить деньги, значит давать ему заметные суммы не стоит. Но сначала надо сделать еще кое-что.

— Ладно, — сказал я. — Я хочу кое-что предложить тебе, но сначала ты позволишь мне залезть в твою голову, чтобы я смог оценить твою искренность. Я маг, и многое могу увидеть в голове.

— Маг, Милорд? — испуганно переспросил парень. — А это не больно? И не оставит меня идиотом.

— Не больно, если не будешь закрываться. Вчерашние засадники запирались, поэтому пострадали. Но потом очухались, один даже гнался за мной.

— Хорошо, Милорд, — чуть подумав, согласился котон.

Я пустил щуп и вскоре начал шариться в голове собеседника. На самом деле, я толком не знал, на что стоит обратить внимание. Но общий фон эмоций ощутить мог. С другой стороны, не проверить я тоже не мог. Очень скоро ему станет известно, сколько дают за мою голову, а особенно за голову Анисы. Хоть как-то подстраховаться я должен был.

Я быстро нащупал некоторый страх и любопытство. Ожидаемо. Потом нащупал уважение, которое парень стал ко мне испытывать, вероятно после того как узнал, что я выиграл бой с профессиональными солдатами. А затем раскопал огромный стыд и сожаление, вероятно за недавние ошибки.

— Ты сожалеешь, что подвел купца? — спросил я.

— Да, — ответил тот, и облако стыда колыхнулось, значит будем считать, что эта эмоция именно за прошлое, а не за планы предать меня, так сказать, авансом.

— Ты можешь предать нанимателя?

— Нет, нет, Милорд! — в этот раз колыхнулся и усилился страх, и добавилось неуверенности. Не сильно хорошо. Боится не устоять перед соблазнами, если я все правильно понял.

— Ты правдиво ответил на мои вопросы?

— Да, Милорд, — усилилась эмоция уверенности. Тут не очень понятно. Можно быть уверенным и в том, что качественно соврал.

Я еще попробовал коснуться области недавних желаний, обогнул совсем свежее с бочкой сметаны, потом увидел кости, на которых выпала лучшая комбинация, чуть позже заметил видения котонок, а также человеческих девушек, эльфиек, гномок, а на заднем плане маячила даже орчанка. А потом это желание стало резко расти, и я быстро вышел из сознания парня. Да уж… Правду пишут, что у этой расы очень широкие взгляды…

— Хорошо! Как тебя зовут?

— Хелодордриан Леонон. Сокращенно Хел.

— Что ты умеешь делать?

— Всю работу прислуги. Готовить, убирать, стирать, прислуживать за столом.

Глава 24

Про магию спрашивать не стал. Я уже увидел, что запаса маны в нем нет, а значит и колдовать он не может. Хотя раса частично магическая, как гномы. Вне океана маны не умрут, но особые умения работать не будут.

— А из воинских умений?

— Ничего, Милорд. У нас есть кое-какие свойства: отличные ночное зрение и слух, можем на несколько секунд заметно ускоряться, — я уже заметил, что у парня ленивые, тягучие движения, но если может ускоряться, то это немного меняет ситуацию. Кот тем временем положил руки на стол и добавил. — Еще это.

Его грязные ногти мгновенно превратились в когти. Полдюйма длинной и на вид чрезвычайно острые. Потом так же вернулись к прежнему состоянию.

Ого! Впрочем, на занятиях по фехтованию в школе нам рассказывали, что котоны весьма слабые воины. А теперь я вижу и сам. Резко напасть из засады, это да. А с доспехами ему когтями не справиться. Сколько-то тяжелое оружие ему не дашь. Потенциальные разведчики, часовые, ну и немного диверсанты.

Впрочем, этот парень просто слуга. Если сильно захочет, то может что-то достичь и в каком-нибудь наемном отряде. Но наиболее вероятное, это пойти в домашние любимцы к какой-нибудь состоятельной даме. И не только в любимцы. Но пока он еще не решился избрать карьеру пушистого жигало. Ну да, вернуться домой тогда станет совсем проблематично.

Еще остается вопрос с надежностью. Но тут ничего не поделаешь, мне он нужен чтобы найти ведьму, рядом с которой моя Аниса.

— Ладно, — принял решение я. — Я могу предложить тебе работу слуги. Но в первую очередь ты мне нужен как видевший женщин в карете. Я скоро отправлюсь на поиски и боюсь, что это будет не просто и не быстро.

— А это сильно опасно, Милорд? — спросил Хел, настороженно посмотрев на меня.

— Думаю что да, но если ты просто поможешь мне в поисках, этого будет достаточно. На опасные операции брать не буду.

— Знаете, Милорд, я бы попросил вас брать меня на рискованные дела, — вдруг сказал парень, хотя в его глазах я заметил опаску. — Я же понимаю, что развлекая девушек или прислуживая, я никогда не смою позора. А опасностей у меня в любом случае будет предостаточно. Такому как я относительно спокойно можно жить только в таком ухоженном городе, а я собирался покидать его.

Ничего себе! Впрочем, так даже лучше.

— Ладно, — проговорил я. — В таком случае могу предложить тебе стать моим оруженосцем. Тоже по сути работа слуги, но еще обучение военному делу, выполнение поручений, в том числе опасных, разведка. Ты присягаешь мне, я отвечаю за тебя. И уйти просто так ты не сможешь, если не понравится. Хотя я не сторонник держать кого-то силой.

— Я согласен, Милорд, — твердо сказал котон.

— Меня зовут лир Кириан Симор. Но я сейчас инкогнито, так что ты будешь меня называть по имени Вирон. А еще лучше, если просто «командир».

— Да, командир.

Мы тут же перешли к клятве, а после я спросил:

— Теперь надо решить с одеждой. Где здесь лавка?

— Я вчера купил себе хорошую, командир. И можно ее выкупить.

— Пойдем, попробуем, — согласился я. — Куда идти?

— Да вот тут, в задней комнате этого кабака, — ответил смущено кот, показав мне на дверь. — Тут играют. И думаю, что они еще не отнесли вещи обратно в лавку.

Я встал и направился к двери, сделав знак Хелу идти следом, но по пути уточнил:

— За сколько купил, за сколько проиграл и за сколько они ее сдадут?

— За пятнадцать золотых купил, Ми.. командир, проиграл за четыре, а сдадут они… ну может за пять.

Я кивнул и толкнул дверь. В грязной комнатке обнаружился большой стол, лавки вокруг и пять типов. Ну так… просто пьянчуги. Опасно выглядел только один, но он был настолько пьян, что в расчет его можно было не брать.

— Выкуплю одежду этого парня за шесть золотых, — твердо сказал я, осматривая уставившиеся на меня морды.

— Да ты что! — ухмыльнулся один, явно местный лидер. — Она двадцатку стоит! Ну ладно, тебе отдадим за семнадцать.

— Шесть, — отрезал я.

Я вообще сомневался, надо ли выкупать эту одежду. Ну что кот мог найти на пятнадцать золотых? Поношенные вещи средненького качества. Лучше купить ему что-то поприличнее. Но потом я подумал, что в таком случае в нашей паре я буду больше смахивать на слугу. Так что походит пока в том, что уже купил.

Но и потакать этим уродам я тоже не желал. В крайнем случае золотых за двадцать купим в лавке.

— Давай десятку и забирай, — махнул рукой игрок.

Я молча развернулся.

— Эй! Ладно! Твоя взяла, — донеслось мне в спину. — Давай шесть и одевай своего котика.

Я кивнул оруженосцу, и тот поднял из угла небольшой узел. Осмотрел и кивнул мне, что все в порядке. Я высыпал на стол шесть золотых и уже шагнул к двери, как лидер встал, забирая монеты, и, осклабившись, бросил.

— Завтра заходи, паря, еще разок выкупишь. Как постоянному покупателю, даже без торга отдадим за шесть.

Я развернулся и резким тычком со всей силы врезал ему в челюсть, а затем с шипением из-за резкой боли в руке вышел вслед за выскочившим вперед котом.

Тут же в кабаке Хел быстро оделся в свои простые вещи. Мой взгляд привлекли только сандалии без носков, так что пушистые пальцы немного торчали вперед. Ну да, оружие лучше держать в готовности.

Когда мы выходили, он с сожалением оглянулся на дверь в игровую комнату. А я, все еще злясь на себя за то, что чуть пальцы себе не переломал, сурово сказал:

— Слушай первый приказ, оруженосец! Ты больше не играешь.

Тот аж вздрогнул, но потом улыбнулся:

— Есть, командир! Так даже лучше. Приказ есть приказ.

В своей комнате в трактире я поселил кота на тюфяке в углу. Потом сразу показал ему несколько приемов, выдал легкий меч Анисы и приказал тренироваться. Все время. Брать его куда-то с собой в городе я не планировал из-за его приметности, а прислуживать мне тоже не требовалось. Значит, пусть тренируется, чтобы жизнь медом не казалась.

— А знаешь, командир, мы же прямо над залом, — неожиданно сказал оруженосец. — Если я лягу на пол, то могу слышать многое из того, что там говорят. Если ты разрешишь, то я пока отдыхаю, могу слушать.

— Отлично! Слушай. Если что-то интересное узнаешь, докладывай, — согласился я.

Наутро я опять отправился к гильдии наемников, отловил вчерашнего кота и опять отправил на разведку. Меня ужасно злила задержка, но я все еще надеялся договориться с Сан, и тогда поиски пойдут намного веселее.

Но в этот день ничего интересного не узнал. Сходил и ко второй гильдии, но с тем же результатом. Только разобрался, что вторая была гораздо хуже. И за дела готовы были браться посомнительнее, да и вообще, общий уровень был пониже.

На третий день я подслушал интересные новости. Поиски нас дали вполне ожидаемый результат. Городская стража заметила-таки нездоровую активность наемников, задержала парочку их, так сказать, разведчиков, допросила, а после выкинула всю эту веселую компанию за городские ворота, оставив первую гильдию наемников без половины ее членов.

С одной стороны, это была хорошая новость, а вот с другой… Стражники, что очень вероятно, просто избавились таким образом от назойливых конкурентов. Так что этим вечером я сподобился-таки перекрасить свои волосы в синий цвет. Я слышал от Анисы, что при покраске возникают проблемы с отрастающими корнями, так что близкий к моему цвет показался мне наилучшим вариантом. Что делать? Ради конспирации и не на такое пойдешь.

А на следующий день я подслушал, как грустные воротилы гильдии наемников обсуждают пусть и бесполезные для меня, но интересные вести о светлой армии. Паладины с эльфами нашлись. Они шли к империи, но совсем не тем путем, как ожидалось. Вместо того, чтобы пройти через одну из удобных долин к западным провинциям государства, они свернули по пути на восток прямо в горы. Там уничтожили небольшое вампирское княжество и Темного Властелина регионального уровня.

— Ерунда какая-то, — говорил кряжистый мужик, явно бывший когда-то офицером в какой-то армии, — ну смяли они этих темных, зато теперь в горах сидят. Нет, оттуда они могут вернуться, конечно, на нормальную дорогу, или через горы переправятся, там не главный хребет. Но времени потеряют много. А император уже стягивает все свои войска в один кулак. Так что паладинам придется принять бой с миллионной армией.

— Да растопчут они всю эту армию! — уверенно сказал другой, совсем старый. — Может удаль хотят показать, и разом с армией императора покончить. Сто тысяч паладинов и пятьсот эльфов, тут размер армии противника уже значения не имеет. Вот еще новости пришли, что из Ванилона на Сокилию корабли так и шныряют. Вывозят весь двор и казну, не иначе. Император не строит иллюзий. И уже понял, что скоро снова станет просто королем Сокилии. Паладинам этот остров не взять, так как флота у них нет. А еще у императора на Сокилии есть особый замок, на островке рядом. Большая скала в сотню ярдов высотой из моря торчит. Там вообще хоть сто лет сидеть можно. Штурмовать только драконами получится.

Я почесал начавшую заживать голову. А не это ли обсуждал эльфийский шпион с местными драконами? Скала, на ней казна. Драконам такое может понравиться. Новость интересная, но пока значения для меня не имеет.

Эльфийка объявилась только на пятый день после похищения Анисы. Провела полчаса в гильдии и, раздраженная чем-то, удалилась в той же наемной карете, в которой приехала. Я подсадил ей птичку на крышу и лениво пошел следом. Вскоре птичка вернулась и отвела меня к маленькому и дорогому трактиру, правда в квартале далеком от роскоши.

Я вошел внутрь и сказал подозрительно посмотревшему на меня вышибале:

— У меня есть дело к Леди Сан Сурон.

— Она не принимает, — хмыкнул детина.

— Пошлите служку, пусть скажет, что ее недавний спутник хочет с ней поговорить, — властно рыкнул я.

И трактирщик сразу послал мальчишку, который шустро взлетел по лестнице. Ждать пришлось недолго, уже через пару минут на верхнюю площадку вышла Рунга. Пыльная и раздраженная с дороги. Она сразу узнала меня и махнув мне рукой в сторону столика, что означало «жди», тут же ушла.

Я сел, но ничего заказывать не стал. А потом еще и отметил нездоровый интерес к моей персоне. В пустом в это время зале появилась подавальщица, а из двери в кухню выглянули толстая повариха с худенькой девчонкой-поваренком.

«Не иначе, я не первый, кто пришел сюда к Сан», — подумалось мне. — «А зная суровый нрав амазонки, которая говорить не любит, а сразу бьет в морду, можно предположить, что не все посетители добились аудиенции. Вот и собрались на зрелище».

Через несколько минут телохранительница опять вышла на площадку и приглашающе махнула рукой, вызвав разочарованные вздохи трактирных слуг и самого хозяина.

Я зашел в богато обставленную комнату вслед за Рунгой и сел в кресло на которое она мне показала.

— Леди моет жо… приводит себя в порядок, — расщедрилась на несколько слов амазонка. — Жди.

Я расслышал журчание льющейся из кувшина воды из-за одной из дверей, ведущих из холла, и принялся осматривать обстановку, заставляя привести самого себя в максимально благожелательное настроение. Хоть мы и расстались с эльфийкой хорошо, но это еще как посмотреть. Тогда Сан была под сильным влиянием моей любимой, а теперь когда оно прошло, может быть и весьма недоброжелательно к ней настроена. А мне убедить наемницу помочь нам просто очень необходимо.

— Рада видеть тебя, капитан! — раздалось от двери, и оттуда плавно вышла Сан, попутно принимая заманчивые позы, под предлогом приглаживания мокрых волос.

Рунга, на ходу расстегивая одежду, удалилась в освободившуюся комнатку, явно с нетерпением дождавшись своей очереди. Так что мы с эльфийкой сразу оказались в холле одни.

Я встал из кресла и, стараясь смотреть в глаза девушки, а не шарить взглядом по ее фигуре, прикрытой только коротким полупрозрачным халатиком, кивнул и произнес с улыбкой:

— Рад тебя видеть, Сан! Ты как всегда очаровательна!

Эльфийка кивнула, явно довольная произведенным эффектом, и устроилась в кресле за низеньким столиком напротив меня, опять приняв тщательно выверенную позу. А что я хотел? Эта красавица и для визитов наряжается так, что ступор обеспечен, а уж на своей территории…

Я с трудом приклеил свой взгляд к ее глазам и произнес:

— Прошу простить меня за визит без приглашения, но дело мое очень важно для меня. Анису похитили.

— И давно это случилось, капитан? — в голосе наемницы я услышал и нотки тревоги, и удивления, но и какого-то удовлетворения. При этом лица девушки не покинула ослепительная улыбка.

-Пять дней назад, — мне не нравилось настроение, с которым Сан восприняла новость, но я постарался сохранить в голосе благожелательность.

— Значит ты, капитан, окончательно вышел из-под ее очарования и решил нанести мне визит, чтобы напомнить мне о моей просьбе пригласить меня замуж? — эльфийка повозилась в кресле, меняя позу, и как бы демонстрируя себя с разных ракурсов. — Но я вынуждена тебя разочаровать, капитан, я передумала.

Я на минуту пораженно умолк, переваривая выкрутасы сознания дивы. Сначала хотелось сказать прямо, что на черта она мне не сдалась, но обижать даму не хотелось, да и сейчас в роли просителя был я.

-Э… ты прекрасна, сомнений нет… — дипломатично начал я.

— Но?

— Но я люблю Анису! И я хочу ее спасти! — твердо закончил я.

— Даже так? — удивленно приподняла бровь Сан. — То есть, даже без ее влияния продолжаешь любить? Однако, я удивлена, капитан. И вынуждена признать, что ошиблась в своих выводах.

Я пожал плечами и продолжил мысль:

— А для этого надо ее найти. И я помню про особенность твоего умения, так что у меня есть один парень, который видел похитительницу.

— Капитан! Я бы хотела в свою очередь напомнить, что я наемница.

Я вытащил из кармана смятую шапочку из адамантина и положил на столик ближе к хозяйке. Та потыкала в нее пальчиком, вероятно оценивая вес, и удивленно произнесла:

— Капитан, ты удивляешь меня с каждым разом все больше и больше! Если я не ошибаюсь, то здесь унций десять. А значит, этот неприглядно выглядящий комочек стоит не меньше, чем сотню тысяч золотых. А судя по твоему виду, который, надо отметить, только подчеркивает твою мужественность, ты, капитан, снял эту безвкусно выглядящую шапочку с серьезного воина, который с ее помощью пытался противостоять твоим умениям. Надо сказать, тот воин показал, что он не особенно умен, так как ментальная магия, это не подарок с небес от пролетающей птички, и следовало бы закрывать свои мозги со всех сторон.

Я пожал плечами, а эльфийка, хоть и медленно, нараспев, но не прерываясь, продолжила:

— И надо сказать, что я начинаю сомневаться, что приняла правильное решение, отказавшись выходить за тебя замуж, так как такие маги-воины встречаются нечасто, и мне следовало бы думать головой, а не тем местом, которым я люблю эпатировать, прежде чем принимать поспешные решения.

Я начал формулировать очередной максимально вежливый отказ, так как эту диву своей женой представлять просто не хотел, но она остановила мою попытку изящным взмахом руки:

— Я бы хотела рассказать тебе, капитан, о занимательных событиях сегодняшнего дня, которые меня изрядно удивили. Утром я применяла свое умение и мне удалось точно указать на ту убогую лачугу в соседнем городке, в которой скрывался похититель ребенка мелкого ремесленника, надеясь получить выкуп в шестьдесят золотых и пару сапог. Я не получила за этот контракт ничего, кроме морального удовлетворения, но это меня нисколько не смутило.

Я с невольным уважением посмотрел на наемницу, а та продолжила:

— А вот после возвращения в этот славный город, меня на воротах настоятельно пригласили в комендатуру местной стражи, хотя я мечтала только о том, как после нескольких дней путешествия смогу принять ванну, если так можно назвать корыто и пару кувшинов воды, которые могут предложить в этом, пусть и не плохом трактире. Там один недостаточно хорошо воспитанный чиновник с ходу стал требовать от меня, надо отметить, не имея никаких прав вообще что-то от меня требовать, чтобы я, капитан, взялась за поиски тебя и леди Анисы.

Глава 25

Я не особо и удивился, но виду постарался не подать, но то ли Сан что-то прочитала на моем лице, то ли просто продолжила свой, отдельно от логики вызревающий в ее голове, монолог:

— Я возразила, что они должны были сначала ознакомиться с моими требованиями, а там нигде не указано, что я готова искать кого-то без должных оснований, что те существа совершили омерзительные преступления. На что этот наглец стал рассказывать мне, будучи неожиданно информированным, что ты, капитан, похитил меня, что мы достаточно долго путешествовали вместе, так что стали любовниками. А потом еще и добавил, что я теперь пытаюсь выгораживать тебя, опасаясь за свою репутацию.

На лице эльфийки промелькнуло такое искренне негодование, что я даже на секунду поверил, что несчастную даму действительно страшно оскорбили.

— Он оскорбил меня дважды, капитан. Первый, это когда упомянул про нашу несуществующую связь, что всколыхнуло во мне напрасные воспоминания твоих сильных рук, которые меня сначала душили, потом засовывали в сундук и, наконец, снимали кандалы. А указать даме на связь, это само по себе оскорбление, а если уж ее не было, то тем более. А второе, он явно сказал, что я боюсь за репутацию, чего мне стерпеть не было никакой возможности, капитан.

Я удивленно пытался разобраться в перипетиях и понять, что же все-таки оскорбило даму, но времени на раздумья мне не дали.

— Я решила наказать негодяя и отвесить ему пощечину. Даже две, по одной за каждое оскорбление. Но этот подлец, пользуясь моей эльфийской медлительностью, имел наглость увернуться от обеих. К счастью, Рунга всегда правильно понимает мое желание наказать подлеца, так что, как обычно, не раздумывая, сделала всю работу за меня. И надо сказать, капитан, лучше бы тот тип не уворачивался от моих пощечин. Я слабая женщина, чего никак нельзя сказать о моей телохранительнице. Рунга сначала ударила его слева, да как-то так умело, что он пролетел около ее правой руки, которой она его и добила.

Я только хмыкнул, просто представив, как не повезло тому типу попасть под кулаки-кувалды.

— Тип потерял несколько зубов. Но не успел он долететь до пола, как в зал стали врываться множество воинов и даже боевых магов. И мне стали предъявлять претензии, что я избила местного Владетельного Лорда. То, что я даже не прикоснулась к нему, не упоминалось, но я честная нанимательница и даже не пыталась свалить все на телохранительницу, а просто резонно возразила, что если Лорд не хочет получать, как простой чиновник, то ему следует представляться до, а не после того, как он получил по морде.

Я улыбнулся. Воспринимать конфликт серьезно не получалось, особенно глядя на ослепительную улыбку дивы. Только поймал себя на том, что мой взгляд уже почти сместился от глаз красавицы на полтора фута вниз, так что с отчетливым скрипом мозгов в моей голове вернул его обратно к заметному недовольству эльфийки, а потом произнес:

— То есть, Рунга дала в морду дракону?

— Почему дракону? — удивленно пропела моя собеседница.

— Местный лорд… его зовут Шакс-Шор-Шипон, и он дракон…

— Да? Не знала, — удивленно приподняла брови Сан. — О, капитан, я так благодарна тебе, что ты просветил меня в местной политике, а то я как-то даже и не нашла в себе сил разбираться во всех этих закорючках, — а потом она чуть повысила голос. — Рунга, дорогая! Оказывается, тот наглый тип, которому ты выбила зубы в комендатуре, не просто местный лорд, но еще и дракон. Представляешь?

Я машинально обернулся, но тут же, как воспитанный человек, вернул взгляд обратно. Амазонка, которая моментально среагировала на повышение голоса нанимательницы, вышла в холл не удосужившись накинуть на себя хоть что-нибудь.

Дамы перекинулись взглядами, но к сказанному добавить было нечего, так что за моей спиной хлопнула закрываемая дверь, а Сан опят перевела взор на меня.

— Но местному лорду нельзя отказать в справедливости, так как едва придя в себя, он отменил приказ об отправке нас в тюрьму в общество крыс размером с собаку, а опять пожелал услышать от меня отказ разыскивать тебя, капитан, с твоей, как я надеялась еще полчаса назад, бывшей возлюбленной.

Я покивал, ожидая продолжения.

— И он сказал, что раз я не поняла всей важности момента, хотя чего тут понимать, капитан, если в моей жизни все моменты важные, я же слабая женщина, и вынуждена всегда думать, прежде чем сделать что-то, беспокоясь о том, как мои отказы воспринимают сильные мира сего. Э… в общем, капитан, этот невоспитанный Лорд, оказавшийся еще и драконом, выдал распоряжение не выпускать меня из этого города. По сути, капитан, я оказалась в узилище, пусть и большого размера. Так что, капитан, мне с нежностью вспоминаются те дни, когда ты доставил меня в сундуке и в кандалах на орочье судно. По крайней мере, я тогда знала, что нахожусь в приличной компании с самыми заманчивыми перспективами, а не то что сейчас, когда ко мне могут прийти неприятные типы и отвести меня для выполнения непонятного долга перед местным Лордом, которому, надо еще раз отметить, я ничего не задолжала, капитан!

Я откровенно помотал головой, пытаясь привести мысли в порядок. А еще мне подумалось, что я рискую стать первым идиотом этого мира, которого заболтала эльфийка. Обычно эльфы говорят медленно, редко роняя полные смысла слова. Но сейчас я стал забывать, зачем, вообще, пришел. А красавица-эпатажница продолжила:

-Но я хочу сказать, капитан, что ты не должен брать даже капельку вины на себя, думая, что я оказалась в этой незавидной ситуации из-за тебя, так как Лорд хочет от меня, чтобы я взялась за поиски тебя и Анисы, хотя к вам у него не может быть претензий, и я не думаю, что он позарился на премию, обещанную империей, хотя она и не малая, но в его случае репутационные потери могут оказаться выше. Лорд, думаю, хочет предложить вам работу на него, пользуясь тем, что вас разыскивает империя. И про то, что я не могу разыскивать разумных, которых видела, он в курсе. Но, вероятно, или не поверил в это, или хочет на меня тоже накинуть поводок каких-то обязательств. И еще он вчера под надуманным предлогом задержал одного эльфа, хорошо известного мне как подручного короля. Тот прибыл сюда, я думаю, для того чтобы приказать мне явиться в Лес, что для меня ничем хорошим кончиться не может.

Я покачал головой и постарался вернуть разговор в более деловое русло:

— Боюсь, что у местного Лорда есть ко мне претензии. Я тут совершил одну ошибку, и он разыскивает сильного менталиста, умеющего работать с животными. Но это не так важно. Я хотел бы попросить тебя взяться за поиски Анисы.

— Для этого, капитан, тебе надо рассказать мне, что ты уже знаешь о похитителях. И тогда я решу, могу ли я помочь.

Я задумался. С одной стороны, рассказывать, что Аниса входит в клан Робоно, не очень хотелось, а с другой, не предупредить эльфийку, с кем она может столкнуться, будет очень непорядочно. Но мне также уже было известно, что Сан, несмотря на кажущуюся болтливость, информацию о своих выполненных контрактах держала в тайне. Так что рассказать все-таки надо.

Я поведал эльфийке, что узнал про клан Робоно, и про болезнь от которой моя любимая избавилась с изрядным риском. Сан внимательно меня выслушала и спросила:

— Капитан, а ты уверен, что хочешь похитить Анису у ведьм? Ведьму из ее клана. Может она не такая уж и не замаранная?

— Я видел сам, что Аниса не хотела ехать, но ее как-то подчинили. И она избавилась от болезни с огромным риском. А еще я ее люблю. Этого мне достаточно!

— Любовь, это серьезный довод. Еще ты меня сразил тем, капитан, что она сильно рисковала, излечиваясь укусом оборотня. Хорошо, будем считать, капитан, что ты меня убедил. Но…

— Но?

— Да, есть огромное «но», капитан. Мне несколько раз намекали еще в Лесу, чтобы я не лезла в политику. Даже не так, капитан, мне прямо предлагали работать на короля, и тогда я только по политике и лазила бы. Я отказалась. У меня взяли в заложницы дочь. А самой сказали, чтобы я не бралась за дела, которые могут задеть интересы Леса. И совершенно точно мне нельзя лезть в политику, капитан. А этот клан он достаточно весом, как я поняла. Почти небольшое и могущественное государство, только без явной территории. Мне не простят, если я помогу тебе, капитан.

Сказать, что я расстроился отказом, это ничего не сказать. Но, возможно из-за этого у меня махом прочистились мозги от болтовни красивой и скудно одетой женщины, и я начал думать. И кое-что в голову мне пришло.

— Сан, мне кажется, что и я могу тебе сообщить кое-что, — начал я осторожно формулировать мысли. — Мне кажется, что тот эльф, которого задержал местный лорд, ехал не только передать сообщение тебе. Для такого хватило бы и обычного наемника-человека. А эльф сильно заметен. А приехал он, чтобы понять, что здесь происходит.

Я сделал паузу, чтобы далее сформулировать мысли и эльфийка не выдержала, хотя по ее лицу было видно, что она весьма недовольна тем, что я перестал обращать внимание на ее полуприкрытые прелести.

— И что же здесь происходит, капитан?

— Здесь происходят переговоры лорда и еще нескольких драконов со светлым эльфом. Да, это тебе позволительно не знать, что Кононион совсем не из вашего Леса. А вот представитель вашего короля, я думаю, всех ваших эльфов знает.

— Вот как? Оказывается, это был светлый эльф на балу? — удивленно приподняла брови знаменитая эпатажница. — Действительно, я не поняла, капитан.

— Так получилось, — немного отвлекся от темы я, — что я с ним имел длительный разговор. Он рассказал, что он очень опытный шпион, был королем какого-то леса, и еще… — мне показалось, что рассказывать про гоблинку будет неуместно. — Он прямо сказал, что по эпатажу он тебя, Сан, может так получиться, что и превосходит.

— О! — явно заинтересовалась наемница. — Это очень интересно, хотя и слабо верится, капитан.

Я просто пожал плечами.

— А еще он попросил меня передать тебе, что он просит, чтобы ты его выслушала. И сказал, что влюбился в тебя с первого взгляда.

— Благодарю тебя, капитан, — широко улыбнулась девушка, — но и тут есть свое «но». Я и правда сглупила, решив что у него довольно небольшой титул. Он назвался «Лорд», а у нас это обозначает, что эльф просто из благородных. Есть бароны, графы, герцоги и король. Впрочем, как ты можешь догадаться, капитан, для меня и это было бы очень много, так как я обычная эльфийка. По человеческим меркам как обычная горожанка. Но я просто хотела от него избавиться, поэтому намеренно хотя и завуалированно оскорбляла.

Сан на пару минут задумалась, а потом продолжила:

— Но это ничего не меняет, капитан. Ты передал, и благодарю тебя, но я конечно же не буду с ним встречаться. И даже не потому, что не хочу. И не потому, что мне это запретили. А метод воздействия на меня ты уже знаешь.

Я пожал плечами. Меня попросили, я передал. Пора возвращаться к моим доводам:

— Так вот, переговоры, конечно же заинтересовали вашего правителя. Он послал этого типа. А лорду-дракону ваш шпион не нужен, особенно когда здесь открыто гуляет шпион светлых эльфов. Вот он и запер вашего шпиона под надуманным предлогом. Потом отпустит. А может и выдаст ему тебя. Ему ссориться с вашим Лесом вряд ли хочется. Так что, тебе запретили покидать город, чтобы просто отправить в твой Лес. Ты попалась, Сан.

Я было торжествовал, надеясь, что уговорил дружащую с логикой, несмотря на внешнюю безмозглость, красотку. Но я ошибся. Сан пожала плечами и возразила:

— Да, не могу не признать, капитан, что твои предположения весьма правдоподобны. Но… но это ничего не меняет. Да, я попалась. Но я знала это и раньше. Я не знала только когда именно попадусь. Полгода, год… но попалась бы обязательно. Значит я вернусь в Лес и буду работать на короля, как бы неприятно для меня это не было.

В первый раз за сегодняшний разговор на красивом лице проступила печаль. Но я сделал последний рывок в своих доводах:

— Я предлагаю тебе все-таки заключить договор. Я украду твою дочь, а потом ты поможешь мне найти Анису.

— Что? — на лице эльфийки проступили растерянность и удивление.

Я молчал, она тоже. Я просто ждал, а наемница раздумывала. А потом произнесла, уже без вечной улыбки:

— Я понимаю, капитан, что это опасно в том числе и для моей девочки. Но я соглашусь просто потому, что я понимаю, капитан, что когда меня вернут в лес, то жалеть не будут. Они знают, что когда ребенок вырастет, то я больше не буду к ней привязана, а значит у них будет десять-двенадцать лет, чтобы выжать из меня побольше, а потом оставлять в живых ненавидящую их меня они поостерегутся. Но и дочь мою тоже убьют, так как месть за меня им тоже не нужна. Или полностью воспитают в нужном им виде. Так что твое предложение, капитан, это, наверное, единственный выход. И если у тебя получится, то я твоя навечно в любом смысле.

Я внутренне поежился. Что же у них за жизнь там в лесу, что могут такие вещи происходить? Да причем тут лес? У людей тоже самое. И мне стало еще на капельку понятнее, чего именно опасалась и моя Аниса. Великое умение легко оборачивается великой бедой.

— Рунга! — слегка повысила голос Сан. — Мы отправляемся на опасное дело. Ты поедешь с нами?

Из комнатки для мытья вышла уже, к счастью, одетая амазонка и сказала:

— За эти полторы недели, что я охраняю тебя, я набила больше морд, чем за прошлый год. Мне нравится работать на тебя. Так что, да.

Я уже собрался откланиваться, только прикидывал, где назначить нашу встречу после заката, но тут эльфийка задумчиво произнесла:

— А может ты сможешь поговорить с Кононионом, капитан? Если он такой великий разведчик, то мы могли бы встретиться и обсудить детали операции. Он может быть сможет дать нам какие-нибудь советы, капитан? — теперь в голосе девушки были только надежда и растерянность. — Можешь сказать ему, что я была бы благодарна.

— Я уже спрашивал, — отрезал я. — Он не может вмешиваться ни во что. Ни в поиски Анисы, ни в дела местных эльфов. Ни в каком виде и как бы ему это не хотелось.

— Это одно из самых основных разногласий, приведших к расколу на заре времен… — задумчиво произнесла Сан и чему-то покивала.

— Встречаемся после заката около трактира под тридцать второй башней, — выдал распоряжение я, беря на себя роль командира отряда.

— И как мы выберемся, капитан? — несколько оживилась длинноухая красавица. — Я же тут как бы под замком.

— Спрыгнем со стены, — пожал плечами я.

* * *

Тридцать вторая башня была скучным и тихим местом. Но, несмотря на мирное время, охранялась с полной бдительностью. Двое часовых дежурили наверху, внимательно осматривая стену, освещенную в верхней четверти магическими огоньками как снаружи, так и со стороны города. Еще двое спали в караулке внизу, чтобы после полуночи сменить товарищей.

Мы спокойно подошли к массивной двери в башню. Я сначала приблизился к зарешеченному окошку, а Рунга подергала веревку. В караулке позвенел колокольчик, и один из спавших встал и ворча поплелся узнавать, кого это принесло.

Я тут же дополнительно усыпил второго и переместился к обитой сталью двери.

— Пароль! — донесся сонный голос.

— Хвост и копыто, — гнусаво ответил я. Эти два слова я подслушал в местной комендатуре с помощью крысы.

Загремел засов, который прежде чем открыть, надо было разблокировать в два приема, да еще и с изрядным усилим. Явно защита, чтобы не послал маг вроде меня зверушку отодвинуть запор.

Когда дверь стала приоткрываться я быстро протянул щуп к голове полусонного часового, он что-то недоуменно буркнул и стал заваливаться. Рунга поскорее распахнула дверь и придержала падающего, чтобы какое-нибудь железо предательски особо сильно не зазвенело.

Мы заперли за собой дверь и стали быстро подниматься по лестнице. Почти сразу же цокнул каблучок эльфийки. Она старалась подниматься на цыпочках, но вот, задела…

Я укоризненно покачал головой и кивнул Рунге. Та понятливо подхватила непредусмотрительную нанимательницу на руки, и дальше все пошло отлично. Я умел ходить бесшумно, Хел снял свои сандалии и теперь его не услышал бы и другой кот, амазонка была опытным воином и за нее я не волновался.

Глава 26

Мы поднялись почти до самого верха и остановились в пяти ярдах от верхней комнаты, в которой двое часовых бдительно пялились на стены через зарешеченные окна.

Я вытянул руки и сосредоточился. Я не мог видеть, что солдаты делают, но это не так и важно. Я продавил их защиту и отдал приказ уснуть. Оба стояли, оба успели насторожиться, один даже вскрикнул. Но дотянуться до тревожного колокола ни один не успел.

Мы поднялись в комнату, и я кивнул Рунге отпирать засов на одной из дверей. Та только недовольно покачала головой и принялась за работу. Только что она понаблюдала, как маг легко преодолел очень грамотно налаженную охранную службу.

— Не беспокойся за часовых, — пояснил я оруженосцу. — Любой маг сразу поймет, что их атаковал менталист. А сейчас у нас есть минимум час, а то и два, если никто не обладает хорошей стойкости к магии.

— Надо еще спрыгнуть, чтобы никто не заметил, капитан, — широко улыбнулась Сан.

— Ну тут уже наудачу, — развел руками я. — Попробую отвлечь, нам надо-то секунду или две.

Мы вышли на стену и приготовились. С соседней башни нас не было видно на фоне темного камня. Но сейчас будет тонкий момент. В любом случае мы убежать успеем, прежде чем вышлют кавалерию посмотреть на следы наглецов. Но лучше бы тихо.

Эльфийка расставила руки и слегка присела. С трудом скрывающий радость Хел крепко обнял ее и обхватил ногами. Ко мне подошла Рунга и заключила меня в стальные объятия.

Я отдал команду, и внизу в городе бешено залаяли две собаки. Тут же отпустил их мозги, но к ночному прогавкиванию уже подключились другие.

Сан шагнула через парапет между зубцами и полетела вниз. Мне даже так утруждаться не пришлось, так как амазонка одним движением приподняла меня и тоже шагнула за стену, стиснув меня так, что я и вздохнуть не мог. Разбиться со стофутовой высоты никому не хотелось.

Время сориентироваться и приземлиться на ноги было достаточно. Никто нечего себе не подвернул. Только Сан весело, но тихо сказала:

— Капитан, отцепи от меня своего оруженосца. А то, мне кажется, что он так готов обнимать меня вечно. Котик он хороший, но я верна тебе до гроба, капитан.

Хел смущенно отцепился сам, поняв, что его может быть единственный в жизни шанс пообнимать эльфийку уже закончился. Мы спокойно пошли к дороге в паре сотен ярдов. Теперь нас укрывала темнота, и со стен нас уже не заметить.

Нам пришлось прыгать в таких парах, потому что слабая магичка Сан могла не удержать в себе ману с тяжелой амазонкой. Тогда они обе разбились бы. А я сильный маг и могу легко спрыгнуть даже с лошадью, если ее хорошенько ко мне привязать.

Мы дошли до маленького трактира, где устроились до рассвета. Ночью на стенах немного пошумели, когда раскрылось бегство менталиста, но перекрывать всю округу и прочесывать, ожидаемо не стали. А с первыми лучами солнца мы наняли карету на станции и отправились в сторону эльфийского Леса.

— Здесь лиг триста, капитан, — приступила к рассказу длинноухая красавица. — Скоро дорога станет хуже, и каретных станций не будет. Придется купить в одном городке карету. Но дней за пять доберемся.

Я зажег маленький огонек и всмотрелся в который раз в карту, которую уже наизусть помнил.

— Прибудем в этот город, капитан, он называется Торо, и там мы с Рунгой вас будем ждать. Вам надо доехать до Канистоля. Это уже город эльфов, в десятке лиг от границы. Там много и людей, и гномов. Орки редкость, как и гоблины. Котоны бывают, но мало. Самих эльфов там не много. Они только правят там. Попасть туда можно через таможенный пост на мосту. И там требуют указать причину. Но не сильно строго. Если сказать, что едешь по торговым делам, то нормально пропустят, но кареты и повозки осматривают. Но надо будет еще вывезти ребенка, конечно.

— Граница как-то охраняется? — спросил я.

Но Сан ничего мне не смогла ответить, на что я только покачал головой. Придется выяснять это в Торо.

Потом эльфийка мне рассказала еще, что знала:

— А вот за Канистолем через две лиги начинается сам Лес. Туда дорога только эльфам и небольшому количеству слуг-людей. В лиге от края леса есть один из замков короля. Там и держат мою девочку. Но не в замке, а в закрытой школе в поселке при замке. В целом там особой охраны нет, и я очень надеюсь, капитан, что ты с твоими умениями разведки с животными сможешь пройти незамеченным.

— Какая охрана в школе?

— Школа — это одно двухэтажное здание и большой парк вокруг. Охрана — сторож эльф в сторожке при воротах, капитан. Но там вокруг трехярдовый забор из вертикальных железных прутьев. Дети после обеда много гуляют в парке. И можно как-то привлечь внимание. Еще там есть маленькие собачки, вот они сторожа. Если приближаться к забору, то они подбегают, а если прикоснуться к забору или попасть в парк, то они начинают негромко гавкать, но привлекают внимание сторожа.

— Собак сколько, — заинтересовался я.

— Штуки три-четыре было.

— Ладно, подойду к забору и возьму под контроль. Сколько детей всего?

— Шесть их там всего.

— Как я узнаю твою, и как ее зовут?

— Вайлосиль, она там одна была с черными волосами.

Но похищать ребенка днем мне, после раздумий, расхотелось. Мне такой план вообще не нравился, сильно уж он напоминал мою разведку в ратуше. Вроде бы и все неплохо, но и куча народу тебя видела, и животные остаются со следами ментальной магии в мозгах. Нет! Я помню довольно унизительный разбор той моей операции от профессионального шпиона и заодно противошпиона. И пусть я не могу придумать план, как не вызвать подозрения ни на каком этапе, с учетом случайностей, которые обязательно происходят, но я могу попытаться вообще никому на глаза не попасться.

— Нет, — задумчиво сказал я. — Похищать надо в начале ночи, чтобы за ночь я успел выбраться из Леса и достичь границы. Только вопрос, в школе ночные обходы есть?

— Ты знаешь, капитан, — задумалась Сан, — там ночью дежурит одна эльфийка вроде бы. Старая и строгая. Она делает обходы ночью, но как часто, мне неизвестно. Вообще, она там доверенное лицо короля. Сторож это ерунда. Несколько преподавателей приходят и уходят, а эта старая… у меня нет в словарном запасе емких и цензурных слов для нее, капитан. Она там живет и всем командует.

— Неважно… главное, что она ночью может обнаружить пропажу, — я ударился в очередные раздумья и кое-что придумал.

Но у меня оставался еще важный вопрос:

— То, что на границе эльфийского королевства простой пост, который работает с рассвета до заката мы уже выяснили. Там мост через реку и объехать его проблематично. Но как охраняется граница Леса?

— Извини, капитан, но я не знаю. Нет, знаю как вообще охраняют лес. Эльфов мало, а там охрану другим расам уже не доверяют. Всего у нас есть два способа охраны. Патрули рейнджеров обходят границу. Это днем, конечно. Но они заметят любой след. Если замечают, то идут по нему и ловят. Еще бывают секреты, капитан, но весьма нечасто. Тогда эльф прячется в ветвях… смотрит и слушает. Ночью, конечно он не видит ничего. И еще, бывают совсем хитрые секреты, когда эльф прячется в дерево.

— В дерево? — недоуменно переспросил я. — В дупло что ли?

— Нет, капитан, все эльфы умеют прятаться в деревья. И их тогда вообще никак не обнаружить. Если лазутчик сидит в ветвях, то ты можешь включить магическое зрение и увидеть его ауру. А вот в дереве способа обнаружить нет вообще никакого.

Про магическое зрение — это хорошо, я так могу хоть часами ходить и смотреть. Вот только эльф меня может раньше услышать ночью, чем я его увижу. Совсем бесшумно ходить по лесу я не умею. Но дерево…

— И ты так можешь?

— Да, капитан, я тоже могу спрятаться в дерево. Но я ничего не буду слышать. Только перед вылезанием могу немного посмотреть и послушать. А опытные скауты могут сидеть в дереве годами и все слышать. Совсем редкие могут и посматривать иногда.

— Покажешь? — улыбнулся я.

— Нет, дорогой капитан, — печально улыбнулась Сан, — это опасно для меня. Несколько процентов шанса не вылезти. Я слишком слабая.

Я ругнулся про себя и опять вспомнил слова великого шпиона Конониона, что я оставлял кучу следов. А ведь это серьезно! Если будут следы, то эльфы могут начать ловить меня. И не дадут спокойно разыскать и спасти Анису.

Я достал лист бумаги, карандаш, рыкнул на Сан, которая попыталась в очередной раз прислониться ко мне, и сел думать. Мне надо и зайти в лес, и похитить ребенка, и выйти так, чтобы никто меня вообще не заметил.

Через час я спросил все еще дующуюся на меня эльфийку:

— Там крупные животные есть?

— Хищников, насколько знаю, нет, капитан. Вывели. Есть олени… Два вида вроде бы, на них охотятся. Но это только Лордам разрешено. Там же много крестьян живет из людей. Им строго запрещено, как и простым эльфам. А! Есть еще бизоны. Такие огромные коровы. Очень волосатые и вонючие. На них тоже охотятся, и тоже Лорды. Крестьяне иногда прошения пишут, убить лишних. Эти бизоны совсем людей не боятся. Шастают везде, сады травят.

— А в Лес они заходят? — заинтересовался я.

— Вроде бы да… Да, точно заходят. Там поселки даже оградой огораживают, редкой, но прочной. Никому не хочется на рассвете наступить в подарок перед своим домом. Да и воняют они очень уж сильно.

Наконец в голове у меня начал складываться Его Величество План, и я принялся записывать список необходимого на бумажку. Тут я краем глаза заметил, что Сан страшно заинтересовалась моими записями. Девушка аж вся вытянулась в струнку и пыталась привстать, несмотря на тряску кареты, чтобы лучше видеть бумажку, и чуть не повизгивала от любопытства.

Я ухмыльнулся про себя и начал писать одним простейшим шифром. Первая буква на своем месте, а вот остальные попарно меняются местами. Такой примитивный шифр, как ни странно, легко читается, если не вчитываться в каждую букву, а охватывать глазом слово целиком. Но для неподготовленного может казаться совершенно тайным.

Не знаю почему, но мне не хотелось никого посвящать в план операции. Я уже решил что пойду один, кот слишком приметный, а дамы туда и не собирались, причем вполне разумно.

Вечером мы остановились в трактире около каретной станции, и в сотне ярдов от ворот небольшого города. Я взял Хэла и двинулся в торговые ряды. Но к моему сожалению, уже было слишком поздно, и кроме кабаков уже ничего не работало. Пришлось возвращаться ни с чем, но на каретной станции мне сказали, что уже завтра к обеду мы прибудем в очень большой город. И дальше станций уже не будет. Так что я успокоился — там всем и закуплюсь.

К огромному нашему сожалению, загородный трактир оказался более чем убогим. Нам удалось снять всего одну комнату. Дамы расположились на единственной кровати, а я с оруженосцем на полу, на плащах. Амазонка тоже сначала нацеливалась на пол, но и там места было только на двоих.

Стоило только погасить магический огонек, как меня кто-то укусил, а потом еще и еще. Я с шипением почесался и все понял.

— Ой! Меня кусают! — подтвердил мои догадки взвизг эльфийки. — Капитан, что это?

Я только хмыкнул, зажигая магический огонек и не собираясь отвечать на риторический вопрос. А вот Хэл был рад угодить даме:

— Клопы, Миледи! — важным голосом произнес он.

Сан взвизгнула и, сев на кровати, уставилась на меня. Да уж, искусанная клопами эльфийка это что-то с чем-то! Эти полные недоумения и возмущения глаза, эти приоткрытые губки! Хорошо хоть, для разнообразия, в этой поездке эпатажница была вполне прилично одета. Нет, все модное, обтягивающее, но и только. Мы все-таки отправились на военную операцию. Сапоги разве что на высоченных тонюсеньких каблуках…

Я встал и подошел к окошку. Единственный, в общем, путь нормально поспать, то есть перебраться в приличный трактир, был надежно перекрыт городскими воротами. Да уж, места здесь не совсем безопасные…

Поняв ход моей мысли, оруженосец подсказал:

— Еще можно на сеновал пойти.

Но я, для начала, просто обулся и начал отпирать дверь.

— Ты куда, капитан? — обеспокоилась черноволосая дива.

— Для начала бить морду трактирщику, — мрачно ответил я.

— Подожди! Я с тобой, капитан! — эльфийка перепрыгнула через амазонку и начала натягивать свои модные сапожки. — Может Рунгу взять?

— Сами справимся, — я не собирался будить воительницу, которую клопы или не прокусывали, или она просто не обращала на них внимания. Кот тоже беспокойства не проявлял. Ну да, он месяц пожил непонятно где, вероятно уже привык. А может в его густой шерстке насекомые застревали…

А вот я в своей жизни такие удовольствия помнил только из раннего детства, не говоря уж об изнеженной длинноухой.

— Ну и как его бить? — задал я риторический вопрос в общем зале. Трактирщик, мертвецки пьяный, спал на полу, в рядок с несколькими другими простыми постояльцами. На мои попинывания он вообще не реагировал. — Никакого педагогического эффекта.

Я подошел к камину и подкинул в угли пару горстей щепок. Потом подвесил над огнем еще горячий закопченный чайник и кинул прямо в него несколько мерных ложек кофе. Потом достал с полки кружку, но она мне совсем не понравилась. Там мыть, не перемыть. Я огляделся и с верхней полки снял два стеклянных винных бокала, которые держали не иначе, как для благородных проезжающих.

Решив, что кофе уже заварился, я налил его в бокалы и протянул один эльфийке, которая наблюдала за моими манипуляциями широко раскрыв рот. Впрочем, о каком этикете вообще можно тут говорить? Клопиный трактир со спящими на полу вонючими мужиками, кофе, заваренный в чайнике и разлитый в винные бокалы, ну и вишенкой на торте, прекрасная дама с широко разинутым ртом.

Я усмехнулся, а Сан изумленно произнесла:

— Капитан! Я просто поражена твоими талантами! Ты же дворянин, архимаг, офицер, и ты все это умеешь!

— В первую очередь я воин, — пожал плечами я. — И ты просто не представляешь, насколько все было сложнее в башне на перевале.

Я откинул засов и прямо с бокалом вышел во двор. Вдохнул свежий, после перегарного настоя, воздух и пошагал к конюшне, где и должен быть сеновал.

Девушка, звонко цокая каблучками по давно не мытым доскам пола, устремилась за мной. Но после выхода за порог цоканье прекратилось и Сан, похоже, увязла своими каблучками во влажной земле. Но не растерялась и дальше продолжила путь на цыпочках.

— О, капитан! Сеновал, это же так романтично! — прошептала она, повисая на моей руке, не выпуская из второй и бокал с кофе. — Об этом столько песен сложено! О! Аромат солнечных лугов, и мы вдвоем!

У меня так далеко идущих планов не было, и я уже пожалел, что отправился в этот сомнительный путь, но не разворачиваться же с полдороги.

Конюшня, ожидаемо, встретила нас настоянной вонью лошадиного пота, а расположенный чуть дальше по проходу сеновал в свете моего огонька как кувалдой выбил из эльфийки всю романтику.

На кипе сена, оглушительно храпя, лежал такой же, как и все в этом заведении, вусмерть пьяный пузатый конюх, обложенный со всех сторон овцами и козами, а завершала натюрморт, недовольно уставившаяся на мешающий свет свинья, раскинувшаяся в головах мужика.

Мы развернулись и молча вернулись в трактир. Заперли дверь, я захватил маленькую жаровню и вручил эльфийке чайник с кофе, в первую очередь, чтобы она наконец отцепилась от меня.

В нашей комнате нас ожидала умильнейшая картина. Амазонка спала на боку, крепко прижимая к себе и сонно поглаживая мурлыкающего котона. Впрочем, блеснувший в свете магического огонька глаз показал, что у воительницы все под контролем.

Я хмыкнул, а Сан со смешком прокомментировала:

— Девушка и котик. Классический сюжет.

Глава 27

Мы сели за маленький столик, и я опять достал свою бумажку:

— Капитан, что ты пишешь? — шепотом спросила наемница.

— Планирую операцию, — озвучил очевидный ответ я. — Надо сделать все так, чтобы вообще никто не знал, кто похитил твою дочь. Зачем нам поиски и погони?

— Ну вы ладно, это логично, — согласилась Сан. — Но всем же все равно будет понятно, что Вайлосиль у меня.

— Если все провернуть тайно, то могут только догадываться. Есть же еще вариант, ты пропала, ребенок пропал. Обеих похитили и тебя шантажируют. Так что, круг поисков может резко расшириться.

— Возможно… — задумалась эльфийка. — То есть, ты говоришь, что можно изобразить, что я как бы не причем и когда-нибудь я смогу вернуться в лес, и ко мне не будет претензий за нарушение воли короля? Но как быть с поиском по ауре, капитан. Сразу определят, что я рядом с дочерью, и довольно точно, где именно.

— Похитители могут везти вас в одной карете… Главное, что прямых доказательств нет.

— Возможно, капитан… Возможно…

— Я не знаю, что ты планировала, — пожал плечами я, — но предположил, что тебе нелегко будет прожить твои оставшиеся четверть тысячелетия вдали от вашей расы.

— Я планировала уехать отсюда на запад. Там земли варваров и амазонок. Места дикие, конечно, и слово «комфорт» там считают за ругательство. А потом… я даже и не думала еще.

Я только покачал головой над такой гениальной предусмотрительностью.

— А может быть мы бы смогли присоединиться к вам с Анисой, капитан? — с надеждой посмотрела на меня девушка. — А потом моя дочь вырастет и сможет вернуться в Лес. К ней претензий быть не может.

— Может быть, — внутренне поежился перспективе я. — Но это не решит проблему твоей долгой жизни. Мы, знаешь ли, столько не протянем. Да и нас могут искать еще яростнее, чем тебя.

— И что же делать, капитан? — растерянно спросила эльфийка.

— Два варианта. Придумаешь сказку, кто тебя похитил. Потом вернетесь вместе со взрослой Вайлосиль. Могу научить как обманывать мага-правдовидца. Но потребуется еще тренировка в присутствии такого мага. Но это можно решить, если есть деньги.

— А давай ты меня похитишь, капитан? И правдой будет, — хихикнула эльфийка.

— Оглушить ментальной магией и дальше возить связанной? А смысл? Если что, тебя не спросят только про «было или нет», тебя будут допрашивать по полной: кто, когда, куда, что надо было…

— Да понимаю… Просто помечтала, — грустно сказала Сан. — Вспомнилось, капитан, как просто я уплыла из империи. Раз, и я в Ола-Нулоне! И с комфортом, и претензий быть не может, и думать не надо было.

— Есть еще вариант, — постучал пальцами по столешнице я. — От варваров плывите на север. На северо-западе материка в землях, где много паладинов, где-то сидит королева Амисоль. Вот и уйдете с ними в их Лес. Ты же вроде в тьме не замарана?

— Нет, что ты!

— А еще проще, попроси помощи у Конониона, он все организует. Он вроде бы без ума от тебя.

— Знаешь, капитан, не хочу я ничего просить у него. Вот у тебя… Ты может не понимаешь? Ты первый, кто решил помочь мне!

— Ну я тоже не просто так… Мне от тебя надо поиск.

— Все равно! Я многим помогала, и брала плату. Иногда большую. Но мне никто не собирался помогать, даже за плату или за услугу.

— Ну это мне нечего терять, — усмехнулся я. — Какая разница? От ведьм прятаться, заодно и от эльфов, если похищение все-таки всплывет.

— Нет, капитан! Не пытайся принизить свои дела. Но ладно, я поняла. И подумаю о том, чтобы уйти со светлыми, тем более, там наших уже эльфов пятьдесят, наверное. Еще бы, такая оказия. Не надо плыть через океан, что почти невозможно и дико дорого.

А потом она удивленно посмотрела на мены:

— Капитан! Но ты же ошибаешься! Эльфов там нет. Они же пошли на империю. Надо туда пробираться если что, к Ванилону.

— Да вот не уверен, — усмехнулся я. — Не пойдут ни эльфы, ни паладины на империю. Так что темный император зря возит казну на Сокилию и мочит портки.

— Почему? Откуда ты знаешь?

— Я просто предположил. Но почему-то думаю, что не ошибаюсь. Слушай. Из рассказа Конониона я понял, что паладины не потерпят во главе империи ведьм Робоно, и Анису в частности. Вопрос о вероятности ей попасть на престол сейчас отбросим. И мне пришла мысль, что император им хоть не нравится, но он не что-то особо темное. Вот что ты знаешь про империю, если отбросить пока, что во главе нее Темный властелин?

— Большая, сильная… — протянула Сан.

— Не только, — я улыбнулся. — Главное другое. Стабильное государство, законы разумные, население в целом счастливо. Войн не ведет уже уйму лет, на чужие территории не зарится. Армия постоянно занимается только орками с южной части горной гряды и людьми-дикарями с северной. Эти земли не сильно и нужны, но император там постоянно тренирует армию. Даже есть регулярная ротация войск, чтобы не зажирели.

Эльфийка удивленно смотрела на меня и кивала. Все эти вещи на виду, спорить с ними бесполезно.

— В империи есть только одна вечная проблема. Две части. Основная южная и большая северная провинция. Соединены единственной большой дорогой далеко на востоке отсюда, через проходимую часть гор. Даже особо важную почту для скорости отправляют через перевал, где я сидел. Но и это не проблема. Все население империи однородно. Властные дома без особых возможностей что-то изменить, потому и бунтов, и заговоров почти не бывает. По крайней мере, я не читал ничего такого за последние триста лет истории.

Я грустно усмехнулся:

— Мне даже кажется, что Аниса устроила первый заговор за эти триста лет. То-то с ее нулевой подготовкой и кучей ошибок его прошляпили, а раскрыли, когда дело дошло уже до финальной стадии. Теперь, что касается императорской семейки… Может быть и так, что они вовсе и не темные.

— Что? — удивленно уставилась на меня наемница.

— То! Нет, грешков, думаю, хватает. Но не более, чем у любого другого правителя. А что касается переселения души… Знаешь клятвы которые приносят служащие? Ну там про «жизнь за императора и процветание земли»?

— У всех так, — пожала плечами раскосая красавица.

— Вот именно! Почему внуки императора добровольно не могут пойти на обмен телом? Император велик и умен, им до него как до вершин гор. Сложить голову на войне или таким способом послужить монарху? Нет, я не теолог, возможно у богов и в таком случае претензии будут, и веселого переселенца уже триста лет в аду ждут скучающие черти. Но даже так, императору можно в первую очередь вменить в вину убийство пары десятков человек, с отягощением, что это его потомки. Да такое половине королей предъявить можно!

— О, боги разноцветные! — охнула Сан, кажется начав понимать мою мысль.

— Вот именно… Нафиг не сдалась империя паладинам. И Амисоль, как про нее сказал великий шпион? Мудрая королева и лучшая лучница этого мира просто так куда попало не попрется.

— Но они же идут к империи…

— К империи ли? И идут ли? Что мы знаем? — я ткнул пальцем в карту. — Объявили о выступлении армии и сразу обезвредили всех, кто мог сообщить что-то магопочтой. Вежливо так. Дипломаты не шпионы. Просто заперли на месяцок в комфорте и даже позволили близким написать, чтобы не беспокоились. Эльфы же светлые, зла не делают. А потом объявилась армия, но черт-те где. Лазит по горам. Вырезали вампиров и прихлопнули одного подлеца. На это и полутысячи паладинов с лихвой хватит! Даже потерь меньше не будет от большей толпы, так как просто всем разом не подойти.

— Да… тесновато, — хихикнула Сан и уважительно взглянула на меня.

— Так вот. Местные жители видели много закованных в сталь всадников на конях с небольшого слона размером. И эльфов видели. А сколько? Некоторые видели и сказали, что мимо прошел отряд в тысячу копий и полсотни длинноухих, а больше он и не видел. Но этого всем и хватило — армия найдена и ладно. А кто мог бы видеть всю армию и посчитать хоть приблизительно?

— Наездники на драконидах вроде твоей красавицы, капитан, — ответила наемница. — О боги, как я ей завидую! Ты такой…

— Стоп, стоп, стоп! — не позволил отклоняться я. — Нет там наездников. А если есть, то может они под охраной сидят и пьют за счет паладинов, чтобы не обижались очень уж сильно. Но есть и те, кого без огромных проблем и скандала просто так с небес не спустишь. Драконы. На нашем континенте этих чешуйчатых крутых парней и девчат очень мало. В западной части меньше десятка.

— И они все сейчас сидят в Ола-Нулоне и что-то обсуждают?

— Или делят, что вероятнее, — усмехнулся я. — Дракон который пропустил дележ чего-то интересного, хвост свой сожрет от горя! А еще там сидит один великий шпион и не отпустит их, пока все не решится.

— Что не решится?

— Очевидно, основная армия паладинов и эльфов куда-то все-таки придет и тогда уже секретность станет не нужна.

— Куда?

— Не знаю… Но не в плотно заселенные земли уж точно. Иначе их бы или увидели, или там все маги, которые могут почту отправить, тоже присели бы отдохнуть. Таких очевидных мест два.

— Какие? — со звучным ударом эльфийка стукнулась лбом о мою голову, слишком резко наклонившись над картой. — Ой! Прости, капитан! Так куда?

— Север, конечно. Но вот что там, не спрашивай. И еще портал. Тогда весь мир может быть целью.

— Портал? Ты представляешь себе такой?

— Нет. Но я и такой, через который сюда пятьсот эльфов пришли, не представляю. Так что этот вариант остается.

— О, боги!

— В общем, я считаю, что император зря марает портки. А через недельку-другую мир вздрогнет. Но ты, если захочешь, можешь все-таки плыть на северо-запад. Там и тыловые части останутся, и Кононион только через неделю собирался прекратить крутить мозги драконам.

Мы немного помолчали, и я налил нам в бокалы еще кофе.

— Капитан, — потеребила меня за рукав красавица, выводя из раздумий. — Это все ужасно интересно. Но зачем тебе это?

— Хм… — помахал я рукой. — Ну во-первых, просто интересно, во-вторых, я тебе путь бегства предлагал. А в-третьих, империя-то остается. И трон, который шатала Аниса. И может мне это чем-то поможет разгадать очередную загадку моей любимой.

— Боги! Думаешь, что еще есть загадки, капитан?

— Почти уверен… — пробормотал я, над этим собственно и думая. Но делиться с эльфийкой я не собирался. Достаточно и того, что я ей уже рассказал по необходимости, чтобы не использовать ее умение втемную. — Почти уверен…

Потом мы поговорили о разном, и Сан много рассказала мне о жизни в эльфийском лесу. А на рассвете в наемную карету погрузились свеженькие амазонка с котом и невыспавшиеся мы с Сан. Я еще ничего, а вот эльфийка откровенно клевала носом.

Впрочем, в карете я тоже решил поспать, надеясь, что клопы коней не догонят. Проснулся я уже далеко за полдень, даже не заметив как нам пару раз меняли на станциях коней. Я пошевелился и скосил глаза. Эльфийка лежала чуть ли не на мне сверху, вцепившись в меня обеими руками с длиннющими алыми ногтями, и уткнувшись лицом мне в подмышку.

Я посмотрел на наших спутников и покачал головой, вроде как спрашивая: «Вы-то куда смотрите?»

Рунга ответила мне ехидной улыбкой, а Хел смотрел с такой завистью, что у меня сразу пропало желание его отчитывать.

Пока я пытался выбраться из-под не желающей отцепляться от меня девушки, та проснулась. А через минуту карета встала около последней станции.

Мы вошли в большой торговый город. Шумный и беспорядочный. Первым делом я отправил Сан в трактир:

— Сиди в комнате, чтобы не мозолить глаза. Тут не так далеко до Леса. Незачем тебе здесь мелькать.

А мы с котом и амазонкой отправились за покупками. И начали с конюшен. Там я быстро договорился, что уже к вечеру доставят из табуна неподалеку пару очень дорогих коней. Основное достоинство этой выведенной эльфами породы было в том, что они хоть не быстро, но могли бежать в упряжке чуть не целый день. А быстро нам, магам, и не требуется.

Затем я выбрал малюсенькую карету. Но очень легкую.

А потом мы прошлись по лавкам, и я набрал кучу хоть и неплохой, но ношенной одежды темных цветов. Еще взял клея и разных мелких инструментов. В том числе гномий механизм, с помощью которого можно было поднимать тяжести. Или гнуть решетки.

А под конец набрал целую гору живности. Двух небольших охотничьих соколов, какую-то маленькую сову, дюжину лесных голубей. Еще парочку ласок, маленьких шустрых ночных хищников.

— А почему здесь так много котонов? — спросил я Хела, после того как встретил на улицах города аж второго.

— Наши земли недалеко отсюда, — пояснил оруженосец. — Вот наши часто доезжают и досюда. А чуть дальше еще больше будет. Но нас довольно много, и все друг друга не знают.

Я скептически оглядел шерстку парня. Да уж, но запомнят надолго…

— А у вас какие цвета обычно?

— Обычно простые: серые, рыжие, белые. Чуть реже черные. Бывают пятна и полоски. Но и совсем необычные не редкость. Я не один такой, командир.

Я купил краску для волос. Много краски, и вручил оруженосцу. Еще дал немало денег.

— Мы с Рунгой идем сейчас принимать коней, а ты беги в бани. Пусть тебя перекрасят в рыжий. Найми парочку девушек, а то сам до утра не справишься.

— Девушек, командир? — не поверил своему счастью парень.

— Ну можешь мужиков нанять, — пожал плечами я, не придумав, что еще можно предложить.

Рунга коротко хохотнула и погладила его по пушистой голове:

— Не теряйся, тебе даже доплачивать не придется.

Я просто пожал плечами. Я даже как-то не подумал… В банях обслуживанием занимались преимущественно женщины. Стирали и чистили одежду, красили волосы дамам. Вот я и сказал. А дальше не мое дело.

Когда мы вернулись в конюшни я спросил Рунгу:

— Ты как в лошадях?

— Да в общем неплохо разбираюсь. А что?

— Есть выражение «обманет как барышник». А для нас жизненно важно купить очень хороших коней, как я твердо и требовал. Так что, давай так. Я тут в сторонке посижу, а ты походи вокруг, все ощупай, осмотри. Сколько я сидеть буду, столько и смотри. Хоть гриву им перебирай.

Амазонка принялась с полным тщанием изучать жеребцов, а я сел и сделал вид, что задумался. Сам же влез в голову одного из животных и начал читать его память. Пока я скучно читал по несколько секунд и потом пропускал пять минут, то уже понял, что свою хитрость я проворачиваю не зря. Торговец больно уж разнервничался, когда воительница попробовало копыто на зуб.

Наконец я дошел до того места, когда табунщик пригнал несколько коней час назад, и смотрел глазами лошади, как торговец прошелся и выжидательно посмотрел:

— Хозяин прислал на всякий случай три пары. Если знатоки, то вот этих показывай, — пастух указал на других коней, — а если так себе, то вот, — в этот раз рука ткнулась в морду «моего» коня.

— Что с ними? — спросил торговец.

— Да ничего, хорошие в общем. Выбраковка обычная, каждый четвертый такой. Дыхалка слабовата. Но претензий не будет, если что.

Я встал и позвал к себе амазонку:

— Ну что?

— Да вроде хорошие…

— Сделай вид, что рассказываешь мне что-то как знаток!

— А, что? — растерялась дама.

— Ну хоть посчитай до двадцати.

— Я тебя конечно уважаю, парень, — внезапно сузила глаза воительница. — Но за намеки, что я считать не умею, так двину, что сразу моей леди вислоухой за беззубость разонравишься!

Я только хмыкнул, посчитав, что злобного оскала дамы достаточно для спектакля, а потом решительно подошел к барышнику и начал претензии с удара в морду. Нет, я не сторонник таких расправ. Но имею же я право разозлиться? Этот же гад мог нас подставить до смертельных проблем.

Мужик взвыл, но, едва поднявшись с земли, набычился и кинулся на меня. А из конюшни уже выбегали два здоровенных парня.

Бац! Бац! И оба легли как бежали, гуськом, а амазонка только разогревалась со счастливой улыбкой на губах.

— Только не оглушай! — успел крикнуть я, пока Рунга в молниеносном броске встречала торговца. — Не закончили еще!

Так что торговец получил филигранный удар, всего только один зуб, кувыркаясь, вылетел через ворота на мостовую.

— За продажу выбраковки вместо качества, знаешь, что бывает? — спросил я подвывающего мужика. — Зови квартального! Или других коней показывай. Есть еще конюхи? — я посмотрел на лежащие в отключке тела. — Да! И половину денег обратно готовь.

Когда оставшийся на ногах какой-то дедок вывел лошадей, я просто кивнул на них амазонке, чтобы сделала вид, что осматривает. Мне и так было ясно, что эти хорошие. А барышник, тоже зная это, поплелся за деньгами. Он здорово прогорел на этой продаже, но пусть радуется, что действительно до квартального не дошло. Тот бы с него побольше содрал.

Глава 28

Через несколько минут я, еще ворча себе под нос от злости, вышел из конюшни и пошагал через дорогу к каретной лавке. Или сараю, мне все равно, как они называются. Рунга вела сзади коней, а впереди закипела суета. Мастер покрикивал на подмастерий, которые спешно выкатывали новую карету взамен уже оплаченной нами. Один еще и тряпочкой колеса на ходу протирал.

— Я это, Милорд, вот… — зачастил мужик. — Решил что Вашей Светлости надо что получше предложить. А то у этой-то там скрип обнаружился. Ничего страшного, но надоедать может в дороге.

Когда я шагал к трактиру, до которого тут было всего сотня шагов, ведущая рядом упряжку с каретой амазонка произнесла, потирая кулак:

— А мне с тобой тоже работать понравилось. И это. Не думай. Я бы тебе не больше двух зубов выбила. И не спереди.

Я подумал было объяснить, что мне надо было сделать вид, что она мне все про коней рассказала, чтобы не выдавать, что я менталист, но потом махнул рукой. Бесполезно!

В комнате нас встретила Сан, которая видимо пыталась разобрать тюк купленной одежды, но теперь стояла над ним в ступоре.

— Капитан, — недоуменно протянула она, — зачем ты купил эти лохмотья?

— Надевать! — буркнул я. — В том числе и на тебя.

— Да ни за что! — гордо вскинула голову девушка.

— Или ты дальше поедешь в незаметном, или в сундуке! — отрезал я.

— Ты думаешь, что эти тряпки скроют мою стать, капитан? — обиженно надула губы девушка.

— Нет, конечно, — примирительно сказал я. — Но это не тряпки, а обычная походная одежда. И эльфы тоже в такой ходят. Я спросил в лавке. И вообще, пока я командую операцией, вы выполняете мои требования. Так что… А ну быстро переоделась!

Сан похватала предназначенные для нее вещи и пошла в смежную комнату, но перед дверью обернулась и с мечтательной улыбкой произнесла:

— Ах, какой мужчина!

Уже в начале ночи вернулся котон. Рыжий и грустный.

— Что, девушек не было, на мужиков заменили? — хохотнула амазонка.

— Были, — грустно сказал тот. — И они на меня так смотрели! Эх… А я, дурак, сначала покраситься решил.

— И?

— Ты видела мокрого кота? — вздохнул парень.

Я внутренне усмехнулся, а потом спросил:

— А почему ты босиком?

Все тут же посмотрели на босые пушистые лапки. А котон замялся:

— Ну?

— Проиграл… Но командир, сдача вся здесь! Я только свои сандалии поставил, командир!

— Значит будешь ходить босиком! — рыкнул я. Но потом спохватился, что после сегодняшнего дня я очень злой. Еще наворочу чего-нибудь сгоряча. — А наказание за нарушение приказа я тебе позже придумаю, идиот волосатый!

Утром мы отправились дальше уже на собственной карете. На козлы посадили Хела, в плаще с капюшоном и перчатках не отличимого от человека, пока не слезет. А внутрь кареты набились остальные. Было ужасно тесно, так как это была просто двухместная коляска с кабиной. Но зато кони бежали, вдавливая меня в спинку сиденья и вообще не замечая груза.

Сначала дорога была хорошая, но уже через час нас начало так трясти, что мы чуть не летали внутри. Амазонка неожиданно расщедрилась на несколько фраз, рассказав как я в буквальном смысле выбил нам надежный транспорт. И в отличие от своей телохранительницы, Сан сразу поняла, как все было. И попробовала оценивающе всмотреться в мое лицо, но тут нас особенно сильно тряхнуло, она влетела в меня и, пытаясь завизжать, здорово укусила меня за нос.

Так и ехали. Два дня, которые показались неделей, несмотря на хорошую компанию.

* * *

Не доезжая Торо мы остановились в трактире, и я расспросил о дальнейшей дороге. Точнее не так. В трактир я зашел один, заказал пива и поспрашивал.

— Делаем так! — начал рассказывать я, когда мы медленно отъехали. Котон тоже слушал нас через открытое окошко для передачи распоряжений кучеру. — Сейчас, не доезжая Торо, будет убогий трактир. Мы подъедем, и я возьму комнату. Нет, не так! Я сейчас сяду на козлы и буду кучером. Рунга будет недалекой дамой, купчихой, которая в кучера влюбилась и ударилась в загул. Я возьму комнату и отвлеку прислугу. Сан и Хел тайком пробираются в комнату, и зверинец заберите.

— Слушай, я тебе купчиху не сыграю, — возразила Рунга.

— А ты просто молчи. Постой и поднимайся наверх, когда я приглашу. И мы тебе под плащ весь наш багаж привяжем. Будешь дамой в теле. Главное, старайся шагать мелко. Ступня к ступне. Все! Возражения не принимаю.

Так мы и сделали. Я слез с козел около ворот обшарпанного здания и вразвалку вошел внутрь.

— Лучшую комнату! — гаркнул я. — Дня на три, но может и задержимся.

Старичок-трактирщик радостно заулыбался, выскочил из-за стойки и пригласил меня наверх. Я окинул взглядом два стола в нижнем тесном зале, но только порадовался. Нам и надо было что-то такое, запущенное. Хотя трактирщик меня может запомнить, но и в большом бы заведении запомнили.

Наверху было только две комнаты. Точнее, одна каморка и двухкомнатный «дворянский номер». В принципе обстановка была хорошая, но очень уж древняя.

Я согласно кивнул, и мы спустились вниз. Пока я выводил из кареты раздутую от напиханных под плащ вещей амазонку, а потом проводил ее через зал, Сан и Хел по задней лестнице быстро поднялись в комнаты. Я уже знал, что здесь прислуги нет, что тоже было очень кстати.

Под конец я устроил коней в маленькой конюшне и поднялся наверх.

* * *

— Слушаем план на завтра. Я с Хелом на рассвете пойдем искать бизона. Сан и Рунга здесь. Как найдем, я его приведу, и все пойдем готовиться. Вот и весь план. Пока весь.

— А потом? — спросила эльфийка.

— А потом я закончу разведку и поеду на бизоне за твоей дочкой, — пожал я плечами.

Не теряя времени я достал сову и начал ей записывать в голову маршрут разведки.

Уже через час птица прилетела, и я принялся читать ее память, делая заметки. И сведения были интересными. С этой стороны была довольно безлюдная территория. Пара городков и все, ну кроме Торо, где был мост с таможенными постами людей и эльфов. Речка была убогая и мелкая. На стороне эльфийского королевства были часто разбросаны небольшие деревеньки, окруженные садами и даже полями.

Граница охранялась несколькими постами, на которых сова разглядела дежурящих гномов, которые отлично видят в темноте. Но и участков недоступных наблюдению было навалом. В одном месте даже были замечены пара каких-то типов, которые вели через брод осла, груженного тюками. Ну явно контрабандисты.

Я приказал коту накормить сову и отправил ее теперь полетать уже над эльфийским Лесом. Было трудно наметить маршрут, но я надеялся, что справился. В это время в другой комнате амазонка выполняла тренировочное упражнение «прыжок на ступеньку и обратно с ударами мечом». Роль ступеньки исполняла кровать. Сан, которая сидела около меня, зажала клок своих роскошных волос во рту, чтобы не расхохотаться. Хотя я не понимал из-за чего такое веселье? Кровать скрипит, а это нам и надо.

— Пойдемте поспим, — скомандовал я. — Надо до рассвета встать и сову читать. А на рассвете соколы полетят. В общем, дел много.

Эльфийка легла в спальне на истоптанной воительницей кровати, амазонка устроилась там же на полу, я на диванчике в холле, я кот на коврике под окном. Но поспать я успел не более часа. Мне в руку вцепилась волосатая лапа.

— Командир! — зашептал Хел. — Что-то странное! Трактирщик вышел из своей комнаты. Но… шаги не его!

Я плавным движением соскользнул с кровати и, подхватив в охапку одежду и сапоги, тихо шмыгнул в комнату к дамам.

— Тревога, тихо! — шепотом поднял всех я.

Амазонка тут же шагнула за дверь и там уже стала натягивать верхнюю одежду. Сан резко села на кровати.

— Я же говорил спать полуодетыми, — шикнул я. — Мы в походе! Опасном!

Сан нервно зашарила в поисках одежды, тихо оправдываясь:

— Командир! Я даже больше, чем полуодетая. Но не в те же тряпки, что ты купил мне, ночью переодеваться?

— Он уже здесь, — еле слышно сказал Хел, и в его голосе я услышал отчетливый страх.

— Под кровать! — скомандовал я оруженосцу, а сам одним движением нырнул под одеяло к эльфийке, вдавив ту в стену.

Во входной двери уже почти неслышно проворачивался ключ. Я окинул комнату взглядом. Амазонка за дверью крепко сжимает меч и кинжал. Я лежу с мечом под одеялом, готовый отработать прием «атака из положения лежа с отбрасыванием одеяла». Кот под кроватью, а мой бок буквально вибрирует от дрожащей Сан, которая опять сунула волосы в рот, но теперь чтобы не заскулить. И все это освещено парой фонарей с гномьим мхом на прикроватном столике.

Дверь в комнату плавно открылась, и внутрь неслышно скользнула невысокая фигура.

— Не спишь? — прошипел старичок. — Зря. И что это твоя любовница так похудела? И что от нее так страхом несет? Я же усыпление пустил. Отпил бы немного, и жили бы дальше… Эх, молодежь…

— А что это у тебя с зубами? — усмехнулся я.

— А у тебя с хвостом? — не остался в долгу вампир. — Эй, почему у тебя под кроватью хвост?

Но я не ответил, а швырнул заклинание, простой удар в мозги, правой рукой откинул одеяло, а левой ткнул мечом. Тот чмокнул, входя в иссохшее брюхо, но вампир быстро отскочил к стене, тут же попав под короткий удар меча Рунги.

Амазонка попала гораздо удачнее, разом подрубив одну руку, вампир взвыл и бросился на меня, я провалился вниз, стараясь рубануть молниеносную тварь по ногам. Попал, но кость не перерубил, дюймовые когти вампира просвистели у меня над головой, а вот обратным движением он задел меня поперек груди, разорвав куртку и швырнув веер кровавых брызг на стену.

В секунду позиция изменилась. Я в полуприседе стоял около края кровати, амазонка обходила нежить от окна, а на кровати, спиной к которой на секунду замер враг, заходилась безумным визгом эльфийка. Из под кровати вылетел меч и рубанул вампира по голени.

Я тут же атаковал ноги, а амазонка размашистым движением снесла голову, которая крутанувшись упала на голый живот Сан, погрузив ту, наконец, в спасительный обморок.

— Сильно задел? — спросила меня Рунга. — Снимай быстро!

Я скинул куртку, и пока женщина, успокаиваясь, глянула на глубокие царапины, сказал:

— Хел, вылезай! Ты молодец, один раз задел, а это многого стоит! И услышал его заранее.

— Не м-м-могу, к-к-командир, — ответил кот. — Н-ноги отказали.

— Бывает, — усмехнулась амазонка, доставая из сумки бинты. — У тебя ребра целы. Сейчас перевяжу и все.

— И что это было? — спросил я, морщась от наконец пришедшей боли.

— Вампир трехсотлетний это был, — удовлетворенно сказала воительница. — Надо признаться, я с таким еще не билась. И одна бы не за что не справилась.

— Ясно… — протянул я. — Но я не про это спрашивал. Он вроде пугал и намекал на усыпление.

— А! — амазонка ловко оборачивала меня бинтами. — Да, умение их. Если бы спали, то крепче бы усыпил. Мог просто кровь отпить, как они делают. Они не всегда до смерти высасывают. А потом пугал. И сильно, даже я почувствовала, а мы к этому стойкие. Вот котика и эту дуру полуголую, он здорово пугнул. А ты вот устоял. Одно слово — колдун. Так что мы теперь с тобой братья по бою, командир.

И хоть она сказала последнее слово с иронией, но мне все равно было приятно. Тут моя магия наверняка помогла, но мало, мало… Чтобы бить по мозгам вековую нежить, другие навыки нужны. Не мои. Но и мечом я помахал славно.

Я поднял уродливую голову с живота эльфийки и откинул в угол. Да уж, Сан же вся в крови этой твари! Надо стереть, поскорее. А то контакт с нежитью для здоровья не сильно хорош. Хотя это не та, которая в пещере живет, но все равно.

Взял полотенце, намочил и протер кожу девушки. Потом побрызгал в лицо. Бестолку. Ладно, не буду в мозги лезть, сама очнется.

Из под кровати выбрался мой оруженосец. Растрепанный, все еще перепуганный, но с измазанным черной кровью клинком в руке.

Я унес Сан на свой диванчик и вопросительно посмотрел на Рунгу.

— Утром трофеи соберем, — удовлетворенно кивнула наемница. — Надеюсь, немало накопил за века-то. Мои и твои по четыре доли, котику одна. Вроде все.

— Не все, — твердо заявил я. — Ты сейчас сходишь и запрешь дверь и ворота, чтобы было понятно, что хозяин в отъезде. Других тут нет?

— Не должны. Такие редко компанией обитают. А люди рядом на сотню ярдов с таким вообще долго не проживут. Сбегут со страху.

— Так это же отлично! Про нас здесь вообще никто знать не будет, — обрадовался я и пнул башку с сухой пергаментной кожей и торчащими клыками. К несчастью та подкатилась к котику, который только умостился на пуфике в углу. Бедолагу начало рвать.

— Эй, волосатый, — крикнула амазонка, — трофей не испачкай!

Мне стало стыдно и я присел перед оруженосцем.

— Впусти в голову, — попросил я. — Вылечу.

И правда вылечил. Просто выгладил растрепанные атакой вампира связки и потеснил облако ужаса.

Так что котон разом повеселел и радостно поблагодарил меня.

Я пошел к эльфийке. Укрыл одеялом, побрызгал водой. Минут через пять та все-таки открыла глаза:

— Что это было, капитан? — слабо спросила она меня. — Я же чуть копыта не отбросила!

— Вампир это был сильнейший. Сначала нас усыпить хотел, но мы уже не спали и на взводе были, так что никого не пробрал. Потом волну ужаса пустил. Так редко кто умеет. Рунга и я устояли, а на тебя и Хела подействовало. Ладно, я выйду, ты оденься. И это, извини, я тебя вытер, кровь вампира убрал. Она не сильно полезная для нас.

— Пустое, капитан, — широко улыбнулась дива. — Тебе все можно.

А когда я стал выходить вдруг закричала:

— А! Что это? Кто меня за живот укусил! А! На меня же голова упала! И укусила! О, боги! Я вампир!

— Успокойся, дурочка, — хмыкнула вернувшаяся амазонка. — Эльфы вампирами не бывают. Так… лысеют только… Да ладно! Шучу.

— Насчет лысеть, — затянула Сан. — Капитан, посмотри, пожалуйста, у меня седых волос много?

— Да что я увижу при таком свете? Одевайся! — похоже, меня тоже начал доставать откат после боя. Я что-то хотел выпить крепкого. И жалел, что не мог полечить свои собственные мозги.

Тут захлопали крылья за окном. Амазонка, чуть не сальто сделала, разворачиваясь, я споткнулся и тоже выхватил меч, а Сан опять завизжала, прячась под одеяло.

А это была просто моя сова. Вернулась. И подлетела неслышно, но когда влетала в окно, задела крыльями распахнутые рамы.

На рассвете я отправил на разведку обоих соколов, а сам в сопровождении кота отправился искать бизона. Впрочем, что значит искать? Мои птицы уже разглядели парочку. Я просто подобрался к огромному быку, повязал его мозг и привел во двор трактира.

— Ну и воняет он, командир, — поморщился котон, когда огромная туша легла по моей команде спать.

— Ага, — согласился я. — И мне на нем пару ночей кататься. Так что вон колодец, мыло найдешь. И мой его. Да получше.

— Командир! — закричал котик.

— Это твое наказание за игру, оруженосец. А в следующий раз я тебе мамонта с севера закажу. И пару самых вонючих верблюдов.

Рунга полдня обшаривала дом, Хел мыл бизона, а я занимался разведкой. Принимал птиц и составлял карту. Одна Сан долго мешалась у меня под ногами, пока я не послал ее готовить обед.

— Но, капитан, — возмутилась дива, — у меня же ручки.

А потом показала мне и пальцы с короткими на этот раз ногтями. Бедная девушка обломала их ночью, когда паниковала, а потом утром час приводила в порядок.

— А у нас всех пузики, — буркнул я. — Все при деле, так что давай готовь. Иначе поменяю задачи тебе и коту! Он не против будет, думаю.

Ворча, эльфийка удалилась на кухню. Ничего она, естественно, не приготовила. Но хоть нарезала много всяких колбас, сыров и даже овощей. И сервировала все красиво.

На обед мы расселись в маленьком садике за домом, так как внутри нам всем было как-то неуютно.

— Докладываю, командир, — довольно сказал кот. — Вонючая корова вымыта!

— Докладываю, — хмыкнула амазонка, — трофеи собрала. Ну так… Тыщ на десять. Сейчас в город сбегаю. Продам, да поделим.

— Никуда ты не побежишь! Мы тут секретно сидим, — лениво произнес я, просто растекаясь по стулу. Мои мозги от постоянного общения с пернатыми просто закипали. — Раздели на доли на свой взгляд и все. Свое потом продашь. Долю оруженосца пока мне. А то он слаб на головку.

— У меня тоже будет доля? — удивился Хел.

— Одна девятая, — веско сказала воительница. — Но я хочу сказать, а ты не наглеешь, командир? Нет, я понимаю, что пока в походе, то ты главный. Но ты как-то не по нашим правилам сказал. Не желаешь на десять минут отменить наш поход и шутейный поединок устроить?

— Хорошо, сильная и самоуверенная дама, — усмехнулся я. — Давай просто сделаем тренировку. Но предположим, что у меня есть заслон, как у нормального мага. Пусть будет так: я на дереве, на высоте пять ярдов. Ты атакуешь снизу. Тебе добраться секунд пять? Так? Вот и попробуем. Ты устала, понимаю, но и я много колдовал сегодня.

Глава 29

Амазонка радостно вскочила и принялась засучивать рукава, явив миру тугие жгуты мускулов.

— Ну берегись, командир! Один зуб я тебе точно выбью. Но не спереди, из уважения.

Я встал, подошел к дереву и ловко, в пару подтягиваний и переворотов, умостился на ветке.

Амазонка кинулась ко мне, а я с веселой злостью, атаковал ее мозг. Ну что мне грозит? Ну зуб… Эка невидаль!

— Ничего не чувствую, — крикнула дама, подбегая к дереву. — Где атака на мои мозги?

— Подожди, — хмыкнул я. — Не могу такую мелочь разыскать…

Воительница ловко полезла вверх, и вот ее кулак уже возник среди листьев, явно с нездоровой решимостью забрать мой зуб.

Оп! Кулак замер. А потом Рунга, повинуясь моей команде, спрыгнула. Постояла, недоуменно вращая головой. Еще бы. Она все понимает, но своим телом не управляет. Ну половиной. Амазонка подбоченилась, присела и ловко подпрыгнула, выкинув одну ногу вперед. Потом так же, но другой ногой.

Я тоже спрыгнул с дерева и взглянул в недоумевающие глаза.

— Только теперь не бей уж, — хмыкнул я и отпустил поводок.

— Ну ты! — проворчала дама, но руку, кинувшуюся к мечу, отвела. — Ну вот как с вами, такими?

— Не беспокойся, дорогая, — сбросила градус напряжения Сан. — Просто таких, как капитан, парочка на весь континент. И их охраняют как императора. Это наш герой с нами просто.

— Ладно, — решил раздать указания до конца я. — После обеда Сан и Хел состригают шерсть со спины бизона и обшивают ее пучками вон тот плащ. Думайте как правильнее нашивать. Я буду на нем ехать ночью, но не сидя, а лежа. И меня должно быть почти незаметно. Все! Обед.

Когда мы лениво переговаривались «ниочем», переваривая обед, в ворота раздался резкий веселый перестук.

— Эй! Старый хрен! — закричал молодой веселый голос. — Открывай! Меня не обманешь! Ты отсюда лет сто не выходил. Ну кроме как к князю. Небось высосал какого красавчика и отдыхаешь? Меня князь послал. Сказал, чтобы мы с тобой пришли на восьмую ночь к нему. И девицу какую-нибудь принесли. Пир вскладчину объявлен.

— Девушка… Хм.. Кровососка, судя по речи. Без оружия. Выглядит молодо, — пробормотал я, вмиг переключившись на глаза одного из голубей, сидевшего в ветвях окрестных деревьев.

Амазонка неслышно пошла к воротам, делая нам знаки.

— Иди, открой, — сказал я котону. — Скажешь, что ты новый слуга. Она может не знать, как на тебя аура вампира действует. Пусть зайдет.

Хел решительно встал и двинулся к двери около ворот.

— Лицо попроще сделай, — прошептал я вслед.

Все прошло легко и просто. Котон пригласил посетительницу зайти, а когда та сделала пару шагов, Рунга размашистым ударом отрубила ей обе ноги.

Вампирка сначала завизжала, а потом и заревела, переходя в боевую трансформацию. Но что она могла сделать без обеих ног, перерубленных чуть ниже колена? Сан взвизгнула. А я вскочил, но и только. Амазонка деловито срубила обе передние лапы монстра, а потом начала допрашивать.

— Они жить любят, хоть и неживые. А эта вообще молодая была, слабая еще, — довольно сказала через пять минут воительница, вытирая меч. — Главное, про замок князя я узнала. Потом нашим девчонкам скажу. Вы же не собираетесь туда? Так?

Я помотал головой. Котон стоял в прострации, а Сан опять отдыхала в бессознательности.

— Да ну вас всех! — наконец произнес я. — Уйду я от вас! Сегодня в ночь я уезжаю. И как мне будить эту длинноухую опять?

— Поцелуй ее в … ! — усмехнулась воительница.

* * *

Вечером я надел плащ, весь обшитый пучками шерсти бизона, вжался в его все-таки вонючую спину и посмотрел на провожающих.

— Все отлично, капитан! — оценила эльфийка. — Просто бизон слишком горбатый, но я бы не догадалась ночью.

Но я понимал, что если будут смотреть магическим зрением, то я буду сверкать куда ярче быка, Но с этим я ничего так и не придумал, так что просто послал своего уродливого коня вперед.

Пробежав около пяти лиг, мы достигли пограничной реки. Надо мной летала сова, но ничего такого особого не заметила. Тяжелая туша бизона, не дрогнув, вступила в реку, и я даже, надо сказать, не намок. Дальше немного пробежали по кустам и вышли в овраг, потом прямо по ручью и по бокам замелькали маленькие деревеньки. Крестьяне в общем спали, но это в общем. Молодежь, пользуясь летним временем, вовсю гуляла. Я даже спугнул какую-то парочку. Девушка с визгом бросилась от огромной туши, спешащей по ручью, прямо в объятья какого-то смелого, чтобы выскочить на помощь, но несмелого в остальном детины. Может даже так статься, что у меня на глазах зародилась новая ячейка этой деревеньки.

Десяток лиг мы преодолели часа за два. И вот впереди выросли стеной огромные деревья. Эльфийский Лес.

Я изгнал слабого жучка страха. Ну не охранят же границу скауты на каждом дереве? А смерть, она все равно ждет каждого. Но проскочил я границу хорошо, стрела не воткнулась мне в спину.

Около поселка я соскользнул с бизона в ручей и вдохнул свежий воздух, кляня моего оруженосца. Ну отмыл, конечно. Но тут надо было еще ароматическими маслами обрабатывать!

Сначала по ручью, потом по дорожке я прокрался к ограде школы и залег в кустах в пяти ярдах. Две маленькие волосатые собачонки тут же подбежали, заинтересованные звуками, но молчали, так как я был еще далековато.

Утро и день прошли спокойно. Я сначала поспал, охраняемый парой голубей, которых привез с собой. Утром пришли один за другим эльф и две эльфийки. В школе шли занятия. После обеда дети выбежали гулять. Я сразу нашел взглядом Вайлосиль, девочку лет семи, в человеческом представлении. А потом поморщился. Один мальчик, может на год старше, несколько раз задирал эту девочку. Но этот мелкий негодяй потом доставал и других детей.

Я, естественно, не понимал ни слова, но все в общем было и так понятно.

К вечеру я уже знал и кто в какой комнате, и даже некоторые привычки всех обитателей. С закатом один из моих голубей отнес пилюлю сильного снотворного и закинул в бокал с легким разбавленным вином, приготовленным уходящим поваром для надзирательницы.

Вот и все. Когда стемнело, я пошевелился и приблизился к ограде. Собачки тут же подбежали, чтобы быть схваченными моими щупами и мирно уснуть.

Далее я достал гномий механизм и разогнул решетку. И хоть меня беспокоил один важный момент, но с ним я ничего сделать не мог. Следы на траве могут читать скауты. Их умения для меня оставались загадкой, но лучше не рисковать. Хотя от меня еще останется в лесу неплохо примятая лежанка, но это никак совсем не убрать.

Уже по каменистой дорожке я прокрался к корпусу и заглянул в окно комнаты девочки, которая, конечно же, спала. Я пустил щуп и надавил на ее еще слабое сознание. Сонный мозг малявки легко отразил мое вторжение. Я надавил еще и так же без результата.

«Ну же! Спи, поросенок!» — пробормотал я, давя еще сильнее. — «Я тут понимаешь ее маме собираюсь отвезти, а она упирается!»

В этот раз атака прошла, и ребенок уснул уже крепко.

Я прокрался к двери и вошел в коридор. Можно и в окно залезть, конечно. Но я не хотел ничего касаться, кроме как подошвами сапог. Мало ли. Может нитка, или след ауры могут меня выдать. Лучше перестраховаться, когда не знаешь возможностей тех, кто будет искать.

Уже через минуту я прокрался в комнату Вайлосиль и закутал маленькое тельце в пижаме в специально приготовленный плащ.

Вышел без проблем. И даже забрал всех собачек, сунув их в специально приготовленный мешок. След ментальной магии в мозгах — это очень большая зацепка! Пока из всех следов я оставил только снотворное в бокале надзирательницы и разогнутый каким-то механизмом забор. Ну и лежанка в кустах, но и там я старался быть осторожным.

Я снова вошел в русло маленького ручейка, по нему удалился к лесу и позвал быка. Отступление тоже тонкий момент, но если по моему следу дойдут до ручья, то дальше уже не должны отследить, так как на бизона я сел прямо из воды. А уже через полчаса покинул Лес. И в моей спине все еще не торчало парочки стрел!

А уже через три часа я подъезжал к трактиру. Меня ждали все, но и приближение быка, и мои шаги расслышал только Хел. Перед тем, как войти во двор трактира, я дал команду бизону бежать до утра. А потом еще идти два дня. Пусть путешествует. Магия в мозгах через три дня развеется и все. Следы исчезнут, кроме чистого бизона с постриженной спиной.

Сан бережно взяла сверток у меня из рук, открыла личико девочки и заплакала. Но я не был склонен к лирике, когда бегство еще считай и не начиналось.

— Все следы убраны? — спросил я амазонку.

Та кивнула:

— Почти, командир. Пусть Хел запрягает, а я приберу остатки.

Через час мы выехали. До утра было еще часа два, так что ехали медленно. Котон прекрасно видел дорогу, но кони шли неуверенно. Я послал сову, чтобы она осматривала придорожные кусты. Нет, лихих людей с такой воительницей как Рунга можно было не бояться. Но если те сначала ранят стрелой коня, то это будет настоящей катастрофой.

— Разбуди! — требовательно потеребила меня за рукав Сан через полчаса.

— Еще чего! — отказался я. — Думай головой красавица! Если когда-то кто-то будет вас спрашивать, зачем девочке помнить меня? Вот расстанемся, и я сразу сниму поводок.

— Понимаю, — покивала эльфийка. — Ты прав, капитан. Просто очень хочется услышать голосок. Но да, ты прав как всегда… Держи, капитан.

Наемница полезла к себе за пазуху и достала сложенный листок карты. Ну да. Что-то такое я и предполагал. Эльфийка все время нашего путешествия снимала направление на похитительницу моей любимой.

— Извини, что не верила, капитан. Вот карта. Тут все точно. Та женщина перемещалась один раз. Там скорее всего два города рядом. Или город и замок. И ты правильно понял. Мы едем почти туда. Это недалеко от земель амазонок.

— Ничего себе! — почесал затылок я, пытаясь пристроить ноги в тесной карете.

— Это не все, капитан, — всхлипнула Сан. — Я помню наш договор. Утром мы отправим Рунгу с девочкой, а я поеду с тобой. Может так статься, что похитительница далеко от Анисы. Ты будешь искать, и я тебе помогу. Всегда!

— Нет! Мы сделаем по другому, — задумчиво сформулировал мысль я. — Вы с Рунгой едете к амазонками и ждете нас неделю. Если мы не приедем, значит твой талант мне пока не нужен. Или мы пока ничего не смогли сделать. Если я смогу все сделать, то пришлю сокола с запиской к месту нашего расставания. Надо просто нанять кого-то из варваров, раз их там много. Пусть поживет в трактире, а утром и вечером свистит в свисток. Ну а если что, я найду тебя. И не думай лишнего! Ты просто приметная. А мы с Хелом умеем прятаться, тем более, что котоны здесь не редкость.

— Капитан! — опять чуть не заплакала Сан, — я все понимаю, но я так жду когда ты ее разбудишь.

— Я не сплю, мама, — открыла глаза девочка.

Пока Сан пораженно хлопала глазами, я успел спросить:

— И давно?

— Как ты меня пришел похищать в школу. Мне сначала было интересно, как ты пытался меня усыпить, а потом я уловила мысль про маму и притворилась спящей. Я так часто делаю. Но потом, на бизоне уже не могла устоять и уснула, дав себе задание проснуться. И проснулась, но не вся. Слышала вас, а окончательно проснуться не могла. Вот сейчас только смогла.

А затем строго взглянула не меня:

— Надеюсь, ты не обидел собачек?

— Да вон они в мешке спят, — усмехнулся я, — забирай. Я проверил, магии на них нет, только дрессировка.

А потом я покачал головой. Ну да… Самая тщательно продуманная операция имеет слабые места. Хорошо хоть не забуянила.

— Менталист будущий, — сказал я амазонке, когда мы прижались к углу кареты, давая эльфийке и ее дочери наобщаться и наобниматься.

Наступило утро. Наша карета, прыгая по ухабинам и булыжникам, мчалась на запад. Мы проехали до обеда лиг, наверное, восемьдесят.

— За нами уже выслали погоню, я думаю, — рассуждал я. — Образцы ауры и Сан и Вайлосиль у эльфов есть, а мы достаточно далеко не отъехали. Но и догнать нас им не получится. Мы их опережаем лиг на пятьдесят, надеюсь. Даже если пошлют немагов-наемников, то тем, не меняя коней, или меняя с тратой времени на покупку, все равно не догнать. Так что вы успеете доехать до варварских земель, ну а там уже и ждите.

Мы остановились около трактира, в котором собирались варвары-наемники, и Рунга договорилась о способе связи. Заодно дали небольшой отдых коням. Пока эти рысаки были в полном порядке, и я был уверен, что дамы без проблем доедут до уже недалеких безопасных для них земель.

Я, Рунга и Хел стояли во дворе трактира, пока конюхи ухаживали за лошадьми. Сан и ее дочка вообще из кареты не выходили, чтобы никому на глаза не попадаться. В глазах амазонки я заметил какую-то печаль, когда она кинула взгляд на рыжего сейчас котона. Да и Хел все-таки приметен. Его раса здесь встречается нередко, но все-таки всегда привлекает внимание.

— Рунга, а не возьмешь ли в ученики моего оруженосца? — спросил я. — Хел, ты не против? Мне с Анисой надо будет прятаться, а ты очень уж приметен.

Кот кивнул, причем мне показалось с некоторым облегчением. Неужели он считает, что в наемном отряде ему будет спокойнее? А хотя… Наемники ведь не воюют все время. Рунга может вообще с Сан отправится. А вот мне может предстоять очень непростой путь.

— Ха, командир, — расплылась в улыбке воительница. — Да я этого котика хоть сейчас себе взять готова.

* * *

Мой же путь лежал на полсотни лиг на юг, где около королевств запада находился анклав богатых и независимых баронств и графств. Я пробежался по торговым рядам и купил двух верховых лошадей. На одну пока сгрузил мой зверинец, или скорее птичник, а потом она потребуется для Анисы.

И уже к вечеру следующего дня я наблюдал с холма на раскинувшийся в цветущей долине немаленький город Лунбург. А в лиге от него, окруженный парком, возвышался большой замок, а скорее даже укрепленный дворец.

— Неплохо ведьмы живут! — сказал сам себе я и послал коня вперед.

Я снял комнату в трактире около дороги от города к замку и сразу же отправил в разведку несколько птиц. И если сокол имел задание просто пролететь над замком, то голуби немного полетали над парком.

Но сходу ничего мне не принесли. Я выяснил, что теперь могу непосредственно управлять птицами на расстоянии до четырехсот ярдов. Поэтому пробрался вдоль дороги по лесу поближе к парку.

А потом имел возможность немного поскрипеть зубами, наблюдая как из ворот замка выехала карета, сопровождаемая шестью всадниками. И двоих я узнал.

— Если здесь оба молодых, которые нападали на меня, то и остальные наверняка тут, — размышлял я вслух. — Хотя те может еще лечатся. Одному разрубили зад, а другой почти убился об дерево.

По крайней мере мне уже было понятно, что похитительница не случайно здесь гостит. И карета на ночь вряд ли далеко отправилась. Значит и в городе кто-то живет из связанных с ведьмами. А может и кто-то из них.

Когда стемнело, в парк выпустили с десяток собак. Огромных и молчаливых. Так что я даже не стал пытаться туда лезть, а отправил на разведку сову, но уже не отпуская ее с поводка.

И уже через два часа я чуть не прыгал от радости. В освещенных окнах было хорошо видно людей. Где-то слуги убирали комнаты, где-то какие-то благородные ели, пили, развлекались. Анису я заметил в маленькой комнатке на втором этаже отдаленного крыла.

Моя любимая сидела на кровати, проигнорировав жесткий стул, и читала какую-то книгу в свете магического фонаря. Потом она совсем не как леди почесалась. Ну да, мы часто делаем что-то не сочетающееся с приличиями, думая, что нас никто не видит.

Я дал приказ сове сесть на подоконник и постучать клювом в стекло.

Глава 30

Аниса подняла голову и всмотрелась в темное для нее стекло. Что-то заметила и подошла к окну. А потом быстро, дрожащими руками раскрыла окно, которое за стеклом было забрано довольно толстой решеткой.

— Любимый, это ты? — срывающимся голосом шепнула девушка.

Сова кивнула.

— Ты нашел меня все-таки? — заплакала моя красавица. А потом быстро зашептала, смахивая слезы. — Не ходи сюда! Эти грымзы про тебя знают. Не сильно верят, что ты меня найдешь, но охрана здесь серьезная.

Я заметил, что девушка сильно похудела. Она и раньше была тоненькая, а сейчас вообще, одни глаза остались. У меня всегда была в кармане булка, приманивать птиц. Я отозвал сову и через пару минут она вернулась держа в клюве не сильно свежее угощение.

— О! Ты понял, что я не ем? — радостно зашептала девушка. — Да, я боюсь. Что приносят выбрасываю в окно. И не пью почти. Боюсь, что отравят. Не насмерть, конечно, но они могут и на мозги как-то повлиять. Поэтому в другой раз принеси мне плод сочный какой-нибудь, пожалуйста.

Плод я нашел прямо над своей головой. Не сильно вкусный, но вполне водянистый. Так что передал с совой аж десять штук, по одному за раз. Спешить мне было особо некуда, а Аниса даже догадалась погасить фонарь, чтобы случайный взгляд из парка не заметил ее беседу с птицей.

Я хлопнул себя по лбу и, достав бумажку и карандаш, стал писать записку. И в очередной раз сова принесла плод, обернутый в бумажку.

Девушка тут же ее схватила, зажгла малюсенький магический огонек и стала читать. А потом и отвечать:

— Ко мне приходят несколько раз в день. Могут и вечером прийти. Про охрану я не знаю. Меня всегда здесь держат. В замке есть обычная охрана, я видела. Но меня провели по задней лестнице, и меня никто кроме ведьм, наверное, не видел. В парке бегает восемь больших собак. Только по ночам. И они не лают, чтобы не беспокоили. Но злые.

Она опасливо оглянулась и сунула в рот плод. Потом продолжила:

— Ведьм здесь немного. О, боги! Ты знаешь про Робоно? Прости меня! Я видела двух, но может еще есть. Хозяйка замка, графиня или герцогиня, наверняка из них. Я не знаю вообще, где я, просто вижу, что замок большой. Та ведьма, Арда, что меня увезла, это моя дальняя родственница. Бабка троюродная, если не врет. Она немало умеет, в том числе подчинять. Но не очень сильно и ненадолго. А другая — правдовидец. Много меня спрашивала. И про тебя. Но я вспомнила, как ты учил и старалась ей врать. Они думают, что ты менталист, который бьет по мозгам. Боевой. Ты наверное кого-то убил из моих дальних родственников? Потому что сильно спрашивали. Ой! Сюда идет эта тварь!

Впрочем, сова и сама слышала шаги двоих людей в коридоре. Аниса сунула в рот записку и бросилась закрывать окно, а потом села на стул и схватила книгу. Засуетилась, зажигая фонарь и сглотнула. Ну хоть записку проглотить успела.

— Девочка моя! — раздался властный голос от распахнувшейся двери. — Что это ты в темноте сидела?

— Мечтала! — с вызовом ответила моя любимая.

— И о чем же ты мечтала? — спросила Арда, входя в поле зрения совы, которая перелетела на дерево в нескольких ярдах за окном.

— Как ты окажешься на моем месте!

— Ха! Этому не бывать. Ты что-то решила? Может нам пора уже нормально поговорить?

— Нет! — отрезала баронесса.

— Ты обманула нас! А мы такого не прощаем. И терпение наше не бесконечно! — с угрозой сказала ведьма.

— Я тоже не прощаю! — гордо вскинула голову девушка.

— Что-то ты осмелела, как я посмотрю, — похитительница задумчиво посмотрела в окно. — Может тебя еще раз выпороть?

Я только качал головой. И плохо, что эта тварь избила мою любимую, и во сто крат хуже, что Аниса переигрывает. Знает, что я ее вижу, и хочет показать мне, что не сломлена. И понимает ведь, что надо вести себя как всегда, а не может. Эх… леди-леди с ее благородными повадками.

Посетительница ушла, а я сразу бросил сову на поиски. И на лестнице на противоположной стороне крыла дворца я ее увидел, спускающуюся вниз в сопровождении арбалетчика. Ну я так предположил, потому что у того была полностью забинтована рожа.

Потом проследил их в коридоре, и, наконец, сова села на ветку около раскрытого окна в богато обставленной комнате.

— Ну как там твоя подопечная? — лениво спросила красивая довольно молодая женщина в богатом вечернем платье с кучей драгоценностей. Хотя может не такая уж и молодая, кто их, ведьм, разберет?

— Помнишь, мы с тобой спорили, дорогая? — вальяжно расположилась в кресле Арда. — Так вот, я выиграла. Этот проходимец ее нашел, похоже.

— И почему ты так решила?

— Или записку передал, или еще как-то. Но она вела себя весьма нагло. А знаешь, я поняла! Он, наверное, ей фонарем сигнализирует. По крайней мере она сидела без света. И воздух был свежий, хотя мелкая дрянь комаров не любит.

— Я тоже не люблю, — усмехнулась, вероятно, хозяйка замка.

— У тебя амулет, — отмахнулась Арда. — Так вот. Я уже глянула. Там гора. Неужели с нее сигналит? Но непонятно, почему стража ничего не заметила.

— А это легко, дорогуша. Берется такая длинная трубочка, и светят через нее. Видно в нужном окне, ну может в некоторых рядом. А у нас там никто не живет, для секретности. Но я завтра пошлю разведчиков осмотреть склон. Если найдут следы, то так и быть, я отдам тебе алмаз.

— Лучше бы сразу и поймать этого паршивца, — усмехнулась похитительница. — Сразу запоют оба как миленькие. Только не посылай своего с резаным задом, а то труп нам не нужен. Он же их отделал как щенков.

— Ты лучше своего безмордного пошли в соседнюю комнату к строптивице. Пусть тихонечко посмотрит. Может опять сигналить начнут. Но… неужели он все-таки уже здесь? Мой поиск по его крови показывает, что он где-то в округе лиг так в пятьсот, но пока не остановится на пару деньков, я его точнее засечь не могу. Жаль что тогда отряд в Ола-Нулон не успел совсем немного…

Я отдал приказ сове слушать дальше и вернуться ко мне через час, а сам тихо пошел к трактиру, хотя хотелось бежать! Буду действовать без подготовки. Завтра уже могут и охрану усилить, особенно когда на склоне горы никого не найдут.

А через час я был уже у ограды парка. Тихо свистнул, и прибежало аж четыре собаки, но близко не подходили. Впрочем, мне хватило расстояния и я их накрепко усыпил. Да, я выдаю себя как сильного менталиста, но мне сегодня явно придется немало колдовать.

Я еще посвистел и разобрался еще с двумя сторожами. Еще одного нашла вернувшаяся сова. Читать ее память мне уже было некогда, но другие задачи птица решать могла. Собаку удалось приманить с трудом, чуть не похлопав крыльями по морде, чтобы отвлеклась от кости, которую увлеченно грызла. Была еще одна собака, так что я насторожил ласку и сову отправил смотреть. Некогда уже искать, да может она и на цепи где сидит.

Разжал механизмом решетку и, особо не таясь, двинулся через парк. Это все-таки был в первую очередь дворец. Но достаточно укрепленный. Первый этаж снаружи сплошь каменный, а окна второго и третьего забраны прочными решетками.

Пока бежал через парк, я размышлял, надо ли убивать ведьм и их подручных? Если убить, то у них будет причина для мести, это раз. А два, может они сильно не замараны? Эльф говорил, что не все черные. На тюрьму-то наработали точно, а вот на казнь не уверен. Ладно, спрошу потом у Анисы, может она знает…

Первым делом я, стоя в кустах, нащупал сознание арбалетчика и атаковал его. До двадцати ярдов я такое проделать уже мог. Тот заорал, вспомнив знакомые ощущения, но на полную громкость выйти не успел. Так и рухнул, а я ему еще и мстительно надавил хорошенько на третий инстинкт.

Меня еще беспокоила небольшая будочка на крыше, где явно был часовой. Но освещалась только верхняя часть строения, а внизу был мрак. Ну да, расчет на собак, решетки и обходы патруля. А жить как в настоящем укрепленном замке владелица не желает.

Я поднял совой тонкий шнурок и перекинул через прут решетки, потом подтянул уже веревку и быстро забрался по ней, нос к носу столкнувшись с радостной Анисой.

— Привет, любимая! — шепнул я тихо визжащей в рукав от радости девушке, пока пытался пристроить гномий механизм.

Дело шло не очень. Если бы были только вертикальные прутья, то отжал бы легко, но были и горизонтальные. Так что гномья сталь вступила в противостояние со скобами, скрепляющими перекрестья.

Но долго возиться мне не дали. Сова услышала шаги.

— Аниса! Сюда идет Арда! — шепнул я и приготовился колдовать.

Дверь резко открылась, и в комнату влетела похитительница. В ее руке была тонкая палка, но она сразу попала под мое заклинание и взвыла. Я не мог продавить ее мощную защиту, но и она не могла заорать в полную силу. Только пару раз крикнула не очень громко:

— Грен! Грен!

Но этот тип уже крепко спал, благоухая. Аниса подскочила с фарфоровым тазиком и обрушила его на голову родственницы. Вроде бы сильно не оглушила, но сопротивление уменьшилось, и я легко пробил защиту. Ведьма как подкошенная рухнула на пол.

— Дорогая, — спросил я, с трудом переводя дыхание. — А их как? Убивать можно?

— Наверное не стоит… — с некоторым сожалением ответила девушка, быстро делая кляп и нарезая жгуты из одежды добытым с тела кинжалом. — Они не великие сошки и что-то совсем темное мне за ними неизвестно. Не надо нам чернеть.

А потом она вытащила ремень из штанов связанной и попросила:

— Пробуди ее, милый, пожалуйста. Ты же слышал про мой позор. Так что я буду мстить! И это… не смотри сюда, пожалуйста… Это зрелище не для мужских глаз. Да, и взгляни на амулеты.

Я осмотрел амулеты, поднесенные Анисой к окну.

— Эти два сильно заметные, раздроби их, а остальные не знаю что, но сигналов не шлют.

Затем я отпустил сознание ведьмы и взялся дальше бороться с решеткой. И через пять минут я все-таки справился. Убрал механизм и прошептал:

— Я вниз. Вылезай и не бойся, я тебя поймаю.

Я спрыгнул, хотя здесь было не менее шести ярдов высоты. Но маг я или не маг в конце концов? А за мной и баронесса протиснулась и тоже прыгнула. И сама бы легко приземлилась, но мне просто было приятно ее поймать.

Правда, пока ловил, на нас выскочила последняя собака. Я отмахнулся от нее мечом, а когда она отступила, готовясь к новому прыжку и зарычала, я уже накинул на нее магический поводок. А потом и послал ее к бегущим вдоль стены двоим гвардейцам, сразу отпустив мозг зверя, только приказ атаковать оставил.

Мы с Анисой бросились через парк к проделанному мной проходу в ограде, а сзади оживал, освещаясь магическими и факельными огнями, наполняясь криками, командами и визгами, дворец.

Мы на одном дыхании добежали до трактира, и я на ходу крикнул конюху:

— Седлай обоих моих коней! Скорее!

И побежал за вещами и остальными птицами. По дороге, проходившей вдоль фасада заведения и освещавшейся фонарями, сначала быстро проехала к замку виденная мной на закате карета, потом проскакало несколько всадников уже к городу. Нас начали ловить.

Со двора трактира мы вышли через задние ворота и двинулись по узкой тропинке к ущелью, судя по карте, ведущему к нескольким поселениям каких-то горцев. Я шел впереди и тщательно высматривал дорогу, ведя коней в поводу. Аниса ехала на первом и задумчиво жевала колбасу, которую я ей дал из запасов и запивала водой из маленького кожаного бурдюка.

— О чем задумалась, дорогая? — мельком глянув на мою красавицу, спросил я.

— Я, наверное, больше не могу называть себя Леди, — жалобно ответила девушка. — Меня выпороли как крестьянку, теперь я ем не за столом. А все потому, что я поступила с тобой по-свински, любимый. Прости меня! И еще я тебе все теперь расскажу. Все-все! Правда!

Аниса бы наверное заплакала, если бы не делала уже три дела: говорила, ела и пила.

— Что ты! — ответил я, хотя проблему «леди — не леди» вообще не представлял. Особенно сейчас. Но если девушка хочет… — Тебя побила, я так понимаю, родственница, причем старшая. Это плохо, но не позорит. А еда на ходу? Так мы в бою!

Закончить занимательный диалог нам не дали. Пронзительный женский вопль кажется достал до тощего месяца и начал метаться между скалами, до которых мы уже почти дошли.

— Вон они! Я вижу их! Идиоты! В погоню! Они не в городе! Вперед, бараны!

Я оглянулся и увидел, что на дороге, под фонарем стоит ведьма, про которую я решил, что она владелица этого замка, и отчаянно машет руками.

Несколько всадников уже начали огибать трактир.

— И как эта грымза разглядела нас? — спросил я то ли себя, то ли любимую, то ли нависшую над тропой скалу.

— Многие из этих тварей умеют искать по ауре, и многие могут ауры видеть. Вот и разглядела на фоне мертвых камней, — Аниса вздохнула. — Мы ведь убежим, Кир, да?

— Конечно! — уверил любимую я. — Я уже немного восстановился. Простых солдат я ловлю сейчас как пескарей. Хуже если стрелять будут… Но они вроде бы пока не сильно кровожадно настроены.

Мы вышли на более широкую тропинку, от дороги нас скрыл поворот, и я даже перешел с шага на бег.

«Что-то я много воюю и мало отдыхаю в последние дни», — подумалось мне, когда я заметил, что не ощущаю обычной легкости. — «Но что-то, как-то очень уж быстро накатило!»

Меня сильно дернула за руку узда коня. Я резко обернулся и потянул. Лошадь всхрапнула, сделала маленький шажок и опять стоя уснула. Аниса распласталась на ее шее и спала, так и не выпустив из руки колбасу. Из бурдюка в другой руке на землю лилась тонкая струйка воды.

— Черт! — я закрутил головой, пытаясь высмотреть ведьму.

— Не туда смотришь, красавчик! — раздалось сверху, и на дорогу передо мной опустился массивный диск из камня с низкой, резной, тоже каменной оградой. Впереди стояла, положив одну руку на высокий и узкий постамент, хозяйка замка все в том же вечернем платье, а за ней два бледных гвардейца, чуть не держась друг за друга от страха. — А ты оказывается крепенький! Я вот хочу тебя настойчиво пригласить в гости, а ты упираешься.

Дама толкнула низкую и тоже каменную калитку, и та неохотно раскрылась, давая возможность хозяйке величественно шагнуть вперед.

— Что же ты так таращишься-то? Прямо как крестьянин на слона на ярмарке, — звонко засмеялась ведьма. — Никогда не видел? Летающий островок! У меня еще много всяких чудес есть. Так что от гостей не отказывайся, Кириан Симор, «лир» свежеиспеченный. А ты мне даже нравишься! И я даже подумаю, не забрать ли тебя себе. Но это от твоего поведения будет зависеть, — и вдруг отрывисто скомандовала. — Взять его!

— А это ты кому? — картинно удивился я, и надавил на сознание и ей, но… совершенно бесполезно.

Ведьма только взвизгнула, почувствовав атаку, оглянулась на вповалку лежащих гвардейцев и начала разворачиваться, пытаясь убежать. Но я сделал шаг вперед и отвесил ей великолепную оплеуху, аж ладонь загудела, разом сбив на землю и выбив половину сознания.

Потом я заметил на поясах солдат легкие тонкие кандалы и надел двое на ведьму. И на руки, и на ноги.

Вытащил у одного солдата ремень и приподнял за волосы скулящую от ужаса старуху? даму? девку?

— Что ты с Анисой сделала? И с лошадьми.

— Ничего такого, — зачастила та, со страхом смотря на ремень. — Просто силы забираю, и кажется, что мозг устал. Через пять минут проснется как свежая. Я сейчас не давлю.

— А ты кто? Имя!

— Нильза…

— Полностью!

— Правящая графиня Нильза ду Шенга.

— И ведьма Робоно?

— Да…

— А годков тебе сколько? Ну!

— Тридцать один…

— А Анисе ты кто?

— Дальняя родственница. А! Не бей! Если точно, то шестиюродная внучатая племянница.

— Племянница? Внучатая?

— Ну да… У нас же ветвей уйма. Живем долго. Дети бывают с огромной разницей.

Глава 31

Я очумело потряс головой, а потом до меня дошло. Аниса родилась, когда матери было за сотню. И такое могло быть много раз. Черт разберет этих Робоно!

— Ладно… внучатая. Сейчас мы сядем на твою леталку, и ты повезешь нас куда скажу.

— Не получится… Лир Кириан! Не вру! Этот островок далеко от замка не может отлететь. Еще с половину лиги и все.

Я встал и зажег маленький огонек, осматривая массивный артефакт. И тут почувствовал под ногами едва заметную вибрацию. Разглядев какую-то каменную затычку, вытащил ее и пустил огонек в отверстие, дюйма в три в диаметре. Там что-то двигалось с невероятной скоростью.

Я взял один из мечей гвардейцев и, недолго думая, сунул его в отверстие. Клинок дернулся, внутри что-то громко хрустнуло, по всему островку хруст повторился, а потом вся конструкция тяжело осела на камни. Оказывается, до этого времени она просто висела над землей, касаясь, может, только в паре точек.

— Ты его сломал, убил! — заныла графиня. — Ему же цены нет! Не было. Это же работа шестой эпохи!

— О себе лучше подумай, — буркнул я, почесывая затылок. — Это я дам бить не приучен. А ты, как я понимая, ввела у себя в замке обычай порки Леди? Так сейчас присоединишься.

— Присоединится, это да, — сквозь зевок донеслось от лошадей. — Любимый, что ты с ней церемонишься? Кто это вообще?

— Говорит, что твоя шестиюродная внучатая племянница… И графиня местная, — усмехнулся я. — Только ты побыстрее, а то нам ехать надо, кони уже, наверное, тоже скоро проснуться.

— Дай мешок, пожалуйста, — попросила Аниса, грубо срывая с притихшей ведьмы драгоценности. — И ремень подай. Воспитывать племянницу это моя прямая обязанность.

Я быстро собрал оружие гвардейцев и уже через пять минут бежал по дороге, ведя в поводу коней. Аниса с сожалением вспомнила о потерянной в суматохе колбасе, но я развеял ее печаль, сказав, что у нас еще целый мешок припасов.

Чуть позже осмотрел окрестности глазами совы и отметил, что преследователи нас потеряли. Было несколько разветвлений троп, и десяток кавалеристов, ехавшие за нами шагом из-за темноты, сначала разделялись, и в итоге свернули не туда.

— В общем, мы ушли, — с удовлетворением сообщил я. — И теперь я готов тебя выслушать.

— Давай сначала доберемся до места какого-нибудь, любимый, — заканючила девушка. — Я истощена, избита, напугана до полусмерти! Я все расскажу, но мне же тоже тяжело.

— Тяжело?

— Ну да, мне стыдно за вранье.

Мы прошли еще несколько лиг и, наконец, уже утром, в одной маленькой горной деревне я снял целый домик, чтобы нам отдохнуть. Заплатил еще и за уход за лошадьми, и чистку наших вещей. И про бочку теплой воды не забыл.

Кончился отдых нехорошо. Когда я спал, решив дать себе несколько часов отдыха, мои птицы меня разбудили. К домику шло человек пятьдесят, вооруженных дубинами и сельхозинвентарем. Где-то голосила какая-то женщина, которая вроде бы не хотела отпускать мужа на разбой. А я даже сначала не поверил, что обычные люди идут убивать нас прямо среди бела дня.

Нет, понятно, что живут они бедно, а у нас заметили немало ценного. Это еще несколько десятков тысяч в драгоценностях они не видели. Но вот так собраться и идти убивать?

— Ты, это, не балуй парень, — угрюмо сказал стоящий впереди седой мужик с киркой в руках, когда я вышел из домика им навстречу. — Мы видим, что ты свою девку любишь, так мы ее не тронем. Замуж выдадим. У нас уже и несколько желающих есть. Но все чин-чином. Как полагается. А тебя уж… извиняй.

— А что? Жену мне не присмотрите? — усмехнулся я.

— Так у нас девок недостача, не обессудь, — развел руками мужик, для чего ему даже пришлось зажать кирку между ногами, но на что только не пойдешь ради красивого жеста, о котором может веками потомки вспоминать будут?

— А может вы мне покажете женихов-то потенциальных? — язвительно спросила Аниса, вставая рядом со мной с арбалетом в маленьких, но твердых руках.

— У нас девки не выбирают. И ты, это… не балуй, а то обоих порешим!

— Любимый, — капризно надула губки моя любимая. — Потребуй, чтобы показали! Тебе-то отказать право не имеют.

Я вопросительно посмотрел на новоявленных разбойников. Толпа, сраженная логикой, заволновалась, и вперед вышло пять типов разных возрастов, но все с определенным авторитетом в местном обществе, судя по одежде и вооружению. Ну да, Аниса у меня красавица!

— А у тебя нет кастрирующего заклинания, любимый мой? — продолжила балаган баронесса.

— Нет, к сожалению, — усмехнулся я. — Но есть меч, я потом назову его «кастратор деревень», потому что на пятерых я останавливаться не привык. И почему у вас вдова голосит?

— Эта? — махнул вожак в сторону вибрирующего воя. — Почему вдова? Не вдова она.

— Может предчувствует, что скоро станет? — уточнил я, а потом тихо добавил для Анисы. — Сзади один подкрадывается. Развернись и стреляй в пузо.

Аниса повернулась, падая на колено, и тут же щелкнул арбалет, а потом вой ввинтился в склоны не видавших такого позора своих жителей гор.

Я кинул заклинание. Пятеро женихов охнули и схватились за головы. А потом все разом развернулись и с ревом бросились обрушивать свое оружие на односельчан.

Те попробовали убегать, но самые задние не сразу сообразили, так что возникла давка. Кто-то посообразительней завопил:

— Колдун! Черный властелин!

Я и не думал останавливать своих марионеток. Нет, не марионеток, а скорее уж, берсерков, получивших единственную важную для них директиву. Держать их на поводке для меня было бы просто безумие, ведь каждое их ранение, оглушительно отдалось бы в моей голове.

И пусть в деревне соотношение полов может скоро измениться, но еще вопрос, сколько путников они так приветили. Впрочем, и приказа бить насмерть я не отдавал. Так, куда придется. Не готов я был еще в эти самые Черные властелины…

Но вот моих кукол осталось три, потом одна. Всё! На каменистой улице валялось шесть тел, но большинство еще живые. А недавние женихи Анисы, после получения нескольких ранений почти сразу переставали подчиняться моему приказу, так что тоже где-то валяются сейчас в переулках.

— Плохо повоевали мои солдаты… — сказал я баронессе. — Так… человек десять поранили… Не смог я им нормального приказа дать, так как времени маловато было. Тут мне еще учиться и учиться…

— Что ты, любимый! — похоже, Аниса моим словам была только рада. — И хорошо! Разогнал толпу, но не устроил здесь бойню. Я уверена, что ты даже специально так и хотел. Парочка убитых разбойников, это нормально, а вот уполовинить поселок, было бы точно лишним.

Когда мы выезжали, над деревней кружили два моих сокола и три голубя. И не зря. Я резко спрыгнул с коня и подбежал к высокому каменному забору, сделав Анисе знак пригнуться. Оттуда коротко взвыло и затихло, чтобы потом превратиться в тихое скуление.

— Что там? — заволновалась девушка.

— Из лука хотел стрельнуть, гаденыш…

— И?

— Стрельнул себе в живот.

— Это как?

— Лук маленький, как-то справился, — пожал плечами я.

Мы выехали на дорогу и уже без приключений к вечеру достигли небольшого, но более-менее цивилизованного городка. Купили припасов и кое-что из одежды, поужинали в трактире и поднялись в комнату.

Еще днем я отправил сокола с вестью, что Анису спас, и Сан может больше не ждать. А теперь можно было и подумать, куда двигаться нам, но сначала я жаждал рассказ, а вот баронесса нет. Похоже, она просто боялась. Но пришлось!

— Из того, что ты еще не разгадал, осталось только две вещи. Первое это то, что я из женской династии Робоно, — Аниса с опаской посмотрела мне в глаза. — Что ты про нее знаешь?

— Древняя, сильная, темная, большая часть входит в клан ведьм Робоно.

— Да, мне не повезло родиться Робоно. Но я просто ведьма, хотя и не хочу, чтобы меня так называли. Но я не ведьма Робоно.

— Что? — удивился я.

— А почему я должна быть ведьмой Робоно? Инициация в клан не обязательна.

— Рассказывай! — приказал я.

Аниса затравленно взглянула на меня, так что мне аж жалко ее стало, но я удержался от сочувствия. Потом, когда расскажет.

— Моя мать была ведьмой Робоно. Ко мне в детстве несколько раз приезжала Арда, одна из бабок, которая и похитила меня сейчас. Тогда она была весьма добра ко мне. И у нее есть умение заставлять. В шестнадцать лет она предложила мне вступить в клан, и я согласилась, но когда мы приехали в один городок, где собрались несколько десятков ведьм, я испугалась. Особенно когда мне предложили сделать жертвоприношение козла в тайном темном храме. Я впала в панику и отказалась. Но я побоялась перечить бабке и пообещала, что вступлю в клан позже. А потом мне сказали, что я императрица, точнее обязана ей стать.

— Что?

— Да, и не первая среди моих предков. Именно так… я императрица. Только в изгнании. Меня даже короновали. Приезжали трое вельмож и короновали. Я по матери из старшей ветви рю Жанго, императорской династии. Но давай я сначала про ведьм закончу, потому что это страшнее…

Я кивнул.

— Мне сказали, что надо короноваться и занять престол. Но самой. И самой придумать как. Ведьма не может сесть на престол, поэтому мне разрешили не вступать в клан Робоно. Сказали, что помогать начнут после того, как я займу трон империи. Я сначала испугалась и отказывалась. Но меня убедили, рассказав, что с моим талантом, мне или в глухом лесу жить, или на самом верху. И я приняла этот довод и согласилась короноваться. Тогда одна старая ведьма заразила меня, и мне присылали лекарство раз в год. Это чтобы я не сбежала и не отвергла клан.

Аниса вздохнула.

— Как ты знаешь, я вылечилась оборотничеством, точнее во время болезни, так и не став оборотнем. А потом меня похитила Арда, привезла в замок и потребовала чтобы я выполнила обещание вступить в клан, так как я провалила покушение и императрицей уже не стану. А еще паладины и эльфы вот-вот уничтожат империю, и мне уже точно на трон не попасть, так как они посадят своего ставленника. А про то, что я вылечилась, они не знают. Они даже мне показали лекарство и сказали, что я без него скоро умру. Но я не испугалась, как ты понимаешь.

— Значит ты не ведьма Робоно? — с облегчением спросил я.

— Что ты, милый! Это так ужасно! И я так рада, что не стала ей! А почему ты считаешь… считал, что я ведьма Робоно?

— Из того, что узнал от тебя, что раскопал сам и что узнал про клан. Чего еще ты так могла бояться? Так что сама виновата, что я так подумал.

— Так ты считал, что я ведьма Робоно и все равно пришел за мной?

— Да.

Аниса заплакала и мне пришлось ее долго успокаивать. Наконец она продолжила:

— Я боялась, что ты узнаешь, что я Робоно. Это тоже очень плохо. И еще я обязалась стать их ведьмой. Вот чего я боялась. А еще ведьмы, если бы узнали какой ты сильный маг и любишь меня, то нашли бы способ заставить тебя вступить в их войско. Ну или отряды. Там много мужчин. Сыновья, мужья и посторонние. Могли угрожать мне, чтобы ты согласился. Это запросто.

Девушка замолчала, и я спросил:

— Это все про ведьм?

— В общем да, подробности потом расскажу, какие знаю. Да… теперь про империю и династию… Было Сокилийское королевство. Правил старший брат, король. Младший, по имени Андор, был главнокомандующим. Старший был повеса и никчемный, а младший очень талантливый. Как-то король женился на одной знатной даме, не зная что она ведьма Робоно, и у них появилась дочь. Король умер, а Андор как-то прознал, что севшая на трон королева — ведьма Робоно. Низложил ее и хотел казнить, но та сбежала с дочерью.

Я только покачал головой.

— Андор грамотно управлял королевством и чуть после сорока своих лет создал Агатскую империю, которая наследница Сокилийского королевства. Но потом появилась группа вельмож, которые потребовали чтобы король, а теперь император Андор Первый, уступил трон дочери своего старшего брата, так как она стала совершеннолетней. Так что, трон и королевства, и наследовавшей ему империи по праву ее. И к ней претензий нет. Она просто из династии Робоно, но не ведьма.

— Императору совсем не понравилось поступить по закону? — усмехнулся я.

— Требование почти не поддержали. Кого-то посадили в тюрьму, но многие сбежали. Некоторым помогли именно Робоно, но тайно, так что те и сами не знали, кто именно их вытащил. Некоторые из моих предков по женской линии короновались императрицей в изгнании. Всегда те, кто не был ведьмой. И мне предложили. А я согласилась. Так что я по закону императрица, а Андор узурпатор. Только всем на это начхать, пока он и его потомки живы. Так что я собиралась их всех убить. Нет! Не так. Не убить, а казнить. По полному праву и за кучу преступлений. Когда я подчинила брата, он выкрал и привез мне сундук документов на абсолютно всех членов этой династии, которые я переслала моим непонятным сторонникам. И даже часть этих документов тянет на смертную казнь. Так что я не преступница. И по закону, и по божественным правилам. И если бы я их всех казнила, то никакой гражданской войны бы не было. Просто сменилось бы правительство. Да, есть где-то даже правительство в изгнании и есть императрица, маленькая глупая девчонка, которая сидит перед тобой. И очень жалеет, что отказалась выходить замуж за человека, который ее любит, простил море лжи и спас.

Аниса смахнула слезинку и добавила:

— А если бы эта дурочка сразу согласилась, то может и Арда меня побоялась бы похитить. Одно дело ее младшая родственница сама по себе, а совсем другое замужняя дама. Хотя ведьм Робоно такое не всегда останавливает, но все-таки, хоть какая-то защита. Да и я сама может смогла бы противостоять ее приказу идти с ней. Хотя… тогда бы они и против тебя могли бы что-то предпринять…

— Ну теперь я уже отдельный и самостоятельный враг для них, — усмехнулся я.

— Вот и получается, что по моей глупости у Робоно и к тебе вражда возникла! — довольно справедливо воскликнула Аниса.

Я не мог с этим не согласиться, но только внутренне. Что случилось, то случилось. Я хотел было сразу повторить предложение, но решил сначала все-таки рассказать, до чего додумался:

— Видишь ли, я считаю, что империи ничего не угрожает.

— Как? А армия паладинов?

Я просто повторил все доводы, которые несколько дней назад приводил эльфийке. А потом спросил:

— Так что? Ты будешь бороться за трон? Или будем искать другой способ жить хорошо?

— Нет, любимый! — твердо сказала императрица. — Я не хочу бороться за трон. Тем более, если император скорее всего не темный властелин, а простой преступник, как и большинство владетелей. Да еще и управляет грамотно, сберегая кучи жизней каждый год. Я не хочу быть императрицей! Я предпочту быть немой.

— Тогда я предлагаю тебе стать моей женой, — улыбнулся я.

Аниса с визгом бросилась мне на шею.

* * *

Через час мы стояли перед большим малообработанным камнем.

— Ну кто бы мог подумать, что этот город такой противобожественный, — недоуменно улыбнулся я. — Ни одного храма вообще, не говоря о храме для бракосочетаний. Похоже, все или обстряпывают свои дела около этой скамалыги, или ездят в соседний город.

— Да… — протянула девушка. — Алтарь так себе. Но я боюсь к нему подходить не по этой причине….

Аниса показала мне на стоящий рядом камень на котором было написано «Светлейшая богиня справедливости Челизия», а земля перед ним была с несколькими отпечатками козьих копыт.

— Понимаешь, может же и почуять… тут всего пара футов.

Я огляделся. Вокруг было пустынно. Только за разросшимися кустами кто-то угадывался, молясь какому-то своему алтарю. Я пожал плечами:

— Давай подкрадемся с подветренной, тьфу ты… с подблагодатной стороны. Авось не почует.

Глава 32

Почуяла. Как только мы подошли к алтарю богини Семейного счастья, как над соседним камнем появилась фигура Челизии. Почти непрозрачная и безумно красивая женщина в эффектном брючном костюме неодобрительно покосилась на козьи следы, а потом строго посмотрела на Анису:

— Я тебе что говорила?

— Я это, — пробормотала побледневшая Аниса. — Это…

— Что «это»? Не блей как коза! А раз предупреждала, то не обессудь и готовь свое сало на жо… в общем, к прожарке! — богиня стала поднимать руку, а моя невеста только беспомощно пискнула.

— Стойте! — крикнул я, поняв, что сейчас могу и вдовцом стать. — У нас уважительная причина. Женимся! И сала на моей невесте уже почти не осталось. Не надо ничего жарить!

— Что? — бездонные озера глаз уставились на меня, пробрав до пяток. — В таком виде? Здесь? А впрочем… ладно. Продолжайте. Я подожду.

Это «подожду» мне как-то очень не понравилось и я на всякий случай напряг все свои мозговые силы, чтобы ко мне на чердак залезть было нельзя. Ну или хотя бы сложно. И тут я почувствовал, как у меня в голове слегка зазудело. Я быстро поднял взгляд на Челизию и заметил, что она сделал вид, что любуется на облака. А потом и вовсе, уселась на свой алтарь и ножки свесила. Но зудение пропало.

А привел, как мог, в чувство Анису, и мы быстро кинули в копилку золотой и пробубнили что-то про «навеки и верность».

— Ну мы пойдем? — уже через полминуты от начала обряда сказал я Челизии.

— Идите… — но не успели мы развернуться, как последовало продолжение. — А ты, парень, останься.

Я развернул жену и подпихнул, чтобы отошла подальше, что она и сделала на подгибающихся ногах.

— А ты… не знаешь такого барда, который сочинил про немых красавиц? — прямо спросила богиня.

— Не знаю я такого барда! — радостно оттарабанил я, быстро поклонился и зашагал прочь.

Затем подхватил Анису на руки и чуть не бегом направился к выходу из самого паршивого из паршивых квартала храмов.

А вслед мне донеслось:

— Ах, ты ж … — а дальше слово, которое женихам обычно не произносят, потому как оно обозначает особо увлекающихся третьим инстинктом.

— Я ее обманул, когда она спросила про барда, — пояснил я жене. — Сказал, что «не знаю», думая при этом про имя. А имени того типа я действительно не знаю. Но каков он подлец! Все-таки запомнил мою дурацкую придумку, несмотря на то, что гнома перепил на балу.

— Парень дважды профессионал, — улыбнулась моя жена. — И пьет насмерть, и запоминает байки в любом состоянии. Нет, трижды профессионал. Балладу он, судя по всему, сочинил хорошую, раз ее многие исполнять стали.

На выходе я чуть не сбил с ног какого-то парня самого простецкого вида, но в новой вышитой цветами рубахе навыпуск, тащившего за собой здоровенную, размером почти с теленка, козу, намотав на руку поводок.

Аниса постучала меня ладошкой по груди.

— Подожди, милый, сейчас такое будет! Надо же нам какое-то представление на свадьбу, как истинным Лорду и Леди!

А мне что? Моя бедняжка кажется вообще уже из одного воздуха состояла. Откормлю, конечно, но пока держать ее на руках было совсем не тяжело. А еще я радовался, что Аниса так быстро отошла от угроз богини. Вот что свадьба делает с девушкой!

Долго нам стоять не пришлось. До нас донесся треск разряда, подобного тем, какими некоторые маги умеют бить, а потом пронзительный вопль. Еще через несколько секунд мимо нас бешеным аллюром промчалась коза, таща на поводке воющего божественного жениха. Судя по тому, что у того были так сожжены штаны, что остались только штанины ниже колен, да и вообще вся одежда дымилась, но он мог орать, да и горелым мясом не пахло, богиня владела своим божественным умением просто мастерски. Надо полагать! За столетие натренировалась.

Пока мы шли к нашему трактиру я сказал жене:

— А ты уже знаешь, что из империи контракты пришли на наши головы?

— Нет. Много предлагают?

— Нет… за меня пять тысяч.

— Ну ты и зажрался, дорогой муж! Пять тысяч ему мало, — нервно хихикнула Аниса.

— Так за тебя девяносто, а за голову пятьдесят. Вот где справедливость?

— О, боги волосатые! — охнула девушка. — Где здесь лавки с краской и одеждой?

Мы купили красную краску и ботинки на максимально высоком каблуке. Дюйма четыре почти.

Через час красноволосая красавица вертелась передо мной, опустив штанины так, что того, что она на высоких каблуках, почти не было видно.

— Вот дорогой, пусть ищут маленькую розововолосую. А я уже средненькая и красноволосая!

— Ты мне всякой нравишься! — немножечко соврал я, так как маленькой и розововолосой Аниса мне нравилась все-таки больше. Но лучше получать долго на капельку меньше счастья, чем по-максимуму, но недолго.

— Я очень рада, любимый! И еще поверить не могу, что ты мой муж. Свадьба у нас, правда вышла как-то… не так, как я себе представляла. Но зато будет побольше времени на ночь!

Мне про ночь очень понравилось, но и про свадьбу я не мог не возразить:

— Отличная свадьба! Вся обязательная нудятина пролетела в полминуты, божественное представление нам сама Челизия подарила, пир у нас на столе хоть и без двадцати смен, но вкусный, аж язык боюсь сжевать сгоряча. А самое главное что? Вот что самое главное на свадьбе? Невеста. Чтобы красавица и счастливая! И это у нас есть, а с перекраской, так в двойном размере.

Наутро мы встали рано, хотя и не выспались. Но что делать? Нам надо было отъехать подальше.

— Двинем к варварам? — спросил я, когда мы покинули город. — Они близко, но с комфортом там совсем туго. Плюс, может еще застанем Сан с ее дочкой. Можно и к светлым эльфам заглянуть. Раз ты не страшная ведьма, ничто не помешает им помочь талантливой девушке и уже полному архимагу.

— Сан? — Аниса послала свою лошадь к моей, а потом совершила кульбит наездницы. Резко подпрыгнула, а приземлилась уже передо мной и лицом ко мне. Только зашипела, вероятно от боли в недавно избитой части тела. — Дорогой, а что у вас было? Вы же путешествовали, воевали…

— Что ты, милая, — усмехнулся я. — У меня есть ты. Я только прикасался к ней пару раз, да и то по необходимости.

— Я прощаю тебя, дорогой, — произнесла формулу Леди моя жена, а потом поцеловала.

А в следующем городке мы наблюдали растревоженный улей. Нашлась армия паладинов и эльфов.

— Представляете, — захлебываясь слюной, рассказывал нам трактирщик, которому подвернулись свежие уши. — Вся эта орава подалась на север, потом свернула на запад и по перешейку, о котором никто даже и не знает, перешла на северо-восток соседнего материка. Там ужасные места. Холодина даже летом, комары размером с воробья, болота. Они мостили гати и даже мосты через проливы наладили. Вчера произошла страшенная битва. Там вызрел сильнейший Темный Властелин с гигантской армией отщепенцев и нежити, который готовился опустошить весь тот континент. Теперь он потерял половину армии, а она была в несколько миллионов, уйму лабораторий и храмов. Сейчас стальная лава катится по его землям добивая остатки.

Мы переглянулись, но Аниса только твердо посмотрела мне в глаза и потеснее прижалась.

— Представляете, как обидно тем торговцам, которые повезли кучу продуктов к маршруту армии? Ну предполагали который. Ха! Хорошо, что меня тогда не взяли в долю за то что я пиво раз… за то что я дешевле всех продавал пиво. Как им обидно теперь! Ты можешь назвать кого-то, кому обиднее? — ткнул он толстым пальцем в меня. — Если сможешь, я тебе пиво поставлю бесплатно.

— Легко! — пожал я плечами. — Андору Шестому. Мне, уважаемый, лучше вина. Лорды пиво не хлещут.

А уже через день мы доехали до города амазонок.

— Впечатляет! — хихикнула Аниса, рассматривая скопление шалашей, крытых повозок и даже обжитой вход в пещеру, которые открылись нам с холма. Но надо отметить, что везде порядок, все стоит как по линеечке. — Мечта любой Леди! Особенно те подмостки с двумя баркасами. Не иначе — это порт!

Все-таки за скалой открылся массивный замок, в котором могло бы разместиться несколько тысяч гарнизона вместе с лошадьми. Да и более-менее ровные ряды палаток поднимались по крутым склонам гор. Но более приличного порта, правда так и не было видно.

Мы беспрепятственно въехали в лагерь, но это только потому, что его жительницы опасности в нас не видели, как я догадываюсь. И действительно, что могут натворить двое пусть и вооруженных путников среди сплошных вояк? Убить разве что кого-нибудь. Но обычаи что варваров, что амазонок не позволяют им слишком сильно беспокоиться о собственной жизни, потому и такая показная беспечность. Хотя в ключевых точках есть и посты из вооруженных до зубов воительниц.

Я спросил у часовых про даму, имя которой мне говорила Рунга, и заверяла, что та окажет любую помощь «моему брату по бою», и уже через четверть часа к нам подскакала на белоснежной лошади красивая женщина с развевающимися почти белыми волосами. А еще с почти обычными женскими пропорциями. Лицо важной амазонки пересекал рваный шрам от лба через непонятно как уцелевший глаз и до подбородка. Правда, приглядевшись, я с удивлением заметил, что шрам на самом деле еле заметный, просто весьма любовно раскрашенный косметикой.

— Вы хотите отправиться на север отсюда? К палам и вислоухим? Вслед за Рунгой с ее котом и Сан с дочкой? Отлично! Сейчас устроим вас на корабль, может еще и догоните. А что, Командир, Сан девка красивая! Только несчастная, вечно ее портнихи обманывают, ткань на одежду экономят, а цену задирают. Не теряйся! — тут бойкая дама посмотрела на набычившуюся Анису. — А ты, красавица, не дуйся, мужиками делиться надо! Они от этого только лучше становятся.

— И на что ты нас устроишь? — фыркнула моя жена, решив не вступать в бесполезную в этом месте полемику, и показав на баркасы. — На это?

— Ну да! А тебе что надо? Драконидов не держим. Девочки сейчас посигналят, и посадим тебя как императрицу.

Через час мы стояли на шаткой пристани. Кони уже были проданы, лишние вещи тоже. Лишние животные отпущены. В баркасе весело переругивалось шесть массивных теток, сжимая весла.

— Вон ваш корабль! — крикнула одна из них. — Прыгайте к нам и держитесь покрепче. Грести будем так, что уши на ветру хлопать будут!

— А почему у него паруса зеленые? — потеребила меняя за рукав Аниса, когда мы и вправду почти летели над волнами, приближаясь к крупному и изящному кораблю.

— Ну, наверное, потому, что он называется «Зеленая волна», — принялся рассуждать я. — Была бы «Синяя волна», паруса были бы синие, а если «Алая волна» то были бы алые паруса. Но, любимая, мы же на нем уже плавали.

— Только поднималась я на борт и спускалась в сундуке, — широко улыбнулась мне жена.

— О! Милорд! — закричал перегнувшийся через борт кок. — А с ним, не иначе, морской дух. Почему не в сундуке? Мы-то думали, что ты важную преступницу вывозил, некоторые уже на премию такие губы раскатали, что другие запинались. А ты вон какую красотку катал!

— Да украл я ее из отчего дома, — мысленно ругая себя, крикнул я в ответ. — А тесть у меня важная шишка в порту. А капитан ваш где?

— Ха! Ты не поверишь, милорд, он такой мудрый, такой умный, а его зеленая девчонка провела. Русалка, молоденькая совсем. Подплыла к нам вчера и говорит: «Капитан, а вы знаете новость? У русалок пропала магия поцелуя». Ну тот усомнился как умный орк, а она и говорит: «ну хочешь проверить?»

— И? — спросил я.

— Ну и проверил. Она нам только сказала, что дом строит, наловила всяких юнцов на вечеринке, но по неопытности дрищей каких-то, и балки на перекрытие оказалось поднимать некому. Вот взяла крепенького на недельку. Мы его, как обратно поплывем, подхватим. А пока я за него.

Мы поднялись на борт и проследовали в знакомую каюту.

Там кок мне сказал:

— Ты, милорд, по кораблю сильно не шастай. Наши парни от твоего духа по ночам так мучились, что как к себе мы доплыли, так восемь рыл сразу женились. А жены их очень тому духу молиться стали. В храм ходят. И не только жены. У каждой же матери, бабки, тетки. И другие девки хотят, чтобы такой дух к кораблю прилип. А вот парни наши себя совсем дураками чувствовать стали. Они же говорили, что любовь у тебя делается, а капитан им: «дух это, дух». Нет, ничего такого тебе не сделают, милорд, но пару раз в морду сунуть могут. У нас с этим просто.

— А кому молились-то, — с неясным предчувствием спросил я.

— Да этой, как ее… справедливости! Других храмов у нас и нет. А для нее здоровенный у нас отгрохали сто лет как уже. Когда все придурки купить ее мечтали. За козу.

Я повернулся к красной как помидор жене и подмигнул. Та только махнула рукой и убежала в дальнюю комнату.

— Ах, какая скромница! — причмокнул ей вслед кок. — А я же тоже тогда думал, что везешь ты ту злодейку, которая императора чуть не уморила. Но та-то, небось, бой-баба! Палец откусит, даже еще до рта донести не успеешь. И на побегушках у нее мужик бегать будет. А еще, милорд, я кухней благородной увлекся. Тосты твои всем понравились, но и я не пяткой в носу ковыряюсь. Придумал блюдо, «крысохлеб» назвал. Беру булку хлеба, разрезаю, на нижнюю половину кладу сыр, овощи, лук, чеснок, хрен, горчицу, перец, специи всякие, потом крысу, сверху опять все так же, ну и хлебом накрываю.

— Крысу хоть битую? — спросил я, пораженный полетом кулинарной фантазии.

— А то! Мы ж не дикари унжунские, чтобы живых устриц хлебать!

— Ну так могу еще подсказать… Ты поверх еще также положи. Будет три половины булки, две крысы, ну и гарнира вдвое.

— Милорд! Ты голова! Сразу видно военного человека. Зачем лишний раз пасть разевать, если можно зараз побольше впихнуть? Давай я тебе сегодня особое блюдо за это сварганю! Ты же недавно женился? И небось не попировал, как положено?

Я неохотно кивнул. А орк ударился в критику:

— Ну что это у вас за пир? Двадцать перемен. На тарелке по сопле какой-то положено. И приборы эти… Я тебе знатный торт сделаю!

— Договорились… спасибо… — осторожно поблагодарил я.

Когда кок ушел, а у Анисы немного сошла краснота, она спросила:

— А зачем ты им двойной крысохлеб порекомендовал?

— Да он такое наговорил, там же сдохнуть можно от его блюда. Ну я и решил пошутить. У орков-то хлебальники, как у гномьего горного механизма. Ну я вот и думаю, может от двойного хоть порвутся?

Аниса сначала посмеялась, а потом ловко прыгнула мне на колени и тихо сказала:

— Прости еще раз, что я тебя на побегушках сделать хотела.

— Ну… прощаю… у вас, у Ледей, такое бывает…

— Да какая я теперь Леди? — махнула рукой Аниса и потерла себя пониже спины. -Леди из меня, как из мармелада арбалетный болт.

— Отлично, значит стирке ничего не мешает, — хмыкнул я. — А то тут прислуги не водится, а какая водится, та так постирает, потом сшивать замучаешься.

— Да ты что! — показала мне изящные пальчики с недавно любовно наведенным маникюром красавица. — У меня же ручки!

— А я тебе как раз для них подарочек купил! — достал я из сумки цветастую коробочку. — Перчатки из обработанной кожи. Непромокаемые!

Вечером кок притащил торт. Да как подал! Стукнул по столу огромным блюдом, любовно прикрытым начищенным медным котлом. И приборы рядом высыпал. Потом поставил пыльную бутылку чего-то, вероятно, маловостребованного из-за жуткого вкуса даже у орков.

Когда кок вышел, я повернулся к любимой, которая уже приоткрыла крышку и изучала шедевр.

— Ну что? Как там? — потер я руки.

— О! Красиво выглядит! А пахнет-то! — мурлыкнула моя ненаглядная. — Никогда не думала, что можно так приготовить торт из тыквоины.

Меры длины и веса

Стадий (12х12 ярдов) — 144 ярда = 130 м

Лига (12 стадий) — 1728 ярдов = 1555 м

Ярд — 90 см

Фут — 30 см

Дюйм — 2,5 см

Фунт — 450 грамм

Унция — 30 грамм

Пинта — 0,6 литра

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/278091

Content

Маг на побегушках

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Меры длины и веса