СОВЕРШАЯ ОШИБКИ

Сигал Эрлих

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для группы K.N. (https://vk.com/kn_books)

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Глава 1

Последний раз

Перед глазами море людей, танцующих вокруг меня под оглушительную музыку, все это становится нечетким, все они сливаются в сплошную бесформенно-расплывчатую массу.

Может кто-нибудь открыть окно? Пожалуйста. Я не могу дышать. Мне нужен воздух!

Я задыхаюсь, и эти огни, эти мерцающие огни, ослепляют. Часто моргая, я пытаюсь сфокусировать взгляд. Рукой зачесываю назад свои длинные светлые волосы, которые липнут к лицу. Воздух, мне нужен воздух!

Проталкиваюсь вперед и натыкаюсь на скопления лихорадочно движущихся потных тел, но мне все равно. Мне нужно выбраться отсюда.

Я опираюсь спиной о холодную бетонную стену, опустив руки на колени, и делаю первый столь необходимый мне вдох, наполняя легкие ночным прохладным бризом. Теперь все в порядке, Хейлз. Успокойся. Я выпрямляюсь и из-за резкого движения чувствую головокружение. Или это из-за огромного количества выпитого алкоголя, циркулирующего в моей крови? Вновь прислонившись спиной к стене, я делаю еще один глубокий вдох, полностью заполнив свои легкие, и медленно, с длинным теплым, словно дыхание, свистом, выдыхаю, постепенно освобождая легкие.

Сколько я уже выпила? В таком состоянии я не способна даже на простые арифметические действия. Как глупо было с моей стороны согласиться на очередную подростковую авантюру Таши: «Кто может выпить больше всех „Мохито“?». Я качаю головой, расстроенная своим необдуманным поведением. Ладно, теперь все хорошо.

— Тяжелая ночь? — неожиданно слышу я слева от себя. Когда я поворачиваюсь, пытаясь определить обладателя этого голоса, мой взгляд падает на опасно горячего высокого брюнета с отчетливо выступающими бицепсами под обтягивающей серой футболкой. С игривой самодовольной улыбкой он прислонился к стене, сместив вес на одну ногу и, держа в руке подкуренную сигарету, окидывает меня оценивающим взглядом, сосредоточив внимание на моих немного нетрезвых карих глазах.

— Можно и так сказать, — улыбаюсь я, осматривая его с ног до головы, и, в конечном итоге, мне нравится то, что я вижу. По какой-то непонятной мне причине я начинаю глупо смеяться. Не знаю, почему и зачем. Испытываемые мною чувства никак не связаны с происходящим в данный момент. Как будто способность адекватно мыслить временно покинула меня наряду с другой способностью, отвечающей за эмоциональное восприятие.

Он приподнимает брови. Я замечаю, как он прикусывает нижнюю губу и смотрит на меня, точно готовясь к атаке, где я являюсь добычей.

— Могу я сделать эту ночь лучше?

Горячий парень.

— Я, конечно, не сомневаюсь в том, что вы способны это сделать, — отвечаю я, — но не уверена, что хочу этого.

Соблазнительно ухмыльнувшись ему, я медленно провожу языком по губам. Под его пронзительным взглядом заставляю себя подняться. Я все еще с трудом держусь на ногах, поэтому мне необходимо еще какое-то время, чтобы вернуть ногам устойчивое положение. Как только мне это удается, я медленно возвращаюсь в клуб, прекрасно понимая, как соблазнительно покачивается мое тело. Уже на входе я поворачиваюсь, чтобы послать еще одну улыбку этому мачо. Он все еще разглядывает меня, а потом подмигивает с ухмылкой.

«Попался», — улыбаюсь я сама себе.

— Вот ты где! — визжит Таша, перекрикивая громкую музыку. Она соблазнительно двигается рядом с Яном, который отвечает на ее провокацию не менее чувственными танцевальными движениями.

Если бы я не знала, что для Яна в партнере главное — это наличие тестостерона и что он любитель альфа-самцов, я бы подумала, что они с Ташей собираются слиться воедино прямо в центре суматошного танцпола.

— Давай к нам, красотка, — Ян протягивает мне худощавую загорелую руку, чтобы я оказалась между ним и Ташей. Втиснувшись, я попадаю в удушающие объятия двух моих лучших друзей, которые громко и крайне фальшиво поют мне в уши о том, как прекрасно быть молодым и совершать безумства.

Я хихикаю в ответ, пытаясь двигаться в такт с ними. Мы просто в ударе и устраиваем на танцполе бесплатное шоу втроем, периодически лаская и даря друг другу легкие дружеские поцелуйчики.

— Какой счет? — громко спрашивает Таша и смотрит на нас, улыбаясь. Она танцует под музыку, специально выставляя свою грудь напоказ, и призывно вращает тазом. Темно-синее платье, обтягивающее все ее прелести, только добавляет чувственности всем ее движениям.

— 8:6. Хейлз отстает, — говорит Ян. Его лицо освещено множеством разноцветных мерцающих огней.

Таша поднимает безупречно выщипанные брови и говорит:

— Друзья, время подкрепиться, — затем она поворачивается ко мне.

— За мной, Мисси. Нам необходимо что-нибудь выпить, — ее губы изгибаются в ухмылке, бросая мне вызов.

Я качаю головой в притворном неодобрении — мы уже покинули танцпол и движемся по направлению к бару, крепко держась за руки и проходя сквозь густое облако дыма.

— Я не уверена, что способна выпить еще, — говорю я. Они оба разглядывают меня, явно забавляясь.

— Дело не в том, можешь ты пить или нет, — ты проиграла. Слишком много поставлено на карту, — сухо произносит Таша, скривившись.

Глядя на них, я притворно хмурю брови, пытаясь скрыть улыбку, а затем поворачиваюсь к бармену.

Ничего себе, стойкая Хейлз.

Вокруг все закрутилось. Держась за стойку, я делаю глубокий вдох.

— А давайте найдем любовь, — говорит Таша Яну, перекрикивая музыку. Ян смеется.

Фыркнув, я поворачиваюсь к Таше, чтобы смерить ее презрительным взглядом. Она лишь ухмыляется в ответ.

— Это миф, любви не существует, — говорю я.

Она закатывает глаза и качает головой.

— Миф, — произношу я одними губами и поворачиваюсь обратно, пытаясь еще раз заказать для нас чего-нибудь выпить.

— Рюмка водки от джентльмена, — кивает в сторону широкоплечий, светловолосый и нечеловечески высокий бармен, протягивая мне маленькую охлажденную рюмку.

Проследив за жестом бармена, я вижу парня, с которым недавно столкнулась у клуба. Он поднимает свою рюмку, салютуя мне с другого конца бара. Выпив, он продолжает так же спокойно смотреть мне в глаза.

Я делаю то же самое, посылая ему манящую улыбку, и провожу рукой по своим волосам. Это слишком просто.

— Решила вернуться к старым привычкам? — шепчет мне на ухо Таша, восхищаясь моими кокетливыми приемчиками. Не отрывая взгляда от парня, я отклоняюсь немного назад, чтобы прошептать ей на ухо:

— Только на сегодня.

— Ты уверена, Хейлз? Я думала, что ты бросила заниматься этой ерундой. Ты же знаешь, как плохо это на тебя влияет, — вместо цинизма в ее голосе появляются нотки беспокойства.

— Я в порядке.

Точно? Или это алкоголь так смело говорит от моего имени?

Таша дотрагивается до моей руки и пристально всматривается в лицо, оценивая мое состояние. Я спокойно киваю и оставляю их обоих, двигаясь в сторону, где меня ожидает вторая половина моей ночи.

— Бен, — протягивает он мне руку, как только я оказываюсь рядом.

Мне все равно, Бен. И твое имя меня совсем не интересует, учитывая дальнейшее. Я никогда не утруждала себя попытками запомнить случайные имена. Взяв Бена за руку, я веду его к выходу, игнорируя попытку познакомиться.

Он идет за мной без колебаний, хотя краем глаза я вижу его удивленное выражение лица.

— Такси? — спрашивает он, с трудом сглатывая и показывая внезапную нерешительность.

Да ладно! Не будь тряпкой. Это явно не то, чего я хотела.

Я почти успеваю разозлиться на его неожиданное поведение, но тут он открывает для меня дверь желтого такси.

Как только мы вливаемся в поток автомобилей, я притягиваю Бена к себе. Он охотно поддается, властно завладев моим ртом, его рука легко проскальзывает под мой свободный серебряный топ и дотрагивается до голой груди.

Яркие огни автомобилей, мелькающие в моих закрытых глазах, сразу отрезвляют меня.

— Стоп, — резко говорю я, чувствуя, как меня жутко тошнит от его близости, его прикосновений, запаха, шелковистого языка и, прежде всего, от него самого. Но он не останавливается.

— Прекрати сейчас же и отпусти меня, — я повышаю голос и сильно толкаю его всем своим телом. Он прижимает меня, не желая останавливаться.

— Отстань от меня, вали на хер! Мне больно, отвали! — кричу я. Мой голос в конце тирады смягчается — горло затекло от того, как сильно Бен держит меня за него.

Бен сразу останавливается и отпускает меня, тяжело дыша, краснея и сыпля проклятьями себе под нос.

— А ты, — рявкаю я на водителя, который явно в ужасе от происходящего, — останови эту проклятую машину.

Когда такси медленно останавливается, я рывком открываю дверь и выскакиваю, хлопнув ею. Оставшись поздним вечером одна на тротуаре, я пытаюсь успокоиться и прийти в себя после полученного шока. Я обнимаю себя и слегка откидываю назад голову, закрываю глаза, сделав глубокий успокаивающий вдох.

Тошнота исчезла, но чувство ненависти к самой себе только усилилось. Я благодарна судьбе, увидев рядом быстро освободившееся такси.

— Какой дом, мисс? — спрашивает у меня адрес водитель с ближневосточным акцентом.

— Седьмой. Это трехэтажное серое здание в конце улицы, — бросаю я в ответ.

Охватив колени, я медленно покачиваюсь, ощущая пустоту внутри и чувствуя полное отвращение к самой себе.

Почему, Хейлз? Почему опять? Почему ты не можешь просто пойти и сделать это? Ты знаешь, что не можешь, тебе больше это не нужно. Теперь ты будешь жить согласно новой эпохе — эмоции в сторону.

Глава 2

Преступление и наказание

— Прекрати улыбаться, как ненормальная. Это неприлично, — едва сдерживая смех, я сверлю взглядом Ташу, убедительно нахмурив брови.

— Разве? Ты еще начни читать мне проповедь о хорошем поведении, — говорит она, ухмыльнувшись. Быстро взглянув на меня с нескрываемым весельем в глазах, Таша вновь возвращает свое внимание на дорогу. Когда она снова поворачивается, встретившись со мной взглядом, мы обе смеемся.

— Я разочарована в тебе. Кажется, ты напрочь растеряла свое коварное очарование, — я нежно смотрю на свою подругу, оценивая ее реакцию на мой подкол.

— Хейли Грейс, вы причиняете мне нестерпимую боль. Полагаю, что я потеряла хватку, — ее ухмылка становится шире.

— А я-то думала, что твой злой разум придумал более изощренное наказание для меня, — ворчу я, разглядывая свои ногти.

— Да ну? Мы обе знаем, что тебя невозможно разозлить. Поэтому я уверена, что ты отработаешь свое наказание, включая интервью, которое будет вишенкой на двухслойном штрафном торте.

Черт тебя подери.

Я удивленно смотрю на нее, на что Таша лишь ухмыляется, ослепляя и раздражая своим монаршим обликом принцессы Дианы.

— Как ты могла впутать меня в это… как ты это назвала, Таша? Шанс, который выпадает один раз в жизни? — закатываю я глаза.

В ответ она лишь демонстрирует мне свою фирменную демоническую улыбку.

— Уважаемый Дин Адамс, если ты не возражаешь, — произносит она, поглядывая в мою сторону.

— Нет, ты не могла этого сделать, — говорю я шокировано, а Таша кивает в ответ с самодовольным выражением на лице.

Я не могу поверить, что она уговорила нашего бывшего декана, который целовал землю, по которой ходила Таша на своих изящных шпильках, включить меня в этот ознакомительный рабочий день. Особенно учитывая тот факт, что слава моих студенческих лет уже давно прошла, и, безусловно, я даже не претендую на это… мучение в виде новой работы.

Она действительно это сделала, так как мы уже в нескольких милях от пункта назначения.

Блин, она реально знает, что делает. Зачем я только согласилась на это пари с самого начала? «Кто выпьет больше всех мохито»? Конечно, мисс Я-изящно-поглощаю-алкоголь просто мастер своего дела.

— Я надеюсь, ты обновила свое резюме? — спрашивает она небрежно, покусывая при этом губу.

Я хмурюсь, заметив, что она все еще подшучивает надо мной.

Она явно наслаждается моей реакцией. Если бы она не была для меня самым близким человеком во всем мире, я бы, определенно, ненавидела ее, особенно сейчас.

— Ты же понимаешь, что это отличная возможность добиться успеха, — отмечает она.

— И какого же именно? — негодую я. — Запуск высокотехнологичной компании?

— Ты можешь продолжать глумиться, но чем черт не шутит. Возможно, это собеседование навсегда изменит твою жизнь, — драматично заявляет она, в то время как ее смеющиеся глаза смотрят на дорогу, как бы спрашивая: «Я ведь права?». Таша смотрит на меня и смеется. Забавляясь, я тоже начинаю смеяться.

— Убедила, — говорю я, не прекращая смеяться.

— Веселье начинается, — объявляет Таша, как только мы выходим из машины. Она наносит бледно-розовую глянцевую помаду, глядя на свое отражение в затонированном окне «Ауди ТТ». — Как я выгляжу?

— Неотразимо, как и всегда, — подмигиваю я ей. От комплимента ее улыбка становится еще шире. Уверена, у нее есть все шансы получить пропуск на работу своей мечты, если она произведет хорошее впечатление на собеседовании.

Таша выглядит ослепительно в своем изящном хорошо подогнанном черном костюме. И тут я смотрю на себя, словно со стороны: простая белая кофточка, обтягивающие джинсы и визитная карточка моего стиля — пара красных сникерсов[1]. Я вздыхаю. Мне приходит в голову мысль собрать волосы в высокий пучок, возможно, так я буду выглядеть более презентабельно.

Вообще, почему я парюсь по этому поводу? На самом деле, мне все равно. Я здесь всего лишь заложница.

И все же я здесь, в деловой переговорной Stark Software Technologies еще с несколькими полными энтузиазма кандидатами.

Серьезно, что я здесь делаю? Эта мысль меня забавляет. Какая ты жестокая, Таша, настоящая кровопийца.

В комнату входит привлекательная женщина с прямыми каштановыми волосами до плеч, с силой прижимающая планшет к груди.

Она смотрит на нас, ее губы сомкнуты в прямую линию, и чересчур высоким голосом объявляет:

— Всем доброе утро и добро пожаловать в Stark Software Technologies. Меня зовут Александра Гринич. Я руководитель отдела кадров в Stark Software.

Она обводит каждого из нас своим пристальным взглядом сквозь толстые линзы в большой красной оправе очков.

Все смотрят на нее с тревожными лицами. Они очень взволнованы представленной им возможностью.

Миссис Гринич кривит свои тонкие губы, накрашенные ярко красной помадой, и продолжает:

— Я буду вашим гидом на сегодняшний день, и в ближайшее время мы начнем наше собеседование. Есть ли у вас вопросы, пока мы не начали?

— Можем ли мы встретиться с мистером Старком? — откашлявшись, вдруг спрашивает высокая рыжеволосая девушка с самым веснушчатым лицом, какое я когда-либо видела. Пока она говорила, я обратила внимание, что пуговицы на ее обтягивающей синей блузке угрожают оторваться в любую минуту.

В ожидании ответа глаза каждого из присутствующих сразу же перемещаются на миссис Гринич, будто она собирается раскрыть местонахождение Святого Грааля[2]. Не справившись с собой, я все-таки фыркаю.

— Не уверена, что у мистера Старка появится свободное время, у него слишком плотный график. Однако мне сообщили, что его помощник уже пытается высвободить время для встречи с вами.

Таша, казалось, немного расстроилась. Я насмешливо прикрываю свой рот, не веря ее досаде. Она надувает губы и качает головой.

— Мы можем взять кофе или выпить что-нибудь еще? — шепчу я Таше. — У меня все в горле пересохло, мне нужно чего-нибудь выпить, чтобы проснуться.

— Не спрашивай, — спокойно пожимает она плечами, — это не корректно.

Когда мы добираемся до второго этажа, я окончательно понимаю, что ужасно устала и хочу пить. Мне до чертиков надело слушать высокий, действующий на нервы голос миссис Гринич. Она упоминает что-то о кухне, и тут я перестаю слушать ее. Дождавшись, пока группа отойдет подальше, я захожу на ультрасовременную кухню и вижу первоклассную кофеварку, которая манит меня с другого конца комнаты:

Быстро выпью кофе и уйду.

Нажимаю на зеленую кнопку с изображением маленькой чашки, и машина просыпается. Ощущая соблазнительно-пряный аромат, я наблюдаю, как чашка наполняется жидкостью насыщенного шоколадного цвета. Как только кофемашина подает сигнал, что мой кофе готов, я быстро выхватываю чашку, — слишком быстро — часть кофе проливается на мою белую блузку. Оценив причиненный ущерб, я чуть слышно выругалась:

— Еб*ть!

— Это просьба?

Я оборачиваюсь посмотреть, кто это сказал, и от увиденного цепляюсь в столешницу мертвой хваткой, чтобы не потерять равновесия. По телу начинает разливаться тепло: от самого центра мозга через горло к основанию декольте. Я понимаю, что начинаю краснеть:

Какого черта?

В дверях в самой соблазнительной позе, на которую, видимо, способен, в белой футболке и джинсах стоит он — истинное воплощение всего сексуального и греховного. Есть что-то необъяснимое в его ухмылке, что заставило меня просто остолбенеть.

Его глаза исследуют меня с наглым весельем, раздевая, снимая каждую вещь, которая надета на мне, и в один миг из моих легких улетучивается весь воздух.

Я в прямом смысле пялюсь на него, моя челюсть слегка отвисла.

— Мммм… я просто сделала кофе, — оправдываюсь я и слежу за ним, натянуто улыбаясь.

— Я так понимаю, что это была не просьба, верно? — его дразнящие глаза смотрят на меня, эта сексуальная ухмылка все еще не сходит с его лица. — Жаль, — бормочет он, и я с трудом сглатываю.

— Это ваше любимое занятие? — спрашиваю я, придя в себя. Он приподнимает бровь. — Подкрадываться к людям и пытаться завлечь их в свои сексуально озабоченные игры? — поясняю я.

В ответ я слышу тихий смех, глубокий и хриплый.

— Нет, — он проводит пальцем по своим улыбающимся губам, слегка наклонив голову и глядя на меня. — И, к твоему сведению, я считаю, что именно ты начала все это своим непристойным предложением.

Я в отчаянии открываю рот, пытаясь придумать ответ в свою защиту, однако на ум ничего не приходит, и чувствую, что опять начинаю краснеть.

Проклятье.

— Вы знаете, что вам нельзя заходить на частную кухню генерального директора? — говорит он с насмешкой, которая почему-то отказывается убираться с его лица.

Частная кухня? Тогда что он здесь делает?

— И вам, конечно, тоже, — возражаю я.

Он хмурится, явно озадаченный моим ответом.

— Ну что тут сказать, мне реально все равно. Знаете, ваш СЕО[3], мистер Старк, ведет себя так, будто он выше других. Зачем ему отдельная кухня? Он что, не может взаимодействовать с пролетариатом? — бросаю я вызов карим глазам, которые пристально смотрят на меня.

— Думаю, он может позволить себе одолжить чашечку кофе, правда?

Возвышаясь надо мной, он скользит своими загорелыми руками по телу, убирая руки в карманы джинсов, все еще не разрывая наш зрительный контакт. На его губах появляется ленивая улыбка, которая только вдохновляет меня продолжить:

— Я не думаю, что господин Я-владею-всем-миром будет возражать, если я выпью чашечку кофе.

Он пожимает плечами.

— Мы всегда можем спросить его, мисс?..

— Хейли Грейс, — отвечаю я и отодвигаюсь, чтобы встать поудобнее.

— Хейли, — говорю я следом, так как мое мужество рядом с этим мистером Вселенная постепенно сходит на нет. Мой живот стягивает в узел.

Он протягивает руку, представляясь.

— Дэниел, — говорит он, а затем с ухмылкой добавляет, — Чармд.

Я пожимаю большую ладонь и вздрагиваю от жаркой волны, которая пронзает меня насквозь. Ему, кажется, все безразлично. Опускаю взгляд на свои кроссовки, так как он разглядывает меня с ног до головы.

Почему именно эти? Надо было послушать Ташу. Хм, что он подумает о моих подростковых красных сникерсах? Ради бога, я никогда никого не слушаю.

Как будто прочитав мои мысли, он небрежно бросает:

— Клевая обувь.

Слегка вздрогнув, я смотрю на него снизу верх, потом быстро беру себя в руки и мило улыбаюсь ему:

— Спасибо, Дэниел. Я тоже так думаю, — он дарит мне горящим взгляд.

Взглянув на чашку кофе, я хмурюсь и смотрю на свою блузку: пятна, как и следовало ожидать, не испарились.

Он тоже смотрит туда и говорит:

— Ну, мисс Грейс, возможно, у нашего СЕО здесь есть что-нибудь, что может решить вашу проблему, — кивает он на мою блузку и отворачивается в сторону.

Когда он наклоняется к одному из шкафов под раковиной, его рука случайно касается моей, и по моему позвоночнику бегут электрические флюиды.

Что за восхитительный запах?

Мне нужно остановиться и повернуться в другую сторону. Дэниел хватает пачку влажных полотенец и протягивает мне:

— Это должно помочь.

— Спасибо, — отвечаю я, пялясь на него, словно зачарованная.

Приди в себя, прекрати уже так откровенно на него глазеть.

Я быстро тру маленькие коричневые пятна, разбрызганные по моей блузке, нервничая из-за того, что он продолжает смотреть на меня своим раздражающе пытливым взглядом. Пытаясь отрешиться от всего того, что уже успело произойти со мной с утра, я вдруг вспоминаю, что должна срочно вернуться к своей группе. Вглядываясь в темные стеклянные стены, я замечаю, что группа уже довольно-таки далеко.

Скривившись, я смотрю из-под своих ресниц на Дэниела. От его пронзительного взгляда я чувствую себя еще хуже, поэтому начинаю двигаться к двери.

— Мисс Грейс, вы не забыли свой кофе? — говорит он мне вдогонку, его широкая ухмылка расплылась по его чертовски красивому лицу.

Я смотрю сначала на него, стоящего у двери, затем на кофе, взвешивая ситуацию. Затем быстро иду назад, чтобы сделать глоток. Сразу после этого я шагаю к двери и говорю поверх своего плеча:

— Пока, Дэниел, — и дарю ему свою самую ослепительную улыбку.

— До свидания, мисс Грейс. Это было незабываемым удовольствием встретить вас здесь, — подмигивает он, поддразнивая.

Я уже почти около моей группы, когда оборачиваюсь назад к кухне и вижу его. Он все еще смотрит на меня сияющими карими глазами, явно что-то замышляя.

С ума сойти.

— Где ты была? — спрашивает Таша, подперев руки по бокам.

— Быстро глотнула кофе, — говорю я, пожимая плечами.

* * *

Около полудня меня вызывают в кабинет миссис Гринич для краткого собеседования, в то время как вся группа собирается в одном из конференц-залов на втором уровне.

— Что вы можете рассказать о себе, мисс… — она тянет окончание предложения, глядя в мое резюме, — мисс Грейс.

Я рассказываю о своих академических достижениях и профессиональном опыте. На следующий ее вопрос я подробно рассказываю о своих карьерных целях, стараясь подать это так, чтобы она не сомневалась в том, что я на самом деле заинтересована работать в области высоких технологий.

— Так какая позиция в Stark Software наиболее интересна для вас, мисс Грейс? — она внимательно изучает меня сквозь свои очки. Да уж, у меня очень смутное представление о том, какие вообще позиции существуют в Stark Software.

Черт, я даже не представляю, чем они тут занимаются. Что сегодня утром говорила Таша? По-моему, что-то про безопасность.

— В службе безопасности? — рискую я. Судя по ее раздраженному взгляду, это неправильный ответ. Я краснею.

Мне следовало сначала погуглить их, послушать Ташу или, по крайней мере, уделить немного больше времени подготовке к этому дню, особенно в такой известной компании.

— Stark Software кажется очень профессиональной и многообещающей компанией, — пытаюсь я как-то разбавить это повисшее в воздухе напряжение, но как только эти слова вылетели из моего рта, я сразу жалею о том, что произнесла их.

Если ты не можешь сказать ничего умного, то даже не пытайся…

Теперь миссис Гринич даже не пытается скрыть свое разочарование; она закатывает глаза и протягивает мне руку для пожатия:

— Вы можете вернуться к группе. Они находятся на втором этаже с мистером Старком, — она пропускает меня, показывая на дверь. — Конференц-зал «Овал», — добавляет она сердито.

Это именно то, что мне нужно, и самое лучшее еще впереди — встреча с мистером Старком.

Жду не дождусь…

* * *

— Ты опоздала, он только что ушел, — сообщает мне Таша, как только я захожу в комнату овальной формы. — Он такой очаровашка. Этот мужчина излучает просто неимоверную силу, которая в какой-то степени даже немного пугает.

Амбициозный и пугающий, хм, ведет себя как Бог мира.

— Как прошла встреча со злобной Гринич?

Я фыркаю:

— Скажем так, я уверена, что меня со свистом вычеркнули из списка перспективных кандидатов на работу.

— Серьезно? Все так плохо? — смеется она.

— Ты даже не можешь себе представиться, насколько.

Нужно забыть поскорее этот позор…

* * *

Как только Таша заводит машину, я чувствую сонливость. Радуясь, что этот театр абсурда наконец-то закончился, я обещаю себе никогда больше не биться об заклад. Пока я устало смотрю на мелькающий за окном пейзаж, в голове вдруг мелькает воспоминание о греховной улыбке и карих глазах, вторгшихся в мои грезы.

Глава 3

Расплата

Потягивая утренний кофе, мы сидим в ожидании чуда: когда же кофеин окажет на нас свое магическое воздействие, и мы сможем, наконец, разлепить сонные глаза.

Таша планирует вместе с Яном навестить своих родителей и приглашает меня присоединиться. Я сразу же соглашаюсь — ни за что не упустила бы такую возможность, тем более, Ян тоже едет. Дружба с ним — истинное удовольствие. К тому же, я очень люблю родителей Таши. С момента моего переезда на учебу из Чикаго в Сан-Франциско они стали моей второй семьей.

Отложив экземпляр журнала YOU, который читала во время завтрака, я задумываюсь о своем собеседовании в редакции этого журнала на прошлой неделе. Я даже подумывала начать работу раньше, чем они просили. Редакции необходимо было утрясти еще некоторые моменты, затрагивающие весь штат работников. Хотя они и не устанавливали дедлайнов[4].

До сих пор не верится, что мне дали шанс попробовать себя в качестве помощника креативного директора. Видимо, я должна благодарить высшие силы за то, что, скорректировав свою обычную кадровую политику, журнал YOU принял решение о приеме на работу кандидатов без опыта работы. Опять же, я благодарна и за свою работу в страховой компании, которая оставляет свободной для меня большую часть дня. Благодаря этому у меня есть время на поиски более перспективной и интересной работы.

Национальный гимн, раздающийся из динамика моего телефона, выводит меня из раздумий. Мы с Ташей одновременно смотрим на кухонные часы. Она поворачивается ко мне с удивлением: кто, черт возьми, названивает в столь ранний час. Мы обе здесь, Ян никогда не просыпается так рано. Я качаю головой, пожимаю плечами и смотрю на экран телефона — звонят с незнакомого номера.

— Доброе утро, — отвечаю я.

— Могу я поговорить с мисс Грейс? — просит дама на другом конце провода.

— Слушаю, — сразу же откликаюсь я.

— Это Хелен из Stark Software Technologies. Мы хотели бы пригласить вас на собеседование сегодня, — женщина на другом конце настроена решительно. Под прицелом любопытного взгляда Таши я пытаюсь осмыслить услышанное.

— Stark Software, — произношу я одними губами и снова пожимаю плечами. Она гримасничает.

— Как насчет сегодня в одиннадцать, мисс Грейс?

— Сегодня в одиннадцать, — повторяю я ее слова, глядя на Ташу. Они кивает головой с энтузиазмом, решив за меня, что я обязательно должна пойти.

— Да, я могу сегодня в одиннадцать, — отвечаю я самым официальным тоном, отчего моя дорогая подруга начинает глупо улыбаться.

— Тогда хорошо, мисс Грейс. Мистер Старк будет вас ждать ровно в 11:00.

— Мистер Старк? — переспрашиваю я удивленно.

— И, мисс Грейс, пожалуйста, не опаздывайте. У мистера Старка плотный график.

Не сомневаюсь, — ворчу я про себя.

— Боже мой, что это было? — сразу же спрашивает Таша, озвучив наше общее недоумение.

Разрази меня гром. Я прыскаю про себя от смеха. Меня всегда забавляло то, что она говорит так, будто Мисс Совершенство вдруг стала ханжой.

— Поверь мне, я даже не представляю себе, что происходит, — отвечаю я и пытаюсь вспомнить свое постыдное короткое интервью со злобной Гринич. Я недоумеваю, почему мистер Старк собственной персоной решил провести собеседование со мной.

— Ты правильно сделала. Я знаю, что все началось с простой шутки, и, возможно, ты этого не хотела. Однако воспользоваться таким шансом — это реально умный шаг. Если кто-то уважаемый и очень влиятельный хочет встретиться с тобой, неважно, для интервью или просто так, то нужно пользоваться моментом.

Я киваю. С этим не поспоришь.

— Кажется, пришло время принарядиться, — улыбается мне Таша. Ей только дай повод.

Мы идем в мою комнату.

— Что бы такое надеть на собеседование с одним из самых могущественных мужчин в хай-тек бизнесе?

— Не беспокойся, дорогуша, я к твоим услугам, — говорит она.

Мисс Элегантность принимает вызов и берет все в свои руки.

Я нажимаю на пульт дистанционного управления, включая iPod.

The Cure[5] сделает свое дело.

Валяясь на кровати, я посматриваю на свою одержимую подругу, которая шныряет из комнаты в комнату, подбирая туфли к юбке, юбку к блузке. Наконец, она заявляет о завершении своей миссии, и я интересуюсь:

— Что мы вообще знаем об этом пресловутом и несравненном Старке?

Она морщит нос и с цинизмом спрашивает:

— И все это презрение лишь за то, что у него есть собственная кухня?

— Да ладно, Таша, он не может находиться среди обычных людей? Что он хочет этим сказать своим подчиненным? — говорю я раздраженно.

— Держитесь от меня подальше, я слишком хорош для вас. А вы, ребята, недостойны находиться рядом — вы ниже меня! — выхожу я из себя. — Они ведь, действительно, не были уверены в том, что он вообще соизволит встретиться с нами.

— Он очень умный, и это очевидно, — говорит Таша, собрав свои волосы резинкой в высокий хвост. — И, должно быть, целеустремленный и проницательный, раз создал такой успешный бизнес с нуля. А тот факт, что он сделал это так просто, дает ему преимущество перед другими, — добавляет она, нанося на свои губы тонкий слой помады.

— И что? Сколько ему лет? — спрашиваю я мимоходом.

— Ему 34, — отвечает Мисс Википедия.

Довольно молодой, чтобы править миром, или, по крайней мере, западным полушарием, — усмехаюсь я про себя.

— Нам пора, — кивает Таша, гордо окидывая меня придирчивым взглядом: серые брюки, пиджак, блузка в тон и бордовые туфли на шпильке придают мне солидности.

— Я знала, что могу доверить тебе выбор костюма для меня, — подразниваю я ее.

— Спасибо за благодарность, мисс Умница, — Таша бросает в меня подушку, пробормотав «костюм» себе под нос.

— Мы будет укладывать твои волосы в высокий пучок?

— Неа, давай оставим, как есть.

Она кивает в знак согласия.

— Возьми мою машину. Меня подвезет Ян.

* * *

Припарковавшись у выстроенного комплекса Stark Software Technologies, я смотрю в боковое зеркало, разглядывая свое веснушчатое загорелое лицо, обрамленное волнистыми светлыми локонами.

Лучше не бывает, — улыбаюсь я.

В вестибюле на ресепшене я сообщаю, что у меня назначена встреча с мистером Старком на одиннадцать.

— Мисс Грейс, — добавляю я.

— Пройдите к первому лифту и направо на второй этаж. Личный помощник мистера Старка ожидает вас, — девушка улыбается деловой улыбкой, которая не касается ее глаз.

И снова я не могу не восхититься великолепием этого места, так хорошо оформленного. На втором этаже ко мне сразу же подходит молодая высокая брюнетка. Протягивая руку в приветствии, она говорит:

— Меня зовут мисс Бейли. Я персональный помощник мистера Старка. Желаете что-нибудь выпить?

Выглядит она уставшей и немного нервной.

Слишком много кофеина, мисс Бейли?

— Воды было бы достаточно, спасибо.

Неожиданно выражение ее лица меняется, она напрягается.

— Может быть, еще кофе? Эспрессо, например?

Я поворачиваюсь к обладателю голоса. Там стоит он, плохой парень, во всем своем великолепии. Дэниел.

— И снова здравствуй, Дэниел, — встретившись с ним взглядом, я награждаю его улыбкой, вдруг почувствовав себя неловко.

Разве подобное когда-нибудь случалось со мной? Опять эта необъяснимая реакция на его присутствие.

— Привет, мисс Грейс, — отвечает он. В его голосе чувствуется намек на радость, а карие глаза светятся.

Кажется, ты рад меня видеть.

Мисс Бейли смотрит на нас, разинув рот от удивления. Возможно, она что-то испытывает к своему начальнику.

Ну а разве может быть по-другому? Разве есть здесь кто-нибудь равнодушный к мужчине, который всем своим видом источает флюиды?

— Я провожу мисс Грейс в кабинет, — резко говорит Дэниел мисс Бейли.

В чем проблема? Ссора влюбленных?

— Ну, ммм, — мямлит она, все еще недоумевая. Как я ее понимаю.

Дэниел идет рядом, и я ощущаю на себе его пристальный взгляд, еле сдерживаясь, чтобы не обернуться. Я не должна, не должна показывать свою заинтересованность. Мы подходим к кабинету мистера Старка, как я понимаю, и Дэниел жестом предлагает мне войти первой.

— Сюда, — говорит он, пытаясь поймать мой взгляд. Он нежно улыбается мне, и я отвечаю.

Я ошеломлена роскошью кабинета. Огромная комната, нейтрально-светлый цвет стен, которой изысканно контрастирует с резко очерченными линиями мебели. Особенно выделяется большой стол из стекла и хрома, на котором, кроме серебристого Мас[6], ничего нет. Рядом стоит большое кожаное кресло.

Фронтальная стена кабинета облицована темными стеклянными — панелями, прозрачными изнутри, но зеркальными снаружи.

А как же иначе. Я вспоминаю о хозяине кабинета. Отделиться ото всех — его фишка.

Пока я осматриваюсь вокруг, Дэниел стоит, с триумфом поглядывая на меня. Выглядит он так же вызывающе, как я и запомнила.

О Боже, я реально не забыла…

— Как поживаете, мисс Грейс? — интересуется он.

— Замечательно, а вы?

— Лучше не бывает, — говорит он, словно забавляясь своим ответом.

— Полагаю, мне нужно подождать здесь мистера Старка. Благодарю вас за то, что проводили, — я киваю ему с кокетливой улыбкой.

Сажусь и замечаю свое резюме на столе рядом с пустым креслом мистера Всемогущего.

Дэниел, наблюдая за мной в своей излюбленной манере, обходит стол кругом. И прежде, чем я успеваю понять, что к чему, он протягивает мне руку через стол.

— Дэниел Старк, — произносит он официально. Его глаза смеются, хотя на губах лишь след от улыбки.

О черт, это не очень хорошо.

Я краснею и чувствую, как мое сердце начинает ускоряться в бешеном темпе. Боюсь, что оно бьется настолько громко, что человек напротив меня отчетливо слышит его удары.

Отлично, просто отлично. Во что я ввязалась? Ну, посмотрим, как я теперь буду выпутываться из этого дерьма. Что мне делать? Что я должна сказать? Что я вообще могу сказать? Эй, мистер Старк, мне было приятно поливать вас грязью. Вам понравилось это так же, как и мне?

Я продолжаю смотреть на него с одним лишь желанием, чтобы земля подо мной разверзлась и поглотила меня.

— Ну, мисс Грейс, — говорит он, впиваясь в меня взглядом.

Никогда еще я не чувствовала себя так неловко. Раздается стук в дверь, и вошедшая затем мисс Бейли с моим кофе и водой для проклятого мистера Старка дарит столь необходимую мне передышку. К сожалению, она так же быстро уходит, оставив меня наедине с Дэниелом, который с высокомерным взглядом небрежно бросает мне:

— Осторожно, не испачкай себя кофе.

Я нервно ерзаю на стуле, мучительно пытаясь взять себя в руки.

Придурок.

Дэниел откидывается на спинку кресла и делает вид, что читает мое резюме. Я же пытаюсь понять, что вообще тут делаю, помимо того, конечно, что являюсь объектом его насмешек и развлечений.

Он наклоняет голову так, чтобы наши глаза находились на одном уровне, и спрашивает:

— Вы хотели бы работать в нашем отделе безопасности, мисс Грейс?

Он прикусывает свои полные губы, видимо, в попытке сдержать улыбку. Это действительно раздражает, и я снова начинаю краснеть. В ожидании ответа он склоняет голову набок, позволяя прядям волнистых золотых волос упасть на лоб, что делает его несколько непокорным, а меня еще более неловкой.

Как я могу на чем-то сосредоточиться? Кто-нибудь, застрелите меня уже. Пожалуйста, выдерните меня из моих же страданий.

Я смотрю на него в волнении, постоянно прокручивая на запястье ремешок от часов. Он обращает внимание на мое нервное движение, и я сразу же останавливаюсь. Уголки его губ поднимаются еще выше.

— Ну… — говорю я слабым голосом, пытаясь сформулировать какой-нибудь ответ. Как долго будет продолжаться эта пытка? — Я думала, что это интересная сфера деятельности.

О Боже, это самое лучшее из того, что я могла придумать? Можно ли выглядеть еще глупее, чем я сейчас? Я говорю с горячим владельцем компании, мистером Старком. Он, должно было, думает, что я в действительности умственно отсталая. Возможно, он считает, что у меня есть инвалидность, и даже пожалеет меня.

Дэниел Старк смотрит на меня, тщетно пытаясь скрыть свою насмешливую и такую раздражающую меня улыбку, я чувствую, как наклоняюсь к столу, чтобы схватить эту широкую загорелую шею и душить.

Или, возможно, завладеть его губами?

Удовольствие медленно разливается по моему телу, стоило мне представить себе эту картину. Я быстро встряхиваю головой, чтобы пресечь дальнейшее развитие моей фантазии.

— Таким образом, из всех департаментов Stark Software отдел безопасности является для вас наиболее интригующим? Таков ход ваших мыслей, мисс Грейс? — он смотрит на меня горящим взглядом, в котором смешаны порочность и восхищение. Я чувствую, как меня парализовало.

Я реально сказала весь этот бред мисс Гринич?

Это все Таша виновата, хотя несправедливо винить ее за мою глупость. Именно меня и стоит благодарить за это.

— Мисс Грейс, учитывая ваши предпочтения и нестандартное мышление, позвольте предложить вакансию, которую я нахожу весьма подходящей для вас, — продолжает он, придав своему лицо серьезность. А в глазах — все те же искорки.

Какого черта? Я сверлю я его взглядом, совершенно озадаченная. Он реально предлагает мне работу? За какие такие заслуги?

— Ваша наблюдательность за поведением и характером высшего руководства компании, которую вы продемонстрировали при нашей последней встрече, полагаю, позволит вам стать связующим звеном между руководством и сотрудниками.

Дослушав его, я облегченно вздыхаю, но тут же вспоминаю, что именно тогда я сказала ему, ну… о нем. Гнев разрастается в геометрической прогрессии — Дэниел издевается надо мной и вполне заслужено.

Так, и что ему ответить? И что, на хрен, я должна сказать?

Во рту все пересохло. Нужно взять в себя в руки.

Ну и что, черт возьми.

— Мистер Старк, — начинаю я твердым голосом, убедившись, что он внимательно меня слушает, — прежде всего, я должна сказать спасибо за то, что вы вообще рассматриваете такого неопытного кандидата, как я, на столь важную должность, — в моем тоне отчетливо слышался цинизм.

— Вынуждена признать, что это стало для меня полной неожиданностью, как и то, что я не выражала никакого интереса к вакансиям в отделе обслуживающего персонала компании.

Я быстро вздыхаю, собирая все свое мужество, и продолжаю:

— Сэр, я все еще искренне считаю, что подобное разделение между руководством и сотрудниками несправедливо. Могу лишь предположить, что столь явное разделение введено лишь там, где персонал сосуществует вместе с руководством. Это, как бы сказать, весьма снисходительно и отчужденно. Именно это хочет донести компания Stark Software до своих рабочих?

Глаза Дэниела приняли более темный оттенок.

Что это? Раздражение? Злость?

— Явное разделение, — бормочет он, повторяя мои слова, пробуя их на вкус.

Я резко вздыхаю и говорю:

— Лично я предпочла бы работать в такой среде, где люди более доступны, — я неодобрительно гляжу на него.

О добродетель, я превзошла саму себя.

Его пронзительный взгляд впивается в меня еще сильнее и глубже, отчего бабочки в моем животе устраивают настоящий ураган. Он держится настолько уверенно, что эти десять секунд кажутся самыми длинными в моей жизни.

— Итак, мисс Грейс, правильно ли я понимаю, что вы отвергаете мое предложение?

Я наблюдаю за ним, все еще сбитая с толку. Волны беспокойства вибрируют по всему моему телу.

Он серьезно предлагает мне эту должность? Нет, он бы не стал.

Дэниел едва заметно щурится, и от его глубокого взгляда я начинаю ерзать на стуле.

— Ну, раз вы не заинтересованы в этой должности, могу я, по крайней мере, пригласить вас на чашечку кофе?

Прийти еще раз?

Я пялюсь на него — удивленная, ошеломленная и раздраженная.

Какого черта он несет?

Какая быстрая смена тактики и как высокомерно! Я вглядываюсь в его лицо, пытаясь выяснить его намерения. В итоге замечаю, что у него есть крошечный шрам на левой брови и еще один глубокий украшает его верхнюю губу. Это еще больше раззадоривает мои мысли, снова провоцируя стаю похотливых бабочек динамично кружиться внизу моего живота.

Соберись!

— Ну, что скажете, мисс Грейс? Вы и от этого предложения откажетесь? — спрашивает Дэниел, вынуждая мое сердце биться с такой дикой скоростью, что я уже начинаю беспокоиться о своем здоровье.

Я стараюсь найти подходящие слова, но мой мозг перестал соображать, и, видимо, уже давно.

Возможно, он просто подкатывает ко мне? Мистер Дэниел, самодовольный и надоедливый Старк подкатывает ко… мне?

— Мисс Грейс, помнится, при нашем знакомстве вы были более разговорчивой. Вы потеряли дар речи? Вам нужно время, чтобы прийти в себя?

Его довольная улыбка взбесила меня, побудив мою темную сторону вырваться наружу из состояния полного замешательства, в которое он так просто меня ввел.

Я слышу тебя, очень хорошо слышу. А та часть, которая отвечает за речь, видимо, нет.

Смотрю на него и вижу неприкрытое тщеславие в его взгляде, которое так и кричит: «Ты у моих ног, никто не может отказать мне, даже ты!». И вдруг ощущаю сильное желание ударить его… после того, как сорву с него одежду.

— Мистер Старк, прошу прощения, но, должно быть, вы один из тех немногих высокомерных людей, которых я когда-либо встречала, — говорю я, закипая от гнева.

Я едва успеваю выдохнуть, как слова беспорядочно начинают литься из моих уст:

— Вы искренне верите, что я захочу продолжить наше общение после того, как вы заманили меня сюда и унижали в течение последних нескольких минут? Не говоря уже о том драгоценном времени, которое я потратила на вас.

Не дожидаясь ответа, я добавляю:

— Мое драгоценное время, которое вы так нагло потратили.

Я ощущаю его растерянность после своей словесной атаки.

— В чем дело, мистер Старк, вы были таким разговорчивым несколько минут назад. Вы потеряли дар речи? Вам нужно время, чтобы прийти в себя?

Ничего себе, все эти слова вылетели из моего рта?

Я безумно потрясена, но, черт, я в полном восторге.

Отлично сработано.

Через некоторое время Дэниел приходит в себя и вновь смотрит на меня с лукавым блеском в глазах. Затем, к моему полному удивлению, он встает и медленно, но уверенно движется по направлению ко мне. Прежде чем я успеваю раскрыть его намерения, он опирается своим бедром на стол рядом со мной, его колено почти задевает мое. Слишком близко. Сердце угрожает выскочить из моей груди, так как я ловлю его пристальный взгляд, все еще пребывая в нерешительности. Его взгляд пробегается по моему лицу, остановившись на губах, которые тут же предательски раскрываются. Воздух из моих легких буквально вырывается наружу под напором его взгляда, сосредоточенного на моих губах. Осознание того, кто он есть на самом деле, его близость и эти сексуально заряженные волны, бешено протекающие по моему телу, сводят на нет все мое равновесие, которым я обладала ранее.

— Почему же, мисс Грейс, — его ухмылка становится шире, — вы только что заставили меня еще больше желать выпить с вами кофе.

— Если это все, Дэниел, хмм, мистер Старк, то мне пора. Благодарю вас за прекрасный опыт. Держу пари, что это было ценно и для Stark Software. Ваше рабочее время было потрачено с пользой.

Сознательно проигнорировав его последний комментарий, я встаю, чтобы уйти.

Вряд ли во мне осталась хоть капля мужества для того, чтобы посмотреть ему в лицо и продолжить этот беспардонный диалог. Дэниел быстро выпрямляется и протягивает мне руку. Неуверенной рукой я отвечаю ему взаимным жестом, однако, взяв меня за руку, он приближает ее к своему рту и оставляет немного затянувшийся нежный поцелуй на моей трясущейся ладони. Растерявшись, я вздрагиваю.

Неужели это возбуждает меня?

От ощущения чувственных губ дразнящего мистера Старка на моей коже мой мир содрогается.

После этого жеста, я лишь бормочу «до свидания», вытаскиваю руку из его ладони и, развернувшись на пятках, быстро выхожу.

Что, черт возьми, только что там произошло?

Я лихорадочно нажимаю на кнопку лифта (как будто он сможет приехать быстрее), умоляя его спасти меня и забрать с этого места.

* * *

Оказавшись на нейтральной территории, быстрой и раздраженной походкой я шагаю к машине, одновременно пытаясь восстановить свою внутреннюю систему гипервентиляции.

Что за высокомерный придурок, слишком привлекательный высокомерный придурок…

Ярость по-прежнему бурлит во всем моем теле. Я уже сижу в машине, а мозг все еще прокручивает все военные действия, начиная со встречи в вестибюле и заканчивая чашечкой кофе, предложенной Дэниелом Старком.

Как только крыша автомобиля складывается, я жму на педаль газа, чтобы поскорее убраться отсюда. Мозг бешено работает, пока я переключаю радиостанции.

— Так здорово, когда каждый пытается угодить тебе, — слушаю я слова Акселя и раздражаюсь.

— Как кстати, — бормочу я, думая о мистере Дэниеле Старке.

Глава 4

Итоги сражения

Желая поскорее поделиться с Ташей событиями сегодняшнего утра, я бросаю ключи в коридоре, однако тревожная тишина в квартире напоминает мне о том, что Таши нет дома — она навещает родителей. Грустно.

Повесив пиджак, я открываю два больших викторианских окна, позволяя свежему воздуху заполнить комнату, и иду на кухню за кофе. Я вытаскиваю телефон из заднего кармана брюк и нажимаю «Входящие». Пока кофемашина нагревается, я просматриваю список непрочитанных сообщений. В глаза бросается незнакомый адрес DS@SST.com. Заинтересовавшись, я открываю письмо, и, как только вижу имя автора, мгновенно оседаю на стул, удивленная и довольно-таки заинтригованная. Забыв о своем кофе, я начинаю читать.

«Уважаемая мисс Хейли Джей Грейс,

От имени компании Stark Software Technologies благодарю вас за предоставленное время, которое вы выделили из своего плотного графика для встречи со мной.

Мисс Грейс, встреча с вами стала полезным опытом для Stark Software Technologies. С мисс Гринич из отдела персонала мы обсудили все проблемы, и я заверил ее, что если возникнут вопросы, требующие уточнений, то она может сразу же связаться с вами. Хотелось бы надеяться, что это не обременит вас.

В соответствии с вышеуказанным, я бы хотел получить более детальное представление о вашей философии, что будет очень полезным для Stark Software Technologies.

Таким образом, нижайше прошу вас составить мне компанию за чашечкой кофе.

Буду надеяться, что вы все-таки найдете немного вашего драгоценного времени, чтобы встретиться со мной для дальнейшего моего просветления.

С уважением,

Дэниел Старк»

Я тупо пялюсь на экран телефона, переваривая информацию. Когда я все же встаю, чтобы налить себе кофе, то не могу подавить усмешку.

«Устрашающий Дэниел Старк» — я вспоминаю слова Таши и смеюсь. Почему он не дает мне покоя с этим кофе? Удивительно. Обычно я легко разгадываю мужчин. По правде говоря, я верчу ими, как хочу. Но если принять во внимание наши встречи и то, как он обращался со мной, или, еще лучше, то, как я отношусь к нему… Боже, мне нужна Таша или Ян прямо сейчас. Мои пальцы начинает покалывать при одной мысли о том, чтобы позвонить Таше. Вместо этого я еще раз перечитываю письмо от Дэниела и вздыхаю.

Что мне ответить? Что я хотела бы ответить? Что бы этот человек хотел, чтобы я ответила?

Я не могу удержаться и нажимаю на кнопку быстрого вызова.

— Хейлз, что случилось? — отвечает Таша почти шепотом.

— Ты можешь говорить? Где ты? — шепчу я в ответ.

— Почему ты говоришь шепотом? — спрашивает она, и я фыркаю.

— Мы в кино с мамой, что-нибудь срочное?

Да, срочное.

— Нет, Таш. Позвони мне попозже, — я нажимаю отбой и возобновляю свою внутреннюю дискуссию относительно встречи с господином Старком.

Хочу ли я встретиться с ним, несмотря на его вызывающее поведение? Хотя интересно было бы узнать его реальные намерения и, конечно, не стоит отрицать тот факт, что как бы я ни старалась, меня все равно влечет к нему.

Поэтому я знаю, каков будет вердикт: я собираюсь встретиться с Дэниелом Старком за чашечкой кофе.

С этой мыслью я начинаю сочинять ответ.

«Уважаемый Высокомерный Старк,

Вы, должно быть, шутите? Не так ли, мистер Горячий?..»

Я смеюсь и немедленно удаляю сообщение.

Заманчиво, но нет.

Затем формулирую более приличный ответ.

«Уважаемый мистер Старк,

В свою очередь, хочу сказать, что не уверена в том, что я должна благодарить вас за время, потраченное на встречу со мной, которое вы, безусловно, выделили из своего плотного графика, потратив при этом мое драгоценное время.

Для меня, разумеется, большая честь, что я могу внести свой вклад в развитие компании. Надеюсь, Stark Software Technologies будет эффективно использовать мои воодушевленные идеи и что мисс Гринич поможет их реализовать тем или иным способом.

Теперь серьезно, Дэниел. Должна признать, что я весьма озадачена тем, что вы хотите встретиться со мной. Припасены ли в вашем меню новые унижения?

Недоумевающая,

Хейли»

Я нажимаю «Отправить» и поджимаю губы, пытаясь разобраться в себе и в своем отношении к мистеру Дэниелу Старку. Час назад я была готова задушить этого человека, а теперь глупо улыбаюсь, отвечая на его письмо.

Меньше чем через минуту открываю новое непрочитанное сообщение от DS@SST.com.

«Дорогая Хейли,

Вы меня удивили, и теперь я еще больше хочу выпить с вами кофе. Сегодня вечером или завтра?

P.S.: Такое случается редко.

ДС»

Я читаю письмо три раза. Не ожидала такого поворота событий. Я удивила его. Что он подразумевает под «такое редко случается»?

«Дорогой Дэниел,

Я бы не хотела отказывать себе в удовольствии удивлять вас и дальше. Так, кофе завтра?

P.S.: Что случается редко?

Хейли»

Я сижу за кухонной стойкой, улыбаясь сама себе как ненормальная, отчаянно желая поболтать с Ташей. Я реально должна взять себя в руки; я похожа на жалкое существо.

Услышав знакомую мелодию, хватаю телефон. Может быть, это звонит Таша, решив ответить на космические сообщения, которые я подсознательно отправила ей?

Я не узнаю номер, в моем голосе отчетливо слышится разочарование, когда я отвечаю на звонок:

— Здравствуйте.

— Привет, это Хейли Грейс? — на другом конце я слышу глубокий мужской голос.

— Это она, — отвечаю я, пытаясь вспомнить этот голос, но безуспешно.

— Эй, Хейли, это Дэниел.

Что? Кажется, мне послышалось.

— Дэниел Старк, — добавляет он, пока я молчу. Его голос становится веселым и довольным. — Ты потеряла дар речи, Хейли? — спрашивает он, и я выдыхаю короткий смешок.

— Привет Дэниел… Старк, как поживаете?

— Неплохо, особенно после увлекательного утра. А ты?

— Очень хорошо, мистер Старк.

— Дэниел, — фыркает он. — Забудь про «мистер Старк», — добавляет он сухо. — Так, завтра? — продолжает он, как будто ничего странного не произошло, будто мы до этого постоянно планировали совместные встречи, и это не он издевался надо мной несколько часов назад.

— Завтра, Дэниел, — отвечаю я, не в силах скрыть удовольствие в своем голосе.

— Как насчет кофе во время завтрака? Мы можем встретиться в «Страбаксе» около твоего дома.

— Откуда вы знаете, где я живу? Вы следили за мной? — хмурюсь я на свой телефон. Реально, Хейлз, ты хмуришься на телефон?

Я слышу низкий гортанный смех на другом конце линии.

— Нет, Хейли. Я не следил за тобой. Откровенно говоря, эта идея мне очень нравится, но мне некогда. Ты же знаешь, как сложно сохранить имидж перспективной и преуспевающей компании.

Придурок. Я ерзаю в кресле.

— У меня есть твое резюме, помнишь?

— Да, верно. Забыла об этом, — смеюсь я. — Когда вам будет удобно?

— В девять будет удобно.

— В девять, замечательно.

На том конце я слышу голос на заднем плане: «Мистер Старк, министр обороны Таиланда на линии».

Дэниел отвечает: «Передайте ему, что я перезвоню».

Министр обороны Таиланда, что за чертовщина?

— Итак, Хейли, в чем ты меня недавно обвиняла? Высокомерный, снисходительный и навязчивый? Не могу дождаться, чтобы услышать, что ты придумаешь еще до завтра. Жизнь стоит того, чтобы жить, — он смеется, и я тоже.

— Увидимся завтра в девять часов, Хейли Грейс, — говорит он и вешает трубку.

«Что ж, ему нужно поговорить с министром обороны Таиланда», — думаю я, находясь все еще под впечатлением. Потом меня озаряет: Дэниел Старк просто позвонил мне, чтобы договориться о времени на завтра.

Таша, Ян, где вы, ребята, когда я так сильно нуждаюсь в вас?

Суетясь, я пишу Таше смс, но не получив от нее быстрого ответа, надеваю свой наряд для бега: леггинсы Nike до колена и черный короткий топ. Вставляю наушники и включаю mp3-плеер. Мне нужны веселые песни. Я быстро проматываю вперед несколько треков и останавливаюсь на «Imitation of life». Заряжаясь адреналином, я пропускаю ступеньки, желая поскорее начать бег и стремясь израсходовать заполнившую меня до краев энергию.

Почти час, неплохо.

Я хвалю себя, с трудом дыша, и направляюсь в душ. Перед тем как зайти в ванную комнату, я проверяю, не звонила ли Таша. Но там только одно сообщение.

Таша: Мы остались на ночь у родителей. Пошла спать, увидимся завтра в полдень. Обнимаю.

Тоскливо вздохнув, я иду в душ.

Все еще чувствуя приятное тепло и успокаивающую боль в мышцах, я устраиваюсь на кровати, вдыхая чистый аромат свежего белья. Прокручивая в голове утренние события, никак не могу отделаться от терзающей меня мысли: почему все-таки на меня так влияет этот человек, откуда чувство, что он обволакивает меня физически и эмоционально? Наконец, я проваливаюсь в сон, пока смотрю на Конана или на какого-то другого красивого актера, или это модель, или в реальности форменный болван…

Глава 5

Доктор Джекил… и мистер Хайд

Мой IPod будит меня песней U2 «Beautiful Day». Я дослушиваю песню до конца и только потом встаю.

Сегодня я встречаюсь с Дэниелом — мистером Старком — причем меньше чем через час. Мое тело напрягается при мысли об этом.

Где Таша? Она вообще собирается возвращаться?

Я долго стою под струей горячего душа, стараясь не думать об этих манящих меня шрамах Дэниела. Я знаю, они будут отвлекать меня во время встречи, и это последнее, что мне нужно. Однако этого точно не избежать. Что-то есть в этих шрамах, что-то неприлично притягательное… Разве существует что-нибудь более сексуальное, чем это?

Вытираясь полотенцем после душа, принимаю решение не наряжаться — оденусь, как обычно. В любом случае, терять нечего. Уверена, узнав мотивы Дэниела, я обязательно разочаруюсь. И тогда моей единственной радостью будет комфортная одежда.

Я бросаю последний взгляд на стоящее в коридоре зеркало и довольно улыбаюсь: темно-синие узкие джинсы, красный топ спагетти, который идеально сочетается с моими кроссовками, светлые волосы свободным каскадом лежат на плечах, кожа после душа светится, а глаза блестят. Я наношу немного румян на скулы и тушь на ресницы, чтобы сделать мои карие глаза более выразительными. Перед выходом из дома я еще раз улыбаюсь своему отражению в зеркале.

Через десять минут я уже в кафе. Вспомнилось вдруг, как еще вчера меня просили не опаздывать на встречу с мистером Старком. Оглядевшись, я почти сразу же нахожу Дэниела, который улыбается мне из самого уютного уголка кафе. Как только мы встречаемся взглядами, он сразу встает и идет мне навстречу. На нем черные джинсы, обтягивающая футболка и… Не могу поверить! Красные кроссовки того же бренда, что и мои. Вы это специально, мистер Старк?

— Доброе утро, — улыбается мне Дэниел, глядя с высоты своего роста. Как ни стараюсь игнорировать шрам на его полной губе, мне это не удается. Я застенчиво улыбаюсь, поймав себя на том, что смотрю на него дольше, чем следовало бы. Он замечает мое робкое смущение и пожимает плечами.

— Доброе утро, Дэниел. Как поживаешь?

Он берет мою руку и целует ладонь точно так же, как сделал это вчера.

— Я проголодался.

О, это не совсем тот ответ, который я ожидала услышать.

— Тогда давай сделаем заказ.

— Присаживайся, я закажу. Что ты хочешь? — спрашивает он. Его глаза внимательно изучают мое лицо.

Я немного ерзаю и отвечаю:

— Двойной гранд кофе, очень горячий, не слишком много пены, со взбитыми сливками и газированную воду, пожалуйста.

Он смотрит на меня, явно забавляясь, и, почесав нижнюю губу, спрашивает:

— А что-нибудь поесть?

— О, нет, спасибо, я еще не успела проголодаться.

Я не говорю ему, что вообще не люблю завтракать.

Он отходит сделать заказ, предоставив мне, наконец, возможность понаблюдать за ним на расстоянии. Я изучаю его уверенную позу, такую тихую и могущественную. Истинное воплощение мужественности: грубые черты лица и взъерошенные волосы. В дополнение ко всему этому еще и намек на необузданный нрав в его озорных глазах. Бесспорно, он мегапривлекательный.

— Вот, — произносит он с кривой улыбкой, — двойной гранд кофе, очень горячий, не слишком много пены, со взбитыми сливками и газированная вода.

Он ставит поднос на стол между нами и садится в кресло напротив меня.

— Твой кофе стоит четыре с половиной доллара, — продолжает он с невозмутимым лицом.

Мои глаза заспахиваются от удивления. Он хочет, чтобы я вернула ему деньги?

— Я просто шучу, — смеется он со злорадным ликованием во взгляде. Я улыбаюсь в ответ, хотя немного встревожена. Да ты шутник…

— Итак, Хейли, спасибо за то, что пришла.

— Тебе спасибо за приглашение.

Мы улыбаемся друг другу глупыми ухмылками: он подмигивает мне, а я состраиваю рожицу. Он улыбается еще шире. Я обычно веду себя увереннее в окружении мужчин. Черт, я всегда могла пошатнуть их уверенность. Но такое происходит у меня впервые…

Он делает глоток из своего стакана, а затем подносит шоколадный кекс ко рту, и я не могу оторвать свой взгляд в ожидании его первого укуса.

— Что такое? Ты хочешь кекс? — дразнится он, заметив мой взгляд. — Или меня? — добавляет он шепотом.

Я быстро отвожу свой изумленный взгляд в сторону. Какой кекс? Хотя, было бы здорово, спасибо.

— Нет, спасибо. Я в порядке, — отвечаю я, оглядываясь по сторонам, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Правило для Хейли — вести себя как нормальный здравомыслящий человек и не таращиться на Дэниела Старка.

— Хорошо, расскажи мне, почему ты пришла на ознакомительное собрание? Ну, если не учитывать твою просветительскую деятельность, конечно?

На его губах появляется слабая, еле заметная улыбка. Я с трудом сглатываю.

Я должна была знать, что он спросит об этом…

— Если вы хотите узнать, мистер Старк…

Он останавливает меня, дотрагиваясь до моей руки. Его взгляд немного раздражен.

— Забудь про «мистер Старк», мы не на деловой встрече, насколько я помню.

Я киваю, мои губы расползаются в улыбке. Намек понят.

— Ну, если ты хочешь, Дэниел, — поправляюсь я, приподняв брови. Он смеется, затем, кивнув, откидывается на удобное кресло, положив руку на ноги.

— Меня заставили прийти, — пожимаю я плечами.

— Я бы так не сказал, — он выпускает короткий хриплый смешок. — Объяснишь?

— Честно говоря, я проиграла пари. Моя подруга подумала, что поездка на своего рода экскурсию будет для меня хорошим наказанием, — я скривила рот наподобие улыбки и была вознаграждена широкой улыбкой в ответ, которая сопровождалась небольшим покачиванием головы.

— Но… как бы это сказать, она пообещала мне, что это будет познавательная экскурсия, и что я не могу знать наверняка, какие возможности могут открыть свои двери передо мной. Например, возможность выпить чашечку кофе с тобой.

— Умная девушка, твоя подруга. Напомни мне, чтобы я поблагодарил ее лично, если нам посчастливится пересечься.

Мы обмениваемся напряженными взглядами, и он наклоняется, чтобы съесть еще кусочек своего кекса.

— Какая твоя любимая песня? — спокойно спрашивает он.

Это еще что такое? Дэниел Старк интересуется, какая у меня любимая песня? Нас снимает скрытая камера?

— Ты хочешь узнать, какая у меня любимая песня? — повторяю я его вопрос, чтобы просто убедиться, что я правильно его расслышала.

— Да, — без особых разъяснений отвечает он. Он даже не собирается добавлять что-то еще.

— «Set The Fire To The Third Bar», — отвечаю я, не понимая, к чему он это спрашивает.

— Я не знаю эту песню, — говорит он, заинтересовавшись.

— Это Snow Patrol, — поясняю я. Он приподнимает брови и пожимает плечами.

Ну и что я должна ответить ему на это? Эй, Дэниел, я живу рядом, ты бы не хотел пойти ко мне и послушать песню?

— Теперь у тебя есть домашнее задание: ты должен послушать эту песню, — говорю я. Каков вопрос — таков ответ. Он ухмыляется и смотрит на меня из-под ресниц.

— Многое можно узнать исходя из музыкальных предпочтений, — говорит он, как будто сам себе.

— Итак, чем ты зарабатываешь на жизнь? Очевидно, это должно быть что-то особенное — ты отвергла мое щедрое предложение.

Он опять поддразнивает меня.

— Я отвечу, мистер Старк, если вы сотрете насмешку со своего лица, — я копирую его выражение лица, довольная своим ответом.

— Справедливое замечание, — он сжимает мою руку, которая лежит на подлокотнике кресла, в результате чего я чувствую короткое замыкание прямо в своем животе.

— На самом деле, жду окончательного решения по моей новой работе в журнале… в креативном отделе.

— Звучит интересно, — говорит он тихо, внимательно глядя на меня.

Я улыбаюсь про себя: он заинтересован, как обстоят дела на моем профессиональном поприще.

— Сейчас я неполный рабочий день провожу в страховой компании в качестве помощника по административным вопросам, я только недавно получила степень магистра.

— Неполный рабочий день на должности административного помощника страхового агента, — он смотрит на меня с недоверием, — и все же ты отказалась от моего предложения?

— Да ладно, ты просто разыгрываешь меня, не было никакого реального предложения с твоей стороны, и мы оба знаем это.

Его губы изгибаются в едва незаметной улыбке.

— О да, мы оба знаем, не так ли?

Он сейчас серьезно или все еще шутит?

— Было ли это на самом деле или нет, я искренне верю, что ты подшучиваешь надо мной. Тем не менее, я реально очень заинтересована в работе в журнале.

— Что за журнал? — он еще раз откусывает свой кекс и кладет его обратно на стол.

— Почему ты спрашиваешь? — сухо спрашиваю я, и, не акцентируя особого внимания, беру верхний кусочек его кекса и кладу себе в рот. Он приподнимает брови и в удивлении приоткрывает рот.

— Ну, конечно, ни в чем себе не отказывай, — усмехается он, показывая на свой кекс. — Я даже разрешу тебе воспользоваться моим кофе, — он пододвигает свою чашку ко мне, на его лице растягивается самая широкая улыбка.

Я что, взяла его кекс, даже не спросив?

Я ерзаю в своем кресле. Заметив это, он опять улыбается.

— У меня есть, спасибо, — я подношу чашку ко рту.

Думай, прежде чем что-то сделать.

Дэниел продолжает смотреть на меня в течение длительного времени. В его глазах прежнее веселье.

— У тебя привычка пить кофе рядом со мной, — он усмехается. О, как я могла этого не заметить? Я закатываю глаза и посылаю ему натянутую улыбку.

— Я спросил про журнал, так как могу помочь.

У меня уходит целая минута на то, чтобы вспомнить его последний вопрос и осознать, что он только что сказал.

— Как это? — спрашиваю я, вопросительно глядя на него.

С полным безразличием он протягивает свою руку к моему рту и пальцем убирает крошку от кекса с моих губ, а затем, все с тем же безразличием, кладет свой большой палец себе в рот и посасывает его. Мне показалось, что время замедлилось, хотя все это длилось несколько секунд. Я смотрю на него в полном недоумении, а он продолжает говорить.

— У меня есть кое-какие связи. Везде, — уточняет он. Сделав паузу, он смотрит на меня сквозь ресницы, на его губах виднеется озорная улыбка, как будто говоря «ты удивлена, дорогая», а затем продолжает, как ни в чем не бывало. Застывшая, я смотрю на него и не могу понять, что он говорит. Все, что я ощущаю, это прикосновение его большого пальца к моим губам, его рот, украшенный небольшим шрамом, его приоткрытые губы, чтобы съесть крошки кекса, которые он стер с моего рта. Что-то глубоко внутри меня сжимается, очень сильно.

— Серьезно, я могу с кем-нибудь поговорить, Хейли.

Готова поспорить, что можешь…

— Спасибо большое за предложение, но я предпочитаю справляться своими силами.

— Это хорошо, очень хорошо, — говорит он. Взгляд его становится задумчивым, будто он что-то взвешивает в уме. Интересно, о чем он думает. Я рассматриваю его: прямой нос, густые длинные ресницы, орехового цвета глаза, лицо загорелое, что только подчеркивает его красоту, крошечные морщины в уголках глаз.

Из-под стола раздается короткий рингтон, который вырывает его из раздумий. Он достает свой телефон из кармана и резко отвечает:

— Старк.

Он слушает, его взгляд встречается с моим. Чувствую себя немного смущенной, но все равно не могу отвести от него взгляда. Дэниел гипнотизирует меня, и в животе появляется какое-то нехорошее предчувствие. Это что такое? Бабочки? Я не должна это чувствовать, не с ним.

В какой-то момент он хмурится. Я замечаю, как желваки начинают бегать по его скулам.

— Да, твою мать, есть что-нибудь такое, что вы можете решить сами? Или мне нужно найти вам няньку, которая будет контролировать каждый ваш шаг?

Ничего себе, я бы не хотела сейчас оказаться на месте его собеседника.

— Сейчас буду, — говорит Дэниел тихим голосом, в котором отчетливо слышится ярость. Услышав это, я чувствую укол разочарования. Он уходит?

— И последнее, Джейк. Коробка должна быть готова, потому что я уволю тебя, когда приеду.

Прощай доктор Джекил, добро пожаловать, мистер Хайд. Псих…

Дэниел встает, раздраженный, и делает напоследок большой глоток из своей чашки.

И все? Наше время вышло? Так просто?

— Я должен идти работать за людей, которым плачу за это деньги, — объясняет он встревожено. В его голосе остро ощущается сарказм, на лице ни следа улыбки.

— Что ж, мужчина должен делать то, что должен, — улыбаюсь я ему, стараясь скрыть свое растущее разочарование. — Было очень приятно, — добавляю я. Он, кажется, будто и не со мной уже, его мысли в другом месте. Дэниел, срочно возвращайся на землю… нет связи, совсем нет.

— Увидимся, — бормочет он и идет к выходу. Я сижу, застыв в негодовании от того, что все вот так и закончилось. Увидимся? Это точно тот игривый и обаятельный мужчина, с которым я недавно пила кофе? Я провожаю его взглядом и снова замечаю его кроссовки. Такие же, как и у меня. Те, которые он похвалил в своем кабинет. Кажется, это было несколько лет тому назад.

— Эй, Дэниел, — зову его я. Он испуганно оборачивается.

— Клевые кроссовки, — ухмыляюсь я. Ему, кажется, требуется время, чтобы понять, о чем я говорю. Затем он смотрит на меня с лучезарной улыбкой. Вспомнив, что я все еще здесь, он возвращается. Подойдя ко мне, он наклоняется, чтобы обнять. Этого я не ожидала. Ого, доктор Джекил вернулся. Обнимая меня, он умудряется опрокинуть бутылку с минеральной водой прямо на себя и его черная футболка намокает.

— Еб*ть, — выдыхает он.

— Это просьба? — спрашиваю я тихо. Я подмигиваю ему, напомнив его собственные слова с нашей первой встречи. Его лицо озаряется. Как раз вовремя.

— У меня встреча, — добавляет он, имея в виду, что не может поехать туда в мокрой футболке. На его лице я все еще вижу улыбку.

— Я живу рядом, — говорю я. — Могу быстро высушить ее.

Он смотрит на меня, обдумывая предложение.

— Это помогло бы.

Теперь я могу думать только о том, что Дэниел Старк идет в мою квартиру.

* * *

На пути к моему дому я спрашиваю его, что он имел в виду под «что случается редко» в его письме.

— Ничего не может произойти без моего всестороннего контроля, понимаешь? — он посылает мне небольшую ухмылку. Прикусив губу, я киваю и ожидаю, когда он продолжит.

— Люди редко удивляют меня, и я обычно не делаю кофе.

Он опять достает телефон, наверно, чтобы проверить электронную почту. Выражение его лица снова становится бесстрастным и серьезным. Итак, люди обычно не удивляют тебя, Дэниел, и ты не делаешь кофе. Может, я особый случай? Объект его благотворительности? Я стебусь сама над собой.

— А вот и наше скромное пристанище, — заявляю я, как только мы входим.

Дэниел оглядывается.

— Милое пристанище, очень колоритное, — он кивает в сторону столовой, окрашенной в оранжевый и зеленый цвета. Я пожимаю плечами.

— Итак, мне нужна твоя футболка, Дэниел, — игриво командую я, протягивая руку, тем самым требуя исполнить мой приказ.

— Мы даже толком не зашли еще, а ты уже хочешь увидеть меня голым? Всему свое время, Хейли.

Я знаю, что он шутит, но мысль о нем без футболки плюс этот сексуальный намек сводит меня понемногу с ума. Он наблюдает за мной с серьезным видом и порочным взглядом, как будто я приманка. И, не разрывая наш зрительный контакт, снимает свою футболку через голову.

Мать моя женщина, нужно срочно запретить ему носить такие футболки. Я начинаю задыхаться.

— Вот, — он протягивает мне футболку, все еще теплую от его тела, пристально смотря на меня, и я с трудом сглатываю. Прежде чем пойти к сушилке, я бросаю на него еще один взгляд. Его левое плечо было украшено спиралевидной татуировкой, кажется, это какие-то древние символы. Надо подумать о чем-нибудь другом и выбросить его тело из своей головы.

— Где у вас ванная комната? — спрашивает он, и наши взгляды встречаются.

— Следующая дверь слева, — отвечаю я, бросив на его грудь еще один быстрый взгляд. Целую минуту мы стоим лицом друг к другу, не отводя глаз, между нами разрастается напряженное чувство, заряжая расстояние между нашими телами. Он начинает медленно двигаться ко мне. Мое сердце уходит в пятки, с нетерпением ожидая продолжения. Он опускает взгляд к моим губам, и мне становится трудно дышать.

— Милая, я дома, прячь своего любовника.

Сейчас, Таша? Ты вернулась именно в этот момент?

Дэниел поворачивает голову в сторону, откуда доносится голос.

— О, ты на самом деле с любовником, — комментирует сухо Таша, глядя на нас из темного коридора.

— Привет, — произносит Дэниел.

— Ммм, и тебе привет, — отвечает Таша, заметив его голый торс.

Я подхожу к ней, а Дэниел идет в ванную. Когда он проходит мимо меня, моя рука случайно касается его голой спины, он смотрит в мою сторону, и мы тонем друг в друге. За столь короткое мгновение я уже чувствую странную связь между нами. Он улыбается мне, как будто прочитав мои мысли, и я улыбаюсь в ответ. Что-то новое появляется в его взгляде, и я не могу понять, что именно. И снова эти бабочки в моем животе.

Дверь за ним закрывается, и, убедившись, что Дэниел нас не услышит, я обнимаю Ташу и шепчу ей на ухо:

— Где ты была прошлой ночью? Ты была мне нужна!

— Хейлз, я была такой уставшей. Я проспала конец фильма, а потом даже не могла собраться с силами, чтобы вернуться. Итак, что же здесь происходит? Кто это? Когда и зачем? Мне нужно знать все до кровавых подробностей и быстро!

— Эй, притормози, я на это не подписывалась, мисс Тейлор.

— Прекращай умничать и быстренько выкладывай все, непослушная девчонка. В нашей квартире полуголый мужчина, и я пока не ушла…

Она ждет моего ответа с дьявольской улыбкой и нетерпением. И как только я собираюсь рассказать ей все вкратце, выражение ее лица меняется. Ее глаза распахиваются, а рот слегка приоткрывается.

— Дэниел Старк, — восклицает она совсем неожиданно.

— Приятно познакомиться, мисс… — он наклоняет голову и с веселой улыбкой протягивает ей руку в знак приветствия. Ее восхищенный взгляд направлен на него в упор, когда она пожимает ему руку.

— Тейлор, — наконец отвечает Таша, не в силах вернуть челюсть в нормальное положение.

— Это подруга, которую я должен поблагодарить? — Дэниел приподнимает брови с легкой улыбкой на губах. Я киваю в знак согласия, пока Таша наблюдает за нами.

Дэниел небрежно садится на один из барных стульев, стоящих перед нами, как будто это в порядке вещей для него, как будто он тусит с нами каждый день и каждый раз раздетый по пояс. Словно он Ян. Он смотрит в мою сторону. Я замечаю, что Таша все еще глядит на меня вопрошающим взглядом.

— Дэниел случайно пролил на свою футболку воду. Мы ждем, пока она высохнет.

Я стараюсь ответить на ее насмешливый взгляд, хотя уверена, что вопрос не в этом, а в том, что, черт возьми, Дэниел Старк делает в нашей квартире.

— О, теперь здесь реально есть смысл, как раз то, о чем я и подумала сразу, — бормочет Таша, придя в себя.

Мы вместе с Дэниелом смеемся. Он бросает на меня такой милый взгляд, что я чувствую, как крошечные теплые волны мечтательно кружат в моем животе.

— Мне нужно еще кое-что сделать, я к себе, — говорит Таша, почувствовав себя лишней. Она подмигивает нам обоим и уходит.

Спасибо, Таша, спасибо! В глубине души я знаю, что она просто умирает от желания остаться здесь, чтобы посмотреть, что будет происходить дальше.

— Хочешь выпить? — спрашиваю я Дэниела. Теперь мы одни, и я не уверена, что могу здраво мыслить, видя его голый торс. Мне кажется, что я сейчас наброшусь на него.

Он постукивает пальцами по зеленой поверхности нашей барной стойки.

Нервничает?

— Спасибо, но мне нужно идти, — отвечает он. В его глазах я вижу досаду. Полагаю, что это из-за того звонка в кафе.

— Я проверю сушилку, — говорю я, и он кивает в ответ. Он провожает меня взглядом, пока я иду по коридору. Вытащив футболку из сушилки, я держу ее в руках, ощущая теплую ткань. Я даже расстроилась, что она так быстро высохла. Подумав о том, что она была одета на нем несколько минут назад, я поднимаю ее к своему лицу и глубоко вдыхаю. Чистый, с легкой примесью специй, мускусный аромат. Я продолжаю наслаждаться этим запахом еще какое-то время, пытаясь заставить себя остановиться. Я должна вернуть ее владельцу. Именно поэтому я вытащила футболку из сушилки. Что это со мной?

— Вот, держи, — я вручаю ему футболку, и он забирает ее. Наши пальцы соприкасаются на мгновение, посылая небольшую дрожь от моей руки в самое сердце. Я наблюдаю за ним, пока он надевает футболку. Дэниел поднимает взгляд на меня, и снова это озорное веселье в его глазах. Я вздыхаю глубоко и шумно. Он улыбается, и я чувствую, что краснею.

— Спасибо за прекрасное утро, Хейли Джей Грейс, — его язык нежно ласкает мое имя.

— Спасибо за прекрасное утро, Дэниел Старк.

Он посылает мне свою хитрую улыбку, затем подносит свою руку к моему лицу и гладит по щеке кончиками пальцев. Этот жест выбивает меня из колеи. Потом он поворачивается к двери.

— Увидимся, Хейли, — говорит он, открывая дверь.

— Увидимся, Дэниел.

Я смотрю, как он уходит.

Чем скорее, тем лучше.

Он выходит, закрыв дверь. Я прислоняюсь к двери, смущенная тем, что расстроилась из-за его ухода.

Я не должна расстраиваться, только не из-за него…

Глава 6

Непристойные мысли

Таше не понадобилось много времени, чтобы оказаться рядом со мной. Она изучает меня любопытным взглядом, отвлекая от грустных мыслей.

— Ну? — она упрямо и в нетерпеливом ожидании приподнимает бровь.

Я смотрю на часы. Дерьмо, уже одиннадцать. Я должна быть на работе через двадцать минут.

— Давай я быстро съезжу на работу, а потом все тебе расскажу, — я смотрю на нее извиняющим взглядом, и она хмурится. — Таша, я действительно должна быть на работе через двадцать минут, иначе миссис Старая Дева поджарит мою задницу на гриле.

Таша наигранно вздыхает.

— Окей, только перестань ныть.

Как только мы оказываемся в ее машине, я начинаю выбирать трек на магнитоле. Салон заполняется звуками спокойного блюза, и Таша сразу же поворачивается ко мне:

— Теперь рассказывай.

Улыбнувшись, я начинаю с самого начала, с интервью в Stark Software. Поведав все в мельчайших подробностях, свой рассказ я заканчиваю видом полуголого Дэниела Старка в нашей квартире.

— Погоди-ка, — говорит Таша, поднимая свой палец с безупречным маникюром, чтобы набрать номер телефона. И я даже знаю, кому мы звоним.

— Привет, красотка! — очень громкий визг нарушает нашу спокойную атмосферу в машине.

— Мой дорогой, ты на громкой связи, и я не одна, с нами еще мисс Грейс.

— Красотка мисс Грейс!

Я хихикаю над неудержимой энергией Яна.

— А теперь слушаем, — деловито заявляет Таша, и мы прекращаем смеяться.

— Мисси, можешь рассказывать дальше, — она поворачивается в мою сторону, а затем смотрит опять на дорогу. Я подчиняюсь.

— О, Боже, я даже погуглил инфу про него. Он — такая горячая штучка. Получив полное представление о нем, теперь я задаюсь вопросом, скольким девушкам он уже успел разбить сердце?

Мы с Ташей начинаем смеяться.

— Я так понимаю, ты собираешься провести эксперимент и проверить, насколько он горяч?

— С этим парнем, клянусь твоей упругой попкой, я готов на все. Есть ли хоть малейший шанс, что он играет за обе команды?

Я закатываю глаза.

Ян словно тасманский дьявол, когда речь заходит о горячих парнях. Он должен попробовать каждого, в ком есть хотя бы намек на сексуальность.

— Не имею ни малейшего представления. Не думаю, что это так. Но будь уверен, я спрошу его об этом при первой же возможности.

Таша хихикает, а я качаю головой.

— Так, великолепные дамы, мне нужно идти. Не забудь спросить у него, Хейли. Это приказ. Чао!

— Любим тебя, — отвечаем мы хором.

Мы с Ташей обмениваемся удивленными взглядами и вновь оказываемся в атмосфере расслабленности и покоя, царившей в машине до нашего разговора с Яном.

Спустя некоторое время я лениво обращаюсь к Таше:

— Серьезно, я понятия не имею, что он хочет от меня.

Таша посылает мне насмешливый взгляд.

— То есть, я знаю, чего он хочет, я не первый раз «замужем»… И меня тянет к нему так, как ни к кому другому, но это просто… — я вздыхаю.

— Ты когда последний раз смотрела на себя в зеркало? Мне стоит напомнить тебе, сколько разбитых сердце уже за твоей спиной? И я сейчас говорю только о тех, что были за последние пару лет.

Сморщив нос, она продолжает:

— Ты такой сладкий, остроумный, красивый и просто умный человечек.

— Ну, моя дорогая, ты могла бы быть более объективной, — улыбаюсь я ей.

— Что ты думаешь насчет всего этого? — спрашивает она.

— Ну, он интересный и обаятельный. Но в любом случае он плохой парень.

Обдумав сказанное, я продолжаю более осторожно:

— Он действительно горяч. Ведет себя так, будто ему нужно нечто большее, хотя я уверена, что он тот еще игрок.

— О, да это же твой типаж.

— Эй, ты на чьей стороне?

— Ну, просто сделай так, как предложил Ян, а потом забей, — уверенно предлагает она.

— Но ты же знаешь, как я себя чувствую, когда… делаю это? Как это обычно бывает?.. Ты же знаешь лучше, чем кто-либо, что я никого не ищу.

Никто не знает лучше о моей постыдной истории, чем Таша. О том, как в течение последних нескольких лет по собственной же воле у меня не было отношений, которые бы длились дольше одной ночи, больше одного оргазма…

Она поправляет свои солнцезащитные очки в стиле Jackie О.

— Хейлз, я знаю, что ты перестала трахаться просто так. Но ты можешь последний раз сделать исключение для этого неотразимого, мужественного и мегапривлекательного парня в. Малышка, в любом случае, не ищи в этом другой смысл, — твердит она, озвучив то, о чем мы обе думаем. У нее просто талант озвучивать мои же мысли вслух.

— Трахаться просто так, — я хихикаю. — Прикольно.

Таша смотрит на меня удивленным взглядом.

Припарковавшись, она поворачивается ко мне и говорит:

— Ну, он действительно невероятно сексуален. Черт, он Дэниел Милашка Старк, — она усмехается. Моя лучшая подруга хочет самого Дэниела Старка.

Я смеюсь над ней.

— Мы решили использовать его самым неприличным способом, а я даже не уверена, что он вообще мне еще когда-нибудь позвонит, — бормочу я.

— Чего я реально не могу сделать, так это предугадать его дальнейшие действия.

Может быть, я должна просто позвонить ему и сказать: «Эй, Дэниел, я вынесла великодушный вердикт: я хочу тебя. Может, потрахаемся?»

Глава 7

В самый последний раз

— Дорогая, я дома, — кричу я.

— Я в душе, — вопит Таша слишком громко.

Вспомнив, что ничего еще не ела сегодня, иду на кухню и соображаю себе перекус из козьего сыра, артишоков в оливковом масле и нескольких крекеров.

— Что с твоим телефоном? Он что, сдох? — спрашивает Таша, подходя ко мне с полотенцем на голове и в шелковой синей сорочке. Ее лицо розовое после душа.

— Ты о чем? Разве ты мне звонила?

— Раз сто, наверно. Ладно, не бери в голову, ничего серьезного, — отвечает она, но в ее глазах я вижу беспокойство. Анализируя ее взгляд, понимаю, что у нее есть что-то, что ей не терпится мне рассказать, и она держится из последних сил, ожидая проявления любопытства с моей стороны, чтобы не выложить эту новость сразу. Я достаю свой телефон из заднего кармана джинсов и понимаю, что он выключен, вероятно, уже давно.

— Что? Таша, почему ты смотришь на меня взглядом я-срочно-должна-тебе-кое-что-рассказать? — спрашиваю я, откусив кусочек крекера. Крошки падают на стойку, и я стряхиваю их на пол. Таша прислоняется к мозаичной керамике, из которой сделана кухонная стойка.

— Меня позвали на собеседование в Stark Software сегодня.

— О! — это единственное, что я могу вымолвить. Может быть, Дэниел в ней тоже заинтересован…Что это со мной? — С миссис Гринич, — подчеркивает Таша, словно прочитав мои мысли. Я вздрагиваю, чувствуя себя неловко из-за ранее пришедшей мне в голову мысли.

Она была настолько очевидна?

— О, я так рада за тебя. Это ведь то, что ты хотела, — говорю я, все еще чувствуя себя немного неловко.

— Да, я просто надеюсь, что произведу хорошее впечатление, — отвечает она мечтательно. Ее взгляд на какое-то время останавливается на невидимой точке позади меня. — Как ты думаешь, могли ваши отношения с Дэниелом Старком повлиять на ситуацию? — ее вопрос повисает между нами.

— Понятия не имею. Я не знаю, чего он хочет и о чем думает. К тому же, ты умна и компетентна, так что, мне кажется, наши отношения здесь ни при чем.

На самом деле между нами вообще ничего нет.

— Ты, должно быть, права.

Она снимает полотенце с головы, позволяя своим темным волосам свободно струиться по плечам и спине.

— Думаю, мне тоже нужно принять душ и пойти спать, — говорю я, собирая последние крошки от крекера и засовывая их в рот.

— О, пойду поведаю об этом СМИ, — отвечает она, и я фыркаю в ответ. — Я посмотрю телевизор, можешь присоединиться ко мне, если хочешь.

Таша ложится на наш белый диван, натягивая на себя темно-фиолетовое одеяло.

— Нет уж.

Я протираю стойку, ставлю свою тарелку в посудомоечную машину и иду в душ.

* * *

Я не могу не думать о Дэниеле. Взяв ноутбук в постель, я решаю посмотреть, что интересного о Старке может поведать мне мой надежный друг Google.

Хм, 33100 результатов за 0,23 секунды. Я нажимаю на ссылку Forbes:

Дэниел Старк.

Чистый капитал — 1.9 миллиардов долларов по состоянию на июнь 2012 года.

Ничего себе, ребенок получил несколько пятаков в свою копилку… миллионы пятаков!

Я знала, что он богат, но не настолько же? Его внешний вид никогда бы не вызвал у вас мыслей о его богатстве. Его непринужденность и простота делают его более привлекательным, чем то несметное бабло, которым он окружен.

В Glance:

Возраст: 34 года.

Источник богатства: изобретение/производство программного обеспечения.

Место жительства: Сан-Франциско, штат Калифорния.

Образование: бакалавр гуманитарных наук, университет Сан-Франциско.

Семейное положение: не женат.

Дэниел Старк украсил обложку нашего выпуска 2008 года, посвященного миллиардерам. Пропав из нашего списка самых богатых людей в 2010 году, он снова вернулся на почетное место в прошлом году. Его собственный капитал продолжает набирать обороты: акции Stark Software взлетели до небес.

Дэниел Старк занимается благотворительностью, оказывая помощь детским больницам, а также закупая новейшее оборудование для учреждений, специализирующихся на исследованиях раковых опухолей.

Основное хобби мистера Старка — серфинг и автомобильные гонки.

А также издевательство над молодыми женщинами во время фиктивных интервью.

Прочитав эту информацию, теперь я еще больше думаю о Дэниеле: эти глаза, эта дикая небрежность, эти шрамы на его красивом лице. Даже во сне он преследует меня…

* * *

Темно. Я несколько раз моргаю, чтобы привыкнуть к темноте, а затем поворачиваюсь в поисках своего телефона, вспоминая, что он выключен. Я включаю его и жду, когда на дисплее появятся часы. Два часа ночи. Мне нужно еще поспать. Но спать мне уже не хочется, поэтому я решаю проверить почту в телефоне. Сообщение от журнала YOU. Я неохотно открываю сообщение, думая, что если они написали мне письмо, то вовсе не потому, что хотят пригласить меня на первый рабочий день. Наверняка это просто стандартный отказ.

«Дорогая Хейли,

Я бы хотел пригласить вас продолжить нашу встречу касательно должности ассистента.

Вы можете подъехать 6 июня к 12:00?

Пожалуйста, ответьте нам как можно скорее.

Всего хорошего,

Джош Уайлд, исполнительный креативный директор, YOU»

Я снова перечитываю сообщение — супер!

Это значит, что они решили все вопросы с численностью штата, и я скоро начну работать? Я так разволновалась, что мне даже пришло в голову разбудить Ташу. Хотя нет. Это может подождать до утра.

Я пролистываю остальные сообщения, пока не натыкаюсь на две буквы «ДС», и мой пульс учащается. Очень интересно и волнительно. Я сразу же открываю сообщение. Не уверена, что интригует меня больше — это сообщение или предыдущее. Меня вообще-то не должно волновать это…

«Привет, Хейли!

Еще раз спасибо за сегодня.

Как насчет кино завтра?

ДС»

Дэниел Старк зовет меня в кино? Ненавижу тот факт, что мое настроение поднялось до максимума, как у одурманенного подростка. Так не должно быть. Я чувствую, как каждая клеточка меня тянется к нему. Это ведь только физическое влечение без эмоций и чувств, верно?

«Привет Дэниел!

Зависит от компании.

Х.»

Я обнимаю свою подушку, пытаясь заставить себя уснуть, но вдруг слышу звук пришедшего сообщения. Я даже удивилась — для сообщений слишком поздно… На дисплее две жирные буквы: «ДС».

«Привет Хей,

Я предлагаю не только фильм, но и компанию.

Оскорбленный и Разочарованный,

ДС»

Я сразу пишу ответ:

«Дорогой Оскорбленный и Разочарованный,

Что случилось? Разве вам с утра не нужно заниматься вашим интригующим и профессиональным бизнесом?

Х.»

Нажимаю «Отправить» и прислоняю свою голову к подушке, улыбаясь.

Вздрогнув от неожиданного телефонного звонка, я хватаю телефон.

— Мне достаточно нескольких часов сна, чтобы со всем справиться. Будь уверена, Хейли, я не позволю никому усомниться в моей способности справиться с той или иной ситуацией, — я слышу хриплый голос Дэниела.

Я очень рада это слышать, потому что у меня есть кое-что важное для тебя. Это то, что заставит тебя потерять контроль…

— Привет, — акцентирую я свое приветствие, — что случилось с вашими безупречными манерами? И я рада слышать, что ты можешь сделать все, что угодно, — я дразню его, вжимаясь глубже в свое толстое душистое одеяло.

Избежав дальнейшего обмена колкостями и проигнорировав мой последний комментарий, он прямо спрашивает:

— Ты не хочешь встретиться со мной прямо сейчас?

— Конечно, почему бы и нет, — говорю я, даже не задумываясь.

А это еще откуда взялось?

— Я могу забрать тебя через десять минут. Дороги сейчас свободны. Это не займет много времени, хорошо?

— Дэниел, и куда же ты меня заберешь? — спрашиваю я и только сейчас понимаю, что мое согласие было опрометчивым.

— Посмотрим через десять минут, — и он сбрасывает вызов.

На что это я подписалась? Ради бога, мне нужно подумать, особенно над тем, что касается него. Так, мне срочно нужно принять дозу кофеина, если я собираюсь придумать дальнейший план действий. Что ж, это цена, которую должна заплатить девушка за встречу посреди ночи с красивым, богатым предпринимателем с очаровательными шрамами. Я надеваю синие джинсы, белую обтягивающую футболку и черную толстовку, затем быстро чищу зубы и пытаюсь что-то сделать с беспорядком на голове. Беру две бутылки газированной воды из холодильника и обуваю свои красные кроссовки, которые оставила в коридоре. Быстро глянув в зеркало, я выхожу из квартиры и закрываю дверь. Мне не хватает терпения ждать лифт, поэтому я спускаюсь по лестнице, перепрыгивая через ступеньку.

Я не должна так волноваться. Кажется, я на пути к разбитому сердцу…

* * *

Радуюсь тому, что оделась тепло, поскольку на улице довольно-таки холодно в предрассветные часы. Я обнимаю себя, чтобы согреться. Неожиданно проваливаюсь в воспоминания о наших встречах с Дэниелом. Я думаю о том, какой он обаятельный в своей грубой остроумной манере. То, как он обращался со мной на этом ужасном интервью, я вспоминаю вполне позитивно, хотя и понимаю, что в каких-то моментах заслужила такое отношение. И, конечно, его переменчивый характер и тот момент, когда его настроение резко изменилось из-за одного звонка — это было трудно не заметить. Своего рода предупреждающий знак. Но в целом, я рада, что у меня будет еще один шанс встретиться с ним, чтобы узнать его получше. Он привлекает меня насколько же, насколько и я тянусь к нему — двух причин достаточно, чтобы продолжить изучать его дальше.

Громкий механический рык возвращает меня в настоящее. Я поворачиваю голову на звук и застываю в удивлении: механический животный звук исходит от приближающейся машины среднего размера. Широкий, низкий, серебристого цвета автомобиль, который я определенно не видела прежде, выглядит одинаково диким и экзотическим. Как и его обладатель.

Дэниел выходит ко мне в сексуальных выцветших джинсах и в сером пуловере. Я протягиваю ему руку для приветствия, но он игнорирует ее и притягивает меня в свои объятья. Неожиданно. Я неловко принимаю их, мои руки крепко обхватывают его тело, и в итоге я обнимаю его за талию. Осознав комизм ситуации, я отстраняюсь. Я что, его тетя?

Даже за столь короткое время я получила удовольствие от ощущения подтянутого тела Дэниела, от его рук, обнимающих меня, от его чарующего запаха. Я чувствую непреодолимое притяжение к нему, желая большего. Незаметно я делаю еще один глубокий вдох, прежде чем мы разрываем наши объятия.

Мне приходится наклониться, чтобы сесть в автомобиль, он гораздо ниже, чем кажется на первый взгляд.

— Милая машина. Что за марка? — спрашиваю я, пытаясь поудобнее усесться.

Его глаза загораются в ответ.

— Это «Вейрон», 8.0 литров, W16-цилиндровый двигатель, четыре турбодвигателя, двойное сцепление, с компьютерным управлением и механической коробкой передач.[7].

— Эй, ты потерял меня еще на слове «Вейрон», — улыбаюсь я.

Он усмехается и добавляет:

— Это «Бугатти», назван в честь гонщика Пьера Вейрона.

Пока Дэниел рассказывает про автомобиль, его улыбка становится шире, а глаза блестят. Я вспоминаю информацию, которую нашла в Forbes сегодня: одним из его хобби являются гонки, но прежде, чем решаюсь прокомментировать его ответ, заставляю себя промолчать. Не хочу признаваться в том, что искала о нем информацию. Жалость не лучшая благотворительность.

— Тебе нужно пристегнуться в этой малышке. Она разгоняется от нуля до ста за 5,1 секунду, — говорит он по-мальчишески, проведя рукой по кожаному рулю, его длинные пальцы задерживаются на изгибах. — Итак, что же особенное ты хочешь увидеть? — он награждает меня греховной кривой улыбкой.

Я улыбаюсь в ответ:

— Удиви меня.

— Именно это я и сделаю, — он подмигивает.

Разве может он быть более привлекательным и обаятельным? Я смотрю на его профиль, когда он поворачивает голову на дорогу, и дрожь возбуждения проходит сквозь мое тело. Он нажимает на педаль, заставляя автомобиль с нетерпением зареветь, и отпускает тормоз, после чего я просто врезаюсь в сидение. В салоне я слышу легкую фоновую мелодию.

— Что за песня? — спрашиваю я и смотрю на него, снова наслаждаясь его красивым профилем.

— «Just a boy» — слушаем лирику, — он прибавляет звук и начинает подпевать, его глаза все еще направлены на дорогу.

Я должна это слушать? Что-то о встрече парня и девушки, он быстро влюбился в нее, хотя не может объяснить, почему. Вы что-то хотите сказать мне, мистер Старк? Моя внутренняя улыбка сейчас разорвет меня на две части.

— Газированной воды? — предлагаю я, намереваясь открыть свою.

Он поворачивается ко мне, широко улыбаясь.

— Всегда наготове.

— Что я должна на это ответить? — я улыбаюсь ему и поднимаю руку в жесте герлскаут.

— О, ты была одной из них? — интересуется он, все еще улыбаясь.

— Да, — я одариваю его еще более широкой улыбкой. Он, должно быть, наслаждается шуткой, продолжая ухмыляться. Я поворачиваюсь, чтобы открыть вторую бутылку для него.

— Нет необходимости открывать вторую. Мы можем пить из одной, — бормочет он небрежно.

Думаю, что можем. Я передаю ему свою бутылку, полными губами он обхватывает горлышко бутылки и делает глоток. Движение его рта гипнотизирует меня.

— Держи, — он возвращает мне обратно бутылку, пристально взглянув на меня. Поднося бутылку к своим губам, я думаю о том, что его губы касались этого же места. Я медленно пью воду, пока теплая волна оседает в моем животе.

* * *

— Мы на месте, — заявляет Дэниел, паркуя машину рядом с маяком. — Пойдем.

Я слушаюсь. Он обходит машину, чтобы помочь мне вылезти, и берет меня за руку.

— Это одно из моих самых любимых мест за пределами города, — говорит он мне. — Удивительный вид с высоты.

Я смотрю на него из-под ресниц и с улыбкой продолжаю идти за ним. Пока мы поднимаемся по двум лестницам, я бессовестно изучаю его сзади. Ему не навредит то, о чем он не подозревает. Я ухмыляюсь, мне действительно нравится, как джинсы сексуально обтягивают его накаченную заднюю часть ног.

Пройдя половину пути, он поворачивается лицом ко мне, его глаза темные и чувственные, он смотрит на меня сверху вниз, практически прижимаясь к моему телу своим.

— Ты была здесь раньше?

У него бархатистый голос.

— Нет.

Я дважды моргаю и сглатываю.

— Хорошо. Рад, что я первый, — говорит он и продолжает подниматься.

Мое сердце бешено стучит. Дэниел — настоящее воплощение очарования и тепла, к этому я, разумеется, не была готова.

Мы стоим на самом верху, пытаясь восстановить дыхание после нелегкого подъема. Как только наши взгляды встречаются, мы начинаем весело смеяться.

— Идем, — он протягивает руку, чтобы взять мою. Я наслаждаюсь теплом его руки. Дэниел ведет нас на другую сторону башни и останавливается возле деревянных перил. Сейчас около трех часов утра. И то, что я вижу на горизонте, просто ошеломляет меня. Небо представляет собой смесь дымчато-серого цвета с вкраплениями черного угля, звезды разбросаны в виде крошечных мерцающих точек, это недра моря во время бури — черные с серебром.

— Это невероятно, Дэниел, — восхищаюсь я видом. Когда поворачиваю голову, чтобы окинуть взглядом эту красоту, то сталкиваюсь лицом с Дэниелом. Он стоит слишком, слишком близко.

Я краснею и благодарю утренний полумрак, скрывающий это.

— Я заставляю тебя нервничать?

Он заметил, что я покраснела. Пока он ждет моего ответа, его глаза находят мои. Мы стоим некоторое время в напряженной тишине, он смахивает прядь волос, которая упала из-за ветра на мое лицо, заставляя меня дрожать, а мое сердце сходить с ума.

— Не так ли? — повторяет он.

Я медленно качаю головой в ответ, хотя моя нервозность, очевидно, вопит об обратном. Мой желудок скручивает от его вопроса, от моей реакции на него, от его близости. Я считаю тебя невероятно привлекательным, настолько, что ты заставляешь меня нервничать, и эти незаметные жесты только сводят меня с ума. Он так близко, я чувствую его теплое дыхание на своем лице, и все, что я сейчас хочу, это чтобы он поцеловал меня. Поцелуй меня здесь и сейчас. Мы стоим и смотрим друг на друга, мои губы приоткрыты в ожидании его прикосновений. Он наклоняет свою голову ниже, и я начинаю задыхаться, когда его рот находит мою шею. С мягким трепетом губ, Дэниел медленно поднимается к нежной коже за ухом. Я наклоняю свою голову немного назад, чтобы дать ему больше доступа. Снова эти бабочки в моем животе. На этот раз они просто неистовствуют.

Он прижимается ко мне своим телом, прислонив меня к кирпичной стене маяка. Слегка раздвигает мои ноги, чтобы встать между ними, поближе ко мне. Сквозь одежду я могу чувствовать тепло его тела и стремительный стук сердца. Сильный разряд электричества, сковывающий нас, становится почти осязаем, и от этого тает каждая клеточка моего тела.

Когда он поднимает голову, чтобы посмотреть в мои глаза, я пытаюсь поцеловать его сама, взяв на себя инициативу, но он слегка смещается в сторону, к моей шее, и нежно целует меня там. Кажется, это было сделано специально. Он избегает моих губ?

Дэниел неожиданно останавливается, чтобы снова посмотреть на меня. Взяв меня за подбородок, он медленно приподнимает мое лицо так, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с его глазами. Я жду с нетерпением.

— Мне не нужны отношения, — говорит он тихим голосом. Его лицо бесстрастно, хотя глаза сужены и серьезны.

Это, конечно, не то, что я ожидала услышать, хотя учитывая мой первоначальный план и взбунтовавшиеся гормоны, думаю, мне это подходит.

— Мне тоже, — шепчу я. — Не останавливайся.

Он, кажется, слегка потрясен. Я полагаю, что он не ожидал услышать такой ответ. Когда до него наконец-то доходит смысл моих слов, он хватает меня за бедра, поднимает вверх и поворачивается, чтобы прижать меня всем весом своего тела к холодному бетону внутренней стены маяка. Притяжение, которое искрило между нами, наконец-то оказывается на свободе, и мы тянемся друг к другу в импульсивном порыве. Я обхватываю его бедра своими ногами, он быстро расстегивает мою толстовку, отодвигая ткань подальше. Его рот движется по направлению к моему вырезу на футболке, чтобы поцеловать ложбинку. Другой рукой он пробирается под мою футболку, поглаживая кожу. Я целую его затылок, вдыхая его мускусный мужской аромат. Кровь в моих венах ускоряет свой темп, разогревая мое тело. Я настолько сильно хочу его, что с трудом могу думать о чем-либо еще.

— Не могла бы ты вытащить презерватив из моего переднего кармана? — шепчет он мне на ухо, его голос хриплый, и это делает простые слова такими многообещающими. Я достаю маленькую серебристую упаковку и передаю ему. Он освобождает меня на несколько секунд, которые, кажутся самыми длинными, самыми ожидаемыми и мучительными в моей жизни. Он расстегивает мои джинсы и помогает мне снять их. Я кидаю свои кроссовки в сторону и снова оказываюсь в руках Дэниела. Ногами обхватываю его тело, и он резко входит в меня; этот страстный вихрь эмоций кружит нас в бешеном порыве — сумасшедшие движения, безумные руки, жаждущие губы, быстрые взгляды и полные желания вздохи. Ощущение тепла, исходящего от его тела, и холода от бетонной стены переполняет меня. Я целую его шрам на брови, и он ускоряет свой темп, выбивая воздух из наших легких. Дыхание становится тяжелым, из наших ртов вырываются только короткие вздохи. Его губы снова оказываются на моей шее, а руки сильнее притягивают меня к его телу. Я обхватываю его ногами все крепче и крепче, и с его последним толчком нас одновременно охватывает оргазм.

Дэниел сразу же ставит меня на ноги, убедившись, что я могу стоять на них самостоятельно, и надевает свои джинсы. Затем снова поворачивается ко мне.

— Всегда наготове, — бормочу я.

Дэниел посмеивается и поднимает руку в виде приветствия бойскаутов.

— Ты? Серьезно, Дэниел Старк?

Он качает головой с легкой злорадной улыбкой.

— Наоборот, малолетний преступник подойдет мне больше, — бормочет он, и на его губах появляется широкая озорная улыбка. Мы оба смеемся, и это снимает напряжение, появившееся между нами.

— Нам нужно идти, — он поправляет свою футболку и проводит рукой по волосам.

Благодарю вас, мэм, за маленький перепихончик. Вот, о чем я думаю, пытаясь надеть свои кроссовки. Разве это не то, что я планировала сделать? Эмоции в сторону. «Мне тоже, не останавливайся» — припоминаешь? Но почему с ним все по-другому, так запутанно и обидно? Внезапно я чувствую себя опустошенной. Этот факт однозначно должен насторожить меня. Я ничего не чувствую, я не должна ничего чувствовать. Вот так было всегда, и все-таки с ним все по-другому.

Мы спускаемся обратно в гробовой тишине, только звук наших шагов эхом отдается на лестнице. Он открывает для меня дверцу машины, отступая, будто избегает меня. Заведя машину, он бросает быстрый взгляд в мою сторону. В его глазах я вижу беспокойство, которое не могу объяснить. Похоже, он слегка смущен. Как и я! Я думаю о том, как ему не терпится отвезти меня домой после всего случившегося, и как был тревожно очевиден тот факт, что он намеренно избегал поцелуев в губы.

Внезапно я осознаю, что он находится уже далеко от меня. Мне кажется, что человек, сидящий рядом со мной, абсолютно не знаком мне. Он совсем не похож на того, с кем я провела последние часы. Он был таким интригующим и притягательным. Теперь его нет, и он не может дождаться того момента, когда избавится от меня.

Дэниел увеличивает громкость, позволяя музыке нарушить молчание между нами. Такое ощущение, что температура в машине упала до нуля.

Подъехав к моему дому, он паркуется настолько близко ко входу, насколько это возможно. Я бросаю быстрый взгляд на него, он сидит рядом со мной слишком напряжено.

— Спокойной ночи, Дэниел, — говорю я спокойно. Думаю, что это, скорее всего, будет последнее, что я когда-либо еще скажу ему.

— Спокойной ночи, Хейли, — вздыхает он, кажется, несколько беспокойно.

Я выхожу из машины, закрыв за собой дверь, и, не оглядываясь, быстро иду к лобби.

* * *

Время полдевятого утра. А я до сих пор ворочаюсь в постели, прокручивая в голове события этой ночи. Как же быстро он изменился за какие-то 30−40 минут. Быстрые нетрепливые взгляды, удерживание за руку при каждом удобном случае, «Встреться со мной сейчас, Хейли». А затем замкнутость и игнор. Он не мог посмотреть мне прямо в глаза. И почему, черт возьми, он меня не поцеловал? Это было так очевидно.

Ну, думаю, что теперь я никогда об этом не узнаю.

Находясь в своей кровати, я (и моя безупречная коллекция обуви) клянемся, что сегодня ночью была спета лебединая песня моего развратного образа жизни. Бог свидетель, больше этого не случится. Я больше не повторю это снова. Через некоторое время я засыпаю, чтобы снова грезить о Дэниеле и о нашем свидании.

Глава 8

Противоречивые сообщения

Настойчивый стук вырывает меня из блаженного, полного мечтаний сна. Открываю глаза и понимаю, что полностью дезориентирована. Который час? Барабанная дробь продолжается, и до меня доходит, что кто-то стучит в дверь.

— Один момент, уже иду, — кричу я, надевая толстовку (ту, которая была на мне этой ночью). Я все еще чувствую слабый запах Дэниела на ней, что в очередной раз напоминает мне о моей слабости и раздражает еще больше.

За дверью я с удивлением обнаруживаю курьера DHL.

— Доставка для мисс Хейли Грейс, — произносит он деловым голосом.

— Это я, — я улыбаюсь, пытаясь скрыть зевоту, хотя это довольно-таки сложная задача для человека, который только что встал с постели после ужасной ночи.

— Распишитесь, пожалуйста, — он протягивает мне свой КПК, после чего торжественно вручает относительно большую черную прямоугольную подарочную коробку. — Хорошего дня.

Забрав коробку, я замечаю на ней надпись, выгравированную золотыми буквами «Донна Каран»[8]. Я в шоке. Какого черта? С любопытством и очень осторожно, будто коробка сделана из какого-то дорогущего кристалла, я ставлю ее на кухонную стойку. Поднимаю крышку и на бумаге цвета слоновой кости вижу черное коктейльное платье. Сверху замечаю маленький золотой конверт, на котором вижу две буквы — «ДС». Я просто поражена, воспоминания о нашей встрече пару часов тому назад никак меня не отпускают. Не совсем понимая, что мне делать со всем этим, читаю записку:

«Милая Хейли,

Хочешь ли ты быть моей спутницей на благотворительном приеме от Stark Software в пятницу?

Это для доброго дела…

ДС

P.S.: Красные кроссовки придется оставить дома»

Я опускаюсь на один из барных стульев, пытаясь разобраться в происходящем. Платье, приглашение, мужчина, с которым у меня был секс прошлой ночью, или это было сегодня? У меня нет ни малейшего понятия, что и думать об этом. Я не знаю, чего он хочет от меня и почему, но ясно одно: он — загадка. Противоречивая, неоднозначная и сексуальная загадка. Слишком много всего навалилось на меня. Мне нужно срочно выпить кофе, двойную порцию…

Я убираю коробку под кровать — к черту Дэниела — и возвращаюсь на кухню, чтобы начать свое утро в обычном режиме. С чашкой столь необходимого мне сейчас эспрессо я закрываюсь в комнате, чтобы поработать над моими набросками. The Killers создают прекрасный фон, помогая мне сосредоточиться на работе.

Через несколько часов меня отвлекает пришедшее на телефон сообщение.

Таша: Я получила работу, еду домой. Обожаю тебя.

О, теперь моя лучшая подруга будет работать на него. Что может быть лучше?

Прочитав сообщение Таши, я вспоминаю, что не подтвердила встречу в YOU, и быстро отправляю благодарственное письмо с подтверждением. В этот же день должно быть мероприятие по сбору средств.

Мой телефон снова вибрирует. На этот раз это входящий звонок. Я беру телефон, раздраженная тем, что меня снова отвлекают. Что еще?

— Алло, — отвечаю я.

— Мы все еще встречаемся сегодня вечером? — я хмурю лоб.

— Кто это? — спрашиваю я, неуверенная, что я что-то планировала на сегодняшний вечер.

— Ты не хочешь встретиться со мной второй раз? Это жестоко, Хей.

«Хей»? Это Дэниел. Непроизвольная улыбка расползается по моему лицу от осознания своей какой-никакой, но значимости.

— У нас были планы на вечер? — я честно не помню, чтобы мы что-то планировали на сегодня. И, честно говоря, после вчерашнего…

— Это реально жестоко, я отлично помню, что ты согласилась посмотреть со мной фильм сегодня вечером. Разве нет?

— Дэниел, ты перепутал день с ночью, вчера и сегодня. Это невыносимо.

Он смеется и повторяет:

— Мы увидимся сегодня вечером?

Игнорируя ярко-красные предупреждающие сигналы в своей голове, а также то памятное чувство, которое я испытала после сегодняшней встречи с ним, и зная, что не получу от этих встреч ничего хорошего, я все же хочу встретиться с ним, мысленно проклиная эту чертову притягательность.

— Тебя забрать? — спрашивает он более мягким уговаривающим голосом, словно он мой поклонник.

— Если только совсем поздно. Я занята весь вечер.

— Мы будем у меня дома. Поэтому мы можем посмотреть фильм, когда захотим.

О, у тебя дома.

— Тогда тебе не стоит беспокоиться, я приеду сама.

— Мне не сложно, Хейли, — снова предлагает он.

— Все нормально. На самом деле в этом нет никакой необходимости, — настаиваю я, и, видимо, мне удается его убедить.

Я должна быть готовой к побегу при необходимости…

— Я напишу тебе позже адрес.

— Один вопрос, Дэниел, — говорю я. — Откуда ты знаешь размер моей одежды?

— Ты забыла мои прикосновения прошлой ночью? — его насмешка обжинает меня.

Спасибо вам, всевышние силы, что мы говорим по телефону сейчас и он не может видеть мою реакцию на его слова. Я чувствую, как мое лицо начинает гореть.

— Мисс Грейс, вы были так разговорчивы несколько минут назад. Вы потеряли дар речи? Вам нужно время?

Придурок.

Я смеюсь.

— Нет, Дэниел. Все в порядке. Спасибо за платье.

— Это означает, что ты согласна сопровождать меня на прием?

— Давай обсудим это сегодня вечером, хорошо?

С тобой я предпочитаю сначала узнать, в какую сторону теперь дует ветер, прежде чем что-то решать.

— Я сделаю все возможное, чтобы уговорить тебя, — отвечает он и посмеивается. Какая дерзость, Ди.

— Мистер Старк, извините, что прерываю вас, но вы уже задержались на десять минут, вас все ждут в овальном зале, — слышу я неуверенный женский голос на том конце линии.

— Почему ты меня беспокоишь во время важного звонка? Ради Бога, Энн, — небольшая пауза, — я сейчас приду, — ворчит он.

Она просто делает свою работу. Я хмурюсь.

— Итак, Хейли, увидимся вечером? — его голос снова мягкий и спокойный.

— Увидимся вечером, Дэниел, — я завершаю звонок.

Только не обезглавь там никого на работе, псих!

Я включаю музыку, чтобы снова попытаться избавиться от мыслей о Дэниеле и вернуться к своим наброскам.

— Дорогая, я дома, прячь скорее своего любовника, — слышу я бодрый голос Таши из прихожей. Я смотрю в окно — уже стемнело. Как долго я сижу здесь?

— Который час? — спрашиваю я у Таши, входя в гостиную.

— Семь. Чем ты занималась, Мисси?

Если бы ты только знала…

— Я получила работу, — она обнимает меня с широкой улыбкой на лице.

— Я так рада за тебя, — я заражаюсь ее улыбкой, любуясь, как круто сидит на ней ее серый костюм.

— Что за должность? Когда приступаешь к работе?

— Вина? — спрашивает она по пути на кухню, я иду за ней.

— Нет, я скоро уезжаю, — говорю я небрежно.

— Серьезно? И куда именно? — она поворачивается ко мне с любопытством на лице.

— Смотреть фильм… с Дэниелом, — говорю я, стараясь казаться безразличной, зная, что иначе мне придется все ей рассказать в мельчайших подробностях.

На ее губах растягивается самодовольная улыбка.

— Я буду работать в отделе исследований и разработок на позиции менеджера проекта.

Ее улыбка становится настолько искренней, что я довольно вздыхаю, радуясь за нее.

— Это то, чего ты хотела. Это так здорово. А когда ты начинаешь работать?

— Завтра, — она ухмыляется еще шире и поднимает бокал.

— За тебя, моя дорогая, — я салютую бокалом ей в ответ.

— Я хочу тебя кое о чем попросить, Хейлз, — говорит она ласково.

— Что угодно, если это в моих силах и законно, — я уверенно киваю. — Или до тех пор, пока мы сможем скрывать улики.

Она улыбается.

— В пятницу планируется благотворительный прием, а так как я пока еще никого не знаю в этой компании, то предпочла бы привести с собой девушку… чтобы познакомиться с кем-нибудь, ну, ты понимаешь, — она подмигивает мне и продолжает, — Ты можешь пойти со мной?

Два приглашения на одно и то же мероприятие за несколько часов. О боже, да я нарасхват.

— Как насчет Яна? — пробую я.

— Уже предлагала. У него есть семья, поэтому он не может пойти.

Я кусаю губы, думая, что ей ответить.

— Что такое, Хейлз? Выкладывай, — настаивает она, впиваясь в меня острым взглядом.

— Кажется, я иду на это мероприятие с Дэниелом, — отвечаю я низким робким голосом. А теперь пришло время все ей рассказать.

— Тебе кажется? — с намеком на сарказм спрашивает она.

Я качаю головой.

— Хренов член, серьезно?

Подожди, ты еще не видела мое платье.

— Святые небеса, что случилось, мисс Тейлор? Давай, Хейлз, черт побери, выкладывай. В конце концов, он совсем не похож на тех, кто устраивает свидания. По крайней мере, об этом умалчивают сплетни.

Мы обе смеемся.

Как только мы успокаиваемся, я делаю глубокий вдох и говорю:

— Иди за мной. Мне нужно кое-что тебе показать.

— Что же это? Твоя маленькая тайна?

Я ухмыляюсь ей и с загадочным взглядом веду к себе в спальню.

— Черт меня побери! — восклицает она, когда я показываю ей платье, и начинаю хохотать еще громче.

— О, нет, мисс Тейлор, это слишком круто. Ты хочешь, чтобы я промыла твой похабный маленький ротик мылом?

Игнорируя меня, она приступает к третьей стадии допроса. Я рассказываю ей все, хотя и упускаю ту часть истории, от которой чувствую себя неловко из-за сделанного с Дэниелом. Я действительно не знаю, как снова не попасть в это дерьмо, встречаясь с ним еще раз.

— Итак, ты спала с ним, с…

— Эй, — прерываю я ее, прежде чем она успевает продолжить, смотря на нее злым взглядом, на что она отвечает только ехидной улыбкой.

— Я собиралась сказать, что тебе повезло, — я фыркаю и смеюсь, закатывая глаза. — Нереально повезло, стерва, — бормочет она, и мы обе начинаем дико хохотать.

Когда мы наконец-то успокаиваемся, Таша спрашивает:

— И? — я наклоняю вопросительно голову. — И как это было? — спрашивает она с дьявольским блеском в глазах.

Я ухмыляюсь.

— Хорошо? — ее губы растягиваются.

— О, гораздо лучше…

Глава 9

Еще один удар

Приняв горячую ароматную ванну, я полностью расслабляюсь, потом надеваю поношенные синие джинсы и бледно-розовый топ. Взяв кожаную куртку, я еще раз проверяю адрес, который Дэниел прислал мне ранее. Номера дома нет, поэтому я набираю Дэниела.

Сославшись на занятость, он просто дает мне номер дома и отключается. Мой навигатор показывает, что весь путь займет не более двадцати минут. Двадцать минут? Дэниелу потребовалось меньше десяти, чтобы приехать за мной вчера. Хотя, полагаю, что стоит учитывать класс его автомобиля и пристрастие водителя «погонять».

— Я ухожу, — говорю я, заглядывая в комнату Таши. В ответ она встает, чтобы обнять меня.

Положив ладонь мне на грудь поверх моего сердца, она говорит серьезным, заботливым и чрезмерно драматичным голосом:

— Сохрани его в целости и сохранности, Хейлз. Для меня, пожалуйста.

Она знает меня чертовски хорошо. Я крепко ее обнимаю.

— Я сделаю все возможное, — успокаивающе киваю я, даря ей воздушный поцелуй на прощание.

— Он может быть богом компании Stark Software или кем-то там еще, мне все равно, но я надеру ему задницу, если он обидит тебя, — произносит она мне вслед. Я смеюсь и закрываю за собой дверь.

Дороги почти пустые. Я еду по улицам города в шлеме и с одним наушником, слушая The Pixies. Музыка и ночной воздух успокаивают меня. На удивление, я спокойна как удав перед встречей с Дэниелом. Я притормаживаю перед первым «лежачим полицейским», подъезжая к живописной дорожке, ведущей к утесу недалеко от дома Дэниела. Тысячу раз я проезжала по этой местности, но никогда раньше не обращала внимания на вид этих мирных улиц, расположенных прямо над морем. На этих улицах ландшафт удачно гармонирует с роскошными поместьями в испанском стиле. Дом Дэниела один из ряда особняков с видом на Тихий океан. Я останавливаюсь рядом с высоким забором, которым огорожен, кажется, безграничный участок. Две камеры видеонаблюдения фокусируются на мне, когда я нажимаю на дверной звонок.

— Привет, Хейли. Пройди по главной дороге до дома, — инструктирует меня хриплый голос Дэниела из монитора.

Передо мной открываются электронные ворота, позволяя зайти на территорию. Ничего себе, какое огромное поместье. Мой скутер буксует несколько минут на дорожке, выложенной кирпичом, затем я подъезжаю к одноэтажному дому с фасадом бежевого цвета и покрытой изогнутыми терракотовыми плитками крышей — довольно скромненький домик по сравнению с соседними особняками. Вспоминая автомобиль и продолжая осмотр обширного поместья, которыми владеет Дэниел, я думаю о том, как такой скучный особняк может быть обставлен роскошной мебелью и светильниками.

Дэниел ждет меня у открытой двери в джинсах и темно-серой футболке, его влажные волосы находятся в сумасшедшем беспорядке, как будто он только что вышел из душа. Дэниел в душе… Он выглядит почти незаконно ошеломляюще.

— Классный скутер. Не знал, что ты любишь мотоциклы, — он смеется в своей излюбленной манере.

Я наигранно хмурюсь и отвечаю:

— Есть много вещей, которых вы не знаете обо мне, мистер Старк.

Он подходит ближе и обнимает меня, а я окунаюсь в свежий и соблазнительный запах Дэниела. Он протягивает руку, чтобы взять меня за подбородок, приближая мое лицо к своему.

«Наконец-то», — думаю я.

— Забудь про мистера Старка. Ты упустила возможность называть меня так, когда отвергла мое предложение о работе, — говорит он немного резким тоном, лаская мой подбородок большим пальцем.

Я улыбаюсь.

— Я учту это, мистер Дэниел.

Он усмехается, пропуская один из моих локонов между большим и указательным пальцами, рассматривая его в течение длительного момента.

— Пойдем внутрь.

Интерьер дома приятно меня удивляет — это кардинально отличается от того, что я ожидала увидеть. Здесь все так по-домашнему и просто оформлено в естественных тонах, ничего стильного или слишком современного. Просто, как я и люблю.

— Это моя скромная Casă[9], — он улыбается, используя мои же слова, которыми я описывала свою квартиру вчера.

Вчера? Такое ощущение, что прошла вечность.

— Хочешь, я проведу тебе экскурсию? — предлагает Дэниел. Его светло-карие глаза смотрят на меня выжидающе.

— Конечно, почему бы и нет. В конце концов, меня не каждый день приглашают в гости к Дэниелу.

— Гостиная, — говорит он, указывая на комнату, где мы стоим сейчас. Его рука на нижней части моей спины мешает сконцентрироваться на чем-либо еще. Мягкий свет, исходящий от торшера, делает атмосферу в этом помещении спокойной и ненавязчивой. Посередине большой комнаты стоит небольшой Г-образный кремовый диван с двумя широкими кожаными креслами-кушетками коричневого цвета. Рядом с диваном на оранжевом ковре с толстым ворсом стоит низкий темно-каштановый журнальный столик. На передней стене — большой телевизор с плоским экраном, у соседней стены расположен сложенный из камня камин. Я захожу в комнату и не могу не восхититься тем, что вижу.

— Кухня, — Дэниел наклоняет свой подбородок, обращая мое внимание на просторную, но небольшую, темную кухню с приборами из нержавеющей стали и длинным обеденным столом из красного дерева, вокруг которого размещены восемь барных стульев красного цвета. Кухня выглядит безупречно чистой, я бы даже сказала стерильно чистой. Взяв за руку, Дэниел ведет меня по широкому коридору, который заканчивается тремя дверьми. Я наслаждаюсь прикосновением его кожи, особенно когда его большой палец слегка касается моей ладони. За первой дверью находится оборудованный тренажерный зал с окнами и зеркалами от пола до потолка. За второй — ультрасовременная игровая комната, которая поспорит с любой галереей игровых автоматов. Дэниел мягко сжимает мою ладонь и тянет меня обратно в коридор. За последней дверью — домашний кинозал, состоящий из четырех черных кожаных шезлонгов, расположенных в два ряда на темно-сером, почти черном ковре, и экрана во всю стену.

Дэниел пробегает другой рукой по своим влажным волосам, взъерошив их еще больше. Обдумывая что-то, он выглядит несколько потерянным, будто внутри у него идет какая-то борьба. Я наблюдаю за ним со стороны. О чем он думает? Он качает головой и берет мою руку снова, уводя меня в другую сторону дома. Мы идем через холл в уютной тишине. Проходя гостиную, я вижу еще один коридор. Он ведет к двум огромным комнатам: одна из них — кабинет Дэниела, обставленный мебелью светло-коричневого цвета на контрасте с абсолютно белыми голыми стенами. На массивном столе стоит не менее четырех работающих мониторов — такое ощущение, будто я вошла в конференц-зал. В соседней комнате — его спальня, превышающая размерами, наверно, мою квартиру. Невероятных размеров двуспальная кровать из натурального дерева стоит посередине комнаты. Какое же, наверно, это удовольствие — лежать с ним на этой кровати, ощущая сладостное тепло, разливающееся по всему телу. А затем в мои мечты врезается другая мысль: кто спал с ним в этой кровати? Я даже не уверена, что заботит меня больше — тот факт, что он приводил сюда кого-то еще, или то, что меня это беспокоит сильнее, чем я могу себе в этом признаться. Выбросив эти беспокойные мысли из головы, я снова возвращаюсь к комнате, которая источает легкость и безмятежность благодаря кремовым стенам и захватывающему панорамному виду на Тихий океан.

— Потрясающе, Дэниел. Я в восторге, — не могу скрыть восхищение в своем голосе. — Хотя должна сказать, что эта штуковина слишком велика для одного человека.

— Согласен, — тихо бормочет Дэниел и делает глубокий вздох. — Есть еще одна вещь, которую я хочу показать тебе. Пойдем со мной, — он сжимает мою руку еще крепче, переплетя свои длинные пальцы с моими и пустив по моему телу легкую дрожь. Мы выходим наружу. Я вижу освещенный садовыми фонарями внутренний дворик с бассейном и джакузи с гидромассажем на деревянной платформе. Напротив бассейна расположены гостевые домики. Но самая впечатляющая часть его поместья — это вид на океан. Ничего подобного в городе я не видела, и этот вид совершенно захватывает дух.

— Нереально красиво, — я делаю ему комплимент, все еще находясь в шоке от увиденного.

— Спасибо, — он проводит пальцами по моим волосам, лаская мою щеку, и улыбается.

И снова эти нежные знаки внимания. Надеюсь, что их потусторонние дружки не вытащат свои злобные мордочки сегодня.

— А теперь пойдем за закусками, — на его губах играет ехидная улыбка, и он ведет меня обратно в дом, не выпуская моей руки. Я чувствую его взгляд на себе, когда мы идем бок о бок, говоря обо всем и в то же время ни о чем.

Дэниел кладет пачку попкорна в микроволновую печь. Пока мы ждем попкорн, он спрашивает меня, что бы я хотела выпить.

— Итак, как насчет мероприятия по сбору средств, Хейли? Ты что-нибудь мне ответишь? Будешь моей спутницей?

Почему ты просто не можешь назвать это свиданием? Это соблюдение формальностей нервирует меня.

— Разве ты не будешь занят? Это ведь ты организуешь мероприятие, правильно?

— Нет, мероприятие проводит моя компания, — вздыхает он, поглаживая висок и переводя взгляд с меня на микроволновую печь и обратно. — Я не особо вовлечен в такие дела. Не пойми меня неправильно, я высоко ценю то, что делают мои подчиненные и для чего, но я не хотел бы привлекать к себе внимание. Так что милости прошу, — говорит он, наклонив голову и улыбаясь. Несколько прядей его волос торчат. Это делает его еще более мужественным, и мне нравится в нем все, каждая частичка.

— Как правило, я позволяю другим быть в центре внимания, оставаясь при этом в тени, — добавляет он.

Я рада слышать это, его слова согревают мое сердце, и снова проявляется эта скромная сторона его натуры.

— О чем ты думаешь? — его карие глаза изучают мои.

— Должна признать, что мне нравится тот факт, что ты не любишь быть в центре внимания, — говорю я спокойно. — Я думала, что ты другой, — добавляю я.

— Какой?

— Любишь выделяться, — бормочу я, глядя на него из-под ресниц.

— Есть много вещей, которые ты не знаешь обо мне, Хейли.

Он смотрит на меня волнующей улыбкой. Микроволновка издает звук о готовности блюда.

— На, возьми минералку, — передав мне две бутылки, он вытаскивает попкорн из микроволновой печи одной рукой, другой берет большую пачку M&Ms. Я ухмыляюсь — он выглядит немного по-мальчишески, неся всю эту ерундовину в качестве еды.

— Какие фильмы ты любишь? — спрашивает он, пока мы медленно идем к кинозалу.

— Когда как. Мне нравятся почти все жанры, — отвечаю я задумчиво.

— Как насчет драмы сегодня?

Пожалуйста, не надо драмы сегодня, мне ее хватило в прошлый раз.

— Звучит замечательно, — я награждаю его легкой улыбкой. Он улыбается в ответ, его маленький шрам на губе снова дразнит меня. Итак, мы действительно идем смотреть фильм. Я совсем не могу разгадать тебя, Ди. Я снимаю куртку и ложусь на шезлонг. Дэниел уже удобно развалился по соседству.

— Я готова, — улыбаюсь ему, а он смотрит на меня томным взглядом.

Готова смотреть фильм, то есть.

— Что смотрим?

— «Кровавый алмаз»[10], — отвечает он, продолжая раздевать меня взглядом. — Это довольно старый фильм. Но у меня не было возможности посмотреть его, хотя многие рекомендуют, и Ди Каприо всегда отлично играет.

— Не могу не согласиться с этим, — бормочу я, напряженно сглатывая, пока Дэниел наконец-то не отводит от меня свой хищный взгляд.

Дэниел дистанционно включает экран, одновременно снижая уровень освещения в комнате.

— Попкорн? — спрашивает он.

— M&Ms, пожалуйста, — я улыбаюсь ему. Забавная улыбка на его губах становится шире, когда он передает мне пачку. Я погружаюсь глубже в удобные объятья кресла, опираясь на подлокотник. Вскоре Дэниел обхватывает мою руку и начинает слегка ее поглаживать. В ответ на его прикосновение мое тело охватывает трепет.

— Тебе холодно? — спрашивает он хриплым и низким голосом.

Напротив, реакция моего организма на ваши прикосновения, сэр, далеко не холодная.

— Немного, у меня есть куртка, — говорю я, протягивая руку за совсем ненужной мне вещью.

— У меня есть предложение получше, — его глаза мерцают в слабом свете экрана. — Иди, садись рядом со мной. Я согрею тебя.

Мое сердце замирает при одной только мысли о том, что последует за его многообещающими словами. Дыхание застревает в горле, когда я поднимаюсь, чтобы сесть рядом с ним. Возможно, мы и вовсе не будем смотреть фильм.

Он отодвигается, чтобы у меня было достаточно места. Я ложусь рядом и кладу голову на его твердую грудь, закинув свою ногу на его. Дэниел обнимает меня, убаюкивая в этой сладостной темноте.

Рукой он гладит мою руку, пока мы делаем вид, что смотрим фильм. Слишком сложно сосредоточиться на фильме, когда он находится так невыносимо близко. Я могу чувствовать его тепло благодаря его опьяняюще ароматному дыханию. Единственное, чего мне не хватает сейчас — прикосновения его губ к моим. Я поднимаю голову, чтобы встретиться с его взглядом. Он наклоняет лицо, его взгляд опускается на мои губы буквально на мгновение, я вижу беспокойство в них, а затем он снова смотрит мне в глаза. Напряжение, возникшее между нами, только усиливается. Он поднимает руку, чтобы погладить мое лицо, очень нежно, начиная со скулы и медленно переходя к шее. Все мое тело трепещет в ожидании.

Взгляд Дэниела полон дикого обещания. Он продолжает меня гладить, опуская свою руку к ложбинке, двигаясь дальше к груди и не отрывая своего взгляда от моих глаз, будто спрашивая моего разрешения. Его прикосновения становятся более жаркими, я сглатываю, мое тело реагирует на него, изгибаясь и прижимаясь сильнее к нему.

Рукой он добирается до моего ремня и скользит под топ, нежно касаясь кожи пальцами и приподнимая мою небольшую грудь. Я таю от этих прикосновений. Затем его рука движется вниз, скользнув под пояс и опускаясь к трусикам. Я задерживаю дыхание, когда чувствую его теплое прикосновение под нежной атласной тканью, меня охватывает жар от макушки до кончиков пальцев ног. Прижавшись сильнее к моей коже, его рука опускается еще ниже, разжигая во мне невыносимо-сладкую боль.

Дэниел наклоняет ко мне свою голову, чтобы осыпать мою шею теплыми, будоражащими кровь поцелуями. Он постепенно перемещает руку, прижав ее к моей талии. Повернувшись на бок, он ложится рядом, сводя к минимуму расстояние между нами. Я склоняю голову, чтобы посмотреть на него. Его лицо слегка покраснело, глаза прищурены, а расширенные зрачки делают его взгляд более глубоким.

— Почему ты не целуешь меня? — спокойно выдыхаю я, глядя на него из-под ресниц.

— Я не целуюсь, потому что не хочу этого делать, — его голос холоден, даже весьма резок.

Что ты имеешь в виду? Внутренне я содрогаюсь, такое ощущение, будто на меня только что разом вылили ведро ледяной воды.

Я смотрю на него полным удивления и гнева взглядом. Все это время он вел себя, словно был реально заинтересован мной, а сейчас так небрежно бросает эти слова мне в лицо.

— Что тогда тебе нужно от меня, Дэниел? — спрашиваю я.

Чувствуя, что мне не хватает воздуха, я встаю и отхожу от него.

— Я не знаю, — говорит он, опустив голову и закрыв глаза. На его лице написано смущение.

— Для очень целеустремленного человека, которым ты, кажется, являешься, это звучит весьма неубедительно, — говорю я спокойно и разочаровано. — Со мной что-то не так? Я была бы признательна, если бы ты прямо сказал, что все, что тебе нужно, это просто трахнуть меня. Хотя ты выбрал очень странный способ показать мне это, — продолжаю я, закипая от гнева.

— Нет, дело не в тебе, — он хмуро смотрит на меня. — Дело в том, что я привык к другому.

Я смотрю на него совершенно озадаченная, ожидая какого-то объяснения, потому что понятия не имею, что он, черт возьми, несет.

— Я не встречался ни с кем в течение долгого времени, — говорит он.

— Тебе кто-то запретил это? Обет безбрачия? — спрашиваю я все еще в недоумении. Не похоже на то, чтобы он не мог найти себе девушку.

— О, нет, не знаю. Напротив, я обращаюсь только к профессионалам.

Я таращусь на него в полном смятении, пытаясь изо всех сил понять, что он только что сказал. Проклятье!

— Девушки по вызову, Хейли. Очень дорогие, которые понимают значение фразы «без обязательств», и да, я не целовал их, — парирует он.

Но я же не девушка по вызову, так почему ты не целуешь меня? Это слишком оскорбительно, я чувствую, что с каждой секундой эта боль пожирает меня все больше и больше. В горле образуется комок. Я думала, что у меня есть иммунитет в отношении него, как и с другими его предшественниками, но это не так. Кого я пытаюсь одурачить? Я все еще далека от этого. За очень короткое время, что мы знаем друг друга, он сумел залезть мне под кожу, что позволило ему причинить мне боль, чем он сейчас и воспользовался.

Я встаю, пока он внимательно смотрит на меня, ожидая, что я сделаю или скажу дальше.

— Я не могу сделать это, Дэниел, — бормочу себе под нос, схватив свою куртку. — Мне казалось, что смогу, но это не так.

— Не надо, Хейли. Вернись и ложись рядом со мной, — говорит он, его голос низкий и разочарованный. Он протягивает ко мне руку, но в последний момент возвращает ее на свое бедро.

— И чем мы будем заниматься, Дэниел? Снова трахнешь меня и закончишь своим равнодушием нашу милую встречу, причинив тем самым мне боль? Потом будешь слать мне эти непонятные сообщения, продолжая уже трахать мой мозг? Нет, спасибо, я пас, — я оглядываюсь в поисках выхода.

Он смотрит на меня встревоженно, прикусив свой большой палец.

— Я не девушка по вызову, я пришла сюда не для того, чтобы развлекать тебя.

— Я никогда не говорил, что ты единственная, Хейли, — его голос стал холодным и хриплым.

— Нет, Дэниел, ты не говорил этого, но ты заставил чувствовать меня так, будто я единственная, — фыркаю я. «Я не целуюсь, потому что не хочу этого делать» — эти слова прожигают меня изнутри. Я встаю и делаю глубокий вдох.

— Я ухожу, — против моей воли слова звучат как-то слабо.

— Нет, Хейли, — говорит он и пытается схватить меня за руку.

— Извини, но это слишком для меня, — я беру себя в руки. — Я, правда, думала, что смогу справиться с этим, смогу справиться с тобой, но я не могу.

Он, кажется, потрясен, но на данный момент мне реально все равно, что он чувствует или думает.

— Я провожу тебя до двери, — произносит он, то ли себе, то ли мне.

— Не стоит беспокоиться, — бормочу я, но он все равно встает. Мы идем по коридору в гробовой тишине, и как будто бы с каждым шагом стена между нами становится выше. Когда мы доходим до двери, он обнимает меня и наклоняет голову, прислоняясь своим лбом к моему, его глаза изучают меня. Опять это проявление какой-то близости. Я не могу этого сделать.

— До свидания, Дэниел, — я отстраняюсь от него и нашей связи.

— Не уходи, Хейли… позволь хотя бы отвезти тебя домой. Уже слишком поздно, да и холодно.

— Я большая девочка. Поверь, я смогу добраться сама, — я не могу больше оставаться здесь, мне срочно нужно убраться подальше отсюда и от него.

— Прощай, — говорю я немного грубо и быстро вылетаю из дома.

Не могу собраться с мыслями, в голове полнейший хаос, и даже поездка не помогает. Единственное желание — лечь в кровать и проспать всю ночь. Не хочу даже думать обо всем этом, о нем.

Погруженная в собственную злость и неприятные мысли, смотрю вперед и понимаю, что не вижу дороги. Неожиданно скутер с рывком выскальзывает из-под меня, и уже через секунду мое тело соприкасается с асфальтом.

Я цепенею. В течение нескольких минут лежу на спине, мне больно, кто-то меня трясет и всё, вокруг меня все тускнеет.

* * *

Яркий свет раздражает глаза, но я пытаюсь заставить себя открыть их, когда слышу голос, мягко зовущий меня по имени:

— Мисс Грейс? Хейли?

Медсестра с большими добрыми голубыми глазами улыбается мне.

— Хейли? — слышу я хриплый знакомый голос с другой стороны. С бьющимся сердцем я поворачиваюсь в сторону знакомого голоса. Из-за резкого движения чувствую острую пульсирующую боль, которая заполняет всю мою голову. Прищуренные глаза Дэниела встречаются с моими, он кусает губы, морщась от отразившейся на моем лице боли.

В течение целой секунды мы смотрим друг на друга. Затем, игнорируя его вопрос, я разрываю зрительный контакт и поворачиваю голову к медсестре. Видя мое озадаченное лицо, она начинает объяснять, что, по всей видимости, я во что-то врезалась и слетела со скутера. Что, возможно, это произошло из-за разлитого масла или небольшой кочки. Я делаю глубокий вдох, анализируя это сюрреалистичное сумасшествие, произошедшее со мной.

— Вам очень повезло, что вы отделались всего несколькими ушибами, — говорит медсестра, затем нажимает на кнопку, поднимая спинку моей кровати в почти вертикальное положение. Приподняв мою подушку, она протягивает мне стакан воды. Я делаю несколько глотков, утоляя жажду, все еще находясь в этом запутанном состоянии, и продолжаю слушать ее.

В моей голове крутится куча вопросов, но все они сводятся к одному: что он здесь делает?

— Мы продержим вас здесь еще несколько часов для того, чтобы убедиться, что все в порядке. Если все будет хорошо, то вы сможете поехать домой, — она смотрит на Дэниела, затем снова на меня.

Я продолжаю молчать, и она добавляет:

— Ваш скутер забрал мистер Старк, — она кивает в сторону Дэниела и нежно кладет руку мне на плечо. — Я вернусь с доктором Спенсером в ближайшее время. Попробуйте отдохнуть, — ее улыбка добрая и искренняя. — Я оставляю вас наедине.

Как только медсестра уходит, я чувствую теплую руку Дэниела на своей руке. Медленно поворачиваю голову к нему, слегка отстраняясь. Заметив это, он усиливает хватку.

— Как? — это все, что я могу произнести.

— Они позвонили мне. Видимо, мой номер был последним в твоем списке вызовов, — он снова сжимает мою ладонь.

Я освобождаюсь от его рук, тепло его прикосновений все еще ощущается на моей коже. Он открывает рот, но ничего не говорит. В его взгляде я вижу беспокойство.

— Тебе больно? Ты в порядке? — его глаза бегают по моему лицу.

Я киваю, совсем не понимая, как я себя чувствую, и тихо говорю:

— Спасибо за то, что забрал мой скутер. Я не хотела бы показаться неблагодарной, но не мог бы ты, пожалуйста, оставить…

— Хейли… — его глубокий голос наполнен отчаянием.

Мне не нужна твоя жалость, мне не нужна твоя помощь, и здесь ты мне тоже не нужен. Ты. Не. Нужен. Мне. Ты все уже мне сказал, громко и четко. Я качаю головой, чувствуя боль даже от простого сглатывания.

— Хейли, я хочу быть…

Я обрываю его на полуслове, слегка приподняв руку:

— Просто уходи… — произношу я на выдохе.

— Я хотел убедиться, что ты в порядке, — говорит Дэниел мрачно, удерживая мой взгляд на протяжении долгого времени. Я разрываю эту связь, опустив глаза, и медленно качаю головой. Он разочарованно вздыхает и поворачивается на каблуках. Выходя из комнаты, он в последний раз угрюмо смотрит на меня.

Мне пока не разрешают ехать домой, так что оставшееся время я пытаюсь успокоить свое оскорбленное эго и привести в порядок запутанный после ночных происшествий мозг.

Глава 10

Эффект взрыва

Ароматный запах кофе заставляет меня наконец-то проснуться. Беру телефон, чтобы посмотреть, который час, и замечаю непрочитанное сообщение. Поняв, кто отправитель, намеренно его игнорирую. 8:30. У меня еще куча времени. Я могу прийти на работу ближе к обеду.

Натягиваю на себя одежду, по ходу проверяя, на месте ли синяки. Они — единственное напоминание о так называемой «ночи, которую необходимо срочно стереть из своей памяти». Я твердо решаю никому не рассказывать об этом инциденте, даже Таше и Яну. Не хватало еще выслушивать их проповеди по поводу моей безопасности.

На кухне никого нет — сегодня же первый рабочий день Таши, как я могла забыть… Должно быть, она уже уехала. Я забираю свой телефон из комнаты и включаю кофеварку. Затем выпиваю «Адвил» в надежде, что он уймет эту головную боль, и звоню Таше.

— Привет, дорогуша, — отвечает она весело.

— Привет, работяга.

— Какое интересное слово ты для этого подобрала, Мисси, — смеется она.

Ирония зашкаливает…

— Ты уже на работе?

— Только что зашла. Собираюсь проведать мою лучшую подругу — миссис Гринич.

— Не забудь передать ей мой пламенный привет, когда увидишь, — мы обе смеемся.

— Хейли, я могу перезвонить тебе чуточку позже? Мне нужно обжиться тут.

— Окей, покажи им там, на что ты способна.

— Будь уверена, так и сделаю.

Не сомневаюсь. Посмеявшись, она прощается.

Я заставляю себя выпить чашку черного кофе и возвращаюсь в постель. Включив ноутбук, пролистываю новости, затем проверяю почтовый ящик. О, да! Письмо от Дэниела. Я смотрю на это письмо, испытывая смешанные чувства, но любопытство берет верх.

Любопытство ли, Хейлз?

«Хейли,

Прошлой ночью ты не ответила на мое письмо и заставила меня понервничать. Надеюсь, что у тебя все хорошо и ты в порядке.

Я и представить не мог, что все может закончиться так…

Давай поговорим.

ДС»

Я не могу с тобой сейчас это обсуждать. Я не хочу это обсуждать в принципе. Закрыв ноутбук, я иду в душ.

* * *

Я на работе. Время почти остановилось: каждый раз, когда проверяю время на часах, слежу за минутной стрелкой, которая, видимо, застряла на одном месте и не двигается. Рабочий телефон тоже молчит, работы нет. Даже миссис Девственница стала выглядеть более сексуально, обычно она выглядит ужасно. От скуки я снова начинаю копаться в интернете, решив пройти тест на определение психопатических наклонностей.

Около 121 000 000 результатов меньше чем за 0,24 секунды.

Признаки иррационального мышления: ОК

Нервозность или невротическая болезнь: ОК

Ненадежность: ОК

Отсутствие раскаяния или стыда: ОК

Скрытое асоциальное поведение: ОК

Недальновидность и отсутствие способности учиться на собственных ошибках: ОК

Патологический эгоцентризм и неспособность к эмпатии: ОК

Агрессивное и неадекватное поведение: ОК

Какое совпадение!

Самое подходящее время, чтобы, наконец-то, ответить ему.

«Дэниел,

Я уверена, что ты не планировал ничего подобного. Так же, как и я. Однако, это ничего не меняет.

Не думаю, что нам есть, что еще обсуждать. Ты четко дал мне понять, что у тебя на уме. Мне все понятно. Я считаю, что мы слишком разные.

Не беспокойся об этом, Ди. Мне было приятно познакомиться с тобой.

Хейли»

Я сразу же отправляю сообщение, чтобы не передумать и не переписать его. После очередной чашки кофе я получаю ответ.

«Дорогая Хейли,

Я рад узнать, что ты цела и невредима.

Хватит уже вести себя как ребенок, давай поговорим.

Дэниел»

В раздражении я запихиваю телефон в задний карман.

* * *

Я рада, что Таша вернулась домой в этот вечер. Я в принципе благодарна ей за то, что в этом доме есть жилетка, в которую я могу поплакаться. Таша — мой соучастник преступления, родственная душа.

— Дорогая, я дома. Прячь любовника, — ее голос сразу поднимает мне настроение.

— Я здесь, — отвечаю я, когда она просовывает в комнату голову, ухмыляясь во все лицо.

— Давай ко мне на кухню.

— Иду.

Я быстро откладываю все свои дела и иду за ней на кухню.

— Вина? — спрашивает она.

— Конечно. Никто не заставит меня отказаться от него, — Таша награждает меня обворожительной улыбкой.

— Как твой первый день в детском саду? — интересуюсь я, наблюдая, как она разливает вино в два высоких бокала.

— Лучше, чем я ожидала, — отвечает она, делая глоток шардоне и протягивая мне бокал, одновременно скидывая с ног туфли на шпильках.

— Мои поздравления, дорогая. За твою новую охренительную работу, — я приподнимаю бокал и чокаюсь с ней.

— Все были такими приветливыми и дружелюбными. Отдел, в котором я буду работать, очень хороший. Там очень внимательные и отзывчивые люди. Так что мне повезло, — говорит она, усевшись напротив меня за стойку.

— Так что случилось, Хейлз? — выражение ее лица меняется, а губы сжимаются в тонкую линию. Она рассматривает меня, сузив глаза.

— Что ты имеешь в виду? — мне становится некомфортно от осознания того, что придется все ей рассказать.

— Что я имею в виду? — повторяет она мои слова, пренебрежительно постукивая пальцами по столешнице. — Это лучше ты мне расскажи, — фыркает она. — Назови хотя бы одну причину того, почему Дэниел удосужился навестить меня в первый рабочей день, выясняя, в порядке ли моя подруга? И почему весь офис испугался и вдруг заинтересовался мной?

Я делаю большой глоток вина, ощущая, как сквозь меня проходит смесь радости и гнева.

— Ну, Мисси, поделишься? — она испытывающе смотрит на меня из-под очков.

Я вздыхаю.

— Есть ли вообще шанс, что ты позволишь мне хоть раз о чем-нибудь умолчать? Я действительно не хочу сейчас об этом говорить.

Она хмуро смотрит на меня.

— Не после первого бокала, — пожимаю я плечами.

— Если тебе так хочется. Я просто надеюсь, что у тебя все в порядке, — в ее голосе слышится искреннее беспокойство.

— Хорошо, я могу объяснить все происходящее следующим образом: у меня нет на него иммунитета, как на других, поэтому я не могу больше видеться с ним.

— Это что-то новенькое. Так быстро? Ты уже влюбилась? — мы обе знаем, что это риторический вопрос.

— Мне следует найти человека, который эмоционально неустойчив, — я вытягиваю губы трубочкой, — он принц на белом коне и король Генрих VIII в одном невероятно горячем теле.

— Эй, все так плохо?

— Хуже, — отвечаю я с отчаянием.

— И что дальше? Мы теперь впадем в хандру?

— Определенно, нет. Мы идем тусить, и я напьюсь, — ухмыляюсь я ей.

— Может, мы останемся дома и напьемся здесь? Вряд ли у меня потом останутся силы, чтобы нести тебя домой после очень длинного дня. К тому же Ян, наверно, подцепит очередного идиота, который на утро разобьет ему сердце, — мы обе смеемся.

— Что ж, тогда напьемся дома, — киваю я.

* * *

Уже около полуночи. Разморенная от выпитого вина, я лежу в постели, думая о нем. Его обеспокоенный взгляд, когда он смотрел на меня в больнице, настойчиво мельтешит перед глазами. Я беру свой ноутбук и ввожу в поисковике «Дэниел Старк» и «свидания». От количества выданных мне фотографий я опешила. Все фото были с разных вечеринок: не было одинаковых или сделанных в один и тот же день. На всех снимках Дэниел выглядит ошеломляюще, в строгих костюмах. Женщины рядом с ним шикарны, будто сошли с обложек глянцевых журналов: идеальные тела, идеальные волосы и идеальные пластиковые улыбки. Мое сердце стонет, пока я просматриваю эти фотографии.

У меня никогда не было ни малейшего шанса. Я уверена, что далека от его идеала. Я не та, кого он ищет. Это все девушки по вызову? Он платил этим женщинам, чтобы они сопровождали его на мероприятиях или за другую работу? Я отгоняю эту мысль. Но кого я пытаюсь обмануть?..

Это слишком сложно, это слишком сильно беспокоит меня. Я закрываю экран, укрываюсь одеялом и зажмуриваюсь в попытке выкинуть все эти образы из своей головы.

Глава 11

YOU

— Ты пойдешь со мной на прием сегодня вечером? — спрашивает нерешительно Таша за утренним кофе. Ее глаза блуждают по моему сонному лицу в ожидании ответа.

— Не знаю. Не уверена, что хочу, — отвечаю я так же нерешительно.

С одной стороны, мне не хочется идти — наверняка я столкнусь там с Дэниелом. А с другой стороны, мазохистская часть меня жаждет этого. Сосредоточив свои мысли на кружке с кофе, я касаюсь пальцем края ее ободка.

— Пожалуйста, Хейлз. Это важно для меня, — говорит она, обхватив кружку ладонями.

— Я не уверена, что хочу снова его видеть.

Наверно, мне стоит быть более прилежной подругой, а не думать о встрече с ним. Я делаю глоток кофе, глядя на Ташу.

— Ты не обязана с ним встречаться. Там будет несколько сотен людей. Стопроцентно, ты сможешь избежать встречи с ним, — настаивает она. — И, к тому же, все говорят, что там будет клево. Пожалуйста…

— Давай посмотрим, как пройдет день, хорошо? И, Таша, попрошайничество — не твой стиль, — отвечаю я, надеясь, что мой ответ удовлетворит ее хотя бы на время.

— Итак, что ты наденешь на вечер? — меняет она тему.

— Думаю, как всегда. Насколько я знаю, на моей новой работе нет строгого дресс-кода. Поэтому, я думаю, мой обычный прикид будет кстати.

— Твой обычный прикид — это вполне в тему. Я бы назвала его даже идеальным, — Таша весело смотрит на меня.

Я улыбаюсь и посылаю ей воздушный поцелуй.

* * *

Офис YOU расположен в районе залива, недалеко от пресловутого Stark Software. Теперь все вокруг будет напоминать мне о нем? Эта мысль меня раздражает.

— Привет, — приветствует меня молодая секретарша с розовыми волосами и большим количеством пирсинга в брови.

— Привет, я — Хейли Грейс. К мистеру Уайлду, — улыбаюсь я, но моя улыбка остается без ответа.

— Кабинет Джоша последний слева, — показывает она, кивая в сторону освещенного солнцем холла с панорамными окнами и мозаичным полом, который разделен на пятнадцать отсеков.

Поняв, что она не собирается меня провожать до кабинета, я иду сама по направлению к темно-зеленой двери. Этот холл выполнен в стиле 60-х — ретро. Я завороженно просматриваю стены, завешенные объявлениями в рамках. В офисе никого нет, хотя уже полдень. Мой телефон начинает вибрировать, и я быстро вытаскиваю его из своей темно-фиолетовой сумки в стиле Chanel. На экране высвечивается новое сообщение, и я нажимаю на значок, чтобы узнать, от кого оно. Дэниел. Именно то, что мне сейчас необходимо.

Дэниел: Ты сегодня придешь?

О чем ты только думаешь, гений? Я хмуро смотрю на телефон. Для такого молодого, успешного вундеркинда он ведет себя очень даже странно. Я убираю телефон в сумку, решив проигнорировать его сейчас. Он все еще не оставил свои попытки — приятно.

Постучав в дверь, я услышала мужской голос, пригласивший меня войти.

— Привет, я — Хейли Грейс, — здороваюсь я с мужчиной, сидящим за широким монитором.

— Здравствуй, Хейли, — он встает и идет ко мне с белоснежной улыбкой на лице. Такую улыбку надо подавать с предупреждающей об опасности вывеской: «использовать очки со свинцовым стеклом в случае прямого воздействия». Он протягивает мне руку для приветствия. Атлет и прекрасная кукла Кен в одном теле. У моей лучшей подруги Барби — Наташи — уже бы слюни потекли. Кен рассматривает меня, а я защищаюсь беспомощной усмешкой. Не очень профессионально, мистер Кен.

— Присаживайтесь, мисс Грейс, — он жестом показывает на пустой стул. Я сажусь и начинаю осматривать комнату. Стены выкрашены в нежно-зеленый цвет; за столом Джоша в рамке висит большой постер из фильма «Красота по-американски» Лепестки красных роз разбросаны на фоне оливковой стены. Справа от меня — красочный коллаж, состоящий из обложек журнала YOU.

— Вам нравится то, что вы видите? — я немного отвлекаюсь на вопрос Кена. — Обложки, — указывает он на стену.

— Да, мне нравится стиль этой комнаты, да и офиса в целом, — я снова смотрю на стену.

— Мне тоже. Итак, Хейли, вы хотите работать моим ассистентом. Я в курсе, что мы вас уже приняли. Но подумал, что для начала мы могли бы просто встретиться, прежде чем начать совместную работу.

«Мой ассистент»…

— Да, я заинтересована в должности ассистента и специалиста по развитию, — отвечаю я деловито. Уголки его губ приподнимаются, когда он просматривает мое резюме.

— Насколько я вижу, у вас нет опыта в журналистике. Что заставляет вас думать, что вы мне подходите? — на его лице я вижу улыбку, как будто его забавляет какая-то неизвестная мне шутка.

— У меня есть небольшой опыт в журналистике. Я работала над университетской газетой и считаю, что могу привнести в журнал что-то новое, — отвечаю я, расправляя плечи.

Джош наклоняет голову в сторону и усмехается, глядя на меня. Его улыбка становится шире в ожидании продолжения.

— Мне нравится YOU. Я считаю, что это свежий, непохожий на других в своем жанре журнал, обладающий ценным и высокодуховным контентом.

— Поясните, — говорит Джош заинтригованно. Его усмешка наконец-то сошла с лица, а это значит, что он теперь слушает меня, а не просто рассматривает. Он меняет позу прежде, чем я продолжаю.

— Я полагаю, что язык журнала должен быть богатым и насыщенным, — продолжаю я со вздохом. — То есть, лучше давать читателям достоверные и хорошо проверенные новости, а не те сплетни для пустоголовых подростков, которыми пестрит желтая пресса.

Я играюсь с металлическим ремешком на часах, накручивая его вокруг запястья.

— Есть только один способ проверить это, — отвечает он, размышляя, а затем его губы кривятся в довольной ухмылке. — Как вы смотрите на то, чтобы выполнять скучную секретарскую работу?

Пытаетесь напугать меня, Кен?

— Только в том случае, если эта работа будет сопровождаться в равной мере интересными творческими задачами. В таком случае, я не против, — я снова нацепила на лицо глупую улыбку.

— Ясно, — отвечает он задумчиво. — Сколько часов в неделю вы готовы работать, Хейли? И как скоро можете начать?

Он остался довольным.

— Я могу начать с семи часов в день в течение следующих нескольких месяцев, а затем перейти на полный рабочий день, — отвечаю я, пытаясь понять по его лицу, насколько это приемлемо для них. — У меня есть временный договор со страховой компанией.

— Итак, вы можете приступить к работе завтра в десять? — спрашивает меня Кен с многообещающей улыбкой.

— Конечно, я только за, — киваю я.

— Тогда давайте теперь перейдем к самому скучному: обсуждение должностных обязанностей, зарплатные ожидания и так далее, — говорит он и берет какие-то бумаги из ящика стола.

— Может быть, вы хотите что-нибудь выпить перед тем, как мы углубимся в детали?

— Содовая?..

— Что? — он усмехается и открывает минибар, забитый различными банками содовой.

— Я уже люблю это место.

Он улыбается.

* * *

Покидая YOU, я набираю сообщение Таше.

Я: Встреча прошла на ура, поэтому я пойду с тобой сегодня.

Таша: Я люблю тебя до безумия.

По дороге домой я обдумываю, стоит ли мне надевать это шикарное платье от Donna Karan или просто вернуть его. Может быть, мне не стоит надевать его, ведь Дэниел подарил мне его с той целью, что я должна буду сопровождать его на вечере, а никак не Ташу.

Эскорт как искусство.

Я: Дэниел, я не уверена, что будет правильным, если я пойду с тобой. Надеюсь на понимание. Возможно, мы пересечемся сегодня вечером.

Я нажимаю кнопку «Отправить».

Дэниел: Очень плохо… Ты все-таки придешь сегодня?

Я: Да, я иду с Ташей.

Дэниел: Счастливая Наташа Тейлор. Я надеюсь, что у меня будет возможность поговорить с тобой лично — наша форма общения меня раздражает.

Зачем я это делаю? И почему вообще так волнуюсь перед встречей с ним? Почему всякий раз, получая от него сообщение, я улыбаюсь как идиотка?

Хейлз, разве ты не понимаешь, что тебе нужно держаться подальше от него?

* * *

— Итак, давай собираться, — Таша игриво шлепает меня по заду, лежа рядом на моей кровати.

— Ты наденешь свое новое платье? — спрашивает она с веселым выражением на лице.

— Я думаю, что да. Не выбрасывать же его. Возможно, это будет единственный раз, когда я смогу позволить себе надеть подобное платье, — я улыбаюсь ей. — Как ты думаешь, может, вернуть его?

Она смотрит на меня в течение минуты:

— Неа…

— Три, два, один… готова? — спрашивает она. — Я первая в душ!

— Все для тебя, Мисси. Ты сделаешь мне макияж?

— Да, — кричит она по пути в ванную. Как в то время, когда мы только поступили в университет.

В восхищении я разглядываю свое отражение в зеркале. Платье сидит на мне идеально. У него простое, но элегантное декольте, которое выгодно подчеркивает грудь, что мне ооочень нравится.

— Таша, может, ты накрасишь меня сейчас?

— Ух ты, посмотри на себя. Крутое платье, Хейлз, — говорит она с восхищением.

— Мне тоже нравится.

— Отличная работа, Мисси, — благодарю я Ташу за яркие серебристые тени на глазах и красный блеск на губах.

— Повернись, — командует она, и я подчиняюсь. Мои волнистые волосы танцуют вокруг спины.

— Хейлз, серьезно! Ты выглядишь сногсшибательно! Думаю, что некий мистер Старк будет в нокауте, увидев тебя.

Я не могу перестать ухмыляться. Глубоко в своем сердце я искренне надеюсь, что так и будет.

Глава 12

Ночь на балу

Мероприятие проходит в отеле «Хилтон». Главный зал декорирован в стиле заколдованного леса. Мы заходим и сразу же оказываемся в одной из сцен волшебного мира сказок Диснея: высокие деревья с большими кронами, бледно-голубое одеяло, свисающее с потолка со множеством крошечных мигающих огоньков. Официанты, одетые в смокинги и маски сказочных животных, угощают всех розовым шампанским. Пол устлан ковром в виде зеленой лужайки с галькой по обеим сторонам тропинок. Я просто поражена красотой этого места и царящей здесь атмосферой.

— Давай выпьем, — предлагает Таша, заметив мое состояние.

— Ура, — мы чокаемся бокалами со сладким шампанским.

Таша ведет меня к группе людей у стойки с цветами. Нацепив на себя маску мегаобщительной девушки, она представляет меня всем. Мы мило общаемся, и менеджер Таши отвлекает меня от беспокойных мыслей, но я постоянно оглядываюсь.

Я чувствую резкую боль в груди, когда нахожу его стоящим у бара. Между нами весь бальный зал. Он одет в черный костюм с белоснежной рубашкой, волосы взъерошены, грустный, но такой грешный взгляд — великолепен. Он с кем-то разговаривает, и, похоже, разговор не клеится. Дэниел раздражен. Странно, почему меня это не удивляет? Я замечаю его личного ассистента, мисс Бейли, которая, как всегда, выглядит нервной.

Дэниел оглядывает зал, и я быстро отворачиваюсь, а мое сердце немного ускоряет ритм, — не хочу, чтобы он поймал меня, подглядывающей за ним.

Я улыбаюсь боссу Таши, Робу, как будто я все это время на самом деле слушала его, а не разглядывала самого красивого мужчину в этом зале. И с облегчением понимаю, что он не заметил этого.

— Привет, Роб, — Таша посылает ему одну из своих очаровательных улыбок. Он тоже отвечает ей улыбкой, слишком щедрой, на мой взгляд. Он определенно что-то к ней чувствует. Они продолжают обсуждение чего-то, связанного с детской больницей, которую будет спонсировать фонд. Потерявшись в мыслях о Дэниеле, хотя на самом деле я пыталась этого избежать, поддерживать беседу я не могу.

— Здравствуй, Хейли, — я чувствую твердую теплую руку на своем плече. Задрожав всем телом от звука знакомого голоса, поворачиваюсь к нему.

— Привет, Дэниел.

От близости Дэниела сердце подпрыгивает к самому горлу. Он загорел: красивое лицо теперь оттеняет медовый загар. Его взгляд лениво блуждает по мне, отчего внутренности сводит спазмом.

— Выглядишь умопомрачительно, — шепчет он мне на ухо.

Я слегка дрожу от его прикосновений, дыхания и близости. О, только не это.

— Мне нравится это платье на тебе, — добавляет он.

— Спасибо, мне тоже, — говорю я и стараюсь выглядеть спокойной.

— Я рад, — улыбается он мне, но на этот раз его самонадеянная ухмылка сменяется манящей искренней улыбкой. Некоторые люди начинают с любопытством посматривать на нас.

— Я рад, что ты здесь, — говорит он, взяв меня за руку.

— Почему? — я смотрю на него и вздыхаю, медленно забирая свою руку назад. Его губы изгибаются в полуулыбке, и он отпускает меня.

— Потому что хотел увидеть тебя, потому что хотел поговорить с тобой, — отвечает он, его взгляд устремлен на меня.

— Дэниел, не сейчас, пожалуйста, — прошу я.

Я смотрю на него, и мне хочется обнять его крепко-крепко, чтобы он был близко-близко ко мне, так, как я это запомнила. Поражаюсь сама себе — просто не могу держать его на расстоянии. Кажется, он и сам это уже понял, поэтому продолжил наступать.

— Может, мы поговорим где-нибудь наедине?

Миндально-ореховые глаза вдруг потемнели. Черт, нет.

— Не сейчас. Я только пришла и обещала Наташе, что буду с ней.

— Она, кажется, замечательно справляется и без тебя, — говорит он сухо, насмешливо показывая жестом в сторону Таши, которая стоит в окружении нескольких мужчин и весело смеется.

— Мистер Старк, мне очень жаль, но могу я побеспокоить вас? — мисс Бейли выглядит еще более обеспокоенно. Спасибо ей, что прервала нас. Я вижу, как глаза Дэниела из нежных превратились в темные и разгневанные; он же любит все контролировать.

— Ради Бога, что на этот раз? — говорит он тихим отрывистым голосом. — Разве вы не видите, что я занят, Энн?

Как он может быть таким разным? Как я все-таки рада, что не работаю с ним. Псих!

— Эээ, представители больницы хотели бы поговорить с вами, а затем нужно просмотреть два документа, прежде чем подписать… Вы говорили, что это срочно, — она сглатывает, кусая губы в ожидании его ответа. Он тяжело вздыхает, хмуро глядя на нее, а затем поворачивает голову в мою сторону — он снова мил.

— Я увижусь с тобой позже. Не убегай.

Это только мне кажется или он на самом деле выглядит почти умоляющим?

— Знаешь, я оставила свои красные сникерсы дома, так что даже если я попробую это сделать, то у меня вряд ли получится. Только не в них, — киваю я в сторону своих шпилек. Он улыбается, а потом на виду у всех стоящих вокруг людей и мисс Энн Бейли обхватывает мое лицо ладонями и целует в уголок рта, задержавшись так на несколько секунд. Я краснею и таю в его руках. В шоке смотрю, как он удаляется, а мисс Бейли следует за ним на высоких каблуках, пытаясь догнать его.

— Что это было? — спрашивает Таша, протягивая мне еще один бокал шампанского.

— Я не знаю, Таш. Он хочет поговорить. Но на самом деле я понятия не имею, чего он хочет.

— Ну, маленькое шоу, которое вы устроили, говорит само за себя. Ясно, чего он хочет. Я бы даже сказала, кого он хочет. Это определенно ты! — кивает она, чокаясь со мной.

Мы снова присоединяемся к коллегам Таши, пока они долго и оживленно дискутируют на тему предвыборной президентской кампании.

— Дамы и господа, прошу внимания, — провозглашает ведущий вечера. Общий гул постепенно стихает, и толпа поворачивается к центру зала.

— Хочу поприветствовать всех вас на благотворительном вечере по сбору средств, организованном компанией Stark Software и детской больницей Бениофф.

На его оранжевом неправдоподобно загорелом лице светится фальшивая улыбка с отбеленными зубами. Он делает паузу, чтобы оглядеть аудиторию. Затем проводит рукой вдоль своего отглаженного смокинга и продолжает:

— Этот вечер посвящен сбору средств на нужды онкологических исследовательских лабораторий. Stark Software спонсирует Бениофф на протяжении многих лет.

Он смотрит на зрителей с серьезным выражением лица:

— Теперь позвольте мне пригласить на сцену мистера Гаррисона, представителя Stark Development, чтобы подробнее рассказать вам о вкладе Stark Software.

Быстрыми кошачьими шагами он продвигается к центру сцены и говорит:

— Дамы и господа, поприветствуем господина Гаррисона.

Под аплодисменты из толпы выходит высокий темноволосый мужчина в сером смокинге.

— Я думала, что мистер Старк будет выступать от лица компании, — с сарказмом говорит дама позади нас.

В ответ Таша наклоняется ко мне:

— Я тоже так думала.

— Он не любит быть в центре внимания, — шепчу я, вспоминая то, что он сказал мне во время нашего разговора несколько дней назад. Я улыбаюсь, думая о том, как я была рада это узнать.

— Добрый вечер. Спасибо за то, что сегодня вы все с нами, — говорит господин Гаррисон. — Для меня большая честь выступать здесь от имени Stark Software.

На огромном экране за сценой демонстрируется слайд-шоу о волонтерской деятельности в больнице и ее пациентах. Гаррисон перечисляет заслуги и вклады Stark Software в работу детской больницы, говорит о пожертвованиях и волонтерских программах, которые были реализованы в течение последнего года.

— Я считаю, что мы должны поблагодарить именно господина Старка, который инициировал наше партнерство с детской больницей Бениофф, — говорит он в конце. Под аплодисменты всего зала он добавляет:

— Мистер Старк, вы можете присоединиться ко мне на сцене?

Я поворачиваю голову в ту сторону, куда направлен взгляд мистера Гаррисона, и замечаю на лице Дэниела дискомфорт и нежелание. Несмотря на это, он уверенно и изящно идет к джентльмену, ожидающему его. Дэниелу достаточно всего несколько коротких шагов, чтобы дойти до сцены вместе со своим ассистентом.

— Добрый вечер, — приветствует он всех в зале низким хрипловатым голосом, и зрители замолкают. — Пользуясь возможностью, хочу поздравить всех с окончанием тяжелой работы, которую мы провели для запуска этого замечательного проекта по сбору средств, а также все руководство, наших преданных сотрудников, которые самоотверженно отдавали все свои силы этому делу.

Дэниел жестом показывает на большой экран позади него:

— На экране вы можете видеть лица детей, госпитализированных в Бениофф, которые нуждаются в нашей помощи. Деньги, которые мы сегодня соберем, будут направлены на приобретение современного медицинского исследовательского оборудования. Это даст детям шанс на полноценную жизнь.

Он проводит рукой по волосам и прищуривается, оглядывая всех в зале.

— Я еще раз хотел бы поблагодарить всех, кто поддержал эту инициативу. От чистого сердца я благодарю вас за участие в программе: волонтерстве и пожертвованиях. Мероприятия, подобные этому, бесценны.

Он смотрит перед собой, его лицо выражает заботу. Наблюдая за ним, я словно под гипнозом. Уверенный, утонченный, всем своим видом излучающий силу и мощь. И все же есть в его словах этот слабый намек на скромность и робость — он неотразим.

Дэниел продолжает объяснять, что деньги, вырученные на этом вечере, должны быть согласованы с Stark Software. Во время речи его взгляд блуждает по залу, пока не останавливается на мне. Долгое время он не разрывает эту связь, и мое дыхание вдруг затрудняется.

— Больше всего эти дети нуждаются в нашей взаимопомощи, нашей поддержке. Вместе мы сможем выполнить наш долг по защите этих малюток. Я хотел бы еще раз поблагодарить всех вас, наших сотрудников и доноров за поддержку. Давайте вместе создадим союз дружбы и добра посредством сотрудничества и взаимопомощи.

Дэниел засовывает руку в карман и обводит взглядом всю аудиторию.

— Благодарю вас от имени Stark Software, — он заканчивает свое выступление и пожимает руку Гаррисону.

— Мистер Старк, вы забыли упомянуть один момент, — говорит мистер Гаррисон в микрофон. — Ваш личный вклад в это дело только сегодня составил миллион долларов.

Дэниел смущенно кивает. Он удостаивает меня беглым взглядом, и в этот момент мое сердце сжимается от услышанного.

— Дамы и господа, — говорит конферансье, вновь завладев микрофоном, — все приглашены на танцпол. У нас есть для вас сюрприз, который будет чуть позднее, а пока наслаждайтесь вечером.

Какая фальшивая улыбка.

Я наблюдаю за тем, как Дэниел продолжает разговор с мистером Гариссоном. На долю секунды он поворачивает голову, и его глаза находят мои. Я резко вздрагиваю от возникшего между нами напряжения. Мне срочно нужны доспехи, которые огородят от всех эмоций, особенно, когда он рядом…

В зале играет джазовая музыка. Я стою рядом с Ташей, когда Роб приглашает ее потанцевать. Я закатываю глаза. Почему я не удивлена?

— Не хотите потанцевать? — широкоплечий голубоглазый парень в темном костюме прикасается к моему плечу. Я наклоняю голову, чтобы посмотреть в его приветливые глаза.

— Конечно, почему нет, — отвечаю я с легкой улыбкой. Он кладет свою руку на нижнюю часть моей спины и ведет на танцпол. Неподалеку я могу видеть беседующего Дэниела, который пристально наблюдает за нами.

— Меня зовут Пол, — говорит парень, улыбаясь и нежно держа меня за талию.

— Я — Хейли. Приятно познакомиться, — отвечаю, имитируя выражение его лица.

— Я знаю, — усмехается он. — Я уже поспрашивал о вас, — отвечает он загадочно.

Пол пытается вовлечь меня в разговор, но я лишь рассеянно киваю и улыбаюсь, пытаясь не упустить из виду Дэниела. Я вижу, как он подходит к диджею и обменивается с ним несколькими словами. Диджей кивает в знак согласия довольному Дэниелу, который сразу же поворачивается на каблуках и сходит со сцены. Он направляется в нашу сторону, не отводя пристального взгляда. Похоже, он даже не моргает. Пол продолжает что-то говорить, но я полностью поглощена Дэниелом.

Звучит новая песня; приятная дрожь пробегает сквозь мое тело, когда я слышу первые ноты. Трогательная, мечтательная мелодия, то, что я так сильно люблю.

— Могу я прервать вас? — спрашивает Дэниел тихим твердым голосом; он не отводит от меня взгляда.

Немного шокированный Пол бессвязно бормочет слова согласия, замечая Дэниела, затем поворачивается ко мне и приподнимает бровь, извиняясь. Не извиняйтесь; никогда еще я не была так рада смене партнера.

Я смотрю в ореховые глаза, а они смотрят на меня. Он доволен, и я чувствую, как в животе тысячи бабочек отчаянно летают по кругу и покачиваются из стороны в сторону. Дэниел обхватывает руками меня за талию, притягивая ближе к себе, и мы начинаем двигаться в такт удивительной мелодии. Тепло его рук посылает импульсы по моим внутренностям.

— Хейли, я совершенно не хотел расстроить тебя или навредить, никогда и ни за что, — говорит Дэниел, обхватывая меня крепче.

Меня смущают чувства, которые я испытываю рядом с ним. Мои руки покоятся на его плечах.

— Мне нравится то, что я чувствую, когда я с тобой, — продолжает он, и я с трудом сглатываю.

Дэниел притягивает меня еще ближе к себе. Я сдвигаю руку к его затылку, кончики моих пальцев слегка касаются кожи. Играет приятная музыка, и эти трогательные ноты, которые мне так нравятся. Мы смотрим друг другу в глаза, на его губах едва заметная улыбка — мне просто необходимо вздохнуть глубже, я задыхаюсь.

— Ты вспомнил, — выдыхаю я.

— Хорошая песня, — шепчет он в ответ, и его взгляд опускается на мои губы, которые подрагивают только при одной мысли, что он может меня снова поцеловать. Я боюсь того, что могу увидеть в его глазах, поэтому просто прислоняю голову к его груди и закрываю глаза. Под звуки любимой мелодии я вдыхаю его запах, полностью раскрываясь перед ним сейчас.

— Хейли, посмотри на меня, — просит Дэниел, его голос низкий и ласковый.

Я приподнимаю голову, чтобы снова встретиться с ним взглядом. Он наклоняется ко мне, не отрывая взгляда, и нерешительно приближает свои губы к моим. В глазах немой вопрос, я так же молча соглашаюсь, и он медленно склоняется еще ближе. Я раскрываю свои губы навстречу его губам — долгожданное тепло его губ нежно окутывает меня.

Желудок сжимается, а легкие отказываются функционировать при первом же прикосновении. Его губы оставляют мои на короткое мгновение, чтобы взглянуть в мои глаза, и затем снова нападают с еще большей решимостью. Его язык встречается с моим, исследуя новую территорию. Я схожу с ума от этих коротких нежных прикосновений. Наши языки сплетаются в едином танце, пробуя друг друга на вкус, стараясь получить как можно больше.

Мы настолько поглощены друг другом, что не замечаем ничего вокруг. Дэниел обхватывает ладонями мое лицо, вовлекая глубже в поцелуй. Протянув руки выше, я запускаю пальцы в его мягкие волосы. Он пробегает пальцами по моей щеке, углубляя поцелуй. Затем отстраняется, чтобы посмотреть на меня, и снова целует маленькими, нежными, но чувственными поцелуями. От прикосновения его губ ритм моего сердца ускоряется, а тело сгорает изнутри. Я притягиваю Дэниела ближе к себе. Теперь, когда я знаю, каково это — целоваться с Дэниелом, мне хочется продолжать, продолжать и продолжать этот поцелуй. Я не хочу останавливаться.

— Хейли, кажется, музыка закончилась, — Дэниел ухмыляется между поцелуями.

Я краснею и улыбаюсь в ответ. Как только немного прихожу в себя, я обнаруживаю, что мы единственные, кто остался возле сцены. В то же время некоторые очень любопытные, наблюдающие за нами, быстро и неловко отворачиваются, как только мы замечаем их.

— Мистер… — мисс Бейли появляется рядом с нами, пытаясь привлечь внимание Дэниела. Она откашливается и пытается снова побеспокоить своего босса.

— Мистер Старк, — пробует она на этот раз яснее и громче.

Дэниел поворачивается, чтобы посмотреть в ее сторону, я не могу видеть выражение его лица, но могу представить, видя отражение ужаса на бедном лице мисс Бейли.

— Кто-то умер, Энн? Черт возьми, что еще? — Дэниел говорит медленно, с холодным пренебрежением.

— Ну… — бормочет она, сжимая пальцы, — менеджер отеля хочет поговорить с вами.

Ничего себе, она для этого подошла?

Мое сердце, конечно, лояльно относится к бедной девушке. Но это не вопрос жизни и смерти. Однозначно, менеджер отеля не умирает, и разговор с человеком, которого я не хочу отпускать, не его предсмертное пожелание. Челюсть Дэниела сжимается. И я замечаю, как краска разливается по лицу мисс Бейли. Если взглядом действительно можно убить, мы были бы уже похоронены.

— Пожалуйста, скажите ему, что сейчас мы не можем поговорить. И не стоит больше подходить ко мне с этим бредом, — говорит он ледяным, пугающим голосом.

— Мистер Старк, я сожалею, но он сказал, что это важно.

Чувствуя жалость к бедной девушке, у которой явно проблемы с чувством такта, я хватаю Дэниела за руку. Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Я пойду проверить Ташу. Подожду, пока ты закончишь дела, — говорю я ему спокойно, а затем, поднявшись на цыпочках, целую его в щеку. Он смотрит на меня какое-то время, как бы взвешивая варианты за и против, затем, проведя рукой по моим волосам, обхватывает мою шею, наклоняется и целует. Он медлит в течение нескольких долгих секунд, и я плыву. К моему полному разочарованию, он отстраняется от меня и говорит, что вернется как можно скорее. Я киваю и смотрю на мисс Бейли, которая все еще находится рядом с нами, глядя на что угодно, кроме нас, ее лицо ярко-малинового цвета. Боюсь, что она оторвет свой локон от той интенсивности, с которой она крутит его вокруг пальца. Мне приходится прикусить губу, чтобы не улыбнуться еще шире.

Как только они уходят, я начинаю искать Ташу и нахожу ее с Робом и компанией, с которой мы знакомились ранее. Они, кажется, глубоко завязли в разговоре, и моего вторжения почти никто не замечает.

— Ну, вот и она — звезда вечера, — дразнит Таша.

Я смущенно улыбаюсь ей.

— Вы такое шоу устроили, мисс Грейс, — смеется Таша, и Роб присоединяется к ней.

Вы уверены, что хотите смеяться над этим, Роб? Интересно, смеялся бы он, будь Дэниел здесь?

— Где твой парень? — спрашивает она, оглядываясь по сторонам.

— Отстань, — огрызаюсь я на нее, хотя и не со злобой.

— Какой план на оставшуюся часть вечера? — спрашивает она, к счастью, без цинизма.

— Ты мне скажи, я же твоя спутница.

— О, Хейлз, выбор настолько велик, что мне трудно определиться, — я смеюсь, точно зная, о чем она говорит. Мы обе смеемся, как только наши глаза встречаются.

— Мисс Тейлор, ведите себя правильно, пожалуйста, мы в общественном месте, — я подталкиваю ее руку локтем.

— Ты же знаешь, что я не могу, — говорит она, демонстративно закрывая рот.

Я хихикаю, ожидая, что еще она выкинет.

— Я думаю, что ты уже не моя спутница. Поэтому мне остается только бегать в поисках первого попавшегося парня, который бы согласился ласкать меня в общественных местах.

— Это то, чем вы занимались, Хейли? И ты называешь себя моим другом?

Я поворачиваюсь и улыбаюсь Дэниелу, когда он подходит, чтобы встать рядом со мной. Он скользит рукой вокруг моей талии. Таша весело наблюдает за ним и говорит:

— Смотрите, даже мистер Старк согласен со мной.

Роб замирает рядом с ней. Он смотрит на Дэниела и кивает в знак приветствия:

— Мистер Старк, — говорит он слишком серьезно.

Чего же вы не смеетесь сейчас?

— Надеюсь, что в мое отсутствие ты никого не нашла, — Дэниел шепчет мне на ухо и подмигивает.

— Я ждала тебя, чтобы сделать это, — ухмыляюсь я ему.

Он сильнее обнимает меня за талию, поворачивая и близко притягивая к себе лицом, очень близко. Боковым зрением вижу, что Таша и Роб отходят в сторону.

— Где мы остановились, Хей?

— Ты просто читаешь мои мысли, — говорю я, смотря на него снизу вверх. Он наклоняется так, чтобы его рот нашел мой, и мы целуемся слишком страстно для публичного просмотра. Импульсы тока проходят по всему моему телу до самых пальчиков ног.

Мы останавливаемся, и Дэниел сообщает, что ему придется снова оставить меня на некоторое время.

— Мне нужно связаться с Таиландом из дома.

— С министром обороны? — допытываюсь я.

На его лбу появляется складка:

— Откуда ты знаешь?

— Пусть это останется тайной.

— Есть шанс, что ты пойдешь со мной? — он наблюдает за мной прищуренным взглядом и с маленькой грешной улыбкой, которая соблазняет меня согласиться.

— Несмотря на то, что это одно из самых соблазнительных предложений, которое я получаю за последнее время, думаю, мы встретимся в другой раз, — отвечаю я, не убедив даже саму себя.

Дэниел не пытается скрыть свое разочарование:

— Почему нет?

— Завтра первый рабочий день, и я бы хотела выспаться, чтобы быть в форме.

— Не могу с этим поспорить. Я хочу, но не буду, — он вздыхает. — Так ты получила работу, которую хотела? В каком журнале?

— В YOU.

— Если бы только ты работала на меня… — бормочет он, а я смеюсь.

— Я собираюсь быть помощником творческого директора.

— Молодец, — говорит он и целует меня. — Я так не хочу отпускать тебя сейчас, и, поверь мне, я делаю это только потому, что у меня неотложное дело.

Он притягивает меня сильнее в свои объятия и снова медленно целует. Я наполняю легкие его запахом, чувствуя себя защищенной в кольце его теплых рук.

— Иди, пожалуйста, — я начинаю отходить, — пока я не передумала.

Он держит мой подбородок большим и указательным пальцем, поднимая его, и снова целует меня.

— Спокойной ночи, Хейли, — говорит он, даря мне маленькую улыбку, и уходит.

Провожая его взглядом, я борюсь с диким желанием броситься вслед за ним. Вместо этого я решаю присоединиться к Таше и Робу, но мои мысли далеки от планеты Земля. Мы остаемся еще на пару часов, чтобы увидеть главный сюрприз — концерт IТ-группы с полномасштабными дымовыми и световыми спецэффектами.

Глава 13

Обряд посвящения

— Хейлз, просыпайся, — слышу я голос Таши издалека. Она не прекращает попыток выдернуть меня из моего безмятежного состояния. — Ты просила разбудить тебя перед уходом. Вставай уже, ради Бога.

Теперь она стоит надо мной, продолжая ныть до тех самых пор, пока я не поднимаюсь, чтобы убедить ее в том, что снова не завалюсь спать после ее ухода. Черт, она знает меня очень хорошо, слишком хорошо.

— Твоя чашка кофе стоит на кухонном столике. Поднимай свою задницу, Хейлз. Я серьезно.

— Хорошо, хорошо. Иди уже руководи каким-нибудь суперважным для Stark Software проектом, — сонно бормочу я и, шатаясь, иду на кухню.

— Я очень рада, что ты тоже занята суперважными совместными проектами со Старком, Мисси. Скажу больше: надеюсь, вы наделаете столько проектов, насколько хватит сил. Запрограммируй его мозги так, чтобы он забыл про нас. Ему нужно наконец-то расслабиться, — ухмыляется она мне. Ее рот, наверно, сейчас треснет от такой широкой улыбки.

— Запрограммировать его мозги? Ты это о чем?

Лицо Таши светится, когда она проверяет время на своих часах.

— Хейли Грейс! Время почти 8:00. Желаю отлично провести время. Плохо, что я буду в запаре.

— В запаре? — я вопросительно поднимаю брови.

Она закатывает глаза:

— Меня не будет…

— Боже, как можно быть такой занудой?

— Ну да ладно, шуруй отсюда.

Она закрывает дверь, оставляя за собой аромат дорогих духов и частичку бодрости, которые создают позитивную атмосферу.

Проверив свой шкаф, я выбираю шелковую черную рубашку вместе с синими джинсами и кроссовками. Для лучшего эффекта я надеваю под рубашку ярко-красный бюстгальтер, закончив этим штрихом свой наряд. Неплохо. Я улыбаюсь своему отражению, чувствуя себя полной идиоткой. Кто ты? Очередная блондинка из тупого реалити-шоу? Что за идиотская улыбка? Еще и эти две буквы ДС в моей голове, которые отказываются оттуда убираться. Сверкают как вывески в Вегасе.

Убедившись, что не похожа на одного из персонажей фильма «Сумерки», я крашу ресницы тушью и добавляю румяна на скулы. Отлично. Время играть по-взрослому.

* * *

Я приезжаю раньше, чем мы договаривались с Кеном. А босс уже тут как тут. Ухмыляется, глядя на меня, пока я, улыбаясь, подхожу к его кабинету.

— Доброе утро, — идеальный ряд белых зубов приветствует меня, когда я вхожу в его кабинет.

— Доброе утро, — отвечаю. — Вот и я.

Надеюсь, что не сказала что-то неправильное. Тупые фразы! Это то, что я должна говорить Дэниелу, когда вижу его. Потом я вдруг вспоминаю, что мы с ним не спланировали ничего на сегодня. Хорошее настроение куда-то испарилось.

— Давайте сначала выпьем кофе? — предлагает Джош.

— Мне нравится ход ваших мыслей, — я иду за ним.

— Куда мы идем? — спрашиваю я, заметив, что он идет к главному входу.

— У нас здесь «Старбакс» за углом.

Снова эта скалящаяся на самой раздражающей границе улыбка.

— Ценная информация, — бормочу я лениво.

— Что ты будешь пить?

Я смотрю на него, все еще глубоко погруженная в свои мысли.

Заметив мой недоуменный взгляд, он спрашивает:

— Какой кофе ты будешь?

Ой.

— Я возьму двойной гранд кофе со взбитыми сливками, только пены не слишком много.

— Пожалуйста, — Джош теперь улыбается своей неотразимой ухмылкой покрасневшему веснушчатому официанту.

— Что-нибудь еще? — спрашивает он.

— Нет, спасибо.

— Что ж, приступим к работе?

И снова эта улыбка. Просто ходячая реклама Colgate[11].

* * *

— Хейли, к тебе гости, — окликает меня мисс Пирсинг со стойки ресепшена.

Глядя на нее в недоумении, спрашиваю:

— Ты уверена, что ко мне? Я так не думаю. Может, у вас работает еще одна Хейли?

Ее лицо озаряет такая искренняя улыбка. Удивляюсь тому факту, что она вообще умеет улыбаться. На самом деле вполне себе милая улыбка, если не смотреть на ее волосы и испачканное лицо.

— У нас нет другой Хейли, — бормочет она раздражительно. Расслабься, малышка. Джош вопросительно смотрит на меня, я только пожимаю плечами, не имея ни малейшего понятия, кого там принесло.

— Кто это? У него есть имя?

— Он в приемной. И я не спрашивала его имени, но он такой горячий.

Я и Джош уставились на нее во все глаза. Она же, казалось, была совершенно равнодушна к нашим взглядам. Наглое юное существо.

И тут я вижу его, стоящего в приемной, прислонившегося к стене: высокий, в белом поло и джинсах, волнистые волосы золотятся — Дэниел.

Я подхожу к нему с неровно бьющимся сердцем, а Джош провожает меня пытливым взглядом.

— Дэниел, — говорю я, приближаясь к нему.

— Доброе утро, — он посылает мне свою неотразимую улыбку.

В чем же твой секрет, черт возьми? Я улыбаюсь в ответ, все еще находясь под впечатлением. Джош прочищает горло рядом со мной.

— О, Дэниел, это Джош Уайлд, креативный директор YOU.

Джош с энтузиазмом протягивает руку для пожатия. Дэниел отвечает ему, но с полным равнодушием.

— Дэниел, — бормочет он, его взгляд все еще направлен на меня.

Джош заканчивает за Дэниела с тем же энтузиазмом:

— Старк.

Скучающая ухмылка Дэниела наводит на мысль, что он слегка раздражен.

— Приятно познакомиться, — говорит Джош дружелюбно.

— Взаимно, — Дэниел отвечает в своей скучающей манере.

— Итак, чем обязана такому удовольствию, Дэниел? — спрашиваю я, одновременно пытаясь понять, смогу ли отлучиться на несколько минут. Естественно, мисс Неистовый Гот стоит тут же и без стыда наблюдает за нами.

— Я бы не хотел начинать свое утро, не поцеловав тебя, — говорит Дэниел прямо, подтверждая сказанное всем своим видом.

Я замираю, представив цвет своего лица в настоящий момент, наверно, самый яркий оттенок красного, который существует на планете. Джош уходит, дав указание зайти к нему позже.

Дэниел делает шаг мне навстречу, кладя одну руку на нижнюю часть моей спины, подтягивая ближе к себе. Его твердая грудь упирается в мою. Другой рукой он мягко притягивает меня за шею и наклоняет к своим приоткрытым губам для губительного похотливого поцелуя.

Вау. Каждая частичка моего тела пробудилась. Пока я нахожусь в состоянии шока, он наклоняется и шепчет мне на ухо:

— В чем дело, мисс Грейс? Кажется, в прошлый раз, когда я имел удовольствие видеть вас, вы были более разговорчивы. Потеряли дар речи? Вам нужно время прийти в себя?

О, мне нужно время. Да, мне действительно нужно время, чтобы вернуть себе контроль, чтобы остановить себя от запрыгивания на вас в общественных местах, Ди.

Он усмехается и обнимает меня крепче, очень сильно, обволакивая меня собой, а потом говорит тихим голосом:

— Пожалуйста, надень этот бюстгальтер сегодня вечером, когда придешь. Он очень сексуальный.

Мы встречаемся сегодня вечером?

Едва совладав со своими чувствами, я успеваю сказать:

— А ты обещаешь снять его с меня позже?

Он прищуривает глаза, и его лицо становится серьезным.

— Продолжай говорить в том же духе, и тогда я затащу тебя в ближайший переулок.

Сделай одолжение, пожалуйста.

— Когда ты заканчиваешь? Во сколько я смогу забрать тебя?

Я радостно смотрю на него. Такой прямолинейный, мистер Старк. Даже не удосужился спросить, свободна я сегодня вечером или нет.

— Пока не знаю, напишу позже.

Сегодня всего лишь мой первый рабочий день, а я уже устроила такую сцену в приемной…

— Хейли, какую еду ты предпочитаешь?

Что?

— Суши.

— Хорошо. Мне действительно нужно идти. Я не оплачиваю себе время, проведенное в играх, — он отпускает короткий смешок, и я хихикаю в ответ.

Еще один поцелуй, а потом мой ураган греховных поцелуев и мистер улыбка на прощание исчез.

На цыпочках я возвращаюсь к своему новому боссу и моей новой работе. Дэниел, ты не мог выбрать лучший повод, чтобы поцеловать меня; он проделал весь этот путь просто для того, чтобы поцеловать меня. Мое сердце сжимается от радости. Мисс Пирсинг все еще глазеет на меня. Я хмурюсь на нее и иду в кабинет Джоша.

— Я сожалею, хммм… что, — я заикаюсь, чувствуя, что краснею.

Он игнорирует меня и спрашивает несколько удивлено:

— Ты подруга Дэниела Старка?

Не уверена насчет подруги, конечно. В любом случае, почему это имеет для него значение?

— Мы… встречаемся, — отвечаю я.

Знаешь ли, этот обычный мальчик встретил девочку… До этого момента этот мальчик присылал девочке непонятные сообщения, сводил ее с ума своими противоречивыми репликами, говорил, что он в принципе никогда и ни с кем не целуется. А теперь как ни в чем не бывало приходит к девочке в ее первый рабочий день, чтобы только поцеловать ее…

Джош, кажется, задумался на некоторое время, и мне стало интересно, о чем он думает.

Потом он дает мне список задач на оставшуюся часть дня. Я должна решить несколько старых проблем YOU, рассмотреть некоторые проекты, созданные моими коллегами, и обсудить все это с Джошем позже, а также должна буду присутствовать на некоторых встречах, которые он запланировал для меня заранее с некоторыми ключевыми партнерами, с которыми я буду работать в будущем.

— Кабинет напротив моего будет твоим, — говорит он. — Я навещу тебя позже.

Я так понимаю, что моя реплика проигнорирована. Перед тем как начать работать, я решаю написать Дэниелу и Таше.

Я: Буду на нашем месте около 19:00, увидимся позже.

Я: Я на работе, столько всего нужно тебе рассказать, но не сегодня, так как я буду программировать мозги Старка.

Не проходит и минуты, как я получаю ответ от Таши.

Таша: Какое наше место? Я думала, что мы соседи по комнате… Ты хочешь что-то рассказать мне, Хейлз?

О, нет, черт, нет, что, если я послала Таше первое сообщение? А второе тогда… О, НЕТ! Я чувствую, как кровь отливает от моего лица. Черт, черт, ЧЕРТ!

Я: Перепутала сообщения; расскажу тебе сегодня. По-прежнему твоя соседка по комнате. Люблю.

Я даже не успеваю положить свой телефон обратно, как он уже звонит. Покусывая губы, смотрю на экран. Отвечаю, стараясь при этом, чтобы слова звучали непринужденно, но это тяжело, так тяжело:

— Привет.

— У меня в кабинете, Хейли, было пять человек, когда я получил твое сообщение. И я попросил их всех выйти, как будто у меня появилось очень важное дело, которое нужно уладить.

Он явно забавляется. Наверняка собирается сделать целое шоу из этого. Дэниел делает паузу в течение долгого момента, позволяя мне остыть.

— Они все ждут только из-за тебя, а я плачу им слишком много. Так что теперь мы официально впустую тратим бюджет Stark SW, следовательно, побыстрее просвети меня, Хейли, если ты можешь. Ради компании, конечно.

— Ну, если тебе интересно, то я на самом деле не имела в виду ничего такого, что было в том сообщении.

— Я так и думал.

Представляю его самодовольную злорадную улыбку. Видимо, он наслаждается каждой минутой моего позора.

— Это личная шутка между Ташей и мной. Это даже не смешно. Как ты? — я стараюсь отвлечь его от цели этого звонка.

— О, нет, я не позволю тебе соскочить. Либо ты скажешь мне, что означает «программирование» моих мозгов, хотя я, конечно, могу предположить, что подразумевается под этим; либо сегодня вечером повезет другому счастливчику с такой фамилией.

Он хихикает и добавляет:

— Ну, или я всегда могу вызвать уважаемую мисс Тейлор в свой кабинет и спросить ее. Что вы скажете, мисс Грейс? Что выбираете?

Я мисс Грейс сейчас?

— Полагаю, что единственное, что заставит меня сделать выбор — это один из твоих пинков. У нас есть еще незаконченная история. Очень тревожно, я должна сказать. Вы когда-нибудь думали о поиске профессиональной помощи?

— Хейли Грейс, ты снова уходишь от ответа, — огрызается он, стараясь казаться резким.

Теперь я слышу, как он называет имя своего личного ассистента:

— Энн, попросите мисс Тейлор из R&D зайти, — говорит он ей.

О, нет. Ты ненормальный, да? Что ты делаешь? Тебе больше нечем заняться?

— Хорошо, хорошо, твоя взяла, только не зови Ташу. Боже мой, ты так раздражаешь.

— Я? — смеется он. — Энн, все нормально, я больше не нуждаюсь в мисс Тейлор.

— Люди ждут, Хейли. Время — деньги, — призывает он меня.

Он не позволит мне уйти, не ответив, вот псих.

— Я имела в виду, что я буду делать с тобой сегодня вечером, — я говорю очень тихо, — не хочу, чтобы этот разговор услышали другие.

— Что именно? — он смеется низким хриплым смехом.

— Я что, должна все расписать в подробностях? Мне кажется, тебе уже и так слишком весело.

— Серьезно, ты — золото. Теперь я хочу тебя еще больше, чем вчера вечером.

— Я рада, — стараюсь казаться расстроенной. — До свидания, Дэниел.

— До свидания, сладкая Хейли.

Сладкая Хейли…

Наконец, мой первый рабочий день может начаться.

* * *

— Я иду домой, — говорит Кристина, мой наставник в YOU.

— Который час? — спрашиваю я.

Она проверяет свои часы; ее короткие шелковистые волосы падают на лицо.

— Половина седьмого.

У меня даже не осталось времени, чтобы заскочить домой.

Пишу Таше:

Я: Не приду домой после работы. Увидимся поздно ночью или завтра утром. Пожалуйста, не скучай слишком сильно.

Таша: Пожалуйста, непременно сделай все и даже то, что я никогда бы не рискнула сделать. Не могу не скучать. Отдыхай.

Я улыбаюсь.

Глава 14

Попытка номер два

Я неловко ухмыляюсь камерам безопасности, от которых чувствую себя не в своей тарелке. Не уверена, что когда-нибудь привыкну к ним. Это кажется таким странным — проходить сквозь эти штуки, чтобы попасть, не знаю, как это назвать, в дом…

Прислонившись к дверному проему, Дэниел ожидает меня: босой, в белом поло, джинсах, которые соблазнительно облегают его бедра, и с влажными растрепанными волосами. По крайней мере, хоть кто-то имел возможность освежиться. Опять эти бабочки в моем животе. Хороший видок.

Он улыбается, когда я подхожу ближе, делая шаг, чтобы встретить меня.

— Эй, привет, — говорит он, и я улыбаюсь, чувствуя, как пробуждается каждая частичка меня.

— Привет.

Он раскрывает свои руки мне навстречу, чтобы прижать к себе, и я окунаюсь в его объятья с удовольствием, наслаждаясь ощущением его рук, обнявших меня и прижавших к себе так сильно. Я поднимаю голову, чтобы встретиться взглядом с его мягкими, светло-карими глазами. Он наклоняется и целует меня нежным, сладким, целомудренным поцелуем, который тут же превращается в слияние наших языков, мы дразним и исследуем друг друга. Прошло некоторое время, прежде чем отстраняемся, оба очень возбужденные.

— Давай зайдем внутрь, — говорит он, уткнувшись в мои волосы, все еще крепко держа меня.

— Я голодная, — отвечаю я.

Он усмехается.

— Пойдем и перекусим.

Дэниел целует меня в макушку. Переплетя наши пальцы, он повел меня внутрь, сразу на кухню.

— Садись, — бормочет он, кивая на барный стул около кухонной стойки. Он обходит стойку, чтобы встать передо мной. Мне нравится песня, которую я слышу на заднем фоне.

— Превосходная песня, — говорю я. — Нужна помощь?

Он улыбается и качает головой.

— Я начал слушать эти песни благодаря тебе.

Он одарил меня коротким, многозначительным взглядом, который повлиял на меня самым сладким способом.

— Хочешь выпить саке? — спрашивает он.

— Я не против. Есть шанс, что мы сможем погреться?

Услышав мою просьбу, его глаза засветились от удовольствия.

— Конечно. Именно так, как мне нравится больше всего.

Он останавливается на мгновение, глядя на меня. Затем наклоняется через стойку и осторожно целует меня в губы. Я внутренне усмехаюсь с широкой улыбкой.

— Как прошел твой день? — спрашивает он, взяв маленькие чашки и две тарелки из шкафа. Я пристально наблюдаю за тем, как изящно он двигается на кухне, и все, о чем я могу думать, это как здорово за ним наблюдать, как мне повезло так близко видеть каждое движение его тела.

— Неожиданно горячо. Причем слово неожиданно является ключевым словом дня.

Я награждаю его взглядом, дразня выгибаю бровь. Он смотрит на меня из-под ресниц со сладкой, злорадной ухмылкой.

— Я рада, что ты вернулся, — бормочу я застенчиво.

— Я рад, что я вернулся.

Его улыбка становится шире, когда он повторяет мои слова.

— Я хотел забрать тебя с собой, когда уходил, — добавляет он себе под нос.

Мне бы тоже хотелось этого.

Он открывает коробку с японскими иероглифами, наполненную рядами свежих, аппетитных суши. Вот он ответ на его вопрос о том, что бы я хотела съесть сегодня. Я внутренне свечусь от счастья, осознавая происходящее.

Вручая мне маленькую, теплую рюмку саке, он поднимает свою в безмолвном жесте, провозглашая «ура».

— Говоря о работе, ты ведь поняла, что твой босс имеет виды на тебя? — спрашивает он, делая вид, что занят ужином.

— Имеет виды на меня? Ты о чем?

— Ты хочешь подробностей? — он поднимает бровь. — Я попробую сделать все возможное, чтобы мой ответ был более или менее приличным.

Он хмыкает, качает головой и продолжает:

— Он хочет обладать тобой, я даже уверен, что посмотрев на твой бюстгальтер, он уже представил красные стринги на тебе. Я надеюсь…

Последнюю часть он не договорил.

Я отклоняюсь на своем кресле. Да, бюстгальтер красный, и стринги тоже, и единственный человек, которого я хочу, находится сейчас передо мной.

— Я могу определить своего соперника сразу же, — добавляет он сухо.

— Я думаю, что он тоже влюблен в себя по уши, как один из моих знакомых. Я сразу же заметила это.

Дэниел засмеялся, и я вместе с ним.

Он взял пару стаканов из верхнего шкафа и соевый соус из холодильника. Пока он раскладывает еду на тарелки, со стороны я опять засматриваюсь на этот ужасно сексуальный шрам на верхней губе. Я бы многое могла сделать с этим шрамом на его губе. Я не могу оторвать глаз от него.

— Что, Хейли? — спрашивает он тихо, его голова наклонена в сторону.

Находясь словно под гипнозом, я что-то бормочу, фактически не замечая, что вылетает из моих уст.

— Этот шрам на твоей верхней губе, столько всего я хочу с ним сделать.

Хейли!

Он сразу же прекращает наливать соус и поднимает глаза, чтобы встретиться с моими, смотрит на меня с удивлением, все еще держа темную бутылку в руке. Наши взгляды встречаются, и его глаза медленно сужаются. Я чувствую, как мое лицо начинает гореть.

— К черту эти суши, — он дышит неровно, ставя со стуком бутылку на стол. Я подпрыгиваю от этого шума, и, прежде чем осознаю, что происходит, он подхватывает меня за бедра вверх. Инстинктивно я оборачиваю свои ноги вокруг него, чтобы удержаться на весу. Он идет по коридору, крепко держа меня, в его глазах я вижу решимость, и спрашиваю, недоумевая:

— Куда ты меня несешь?

— В мою спальню.

Он произносит это низким голосом, не оставляя возможности для любых возражений. И, безусловно, в мою голову не приходит ни одна тема, которую сейчас я могла бы обсудить. Когда он входит в дверь, в его движениях сразу же исчезает резкость, и он осторожно кладет меня на большую кровать. Мои ноги все еще обернуты вокруг него, когда он ложится сверху на меня, и каждая частичка моего тела ниже талии истекает от предстоящего удовольствия. Он опирается левой рукой немного выше меня. Я могу видеть часть его татуировки, выглядывающей из-под эластичной ткани, которая практически впилась в его мышцы. Это выглядит очень сексуально. Правой рукой он ласкает мое лицо, глядя на меня темным, похотливым взглядом. Я смотрю на него, желая его прикосновений. Эти шрамы…

— Дай мне свои губы, — прошу я почти неслышно. — Я хочу поцеловать этот шрам.

Его глаза становятся еще темнее с лукавым огоньком, когда он медленно наклоняется ко мне, позволяя мне прикоснуться к его полным губам. Я целую его верхнюю губу один раз там, где шрам. Мои губы слегка приоткрыты, я перемещаю кончик моего языка по линии шрама, чувствуя глубокий вырез. Мое тело реагирует на это сладострастной теплой болью, которая закипает во мне. Его язык вторгается в мой рот вперемешку с его дыханием с привкусом саке; мой язык встречает его с тем же желанием обладать им, соединяясь в этом жарком танце поцелуя. Вес его тела так превосходно чувствуется на мне, и начинаю дрожать от нетерпения. Хочу чувствовать прикосновение его кожи к своей. Словно прочитав мои мысли, он снимает с себя рубашку и помогает мне избавиться от моей. Моя грудь вздымается от ощущения его теплой, подтянутой кожи напротив меня. Он поворачивается набок, кладет ногу между моих ног, раздвигая их немного, слегка нажимая на мою киску. Я начинаю тихонько стонать, глядя на него; его глаза сверкают в тусклом свете комнаты. Он притягивает меня ближе к себе так, что наши лица соприкасаются. Его рот снова обрушивается на мой, а рука легко освобождает меня от лифчика. Он царапает мою кожу, осторожно потянув вниз лямки, и мурашки бегут по всему моему телу. Обнажая мою грудь, он медленно наклоняется, пробуя меня на вкус своим теплым, влажным ртом, терзая сначала одну грудь, затем другую. В то же время его рука скользит в заднюю часть моих джинсов, мягко сжимая, притягивая меня ближе к нему. Я задыхаюсь.

Добравшись до его джинсов, я медленно расстегиваю первые три кнопки, позволяя моей руке скользнуть внутрь. Прикоснувшись к нему, я слышу низкий, чувственный стон, вырвавшийся из его горла, в тандеме он усиливает интенсивность движений его рта вокруг моей груди. Потом его ладонь спускается к моему пупку и толкает меня назад, чтобы я лежала рядом с ним на кровати, слегка сдвигая меня, чтобы добраться до моего лица. Он снова обрушивается на мои губы долгим, теплым, жадным поцелуем, проделывая целый путь, спускаясь к моей шее, до середины моей груди, а затем, кончик его языка исследует мое тело еще ниже, посылая электрические волны к моему чувственному месту. Он медленно усыпает влажными, теплыми поцелуями мой живот: сначала с одной стороны, затем с другой, все быстрее приближаясь к поясу моих джинсов. Я начинаю дрожать.

Я зарываюсь пальцами в его мягкие волосы после того, как он сразу снял свои штаны и нижнее белье. Он слишком большой. Он проводит ладонью по моим бедрам и между ног. К моему полному нежеланию, он отворачивается в сторону, и я слышу слабый звук разрывающейся упаковки. Он возвращается ко мне, ложится между моих приоткрытых ног и, не проходит и секунды, как он оказывается во мне. Я просто задыхаюсь от чувства ощущения его во мне; каждая часть меня покорилась этим ощущениям.

Благодаря медленным скользящим движениям, я словно горю и внутри, и снаружи. Я обхватываю его лицо с неподдельным желанием и целую его. Как и я, он отвечает на мой жест, входя в меня медленно, но решительно. Я стону, мое тело накаляется от этих потрясающих ощущений. Я усиливаю хватку ногами вокруг его тела, и в ответ его движения становятся более интенсивными. По мере того как он ускоряется, я взрываюсь на тысячи осколков. Вскоре после этого, я слышу его тяжелое громкое дыхание, когда он присоединяется ко мне.

Дэниел лежит на мне, тяжело дыша. Я наслаждаюсь ощущением тяжести его веса на мне. Вдыхая запах секса и Дэниела, я хочу, чтобы он остался здесь, прямо там, где он есть. Он находит мой рот и целует меня нежными поцелуями, а затем скользит вниз головой, чтобы прижаться к моему животу.

— Это было здорово, — шепчу я.

— Согласен, — говорит он, проводя пальцами по моей талии.

— Это было лучшее с того момента, как кофе стали продавать в стаканчиках с крышкой.

Он посмеивается, излучая веселье, и поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

— Это хорошо или плохо? — говорит он, изображая шок и смеясь.

Я тоже смеюсь. Как только он снова кладет голову на мой пупок, мой пустой желудок урчит. Он поднимает свою растрепанную голову лицом ко мне с широкой улыбкой и приподнятой бровью.

— Теперь это звучит очаровательно сладко, — он хихикает и целует меня у источника шума.

— Эй, я сказала, что голодна, — произношу я в свою защиту.

Приподнявшись, он трется своим носом об мой.

— Теперь, когда мы закончили программировать друг другу мозги, мы можем поужинать?

Я киваю и собираю свою одежду. Пока я следую за ним на кухню, я думаю о том, что наш первый раз был лишь бледной прелюдией по сравнению с тем, что было сейчас.

Дэниел садится на стул рядом со мной, без рубашки и такой горячий после секса.

— Еще саке?

— Нет, спасибо. Мне скоро нужно ехать домой.

— Ты можешь переночевать у меня.

Я улыбаюсь. Он хочет, чтобы я осталась на ночь?

— Я не могу, я ничего не брала с собой, а мне завтра на работу.

— Очень плохо, — говорит он себе под нос, выглядя совершенно разочарованным. — Вот, попробуй это: мой любимый. Он немного пряный.

Он подносит к моим губам ролл, зажатый между двух палочек.

Я чувствую, как ролл касается моих губ, и он приятно ощущается на языке.

— Это действительно вкусно. Ммм, мне нравится.

Я вытягиваю губы. Ты мне нравишься. Он внимательно смотрит на меня. Я так рада быть здесь, рядом с ним, у него. Это напоминает мне о тревожных устройствах наблюдения у ворот.

— Что с камерами безопасности? — говорю я, надеясь, что он не может прочитать мои мысли о нем.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает он.

— Зачем они тебе нужны?

— Грабители. Ты же знаешь, что они, как правило, оценивают внешний вид дома, — говорит он, его рот скривился в ухмылке.

— Ну, это же не единственная проблема.

— Нет, не единственная. Постоянное присутствие на глазах общественности иногда создает неприятности.

Он вздыхает и слизывает васаби с большого пальца.

— Какие неприятности?

В моем голосе слышится явное беспокойство.

— Любые. Некоторые люди хотят подобраться ко мне поближе. Кто-то хочет заставить меня страдать.

Болезненное волнение пронеслось вниз по моей спине, когда я думаю, что кто-то может причинить ему боль.

— Кто-нибудь угрожает тебе или пытается забраться в дом?

— У меня были некоторые нежелательные инциденты, но не в последнее время, не беспокойся об этом.

Он не особо распространяется об этом. Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня из-под ресниц, спрашивая:

— Ты беспокоишься обо мне?

Я вздрагиваю, и он целует меня.

— Итак, ты на таблетках?

А?

Я чуть не подавилась на следующем укусе.

— Может, сменим тему? — я смотрю на него, несколько удивленно. — Ты, конечно, знаешь, какие беседы можно вести за обеденным столом, а какие нет.

Я хихикаю нервно, довольно неловко.

— Ну, и? — он настаивает на своем, торжественно, игнорируя мой предыдущий ответ.

Ого, нас снова трое? Мистер Хайд решил снова составить нам компанию сегодня?

— Да, я на таблетках. Для чего эта информация?

— Я ненавижу презервативы, — говорит он невозмутимо.

Как можно быть таким глупым? Этот разговор становится лучше с каждой минутой.

— Я думаю, что мы должны пройти обследование, прежде чем избавиться от них, — я морщу нос, вставляя свои пять копеек.

— Я не могу не согласиться. Хей, девушки всегда осторожны, — усмехается он, взяв еще один кусок васаби с сашими из лосося.

Я качаю головой, улыбаясь.

— Можешь сделать это завтра?

Его голос не может быть еще тверже.

— Я не уверена, что у меня будет время, босс. Вы знаете, я только сегодня приступила к своей новой работе. А клиники, насколько я знаю, не открыты по вечерам.

— Это очень важно.

Он хмурится.

Хорошо, успокойся. Нет необходимости идти в отделение неотложной помощи прямо сейчас…

— Я сделаю это, как только у меня появится возможность, может быть, в эти выходные, — отвечаю я утвердительно.

Даже если бы я изо всех сил старалась, я бы не смогла придумать более интересной темы для обсуждения за поеданием суши, забавно.

— А что насчет тебя? — спрашиваю я. Почему я должна быть единственной, кому настоятельно рекомендуется пройти обследование?

— Как только так сразу.

Ни малейшего намека на смех в голосе.

И как будто бы мы не обсуждали тему, связанную с венерическими болезнями, буквально через минуту он спрашивает, его глаза светятся.

— Не хочешь продолжить просмотр того фильма, который мы не досмотрели в прошлый раз?

А вот и доктор Джекил. Я так скучала по тебе.

— Сколько времени?

Я чувствую себя немного уставшей, насытившейся всеми возможными способами, но все же уставшей.

Он наклоняет голову, чтобы проверить часы на плите.

— Половина первого.

— Я думаю, что мне уже нужно ехать домой.

Он берет меня за руку и целует каждый пальчик.

— Ты уверена, что не хочешь остаться на ночь?

— Да, Ди.

Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его, и он отвечает мне жадным поцелуем.

— Мне нужно идти. Я должна ехать домой, — говорю я, прежде, чем этот невинный поцелуй перейдет во второй раунд. Не то, чтобы я возражала, но я устала и должна быть в форме завтра на работе.

— На чем ты приехала? Снова на своем скутере?

Он задает мне риторический вопрос с оттенком раздражения.

— Да, это мой транспорт, на котором я езжу.

Что случилось с ним?

— Я не хочу, чтобы ты ехала на нем сейчас, там холодно и очень поздно. Мне ненавистна мысль о том, что ты уезжаешь домой, — говорит он, выглядя несколько обеспокоенным. — Возьми одну из моих машин.

Одну из?

— Нет, я не могу, Дэниел. Я за рулем этого скутера навсегда, он очень надежный.

Я пытаюсь улыбнуться.

— Слушай, это не обсуждается.

Да он злится. Холодок…

Я послала ему полупроницаемый раздраженный взгляд.

— Я…

Я даже не успеваю сформулировать полностью фразу, когда он перебивает меня, схватив мой подбородок, приподнимает мое лицо, чтобы пристально посмотреть на меня.

— Я не хочу еще одного визита в больницу посреди ночи.

Дэниел сжимает челюсть.

— Бог знает, что может случиться в следующий раз. Я. Хочу. Чтобы. Ты. Была. В. Безопасности. Так что, да, ты можешь взять мою машину, и ты возьмешь ее, — говорит он жестко.

Не дожидаясь моего ответа, он шагает прочь по коридору, ведущему к его спальне и кабинету.

— Я сейчас вернусь, — кричит он из коридора.

— Вот, — говорит он, размахивая парой ключей, когда возвращается.

— Тебе не нужна она?

— У меня их предостаточно. Не волнуйся, милая Хейли, я буду в состоянии заставить себя работать завтра.

Он подмигивает.

— Я не уверена, что это хорошая идея.

— Ну, а я уверен за нас двоих. Это не обсуждается.

Я закатываю глаза.

— Хорошо, тогда я пошла.

Я слишком устала, чтобы спорить с ним.

— Я провожу тебя до гаража. Пошли.

Он обнимает меня.

В закрытом гараже я нахожу пять роскошных спортивных автомобилей, припаркованных параллельно друг другу, и каждый более экстравагантный, чем предыдущий.

— Вот, возьми Z4. Моя мама, как правило, использует его, когда где-нибудь поблизости, — говорит Дэниел лениво.

БМВ Z4? Что делать, если я поцарапаю его, или еще хуже, разобью?

Почувствовав мое волнение, он категорически добавляет:

— Не волнуйся, она застрахована. Иди ко мне, — он хватает меня и крепко сжимает. — Жаль, что ты не остаешься.

Я киваю, совершенно согласная с этим утверждением, тихо вздыхая в его грудь, когда он целует мою голову легкими поцелуями. Я хватаюсь за шанс вдохнуть больше его запаха, как наркоманка. Когда я поднимаю голову, чтобы поцеловать его, мы в конечном итоге предаемся длительному, глубокому поцелую.

— Отправляйся домой, я не хочу, чтобы ты ехала за рулем слишком уставшая, — говорит он у моего лба.

Он открывает дверь для меня, ожидая, пока я не устроюсь на месте, затем целует меня еще раз и отдает мне ключи.

— Спокойной ночи, Дэниел.

— Спокойной ночи, Хейли.

* * *

Этот автомобиль едет так гладко, значительно отличаясь от моего скутера. Пустые дороги и сумерки приводят меня в такое безмятежное состояние. Интересно, какая музыка есть у Дэниела здесь? Затем я задумываюсь: я в машине Дэниела, после того, как ужинала и занималась самым опьяняющим сексом с ним. У меня появляется сильное желание, тотчас развернуться и поехать обратно. Как только я включаю iPod в автомобиле, грубый голос Боба Дилана поет о еще одной чашке кофе, добавляя последнюю необходимую часть для завершения эйфории от вождения. Ди, даже на расстоянии ты можешь доставить мне удовольствие. Я улыбаюсь.

* * *

Когда я уже лежу в постели, мой телефон издает один звуковой сигнал. Я хватаю его, улыбаясь, так как знаю, кто именно прислал сообщение.

Дэниел: Ты в постели в целости и сохранности, сладкая Хей?

Я не могу сдержать улыбку.

Я: Я бы предпочла быть в постели с тобой, Ди.

Дэниел: И я, Хей. Спокойной ночи.

Я укутываюсь сильнее в свое стеганое одеяло и закрываю глаза.

Глава 15

Еще один день на работе

Я немного расстроена тем, что у меня не получилось увидеть Ташу перед работой. Она ушла прежде, чем я вошла в квартиру. Я решила написать ей.

Я: Надеюсь, что ты хорошо провела вечер, хочу увидеть тебя сегодня вечером. Люблю.

Таша: Надеюсь, что ты провела вечер еще лучше. Хейлз, сегодня вечером я вся в предвкушении вопиющих подробностей.

Мой телефон снова подает звуковой сигнал. Решила добавить еще одно умное замечание, Таша?

Дэниел: Приходи ко мне в офис в полдень. Ди.

И тебе тоже доброе утро, диктатор мистер Хайд. Я решаю позвонить ему.

— Хейли.

Его голос звучит немного резко, скорее всего, он сейчас занят.

— Привет, ты занят?

— Да, у нас встреча в самом разгаре.

— Тогда зачем ответил на звонок?

— Потому что это ты.

Его голос ровный. Потому что это ты… Я не могу ничего поделать с улыбкой, которая расползается на моем лице, грозя разорвать его на две части.

— Поговорим позже, это не срочно, — бормочу я.

— Что случилось, Хейли? — говорит он низким властным голосом.

— Просто насчет полудня…

— Просто будь здесь, хорошо? Мне нужно идти.

И он отключается.

Ооо.

Я раздраженно качаю головой. К счастью для вас, Ди, ваше великолепное тело превосходно компенсирует эти психо выходки…

* * *

— Доброе утро, Хейли.

Colgate Кен приветствует меня с улыбкой.

— Доброе утро, Джош. Что случилось? — говорю я и улыбаюсь в ответ, думая о замечании Дэниела прошлой ночью о нем.

— Я бы хотел, чтобы ты сейчас присоединилась ко мне на продолжительную встречу с командой по реализации.

— Конечно.

Я хватаю планшет и следую за ним.

Встреча длится дольше, чем предполагалось вначале, и, наконец, заканчивается ближе к полудню.

— Ты сделала заметки? — спрашивает Джош, как только мы выходим из зала заседаний.

Я киваю.

— Можешь выслать мне отчет по встрече?

— Без проблем, как только дойду до кабинета.

— Не хочешь составить мне компанию на обеде? — спрашивает он.

— О, спасибо за предложение, но не в этот раз. Я пойду на обед через минут 20.

Он поднимает вопросительно бровь.

— Куда это интересно?

Он смотрит на меня, ожидая моего ответа.

Я нажимаю на планшет в моей руке.

— Здесь, в районе залива.

Я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь с ним.

— Хорошо, наслаждайся.

Он дарит мне свою фирменную улыбку.

Я высылаю Джошу необходимый отчет и иду к своему заимствованному «бумеру», чтобы удовлетворить его владельца.

Мисс Бейли, личный ассистент Дэниела, вприпрыжку бежит ко мне, когда я появляюсь в холле рядом с его кабинетом.

— Здравствуйте, мисс Грейс, приятно видеть вас снова.

— Здравствуйте, Мисс Бейли. Я Хейли.

Я улыбаюсь ей. Интересно, может ли она быть более напряженной, чем сейчас.

— Мисс Грейс, — продолжает она, и я ее останавливаю.

— Хейли, — повторяю я, все еще улыбаясь.

— Хейли, — неловко отвечает она.

Кажется, это трудно для нее, называть меня по имени.

— Ваша встреча назначена в кабинете мистера Старка. Принести вам что-нибудь?

Что?

— Вы имеете в виду, Дэниел ждет меня? — спрашиваю я растерянно.

— О нет, мистер Старк в настоящее время на другом заседании. Мне нужно позвать его?

Я стараюсь понять, о чем она говорит.

— Нет, не беспокойте его.

Я отрицательно машу рукой и добавляю:

— Кто вы сказали, ждет меня тогда?

— Мисс Грейс…

— Пожалуйста, зови меня Хейли.

Я стараюсь не нервничать, хотя мои слова вырвались с раздражением.

— Вам назначена встреча с мисс Глэдис.

Кто? Я пытаюсь напрячь память и вспомнить, упоминал ли Дэниел о какой-нибудь мисс Глэдис, но ничего подобного не было.

— Итак, вы хотели бы что-нибудь выпить? — спрашивает она снова.

— Нет, спасибо, я не хочу, — бормочу я, сбитая с толку.

Затем я стучу в дверь Дэниела, и нахожу в его кабинете старую леди, которая стоит рядом с пустым стулом у стола. Рядом с ней стоит большая черная кожаная сумка. Какого черта?

— Здравствуйте, Мисс Грейс, — встречает она меня.

— Здравствуйте.

Приветствие вышло очень подозрительным.

— Вы хотите, чтобы мы сразу начали? — спрашивает она.

— Что начали?

Я не могу скрыть свою растерянность.

— Анализ крови, — отвечает она незамедлительно.

Я смотрю на нее с удивлением.

— Анализ крови?

— Анализ крови на ВИЧ, — говорит она еще более мягким голосом, стараясь не смотреть прямо на меня, но попытки тщетны.

Боже мой, он устроил для меня аптечный пункт по сбору анализов прямо в своем кабинете? Он серьезно сошел с ума? Я чувствую, что мое лицо краснеет, когда я смотрю на нее, совершенно смущенную, надеясь, что мои мысли не слишком очевидны. Вы когда-нибудь думали сначала обсудить это со мной, мистер Старк? Дать мне подумать; возможно, спросить, если я не против? Душевнобольной псих…

— Мисс Грейс, не могли бы вы сесть здесь, и, пожалуйста, поместите правую руку на стол.

Я наблюдаю за ней, как она затягивает резиновый жгут выше моего локтя и протирает пропитанным спиртом ватным тампоном мои слегка видимые вены. Когда я проигрываю целый приятный поток убийственных сцен в моей голове, я отвлекаюсь на Дэниела, входящего в кабинет и говорящего по мобильному телефону. Он выглядит так впечатляюще в своей рубашке с длинными рукавами и джинсах. Я хмурюсь на него, когда ловлю его взгляд. Он улыбается мне, его брови взлетают вверх на короткое время, и он пожимает плечами. Он на самом деле не имеет понятия, почему я могу быть не довольной? Он подходит ко мне и наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку. Игнорируя мой угрюмый вид, он продолжает ходить по кабинету во время разговора. Бизнес, как обычно. Как будто то, что я сижу в его кабинете и сдаю анализ на ВИЧ, считается абсолютно нормальным.

— Мисс Грейс, я сейчас вставлю иглу в вену. Это может быть немного больно, — говорит мне эта женщина.

— Нет, Крис, — говорит Дэниел серьезным тоном.

Я смотрю на свою руку; потом на него, пока он смотрит в окно. Он поворачивается ко мне лицом, медленно, его взгляд зациклен на моих глазах, когда он опирается на подоконник.

— Какую часть из ответа «нет» ты не понимаешь? — спрашивает он раздраженно.

Это меня забавляет. Может ли он быть менее нетерпеливым?

Он слушает, раздраженно смотря, а потом отвечает:

— Я не позволю никому трахать меня по собственному желанию и назначать время, которое удобно только им.

Говоря это, он указывает указательным пальцем на меня и говорит:

— Ты, — а затем качает головой в утверждении, и продолжает: — Можешь.

На его красивом лице появляется злая ухмылка.

О, а я могу пойти на хер по собственному желанию в назначенное время, Дэниел? Я краснею, глядя из-под ресниц на даму рядом со мной, надеясь, что она не заметила «романтический жест» Дэниела. Она неловко кусает губы и выглядит, как будто пытается сдержать улыбку. Я краснею еще сильнее. Отличный жест, Ди, супер, ты сегодня доигрался. Дэниел держит телефон между головой и плечом и начинает закатывать правый рукав рубахи вверх выше локтя.

— Все, мисс Грейс.

— Спасибо.

Я улыбаюсь женщине. Когда я встаю, Дэниел занимает мое место в кресле. Он тоже будет делать тест? Прямо сейчас? Я поворачиваюсь, чтобы уйти, глядя в окно, но рука Дэниела останавливает меня. Он говорит в телефон:

— Подождите секунду, — и наклоняет голову, чтобы встретиться со мной.

— Побудь рядом со мной, я боюсь, — бормочет он, ухмыляясь, а затем снова берет телефон: — Я здесь.

Я стою рядом с ним, что весьма забавно, качаю головой, а потом вздыхаю. Когда мисс Глэдис вставляет иглу в его кожу, он кладет свободную руку на мою попку и начинает ласкать ее, все это время, разговаривая по телефону, он держит его между ухом и плечом.

— Моя работа здесь закончена, — говорит мисс Глэдис нам обоим, хотя ее взгляд направлен на Дэниела.

Мысль о том, что она могла бы думать об этой необычной «службе доставки» приходит мне на ум, и я стараюсь оттолкнуть ее, потому что от этого чувствую себя неловко.

— Спасибо. Я очень ценю вашу работу, особенно в такой короткий срок, — отвечает Дэниел. — И я смогу получить результаты по электронной почте сегодня вечером?

— Конечно, мистер Старк, как вы и договорились с клиникой. Если это все, не буду отвлекать вас от работы.

Она смотрит на нас и незаметно кривит свой рот в подобии улыбки.

Дэниел кивает и добавляет:

— Спасибо.

Как только мисс Глэдис выходит из кабинета, я набрасываюсь на него:

— Ты хотя бы на секунду подумал о том, чтобы обсудить это со мной?

Он хмурит брови.

— О чем ты?

Дэниел рассматривает что-то на экране на своем столе. Ты серьезно?

— Например, сказать мне о том, что я иду сдавать тест на ВИЧ, для начала.

Я дуюсь. Мой голос четко передает растущее раздражение.

— Ты такая сексуальная, когда злишься и краснеешь, — говорит он, расстегнув верхние пуговицы своей рубашки.

Он делает шаг ко мне, решив не обращать внимания на то, что я только что сказала. Что еще больше огорчает меня.

Я смотрю на него, расстроенная.

— Что? Ты не ответил на мой вопрос. И что, черт… — я почти задыхаюсь, — ты делаешь?

Его выражение лица превращается в чистый грех, он посылает мне злорадную ухмылку, когда нажимает кнопку на своем рабочем телефоне.

— Энн, отмени следующую встречу и мои звонки.

— У вас дальше назначена встреча с Джоном Вествудом. Он приехал из Техаса, чтобы увидеть вас.

Тревога и стресс исходит от ее пронзительного голоса.

Дэниел вздыхает:

— Ну, скажи, что ему придется подождать.

Его рубашка широко расстегнута. Он повторяет то же самое со своим ремнем, глядя на меня с ликованием хищника.

Мои внутренности затягиваются в узел, и я с трудом сглатываю.

— Что ты делаешь, Дэниел?

— Ты.

Одно простое слово, и я забываю, где не должна находиться в это время суток. Его нацеленные, медленные, изящные шаги направлены ко мне, а взгляд сфокусирован на мне. Он облизывает губы, прямо там, где шрам, в результате чего ритм моего дыхания заметно возрастает.

— Ты не запер дверь?

Я снова с трудом сглатываю.

— Поверь мне, детка, никто не осмелится зайти сюда.

Ооо, в это я могу поверить, псих.

Он наклоняет свою голову и целует меня с пламенной, дразнящей страстью, от чего мое тело теряет равновесие. Тепло переходит в жар. Он наклоняется к моей шее, расставляя мои ноги своими. Он давит на меня, и я начинаю тяжело дышать.

— Я хочу, чтобы ты была на моем столе.

Его хрипловатый тон ласкает мое ухо.

— Ты можешь поиметь меня везде, где хочешь, — говорю я себе под нос, готовая сдаться любому его желанию.

Он ухмыляется с дьявольским восторгом, довольный, сметая некоторые документы со стола, и поднимает меня на стол. Он опускается на колени передо мной, снимая свой правый ботинок, затем левый.

— Расстегни свои джинсы, — командует он в грубой, властной форме.

Я с радостью подчиняюсь. Он дергает мои джинсы и трусики вниз, и от этого движения я скольжу к краю стола.

— Идеально.

Он усмехается с похотливым взглядом и обрушивает свой рот на меня. Я дрожу, откинувшись на локти, позволяя ему контролировать процесс. В то время как я все еще изнемогаю от похоти и голода, он встает и вытаскивает небольшой пакетик из кармана.

— Всегда готов, — говорю я, улыбаясь сквозь неровное дыхание.

— Я знал, что ты придешь.

— Ты знал, что я приду?

Его глаза пристально смотрят на меня.

— Ты хочешь поиграть в сексуальную игру слов сейчас, или ты хочешь, чтобы я оттрахал тебя, Хейли? Что ты выбираешь?

Его лицо отражает как веселье, так и желание.

— Мой запрограммированный мозг выключен, Дэниел, пожалуйста.

Закрыв глаза, я выгибаю спину и чувствую, как он наполняет меня своим неконтролируемым аппетитом.

* * *

Когда ритмы наших сердец возвращаются к обычной скорости, я одеваюсь, а Дэниел застегивает рубашку и бормочет:

— Мы должны делать это на ежедневной основе, — и добавляет самодовольную ухмылку.

— Но, конечно же, непременно, есть Энн, которой нужно добавить это в твое расписание, как ваш обычный трах в полдень.

Он смеется и бормочет:

— Я хочу именно этого, — а потом добавляет: — Ты меня забавляешь.

— Это то, что я умею, Ди, — я подшучиваю над ним.

— И многое другое… — тихо говорит он.

Я смотрю на него из-под ресниц, и он вознаграждает меня нежным взглядом. Я проверяю время. Нужно вернуться к рабочей реальности…

— Что случилось?

Дэниел замечает мое беспокойство.

— Я отсутствую слишком долго, это плохо.

— На самом деле я думаю, что это было божественно.

Его губы растягиваются в озорной ухмылке.

— Серьезно, меня уволят во второй рабочий день.

— Приходи работать сюда.

Он все еще находится в приподнятом настроении.

— Не все деньги мира здесь, даже если мне придется работать на улице.

Он смотрит на меня, забавляясь.

— И почему это, Хейли Грейс? Пожалуйста, подскажите.

Я излучаю свою лучшую улыбку.

— Потому что ты такой… псих. Знаешь ли… Просто сумасшедший…

И это еще мягко сказано, мистер Старк.

Он издает хриплый, низкий смех, а затем шагает на встречу ко мне, чтобы заключить в свои объятия.

— Ты такая сладкая.

Я улыбаюсь и целую его в губы.

— Мне нужно идти, Дэниел.

— Ты пообедала? — спрашивает он, прежде чем я выхожу за дверь.

— Не было времени, я занималась более жаркими проектами.

Он качает головой.

* * *

— Хейли, для тебя доставка.

Наглая молодая розоволосая мисс Пирсинг говорит мне с любопытным взглядом.

— Для меня? Где?

Она протягивает мне две коробки с едой.

— Спасибо, — говорю я, намеренно игнорируя ее любопытство.

На своем столе я открываю обе коробки. В одной суши и суп мисо; во второй — салат и куриная грудка. У нижней стороны коробки с курицей я нахожу записку:

«Хоть суши твоя любимая еда, я не был уверен, что ты хочешь их снова на обед, поэтому заказал еще второе блюдо.

P.S. Если ты не хочешь съесть их оба, поделись с кем-нибудь, но не со своим боссом.

Ди»

Я смеюсь и улыбаюсь про себя от радости, думая о нем. Ты такой замечательный и быстрый, Ди.

Colgate Джош забегает в мой кабинет, когда я кладу первый ролл в рот:

— Все еще голодная? — спрашивает он, любопытно глядя на пиршества, стоящие на моем столе.

— Мне прислали это только что.

Я пожимаю плечами с небольшой кривой ухмылкой на губах.

— Разве ты не выходила на обед ранее?

Его брови сошлись на переносице.

— Я в конечном итоге работала с твоим поручением вместо этого, — говорю я, стараясь казаться непринужденной, и чувствую, как мое лицо начинает гореть от воспоминания того, чем я занималась в свой обед. Ты знаешь, я была занята более интересными вещами в обед, например, анализ на ВИЧ и сексуальное домогательство. Может, нам тоже стоит практиковать подобное время от времени?

— Я вижу, — он кивает в знак подтверждения. — Когда закончишь, зайди ко мне, ладно?

— Конечно, скоро буду.

Я киваю, вторя ему. Когда доедаю салат, я набираю сообщение Дэниелу.

Я: Большое спасибо за обед, выбрала второе блюдо, вы меня балуете, Ди.

Дэниел: Я был просто счастлив, имея на обед тебя, моя сладкая Хей, и мне нравится баловать тебя.

Как он это делает — заставляет меня краснеть, будто я нанесла румяна. Извиваться на своем месте, читая первую часть сообщения, и таять на второй.

* * *

— Джош, ты просил меня зайти.

Я стою в его дверях, ожидая.

— Входи, Хейли, и, пожалуйста, садись, — он кивает. — Можем ли мы обсудить это? — он протягивает мне некоторые идеи.

— Я хотел бы, чтобы ты выбрала тройку лидеров, учитывая общий стиль концепции и, особенно, содержание.

— Конечно, я сделаю это прямо сейчас. Что-нибудь еще?

— Ну, есть кое-что.

Национальный гимн, играющий из заднего кармана моих джинсов, заставляет его остановиться.

— Что это? — спрашивает Джош, глядя на меня.

— Это мой телефон.

Я нервно улыбаюсь, чувствуя себя дискомфортно.

— Хорошая мелодия. Оригинальная, — он хихикает. — Можешь ответить.

— Я просто проверю, кто это, — говорю я несмело.

Номер не определен.

— Просто ответь, Хейли…

— Алло, — я отвечаю, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Джоша.

— Ты приедешь вечером?

— Эй, Дэниел, — говорю я и смотрю на свои кроссовки, зная, что Джош будет слушать каждое слово, произнесенное мною сейчас, когда узнает, кто это.

— Ты приедешь вечером?

— Давай, я перезвоню тебе позже? Я на встрече.

— Просто ответь, Хейли, — отрезает он.

Давай, Дэниел, отдохни, мне только сейчас не хватало вечно пугающего мистера Старка. Я быстро становлюсь раздраженной. Но в эту игру могут играть двое.

— Нет. Мне пора идти.

— Хейли… — теперь он звучит еще более расстроенным.

— Позже, Дэниел.

Я вешаю трубку, чувствуя, как кровь несется по венам. Я расстроена, и в то же время запуталась. Что ты делаешь со мной, Дэниел Старк?

— Все в порядке?

О, Джош! Я забыла о нем.

— Ах, конечно, все в порядке, — я пытаюсь улыбнуться. — Ты говорил что-то ранее, когда мой телефон прервал нас?

— Я просто хотел сказать тебе, что хочу, чтобы ты вместе со мной поехала на презентацию в следующем месяце.

— Я не вижу никакой проблемы. Конечно, я поеду. Где она будет?

Мой взгляд сверлит маленькую точку на стене позади него.

— Канада.

— Канада? — я повторяю и отрываю взгляд от точки, чтобы взглянуть на него.

— Да, это соседняя страна. Известна своим кленовым сиропом.

Интересно, он надеется услышать ответ прямо сейчас? Почувствовав мою неуверенность, он добавляет:

— Это всего лишь встреча. Я дам тебе все подробности, как только все будет завершено.

— О, хорошо, — я выдаю фальшивую улыбку. — Что-нибудь еще? — я приподнимаю брови.

— Нет, все. Спасибо, Хейли.

За своим столом я стараюсь рассмотреть некоторые эскизы, которые Джош просил меня посмотреть, но я слишком огорчена. Я более чем огорчена. Как он может заставить меня расстроиться из-за одного телефонного разговора?

Мне нужно остыть и отвлечься от мыслей о нем. Сфокусироваться на чем-то более важном. Нужно закончить поручение Джоша и идти домой.

* * *

Когда я оказываюсь внутри автомобиля, его автомобиля, я еще больше сержусь. Я должна вернуть ему машину как можно скорее. Я делаю громкость музыки на максимум, позволяя Mumford and Sons занять мои мысли.

Глава 16

Красавчик

— Дорогая, я дома.

Я кидаю свои ключи в чашу, которая стоит на полке в коридоре, и стаскиваю свою обувь.

— Я здесь.

Я вздыхаю с облегчением, когда слышу ответ Таши, и очень радуюсь этому, потому что я, наконец, смогу поделиться с кем-то моим идиотским настроением.

— Я так рада, что ты здесь. Ты не можешь представить себе, как этот псих меня расстроил сегодня, — говорю я, затягивая свои волосы в обычный пучок по пути на кухню.

— Хейлз… — Таша пытается что-то сказать в тот момент, когда я нахожу ее на кухне в компании Дэниела.

О, черт, что он здесь делает? Я чувствую, как покраснела до корней волос.

— Привет, — Таша встречает меня кривой улыбкой в стиле «я-ничего-не-знала-о-что-должна-была-предупредить-тебя-ранее».

— Привет, Хейли, — говорит Дэниел с небольшой, озабоченной ухмылкой на губах. Внезапно, когда я вижу его, я просто хочу, чтобы он прижал меня крепко к себе, независимо от того, что я думала о нем всего несколько минут назад.

— Я собираюсь принять ванну, увидимся позже.

Таша проходит мимо меня и, по пути в ванную, оставляет поцелуй на моей щеке.

— Итак, ты здесь, — бормочу я, глядя на Дэниела, надеясь, что мое лицо не выдает никаких эмоций, бушующих внутри.

— Я хотел увидеть тебя, — говорит он. Его глаза останавливаются на моих. — Итак, чем же тебя расстроил этот псих? — спрашивает он, проводя пальцами по волосам и оставляя их там.

Я смотрю на него и совсем не знаю, с чего начать. Что мне сказать тебе? То, что я втюрилась в тебя за столь короткое время? Что ты сводишь меня с ума так, как никто другой прежде не мог, что ты безрассудный и вспыльчивый, что ты способен превращаться из нежного и ласкового в сумасшедшего и раздраженного за считанные секунды, или то, что ты постоянно командуешь? То, что я очень сильно боюсь привязаться к тебе, потому что я знаю, что ты разобьешь мое сердце на миллион кусочков?

Он наклоняет голову, углубляя свой взгляд.

— Что, Хейли? О чем ты хочешь мне сказать?

Обо всем. И ни о чем. Я открываю рот, чтобы ответить, и делаю паузу, пытаясь подобрать правильные слова, понять, что именно я хочу сказать ему. Сначала он смотрит на меня, оценивая, а затем встает. Он подходит ко мне, сводя к минимуму расстояние между нами, обнимает меня, крепко прижав, тем самым давая почувствовать твердость и тепло его тела. Я прислоняюсь лбом к его груди. Выдыхаю оставшийся воздух из моих легких вместе с обидой на него и больше всего на себя саму, так как сейчас нахожусь там, где хотела быть, как только увидела его здесь. Он слегка дернул плечом, поэтому я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него.

— Что ты молчишь? — шепчет он, и тысячи бабочек в моем животе начинают кружиться со скоростью торнадо.

— Я расстроена из-за тебя.

Он наклоняет голову, прислонившись своим лбом к моему.

— Продолжай, — говорит он мягко.

— Я была недовольна той причиной, по которой мне пришлось прийти к тебе сегодня. Ты даже не слушал то, что я тебе говорила.

Он выдыхает и говорит:

— Я не хотел тебя расстраивать.

— Я не твоя девочка на побегушках, понимаешь?

— Почему ты так говоришь?

Я глубоко вдыхаю.

— Потому что ты себя так ведешь со мной.

— Что ты имеешь в виду?

— Если я говорю тебе, что не могу говорить, то это значит, что я не могу говорить. Для тебя главное только то, что ты хочешь сказать. Все остальное неважно. Кроме того, я бы хотела быть в курсе тех твоих планов, в которых я принимаю непосредственное участие — это было бы просто замечательно для начала.

В ответ он притягивает меня к себе ближе, прижимая меня крепче щекой к его груди. Я вдыхаю его успокаивающий аромат и расслабляюсь. Я оборачиваю свои руки вокруг его талии и прижимаюсь еще ближе. Хейлз, ты на полпути к городу разбитых сердец. Посмотри, как ты страдаешь из-за него, а ведь прошло еще так мало времени.

— Посмотри на меня, — шепчет он мне в голову, прижимаясь так нежно. — Ты пахнешь так вкусно, — добавляет он, вдыхая мой запах. Я поднимаю голову, чтобы наши глаза встретились; он наклоняется, чтобы поцеловать меня, один искренний, теплый поцелуй. Поцелуй, который говорит мне, что он сожалеет, что заставил меня чувствовать себя таким образом.

— Поехали ко мне домой, будешь ночевать у меня.

— Хорошо, — отвечаю я без колебаний. Я хочу его. Я хочу его и не отпущу никуда одного. Я неохотно высвобождаюсь из его объятий, чтобы собрать с собой сумку.

Стучусь в дверь ванной и сразу же вхожу, не дожидаясь ответа Таши. Я сажусь на край ванны.

— Ты выглядишь встревоженной, и мне это не нравится. Ты в порядке?

— Теперь да.

— Я не знала, что что-то не так между вами, когда впустила его, — извиняется она.

— Все нормально, правда. Он меня расстроил и все, что я хотела, это он. Не знаю, есть ли в этом какой-то смысл? Это явно не по моей части…

Я кручу свой браслет вокруг запястья.

Она кладет свою влажную руку на мою, и я поднимаю взгляд.

— Это имеет смысл, Хейлз, это кристально чистое чувство. Ты влюбляешься в него…

Я задумываюсь на минуту о том, что она только что сказала, и говорю ей, что сейчас ухожу и останусь на ночь у Дэниела, отталкивая мысль о ее последнем выводе.

— Иди, но, пожалуйста, позаботься хорошенько о своем сердце, так как я обожаю его больше всех других твоих частей тела.

И, чтобы поднять мое настроение окончательно, она добавляет:

— И, как я уже говорила, я до сих пор готова ответить за свои слова. Если он тебя только обидит, независимо от того, что он Бог Stark Software и может уволить меня в кратчайшие сроки, я все равно буду бить его прикладом.

Я смеюсь.

— Бог? В самом деле?

Она смеется.

— Пока.

Я целую ее в макушку и иду к «Богу», который поднимает меня и опускает вниз без каких-либо видимых усилий.

— Пойдем, — говорю я, и он забирает мою сумку, а потом берет меня за руку, когда мы идем к его машине. На этот раз это черная Alfa Spider.

— Хороший автомобиль.

Я реально восхищаюсь видом этого автомобиля.

— Спасибо, — улыбается он.

— Если говорить об автомобилях, я должна вернуть «бумер».

— Нет, пусть он сейчас будет у тебя. Я хочу, чтобы ты водила безопасное транспортное средство, — заявляет он.

Я уступаю ему. Достаточно споров за один день.

Как только мы пристегиваем ремни, он нажимает педаль газа и машина ревет, уносясь вперед. Дэниел включает iPod. Переключая на нем песни, он останавливает свой выбор на U2, напевая «Все, что я хочу, это ты». Он протягивает ко мне руку и, переплетая наши пальцы вместе, мягко сдавливает их. Я смотрю на него, впитывая в себя слова песни, его глаза сосредоточены на дороге, и мое сердце замирает.

Как только автомобиль ускоряется, он переходит на шестую передачу с левой руки, отпуская руль на долю секунды, но, не выпуская моей руки. Я смотрю на него и думаю о том, как легко он меняет мои чувства от полной ярости, готовой поставить точку в этих отношениях, на неконтролируемую похоть, и все это за несколько коротких часов. Мои эмоции похожи на борьбу между ураганом и вулкан рядом с ним.

* * *

— Мне нужно сделать звонок, это не займет много времени, — говорит Дэниел, когда мы входим внутрь, и он кладет мою сумку на диван.

— Окей, — говорю я с ободряющей улыбкой.

— Ты можешь принять ванну, если хочешь.

— Думаю, мне нужен душ.

— Я буду у себя в кабинете, можешь воспользоваться душем в главной спальне, — говорит он и подходит ближе, чтобы поцеловать меня. Затем он обнимает меня за талию, притягивая ближе к себе.

Его мягкий поцелуй пробуждает мои внутренние бабочки. Я решительно отвечаю на его поцелуй еще глубже. Он реагирует, обхватывая мое лицо ладонями. Постепенно мы оба превращаемся в единое целое, дегустируя и исследуя друг друга. Я кладу свою руку ему на спину и притягиваю к себе еще ближе, чувствуя его мускулы. Моя вторая рука спускается ниже по его спине, а затем я запускаю ее в его джинсы. Его рука уже под моей блузкой и, оттягивая вниз чашечки лифчика, ласкает мою грудь. Его прикосновения к моей голой коже сбивают мое дыхание. Я помогаю ему снять рубашку, потянув ее от подола вверх над головой. Наши рты отделяются на какой-то момент, пока мы откровенно пялимся друг на друга, заряжая наши тела до максимума. Он покраснел; его лоб мерцает от капелек пота. Он выглядит настолько диким, что нижняя часть моего тела просто изнемогает в сладких муках.

Его пристальный, сосредоточенный только на мне взгляд очень внимательно осматривает меня с головы до ног; его рот очень быстро снова находит мой, захватывая и поглощая его еще больше, как изголодавшийся хищник. Под тяжестью своего веса он медленно подталкивает меня на диван позади нас. Как только мы оказываемся около дивана, он осторожно кладет меня на него. Его ореховые глаза излучают неистовое желание и похоть. Глядя на меня, он расстегивает свой ремень и избавляется от джинсов и нижнего белья. Я загипнотизировано и зачаровано смотрю на него, моля о его близости. Теперь он принимается за мои джинсы и помогает мне их снять. Следом летит моя рубашка.

— Ты настолько горяча, — шепчет он.

Он медленно снимает мои стринги, но продолжает смотреть на меня, в его глазах пылает огонь. И я сгораю от этого жара, мое дыхание стало тяжелым, во рту все пересохло.

Он говорит:

— Результаты теста отрицательные, так что мы можем ни о чем не беспокоиться.

С довольной и озорной улыбкой он ложится между моих ног. Я с трудом могу дышать, когда наши тела соединяются в одно целое. Войдя в меня, он останавливается и, встретившись со мной взглядом, страстно целует. Он тянет меня за ногу, удерживает ее согнутой, и возобновляет свой медленный танец, двигаясь во мне, меняя темп, чтобы соответствовать моим движениям. Я хватаю его за нижнюю часть спины, притягивая ближе ко мне; он воспринимает это как сигнал к ускорению, тем самым побуждая меня быстро дойти до пика. Я откидываю голову назад и закрываю глаза, позволяя эйфории добраться до каждой части моего тела. Я слышу, как он сильно выдыхает, а затем падает на меня. Дэниел целует меня, и я открываю глаза, чтобы посмотреть на него. Его взгляд такой искренний и теплый.

К моему полному удивлению, он говорит:

— Я реально переживал сегодня после нашего разговора. Хейли, я никогда не чувствовал себя так.

Я смотрю на него, и мое сердце замирает.

— Я не одержим; я просто делаю, что мне кажется правильным. Это все необычно для меня.

— Вот почему ты пришел ко мне домой?

— Да.

Выражение его лица непонятное, задумчивое.

У меня нет слов. Я тянусь, обхватываю его лицо ладонями и притягиваю к себе, глубоко целуя и вдыхая его. Кто этот парень, и что он сделал с Дэниелом? В какой-то момент он снова шокирует меня.

— О, черт, сколько времени? — он смотрит на часы. — Блядь, я пропустил звонок.

И снова Дэниел вернулся. Он встает, торопливо надевая боксеры.

— Мне нужно срочно сделать звонок.

Когда он решительно шагает в свой кабинет, бормоча всякие ругательства себе под нос, я говорю ему вслед, забавляясь:

— На самом деле, ты пропустил важный звонок из-за безумного и неконтролируемого траха.

Я слышу, как он посмеивается.

— Молодец, — кричит он в ответ.

— Я собираюсь наконец-то принять душ, — говорю я себе, все еще смеясь.

* * *

— Хейли, ты все?

Дэниел зовет меня из-за закрытой двери, как только я выхожу из душа.

— Уже соскучился?

Я открываю дверь с полотенцем, обернутым вокруг головы.

— Безумно.

Он испускает короткий смешок, глядя на меня, когда я снимаю полотенце и начинаю сушить свои волосы. Мне нравится такой ответ.

— Ты голодна?

— Не очень.

Он вздыхает и изгибает свою губу со шрамом.

— И что же это означает?

Хихикая, я продолжаю:

— Я бы перекусила, но не слишком много.

— Без разницы что?

Я снова засмеялась и объявила:

— Нет, только Дэниела Старка и, пожалуйста, под одеялом.

— В нашем меню как раз только и остался один Дэниел Старк.

В его глазах танцуют смешинки. Он приближается ко мне и атакует мою шею влажными, нежными поцелуями.

— Ты пахнешь божественно.

Сказав это, его рука просачивается под футболку.

— Ммм… без бюстгальтера, мне это нравится.

Я уставилась на него.

— И эти шорты, Хейли, это просто до неприличия дразнящие шорты.

Он перемещает свою руку, лаская меня у основания трусиков.

— Я хочу пиццу, — говорю я.

— Пиццу?

Он смотрит на меня с ухмылкой в зеркало, которое стоит перед нами.

— Ты определенно отличаешься от всех тех женщин, питающихся травой, которых мне пришлось встретить в своей жизни. Ты на самом деле существуешь. Это очень обнадеживает.

Он дарит мне еще один поцелуй в шею. Я знаю, что он не имел в виду ничего плохого, но мысль о нем с другими женщинами совсем мне не нравится, особенно когда я вспоминаю изображения, которые я видела в Интернете.

— Это хорошо или плохо? — спрашиваю я.

Он смотрит на меня с каменным выражением лица, держа меня сзади, его ладонь под моей футболкой нежно гладит мой живот.

— У них даже нет шансов. Ты завладела мной: и душой, и телом.

Уже дважды, менее чем за час. Что случилось с моими приятелями: доктором Джекилом и мистером Хайдом? Будь осторожнее, Ди, я могу привыкнуть, и моя шкала запросов подскочит резко вверх.

— Какая пицца?

— Удиви меня.

— Не вопрос. Твое желание для меня закон, сладкая Хей.

Я уже удивлена до предела — только тобой. Хотя, ты и пицца, ну… кто может сопротивляться этому?

Он вытаскивает свой телефон из кармана и отвечает на звонок, его рука все еще под моей футболкой.

— Тони, как дела?

Конечно, у него есть Тони для таких случаев, как доставка пиццы.

— Да, я в порядке, как обычно.

Дэниел смотрит на меня в зеркало, поглаживая мой живот.

— Это было бы здорово, спасибо.

Он прижимается лицом к моим волосам.

— Еда будет здесь через тридцать минут.

Я поворачиваюсь к нему лицом, чтобы поцеловать его в подбородок.

— Отличные новости.

Дэниел улыбается.

— Хочешь выпить?

— Пиво? — бормочу я, и он вознаграждает меня нежным, таким глубоким, пристальным взглядом.

— Что? — спрашиваю я. Что я сделала на этот раз?

— Ты. Ты такая, ну, в общем, ты.

— У тебя появились проблемы с дикцией? Тебе нужно время? — я дразню его. — Это хорошо? Быть мной, я имею в виду.

— Это лучшее, самое замечательное, что было в моей жизни с того момента, как придумали стаканчик с крышкой для кофе, — ухмыляется он, довольный своим ответом, и целует меня за ухо.

Боже, он такой замечательный сегодня! Что случилось со всеми этими его командирскими штучками?

— Так, по пиву?

Он берет меня за руку моей и ведет на кухню.

— Ура.

Мы чокаемся бутылками.

— Если ты сейчас еще скажешь мне, что играешь в консольные игры, то я буду полностью покорен тобой.

— Ну, независимо от ваших многообещающих слов, я действительно люблю консольные игры и даже иногда смотрю спортивные состязания и гонки на мотоциклах, и еще я люблю серфинг.

— Ты занимаешься серфингом, Хейли?

Его голос стал на тон ниже, видимо, от удивления. Я никогда не видела его таким раньше. У него самый ошеломленный, сладкий и нежный взгляд.

— Что? — спрашиваю я, любопытствуя.

— Ты меня удивляешь, Хейли, вот что.

— Давай, — он берет меня за руку. — Пошли играть.

Его губы растягиваются в озорную сладостную улыбку.

М-да, играть…

Дэниел включает большой телевизор и включает игровую приставку.

— Бокс? — спрашивает он.

— Я в игре, — бормочу я.

Он улыбается и качает головой.

— Конечно, я с удовольствием надеру тебе задницу.

Звучит ужасно возбуждающе! Я натянуто улыбаюсь ему, как будто перед реальной битвой.

Он говорит сухо:

— Не отставай, и я поиграю потом с тобой.

Я в игре. Звучит еще лучше. Играй со мной, как только захочешь.

Так как мы боремся друг с другом, на плоском экране появляются два боксера в одинаковой позе. Мы смотрим друг на друга с прищуренными глазами так же, как два реальных противника, хотя нацепленные на наши лица ухмылки больше говорят о том, насколько забавно сейчас это выглядит со стороны. Мы слышим свисток судьи в телевизоре, и матч начинается с ошеломительного рева анимационной толпы.

— Вперед, детка.

Дэниел направляет своего героя в мою сторону с кулаками.

— Погнали, Ди.

Я встречаю его борца, сбив его первым ударом.

— И я желаю тебе удачи. Она тебе очень понадобится.

Он усмехается в своей высокомерной манере.

— Наглая шутница, как и всегда.

Я улыбаюсь ему и бью с размаху кулаком по его голому торсу, застав его врасплох. Мне становится смешно от того, как это наверно выглядит со стороны: я почти в два раза меньше его, моя голова еле-еле достигает ему до плеч, но я раскачиваю его сейчас, как младенца, в этой игре. Конечно, тот факт, что мы двое взрослых, а один из нас к тому же является уважаемым бизнесменом, который периодически появляется в одном из самых многозначительных списков Forbes, еще больше забавляет меня.

— О, ты подлая маленькая девчонка, — усмехается он, и посылает свою правую руку к моему уху, а левую на уровень талии. Мой боксер на экране падает назад, над его головой кружатся звезды.

— Давай, борись, — Дэниел улыбается, его глаза пляшут от радости. Он прыгает из стороны в сторону, устраивая целое шоу, которое ничем не хуже тех, что ставят на бродвейской сцене.

— Ты такой самовлюбленный, — бормочу я сквозь стиснутые зубы.

— Я?

Он вскидывает одну бровь и быстро посылает кулак к моей щеке. Толпа на экране визжит, когда мой персонаж качается, падая в угол. Я посылаю ему злобный взгляд, на что он только смеется. Я стараюсь приблизиться к нему, но он уклоняется в сторону. Я свожу к минимуму разрыв между нами, проделав несколько быстрых хитрых ходов. Приподнявшись на носочки, я быстро хватаю его за лицо обеими руками и оставляю глубокий, влажный, похотливый поцелуй на его полных губах. Я трусь своим телом об него. Даже после того, как отхожу назад, заканчивая тем самым свое внезапное нападение, он остается на месте, шокированный моим поступком, поэтому я пользуюсь возможностью, чтобы исподтишка ударить его в левый глаз. Его игрок падает, беспомощно распластавшись на полу. Рефери у его ног считает до десяти и объявляет нокаут. Дэниел смотрит на меня во все глаза, уголки его губ слегка подергиваются, и он качает головой. Я пытаюсь противостоять его взгляду, впившись в самые глубины ореховых глаз. Я чувствую, как между нами образуется заряженное электрическое поле, нас тянет друг к другу, как магнитом. Неимоверно дикое желание поглощает нас с головой: наши губы кружатся в страстном танце, наши руки в полном отчаянии — захватывая, лаская, поглаживая и судорожно прикасаясь друг к другу.

— Игра окончена, — объявляет диктор механическим голосом, сопровождая это красными мигающими буквами на экране.

— Игра только началась, — хрипло бормочет Дэниел, поднимает меня и движется по направлению к стене, прислоняя к ней. В мгновение ока мы уже хватаем губами воздух, пытаясь восстановить дыхание после, наверное, самого дикого животного секса, который когда-либо у меня был.

Большая часть нашей одежды все еще на нас, когда мы наконец-то приходим в себя. Он покраснел, я чувствую жар от моего лица и понимаю, что тоже покраснела. Кто-нибудь, проверьте мои жизненные показатели.

Дэниел сидит рядом со мной, слегка согнувшись, положив руки на колени. Он наклоняет свое лицо, чтобы взглянуть в мою сторону и говорит:

— Я люблю играть с тобой, Хейли, даже если ты играешь нечестно.

— Это было здорово, и я должна сказать, что я удивлена, узнав, что ты совсем не лузер, хотя изначально думала, что ты полный ноль в играх, — я хихикаю.

— Ты, конечно, будешь удивлена, детка. Но. Я. Не. Проигрываю. Этот матч ты выиграла нечестным путем. Поэтому я требую реванша, хитрая фея.

— Фея? Ух, Дэниел, ты действительно знаешь, какой комплимент подарить женщине. То есть на сегодняшний день это самая романтичная вещь, которую мне говорили когда-либо, — я смеюсь, и он присоединяется ко мне, смеясь своим низким, привлекательным смехом.

Внезапно мы слышим незнакомый громкий звуковой сигнал на входе. Я смотрю вопросительно на Дэниела.

— О, черт, пицца, — ворчит Дэниел. — Сейчас?

Я ухмыляюсь.

— Боже, ты еще и еду трахаешь? Это тоже является одним из твоих пристрастий? Может, есть что-то еще, о чем я должна побеспокоиться? Ты, реально, извращенец?

Услышав мое замечание, его лицо озаряется широкой улыбкой, и громкий смех раскатом проносится по всей комнате.

— Нет, но я могу определенно думать о чем-то, используя творческий подход, например, что я могу сделать с тобой голой и едой одновременно…

— Я могу забрать пиццу, — отвечаю я, качая головой.

Дэниел смотрит на меня с каменным лицом, под его кожей бегают желваки и гортанным, почти рычащим голосом, он говорит:

— Шансы, что я позволю парню из доставки увидеть тебя в таком виде, равны нулю.

Возвращаемся к быстрым изменениям настроения — разве ты не смеялся миллисекунды назад, мистер Хайд? Я изучаю его, пытаясь прочитать в выражении его лица хоть какое-то объяснение.

— А что не так с тем, как я выгляжу?

— Ну, например, эти короткие-короткие шорты. Затем этот белый топ, который я люблю, очень отчетливо показывает твои соски. И в довершение ко всему, у тебя бардак на голове, и на твоем лице и теле четко видно, что тебя только что дико оттрахали. На это, моя сладкая Хейли, не пойми меня неправильно, я могу смотреть вечно, и такой тебя буду видеть я и только я, но никто больше. Ясно?

Он подмигивает мне, наклоняется и целует, а затем неохотно направляется забрать пиццу.

— Сколько пиццы ты можешь еще съесть? Куда она девается? — говорит Дэниел, глядя завороженно на меня с маленькой улыбкой.

Мой рот полон невероятно вкусной пиццей. Тони знает свою работу. Я стараюсь проглотить ее и показываю жест «дай мне минутку», держа палец у рта; уголки его губ приподнимаются еще выше.

Я глотаю последний кусок и отвечаю:

— Ну, я была довольно активна сегодня. Мне нужно восстановить энергию.

— Действительно, была. Продолжай в том же духе, пожалуйста, я полностью покорен тем, как ты смолотила эту пищу.

Я смотрю на него суженными глазами. Придурок.

— Так ты занимаешься серфингом.

Глаза Дэниела уставились на меня, и он прикусил нижнюю губу.

— Да, занимаюсь. Ну, занималась. Последний раз это было в старших классах.

Его глаза светлеют, когда я отвечаю.

— Ты не можешь себе представить, насколько захватывающе путешествовать в Чикаго во время зимы. Ты почти можешь заниматься серфингом на реальных улицах. Во время одного из штормов в прошлом году мои друзья возвращались домой на серфах всего в пару сотен ярдов от Мичиган-авеню, главной торговой улицы, — я рассказываю с энтузиазмом. — Когда я увидела реальные фотографии того дня, я была в шоке.

Дэниел явно очарован моей историей.

— Ты катаешься? — спрашиваю я его.

— О, да. Это мое хобби. Ты знаешь: это расслабляет меня, приводит в форму. Настраивает меня на позитив, когда я нуждаюсь в этом.

— Я скучаю по тем временам; моя доска сейчас в доме моих родителей.

— В Чикаго?

— Да, это мой родной город, — я играю с крошками на кухонном столе, перемещая их из стороны в сторону. — Как насчет твоих родителей? Они живут в Калифорнии? — я поворачиваю голову, чтобы посмотреть в его сторону.

— Моя мама живет в Бахи, Мексика, — отвечает он.

— Бахи?

Это вызывает удивление. Будучи матерью Дэниела Старка, я бы на ее месте жила бы где-то в более городской и утонченной среде, например, Нью-Йорке.

— Да, она живет в Бахи. Она художник и самый удивительный человек на земле.

Еще одна разгадка о Дэниеле — Ди, обожаемый сын.

— Я думаю, что ты бы ей понравилась, — бормочет он как будто сам себе, его взгляд блуждает. — У меня также есть дом там, — говорит он.

Конечно, есть.

— Это мое серфинг-убежище.

Убежище? Почему ты скрываешься, Ди?

— Звучит здорово. Я так полагаю, Бахи является идеальным местом для серфинга. По крайней мере, это то, что мне о нем известно. Я никогда не была там.

Я вдруг зеваю, чувства мои исчерпаны.

— Ты устала?

Он улыбается мне, проводя пальцами по волосам.

— Ну, я же наигралась и поужинала. Пришло время и для сна теперь.

Я игриво подмигиваю ему и убираю со стола. Он присоединяется ко мне, как будто это привычно для нас, и мы делаем это всегда — убираемся вместе после ужина.

Поставив последнюю тарелку в посудомоечную машину, я включаю ее и спрашиваю о его отце, так как он говорил только о своей матери.

— Он не имеет никакого отношения ко мне.

Жесткая нотка в его голосе, этот тон я уже научилась распознавать. Конец дискуссии. Что? Почему ты не рассказываешь мне?

* * *

Я лежу на его большой кровати, слишком большой для одного человека, и подглядываю за ним через приоткрытую дверь в ванной. Он стоит, облокотившись одной рукой на раковину, и чистит зубы. На нем нет ничего, кроме черных боксеров. Я не могу оторвать глаз от него, от его рельефных мышц. Он такой загорелый и сексуальный. Давай, Ди, прекрати уже наводить красоту и иди в постель, ты мне очень нужен здесь и сейчас.

— Наслаждаешься видом?

Он любит меня смущать, идиот.

— Я всего лишь хотела убедиться, что ты в порядке, — говорю я, оперативно приняв случайное выражение лица.

— Ага, так все и было.

Его губы изгибаются в самодовольной улыбке.

— Что это у нас здесь?

Дэниел заползает под одеяло напротив меня и протягивает руку, чтобы захватить мою талию, опуститься на мой зад и притянуть меня ближе к нему.

— Это неповторимая превосходная задница Хейли, — усмехается он.

— Хм, не слишком радуйся. У меня ужасно болит голова.

Я добавляю к своим словам отчаянное выражение лица, чтобы подчеркнуть мое страдание. Его рот превращается в плоскую линию, брови слегка сдвинуты; он не может выглядеть более разочарованным.

Я смотрю на него некоторое время.

— Расслабься, малыш, твоя игрушка хорошо себя чувствует. Я просто шучу над тобой, — я хихикаю. — Ты должен был видеть свое лицо: «моя игрушка сломана, я так расстроен».

Он смеется и тут же становится серьезным.

— Никогда не делай этого снова, Хейли. Не шути больше по поводу еды и секса.

Я громко смеюсь и дразню его:

— Что это? Это правила в твоем доме?

— Иди сюда, иначе ты не получишь того, на что глазела минуту назад.

Придурок. Он не отпускает меня. Безо всяких раздумий, он притягивает меня на него сверху.

— Ну, я признаю, что пялилась на тебя, но ты был абсолютно не против.

Широко улыбаясь, он хрипло смеется.

— Не могу с этим ничего поделать. Это все твои проклятые шорты.

— Я всегда могу снять их, если это проблема для тебя.

— Если ты так говоришь, то тогда я считаю, что вся твоя одежда является серьезной проблемой, Хейли. Ради Бога, избавься от всех этих проблем.

— Ооо, так ты любишь пошутить?

— Сними уже все с себя и давай поработаем над некоторыми горящими проектами.

Я снова смеюсь, делая то, что он просит.

* * *

Я лежу в объятьях Дэниела Старка и сплю, буквально сплю, в его постели.

— Спокойной ночи, — шепчет он в мои волосы и поворачивается на другую сторону.

Почему он отвернулся? Я хочу еще немного этого обнимающего Дэниела.

Какого черта? Мне это послышалось? Дэниел читает молитву об успокоении. Да ладно? Я просто в шоке. Его голос низкий и искренний, почти усталый.

— Боже, дай мне душевный покой, чтобы принять то, что я не могу изменить, мужество, чтобы изменить то, что могу, и мудрость, чтобы познать разницу.

Мой мозг начинает лихорадочно думать. Что тут происходит? Должна ли я что-то сказать? Ну, он произносит это достаточно громко и ясно, чтобы я услышала. Неужели он хочет, чтобы я что-то сказала?

— Дэниел, — я задыхаюсь, когда пытаюсь что-то сказать. Что я должна сказать? Серьезно, я реально должна на это ответить? Как-то комментировать? Мне никогда не приходилось иметь дело с бывшими наркоманами ранее!

— Расслабься, детка, твоя игрушка вовсе не наркоман. Я всего лишь разыгрываю тебя. Он взрывается здоровым, заразным, хриплым смехом, и я быстро присоединяюсь к нему, вздохнув с облегчением.

ПРИДУРОК. Безумный. Красивый. Псих. Он поворачивается обратно ко мне, и я тянусь обратно, чтобы свести к минимуму расстояние между нами и окунуться вновь в большие, безмятежные объятья. Он целует мои волосы и вдыхает их запах.

Глава 17

Жаркий ланч

— Хейли, — нашептывает Дэниел, даря мягкий поцелуй, оставляя свой запах на моих сонных губах. — Двойной, очень горячий кофе, не слишком много пены и, плюс, взбитые сливки, давай просыпайся.

Я открываю глаза, чтобы увидеть Дэниела, сидящего в одних боксерах с моей стороны и с чашкой кофе в руках. Мои губы изгибаются от восторга.

— Ты принес мне кофе, — бормочу я, протягивая руку, чтобы прикоснуться к его бедру.

— Мне нравится, когда ты делаешь это.

Его хриплый утренний голос сопровождается хитрой, тонкой улыбкой, которая буквально искушает меня.

— Сколько времени?

Я зеваю.

— Где-то семь тридцать.

— Ну, придется ускориться. Мне ведь нужно еще забрать машину из дома.

Его улыбка растягивается, а чашка кофе перемещается на тумбочку.

— Я бы предпочел «ускориться» в другом деле, — он перемещается ближе. — Во всяком случае, тут главное не продолжительность, а качество, — говорит он, оказавшись на мне сверху, с широкий ухмылкой, натянутой на его лицо со свежей щетиной.

Я смотрю на него, приподнявшись. Какой превосходный способ проснуться…

— Итак, мы собираемся работать над качеством вместо количества этим утром, Мисс. На старт, внимание, марш…

Я хихикаю, отклоняя голову назад, когда он слегка прикусывает мой подбородок. Мы уже приступили к так называемой работе над качеством.

Мы быстро приступаем к делу, и, как и обещал, он серьезно берется за качество. Каждый толчок, каждое прикосновение, к моему удивлению и радости, становятся более глубокими и интенсивными. Его губы повсюду: уши, губы, грудь, шея и те, изнывающие от сладкой боли места, которые заставляют меня дрожать от удовольствия. Он точно знает, что делает, и у него это превосходно получается. Я открываю глаза, чтобы смотреть на него; на его лице дикий сосредоточенный на мне взгляд, который толкает меня к пропасти. Его полные губы, этот невероятно грубый шрам! С каждым его прикосновением и взглядом поверх меня, я взлетаю все выше и выше. В ответ на реакцию моего тела, он меняет свой темп. Ощущение, которое он дарит мне своими страстными поцелуями и нежными ласками, отправляет меня в сумасшедший экстаз, и, когда я почти кричу от удовольствия, он присоединяется ко мне с громким вздохом.

Я не могу двигаться. Сквозь меня просачиваются клубы блаженства. Боже. Я с трудом могу снова обрести контроль над своим тяжелым дыханием, хотя, мое тело, внутри и снаружи, находится на седьмом небе.

— Определенно высокое, чистейшее качество, — я тяжело дышу, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него.

Его глаза светятся молчаливой радостью; его рот изгибается в маленькую, кривую ухмылку под названием я-знаю-что-нужно-делать. Я вздыхаю от удовольствия.

— Я рад, что оправдал твои ожидания, — он целует мои губы, медленно поднимаясь. — Теперь кофе, и нужно идти, если ты хочешь заскочить домой. Подъем, Хейли.

* * *

Пока я жду, когда мой компьютер загрузится, мне приходит на телефон новое сообщение от Дэниела.

Дэниел: Не планируй ничего на выходные. Ди.

Господи Боже, тебя забыла спросить. Ты точно был командиром в прошлой жизни. Я качаю головой. Что я могу сказать? Кроме глупой улыбки на моем лице.

Я: Зависит от того, что это — приказ или просьба? Хей.

— Хейли, у нас собрание отдела через пять минут, — Colgate Джош, заглядывает ко мне в кабинет.

— Мне нужно прийти пораньше? И вам доброе утро, Джош, — я приподнимаю брови и улыбаюсь ему.

— Просто будь там через пять минут, и тебе чудесного утра.

Кто-то находится в хорошем настроении; возможно, у него был такой же особенный завтрак, как и у меня. Вспоминая свое чудесное утро, одна часть моего тела пробуждается, желая, чтобы Дэниел оказался рядом со мной. Мой телефон вибрирует, отвлекая меня от моих томных воспоминаний.

— Ты можешь думать все, что угодно, но это приказ, детка.

— Привет, командир. К твоему сведению, я не реагирую на приказы.

— Избавь меня от «Я — независимая женщина, которой никто не может приказывать». Ты едешь со мной в Бахи в эти выходные, так что никаких планов.

В Бахи, с тобой? В таком случае, я стану супер послушной девочкой, готовой исполнять любые твои приказы, требования, команды и, не зависимо от того, кто будет меня об этом просить — доктор Джекил или Мистер Хайд.

— Скажем так: я обещаю рассмотреть некоторые исключения, — усмехается он. — О, Хейли, какой у тебя рост?

С этим парнем все в порядке?

— И почему тебя это вдруг волнует?

— Ты слишком мала для всех моих досок, — отвечает он категорично.

Какой очаровательный способ передачи информации. Внезапно я чувствую неуверенность в том, что помню свой рост.

— Метр шестьдесят. Может, тебе нужны еще какие-нибудь характеристики или этого достаточно?

— Отлично. Все остальное драгоценное я сохранил в своей памяти. Ты знаешь, я, действительно, тщательно обследовал тебя.

Еще один короткий, хриплый смешок, и вдруг я слышу фоновую музыку. Супер, он перебросил меня на вторую линию.

Ну, и тебе до свидания, от тщательного обследования не осталось и следа. Я перезваниваю ему.

— Хейли? — Дэниел отвечает в менее терпеливом и еще более шутливом тоне.

— В современных обществах, мы, люди, желаем друг другу на прощание хорошего дня и прощаемся по окончанию диалога.

— До свидания, Хейли, — фыркает он.

Я могу четко представить себе его взгляд. Прощай, псих.

Как только кладу трубку, я слышу еще один короткий звуковой сигнал. Еще одно сообщение, на этот раз от Таши.

Таша: Пообедаем сегодня? Я соскучилась по тебе.

Я: Не вопрос, сегодня в полдень.

За минуту до собрания отдела я хватаю планшет и захожу в конференц-зал.

* * *

Я иду к Таше, чтобы забрать ее на обед. Прогуливаясь по коридору на ее этаже, я брожу взглядом вокруг. Мой взгляд замирает на переполненном конференц-зале с группой людей, во главе которого я вижу сурового, но как всегда привлекательного Дэниела Старка. Он, кажется, что-то объясняет внимательно слушающей его аудитории. Мое сердце тает при виде него. Только Дэниел может сводить меня с ума, находясь на расстоянии.

Понимая, что я таращусь во все глаза, как какой-то опасный маньяк, я решаюсь все-таки продолжить свой путь дальше. В это время Дэниел переводит свой взгляд в мою сторону, и его глаза останавливаются на мне. На мгновение наши взгляды замерли друг на друге. Его глаза сужаются от беспокойства, когда он смотрит на меня. Он поднимает руку, чтобы приостановить заседание. Он говорит что-то группе перед ним, а затем идет к выходу, все в зале смотрят ему вслед. Я не совсем уверена, зачем я ему понадобилась сейчас, но мое сердце учащается по мере того, как он приближается ко мне.

— Хейли, что случилось?

Он выглядит обеспокоенным.

— Ничего не случилось. Я только зашла, чтобы забрать Ташу на обед. Я как раз иду к ней.

Он вздыхает. Расстроился, что ли?

— Я думал, что-то не так, и ты искала меня.

Он обнимает меня крепко, может быть, даже слишком крепко, я почти задыхаюсь. Ого, серьезно? Ты так сильно соскучился?

— Это просто совпадение. Я увидела тебя случайно и остановилась. Извини, если я отвлекла тебя, — говорю я ему на ухо, все еще находясь в его крепких объятиях.

— Ты побеспокоила меня всего лишь немного.

Эй, не стоит драматизировать.

— Дэниел Старк обеспокоен, это что-то новенькое.

Я улыбаюсь ему.

— Когда дело доходит до тебя…

Он улыбается мне в ответ и поворачивается, чтобы поцеловать меня.

Ммм, Дэниел на обед. Его поцелуй становится глубже, когда его руки путешествуют по моей талии вниз.

— Дэниел, ты вообще помнишь, что тебя ждут люди в зале, и сейчас они все наблюдают за нами, — говорю я, почти задохнувшись. Он поворачивает голову в сторону зала. И сразу все в комнате делают вид, что чем-то заняты, но не тем, что глазеют на нас.

— Уже не наблюдают.

Его губы изгибаются в форме озорной, тонкой улыбки. Конечно, они не наблюдают уже, они все напуганы до смерти.

Хотя это последнее, что меня волнует в этот момент, я лучше еще немного поблаженствую в его объятьях.

— Ты должен вернуться к встрече, и я пойду по своим делам.

— Черт. Ты права, хотя…

Он поджимает свои губы немного раздраженно. Я вдыхаю глубоко его запах и жалею о том, что только что сказала. Он еще раз наклоняется, чтобы поцеловать меня обжигающим, глубоким и ненасытным поцелуем.

— Давай, не раскисай, и я не позволю тебе подвергать меня опасности для здоровья.

— Опасности для здоровья?

Он внимательно смотрит на меня; в его глазах танцуют чертики.

— Ну да. Ты должен будешь освободить меня от того напряжения в моем теле, который ты вызвал своими поцелуями. Ты же знаешь, что долгое воздержание вредит здоровью, — говорю я.

Его черты лица становятся строгими.

— Когда у тебя обед с Наташей?

Его голос низкий и серьезный. Это из-за меня, или ты покраснел?

Я изучаю его, вздрогнув после того, когда, наконец, понимаю, что происходит. Ты это серьезно? Разве тебя не ждет целый зал людей? Разве у тебя сейчас нет срочных проектов? Не дожидаясь моего ответа, он отпускает мою руку и подходит к двери в зал заседаний. Мои глаза становятся больше, когда я вижу, что он делает.

Я слышу, как он говорит:

— Продолжайте без меня, я подойду позже.

И точно так же, как он отпустил мою руку, он снова хватает ее и ведет меня к лифту. Боже, он не шутит.

— Я бы взял тебя прямо сейчас, прямо здесь, в этом лифте, но здесь камеры наблюдения наверху.

Инстинктивно я поднимаю голову, чтобы посмотреть на камеры.

— У ребят из охраны нет ни малейшего шанса на то, что я позволю увидеть им тебя в момент твоего оргазма.

— Дэниел, ты злоупотребляешь своим рабочим положением, — бормочу я, мое тело уже готово к тому, что меня ожидает.

— Это моя компания, ты забыла? Я могу делать все, что я захочу… А сейчас я хочу только тебя.

Он подмигивает мне.

Я смотрю на него, уже сгорая внутри. От смеси страха и желания я уже изнываю. Я не могу ждать, пока этот чертов лифт доберется до нашего этажа.

— Энн, позвони Наташе Тейлор из R&D и скажи ей, чтобы зашла в мой кабинет через двадцать минут, — говорит он своему ассистенту, когда мы проходим мимо ее стола. Двадцать минут? Ну, он занят. Я смеюсь про себя. Он тянет меня слишком быстро в сторону своего кабинета. Я так напряжена сейчас, что все, что ему нужно сделать, это просто вставить палец внутрь меня, и я взорвусь на тысячи кусочков.

Он садится в свое кресло, дергает меня к себе, чтобы я села верхом на него, и притягивает для поцелуя, во время которого мои колени превращаются в сплошное тающее масло.

— Итак, ты что-то говорила об освобождении, — шепчет он, кусая мое ухо.

— Да, освободи меня от этой сладкой пытки, Дэниел, всеми возможными способами. Пожалуйста.

Он расстегивает брюки, моя юбка поднимается вверх, и нарастающая страсть между нами заканчивается в итоге горящим пеклом. Запыхавшийся и полностью удовлетворенный Дэниел пытается восстановить свое дыхание, положив свою голову мне на плечо. Таша должна быть здесь с минуты на минуту.

Натягивая свои брюки, он бормочет:

— Юбки гораздо удобнее. Не носи их больше на работу.

Он подмигивает мне с озорной улыбкой. Я качаю головой, усмехаясь. Почему-то я совсем не удивлена.

— Это было слишком хорошо, чтобы отвлечься от работы, — говорит Дэниел. — Каждая секунда, которая понадобится тебе для того, чтобы подлечить твое здоровье или освободиться от чего-нибудь — всегда твоя. Я готов помочь в любое время.

Его довольное лицо просто пылает, как и мое в принципе.

— Это было божественно. Большое тебе спасибо за столь лечебную процедуру. Я очень даже склонна к тому, чтобы согласиться на ваше соблазнительное предложение, мистер Старк.

— Да, пожалуйста. К чертовой матери, злоупотребляй моим предложением так часто, как только сможешь.

В его глазах мерцают озорные огоньки.

— Хорошо, теперь, плохая молодая чертовка, у меня встреча, я должен вернуться. Кто-то украл меня оттуда.

Он целует мою макушку и поворачивается на каблуках.

— Дэниел, — я зову его.

Он поворачивает голову назад, чтобы посмотреть на меня через плечо, приподняв бровь.

— Поправь волосы. Сейчас твоя прическа выглядит так, будто у тебя был безбашенный секс пять минут назад.

— Лучше!

Он снова подмигивает и дарит мне свою ослепительную улыбку прежде, чем выйти.

Глава 18

Запретный плод

Легкий летний ветерок шевелит листья деревьев над нами. Я в течение уже долгого времени смотрю сквозь призрачные тени на чистое голубое летнее небо, пока Таша делает заказ официантке с коротко стриженными рыжими волосами. Она уже явно теряет терпение. «Бедная официантка, — думаю я, наблюдая уже за Ташей. — Она уже три раза повторила, что в проклятом соусе „Цезарь“ нет анчоусов, Таша». Я пытаюсь на уровне телепатии донести это до своей дорогой, но жутко раздражающей подруги.

— Я хотела бы также минеральную воду с наполненным на одну треть стаканом льда и лимоном.

Я качаю головой и улыбаюсь официантке с сопереживающим выражением лица, которое говорит: «Я бы также добавила отбеливатель в ее минеральную воду, если она не против».

— Я возьму хумус с куриным роллом и воду со льдом, пожалуйста, — говорю я вежливо.

— Это все? — спрашивает она, глядя на меня.

Я киваю, даря ей мою самую извиняющую усмешку. Она улыбается в ответ, хмурится на Ташу и уходит в сторону кухни.

— Итак, Хейлз, как твои дела? Я и стены в нашей маленькой лачуге соскучились уже без твоих сумасшедших выходок.

Таша с трудом пытается скрыть свою улыбку. Вместо этого она всеми силами старается придать своему лицу мрачное и отчаянное выражение.

— Я скучаю по нашим стенам, и, конечно же, по тебе тоже. Хотя я должна сказать, что у меня есть некоторые довольно серьезные дела, которые помогают мне справиться с тоской по тебе.

— Не сомневаюсь. Так у вас все хорошо, ребята?

Моя тупая улыбка становится шире.

— Хорошо — это еще мягко сказано.

— Прекрати тупо лыбиться, Хейлз. Люди начнут думать, что ты сбежала из психиатрической больницы.

— Ты общалась с Яном в последнее время? — спрашиваю я, стряхивая крошечные высушенные листья с нашего столика.

— Он был занят туристом из Португалии.

— Значит, от Яна новостей никаких нет, — говорю я, как ни в чем не бывало.

— Пока он не устанет от еще одного ухажера, даже и не стоит ждать от него вестей.

Мы обе смеемся. Типичный Ян.

Таша сидит передо мной в темном облегающем платье, с оранжевыми шпильками на ногах и в темно-синих очках от Gucci, которые обрамляют ее прекрасное лицо. Неотразимая, как всегда.

— Итак, чем ты занималась?

Она расплылась в улыбке. Я знаю эту улыбку слишком хорошо. Здесь явно происходит что-то интересненькое.

— Ответ «ничем особенным» тебя устроит?

Я поднимаю свои очки, расположив их на своей голове, чтобы позволить себе лучше разглядеть ее.

— Ну, и что ты сделала на этот раз?

Она прикусывает нижнюю губу и шепчет:

— Я вкусила запретный плод.

— Кто? Я его знаю? — Мой взгляд бегает по ее лицу, пытаюсь угадать, кто это может быть.

— Роб, — фыркает она.

— Роб? — повторяя это имя, я стараюсь вспомнить хоть какого-нибудь Роба, которого мы могли бы обе знать.

— Роб — это мой эксцентричный милашка босс, — объясняет она.

Я киваю, сразу вызывая в воображении мысленный образ человека, о котором мы сейчас говорим. Парень, которого я имела удовольствие встретить на мероприятии по сбору средств. В самом деле?

— В общем, мой милый босс Роб и я как-то задержались одни в офисе допоздна…

Я смотрю на нее, пытаясь понять, что именно запретное она совершила.

В ответ на мой пристальный взгляд она добавляет:

— Роб, мой босс, вообще он состоит с кем-то уже в отношениях…

Ой, не хорошо в любом аспекте нравственности.

— Один хумус с курицей и вода со льдом, — энергичное существо с ярко-рыжими волосами ставит мой заказ передо мной, а затем молча ставит перед Ташей ее блюдо.

— Что-нибудь еще? — спрашивает она нас, улыбаясь мне, а затем, не дожидаясь ответа, подходит к соседнему столику, чтобы уточнить, нужно ли им что-то еще.

— Как это произошло, Таша? — я смотрю на нее, нахмурившись. — Зная тебя настолько хорошо, поправь, конечно, меня, но он совсем не твой типаж.

Я углубляю свой взгляд и добавляю:

— Не говоря уже о том, что ты не тот человек, который будет ставить под угрозу свою карьеру ради каких-то любовных интриг.

Я останавливаюсь на мгновение, чтобы собраться с мыслями, по-прежнему, пристально вглядываясь в нее.

— Это ведь всего лишь интрижка, не так ли?

Она медленно кривит свой рот из стороны в сторону под моим наблюдательным взглядом, как будто оценивая мою точку зрения.

— Он выглядит таким милым и сексуальным, когда мы на работе, где любовные отношения не особо приветствуются. В общем, мы остались поздно вечером… — она останавливается, чтобы сделать глоток из ее запотевшего стакана. — И он был таким ласковым и нежным, абсолютно не думая о последствиях. Он заигрывал со мной, как восторженный подросток.

Она играет с каплями на ее стакане, протерев их кончиком пальца.

— Случайный поворот событий привел к поцелую, затем, естественно, последовало другое, ну, а дальше была целая история.

Она тычет в свое блюдо вилкой, перемещая пропитанный соусом салат с одной стороны тарелки на другую. Наконец, она поднимает глаза, чтобы встретиться с моим взглядом, приняв застенчивый вид. Это так не похоже на мою Ташу.

— Твоя полу идиотская улыбка и чересчур странное поведение говорят о том, что ты совсем не планируешь заканчивать крутить интрижку со своим боссом? — спрашиваю я, улыбаясь ей, как можно более снисходительно.

Внезапно поведение Таши резко меняется: она очень мило улыбается кому-то за моей спиной. Я вопросительно поднимаю бровь, и уж было повернулась по направлению ее взгляда, как чувствую прикосновение теплых крепких рук на моих плечах.

— Наташа, как дела? — бодрым голосом спрашивает у нее Дэниел.

У него бодрый голос? Дэниел весел в середине рабочего дня?

— Привет еще раз.

Он улыбается мне, когда я откинула голову назад, чтобы посмотреть на него, возвышающегося надо мной. Он наклоняется и целует меня неожиданным страстным поцелуем. Ничего себе, и тебе еще раз привет.

Таша ждет, пока Дэниел закончит свое эротическое представление у всех на виду, и отвечает, что у нее все хорошо.

— А твои как, Дэниел?

Разве она не должна называть его мистер Старк? Ничего себе.

— Замечательно.

Он посылает мне свою изогнутую кривую улыбку.

Что с ним произошло? Это просто доктор Джекил, который нашел лекарство от рака. Он стоит рядом со мной и откусывает кусочек моего куриного ролла и делает глоток моего напитка. Я наблюдаю за ним в эйфории. Он кажется таким непринужденным и невозмутимым. Первый раз вижу, когда он ведет себя так среди других людей. Может быть, мне стоит программировать его мозги почаще ради общего блага… От этой мысли я улыбаюсь.

— Что ты здесь делаешь?

Я смотрю на него с удовольствием, наслаждаясь спокойным бодрым взглядом его карих глаз.

— Я пришел за содовой.

— Разве Энн уже ушла домой? Она хорошо себя чувствует?

Приходилось ли тебе хоть раз увольнять своего ассистента, возможно, в момент одного из своих постоянных психов? Он посмеивается над моей шуткой.

— Нет, на самом деле она на месте. Я просто хотел немного прогуляться, наслаждаясь хорошей погодой.

Я не могу не улыбнуться; он такой очаровашка.

— Я смотрю — у тебя прекрасное настроение.

Моя улыбка расплывается еще больше по моему лицу.

— У меня была очень продуктивная встреча недавно, — он подмигивает мне.

Он снова подмигнул мне? Четвертый раз за день?

— Рада слышать это. Ты, должно быть, очень доволен теперь собой.

Он широко улыбается.

— Да, хотя я не возражал бы поработать над этим в том же направлении и дальше, стоит уделять этому чуть больше времени. На самом деле, это один из самых интригующих проектов.

Эти скользкие намеки в его монологе более чем заметны. Интересно, как это прокомментирует Таша, когда мистер Ясное Солнышко уйдет отсюда.

Его широкая улыбка восхищает меня.

— Окей, дамы, я оставлю вас продолжать обсуждать то, на чем вы остановились перед моим приходом. Наташа, — добавляет Дэниел, кивнув ей. — А с тобой, — говорит он мне, — мы увидимся сегодня вечером.

Сегодня? Ммм… Он поворачивается на каблуках, оставив меня полностью ослепленной еще одним глубоким поцелуем, но более напористым, чем был до этого. Я могу запросто пойти за ним прямо сейчас, чтобы поговорить о его двух сумасшедших выходках сегодня — в кабинете и сейчас.

— Я же говорила тебе, что отлично запрограммированные мозги имеет немалую силу, — Таша морщит нос, дразня меня своей наглой ухмылкой.

— Ты такая умная. Я ожидала услышать нечто подобное от тебя.

Мы обе хихикаем.

— Итак, вернемся к вам. Что ты планируешь дальше делать с Робом?

Она думает где-то секунду и потом отвечает:

— Я не знаю, я думаю пока просто плыть по течению. Но мне точно не нужны от него какие-либо серьезные отношения.

— А как насчет того, что он уже в отношениях?

— Ну, это его проблема, а не моя.

Госпоже Иуде никто не указ.

— Ты зайдешь домой вечером перед тем, как поедешь к Дэниелу? — спрашивает Таша, так как после кафе мне нужно идти в другую сторону.

Я хихикаю:

— Возможно. Зависит от того, во сколько я закончу работать.

— Я действительно скучаю по тебе, Хейлз.

Ее голос настолько искренний. Мы крепко обнимаемся перед тем, как попрощаться.

Глава 19

Служебный роман и близкие отношения

Дэниел, разговаривая по телефону, приветствует меня теплыми объятиями. Он одет в черную футболку и выцветшие джинсы, которые немного изношены на коленях. Через плечо у него висит кухонное полотенце, придавая ему вполне домашний, сексуальный вид. Нежась в его объятьях, я пытаюсь понять, что за аппетитный запах доносится из кухни.

Он берет меня за руку и ведет на кухню, и без какого-либо предварительного предупреждения прижимает к кухонной стойке. Мои ноги отрываются от пола. Потом он раздвигает мои ноги своими и начинает целовать мою шею. Дэниел при этом все еще держит телефон возле уха. Лишь на мгновение убрав его в сторону, он шепчет мне на ухо:

— Ты так хорошо пахнешь, это сводит меня с ума.

Ди, ты успеваешь делать столько несопоставимых дел одновременно? Мне это нравится. Полностью прильнув к нему и положив голову ему на грудь, я слушаю вибрацию его голоса.

— Черт побери, Роб, прекрати уже нести эту чушь. Я не заинтересован в жалких оправданиях; я заинтересован в решении, — огрызается Дэниел, и я вздрагиваю.

Он вздыхает и продолжает:

— Когда, черт возьми, вы планируете отгрузку нового оборудования? И будут ли в итоге задержки по установленным срокам?

О, привет, мистер Хайд. Я даже немного скучала по вам. Подождите-ка. Роб? Отгрузка? Роб-который-тусит-с-моей-лучшей-подругой?

— Серьезно, Боже, еще раз обдумайте все, а потом доложите мне, — психует Дэниел, становясь все более раздраженным. Моя шея чувствует изменения в его настроении по тому, как он начинает грубо прикусывать ее. Эй, я-то здесь причем, хотя нет, продолжай. Такой напор еще больше возбуждает меня. Вдруг он отходит от меня, на мой взгляд, достаточно резко, чтобы помешать аппетитный красный соус в кастрюле на плите.

— Либо ты звонишь мне, когда вы найдете лучшее решение, либо можешь позвонить на биржу для поиска новой работы, — Дэниел произносит это холодным, как лед, тоном. Давно я его не слышала и не горю желанием слышать более. Он быстро вешает трубку.

— Попробуй.

Дэниел подносит деревянную ложку с горячим красным соусом к моим губам. На его лице мельком пробегает кривая ухмылка, затронув шрам на верхней губе. Мистер Хайд и доктор Джекил решили поиграть в пинг-понг сегодня?

— Ммм. Это ты приготовил?

Я смакую изысканный, пряный соус.

— Нет, но у меня есть огромный талант для разогрева замороженных блюд итальянской кухни, — отвечает он, не скрывая своей гордости за самого себя.

Он целует меня глубоко, его язык почти насильственно вторгается в мои слегка приоткрытые губы, заявляя свои права на каждую частичку моего рта.

— Божественный вкус, — бормочет он и наклоняется, чтобы снова поцеловать меня.

На его телефоне играет мелодия «It’s a Small World After All». Я откровенно ухмыляюсь. Это твой рингтон, Ди?

Взглянув на экран, он довольно резко отвечает на звонок:

— Что еще? — он кусает губы, пока слушает, смотрит на меня пронзительным взглядом, а затем отвечает: — Это гораздо лучше. Хотя я искренне не понимаю, почему, черт побери, нельзя было ответить сразу так.

Его голос повышается, когда он намеренно делает ударение на последнюю часть.

Он останавливается на мгновение, как будто что-то обдумывая, а потом говорит:

— Роб, это был первый и последний раз, когда я трачу свое драгоценное время на то, что жду от вас конструктивных решений. В следующий раз такого не будет.

Я благодарю Всевышнего за то, что я всего лишь его девушка, а не сотрудник.

— Итак, где мы остановились?

На небе снова появляется солнышко.

— Ты показал мне, насколько ты талантлив в разогревании итальянской еды, а также заставил каждую клеточку моего тела растаять от жаркого поцелуя, причем расплавлять каждую клеточку меня и не обязательно в таком порядке.

Он поднимает свой шаловливый взгляд, чтобы встретиться с моим, и этот шрам, о, этот шрам, поднимается в соблазнительном обещании.

— Это был Роб из R&D? — я все еще сомневаюсь.

Брови Дэниела сошлись в одну линию, выдавая его любопытство.

— Да, это был он. А что? — спрашивает он, облизывая деревянную ложку, нарушая ход моих мыслей в голове.

— Просто. Он был весьма популярен сегодня во время моего ланча с Ташей.

— В смысле?

Дэниел снова встает между моими уже немного раздвинутыми бедрами, цепляя пальцами мои волосы, чтобы оттянуть мою голову немного назад и оставить еще один соблазнительный поцелуй на моих губах.

Я могла бы сидеть вот так здесь в течение всего дня. Кого я обманываю, всей жизни.

— Ну, кажется, что у него с Ташей была недавно интимная связь.

Дэниел наблюдает за мной в течение длительного времени. Я слегка извиваюсь на месте в напряжении, когда он в итоге отходит от меня. Его черты лица становятся жестче, а его тело напрягается. Он стискивает свою челюсть, а его взгляд, который был недавно таким мягким и игривым, стал серьезным. Я наблюдаю за ним, пытаясь понять причину этого внезапного изменения.

— Ну, — говорит он, глубоко погруженный в себя, — теперь мне следует попросить миссис Гринич предоставить R&F мисс Тейлор и Робу завтра утром.

Что, черт возьми, он несет? Что такое R&F, и почему миссис Гринич должна предоставить его Таше?

— Что миссис Гринич должна предоставить Таше? — спрашиваю я.

— Нашу R&F форму. Расторжение договора с сотрудником при возникновении неизбежных ситуаций. Это процедура, которой должен следовать отдел кадров при нарушении политики компании.

Он смотрит на меня серьезно.

Находясь в полном замешательстве, я глубоко надеюсь, что он просто притворяется и выдумывает весь этот бред на ходу. Я жду, что сейчас он улыбнется своей шаловливой ухмылкой, но он этого не делает. Расстроенная, я спрашиваю его, говорит ли он серьезно.

— О, когда речь идет о моем бизнесе, Хейли, я не шучу. Мисс Тейлор нарушила политику компании и одно из условий ее контракта.

Что за праведное поведение? И, да ладно, Таша стала сейчас снова Мисс Тейлор?

Я реально не понимаю, что происходит, но все еще очень сильно надеюсь, что он просто шутит со мной, я прошу его уточнить, какое правило нарушила Таша.

— Служебный роман и близкие отношения.

— Да ладно, ты не можешь к этому относиться так серьезно?

Я таращу глаза на него, мой голос дрожит, так как я до сих пор не могу поверить в то, что он реально собирается уволить мою лучшую подругу за это.

И как бы оправдывая свое заявление, он добавляет:

— Это необходимо сделать для того, чтобы избежать продвижения сотрудников по карьерной лестнице не по деловым качествам, а также избежать судебных разбирательств по сексуальным домогательствам.

— Хорошо, мне понятна логика политики компании, но, Дэниел, я рассказала тебе об этом, как своему… — как кому? Я выбираю слова, чтобы продолжить: — как моему лучшему другу. Ради Бога, я не говорила это мистеру Старку, генеральному директору Stark Software.

Мои нервы трещат по швам, грозясь вырваться наружу. Хрупкие швы, держа мои нервы вместе, находятся на грани разрыва, и я чувствую, как здравый смысл меня покидает.

Он смотрит на меня, стиснув челюсти. Его взгляд холодный.

— Я не могу, — говорит он тихим, уверенным, твердым голосом.

Нет ни единого шанса, черт возьми, что я смогу это пережить. Он не может уволить ее из-за меня. Он не может использовать информацию, которой я поделилась с ним, как со своим, так называемым возлюбленным, против моей лучшей подруги. Я начинаю паниковать и злиться на этого упертого, нелогичного человека. Не могли бы вы выйти из своей праведной убежденности всего на одну секунду, чтобы услышать то, что я пытаюсь сказать вам?

— Дэниел, — говорю я неравнодушным голосом. — Пожалуйста, посмотри на меня.

Его глаза фокусируются на моих. Я вижу в них намек на нежность. Это хороший знак; возможно, он услышит меня.

— Дэниел, этой новостью о своей лучшей подруге я поделилась сейчас с тобой наедине.

Гнев нарастает во мне, чем больше я думаю об этом, но я делаю все от меня зависящее, чтобы оставаться терпеливой.

— Таша доверилась мне, что абсолютно естественно для нее, учитывая, что я ее самая близкая подруга, — я подчеркиваю последнюю часть предложения. — Я, с другой стороны, поделилась этой информацией с тобой, как твоя подруга, даже в мыслях не допуская, что ты воспримешь это как сигнал к злоупотреблению моего доверия к тебе.

Я делаю паузу, чтобы выдавить скопившийся воздух в легких от возмущения на происходящее вокруг меня.

— Разве я допустила ошибку, доверившись тебе? — спрашиваю я. — Если это так, то это означает, что наши отношения не будут больше прежними, — добавляю я, не спуская с него глаз, в надежде найти какой-нибудь намек на осознание и принятие того, что я только что сказала.

Разорвав наш зрительный контакт, он нерешительно отвечает:

— Я опущу эту формальность в качестве исключения, потому что ты моя девушка, но на этом все.

Он вздыхает, давая понять мне, что готов уступить мне, но на самом деле незаметно, что он готов принять свои собственные слова.

Твоя девушка? Хоть я немножко ошеломлена таким заявлением, мое сердце все-таки делает сальто, вне себя от радости.

— Ничего себе, ты только что был таким, гм, непохожим на себя…

Тем не менее, сидя на столе рядом с ним, я тянусь к его руке, чтобы притянуть его в свои объятья. И он с удовольствием отвечает на мой жест. Я обхватываю его лицо со щетиной ладонями и покрываю его губы многочисленными, не допускающими никаких ненужных мыслей, поцелуями, вдыхая его мускусный, мужской аромат. Его глаза вспыхивают, и он охотно отвечает мне взаимностью.

Почти задыхаясь, он спрашивает:

— Я должен воспринять это как комплимент?

На его губах пробегает подобие улыбки. Я одариваю его своей самой заботливой нежной улыбкой и киваю.

— Что со мной происходит? Что ты делаешь со мной? — шепчет он, затем вздыхает, качая головой, и к моему нежеланию возвращается к нашей еде с небольшой кривой улыбкой на своих губах.

Глава 20

Новый Дэниел

— Идем, — Дэниел перекладывает последнюю порцию пармезана на одно из блюд, отложив неприятный инцидент с Робом и Наташей в далекий ящик. — Вуаля! — он показывает на две горячие тарелки с аппетитно выглядящими спагетти и фрикадельками с тертым пармезаном.

Одного взгляда на эти блюда было достаточно, чтобы затосковать по своему дому и близким.

— Эй, что случилось? — Дэниел внимательно рассматривает, в его тоне чувствуется беспокойство.

— Это глупо, — мои губы изгибаются в неловкой случайной ухмылке. — Просто… это особое блюдо моей мамы, и это заставило меня вспомнить мою любимую семью.

Не спуская с меня глаз, он двигается ко мне и обнимает меня, укутывая меня своей силой и теплотой. В его нежных объятиях мое напряжение сходит на нет.

Он отклоняется немного назад и слегка касается моего подбородка пальцем.

— Эй, не надо. Посмотри на меня, — он говорит это нежным, низким голосом. — Я очень расстраиваюсь, когда вижу тебя такой.

Я не знаю почему, но будучи так близко к нему, и эта внезапная тоска по дому, его слова и их искренность абсолютно опровергают его легкомысленное отношение ко мне. Я настолько растрогалась, что не смогла удержать непрошеную слезу, скатившуюся по моей щеке.

— Хейлз, — он вздыхает и прижимает меня крепче, притягивая к своей твердой груди, я глубоко вдыхаю его запах.

Хейлз. Это первый раз, когда он назвал меня так. До сих пор только близкие люди могли называть меня так — это моя семья, Таша и Ян. Это все, что было нужно мне, чтобы расплакаться. Что происходит со мной? Я не должна плакать. Возьми себя в руки. Скорее! Сейчас же!

— Не плачь, прошу, — шепчет он заботливо, уткнувшись в мои волосы. Он еще крепче укутывает меня в своих объятиях и усыпает мою голову поцелуями.

— Я не плачу, это просто аллергия, — говорю я, пытаясь подавить слезы с неловкой улыбкой. На его губах мелькает небольшая ухмылка.

— Эй, Хейлз.

Он мягко протирает мои слезы своим большим пальцем, и эта неожиданная тоска по дому превращается в нечто другое, нечто более глубокое и необычное, что полностью застает меня врасплох. Мое сердце тронуто этим душевным порывом, и эти внезапные новые эмоции задели за живое. Мне кажется, я влюблена в тебя, Ди.

Откинувшись назад, его глаза находят мои, оценивая мое состояние. Его губы медленно изгибаются в самой теплой улыбке. Я улыбаюсь в ответ, чувствуя себя неловко из-за моего детского порыва. Он наклоняется ко мне и касается моих губ, удовлетворяя мое желание. В этот момент, когда наши губы соединяются в поцелуе, мой язык овладевает его, желая попробовать его на вкус, ощутить всю его глубину.

Дэниел держит мою голову обеими руками, прислоняясь своим лбом к моему, и с закрытыми глазами шепчет мне:

— Ты сводишь меня с ума. Ты невероятно сладкая.

Мое захваченное им сердце дрожит, трепещет и ускоряет свой ритм, намереваясь вырваться из моей груди. А ты. Меня. Ди. Всецело.

— Я проголодался, — говорит он хрипло мне в ухо.

— Не могу и не буду мешать тебе голодать, — хихикаю я, хотя мне совсем не хочется его отпускать.

— Хм, это значит, что ты не отпустишь меня? — он смеется, его руки все еще удерживают меня.

— Не могу, извини. Я пыталась. Честно. Не могу этого сделать.

Я ухмыляюсь, пожимая плечами, и держу его обеими руками еще крепче. Забавляясь, он думает всего лишь мгновение, а потом его правая рука отпускает меня и тянется за одной из тарелок, подвинув ее поближе к нам. И при помощи одной руки он захватывает, вращая вилкой и умело накручивая длинную лапшу вокруг нее, небольшую порцию спагетти подносит к моему рту, довольный результатом.

— Мне нравится импровизировать с тобой.

Я улыбаюсь ему, нежно проводя по его спине руками, и открываю рот, чтобы попробовать спагетти на вкус.

— Ммм, божественно.

Он смотрит на меня с ликованием.

Ммм, ты божественен.

Повторяя действия, на этот раз он подносит вилку к своему рту, а затем снова к моему, ничуть не нарушая наше физическое соединение.

— Когда в последний раз ты навещала свою семью? — спрашивает он потом. Он продолжает кормить меня, поэтому ждет, что я отвечу ему, когда проглочу очередную порцию.

— Больше, чем полгода назад.

— Я так полагаю, что ты очень скучаешь по ним.

— Да, безумно.

Он подносит еще одну вилку к моему рту.

— Почему бы тебе не навещать их почаще в таком случае?

Потому что я не могу себе это позволить. Если быть короче, не все купаются в деньгах.

— Я планирую навестить их через несколько недель, — отвечаю я вместо этого. — Я с нетерпением жду нашей встречи. Хотя тот факт, что я не смогу увидеться с моим братом, очень омрачает мое предвкушение.

Прожевывая еще одну порцию спагетти, он смотрит на меня внимательными глазами:

— У тебя есть брат? Где он?

— Да, Стивен. Он на четыре года моложе меня. Он военный врач, задействованный в Афганистане.

Его левая рука обнимает меня, когда он спрашивает:

— Когда он вернется домой?

— Через три месяца, — отвечаю я, как ни в чем не бывало.

Я не могу скрыть уже знакомый холодок страха, который пробегает по моему телу каждый раз, когда я вспоминаю о том, что Стивен находится там. Перед следующей порцией, я успеваю спросить его, есть ли у него брат или сестра.

— Нет, только мама и я, — отвечает он тихим голосом, несколько многозначительно, в то же время, поднося еще одну порцию спагетти к моему рту.

— А что с твоим отцом?

Он меняет тарелки, отодвинув в сторону пустую, и пододвинув ближе к нам вторую полную.

Накручивая на вилку спагетти, он неохотно отвечает:

— Жалкое оправдание для человека, которому я был не нужен, Хейли.

— Ты достаточно напряжен, когда речь заходит о нем, чтобы утверждать, что он не имеет на тебя никакого влияния. Я думаю, что это не так.

Я кусаю губы, когда замечаю смену его настроения.

— Это так важно для тебя? — он смотрит на меня раздраженно, его рот выпрямляется в тонкую линию, а хватка вокруг меня становится слабее. Спасибо, что вообще не отпустил.

— Ты становишься важным для меня. Поэтому, все, что связано с тобой, имеет для меня большую ценность. Это важно для меня так же, как и для тебя.

Его холодный взгляд немного смягчается. Я наклоняю голову вперед, чтобы поцеловать его, подтверждая то, что только что сказала. Он снова усиливает хватку своих рук. Заметив это, я улыбаюсь про себя.

— Я называю трусом своего отца, потому что он ушел, когда я был еще молод, всего лишь ребенком, — он сжимает челюсти, его глаза становятся тусклыми. Он вздыхает и продолжает: — Как раз в тот момент, когда моя мама умирала от рака, он оставил нас, когда она не могла даже ходить сама, — на его лице я вижу отвращение. — На нашем счету в банке было менее двух тысяч, чтобы как-то выжить. Мы были не нужны никому.

Я не знаю, что сказать, поэтому просто обнимаю его, притягивая ближе, желая сделать все возможное, чтобы унять эту боль, отразившуюся на его лице. Я обдумываю эту новую информацию о его прошлом — бросивший отец, мама, которая смертельно больна, и мое сердце теперь еще больше принадлежит ему. У меня осталась куча вопросов, которые я бы хотела еще спросить. Сколько ему было лет? Возможно, его мама вылечилась, и каким образом? Имеет ли место его прошлое в том, что он спонсирует онкологические научно-исследовательские лаборатории? Но от дальнейших расспросов я решаю воздержаться. Кажется, он уже и так много сказал на сегодня.

Теперь, когда я увидела его с другой стороны, более уязвимого Дэниела, я еще больше прониклась им. Я удерживаю его лицо в ладонях и наклоняюсь, чтобы поцеловать его; на этот раз он берет инициативу с энтузиазмом, вторгаясь в мой рот, как будто завоевывая его. Он пренебрежительно отталкивает полупустую тарелку прочь, и на одном дыхании притягивает меня ближе, мои ноги раздвигаются шире, чтобы вместить его между них. Его поцелуи настолько убедительны, что я чувствую, как мои губы пульсируют, и знаю, что они будут опухшими позже, но меня не очень это заботит, и я позволяю себе быть унесенной в этом динамичном, безумном темпе. Забудь об этом, Ди, похорони себя во мне, со мной.

Я так возбуждена от его сильного, чувственного желания, мои эмоции уже на пределе. Дэниел стаскивает с меня каждую вещь, надетую на меня, все, что отделяет его от прикосновения к моей коже. Боюсь, что-то он все-таки разорвет — настолько сильно он голоден. Я помогаю ему снять футболку через голову, не желая отпускать его жаждущие губы. Хочу поцеловать его шею, но он толкает меня на стол, поэтому я просто лежу на холодной поверхности. Он, очевидно, видит перед собой сейчас только одну цель — поиметь меня. Он сжимает мои бедра и быстро притягивает к себе. Я скольжу по мраморной поверхности, напряженная от желания. Он резко тянет мою юбку на себя, и я слышу слабый треск. Судя по жжению на моем левом бедре, я понимаю, что мои стринги были сорваны. Я хочу его сейчас, как можно скорее. Предупреждающие сигналы утихли благодаря сильному желанию.

Я кричу от боли, когда он резко и глубоко входит в меня. Я дрожу так, что мое сердце и дыхание поспешно ускоряют ритм до неопределенной конечной точки. Он набросился на меня с гневом и болью, которые хранил в себе. С каждым его мощным толчком я задыхаюсь, теряю себя от сладкого, но болезненного нападения. Его последний вздох — это мое освобождение. Я дрожу, восстанавливая дыхание. Это приятное чувство не уходит: остаются те самые волны сладостной дрожи и истощенный и удовлетворенный мальчик — мужчина, лежащий на мне. Я пробегаюсь пальцами по шелковистым прядям его золотистых волос, стараясь успокоиться и надеясь, что от его захватов не останется следов на моем теле. «Только не это», — думаю я про себя. Сегодня передо мной и во мне открылся новый слой личности — чувственный и раненный.

* * *

— Фильм? — он поднимает свое красивое лицо, чтобы посмотреть на меня.

— Только на этот раз выбираю я, — ухмыляюсь я ему.

После уборки остатков нашего ужина, я стараюсь собрать и разгладить свою мятую растрепанную одежду, пытаясь привести в какой-нибудь более или менее нормальный вид нижнее белье. Дэниел хватает бутылку охлажденного белого вина из ведерка. Взяв меня за руку, он ведет нас в кинозал.

— И каков ваш выбор на этот вечер, мадемуазель?

Его очаровательно игривая улыбка отражается в светящихся светло-карих глазах. Он вернулся.

— Мы можем посмотреть «Язык нежности» сегодня?

— Думаю, что можем попробовать, — говорит он, задумавшись то ли обо мне, то ли о себе. — Я слышал это название много раз. По-моему, это один из самых любимых фильмов моей мамы или кого-то еще.

— Это мой самый любимый, — я ухмыляюсь и дарю ему быстрый поцелуй.

— О чем он? — спрашивает он, возясь с пультом дистанционного управления.

— Об эмоционально глубоких отношениях между матерью и дочерью на протяжении многих лет.

Он закатывает глаза.

— Звучит многообещающе, не могу дождаться, — сарказм распирает его хриплый голос. — Я делаю это только для тебя, Хейлз, — бормочет он, и я улыбаюсь, благодарная ему за это.

О, существует так много вещей, которые я бы хотела сделать для тебя. Ты был бы весьма удивлен, Ди. Я постаралась выкинуть из головы его недавнее грубое поведение.

Свет потух, когда загорелся экран, и чувствую себя слегка взволнованно, потому что смотрю этот фильм с ним. Он делает глоток охлажденного вина и протягивает мне бутылку. Я делаю то же самое. Развалившись на уютном диване, так здорово наблюдать за Ширли Маклейн, которая превосходно играет свою роль в этом фильме. Я беру руку Дэниела, переплетаю наши пальцы, за что награждаюсь безумно нежной улыбкой.

Я делаю еще один глоток вина, которое стало уже не таким холодным. Мои глаза стали глянцевыми от непролитых слез, которые сдавили мое горло, и еще чуть-чуть и они польются нескончаемым потоком. Это уже двадцатый раз, когда я смотрю этот старый фильм, и я до сих пор надеюсь, что, возможно, на этот раз ее дочь не будет болеть.

— Хейлз, я сейчас начну истекать кровью, — нашептывает мне Дэниел, кивая на свою невинную руку, в которую я вцепилась ногтями.

— Прости, — бормочу я, не отрывая глаз от экрана. Кажется, он улыбается в этот момент.

Не прошло и минуты, как я слышу душещипательный голос Дэниела:

— К черту это все! — я смотрю на него с любопытством, в конце концов, оторвав свой взгляд от драмы на экране, которая только-только достигла своей кульминации. — Просто оседлай и оттрахай меня!

Мои глаза расширяются от изумления, и я не могу удержаться от смеха на его столь глупую просьбу.

— Бешенство гормонов? Это фильм так на тебя повлиял? Ни каких объятий, ни прелюдий, просто взять и оседлать тебя? — я хихикаю. — Не пойми меня неправильно, не то, что бы у меня есть какие-либо проблемы с запрыгиванием на тебя в любой момент, хоть 24 на 7, без разницы, но если серьезно, в чем дело, Ди?

— Ну, я, правда, старался быть хорошим, чувствительным парнем и смотреть это дерьмо с тобой, но это сущий ад. Ну, серьезно, это все равно, что лишить меня мужского достоинства. Я должен загладить свою вину здесь и сейчас. Как можно скорее.

Я начинаю хохотать.

— Я не шучу, давай, не теряй время, оттрахай меня, Хейлз, пожалуйста, — командует он, глядя на меня вполне серьезно.

Мой живот уже болит от смеха, но параллельно я чувствую другую сладкую боль, образующуюся внутри моего тела.

Тем не менее, продолжая забавляться, я спрашиваю:

— Эй, может, ты собираешься снова начать беситься и ругаться матом?

Теперь его черед недоумевать, хотя на его губах появляется небольшая кривая улыбка.

— Поясни-ка, пожалуйста, дорогая, — он посмеивается хриплым, низким голосом.

— Я просто могу найти более сексуальный способ исполнить вашу просьбу, мистер Старк, — я многозначительно моргаю, а он в ответ разражается громким веселым смехом, но быстро берет себя в руки, сжав челюсти и губы в тонкую линию, хотя в его глазах все еще танцуют чертики.

— Черт возьми, Хейлз, теперь ты просто обязана оседлать меня сейчас же, — рычит он.

И я с удовольствием исполняю его просьбу.

* * *

Когда я ложусь спать, укладываясь в его объятиях, я говорю:

— Завтра после работы я иду домой. Ян придет. Ты тоже можешь присоединиться к нам, если хочешь.

— Не думаю, что смогу. У меня плотный график, и ты, вероятно, хочешь побыть наедине со своими друзьями.

— Я всегда рада видеть тебя, — говорю я, поцеловав его.

Я глубоко укутываюсь в его объятиях и закрываю глаза.

Глава 21

Дешевая китайская жизненная философия и многое другое

— Дамы, если мы собрались сегодня здесь, чтобы конкретно потусить, то я просто обязан просветить вас относительно кое-чего, — Ян останавливается на мгновение, добавляет драматическую нотку своему голосу и продолжает: — Ведь я правильно понимаю, мои дорогие дамы, что цель нашей встречи — хорошенько взбодриться, прийти в себя и т. д. и т. п. Поэтому вы все должны помнить, что алкоголь принимается только в чистом и прозрачном виде, и никак иначе!

Мы обе смотрим на Яна, который сидит рядом с нами на нашем белом мраморном полу, потом друг на друга. Я кусаю губы, пытаясь скрыть широкую улыбку, и делаю все возможное, чтобы выглядеть серьезной. Я вижу, что Таша пытается сделать то же самое. Роб, с другой стороны, смотрит на нас троих скучающе, как бы говоря «Что я делаю здесь среди этого странного трио?»

Это только ради нее, моей лучшей подруги, Роб, только ради нее.

— Дамы, — говорит Ян, привлекая наше внимание снова к нему. — Если вы, конечно, предпочитаете темные крепкие напитки, помните, что я вас предупреждал — вы можете лишиться содержимого своего желудка.

Мы обе киваем, изображая восхищение столь глубоким философским учением, которое Ян проповедует своими красивыми полными устами.

— Просто держитесь подальше от темного алкоголя. Все, что вам нужно делать, мои обожаемые дамы, это держать его подальше от ваших замечательных ротиков. Это проклятое пойло! — он кивает, тем самым подчеркивая важность своего учения. — Безусловно, этот запретный плод так сладок, но даже не пытайтесь. Он парализует вас и ваши умные головки навсегда. Уж я-то знаю, что говорю.

— Ну, теперь наш любимый священник наконец-то закончил зачитывать проповедь? — спрашивает Таша.

— Позвольте мне кое-что уточнить, если я правильно поняла, — говорю я, пытаясь все еще выглядеть серьезной, что дается мне очень тяжело, хотя бы благодаря ухмылке на лице Таши. — Если мы решим употреблять сегодня алкоголь, то нам следует всегда выбирать прозрачный напиток, так как он содержит меньше калорий?

Ян посылает мне свою мегаваттную ослепительную улыбку.

— Верно, дорогуша.

Я начинаю хихикать. Я не могу представить никого, кто может поднять мне настроение лучше, чем это делает Ян. Он мой собственный солнечный лучик — ну ладно, наш — мой и Таши. Хотя теперь я думаю, что в моей жизни появился еще один такой человек, пускай он и делает это совершенно по-другому.

— Итак, что же ты в итоге заказала, Хейлз? — вопрошает Таша, в то время как Роб массажирует ей плечи.

Почему я считаю это ненормальным? Он ничем не отличается от любого другого парня Таши, которые у нее были до этого. Возможно, загвоздка в том, что он ее босс? Или тот факт, что он уже находится в серьезных отношениях с другой? Или, может быть, то, что Дэниел неосознанно изменил мое отношение к нему…

Я качаю головой, чтобы прогнать эти мысли прочь и отвечаю:

— Дешевых китайцев.

Ян качает неодобрительно головой в мою сторону, бормоча себе под нос:

— Гидрофобные углеводы на наших ляжках сведут нас всех в могилу.

— Дешевые китайцы? Это что еще такое? — спрашивает Роб, и мы все трое смеемся в режиме стерео.

— Просто жирный, дешевый китайский фастфуд. Это наша фишка, — отвечает Таша.

— Мы обедаем по высшему разряду, — комментирует Ян нелепо, прокручивая свой оранжевый браслет Scuba на запястье.

Роб улыбается и оставляет поцелуй на голове Таши.

Только бы не забыть: мне нужно спросить позже Ташу о том, как странно это для них, чтобы вести себя, как будто это просто бизнес, как обычно в офисе после того, как, ну, это…

— Время трапезничать! — Ян реагирует на стук в нашу дверь, ожидая еду и хлопая в ладоши с энтузиазмом, как маленький мальчик.

Я улыбаюсь ауре, которая, кажется, постоянно окружает его. Он всегда такой активный.

— Я угощаю. Пойду, оплачу, — я хватаю свой кошелек в коридоре и иду к двери.

О, дерьмо, Дэниел. Не к добру. Разве он не упомянул вчера, что он будет занят на работе? Блин! Я приветствую его, пытаясь скрыть свое удивление, смешанное с улыбкой, говорящей о том, как я рада его видеть. По-видимому, не сработало.

— Что с твоим видом, Хейлз, ты не рада меня видеть? — спрашивает он, явно не поверив мне, так как выражение его лица внезапно изменилось.

О нет, это не из-за тебя, ну как бы все-таки из-за тебя, но я здесь не причем. Я толкаю его обратно в подъезд, прижав своим телом к стене, и закрываю за собой дверь. Дэниел смотрит на меня с поднятыми бровями и широко открытыми глазами. Он, наверное, думает, что я сошла с ума.

Я поднимаю свои руки, оборачиваю их вокруг шеи, тянусь к его губам и дарю ему звонкий поцелуй на его слегка приоткрытых ошеломленных губах. Я страстно целую его, используя все возможные обольстительные приемы, которые я могу внести во всего один поцелуй.

Когда я отхожу, он спрашивает:

— Это, безусловно, лучшее приветствие, но что здесь происходит? Что за внезапная необходимость так сексуально нападать на меня за дверью? Ты не можешь сделать это внутри квартиры?

Я обхватываю его лицо ладонями, убедившись, что его глаза смотрят на меня.

— Можешь ли ты хотя бы на один вечер обуздать свои чувства? Для меня? Только в этот раз? Пожалуйста? — я снова прижимаюсь губами к его губам, обнимая его и лаская нижнюю часть его спины. — Пожалуйста, — повторяю я умоляющим тоном.

— Серьезно, что с тобой сегодня, Хейлз? Что, черт возьми, ты несешь? Ты ведешь себя страннее, чем обычно, — он смотрит на меня с хмурым взглядом. — Что здесь происходит, черт возьми? — его тело напрягается.

— Просто не обращай внимания на то, что увидишь, для меня. Это все, о чем я прошу, — шепчу я, потом беру его за руку и веду внутрь, где сидят Ян, Таша и Роб.

Мой пульс учащается, когда я захожу, страшась неизбежной встречи. Я молча молюсь богам, чтобы они пришли ко мне на помощь. Ди, пожалуйста, не теряй здравомыслие. Я кусаю губы, волнуясь, в ожидании реакции Дэниела.

— Привет, — он приветствует всех в комнате. Его губы сжаты в очень тонкую линию, взгляд ничего не выражает. Посмотрев затем в мою сторону, его глаза начинают метать молнии. Я замечаю, как жила на его загорелой шее начинает пульсировать. Не теряй контроль, сладкий псих. Я пытаюсь улыбнуться.

Роб, осознав, кто наш новый гость, отдергивает свои руки от плеч Таши, как будто он только что узнал, что она заражена неизлечимой, крайне заразной чумой.

— Хм, Дэн… Мистер, хмм, Старк, — он кивает, ощущая явный дискомфорт.

Дэниел отвечает взаимным кивком с пустым лицом, выражение его лица говорит о многом. Это не выглядит даже отдаленно хорошо.

Подскочив со своего места на полу, Ян берет ладонь Дэниела обеими руками.

— Ну, привет, Дэниел. Здорово, наконец-то, встретиться с тобой. Я слышал так много плохих вещей о тебе.

Когда Дэниел обратил внимание на Яна, на его лице промелькнуло столько эмоций и ни одной даже близко похожей на позитивную. Потом без какого-либо предупреждения, Ян поворачивается ко мне и чмокает меня в губы. Я замечаю, как Дэниел сжимает руки в кулаки, причем настолько сильно, что на его руках белеют костяшки пальцем. Я бросаю Яну предупреждающий взгляд.

Элегантно игнорируя мой угрожающий взгляд, Ян говорит мне, как будто Дэниел не стоит в несколько сантиметрах от нас:

— Он такой горячий, прям точь-в-точь как ты и рассказывала. Просто Бог.

О нет, сейчас вулкан под названием Ди начнет извергаться, я уже отчетливо вижу это. Дерьмо, сейчас запахнет жаренным. Кровь лихорадочно пульсирует в моих жилах, и я, буквально, чувствую, как мое лицо бледнеет.

— Дэниел, — я стараюсь обратить его внимание на себя, положив руку на его грудь. — Это Ян, я рассказывала тебе о нем, — я посылаю ему успокоительный взгляд, желая, чтобы он вспомнил, что Ян — гей.

Дэниел улыбается Яну, хотя в его глазах нет и малейшего намека на улыбку. Он выглядит раздраженным.

— Ты голоден? — спрашиваю я, оставив на нем свою руку, чтобы обхватить его за талию и оказаться поближе к нему лицом.

Он бесстрастно смотрит на меня и бормочет:

— Я бы перекусил.

— Отлично, — я улыбаюсь ему самой сладкой, слаще, чем Nutella, улыбкой. — Мы как раз ждем курьера, еду привезут в любую минуту, — подтверждая мои слова, кто-то звонит в дверь. Только бы это был доставщик фастфуда. — Вернусь через секунду, — я целую его в щеку и иду за едой.

Вернувшись с двумя большими коричневыми пакетами, я проверяю всех из защитного укрытия на кухне. Ян сидит рядом с Дэниелом. Они о чем-то болтают. Хотя Дэниел, как всегда весь в работе, пытается уделить внимание и Яну, и своему телефону.

Таша увлечена Робом. Я знаю этот взгляд и движения ее тела. Она старается обратить его внимание на себя, поглаживая его руку и вовлекая в диалог. Я радуюсь временному предотвращению угрозы извержения вулкана в нашей квартире. Пока еще никто не пострадал, а это главное. Хотя еще не вечер.

Поставив пакеты на стол, я раскладываю пять тарелок рядом друг с другом и соответствующее количество столовых приборов. Закончив с посудой, я слышу звуковой сигнал о входящем сообщении на телефоне в заднем кармане джинсов. Я достаю его, чтобы проверить сообщение.

Дэниел: Не обращаю внимания. Только ради тебя, Хей…

Я поворачиваюсь в его сторону, встретившись с его сверкающими глазами поверх нежной кривой улыбки на его лице, от которой я буквально таю. Я заканчиваю возиться с едой и иду к нему, не отрывая взгляда. Когда я подхожу ближе, я наклоняюсь, чтобы подарить ему долгий целомудренный поцелуй.

Я зарываюсь пальцами в его медового цвета волосы и шепчу ему на ухо:

— Ты будешь вознагражден за это.

Он ухмыляется мне, подмигивает, и шепчет в ответ:

— Жду с нетерпением.

Довольная, я возвращаюсь к нашему ужину.

— Дети, еда готова! — созываю я всех.

Мы все сидим вокруг крошечного зеленого кухонного столика и ковыряемся в наших — дешевых — тарелках, в то время как Ян развлекает нас веселыми байками с его работы в туристическом агентстве, приправляя их драматическими и юмористическими колкостями.

Я с трудом могу глотать, так как от непрерывного смеха у меня уже болит живот.

— Заткнись хотя бы на две секунды, Ян, дай прожевать еду без риска подавиться ею и умереть от удушья, черт возьми, — прошу я.

— Это вообще-то моя задача, — шепчет мне Дэниел, и я снова хихикаю.

Ян дарит мне свою мальчишескую улыбку, на которую я отвечаю воздушным поцелуем.

— Перестань, — ругает меня тихо Дэниел, и я смеюсь. Серьезно?

— Вы, ребята, должны услышать некоторые приключенческие истории Яна из шоу про легендарные взлетно-посадочные полосы, — говорит Таша.

Ян одобрительно улыбается ей, желая продолжить свое развлечение аудитории. Дэниел наклоняет голову и с любопытством приподнимает бровь.

— Ян иногда участвует в модных показах, — поясняю я.

Он пожимает плечами, оставшись равнодушным к этой информации, и продолжает есть одной рукой, пока другая беззаботно отдыхает на внутренней стороне моего бедра, отчего вся кровь сосредотачивается в нижней части моего тела. А ведь это всего лишь простое прикосновение. Ди, я уже не могу дождаться, когда затащу тебя в свою комнату.

Ян имеет уникальную экзотическую внешность благодаря своим родителям — его папа японец, а мама имеет скандинавское происхождение. Поэтому его частенько приглашают поучаствовать в показах мод. Я внимательно наблюдаю за ним, когда он рассказывает о том, как у одной из моделей, длинные вьющиеся волосы попали в эпилятор, когда она решила сделать депиляцию. Причем все это он рассказывает в позе, говорящей о том, что «Я — центр вселенной». Он выглядит явно моложе своих двадцати шести лет. Его стройная фигура и ангельские, почти девичьи черты лица, безусловно, способствуют этому. Он сидит напротив нас, сгорбившись на одной из оранжевых табуреток, на голову выше меня, почти ростом с Дэниела, но не выше. Его миндалевидные глаза цвета аквамарин весело сверкают в ответ на наш смех. По ходу обеда Дэниел, кажется, расслабляется и начинает вести себя более непринужденно. Он хорошо общается с Ташей и Яном, но не удостаивает Роба даже одним взглядом. Ну, я, конечно, не ждала, что Дэниел будет держаться с ним за руки и напевать Кумбаю[12]. Но просто игнор тоже подходит.

— Мы уберем со стола, — говорит Таша, улыбаясь Робу.

Никто не протестует. Я слегка толкаю несколько одиноких кусочков, плавающих в масле на дне контейнера. Не могу дождаться, когда мы уже уйдем.

— Мне нужно позвонить, — заявляет Ян.

— Чтобы позвать к нам СМИ, — Таша и я говорим одновременно.

— Сучки, — Ян рычит с улыбкой, потом поворачивается на каблуках, чтобы выйти на балкон для уединения. Играют гормоны? Я забавляюсь. Уж я-то его знаю.

— Ты… — я тычу в Дэниела, который сидит рядом со мной в белой рубашке на пуговицах, две из которых расстегнуты, обнажая часть его загорелой шеи и небольшой треугольник мягких, золотых волос. Джинсы обтягивают его зад самым непристойным образом. Я делаю глубокий вдох, упиваясь его внешним видом. Моя ладонь проходит по колючей щетине, которая украшает его щеку. — Ты идешь со мной.

— Прямо сейчас? Куда? — он улыбается, вызывая острую боль в груди своим шрамом на губе и очаровательными морщинками вокруг глаз, когда усмехается.

— В мою комнату, — тихо отвечаю я и тащу его за руку, чтобы он последовал за мной. Он поднимается со стула, послушно следуя моему примеру.

Как только он закрывает за нами дверь, Дэниел опустошает карманы своих джинсов. Телефон, бумажник и брелок для ключей от Alfa Romeo — все это остается на моей книжной полке. Он поворачивается, чтобы обнять меня, толкая нас обоих назад так, что мы падаем на мою кровать. Я запрокидываю голову, смеясь. Под тяжестью его тела между моих ног я опускаюсь на белую пуховую подушку. Он поднимает верхнюю часть тела, выпрямляя руки. Глядя на меня своими блестящими, мятежными глазами, он заставляет меня дрожать, но в то же время тянуться к нему всем своим телом.

— Ты вел себя очень хорошо со своими рабочими пчелками, — я дразню его, поднимая голову, чтобы укусить его за подбородок.

— Спящими друг с другом, распущенными рабочими пчелками, ты имела в виду, — шепчет он напротив моих губ.

Я начинаю хихикать, но останавливаюсь, когда его язык настойчиво вторгается в мой рот. Больше мне ничего уже не нужно.

— Ну, теперь держись, детка, — он тяжело дышит, хватая пульт с моей тумбочки, и нажимает «воспроизвести», чтобы включить iPod, в котором начинает играть Snow «Make This Go on Forever». Эта песня и ты, Ди, что еще нужно девушке для счастья?

— Это даст нам некоторую гарантию того, что твои стоны никто не услышит, — дразнит меня он.

Я закатываю глаза, а он ухмыляется.

— На чем я остановился, — шепчет он мне в слегка приоткрытые губы, накрыв мое тело своим. Он гладит мои волосы и тянет их назад, чтобы посмотреть на меня, его глаза такие нежные. Его прикосновения теперь активнее, более требовательные. Его язык воссоединяется с моим, в интенсивном танце, который дает толчок пульсирующему течению в моих глубинах. Я скольжу руками под его рубашку, чтобы погладить его мышцы кончиками пальцев, чувствуя его тепло.

Он встает на колени и притягивает меня к нему лицом; мы смотрим друг на друга, наши лица почти соприкасаются. Он хватает подол моей розовой блузки и стягивает ее через мою голову. Я расстегиваю пуговицы на его рубашке. Я смотрю на его голое, мускулистое тело, накачанную грудь, манящие кубики мышц прямо на его животе, соблазнительный лабиринт из татуировки, обернутой вокруг его плеча, и я дрожу в ожидании. Он перемещает свой взгляд с моего розового бюстгальтера на мои глаза с палящим взглядом, прожигая мои внутренности.

Мы набрасываемся друг на друга с неистовой силой желания, объединяя наши тела вместе. Его рот не оставляет мой ни на секунду, когда мы пытаемся снять друг с друга джинсы. Я повторяю за ним, расстегивая молнию на джинсах. Наши губы отдаляются на мгновение, пока мы сбрасываем с себя оставшуюся одежду, чтобы затем снова соединиться. Желание усиливается, когда мы чувствуем друг друга, кожа к коже, циркулирующее тепло между нами.

Дэниел перемещает нас вниз по кровати. Он ласкает меня, проведя руками между моих грудей к тропе под моим пупком, пока его рука не останавливается у меня между ног, разжигая огонь во мне. Со страстным, пылающим взглядом он погружается в меня очень медленно. Я кричу в экстазе.

Схватив его лицо, я притягиваю его рот к своему, исследуя каждую его часть. Он ловит своим ртом мои слабые короткие стоны. Я теряюсь в нашей близости, в этом бешеном темпе, когда он так уверенно движется во мне, в этом опьяняющем дыхании. Я теряюсь в нем.

Мы пожираем, опустошаем друг друга, поглаживая каждый миллиметр голой кожи. Он ласкает мою спину, грудь, лицо. Мои руки запутываются в его мягких волнистых волосах, я притягиваю его еще ближе, обернув ноги вокруг него. Мы поглощаем друг друга, дрожа от нарастающего удовольствия, от которого мое тело словно выворачивается наизнанку. Я быстро взрываюсь и дрожу от сумасшедшего оргазма как раз тогда, когда ко мне присоединяется и Дэниел.

Возбуждение оставляет каждую клеточку моего тела. Мы восстанавливаем наше дыхание. Дэниел все еще обнимает меня. Я могла бы остаться в таком положении до последнего моего дня на земле.

Лежа головой на моем голом животе он шепчет:

— Ты ощущаешься божественно, — он целует мой пупок, покрывая мою кожу легкими поцелуями.

Я провожу указательным пальцем по его татуировке, покрывающей все его левое плечо; мой взгляд останавливается на спиралевидных фразах, три круга с загадочными буквами. Я нахожу это безумно эротичным и не в состоянии отвести глаза в сторону.

— Что здесь написано?

— Моя татуировка? — бормочет он, продолжая целовать мою кожу.

— Да, — я продолжаю свой путь вокруг нее, как будто решила пройти этот лабиринт на его коже, наслаждаясь приятным прикосновением его губ на моем голом животе.

— Это молитва Господня на древнем иврите.

— Это так сексуально.

— Теперь, это будешь ты, — говорит он, и проводит дорожку кончиком языка по моей голой коже.

Я глажу его белокурую голову, чувствуя, как меня накрывает спокойствие.

— Когда ты сделал ее? — спрашиваю я с закрытыми глазами.

— Сразу же после того, как подписал заключительные документы, чтобы зарегистрировать свою компанию.

Не могу даже вообразить, что заставило его выбрать именно эту татуировку.

— Никогда бы не подумала, что ты верующий, — говорю я.

— Ты права с этим предположением, — фыркает он. — Для меня татуировка имеет абсолютно другое значение, нежели текст на ней.

— О! — я поднимаю свою голову, чтобы посмотреть на него.

— Для меня она представляет собой конец целой эпохи, начало реализации мечты, благотворительности, — он смотрит на меня, а потом спрашивает: — Ты знакома с этой молитвой?

Хотя мой отец был бы разочарован в моем ответе, с годами пытаясь привить мне какую-нибудь веру и любовь к Богу, мой ответ был:

— Нет.

— И не введи нас в искушение, но избавь нас от зла, — цитирует он. — Та часть, что была до того, как я отрыл компанию, это было моим прошлым, — очень заинтригованно, я поднимаю голову, но как только собираюсь спросить про его прошлое, начинает играть национальный гимн на моем телефоне на полу, где лежат мои джинсы с остальной нашей одеждой.

Дэниел наклоняет голову, чтобы встретиться со мной любопытным взглядом.

— Это что за на хрень?

Я взрываюсь смехом. Дэниел произнес так смешно эту фразу.

— Это мой телефон, — отвечаю я, все еще смеясь.

— Национальный гимн?

— Что? Гимн Диснея был бы лучше? — я дразню его: — «It’s a Small World», — он усмехается и еще раз целует мой пупок. Я вдыхаю, довольная, наблюдая за тем, как заманчиво двигаются его мышцы на гибкой спине, когда он отодвигается, чтобы поцеловать мой пупок снова.

— Разве ты не хочешь узнать, кто это?

— Ага.

Он выгибает бровь с улыбкой, расплывшейся по всему его лицу.

— Что это значит?

— Ммм, у меня нет сил пошевелиться. Так что я не могу, — кто бы это мог быть… Таша, Ян и ты здесь…

Дэниел усмехается. И мой телефон повторяет сигнал входящего звонка.

— Я могу ответить за тебя, — говорит Дэниел, все еще лежа рядом со мной. Он протягивает руку к джинсам, прижимая меня еще сильнее к кровати, пока пытается достать телефон.

— Дэниел, — отвечает он.

Я смеюсь, а затем хмурюсь:

— Эй, это мой телефон.

Его настроение быстро меняется, теперь мне уже совсем не смешно. Я обеспокоенно изучаю выражение его лица.

— Кто спрашивает? — уточняет он. — Дэвид? — он повторяет вслух для меня, и я сразу же прошу передать мне телефон. Он отдает мне телефон, сжав челюсти, я же подтягиваюсь выше на подушке.

— Дэйв, привет, могу ли я позвонить тебе позже? — я вздыхаю. — Нет, я не могу сейчас говорить. Да, я занята. Хорошо, пока.

— Дэйв? — повторяет Дэниел, когда я кладу трубку.

Пытаясь безуспешно избежать его взгляда, я бормочу:

— Ничего важного.

— Ничего важного? — он хмурит брови. — И все же ты подпрыгнула, когда я упомянул его имя.

Я кусаю губы.

— Это просто знакомый.

Дэниел ложится рядом со мной, подпирая голову рукой, и смотрит на меня сверху вниз.

— Просто знакомый?

В чем проблема?

— Что ты хочешь знать, Дэниел? — спрашиваю я немного раздраженно.

— Кто этот парень, и ты спала с ним?

Ты шутишь, верно?

— Ты действительно хочешь знать? — уточняю я. Как-то нелепо об этом говорить, независимо от того, спала я с ним или нет.

Дэниел, не раздумывая, садиться верхом на мой живот, хватая мои руки за запястья и подняв их вверх над моей головой, он прижимает меня плотнее к матрасу.

— Я просто хочу знать, изменяла ли ты мне с ним.

— Изменяла? — я начинаю смеяться против своей воли.

— Изменяли ли, Хейли Грейс. Все верно. Даже прошлые события в настоящее время считаются изменой.

Я закатываю глаза.

— Возможно, мы женаты, а я даже не знаю об этом, — я дразню его. Вся эта ситуация кажется абсурдной.

— Хейли, я задал вопрос, — он делает паузу и углубляет свой взгляд. — Какова природа ваших отношений с этим Дэйвом? — спрашивает он твердым голосом, изменив выражение лица, когда произнес имя Дэвида. Псих.

— Если ты действительно настаиваешь, хотя я вообще не понимаю, зачем тебе это нужно, но… — я качаю головой с закрытыми глазами. — Да, мы раньше иногда спали, — заявляю я сухо, без угрызений совести из-за прямолинейности моих слов, учитывая его навязчивый допрос. — Ключевое слово здесь — иногда, — добавляю я напористо.

— Время от времени… просто трахались? — спрашивает он, его голос слегка возвышен, глаза широко открыты и выглядит он раздраженным.

— Ты хочешь услышать более подробное определение наших прошлых отношений? Ну, мы были друзьями и дружили с пользой, — акцентирую я: — В прошлом.

— Были ли еще такие Дэйвы, Хейли?

Я вздыхаю с раздражением.

— Да ладно, Дэниел, это смешно, — мы когда-нибудь прекратим об этом говорить?

— Какого черта он звонит тогда? — злится Дэниел.

Я предполагаю, что именно за этим и звонит? Да уж, это вслух точно не надо произносить.

— Я мог бы просто выбить все дерьмо из этого сукиного сына прямо сейчас, — бормочет он себе под нос.

Конечно, мог бы. Ничего, что через несколько лет это не сможет исправить даже неприлично дорогой психотерапевт, пока ты будешь лежать на приеме на диванчике.

— Ну, это конечно не то же самое, совсем не сравниться со статьей о твоей помолвке в Times, — издеваюсь я. — И, честно говоря, я не нашла еще время, чтобы разослать по электронной почте уведомление всем, с кем у меня когда-либо были какие-нибудь отношения, о том, что я занята.

— Может быть, уже пора сделать это, — говорит он насмешливо, на половину улыбаясь, хотя глаза его по-прежнему обеспокоенные. — Так или иначе, сколько их было?

Если бы он только знал…

— Я не удостою тебя чести в виде ответа, — говорю я решительно.

Он злобно смотрит на меня. Властный, притягательный псих.

— И только ради этого обмена словами, я не спорю с тобой, Дэниел, я просто объясняю тебе, почему я абсолютно права. У нас у обоих есть прошлое, и я бы предпочла не повторять наши сексуальные истории, особенно не прямо в эту секунду, — я смотрю на него строго, он все еще хмурит брови.

Вставая с меня, он ложится обратно, положив голову мне на живот. Я не могу поверить, что весь этот разговор был в обнаженном виде. Он оставляет маленькие сладкие поцелуи на моей коже, покрывая ее мурашками. Я так полагаю, что он что-то да понял из того, что я ему только что сказала.

— Во всяком случае, это не имеет никакого значения, Ди. Я теперь твоя, — говорю я тихим голосом, пытаясь дополнительно подсластить атмосферу между нами.

— Хейлз, — он тихо мурлычет с закрытыми глазами, уткнувшись носом в мою кожу. — Я настолько твой, что уже не помню, когда в последний раз принадлежал так самому себе.

Мое сердце расширяется почти до боли, и я выдыхаю воздух из легких. Несмотря на твои сумасшедшие приемчики, я чувствую, что так и есть, я думаю, что влюблена в тебя, Ди.

Глава 22

Изменение локации

— Хейли, не могла бы ты зайти ко мне? — голос Джоша доносится сквозь шум и гам, который разносится по всему офису из-за отсутствия ограждений.

— Что случилось, босс? — я просовываю свою голову в дверной проем его кабинета.

— Садись, — он снова испытывает на мне свою знаменитую улыбку.

Он возится с портфолио нескольких мужчин. Выглядя задумчивым, он пытается определиться между тремя из них.

— Помнишь про Канаду? — спрашивает он, все еще разглядывая фотографии в своей правой руке, а левой проводит по волосам.

— Конечно, у нас будет роэд-шоу, на котором ты попросил меня сопровождать тебя.

— Ага, то самое, — бормочет он, нахмурив брови. Он откладывает одну папку в сторону, а остальные раскладывает на столе перед собой.

— Ну, мы не поедем в Канаду, — в конце концов, он поднимает глаза, чтобы посмотреть на меня.

— О, серьезно? — что за взгляд? Я должна была расстроиться или что? Это же просто Канада.

— Вместо этого мы отправимся на показ мод на Мальдивы с одним из этих парней, — он жестом указывает на папку, лежащую на его столе.

Святая преисподняя! Серьезно?

— Это хорошо, — отвечаю я, пытаясь казаться не такой радостной.

— Ты можешь улыбаться сейчас, Хейли. Я тоже очень рад такой смене локации, — он улыбается своей необъятной Colgate-улыбкой. Я стараюсь ответить ему тем же. Стараюсь. Ну, наверно, ни у кого и не получится повторить такую улыбку.

— Посмотри, пожалуйста, на этих двоих: один из них будет на обложке специального издания этим летом. Кто тебе больше нравится? — он поворачивает портфолио ко мне.

Закончив рассматривать фотографии, я сижу в шоке, так как среди этих двух мужчин, я узнала красивое лицо Яна.

— Что случилось? Почему ты застыла?

— Просто, один из них… — я показываю на фото Яна, — является одним из моих лучших друзей. Поэтому я не думаю, что мое мнение при выборе лучшего кандидата будет объективным.

Джош улыбается. В его взгляде проскальзывает какое-то ликование, похожее на мальчишеское.

— Справедливо. Лично я выбрал бы его, но для начала необходимо провести фокус-группу, прежде чем принять окончательное решение.

Я киваю в согласии. Я верю, что это лучший выход, но я надеюсь, что кто-то всемогущий услышит сейчас меня и выберет Яна.

— Я оповещу тебя относительно того, когда нужно будет организовать поездку.

— Отлично, — я улыбаюсь ему. — Что-нибудь еще?

— Да, как обстоят дела с all-pink? Я просил изменить фон в теме.

— Почти готово. Пришлю в течение часа.

Он кивает, довольный моим ответом.

— Отлично. Просто соблюдай пропорции между текстом и картинками, как мы обсудили в Гавайском отчете, — его взгляд снова перемещается по папкам. — Конечно, — бормочет он уже сам себе.

Могу ли я об этом сказать Яну? Нет, он слишком разволнуется, а, если Джош его не выберет, то Ян расстроится еще сильнее. Пока не буду ему ничего говорить. Ничего себе, я могу поехать с Яном на Мальдивы, и нам еще заплатят за это. Моя улыбка становится шире при мысли об этом.

Я качаю головой в то время, как мне на телефон приходит сообщение.

Дэниел: Ночуешь у меня сегодня вечером!

И тебе привет. Там должен быть знак вопроса в конце фразы, а не этот долбанный восклицательный знак! Я улыбаюсь при мысли о том, что встречусь сегодня с ним, но сразу же возвращаю себя к жизни. Мне нужно собрать вещи для завтрашней поездки и провести приятный расслабленный вечер с Ташей.

Я: Заманчивое предложение, но мне нужно собрать сегодня вещи. Я ведь улетаю завтра в Мексику.

Я ухмыляюсь, глядя на сообщение, и нажимаю отправить.

Дэниел: Один счастливый идиот, под названием друг, у тебя уже есть.

Моя широкая улыбка на лице растягивается так, что лицо сейчас треснет пополам. Я еду завтра с Дэниелом в Баху. Мое сердце почти останавливается при этой мысли.

Я запускаю программу InDesign, анализируя изображения, которые я должна использовать в своем отчете. Я выравниваю 4 из 20 фотографий в разделе «Отступы и интервалы», установив выравнивание по умолчанию. Я размещаю их до тех пор, пока не остаюсь довольной своим отчетом. Сохраняю работы и отправляю Джошу.

Его ответ приходит быстрее, чем я думала:

«Хорошая работа, возможно, стоит еще немного затемнить фон позади формулировки. Текст слегка сливается. Хороших выходных.

Джош»

Глава 23

Хочется любви и нежности

— Милая! Я дома, прячь любовника, — кричу я и прислушиваюсь, чтобы услышать так знакомый смех Таши. Но остаюсь разочарованной, так как в квартире кроме меня больше никого нет.

— Привет, Мисси, — отвечает Таша на первом же гудке.

— Привет, ты где? — спрашиваю я, надеясь, что она уже в пути.

— Я до сих пор в офисе, — отвечает она, хихикая.

— Ну, конечно же. Где же еще, — ругаюсь я, подчеркивая сарказм в моем голосе.

— Хейлз, прекращай дуться. Это неприлично, у тебя появятся морщины от того, что ты слишком много хмуришься.

Я закатываю глаза.

— Когда ты приедешь домой?

— Нескоро, — она снова хихикает, это уже раздражает. Несложно догадаться, с кем она там.

— Ну, хорошо тебе провести время, и хороших выходных, так как, скорее всего, мы не увидимся сегодня.

— И тебе того же. Оторвись хорошенько, и помни, Мисси, чем счастливее ты сделаешь его, тем счастливее будем мы.

Я смеюсь.

— Пока, — говорю я на прощание.

Я стараюсь дозвониться до Яна, но каждый раз меня перебрасывают на автоответчик. Как только я оставила свои попытки дозвониться до него, мне приходит сообщение.

Ян: Очень занят… Что случилось, дорогая?

Все такие деловые сегодня?

Я: Отдыхай, мой хороший, ничего особенного, просто захотелось любви и ласки.

Ян: Прости, дорогая, но мой новый поклонник очень горячий. Если только позже… Я надеюсь.

Я: Спокойной ночи, мой милый.

Ян: Дорогая, любовь и ласка = Мистер Старк, дерзай;)

Ты как всегда прав, Ян. Кстати, где сейчас мистер Старк?

Я смягчаюсь, приняв душистую ванну перед тем, как упаковала чемодан на выходные. Когда все дела сделаны, я решаю лечь спать пораньше. Залезаю в кровать, ощущаю слабый запах Дэниела на одеяле и подушке и сразу же звоню ему.

— Секундочку, — отвечает Дэниел. — На сегодня все, Энн. Вы можете идти домой, — слышу я голос Дэниела. — Хейлз, — его голос сразу же становится нежнее.

— Ты все еще в офисе?

— Да. Как дела, детка?

— Ничего особенного. Какой план на утро?

Я слышу, как он перестает печатать.

— Есть шанс, что ты приедешь сегодня?

На моих губах появляется улыбка.

— Я уже в кровати.

Он молчит в течение нескольких секунд, а затем громко вздыхает:

— У меня так много дел, которые нужно сделать, и, к сожалению, ни в одно из них ты не входишь.

Я снова улыбаюсь, его слова и тот факт, насколько серьезно он это говорит — ему нужно читать лекции в ООН.

— Как насчет того, что я заберу тебя завтра около девяти, и мы поедем вместе в аэропорт? У нас рейс в 11:00.

— Звучит здорово, уже не могу дождаться, — я вздыхаю.

— И я, — отвечает он. — Вешай трубку, Хейлз, ты соблазняешь меня настолько, что я готов присоединиться к тебе в кровати прямо сейчас, а у меня еще столько дел, которые нужно разобрать.

— Спокойной ночи, Ди.

— Спокойной, Хей, — говорит он, улыбаясь.

Я включаю iPod и засыпаю под успокаивающий голос Фила Коллинза.

* * *

— Спасибо, Наташа.

Я слышу металлический звук, похожий на связку ключей. Испугавшись, я открываю глаза, пытаясь привыкнуть к свету, идущему из коридора, и понять источник шума.

— Дэниел? — шепчу я, и мое сердце выпрыгивает из груди. Он идет ко мне с самой теплой и робкой улыбкой. Я смотрю на него, молча, так как все еще не могу поверить, что он здесь.

— Наташа впустила меня, — говорит он, как будто это объясняет тот факт, что он приехал ко мне так поздно.

— О, хорошо, — говорю я нерешительно, все еще в тумане.

— Ян написал мне, что тебе нужно немного любви и ласки, — его глаза нежно смотрят на меня.

Я улыбаюсь ему и обожаю их обоих за заботу обо мне.

— И, честно говоря, Хейлз, мне действительно нужно было увидеть тебя, — он наклоняется ниже и целует меня в губы. — Ложись спать. Я буду работать здесь.

Мое сердце полностью тает.

Он ложится рядом со мной с ноутбуком на коленях.

— Иди сюда, — шепчет он. И я укладываюсь, совершенно спокойно, на его груди. Нет лучше способа, чтобы проснуться и снова заснуть. Он нежно целует мою голову. Прижавшись лицом к моим волосам, он делает глубокий вдох. — То, что нужно, — выдыхает он.

Боже, я растворяюсь в нем — физически и эмоционально.

— Сколько времени? — зеваю я, мои веки тяжелеют.

— Час ночи, спи, детка, — он целует меня в макушку, и я засыпаю.

* * *

Я просыпаюсь от звуков музыки, доносящийся из моего iPod`а. Я проверяю часы на тумбочке — без четверти восемь. Мне нужно вставать. Вспоминая вчерашнюю ночь, я немного удивлена, что Дэниела уже нет. Хотя подушка рядом со мной сплющена так, будто он реально был сегодня здесь со мной. Это был не сон. Приглядевшись, я замечаю маленький желтый конвертик:

«Доброе утро, сладкая Хей. Мне нужно было уйти, чтобы собрать вещи. Увидимся в 9».

Я качаю головой, смеясь над его хаотичным почерком, скошенным вправо. Как интересно.

Я прибавляю громкость на iPod и начинаю готовиться. Нежась под теплым потоком струящейся воды в душе, я думаю о прошлой ночи. Одно я знаю точно — с Дэниелом никогда не бывает скучно. Он никогда не перестает меня удивлять.

Рассматривая себя в зеркале, я крашу ресницы тушью. Оставшись довольной своим внешним видом, я надеваю платье без рукавов цвета хаки, белые балетки Мэри Джейн, и джинсовую куртку к белым солнцезащитным очкам, сдерживающим мои волосы. Таша бы гордилась мною. Кстати, где она? Я помню, Дэниел сказал, что она его впустила поздно ночью. Но я не настолько бессердечна, чтобы будить ее ради того, чтобы попрощаться.

При звуке стука в дверь, я спешу в коридор, пытаясь добраться до нее прежде, чем от шума проснется Таша. Я едва могу дышать при виде Дэниела, когда открываю дверь: он выглядит нереально горячо — в клетчатых «бермудах», серая с белыми пуговицами льняная рубашка, рукава закатаны на четверть. Ничего себе, очень сексуально. Повезло же мне.

— Ты выглядишь очень аппетитно, — говорю я, и встречаюсь с ним восторженным взглядом.

— Нет, это все из-за тебя.

Я приподнимаюсь на носочки, чтобы поцеловать его красивый рот, и вознаграждаюсь ответной реакцией, которой он заявляет, что я принадлежу ему. Мое тело реагирует на него с энтузиазмом, когда он прижимает свою твердую фигуру к моему телу, его пальцы быстро запутываются в моих волосах, притягивая меня для более интенсивного поцелуя.

— Ну, и тебе доброе утро тоже, — говорю я, покраснев, запыхавшись и пытаясь восстановить равновесие.

— Доброе утро, — он улыбается небольшой кривой улыбкой.

Дэниел удерживает мой подбородок, глядя в глаза, и поглаживая мою щеку большим пальцем.

— Мне кажется, что нам нужно срочно зайти в твою комнату, но тогда мы опоздаем на рейс… — от его глубокого голоса и произнесенных слов мои ноги подгибаются.

— Ну что же, в другой раз? — я ухмыляюсь ему, и он дарит мне невинный поцелуй.

— Безусловно. Погнали, детка.

Глава 24

Над землей

Дэниел держит меня за руку на пути к трапу припаркованного красно-белого самолета.

— Сюда, — он жестом приглашает меня подняться первой, придерживая за талию. — Люблю этот вид сзади, — шепчет он мне в ухо, нежно похлопывая мою попку, и я почти подпрыгиваю от пробудившейся глубоко во мне сладкой боли.

— Налево, пожалуйста. Третий ряд справа, — пожилая, но достаточно красивая стюардесса в девственно чистой униформе, показывает нам наши места. — Меня зовут Беверли, и я буду вашей стюардессой на сегодня. Добро пожаловать, мистер Старк, — она одаривает его своей милой улыбкой с ярко-красной помадой на губах, однако в ее глазах я вижу некое беспокойство.

Дэниел кивает головой, абсолютно бесстрастно. Он берет меня снова за руку и ведет к нашим местам.

— У окна или посередине, мисс? — спрашивает он игриво, когда мы доходим до нашего ряда.

— Окно, конечно, — улыбаюсь я.

— Тогда после вас, — он ждет, пока я займу свое место, а затем устраивается рядом, берет мою руку и подносит ее к губам. Он целует кончики моих пальцев, уделяя внимание каждому по отдельности. Я осматриваюсь вокруг, любуясь роскошной обстановкой и шикарным просторным интерьером.

— Пенни за твои мысли, — Дэниел смотрит на меня внимательно.

— Просто, все это… — я жестом обвожу кабину свободной рукой.

— Что? — его глаза слегка сужаются, вглядываясь в меня.

— Ну, я первый раз лечу в таком самолете, — бормочу я, чувствуя себя немного неловко.

— Это тот же самолет, только он частный и более удобный, — говорит он небрежно и пожимает плечами. Стоит ли мне оплачивать самостоятельно свой билет? Боюсь, это проделает нехилую дыру в моем бюджете.

— Что тебя беспокоит, детка? — он разглаживает складки между бровями на моем лбу.

— Просто… ммм, это слишком дорого. Мне следует заплатить за свой билет, — говорю я, внутренне съежившись при этой мысли.

Он наблюдает за мной в течение долгой секунды, его глаза стали темнее.

— Я самостоятельно покрываю все расходы. Это же я тебя пригласил, — он вздыхает, расстроенный. — Давай мы больше не будем поднимать эту тему, — по его взгляду я понимаю, что дискуссия окончена.

— Дамы и господа, обратите, пожалуйста, внимание на знак, предупреждающий о том, что вам необходимо пристегнуть ремни безопасности. Если вы все еще не сделали этого, пожалуйста, займите ваши места и пристегните ремни. А также убедитесь, что спинки ваших сидений и складные столики находятся в полном вертикальном положении.

Доносящееся объявление персонала самолета сливается с суетой людей, пытающихся как можно скорее выполнить только что озвученную просьбу.

— Кажется, Беверли была очень рада увидеть вас, мистер Старк, — говорю я, дразня его. На самом деле мне просто нужно сменить тему. Он закатывает глаза и продолжает целовать мою левую руку, начиная теперь с мизинца.

— Ты действительно хочешь поговорить об этом? — спрашивает он, при этом внимательно разглядывая кончик моего пальца.

— В каком смысле? — во мне просыпается любопытство.

— Этот трахарь, Дэвид, заслуживает больше чести и внимания, — заявляет он сухо.

О, ты все еще никак не успокоишься, Ди? Это такая большая проблема для тебя? Секундочку, почему он снова поднял эту тему? Это значит, что между ним и миссис Старческие Красные Губы что-то было? Мимолетная интрижка? Мне стало противно.

— Ты намекаешь на то, что… ты и… вы двое? — я начинаю заикаться, пытаясь задать вопрос, но у меня ничего не выходит.

— Мисс Грейс, — улыбается он лукаво. — Кажется, вы были такой разговорчивой минуту назад. Вы потеряли дар речи? Вам нужно время? — хихикает он, посасывая мой средний палец, на этот раз более чувственно и нежно. — Нет, у нас ничего не было, — подтверждает он лениво. Его улыбка становится шире, когда он замечает на моем лице заметное облегчение. — Ты ревнуешь Хейлз? — дразнит меня Дэниел, ухмыляясь от уха до уха.

Конечно же, да.

— Мне нравится, что ты ревнуешь, — добавляет он, продолжая забавляться.

— Нет, не совсем. Я просто думала, что у тебя вкус получше, — я решительно поднимаю свой подбородок и улыбаюсь.

— О, — усмехается он. — У меня, безусловно, намного лучше вкус. Намного лучше. И я готов это продемонстрировать здесь и сейчас.

Я замечаю его горящий греховный взгляд, заряжающий воздух между нами, и кусаю губы. Мой пульс ускоряет свой темп, я хватаю его за воротник рубашки и притягиваю к себе для поцелуя. От столь быстрого и безумного столкновения наших языков вокруг могли бы посыпаться искры. Тело Дэниела постепенно прижимается к моему, и я делаю то же самое, углубляя наш поцелуй. Прилив желания охватывает меня. Мне нужно собрать всю свою силу воли, чтобы не запрыгнуть на него прямо сейчас.

— Я буду ждать тебя в уборной, не задерживайся, — бормочет он хрипло в мой рот. Как всегда джентльмен. Он просовывает свою руку мне под бюстгальтер и поглаживает мою грудь большим пальцем. Я чувствую, что она набухает в ответ. Понимая, что наши вздохи становятся слишком заметными, я немного отклоняюсь назад. Дэниел с раскрасневшимся лицом вопросительно склоняет голову, смотря на меня немного раздраженно.

— Мы сейчас устроим тут порно шоу… — шепчу я, все еще тяжело дыша и многозначительно глядя на сиденья вокруг нас.

Но Дэниела уже не остановить. Он дергает свой ремень безопасности.

— Пошли, Хейлз, — выдыхает он, встает и берет меня за руку.

Пошли, Хейлз. Я улыбаюсь про себя.

— Сэр, не могли бы вы быть любезны сесть на свое место, пристегнув ремень безопасности? Мы вот-вот взлетим, — молодая стюардесса стучит по плечу Дэниела, останавливая его на середине пути. Я поворачиваюсь, чтобы быстро посмотреть в окно, будто я не с ним. Я кусаю губы, чтобы скрыть смешок, который вот-вот вырвется наружу. Я могу только представить, что она думает об учащенном дыхании Дэниела и его покрасневшем раздраженном лице. В конце концов, смех все-таки вылетает из моего рта. Мы ведем себя как два подростка с бушующими гормонами, и на грани полового созревания, заставшими нас на большой высоте над землей. Класс.

— Черт подери, — ворчит Дэниел сквозь стиснутые зубы. Он неохотно садится на свое место и пристегивает ремень, а я смеюсь еще громче. Когда он переводит взгляд на меня, мы оба взрываемся от смеха.

— Что ты делаешь? — я вздрагиваю, глядя на него с выпученными глазами, когда замечаю, как он скользит рукой вниз по передней части брюк.

— Пытаюсь придать ему более удобное и менее болезненное положение, — бормочет он с кривой ухмылкой на лице. — Я некомфортно себя чувствую, когда он ведет себя так, — мы оба смеемся.

— Веди себя прилично, — я делаю суровое лицо.

— И ты тоже, — он наклоняет голову с намеком на злость в своих глазах. — И, поправь меня, если я ошибаюсь, но насколько я помню, именно ты была инициатором этого развлекательного представления… — я морщу нос и свожу губы в тонкую линию. Дэниел подмигивает мне в ответ.

— Экипаж самолета, пожалуйста, займите свои места. Мы взлетаем.

Беверли и ее младшая коллега поворачиваются к специальным креслам для экипажа и занимают свои места. После того, как младшая версия Бев пристегивает ремень, она в течение всего полета периодически посматривает на нас.

Когда мы поднимаемся над взлетно-посадочной полосой, дыхание Дэниела становится спокойным и равномерным. Он кладет голову мне на плечо. Он, должно быть, устал, ведь совсем не спал прошлой ночью. Я накрываю его красным шерстяным одеялом и наблюдаю за его спокойным, почти мальчишеским выражением лица. Неугомонные бабочки сжимают мою грудь, когда я внимательно разглядываю его. Засмотревшись на него, я все-таки опускаю глаза ниже, к его шраму над губой. И не могу удержаться, чтобы не провести по нему кончиком пальца. Кто-то сделал тебе больно, Ди.

Разобравшись с наушниками на борту, я выбираю расслабляющую музыку. Я кладу голову на Дэниела, упиваясь успокаивающими звуками музыки и вдыхая глубоко его запах. Я опускаю руку на его теплую ладонь и закрываю глаза, концентрируясь на спокойной мелодии — хор в наушниках повторяет что-то про сотни тысяч ангелов на небе.

* * *

— Дамы и господа, добро пожаловать в аэропорт Лос-Кабос. Местное время 16:20, и температура за бортом составляет 80 градусов по Фаренгейту.

Я открываю глаза, понимая, что пора вставать.

— Проснись, — я целую сонный рот Дэниела; он моргает несколько раз и посылает мне маленькую, кривую улыбку.

— Поцелуй меня еще раз, — уговаривает он хриплым голосом, выглядя совершенно очаровательно с двумя отметинами на щеке после сна. Я с удовольствием подчиняюсь и целую его очень нежно.

— От имени Virgin Airlines и всего экипажа я хотел бы поблагодарить вас за участие в этом полете. Мы с нетерпением снова ждем встречи с вами на борту в ближайшем будущем. Приятного отдыха!

И вот мы на месте…

Глава 25

Прибытие в Мексику

На первый взгляд дом Дэниела в стиле бунгало Баха, расположенный на пляже, выглядит довольно просто. Но, разглядев поближе его скромную архитектуру и чудесный вид, он смотрится чудесно. С одной стороны горы, а напротив — море с открытой палубой и живописным бассейном около нее.

— Ничего себе, — говорю я, задрожав от красоты передо мной.

Дэниел возвышается надо мной, его взгляд прикован к моим губам, а затем он медленно перемещается к глазам. Замечательный вид позади него становится сразу же размытым, оставляя в центре моего внимания только это серьезное лицо.

— Мне кажется, мы увидели уже достаточно всего, поэтому пора уже зайти внутрь, — выпаливает он, немного нервничая. Подойдя ко мне ближе, он быстро тащит меня внутрь дома.

— К чему такая спешка? — спрашиваю я с сомнением в голосе, скрывая улыбку.

— Мы опаздываем на крещение, — он поворачивает голову на ходу, послав мне быстрый строгий взгляд.

— Крещение? — Ди, как всегда романтик. Я останавливаюсь, вытаскиваю руку из его хватки, и он тоже останавливается.

— Да, крещение, Хейлз, — подтверждает он обиженно, напоминая мне маленького мальчика с надутыми губками, потому что он выпучил губы и правой ногой тревожно шаркает по земле. Я качаю головой и кусаю губы, обеспокоенная его странным поведением.

— Моя кровать. Мы не закончили одно дело. Сейчас я все-таки получу свою добычу, чего бы это мне ни стоило, — усмехается он, а его глаза ликуют.

Мой прекрасный принц как всегда великолепен в своих изысканных манерах.

— Эй, Дэниел, — зову я, нелепо останавливая его на ходу руками.

— Что? — спрашивает он, но, по-прежнему, смотрит вперед.

— Может быть, тебе стоит преподать уроки по этикету?

Он бросает на меня взгляд через плечо, и как только фокусируется на моих глазах, мы смеемся.

— Я научу вас этикету, мисс Грейс, и очень скоро, — произносит он, и я вижу, как его губы расплываются в улыбке. — Да ладно, я все еще не могу прийти в себя от увиденного утром.

Нуу, с этим я поспорить не могу…

Дэниел открывает незапертую входную дверь и зовет кого-то по имени Рафаэль.

— Чего ты улыбаешься? — он удивленно смотрит на меня.

— Боюсь, что ты не захочешь узнать причину, — я хихикаю.

— Говори, Хейли.

— Просто я подумала — Рафаэль, крещение… у нас будет секс втроем? — ничего себе, вот блин. За долю секунды его поза меняется и становится нереально грозной.

— Никогда не говори ничего подобного, даже в виде намека. Никогда, — его взгляд способен убить.

О, нет, урок извлечен, с мистером Хайдом нельзя шутить на такие темы. Он явно не умеет воспринимать шутки адекватно. Я киваю, плотно сжав губы, чтобы не рассмеяться. Надо будет обсудить его молниеносную смену настроения.

— Привет, босс, — загорелый парень лет двадцати, без рубашки, хлопает Дэниела по спине.

Это Рафаэль? Ммм…

— Раф, — Дэниел отвечает ему тем же жестом в дружественной форме.

— Хорошо долетел?

— Да.

— Ну, все готово, — говорит Рафаэль.

— Спасибо. Это моя Хейли, — с гордой улыбкой Дэниел представляет меня парню.

Моя Хейли…

— Привет, Хейли, — обращается ко мне Рафаэль с заметным испанским акцентом. Он пожимает мою руку, а затем подмигивает Дэниелу. Эй, я все еще здесь.

— Вы присоединитесь к нам посерфить? Мы собираемся на южном пляже через час.

К нам?

— Не в этот раз. Я собираюсь заняться серфингом с Хейли.

— О, она тоже занимается серфингом?

Тоже? О ком он еще говорит? Рафаэль пробегает по мне взглядом, тщательно разглядывая и оценивая меня с головы до ног, будто я какой-то достойный товар на аукционе. Я чувствую себя неловко под его пристальным взглядом.

— Да, — слышу я резкий нетерпеливый голос Дэниела. Рафаэль сразу же переводит взгляд на него. — Да, она очень красива, и она занимается серфингом, — заканчивает Дэниел.

Очень красива? Не останавливайся, Ди, продолжай, пожалуйста. Я только могу представить себе ухмылку, расплывающуюся по моему лицу.

— Теперь заканчивай трахать мою девушку своими глазами, пожалуйста.

Что? Я снова беспокойно ерзаю на месте, благодарная своему «обходительному» защитнику.

Рафаэль неловко смеется, совершенно смущенный такой реакцией. Он чешет лоб, а его глаза нервно бегают от Дэниела к невидимой точке на другой стороне комнаты и обратно.

— Моя мама приедет завтра. Где-то около двенадцати, хорошо? — он быстро меняет тему. Мама Рафаэля приедет? Какого черта?

— Хорошо, — отвечает Дэниел, по-хозяйски обнимая меня за талию.

— Увидимся позже, босс.

— Да, — отвечает сухо Дэниел.

— Хейли, — Рафаэль кивает, едва бросив взгляд в мою сторону. Интересно, почему.

— Эй, ты, — говорит Дэниел командным тоном, притягивая меня ближе к себе и сокращая расстояние между нами до минимума, как только Рафаэль уходит. Его дыхание так близко ласкает мое лицо. Я глубоко вдыхаю, закрыв глаза и растворяясь в его запахе. Открыв глаза, я встречаю его блестящие карие глаза, смотрящие на меня со слегка наклоненной головой. Наши глаза мгновенно сфокусировались друг на друге.

Он запускает руку в мои волосы и отклоняет мою голову немного назад, предоставляя своим губам свободный доступ к моей чувствительной коже чуть ниже уха. По моему телу сразу же бегут мурашки, а сердце практически выпрыгивает из груди. Он быстро поднимает меня за бедра, и я оказываюсь прижатой спиной к панорамному окну с ошеломительным видом на океан. Его рот поглощает каждый миллиметр моей шеи жадными поцелуями, он прижимается ко мне своими бедрами. Его настойчивость вызывает сладкую боль внизу живота. Я оборачиваю свои ноги вокруг его талии. Мои глаза закрыты, а голова отклонена назад, когда я окунаюсь в эти неповторимые ощущения.

— Посмотри на меня, Хейли. Я хочу видеть твои глаза, — требует он хриплым низким голосом. Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. Его взгляд дикий и пылающий. — Обними меня крепче, — просит он.

Я послушно выполняю его просьбу. Я готова сделать все, о чем он попросит меня сейчас. Удерживая меня крепко руками, он уходит из гостиной. Мы оказываемся в большой спальне, которая чем-то напоминает мне мою комнату в родном доме. Дэниел кладет меня на кровать и ложится сам сверху. Потом тянется к тумбочке, прижав меня к матрасу еще сильнее своим телом, берет пульт и включает в комнате музыку в стиле чиллаут, которая просто идеально вписывается в царящую здесь атмосферу.

Повернувшись обратно ко мне лицом, Дэниел прижимает свои теплые губы к моему нетерпеливому рту. Я глубоко вдыхаю, его запах и дыхание внутри моего рта, легких, и мое сердце расширяется от эмоций, бушующих во мне.

Я люблю тебя.

Его язык настойчиво требует большего — соединиться со мной в одно целое. Я чувствую биение его сердца, его страстное желание разжигает меня еще больше. Я дрожу от этой жажды, нуждаясь в нем, в каждой частичке его тела.

— Подожди, детка, — он останавливается и скатывается с меня, чтобы снять с себя «бермуды», а вместе с ними и боксеры. Я помогаю ему расстегнуть рубашку. Потом он снова залезает на меня сверху.

— Приподнимись немного.

Сидя на мне сверху, он помогает мне снять куртку. Почувствовав его твердый и пульсирующий член, я не могу сдержать стон. Расстегнув мое платье, он тянет его вверх и останавливается, чтобы с восхищением разглядеть мое тело.

Не проходит и секунды, как его рука уже оказывается между моих бедер, поглаживая и лаская меня. Я выгибаю спину в ответ на его прикосновения. Перемещаясь в мою сторону, он погружается внутрь меня и моего тела, которое уже находится на грани взрыва из-за ноющей боли. Я подстраиваюсь под его темп, ощущая каждый толчок и утопая в этом блаженном удовольствии. Я тянусь к его лицу и крепко обхватываю его ладонями, настаивая на его близости.

— Смотри на меня, Хейли, — просит он глубоким голосом. Я смотрю в его манящие карие глаза, которые превращают мои внутренности в кипящую жидкость. Чем глубже его взгляд, тем глубже его толчки, ритмичные и доминирующие. Его глаза и то, что я вижу в них в эту минуту, заставляют меня дрожать, и я сгораю в этом наслаждении.

Каждый миллиметр моего тела пульсирует от сладкой боли во время неописуемого облегчения, затем Дэниел застывает и падает на меня. Когда я наконец-то прихожу в себя, я замечаю, что трек все это время стоял на повторе.

— Люблю музыку, — говорю я измученным голосом.

— Cafe del mar, — говорит он тихо рядом с моим ухом.

— Никогда не слышала ее раньше.

— Ну, теперь слышала, — он поднимает голову, его тело все еще на мне. Он смотрит на меня непроницаемым взглядом и шепчет: — «Я люблю тебя» — это название трека, — мы обмениваемся многозначительными взглядами, когда его слова повисают в воздухе между нами.

* * *

— Теперь я доволен, — он рисует своим пальцем на моем предплечье флажок.

— Миссия под названием крещение выполнена сверх ожидания, — хихикаю я, все еще находясь в расслабленном состоянии. — Ты когда-нибудь приводил еще кого-нибудь в эту кровать? — спрашиваю я, распутывая его мягкие взъерошенные волосы пальцами.

— Я никогда и никого не приводил в этот дом, если ты имеешь в виду женский пол.

В самом деле? Я удивляюсь тому, насколько я рада это слышать.

— Почему это?

— В моей жизни не было никого, кто бы значил для меня так много, что я мог бы привести ее в свой дом.

Я вздыхаю, ощущая чистое удовольствие.

— У тебя не было никого, к кому бы ты питал интерес? — сомневаюсь я, находя это необычным. Возможно, так и есть, Дэниел Старк, у него же, по-любому, есть поклонницы, которые постоянно пытаются привлечь его внимание. Тем не менее, я также нахожусь в полном замешательстве, потому что никогда не чувствовала к кому-то ничего подобного, даже когда была подростком.

— Ну, был кое-кто, кого я подпустил слишком близко к себе, но я закончил все отношения еще в самом начале.

— Почему? — спрашиваю я, ненавидя тот факт, что у него все-таки были серьезные отношения с кем-то. Даже если это и в прошлом, я все равно ревную.

— Она разрушила мое доверие, — его выражение лица стало бесстрастным.

— Как? — я все еще не могу угомониться. Могу ли я переступить грань между простым любопытством и вторжением в личную жизнь?

Дэниел, видимо, не против побеседовать об этом. Пробегая пальцами по моей ключице, он отвечает:

— Она разговаривала с каким-то журналистом.

Переосмысливая его слова, которые он только что произнес, я говорю:

— Но ведь о тебе нет ни единой статьи, касаемо твоих отношений с кем-то.

Черт!

Он поднимает вопросительно бровь и на его лице, казавшимся таким бесчувственным минутой ранее, появляется небольшая кривая улыбка.

— Ты собирала информацию обо мне, Хейлз?

Я краснею. Почему я краснею?

— Ты выглядишь такой очаровательной, когда краснеешь, детка, — он ухмыляется, и я вздрагиваю от этих слов. Он тянется к моим губам.

— Ну, знаешь ли, в интернете много фоток, на которых ты позируешь с различными сексапильными моделями на светских мероприятиях.

— Ты даже представить себе не можешь, что могут сделать деньги с нежелательной информацией, — бормочет он, а потом посмеивается. — Это был продуманный способ описать девушек по вызову, — я хихикаю, хотя мне совсем не смешно. Мысль о том, что у него был интим с ними, отрезвляет меня, но мне нужно срочно избавиться от этих бредовых мыслях в своей голове.

— Зачем ты это делал? — спрашиваю я.

Он выжидающе смотрит на меня.

— Ты ведь можешь встречаться с кем угодно, только стоит пожелать, — добавляю я, поясняя свой вопрос.

— Спасибо за признак доверия, — он целует меня. — Когда у тебя много денег, и ты успешен, появляются различные уродливые персоны, облаченные в соблазнительную одежду с воздухом вместо мозгов в голове. Как я только что тебе уже сказал, та девушка, с которой у меня были серьезные отношения, спокойно пошла и продала всю информацию о наших отношениях прессе. Поэтому я отказывался от отношений на длительное время.

Его рот искривляется в злорадной улыбке:

— До твоего появления мою личную жизнь пустили по миру. Это все равно, что прийти ко мне на кухню в мой собственный гребаный дом, — низкий грубый смех поднимается из его горла.

— Почему тогда я? — спрашиваю я слабым голосом.

— Потому что это ты, — он улыбается и нежно целует меня. — Потому что ты — это ты, и мне больше не нужен никто.

Наше дыхание сливается воедино, когда он произносит эти слова в поцелуе.

Глава 26

Прилив

— Хейлз, нам нужно поторопиться, если мы хотим поймать волны до заката, — Дэниел целует меня, обхватив мою щеку рукой и нежно поглаживая ее своим большим пальцем. — В шкафу есть гидрокостюм. Одень его, пока я подготовлю наши доски, — он снова целует меня и идет к двери. Я вздыхаю с удовольствием, разглядывая его загорелую широкую спину, пока он не исчезает в коридоре.

Одетая в белое бикини, я подхожу к гардеробу Дэниела, однако мужские вещи, разложенные здесь, совсем не похожи на те, которые он носит, ни стилем, ни размером. Интересно, чья это одежда, если не его. На одной из полок я нахожу темно-серый гидрокостюм марки Billabong. Хм, он идеально мне подходит. Я думаю над тем, кто его на самом деле купил.

— Нужна помощь? — спрашиваю я, когда вхожу на кухню, оформленную красным и бежевым деревом. Как и внешний фасад, интерьер дома тоже простой, но подобранный со вкусом. Ничего слишком экстравагантного, однако, явно высокого качества.

— Я почти закончил, — говорит он оборачиваясь, держа кулер для пикника. — Я просто заброшу это все в машину. Одну минуту, Хейлз, — бормочет он уже на пути к выходу. — Почему ты такая сексуальная в этом костюме, — говорит Дэниел минуту спустя. Вернувшись обратно, он, видимо, все-таки оценил мой наряд.

— Спасибо, — улыбаюсь я. — Кто купил его?

— Рафаэль, наверно, — отвечает он лениво.

— Я как раз хотела спросить о нем. Он живет здесь?

— Да, он присматривает за домом, пока я отсутствую. Его мама занимается домашними делами.

— О, а где он живет, когда ты приезжаешь? — я вижу, как он достает круглый новый воск для серфа из одного из верхних ящиков широкого кухонного стола.

— Я думаю, что у родителей. Но не уверен. Мы можем позвонить ему и спросить, — отвечает он с ленивой улыбкой.

Попался, Ди, хочешь поговорить об этом?

— Хорошо, кажется, все готово, — он подбрасывает воск вверх и ловит его. — Пойдем, детка, — он еще раз оценивает мой внешний вид с ухмылкой, растянувшейся на его лице. Качая головой из стороны в сторону, он бормочет: — Произведение искусства.

Я копирую его самодовольную заразительную улыбку. И ты еще что-то мне говоришь…

Он открывает дверь для меня, и я вижу графитово-серый внедорожник BMW, припаркованный на стоянке у дороги, с закрепленными на нем двумя досками для серфинга. Он гладит мою попу, когда я забираюсь в автомобиль. Он, кажется, в настроении, достаточно веселый для обычного себя.

— Х6, моя любимая машина, — говорю я, любуясь интерьером.

— Да, автомобиль хороший, но я бы предпочел Viber[13] или Spider[14]… но я рад, что тебе нравится, — он улыбается мне. — Жаль, что ни одного из них нет в городе, а то я мог бы отдать тебе бумер, — бормочет он, как бы про себя.

Так просто. Поменять один безумно роскошный автомобиль на другой.

Он добавляет:

— Если ты хочешь, то можешь порулить на обратном пути, — я улыбаюсь.

— Пляж находится внизу в нескольких минутах езды, но у нас две большие доски, которые я не хочу тащить на себе, — он отвечает на мой невысказанный вопрос под энергичный голос Ellie Lawson, которая играет на заднем фоне. Он смотрит на меня с ухмылкой. Я могла бы с легкостью привыкнуть к этому.

Спустив костюм по пояс, Дэниел, склонившись над моей новой, цвета слоновой кости, доской для серфинга, натирает ее воском длинными умелыми штрихами от центра к верхней части доски, оставляя тонкий слой воска. Я наблюдаю за ним, завороженная его бугристыми мышцами, изгибающимися под его тугой, загорелой кожей. Его татуировка добавляет последний штрих к его великолепному, внушающему страх образу плохого мальчика. Я вздыхаю, не в состоянии отвести взгляд.

— Нравится вид? — он поворачивает голову в мою сторону с лукавой, кривой ухмылкой; слегка сузив глаза, чтобы спрятать их от ослепляющего солнца.

— Нравится, — я улыбаюсь.

— Готова? — спрашивает он риторически, когда застегивает свой костюм, потянув длинную молнию на спине. Я ухмыляюсь ему, кивая. Я держу вощеную доску под мышкой, пока мы идем бок о бок к воде.

— У нас есть несколько часов до захода солнца, — говорит он, когда наши ноги касаются чистой соленой воды.

— Наслаждайся, детка, — говорит он, отпуская мою руку.

Я киваю, продолжая идти по воде. Вдыхая свежий морской воздух, я повторяю его действия, пробираясь все глубже в воду.

Я гребу к середине океана, разбрызгивая воду в виде маленьких, прозрачных капель, и гляжу в сторону Дэниела. В этот же момент он смотрит на меня, и наши глаза встречаются на короткий момент невысказанной связи. Разорвав наш зрительный контакт, он кивает в сторону приближающейся волны. Я киваю в ответ и начинаю грести быстрее, получая импульс для волны, чтобы встать на доску. Я кладу руки на доску под грудью, выжидая ее.

Когда доска соединяется с волной, я с силой отталкиваюсь вверх в быстром прыжке, вскакивая на ноги. За долю секунды я пытаюсь стабилизировать равновесие, выпрямляя осанку, и вскоре я твердо стою на гребне волны в полном восторге. Как я скучала по этому. Я делаю шаг вперед и балансирую снова на приближающейся волне, покачиваясь из стороны в сторону для синхронизации с движением воды, увеличивая скорость. Эмоции зашкаливают, это чувство единства с океаном. Я чувствую, что нахожусь на вершине мира.

Я гребу назад, чтобы поймать мою следующую волну, и смотрю на Дэниела издалека — он изящно владеет доской и управляет темпом своей собственной волны. Его взъерошенные волосы обрамляют красивое лицо, а гидрокостюм обтягивает загорелое высокое тело таким образом, что мое сердце замирает.

Мы серфим, каждый в своем собственном мире, находясь в объединении с водой, до заката точно. Когда солнце начинает таять за морем, окрашивая его в сценическую смесь красного и темно-рыжего цветов, я замечаю, что Дэниел направляется ко мне. Он улыбается, когда подплывает ближе. Я вторю ему, радуясь, что он снова рядом со мной.

Остановившись вблизи от меня, он приподнимается, чтобы сесть посередине доски, ноги по бокам остаются в воде.

— Плыви сюда, — он протягивает мне руку, чтобы помочь подняться и сесть к нему лицом. Соприкоснувшись, наши колени посылают электрические токи, проходящие через наши костюмы.

— Вот, дай мне свой шнурок, — просит он и обвязывает его вокруг своей лодыжки. Он смотрит на меня долгим взглядом, изучая мое лицо.

— Ты меня удивляешь, Хейли, — говорит он тихим голосом, глаза его искренние и ласковые. — Очень, — повторяет он, как будто сам себе, убирая влажные волосы в сторону.

Он держит мое лицо, нежно наклонив его к своему, и слегка склоняет свою голову, чтобы быть на уровне со мной. Сначала нежно, а потом более настойчиво, он обхватывает мое лицо ладонями и притягивает к себе, окуная мои губы в невероятный поцелуй. На вкус он так хорош: соль, море и Дэниел. В моем горле образуется теплая волна, которая заполняет каждую частичку моего тела, медленно согревая мою кровь. Ди, ты пробрался в самую глубь моего сердца.

Он проводит пальцем по боковой стороне моего лица от шрама к подбородку, лаская мои губы большим пальцем. Его горящие ореховые глаза не отрываются от моих. В этих глазах я вижу что-то новое, чего не было прежде.

— Придвинься ближе ко мне, — просит он глухим голосом, его взгляд по-прежнему прикован ко мне. Когда я придвигаюсь ближе, он приподнимает меня за бедра, чтобы я села верхом на него, а затем тянет меня за волосы, держа их в одной руке, и наклоняется, чтобы нежно поцеловать меня в губы. Нас слегка качают небольшие волны. А он все еще смотрит на меня непроницаемым, глубоким взглядом. Другой рукой он обнимает меня за талию, прикасаясь пальцами к нижней части спины.

Наклонившись ко мне ближе так, что наши носы соприкасаются друг с другом, он шепчет:

— Я люблю тебя, — а затем нежно целует мои удивленные губы. — Я так люблю тебя, Хейли, — выдыхает он, его глаза сфокусированы полностью на мне.

После того, как он произносит эти слова, воздух в одно мгновение покидает мои легкие, оставляя их пустыми, а сердце будто останавливается. Невероятно сильные, но незнакомые мне эмоции крутятся вихрем в голове, я стараюсь собрать их воедино, но они метают меня в стороны, благодаря этому невероятному человеку, который только что сказал, что любит меня. Разлетевшись на миллионы кусочков от невообразимо сильного чувства обожания к нему, я обнимаю его крепко-крепко, почти до боли, чтобы почувствовать биение его сердца, а затем отстраняюсь и целую, вкладывая в этот поцелуй всю любовь, все новые, незнакомые, но такие блаженные чувства и ощущения. Я вдыхаю его так глубоко, как только могу. Море, закат, наша близость, он, его слова. Я хочу остаться в этом моменте навсегда.

Мы обнимаем и ласкаем друг друга, целуясь, пока ветер несет нас к более глубоким водам.

Глава 27

У костра

Дэниел протягивает мне полотенце, пока разгружает заднее сиденье автомобиля. Он приносит с собой целую гору журналов, раскладывает их в виде конуса и разжигает костер.

— Ты, действительно, была на высоте, — усмехается он и смотрит оценивающе на меня при тусклом вечернем свете. Я улыбаюсь ему.

— Так же, как и ты, — я посылаю ему еще одну улыбку, поддразнивая его.

— Да, я всегда на высоте, — подмигивает он. Это уж точно, ты всегда там. — Пиво или вино? — спрашивает он, заглядывая в холодильник.

— Пиво, — отвечаю я, подбираясь к нему медленными шагами, сокращая расстояние между нами.

— Как всегда правильный выбор, — бормочет он себе под нос, чокаясь со мной своей бутылкой. Из-за закрытой двери он берет гитару.

Гитара? Ди играет на гитаре?

Я сижу у огня в гидрокостюме, спущенном по пояс, и нахожусь будто под гипнозом, наблюдая за ним сквозь танцующие красно-желтые языки пламени. От костра исходят теплые волны, которые вместе с ночным нежным бризом дразнят мое лицо. Он смотрит на меня из-под ресниц с улыбкой. Пламя играет со светом на его лице: то затемняя, то освещая его снова. Эта игра света и тени на его красивом лице очаровывает меня.

Он настраивает струны гитары, укладывая ее на своих коленях как колыбель. Пламя в этот момент окрашивает его глаза в красновато-оранжевый оттенок. Я смотрю на него сквозь огонь, когда его взгляд на короткий миг останавливается на мне. Уголки его губ приподнимаются в виде кривой улыбки, затронув этот чувственный шрам на верхней губе. Я не могу оторвать глаз от него, да и не хочу.

Его длинные пальцы проворно бегают по натянутым струнам, и первые аккорды рассеиваются в ночном воздухе. Еле слышно он тихо напевает песни, его голос низкий, гортанный. Он поднимает глаза навстречу моим, и я тону в них. Обхватив свои согнутые колени, обнимая себя, я совершенно ослеплена им. Он играет мою песню. Что-то происходит внутри меня: это не просто бушуют бабочки в форме сердечек. Все мое тело стискивает в один приятно ноющий, плотный узел. В моем горле что-то медленно набухает, и я очень стараюсь не дать моим слезам скатиться по щеке, но я терплю неудачу. Я слишком эмоциональная, и моя сила воли предает меня. Музыка сразу останавливается, а глаза Дэниела широко распахнуты и сосредоточены.

— Хейлз, что случилось? — спрашивает он мягким тревожным голосом. Не дожидаясь моего ответа, он движется ближе ко мне, обволакивает меня, прижимая мои волосы. Он наклоняет голову, чтобы наши взгляды встретились. — Я плохо играю? — он пытается рассмешить меня, вытирая слезы большими пальцами, затем наклоняется и нежно целует мои глаза.

Я бормочу между приглушенными рыданиями:

— Хуже и не бывает в нашей вселенной.

И я обрушиваю свои губы на его, целуя со всеми моими невысказанными эмоциями, позволяя себе раствориться в его объятиях.

Когда я прихожу в себя на воздухе после нескольких продолжительных моментов, мне удалось, наконец, сказать то, что не давало мне покоя в течение всего дня:

— Я не могу поверить, как сильно я люблю тебя, — его объятия становятся крепче, и я прислоняю голову к его плечу и шепчу: — Я так сильно люблю тебя, Дэниел.

Он медленно ослабляет хватку своих рук и наклоняет голову назад, этот нежный новый взгляд снова в его глазах. Небольшая робкая улыбка появляется на его губах, и он целует меня со всепоглощающим упорством.

— Здесь нет никаких причин лить слезы, моя сладкая Хейли, — он снова целует мои глаза — сначала один, затем другой. В итоге слезы остались только на моих губах. — Это повод, чтобы сделать много других приятных вещей, но не плакать, детка.

Я двусмысленно хихикаю поверх губ и своими губами копирую его улыбку, захватив в свой плен его верхнюю губу.

— Иди сюда, — он помогает мне расположиться между его ног. Я откидываюсь на него и зарываюсь в его объятьях, любящих и защищающих меня. И я сразу же успокаиваюсь, убаюканная его сильными руками, он целует меня в шею маленькими ласковыми поцелуями, образуя чувственную, невидимую дорожку к ключице.

— Я люблю тебя, — шепчет он, и я кладу голову ему на плечо, теряя себя в этом теле, в нем.

Спустя какое-то время, когда ночь окутала нас, огородившись одеялом от темноты и угольков костра, мы занимаемся любовью. Совсем по-другому на этот раз. Это не наше неконтролируемое влечение и страсть друг к другу, что приводит к освобождению. Это физическое соединение движет нашими чистыми глубокими эмоциями. Это медленный, нежный, всепоглощающий союз: мы связаны на многих уровнях, мы становимся единым целым.

Глава 28

Мышечная боль и излечение

— Доброе утро, — шепчу я, лениво улыбаясь Дэниелу. Он выглядит уставшим с одним открытым карим глазом, который постоянно моргает, привыкая к свету.

— Эй, — отвечает он не очень приветливо.

— Сколько времени? — я зеваю.

— Какая разница, — бормочет он с сонной улыбкой, слегка почесывая голый, упругий живот. — Иди сюда, — говорит он, положив руку открытой для меня.

— Ой, ой, Боже, — я плачу от боли.

— Что случилось? — он сразу садится, встревоженный, хотя его несколько позабавило мое нытье.

— У меня ужасно болят мышцы после серфинга; начиная с плеч и заканчивая задом.

— Твоя задница стала упругой и теперь болит? — его глаза опускаются туда, где якобы у меня все болит. — Я могу позаботиться об этом, если что, — предлагает он, тоже с энтузиазмом, улыбаясь с озорным огоньком. Его прическа копирует его намерения: беспорядочно и сексуально спутавшиеся волосы на голове.

— Это то, что ты услышал из всего предложения? — я пытаюсь нахмуриться, но уголки губ все-таки изгибаются вверх.

— Ну, серьезно, Хейлз. Что случилось? Сильно болит?

— Да, сильно, я боюсь, что не смогу это пережить.

Он усмехается, проверяет время на часах и добавляет:

— Уже половина двенадцатого, давай собираться, а потом пойдем на обед к моей маме.

— Обед у твоей матери?

— Да.

Простой ответ, бесспорный пункт. Разговор окончен.

— Разве ты не хочешь сначала провести время со мной?

— Я только что сделал это, разве нет? — отвечает он сухо, закатив глаза.

Почему я беспокоюсь?

— Я могу отдохнуть, а ты можешь пойти посерфить. Такова же была цель этого уик-энда, не так ли?

— Цель уик-энда заключалась в том, чтобы привезти тебя сюда.

Я ухмыляюсь.

— Серфинг — это так, чтобы просто воспрянуть духом, — добавляет он, подмигивая.

— Ну, — он приказывает, и прежде, чем я могу даже попытаться возразить, он поднимает меня на плече, как будто я совсем невесомый маленький ребенок.

— Что ты делаешь? Отпусти меня.

— Тише, детка, я не принимаю никаких возражений, пока твоя задница на уровне моего лица.

— Дэниел… — я визжу, мой голос поднимается на несколько нот вверх по шкале, но он не принимает во внимание меня, полностью увлеченный представлением.

— Не дергайся, — командует он, усаживая меня на столешницу в ванной, — открой рот, — приказывает он решительно, еле скрывая свою ухмылку.

— Да здравствует комендант, — бормочу я.

— Mach schnell, meine liebe[15], Хейли, — он искоса смотрит на мое недоумевающее выражение лица, и отвечает на мой немой вопрос. — Моя мама немка.

— И что это значит?

— Поторапливайся, моя дорогая Хейли, — я улыбаюсь.

Он берет свою зубную щетку и пасту, выжимая ее медленно на щетку, а затем, к моему ужасу, он начинает чистить мне зубы.

— Эй, — бормочу я с зубной щеткой во рту. Он берет ее снова и чистит мои зубы быстрыми движениями, хотя его глаза ничего не выражают, я знаю, что он смеется надо мной.

— Ты что-то сказала?

Я вздыхаю с полным ртом пены.

— Я умоюсь… — я выплевываю излишки пасты в раковину под его наблюдательным взглядом. Насколько он думает это должно быть привлекательно. — Я могу сама сделать это. Я не инвалид, просто немного болит тело.

Он выгибает бровь со шрамом, качая головой, на его губах я вижу намек на улыбку.

— Как я уже говорил, здесь нет проблем в том, что у тебя болит задница. Теперь не заставляй меня повторять это снова.

— Или что? — дразню я.

Он просто качает головой и вознаграждает меня кривой улыбкой. Я смеюсь; теперь моя очередь качать головой.

— Так, а теперь тихо и широко открой рот, — он ухмыляется. — Тише! Широко открой рот, — повторяет он, бормоча себе под нос и наслаждаясь своей маленькой шуткой.

Я вздыхаю, усмехаясь.

— Плюй, — требует он игриво. Он наливает немного воды на ладонь и аккуратно протирает мое лицо, а затем похлопывает полотенцем по нему, пока оно не становится сухим. Отступив, он анализирует результаты своей работы и снова без предупреждения, закидывает меня через плечо, и я смеюсь.

Мы возвращаемся в спальню. Ну, что теперь? Его беззаботное, игривое поведение доводит меня до истерики. Положив меня на кровать, он поворачивается и шагает к шкафу.

— Не двигайся, — говорит он, и я фыркаю. Когда он возвращается с двумя крошечными кусочками — с моим белым бикини он выглядит еще более веселым, чем был, когда ушел минуту назад. Подойдя к кровати, он сначала осторожно снимает мою белую майку; затем наклоняется ниже, чтобы осыпать мою грудь поцелуями. Усаживаясь рядом со мной, он надевает на меня лиф от бикини, потом завязывает сзади завязочки на нем, повернув меня набок. Да уж, я нахожу этот процесс одевания очень даже возбуждающим. Когда оказываюсь повернутой на спину, я протягиваю руки к своим шортам, но Дэниел неодобрительно качает головой.

— Ничего подобного, — бормочет он, встав на ноги с бесстрастной и надоевшей гримасой.

— Ты смеешься надо мной? — я хмурюсь.

— Нет, я не смеюсь. Теперь, моя нимфоманка, я должен повторить то, что я говорил раньше? — говорит он, драматизируя неодобрение, сжав в линию свой рот и хмуря брови. Я таращусь на него. Он серьезно?

Не обращая внимания на мой взгляд, он движется к краю кровати, смещая баланс матраса, когда садится рядом с моими бедрами. Он наклоняется, чтобы стянуть с меня мои бледно-розовые кружевные стринги, и делает паузу, чтобы посмотреть на мою открытую нижнюю часть тела с пылающим взглядом. Затем он помогает каждой из моих ног надеть бикини, и, непосредственно перед тем, как полностью одеть меня, он целует меня долгим поцелуем в самый центр моей нижней части тела, заставляя меня извиваться, вызывая взрывоопасные искры в этой области.

— Итак, а это что? — спрашиваю я, хмурясь.

— Прелюдия, — он ухмыляется. Одно простое слово с таким значимым обещанием.

— Ты просто убиваешь меня сейчас, — я вдавливаю свою голову в матрас.

Он ухмыляется и небрежно бормочет:

— Когда боль пройдет, я все компенсирую, детка, обещаю.

— Ты так раздражаешь, я серьезно, — он подмигивает мне, и я не могу больше сдержать полу гневный взгляд.

— О, Хейлз, доброе утро, — он целует меня в губы. — И, я люблю тебя, — он улыбается и закидывает меня на плечо.

А я тебя, до безумия.

Продолжая исполнять свои придуманные обязанности няньки, он сажает меня на один из шезлонгов у бассейна, где разложены нарезанные фрукты и кофе на завтрак.

— Серьезно, Дэниел. Ты можешь пойти на пляж и поймать несколько волн. Я останусь здесь и позагораю, — я смотрю на него снизу вверх, лежа между его раздвинутыми ногами, когда он садится на мягкий, гигантский, плетеный лежак.

— Может быть, позже, мне слишком удобно сейчас, чтобы куда-то идти, — он улыбается мне.

— Откуда звучит музыка? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.

— Там музыкальный центр в баре, — он кивает головой в сторону бара у бассейна в виде тропического острова.

— Довольно эклектичный плейлист, я бы сказала. Мне это нравится.

— Это мой плейлист Баха, — фыркает он, забавляясь. — Эксклюзивный плейлист из гимнов. Такой нигде больше не найти в Калифорнии.

— Гимны? — я хихикаю. — Это одна из действительно хороших песен, она такая мелодичная, — говорю я о треке, который играет.

— Шарлотта О'Коннор, если я не ошибаюсь. Это «Shine On», — говорит он мне.

Положив руку на мою, он медленно потирает большим пальцем мои костяшки. Он скользит вниз, чтобы лечь рядом со мной, притягивает меня к себе так, чтобы мое лицо покоилось на кубиках его живота, и расчесывает мои волосы легкими движениями. Я целую его упругие мышцы и закрываю глаза, совершенно расслабленная.

— Ты часто приходишь сюда? — спрашиваю я.

— Ты пытаешься сменить тему? — смеется он. — Потому что я уже слышал то же самое, когда мы впервые встретились.

Я смеюсь и целую его нагретую солнцем кожу.

— При любом выпавшем шансе, — отвечает он, проводя кончиками пальцев по моей спине.

— Так ты приезжаешь сюда посерфить и… что еще тебя тянет сюда?

— И моя мама. Иногда я общаюсь с Рафаэлем и его друзьями.

Я глажу его тело, чувствуя, что его кожа покалывает под моим прикосновением.

— Они твои друзья?

— Друзья, — он произносит это, размышляя и как бы прикидывая это слово. — Я хотел бы пойти с приятелями на серфинг, — он поворачивается и нежно массирует мои больные плечи, постепенно ослабляя напряжение.

— У тебя не много друзей, — заявляю я.

— Да, немного, — отвечает он. Я наклоняю голову, чтобы взглянуть на него; даже он не может быть равнодушным к этому.

— Почему?

Глядя немного нетерпеливо, он отвечает:

— Я нелегко доверяю людям, — объясняет он.

Я нахожу его объяснение угнетающим; не могу себе представить жизнь без Таши и Яна.

— Почему это? — не унимаюсь я.

— Это как знакомства, Хейли. Чем больше денег и славы есть у тебя и чем популярнее ты в глазах общественности, тем больше людей, которые пытаются стать ближе к тебе, и у большинства из них скрытые корыстные мотивы, — вздыхает он.

— Как насчет друзей из прошлого?

— Ну, мой лучший друг пытался казаться им очень долго, а остальное, ты же знаешь, как это, все заняты… пока живые.

— Как? Что случилось? — я опираюсь на локти, не в состоянии скрыть свое любопытство.

Дэниел вытягивает губы и быстро проводит рукой по усталому, задумчивому лицу. Я чувствую, как его тело напрягается.

— Он пытался подать в суд на меня за патент на мое программное обеспечение, утверждая, что там пятьдесят процентов его.

Я смотрю на него с приподнятыми бровями, ожидая, что он скажет дальше. Дэниел щипает меня за щеку, он смотрит на меня, и моя напряженность немного отступает. Потом он улыбается, и я моргаю, не понимая его реакции.

— А потом было самое интересное, — продолжает он, — он даже не был частью процесса. Его единственная связь с программным обеспечением от идеи до реального продукта заключалась в том, что он тусовался со мной в барах еще в колледже, когда мне нужны были перерывы, — он улыбается сам себе, хотя его суженные глаза отражают чистое раздражение.

— То есть? — желаю узнать больше.

— Мы были соседями по комнате. На самом деле мы пришли к USF вместе. Я специализировался в области информатики, а он в литературе, — Дэниел на мгновение останавливается, чтобы почесать лоб, глядя немного задумчиво, возможно, вспоминая что-то. — Когда я пришел с идеей обеспечения сети, я, очевидно, чересчур доверился моему лучшему другу. В то время и на протяжении всего процесса, я имел обыкновение надоедать ему с моими сомнениями в принятии решений. Учитывая, что он не имел ни технического образования, ни какого-либо представления о программировании, он не мог помочь в решении моей проблемы, но был другом и внимательным слушателем, — когда он продолжает, выражение его лица постепенно застывает. — После того, как я на самом деле имел бета-версию и нашел несколько инвесторов, чтобы взглянуть на идею, что в конечном итоге привело к началу Stark SW, он начал проявлять больше интереса. Я думаю, что это было, когда он услышал первый раз о потенциальной сделке, о которой написали в каком-то журнале. Вот тогда я получил реальное письмо от своего адвоката. Я не мог поверить своим глазам, Хейлз. Я думал, что это был один из его дурацких приколов. Я чуть не поздравил его с тем, что шутка удалась, — он качает головой, его рот искривляется, — Когда я встретился с ним, — он продолжает, — ублюдок на самом деле имел наглость смотреть мне в глаза и сказать, что предприятие должно быть общим.

— Похоже, он реально придурок, — бормочу я.

— И я о том же, — сухо отвечает Дэниел. — Когда он попал на слушание дела в суде, он явно не имел каких-либо веских оснований или доказательств, чтобы доказать свою причастность к моему бизнесу, и поэтому дело было закрыто так же быстро, как и началось.

— Вы когда-нибудь разговаривали после этого снова?

Он делает глубокий вдох.

— Нет, я уверен, что наши пути не пересекутся.

— То, что все это началось в колледже, твоя компания. Это так здорово, — я говорю восхищенно.

— Да, я работал очень много, жонглируя между курсами и развивая свою программу, пока она не стала похожей на Stark Software, — он почесал верхнюю губу большим пальцем, и отблеск озорства появляется в его глазах.

— Да уж, у тебя реально нет близких людей, — я тихо делаю вывод.

— У меня есть ты сейчас, Хейлз, — он излучает свою сладкую мальчишескую улыбку, ту, которая зарезервирована только для меня.

— А как насчет девушек тогда? У тебя были они, пока ты учился и работал? — я спрашиваю, думая о его младшей версии полной гормонов в беспорядочной среде. Уверена, он был еще тот мачо.

На его губах появляется озорная ухмылка, когда он бормочет:

— О, там их было много. Я получил свою долю удовольствия, будь уверена, детка.

Я игриво щипаю его кубики и пытаюсь нахмуриться. Я бы выстроила всех этих тупоголовых куриц в одну линию и наглядно показала бы им, что только я теперь могу прикасаться к нему. Это просто бальзам на душу.

— Эй, это все было до тебя, — он поднимает руки вверх в знак капитуляции и хихикает.

— Что? — говорю я, как будто сама себе. — Ах, — я ухмыляюсь ему, дразнясь. — Измены, Дэниел Старк, измены. Даже прошлые события в настоящее время считаются изменами, — я повторяю его слова с того момента, когда Дэйв позвонил мне. Он снова усмехается и наклоняется, чтобы оставить смачный поцелуй на моих губах.

— Как много, Дэниел? — я приподнимаю бровь.

— Что я могу сказать, — ухмыляется он. — Я должен был снять напряжение всех часов, которые провел, упорно трудясь над проектом, — он пожимает плечами, и я фыркаю.

— Так, просто случайный секс, ничего серьезного?

— Не было ни времени, ни желания.

Хотя я рассеянно качаю головой, я удивлена тем, насколько мы похожи.

— Ну, милая, ты все еще хочешь поговорить со мной о своем прошлом? — он спрашивает меня с сомнением, злорадно улыбаясь. Я вздрагиваю. — Я так и думал, — бормочет он. — Не волнуйся, это последнее, что я хочу услышать, особенно здесь, учитывая мою боксерскую грушу дома.

* * *

Когда Дэниел, в конце концов, уходит на пляж, я засыпаю под ласковым теплом полуденного солнца, в окружении приятно играющей на фоновом режиме «Бахи гимнов».

— Хейли, — меня будит незнакомый голос; поворачиваясь сонно к обладателю голоса, я замечаю две темные фигуры, стоящие рядом. Моргая, я поднимаю руку, чтобы прикрыть глаза от ослепительного света, и вижу Рафаэля и еще одного парня, который, кажется, того же возраста и очень похож на Рафаэля. Оглядевшись, я понимаю, что Дэниел до сих пор не вернулся.

— Привет, Рафаэль, — говорю я, смущенная его присутствием.

— Привет, Хейли. Дэниел здесь?

— Он пошел серфить, — отвечаю я, обеспокоенная тем, как мое полураздетое тело сканирует друг Рафаэля.

— Я пришел, чтобы забрать пару учебников, которые я оставил здесь вчера.

— Конечно, вы можете зайти и забрать их, дом открыт, — я киваю в сторону балконной двери.

— Я просто заберу их, — говорит он своему другу и идет внутрь. Чувствуя себя некомфортно под тупым взглядом друга Рафаэля, я поворачиваюсь, чтобы сесть в вертикальном положении.

— Хороший вид, — говорит он с улыбкой, его глаза блестят при виде моей груди. Может он все-таки перестанет глазеть? Что он делает? К моему удивлению он смело поворачивается, чтобы сесть рядом со мной на лежаке, его близость на грани вторжения в мое личное пространство. Он так близко, его бедро почти касается моего, и я могу чувствовать запах алкоголя из его тяжелого дыхания.

— Нам следует общаться на расстоянии, — говорю я, обеспокоенная, но делаю усилие над собой, чтобы быть не очень резкой, учитывая, что он друг Рафаэля, возможно, даже Дэниела. Может быть, я что-то не понимаю. Но все равно хочу, чтобы он держался подальше от меня, насколько это возможно.

— Почему? — его глаза противно бегают по моему лицу. А потом, к моему полному шоку, его палец пробегается по моему бедру, слишком близко от моего бикини, в нескольких миллиметрах от скольжения под ткань.

Он тихо бормочет:

— Ты такая сексуальная.

Мое сердце бешено бьется. Кажется, меня сейчас стошнит от его прикосновения.

И как только я собираюсь уже ударить и оттолкнуть его подальше, я слышу рык Дэниела:

— Что за?..

Затем, как будто в замедленной съемке, я вижу, как он хватает парня за рубашку и бросает его на противоположную сторону палубы, как если бы он был невесомым. Потеряв равновесие, друг Рафаэля падает на противоположный лежак. Расстроенная движущейся фигурой, я поворачиваюсь, чтобы увидеть Рафаэля, который стоит у двери, ведущей к палубе. По выражению на его лице я понимаю, что он шокирован увиденным так же, как и я. Он выглядит совершенно раздраженным, когда начинает ругать своего друга на испанском языке.

Дэниел ищет мой взгляд. Найдя его, он смотрит на меня, проверяя, не причинил ли мне этот парень боль.

— Я в порядке, — отвечаю я одними губами, все еще потрясенная происходящим. Его глаза горят. Он жаждет крови. Я видела его сердитым и раньше, но таким никогда.

Он поворачивается, чтобы посмотреть на Рафаэля, который пожимает плечами с измученным выражением. Он сам не понял, почему его друг повел себя таким образом. Мне становится жаль его.

Дэниел переводит взгляд на другого парня и говорит ему ледяным голосом:

— В следующий раз, если ты даже случайно сделаешь вдох в ее сторону, будешь дышать при помощи аппарата, — слегка отпуская свои сжатые кулаки, он добавляет: — Теперь убирайся из моего дома до того, пока мы оба не пожалели.

К счастью, друг Рафаэля менее чем через секунду уже исчезает, протрезвев и осознав масштабы угроз Дэниела.

— Мне очень жаль, Дэниел, Хейли, — заикается Рафаэль, совершенно искренне извиняясь.

Дэниел бросает свой ледяной взгляд на него.

— Рафаэль, ты не сделал ничего плохого, это не твоя вина, — говорю я бархатным голосом, — пытаясь успокоить, я меняю тему и спрашиваю его, нашел ли он учебник.

— Убедись, чтобы его ноги больше не было в моем доме. А теперь уходи, — рычит Дэниел. Я смотрю на него, обеспокоенная тем, что и Рафаэлю сейчас тоже может достаться.

— Дэниел, — Рафаэль пытается извиниться, но взгляд Дэниела останавливает его на полуслове. Он просто кивает головой и уходит.

Когда мы остаемся одни, я смотрю на Дэниела, а он смотрит на меня, все еще находясь в бешенстве. Гидрокостюм болтается вокруг его талии, обнажая мускулистую загорелую грудь, влажные волосы обрамляют красивое лицо и взгляд в его глазах — просто убийственный взгляд. Дикое желание пробуждается внутри меня. Я встаю и иду к нему. Затем обхватываю его лицо ладонями и впиваюсь в его губы. Он мгновенно отвечает на поцелуй; гнев быстро переходит в звериное желание. В мгновение ока мы окунаемся в этот накал страстей, поглаживая, прикасаясь, кусая и целуя друг друга. Наше дыхание прерывистое, мы боремся за освобождение, и сразу же после достижения этого падаем в кресло. Короткими быстрыми вздохами мы пытаемся восстановить наше дыхание.

Дэниел прислоняется своим лбом к моему и с закрытыми глазами шепчет:

— Если что-то когда-нибудь случится с тобой…

Я сжимаю его руку.

— Я тоже люблю тебя, — шепчу я прямо возле его губ.

Глава 29

Коммуна хиппи

— Готова встретиться с моей мамой? — спрашивает Дэниел с широкой ухмылкой.

— Конечно, — я улыбаюсь в ответ, хотя теперь, когда я здесь, немного нервничаю. Зная, как он отзывается о своей матери, для меня вдруг становится крайне важно, чтобы я понравилась ей и она, может быть, даже одобрила выбор сына.

— Все будет хорошо, она крутая, — Дэниел подмигивает мне, сжимая мой сжатый кулак как успокоительный жест.

Я опешила от внешнего вида дома, когда мы подъехали ближе; он не особо отличается от того, что я видела на фото; это одноуровневый, маленький, старый, но очаровательный дом с таким же небольшим, но ухоженным садом. В доме не более, чем три спальни. Место вопит о скромности, не совсем то, что я ожидала для матери Дэниела Старка. Дэниел открывает ржавые бирюзовые ворота. Шагая внутрь, я замечаю, что сад окружен сплоченным виноградником, который придает ему сказочный и таинственный вид.

Дэниел не стучит, он сразу открывает незапертую дверь, которая ведет к уютному интерьеру с бархатистыми, малиновыми, величественно узорчатыми обоями, покрывающими стены. Индийские масляные лампы развешаны по бокам — некоторые свисают с потолка, некоторые из них размещены на полу по комнате. Мягкие, красочные сари уложены на двух цвета мокко диванах, твердо стоявших на темном деревянном полу. В комнате создается впечатление изысканного ашрама[16], с особым хиппи-шиком. Опять же, полная противоположность того, что я ожидала. Дэниел и хиппи не идут рука об руку, по крайней мере, не в моей голове.

Высокая, худая и изящная дама почти ростом с Дэниела идет к нам по длинному коридору; на ее губах спокойная, нежная улыбка. На ее босых ногах звучат колокольчики сандалеты, и это выглядит достаточно элегантно. Она одета просто — в джинсах и льняной блузке Boho, но по-прежнему выглядит изящно. Я смотрю на нее, очарованная спокойствием, которое она излучает. Подойдя к нам, она разглядывает меня шелковистым взглядом, вызывая явное миролюбие. Они обмениваются заботливыми, но значимыми взглядами; во взгляде Дэниела я замечаю благоговение, и это глубоко трогает мое сердце.

— Хейли, — она поворачивается, чтобы посмотреть на меня, мое имя звучит как мелодия в ее голосе. — Я — Ирис.

— Привет, приятно встретиться с вами, — я улыбаюсь, и она обнимает меня крепко и душевно, что удивляет меня. Отступив, она кладет руки на мои щеки, внимательно изучая меня в течение нескольких долгих моментов. Я не могу ничего с собой поделать, поэтому краснею от столь долгого внимания к своей персоне. Краем глаза я вижу, что Дэниел улыбается.

— Ты был прав, мой мальчик, — говорит она. — Она красивая. Такие тонкие черты лица, — добавляет она. — У вас ангельское лицо, — бормочет она, удерживая свой спокойный взгляд на мне слишком долго, чтобы чувствовать себя комфортно.

— Это моя Хейли, — говорит Дэниел, в его голосе чувствуется гордость.

Моя Хейли… Я не могу перестать таять от этих слов.

— Теперь отпусти ее, пока она не побежала к двери, — шутит Дэниел, кладя руку на мою спину.

Она улыбается ему, потом мне, и, наконец, отпускает. Никогда бы не подумала, что это мама моего любимого психа.

— Садитесь за стол, я принесу еду, — предлагает она, ее лицо выражает нежную радость. Прежде чем уйти, она говорит, глядя на Дэниела, — уже в любви, не так ли, мой мальчик? — она не ждет ответа и уходит, как я понимаю, в сторону кухни. Безупречная, нежная улыбка отображается на лице Дэниела, когда он смотрит ей в спину, украшенной длинной, толстой, русой косой, пока она не исчезает в коридоре.

— Все еще напугана? — дразнится он, подталкивая меня плечом.

Я смеюсь.

— Ты это так сказал, будто твоя мама ужасный и страшный человек. Она, конечно, очень сильно не похожа на того человека, которого я ожидала увидеть. Ну в том смысле, что совсем не похожа на тебя, она другая, — добавляю я.

— Другая? Ты имеешь в виду из-за этого ее фетиша — хиппи-дерьма?

— Я имею в виду, что она такая спокойная и безмятежная в отличие от дикого и импульсивного сына, — я ухмыляюсь ему, когда он притягивает меня ближе, хлопает рукой по моему заду, когда я сажусь, и целует в губы. Я стараюсь отступить, чтобы вести себя более прилично. Но он не отпускает, а продолжает держать меня крепкой хваткой за талию. Он целует меня еще более увлеченно; на этот раз его рука находит свой путь под моим белым хлопковым платьем.

— Дэниел! — я ругаю его.

Звук колокольчиков приближается.

— Не волнуйся, Хейли, я более чем нормально отношусь к некоторой демонстрации привязанности. Насколько я понимаю вас, дети, вы можете пойти в соседнюю комнату и придаться своей сладкой любви, — комментирует Ирис, возвращаясь в комнату и держа керамический горшок.

О мой Бог. Дэниел освобождает меня из своих рук, кусая губы, покорив более широкую ухмылку, заметив мой шок и мои пылающие щеки.

— Хейлз, вы бы не хотели выйти в соседнюю комнату, чтобы придаться сладкой любви со мной? — он хихикает.

Я выбираю полностью игнорировать его. Я могу буквально чувствовать распространение румянца по моему лицу.

— Может быть, позже, обед остынет, — бормочет Ирис.

Пожалуйста, ради любви ко всему в мире, пусть это будет шутка. Дэниел смеется, получая удовольствие от моего дискомфорта.

В центре стола стоит таджин[17] и несколько соленых гарниров. В воздухе царит запах средне восточных специй и трав, в основном чувствуется тмин и корица.

— Марокканский таджин с бараниной, я надеюсь, вам понравится пряный вкус, — говорит Ирис мне. Я киваю в знак согласия, и она отвечает кривой улыбкой и добрым взглядом.

— Выглядит аппетитно, Ирис.

— Вы можете есть его руками или с лавашем, — предполагает она.

— Может быть, в следующий раз на нашем ежегодном семейном ужине, — подмечает Дэниел, слегка покачивая головой.

Ирис вознаграждает его нежной улыбкой. Я не могу не заметить глубокую связь между ними. Она умеет превращать его дикий нрав в спокойный и безмятежный бриз.

— Итак, Хейли, — она обращается ко мне, когда я положила ложку салата из помидоров, петрушки и лука на тарелку. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, ожидая продолжения. — Я чувствую, что уже знаю все, что нужно знать о вас.

— Как это? — спрашиваю я, не понимая, должна ли радоваться этому или наоборот.

— Мой мальчик, как правило, не делится слишком часто со мной, а я, в основном, пытаюсь чуть ли не клешнями вытащить из него хоть какую-нибудь информацию, но в последнее время он не может перестать говорить об одном: о Вас! — ее добрая улыбка становится шире. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Дэниела. Он пожимает плечами, делая вид, что очень занят едой.

— Как тебе новая работа?

О, она хочет получить полную информацию обо мне.

— Я, на самом деле, очень довольна. Это дало мне возможность узнать так много новых вещей, я очень заинтересована в том, чтобы работать там в течение долгого времени, и я очень рада за выпавший мне шанс.

— Это бесценно, что вы так увлечены своей работой.

— Я знаю, что вы художница. Что вы рисуете?

— Я рисую карандашом и красками, почти все — от пейзажей до портретов и абстракций. Я, в основном, использую уголь, хотя время от времени мне нравится работать с маслами, — объясняет она, ее лицо освещается; эта любовь к искусству, то, чем она занимается — четко отражено в ее глубокой улыбке и блеске в глазах. Я могу понять это чувство — это именно то, что я чувствую, когда рисую.

— Было бы неплохо нарисовать вас; у вас такие тонкие черты.

Я посылаю ей робкую застенчивую улыбку.

— Точно, я тогда куплю эту картину, — говорит Дэниел случайно, поднимая другую вилку ко рту.

— Вы не едите таджин? — я спрашиваю Ирис во время обеда, после того, как мы обсудили ее жизнь в Бахе, и тот факт, что она не любит Сан-Франциско, но приезжает изредка туда только из-за Дэниела.

— Я вегетарианка, — отвечает она.

Почему-то я совсем не удивлена. У нее аура святая.

Позже она мне рассказывает, что это случилось тогда, когда Дэниел уехал в колледж, и она наконец-то исполнила свое желание переехать в Бахи. Я спрашиваю ее, почему она выбрала именно этот город, для своего дома, и один из ее первых ответов является вопросом о том, была ли я здесь ранее и видела ли это место. Я сразу понимаю, что она имеет в виду. Она говорит о том, что это спокойное и уединенное место. Я удивлена, узнав, что Дэниел — человек, который первоначально показал ей этот рай, взяв ее с собой в одну из его поездок для серфинга. Она также рассказывает мне о художественном сообществе; по-видимому, есть больше, чем несколько художников, которые предпочитают жить в этом же очаровательном городе.

— Вы, кажется, очень счастливы здесь, — говорю я.

Она смотрит на меня с теплой улыбкой, ее глаза блестят от удовольствия.

— Безумно. Я чувствую, что принадлежу этому месту, тем более, что я могу делать то, что мне нравится больше всего. Я не могу просить большего, — она переводит свой задумчивый взгляд к открытому окну и обратно на меня. — Я очень рада, — подтверждает она.

Хотя ее улыбка не меняется, я чувствую, что ее чувство глубже, чем просто счастье. Женщина передо мной, кажется, ангелом.

Затем она кладет свою нежную руку на мою и говорит своим мелодичным голосом:

— Вам просто нужно хорошенько подумать о том, что вы хотите на самом деле. После того, как вы поймете, вы будете жить в мире полном блаженства. До тех пор, вас будут мучить постоянные сомнения.

Я думаю о ее мудрых словах и не могу не согласиться. Я смотрю, чтобы проверить реакцию Дэниела, ожидая увидеть либо суженные глаза, либо какой-то намек на насмешку в выражении его лица. Я удивлена, заметив, что он, кажется, задумался. После того, как он замечает мой взгляд, уголки моих губ поднимаются вверх, и он медленно кивает головой в знак согласия. Я отвечаю ему взаимностью с нежной улыбкой на глубокое признание того, что между нами образуется связь, которая не требует слов.

Я слушаю внимательно рассказы Ирис о детстве Дэниела, о нем будучи безрассудным, беспокойным и харизматичным ребенком. «Ничего не изменилось», — думаю я.

— Я просто ненавидела тот период, когда он стал таким интровертом. Вы знаете, когда Майк ушел…

Майк, это имя его отца, а не «трус, который ушел от нас». Я замечаю, что рука Дэниела застывает на моей спине. Он сжимает челюсть, хотя его досада кажется не столь грозной, чем ранее. Я кладу свою руку на его бедро и ласкаю нежными движениями, пытаясь его успокоить.

— Даже не начинай, — предупреждает он тихим стальным голосом.

— Это часть тебя. Тебя бы не было без него, Дэниел. Ты не можешь игнорировать этот факт, — спокойное поведение Ирис находится в полном противоречии с растущим раздражением Дэниела. Проигнорировав его растущий гнев, она продолжает, говоря, что Майку было просто страшно, и именно поэтому он ушел.

— Когда твоя семья нуждается в тебе больше всего, ты должен помогать ей, а не убегать, — утверждает Дэниел. — Ты должен заботиться о тех, кого любишь. Должен бороться за них ради Бога.

— Моя любовь, тебе нужно простить и отпустить свой гнев. Он не хотел причинить нам вред, это не было его намерением, — ее голос почти умолял, когда она ищет его взгляд.

— О, конечно, он нас не обидел, — Дэниел скривил лицо в полном презрении.

— Он не был достаточно зрелым, и ему было страшно. Он не мог заботиться о нас. Он был смущен. Молодой, испуганный человек, который не знает, как бороться с болезнью.

Как она может быть настолько снисходительной?

— Прекрати нести эту чушь, когда дело доходит до него. Черт побери, остановись, — это первый раз с тех пор, как мы сюда пришли, когда Дэниел позволяет себе такое оскорбительное отношение к своей матери, а затем он выключается полностью. Он даже не отвечает на мое прикосновение руки под столом.

Его гнев дошел до красной отметки. Когда я пытаюсь поймать его глаза, я замечаю, что он как бы занят обедом, его взгляд непроницаем.

Пытаясь сменить тему, я спрашиваю Ирис о ее чудесном исцелении от рака. Она рассказывает про экспериментальные методы лечения, которые ей довелось пройти, что в конечном итоге привело к излечению конкретного типа рака, от которого она страдала. Я узнала, что Дэниел часто жил в домах друзей и семьи, когда она была далеко на лечении. Она была не в состоянии заботиться о нем сама в течение нескольких лет, когда он был еще в начальной школе. Мысль о том, что он рос таким образом, режет меня изнутри.

Пока мы общались, Дэниел успокоился и снова присоединился к разговору, держа меня за руку, иногда целуя в шею, щеку или губы.

Веселая мелодия играет на телефоне Дэниела, что сразу же привлекает наше внимание.

— В субботу вечером? — комментирует Ирис, морща нос.

Я думаю о том, что она имеет в виду. Он когда-нибудь забывал про работу? Когда-нибудь игнорировал телефонный звонок по работе?

Увидев имя на экране, выражение лица Дэниела становится обеспокоенным.

— Крис, — отвечает он несколько устало и, не дожидаясь ответа, добавляет: — Насколько все серьезно на этот раз?

Дэниел сжимает челюсть, слушая некоторое время.

— Так помоги мне, — он дышит тяжело, — если мы будем тянуть это до конца и не обозначим срок, я уволю весь отдел. А где Роб, черт возьми? — он хмурит лоб. — Что значит он недоступен? Разве он сейчас не со своей командой? Кто-нибудь пытался решить этот вопрос, кроме меня? — полная ярость застилает его уже итак раздраженное лицо, и он уходит в соседнюю комнату.

Остановившись на мгновение, он кивает мне, показывая, что скоро вернется.

Это что-то новенькое, и мне это определенно нравится. Не так давно он бы просто ушел, безразличный к тому, была ли я рядом или нет. Погруженная глубоко в своих мыслях, меня отвлекает вспышка камеры. Откуда это? Ирис снимает меня на Polaroid, размахивая фото по воздуху, дожидаясь его высыхания.

— Вот, посмотри, как ты прекрасна, — говорит она, показывая мне фото, — выражение твоих глаз, когда ты смотришь на него, — она протягивает мне фотографию, оставаясь довольной увиденным. Когда я смотрю на нее внимательно, я должна согласиться с ней. Мои глаза нежные и блестящие, мое лицо расслабленно, а на моих губах маленькая улыбка. Мой внешний вид, в общем, почти кричит от чистого обожания. Ничего себе, это действительно отражает мои эмоции. Я думаю, это правда, что картина говорит больше, чем тысячи слов.

— Я люблю его, — я интерпретирую фото в слова.

— Я это вижу. Он тоже любит тебя, ты же знаешь. Я не могу никак нарадоваться, что он нашел тебя. Я так рада за вас двоих, — Ирис улыбается мне. — Убедись в том, чтобы удержать его, даже когда он становится грубым. Не сдавайся даже тогда, когда ты чувствуешь, что больше нет сил.

Я поворачиваюсь к ней, чтобы спросить ее, о чем именно она говорит, но, кажется, она находится глубоко в своих мыслях, и я воздерживаюсь от того, чтобы отвлечь ее от мыслей.

Когда я смотрю в сторону, куда Дэниел ушел, я думаю о том, насколько глубоки мои чувства к нему. Это какой-то абсурд, я даже скучаю по нему, когда он находится в соседней комнате.

— Иди, успокой его, — уговаривает меня Ирис тихим, приятным голосом с небольшой улыбкой на губах. Я смотрю на остатки от обеда.

— Иди, Хейли, я уберу здесь, просто иди, — говорит она.

Я нерешительно открываю дверь, заметив, что студия Ирис: узкая комната с голыми стенами и широкими окнами. Несколько угольных эскизов стоят на полу, прислонившись к стенам. В середине комнаты расположены два больших мольберта, один с пустым холстом, а другой с незаконченной картиной гроздей винограда.

Дэниел сидит в углу напротив меня на гранитном полу, прислонившись спиной к стене, ноги согнуты и расставлены. Он водит пальцем по полу около себя, выглядя занятым. Хотя он до сих пор говорит по телефону, он наклоняет голову, чтобы посмотреть вверх и, увидев меня, он поднимает вопросительно брови.

Я смотрю на него, ожидая ответа. Он жестом показывает мне подойти ближе. Я делаю несколько шагов к нему. Достигнув его, я наклоняюсь, чтобы сесть верхом на его раздвинутые ноги. Я сгибаю спину, чтобы положить голову ему на грудь, и он отвечает мне, обнимая меня, и трется губами о мои волосы. Вдыхая его запах, я думаю, что нет никакого другого места, где бы я хотела быть больше всего на свете.

— Что я могу сказать, — бормочет он устало. Его грудь слегка вибрирует, когда он говорит. Он вздыхает и добавляет: — Подготовь всех к бессонным ночам и напряженной работе. Я лично буду вести проект от начала до конца.

Я могу услышать слабый звук рычания внутри его ребер, когда он произносит слова. Он оставляет нежные поцелуи на моей голове, когда снова начинает слушать человека на другом конце телефона. Повернув голову набок и положив ее щекой ему на грудь, я осматриваю комнату. Я приметила одну старую картину из всех, что были здесь. Дэниел с Ирис выглядят молодыми, и хотя это бесцветный угольный эскиз я узнаю его по глазам, смотрящим на меня. У Дэниела красивые глаза с раннего детства. Они кажутся такими грустными, как будто на грани плача. Мое сердце сжимается при виде этого, и я думаю о нем, находясь в такой печали. Было ли это, когда его отец ушел? Я рассматриваю изображение так близко, как только могу.

— Тогда пришлите мне полное расписание вашего плана по исправлению проблемы, — говорит и вздыхает Дэниел. — Мы не можем больше «тянуть кота за яйца», Крис, вы хорошо знаете, что поставлено на карту. Я также хочу получить развернутый поэтапный план с указанием ежедневно проделанной работы, — завершая разговор, он кладет свой телефон на пол.

— Хейлз.

Я отвожу взгляд от картины и наклоняю голову назад, чтобы посмотреть на него. Я улыбаюсь нежно, мои губы приоткрыты в ожидании поцелуя.

— Что случилось? — спрашиваю я, когда наши губы встречаются.

— Эта сделка, которая находится на финишной прямой, сделка, которая поможет вывести компанию на следующий уровень. Это все вплоть до выхода нашей новой версии программного обеспечения, до сих пор далеко позади графика, и все еще существуют основные препятствия, которые необходимо решить.

— И ты не веришь, что люди вкладывают все свои усилия для этого?

— Хейлз, это не значит, что я не думаю, что это так, я знаю, что это так. Помни, что я не просто управляю компанией. Я на самом деле разработал программное обеспечение. Я точно знаю, что делаю, — без дальнейших лишних объяснений, я просто целую его и все.

— Я должен буду вмешаться и контролировать их, пока все не будет сделано должным образом, — затем он снова вздыхает устало.

Что это значит?

— Чем больше я работаю, тем меньше у меня свободного времени, — гримасничает он, пожимая плечами. — Меньше времени для этого, — он крепко обнимает меня.

— У тебя будет время поработать, — я стараюсь успокоить его. Он улыбается в ответ. — Несмотря ни на что, — говорю я нерешительно.

Он замечает меня, ожидая продолжения.

— Я буду гостить у родителей в следующие выходные в течение нескольких дней.

— О, серьезно?

— Это даст тебе необходимые тишину и спокойствие, чтобы посвятить себя работе, — я улыбаюсь ему ободряюще.

— Я не хочу тишины и покоя, когда это означает, что ты будешь далеко, — говорит он.

Я обожаю тебя, Ди. Я дарю ему глубокий поцелуй, погружаясь глубже в его объятия.

— Десерт? — спрашивает Ирис с порога.

— Если только быстро, мы отправимся домой в ближайшее время, — Дэниел добавляет к ее насмешливому взгляду, — мне нужно работать, — она не в состоянии скрыть разочарование, которое отражается на ее лице после его слов.

Когда мы, в конце концов, собираемся домой, Ирис следует за нами до двери, притягивая нас обоих в глубокие, материнские объятья.

— Я так рада, что наконец-то встретила тебя, Хейли, дорогая.

Я обнимаю ее в ответ.

— Я тоже. Это было абсолютное удовольствие.

— А ты, парень, — говорит она Дэниелу, — заботься о ней. Она определенно драгоценный камушек, — она смотрит на меня с мерцающим взглядом. — И, пожалуйста, заботься о себе для меня.

Глаза Дэниела становятся нежными, когда он прижимает ее к себе.

* * *

Я наблюдаю за спокойным лицом Дэниела, которое освещается лучами утреннего солнца, пробивающимися сквозь жалюзи, его грудь слегка поднимается и опускается от равномерного дыхания. Я люблю смотреть, как его ресницы нежно ласкают мягкую кожу под его спокойными глазами. Он выглядит таким красивым и спокойным, почти по-детски, не раскрывая ту тяжесть, которую он несет на своих плечах в течение дня.

Невозможно отказаться от прикосновения к нему, я пододвигаюсь все ближе и нежно целую его слегка приоткрытые губы. Он сонно притягивает меня ближе к нему. Вдыхая его запах, его привлекательный, захватывающий аромат, мои собственные глаза тяжелеют, и я поддаюсь внезапной усталости, навалившейся на меня.

* * *

Мои глаза еще закрыты. Я скольжу рукой рядом со мной, ища Дэниела. Вместо этого нахожу холодный, пустой матрац. Где он? Как долго я сплю?

Слишком сонная, чтобы искать чистую одежду, я надеваю шорты Дэниела, которые нахожу в открытом шкафу. Я быстро чищу зубы, сбрызгиваю свое лицо водой, чтобы удалить последние остатки сна и иду искать его.

— Доброе утро, — он улыбается мне из-под прикрытого тентом лежака. Кажется, как будто он работает — ноутбук на коленях и пустая кружка кофе рядом с ним.

— Доброе, — отвечаю я сладко. Он отодвигает свой ноутбук в сторону.

— Иди сюда, детка.

Он протягивает ко мне руки. Раздвигая ноги, он освобождает мне достаточно места, чтобы я могла лечь на него.

— Люблю смотреть на тебя, — он целует меня, его дыхание смешано с корицей и утренним кофе.

— Ммм, корица?

Он усмехается.

— Да, несколько теплых булочек с корицей ждут тебя в духовке.

— Ты говорил что-то о взгляде, — я сомневаюсь, предаваясь близости его теплой от солнца кожи.

— Ты выглядишь так горячо в моих шортах.

— О, неужели? — кривая улыбка играет на моих губах.

— Да, — он пробегает пристальным взглядом по моему телу.

— Хочешь кофе? Я собираюсь сделать себе один, — спрашиваю я.

Он резко отвечает:

— Позже.

Его взгляд темнеет, и мои внутренности словно окунаются в теплые волны удовольствия. Это был бы гораздо более привлекательный способ помочь мне проснуться.

— Иди сюда, — он притягивает меня ближе, когда сам скользит ниже, чтобы лечь под меня. — Черт, жарко, — говорит он мне прямо в рот. Его руки сжимают мой зад под его висящими на мне шортами. С этого момента слова являются последней формой общения, которые мы используем в течение следующих нескольких минут.

* * *

Дэниел все еще работает, сидя у бассейна. До отправки в аэропорт остается несколько часов. После короткой сессии серфинга, я присоединяюсь к нему. Я лежу в том же положении, что и рано утром, приютившись между его ног, иногда мешая ему работать, зацеловывая его теплую кожу. Я не могу даже думать о том, что нам нужно вернуться. Мысль об этом портит мне настроение. Эти последние несколько дней, этого слишком мало, это было волшебно для нас двоих.

— Хмуришь брови, Хейлз? — он смотрит на меня из-за экрана. Он посылает свой палец на мой сморщенный лоб между бровями, растирая его.

— Я просто думала о нашем возвращении, — объясняю я, разочарование четко отражено в моем голосе.

— Я чувствую то же самое. Это хорошо, что ты рядом со мной все это время.

— Ага, — я беру его за руку и целую центр его ладони. Он поворачивает меня к себе лицом.

— И думаю о том, что ждет меня по возвращении, — он тяжело вздыхает, тесно сжимая меня.

Ослабив свои объятия на несколько мгновений, он увеличивает громкость фоновой музыки с пульта дистанционного управления. Мелодия играет громко. Он сажает меня к себе на колени и прижимает еще сильнее, напевая слова песни в мои волосы.

Я поднимаю голову от теплоты его груди, чтобы посмотреть на него, думая о лирике. Как можно было бы отказаться навсегда только от этого прикосновения.

На протяжении всего полета назад Дэниел работает, пока я дремаю рядом с ним.

Я слышу сообщение о посадке и Дэниела, пытающегося разбудить меня:

— Хейлз, проснись. Обратно в реальность.

«И снова реальность», — думаю я грустно.

Глава 30

Обратно в реальность

— Дорогая, я дома, прячь всех, кто бы тут ни был, — кричу я с порога нашей квартиры. Дэниел помог мне с багажом, и я безумна рада провести с ним еще несколько минут вместе. Как бы странно это ни было, пусть даже совсем не похоже на меня, но я не хочу, чтоб он был все еще расстроенным.

— Хейлз!

Мои губы изгибаются в широченной улыбке, услышав два веселых визгливых голоса моих сумасшедших друзей, доносящихся из гостиной. Ян здесь, чтобы попрощаться наверно. Дэниел смотрит на меня и закатывает глаза, держа меня за руку, когда мы идем к источнику радостных звуков. Мое настроение сразу же поднимается, когда я нахожу Ташу, сидящей на полу на одной из темно фиолетовых атласных подушек, в то время как Ян красит ее ногти на ногах в темно-синий лак.

— Так вот чем вы девушки занимаетесь, когда остаетесь одни, — тихо шепчет мне на ухо Дэниел. Я хихикаю и тащу его за руку к ним. Эти оба смеются, глядя на нас.

— Привет, Бог, ну и Хейли тоже, — усмехается Ян.

Я хихикаю, а Дэниел снова закатывает глаза, отвечая сухо:

— Привет.

— Ты светишься, Хейлз. На твоей коже так быстро появился загар, — Таша подмигивает мне и дарит воздушный поцелуй. — Дэниел, — она улыбается ему от всей души.

— Наташа, — он кивает в ответ.

— Ты остаешься, Хейлз? — спрашивает Таша, ухмыляясь.

— Да, я соскучилась по вам, ребята, — я улыбаюсь ей в ответ.

— Педикюрчик? — Ян предлагает с энтузиазмом.

— Конечно, сразу же после того, как я разложу свои вещи.

— Дэниел, останешься на педикюрчик?

— К сожалению, нет, очень хотелось бы, но я должен работать. В другой раз, окей?

— В следующий раз тогда, — отвечает Ян с ухмылкой.

— Ну, как всегда, спасибо за предложение, — говорит Дэниел, притягивая меня в крепкие объятия. Его глаза излучают глубокие эмоции, и мое сердце съедает угрызение совести при мысли о его уходе. После нашего уик-энда, находясь с ним рядом двадцать четыре на семь, и новые глубины наших отношений, мне чрезвычайно трудно его отпустить. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, и это не краткий поцелуй. Мои любимые друзья, забыв про свое увлекательно занятие, не сводят с нас взгляда, как завороженные. Я качаю головой и отстраняюсь, а затем посылаю им угрюмый взгляд прежде, чем отвести Дэниела в мою комнату. Нам срочно нужно уединиться. Этот поцелуй должен длиться, по крайней мере, еще целый день.

— Я не хочу отпускать тебя сейчас, — говорю я, когда Дэниел пинком закрывает за собой дверь.

— Я как никто другой понимаю тебя, детка, — он притягивает меня ближе, прижимаясь лицом к моим волосам и глубоко вдыхая. Я наклоняюсь ближе, позволяя ему окутать меня в свой теплый и притягательный запах.

— Эй, посмотри на меня, — шепчет он, и я сразу же тону в глубине его пристального взора. Я прижимаю свое тело к нему, чтобы добраться до его губ; он приоткрывает свои теплые губы мне навстречу. Во время поцелуя он берет инициативу на себя, начиная тщательно исследовать мой рот, пробуя меня на вкус. Мою грудь стягивает в ожидании блаженного удовольствия.

Дэниел поднимает меня, чтобы усадить на белый комод, в котором я храню свою священную коллекцию обуви. Он удерживает мое лицо одной рукой, пока другой сжимает мой зад. Затем убрав руку от моего лица, он скользит ею ниже, раздвигая мои ноги шире, чтобы просунуть свое тело между ними. Запустив свои пальцы в мои волосы, он смотрит на меня с полным обожанием.

— Я так сильно люблю тебя, это сводит меня с ума, — он вздыхает, а потом с закрытыми глазами, шепчет: — Я не могу поверить, что мне так трудно уйти от тебя. Это почти невозможно.

Чувствуя то же самое, я обнимаю его крепко, положив голову ему на грудь.

Наш следующий поцелуй уже более глубокий сопровождается нетерпеливыми движениями, вскоре мы уже стаскивали друг с друга ненужную уже нам одежду. Я сижу верхом на нем на кровати, закончив то, что мы начали на комоде.

— Мою голову нужно окунуть в воду… прямо сейчас, — я награждена нежной улыбкой.

— Это значит, что принятой дозы мне хватит до следующей ломки под названием Дэниел?

Он усмехается.

— У тебя есть Дэниелозависимость?

— Я считаю, что да, сэр. Есть один серьезный намек на это. Эти пристрастия, привычки, вожделение и желания иногда становятся невыносимыми, — я симулирую дрожь.

— Бедная малышка, — он целует меня, развлекаясь. — А теперь, мой сладкий наркоман, мне действительно нужно идти.

Я киваю, даже не пытаясь скрыть свое крайнее разочарование. Я смотрю на Дэниела у двери и прежде чем уйти, он снова поворачивается ко мне.

— Двадцать четыре часа Хейлитерапии, блин, — бормочет он, качая головой, и выходит из комнаты.

Я обожаю тебя, Ди.

* * *

— Бесстыдные зайчики, — кричит Ян насмешливо в мою сторону, когда я присоединяюсь к ним на полу. Тогда возвращаясь к теме, которую они обсуждали, прежде чем я присоединилась, он говорит: — Так этот парень был на показе Дольче Габбана Весна 2012. И я даже не удивился, что его нижнее белье тоже «Дольче». Ой-е! — он вздыхает. — Чересчур шикарно, такой богатый выскочка, — он неодобрительно крутит рот.

Таша кивает головой, как будто она полностью согласна с ним, хотя он как всегда забавляется.

— А что, сочетай и комбинируй, черт возьми. Кутюр и простушка — уже нормально. Я думал, что люди гораздо умнее, — ругается он.

Я поднимаю вопросительно бровь, удивленная, на кого это Ян так дуется.

— Он просто встретил своего агента, — уточняет Таша, и я улыбаюсь. — Который совершил фатальную ошибку, столкнув нашего любимого критика моды с полным ансамблем, состоящим из одного единственного дизайнера, — добавляет она.

Я поднимаю руку к открытому в ужасе рту.

— Как он мог? — говорю я с преувеличенным отвращением.

— Сучки, — бормочет Ян, улыбаясь. Обращаясь ко мне, он говорит: — Я так скучал по тебе в последнее время, моя великолепная захваченная рыцарем по имени Дэниел Хейли. Куда уж мне с ним тягаться. Поэтому иди сюда пока на свободе и удели нам чуточку себя.

Я бодро чмокаю его в губы. Да, с этим я поспорить не могу. Я вся в Дэниеле.

Ян оценивает меня, крутя своим указательным пальцем и приказывая мне развернуться. Я встаю под его восхищенным взглядом, поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, кокетливо моргая.

— Ты, моя радость, с ног до головы в любви, и она действительно выглядит мегакруто, — вздыхает он, довольный. — Наша беспристрастная принцесса, которая больше никогда и ни за что не подойдет даже на милю к противоположному полу, вся в любви. Кто бы мог подумать? — его глаза нежно смотрят на меня. — Теперь откинься назад и позволь мне поработать над этими пальчиками, — командует он, и я безропотно подчиняюсь.

— Кстати, Таш, если уж разговор зашел об этом, как поживает твоя история любви? — спрашиваю я, отвлекаясь от работы Яна на моих ногах.

— Ну… — тянет Таша, кусая губы.

— Ой? Проблемы в раю офисной неверности?

Ян поднимает голову поверх моих ног и смеется.

— Просто, я думаю, что все идет к завершению, во всяком случае для меня.

— Это как? — бормочет Ян, по-прежнему сосредоточенный на его художественных стараниях.

— Да, некоторые из вещей, которые он делает, и которые я находила обаятельными, теперь меня раздражают.

— Поясни, — говорю я, ободряюще похлопав ее по руке.

— Он диктатор, — говорит она с легкой улыбкой.

— И что? — спрашиваю я.

— И что, Хейлз? Очень хитроумный он, — комментирует сухо Таша. — Знаете, он один из тех парней, которые любят командовать.

— Не вижу в этом ничего плохого.

Она смотрит на Яна, и его ухмылка становится шире.

— Да ладно, ребята, пожалуйста, просветите тех, кому не хватает достаточно ума, чтобы понять это, — ругаюсь я игриво.

— Он указывает мне, что я должна делать, даже во время секса.

— О, — говорю я, размышляя о том, как это странно и дико раздражает, наверно.

— Только представь себе, Хейлз. «Ах, Наташа, я собираюсь отыметь тебя прямо сейчас».

Ян и я хохочем, копируя босса Таши.

— Звучит, как в очень плохо озвученном порнофильме. Выполняй свою работу, Мисси, — говорю я между хихиканьем.

— О, Хейли, я сейчас собираюсь оттрахать твои пышные губы, — говорит Ян, отчего его голос немного охрип.

— Отвратительно, — я шлепаю игриво его по руке.

— Перестань двигаться, ты ставишь под угрозу мое произведение искусства. Я предупреждаю вас, — он делает жест в сторону моих ног.

Мы обмениваемся веселыми взглядами.

— Так что, кроме секс-вещания, что еще тебе не нравится? — спрашивает Ян, дуя на мои ногти.

— Я предполагаю, что большинство из его качеств, — говорит Таша, выглядя равнодушной. — Я не нахожу его или даже ничего из всей этой ситуации больше привлекательным, и, честно говоря, это действительно раздражает, иметь такого босса. Внезапно он везде, а потом я говорю с другим парнем более чем пять минут и он тут как тут.

— Пробовала ли ты поговорить с ним? — спрашиваю я.

— И что я ему скажу? В общем, ты мне надоел, мы теперь можем вернуться к нормальной жизни, босс? — она закатывает глаза, забавляясь.

— Как один из вариантов, или сказать ему, что это становится слишком серьезным, и ты бы хотела притормозить. Затем постепенно подружиться, — отвечаю я.

— Или твоя лучшая подруга может поговорить со своим любовником и попросить его превратить в мешок радиовещательную задницу босса Таши, — добавляет Ян.

— Даже не смешно. Держите Дэниела подальше от этого, — предупреждаю я.

— Говоря о господине Старке… — Таша уводит тему от нее.

— На этом фронте нет никаких жалоб, — отвечаю я с ухмылкой, которая угрожает разорвать мое лицо на две части.

— Это плохо, да? — усмехается Таша, которая явно счастлива за меня.

— Эй, Таш, если серьезно, кто бы мог подумать! — заявляет Ян, пожимая плечами. — Мисс «как же сложно не соединять воедино физическое удовольствие и эмоции», «никогда ничего не чувствующая», улыбается как полный лох, когда мы спрашиваем ее об ультрагорячем парне, — говорит Ян, ссылаясь на то, что я раньше так всегда говорила.

Таша улыбается так же, как и Ян.

— Да, Ян, наша маленькая девочка нашла своего маниакального принца и действительно вся в любви. Сказки существуют. Если Хейлз на самом деле призналась кому-нибудь в любви, значит, есть надежда для всех нас.

— Сказки? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает Ян. — Из распутной принцессы, которая не верит в любовь, и которая использует невинных людей, превратилась в дамочку, очарованную красивым, слегка невменяемым принцем.

Я издала короткий звук, имитируя кудахтанье в драматическим стиле, пока Ян развивает эту дурацкую историю.

— И как же закончится эта сказка?

— Они оба будут жить в своем убежище в далеком царстве, — продолжает Ян. — Делать кроликов до конца своих дней.

Мы все взрываемся в пронзительном голосистом смехе, когда он приходит к такому выводу.

Задыхаясь, я говорю:

— Бросай свою работу и пиши детские книги. В этом ты преуспеешь быстрее.

— Хейлз будет иллюстрировать их, а я буду пиарить, — добавляет Таша.

— Выпьем, дамы? — спрашивает Ян, вставая с пола после того, как сделал прекрасную работу на моих ногтях.

— Что в меню? — спрашиваем мы в унисон.

— Ну, злые близнецы, у вас есть клубника?

— Замороженная только, — Таша кивает в сторону морозильной камеры.

— Тогда клубничный дайкири, — Ян усмехается из кухни.

— Я люблю тебя, ты так заботишься о нас, — говорю я громко под шум блендера. Ян посылает мне воздушный поцелуй.

Мы завалились на мою кровать, поставив кувшин на тумбочке, и каждый из нас с полным стаканом розового замороженного восторга.

— Одаренный бармен, — я поднимаю свой бокал, и двое моих друзей присоединяются к тосту.

— За то, чтобы никакого больше секса в офисе, — говорит Таша, хихикая.

— За любовь, — говорю я и хохочу. Из нас троих, я не могу поверить, что я одна несу эту чушь.

— Мы должны следить за тем, сколько ты пьешь. Не дай Бог, потом за нами придет твой псих и надерет нам задницы, — бормочет цинично Ян, а Таша кивает головой в знак согласия.

— Ну, он, кажется, очень решительно настроен относительно тебя.

Мои брови взлетают вверх, и мы вместе с Яном поворачиваемся, чтобы сосредоточиться на Таше.

— Я просто говорю…, — продолжает она, проверяя свой лак на ногтях.

— На что ты намекаешь? — Ян читает мои мысли.

Ее глаза возвращаются, чтобы посмотреть на нас обоих.

— Ну, он серьезный успешный бизнесмен. Не ребенок, знаете ли… Я не думаю, что он играется или что-то в этом роде.

Я делаю большой глоток, глядя на Ташу поверх своего стакана.

— О, да ладно, — говорю я и качаю головой со скептицизмом. Что она знает? Откровенно говоря, я лично не готова к чему-то более серьезному, чем мы имеем сейчас. Черт, я все еще привыкаю ко всем этим отношениям. Там нет ничего, чтобы действительно было чересчур значимым для меня, это просто одержимый страстью роман, живое воображение.

— Серьезно, Хейлз, он даже познакомил тебя с мамой, ради Бога.

Ян кивает.

— Это действительно серьезно…

Я делаю глубокий вдох, задумавшись.

— Ну да, познакомил. Это не значит, что эта поездка была запланирована только для этой встречи. Обычно он посещает ее, когда приезжает в Бахи. Неужели они правы? Ни за что! Мы просто наслаждаемся настоящим…

— Я все равно думаю, что я права.

— Не могу согласиться.

Она пренебрежительно закатывает глаза, и я кривлю рот.

После моего второго стакана я начинаю чувствовать себя слишком тепло и немного навеселе. Я раздеваюсь до бюстгальтера и шорт.

— Последний стакан был за вас, спасибо, — говорит Таша, забирая свой стакан, полностью игнорируя мое неодобрение.

— Эй, — я обращаюсь к Яну. — Я не собиралась ничего говорить, но… — я остановилась на секунду, чтобы оценить то, что собираюсь сказать, и так как Ян и Таша весьма внимательно меня слушают, я продолжаю: — Мой Кен-кукла-босс собирается пригласить тебя на собеседование для фотосессии в летнем выпуске.

Лицо Яна загорается.

— Серьезно, дорогая?

— Держись крепче, я еще не закончила, — улыбаюсь я.

— Что такое, Хейлз? — спрашивает Таша.

— Фотосессия будет… на Мальдивах! На каком-то экзотическом острове. Я не могу вспомнить его название прямо сейчас.

Алкоголь…

— Ты шутишь? — еле дышит Ян.

— И я тоже поеду, — добавляю я.

— Ты шутишь, — бормочет Таша, внимательно изучая меня.

— Нет, Яну осталось пройти фокус группы в YOU.

— Легче простого, — Ян подмигивает, всегда уверенный в себе.

— Ребята, я буду очень ревновать, — говорит Таша, надув свои прелестные губки.

— Ты будешь иметь Роба, — Ян издевается над ней, и мы все заваливаемся в истерике.

— Я так устала, — говорю я, зевая.

— Иди сюда, — Ян предлагает свою грудь как подушку, и я укладываюсь в его объятиях, медленно засыпая и наполовину слушая их разговор о последнем парне Яна.

Глава 31

От нуля до ста за долю секунды

— Привет, — я мечтаю о Дэниеле и о времени, проведенном с ним у костра в Бахе.

— Хейлз. — он говорит со мной. — Хейлз, — кто-то слегка касается моей руки. Слегка приоткрыв глаза, я осознаю, что это не часть моей мечты, я смотрю на размытую фигуру, нависшую надо мной. Я моргаю пару раз, чтобы разглядеть ее.

— Дэниел, — шепчу я, сразу приподнимаясь. Что он здесь делает? Разве я спала целый день? Я проспала работу? Он улыбается мне нежным взглядом. Когда я вспоминаю, что засыпала на груди у Яна, я сразу же быстро поднимаю голову.

— У меня кружится голова, — шепчу я.

Дэниел притворяется расстроенным, хотя его глаза, сверкая в потемках вечернего света, выражают совсем противоположные эмоции.

— Пьяная, полуголая, да еще и на обнаженной груди у другого парня — прямо в стиле развратниц. Ну и что мне теперь с тобой делать, Хейлз?

Я кусаю губы, щурясь на него.

— Быстренько исправляйся, — он поднимает меня на руки, и я обнимаю его широкую шею.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, ухмыляясь, позволяя ему нести меня, чтобы насладиться его близостью.

— Наверно, потому что мне так тяжело быть без Хейли, — предполагает он, его оживленный взгляд сосредоточен глубоко на моих глазах.

— Я рада, — я снова моргаю и затем целую его, задержав наш поцелуй, чтобы почувствовать его вкус. — Ммм, ты так хорошо пахнешь, — я нюхаю его шею, упиваясь этим уникальным и неповторимым запахом. — Куда мы идем? — спрашиваю я, когда мы заходим на кухню.

— Ко мне домой, — говорит он голосом, который не оставляет мне ни одного шанса, чтобы в очередной раз повредничать. — Сколько ты выпила? — спрашивает он.

Это так очевидно?

— Не слишком много, мы не позволили ей напиться, — отвечает Таша со своего места на диване. Она смотрит что-то на канале National Geographic.

— Спасибо, — благодарит ее Дэниел.

— Вот, — он сажает меня на один из кухонных стульев. — Выпей это.

Он протягивает мне большой стакан ледяной воды. Я делаю несколько глотков, и, в итоге, выпиваю весь стакан, так как этот командир не оставил мне выбора, состроив деловую гримасу на лице. Хорошо, хорошо, брр.

— Теперь иди и собери вещи для сна.

— Эй, а можно мне самой решить? О, могущественный кукловод, пожалуйста, отпустите меня на свободу.

Дэниел испускает короткий хриплый смешок.

— Как только не называли меня раньше, и совсем не хорошими прозвищами, но кукловод — это что-то новенькое. Я должен вручить тебе приз за оригинальное прозвище, Хейлз, — говорит он, забавляясь. — И нет, вы не имеете никакого права голоса. Ничто и никто не заставит меня вернуть тебя в твою кроватку, даже ты, — говорит он с пустым выражением лица, и затем на его лице все-таки появляется небольшая улыбка. Он притягивает меня ближе, дергая за руку. Удерживая меня в таком положении, он наклоняет свою голову близко к моей. — Нет, у тебя нет никаких прав вообще, ты моя заключенная навеки, — он шлепает мой зад, и добавляет: — И я люблю тебя до безумия.

Он целует меня в лоб. Это идеальный способ, чтобы описать свою любовь, Ди.

— Это так мило с вашей стороны, мистер Старк, что вы наконец-то озвучили свои намерения… хотя в миллионный раз хочу напомнить, что я не выполняю чьи-либо приказы.

Я запечатлела смачный поцелуй на его губах и подмигнула прежде, чем отправиться в свою спальню, чтобы одеться и упаковать сумку, как послушная марионетка.

* * *

Я пью мелкими глотками двойную порцию эспрессо, надеясь, что он избавит меня от последней дозы алкоголя, которая до сих пор циркулирует в моей крови, прежде чем навестить Дэниела, который тренируется в своем мини тренажерном зале, если, конечно, слово «мини» является подходящим описанием, учитывая его размеры и разнообразие оборудования.

— Эй.

Из-под нависшей штанги меня приветствует раскрасневшееся и улыбающееся лицо. Его упругое, мускулистое тело лежит на скамейке, он держит над головой штангу на расстоянии вытянутой руки, два больших веса сбалансированы на каждой стороне. Он громко вдыхает; его бицепс напрягается так соблазнительно, когда он ставит штангу на стойку чуть позади головы. Его серая майка уже влажная от чрезмерного напряжения, а светлые волосы зачесаны назад. Я наблюдаю за ним, полностью загипнотизированная этим видом. Он невероятно сексуален.

Пока он пытается восстановить дыхание, бормочет:

— Я быстро приму душ, и приду к тебе, — он приподнимает нижнюю часть майки, чтобы вытереть лицо, показывая свои загорелые кубики на прессе. Я с трудом делаю вдох.

Поставив свою чашку кофе на пол, я говорю:

— О, нет, не так быстро.

— Что? — спрашивает он, повернув голову, его глаза изучают меня.

— Определенно нет, да поможет мне Бог, если я позволю тебе пойти в душ сейчас, — говорю я, приближаясь к нему.

— Хейлз? — он смотрит на меня, пытаясь понять, куда я иду, хотя я уже вижу намек на улыбку на его губах. Подойдя ближе, я закидываю одну ногу на скамью и поворачиваюсь так, чтобы сесть верхом на него.

— Ты выглядишь невероятно сексуально сейчас.

— Потный и вонючий? — спрашивает он, все еще улыбаясь.

— Соблазнительный и возбужденный, — я наклоняю голову немного вниз, чтобы пробежать глазами по его мускулистому потному телу. Он серьезно может довести меня до инфаркта, если будет выглядеть так.

Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его, и чувствую на его губах соленый вкус от пота, смешанного с божественным вкусом его рта, что превращает мою кровь в магму. Я помогаю ему снять майку, и его, напряженное после тренировки, точеное тело дразнит меня, мучая мои нервные клетки в сладкой пытке.

— Ради бога, детка, только не сдерживайся, — он улыбается мне, и я уже чувствую его возбуждение. И уже никто не сдерживается — ни на этой скамейке, ни в душе, в котором мы также оказывается вместе.

* * *

— Я так чертовски благодарен за твою кофеинотерапию и безрассудный энтузиазм, — говорит Дэниел, целуя меня в губы, когда мы лежим в постели, так тесно друг к другу.

— Ничего себе, спасибо, в любом случае… — отвечаю я с сомнением в голосе.

— Без этих твоих великих заскоков мы бы никогда не встретились…

— Я тоже люблю тебя, — я целую его, хихикая.

— Хейлз, — он гладит меня по щеке и легонько трется о мои губы своими. — Я рискну показаться импульсивным и иррациональным, но…

Как будто, можно подумать, раньше ты был другим.

— Что, Дэниел? — спрашиваю я, улыбаясь ему в слабом свете комнаты, мои глаза на одном уровне его.

— Я думаю, что тебе следует жить со мной.

Я думаю, мисс Тейлор является истинной ясновидящей.

Я позволила себе взять паузу, чтобы насладиться его словами. Настоящее удовольствие для моих ушей. Он серьезно? Это, должно быть, значит «Хейли, мы так круто отдыхаем вместе, поэтому давай сделаем наш отдых вечным». Он не может быть серьезным, говоря это. Такой псих и импульсивный парень, как он, просто и в мыслях не вообразит подобное.

— Хейлз, посмотри на меня. Я здесь, — шепчет он. Я подняла свой беспокойный взор, чтобы посмотреть на него, и сразу же опешила от серьезности в глубине его ореховых глаз.

— Ты шутишь? — спрашиваю я неуверенно. — Это та часть, где ты решил проверить меня, не так ли? — сомневаюсь я, тяжело сглотнув, чувствуя, как мой рот постепенно становится ватным.

— Нет, Хейлз. Я серьезно, — объявляет он, твердо подчеркивая каждое слово низким голосом. — Я пытаюсь донести до тебя, что я ненавижу каждую минуту, проведенную без тебя.

Я чувствую то же самое, но это так быстро, так неправильно. Все это говорит о приближающейся буре и ни к чему хорошему не приведет.

— Дэниел, — начинаю я и делаю паузу, чтобы обдумать то, что собираюсь сказать. — Я чувствую то же самое. На самом деле, я никогда не чувствовала ничего подобного к кому-нибудь. Но ты… Это первый раз в моей жизни, когда я на самом деле влюбилась в кого-то. Я никогда не чувствовала даже отдаленно что-нибудь похожее на то, что чувствую к тебе, — я снова делаю паузу, чтобы вдохнуть больше воздуха.

— Это звучит как начало панихиды по мне, — бормочет он.

— Дэниел, — я прикасаюсь к его лицу, задевая его рот большим пальцем. — Пожалуйста, выслушай меня.

— Продолжай, — говорит он, выглядя более резким, чем несколько минут назад.

— Но я не уверена в развитии более серьезных отношений так же, как в тебе. Я чувствую, что мы торопим события и нам еще рано жить вместе. Это все так ново для меня, и я чувствую, что это полностью изменит мою жизнь, — я наблюдаю за ним, пытаясь понять, что из сказанного мной дошло до него. Бля, не дай Бог, я сейчас испорчу все то, чего мы добились с таким трудом.

— Я не отказываюсь совсем от этой идеи, я просто говорю, что нам нужно развивать наши отношения чуточку медленнее, шаг за шагом, а не перепрыгивать через них. Это просто слишком ново для нас обоих, Ди. Для начала давай попробуем не быть столь амбициозными, возможно, так будет лучше. Поверь мне, я также боролась с собой, чтобы отпустить тебя сегодня на работу.

Он улыбается, хотя улыбка не затрагивает его глаз.

— Хейлз, я много узнал и понял на протяжении всей жизни, и поверь мне, я обрел опыт во многих сферах, чтобы стать таким амбициозным — и это не всегда плохо. Импульсивность и сильные стальные эмоции привели меня к тому, кто я в этой жизни и где сейчас нахожусь. И я доволен своим положением.

— Не спорю, — отвечаю я. Кто вообще может с этим поспорить.

— Таким образом, чтобы подвести итог, мое внутреннее чувство говорит мне, что я нашел ту единственную, — он делает паузу, чтобы посмотреть на меня пристальным взглядом, подчеркивая серьезность своих аргументов. Услышав эти два слова, я борюсь с желанием вскочить на ноги и прыгать, пока не закончатся силы, и кричать о том, что «да, я перееду к тебе сию минуту и никогда больше не уйду».

— Я не считаю, что нам следует двигаться более медленно, так как в своей жизни я никогда не церемонился и принимал решения всегда быстро. И, как правило, все они были удачными. Но, моя сладкая Хейли, на этот раз я дам тебе возможность прийти к этому самой и не буду заставлять, — усмехается он.

Спасибо.

— Я не хочу, чтобы ты сбежала от меня, — добавляет он. Ди, это последнее, что я хотела бы сделать.

Я стараюсь проанализировать его слова. Он не перестает поражать меня. Как быстро мы перешли от «я не целуюсь, если мне не нужны отношения» до «нам надо жить вместе».

— Не пойми меня неправильно, Дэниел, я чувствую, что готова сделать все, что ты только пожелаешь, но иногда мне следует взять под контроль мою одержимость тобой.

Он кладет руку на мою щеку и проводит нежно пальцами по моим губам.

— Знаешь, что, — говорю я. — Давай начнем с ключа от твоего дома, а дальше посмотрим, к чему это нас приведет.

— При условии, что ты будешь использовать его каждый день, — бормочет он невозмутимо, но на его губах все-таки появляется озорная улыбка.

Как всегда, ты оставляешь за собой последнее слово. Я произнесла такой длинный монолог, чтобы вернуть все на круги своя.

Через мгновение низкий, хриплый смешок вырывается из его рта. Я смотрю на него, пытаясь понять причину смеха. Что за неописуемые скачки настроения на повестке дня?

— Иди сюда, — он сжимает меня в своих объятиях. — Ты все еще одержима мной? — спрашивает он, смеясь. — Я обожаю шутить над тобой, — он дышит мне в волосы. — Ты так прекрасна, — говорит он, его голова покоится на подпирающей ее руке, когда он разглядывает меня, лежа рядом со мной на кровати. — Я люблю эти веснушки, — он мягко ведет свой палец с одной стороны моего лица по моему носу к другой стороне. — И эти глаза, — он наклоняется, чтобы поцеловать мои глаза, задерживаясь там, будто проводя какой-то ритуал. — У них самый необычный цвет, и я люблю появляющиеся искорки в них, когда ты смеешься, — он движется ниже, чтобы целовать мои губы. — Эти губы, — говорит он, — сводят меня с ума, — он держит мое лицо в ладонях и повторяет: — сводят с ума.

Я наклоняю голову немного назад, хихикая, наслаждаясь его путешествием по моему лицу.

— Это так заводит меня. Мне на ум приходят только очень неприличные мысли, когда я думаю об этом. И, тем не менее, тебе стоит почаще улыбаться, так как именно благодаря своим неотразимым улыбкам ты можешь получить от меня все, что только захочешь.

— Боже, я потерпел поражение. Жалкое существо, — фыркает он, и я сгибаюсь в приступах хохота.

Затем Дэниел проводит своим указательным пальцем вокруг границ моего рта, закончив на этом свое путешествие. Нажимает нежно на мою нижнюю губу большим пальцем, приоткрыв ее и предоставив ему вход в мой рот. Его взгляд теперь неистовый, Дэниел проводит пальцем по моим зубам и тянет за них, чтобы я оказалась еще ближе к его лицу. Затем медленно просовывает свой язык в мой рот, исследуя и вкушая, вызывая короткое замыкание от губ к самому центру моего тела.

Когда наши губы встречаются, я использую шанс провести свое путешествие.

— Дэниел, — я касаюсь глубокого шрама на его верхней губе, этот шрам, который мог бы заставить мое сердце ускорить ритм, просто посмотрев на него, — как ты получил этот шрам? — я пробегаюсь пальцем по всей его длине, затем вытягиваю немного шею и целую его.

Когда я откидываюсь назад, он отвечает:

— Ничего слишком возбуждающего, просто небольшая травма во время серфинга. Когда только начинал заниматься им.

Так этот сексуальный вклад появился благодаря серфингу.

— Я думала, что там невозможно получить травму, но я все равно люблю серфинг. Даже больше чем раньше, — я ухмыляюсь на него.

— Ты любишь серфинг еще больше, потому что он нанес травму моему лицу? — он поднимает брови. — Ты странная, Хейлз.

Я скромно целую его, а затем поворачиваюсь, чтобы целовать шрам на брови.

— А этот? — спрашиваю я. Его поведение быстро меняется. Он пытается остаться невозмутимым, но на его лице отображается внезапная жесткость, а взгляд становится непроницаемым.

— У меня слишком хорошее настроение, чтобы говорить об этом прямо сейчас, — рычит он, и добавляет более небрежно, — Я предпочел бы просто продолжать свое путешествие по тебе, — я услышала это громко и ясно. Тема закрыта для дальнейшего обсуждения. Он возобновляет свое путешествие по моему телу, хотя это очень отличается от предыдущего, так как оно гораздо более глубокое и неподдающееся описанию. Еще одна тема, которую он категорически не хочет обсуждать со мной. Но это не меняет моего отношения к нему.

Глава 32

Раскрывая чужие тайны — подумай прежде о последствиях

Этой чертовке напекло голову, что ли? Я не ослепла? Наш наглый юный секретарь с вечно недовольной рожей встречает меня с улыбкой на лице? Я делаю шаг назад.

— Доброе утро, — я улыбаюсь ей.

— Доброе утро, Хейли. Как поживаешь?

Я киваю и улыбаюсь на этот раз теплее. Такое ощущение, что космос посылает мне тайные сигналы. Может, мне стоит побежать в киоск и купить себе лотерейный билет? Удивленная я иду в свой кабинет.

— Доброе утро, — Джош встречает меня в фойе нашего опэн спейса[18].

— Доброе утро. Как прошли выходные?

— Очень хорошо, хотя я не загорел так же хорошо, как ты, — он снова выставляет, словно на показе мод, свою белую улыбку, демонстративно показывая безупречный вид своих зубов, благодаря частым походам к стоматологу.

— Где ты была? — спрашивает он, выглядя заинтересованным.

— В Бахе, — я вспоминаю мечтательно о своем чудесном уик-энде.

— Повезло тебе.

Мне определенно повезло.

— У нас собрание по отделу в одиннадцать? — спрашиваю я, пытаясь сделать нашу беседу более деловой.

— Да, в одиннадцать, — отвечает он обыденно, явно ожидая вернуть нашу беседу, наверно, в дружеское русло.

— Вы должны со мной что-нибудь обсудить до него? — я знаю, что он не собирается ничего обсуждать, но по-любому будет задавать другие дурацкие вопросы, чтобы поддержать разговор, пока я не дойду до стола.

— Нет, просто будь готова предоставить наброски по проекту «Мамы в подростковом возрасте».

Когда я села за свой стол и включила компьютер, Джош появляется снова в поле моего зрения, только уже в моем кабинете. Я поднимаю голову к нему, думая о том, что ему все еще от меня нужно.

— Я общался с твоим другом, Яном, только что. Надеюсь, он сможет подойти сегодня в офис.

— Я уверена, что он обязательно найдет время, — я киваю Джошу.

Он постукивает по наружной стенке моей двери в кабинете.

— Итак, увидимся позже, — и неужели я наконец-то слышу его удаляющиеся шаги, позволяя мне начать свою рабочую неделю.

Во время нашего собрания, когда Аарон из финансового отдела брифует нас относительно доступного бюджета для каждого проекта, я получаю текстовое сообщение от Таши, которая зовет меня на ланч только потому, что ей не хочется быть одной в течение целого часа. Я сразу же соглашаюсь. Как я могу сказать нет?

После собрания меня загружают целым списком задач, которые нужно выполнить в течение этой недели. Я должна приложить максимум усилий для этого, прежде чем уйду на выходные. Выходные дома. Но моя захватывающая мысль сразу же омрачается. Выходные без Дэниела…

* * *

— Так здорово, что ты пришла. Я была уверена, что ты не откажешься, — Таша посылает мне дружественный взгляд, пока мы ждем наш заказ.

— Ну, угроза оставить тебя в одиночестве во время ланча сделала свое дело. Мы ведь обе знаем, что ты всегда используешь такой прием, — говорю я.

— У меня был разговор с Робом сегодня, — произносит она бесстрастно, внимательно рассматривая свои волосы, вероятно, в поисках секущихся концов.

— Эй, мои глаза здесь, — я пытаюсь привлечь ее внимание и жду продолжения. Она качает головой и улыбается, когда поднимает свой взгляд, чтобы встретиться с моим.

— Я сказала ему, что думаю, мы должны сделать шаг назад в наших отношениях, как ты и говорила, — она останавливается на мгновение, заметив знакомое лицо рядом, учитывая тот факт, что ресторан находится прямо под зданием Stark Software.

— Как он воспринял это?

— Он пытался убедить меня, что мы не должны этого делать, но я была более чем напористой, — объясняет она. — Я просто надеюсь, что это не вызовет каких-либо ненужных сцен на работе, — заявляет Таша с усталым вздохом.

— Да, он может запросто поставить тебя в нехорошее положение. Я надеюсь, что он поведет себя как настоящий джентльмен, и не будет превращать твою работу в ад.

— Дамы, ваш заказ — два салата с козьим сыром и две газированные воды.

— Спасибо, — мы обе отвечаем веселой официантке.

— Ладно, Хейлз, как там дела у тебя? — спрашивает Таша, и ей не нужно было объяснять свой вопрос, итак понятно, что она спрашивает про прошедшие выходные. Нам не нужно слишком много слов, чтобы понять друг друга.

— Извините за беспокойство, леди. Это место занято? Могу ли я одолжить у вас этот стул? — спрашивает вульгарно выглядящая рыжеволосая девушка, прерывая нас.

— Нет, вы можете взять его, — отвечаю я, взглянув в ее большие солнцезащитные очки.

— Спасибо, — мы с Ташей киваем быстро в ответ и продолжаем наш разговор, теперь более тихо, потому что эта девица уселась прямо около нашего столика.

— Это было удивительно, Таш, мы так здорово провели время. Мы поймали столько больших волн, — я рассказываю ей о том, как мы катались на досках и так далее.

— Ничего себе, он на самом деле пел для тебя?

— Ну он вроде пробормотал какие-то слова. Если бы это был кто-то другой, я бы подумала, что он глухонемой или пение явно не его ума дела. Мне бы тогда сразу же потребовалась больничка, но не с ним. Напротив. В нем есть что-то такое, — на моих губах расцветает улыбка, вспоминая тот вечер, и мое сердце делает сальто.

— Честно говоря, Хейлз, в это реально трудно поверить. Ты единственная из нас троих, у кого есть серьезные отношения. Да еще и с кем? С самим Дэниелом Старком, — она растягивает губы в глуповатой улыбке, и я радостно киваю.

— О, да, — говорю я, делая акцент на последнем слове.

— Итак, что еще в нем такого, кроме того, что он ведет себя, как упрямый ребенок, в которого моя лучшая подруга так сильно и быстро влюбилась? — Таша берет еще одну вилку салата.

— В нем очень много различных слоев; он никогда не перестает удивлять меня, — говорю я, вздохнув, довольная от воспоминаний о нем. Я делаю глоток воды.

Она подносит салфетку к губам:

— И?

— Ну, с одной стороны, мы уже обе знаем точно, что он может быть таким властным и импульсивным.

Мы обмениваемся понимающими взглядами и хихикаем вместе.

— Устрашающий мистер Старк, — Таша закатывает глаза, и я отвечаю кривой улыбкой.

— Но, с другой стороны, в нем есть и что-то доброе и нежное, это просто сводит меня с ума, — я размышляю в течение короткой секунды, засмотревшись на пузырьки в моей минералке.

— Ты знаешь, Таш, у него было довольно тяжелое детство, — говорю я и добавляю: — Можешь ли ты представить себе, что его отец ушел от него, когда ему было всего лишь семь лет. Он оставил его вместе с мамой без пенни в кармане.

Дрожь пробегает через меня и причиняет боль глубоко внутри, когда я вновь думаю о нем тогда.

— Не говоря уже о почти смертельной болезни его матери, в то время как он должен был наслаждаться жизнью и играть с другими детьми его возраста.

— Это так ужасно, но посмотри, в конце концов, кем он стал, несмотря на все это, — говорит Таша, тронутая моим рассказом.

Я делаю еще один глоток воды и кладу немного салата в рот.

— Я не уверена, но я думаю, что один из его шрамов связан с его отцом.

— Ты намекаешь на то, что он был жестоким? — спрашивает она.

— Я поняла это по его реакции, когда спросила, как он получил эти шрамы. Очень похоже на то, когда я спросила про отца, — я надеюсь, что я не права, но почему-то у меня есть предчувствие, к чему или к кому это все ведет.

— Ты должна отдать ему должное, несмотря на свое детство, он успешный бизнесмен, — говорит Таша одобрительно. Я не могу не согласиться. — В те годы, когда его мать лечилась, он переезжал из одного дома в другой. Он жил у каких-то друзей, в различных семьях. Представь себе, что значит для ребенка отсутствие своего настоящего дома и постоянные разъезды.

Таша задумчиво кивает.

— Как ты думаешь, как он жил до того, как встретил тебя? Какой образ жизни он вел?

Я оцениваю ее слова, беру еще ложечку салата, а затем отвлекаюсь на рыжую девушку рядом с нами, которая обратилась с просьбой к официантке принести еще кофе. Я пользуюсь шансом и заказываю содовую.

— Я на самом деле считаю, что все эти дорогие девушки по вызову, которых он привык видеть, остались в прошлом, но в его голове до сих пор сплошной беспорядок, — я вздыхаю. И разобрать этот беспорядок будет очень нелегко.

— Но я так люблю его, во всех отношениях. Я знаю, что это слишком рано для таких чувств, но мне кажется, как будто я действительно знаю его, и я обожаю каждую часть в нем: и хорошее, и плохое.

— Я так рад за тебя, Хейлз. Я не могу быть более счастливой, — она сжимает мою руку.

— Вот, — официантка протягивает мне мой холодный напиток.

— Итак, насколько ты уезжаешь к своим родителям? — спрашивает Таша.

— С субботы до понедельника.

— Я хочу попросить Яна остаться со мной, пока тебя не будет.

Я улыбаюсь, зная, что Ян сразу согласится.

— Только не позволяй нашей великолепной шлюшке приводить кого-нибудь в мою кровать.

Она смеется и кладет руку на сердце в клятве.

— Если уж говорить о нашем прекрасном подростке с бушующими гормонами, то его должны сегодня позвать на интервью.

— Я уже говорила, что я жутко завидую? — говорит Таша, состряпав угрюмое выражение лица.

— Ой.

Таша морщит свой вздернутый носик:

— Что случилось, Хейлз? Я тебе надоедаю? Почему ты смотришь на часы каждую секунду?

— Просто у меня осталось не так много времени, а еще Дэниел заставляет меня бросить все на свете, чтобы зайти к нему поздороваться.

— Так зайди и поздоровайся, — она улыбается. — Иди уже, Мисси. Я позабочусь о чеке.

— Люблю тебя бесконечно, — я крепко обнимаю ее.

* * *

— Мисс Грейс, приятно видеть вас снова.

— Хейли, Энн. Называйте меня Хейли, — она запомнит когда-нибудь? — Он у себя? — спрашиваю я персонального ассистента Дэниела у входа в его кабинет.

— Да. Он с коллегами, но там ничего важного, — она делает паузу, а затем добавляет: — В любом случае, у меня есть четкое поручение передать все ваши звонки или проводить вас к нему в независимости от его дел.

Мгновенно моя улыбка становится еще шире.

Я стучу в дверь, чтобы услышать раздраженный голос Дэниела по ту сторону.

— Да.

Я открываю дверь, несколько нерешительно.

Встретившись с моими глазами, его лицо сияет.

— Хейлз, — на его губах появляется улыбка. — Проходи, — он поднимается, когда я подхожу к нему, чтобы поприветствовать меня поцелуями и объятиями.

— Я не хотела беспокоить тебя, я только пришла, чтобы поздороваться.

Я извиняюсь перед парнем, который сидит на противоположной стороне стола. Он качает головой и жестом руки дает понять «никаких проблем».

— Подожди, Хейлз, мы почти закончили.

— Так просто пришли мне полный план, и я рассмотрю его позже, — на этих словах парень встает, чтобы выйти, и кивает Дэниелу.

— А где «спасибо»?

— Ему за это платят зарплату, — отвечает он категорически. — Какой приятный сюрприз видеть тебя здесь, — он обнимает меня сильнее и начинает целовать мою шею.

— Ну, это не то чтобы визит… — говорю я, не давая ему шанса обрадоваться, и хихикаю, замечая его расстроенный вид. — Мне нужно вернуться в офис; у меня очень напряженный день. Я просто приходила на обед к Таше и проведать тебя, — говорю я и одариваю его нежной улыбкой.

— Молодец, — он притягивает меня ближе, положив руку на мою задницу.

Его телефон подает звуковой сигнал, и он отвечает с динамика:

— Энн, — огрызается он.

Наверно он много платит ей, иначе зачем она терпит его?

— Крис здесь, чтобы встретиться с вами, — говорит она терпеливо.

Дэниел вздыхает.

— Впусти его.

Когда я пытаюсь отойти в сторону, Дэниел не отпускает меня.

— Это не значит, что тебе надо уйти, — он целует мои волосы.

Высокий круглолицый парень в большом поло цвета хаки входит в комнату. Он опешил сразу же, увидев меня.

— Мистер Старк, я всего на несколько минут.

Когда он собирается сесть Даниэль изрекает сухо:

— Несколько минут будет недостаточно для продуктивной работы.

Парень выглядит так, будто он совершенно не в своей тарелке и поэтому продолжает стоять на месте. Я про себя качаю головой.

— Удиви меня, — говорит Дэниел глухим голосом.

— Мы стабилизировали процесс работы программы, но сбои все еще существуют.

Дэниел задумался, а затем вздохнул. Его челюсть напрягается под кожей.

— Может, интерьер в этом кабинете виноват в том, что все, кто заходят сюда, вызывают только злость во мне? — он бормочет себе под нос. — Собери здесь всех через тридцать минут, — говорит он твердо, потирая рукой лицо. Не дожидаясь дальнейших указаний, Крис кивает и выходит из комнаты.

— Неприятности? — я сомневаюсь.

— Хуже, но я могу вытерпеть, — он отвечает раздраженно.

— Хорошо, тогда я пойду. У меня также много работы.

— Я жду тебя сегодня вечером, — утверждает Дэниел, а не спрашивает.

Зная, как он раздражен сейчас, я не спорю.

— Хорошо, увидимся вечером, — я обнимаю его за шею и долго целую его губы. Он быстро отвечает на поцелуй, немного расслабившись.

— Я хочу быть с тобой 24 часа 7 дней в неделю, — говорит он и добавляет: — Ты моя маленькая голубая таблетка[19].

Я не уверена, есть ли у него действительно маленькая голубая таблетка или это просто метафора, но ему в любом случае не пригодились бы эти таблетки.

— Взаимно. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, Хейлз, — он вздыхает, целует мою голову и отпускает меня.

Глава 33

Правда о Старке

— Дорогуша, — знакомая ухмылка Яна освещает мой кабинет. Он стоит у входа с Джошем. Я поднимаюсь со стула, чтобы обнять Яна; Джош все еще улыбается, даже шире, чем обычно.

— Пойдем, Ян. У нас сейчас интервью, а потом фокус-группа, — Ян кивает и следует за ним.

— Удачи, — кричу я ему вслед, и он посылает мне быстрый, дерзкий взгляд.

Начав работать над своими задачами, я получаю звонок от помощника редактора, обвинившего меня в том, что я не выслала вовремя отчет, который уже превратил мой мозг в месиво. Этот звонок здорово расстроил меня. Но он, к сожалению, прав. Черт. Я просто надеюсь, что это не дойдет до Джоша. Я не хочу разочаровать его. Сообщение от Таши помогает утихомирить мое раздражение.

Таша: Ад Начинается.

Я: Так все плохо?

Таша: Вечные замечания, заваливания кучей бесполезной работой и хмурые взгляды… просто офигеть.

Я: Держись там. Ты сделала все правильно.

Мудак. Возможно, Дэниелу стоит его уволить. Я улыбаюсь при этой привлекательной мысли.

Благодаря моей последующей усердной работе несколько часов проходят в мгновение ока. Я останавливаюсь и иду на кухню за водой, чтобы по пути размять затекшие мышцы. И нахожу там Джоша и Яна с пластиковыми стаканчиками в руках, выглядевшими очень даже расслабленными для интервьюера и интервьюируемого.

— Эй, — говорю я громче, чем мой естественный голос, наблюдая за ними внимательно, пытаясь описать затаенное чувство во мне.

— Моя дорогая, — Ян встает и кладет руку на мою талию.

— Как все прошло? — спрашиваю я, не уверенная, что сейчас подходящее время, чтобы спрашивать его об этом при Джоше, но слова уже покинули мой рот.

— Замечательно, — отвечает довольный Джош на мой вопрос. — Хорошо. Ян, было приятно провести время. Хейли проводит тебя.

— Спасибо, Джошуа.

Джошуа? Они оба обмениваются загадочными взглядами. Когда это Джош стал Джошуа?

— Что это, черт возьми, Ян? — шепчу я сквозь стиснутые зубы.

— Он полностью очарован мной.

— Джош? Ты разыгрываешь меня? — я шепчу еще тише. Ян ухмыляется. — Он гей? — я спрашиваю просто, чтобы убедиться, что я правильно понимаю его странное поведение сейчас.

— Я думаю, что с тех пор, как ты стала одержима своим Дэниелом, твой дар распознавания геев немного затух. Черт, Хейлз, большая часть левой стороны твоего мозга в последнее время сильно сдает.

— Ага, конечно, — я хихикаю.

Учитывая то, что поставлено на карту, я предупреждаю его:

— Ян, только потому, что все складывается очень даже удачно, пожалуйста, не связывайся с моим боссом, — я делаю акцент на слове «не связывайся». Как будто Ян действительно увлечен уже им. Но Яна не так просто заинтересовать. Он просто всегда кидает своих жертв и линяет.

Он выглядит так, будто на самом деле обдумывает мою просьбу.

— Не волнуйся, я не буду делать ничего такого, что может поставить твою работу под угрозу.

Я обнимаю его.

— И, в любом случае, мы оба знаем, что я не отношусь к типу Abercrombie[20].

Мы обмениваемся веселыми взглядами и смеемся.

— Теперь давай вытащим тебя отсюда, чтобы я могла продолжить делать то, за что мне платят.

Перед тем как уйти, Ян говорит мне, что он должен получить ответ в течение нескольких недель.

Когда возвращаюсь на свое рабочее место, я замечаю стикер на моем столе.

«Зайди ко мне. Джош».

После того, как я узнала об откровенных сексуальных предпочтениях моего босса, мне стало легче общаться с ним. Как я могла не заметить этого?

— Закрой дверь и садись, пожалуйста, — просит Джош, его выражение лица трудно прочитать. Я закрываю дверь и сажусь вся во внимании.

— Мне звонил Брайан недавно.

Брайан, тот, который редактор? Вот черт. Вот и мой первый прокол. И прежде, чем он что-то хочет сказать, я его прерываю:

— У меня не было возможности сказать вам раньше об этом, но я беру на себя всю ответственность за то, что не отправила вовремя отчет.

Он изучает меня, делая видимое усилие, обдумывая мои слова.

— Допустим, но я думал, что ты знаешь, как реагировать на ожидания наших коллег, особенно тех, кто работает с контентом, — он царапает невидимое пятно на своем столе, постепенно поворачиваясь к мне. — Другими словами, Хейли, ты должна научиться уклоняться от любой вины как по отношению к тебе, так и к нашему отделу, в общем.

Стоп, повтори еще раз… Он только что сказал, что это нормально, если я нарушаю сроки и не виню в этом себя? Это, безусловно, не тот ответ, который я ожидала услышать.

— Понятно? — его глаза сфокусированы на мне.

— Да, понятно, — отвечаю я нерешительно. Спасибо офисной политике 101.

И, как будто это всего лишь незначительный вопрос, которому не следует уделять слишком много внимания, Джош продолжает:

— Ян произвел хорошее впечатление.

На кого именно? На тебя?

— Он понравился фокус-группе?

Джош усмехается:

— Похоже, что да. И даже очень, — он выглядит так, будто наслаждается какой-то остроумной шуткой.

— Да, он очаровашка, — подтверждаю я.

Я улыбаюсь наивно, думая о неотразимой харизме Яна.

— Вы очень близки, не так ли?

Что он имеет в виду? Нет, не волнуйся, мы не пара…

— Да, это так. Он один из моих самых близких друзей.

— Я заметил, — мурлычет он задумчиво, затем делает паузу на короткое время, возможно, рассматривает возможность дальнейшего допроса. Но вместо этого он просто бормочет: — Было бы здорово, если бы они в конечном итоге выбрали его.

Я киваю в знак подтверждения, и пора бы уже прикусить язык. Если бы я только могла свободно говорить в некоторых ситуациях. Слишком показательно, босс.

— Для тебя, конечно, — добавляет он, намного позже.

Давайте просто закончим этот неудобный разговор, и на этом каждый пойдет заниматься своими делами.

— Да, я была бы в восторге, — добавляю я.

Не уверена, что это хорошая идея, когда надо лыбиться подобно Чеширскому коту, босс.

— Хорошо, тогда прекрасного вечера, Хейли, — заключает он. Он еще несколько раз заходил ко мне прежде, чем уйти домой.

Я сделала еще несколько умозаключений после ухода Джоша. Начиная с того, что мне не нужны никакие проблемы на работе и продолжая тем, что мне не нравится одержимость моего босса моим лучшим другом. Ничего хорошего не может получиться ни при каком случае.

Проверяя время, я понимаю, что это уже четверть седьмого. Я решаю поработать еще в течение часа, а затем поехать прямо к Дэниелу. Думая о заключительной части вечера, мое настроение сразу же поднимается. Через некоторое время, погрязнув в работе, я отвлекаюсь на свой вибрирующий телефон. Несмотря на то, что мои мысли все еще в работе, я отвечаю, не глядя на дисплей.

— Хейли, ты можешь выйти? Я около твоего здания.

Дэниел? Он настолько соскучился по мне, что уже не в состоянии противостоять искушению? Мои губы инстинктивно растягиваются в улыбке.

— Эй, — отвечаю я. — Почему бы тебе не зайти?

— Просто выйди, хорошо? — резко отвечает он и вешает трубку.

Хорошо, псих, иду. Он что-то принимает? Голос у него был такой уставший, рассуждаю я, пока иду к выходу, надеясь, что его положение на работе не так уж плохо. Я ненавижу мысль о том, что он наверняка сейчас расстроенный и раздраженный.

* * *

Дэниел ждет меня, облокотившись на припаркованный Viper. Рада видеть, что он сразу оживает, как только видит меня. Хотя, подойдя ближе, я озадачиваюсь холодным выражением на его лице. Вроде он выглядит, как и всегда, но что-то изменилось, например, то, как он смотрит на меня. Я ненавижу то, что вижу сейчас.

Скорее всего удивляет тот факт, что он все еще стоит у машины, я подхожу ближе и обнимаю его, но не получаю ответную реакцию. Что-то новенькое. Что происходит?

— Разве у тебя не очень много работы? — я стараюсь казаться случайной, чтобы скрыть страх, зарождающийся в животе.

— Так и есть, — ворчит он.

— Но все же ты пришел ко мне? — я улыбаюсь от всего сердца.

— Не совсем, — говорит он каменным холодным голосом, и мое сердце сбивается с ритма. Я наблюдаю за ним, пытаясь понять, что случилось. Взамен он изучает меня ледяным взглядом, как будто я стала чужой.

— Что происходит, Дэниел? Ты меня пугаешь, — я прикусываю нижнюю губу, не зная, что думать о его внезапной и необъяснимой смене поведения. Он рассматривает меня несколько самых длинных, самых мучительных секунд, а затем достает белую бумагу из заднего кармана. Я наблюдаю за ним, пытаясь выяснить, что происходит, в то время как страх медленно ползет по моей спине. Он протягивает бумагу мне.

— Читай вслух, — приказывает он грубо, его глаза прожигают меня.

Я разворачиваю бумагу, встряхивая при этом ее, затем гляжу на него, чтобы проверить его выражение еще раз, но на самом деле оно до сих пор без изменений. Что-то не так. Я смотрю на бумагу и пытаюсь понять, что там.

— Вслух, — говорит он все тем же холодным тоном, хотя сейчас я чувствую какую-то внутреннюю борьбу в нем. Что, черт возьми, происходит?

— Что это? — спрашиваю я.

Он потирает лицо обеими руками, бросая жесткий взгляд в мою сторону, а затем срывается:

— Блядь, просто прочитай эту проклятую бумагу уже!

Я судорожно сглатываю, и мои руки начинают дрожать. Я пробегаюсь быстро глазами по первому абзацу, и когда достигаю второго, спрашиваю в полном неверии:

— Что? Что это? Где ты взял это?

— Ты что, разучилась читать сегодня, черт побери, я должен сам это сделать? — он еле сдерживается.

Я начинаю читать дрожащим голосом:

— Дэниел Старк сделал себе имя как один из знаменитых магнатов в коммерческой бизнес-индустрии, и в возрасте тридцати четырех лет, имея бесконечное количество миллионов на своем счету в банке, он является одним из самых загадочных холостяков в мире. Г-н Старк является интригующей загадкой, меняя огромное количество одиноких женщин, как перчатки.

Кровь покидает мое лицо, когда я читаю следующее предложение. Я останавливаюсь, чтобы успокоится, и пытаюсь сделать вдох.

— К нашей удаче… — я задыхаюсь. — К нашей удаче, господин Старк, прирожденный мультимиллионер, в настоящее время состоит в отношениях с менее презентабельной особой по сравнению с предыдущими его пассиями. Нам стали известны столь интересные факты сегодня, когда нынешняя возлюбленная Старка поделилась некоторыми пикантными подробностями о магнате, который, в свою очередь, всегда упорно хранил личную жизнь в строгой секретности от всего мира. Распутная жизнь, проститутки, безобразие и пренебрежение к жизни — это основные атрибуты, которые были используемы для описания прошлого Старка и его теперь сомнительный образ жизни.

Я не могу продолжать. Мой голос ломается. Холодный пот покрывает меня с ног до головы.

— Что это? — спрашиваю я, потрясенная до мозга костей. Он не обращает внимания на мой вопрос, от его ледяного взгляда волоски на задней части моей шеи слегка поднимаются.

— Ты говорила это обо мне или нет? — кипит он устрашающим голосом. Я стараюсь дышать, но мне с трудом удается сделать вдох, потому что кислород застревал в моем горле.

— Да. Нет, — мой голос снова пропадает.

— Есть только один простой ответ. «Да» или «нет», — он пытается сдержать гнев, но я вижу в его глазах злость.

— Да, — говорю я, слезы щиплют глаза, и комок в горле увеличивается до огромного куска. — Да, но все было не так, я не…

— Стоп! — его голос суровый и громкий. Хотя есть еще что-то в его взгляде, смесь разочарования и боли, вызванное каким-то образом мной.

— Дэниел, не позволяй этому стать чем-то большим между нами, все было действительно не так, — прошу я, когда начинаю понимать смысл этого безумия. Причина, почему он расстался со своей прежней подругой, тонет угрожающе в моем сознании.

— Я не хочу тебя слышать, — говорит он твердо, сжав кулаки. Он оценивает меня в течение нескольких секунд еще новым незнакомым взглядом, взглядом, который наводит на неприятную мысль омерзения.

— Дэниел, — я стараюсь снова объясниться, чувствуя себя виноватой и убитой.

— Нам нужно взять паузу, — нет… Его голос жесткий. Затем он поспешно смотрит мне прямо в глаза и без лишних слов поворачивается в сторону водительского сидения автомобиля.

Запаниковав, я кричу ему вслед. Он поворачивается на короткое время, но затем уезжает.

— Дэниел, не позволяй этому разрушить все, чего мы добились.

Я опустошена. Потрясенная и сломленная, я в оцепенении наблюдаю за тем, как он уезжает. Слезы заполняют мои глаза, а острая боль скручивает внутренности. Я не чувствую ритм своего сердца, потому что кислород, похоже, больше не поступает в мои легкие.

Когда его автомобиль пропадает из виду, я оседаю на землю, пока не чувствую под собой жесткий асфальт, и прислоняюсь к грубой кирпичной стене здания. Мои ноги слишком слабы, чтобы удержать меня. Полностью разбитая, находясь в каком-то бреду, я стараюсь перечитать текст в попытке понять смысл. Темная мысль закрадывается в моей парализованной голове. Что он, должно быть, думает обо мне сейчас? И эта боль, когда он ушел, все еще стоит перед моими глазами.

«Беспощадная правда.

Дэниел Старк сделал себе имя как один из знаменитых магнатов в коммерческой бизнес-индустрии, и в возрасте тридцати четырех лет, имея бесконечное количество миллионов на своем счету в банке, он является одним из самых загадочных холостяков в мире. Г-н Старк является интригующей загадкой, меняя огромное количество одиноких женщин, как перчатки.

К нашей удаче, господин Старк, прирожденный мультимиллионер, в настоящее время состоит в отношениях с менее презентабельной особой по сравнению с предыдущими его пассиями. Нам стали известны столь интересные факты сегодня, когда нынешняя возлюбленная Старка поделилась некоторыми пикантными подробностями о магнате, который, в свою очередь, всегда упорно хранил личную жизнь в строгой секретности от всего мира.

Распутная жизнь, проститутки, безобразие и пренебрежение к жизни — это основные атрибуты, которые были используемы для описания прошлого Старка и его теперь сомнительный образ жизни.

Была ли этому виной злоба на его отца и его уход из семьи в детстве, насилие или это была его мать, страдающая смертельной болезнью, когда он был всего лишь карапуз — что привело Старка к распутному взрослому образу жизни из бесчисленных встреч с высокооплачиваемыми девушками по вызову? Является ли этот непостижимый путь миллионера чем-то вроде излечения от своего прошлого? Или он просто испуганный мальчик, который борется со своими укоренившимися демонами?

Вот такая небольшая личная заметка г-ну Старку от нас с приветом.

Все самое лучшее в разделе „Подружки“. Мы ничего не ждем взамен, мы просто доносим лучшее для вас, так зачем соглашаться на посредственность? Всегда на связи. Сплетни Феи.

Представитель г-на Старка отказался от комментариев».

Горький привкус вины наполняет мой рот, когда я дочитываю до конца.

Глава 34

Ядерная катастрофа

Я не помню, как добралась до дома, но, видимо, как-то мне это удалось сделать, раз я стою уже в своей квартире. Такое ощущение, что я попала в кошмар и никак не могу проснуться.

— Хейлз, это ты?

Я не могу даже найти в себе силы и слова, чтобы ответить.

— Хейлз? — шаги Таши приближаются. На ее лице появляется беспокойство.

— Что случилось?

В вопросе сквозит паника.

Все. Я просто отдаю ей бумагу и падаю на диван. Я концентрируюсь на дыхании, так как моя грудь с трудом пропускает воздух через легкие. Я чувствую, что стены надвигаются на меня. Это так проявляется приступ паники? Таша сидит рядом со мной, и ее смятение говорит мне, что она прочитала статью.

— Хейлз, Дэниел видел? — она спрашивает опасливо тихим голосом. Я киваю, до сих пор не в состоянии сказать хоть слово.

— Именно он дал мне это, — наконец произношу я шепотом, и слезы заполняют мои глаза, бесконтрольно стекая вниз по моему лицу.

— Это весь наш разговор, тупо выдернутый из контекста, — заявляет она то, что я и так поняла, прочитав статью. — Что он сказал? — сострадательный взгляд ее изумрудных глаз фокусируется на мне.

— Он даже не захотел выслушать меня, Таш, — бормочу я между рыданиями.

Таша тихо вздыхает.

Это так больно, и все, что я хочу — это он. Я ложусь, уставившись в потолок, и готова так смотреть на него вечность.

— Я иду спать, — бормочу я устало, в конце концов, встав. Мне с трудом удается удержаться на ногах.

— Хочешь, я побуду с тобой, Хейлз?

— Нет, я хочу побыть одна.

После того, как я оказываюсь в постели, я пытаюсь набрать Дэниела, но он не отвечает. Рыдая, я засыпаю, полностью истощенная, с пустотой в душе, которая всего несколько часов назад была моей…

* * *

Я просыпаюсь в поту и смятении, но потом быстро понимаю, что вчерашний кошмар был не сон, когда замечаю на моей тумбочке помятый кусок бумаги, обвиняющий и подтверждающий мою вину. Он напоминает мне о моей новой реальности. С сухой болью в горле от чрезмерных рыданий я плетусь на кухню за столь нужной мне сейчас водой.

— Хейлз, — бархатный голос Таши приветствует меня, когда я захожу на кухню. — Ты выглядишь ужасно, — говорит она, пытаясь улыбнуться.

— Спасибо, — бормочу я. Чувство юмора оставило меня день назад.

— Ты собираешься на работу? — спрашивает она, когда я делаю глоток холодной воды.

Покачав головой, я говорю усталым голосом:

— Я не в состоянии физически что-то делать.

Она сочувственно кивает.

— Я могу остаться с тобой сегодня, — она снова беспокоится за меня. Я вижу это по изменению выражения на тонких чертах ее лица.

— Нет, я сама. Я просто хочу отоспаться.

— Хорошо, как хочешь, — она вздыхает, сдаваясь и выпуская задержанный в легких воздух, затем подходит и обнимает меня, пытаясь утешить. Мои глаза снова заполняются крокодильими слезами от этого открытого доброго жеста.

— Хочешь, я предупрежу твоего босса? — спрашивает она через некоторое время. После того, как я отвечаю, что я сделаю это сама, она больше не задает вопросов.

Когда она уходит, я набираю Джоша. Как только он слышит мой голос, он сразу спрашивает, не заболела ли я. Как раз мне на руку. Сделав это, я тащусь обратно в постель.

Сидя под одеялом, как под защитой, я рассеянно достаю из первого ящика тумбочки чистый лист бумаги и карандаш. Мои мысли находятся где-то далеко, пока я случайно вожу древесным углем по бумаге. Затем я все-таки обращаю свое внимание на плод моей работы. Моя зарисовка — это боль в моем сердце, теле и душе. Я стараюсь отвлечься от рисунка, но мне это не удается. Я продолжаю рисовать, пока усталость не побеждает мой порыв.

Я сплю всю оставшуюся часть дня между редкими моментами бодрствования, и мне так комфортнее. Я словно зомби, просто существую без какой-то надобности в жизни.

* * *

— Хейлз.

Я чувствую, как прогибается матрас от тяжести тела Таши. Я слышу ее, но физически не реагирую. Потом, наконец, я отрываю взгляд от телевизора. Я даже не уверена в реальности, окружающей меня.

— Бедная маленькая принцесса. Это для какой книги? Кровавая красота?

Я не могу не улыбнуться, когда разглядываю рисунок в моем альбоме, который находится в руках Таши. Кишки кудрявой принцессы вываливаются из открытой, кровавой раны; зубы оборотня с яростными глазами зарыты глубоко в ее плоти.

— Картина достойна тысячи психологических отзывов, — сухо комментирует Таша. — Сумасшедшая Мисси в своем репертуаре, — добавляет она, качая головой.

Она берет меня за руку.

— Хейлз, прошло три дня, — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Уже три дня прошло на самом деле? Разве я спала целых три дня, потерявшись в этой бескрайней тьме?

Как будто почувствовав мое внутреннее смятение, она добавляет:

— Пора вернуться в реальный мир.

— Таш, три дня. Он даже не позвонил. Все кончено, — говорю я, чувствуя, будто нахожусь под сильнодействующим снотворным.

— Ты должна встать на ноги и, когда ты снова станешь сильной, то сразу же поговоришь с ним, но не сейчас.

— Сколько времени?

— Полвосьмого.

— Позволь мне еще немного поспать.

Она вздыхает.

— Хейли, полвосьмого вечера. Ты проспала весь день.

— Просто еще немного, — бормочу я.

Оставшись одна, я снова засыпаю.

Глава 35

Хороший доктор

Я потеряла счет времени. Не уверена, как часто ко мне заходила Таша, но сейчас она снова пришла. С трудом разлепив свои тяжеленные веки, я нахожу ее стоящей с улыбкой до ушей у дверного проема. Эй, так широко улыбаться еще пока не разрешено в данный момент, это почти незаконно.

— Вместо того, чтобы заставлять тебя следовать предписаниям доктора, я просто решила привести его сюда, — заявляет она весело. Я вижу красивое лицо Яна, появившееся в проеме, будто освещая мою комнату, я тоже улыбаюсь.

— Ян, — слабо произношу я, радуясь его приходу.

— Итак, дорогуша, в первую очередь тебе срочно нужно сходить искупаться.

Таша хихикает над тем, как Ян начинает мной командовать.

— Вставай, женщина. Или ты хочешь, чтобы я сам отнес тебя туда?

Еще одна улыбка появляется на моих губах.

— Даже не думай об этом, ты не пойдешь со мной, — ругаюсь я, закрывая дверь в ванную и выталкивая параллельно его ногу из дверного проема.

— Как тебе угодно, главное, чтобы ты была там. Мне все равно, Хейлз, просто продезинфицируй себя, чтобы я мог тебя обнять.

Смех вырывается в итоге из моего рта.

Приняв ванну, я уже с более позитивным настроением присоединяюсь к Яну и Таше на диване в гостиной.

— О, намного лучше. Теперь позволь мне обнять уже тебя.

Я полностью отдаюсь в объятия любящего меня лучшего друга; Таша подползает ближе и обнимает нас обоих. Что бы я делала без этих двоих?

— Дорогая, ты слишком сильно похудела, это очень плохо, — он качает головой. — И вообще, это мне надо худеть, но точно не тебе, — он кривит свой рот.

— Медсестра, лекарство, пожалуйста, — говорит Ян Таше.

Я смотрю на них обоих и смеюсь.

— Это как из того фильма «принесите мой поднос с едой, медсестра, и я дам вам поиграть с моими инструментами»? — спрашивает Таша, и мы все смеемся.

— Не шутите так со мной, — ругает ее Ян с чертиками в глазах.

Таша послушно направляется на кухню. После некоторых гремящих звуков открытия и закрытия двери морозильной камеры она возвращается с подносом.

— Вот держите, доктор Тамура. Что-нибудь еще? — она ставит около Яна поднос, подыгрывая ему.

— Да, медсестра Тейлор. Пожалуйста, усадите свой королевский зад рядом с пациентом.

Я чувствую себя гораздо лучше, благодаря усилиям моих лучших друзей. Я знаю, что они сделают все, чтобы привести меня в чувства.

— Так, мисс Грейс, вы должны съесть минимум десять полных ложек этого. Медсестра Тейлор тут шепнула мне на ушко, что ты не ела целых три дня, — заявляет Ян, занятый столь важным делом с суровым выражением на лице. Он ковыряет ложкой внутри банки «Бен и Джерри», вытянув оттуда огромный кусок молочного мороженого.

— Ешь, — командует он, когда подносит ложку к моим губам, и я повинуюсь, будучи хорошим пациентом. Наслаждаясь вкусом моего любимого мороженого, я понимаю, что я умираю, и меня тошнит одновременно.

К третьей ложке Ян задумчиво вздыхает и смотрит сначала на Ташу, потом на меня, и говорит тоном, не предусматривающим никаких нареканий:

— Теперь, как ваш врач и неформальный терапевт, я дам вам пять минут, чтобы обсудить Дэниела.

Я с трудом проглатываю содержимое во рту. Готова ли я к этому? Ян ободряюще кивает головой, как будто читая мои самые глубокие мысли.

— Я начну, — произносит Таша и убирает челку в сторону. — Позволь мне отметить, что Дэниел переживает по поводу всего происходящего не меньше, чем ты.

Откуда она знает? Я смотрю на нее, с тревогой ожидая продолжения, вслушиваясь в любую информацию о нем.

— Вечно держащий всех сотрудников в страхе, господин Старк превратился в ужасающего монстра; он уволил четырех человек в течение последних трех дней. Он раньше-то не отличался терпением, но сейчас вынос мозга происходит гораздо чаще.

Я слушаю ее, неудержимо анализируя каждое слово, произносимое ею.

— Я разговаривала с людьми, которые имели удовольствие быть на встрече с ним, и наверно это чудо, что они выжили после такого ужаса, — она кривит свой рот. — Даже его персональный ассистент плакала больше, чем один раз в день, а некоторые люди даже боятся с ним ехать в одном лифте, лишь бы не нарваться на него, — она качает головой.

Я не хочу думать о нем в гневе или боли.

— И, Хейлз, он выглядит ужасно. Ну, так же, как и ты, в принципе, — она складывает губы в тонкую, горькую улыбку.

— Спасибо, — бормочу я.

Я чувствую, что в моем сердце образовалась дыра из-за отсутствия недостающей части. Чтобы залатать ее потребуются годы.

— Теперь я добавлю свои пять копеек, — говорит Ян. — A: Ты идешь завтра на работу, и это будет означать, что ты собираешься вернуться к своей обычной жизни. Б: Как только ты почувствуешь себя более адекватной и менее разбитой, ты можешь поговорить с ним и попытаться решить весь этот беспорядок между вами, — он смотрит на меня братским взглядом, задевая выпавший локон на моем лице.

— Я когда-нибудь смогу почувствовать себя менее опустошенной? — я смотрю мрачно на Яна.

— Если ничего не поможет, я, собственной персоной, займусь твоим восстановлением, хорошо, дорогая? — он нежно гладит мои волосы.

— Моим восстановлением? Мой принц, щеголяющий в наряде от кутюр? — я подмигиваю ему.

— Все для тебя. И у нас будет восемь обаятельных и очаровательных детишек.

Я фыркаю и хихикаю.

— Ты будешь заниматься моим преображением, а потом мы оба превратимся в святош?

Ян, как и всегда, единственный может заставить меня смеяться, а не погружать во тьму печали и тоски. Но в моей голове все равно появляется эта неприятная мысль: Дэниел и я расстались три дня назад? Это было в последний раз, когда он был моим?

— И только из-за этого выражения на твоем лице, — Ян указывает на мое мрачное лицо, — я сплю с тобой сегодня вечером.

Я обнимаю его крепко, цепляясь за безопасность, которую дарят его объятия.

— И, дорогуша, продолжая так себя вести, ты закончишь тем, что еще, не дай Бог, залетишь, — он делает хмурое лицо, а я смеюсь. Придурок.

Глава 36

Как овца на скотобойне

Я смогла оторваться от работы только во время ланча, когда ко мне зашел Джош, чтобы спросить, не хочу ли я сходить с ним на обед.

— Может быть, я просто присоединюсь к тебе на обратном пути, чтобы захватить себе что-нибудь перекусить.

— Ты же знаешь, что тебе стоит передохнуть, — отвечает он с суровым выражением лица.

— Я знаю, босс, но я бы предпочла компенсировать время, которое потеряла.

Он пожимает плечами.

— В другой раз, хорошо? — говорю я с натянутой улыбкой.

Время летит на работе. К концу дня я уже разбираюсь с половиной моих задач и остаюсь довольной своей работой.

* * *

Сидя в машине Дэниела по дороге домой, я решаю, что сегодня именно тот вечер, когда я готова встретиться с ним. Мне нужно вернуть ему машину и ключи, и самое главное, мне нужно попытаться поговорить с ним. Чем скорее, тем лучше. Я не уверена, сколько еще готова терпеть.

Когда слышу следующую песню, играющую из плейлиста Дэниела, мои глаза наполняются незваными слезами, прямо на первых нескольких нотах. Снова расклеившись, я нажимаю на кнопку выключения, но музыка не останавливается. Я не могу больше это слышать. Заткнись! Дрожащими руками я пытаюсь нажать несколько раз на кнопку выключения, и вместо того, чтобы выключить музыку, я случайно увеличиваю громкость. Эти слова, как соль на мою открытую рану. Это та самая песня, которую мы слушали в последний день в Бахе перед возвращением домой. Песня, которая дословно выражает то, что мы чувствовали тогда. Наконец, когда мне удается выключить музыку, слезы уже льются градом из моих глаз, и это остановить уже точно не в моих силах. Я просто снова, пусть и не специально, но добралась до глубины той боли, которая поселилась в моей душе.

Дома я делаю все быстро и на автомате — принимаю душ, кладу ключ от дома Дэниела в передний карман и торопливо бегу к машине, чтобы не потерять последнюю каплю мужества и не остаться дома.

* * *

Когда я смотрю на камеры безопасности, я ощущаю себя уже в другом состоянии, совсем противоположном тому, когда я стояла здесь в последний раз, радостная и в предвкушении. Как и раньше, беспокойство обволакивает меня, но на этот раз с горьким привкусом страха. Я надеюсь, что он дома. Услышав звук открывающихся ворот, моя надежда становится реальностью, реальностью, от которой мое сердце начинает отчаянно биться. Я слышу глухие удары своего сердца, и чем ближе подъезжаю, тем громче они становятся.

Быстро взглянув в зеркало заднего вида, я понимаю, что на мне тот же розовый топ, в котором я была в первый раз, когда приехала сюда. Ирония этой ситуации ранит меня, и я надеюсь, что все пройдет спокойно.

Я подхожу к дому с трудом, потому что мое тело почти не слушается меня, будто все клетки моего организма заполнены свинцом. Он не ждет меня на прежнем месте. Входная дверь закрыта, и она кажется такой большой и массивной. Хотя, кажется, словно я нахожусь здесь уже вечность в ожидании, но на самом деле это всего лишь краткий миг, прежде чем Дэниел открывает дверь. Воздух выходит из моих легких при виде него.

— Хейли, — произносит он бесстрастным голосом, я чувствую его холод, даже потому, как он ровно и отстраненно держится. Он, кажется, усердно тренировался только что — на нем черные треники и серая майка. Его волосы, убранные черной повязкой, торчат в разные стороны, как и в прошлый раз, когда я видела его в зале. Так давно. Только что-то изменилось, стало по-другому: по-прежнему сексуально красив, он выглядит не так, как раньше. Его глаза пустые и темные, не хватает обычного ликования.

Он не ждет моего ответа и сразу заявляет:

— Я сейчас очень занят.

Это последнее, что я хотела бы услышать.

— Это не займет слишком много времени, — я пытаюсь успокоиться, но мой голос звучит слабо.

Как он может быть настолько суровым? Вместо того, чтобы пригласить меня внутрь, он прислоняется к двери, заградив собой весь проход.

— Как ты? — начинаю я нерешительно.

— К делу, — огрызается он.

Я ищу его глазами, но он не смотрит прямо на меня, намеренно избегая контакта, добавляя боль к моему и так уже больному сердцу.

— Могу я объясниться со своей стороны? — снова пытаюсь я.

— Почему? — спрашивает он раздраженно. Похоже, что он пытается замаскировать свою собственную тревогу. Ты неравнодушен ко мне, Дэниел. Я вижу, ты по-прежнему влюблен.

— Ты когда-нибудь начнешь слышать и понимать то, что я тебе говорю? — он сжимает челюсть и прищуривается. — Дэниел, я ничего не говорила никаким журналистам и репортерам, и не собиралась даже в мыслях придавать твою личную жизнь гласности. Я сказала об этом только моей лучшей подруге. Это не было сделано для распространения сплетен и так далее, только из-за моих глубоких чувств к тебе, — я моргаю, смещаясь немного, чтобы восстановить равновесие, так как ноги начинают подводить меня. Дэниел скрещивает руки на груди, закрываясь от меня еще больше.

— Я не уверена, откуда они это все узнали, где и когда, но мои слова были тупо вырваны из контекста.

Он смотрит на меня пустым взглядом, его лицо ничего не выражает.

— Я та же, что и была несколько дней назад. Все, что я говорила и делала, было реальным. Почему ты не видишь этого? — мое горло начинает болеть.

— Ты закончила? — его взгляд, словно лед. — Что-нибудь еще? — спрашивает он тихо слишком спокойным и низким голосом.

Неужели он ничего не слышал из того, что я только что сказала? Я чувствую сильную боль в животе, и она усиливается с каждым моментом.

— Да, я также привезла обратно твой автомобиль и ключи от дома.

На мгновение он, кажется, отвлекся, как будто он забыл про ключи, которые дал мне. Да, это же ключи от твоего дома. Как он мог просить меня переехать к нему и сейчас показывать свое отвратительное холодное отношение ко мне?

Я вытаскиваю ключи из кармана и передаю их ему. Когда он протягивает руку, я вижу, что они также дрожат, как и мои. Почему ты такой? Зачем ты это все делаешь, Ди?

— Я так понимаю, что это все? Прощай? — спрашиваю я, чувствуя себя робкой на расстоянии от него.

— Что еще ты хочешь мне сказать? — спрашивает он, его челюсти плотно сжаты. Он опускает глаза в пол.

Это не может быть человек, в которого я влюбилась. Это кто-то другой. Я не должна так удивляться его поведению. Но я все равно не понимаю. Да, я видела его таким слишком много раз. Но он никогда не поступал так со мной, даже близко. Я не могу больше терпеть эту пытку, поэтому быстро разворачиваюсь и поспешно удаляюсь. Я тащу свое дрожащее тело к воротам. Он не делает шаг, чтобы остановить меня; он просто стоит там. Этот взгляд в его глазах снова, взгляд, который опустошает мою душу.

Как только позади меня закрываются ворота, меня накрывает реальность: он больше не мой и никогда не будет им снова. Единственное, чего я так боялась, придя сюда, оказалось правдой. Он больше не мой.

Ирис знала, что так будет? Именно это она имела в виду? «Не сдавайся и борись за него даже тогда, когда ты чувствуешь, что уже нет сил». Но я не могу. Я просто не могу. Именно он раздул всю эту ситуацию, он причиняет мне боль.

Встревоженная тем, что очередная истерика неизбежна, я вдруг понимаю, что что-то еще горит внутри меня, кроме желания плакать. Я чувствую пульсирующую ярость. Я в ярости до глубины души просто от того, как он обращается со мной; что он даже ни разу меня не остановил, не выслушал; что он не считает меня невиновной; что он не дал мне шанс, не дал нам шанс. И точно так же, как я не могу дождаться того момента, как увижу его снова, я хочу уйти подальше отсюда.

Я ловлю такси и по дороге домой прихожу к одному верному выводу: я злюсь на него так же сильно, как и по-прежнему люблю.

Выглянув в окно, я вспоминаю, что оставила в его гараже свой скутер, но последнее, что я хочу сделать, это вернуться. Не сейчас, не в ближайшее время.

Глава 37

Сумасшедший принц

Я даже не успеваю снять ботинки, как уже оказываюсь под пристальными взглядами двух любопытных пар глаз. И из меня сразу же льется поток слов, видя, как внимательно Ян и Таша слушают про мой неудавшийся визит к моему уже бывшему парню.

— Я так зла на него. Но это не имеет значения, так или иначе, все кончено, — делаю я вывод.

— Я бы стал уже ставить надгробный крест на этой истории любви, — говорит Ян.

И я, и Таша одновременно хмурим брови, обмениваясь непонимающими взглядами друг с другом так же, как делали прежде, пытаясь понять, что он имеет в виду.

— Ты вообще слушал пятнадцатиминутную сказку про «Сумасшедшего принца»?

Я хихикаю над столь подходящим прозвищем, которое придумала Таша для Дэниела.

— Конечно же, слушал. Я никогда не пропускаю ни одного слова, которое вылетает из этого великолепного ротика, — говорит Ян, защищаясь.

Я посылаю ему маленькую, довольную улыбку, и он отвечает тем же.

— Боже, Ян с чего ты это взял, ну-ка поясни, — молю я его. Я сейчас говорю, как Дэниел? Блин.

— Вы оба похожи на термитов, — заявляет он небрежно.

— Я термит? А я всегда думала, что я — мисс Гениальность и Уникальность, — комментирую я, как ни в чем не бывало.

— Посмотрите, кто здесь у нас объявился, — говорит Таша, ее голос теперь выше на несколько октав. — Мисс Грейс вернулась к нам, и даже не забыла прихватить с собой свой цинизм.

Смеясь, я закатываю глаза.

— О чем ты там толкуешь, Дарвин? О термитах?

Ян кривит рот, но прежде чем он успевает что-то ответить, Таша пренебрежительно добавляет:

— Да, кстати, когда я думаю о мистере Старке, первое, что мне приходит на ум — термит.

Таша и я смеемся, а Ян качает головой нетерпеливо.

— Итак, что там насчет термитов? — говорю я, так как хочу услышать теории великого Яна.

— Вы как термиты, потому что они спариваются на всю жизнь, — кивком подтверждая свои слова, он продолжает. — Вы двое будете в конечном итоге вместе. Даже такой неромантичный зрелый циничный и веселый парень, как я, прекрасно знает это. Возможно, потребуется много времени, когда вы поймете это, пока не переживете несколько ссор, — он снова кивает и продолжает, — слишком сильно, слишком эмоционально, слишком невероятно, слишком маниакально, вы очевидно созданы друг для друга. Так же, как и пара великолепных термитов.

Таша поднимается с овациями, а я бормочу:

— Это уже неважно, Ян, — повторяю свою обычную фразу. Он одаривает меня яркой дерзкой улыбкой, и я закатываю глаза.

— Хорошо, хорошо, мы тебя поняли. Теперь, друг термита, нам срочно нужно вырваться наружу. Идем?

— Я с Ташей, — говорю я.

— Какой ты смышленый термит у нас, — подмигивает она мне.

* * *

Только поздно ночью после того, как мы возвращаемся из клуба, я, укутанная одеялом, снова остаюсь одна. Я до сих пор безумно влюблена в него и зла на себя за то, что должна была быть более осторожна, рассказывая о его личной жизни. Я так же зла на него; он так быстро решил оставить меня. Больше всего глубоко внутри мне больно за то, как он обращался со мной, и потому, что он позволил мне уйти. И уже четвертую ночь подряд я засыпаю в слезах с продолжительными рыданиями, которые стали привычным звуком моего одиночества.

Глава 38

Слишком поздно

Обычный рабочий день пятницы хоть и вышел насыщенным, но при этом очень позитивным. Все, кажется, пребывают в хорошем настроении, особенно, когда Джош зовет весь отдел в бар провести весело обед. Я приятно удивлена тем фактом, что на протяжении всего времени, которое я провожу со своими коллегами, я не чувствую себя грустной или подавленной, даже когда сердитые мысли о Дэниеле спонтанно возникают в голове и заставляют меня снова злиться.

Только тогда, когда мы возвращаемся обратно в офис с обеда, и ко мне подходит женщина, спросив, реально ли я встречаюсь с Дэниелом Старком, я чувствую укол в сердце.

— Уже нет, — отвечаю я.

Эти слова звучат так небрежно, но я все равно ощущаю знакомый комок в горле, вспоминая пресловутую статью, которая появилась в интернете, вызывая слезы, покалывающие уголки глаз.

— Ой, извини, я не знала, — отвечает она, оценивая меня. Я изображаю фальшивую улыбку, качая головой.

— Не волнуйтесь, я выше этого, — вру я, оценивая тот факт, что она не задерживается на этой теме. Вместо этого она абсолютно спокойно начинает рассказывать мне о своем недавнем медовом месяце, как она и ее новый муж провели целый месяц, путешествуя по Южной Америке. Я цепляюсь за каждое слово, как если бы они были самыми глубокими тайнами Вселенной, лишь бы не останавливаться на бушующей ярости внутри меня.

* * *

К тому времени, как офис пустеет, я начинаю тоже собираться домой, довольная своими достижениями на этой неделе. Несмотря на свои чувства, и мое отсутствие в течение большей части недели, я сосредоточенно и упорно работала всю оставшуюся неделю, разобрав все срочные задачи. Когда я, наконец, выхожу из кабинета, чтобы пойти домой на выходные, чему очень рада, я встречаю Джоша.

— Какие-то особые планы на выходные? — спрашивает он, когда проходит мимо моего кабинета, прежде чем отправиться к выходу из офиса.

— Я думаю, мой грандиозный план заключается в наличии бесконечного отдыха, — говорю я, пожав плечами.

— Хороший план, особенно, если учесть, что ты плохо чувствовала себя на этой неделе! Ты должна отдохнуть.

Если бы ты только знал, как прав.

— А ты? — спрашиваю я, не заботясь особо, но пытаясь быть вежливой.

— Надо сделать несколько вещей за выходные, в основном, тоже отдых и пешие прогулки.

— Звучит здорово.

— Да. Что ж, хороших выходных.

Он дарит мне свою особую улыбку на прощание и уходит.

Несмотря на то, что я уже собрала вещи и готова двигаться домой, все равно жду пару минут, чтобы не попасть в еще одну светскую беседу. Я не в настроении.

* * *

Для того чтобы как-нибудь убить время и занять мысли, я решаю побаловать себя, начиная с теплой ванны и веселой музыки «Madness», надрывавшейся из моего плеера. То, что нужно, чтобы сдержать мой гнев. Я крашу ногти лаком. В здоровом теле — здоровый дух и что-то в этом роде. Затем запихиваю почти все имеющиеся на кухне фрукты и овощи в кухонный комбайн, включаю его и жду, наблюдая, как яркие, красочные ингредиенты превращаются в какую-то слизистую непривлекательную жижу. Внезапно эта идея уже не кажется мне столь же привлекательной, чем несколько секунд назад. Я слышу какой-то шум сквозь рев комбайна. Останавливаю его и различаю именно стук в дверь.

— Cекундочку, — кричу я и быстро иду по коридору, задаваясь вопросом, кто это может быть.

Мое сердце пропускает удар, когда я открываю дверь и вижу там Дэниела, стоящего в черной футболке и джинсах. Такой божественный. Он нерешительно улыбается мне. Он здесь, и теперь улыбается мне.

Мгновенно каждая часть моего тела замирает, не зная, что сказать или о чем подумать. С одной стороны, я очень рада видеть его здесь улыбающегося мне, но затем я вспоминаю, сколько боли он мне причинил и как легко оставил меня. Гнев, который бушевал во мне в течение последних нескольких дней, быстро преодолевает мое желание броситься на него.

— Привет, Хейлз.

Не называй меня так.

— Дэниел, — говорю я. Мой голос дрожит, что предательски выдает меня.

— Могу я войти?

— Зачем?

Я наношу ответный удар. Не обращая внимания на мой вопрос, он делает пару шагов навстречу мне, а я инстинктивно отступаю назад. Я не буду больше сдерживаться, даже если он находится так близко ко мне.

— Мы можем поговорить?

Его глаза с тревогой смотрят на меня.

Теперь? Просто так? Где ты был несколько дней назад?

— Дэниел, — говорю я. — Где ты был раньше? — это первое, что вырывается из моего рта. И прежде чем позволить ему что-то сказать, я добавляю: — Позволь сначала начну я.

Он кивает, не отрывая от меня взгляда. Дэниел выглядит усталым, но по-своему красивым.

После того, как я, наконец, открываю рот, все, что накопилось во мне, выплескивается наружу.

— Ты все это время молчал, с тех пор, как произошел весь этот бред, и ты знаешь, время заставило меня понять многое, потому что все, через что я прошла благодаря тебе, сопровождалось нестерпимой болью. К счастью, это все в прошлом, и теперь, когда я заглушила эту боль, моя безумная привязанность к тебе ослабла. Я поняла, что в произошедшем нет моей вины, потому что виноват здесь только ты. Ты сломал нас… — я вижу, как его передергивает от моих слов. — Это ты сделал этот выбор, даже не попытавшись понять меня. Ты не хочешь доверять мне, как и дать шанс понять меня. Услышать хотя бы. Нет моей вины в том, что твоя так тщательно скрываемая личная жизнь стала достоянием остального мира. Я могу еще раз заверить тебя — то, что я сказала тебе, это правда. Я никогда не чувствовала себя подобным образом с кем-нибудь раньше. Черт, я никогда не чувствовала даже что-то отдаленно близкое к тому, что чувствую к тебе. Никогда. Но ты решил, что я не достойна доверия, повернувшись ко мне спиной, повернувшись спиной к нам.

Я останавливаюсь, чтобы сделать необходимый глубокий вдох. Он смотрит на меня, не отрывая глаз, его челюсти сжаты. Он старательно терпит и молчит, ожидая, когда я закончу.

— Как я уже пыталась сказать тебе раньше, да, я действительно говорила все, что было написано в этой статье, но не так, как это расписано там, и не тому человеку, который написал статью, а главное то, что все это я рассказала моей лучшей подруге из-за любви к тебе, из-за моих переживаний о тебе. И да, мне жаль, что тупой репортер подслушал все это. Я действительно очень сожалею об этом. Это правда. Но если бы ты только попытался выслушать меня, ты бы понял, что мои невинные слова были вырваны из контекста самым жестоким образом. Нет, стоп, — говорю я, когда он пытается перебить меня. — Позволь мне закончить, пожалуйста! — он ждет. — А теперь ты пришел сюда сегодня вечером, после того, как позволил мне пройти через семь кругов ада. Когда ты решил уйти от меня, а затем обращался со мной, как с последним нужным тебе человеком на земле, я чувствовала холод. Ты меня сломал. Я не могу слушать тебя сейчас. Я не хочу, чтобы ты находился здесь, Дэниел.

— Посмотри на меня, пожалуйста, — говорит он спокойно и твердо.

Это слишком сложно, ты не получишь этого.

— Хейлз, я хочу, чтобы ты посмотрела на меня, — повторяет он. — Хейлз, открой глаза и посмотри на меня, черт побери.

Я наклоняю голову, чтобы посмотреть на него, и вижу боль в его глазах. На этот раз, он услышал меня.

— Я сожалею, что отказался от нас, когда ты никогда не сделала бы этого, но не сдавайся так быстро, Хейлз. Не будь похожей на меня. Ты гораздо лучше, чем я… — его голос наполнен искренностью. — Хейлз, я не могу больше жить как раньше. Ты нужна мне. Мне нужны мы. Я люблю тебя.

Я слышу эти последние три слова, мое сердце предательски трепещет, и я знаю, что если буду смотреть на него на минуту больше, я просто сломаюсь. Я не в силах сдержать себя. И не хочу этого, я не могу позволить ему снова причинить мне боль. Я не выживу во втором раунде.

— Я не могу сделать это, Дэниел. Я не могу.

— Хейлз, пожалуйста.

— Я не могу, извини, — бормочу я с горечью. Уловив серьезность моих слов, он делает неохотно несколько шагов назад, его умоляющий взгляд смотрит на меня. — Пожалуйста, уходи… — и я закрываю за ним дверь, но не прежде, чем увидеть пустоту в его глазах.

После того, как я закрыла дверь, немой крик сжигает меня изнутри, вызывая боль, опять же, эту невыносимую боль, которая пожирает мое тело уже несколько дней. Я скольжу по полу, опуская голову на руки, и мучительно осознаю, что он только что был здесь, несколько минут назад, с целью загладить свою вину.

* * *

Поворот дверной ручки вырывает меня из гипнотического состояния.

— Хейлз? — зовет меня Таша, когда пытается открыть дверь. Я стремглав встаю на ноги и отхожу в сторону, чтобы она могла войти. — К слову, ты так плохо выглядишь. Я так полагаю, это из-за Дэниела, который стоит на улице…

— Он все еще здесь? — спрашиваю я нерешительно; мои глаза опухшие, а руки дрожат.

Она утвердительно кивает.

— Он стоял, прислонившись лбом к двери. Похоже, что он тоже страдает, Хейлз.

Осознание этого разрывает меня изнутри. Я до сих пор охвачена гневом и тоской, разрываясь между любовью к нему и осознанием того, что мне нужно держаться подальше от него. Что я сделала?

Оценивая меня, она добавляет:

— Он просил передать тебе кое-что.

Ее зеленые глаза смягчаются.

— Что именно? — спрашиваю я почти неслышно, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

— Он попросил меня сказать, что надеется, что ты не позволишь закончиться вашим отношениям, то, что ты сказала ему сегодня… — услышав это, мучительная боль расползается по моему животу.

— Я не могу терпеть больше эту боль, Таш… — я выдыхаю со всхлипом.

— Я согласна, ты и не должна ее терпеть, — говорит она, когда садится рядом со мной на пол. — Похоже, что ни один из вас не может, Хейлз, — добавляет она, ее голос тихий и осторожный. — Пожалуйста, расскажи мне все, чтобы я могла как-то помочь.

Она внимательно слушает, пока я рассказываю ей подробно о визите Дэниела.

— Я не собираюсь говорить тебе, что делать, потому что не имею права на это. Это не мое дело. Никто не в праве, Хейлз, только ты, — она убирает волосы за уши. — Какова была главная причина, по которой ты отпустила его? — спрашивает она.

Я обдумываю ее вопрос.

— Злость и страх, — отвечаю я, объясняя себе это тем, что так лучше для меня, для нас обоих… — Злость на то, как он относился ко мне, так холодно и обособленно, злость по поводу того, что он не доверял мне достаточно, чтобы даже выслушать меня, а просто принял самое худшее из того, что может быть. Я была единственная, кому он мог доверять по-настоящему… — мой голос дрожит, когда я говорю это. Я беру одну минуту, чтобы успокоиться, а затем продолжаю: — Страх за те сильные эмоции, которые я испытываю к нему, потому что он так легко причинил мне боль.

— Тогда, из всего сказанного, ты должна выбрать из двух зол меньшее — остаться с ним и продолжить страдать, зная, какой он непредсказуемый, и никто не может гарантировать, что он не причинит тебе боль в следующий раз. Или навсегда уйти от него, перестать о нем вспоминать и думать… — она потирает руки об свои вытянутые ноги.

— Затекли? — спрашиваю я ее.

— Затекли и болят.

— Ты разделяешь мои страдания. Как благородно с твоей стороны, Мисси, — я кривлю губы, пытаясь улыбнуться ей сквозь мои тяжелые страдания. Она обнимает меня.

— Мне нужно собираться, — говорю я, через некоторое время.

— Тебе помочь?

— Нет, спасибо, у меня не так много вещей, я просто уже упакую все, это недолго.

— Знаешь, Хейлз, я считаю, что нам следовало поговорить об этом уже в аэропорту, — она смотрит на меня с легкой улыбкой, потом дает мне руку, чтобы помочь встать на ноги.

* * *

Проводя по зубам специальной ниткой для чистки, я обдумываю слова Таши относительно аэропорта. Что-то есть такое в аэропортах, что успокаивает меня. На протяжении многих лет, что мы дружим, мне удалось передать этот фетиш Таше, ее вечно провожающие меня объятья стали такими родными. Мы сидели в течение бесчисленных часов в терминальных залах прилета, разговаривая по нескольку часов и в основном наблюдая за воссоединением людей.

* * *

Позже ночью, уже лежа под одеялом, я поворачиваюсь, чтобы обдумать события вечера и слова Таши. В моем сердце разгорается целый спор — мое сердце твердит, что я должна быть с Дэниелом любой ценой, а разум убеждает в том, что я умру в этой агонии. Дебаты в итоге зашли в тупик.

Глава 39

Дом, милый дом

Уже находясь в самолете, на пути к дому детства, я думаю о том, что должна взять себя в руки и вести себя адекватно ради моих же родителей. Я не хочу, чтобы они были в курсе боли в моем сердце. Я не должна расстраивать их этим.

У них хватает забот со Стивеном, который находится так далеко. Мне не стоит добавлять им еще одну заботу только потому, что я небрежно влюбилась в кого-то, несмотря на то, что моя интуиция предупреждала меня неоднократно держаться от него подальше. Они не должны знать про печаль, которая поглощает меня.

Именно так, Хейли. Все должно остаться в прошлом. Ты больше не одержима им. Ты приняла окончательное решение и теперь должна следовать ему. Ты будешь скоро дома со своими родными.

При виде моих двух любящих родителей, ожидающих меня, мое сердце затрепетало от волнения. Я ускоряю шаги на пути к ним.

— Хейли, детка.

Мама со слезами на глазах бежит ко мне и притягивает в свои теплые объятия. Ее пухлые руки окутывают меня, окружая утешительным и знакомым запахом ванили и дома. Когда она отпускает меня, мой отец своими большими руками почти отрывает меня от земли, крепко обнимая.

— Ты похудела, девочка.

Вот что происходит, когда вы живете только на десяти ложках чудо лекарства и кофеина от доктора Яна почти всю неделю.

— Позволь мне посмотреть на тебя, — он осторожно ставит меня обратно на землю. — Все в порядке, девочка? — спрашивает он, глядя обеспокоенно.

— Конечно, пап, — я излучаю фальшивую ободряющую улыбку, пытаясь добавить веселые нотки в мой тон.

— Оставь ее, Дерек, — моя мама меня защищает. Я смотрю на нее с нежностью и благодарностью.

— Были какие-нибудь новости от Стивена в последнее время? — спрашиваю я, наблюдая за ними с заднего сиденья. Моя мама в цветастом сарафане, ее мягкие, золотые завитки уложены красиво и элегантно, улыбка никогда не оставляла ее лицо. Мой отец сосредоточен на дороге впереди, удерживая руль мускулистыми руками, такой серьезный в зеленой рубашке поло и шортах цвета хаки.

Мама поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Было небольшое письмо пару недель назад. Так похоже на него. Просто минимум слов: «Я все еще жив, пожалуйста, не волнуйтесь».

На моих губах появляется тонкая кривая улыбка. Да, это очень похоже на Стивена. Выражение своих чувств и написание писем никогда не были его хобби. Думая об этом, я понимаю, что не видела его целую вечность, и уже не могу дождаться, чтобы увидеть снова. Прошел почти год с тех пор, как он сел в военный самолет, который увез его в чужую, враждебную страну, далеко от нас.

— Лели, чем ты хочешь заниматься дома?

— Я предполагаю, серфингом и, возможно, встречусь с некоторыми знакомыми.

Она кивает с теплым, блестящим взглядом.

— Думаю, было бы неплохо. Я принесла твой гидрокостюм обратно из подвала. Он висит в твоем шкафу.

Это моя мама, всегда внимательная к моим потребностям. Мое сердце расширяется от нежности при мысли об этом.

— Спасибо, мама, — я улыбаюсь, когда разглядываю знакомый пригородный ландшафт.

— Ты голодна, дорогая?

— Не очень, — отвечаю я. И это мягко сказано. Я вообще безразлична к любой еде, мам. Ты знаешь, каково это, когда твое сердце разбито на миллион осколков.

— Я приготовила спагетти и фрикадельки.

Подходит. Я быстро отвожу взгляд, чтобы не встречаться с ней глазами. Иначе она заметит бушующий внутри меня шторм, когда я вспоминаю, где последний раз ела это блюдо. Не вспоминай об этом. Перестань думать. Перестань думать, прежде чем появятся снова слезы. Не здесь, не сейчас.

Я быстро начинаю болтать ни о чем и все для того, чтобы просто отвлечься от одной единственной мысли. Я без умолку рассказываю про свою новую работу, о Таше и даже о Яне. Моя мама не может скрыть свое удивление и волнение по поводу моей непрекращающейся болтовни.

Я рада, что мы, наконец, приехали. Я убежала от ненужных мне проблем.

* * *

Убедить мою маму, что я перекусила после небольшой поездки на озера — задача почти невыполнимая. Хотя в итоге она усмиряет свой пыл и не уговаривает меня больше поесть.

С самого раннего детства, еще, когда нас водили в ясли, она была одержима нашим питанием. Учитывая тот факт, что мы со Стивеном всегда были худыми, она почему-то воспринимала это как неудачу в своей жизни, что ее дети недоедают, как и будущие потомки, и при любом случае пыталась загладить свою вину, накормив нас до отвала.

— Хейлз, ты могла бы зайти ко мне перед уходом? — звонит мне мой папа из своего офиса домашней клиники, спасая меня от мамы, которая пытается засунуть мне еще что-нибудь в мое горло.

— Что случилось, папа?

Он сидит за столом, выглядя все также серьезным с широкими плечами во всю ширину его кожаном кресла. Из-под своих очков он изучает меня несколько секунд, прежде чем ответить.

— Что происходит на самом деле, девочка? — его нежно-карие глаза смотрят на меня с беспокойством.

— Что ты имеешь в виду? — я стараюсь смотреть удивленно настолько, насколько позволяет моя совесть. Как он может видеть меня насквозь?

— Моя дорогая, — вздыхает он. — Ты можешь лучезарно улыбаться, пытаясь скрыть что-то, но свои глаза ты не сможешь заставить обманывать окружающих тебя людей. Хейлз, я видел так много боли в этих прекрасных глазах. Неприятности с парнем?

Можно и не ходить к семейному врачу, который лечит людей уже второе десятилетие подряд, чтобы заглянуть в глубины моего сердца.

— Даже если я расскажу тебе, разве это излечит, пап? Я предпочла бы не копаться в этом.

Независимо от того, сколько времени прошло, я не думаю, что буду в состоянии выбросить его из своего сердца. Я даже не уверена, что когда-нибудь смогу посмотреть на кого-то также. Как может кто-нибудь быть даже отдаленно таким же, как он?

Мой папа тяжело вздыхает.

— Тогда я бы сказал, что буду уважать твою личную жизнь и твои желания, и хотел бы добавить, что всякий раз, когда ты захочешь поговорить, я буду ждать здесь с распростертыми объятиями… — он смотрит пристально в мои глаза. — И как квалифицированный врач, я бы сказал, что как раз разговоры и поддержка облегчат состояние раненного сердца.

Я смотрю на свои красные кроссовки, чтобы сдержать слезы, прежде чем посмотреть на него. Несмотря на то, что он догадывается обо всем, я все равно чувствую себя чертовски уязвимой.

— Лели, я думаю, что твой телефон разрядился.

До нас доносится голос мамы из кухни. На этот раз она спасает меня от внимательного взгляда папы.

— Я наверно забыла взять зарядное устройство с собой, — бормочу я раздраженно.

— Возможно, наши подойдут? — пытается она.

Я качаю головой, отлично зная, что мои родители не обновили свои старые мобильные устройства со времен правления Клинтона.

Глядя на две мигающие красные линии, я полагаю, что это может подождать по крайней мере до завтра, в любом случае, он не нужен мне сейчас.

* * *

Надев гидрокостюм и солнцезащитные очки, я выпиваю «Адвил» и иду на кухню, чтобы взять ключи от машины. Моя мама за кухонным столом режет овощи на деревянной разделочной доске. Ее кухня выглядит безупречно, как и остальная часть дома. Ромашки, стоящие в прозрачной вазе на обеденном столе, обогащают воздух своим свежим ароматом. Мама напевает мелодию, иногда добавляя почти невидимый взмах рукой. Душевное спокойствие — только это приходит мне на ум, когда я наблюдаю эту картину.

Среди отвратительной боли в моей груди, работы, Таши, постоянной гиперактивности Яна и без Дэниела, это лучшее место, где я могу быть прямо сейчас. Я спокойна. Повернувшись, как будто чувствуя, что я здесь, мама говорит:

— Папа уже закинул твою доску в машину, Лели.

Самое спокойное и утешительное место. Я улыбаюсь про себя. Хотя мне было бы более спокойно сейчас в объятиях Дэниела.

— Ты уверена, что это лучшая погода для серфинга? — спрашивает мама, скептически глядя в окно.

— Не волнуйся, я буду осторожна. Если море разбушуется, я вернусь обратно.

Она кивает, хотя и не верит мне, но ничего больше не говорит.

Глава 40

Беда не приходит одна

Ничто не может сильнее радовать мое нынешнее состояние, чем Великие озера[21], расстилающиеся передо мной со своими бушующими серыми водами. Мне нужно больше усилий, чтобы бороться с водой, гребя отчаянно, приближаясь к точке, где я могу поймать волну. Я потрясена буйством воды, когда из последних сил ловлю свою волну. Может быть, это реально не такая хорошая идея, чтобы серфить в такую погоду, в конце концов. Разве я желаю своей смерти среди этого шторма? Ну, в моем нынешнем состоянии… Когда я ловлю волну, меня бросает вперед. Я почти теряю равновесие, но быстро восстанавливаю его и подстраиваюсь под скорость, пока не достигаю мелководья. Я быстро устаю от борьбы с этими непогодными условиями и водой, и не могу остаться до тех пор, как запланировала. Возвращаясь назад к берегу, пытаясь противостоять сильному течению, меня злобно сносит с доски жестокая волна. Мою доску отбрасывает в сторону, теребя мой поводок, и рикошетом с силой кидает обратно в мою сторону. Мгновение, и я ощущаю резкую боль в области ребер, наверно, останется синяк. Я пытаюсь отдышаться от боли. Мне нужно выйти из воды. Оставаться здесь может быть очень опасно, особенно с этой резкой, пульсирующей болью, что заволакивает мой разум.

Я сижу на песке некоторое время, залечивая мои физические и эмоциональные раны. Глядя на бесконечные воды, я стараюсь сосредоточить свое внимание на движении и тенях, но пара карих глаз вторгается в мои мысли.

Я начинаю возрождать фрагменты из наших разговоров, начиная с идеального уик-энда в Бахе, когда он сказал мне в первый раз, что любит меня. Он прошептал слова, которые я так хотела услышать: «Я влюблен в тебя, Хейлз».

Когда мы пришли домой, он сказал мне, что не может даже вынести мысль о том, что будет находиться вдали от меня. Чем больше я думаю об этом, тем больше скучаю по нему, если это вообще возможно. Я всегда чувствовала себя в безопасности и спокойствии в его объятиях. От одной только мысли о его теле и невероятном запахе, мое сердцебиение ускоряется. Я думаю о том, как его вес идеально чувствовался на мне. Как он играл свою песню у костра. Нежность в его взгляде и мои чувства в этот момент.

И точно так же, вспоминая все хорошее, что было в этих отношениях, в мою голову проникают и все плохие моменты. Я никогда не смогу забыть его взгляд, когда он попросил меня прочитать эту ужасную колонку сплетен. Выражение разочарования, агонии и предательства, тот взгляд, когда он сказал, что между нами все кончено. Я до сих пор чувствую сильную острую боль, когда увидела его отношение, которое разрушило мою душу.

А потом, опять же, сладкие воспоминания вторгаются в мою боль. Воспоминания о том, как он пытался убедить меня переехать к нему.

«Таким образом, Хейлз, чтобы подвести итог, заявляю, что мое внутреннее чувство говорит мне, что я нашел свою единственную».

Слезы наворачиваются на глаза от невыносимой, колоссальной потери. Я просто не могу без него.

Нам было так хорошо. Я никогда не предполагала, что смогу вот так влюбиться. Я никогда не думала, что можно любить кого-то именно так. Я не могу понять, почему эта боль не утихает. Она началась с шока, превратилась в оцепенение и теперь горит ярким огнем во мне. С каждым вдохом я физически ощущаю ее. Я скучаю по нему больше, чем могу признаться даже самой себе.

* * *

— Пап, можешь посмотреть кое-что в кабинете для меня? — спрашиваю я, пытаясь замаскировать боль в моем голосе ради мамы, которая внимательно наблюдает за нами.

— Что? — спрашивает он, в то время как мы идем бок о бок в его кабинет. Глаза моей мамы продолжают расширяться, когда мы уходим.

— Я ударилась о доску.

— Покажи мне, — требует он терпеливо, войдя в образ моего врача. Его глаза сужаются, когда я поднимаю розовую рубашку вверх. Он разглядывает сине-фиолетовый синяк, расплывшийся на моих ребрах и качает головой с громким вдохом.

— Ой, — я дышу сквозь зубы, когда он нажимает на него.

— Не похоже, что перелом, но я хотел бы нанести мазь и заклеить его для перестраховки, — он поворачивается к своему шкафу из красного дерева и стекла с аптечкой, и говорит: — Это был какой-то адский удар, — и снова качает головой. — Подойди ближе, — я делаю два шага, чтобы встать рядом с ним. — Ты должна лучше заботиться о себе… — его взгляд мягкий, и я знаю, что это касается не только синяка.

Он поднимает мой подбородок рукой, чтобы я посмотрела на него.

— Обещаешь?

Я киваю в молчаливом согласии, когда он заканчивает с повязкой.

— Спасибо, папа, — я приподнимаюсь на цыпочках, чтобы поцеловать его в бородатую щеку. Он притягивает меня в свои объятия, тщательно избегая моего синяка.

— Принимай эти таблетки два раза в день в течение следующих нескольких дней. Это должно помочь от боли, — он протягивает мне маленький контейнер с обезболивающим. — Опять же, Хейлз, следуй предписанию врача. Ты. Должна. Заботиться. О себе… — он снова обнимает меня, прежде чем я ухожу из комнаты.

* * *

— Лели, мне разогреть еду сейчас? — мама приветствует меня, снова желая накормить чем-нибудь, когда я возвращаюсь на кухню. Я соглашаюсь, только чтобы не расстраивать ее, и в ответ ее лицо озаряется. Я смотрю на нее ласково. Такие простые мелочи доставляют ей удовольствие.

Звонит телефон.

— Мам, хочешь я отвечу? — спрашиваю я.

Она качает головой, когда кладет еду в микроволновую печь.

— Привет, — она отвечает спокойно. — Что, Аманда?

Я перевожу свой взгляд на нее, обеспокоенная тем изменением в ее тоне. Ее лицо осело и потеряло всю свою обычную жизненную силу и цвет.

— Когда вы узнали об этом? Как много ему известно? — она слушает, костяшки на ее правой руке побелели от того, как сильно он схватилась за угол стола. Холодная дрожь ползет по моему телу, начиная с нижней части моего позвоночника. Это может быть только что-то со Стивеном. Я уверена в этом. Она кладет трубку на рычаг, потом поворачивается, чтобы посмотреть на меня, на ее бледном лице паника.

— Это Стивен? — спрашиваю я, уже зная ответ, но все еще жду подтверждения моих опасений. Она смотрит на меня, потом ее взгляд ускользает; задумавшись, она смотрит невидимым взглядом позади меня.

— Это Стивен? — я в шоке от своего собственного громкого голоса, когда повторяю свой вопрос. Мои уже напряженные нервы выходят из-под контроля. Я не могу здраво мыслить или физически сдержать надвигающуюся агонию. Появление моего отца на кухне отвлекает нас, и мы обе поворачиваемся, чтобы посмотреть на него.

— Что здесь происходит? — он смотрит на нас обеих, а потом на каждую из нас по отдельности. И, наконец, мама оправляется от шока и рассказывает нам про звонок.

— Помнишь Рона, сына Аманды? Тот, который служил в одном взводе со Стивеном, но вернулся в прошлом месяце из-за травмы?

Папа кивает утвердительно. Я смотрю на них во все глаза.

— Он смотрел новости о нападении на наших в Кабуле, и он сказал, точнее, утверждал, что это был взвод Стивена. Он узнал его по некоторым новостным кадрам, которые видел.

Я оседаю в ближайшем кресле. Это слишком тяжело воспринимать стоя.

— Они не знают наверняка, но говорят о каких-то пропавших без вести и погибших солдатах… — в конце предложения ее голос ломается.

Отец пытается успокоить нас с каменным лицом.

— Не стоит паниковать. Мы ничего не знаем наверняка. Давайте проверим новости… — он снимает очки и убирает их в карман своей рубашки. Положив их обратно, он протягивает твердую руку маме.

— Ты идешь, Лели? — его глаза умоляют меня пойти с ними.

— Я хочу сначала позвонить Таше… — я обнимаю себя, ощущая холодок внутри тела.

* * *

— Привет, Таш.

— Что случилось? — спрашивает она, услышав мой голос.

Я нервно царапаю свой большой палец указательным.

— Стивен… — мой голос дрожит.

— Стивен? Что такое, Хейлз? — ее голос тихий, и следом она продолжает: — Хейлз, черт, ты меня пугаешь. Что случилось?

Я рассказываю ей все, все, что знаю.

— Кто-нибудь может предоставить вам какую-то информацию? — спрашивает она.

— Нет, — я вздыхаю в отчаянии. Все, о чем я могу думать в данный момент, это Дэниел. Я хочу услышать его голос, но прогоняю эту мысль, прежде чем она усилится во мне. Мы говорим еще некоторое время, пока Ташу не позвали. Перед тем как повесить трубку, она предлагает прилететь к нам.

— В этом нет необходимости, Таш. Я возвращаюсь через полтора дня… — отвечаю я уставшим голосом.

* * *

Когда я делюсь новостями с Яном, его серьезный тон еще больше усиливает мое беспокойство. Я слышу тревогу в его голосе.

— Итак, что будем теперь делать, дорогая?

— Ничего, крепкая выпивка, йога и тяжелая артиллерия из лекарств не поможет.

Он смеется.

— Я рад знать, что ты еще в состоянии шутить.

Я хихикаю.

— Ты же знаешь, что можешь просто позвонить, и днем, и ночью, — говорит он, когда мы заканчиваем разговор.

Я останавливаю себя, прежде чем набрать последнюю цифру номера, я так хочу позвонить, но вместо этого иду в гостиную, чтобы присоединиться к своим родителям.

Мы сидим молча, наблюдая повторы новостей, несмотря на то, что в течение последних нескольких часов ничего нового не показывают. Мы сидим, приклеенные к экрану, вслушиваясь в каждое слово, чтобы не пропустить любую информацию, которая может дать нам надежду. Те же заголовки, те же образы, та же информация о «девяти жертвах в центре Кабуле сегодня, когда террорист-смертник взорвал автомобиль с военным конвоем». Говорится о четверых военнослужащих и пяти гражданских лицах, которые погибли в результате нападения.

Мои глаза горят, а голова болит. Меня подташнивает, я физически и эмоционально истощена.

— Я отправляюсь спать, — бормочу я апатично.

— Спокойной ночи, Лели… — мягкие голоса моих родителей сливаются в единое целое. Я обнимаю их обоих. Проходя мимо кухни, я хватаю свой телефон перед тем, как подняться в свою детскую комнату.

* * *

Все выглядит таким знакомым, и все же столь чужим: сиреневые обои, которые чуть-чуть стали пошарпанными и отклеились в левом углу, мягкая белая двуспальная кровать по-прежнему аккуратно застелена одеялом цвета лаванды, украшенным пернатыми белыми облаками. Благодаря моей маме все компакт-диски и книги на месте. Только несколько застывших пятен на ковре сливочного цвета в центре деревянного пола напоминают мне, что прошло много времени, когда эта комната была живой.

Подростком я была совсем не похожа на ту, кем стала. Такое ощущение, что прошел миллион лет с тех пор, как я в последний раз спала на этом месте, в этой постели.

Пинком снимая свои ботинки, я проскальзываю под толстое мягкое пуховое одеяло, находясь все еще в одежде. Как только голова опускается на подушку, мои уставшие и измученные глаза начинает пощипывать от слез, которые скатываются по лицу. Меня накрывает осознание происходящего, осознание реальности. Существует только одна вещь, которую я хочу; только одна вещь, которая может освободить меня от этой мучительной боли. Утешиться одним объятием. Я хочу услышать его голос. Мне нужно услышать его голос. Мне нужно, чтобы он сказал мне, что все будет хорошо, и что он все еще любит меня, так же, как он пытался сделать несколько дней назад.

Дрожащими пальцами я набираю номер. Я боролась с этим желанием слишком долго. Я закрываю глаза и жду, чтобы услышать его голос.

Он отвечает на первом гудке.

— Хейлз?

Мое имя в его устах звучит, словно молитва об искуплении. Слезы жгут мое горло, мешая говорить, но я успеваю прошептать:

— Дэниел, мне нужен… — ты, произношу я безжизненной линии. Слабый звуковой сигнал моего телефона говорит о том, что он умирает вместе с моим мужеством.

Это знак. Я не должна была звонить ему. Думай головой, а не сердцем. Я прячу лицо в подушку и плачу.

Глава 41

Дэниел

Мне нужно что-нибудь предпринять, чтобы обуздать этот пожирающий меня гнев. С тех пор, как вышла эта гребаная статья, я хочу крушить ногами все, что движется. Я уже на грани; гнев бурлит во мне, не останавливаясь ни на секунду. Я слишком опасен даже для себя. Тебе нужно избавиться от этого дерьма, Дэниел.

Я думаю о ее больших, красивых, наполненных болью глазах, когда она закрыла дверь передо мной. Я чувствую себя дерьмом. Я безнадежен.

Блядь, что со мной происходит? Я качаю головой при этой мысли. Мне нужно сосредоточиться. Нужно освободиться от этой жестокости, и чем раньше, тем лучше. Идея приходит мне на ум. Я должен позвонить Теду, у него есть для меня пару партий в бойцовом клубе, где я раньше часто бывал. Дэниел, даже не думай об этом. Оставь свое прошлое позади.

Мое терпение по шкале от десяти находится ниже нуля точно. Я даже не могу полностью сосредоточиться на работе, такого никогда раньше не случалось. Даже часы, замедлив движение своих стрелок, сговорились против меня. Это было единственное место, которое действительно имело смысл для меня, но теперь нет. Божественное тело Хейли теперь для меня настоящее пристанище. Я готов похоронить себя в ней.

Я иду по коридору в единственное место, где могу выплеснуть свой гнев. Быть жестоким в любое время дня и ночи — только там я могу делать это законно. И на данном этапе, мне нужно это. Блядь, я действительно напортачил на этот раз. Я не могу перестать вспоминать ее ангельское лицо, ее золотистые волосы, эти глаза… Черт.

Где мои чертовы перчатки? Я врубаю музыку до максимума. Metallica будет идеальным спутником для того, чтобы я избавился от своих мыслей. Я надеваю первую перчатку, регулируя захват на запястье, чтобы она крепко держалась на руке. Для второй мне приходится использовать зубы, чтобы туго затянуть ее вокруг запястья. В моей голове всплывают фрагменты последнего разговора с Хейли, словно удар по лицу.

«Это ты сломал нас. Это ты сделал выбор не доверять мне и даже не пытаться понять меня. Ты решил бросить меня, бросить нас».

Она права.

Первый удар подбрасывает боксерскую грушу к потолку; я ловлю ее обеими руками, когда она, словно бумеранг, возвращается обратно. Следующий удар о кожаный материал настолько силен, что этот звук становится громче музыки, но это не помогает. Я продолжаю анализировать эти мысли в голове. Проклятье, Дэниел, соберись. Ты ведешь себя, как девственница перед первым разом. Черт тебя побери, что со мной будет?

Мое тело разогревается, адреналин бушует внутри него, и я начинаю потеть еще больше с каждым ударом. Я обрушиваю свои кулаки на мешок раз за разом, который поглощает мои удары и просит больше. Поскольку моя влажная одежда прилипает сильно к телу из-за пота, это мешает мне двигаться, я снимаю ее и бросаю в кучу в углу комнаты и продолжаю, пока все мое тело не начинает неметь.

Я рычу сквозь зубы, увеличивая силу следующего удара. Я чувствую интенсивность удара даже сквозь защиту перчаток. Это хорошо. Мне нужно чувствовать боль. Я скидываю перчатки с рук и возобновляю нападение на своего неживого противника голыми руками. Боль острая, но она очищает мой разум. Это именно то, что я искал, именно то, что мне нужно.

Я наношу удар за ударом, направляя все свои силы на грушу. Мои удары становятся все быстрее. С каждым взмахом во мне появляется все больше гнева, больше уверенности, чтобы ударить точнее и с большей силой. Я останавливаюсь только тогда, когда теплый слой густой крови, покрывший костяшки пальцев, окрасил мешок влажными темно-красными пятнами.

Физическое желание избавиться от моего убийственного гнева ослабевает, и я чувствую некоторое облегчение. Сейчас музыка уже не кажется такой тихой, и меня это только раздражает.

Измученный, я скольжу на пол в углу комнаты. Я прислоняю пульсирующую голову к стене. Потрескавшаяся кожа на суставах горит, но я чувствую только облегчение. Капли пота, насыщающие мое разочарование, скатываются по вискам по моей челюсти и шеи. Я смотрю на телефон, который забросил в ту же кучу с одеждой и дышу, ритмично, медленно, приводя в порядок свой пульс.

Я окунаюсь в гребанный рой моих решений с того момента, когда Брайан, мой PR-менеджер, впервые прислал эту долбанную статью. Даже сейчас я могу возродить гнев и разочарование, охватившее меня тогда. Я видел красный, темно-малиновый лист, которым размахивали перед моими глазами. Я бы никогда не сделал поспешных выводов. Я никогда не должен был позволить ей уйти. Я должен был сразу все понять, но когда я сделал это, было слишком поздно. Этих тупых извинений от «репортера» совсем недостаточно, она не сможет больше жить своей жизнью, сожалея о том, что положила свои чертовы пальцы на клавиатуру после того, как мои адвокаты подготовили иск в суд специально для нее.

Я не могу перестать думать о той бессмысленной, идиотской ошибке, которую совершил, причинив ей боль. Если я когда-либо получу второй шанс, я никогда больше не поступлю так с ней. Черт, что я наделал?

Боже. То, как я относился к ней, сказанные слова — это просто яд, отравляющий всего меня.

«Да, я действительно говорила все, что было написано в этой статье, но не так, как это расписано там, и не тому человеку, который написал статью, а главное то, что я все это рассказала моей лучшей подруге из-за любви к тебе, из-за моих переживаний о тебе…» — призналась она, а я не слушал. Я должен был знать об этом. Я должен был сам разобраться с этим. Что, черт возьми, я наделал?

Я улыбаюсь, вспоминая встречу. Я помню, как, войдя в свою личную кухню, увидел дразнящую, округлую, грушевидную попку в обтягивающих узких джинсах, и больше не мог оторвать глаз. Когда она произнесла «еб*ть» до того, как повернулась ко мне, и я смог увидеть ее лицо, я захотел ее прямо здесь — голую на столе. Когда она, наконец, повернулась, чтобы посмотреть на меня, я понял, что в одно мгновение потерял себя в этих глазах.

И, когда она начала говорить, я инстинктивно представил себе, что я буду делать с этим нахальным ротиком и пухлыми губками. Мне пришлось засунуть руку в карман, чтобы скрыть выпуклость, образующуюся в штанах. Именно там и тогда я понял, что должен сделать все, чтобы заполучить ее любой ценой. В моей кровати. К сожалению, я понимаю, что это невозможно сделать сейчас.

Я хочу ее так сильно, что могу вызвать в своем воображении ее лицо и тело. Прикосновение к ее безупречной, шелковистой, медовой коже. Ее сладкие, детские веснушки. То, как краснеет ее лицо. Ее мягкие волосы и невероятный запах корицы и Хейли. Она единственное, что так правильно чувствуется. Единственное, что имеет значение. Я должен получить ее обратно.

Черт, даже сейчас я думаю о ней больше, чем об ужасных и отстойных словах, которые прочитал в этой статье. И мне даже нравится, как это звучит.

Я достаю телефон из одежды и вижу, что он был выключен в течение нескольких часов. Черт. Так много писем; они никогда не заканчиваются. Пусть ими занимаются другие, Старк.

И, словно услышав мои тихие молитвы, начинает звонить мой телефон.

— Хейлз? — я тяжело дышу, мой пульс мгновенно набирает обороты.

Так много всего я вложил в ее имя, в этот звук — мое беспокойство, истощение, мое разочарование и столько тоски. Что случилось? Что она только что сказала?

— Дэниел, мне нужен…

Что, детка, что, что тебе нужно? Хейлз. Черт, она отключилась. Я пытаюсь перезвонить, но ее телефон выключен. Что за хрень?

Я должен поговорить с ней. Где она? Она вроде говорила, что хотела навестить родителей. Чикаго? Нужно позвонить Наташе; она должна знать, как добраться до нее. Сколько времени? 10 вечера. Наташа, наконец, отвечает после четвертого или пятого гудка. Меня так трясет, что я почти сломал телефон в руке в ожидании.

— Кто это? — спрашивает она нерешительно.

— Дэниел Старк.

На другом конце я слышу очень короткое молчание. Не играй со мной сейчас. Я далеко не в настроении. Я стараюсь сдержать себя, прежде чем наору на кого-нибудь, а потом, в конечном итоге, пожалею.

— Хейли просто позвонила мне, а потом звонок прервался. Ты знаешь, где она, или как я могу связаться с ней?

Она прокашливается и отвечает.

— Она у своих родителей, в Чикаго. Вернется домой завтра вечером.

— У тебя есть номер ее родителей?

— Да, Дэниел, — ее голос звучит устало, — но в Чикаго час ночи, я не думаю, что это хорошая идея позвонить сейчас… — она вздыхает и продолжает дальше, — учитывая то, через что они проходят, я не уверена, что звонок посреди ночи поможет.

— Что ты имеешь в виду «учитывая то, через что они проходят сейчас»? Что случилось? С Хейлз все в порядке? — весь на нервах, я встаю и начинаю ходить по комнате.

— Ее брат. Произошел теракт около его взвода в Афганистане, и они не уверены… — ее голос дрожит. Я кусаю губы и бью по стене ладонью. Блядь.

— Не уверены в чем? — я знаю, что мой голос уже совсем не тихий, но, черт, я беспокоюсь о ней.

— Не уверены, что с ним, жив ли он еще… — ее голос полон беспокойства.

Я выдыхаю воздух, оставшийся в легких.

— Наташа, ты можешь дать мне адрес ее родителей и полное имя ее брата, любую информацию, которая есть о нем?

Она делает это без каких-либо споров. Я благодарю ее, и завершаю вызов.

Я чувствую себя величайшим придурком. Хейли где-то страдает, беспокоится о брате. Она мучается, а меня нет рядом. Черт, я, прежде всего, ответственен за эту боль. Мне нужно сделать все правильно. Мне нужно быть там для нее.

Я иду в кабинет и бронирую самый ранний доступный утренний рейс. Передав все детали в Amex, я думаю о том, что пришло время использовать свои связи в Белом Доме, кроме тайской сделки. Это не мое дело. Я обычно не помогаю никому, но для Хейлз сделаю это. Сейчас слишком поздно, чтобы звонить Дэвидсону; между Сан-Франциско и Вашингтоном разница в четыре часа. Я позвоню ему завтра перед полетом. Я даже раздвину ноги, если он захочет, высокомерный, испорченный сукин сын. Но для нее я сделаю почти все. Я получу эту чертову информацию о ее брате любой ценой.

С мыслью о том, что увижу ее завтра, и подгоняемый решимостью вернуть ее, я иду в душ.

Это твой шанс, Старк, не облажайся снова.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Продолжение читайте у нас в группе https://vk.com/kn_books

©Переводчик: Нина Н., 2016

Примечания

1

Сникерсы — стильная молодежная обувь. Изначально сникерсы предназначались для занятия спортом. Позднее на них замахнулись и дизайнеры, решив сделать из этой обуви не только спортивный атрибут, но и модный элемент. — Здесь и далее прим. пер.

2

Святой Грааль — в средневековых кельтских и нормандских легендах одно из орудий Страстей — чаша, из которой Иисус Христос вкушал на Тайной вечере и в которую Иосиф Аримафейский собрал кровь из ран распятого на кресте Спасителя.

3

СEO — Chief Executive Officer — генеральный директор.

4

Слово «дедлайн» в буквальном переводе с английского (deadline) означает «мертвая линия» и используется для обозначения предельного срока выполнения какого-либо действия, после наступления которого это действие уже теряет смысл. В сленговой речи мы чаще всего используем этот термин как синоним традиционного для русского языка словосочетания «крайний срок».

5

The Cure — британская рок-группа, образованная в Кроули (англ. Crawley, Суссекс, Англия) в 1976 году. За время существования состав группы неоднократно менялся, ее единственным постоянным участником остается фронтмен, вокалист, гитарист и автор песен Роберт Смит.

6

MacBook — представитель семейства ноутбуков от Apple.

7

Bugatti Veyron — гиперкар компании Bugatti (входит в концерн Volkswagen), официально представленный публике в 2005 году. Самый быстрый серийный автомобиль до 2013 года. Производство Veyron на данный момент завершено. Его преемником является Bugatti Chiron, официально представленный на Международном женевском автосалоне в 2016 году.

8

Донна Каран — американская модельер и бизнесвумен. Создала всемирно известные торговые марки Donna Karan и DKNY (Donna Karan New York).

9

Casă — в переводе с испанского «хижина, лачуга, дом».

10

«Кровавый алмаз» (Blood Diamond) — приключенческая драма режиссера Эдварда Цвика, вышедшая на экраны в 2006 году. Главные роли в фильме исполнили Леонардо Ди Каприо, Джимон Хонсуи, Дженифер Коннелли.

11

Colgate (Колгейт) — товарная марка и международная компания, производящая такие продукты как средства для гигиены рта, зубные пасты и щетки и т. д.

12

Религиозная песня.

13

Pontiac Vibe — внедорожник.

14

Тип двухместного открытого кузова автомобиля, как правило, спортивного.

15

Живо, дорогая (нем.).

16

Ашрам — обитель мудрецов и отшельников в древней Индии, которая обычно располагалась в отдаленной местности — в горах или в лесу. В контексте современного индуизма термин «ашрам» часто используется для обозначения духовной или религиозной общины, куда человек приходит для медитации, молитвы, совершения ритуала и духовного обновления.

17

Мясо, тушенное с овощами и специями.

18

Openspace — пространство без разделительных стен; подобные офисные помещения были введены с приходом международных компаний на российский рынок.

19

Из фильма «Матрица», означает иллюзию реальности или «таблетка виагры».

20

Имеется в виду тупая фотомодель.

21

Великие озера — система пресноводных озер в Северной Америке, на территории США и Канады. Включает ряд крупных и средних водоемов, соединенных реками и проливами.

Content

СОВЕРШАЯ ОШИБКИ
Сигал Эрлих

Глава 1 Последний раз

Глава 2 Преступление и наказание

Глава 3 Расплата

Глава 4 Итоги сражения

Глава 5 Доктор Джекил… и мистер Хайд

Глава 6 Непристойные мысли

Глава 7 В самый последний раз

Глава 8 Противоречивые сообщения

Глава 9 Еще один удар

Глава 10 Эффект взрыва

Глава 11 YOU

Глава 12 Ночь на балу

Глава 13 Обряд посвящения

Глава 14 Попытка номер два

Глава 15 Еще один день на работе

Глава 16 Красавчик

Глава 17 Жаркий ланч

Глава 18 Запретный плод

Глава 19 Служебный роман и близкие отношения

Глава 20 Новый Дэниел

Глава 21 Дешевая китайская жизненная философия и многое другое

Глава 22 Изменение локации

Глава 23 Хочется любви и нежности

Глава 24 Над землей

Глава 25 Прибытие в Мексику

Глава 26 Прилив

Глава 27 У костра

Глава 28 Мышечная боль и излечение

Глава 29 Коммуна хиппи

Глава 30 Обратно в реальность

Глава 31 От нуля до ста за долю секунды

Глава 32 Раскрывая чужие тайны — подумай прежде о последствиях

Глава 33 Правда о Старке

Глава 34 Ядерная катастрофа

Глава 35 Хороший доктор

Глава 36 Как овца на скотобойне

Глава 37 Сумасшедший принц

Глава 38 Слишком поздно

Глава 39 Дом, милый дом

Глава 40 Беда не приходит одна

Глава 41 Дэниел

Примечания