Биндер Эндо

Невозможный мир

Эндо Биндер

Невозможный мир

© Eando Binder — «The Impossible World», 1939

Глава 1

Спутник Сатурна

Космический корабль «Тихо» Бюро Планетарных Исследований опустился на выдвижные посадочные колёса из толстой, губчатой неорезины, не потерявшей упругости под действием космического холода. Импульсы замедляющих ракет помешали ему прокатиться слишком далеко по острым кристаллическим камням, разбросанным по узкой долине между двумя утёсами, выбранной в качестве наиболее многообещающей посадочной площадки.

Пилот Марк Трэфт выругался. Выбор был невелик, поскольку весь этот проклятый спутник выглядел как поле боя. Оставалось только закрыть глаза и, скрестив пальцы, снижаться, надеясь на лучшее. Однако он так не поступил. Он применил всё своё мастерство пилота класса «А». Корабль благополучно приземлился.

Отстегнув широкие ремни безопасности, он поднялся на ноги и выпрямился во все свои шесть футов и пять дюймов. Он был пропорционально широкоплеч, с большими руками и крепкими ладонями. Мускулы бугрились под его опрятной униформой.

Светловолосый, он был воплощением викинга во всём, кроме одного — своего лица. Природа придала ему, как ни странно, добродушный вид, а цвет лица, к его тайному отвращению, у него был ровным и светлым, как у девушки. Все его попытки замаскировать это безобразие усами оканчивались неудачей, а когда он на время и вовсе перестал бриться, то в итоге получил жиденькую рыжеватую бородку.

Он прижался лицом к илеальному иллюминатору из искусственного алмаза и выглянул наружу.

За алмазным стеклом был Япет, восьмой спутник Сатурна, вращающийся на расстоянии 2 200 000 миль от своей основной окольцованной планеты. Очевидно, это был студёный, маленький, уединённый мирок, освещавшийся лишь слабыми лучами Солнца, находившегося на расстоянии девятисот миллионов миль от него.

Марк знал, что атмосфера планеты разрежена и холодна. Насколько он мог видеть, её мрачная поверхность представляла собой покрытую мешаниной слоистых пород пустошь с бесплодными каменными равнинами и несколькими вечно замёрзшими озёрами. Это была безрадостная картина, от которой леденели глаза и сердце живого наблюдателя.

И всё же в 2050 году нашей эры, менее чем через сто лет после появления космических путешествий, земляне собрались совершить свои межпланетные подвиги в этом своенравном уголке Солнечной системы. На Титане, крупнейшем спутнике Сатурна, в двух миллионах миль от него, была процветающая колония, а на Рее — топливный аванпост. Исследовательские корабли уже побывали на Япете и обнаружили на нём богатые залежи бериллиевой руды.

— Довольно пустынное место, — прокомментировал, тоже отстёгиваясь, второй пилот Грили.

Его рост составлял шесть футов, но он был карликом по сравнению с огромным Трэфтом. Он продолжил, его взгляд были довольно мрачным:

— Здесь не так много болезней жизни, как выражаются поэты. Даже насекомых нет.

— Есть немного растений похожих на мох, — прокомментировал Трэфт. — Эволюция здесь едва началась.

За их спинами остальные десять человек из судового списка делали различные наблюдения. Так или иначе, чем меньше жизни было на планете, тем более негостеприимной она казалась. Даже рассадник ужасных монстров был бы предпочтительнее этого каменистого, бесплодного участка.

— Тем не менее, выходим вооружёнными, — сказал капитан Харви, командир экспедиции.

Как мудрый и опытный руководитель исследовательской службы, он знал, что в чужих мирах неизвестные опасности часто таятся прямо под носом.

— Парни, — обратился он ко всей группе, — Вы знаете, зачем мы здесь. Исследование месторождений полезных ископаемых. Все предыдущие экспедиции, побывавшие здесь за последние несколько лет, сообщали о большом количестве бериллиевых руд. Это делает этот спутник своего рода сокровищницей.

Он развёл руками, словно показывая на горы сокровищ. В некотором смысле это была правда, поскольку бериллий, образующий самый лёгкий и прочный из сплавов, стал самым полезным металлом в век межпланетных путешествий.

— Бюро по Разработке Полезных Ископаемых, — продолжал он, — решило бы вопрос раньше, если бы только этот спутник не находился так чертовски далеко от нас. В нынешнем виде Сатурн является практически форпостом современного земного космического сообщения в Солнечной системе. И Япет, находящийся так далеко от основной планеты, является, пожалуй, самым дальним фронтиром, достигнутым на сегодняшний день. Но теперь, когда на Титане и Рее есть хорошие топливные аванпосты и доки для грузовых судов с рудой, Япет созрел для освоения. Человек приближает к своему порогу ещё один мир.

Он огляделся по сторонам, зная, что все члены экипажа ощущают внутренний жар, который охватывает исследователя, осознающего, что он — первый в целой кавалькаде поселенцев, рабочих и строителей, которые придут позже.

— Что касается изыскательских работ, — продолжал капитан, — то вы все подчиняетесь Хью Беннингу, нашему минерологу. А теперь мы влезем в вакуумные костюмы и отправимся в путь. Все, кроме Трэфта и Грили. Вы двое останетесь на корабле в качестве охраны.

Остальные с трудом облачились в вакуумные костюмы из неорезины. Два пилота помогли им застегнуть шлемы и прикрепили кислородные баллоны к их поясам.

— Кстати, капитан Харви, — сказал Хью Беннинг, — другие экспедиции сообщали, что эта атмосфера пригодна для дыхания. Конечно, она холодная и разрежённая, но свежая и приятная. Никаких вредных последствий даже после часового дыхания ей.

— Я знаю, — кивнул капитан. — Мы обязательно попробуем позже, но только после того, как доброволец подышит этим воздухом в течение пятнадцати минут, прежде чем это сделают все остальные. Поняли, ребята? Держите шлемы закрытыми, пока я не дам команду.

Наконец восемь человек в вакуумных костюмах, обутые в ботинки, утяжелённые свинцом, выбрались наружу, и шлюз с шипением закрылся за ними. Трэфт и Грили с некоторой завистью наблюдали, как их товарищи бродят снаружи, наслаждаясь ощущением свободы после тесноты корабельных кают. Это всегда вызывало трепет у космических путешественников.

Несколько минут спустя было замечено, что Беннинг, очевидно, вызвавшийся подышать воздухом, расстегнул клапан, который позволял наружному воздуху проникать в его лёгкие. Его костюм быстро сдулся, так как наружное давление было значительно ниже. Он отключил свой кислородный баллон, и стал потреблять исключительно атмосферу спутника. Обычный человек, избегающий физических нагрузок, мог бы дышать таким стратосферно разрежённым воздухом в течение ограниченного периода времени без каких-либо побочных эффектов.

— Готов поспорить, что воздух здесь кусучий, — поёжился Трэфт, взглянув на термометрическую шкалу, которая показывала температуру на улице минус 102 градуса. Маленькое Солнце над головой не могло прогнать такой холод. — Но, надеюсь, у него есть нагревательная спираль в носовой трубке, которая убирает большую часть холода.

— Счастливчик! — вздохнул Грили. — Воздух в баллонах всегда кажется таким затхлым после несколько часов его использования.

В тишине корабля раздался щелчок. Это Трэфт упражнялся с маленькой компактной камерой — чудом совершенства, позволяющим делать цветные снимки практически в любых условиях — и делал снимки внешних пейзажей.

— Искренние любители фотокамер оказываются ещё существуют, — ухмыльнулся Грили. — Видимо эта порода не вымерла за сто лет.

— Это отличное хобби, — простодушно ответил Трэфт. — У меня есть фотографии, сделанные в десяти мирах, и я горжусь своей коллекцией.

Группа, находившаяся снаружи, поднялась на вершину невысокого холма, с которого открывался вид на окружающую местность. Беннинг внезапно опустился на колени, зачерпнул пригоршню рыхлой почвы и внимательно её рассмотрел. Он казался удивлённым и, очевидно, рассказывал остальным, какое богатство в виде руды находится у них в руках.

— Удивительно, что здесь не проявились частные интересы, — размышлял вслух Трэфт, — чтобы урвать несколько миллионов долларов, как они это сделали на Каллисто. Помнишь тот случай несколько лет назад? Им удалось заработать целое состоянием на радийной руде, прежде чем правительство приступило к её разработке.

Низкий голос капитана Харви зазвучал из динамика рации, который был включён и настроен на радиоприёмник в шлеме.

— Трэфт, — вызвал капитан своего пилота, — мы направляемся к ближайшему утёсу справа. Беннинг предполагает, что там могут быть богатейшие месторождения. Мы все сейчас дышим свежим воздухом. Очень свежим и ароматным. Не выключайте рацию.

— Есть, сэр! — сказал Трэфт.

Затем он и Грили, стоя у кормового иллюминатора, наблюдали, как группа движется к острому, высоко вздымающемуся утёсу справа от носа корабля. Они могли легко разглядеть детали утёса, находившегося на расстоянии не более четверти мили. У его подножия виднелся чёрный неровный разрез природной пещеры, ведущей в скальную твердь. Тусклый солнечный свет не проникал в её глубины.

Исследовательская группа тоже увидела пещеру. Они приближались к ней с любопытством, которое испытывают люди ко всему таинственному. Инстинктивно насторожившись, они подобрались к входу в пещеру и заглянули внутрь. Беннинг взобрался на плоский, нависающий выступ, чтобы рассмотреть её поближе.

У двух пилотов, наблюдавших за происходящим, не возникло и мысли об опасности. Пустынный мир, не населённый враждебными формами жизни, не мог внушать никаких опасений. Их пребывание на Япете обещало быть таким же рутинным и безопасным, как и на более привычных планетах.

И тут началось!

Они увидели, как люди, находившиеся снаружи, пошатываясь, как пьяные, побрели к кораблю, нащупывая открытые забрала. Их движения были заторможенными и неловкими.

— Что-то случилось! — испуганно выдохнул Грили.

Трэфт, двигаясь с тигриной быстротой при всех своих габаритах, уже был у рации и кричал в неё:

— Капитан Харви! Что не так? Что…

— Что-то… замораживает… душит нас! — донёсся в ответ хриплый голос капитана. И ещё тише: — Газ… холодный… в воздухе. Трэфт, Грили, помогите!

Голос перешёл в сдавленный стон. Теперь мужчины падали один за другим, подпрыгивая в низкой силе тяжести, как резиновые мячики. При этом они конвульсивно извивались. Трэфт и Грили на мгновение в ужасе переглянулись.

— Вакуумные костюмы! — взревел Трэфт, бросаясь к заднему отсеку снабжения.

Они быстро натянули свои костюмы, открыли кислородные клапаны и вошли в шлюз. Мгновение спустя они выскочили из него и бросились к упавшим людям. Напрягая все свои мускулы в условиях пониженной гравитации, они смогли преодолеть четверть мили менее чем за минуту. Упавшие люди теперь лежали неподвижно, с закрытыми глазами, видными сквозь забрала шлемов.

Трэфт опустился на колени рядом с капитаном Харви и быстро отстегнул свинцовые грузы от его ботинок. Он проделал то же самое с ещё одним, затем подхватил обмякшие тела, по одному под каждую руку. Он бежал быстрее, чем мог бы бежать на Земле, не неся ничего, кроме собственного веса. Грили последовал за ним с ещё двумя пострадавшими.

Они совершили ещё один поспешную вылазку, но Грили вернулся только с одним человеком. В кабине он торопливо отстегнул шлем.

— Беннинг отсутствует! — крикнул он Трэфту. — Должно быть, он провалился в пещеру.

Трэфт мрачно кивнул, схватил ручной фонарик и снова бросился вон. Грили выскользнул из своего вакуумного костюма и начал раздевать остальных.

Через несколько минут с озабоченным выражением лица вернулся Трэфт.

— Беннинг пропал! — объявил он с ноткой обречённости. — Эта пещера — чудовищное место, сплошные ямы, у которых невидно дна.

Он пожал плечами, но не от безразличия, а от безнадёжности.

— Боже милостивый! — простонал второй пилот.

Он оцепенело смотрел на тела спасённых людей.

— Они даже не дышат. Они мерт… — он сглотнул, не в силах произнести ни слова.

— Не обязательно, — отрезал Трэфт, хотя в его глазах сохранялось шоковое оцепенение. — Они лишь короткое время находились под воздействием того, что было в воздухе. Люди не умирают так внезапно, даже когда их сердца перестают биться, а лёгкие отказывают. Это выяснили ещё в двадцатом веке. Однако нам нужно поторопиться. Надень им на лица кислородные маски и прокачай диафрагмы, как это сделали бы с утопленником. Пошли, у нас много работы.

Они трудились как рабы, перемещаясь от одного обмякшего тела к другому, надеясь оживить их всех. Но никаких признаков возвращения к жизни не было. На лицах, казалось, не осталось ни кровинки. Липкие пальцы страха сжали их сердца.

Постепенно они осознали безнадёжность происходящего, но упрямо продолжали свои усилия, не желая признавать поражение. Несколько часов спустя, уставшие, как собаки, с ноющими мышцами, они, тяжело дыша, смотрели друг на друга.

— Они мертвы, — с содроганием заявил Грили.

В его голосе слышались резкие нотки из-за расшатанных нервов.

Трэфт выглядел измученным. Но в его глазах застыло недоумение. Он приподнял руку одного обмякшего тела. Затем отпустил её. Рука безвольно упала.

— Трупного окоченения нет! — хрипло прошептал он.

— Что ты имеешь в виду? — выдохнул Грили.

Гигант-пилот вскочил.

— Это дело для Внеземного Биоинститута.

В его глазах вспыхнула внезапная решимость.

— Чем скорее мы доберёмся туда, тем лучше. Мы дозаправимся на Титане и направимся на Землю.

— Какой от этого толк? — простонал Грили. — Чтобы добраться туда, потребуется по меньшей мере четыре или пять дней. К тому времени они наверняка будут мертвы, если уже не умерли.

— Может быть и нет.

Трэфт как-то странно уставился на тела, пытаясь убедить себя, что сошёл с ума от этой мысли. И всё же его сердце бешено колотилось от настойчивой надежды, что он, возможно, прав. Он прыгнул в кресло пилота.

Когда Япет скрылся из виду, Трэфт взял курс на крошечный диск Титана, расположенный у изгиба колец Сатурна. Ему было легче смотреть на усыпанный звёздами небосвод, чем на семь неподвижных фигур, привязанных ремнями к своим койкам. И мысль о Беннинге, разбившемся о дно какой-то бездонной ямы…

Пилот-великан, в силу своего авантюрного призвания, вёл не слишком спокойную жизнь, но этот катастрофический эпизод потряс его до глубины души. Особенно его загадочность. Что за странный газ внезапно появился в атмосфере Япета? Неужели он предвещает какую-то неведомую угрозу, природную или иного характера?

Трэфт слегка вздрогнул. Почему-то это необычайное событие показалось ему полным зловещих предзнаменований.

Глава 2

Институт биомагии

С самой высокой башни ВЗБИ, расположенной на Лонг-Айленде, открывался великолепный вид. Далеко на западе виднелись шпили Манхэттена, самого большого и оживлённого города Земли, бьющегося сердца человеческой небесной империи. Ближе, на самом Лонг-Айленде, находился космический порт Теллус с его гигантским зданием вокзала, ангарами и обширной посадочной площадкой.

Огромные лайнеры и грузовые суда постоянно взлетали и с грохотом садились. Рёв их мощных двигателей был слышен как ровный низкий звук, похожий на плеск бесконечного прибоя.

— Здесь сходятся космические перекрёстки! — прошептал доктор Родни Шелтон своей лаборантке Майре Беннинг. Она кивнула.

Это место вдохновляло на подобные мысли, как два столетия назад доки и набережные старого Лондона, бывшие перекрёстком морских путей. Вся богатая и разнообразная торговля иных миров сосредоточилась в этом центре Солнечной империи. Не проходило и дня, чтобы из космического пространства не появлялись новые сокровища — драгоценные и промышленные металлы, бесценные сокровища, экзотические продукты питания, редкие или неизвестные на Земле, и это помимо стабильной торговли венерианским зерном и мясом, а также марсианскими изделиями.

Временами с космических путей веяло духом приключений — рассказами о потаённых землях в чужих мирах, сказочных существах и героических деяниях. В этом смысле это было похоже на средневековую Венецию с её древними познаниями о Катае, Индии и таинственных Южных морях. Только здесь речь шла о прокладке эфирных путей к Марсу, Ганимеду и Рее.

И был фронтир — Сатурн, за который организованное предпринимательство ещё не продвинулось. Это была смесь прозаического и романтического, как и во все подобные периоды новаторства, и никто не мог сказать, что может принести завтрашний день.

Двое наблюдателей с башни наслаждались происходящим, отвлекаясь на минутку от напряжённой лабораторной работы внизу.

Доктору Родни Шелтону было под тридцать, рост — более шести футов, телосложение — как у атлета. Бросались в глаза его волевой подбородок, решительные губы и прямой нос, но в первую очередь — глаза. Это были пристальные, спокойные серые глаза мечтателя и мыслителя, но в их глубине таилось некое качество, очень живое, которое выдавало в нём человека действия, когда того требовали обстоятельства.

Внешне он не выглядел учёным, каким был на самом деле. Но морщины, свидетельствующие о сосредоточенности, могли мгновенно появиться на его лбу, когда мозг, находящийся за ним, погружался в решение сложной проблемы.

Рядом с ним Майра Беннинг была воплощением женственности, несмотря на бесформенный лабораторный халат и отсутствие косметики. У неё был задорный носик, золотистые волосы и нежно-голубые глаза. Но более того, у неё был ум и соответствующее стремление использовать его. Она не зря выбрала для себя научную карьеру.

Внезапно оба вздрогнули и подняли головы, услышав пронзительный вой сирен, доносившийся со стороны космического порта Теллус. Сирены использовались редко. Это означало какую-то чрезвычайную ситуацию. Иногда, например, повреждённым кораблям требовалось очистить порт для опасной посадки.

Доктор Шелтон и Майра видели, как корабли поспешно оттаскивали в сторону, очищая взлётно-посадочную площадку. Одно небольшое грузовое судно, собиравшееся совершить посадку, снова задрало нос, взревев своими кормовыми соплами, чтобы сделать круг-другой и дождаться своего часа.

Через несколько минут появилась причина беспокойства — длинный аппарат в форме торпеды, который почти отвесно вынырнул из облаков. От корпуса, нагретого при быстром спуске сквозь воздушную оболочку Земли, с шипением валил пар. Килевые дюзы вспыхнули вишнёво-красным, смягчая падение, но всё-таки корабль, подпрыгивая, приземлился на шасси и прокатился вперёд сотню ярдов, прежде чем его остановили тормозные двигатели. Затем вулканическая пульсация его двигателей внезапно прекратилась.

Воздушный шлюз приземлившегося корабля резко открылся. Спешащие чиновники космодрома встретили выходящих пилотов. В воздухе витало возбуждение. Для Родни Шелтона и его спутницы это было похоже на спектакль, разыгрываемый на далёкой сцене. Фигурки были крошечными игрушками.

— Интересно, что всё это значит? — задумчиво произнёс мужчина. — Они прилетели откуда-то в большой спешке. — он наклонился вперёд, напрягая зрение. — Судя по размеру топливного отсека, это исследовательский корабль. Не могу разобрать название.

— Исследовательский корабль! — у Майры Беннинг перехватило дыхание. — Мой брат Хью на «Тихо», — она покачала головой. — Но он должен вернуться только через три недели. Это не корабль Хью.

Она взглянула на свои наручные часы.

— Мы торчим здесь уже полчаса, — решительно заявила она. — Я думаю, нам лучше спуститься, доктор Шелтон.

— Вы — голос моей совести, — ухмыльнулся мужчина. — Но вы правы — возвращаемся к работе.

Они покинули башню, чтобы спуститься в свою лабораторию.

Организаторы Всемирных выставок в Нью-Йорке в 1939 и 1966 годах называли их «Миром завтрашнего дня». Однако они были бы крайне поражены, увидев, что выросло на тех же землях столетие спустя.

На первый взгляд, это была просто группа гигантских зданий без окон, климатические камеры ВЗБИ — Внеземного Биоинститута. Но внутри них, в герметичных отсеках, были сотни вариантов температуры, давления, освещения и других диковинных условий внеземной среды. Это был крупномасштабный биологический проект, который много значил для колонизации других планет Землёй.

Одно здание было предназначено исключительно для подготовки к работе на Марсе. Оттуда выходили мужчины и женщины с телами, метаболизм которых идеально подходил для марсианских условий, с его абсолютно сухим, разрежённым воздухом, морозным климатом и низкой гравитацией. Их непрерывным потоком доставляли на Марс на специально оборудованных космических кораблях.

Марс был колонизирован первым. Численность землян на Красной планете уже превысила пять миллионов человек. Там процветала дюжина отраслей промышленности. Прекрасная керамика из марсианской глины пользовалась большим спросом на Земле. Как и изысканно тонкие ткани из марсианской паутины.

Другое здание подготовило колонистов к тому, чтобы они могли выдерживать знойную сырость Венеры, в десять раз более суровую для людей, чем жаркие джунгли Африки или Южной Америки. Эти люди собирали огромные урожаи благодаря безграничному плодородию Облачной планеты. Урожай созревал за короткий месяц на жарких, пропитанных паром равнинах, которые простирались в бесконечность под затянутым тучами небом. Зерновые, завезённые с Земли, росли там в огромном изобилии. Более половины основных продуктов питания поступало на Землю с богатых ферм Венеры.

Всё это было бы невозможно для обычных, не подготовленных землян. Им пришлось бы работать в герметичных костюмах, защищая себя от неблагоприятных условий окружающей среды, со всеми неизбежными недостатками таких методов. Но как люди, чей метаболизм был изменён в соответствии с новыми условиями, они жили и дышали так свободно, как будто родились на этих планетах.

И как же изменяли человеческий метаболизм, выработанный в результате миллионов лет эволюции на Земле? В конечном счёте всё сводилось к использованию одного замечательного продукта биологической науки, разработанного двадцать пять лет назад.

Для прессы и общественности это был просто «адаптен», но только самые доверенные сотрудники института знали его конкретную формулу. Он должен был храниться в тайне и не попадать к нечистым на руку людям. Правительство Земного Союза полностью контролировало производство и использование адаптена.

Адаптен был исходной субстанцией для всех гормонов в живом организме. Он контролировал весь обмен веществ и, следовательно, все до последнего процессы в организме.

Самым замечательным применением этого почти что чудодейственного вещества стало покорение враждебной окружающей среды Юпитера. Поначалу такое казалось невозможным. Гравитация на поверхности Юпитера была мощнейшей, почти в три раза превышающей земную, из-за чего человеческие кости и мышцы разрушались за несколько часов.

Удушающая влажность и жара от титанического слоя атмосферных газов обещали постоянное першение в горле и медленное варящуюся кожу. Хуже всего было то, что сама атмосфера, помимо кислорода, была насыщена газами, никогда не предназначавшимися для земных лёгких — метаном, аммиаком и даже следами жгучего брома, который выделялся из вулканических источников и придавал всей атмосфере коричневатый оттенок.

Естественные формы жизни дикой природы Юпитера были адаптированы к этим условиям миллионами лет эволюции. Как могли земляне, выросшие в более мягком климате, справиться с этим ужасным испытанием?

Были проведены испытания. Был подготовлен ряд помещений для подготовки с последовательно повышающимся давлением воздуха, высокой температурой и посторонними газами. В некотором смысле, это было похоже на компрессионные камеры двадцатого века, которые использовались для подготовки водолазов к большому давлению под водой. Трое землян, которым давали большие дозы адаптена, переходили из камеры в камеру. Для них были приготовлены свинцовые скафандры, и с каждым днём они прибавляли в весе. Их метаболизм претерпел необходимые изменения!

По прошествии трёх месяцев они добрались до последней подготовительной камеры, которая практически дублировала условия на Юпитере. Их кожа стала жёсткой и устойчивой к жаре. Их лёгкие автоматически отфильтровывали метан, аммиак и бром, поглощая только необходимый кислород. Их мышцы, стимулируемые сверхактивным адреналином, легко выдерживали вес в пятьсот фунтов, не испытывая усталости. И всё это благодаря волшебному действию адаптена, который таинственным образом воздействовал на каждую клеточку и сосуд.

Эти люди были отправлены на Юпитер. Один из них не выдержал суровых условий жизни, но двое других выжили. После этого успеха другие люди были подвергнуты биологической обработке, и вскоре было основано поселение и начаты работы по извлечению химических богатств из почвы Юпитера.

Теперь, в 2050 году нашей эры, биологически подготовленных землян можно было встретить на десяти различных планетах Солнечной системы — Меркурии, Венере, Марсе, Юпитере, Ио, Европе, Ганимеде, Каллисто, Сатурне и Титане. Адаптен разорвал прежние узы узкого диапазона условий, в которых мог выжить человеческий организм.

Не имело значения, была ли атмосфера разрежённой или плотной, не хватало кислорода для поддержания жизни или его было в избытке, был ли сильный мороз или удушающая жара, была ли сила тяжести слабой или невероятно сильной — адаптен корректировал метаболизм под любые условия.

Они всё ещё оставались людьми, колонистами других планет. Наука несколько изменила их тела, но не разум. Они жили, любили и работали в чуждой среде, ощущая себя в той же мере хорошо и счастливо, что и живущие на Земле люди. Их дети с рождения легко поддавались биологической коррекции с помощью адаптена. Это было только начало, но колонизация быстро набирала обороты и привела к созданию великой империи, в которой земляне жили во всех мирах Солнечной системы — благодаря адаптену.

ВЗБИ, где осуществлялось биологическая коррекция, был отдельным подразделением правительства Земного Союза, наряду с Космическим флотом, Бюро Межпланетных Исследований и Планетарной Разведкой. Освоение космоса было высокоорганизованным процессом.

Сначала корабли геологоразведочной службы наносили на карту и исследовали каждый новый мир. Затем специалисты по планетарной геодезии подсчитывали все сырьевые ресурсы, минеральные и прочие. Следующим в дело вступал Космический флот, начинавший создавать аванпосты и топливные терминалы.

В конце концов, ВЗБИ отправляла своих специально подготовленных колонистов осваивать планету. И к растущему списку мест проживания человечества добавлялся новый мир.

Глава 3

Тайна космических путей

Сердцем Внеземного Биоинститута была его контролирующая лабораторная система, деятельность которой охватывала весь спектр научных исследований. Его штат насчитывал тысячи человек. Его оборудование было ультрасовременным. Это был центр обработки всех данных, поступавших из космоса. В архиве была вся возможная информация, касающаяся внеземных проблем.

Глава ВЗБИ был членом кабинета министров Земного Союза. Вторым лицом в команде был доктор Родни Шелтон, самый молодой и блестящий из научных сотрудников.

Его карьера была наполнена важными исследованиями. Ещё до прихода в ВЗБИ его студенческая дипломная работа раз и навсегда покончила с загадкой вирусов, остававшейся неразрешённой на протяжении целого столетия. Он доказал, что вирусы являются молекулярными формами жизни, связующим звеном между неживым и живым состояниями. Таким образом, все вирусные заболевания, включая «простуду», можно было вылечить, воздействуя на них искусственными антивирусными молекулами, как если бы они были просто химическими реактивами.

Но, присоединившись к сотрудникам ВЗБИ, Шелтон обратил своё внимание на тайны внеземной биологии. Он участвовал в знаменитой экспедиции на Венерианские болота, которой было поручено изучить ужасную чуму, размягчающую мозги, которая периодически распространялась из болот и уничтожала целые сообщества земных поселенцев.

Выделив микроб, Шелтон, подвергаясь огромному риску, по собственному настоянию, изучал его в одиночку. Он передавал свои записи из изолированной каюты корабля. Он жил в герметичном костюме и не осмеливался есть или пить. Через неделю он вышел, худой и слабый, но довольный — с ответом.

Бактерии, размягчающие мозг, быстро погибали в голубом свете, неизвестном на Венере из-за затянутого облаками неба, которое отфильтровывало всё голубое излучение. После этого все земные поселения при появлении чумы просто защищались кольцами голубых прожекторов.

На Меркурии Шелтон нашёл гораздо более простой способ остановить полчища прожорливых всеядных двухфутовых амебоидов, чем разность их на куски из маленькой пушки. Яд не мог на них подействовать. На пути их бегства были разбросаны маленькие желатиновые капсулы, содержащие твёрдый углекислый газ. Гигантские одноклеточные монстры поглощали их, растворяли желатин и быстро раздувались, превращаясь под действием выделяющегося газа в пористые воздушные шары. В таком виде они, подобно мыльным пузырям, поднимались порывами ветра в небо и, в конце концов, разбивались вдребезги о камни и утёсы.

Но на Марсе Шелтон столкнулся с самой сложной из всех существующих проблем и решил её. Что можно было сделать против невидимых полчищ губчатых микробов, которые перемещались по пустошам этой планеты и поглощали все до последней частицы воды, превращая её в ещё большее количество губчатых микробов? Малейшие выходы воды на поверхность позволяли им проникать вглубь и заполнять источники своими множащимися легионами.

Шелтон добавил в обычную воду один процент тяжёлой воды, которую легко получить на Земле из дейтерия — «тяжёлого» изотопа водорода — и кислорода. Согласно принципам Менделя, применимым ко всему живому, будь то на Земле, Марсе или Андромеде, сотое или около того поколение губчатых микробов оказалось неспособным к размножению.

Шелтон вспомнил, что ещё в 1930-х годах был открыт закон, согласно которому тяжёлая вода подавляла репродуктивные процессы. Губчатый микроб перестал угрожать водоснабжению земных колонистов.

Но за последние три года обязанности Шелтона были полностью переданы самому важному направлению деятельности ВЗБИ — биокоррекции. Он был одним из немногих доверенных лиц, знавших химическую формулу адаптена, и всегда полностью отвечал за каждое новое направление ВЗБИ по биокоррекции.

До его перевода на этот проект биокоррекция была излишне сложным процессом и занимала месяцы. Исследования Шелтона позволили сократить его до нескольких недель. Таким образом, он утроил скорость колонизации других планет Солнечной системы…

— Что ж, подготовка людей для Реи почти завершена, — с облегчением сказал Шелтон.

Он и его уже ассистентка находились в своей лаборатории после того, как увидели волнение, вызванное аварийной посадкой в порту.

— Ещё один результат работы ВЗБИ и адаптена. В некотором смысле, это лабораторная эволюция.

— Да, доктор Шелтон.

Майра Беннинг опустила предметные стёкла для микроскопа в чистящую ванну со спиртом. При этом она украдкой наблюдала за выражением его лица. На это лицо было интересно смотреть, оно просто светилось вдохновением. Это было лицо лидера и организатора, того, чей след останется в истории покорения космоса человеком. Но для Майры Беннинг это было также просто лицо человека.

— Давайте посмотрим, — Шелтон принялся загибать пальцы, — это одиннадцатый мир за пределами Земли, в который ВЗБИ отправил своих выпускников. Япет будет следующим, и их станет ровно дюжина. Это произойдёт уже скоро, — его глаза загорелись, как у человека, который видит перед собой всё более широкие горизонты. — Геологоразведка и разведка полезных ископаемых продолжаются уже несколько лет. Скоро, когда флот создаст там аванпост, им понадобятся люди с соответствующей биологической коррекцией. Всё идёт как часы. Мир за миром.

Раздался звонок оптического телефона.

Шелтон щёлкнул кнопкой «вкл». На молочно-белом экране мелькнуло лицо Гранта Битти, директора ВЗБИ, обладателя усов и широкого подбородка. Один из шести человек, которые под руководством президента Земного Союза управляли космическими трассами, его волевой характер отражался на привычно серьёзном лице. Волосы с проседью подчёркивали его пронзительные глаза и тонкие, жёсткие губы. Но в этот момент выражение его лица было не просто серьёзным, оно было напряжённым.

— Шелтон, — рявкнул он из динамика, — бросайте всё, что вы делаете. Только что произошло нечто важное. У нас есть задание, которое кажется более важным, чем всё, с чем мы сталкивались раньше. Космический корабль «Тихо» только что совершил аварийную посадку.

— Исследовательский корабль? — переспросил Шелтон, взглянув на свою ассистентку и увидев, как она резко вскинула голову. — Тот самый, который отправился на Сатурн для официальной разведки япетских рудных месторождений?

— Это он, — подтвердил директор.

Он продолжил медленно, отрывисто произнося слова:

— Они вернулись, и в живых осталось только двое из десяти.

Майра Беннинг схватилась за горло, но ничего не сказала. Шелтон не мог не восхититься тем, как спокойно она ждала продолжения, хотя её собственный брат мог быть одной из жертв.

Шелтон покачал головой. Всегда больно слышать о храбрецах, встречающих судьбу в космосе, — молодых, энергичных людях, которым было ради чего жить. Некоторые из них тоже были значимыми личностями: учёными, техниками. Теперь они стали мучениками на пути человечества к полному господству в Солнечной системе.

— Двое живы, остальные мертвы, — пробормотал Шелтон. — На Япете — следующей планете в нашем списке колонизации. Что произошло на Япете?

Он не решился спросить, кто из людей погиб, потому что Майра Беннинг с ужасом смотрела на него.

— Нет, не вполне мертвы, — прогремел директор Битти, возвращаясь к тому, что сказал Шелтон в самом начале.

Шелтон уставился на него.

— Но вы только что сказали, что в живых осталось только двое…

— Да, но остальные… не мертвы, — настаивал Битти. — Я осмотрел тела. Они не живые, но и не мёртвые.

В его глазах был шок, как будто он увидел нечто невероятное.

— И это наша работа, Шелтон, выяснить, что всё это значит. Немедленно отправляйтесь в больничную палату. Тела уже доставлены сюда.

— Я буду через минуту.

Шелтон выключил телефон.

— Спокойно! — сказал он девушке.

Он стянул с себя покрытый пятнами лабораторный халат и натянул пальто. Когда он подошёл к двери, то увидел, что она ждёт его, чтобы идти вместе с ним.

— Вам лучше остаться, — мягко посоветовал он.

— Я должна идти, — нервно настаивала она. — Что бы это ни значило, если Хью один из них, я должна его увидеть.

Шелтон кивнул. Они вышли в холл и, петляя по оживлённым коридорам, через несколько минут прибыли к месту назначения. Больничная палата, в которой ухаживали за больными, проходившими курс биокоррекции, была просторной и современной, не имеющей аналогов на Земле.

Директор Битти приветствовал Шелтона с озабоченным выражением на лице. Врач со стетоскопом и озадаченным взглядом осматривал тела, лежавшие на расставленных в ряд кроватях. Один из двух человек, вернувшихся живыми с Япета, стоял в стороне, измученный многодневным бессонным путешествием по космосу. Но внезапно его глаза загорелись.

— Род! Родни Шелтон! — воскликнул он, энергично шагнув вперёд. — Я твой старый приятель по Эдисон-колледжу. Помнишь меня?

Шелтон несколько мгновений непонимающе смотрел на молодого гиганта.

— Марк Трэфт! — воскликнул он, узнав того, и на его лице расплылась широкая улыбка.

— Пилот Марк Трэфт, — сообщил высокий мужчина. — Из Планетарной Разведки. Когда мы закончили учёбу, я пошёл стажироваться в учебные доки. Я помню, что ты вернулся из исследовательской экспедиции. Я слышал, что ты теперь здесь, в ВЗБИ, но у меня никогда не было возможности заглянуть к тебе. Я так рад тебя видеть, Род.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, наверняка вспоминая студенческие годы.

— Рад снова тебя видеть, Марк, — сказал Шелтон. — Но давай мы поговорим позже. Прямо сейчас…

Он повернулся, чтобы посмотреть на Майру Беннинг. Её взгляд скользнул по семи неподвижным фигурам. До этого она стояла неподвижно, тяжело дыша. Теперь она подбежала и схватила рослого пилота за руку, судорожно сжимая её пальцами.

— Мой брат, Хью Беннинг, — воскликнула она. — Ещё один человек вернулся живым. Это был Хью?

Лицо Трэфта мгновенно стало печальным.

— Нет, мисс Беннинг, — тихо сказал он. — На Япете был потерян один человек…

Он неловко переступил с ноги на ногу, попытался продолжить, но слова застряли в горле. Глаза девушки расширились. Губы задрожали. Шелтон пожалел, что не сообщил ей эту новость как-нибудь помягче, но было уже слишком поздно.

— Хью… — она задохнулась.

Но внезапно выпрямилась, слегка встряхнувшись.

— Со мной всё в порядке, — твёрдо сказала она. — Расскажите мне, что произошло на Япете… с Хью.

Как можно короче и участливее Трэфт рассказал все подробности Шелтону и девушке.

— Видя, что мы не можем оживить их сами, — заключил он, — мы решили доставить людей в ВЗБИ как можно скорее. Мы залили топлива на Титане, взяли двух человек в машинную бригаду и рванули к Земле с тройным ускорением на протяжении всего пути. — он махнул рукой. — И вот мы здесь. Грили, мой второй пилот, отправился доложить нашему начальству. Я прибыл сюда с телами. У меня всё это время было предчувствие, что они живы.

Шелтон подошёл к ближайшей кровати и коснулся рукой лба неподвижно лежащего человека.

— Холодный, — прошептал он. — Холодный, как смерть.

Врач выпрямился.

— С медицинской точки зрения, — объявил он, — они мертвы. Они не дышат, их сердца остановились, а кровь остыла. Однако трупного окоченения нет.

Чтобы продемонстрировать это, он поднял безвольную руку одного из мужчин и позволил ей упасть. Не было заметно никакого окоченения.

— Итак, каков ваш окончательный диагноз? — нетерпеливо спросил директор Битти.

— Смерть без трупного окоченения, — упрямо повторил врач. — То есть с научной точки зрения.

Директор хмыкнул.

— Как бы вы это назвали, Шелтон?

— Анабиоз, — неохотно ответил Шелтон. — Первый явный случай в истории медицины. Это означает остановку жизненных процессов без разложения. Метаболизм нулевой.

Он посмотрел на тела так, словно всё ещё не хотел верить своим глазам.

— Анабиоз, — пробормотал директор Битти, он явно не был удивлён. — Хорошо, приведите их в чувство, — приказал он врачу. — Если нужно, привлеките к работе весь персонал.

— Я не думаю, что обычные методы сработают, — мрачно сказал Шелтон. — Тем не менее, пусть попробуют.

Обычные методы не помогли. Час спустя они поняли, что такие методы бесполезны. Даже инъекция адреналина прямо в сердце одному из мужчин не вызвала появления пульса. Директор Битти являл собой картину полного отчаяния.

— Мы должны оживить этих людей, — выдавил он наконец. — На карту поставлена репутация ВЗБИ. Вы, чёрт возьми, самый лучший биолог на Земле на сегодняшний день, Шелтон, — с вызовом произнёс он, — и мы столкнулись с самой серьёзной проблемой, которая когда-либо возникала в космосе. Я возлагаю на вас полную ответственность. Займёт ли это день или год, поднимите этих людей на ноги.

— Я думаю, что адаптен — это решение проблемы, — воскликнул Шелтон и быстро принялся объяснять: — В некотором смысле, эти тела были помещены в среду, где нет воздуха, тепла или других нормальных условий. Они «адаптированы» к этим экстремальным условиям. Мы же можем адаптировать их к нашим.

Директор Битти кивнул.

— Попробуйте, — сказал он и ушёл.

Его внимания требовали другие неотложные дела.

Отправив измученного Трэфа отдохнуть, Шелтон созвал персонал больницы и отдал им распоряжения. Группа с готовностью включилась в работу. Через несколько минут семь обмякших тел были помещены в аппараты, представлявшие из себя комбинацию установки для лечения лихорадки и «железных лёгких». Также были введены небольшие дозы чудодейственного вещества — адаптена. Оставалось выяснить, сможет ли всё это сдвинуть метаболизм с нулевой отметки или просто изменить его в какой-то степени.

— Это должно сработать, — с надеждой сказал Шелтон Майре. — Но, вероятно, придётся подождать несколько часов.

Он увидел её покрасневшие глаза и предложил ей отдохнуть.

— Нет, — она покачала головой и бесцветным голосом продолжила: — Нам предстоит ещё поработать. Я помогу вам.

В голове Шелтона вдруг всё встало на свои места.

— Что же вызвало приостановку жизнедеятельности? — пробормотал он. — Какой-то странный, неизвестный газ — по крайней мере, они говорили о газе. Может, он есть в воздухе Япета? Хотел бы я знать, но во всей этой суматохе Трэфт забыл привезти образец. — его глаза внезапно озарила ещё одна мысль. — Есть один человек, который может знать — Космический Учёный.

Он развернулся и зашагал к главному оптифонному залу обмена сообщениями института, жестом пригласив девушку следовать за ним.

— Космический Учёный, — удивлённо повторила она. — Вы с ним знакомы, разговаривали с ним?

— Однажды, — коротко ответил Шелтон.

Глава 4

Космический Учёный

В зале обмена сообщениями полусонные операторы встрепенулись при виде Шелтона.

— Свяжитесь с радиоцентралью дальнего действия, — быстро приказал Шелтон, — и попросите их на максимальной мощности вызвать Космического Учёного на девятой микроволне. Когда придёт ответ, соедините меня по личной линии.

— Да, доктор Шелтон.

Дежурный подключился к радиоцентрали, самой мощной радиостанции на Земле, которая передавала радиосигналы на микроволнах через слой Хевисайда на все планеты империи. Или на любой корабль в космосе.

— Надеюсь, он решит ответить, — пробормотал Шелтон.

— Из того, что я слышала об этом Космическом Учёном, — сказала Майра Беннинг, — самое подходящее слово — «соизволит».

Родни Шелтон невесело усмехнулся.

— Примерно так оно и есть. Он — самая загадочная фигура из ныне живущих. Кажется, никто точно не знает, кто он такой и с чего всё началось, но он живёт в космосе, на прекрасно оборудованном корабле. Говорят, у него там целая лаборатория! — он удивлённо покачал головой. — Он находится в космосе уже двадцать лет, один! Известно, что он никогда не высаживался ни на одну планету за припасами, но у него должны быть какие-то средства для получения топлива, кислорода и еды, вероятно, не без помощи единомышленников.

— Что он делает в космосе, один, год за годом? Можно подумать, что он сошёл с ума, — передёрнула плечами девушка.

— Я полагаю, он отшельник по натуре, — объяснил Шелтон. — Он собирает данные для новой потрясающей концепции Вселенной. Он не приносит вреда. Много лет назад космические рейнджеры пытались выследить его, но так и не смогли. С тех пор его оставили в покое. Его корабль с двумя большими белыми крестами на борту видели повсюду, от Меркурия до Сатурна. Время от времени он связывается с земными учёными и запрашивает определённую информацию для дальнейшей работы над своей великой теорией, какой бы она ни была. Но если вы захотите связаться с ним, он, скорее всего, проигнорирует ваш звонок. Однажды он вызвал меня, чтобы спросить об одном биологическом аспекте, хотя я не знаю, как это могло бы ему помочь.

— Зачем вы его вызываете? — спросила девушка.

— Есть у меня предчувствие, — признался Шелтон. — У него в распоряжении много информации о Солнечной системе из первых рук. Возможно, он знает что-то важное о Япете.

Оператор повернулся к Шелтону.

— Доктор Шелтон, а вот и ваш собеседник — Космический Учёный.

Он выглядел несколько удивлённым тем фактом, что вышел на связь с этим таинственным, почти мифическим персонажем.

— Вы можете ответить на звонок в третьей кабинке.

Шелтон направился к кабинке, жестом пригласив Майру Беннинг следовать за ним. Это помогло бы ей отвлечься от мыслей о печальной судьбе брата.

Он закрыл за ними дверь в просторную кабинку и щёлкнул выключателем. С приглушённым жужжанием ожил оптический экран. Флуоресцентная круглая пластина заиграла всеми цветами радуги, из которых, в конце концов, соткались голова и плечи Космического Учёного.

У Майры Беннинг перехватило дыхание. Лица не было видно. Вся голова была заключена в тёмный шар из чего-то, похожего на полупрозрачную ткань. Черты лица под маской были неразличимы.

— Он всегда носит эту штуковину, по крайней мере во время телетрансляций, — прошептал Шелтон. — Никто никогда не видел его лица.

Он не осознавал, что чувствительный прибор в закрытой кабинке улавливает его шёпот.

— И никто никогда не увидит моего лица, — раздался из-под маски резкий жёсткий голос. — Я поклялся, что никогда больше не позволю Земле увидеть моё лицо. Двадцать лет назад, на Земле, в лаборатории… Впрочем, неважно. — из-под маски донёсся странный смешок. — Вы бы не захотели увидеть моё лицо. Зрелище не из приятных.

Шелтон многозначительно взглянул на девушку. Это подтвердило слухи о том, что несчастный случай в лаборатории оставил на лице Космического Учёного ужасные ожоги и озлобил его. В конце концов, это вынудило его удалиться в космос, где никто не смог бы увидеть его увечья. Шелтону стало жаль этого человека.

— Извините, — просто сказал он, а затем поспешно продолжил после неловкой паузы: — Я связался с вами, сэр, чтобы запросить любую информацию о Япете, которой вы можете располагать.

— Почему вы хотите знать о Япете? — холодно спросил космический учёный.

— Семь человек вернулись оттуда в состоянии приостановленной жизнедеятельности, по-видимому, из-за того, что дышали воздухом Япета, — объяснил Шелтон и принялся рассказывать подробности.

Учёный в маске, казалось, внимательно слушал его, но в конце небрежно сказал:

— Меня не интересуют эти дела. Меня не интересуют никакие земные дела. Я полностью отстранился от этих мелочей. Люди — глупцы. Жизнь бесполезна и бессмысленна. Важен только разум и постижение великих тайн космоса.

Круглая голова подалась вперёд, а голос понизился от напряжения.

— Я стою на пороге создания потрясающей новой концепции Вселенной. Она охватит всё сущее в рамках одной универсальной формулы. Это было моей двадцатилетней мечтой. Это будет значительным достижением и одним махом придаст смысл всему сущему.

Закончил он почти криком.

— Но, сэр, что касается Япета… — начал Шелтон.

— Мне нет дела до Япета, — презрительно ответил человек в маске. — Меня не волнуют ваши мелкие неприятности. Более того, я не гражданин Земли. Я сам себе хозяин, и весь космос — мои владения.

Его рука дёрнулась, как будто он хотел прервать связь.

— Подождите! — сердито рявкнул Шелтон. — Вы можете быть независимы от земных привязанностей, но вы всё ещё человек. Поэтому вы должны иметь некоторое отношение к земным вещам.

Космический Учёный отдёрнул руку.

— Всё ещё человек, — снова прозвучал его невесёлый смешок. — Отлично сказано! Ещё раз, кто вы такой?

— Доктор Родни Шелтон из ВЗБИ.

— Ах, да, — задумчиво произнесли скрытые губы. — Я помню, как однажды связывался с вами. Вы ответили на мои вопросы. Так что, в свою очередь, если я могу вам помочь, я полагаю, что должен это сделать. Но поторопитесь.

— Вам приходилось в последнее время изучать воздух Япета? — поинтересовался Шелтон.

— Да. Подождите минутку, я достану свои записи.

Фигура Космического Учёного отодвинулась в сторону, за пределы экрана.

Глаза Шелтона с удивлением уставились на то, что он мог разглядеть в кабине таинственного корабля Космического Учёного. Его взгляд переместился в короткий коридор, ведущий в лабораторию. Было видно ошеломляющее разнообразие приборов, большинство из которых были не в фокусе, так что он не мог угадать их назначение. Тем не менее, он мог ощутить полноту оснащения и продвинутый характер экспериментов этого человека. Ещё один из множества неподтверждённых слухов о Космическом Учёном заключался в том, что он открыл новые удивительные вещи, за знание о которых земные учёные готовы были бы отдать душу.

Майра Беннинг вздрогнула.

— Почему-то он такой холодный и непримиримый? — прошептала она. — Он не похож на человека. Долгая жизнь в космосе превратила его в нечто отличное от нас с вами.

— Чепуха, — коротко рассмеялся Шелтон. — Напротив, он всё ещё человек, как по сути, так и телом. Более человек, чем он сам думает. Он доказал это, выслушав мою небольшую речь.

Он прервался, когда из динамика послышались приближающиеся шаги. Появилось лицо космического учёного в маске.

— Мне довелось совершить посадку на Япете в ходе моих планетных исследований, — сказал он. — Я проанализировал его атмосферу. В атмосфере Япета присутствуют кислород, азот, водород, углекислый газ, гелий, неон и следы других благородных газов. Если вам нужны проценты…

— Нет, — отказался Шелтон. — Когда вы провели тест?

— Один раз десять лет назад, а другой — всего месяц назад. Оба раза результаты были одинаковыми.

— Ещё один вопрос, — продолжил Шелтон. — Как вы думаете, возможно ли присутствие чужеродного газа, настолько нестабильного, что его невозможно обнаружить?

— Это невозможно, — уверенно заявил Космический Учёный. — Особенно с моей техникой. Я использую спектроскоп холодного излучения. — в его голосе послышались хвастливые нотки. — Земные учёные не знают об этом методе. В нём исследуются вещества при низкой постоянной температуре жидкого гелия.

Шелтон вытаращил глаза. Это было невероятно, и он чуть было не сказал об этом вслух. Никто никогда не проводил спектроскопические эксперименты без использования тепла. Но затем он вспомнил, с кем он разговаривает — с гением, сумасшедшим или нет, который два десятилетия занимался исследованиями космоса. Космос был холодным. Возможно, его исследования естественным образом склонились к низкотемпературным методам.

— Понятно, — сказал Шелтон. — Это всё, о чём я хотел спросить вас, сэр. Спасибо и до свидания.

Он протянул руку, чтобы выключить прибор, но его прервал голос Космического Учёного.

— Что вы собираетесь делать с этими семью несчастными мужчинами?

— Вы же не интересуетесь земными делами? — резко спросил Шелтон, подавляя улыбку.

— Я интересуюсь, хотя и в чисто эзотерическом смысле, — ответил человек в маске. — В конце концов, жизнь и поступки людей — это часть Вселенной, которую я рассматриваю в своей теории. Я не могу полностью игнорировать то, что существует. В моей формуле всё человечество будет представлено одним символом — нулём. — в его голосе прозвучали почти зловещие нотки. — Возможно, я объясню это при каком-нибудь будущем контакте.

— Я буду с нетерпением ждать его, — сказал Шелтон. — Что касается семерых мужчин, я верю, что адаптен оживит их. — он сжал челюсти. — И я собираюсь раскрыть тайну того, что с ними случилось, даже если на это уйдёт год. До свидания.

Он выключил трансляцию, но не раньше, чем Космический Учёный издал тихий смешок, а затем его изображение исчезло.

Майра Беннинг снова вздрогнула.

— Теперь я могу по достоинству оценить это выражение — «холодный учёный», — пробормотала она. — Он весь такой. Если он может смеяться над трудностями этих людей, значит, он — животное.

— Но он человек, — встал на его защиту Шелтон. — Обратите внимание, как близко он был к Земле — должно быть, парил совсем рядом, поскольку сигналы передавались туда и обратно с минимальной задержкой. Он, вероятно, подолгу околачивается возле Земли, жадно слушает новости и смотрит телепередачи, терзаясь из-за того, что дал глупую клятву никогда не возвращаться. Я его раскусил.

Глава 5

Экспедиция в неизведанное

Когда они вернулись в больничную палату, пострадавшие всё ещё находились в безжизненном оцепенении. Шелтон приказал сделать ещё одну инъекцию адаптена.

Пока он ждал, ночные часы пролетели незаметно. Но на рассвете уставшая, словно наэлектризованная, команда услышала тихий стон, перекрывший шум работающих аппаратов искусственного дыхания. Шелтон вскочил и, заглянув через стеклянную крышку корпуса, увидел, что руки и ноги человека дёргаются. Его голова моталась из стороны в сторону. Он был жив!

Внезапно сквозь вибратор послышался его слабый голос:

— Газ… холод… удушье… чёрт бы их побрал! Газ…

Последовали мучительные стоны, затем наступила тишина. Человек — капитан Харви — погрузился в спокойный сон.

— Вытащите его, — приказал Шелтон. — Адаптен сделал своё дело, всё в порядке. Остальные тоже скоро придут в себя. — его улыбка облегчения сменилась болезненным зевком. — А потом мы все сможем немного поспать.

Восемь часов спустя в палате, где приходили в себя семеро людей, которые, казалось, умерли на Япете, состоялась важная конференция. Они уже полностью проснулись, курили сигареты и выглядели, в целом, практически здоровыми.

— Капитан Харви, расскажите нам, что произошло, — попросил Родни Шелтон, когда прибыл директор Битти.

Майра Беннинг и Марк Трэфт уже были там. Здоровяк-пилот, придя в себя после ночного сна, приветствовал своих товарищей с нескрываемой радостью по поводу их чудесного возвращения к жизни. Целую неделю он считал их мертвецами.

— Рассказывать особо нечего, — медленно произнёс капитан Харви. — Это поразило нас, как удар молнии. Мы заглянули в пещеру, но мало что смогли разглядеть. Затем нас внезапно охватил сильный холод. В то же время мы задохнулись от какого-то газа без запаха. По крайней мере, мне так показалось.

Он оглянулся на своих людей, ожидая от них подтверждения своим словам, и все они кивнули. В их глазах отражался шок, который они испытали.

— Мы пытались бежать к кораблю, — продолжил капитан Харви, — но потеряли сознание. Это всё, что нам запомнилось, а потом мы очнулись здесь несколько часов назад. — он криво улыбнулся. — Трудно поверить, что прошло столько дней.

— Всё это — одна большая загадка, — проворчал директор Битти. — Откуда взялся этот газ? Шелтон, мы должны всё разузнать.

Шелтон задумчиво посмотрел на собравшихся.

— Я уже пришёл к определённым выводам, — заявил он без предисловий. — Странный газ появился не из обычной атмосферы. Я уточнил это у Космического Учёного. — он кратко изложил факты, не обращая внимания на удивление слушателей. — Следовательно, возможно, что газ исходил из пещеры. Возможно, он образовался в результате вулканической деятельности на Япете. Он выходил из пещеры как из естественного вентиляционного отверстия.

— Это логично, — задумчиво произнёс директор.

Шелтон внезапно повернулся к капитану Харви.

— Когда вы выходили из комы, капитан, вы сказали: «Газ… холод… удушье… чёрт бы их побрал!» Чем вызваны эти последние слова?

Капитан вздрогнул:

— Разве? — неуверенно начал он, затем перевёл дыхание и твёрдо продолжил. — Возможно, это было моё воображение, но мне показалось, что я видел фигуры, прячущиеся в тени пещеры. Никто из моих спутников не видел этих фигур. Я спросил их. Я был ближе всех ко входу в пещеру и крикнул Беннингу, чтобы тот спустился со своего опасного насеста. В этот момент стало холодно, и мне показалось, что я увидел в пещере какие-то фигуры.

Он мрачно поджал губы.

— Это означало бы, — проницательно заметил Шелтон, — что какой-то человек или люди, находившиеся в пещере, выпустили этот газ.

Собравшиеся были ошеломлены таким предположением.

Огромные кулаки Трэфта непроизвольно сжались.

— Это могли быть частники, — почти прорычал он. — Может быть, они хотят заполучить бериллиевую руду для себя и готовы пойти на всё, кроме убийства. Если кто-то изобрёл газ, вызывающий анабиоз, значит, теперь у них есть что-то столь же полезное для их целей, как и смертоносный газ. — Он заскрежетал зубами от внезапно нахлынувшей ярости. — Грязные псы! Использовать такие ужасные средства, чтобы добывать бериллиевую руду!

— Глупости, — выплюнул директор Битти, свирепо глядя на импульсивного пилота. — Мы не можем делать столь поспешные выводы. Это, скорее всего, природное явление. Частники не осмелились бы зайти так далеко. — Он перевёл взгляд на капитана Харви. — При всём моём уважении, капитан, я думаю, у вас слишком богатое воображение.

— Может быть, и так, — легко парировал грубоватый капитан. — Но я и мои люди вернёмся туда, как только сможем, и выясним это.

В его глазах светился дух отваги, и его люди, не колеблясь, кивнули в знак готовности.

Глаза Шелтона внезапно загорелись. Он повернулся к директору.

— Я думаю, что ВЗБИ следует отправить туда экспедицию, и я возглавлю её. В любом случае, следующим в нашем списке для полевых испытаний биокоррекции стоит именно Япет. На самом деле, мы можем объединить экспедиции — использовать ВЗБИ-14. Это достаточно большой корабль, способный вместить как капитана Харви и его людей, так и для все наши геодезические принадлежности.

Директор Битти обдумал это предложение, и на его бородатом лице отразилось сомнение. Шелтон возглавлял подобные рутинные экспедиции на десять других планет, но только после того, как там были созданы аванпосты флота. Эта экспедиция была совсем другим делом.

— Не хотелось бы рисковать таким ценным человеком, как вы, Шелтон.

— Рисковать? — усмехнулся молодой учёный. — На Рее есть аванпост флота.

— Я согласен, — наконец, поднимаясь, согласился директор. — ВЗБИ-14 может быть снаряжён и готов через неделю. Мне придётся преодолеть небольшую бюрократическую волокиту, чтобы объединить экспедиции, как вы предлагаете, но я думаю, что это всё-таки хорошая идея.

Он повернулся, чтобы уйти, когда Майра Беннинг тронула его за руку.

— Я отправлюсь с вами.

Она не спрашивала его, она констатировала факт.

— Ч… что?

Директор открыл рот, чтобы возразить, но девушка сказала:

— Никто не видел, как мой брат умер на Япете. Есть шанс, что он всё ещё жив, находясь в состоянии анабиоза. Я отправлюсь с вами.

— Это… э-э… крайне необычно, — проворчал директор Битти. — Но я всё устрою.

Он пошёл на попятные, видя непреклонную решимость девушки.

Шелтон удивлённо уставился на неё. Ему и в голову не могло прийти, что она обладает такой силой воли. И мужеством.

Неделю спустя экспедиционный корабль был полностью укомплектован и заправлен топливом, его огромный двигатель был протестирован и подготовлен для долгого полёта. Рассвет только разгорался, когда капитан Харви и его люди, полностью восстановившиеся после загадочного происшествия, вошли в шлюз.

Громадная фигура Трэфта последовала за Майрой Беннинг вверх по трапу. Девушка была одета по-мужски. Шелтон наблюдал за ней с некоторым удивлением, как будто до него вдруг дошло, что она женщина. Очевидно, она и была ею, но в мужской одежде.

На старте не было никого, кроме директора Битти и официального представителя космопорта. Журналисты и обозреватели не были проинформированы. Было сочтено за лучшее сохранить всё это дело в тайне, поскольку новость, искажённая слухами, могла легко наложить ненужное клеймо на будущее Япета.

— Это чисто научная экспедиция, а не поиск неприятностей, — официальным тоном предупредил Шелтона директор Битти. Но его голос стал более искренним, когда он сказал: — Удачи, парень! — и тепло пожал руку Шелтону, а затем дружески хлопнул его по плечу.

— Не беспокойтесь обо мне, директор, — весело сказал Шелтон. — Там нет никакой опасности, кроме таинственного газа, от которого мы запросто сможем защититься.

Он легко вскочил на порог шлюза и потянул за тяжёлую створку.

— Если произойдёт какая-нибудь… диверсия, — проревел директор как раз перед тем, как створка с грохотом захлопнулась, — свяжитесь с флотским аванпостом…

С громоподобным крещендо стартовых дюз огромный корабль ВЗБИ-14 вырулил на взлётно-посадочную полосу космопорта Теллус, промчался по ней тысячу ярдов, а затем, преодолевая силу тяжести, с рёвом взмыл в облака.

Надёжно пристёгнутый ремнями к одному из двух кресел в кабине пилота, Шелтон расслабил мышцы, пережидая ускорение. Бесполезно бороться с ним, как это обычно делали земляне, чтобы потом мучиться от болей. Рядом с ним сидел массивный Марк Трэфт, внимательно и в то же время непринуждённо следивший за циферблатами на панели, что говорило о его несомненном мастерстве.

— Хорошая лодка, — с чувством сказал он. — Управление гладкое, как промасленный шёлк.

Шелтон вытянул шею в сторону бокового иллюминатора. Земля уходила вдаль, наклоняясь под сумасшедшим углом, и казалось, что небоскрёбы могучего Манхэттена, затаив дыхание, нависают над крутым обрывом. Так виделось из салона отлетающего корабля, под ритмичный грохот дюз, уносивших вдаль от Земли.

Корабль прокладывал себе путь сквозь клубящиеся облака, которые, казалось, расходились в стороны по мере того, как они достигли чистой сияющей стратосферы. Земля теперь казалась огромной, набитой ватой чашей позади них. Шелтон моргнул, ожидая, что странная оптическая иллюзия исчезнет. Внезапно это произошло, и половина Земли превратилась в огромную вогнутую раковину. Вместе с этим пришло поразительное ощущение пустоты, будто мир, который они покинули, проваливается в бездонную пропасть, в то время как они висят неподвижно.

Корабль мчался сквозь редеющую, темнеющую стратосферу, пока на небе не показались звёзды, одна за другой, постепенно заполняя весь небосвод. Солнце, находившееся в стороне, расцвело во всём своём великолепии, были отчётливо видны его ореол и корона. Трэфт протянул свою огромную лапу, чтобы отрегулировать венецианские жалюзи, отсекая большую часть яростного, слепящего света.

Подгоняемый мощными реактивными двигателями, корабль пронёсся сквозь последние слои атмосферы во вселенскую полночь космоса. Здесь путь был свободен, и внезапно приглушённые ракетные залпы развернулись в полную мощь. Корабль набирал скорость. Перекрестие прицела над картой на пилотском пульте следовало за красной линией проложенного курса.

Они направлялись к Сатурну.

— Хороший, плавный взлёт, Марк, — восхищённо похвалил пилота Шелтон. — Ты по-настоящему разбираешься в кораблях. Ты точно не промахнулся со своим призванием.

— Спасибо, Род, — пилот-гигант был явно счастлив, сидя за штурвалом корабля. Его добродушное лицо сияло. — Я очень рад, что мы снова вместе, старина. Как в старые добрые времена.

— Судьба слишком долго держала нас врозь, — согласился Шелтон. — И свела вместе довольно странным образом. Сколько, по твоим расчётам, займёт путешествие?

— Около восьми дней.

Шелтон выглядел удивлённым.

— Я сам считал, что семь. Для чего лишний день?

— Мы совершим прыжок над поясом астероидов, следуя самым безопасным маршрутом лайнеров, — неохотно добавил Трэфт, увидев поднятые брови Шелтона. — Приказ директора Битти. Понимаешь…

— Да, понимаю, — отрезал Шелтон. — На борту ценная жизнь — моя! — он сильно нахмурился. — Я бы хотел, чтобы они перестали обращаться со мной как с фарфоровой вазой. Почему они не отправили половину флота в качестве конвоя, раз уж взялись за это дело?

Он с досадой пнул стену, направляясь вниз.

Трэфт ухмыльнулся. Родни Шелтон не осознавал собственной значимости. Пилот многое слышал из уст директора Битти. Человек, которого готовили к тому, чтобы когда-нибудь, когда Битти уйдёт в отставку, возглавить ВЗБИ, не мог легкомысленно игнорировать опасности космоса. Земная программа космической колонизации была слишком важной, чтобы смириться с потерей одного из её ключевых руководителей. Трэфт дал тайное обещание быть рядом с Шелтоном каждую минуту дня и ночи.

Теперь, когда его внимание было меньше занято кораблём, рослый пилот снял камеру с настенного крепления и настроил объектив таким образом, чтобы получить наилучшие космические снимки. Снимки Земли в виде удаляющегося шара всегда были захватывающими и всегда разными, независимо от того, сколько раз он их делал.

На корабле воцарилась привычная рутина. Было много времени для карт, шахмат и праздных разговоров. Так или иначе, о пункте назначения почти не упоминалось, разве что вскользь. И всё же напряжение росло с каждым часом.

Шелтон мог понять почему. Для всех, кроме него самого, прибытие на Япет было личным делом. Капитан Харви и его люди стремились по возможности раскрыть тайну своего недавнего приключения. Большой Трэфт время от времени неосознанно сжимал кулаки, и Шелтон знал, что он думает о возможном сражении, если «фигуры» капитана Харви окажутся реальными. По глазам Майры Беннинг было видно, что она думает о своём брате и надеется на то, что он всё ещё жив.

Шелтон и сам чувствовал, как в его жилах пульсирует жажда приключений, будоража кровь, обещая азарт в той или иной форме. В его голове роились вопросы. Исходил ли таинственный газ из пещеры? Был ли он получен искусственным путём? Если да, то было ли это сделано для того, чтобы воспрепятствовать дальнейшим исследованиям бериллиевых руд? И был ли он нелетальным именно по этой причине, чтобы не навлечь на себя гнев властей?

Через два дня по земному стандартному времени ВЗБИ-14 пролетел над поясом астероидов. Мириады новых звёзд замерцали на фоне космоса — это маленькие тела неправильной формы вращались в солнечных лучах. Если бы они подлетели поближе, то увидели бы яркие магниевые маяки, обозначающие свободные проходы прямо сквозь скопление астероидов. Но они были уже далеко над опасной зоной, и вскоре маленькие планетоиды растворились во мраке космоса.

После того, как по кораблю разнеслись многочисленные предупредительные сигналы, ракетная установка снова включилась, на этот раз с меньшей тягой, чтобы вернуть их с обходной дуги в плоскость Солнечной системы. Большинство судов, за исключением тех, которые курсируют по экспресс-расписанию, выбирали этот маршрут для повышения безопасности, хотя и в ущерб времени, расстоянию и топливу.

И теперь, когда они взяли прямой курс на далёкий Сатурн, их начало одолевать нетерпение, так как их мысли занимал его загадочный спутник — Япет. И всё больше и больше надоедала монотонная рутина на борту летящего по инерции судна. В космосе особо нечего было делать, кроме как есть, спать и смотреть на часы.

Глава 6

Атака в пустоте

На четвёртый день случилось нечто, нарушившее этот распорядок.

Шелтон в это время находился в главной каюте и дремал в шезлонге. Большинство мужчин играли в карты, тихо переговариваясь. Майра Беннинг сидела неподвижно, уставившись в усеянную звёздами пустоту.

— Смотрите! — девушка резко вскрикнула от испуга.

— Что? — Шелтон открыл глаза и уставился на Майру, как и все остальные.

— Вон там! — она указала в иллюминатор. — Что-то чёрное и огромное.

Все бросились к иллюминатору, заслоняя глаза от слепящего света каюты, и принялись выглядывать наружу. Там было что-то чёрное и большое, заслонившее звёзды в том направлении.

— Метеор! — крикнул кто-то. — Предупредите пилота.

— Это не метеор, — отрезал Шелтон. — Он имеет овальную форму и симметричен. Движется параллельно нашему курсу, чего не делают метеоры. Это корабль.

— Без сигнальных огней и выкрашен в угольно-чёрный цвет, — выдохнул один из членов команды. — Пиратский корабль.

Майра Беннинг резко втянула в себя воздух. О пиратстве рассказывали такие истории, от которых кровь стыла в жилах.

Шелтон тут же направился к кабине пилота, подниматься по трапу пришлось исключительно за счёт мускульных усилий рук, что было очень удобно в условиях невесомости. Он ворвался в кабину и увидел, что капитан Харви с тревогой смотрит на него. Трэфт подавал сигнал машинному отделению приготовиться к чрезвычайной ситуации.

— Пираты? — требовательно спросил Шелтон.

— Может быть, — нервно ответил капитан. — Здесь, за пределами астероидного кольца, может случиться всё, что угодно.

— Выглядит очень подозрительно, — напряжённо согласился пилот-здоровяк. — Он появился так неожиданно, я не заметил пламени из его дюз.

— Подайте сигнал, — приказал капитан Харви. — Обычно они передают свои требования по радио. Возможно, пираты уже пытаются связаться с нами.

— Есть, сэр! — Трэфт нажал кнопку радиосвязи.

Чёрная фигура надвигалась на них, очевидно пираты приближались, чтобы их жертва не смогла убежать. Вся поверхность чужого корабля была однородного, мрачного, матово-чёрного цвета, едва отражавшего свет далёкого Солнца. Не было видно ни одного иллюминатора; ни один луч света не освещал монолит корпуса. Ни о каком подобном корабле раньше не сообщалось. У Шелтона учащённо забился пульс.

— Эй! — проревел Трэфт в микрофон на всех волнах. — Что вы за корабль? Немедленно измените курс или сообщите цель своего прибытия.

Капитан Харви потянулся к рукоятке, включающей сигнал тревоги, оповещающий экипаж о необходимости пристегнуться в случае внезапного ускорения. Если случится худшее, они должны быть готовы бежать, пока незнакомый корабль, если это пират, не занял господствующую позицию со своими пушками.

— Если они не свернут, это сделаем мы, — напряжённо произнёс Трэфт.

— Подождите! — вмешался Шелтон. — Давайте не будем сразу показывать свой страх. Я не вижу у них оружия.

Капитан Харви вскинул голову.

— Доктор Шелтон, — твёрдо сказал он, — как капитан-навигатор, я полностью отвечаю за ситуацию в космосе. Мои приказы в полёте должны выполняться без помех.

Шелтон слегка покраснел, но кивнул. Он понял, что во время чрезвычайной ситуации не может быть двух капитанов.

— Трэфт, — продолжил капитан, — попробуйте вызвать их ещё раз, и если они не ответят, мы уйдём с курса.

Большой пилот, крича громче прежнего, повторил свой вызов. Ответа не последовало.

— Чёрт бы их побрал, — прорычал Трэфт. — Кем они там себя возомнили, что не отвечают? За два марсианских пятака я бы их протаранил. — Он внезапно закашлялся, и его голос внезапно охрип, когда он отрывисто произнёс: — Что-то случилось! Я чувствую холод… онемение…

У всех на борту корабля были такие же ощущения. Что-то ледяными тисками сжало их нервы, как будто они внезапно погрузились в холодный бассейн. Но это было только внутреннее ощущение, температура вокруг не изменилась ни на градус.

Шелтон судорожно вдохнул. Что за страшная сила впилась в их внутренности ледяными пальцами?

У него не было времени на раздумья. Он почувствовал, что всё вокруг поплыло. Ноги подкосились, и он понял, что, будь здесь нормальная сила тяжести, он бы рухнул на пол. Шелтон медленно покачнулся, чувствуя, как силы покидают его. Казалось, какая-то тяжесть обрушилось ему на грудь, выбивая дыхание. Он слабо пытался бороться с невидимым инкубом. Но задыхался, хватал ртом воздух.

— Трэфт… уходим… — капитан Харви, чувствуя помрачнение рассудка, прислонился к переборке, словно обвисший, набитый ватой манекен.

Глаза Трэфта вылезли из орбит, а лёгкие напряглись, борясь со смертельным параличом. С титаническим усилием, рыча и задыхаясь, он поднял онемевшие руки, казавшиеся чужими. Все его мускулы расслабились в приступе необъяснимой вялости. Он ударил по панели управления одной большой ладонью, а другой схватил Шелтона за поясной ремень.

Его онемевшие пальцы, неловко сгибаясь в суставах, нащупали рычаги управления маршевыми двигателями. Он из последних сил надавил на них мощным толчком ладони. В тот же миг сопла, расположенные снаружи корабля, окутались серно-жёлтым выхлопом, и корабль, подобно стреле, устремился сквозь пространство.

Тело Трэфта дёрнулось в ремнях кресла. Шелтона отбросило бы к стене, если бы здоровяк-пилот мёртвой хваткой не вцепился в его ремень. Капитан Харви просто прижался к переборке, так как вектор движения было вполне подходящим.

Странная сила, сковавшая их, внезапно ослабла, и Трэфт с облегчением выдохнул. Но передышка длилась всего мгновение. Шелтон, нырнувший к креслу второго пилота, едва успел набросить на себя ремень безопасности, как его снова охватило ужасное оцепенение. Одновременно с их движением атакующий корабль также ускорился, держась рядом.

— О, нет, нечего так делать, — свирепо фыркнул Трэфт. — Я покажу тебе, что такое маневрирование.

Он положил вновь начавшие слабеть руки на панель управления, и их корабль рванулся вперёд. В следующую секунду он затормозил. Капитан Харви с диким криком полетел вперёд. Шелтон едва успел протянуть руку и, схватив капитана за руку, притянуть его к себе. Он горячо надеялся, что все, кто находился внизу, прислушались к сигналу тревоги и успели пристегнуться к тому моменту, как Трэфт начал свою игру в пятнашки с врагом.

Большой пилот бешено крутил корабль, извергая реактивные струи со всех сторон попеременно. Они летели вверх, затем вниз, затем возвращались, пока корабль не заскрипел по всей длине корпуса. Но таинственный чёрный флибустьер неотступно следовал за ними, повторяя каждый манёвр с умопомрачительной лёгкостью.

Оцепенение стало неуклонно окутывать их. Шелтон почувствовал, что неотвратимо погружается в забытьё. И всё же он видел, что большой, сильный, неукротимый Трэфт не сдаётся.

Он пустил в ход все свои жизненные силы. Трэфт продолжал отчаянно колотить по панели управления. Он попытался совершить стремительный рывок по прямой с тройным ускорением. Удивительный корабль адского мрака последовал за ними, постепенно подбираясь к земному кораблю, словно желая продемонстрировать своё превосходство. Он умело маневрировал, приближаясь ещё ближе, чем раньше, и парализующая сила становилась всё сильнее и сильнее.

Его мышцы, казалось, сейчас лопнут от усилий, Трэфт выдавил из полупарализованного горла ругательства и ударил кулаками по клавишам. Но это было бесполезно. Его мышцы превратились в кисель. Он застонал, борясь до последнего, и почувствовал, что его позвоночник слабеет. Ещё несколько секунд, и он стал бы так же беспомощен, как и остальные.

Но тут ужасное внутреннее напряжение внезапно исчезло.

Изумлённый этим событием, Трэфт резко выпрямился. И тут он понял почему это произошло. Из ниоткуда появилось багровое пламя ракет, и длинный, гладкий корабль промчался мимо них. Корабль космических рейнджеров! Из горла Трэфта вырвался хриплый крик облегчения.

Ощетинившийся пушками корабль космических рейнджеров, несясь на врага, как стремительный метеор, открыл огонь по чёрному кораблю. Чёрный корабль нехотя отступил, словно раздумывая, стоит ли противостоять грозному вооружённому пришельцу. Затем он рванул прочь, а космические рейнджеры последовали за ним.

— Что… произошло… Марк? — ошеломлённо спросил Шелтон, поднимая голову со сдавленным стоном.

— Что произошло? — усмехнулся Трэфт. — Наш тёмный друг только что удрал туда, откуда пришёл, а рейнджеры устремились по его следу. Ты знаешь, что это значит. Десять к одному, что через пять минут чёрный корабль будет весь в дырах, а те, кому посчастливится надеть вакуумные костюмы, попадут в плен.

— Спасены, — выдохнул капитан Харви. Он медленно высвободился из объятий Шелтона. — Спасены от… — он замолчал, содрогнувшись. В его глазах появился странный, удивлённый огонёк.

Они, расслабленные, остались на своих местах, тяжело дыша и восстанавливая силы, которые были истощены почти до предела выносливости. Некоторое время все молчали, в полной мере наслаждаясь восхитительным ощущением того, что они избежали неведомой судьбы.

Вскоре Трэфт включил радиотелефон и подключился к главной каюте.

— У вас там всё в порядке? — осведомился он.

Через мгновение раздался дрожащий голос Майры Беннинг.

— Да. Мы все были пристёгнуты. Но что случилось? Что это было за ужасное оцепенение? — в её голосе слышались растерянность напополам истерикой. Затем, прежде чем он успел ответить она продолжила: — С доктором Шелтоном всё в порядке?

— Он выглядит так, словно только что вынырнул из Красного пятна Юпитера, — иронично заметил Трэфт, — но с ним всё в порядке. Мы…

Он поспешно извинился, когда над его космической рацией вспыхнула сигнальная лампочка. Через иллюминатор они могли видеть, как, полыхая тормозными дюзами, возвращаются космические рейнджеры. Они грациозно сманеврировали, ложась на параллельный курс. На их серебристом корпусе золотом была выгравирована эмблема космических рейнджеров — полицейского корпуса Космического флота — в виде семиконечной звезды.

На оптическом экране появилось лицо командира рейнджеров с несколько озадаченным выражением.

— Коммандер Горди, корабль космических рейнджеров 44-Б, докладывает доктору Родни Шелтону, — сообщило изображение. — Чёрный корабль сбежал, сэр.

— Сбежал, — безучастно повторили трое мужчин.

У космических рейнджеров, охранявших космические трассы, были самые лучшие и быстрые корабли.

— С помощью хитрости? — спросил Шелтон.

— Нет, сэр. Он просто сразу же оторвался от нас. И, похоже, не используя ракетный двигатель. Я с трудом могу это понять, сэр. — коммандер выглядел действительно смущённым.

— Конечно, он был чёрным и совершенно лишённым огней, — добавил Шелтон. — Это не ваша вина. Я уверен в этом, коммандер. Мы очень рады, что вы оказались здесь вовремя, чтобы… — он искоса взглянул на офицера. — Кстати, как вам удалось так чудесно оказаться под рукой?

Мужчина слегка улыбнулся.

— Мы следили за вами всю дорогу с Земли. Это приказ директора Битти, сэр. Когда мы увидели ваши внезапные манёвры, о которых свидетельствовали вспышки ваших ракет, мы поняли, что что-то случилось, и приблизились. Мы сопроводим вас на Япет. И будем находиться рядом до конца путешествия, доктор Шелтон.

— Очень хорошо, коммандер.

Шелтон отключился и развернулся.

— Вы это слышали? — взорвался он. — Конвой — для меня. Кто я, человек или музейный экспонат?

— Если хочешь знать моё мнение, — многозначительно протянул Трэфт, — нам очень повезло, что рейнджеры оказались поблизости.

Он с сожалением потёр ушибленные костяшки пальцев.

— Ещё десять секунд и… — он прервал сам себя. — Но этот корабль! Почему они напали? Что они использовали против нас? И при этом не использовалась ракетная энергия. Что побудило их к этому, во имя Юпитера? Космический корабль не может летать без ракет. Это фантастика!

— И всё же он двигался именно так, — спокойно вставил Шелтон. — Должно быть, он управлялся с помощью какого-то гравитационного регулятора. Учёные годами безуспешно пытались разработать такой. Но у этого корабля он был. Мы должны смотреть фактам в лицо. У него также был какой-то луч, или поле, проецируемое в пространстве от корабля к кораблю и вызывающее ощущение онемения. Снова фантастика, но каким-то образом они это делали.

— И Шелтон, — голос капитана Харви звучал взволнованно. Он наконец-то избавился от оцепенения. — Онемение, которое мы испытали, было таким же, как и на Япете. То же чувство холода, удушья, жжения в горле. Это был вовсе не газ, как мы думали, а сила. И здесь была такая же сила. Я готов поклясться в этом.

Шелтон застыл, как поражённый громом. Неужели они были на грани анабиоза? Действительно ли на Япете это была та же самая сила, а не газ? Что-то, что могло быстро извлекать энергию из нервной системы? Своего рода «холодный луч» — полная противоположность тепловому лучу?

— Похоже, это как-то связано с происшествием на Япете, — выдавил наконец Шелтон. — И это означает, что ваши «фигуры» в пещере всё-таки реальны, капитан Харви. Но кто они такие и какова их цель?

— Пираты, у которых там убежище, — прогрохотал Трэфт. — Или пиратствующие частники, которым нужна бериллиевая руда. Что по сути одно и то же. Они не хотят, чтобы мы совали нос в их дела. Всё просто, не так ли? — он сжал кулаки, и его глаза заблестели. — Я думаю, мы столкнёмся на Япете с чем-то подобным. Что ж, больше всего на свете я люблю хорошую драку.

Его добродушное лицо исказила свирепая гримаса.

Шелтон улыбнулся.

— Возможно, ты прав, старый вояка. Хорошо, что Битти об этом не знает. — он горько рассмеялся. — Он бы сразу же захотел, чтобы я вернулся, заперся и впредь находился под охраной флота.

— Шелтон, — медленно произнёс капитан Харви, — Возможно, было бы лучше, если бы мы повернули назад, мы не знаем, что…

Шелтон резко выпрямился, выражение его лица было решительным.

— Капитан, вы командир корабля, но я командир экспедиции. Я подписал приказ о высадке экспедиции на Япет. Именно это мы с вами и собираемся сделать.

Капитан Харви пожал плечами и удалился в свой кабинет.

— Молодец, — тепло одобрил намерения друга Трэфт. — Ничто так не оживляет жизнь, как небольшое волнение. Это…

Его прервала вспышка радиосигнала. Он включил оптический экран, настраивая его до тех пор, пока огоньки не начали мигать на девятой микроволне. Показались плечи и голова, невидимая за маскирующим шаром.

— Космический Учёный! — воскликнул Шелтон, подходя к микрофону.

— Да, это я, — холодно ответило изображение. — Я связался с вами, чтобы предостеречь вас от полёта к Япету.

Шелтон и пилот-здоровяк изумлённо переглянулись.

— Почему нет? — огрызнулся Шелтон.

— Потому что там вас поджидает опасность. Для вашего же блага было бы лучше повернуть назад, доктор Шелтон.

Голос таинственного учёного был очень серьёзным, почти зловещим.

— Но откуда вы это знаете? — спросил Шелтон. Его глаза сузились. — На нас только что напали. Вы и об этом знаете?

Космический Учёный кивнул.

— В ходе моих скитаний по космическому пространству, некоторые вещи неизбежно привлекали моё внимание. Не задавайте мне больше никаких вопросов. Меня это так или иначе не касается. Меня волнует только моя наука, моя великая теория. Но я предупреждаю вас — не летите на Япет.

— Почему вы взяли на себя труд предупредить меня? — с любопытством спросил Шелтон.

Странный человек в маске некоторое время молчал, наконец, он сказал грубым голосом:

— Не приписывайте это сентиментальности, я отказался от таких вещей. Земля — это мир глупцов, которые дают волю человеческим эмоциям. Мои мотивы в данном случае чисто эзотерические. У вас хороший мозг, Шелтон, и вы учёный, наука должна развиваться. На Япете вам может грозить опасность. Это всё, что я хотел сказать.

Глава 7

Тайна пещеры

Внезапно изображение человека в маске исчезло с оптического экрана. Шелтон с ухмылкой отвернулся от него.

— Клянусь честью, я нравлюсь старикану.

Трэфт вышел из оцепенения, в которое он впал, увидев полулегендарного Космического Учёного, хотя оно не помешало пилоту поспешно щёлкнуть несколько раз своей камерой.

— А как же предупреждение, Род? Может быть…

— Может быть, и ничего, — воскликнул Шелтон, мрачно стиснув зубы. — Мы направляемся к Япету. Теперь меня не остановить и десятью холодными лучами. Я собираюсь разгадать его тайну, даже если для этого мне придётся обследовать всю Систему.

Огромный ВЗБИ-14 вторгся в маленькую сатурнианскую вселенную. Она стала долгожданным зрелищем для путешественников после долгого пути по пустому, однообразному космосу. В своей окольцованной красоте Сатурн напоминал гигантское розовое яблоко, окружённое мерцающим ореолом из просвечивающей кисеи.

Это был аванпост, современная граница империи человека за пределами Земли. На туманной поверхности Сатурна было несколько разбросанных поселений, где выращивали ценные лекарственные травы. Шахты Титана уже завоёвывали популярность благодаря своим богатым вольфрамовым, иридиевым и медным рудам.

На Рее, где собирались добывать серу и ртуть, вскоре, благодаря ВЗБИ и адаптену, должны будут появиться её первые биокорректированные граждане. Шелтон ощутил гордость при мысли об этом.

Но дальше, в дальние космические просторы, человек, за исключением редких исследовательских миссий, ещё не проникал. Расстояния были такими огромными, а три оставшиеся планеты — такими холодно-враждебными, что коммерческие общества ещё не справилась со столь огромной задачей. Это была Антарктида Солнечной империи, расположенная за Сатурном.

После остановки в доках Титана для заправки топливом и замены опустевших кислородных баков, ВЗБИ-14 и сопровождавший его конвой рейнджеров направились к своенравному Япету. Это был маленький сверкающий шар, быстро увеличивавшийся при приближении к нему и открывавший взору неровную, негостеприимную поверхность. Какие тайны откроются там вскоре?

Корабль двигался параллельно первобытной поверхности, поддерживаемый выбрасываемыми вниз реактивными струями. Капитан Харви, сверившись со своими картами, смог указать нужную долину с входом в пещеру. Трэфт умело посадил корабль.

Позади них расположился на отдых корабль космических рейнджеров. Его командир вызвал по радио Шелтона:

— Мы подчиняемся вашим приказам, сэр.

— Очень хорошо, коммандер Горди. Я свяжусь с вами позже.

Шелтон почувствовал прилив уверенности, когда под его командованием оказался этот вооружённый до зубов корабль и обученный боевой экипаж. Теперь он был рад, что директор Битти счёл нужным отправить корабль рейнджеров в сопровождение экспедиции.

Шелтон созвал совещание всего экипажа своего корабля. Он попросил коммандера Горди слушать его по радио.

— Официально мы находимся здесь как исследовательская группа и комиссия ВЗБИ, — начал он. — Но неофициально, в связи с тем, что приключилось с нами после того, как мы покинули Землю, мы сначала исследуем пещеру. Я думаю, все согласны с этим.

Слушавшие его мрачно кивнули в знак согласия.

— Никакой опасности быть не должно, — продолжил Шелтон. — У нас есть рейнджеры для вооружённой защиты. Так что, если в пещере есть люди, и если у них есть странное новое оружие, и если они что-то скрывают… — он не договорил. — Капитан Харви, вы и ваши люди будете сопровождать меня. Остальные останутся на корабле.

Майра Беннинг упрямо покачала головой.

— Нет, — решительно заявила она, — я иду с вами. Мой брат где-то в пещере — и он жив. Я хочу помочь в его поисках.

Она поспешила продолжить, прежде чем Шелтон успел возразить:

— С тех пор, как мы сели, я была уверена… Называйте это интуицией или как хотите… Он жив в этой пещере — я это знаю. И я должна пойти за ним.

Шелтон всё ещё выглядел сомневающимся, но тут заговорил Трэфт:

— Пусть она идёт с нами, Род. Я присмотрю за ней.

Девушка одарила его мимолётной улыбкой.

Казалось, что над пустошью нависла мрачная атмосфера, когда двадцать фигур в скафандрах сошли с двух кораблей и направились к чёрному входу в пещеру у подножия ближайшей скалы. Смехотворно маленькое Солнце над головой едва рассеивало глубокий мрак в миниатюрной долине. Вековые, нетронутые природой, древние пейзажи казались совершенно чужеродными на фоне непривычного иссиня-чёрного неба.

Шелтон осторожно повёл свою группу в сторону входа в пещеру, приближаясь к ней по склону утёса. Гигантская фигура Трэфта нетерпеливо следовала за ним, убеждённая, что это пиратское гнездо, которое необходимо очистить. Маленькая фигурка Майры Беннинг находилась у него за спиной, окружённая рейнджерами, готовыми к любым неожиданностям. Шелтон рассказал им обо всём, что не так давно произошло здесь.

Наклонившись, они смогли добраться до высокого бортика пещеры и спрятаться за ним. Затем осторожно подняли головы и заглянули в пещеру через защитные очки. Там было не так уж много интересного, за исключением того, что она была огромной и простиралась бесконечно. Глубокие тени тянулись со всех сторон, скрывая детали.

— Видите что-нибудь, ребята? — спросил Шелтон, и его аудиовибратор передал его голос всем присутствующим.

Ответом ему была серия отрицательных ответов, и Шелтон испытал непонятное чувство разочарования.

— В этой пещере что-то есть, — голос Майры Беннинг был тихим, едва слышным. — Я ничего не вижу, но чувствую это. Что-то ждёт там, ждёт…

— Мы скоро узнаем.

Трэфт внезапно выпрямился во весь рост, зажёг ручной фонарик и повёл лучом из стороны в сторону. Из пещеры донеслись резкие, испуганные крики, эхом отразившиеся от стен.

— Вот они! — торжествующе закричал здоровяк.

В сотне ярдов впереди показались засуетившиеся фигуры.

— Ложись, дурак! — крикнул Шелтон. — Ты идеальная мишень…

В этот момент на них обрушилась волна ужасного холода, от которого у них сжались лёгкие и онемело всё тело. Даже защита в виде скального выступа была бесполезна. Казалось, какая-то невероятная сила высасывала тепло и энергию из их тел и не оставляла ничего, кроме мучительного, леденящего ощущения.

Шелтон знал, что нельзя терять ни минуты.

— Вставайте, ребята, — приказал он. — Они объявили нам войну. Задайте им жару!

Резко вскочив, земляне положили винтовки на камень и включили фонарики, прикреплённые к стволам. Вспыхнувшие лучи устремились в темноту.

Первым заговорило оружие Трэфта, увидевшего тёмную фигуру в тусклом пятне луча своего фонаря. Он усмехнулся, услышав резкий крик, вознаградивший его за меткость.

Затем все ружья ударили залпом, и пещера наполнилась глухим грохотом выстрелов. Суетившиеся фигуры бросились назад, в полумрак, за пределы досягаемости света, и исчезли в тенях. Была смутно видна огромная машина, которую фигуры оттаскивали назад при отступлении, и с её исчезновением леденящая кровь волна прошла.

— Прекратить огонь. — приказал Шелтон. — Это послужит им хорошим уроком.

Его голос был странно хриплым.

— Похоже, это и в самом деле пираты, — прогремел Трэфт. — Но почему они в ответ не накормили нас свинцом? Они были настолько уверены, что их никогда не обнаружат? И эти холодные дела — всё это как-то не сходится, не так ли, Род?

— Да, — согласился Шелтон. — Марк, сходи туда и вытащи одно из этих тел. Мы прикроем тебя из винтовок, хотя я уверен, что все они уже ушли.

Не говоря ни слова, рослый пилот перебрался через край и осторожно спустился на пол пещеры, пробираясь мимо глубоких ям. Он добрался до первого упавшего тела и опустился рядом с ним на колени.

— О Боже! — услышали его восклицание снаружи.

Затем он перекинул обмякшее тело через плечо и начал карабкаться обратно ко входу в пещеру. Он бросил тело к ногам своих спутников и отступил назад с ошеломлённым видом.

Медленно, почти механически, он отцепил от пояса фотоаппарат и приник к искателю, чтобы сделать хороший снимок. Этот снимок произвёл бы сенсацию на Земле.

Такие же ошеломлённые взгляды были и у остальных членов группы, когда они смотрели на тело, на то, что лежало на белой скале Япета, освещённое слабым далёким Солнцем.

— Это не человек, — прошептала Майра Беннинг, отшатываясь в ужасе. — Это инопланетное существо.

Глава 8

Великая машина

В огромной пещере Япета, которая по земным меркам показалась бы леденяще холодной и непроницаемо тёмной, из космического корабля вышло с десяток фигур. Они уверенно зашагали по коридору. Их большие, навыкате глаза, обладающие неземной способностью улавливать свет, видели каждую деталь пути благодаря отражённому солнечному свету, падавшему из зияющей пасти пещеры.

При достаточном освещении земные глаза различили бы в них отталкивающе выглядевших инопланетных существ, при этом поразительно похожих на людей по форме. Они были высокими, почти гигантами. У каждого было по две ноги, две руки, туловище и голова с двумя глазами, двумя ушами, носом и ртом. Какая бы эволюция ни породила их, она не сочла нужным отходить от этой базовой структуры. Пока особых отличий от людей нет.

Но именно в деталях природа приспосабливает свои создания к конкретной среде обитания. Эти существа были хладнокровными, и чтобы экстремально низкие температуры не принесли им смерть, вместо кожи у них был ороговевший эпидермис, разделённый на пятиугольные пластины. У них не было волос, но на головах топорщились гребни, состоящие из острых шипов. На лапах были растопыренные пальцы, снабжённые когтями.

«Рептилии» — с содроганием сказал бы земной наблюдатель. Рептилии каким-то образом созданные по образу и подобию человека. Однако, по странной причуде, руки их были гибкими, похожими на человеческие. Чешуйки на лицах были мелкими и гладкими, лбы высокими и выпуклыми, глаза проницательными и умными.

Было бы ошибкой приписывать им низкий интеллект исключительно из-за этих инопланетных особенностей. Земные рептилии были бессловесными, безмозглыми животными. Эти полурептилии из другого мира были намного выше по уровню интеллекта.

Коридор вёл в большой амфитеатр, уставленный разнообразными приборами, но ни один из них не был сделан из металла. В похожем на трон кресле, сделанном из какого-то пластика, сидел Лорг, Высший, купаясь в тусклом красном сиянии ламп холодного огня.

Инопланетный Высший был более жестоким, чем кто-либо из его подданных, с массивными плечами и диким блеском в хитрых глазах. У него был вид существа, жаждущего власти и восхваления. Его окружала аура безжалостности. Ибо мозг внутри его черепа бесконечно стремился к цели, достижение которой будет стоить многих жизней.

Он окинул новобранцев оценивающим взглядом и одобрительно кивнул. Они были прекрасными представителями его расы, молодыми, сильными и умными. Они смотрели на него с благоговением, потому что в их представлении он был одновременно Цезарем, Колумбом и Наполеоном.

— Добро пожаловать! — поприветствовал их Высший, и они отдали ему честь. Его голос для человеческого слуха показался бы хриплым рёвом аллигатора, странно приглушённым разрежённым холодным воздухом.

— Вы все знаете, почему вы здесь, — сказал он просто, но сурово. — Вы были выбраны за ваше мужество и умение обращаться с машинами. Впереди вас ждёт тяжёлая работа и принесение в жертву вашей обычной жизни. Отсюда нет возврата. Тысячи предшествовали вам. На протяжении многих лет истощение жизней было огромным. Строительство Великой машины отнимает их ежечасно. Кроме того, мы находимся вблизи от могущественного врага, который затравил бы нас, как крыс, если бы обнаружил наше присутствие. Жить в такой тени не очень-то приятно.

Он оглядел ряд лиц, на которых пышущих молодостью и энтузиазмом, хотя человеческому глазу они показались бы бесстрастными.

— Готовы ли вы ко всему этому — день за днём трудиться, жертвовать собой, подвергаться опасностям? Никогда больше не увидеть свою родную планету?

Оглушительный хор радостных криков прокатился по тусклым, холодным коридорам.

— Мы готовы, Высший, — закричали новобранцы.

— Хорошо!

Их предводитель отбросил свою бесстрастность и чопорность. Речь была более или менее официальной церемонией, рассчитанной на то, чтобы произвести впечатление на новичков серьёзностью их миссии. Общий призыв к вечной преданности.

Не вставая с трона, он наклонился вперёд.

— Я скажу вам больше, — доверительно признался он. — Скоро настанет час, когда мы выясним, чья цивилизация сильнее, наша или землян.

В его холодных, как у рептилии, глазах на мгновение вспыхнул огонь. Он произнёс слово «землян», скривив губы, но в то же время с неосознанным уважением. Наполеон, возможно, говорил так о британцах, которых он должен был победить, прежде чем править миром.

— Сегодня утром, — продолжил он, — мы провели тщательное тестирование Великой машины и на короткое время привели её в действие. Хотя мы использовали минимум энергии, на нашей измерительной шкале произошло смещение на целый дюйм. Из вашего опыта работы с данными о Великой машине, вы все знаете, что это значит.

Новобранцы ошеломлённо переглянулись между собой. Великая машина обладала мощью, превосходящей все их ожидания. Затем они разразились радостными возгласами при мысли о том, что это будет означать в ближайшем будущем…

Наверху, на поверхности Япета, Родни Шелтон и его спутники долго смотрели на лежавшее у их ног мёртвое существо, судя по всему, обладавшее интеллектом, и так похожее на людей в целом и в то же время совершенно чуждое в деталях. Покрытое чешуёй тело, когтистые руки и ноги, прикрытые веки и гребень из роговых шипов, украшающий голову.

— Инопланетная разумная раса на Япете, — недоверчиво пробормотал Шелтон. — Первая в Солнечной системе.

Это было правдой. Человек, отправляясь на другие планеты, обнаружил, что ему никто не противостоит. На Марсе были свидетельства существования прошлой цивилизации, но десятки тысяч лет назад она канула в лету. Антропоиды Венеры подавали надежды на будущую эволюцию в сторону разума, но это произойдёт не раньше, чем через несколько веков. Ни на одной из других планет или спутников не было жизни выше уровня обезьяны. Человеческий разум был выше всех.

И вот теперь здесь, словно гром среди ясного неба, обнаружился инопланетный разум.

— Вот это да! — взорвался Трэфт. — Мы прилетели на Япет, ожидая увидеть пиратов, а обнаружили инопланетных существ.

Он ошеломлённо смотрел на длинное, гибкое тело с рваным отверстием в груди, образованным взрывом радиевой пули, оборвавшей его жизнь. Тонкая струйка бледно-красной жидкости, вытекая, застывала на холоде.

— Они совсем не красавцы, — прокомментировал здоровяк пилот. — Чешуйчатые, похожие на рептилию, живущие в пещерах — они мне сразу не понравились.

— Они монстры, — выдохнула Майра Беннинг, широко раскрыв глаза и дрожа. — Ужасные твари.

— Но разумные, — настаивал Шелтон, пытаясь осознать этот факт.

— Может быть, они просто дикари или пещерные люди, — предположил Трэфт. — Они даже не носят одежду — по крайней мере, этот не носил.

— Им не нужна одежда, с их чешуйчатой кожей, — отметил Шелтон. — И одежда не является критерием интеллекта. А как насчёт их холодной силы? И, возможно, этот чёрный корабль? Означает ли это…

Он замолчал, не желая делать поспешных выводов. К чему всё это привело? Холодная сила, чёрный гравикорабль, охраняемый вход в пещеру? Были ли они троглодитами, населявшими пещеры Япета, и по этой причине никогда не обнаруживаемые ранее? Насколько они развиты, как живут, чем занимаются, какие у них планы? В голове Шелтона роились тысячи вопросов, и его научный инстинкт требовал ответов.

— Ребята, — внезапно сказал Шелтон, повернувшись к ним лицом. — Мы наткнулись на нечто важное, практически невероятное. Мы войдём в историю, когда сообщим об этом. Кто со мной, чтобы пройти дальше в пещеру и узнать больше об этих странных существах? Мы можем провести разведку шаг за шагом, не рискуя понапрасну. И они, очевидно, не могут противостоять нашему оружию.

— Я с тобой, — быстро воскликнул Трэфт. — Мы в любом случае должны выяснить, почему эти чешуйчатые люди так стараются не пускать нас вглубь пещеры.

Предвкушая будущие приключения, остальные члены отряда посмотрели на своё начальство.

— Мы не должны торопиться с этим, — сказал капитан Харви с характерной для него осторожностью. — Мы не знаем, сколько их там и с чем мы можем столкнуться.

— Мы могли бы сначала сообщить властям по радио, сэр, — замялся коммандер Горди. — Однако боеприпасов у нас достаточно.

— Хью! — внезапно вступила в разговор Майра Беннинг. — Мой брат в их руках. Он в плену у этих монстров. Я чувствую это.

Трэфт кивнул.

— Возможно, она права, ребята. Он стоял на самом краю скалы и провалился внутрь. Инопланетяне могли забрать его до того, как я начал поиски. Мой луч света, ослепивший их, вероятно, спас меня в тот момент. Но они забрали с собой Хью Беннинга.

Люди были словно наэлектризованы. Мысль о том, что человек, один из их сородичей, оказался в плену у инопланетян, заставила огонь пробежать по их венам. Если что-то и могло повлиять на их решение, так это было именно оно. Каждый человек в группе от всего сердца принялся кричать, чтобы они входили в пещеру.

— Хью Беннинг был хорошим человеком, и мы все его любили, — сказал взволнованный капитан Харви. — Если мы сможем спасти его, если он жив…

— Он жив, — твёрдо сказала Майра Беннинг.

— Я не думаю, — обратился Шелтон к девушке, изучая её застывшее за забралом шлема лицо, — что есть какой-то смысл пытаться убедить вас остаться здесь.

— Совсем нет, — заверила его девушка, и Шелтон мог её понять.

Капитан Харви настоял на тщательной проверке кислородных баллонов. У каждого из них был запас по крайней мере на десять часов.

Шелтон вызвал корабли через свой шлемофон и сообщил оставшимся на борту о решении исследовать пещеру и её инопланетных обитателей. Двое космических рейнджеров были назначены охранять вход в пещеру в качестве дополнительной меры предосторожности.

— Вперёд! — воскликнул Шелтон.

Он перелез через скальный выступ пещеры и пошёл вперёд.

Глава 9

Инопланетное подземелье

Освещая себе путь установленными на оружии фонариками, они пробирались по неровному полу пещеры, избегая жутких ям, которые, возможно, были следами какого-то древнего землетрясения. Время от времени на их пути возникали огромные витые сталагмиты непостижимого возраста, похожие на огромные колонны. В свете лучей фонарей каменная крыша над головами сверкала странными кристаллическими образованиями. Щелчок камеры Трэфта громким эхом разнёсся по этой сырой, тёмной пещере тайн и теней, ведущей в неизвестность.

Шелтон уже немного жалел, что с такой поспешностью повёл сюда людей. Мрачная атмосфера этого места, порождающая зловещие предчувствия, угнетала его. Кто знает, что таится впереди, какая опасность может подстерегать? Затем он вспомнил предупреждение Космического Учёного.

Но, в конце концов, за его спиной были настоящие бойцы — вооружённые, умелые, отважные. Они не могли быть отрезаны с тыла. С этой мыслью он начал ощущать, как у него захватывает дух от руководства вооружённым отрядом. Им, учёным. Только непостижимые пути судьбы могли привести к такому.

Следом за ним спешила Майра Беннинг, едва не спотыкаясь от нетерпения. Временами ловкие руки Трэфта поддерживали её. Девушка думала о своём брате, живом, находящемся в руках пиратов, пиратов-людей. Подумать только, что он сейчас в плену у инопланетян…

Остальные члены отряда уверенно шагали вперёд, посылая во все стороны лучи света, чтобы не попасть в засаду.

Пещера сузилась до небольшого коридора не более десяти футов в высоту и ширину. Плавно петляя, он, казалось, уходил в недра Япета. Отряд, находясь в постоянном нервном напряжении, пробирался всё глубже и глубже сквозь бесчисленные тонны камня.

— Отличное местечко для убийства, — весело заметил Трэфт. — Этим уродцам, должно быть, нравится темнота.

Он пристально вгляделся вперёд, втайне надеясь на хоть что-то интересное. Но именно Майра первой заметила впереди бегущую тёмную фигуру, которая выскочила из боковой ниши и быстро побежала прочь. Её резкий крик заставил всех остановиться.

— Вероятно, их передовой разведчик, — предположил Трэфт. — Отправился сообщить остальным о нашем кратком посещении.

— Шелтон, — нервно сказал капитан Харви, — нам следует повернуть назад. Это безрассудно.

— Это ваше личное мнение, — огрызнулся Шелтон. — Когда я что-то начинаю, я всегда довожу это до конца.

Коммандер Горди и один из его людей вышли вперёд.

— Если вы не возражаете, сэр, — предложил он, — мы пойдём первыми. Мы хорошие стрелки.

Шелтон согласился, улыбаясь тому, как деликатно они предложили свою защиту. Группа снова двинулась вперёд, но уже медленнее, чем раньше. Шелтон был полон решимости узнать хоть что-нибудь о пришельцах, прежде чем поворачивать назад.

По его расчётам, они прошли около полумили от устья пещеры, как вдруг коридор вывел в обширное пространство. Склон у их ног постепенно уходил вниз, а дальние стены, где склон снова должен был подниматься, терялись во тьме. Пещера была гораздо больше, чем Шелтон когда-либо видел или считал возможным. Это вызывало такое же головокружительное ощущение, как если бы он находился на открытом пространстве.

— Посветите вниз, в котловину, — приказал Шелтон, гадая, что же лежит на дне этой чудовищной каменной камеры.

Лучи скользили по склону, всё ниже и ниже. Они растворялись в тумане, не встречая ничего. Но вдали, в отблесках, смутно виднелась какая-то масса.

Постепенно их глаза привыкли к слабому освещению, и они стали различать всё больше деталей: там, на каменном полу, расстилалось нечто грандиозное, разбитое на кубы, конусы и треугольные шпили. С некоторых из них свисали тусклые красные лампочки, излучавшие слабое багряное свечение, которого едва хватало, чтобы разглядеть отдельные архитектурные детали. Между геометрическими структурами, расходясь от центра, пролегали проспекты, похожие на гигантскую паутину.

Шелтон заморгал, уверенный, что это какой-то обман зрения.

— Это… город… — взволнованно воскликнула Майра Беннинг. — Город пришельцев!

Стоя на краю склона, земляне рассматривали его. Город внутри планеты, о существовании которого не подозревала внешняя вселенная. Подземное обиталище, чьи горизонты были тенями, а небо — твёрдой скалой. И всё это было сделано нечеловеческими руками в глубине самого пустынного мира, известного земному разуму. Это было всё равно что найти огромный и совершенный город посреди Сахары или Антарктиды.

— Нет, это не могли построить дикари, — рассудительно заметил Трэфт. — На такое способна только настоящая цивилизация.

Шелтон, как в трансе, уставился вниз, в голове у него роились дикие, не до конца сформулированные догадки.

— Что ж, — пробормотал он, — по крайней мере, теперь мы можем быть уверены, что в Солнечной системе есть ещё одна раса, приближающаяся к нашему уровню развития. А это знание очень важно для Земли.

— Смотрите! — с коротким смешком заметил Трэфт. — Кажется, мы стали причиной небольшого волнения.

Толпящиеся на ближайших улицах существа бежали назад, подальше от огней, вскидывая руки в попытке защититься от света. До отряда донеслись их хриплые крики, как испуганные так и агрессивные.

— Это настоящие троглодиты, непривычные к яркому свету, — сказал Шелтон. — Наши фонарики, должно быть, кажутся им пылающими Солнцами. — Он взглянул на Майру. — Вы верите, что ваш брат там, внизу?

Она с некой долей отчаяния кивнула.

— Да, где-то там. Я не уверена, что он жив, но он должен быть где-то здесь.

Она внезапно напряглась, наклонившись вперёд, направив один из аудиорезонаторов своего вакуумного костюма в сторону города. Её глаза расширились.

— Кажется, я слышу его голос, — хрипло прошептала она. — Послушайте внимательно.

И тогда они все услышали это — слабый крик, перекрывающее шум города и его возбуждённых обитателей, и сразу поняли, что только земные лёгкие могли издавать такие крики. Крики инопланетян были совершенно другого тембра.

— Да, это, должно быть, Хью Беннинг, — Трэфт напряжённо всматривался вниз. Внезапно он закричал. — Вот он, я вижу его! Должно быть, он сбежал. Он бежит из города вверх по склону без вакуумного костюма, а за ним гонится свора этих тварей.

— Приготовиться к стрельбе, ребята, — крикнул Шелтон, хватаясь за свою винтовку. — Первый залп у них над головами, чтобы предупредить об опасности. Огонь!

Оглушительный залп прокатился по пещере подобно буре, но он не смог отпугнуть инопланетян, преследовавших Беннинга. Очевидно, им был отдан приказ, которому они не могли не подчиниться.

Буквально летящая над поверхностью фигура землянина мчалась вверх по склону, а сотня инопланетян следовала за ним по пятам. В условиях слабой гравитации Беннинг совершал огромные прыжки, используя свои земные мускулы. Преследователи неслись за ним быстрым аллюром на четырёх ногах, как гончие на охоте.

— Давай, Беннинг, — ободряюще прогремел громкий голос Трэфта.

Но пришельцы настигли свою жертву и потянули её вниз. Майра вскрикнула и рванулась вперёд, но Шелтон удержал её.

— Оставайтесь здесь, — жёстко приказал он, затем повернулся к своим людям. — Огонь! — рявкнул он. — Перебейте всех вокруг Беннинга.

Вниз по склону ударил шквальный огонь. Со всех сторон от Беннинга пришельцы начали шататься и падать. Приникнув к земле, они начали отступать, но всё так же тащили землянина за собой. Тем не менее, сокрушительный град пуль начал давать о себе знать. Беннинг отчаянно боролся, пытаясь освободиться от дюжины оставшихся пришельцев.

И в этот момент атака последовала с другой стороны!

Шелтон почувствовал, как его охватывает уже знакомое, давящее оцепенение. Пришельцы откуда-то излучали холодную силу. Он развернулся. Группа врагов, с гигантским устройством, чей красноватый светящийся центр был направлен в их сторону, подкралась сбоку, вдоль края склона.

Он предостерегающе закричал, и его люди, на ощупь пытаясь перезарядить оружие, резко развернулись, чтобы открыть огонь по новой угрозе. Шелтон застонал, осознав всю опасность положения. Их движения быстро становились вялыми из-за парализующего действия холодной силы. Скоро они совсем не смогут шевелить своими вялыми пальцами, и битва будет окончена.

Что ещё хуже, он увидел, как Майра Беннинг бросилась к своему брату, которого волокли вниз по склону. Она бежала прямо в руки врага. Шелтон вскочил, как подброшенный пружиной, и бросился за ней.

Трэфт, осыпая нападавших огнём, выругался и прыжками понёсся за ними. На Земле он обещал всегда быть рядом с Шелтоном. Сейчас был один из таких моментов.

Три бегущие фигуры достигли пришельцев почти одновременно. Майра замахнулась на них кулаками. Инопланетянин с рычанием навис над ней, занеся руку для удара. Шелтон приставил пистолет к животу чудовища и выстрелил. Другой инопланетянин вырвал оружие у него из рук. Шелтон начал размахивать своими затянутыми в перчатки кулаками, испытывая прилив радости каждый раз, когда чешуйчатый подбородок трещал под его сокрушительными ударами.

Трэфт бросился в бой, размахивая винтовкой, как дубинкой. Рыча, он наносил мощные удары направо и налево, вызывая у врагов вопли боли. Многие падали и лежали неподвижно с разбитыми черепами. Но из города на них надвигались новые силы, полностью окружая их.

Столкнувшись с неизбежным поражением из-за численного превосходства противников, Шелтон продолжал сражаться автоматически. Возможно, люди, находившиеся выше по склону, ещё могли переломить ситуацию. Но его последняя надежда угасла, когда он взглянул вверх и увидел, что они шатаются и падают навзничь. Их ружейный огонь перешёл в спорадические выстрелы, а затем и вовсе прекратился.

— Холодная сила… оцепенение… — раздался сдавленный голос капитана Харви по радио в шлеме. — Не могу удержаться…

Его покачивающаяся фигура в вакуумном костюме, державшаяся на ногах последней, упала и осталась лежать среди остальных людей. Шелтон знал, что они лежат неподвижно, не дыша за своими забралами, охваченные подобным смерти анабиозом. Холодный красный глаз проектора холодной силы, сделав свою работу, выключился.

С триумфальными криками, пришельцы окружили Шелтона и его отряд и быстро повалили их на землю. Даже огромная сила Трэфа не помогла ему стряхнуть с себя дюжину цепляющихся существ, заламывающих ему руки за спину. Беннинга уже уносили, он потерял сознание от перенапряжения в холодной, разрежённой атмосфере, непригодной для работы земных лёгких.

Запыхавшихся и измученных, троих землян потащили вниз по склону к городу. Какая судьба их ждёт? Шелтон не знал, и ему было всё равно. С горечью он осознал, что они попали в ловушку. Пустая пещера, открытый путь в город — всё это прекрасно дополняло друг друга.

Знали ли инопланетяне, что они обязательно придут за Беннингом, или они рассчитывали на человеческое любопытство? Как много они знали о людях? Мозг Шелтона терзало множество вопросов.

Глава 10

Лорг, Высший пришелец

По мере их приближения, неземной город казался им всё более и более странным из-за своего тусклого красного свечения. Здания без окон с геометрически строгим дизайном казались мрачными. Нигде не было видно металла. Даже в таком состоянии, Шелтон отметил это.

Четверых пленников отвели в одиноко стоящее на окраине города здание. Раздался шипящий звук, и дверь распахнулась. Это был воздушный шлюз? Так оно и оказалось, и их втолкнули в шлюзовую камеру, а вместе с ними и бесчувственного Беннинга. Трэфт быстро поднял Беннинга на руки, открылась внутренняя дверь, и они прошли сквозь неё.

К их изумлению, большая камера была обставлена земной мебелью, или, правильнее сказать, мебелью типичной каюты космического корабля — койками, креслами с ремнями безопасности и даже умывальником с резервуаром для воды. Шелтон увидел «Галилео», написанное чёрными буквами поперёк резервуара. Это было название корабля Геологоразведочной Службы, о пропаже которого было объявлено много лет назад.

Трэфт уже открыл шлем и втянул носом воздух. Потом начал снимать костюм.

— Нормальные земные давление и температура, — сказал он с наигранной бодростью. — Мы пленники, но мы можем чувствовать себя комфортно.

Шелтон и Майра последовали его примеру, радуясь, что освободились от мешающих им вакуумных костюмов. В тот момент их не слишком интересовало, почему вообще существует такая камера.

После боя они почти не разговаривали. Гнетущая тишина заставляла их молчать. Но тут девушка неожиданно разрыдалась.

— Это моя вина, — всхлипнула она. — Из-за меня вы оказались здесь…

— Конечно, нет, — оборвал её Шелтон. — Мы просто не знали, с чем столкнёмся. Эта штука оказалась более масштабной и удивительной, чем мы могли себе представить. Прежде всего, мы должны привести в чувство вашего брата, выяснить у него всё, что мы можем, об инопланетянах.

Физическое состояние Хью Беннинга приближалось к состоянию человека, который долго пробыл в суровых условиях на вершине горы. Его кожа посинела, дыхание было затруднено. Время от времени он стонал и дёргался.

Шелтон подошёл к замеченному им в углу шкафчику с лекарствами, тоже взятому с земного корабля.

Он вернулся с химической грелкой и стимуляторами, которые должны были постепенно привести потерявшего сознание человека в чувство. Они ждали пробуждения Беннинга, затаив дыхание.

Но внезапно большой круглый экран на стене перед ними замерцал разноцветными огоньками. Он был странной конструкции, но, несомненно, это был оптический экран. Мгновение спустя на экране появилось лицо инопланетянина и взглянуло на них с выражением, которое они могли истолковать только как сардоническое. Большие зеленоватые глаза перебегали с одного на другого, словно изучая обитателей аквариума с золотыми рыбками.

— Ну, — оскорблённо прогрохотал Трэфт, — на что уставился, двуногий змей? Жаль, что ты не говоришь на нашем языке. Я бы…

— Вообще-то я говорю на твоём языке.

Эти слова, правильно произнесённые совершенно инопланетным существом неземного происхождения, вызвали недоверчивые возгласы удивления у трёх землян. Это было удивительнее, чем все безумные события последних часов.

Трэфт, разинув рот, потерял дар речи, но Шелтон быстро пришёл в себя и шагнул к экрану. Он посмотрел прямо в загадочные, немигающие глаза.

— Кто вы? — спросил он.

Лицо пришельца исказилось в подобии улыбки.

— Я Лорг, Высший народа тормов. Как вы сказали бы, я один из их правителей. Вы удивлены, что я знаю ваш язык? Я знаю его уже много лет. Наши приборы улавливают ваши земные радиопередачи, и поэтому я постоянно слышу ваш язык.

— Почему мы оказались в заточении? — потребовал ответа Шелтон. — Если вы будете удерживать нас против нашей воли, то за это последует возмездие от рук земных властей.

Он уставился на Высшего инопланетянина с кипящим гневом, который копился в нём с момента захвата.

— Меня не так-то легко запугать, — резко сказал Лорг. — Вы останетесь здесь по моей воле. Вы не имеете отношения к земным властям. Они не будут вмешиваться. С вами будут хорошо обращаться.

Шелтон внезапно остыл и провёл рукой по лбу.

— Что всё это значит? — устало спросил он, словно разговаривая сам с собой. — Что вам от нас нужно?

— Вы доктор Родни Шелтон из ВЗБИ, — вежливо произнёс Лорг. — Нам нужно будет о многом поговорить позже.

Внезапно, со странным выражением на лице, которое человек не смог бы правильно истолковать, изображение на экране исчезло.

— Он знает моё имя, он знает кто я такой, — пробормотал Шелтон.

Он в изумлении вскинул вверх руки. Всё это было одной неразрешимой, потрясающей воображение тайной. И каждое последующее событие казалось ещё более загадочным.

— Хью, — радостным голосом произнесла Майра Беннинг, — ты проснулся. Слава богу…

Беннинг наконец открыл глаза, в них застыл ужас, но тут же исчез, и он стал жадно вглядываться в лица окружающих. С помощью Майры он попытался сесть и слабо улыбнулся им.

— Привет, Хью, — сердечно произнёс Трэфт, пожимая ему руку. Он коротко представил Шелтона.

— Рад, что вы здесь, — горячо сказал Хью Беннинг. — Три недели среди тормов… — он вздрогнул. — Вы не можете себе представить, каково это — быть единственным представителем нашего вида среди инопланетян…

Шелтон успокаивающе похлопал его по спине.

— Успокойтесь, старина. Начните с самого начала и расскажите нам, что произошло.

Он понимал, что нельзя торопить человека и заставлять его рассказывать о том, что он знает о пришельцах.

Хью Беннинг кивнул. Это был невысокий, худощавый человек, от которого веяло учёностью. Как ранее сообщила Майра, его познания в науке были обширными. Он работал в Планетарной Службе в качестве одного из лучших технических специалистов.

— Как вы, наверное, помните, я стоял на каменном краю пещеры и смотрел внутрь, — наконец начал он. — Внезапно я начал задыхаться и почувствовал онемение. Я понял, что падаю, а затем всё потемнело. Я очнулся в большой комнате, заставленной приборами. Когда я впервые увидел пришельцев, то подумал, что это просто кошмарный сон.

Он снова вздрогнул.

— Я лежал в чём-то вроде стеклянного гроба. Вокруг меня было ещё много ярусов, в которых находились другие люди, находящиеся в состоянии анабиоза. По какой-то причине я пришёл в себя. В центре комнаты стояла большая машина, излучавшая яркие цветные лучи. Я думаю, это был своего рода процесс чтения мыслей, потому что я чувствовал, как мой разум исследуют, исследуют досконально, максимально погружаясь в его.

В его глазах застыло недоумение.

— Я не уверен, что это было. Всё, что я знаю, это то, что я, как сумасшедший, выскочил из своего стеклянного контейнера и убежал из этого ужасного места. Инопланетяне преследовали меня. Я потерял сознание от разрежённого воздуха и холода. Потом очнулся в этой комнате. С тех пор моей единственной мыслью была мысль о побеге. Когда я увидел из окна ваши огни на вершине холма, я обезумел. Тюремщик как раз вошёл с едой для меня. Я сбил его с ног и выбежал наружу.

Он вздрогнул.

— Было холодно, боль обожгла мои лёгкие, но я знал, что смогу выдержать несколько минут. Я побежал к вам — остальное вы знаете.

Его рассказ, краткий и отрывистый, оставил в умах слушателей ощущение ужаса скорее из-за того, что осталось недосказанным, чем из-за того, что он рассказал.

— Вам известно что-нибудь определённое обо всём этом? — спросил Шелтон. — Об этих пришельцах и о том, чем они заняты и что планируют?

Глаза Беннинга потемнели.

— Известно достаточно, чтобы я испугался, когда подумаю, что это может значить, — сказал он потрясённым голосом. — Я не говорил вам, но я уже однажды сбегал, тогда у меня ещё был под рукой мой вакуумный костюм. У него был запас кислорода на несколько часов, и я решил выбраться на поверхность. Я добрался туда, проскользнув мимо охраны, и обнаружил, что наш корабль исчез. Я оказался брошен на произвол судьбы. Стражники погнались за мной, но мне удалось избежать поимки, спрятавшись в тени. Полагаю, тогда я немного обезумел. Я пробрался через весь город, — его голос стал напряжённым. — Это только одна часть их общины. Здесь есть и другие пещеры. Одна заполнена большими чёрными космическими кораблями. В другой — тысячи излучателей холодной силы. В нескольких других, — его взгляд был суровым, — десятки тел землян в стеклянных гробах, находящихся в состоянии анабиоза. Люди из пропавших экспедиций.

— Дьяволы! — воскликнул Шелтон побелевшими губами. — Что…

— Подождите! — продолжил Беннинг. — Есть кое-что ещё более важное. Я заглянул в глубокую шахту. Мне показалось, что она тянется на многие мили. Там, внизу, находится гигантская мастерская и какая-то огромная машина, — он перевёл дыхание, — какая-то огромная машина. Я думаю, это означает опасность для всей Солнечной системы.

— Почему? — спросил Шелтон, поражённый таким неожиданным предположением.

Беннинг покачал головой.

— Я не могу сказать вам почему. Я не знаю. Но я знаю, что это великая наука, возможно, превосходящая нашу, — он понизил голос. — Эти существа не используют металлы. Они используют пластик. Посмотрите на стены — они не каменные, на окна — они не стеклянные, на весь город, в котором нет ни кусочка металла. Они используют пластик для всего.

— Пластик? — повторил Шелтон. — Почему бы это…

— Наука о пластмассах не так проста, — сказал Беннинг с уверенным видом учёного. — На Земле она только зарождается. Мы знаем о целлулоиде, целлофане, полиэтилене и так далее. Это элементарные основы возможной промышленности, которая в будущем сможет обеспечить все материальные потребности человечества. Эти же существа глубоко вникли в дело. У них есть пластмассы, которые твёрже стали, прозрачнее стекла, долговечнее камня. И все они изготавливаются из химических компонентов при низких температурах. Им не нужно использовать сложные доменные печи, уголь, электричество или добывать руду. Их цивилизация — это цивилизация-лаборатория, если таковая когда-либо существовала.

Внезапно он махнул рукой.

— В основном, это мои предположения, но, — его лицо погрустнело, — я чувствую, что вся эта активность на Япете представляет опасность для нашей Космической Империи. Это витает в воздухе. Это…

— Империя может сама о себе позаботиться, — воинственно выпалил Трэфт. — Когда придёт время. Да ведь у этих рыбоглазых инопланетян даже оружия нет, если дело дойдёт до войны. Космический флот Земли мог бы окружить Япет и взять их в осаду.

— Не стоит недооценивать их оружие холодной силы, — тихо сказал Беннинг. — Оно может быть столь же эффективным, как и наше, использующее тепло. Вероятно, они совершенствуют его изо дня в день. Что касается Япета, то это не их родной мир.

Шелтон кивнул.

— Я так и предполагал. На Япете нет местной жизни. Но откуда они взялись?

Беннинг пожал плечами.

— Уран, Нептун или Плутон. Они — раса, привыкшая к холоду, ненавидящая свет. Они должны жить на одной из трёх планет.

— Или на всех трёх.

Шелтон вдруг принялся расхаживать взад-вперёд. Некоторые предположения Беннинга показались ему диким бредом человека, чьё воображение разыгралось после трёх недель пребывания в странном, тёмном мире инопланетян. Но теперь Шелтон почувствовал, что истинные масштабы всего этого могут быть ещё более невероятными.

— Сатурн, — сказал он, — фронтир Земли. За ним лежит неизведанное. Я видел официальные отчёты, из тех что редко становятся достоянием общественности. Более половины исследовательских кораблей, побывавших за пределами Сатурна, так и не вернулись. Официальная эпитафия гласит: «Природные катаклизмы». Интересно!

Трэфт чётко связал всё воедино:

— Похоже, что инопланетяне на Плутоне, Нептуне и Уране ведут экспансию внутрь системы, в то время как Земля — вовне. Там, где они встретятся — здесь, на Сатурне — разверзнется ад.

— Мы рисуем довольно мрачную картину, — пробормотал Шелтон, ошеломлённый невероятно зловещими перспективами.

Он покачал головой. Всё это может оказаться ядовитым грибом, вырастающим из спор непереваренных фактов. Они должны добраться до основных фактов. Он повернулся к Беннингу.

— Но к чему это помещение с земными условиями, оно было подготовлено для живых заключённых?

— Не могу предположить, — признался техник. — Они кормили меня, поддерживали в помещении земные давление и температуру. Они не обращались со мной плохо. Я просто сидел здесь подавленный, брошенный, окружённый инопланетянами, и думал… думал…

Внезапно он разрыдался, и Майра стала его утешать. Они поняли, через что ему пришлось пройти. Это было ясно видно по его чуткому, изрезанному морщинами лицу — следами того, что ни один человек не смог бы пережить без душевных травм.

Глава 11

Стремись к свободе!

Лорг, Высший пришельцев, восседал на своём месте власти. Он повернулся, когда Мурв, его заместитель, вошёл и быстрым шагом направился к нему. Мурв остановился перед ним и почтительно отдал честь.

— Лорг, — сказал он на их родном языке, — мы должны попытаться договориться с землянами, раз уж час близок. Они могущественнее, чем вы думаете. Это было частью нашего плана с самого начала, и по этой причине была подготовлена комната с земными условиями. Сейчас в ней находится их доктор Родни Шелтон, высокопоставленный чиновник, к чьему мнению прислушиваются. Через него вы сможете договориться с земным правительством.

Высший покачал головой, и его позвоночник нехотя изогнулся.

— Я думаю, что в данный момент это бесполезно, — возразил он. — Мы готовы нанести удар. После того, как будет выполнен первый пункт нашего плана, настанет время поговорить. Они будут впечатлёны.

— Они будут в ярости, — настаивал Мурв. — Позаботьтесь о том, чтобы всё не испортить, Лорг! Лучше всего, если вы выступите в переговоры сейчас. И, — он сказал твёрдо, — не выдвигайте слишком высоких требований.

— Кто ты такой, чтобы так говорить со мной? — вскакивая, гневно взвизгнул Высший.

— Я голос тех из нашего народа, кто не хочет войны с землянами, — ответил Мурв, пристально глядя на Лорга.

— Хорошо, — отрезал он. — Я попытаюсь вступить в переговоры. Но я выдвину свои требования и в дальнейшем буду руководствоваться собственными соображениями.

И снова оптический экран в тюремной камере землян вспыхнул пульсирующими огнями. Инопланетный Высший посмотрел на них сверху вниз, сосредоточив внимание на Шелтоне.

— Доктор Родни Шелтон, — начал Лорг, — я полагаю, вы обладаете полномочиями, которые могут напрямую связывать вас с высшим правительством Земли? То, что вы скажете, они примут к сведению и рассмотрят?

— Да, — отрезал Шелтон. — Но откуда вы это знаете? Как…

В звуках, издаваемых пришельцем, можно было распознать весёлый смех.

— Не удивляйтесь, — отдышавшись, сказал он. — Мы уже долгое время поддерживаем контакты с Землёй. Не только с помощью радио, но и путём сбора информации от разумов Земли — тех, чьи тела находятся в состоянии анабиоза. Для этой цели, а также в качестве оружия мы разработали холодную силу. Сила холода — это псевдомагнитное поле, которое поглощает все электрические нервные токи в человеческом теле. Нервы мертвеют, замораживаются, но поле не затрагивает никаких других органов. Эти тела, находящиеся в анабиозе, являются для нас хранилищем информации. Мы гораздо лучше осведомлены о ваших делах, чем вы могли бы себе представить. Мы многое знаем о вашей науке, истории, социальной структуре и вашей программе межпланетной экспансии. Ежедневно мы собираем всё больше информации с помощью нашего аппарата для извлечения психической информации.

Шелтона охватил ужас при мысли о том, что человеческие тела хранятся в состоянии псевдосмерти, как механические записи, чтобы инопланетяне могли копаться в их разуме.

— Я думаю, что могу пообещать вам, — резко сказал он, — когда Земля узнает об этом, вы будете уничтожены. Вы совершили поступки, которые делают вас злейшим врагом человечества.

— Эти люди не пострадали, — ответил инопланетянин почти извиняющимся тоном. — Психическая экстракция не наносит никакого вреда. Я бы не хотел навлечь на себя гнев, который вы обещаете. На самом деле, я хочу начать переговоры с Землёй.

— Для чего? — прямо спросил Шелтон.

— Я хочу обсудить контроль — абсолютный, безраздельный контроль — над определёнными планетами. Вы могли бы назвать это уступкой планет.

Вот так, без всяких обиняков. Шелтон был слегка ошеломлён, хотя для него это не было полной неожиданностью. Его попросили проинформировать местные власти о том, что неизвестная внешняя сила, инопланетная раса откуда-то из-за Сатурна, хочет заполучить планеты для своей империи. Это было совершенно фантастично.

— Какие планеты? — сумел он задать вопрос, стараясь сохранять невозмутимость.

— Плутон, Нептун, Уран, Сатурн и Юпитер — и все их спутники, — спокойно сообщил Лорг. — Моя раса очень плодовита. Три внешние планеты принадлежат нам во всём, кроме названия; их населяют наши люди. Мы просим только о признании того, что уже принадлежит нам. Но Сатурн и Юпитер, в дополнение, должны быть переданы нам Землёй.

Четверо землян посмотрели друг на друга. Было ли это какой-то чудовищной шуткой, родившейся в голове инопланетянина, мечтавшего о невозможной недоимперии?

— Вы же не всерьёз? — удивлённо спросил Шелтон.

Он вдруг коротко рассмеялся. Это было просто смешно.

Инопланетные черты лица Лорга исказились так, что даже землянину было очевидно — он в ярости.

— Прекратите смеяться, землянин, — прорычал он, приблизив своё отвратительное лицо к экрану. — Таковы мои требования. Если потребуется, я готов к захвату Сатурна и Юпитера. День земного владычества над ними окончен. Я, Лорг, говорю это.

Шелтон быстро оказался во власти не меньшего гнева.

— Захвату? — вспыхнул он. — Выступив против всех сил Земли? Вы сошли с ума, Лорг. Земля, вероятно, может отказаться от юрисдикции над тремя внешними планетами, поскольку, по вашим словам, ваша раса населяет их, но о Сатурне и Юпитере не может быть и речи.

Лорг повернулся и заговорил с кем-то, кого земляне не видели. Они также не могли догадаться, что он сказал: «Видишь, Мурв? Переговоры невозможны.»

Они услышали другой голос, но не поняли, когда Мурв ответил на языке пришельцев:

— Ваши требования слишком высоки. Сатурн и Юпитер уже принадлежат им.

— Ты гневишь меня, Мурв. Уходи!

Четверо озадаченных землян поняли только тон ответа Лорга, повернувшегося к ним.

— Мы ещё продолжим переговоры, доктор Родни Шелтон, — зловеще произнёс он. — Возможно, Земля скоро будет рада согласиться с моими условиями.

— Подождите! — задумчиво произнёс Шелтон. — Возможно, так будет лучше всего. Я согласен с вами, Лорг.

Остальные трое уставились на Шелтона. Возможно ли, что инопланетянин так напугал его? Он выглядел именно так. Высший пришельцев пристально посмотрел на него.

— Я знаю, что творится в вашей голове, землянин, — коротко сказал он. — Вы хотите просто воспользоваться этим предлогом, чтобы связаться с Землёй и вызвать военные корабли. Глупец! Я знаю, как вам помешать. Но сейчас это не имеет значения. Я решил не продолжать переговоры в данный момент.

Его изображение исчезло.

Шелтон отпрянул от оптического экрана и обессиленно опустился в кресло. Потрясающее открытие последних нескольких минут было едва ли не больше, чем человеческий разум мог воспринять, и он чувствовал, что сходит с ума.

— Святой Юпитер! — воскликнул Трэфт. — Он хочет заполучить пять планет для своей империи и, по-видимому, готов сражаться за них. — он сжал кулаки. — Он не будет так рваться в бой после того, как сполна распробует, что такое война с землянами.

— В этом-то и проблема, — в голосе Шелтона слышалось беспокойство. — Подумай. Какие у нас боевые силы? Реальные боевые силы? Всё, о чём приходилось беспокоиться Космическому флоту — это дежурство на космических трассах, спасение сломавшихся кораблей и борьба с немногочисленными пиратами. В общей сложности флот состоит всего из дюжины линкоров, построенных на всякий случай, нескольких сотен кораблей космических рейнджеров и нескольких тысяч легковооружённых кораблей, которые годами не проводили стрельбы.

Он сделал размашистый жест.

— Предположим, что враг, давно спланировавший нападение, располагает тысячами и тысячами кораблей… — он замолчал, потрясённый собственным предположением.

Трэфт не был встревожен.

— Что им даст превосходство в космических сражениях? У нас есть люди на Юпитере и Сатурне. Их космические корабли не смогут сражаться с наземными силами. Им понадобятся наземные силы. И я сомневаюсь, что они могут находиться на солнце, не ослепнув и не получив тепловой удар. Если только их не подвергли биокоррекции. Но они о ней даже не знают.

Шелтон внезапно похолодел. Если только их не подвергли биокоррекции! Так вот какое место он занимал в планах пришельцев!

Он вскочил на ноги.

— Разговоры бесполезны, — решительно заявил он. — Земля должна быть предупреждена. Она должна нанести удар первой и уничтожить это инопланетное гнездо. Если бы мы только могли связаться с нашими людьми на кораблях, на поверхности…

Он подошёл к их вакуумным костюмам и схватил свой собственный, с рацией в шлеме. Он надел его, держа шлем вверх ногами, и напряжённо заговорил в крошечный микрофон.

— ВЗБИ-14, внимание! ВЗБИ-14, внимание! Вызывает Шелтон…

Он пытался связаться с поверхностью в течение долгих минут, прежде чем сдался.

— Как я и ожидал, дальность действия наших раций недостаточна, — безнадёжно простонал он.

Рации в шлемах были предназначены для работы на коротких дистанциях, не превышавших нескольких сотен футов. Он развернулся к сокамерникам.

— Мы должны выбраться на поверхность.

— Снаружи охранники, — пробормотал Хью Беннинг. — Они более бдительны с тех пор, как я совершил побег.

— Не обращайте внимания на охрану, — мрачно проворчал Трэфт.

— Но они же нас догонят, — монотонно произнёс Беннинг. — И у нас нет оружия.

Все четверо беспомощно посмотрели друг на друга. У них была бесценная, жизненно важная информация, которая должна была попасть на Землю, но не было способа её передать.

Шелтон, сосредоточенно нахмурившись, расхаживал взад-вперёд.

— Думайте все! — убеждал он. — Так или иначе, мы должны бежать.

Трэфт подвёл итог своим размышлениям вслух.

— Ни пушек, ни фонарей, ни какого-либо другого оружия. Нас превосходят численностью больше, чем сто к одному. Нам нужно придумать какой-то способ задержать их минут на десять, пока мы будем взбираться по склону.

— Свет мог бы помочь, — размышлял Шелтон. — Только яркий свет. Их глаза чрезвычайно чувствительны к свету, и поэтому их ослепляет то, что для нас является обычным светом.

Трэфт огляделся по сторонам.

— Здесь нет ничего, что могло бы нам помочь, — проворчал он. — Никаких фонариков, свечей или даже спичек.

— Спички, — глухо пробормотал Беннинг. — Они всё равно были бы бесполезны. В разрежённом воздухе Япета ничего не горит.

Майра Беннинг, менее подавленная, чем её брат, указала на свисающую с потолка круглую лампочку, освещавшую комнату бледным красноватым светом.

— Мы можем использовать её?

Шелтон покачал головой.

— Слишком тусклая. Какой-нибудь холодный свет, с синими лучами. Нам нужно что-то с яркими синими лучами. Они самые сильные. — он внезапно щёлкнул пальцами. — Слушайте все. — он поднял нашлемную рацию, на которую всё это время смотрел. — Если мы сможем найти способ закоротить батарею и создать электрическую дугу, мы получим яркий свет, намного ярче, чем наши фонарики. Дуга ослепит их так сильно, что у нас будет шанс убежать. Мы и попробуем, а как насчёт вас, Беннинг? Сможете ли вы снова выйти наружу без скафандра?

Беннинг кивнул.

— Я пройду так далеко, как смогу.

— А после этого я понесу тебя, — закончил Трэфт. — Давайте нападём на них, когда они принесут еду.

Пришедшие через некоторое время три инопланетянина с едой успели только хрипло вскрикнуть, когда трое решительных землян атаковали их с головокружительной скоростью. Беннинг подставил подножку одному из них и ударил его по голове ножкой стола. Шелтон отправил своего противника в нокаут точным апперкотом. Трэфт расправился с третьим похожим на удар молота ударом в лоб. Захваченные врасплох, пришельцы стали лёгкой добычей, хотя в обычной схватке они могли бы действовать более эффективно, используя свои когтистые лапы.

— Вперёд!

Шелтон втолкнул Майру в шлюз, оставленный пришельцами открытым, остальные последовали за ней мгновение спустя. Внешняя дверь открылась автоматически, после того как закрылась внутренняя. Они вышли.

Хью Беннинг ахнул, почувствовав холодный, разрежённый воздух снаружи, но жёстко сжал губы. Дюжина охранников снаружи на мгновение застыла в удивлении, а затем бросилась на землян. Шелтон сжимал руками в перчатках два оголённых провода, которые он предварительно отсоединил от рации в своём шлеме. Он соединил провода, а затем слегка раздвинул их.

В месте соприкосновения вспыхнуло ослепительное голубое сияние, и в зазор между проводами с шипением полетели горячие искры. В разрежённом воздухе условия были идеальными для возникновения высоковольтной дуги. Приближающиеся инопланетяне вскрикнули от боли, когда яркий свет ослепил их чувствительные к свету глаза. Они вскинули руки и попятились назад.

Шелтон повёл группу в сторону от города, вверх по склону. Это был длинный участок пути. Если дуга продержится до вершины, их вряд ли отрежут от выхода. Придётся рискнуть, надеясь на то, что пришельцы не успеют включить холодную силу.

Когда они взбежали по склону, весь город, казалось, пришёл в движение. Инопланетяне бросились со всех сторон, крича своими странными, диссонирующими голосами. Но сверкающая дуга на шлеме Шелтона удержала их на расстоянии. Они приближались на расстояние тридцати-сорока футов, пытались бежать против света, отвернув лицо, и в конце концов отступали, потирая измученные глаза.

Шелтон знал, что для них это было всё равно, что бежать к раскалённой печи, лучи которой выжигали глаза и от жара которой потрескивала их чешуйчатая кожа. Кожа, на которой температура воды чуть выше точки замерзания, ощущалась бы как горячий пар.

Время от времени дуга начинала тухнуть, и Шелтону приходилось быстро протягивать руку, чтобы отрегулировать зазор. Несколько раз на них обрушивалась мгновенно парализующая сила холодного луча, заставлявшая их спотыкаться. Но каждый раз она исчезала так же быстро. Операторам было трудно сосредоточиться на том, что, по их мнению, выглядело как открытое Солнце.

Они бежали всё дальше и дальше. Пришельцы снова и снова пытались отрезать им путь, и если бы не яркий голубой огненный шар, с которым они не могли справиться, землянам пришлось бы совсем плохо. Но постепенно дуга ослабевала. Маленькие батарейки быстро разряжались. Когда до цели оставалось пройти сотню футов, дуга полностью погасла.

Мгновенно пришельцы бросились вперёд, в привычную для них темноту. Трэфт, шедший сзади, начал наносить удары кулаками, отбиваясь от них. Бешеный вихрь его ударов полностью защитил троих его товарищей. Они одержали верх. Шелтон повернулся, чтобы помочь Трэфту, но увидел, что в его помощи нет необходимости. Здоровяк-пилот только что поднял инопланетянина и швырнул его в нападавших. Затем он бросился вверх по склону, ликующе крича.

На мгновение он дерзко замер на краю склона, щёлкая фотоаппаратом в знак неповиновения инопланетянам.

— Ты и твоя дурацкая камера, — рявкнул Шелтон. — Пошевеливайтесь!

Луч холодной силы проник в их мышцы, но они всё-таки, пошатываясь, выбрались в коридор, ведущий на поверхность. Они знали, что здесь легко смогут уйти, защищая свой тыл. Пришельцы даже не последовали за ними, словно избегая перспективы встретиться лицом к лицу со свирепыми землянами в узком пространстве.

Хью Беннинг внезапно издал булькающий вздох и рухнул. Трэфт, не сбавляя темпа, подхватил его и взвалил на плечо.

— У нас получилось, — выдохнул Шелтон. — Хотя нам ещё нужно опасаться охрану у входа в пещеру.

Глава 12

Послание на Землю

Когда зарево города позади них погасло, сгустившаяся кромешная тьма заставила землян замедлить бег. Шелтон повозился с проводами и сумел вытянуть из аккумуляторов ещё немного тока, достаточного для получения тусклого, мерцающего свечения. Оно предупреждало о выступающих камнях и о ненадёжных участках под ногами.

Но, наконец, впереди показался свет, похожий на ровно горящую свечу, и они в скором времени оказались в большой пещере. Пришельцы из отряда охраны, очевидно, предупреждённые об их приближении, преградили им путь с помощью проектора холодного луча. Их коснулась его парализующая хватка.

Шелтон повысил голос, обращаясь к двум рейнджерам, оставшимся на страже снаружи. Два луча фонариков пронзили пещеру, на мгновение остановились на землянах, а затем переместились на пришельцев. Заговорили винтовки, и пришельцы с дикими криками бросились наземь. Шелтон и его спутники промчались мимо.

Двое рейнджеров тепло поприветствовали их.

— Рады, что вы вернулись, сэр, — сказали они, отдавая честь Шелтону. — Мы как раз собирались организовать поисковую операцию. Где остальные?

— Сейчас нет времени объяснять, — коротко бросил Шелтон и направился к кораблю.

Солнце уже село. Пустынный рельеф Япета был освещён зловещим сочетанием звёздного света и красноватого сияния Сатурна, висящего в небе подобно луне. Вокруг было тихо и безмятежно. Шелтону было трудно поверить, что они только что вернулись из шумного города, находящегося глубоко под землёй. Всё случившееся было похоже на ночной кошмар, сумбурный и нереальный.

Снова оказавшись в уютном салоне ВЗБИ-14, все в синяках и ссадинах, земляне, избавившись от своих вакуумных костюмов, наслаждались теплом корабля. Шелтон переложил все объяснения на Трэфта и бросился в кабину пилота, где нажал на кнопку радиосвязи.

— Доктор Родни Шелтон из ВЗБИ вызывает с Япета, — проговорил он в микрофон. — Станция «Титан», пожалуйста, ответьте немедленно.

Он повторил вызов несколько раз, используя всю мощность корабельной радиостанции. Ожидая ответа, он нервно ёрзал на месте, проклиная радистов, которые не могли видеть мигающие сигнальные огни у себя перед глазами. Наконец ему ответил довольно сонный голос:

— Станция «Титан». Говорите, доктор Шелтон.

— Чрезвычайная ситуация, — отрывисто произнёс он. — Послушайте меня внимательно и сделайте так, как я скажу. Вызовите аванпосты флота, как ваш, так и на Рее, и передайте им, что я хочу, чтобы все имеющиеся боевые корабли как можно скорее прибыли на Япет. Не должно быть никаких задержек. Это вопрос первостепенной важности. Скажите им, что здесь появилась инопланетная угроза, которая требует их незамедлительного присутствия. Нужен каждый боевой корабль. Всё ясно?

Благодаря своему острому уму, учитывающему мельчайшие детали, Шелтон точно рассчитал время нужное для ответа — сорок секунд от Титана, противостоящего Япету, три миллиона миль туда и обратно.

Голос оператора был уже не сонным, а озадаченным.

— Это такой необычный запрос, сэр, — возразил он. — Вы уверены… — он замолчал. — Пожалуйста, установите связь с помощью оптического экрана, доктор Шелтон. Это стандартная процедура, вы понимаете.

Шелтон зарычал, понимая, что оператор в такой ситуации имеет право на удивление и осторожность. Это был, пожалуй, самый важный вызов, который когда-либо прозвучал в эфире. Шелтон включил иконоскоп и быстро настроил электроды, чтобы чётко сфокусировать передающий аппарат на своём лице.

— А теперь, — заявил он, зная, что будет узнан, — мне немедленно нужны эти корабли. Потом вызовите меня.

Просто для пущей убедительности и во избежание волокиты он добавил:

— Если вы ставите под сомнение мои полномочия, вы ставите под сомнение авторитет Внеземного Биоинститута. Понятно?

Сорок секунд спустя:

— Да, доктор Шелтон. Я немедленно свяжусь с дежурными частями. А затем вызову вас.

Взволнованный голос оператора прервался.

Через десять минут замигал сигнальный огонёк, и Шелтон вернулся к рации. Он всматривался в космос, за пределами орбиты Сатурна, гадая, где же конкретно находится та инопланетная цивилизация, которая с такой угрожающей быстротой обрушилась на человечество.

— Станция «Титан» на связи, — с тревогой в голосе произнёс оператор. — Оба аванпоста космофлота ответили, доктор Шелтон. Они пришлют все доступные корабли как можно быстрее, хотя на согласование деталей потребуется некоторое время. С аванпоста на Рее сообщили, что пять рейнджерских судов прибудут туда примерно через восемь часов, остальные последуют за ними. Что-нибудь ещё, сэр?

— Да, — ответил Шелтон. — Немедленно соедините меня с радиоцентром Земли.

— Говорите, доктор Шелтон, — ответил оператор с Титана после соответствующей паузы.

Шелтон заговорил медленно и разборчиво.

— Радиоцентру, Земля. Вызывает доктор Родни Шелтон с экспедиционного корабля ВЗБИ-14. Внимание, директору Гранту Битти, при необходимости в текстовой транскрипции. Передайте вот что: «Директор Битти, я пробыл на Япете всего десять часов, и за эти десять часов произошло невероятное. Инопланетяне, разумные существа, находятся на Япете. Это реальное, хоть и немыслимое заявление. Я знаю, это вас шокирует».

Далее Шелтон углубился в подробности, насколько посчитал нужным.

— Итак, директор, — мрачно заключил он, — эта инопланетная угроза тайно расцвела на трёх внешних планетах. Они нацелены внутрь системы. У них есть плацдарм на территории нашей империи, на Япете. Они ни за что не должны проникнуть дальше. Я не знаю, какими силами обладают пришельцы, но у них, должно быть, высокоразвитая наука. Это очевидно из того, что мы видели и слышали. Лорг, Высший, как он себя называет, излучал уверенность в том, что он может добиться того, чего они хотят, если не путём переговоров, то силой. Я могу описать его только как дьявольского персонажа, способного на дьявольские планы и поступки.

Разносимый гудящими радиоволнами через глубокую пропасть межпланетного пространства, голос Шелтона стал жёстким и непреклонным.

— Моя идея заключается в том, чтобы заставить их применить силу. Я вызвал все доступные боевые корабли с Титана и Реи. Пришлите с Земли флот из тех кораблей, которые сможете выделить. По возможности пришельцы должны быть выброшены с Япета. Я знаю, директор Битти, что, как только вы услышите это сообщение, то захотите, чтобы я немедленно покинул Япет. Но я остаюсь. Не тратьте время на то, чтобы просить, требовать или уговаривать меня вернуться прямо сейчас. Я здесь, чтобы довести дело до конца. Я начну переговоры с инопланетянами, как только прибудут первые корабли. Буду ждать подтверждения этого вызова.

Шелтон отвернулся от рации и тяжело вздохнул. Земля была проинформирована. Независимо от того, что с ним случится в будущем, о самом важном он уже позаботился.

Как только он отвернулся, вновь вспыхнула сигнальная лампочка, означавшая ещё один вызов. Шелтон повернулся обратно и вздрогнул, когда на светящемся оптическом экране появилось странно ухмыляющееся лицо Лорга, Высшего пришельцев.

— Вы ловко сбежали от нас, доктор Родни Шелтон, — невозмутимо заметил инопланетянин. — Вы, земляне, изобретательны. Я также подслушал ваше недавнее радиосообщение, — его голос стал зловещим. — Это вам ничего не даст, землянин. Я уже готов нанести удар. Вы опоздаете со своей атакой.

— Это мы ещё посмотрим, — непринуждённо отмахнулся Шелтон. — Когда наши вооружённые космические корабли будут готовы к атаке. Если вы нападёте на меня сегодня ночью, помните, что со мной вооружённый космический корабль и несколько опытных стрелков.

— Я не стану нападать на вас, — усмехнулся Лорг. — В этом нет никакой необходимости. — странное выражение промелькнуло на его отвратительном лице, а хриплый смешок, сорвавшийся с его губ, заставил Шелтона занервничать. — Я скажу вам только одно. Следите за рассветом. — он снова зловеще захихикал. — Следите за рассветом, землянин.

Под землёй, в своей комнате, Высший пришельцев отвернулся от экрана, как только лицо Шелтона исчезло с него.

— Иди, — приказал он своему помощнику. — Сообщи об этом. Час настал.

Помощник отдал честь и умчался с сияющим лицом.

Мурв, который был там, сжал губы.

— Вы сделали свой ход, Лорг, — тихо сказал он. — Будем надеяться, что он был правильным. Вы навлекли на себя гнев землян. Я часто говорил вам об их опасности, когда они встревожены. Шанс на мирное урегулирование может быть упущен навсегда.

Безжалостное лицо Лорга вспыхнуло гневом.

— Мурв, ты раздражаешь меня своими детскими страхами. Уходи! — и добавил грозно: — И подумай о том, что я мог бы лишить тебя всех твоих полномочий в один прекрасный день, если ты ещё раз попытаешься помешать мне.

Пожав плечами, Мурв с каменным лицом отвернулся.

В глубокой задумчивости Шелтон направился из кабины пилота в главную рубку. Почему инопланетный Высший был так уверен в себе? Что у него припрятано в рукаве? Следить за рассветом! Что должно было произойти на рассвете?

Находящиеся в рубке подняли глаза на озабоченное, измождённое лицо Шелтона. Майра Беннинг ухаживала за своим братом, приводя его в сознание, но он лежал на койке, всё ещё тяжело дыша. Трэфт только что закончил рассказывать историю их пребывания под землёй. Слушавшие его люди смотрели друг на друга в шоке и ужасе от судьбы тех, кто не вернулся из пещеры, полной инопланетной угрозы.

Шелтон вкратце рассказал о своих радиопереговорах. Затем он подсчитал доступные силы. Трое машинистов, двое сотрудников ВЗБИ, двое рейнджеров здесь и двое оставшихся в качестве охраны на их корабле — двенадцать человек, включая его самого. И девушка.

Он повернулся к рейнджерам.

— Вы двое возвращайтесь на свой корабль. Оставьте одного человека на страже на случай, если ночью что-нибудь произойдёт.

Они отдали честь и ушли. Когда за ними с шипением закрылся люк, Шелтон приказал двум своим людям из ВЗБИ:

— Вы провели предварительные исследования условий на Япете — они достаточны, чтобы примерно представить этапы биокоррекции?

— Не до конца провели, — ответил один из биологов. — Нужна ещё пара часов работы.

— Заканчивайте быстрее, — решил Шелтон. — Мы должны передать данные на Землю, на случай, если дойдёт до того, — его глаза сверкнули, — что понадобятся бойцы с биологической подготовкой, чтобы разгромить пришельцев. Марк, ты останешься у рации, жди любых сообщений. Вы, трое инженеров, следите за шлюзами. Лорг сказал, что не нападёт на нас, но я ему не доверяю. Они могут попытаться подкрасться ночью. Мисс Беннинг, — его голос стал мягче, когда он повернулся к измученной девушке, — вам лучше немного отдохнуть. Это был тяжёлый день для вас.

— Я собираюсь помочь вам, доктор Шелтон, — тут же воспротивилась она. — Хью спит, и сейчас я ему не нужна.

Шелтон восхитился тем, как быстро она взяла себя в руки.

— Кстати, — сказал он, — вы оказали огромную услугу Империи. Благодаря поискам вашего брата пришельцы были обнаружены раньше, чем могли бы. Взгляните на это с другой стороны, вы не обрекли храбрых людей на смерть. Их ещё можно спасти. Но теперь, когда угроза со стороны пришельцев раскрыта, мы сможем опередить их.

Глаза девушки засияли. Ей было неприятно вспоминать о её роли в тех наполовину трагических событиях, которые произошли после приземления.

— Но у нас есть над чем поработать.

Шелтон провёл их в небольшую, но полностью оборудованную лабораторию в задней части корабля. Они погрузились в работу. Воздух на Япете был проверен и перепроверен на плотность, давление и среднюю температуру. Космическая радиация регистрировалась с помощью чувствительного счётчика Гейгера. Анестезированную морскую свинку поместили в трубку высокого давления, ввели адаптен, отметили её реакцию на условия Япета и взяли анализ крови.

Это были грубые, поспешные подсчёты, но Шелтон понимал, что должен бежать наперегонки со временем. Данные быстро поступали из-под летающих пальцев Майры.

Глава 13

На рассвете!

Как только из пилотской рубки прогремел голос Трэфта, сообщивший о ответном вызове с Земли, Шелтон поспешно схватил единственный лист с записями и помчался наверх.

— Марк, — требовательно спросил он, быстро написав несколько слов вверху листа, — ты знаешь секретный код Службы Планетарных Исследований?

— Как своё собственное имя, — с готовностью заверил Трэфт, отодвигая в сторону свой набор сухих химических веществ для проявки, с помощью которого он печатал фотографии.

— Закодируй это.

Шелтон повернулся к рации. На экране появилось волевое лицо директора Битти, наполовину перекошенное от недоумения. С момента передачи Шелтона прошло всего три часа. Вероятно, это был рекорд для обратного вызова через колоссальное расстояние в девятьсот миллионов миль между Землёй и Сатурном.

— Директор Битти вызывает доктора Родни Шелтона на Япете, — произнесло изображение. — Ваше сообщение было получено в полном объёме. Вряд ли нужно говорить, что это самая потрясающая новость, которую я или весь мир когда-либо получали. Разумная инопланетная раса, о существовании которой никто не подозревал, в Солнечной системе — подземный город на имперском фронтире — удивительная наука. Если бы об этом сообщил кто-то другой, кроме вас, Шелтон, я бы отказался в это верить.

Он поднял руку, чтобы вытереть вспотевший лоб.

— Уже формируется военный земной флот. Через четыре дня они с максимальным ускорением дойдут до Япета. Мы не потерпим никакой подрывной программы, нарушающей нашу юрисдикцию на планетах. Сатурн и все его спутники являются официальной частью нашей империи. Пришельцы должны сами покинуть планету или будут изгнаны.

Директор одобрительно посмотрел на Шелтона.

— Всё, что вы сделали, вы сделали правильно, Шелтон. Но дальше не заходите. Вы разоблачили пришельцев. Когда прибудут первые вооружённые корабли с Реи, просто организуйте с помощью них охрану. Вместе с флотом с Земли прибудут официальные лица, чтобы начать переговоры. — глаза его слегка блеснули. — Мне следовало бы приказать вам немедленно отправиться на Землю. Однако я этого не сделаю, чтобы избавить вас от позора военного трибунала. Я верю, что вы не будете вести себя безрассудно.

Его голос стал серьёзным.

— Но в Империи сложилась серьёзная ситуация. Насколько серьёзная, я полагаю, никто из нас пока не знает. Докладывайте мне, как только появится что-нибудь новое. Заканчиваю.

Бородатое лицо исчезло с экрана, но Шелтон поспешно вызвал ретрансляционную станцию Титана, чтобы установить ещё одну линию связи с земным радиоцентром.

— Директор Битти, — сказал он, когда связь была установлена. — После того, как я отправил вам сообщение, меня вызвал инопланетный Высший — Лорг. Он подслушал наш разговор. Возможно, он слушает и сейчас. Поэтому я отправляю остальное секретным кодом Планетарной Службы.

Он продолжал говорить кодом, которым Трэфт зашифровал лист с записями, быстро и чётко называя букву за буквой. Расшифрованное сообщение гласило:

— Важно ничего не оставлять на волю случая. Подготовьте тысячу человек к биокоррекции для Япета на случай, если понадобится штурмовать подземный город. Далее следуют данные.

Голос Шелтона звучал ещё полчаса, а Трэфт с трудом справлялся с кодированием. Наконец, всё было готово, и Шелтон вздохнул с облегчением.

— Ну вот, — сказал он. — Мы ещё на один шаг опередили пришельцев.

Внизу, в главной каюте, их встретил дразнящий аромат. Несмотря на ограниченные возможности корабля, Майра Беннинг умудрилась приготовить аппетитный ужин. Шелтон был голоден, несмотря на невесёлую обстановку. И на какое-то время они смогли поддержать беседу за ужином, свободную от мыслей, занимавших их больше всего, и немного расслабиться от напряжения.

— У нас есть четыре часа до рассвета, — сказал Шелтон, сверяясь с картой дневных и ночных периодов Япета. Он зевнул. — Корабли с Реи прибудут сюда через два часа. Давайте немного поспим до тех пор. У нас будет один человек на страже, который и присмотрит за окрестностями.

Договорившись, они разошлись по своим койкам. Шелтон улёгся на кровать, полностью одетый. В голове у него гудело от потрясающих событий, которые, как взрыв бомбы, разрушили привычный порядок вещей. На многие вопросы, появившиеся после того, как на Земле приземлился корабль «Тихо», в котором находились в сознании двое из десяти членов экипажа, были даны ответы. Но на многие вопросы ещё предстояло ответить. Каким причудливым образом будут получены эти ответы?

Нервы Шелтона успокоились, и он погрузился в дремоту. Учёный почувствовал удовлетворение от того, как всё обернулось. Через несколько часов прибудут вооружённые земные корабли, предназначенные для того, чтобы сдержать пришельцев. И всё же в глубине его сознания, словно навязчивый рефрен, звучали странные слова Лорга: «Следите за рассветом». Что бы это могло значить?

Он перевернулся. У него ещё было время. Он должен будет бодрствовать на рассвете. А пока он спал…

Чья-то рука трясла Шелтона за плечо. Он очнулся от беспокойного сна, чувствуя, как напрягаются нервы.

— Ваша вахта, сэр, — сказал инженер, чьё дежурство закончилось.

Шелтон встал и прошёл через затемнённую каюту к рубке пилота, откуда открывался широкий обзор окрестностей корабля. Он оглядел пустынный, бесплодный ландшафт, мрачно поблёскивающий в свете звёзд. В небе Япета заходил Сатурн. Скоро взойдёт Солнце.

Шелтон прижал руку ко лбу, удивляясь, почему у него так сильно напряжены нервы. Внезапно он вздрогнул. Было ли это из-за его нервов или из-за всего его тела, всего корабля и самой почвы, на которой тот стоял? Внезапно Шелтон понял, что это именно так. По всему кораблю пробежала едва заметная вибрация. Также он осознал, что ощущал эту постоянную дрожь во сне, по крайней мере, в течение часа.

Он крепко прижал ноги к полу. Сильнейшая вибрация исходила снизу, от земли. Это было что-то вроде землетрясения на Япете? Казалось, что весь спутник дрожит. Инопланетяне под землёй! Было ли это как-то связано с ними?

Взошло Солнце. Каким бы маленьким и слабым оно не казалось, его свет создавал заметный контраст с тьмой ночи. Лучи света падали вниз, рассеивая тени и отражаясь от кристаллических вершин. Это было странно, завораживающе прекрасно, этот восход Солнца в другом мире, но в голове Шелтона продолжали звучать безжалостные, сводящие с ума фразы: «Следите за рассветом! Следите за рассветом!»

Шелтон взглянул на хронометр над панелью управления пилота. И с его губ сорвался испуганный крик.

Рассвет наступил на десять минут позже.

Часы с электрическим приводом не могли ошибиться. График вращения Япета не мог ошибиться. И всё же Солнце показалось из-за горизонта с опозданием на целых десять минут.

Лицо Шелтона стало бледным, от него отхлынула кровь. Его руки судорожно задрожали. Его сердце замерло, а затем бешено заколотилось. Ибо одна из тех вещей, на которые человек полагается со слепой верой — это часовой механизм небес. Уверенность в том, что закат и восход Солнца будут происходить по расписанию с точностью в доли секунды, целую вечность подряд, будь то на Земле или в любом другом мире.

— В чём дело, Род? — проговорил из-за двери Трэфт.

За его спиной стояли остальные члены экспедиции, разбуженные его непроизвольным криком, разнёсшимся по всему кораблю.

— Опоздало на десять минут, — хрипло прошептал Шелтон. — Солнце…

— Что? — взревел Трэфт, ошеломлённо моргая. — Ты, должно быть, ошибаешься, Род. Это означало бы, что вращение всего спутника изменилось.

Хью Беннинг подбежал к нему, схватил космический секстант и навёл его, затем сравнил его показания с диаграммой вращения Япета. Остальные ждали, затаив дыхание. Наконец он осторожно положил инструмент и повернул к ним перекошенное лицо.

— Это правда, — выдохнул он. — Это невозможно, но это правда. Вращение Япета замедлилось и…

Он издал резкий крик и вскинул руку, указывая вверх. Сатурн поднялся над горизонтом напротив Солнца.

— Сатурн только что сел, — простонал сбитый с толку Шелтон. — Как он может снова подняться и двигаться в обратном направлении? Даже замедление вращения не может этого объяснить.

— Нет, — прохрипел Беннинг. — Это означает, что не только вращение Япета изменилось, но и его орбита. Япет покинул свою орбиту.

Трэфт бросился вперёд, хватая секстант. Он навёл секстант на Сатурн и Солнце, записал цифры и провёл пальцем по тригонометрической шкале, прикреплённой над пультом управления.

— Наша скорость относительно Сатурна составляет сто миль в секунду, а Солнце является неподвижной точкой, — объявил он. — Предполагается, что орбитальная скорость составляет всего две мили в секунду. Таким образом, Япет смещается с орбиты по касательной в общем направлении к Плутону.

Это был ужасный факт.

— Мы на спутнике-беглеце, — как можно спокойнее подытожил Шелтон. — Но миры не сходят со своих орбит просто так, после того, как они веками двигались по одной и той же траектории, подчиняясь законам тяготения. Япет был сдвинут с орбиты инопланетянами. Эта вибрация, проходящая через весь спутник…

— Великая машина, — дико закричал Хью Беннинг. — Я знал, что она означает что-то невероятное. Эта огромная машина, спрятанная глубоко под землёй, управляет спутником, как если бы это был космический корабль. Теперь вы можете мне поверить, Шелтон, что у них есть чудесная наука — невероятная наука. Более совершенная, чем наша.

Шелтон резко выпрямился.

— Я бы так не сказал, — яростно возразил он. — Возможно, они более развиты в каком-то одном направлении, но не обязательно превосходят нас. И они не смогут далеко уйти таким образом, каким бы безумным образом это ни было организованно. Когда прибудут корабли с Реи…

Он остановился, и у него внезапно отвисла челюсть.

— Если они прибудут, — прохрипел Беннинг. — Через два часа они прибудут в точку на орбите, где раньше находился Япет. Ошеломлённые, они осмотрят окрестности и перепроверят свой курс. Они не найдут в нём ошибки. Они будут искать Япет, но к тому времени он станет всего лишь маленькой звёздочкой, ничем не отличающейся от других звёзд.

— Прекратите! — закричал Шелтон, хотя, конечно, он понимал, что Беннинг прав.

Шелтон понимал, что Беннинг говорил с неумолимой научной точностью. При их нынешней скорости в 100 миль в секунду они будут находиться в трёх четвертях миллиона миль от места прибытия кораблей. На таком расстоянии маленький Япет, который намного меньше земной Луны и находящийся в три раза дальше, был бы просто ярким звездоподобным объектом. У экипажа корабля не было бы возможности определить его как потерянный спутник в ряду других ярких звёзд открытого космоса.

Шелтон бросился к рации.

— Что со мной такое? — пробормотал он. — Разве мы не сможем рассказать им, что с нами произошло и где мы находимся?

Но как только он щёлкнул выключателем, его охватило чувство отчаяния. Динамик разразился беспорядочным треском, как будто все статические помехи во Вселенной влились в его катушки. Какие-то мощные помехи заглушали эфирные линии.

Шелтон отчаянно пытался настроить рацию, выкручивая реостат на полную мощность.

— Япет вызывает корабли Реи. Пожалуйста, ответьте!

Но ответа не последовало. Казалось, ни один ответ не мог пробиться сквозь этот шквал помех.

Внезапно он издал радостный возглас, который так же быстро сменился разочарованием. На оптическом экране возникло лицо Лорга, Высшего пришельцев. Его голос прозвучал отчётливо, а разнородные шумы превратились в шелестящий фон. Его мощная волна, исходящая с такого близкого расстояния, смогла пробиться сквозь помехи.

— Вы не можете подать сигнал этим кораблям, доктор Родни Шелтон, — сказал инопланетянин с раздражающей убеждённостью. — Ни одному кораблю, если только он случайно не окажется в пределах нескольких десятков миль. Но ни один корабль не подойдёт так близко. Япет потерян для Солнечной системы. Мы перемещаем его с помощью нашей Великой машины, находящейся под землёй. Наша шкала показывает смещение Сатурна на дюйм в секунду, или скорость в сто миль в секунду. Я ведь не… — как это земное слово? — блефовал, не так ли, когда сказал, что для запланированной вами атаки будет слишком поздно?

Шелтон уставился на него, не в силах вымолвить ни слова от ярости, разочарования и удушающей ненависти. Он никогда раньше не испытывал такой жгучей ненависти. Его кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев.

— Я вижу, вы не можете говорить, — насмехался инопланетянин. — Вы слишком ошеломлены тем, что произошло. И вы ненавидите меня. Это ненависть низших существ к высшим.

Шелтон потянулся, чтобы выключить экран.

— Подождите! — Высший пришельцев продолжил. — Не пытайтесь покинуть движущийся спутник на своих кораблях, что, несомненно, было бы вашим следующим шагом. Если вы попытаетесь, произойдёт катастрофа. Вокруг Япета существует искривление пространства. Ваши корабли не смогут пройти сквозь него. Для этого потребуется гораздо больше энергии, чем вырабатывают ваши двигатели. Вы пленники — или гости. Вам не причинят вреда. Вы понадобитесь мне позже, доктор Шелтон.

Отталкивающее лицо инопланетянина исчезло с экрана.

Глава 14

В ловушке мира-беглеца

На мгновение на борту ВЗБИ-14 воцарилась тишина. Затем раздался голос Трэфта.

— Это блеф, — усмехнулся он. — Насчёт невозможности уйти.

— Может блеф, а может и нет, — медленно произнёс Шелтон. — Но я думаю, что нужно попробовать. Это наш единственный шанс связаться с Системой. И мы не знаем, что у этого дьявола в рукаве. Необходимо использовать корабль рейнджеров. Он легче — следовательно, у него больше взлётной мощности. Мощность — это то, что нужно. Судя по предупреждению Лорга, больше, чем есть у любого корабля.

— Есть один способ увеличить мощность непосредственно при взлёте, — сказал Трэфт. — Перенастроить системы запуска ракет и вручную закачать топливо во все магистрали. Мне понадобятся, — он обвёл взглядом присутствующих, — все люди, кроме двух.

Шелтон с горечью посмотрел на товарищей.

— Все, кроме двоих, должны бросить вызов смерти, — устало сказал он. — Первая попытка, вероятно, будет и единственной. И всё же это нужно попробовать, не так ли?

Все кивнули. Шелтон продолжил:

— Что касается двух человек…

Трэфт прервал его.

— Один из них — Беннинг, он болен. Другой — ты, Род. — большой пилот говорил откровенно, глядя в лицо своему другу. — Если корабль развалится, ты, по крайней мере, останешься здесь. И ты самый подходящий человек, чтобы перехитрить инопланетян каким-нибудь другим способом. — он криво усмехнулся. — Это своего рода выбор между Сциллой и Харибдой. В любом случае, что в лоб, что по лбу, Род.

Шелтон увидел в этом логику, хотя сначала ему показалось, что его просто просят не рисковать.

— Ладно, — хрипло согласился он.

Сейчас было не время для героизма, хотя сам Соломон не смог бы сказать, какой выбор был самым героическим.

Трэфт, как пилот, взял командование на себя, приказав экипажу облачиться в вакуумные костюмы. После мрачного прощания они направились к кораблю рейнджеров.

Шелтон, Майра Беннинг и её брат, оставшись одни в ВЗБИ-14, наблюдали за происходящим из кабины пилота. Через полчаса, когда двигатель корабля рейнджеров заработал вхолостую, а люди проходили инструктаж, на оптическом экране, закрытое забралом вакуумного костюма, появилось большое весёлое лицо Трэфта.

— Всё готово, — сказал он.

Шелтон думал о сотне вещей, которые хотел сказать своему другу в этот последний, леденящий душу момент, который, возможно, был последним моментом, когда они были вместе. Но что-то мешало ему.

— Удачи, старина, — это всё, что он смог выдавить сухим, хриплым голосом.

— Смотри, как я протараню это проклятое искривление, — проговорил здоровяк-пилот, небрежно помахав рукой, словно отправляясь в увеселительный круиз.

Но за его широкой улыбкой они разглядели мрачность. Затем он как-то странно посмотрел на Шелтона.

— Ты знаешь, где моя камера, Род, — тихо сказал он. — Она твоя — на всякий случай.

Шелтон безучастно кивнул. Это был способ пилота-здоровяка показать, что он осознаёт все риски.

Его изображение погасло.

Шелтон напряжённо наблюдал за происходящим. Это был их единственный шанс передать сообщение на корабли Реи, чтобы они могли отследить сбежавший спутник. Если бы это не удалось, Лорг и его пришельцы смогли бы удрать и осуществить свои планы, какими бы они ни были. Корабль рейнджеров должен был преодолеть этот угрожающий невидимый барьер. Просто обязан был.

Длинный, обтекаемый корабль задрожал. Из его днища вырвались длинные языки обжигающего пламени. Внезапно он, как ревущее чудовище, взмыл вверх, к солнечному свету. Ракеты, работающие сзади, придали ему импульс поступательного движения таким образом, чтобы выйти из сферы притяжения Япета по касательной. Стремительно набирая скорость, он взмыл в небо.

Шелтон затаил дыхание. Где проявится таинственное «искривление»? Что это такое? Что оно может сделать?

Доктор Шелтон пытался унять нарастающий внутри ужас. За штурвалом был Трэфт — большой, могучий, неукротимый Трэфт, обладающий силой быка и мастерством пилотирования в космосе. Он победит.

Изящный корабль рейнджеров устремился вверх, подгоняемый импульсами такой мощности, что редко используется при взлёте. Против неведомой силы Трэфт использовал каждую унцию своей ударной мощи. Доли секунды тянулись, как часы.

Вздох ужаса сорвался с губ трёх наблюдателей с ВЗБИ-14. Корабль рейнджеров, устремившийся в небо носом вперёд, внезапно остановился в тысяче ярдов над ними. Его нос сплющился и погнулся, как будто он ударился о стальную стену. Содрогаясь, остальная часть длинного торпедообразного корпуса сложилась гармошкой с ужасающим скрежещущим звуком, который даже в разрежённом воздухе Япета разнёсся как гром.

Шелтон уставился на него неподвижным взглядом, не желая отворачиваться. Обломки корабля рухнули вниз, изломанные, искорёженные, не имеющие ничего общего с тем кораблём, которым они были секунду назад. Корабль разбился о острые скалы и развалился на части, как гнилое яблоко. Тошнота скрутила желудок Шелтона.

С губ Майры Беннинг сорвался душераздирающий вопль.

— Ребята! — воскликнула она, глядя вниз на разрушенный корабль.

— Не стоит надеяться, — пробормотал Шелтон, чувствуя бесконечную боль во всём теле.

Его душа содрогнулась при мысли о телах, разорванных в кровавые клочья. Их жизни оборвались, как лопнувшие струны.

— Мертвы, все до единого, — сказал он бесцветным голосом.

— Я думаю, вы ошибаетесь, — сказал Хью Беннинг. — Кто-то движется рядом с упавшим кораблём — вон у того красного камня. Его отбросило в сторону.

Шелтон испуганно вскрикнул.

— Если это Трэфт…

Так оно и было. Гигантская фигура в вакуумном костюме поднялась на ноги в дюжине ярдов от бесформенного месива обломков. Поднялась неуверенно, вращая шлемом по сторонам, как будто пытаясь найти ВЗБИ-14, а затем, пошатываясь, направилась к ним.

Шелтон в своём вакуумном костюме выбрался из корабля быстрее, чем когда-либо прежде. Он с максимально возможной скоростью преодолел дистанцию между ними, и помог вернуться на борт спотыкающемуся пилоту.

Внутри с Трэфта сняли костюм и уложили его на койку. Минуту он лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша. Наконец его глаза распахнулись и он улыбнулся.

— А вот и я, — слабо прошептал он. — Так просто меня не убьёшь.

Шелтон покачал головой.

— Ты жив, жив вопреки всему. Сначала треснул пилотский отсек. Тебя должно было стереть в порошок.

Трэфт сел, и жизненная энергия снова заструилась по его венам.

— Назови это чудом, — просто сказал он. — Всё, что я знаю, это то, что Вселенная разверзлась, и я провалился в неё. Мрачный Жнец просто не вытащил мой номер, хотя, — его глаза потемнели, — он собрал сегодня их достаточно. — его кулаки сжались. — Будь проклят этот Лорг, — прорычал он. — Если когда-нибудь существовал дьявол…

— Помешанный на науке, — безнадёжно вставил Хью Беннинг. — В его распоряжении сверхнаука. Теперь мы по-настоящему в ловушке.

Никто из них не мог этого отрицать. Шелтон понял, что большой, тяжёлый ВЗБИ-14 без экипажа никогда не сможет улететь, тем более, если этого не смог сделать корабль рейнджеров. Их радиосигналы были заблокированы. Больше ничего нельзя было сделать. Нужно было просто лететь вместе с движущимся спутником, прочь от Сатурна, прочь от Солнца, в неизвестность.

Это было ужасное чувство, подобное погружению в бездонные глубины тёмного океана. Бывший ещё недавно огромным, Сатурн превратился в крошечную луну с ярким кольцом вокруг, свет Солнца становился всё слабее. Что за невероятная скорость уносила их из царства людей, оставляя его позади?

— Давайте проверим нашу скорость, — предложил Шелтон.

В кабине пилота Трэфт триангулировал Солнце, Сатурн и неподвижную звезду.

— Пять тысяч миль в секунду, — наконец недоверчиво произнёс он. — Всё это время Япет постоянно ускорялся.

Шелтон попытался представить себе титанические силы, необходимые для разгона этой громадины, которая была в миллионы раз больше и тяжелее самого огромного земного грузового корабля, но в смятении остановился. Как и сказал Беннинг, это была сверхнаука.

Радиосигнал мигнул у него перед глазами.

— Лорг, я полагаю, — пробормотал он, щёлкая кнопкой.

На экране высветились рептильные черты инопланетного Высшего.

— Убедились, доктор Родни Шелтон? — проговорил он сурово. — Я наблюдал за крушением вашего второго корабля с помощью оптического прибора, который проникает сквозь материю. Это была тщетная попытка. Искривление пространства непроницаемо. Я предупреждал вас. Но вы решили проверить — ценой десяти жизней.

— Девяти, чёрт бы вас побрал, девяти, — крикнул в ответ Шелтон, получая небольшое извращённое удовольствие от этого отрицания. — Один выжил. Но вы заплатите за всех погибших.

— Какие-то несколько жизней, — усмехнулся инопланетянин. — А как насчёт жизней моего народа, которые вы и ваши люди забрали? Но я не держу на вас зла. На карту поставлено гораздо больше, чем несколько жизней. — его глаза заблестели. — Планеты, миры — вот те призы, которые я хочу получить.

— Вам будет нелегко, — мрачно парировал Шелтон. — Вам придётся сражаться против всех наших сил. Вы никогда не победите.

Лидер тормов загадочно улыбнулся. «Неукротимый дух», — подумал он. — «В этом Мурв прав».

Он повысил голос:

— Я сейчас занят и свяжусь с вами позже. Теперь вы полностью осознаёте, что являетесь моими гостями?

Бросив на прощание насмешливый взгляд, он исчез с экрана.

Шелтон внутренне содрогнулся. Беспомощные пленники в руках безжалостного разума. Но дело было не в этом — его личное благополучие было неважным. Его тревожила мысль о том, что он не сможет предупредить Землю.

Он снова включил радиопередатчик на полную мощность, передавая проверенный временем сигнал SOS, чтобы привлечь к себе внимание. Но в ответ услышал только непрерывную Ниагару воющих помех, сквозь которые не могла пробиться ни одна волна. В отчаянии он перепробовал все мыслимые диапазоны волн. Повсюду заглушаемые помехи….

Нет, подождите! Его пульс участился. На девятой микроволне послышалось шипение мощной несущей волны. Девятая микроволна — Космический Учёный. Он, должно быть, где-то рядом, достаточно близко, чтобы попробовать прорваться, и, возможно, установить контакт.

Шелтон с надеждой настроил верньер и издал торжествующий возглас, когда на экране появилась голова Космического Учёного в маске.

— Космический Учёный! — радостно воскликнул он. — Вызывает Шелтон, доктор Родни Шелтон.

Явно поражённый, Космический Учёный, казалось, уставился на него, потеряв дар речи. Затем он сказал:

— Доктор Шелтон! Вы…

— Послушайте меня, — поспешно прервал его Шелтон. — Я застрял на Япете, не могу улететь или связаться по радио с Землёй. Здесь инопланетяне, которые каким-то образом передвигают Япет. Они угрожают войной планетам, которые принадлежат Империи. Не могу больше ничего объяснить. Вы — последняя надежда. Вы должны связаться по радио с кораблями Реи, чтобы они последовали за нами. Поторопитесь! Лорг может услышать и послать за вами корабли.

Круглая голова качнулась из стороны в сторону.

— Я не подчиняюсь вашим командам, доктор Шелтон, — холодно заявил он. — Меня не волнуют дела Империи.

Шелтон поперхнулся. Неужели этот человек всё ещё хочет заниматься своим ребячеством перед лицом всего случившегося?

— Но это нечто жизненно важное, — прорычал он. — Нечто большее, чем ваши жалкие идеи об изоляции и независимости. Империя в опасности. Неужели вы не можете понять? — внезапно вспомнив кое-что, Шелтон побагровел. — Вы знали об этом раньше. Вы предупреждали меня не лететь на Япет. Вы знали о пришельцах. Но не сказали мне. Вы не предупредили Землю. Если только, — он яростно выговаривал слова, с яростным обвинением глядя на Космического Учёного, — вы не хотите отказаться от всех претензий на своё человеческое происхождение, вы сообщите об этом кораблям Реи — по крайней мере, до какой-то степени это искупит вашу вину.

— Нет! — ответ Учёного прозвучал крайне категорично.

— Вы не можете спокойно стоять в стороне, — в ужасе воскликнул Шелтон. — Стоит вам сказать хоть слово…

— Хватит, — отрезал Космический Учёный. — Эмоции меня не трогают. Япет и инопланетяне представляют для меня интересную проблему, но не более того. Их отношение к Империи Земли не имеет значения.

— Но вы пытались связаться со мной, — простонал Шелтон. — Зачем? Чтобы подразнить меня? Вы…

В этот момент на экране появилось второе изображение, наложившись на Космического Учёного. Фигура последнего мгновенно исчезла. С оптического экрана на Шелтона с подозрением смотрело лицо Лорга.

— С кем вы разговаривали? — спросил пришелец.

— Не ваше дело, — резко оборвал его Шелтон.

Шелтон отвернулся от рации с поникшими плечами.

— Это была наша последняя надежда, — с горечью пробормотал он. — И всё должно зависеть от эго безумного маньяка.

— Он растерял всю человечность, — прошептала Майра. — Человек, считающий себя богом.

— Он ничтожнее пришельцев, — отрезал Трэфт. — Хотел бы я, чтобы он оказался здесь хотя бы на минуту. Я бы изменил его мнение о некоторых вещах.

Шелтон пожал плечами. Он посмотрел на удаляющийся Сатурн, диск которого теперь едва виднелся.

— Теперь уже слишком поздно. Лоргу и его тормам удалось увести целый спутник из-под носа империи. Всё, что мы можем сейчас сделать — это подождать и посмотреть, что будет дальше. — он вздохнул и ровным тоном продолжил. — Что касается нас самих, то мы не испытываем особых трудностей. Здесь, в ВЗБИ-14, у нас достаточно кислорода и пищи на месяц.

Но он знал, что ещё до конца месяца произойдут грандиозные события.

Глава 15

Направляясь к Плутону

Восемь часов спустя Сатурн занял своё место на звёздном фоне космоса в качестве ещё одного точечного источника света. Солнце потускнело и пропорционально уменьшилось в размерах. Трэфт хрипло объявил, что их скорость составляет двадцать тысяч миль в секунду.

Четверо людей, летели на сбежавшем спутнике с огромной скоростью, с которой едва ли могут двигаться самые быстрые и лёгкие корабли Земли. Фантастическая мечта? Целый мир, масса которого в общей сложности измерялась ошеломляющими земными тоннами, уносился прочь со своей вековой орбиты, подобно гигантскому пушечному ядру. Двигатель, приводящий его в движение, должен создавать силы, сравнимые с силами того огненного гиганта, что временами сотрясал земную кору. В игру вступила колоссальная мощность, для обозначения которой в лошадиных силах потребовались бы пачки бумаги.

Шелтон погрузился в своего рода пуленепробиваемое спокойствие. Пришлось смириться с фактами. Теперь, когда первоначальное возбуждение улеглось, он начал размышлять. Зачем это было сделано? Целый спутник был сорван с орбиты и отправлен в космическое пространство. Их пунктом назначения, очевидно, был Плутон. Что они должны были там делать? Каковы были загадочные планы Лорга?

Шелтон пытался хоть немного предугадать дальнейшее развитие событий, но ничего не добился. Пока что это было необъяснимо.

Вспыхнул огонёк радиосигнала. Шелтон знал, что это Лорг, инопланетный Высший. С экрана на него смотрело ненавистное самоуверенное лицо, большие, широко распахнутые глаза горели торжеством.

— Полный успех, — ликующе воскликнул Лорг. — Великая машина, управляющая этим спутником, оправдала все наши ожидания. Мы работали над ней много лет. Было бы печально, если бы она вышла из строя. Но наши инженеры и учёные сработали великолепно. Вы, наверное, заметили, доктор Шелтон, что мы достигли скорости в двадцать тысяч миль в секунду. Я думаю, вы согласитесь со мной, что это удивительное достижение — результат сверхнауки?

Шелтон хранил каменное молчание.

— Но позвольте мне показать вам эту Великую машину, которой я так горжусь, — невозмутимо продолжал Лорг. — Я расскажу вам о ней подробнее. Одну минутку.

Шелтон чуть не выключил экран, взбешённый самодовольным хвастовством Лорга. Но потом удержался. Было бы неплохо узнать как можно больше о действиях инопланетян.

Лицо инопланетного Высшего сменилось на экране другим изображением. Сначала оно было бессмысленным, беспорядочным. Но внезапно перспектива прояснилась, и более тонкая настройка сгладила общую неясность.

Шелтон сглотнул, его поразило ощущение огромной глубины. Это был вид циклопического помещения с высоты птичьего полёта. Стены были уставлены маленькими ящиками — нет, большими прозрачными коробками, в каждой из которых сидел пришелец. Они манипулировали приборами управления. Странные лучи устремлялись из них наружу, к предмету в центре.

А то, что находилось в центре, было поистине удивительным объектом — гигантская спираль из материала, похожего на стекло, возвышавшаяся от пола до потолка. Она окружала более тонкую спираль, которая, в свою очередь, окружала более узкие спирали, десятки спиралей. Наконец, сердцевина представляла собой толстую многослойную колонну, которая терялась в экране, очевидно, пронзая крышу и проходя сквозь неё.

Было трудно оценить размеры сооружения. Шелтон предусмотрительно выбрал самую большую внешнюю катушку длиной в тысячу футов и шириной не менее ста. Её блестящий, как стекло, кабель был толщиной около пяти футов. Но не было никаких признаков опоры. Эта штука выдерживала свой собственный огромный вес, даже лучшая сталь на Земле не справилась бы с такой катушкой.

Спирали окружало фиолетовое свечение, усиливающееся по направлению к сердцевине. Электрическая энергия, в той или иной форме. Но Шелтон был уверен, что, сколько бы ни высматривал, он не нашёл бы там ни кусочка металла. Пластик? Это, должно быть, единственный ответ.

Раздался голос Лорга, звучавший так, как будто он был комментатором, читающим лекцию туристам.

— Великая машина, — сообщил он. — Из её спиралей исходит движущая мир сила, которая перемещает Япет. Это просто. Электричество подаётся через матрицу катушки и преобразуется, таким образом, в энергию, искривляющую пространство. Когда пространство искривляется, возникают гравитационные силы. Я полагаю, что ваш учёный Эйнштейн постулировал это столетие назад.

Инопланетянин слегка кивнул, как бы выражая молчаливую признательность Эйнштейну. Затем продолжил.

— Мы искривляем пространство в направлении, противоположном тому, в котором хотим двигаться. В результате возникает отрицательное гравитационное поле, отталкивающее гравитационное поле Япета. Япет движется, поскольку пространство неподвижно. Это то искривление, за пределы которого не могут проникнуть ваши радиопереговоры, и в которое, к сожалению, врезался ваш корабль рейнджеров. Это сплошная стена искривлённого пространства.

Шелтон застыл, как громом поражённый, но, взяв себя в руки, спросил:

— Как вы производите такое огромное количество электроэнергии?

Инопланетянин улыбнулся.

— Нам нужно совсем немного электричества. Мы воспользовались простым принципом. Чем ниже температура проводника, тем меньше сопротивление электрическому потоку. Электронам легче двигаться. Как известно некоторым из ваших земных учёных, слабый ток в мотке проволоки, при температуре близкой к абсолютному нулю, будет продолжаться часами, даже днями, не ослабевая. При абсолютном нуле ток будет продолжаться вечно. Эта камера закрыта, искусственно охлаждена и находится настолько близко к абсолютному нулю, насколько это возможно. Пожалуй, на несколько миллионных долей градуса выше абсолютного нуля. Мои работники — в герметичных костюмах. Нам нужно лишь время от времени подавать небольшое количество электроэнергии, чтобы компенсировать незначительные потери. Но первоначальный поданный ток всё ещё там, бесконечно циркулируя по кругу, он создаёт для нас великие движущие силы, подобно верному, бессмертному рабу.

Земляне уставились на огромные катушки, пытаясь осознать услышанное. По ним тихо струился пульсирующий ток, никогда не угасающий, никогда не иссякающий.

— Это невозможно, — пробормотал Шелтон. — Абсолютно невозможно.

— Значит, по-вашему, мы делаем невозможное? — многозначительно заметил пришелец. — Обратите внимание на сами катушки. Они не металлические, а из пластика. Верно и то, что плохие проводники становятся хорошими при низких температурах. Мы, землянин, мастера в области низкотемпературных технологий и пластмасс. Наша жизнь, наша окружающая среда существуют при гораздо более низких температурах, чем у вас. Мы мало знаем о тепловых методах. Поэтому у нас никогда не было возможности использовать металлы, печи и все те процессы, которые являются основой вашей цивилизации.

Изображение Великой машины исчезло, и перед ними вновь возникло лицо Лорга.

— Мы не используем взрывчатку и огнестрельное оружие, поскольку у нас нет металлургической промышленности, — продолжил он. — Вместо ракетных кораблей у нас есть гравитационные корабли, двигатели которых являются уменьшенными копиями Великой машины. Мы разработали пластмассы для удовлетворения всех наших потребностей. У нас больше разновидностей пластмасс, служащих всяким целям, чем у вас сплавов. Таким образом, вы видите, что мы не ограничены в возможностях. На самом деле, как вы только что видели, мы обладаем большими возможностями, чем вы. Наша цивилизация и наука докажут своё превосходство — в грядущих событиях.

Шелтон внезапно почувствовал озноб. Что же это будут за грядущие события? Этот вопрос пронзил его мозг, вытеснив из памяти удивительную сверхнауку, которую он мельком увидел.

— Вы ведёте Япет к Плутону, — запустил он пробный шар. — С какой целью? Плутон — ваш родной мир? Почему…

Он вопросительно уставился на Лорга, ожидая ответа.

Инопланетный Высший загадочно улыбнулся.

— Всё это вы узнаете в своё время, — уклончиво ответил он. — Мы достигнем Плутона через тридцать шесть часов. Я предлагаю, — он насмешливо перевёл взгляд с одного из их измученных лиц на другое, — вам немного поспать. Вы не можете сбежать, и вы в безопасности. Кстати, вот вам небольшое развлечение перед сном, транслируемое с корабля, находящегося за пределами искривления.

Динамик на мгновение затрещал, а затем зазвучал взволнованный голос комментатора с Земли. Земляне напряжённо подались вперёд.

— …который полностью исчез несколько часов назад. Этот восьмой спутник Сатурна, по-видимому, сошёл со своей орбиты, как бы невероятно это ни звучало, и затерялся в пространстве. Земные астрономы лихорадочно ищут его с помощью своих телескопов, но пока обнаружить его не удалось. Патруль рейнджеров с Титана безрезультатно прочёсывал Сатурн и его окрестности. Япет исчез!

Никто не знает, как это произошло. Астрономы говорят, что луна не может просто взять и исчезнуть. Правительство пока не сделало официального заявления. Вероятно, ответом будет что-то потрясающее, но официальные каналы пока ничего не сообщают. Все официальные службы на Титане и Рее находятся в режиме молчания. Есть надежда, что своенравный Япет вскоре будет найден где-нибудь в районе Сатурна и тем самым положит конец этой беспрецедентной тайне. Это центральный…

Голос прервался. Лорг со всё той же насмешливой ухмылкой сказал: «До свидания», и его изображение исчезло.

— Они прочёсывают Сатурн, — с горечью сказал Шелтон. — Мы уже пересекли орбиту Урана. Если бы только кто-нибудь узнал об этом прежде…

— Прежде чего? — спросил Трэфт. — Как ты думаешь, что будут делать инопланетяне, когда мы достигнем Плутона?

Шелтон покачал головой.

— Давай немного поспим, — сказал он.

Немного позже, лёжа на своей койке, он подумал о Япете на орбите Плутона, который будет заполнен кораблями и инопланетянами, как огромная захватническая бомба. Передвижная военная база! Он может пронестись по Солнечной системе, перебрасывая свои боевые силы куда угодно. Он представил себе эту картину: луна, вырисовывающаяся в небе над планетой, корабли, устремляющиеся в атаку, земные войска, застигнутые врасплох.

Было ли это тем, что планировал Лорг? Сон Шелтона был неспокойным из-за этих зловещих предположений.

Глава 16

Невозможный мир

На их стороне Япета день стал постоянным, поскольку антигравитационная сила проецировалась назад относительно их позиции на спутнике. Они наблюдали за странным небом: неподвижным, застывшим, с медленно исчезающими планетами и Солнцем.

Яркая точка Земли, по мере того как её орбита отдалялась от них, приблизилась к Солнцу настолько, что слилась с ним. Они не могли видеть Плутон, так как между ним и кораблём землян находилась основная масса спутника, но они знали, что он должен был становится всё ярче, превращаясь в диск.

Группа на борту застрявшего на поверхности экспедиционного корабля проспала, или попыталась проспать, несколько часов. С тех пор они ждали неизвестно чего в атмосфере предвечернего мрака, периодически понемногу перекусывая по мере того, как проходили часы. Наконец они почувствовали усиливающуюся пульсацию под ногами — это спутник задрожал от замедляющих его сил. Их вес стал заметно больше, поскольку инерция прижимала их к поверхности бывшего спутника.

— Мы, должно быть, приближаемся к Плутону, — предположил Трэфт. — И замедляемся. Что ж, они сделали, что хотели.

Шелтон неохотно кивнул. Он был вынужденно восхищался если не теми, кто всё провернул, то самим достижением. Огромная, размером с планету, махина, движимая безымянными высшими энергиями, преодолела три миллиарда миль космического пространства. Земной науке о подобном и мечтать не приходилось. Пришельцы достигли невероятных высот, по крайней мере, в этом направлении, и за это к ним можно было относиться с уважением.

Через некоторое время вес восстановился, и они почувствовали новое направление движения, которое приобрёл Япет.

— Мы вышли на орбиту вокруг Плутона, — сделал прогноз Хью Беннинг.

— И начали вращаться, — добавил Трэфт, указывая на звёзды, которые начали движение от одного горизонта к другому.

Шелтон бросился к рации.

— Может быть, они отключили искажающее поле.

Но он по-прежнему услышал лишь ревущие помехи. Лорг не допускал никаких промахов.

Вскоре в небе между двумя пиками на «востоке» появилась тёмная, окутанная туманным саваном громада. Она возвышалась над горизонтом, как угрюмое чудовище, едва светлее чёрной пустоты за ней, освещённая похожим на обычную звезду Солнцем, находящимся в четырёх миллиардах миль от них.

— Плутон, — выдохнула Майра Беннинг, от такого невероятного зрелища у неё перехватило дыхание.

Немногим людям доводилось видеть самую удалённую планету Солнечной системы так близко. Она повернулась к Шелтону:

— В настоящее время Япет стал спутником Плутона. К этому сводились планы пришельцев? Возможно, Лорг просто вешал нам лапшу на уши, не имея в виду всего остального.

— Хотел бы я так думать, — пробормотал Шелтон.

Он уставился на тёмную планету, размером чуть крупнее Земли. Было слишком далеко, чтобы разглядеть, была ли на этой суровой поверхности цивилизация тормов? Существовали ли десятки, а может, и сотни городов, построенных из пластика, с тусклым освещением — родные жилища хладнокровных рептилий-пришельцев, которые пришли забрать себе Япет? И, что более важно, имелись ли там военные корабли с высокопроизводительными излучателями холодной энергии, готовые к полёту к Солнцу, готовые вторгнуться в Солнечную систему?

Охваченный лихорадочным нетерпением Шелтон ждал продолжения.

Казалось, ничего не происходило. Небеса продолжали вращаться над головой в течение нескольких часов. Плутон величественно вращался вместе со звёздами и, наконец, снова опустился, так же угрюмо, как и поднялся.

Но вскоре после этого пустой небосвод замедлил движение и застыл на месте. Все они внезапно напряглись, почувствовав медленное усиление равномерных подземных вибраций.

Вскоре пульсация стала такой сильной, что предметы в корабле задребезжали о металлические стены. Даже зубы четверых землян заклацали, а их ботинки начали выбивать дробь по полу. Пейзаж за окном, казалось, танцевал. Звёзды превратились в мечущихся светлячков, летающих маленькими кругами, зрение затуманилось.

— В-в-ели-кий Ю-ю-пи-тёр, — воскликнул Трэфт. — Э-тот Я-я-пет о-о-о-пять дви-жет-с-с-ся?

Казалось именно так. Очевидно, внутри Япета пробуждалась какая-то непостижимая сила, даже более могущественная, чем та, что сорвала его с орбиты Сатурна. На один панический миг мелькнула мысль, что, возможно, Великая машина была разогнана до предела и теперь выходит из строя, намереваясь высвободить весь свой сдерживаемый поток энергии в одном сотрясающем пространство взрыве.

Все четверо, затаив дыхание, ждали, чувствуя себя так, словно сидели на вершине вулкана.

Но постепенно нервная вибрация сменилась более устойчивым, хотя и по-прежнему мощным ритмом. Теперь это напоминало работу гигантского дизельного двигателя. Звёзды прекратили своё головокружительное движение, но четверо землян почувствовали, что Великая машина внизу работает ещё усерднее, чем раньше. У Шелтона зародилась надежда, что машина частично вышла из строя или, по крайней мере, потеряла мощность. Машина, постоянно нуждающаяся в ремонте, могла бы значительно помешать планам инопланетян.

Они снова принялись ждать, сами не зная, чего они ждут. Через час Трэфт пристально посмотрел на звёзды, затем схватил свой космический секстант. Он взглянул вверх, сделав предварительные замеры.

— Странно, — заметил он. — Мы проходим около Плутона, но по прямой. Мы сошли с орбиты.

Они столпились около «восточного» иллюминатора, ожидая появления Плутона. Ожидание растянулось на час, а тёмная, угрюмая планета так и не «взошла», как следовало бы, если бы они летели по орбите вокруг неё. В каком безумном направлении они летели теперь и где был Плутон?

В воздухе повисло напряжённое ожидание, никто не осмеливался заговорить.

Наконец Хью Беннинг нарушил напряжённое молчание долгим свистящим вздохом. По мере того, как он говорил, морщины на его лице заметно углублялись.

— Плутона там нет, — сказал он почти неслышно. — Плутон сошёл со своей орбиты.

На какой-то безумный миг Шелтону почти захотелось заставить Беннинга взять свои фантастические слова обратно. Этого просто не могло быть. Одно дело — переместить сравнительно крошечное тело, такое как Япет — что ещё недавно казалось невероятным — но переместить Плутон, планету, которая в сотни раз больше и массивнее… Как можно было смириться с такой очевидной невозможностью?

Шелтон продолжал смотреть в иллюминатор, убеждая себя, что при их движении Плутон рано или поздно должен появиться, отставая от них. Наконец он отвернулся в полном отчаянии. Разумеется, это соответствовало усилившемуся ритму работы Великой машины. Каким-то образом титанические гравитационные силы заставили большую планету сойти со своей орбиты.

Осознав это, его ошеломлённый разум принялся за решение новых загадок: зачем и куда?

— Марк, — сказал он пилоту, — выясни, куда — в каком общем направлении — мы направляемся.

Трэфт кивнул и помчался к кабине пилота. Это было бы довольно сложным измерением, учитывая, что планеты, на которых оно опиралось, были такими тусклыми.

Шелтон взглянул на солнечный индикатор. Его измерение силы солнечного света было приблизительной шкалой, по которой можно было судить о приближении к Солнцу или удалении от него. Стрелка опускалась. Шелтон отказывался понимать, что это значит, пока снова не появился Трэфт.

— Мы удаляемся от Солнца, — сообщил он с фальшивым спокойствием. — Скорость уже составляет около тысячи миль в секунду.

Шелтон, потрясённый этим открытием, разразился яростными проклятиями. Майра Беннинг прижала руку к горлу и застыла в этой позе. Хью Беннинг покачал головой со странной, перекошенной улыбкой на лице. Трэфт бесцельно потёр одну руку о другую.

Как ни странно, это было так, но зачем? Наконец Шелтон побежал к рации, остальные последовали за ним, словно боясь остаться в одиночестве.

— Шелтон вызывает Лорга, — рявкнул он в микрофон, решив проглотить свою гордость и задать прямые вопросы.

Последовала некоторая задержка, но, наконец, на оптическом экране появилось лицо инопланетного Владыки.

— В настоящее время я очень занят, — отрезал он. — Моё внимание необходимо в связи с перемещением Плутона. Чего вы хотите?

— Вы перемещаете Плутон от Солнца, — огрызнулся Шелтон. — Зачем? И куда именно?

— Я говорил вам, что хочу планеты, — парировал инопланетянин. — Я перемещу Плутон к своему родному миру.

Шелтон судорожно вздохнул. Шок нарастал.

— Своему родному миру, — слабым эхом отозвался он. — Там? — он неопределённо махнул рукой в сторону областей за пределами прежней орбиты Плутона. — Вы хотите сказать, что здесь есть десятая планета? Земные астрономы никогда её не обнаруживали.

— Нет, десятой планеты не существует, — сообщил пришелец, не став уточнять подробности. Казалось, он наслаждался своим сюрпризом.

— Тогда где же ваш родной мир? — потребовал ответа Шелтон. — На то, чтобы долететь до ближайшей звезды, потребуются годы, даже при самых высоких скоростях. Ваш родной мир не может находиться где-то там. Это… это невозможно.

— Вам нравится это слово «невозможно». - усмехнулся Лорг и пожал плечами. — Что ж, тогда мой мир невозможен, но он существует. Я свяжусь с вами позже и всё объясню.

Шелтон щёлкнул кнопкой рации с такой силой, что ушиб палец.

— Я что, схожу с ума? — простонал он и дико посмотрел на остальных. — Скажите мне, где мы можем обнаружить миры, планеты? Вокруг солнц, конечно. И где находятся солнца? Ближайшее из них — в четырёх световых годах от нас. И он говорит о невозможном мире, о своём родном мире, который находится где-то там. Планеты не летают в космосе свободно; они образуются из солнц, и привязаны к солнцам. Это…

Он замолчал, осознав, что разнервничался.

— Извините, — пробормотал он. — Истерика — плохой помощник. Мне придётся последовать собственному совету — принять факты. Мы удаляемся от Солнца к предполагаемому родному миру Лорга. Вот и всё.

Отрешённые, ошеломлённые, они смотрели на Солнце, их Солнце, которое заметно тускнело вдали. События прошедшего дня затуманили их разум. Спутник, сошедший со своей вечной орбиты, был направлен к Плутону, как огромный корабль; Плутон сошёл со своей орбиты, и теперь его направляют в бездну космического пространства! Это было нечто большее, чем то, что человеческий разум когда-либо был призван увидеть и принять.

Они машинально поели, а потом обнаружили, что бодрствуют уже много часов. Утомлённые, они заснули.

Проснувшись, они едва осмелились выглянуть из иллюминаторов. Но невольное очарование неизвестности влекло их. Увиденное пронзило каждый нерв ледяными иглами. Вокруг них была настоящая бездна — леденящая, бездонная пустота. Солнце было возведено в ранг заурядной звезды, хотя и очень яркой. Даже на орбите Плутона солнечный свет был таким же ярким, как пятьсот земных полнолуний. Но здесь солнечные лучи превратились в звёздный свет, более слабый, чем свет самой маленькой луны Юпитера.

Это зрелище поражало своим великолепием. Возможно, они были первыми землянами, которые взглянули на Солнечную систему с такого расстояния.

Камера Трэфта щёлкнула, запечатлевая причудливую перспективу на микроплёнку. Большинство планет были невидимы, одна из них находилась рядом с Солнцем. На небольшом расстоянии можно было различить Юпитер, а также Сатурн, Уран и Нептун, похожие на крошечные булавочные уколы в чёрной ткани космоса.

Но где же Плутон? Он тоже должен быть виден. Шелтон вздрогнул, вспоминая. Плутона не было там, где он должен был быть. Его отбуксировали прочь, в бессолнечную пустоту. Но куда? В какое невероятное место назначения?

Наконец, раздался с нетерпением ожидаемый звонок от Высшего пришельцев, который один мог дать ответы на мучившие их вопросы.

— Вы всё ещё думаете, что мой родной мир не может находиться где-то здесь? — с удивлением спросил Лорг.

— Планеты рождаются вместе с солнцами, — упрямо настаивал Шелтон. — Ближайшая звезда в этом направлении — Сириус, почти в девяти световых годах от нас. — что-то щёлкнуло в его голове, что-то связанное с Сириусом. — Тёмное солнце — это единственный вариант. — закончил он с резким, дрожащим вздохом.

Лорг, готовившийся взорвать эту бомбу, выглядел слегка рассерженным тем, что Шелтон угадал ответ.

— Да, — кивнул он. — Есть тёмные солнца, а есть — яркие. Солнца, которые выгорели или потускнели до слабого красного цвета. Ваши астрономы не знают, сколько таких невидимых мёртвых солнц существует между ярко горящими звёздами. Такое тёмное солнце невозможно обнаружить в ваши земные телескопы, о его существовании не догадывается никто из землян. Это мой родной мир — мир тёмного солнца, находящийся сравнительно близко от вашего яркого Солнца, с одной планетой.

Тёмное солнце, находящееся в огромной пропасти между Солнцем и окружающими его звёздами. Вряд ли можно было бы выдвинуть более ошеломляющую концепцию. И всё же, в некотором смысле, это был самый простой ответ.

— Где же находится это тёмное солнце? — спросил Шелтон. — Как далеко?

— Примерно в десяти миллиардах миль от орбиты Плутона, — заявил Лорг. — Следовательно, примерно в пятнадцати миллиардах миль от Солнца. На самом деле это звезда-компаньон Солнца — тёмный компаньон. Они образуют двойную систему, вращающуюся вокруг общего центра тяжести. У многих звёзд есть тёмные спутники. Даже ваши учёные знают об этом. Например, у Сириуса. И вполне вероятно, что сирианцы, если у этой звезды есть обитатели, не знают о своём спутнике — тёмном солнце, точно так же, как вы, земляне, не подозреваете о своём.

— Наша система — двойная, — пробормотал Шелтон, находя эту мысль странной. — Но их движение вокруг общего центра… Разве это не должно быть обнаружено нашими астрономами по изменению положения звёзд?

— Нет, если только измерения параллакса не проводились в течение соответствующего восьмидесятилетнего периода. — Лорг, казалось, усмехнулся. — Ваши звездочёты упустили из виду это и ещё более важную деталь — чрезвычайно эксцентричную орбиту Плутона, которая в какой-то момент пересекает орбиту Нептуна. Они продолжали искать мифическую десятую планету. Почему они не могли представить себе мёртвое, гигантское солнце, оказывающее своё гравитационное влияние с чуть большего расстояния? Однако теперь эта подсказка исчезла — орбита Плутона пуста.

В голосе инопланетянина слышалось удовлетворённое ехидство.

Теперь Шелтон увидел всё с потрясающей ясностью. Кусочки безумной головоломки рационально складывались в единое целое.

— И вы забираете Плутон к вашему солнцу, — сказал он, — чтобы он стал одной из ваших планет?

Лорг кивнул.

— У нашего солнца есть только одна естественная планета. Мы, тормы — развивающаяся, амбициозная раса. Нам нужны миры для экспансии. Что может быть лучше, чем взять их из соседней системы, у которой их в избытке?

Земляне могли только изумлённо наблюдать, как раскрывается дьявольский план пришельцев по захвату миров. Лорг и его народ были космическими ворами, пришедшими разграбить Солнечную систему и её планеты. Осознание этого было ошеломляющим.

Лорг поднял руку, останавливая бурю возмущённого протеста, которая была готова вот-вот разразиться со стороны его слушателей.

— Позвольте мне вкратце рассказать всю историю, — сказал он.

Лорг откинулся на спинку кресла, словно желая насладиться изложением этих ошеломляющих вещей, которые должны были поразить его аудиторию.

Глава 17

Мир тёмного солнца

— Миллиарды лет назад, — торжественно начал Лорг, — двойная звезда, бинарная система, столкнулась с Солнцем, после чего превратилась в одиночную звезду без планет. Согласно вашей теории Литтелтона, одна из этих звёзд частично задела Солнце, в результате чего то выбросило массу раскалённого вещества. Притяжение другой звезды вытянуло это вещество в длинный язык, который в конце концов распался на фрагменты — расплавленные шары, ставшие планетами.

Затем это вторая звезда улетела в космос, как показали наши космогонисты, реконструировавшие эту космическую встречу. Но её спутница была вырвана из бинарной системы, потому что после столкновения скорость первой звезды уменьшилась. Затем эта звезда образовала бинарную систему с Солнцем, удалившись от него на пятнадцать миллиардов миль. Проходя мимо расплавленных планет, она захватила последнюю из них себе, образовав солнечную систему с единственной планетой — нашим домом, Тормом. Мы называем наше солнце Тор.

Лорг сделал паузу и сделал движение, словно отметая миллиарды лет в сторону, затем продолжил.

— Вот и всё. В своё время на Торме, когда он остыл, появилась жизнь; теплолюбивая жизнь, подобная вашей, поскольку Тор тогда был горячей звездой. Развился разум, близкий к человеческому. Эволюция повторяется из-за аналогичных мутаций под воздействием неизменных космических лучей.

— Но затем, — его голос немного смягчился, — Тор, более старое солнце, чем Солнце Солнечной системы, начал остывать. Существовавшая тогда цивилизация боролась с нарастающей темнотой и холодом, но проиграла. Разум на Торме был утрачен на века. Но природа изобретательна. В результате мутации появился холоднокровный вид, приспособленный к тёмной жизни — наш нынешний вид.

Глаза инопланетного Высшего загорелись.

— Потухшая искра интеллекта разгорелась вновь. Примерно в это же время в Солнечной системе, на Земле, возник разум. Первый расцвет разума на Марсе пришёл в упадок. Таким образом, две наши цивилизации, Тормская и Земная, развивались практически бок о бок. Ваша цивилизация была похожа на нашу древнюю цивилизацию тёплых веков, с металлургией и тепловой промышленностью. Наша сегодняшняя цивилизация — холодного века, с пластмассами и низкотемпературными методами.

— Ваша цивилизация не подозревала о нашей, потому что вы не могли видеть наше тёмное солнце. Но мы с самого начала заметили вашу сияющую близость. Когда мы покорили гравитацию и отправили космические корабли исследовать Солнечную систему, мы откровенно завидовали вашей большой семье планет, ведь у нас была только одна. Мысль зародилась, выросла, расцвела…

Губы Лорга многозначительно скривились, затем он продолжил в другом ключе.

— Мы отправили колонистов на Плутон, Нептун и Уран. Но мы не могли приблизиться к Солнцу из-за его ужасающей жара — до тех пор, пока не обнаружили огромные естественные полости внутри Япета. Мы основали там колонию. Это было сто лет назад, как раз в то время, когда вы, земляне, начали совершать первые межпланетные путешествия.

Голос Лорга зазвучал более оживлённо.

— В это время я возглавил всю нашу колонизаторскую деятельность. Да, мне больше ста лет. Мы долгожители, как и все холоднокровные существа. Я предсказывал, видя, как вы строите империю, что, в конце концов, между нашими расами возникнут трения, когда вы достигнете Урана и остальных дальних планет. Вы предъявите права на эти планеты, установите свою юрисдикцию над нашими колониями, и мы вернёмся к тому, что было раньше.

Лорг важно выпрямился.

— Я представил свои планы правителям Торма. Работа по установке Великой машины на Япете была начата. Это заняло у нас столетие — сто лет интенсивных научных исследований, тяжёлого труда, жертв и опасностей. Я видел, что в конце концов это будет борьба против вашей земной экспансии, пока вы не установили слишком прочную власть над планетами, которые нужны нам. Особенно, — пришелец пристально посмотрел на Шелтона, — с применением вашего замечательного процесса биологической коррекции. Мы решили, что должны как можно скорее забрать эти планеты.

Земляне слушали в напряжённом молчании. Было ли всё это безумным, невероятным сном? Неужели все эти грандиозные, неожиданные события происходили, нарастая и приближаясь к сокрушительной кульминации, в течение столетия? Шелтон покачал головой, вспомнив знаменитый монолог: «Есть в небесах и на земле такое…»

Инопланетянин продолжил, увязывая в единое целое недавние события.

— Я надеялся, что наше присутствие в вашей системе не будет обнаружено до завершения строительства Великой машины. Некоторые из ваших исследовательских кораблей, приземлившихся на внешних планетах, где существовали наши колонии, были уничтожены. Мы не боялись, что нас обнаружат на Япете, поскольку находились под землёй. Но недавно, совершенно случайно, исследовательский корабль, о котором вы все прекрасно знаете, приземлился рядом с одним из входов в нашу пещеру. Люди заглянули внутрь. Напуганные, мои охранники бездумно применили холодную силу.

Лорг посмотрел на Трэфта и Беннинга.

— Позже, когда гигантский человек посветил фонариком в поисках маленького человека, мой охранник сбежал, прихватив с собой человека, которого вы называете Беннингом. Услышав об этом, я понял, что будет расследование. Работа над Великой машиной была ускорена. Ещё немного, и она была бы готова.

Он посмотрел на Шелтона.

— И тут в поле нашего зрения появились вы, доктор Родни Шелтон. Из того, что я разузнал о земных делах, ваш корабль, приближаясь к Сатурну, должен был провести исследования на Япете. Я послал корабль для атаки на вас, чтобы погрузить экипаж в анабиоз и доставить сюда в качестве пленников. Но вмешался корабль рейнджеров. Мне казалось, что события вот-вот выйдут из-под контроля.

— Я решил не атаковать вас на поверхности Япета с помощью наших кораблей, опасаясь, что вы немедленно вызовете по радио помощь. Вместо этого я спланировал ловушку. Вы попали в неё и были схвачены. Ваш последующий хитроумный побег и сообщение на Землю о нашем присутствии были опасно близки к тому, чтобы расстроить мои планы, но не совсем — вам не хватило всего нескольких часов. — злорадно закончил Лорг. — Остальное вы знаете. Наш столетний план, ради которого мы трудились с фанатичным рвением, приближается к своему завершению, у Торма появятся планеты-побратимы, и нашей расе будет куда расширяться.

Шелтон стоял неподвижно, вслушиваясь всеми фибрами своего существа в удивительный рассказ. Но сейчас не было времени для размышлений. Одна жгучая мысль овладела его мозгом: «Узнай всё, что сможешь». Любая крупица информации была бы полезна в надвигающемся столкновении между силами Земли и Торма.

— Сколько планет, — спросил он намеренно, — вы планируете захватить так же, как захватили Плутон?

И вдруг он вспомнил эпизод с переговорами на Сатурне. Лорг попросил пять планет и все их спутники и пригрозил захватить их силой, если ему откажут. Теперь Шелтон понял, что Лорг уже озвучил свои конкретные планы.

Лорг высокомерно улыбнулся.

— Мы обсудим это позже, — отрывисто сказал он.

Его чуждое, покрытое чешуёй лицо исчезло с экрана.

Всё дальше и дальше в тёмную пустоту мчался движимый Великой машиной спутник, толкающий перед собой похищенный Плутон, зажатый в клещах искусственной гравитации.

И без того угнетённые осознанием инопланетной угрозы, земляне ещё сильнее пали духом из-за окружающего их тёмного, лишённого Солнца космического пространства. Солнечная система казалась потерянной навсегда. Солнце теперь было всего лишь немыслимо далёкой жёлтой звездой.

Но Шелтон не позволил душевной слабости уничтожить всякую инициативу. Он заставил Трэфта и Беннинга рассчитать точное направление их полёта относительно неподвижных звёзд. Долгие часы утомительной работы дали результат. Шелтон мрачно улыбнулся. Направление на Тор, чужое солнце, было теперь известно на случай, если земные силы направятся сюда.

После схода с орбиты Плутона прошло шесть земных суток, и расстояние в десять миллиардов миль было преодолено с невероятной скоростью — двадцать тысяч миль в секунду. «Гости» Лорга спали, ели и регулярно проверяли свои кислородные баллоны, в то время как их мозги пребывали в камере пыток.

Наконец, находясь далеко в необъятной пустоте космоса, они почувствовали замедление. Возросшая сила тяжести действовала на них в течение многих часов, пока Великая машина со скрежетом замедляла их с огромной скорости. Внезапные, похожие на землетрясение вибрации возникли и прекратились, и их движение изменилось.

— Они вывели Плутон на орбиту вокруг Тора, — заметил Трэфт.

Все с нетерпением ожидали увидеть звезду Тор — сестру Солнца.

Она медленно поднималась над горизонтом — гигантский, красновато-сияющий шар, атомное пламя которого давно угасло по причинам, известным только космосу. Температура его поверхности не могла быть намного выше температуры раскалённого железа; возможно, несколько сотен градусов по Цельсию. Его лучи были слишком слабыми, чтобы преодолеть пустоту и быть зарегистрированными земными телескопами. Это было бы действительно мёртвое солнце, тёмное и безжизненное на протяжении миллиона лет, отсчитываемого космическими часами.

Его красноватое сияние отбрасывало на ландшафт Япета призрачный отблеск, более бледный, чем лунный свет. Землян пробрал озноб от этого чуждого свечения. Более неземной обстановки невозможно было себе представить.

Захваченный врасплох, Трэфт чуть не забыл сделать снимки, но в конце концов сделал их, максимально открыв диафрагму, чтобы собрать весь доступный свет, понадобившийся для запечатления этих мрачных картин. Он надеялся, что ему удастся передать эти необычные цвета.

Целый земной день ушёл на то, чтобы вывести Плутон на орбиту вокруг Тора. Вибрационная мелодия Великой машины ежечасно меняла тональность по мере того, как в действие вступали то большие, то меньшие силы. Это было фантастическое манипулирование небесными сферами.

Они почувствовали внезапный толчок, когда Япет, наконец, освободился от своего планетарного бремени. Вскоре стало видно, как Плутон удаляется, медленно вращаясь на заданной орбите. Тор стал главной звездой, и тёмная поверхность Плутона теперь была слабо освещена его тусклым светом. Планета, которая веками обращалась вокруг Солнца, была перенесена в другую часть Вселенной.

Это противоречило всем инстинктам Шелтона. Всё это было неправильно, это было нарушением космического устройства.

Затем Япет набрал скорость и устремился к тёмному солнцу. Появилась планета, возможно, размером с Сатурн, мрачная и населённая тенями. Торм — родной мир пришельцев, которые вторглись в Солнечную систему с грабительской целью.

Япет приближался к Торму, пока не стал в его небе огромной луной. По какой-то причине он остановился.

Шелтон настроил радио, и на экране появилось изображение толпы инопланетян, стоящей на городской площади. Тысячи и тысячи инопланетян были там, они кричали и истерично махали руками. Из динамика гремели их голоса. Они приветствовали Лорга, который привёл к ним первый из новых миров.

Шелтон внезапно вздрогнул, прислушиваясь. Должно быть, искривляющее излучение было отключено, раз радиоволны проходили сквозь него. Но как только он повернулся, чтобы сказать об этом остальным, лицо Лорга заслонило изображение.

— Мы находимся над Тормом, моим родным миром, — сказал он. — В настоящее время искривление не работает. Но не пытайтесь безрассудно сбежать. Вы можете заметить, что несколько моих кораблей зависли над вашим. Если вы попытаетесь стартовать, будет немедленно включён режим искривления. Вы же не хотите разбиться, как корабль рейнджеров.

Насмешливое лицо инопланетянина исчезло с оптического экрана.

Шелтон выглянул из иллюминатора. Над ними парило с полдюжины чёрных кораблей — их безмолвных стражей. Было бы безумием сейчас пытаться вырваться на свободу.

Церемонии продолжались целый день. Чёрные гравитационные корабли с пластиковыми корпусами курсировали взад и вперёд. В одной из сцен Лорг, стоя высоко на балконе, купался в солнечном свете и обращался к обезумевшей толпе.

Периодически они приветствовали его. Это была сцена, которую можно было бы запечатлеть в любом уголке Земли — возвращение героя-завоевателя. Для тормов Лорг был великим человеком своего времени, исследователем, который, не имея возможности открывать новые земли, принёс новую землю, поместив её на небеса.

— Сейчас у него момент славы, — проворчал Трэфт. — Но нужно немного подождать…

Шелтона охватило сильное беспокойство. Каковы были планы Лорга относительно них? Должны ли они были быть заключены на Торме, в какой-нибудь тюрьме с земными условиями содержания? Шелтон знал, что Лорг чего-то хочет от него, потому что он уже намекал на это, и у Шелтона возникли ужасные подозрения.

Пока земляне беспомощно томились в ожидании, в Торм-сити Лорг встретился с Мурвом в уединённом помещении. Снаружи всё ещё были слышны аплодисменты толпы, вызванные речью Лорга.

Двое инопланетян смотрели друг на друга с лёгкой враждебностью.

— В своей речи вы сделали смелые намёки, Лорг, — сказал Мурв. — Намёки на то, что вы не только приведёте ещё планеты, но и бросите вызов землянам. Лорг, я предостерегаю вас от такого опасного шага. Вы должны сотрудничать с Землёй, иначе мы наживём злейших врагов на все времена. Возможно, уже слишком поздно, хотя я думаю, что они смирятся с захватом Плутона. Но вы должны выступить в переговоры с ними сейчас, иначе вы ввергнете наши два мира в войну на полное уничтожение, как с одной, так и с другой стороны.

— Да, да, конечно, переговоры будут, — заверил его Лорг, отводя глаза. — Разве я не привёз доктора Родни Шелтона с собой именно для этой цели?

Удовлетворённый Мурв отвернулся. Лорг наблюдал за ним с кривой улыбкой.

Глава 18

Угроза Солнцу

Покончив с торжествами по поводу великого события, Япет отправился в обратный путь. Огромное красное солнце Тор начало тускнеть, когда курс был взят на Солнце.

Земляне почувствовали мгновенное облегчение. Их сердца радовались при одной мысли о возвращении домой! Совершенно чужой мир, в котором они находились, подавлял их чувства, изматывал нервы. Они смотрели, как тусклая громада Тора, тёмного солнца пришельцев, исчезает в темноте космоса.

Прошло совсем немного времени, и Трэфт вдруг издал резкий крик.

— Смотрите! — он указал в иллюминатор. — Корабль Космического Учёного. Что, чёрт возьми, он здесь делает?

Шелтон увидел большой корабль в форме торпеды с двумя белыми крестами по бокам. Он, заслонив звёзды, пронёсся над искривляющим полем и устремился в открытый космос.

Шелтон бросился к рации, затем остановился и застонал.

— Какой в этом смысл? — пробормотал он. — Ему нет дела ни до нас, ни до Империи. Вероятно, он здесь только для того, чтобы наблюдать, как какой-нибудь бесстрастный бог. Каким-то образом он проделал весь путь от Системы. Но только для того, чтобы подогнать всё это под свою безумную теорию, какой бы она ни была. Ирония в том, что он один мог предупредить Империю и не сделал этого.

В звёздной пустоте время, казалось, остановилось. Скорость их полёта не чувствовалась. Они не могли видеть приближающуюся Солнечную систему, из-за того, что находились на противоположной стороне спутника. Но они знали, что приближаются к Солнцу, и с каждым часом их настроение улучшалось — и в то же время росло напряжение.

Каков будет исход этой космической драмы, первый акт которой им пришлось наблюдать?

Лорг связался с ними, когда, казалось, прошла целая вечность. Всё ещё возбуждённый триумфальным приёмом, оказанным ему родным народом, он заговорил звонким голосом.

— Это кульминация столетнего планирования, — радостно воскликнул он. — Вы всё сами видели, земляне. Есть ли что-нибудь, что может меня остановить? Я буду захватывать планету за планетой так же легко, как и первую. Я построю великую империю, и мой народ сделает меня Великим Верховным, правителем всего Торма.

Шелтон задал вопрос, который не давал ему покоя.

— Сколько планет вы планируете захватить? — в глубине его сознания зазвучал приказ самому себе: — Узнай всё, что сможешь.

— Сначала планировалось, — надменно произнёс инопланетный Владыка, — захватить только Плутон, Нептун и Уран, а также их спутники, и то только после переговоров с Землёй. Некоторые робкие элементы в нашем правящем органе опасаются войны с Землёй. Но я — не боюсь. — его глаза рептилии сверкнули. — Я не буду вести никаких переговоров. Я собираюсь захватить все планеты, одну за другой. Ваше Солнце будет уничтожено. Моё солнце, Тор, воссияет над великим племенем. Над каждой планетой. Земляне, вы слышите?

Шелтон распознал опасные симптомы. Лорг сошёл с ума от власти. Это был обычный сбой в работе всех разумных систем, как тормских, так и земных. Возможно, в неразгаданной гибели марсианской цивилизации тоже можно было найти причину в виде властного безумия. Переместив два мира, Лорг опьянённый величественной властью всемогущего существа поддался новым, невозможным в трезвом уме, амбициям.

Невозможно? Снова это слово. Столько раз оно служило синонимом реального, что Шелтон почувствовал зловещий страх.

— Как вы это сделаете? — тихо спросил Шелтон. — Земные силы найдут способ остановить вас. Даже если искривление пространства защитит вас от нападения здесь, на Япете, Земля в конечном итоге отследит вас до Торма и нападёт на него.

Шелтон надеялся, что со стороны не слишком заметно, что он задаёт наводящие вопросы, пытаясь выведать подробности планов Лорга. Но Лорг, раскрасневшийся от уверенности, лишь презрительно произнёс:

— С Япетом идёт огромный флот, фактически большая часть наших сил — тысячи и тысячи кораблей. Они превосходят по численности ваши земные силы в десять раз. Наша холодная сила, хотя и не совсем соответствует вашему огнестрельному оружию, будет эффективна в массовых сражениях. Всякий раз, когда появятся земные корабли, мой флот будет атаковать и уничтожать их. Таким образом, мы будем постепенно сокращать численность земных сил. Они узнают о Торме слишком поздно. А я буду продолжать полёты на своей планете. Ведь Япет неуязвим для атак из-за искривляющего поля. Понятно, землянин?

Шелтон понял всё очень хорошо. Инопланетный эгоист, чьи планы были планами коварного властолюбца, безжалостно решившего уничтожить цивилизацию. И, казалось, в его планах не было ни единого изъяна.

— А как же мы… как же я? — устало спросил Шелтон.

— Вы должны были стать посредником в переговорах с вашим правительством, — сообщил Лорг. — Но я исключил этот пункт из своих планов. Однако, у меня есть вам предложение, доктор Шелтон. Вы эксперт в области биокоррекции. Вы знаете формулу адаптена. Позже вы покажете нам, как его приготовить. Это один из земных секретов, который мы не смогли раскрыть, поскольку он очень хорошо охраняется. С помощью адаптена мы сможем приспособить нашу расу к климатическим изменениям, которые будут происходить на далёких планетах. Затем…

— Но я никогда не раскрою вам секрет адаптена, — прервал его Шелтон с резким, упрямым вызовом. — Если вы знаете землян так, как утверждаете, то знаете, что я лучше умру.

— Вы забыли, что у нас есть способ извлекать секреты из сознания людей, пока они находятся в анабиозе, — спокойно сказал Лорд. — Наш аппарат для экстракции психики посылает в мозг чувствительные рентгеновские лучи. Они выходят наружу, модулируемые крошечными электрическими токами мысли, циркулирующими в ячейках памяти. Соответствующим образом интерпретируя модулированные рентгеновские лучи, мы читаем исходные мысли. Это похоже на то, как модулированные голосом радиоволны преобразуются в звук.

— Я мог бы уже использовать психический экстрактор на вас, доктор Шелтон, если бы, как я упоминал ранее, первым намерением не было использовать вас в переговорах с Землёй. Однако, в связи с изменением моих планов, вы будете подвергнуты психической экстракции при моём следующем возвращении на Торм.

Шелтон вспомнил рассказ Беннинга о камерах, в которых хранились земные тела, как живые архивы, пригодные для процесса чтения мыслей. Он боролся с полной безнадёжностью, грозившей захлестнуть его с головой.

— Как я уже говорил, — продолжил Лорг, — адаптен будет использован, чтобы приспособить некоторых из ваших людей к нашим условиям, после окончания завоевания. Когда ваши вооружённые силы будут уничтожены, а ваши миры и города окажутся незащищёнными, наши лучи холодной силы обрушатся на землян, погрузив их в состояние анабиоза. Позже они будут биокорректированы. И станут рабами. Те, кого не отберут, умрут.

Шелтон почувствовал липкую влагу в тех местах, где его собственные ногти впились в ладони, поранив их до крови. Теперь ему открылась вся глубина ужасных амбиций Лорга. Он обладал истинной, порочной природой завоевателя, желанием уничтожать и порабощать.

— У меня не будет никаких угрызений совести, — неумолимо продолжал Лорг. — В конце концов, вы для нас чужая раса. Два разных вида разумных существ могут испытывать только ненависть друг к другу. Один должен доминировать над другим. Мы будем доминировать над вами.

На этой зловещей ноте инопланетный Высший отключился.

И именно эта зловещая нота мучительной панихидой звучала в их головах всё время, пока они возвращались в Солнечную систему.

— Мы должны убираться отсюда, — повторял Шелтон сотни раз. — Как-нибудь выбраться отсюда, чтобы, используя то, что мы знаем, организовать силы Земли против ужасной кампании Лорга.

Но как? Они не могли преодолеть искривление ни с помощью своих радиоволн, ни с помощью корабля. Они уже установили экспериментальным путём, что искривление было включено постоянно, независимо от того, находился спутник в движении или нет. Очевидно, это была неотъемлемая особенность работы Великой машины. Только на Торме её отключали на некоторое время.

Они были пойманы в ловушку так надёжно, словно были закованы в нерушимые цепи. Шелдон чувствовал, что стареет и седеет, прокручивая в голове план за планом, ни один из которых не сулил ни лучика надежды.

Когда появилось знакомое ощущение замедления, они поняли, что, должно быть, находятся вблизи Солнечной системы. Вероятно, они проходили старую орбиту исчезнувшего Плутона и приближались к Нептуну.

У Нептуна было два больших спутника, один из которых был настолько тёмным, что до 1950 года его не могли обнаружить. Эта самая дальняя луна, конечно же, будет следующей, которую захватят и увезут на Торм. И тогда в Солнечной системе возникнет ещё одна загадка— третье исчезновение планетарной сферы.

И никто не будет знать или догадываться, как и куда. Чёрные корабли пришельцев позаботятся о том, чтобы ни один земной корабль не последовал за ними в пустоту. Об этом знали только четыре человека — четверо из тех, кто оказался в ловушке на Япете. Нет, знали пятеро — и Космический Учёный тоже.

Шелтон стиснул зубы. Если бы только Космический Учёный сказал хоть слово, но сейчас думать об этом было бесполезно.

— Мы должны убираться отсюда, — повторял он сквозь стиснутые зубы, расхаживая взад-вперёд по каюте, как тигр по клетке.

Они почувствовали начало манёвров, направленных на то, чтобы зацепить вторую луну Нептуна гравитационным крюком. Гигантский облачный Нептун взошёл в небе, когда Япет занял нужную позицию. Великая машина у них под ногами сообщала кораблю резкие пульсации.

Шелтон, всё ещё расхаживавший по комнате, не обратил на это никакого внимания, сосредоточенно нахмурившись.

— Надо убираться отсюда, — твердил его мозг. — Надо убираться.

Он остановился, свирепо глядя на Трэфта.

— Боже милостивый, — рявкнул он. — И это всё, о чём ты можешь думать в такое время?

Трэфт неуклюже перебирал свою коллекцию миниатюрных отпечатков своими большими лапами.

— Я пытаюсь думать. Род, — пробормотал он. — Эти снимки, сделанные под землёй, могут быть ключом к разгадке. — он продолжил, несмотря на фырканье Шелтона. — Я просматриваю их один за другим. Это своего рода обзор того, что мы знаем. Вот снимок пещеры. Эти сталагмиты и сталактиты блестят здесь, — он воспользовался увеличительным стеклом, — как лёд. Они…

Родни Шелтон остановился на полпути.

— Лёд, — задумчиво произнёс он. — Я тоже обратил на это внимание, когда наши фонарики осветили их. Они существовали там, наверное, целую вечность, в постоянном холоде, и в них капля за каплей накапливалась вода, выдавленная из кристаллов соли на потолке. — его глаза сузились. — Предположим, — напряжённо добавил он, — что на них подействовала сильная жара. Что бы тогда произошло?

— Они бы расплавились. — Трэфт быстро поднял глаза. — При соответствующем нагреве образовался бы пар.

— Настоящий пар, — напряжённо произнёс Шелтон. — Его унесло бы обратно в коридор, в подземелье инопланетного города… И что бы это дало?

Хью Беннинг поднял на них тусклые глаза, в которых вспыхнул огонёк.

— Эта жара дезорганизовала бы пришельцев. Как и ужасающая жара в любом земном городе. Пар для них был бы как расплавленный металл для нас.

Шелтон заговорил напряжённо.

— Если бы мы могли просто заставить их отключить Великую машину на несколько минут — на несколько секунд — искривление не смогло бы нас остановить. Мы могли бы сбежать.

Трэфт торопливо просмотрел свои снимки и выбрал один из них.

— Снимок Великой машины, — сказал он. — Я сделал его с оптического экрана, пока Лорг показывал нам её. Смотри, Род, вот охлаждающий аппарат.

Шелтон взял снимок и внимательно изучил его с помощью лупы.

— Это насос, работающий от городской электросети. Марк, этот снимок бесценен. Если бы мы пустили пар вниз, это вывело бы из строя охлаждающее устройство, которое поддерживает работу Великой машины при абсолютном нуле. Она может работать только при такой температуре. Им пришлось бы отключить её.

— Но как же получить тепло и пар? — недоумевал Трэфт. — Для этого нужно очень много тепла. А в воздухе Япета даже спичку не зажжёшь.

— Если бы у нас была хотя бы одна хорошая тепловая пушка…

Шелтон оглядел каюту, заранее зная, что на борту такого прибора нет.

— На корабле рейнджеров была такая, — пробормотал Беннинг. Он посмотрел в иллюминатор на смятые обломки и покачал головой. — Её бесполезно искать. Всё разбито вдребезги.

— Думайте! Думайте! — потребовал Шелтон, когда они обменялись безнадёжными взглядами. — Я уверен, что пар сделает всё, что нам нужно. Мы должны придумать способ его получения.

Заговорила Майра Беннинг.

— На таком корабле, как этот, у нас достаточно энергии от аккумуляторов. Можно ли её использовать?

Шелтон с сомнением подумал над этим.

— Нет, — наконец решил он. — Нам потребовались бы катушки с большим сопротивлением. У нас нет ни оборудования, ни времени. Нам срочно нужны большие объёмы тепла.

Трэфт внезапно щёлкнул пальцами.

— Ракетное топливо! — воскликнул он. — Как и любое другое взрывчатое вещество, его тоже можно сжигать на открытом воздухе с помощью кислорода…

— Подождите! — голос Шелтона нетерпеливо дрогнул. — Если бы мы могли развернуть корабль задом, чтобы его кормовые сопла были направлены в жерло пещеры, то сразу же возникли бы жар и давление. Марк, ты сможешь это сделать?

Трэфт уже подскочил к боковому иллюминатору, оценивая ситуацию.

— Щекотливый вопрос, — с иронией признал он. — Мне понадобится кто-нибудь в машинном отделении, чтобы поддерживать топливопроводы открытыми.

Хью Беннинг поднялся на ноги.

— Десять лет назад я работал заправщиком на космических трассах. Я выжму из двигателя все соки. Майра может присмотреть за приборами вместо меня.

— Мы должны попробовать, — решил Шелтон. — Это нужно сделать как можно быстрее. Где-то поблизости у них есть корабли. Они быстро всё выяснят и, конечно, попытаются остановить нас.

— Пристегните ремни, — предупредил Трэфт, когда Хью Беннинг и Майра направились в машинное отделение. — Поездочка будет не из лёгких.

Глава 19

Сквозь искривление

Своими большими ладонями, опытными и быстрыми, Трэфт запустил двигатель. Он дал ему поработать на холостых оборотах в течение пяти минут, а сам тем временем, прищурившись, осматривал местность, ведущую ко входу в пещеру, и строил планы. Затем он обернулся.

— Если я не порву корпус о какой-нибудь острый камень, — мрачно сказал он, — у нас всё получится.

Шелтон осознавал опасность. Ни одному кораблю прежде не приходилось преодолевать такую изрытую колеями местность. Не было никакой возможности поднять корабль и аккуратно посадить его у входа в пещеру на таком коротком расстоянии. Оставалось только двигаться по неровной поверхности, полагаясь на удачу.

От прикосновения пилота-здоровяка кормовые ракеты взорвались оглушительным рёвом. Корабль задрожал, медленно подался вперёд, а затем рванулся к цели. Бешено раскачиваясь, тяжёлое судно запрыгало по неровной поверхности Япета. Напрягая мышцы, Трэфт наклонился вперёд, чтобы дотянуться до пульта управления, и нажал на нужные кнопки.

Подобно огненному монстру, ВЗБИ-14 по большой дуге устремился ко входу в пещеру, по мере приближения к цели его хвостовая часть раскачивалась всё сильнее. В точно рассчитанный момент задние дюзы оказались на одной линии с пещерой, всего в десяти ярдах от неё. Но в последнюю секунду корабль сильно накренился, едва не перевернувшись.

— Пробило боковое колесо, — выдохнул Трэфт.

Раскатистый залп тормозных ракет толкнул корабль назад, и он со скрежетом завалился на бок, лишённый колеса. Но задние дюзы практически упёрлись в пещеру.

— Достаточно хорошо, — крикнул Шелтон. — Дай слабую тягу, чтобы корабль больше не двигался назад и продолжай в том же духе.

Глухой грохот в глубине пещеры свидетельствовал о том, что длинные, обжигающие языки пламени вырывались в пещеру, наполняя её замкнутое пространство ужасающим жаром, который растопит лёд и превратит воду в шипящий пар. Ракетный выхлоп, затем, выдует этот пар дальше по коридору.

Воображение Шелтона живо нарисовало эту картину. Вздымающиеся облака горячего пара ворвались в инопланетный город, повергнув тормов в панику. Клубы пара движутся дальше, заполняя каждый уголок их пещер. Выделяется огромное количество тепла, гораздо больше, чем может выдержать система охлаждения Великой машины.

Он включил рацию. Послышался ревущий треск помех от искривляющего поля. Если он прекратится, пленники смогут улететь с Япета.

Казалось, они провели там целую вечность под оглушительный грохот реактивных двигателей. Неужели всё это было бесполезно? Неужели у пришельцев был какой-то способ закрыть отсек Великой машины?

Внезапно Шелтон схватил Трэфа за руку. Из-за горизонта появились чёрные корабли, часть огромного флота Лорга, маневрирующего в пределах искривления. Бесшумно и зловеще, они приближались, паря над поверхностью Япета благодаря своим антигравитационным двигателям. Почти сразу же жгучая, парализующая сила холодных лучей охватила их, проникая в каждый нерв ледяными пальцами.

Снизу донёсся крик Майры и хриплый вопль её брата. Шелтон в полной мере осознал, насколько мощной может быть такая сила в бою, парализующая стрелков, пилотов, экипажи.

— Ещё пара секунд, — выдохнул Трэфт, — и нам конец.

В отчаянии, едва шевеля губами, проклиная всё на свете, здоровяк-пилот изо всех сил ударил по рычагам управления. Ракетный выхлоп увеличился, когда Трэфт попытался подать в пещеру побольше тепла и пара.

В следующее мгновение сумасшедший шум из динамика странным образом изменился. Шелтон с большим трудом придвинул голову поближе к рации. Из неё доносилось только тихое, ровное шипение.

— Поле исчезло, — закричал он, неуклюже пытаясь потрясти Трэфа за плечо рукой, которую не чувствовал. — Вверх… корабль…

Его горло, казалось, наполнилось жидким воздухом. Он откинулся назад, перед глазами плясали пятна.

Трэфт отреагировал на слова Шелтона с яростью берсерка. Он напряг свои мощные плечи, бросая вызов холодной силе, которая почти парализовала их. Зарычав, он схватился руками за рычаги управления ракетами. Ему казалось, что он манипулирует не руками, а ампутированными культями. Мышцы трещали от напряжения.

Каким-то образом, исключительно благодаря силе воли, он надавил запястьями и передвинул рычаги. Вой ракет перерос в предстартовый грохот. Бешено подпрыгивая на своей лишившейся колеса стороне, большой корабль рванулся вперёд.

Трэфт толкнул локтями другие рычаги. Нижние двигатели взревели и подбросили корабль в воздух. Этот толчок чуть было не свернул им шеи.

И вот наступил момент передышки, когда они вышли из радиуса действия холодных лучей. Трэфт передвинул рычаги ускорения в крайнее положение. Подобно пылающей комете, ВЗБИ-14 взмыл в небо Япета, за пределы области когда-то закрытой искривляющим полем.

Они были свободны!

Шелтон, постепенно вышедший из оцепенения, понял это, но он также увидел, что орда инопланетных кораблей была уже у них на хвосте, быстро настигая их корабль. Лорг не собирался позволить своим пленникам ускользнуть. Чёрные корабли приблизились, и снова в действие вступила парализующая сила. Шелтон, уже ослабленный её воздействием, понимал, что долго они не продержатся.

Трэфт задумчиво взглянул на Шелтона.

— Надо постараться оторваться, — пробормотал он. — Один из вариантов — более богатая топливная смесь. Это даст ускорение в шесть G. Мы потеряем сознание или того хуже. Двигатель может взорваться. Но инопланетяне не смогут достичь такого ускорения. Ускорение автоматически отключится через пять минут. Хочешь рискнуть, Род?

Шелтон кивнул.

— Последний шанс. Давай.

Трэфт потыкал в кнопки управления, программируя автоматическое отключение на пятиминутный интервал. Затем он обеими ладонями ухватился за регулятор подачи горючей смеси и со стоном переключил его с «нормального» на «обогащённый». С ужасающим рывком корабль устремился вперёд.

На людей, находившихся на борту ВЗБИ-14, обрушился сокрушительный вес, в шесть раз превышающий обычный. Каждый из них нёс груз, эквивалентный полутонне на Земле. Они погрузились в забытьё. Но прежде чем потерять сознание, Шелтон увидел, как корабли пришельцев уменьшаются в размерах, как будто уходя в другую сторону.

Трэфт ещё мгновение цеплялся за сознание. На его лице была торжествующая улыбка, но за ней скрывалась неприкрытая тревога. Смерть, которую никакое ускорение не могло оставить позади, могла подкрасться к одному из них или ко всем сразу. Остановившееся от перегрузки сердце, взорвавшийся двигатель, треснувший корпус — всё могло случиться за те пять минут, пока сверхсилы гнали корабль сквозь космос. Затем большой пилот окунулся в реку тьмы….

Шелтон пришёл в себя с невыносимой болью в каждой косточке. Он застонал от острой боли, повернув голову. Но гора, лежавшая у него на груди, исчезла. Корабль был безмолвен и летел по инерции. Он огляделся и встретился взглядом с Трэфтом.

— Это сработало, — голос здоровяка был слабым, но ликующим. — Никаких признаков инопланетных кораблей.

Шелтон кивнул с безмолвным облегчением и осмотрелся. Звёзды сияли ясно, не было каких-либо чёрных пятен, заслонявших их. Япет был виден как большой диск. Он уже маневрировал, чтобы, после временной остановки работы Великой машины, снова захватить вторую луну Нептуна. Землянам удалось остановить её работу лишь на несколько минут, необходимых для побега. Но и за это Шелтон был чрезвычайно благодарен судьбе.

Трэфт внезапно застонал и вскочил со своего места.

— Моя камера…

Из-за сверхускорения она была вырвана из крепления и отброшена в угол. Он поднял её, и его лицо прояснилось.

— Ни царапины, — сказал он с едва ли не большим облегчением, чем после их побега. — Давай спустимся вниз и посмотрим, как там остальные.

Шелтон отстегнул ремни и, несмотря на то, что мышцы его были как кисель, пошатываясь, добрался до машинного отделения. К счастью, он увидел, что двое его товарищей, хоть и пребывали в оцепенении от пережитого, в целом не пострадали, хотя и были покрыты грязью от паров двигателей, совсем недавно так яростно потрудившихся.

Хью Беннинг изумлённо поднял голову.

— Нам удалось сбежать? — с надеждой спросил он.

Когда Шелтон кивнул, Майра издала возглас радости.

— Слава богу, — прошептала она. — Подальше от пришельцев — от Лорга.

Чуть позже, когда все немного пришли в себя, Шелтон обратился к своим спутникам, его глаза мрачно блестели.

— Теперь, когда мы оторвались от преследования, мы можем связаться с Империей. Великая машина на Япете должна быть уничтожена. Без неё весь дьявольский план Лорга рухнет. Время имеет решающее значение. Полёт на Сатурн продлится слишком долго, по крайней мере неделю. Мы свяжемся с ними по радио. Нужно что-то быстро спланировать.

Лорг доставит в систему Тора спутник Нептуна и вернётся за другим спутником не более чем через две недели. На разработку и постройку Великой машины ушло столетие, а работает она всего несколько дней. Если Земля будет ждать слишком долго, половина планет исчезнет.

— Прямая атака на Япет не сработает, — тяжело вздохнул Хью Беннинг. — Лорг хочет, чтобы земные силы атаковали, вступив в битву с превосходящим силам на Япете, и постепенно были уничтожены. Он, вероятно, готов потерять десять своих кораблей, чтобы уничтожить один земной.

— Он не потеряет так много, — мрачно заметил Трэфт. — С контролем гравитации они могут перехитрить наши корабли в космосе. И эта проклятая холодная сила наверняка сыграет злую шутку с пилотами и артиллеристами. — он покачал головой. — И вдобавок ко всему, искривляющее поле так надёжно защищает Лорга и его подземную штаб-квартиру.

Они мрачно смотрели друг на друга, озадаченные проблемой, казавшейся неразрешимой.

Мысли Шелтона зашли в тупик. Что можно было сделать до того, как Лорг очистит Солнце от планет, как спелый фрукт от кожуры? В его мозгу вертелось странное выражение, хотя в данный момент оно не имело никакого значения: «Лучшая защита — это нападение». Но внезапно оно оформилось в план, дерзкий, захватывающий дух план, от которого кровь застыла в его жилах.

— Почему Лорг предпринял такую отчаянную попытку остановить нас, если он неуязвим? — спросил он и ликующе ответил сам себе: — Потому что мы знаем, где находится Торм, его родной мир.

— Вы имеете в виду атаковать Торм? — воскликнул Беннинг. — На большинстве земных кораблей не хватит топлива, чтобы долететь до Плутона и обратно, не говоря уже о Торме.

— Но они могут взять больше, заполнив каждый доступный дюйм пространства, — огрызнулся Шелтон. — И бомбы…

— Но какой от этого толк? — возразил Трэфт. — Великая машина всё равно останется. Я не понимаю…

— Послушай меня, — быстро продолжил Шелтон. — У Лорга на Япете находится большая часть военных сил на кораблях. В некотором смысле, это тактическая ошибка. Если на Торм нападут, он должен послать помощь. Искривление должно быть снято, чтобы корабли могли отправиться с миссией. Когда поле будет снято, флот наших кораблей, скрытно зависший в пространстве, войдёт в атмосферу Япета и приземлится. Тогда остаётся только взять штурмом подземный город.

— Похоже, это может сработать, — воскликнул Трэфт.

— Это сработает, — уверенно сказал Шелтон, — если правильно рассчитать время.

— При условии, — прохрипел Хью Беннинг, — что Лорг не догадается о таком возможном развитии событий и не оставит половину своего флота на Торме после того, как мы сбежали.

— Тут как повезёт, — признал Шелтон. — И ещё на одну вещь я полагаюсь — на уверенность самого Лорга в том, что он гениальный учёный, а мы — неполноценные мыслители. — он подтолкнул пилота к рубке. — Я напишу то, что хочу сообщить Земле, а ты закодируешь это, чтобы уши Лорга ничего не подслушали. Затем, пока я буду связываться по рации, ты будешь постоянно менять курс корабля, на случай, если корабли Лорга слушают эфир, чтобы отследить наше местоположение по нашим сигналам.

Шелтон принялся лихорадочно записывать текст, сочиняя самое поразительное послание, которое когда-либо передавалось по гудящим эфирным линиям Империи. У него мелькнула мысль о том, с каким ошеломлённым удивлением его сограждане услышат о Япете — движущемся спутнике, невероятном похищении Плутона и о Невозможном мире инопланетян, находящемся далеко в космосе.

Глава 20

Наедине с пришельцами

Четыре часа спустя, когда зловещее послание достигло Земли, Совет Земного Союза собрался на самый важный конклав в своей истории или во всей истории человечества.

Потрясённые до глубины души услышанным, они, возбуждённые и ошеломлённые, в течение некоторого времени обсуждали услышанное. Всё это казалось немыслимым, фантастическим, невозможным. Особенно мысль о тёмной звезде, спутнике Солнца, находящемся в межзвёздной пустоте и незамеченным астрономами. Это был Невозможный мир.

Но у них были доказательства исчезновения трёх небесных тел, которые нельзя было отрицать. А директор Битти, один из членов Совета, решительно заявил, что его молодой протеже, доктор Родни Шелтон, обладает одним из самых здравых умов, которые он когда-либо знал, и что каждое его слово должно быть правдой.

Сбитый с толку, Совет принял планы Шелтона и, как официальное лицо, утвердил их в рекордно сжатые сроки — за полчаса. Поскольку они знали, что в этом колоссальном кризисе всё зависит от здравомыслия проницательного молодого учёного, находящегося в дальнем космосе.

Совет действовал с беспрецедентной быстротой. По проводам понеслись приказы, и обширная, запутанная организация межпланетных дел проявила лихорадочную активность. Необходимо было подготовить два флота. Но строгая цензура, установленная самим Шелтоном, не допускала передачи новостей по каналам вещания, чтобы радиоприёмники Лорга не услышали ничего.

Один флот, как и планировал Шелтон, состоял из всех имеющихся в наличии коммерческих судов, спешно загруженных бомбами и запасным топливом, в каютах которых оставалось едва ли достаточно места для скудного экипажа. Были привлечены частные корабельные компании, которые пожертвовали корабли для проекта, а космические экипажи были отобраны из лучших и наиболее подготовленных ветеранов космических полётов.

Через три дня этот флот взлетел с Земли. Только капитаны знали, что он направлялся к Тору с серьёзной миссией. И это должно было стать самым долгим путешествием, когда-либо совершённым человеком.

Второй флот был регулярным вооружённым космическим флотом Земли, и он был тщательно экипирован, укомплектован и подготовлен к участию в предстоящей битве. С ним отправилась сотня специальных кораблей ВЗБИ, которые использовались для перевозки колонистов, прошедших биокоррекцию. В них находились тысячи человек, биологически подготовленных к холодному миру с разрежённым воздухом, подобному Япету. Директор Битти прислушался к первому сообщению Шелтона, отправленному три недели назад.

Наконец и этот флот тайно вышел в космос, направляясь к Нептуну. Кульминация должна была наступить через десять дней.

Неделю спустя Космический военный флот, осторожно маневрируя вблизи Нептуна, вышел на связь с Шелтоном при помощи маломощного закодированного радиосигнала. Дальнейшие детали их плана обсуждались пункт за пунктом. Успех операции зависел от своевременных и решительных действий всех участников. Корабли-разведчики, получившие соответствующие инструкции, были отправлены на позицию за пределами прежней орбиты Плутона, чтобы наблюдать за возвращением Япета и пришельцев.

Флот бомбовозов, направлявшийся к Торму, следовал окольным курсом, проложенным Шелтоном, чтобы избежать сближения с Лоргом, идущим обратно в Солнечную систему. Они прибыли в запланированное время и остановились, зависнув за пределами видимости Торма. Флот послал в сторону Солнца короткий сигнал дальнего действия о своей готовности, а затем стали ждать с затемнёнными кабинами и заглушёнными ракетными двигателями. Люди внутри были несколько ошеломлены проделанным ими огромным путешествием, но были решительно настроены и готовы к действию.

Получив их сигнал, Шелтон вздохнул с облегчением. Чудо уже свершилось. Это было похоже на то, как если бы английская армада приплыла к неведомым берегам Америки сразу после её открытия Колумбом.

Наконец, с кораблей-разведчиков поступил тревожный сигнал о том, что Япет приближается к Солнечной системе. Шелтон дал команду, и закодированный сигнал дальнего действия был отправлен земному флоту, находившемуся в окрестностях Тора. Эти корабли приблизились к одинокой планете пришельцев, и, низко пикируя в атмосферу, сбросили бомбы на их города.

Лучшая защита — это нападение! План Шелтона, осуществлявшийся на двух фронтах, разделённых десятью миллиардами миль друг от друга, достигал своей кульминации.

В ВЗБИ-14 четверо землян напряжённо ожидали развития событий. Свет в каютах был погашен. За иллюминаторами они едва могли разглядеть один из кораблей Космического флота, заслонявший собой звёзды. Солнечный свет не мог осветить и выдать их, ожидающих прибытия похитителей планет, потому что корабли находились в огромной конической тени Нептуна, простиравшейся далеко в космос.

Телескопы на борту кораблей флота наконец зафиксировали приближение Япета, нацеленного прямо на огромную, единственную оставшуюся луну Нептуна. Планетарных размеров буксир Лорга замедлил ход и занял подходящую для него позицию. Два небесных тела сблизились. Япет казался карликом рядом с нептунианской луной. Но у него были силы, которые могли сдвинуть более крупное тело с орбиты так же легко, как ребёнок мог покатить по полу мраморный шарик. Эти силы вступили в работу незаметно.

Земные наблюдатели могли видеть, как орбитальная скорость большой луны Нептуна уменьшилась. Шелтон переключил свою рацию на малую мощность.

— Сейчас самое время, — сказал он почти шёпотом. — Им потребуется несколько часов, чтобы снизить орбитальную скорость луны. Мы подкрадёмся к спутнику Нептуна с другой стороны и, когда придёт время, окажемся на расстоянии удара.

— Есть, сэр, — прозвучало в ответ от командующего космическим флотом, остальные корабли были так же тщательно проинформированы.

Осторожно, на самой низкой скорости, корабль Шелтона и земная флотилия следовали за тенью Нептуна, пока не оказались позади его луны, со стороны противоположной Япету, а затем направились к её поверхности. Достигнув этой выгодной позиции, они медленно и осторожно обогнули спутник Нептуна — это была игра в прятки, и враг не должен был получить преждевременного предупреждения.

Наконец они зависли достаточно высоко над поверхностью луны, чтобы слабые струи из килевых дюз компенсировали гравитацию. Слабое свечение над горизонтом подсказало им, что они вот-вот увидят Япет — и сами будут замечены.

— Пока всё хорошо, — пробормотал Шелтон обращаясь к Трэфту. — Сигнал Лоргу должен поступить в любой момент, поскольку его мир уже подвергся нападению. Радиоволны с Торма доходят сюда всего за десять часов. Наш флот начал атаку около десяти часов назад.

Их собственная рация, остававшаяся включённой на приём, передала сообщение от бомбардировочного флота о начале атаки на Торм.

— Теперь и он должен узнать, — напряжённо сказал Шелтон и прошептал в микрофон: — Флот, внимание! Медленно приближайтесь к Япету. В тот момент, когда их чёрные корабли поднимутся с поверхности, чтобы направиться к Торму, искривляющее поле исчезнет. Как только это произойдёт идите к Япету на максимальной скорости.

Флот медленно продвигался вперёд, пока половина Япета не повисла над горизонтом в виде огромного луноподобного объекта. Затем они остановились, ожидая наступления решающего момента.

— Уже скоро, — хрипло произнёс Шелтон.

— Скорее бы, — проворчал Трэфт. — Лорг уже сорвал спутник Нептуна с его орбиты, придав ему скорость в сто миль в секунду по направлению к Тору.

Прошло пятнадцать минут. Полчаса.

По-прежнему никаких признаков старта инопланетных кораблей. В телескопы их можно было увидеть как огромные чёрные кляксы, покоящиеся на белой поверхности Япета.

Когда же они взлетят? Шелтон начал задаваться вопросом, не провалился ли его великий план? Был ли Лорг настолько бессердечен, настолько одержим своей целью, что не прислал помощь, о которой его народ, должно быть, сейчас просит? Или его каким-то образом предупредили о земных планах? Или он подумал о возможном нападении на Торм и оставил там половину флота во время последнего рейса?

Шелтон понял, что успех его плана зависит от Судьбы. В какую сторону повернётся колесо фортуны — в пользу Земли или против неё? Разум Родни Шелтона снедало от сомнений и мучительных терзаний, более сильных, чем во время всех предыдущих бурных событий вместе взятых. Он не осознавал, что его пальцы сжимают плечо Трэфта, пока рослый пилот не вздрогнул.

Шелтон тоже вздрогнул. Его взгляд устремился вперёд. В поле его зрения появился корабль. Уже готовый прижаться губами к микрофону, чтобы подать сигнал, он внезапно отпрянул с яростным проклятием.

Корабль поднялся не с Япета. Он выплыл из тени Нептуна. И на его бортах были два больших белых креста — это был корабль Космического Учёного.

Он снова был рядом, наблюдая за очередным эпизодом великой борьбы двух могущественных цивилизаций. Разум, оторванный от всех прежних привязанностей, ведущий независимое существование, безразличное к всему происходящему. Без сомнения, если бы земные силы были уничтожены, а вся империя человечества подверглась инопланетному завоеванию, он бы холодно рассмеялся и включил нулевой символ, представляющий человечество, в свою формулу космоса.

Взбешённый собственными выводами, Шелтон поборол искушение приказать открыть огонь по кораблю Космического Учёного и уничтожить его. Несколько недель назад он отказался предупредить Империю, хотя это могло бы многое изменить. Он был предателем человечества, не так ли?

Но Шелтон поборол свой слепой гнев. Такой поступок мгновенно предупредил бы Лорга и сорвал бы весь план, и так весьма шаткий.

Внутренне кипя от злости, Шелтон увидел, как корабль Космического Учёного скользнул обратно в тень Нептуна, и выжидающе затормозил.

Шелтон снова сосредоточил всё своё внимание на Япете. Во имя небес, неужели чёрные корабли никогда не взлетят? Сколько ещё он сможет терпеть это изматывающее нервы ожидание?

И тут это случилось!

Всё тело Шелтона резко дёрнулось. С Япета поднимались чёрные корабли, длинная вереница, почти половина всех сил пришельцев. Они устремлялись в открытый космос, чтобы спасти свой родной мир от жестоких бомбардировок земного флота или, по крайней мере, отомстить ему. Лорг угодил в ловушку. Поле было снято. Япет теперь был свободно плавающим в пространстве телом, уязвимым для атаки.

Повернув реостат на полную мощность, Шелтон прокричал в микрофон:

— Снижаемся к Япету! Максимальное ускорение. Приземляемся у входа в пещеру. Старт!

Весь флот рванулся вперёд, как спущенные с поводка борзые. ВЗБЛ-14 под умелым, уверенным руководством Трэфта вёл за собой остальные суда. Они неслись к Япету на сумасшедших скоростях, рискуя потерпеть катастрофу при посадке. Но Шелтон подчеркнул необходимость максимального ускорения для того, чтобы успеть, прежде чем Лорг узнает об атаке, и снова окружит Япет своим неприступным искажающим полем.

После начала атаки Шелтона охватило убийственное спокойствие. Они преодолели половину расстояния… три четверти… Успеют ли они? Потянулся ли уже Лорг к тому, что управляет полем? Неужели все эти тысячи великолепных земных кораблей разобьются о страшную, невидимую преграду и разлетятся вдребезги, превратившись в металлические обломки, забрызганные человеческой кровью?

Шелтон почувствовал всю тяжесть персональной ответственности за эту дерзкую, отчаянную атаку. И всё же в глубине его сознания звучал твёрдый голос надежды.

И минуту спустя его надежды оправдались. С грохотом тормозных двигателей, разорвавшим разрежённый воздух Япета, корабли космического флота устремились к неровной поверхности спутника, разворачиваясь для посадки. Флот прибыл в виде широкого диска, все они появились почти одновременно. Это была небывалая точность, отработанное годами мастерство, идеальный полёт строя лучших пилотов Земли. Сердце Шелтона забилось от восхищения.

Но затем он громко закричал. Несколько отставших кораблей, ударившись о вновь возникший невидимый барьер, разлетелись на умчавшиеся в космос осколки. Поле было включено снова. Вот только слишком поздно. Большая часть земного флота готовилась к высадке, находясь ниже барьера. Смерти нескольких храбрецов не были напрасными.

— Осторожно, — раздался предупреждающий вопль Трэфта. — Жёсткая посадка.

Шелтон внезапно вспомнил об их повреждённом шасси и схватился за ручки сиденья моментально вспотевшими пальцами. Их спуск был настолько стремительным, что килевые реактивные струи не смогли смягчить падение, хотя Трэфт отчаянно врубил их на полную мощность.

ВЗБИ-14 приземлился с гулким грохотом, безумно раскачиваясь и скрежеща корпусом, проскользил несколько ярдов. Ремни, державшие Шелтона, порвались, и его отбросило к стене. Большой пилот с озабоченным выражением лица быстро отстегнулся и поднял Шелтона, как младенца.

— Тебе больно, Род? — встревоженно воскликнул он. — Прости, я не мог…

— Опусти меня, — проворчал Шелтон. — Я в порядке.

Но когда он попытался встать, его левая нога подогнулась.

— Похоже, у меня растяжение лодыжки. И как всегда…

Он замолчал и подскочил к рации.

— Флот, внимание, — рявкнул он. — Приготовить оружие. Их корабли скоро атакуют. Задайте им жару! Мы должны сдержать их на время штурма подземного города. Биокорректированные люди, внимание. Немедленно прибудьте к ВЗБИ-14.

Глава 21

Поступок Космического Учёного

Поскольку все действия были заранее оговорены до мельчайших деталей, земные силы быстро организовались. Вооружённые корабли, похожие на серебристые точки, лежали со всех сторон, ощетинившись пушками, направленными вверх в ожидании появления вражеских кораблей.

Некоторые корабли пострадали после неудачной посадки на коварный Япет, но на их борту люди были облачены в вакуумные костюмы. То тут, то там корабли неизбежно сталкивались друг с другом при манёврах, совершаемых при посадке. Несомненно, были жертвы, разрушенные корабли и выведенные из строя орудия, но в целом потери от стремительной высадки были незначительными.

Со специальных кораблей сошли люди, прошедшие биологическую подготовку к воздуху и холоду Япета. Они быстро бежали по каменистой местности, собираясь вокруг ВЗБИ-14.

Они, как и пришельцы не обременённые вакуумными костюмами, должны были вторгнуться в подземный город. Это были мобильные силы, способные к быстрым атакам, и гораздо более эффективные при длительном наступлении и рукопашном бое, чем люди в защитных костюмах. Шелтон поблагодарил своё предчувствие, которое подсказало ему обратиться в институт несколько недель назад, когда он связался с Землёй, чтобы впервые сообщить об инопланетной угрозе.

Биокорректированные люди были вооружены винтовками и патронташами с боеприпасами. Некоторые группы тащили с собой колёсные пулемёты, огнемёты и тяжёлые теплолучевые пушки. Земля не поскупилась на то, чтобы снабдить их своим лучшим и наиболее эффективным оружием.

Шелтон попытался влезть в свой вакуумный костюм, но был вынужден сдаться. Он не смог бы ходить из-за сильного растяжения лодыжки.

— Похоже, у меня ничего не получится, — простонал он. — Марк, ты и Хью Беннинг возглавите отряд. Бей по пришельцам изо всех сил, заставь их быстро сдаться.

— И захвати Лорга, — мрачно добавил Трэфт, застёгивая шлем.

— Поддерживай постоянную связь со мной с помощью рации, — предупредил Шелтон. — У биокорректированных людей их несколько. Можешь прицепить одну к своему поясу. — его лицо помрачнело. — Мы должны победить, — искренне заявил он. — Мы должны сделать это сейчас. Битва уже была наполовину выиграна, когда мы преодолели искривляющее поле. Вперёд!

Трэфт и Беннинг в вакуумных костюмах вышли из шлюза. Они коротко переговорили с изменёнными людьми, а затем направились к устью пещеры, находившемуся в четверти мили от них.

Оставшись в корабле наедине с Майрой, Шелтон стал смотреть из пилотского иллюминатора на знакомый, хотя и неземной пейзаж Япета, усеянного ожидающими штурма земными войсками. Казалось, вся вселенная затихла, наблюдая за предстоящей схваткой за господство между двумя враждующими цивилизациями.

Лицо Шелтона слегка омрачилось, когда он увидел, как армия Трэфта идёт в атаку.

— И почему меня угораздило именно сейчас растянуть лодыжку? — пробормотал он. — Теперь я должен ждать здесь, как хромая утка. Ирония судьбы, не так ли, мисс Беннинг?

— Да, доктор Шелтон.

Они странно посмотрели друг на друга, считая немного нелепым, что после всего, что им пришлось пережить вместе, они всё ещё сохранили, не меняя, сдержанное отношение друг к другу. Шелтон слегка улыбнулся и открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент заревело радио.

— Вызывает Трэфт. Из пещеры льются холодные лучи. Сейчас они попробуют на вкус горячий свинец. Битва началась, Род!

Первая шеренга биокорректированных людей упала на землю, корчась в тисках концентрированной холодной силы. Вторая шеренга немедленно начала обстреливать вход в пещеру из винтовок. Через мгновение к звукам сражения присоединились трескотня пулемётов и шипение огнемётов.

Затем над горизонтом появились чёрные корабли противника, казавшиеся бесчисленным. Подобно стервятникам, они кружили над земными кораблями, изливая на них свою вызывающую оцепенение холодную силу.

Флотские орудия открыли яростную пальбу. Более крупные дредноуты с грохотом швыряли им навстречу свои огромные снаряды. Чёрные корабли, испещрённые рваными дырами, дрогнули и принялись падать на поверхность, раскалываясь, как яичная скорлупа. Их пластиковые корпуса, хотя и были твёрды как алмаз, не могли противостоять ударам самых мощных орудий Земли.

Но они продолжали прибывать в бесконечных количествах, распыляя свою холодную силу с таким эффектом, что это мешало вести прицельный огонь. То тут, то там стрельба с земного корабля полностью прекращалась, так как его экипаж был полностью погружён в анабиоз. Если инопланетяне когда-нибудь победят с помощью своего странного оружия, все земляне станут пленниками, находящимися в состоянии анабиоза. А позже и рабами.

Но Шелтон был уверен, что враг не сможет победить. Возможно, в космосе, где гравитационные корабли превосходили ракетные корабли, всё было бы по-другому. Но на твёрдой земле, где земные силы были похожи на мрачную, неприступную крепость, всё преимущество было на стороне Земли. Корабли пришельцев дождём сыпались с неба — разбитые и бесполезные. Это был всего лишь вопрос времени, когда они перестанут превосходить землян в численности и станут совершенно неэффективными.

У входа в пещеру Трэфт разгромил находившиеся там крупные силы пришельцев. Он уже спрыгнул в пещеру, ведя за собой своих людей. При низкой гравитации люди легко поднимали громоздкие пулемёты и тепловые проекторы. Биокорректированная армия исчезла с поверхности, вторгшись в подземный мир.

Полчаса спустя по рации раздался бодрый голос Трэфта.

— Сейчас мы находимся над городом, — сообщил он. — По склону поднимаются инопланетяне, вооружённые длинными острыми штуковинами. Беннинг говорит, что пластиковые мечи и копья не хуже стальных. Сейчас начнётся рукопашный бой. Они превосходят нас численностью, но мы сокращаем их число с помощью пуль, пламени и жара. Это своего рода, — по его голосу чувствовалось, что его слегка подташнивает, — бойня. Но они храбры, идут сквозь наш огонь, как демоны. Начался рукопашный бой…

— Вы с Беннингом держитесь подальше от схватки, — предупредил Шелтон. — Одна щель в ваших костюмах — и вы выбываете из игры. Просто отойдите в тыл и отдавайте приказы. Это ваша роль.

— Хорошо, Род, — неохотно ответил Трэфт. Вполголоса он добавил: — В любом случае, я сделаю несколько хороших снимков.

Итак, битва продолжалась, как на поверхности, так и под землёй, и силы Земли быстро одерживали верх. Через час, находясь на поверхности, Шелтон увидел, что чёрные корабли уже не прибывают в таком огромном количестве. Они начали отходить от скопления земных кораблей и отступать на окраины, где артиллеристы флота продолжали уничтожать их одного за другим.

— Практически всё кончено, — радостно выдохнул Шелтон. — Лорг должен сдаться с минуты на минуту…

— Смотрите!

Майра указывала вверх. Прямо над ними завис корабль. Шелтон увидел два больших белых креста на его бортах. Корабль Космического Учёного!

Ни один из артиллеристов флота не открыл по нему огонь, поскольку они видели, что это не вражеский корабль. Он снизился и приземлился прямо за ВЗБЛ-14.

— Интересно, что ему здесь нужно? — прорычал Шелтон. — Место в первых рядах на большом шоу? Я собираюсь высказать ему всё, что думаю.

Он настроил рацию на микроволны девятого диапазона и крикнул в микрофон:

— Внимание, Космический Учёный.

На оптическом экране появилась голова Космического Учёного в маске, но он ничего не сказал, хотя в его взгляде на Шелтона чувствовался холод.

— Послушайте, — взорвался Шелтон. — Вы предатель своей расы, ренегат. Вы знали о пришельцах, но и пальцем не пошевелили, чтобы помочь миру, в котором родились. Если бы вы передали моё предупреждение, многого из этого не произошло бы — ни исчезновения Япета и Плутона, ни гибели людей в бою. — Шелтон задохнулся от душившей его ярости: — Вы заплатите за это. Вы думали, что можете прилететь сюда, понаблюдать за происходящим, как будто это грандиозная пьеса, разыгрываемая для вашего удовольствия, а затем улететь? Но вы не улетите. Если вы попытаетесь улететь, я прикажу флотским артиллеристам открыть огонь. Вас доставят на Землю и отдадут под военный трибунал.

Космический Учёный, казалось, демонстрировал лишь нарочитое безразличие к сыпавшимся на него угрозам.

— Отдадут под военный трибунал как предателя, — заорал Шелтон. — Вы меня слышите?

— Да, я слышу вас, — раздался в ответ насмешливый голос Космического Учёного.

Он поднял руки, чтобы нащупать свою маску, и когда снял её, Шелтон был поражён открывшимся лицом.

Это было чешуйчатое лицо инопланетянина!

Большие тёмные глаза инопланетянина смотрели на Шелтона с лёгким удивлением.

— Я Мурв, — объявил он. — Гражданин Торма и должностное лицо, стоящее чуть ниже Лорга.

— Но Космический Учёный? — выдохнул Шелтон. — Где он? У вас его корабль.

— Я и есть Космический Учёный, — спокойно заявил инопланетянин. — Или, скорее, я воплощение мифа о Космическом Учёном. Видите ли, с распространением вашей расы по планетам, для нас стало насущной необходимостью узнать как можно больше о всяческих земных вещах. Мы научились вашему языку у захваченных в плен людей. Затем, двадцать лет назад, Лорг поручил мне подлететь поближе к Земле, чтобы собрать любую информацию о ваших планах и деяниях. Зная, что рано или поздно меня заметят и моё присутствие вызовет подозрения, я придумал историю о Космическом Учёном. В конце концов, ваши власти приняли меня за безобидного, хотя и эксцентричного человека, который решил жить в космосе.

Итак, в течение двадцати лет инопланетянин, маскировавшийся под человека, шпионил за деятельностью землян. Неудивительно, что Лорг так много знал.

Инопланетянин, Мурв, продолжил:

— Я принял меры предосторожности, установив на свой гравитационный корабль фальшивые ракетные сопла. И когда я знал, что за мной наблюдают человеческие глаза, химическое вещество, излучающее яркую, но холодную фосфоресценцию, выбрасывалось из фальшивых сопел, имитируя работу ракетных двигателей. Два белых креста я выбрал в качестве своей эмблемы, главным образом потому, что вы, люди, относитесь к этому символу с особым почтением. Моя маска и намёк на историю о несчастном случае в лаборатории говорили сами за себя.

Эти откровения вполне объясняли все факты, но, по мнению Шелтона, всё же имелись некие противоречия.

— Вы предупреждали меня, что не стоит отправляться на Япет, — задумчиво произнёс Шелтон. — Теперь я понимаю почему. Это было сделано, чтобы избежать разоблачения вашего подземного города. Но почему вы продолжали притворяться, когда я связался с вами? Я был пленником, и, насколько вам было известно в то время, навсегда.

— Я ожидал, что позже вы выступите в качестве посредника между Лоргом и вашими властями, — сообщил Мурв. — Тогда в мои обязанности входило бы находиться вблизи Земли и наблюдать за любыми секретными действиями со стороны Земли. Как Космический Учёный, я мог делать это безнаказанно. Но если бы вы объявили всем, что я — инопланетянин, меня бы выследили и изгнали.

Затем Шелтона осенила удивительная мысль.

— Но там, на спутнике Нептуна, перед атакой, — воскликнул он. — Вы видели, как земные войска, готовились атаковать Лорга. Почему вы не сообщили Лоргу?

Шелтон резко вздохнул. Тогда атака могла сорваться, все их тщательно продуманные планы канули бы в вечность.

— У вас было много возможностей предупредить Лорга, — повторил он ошеломлённо, — и всё же вы этого не сделали.

В голове Шелтона мелькнула мысль: «Мог ли пришелец быть отступником, как он, Шелтон, его и обвинял?»

Торм странно, а может быть, и печально улыбнулся.

— Я не хотел предупреждать Лорга, и теперь он побеждён. Так будет лучше, — он на мгновение склонил голову.

Мурв поднял глаза, подавляя обуревавшие его чувства.

— Лорг обезумел от власти, — объяснил он. — Он хотел уничтожить и поработить всех землян, захватить все планеты. Это была его личная идея. У моего народа есть хорошие и плохие стороны, точно такие же, как у вашего. Мы все мечтали о планетах и одобряли создание Великой машины для этих целей, но наша разумная часть надеялась заполучить планеты исключительно путём переговоров, а не силой. Лорг предал нас.

На мгновение яростный гнев озарил лицо оратора, а потом он продолжил:

— Я всё ждал, что Лорг примет решение использовать вас. Но когда после взятия Плутона он не предпринял никаких действий, я понял, что он планирует кровавое, полномасштабное завоевание. Я также понимал, что он никогда не добьётся успеха. Наблюдая за происходящим на Земле в течение двадцати лет, я знал о вашем смелом духе, мужестве и несгибаемой воле. Лоргу, возможно, удалось бы захватить половину планет, но в конце концов ситуация бы изменилась. И тогда, я знал, начнётся жестокая война на уничтожение, пока либо моя раса, либо ваша не будут стёрты с лица Вселенной.

В глазах Мурва застыл ужас.

— Теперь вы понимаете, землянин, почему я не предупредил Лорга? Я долго думал о том, что сделать, чтобы избежать неизбежной катастрофы, к которой приведёт курс Лорга. Я видел, что в случае успеха вашей атаки решение будет найдено, причём быстро. Ибо я верю, что теперь, после уничтожения Лорга, наши расы смогут прийти к взаимопониманию.

За то время, что Мурв говорил, Шелтон осознал, что ситуация изменилась. Именно Лорг был заклятым врагом человечества, его потенциальным завоевателем, а не его народ. Теперь при общении с тормами необходимо проявлять такт и осмотрительность.

— Вы ожидаете, что в результате переговоров у вас появятся ещё планеты? — спросил он.

Мурв покачал головой.

— Нет, — тихо сказал он. — Мы упустили свой шанс из-за грубой тактики Лорга. Теперь мы побеждённая раса, у нас нет права выдвигать требования. Я только прошу, чтобы два небесных тела, которые мы уже доставили на Тор — Плутон и второй спутник Нептуна — были оставлены нам.

— Я могу обещать вам, что так и будет, — быстро ответил Шелтон. — На данный момент наша единственная цель — уничтожить Великую машину, чтобы больше не было никаких перемещений миров. И я думаю, что основой для постоянного мира между нашими расами будет ваше обещание никогда не строить другую Великую машину.

— Я с радостью дам вам такое обещание, — искренне сказал инопланетянин. — Мы…

Новый голос зазвучал из динамиков, голос Трэфта, шедший из-под земли. Шелтон почти забыл, что там всё ещё бушует битва.

— Мы разгромили их, Род, — раздался рёв большого пилота. — Мы прорвались через город и отбросили их. Один землянин стоит десяти тормов. Они сложили оружие в знак капитуляции. Мы окружили помещение, в котором забаррикадировался Лорг. Мы выламываем дверь. Вот она — и там Лорг.

Шелтон включил свой дополнительный оптический экран и крикнул в микрофон.

— Шелтон вызывает Лорга!

Глава 22

Лунная сделка

На втором экране появилось искажённое горечью властное лицо Лорга.

— Вы должны сдаться, Лорг, — прорычал Шелтон. — Ваши корабли разбиты. Мои люди внизу…

— Лучше бы им не приближаться, — пригрозил инопланетный Высший. — Я держу руку на главном выключателе Великой машины. Если я его замкну, все её чудовищные запасы энергии сразу высвободятся и разорвут Япет на части.

Его лицо светилось злобой. В глазах читалось безумие. Теперь это было настоящее безумие, вызванное крушением его власти.

— Вы победили, землянин, — сардонически произнёс он. — Но ваша жизнь в моих руках. В отместку…

— Не надо, — резко оборвал его Мурв. — Не уничтожайте Япет и всё, что на нём находится. Тогда Земля никогда не узнает истинного положения дел, и война продолжится.

Левая рука Лорга потянулась в сторону, чтобы настроить вспомогательный экран.

— Ты, Мурв, — выдавил он из себя. — Я полагаю, всё это тебе по душе? Если бы я не мешал, ты бы сам стал принимать здесь решения. Но я говорю тебе, что расы, чуждые друг другу, не смогут жить в мире. Одна должна доминировать над другой. Если бы я добился успеха, мы бы правили землянами. Теперь, когда всё потеряно, я, по крайней мере, заберу с собой землянина, который стал причиной моего падения.

Шелтон судорожно пытался найти выход в этот страшный момент, грозящий гибелью для всех.

— Я думаю, вам лучше не делать этого, Лорг, — быстро сказал он. — Возможно, вы забыли, что приступили к перемещению спутника Нептуна до того, как началась атака. Вы придали ему скорость около ста миль в секунду — по направлению к Тору. Эта скорость не уменьшится, как вы знаете из законов движения в космосе. При такой низкой скорости это займёт некоторое время, но если вы уничтожите Япет, свободно летящий спутник в конце концов достигнет Тора и врежется в него, притянутый его гравитацией. В результате столкновения на Торм, вашу планету, обрушится волна палящего жара и ослепительного света. Если вы уничтожите Япет сейчас, вы уничтожите весь свой народ.

В безумных глазах Лорга на мгновение мелькнула нерешительность. Его пошатнувшийся разум, казалось, пытался определить, так ли это на самом деле. Сумасшедший он или нет, но он не мог допустить уничтожения своего народа, которое позволит землянам безраздельно править в двойной системе.

Холодный пот выступил на лбу Шелтона. Он почувствовал, что шелест крыльев смерти звучит сильнее, чем когда-либо за всё время этого странного приключения. Лицо Мурва было пепельно-белым, его широко раскрытые глаза, казалось, смотрели в вечность. Даже на его чуждом лице отразился весь ужас этого момента. Весь спутник, казалось, находился в состоянии наэлектризованного паралича.

Правая рука Лорга, державшая пульт управления Великой машиной, на мгновение обмякла. И в это мгновение раздался резкий звон и отвратительный звук проникновения пули в живую плоть. В правом виске Лорга, словно по волшебству, появилась дыра. Хлынула бледная кровь. Его безвольные пальцы на мгновение сжали рукоятку выключателя, затем расслабились и разжались. С выражением крайнего недоумения на лице инопланетный завоеватель Лорг безжизненно рухнул на пол.

— Уф, — послышался протяжный вздох Трэфта. — Если бы я промахнулся…

На мгновение Шелтон откинулся назад, тяжело дыша.

— Отличная работа, Марк, старина, — пробормотал он наконец.

Он заставил себя прийти в себя. Нужно было срочно заняться делами.

— Марк, — отдал приказание он, — найди там внизу всех землян, находящихся в анабиозе. Беннинг может показать тебе помещения. Поднимите их на поверхность, чтобы доставить на Землю и возродить к жизни. Когда будете подниматься, оставьте нескольких биокорректированных людей на страже.

— Хорошо, Род. И пока я буду осматриваться, я сделаю отличную серию снимков этого места. Я получу за них какой-нибудь приз на Земле.

Шелтон посмотрел на изображение Мурва на экране. Инопланетянин стоял неподвижно с момента смерти Лорга. Его лицо ничего не выражало, и нельзя было понять, какие мысли проносились у него в голове. Но Шелтон смутно ощущал горечь, возможно, из-за крушения планов, которые он и его люди вынашивали в течение целого столетия.

— Вы можете управлять Великой машиной, Мурв? — спросил Шелтон.

Инопланетянин кивнул.

— Тогда вы вернёте спутник Нептуна на его орбиту, — сказал Шелтон. — После этого Великая машина будет уничтожена.

Он не успокоится ни на минуту, пока это не будет сделано, и угроза, исходящая от её ужасных сил, не исчезнет навсегда.

Но инопланетянин некоторое время молчал. Затем он медленно произнёс извиняющимся тоном:

— Нет необходимости возвращать луну на её орбиту.

— Но вы же не хотите, чтобы ваш мир был уничтожен, — нетерпеливо отрезал Шелтон.

Инопланетянин покачал головой.

— Этого не произойдёт. Тор сам движется по орбите вокруг Солнца. Когда в его систему прибудет спутник Нептуна, он пройдёт в стороне от Тора. Сильное притяжение Тора затем захватит его и выведет на эксцентричную орбиту. Спутник Нептуна станет ещё одним телом системы Тора.

— То есть, — удивлённо спросил Шелтон, — вы хотите, чтобы эта луна стала ещё одним миром вашей системы?

Всё это было нелепо, фантастично, этот торг за миры.

— Боюсь, этого не случится, Мурв. У меня нет полномочий дарить вам ещё одно планетарное тело… — он замолчал, не зная, как это сказать. — У вас в системе Тора уже есть Плутон и первый спутник Нептуна. Нет смысла забирать их обратно. Но позволить этой второй луне Нептуна…

— Я прошу у вас эту луну, — мягко, но твёрдо сказал инопланетянин. — Для моего народа. Мы удалим наши колонии на Нептуне и Уране, оставив вашу систему свободной. Япет будет уничтожен в пустоте между нашими системами, и мы дадим обещание никогда больше не строить Великих машин. Пусть эта луна станет символом мира между нами.

Мысли Шелтона были в смятении, не было ли это какой-то уловкой со стороны Мурва?

Планировал ли он продолжить воплощать в жизнь планы пришельцев теперь, когда Лорга не стало? Шелтону мгновенно стало стыдно за себя. Нет, очевидно, Мурв был искренен.

— Это такая маленькая просьба, землянин, — продолжал Мурв дрожащим голосом. — Эта луна — всего лишь одно из многих ваших небесных тел. Наша система бедна, в то время как ваша богата мирами. Какая разница, если эта маленькая луна исчезнет из системы вашего Солнца, когда у вас есть гиганты Юпитер и Сатурн, их спутники и все остальные великие планеты? А у нас их так мало. Для нас одна эта луна стала бы великим новым миром. Можете ли вы понять это, землянин? Как долго мы жили на одной-единственной планете, разглядывая в телескопы вашу великолепную систему? Можете ли вы винить нас за то, что мы построили Великую машину, надеясь выторговать себе несколько ваших миров? Результаты оказались плачевными, но с этим покончено. Я прошу, умоляю вас дать нам ещё одну луну. Конечно, если вы сможете её нам выделить.

Шелтон уловил всю глубину эмоций пришельца. Используя всё своё красноречие, он умолял о появлении ещё одного маленького мирка в своей скудной системе. И каким бы невероятным это ни казалось, Шелтон чувствовал, что он ему симпатизирует.

— Мурв, луна ваша, — тихо сказал Шелтон. — Может, я и сумасшедший, что беру на себя такую ответственность, но это так.

Он коротко усмехнулся при мысли о том, как он предстанет перед Советом на Земле и откровенно скажет им, что отдал луну.

Мгновение они смотрели друг другу в глаза. Инопланетянин и землянин. Между ними промелькнула искра чего-то похожего на братство. В грядущие века между Землёй и Тормом воцарится мир…

Днём позже, после того как Япет под руководством Мурва был перемещён в точку, расположенную далеко за пределами прежней орбиты Плутона, все корабли, находившиеся на его поверхности и над ним, улетели. Чёрные корабли пришельцев устремились в тёмную пустоту, к Тору. Ракетный флот Земли устремился к Солнцу.

После взлёта в пилотской кабине ВЗБИ-14 Трэфт и Хью Беннинг, склонив головы друг к другу, прокладывали обратный курс.

— Давай спустимся в каюту, Майра, — предложил Шелтон девушке, стоявшей рядом с ним.

Трэфт повернулся, чтобы взглянуть на них. Прихрамывающий Шелтон для поддержки обнял девушку за плечи. Но они ещё и держались за руки. Трэфт схватил свой фотоаппарат и щёлкнул затвором.

— Я давно ждал этого снимка, — удовлетворённо хмыкнул он.

Несколько часов спустя, когда Мурв настроил временной механизм на отключение главного управления Великой машиной, покинутый всеми Япет превратился в космический мусор, разорванный на мелкие куски высвобождением гравитационных сил, воздействующих на мир изнутри. Великой машины, Лорга — и его мечты — не стало.

Шелтон смотрел на яркое кольцо мерцающей пыли, которое расширялось, исчезая в чёрной пустоте. Было трудно поверить, что их великое приключение было реальным, что рядом, в пространстве, существовал мир, Невозможный мир инопланетян. Что планета и две луны были перенесены из Солнечной системы в систему Тора. Что он сыграл важную роль в устранении неожиданной угрозы, которая висела над ними в течение столетия.

И, наконец, что он подарил луну как символ мира между их расами.

Шелтон был доволен.

© Перевод: Андрей Березуцкий (Stirliz77)

Content

Биндер Эндо Невозможный мир

Эндо Биндер Невозможный мир

Глава 1 Спутник Сатурна

Глава 2 Институт биомагии

Глава 3 Тайна космических путей

Глава 4 Космический Учёный

Глава 5 Экспедиция в неизведанное

Глава 6 Атака в пустоте

Глава 7 Тайна пещеры

Глава 8 Великая машина

Глава 9 Инопланетное подземелье

Глава 10 Лорг, Высший пришелец

Глава 11 Стремись к свободе!

Глава 12 Послание на Землю

Глава 13 На рассвете!

Глава 14 В ловушке мира-беглеца

Глава 15 Направляясь к Плутону

Глава 16 Невозможный мир

Глава 17 Мир тёмного солнца

Глава 18 Угроза Солнцу

Глава 19 Сквозь искривление

Глава 20 Наедине с пришельцами

Глава 21 Поступок Космического Учёного

Глава 22 Лунная сделка