Черный Маг Императора 13

Глава 1

Всю ночь я проспал как убитый. Перед сном выкупался в горячей воде, которая окончательно унесла с собой всякие тревожные мысли. Обычно, как только моя голова оказывалась на подушке, меня со всех сторон начинали атаковать разные мрачные думы, но не в этот вечер. По-моему, я и улечься толком не успел, как захрапел и проснулся уже утром.

За окном светило солнышко, которое в последнее время появлялось все реже, так что день начался просто отлично. С утра пораньше я разбудил Люфика, который громко храпел на всю комнату, и поинтересовался как там продвигаются дела с арактом.

Эта наглая демонская рожа по имени Люфицер сказал, что он только начал работать и нужно еще подождать. Естественно, сообщил мне, что я самый бессовестный тип, у которого он когда-либо служил. Видите ли, бедолага урвал минуту перерыва между работой, а я, как всегда, помешал его заслуженному отдыху.

Я иногда очень жалею, что нельзя вытащить этого синекожего шарлатана из его драгоценной Шкатулки и отпустить ему подзатыльник. Может быть, хоть это отобьет его тягу к желанию филонить при каждом удобном случае.

— Вряд ли, мой мальчик. Таких как он, жизнь ничему не учит, — высказал свое мнение на этот счет Дориан. — К тому же, отпускать подзатыльники демонам, это не самая лучшая идея, поверь мне как другу.

Да я и не сомневался, что не лучшая. Но иногда просто распирало от желания!

В столовке царило непривычное для завтрака оживление. Обычно все было как-то тускло и лишь кое-где слышалась громкая речь и смех. Оно и понятно, утро же… Нужно выпить чего-нибудь горяченького, чтобы окончательно сбросить с себя остатки сна, обсудить план на день и всякое-такое вот.

Если уж завтрак и выдавался шумным как сегодня, это означало только одно — накануне случилось нечто из ряда вон и это дело нужно было обсудить. Вот только, по-моему, ничего такого не случалось. Неужели я что-то пропустил, пока ездил в «Черный Плющ» на встречу с Эртелем?

— Что за суета, понять не могу? — спросил я у Лешки, у которого всегда почему-то было больше информации чем у меня насчет того, что происходит в «Китеже». — Ночью прилетали инопланетяне, а я все прозевал?

— Так на этой неделе родительское воскресенье же, — сказал Нарышкин. — Макс, ты как с Луны свалился. Обычное дело… Кто приедет, какой шатер на этот раз у кого будет… Все ведь нужно обсудить.

Точно! Я и забыл совсем, скоро ведь родительское воскресенье! Совсем вылетело из головы с моими хлопотами постоянными, которых у меня с каждым днем все больше становится почему-то. Прямо мистика какая-то… Когда проблемы решаются, они же по идее должны уменьшаться, а не прибавляться? Странная какая-то у меня математика получается…

— В твоем случае все идет через одно место, — напомнил мне Мор. — Пора уже как-то перестать этому удивляться.

Кстати, про это родительское воскресенье мне как раз забывать и не стоило. Впервые за все время, что я учусь в «Китеже», ко мне должны приехать родители. По крайней мере, они обещали…

От моего отца всего можно ожидать, но я надеюсь, что на этот раз будет именно так. Честно говоря, мне очень хотелось погулять с ним по школьному парку и познакомить с моими друзьями — Борисом и Бродягой. Ну и еще, чтобы дед был с нами рядом… А еще лучше и мама тоже…

Ну по крайней мере теперь все стало на свои места. Родительское воскресенье — это всегда отличный повод посплетничать и перемыть всем косточки. Тем более, что можно вспомнить и прошлый год. Нарышкин был прав, самой распространенной темой были шатры, конечно же, и прочие вещи, которыми семьи могли похвастать друг перед другом.

Мы с Лешкой не любили участвовать во всех этих разговорах. Княжич прекрасно знал, что его отец устроит все так, чтобы шатер Нарышкиных было видно даже из космоса, поэтому не считал нужным тратить на это свое время.

Что касается меня, то я вообще не придавал этим вещам особого значения. Какая разница, какого размера у тебя шатер и насколько ярко он расписан? Главное, что сам род из себя представляет, я так думаю. Правда Дориан говорит, что я еще просто слишком мал, чтобы понимать эти вещи в полной мере, но не знаю… Вряд ли я изменю с годами свою точку зрения.

С учетом того, что близится такой торжественный день для «Китежа», я решил немного пересмотреть свои планы на ближайшее время и отложить месть Лизуновым на более поздний срок. Не стоит обострять ситуацию перед тем, как здесь окажутся родители этих двух уродов. Да и всех остальных из их шайки.

Ничего страшного, может быть, это даже к лучшему. В моем распоряжении будет куча времени, чтобы подумать над тем, когда лучше всего осуществить мой план. Мне ведь еще хотелось, чтобы это было эффектно. Обязательно нужно сделать так, чтобы свою идиотскую проделку они запомнили надолго.

В этот момент Нарышкин помахал рукой кому-то я и обернулся, чтобы посмотреть кого он там увидел. Ничего интересного. Просто Дашкова пришла в сопровождении своего верного оруженосца Цветковой, которая тут же пустила в мою сторону стрелу пренебрежительного равнодушия.

Я невольно улыбнулся и подумал вот о чем… А с чего вдруг Дашкова активизировалась насчет примирения с Нарышкиным? Может быть, причина кроется как раз в предстоящем родительском воскресенье? Это Лешкиным родителям как-то все равно, а вот предки Насти вряд ли обрадуются, когда узнают, что она поругалась с княжичем после двух лет их… кхм… дружбы.

Да, скорее всего так оно и есть. Судя по словам моего друга, она соглашается буквально со всеми его словами, а на Дашкову это как-то не похоже. Она из тех девчонок, которые любят поспорить. Я уже открыл было рот, чтобы поделиться своими соображениями с Лешкой, но в последний момент передумал.

Думаю, особого смысла сейчас в этом просто нет. Когда Нарышкин в таком состоянии, любое мое предположение будет воспринимать в штыки. Он ведь знает, что я не в особом восторге от Дашковой, еще подумает, что я их поссорить хочу, а оно мне надо? Пусть сами разбираются. Если моя версия окажется верной, то надолго их перемирие все равно не затянется.

Вот так Лизуновы на этой неделе отошли на задний план, лентяй по имени Люфицер отложил мои книги камневиков как минимум до следующей недели, поэтому я решил посвятить всю неделю учебе. Ну, почти всю…

В пятницу разве что собирался сгонять ночью в некрослой, чтобы попытаться добыть кристаллические цветы для эликсира, которым я хотел заменить таблетку восстановления сил.

С тех пор как я увидел их в нашем школьном подвале на прогулке с Чертковым, они не давали мне покоя. Дня не проходило, чтобы я не вспомнил о них. Пятница — отличный день. Если, конечно, Эмир Михайлович меня не слишком задержит на занятиях с ним.

Ну а начать свое плотное общение с преподавателями на этой неделе я решил с Рябининой, которую разыскал на большой перемене. Нужно же было вручить ей цветок, который я притащил для нее из Искажения.

Я отыскал ее в стеклянной оранжерее Компонента, где они вместе с ним колдовали над каким-то растением странного вида. Оно было похоже на ветвистую молнию, которая почему-то вдруг застыла. Никогда не видел ничего подобного.

— Круто! — признался я, разглядывая растение из-за их спин.

— Ох! — от неожиданности вскрикнула Яна Владимировна и подпрыгнула на месте, схватившись за очки, чтобы они не упали.

Щекин обернулся ко мне лишь на несколько секунд, а затем вновь вернулся к изучению растения.

— Темников, тебя не учили стучаться перед тем, как вламываться в школьную оранжерею? — спросил он. — Или вы даже на секунду не можете предположить, что на большой перемене кто-то может работать и не скачет по парку со своими друзьями?

— Я постучался, Борис Алексеевич, — сказал я и это так и было. — Даже два раза.

— Допустим, — ответил он, не отвлекаясь от цветка. — И что такого случилось в «Китеже», что ты решил найти нас здесь в это время?

— Вообще-то я Яну Владимировну искал, а в учительской сказали, что вы с ней в оранжерею пошли, — сказал я.

— Что случилось, Максим? — спросила она.

Я вытащил из внутреннего кармана пузырек с цветком и протянул его Рябининой.

— Вот, возьмите. Мне показалось, вам это будет интересно.

— Ух ты! — воскликнула она, осторожно взяв пузырек в свои руки. — Ты где такое чудо нашел?

На этот раз Компонент отвлекся от созерцания своего цветка, повернулся к нам, а затем подошел поближе.

— Что это за штука, Темников? — спросил он и наклонил лицо поближе к пузырьку. — Смастерил на артефакторике?

— Не-а, — покачал я головой. — Нашел в одном интересном месте. Мне кажется, это не артефакт, оно ведь живое.

— Максим прав, Борис Алексеевич, — восторженно прошептала Рябинина. — Смотрите, оно шевелится… Видите?

— Да… Забавно… — пробормотал Щекин. — Первый раз вижу нечто подобное…

— Я тоже… — поддержала его Яна Владимировна.

— Темников, похоже тебе удалось отыскать очень редкий вид, — немного смягчился Компонент. С ним такое нечасто бывает. Только когда я делал сложный первоклассный эликсир без единой ошибки. — Где ты говоришь, его нашел?

— В одном необычном месте, — не поддался я на детскую уловку Щекина. — Это неважно, потому что там больше нет никаких растений. Вот это было единственным. Я сорвал его и принес в школу.

Преподаватели настолько заинтересовались моей находкой, что я даже не был уверен, услышал ли Борис Алексеевич мои последние слова. Они были как дети, которым вдруг дали поиграть интересной игрушкой, и всецело увлеклись растением.

— Вы только с ним поосторожнее, когда до него дотрагиваешься, по ощущениям оно будто стеклянное, — предупредил я их.

— Угу… — в один голос ответили Рябинина с Компонентом, и я решил, что сейчас самое время отсюда свалить подальше, пока не возникло новых вопросов. Тем более, что до конца перемены оставалось совсем немного времени.

Вот только перед этим я еще решил заскочить к школьному озеру и посмотреть, вдруг Бродяга вернулся? Но дуб как сквозь землю провалился. Насколько я понял из путанных объяснений Бориса, конструкт его тоже не видел с того самого момента.

Блин… Ну и куда он делся, интересно знать? Не мог же он навсегда из «Китежа» уйти…

* * *

Королевство Бургундия.

Шато де Курро, примерно в 30 километрах от Дижона…

Чем примечательно было это место, так это своими небольшими размерами, хорошей кухней и отличным винным погребом. Впрочем, для Бургундии последнее было далеко не редкость. В этом королевстве так много винных хозяйств, что куда ни плюнь, обязательно в какое-нибудь попадешь. Если не в само винное хозяйство, так в отель с приличным винным запасом.

Ну а еще у этого местечка имелось вот какое достоинство. Оно находилось в очень уединенном месте и жить здесь обходилось так дорого, что номера в Шато де Курро могли позволить себе лишь хорошо обеспеченные дворяне.

Вот как, например, граф Аникей Федорович Строганов и князь Петр Константинович Курбатов, которые встретились здесь не случайно. Более того, специально забрались подальше от Российской Империи, чтобы поговорить с глазу на глаз. Где вместе их не могли увидеть даже случайно. Строганов прибыл сюда прямо из Милана, где оставил свою жену с тремя дочками, а Курбатов — из Княжества Монако.

Прекрасное место… Тихий уголок, где нет ни одной знакомой физиономии, отличная говядина по-бургундски, черный пино-нуар, который хочется пить и пить, ну и хороший разговор. Что еще нужно двум состоявшимся в жизни мужчинам для полного счастья? Разве что безоблачное светлое будущее их родов. Кстати сказать, именно для обсуждения этого вопроса они здесь и собрались.

Расправились с мясом, уделали первую бутылочку вина и когда пришла очередь второй, Курбатов осторожно повел разговор к интересующей их обоих теме.

— Граф, вы уверены, что ваши женщины не знают, куда вы отправились? — спросил князь, как только официант разлил им в бокалы вино, и ему сказали, что дальше господа справятся сами, а он может быть свободен.

— Даже не думайте об этом, князь. Я принял все меры предосторожности, — тощий как жердь Аникей Федорович посмотрел на него своими узкими глазками, а затем отпил немного вина. — Вы же знаете, осторожность — это мой конек.

Курбатов об этом знал. Ушлый Строганов обладал потрясающей интуицией и частенько ужом выворачивался из самых сложных ситуаций. Ну а еще граф был трусоват и это тоже играло свою роль в том, что он был до сих пор жив и не сидел в тюрьме за свои проделки.

— Я сказал им, что у меня дела в Британии, — продолжил говорить граф. — К тому же, они больше интересуются магазинами, а не моими служебными поездками. А что вы скажете насчет вашей женщины? Княгиня знает где вы?

— Ну что вы, граф, кто же ездит в Княжество Монако со своей княгиней? — спросил Курбатов и рассмеялся, отчего его маленький пухлый живот затрясся как кусок студня. — Она в Катринбурге смотрит за детьми. Я давно уже завел нерушимое правило, что по служебным делам всегда езжу один. Женщины слишком любопытны и всегда задают больше вопросов, чем следует…

Немного помолчали, наслаждаясь местным свежим воздухом и пением птиц. В России уже было совсем прохладно, а здесь еще можно было даже подставлять лицо теплым солнечным лучикам и жмуриться от яркого света.

— Хочу поздравить вас с успехом, граф, ловко вы провернули дело с сыном Нарышкина, — окончательно перешел к делу князь и отсалютовал собеседнику бокалом с вином. — Хозяин просил передать вам, что он доволен. Одного из черных магов у нашего Императора больше, можно сказать, нет…

— У Романова нет черного мага… У моего кровного врага теперь старший сын с брачком… — хохотнул Строганов. — Все-таки хорошо, когда интересы совпадают, и одним выстрелом можно убить сразу нескольких зайцев.

Единомышленники переглянулись, чокнулись бокалами и сделали по глотку вина.

— Хотя, должен сказать, что без вашей помощи я бы не справился, — продолжил Аникей Федорович. — Ваш темный маг из Албанского Королевства просто талант. Остается только восхищаться его способностями.

— Ну он не мой… Скорее хозяина… — сказал Курбатов. — Но вообще да, очень опасный человек. Иногда я даже сомневаюсь, что он вообще человек. Когда он смотрит на меня своими черными глазищами, возникает ощущение, что из тебя вынимают душу.

— Это лишний раз убеждает меня в том, что я принял правильное решение, когда решил познакомиться с вами поближе, — усмехнулся Строганов. — Точнее сказать, благодарен людям, которые свели нас.

— Бросьте, граф… Никогда не поздно выбрать правильную сторону, — покровительственно улыбнулся ему Петр Константинович. — Моим делом было лишь ввести вас в курс дел, которые происходят в последнее время в Империи, и объяснить все прелести сотрудничества с нами.

— Я бы сказал — не сотрудничества, а дружбы, — тут же поправил его Строганов, которого время от времени одолевали тревожные мысли насчет правильности своего решения.

Эта тревога проходила так же быстро, как и появлялась. Стоило только подумать о том, что благодаря знакомству с Курбатовым он уже начал устранять влияние своего кровного врага — князя Нарышкина и его выводка. То ли еще будет… Ведь ему обещали, что все, чем сейчас владеет его враг, в конце концов будет принадлежать ему, нужно только немного потерпеть и кое-что сделать.

— Дружбы, конечно же, — кивнул князь. — Как видите, хозяин сдержал свое обещание и предоставил вам темного мага… Теперь самое время вам сдержать свое, граф. Вы готовы?

Аникей Федорович прекрасно понимал, что это он избавлялся от Нарышкиных как от личных врагов, а хозяин, фамилии которого он не знал, таким образом лишал Романова сильных фигур, которые его окружали. Технически это было выгодно им обоим, но вот формально…

Это он пожаловался Курбатову на Нарышкина, когда тот намекнул ему, что может помочь справиться с его врагами. Затем разговоры стали более предметными и граф сам не заметил, как втянулся в большую игру по уши. Что уж теперь… Пришло время оказать ответную услугу…

— С удовольствием выслушаю в чем заключается просьба ко мне, — с готовностью ответил Строганов и хлебнул вина больше обычного. — Надеюсь, это нечто интересное?

— Весьма, — кивнул Петр Константинович, затем выдержал паузу и спросил. — Скажите, граф, вам случайно не знакома фамилия Темников?

— Темников… Темников… — задумчиво проговорил Строганов, пытаясь вспомнить, где он мог слышать эту фамилию. — Это, случайно, не те, которые занимаются алхимией? По-моему, мне даже как-то привозили эликсиры из их лавки… Или я ошибаюсь?

— Нет, не ошибаетесь, граф, — ответил Курбатов. — У вас отличная память, и эта семейка действительно занимается алхимией.

— Даже не знаю, чем они могли заинтересовать вас, — пожал плечами граф. — Мелочь пузатая с Даром зельеварения.

— Вы правы, граф, пока именно так и есть, — нахмурился Петр Константинович. — Однако, кое-что все-таки изменилось. Во-первых, они теперь не такая уж мелочь… Во-вторых, у рода появился еще один Дар, а вместе с ним и новые друзья, которые раньше в их сторону даже не посмотрели бы.

— Кто, например? — вскинул бровь Строганов.

— Ну… Например, те же Нарышкины… — как бы невзначай бросил князь и глотнул вина. — Что вы на меня так удивленно смотрите? Побойтесь Бога, граф, что вы так разволновались?

— Просто пытаюсь понять, каким образом два таких разных рода оказались рядом? — прохрипел граф и поправил шейный платок под рубашкой, который вдруг ему начал неприятно давить горло.

— Удивительно, правда? — усмехнулся Курбатов. — Хотите послушать?

— С удовольствием, — Аникей Федорович одним глотком опустошил бокал и потянулся к бутылке за новой порцией вина.

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Напоминаю, что начиная с сегодняшнего дня мы вновь переходим на ежедневный режим выкладки. Пока никаких выходных!:)

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить лайки и оставлять комментарии!

💖 Еще раз благодарю вас за поддержку! 💖

Глава 2

Вечером меня ждала встреча с Островской, которую я, по правде говоря, очень ждал. Я не терял времени даром и изучил книгу, которую она мне дала. Ну не всю, конечно, а только тот раздел, который меня интересовал. Я это легко определил по компонентам, которые она предоставила в мое распоряжение.

Виктория Артемовна оказалась права, на столе такой ритуал не проведешь и даже больше того, моя комната тоже оказалась слишком мала для него. Ритуальный узор для создания артефактов занимал очень много места. Не знаю, всех это касалось или нет, но конкретно мой был большой.

Поэтому я ограничился тем, что несколько раз начертил его на бумаге, каждый раз выбирая для этого лист побольше. Честно говоря, для меня это был совершенно новый опыт. Я очень быстро выяснил, что чертить большой ритуальный узор и маленький — это две огромные разницы. Просто небо и земля.

Чтобы начертить маленький узор, требовалась лишь хорошая память и твердая рука, потому что во время этого процесса нельзя останавливаться. Линия узора должна ложиться ровно, без отрыва ритуального ножа от рисунка.

Хорошо хоть скорость не должна была быть одинаковой и можно было в какие-то моменты замедлиться или просто остановиться, чтобы немного отдохнуть. Главное в этот момент помнить, что нож до самого конца должен соприкасаться с магическими линиями, иначе они просто прервутся и вся работа пойдет насмарку.

Со всем остальным было проще. Как будить ядра компонентов я знал, Островская была права, Пальчикова нас действительно этому успела научить. Причем была довольно требовательна к нам и оставляла в покое лишь после того, как была убеждена в том, что до нас в полной мере дошло, что она сказала.

На уроках ритуалистики мы не работали с опасными компонентами, которые могли нанести нам сильный вред в случае ошибки. Так, разве что небольшой ожог можно получить или энергетический удар, от которого в самом крайнем случае в глазах потемнеет. Но общий принцип был один для всех компонентов.

Как по мне, стать первоклассным ритуалистом, это вообще очень сложная задача. Нужно обладать просто феноменальной памятью, чтобы все усвоить и успешно применять на практике.

Ведь для заклинателя что нужно? Правильно начерченная формула заклинания, магическая энергия и, по большому счету, на этом все. Другой вопрос, что формулы везде разные и в зависимости от Дара у каждого есть свои, данные кровью, предрасположенности, но это уже детали.

А вот ритуалистика работает немного иначе. Запомнить ритуальный узор и вложить в него магическую энергию здесь было недостаточно. Кроме этого, для каждого компонента, который применял в работе ритуалист, существовало собственное заклинание и им нужно было его пробудить. Оно называется формула активации компонента.

Формула была чем-то похожа на стихи. Само собой они были различны по своей длине — чем мощнее энергия, которую дает компонент, тем длиннее стих.

Ну так и это еще не все… Некоторые ритуальные узоры состоят не только из рисунка. Каждую начерченную линию нужно еще сопровождать соответствующими ритуальными словами…

В общем хлопотное дело, вот что я скажу. Поэтому я был рад, что Островская для моего первого опыта подготовила не самый сложный ритуал. Во всяком случае, я справился с поставленной передо мной задачей и разучил все формулы. Как-то не хотелось портить свою репутацию и сидеть перед Викторией Артемовной со шпаргалкой.

Поэтому, когда я пришел вечером в мастерскую Островской, где в этот день собирался ее «Артефакториум», то чувствовал себя вполне уверенно и не видел проблемы в предстоящем задании.

Сегодня здесь было явно поменьше людей, всего трое, в числе которых была заметная Люба Охотникова и еще одна новая девушка, которой в прошлый раз не было, пятикурсница.

Увидев меня, Люба приветственно помахала мне рукой и улыбнулась.

— Привет, Максим, — поздоровалась она и показала мне один из Почтовых Свитков, который держала в руках. — Сегодня будет испытание моего творения! Ты как, будешь участвовать?

— Само собой, — ответил я и нашел взглядом Викторию Артемовну, которая что-то искала в своем столе. — Вот сейчас свое испытание проведу, и можешь считать, что я в деле.

После моих слов улыбка Охотниковой стала еще шире, а меня поманила пальцем Островская.

— Как дела, Максим? — спросила она и посмотрела на меня сквозь какое-то зеленое стекло. — Справился, или дать тебе еще немного времени?

— Все в порядке, Виктория Артемовна, — ответил я и снял рюкзак. — О ритуале прочитал, узор запомнил наизусть, формулы активации тоже попробовал и даже попытался небольшой тестовый узор начертить.

— Ого! Да ты просто молодец, — похвалила меня наставница и снова посмотрела на меня, теперь уже через красную стекляшку. — Ну и как успехи с тестом? Получилось?

— Честно говоря не очень, — признался я. — У меня в комнате особо не начертишь, а искать для этого другое место не стал. Еще подумают, что я там демонов вызываю…

— Вот именно поэтому мы с тобой сегодня будем работать в нижней мастерской, — сказала Островская и оставила свои разноцветные стекляшки в покое. — Иди за мной.

Ребята проводили нас взглядами, а я потопал за наставницей, с удивлением узнав, что это не вся мастерская и внизу есть еще помещения. Вниз вела прочная металлическая лестница с широкими ступеньками и хорошим освещением вокруг.

— Никогда бы не подумал, что здесь еще внизу есть этажи, — сказал я, когда мы прошли первый подземный этаж и начали спускаться еще ниже.

— Если быть точной, то четыре подземных этажа, — ответила Островская. — На первом — склад, а на остальных — ритуальные залы. Каждый со своей степенью защиты. Сегодня мы с тобой будем работать на втором подземном этаже.

Мы спустились на второй этаж, затем прошли по небольшому коридору и оказались в ритуальном зале. Он был освещен мягким светом светокамней, которые были размещены на стенах с пониманием вопроса. Света было не много, не мало — в самый раз для комфортной работы. Стены выкрашены в глубокий черный цвет, на фоне которого даже темно-серый пол выглядел ярким пятном.

Зал был защищен магическим барьером. Хотя я в этом пока еще не очень хорошо разбирался, но даже я чувствовал, насколько он слаб. С другой стороны, зачем тратить энергию и поддерживать серьезную защиту там, где она просто не нужна? Если здесь проводились только слабые ритуалы зачарования, то этого было вполне достаточно.

— Ну как? — спросила Виктория Артемовна. — Нравится?

— Класс! — восхищенно сказал я.

Узнать, что под старой артефактной мастерской скрываются такие вот секреты, было здорово. Нужно будет обязательно Лешке потом об этом рассказать, как только увижу, что он готов меня слушать и не витает неизвестно где. Я думаю, день-два и его отпустит завладевший им любовный приступ.

— Рада, что тебе нравится, — сказала наставница, и по ее лицу было видно, что ей приятны мои слова. — Знаешь, когда-то давно, когда мы с Лазаревой учились в «Китеже» и впервые здесь оказались, я поклялась себе, что когда-нибудь тоже буду заниматься здесь со своими учениками. Как видишь, мечты иногда сбываются.

— Так я в этом и не сомневался, — сказал я и поставил на пол рюкзак. — Где мы с вами будем работать?

— Где хочешь, — ответила она и провела рукой вокруг себя. — Места здесь сколько угодно, так что выбирай сам, где больше нравится.

Я решил, что самым лучшим вариантом будет самый центр ритуального зала. Мне впервые нужно было начертить такой большой узор, поэтому было бы обидно просчитаться и в последний момент узнать, что я неверно рассчитал его размеры и выбрал неправильное место.

— Тогда начинай, — дала разрешение к старту Островская. — Я буду рядом и, если что, спрашивай. Помни о главном — спешка хороша лишь в некоторых случаях, и это явно не один из них.

— Ясное дело… — сказал я и пошел к центру зала.

Первым делом я уселся на пол и вытащил из рюкзака все, что мне было необходимо для работы. Для начала лист бумаги с узором конкретного свойства оберега, который я намеревался сегодня создать. Его следовало начертить внутри основного узора, после того как я сделаю все остальное.

Вообще-то, я его тоже выучил, однако решил не рисковать и не выделываться перед Викторией Артемовной. Мне будет спокойнее, если в этом случае шпаргалка будет рядом со мной. Если получится все остальное, это и так будет для меня большим личным прорывом в артефакторике, так что не буду рисковать.

Следом за рисунком я вытащил кусок природного серебра, пять полосок телячьей кожи, малахит, ну и само собой золотое колечко, которое в случае успеха должно стать моим первым оберегом, который я создал собственными руками.

Последней вещью был ритуальный нож, который имелся у каждого ученика «Китежа», если он уже начал изучать ритуалистику. Нам их выдавали вместе с учебниками по этому предмету.

— Дориан, — мысленно позвал я своего друга, который молча дожидался начала. — Приятно знать, что хоть сейчас ты не дрыхнешь…

— Ты меня обижаешь, мальчик мой, — попытался обидеться Мор, как будто это было неправдой.

— Ладно, потом побурчишь. Если что, помогай, хорошо? — попросил я его.

— Посмотрим на твое дальнейшее поведение, — пробурчал он и я взялся за дело.

Главной сложностью в ритуальном узоре, который мне предстояло начертить, было большое количество длинных линий, которые должны были получаться по возможности ровными. Надеюсь, они у меня такими и получались.

Я ползал по полу как паук, оставляя за собой тонкие линии на полу. Он был покрыт специальным составом вроде твердого грунта, который часто использовали практикующие ритуалисты. На нем оставался четкий видимый след, не нужно было прилагать особых усилий и сильно давить на нож. Кроме того, узор потом можно было легко удалить с помощью обычного заклинания Развеивания.

Спустя полчаса я закончил и смог наконец подняться на ноги, чтобы немного отдохнуть и разогнуть спину. Я смотрел на узор и ждал, когда он начнет наконец светиться. Это будет означать, что начертил я все правильно. Тянулись секунды томительного ожидания, которые казались мне минутами.

Я вытер рукавом рубашки пот со лба и уже собирался было достать книгу, чтобы проверить — может быть, где-то закралась ошибка? Как вдруг магические линии начали понемногу загораться. Бело-зеленое сияние становилось все ярче, пока наконец узор не начал переливаться.

— До момента активации прошло две минуты, — сказала Островская, глядя на экран своего мобильного телефона. — Для первого раза очень даже неплохо.

Ага, значит, чем лучше начерчен ритуальный узор, тем раньше он начинает работать. Все ясно-понятно, теперь можно приступить и ко второй части ритуала.

Я разложил компоненты в нужных местах узора, а затем произнес формулу активации их магических ядер в нужной мне последовательности. Здесь не нужно было долго ждать. Один за другим компоненты начинали подсвечиваться оранжево-розовым светом и это означало, что активация прошла успешно.

На этот раз Виктория Артемовна ничего не сказала и лишь молча наблюдала за моей работой, пока я чертил внутри основного узора свойство оберега. В одной руке я держал ритуальный нож, а в другой — лист бумаги с рисунком.

Мне потребовалось минут десять. Все-таки маленькие узоры чертить намного проще, даже если в них много деталей. Вот как здесь, например. Едва я закончил, как он тут же активизировался, а это говорило о том, что все получилось, и мне остался последний штрих — произнести формулу активации кольца, которая должна стать финалом моей работы.

Я никуда не спешил и старался проговаривать каждое слово как можно четче. Не то чтобы все зависело от этого заключительного момента, ведь на общий успех будут оказывать влияние все мои действия, которые я совершил до этого. Однако я был доволен собой и мне хотелось закончить достойно.

Когда последнее слово было произнесено, оба ритуальных узора, и внешний, и внутренний, пришли в движение. Оранжево-розовое свечение, которое было над компонентами, влилось в общий рисунок, золотое кольцо на мгновение вспыхнуло, а затем светопредставление закончилось.

Единственное, что осталось, это колечко, поблескивавшее в темноте и компоненты, из которых я вытащил заложенные в них магические ядра. Повторно использовать их было нельзя.

— Поздравляю, Максим, — сказала Островская и несколько раз хлопнула в ладоши. — Можно сказать, начало положено. Ты меня не разочаровал и, можно сказать, удивил. Глядя на твою работу, можно было подумать, что это у тебя не первый подобный опыт.

— Мне можно взять кольцо? — спросил я, довольный собой. Приятно, что уж тут.

— Молодец, мой мальчик, даже ни разу не попросил моей помощи, — с какой-то гордостью в голосе сказал Дориан. — Приятно видеть, что пустота в твоей голове начинает заполняться чем-то полезным.

Я подошел к кольцу и осторожно взял его в руку. На самом деле, это был очень слабый оберег. Даже если все у меня получилось идеально, он не будет мне полезным. По идее, он должен будет давать мне магическую защиту от ментальных заклинаний, но мой уровень владения Барьером делает это заклинание в десятки раз мощнее кольца.

Однако я ничего не сказал об этом наставнице. Зачем ее огорчать? Понятное дело, что она просто хотела как лучше, и сделала так, чтобы у меня появилась защита от врагов. Уверен на сто процентов, что это Полина ей дала совет каким именно должен был быть мой первый оберег.

— Можешь надеть его на палец, если не боишься, — улыбнулась Островская. — Надо же убедиться, что все работает как нужно.

Именно это я и сделал. Меня тут же окутало бледной светло-зеленой аурой, которая вскоре исчезла. Она по-прежнему продолжала работать, но была невидима для окружающих. Я почувствовал, как мой мозг окатило приятной теплой волной и посмотрел на наставницу:

— Все работает, Виктория Артемовна. У меня сейчас примерно такие же ощущения, когда я активирую Барьер, — сказал я, и чтобы сделать ей еще приятнее, добавил. — Даже немного сильнее. Так горячо в голове…

— Ах ты мелкий подлиза! — усмехнулся Дориан. — Ты что это, к Островской решил подкатывать? Маленький шалун!

— Отвали, Мор, при чем здесь это? — огрызнулся я. — Просто хочу, чтобы… Ну в общем… Отвали, ясно тебе?

— Очень рада, — улыбнулась моим словам наставница. — Разумеется, ты можешь оставить это кольцо себе и распоряжаться им как тебе вздумается.

— Спасибо, — сказал я. — Оно будет напоминать мне о моем первом опыте ритуального зачарования.

— В следующий раз займемся чем-нибудь посерьезнее, — пообещала она. — Ты к этому вполне готов. Теперь собирай все, что ты здесь разложил, и пойдем наверх. Там Охотникова собиралась нам что-то показать.

Дожидались только нас с Островской, поэтому, как только мы поднялись наверх, Люба сразу торжественно сообщила, что готова начать. Мне тоже досталась маленькая деревянная табличка, размером со спичечный коробок. Странно… Даже детские Почтовые Свитки выглядели немного изящнее.

— Это предварительный внешний вид артефакта, — пояснила Охотникова, в ответ на мой удивленный взгляд. — Пока проверим, как все работает. Готовы? Сейчас все ваши Свитки настроены на мой, поэтому у всех появится одинаковый текст. Должен появиться, во всяком случае… Итак…

Она закрыла глаза, а я уставился на деревяшку в моих руках, на которой одна за другой начали появляться буквы, а затем и слова. В итоге получилось: «Артефакторика — мать всех наук».

— Ну? Что у кого получилось? — с нетерпением спросила она.

Вскоре выяснилось, что правильно фраза отобразилась лишь на моей табличке. У Островской получилось: «Артефакторика — всех пук», у новой девчонки, которую звали Арина, вышло: «Археология — мать-паук», а на последней табличке вообще ничего не отобразилось.

— При чем здесь археология, я понять не могу? — расстроилась Охотникова и шмыгнула носом. — Да, блин…

— Не расстраивайся, Любочка, — сказала Виктория Артемовна и обняла девушку. — Сейчас мы с тобой проверим, что не так…

Я вернул девушке свой Почтовый Свиток и вопросительно посмотрел на наставницу.

— До следующего вторника, Максим, — сказала она, успокаивающе поглаживая Охотникову по голове. — Сегодня обойдемся без заданий. Будем считать, что тебе положен отдых.

Так даже лучше. Не то чтобы мне не нравилась артефакторика, но кому не хочется отдохнуть лишний раз?

Довольный сегодняшним вечером я вышел из мастерской и увидел огромный знакомый силуэт, который расположился метрах в десяти.

— Борис? Ты что здесь в такое позднее время? — это было действительно странно, обычно вечером конструкт не расхаживал по школьному парку.

— Бум-бам… Бадум… Темников… — загадочно ответил он и тут же добавил. — Бродяга… Барарум… Один… Три… Пять… Бим-бом…

Временами пытаться расшифровать задачки конструкта, это просто напрасно потратить время. Только голова пухнет и никакого толка. Вот это была одна из них. Единственное, что я из всего этого понял — он говорит про Бродягу. Означает ли это, что дуб наконец вернулся?

— Бродяга пришел? — спросил я.

— Бубум… Бадым… — пояснил конструкт.

Затем он поднялся с земли, подошел ко мне поближе и протянул руки, за которые я тут же ухватился и через пару секунд уже сидел на его плече.

Согласен, так будет гораздо быстрее!

Глава 3

Топ… Топ… Топ…

Конструкт уверенно шел вперед и вскоре выяснилось, что идем мы с ним не к школьному озеру, а к воротам в «Китеж». Судя по всему, Борис решил прогуляться на ночь глядя и что-то показать за территорией, других вариантов у меня не было.

Рядом с основными школьными воротами были расположены дополнительные, которые были предназначены специально для наших необычных обитателей — Бродяги и Бориса. В этом году их довели до ума и теперь они тоже были перегорожены шлагбаумом.

Правда назначение этой конструкции в полном мере понимал лишь конструкт. Что касается Бродяги, то дуб, как правило, не обращал на него внимания и частенько ломал. Хорошо, что в последнее время он нечасто покидал школьную территорию, а то боюсь даже долгому терпению Орлова пришел бы конец… Хотя Лешка, например, считал, что во всем виновата охрана, которая не успевает вовремя открыть перед дубом шлагбаум.

Едва мы подошли к воротам, я сразу понял, что сегодня охранники явно не успели. Шлагбаум был сломан и выгнут дугой в обратную сторону. Несколько охранников топтались возле него и пытались как-то вернуть его обратно. Судя по тому, что я видел, пока ничего из этого не получалось.

— Темников, ты, что ли? — осветил конструкта один из охранников, когда Борис подошел поближе к шлагбауму.

— Ну а кто еще? — уж кого-кого, а меня каждый охранник знал в лицо очень хорошо. Я думаю, их, когда на работу принимали, сразу мою фотографию показывали с приказом хорошенько приглядывать за этим парнем.

— Ты посмотри, что твои балбесы опять наделали! — недовольно крикнул он. — Дуб твой совсем спятил, деревяшка хренова! Час назад в школу прибежал, через полчаса опять в лес убежал, только железяку эту с собой прихватил! Потом этот твой Борис обратно притопал. Устроили тут беготню на ровном месте! Ты что, их в казаки-разбойники научил играть?

— Да вроде нет… — смутился я, пытаясь осмыслить слова охранника и понять кто куда бегал и за кем потом прибегал.

— Бурым… Бом-бом…

— Я завтра все Орлову скажу! — сказал охранник и пригрозил конструкту кулаком. — Еще и угрожает!

— Хотите, я вам завтра помогу после уроков? — предложил я. — Ну или на большой перемене могу. Я Бориса попрошу, он вам шлагбаум обратно выгнет.

— Ага, как же… Дождешься от вас… — пробормотал охранник, но судя по голосу, немного смягчился. — Все равно ведь докладывать придется…

— Да я не против, докладывайте. Я просто так помощь предлагаю, — сказал я.

— Ладно… Посмотрим… — сказал он и посветил на меня фонарем. — Ну а сейчас чего пришел? Время позднее, спать пора. Завтра будем со шлагбаумом разбираться.

— Вообще-то, я не насчет шлагбаума, — признался я и охранник чуть фонарик не выронил после моих слов. — Мы с Борисом на ночную прогулку перед сном.

— Какая прогулка, Темников, одиннадцать скоро! — удивленно спросил он. — Ты что, в журнал нарушителей захотел?

— Да мы недолго, — сказал я, хотя на самом деле понятия не имел на сколько затянется наш поход. Откуда мне было об этом знать, если я даже не знал, куда меня несет конструкт. — До часа икс вернемся.

Охранники растерянно переглянулись между собой, не зная, как быть. Видимо подобные случаи происходят в их практике нечасто. С одной стороны, время и в самом деле было позднее, но с другой, еще даже не пробило десять, и я имел полное право покидать территорию школы.

Правда сейчас я делал это несколько нестандартным способом, но технически ничего не нарушал, так что у них не было никаких оснований мне это запрещать.

— Только чтобы недалеко! — наконец принял решение один из них.

— Бадам… Бром… Темников… — ответил вместо меня Борис и потопал вперед, заставив охрану расступиться.

Как только мы отошли шагов на двадцать, конструкт включил мощный прожектор, которым он был оснащен. Видимо, в отличие от меня, Кольца Ночного Зрения у него не было, и со светом ему было комфортнее. Хотя, в тот раз, когда Борис пришел мне на помощь в бою со спектрами, он действовал настолько уверенно, что можно было подумать ночное зрение входит в его комплектацию.

Конструкт уверенно шел вперед в сторону Призрачного леса, который расположился недалеко от школы. Насколько я понимаю логику происходящих событий, именно там нас дожидался Бродяга, который зачем-то прибегал в школу за Борисом, а затем удрал с ним назад.

Вскоре появились очертания могучих высоких деревьев, которыми славился этот лес. Ну еще бы их здесь не было! Насколько мне известно, этот лес рос здесь задолго до того момента, когда рядом с ним появился «Китеж». К тому же, здесь столько магической энергии вокруг, что любой лопух вымахает размером с мою комнату.

— Ну и что дальше? — спросил я у Бориса, который остановился перед самым лесом и осветил его прожектором. — Где Бродяга?

— Брым… Брым… — мне показалось, конструкт попросил меня немного подождать.

Минут через десять я почувстовал, что начинаю замерзать. Особенно меня начала беспокоить та часть моего тела, которая сидела на плече у Бориса. При всем моем уважении к конструкту, он был полностью металлическим, а сидеть в такую погоду на холодном металле, то еще удовольствие.

Я только открыл рот, чтобы попросить Бориса поставить меня на землю, чтобы немного попрыгать и хоть как-то попытаться согреться, как вдруг раздался треск. Судя по звукам рядом с нами, ломалось какое-то дерево, а может быть, даже не одно. Услышав это, я решил немного повременить со спуском и еще чуть-чуть померзнуть на холодном плече у конструкта.

Прошла минута, прежде чем деревья перед нами как будто выгнулись в разные стороны, пропуская вперед мой дуб, который медленной и важной походкой направился к нам.

— Бродяга, ну наконец-то! — радостно крикнул я, увидев его в целости и сохранности. — Ты где шлялся все это время? Я уже волноваться за тебя начал!

Возможно, дуб и пошумел ветками, пытаясь мне что-то ответить, но из-за нового громкого треска я ничего не расслышал. Зато увидел такое, от чего у меня челюсть свело.

Вслед за Бродягой из леса вышло еще одно дерево, которое тоже вроде бы было дубом, а вслед за ним показалась парочка высоченных елей, верхушки которых уходили высоко в небо. Охренеть просто…

— Дориан, ты ведь тоже это видишь? — мысленно спросил я у своего друга, глядя как деревья дружной компанией топают к нам. — Или ты уже дрыхнешь?

— С вами поспишь! — недовольно пробормотал он. — Бубнят, ветками трещат, фонарем светят… Вижу, конечно, куда я денусь. Чего ты так разволновался? Ты же просил его найти живое дерево, вот он тебе и нашел. Даже три дерева сразу. Выбирай любое. Мне, если что, вон та елка справа нравится. Она самая высокая среди всех, наверное, и кора у нее самая качественная будет.

Я удивленно смотрел по сторонам и вдруг услышал чей-то незнакомый шепот в моей голове. Это явно был не Мор, а если не он, то получается…

— Слушай, Дориан, как думаешь, живые деревья умеют разговаривать? — спросил я у Мора.

Так-то особого общения с деревьями у меня было не очень много. Разве что с Бродягой, а он еще не был живым деревом, насколько я правильно понял Рябинину. Тем более, что голос в моей голове был явно женским, а мой дуб вроде бы как мужчина. Ну, я так думаю, во всяком случае…

— Конечно умеют, что за вопросы! — уверенно сказал Мор. — У меня под окном как-то вырос живой куст терновника. До того, зараза, нудным оказался. Все время меня в депрессию вводил своими растительными мыслями. Пришлось его пересадить подальше, чтобы не забивал мне голову всякими глупостями.

Поначалу я с трудом разбирал слова, но с каждой секундой они становились все четче, пока наконец я не услышал вполне сносную речь.

— Здравствуй, Максим… шшш… Темников… шшш… — шептало какое-то из деревьев женским голосом. — Я Эмерента… шшш… Бродяга сказал, ты хочешь нашу кору… шшш…

— Совсем чуть-чуть, — ответил я, глядя на самую высокую ель, решив разговаривать с ней. — Мне нужно для одного важного дела. Если вам не жалко, конечно.

После моих слов деревья вокруг меня начали шуметь ветвями, но никаких голосов я пока не слышал. Видимо они таким образом переговаривались между собой и обсуждали дать или нет мне коры. Так продолжалось несколько минут, после которых я вновь услышал шепот Эмеренты.

— Обмен, Темников… шшш… Нас устроит обмен… Кора в обмен на «Китеж»… шшш…

— В каком смысле? — спросил я, не очень поняв смысла ее слов. — Школы магии что ли? Так она же вроде как не моя, как я могу ее обменять?

— Хотим жить в парке… шшш… Волшебное озеро… шшш… Вкусная магия… шшш… Жить в «Китеже» в обмен на кору, Темников… шшш…

Ну здрасьте-приехали… Нормальное такое предложение. Весьма неожиданное, я бы сказал… И что мне теперь делать, интересно знать?

— Ясное дело, с Орловым поговорить, что тут думать? — пришел на помощь Дориан. — Ничего здесь такого нет, вполне обычное дело. Было одно волшебное дерево, будет четыре. Так даже веселее, небольшая волшебная роща получается. И Бродяге с Борисом интереснее будет. Теперь они смогут не вдвоем в прятки играть, а целой компанией.

— Куда уж веселее… Раньше одно дерево по школьному парку бегало, а теперь четыре будут туда-сюда болтаться… Не думаю, что Иван Федорович согласится, — с сомнением сказал я. — Хотя… Можно попробовать. Вдруг ему понравится мысль иметь собственную волшебную рощу. Правда совсем маленькую… Но, с другой стороны, в других школах и такой нет.

— Так и я тебе о чем, — подбодрил меня Мор. — Годик-другой, и дриада какая-нибудь заведется, может быть, даже кентавр какой…

— У нас не водятся кентавры… — автоматически сказал я, параллельно думая о том, как завтра буду преподносить эту информацию директору школы.

— Значит Старичок-Лесовичок, — хохотнул Дориан. — Тоже прикольно будет.

— Да… Весело блин…

* * *

Специально искать Орлова, чтобы поговорить с ним насчет идеи с волшебной рощей, мне не пришлось. Как-то все само-собой получилось, когда он меня вызвал к себе прямо перед первым уроком.

То, что начнем разговор мы немного с другого, я понял сразу же, как только увидел в его кабинете вчерашнего охранника, который смотрел на меня уставшим взглядом. Рядом с ним сидел наш мастер-смотритель Егор Никитич Борисов. Взгляд Орлова определить было сложно, он ведь все время глаза за темными очками прятал, но улыбки на лице не было, факт.

— Вызывали, Иван Федорович? — спросил я и посмотрел по сторонам, не изменилось ли что-то в кабинете с моего последнего в нем появления.

Не-а, все по-прежнему на своих местах. Гостевой диван, небольшой столик около него, пара стульев возле рабочего стола Орлова, ну и я возле двери — как без этого?

— Проходи, Максим, присаживайся, — сказал директор и указал мне на свободной стул. — А вы можете быть свободны, господа.

Охранник с Борисовым дружно встали, кивнули ему на прощание и вышли из кабинета, тихо закрыв за собой дверь.

— Как жизнь, Темников? — спросил у меня Иван Федорович и взял в руки лист бумаги, который лежал перед ним на столе.

— Спасибо, ничего, — ответил я. — Разве что устаю в последнее время больше обычного. Много дополнительных занятий, кружков… Набираюсь знаний как могу.

— Похвально, — кивнул Орлов. — Дополнительные занятия — это дело хорошее. Нельзя делать так, чтобы у тебя было слишком много свободного времени. Как правило, это потом сказывается на всей школе. Причем с заранее неизвестным результатом.

Я решил промолчать. Что тут скажешь? Хотя, по моему мнению, я пока ничего плохого не сделал. Даже наоборот.

— Однако, свободное время у тебя все-таки есть, — сказал он и помахал листком бумаги, который держал в руках.

— А что там написано? — с любопытством спросил я.

— Что твои друзья Борис и Бродяга на воротах все время шлагбаум ломают, — ответил директор. — И еще написано, что ты по ночам куда-то вместе с конструктом ходишь… Возвращаешься после одиннадцати, разлагаешь дисциплину, попираешь установленные в «Китеже» правила… Самым наглым образом причем… В общем, много чего тут Егор Никитич накатал. Видимо у него на тебя зуб.

— Да врет он все, Иван Федорович, — пожал я плечами. — Я с Борисом и выходил-то всего один раз, и то по делу. Опоздал немного, это было. Ну так на пять минут всего, не много ведь… Кстати, я вчера им предложил помощь по восстановлению шлагбаума. Знал бы, что кляузу напишут, не предлагал бы.

— Это не кляуза, а докладная записка, — поправил меня Орлов.

Немного помолчали. Он смотрел на меня, а я на свои ботинки под столом.

— Куда ходил ночью? — спросил директор, а затем пододвинул в мою сторону вазу с конфетами, которая всегда стояла у него на столе.

Моих любимых не было, но зато имелся «Кара-Кум», что тоже было отлично. Я взял конфету и начал не спеша разворачивать фантик, раздумывая как лучше начать.

— Просто интересно, какие такие дела могут быть у ученика третьего курса, ради которых он уходит из школы по ночам, — в этот момент Орлов сложил руки в замок и наклонился над столом. — Наверное, согласно профилю, какие-то темные делишки… Да, Максим? Только не разочаровывай меня, хочется услышать что-то интересное.

— Несколько дней назад Бродяга пропал, — начал я. — Сразу после того, как его Рябинина вылечила, он куда-то ушел.

— Знаю, — кивнул директор.

— Ну а вчера нашелся, получается, — сказал я и слопал конфету. Вкусная… Давненько я их не ел… — Иван Федорович, я тут подумал… Может быть, нам нужно в «Китеже» волшебную рощу завести?

— Зачем это? — удивленно спросил он. — Мне вполне хватает и твоего дуба, который раз в неделю шлагбаум ломает, а ты мне рощу предлагаешь. Хочешь, чтобы у нас вокруг школьных заборов всегда строительная техника стояла, которая все время будет поломанные заборы ремонтировать?

— Почему? Не обязательно, — сказал я и взял еще одну конфету. — У меня просто есть на примете одна роща. Вполне себе приличная, на первый взгляд. Правда в ней всего три дерева, не считая Бродяги, но начнем с чего-нибудь, а там, глядишь, другие подтянутся.

На этот раз молчали чуть дольше. Я успел слопать вторую конфету и уже даже начал разворачивать третью, когда Орлов наконец спросил:

— Какая волшебная роща, Максим? Ты сейчас серьезно говоришь или шутишь?

— Какие уж тут шутки, Иван Федорович. Вы же спрашиваете, где я вчера был, вот я и рассказываю, — ответил я и пожал плечами. — Ходил с Борисом за территорию, чтобы познакомиться с живыми деревьями. Их там целых три штуки, ну и мой Бродяга четвертый, получается. Правда, он пока же не живое дерево вроде бы.

— И где ты их нашел, эти живые деревья? — спросил он тяжелым голосом.

— Это не я, это мой дуб их где-то нашел, — честно ответил я. — Просто он меня с ними познакомил, а я решил у вас спросить, ничего, если они у нас жить будут?

Я заполнил тишину шелестом фантика и съел третью конфету, на которой решил остановиться. Пусть Орлову будут, а то там всего две осталось.

— Ладно, допустим… — сказал он и постучал пальцами по столу. — Твой дуб нашел три живых дерева, которые каким-то чудом сохранились в глуши Призрачного леса. Теоретически это, разумеется, возможно. С учетом того, что он у тебя расхаживает где хочет, пара-тройка деревьев вполне могли за ним увязаться. Я только одного не могу понять, а с чего ты взял, что они на территории «Китежа» хотят остаться всей свой компанией?

— Ну… Так мне показалось, — ответил я, решив не говорить, что Эмерента прямо мне об этом сказала. Откуда я знаю, вдруг она не со всеми будет разговаривать, и если так, то пусть это будет нашим с ней секретом.

— Не было печали, как говорится, — вздохнул директор.

— Иван Федорович, если вы разрешите им жить у нас, то «Китеж» будет первой магической школой со своей волшебной рощей, — сказал я. — Это ведь круто.

— Да уж… Наверное, я должен сказать тебе спасибо, что «Китеж» вообще еще есть, — впервые за сегодняшнее утро усмехнулся Орлов. — Ладно, свободен. Отрабатывать будешь у Щекина, я лично распоряжусь.

Вот это уже не очень хорошая новость, уж лучше бы он меня в архив отправил пыльные гримуары разбирать.

— Хорошо, — вздохнул я и встал со стула. — А что насчет деревьев?

— Пусть живут, если им так хочется, — махнул он рукой. — Сломанные заборы будешь сам чинить в свободное от дополнительных занятий время, чтобы некогда было приключения на задницу искать.

— Спасибо, Иван Федорович! — просиял я. — Прямо с сегодняшнего дня можно?

— Ну а что откладывать, если решение примут.

Стараясь сдерживать улыбку, чтобы не выглядеть полным идиотом, я пошел к выходу, а между тем услышал за своей спиной звук рвущейся бумаги. Я даже догадываюсь, что он только что разорвал… Ну и правильно, Борисов только и умеет, что кляузы на всех строчить целыми днями. Жандарм, блин…

Я осторожно закрыл дверь за собой и по привычке бросил взгляд на Нику Львовну, которая выжидательно смотрела на меня. Я улыбнулся и развел руками:

— Иван Федорович объявил мне благодарность и сказал, что не может представить себе «Китеж» без меня, — огорчил я ее. — Так что, я пока вынужден остаться, чтобы его не расстраивать.

Если бы Андреева умела метать молнии глазами, то сейчас мне бы очень хорошо прилетело. Однако вместо этого она переложила стопку папок с места на место, громко треснув ею об стол, а я поспешил ретироваться, пока в меня что-нибудь не полетело.

Лишь выйдя из приемной и оказавшись в коридоре, я позволил себе от души расхохотаться, вспомнив побелевшего секретаря Орлова. В этот момент мне даже отработка у Компонента не казалась большой проблемой. Хоть и любит заставлять отрабатывать на выходных, но не заставит же он меня это делать в родительское воскресенье?

По крайне мере не должен…

Глава 4

За обедом мне удалось отвлечь Лешкино внимание от его ненаглядной графини, которая сегодня выглядела очень эффектно. С ярким макияжем, к которому она прибегала нечасто, с какими-то блестками на волосах. Понятия не имею, что девчонки себе на голову сыпят в таких случаях, но выглядит и правда неплохо.

— Да я слушаю тебя, слушаю… — немного растерянно сказал он, после того как я в очередной раз дернул его за рукав рубашки. — Ты мне так рукав отдерешь к чертовой матери!

— Ну а что мне еще делать, чтобы ты меня послушал? — недовольно сказал я ему. — Что с тобой происходит в последнее время, я понять не могу? Раньше ты к ней не проявлял такой странный интерес.

— Обычный интерес, — пожал плечами Нарышкин и съел несколько ложек солянки, которая успела немного остыть, пока он там переглядывался со своей возлюбленной. — Просто ты не обращал внимания. Ты же занят все время, когда тебе еще за мной смотреть. Все секретные дела какие-то…

— Все я замечал, — ответил я и доел свою порцию солянки. — Слушай… Меня осенила догадка… Может быть, она тебе что-то подсыпает?

— В каком смысле? — Княжич так и замер с недонесенной до рта ложкой. — Ты что, сдурел, Макс? Зачем ей это? Она же вроде как не ведьма.

— Да так, просто предположил, — пожал я плечами, затем вооружился вилкой с ножом и взялся за свиную отбивную, которая манила меня аппетитной поджаристой корочкой.

На самом деле, сказал я об этом, конечно же, не просто так. Мне на самом деле пришла в голову подобная мысль. Не нравится мне его поведение, вот и все. Слишком разительная перемена с ним произошла.

Насчет того, что она ему что-то подсыпает, это я так, не всерьез. Лешка не маленький, заметил бы в какой-то момент, если бы происходило нечто подобное. Я больше опасался, как бы она на него какой-нибудь приворот не наложила.

Дашкова не ведьма, Нарышкин абсолютно прав, но вот подружек у нее половина «Китежа». Можно было попросить кого-нибудь. Тем более, что достать волос княжича для ритуала ей было несложно.

Так что, мне очень хотелось проверить этот момент. Я собирался это сделать, когда пойду в некрослой за кристаллическими цветами. Я не был уверен, что в случае с приворотом все будет так же, как с проклятьем, но нужно было попробовать.

Заранее спрашивать у Черткова я об этом не буду. Не хочу, чтобы у наставника возникали ненужные вопросы. Он ведь сразу поймет, что я не просто так об этом узнаю. Но вот если ничего не увижу, тогда спрошу. Насколько я понимаю, то должно работать примерно также. Пусть приворот — это не совсем проклятье, но одна из разновидностей совершенно точно.

— Правильное решение, мой мальчик, — поддержал меня Дориан. — Ради кого другого, может быть, и не стоило бы рисковать, но княжич тебе друг, так что я полностью за твое решение.

— Ты лучше расскажи за что тебя к Орлову утром вызывали? — спросил Лешка и отодвинул в сторону тарелку с солянкой. Вот, кстати… И аппетит у него стал похуже…

— Бродяга шлагбаум поломал, — ответил я, жуя сочный кусок мяса.

— Опять? — усмехнулся Нарышкин. — Было бы из-за чего вызывать… Вернулся, значит? Ну вот, а ты переживал.

— Но там еще одно дело имеется помимо шлагбаума, — сказал я и посмотрел на княжича. — Одно из моих секретных дел, о которых ты говорил. Так что ешь давай скорее, если хочешь, чтобы я тебе про него рассказал.

— Да что-то не хочется, — ответил он. — А зачем есть скорее?

— К Борису пойдем. Он меня ждет возле школьного озера.

— Что за срочность? К нему можно и после уроков сходить, — Лешка посмотрел на свой мобильник, который лежал на столе. — Половина перемены уже прошла, можем не успеть.

— Это срочно, Леха, — заверил я его. — По пути все расскажу.

— Блин, Макс, ты, как всегда, в своем репертуаре! — нахмурился он. — Вечно все срочно у тебя… Потом на отработках торчим…

— Секретные дела они такие, — подмигнул я ему и отправил в рот очередной кусок мяса. — Ничего не поделаешь. Кстати, ты чего ноешь? Я уже и забыл, когда он в последний раз на отработках со мной был. Хотя, если хочешь, можешь составить мне компанию. Меня Орлов сегодня утром наградил одной отработкой у Щекина. Вдвоем веселее будет.

— Ага, как же… — хмыкнул Лешка. — Сам отрабатывай у этого злодея. Опять заставит какую-нибудь вонючку варить или в слизняках на рассвете колупаться. Что за секрет?

— Я же сказал — по пути. Ты, если есть не хочешь, то дай другим поесть спокойно, — сказал я. — Сходи лучше мне еще один стакан компота принеси, чтобы время сэкономить. Все равно сидишь ничего не делаешь.

Княжич хотел было возмутиться для приличия, но лишь махнул рукой в ответ на мои слова и пошел за компотом. К тому моменту, как он отстоял небольшую очередь и вернулся, я уже успел разделаться с отбивной, выпил первый стакан компота, а затем и второй. Спустя пару минут мы уже шагали с Нарышкиным в сторону нашего школьного Тихого океана, где меня дожидался конструкт.

Мы шагали по лужам, которыми были залиты школьные дорожки, а по капюшонам наших дождевиков нещадно лупил холодный осенний дождь. Сегодня он был просто ледяным, по-моему, даже со снегом. Лешка шел рядом со мной и все время причитал, что можно было все-таки дождаться окончания занятий, когда дождь перестанет идти.

— Особа, приближенная к Императору, тебе не кажется, что в последнее время ты слишком разнежился? — спросил я его, придерживая капюшон, который все время сползал мне на нос и мешал нормально смотреть вперед. — У нас непромокаемые дождевики, не размокнешь.

Нарышкин что-то там еще бурчал, но я лишь тихо посмеивался в ответ. Что-то он и правда совсем уже отвык от спартанских условий, нужно будет обязательно взять княжича в какое-нибудь приключение, пока он совсем не закис.

Когда Лешка наконец смирился и успокоился, я рассказал ему про свою вчерашнюю встречу с живыми деревьями, а заодно и про эликсир, который хочу создать. Где я взял рецепт Эликсира Жизни, говорить не стал. Для Нарышкина это лишняя информация. Просто сказал, что добыл интересный рецепт и хочу его испробовать. Причем совершенно не знаю, что из этого получится.

— Ты псих, Темников, — сказал он, после того как я закончил свой рассказ. — Только такой сумасшедший как ты мог решить, что подобные эликсиры существуют.

— Может быть, ты и прав, а может быть, и нет, — ответил я. — Если не попробовать, то ничего не узнаешь, правильно? Вот я и проверю, работает он или нет.

— Я тебе и так скажу — не работает, — уверенно заявил он. — А вот то, что у нас теперь в «Китеже» живые деревья появятся, это, конечно, очень круто! Всегда мечтал на них посмотреть вживую. Даже не думал, что они еще остались вообще.

Вскоре мы увидели Бориса, который сидел под дождем возле озера, прикрывая голову большим черным зонтом, которого я раньше у него не видел. Увидев нас, он встал и потопал в нашу сторону, что было очень хорошо. Кое в чем Лешка все-таки был прав, топать по грязи до самого озера та еще прелесть.

— Бррым, бабам! Темников бададум! Нарышкин барарым! — радовался он, шагая к нам широкими шагами и утопая в грязи по щиколотку.

— Ты где зонт взял? — с улыбкой спросил я, когда конструкт подошел поближе.

— Баррым… Бом… Рябинина… Подгон… Бам…

Подгон? Я правильно услышал? Похоже да… Откуда он его взял? Сто процентов ученики научили! Вот засранцы! Все-таки учат Бориса всяким словечкам, хотя на школьной доске объявлений висит распоряжение, лично подписанное Орловым, который запретил это делать. Даже не сомневался, что его никто не читал…

— Борис, подгон — это плохое слово, — наставительно сказал я. — Конструктам такое говорить нельзя, понял? Лучше говорить подарок.

— Бим-бом! — кивнул он в ответ, пока Лешка ржал рядом как конь.

— Теперь топай за Бродягой и скажи ему пусть приводит своих друзей, — продолжил я и пригрозил пальцем. — Только чтобы шлагбаум не ломал! Директор сказал, что охрану предупредит, но все равно, чтобы осторожно!

Конструкт даже не дослушал и едва услышал, что можно отправляться за своим деревянным другом, как большими шагами почесал в сторону школьных ворот.

— Надеюсь, ты не собираешься здесь дожидаться, пока они придут? — с надеждой спросил Нарышкин и шмыгнул носом. — Я уже замерз как собака… Сопли текут…

Разумеется, дожидаться волшебных деревьев мы не стали и вернулись в школу. Зато, как только прозвенел звонок окончания последнего урока, сразу же помчались к озеру. Не только мы одни, кстати говоря.

Слух о том, что на территории школы появились живые деревья, со скоростью света облетел весь «Китеж», и теперь по школьным дорожкам тянулся стройный ряд учеников, шагающих в сторону Тихого океана. Дождь к этому времени уже закончился, ветер стих, так что идти было одно удовольствие.

Мы с княжичем шагали самыми первыми, как предводители школьного отряда, который активно комментировал происходящее за моей спиной. Разговоры, в основном, сводились к тому, что тщеславный позер Темников опять учудил какую-то авантюру, чтобы привлечь к себе побольше внимания.

Я старался не обращать на это внимания и лишь молча улыбался. Хотя было неприятно, что скрывать. За пару лет учебы у меня уже выработался кое-какой иммунитет к таким вещам, но все равно… Кому нравится слушать про себя гадости, тем более что это вранье? Единственное, что хоть немного успокаивало, что находились и такие, кто считал иначе. Правда таких было совсем мало…

В этот момент я услышал позади себя торопливые шаги и вскоре между нами с Лешкой протиснулась чья-то тощая фигура в школьном дождевике и накинутом на голову капюшоне. Мы с Нарышкиным одновременно посмотрели на растолкавшего нас наглеца и в этот момент он скинул с головы капюшон. Оказалось это был не он, а она…

Прасковья Урусова, та самая, с которой мы познакомились на сборе Змеиного Ордена. Кстати, после собрания княжич мне немного рассказал о ней. Девчонка оказалась княжной со строптивым характером и очень редким талантом, которым она была похожа на Катю Серебро. Эта девушка тоже обладала Даром гнуть металл и делать с железными вещами всякие забавные штуки.

— Привет, Максим, привет, Леша, — поздоровалась с нами девушка, пока княжич с интересом смотрел на нее.

— Ты чего, Урусова? — усмехнулся Нарышкин, затем бросил на меня хитрый взгляд, кивнул в сторону девушки и подмигнул. — В общаге не сидится?

— Всем же интересно на живые деревья посмотреть, — ответила она и посмотрела на меня. — Темников, правду говорят, что это ты в школу деревья привел?

— Угу, — ответил я, не совсем понимая намеков своего друга.

Ну знакомая нам девчонка, почему бы ей просто не подойти к нам и не поговорить? К чему эти подмигивания… Вот в этом весь Лешка. По его мнению, никто не может дружить или общаться просто так, все должно происходить с каким-то интересом и смыслом. Иногда меня порядком раздражала эта его черта характера, хотя я и понимал, что иначе он не может.

— Молодец, — одобрила мой поступок Урусова. — Если бы я где-нибудь живые деревья встретила, я бы их тоже сюда притащила. В «Китеже» им самое место. А они какие? Высокие?

— Скоро увидишь, — пообещал я, немного растерявшись от ее неожиданного напора.

Так и вышло. Вскоре мы увидели три высоченные ели, затем Бродягу с конструктом… Там уже кто-то был. Человек десять взрослых и еще одна елка. Непредусмотренная и совсем маленькая.

— Ты же говорил их три будет? — удивленно спросил у меня Лешка.

— Так три и было! Понятия не имею, откуда еще одна взялась! — громко ответил я, стараясь перекричать толпу учеников, которая начала возбужденно орать.

Мы и сами не заметили, как сначала ускорили шаг, стараясь поспевать за Прасковьей, которая, увидев ели, развила ошеломительную скорость. Затем и вовсе перешли на бег. Следом за нами побежали и все остальные ученики, и вскоре вокруг елей собралась огромная толпа.

Если не считать нашего мастера-смотрителя Борисова и Орлова, все остальные взрослые были преподавателями. Среди которых были и Щекин с Рябининой, само собой. Еще бы! Два самых видных специалиста по магической ботанике!

Едва мы подошли поближе, как Рябинина подбежала ко мне и неожиданно обняла. Затем отпустила, поправила очки и протянула руку:

— От своего имени выражаю тебе благодарность, Максим! — радостно сказала она и я пожал ее руку в ответ. — Особенно за маленькое живое дерево! Теперь мы сможем наблюдать за тем, как оно будет расти! Какая же это прелесть…

В этот момент маленькая елка вытащила корни из земли и перебралась поближе к Эмеренте. Вокруг меня раздался общий восхищенный вздох, а преподаватели вдруг начали аплодировать. Вскоре к ним присоединились ученики, и я почувствовал себя маленьким ребенком, который рассказал со стула стишок и теперь все гости ему хлопают. Вот же, блин…

— Успокойся, Макс, — сказал мне Дориан, который, судя по голосу, в отличие от меня был очень доволен тем, что сейчас происходит вокруг. — Здесь есть чем гордиться. Пусть кто-нибудь еще попробует сделать то же самое и приведет в школу живые деревья.

— Вообще-то, основная заслуга в этом принадлежит Бродяге, — сказал я, чувствуя, что начинаю краснеть.

— Это ничего не меняет. Между прочим, он тоже твоих рук дело, — напомнил мне Мор. — Так что, и то, и другое сделал ты сам. Тебе есть чем гордиться, мой мальчик.

Наконец все вокруг успокоились и молча разглядывали деревья, а я получил возможность спросить у Эмеренты, откуда взялась маленькая елка, которая сейчас за нее пряталась.

— Мой сын… шшш… Его зовут Теретей… шшш… Спасибо тебе, Темников… шшш…

Я посмотрел по сторонам, пытаясь понять, слышит ли еще кто-нибудь наш мысленный разговор с живым деревом или нет? Но, судя по тому, что на меня никто не обращал внимания и все целиком были заняты созерцанием, нашего общения никто не слышал.

В этот момент ко мне подошел Борис Алексеевич и показал пальцем, чтобы я отошел в сторонку. Как только мы сделали с десяток шагов, он спросил:

— Орлов сказал, что наградил тебя отработкой у меня? — спросил он и не дожидаясь ответа, продолжил. — Могу тебя поздравить, я ее отменяю.

— Спасибо, Борис Алексеевич! — ответил я, не веря, что такие вещи иногда могут происходить в жизни. Чтобы Щекин отменил наказание? Похоже в лесу сдохло что-то вроде земляного дракона… Или что-нибудь еще больше.

— Не за что, — ответил он и похлопал меня по плечу. — Завтра мы с тобой будем готовить стихийный эликсир, но если ты не справишься, то тебя будет ждать двойная отработка. Ты же не думал, что я просто так лишу тебя наказания?

— Вообще-то, думал, — признался я. — Ну в честь того, что у нас в «Китеже» появились живые деревья, и все-такое…

— Это лишний раз подтверждает, что вместо того, чтобы усердно заниматься и учить книгу, которую я тебе дал, ты болтаешься по округе и тащишь в «Китеж» все что найдешь, — сказал Компонент. — Безобразие… Скажи спасибо, что я тебе еще не вкатил тройную порцию отработок от своего имени.

— Спасибо, Борис Алексеевич, вы очень добры, — вздохнул я. — Могу идти?

— Свободен, — кивнул он. — Завтра к семи вечера жду тебя в подземной оранжерее и постарайся не опаздывать.

Никакой справедливости в жизни! У нашего Компонента просто талант спускать людей с небес на землю. Только стоит почувствовать себя героем сегодняшнего дня, как он тут же дает понять, что это просто досадное самоубеждение.

— Что он хотел? — спросил у меня Лешка, когда я вернулся. — Сказал, чтобы ты отправлялся на болото за слизняками прямо сейчас?

— Почти… — кивнул я, глядя на покачивающие кронами живые деревья. — Разрешил в честь сегодняшнего дня перенести наказание на завтра.

— Это он может, — хохотнул княжич.

Ладно, Бог с ним, с Щекиным. Зачем портить такой день мрачными ожиданиями? Если завтра не буду ушами хлопать и справлюсь, то вообще никаких отработок не будет. К тому же, впервые в жизни попробую стихийный эликсир готовить, круто же!

Пойду-ка я лучше с сыном Эмеренты поболтаю, а то что-то он какой-то слишком стеснительный. Прячется за всех. Как будто он не один из живых деревьев и по совместительству новых чудес «Китежа». Как там она говорила его зовут, Теретей, что ли?

Глава 5

К тому времени как мы с Лешкой и Рябининой оставили в покое новых обитателей «Китежа», все уже давно разошлись. Первыми были преподаватели, а затем тоненьким ручейком потянулись и ученики. Холодно было, слишком долго не постоишь, да еще и прохладный ветер с озера… Вот и начали расходиться понемногу.

Кроме того, некоторые думали, что живые деревья — это гораздо веселее, чем несколько практически неподвижных елок, которые стоят на месте и качают кронами. Разве что Теретей отдувался за старших и время от времени перебегал с места на место, прячась то за одним деревом, то за другим.

По большому счету, Нарышкин тоже давным-давно уже сбежал бы отсюда в теплую комнату общежития и находился здесь только из-за дружеской солидарности со мной. Так что интересно было только мне и Рябининой.

Мне, потому что я время от времени переговаривался с Эмерентой, ну а Яна Владимировна, судя по всему, просто получала наслаждение от взаимодействия с живыми деревьями. Она все время гладила их, рассматривала и что-то приговаривала. Понятия не имею, что именно, слишком неразборчивым было ее бормотание.

Кстати, опытным путем выяснилось, что общаться со мной может только Эмерента. Во всяком случае, все остальные деревья молчали, и если в случае с Теретеем можно было предположить, что он еще не научился этого делать в силу своего юного возраста, то насчет остальных я не знал что и думать.

Вполне возможно, что Эмерента разговаривала со мной на правах старшего живого дерева или что-то такое. Я же не знаю, какие у них там порядки заведены. Вот если мой Бродяга со временем полностью трансформируется в нечто подобное, тогда у него и поспрашиваю.

Обратно мы шли довольно бодро. Во-первых, порядком замерзли, а во-вторых, пошел мерзкий и неприятный дождь со снегом, который придал нам дополнительного ускорения.

Дружной компанией мы направились в главный корпус. Сначала отогрелись несколькими кружками горячего какао в столовой, а потом наши пути разошлись. Рябинина ушла в свой кабинет, чтобы срочно заняться написанием статьи для магического еженедельника «Современная магия».

Самый скучный цифровой журнал про магию, который только попадался мне на глаза. В основном всякие умные статьи, от которых у меня голова начинала болеть. Как можно писать такими скучными и длинными словами, просто караул. Самое интересное, что это еще кто-то читает. Не удивлюсь, если только преподаватели магических школ и университетов.

Ну а мы с Нарышкиным направились в общагу. Он хотел в горячий душ и под теплое одеяло, а вот у меня были другие планы. Перспектива схлопотать завтра пару отработок меня никак не устраивала, поэтому я решил посвятить сегодняшний вечер углубленному изучению теории создания стихийных эликсиров. Хотелось произвести на Компонента хорошее впечатление.

В руках с планшетом я и заснул. К сожалению, намного раньше, чем планировал. Поэтому не могу с уверенностью сказать, что завтра сражу Щекина своими поразительными знаниями. Однако основные моменты я все-таки уловил, так что полным остолопом явно не буду выглядеть. Именно с такими мыслями я и направлялся в условленное время к подземной оранжерее.

— Не переживай, мой мальчик, если Щекин захочет, ты будешь выглядеть полным идиотом даже если вызубришь все книги по алхимии наизусть, — решил приободрить меня Дориан. — Этот тип всегда найдет возможность показать тебе насколько ты безнадежен.

Один из тех моментов, когда я был полностью согласен со своим другом. Как это не прискорбно, но дело обстояло именно так. Компонент был скупым на комплименты для учеников.

К тому моменту когда я пришел, наставник был уже там и подвязывал тяжелые листья черного ползовика, которые напоминали огромные лопухи. Хотя Щекин был строгим и требовательным, мне нравилось его отношение к делу, и я всегда удивлялся — как он все успевает?

И за растениями в оранжереях приглядывать, и за животными своими ухаживать, и компоненты ночами собирать, еще и нам преподавать. Просто титан какой-то, а не человек!

— Ты забыл про «Тигель» и «Арканум», — напомнил мне Мор. — Он еще и для кружков своих время находит. Кроме того, еще и с тобой отдельно занимается.

— Я и говорю, что не человек, а просто монстр какой-то…

— Как настроение, Темников? — спросил меня Компонент, не отрываясь от своего растения.

— Отлично, Борис Алексеевич. Настроение боевое, готов работать хоть до утра! — отрапортовал я.

— Ага, как же… Так я тебе и поверил… — усмехнулся он, затем обернулся ко мне и посмотрел на мои ботинки. — Ты что, всю грязь в школьном парке собрал? У тебя на ботинках такой слой, что ты выше на полметра стал…

— Так там дождь же идет, сами знаете, — сказал я. — Сюда же дорожки не проложены…

— Вон там стоят несколько туфель, выбери себе любые. Нечего в лаборатории грязь разводить, — велел он. — В следующий раз со своей сменной обувью будешь приходить.

Я подошел к туфлям, на которые он показал и сильно удивился тому, что увидел. Это были не просто туфли, а допотопные изделия, которые изготовили лет триста назад, а может быть и больше. Когда-то давно они были лакированными, но теперь выглядели довольно жалко. Еще пряжки эта странные, каблук сантиметров пять…

— Обувай, чего ждешь? — спросил Компонент.

— Борис Алексеевич, они же древнее «Китежа», по-моему…

— Ну и что с того? Из-за этого они не перестают быть туфлями, — пожал он плечами. — Так что давай, поторапливайся. Не бойся, не развалятся.

Я переобулся и почувствовал себя немного странно. Да что там, даже не немного, а очень странно. Попробовал сделать несколько шагов… Вроде нормально, упасть не должен. Как они ходили вообще с такими каблучищами, я понять не могу? Неудобно же…

— Удобно? — спросил Щекин и мне показалось, что ему приходится сдерживать себя, чтобы не рассмеяться.

— Ну такое… — честно ответил я.

— Если хочешь, можешь надеть вон те, с черными бантиками. Мне кажется, они пошире, — участливо посоветовал наставник. — И каблук там пониже.

— Спасибо, Борис Алексеевич, я лучше в этих с пряжками останусь, — сказал я. — Боюсь из тех у меня нога выскальзывать будет.

Вот не хватало мне еще в туфлях с бантиками расхаживать. Как-то даже не солидно для темного мага. Хотя пряжки были немногим лучше. Самое главное, в таком виде никому на глаза не попадаться, чтобы не сфоткали ненароком. Потом весь «Китеж» ржать будет… Блин, еще и звук стучащих каблуков по полу… Ну просто катастрофа какая-то…

— Запоминай словесную формулу, которая отпирает этот магический замок — сказал он, как только мы подошли к валуну. — Готов? Слушай…

Заклинание оказалось несложным. Всего несколько строк, которые я с легкостью запомнил с третьего раза. Как-то даже слишком слабо для защиты такого места.

— Как-то очень просто, Борис Алексеевич, — высказал я свои соображения.

— Практически стандартное заклинание в таких случаях, — согласился он. — Однако одного его мало. Попробуй открыть проход.

Я попробовал. Затем попробовал еще раз. Ничего не получилось. Магический замок никак не отреагировал на мои слова, хотя я был на сто процентов уверен, что формула была правильной и я ни разу не ошибся.

— Давай свою руку, — сказал наставник, когда я непонимающе уставился на него.

Он вытащил из своей рабочей сумки нож, предназначенный для среза компонентов и ловким движением полоснул мне по пальцу. Затем он приложил мой палец к центру магического знака, и тот на несколько секунд засветился в ответ, после чего снова потух.

— Теперь пробуй еще раз, — велел он.

Я попробовал и на этот раз все вышло как нужно. В точности так, как в прошлый раз, когда это делал Компонент. Знак на камне стал ярче, затем увеличился и вскоре исчез, а перед нами появился идеально круглый проем в скале.

— Соединение рунной магии и магии крови, — объяснил мне произошедшее Щекин. — Теперь ты сможешь пользоваться подземной оранжерей как любой другой, кто имеет сюда доступ. В качестве сопровождения я тебе больше не нужен, приходи когда хочешь.

— Спасибо, — ответил я, немного растерявшись от оказанного мне доверия. Мысль о том, что теперь я могу приходить сюда когда захочу, выглядела очень привлекательной. — И мне можно будет пользоваться компонентами?

— Конечно, — кивнул наставник. — Только теми, которые тебе будут необходимы для выполнения моих заданий. Ты же не думаешь, что я стану ходить сюда с тобой все время, как с маленьким ребенком?

Ну да, примерно этого я и ожидал… Я бы сильно удивился, если было бы как-то иначе…

Тем временем мы спустились вниз и пошли по дорожкам, проложенным между клумбами первого зала. Я вновь отметил, как легко и свободно дышалось в этом месте. Очень классное и непривычное ощущение.

На этот раз мы не пошли в сумрачный и лунный залы, а сразу направились в лабораторию. Щекин подошел к одному из шкафов с компонентами и начал в нем копаться.

— Темников, не стой столбом, рассказывай мне пока, что ты знаешь про стихийные эликсиры, — сказал он. — Надеюсь, после нашего последнего разговора ты нашел время ознакомиться с этим вопросом?

— Ну… Если в общем, то это такие эликсиры, которые могут работать как заклинания, — ответил я. — Некоторые из них можно комбинировать между собой и этим они даже лучше, чем заклинания. Совмещать стихийные магические формулы невозможно.

— Я ожидал получить более научное определение, но суть верная. Можно начинать работать, — он повернулся ко мне и теперь в его руках было несколько компонентов. Какие именно, я пока не видел. — Выбирай стол, который тебе нравится.

Вообще-то, все они были неудобными, на мой взгляд, но один мне понравился. Он был больше всех похож на те, которые у нас стояли в «Уникальных Эликсирах». Я поставил рядом с ним свою Бездонную Сумку и приготовился работать.

— Как думаешь, зачем нужны стихийные эликсиры, если есть заклинания? — спросил он, раскладывая компоненты. — Не будем говорить о самых сложных из них, а возьмем простые. Типа Огненного Эликсира или Ледяного?

— Наверное, для того, чтобы любой мог воспользоваться магией, даже неодаренный? — предположил я.

— Не только поэтому. Еще для того, чтобы маг, владеющий Даром стихии огня, мог применить сложную магию ветра, — дополнил он. — Ну а еще бывают моменты, когда использовать эликсир гораздо удобнее, чем активировать заклинание, ясно?

— Угу, — кивнул я.

— Сегодня попробуем сделать что-нибудь простое, на базе Светящего Огонька, — сказал он. — Хоть это стихия огня, но уверен, что это заклинание знают все ученики «Китежа». Я же не ошибаюсь?

— Ну я еще и кое-какие заклинания из криомантии знаю, — решил похвастать я. — Ледяную Стрелу, например.

— Неужели? — удивленно хмыкнул Борис Алексеевич. — Ах… Ну да, точно… Ты же с Голиковым начал заниматься. Кто бы сомневался, что он будет учить тебя чему-то другому. Знаешь, так даже интереснее. В таком случае нам понадобится кое-что другое…

Он собрал разложенные на столе компоненты, отнес их в шкаф и вместо них положил другие. Затем достал из холодильника прозрачную стеклянную бутылку с водой и поставил ее на стол.

— Книги по стихийным эликсирам обычно ученикам не дают, но ты получишь от меня разрешение взять одну такую в библиотеке, — сказал он. — Там самый начальный уровень, как раз для тебя. Сегодня просто будешь слушать меня и делать, что я говорю.

— Понял, — кивнул я.

— Прекрасно, тогда начнем. Что это, как ты думаешь? — спросил он и показал мне бутылку.

— Вода? — предположил я, рассудив, что если он решил готовить со мной Ледяной Эликсир, то этот компонент будет смотреться там вполне уместно.

— Дождевая вода, если быть точным, — поправил меня Щекин. — Можно использовать талую, но эффект будет немного хуже. Так что ее используют, только если не удается достать дождевую. Как видишь, у меня она есть.

Он поставил на стол бутылку и указал мне на остальные компоненты:

— Какие из них тебе знакомы?

— Морозная смола, снежная ягода и лунный вьюнок, — ответил я.

Там был еще один компонент, похожий на переливающуюся молнию, но я не знал, как он называется, и еще ни разу не работал с ним.

— Неплохо, — одобрительно кивнул он. — Четвертый называется ледяной корень. Базовый компонент для всех стихийных эликсиров, от которых требуется эффект замерзания. Собственно говоря, этим мы с тобой сейчас и займемся. Точнее, ты займешься, под моим бдительным присмотром.

После этих слов он взял небольшую пустую пробирку и наполнил ее дождевой водой из бутылки.

— Твоей задачей будет изготовить эликсир, которым ты превратишь эту воду в лед, — сказал наставник. — Я тебе сначала расскажу, что мы будем делать, а затем ты начнешь работать. Слушай внимательно, Темников, по два раза повторять не буду.

— Говорите, Борис Алексеевич, я запомню, — кивнул я и приготовился запоминать.

— Для начала закипятишь дождевую воду. Две части будет достаточно, — он посмотрел на пробирку и нахмурился. — Вообще-то, такого количества эликсира, который ты приготовишь, хватит, чтобы заморозить небольшой бассейн… Ладно, я что-нибудь придумаю. Найдем, куда применить остальной эликсир. В общем, для начала кипятишь воду…

Выслушав наставления Компонента, я взял пузырек из специального алхимического стекла и принялся за дело. Судя по тому, что сказал Щекин, особых сложностей у меня возникнуть не должно.

Разве что на заключительном этапе нужно быть повнимательнее, чтобы не пропустить момент, когда эликсир начнет окрашиваться в голубой цвет и вовремя бросить в него ледяной корень. Причем в этот момент мне нужно будет очень быстро начертить формулу заклинания Ледяная Стрела, иначе ничего не получится.

Перво-наперво я закипятил воду. Как только это произошло, добавил одну часть морозной смолы… Дождался, пока жидкость немного схватится и станет похожа по плотности на прозрачный белый кисель, а затем выдавил туда две капли сока морозной ягоды. Ох и запах от него пошел… Я даже закашлялся от неожиданности.

— Темников, ты бы кашлял куда-нибудь в другую сторону, — недовольно пробурчал Щекин. — Не хватало нам еще твоих жидкостей в эликсире… Как маленький ребенок, честное слово…

Вообще-то, я и кашлял в другую сторону, но спорить с наставником конечно же не стал, а молча продолжал работать.

Вот эликсир становится слегка розоватым, от него начинает подниматься дымок, и это значит, что самое время добавлять перетертый лунный вьюнок. Бух… Эликсир мгновенно вспыхивает синим пламенем, а это значит, что мне нужно на пару секунд убрать его с огня и дождаться, пока пламя потухнет.

Так… Отлично… Теперь все внимание на эликсир, который сначала перестает быть розовым и становится темно-синим, почти черным. Однако с каждой секундой светлеет и светлеет… Еще немного… Вот он уже ярко-синий… Осталось совсем чуть-чуть…

Ну а сейчас самое время добавлять толченый ледяной корень и чертить формулу заклинания. Закончить нужно ровно в тот момент, когда переливающийся кристаллический порошок окажется в пузырьке, и как только эликсир вновь закипит, сразу же убрать его подальше от горелки.

Я рассчитывал, что закипит он практически мгновенно, но как бы не так! Видимо таким был эффект ледяного корня, который заставил меня ждать, пока жидкость в пузырьке закипит, почти десять минут.

Боясь пропустить нужный момент, я все это время смотрел на пузырек внимательным орлиным взглядом, и вскоре у меня от напряжения начали слезиться глаза. Сейчас!

Увидев на поверхности первые пузырьки, я мгновенно убрал эликсир с огня и поставил его на рабочий стол. Прошло совсем немного времени и жидкость внутри пузырька пришла в движение. Сначала еле различимое, но спустя минуту, вращение стало уже хорошо заметным. Кроме того, жидкость начала искриться, и теперь было ощущение, будто мне удалось упрятать в алхимический пузырек миниатюрный водоворот. Выглядело это очень эффектно, что и говорить.

С довольным видом я посмотрел на Бориса Алексеевича, который все это время молча наблюдал за мной и не проронил ни слова, пока я работал. От этого мне было еще приятнее — все-таки я сам, без подсказок наставника, смог приготовить стихийный эликсир.

— Чего лыбишься? — спросил Щекин. — Это еще не значит, что оно работает. Давай, переходи к испытаниям. Одной капли будет вполне достаточно.

Я взял пузырек, подошел к штативу, на котором стояла пробирка, и осторожно наклонил его, чтобы не переборщить. Сказано ведь, что нужна всего одна капля. Кто его знает, что произойдет, если налить чуть больше… Стихийные эликсиры пока для меня были сплошной загадкой…

Кап…

Вода мгновенно превратилась в лед, и пробирка лопнула, осыпав нас мелкими ледяными осколками. Если я хоть что-то понимаю в алхимии, то, по-моему, у меня получилось…

— Молодец, Темников, — услышал я голос Компонента. — Можешь считать, что отработки я с тебя снял. Вот теперь можешь улыбаться…

Глава 6

День шел за днем, я и не заметил, как пролетела учебная неделя. Лешка по-прежнему бродил за Дашковой со странным блуждающим взглядом на лице, а я вовсю занимался.

Причем в кои-то веки я отдавался учебе с большим удовольствием. Видимо успехи окрыляли. Ну а почему бы и нет? В понедельник сам провел свой первый сложный ритуал, когда зачаровывал колечко. Затем получил похвалу от Бориса Алексеевича за стихийный эликсир, а это все равно, что орден за особые заслуги в алихимическом деле получить. Нет, наверное, даже круче, как два ордена.

Кроме того, Бобоедов меня хвалил и причем за дело. Месяцы практики не прошли даром и теперь Барьер стал для меня практически родным заклинанием. Я не только научился ставить его мгновенно, но и мог поддерживать столько, сколько мне было нужно.

Это было очень похоже на то время, когда я учился делать так, чтобы Смертельная Тень все время была активирована. В конце концов научился, но сейчас меня этот результат перестал устраивать. Все-таки бывают моменты, когда я не нахожусь под защитой этого заклинания. Сон, например.

Поэтому у меня было большое желание получить артефакт, у которого Смертельная Тень будет постоянным эффектом. Полина мне такой, конечно, не сделает, она этим заклинанием не владеет. Однако это не значит, что я не попытаюсь создать такой артефакт самостоятельно.

Нужно просто еще немного попрактиковаться с Островской, чтобы браться за это дело. Ну и вообще, пообщаться с ней на эту тему, насколько будет сложно. От этой мысли у меня прямо руки зачесались, так захотелось поработать над артефактом, который, кстати говоря, чисто технически тоже будет оберегом. Интересно, ведь…

Не знаю, когда буду готов к этому, но заняться созданием такого артефакта обязательно нужно. В последнее время Дориан все чаще настаивал на том, что я должен относиться к своей безопасности серьезнее, и наверное, мой друг был прав. Святые Знаки возле окна и порога, это, конечно, хорошо, но мало.

После того вечера, когда я увидел странную фигуру в Мороке, я все больше приходил к выводу, что интересовал незнакомца именно я. Ну или незнакомку, хотя мне показалось, что это был мужчина. Самое главное в этом деле — вовремя остановиться и не заработать какую-нибудь манию преследования. Еще начну от столбов шарахаться…

Напоследок я приятно порадовал своими успехами Эмира Михайловича, с которым занимался пятничным вечером. Он был доволен, что я прочитал его книги и понял их основную суть. Теперь его мысль насчет того, что для заморозки всего лишь нужно забрать все тепло, была мне намного понятнее.

Заклинания, которые были в конце одной из книг, я тоже разучил без проблем. Да что там тех заклинаний, две штуки всего — Ледяная Стрела и Морозный Шар. Я было думал попросить Люфика на скорую руку модернизировать мне какое-нибудь из них, чтобы они были эффектнее, но затем передумал.

Пока это ни к чему. Достаточно будет того, что моей магической энергии достаточно для их усиления, а слишком сильно удивлять Голикова не стоило. Еще решит, что я какой-нибудь стихийный гений и вместо одного занятия по криомантии у меня появятся три. В моем плотном графике для них сейчас нет места.

В этот пятничный вечер я ужинал в одиночестве. Нарышкин укатил со своей ненаглядной графиней в Белозерск, чтобы попасть на вечерний киносеанс. Он еще с четверга начал планировать эту поездку, чем меня сильно расстроил. Вполне могло случиться, что княжич захочет остаться потом дома с ночевкой и мой план, насчет проверки приворота на нем, мог сорваться.

Однако и здесь мне, можно сказать, повезло. В пятницу утром за завтраком Лешка пожаловался мне на своего личного наставника Артамонова, который перенес его занятия на субботу. Теперь мы с ним будем заниматься в один день. Этим он меня весьма обрадовал. Тренироваться со своим учителем Нарышкин всегда начинал ранним утром, поэтому вернется, никуда не денется.

Так что к своему запланированному походу в некрослой я готовился в прекрасном настроении и надеялся, что оно таким останется и после моего возвращения из него. Ближе к полуночи, когда общага наконец затихла, я начал одеваться.

С броней возникли непредвиденные сложности. Я ее с трудом надел, а это означало, что месяц-другой и ее нужно будет вновь отдавать в мастерскую Крюкова на Старом Арбате. В прошлый раз он меня предупредил, что перешить ее на меня уже не получится, так что придется заказывать новую, а насчет этой у меня были другие планы.

Ее вполне можно было подогнать под Софью. Если на меня броня была уже немного маловата, то ей должна быть как раз впору. Может быть, даже еще большая будет, тогда и на вырост сгодится. Так что подарок Романова еще послужит.

Едва время перевалило за полночь, я вышел в некрослой. С каждым разом, когда я оказывался здесь и меня окутывала приятная прохлада этого места, мне все больше начинало нравиться. Вместе с этим изменилось и мое отношение к этому опасному измерению.

Теперь я больше не называл походы сюда прогулками и это было вполне естественно. С каждым разом Чертков открывал для меня все новые и новые грани этого места, а также возможности, которые оно открывает. Ну и рассказывал о новых опасностях, само собой, куда же без них.

Вот и сейчас я сжимал в руке мерцающую саблю и морально настраивался на переход между общагой и главным корпусом. До подвала, где я видел кристаллические цветы, еще нужно было добраться и это было очень сложным делом. Любой переход по открытой местности таил в себе массу сюрпризов, и каждый из них мог быть смертельно опасным.

Раньше я бы вряд ли отважился на нечто подобное, но сейчас, после того как я уже владел двумя дюжинами некросимволов, я считал, что такая задача вполне мне под силу. Во всяком случае, стоило попробовать. Если в результате у меня получится добыть цветы, а поддерживающий эликсир, который я намеревался приготовить с их помощью, будет в разы эффективнее таблеток…

Только ради этого стоило попробовать. Уверен, что в будущем я еще не раз сам себе скажу спасибо за это. Ну и Нарышкин же еще… Но проверку княжича я решил оставить на потом. Не хотелось тратить лишние силы в самом начале этой вылазки, кто знает, сколько их мне понадобится?

Я спустился на первый этаж, прошел мимо дежурных, которые дрыхли на своих постах, и вышел из общаги. Как всегда, на открытых пространствах в некрослое, повсюду был туман. Неизменное правило этого измерения, как оказалось.

Однако, каждый раз он был абсолютно разным. Менялась его плотность — он мог стоять непроглядной белой стеной, а мог быть еле заметной легкой дымкой, через которую запросто можно было видеть на сотни метров вокруг.

Сегодня было что-то среднее и это меня вполне устраивало. Первым делом я активировал Слово-Свет. Некросимвол, который не только освещал мне путь и помогал двигаться в тумане, но и отпугивал некротварей. Его в любой момент можно было усилить, вложив дополнительную энергию и повысив эффективность, но пока это не нужно. Достаточно будет начальной стадии.

Я осмотрелся и не увидев никакой опасности, осторожно скользнул вперед. По пути я старался держаться подальше от местных растений, которые протянули свои смертельно опасные щупальца, как осьминоги. До этого момента я еще не проделывал в некрослое путь от общаги до главного корпуса, так что с интересом смотрел вокруг и старался запоминать все новое что попадалось на глаза.

Некротварей я не видел, но вот разнообразных растений было хоть отбавляй. Половину из них я вообще видел впервые. Одно из них меня заинтересовало. Точнее сказать, скопление растений. Они были очень похожи на грибы. Абсолютно разные по размеру, эти растения притягивали взгляд, выделяясь странной расцветкой.

Вроде бы ничего необычного для некрослоя, черно-белые пятна, но они все время двигались. Отчего возникало ощущение, будто растение переливается. Желая рассмотреть грибы поближе, я скользнул в их сторону, затем сделал еще один шаг, и в этот момент случилось то, от чего меня всегда предостерегал Чертков, когда говорил, что от всего незнакомого нужно держаться как можно дальше.

Переливающиеся шляпки грибов вдруг раскрылись, и из них в мою сторону протянулись десятки извивающихся щупалец. Размахивая саблей, я отходил назад, но они не отставали. Одно из щупалец сильно ударило меня по плечу, чуть не сбив с ног, прежде чем я отрубил его.

Шаг за шагом, я скользил все дальше от этих долбаных грибов, и наконец щупальца отстали от меня и потянулись обратно. Кто его знает почему. Может быть, я просто отошел достаточно далеко и растение не могло дотянуться до меня, а может быть, просто решило, что я для него крепкий орешек, в любом случае меня это устраивало.

Я отдышался, пришел в себя после неожиданного сражения и вновь двинулся к главному корпусу. После драки с грибами, интереса к окружавшим меня растениям заметно поубавилось. У меня больше не было никакого желания куда-то идти и что-то там рассматривать. Хотя всяких странных штук вокруг хватало. Эх… Жаль, что сейчас со мной нет Черткова, чтобы можно было расспросить его про увиденное.

Едва я подумал об этом, как справа от себя заметил какое-то движение. Мне удалось рассмотреть в тумане что-то вроде шара, и эта непонятная штука довольно быстро приближалась в мою сторону. При этом шар становился все больше, и вот он уже в метрах пятидесяти от меня.

В этот момент я услышал шепот в своей голове… Я знал, именно таким образом здесь общались некоторые растения и некротвари. Это, наверное, шар хочет что-то сказать мне. Для начала активируем Слово-Омут, некросимвол, аура которого должна сделать меня невидимым для этой некротвари. Теперь остается надеяться, что она меня не заметит.

Ну а теперь можно попробовать и Слово-Смысл, которое должно разобрать этот шепот и донести до меня его смысл. С каждой секундой расстояние между нами сокращалось. Шепот сменился невнятным шелестом, а посильнее сжал в руке саблю и приготовился атаковать этот шар каким-нибудь некросимволом, если он окажется в опасной близости от меня.

Шар становился все больше и больше, теперь он был размером с легковой автомобиль. Когда до него оставалось шагов сорок, он вдруг остановился и я облегченно выдохнул. Честно говоря, я уже думал, что на этот раз Слово-Омут дало осечку, и в скором времени меня ждет нечто мрачное. Однако пронесло…

Я почувстовал, как по моей спине текут холодные капли пота и в этот момент неприятный шелест в голове сменился словами. Охренеть просто! Я впервые слышал слова, которые говорит некротварь, ну круто же!

— Кровь… шшсссшш… шшсссшш… Вкусная энергия… шшсссшш… шшсссшш… Питье… шшсссшш… шшсссшш… Пропало… шшсссшш… Исчезло… шшсссшш… Кровь… шшсссшшш… Пропало…

— Что-то не нравятся мне его мысли, — поделился со мной своей тревогой Дориан. — Макс, ты бы не расслаблялся, на всякий случай.

Ага, как же, расслабишься здесь. Такое ощущение, что я был в восторге от того, что услышал. На всякий случай я прощупал Слово-Омут, проверяя на месте ли полезная защитная аура, и окутал себя еще одним некрощитом.

Если эта штука снова начнет катиться ко мне, тогда я… Хмм… Надо подумать, что лучше сделать. Попробовать удрать от этого шара при помощи Слова-Скорость или применить против него Слово-Серп?

Учитывая скорость, с которой могла двигаться эта некротварь, первый вариант мне нравился меньше. От нее будет сложно убежать, а сил я потрачу порядком. Так что буду защищаться от нее Словом-Серп. Только перед этим нужно будет воспользоваться даром Дона-Нефрита и взлететь повыше, на всякий случай.

— Кровь… шшсссшш… Питье… шшсссшш… Пропало… шшсссшш… Проверить… шшсссшш… Вкусное… шшсссшш…

— Дориан, как ты думаешь, что это она собралась проверить, и как будет это… Твою мать… Это что еще такое происходит?

Мор ничего не ответил, и мы молча смотрели, как шар вверху раскрывается четырьмя лепестками, как бутон тюльпана, и из него выбирается еще одна некротварь. Она была похожа на большого варана. Даже не так, в данном случае лучше будет сказать огромного, это определение ему больше подходит.

Стоп, это что получается? Шар просто оболочка? Что-то вроде домика этой твари? Или это две разных некротвари, у которых такой своеобразный симбиоз? Блин, все-таки жаль, что рядом нет Александра Григорьевича, чтобы дать ответ на этот вопрос. Самое плохое, что и не спросишь же потом…

Тем временем некроваран покрутил головой и начал вылезать из своего кокона. Едва он плюхнулся на землю, как из шара вылез пушистый червяк, а следом за ним еще один. Я таких видел не раз еще в самые первые выходы с Чертковым в некрослой.

— Дориан, у них там целый некротеремок получается, — сказал я. — Не удивлюсь, если сейчас еще какая-нибудь уродина вылезет. Слушай, может это они со мной разговаривают, а эта ящерица у червяков на побегушках? Что-то типа собаки? Мерзость какая…

— Кровь… шшсссшш… Проверить… шшсссшш… — вновь услышал я в своей голове и некроваран потопал в нашу сторону.

— Макс, по-моему, ты сейчас не о том думаешь, — занервничал Мор. — Я бы на твоем месте решал — левитировать прямо сейчас или еще немного подождать.

— Это я уже решил, нужно подождать. — Ответил я ему, не спуская глаз с огромной ящерки, которая замерла на месте и высунула из пасти длинный раздвоенный язык. — Если она перестала меня чувствовать, то пусть так и будет. Нечего дергаться.

— Разумно… — согласился Дориан.

На всякий случай я вновь проверил наличие Слова-Омут и подпитал его энергией. Пусть в тот момент, когда тварь окажется рядом, некросимвол будет работать помощнее. Кстати, до этого момента оставалось совсем немного. Шаг за шагом некроваран подбирался все ближе, пока не замер в нескольких шагах от меня. Снова высунул язык, покрутил башкой по сторонам и пошел ко мне.

Скажу как есть, так-то я вообще парень не трусливый, но глядя как рядом с тобой стоит ящерица размером с приличного крокодила, да еще разевает пасть время от времени, трудно сохранить самообладание. Я вот, например, сдерживал себя из последних сил и оставался на месте лишь благодаря поддержке Дориана.

— Спокойно, мой мальчик… Это просто ящерица и ничего больше… — говорил он, пока я стоял на месте, замахнувшись саблей, чтобы в любой момент ее можно было использовать. — Ты же сам сказал, она тебя не чувствует, вот и не дергайся…

— Ага, легко тебе говорить, не дергайся. Я бы посмотрел на тебя, окажись ты на моем месте, — мысленно ответил я, глядя как тварь начала неспеша обходить меня по кругу.

— И не такое было, мой мальчик. Однажды я был в такой ситуации, только меня обнюхивал белый дракон, — сказал Мор.

Думаю соврал. Специально, чтобы меня немного успокоить. Кстати сказать, тревога с каждой секундой и в самом деле покидала меня. То ли благодаря его поддержке, то ли потому, что я сам начал успокаиваться, видя, что некроваран меня и правда не чувствует, но я полностью взял себя в руки и почувствовал, что контролирую ситуацию.

В любой момент я мог взмахнуть саблей, и если бы даже не отрубил некротвари ее мерзкую голову, то она не сразу пришла бы в себя после моего удара. Это значит, что я, как минимум, успел бы ударить еще раз.

Вообще выглядело удивительно, как работал этот некросимвол. Даже не верилось, что некроваран тыкается своей мордой в невидимую стену и абсолютно не чувствует моего присутствия. Просто класс! Слово-Омут оказалось намного лучше моих ожиданий от него.

— Пропало… шшсссшш… Питье пропало… шшсссшш… Пропало… — вновь услышал я и теперь стало очевидно, что со мной говорил именно некроваран, потому что слова звучали намного громче, чем раньше.

Сделав вокруг меня еще пару кружков, он потопал обратно к своему шару-домику. Теперь он не останавливался и вскоре уже был возле него. Пушистые червяки забрались внутрь, а затем и некроваран одним мощным прыжком оказался наверху. После того как ящер залез в шар, лепестки закрылись и некротеремок покатил в туман…

Вскоре он исчез из моего поля зрения, однако я на всякий случай выждал несколько минут, прежде чем вытер холодный пот со лба и снял с себя Слово-Омут.

— Фух… Вот это да… — сказал я Дориану, поглядывая в ту сторону, где исчез шар. — Я так понимаю, это мне в качестве компенсации за слишком удачную неделю.

— Не факт, — ответил Мор. — Ты еще даже до главного корпуса не дошел. Ну а так да, хорошенькая нервотрепка получилась.

Вообще-то, Дориан прав, до места назначения я еще не дошел, так что всякое могло случиться. Радовало то, что большую часть пути я уже преодолел, так что осталось совсем немного. Всего-то треть, так что вперед!

— Дориан, — позвал я своего друга.

— Что?

— Расскажи мне какую-нибудь историю про твои героические подвиги, пока я буду идти, — попросил я его и сделал шаг вперед. — Меня это как-то успокаивает.

— Это можно, — охотно согласился мой друг. — Помню я, напало на меня как-то раз стадо диких кентавров…

Глава 7

Оставшуюся часть пути я проделал стараясь соблюдать максимальную осторожность. Обходил подозрительные растения десятой дорогой, а услышав какой-нибудь подозрительный звук, сразу же останавливался и пытался понять его источник.

Кстати, звуки в некрослое это вообще отдельная история. Особенно на открытой местности. Туман вносил свои коррективы и сильно искажал их. Иногда, бывало так, что звук слышался с одной стороны, а на самом деле его источник находился с другой. Здесь и без того было непросто. Все время находишься в напряжении, а это добавляло лишние сложности.

Однако до главного корпуса мне удалось добраться без приключений. Правда перед самым входом в него расположилась целая колония пушистых червяков, которые с большим интересом отнеслись к моему приближению. Но знакомиться с ними поближе я не захотел, поэтому просто прошел через стену.

Одна из моих любимых особенностей некрослоя. Здесь я мог попасть практически куда угодно, было бы желание. Хотя Чертков говорил мне, что есть исключения из этого правила. Магические барьеры самого высшего порядка не дают возможности пройти через них даже из некрослоя. Другой вопрос, что магов, которые могут сделать нечто подобное, не так уж и много. Раз, два и обчелся.

Внутри главного корпуса мне уже все было более-менее знакомо. Я неоднократно бывал здесь с Александром Григорьевичем, так что знал про самые опасные места. Собственно говоря, в этом здании их было немного.

Если не считать пушистых червей, которые были в некрослое чем-то вроде назойливых мух, то некротварей здесь практически не было. В основном растения, которые, как правило, не меняли своего местоположения. Так что единственным опасным местом пока был школьный подвал, где меня ждали кристаллические цветы. Ну и тварь, которая была рядом с ними. Хотя кто его знает, может быть, она куда-нибудь ушла?

В ожидании чуда я спустился вниз, но его не произошло. Огромная некротварь по-прежнему была на своем месте и дрыхла. Ну, во всяком случае, мне казалось, что она спит. По-моему, с последнего момента, что я ее видел, она даже положения не поменяла. Зараза такая…

А вот шаров силы, которые я видел здесь в прошлый раз, не было. Как и мелких некротварей, которые возле них крутились. Вариантов куда они делись, у меня было немного. Всего два. Или они сожрали шары и теперь болтаются где-то по главному корпусу, или это спящая некротварь сожрала и шары, и всю эту мелочь.

Впрочем, меня это не очень сильно волновало, самое главное, что мои кристаллические цветы на месте. Там же где и были, рядом с этой толстой некрокоровой. Кстати, это название ей больше всего подходило. Толстая, с длиннющими рогами… Правда ног у нее было восемь и хвост скорее был похож на драконий, а не на коровий.

Я стоял от нее на расстоянии пары десятков шагов и думал как быть. Устраивать с ней поединок вообще никакого желания не было. Может быть, попробовать просто спереть мои цветы? Допустим, она действительно спит, что тогда? А тогда я осторожно подойду к ней, сорву цветочки и по-тихому отправлюсь домой. По-моему, отличный план.

— А если она проснется или вообще не спит? — спросил Дориан. — Что, если ты осторожно к ней подойдешь, а она тебя в этот момент сожрет?

— У каждого плана есть свои недостатки, — сказал я. — Не существует идеальных решений. Если не нравится, предложи свой, вместо того чтобы умничать. Или ты считаешь, что будет лучше устроить с ней поединок до последней капли крови? Мне как-то не хочется…

— Мне тоже, — сказал Мор. — Может быть, как раз наоборот, не медлить, а телепортироваться туда и сразу же назад? Этот вариант мне почему-то больше нравится.

Хм… Можно и так… Воспользоваться даром Дона-Нефрита, сорвать цветы и драпать отсюда. Да, скорее всего так будет лучше. У некротвари будет меньше времени, чтобы напасть на меня, так что этот вариант казался мне наиболее интересным.

Кстати, а что если применить Слово-Смысл и попробовать выяснить, что мне хотят сказать кристаллические цветы? Шепчут же они что-то… Я так и сделал. Однако ничего не изменилось. Шепот не стал для меня понятнее. Что же, возможно, этот некросимвол с растениями не работает. Будем иметь в виду.

Ладно, хватит стоять на месте, а то что-то я начал подмерзать. Да и вообще, настроение начинало портиться, а это означало, что на этот раз я провел в некрослое намного больше обычного времени, и на меня начинали накатывать мрачные мысли. Давненько со мной такого не было. Лишь в самом начале, когда Чертков меня только знакомил с некрослоем.

Стараясь не шуметь, я снял со спины свой рюкзак и достал из него специальные перчатки, в которых мы работали с опасными или незнакомыми компонентами. Зная, что мне нужно будет срывать кристаллические цветы, я их взял специально.

Щекин всегда говорил, что это одно из правил настоящего алхимика, которые написаны кровью. Слишком много начинающих магов пострадали из-за того, что не соблюдали простые меры безопасности.

Лично я понял это на собственной шкуре, еще когда был совсем маленьким. Тогда я попробовал у деда в лаборатории взять в руку какое-то растение, а потом орал от боли как резаный. Вон до сих пор на ладони еле заметный шрам остался.

Так… Ну вроде бы все…

— Дориан, ты готов?

— Угу.

— Тогда погнали!

Вжух…

Мгновение, и я оказался прямо около некрокоровы, от которой несло каким-то непонятным резким запахом. Как-будто уксус смешали с чесноком, а потом еще добавили туда горчицы.

Стараясь не смотреть на животное, я схватил пару цветков, которые были похожи на хрустальные ромашки и вскрикнул от резкой боли. Листья оказались настолько острыми, что, похоже, прорезали перчатку! Вот паразиты! Это же специальные перчатки, как они их повредили?

В воздухе мгновенно почувствовался сладковатый запах. Это моя кровь так пахла, ясное дело. В некрослое такие вещи распространялись со скоростью света. Хреново дело. Нужно срочно ее остановить, пока ко мне некротвари со всей округи не сбежались.

Я посмотрел на некротварь, не разбудил ли я ее своим криком и увидел, что она тоже смотрит на меня… Пустыми черными глазами… В этот момент я с силой рванул цветы еще раз, раздался хруст ломающегося стекла, а затем вновь применил дар Дона-Нефрита.

За моей спиной раздался вой и какая-то возня, но я не останавливался, а раз за разом использовал телепортацию, чтобы поскорее оказаться у выхода из подвала. Последний рывок, и я вылетел из него, а следом за мной раздался грохот, с которым некротварь врезалась в дверной проем, который был раза в два меньшее нее.

Как же хорошо, что всякие некрокоровы не умеют проходить сквозь стены, в отличие от меня! Не обращая внимания на острую боль в руке, я летел вверх по ступенькам, перескакивая по несколько штук зараз, и решил остановиться лишь на самом верху, перед выходом из школьного подвала.

Где-то там внизу бесновалась и ревела тварь, у которой я из-под носа увел цветы, но я не обращал на это никакого внимания. Стены в главном корпусе были очень толстыми и могли выдержать что-то намного серьезнее, чем пытающаяся их проломить некрокорова. Нужно было срочно что-то сделать с моей раной, если я хочу вернуться в общагу целым и невредимым.

Первым делом я разжал руку, положил цветы на пол и сразу же почувстовал облегчение в руке. Затем снял испорченную перчатку с левой руки и внимательно осмотрел рану. Кровь хлестала хорошо, но на первый взгляд, порез не выглядел глубоким, однако был очень болезненным.

Я вытащил несколько тонких хрустальных лепестков из раны, которые оставили после себя кристаллические цветы, а затем начал приводить себя в порядок.

Перво-наперво Слово-Кровь, чтобы остановить кровотечение. Привлекать к себе внимание некротварей — это последнее, чего бы мне сейчас хотелось. Затем Слово-Прилив, которое должно придать мне сил и согреть. Честно говоря, я впервые применял и то, и другое в боевой обстановке, и толком не знал, что из этого выйдет.

Но мои опасения оказались напрасными, все сработало как нужно. Буквально на глазах порез начал становиться темнее, а вскоре и кровь остановилась. Вот только боль никуда не ушла, но с этим придется потерпеть до общаги, здесь эликсиры лечения не работают.

Хорошо хоть левая рука, а не правая. Хотя благодаря урокам Ткача, я уже и левой мог защитить себя, но сражаться правой мне все равно было удобнее.

Почувствовав, как приятное тепло разливается по моему телу, я даже закрыл глаза от удовольствия. Это работало Слово-Прилив, которое начало напитывать меня силой. С каждой секундой я чувствовал себе все лучше и лучше. Плохие мысли и мое мрачное настроение понемногу сменялось радостью от того, что я жив-здоров и все закончилось в целом неплохо. Главное, что своей цели я достиг.

Сделав глубокий вдох, я открыл глаза, а затем взял саблю и разрезал ею кристаллические цветы на несколько частей, чтобы их было удобнее складывать в пузырек для хранения компонентов. Хуже им от этого не будет, все равно в результате их нужно будет истолочь в порошок.

Очень осторожно, стараясь еле дотрагиваться до них, я собрал все части, затем закрыл пузырек и спрятал его в рюкзак. Так, значит теперь буду знать — чтобы не порезаться, кристаллические цветы нужно брать в руки аккуратно. Еще лучше, наверное, будет срезать их саблей. Надо будет в следующий раз попробовать.

Фух… Ну вроде бы с первой частью моего плана справились. Теперь в общагу, затем в гости к Нарышкину, и можно отправляться спать. В этот момент снизу раздался оглушительный удар, а вслед за ним жалобный вой. Я решил, что пора двигаться дальше и вышел сквозь дверь.

Я довольно быстро справился с кровотечением, так что, к моему счастью, некротвари не успели сбежаться на запах, который был для них как мед для пчел. По крайней мере, за дверью никого не было, так что из главного корпуса я выбрался без приключений.

Да и вообще, обратный путь занял у меня намного меньше времени. Вот только сил у меня оставалось все меньше и это начинало понемногу чувствоваться. В какой-то момент Дориан даже предложил мне отложить проверку княжича на другой раз, но я уже настроился на сегодня, поэтому решил довести дело до конца.

К тому же, тянуть с этим было крайне нежелательно. Если мои подозрения оправдаются, то каждый день промедления может стоить очень дорого. Однако, кое-какие меры предосторожности я решил предпринять. Поэтому для начала вновь вернулся к себе в комнату, чтобы выпить парочку эликсиров, которые привели меня в чувство и начали лечить порез. Он все-таки довольно сильно болел.

У меня были, конечно же, Улучшенные Эликсиры Лечения, которые должны были легко справиться с таким порезом. Ну а там, кто его знает… Все-таки цветок из другого измерения.

Причем из такого, где смерть — это вполне себе обычное явление, которое там повсюду. Я решил, что если до утра боль не пройдет, то пойду на поклон к Веригину, пусть он тогда надо мной колдует.

С этой мыслью я вновь отправился в некрослой. Сил у меня теперь немного прибавилось, хотя я понимал, что завтра придется тяжело. Буду чувствовать себя на занятиях с Чертковым как выжатый лимон.

Так всегда происходит, когда принимаешь много эликсиров за один раз. Благодаря волшебным зельям, организм восстанавливается, однако затем наступает неминуемая расплата или просто энергетический откат. Вот он-то меня завтра и ждет…

Плюс к этому, еще большое количество времени, проведенного в некрослое, а это тоже скажется на моем состоянии. Такие походы порядком выматывают и ночью после них спишь как убитый. Даже снов не видишь.

Надо же, а у нас на этаже, оказывается, точно такое же растение живет, как и в подвале напротив лаборатории Терлецкого. Вся стена им увита. Листочки колышутся… Хорошо, что оно не опасное. Главное к нему руки не тянуть, во избежание недоразумений. Так-то я думаю, в некрослое любая гадина может стать опасной.

Вообще, интересно побродить по знакомым местам и посмотреть на привычные вещи из другого измерения. Особенно будоражит мозг мысль, что сейчас я могу зайти в любую комнату и поквитаться с любым своим врагом, если мне этого захочется…

Правда пока у меня такого желания не было, даже ненавистный мне Шуйский еще не заслужил чего-то подобного, хотя сильно на это напрашивался. Однако, при желании, я мог это сделать, вот что самое главное.

— Точнее, тебе подарили такую возможность, — сказал Дориан. — Можно сказать, личный подарок Александра Николаевича Романова для тебя. И это лишь одна из двух частей этого подарка…

— Какая вторая? — спросил я, удивившись ходу мыслей моего друга.

— Уничтожать проклятия, разумеется, разве не понятно? — спросил Мор. — Если не считать Черткова, ты единственный в Российской Империи, кто может это делать, и это право подарил тебе сам Император. Доверие, которое дорогого стоит, мой мальчик. Запомни этот разговор и хорошенько обдумай его на досуге.

Слова Дориана и правда немного выбили меня из колеи. С такой точки зрения я еще ни разу не думал обо всем этом. Точнее, не заглядывал далеко в будущее и рассматривал это просто как приятный для себя бонус, заработанный у Романова. Особое доверие со стороны Императора, как-то так…

Но вот всю глубину этого поступка я увидел только сейчас. Да и то, с помощью умудренного опытом Мора, который помог мне взглянуть на все это иначе. Теперь даже на свою недавнюю мысль о том, что я сейчас могу зайти в комнату к любому и что-нибудь сделать, я смотрел по-другому. Совсем по-другому… Охренеть просто…

— Ты чего встал столбом? — услышал я голос Дориана и только сейчас понял, что стою на месте и думаю над всем этим. — Давай, двигай задницей энергичнее, ты же все-таки в некрослое, а не на прогулке в школьном парке. Потом поразмыслишь над моими словами, оболтус.

Я миновал лестничный пролет и оказался на Лешкином этаже, где увидел первую некротварь в нашей общаге. Парочка пушистых червяков развалилась под чьей-то дверью в левой стороне коридора. Мы называли их женскими половинами.

Так уже давно повелось в «Китеже», что парни обычно занимали комнаты по правую сторону коридора, а девчонки предпочитали левую. Стоп! Да это же Дашковой комната! Даже интересно, почему эти червяки выбрали ее дверь, чтобы перед ней разлечься… Совпадение?

— Не думаю, — помог мне с ответом Дориан. — Я бы на твоем месте приготовился к драке.

В общем-то, я тоже склонялся к такому выводу, и интуиция подсказывала мне, что выбор червей не случаен. Пока я не знаю, как это работает, но если я сейчас действительно увижу на Нарышкине нечто вроде проклятья, то значит некротвари чувствовали какую-то связь между заказчиком и жертвой. Ну а в том, что это дело рук Насти, я был абсолютно уверен. Кто, если не она?

Желая подтвердить свою догадку как можно скорее, несколькими стремительными шагами я подошел к двери княжича, ненадолго задержался, чтобы настроиться на битву, и вошел в комнату своего друга.

Ну вот, что и требовалось доказать… Интуиция меня не подвела… Лешка сопел на своей кровати, высунув ногу из-под одеяла, а прямо на его груди устроилось проклятье. Оно было похоже на осу, которая присосалась к груди княжича, и все время сокращалось, высасывая длинным тонким хоботком из него силы, а заодно наполняя его мозг ошибочными эмоциями.

Значит я был прав, это приворот… Одно из разновидностей проклятья, как и порча… Сейчас оно было еще совсем маленьким, размером с крысу. Просто отлично. Значит мысль о привороте пришла мне в голову вовремя.

Недолго думая, я активировал Слово-Метка, чтобы переключить внимание проклятья на себя. Омерзительные чавкающие звуки прекратились, оно посмотрело в мою сторону и порхнуло ко мне.

Следующим было Слово-Небо, которым я сбил эту осу на пол, а затем вонзил в нее свою саблю, мгновенно почувствовав тепло. Это проклятье, сдыхая наполнило меня энергией и сделало сильнее на будущее.

Чвак…

Я наступил на него ногой и посмотрел на Лешку, который перевернулся на бок и продолжил спать как ни в чем не бывало. Что же, завтра утром моего друга будет ждать интересная история…

Ну Дашкова! Ну сучка!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Истинный дворянин». Цикл полностью закончен! Надеюсь вам понравятся приключения Владимира Соколова и Тосика:)

Прошу: https://author.today/reader/235589/2118956

Глава 8

Этим утром мы с Лешкой оказались самыми ранними пташками. В столовой, кроме нас, было всего два человека. Парочка каких-то первокурсников, которые о чем-то там перешептывались, поглядывая на нас время от времени.

Глядя на них, я невольно улыбнулся и вспомнил свой первый курс, когда мы с Нарышкиным тоже частенько оставались в «Китеже» на выходных, чтобы провернуть какие-нибудь секретные планы. Тогда все что не затевалось, было для нас таинственным и загадочным.

У нас с Нарышкиным тоже была веская причина явиться на завтрак пораньше. Совсем скоро у нас начнутся занятия с нашими наставниками, так что не мешало перед этим хорошенько подкрепиться.

Раньше Чертков был не в особом восторге, если я завтракал перед занятиями с ним, но со временем стал разрешать и даже настаивать на том, чтобы я обязательно ел рано утром.

По правде говоря, сегодня аппетит у меня был не очень. После напряженной ночи все мышцы ныли, как после долгой тренировки. Как будто Ткач со мной целый день занимался и ни минуты не давал отдохнуть. Зато княжич рубал будь здоров и лишь после того, как принялся за третью порцию, решил у меня спросить:

— Ты чего не ешь, Макс? Яичница с беконом же, твое любимое, — спросил он и усмехнулся. — Или ты объявил голодовку?

— Сегодня ты вместо меня продуктовые запасы «Китежа» уничтожаешь, — сказал я ему, отодвинул тарелку и хлебнул немного кофе с молоком, которым надеялся сбросить с себя остатки сна. — Ты сразу весь противень брал бы, чего туда-сюда бегать?

— Да, что-то сегодня на меня нашло, — кивнул Лешка. — Сам удивляюсь. Ты же видел, у меня последние две недели вообще аппетита не было. Я уже думал, что заразу подхватил какую-нибудь. Ну знаешь, инфекция и все-такое. Даже думал в медицинский блок идти сдаваться целителям, но нет, отпустило.

— Я даже знаю, почему у тебя аппетита не было, — сказал я.

Нарышкин успел проглотить еще несколько кусков яичницы, прежде чем замер и удивленно посмотрел на меня.

— В каком смысле? Ты сейчас о чем?

— О твоей инфекции, разумеется, о чем еще? Я даже название ее знаю — Анастасия Дашкова, — я сделал несколько глотков, допил свой кофе и встал со стула. — Тебе кофе принести или лучше еще яичницы?

Нарышкин нахмурился, посмотрел на тарелку и отодвинул ее от себя.

— Пожалуй хватит на сегодня. Давай тащи кофе и рассказывай, что ты имеешь в виду.

Я специально задержался на пару минут дольше, прежде чем вернулся обратно. Хотел дать своему другу немного времени поразмыслить над моими словами. Парень он не глупый, может быть, и задумается, откуда у него аппетит появился и что это не случайность.

К тому моменту как я вернулся, Лешка уже сидел с мрачным видом. От хорошего настроения не осталось и следа. Это хороший знак. Значит кое-какие вопросы у него появились.

— Говори, — коротко бросил он, едва я сел за стол.

— Только пообещай, что после моего рассказа меня на дуэль не вызовешь, а то ты в последнее время прямо припадочный стал. Только слышишь фамилию Дашкова, как скулы ходуном ходить начинают.

После моих слов взгляд Нарышкина еще больше потяжелел, и я решил, что на этом достаточно. Он вполне готов меня выслушать и испытывать его терпение дальше будет лишним.

— Дружище, ты как себя чувствовал в последнее время? — повел я разговор. — Ну так, вообще… Общее состояние.

— Да не сказать, чтобы прямо здорово, я же тебе сказал, — ответил он. — Ты давай, не тяни резину, говори, что сказать хочешь.

— Ты только не злись и не подумай, что я как-то со зла, но… В общем, Дашкова наслала на тебя проклятье.

— Макс… Ты, конечно, мой друг и все-такое, но… — с легкой хрипотцой в голосе сказал он.

— Погоди, не рычи, — я выставил руку вперед, а затем наклонился над столом и сказал. — Это не обычное проклятье, чтобы тебе навредить. Просто она решила тебя приворожить, вот и все. Прошло бы еще немного времени, и ты бы вовсе перестал замечать дискомфорта, а вот избавиться от него было бы уже сложно.

Нарышкин сжал челюсти, а взгляд стал холодным и колючим. Но это он уже не на меня злился, это ему в голову правильные мысли начали приходить.

— Как ты об этом узнал? — с металлом в голосе спросил он.

— Сам подумай, — пожал плечами. — С того момента как вы помирились, ты таскаешься за ней как собачонка. С чего вдруг, спрашивается? Я тебя даже узнавать перестал. Так что странный вопрос… Что тут думать? Дураку ясно, что здесь дело не чисто. Вот я вчера и решил ночью проверить. Ритуал специальный провел…

Лешка открыл было рот, чтобы что-то спросить, но я его опередил и добавил:

— Только не спрашивай как и что, все равно ведь не расскажу. Насылать и снимать проклятья я умею, ты же сам знаешь… Все остальное спиши на мои странности… Надеюсь, ты не думаешь, что я вру? Сам знаешь, мне вообще фиолетово с кем ты там встречаешься, с Настей или Ульяной какой-нибудь…

Он помолчал еще немного, затем допил свой кофе и мрачно усмехнулся:

— Вот сучка хитрая, а… Я-то думаю, что она у меня все время из головы не выходит, зараза такая… — он посмотрел на меня, а затем тяжело вздохнул. — Уже хотел в это воскресенье с отцом разговаривать, чтобы он рассмотрел вопрос нашей помолвки, прикинь?

Я не стал ничего отвечать, зачем? Сказать Лешке, что я его еще и избавил от ссоры с отцом? Вряд ли Николай Федорович одобрил бы его выбор… Когда он Лешке советовал к кому-нибудь из девчонок присмотреться, там фамилии поизвестнее звучали… Совсем из другой весовой категории, можно сказать.

— Гадина! — вдруг осерчал княжич и треснул кулаком по столу, отчего вся посуда на нем со звоном подпрыгнула.

— Блин, Леха! Ну ты осторожнее со своим княжьим гневом! — попросил я его, вытирая бумажной салфеткой кофе, который расплескался из моей чашки. — Мебель зачем ломать?

Я посмотрел на первокурсников, которые как мыши шмыгнули из столовой, оставив нас вдвоем. Мобильник вроде не залит, все нормально. Теперь я могу идти на занятия, с Дашковой пусть сам разбирается.

— Ладно, я пошел, — сказал я, поднимаясь со стула. — После занятий созвонимся.

Он посмотрел на меня таким взглядом, как будто впервые увидел и растерянно кивнул:

— Ага, созвонимся… Спасибо, Макс…

— Не за что. С тебя шоколадный торт за услуги, — сказал я и подмигнул. — Будет чем вечером с дедом и Софьей чай попить.

— Договорились…

После разговора с Лешкой мне и самому стало как-то легче. Было ощущение того, что я сделал хорошее дело. Ночью у меня было проскочила мысль, чтобы самому поговорить с Дашковой насчет всей этой ситуации, но потом подумал — какого черта? Она ведь не мне навредила, а Нарышкину, вот пусть он сам и решает, как с ней правильно поступать.

По правде говоря, мне кажется, что она не очень понимала, что делала, когда задумалась приворожить княжича. Все-таки она далека от проклятий и понимания, как они работают. Вряд ли отдавала себе отчет в том, что может своим приворотом серьезно навредить Лешке.

Но это ее не оправдывает. Незнание законов не освобождает от ответственности. Дориан правильно говорит, магия иногда бывает смертельно опасна, и перед тем, как что-то делать, лучше разобраться, как это работает. Так что пусть теперь пеняет на себя.

Завтрак затянулся чуть дольше, чем мне того хотелось бы, поэтому пришлось поторапливаться, чтобы не опоздать на занятия. Чертков ждать не любит. Еще решит мне устроить усиленную программу, а сегодня я к этому не готов.

Захватив в комнате все что нужно, я мчался в нашу учебную комнату как ветер и примчался без опозданий. Если мобильник не врет, то даже раньше на пять минут. Однако Александр Григорьевич к этому времени уже поджидал меня около входной двери вниз и, как всегда, встретил мрачным взглядом.

— Долго дрыхнешь, Темников. Я уже начал надеяться, что ты опоздаешь и можно будет тебя наказать, — по-моему он улыбнулся.

Во всяком случае, очень похоже и это было крайне необычно. Улыбающийся Чертков, это нечто из области фантастики. Да и вообще, он как-то свежее выглядит, не таким уставшим как обычно… Даже морщин на лице стало немного меньше, по-моему, или мне просто кажется? Нет, с ним определенно произошли какие-то перемены.

Я быстро окинул его взглядом и вдруг заметил, что у него новая трость! Раньше была совсем другая, старая и вся исцарапанная. Как по мне, она давно уже отслужила свое и просилась на свалку. Эта же была гладкой, темно-серого цвета, с набалдашником в виде черепа, в глазницах которого сверкала парочка первоклассных зеленых магических кристаллов. Явно они здесь не для красоты. Похоже, это не просто трость, а артефакт. Причем довольно мощный.

— Что смотришь? — спросил старик и постучал тростью об каменный пол. — Нравится?

— С виду вроде бы ничего, — сказал я. — Что она умеет делать?

— Все тебе расскажи, — усмехнулся он. — Подарок Романова за помощь с Иваном Нарышкиным. Надо же, расщедрился… Я и сам не ожидал… Хорошая вещица.

Подарок от Императора? Похоже мой разговор с Голицыным прошел не зря, и он передал Александру Николаевичу мою просьбу насчет подарка для Черткова. Глядя на старика, который вел себя как ребенок, мне даже стало его немного жаль. Интересно, как давно ему никто не делал подарков?

— Пару дней назад привезли, — продолжил он. — Я уже к ней так привык, что даже не знаю, как до этого без нее обходился. По сути, трость — это артефакт, который делает мое тело легче. Теперь мое долбаное колено болит не так сильно, как раньше.

— А что еще умеет? — спросил я, решив, что как для подарка от Романова, одного эффекта маловато.

— Слишком много вопросов задаешь, Темников, — ответил он и вновь стал самим собой, убрав улыбку со своего лица.

Я открыл перед ним дверь, чтобы он спускался первым. Да, наставник был прав. Походка у него и правда стала как-то легче. Было видно, что ему по-прежнему тяжело, но теперь, по крайней мере, он не выглядел старой развалиной, которая вот-вот рухнет на пол.

Едва я подумал об этом, как старик остановился и зашелся в приступе кашля, чем напомнил мне, что не все так хорошо, как кажется. Может быть, ходить ему стало немного легче, но и все на этом. Чувствует он себя по-прежнему хреново.

Я поднял со ступенек картонную папку, которая выпала у него из рук, и сунул ее себе под мышку. Кстати… Бумажная папка — это хорошо… Значит сегодня меня ждет теория и знакомство с новыми некросимволами. Видимо старик решил устроить для меня своеобразный легкий день в честь полученного подарка. Просто отлично! Как раз сегодня это было очень кстати!

Так и случилось. Едва мы вошли в кабинет, как Чертков сказал, что подошло время знакомить меня с последним некросимволом второй дюжины и переходить к третьей. Это означало, что совсем скоро я буду знать ровно половину от того, что известно самому наставнику.

Звучало очень весомо. Вот только была одна проблема — опыт. У меня его было немногим больше года, а у Александра Григорьевича — большая часть его жизни. Это ничем не заменишь.

— Ничего страшного, мой мальчик. Если не будешь лезть куда не надо, то тоже опыта наберешься, — утешил меня Дориан. — Это дело наживное.

Последним некросимволом из второй дюжины был Слово-Врата, которым можно было открыть обратный портал из некрослоя в любом месте. Наконец-то… Теперь мне было совсем необязательно тащиться туда, где я его открыл.

— Рано радуешься, Темников, — сказал наставник, глядя на мое довольное лицо. — Ты думаешь, почему я раньше не обучил тебя этому некросимволу, просто из вредности?

— Ну… Нет, наверное… — соврал я. На самом деле, я считал, что скорее всего именно так оно и было. — Может быть, не хотели облегчать мне жизнь раньше времени?

— Не говори ерунды, — скривился он. — Зачем мне утаивать информацию и делать некрослой для тебя еще опаснее? Не для этого я трачу последние годы жизни на тебя… Просто Слово-Врата — это очень опасный некросимвол, которым лучше пользоваться лишь в самом крайнем случае.

— Почему? Что с ним не так? — спросил я, в очередной раз убеждаясь, что не бывает все хорошо. Обязательно должен быть какой-то подвох.

— Он забирает слишком много энергии, Максим. Гораздо больше, чем любой известный мне некросимвол, — сказал он и посмотрел мне в глаза. — Любой, Темников. Даже некросимволы пятой дюжины требуют меньше. Именно в этом заключается причина, по которой я не хотел, чтобы ты знал его раньше. Рано или поздно у тебя возникнет желание применить его, и после этого ты останешься в некрослое навсегда. Слово-Врата могут прикончить тебя, всегда помни об этом.

Я немного помолчал, обдумывая его слова, и спросил:

— Тогда зачем вы сейчас учите меня ему?

— На это есть две причины. Во-первых, я хочу, чтобы первый раз ты испытал этот некросимвол на своей шкуре под моим контролем. Мне важно знать, что смысл моих слов дойдет до тебя через твой собственный опыт, и я должен быть рядом в этот момент. Уверен, что тебе понадобится моя помощь.

Он поерзал на своем стуле, затем опустил глаза и продолжил.

— Во-вторых… Если я буду слишком долго ждать, то вполне может случиться так, что ты не узнаешь его вовсе. Понимаешь, что я имею в виду? — спросил он и посмотрел на меня с мрачной улыбкой.

Я понимал… И надеялся, что это второе не случится. Мне оставалось добыть всего один компонент для того, чтобы приготовить Эликсир Жизни, который должен был помочь старику. Всего один…

— Вижу, ты понимаешь, — сказал он. — Значит будем считать этот вопрос закрытым. Пока просто заруби себе на носу — Слово-Врата ты должен использовать в самом крайнем случае. Когда другого выхода у тебя просто нет.

— Ясно, Александр Григорьевич, — кивнул я и посмотрел на лист бумаги, на котором был изображен некросимвол. Теперь от него веяло угрозой, а не спасательным кругом, который я мог бросить себе в любой момент.

В этот момент Чертков сунул руку во внутренний карман своего потрепанного пальто и вытащил оттуда небольшую лакированную коробочку. Он раскрыл ее, и я почувстовал аромат пиона.

Внутри лежали кусочки чего-то непонятного, похожие на медицинские пилюли. Только эти почему-то были серебряного цвета и, судя по запаху, он их притащил из некрослоя. Чертков взял одну из них, сунул в рот и начал жевать, с удовольствием причмокивая.

— Вкуснотища… — сказал он и протянул мне коробочку. — Хочешь попробовать? Я знаю, ты любишь всякие сладкие штуки.

— Что это такое? — спросил я, затем взял одну пилюлю и начал ее с интересом рассматривать.

— Сначала попробуй. Не бойся, это вкусно, — подзадорил меня наставник. — Не думаешь же ты, что я буду тебя кормить всякой гадостью?

Я сунул пилюлю в рот и осторожно начал жевать. Она оказалась очень сладкой, по вкусу что-то близкое к финику и с легким привкусом ванили. Это и правда было вкусно. Никогда не ел ничего подобного.

— Ну как, нравится?

— Очень, — кивнул я. — Классная штука! Как финиковые желейки. Можно мне еще одну?

— Бери, конечно, — разрешил он и подождал, пока я суну в рот вторую пилюлю. — Это кусочки гусениц в ванильном сиропе.

— Каких гусениц? — не сразу сообразил я.

— Из некрослоя. Помнишь, пушистые такие, повсюду там лазят?

Тьфу… Тьфу… Агррххх… Тьфу…

Я выплюнул пилюлю на пол и вытер рукавом рот.

— Вы что, едите этих червяков⁈

— А что здесь такого? — хохотнул Чертков. — Ты же сам сказал, что это очень вкусно.

— Фу… Мерзость какая… Тьфу…

Он захлопнул коробочку и спрятал ее обратно в карман.

— Ничего, привыкнешь. Между прочим, они очень хорошо помогают от головной боли, — сказал он. — А если их есть регулярно, то червяки вообще не будут на тебя никак реагировать и начнут принимать за своего.

— Даже не буду спрашивать, о чем вы думали, когда впервые решили приготовить из червяков конфеты, — скривился я, ощущая во рту финиково-ванильный привкус.

— Меня научил мой учитель, а я научу тебя, — ответил он. — У меня тоже была примерно такая же первая реакция, но со временем это пройдет. Кстати, это не единственная съедобная вещь, которую можно найти в некрослое. Между нами говоря, все они приносят практическую пользу, так что зря ты так кривишься. Говорю же, не стал бы я кормить тебя всякой гадостью.

То есть желейки в сиропе из пушистых червяков, это нормально? Представляю того, что старик считает гадостью.

— Получается значит… Вы хотите сказать, что едите некротварей? — осторожно спросил я.

— Не совсем так категорично, конечно… И не только некротварей, — ответил он. — Но вообще, да.

Жесть просто… Как много в этом мире информации, которой я бы с удовольствием не знал…

— Ну что, продолжаем дальше? — спросил он таким тоном, как будто мы с ним просто выпили по чашке чая. — У нас впереди еще много работы. Итак, вот он твой первый некросимвол из третьей дюжины…

Глава 9

С Чертковым мы работали до трех часов. Эта суббота была совершенно не похожа на все наши предыдущие занятия. Впервые за все время моего общения с наставником, я видел его в таком приподнятом настроении.

Работу над некросимволами он то и дело перемежал всякими забавными историями из своей жизни. Да и вообще, сегодня он был совсем не такой, как обычно. Желейки эти из червяков, опять же… Я их долго еще буду вспоминать…

Думаю, все эти внезапные перемены с ним были связаны с подарком от Императора. Впервые за долгие годы опалы он вдруг стал нужен не только как единственный маг-некротик в Империи, и не только как учитель для меня. Просто подарили ему подарок. Пусть даже не за просто так, но тем не менее. Такое внимание дорогого стоит.

Ну а после занятий я стал более продвинутым некротиком и теперь знал на семь некросимволов больше. Кроме Слово-Врата, я разучил первые шесть из третьей дюжины.

Как всегда, полезность некоторых из них вызывала у меня сомнение, но со временем посмотрим. Думаю, в следующий раз у меня будет возможность проверить их на практике, тогда и можно будет что-то сказать наверняка.

Для начала я обзавелся некросимволом, который назывался Слово-Обет. С его помощью я мог попытаться стравить некротварей между собой. Штука хорошая, вот только работала она лишь со слабыми некротварями, которые не могли сопротивляться этому заклинанию.

Не знаю, насколько слабыми они должны быть, но по словам Александра Григорьевича, против всяких червяков, падальщиков и двухголовых пауков некросимвол работать будет. Это уже очень неплохо.

По крайней мере, можно не опасаться всякой мелочи, которая тоже может доставить много хлопот. Особенно, если покажется на горизонте не в самый подходящий момент. Ну и червяков между собой стравливать можно, опять же… Будет хоть из чего желейки в ванильном сиропе делать, если что…

Вторым был некросимвол под названием Слово-Сила. Здесь все просто. Он должен был указывать мне путь до ближайшего источника некроэнергии. Тех самых светящихся шариков, которые при поглощении делали меня сильнее.

Спорное дело… Пока у меня не было особого желания болтаться по некрослою в поисках приключений на свою задницу. Особенно после встречи с некротеремком и грибами.

Однако, наставник был уверен, что это у меня пройдет. Рано или поздно обязательно наступит момент, когда я сам стану искать возможность сделать себя сильнее. Начну бродить по всяким кладбищам и прочим мрачным местам. Особенно по тем, которые подревнее…

Не знаю, не знаю… Пока я в этом был не так сильно уверен, как Чертков. Хотя все может быть. Пусть последний поход немного сбил с меня пыл, но со временем я же освоюсь…

— Не сбил пыл, а скорее привел в чувство, — помог мне определиться Дориан. — Временами тебя слишком заносит от собственной самоуверенности, так что такие уроки тебе только на пользу.

Кто бы сомневался, что Мор любой жизненный подзатыльник назовет хорошим и правильным опытом. Педагог, блин…

Дальше у нас был Слово-Глухота. Некросимвол, который работал по принципу Барьера, и должен будет защищать меня от всяких попыток повлиять на мой мозг. От желания заговорить со мной, между прочим, тоже. Вот это была очень хорошая штука! С некоторых пор я считал подобные заклинания одними из самых полезных.

Хотя ментальная магия худо-бедно работала в некрослое, в ней никогда нельзя было быть уверенным до конца. Все-таки для привычной мне магии это было совсем иное измерение, и как оно будет в следующий раз — неизвестно. Чертков время от времени предупреждал меня об этом. Что же, теперь можно надеяться не только на Барьер, и это было здорово.

Четвертым некросимволом был Слово-Щит, который работал исключительно с людьми. При желании я мог защитить кого-нибудь, активировав этот некросимвол. Если верить Черткову, то против человека, которого я защитил, будет хуже работать стихийная магия.

Вот только был один момент… Этот некросимвол устанавливал своего рода связь между мной и тем, на кого я наложил Слово-Щит. Работает это так, что часть повреждений я буду брать на себя, фактически расплачиваясь за это своей собственной энергией.

Это мне, конечно, не очень понравилось, но по-другому некросимвол и не мог работать. За то, что я использую магию одного измерения, чтобы нейтрализовать магическую энергию из другого, нужно как-то платить. Мои жизненные силы выглядят самым подходящим вариантом для такой платы.

Что же, значит придется использовать его лишь в самых крайних случаях. Только тогда, когда под угрозой окажется жизнь кого-нибудь из моих близких людей. Самых близких причем.

Следующим на очереди был Слово-Маяк, который должен был помочь мне отыскать путь к входному порталу, если я вдруг заблужусь. По словам Александра Григорьевича, он был очень полезен на открытой местности. Особенно, когда в некрослое был густой туман.

Я охотно верил его словам. До этого времени я не очень далеко забирался в своих путешествиях, но если наставник был уверен, что в будущем я буду посещать некрослой чаще, то он мне очень даже пригодится.

Ну и последним в этот день мы разучили Слово-Вода, при помощи которого можно было ходить по воде. Меня давно интересовали вопросы, что будет, если я в некрослое нырну под воду, и есть ли там некротвари? В этот день я получил ответы на оба из них.

Купаться в некрослое можно, вот только с большим риском для жизни. Под водой водятся крайне опасные некротвари, с которыми лучше вообще не иметь никаких дел. Лишь только в самом крайнем случае.

Чертков сказал, что в будущем он обучит меня некросимволу, при помощи которого у меня откроется возможность подводного дыхания в некрослое. Но даже с учетом такой опции, лезть под воду слишком опасно.

Да и ладно. Мне пока это было без надобности. Достаточно того, что у меня был Слово-Мост, некросимвол, который перекидывает мосты через пропасти, и новое Слово-Вода. Можно сказать, что теперь я почти вездеход в некрослое. Вот еще бы летать научиться, совсем было бы хорошо.

Лешка закончил свои занятия немногим позже меня. Но вот уехать из Китежа у нас получилось только лишь вечером, около шести. Он захотел срочно переговорить с Дашковой, которая тоже с нетерпением дожидалась, пока он освободится. Нарышкин сказал, что в пятницу вечером они договорились съездить сегодня вечером в «Самовар», но что-то подсказывает мне, что никуда он с ней не поедет…

Однако я не терял времени зря, и чтобы не скучать, отправился к школьному озеру, прихватив с собой Бездонную Сумку, в которой были все мои алхимические инструменты. Отличный момент для того, чтобы попросить у Эмеренты немного обещанной коры. Вечером в субботу там точно никого не должно быть.

Я не ошибся, кроме новеньких деревьев, Бориса и уток, которые почему-то собрались здесь почти всей своей утиной бандой, никого не было. Теретей, видимо, решил заняться исследованием окрестностей, потому что торчал около беседки. Однако завидев меня, медленно погреб в мою сторону.

Честно говоря, забавно было наблюдать, как смешно он семенит корнями. Когда ходят взрослые деревья, у них это выглядит совсем по-другому. Обстоятельнее, что ли.

Деревья встретили меня покачиванием крон, а Бродяга опустил ветки, чтобы дотронуться до меня. В последнее время он стал это делать гораздо чаще. Я дотронулся до каждого дерева в знак приветствия и обратился к Эмеренте:

— Я пришел взять немного коры, как договаривались, — сказал я и вытащил из Бездонной Сумки специальный скребок и стеклянный пузырек для хранения компонентов. — У кого можно взять?

— Здравствуй, Максим… шшш… Темников… шшш… — поздоровалась Эмерента. — Возьми мою… шшш… Бери сколько нужно… шшш…

Воспользовавшись щедрым предложением, я взял пять небольших кусочков. Самое интересное, что мне даже скребком не пришлось пользоваться, а стоило дотронуться до дерева, как части коры будто сами упали мне в руку.

Кстати… Только сейчас заметил… Когда стоишь рядом с Эмерентой, от нее исходит очень приятная энергия, от которой сразу становится тепло и уютно. Причем это совсем не магическая энергия, к которой я привык, а нечто совершенно другое. Пока мне не знакомое.

В какой-то момент я поймал себя на мысли, что мое тело полностью расслабилось и мне пришлось опереться на дерево, чтобы ненароком не свалиться на мокрые листья. Благо внизу у ели ветки были хоть и большими, но росли не слишком густо и это можно было сделать без проблем.

Как же здорово, блин… Сама мысль, что сейчас нужно куда-то идти, казалась странной. Зачем, если здесь так хорошо? Разве может быть где-нибудь лучше? Ничего подобного рядом с другими деревьями я не испытывал. Любопытно…

Не знаю, сколько я так простоял, прежде чем увидел перед своими глазами лицо незнакомой мне женщины. На вид ей было около сорока лет, с длинными светлыми волосами, в которые были вплетены цветы, и крохотные еловые ветки. Она улыбнулась мне, и в этот момент я вздрогнул и открыл глаза.

Блин… Что это было? Я что, заснул?

Я удивленно покрутил головой, пытаясь понять, как много времени прошло с того момента, как я почувствовал, что от живого дерева идет тепло. Судя по всему не много. По крайней мере, ничего не изменилось, кроме того, что за это время ко мне успел подобраться Теретей, который теперь стоял рядом со мной.

Ну и еще кое-что… Я чувствовал себя полностью отдохнувшим и бодрым. Будто беспробудно проспал пару суток и теперь меня просто распирало от желания что-нибудь сделать. Неужели это эффект от моего недолгого сна? Получается, Эмерента зарядила меня энергией? Как это?

— Похоже на то, мой мальчик, — сказал Дориан. — Магия живых деревьев — очень странная штука. Никогда не поймешь толком, как она действует. Я в этом не особо разбираюсь. Живые деревья… Дриады… Они всегда сами себе на уме. Не думаю, что даже твоя Рябинина понимает, как именно это все работает.

Может быть, Мор прав, и Яна Владимировна действительно не много смыслит в магии живых деревьев, но спросить у нее все же было нужно. Что-то она точно знает об их природе.

— Спасибо, Эмерента, — поблагодарил я живодрево и провел по коре рукой.

— Максим Темников… шшш… Возьми немного сока… шшш… Я подарю тебе немного сока… шшш…

— Дориан, какого сока? О чем она говорит? — непонимающе спросил я и вдруг увидел, что из коры вытекло немного янтарной жидкости, очень похожей на смолу.

Недолго думая, я вытащил из Бездонной Сумки еще один пузырек и положил туда сок живодрева, который и на ощупь оказался как смола.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил я Эмеренту, а она покачала ветвями в ответ.

— Достаточно совсем немного… шшш… Максим Темников… шшш…

В этот момент утки дружно начали крякать и хлопать крыльями. Оказывается, это Лешка их растревожил.

— Буррум… Бадым… Нарышкин… Боб-бом… — поприветствовал его конструкт и радостно мигнул несколько раз своими мощными прожекторами.

— Здорово, Борис, — сказал княжич и помахал ему рукой. — Хоть кто-то рад меня видеть, кроме Темникова.

Он подошел поближе, а я как раз складывал пузырек с соком живодрева в Бездонную Сумку.

— Так и думал, что тебя здесь найду, — сказал Лешка и на всякий случай отошел от Теретея, который сделал несколько шагов в его сторону. — Чем занимаешься?

— Да так, компоненты кое-какие собираю. Хочу провести несколько алхимических экспериментов, — ответил я и закинул Сумку за плечо. — Что, идем?

— Угу… — кивнул он. — Моя машина уже дожидается нас на школьной стоянке.

Мы попрощались с конструктом и живыми деревьями, а затем не спеша пошли за своими вещами.

— Как все прошло? — спросил я, после того как мы молча прошагали несколько минут. — Судя по твоему лицу, ты чем-то расстроен?

— Расстроишься тут… — усмехнулся он. — Да нет, в общем-то все нормально. Просто я никогда бы не подумал, что она такая дура. Как я с ней встречался два года, понятия не имею…

Я хотел было ему сказать, что неоднократно говорил, что думаю насчет его Дашковой, но решил не подливать масла в огонь. Что толку сейчас об этом говорить? Вообще никакого. Так, лишний раз на больную мозоль наступить…

— Ты оказался прав, Макс, эта идиотка и правда хотела меня приворожить… — сказал Нарышкин.

— Приворожила, ты хотел сказать, — поправил я его. — Если бы просто хотела, это ладно, так она же это сделала.

Еще немного мы прошли молча.

— Она интересовалась как ты узнал? — спросил я.

— Конечно, — кивнул княжич. — Выбесила меня… Я сказал, что это вообще не ее ума дело. Тем более, что это так и есть.

— Ну а что ты намерен делать?

— Вообще-то, наложение проклятья — серьезный проступок, при условии, что он доказан, — хмуро сказал Лешка. — Можно было бы устроить Дашковым большие неприятности на самом высоком уровне… Вылетела бы из школы как пробка. Да и вообще, несладко бы им пришлось. Вполне может быть, что и без титула бы остались, если с большим желанием за дело взяться… Но я не буду этого делать.

Он помолчал еще немного, а затем усмехнулся.

— Жалко дуру… Как она говорит, от большой любви на это пошла… До конца не понимала всех последствий.

— Уверен? — удивленно спросил я. — Ой, что-то мне подсказывает, ты снова заблуждаешься на ее счет.

— Может быть, но пойду другим путем. Я так решил, — твердо сказал он. — Объясню отцу ситуацию и попрошу его не давать этой истории официальный ход. Он сам решит, что нужно сделать лучше всего. Совсем не сказать — будет неправильно, все-таки дело серьезное. Если всем спускать, каждая собака тебя кусать будет.

— Дело твое, — пожал я плечами. — Как по мне, не мешало бы и пожестче.

— Никогда бы не подумал, что ты жестокий, Темников, — усмехнулся Нарышкин. — Оказывается, мой лучший друг только с виду хороший парень, а на самом деле безжалостный и беспощадный!

— Зря лыбишься, между прочим, — ответил я. — Просто твой друг, в отличие от тебя, больше смыслит в проклятьях и понимает, насколько это опасно. За такие вещи нужно расплачиваться, чтобы в будущем неповадно было.

— Может быть, ты и прав, спорить не буду, — кивнул он. — Ты ведь и правда в этом больше моего смыслишь… Но я так решил, и точка.

Так, значит так. Ему виднее, как следует поступить в этой ситуации. Понять Лешку можно, все-таки два года они были вместе… Любовь-морковь, и все эти дела…

— Пфф… — фыркнул Дориан. — Тоже мне причина! Если бы я из-за этого жалел всех, кто в конце концов меня предал, то умер бы гораздо раньше. Пообещай, что никогда не будешь жалеть своих бывших возлюбленных!

— Ты чего разбушевался? — удивился я внезапному порыву злости Мора. — Как я тебе сейчас такое пообещаю? У меня-то и возлюбленной еще не было никогда…

— Значит, когда появится, я с тебя стребую это обещание! — не сдавался Дориан.

— Когда появится, тогда и видно будет, — ответил я и на этом мы тему обещаний с ним закрыли.

Впрочем, и с Лешкой мы больше о его, уже теперь точно бывшей, графине не разговаривали. После разговора со мной он впал в странное состояние печали и все больше молчал. Видимо, по-своему переживал этот момент.

Поэтому практически весь путь до Белозерска мы проделали молча. Лишь когда уже приближались к городу, Нарышкин вдруг вышел из своего оцепенения и оживился.

— Слушай, Макс, может быть, вы сегодня все вместе к нам на ужин? — предложил он. — Заодно и торт шоколадный съедим, который я тебе проспорил.

— Надо же, я думал, ты про него забыл…

— Обижаете, виконт Темников, торт уже давно доставили твоему деду в лучшем виде, — торжественно сообщил он. — Еще два часа назад, я так думаю.

— Солидно, — хмыкнул я. — Нет, Леха, давай не сегодня… Тем более, что ты хотел с отцом поговорить. Не на ночь же глядя ты это будешь делать?

— Хотя тоже так… — вздохнул он. — К тому же, что неделю назад я ему сдуру сказал, что Настя на ужине перед родительским воскресеньем будет. Он обязательно спросит, почему ее нет… Эх…

Тем временем, черный лимузин с гербом Нарышкиных на дверях мягко остановился напротив ворот, и я увидел, что свет горит почти во всех окошках. Меня здесь ждут! От этой мысли стало как-то тепло и уютно.

— До завтра, особа приближенная к Императору, — весело сказал я и протянул княжичу руку. — Передавай отцу от меня привет.

— Угу, давай, не кашляй… — вяло ответил он. — Своим тоже передавай…

Едва я захлопнул за собой дверь, как калитка вдруг раскрылась и из нее выпорхнула радостная Софья, которая тут же обняла меня как родного:

— Как же я по тебе скучала!

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 9 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает))

💖 Спасибо вам огромное! Благодарю за поддержку! 💖

Глава 10

Поначалу удивившись бурной радости Вороновой, от которой я немного растерялся, вскоре я поймал себя на мысли, что и сам очень рад ее видеть. Такое ощущение, что с момента нашей последней встречи прошел как минимум месяц.

Какое-то новое для меня ощущение, которого раньше не было. Когда на сердце само собой становится приятно от того, что ты видишь родного тебе человека…

— Я уже думал, ты для нас торт заказал, а сам решил не ехать, — с улыбкой встретил меня дед в коридоре. — Теперь у нас два шоколадных торта, Максим. Один мы с Софьей еще днем из кондитерской забрали, а второй ты прикупил.

— Это не я, это Нарышкин заказал, — сказал я, поставив свои вещи на пол и начав раздеваться.

— Чего это вдруг? — удивился дед и помог мне снять куртку. — Что-то раньше нас Лешка не особо шоколадными тортами баловал.

— Да так… Он мне там в одном деле проспорил…

— А-а, тогда понятно, — дед хлопнул меня по спине и подтолкнул в сторону столовой. — Давай, чеши в ванную, мой руки, и к столу. А я вытащу мясо из духовки, пока оно там в свиной уголек не превратилось.

Вскоре мы сели за стол и начали наперебой делиться новостями. Дед хвастался рекордами по продажам и громкими фамилиями новых клиентов, большая часть которых покупает у нас эликсиры инкогнито. Ну а Софья делилась своими успехами в учебе. Особенно в алхимии и артефакторике. Последним фактом она меня очень удивила.

Как оказалось, практически все свое свободное время она проводила в лаборатории с дедом, который обучал ее на практике тому, что она учила в теории, когда приходили учителя.

— Между прочим, я уже на месяц вперед учебной программы ушла, — похвасталась она в тот момент, когда дед нахваливал ее и рассказывал какая она усидчивая и упертая.

Ну а еще я узнал, что если у нее остается время после алхимической лаборатории, то она с удовольствием проводит его в артефактной мастерской в компании Полины. Не знаю почему, но для меня эта новость выглядела немного необычной.

— Мы с ней лучшие подруги, — добила она меня. — Даже в торговый центр вместе ходим.

Просто класс… Обалдеть… Как так вышло, я понять не могу? Раньше я вроде бы не замечал, чтобы они как-то дружили. Неужели совместная подготовка магазинов к открытию, а потом работа в мастерской Лазаревых их так сблизила?

Видимо так оно и есть, других объяснений я не вижу. К тому же, Полина думает, что Воронова — моя сестра, почему бы им и не дружить? Блин… Как все запутано…

— Ты забыл еще их совместные тренировки у Ткача, — напомнил мне Дориан. — Между прочим, пока дамы фехтуют, кто-то вообще забыл, когда в последний раз приезжал на базу «Призраков».

— Ты же сам знаешь, у меня уважительные причины, — автоматически ответил я. — Если ездить еще и в Белозерск к Ткачу, нужно чтобы в неделе было хотя бы восемь дней, а не семь.

Мор любил мне пару раз за день напомнить, что я давно не был на тренировке по фехтованию, и я каждый раз отвечал ему одно и то же.

— С каких это пор у мужчины есть дела поважнее, чем учиться в любой момент отстоять свою честь в кровавом поединке!

Ну вот, опять за свое… Пока с одной стороны Дориан рассказывал мне про многочисленные славные дуэли, из которых он вышел победителем, с другой стороны Софья все говорила, говорила и говорила…

Оно и не удивительно. После стольких лет, проведенных ей в теле ворона, она получила возможность жить полной жизнью и теперь пыталась компенсировать все то, чего ей не хватало, и до чего могла дотянуться. Учеба, магазины, кинотеатр в компании Лазаревой, как оказалось…

К тому моменту, когда очередь дошла до моих новостей, часы пробили десять вечера. Как оказалось, у меня их было не так много, как у Вороновой, но зато они были более практичны по своей сути.

Например, я сказал, что наконец-то добыл кристаллические цветы, и попросил деда выделить для меня вечер понедельника, чтобы засесть в лаборатории и попытаться приготовить зелье для эликсира, вместо таблетки.

Мне было очень любопытно, что из этого выйдет. Впервые в жизни мы будем делать эликсир с компонентом из некрослоя. Даже интересно, сработает или нет. Если эксперимент удастся и полученный эликсир сработает в некрослое, то это откроет нам новые горизонты для исследований…

Компонентов в некрослое просто видимо-невидимо, и каждый из них нужно попробовать в деле. Да что там… Под это дело можно будет еще одну лабораторию организовать или вообще всерьез задуматься над собственным исследовательским центром. До этого было рано думать о чем-то подобном, но если все получится, то придется.

— Кстати, ты и про червяков не забывай, — напомнил мне про серебряные желейки Дориан. — Чертков говорил, что если их постоянно трескать, то черви тебя в некрослое за своего принимать будут, а значит и из них можно эликсир попробовать приготовить.

— И из других штук, которые ест старик… Ты это хотел сказать? — мысленно спросил я у Мора.

— Не совсем, но мыслишь ты в правильном направлении, — ответил он. — Зачем компонентам пропадать?

— Тогда точно исследовательский центр понадобится…

Разошлись мы ближе к одиннадцати. Дед напомнил мне, что завтра рано вставать. Он уже договорился заранее с Лешкиным отцом в восемь утра встретиться на выезде из Белозерска, чтобы всем вместе ехать в «Китеж».

— Кстати, князь за нами машину пришлет, так что к половине восьмого хочу вас обоих видеть готовыми к выезду, — сказал дед, отправляя нас спать.

Я подождал, пока Софья закроет за собой дверь в свою комнату, а затем вернулся к деду, чтобы задать ему вопрос, который меня беспокоил.

— Там родители вроде собирались приехать в этом году… — сказал я, когда он вопросительно посмотрел на меня, сидя в своем кресле с журналом в руках. — Они тебе случайно не звонили?

Он снял очки, прищурился и сказал.

— Вообще-то, это должен был быть сюрприз, но учитывая обстоятельства… Они будут ждать нас в школе, Максим, а теперь отправляйся в постель и ложись спать.

— Спасибо, дед! — Вот это совсем другое дело! Теперь можно и на боковую с чистой совестью!

Я забрался в постель, натянул на себя теплое одеяло и закрыл глаза, представляя себе наши завтрашние прогулки по школьному парку. Теперь будет еще круче! Уже не только с Бродягой и Борисом их познакомлю, а еще и живые деревья покажу!

Тук-тук-тук… Тук-тук-тук…

— Максим, ты спишь? — услышал я шепот Вороновой из-за двери.

Вот блин, что там еще случилось? Сейчас, наверное, опять начнет канючить, что нужно проверить зеркало, которое мы в башне колдуна прихватили.

Я укутался в одеяло и пошлепал босиком к двери.

— Чего тебе? — тихо спросил я.

— Может быть, ты меня для начала впустишь, или так и будем через закрытую дверь переговариваться, пока твой дед нас по комнатам не разгонит?

— Заходи… — я приоткрыл дверь, впустил ее в комнату и сел рядом с ней на кровать.

Софья была в своем любимом черном спальном костюме и в ушастых тапках в виде головы панды.

— Что случилось? Ты опять про свое зеркало? — спросил я.

— Да нет, при чем здесь… — отмахнулась она. — И так понятно, что сегодня не до зеркала. Я насчет завтра волнуюсь…

— По поводу? — не понял я.

— Ну как… Родительское воскресенье же… Я с твоими родителями познакомлюсь, да и вообще, мы же там все вместе будем…

— И что с того? Дед с ними перед этим поговорит и все объяснит, — сказал я. — Тем более, что они про тебя знают. Голицын к ним заезжал еще когда тебе только документы сделали, ты о чем переживаешь?

— Вот переживаю… — пробурчала она. — Знать-то они, может быть, и знают, но увидят же в первый раз.

— Все будет нормально, не волнуйся, — успокоил я ее. — У меня нормальные родители, не съедят. Если это все, то я хочу спать…

— Нет, не все, — она посмотрела на меня и нахмурилась. — В последнее время мне кажется, что за мной следят.

— Кто?

— Дед Пихто! Откуда я знаю? — недовольно прошипела она. — Я что, по-твоему, ясновидящая?

— Ладно, я понял. С чего ты взяла тогда?

— Видела пару раз какого-то типа. Один раз в Мороке, когда из лаборатории возвращалась, а второй — возле нашего дома, — ответила она. — В окно видела, как он недалеко от ворот стоял и что-то высматривал.

— Из лаборатории поздно возвращалась она, — перекривил я Воронову, разнервничавшись из-за ее слов. — Кто тебя умной назовет? Ходишь ночами по Белозерску, приключений ищешь на свою…

— Кто бы говорил, — ответила она.

Немного помолчали. Не знаю, о чем думала Софья, а вот я снова вспомнил тот самый вечер, когда ездил в «Черный Плющ», и тот странный силуэт. Теперь я уже окончательно был уверен, что за мной следили. Как оказалось, не только за мной, но и за Вороновой тоже.

Чтобы не пугать ее еще больше, я не стал ничего говорить о том, что со мной происходит то же самое. Ни к чему ей об этом знать.

— Как думаешь, может быть, это Чернопятов? — шепотом спросила она. — Уже поглотил чью-нибудь душу и теперь просто ждет удобного момента, чтобы напасть на меня?

— Все может быть, — сказал я. — В любом случае, разгуливать одной по ночному Белозерску, это полный идиотизм. Тем более по Мороку!

— Что в нем такого? — удивленно спросила она.

— Повсюду магические лавки, вот что такое… Свистнут тебя в какую-нибудь лабораторию какие-нибудь наемники и разделают на органы, — я провел рукой по горлу. — Чик и все… Знаешь каким спросом органы Одаренных пользуются? Будут при помощи твоей печенки всякие темные маги ритуалы проводить…

— Ты жути-то не наводи, — усмехнулась она. — Так-то мы с тобой тоже темные маги, на минуточку. Что-то я ни разу не видела, чтобы ты Одаренных в переулках с ножиком поджидал.

— Темные маги разные бывают, не мне тебе объяснять, — разозлился я на то, что она не собирается меня слушать. — Я серьезно, Воронова, ты давай, поменьше одна болтайся. Может быть, это и правда твой Макар недобитый… Хотя бы с Лазаревой вместе ходите, или с дедом.

— Ладно, — пообещала она и встала с кровати. — Пойду я, Максим. Извини, что тебе помешала, просто мне нужно было кому-то об этом сказать, понимаешь?

— Понимаю, — сказал я и встал вслед за ней, чтобы закрыть дверь. — Тебя до комнаты проводить, или сама справишься?

— Обойдусь…

Я постоял немного с открытой дверью, дождался, пока она зайдет к себе, а затем запер дверь на замок. На ночь перед дверью я поставил Святой Знак и еще один напротив окна. В последнее время я так всегда делал и это стало своего рода традицией. Лишь после этого я мог откинуть мысли о всяких странных фигурах и спокойно заснуть. Вот как сейчас, например.

Бум-бум-бум… Бум-бум-бум…

— Макс, вставай! — услышал я голос деда и раскрыл глаза. — Сколько можно дрыхнуть! Второй раз тебе стучу! Еще и дверь закрыл!

Неужели уже утро? Как это я так крепко заснул, что даже будильник… Блин, я поставить его забыл! Точно!

— Одеваюсь, дед! — крикнул я. — Пять минут!

— Давай скорее, завтрак стынет… Соня…

Мне даже пяти минут не понадобилось, чтобы наскоро умыться, одеться и спуститься вниз. Завтракал я один. К этому моменту Софья уже успела все съесть и ушла к себе в комнату одеваться.

— Что-то она мне не нравится, — сказал дед, наливая мне в чашку горячий какао. — Глаза красные… Дерганая какая-то…

— Нервничает перед встречей с родителями, — сдал я Воронову с потрохами. — Да и просто, я думаю, волнуется. Там столько народа будет. Софья знает же, что это такое, родительский день.

— Чего волноваться… — пробормотал дед. — Давай, лопай скорее. Через пятнадцать минут за нами уже машина приедет.

Прошло даже меньше времени, когда за воротами раздались несколько протяжных автомобильных гудков. Я быстро закинул в себя остатки яичницы, запил все какао, который даже остыть не успел, и побежал в комнату одеваться.

Дольше всех ждали Софью, которая долго копалась в своей комнате, что было на нее не похоже. Обычно она одевалась довольно быстро, не так как большинство девчонок.

Наконец она спустилась к нам. Волосы красиво уложены, накрашена не очень сильно, красивое черное платье и высокие ботинки, которые почему-то к нему шли. Выглядела она просто классно, что и говорить! Вот только улыбка на лице и правда была немного нервная, но я думаю, это пройдет. Сейчас мы с Лешкой ее развеселим!

— Ну что, все готовы? — спросил дед и распахнул входную дверь. — Выметайтесь из дома! Там уже Нарышкины нас заждались… Неудобно заставлять князя ждать. Тем более, что у него для вас праздничная программа с самого утра запланирована.

— Какая программа? — удивленно спросил я. — Лешка вроде ничего такого не говорил.

— Понятное дело, он и сам еще об этом не знает, — подмигнул мне дед. — Там столько сюрпризов для вас приготовлено. Как вы там говорите? Пушка-бомба? Вот будет оно самое.

Глава 11

Кроме лимузина Нарышкиных, на месте встречи я ожидал увидеть еще несколько грузовиков, в которых должны были перевозить шатер и все прочее, что привык брать с собой Лешкин отец на родительские воскресенья.

Помимо этого, еще должен был быть микроавтобус со слугами, которые занимались праздничным обедом и готовкой. Однако ничего такого не было. Как оказалось, все это уехало в школу еще несколько часов назад и уже устанавливается в школьном парке, под бдительным надзором Жемчужникова.

— Кстати, установку вашего шатра тоже Жемчужников контролирует, если что, — поделился со мной информацией Лешка, который решил ехать в нашей машине, а дед пересел к князю.

— Наш шатер? — удивленно спросил я.

— Угу, — кивнул он и подмигнул. — В этом году у тебя будет новый шатер, Макс. Клевый, мне понравился. Это подарок от моего отца.

Теперь понятно почему дед отделывался от меня всякими отговорками, когда я спрашивал его, что с шатром и почему он его не готовит? В конце концов он сказал, что все будет в порядке, и чтобы я об этом не беспокоился.

— Как прошло? — спросил я у княжича, после того как мы тронулись в путь. — Что сказал отец?

— Сначала сказал, что от Дашковых мокрого места не оставит, — мрачно усмехнулся он. — Он как раз кофе пил в этот момент, так чашку в стену швырнул, представляешь? Давненько с ним такого не было. Я его целый вечер уговаривал ничего такого не делать.

— Ну и как? Получилось? — спросил я.

— Понятия не имею, — пожал плечами Нарышкин. — Вроде сказал, что не будет, а там черт его знает… Единственное, что я тебе могу сказать — он потом дяде Игнату звонил. Но я разговора не слышал, к сожалению.

— А что случилось? — спросила Софья. — Дашкова — это вы про Настю говорите? Леш, она же вроде бы твоя девушка, насколько мне помнится?

— Теперь уже бывшая, — пробурчал он.

— Тогда рассказывай почему вы поругались, — нетерпеливо потерла ладошками Воронова. — Я страсть как люблю всякие такие истории.

— Да что рассказывать… Прокляла она меня, представляешь? — спросил он.

— Ух ты как неожиданно! — воскликнула она.

— Ага, я и сам офигел, — кивнул княжич и коротко рассказал свою печальную историю.

— Вот гадина какая! — прищурилась Софья. — Зря ты ее пожалел. Если бы не мой брат, большой беды могла бы наделать.

— Ну не наделала же? Ладно, хватит об этом… Дело сделано, нечего об этом говорить. Лучше расскажи, что у тебя новенького? — спросил он у Вороновой. — Учителя еще к вам ходят, или ты бросила заниматься?

Пока она рассказывала ему уже известные мне факты, я с интересом смотрел на автомобили, которые мы время от времени обгоняли. Целая колонна разномастных машин тянулась в сторону «Китежа» на родительское воскресенье. Большинство из них были, конечно же, с гербами. Какие хочешь, с животными, с мечами, с растениями… Вот где можно было без учебника геральдику учить.

— Темниковым тоже пришло время машиной обзаводиться, — сказал Дориан. — Император тебя в темные маги готовит, можно сказать, к себе ваш род приближает, а у вас даже машины приличной нет, чтобы на прием какой-нибудь выехать.

— Зачем нам машина? — спросил я, удивившись такому неожиданному заявлению своего друга. — Да и кто на ней ездить будет? Мне еще рано, дед машины не любит…

— Водителя нужно нанять как все нормальные люди это делают, — посоветовал Мор. — Самому за рулем машины с гербами ездить неприлично, между прочим.

— Еще и с гербами? Да на фига она мне?

— Ты что, глухой? Говорю же тебе, для официальных мероприятий всяких, что непонятного? И деду твоему уже давно пора на работу в такой ездить, — судя по голосу, Дориан был крайне недоволен тем, что ему приходилось мне все это разъяснять. — Родовой статус — одна из самых важных вещей для дворянина. Спроси у своего друга на досуге, насколько это важно, он тебе быстро расскажет откуда в хлебе дырочки.

Я не стал отвечать. Может быть, Мор и прав. Лично мне машина точно пока не нужна, даже сама мысль об этом меня немного нервировала, а вот что касается деда… Нужно будет потом об этом подумать, сейчас не хочу себе голову забивать.

— Леха, ты видел сколько машин? Как они все на школьной стоянке разместятся? — решил я переключиться с разговора с Дорианом, тем более, что Софья в этот момент как раз взяла небольшой перерыв.

— Как обычно, — отмахнулся он. — Самое главное, чтобы для нас место нашлось.

Вот об этом как раз можно было не беспокоиться. Жемчужников позаботился о том, чтобы для машин Нарышкиных место нашлось. На парковке они были огорожены специальными столбиками, на которых красовался герб моего друга.

Едва мы вышли из машины, я начал крутить головой по сторонам, пытаясь увидеть своих родителей. Но они нашли меня раньше. Мама дернула меня за рукав, и я даже не сразу ее узнал. Да и отца, который стоял позади нее и улыбался.

Они были так нарядно одеты, как в старые времена. Когда ходили по разным приемам и старались одеться покрасивее. Я уже и забыл, когда в последний раз видел их такими красивыми.

— Ты чего, Максим? — спросила мама, обняв меня и прижав к себе. — Расстраиваешься, что ли?

— Да нет… Это просто зараза какая-то в глаз попала, — соврал я и несколько раз моргнул.

Как я опишу ей свои чувства в этот момент? Разве можно объяснить словами, когда ты один в родительское воскресенье? Как рассказать про свои эмоции, когда ты смотришь на других ребят, которые веселятся со своими родителями? Хорошо хоть дед в прошлом году со мной был…

Отец крепко пожал мне руку, что тоже последний раз случалось давненько. Затем он поздоровался с дедом, а мать посмотрела на Софью и раскинула руки в разные стороны.

— А это новая Темникова, как я понимаю? Ну чего стоишь, иди сюда, я тебя обниму. Не нужно, чтобы на нас все пялились…

Вот так, слово за слово и неловкий момент нашего общего знакомства, который определенно был в самом начале, как-то сам собой прошел. Не могу сказать, что в одно мгновение я почувстовал, будто все стало как прежде, до моего знакомства с Дорианом…

Но теперь, по крайней мере, я явно не злился на них за прошлые обиды. Даже отца простил. Наверное, со своей стороны он все-таки хотел как лучше, когда водил меня по всяким мозгоправам. Впрочем, сейчас это неважно…

Однако, это еще было не все, князь Нарышкин тоже сегодня впервые познакомился с моими родителями. Хотя по лицу отца я видел, что он почему-то немного робеет перед князем, Лешкин отец, наоборот, старался держаться так, как будто здесь все свои. Что говорить, мне было приятно это видеть…

— Еще бы тебе было не приятно, если все, что сейчас происходит — происходит только благодаря тебе, — фыркнул Дориан. — И мне, само собой. Так что, мне тоже приятно, если это важно.

— Кто о чем, а ты про собственные заслуги, — мысленно ответил я своему другу. — Что за привычка каждый день об этом долдонить?

Мы немного постояли еще, поочередно приветствуя друг друга, но вскоре князь предложил пройти в школьный парк, так как мы привлекали к себе большое внимание. Только сейчас я заметил, с каким любопытством нас рассматривают окружающие. Причем, раньше интерес вызывали Нарышкины, но сегодня я обратил внимание, что с меня и моих близких тоже глаз не сводят.

Пока шли, мы с Лешкой махали руками своим знакомым, а навстречу нам то и дело попадались люди, которые старательно раскланивались с князем. Такое ощущение, что они специально лезли к нам под ноги…

В этом году шатер Нарышкиных был еще немного больше, чем в прошлом. Хорошо хоть не в полтора раза, если бы он все время настолько увеличивался, то в следующем году уже был бы размером с баскетбольную площадку.

Зато шатер Темниковых, по сравнению с прошлым годом, увеличился в несколько раз. Я даже не понял зачем он нам нужен такой большой… Лошадиные скачки внутри мы вроде бы организовывать не собирались…

Кроме того, на поляне перед нашим шатром был установлен стол, рядом с которым суетились слуги. Его уже сервировали, поставили некоторые блюда, а недалеко от него дымился мангал, разнося по округе сумасшедшие ароматы жареного мяса. Насколько я понял Лешку, все это было подарком его отца.

Между прочим, мне было очень трудно объяснить свои родителям, за что мне оказана такая честь. Не станешь же им рассказывать про проклятье, которое мы с Чертковым сняли с Ивана, и про все остальные наши дела. Пришлось объяснить это тесной дружбой между нашими родами и общими деловыми интересами.

Кстати, об Иване… Наконец я смог впервые увидеть его с того самого дня, и это стало для меня подарком, который был лучше любого шатра. Оказывается, он приехал сюда рано утром вместе с Жемчужниковым, чтобы помочь ему в приготовлениях.

Увидеть-то я его увидел, но не могу сказать, что его внешний вид меня сильно порадовал. Худой как скелет, с каким-то желтым лицом… Во время ходьбы он помогал себе тростью и из-за этого картинка выглядела еще хуже…

По правде говоря, я его даже сразу не узнал, пока он не повернулся в нашу сторону и не помахал рукой. Думал, что там за старик у Нарышкиных перед шатром бродит?

Глядя на него, у меня непроизвольно сжались кулаки и скрипнули зубы. Меня беспокоили два вопроса. Первый — какая сволочь сделала с ним это? Второй — сможет ли он когда-нибудь стать прежним? Интуиция подсказывала мне, что не сможет, хотя хотелось верить в обратное.

— Надо будет попробовать угостить его эликсиром Хмельникова, когда ты его, наконец, приготовишь, — сказал Дориан в ответ на мои мысли. — Кто знает, может быть, это зелье и в самом деле настолько хорошо, насколько расхваливает его наш некрохирург?

С Нарышкиными договорились так — первую половину дня мы проводим со своими близкими, а во второй половине дня устраиваем совместный обед на территории князя. Так что, все было по моему плану, как я себе и представлял нашу встречу.

После недолгого, но плотного завтрака, я повел родителей по территории школы. Мать на все смотрела с легкой улыбкой, а вот отцу было очень интересно. Еще бы, я думаю, он в свое время дорого бы отдал за возможность учиться в этой школе. Но хотя бы посмотрит, что здесь и как…

Прогулка вышла просто чудесной. Повсюду были установлены разноцветные шатры, между которыми мы ходили и частенько натыкались на кого-нибудь из моих знакомых, которые радостно приветствовали меня и кричали своим родителям:

— Эй, глядите-ка, вон Темников со своими родителями… Так у него еще и сестра есть, оказывается…

В такие моменты мне было немного некомфортно. Вроде бы ничего такого, что мои приятели представляют меня своим родителям, но чувствуешь себя как жираф в зоопарке, на которого все пялятся.

Хотя по большей части все проходило более-менее спокойно и мне особо не радовались, а провожали настороженными взглядами. Раньше, когда на меня так смотрели, отец всегда хмурился и это явно его злило. Однако сейчас все было иначе и это меня радовало. Я ни разу не заметил, чтобы он как-то смутился… Даже когда на нас смотрели с откровенной злобой…

Кстати, во время прогулки я видел Мишку Шуйского. Выглядел он вполне сносно. Видимо уже отошел от моего последнего проклятья и на время подзабыл свои гениальные теории насчет совершенствования гадательных практик. Ну ничего, это временно. Совсем скоро его ждут новые яркие впечатления.

Я помахал ему рукой, а он в ответ плюнул в мою сторону, и мне даже немного легче стало. Ну хоть какие-то вещи в жизни не меняются…

— Кто этот молодой человек? — спросил отец, который шел рядом со мной и заметил реакцию княжича на мое приветствие.

— Мишка Шуйский, — ответил я. — У него на меня аллергия.

— Я заметил… — сказал в ответ отец и нахмурился. — Надеюсь, друзей у тебя тоже хватает?

— Угу, — кивнул я. — Есть немного. Поменьше, чем врагов, но мне достаточно.

Ну а еще время от времени нам навстречу попадались преподаватели, которые прохаживались между шатрами и с удовольствием отвечали на вопросы родителей об их детях. В родительское воскресенье это тоже было своего рода традицией.

Мои про меня ничего не спрашивали, но этого и не требовалось. Завидев меня, большая часть наставников сами подходили к нам и рассказывали про мои школьные достижения. В какой-то момент я даже почувстовал себя почти гением… Неудобно как-то…

Хорошо хоть Щекин остался в своем репертуаре и сообщил моим родителям, что я остолоп каких мало. Удивительно, как я вообще смог доучиться до третьего курса. Хотя в конце все-таки сменил гнев на милость и сказал, что несмотря на это, я все же посмышленее большей части учеников «Китежа», которым, по мнению Компонента, вообще было не место в этой школе.

Ярким финалом нашей большой прогулки стало знакомство с моими друзьями — Борисом и компанией, которые в этот день вообще не были обделены вниманием. Вокруг них было столько народа, что казалось, все эти люди приехали сюда специально, чтобы познакомиться с нашими местными достопримечательностями.

В тот момент, когда Борис расхаживал с Софьей на плече, к нам присоединился Ибрагим, который явился в своей эфирной форме, понятное дело, да еще в сопровождении всей нашей призрачной команды.

Турок долго извинялся за то, что прибыл не ранним утром к деду, и сказал, что у них там были какие-то срочные дела, поэтому они сюда пожаловали, даже не заезжая на базу. Как же я рад был их видеть сегодня здесь на этом празднике! Пока это было самое лучшее родительское воскресенье из тех, что у меня были, и я очень надеялся, что мне его никто не испортит.

На торжественном обеде у Нарышкиных было уже не так весело. Я видел, что пока мои родители чувствуют себя за княжеским столом не очень комфортно. Хотя князь и старался максимально сократить дистанцию между ними, особых успехов он не добился.

Да и как иначе, если каждые двадцать минут к шатру Нарышкиных подходила очередная делегация желающих, так сказать, засвидетельствовать свое почтение Лешкиному отцу. Не дадут поесть спокойно…

В результате Николай Федорович то и дело уходил из-за стола, чтобы на ходу обсудить с гостями какое-нибудь дело, без которого никто не приходил. Время от времени князь махал рукой Жемчужникову, и тогда дядя Игнат тоже выходил из-за стола и присоединялся к беседе. Несколько раз он даже подзывал к себе Лешку, чтобы тот тоже поздоровался с кем нужно.

В общем, сложное это дело быть князем Нарышкиным, вот что я скажу… Несмотря на призывы Дориана к тому, чтобы я тоже стремился к этому, пока мне что-то не очень хотелось…

Ближе к концу обеда пожаловала Настя со своим отцом. Это был единственный раз за сегодня, когда я видел Лешкиного отца злым. Вместе с графом Дашковым и Жемчужниковым они зашли внутрь шатра, откуда вскоре послышался резкий голос князя.

Мне показалось, что я даже услышал несколько крепких словечек, которые обычно Нарышкин-старший старался избегать. Спустя несколько минут из шатра пулей вылетел красный как рак Дашков, схватил под локоть свою дочь и спустя минуту их след простыл.

Однако, рано или поздно все заканчивается, как и этот прекрасный день, который мне хотелось продлить как можно дольше… Дело шло к вечеру и когда начало темнеть, князь Нарышкин дал отмашку для начала своего последнего сюрприза для нас.

Грандиозный фейерверк, который окрасил небо разными цветами и продолжался несколько минут, заставляя зрителей то и дело вскрикивать от восторга. Последний раз нечто подобное здесь происходило в прошлом году, на Новогодней вечеринке. Хотя сегодня, по-моему, было даже круче… Когда в небо взмыли последние ярко-красные огни, я почувстовал, что мне на плечо легла мамина рука, а затем она прижала меня к себе.

— Ну такое себе… — сказал Дориан, когда в небе потух последний огонь и сегодняшний праздник можно было считать законченным. — Такие фейерверки я себе каждую пятницу устраивал. Вот если бы ты увидел, что такое настоящий фейерверк! Ты бы до утра ослеп!

Какой же сегодня особенный день…

Глава 12

После того, как все закончилось и все наши гости разъехались, мы с Лешкой решили прогуляться перед сном, как в старые добрые времена. Давненько такого уже не было. Раньше у нас это было обычной ежевечерней традицией, которую мы старались соблюдать.

Однако с тех пор, как Дашковой пришло на ум приворожить княжича, это стало происходить нечасто. Лишь в те редкие моменты, когда юная графиня учила уроки. Черт бы ее побрал…

Какое-то время мы шагали по школьным дорожкам и беззаботно шлепали по лужам, вспоминая лучшие моменты сегодняшнего дня, которых было достаточно. Хотя у меня было все-таки больше эмоций.

— Зачем отец Дашковой приходил, не знаешь? — спросил я, когда все самое важное мы уже обсудили и возвращались назад.

— Спрашивал у отца, что он может для него сделать, чтобы исчерпать инцидент и восстановить нашу с ней дружбу, — ответил Лешка и усмехнулся. — Странный человек, с отличным чувством юмора. Надо же было придумать такое. Пусть скажет спасибо, что мне удалось уговорить отца не действовать слишком жестко. Если бы он реализовал хотя бы часть угроз, которыми сыпал дома, род Дашковых еще долго вспоминал бы этот, так сказать, инцидент.

Дойдя до общаги, мы решили еще немного посидеть на лавочке. Никто из нас не устал, поэтому хотелось подольше продлить этот вечер. Правда было прохладно, и мы были похожи на двух нахохлившихся воробьев, которые кутались в свои перья, только в нашем случае это были куртки.

По комнатам разошлись, когда на часах уже было без четверти одиннадцать. К этому времени мы уже окончательно продрогли, да и тянуть уже дальше было нельзя, иначе можно было угодить в журнал штрафников.

С самыми лучшими мыслями я забрался под одеяло и заснул спокойным безмятежным сном. По-моему, даже с улыбкой на лице, и возможно так и продрых с ней до самого утра. Потому что, когда утром пошел умываться, я по-прежнему улыбался, что для меня было достаточно странно. Обычно я просыпался в менее благодушном настроении.

— Согласен, это и правда необычно, — согласился со мной Дориан. — Ты выглядишь как полный идиот. Последний раз у тебя была такая же глупая физиономия, когда ты за Алисой начал увиваться.

За завтраком я заметил, что кое-что определенно изменилось. Лешка впервые за несколько лет вообще не посмотрел в сторону стола, за которым сидели Дашкова с Цветковой. Поначалу я решил, что это, наверное, к лучшему. Однако, очень скоро понял, что это не так…

Оказывается, девчонки в «Китеже» довольно быстро поняли, что между Нарышкиным и Настей пробежала кошка, и они окончательно разругались. Поэтому теперь была немного иная ситуация. Княжич никуда не смотрел, зато на него девушки пялились со всех сторон и строили ему глазки.

Эх… Чувствую я, что пройдет совсем немного времени, и вместо Дашковой появится какая-нибудь другая… Остается надеяться, что на этот раз он будет выбирать более осмотрительно. Хотя, зная своего друга, слишком сильно на это надеяться не стоит. Скоро опять будет мне рассказывать, что теперь уж точно нашел самую лучшую…

Ладно, пусть сам разбирается со своими девчонками, а я, между тем, стал строить планы на неделю и этот день в частности. Сегодня был понедельник, единственный день, когда у меня не было никаких кружков, поэтому я намеревался использовать его по полной.

Во-первых, на большой перемене я планировал отыскать Рахманинова и поговорить с ним о магии крови. Вопрос, к которому время от времени возвращались мои мысли. Увидев, что Золотов сделал при помощи всего какой-то маленькой капли, меня очень интересовало, чего можно добиться, если копнуть глубже, и насколько это сложно.

Во-вторых, вечером я собирался смотаться ненадолго в Тенедом. Я хотел отдать Лакримозе все что приготовил после нашего разговора о постройке «Дома Торговли» и запуске нашего нового бизнеса.

Для начала книги, которые приобрел для подготовки будущих жрецов торговли. Их было несколько: «Сто стратегий успешных продаж», «Как продать снег в Антарктиде», «Работа с возражениями и жесткие продажи». Я бегло ознакомился с этой темой в интернете, и эти вроде бы как считались самыми лучшими.

Затем мне нужно было отдать компоненты, которые я приготовил для Хмельникова. У меня их под кроватью уже два мешка накопилось. Пришло время от них избавляться, пока они мне всю комнату не провоняли. Кстати, один из мешков был забит компонентами для производства Эликсиров Бодрости.

С учетом того, что пройдет совсем немного времени и наша первая группа жрецов торговли начнет работать, эликсиров понадобится много. Точнее сказать, даже очень много. Почему-то я был абсолютно уверен, что дело пойдет. Да еще как.

— Тогда мы построим замок Темниковых, — решил Мор. — Комнат на сто. С башнями, парком и собственным озером с утками. Нет, лучше с лебедями. Они как-то эстетичнее смотрятся.

— Дориан, ты что, спятил? — удивленно спросил я, после того как мой друг в очередной раз удивил меня своими странными мыслями. — На фига мне замок, я понять не могу? Что я в нем делать буду?

— То же самое, что и все остальные делают — жить, разумеется, — ответил он. — Поверь моему опыту, Макс. Самое лучшее, что можно придумать с деньгами, когда их достаточно много, это начинать вкладывать их в недвижимость.

— Даже слушать не хочу… — отмахнулся я от него и вновь вернулся к своим мыслям, с которых он меня сбил.

Еще у меня было огромное желание проверить Книгу Тысячи Мест. В последний раз, когда я открывал ее, там оставалось совсем немного для того, чтобы рисунок на очередной странице полностью раскрыл свою тайну.

Думаю, что, если Лакри к этому времени успела выторговать хоть немного сфер с магической энергией, их мне будет вполне достаточно, чтобы это произошло, и я познакомился с новым Демоном Хаоса или куда там меня отправит книга на этот раз.

Все шло по задуманному плану до того самого момента, пока мы с Рахманиновым не вышли из главного корпуса на большой перемене. Как я и ожидал, Аркадий не стал вести лишние разговоры и сразу же согласился ответить на все интересующие меня вопросы.

Для этого мы решили пройтись на свежем воздухе, что было лучше всего. Во-первых, было полезно утрясти жирок после обеда. Во-вторых, чтобы лишних ушей не было.

У нас же в школе как — стоит только мне с кем-то остановиться, чтобы просто поговорить, как по всему «Китежу» начинает гулять слух, что Темников снова что-то задумал.

— Ты чего улыбаешься? — спросил я у Аркадия, лицо которого растянулось в улыбке, сразу же после того, как я успел задать ему несколько первых вопросов.

— Да просто подумал, что кто бы еще решил со мной поговорить об этом, если не ты, — ответил он.

— Что так? — удивленно спросил я. — Никому не интересна магия крови?

— Ты прав, не многим, — ответил Рахманинов и отлепил от носка своего ботинка мокрый кленовый лист, который прилип еще пару минут назад и никак не хотел отлипать. — Знаешь… Хотя такой Дар и не считается чем-то плохим, вроде твоего, но нас ведь тоже не особо жалуют. Считают, что мы занимаемся чем-то нечистым и знаемся с демонами. По крайней мере, это касается лучших из нас.

— Да мне плевать, — пожал я плечами. — Так-то я и свой Дар не считаю чем-то плохим. Никогда не думал, что темный Дар — это отпечаток черта.

— Вот я и говорю — не удивлен, что ты обратился ко мне с такими вопросами.

Мы прошли еще немного, и я решил кое-что для себя прояснить.

— Ладно, Аркаша, если уж ты сам завел эту тему… — начал я. — Знаешь, я как-то встречался с Алисой Цветковой… Она тоже ведь из багрового класса и никогда не считала свой Дар чем-то плохим, даже наоборот…

— Это потому, что из Цветковой никогда не получится настоящего мага крови, которому будет не стыдно так называть себя, — усмехнулся он. — Ты рейтинги ее видел? Далеко не самые выдающиеся, как по мне.

— Так у вас с этим вообще все сложно в багровых классах, — сказал я и это было правдой. — Без шоколадного торта не разобраться! Вверху рейтинга пара-тройка человек, а все остальные — во второй половине и разница в цифрах ого-го какая. Нет, чтобы как у всех — плавно как-то показатели шли…

— Вот я тебе о том и говорю, — кивнул Рахманинов, который сам, между прочим, всегда числился одним из лучших на своем курсе. — Тех, кто хорошо в этом разбирается и понимает, немного. Гораздо больше всех прочих, кто звезд с неба не хватает, типа твоей Цветковой.

— Переведи на нормальный язык, — попросил я его. — Что ты имеешь в виду?

— Перевожу. То, что ты мне рассказал про ваш первый урок с Елисеем Родионовичем, это лишь часть айсберга. Самая его верхушка, — сказал он и посмотрел на меня с улыбкой. — После того, как ты заполучил кровь человека, есть множество вариантов, что можно с ней сделать дальше.

Мы остановились, пропуская вперед парочку первокурсников, которые на всех парах куда-то мчались. Вариантов было немного — эта дорожка, в конце концов, вела или к Тайге, или к школьному озеру. Понятия не имею, что им там могло понадобиться посреди большой перемены. Да и вообще, пытаться разгадать планы первокурсников, это гиблое дело.

— Самая очевидная вещь — это нанести человеку вред прямым воздействием через кровь, — продолжил говорить Аркадий. — Именно то, что сделал Золотов. Но это довольно грубо и сложно. Нужно преодолеть много степеней защиты, которые есть у многих, и все-такое… Зато если получается, то результат, как правило, просто отличный.

— Но это же не все, что можно сделать, я правильно понимаю?

— Угу, — кивнул он. — Гораздо интереснее провести на крови какой-нибудь ритуал, который не сразу прикончит твоего врага, а будет медленно пожирать его день за днем, пока не убьет. Понятия не имею, известно тебе об этом или нет, но кровавые проклятья — одни из самых мощных, Макс.

На самом деле, пока я об этом не слишком много знал, и тема проклятий на крови прошла мимо меня. В категорию привычных мне проклятий, которым учил меня Дориан, они не входили. Оставалась ритуалистика, но и там мы вряд ли будем изучать нечто подобное.

Поэтому я молча слушал, стараясь не перебивать Рахманинова и получить от разговора максимальную пользу. Кто знает, вдруг в следующий раз он не захочет со мной откровенничать, решив, что я интересуюсь этим вопросом для каких-то не очень хороших целей. Как ни крути, все-таки я темный маг, и так вполне себе можно было подумать.

— Кровавые проклятья — это очень изящно и надежно, — тем временем продолжил говорить Аркадий. — К тому же, избавиться от них невозможно, если этого не захочет сам заклинатель.

Ну… Это спорный вопрос… С некоторых пор у меня почему-то совсем другое мнение на этот счет…

— Еще классная штука — эликсиры на крови и привороты, — сказал Рахманинов и подмигнул мне. — Этим практически все девчонки занимаются, которые учатся в багровых классах. Хотя привороты это редкость, а вот эликсиры… Так что можешь считать себя счастливчиком, что вовремя от своей Цветковой избавился, а то опоила бы тебя каким-нибудь любовным зельем на крови и ходил бы за ней, восторженные слюни пускал.

Хм… Кстати о канарейках… По-моему, я знаю, кто помог Дашковой в деле с Нарышкиным. Очень удобно использовать для этого лучшую подругу, чтобы не привлекать к делу ненужных участников, которые в любой момент могут стать свидетелями. Вот заразы такие…

— Привороты — свинское дело, — сказал я. — По сути — проклятья, которые могут нанести большой вред при неумелом использовании.

— Ого! — удивленно посмотрел на меня Аркадий. — А ты, я смотрю, что-то об этом знаешь? Не ожидал… Обычно на этой теме не любят специализироваться. Слишком сложное дело.

— Я люблю сложности… — усмехнулся я. — Можно сказать, жить без них не могу…

— Да, ты прав, Макс, по сути, приворот — это проклятье. Именно поэтому девчонок из багрового класса после окончания «Китежа» называют не иначе как кровавые ведьмы, — сказал Рахманинов и с тревогой посмотрел на небо. — По-моему, дождь собирается. Как бы нас с тобой не накрыло.

— Ничего страшного, не растаем. Тем более, что мы в дождевиках, — справедливо заметил я. — Рассказывай дальше.

— Так я все уже почти рассказал. Девчонки в основном занимаются приворотами и любовными зельями на крови. Все остальное им сложно дается. Парни пытаются учить еще прямое воздействие через кровь заклинаниями, — он вздохнул. — Но это сложное дело. Формулы заклинаний крови очень непростые, с кучей деталей. Даже для того, чтобы разучить самое простое заклинание, которое заставит человека почесаться в каком-то месте, лично я потратил несколько суток. То, при помощи которого можно доставить боль — в разы сложнее. Ну а то, которое… В общем ты понял…

— Понял, — ответил я.

— Тогда будем считать, что я ответил на все твои вопросы? — спросил Рахманинов и вновь бросил взгляд на небо, которое начинало стремительно темнеть.

— Практически, — кивнул я. — У меня только еще один вопрос. Последний, обещаю.

— Ну давай, — согласился он. — Только правда последний, а то еще немного, и мы с тобой на уроки опоздаем.

— Скажи, Аркадий… А управлять человеком с помощью магии крови можно? — спросил я.

Он остановился и нахмурился.

— В каком смысле? Что-то я тебя не понял.

— Хорошо, спрошу по-другому. Я могу заставить человека что-то сделать при помощи магии крови? Например, передать через кровь ментальное заклинание? Какой-нибудь приказ… Или просьбу…

Рахманинов еще немного постоял, затем посмотрел на меня и усмехнулся.

— Блин, Темников, а ты умеешь удивлять. Не зря преподаватели говорят, что башка у тебя варит как надо.

— Так на том и стоим, — признаюсь, было приятно слышать, что наставники отзываются обо мне хорошо. — Ты на вопрос отвечать будешь? Можно или нельзя? Ну хотя бы чисто теоретически…

— Вообще-то, это сложные магические материи уже начинаются, которые даже мы в «Китеже» точно учить не будем, не говоря уже о прочих классах. Да что там «Китеж», такое ведь и в университетах не изучают, — ответил он. — Но если чисто теоретически, как ты говоришь, то это называется манипулирование людьми, а это преступление первой категории.

Вот как… Значит все-таки можно…

— Почему? Разве ментальные заклинания действуют как-то иначе? — уточнил я, так как в магических преступлениях разбирался не очень хорошо.

— Против обычных ментальных заклинаний есть Барьер, который знает любой Одаренный, по крайней мере, если у него есть голова на плечах, — ответил Рахманинов. — А приказ через кровь — это заклинание высшего порядка сложности и защититься от него крайне тяжело. Нужно быть очень сильным магом. Это не просто ментальный приказ, а нечто совсем иное. Кроме всего прочего, ты еще и получаешь приказ от собственной крови, понимаешь? Соединяется сразу несколько различных магических школ. В общем, сложное дело…

— Сложное, но, я так понимаю, все-таки возможное, — сказал я. — Интересно…

— Что это ты вдруг заинтересовался такими вещами, Макс? — с улыбкой спросил Аркадий. — Собрался превратить в марионеток сильных этого мира и захватить власть?

— Очень нужна мне эта власть, — хмыкнул я. — Было бы из-за чего пыжиться. Просто интересно. Ты мне столько всяких любопытных вещей рассказал, кто знает, что мне из них понадобится?

— Это точно, — согласился он и подмигнул. — Ты только клятв на крови не давай никому, ладно? Такая штука еще хуже кровавого проклятья работает, там уже точно практически никакой защиты. Не выполнишь — сразу сработает.

— Кому взбредет в голову такое делать?

— Многим, поверь. Например, демоны обычно такую клятву просят, когда ты им обещаешь награду взамен их услуг, — Рахманинов развел руками. — Что поделать, если люди такие ненадежные существа, которым даже демоны не доверяют, и просят не просто обещания, а доплаты.

— Я демонологией не занимаюсь, — сказал я. — Поэтому мне это не грозит.

— Ну я так, просто на всякий случай предупредил, — сказал он. — Вообще, это все, конечно, интересно, и, если будешь заниматься на досуге, обращайся. Чем смогу — помогу. Я тебе тут рассказал всякого такого, но в приниципе, магия крови сама по себе не зло. Ты ведь не становишься злым человеком из-за того, что…

В этот момент откуда-то со стороны школьного озера послышался испуганный крик. Один, спустя несколько секунд еще один, а следом за этим раздался громкий рев, от которого у меня по спине пробежался холодок. Что это может так реветь? Блин, туда же шли первокурсники!

— Барарум! — услышал я громкий крик конструкта и в этот момент с неба хлынул дождь. — Бам! Бааарррррыммм!

Мы с Аркашей переглянулись и не говоря друг другу ни слова, побежали в сторону школьного озера.

Глава 13

До школьного озера было шагов пятьсот, и мы с Рахманиновым неслись сломя голову. С каждым нашим шагом воинственные крики Бориса раздавались все громче, а к ним прибавились новые. Самое скверное, что среди них явно были человеческие и слышать их было хуже всего. Ну и еще там что-то рычало и ревело. Какое-то существо. Судя по звуку большое и скорее всего не одно, так как грозный рев раздавался не из одной пасти.

Дождевики уже давно с нас слетели и холодный осенний дождь заливал лицо. В этот момент он просто бесил! Едва я соскочил со школьной дорожки, как тут же поскользнулся и шмякнулся лицом в грязь, пропахав борозду в пару метров длинной.

Тьфу… Сука… Тьфу…

Сплевывая горькие осенние листья и траву, которые успели набиться мне в рот, я вскочил на ноги и помчался за Аркадием, спина которого маячила впереди. Вдруг он яростно закричал и еще больше ускорился, а я изо-всех сил старался бежать, быстрее сплевывая грязь, которая скрипела у меня на зубах.

Еще несколько шагов, и я увидел конструкта, который размахивал своим энергетическим мечом, подбадривая себя воинственными криками. Рядом суетились живые деревья, которые тоже участвовали в сражении, вот только я не очень понял с кем.

Первый раз вижу подобное существо. Мы его и на уроках не проходили… Дракон какой-то с семью головами… Хотя нет, не дракон. Просто похожи. У этой твари головы были на длинных вытянутых шеях, хотя лапы и хвост похожи на драконьи.

— Гидра, Макс, — подсказал мне Дориан, пока я вытаскивал свой меч из чехла и набрасывал на себя защитные ауры.

— Я иду! — орал я, пытаясь бежать как можно быстрее. Вот только грязь этому очень сильно мешала.

Тем временем вокруг потемнело, а дождь усилился, превратившись в ливень, который стоял, что называется, сплошной стеной. Теперь даже рассмотреть что происходит, было сложно. Мне удалось немного оценить обстановку лишь когда до места сражения оставалось пара десятков шагов.

Рядом с черной как смола гидрой уже валялось несколько отрубленных голов, а среди них бездвижным мешком лежал один из первокурсников в школьном дождевике. Второго я пока не видел. В этот момент пространство впереди меня прорезала ослепительная вспышка и гидру шарахнуло молнией.

Похоже, Рахманинов не только магией крови владеет неплохо, стихийные заклинания у него тоже отлично получаются. Врываться в самую гущу сражения он не стал, и это, наверное, было правильным решением. В боевой свалке, в которой смешались живые деревья, конструкт и гидра, нас бы просто растоптали.

Я остановился в нескольких шагах от Аркаши, чтобы мы не мешали друг-другу заклинаниями, и шарахнул по гидре Стрелой Тьмы. Я хотел попасть в одну из голов, но прицелиться в такой обстановке было сложно. Однако и так получилось неплохо. Заклинание врезалось в одну из шей и разорвало ее в лохмотья, заставив повиснуть на собственной шкуре.

Кроме этого, я повесил на гидру парочку аур, которые должны были ей явно подпортить жизнь — Высасывание Жизни и Разложение, а следом еще добавил Иссушение Воздуха. Думаю, последнее заклинание для живых деревьев и Бориса вообще никакой опасности представлять не будет, а вот ей очень не понравится…

Так и вышло, она была не в восторге. Три из пяти оставшихся голов повернулись в нашу с Рахманиновым сторону, а затем она заревела и шагнула к нам.

— Смерть… шшш… Смерть… шшш… — слышал я голос Эмеренты, которая била гидру своими корнями.

Мощные удары один за другим опускались на черное сильное тело твари, которая, казалось, не замечала их. Хотя по реву гидры трудно было понять — это она от злости или от боли.

Аркаша мне что-то кричал, но я не мог толком разобрать, и в ответ проорал ему, чтобы он отошел немного назад — шаги гидры были стремительными, и она быстро приближалась в нашу сторону. Хотя каждый следующий шаг давался ей тяжелее предыдущего.

Это уже работали мои заклинания, которые после прокачки Люфиком стали очень мощными. Аура Разложение пожирала ее заживо, Высасывание Жизни выкачивало все силы, а Иссушение завершало работу предыдущих двух.

Тем не менее, хоронить ее было еще явно рано, хотя ей и было очень хреново, гидра выглядела крайне опасной, и так оно и было. Она сделала еще один шаг в нашу сторону, получила несколько ударов корнями от живых деревьев, а затем громкие шлепки по грязи металлических ног Бориса.

— Баааддддддыыыымммм! — меч конструкта описал дугу и одна из голов гидры взлетела вверх, навсегда попрощавшись со своей шеей.

В ответ тварь ударила хвостом и сбила Бориса с ног, который рухнул на землю, подняв вверх тучу брызг. Еще один шаг, затем сразу еще два… Один за другим… Это было очень быстро…

Рахманинов сделал несколько неуклюжих шагов спиной вперед и в этот момент одна нога у него поехала по земле, и он шмякнулся на траву, раскинув руки в разные стороны и выронив меч. К озеру шел небольшой уклон, поэтому он медленно заскользил навстречу гидре.

Твою мать… Ну скотство просто…

К этому моменту я успел отбежать на десяток шагов, поэтому, по сравнению с Рахманиновым, был в безопасности, а вот он… Следующий шаг гидры был уже совсем рядом с ним. Аркаша вскинул руки, защищаясь от нависшей над ним твари, и еще раз ударил ее молнией. Я же в это время уже заканчивал активацию дара Дона-Нефрита и надеялся успеть!

Вжух!

Я рванул вперед, схватил Рахманинова за шиворот его куртки, которая жалобно затрещала и начала рваться прямо на ходу. Зараза! Понакупят подделок из Поднебесной Империи… На соплях все держится…

Однако до конца куртка не разорвалась! Я протащил Аркашу по мокрой траве прямо мимо гидры, лапа которой в этот момент с громким чваком опустилась на то самое место, где секундой назад лежал насмерть перепуганный Рахманинов.

Уверен, что в тот момент, когда он попытался защититься молнией, он успел попрощаться со своей жизнью. Надо будет не забыть стребовать с него тортик, когда все это закончится. Ну… Если, конечно, оно хорошо закончится…

Едва я подумал над этим, как рядом со мной упала еще одна голова гидры. Прямо перед моим лицом, окатив меня новой порцией грязи и вонючим смрадом, который шел из ее раскрытой пасти… Клянусь, в этот момент голова еще была жива, потому что она бешено вращала глазами!

При этом кожи на морде практически не было и в некоторых местах виднелись белые кости… Это мое Разложение поработало… До чего же мерзкое зрелище… Меня чуть не вывернуло наизнанку от этого вида и запаха.

Еще одним рывком телепорта я протащил Рахманинова дальше, затем отпустил воротник его куртки и перекатился на спину, выставив перед собой меч. По моим подсчетам, у гидры должно было остаться еще две головы и одна из них вполне себе могла мною полакомиться.

Голов действительно было две, но в этот момент по одной из них мощно прилетело корнем живого дерева. Раздался хруст, а затем голова безжизненно повисла на шее, чтобы потом шлепнуться в грязь.

Последней головы гидру лишать не понадобилось. Она сделала несколько неуклюжих шагов в мою сторону, затем ее ноги подкосились и она рухнула на траву. Наверное, с таким звуком бегемот плюхнулся бы в реку, случись ему захотеть нырнуть в нее с разгона.

Чтобы избежать недоразумений, я подошел к последней голове, которая издавала предсмертные хрипы, и одним ударом меча отсек ее. Гидра засучила по траве лапами, а затем затихла.

— Эх… Жаль, что ты сегодня Кольцо Потерянных Душ с собой не взял… Такую добычу упустили… — с сожалением в голосе сказал Дориан.

— Кто же знал, что у нас сегодня возле школьного озера будет гидра прогуливаться, — ответил я ему, а затем деактивировал свой меч и убрал его в футляр.

— Бум-бам! Темников! Бадум! — проскрежетал своим металлическим голосом конструкт, а затем еще несколько раз ткнул мечом эту страшную зверюгу.

— Ты как? — спросил я у Аркаши, который сидел на траве с ошарашенным видом и удивленно смотрел на гидру.

— Если не считать того, что меня сейчас чуть не убила гидра, то в полном порядке, — сказал он и растерянно посмотрел по сторонам. — Что это было, Макс?

— Хороший вопрос, Аркаша, — ответил я и пошел в сторону парня в дождевике, который лежал на траве.

Он не подавал никаких признаков жизни и это меня очень беспокоило. Хоть бы застонал или ногой пошевелил, что ли. С самыми тревожными чувствами я подошел к нему поближе, присел рядом и пощупал его пульс.

Ничего… Никакой пульсации… Я не ощущал даже намеков на нее… Попробовать Темный Обмен? Похоже так, других вариантов у меня нет. Я закрыл глаза, дотронулся до его плеча и попытался установить энергетическую связь.

Прошло около минуты, когда мне наконец это удалось, и я попробовал отдать ему немного своих жизненных сил, но в ответ лишь холод. Никакого отклика. С таким же успехом я мог отдавать свою энергию беседке или огромному камню возле озера, на котором любили сидеть наши школьные утки.

— Что ты делаешь? — услышал я голос Рахманинова за своей спиной, затем открыл глаза и убрал руку от плеча парня.

— Пытался ему помочь, но… Видимо уже слишком поздно, — сказал я и встал на ноги. — Где второй?

Второго ученика нам помог найти Борис. Его тело лежало прямо рядом с озером. Обе ноги парня были неестественным образом вывернуты. Даже не нужно было иметь Дар целителя, чтобы понять — ноги сломаны. Причем хорошо так сломаны. Судя по всему, это гидра сделала ударом своего хвоста, других объяснений я не видел.

Его рот был широко открыт и выглядел он не лучше своего приятеля… Не особо на что-то рассчитывая я присел рядом с ним, потрогал его руку и мгновенно почувстовал пульс!

Тук… Тук… Тук-тук…

Совсем слабые удары, но они были!

Не теряя времени, я закрыл глаза и вновь активировал Темный Обмен. На этот раз дело пошло получше. Не прошло и минуты, как по моему телу растеклось знакомое тепло, которое обычно сопровождает это заклинание. Спустя еще пару минут я услышал протяжный стон и мое сердце радостно забилось. Хотя бы одного удалось спасти!

— Ну ты прямо как будто не в темном, а небесном классе учишься, — с восторгом сказал Рахманинов, когда я осторожно встал на ноги. — Красавчик просто!

— Спасибо, — ответил я и схватился за его плечо, чтобы не упасть. У меня вдруг закружилась голова.

— Ты чего, Макс⁈ — испуганно воскликнул Аркадий, поддерживая меня. — Плохо, да? Может быть, сядешь на травку?

— Не надо, сейчас пройдет… Погоди немного…

Я подождал пока все придет в норму, несколько раз моргнул и восстановил дыхание.

— Ну вот, теперь полный порядок, — сказал я и посмотрел на парня. — Хоть одному повезло…

— Смотри, Макс, у него что-то есть! — сказал Рахманинов и показал на руку парня, под которой к этому времени уже образовалась небольшая лужа.

Да, у него в руке и в самом деле была какая-то штука.

— Только не вздумай ничего трогать руками, — предупредил я Аркадия и вновь наклонился над учеником, чтобы рассмотреть получше, что он там сжимает в руке.

— Нашел кого учить, — ответил Рахманинов и тоже наклонился над парнем.

Я долго не мог понять, что это за хреновина. Она лежала под таким углом, что трудно было разглядеть. Еще дождь этот лупил, не останавливался… Мы уже промокли до нитки и, если я завтра не слягу с воспалением легких, это будет просто чудо.

— Да это же гидра! — наконец догадался я. — Такая же, которую мы только что замочили, только в миниатюре!

— Точно! — согласился Рахманинов. — Артефакт призыва, получается? Круто… Где он, интересно знать, раздобыл такую штуку?

Вот это правда хороший вопрос. Где первокурсник мог достать артефакт такой мощности на территории школы, я даже представить не мог. Разве что только спереть у кого-нибудь из преподавателей. Это единственный возможный вариант. Или притащить в «Китеж» откуда-то.

Даже если второй вариант, то все равно было интересно, где он мог достать такую вещь. Он был примерно моего возраста, а нам бы такое не продали. Если только на черном рынке…

— Макс, не мели ерунды, откуда обычному школьнику знать о таких вещах? — спросил у меня Дориан. — Он же не ты… Не думаю, что у него есть такие знакомые как твоя Полина или Собакин. Не все подростки твоего возраста шляются по подземельям и уничтожают проклятия в Искажениях, понимаешь?

Это я понимал и поэтому ситуация казалась еще более необычной. Я присел рядом с его рукой и проверил артефакт на наличие проклятий. Все чисто. Хотя небольшой магический фон темной энергии от этой гидры все-таки шел. Значит теория Рахманинова насчет того, что это артефакт призыва, скорее всего верная.

В этот момент я услышал крики и вскоре мы увидели наших школьных охранников, которые бежали к нам.

— Аркаша, ты знаешь, что у наших охранников есть особое волшебное свойство? — спросил я.

— Да? Какое? — удивленно спросил он.

— Они всегда появляются тогда, когда в их присутствии уже нет никакой необходимости. Я думаю, это у них так инстинкт самосохранения работает.

Спустя минуту я увидел знакомое лицо старшего охраны, который совсем недавно жаловался на меня нашему мастеру-смотрителю. Чувствую я, что скоро снова окажусь в кабинете у Орлова. Хорошо хоть на этот раз со мной был Аркадий, который сможет подтвердить, что это не я призвал гидру и притащил сюда двоих первокурсников.

— Рахманинов… Темников… Что у вас здесь случилось? — спросил старший, а в это время его напарник уже докладывал кому-то о чрезвычайном происшествии. Собственно говоря, вариантов было немного. Или Орлову, или Борисову.

— Гидра напала на первокурсников, а мы ее за это убили, — коротко обрисовал я ситуацию, как ее видел.

— Гидра? Вы что, с ума оба сошли? — прорычал он. — Откуда в «Китеже» могла появиться гидра? У нас весь школьный периметр магическим барьером защищен!

— Вам виднее… Вы же охрана… — пожал плечами Аркадий. — Мы же с Максимом ничего не придумываем, вот же она лежит…

В этот момент парень снова застонал. Охранник, который перед этим докладывал по рации, подошел к нам поближе и спросил у старшего разрешения отнести ученика к целителю.

— Только осторожнее, у него вроде бы ноги сломаны, — предупредил я его.

Тем временем старший осмотрелся и вновь спросил у меня, как будто я был главным:

— Помнится, ты сказал «первокурсники», или мне послышалось?

— Вон там под дождевиком еще один, — сказал я. — Только мне кажется, что ему даже Веригин не поможет.

Охранник бросился к парню, быстро проверил его пульс, а затем без лишних слов подхватил его на руки, и они вдвоем со своим коллегой направились к главному корпусу, пока мы с Рахманиновым растерянно смотрели друг на друга, не очень понимая, что нам сейчас делать. Возвращаться назад или дожидаться Борисова, или кому там звонил охранник?

— Я думаю, нужно подождать, — сказал Аркадий, который понял мой взгляд без слов. — Даже если мы с тобой сейчас пойдем следом за ними, то все равно вернемся сюда…

— Согласен, — кивнул я. — Только время потеряем. Пойдем тогда хоть дождевики наши поищем, а то еще схватим воспаление легких и до свидания, гуси. Даже неприлично как-то от такой ерунды помирать.

— Шуточки у тебя… — хмуро ответил Рахманинов. — Мрачные какие-то…

— Ну а что ты хотел? Согласно призванию… — пожал я плечами. — Откуда у темного мага радостные шутки могут быть? Это неуважение к профессии.

В этот момент я посмотрел на место, где совсем недавно лежал парень с переломанными ногами. Теперь там остался только артефакт, который уже почти полностью накрыло водой, из которой торчало лишь несколько голов. Надо будет не забыть сказать Орлову, чтобы они над артефактом поработали. Мне кажется, он здесь совсем не случайно оказался…

Мы обошли мертвую гидру, которая, даже изрядно потрепанная Разложением, возвышалась на траве гниющей горой мяса. Ну и тварь…

— Макс… — позвал меня Аркадий, когда мы молча прошагали уже почти до дорожки.

— Что еще?

— Спасибо тебе за то, что ты мне жизнь спас, — сказал он. — Я теперь твой должник, если что. Если бы не ты, то мне хана…

— Принято! — махнул я рукой. — Отдашь при случае. Только ты в следующий раз куртки себе покачественнее покупай. Еще бы чуть-чуть, и у этой воротник оторвался бы. Вот тогда бы тебе точно была хана, Аркаша.

— Ладно… Куплю получше на будущее…

Глава 14

На этом уроки в этот день в «Китеже» закончились. Причем не только для нас с Рахманиновым, но и для всех остальных тоже. Любые перемещения по территории школы были запрещены, за исключением посещения столовой на ужин. Да и на него водили целым классом в сопровождении старосты и кого-нибудь из преподавателей.

Меня и Аркадия первым делом отправили на осмотр в медицинский блок. Мы там проторчали до самого вечера. Сначала нас осматривали целители, а после того, как убедились, что мы целы и невредимы, просто заперли в палате. Видимо боялись, что мы можем куда-нибудь смыться. Даже на ужин не отпустили, а принесли его в медицинский блок.

Ну а сразу после ужина пожаловала полиция. К этому моменту мы уже ответили Орлову на все вопросы, а теперь рассказали нашу историю Роману Ивановичу Воробьеву. Майор пришел в компании Громова. Думаю мастер темных классов пришел, чтобы проконтролировать нашу беседу с полицейским, которого временами заносит.

Хотя после того, как я помог Воробьеву в его истории с каргами, он изменил свое отношение ко мне. Теперь он уже не пытался чуть что повышать на меня голос или как-то еще давить. Даже наоборот, разговаривал подчеркнуто вежливо и спокойно.

На этот раз он даже не удивился, что вновь оказался в «Китеже» по моей вине. Лишь когда закончил задавать вопросы, он спрятал свой рабочий блокнот во внутренний карман пиджака и сказал:

— Темников… Завтра я снова заеду. Нужно будет, чтобы вы со своим другом подписали официальные документы по вашему опросу, — он нахмурился и добавил. — До этого момента подумайте над этим всем еще раз. Может быть, в памяти всплывут какие-то новые подробности.

— Хорошо, Роман Иванович, — пообещал я ему, хотя думать здесь было особо не над чем. Что тут еще добавишь?

На ночь нас с Рахманиновым тоже оставили в медицинском блоке. Даже отдельного полицейского выделили для компании. Он всю ночь провел в приемной и не давал спать дежурному целителю, развлекая того своими забавными байками про работу. Зачем-то историю с моим дубом вспомнил, как будто в «Китеже» ее кто-то не знал.

Мы же с Аркашей до позднего вечера были заняты телефонными разговорами со своими друзьями и близкими, которым не терпелось узнать подробности и справиться о нашем здоровье.

Сначала я отчитался перед родителями и дедом, затем побеседовал с Софьей и Полиной, пообещав им позже выдать больше подробностей. Самый долгий разговор, ожидаемо, получился с Лешкой, с которым мы обменялись имеющейся у нас информацией.

Именно от него я узнал, что на ужин их водили строем, как маленьких детей в детском саду. Кроме того, он рассказал мне, что по всей общаге шныряли полицейские, которых на этот раз приехал чуть ли не целый автобус. Опрашивали всех, кого могли.

Самой собой, вся школьная территория тоже была наводнена полицией. Вот только ее они исследовали в сопровождении преподавателей и это было вполне логично. В «Китеже» очень много разных строений и в некоторые из них соваться непосвященному в местные нюансы человеку попросту опасно.

Да и вообще, они могли много вреда наделать по неопытности. Это как со слоном в фарфоровой лавке. Даже, может быть, еще хуже, зная склонность полицейских совать свой нос куда надо и не надо.

— В общаге только и разговоров, что ты опять влип в какую-то историю, — докладывал мне княжич, после того как я уже несколько раз подряд рассказал ему про наши приключения с Аркашей и славную битву с гидрой.

— Кто бы сомневался…

— Блин! Как же я жалею, что меня там не было! — злился Лешка. — Ну что за напасть? Все интересное проходит мимо меня!

— Знал бы, что нам предстоит, я бы тебя с собой взял на прогулку, — сказал я. — Я же не виноват, что все проходящее мимо тебя постоянно сваливается на меня. Шагу нельзя спокойно ступить. Скоро буду бояться из своей комнаты в общаге выходить.

— Ага, так я тебе и поверил… — хмыкнул он. — Зарекалась коза в огород не ходить…

На ночь нас с Рахманиновым напоили успокоительным, восстанавливающим силы, отваром, так что до утра мы проспали как убитые. Когда нас разбудили целители, уже было почти одиннадцать. Кто бы мог подумать, что я в учебный день смогу спокойно дрыхнуть до этого времени и не схлопочу за это пару отработок.

Завтракать мы пошли в сопровождении Громова, который нас и разбудил, сразу после того, как ему разрешил это сделать Веригин. Впервые я топал в столовку под конвоем. Такое себе ощущение, непривычное. Как и завтракать в пустой столовке, где кроме нас и поваров никого не было.

Зато мы узнали от Романа Артемовича, что занятия возобновили. Хоть один приятный момент. Хорошо ведь пить какао и трескать пряники, в то время как все остальные сидят в классах и учатся.

Судя по лицу Рахманинова, ему это тоже нравилось, но слишком долго наслаждаться таким приятным завтраком Громов нам не дал. Все время смотрел на нас коршуном, строго прищурив свой единственный глаз.

— По-моему, два стакана какао вполне достаточно, — сказал он, когда я собирался еще раз сходить за добавкой, и на этом наш завтрак закончился.

Спустя еще несколько минут мы уже были в кабинете Орлова, куда вскоре после нас явились мрачный Щекин, Борисов, Островская и еще один преподаватель по артефакторике, который вел ее только у старших курсов. Про него я знал, что его прозвище Дед Мороз, и оно ему в точности подходило.

Во-первых, он был на него очень похож. Большущего роста, краснощекий, с густой белой бородой…

Во-вторых, и одежда у него была соответствующая — темно-красная мантия в пол, которую он носил не снимая. Говорили, что у него их несколько, просто все они одинаковые, но я в этом не уверен.

Вскоре я узнал, что Деда Мороза на самом деле зовут Никита Львович Загорский, а еще выяснилось, что на этот раз нас сюда вызвали не только, чтобы задавать вопросы. Кое-что интересное расскажут и нам. Хотя без очередного повторения истории не обошлось, и как только я закончил, разговор повел Орлов.

— Значит ничего новенького не вспомнили… — задумчиво сказал он и устало потер виски. Судя по его лицу, этой ночью поспать ему не удалось. — Жаль, конечно. Хотя мы особо на это и не рассчитывали. Все-таки на этот раз вы, скорее, случайные участники истории, а не ее инициаторы.

— Так оно и есть, Иван Федорович, — кивнул я. — Скажите, а тот парень, который… Ну в общем… Веригину, случайно, не удалось ничего сделать?

— Его звали Иван Москвин, — вздохнул директор. — Нет, к сожалению, не удалось. Ударом когтя гидра попала ему в самое сердце. Он умер практически мгновенно. Шансов спастись у него не было никаких. Даже если бы рядом с ним в тот момент стоял Веригин.

На некоторое время в кабинете повисла тяжелая пауза. Слышно было только как тикают настенные часы, которые были сделаны в виде герба нашей школы.

— Зато ранним утром нам удалось побеседовать с его другом, — прервал тишину Орлов.

О! Вот это уже интересно!

— Он сказал, где нашел артефакт? — не выдержал Рахманинов.

— Нет, — ответил Иван Федорович, затем открыл ящик своего стола и достал из него ту самую гидру, которую мы вчера видели в руке парня. — К сожалению, этого он не сказал. Зато мы нашли еще парочку.

Он поставил на стол вторую, а следом за ней и еще одну гидру. Все три были очень похожи между собой и отличались лишь некоторыми деталями. У одной было чуть меньше голов, вторая — потолще остальных, третья — не черная, а зеленая. Однако все они были гидрами, и интуиция подсказывала мне, что их смастерил один и тот же мастер.

— Не переживайте, артефакты уже обезврежены, — сказал Орлов, когда мы с Рахманиновым рассматривали фигурки, от которых веяло угрозой.

Не хотел бы я встретиться с подобной тварью еще раз…

— Ученика, у которого был артефакт, зовут Федор Биркин, — продолжил директор. — Однако ничем помочь он нам не смог. Парень не помнит каким образом у него оказался этот артефакт и где он его мог раздобыть тоже не понимает. Такое ощущение, что у него просто удалили часть воспоминаний, которые могли бы как-то пролить свет на это дело.

— Может быть, он сможет что-нибудь вспомнить позже? — предположил я. — Когда немного восстановит свои силы.

— Всякое бывает, — кивнул Иван Федорович. — Но думаю, что это не тот случай. Веригин сказал, что он вообще удивлен, как ему удалось выжить с такими повреждениями. Переломанные ноги, ребра… К тому же, предыдущие события того дня он помнит достаточно ясно.

— А где нашли еще две эти штуки? — спросил Аркадий.

— В школьном рюкзаке у погибшего Москвина, — ответил Орлов. — Каким-то чудом они активировали только один артефакт, иначе была бы большая беда. Что касается вас двоих… Хочу выразить вам благодарность от имени школы и предложить несколько дней каникул, если кому-нибудь нужно немного отдохнуть от случившегося.

Мы с Рахманиновым переглянулись, но оба промолчали. Каникулы — это, конечно, неплохо, но не в этот раз. Сейчас, почему-то, даже сама мысль об этом казалась какой-то странной и нелепой.

— Ну нет, значит нет, — сказал директор, затем встал из-за стола, подошел поближе и по очереди пожал нам руки. — На сегодня — оба в свои комнаты и спать. Ближайшие несколько дней ученикам будет запрещено перемещаться по территории школы, пока мы не убедимся, что опасности больше нет.

— Ясно, — хором ответили мы с Аркашей и поднялись со своих стульев. Было очевидно, что с нами разговор окончен.

Конечно, я бы с удовольствием остался, чтобы послушать, о чем они будут говорить после того, как мы уйдем… Зараза… Вот бы когда снова пригодилась помощь какого-нибудь призрака! Что-то долго Ибрагим тянет с поиском подходящей кандидатуры вместо себя. Нужно будет сегодня ему снова позвонить и попросить, чтобы ускорился. Время-то идет…

* * *

Орлов подождал пока за учениками закроется дверь, затем нахмурился и сложил руки за спину.

— Вчера над «Китежем» удачно сошлись звезды, господа маги. Если бы не эта парочка, то могло бы погибнуть намного больше учеников, чем один, — сказал он и посмотрел на дверь. — Они просто герои, если разобраться. Ученики третьего и четвертого курса смогли расправиться с гидрой…

— Там был еще конструкт и живые деревья… — напомнил Громов. — Хотя, конечно, это не умаляет их заслуги. Я всегда говорил, Темников преподнесет нам еще немало сюрпризов.

Иван Федорович не спеша прошел через кабинет и вновь сел в свое кресло.

— Теперь самое время еще раз хорошенько подумать, где они могли взять эти артефакты, — сказал он и брезгливо посмотрел на три фигурки, стоявшие у него на столе. — Какие будут мнения?

— В лавках Белозерска они бы такое купить не смогли, — сказал Дед Мороз и провел рукой по своей густой бороде. — Во-первых, им бы никто не продал такие мощные артефакты призыва. Во-вторых, там такое не продается. Даже если предположить, что они связались с каким-нибудь мутным типом с черного рынка…

— Никита Львович, вам, как заведующему кафедры артефакторики, должно быть известно, сколько может стоить артефакт подобного уровня, — ответил на это Орлов. — Это очень дорого даже по меркам более обеспеченных родов, чем Москвин и Биркины. Они не могли купить ничего подобного даже в одном экземпляре, не говоря уже о трех. Да и потом… Для чего им это понадобилось? Какие цели могли преследовать два первокурсника, когда тащили в школу эти вещи? Вы же не думаете, как майор Воробьев, что это обычная шалость?

— Только такой болван как он может так думать, — недовольно прорычал Громов. — Я с ним разговаривал. Первоклассный дуболом, который думает, что у нас здесь может произойти все что угодно.

— Скорее всего, кто-то снабдил их этой дрянью, — сказал Щекин.

— В таком случае кто? — спросил директор. — Неужели кто-то из их близких в это воскресенье? Не думаю. Вы бы стали давать в руки своему ребенку нечто подобное?

В этот момент Борисов засопел и все повернулись в его сторону.

— Иван Федорович, я тут подумал… Давайте запретим ученикам вообще носить артефакты в школе? Вечно из-за этого всякие неприятности… То взорвется что-то, то еще чего… Вот гидра, опять же…

— Глупости это все, Егор Никитич, — нервно ответил ему Орлов. — Как вы себе это представляете? Родовые артефакты тоже им запретим носить?

— Ну или запрещать их выносить и вносить, — не сдавался Борисов. — Или досматривать их… Хотя нет, это точно не получится… Скандалище будет ого-го…

— Версия Бориса Алексеевича кажется мне наиболее вероятной, — сказал Громов и посмотрел на Компонента, который сидел мрачнее тучи. — Как это ни печально, но я думаю, что им эти артефакты дали и объяснили, как ими пользоваться. Может быть, кому-то одному, а второй оказался возле школьного озера за компанию. Других вариантов нет. Купить они их не могли, школьные артефактные склады не взломаны…

— Да там и нет ничего подобного, — сказал Дед Мороз. — Дракон есть, парочка колец с призывом виверн… Ну еще немного по мелочи…

— И мне кажется, получили они их не от своих родителей, — сказала вдруг Островская, которая до этого сидела молча и о чем-то думала.

Орлов немного помолчал, а затем сказал:

— Всем спасибо, за исключением Щекина и Громова. Вас, Никита Львович, я еще раз попрошу осмотреть территорию школы. Хочу быть уверенным, что под каким-нибудь деревом не валяется еще какая-нибудь дрянь. Я думаю, с таким магическим фоном, который должен идти от таких мощных вещиц, это будет не сложно.

— Само собой, Иван Федорович, — кивнул Дед Мороз, а затем они вместе с Островской ушли.

Следом за ними вышел и Борисов, который продолжал что-то бормотать себе под нос насчет бестолковых учеников. Как бывший полицейский, мастер-смотритель придерживался того мнения, что во всем виноваты именно они. Всем известно, что каждый ученик только и думает о том, как бы в свободное от учебы время устроить какую-нибудь шалость.

— Борис Алексеевич, вы проверяли башню? — спросил у Компонента Орлов, когда они остались втроем.

— Первым делом проверил. Защита в полном порядке, никаких подозрительных следов рядом нет, — ответил он. — Правда в такую погоду их и заметить было бы сложно, но это не столь важно. Барьер в порядке. Мне тоже пришла в голову мысль, что на территорию мог проникнуть кто-то чужой…

— Как по мне — это глупость, Иван Федорович, — твердо сказал Громов и поправил свою черную повязку на глазу. — Они не работают уже несколько сотен лет, с чего бы им включиться вновь?

— Возможно… — задумчиво пробормотал директор. — Однако, это не значит, что не следует проверять целостность барьера. Запечатали ее не зря… В таком случае, остается один вариант — эти артефакты оказались у кого-то из мальчишек после родительского воскресенья. Хреново, конечно… Это означает, что кто-то хотел устроить в «Китеже» катастрофу, после которой вполне могли бы закрыть школу.

— Вот эта версия мне больше всего нравится, — поддержал Орлова мастер темных классов. — Желающих хоть отбавляй.

— Ну не знаю… — с сомнением в голосе сказал Щекин. — Родители приезжали к своим детям, не забывайте об этом, господа. Кто знает, как могло обернуться? Вдруг пострадало бы собственное чадо злодея?

Иван Федорович вновь поднялся со своего кресла и начал расхаживать по кабинету, как он всегда делал, когда ему нужно было о чем-то поразмыслить. Намотав с пару десятков кругов, он наконец остановился.

— И все-таки, это самая вероятная версия, а значит нужно ее проверить, — он посмотрел на Громова. — Если предположить, что родители учеников вряд ли пошли бы на такой шаг, то значит вариант всего один — это сделал кто-то из их друзей. В этот день не только близкие родственники навещают своих детей, так ведь?

— Очень правильная мысль, Иван Федорович, — вновь согласился Громов. — Если затевается большая игра, то чужих детей уж точно никто жалеть не будет.

— Роман Артемович, я попрошу вас заняться этим вопросом вместе с Борисовым. Нужно проверить все записи с камер видеонаблюдения и получить список тех, кто приезжал в качестве гостей, сопровождающих родственников учеников, — распорядился директор.

— Что вам даст эта информация? — спросил Щекин и нервно развел руками. — Надеетесь по ней что-то выяснить?

— Даже пытаться не буду, — ответил Орлов. — Передам ее Голицыну, а он уже пусть разбирается. Василий Юрьевич больше моего в таких делах соображает.

Он подошел к столу, взял одну из гидр и покрутил ее в руках.

— Если повезет, то и автора этих поделок он найти сможет. Может быть, от наших гостей к этому мастеру ниточку провести получится.

Глава 15

После случившегося в школьном парке, в «Китеже» поселилась какая-то тягостная и унылая атмосфера. Такое ощущение, что какая-то злая колдунья вытащила из сердец ребят всю радость и поселила туда стужу. Никакого тебе веселья в общаге, хохота в общих залах, да и вообще… Все даже смотреть друг на друга немного иначе стали, с каким-то подозрением и опаской. Такое себе, конечно…

Зато в кои-то веки ребята вспомнили, что, оказывается, в общих залах у нас навалом всяких настольных игр, и теперь они не пылились без дела. Скорее наоборот, чтобы поиграть хотя бы во что-то, нужно было дождаться своей очереди. Даже в лото. Когда такое было?

Ну а кроме настольных игр в качестве развлечений была учеба, походы строем в столовую и обсуждение сплетен, куда без них. Первое время нам с Рахманиновым просто прохода не давали, всем интересно было знать, что там случилось и кто прикончил Москвина — я, Аркаша или чудовище?

Вот мне всегда было интересно, если никто не рассказывал ученикам про гидру и в школьный парк никого не пускали, то откуда все знают, что там случилось? Самое удивительное, что в «Китеже» так происходило практически всегда и любые слухи расходились мгновенно. Фантастика просто…

Хотя вчерашним происшествием я был порядком расстроен, то, что в этот раз я оказался возле школьного озера вместе с Рахманиновым, меня очень радовало. По крайней мере, было меньше тех, кто считал, что я снова придумал какую-то штуку, чтобы привлечь к себе внимание.

Аркадий хоть и считался местной звездой фехтования, во всяких подозрительных историях замечен не был. Поэтому все произошедшее не выглядело моей личной авантюрой.

Я думаю, отчасти именно по этой причине в этот раз возникла вся эта тягостная обстановка. У нас ведь не первый раз в школе случаются чрезвычайные происшествия, но всегда это было немного иначе. Да и в общаге на такой долгий срок нас запирали впервые за почти два с половиной года, которые я здесь провел.

Не знаю, как остальные, а лично я был не против нашего вынужденного заточения по своим комнатам. Настольные игры меня мало интересовали, так что я решил все свободное время уделить учебе. Тем более, что Лешка все больше проводил время с девчонками, которые ему прохода не давали.

В силу своего воспитания он не мог их всех игнорировать и вынужден был проводить время в женской компании. Это он мне так говорил… На самом деле, я думаю, что дело было не в этом.

По его довольной физиономии было отлично видно, как он кайфует от этой ситуации. Понятно дело, после долгого времени общения с Дашковой, он уже и забыл, когда был окружен таким большим количеством девчонок.

Общее напряжение начало спадать к четвергу, когда прописавшаяся было в «Китеже» полиция, покинула школу. Всем сразу стало как-то легче, ведь постоянное присутствие людей в форме тоже как-то нервирует. По крайней мере, меня так точно. Тем более, что стоило кому-то из них увидеть мою персону в коридоре, так меня тут же провожали до дверей моей комнаты.

По этой причине я и в Тенедом решил пойти попозже. Если все-таки новая страница Книги Тысячи Мест появится, то я могу задержаться надолго. А ну как кому-то из этих ребят придет в голову допросить меня по десятому разу? Или проверить, что я там делаю в комнате, а я им не открою, так как технически буду совершенно в другом измерении.

В четверг я и решил навестить своих друзей в Тенедоме, а заодно отнести им все для них приготовленное. Думаю, бедные Шапур с Джабаром меня там заждались. Точнее сказать не меня, а мудрых наставлений по организации нового дела, которые я для них прикупил. Ну и Хмельников, само собой, куда без него.

Как быстро все менялось в Тенедоме. Особенно в последнее время. Каждый раз, когда оказываюсь здесь, происходит что-то новенькое. Вот и сейчас, едва я оказался на полянке, которая за несколько лет стала мне практически родной, я сразу увидел новое здание, которое появилось рядом с «Ведьминым котлом».

Чем-то оно напоминало египетскую пирамиду, только немного другой формы. Это было слегка вытянутое, с более острым концом. Я это видел несколько иначе, может быть, что-то вроде пирамид майя… Но так тоже неплохо. Возможно, даже более оригинально, если к ним привыкнуть.

— Я тоже так думаю, — согласился со мной Дориан. — Высокие, острые… То что нужно для хорошего торгового помещения, которое должно быть видно издалека. Если они будут оформлены так же, как и этот будущий «Дом Торговли», то идея хорошая.

— Вообще-то, это должны были быть не совсем торговые помещения, — напомнил я ему.

— Сути дела это не меняет. Место, где Эликсиры Бодрости будут обмениваться на золото, как ни крути, по сути — торговые помещения, — справедливо заметил он. — Уж поверь моему опыту, мой мальчик.

Я не стал спорить со своим другом и молча побрел к нашему дому, сгибаясь под тяжестью мешков с компонентами и книгами для обучения жрецов торговли. Еще рюкзак за спиной со всеми моими припасами и чемоданчик с броней…

В данный момент я очень жалел, что нет того парня, который в прошлый раз падал ниц, едва меня увидел. Сейчас бы его помощь мне не помешала. По крайней мере, был бы толк от его там местонахождения. Вот, кстати, по помощи… А где Хорнборн, собственно говоря? Почему он меня не встречает?

Зато дома все было по-прежнему. Внутри воняло какими-то мерзкими эликсирами, а Лакри вместе с Хмельниковым работали в подвале. Судя по ее возмущенным крикам, ведьма явно была чем-то недовольна. В общем, нормальная рабочая атмосфера… Едва я сбросил с себя мешки на пол, голоса затихли.

Спустя несколько секунд я услышал торопливые шаги по подвальной лестнице, а вскоре увидел и саму Лакримозу. Судя по выражению ее лица, она собиралась разорвать на части любого, кто осмелился войти в наш дом без ее приглашения.

При виде меня, выражение ее лица мгновенно изменилось, она раскинула руки в разные стороны и плавно пошла ко мне.

— Мой сладенький красавчик пожаловал! — проворковала она своим голосом, который всегда поначалу меня немного смущал и приводил в необычное волнение. — Ну, где же ты пропадал? Нехорошо обманывать женщин. Сказал, что скоро будешь, а сам снова пропал неизвестно на сколько…

Она подошла ко мне, обняла и чмокнула в щеку. Странное дело, но даже с учетом того, что она неизвестно сколько работала с вонючими зельями, ведьма как-то ухитрялась сделать так, чтобы от нее пахло приятным цветочным ароматом.

— Ты все мужаешь, сахарок… — сказала Лакри, ослабив объятия и сделав шаг назад. — Запомни мои слова, пройдет еще пара лет и девчонки за тебя будут рвать друг другу волосы. Я бы, например, чтобы заполучить такое счастье, даже глазенки выцарапала бы…

— Я думаю, в твоем случае меня бы отдали за так, — усмехнулся я. — Я вот не стал бы с тобой связываться.

— Благодарю за комплимент, мой хороший, — моргнула ведьма своими длиннющими ресницами и посмотрела на мешки. — Подарки?

— В каком-то смысле. Обучающая литература для иномирцев и компоненты для Хмельникова.

— Прекрасно, мой дорогой! — всплеснула руками ведьма. — Эти двое меня достали своими вопросами — когда, наконец, приедет Спаситель. Жадные гуси…

— Могу себе представить, — кивнул я, вспомнив горящие глаза Джабара и Шапура.

— Хочешь я покажу тебе нашу новую стройку? — спросила она и начала снимать свой рабочий фартук. — Эти двое расстарались, так что там есть на что посмотреть.

— Давай в другой раз, хорошо? У меня на сегодня совсем другие планы, — сказал я и красноречиво посмотрел на свой чемодан с броней. — Надеюсь, у тебя найдется для меня немного энергетических сфер?

— Найдется, конечно, — ответила она и надула свои пухлые губки. — Ты снова хочешь уйти и даже не поговоришь со мной?

— Для разговора я время найду. Тем более, что у меня есть к тебе пара вопросов, — сказал я и подмигнул. — При условии, что у тебя найдется немного твоего фирменного ведьминского варенья.

— Ну конечно… Сколько угодно… Сейчас я только переоденусь…

Ведьма убежала в свою комнату, стуча острыми каблучками по лестнице. Всегда удивлялся, как она не падает на них? Тем более, что после посещения подземной оранжереи и знакомства с туфлями позапрошлого века, мне было известно, что значит каблуки. Жуткое дело…

БАБАХ!!!

В этот момент в подвале что-то взорвалось с такой силой, что пол под моими ногами зашатался. Охренеть просто! Интересно, что это там такое взорвал Хмельников? Было бы неплохо, чтобы его самого там не разорвало на мелкие части. Мне будет стоить больших трудов подыскать ему подходящую замену.

Едва я подумал об этом, как услышал тяжелые шаги на лестнице. Представляю, что там такое, если даже не чувствующий запахов призрак решил выбраться из подвала, чтобы немного проветриться.

Лицо Андромеда было черного цвета, а когда он снял свои летные очки, то я невольно рассмеялся. Два чистых пятна на черном лице как у негра… Зрелище для сильных духом. Не рассмеяться здесь было просто невозможно.

— Перебор… — задумчиво пробормотал алхимик и посмотрел на меня. — Мне кажется, что в следующий раз можно ограничиться двумя частями. Третья явно лишняя. И лучше использовать листья, а не стебли. Должно получиться стабильнее… И огонь… Его нужно сделать слабее…

— Я привез тебе компоненты, которые ты просил, — сказал я ему, но Андромед в данный момент был явно не здесь, а витал в каких-то своих мыслях, до которых мне не дотянуться.

Он как-то странно посмотрел на меня и его лицо начало растягиваться в улыбке:

— Ну конечно же… Как я сразу не догадался! Вы приносите удачу, Максим! — воскликнул он и вскоре его ботинки вновь застучали по лестнице.

Похоже Хмельникову пришла в голову какая-то гениальная мысль, так что не буду ему мешать. Разработанные им эликсиры уже приносили нашему делу столько денег, что лишний раз отрывать его от работы — это рубить сук, на котором сидишь.

— Даже хуже, мой мальчик! — тут же согласился со мной Дориан. — Только полный идиот может опустошать собственную сокровищницу таким глупым образом!

На том мы и остановились. Поэтому я убрал мешки с центра комнаты и перетащил их поближе к стене, чтобы они не мешали. Рядом с ними положил книги и стал дожидаться ведьму.

В этот раз ее не было довольно долго. Прошло почти полчаса, прежде чем она спустилась. Как всегда, в своем полном боевом облачении. Яркий макияж, обтягивающий наряд и декольте… На этот раз оно было особенно глубоким. Мне показалось, что даже был виден ее пупок. Да и все остальное вот-вот могло выпасть…

Пока она занималась приготовлением чая и доставала варенье, я спросил у нее куда запропастился гном? Как оказалось, с каждым днем он все чаще проводил время возле своей возлюбленной, животик которой округлялся все больше и больше.

Тогда понятно почему он меня не встретил. Причина более чем уважительная. Надеюсь, у него все-таки будет мальчик, иначе… Даже не хочу думать, что он может устроить в печали… Разнесет весь Тенедом к чертям…

— Так о чем ты хотел поговорить, мой сахарочек? — нетерпеливо спросила меня ведьма, когда закончила хлопотать и на столе появились чашки с горячим чаем, варенье и сладости, которые она тоже делала сама из каких-то местных растений.

— У меня к тебе есть несколько вопросов насчет магии крови, — сказал я, после того как проглотил несколько ложек варенья.

— Как интересно… — проворковала она, затем облизала ложку с вареньем и удивленно приподняла бровь. — Какие вопросы тебя интересуют, мой милый? Мы хотим с кем-то покончить, или ты снова связался с какими-нибудь каргами из своего мира?

Хотя она и старалась не подавать вида, мне кажется, я почувствовал легкое волнение в ее голосе.

— На это раз ни то и ни другое, — ответил я. — Главным образом я хочу, чтобы не прикончили меня. Недавно я разговаривал с одним своим приятелем, который знается на этой теме, и он рассказал много чего интересного. Оказывается, при помощи магии крови можно не только убить меня, но и управлять моими действиями. От первого, наверное, есть какая-то защита, а вот второе пугает меня гораздо больше. Моими руками можно натворить очень много всякого-разного… И это только магией, которой я владею, а ведь есть еще артефакты, которые можно использовать…

— Рада слышать, что твоей жизни в данный момент ничего не угрожает, — с облегчением ответила она. — Не хотелось бы, чтобы ты связался с кем-то, кто в совершенстве владеет магией крови. Кстати, для того, чтобы управлять тобой, нужен именно такой уровень. Даже мне будет непросто заставить кого-нибудь подчиниться моей воле, а я ведь считалась в своем мире одной из лучшей в этой области. Магия крови и ритуалистика — это мое призвание… Остальное — это так, скорее профессиональные увлечения. При случае поговори с Дорианом на эту тему, я думаю, он расскажет тебе много интересного на этот счет.

— Уже поговорил, — ответил я. — Иначе зачем бы я стал к тебе обращаться с такими вопросами?

— Например, потому что больше не к кому… — предположила она. — Или у тебя в знакомых множество ведьм?

— Нет, — признался я. — Кроме тебя никого.

— Вот видишь… Можешь считать себя счастливчиком. Не каждому удается заиметь знакомство всего лишь с одной ведьмой и сразу угодить при этом в десятку, — улыбнулась она. — Надеюсь, тебе этот негодник не все рассказывал? Некоторые вещи тебе знать пока ни к чему.

— Не знаю, — честно признался я. — Вроде бы ничего такого. Просто сказал, что если уж с кем и говорить об этом, то с тобой.

— Хорошо, давай к делу, — она оставила ложку в покое и отодвинула от себя варенье. — Какого черта ты вообще меня об этом спрашиваешь? Что-то случилось? Только не вздумай мне врать, мой милый мальчик, сейчас это было бы большой ошибкой.

— Да нет, правда все в порядке. Я хочу обезопасить себя на будущее. Можешь считать, что у меня мания преследования.

— Между прочим, не самая плохая фобия для мага, — подмигнула она. — Одна из тех, которые стоило развить в себе умышленно. Я рада, что ты начинаешь заботиться о своей безопасности. Обычно в твоем возрасте об этом не часто задумываются, но я думаю, Дориан дает тебе правильные советы на этот счет.

— Угу, — кивнул я и продолжил лакомиться вареньем. В отличие от ведьмы, я не планировал оставлять его в покое до тех пор, пока не слопаю всю банку.

— Тогда начнем с первого вопроса — твоей защиты от убийства. Я тебе сейчас кое-что покажу, — в этот момент она положила на стол свою правую руку и начала осторожно стягивать с пальца Кольцо Кровавой Звезды.

Она положила кольцо на стол, и я увидел, что на ее пальце остался кровавый след от него. Темная запекшаяся кровь перемешалась со свежей… Честно говоря, рана выглядела жутковато…

— Помнишь эту прелесть? — спросила ведьма и мне показалось, что ее голос в этот момент был немного другим. Будто она в один миг стала слабее.

— Еще бы…

— Как тебе известно, благодаря этому колечку я узнала много нового для себя, а взамен пою его собственной кровью, — она осмотрела свою рану. — Однако, могущество это не все, за что я с удовольствием пою его. Как и большинство артефактов-вампиров, к которым относится и оно, колечко дает защиту от кровавых ритуалов против меня…

— Здорово, — сказал я. — Если ты к тому, что ради безопасности нужно будет заплатить своей кровью, то меня это не пугает.

— Конечно это будет необходимо, но я сейчас не совсем об этом. Послушай меня внимательно… — она вновь надела на палец кольцо и на ее лице появилось облегчение. — Когда ты отдаешь артефакту свою кровь, ты даришь власть над собой всем, кто будет им пользоваться в дальнейшем. И если то, что с тобой сделают после твоей смерти, тебя может не сильно интересовать, то окажись такой артефакт в руках твоих врагов пока ты жив…

— Ты хочешь сказать, что если Кольцом Кровавой Звезды завладеет кто-то пока ты жива, то он сможет убить тебя?

— Именно. Если у меня в тот момент не будет аналогичного артефакта, то это будет несложно, — кивнула она. — Никто в здравом уме не даст снять с себя такой артефакт при жизни. Если говорить об этом колечке, то живых хозяев у него нет. Я это проверила при первой возможности.

— Зачем? — не совсем понял я.

— Затем, что оно вызывает своего рода привыкание. Чем дольше владеешь таким артефактом, тем оно сильнее. Мы называем это — кровавый голод. И если когда-нибудь ты владел таким артефактом и по какой-то причине лишился его, то будешь пытаться вновь и вновь вернуть его.

Блин… Вот засада… Почему все мощные артефакты обязательно с какой-нибудь гнильцой внутри? Мне вот как-то совсем не хочется, чтобы на мне болтался артефакт, который будет пить из меня кровь, да еще при этом навсегда привяжет меня к себе.

— Может быть, есть какой-нибудь другой путь? — с легкой надеждой спросил я.

— Не-а, — улыбнулась Лакримоза, как будто любой разговор о чьих-нибудь страданиях доставлял ей особое удовольствие. — Поэтому я еще раз спрашиваю тебя, ты уверен, что хочешь продолжить наш разговор?

— Уверен, — сказал я и подлил себе немного кипятка в чашку.

От лишней информации еще никогда вреда не было. Тем более, что варенья еще полбанки осталось. Не могу же я его здесь просто так бросить?

Глава 16

После разговора с Лакримозой у меня остались смешанные чувства. С одной стороны, надеть на себя штуку, которая будет тебя не только охранять, но еще и доставлять лишнее волнение — это такое себе удовольствие. С другой же…

Если других вариантов нет, и я на самом деле считаю, что нуждаюсь в подобной защите, то и выбора у меня нет. Остается только решить, насколько мне это нужно, и чем больше я об этом думал, тем сильнее мне казалось, что нужно стараться обезопасить себя со всех сторон. Насколько это возможно, конечно же…

Тем более, что подобный артефакт разом решал все мои проблемы. Он не даст причинить мне вред и не допустит, чтобы кто-то завладел моим сознанием и отдавал приказы. Просто не пустит чужака в мой разум. Что-то типа кровавого Барьера, который нет необходимости активировать. Он все время действует на постоянной основе. Ведь энергия для его работы — моя собственная кровь… Так что пока она во мне есть, никакой угрозы для меня нет.

Однако принять такое решение — это лишь малая часть проблемы. После этого появлялся ряд других вопросов. Например, где раздобыть такой артефакт? Не думаю, что это будет легко. Даже наоборот, крайне сложно. Я еще не знаю наверняка, но почему-то заранее уверен, что такие артефакты окажутся в списках запрещенных.

Кроме этого, есть еще один важный момент. Если уж и решаться на подобный шаг, то нужно подыскать такой артефакт-вампир, который будет очень полезен для меня. Иначе к чему эту все? Мало того, что он сам по себе будет у меня кровь пить, так еще взамен ничего хорошего не давать. Ерунда какая-то получается…

Надо будет поговорить с Лазаревой по этому поводу сразу после моего возвращения. Нечего тянуть. Нужно хотя бы знать какие из них ей известны, если вообще такие есть.

— Сразу, как только вас начнут за пределы «Китежа» выпускать, — напомнил мне Дориан о проблемах в школе.

— Я это и имел в виду, — ответил я и на этом мы закрыли разговор об артефакте-вампире, решив отложить его на потом.

Мы еще немного поговорили с Лакримозой о том, о сем… Я ей рассказал последние новости из «Китежа», когда она спросила, что у меня новенького? Ну а к тому времени как мой рассказ подошел к концу, закончилась и банка с вареньем. Самое время перейти к сферам силы и Книге Тысячи Месте.

Сегодня стеклянных шаров с бурлящей внутри них темной силой было не так много, как в прошлый раз. Поэтому такое поглощение темной энергии стало для меня не таким ярким. Так и должно было быть.

В последнее время я стал замечать, что, когда уничтожаю мелких существ, отдающих мне энергию, довольно часто просто не замечаю ее. Слишком маленькое количество на фоне таких вот приливов, которые я каждый раз получаю в Тенедоме.

Теперь оставалось надеяться, что этого хватит для новой страницы в книге, и картинка раскроется передо мной полностью. Так оно и вышло. Узор нового домена хаоса появился, вот только назывался он как-то странно — Тибериус.

— Ничего странного, имя как имя, что тебе не нравится? — нетерпеливо спросил меня Дориан, пока я разглядывал узор для Портального Ключа. — Или Дон-Нефрит, по-твоему, чем-то лучше? Что поделать, если все у этих демонов не как у людей.

В общем-то да, но все равно на этот раз в моем сердце появилась смутная тревога. Я с таким желанием хотел дождаться открытия новой страницы, а теперь вот… Что-то мне не нравилось. Конкретно в этой. Может быть, стоит отложить и подождать пока появится следующая?

— А с этой что будем делать? — спросил мой друг.

— Подождем немного… Например, пока я стану еще немного сильнее…

— Брось, Макс, что тут может быть опасного? Я думаю, твоя нерешительность связана с тем, что мы давно не ходили в гости к демонам хаоса, — высказал свое мнение Мор, и по большей части я был с ним согласен.

Ну что же… Будем считать, что так оно и есть…

На всякий случай я проверил все ли я взял. По ходу осмотра еще раз напомнил себе, что нужно как можно скорее решить вопрос с новой магической броней, которая уже начала неприятно поддавливать кое в каких местах… Зараза такая…

Ладно, как там выглядел этот узор… Вверх… Вниз… Влево… Вниз… Угу… Затем сюда…

ВЖУХ!!!

Все вокруг завертелось, и мы оказались в центре большущего зала. Первым делом я посмотрел под ноги и обратил внимание, что стою на постаменте. Обычно на таких стоят памятники. Странно… И что это за журчание, интересно знать?

Я покрутил головой и определил, что я здесь совершенно один и вокруг никого нет. Зато сама по себе обстановка довольно-таки примечательная. Стены были окрашены в нежный оранжево-розовый цвет, вдоль одной из стен протянулся длинный ряд темно-красных колонн… Пол из белого мрамора… Деревья вокруг… Пение птиц…

Недалеко от постамента стояла пара диванов, расположенных буквой «Г». На них лежало несчетное количество подушек самых разных расцветок и размеров. Перед диваном имелся низкий стол, который ломился от разнообразных блюд, а рядом с ним было несколько высоких металлических кувшинов. Обычно нечто подобное делали на Востоке.

Я спустился с постамента, который был мне по пояс, обернулся и с удивлением обнаружил надпись на нем: «Герой № 666». Не понял… В каком смысле?

— Дориан, как ты думаешь, этот номер на меня намекает или он всегда здесь один и тот же?

— Понятия не имею, мой мальчик, — один из редких моментов, когда Мор решил ответить мне честно. — Но думаю, что хозяин этого домена большой шутник.

Не знаю, не знаю… Мне вот что-то не очень нравятся подобные шуточки… Как и цифра на постаменте…

От вида изысканных блюд и аромата, который царил вокруг стола, у меня в животе заурчало, но я решил повременить с едой. Я не боялся, что меня попробуют отравить, тем более, что для этих случаев в моем рюкзаке всегда имеется кусочек Искрицы. Просто хотел осмотреть зал получше.

Я немого побродил по залу и пришел к выводу, что когда говорят о райских местечках, то, наверное, имеют в виду нечто подобное. По сути, здесь был разбит искусственный сад. Причем с большим знанием дела. Не забыли даже о журчащем ручье, который выходил из одной стены, петлял через весь зал и в конце концов скрывался в другом.

Еще я нашел дверь. Высоченную, массивную, с два моих роста… Я несколько раз дернул за ручку, но она оказалась закрытой. Все стены зала были покрыты рисунками, большая часть из которых запечатлела бои на арене с разными чудовищами. Одно из чудовищ было похоже на гигантского скорпиона, а вот остальные были мне незнакомы.

Видимо хозяин этого зала был большим любителем таких вот боев, если решил покрыть все стены однотипными рисунками. Чем-то все это напоминало мне Древний Рим. Очень похоже на то, что мы проходили по всемирной истории. Если так, то на стенах, наверное, запечатлены гладиаторские бои.

Ну пока вроде бы все нормально, и мне ничего не угрожает. Немного смущают запертые двери, но это, видимо, потому что владелец этого домена беспокоится как бы со мной чего не случилось, если я выберусь из зала и отправлюсь на самостоятельную прогулку. Поэтому хочет встретить меня сам. Хотя, с другой стороны, раньше ничего подобного не происходило… Гуляй где хочешь…

Решив отнести это к странности хозяина, я потопал к столу, который манил меня ароматами. Судя по запахам, еда была приготовлена совсем недавно, так что, получается, меня здесь ждали. Впрочем, как всегда. Как им удается узнать, когда я приду — это для меня всегда было загадкой.

Едва я уселся на диване и разломил на две половины еще горячую лепешку, как вдруг услышал громкий скрип, с которым распахнулись двери.

Эх… Надо было сначала поесть, а потом уже зал осматривать… Как бы мне аппетит никто не испортил…

Я обернулся в сторону дверей и увидел невысокого, очень толстого человека в кожаных доспехах и красном плаще. Он сложил руки за спиной, от чего его и без того огромный живот казался еще больше. На его босых ногах были надеты кожаные сандалии.

Вся эта картинка еще больше напомнила мне Древний Рим. Если передо мной сейчас стоял демон хаоса, то всем своим видом он был похож на римского императора.

— Слушай, Дориан, я тут подумал… По-моему, среди императоров там нормальные редко попадались… Как думаешь, нам повезет с этим толстым парнем? — мысленно спросил я у своего друга и на всякий случай все-таки откусил немного лепешки. Ее запах меня с ума сводил.

— Выглядит вполне нормально, а там кто его знает… Я вообще в этих ваших императорах не очень разбираюсь… — признался он.

— Естественно. С чего бы тебе в них разбираться, если ты на всех историях продрых.

В этот момент толстяк раскинул руки в разные стороны, а на его лице появилась благодушная улыбка.

— Наконец-то Барбадей услышал меня и все-таки прислал мне очередного героя! — громко сказал он и пошагал в мою сторону. — Не прошло и сотни лет!

Чтобы не выглядеть невоспитанным поросенком, я оставил в покое лепешку, отряхнул руки и поднялся с дивана. Не стоит нервировать демонов хаоса без дела. Тем более тех, которые мнят себя римскими императорами.

С распростертыми объятьями он подошел ко мне поближе, оглядел с ног до головы и его ярко-голубые глаза сменили цвет на бордовый, а улыбка исчезла с лица.

— Выглядишь ты, конечно, так себе… — сказал он и опустил руки. — Твои предшественники явно смотрелись намного лучше. Похоже на этот раз великий Барбадей решил сыграть со мной злую шутку и в качестве юбилейного героя прислал мне какого-то мальчишку.

— Вообще-то, там, откуда я родом, меня считают довольно опасным парнем, — сказал я. — Считается, что со мной лучше не связываться.

— Да? Какой кошмар. Это должно быть ужасно жить в таком мире, где тебя окружают чахлые и немощные типы, среди которых даже такой как ты может кому-то внушить страх, — сказал толстяк со скорбным видом.

От нахлынувшей на меня обиды у меня перехватило дыхание и захотелось сказать этому типу пару ласковых. Я сдержался лишь благодаря Дориану, который уговорил меня не делать этого.

— Меня зовут Тибериус, — сказал толстяк и обвел зал руками. — Здесь все принадлежит мне, как ты понял. Кстати, нравится моя мантия?

— Очень… — сквозь зубы процедил я.

— Спасибо за комплимент, — вновь улыбнулся он, взял в пухлые руки мантию и покружился как девочка. Только сейчас я заметил, что на каждом пальце он носит по перстню с драгоценными камнями, размером с голубиное яйцо. — Теперь можешь назвать свое имя, я разрешаю тебе.

Вот спасибо! Ну прямо праздник какой-то!

— Максим Темников, — сказал я, глядя как его глаза вновь меняют цвет на ярко-голубой.

— Максим? Что за дурацкое имя для героя? — нахмурился демон. — Нет, так не пойдет. Герой с таким именем не может сражаться в ритуальном поединке. Тебя будут звать Максимус! Ну как, нравится?

С чего это вдруг у меня дурацкое имя? Я не понял… Он что, специально бесит меня, я понять не могу? Погоди-ка, Дориан… Мне послышалось, или он что-то сказал про ритуальный поединок?

— Я спросил, тебе нравится? — с нажимом переспросил тип.

— По-моему вы сказали что-то насчет ритуального поединка? — переключился я на более болезненную для себя тему.

— Конечно! Ты думаешь зачем тебя прислали? У нас с Барбадеем давно повелась такая традиция. Он присылает мне героев, я организовываю особые торжественные ритуальные поединки, в которых они участвуют, — Тибериус пожал плечами. — Ничего не меняется вот уже многие тысячи лет. Барбадей надеется хоть раз выиграть у меня таким образом, но пока все его посланники сложили на песке арены свои головы. Ну или руки. Или ноги. В общем, кому как повезло.

Здорово просто… Я даже рот открыл от неожиданности. Еще ни разу у меня не было такой теплой встречи как здесь. Прямо огонь! Жду не дождусь, когда этот парень оставит меня одного и я снова вернусь в милый и уютный Тенедом.

— Кстати сказать, думаю, что и в этот раз у него не получится хоть раз выиграть у меня, — продолжил тем временем демон хаоса. — Не знаю, какую опасность ты можешь представлять из себя в своем мире, но я лично думаю, что ты продержишься не больше минуты. Этого времени Гнусному Смраду как раз хватит, чтобы догнать тебя.

Он прошел мимо меня, уселся на диване и хрустнул ярко-красным яблоком, которое взял из вазы с фруктами. Вытер тыльной стороной ладони фруктовый сок, потекший по подбородку, и вновь посмотрел на меня. Я как раз думал, как может выглядеть человек с именем Гнусный Смрад? Надеюсь, я этого никогда не узнаю.

— Жаль, что ты такой жалкий… Я так ждал этого волнительного момента, когда ко мне явится юбилейный герой…– он откусил от яблока еще один кусок и бросил огрызок в сторону постамента. — Умеет же Барбадей испортить мне праздник, что сказать…

Приняв для себя четкое решение свалить отсюда как можно скорее, я решил немного подыграть ему, чтобы толстяк не думал, что я хочу удрать. Мало ли, что он придумает в таком случае…

— Гнусный Смрад вы сказали? — уточнил я. — Это тот, с кем мне предстоит сразиться?

— По-моему, «сразиться» это не самое подходящее слово для того, что будет происходить, — гаденько усмехнулся Тибериус. — Но вообще, да. Так зовут нашего действующего чемпиона, который в одиночку может справиться с целой армией. Некоторые только от его внешнего вида навсегда теряют рассудок.

— И если я сражу его, то мне полагается награда? — задал я следующий вопрос.

— Точно. Мой личный дар. Именно об этом мы договаривались когда-то давно с Барбадеем, — он пожал плечами. — Хотя не знаю, зачем ты спрашиваешь об этом.

Я придал себе воинственный вид, вытащил из футляра энергетический меч и активировал его.

— Затем, что я намереваюсь сразить вашего Гнусного Смрада и получить предназначенный для меня дар! — грозно сказал я.

— О! Надо же! У тебя есть волшебная светящаяся ковырялка! — потер руки толстяк. — Это хорошо. Помочь она тебе не сможет, но ты хотя бы будешь не так жалко выглядеть, когда выйдешь на арену. Хоть что-то…

Он взял из вазы еще одно яблоко и поднялся с дивана.

— По правилам нашей игры с Барбадеем, у тебя есть три дня, которые ты будешь проводить в свое удовольствие. Я же за это время проведу подготовку к торжеству, — объяснил он мне и посмотрел на стол. — Еда, питье — все к твоим услугам. Если нужны будут девушки — только скажи. У меня неплохой выбор. Просто постучи по двери и все будет. Должен же ты хоть как-то порадовать себя перед смертью.

— Благодарю, Тибериус, — кивнул я и деактивировал меч. — Если вдруг меня заинтересует нечто подобное, постучу обязательно.

Он подошел ко мне, похлопал по плечу и пошел к дверям, весело насвистывая какую-то мелодию. Я дождался пока за ним закроется дверь, и облегченно вздохнул.

— Дориан, я же тебе говорил, что мне не нравится эта страничка в книге, — сказал я своему другу. — Пожалуй, этого демона мы с тобой пропустим.

— Да, ты прав, мой мальчик. Мне здесь тоже что-то начинает не нравиться, — согласился Мор. — Терпеть не могу ритуальные поединки с неизвестными личностями.

Я активировал Портальный Ключ и… Да ничего я не активировал! Он не сработал! Так, без паники… Наверное, я где-то ошибся из-за волнения. Попробуем еще раз…

ВЖУХ!!!

Хрена с два… Ключ не работал и ошибки здесь быть не может. На этот раз я чертил узор очень внимательно. Интересно, а если попробовать некрослой?

Без особой спешки, чтобы нигде не ошибиться, я тщательно начертил некросимвол входа, но никакого рвущегося звука не последовало. Это тоже не сработало.

Твою мать… Ну здорово просто… Я никак не могу выбраться из этого долбаного зала! Разозлившись, я размахнулся и врезал ногой по железному блюду, на котором лежал жареный поросенок.

От удара поросенок взлетел вверх, крутанул несколько сальто и шмякнулся прямо на пьедестал. Теперь он был «Герой № 666». Вот бы он еще вместо меня через три дня на ритуальный поединок отправился, было бы совсем хорошо.

— Не злись, Макс. Во всем нужно видеть только хорошее, — решил успокоить меня Дориан. — Помнишь, как я тебя учил?

— И что здесь может быть хорошего, по-твоему? Назови хоть одну вещь во всей этой истории!

— Ну… По крайней мере, мы с тобой увидим, как выглядит Гнусный Смрад, — сказал Мор. — Мне, кстати, тоже интересно посмотреть, за что его так назвали.

Глава 17

Надеясь на то, что все дело в Тибериусе, который оставляет после себя магический фон, блокирующий некоторые мои заклинания, я выждал немного времени и попробовал еще раз. Однако результат остался прежним. Ничего не изменилось.

Я не мог выбраться из этого долбаного зала обратно в Тенедом или попасть в некрослой. Оставалось только одно — ждать. Надеюсь, этот толстый демон хаоса, решивший, что он римский император, не думает меня держать в этом зале все три дня, о которых он говорил?

У меня была некоторая надежда на то, что это просто с этим залом что-то не так, и как только мне удастся выбраться из него, мои заклинания заработают вновь. Поэтому я принял решение подождать пока меня поведут на какую-нибудь прогулку, а пока закончить начатое дело и поесть.

После этой встряски у меня разыгрался жуткий аппетит, и я надеялся, что плотный обед немного успокоит мои нервы. Хотя, вполне может быть, что это был не обед, а ужин или завтрак, например.

В этом зале не имелось ни одного окна, поэтому было совершенно непонятно какое время суток в этом домене в данный момент. Однако, по моим внутренним ощущениям сейчас был именно обед.

Перед тем как основательно взяться за дело, я решил проверить еду Искрицей. Не думаю, что демон хотел бы меня отравить, иначе зачем меня здесь держать в качестве участника ритуального поединка? Но на всякий случай решил перестраховаться. Все-таки мало ли что… Кто знает, что в голове у этого Тибериуса?

Мои тревоги не подтвердились. Я проверил все, что было на столе, но ни в одном из случаев артефакт не поменял своего цвета. Так что можно было лопать смело, и эта мысль меня приятно порадовала. Хоть какая-то хорошая новость за последнее время.

Стараясь не портить себе аппетит плохими мыслями, я уминал разнообразную еду, которая была здесь в изобилии. Судя по всему, над столом работало какое-то волшебство, так как еда почему-то была теплая. Полное ощущение того, будто ее приготовили совсем недавно. Хотя я никакой магической энергии от стола не исходило и это было весьма необычно. Впрочем, как и много чего в этом зале.

На всякий случай я не стал наедаться до отвала. Кто знает, может быть, вскоре и в самом деле мне предстоит какая-нибудь прогулка, а бродить с набитым до отказа животом такое себе удовольствие. Я поочередно проверил содержимое нескольких кувшинов и обнаружил в одном из них что-то вроде лимонада. Во всех остальных было вино.

Выдув пару кружек, я развалился на кровати и ради интереса попробовал активировать Светящийся Огонек. По правде говоря, я не рассчитывал на то, что из этой затеи хоть что-то получится, однако, к моему удивлению, получилось. Причем очень даже неплохо.

Даже с учетом того, что я практически не вкладывал в него магической энергии, у меня вышел один из лучших Светящихся Огоньков за последнее время. Идеальный по форме, с ровным струящимся в разные стороны светом. Я смотрел на него с открытым ртом и понимал, что только что создал практически идеальное заклинание…

Наверное, демон хаоса оставил после себя какой-то энергетический фон, который не давал мне возможности колдовать. Сейчас он рассеялся и у меня наконец-то появилась возможность свалить отсюда!

Останусь без дара, но я хотя бы очень плотно и вкусно поел. В данном случае это неплохо. Пусть даже обед прошел с невеселыми мыслями, но меня это больше устраивало, чем встреча с каким-то Гнусным Смрадом, от которой я ничего хорошего не ждал.

— Дориан, помаши ручкой этому домену! — сказал я, на радостях тут же вскочил с дивана и попытался активировать Портальный Ключ.

Ничего не вышло…

Да какого хрена, я понять не могу⁈ Как так-то! Почему я не могу попасть в Тенедом? Честно говоря, меня это немного шокировало и порядком разозлило! Со злости я буцнул подушку, которая лежала рядом с диваном, и она улетела куда-то в район весело журчащего ручья.

— Не нервничай, мальчик мой, — решил успокоить меня Мор. — Целители говорят, что нервные клетки не восстанавливаются.

— Тогда объясни мне, какого черта не работает Портальный Ключ! — со злостью спросил я у него и попробовал войти в некрослой. — Так я и думал! Некросимволы тоже не работают! С таким же успехом я мог просто похлопать в ладоши!

— Да, забавно… — задумчиво сказал Дориан. — При всем этом, Светящийся Огонек у тебя получился просто отличный…

— Вот-вот! Что за ерунда, ты мне можешь сказать?

— Похоже на то, что здесь работает только обычная магия, а необычная не работает. — ответил он. — Все просто.

— Ну ты прямо вообще сегодня в ударе, — покачал я головой. — Прямо-таки глаза мне раскрыл, Капитан Очевидность… Я надеялся, ты мне расскажешь, почему так происходит.

— Вот этого я, к сожалению, не знаю. Могу лишь дать тебе совет — как только вернемся в «Китеж», тебе нужно попросить Черткова, чтобы он обучил тебя портальной магии, — сказал Мор. — Мне кажется, что если бы ты знал, как ею пользоваться, то сейчас без проблем ушел бы отсюда.

— Хорошая мысль, — одобрил я. — Осталась всего лишь какая-то ерунда — вернуться в мою родную школу. Кстати говоря, я по ней уже начинаю отчаянно скучать. Гораздо больше обычного, почему-то… Слушай, а может быть, здесь вообще только Светящийся Огонек можно активировать?

Чтобы проверить свою теорию, я запустил в одну из колонн Стрелу Тьмы, и на этот раз все получилось. Причем, как и в случае с Огоньком, заклинание вышло намного мощнее своего обычного варианта. Колонну, которую я выбрал для него целью, просто разнесло на мелкие куски. У меня даже пол под ногами задрожал.

В расстроенных чувствах я вновь уселся на диван и стал думать над всем этим. Выходило так, что работала здесь только стандартная магия, а все остальное нет. Зато намного эффективнее, чем у меня дома. Хоть что-то приятное. Надеюсь, мне это как-то поможет…

Кстати, а что насчет даров демонов хаоса, которые у меня уже имеются? Как с ним здесь обстоят дела. Я активировал желтый камешек Дона-Нефрита, который отвечал за левитацию, проговорил нужные слова… Надо же, к моему удивлению, это сработало, и я медленно поднялся над диваном.

Это открытие меня немного успокоило. Значит не все так плохо и в запасе у меня есть еще кое-что помимо моих заклинаний. Среди даров демонов хаоса было немало полезных вещей, которые могут мне пригодиться. Вот, кстати… Если для начала попробовать взломать эти двери даром Форваля? Интересно, что из этого выйдет?

Не откладывая надолго, я вновь поднялся с дивана, подошел к дверям, и произнес нужные слова, чтобы активировать дар. Долго ждать не пришлось, практически мгновенно дверь засветилась красным цветом.

В ожидании щелчка, знаменующего открытие двери, я закрыл глаза, а на моем лице появилась улыбка. Представляю как удивится Тибериус, когда мне удастся выбраться из тюрьмы со всеми удобствами, в которой он меня запер.

Однако щелчка не было… А когда я открыл глаза, то оказалось, что и красный свет с двери исчез. Похоже Форваль оказался беспомощен перед дверью, так что Тибериуса удивить не удастся. Жаль…

Но я не унывал. По крайней мере, дары работали, и это здорово. Можно даже пойти съесть чего-нибудь сладенького, чтобы отпраздновать это открытие, а потом можно и вздремнуть, пока ко мне кто-нибудь придет. Так я и сделал. Наелся сладостей, которых здесь было несколько видов, положил голову на подушку, чтобы немного отдохнуть, и заснул. Надеюсь, мне дадут поспать хотя бы пару часиков…

Дали. Причем гораздо больше, чем пару часиков. Я чувствовал это по себе, когда вновь открыл глаза. Внутренние ощущения подсказывали мне, что сейчас, как минимум, утро следующего дня. За это время меня никто не разбудил и не приходил… Стоп… Вот здесь ошибочка…

Судя по тому, что я увидел на столе, кто-то здесь все-таки был пока я спал. Блюда были совсем другими. Значит кто-то приходил, но будить меня не стал. Это уже лучше. Будем надеяться, что и в течение дня кто-нибудь заглянет ко мне.

С этой мыслью я пошел искать, где бы мне умыться, и вскоре нашел не только пахнущее цветами мыло и полотенца, но и бассейн с теплой водой, деревянную бочку с горячей… В общем, в моем распоряжении оказался целый спа-салон.

После водных процедур я позавтракал вкусной едой, которая, как и вчера, оказалась теплой, а затем стал томиться в ожидании хоть кого-нибудь, кто соизволит заглянуть в этот зал. Честно говоря, становилось немного скучновато. Очень хотелось переброситься с кем-нибудь хотя бы парой фраз.

Однако в этот день ко мне никто не пришел… На следующий тоже и этим я был особенно недоволен. Как дурак я не ложился спать и терпеливо ждал, пока зайдет тот, кто приносит мне еду, но оказалось, она меняется сама собой волшебным образом.

После этого я вспомнил слова Тибериуса о том, что можно пригласить девушек, когда мне захочется. Не то, чтобы в этом возникла острая необходимость, но я хотел узнать, как это работает. Я подошел к двери, постучал по ней кулаком и стал ждать. Не прошло и нескольких секунд, как у меня спросили, чего мне угодно? Что интересно, голос был подозрительно похож на Тибериуса.

— Желаю пару девчонок, — сказал я, не очень понимая, как это должно делаться.

— Не получится, — ответил мне голос.

— Как это? Тибериус же мне обещал! — возмущенно крикнул я. — Сказал, что нужно постучать в любой момент и все будет!

— Предложение было актуально в первые сутки. Теперь уже все, не положено, — ответил наглый голос за дверью. — В последние сутки перед ритуальным поединком герою полагается медитировать, собираться с мыслями и готовиться к предстоящей битве. Так что извини, если что.

— Дориан, мне одному кажется, что этот демон хаоса над нами просто издевается? — спросил я у своего друга, который почему-то обхохатывался в этот момент. — Только понять не могу, почему ты ржешь как конь? Что смешного?

— Не обращай внимания, это я так… Нервное… — ответил он. — Может быть, тебе и правда немного помедитировать?

— Иди ты знаешь куда!

— Тогда в бассейне поплескайся, — предложил он. — Думаю, это будет лучше, чем ходить по залу и футболять подушки со зла.

Я еще немного позлился, а затем решил, что мой друг прав. Провести последний день перед поединком в свое удовольствие, это лучшее, что я могу сделать. Так я и сделал. Все оставшееся время я только и делал, что купался и ел всякие вкусности.

Хоть в этом для меня не было никаких ограничений. Разнообразной едой Тибериус снабжал меня исправно. Некоторые из блюд, что мне удалось попробовать за эти несколько дней, были настолько своеобразны, что я даже не мог сказать из чего они были приготовлены. Впрочем, меня это не особо беспокоило, главное — это было вкусно.

По моим ощущениям, все ближе был тот момент, когда придет время ритуального поединка, ради которого я здесь торчал. В какой-то момент мне уже начало казаться, что три дня истекло и пошел уже четвертый, как вдруг двери наконец открылись. Причем не просто открылись — зал наполнил оглушительный звук труб.

В тот момент я как раз лежал в теплом бассейне, покачиваясь на воде и получая удовольствие от процесса. От неожиданности я резко ушел под воду и чуть не захлебнулся. Нет, все-таки Тибериус и правда немного не в себе. Это надо же было придумать вламываться в комнату таким образом! С ума же можно сойти…

— Рад приветствовать тебя, Максимус! — торжественно поздоровался со мной демон хаоса, поставив при этом ногу на бортик бассейна, в котором я плескался. — Давай, заканчивай свои омовения, тебя ждут великие дела! Тысячи людей пришли посмотреть на тебя в деле!

Я осторожно заглянул за спину Тибериуса, который своим огромным телом заслонил мне весь обзор, и увидел отряд из десяти трубачей, которые одеты были как римские легионеры. Видимо, демона серьезно накрыло на этой теме… Кстати, трубачи даже лицом были чем-то похожи между собой. Такое ощущение, что все они были братьями.

Вообще-то, я не люблю одеваться, когда на меня все смотрят… Однако не думаю, что у меня был вариант попросить всех собравшихся отвернуться на пару минут. Единственное, что я мог сделать в этой ситуации, просто поторопиться, чтобы процесс одевания занял как можно меньше времени.

Последней вещью, которую я надел, было Кольцо Потерянных Душ, которое тут же отозвалось:

— Ну наконец-то! — нетерпеливо сказала Фрея, голос которой показался мне на этот раз более нежным чем обычно. — Что-то большое издохло в лесу, если ты решил надеть меня?

Сейчас мне было не до разговоров с кольцом, так что я промолчал в ответ, лишь почувствовав как оно будто само собой поплотнее обтягивает мой палец.

— Удачи тебе, мой мальчик, — сказал Дориан в тот момент, когда я пытался зафиксировать броню на себе таким образом, чтобы она мне не сильно давила. — Чтобы не случилось, помни — я всегда рядом!

— Угу, спасибо… — ответил я и сообщил Тибериусу, что мы можем идти.

Трубачи вновь взялись за дело и зал наполнился громкими звуками, от которых я чуть не оглох. Они вышли первыми, а мы с демоном сразу за ними.

Как только за спиной закрылась дверь моей временной тюрьмы, я тут же попробовал еще раз активировать Портальный Ключ, и из этой затеи снова ничего не вышло. Пришлось смириться с мыслью о том, что, похоже, из этого домена у меня лишь один выход — победа в ритуальном поединке.

Тем временем я обратил внимание на окружавшие меня звуки и понял, что где-то там снаружи ревет толпа народа. Понятия не имею сколько там было человек, но судя по крикам, много. Очень много. И с каждым шагом крики становились все громче. В какой-то момент я сравнил себя с пчелой, которую ведут в жужжащий улей.

Один темный коридор, следом за ним еще один и, наконец, третий, в конце которого был яркий свет. Наконец-то, впервые за последние дни я окажусь на свежем воздухе.

Шаг за шагом… Я вышел из коридора и меня оглушил рев со всех сторон. Передо мной открылась картина, которая весьма впечатлила. Настолько, что у меня прямо пятки зачесались от желания побежать обратно в свой зал с бассейном и бочкой с горячей водой.

Оказывается, все это время я прожил в здании, которое было похоже на небольшой дворец, над входом в который была выбита надпись: «Геройский уголок». Сейчас я стоял на краю длиннющей лестницы, которая была своего рода мостом вниз, к арене, окруженной ревущими от возбуждения зрителями.

— Вперед, Максимус! — подбодрил меня улыбающийся демон хаоса и указал рукой вниз. — Гнусный Смрад уже ждет тебя!

Он был абсолютно прав, даже отсюда я видел большое темное пятно, которое довольно быстро перемещалось по арене. Пока еще я не мог как следует его рассмотреть, но это было не обязательно для того, чтобы понять — этот тип просто огромный, если я вижу его даже с такого расстояния.

Эх… Ладно, потопали… Что стоять?

Изо всех сил стараясь не показывать, что я волнуюсь или чего-то боюсь, я улыбался широкой улыбкой, приветственно махал рукой, а со всех сторон орала беснующаяся публика. В основном я слышал имя Гнусного Смрада, само собой и это было неудивительно.

По мере того, как я приближался к арене, я понимал, что он в десятки раз превышает меня размерами. Было бы довольно странно думать, что я смогу продержаться против него хотя бы минуту.

Однако, я был другого мнения и не собирался так просто проигрывать в этом ритуальном поединке. По крайней мере, у меня есть Кольцо Ветра, с которым я могу довольно быстро бегать. Может быть, что-нибудь придумаю за это время…

Гнусный Смрад явно не был человеком. Людей таких размеров просто не существует. Видимо в этом домене водились какие-то существа вроде гигантов, и он явно был одним из них. Высотой с четырехэтажный дом, он состоял из одних лишь только мышц, которые сплошь покрывали его впечатляющими буграми.

В одной руке он держал топор, лезвие которого было шириной с четыре моих роста, а в другой руке у него была дубина с острыми шипами. Думаю, что каждый шип был длиной с железнодорожную рельсу, не меньше. Из одежды на нем были лишь шерстяные штаны по колено, а ступни обмотаны кожей.

— Дориан, как думаешь, сколько мамонтов пошло, чтобы он смог себе такие портки пошить? — спросил я, глядя на монстра перед собой, который рычал на меня как волк.

Пока публика безумствовала, я обернулся и посмотрел на Тибериуса. Его кресло было расположено недалеко от арены и как будто немного нависало над ней. Я так понимаю, чтобы видеть поединок в подробностях и не пропустить какой-нибудь важной детали.

Например, как Гнусный Смрад превращает очередного несчастного в кровавую лепешку при помощи своей огромной дубины. Мне вот интересно, на фига этому типу вообще дубина и топор? Он бы мог и дракона придушить голыми руками.

— Смотря какого, — засомневался Дориан. — Вот, например, если…

Однако Тибериус не дал закончить ему мысль. Он поднял вверх руку и как по волшебству вокруг стало тихо. Демон хаоса начал говорить что-то насчет героя, которого зовут Максимус, но я его не слушал, а молча смотрел на гиганта перед собой.

Мысли в моей голове носились со скоростью ветра и чем больше я размышлял, тем сильнее склонялся к мысли, что драпать от этого громилы будет не лучшим вариантом.

Ну хотя бы потому, что арена оказалась не такой уж и большой на самом деле. Этот тип меня очень быстро догонит. Поэтому я решил проверить, как у него обстоит дело с магической защитой? Дубины и топора у меня нет, зато есть отличные заклинания, которые в этом измерении прекрасно работают.

Прежде всего мне нужны атакующие заклинания, а не защитные ауры. На них у меня будет время, а на старте мне нужно чем-то занять этого парня. Я как раз выбирал порядок, в котором буду активировать заклинания, когда меня наглым образом отвлекли.

— Пусть победит сильнейший! — услышал я громкий голос Тибериуса, который тут же потонул в бурном океане тысяч орущих глоток.

Звуки сотен труб ознаменовали начало поединка. Гнусный Смрад раскинул в стороны руки и грозно заорал, а я принялся за дело.

Стрела Тьмы в одну ногу, следующая в другую, затем Луч Смерти в район сердца, а еще одна Стрела Тьмы в голову. Все это было проделано с максимально возможной скоростью, на которую я был способен. Кроме того, на этот раз я решил не мелочиться и вложил в заклинания побольше магической энергии.

От того, что произошло после этого, я и сам офигел…

Ноги Гнусного Смрада как будто корова языком слизала, он заорал от боли, и в этот момент Луч Смерти ударил ему в грудь, пробив в ней дыру, через которую мне стало видно зрителей напротив. Ну а последняя Стрела Тьмы ударила гиганту в голову с такой силой, что она просто взорвалась как арбуз на сотни осколков, окатив всех вокруг кровавым дождем.

Гнусный Смрад еще какое-то мгновение стоял на песке своими обрубками, затем покачнулся и безголовое тело рухнуло прямо передо мной, подняв в воздух тучу пыли.

С довольным видом я смотрел на то, что у меня получилось, а вокруг меня царила тишина. Тишина была такой, что в любой момент могла раздавить своей мощью. Теперь-то я понял, что значит на самом деле — давящая тишина. Незабываемые ощущения.

— Дориан, по-моему, получилось неплохо…

— Ну не знаю… — с сомнением сказал Дориан. — Будь я на твоем месте, я бы успел еще пару Темных Стрел в него запустить…

— Ах, как сладко… — услышал я довольный голос Фреи. — Похоже я заблуждалась на твой счет… Елистрату до тебя далеко, Максим Темников…

Глава 18

Сколько длилась тишина, я не знаю. Мне показалось, целую вечность. Пока все вокруг молчали, я был занят важным делом — вытирал лицо от остатков Гнусного Смрада, которыми он забрызгал меня с ног до головы.

Теперь мне было понятно, за что этому громиле дали такое имя — запашок от него исходил тот еще. Не думаю, что я быстро забуду его, как и все это приключение. Если, конечно, ритуальный поединок на этом завершен, и демон хаоса не придумает для меня что-нибудь еще. Если честно, тишина вокруг несколько настораживала…

Едва я подумал об этом, как кто-то за моей спиной начал хлопать в ладоши. Правда довольно вяло, но все-таки. Даже такие жиденькие аплодисменты были куда лучше, чем эта звенящая тишина вокруг. Я обернулся, чтобы посмотреть кто там радуется, и оказалось, что это был Тибериус собственной персоной.

— Великолепно! — крикнул он. — Это, конечно, не то, что мы все ожидали, но… Браво, Максимус!

Эти слова послужили стартом к оглушительному реву, от которого у меня заложило уши. Только теперь вместо имени Гнусного Смрада, толпа скандировала: «Максимус!».

Прийдя немного в себя от резкой смены обстановки и настроения зрителей, я поднял руку вверх и покрутился по сторонам, благодарно кланяясь. Это привело зрителей в еще больший восторг, и они заорали с новой силой, а кроме того, начали топать, сидя на своих местах, отчего пол под моими ногами задрожал.

— Слушай, Дориан, как бы они от радости на развалили эту арену, — сказал я, продолжая радостно улыбаться.

— О чем ты думаешь, Макс? — возмутился он. — Лучше наслаждайся своим триумфом. Видишь, как радуются!

Я и наслаждался. До тех пор, пока у меня рука не устала салютовать и шея не начала болеть от непрекращающихся благодарных поклонов. Меня спас Тибериус, который спустился ко мне, взял меня за руку и повел обратно к лестнице.

От рева толпы каменные ступеньки угрожающе дрожали под ногами, а я тем временем начал раздумывать насчет дальнейших планов демона. Меня не заботила причитающаяся мне награда и что это будет.

Больше всего меня интересовал всего лишь один вопрос — как этот парень намерен возвращать меня назад, если у него здесь ни черта не работает из моих заклинаний? Оставаться здесь навсегда как-то не входило в мои планы.

На этот раз трубачи не стали заходить в зал, а выстроились в две шеренги перед дверями, создав таким образом своеобразный коридор. Меня это вполне устраивало, по правде говоря, этот день выдался таким шумным, что у меня уже начала раскалываться голова от него.

Как только за нами закрылась дверь, я решил сразу же перейти к делу.

— Если я правильно понял, то ритуальный поединок можно считать оконченным? Гнусного Смрада больше нет, а значит я победил, верно? — спросил я, в то время как Тибериус вновь расположился на диване и взял несколько фруктов из вазы. По-моему, это было нечто похожее на местные аналоги мандаринов. Выглядели они точно так же.

— Угу, — кивнул демон и откусил половину мандарина вместе с кожурой. — Гнусного Смрада больше нет, все правильно, Максимус. В этом-то как раз и проблема.

Ну начинается… Что же в этот раз все неуклюже как-то у меня?

— Выходит, что теперь у нас ты — самый сильный боец, — продолжил тем временем Тибериус. — Получается так, что если я тебя отпущу, то мне придется искать замену, а это хлопотное дело. Тем более, что ты так эффектно расправился с нашим прошлым чемпионом. Боюсь подданные не простят мне этого и, чего доброго, взбунтуются…

Демон доел мандарин, вытер ладонью потекший по подбородку сок и принялся за второй.

— Знаешь, Максимус, я терпеть не могу бунты. Они так утомляют… Почти всех придется испепелить в назидание остальным, потом ждать пока новые родятся. Одним словом — морока.

Я сел на соседний диван и молча слушал. Мне было очень интересно, чем он закончит свою речь. Не может же он оставить меня здесь силой? По крайней мере, я на это очень надеюсь…

Тибериус выждал немного и спросил:

— Я тут подумал, пока смотрел ваш поединок с Гнусным Смрадом… Может быть, ты останешься? — спросил он с надеждой в голосе. — А что, по-моему, отличная мысль. Собственный дворец, псарня, тысяча рабов, как тебе?

Он посмотрел на меня, а затем щелкнул пальцами и перед нами появился еще один диван. Этот был намного больше наших, а еще на нем сидели девушки. Причем в большом разнообразии. Все они смотрели на меня и томно улыбались. Блин… Хоть бы надели что-нибудь на себя… Разве так можно? Нельзя же называть эти разноцветные нитки на них одеждой?

— Плюс еще вот это, — с улыбкой сказал демон. — Я могу устроить так, что каждый день у тебя будет новая красавица. Не думаю, что где-то ты найдешь условия получше. Плюс пенсионное обеспечение, само собой. Если ты до нее доживешь, конечно. Но, с твоими способностями, это будет не слишком сложно.

— Предложение хорошее, спорить не буду, — я все-таки был воспитанным парнем, а потому решил не нервировать Тибериуса понапрасну грубым отказом. — Однако дома меня ждут дела. Я же герой, не забывайте об этом. У таких как я все время полно всяких дел.

— Уверен? — спросил демон, затем подмигнул и кивнул в сторону дивана с девушками. — Второго такого шанса может не быть. Кто еще тебе предложит прожить спокойную и беззаботную жизнь, когда ты сможешь наслаждать каждым днем. Подумай над этим, Максимус…

Угу, беззаботную, как же… С постоянными ритуальными поединками в качестве досуга…

— Все-таки нет, Тибериус, — мягко ответил я. — В гостях у тебя просто прекрасно, но пора и честь знать.

— Жаль, — сказал он, еще раз щелкнул пальцами и диван с обнаженными девчонками исчез, а я наконец мог перестать все время косить в их сторону. Интересно же…

Демон ткнул пальцем в сторону пьедестала, на котором я появился, когда прибыл сюда, и чудесным образом цифра «666» изменилась на «667».

— Ничего не поделаешь, придется искать тебе замену и ждать нового героя, — сказал он, затем хлопнул себя по ляжкам и встал с дивана. — Уговор есть уговор, так что тебе полагается справедливое вознаграждение за победу в ритуальном поединке.

Ну вот, совсем другое дело… Подарки это уже хорошо, а если он говорит о замене, значит у него есть какие-то соображения насчет моей обратной телепортации.

— Вот, возьми, — сказал демон, а я тем временем вытащил из кармана демонские четки и обнаружил, что на них появилось новое зерно. На этот раз оно было черным. — Теперь запомни эти слова…

Тибериус проговорил формулу активации в виде стиха, которую я навсегда отложил в своей памяти. Благо у демонов они были не сложными.

— Что оно делает? — спросил я и поднес четки поближе, чтобы повнимательнее рассмотреть зерно, внутри которого мерцали разноцветные искры.

— Это, конечно, не дворец, но думаю, тебе понравится. Ты сможешь менять его по своему желанию, — сказал Тибериус, а затем вдруг погрустнел. — Мне правда жаль, что ты сделал такой выбор, однако я не стану удерживать тебя силой. Хотя мог бы, конечно. Обычно от ритуальных поединков требуется отдых… Я дарю его тебе…

Я удивленно смотрел на демона вообще не понимая, о чем он сейчас говорит, открыл было рот, чтобы уточнить что он имеет в виду, но прямо на моих глазах Тибериус стал таять. Причем в натуральном смысле слова. Он буквально растворялся в воздухе, с каждым мгновением становясь все прозрачнее.

— Нет-нет… Так мы не договаривались… — сказал я и попытался схватить демона за мантию, но это мне не удалось.

Спустя еще несколько секунд демон хаоса растворился полностью, оставив меня в зале одного, с четками в руках.

— Не может быть, чтобы он меня кинул, правда, Дориан? — спросил я у своего друга.

— Вообще-то, демоны достаточно коварны, мой мальчик, но надеюсь нет, — ответил Мор, вот только мне показалось, что в его голосе слышалась легкая неуверенность.

Первым делом я решил проверить как теперь будет работать Портальный Ключ. По идее, после слов Тибериуса о том, что он меня больше не задерживает, я могу перемещаться свободно.

ВЖУХ!!!

Хрена с два…

Да е-мое, как так-то, я понять не могу? Неужели этот толстый засранец меня обманул и теперь мне придется торчать в этом домене до конца своих дней? Сам же сказал, что не будет удерживать, брехло в сандалиях!

Мне очень захотелось проверить, что будет с дверью в зал, если по ней как следует шарахнуть Стрелой Тьмы и я даже уже начал чертить формулу, как вдруг меня осенило… Зерно, которое он мне подарил… Он что-то говорил про какой-то дворец, если мне память не изменяет. Может быть, стоит попробовать проверить, что он имел в виду?

Я вспомнил слова, которые должны были активировать этот дар, а затем произнес их, стараясь говорить как можно четче. Едва я сказал последнее слово, как все перед моими глазами завертелось, а затем меня накрыла тьма.

Когда она рассеялась, я увидел, что больше не нахожусь в том самом зале, в котором только что был. Это было совсем другое место. Совершенно незнакомое место. Здесь царил полумрак, однако освещения было достаточно, чтобы видеть вокруг себя.

— Дориан, по-моему, это какая-то пещера, — сказал я, глядя на струящиеся светом прожилки на стенах вокруг. — Ты когда-нибудь видел нечто подобное?

— Возможно… — ответил мой друг. — Нужно повспоминать…

Не знаю как Мор, а я совершенно точно попал в свою мечту. Все здесь было так, как мне представлялось в идеальном месте для отдыха. Запах, температура, небольшое деревце, склонившее ветви над миниатюрным озером…

Я наклонился и провел рукой по траве, которая оказалась мягкой и густой, как ковер. Уверен, что на ней будет очень комфортно спать, если вдруг мне придет в голову такая мысль. Откуда-то сверху шли тонкие солнечные лучи, которые, не доходя до земли, рассыпались на искры, медленно плывущие по воздуху. Как же здесь хорошо…

— Никогда не была в таком месте, — сказала вдруг Фрея, и я вспомнил, что Кольцо Потерянных Душ до сих пор на мне. — Оно просто волшебное. Как же мне здесь хорошо…

— Согласен, — сказал я, затем снял кольцо, сунул его в карман и сел на траву.

В тот же миг по моему телу прокатилась горячая волна и я ощутил прилив сил, который мощным потоком начал вливаться в меня. От нахлынувших на меня приятных ощущений я слегка прикрыл глаза и подумал о Тибериусе, который сделал мне такой дар.

Если все обстоит так, как я понимаю, в этом месте я смогу полностью восстанавливать свои силы, когда мне этого захочется. Это, конечно, здорово, вот только был один вопрос — зачем он сделал мне такой подарок? Неужели для того, чтобы я использовал это место как отдых между ритуальными поединками? Что толку в нем, если я не могу добраться домой?

— Я бы на твоем месте попытался еще раз, — посоветовал мне Дориан.

— Что толку? — спросил я, затем вздохнул и все-таки попытался активировать Портальный Ключ.

ВЖУХ!!!

— Сработало! Дориан, ты видишь? — спросил я, глядя на стены нашей с ним комнаты и не веря своим глазам. — Ну наконец-то мы дома! Фух…

— Рано или поздно это должно было случиться, — сказал Мор таким тоном, как будто не он совсем недавно рассказывал мне про коварство демонов.

Я облегченно вздохнул и плюхнулся на кровать, до сих пор не веря, что я в Тенедоме. На всякий случай я даже посмотрел в окно, чтобы убедиться в том, что это не очередная иллюзия, которая сменила пещеру.

Кстати, о пещере…

Немного успокоившись и привыкнув к мысли, что все стало на свои места, я вспомнил слова Тибериуса, о подарке еще раз. Я ведь ясно слышал, что он сказал будто я смогу менять его по своему желанию. Может быть, стоит попробовать выяснить, как это работает?

Перед тем как вновь активировать дар Тибериуса я немного замешкался. В голову пришла тревожная мысль — вдруг на этот раз я не смогу выбраться из пещеры?

— Успокойся, мой мальчик, если бы он хотел, чтобы ты оказался в ней навсегда, ты не смог бы выбраться и в первый раз, — успокоил меня Дориан.

— Логично, — согласился я со своим другом и активировал дар.

Только теперь перед переносом я представил себе пещеру несколько иначе. Решил посмотреть, что из этого выйдет и просто офигел, когда увидел результат…

Для начала, она стала немного больше. Не сильно, но теперь здесь стало гораздо комфортнее. В прошлый раз она как-то давила своими небольшим размерами. Видимо так я представлял себе идеальное место, когда был помладше и это было просто удивительно. Получается, дар Тибериуса каким-то образом вытащил это из моих детских воспоминаний? Впечатляет…

Полумрак я решил оставить, но сделал его немного светлее. Так пещера стала намного комфортнее. С деревом ничего менять не стал, а вот озеро тоже чуть-чуть увеличил. Кстати, об озере…

Я подошел к нему поближе, дотронулся до воды и не сдержался от улыбки — она была очень теплой. Не горячей, а как раз такой, чтобы в ней было приятно лежать. Глубину озера я проверять не стал, уверен, что она именно такая, как мне нужно для максимального удобства.

Рядом с деревом на траве появилось небольшое возвышение, которое должно было заменить мне кровать. Возле одной из стен теперь был плетеный шкаф. Насколько я понимаю, там должно быть полотенце, плед, подушка… Ну да, все так и есть. Забавно…

Стоп, а это что за бумажный пакет? Я вроде бы ничего такого не просил больше… На всякий случай я очень осторожно развернул его… Внутри были конфеты «Мишка на Севере»…

— Какого черта, Дориан… Я не просил никаких конфет… — растерянно сказал я, взывая к своему другу за помощью в разъяснении всего этого.

— Уверен, это какое-то очень мощное колдовство, — ответил он. — Но я никогда не сталкивался с чем-то подобным. Никаких конфет я тоже не просил, если ты надумаешь меня в чем-то подозревать и считать, что эта пещера исполняет и мои желания.

Я развернул одну из конфет и вскоре убедился, что они настоящие. Честно говоря, я до последнего надеялся, что сладости окажутся иллюзией, а теперь у меня появилось еще больше вопросов насчет этого места. Самый главный из них — как это все может работать? Точно, что демонские проделки, иначе и не скажешь.

— Слушай, Макс, я вот о чем подумал… Если эта пещера может трансформироваться по твоему желанию и заполняться всякими вещами, может стоит попробовать провести еще один эксперимент?

— Какой это? — спросил я и начал разворачивать вторую конфету.

— Помнишь тех девчонок из зала Тибериуса? Я думаю, было бы неплохо, если бы одна из них здесь поселилась. Она могла бы хлопотать по хозяйству, например… — предложил Дориан. — Или напевать тебе колыбельные, чтобы легче было засыпать…

— Обойдешься, — сказал я и положил пакет с конфетами обратно в шкаф. — Я думаю, мне и без этого будет здесь отлично спаться.

— Эгоист… — недовольно пробурчал мой друг. — Думаешь только о себе… Может быть, мне тоже нужен отдых и приятная картинка перед сном… Лучше, чем на стены пялиться…

Кстати, это был спорный вопрос. Глядя на струящиеся нежным светом прожилки на стенах пещеры, лично я как раз отдыхал и получал от этого особое удовольствие. Как будто сотни тоненьких искрящихся ручейков покрыли стены и от этого казалось, что и стена живая. Хотя кто его знает, может быть, это место и правда живое? Глядя на это все, даже такая мысль не казалась мне чем-то фантастическим.

Интересно, а как здесь течет время? Вот будет здорово, если им тоже можно будет управлять, как и всем остальным. Надо будет проверить при случае.

— Тоже мне, нашел о чем думать, время… — проворчал Мор. — Остолоп…

— Я так понимаю, у тебя есть более интересные варианты?

— Конечно! Нужно узнать можно ли отсюда что-нибудь утащить, — сказал Дориан. — Я бы на твоем месте прямо сейчас это проверил. Если работает, то ты станешь самым богатым человеком в своем мире!

Согласен, любопытно будет узнать… Несметное богатство меня мало интересует, а вот если и правда можно вынести из пещеры любой предмет, который я в ней перед этим могу создать…

Я вновь открыл шкаф, взял пакет с конфетами и активировал Портальный Ключ.

ВЖУХ!!!

Эх… Не все так хорошо, как хотелось бы… Конфет в моей руке не было… Значит вытащить из пещеры ничего не получится… С другой стороны, теперь у меня появилось собственное секретное жилище!

— У тебя и до этого оно было, — судя по голосу Мора, он был немного расстроен тем, что в ближайшее время я не стану самым богатым человеком на Земле. — Чем тебя Тенедом не устраивает?

— Ты не понимаешь, Дориан, — сказал я и улыбнулся. — Оно только мое и такое, как мне будет нужно… Кстати… Допустим вынести из него ничего нельзя, а если что-нибудь принести? Как думаешь, сработает?

— Макс, я тебе иногда просто поражаюсь! — воскликнул мой друг. — Что мне нужно сделать, чтобы у тебя в голове появилось хоть немного мозгов? Другие все в дом тащат, а ты наоборот — все добро раздать норовишь! Вот зачем тебе это знать?

— Хочу сделать из этой пещеры свою личную родовую сокровищницу, как тебе такая мысль? — спросил я, зная, чем можно порадовать Мора. — У меня уже столько всяких артефактов, что давно пора иметь место для их хранения получше, чем моя комната. Целее будут.

— Ну если сокровищницу… — смягчился Дориан. — Мысль неплохая. Только перед этим нужно проверить, что все принесенное — обратно вынести можно.

— Ладно, проверим, — успокоил я его и посмотрел на Книгу Тысячи Мест. — Но не сегодня. Пора домой возвращаться, хватит с меня пока приключений.

Глава 19

Великое Московское княжество.

Ближнее Подмосковье.

Имение графа Строганова.

История, которую рассказал ему Курбатов, произвела на Аникея Федоровича сильное впечатление. Можно было даже сказать, очень сильное. Настолько, что сразу после встречи с ним, граф, не заезжая в Милан, отправился прямиком в свое родное имение.

На вопросы жены просто ответил, что появилось много срочной работы. В ее случае этого было достаточно. Графиня никогда не лезла в дела своего мужа и ее вполне устраивало то, что она может болтаться по модным Миланским магазинам со своими дочками и не особо заботиться о количестве денег на ее карточке.

Строганов в этом плане не скупился и любил баловать своих женщин. Тем более, что он давно понял одно простое правило — если женщина ничем не занята, то она начинает доставлять ему хлопоты своими чудными идеями. Поэтому считал, что гораздо лучше, когда его супруге есть чем заняться.

К тому же, после встречи с Петром Константиновичем, ему было о чем подумать, так что графа вполне устраивала тишина и покой, которые царили в его имении в отсутствии женской половины. Тем более, что первые несколько дней после приезда его просто колотило от бешенства и он срывался на всех окружающих почем зря. Не нужно, чтобы его ненаглядные дочурки видели дорогого папеньку в таком состоянии.

За пару дней он выдул почти четыре бутылки коньяка, чтобы хоть немного привести свои нервы в порядок, однако помогало слабо. Состояние злобы не покидало его даже когда ему удавалось изрядно захмелеть. Даже наоборот, усиливалось…

Был момент, когда он даже допустил мысль, что ему всучили вместо приличного напитка двенадцатилетней выдержки какую-то жалкую подделку. Однако, на самом деле, причина крылась не в этом. Поэтому, перебесившись пару дней, Строганов начал обдумывать все, что услышал от Курбатова.

Главным образом его злило то, что несмотря на все его старания гадить где только можно, Нарышкин за последние пару лет стал еще богаче и ближе к этому придурку Романову. Вражда между семьями тянулась еще со второй родовой войны и не прекращалась ни на минуту. Просто открытые действия переросли в тайные, только и всего.

Аникей Федорович считал князя Нарышкина везучим выскочкой, который умудрялся из любой хреновой ситуации выкрутиться ужом, да еще обернуть ее в свою пользу. Во всем Николай Федорович был лучше его, даже взять детей — у князя сыновья, а у Строганова дочки. Целых три штуки. Хоть бы одного сына Бог послал. Случись помирать, даже нажитое имущество толком оставить не на кого.

Например, последний случай, о котором ему рассказал князь Курбатов. Вот откуда этот везучий сукин сын князь Нарышкин выкопал этого Темникова, который помог ему организовать новое дело с такими оборотами, от которых глаза на лоб лезли.

Точных цифр Строганов не знал, но ему этого и не требовалось. Достаточно того, что он провел небольшой анализ и выяснил, сколько у князя магазинов по всей Российской Империи, торгующих эликсирами и зачарованными драгоценностями. Скотина…

Самое интересное, что все пакости, которые граф устраивал своему ненавистному врагу, тот миновал с такой легкостью и везением, что временами Строганов думал, будто у Нарышкиных удача — это такой дополнительный Дар. Просто они держат это в секрете.

Единственная серьезная вещь, которую ему удалось сделать за последние годы — это удачно вывести из игры старшего сына Нарышкина. Как ему обещали теперь он уже никогда не станет прежним, так что считай минус один наследник.

Правда и этого графу удалось добиться с чужой помощью, однако это его мало интересовало. Важен ведь результат, а все остальное ерунда. Теперь он нашел достойных союзников и все обязательно переменится в его пользу. Эта мысль его приятно радовала и казалась ярким солнечным лучом надежды в беспросветной тьме борьбы с Нарышкиным.

Князь Курбатов — очень влиятельный человек. Его род не слабее Нарышкиных будет. Вот только есть одна большая разница, в отличие от Нарышкиных, плевать он хотел на Романова вместе с его дворовыми собачонками. У Петра Константиновича были другие авторитеты.

Обязательно наступит момент, когда Строганова тоже подтянут поближе и тогда он все узнает про большую игру, которая уже идет. Пока ему достаточно того, что он дружен с Курбатовым, и тот держит все данные ему обещания. Граф намеревался отплатить тем же и позаботиться о Максиме Темникове, вот только с одним небольшим нюансом…

Перед тем как мальчишки не станет, он очень сильно хотел использовать его в своих собственных интересах. Если Нарышкин получил такую колоссальную выгоду от общения с ним, то почему бы и Строганову этого не сделать?

Ясное дело, пацан владеет каким-то секретом, и именно благодаря этому произошел такой крутой взлет Темниковых, а вместе с ним и Нарышкины стали еще крепче. Курбатов прав, дело именно в Максиме, и его родственники не имеют к этому никакого отношения.

Вполне возможно, что с внезапным открытием темного Дара, благодаря которому он попал в «Китеж», ему стали известны какие-то тайны, прежде не доступные для его рода. Иначе как объяснить, что его отец и мать не участвуют во всем этом? Никто из ближайшего круга родственников, кроме деда…

Кстати, старик тоже был неплохим вариантом для плана Строганова… Все-таки он в основном занимается новым бизнесом Темниковых, в котором кроме удивительных эликсиров и драгоценностей, появился даже собственный наемный отряд…

Но паренек — это явно интереснее и перспективнее. Во-первых, больше шансов на то, что он выдаст все что знает. Достаточно будет просто хорошенько поработать над ним. Во-вторых, все началось с него, а значит именно он владеет нужной графу информацией.

Таким образом, Строганов намеревался убить сразу двух зайцев. Для начала стать обладателем секрета Темникова, а уж потом его прикончить, как и просит Петр Константинович. Всем сестрам по серьгам. В конце концов, Курбатов не запрещал разговаривать с мальчишкой перед его смертью, а значит… Все, что не запрещено — разрешено! Так ведь это работает…

В том, что мальчишка был ключиком к какой-то важной тайне, граф даже не сомневался. Зачем князю Курбатову убивать его, если бы это было не так? Есть какая-то причина, есть… Может быть, князю и проще разделаться с парнем, чтобы просто лишить Нарышкина еще одного козыря, дающего ему золото. Оно и понятно, у Курбатовых денег до черта, ему, возможно, никакие секреты и не нужны, а вот граф бы не отказался от пары золотых в своей сокровищнице. Монеток лишних не бывает…

На третий день после своего возвращения из Бургундии, Строганов все окончательно обдумал и принял решение. Ну а уже вечером следующего дня ужинал вместе с одним из своих вассалов, виконтом Григорием Васильевичем Волковым.

За бешенство и излишнюю жестокость виконта за глаза называли просто — Волк. Да и похож он был чем-то на него. Молчаливый, вспыльчивый… Чуть что — сразу в драку лезет. К тому же, он был Одаренным и неплохо владел стихией огня. Считалось, что Дар тоже часто влияет на характер.

В общем, суть оставалась неизменной — Григорий Васильевич был злой как собака. Разве что только в случае со Строгановым проявлял сдержанность, и в те моменты, когда злился, лишь скрипел зубами и громко сопел.

Кстати говоря, из нескольких своих вассалов, Волкова граф уважал больше остальных и всегда поручал ему самые сложные дела. Потому что Григорий никогда не спрашивал зачем это нужно Строганову, а просто молча выполнял порученное. Если что и спрашивал, так только для пользы дела, в качестве уточнения. Очень полезное качество.

Однако сегодня спросил. Первый раз за все время, чем немало удивил графа.

— Четырнадцать лет? Так он пацан еще совсем, — сказал Волк, после того как Строганов ввел его в курс дела и рассказал, какое ему предстоит задание. — Аникей Федорович, вы меня обижаете такой просьбой. Я привык, что если вы зовете, значит дело серьезное какое-нибудь, а тут… Неужели никому другому такое поручить нельзя?

— Гриша, что за странный вопрос? — нахмурился граф. — Я разве похож на идиота? Если тебе поручаю, значит вопрос важный и никому кроме тебя я такое задание дать не могу.

Волков немного посопел, затем налил себе в стакан бурбона на пару пальцев и залпом выпил.

— Он что, уникальный какой-то? Одним взглядом людей убивает? — спросил виконт. — Что за сложность может быть?

— Взглядом? — удивленно приподнял брови Строганов и посмотрел на своего вассала так, будто не подумал о такой возможности. — Да нет, что за ерунда… Как раз таких проблем, я думаю, не возникнет. У его рода Дар — алхимия, откуда такие способности?

— С каких это пор алхимики в «Китеже» учатся? — ухмыльнулся Волк. — Или он какой-то особенный алхимик, для которого сделали исключение?

— Что-то типа того. У него вроде бы какой-то там темный Дар открылся еще, — нахмурился граф. — Ты же знаешь Романова, он как слышит слова «темный Дар», так сразу норовит такого себе заграбастать. Вот и этого, думаю, поэтому в «Китеж» отправили. Это же тебе не «Тирлич», туда в последнее время вообще не пойми кого берут.

— А-а, тогда понятно… — кивнул виконт.

— Кстати, алхимик он и правда особенный, если помог Нарышкину такой бизнес с нуля закрутить, — сказал Строганов. — Я думаю, что с этим внезапным пробуждением нового Дара, это может быть как-то связано. Мне очень нужно это выяснить, Гриша, ясно? Именно поэтому тебе поручаю и спрошу по полной, если что не так пойдет. На мальчишке не только мои интересы завязаны, а еще кое-каких людей.

— Каких? — спросил Волков. — Я их знаю?

— Не твоего ума дело пока еще, — огрызнулся граф. — Ты лучше думай над тем, что я тебе поручил, и как это дело проворачивать будешь.

— Было бы над чем думать… Детский сад какой-то… — он налил себе еще немного спиртного, но на этот раз залпом пить не стал и отпил совсем немного. — Разговаривать вы с ним будете, перед тем как я его… В общем…

— Я понял, не дурак. Да, говорить с ним сам буду, ты мне для этого не нужен, — твердым голосом сказал Строганов.

— А в каком состоянии он вам нужен, Аникей Федорович? — спросил Волков. — Сами понимаете, всякое может случиться. Может быть, сломаю ему что-нибудь ненароком.

— Вот это меня меньше всего волнует. Самое главное, чтобы он при своем уме был и говорить мог, а остальное на твое усмотрение, — сказал граф и посмотрел на своего вассала. — Будет сильно кочевряжиться, можешь немножко его поломать, плакать не буду.

— Все понятно, ваше сиятельство, постараюсь не переусердствовать, — пообещал виконт. — Куда вам его доставить? До Москвы хлопотно будет.

— Здесь он мне как раз ни к чему. Я же не на пироги его приглашаю. Наоборот, место нужно глухое. Чтобы его потом и с собаками найти не смогли, понимаешь?

— Угу… — кивнул Волк. — Дайте мне немного времени, я подумаю.

— Подумай, Гриша, подумай… Смотри, головой за него отвечаешь, — строго сказал Строганов и пригрозил вассалу пальцем. — Можешь считать, что это твое самое важное задание за последние несколько лет, ясно тебе?

— Да ясно, ясно… Завтра же утром в Белозерск выеду, знакомых своих навещу, — пообещал виконт. — Посмотрю, поспрашиваю… Не переживайте, ваше сиятельство, все будет в порядке. Может выпьем лучше?

— Пей один, — покачал головой граф. — Хватит с меня. Я уже налакался за три дня, до сих пор мутит. Потом выпьем. Когда повод будет.

— Ну как знаете, — усмехнулся Григорий и потянулся к бутылке. — А я, пожалуй, хлопну еще на дорожку.

* * *

Едва я вернулся к себе в комнату, как услышал громкий стук в дверь. Кто-то явно хотел ее сломать. Однако быстрого взгляда в окно стало достаточно, чтобы понять, что здесь происходит. На этот раз мое путешествие в Тенедом затянулось больше обычного и сейчас было уже утро. По крайней мере, я на это надеялся, что именно так, и я не пропустил часть занятий.

Я вскочил с кровати и собирался уже открыть дверь, как понял, что выгляжу для этого довольно странно. В магической броне, с рюкзаком за спиной… Какой дурак будет спать в таком виде?

— Думаю, ты бы этим никого не удивил, — поделился мнением Дориан, пока я снимал ботинки и укутывался в одеяло. — Все ведь знают, что ты с приветом. Причудой меньше, причудой больше… Какая разница?

Я деактивировал Святой Знак, распахнул дверь и обнаружил за ней Нарышкина, Громова и одного из дежурных по общаге, о чем красноречиво говорила красная повязка на его руке.

— Какого черта здесь происходит, Темников? — строго спросил мастер темных классов, сверля во мне дыру своим единственным глазом. — Ты что, оглох?

— Прошу прощения, Роман Артемович, — сказал я, пытаясь выглядеть очень сонным и одновременно с тем растерянным. — Я зачитался, лег под утро и забыл будильник поставить… А сколько сейчас времени?

— Черт знает что, — хмуро сказал Громов и махнул дежурному рукой. — Все в порядке, ложная тревога. Можете возвращаться на свой пост.

Дежурный на прощание бросил в мою сторону подозрительный взгляд и потопал не спеша по коридору. Почему-то мне кажется, что он был немного разочарован. Уверен на сто процентов, было бы гораздо интереснее, если бы со мной что-то случилось.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке? — уточнил Громов.

— В полном, Роман Артемович. Я же говорю — забыл будильник поставить.

— В таком случае одевайся, и марш на уроки. Завтрак ты похоже проспал, — сказал он, затем посмотрел на Нарышкина и добавил. — Тебя это тоже касается, так что поторопи своего друга.

Мы подождали, пока учитель уйдет, затем я пригласил Лешку в комнату и снял с себя одеяло, в котором мне уже становилось жарко.

— Макс, ты что, в магической броне спишь? — усмехнулся княжич. — Боишься как бы на тебя гидра ночью не напала?

— Типа того, — сказал я и начал переодеваться.

После своей волшебной пещеры я чувствовал себя полностью отдохнувшим, так что спать мне не хотелось. Вот только башка раскалывалась, почему-то. В голове шумело так, как будто я до сих пор стою посреди арены и меня окружают тысячи ревущих зрителей.

— Что новенького? — спросил я, складывая в рюкзак учебники.

— Ты так спрашиваешь, будто за ночь много чего могло произойти, — ответил Нарышкин.

Вообще-то да, это я спросил не подумав. Это в моей жизни несколько дней прошло, а здесь всего ночь, получается.

— Ну мало ли… Вдруг ты наконец смог решить, кому суждено быть твоей новой возлюбленной, — сказал я, проверяя по расписанию все ли учебники я взял. — А то так и до беды недалеко. Толпа, которая за тобой ходит, с каждым днем увеличивается. Скоро уже в коридорах заторы из учеников начнут образовываться.

— Да ладно тебе, — с улыбкой ответил Лешка. — Не так уж их и много… Есть одна на примете, я тебе сегодня днем за обедом ее покажу. Вроде ничего такая… На первый взгляд даже без тараканов в голове…

— Быть такого не может, — сказал я. — Без них никуда. Хотя бы маленькие, но должны быть обязательно.

— Разве что маленькие, — ответил он и по его лицу я понял, что он в самом деле нашел девчонку, которая ему нравилась. Интересно будет на нее посмотреть.

— Ладно, покажешь потом, — я хлопнул его по плечу. — Иди за своим рюкзаком, встречаемся возле входа в общагу.

Княжич убежал к себе, а я еще раз проверил рюкзак, надел плащ и поставил Святой Знак перед дверью. Теперь можно идти.

По пути в главный корпус Нарышкин поделился со мной новостью, что вчера разговаривал с Жемчужниковым насчет нашего недавнего происшествия, и узнал от него интересные подробности.

Оказывается, погибший Ванька Москвин, у которого нашли еще двух гидр в рюкзаке, в этой истории вообще случайно оказался замешан, а главный зачинщик — Федя Биркин.

— Как так? — спросил я, даже не удивляясь тому, что Лешке известно про фигурки. Давно известно, что у дяди Игната есть свои собственные источники в полиции. Вполне возможно, что это сам майор Воробьев и есть. Во всяком случае, я бы этому не удивился.

— Каком кверху, — ответил княжич и вступил в лужу, оказавшись в ней почти по щиколотку. — Твою мать… Ну вот теперь идти носки менять… Иди сам, а то опоздаешь.

— Нет, пойдем вместе, — не согласился я, желая дослушать про разговор с Жемчужниковым до конца. — Почему Ваня ни при чем?

— Биркин так сказал, когда его опрашивали, — ответил Нарышкин, забавно хлюпая водой в ботинке. — Все три фигурки у него были, когда он Москвина с собой позвал. Решил, что вдвоем будет круче.

— Ну да, куда уж веселее… А где он их взял, дядя Игнат ничего не говорил?

Хлюп… Хлюп… Хлюп…

— Не-а. Не помнит, говорит. У него частичная потеря памяти, Макс, прикинь? Причем не помнит часть воскресенья и понедельник вроде бы не весь, — усмехнулся Лешка. — Не повезло пацану. Подозревают, что у него с башкой что-то произошло.

— Может быть, пройдет, — задумчиво сказал я и только сейчас заметил, что возле одной из лавочек стоит небольшая компания ребят и кивнул в их сторону. — Смотри, ребята стоят.

— И что с того? Не слонята же…

— Так нельзя же по территории без спроса.

Хлюп… Хлюп… Хлюп…

— Уже можно. На Доске же объявление висит, что с сегодняшнего дня запрет отменется, — сказал Нарышкин. — Так что свобода, Макс! Сегодня вечером еду в Белозерск.

— А занятия завтра с Артамоновым?

— Мне Холодный выходной дал, — весело ответил княжич. — ты бы спросил у своего Черткова, вдруг и он тебе на завтра выходной даст?

— Спрошу… — мрачно кивнул я, хотя на самом деле не собирался этого делать.

Все равно ведь не даст. Да и нечего время зря терять. Тем более, что я хотел с ним про портальную магию поговорить. Вдруг научит?

ХЛЮП!!!

— Зараза… — воскликнул я, задумавшись вступив в лужу. Только, кажется, моя оказалась даже глубже Лешкиной, сразу полный ботинок набрался. Блин, холодненькая…

— Ну вот видишь, теперь вдвоем носки менять и переобуваться, — хохотнул Нарышкин. — А так сидел бы уже в главном корпусе.

— Да ладно, — махнул я рукой. — Пойдем быстрее, ногам холодно!

— Погнали!

Хлюп-Хлюп… Хлюп-Хлюп… Хлюп-Хлюп… Хлюп-Хлюп…

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить Лайк 💖 , если нравится произведение)

Благодарю вас за поддержку!

Глава 20

Несмотря на то, что мы с Нарышкиным торопились как могли, на первый урок опоздали оба. За что получили одинаковое наказание — незапланированное дежурство в своих классах.

Мне-то, конечно, по большому счету все равно когда в общагу возвращаться, и тридцать минут особой роли не сыграют, а вот Нарышкин был злой как черт. Все-таки пятница, а дежурство отнимало у него драгоценные минуты. За это время он бы уже проделал почти половину пути до Белозерска.

Кстати говоря, его новая девушка мне понравилась. Ее звали Анна Кречетникова. Тоже, как и Лешка, училась на четвертом курсе, только он в небесном классе, а она в кленовом. Кроме того, она тоже была княжна, как и Нарышкин. Красивая, стройная девушка с длинной косой, которая доставала ей до пояса. По-моему, она была одной из немногих, кого я не видел в толпе слоняющихся за ним девушек.

Мы частенько получали с Лешкой дежурства вместе, так что за несколько лет выработали четкое правило — сначала вместе моем один кабинет, а затем вместе другой.

На то было сразу несколько причин. Во-первых, так было быстрее почему-то. Во-вторых, не так скучно, можно поговорить между делом. Вот как сейчас, например. С моим классом мы уже закончили, теперь я помогал княжичу, а он между делом рассказывал мне про Кречетникову.

Показывал он мне ее еще днем, за обедом, а теперь вот без умолку рассказывал какая она прекрасная, скромная и вообще умница.

— Только красивая слишком какая-то, — перебил я его, вытирая классную доску, которая практически полностью была исписана всякими формулами по нумерологии. — Ведьма, наверное.

— С чего это вдруг обязательно ведьма? — спросил Нарышкин и даже пол перестал драить. — Макс, слышишь? Почему ведьма, спрашиваю?

— Красивая очень. Ведьмы они все такие, — ответил я, не отрываясь от доски.

— Вообще-то, Аня биомаг к твоему сведению, — сказал Лешка и вернулся к своему занятию. — Она может себе что угодно подправить. Вот только насчет цвета глаз не уверен. Тебе, кстати, тоже. Хочешь себе второй нос?

— Мне и с одним неплохо живется, — хмыкнул я и в этот момент услышал в коридоре знакомые звуки.

Щелк… Клац… Щелк… Клац…

Чертков? Что он здесь делает, интересно знать?

В этот момент дверь открылась и в класс вошел наставник, опираясь на свою новую трость. Да, с этим подарком от Романова ему стало однозначно легче ходить. Это было хорошо заметно. Вот только выглядел он все равно не очень.

Старик окинул класс взглядом, затем посмотрел на княжича, на меня и хмыкнул:

— Кто бы сомневался, что найду вас здесь обоих. Темников с тряпкой в руке и Нарышкин со шваброй… Ради такого зрелища стоило пройтись по этим длинным коридорам… — сказал он и закашлялся. — Понастроили, черти их раздери.

— Что-то случилось, Александр Григорьевич? — спросил я.

— Да, кое-что… Мне нужно будет срочно уехать на несколько дней, так что завтра у тебя занятий не будет, — сказал он и у меня лицо само собой растянулось в довольную улыбку.

— Значит я могу сегодня ехать в Белозерск? — спросил я.

— Можешь. Только не дальше, — прохрипел старик. — Возможно ты мне понадобишься. Если что, без лишних вопросов ноги в руки и ко мне, понял?

— Угу, — кивнул я и немного напрягся.

Радостная новость о том, что у меня выходной, вдруг немного сменила окраску. Одно дело спокойно заниматься своими делами на выходных и совсем другое — ждать в это время звонка от наставника. Да и потом… Не на чай с вареньем же он меня позовет, если что…

— Нарышкин, как там твой брат? — спросил тем временем Чертков у княжича.

— Отец говорит, что ему вроде бы лучше в последние несколько дней. Даже головные боли вроде бы уменьшились немного, — ответил княжич.

— Угу, — мрачно кивнул старик. — Передавай ему привет от меня и напомни, чтобы пил побольше морковного сока с мятой. Ему будет полезно.

— Спасибо, Александр Григорьевич, — сказал Нарышкин, но Чертков его уже не слышал.

Щелк… Клац… Щелк… Клац…

— Поздравляю с лишним выходным, Темников, — подмигнул мне княжич, когда в коридоре стихли шаги наставника.

— Еще не понятно, хорошо это или плохо, — ответил я. — Если выбирать между завтрашним занятием и возможным звонком Черткова, то я бы предпочел первое.

— Предлагаю сегодня же в кино. Ты Софью с собой возьмешь, а я вас с Кречетниковой познакомлю, — предложил княжич. — Как ты на это смотришь?

Я смотрел на это очень положительно. Внезапно у меня образовался целый свободный день, так что почему бы не отдохнуть немного? Я уже сто лет в кино не был. По правде говоря, даже все равно на что идти. Хоть немного расслабиться после напряженной недельки и проветриться.

Не откладывая дело в долгий ящик, я набрал Воронову, чтобы она начинала собираться понемногу, а мы с Лешкой с двойной энергией взялись за работу. Справились быстро и уже через несколько минут спешили к общаге за своими сумками.

Лимузин Нарышкиных уже как час простаивал на школьной стоянке, так что вскоре мы уже катили к Белозерску. Вот разве что не зашел проведать Бориса, Бродягу и живые деревья…

Обычно я всегда заглядывал перед отъездом в Белозерск на школьное озеро, чтобы сообщить, что уезжаю. Ну да ладно, хоть и на несколько минут, но я заглядывал к ним сегодня после обеда. Так что будем считать, что традицию не нарушил.

Когда мы уже подъезжали к городу, меня набрала Полина. Прямо как будто чувствовала, что завтра вечером я собирался с ней встретиться. Оказалось, что она звонила по той же самой причине. У нее для меня была какая-то интересная информация. Пользуясь моментом, я ее тоже пригласил в кино — все-таки они же с Лешкой тоже дружат, а когда еще все вместе встретимся?

Но у Полины не получилось… Не стала объяснять и просто сказала, что у нее какой-то важный заказ, над которым она будет возиться допоздна. Жаль… В последнее время нам удается все реже встречаться всем вместе, да еще когда целый вечер в нашем распоряжении. У всех какие-то дела, сложности…

Это был единственный момент, который меня немного расстроил, а в остальном вечер выдался просто классный. Давненько такого не было. Анна Кречетникова оказалась нормальной веселой девчонкой, и я был этому немного удивлен.

Хотя Нарышкин и расписывал ее как лучшую в мире, глядя на нее со стороны, трудно было в это поверить. Мне казалось, что самомнение там будь здоров и общаться с ней будет непросто. Но нет, они довольно легко сошлись с Софьей и спустя час уже вовсю хохотали над какими-то шуточками, а под конец вечера даже о чем-то шептались.

Я пока присматривался к ней, но Лешке сказал, что она мне понравилась. Княжич почему-то очень переживал, чтобы все прошло гладко и не возникло никаких трений между нами. Поэтому я решил его не разочаровывать. К тому же, пока особых поводов для этого и не было.

Большую часть субботы я провел в нашей старой лаборатории вместе с дедом и Вороновой. Мы занимались приготовлением нового эликсира, который должен был заменить мне таблетки в некрослое. Теперь, после того как я наконец-то добыл кристаллические цветы, преград для этого больше не осталось.

В результате получилось два небольших пузырька, которые по моим приблизительным подсчетам равнялись примерно паре десятков таблеток. Это уже было само по себе неплохо. Факт того, что теперь мне не нужно пытаться каким-нибудь хитрым образом выпросить их у Черткова, уже сам по себе был прекрасен, а ведь это еще не все. Кроме этого, я надеялся, что эликсир будет эффективнее таблеток. Причем намного. Если так и случится, я буду просто счастлив, да и старик обрадуется. Я так думаю…

Для встречи с Лазаревой мы выбрали ресторан «Кабан и фазан». По правде говоря, он мне нравился меньше «Бычьего глаза». На мой взгляд, по выходным здесь было слишком шумно. Огромный ресторан набивался практически до отказа, так что единственным спасением были отдельные комнаты, которые здесь нужно было заказывать заранее, как это сделала Полина.

На этот раз мы с ней встречались вдвоем, хотя она приглашала и Воронову. После наших алхимических экспериментов у Софьи сильно разболелась голова, так что она решила лечь пораньше и осталась дома.

Судя по лицу Лазаревой, над срочным заказом ей пришлось повозиться долго. Выглядела она очень уставшей. Круги под глазами, бледная вся, улыбается через силу…

Я уже даже начал всерьез размышлять, а не нужно ли прошвырнуться в некрослой и на всякий случай проверить — вдруг какой-нибудь урод наложил на нее проклятье? В последнее время мне почему-то стало казаться, что этим промышляют гораздо больше людей, чем я думал раньше.

— Что ты так смотришь, Макс? — спросила она, пытаясь раздавить ложкой в чашке чая дольку лимона. — Как будто первый раз видишь.

— В таком виде может быть и первый, — ответил я. — Хреново выглядишь, Лазарева. Ты, случайно, не заболела чем-нибудь? Как чувствуешь себя вообще? Головные боли, слабость… Есть такое?

— Ты прямо как целитель вопросы задаешь, — улыбнулась она. — Все со мной в порядке, не волнуйся. Просто нужно отдохнуть. В последнее время столько работы, что с ног валюсь. Мы с дедом уже не справляемся. Скоро будем еще помощников набирать…

— А чего так грустно? Это ведь хорошо, — сказал я и отпил немного горячего сбитня, пряный аромат которого заполнил собой всю комнату. В этот холодный вечер самый подходящий напиток. — Если помощников берете, значит развиваетесь, правильно? Что тебе не нравится?

— Терпеть не могу чужих людей в мастерской, — скривилась она. — Мне все время кажется, что они все делают не так как нужно. Бесит.

— Привыкнешь, — заверил я ее. — У нас, когда Зубов только появился, дед знаешь как на него временами орал? То не так поставил, то не туда положил, или еще что-нибудь такое, а теперь посмотри на Андрея. До управляющего новым магазином дорос, в костюме ходит, важничает…

— Проехали, Макс, — махнула она рукой и бросила в чашку еще пару долек лимона. Наверное, так по ним ложкой легче попадать было.

— Если так, тогда рассказывай, зачем встретиться хотела?

— Нет, давай ты первый. Ты же тоже о чем-то хотел поговорить. Пусть это будет в эти выходные последний разговор о работе, — она сделала глоток чая, подозрительно посмотрела на ее, а затем решила добавить еще сахара. Видимо с лимонами перестаралась.

— С чего ты взяла, что о работе? — удивился я.

— Женская интуиция — великая вещь, Темников, — с улыбкой ответила она. — Или ты меня удивишь и скажешь, что не про артефакты речь пойдет?

— Не удивлю, — признался я. — Я к тебе по очередному делу. Мне нужен артефакт-вампир. С хорошим и полезным эффектом. Не знаешь, где можно раздобыть что-нибудь подобное?

Она внимательно посмотрела на меня и прищурилась:

— Ты изменился, Максим, — сказала она. — Особенно за последнее время. Совсем недавно я видела перед собой сумасбродного мальчишку, который ругался со мной в мастерской и требовал снять проклятье с его артефакта, а сегодня…

— Что? — спросил я, не донеся кружку до рта.

— Сегодня я вижу перед собой парня, который знает, что ему нужно, и разговаривает почти как взрослый, — ответила Лазарева и подмигнула. — Правда по-прежнему немного сумасбродного, но это его не портит. Зачем тебе артефакт-вампир, чудо ты мое, и кто тебе о нем рассказал?

— В качестве защиты от магии крови. Лакримоза сказала, что это самое верное средство, чтобы обезопасить себя, — я отхлебнул еще немного сбитня. — Блин, вкусная штука.

— Угу, так и есть, — кивнула Полина. — А она тебе сказала, что не только самое верное, но и очень опасное? Прежде чем связываться с артефактом-вампиром, нужно хорошенько подумать.

— Да, я в курсе. Поэтому и говорю, что мне нужен какой-нибудь с мощным полезным эффектом, чтобы сразу двух зайцев убить.

— Ну ты даешь, Макс, — рассмеялась она. — С тобой точно не соскучишься. Чтобы сразу двух зайцев… Ты что, думаешь, они в любой лавке артефактной в ассортименте лежат? Подходи и выбирай с каким нужно эффектом?

— Как раз так не думаю, поэтому и прошу у тебя помощи. То, что с этими артефактами не все просто, мне уже Лакри объяснила. Теперь ты мне скажи, где его взять?

— Не могу тебе сразу ответить, — нахмурилась она. — Мне нужно поработать над этим. Почему ты вообще решил, что тебе нужна такая защита? Или есть повод?

— Боюсь, что когда будет повод, артефакт мне может уже не понадобиться, — ответил я. — Просто хочу перестраховаться. Поговорил с одним своим товарищем из багрового класса, и он рассказал мне много чего интересного про магию крови. С того момента мне этот разговор покоя не дает. Хочу обзавестись такой штукой. Деньги…

— Как раз деньги здесь вряд ли понадобятся, — перебила меня Полина. — Есть вещи, которые нельзя купить. Никто не захочет расставаться с таким артефактом без особого повода, сам ведь сказал, что ведьма тебе все рассказала.

— Они привязывают к себе, — сказал я. — Знаю.

Мы немного посидели молча. Лазарева о чем-то думала после моих слов, а я не мешал ей этого делать и наслаждался напитком. Тем более, что с ним нужно было поторопиться, так как он стремительно остывал и терял во вкусе.

— Сейчас я тебе ничего не скажу, — наконец прервала молчание Полина. — Давай потом, хорошо? Честно говоря, голова с трудом работает. Мысли разлетаются.

— Не вопрос, когда сможешь, тогда и скажешь, — кивнул я и нажал на кнопку вызова официанта, чтобы заказать себе еще кружечку. — Тогда говори, какие новости мне приготовила.

— Ты просил меня поискать человека, который может тебе помочь с пером Цикаваца… — сказала она и улыбнулась. — Я нашла тебе такого человека.

От неожиданности у меня перехватило дыхание. Ну наконец-то! Перо Цикаваца! Последний сложный компонент, которого не хватает для Эликсира Жизни! Кора живодрева у меня уже есть, а кровополох и молниевая трава — это вообще ерунда.

— Кто он? — с нетерпением спросил я.

В этот момент в дверь нашей комнаты постучали и вошел официант. Я попросил принести его еще одну кружечку сбитня, а Полина — чашку крепкого кофе. Сказала, что чай как-то ей сегодня не идет.

— Так кто он? — вновь спросил я, как только за официантом закрылась дверь. — Надеюсь, к нему не нужно будет ехать за тридевять земель или в соседнее княжество?

— Успокойся, даже в соседний город не придется, — ответила она. — Помнишь «Мельницу»?

— С чего бы вдруг мне о ней забыть? Ты хочешь сказать, что там живет тот, кто нам поможет? — спросил я. — Если так, я не удивлюсь. Кого-кого, а всяких странных типов там хватает, и дамочек тоже.

— Живет? Не совсем, — усмехнулась Полина. — Этот человек владелец «Мельницы».

— Неожиданно, — удивился я. — Никогда бы не подумал, что хозяин постоялого двора может знать такие вещи.

— Хозяева постоялых дворов разные бывают, — справедливо заметила Лазарева. — К тому же, если постояльцы сплошь маги, ведьмы и чародеи с гадалками, то почему бы и хозяину не быть со своими странностями.

Звучало вполне логично. Действительно, кто еще должен владеть «Мельницей», если не какой-нибудь Одаренный?

— Что он хочет за информацию? — спросил я. — Деньги?

— Для начала он хочет встретиться с нами и поговорить, а потом уже скажет, что ему нужно, — ответила девушка. — Поэтому, после того, как покончим с ужином, предлагаю позвонить ему и спросить, когда он будет на месте.

В этот момент в дверь снова постучали. Официант бесшумно поставил перед нами напитки и тихо закрыл за собой дверь.

— Позвоним обязательно, — сказал я и схватил кружку, намереваясь разделаться со сбитнем поскорее. — Может быть, он намекал на что-нибудь? Кристаллы магические или эликсиры?

— Не-а, — покачала головой Полина. — Просто немного поговорили с ним, я ведь его давно знаю. Между делом я сказала, что ты талантливый парень и тебе нужно помочь. Вот он и захотел с тобой побеседовать.

— Просто побеседовать? Прямо редкая удача какая-то…

— Ну так и таланты у тебя особенные, — хмыкнула Лазарева.

В этот момент мне даже сбитня перехотелось.

— Стоп… Погоди-ка… Что именно ты ему рассказала про меня?

— Да ничего особенного, не нервничай. Так… Сказала, что ты мне не раз помогал и я бы без тебя не справилась, только и всего, — ответила она и пожала плечами. — Так что, звоним?

— Звоним, конечно, куда мы денемся! — воскликнул я. — Надо же узнать, что он вообще от меня хочет.

Глава 21

С таинственным хозяином «Мельницы» Лазарева разговаривала недолго. Прошло не больше минуты, из которых половина времени ушла на ожидание его ответа. Потом она задала всего один вопрос, сказала: «Хорошо» и отключилась.

— Он хочет, чтобы мы приехали сегодня, — она посмотрела на телефон. — Начало девятого. В принципе время детское, почему бы и нет? Ты как, Макс?

— Сейчас? — удивленно спросил я. — На ночь глядя?

— А тебе какая разница? Или тебе так поздно гулять не разрешают?

— Да нет, при чем здесь… Просто обычно люди днем встречи назначают, ну или на вечер, — ответил я. — Это если мы прямо сейчас рванем в «Мельницу», то будем там не раньше девяти.

— Обычные люди, может быть, именно так и делают, а он как раз очень своеобразный тип, — сказала она и вновь взяла телефон в руку. — Давай, допивай свою медовуху, а я такси вызову. Пока закончишь, как раз приедет.

— Сбитень… — автоматически поправил я ее, но девушка меня уже не слушала и набирала номер.

Спустя десять минут мы уже сидели в машине и направлялись в сторону выезда из Белозерска. Кстати, Полина выглядела довольно бодро. Намного лучше, чем в самом начала нашего разговора. Может быть, ужин и кофе немного взбодрили ее? Все-таки целую неделю безвылазно торчать в артефактной мастерской — это не лучший вид отдыха.

— Что ты имела в виду, когда сказала про этого парня — «своеобразный»? — спросил я у нее, когда такси свернуло с трассы в сторону постоялого двора.

— Сам увидишь, — ответила она и на ее лице появилась улыбка. — Думаю, он тебе понравится.

— Да? Ну хорошо… Он хоть не опасный? — на всякий случай уточнил я. — Честно говоря, не очень охота на ночь глядя с психами общаться…

— С чего ты взял? — хохотнула она.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Какой нормальный человек по ночам деловые встречи назначает?

Тем временем автомобиль подкатил «Мельнице», которая со всех сторон была освещена нежным голубым светом. Очень здорово смотрелось. Сколько раз уже видел все это и не переставал отмечать, что мне здесь очень нравится. Причем с каждым разом все больше и больше.

Теперь я начал понимать, почему многие люди не только остаются здесь на какое-то время, но даже живут все время. Более того, фактически делают из этого места свой личный приемный кабинет. Аура здесь какая-то особенная…

— Так всегда бывает в местах силы, — сказал Дориан. — В каждом из них присутствует особенная энергия. Такой больше нигде не встретишь. Вот, примерно, как в твоей новой тайной пещере.

— Угу, наверное… — сказал я, протягивая руку Полине и помогая ей выбраться из машины. — Кстати, было бы неплохо придумать ей какое-то название. Не нравится мне — пещера… Как-то слишком грубо.

— Согласен, сокровищница звучит куда лучше, — в голосе Дориана появились мечтательные нотки. — Представляю, как мы ее будем заполнять…

Мы вошли в «Мельницу» и нас окутал приятный полумрак, спокойная ненавязчивая музыка и тихие голоса, которые, казалось, раздавались отовсюду. Все было как обычно, и это одна из главных прелестей этого места.

— Чем могу помочь? — спросил старичок с длинной бородой, изображающий из себя старомодного мага.

Из-за длинной накладной бороды и старомодного высокого колпака трудно было понять, один и тот же здесь встречающий или они меняются. Выглядели эти ребята совершенно одинаково. Но, судя по его настороженному взгляду, которым он на меня смотрел, этот тип меня точно знал. Ага, вот и ведьмочка-официантка подскочила… Похоже в «Мельнице» надолго запомнят те дни, когда здесь жила Лакримоза. Громобой тогда шороха навел знатно…

— Нам нужен Данко, — ответила ему Полина. — Он нам назначил встречу.

— Одну секунду, — кивнул мужчина, отошел от нас на несколько шагов, кому-то позвонил и тут же вернулся. — Прошу прощения, что заставил вас ждать. Позвольте я провожу вас.

Мы шли за администратором, который весьма ловко петлял между рядами столиков, которые в полумраке зала разглядеть было непросто. Над некоторыми из них и вовсе не горел свет, хотя люди за ними сидели. Видимо не очень хотели, чтобы их кто-то видел. Поэтому нам приходилось ориентироваться по синей мантии нашего сопровождающего, шагающего впереди.

— Что за странное имя Данко? — спросил я у Полины, которая держала меня за руку.

— Имя как имя, — ответила она. — Данко Херцег. Вообще-то, фамилию его редко употребляют, обычно называют просто — Данко Мистик. Говорят, у него мать ведьма была очень хорошая. По предсказаниям лучше нее трудно было кого-то найти, а он от нее Дар унаследовал.

— Данко Херцег… Иностранец, получается? А мне Ибрагим говорил «Мельницу» дворянин какой-то купил… — сказал я, вспомнив свой разговор с призраком, когда оказался в этом месте впервые. — Вроде бы нечистая сила здесь завелась, а он купил… Не знаю откуда он об этом узнал, если честно.

— Иностранец, все правильно. Откуда-то из Балканских княжеств, я точно не знаю, — Лазарева посмотрела на меня и улыбнулась. — Между прочим, он дворянин, Максим. Среди иноземцев иногда тоже дворяне встречаются, прикинь?

— Что же ему на родине не сиделось? Или там постоялые дворы не продаются?

— Понятия не имею, — ответила Полина. — Вроде бы там у его семьи какие-то проблемы с местным королем начались. Что-то с предсказаниями его матери связано. Но это все слухи, сам понимаешь, так что им верить не стоит. Знаешь же, как это работает, если кто-то привлекает к себе внимание, то слухи про него обязательно распустят.

— Еще бы… Мне ли не знать…

Ух ты, а здесь, оказывается, есть еще и подземный этаж, надо же! Кто бы мог подумать… Причем вполне себе приличный, не хуже второго этажа, на котором жила Лакримоза. Может быть, даже лучше. Двери на стенах здесь были расположены на большем расстоянии друг от друга, а значит и комнаты вместительнее. Если, конечно, здесь вообще кто-то живет.

Здесь было очень тихо. За некоторыми дверями были слышны какие-то звуки, похожие на бормотание… А за одной из них я вообще услышал женский плач… Причем очень горестный, кто-то явно оказался в беде или получил скверные новости… Такое себе ощущение.

— Вам нужна последняя дверь, — сказал наш сопровождающий, и не дожидаясь пока мы подойдем к ней, кивнул и пошел обратно.

— Ты слышала? По-моему, там кто-то рыдал, — шепотом сказал я Полине, когда мы остались вдвоем. — Странное местечко.

— Сюда не каждого пускают, Макс. На этом этаже работают самые лучшие, скажем так, специалисты, — она сжала мне руку посильнее. — Но ты же во всяких предсказателей и нумерологов не очень веришь, или что-то поменялось?

— Пока ничего, — ответил я. — Хотя, по идее, должен бы, если меня Бирюкова хотела в свой «Оракул» записать… Надо же было такое придумать…

Полина постучала в дверь, и я услышал тихий голос, который разрешил нам войти. Не знаю, сколько лет этому Данко, но судя по голосу, он не намного старше меня. Не похоже на взрослого мужчину. После этого мне стало еще интереснее на него взглянуть.

В комнате было очень душно. Пахло какими-то благовониями, в которых я вообще не разбирался. Но запах приятный, мне нравился. По крайней мере, голова от него не кружилась, что могло бы запросто случиться в такой духоте.

Здесь царил такой же полумрак, как и во всей «Мельнице», только освещение было не голубым, а желто-оранжевым. Данко, если это был он, сидел в большом кресле, сложив под собой ноги. Он был раздет до пояса, а все его худое тело сплошь покрывали татуировки, которые создавали некий замысловатый узор. Наверное, он что-то значил, но я понятия не имел, что именно. Уверен, что вряд ли кто-то стал бы делать со своим телом подобное от нечего делать.

На голове у Мистика была большущая соломенная шляпа. Такие в древности носили крестьяне в Поднебесной Империи. Ну и вообще, в тех краях они пользовались популярностью.

С краев шляпы свисало множество различных висюлек. Какие-то колокольчики, бусики, нитки, безделушки непонятного назначения… Любопытный головной убор, что тут скажешь. В этот момент Херцег поднял голову и несколько колокольчиков звякнуло.

— Доброго времени суток, друзья. Проходите, не стойте у порога, — сказал он и указал на несколько кресел, которые стояли по всей комнате без всякой системы. Такое ощущение, что их здесь расставили случайным образом, как занесли, так и бросили.

В результате вышло так, что Лазарева сидела в метре от него, а я почти в трех. Комната была огромной, так что мы выбрали два самых ближних. Пока он разглядывал меня, я усаживался в кресло и смотрел в ответ на него.

Нет, он не был подростком, это совершенно точно. Однако при этом, определить его возраст было крайне сложно, если вообще возможно. Его лицо, как и тело, было сплошной татуировкой, которая скрывала истинный возраст.

— Меня зовут Данко Херцег, — представился он, не отрывая от меня взгляда. — Ты — Максим Темников. Тот парень из школы магии, о котором я так много слышал.

Да ладно? От кого это, интересно знать? Неужели от Полины?

— Надеюсь только хорошее? — спросил я и посмотрел на Лазареву, которая в этот момент рассматривала собственную коленку с таким видом, как будто впервые обнаружила у себя такую штуку.

— Разное, — ответил Мистик. Нет, все-таки голос у него был как у подростка, почему-то. Причем даже для подростка он был слишком писклявым. Это явно противоречило общей картинке, выглядел он намного старше.

В этот момент он повернулся к чаше для благовоний, вытащил из нее одну палочку, которая к этому моменту перестала дымиться, и разжег новую. Вскоре по комнате распространился новый аромат, более терпкий. Этот мне нравился больше.

На этом Мистик не успокоился. Взял со стола длиннющую курительную трубку и не спеша раскурил ее. Необычный запах… Вишневый, что ли… Наверное какая-то особая курительная смесь…

— Полина сказала, что тебе нужно перо Цикаваца? — спросил он, затем сделал несколько затяжек и повесил над собой дымное облако.

— Точно, — кивнул я. — Я так понимаю, вы мне можете с этим помочь?

— Ты знаешь, кто такой Цикавац? — спросил он, проигнорировав мой вопрос насчет помощи.

— Понятия не имею. Он ведь мифическое существо, вроде бы. Считай, что сказочное, — нахмурился я. — Не знаю, чему верить, по правде говоря. Начитался про него в интернете… Всякое пишут… Один мой знакомый сказал, что они существуют, и я ему верю. Пока он меня не обманывал.

— Цикавац существует. Это наполовину птица, наполовину животное, — сказал Данко.

Он как-то странно разговаривал. Как будто немного отстраненно. Да и вел себя, честно сказать, весьма подозрительно. В какой-то момент вдруг резко поворачивал голову, звеня своими колокольчиками на шляпе, и смотрел в одну точку несколько секунд не моргая. Затем вновь бросал взгляд на меня или на Лазареву, глубоко вздыхал и вновь приходил в себя.

— Выходит меня не обманули, — обрадовался я. — Значит он все-таки существует. Вы знаете где его искать?

— Только живет не в нашем мире, — продолжил Херцег, вновь игнорируя мой вопрос. — Ты не боишься существ из других миров, Максим Темников? Среди них попадаются очень опасные. Цикавац может быть опасным, если захочет.

— Нет, не боюсь, — покачал я головой. — Так-то, вообще, я довольно часто бываю в Искажениях, там знаете какие иногда опасные уроды попадаются? Закачаешься…

— Цикавац не живет в Искажениях, его дом — Серый Мир. Он всегда рядом с нами, но его практически никто не видит, — Мистик вновь резко дернулся и посмотрел в потолок, а мы с Полиной вздрогнули от неожиданности.

Охренеть просто… Я так с ним часик поговорю и заикой стану… Странных типов в Российской Империи лет на сто припасено…

Я молча смотрел на него и пытался понять, про какой Серый Мир он сейчас говорит? Неужели он имеет в виду некрослой? Нет, вряд ли… Это было бы слишком. Скорее всего он имеет в виду нечто совсем другое. Я дождался момента, когда он перестанет пялиться в потолок и вновь прийдет в более-менее нормальное состояние, а затем спросил:

— Что такое Серый Мир? Я могу ошибаться, но я из тех людей, которые его тоже не видят… — признался я. — Мне так кажется, во всяком случае.

— Не видишь, — кивнул он. — Но я помогу тебе, Максим Темников. Существуют особые места, где грань между привычным тебе и Серым Миром очень тонка. Практически неразличима, и можно сквозь нее пройти. Они ходят сюда, мы ходим туда… Так было, есть и будет.

Он сделал несколько глубоких затяжек и положил трубку на стол. Судя по тому, что дымного облака не последовало, она успела потухнуть.

— Теперь хочу спросить еще раз, ты не боишься других миров, Максим Темников? — спросил он. — Будешь там один. Ты и Цикавац. Может быть, кто-то еще. Что скажешь?

По-хорошему сейчас бы встать и уйти. По правде говоря, меня немного пугал этот Мистик. Странное дело, но от этого худого человека в нелепой шляпе тянуло большим страхом, чем от какого-нибудь демона хаоса. Этот Серый Мир представлялся мне каким-то невеселым местом. Еще очень сильно пугало вот это вот: «Будешь там один». Как это понимать?

— Я думаю, буквально, — поделился соображениями Дориан. — Видимо он намекает, что с тобой идти не собирается.

— Да ладно? — с иронией спросил я. — А мне послышалось, будто он отправит со мной целый отряд мистиков, которые только и делают, что шастают в Серый Мир.

— Но ты не переживай, мой мальчик, я тебя точно не брошу, — заверил меня Мор. — К тому же, у тебя нет другого выхода. Не думаю, что существует множество различных способов, при мощи которых можно добыть перо Цикаваца. Как и странных парней, которые могут в этом помочь…

Умел мой друг приводить неоспоримые аргументы, это уж точно. Вполне возможно, что это мой единственный шанс добыть последний компонент для Эликсира Жизни. Да и время играет не в мою пользу…

Среди моих близких слишком много людей, которые в нем нуждаются, и я просто не имею права искать другие способы достать перо Цикаваца. Может быть, конечно, они есть, но это время и его у меня как раз сейчас нет.

— Меня это не пугает, — ответил я Данко и улыбнулся. — Тем более, я еще ни разу не был в Сером Мире. Может быть, мне там даже понравится.

— Тогда я помогу тебе, но ты поможешь мне, Максим Темников. У меня есть проблема. Старая проблема, и ее нужно решить.

Мистик вновь занялся своей трубкой и лишь позвякивал колокольчиками на своей шляпе, пока чистил ее, набивал табаком и раскуривал. Мы с Полиной терпеливо ждали, пока он закончит со своими делами.

— Мне говорили, ты знаешься на темных делах? — наконец спросил он.

— У меня есть темный Дар, если речь об этом, — ответил я. — Смотря что нужно сделать.

— Здесь происходят очень темные дела, Максим Темников. Нужен особенный темный Дар, против древней магии, которая убивает людей. Вчера одна ведьма вновь захлебнулась собственной кровью, — он показал трубкой на потолок. — Это случилось там, на втором этаже. Очень темные дела, которые происходят давно. Мне нужна твоя помощь, чтобы это закончилось. Ты помогаешь мне, я — тебе. Честный уговор, Максим Темников.

— Почему вы считаете, что это не случайность? — спросил я у него. — Вдруг нет никакой темной магии, как вы говорите?

— Полиция тоже говорит, что случайность. Они думают, что это сами маги неправильно проводят ритуалы и погибают от этого, — сказал Херцег. — Что они могут знать? Ничего. Я знаю.

— Ну хорошо, допустим… — кивнул я. — А если я не справлюсь и не найду ничего подозрительного, что тогда?

Мистик закрыл глаза, переложил трубку из правой руки в левую и начал водить пальцами в воздухе.

— Два-семнадцать… Окно… Черный мальчик… Топчан… Два цветка… Сорок-сороков… Бумага… Мельница… Вода… Смрад… — так он бормотал еще несколько минут, пока наконец не открыл глаза и сказал. — Ты должен найти. Тогда я помогу тебе.

Блин… Надеюсь этот тип не псих и это бессвязное бормотание все-таки что-то значит. Если Лазарева говорит, что ему передался Дар матери, которая что-то соображала в предсказаниях, видимо эти слова несли в себе какой-то смысл.

— Слушай, Макс, я тут подумал… — сказал Дориан. — Ты слышал, этот тип сказал, что-то про мельницу?

— Ну и что?

— Блин, не тупи! — занервничал Мор. — Здесь в озере старая мельница, помнишь? В прошлый раз ты почувствовал темную энергию, источник которой был где-то там.

— Хорошо, я попробую, — сказал я Данко. — Только не прямо сейчас. Мне нужно будет подготовиться. И я ничего не гарантирую при этом. Нужно сначала посмотреть что и как.

— Договорились, Максим Темников, — кивнул он, смачно плюнул в свою правую ладонь и протянул ее мне для рукопожатия. — Ты поможешь мне с темными делами, я тебе с пером Цикаваца. Честный уговор.

Я с удивлением посмотрел на протянутую в мою сторону руку.Блин, что за обычай странный на руки плевать? Это так у всех мистиков принято, или только мне так везет? Вообще-то, это не гигиенично, если на то пошло.

— Макс, отвечай, видишь человек ждет, — сказал Дориан. — Ты же к нему пришел за помощью, а не он к тебе.

Нет, все-таки везет мне на всяких странных людей… Такое ощущение, что все они сговорились рано или поздно со мной познакомиться.

— Договорились, — сказал я и пожал руку в ответ.

* * *

От автора:

Дорогие читатели! У меня к вам вопрос… А какое бы вы дали название для новой пещеры Темникова, которую он решил сделать своей сокровищницей? Предлагайте варианты в комментариях. За несколько дней выберу самые лучшие и поставлю их на общее голосование. С нетерпением буду ждать, уверен среди них будет очень много по-настоящему классных:)

Глава 22

Мы еще немного поговорили с Данко, но ничего нового я от него не узнал. Мистик понятия не имел, что именно происходит вокруг «Мельницы» и какого рода темные дела творятся. Мог сказать лишь только, что время от времени в его заведении умирают постояльцы.

Это происходит примерно один раз в несколько лет. Ну а полиция все случаи списывает на магические ритуалы, потому как никаких следов им найти не удается.

Херцег уже давно искал способы покончить со всей этой историей, однако пока ему не удалось найти того, кто мог бы ему помочь. Хотя пробовали многие. Я так понял, что он перетягал сюда всех магов, которые имели опыт борьбы с нечистой силой, как говорил Данко.

Могу себе представить, сколько всяких шарлатанов и проходимцев побывало здесь за все то время, которое Мистик потратил, чтобы решить свою проблему. Если он сам в этих делах ничего не смыслит, то обмануть его никакого труда не составляет. Как когда-то давно я гонял по «Бычьему глазу» крыс некромантским дрыном, а Овчинников в страхе смотрел на этот жуткий ритуал.

— Поможешь ему? — спросила у меня Полина, когда мы с ней вышли из «Мельницы», чтобы дождаться нашего такси.

После душной комнаты Данко, свежий прохладный воздух казался просто чудом каким-то посильнее самого мощного колдовства. Как он все время находится в такой комнате? Просто удивительно. Благовония эти еще… Даже думать сложно в такой обстановке.

— Попробую, — ответил я, сделав перерыв между глубокими вдохами. — Должен же я получить перо Цикаваца каким-то образом. Да и люди гибнут… Неправильно это.

Я посмотрел в сторону озера, от которого после разговора с Херцегом повеяло угрозой, а затем с улыбкой спросил у Полины:

— Ты что спрашиваешь, помочь хочешь?

— Э, нет… Извини, Макс, но это без меня… — покачала она головой. — В таких делах я не помощник. Вот если защитный артефакт тебе какой-нибудь на время нужен в качестве дополнительной поддержки, то это пожалуйста.

— Не переживай, я пошутил. Сам бы тебя не взял, — честно сказал я. — Только мешать будешь, а артефакты у меня и свои есть.

Мы немного помолчали. Удовольствие от свежего воздуха спадало, потому как начинал чувствоваться легкий морозец. Лазарева терла ладошки, а я размышлял какой день мне лучше выбрать для поездки в «Мельницу». Может быть, следующее воскресенье?

— Кстати об артефактах, чуть не забыла… — вдруг спохватилась Полина. — Мне на днях Карачаров звонил…

— А-а, любитель кладов, — сказал я, припомнив нашу с ним последнюю встречу. — Он, кстати, рассчитался с тобой?

— Вполне, — кивнула девушка. — Подарил одну милую вещицу, а еще отвалил немаленькую сумму. Очень кстати, между прочим. Мы на открытие новой мастерской в «Волшебном Базаре» почти все семейные сбережения выгребли. Теперь полный порядок.

— Молодец, — мысль о том, что Лука Миронович оказался человеком слова, приятно порадовала. Мне он скорее понравился, чем наоборот, поэтому было бы жаль в нем разочароваться. — Что он хотел? Опять с какими-то мертвецами поболтать нужно?

— Нет, на этот раз не нужно, — усмехнулась она. — Вопрос в той самой книге, которую у него сперли. Она уже у него и теперь ему нужна помощь.

— Моя? — удивленно спросил я, не очень понимая, о чем может идти речь.

— Сказал, что наша совместная, — ответила Лазарева. — Попросил с тобой поговорить.

— А у него самого рта нет?

— Есть. Но перед тем, как тебе звонить, хотел перестраховаться. Попросил, чтобы я тебе сказала о том, что у меня никаких претензий к нему нет, — она посмотрела на меня и усмехнулась. — Боится, что ты откажешь. Встретиться хочет. Говорит, что готов приехать в любой момент.

— Вообще-то, у меня сейчас и без него забот хватает, — сказал я и посмотрел в сторону озера. — То одно, то другое… Теперь вот еще Карачаров нарисовался… Ты сама как?

— Та же самая фигня, если честно, — нахмурилась она. — Сейчас он вообще не вовремя. Хотя Лука Миронович всякой ерундой не занимается, у него всегда задания интересные.

— Если так, значит нужно помочь, — кивнул я, поняв настроение Полины. — Только пусть потерпит немного. Давай с ним на осенних каникулах встретимся, например? Вот разберемся с последним ключом к твоему Амулету Распада и сразу встретимся.

— Не забыл? — улыбнулась Лазарева.

— С чего бы? Помню конечно…

В этот момент между деревьями мелькнули фары.

— Наконец-то! У меня уже уши мерзнуть начали! — сказала Полина, и как только машина подъехала, с нетерпением забралась внутрь.

В салоне было тепло и уютно. Едва Лазарева немного согрелась, как начала посапывать и вскоре устроилась на моем плече. Видимо и правда вымоталась за эту неделю. Стараясь не шевелиться, чтобы ненароком ее не разбудить, я смотрел в темноту и вспоминал разговор с Данко. Своеобразный парень, конечно, нечего сказать…

Особенно он меня насторожил, когда нес какую-то непонятную для меня тарабарщину. На мой взгляд, абсолютно бессмысленную, ну а там кто его знает… Может быть и правда в этих предсказаниях что-то есть, а я напрасно отношусь к этим видам магии скептически?

— Все правильно делаешь, — сказал Дориан. — Ненадежный народ все эти гадатели и предсказатели. Лишь бы надуть какого-нибудь наивного дурачка. Мошенники…

Тем временем машина заехала в Белозерск и покатила по пустым вечерним улицам. Первым делом я завез Полину, а затем поехал домой. Дед, как обычно, дожидался моего приезда, а вот Софья уже спала. Она несколько раз просыпалась, но головная боль у нее не прошла.

— Даже ужинать не стала, — сказал дед и вздохнул. — Температуры вроде бы нет, а слабая как тростинка. Ногами еле перебирает. Если завтра легче не станет — к целителям повезу.

Видя тревогу деда, я и сам разволновался, что может быть с Вороновой. Первое время, после того как она вновь стала человеком, у нее тоже часто были такие приступы. Сильные головные боли, которые она пережидала лежа в постели. Правда они довольно быстро проходили, а потом вовсе исчезли. Неужели снова появились?

Перед тем как ложиться спать, я на всякий случай сходил в некрослой и проверил комнату Софьи. У меня закралась мысль, что она могла не дождаться меня и решила сама исследовать зеркало, которое мы с ней принесли из башни колдуна. Ну а там всякое могло случиться, вдруг проклятье схлопотала, как в прошлый раз?

К счастью, мои подозрения не оправдались. Проклятия на ней не было. Это было хорошей новостью. По крайне мере, никакая гадина не лишает ее жизненной силы. Вот только вопрос все равно был… Откуда берутся эти головные боли? Оставалось надеяться, что завтра Воронова будет в полном порядке и это просто какая-то случайность. Мы же эликсир долго готовили, может быть, и правда надышалась парами компонентов… У меня ведь тоже такое бывает…

Однако утром ей легче не стало. Она лежала в своей постели бледная как простыня, что была под ней. Лишь глазенки поблескивали яркими черными угольками. Зараза… Да что же с ней такое?

Несмотря на то, что она убеждала нас с дедом будто ей стало лучше, мы решили не откладывать дело с целителями в долгий ящик. Воронова ехать никуда не хотела, но в этом и не было необходимости.

Я доставил ей целителя на дом, самого лучшего, которого знал. Благо Киприан Фельд еще ни разу мне не отказал, а лишь только выручал. Да и вообще, мне нравилось, как он работал. Никаких лишних слов, все по делу и с пользой. За это можно было платить те деньги, которые он брал за свои услуги.

Фельд попросил на некоторое время оставить их с Софьей одних, а когда вышел из ее комнаты, выглядел несколько озабоченным.

— Ее энергетические потоки работают немного странно, — сказал он, в ответ на наши с дедом вопросы. — Несколько необычно расположены меридианы. Если бы я не верил своим глазам, то…

В этот момент он задумчиво посмотрел на дверь комнаты Вороновой, перед которой уселись наши коты, и на его лице появилась немного растерянная улыбка.

— То я бы сказал, что она не совсем человек. Либо меридианы изменили свои привычные траектории под воздействием каких-то обстоятельств, — закончил он свою мысль. — Интересный случай. Мне нужно над этим подумать и кое-что проверить.

Мы с дедом переглянулись. По-моему, мы оба понимали, о чем говорит целитель. Если и была причина, по которой это могло произойти, то скорее всего только одна — она слишком долго была вороном…

— Я немного поработал и сейчас она спит, — продолжил Киприан. — Надеюсь, когда проснется, ей станет легче. Пока это все, что могу сказать. Может быть, через несколько дней скажу немного больше.

С тем Фельд и уехал от нас. Ближе к вечеру я с мрачными мыслями уехал в «Китеж» и уже когда был почти возле школы, дед наконец позвонил, чтобы сообщить, что Воронова проснулась. Ее головная боль к этому времени испарилась и чувствовала она себя просто превосходно.

Настолько хорошо, что даже нашла в себе силы, чтобы забрать у деда телефон и поругать меня за то, что я так рано уехал, и она толком не поболтала со мной за все выходные. Я слушал ее возмущение с улыбкой и все время пока она ругалась, думал о том, что сказал Фельд…

А еще о том, на что мы оба надеялись с дедом — со временем все должно стать на свои места и ее тело будет работать как нужно. Она ведь уже не птица, а человек… Просто должно пройти какое-то время, вот и все…

После легкой словесной перепалки с Софьей, мое настроение заметно улучшилось. Судя по ее голосу, дед был прав, чувствует она себя прекрасно. Нельзя ругаться с таким воодушевлением, если у тебя болит голова.

Еще больше я обрадовался, когда узнал от Нарышкина, что завтра у нас будет общее занятие по фехтованию с первым курсом стихийников. Время от времени Гребень такое устраивал.

Он ведь не мог заниматься с каждым индивидуально, поэтому считал, что если старшие курсы будут проводить занятия с младшими, это будет очень полезно. По сути, каждый из учеников младшего курса получит индивидуального тренера в виде старшекурсника.

Правда иногда бывало так, что ученик младшего курса мог дать фору своему старшему наставнику, но обычно это правило работало. Подобные занятия нам очень нравились. Во-первых, интересно, а во-вторых, отличный способ познакомиться поближе с учениками из других классов. Учебные поединки как-то сближали.

— Надеюсь, тебя поставят с кем-нибудь из Лизуновых, — хохотнул Лешка, после того как поделился со мной этой новостью, а я смотрел в телефоне расписание на следующую неделю. — Представляю как они будут улепетывать от тебя по залу. Ты уж там погоняй их как следует!

— Постараюсь, — пообещал я, однако в моей голове появилась совсем другая мысль.

Общее занятие — это отличный момент, чтобы реализовать мой план, который я уже давным-давно вынашивал. Трудно подобрать время лучше. Там будет сразу два класса, все на виду… Да еще и Артем Захарович вместе с нами… Как можно будет меня в чем-то заподозрить, если все будут видеть, что я ни при чем?

С этого момента я больше ни о чем другом не думал. Рассеянно слушал Нарышкина, которой не переставал расхваливать свою новую подружку и пил какао. Оказывается, Лешка довольно бурно провел воскресенье в компании Кречетниковой. Судя по его рассказу, они с ней побывали практически во всех развлекательных местах Белозерска.

— Макс, а еще она мне показывала фокус со своим пальцем, — восторженно сообщил мой друг. — Она его может сгибать в обратную сторону почти под девяносто градусов, представляешь?

— Прикольно… — согласился я, представив себе это зрелище. — Биомаг, это сила…

Дождавшись пока княжич расскажет все что хотел, мы наконец потопали в общагу, и едва я оказался в своей комнате, как тут же взялся за дело.

В принципе мне оставалось немного. Парочка пузырьков с эликсирами у меня были заготовлены раньше. Хмельников помог мне отмерить ровно то количество, которое было необходимо, чтобы эффект продержался несколько дней.

Хотя, как по мне, пара-тройка дней для этих уродов явно маловато. Будь моя воля, я бы устроил им целый месяц незабываемых ощущений. Но Андромед сказал, что больше нескольких дней уже слишком опасно. В организме могут начаться какие-то необратимые изменения. Да ладно… Им и так крупно повезет, если после этого они останутся в целости и сохранности…

В общем, мне оставалось сделать заключительный шаг — выйти в некрослой и навестить моих врагов в их комнатах, что я и сделал. Без особых приключений спустился вниз, на этаж, где жили первокурсники, и для начала заглянул к Петьке. Они хоть и были похожи со своим братом как две капли воды, его рожа мне почему-то не нравилась больше.

Лизунов разлегся на своей кровати, раскинув руки и ноги в разные стороны. Одеяло валялось на полу, а комната сотрясалась от его богатырского храпа. У меня было огромное желание выйти из некрослоя и влепить ему по дрожащему пузу кулаком, и я лишь каким-то чудом сдержался.

Точнее Дориан помог, напомнив про слова Черткова насчет этого опасного некросимвола. Все верно, не стоило этого делать. Кто-кто, а Лизунов совершенно точно не заслуживал такой чести, чтобы рисковать из-за него.

Я осторожно коснулся его ноги и в тот же миг храп прекратился. Спустя мгновение Петька открыл глаза и удивленно уставился в потолок. Видимо соображал по какой причине проснулся. Он уселся на кровати, покрутил головой по сторонам и почесал свою ногу в том самом месте, до которого я дотронулся.

Вот теперь самое время использовать на практике Слово-Весть и вбить этому обалдую в голову одну интересную мысль. До этого мне не приходилось использовать в деле этот некросимвол, но насколько я понял своего наставника, сейчас этот говнюк получит от меня приказ, который не сможет игнорировать. Посмотрим…

Едва я активировал некросимвол, как Лизунов замер будто статуя. Наверное, самое время… Медленно, стараясь четко проговаривать каждое свое слово, я сказал ему, что он будет должен сделать завтра на уроке фехтования.

Ну и тупая же рожа у этого типа… Совершенно не понятно, понял он меня или нет? Или это некросимвол так работал? Ладно, завтра посмотрим. Как только я закончил, он несколько раз моргнул, почесал затылок, затем поднял с пола одеяло и улегся на боковую. Засранец…

Теперь пришел черед второго брата-акробата, Федора. С этим было почему-то сложнее. После того как я закончил говорить, рожа у него была еще тупее, чем у братца. На всякий случай я даже повторил, вдруг до него с первого раза не дошло?

С чувством выполненного долга я вернулся в свою комнату, разделся и с удовольствием забрался под одеяло, натянув его до самой шеи. Дело сделано. Оставалось только дождаться завтрашнего дня и надеяться, что все пойдет по моему плану.

Я закрыл глаза и меня вдруг как молнией ударило — Чертков так и не позвонил! Думал, что на выходных буду каждую минуту смотреть на телефон, а в итоге вовсе забыл про наставника.

— Ты чего переполошился, мальчик мой? — сонным голосом спросил Дориан. — Ну не позвонил и не позвонил. Значит у него все хорошо, какие проблемы?

— Думаешь? А если с ним что-то случилось, и он просто не смог этого сделать?

— Если ты будешь на ровном месте трепать себе нервы, то этим вряд ли чем-то ему поможешь, — сказал Мор. — Завтра ему позвонишь и узнаешь, как он там.

— Почему завтра? — я протянул руку и взял со стола мобильник. — Может сейчас позвонить? Вдруг ему нужна моя помощь?

— Вот ты упертый как баран! — пробормотал мой друг. — Звони сейчас тогда и ложись спать, в конце концов!

Я еще раз подумал, стоит ли беспокоить старика в такое позднее время и набрал номер. Пошли гудки… Блин, как-то долго он не отвечает…

— Какого черта, Темников? — наконец услышал я его недовольный голос. — Тебя не учили, что наяривать по ночам это невежливо? Что случилось?

— Ничего, — радостно ответил я. — Просто вы не позвонили… Решил узнать, как у вас дела…

Он немного помолчал.

— Нормально… — по-моему его голос немного смягчился, хотя я не уверен. — Кстати, я уже спал, так что в субботу с тебя три шкуры спущу. Спокойно ночи, Темников.

Наставник отключился, а я с улыбкой на лице растянулся на кровати. Вот теперь можно спокойно спать.

— Я тебе просто поражаюсь, парень… — вздохнул Мор. — Ему сказали, что в субботу до семи потов будут гонять, а он радуется…

— Спокойной ночи, Дориан, — сказал я и закрыл глаза. — Завтра нас ждут великие дела…

* * *

Как же медленно шло время на первом уроке, просто какой-то караул! Сегодня оно поставило рекорд по тянучести! Хорошо, что фехтование у нас было вторым и третьим, иначе я бы просто не выдержал.

Все началось как обычно, с легкой физической разминки в начале занятия, которую никто терпеть не мог. Кто ее вообще придумал? Почему нельзя сразу к фехтованию приступить? Нет же… Сначала нужно десять кругов вокруг зала мотануть, попрыгать, поскакать, поприседать…

— Мальчик мой, что тебе на этот счет сказал Ткач? Пренебрежение разминкой — это проявление неуважения к самому себе, тренеру и вообще свинство, — напомнил мне Дориан. — Так что давай приседай и не возмущайся.

Тоже мне… Друг называется…

Наконец прозвучал громкий свисток Гребня, который означал, что наша пытка подошла к концу и можно приступить к поединкам. Я подошел к стойке с тренировочными мечами, а сам тем временем с тревогой следил за Лизуновыми.

По моему плану эти двое сейчас должны были выйти из зала и направиться прямиком в нашу общую раздевалку. Ведь там была моя школьная сумка, в которой, по их мнению, хранились заветные Эликсиры Мастерства. Тот самый рецепт моих успехов в фехтовании, который я тщательно от них скрываю. Только что-то они никуда не спешили…

Вот теперь время почему-то работало наоборот и начало бежать со скоростью света. Пройдет еще несколько минут, пока все выберут для себя удобные мечи, Артем Захарович скомандует начало поединков и потом не выпустит этих засранцев до их окончания. Неужели некросимвол не сработал?

От этой мысли меня бросило в жар, и я почувстовал как рукоять меча в моей ладони стала скользкой. Хм… Странно… Может быть, я что-то не так сделал?

В этот момент Лизуновы вдруг переглянулись и с хитрыми рожами вышли из зала, а я наконец облегченно вздохнул и улыбнулся. Зря переживал, все сработало как нужно. Теперь самое главное, чтобы эликсиры не начали действовать раньше времени, иначе эффект будет немного не тот…

Им хватило пары минут, чтобы выпить эликсиры и вернуться обратно. Глядя на их довольные лица, я чуть не рассмеялся на весь зал. Выглядели оба так, как будто являлись действующими чемпионами Российской Империи по фехтованию.

Они подошли к Гребню и начали что-то ему говорить, а он в этот момент смотрел на меня. Причем то, что он слышал, судя по всему, весьма его удивляло. По крайней мере, лицо у него вытягивалось все сильнее и сильнее.

Наконец он кивнул и в зале вновь раздался пронзительный свисток, после которого наставник начал называть пары. Когда дошла очередь до меня, он махнул рукой подзывая к себе. Перекричать два класса без предварительного свистка было сложно.

— Максим, — сказал он и положил мне руку на плечо. — Эти два парня хотят проверить свои силы в поединке с тобой, ты не против?

— С чего бы, Артем Захарович? — спросил я и несколько раз взмахнул мечом, чтобы почувствовать его вес. — Не стану же я отказывать молодым людям. С удовольствием преподам им пару уроков.

— Тогда прошу начинать, — ответил Гребень и просиял. — Будет интересно посмотреть. Пусть первым будет Петр.

Ну… Петр, так Петр… Какая мне разница…

Очередной свисток. Мы с Лизуновым занимаем позиции друг напротив друга. Я вижу его довольную хитрую рожу и… В этот момент понимаю, что эликсиры начали действовать чуть раньше, чем я планировал. Эх… Так хотелось, чтобы в процессе поединка…

Было такое впечатление, что Петька начал плавиться. Как воск над огнем. Причем с его братом Федором происходило абсолютно то же самое. Выглядело это забавно, однако немного жутковато… Даже с учетом того, что я знал об этом, мне стало не по себе, а что говорить обо всех остальных?

Спортивный зал тут же наполнился девичьими визгами и удивленными возгласами остальных. У Гребня так вообще глаза чуть не выкатились из орбит… Ну а Лизуновы тем временем продолжали таять… С каждой секундой они становились все меньше, а лужи под их ногами увеличивались…

Примерно минуты через три братья превратились в две большие кучи чего-то вроде желе. О том, что совсем недавно здесь были два толстяка с именами Петя и Федор, можно было догадаться лишь по фехтовальным костюмам в желейных кучах.

— Всем стоять на своих местах! — громко скомандовал Артем Захарович. — Никому не подходить и не дотрагиваться до Лизуновых!

Я бы сказал — до двух вонючих куч, в которые они превратились.

Тем временем Гребень вытащил из кармана мобильник и набрал на нем номер:

— Дементий Брониславович, здесь у нас небольшое происшествие, — сказал он. — Нужен срочно кто-то из ваших подопечных. Желательно поопытнее, а еще лучше, чтобы вы сами на это посмотрели…

Ага, Веригину звонил, стало быть. Вот уж не думаю, что он чем-то поможет в данном случае. В этот момент я почувстовал на себе чей-то пристальный взгляд, обернулся и увидел Шуйского, который буравил меня взглядом. Кстати… Что-то очень свежо он выглядит… Наверное, нужно опять устроить ему небольшую встряску. Три — это очень хорошее число.

Я ему подмигнул и вновь посмотрел на Лизуновых, к которым осторожно подбиралась наша староста Каблукова. Когда до ближайшей кучи оставалось несколько шагов, она вдруг остановилась и прошептала:

— Артем Захарович, он на меня смотрит… Ик… — Верка покачнулась и рухнула в обморок.

Кто-то из ребят успел ее подхватить под руки и аккуратно положил на деревянный пол. Я присмотрелся получше к той куче, которая была ближе ко мне и раньше звалась Петькой… Точно! Вон глаза по сторонам зыркают! Точнее один глаз… Второй, вероятно, куда-то уплыл…

— Какой-то этот Эликсир Жидкого Тела недоработанный, — сказал Дориан. — Надо будет поставить Хмельникову на вид. Я-то думал, они в лужи превратятся, а тут скорее слизняки какие-то получились.

— Ну и что? По-моему, неплохо, — сказал я, улыбаясь Петькиному глазу, который на меня пялился. — Слизняками им даже лучше. Интересно, как их будут в медицинский блок перетаскивать?

— Как-как… В ведрах, само-собой, — решил Мор. — Ну или в корытах каких-нибудь специальных целительских… Разве есть какие-то другие варианты?

Глава 23

Эх… Жаль не удалось понаблюдать как Лизуновых отдирали от пола и переносили в медицинский блок. Через несколько минут после того, как в спортивный зал явился Веригин со своими помощниками, нас всех попросили очистить помещение. Конечно, все были очень расстроены этим обстоятельством. Интересно же было посмотреть…

Лично я был очень доволен тем, как все вышло. К сожалению, не все пошло по плану, но, в общем и целом, можно было сказать, что нужный результат достигнут, а это самое главное. Я думаю, братья надолго запомнят забавный случай, который как-то произошел с ними на уроке фехтования и впредь хорошенько подумают перед тем, как трогать моих друзей.

— Ты бы радовался поменьше, — посоветовал Дориан. — На тебя уже человек десять подозрительно смотрят.

— Да пусть пялятся, если им делать нечего, — ответил я и моя улыбка в этот момент стала еще шире. — Все видели, что я здесь как будто ни при чем. Так что пусть попробуют доказать.

— Вот в том-то и дело, что как будто… — пробурчал Мор. — Теперь нужно быть осторожнее какое-то время…

В отличие от своего друга, я никаких проблем в этом не видел. Понятное дело, что тот же Шуйский быстро распустит слух чьих это рук дело, но меня это вполне устраивало. Ну а насчет опасений Дориана…

Не стоило недооценивать своих врагов, это понятно, и я буду осмотрительнее. Но сейчас я торжествовал и не собирался показывать Мишке, что хоть немного беспокоюсь относительно последствий. Так что лови, Шуйский, еще один мой взгляд победителя!

Под руководством Гребня мы дружно топали к главному корпусу. Предполагалось, что до окончания урока мы будем в столовой пить чай и дожидаться звонка. Не мог же Артем Захарович допустить, чтобы два класса болтались по школьным коридорам во время урока.

Примерно на середине пути мимо нас пронеслась парочка целителей с металлическими блестящими бочками, а следом за ними, громко сопя, бежал мастер-смотритель. К этому моменту Егор Никитич уже порядком устал и пыхтел как паровоз, пытаясь не отстать от парней с бочками.

Я представил себе как Лизуновых по очереди загружают в эти бочки, а они оттуда удивленно лупают глазами и еле сдержался, чтобы не рассмеяться во весь голос. Даже слезы по щекам покатились… Как бы я хотел посмотреть на эту картину! Когда еще такое увижу?

Оказалось, я переживал напрасно. Едва закончился урок, как мне на телефон пришло видеосообщение от Нарышкина с Лизуновыми. Похоже, кто-то из ребят успел снять все произошедшее на видео. Жаль только снято было не с самого начала, а с того момента, когда братья уже наполовину растеклись. Видимо поздно сообразили, что такое дело нужно обязательно записать на камеру.

«Видел?».

Отправил Лешка еще одно сообщение, и я хотел даже написать, что не только видел, но и участвовал, но вовремя сообразил, что лучше сказать об этом с глазу на глаз. Переписка такое ненадежное дело…

Превращение Лизуновых в слизняков стало главной новостью за обедом. Кто бы сомневался! Думаю, она будет оставаться такой как минимум до конца недели, а может быть, даже и следующей. Никому не приходилось видеть нечто подобное, поэтому строилось бесконечное множество догадок на счет того, что бы такое с ними могло произойти?

Узнав, что трансформация братьев моих рук дело, Нарышкин торжественно пожал мне руку и сказал, что это было очень круто. Досадовал лишь на то, что сам не смог понаблюдать за сценой с самого начала и приходится довольствоваться видеороликом не лучшего качества. Но хоть что-то…

В общем, день начался просто чудесно. Я был абсолютно счастлив. Даже нашел время, чтобы сходить после уроков в школьный парк и показать видеоролик Бродяге. Не думаю, что он смог в точности понять, что я хотел ему донести, но мне показалось, что по моему настроению общий смысл дуб уловил.

Борис так совершенно точно понял, судя по его восторженному:

— Бадым-Бадым! Брум! Петька-Федька бадабум!

Просто прекрасно, что еще сказать? До конца дня я еще поглядывал на телефон, беспокоясь, что меня вызовут к себе Орлов или Громов для разговора, но нет…

Похоже, все получилось для меня самым лучшим образом, поэтому перед сном я уже вовсе не тревожился на этот счет и больше думал о самом Эликсире Жидкого Тела. Надо будет обязательно его доработать. В таком виде этот эликсир использовать нельзя.

Несмотря на объяснения Хмельникова, скорее всего я сделал что-то не то или упустил какой-нибудь важный момент. Если я его правильно понял, в идеальном варианте Лизуновы не должны были превратиться в две кучи полужидкого желе. Скорее это должен был быть очень густой кисель.

На мой взгляд, эликсир был очень крутой штукой, и я надеялся, что он может мне еще не раз пригодиться. Даже планировал в ближайшее время испытать его на себе, чтобы понять свои ощущения. Только с очень коротким сроком действия, разумеется. Так что нужно будет задать Андромеду пару вопросов…

Уже перед сном я вспомнил о подарке Тибериуса, который совершенно вылетел у меня из головы! Я ведь хотел проверить ее насчет возможности переноса туда вещей и их сохранности. Так что я выбрался из-под одеяла, оделся и занялся делом.

В качестве вещей для первого эксперимента я выбрал Эликсир Лечения, Кольцо Ночного Зрения, Шкатулку Люфицера и мой металлический чемоданчик с магической броней. Таким образом я хотел убить всех зайцев сразу и проверить побольше вариантов.

Мало ли, вдруг туда нельзя перетащить какие-то конкретные штуки? Вот, например, ту же Шкатулку Люфицера. Когда я переместился в пещеру из домена Тибериуса, со мной были артефакты и эликсиры, но не факт, что в случае с моим миром все будет точно так же. В мирах демонов хаоса действовали собственные физические и магические законы.

С учетом того, что в ближайшем будущем я планировал превратить пещеру в личную сокровищницу и особенную зону отдыха, я немного волновался. Все-таки конфету не удалось в мой мир оттуда перетащить. Если окажется, что это правило работает и для всего остального, это будет не очень приятной новостью.

ВЖУХ!

Ну-ка посмотрим… Кольцо Ночного Зрения на пальце, Шкатулка и чемоданчик в руках, а Эликсир Лечения в кармане… Порядочек! Все работает!

— Что это за место, стерлядь полосатая? — решил выяснить Люфик, который до этого момента храпел как медведь. — Темно, как у дракона… Слушай, хозяин, а мне здесь нравится, гнутый-разутый… Как ты его нашел?

— Познакомился с одним твоим родственником, и он мне его подарил по случаю, — сказал я. — Тот еще добряк оказался.

— Да? — с сомнением в голосе спросил демоненок. — Хочешь сказать, что за просто так подарил?

— Ну почти…

— Бардак… Совсем распустились, мухоморы небритые… От нечего делать такие подарки делают…

Пока он недовольно бурчал я осмотрелся на предмет каких-нибудь изменений, но ничего нового не обнаружил. Все было точно так же, как в момент моего ухода отсюда. Вот только конфет не было на том месте, на котором я активировал Дар.

Я подошел к плетеному шкафу и с удивлением обнаружил их там. Каким-то чудесным образом они перенеслись в него обратно. Сами по себе. Не мог же их кто-то туда перенести, правильно?

— Хозяин, можно я тут немного поживу? — отвлек меня Люфицер. — Тут так пахнет… Прямо как дома, кругляш с перепонками…

— Перебьешься. Вот когда работу закончишь, тогда и поговорим. Где мои книги? — строго спросил я и закрыл шкаф. — Вторую неделю возишься. Только и знаешь, что дрыхнуть целыми днями.

— Так я и говорю — мне здесь и работать будет легче. Обещаю, что до конца этой недели сделаю! — пропищал демоненок.

— Обманет, — уверенно сказал Дориан. — Как пить дать, обманет. Такое уж гадостное племя, что с них взять. Я бы на твоем месте ему не верил.

— Точно сделаешь? — спросил я у него и для устрашения потряс Шкатулкой. — Смотри, если обманешь, пеняй на себя!

— Гадом буду, сделаю, хозяин! — уверенно сказал Люфик и судя по шлепку попытался ударить себя кулаком в грудь. — Я хоть раз тебя обманул?

— Пфф… Ты серьезно, что ли?

— Вот так всегда… — с досадой протянул он. — Стоит один раз оступиться и до конца жизни пенять будут, веники лохматые…

— Ладно, оставлю здесь на неделю, но это в последний раз, понял?

— Само собой, хозяин! — радостно пискнул. — Вон там поставь меня, под деревом, возле водички. Мне там комфортнее всего работать будет.

Оставив демона там, где он просил, я еще раз осмотрел пещеру и прикинул, где лучше всего расставить шкафы для хранения артефактов. Заодно подумал, как они должны выглядеть. Мне виделось что-то по типу множества резных шкафов разного размера, но Дориан сказал, что я невежественный дикарь.

— Только такие варвары как ты могут хранить артефакты в тумбочках! — возмущенно сказал он. — Зачем их прятать, если никто не утащит? Нужны специальные постаменты… Чтобы бархат, стекло и все такое…

— Зачем? — не понял я.

— Как это? — удивился Мор. — Это же сокровищница, а не чулан! Ты должен любоваться своим богатством и трепетать от собственного величия! Было бы еще неплохо украсить стены гобеленами, на которых будут запечатлены твои подвиги.

— Вот еще… — пробурчал я. — Только ковров мне здесь не хватало…

Хотя, что-то в словах Дориана все-таки было. Очень может быть, что со шкафами я погорячился и для сокровищницы нужно придумать что-нибудь получше. Любоваться и трепетать я, конечно, не собирался, а вот если просто для красоты… Надо подумать…

Перед возвращением я попрощался с Люфиком и на всякий случай еще раз пригрозил ему жуткими карами, если он не выполнит своего обещания. Ну а затем приготовился к последнему эксперименту на сегодня — смогу ли я вынести собственные вещи отсюда?

Принести — это одно дело, а унести — совсем другое. Будет очень обидно расстаться с Кольцом Ночного Зрения и магической броней. Демоненка-то я смогу навещать, если что, а вот по части всего остального…

ВЖУХ!

Нет, все было при мне. Вот теперь, пожалуй, можно и отдохнуть. Я забрался под одеяло, закрыл глаза и начал прокручивать варианты оформления своей сокровищницы… Дориан откидывал почти все, а я с ним лениво спорил и потихоньку заснул…

Утром мне позвонил дед, который тоже уже успел посмотреть видеоролик, который гулял по сети. Сказал, чтобы я был поосторожнее на уроках и не тянул в рот всякую гадость. Он почему-то решил, что Лизуновы просто что-то не то съели. Кхм… Технически он был совершенно прав, примерно так оно и было.

Ну а еще обрадовал меня тем, что с Вороновой был полный порядок. Она уже и думать забыла о своем недавнем приступе, который мучал ее совсем недавно.

Завтрак проходил довольно шумно, как для последних дней, а это значило, что школа вновь превращалась сама в себя. Честно говоря, после той истории с Москвиным, атмосфера в школе была не очень и это порядком нервировало. Все время было такое ощущение, что должна случиться какая-нибудь гадость.

Однако вчерашнее происшествие с Лизуновыми чудесным образом изменило ситуацию. Все-таки «Китеж» такое место, где в любой момент могут произойти самые неожиданные вещи, и не обязательно что-то плохое. Мне было приятно, что я был причиной, по которой ребята вспомнили об этом.

Перед началом уроков со всеми классами преподаватели провели беседу по факту случившегося. Никто из них пока еще толком не мог сказать, что приключилось с Лизуновыми, поэтому в основном нажимали на технику безопасности. Особенно при работе с незнакомыми заклинаниями и эликсирами.

Меня прямо распирало посмотреть, как они там хранятся в медицинском блоке. Думаю, за все время существования школы, это был первой случай, когда больных удобнее всего было хранить в бочках. Я было спросил разрешения навестить братишек, но нам сказали, что в ближайшее время это исключено. Эх… Жалко конечно…

Вечером меня ждал «Артефакториум» и Островская, которая вновь усадила меня за отдельный стол, подальше от остальных ребят. Судя по всему, она все время намерена работать со мной по индивидуальной программе. Что же, так даже лучше… Я думал, что сегодня мы займемся каким-нибудь следующим по сложности артефактом, который будет идти после простейшего оберега, однако Виктория Артемовна меня удивила и начала совсем с другого:

— Ты еще не забыл про книгу, которую дала мне Полина? — шепотом спросила она.

Я сразу понял о какой книге она говорит, потому как была всегда одна, которую, по моей информации, передала ей Лазарева. Если другие и были, то я о них ничего не знал.

— Дневник Грача-Невидимки? — спросил я.

— Он самый, — ответила она и нахмурилась.

— Только не говорите, что вам не удалось его расшифровать…

— Пока нет, — с сожалением сказала она и как-то странно посмотрела на меня. — Однако я знаю, как это сделать. Не то, чтобы уверена на сто процентов, но шанс очень велик.

Я немного помолчал, ожидая какого-нибудь интересного продолжения, и не ошибся.

— Половина этого дневника зашифрована мертвым языком, который давным-давно уже не используется и книг, расшифровывающих его, практически не осталось, а мне одна из них ой как нужна, — сказала она. — Да и раньше он был не в особом почете. Слишком мудреный. У него один алфавит на сорок семь букв. Если автор дневника — Грач-Невидимка, то понятия не имею, зачем ему в голову пришла мысль писать именно на нем…

— А что не так с этим языком?

— Этот язык давным-давно запрещен. Немногие даже знают о том, что он вообще существует. Считается, что он послужил одной из причин, по которой у нас появились Искажения, — сказала она и пожала плечами. — Именно он является языком Темного Бога, который когда-то проклял наш мир.

— А-а… Тогда понятно… — кивнул я. — Вы тоже так думаете?

— Скажу тебе так, Максим, — вздохнула Островская. — Во все это можно верить, а можно не верить, каждый сам для себя принимает решение. Я могу говорить лишь об одном — за прошедшие столетия никто не придумал происхождению Искажений другого объяснения. Те версии, которые время от времени появляются и обсуждаются в магическом мире, ничем не лучше Темного Бога с его проклятиями. Демоны, некроманты и всякие не пойми кто… Так что, по сути, других вариантов нет. А что думаешь ты?

— Особо ничего. Я об этом как-то не думаю, — совершенно честно признался я. — Насколько я понял, пока все равно не понятно как сделать так, чтобы они исчезли насовсем.

— Не понятно, — усмехнулась она. — Это ты верно подметил.

— Тогда какая разница, как они появились? — спросил я. — Вот когда найдут способ добраться до Темного Бога и побеседовать с ним на эту тему, тогда и думать нужно, а пока… Только время терять.

— Интересная точка зрения, — одобрительно кивнула наставница. — Первый раз с такой сталкиваюсь.

— Так что там с нужной вам книгой, Виктория Артемовна? — напомнил я ей про тему, которая была мне гораздо интереснее.

— Да, извини… Что-то мы далеко ушли… — она опять посмотрела по сторонам и вновь перешла на шепот. — Если у меня будет эта книга, то думаю, мне не составит труда поставить точку в работе над дневником Грача-Невидимки.

— Я так понимаю, в том, чтобы достать ее, есть какая-то проблема? — спросил я. Иначе с чего бы ей говорить со мной об этом шепотом?

— Ага, и очень большая проблема, Максим. Один из экземпляров находится в нашем школьном архиве, вот только взять его просто так нельзя.

— Нужно получить какое-то особое разрешение? — предположил я. — Тогда какая проблема, вы же преподаватель?

— Нет, дело не в разрешении. В нашем школьном архиве есть секретный отдел, доступ в который имеет немного людей, — она развела руками. — Я, например, такой чести еще не удостоилась, и думаю, пока не достигну ранга магистра, мне это счастье не светит.

Так… Кое-что я начинаю понимать… Какое сложное дело с этим дневником…

— Выходит так, чтобы получить шанс расшифровать записи Грача-Невидимки, мне во чтобы-то ни стало нужно заполучить эту книгу, и для этого нужно попасть в секретную часть архива?

— Примерно так. Однако, я бы посоветовала тебе этого не делать и на время забыть об этом дневнике, — посоветовала Островская. — Может быть, когда-нибудь в будущем у тебя появится другая возможность расшифровать его.

— «Когда-нибудь в будущем» — это даже звучит не очень… — пробормотал я. — Не факт, что это вообще произойдет…

— Я понимаю тебя, — улыбнулась наставница. — Сама понимаю, как тебе хочется разгадать эту загадку. Да и мне было бы интересно почитать, честно говоря. Но это слишком рискованно и туда просто так не попасть. Не хочется остаться в твоей памяти преподавателем, по вине которого тебя выгнали из «Китежа».

— Тогда зачем вы мне про нее сказали? — спросил я. — Уж лучше бы я думал, что это вообще невозможно.

— Правда так считаешь? — спросила она и не дождавшись ответа продолжила сама. — На это есть несколько причин. Во-первых, не сказать — это было бы не совсем честно с моей стороны. Я считаю, что ты должен знать правду и сам принимать решение. Ты ведь знал, что ритуальное зачарование опасное дело, но все равно решил попробовать, верно? Вот и сейчас я не хочу врать и говорю тебе как есть, почему я должна что-то скрывать? Во-вторых, мой личный авторитет.

— В каком смысле? — не совсем понял я.

— Сказать тебе, что я не могу ничего сделать с твоим дневником — это значит расписаться в собственной некомпетентности, а значит подорвать твою веру в меня как в мага, — ответила Островская. — Как бы ты мне стал доверять в дальнейшем, когда мы с тобой перейдем к очень сложным и опасным ритуальным зачарованиям? Я не могу допустить каких-то сомнений на свой счет.

— Понятно… — вздохнул я.

Хорошенькое дело… Пахнет все это и правда не очень… Подобная выходка мне может дорого обойтись, иначе не стала бы Островская предупреждать об опасности…

— Ладно, я понял, попасть в секретный отдел нельзя. Ну а посмотреть хотя бы на эту дверь можно, или за это тоже положен расстрел на месте? — спросил я.

— Нет, — усмехнулась она. — Думаю, за это тебя не выгонят. Однако, не забывай о том, что я тебе сказала.

— Да понял я, понял… Самое интересное всегда на большие замки запирают…

Глава 24

Час от часу не легче. Почему, чтобы расшифровать какую-то книгу, нужно обязательно перед этим пару гор свернуть? Думай теперь, что с этим дневником Грача-Невидимки делать, и насколько он мне нужен. Хотя… Наверное, все-таки нужен… Если мы с Полиной так долго с ним возимся, должно же быть в нем что-то интересное?

— Не факт, — высказал свое мнение Дориан. — Однажды, чтобы заполучить древний гримуар, мне пришлось прикончить сразу трех великанов. Опасное было дело, я тебе скажу. Особенно, когда один из них вооружился…

— Ближе к делу, Мор, — попросил я его.

— Гримуар оказался пустышкой. Какие-то старые жреческие тексты, от которых толку, как с козла молока, — сказал он. — Так что с твоим Грачом-Невидимкой может выйти такая же история. Запомни мои слова. Большой вопрос — стоит ли из-за этого рисковать, Макс?

— Откуда мне знать, Дориан? Здесь разве заранее скажешь… Для начала на нее нужно хотя бы одним глазом взглянуть, а потом уже будем думать, стоит или не стоит, — ответил я.

— Вот это правильное решение, мальчик мой. Наконец-то ты начинаешь хоть немного думать головой, перед тем как что-то сделать, — с радостью в голосе сказал мой друг. Видимо был доволен моим прогрессом в развитии.

— Что замолчал? — оторвала меня от моих размышлений Островская. — Мне кажется, ты далеко улетел со своими мыслями.

— Да вот думаю… Меня же просто так в архив не пустят, — вспомнил я правила посещения этого места, в котором мы с Лешкой в общей сложности провели не меньше недели на отработках. — Я туда попадал только в качестве наказания.

— Скажу тебе по секрету, это не единственный путь, которым можно попасть в архив. С этим проблем нет, — улыбнулась Виктория Артемовна и подмигнула. — Я тебе оформлю пропуск, в котором будет указано, что ты помогаешь мне в одном проекте, и для этого тебе нужен доступ в архив. Даже снабжу тебя списком некоторых книг, которые запрещено оттуда выносить и работать с ними можно только в читальном зале архива. Тебе это, кстати, будет даже полезно. Там есть пара работ по ритуальному зачарованию, с которыми тебе в обязательном порядке нужно ознакомиться.

— Спасибо.

— Не за что, — она наклонилась ко мне поближе. — Но это не значит, что ты должен забыть о нашем разговоре, договорились?

— Как же, забудешь тут… — вздохнул я.

— Вот и хорошо, — кивнула наставница и положила руку на толстую книгу, которая лежала справа от нее. — Теперь давай перейдем к нашим с тобой делам. В этой книге сорок два описания по созданию защитных оберегов с различными свойствами. Ты можешь выбрать любой из них, какой пожелаешь.

— Насколько они будут мощнее предыдущего оберега? — спросил я.

Честно говоря, мой первый оберег был мне дорог лишь как своего рода памятный знак о моем первом успешном опыте создания подобного артефакта. С практической точки зрения он был для меня бесполезен, так как я уже давно мог защитить себя гораздо лучше.

Даже если предположить, что в этой толстенной книге описания оберегов, которые будут мощнее первого в несколько раз, то все равно этого будет недостаточно.

— Скажем так… Если предположить, что прошлый оберег был первым шагом мастерства, то это будет третий, — ответила Островская. — Глядя на твою работу, я решила, что ты вполне можешь перескочить через одну ступеньку. Или, может быть, тебе нужно что-то конкретное? Говори, не стесняйся. Так мне будет легче понять в каком направлении нам с тобой двигаться.

— Вообще-то нужно… — кивнул я. — Я бы хотел научиться делать обереги не по описаниям в книжках.

— Не совсем поняла тебя, Максим…

— Я знаю несколько заклинаний, которые хотел бы вложить в оберег. Так можно сделать?

Вообще-то, пока у меня было только одно такое заклинание — Смертельная Тень. По правде говоря, мне порядком надоело все время проверять активировано оно или нет. С некоторых пор это превратилось в привычку, но я очень хотел от нее отвыкнуть.

— Твои заклинания будут мощнее, чем описанные в этой книге? — с улыбкой спросила наставница. — Правда так думаешь?

Мне не хотелось ее расстраивать и говорить, что я не просто так думаю, а абсолютно в этом уверен, поэтому ответил так:

— Просто они мне будут полезнее.

— Хм… Возможно, как-то я об этом не подумала, — нахмурилась она. — Просто мы с Полиной разговаривали про обереги, вот я и решила, что мы с тобой пойдем этим путем. Но если ты против…

— Я не против. Мы обязательно ими займемся, — успокоил я ее. — Но сначала я бы хотел сделать нечто другое.

— Знаешь, так даже интереснее. Мне будет любопытно узнать, получилось у тебя в итоге или нет, — оживилась она и отодвинула книгу в сторону. — Значит ты хочешь научиться создавать сосуды?

— Что, простите?

— Сосуды, Максим. Так мы между собой называем артефакты, которые могут хранить в себе заклинания.

— А-а… Понятно… То есть, если артефакт с каким-то постоянно действующим магическим свойством, то на вашем языке он называется сосудом? — спросил я.

— Не совсем так, — покачала головой Виктория Артемовна. — Есть разные виды артефактов с постоянным эффектом и сосуды — самые простейшие из них. Извини, Темников, но создать классический артефакт, в который можно будет вложить любое заклинание, ты просто не сможешь. У тебя не получится, потому что для этого нужно менять свойство предмета, а это слишком сложно даже для такого талантливого парня как ты.

— Макс, это она тебе мягко намекнула, что ты для таких дел еще туповат, — подсказал Дориан.

— Только не обижайся, — с улыбкой сказала она. — Ты же знаешь, каждому свое.

— Угу… — кивнул я. — Так что вы говорили насчет этих… сосудов?

— Это единственный доступный для тебя способ создать нужный предмет. Принцип работы такого артефакта достаточно прост. При помощи ритуала зачарования ты создаешь предмет, что-то типа хранилища, а потом вкладываешь в него нужное тебе заклинание, — объяснила наставница.

— Чем этот вариант артефакта будет отличаться от классического? — я пока вообще не понимал, какая между ними разница, если и в том, и в другом случае я вкладываю туда заклинание какое хочу.

— Тем, что при создании сосуда используется часть магического кристалла, который в дальнейшем и будет отвечать за работу этого артефакта, — ответила Островская. — То есть он будет работать до тех пор, пока магический кристалл содержит в себе магическую энергию. По сути, он будет работать по тому же принципу как обычный энергетический меч.

— Тогда это не так уж плохо… Меч работает долго…

— Я тебе и не говорила, что это будет плохим вариантом, — справедливо заметила Виктория Артемовна. — Это отличный выход для тебя.

— Значит… Если я правильно понимаю, чем лучше магический кристалл, тем он будет дольше работать? С энергетическими мечами ведь так происходит?

— Все верно, Максим. Чем качественней компонент, тем лучше, — сказала она. — Кроме того, есть еще один нюанс, который ты должен иметь в виду. Не знаю, какое заклинание ты собрался запечатать в свой артефакт, но от его сложности зависит и кристалл, который ты должен использовать. Имея оранжевый магический кристалл не получится создать мощный артефакт.

— С этим я разберусь, — заверил я ее. — У меня есть парочка хороших кристаллов в загашнике.

— Темников, я даже не сомневалась в этом, — рассмеялась Островская, а ребята, которые мастерили свои артефакты неподалеку, с интересом посмотрели на нас, пытаясь понять над чем это мы смеемся. — Что же, если тебе все понятно… Сейчас подумаю, что бы тебе такого дать…

Наставница задумчиво погладила подбородок, затем встала из-за стола и подошла к своему книжному шкафу. Через несколько минут вернулась, сжимая в руках книгу, которая даже с виду пугала своим объемом.

— Не переживай, ее не всю нужно будет читать, — сказала она, глядя на мое лицо. — От силы половину. Ну а как ты хотел? К твоему сведению, создание сосуда — это, на минуточку, один из вопросов на выпускном экзамене по артефакторике. Довольно сложный ритуал, между прочим. Но если ты сомневаешься…

— Нет, не сомневаюсь.

— Тогда держи. Я думаю, ты без моей помощи разберешься какие главы тебе нужны, не маленький. Когда все выучишь — приходи. Проверю твои знания и, если все будет в порядке, приступим к делу.

— Может быть, мне компоненты какие-то нужно купить? — спросил я, пытаясь засунуть книгу в рюкзак, но она в него не помещалась.

— С этим не спеши. Купишь после того, как сдашь мне экзамен, — ответила она. — Там нет никаких компонентов, которые ты не смог бы найти в Белозерске. Позаботься только о кристаллах.

Чего о них заботиться? У меня в шкафу уже давным-давно пылится парочка кристаллов, которые ждут своего времени. Не знаю, как насчет зеленого, а вот фиолетовый для Смертельной Тени точно должен подойти.

— Хорошо, — сказал я и сунул книгу под мышку. — А что насчет пропуска?

— Найдешь меня завтра на большой перемене, я тебе его дам, — пообещала она.

— Еще раз спасибо, — поблагодарил я ее и вышел из мастерской.

Надо же, снег пошел… Первый в этом году. Не противный с дождем, а настоящий снег. Я подставил лицо снежинкам, которые мягко опускались и тут же таяли. Обожаю первый снег…

В этот момент справа от себя я заметил какое-то движение. Резко повернулся, едва не выронив книгу…

— Теретей, твою мать! — прикрикнул я, глядя на маленькую елку, которая от неожиданности замерла на месте. — Так и в штаны наделать можно, между прочим!

— Шшш… — послышалось в ответ в моей голове.

— О! Ты уже пытаешься разговаривать! — похвалил я его. — Ладно, проехали. Не буду больше кричать. Но больше, чтобы так не делал, понял? А вдруг я бы заклинанием по тебе шарахнул?

На этот раз он ничего не ответил, а осторожно подошел немного ближе. Я посмотрел по сторонам, ища взглядом какое-нибудь живое дерево постарше, но похоже этот парень отправился на прогулку один.

Вот это мне не очень нравится. Попадется под руку каким-нибудь придуркам вроде Лизуновых… От таких ничего хорошего не жди, а он еще маленький совсем, даже постоять за себя не сможет. Надо будет поговорить с Эмерентой, чтобы она его не отпускала.

— Так он ее и послушал, — хмыкнул Дориан. — Наверное такой же как и ты. Если слышит, что куда-то нельзя, то лезет туда первым делом.

— Ладно, пойдем со мной. Проведешь меня до общаги, — сказал я и спрятал книгу под куртку, чтобы на нее не падал снег. — Только потом сразу на озеро, понял?

— Шшш…

— Ну будем считать, что понял, — сказал я и потопал к общаге.

Снег тем временем шел все сильнее. Я не спеша топал по дорожкам школьного парка и любовался падающими снежниками в свете фонарей. Все вокруг понемногу становилось белым, и темных проплешин на земле было все меньше.

Мне показалось, или я только что услышал голос Бориса, который тоже радовался первому снегу? Судя по тому, что Теретей вдруг передумал идти со мной и потопал в сторону школьного озера, не показалось. Видимо он тоже услышал конструкта. Кстати… Вот кого нужно попросить приглядывать за маленьким живодревом. Борису в этом плане можно доверять, нянька из него что надо.

Тем временем я подошел к общаге и с удивлением обнаружил, что большая часть лавочек возле нее занята. Странное дело. Обычно в это время все уже сидят по своим комнатам. Неужели выбрались полюбоваться первым настоящим снегом?

Хорошая мысль, кстати. Надо будет сейчас вытащить Нарышкина на прогулку, если он еще никуда не свалил со своей княжной. Шансов на это было немного, но вдруг. В крайнем случае, можно вместе в столовую сходить и слопать на ночь чего-нибудь сладенького. Не хотелось сидеть в комнате этим вечером.

— Вот ты где, Темников! — услышал я женский голос, едва вытащил телефон из кармана, чтобы позвонить Лешке.

Да что они, сговорились, что ли? Второй раз за день чуть книгу не выронил.

— Ты чего орешь, Урусова? — спросил я, глядя на улыбающуюся Прасковью. — Я же не глухой…

— Я тебя целый вечер ищу, — сказала она и убрала со лба прилипшие к нему мокрые волосы. — Постучала к тебе в комнату, никто не ответил. На улице тебя нет…

— Зачем это ты меня искала, интересно знать? — с подозрением спросил я, не ожидая от ответа ничего хорошего. Почему-то у меня появилось тревожное чувство.

— Хочу кое-что спросить у тебя, — она посмотрела по сторонам и наклонилась поближе. — Пойдешь со мной на осенний бал?

— Куда? Какой еще бал, Урусова? — спросил я, усиленно работая мозговыми шестеренками и пытаясь понять, о чем она говорит. По-моему, я даже слышал, как они скрипят…

— Говорят, что завтра объявят об осеннем бале перед каникулами, — ответила она. — Ты пойдешь со мной? Только не подумай, я тебе не встречаться предлагаю. Просто ко мне всякие дураки клеятся, а я не хочу с ними идти, и одна не хочу.

Ну теперь по крайней мере понятно, почему возле общаги так много народа. Значит решили устроить осенний бал… Естественно все обсуждают эту новость. В очередной раз удивляюсь, откуда эти девчонки узнают о том, что будет завтра?

— Макс, ты бы ответил что-нибудь девушке, — сказал мне Дориан. — Неприлично заставлять даму ждать, остолоп.

Он был прав. Только вот что ей ответить? Честно говоря, она застала меня врасплох своим вопросом… Предчувствие меня не обмануло, так и знал, что ничего хорошего Прасковья не спросит. Бал еще какой-то…

— Ты уверена? — спросил я, взяв для себя этим вопросом паузу, чтобы немного подумать над ответом. — Так-то я вообще танцую не очень хорошо. Буду на ноги тебе наступать…

— Потерплю как-нибудь. Ты на вопрос отвечать будешь или нет? Или ты уже кого-то пригласил? — она опустила глаза. — Если так, скажи, я не обижусь.

— Кого я мог пригласить, если сам только что узнал про этот бал? Пойдем, конечно, если хочешь. Только потом чтобы не обижалась, когда я тебе все ноги отдавлю!

— Договорились, — просияла она. — Тогда пока, Темников!

Я смотрел вслед убегающей в сторону общаги Прасковьи и думал над тем, что это ей взбрело в голову именно меня пригласить? Так-то мы с ней вроде бы не друзья особо…

— Понравился ей, наверное, — сказал Дориан. — Обычно так это происходит. Только принято, чтобы парни девчонок приглашали, а не наоборот.

В этот момент перед моими глазами почему-то всплыло лицо Софьи, которая смотрела на меня строгим взглядом. Стоп… При чем здесь Воронова? Сходить на бал это еще ничего не значит. Просто сходим по-дружески…

— Вот так ей и скажешь, — хохотнул Мор. — Будем надеяться, что она тебя за это не пришибет на месте.

— Конечно нет, было бы за что… Ты же сам все слышал…

Я посмотрел по сторонам и заметил, что почти все на меня смотрят. По-моему, я только что обеспечил завтрашний день новыми слухами. От этой мысли мне даже гулять перехотелось. Стараясь ни на кого не смотреть, я потопал в комнату. Лешке звонить уже точно не буду.

Раздевшись, я забрался в ванную и попытался разобраться в своих мыслях, которые накатывали волнами и не давали мне покоя. Где-то в глубине души мне казалось, что я поступил неправильно, приняв предложение Урусовой.

С другой же стороны… Почему бы мне и в самом деле не сходить с ней на бал? Мы же с Софьей просто друзья, так? Или нет? Блин… Сложный вопрос…

— Знаешь, как проще всего будет на него ответить? Просто поставить себя на место Софьи, — подсказал более опытный в таких вещах Дориан. — Как бы ты поступил, если бы она сказала тебе, что идет на бал с каким-нибудь парнем? Тебе бы понравилось?

— Да как-то не очень, если честно… — сказал я и плеснул водой на стену. — Но Воронову бы на бал не пустили. Он же школьный, а значит только для учеников.

Я подумал над этим немного и уцепился за эту мысль, как за спасительную ниточку. Потянул за нее немного и у меня появилась еще одна.

— Видимо я подсознательно так поступил, — сказал я Мору чуть более уверенно. — Даже если предположить, что Софью сюда пустили бы, не могу же я пойти на бал с собственной сестрой, правильно? Так никто не поступает.

Дориан молчал. Гад такой…

— Почему ты мне не отвечаешь? — спросил я. — Скажи что-нибудь!

— Всегда ставь себя на место другого человека, Макс, — наконец сказал Дориан. — Особенно, если это касается девушек, вот что я тебе скажу. Тебе уже скоро пятнадцать, а иногда ведешь себя как мальчишка.

— Это уже и так понятно… — вздохнул я и начал выбираться из ванной.

Я думал, что после того, как выкупаюсь, настроение хоть немного улучшится, а оно стало еще хуже. Теперь мне хотелось, чтобы информация про этот бал не подтвердилась. Вот только шансов на это было мало…

— Ладно, успокойся, мой мальчик, — сказал Дориан, когда я взялся за изучение книжки, которой снабдила меня Островская. — Скажешь Вороновой, что немного общаетесь вне школы с Урусовой, вот и все. Она предложила просто по-дружески, потому что вы оба состоите в «Змеином Ордене» и общаетесь друг с другом. Слава Богам, у Вороновой в голове мозгов побольше, чем было у твоей Цветковой, она поймет.

— Думаешь? — спросил я, отложив книгу в сторону.

— Уверен, — ответил мой друг. — Только в следующий раз включай голову в таких случаях, а то будешь сам отдуваться, понял?

— Спасибо за совет, Дориан! — после его слов у меня прямо от сердца отлегло.

— Спасибо в карман не положишь… — усмехнулся Мор. — С тебя сто рублей…

* * *

От автора:

Дорогие читатели! Спасибо вам большое за активное участие в выборе названия для сокровищницы и места отдыха Макса! Очень здорово! Интересных вариантов много. Я даже не ожидал, что в этот раз так сложно будет выбирать. Чтобы не слишком распылять ваше внимание, в результате остановился на трех, которые перечислены в закрепленном комментарии.

Теперь предлагаю вам выбрать какой-нибудь один, который на ваш взгляд является лучшим. Просто пишите прямо под ним выбранное название.

Вы классные, спасибо:)

Глава 25

Как и следовало ожидать, утром новость об осеннем бале подтвердилась. Он должен был состояться через две недели, как раз перед осенними каникулами. Информационными плакатами об этом были завешены все стены в школе.

— Ты чего такой кислый? — спросил у меня Нарышкин за завтраком. — Не знаешь с кем на бал пойти? Так для тебя это не проблема, я думаю. Стоит только слух пустить, что ты себе спутницу ищешь, от желающих отбоя не будет.

— Куда уж мне до тебя, — ответил я, лениво ковыряя сырник, который к этому моменту уже превратился в зернистый творог. — Вообще-то, спутницу я себе уже нашел.

— Да ну? Солидно, Макс, — уважительно кивнул княжич. — В тихом омуте черти водятся. Не ожидал от тебя. Про бал только сегодня перед завтраком официально объявили, а ты уже барышню себе отыскал. Молодец! И кто эта счастливица?

— Прасковья Урусова, — сказал я, отодвинул от себя тарелку и взял стакан с вишневым киселем. — И это не я ее пригласил, а она меня. Еще вчера вечером.

— Ух ты какая умница! — похвалил ее Нарышкин. — Далеко пойдет девочка. Я сразу понял, что ей палец в рот не клади, по локоть руку оттяпает. Ты с ней поосторожнее, Макс. Еще влюбишься, что потом делать будем?

— Леха, не говори ерунды, — поморщился я. — При чем здесь это. Да и зачем я ей нужен? Сам подумай, она — княжна, а я — виконт. Даже не граф. Ее родители меня на порог не пустят.

— Вот здесь ты сильно ошибаешься, мой друг, — сказал княжич и ткнул в мою сторону вилкой. — Виконты разные бывают. Поверь, за такого как ты иные князья глотки друг другу перегрызут. Не всякому виконту Романов подарки дарит, или ты думаешь, что только один я об этом знаю?

Я промолчал и допил кисель. Не очень хотелось думать, что у Прасковьи был совсем не тот мотив, о котором она мне сказала.

— Так что послушай моего совета, дружище, гляди в оба, — сказал Нарышкин.

— Она сказала, что просто не хочет идти со всякими придурками, и мы с ней пойдем на бал по-дружески…

— Угу, — кивнул он. — А что ты хотел, чтобы она тебе сказала? Ясно же, что нужно с чего-то начинать. Тем более, всем известно, что характер у тебя будь здоров. Вот она и подкатила к тебе таким образом. Что здесь такого, сходить на бал, вроде мелочь, правда?

— Правда, — подтвердил я.

— Ошибаешься, Макс. Это тебе кажется, что мелочь, а на самом деле далеко не так, — Лешка поливал сгущенкой уже четвертый сырник и просто поражал меня своим аппетитом сегодня. — Ты с ней на бал сходишь, а слухи поползут, что Урусовы с Темниковыми дружат. Если с Темниковыми, значит и к Нарышкиным, возможно, отношение имеют.

— При чем здесь вы? — спросил я.

— Может и не при чем, а может быть и при чем… По крайней мере, при желании, почву для размышлений подкинуть можно, — пожал плечами княжич. — Информация же как оружие, если ее правильно использовать.

— Ерунда это все… — нахмурился я.

— Макс, ты не злись. Я ведь тебе это все не со зла говорю. Просто у меня опыта в этих делах побольше, — он отломил вилкой половину сырника, сунул его в рот и вытер салфеткой сгущенку, потекшую по подбородку. — Будем надеяться, что Урусова хорошая девушка и ничего против тебя не замышляет. Однако, в теории возможно все что угодно, и ты должен об этом знать.

— Спасибо за науку, — поблагодарил я его, так как Лешка ведь и в самом деле хотел как лучше. — Пойду за рюкзаком. Что-то у меня сегодня аппетита нет.

— Валяй, — кивнул он. — Я еще посижу. Сырники у них сегодня получились просто исключительные. Самые лучшие в этом году.

Княжич был прав, каждая новость что-то да значила. Вон какими любопытными взглядами меня провожают, пока я выхожу из столовой. Перешептываются еще…

В этот момент я увидел Прасковью, которая как раз только пришла. Что же, если Лешкина теория верна, то сейчас должна последовать какая-то бурная реакция на мою персону. Я приготовился к чему-нибудь этакому, однако нет… Лишь легкий кивок в мою сторону. Как обычно это происходило, когда мы видели друг друга.

Честно говоря, после этого у меня немного отлегло. Как-то приятно, когда настраиваешься на нечто плохое, а в результате получается все совсем иначе.

— Не факт, что иначе, — сказал Дориан, когда мы вышли в вестибюль. — Твой друг очень правильные вещи говорит, так что вполне может быть, что эта Урусова гораздо умнее, чем кажется, и пока просто тщательно маскируется.

— Что-то не похоже… — ответил я.

— Ты разве еще сомневаешься в коварстве женщин, мой мальчик?

— Ладно, посмотрим. У тебя так все вероломные и продажные.

— Так и есть, Макс. Напрасно ты в этом сомневаешься. Поверь моему опыту, чем раньше ты к этому придешь, тем меньше разочарований тебя будет ждать в жизни, — дал мне совет Мор.

На этом я решил закончить наш разговор. Мое настроение стремительно пошло вверх и меня это вполне устраивало. Однако, советами своих друзей я решил все-таки не пренебрегать и постараться не допускать ошибок в общении с Урусовой. Ну а в будущем более внимательно относиться к подобным вещам.

Дождавшись большой перемены, я первым делом нашел Островскую, которая должна была выписать мне пропуск на посещение архива. Виктория Артемовна сдержала свое обещание и через несколько минут после нашей встречи я стал счастливым обладателем бумаги, подтверждающей, что являюсь участником важной научной работы на кафедре артефакторики.

Я решил не откладывать это дело надолго и удовлетворить свое любопытство прямо сегодня. Почему бы и нет? Архив был открыт до восьми часов вечера, так что я вполне успевал заскочить туда перед занятиями в «Аркануме».

Как и в общаге, на входе в архив всегда дежурили старшеклассники, которые должны были следить за порядком. Ну а кроме того, они встречали всех учеников, которые прибыли в архив на отработки, и загружали их работой.

Сегодня дежурил какой-то тощий конопатый тип в огромных очках. Его школьный костюм, на котором были вышиты песочные часы, знак астрального класса, висел на нем как на вешалке и был весь в пятнах. По ним было видно, что он ел не только сегодня, но и всю последнюю неделю.

Лицо у него было очень знакомое, понятное дело, что видел я его сотни раз, но вот имени этого ученика я не знал. Не должен же я знать всех пятикурсников? А вот они меня почему-то все знали…

— О! Глядите-ка, кто к нам пожаловал! — увидев меня, повеселел очкарик. — Темников, собственной персоной! Сколько часов тебе впаяли на этот раз?

Вместо ответа я протянул ему разрешение от Островской и стал с наслаждением наблюдать, как меняется выражение его лица.

— Научной работой? — удивленно спросил он. — Ты?

— С какой стати это тебя удивляет? Ты вообще на учебные рейтинги смотришь иногда? — спросил я.

— А почему Островская, а не Загорский разрешение выписал? — спросил тип, который почему-то начал меня раздражать своими дебильными вопросиками.

— Ну позвони ей и спроси, — сказал я. — Чего ты ко мне пристал, я понять не могу?

— Ладно, держи, — сказал он, затем с неохотой вернул мне пропуск и записал меня в особый журнал посетителей. — Напоминаю про технику безопасности, — пробубнил он. — Правило номер один…

— Да знаю я их наизусть, не напрягайся, — я махнул ему рукой и пошел в нужную мне секцию.

Островская в общих чертах объяснила мне, где находится секретный отдел, так что я знал куда примерно нужно идти. Самое интересное, что мы с Лешкой ни разу не были в отделах, куда я сейчас направлялся, хотя провели в архиве очень много времени.

Хотя это было неудивительно, масштабы этого подземного сооружения просто поражали. Кишки коридоров извивались самым причудливым образом, а мимо мелькали лишь номера новых секторов.

Я прошел несколько читальных залов, комнату отдыха, которая почему-то всегда была закрыта, туалет, а вот дальше я уже не заходил. Там было несколько коридоров с комнатами для индивидуальной работы. Как правило, в них работали по одному человеку. Нам здесь с Лешкой нечего было делать, вот мы сюда и не ходили.

Вновь сектора… «Р32», «Р33»… Как и говорила Виктория Артемовна, сразу за сектором «Р40» уходил небольшой коридор влево, а на его тыльной стороне была блестящая металлическая дверь с какой-то странной конструкцией сверху.

Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я остановился всего лишь на несколько секунд. Хотя, по большому счету, я здесь был совсем один, однако все равно рисковать не стал. По своему опыту я знал, что именно в это время архив начинает заполняться учениками и преподавателями, так что будет лучше, если меня здесь никто не увидит.

Теперь нужно отыскать одну из книжек, которые записала мне в пропуске Островская. Те самые, что мне следовало прочитать по ритуальному зачарованию. Было бы странно, если бы я просто пришел в архив, поболтался по нему немного и свалил.

Читальный зал понемногу наполнялся людьми, которые бросали на меня заинтересованные взгляды. Я делал вид, что внимательно изучаю книгу, а сам тем временем усиленно думал, стоит ли мне ввязываться в эту авантюру или нет?

— Даже если ты надеешься взломать эту дверь при помощи дара Форваля, я думаю, все равно будет глупо ломиться туда просто так, — высказал свое мнение Дориан.

— Что значит просто так? Ты иногда разговариваешь какими-то загадками, как понять, что ты имеешь в виду? — нервно сказал я и перелистнул несколько страниц.

Нет, ну правда… Тут и так голову ломаешь, еще и Мор со своими ребусами…

— Я имею в виду, что нужно позаботиться о том, чтобы тебя никто не увидел, — пояснил он.

— У меня есть Кольцо Хамелеона, которое дает пятьдесят процентов невидимости… — размышлял я.

— Пфф… Пятьдесят — это слишком мало, мой мальчик, — недовольно фыркнул мой друг. — Считай, что вообще ничего.

— Я могу воспользоваться Паучьим Сердцем, применить Форму Камня, — продолжал я накидывать варианты, каждый из которых Дориан сопровождал недовольным ворчанием.

Хм… Что еще? Погоди-ка…

— Дориан, ведь у меня же есть дар Гонана Иллюзорного, с помощью которого я могу принять любой облик! — осенило меня. — Почему не сделать так, чтобы кто-то другой проник в секретный отдел?

— Вот это мне уже нравится, — сказал Мор. — Поздравляю, ты родил первую умную мысль за сегодня. Похоже, ты заслужил медовый пряник перед сном.

— Благодарю за комплимент.

— Ну а как ты намерен попасть сюда, чтобы тебя никто не видел? — спросил Дориан. — Просто хочу послушать.

— Это уже дело техники, — сказал я, затем посмотрел на телефон и закрыл книгу. — Мне пора. По-моему, я уже опаздываю в «Арканум». Компонент с меня три шкуры спустит!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

На этом месте заканчивается тринадцатый том приключений Максима Темникова. Надеюсь, вы с удовольствием следили за ними.

Еще раз хочу поблагодарить вас от всего сердца! Сказать вам огромное спасибо за оказанную поддержку, вашу теплоту, лайки, покупки, награды, стихи, картинки и добрые слова — поверьте, для меня это очень важно и приятно.

В такие моменты вижу и понимаю, что делаю эту историю не зря, и это придает дополнительных сил и вдохновения в работе. Спасибо вам!

Кому все понравилось, но про лайк он забыл — ставьте прямо сейчас! Так уж работает механика сайта, когда лайки для автора — это не только сигнал о том, что вам все понравилось, но и двигатель книги вверх!

Делитесь впечатлениями в комментариях насчет финала тринадцатого тома и не забывайте — ВЫ САМЫЕ ЛУЧШИЕ! Я же, в свою очередь, постараюсь радовать вас продолжением этой истории и делать ее как можно интереснее!

Ну а теперь, прошу в путь! Четырнадцатый том и новые приключения Максима Темникова ждут вас прямо сейчас! Там, как всегда, будет много всего интересного, это я вам обещаю)

Для тех читателей, кто пользуется приложением «Автор Тудей» не обновляя его, специально прикладываю ссылку на новый том:

Вот она: https://author.today/reader/406635/3763282

Ну а для всех остальных внизу появится соответствующая кнопка.

ЖМИТЕ!)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Черный Маг Императора 13

Content

Черный Маг Императора 13

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene