Ушедший Род. Книга 4: Адепт

Глава 1

— До контакта двадцать секунд! Тварь атакует именно меня! Не стойте на ее пути! Маневрируйте. Направление атаки точное!

Замечаю как атакующие маги принимают новые вводные, даже не сомневаясь ни секунды.

Быстро разбегаются в стороны, передо мной появляется полупрозрачная стена, Стас тоже уходит вбок, чтобы успеть ткнуть, что бы то ни было.

Десять секунд.

Тут Аспектом вижу, что зверюга словно раздваивается и растраивается. Копии сильно бледнее, чем сама сигнатура. Черт, да как так то?! Ведь узнаю же!

— Тварь делает копии! — уже ору. Пять секунд. — Копии реальные! Но слабые! Основу я буду атаковать, смотреть за мной!

Всё. Ускорение.

Бурелом словно взрывается изнутри, и из дыры, не задерживаясь ни на мгновение, вылетает чешуйчатая рептилия не могущая существовать в реальности. Следом за ней вылетают ее копии-обманки. Чудовище словно помесь варана с огромным пауком размером с полдома, наверное. Двигается резко, словно сворачивая ткань пространства. Хорошо еще, что ее обманки так не могут. Да и сворачивать и одновременно копировать себя существо тоже не может. Я же узнаю ее повадки. Встречал уже такие. В той жизни.

Тварь собирает на себя все сонные касты с охранной паутинки, и они на нее действуют. И даже на секунду, наверное, притормаживают. Для меня же поле боя застывает, и зверь двигается словно в плотнейшем киселе. Первое, сбиваем ей перемещение.

Замечаю признаки сворачивания пространства около мерзости, пространство чуть выгибается как линза в мою сторону. Да-да, я в курсе, конус опасности максимально красный.

Бросаю тело в сторону, и в тот же момент формирую глиф молнии рядом с телом рептилии.

Ужас стартует от меня, наполненный и магией тоже. Хорошо бой внутри моего Аспекта. Глиф точно найдет цель. Я же им теперь и управлять могу. По крайней мере тут, в Пятне. Если собью свертку, конечно.

Медленно. Ставлю глиф фазового сдвига на пути рывка чудовища. Все, заготовки закончились.

Чуть отпускаю ускорение, на секунду-две.

Рептилия притормаживает от молнии и у нее сбивается свертка, нормально, это работает и тут. Ужас ожидаемо не наносит вреда — ну нет у этих существ страха. Но проверить я был должен. Значит не кажется. Нет эволюции — нет страха. Черт.

В фазовый сдвиг тварь залетает парой лап. где их мгновенно и отрубает. Все, мои успехи кончаются.

Паша летит как в замедленной съемке — не воспринял всерьез копию , надеюсь щит у него выдержит. Впрочем, копию он таки уничтожает.

Со второй копией схлестывается Стас, и его синее копье отлично достает эту обманку. Его скорость поражает, так как существо совсем сдерживаться не планирует, а копия-то еще и побыстрее основы будет.

Ольга устремляется в сторону Павла, так же, словно в замедленной съемке.

С рук Бориса срывается какое-то черное веретено. Я пока даже не понимаю что это, а Рыжая зажигает воздух, схлопывая его вокруг рептилии. Жаль, что это точно не поможет. Если это то, что я думаю, от стихийных проявлений она защищена прилично. Даже молнии ее не пробивают, а только сбивают какие-то внутренние настройки. Но для контроля ее перемещения — лучшее.

Что там сможет веретено Бориса узнаю через три, нет, две секунды.

Снова ускорение. Не жалеть пси! Не до того. Похоже, я пока против зверя один. И первый удар отряда она переживает.

Удар веретеном! У мерзости вырывает часть шкуры и мышц на спине. Хорошая техника! Есть пробитие! Но чтобы затыкать ей рептилию длиной с полтора мобиля нужно попасть по ней еще раз десять. А подставляться она точно больше не будет. Этот тип верткий слишком.

Срываю молнией свертку. Тварь встряхивается и снова растраивается. Хорошо теперь ее копии тоже имеют на две ноги меньше и вырванный кусок спины мешает нормально двигаться. Хотя казалось бы — копии просто.

Паша уже в строю и встречает очередную копию связкой нескольких атакующих заклинаний.

Стас снова схлестывается с новым двойником.

Основа изворачивается от нового каста Бориса, и стихийницу вообще игнорирует, и зря, так как Рыжая мгновенно перед зверем выращивает каменные пики на которые тот напарывается еще парой ног уже с другой стороны.

Рептилия перелетает через голову, визжа от боли, если она ее вообще чувствует. А может от злобы — этого у нее завались.

Два каста Павла — и как только успевает? Секунда же, проходит, не больше! Их тварь, извернувшись, пропускает, и рвется ко мне. Полста метров. Три секунды для нее.

Раз. Рвусь из киселя в сторону от рывка зверя. Чудовище изворачивается прямо в воздухе и извиваясь тянется ко мне, ловит еще веретено и какое-то искажение Бориса.

Два, тварь в воздухе, и поменять траекторию не может. Тактическая сеть, или мое подсознание показывает зеленую зону атаки и красный конус опасности. Рвусь вылететь из этого конуса. Все словно в глубокой воде. И так же тяжело менять траекторию своего движения. Рвусь, разрывая связки и надрывая мышцы. А разум холодно рассчитывая, в зеленой зоне уже запускает еще один фазовый сдвиг.

Три, зверь практически цепляет меня зубами, промахивается, влетая в сдвиг, теряет чуть ли не половину плеча с последней парой передних лап. Но еще в полете успевает практически выстрелить в меня боковой конечностью - увернуться не могу уже. Щит отрабатывает, но меня словно мячик, или скорее, словно Пашу, отбрасывает в сторону в ствол дерева.

Меня закручивает. Но Аспектом я бой контролирую. И лечу тоже медленно, словно в плотной воде, а ускорение жрет пси в диких количествах. Я, кажется, выхожу за границы техники, накачивая ускорение, точнее свое восприятие времени, чудовищным количеством пси. Нервные импульсы, кажется, проходят уже на уровне скорости энергии, а не физиологии. Я падаю пару метров уже секунд десять внутреннего времени. ТАК растягивать технику я еще не мог. До этого момента, конечно.

Веретено Бориса вырывает еще кусманище черного мяса, а искажение словно складывает заднюю часть чудовища пополам внутрь самой себя. Жуть какая.

Вот звездный час для подвешенных двух шариков металла. Раньше они были бы бесполезны — тварь бы их просто приняла на броню, а тут…

Зверь врезается в полупрозрачную стену, проламывает ее, чуть меняя траекторию полета. А шарики металла, с максимально возможным для меня ускорением влетают в дыру, проделанную вторым веретеном Бориса, и проходят, контролируемые мной через всю спину к мозгу. Сил и накопленного импульса им хватает.

Меня же словно об двигающийся мобиль, вбивает в ствол дерева. Щит отрабатывает и это и гаснет, но накопленный импульс частично проходит и выбивает из легких весь воздух. И тут время срывается в обычный бег.

Я кувыркаюсь, ударяясь постоянно слабеющим щитом о какие-то корни, камни, землю.

Останавливает только следующий ствол, метрах в десяти.

И тут накрывает сонм звуков. Визг существа, какие-то взрывы техник, крики отрядников.

Черт, визг зверя!

— Не подходите! — задыхаясь кричу. Вылетает только хрип. Пытаюсь встать на ноги.

Чудовище визжит почти на ультразвуке. Но раз я жив — не может перемещаться.

Подлетает Стас.

— Не подходите к твари! — рычу. — Она еще опасна!

Стас слышит.

— Паша, назад! — орет куда-то вдаль. Я успеваю еще разогнутся чтобы увидеть, как из головы мерзости вырывается десяток нитей-щупалец на полтора метра вокруг, и не найдя никого, тут же опадают. Визг — как отрезает. Всё. Победили? осматриваю себя. Стою только с помощью Стаса. Осматриваю парня. Павла, магов, Ольгу. То есть всё? Да ладно! Ни одного трупа?

Ольга подбегает и быстро формирует исцеление. Амулет опять почти разряжается, но свою задачу он выполняет — я жив, и даже относительно цел. Порванные связки и трещины костей не считаю — это на самом деле мелочь, при встрече с таким существом.

Лагерь разгромлен, но это опять же — ерунда. Рядом нет никого, кроме нас шестерых. Даже мелкие животные разбегаются от звуков схватки.

Встаю на ноги без помощи. Оборачиваюсь к месту смерти рептилии. Чудовище лежит вытянувшись в мою сторону. До последнего, видимо, пытаясь достать меня. Выдыхаю. Сигнатуры нет, тварь мертва. Ура? Не знаю. Ковыляю до своего рюкзака. Благо особо и не разбирал.

Ольга лечит Павла, Борис тоже проверяет, как состояние Стаса. Рыжая Клавдия обходит поле боя, скорее пытаясь найти следы еще четырех копий. Так то они были. Секунд пять, думаю. Концентрированное пси быстро уходит в природу. Она это любит. Думаю тут тоже уже ничего не остается.

Беру туристический топорик, и нож и иду к мертвой животине. Не понятно, что это такое было в девичестве. Пауков вроде таких не бывает, вараны тоже тут не живут. Не понятно.

Ладно, все это хорошо. Выжили, но кое-что нужно проверить обязательно.

Дохожу до твари. Чуть толкаю верхнюю пару лап и парой ударов топорика вскрываю ей грудину. Да, после смерти, чешуя ожидаемо не такая прочная. Это все-таки больше у нее энергетическая характеристика, нежели физическая. Ладно. Расширяю рану ножом. Вставляю топорик. Еще пара движений, и сердце становится доступно. Разрезаю и его.

Из сердца вываливается до боли знакомый кристалл. Со вздохом поднимаю его, и протираю от черной крови.

Да, так и есть. Глиф внутри тоже есть. Черт его знает за что он отвечает. Мы таких существ в более-менее целом виде получить так и не смогли. Уничтожали этих рейдеров с чудовищными потерями. Благо Гнезда генерировали таких крайне редко. Только когда Гнездо готовилось к экспансии. А тут — даже потерь нет. С другой стороны, если бы не магия Бориса, и пара моих удач, с остальным нашим арсеналом она бы точно справилась. И раскатала бы она нас даже не запыхавшись, скорее всего. Пока бы маги еще поняли, что стихии на ней не работают. Или работают не очень. Хотя нет. С ее скоростью передвижения — не поняли бы. Просто не успели.

Стою, рассматриваю кристалл.

— А, выбрось. Он ничего не стоит, — мимо проходит Стас.

— Почему? — удивляюсь.

— Ну, магию он не держит, видишь трещины — видимо вот поэтому. И через пару дней — он развалится как раз по этим трещинам. А как развалится, через пару дней — в песок мелкий рассыпется. Мы такие кристаллы часто встречаем. Даже не берем — потом песок замучаешься вытрясать. Так что, конечно, если тебе нужна стопка белого кварцевого песка — то бери. Но я тебя предупредил. — Стас проходит мимо к чудовищу, что бы посмотреть, видимо, что тут с нее можно забрать.

Я сажусь прямо там, где стою. Теперь моя постоянная, до зубной боли забывчивость мне понятна. Как же я не хочу, чтобы эти чертовы ксеносы появлялись и в этом мире. И похоже поэтому сам себе запрещаю о них вспоминать. Так бы провести параллели с кристаллами-наркотиком и икрой ксеносов надо было сразу. У нас же похоже начиналось. Так же, сначала появился наркотик, пробуждающий внутренние силы человека, а потом и Гнезда ксеносов. Чаще там, где таких пробужденных было много. Людям же хочется быстро и встать на ступеньку выше окружающих, они же типа достойны, а остальные - идиоты, которым не повезло. Ага. Помню, да. Это потом провели параллели, когда уже поздно стало.

— Давно находите кристаллы? — спрашиваю.

— Да, говорят, года два как. Первое время их еще собирать хотели. Они же разного цвета, размера, но очень быстро оказалось, что кристаллы бесполезны, и коллекционеры переключились на что-то еще, как оно обычно и бывает. Мы когда в Смоленск-2 приехали, как раз конец этой истории застали.

Два года. Не, уже поздно. Минимум четыре Гнезда. Чертовы ксеносы. Вздыхаю. А ведь неплохо начиналось-то. И ведь мне никто не поверит про опасность. Откуда я это могу знать? Черт, черт. В том мире, тоже смеялись над кликушами. А потом начали города проваливаться. И там их просто жрали.

Эх, жаль Клауса. А ведь это был первый звоночек моей памяти. Она как раз ко мне пыталась достучаться. Я ж и опасность от парня почувствовал, хоть он и не выглядел таковым. Черт. А кристаллы которые навыки у людей вроде как открывают — это же икра тварей. Ну или что-то такое. Они таким образом распространяют себя по городам.

Конечно же никто не знает, какую способность приобретешь с подселением паразита! Каким подвидом ксеносов заразишься — те навыки и получишь. А потом, через год-полтора, оппачки — и ты уже офицер в Гнезде, а не продавец там, пилот или какой губернатор. Вообще не важно, как часто ты это употребляешь. Одного раза достаточно — паразит в твоей энергосистеме. Кстати, местные его и видеть то, не увидят до последнего. То есть идея, что можно оставить навык, и не получить минусов, бросив принимать, а точнее выжимать крохи пси из новых и новых икринок, совершенно не состоятельна — только продлеваешь агонию, тварь-то все равно твою пси жрет. Плоховато. Жаль, что я не увидел эти кристаллы раньше, может бы и среагировал быстрее.

Но может все же местные смогут это лечить? Паразиты-то какой-никакой разум имеют. Хм, а это идея.

— Учитель? — зову Бориса. — Можно вопрос?

Кошкин уже разговаривает о чем-то с Рыжей. И той разговор нравится, определенно.

— Да, Максим? — отвлекается без особого желания, но вполне без напряжения.

— Шаманы же с духами работают?

— Да, а зачем вам, Максим? — удивляется маг. — Это довольно специфические люди.

— То есть с существами без тела, но с условным разумом?

— Как интересно вы их описываете. Ну да. Наверное. Я не знаком ни с одним из них.

— Жаль. Спасибо. — задумываюсь.

— То есть сейчас, — Борис обводит окружающее рукой, — Вы хотите спросить меня о шаманах? — удивляется. — И больше вопросов у вас нет?

— Есть, — киваю. — Но к разнообразию тварей в Пятне все привычные, вон, Стас с Павлом чего-то уже вырезают, — киваю на парней. Они действительно уже потрошат тушу, неведомым образом определяя, что из рептилии можно продать. — А вот шаманы мне нужны.

— Обратитесь к вашему куратору в городе, к Степанову. Он, как оказалось, представитель Экспедиции, а они точно с шаманами контактируют.

— А ведь точно! Так и сделаю. Спасибо. — повеселев, отвечаю я. Действительно, мне нужен такой контакт, а им нужно решать проблему этих кристаллов. Кажется, нужно просто оформить это все правильно.

Тут же опять мрачнею. Четыре гнезда я в одного зачистить не смогу. Не сейчас. Может через пару лет — вполне может быть. Но есть плохой шанс, что к тому времени уже будет и так примерно понятно, что появились Гнёзда. Черт. Но хотя бы амулет, для выявления употребляющих кристаллы я точно сделать смогу. Я же понимаю, что нужно искать.

Так. Тогда простейший план. Не суечусь. Мир стоит, и год-два еще простоит так же спокойно. Вторым пунктом — пробую сделать амулет проверки на кристаллы. Но нужно проверить как-то. Ладно, дальше. Третим пунктом все равно, основная цель — развитие псионики. То есть по идее тут ничего не меняется. Четвертым, самым неважным пунктом — понять, почему тварь так хотела дотянуться именно до меня. Хотя на этот вопрос у меня есть один ответ, пусть он и слишком простой. Каким-то образом твари осознают во мне опасность для своего развития. И устранить ее хотят практически сразу, как видят. Лестно конечно, но без такой известности я бы пережил. Хотя это только предположение.

Глава 2

Задумываюсь на пару минут. Не, нормально. У нас до того момента, как ксеносов стало сложно выковырять с планеты, прошло лет десять по оценкам «умников». Они, конечно же за критерии брали скорость развития новых Гнезд, так что оценки довольно приблизительны, но все же. С другой стороны, ксеносы неразумны, или разумны как-то сильно по-другому, и все время строят Гнездо по одной и той же примерно программе, с поправкой на условия, конечно же. Но при этом — разумные точно их цель. Вот такой парадокс. Может не конкретно люди, но других разумных нам на планету тогда не завезли, проверить не на ком.

«Умники» это быстро поняли. Животные переставали интересовать любое Гнездо с определенного уровня развития. А это плюс-минус несколько лет. То есть алгоритм, как я помню, начинается с развития до первой стадии, это год. Потом каждые полгода основание нового Гнезда. Вот как раз такие монстры, как этот рейдер, первоначально и зачищают территорию под новое гнездо. Всегда разные по внешнему виду, но такие одинаковые по повадкам и возможностям. Может и тут ксеносы идут по тому же алгоритму?

Я основательно погружаюсь в размышления.

Кстати, тварь, похоже, не использовала магию. Тут вопрос в том, что почти всё население Пятна, в том или ином виде использует магические способности. А эта — нет. Те способности, что она показала — характерны для «рейдера» и в моем мире. Я, собственно, так его и узнаю. Просто пока мы научились сбивать им свертку пространства, такие ксеносы рвали наших псионов за милую душу — быстрая, сильная, верткая и невероятно защищенная. Без ускорения, так-сети, молнии и понимания, когда она «прыгает» — нас бы там всех и положили бы. Примерно за два-три «прыжка». Кстати, Борис же пробивает доспех твари. А Ольгины баффы Стасу позволяли быть наравне по скорости с «копиями», так же как и магам.

Вообще, получается, из магов нормальную замену группы зачистки собрать можно. Все же «рейдер» хоть и не самая сильная тварь ксеносов, но точно самая опасная. А тут, мы ее раскатали вшестером, и очень быстро. Да, были предупреждены, да — «рейдер» раскрыться особенно не успел, повезло еще, да и броню быстро пробили… да, все так. Но ведь уничтожили же.

Осталось понять — сколько у нас времени.

Прикидываю, смогли бы мы его разобрать той группой, из моего мира. И получается, что смогли бы, наверное. Но не сразу. Так быстро проковырять основной доспех псионикой бы не получилось точно, раз. То есть только кинетика, а это долго. Конечности она во второй раз бы уже не подставила. Тут повезло конечно, да и «дыра» в броне уже помогала.

Замедлить ее псионикой тоже бы не получилось, к этому воздействию именно «рейдеры» сильно имеют сопротивление, но и сами почти менталом давить не могут. Обратная сторона защищенности. И это два. А тут тварь «сон» основательно с «паутинки» собрала. Значит уязвима именно к такому. С другой стороны, «сон» в паутинку я вкладывал с магией насыщенной пси. То есть против магических техник ксеносы определенную уязвимость имеют. Хм. «Ужас» же действует так, как и положено, только сильнее на порядок, «молния» тоже. Значит и другие магические структуры пси будут усиливаться. Может поэтому «сон» ее взял? Но пока не проверить. Нужны испытания, хотя бы и на животных.

Мне нужно попасть в Пятно без наблюдателей.

Ничего, недолго осталось — почти прорваться на следующий уровень взаимодействия с пси мне почти удается еще месяца полтора назад. Не хватает энергии. А вот сейчас — с освоенным зельем Разума, с отличным давлением в этом месте, я просто уверен, что остается недолго до момента полноценного прорыва. А там — второй уровень Печати. И тогда в Пятно я пожалуй смогу и один иногда ходить. Точек внимания будет хватать на охрану, на защиту, на атаку, да и на убежать — тоже хватит, если уж все пойдет не по плану.

А вот стихийные магические проявления ксенос все-таки игнорировал. Ну, кроме кольев — усмехаюсь про себя. То есть, магия, возможно, для пришельцев все-таки тоже является чем-то нестандартным — не используют ведь, даже вроде бы интуитивную Измененных животных. У первоначального варианта этой рептилии не могло не быть чего-то атакующего. Хм. Не из чистого же леса тут шестиметровый динозавропаук появился? Не, это бред.

Смотрю на уже основательно выпотрошенную тварь. Нового Гнезда уже не будет, получается. Хоть это хлеб. Ладно. Что там дальше?

Дальше у гнезд снова развитие — наращивание уровней в глубину, плотный контроль территории, и в параллель, начальные попытки захватить разумных. Несколько лет, пока не наберут критической величины членов Роя. И только тогда происходит стремительное развитие Гнезда. Когда начинается и бурная экспансия, и вообще все «радости» контактов с ксеносами.

И кристаллы-наркотики это только один из таких способов. Еще, как помню, «теневики» в заброшках поселялись, например. «Зов» опять же. Но это здесь вряд ли сработает — слишком жители привыкли, что из Леса всякая хтонь может вылезти в любой момент — не поверят.

Так что тут — есть определенная надежда. В Пятно простые люди не ходят, и даже контрабандисты стали бы пропадать в товарных количествах — государство обеспокоилось бы. А тут нет. Тишина. Значит как минимум для этого Гнезда — эта фаза начальная.

Кристаллы появляться стали года два как, и это хороший ориентир — ксеносы начинают нуждаться в разумных. Значит, есть еще несколько лет. Первые зараженные уже срываются, но их мало, чтобы образовать, или массово уйти в Гнезда. Даже у нас потребовались два года примерно с первых срывов, чтобы они стали массовым явлением. Но у нас были города-миллионники, где не заметить пропажи кучи народа довольно легко. А тут вроде бы что-то быстро противопоставлять сорвавшимся могут. То есть случаи еще не массовые. Норм. Да и города все-же не десятки миллионов людей. Поразреженнее здесь население, что очень хорошо. Ладно.

Получается, пока аккуратно выдыхаю, и, вернувшись, очень быстро начинаю искать информацию по «срывам» и пропажам людей. Объяснить это можно легко — про «срывы» рассказывает Матвей, а пропажи меня естественно интересуют, как пострадавшего от людоловов. Так что понимание динамики развития продаж людей меня может интересовать.

Информацию мне точно предоставят, Матвей сам проговорился, что он знает о статистике, которую мне искал Моисеич. И более того, предоставят с радостью — вдруг ещё чего нужного им накопаю. А я накопаю.

И вот если все вот это покажет неприятные результаты, то тогда конспирацию побоку — тогда нужно бежать и выкладывать все что знаю, благо контакты есть. Правда все сложно станет потом. Хм. Надо еще про пророков тут поискать, что есть. Мало ли, вещие сны какие-нибудь. Вот Людочка говорила про какую-то гадалку — можно напросится как раз. Хм. Звучит как план.

Раз нет сообщений, паники, люди занимаются интригами, а не сплочением, то пара лет точно есть. А может и больше. Надо смотреть. Мир-то информацией обменивается медленно, может где уже все плохо, а мы просто не знаем.

А еще, надо озаботиться контактом с шаманами. Есть шанс, что им как раз опасность объяснить смогу — местные же маги не поверят просто. Проверить-то нечем. Они даже в своих очках проявления пси видят ну очень плохо, на грани ошибки.

— Максим, поднимитесь, пожалуйста. — Ко мне подходит Борис. Довольная рыжая магиня отходит к работающим Стасу и Павлу. — Как вы себя чувствуете?

— Не понимаю пока, — прислушиваюсь к себе. Дышать тяжело, и это не усталость. — Похоже что-то себе отбил. Но вроде, без переломов обошлось, щит сработал.

— Хорошо. Постойте пожалуйста, — быстро формирует свой измененный диагност. — И еще минуту.

Кошкин быстро пробегается по данным, это просто видно из его погружения, потом что-то для себя уточняет.

— Ольга! — оборачивается. — Подойдите пожалуйста.

Девушка быстро подходит.

— Сформируйте пожалуйста среднее исцеление, Максиму. С упором на заживление трещин в ребрах. Это не срочно, но лучше пораньше, будьте добры.

Ольга с тревогой бросает взгляд на меня. И тут же начинает формировать конструкт. Даже не уточняет диагноз у Бориса.

А я осознаю, что с момента смерти твари проходит всего несколько минут, вряд ли больше, а Стас, и вроде бы валявшийся недавно Павел, уже начинают разбирать монстра на запчасти, и делают это очень быстро.

— Максим, прислушайся пожалуйста к лесу. У нас могут быть такие же гости? — задает вопрос Ольга.

— Конечно же нет, — успокаивающе, как ему кажется произносит Борис. — Иначе Максим не был бы так спокоен. Ведь так, ученик?

Удивляюсь, как быстро Кошкин начинает считывать мое поведение, думаю, еще с Полигона. Но он прав.

— Нет, Оль. — качаю головой. — Учитель прав. Этот монстр всех в округе далеко распугал. Тут сейчас даже мелкой живности нет.

— Хорошо. Просто это, слишком крупная тварь. Таких так близко к городу быть не должно. Нужно сообщить в Дом. Видимо нужно собирать рейд, раз так близко начали подходить крупные обитатели.

— То есть это нормальный обитатель? — киваю на рептилию. — В ней ничего странного нет?

— Да вроде нет, — с сомнением говорит Ольга. — Тебе нужно побывать в Доме, в зале общей информации. Там есть краткая информация о тех Измененных, на которые либо брали контракты, либо убивали на подступах к городку, в фортах. Там много порождений кошмаров, Макс, и это не преувеличение. Когда у тварей начинался Гон, из леса много кто выходил, вылетал или выползал. Так что городские охотники много с кем сталкивались. Гон прекратился несколько лет назад. До этого времени он был не только ежегодным, но и прогнозируемым. Так что форты стоят не для украшения.

— А сколько лет назад прекращается этот Гон? — уже подозревая ответ спрашиваю девушку.

— Около двух. Мы как раз приехали в Смоленск-2, — Ольга заканчивает формировать конструкты, и меня словно сдавливает на десяток секунд. — Сейчас пройдет, Максим. Так вот, мы только приехали в город проходил один из последних. Правда Мих говорил, что Гон уже давно на спад шел. Уже лет десять даже не каждый год, и ослабевал тоже. Но раз такие монстры начали подходить к городу, то надо сообщить.

— А что необычного в этом монстре? — не отпускаю тему. — Ведь мы рядом с поселком, и говорили же, что тут бывают опасные встречи.

— Да, только опасные для этого пояса Пятна, Максим. Очевидно же, что это животное — откуда-то поближе к центру. Им тут плохо, вне своего ареала они дохнут.

— Слушай, а кристаллы в местной живности тоже начали попадаться примерно тогда же, как говорил Стас?

— Дались тебе эти кристаллы, Макс. С них одни убытки, — видимо вспомнив что-то неприятное, поджимает губы девушка.

— Пока никто не знал, что эти кристаллы рассыпаются песком, мы в рейд за дичью ушли, — смеется Павел, Стас тоже сдержанно улыбается. — Как уходили — они стоили примерно по весу золотом. Как же, редкость неимоверная! А как вернулись, оказалось, что кристаллы эти начали рассыпаться у всех за пару недель. А мы шарились почти без еды и отдыха эту декаду, и ведь добыли целых четыре кристалла! Вернулись победителями, чтобы узнать, что эти кристаллы больше никому не нужны. И через пару дней понаблюдать как мечты на экипировку и полный алхимический сет на выход, рассыпаются почти белым очень мелким песком.

Внезапно все эти кристаллы перестали быть устойчивыми. Ну, а мы получили прекрасный урок.

— И что, никто не знал, что они рассыпаются? — удивляюсь. Так-то я понимаю, почему — кристаллы пси-активные, как только пси в них заканчивается, они становятся нестабильными. То есть можно их держать по чуть-чуть вливая пси, но местным откуда это знать?

— Так они и не рассыпались. Мы когда в Смоленск-2 приехали, про кристаллы никто ничего не слышал. — Разбирая остатки зубов рептилии вспоминает Паша. — Потом из рейда вернулся отряд. Потеряли двух человек, принесли радужный кристалл, очень красивый. Его фотография до сих пор в Доме висит. Его тогда купили за какие-то непредставимые деньги.

— Радужный, ты не ошибаешься? — удивляюсь. Радужный может быть только у маток. И они без охраны не ходят. Не могла малая группа охотников уничтожить такое.

— Да не, не ошибаюсь, — пожимает плечами Павел. — Это бывшие военные были. У них в отряде две стабильные звезды до выхода того злополучного было. Вернулось семь человек. Продали два темно синих кристалла, радужный, оставили описание боя, и расформировались, а ведь до пятого пояса доходили. Очень их подкосила смерть трех членов отряда. Они ж лет двадцать до того момента были вместе. Да и жили большой семьей, похоже. Может и сейчас где живут. В общем не наше дело, но уехали они сразу же, как деньги получили. А гильдейские, увидев успех, как с цепи сорвались. Месяца три, наверное, да, Стас? — парень кивает, не прекращая, впрочем, вырывать зубы из челюсти, и складывать их в отдельный мешочек.

Так, точно не ошиблись. Синие — это охрана. Только их три кристалла должно было быть. Но, может не нашли, или уничтожили. Но это конечно результат. Нужно получше узнать про этих ребят. То есть сейчас на два, получается, Гнезда меньше должно быть. То есть в самом худшем случае Гнезд сейчас — три. Или вообще два. Так.

— Ну вот, только таких же больше не попадалось. Все поменьше, да похуже. Но и их брали. Вот, а потом мы тоже решили поучаствовать. — Смеется Павел.

— Я решила. Не выгораживай. Вы против были. — Ольга чуть надувшись, но с почти появляющейся улыбкой добавляет. — И вот представь. После почти двухнедельного рейда, грязные, но счастливые, мы заваливаемся в Дом Охотника, сразу в бар. Там с порога, как принято после очень удачного рейда, проставляемся всем присутствующим. Ну мы же добыли четыре кристалла — это невероятная удача по тому времени была, что б ты понимал, Макс! Сравнимо с доходом за последний наш с тобой рейд, если что. И представь сначала тишину в баре, когда мы, перебивая друг друга, рассказываем как мы добыли кристаллы, потом лица охотников, которые уже успели за нас порадоваться и выпить кружку. Ну, а на закуску — наши, когда нам рассказали, что вот это вот теперь ничего не стоит. — Не выдерживает и хохочет девушка. — Неделю уже как. Не поверишь, но охотники нам собрали немного золотых тогда. И даже отпаивали в том же баре. Стыдно было ужасно. При этом, мы же определенно герои. Кристаллы это же точно опасные твари. Мы тоже в третий пояс зелеными, по сути новичками, за ними сунулись. И вот так это все обернулось.

— А еще кто в пятый пояс ходит сейчас? — спрашиваю немного не в тему. Если оба гнезда искать, то только там.

— Сейчас? Нет. Очень редко. Смысла нет. — говорит разгибаясь Стас. — Те охотники просто были военными, им рисковать не привыкать, особенно, если риск взвешенный. Да и деньги были нужны, думаю. А так? Думаю, туда если кто и пойдет, то не из-за денег. Это просто не бьется в соотношении риск-деньги.

— Не-не, Максим, — Ольга с беспокойством смотрит на меня. — Не надо тебе туда, ты что задумал?

— Нет, конечно же не пойду в ближайшее время. — соглашаюсь с девушкой. — Но прошу, если кто будет говорить про тварей оттуда, дайте мне знать пожалуйста.

— Хорошо. — меня отпускают тиски техники. — Все, Максим. Ближайшие полчаса резких движений постарайся не делать. И съешь паек — костям нужно то, из чего они восстанавливаться будут.

— Это хорошая идея, — кивает головой Кошкин. — Максим, давайте вы возьмете паек, и мы отойдем недалеко. Нам с вами нужно обсудить один немного не своевременный, но мне жгуче интересный вопрос.

Удивляюсь. Но именно эту последовательность действий и воплощаю в жизнь.

— Присаживайтесь, ученик. — Борис тоже присаживается за стол. Вокруг внезапно мутнеет сфера нескольких метров в диаметре. — Я поставил защиту от подслушивания, Максим. — Я внимательно смотрю на мага. Тот расслаблен, никаких агрессивных действий не предвидится. Ну хорошо. — Максим, — немного мнется Кошкин. — Будьте добры, расскажите мне, это в ваших интересах, я чуть позже объясню почему, каким образом, вы смогли воспользоваться родовой техникой Тобольских князей?

Глава 3

Удивленно смотрю на Кошкина.

— Вы про что, Борис Васильевич? — перебираю последний бой. Так-то из примененного, только у фазового сдвига аналогов я не знаю.

Кошкин чуть задумывается.

— Максим, ты отрезал чем-то лапы монстру. Чем-то, не являющимся магической техникой. Я делаю вывод, что это Память крови. Про кое-что похожее, мне рассказывал мой учитель. Работа с пространством — это известный аркан тобольских князей. Никто другой с ним не работает. Более того, арки перемещения в крупных транспортных узлах Империи — это полностью предприятие тобольских князей основанное на этом аркане, и данная монополия, насколько я знаю, защищается очень строго. Мой учитель, Анатолий Филафеевич имел, в свое время отношение к этому проекту. Так что это было, Максим?

Задумываюсь. Правду говорить — не вариант. Но…можно сказать полуправду, которая пройдет фильтр «лжи» у мага. Тем более, исходя из истории, Кошкин во мне заинтересован еще пару лет минимум. Да и потом, не факт, что побежит сдавать меня безопасникам — вообще не тот типаж. Слишком уж маг горд. А вот использовать меня на благо Рода он не постесняется очевидно. Но тут нормальные отношения учитель-ученик. Так что здесь тоже прогнозируемо. Нормально.

— Я вижу сны, — говорю.

— Что? Максим, какие сны? — слегка показывает удивление маг.

— Сны из жизни другого человека. В этих снах у меня получается использовать некоторые техники. Про пространство не знаю, но то, чем я отрезал лапы монстру, с моей точки зрения, к пространству отношения не имеет. Там скорее сдвиг целого на мгновение относительно самого себя по плоскости. Не смогу объяснить подробнее. — Ни слова лжи. Полуправда — посмотрим, как отреагирует. С моей историей он знаком — может сам и объяснение придумает. Ольга же справляется полтора месяца назад.

— А техники, как ты их называешь, рабочие? Там структуры, понимание, что?

— Там структуры, но не те, которые мы изучаем даже близко. И понимание.

— Ты так и пространство вокруг себя контролируешь? — в лоб спрашивает.

— Да, вы заметили? — улыбаюсь.

— Да сложно не заметить. Особенно мне. Я удивлялся, а потом обнаружил слепые зоны твоей техники.

— А вот это как раз не техника, это скорее талант. Личный, вроде бы как.

— Понятно тогда твое топорное использование. Я примерно понимаю, что это. тебе повезло, у магов подобный навык появляется очень не скоро.

— То есть? Такой навык есть у всех магов? — удивляюсь. На моей памяти только ректор вроде бы показывал что-то похожее моему Аспекту. Да и там было все же только внешнее сходство… Хотя погодите-ка, Борис как раз это и имеет в виду.

— Нет, с чего бы он был у всех? — почти улыбается маг. — Это редкость. Я знаю лишь то, что это неотъемлемое свойство всех Повелителей Стихий.

— Ну я помню давление турецкого мага…

— Не путайте себя, Максим. Там было давление силы мага. Такое проявляется у всех с ростом личной мощи. А вот возможность контролировать насыщенное твоей магией пространство — конструкты запускать из любого места, где есть твоя магия, за препятствиями видеть то, что нужно, управлять напрямую Стихией внутри оппонента, кстати. Вот такое — есть только у Повелителей.

— Как это управлять Стихией внутри оппонента?

— Ну смотри, возьмем Огонь, например, Воздух и Воду — неспортивно, как ими пользоваться и так понятно интуитивно. — Борис надевает любимую маску лектора. — Все клетки организма… ты же знаешь, что организм состоит из клеток?

Я машинально киваю на банальный факт.

— Интересно, откуда? — опять чуть улыбается маг. В эмофоне он становится убежденным, словно подтверждает какую-то свою идею. — У нас в библиотеке данных из библиотеки целителей точно нет. Аккуратнее, Максим. Я тебе вопросов задавать не буду — мне это не нужно, я знаю ответ на два, которые мне важны, а остальное не мое дело. Но я уникален. Другие тебя захотят расспросить поподробнее, и не всегда с твоего согласия.

— А какие два вопроса для вас важны? — серьезно смотрю на Кошкина.

— Ты не угрожаешь существованию Империи, — чуть улыбается маг. — И ты хочешь и можешь учиться магии. Плюс, у тебя есть нужные мне характеристики обучения, и ты точно ответишь согласием на мое требование. Простое в сущности — не учить принципам магии, которые вывел мой учитель, никого, кто не будет подходить под критерии. Всё. Остальное ты мне обеспечишь просто своим существованием. А критерии мы обсудим, когда будем учиться чуть-чуть другому взгляду на магию. Сейчас это лишнее, мы можем стандартную программу не успеть.

Ну тут сложно поспорить.

— Так, возвращаясь в Огню. Тебе интересно? — я киваю. Кошкин продолжает. — Ну вот возьмем клетки. Они в себе содержат внутренний огонь. По крайней мере, так видит людей Повелитель Огня, когда он в своей стихии. Я расспрашивал, в свое время. Он видит людей как скопление множества огоньков, которых как бы объединяет одно общее пламя. Вот на общее пламя, даже Повелитель воздействовать не может, а на любое число мелких огоньков — пожалуйста. Он, например, может приказать напрямую этим огням погаснуть, или наоборот произвольно разгореться, или начать сжигать рядом огоньки — масса возможностей. И если общее пламя слабое, то воздействие проходит, и оппонент получает множество новых острых ощущений. Как Вы понимаете, Максим, общее пламя, это скорее всего душа. Ну а интенсивность — воля. Но это догадки, конечно же.

— А с магией земли как?

— У меня нет ни одного знакомого Повелителя этой стихии. Даже больше скажу. Я и не слышал о таких. Может раньше были, но сейчас маги земли в Повелителей вырастают редко. Но вернемся к нашему вопросу. — Кошкин делает паузу и собирается с мыслями. — Вот как раз такой контроль пространства, как у Повелителей я и имею ввиду. Поэтому я и говорю, что вам повезло — контроль, пусть и странноватый — есть, но вы не Повелитель, и никогда им не будете. Так что будем еще и учиться контролю пространства вокруг вас.

Хм. Ну посмотрим, что Борис сможет показать. Тут я довольно скептичен. Я-то Аспектом могу видеть многое, техники создаю в произвольном месте контролируемого пространства, но пока только техники пси. Позже, когда смогу выжечь второй уровень печати, то и телекинез станет совсем другим. Но пока — пусть. Вообще даже, только за! Все же меня просчитать ему удалось, да и действительно, подлавливал он меня в Лабиринте легко. Может предложит что-то, что поможет и магические техники перенести в общее поле, а не использовать их только от рук и тела. Пока же мне контакт этот необходим.

— А личность в снах, вы помните? — уточняет Кошкин.

— Конечно — высокий, лысый. Весь в татуировках, — описываю себя из того Мира.

— Хм. Среди тобольских князей и их предков такого действительно не было. Интересно. Но то, что вы описываете, очень похоже на активизацию памяти крови. Так примерно и происходит. Сны, техники, которые не могут повторить другие. — Кошкин задумывается. А я радуюсь где-то глубоко внутри. Хорошо, когда у людей есть наработанные объяснения. Они всегда справятся сами. Тем более мой случай ничего кардинально в картине мира у того же Кошкина не меняет. — Максим, в общем в то, что вы из мещан я не верил и раньше, а теперь окончательно не верю. Тем более я сделал запрос в ваш городок — вашего отца по бумагам, в живых уже нет около двух месяцев. Официально — пил, и сгорел вместе с домом. Просто, чтобы вы знали.

— Я вообще его не помню. Помню только последние три месяца этого Мира, и сны. — Пожимаю плечами. — Не знаю, какие у меня с кем были отношения до того момента.

— Никакие. Справка тоже на этот вопрос отвечает. Вы с четырнадцати лет жили на улице. И с родителем не общались.

Снова пожимаю плечами. Похоже дядя Вилли подсуетился. Но по большому счету, мне до родителей Рысева дела не было никогда.

— В общем, скорее всего, вы все-таки часть какого-то Рода. Какого — это вопрос, конечно же. И непростой, просто потому, что большая часть старых Родов, у которых есть память крови, свои способности чаще всего скрывают. А другие заинтересованные, эти сведения получают косвенным путем. Теперь дальше. Дворянство вы уже получили сами, я ваши слова уточнил у Степанова. Прошлое ваше проверить тоже нельзя. Так что с этой стороны вы прикрыты. Основывайте новый Род, а когда станете сильнее — узнавайте о старом. Сейчас — даже не думайте. — Кошкин совершенно другим путем приходит к тому же списку действий, что и я. — Просто есть шанс, что у вас тоже есть кровники, а нам с вами и моих будет достаточно. Ладно, на свой вопрос я ответ получил. Вы меня успокоили.

— Боюсь нет, Борис Васильевич. — решаю проверить еще один момент. — Я вижу и другие сны.

— Какие? — вздыхает Кошкин.

— Разрушенные города, войну. Нечеловеческих существ, которые охотятся на людей…

— Максим, — слегка усмехается маг. — Такое бывает чуть ли не каждые лет двадцать-тридцать. Новая война тоже скоро, слишком у границ с османами сейчас неспокойно. Это нормально. Люди всегда воевали. И продолжат. А с последней крупной войны у нашей Империи прошло слишком много времени. Так что скорее всего, мы с вами увидим то, что не хотелось бы видеть еще долго.

— Я видел войну людей, без деления на страны с существами уничтожающими города. Практически конец Мира.

— А, не переживайте, — делает легкий пренебрежительный жест рукой Кошкин. — Такое часто, при активизации памяти крови. Разум перенапрягается и выдает обычно довольно страшные картины. Даже если вы видите вещие сны, а такое бывает, безусловно — все равно не переживайте. Никакие животные не могут принципиально противостоять Повелителям. У таких магов слишком глобальное воздействие на реальность. Так что это просто невозможно — вследствие понимания магии. Просто потому, что мы разумны, а животные — не очень. И Повелителей в Империи человек двадцать. Мир не погибнет. Не в ближайшее время.

Ну, я попытался. Думаю примерно такая же реакция, может даже похуже, будет у любого мага. По крайней мере, до серьезных потрясений. Так что этим вопросом занимаюсь сам.

— Хорошо, Максим. Я важное для себя выяснил. Если вдруг, у вас появятся вопросы или сомнения — делитесь. Как минимум, выслушаю. — Маг снимает сферу от подслушивания, встает и уходит к себе в палатку.

В принципе, общее понимание отношения магов к моим возможностям, если не показывать слишком многого, я сейчас получаю. В принципе, и раньше Ольга примерно так же реагировала. Но Кошкин прекрасно показал, что подозревать в чем-то лицеиста никто не будет Искать подводные камни — тоже. Если я не лезу в заговоры конечно. И не показываю чего-то критически важного, как вот сейчас получилось с фазовым сдвигом. Но вроде, маг нормально отреагировал.

Что же. Спокойно усиливаю себя дальше. Возможно ксеносы не такая проблема, которой я ее вижу. Нужно чуть больше информации. Так что вернемся в лицей — и действую по продуманному плану. Ничего форсировать не нужно. Даже по моим воспоминаниям года полтора у меня есть до того как ксеносы станут большой проблемой, а свежие Гнезда, к тому времени, я смогу зачистить и минимальной командой, судя по словам Стаса. Маги — не беспомощны. Неприятно сознавать, что такое легкое падение того моего Мира, и долгая потом война — это следствие слишком усложнившихся связей, и огромного числа людей на старте. Было бы как здесь — купировали бы ксеносов раньше, а там и атомное оружие было бы применено. Но… мы опоздали, а потом Гнезда слишком выросли, и в них уже атомное оружие стало бесполезно. Слишком внутри крупных Гнезд меняется характеристики реальности. И пришлось играть по правилам ксеносов. Но и там, мы вроде бы с этим справились.

Тут же, скорее всего, раз нет даже слухов о пропавших городах и минимальной паники, при разговоре о таких чудовищах — есть года два до первых серьезных проявлений, и, получается, лет пять-семь, до развития ситуации до сложной. Все же я смотрю на этих тварей из своего опыта, и со своими критериями опасности. Тут же магов больше, чем псионов у нас, судя по статистике. Причем кардинально. Так что возможно, личное могущество, на чем построено местное общество, станет более выигрышным билетом при такой угрозе, чем переусложненные связи того Мира, который противостояния не вынес.

Так что слегка ситуацию отпускаю. Но то, что зависит от меня — делаю. И с шаманами поговорить бы нужно.

Встаю и иду на обход лагеря.

Очевидно, что обновление охранной паутинки — это то что Кошкин потом точно проверит, но напоминать сейчас не хочет. Хм. Контролируемый такой зачет. Разум с трудом перестраивается со схватки на обычную жизнь. Адреналин из крови уходит, остается опустошение. Нужно просто занять себя работой.

Иду обновлять конструкт. Можно было бы, конечно восстановить порванные узлы монстром, но затраты примерно те же. А так попроще. Разворачиваю снова сферу охранного заклинания. В дополнительный узел вновь вливаю «сон». Очень он неплохо отработал в первый раз.

Пока разворачиваю структуру, ставлю себе очередную галочку. Кошкин в эмофоне довольно сильно расслабляется. Значит все же, вопрос Родовой техники был важным для него. Принимая во внимание слова, что его учитель участвовал в разработке коммерческих порталов, можно прикинуть, что тобольские князья его учителю не чужие. А ведь я помню, как Кленов говорил, что перемещение порталами недешево, а тобольские князья монополисты. Вот тут и получается, что уже третья ниточка ведет меня в это княжество. Много, слишком много для простого совпадения. Ладно.

Обхожу лагерь, и сажусь в место с сильным давлением Поля. Как бы то ни было, вокруг крупных животных нет. Так что теперь оставшаяся часть ночи должна пройти легче.

Обращаюсь мысленно к Лесу. Там тоже все успокаивается. Даже есть легкое чувство благодарности по отношению к отряду. Но совсем небольшое, да. Ну вроде как помогли в несложной ситуации. Ну и ладно. Проблема-то и вовсе, в основном, моя. И от Леса было самое важное — предупреждение. Так что посылаю ответную благодарность. Он, кто бы он ни был, действительно сильно помог.

Ладно. Вроде ничего не забываю. Ребята над остатком туши рептилии вешают что-то вроде защитного заклинания. Но кажется это просто что бы не чувствовать запахов. Собирают с нее все, что по их мнению можно завтра-послезавтра продать, и уходят тоже в свои палатки. Стас сменяет Павла в дозоре, и лагерь окончательно успокаивается.

В принципе, сигнатуру одиночного человека я засекаю метров за двести от нашего лагеря. Да и не скрывается он особо. Идет медленно, настороженно, со стороны поселка. Но вроде бы мимо нас. Я его отслеживаю краем мысли. Но в какой-то момент, траектория движения охотника меняется — он, видимо, замечает почти трассу, проделанную монстром, а в конце трассы видит и лагерь, наверное. Так что человека почти мгновенно бросает в бег.

Я вылетаю из медитации.

— Стас! — чуть повышаю голос. — Человек к нам бежит на два часа.

Стас мгновенно поворачивается в ту сторону.

— А, нет. Уже не бежит. Паутинка отработала, — говорю Стасу. Нежданного гостя прикладывает «сном». — Я пойду, посмотрю.

Стас кивает, подтверждая, что он следит.

Я же встаю, и иду смотреть, кто это ночью по Пятну шарится.

Глава 4

Надо же, а мне этот товарищ кого-то напоминает. Подхожу ближе к молодому худому мужику, лет тридцати пяти, как уже становится неплохо видно. Короткий ежик волос, пара шрамов. Ну впечатление повидавшего что-то человек создает.

В фоне мужик спит. Теперь можно сказать, что «сон» тоже проверен на людях. Аккуратно переворачиваю гостя. Оружия нет, одежда старая… хм, хотя нет, не старая — скорее старого фасона, словно он решил пойти на костюмированный бал, а оказался в Пятне. Кожаные перчатки, тяжелые ботинки, пояс. Какие-то металлические вставки в верхний…ну кафтан, наверное. Небольшой, выглядящий еще более старым мешочек на поясе, в котором угадываются, судя по ощущениям, разряженные артефакты, — очень легкое, почти остаточное чувство магических нитей. От мужика никакой опасности не исходит. Тем более непонятно, как этот человек оказался так далеко от города — места-то тут не безопасные.

Нет, человек мне точно не знаком. Но кого-то напоминает. На минуту обращаюсь к своей небольшой, в сущности, памяти. За последние три месяца я вроде не с кем похожим не говорил. Ладно. Чуть позже пойму.

— Стас, — машу рукой, — давай в лагерь его! Не стоит тут оставлять. Вокруг хоть никого и нет, но что к утру будет — я не знаю. Как бы кто из животных не позарился, а постоянно обновлять «паутинку» не хочется совсем.

Стас подходит. Даже поверив мне на слово что вокруг никого, он все-же сначала, старается убедиться в этом сам, и только потом идет ко мне.

Вдвоем мы спокойно дотягиваем молодого мужика до костра, и укладываем рядом.

— Что с ним?

— Спит, — пожимаю плечами. — «Сон» в модификации Кошкина. Не знаю сколько в этом состоянии пробудет. Но до утра точно — он на себя два «сна» активировал.

— Может Ольгу позвать? — Стас оглядывается на палатку.

— Не, не стоит. Мы его не знаем, мы его не звали. Сон у него нормальный. Вроде не ранен. Выглядит вполне здоровым. Ничего, утра подождет. А Ольга все же сегодня уже выложилась. Пусть отдыхает. — Ухожу к месту где гость упал. — Пойду, лучше охранный периметр восстановлю.

Восстанавливаю «паутинку», а заодно, смотрю на виднеющиеся в темноте первые стены поселка. Так-то он уже рядом. Пройти через пустырь, через мелковатую болотину, и вот уже и пришли. Там примерно и останемся еще на день. Пока Кошкин с Клавдией поле аномалий посмотрят. Там нужно-то только полкилометра от силы протестировать и нанести на карту, а Дом будет нам, точнее им, очень благодарен. Это как раз тот случай, когда деньгами лучше было не брать, и не взяли. Да и графу невместно так-то. Сюда-то они пришли очевидно ради совсем другого. Стараюсь даже слегка не обращать внимание на палатку Кошкина. Палатка-то Рыжей совсем пустая стоит. Ладно, поселок — это дело завтрашнего. Пойду опять в работу. У меня уже пару дней есть чувство, что для прорыва не хватает какой-то малости, буквально легкого толчка. Я это чувствую.

Утром для меня начинается плавно. Спать я так и не ложусь. Но погружение в себя стараюсь сделать как можно полнее, даже точек внимания снаружи оставляю всего пару. Только чтобы успеть отреагировать на нарушение периметра и если позовет Стас. Все остальные — на работу с пси. Времени тут я проведу не так уж и много, нужно использовать эти часы по-максимуму. А отоспаться я и в Лабиринте смогу. Там даже лучше получится.

Постепенно прихожу в себя. Проснувшегося гостя я веду с момента, как он садится около костра, просто поднимается с места где лежал, оборачивается к костру и всё. Но к его чести, ни звать никого, ни обращать на себя внимание гость не собирается. Терпеливо ждет, пока не проснется лагерь. И в эмоциях у него примерно такая же пустота. То есть человек полностью поглощен ожиданием. И это как-то даже интересно.

Выходит Ольга. Удивляется новому лицу. Но поскольку его аккуратно контролирует взглядом Стас, то спокойно подходит к молодому мужику, и что-то выясняет. Эмоций у гостя так и не появляется. Безмятежное какое-то состояние нейтрального спокойствия.

Угу, диагностика. Быстро Ольга решает уточнить статус человека. Озадачена. Вроде бы ничего не находит, видимо. Ладно, пора мне «просыпаться».

Открываю глаза. довольно медленно потягиваюсь, пропуская через тело энергию все быстрее и быстрее. Мышцы, связки все очень быстро приходит в рабочее состояние. Выхожу из палатки.

— Здравствуйте, — подхожу к гостю.

Тот приподнимается. Делаю успокаивающий жест.

— Здравствуйте, — соглашается парень. Сейчас даже кажется, что товарищ чуть помоложе, чем показалось ночью. Хотя… Нет. Точно нет. Просто худощав очень. — Спасибо, что не оставили в поле.

А он, похоже, даже не понял, что «сном» был атакован.

— А то сил не было ни противостоять, ни «постучаться». — А, нет, понял. — Я даже среагировать не успел.

— Не за что, — пожимаю плечами. — Расскажете, как вы тут оказались?

— Это сложный вопрос. Смотря что вы имеете ввиду под «тут»? — мужик непроизвольно улыбается. Агрессии в нем нет совсем, и такое поведение не воспринимается как вызов. А вот как шутка — уже да.

— Ну, давайте начнем, с тут — в нашем лагере, — усмехаюсь.

— Вы меня принесли, наверное, — улыбается. Так-то оно конечно забавно, но мой запас дружелюбия начинает понемногу иссякать.

— Можете поподробнее? — уже чуть меньше улыбаюсь.

— Виноват, — слегка смущенно гасит улыбку в свой кулак мужик. — Давно с людьми не говорил. Отвык.

— Ничего, — все еще ожидающе смотрю на гостя.

— Интересный у вас мундир, — подходит к костру Кошкин. — Лет десять такие уже не носят.

— Десять лет? — удивляется гость. А вот в фоне все то же безразличие. И немного какой-то жажды. — Это много.

— Еще бы, — чуть усмехается Кошкин и аккуратно делает шаг, перекрывая взгляд на палатки. Ну точно, проработанная схема. — Максим, вы у нас руководитель выхода. Когда мы отправляемся поближе к нашей цели?

За спинами, чувствую сигнатуру Рыжей, которая почти мгновенно проскакивает в свою палатку. Подозреваю, что вижу этот маневр только я. Борис со значением на меня смотрит, он-то тут как раз за отвлечением внимания, получается. Ну а я даже немного нарочито, отворачиваюсь от нашего временного жилья. Кошкин чуть кивает.

— Думаю как позавтракаем, Оль, возражения есть? — спрашиваю главу наших наемников, что ли. Девушка качает головой. — Ну вот значит так. Так давайте поподробнее, — перевожу взгляд на гостя. Кто вы, как тут оказались. Почему решили заглянуть к нам на огонек?

— Я из города, заблудился немного, — говорит гость. — Порвал всю одежду пока ночью бежал. Потом наткнулся на небольшой склад вон в тех развалинах, — кивает на поселок за болотиной. — Переоделся, и пошел искать дорогу в город. Увидел вас, и решил присоединиться. Тем более у меня есть деловое предложение, — со значением поднимает палец вверх.

— Да вы что? — качаю головой. В принципе, мне уже кое-что понятно. — А какое?

Проснувшийся, и приведший себя в порядок Павел раздает всем пайки. Предлагает и гостю, но тот отказывается. Что ж, еще одна монетка в копилочку.

— Большое спасибо, — улыбается. — Я не очень хочу. — Оборачивается ко мне. — Хорошее предложение. У меня тут есть четыре ящика. Нужно их в городок тут рядом доставить. Возьметесь?

Ольга с недоумением смотрит на меня, учитель тоже хочет что-то сказать. Но я успеваю первым, глазами показываю, что все нормально.

— Конечно! Мы вам поможем. А чем вы можете заплатить?

— Вот! — радостно говорит мужик. В эмофоне все такая же благостная тишина. — У меня там в развалинах и оплата есть. У меня много кристаллов. Они дорогие. Только помогите, а?

— Поможем, поможем, — улыбаюсь. Ну, в общем, тут все понятно. Но место узнать надо в любом случае. — Сейчас покушаем и пойдем, хорошо?

— Конечно, конечно. Я так рад, что вас встретил! — мужик отворачивается к огню, и опять погружается в ожидание.

Ольга с некоторой опаской смотрит на меня, потом на мужика. Я показываю ей жестом — все нормально, верь мне. Кошкин тоже видит этот жест и прерывает себя на вопросе. Киваю ему.

— О! Завтрак! — подходит к нам Рыжая. — А чего вы все такие сложные? А? — оглядывает нашу группу магиня. — И кто этот парень?

— Это наш гость, — улыбаюсь, и показываю глазами Кошкину, чтобы он перехватил Рыжую. Борис взглядом показывает на гостя, почти спрашивая — Опасен?

Нет. Точно нет. — так же жестом отвечаю.

Ольга и Стас видят нашу пантомиму, и немного расслабляются.

Подходит и Павел с еще одним пайком. Протягивает его Клавдии.

— Пока только это, как на день на стоянку встанем — у нас и мясо будет. Подождем?

— Конечно! — Рыжая тут же переключается на Павла. — А что еще в меню?

Ребята уходят в обсуждение предстоящего пикника, и сглаживают напряжение, которое виснет сейчас между нами. Но я сказать не могу ничего, иначе потом не найдем.

Перекусили, собрали палатки, что сделать получается одним движением. Удобно, что сказать. И через полчаса, не больше, мы оказываемся готовыми к выходу.

— Ведите, — обращаюсь к мужику.

Тот кивает, одним движением поднимается на ноги, и приглашающе машет рукой.

Спокойно иду первым. Вокруг никого так и нет. Это знаю я, знает Кошкин, да и проводник наш тоже знает, я уверен.

Быстро, практически не останавливаясь проходим болотистый пустырь.

— Ой, вы старайтесь здесь след в след идти, — дружелюбно говорит мужик. — Тут опасно по сторонам, но вы не обращайте внимания, хорошо?

— Да, конечно! — отвечаю за всех. Оборачиваюсь. — След в след. Нас точно проведут. — За мной идет Стас. Он кивает и передает эту информацию дальше.

Идем недалеко, но неприятно долго. И, боюсь, в полной мере только я представляю, что происходит по краям тропы. Местами Аспект сходит с ума. Пропадает, и я чувствую его за десятки метров, местами словно наслаивается сам на себя, иногда сворачивается, где-то просто отказывается работать. Мы, похоже, проходим мимо большинства разных совершенно аномалий. Всех их объединяет лишь одно — они все невидимы.

Кошкин уже давно идет в очках охотников. И похоже через них видно довольно немало, он, да еще Ольга, в таких же очках — вот мы трое и можем понять, куда нас ведут таким сложным путем. А я так и понять чуть больше остальных, я уверен. Ладно.

Через четверть часа блужданий, мы останавливаемся у небольшого полуразрушенного строения.

— Вот, тут мои ящики. Поможете? — с надеждой смотрит на меня.

— Ну конечно, — говорю. Заходим внутрь и я тут же кастую давно заготовленный магический «сон», только в последнюю секунду наполняя его пси. Мужик мешком оседает на пол.

— Теперь объяснишь? — Кошкин без удивления смотрит на спящее тело.

— Конечно! — отступаю я от проема.

В глубине помещения насыпана гора кристаллов.

— Это то, что я думаю? — заходит в помещение маг. Протягивает руку к кристаллам.

— Я бы не стал их перебирать. Я не знаю, как они активируются, но активация не должна быть сложной. Эту гадость и обычные люди употребляют.

— Оппа! Это мы удачно зашли! — Павел не может сдержать слов. — Тут же золотых на пятьсот.

— Ага, — подтверждаю я. — И это все, мы прекрасно уничтожим.

— То есть все-таки кристаллы навыков. — Утверждает Кошкин. — Ну, объясняй.

— Помните я вам пытался вчера сказать разное?

— Да, — Борис оглядывается на членов отряда, которые входят в довольно большое помещение.

— Ну вот так, — киваю на кристаллы, — они и размножаются. Вот этот — показываю на нашего проводника, — попал полностью под власть кристалла, вы же видели, он общается нелогичными фразами, но он вел себя почти как человек. Но только почти. Если не задумываться, то даже и не заметить было. В принципе, — снова киваю не мужика, — он свою задачу выполнил, привел сюда. Теперь по логике тварей мы должны вот это вот все забрать в городок. И сколько-то по пути активируется. Сколько — не важно. Даже один — они в выигрыше.

— Ммм. Максим, а есть что-то еще важное? — Борис нервно оглядывается. Находит взглядом Рыжую, и тут же расслабляется. Вообще-то реакция правильная.

— Если бы я хотя бы чуть-чуть дал понять твари, что она раскрыта, то он бы спокойно ушел, а вот эту кучу мы бы и не нашли никогда. А нашел бы кто другой. Это первое, а второе — тут должна быть еще парочка теневиков. Но они скорее всего в более-менее целом доме обретается. Это все не очень опасные существа. Но для неподготовленного все может закончится не очень. Так что теневиков тоже нужно уничтожить.

— Хорошо, что с этим? — показывает на гору кристаллов.

— А что с ними? Это под уничтожение, благо несложно, Клавдия Сергеевна, сможете немного температуры тут вокруг кристаллов подать? Огня, я б сказал.

— Конечно! — Девушка только радуется развлечению, и вокруг кучи кристаллов начинает дрожать воздух.

— Ладно, Максим, — довольно мрачно для себя, говорит Кошкин. — Считайте, что свою точку зрения вы мне показали наглядно. И в ваших поисках, я вам помогу, чем получится. Предлагаю это обсудить уже в лицее, хорошо?

— Конечно. Кстати, — вспоминая о просьбе кладовщика, говорю Кошкину. — Я на десяток минут отлучусь. Извините, что пришлось вести вас всех сюда, но иначе он бы не поверил. И мне нужен этот человек. Мы можем его вытащить отсюда? — Павел и Стас, грустно вздохнув, кивают. Ну да, тащить придется им.

Я вспоминаю карту кладовщика, и понимаю, что нужное здание, буквально следующее по улице.

Дома-то развалины, но при этом, какое-то подобие заросших улиц тут есть.

Аккуратно выхожу из домика, и иду внутрь соседнего здания.

Захожу.

Сигнатуру «теневика» я засекаю еще когда разговариваю с Борисом. Я правда не уверен, что это именно он. Но сидящую засадную тварюшку в соседней комнате обнаруживаю. Так что при входе сюрприз не получается, и тварь я встречаю молнией. И вроде бы несильная техника, но «теневику» и такой за глаза. Опадает мешком картошки. Ладно, это не так важно. Эти твари страшны только когда про них не знаешь. А так — легкие цели.

Внутри домика висит темно синяя капля. Огромная. И вроде бы даже двигающаяся. А вот под ней вижу искомый браслет рядом с трупом. Причем труп, словно вчера сюда положили. И вот из-за странной капли, состояния трупа, да и вообще, приближаться к браслету совсем не хочется. Ладно.

Аккуратно нащупываю браслет Аспектом. Точно магический, но сказать что он делает даже близко не могу. Да и разряжен в ноль.

Начинаю по чуть-чуть выводить браслет из-под капли, и становится понятно, что эта капля свешивается именно в сторону браслета — я начинаю вытаскивать, и капля удлиняется в сторону браслета. Что будет, если я подойду — даже выяснять не хочется. Выхожу за дверь — все равно Аспект контролирует диаметр больше на порядок, чем у меня остается тут до браслета.

Приподнимаю браслет телекинезом. Прикидываю траекторию, и забираю браслет из воздуха. Настолько точно все рассчитываю. И в этот же момент, ныряю за проем двери, так как капля оказывается еще одним существом, совершенно не читаемым через сигнатуру.

Ставлю фазовый сдвиг прямо перед выходом, и успеваю убедиться, что эта подделка под нормального слайма, влетает в сдвиг всем своим псевдотелом, и тут уже рассыпается мелкой взвесью, которой словно выстреливает из проема.

Вот и славненько. Одну задачу решил дополнительно. Значит пусть и клаовщик раскошелевается. Странный браслет.

Глава 5

— Всё. Я готов. — Возвращаюсь в соседний дом. Пока меня не было, Ольга, видимо, задает вопросы Борису. А вот ответы, вряд-ли получает, так же как и Клавдия. А Рыжей все жутко интересно, но ждать она умеет. Тем более, просчитывает Кошкина, и любопытство Ольги.

Ольга переводит серьезный взгляд на меня.

— Максим. Мне кажется, мне тоже нужно знать, что тут происходит. — Показывает на спящее тело и последние рассыпающиеся в огне кристаллы. Мелкий белый песок уже покрывает половину помещения. И ребята инстинктивно не хотят его касаться. Но это зря. Он уже безопасен полностью.

В принципе, Ольгино желание справедливо, раз уж они стали частью этой ситуации. Да и часть истории можно повторить, которую я говорил Кошкину. Раз он спокойно реагирует, то Ольга и подавно, думаю, проблем не создаст.

— А Борис Васильевич не сказал?

— Максим, это ваша история. Что можете, то и рассказывайте. — чуть поджимает губы Кошкин. — Вам, получается, виднее.

— Хорошо, — киваю словам Кошкина. — Давайте тогда, найдем еще одного монстрика. Он неопасный, если ходить вдвоем. Но если по-одиночке — может убить человека, но тоже не сразу. Предлагаю его уничтожить и тогда разговор будет более предметный. Если я прав, то этот монстрик должен быть худым, нападать из тени, причем, в ней быть почти невидимым, независимо от густоты. Двигаться ломаными движениями, словно перемещают лампу, а за ней рвано двигается тень. Поищем?

— Почему он двоим не опасен? — тут же уточняет Стас.

— Он может контролировать только одного человека, второй его обязательно увидит. А убить его несложно. Иммунитета ни к чему нет.

— Контролировать? Поясни, пожалуйста. — Просит Ольга.

— Ну вариант отвода глаз. Как в сказках. Вы на него внимания не обращаете, пока он в тени. В общем, в отличии от этого, — киваю опять на спящее тело, — от «теневика» толку никакого, скорее, его нужно зачистить, что бы тут его не оставлять. Не дай боги кто один пойдет.

— Ну хорошо, два вопроса, — Паша чуть поудобнее перехватывает спящего мужика. — Где мы его будем искать, и он точно вообще здесь есть? Не убежит?

— Точно есть. Они на свету не передвигаются, так что он где-то в основном городке. Здесь его нет, — жестом охватываю развалины. — Тут всего два здания с остатками крыш, а значит, и с тенью, здесь мы сейчас есть, а в том я побывал тоже. Там одного «теневика» я уже убил, значит второй должен быть на расстоянии. Рядом с кристаллами их должно быть двое. Потом объясню откуда знаю про их повадки. Обещаю.

— Ладно. То есть сейчас нападения больше не опасаемся? — уточняет Стас.

— Нет. Рядом нет никого, кто сквозь аномалии пройдет. — киваю. — Можно отправляться назад. Я первым пойду, хорошо? На всякий случай.

Ребята переглядываются с Ольгой, но так как нести тело им — не мага лицея же заставлять — не находят возражений. Ну я их и не жду.

Собираемся. В эмофоне и у Ольги и у Рыжей царит жгучее любопытство. Но обе спокойно ждут. А по лицу ни у той, ни у той понять ничего нельзя.

Выдвигаемся.

Обратный путь занимает времени побольше. Все же теперь это спящее тело само не идет, и в некоторых местах приходится с ним поворачиваться буквально по сантиметру. Нахожу выход — обозначаю доступные края аномалий кусками шнура, и в принципе, этого хватает.

Почти к полудню добираемся до основного поселка. Аспект «теневика» не замечает. Это не странно, от пси эта зараза маскироваться умеет хорошо — это вообще его основной навык. Собственно «скрыт» — это глиф, который изначально из этих тварей и вытащили. Иногда с них падали такие кристаллы. А что бы через Аспект я ничего не почувствовал, достаточно просто не двигаться. Не все могут. Но вот эти — да легко. Сутками. Первый просто либо молодой совсем был, либо уже потревоженный. А может соседство с «каплей» не добавляло ему спокойствия, ведь он, получается, охотился на ее территории. Черт его знает, что это за существо, конечно, было. И как бы можно было вытащить браслет, если бы не мой телекинез. Вот надо Моисеича расспросить, на что он рассчитывал, и почему не предупредил. Про «теневика» он знать точно не мог — они появились недавно, а браслет с его слов там валяется очень давно. А вот что с «каплей»? И вообще, почему «теневик» охотился именно там? Это же совсем неочевидное место, разве что все развалины обшаривать. Хотя это как раз объяснимо, больше мест с постоянной тенью там нет, а рядом с кристаллами охотиться нельзя. Их-то как раз должны забирать беспрепятственно. И очень, конечно хочется спросить Моисеича, сколько человек уже получали такую же карту? В общем, пока одни вопросы только.

В поселке, в принципе, понятно где искать. Фактически кроме бывшей ратуши в центре, ну или что там было, в поселке зданий с крышей всего два. Так что проверка легкая. Просто нужны источники света — но это наши маги обеспечат обязательно.

В ратушу заходит сначала Кошкин. Здесь он меня отодвигает, не слушая возражений. И на подстраховке у него Рыжая. И. ничего не происходит. Ратуша и сейчас, и в прошлый раз, остается безопасным местом.

Я прикидываю карту. Так-то одно здание в стороне, но там по идее много «чертовых лиан» — это еще и контрабандисты отмечали и в ту сторону не лезли. Да и там слишком большая конкуренция за добычу у засадных хищников будет. А вот еще одно здание стоит неподалеку на тропе. Мимо и животные и люди ходят. Животные, скажем, вряд ли внутрь заходят, но здание немного нависает над тропой, так что технически, для охоты, я бы выбрал именно его. Так что сначала, после ратуши, стоит сходить туда. На что и показываю рукой.

Кошкин опять останавливает ребят Ольги. Похоже ему в удовольствие побыть подсадной уткой для Рыжей. Так-то, я его даже понимаю.

Быстро разбиваем временный лагерь, с тем, чтобы завтра спокойно можно было бы стартовать обратно в город. Испытываю какое-то чувство дежавю, да и не я один, судя по ощущениям в фоне, и задумчивым лицам Ольги и ребят.

Стас и Павел, перетягивают спящее тело утреннего мужика в разбитый лагерь.

— Вокруг никого нет. Его можно тут бросить, — говорю. Сверяюсь с Аспектом и ощущением разумов. Вокруг немного шевелятся только «чертовы лианы» как раз в направлении еще одной развалины с крышей. Спокойно все, в остальном. — Судя по всему, никто его в ближайшее время не побеспокоит.

Павел со Стасом с облегчением бросают мужика в ратуше. Тут он, в принципе, и от всякой прочей нечисти тоже прикрыт.

— Надо подстраховать, — киваю на Бориса с Рыжей. Они, не дожидаясь основного отряда, уходят в сторону дома на тропе. Ольгин отряд подтягивается со мной. — Вряд ли наша помощь потребуется, конечно, но все же.

Подходим к домику. Большая часть крыши обвалилась, и уже очень давно, но теней внутри вполне себе много.

Кошкин заходит внутрь домика, и тут же шагает чуть в сторону, чтобы не перекрывать линию боя Рыжей. Они как-то сразу мне верят, что «теневик» атакует со спины, и что тварь не особо умная. Так что Борис отшагивает специально.

Тут же, за его спиной, словно из ничего вырастает черный силуэт, с непропорционально длинными руками и ногами.

Ожидаю подобного, потому реагирую не медля ни секунды. Как только «теневик» показывается в проеме, на секунду торможу тварюшку телекинезом. И этой секунды Рыжей хватает, чтобы спалить существо без надежды на восстановление. Кошкин отшатывается от живого факела вглубь помещения, а тварь даже пары секунд орать не может — огонь быстро поглощает монстрика.

— Да, Максим. Похожа на твое описание. Считай, что мы уже все очень заинтересованы, и ждем, что ты нам расскажешь, что бы связать все вот это воедино. — Ольга говорит спокойно, но судя по ощущениям, она очень недовольна. И даже непонятно — собой, или тем, что я рассказываю Кошкину что-то, что вроде как, получается, касается и ее. А ей — нет. В общем такая себе смесь. А вот Рыжая, как фонтанировала любопытством, так и продолжает. Для нее весь выход напоминает сафари, и Клавдия испытывает только радость. Ладно.

— Хорошо, — достаю кристалл, который я вырезал из сердца рептилии совсем недавно. — Мы же все помним про вот этот кристалл, да?

Стас кивает — он то как раз видел, как я его вырезал. Остальные соглашаются, ведь мы это обсуждали.

— Я вырезал кристалл из сердца твари, что напала на нас вчера. — уточняю. — Специально обращаю внимание. Сейчас поймете что к чему.

Подходят Кошкин и магесса. Пара кастов, и у всех рядом с ратушей образуются небольшие удобные скамьи, чем мы и пользуемся.

— Я вижу сны, и в этих снах некие непонятно откуда пришедшие монстры, уничтожают человечество. Общего вида эти монстры не имеют. От Гнезда к Гнезду внешний вид их разный, видимо зависит от существ, которые служат прототипами. Существа имеют не физическую природу. Они захватывают разум, в данном случае, человека — показываю головой на спящего мужика. И постепенно, меняют его по каким-то своим шаблонам.

Одинаковые только повадки — так их и легко отличить. И еще, размножаются они как раз вот теми кристаллами, которые час назад уничтожили. Они такими кристаллами заражают людей, и постепенно личность человека деградирует, и тело становится захваченным, какой-либо тварью. Собственно я только вот про этого человека, — показываю на ратушу, — уверен, что он точно захвачен. Его фразы вы сами слышали, он говорил их не очень сознательно, потому они и не были связными. В принципе, он был нужен, чтобы просто привести кого-то к кристаллам. А там уже это добро должно было попасть в город. Думаю, так уже было ни один раз с контрабандистами. У Алиповых такие кристаллы нашли, связи с контрабандистами у них очевидны, а место встречи, кажется как раз здесь. Вывод напрашивается сам собой. Причем вот его, — снова кивок на ратушу, — допрашивать бесполезно. Он уже не очень соображает кто он. Есть только одно неприятное соображение.

— Только одно? Ты серьезно?! — Ольга начинает нервничать. — По городу ходят люди без разума, а у тебя только одно соображение?!

— Я тебе больше скажу, Матвей мне сказал, что такие же люди не так давно начали срываться и уничтожать тех кто рядом, и их служба старается таких найти и изолировать. Так что об этой проблеме знают.

— Да что ты говоришь! — Ольга почти ругается. — Про рабство они тоже знали, и как-то мне это не помогло!

— Ну, поэтому, думаю, мы тут и сидим сейчас, — спокойно говорит Кошкин. — Правильно, Максим?

— Да, Борис Васильевич, — киваю. — Спасибо. Этот человек имеет права, документы и все остальное. Мы не сможем доказать, что он не человек вовсе. А мне он нужен. И лучше во сне. Я хочу попробовать через Степанова связаться с шаманами, и через них найти что-то, что сможет отличить зараженного и незараженного человека. Ведь именно шаманы работают с духами. А тут что-то похожее на одержимость, но опять же — скорее всего не она, иначе менталисты бы их отличали.

— Вот не обязательно, Максим, — снова спокойно говорит Кошкин. — С одержимостью, возможно, смогут помочь инквизиторы Церкви Всех Богов.

— Извините, а это кто? — удивляюсь.

— А, я часто забываю, что некоторые части жизни для тебя в новинку. — Слегка кивает учитель. — Это подразделение храма. Не важно. Я к ним сам схожу. И да, нам этот человек нужен. Итак. У нас есть угроза Миру. Правильно тебя понимаю? Командуй, — слегка пожимает плечами. — Мы твоих снов не видели, опасность доказать не можем. Но каждый из нас, здесь присутствующих, может, кажется, сделать что-то для предотвращения твоих снов.

— Да, — соглашаюсь. — Самое сложное — что я даже передать сны не могу, — и это правда. В голову я особо никого пускать не собираюсь. — Да и доказательством, мои сны являться не могут. А без них — маги всерьез не воспримут.

— Как? Нет конечно! — Ольга возмущается. — Вопримут! Нужно только им рассказать!

— К сожалению, да, госпожа Прозоровская. Я сам, не далее как вчера отмахнулся от снов своего ученика. — Борис вполне самокритичен. При этом не считает свои действия ошибкой.

— И что же вас заставило передумать? — уточняет Ольга.

— Сегодняшний наш поход за проводником. Он был вполне адекватен, связно говорил большую часть времени. И я не обнаружил никаких отклонений в спящем теле. Он абсолютно нормальный неодаренный. Но. Он привел нас к огромному богатству для неодаренных, это раз. Было два убитых «теневика» как описывал их Максим мне, это два. Я сам обследовал остатки сгоревшей твари — они ненормальны. Это — существовать не может. При этом магии там нет вообще — это три. Ну и самое неприятное Максим не рассказал.

— Да… Вы мне просто не поверите, но ладно. — киваю учителю. — Когда эти существа образуют Гнезда, внутри они меняют характеристики пространства.

— Ну и что? — Ольга показывает головой на аномалии вокруг. — Там характеристики тоже меняются, и вроде бы мы по этому поводу не переживаем?

— Там, например, может перестать работать магия, — говорю я серьезно. — Вот совсем. А представьте, что это площадь, скажем, с наш городок, и там магия не работает. И площадь постепенно увеличивается. Медленно, десятки метров в год. Гнезда появляются и рядом, часто, раз в полгода, и там уже будут условия основного Гнезда. А на этой территории человеческие маги применять свои способности не могут. И порох, ближе к центру Гнезда, тоже может отказаться воспламеняться.

И вот вы стоите, с любым, в сущности, числом людей. Против твари, скажем, как та, что была вчера. И не одной, а, например, четверых. И так в каждом гнезде. Только у вас нет бустов, магии и из оружия — только мечи и копья. А ведь у меня во снах есть твари и сильнее. Хотя, опаснее, чем ту, что мы вчера смогли убить я не знаю.

— Это…было бы неприятно, — кивает Ольга. — Я поняла. Доказать все это ты, Максим, не можешь. Все доказательства — косвенные. Опасность видишь, но помогать тебе кроме нас особо никто не будет. Правильно?

— Ну, думаю, не совсем. Возможно, что смогу заставить косвенно нам помогать Тайную Экспедицию, — пожимаю плечами. — Им нужно определять пользователей кристаллов. Но всю проблему они тоже не осознают и вряд ли захотят — доказательств же нет. Разве что шаманы научатся определять подселенцев.

«А они научатся, уверен, я их и научу.» — Хмыкаю про себя.

— А так, да, остальное правильно. — соглашаюсь. — Тогда действительно. Смотрите — наши задачи. Главное, что нам нужно — оценить скорость распространения Гнезд. В общем смотрите, если вдруг появляются слухи об исчезнувших городах, особенно крупных, где бы это ни происходило — то скорее всего, у нас счет до масштабного противостояния идет на месяцы. Это самое важное. Критерии. Если у нас начинают пропадать люди — сотнями тысяч — это важно! Причем, пропадают примерно в одном районе. Это значит Гнездо начинает эволюцию, и нам остается не больше года до пропажи уже городов. Вот по этому Гнезду понятно, что оно где-то тут в Пятне, оно не эволюционировало пока что, скорее всего есть одно более старое, и два помоложе — просто потому, что первое деление Гнезда уничтожили те две звезды охотников. Радужный кристалл можно получить только из матки тварей. Так что развитие этой живности сейчас отстает. Так что опасность переоценивать тоже не стоит. Не факт, что что-то подобное находили в других местах. Про это тоже нужно узнать — вот такие кристаллы, — показываю снова кристалл «рейдера», это точно показатель наличия тварей. Вот это даже основной показатель. Если есть возможность — надо выяснить, находили ли их еще где-нибудь.

— А вот со всем, что касается тварей, помогу уже я, — Ольга кивает Кошкину. — Узнать в других представительствах Гильдии о подобных находках — несложно. А ведь Гильдия есть практически по всему Миру, даже в Китае, и даже за Океаном. Я узнаю, и узнаю быстро. Не более недели.

— Что же, про города, несложно узнать мне, — улыбается Рыжая. — Знакомых у меня армейских осталось много. Помочь не откажется ни один. Слухи-слухами, а разведка о таких происшествиях, по крайней мере в странах рядом — знать будет.

— В Доме Охотника мы аккуратно поспрашиваем, про тех, кто ходит глубже четвертого пояса — может быть сможет локализовать район. — Кивают Стас с Павлом. — Оля будет занята, все же представительств у нас много.

— Отлично! — неожиданно все решается намного проще, чем я даже мог предполагать. — Только у меня еще один вопрос, — оборачиваюсь к ратуше. — Что с этим товарищем все-таки делать? Он будет нужен.

Глава 6

— С одной стороны, я не могу его свободу ограничить. А он мне, и шаманам будет точно нужен, как тестовый экземпляр. — Показываю головой на ратушу. — С другой, он же привел нас к кристаллам, а распространение их в Империи уголовно наказуемо. Он же при вас говорил, что кристаллы его, правильно?

— Хм. А ведь да, молодец, Максим. — Кивает Кошкин. — Говорил. А кристаллы мы уничтожили, как и положено государственным служащим. Да, ни слова неправды. Можешь на меня рассчитывать.

— Благодарю. Борис Васильевич.

— Но кроме планов, — встает Кошкин с Рыжей, — к нас еще и подряд есть. Я же правильно понимаю, ученик, вокруг больше нам ничего не грозит?

— Кроме аномалий? — качаю головой. — Я не чувствую крупных животных. Да и мелких особенно тут пока не появляется вроде бы.

— Ну вот и хорошо. Мы с госпожой Клавдией Сергеевной, вас оставляем тогда. У нас свое дело, и хорошо бы его до темноты закончить.

Кошкин с магессой откланиваются, и уходят в сторону аномалий.

— Максим, командуй, — Ольга улыбается. Общая тайна прекрасно исправляет ее настроение. — Твой же найм.

— Хорошо, — киваю. — Тогда становимся здесь на день. Еда, места для сна, ну, вы лучше меня знаете. Лагерь на вас. А я — работать.

Ухожу внутрь развалин, чуть поближе к местам, где давление сильнее, чем обычное. Таких мест в поселке несколько больше, чем я чувствовал на предыдущей стоянке. И есть даже место, вроде бы, которое по плотности ближе к четвертому поясу. Но вот как раз там живут «чертовы лианы». Оглядываюсь. Кошкина и Клавдию чувствую за стеной — вроде недалеко уходят. Учитель мне, наверное, не очень нужен. А вот боевой огненный маг — очень. Кажется лианам, по крайней мере здесь, сейчас, надеюсь наступят последние дни. Я горевать о редкой фауне точно не буду.

— Клавдия Сергеевна, — быстрым шагом заворачиваю за угол. Похоже прерываю разговор Кошкина с его, теперь уже точно, пассией.

— Да, Максим. — Рыжая вежлива, но в фоне я точно знаю, что слегка испытывает досаду. Но сейчас, кажется, я это поправлю.

— Клавдия Сергеевна, вы не хотели бы очистить здешний пустырь от неприятных тварей? Тут живут, или существуют, не знаю, — пожимаю плечами. — «чертовы лианы», с их помощью магов ловят. И единственно к чему они уязвимы — это как раз в очень высоким температурам. Я и подумал, вдруг вы захотите помочь охотникам и гнездо этих существ уничтожите? — По мере того как я подвожу к просьбе, досада магессы сменяется охотничьим азартом. Получается я правильно понимаю — девушка здесь не только из-за Кошкина, но еще и ради того, чтобы поработать своей магией без ограничений. Сбросить, так сказать, ненадолго давление общества. Видимо арены в лицее все же не то.

— Так, Борис Васильевич, вы же составите мне компанию? — Рыжая немного просяще спрашивает у Кошкина. Тот бросает на меня усталый взгляд.

— Конечно, Клавдия Сергеевна, — вздыхает. — Времени у нас с вами немного, думаю целостность сооружений здесь никому не важна? — смотрит на меня.

— Вот уж точно не мне, — тут же открещиваюсь. — Я просто пострадал одно время от них, всего навсего. Это вон тот домик, второй, с уцелевшей крышей.

— Борис Васильевич, пойдемте прошу вас. — Рыжая чуть тянет за рукав Кошкина. Тот опять чуть вздыхает, и соглашается. Но я то знаю, что ему весь этот спектакль доставляет изрядное удовольствие. Более того, он считает, что пока что вообще ничего опасного тут не встречает, включая «рейдера». Даже в том случае он, кажется, имеет что-то в загашнике. Просто продемонстрировать не успевает.

Ну-ну. Если бы «рейдера» я не притормозил бы, то первый же «прыжок» он совершил бы именно к тому, кто его смог ранить. А там уже, как повезет. Но так-то да. Если бы достаточно долго отвлекать монстра, скорее всего Кошкин бы его своим веретеном затыкал бы. А может чем еще. Так что тут — кто успевает, тот и молодец. Сейчас успевает Кошкин, и даже два раза. Так что немного скептически относиться к ксеносу имеет право.

Парочка уходит на вроде-как доброе дело. Очевидно, что вопрос, важный для охотников, что Рыжей, что Кошкин совершенно безразличен. Тут только развлечение. И хорошо, что понимание его сегодня совпадает и у меня и у Рыжей. Все же нечасто Пятно посещает боевой маг. Да и когда посещает, разбираться с мелкими тварями точно не будет - есть много других задач, где его время намного важнее. ак что тут совпало. И хорошо.

Через минуту со стороны домика доносится вой огненного торнадо. Рыжая даже слегка сдерживаться не стала. Ну а зачем? Там наших союзников нет. Да и Борису показать себя, видимо, хочется.

Кружащаяся огненная стена встает на месте этого домика. Огонь плотный, почти текучий. Несколько секунд, и начинает плавиться камень. Рыжая фонтанирует удовольствием.

Тоже подхожу.

— Достаточно? — спрашивает Борис.

— Уверен, что да. — Киваю. Что бы там в этом месте не хранилось, оно точно превратилось в лужицы расплава. Лиан не чувствую, кстати, ни одной. Похоже магесса огнем проходится и по окрестностям. Посмотрим теперь, появятся ли здесь лианы снова когда-нибудь.

Рыжая не только гасит огонь, но еще и быстро понижает температуру получившегося расплава до почти нормальной. На месте домика оставляет каменный блин неправильной формы.

Уважительно киваю. Рыжая замечает, и чуть горделиво приподнимает голову. Такая похвала ей приятна.

— Надеюсь ничего нового не случится? — немного ворчливо говорит Кошкин и уводит магессу к аномалиям.

Подхожу к месту, где раньше был домик. Теперь тут просто основание под чего-нибудь. Может когда-нибудь и пригодится. Но мне оно интересно с другой точки зрения.

Касаюсь рукой камня. Чуть теплый, и это отлично. Значит я могу воспользоваться этим местом для своих целей. Давление Поля тут очень сильное. А ведь даже в месте, которое соответствует третьему поясу мне было сложно. Но надо. Очень хорошее тут место. Смесь такая. Надеюсь, до вечера в этом поле выдержу.

Оставляю минимальное число точек внимания и погружаюсь в себя. Практически сразу начинаю ощущать себя серфером. Опять, как в первые дни в этом Мире, пытаюсь оседлать дикий поток энергии, проходящей по всему телу. Опять она «вымывает» контролируемую пси. Но сейчас я уже сталкивался с таким, так что стискиваю зубы и начинаю уже сознательно насыщать поток своей пси. Откатываясь раз за разом. Пролетая на волне через все тело, по чуть-чуть поток насыщается, с каждым кругом все больше и больше, пока весь входящий поток энергии не становится подконтрольным. Отлично. Этого мне очень не хватает.

Ближе к вечеру, а я понимаю время по тому, что в лагерь возвращается Кошкин с Рыжей, теряю надежду на прорыв сегодня. Ладно. Шаг сделан огромный. Но разочарование даже не скрываю. Так хотелось надеяться на лавинообразный прорыв, как в прошлый раз. Но нет. Только планомерная работа, похоже.

Ухожу в лагерь. Аспект все так же показывает отсутствие крупных животных. И это странно чуток. В прошлые разы живности рядом все-таки было много. Но нет — и нет, проще будет возвращаться.

— Предлагаю попробовать пробить дорогу сквозь аномалии, — предлагаю на завтраке. — Поле аномалий вроде бы прекратило увеличиваться, дорога устойчивая там должна быть теперь. А так мы минимум полдня сэкономим. Если же потеряем больше часа — вернемся. Вроде и не сильно потеряем. Делаем?

Ольгины ребята переглядываются и в принципе не против. Остальные думают.

Так то я метров на триста дорогу вижу. Да и дальше, похоже ее спокойно построю Я и предлагаю-то именно потому, что уверен, что мы и сами пройдем легко, и тело пронесем. Не сказать бы, что там сильно сложнее становится, с последнего расширения.

Пара минут, и мы выдвигаемся в аномалию. Сейчас я иду первым, и ни у кого вопросов не возникает, но на всякий случай — иду в очках. Быстро ставим вешки для охотников, а нормальную тропу уже разметят они сами. Это не наша задача. Притормаживаю я только раз — на самом деле тот мужик из аномалии ее почти прошел насквозь. То есть мой толчок сильно помог. Что же. Повезло, что его не унесло сильно с тропы. А примерно так и остается на месте даже не смотря на перемещение всей аномалии. Подталкиваю его снова. Теперь более плотным импульсом — не спешим же. Вдруг через пару недель сможет пройти свой долгий путь? Ладно.

Кошкин всю дорогу наносит тропу на карту. И это правильно. Двойная нужная работа. Но из-за нее мы чуть притормаживаем. При этом, весь отряд полностью доверять мне начинает уже после пары поворотов. И остановки уже делаем только по просьбе Кошкина. Идем быстро, и через час, не больше, выходим к болотам. И оставленному мобилю.

***

Кладу браслет на стойку.

— Володимир Моисеевич, — со злобной улыбкой смотрю на кладовщика. — Ничего не хотите мне пояснить?

— Не, не хочу, — тянет руку за браслетом.

Забираю его назад.

— Ну на нет, и суда нет. — уважительно киваю. — Хорошего дня.

— Парень, пятьдесят золотых, ты же помнишь! — провожает глазами браслет Моисеич. — Сразу, наличными.

— Неа, — ухмыляюсь. — Что за синяя капля, и почему не предупредили?

— И большая? — с интересом уточняет Моисееич, потом спохватывается. — Пятьдесят монеток, Максим.

— Нет, во-первых этого мало. А во вторых — хочу ответы.

— Как это мало?! — всплескивает руками Моисеич. — Пятьдесят монет за неизвестный браслет! Ты же даже не знаешь, что это! — осекается кладовщик.

— А что? Расскажите! Это же очень интересная история! — прошу кладовщика. — Кстати, как вы обошли вопрос про ложь? Я должен был почувствовать.

— Я никогда не говорил, что там мой соратник лежит. Я говорил, что лежит жадный человек. Ну это точно так и есть. Зачем тебе браслет?

— Листы придавливать буду, он тяжелый, — пожимаю плечами. — Ответы хочу.

— Шестьдесят! — всем видом показывает, что ему больно от этой суммы. А вот в фоне я чувствую, что мы даже не начинаем торговаться.

— Всего доброго! — разворачиваюсь к двери.

— Стой! Ну ладно. Синяя капля — это жадность этого парня. Ну шестьдесят пять.

— Не понял?

— Ну, есть способ разделить тело и эмоцию. Все равно они будут связаны, и эмоция будет вещественной. Даже живой. Вот эта капля и была жадностью того парня.

— И какой способ? — удивляюсь. Даже не представляю как можно такого добиться. Это же наделить вещественностью идею. Очень странное.

— Тебе-то зачем? Восемьдесят! — Моисеич почти страдает. — Ну без ножа режешь. Последнее слово!

Не-а, не последнее. Раз пять ухожу и возвращаюсь.

— Ладно, триста шестьдесят. И это правда последнее слово. — вздыхает кладовщик. И вот тут я ему уже верю. В фоне абсолютная гармония со сказанным.

— И ответы. Почему не предупредил, и что это за браслет. — с ожиданием смотрю на мужика.

Кладовщик мнется.

— Отвечу, только ты обещаешь, что отдашь браслет мне.

— Да, обещаю. Но ответы должны быть правдивыми.

— Да пожалуйста. — пожимает плечами. — Ты и так про него сможешь узнать В Доме Охотника. Этот браслет, один из редчайших, уже много лет, артефактов призывов демонов.

— Так его уничтожить надо!

— Нет, его нужно сдать властям, которые его уже уничтожат. — В фоне кладовщика убежденность. — Просто тому, кто сдаст любую вещь демонопоклонников, специальным эдиктом дано право на желание, пусть и не любое. А мне оно нужно. Браслет! — протягивает руку.

— Подождите. То есть, с помощью браслета можно призвать демонов?

— Нет, сначала искали способ продлить жизнь. И вполне успешно — люди избавившиеся от своих неприятных черт, начинали жить лучше. По крайней мере, довольно долго. Потом оказалось, что браслет служит наводчиком разным демонам. С помощью вызова они получали псевдотело. Наводкой были именно эмоции. Ну в этом случае — жадность. Короче, очень специфический амулет, — протягивает руку. В фоне кладовщик полностью согласен со своими словами, поэтому спокойно отдаю амулет Моисеевичу. — А почему не предупредил? Ну, когда я видел жадность парня в последний раз, она была маленькая. Вот такая — показывает ладонь. А сейчас она какая?

— Сейчас она уничтожена. — пожимаю плечами. — Но была чуть побольше моего роста.

— Как уничтожена? — удивляется Моисеич. — Как у тебя это получилось?

— Секрет обучения. — тут же говорю.

— Ааа, Кошкин мог, да… — сникает Володимир. Так, теперь, похоже, буду использовать эту ссылку почаще. Все равно у учителя добиться какого-либо интервью крайне сложно. — Тебе деньги как отдать?

— Пятьдесят кредитом, а остальное мне на счет.

— Понимаешь, эта карта с этим кладом, много где ходит. Это не мой личный секрет. — продолжает Моисеич. — Так что я тебе ее отдал с легким сердцем. В том же Доме охотника, часто новичкам ее втюхивают. Так что это было скорее надеждой на хоть какой-то результат, извини.

— Да ладно. Мне ни помощь от безопасников не нужна, ни сам браслет. Так что извинения приняты. Но за тобой вира за опасность. Там на самом деле было не очень хорошо.

— Да уж. Ладно. Потом скажешь, что нужно.

— Да пока ничего, — ухожу со склада. Иметь в должниках Моисеича хорошее дело. Похоже, и правда, не специально. Ну и пусть.

По дороге в мои комнаты меня начинают догонять новости о студенческом совете — меня по пути встречает Первак.

В принципе, ничего неожиданного, и ничего срочного.

— Макс, в нашу группу люди без Рода пытаются попасть. Причем, последнее время, довольно много.

— Так в чем же дело? Принимай. Вся движуха для этого только и нужна. Основной задачей было собрать из вас работающую группу. И уже потом, учить разное. Кажется вы преуспели? — удивляюсь. Меня не было всего три дня. Ну и до этого две декады я почти не поднимая глаз что-то учил. И получается, что я сильно вне этой внутренней жизни лицея. Что и хорошо, если честно. И совершенно не хочется туда погружаться снова. Разве что… — Как у нас взаимоотношения с родовыми?

— Ровные. — кивает головой Первак. — Пока что, отношения внутри лицеистских групп спокойные. Так как раньше уже не делают. Все по согласию. Чего вроде бы ты и добивался?

— Конечно. — соглашаюсь. — Казалось что на самом деле было бы проще поменять меня, чем систему. А получилось наоборот. И даже ректора сменили.

— Дааа, Жанна Аркадьевна люто взялась.

— Вот и хорошо. Но для меня главное, что нет проблем внутри групп. Не хотелось бы отвлекаться.

— Вот, кстати, — Первак на секунду останавливается. — Рита просила узнать, когда у тебя перерыв. — Усмехается. — Есть у нее планы на твое свободное время, похоже.

— Да это и понятно, — прикидываю. — Если вдруг их у нее не станет, я только удивлюсь. — Чуть ворчу. — Что-то еще есть?

— Да, — кивает Первак. — К ректору, около часа назад, пришел человек. Утверждают, что это наш новый менталист.

Останавливаюсь.

— Это же замечательно! — меняю направление. Иду вместо общаги к основному корпусу. Думаю, что лучше пройти менталиста сразу. Тем более, что более сильные менталисты из СБ Империи пробить мой блок не смогли, так что по поводу штатного мозголаза я даже переживать не буду.

Захожу к ректору и уточняю у секретарши наличие менталиста. Но, видимо за последние полчаса тот с ректором все обсудили, и специалист ушел в больничку. Что же, придется, похоже, немного погоняться. Чего не сделаешь, ради необходимой строчки в собственное дело.

Глава 7

— Привет, Савва! — радостно говорю в спину уже сильно знакомому целителю. Тот даже вздрагивает.

— Ты по делу, Рысев? — оглядывает меня. — Вроде не выглядишь пострадавшим.

— Нет, я больше к новому менталисту. Не подскажешь куда? — улыбаюсь.

— Слава богам! Не ко мне! — восклицает себе под нос целитель. — В правую дверь по коридору. Там у него кабинет.

— Как зовут, не знаешь?

— Артемом вроде бы. Я не вслушивался. Иди-иди. У меня дел еще вагон — только пересменка была, — ворчит маг. Облегченно вздыхает. — Ты сегодня проблема не моя. Может и день неплохо пройдет. А нет, чертов сменщик! Вот, Рысев, когда тебя вижу — сразу проблемы рисуются! — ругается целитель. — Васильев! — орет в другую дверь. — Я знаю, что ты еще не ушел! Куда два кристалла магии истратил, гад! Аудит послезавтра!

Тихо закрываю за собой дверь. За дверью разгорается спор обоих целителей. Видимо, Васильев действительно еще не ушел.

Прохожу по коридору. Захожу в правую дверь.

За дверью обнаруживаю длинного улыбчивого молодого парня.

— День добрый! — здороваюсь. — Мне штатный менталист нужен.

— А, студент! Рад, рад приветствовать! — довольно показывает мне на кресло напротив парень. Вот только в фоне — холод и легкое безразличие. А так и не скажешь — очень позитивен, даже в глазах искорки — все как положено. — Только я не совсем штатный. Меня от Министерства народного образования прислали. На полгода, до лета, а с нового учебного цикла будет другой. Никак к вам сюда замену не найдут. Так с каким вопросом вы ко мне, молодой человек?

— Тогда даже не знаю, — задумчиво говорю. — Мне по идее, нужен штатный менталист, чтобы попробовать восстановить память. Ну мне так сказали.

— А кто говорил? — уточняет менталист.

— Да имперский вербовщик говорил, — загибаю палец. — Он же — наш инструктор Кленов. В больнице целитель говорил, из которой меня к вам забрали, загибаю второй. Потом, полицейский, Степанов, кажется, тоже говорил. — Почему-то делиться с этим человеком особенными отношениями с СБ вообще не хочется. Неприятный диссонанс, да и вообще — это не его дело. А про то, что я знаю о попытках меня прочитать — даже заикаться не буду. — Так что вот с этим вопросом я хотел к штатному менталисту обратиться. Но раз вы временный, то наверное, я не буду отвлекать.

— Да ничего, молодой человек, вы не отвлекаете — это моя обязанность. Зовите меня Артемом, пожалуйста, — улыбается парень. Снова показывает рукой. — Присаживайтесь. Как вас зовут?

— Да? Вы тоже можете помочь? — Отыгрываю человека, который про менталистов только слышал. И получается это вполне естественно. Все же официально, мне так никто про них кроме слухов и не говорит ничего. То, что я знаю — это мои домыслы, реакция на мои действия и наблюдение за их работой. И всё. Даже описаний в библиотеке практически нет, кроме упоминаний, что это совсем другой подвид магического воздействия на реальность. — Меня зовут Рысев Максим.

— Максим? Рысев? Хм, уже слышал, интересные у вас приключения, молодой человек. — А вот тут он вполне себе честен. В фоне ему действительно интересно.

Парень выпускает десяток полупрозрачных щупов. Надо сказать, что их число, и насыщенность «цвета» значительно уступает таковой у Матвея. Да даже Степанов, пожалуй, более плотным магом ощущается. Но посмотрим конечно. Заставляю себя не реагировать на десяток щупов, которыми парень медленно начинает исследовать мою защиту. Ну-ну, удачи. Присаживаюсь.

— А что вы помните, простите, о себе? — Артем испытывает какое-то даже предвкушение. — Может есть какие-то отправные точки? Я читал ваше дело, оно интересное, но там почти никакой конкретики нет.

— Конечно. В больнице, где я очнулся, штатного менталиста и не было. Так что описание со слов. Вот, ждал, когда столица пришлет кого-нибудь на смену предыдущему. — Улыбаюсь парню. А в фоне от него уже сквозит недоумение. — Мне сказали, что с моими провалами в памяти только менталист и поможет. Мы пробовали побывать в местах, где теоретически меня могли найти. Поездить по городу. Отто Людвигович говорил, что это могло помочь, но нет. Не сработало. Я помню себя с момента, как пробуждаюсь в морге. И то, там пару минут. А так — только больницу.

Щупы постоянно исследуют сплошную структуру моей защиты. Я решаю немного облегчить менталисту задачу, и некоторые воспоминания — о больнице, о палате, о городе даже, в районе складов выталкиваю на поверхность разума, по мере того, как говорю о них.

Щупальца мгновенно реагируют и сканируют то, что в воспоминаниях доступно. Вот только там действительно доступно немного. Все же в свое время я готовился к полноценным атакам разума, как от ксеносов. И пул воспоминаний, с моим полноценным осознанием себя Рысевым, раз так называли, у меня есть. И постоянно пополняется так-то.

— Хм, — через силу снова улыбается Артем. — Вы знаете, а можно вас попросить, выпить усыпляющее? Может быть в сонном разуме я смогу найти нужные моменты вашей истории, и смогу вернуть вам ассоциативные связи?

— Конечно, — тут же соглашаюсь. — Сразу же как только придет мой учитель, все же без его присутствия каких-либо манипуляций с бессознательным телом я проводить не дам, извините.

— Ну я же клятву о непричинении вреда студентам любого года обучения давал, — осуждающе качает головой маг. — Кроме того, у вас же здесь десяток учителей, мы о каком сейчас говорим?

— Я личный ученик, господина Кошкина, Бориса Васильевича. Так что этот вопрос - в его ответственности. — Пожимаю плечами. — Я ваших клятв не слышал, а в этом городке и на меня и на него, косвенно, правда, уже покушались. Прошу прощения за недоверие.

— Понимаю. — Артем недоволен, и это чувствуется. Но внешне все так-же улыбчив. — Вы сможете позвать его сюда?

— Попробую, — киваю. — Его с утра в лицее не было, может уже вернулся.

Вызываю учителя.

— Борис Васильевич, я на приеме у нового менталиста. Он предлагает выпить усыпляющее. Что? Да, жду. — отключаюсь. — Видите, Борис Васильевич у ректора на приеме. Нам везет и переносить ничего не нужно — сейчас учитель будет. Подождем.

— Конечно. А расскажите пока что-нибудь о себе, что помните.

— Хорошо. — Начинаю рассказывать абсолютно правдивую, и так же совершенно кастрированную версию о своем путешествии из больницы в Смоленск-2. В игру про ассоциации прекрасно можно играть и вдвоем. Так что начинаю вплетать в рассказ слова-маркеры. И постепенно прихожу в недоумение.

Парень совершенно не считает нужным скрывать свои чувства. Но это нормально. По любым из его данных в этой комнате сейчас сидит только один менталист — он, и один слабый маг-универсал — я. Всё. При этом, разум у Артема совершенно холодный и спокойный. Но все-же, на некоторые слова слабая, пусть и почти неуловимая реакция есть.

Например, парень с некоторым презрением относится к магам из народа, при том, что сам он точно не Родовой. Но гордится, что он сам выбился в люди, а они все лентяи. Ну примерно так расшифровываю его сложную, хотя и мимолетную гамму чувств на историю о попутчиках.

С практически подобострастием относится к дворянским титулам выше графского. И это тоже несложно вычисляется.

По некоторым реакциям понимаю, что до посленднего времени и сам менталист работал на очень важного человека. Что удивляет еще больше — не понятно, что он забывает в нашем лицее. Но на маркерные слова вроде долга, обязательств, задания — тех слов, которые я могу спокойно ввернуть в свой рассказ, парень реагирует. И ощущения я перевожу, что тут он по заданию своего важного человека. При этом обязательства, каким-то образом он тоже отрабатывает, и скорее всего перед государством — обреченное принятие ситуации, даже без попытки что-либо изменить.

В общем, я внезапно понимаю, что обладая возможностью делить свое внимание на части, я, получается, в свои руки получаю невероятный инструмент косвенных допросов.

Вообще, я мог бы догадаться до такого использования своего разума и раньше — все равно, мое ощущение разумов никто тут не видит. Но вот так, как сейчас, мне оно и не нужно было никогда. В том Мире — были умники для переговоров, а тут у меня особых таких встреч-то и не было пока.

Я почти получаю удовольствие от такого разгадывания головоломки под названием Артем. А то, что он менталист, и по-определению не может держать Разум в изначальном хаосе, добавляет этому занятию интереса.

От занимательного процесса рассказывания историй меня отвлекает пришедший Кошкин. Я даже чувствую легкое разочарование. А вот Артем снова слегка оживляется. Здороваются.

— Наш менталист?

— На полгода, — соглашается Артем.

Кошкин кивает.

— До конца учебного цикла, понимаю. Сочувствую. — садится на последнее кресло в комнате. — Вы считаете нужно пробовать бессознательную работу?

— Да, к сожалению, я не смог пробиться сквозь естественный блок господина Рысева. — Успокаивающе улыбается мне Артем. — Такого качества защитные блоки могли бы быть у мага-менталиста, скажем уровня выше моего, скажем, на три. Но даже там, я обязан был бы почувствовать неестественность преграды. А тут нет. Словно эта преграда всегда там была, так что скорее всего — это естественный блок, который скрывает старые воспоминания. К сожалению, я не смог уловить даже легких оттисков воспоминаний старше трех месяцев. Поэтому предлагаю попробовать бессознательную работу.

— Да, понимаю, — кивает головой Кошкин. — Давайте стандартный договор при вмешательстве, и можно работать.

— Я уже давал клятву мага о непричинении вреда лицеистам. — Снова настаивает на своем маг. — Еще один договор — излишен.

— Вам, может быть и да, — спокойно соглашается Кошкин. — А мне так будет спокойнее.

— Я не могу обещать не причинять вреда никогда в будущем, и не использовать то, что я узнаю ни прямо и ни косвенно. Потому что я именно для этого здесь и нахожусь. Я должен, как штатный менталист, иметь возможность воздействия на учеников в рамках Устава.

Кошкин слушает, и слегка кивает на каждое слово мага.

— Ну на нет, и суда нет. — Флегматично продолжает. — Без договора я не разрешу вмешательство в разум моего ученика, — оборачивается ко мне. — Максим, у вас дел на сегодня нет?

— Нет-нет, подождите. Вы не можете просто так уйти! — Артем слегка встревожен. — Иначе мне придется описать ситуацию в дело студента.

— Что значит, не можем? — очень сильно удивляется Борис. — Вы в своем уме?

Борис действительно удивляется, а я подсказать не могу, что Артем абсолютно спокоен, но в фоне присутствует некоторая досада. Вроде как — по-простому не получилось, пойдем по-сложному.

— Извините, вы правы. — Менталист извиняется очень искренне…внешне. — Конечно же можете. Но мне придется внести этот момент в дело вашего ученика.

— Вносите, — слегка пожимает плечами Кошкин. — Вы же обязаны. Но прошу вас смыслами не играть, и лишнего не вносить. К делу я тоже имею доступ, и проверять буду тщательно. — Снова обращается ко мне. — Пойдемте, Максим.

Поднимаюсь, прощаюсь с менталистом, и выхожу вслед за своим учителем.

— Максим, вы были совершенно правы, когда позвали меня, — идем по коридору. — Я не знаю, в чем причина, но стандартный договор о непричинении вреда, любой штатный менталист даст без дополнительного обсуждения. Он не обязан, конечно, так как действительно дает клятву, но так принято. И то, что этот присланный человек такой договор в сущности, заключать отказался — для меня очень неприятный знак. Как бы мои недоброжелатели уже не начали действовать. Прошу вас, Максим, в случаях контакта с этим человеком — обязательно меня звать .

— Конечно, Борис Васильевич, — соглашаюсь с магом. Но вот я не совсем уверен, что в этом месте он прав. Характер изменений фона все-же, как мне кажется, совершенно не связан с Кошкиным. Но это требует отдельного размышления. А так, конечно, что-то больно мутный маг. Но вроде бы роль свою я отыгрываю неплохо. Жаль, только, что основную цель — поставить в дело метку о естественной преграде в разуме, я не выполняю. Точнее, выполняю наполовину. Метка-то будет, но частично. С другой стороны — поступил так, как и должен был. Хорошо.

— Максим, — снова обращается ко мне Кошкин уже на выходе из главного корпуса. — На этой неделе в лицее будут экзаменаторы. Вообще, они прибудут не для того, что бы принять экзамены за два года у вас, у них другие задачи. Я уверен, что смогу договориться по большинству теоритических предметов о том, что бы вас проэкзаменовали. Так что большую часть теоретического материала, постарайтесь сдать в этот раз. А вот практику вам все равно не зачтут, так что месяц на работы у вас будет. Вместо посещения лекций, я вам выдам материал — отрабатывайте его. А вот с артефакторикой, я прошу вас следовать за мной. Раз все так удачно сейчас сходится.

Удивляюсь, но следую за своим учителем.

— Господин Летягин! — останавливает Кошкин старенького, сухощавого, но очень бойкого лектора недалеко от корпуса артефакторов. Я его помню — был ровно на одной лекции и одной практической работе. — Прошу вашего внимания, и давайте разрешим наш спор.

— А-а-а! Вот это ваш юноша? — Летягин осматривает меня с ног до головы. — Вы готовы?

— К чему? — удивляюсь.

— Я не предупреждал его, господин Летягин. Мне показалось, так будет спортивнее. — Кошкин спокойно игнорирует недоверчивый взгляд преподавателя артефакторики.

— Так, ну хорошо. — Летягин оборачивается ко мне. — Следуйте за мной, юноша. Но я все равно не верю.

Борис чуть пожимает плечами и идет рядом. Разговаривать особенно не хочет.

Артефактор быстро отпирает мастерскую. Тут мы уже были в Кошкиным не так давно.

— Так, юноша. Борис Васильевич утверждает, что вот это чудо, — вытаскивет из стола мой амулет-розу. Уже вторую, ту что я делаю Кошкину для зачета. — Сделали вы.

Я молча пожимаю плечами. Говорить тут особенно не о чем.

— Так, — артефактор достает из ящика еще один брусок сплава и очки. — Делайте, пожалуйста. Вам что-нибудь еще нужно, молодой человек?

— Нет, — отрицательно качаю головой. В принципе, зачем мы сюда идем — понятно сразу. Кошкин хочет высвободить у меня несколько часов артефакторики. Вздыхаю. Но я бы лекции послушал, конечно.

Беру заготовку и начинаю насыщать ее своей магией. Попутно надеваю очки. Ну на всякий случай.

Процесс идет очень быстро. Даже быстрее, чем в прошлый раз. Как брусок становится податливым, практически сразу же вылепляю из сплава орхидею. Этот цветок я тоже помню прекрасно. А теперь, после понимания основного принципа работать с этим сплавом, получается цветок легко. Можно было бы создать что-то другое, но я вижу в глазах Летягина жажду чуда. Он действительно хочет убедиться, что студент способен на это. И очень радуется, когда потекший металл приобретает форму цветка.

Я формирую конструкт Кошкина, уменьшаю его, и за небольшое, в принципе, время, внедряю его в структуру амулета. Весь процесс у меня занимает менее получаса, и все это время, за мной наблюдает очень заинтересованный в моем успехе человек. И это не Кошкин. Летягин очень хочет проиграть спор, так что когда амулет начинает свою работу, он принюхивается и радостно потирает руки.

— Великолепно, молодой человек! Великолепно! — бережно берет из моих рук орхидею. — Пахнет прекрасно! Да, за такой амулет, если бы он не был создан волевым способом, и структура была бы вашей разработки, гильдия присвоила бы вам звание Подмастерья. Никто бы даже сомневаться не стал. Восхитительно! Прошу вас, не останавливайтесь в этом ремесле — у вас блестящие перспективы.

— Я выиграл спор? — Кошкин уточняет что-то свое.

— Эх, — машет рукой Летягин. — До чего же вы, Борис, занудны! — С восхищением осматриввает амулет. — Рядом с вами, ваш ученик, создает такую красоту! Да даже боги с вашим плетением, вот правда. Цветок прекрасен — как настоящий. Даже капли росы на нем есть. Эх, он художник, а вы этого даже оценить не можете, учите своему всякому боевому, а ему бы… Да, — машет рукой. — Конечно же выиграли. — оборачивается ко мне. — Вы, молодой человек, можете не посещать мои лекции вообще. Я проставлю вам зачеты за все три года. Но все-же, я бы хотел, что бы основные лекции вы бы нашли возможность посетить. Их список я дам вашему учителю. У вас талант, будет жалко, если вы его променяете на разные дуэли. — вздыхает, еще раз. — Надеюсь, увидеть, как вы порадуете Империю чем-нибудь поистине великим. Да, доступ в мастерские я вам даю свободный. Верю, что ерундой вы заниматься тут не будете. Спасибо за возрожденную веру в ваше поколение, господин Рысев!

Глава 8

Выхожу от Летягина в слегка задумчивом настроении. Кошкин остается там. А я решаю дойти до столовой. Вроде время уже почти к ужину, но еще не совсем, так что могу вполне побыть с самим собой. Людей не должно быть много сейчас в столовой.

Летягин поднял интересный вопрос, вообще-то. Мне ведь на самом деле, артефакторика, как процесс создания чего-то нового внезапно понравилась. И я получаю удовольствие от создания амулетов. Что первая роза, что орхидея, сейчас. Мне было интересно создавать их. Ну, разве что, в орхидею я бы залил бы другой конструкт, если бы знал. Но будет. Похоже я определяюсь с хобби. Времени мне бы на него еще найти.

В столовой действительно очень немного людей. Даже мало. Из всего огромного зала, заняты пара столов. Отлично. Давно я не ел просто в удовольствие.

— Здравствуйте, — здороваюсь с дамой на раздаче.

— И тебе, парень. Ты сегодня даже можешь разговаривать? — по-доброму улыбается женщина. — Совсем тебя учитель твой загонял.

— А вы меня помните? — удивляюсь.

— Конечно! — похохатывает женщина. — Я всех вас помню, детки. Такие серьезные, а ведь еще даже жить не начинали. Ладно, Что хотел-то?

— Неожиданно, — улыбаюсь. И решаю положиться на случай. — А порекомендуйте, а? Хочу поесть вкусно, так что бы немного даже плотно, и что бы с восстановлением опять. — Хмыкаю. — И немного грусти, что бы это не значило.

— Грусти говоришь, — смеется женщина, — это можно. Сейчас, подожди.

Отходит к окошку, о чем-то переговаривается, возвращается.

— Давай, оплачивай десяток баллов. Справишься? Будет тебе грустный почти ужин.

— Мне уже погруснело! — смеюсь в свою очередь, — вот прямо от цены за это настроение.

— Иди, иди, юморист. Садись, тебе все принесут.

Оплачиваю, и ухожу за столик чуть в стороне. Посмотрим.

Через минуту приносят зеленый салат, в котором я не могу опознать… ничего. Кроме, разве что мяса. И то, не факт. Скорее всего, думаю, что мясо это оленина, просто потому, что помню схожий эффект, в свое время. Но по вкусу — совершенно не она. Но мясо. Ладно.

Салат внезапно быстро заканчивается. Не успеваю даже понять из чего он, откуда нежный кисловато-свежий привкус, что за овощи — как понимаю, что доедаю последние листочки, причем буквально вымакивая соус. При этом, меньше есть не хочется. Словно это был не мясной салат, а какой-то маленький десерт.

Приносят красноватый морс в графине и довольно приличный кусок мяса. Тут даже нельзя ошибиться. Запах просто не оставляет сомнений. Портить мясо соусами никто не стал, но это и понятно. Вроде бы простое блюдо, но удовольствия получаю не меньше, чем от предыдущего микса. Мясо тоже интересно начинает действовать на тело. Вроде бы даже разгоняя энергию. И стимулируя выработку пси. Хм. Кстати, — на секунду отвлекаюсь от блюда, — почему-то сегодня совершенно не чувствую исчезновения давления Поля. Это нужно обязательно прояснить. Пси вырабатывается с хорошей плотностью. Словно я нахожусь во втором поясе. И понять мне это помогает вот этот кусок мяса. Внимание в эту сторону совершенно не обращаю, до этого момента.

Мясо почти так же исчезает чуть ли не сразу. Но на каком-то моменте обнаруживаю за своим столом знакомую личность.

— Ты ешь, ешь, — с теплой, что довольно странно, интонацией говорит Рита. — Я тоже заказ сделала. А посмотреть, как питаются герои всегда интересно.

Делаю несколько глотков морса, и слегка с подозрением кошусь на графин. Ощущение, что в него чего-то добавили не того. Но нет. Все взаправду. И дочь Сабуровых с тяжелыми комплиментами и почти съеденный кусок мяса размером с пару ладоней. Прислушиваюсь к себе — нет, тут тоже все нормально, кроме интенсивной выработки пси. Тут ничего не изменилось, и это нужно срочно понять.

Ну может, не совсем срочно.

— Привет, — говорю спокойно. Даже с интересом. Все же просто так девушка бы не подошла. Отпускаю немного свои щиты, что одел на сознание перед столовой. Тут, конечно безопасно, спору нет. От Риты точно нет ни одной, даже минимально агрессивной мысли. Вот только Аспект основательно забит помехами, и без подстраховки в виде сигнатур окружающих, такие казусы с неожиданным появлением человека напротив, получается возможны. Что-то я основательно расслабился после официальной работы с менталистом. Наверное даже излишне. Странная ассоциация даже лицея с домом, неправильная.

— Привет, — повторяю. — Давно здесь сидишь?

— Нет, но мне приятно, что ты меня не заметил, — потом девушка улыбается. — И неприятно по той же причине.

— Пояснишь? — ребусы я люблю, но не за столом.

— К тебе сложно подобраться врасплох. Это, кажется, уже все знают. Ну а второе — это женское, — смеется Сабурова.

Приносят заказ и ей. Тут все значительно понятнее. Просто теплый салат, с какими-то овощами. И чай. Ничего неожиданного.

Мясо я праканчиваю и на столе появляются два одинаковых десерта.

— Ха, даже не попросишь попробовать твой, — снова смеется девушка показывая взглядом не еду. — Они одинаковые.

Так. Ей что-то нужно. Нервничает. Боится чего-то. Странно. Тут ничего не происходит, если внутри лицея. Все более, или менее контролируется. Я даже слегка оглядываюсь вокруг — нет. Все спокойно.

— Не знаю, — пожимаю плечами, — я не заказывал конкретно его. Попросил что-нибудь с грустью. — смеюсь. — Как думаешь — этот десерт таков?

— Да, — Сабурова быстро улыбается. — Что-то в этом есть. Сейчас попробуешь.

Отламываю ложечкой кусочек непонятного мусса, с начинкой. Хм. Что-то в этом есть. Какой-то вкус осени, что ли. Яблочный, с кислинкой, но что-то еще неуловимое, что делает десерт таким… Хмыкаю. Грустным. Да…

— Пойдешь со мной на бал? — быстро выпаливает фразу Сабурова. Но очень тихо.

— Что? — не понимаю первые секунды.

— Пойдешь со мной на бал?! — немного сердясь уже более раздельно говорит Рита.

— Какой бал? — я немного пропускаю эту часть жизни лицея. И единственный бал, про который я хоть немного чего-то знаю, это тот, что на зимнее солнцестояние, но до него еще месяца два, по идее.

— Тот, который скоро уже будет. Зимой. — удивляет меня девушка.

— Ты серьезно? — удивляюсь. — До него ж еще два месяца?

— Полтора. — сердится Рита. — И это уже очень мало. Отвечай, пойдешь или нет?

Задумываюсь. Кошкин, я уверен, будет настаивать на моем присутствии на этом мероприятии. И одному туда идти нельзя. А из студенток, я только с Ритой и знаком, получается. При этом планов на эту девушку у меня нет. А вот у нее на меня определенно есть, и увернуться от них на балу мне будет сложнее. Но я это понимаю. — эти мысли проносятся за мгновение. Даже паузы никакой в разговоре нет. Внезапно включается ускорение, как при опасности — нужно будет похвалить себя за это.

— Пойду, — слегка пожимаю плечами, что бы это не выглядело пренебрежением, а скорее — удивлением. — Извини, а с чего ко мне такое внимание, Рит?

— Ты издеваешься? — удивленно, но в тоже время с большим облегчением и удовольствием говорит девушка. — Ты ж самая загадочная фигура среди лицеистов. Девушки заглядываются на тебя, спорят с кем ты встречаешься, обсуждают чуть ли не каждое твое появление в среди студентов. А главное — кого ты позовешь на бал! При этом тебя нет на лекциях, преподаватели с тобой общаются уважительно, тебя не исключают, и еще — замечали в обществе черного мундира, и так далее и тому подобное. И только я, кажется, успела понять, — хихикает. — Что ты просто о приближении бала не подозреваешь, или предполагаемые сроки у тебя могут быть совсем иными.

— Интересно. — слушаю все это со всем вниманием, но без удовольствия. Ничего такого я не планирую. Скорее даже наоборот. Я бы предпочел быть незаметным на общем фоне. Но да. С последними историями этого добиться сложно. Мысленно вздыхаю. Ладно. — А почему я? У вас же в компании ребята достойные, а я не особо являюсь частью вашей жизни.

— Все так, но из лидеров фракций в лицее, а значит и городке — ты самый загадочный, и, что важно, ни с кем в лицее не встречаешься. А это важный момент Макс. — Девушка довольна. Похоже она действительно ожидала отказа, и нервничала именно из-за этого. Ну а сейчас — откат.

— Рит, я и лидер-то так, номинальный, — усмехаюсь. — Но ладно. Пусть так.

— Ты себя недооцениваешь, Макс. — Неожиданно серьезно говорит девушка. Ваш альянс магов из народа, держится пока что на тебе. И неважно, что ты сам об этом думаешь. Пока что магов сравнимых с тобой по влиянию в лицее нет. Да, есть лидеры других фракций. Но за ними стоят Рода, а не личный авторитет. Твои замы, конечно, отлично справляются, но, по-хорошему, их так и воспринимают — твоими людьми. Да, это скорее всего изменится, но очень не скоро.

— Ты меня знакомишь с неожиданным состоянием дел, — покачиваю головой. — Не ожидаю. Мне времени до праздника, даже познакомится с вашими делами не будет.

— Тебе и не надо, — кивает Рита. — Как я уже сказала, твои ребята справляются. Кстати, ты знаешь как распределяется негласный рейтинг внутри лицея?

— Нет, конечно, — пожимаю плечами. Вот мне еще этой информации не хватает до полного счастья. Но раз я сейчас немного решаю отвлечься, то почему бы и не так. — Откуда мне знать? Я даже не знаю как в него попадают.

— О! Ты бы знал, сколько лицеистов знают как попасть в этот рейтинг, и даже прикладывают усилия, но им не светит. Так что ты в более выигрышной ситуации. — смеется девушка. — Так вот, в пятидесяти лучших твоя дюжина ребят оккупировала первую двадцатку. Они вошли туда почти все за две недели. И в основном, именно за счет понимания изучаемого. Даже не за какие-то достижения. Понимаешь? У тебя, если немного подумать, намыт самый лучший материал в городке из магов. Родовые кусают локти почти все.

— И ты? — ухмыляюсь.

— И я, — кивает головой Рита. — Но я с самого начала считала, и считаю порочной практику привязывания магов через клятвы к низшим должностям в Родах. Это почти сразу убивает в них мотивацию. — Девушка усмехается. — А знаешь, что еще более забавное, и об этом тоже не все даже думают, а не то что говорят, пока что?

— Давай, жги, — улыбаюсь.

— Забавное, ну почти, что все деревенщины, как их презрительно называют родовые, даже те, на кого никто из вербовщиков Родов не позарились, входя в ваш маленький клуб по интересам, словно начинают новую жизнь. Начинают ползти вверх по общему рейтингу, и получают шанс попасть в негласный рейтинг лицея. Я это заметила на нескольких примерах. Скоро заметят и остальные. Вот тогда готовься к проблемам.

— Почему? — удивляюсь. Так-то я сразу понимаю, что исходя из обозначенных девушкой вводных проблемы, пусть на общем фоне и мелочные, неминуемы, но хочу увидеть, как это понимает девушка. И она меня не разочаровывает.

— Потому что, Макс, на чужой успех есть два вида реакции — не пущать, и догнать и перегнать. Второй — сложнее. Это же нужно самому становиться лучше по отношению к себе вчерашнему. А вот первый так и просится к реализации. Конкурент стал лучше? Задумайся, какие палки в колеса ты можешь ему предложить, чтобы он затормозил, а в идеале — упал.

— А ты сама? К кому относишься?

— Сложно, Макс, — неожиданно задумывается Сабурова. — В детстве — точно к первой. Но нянька мне ни раз и ни два на примерах рассказывала, почему эти мои глупые попытки помешать другим в Роду били чаще всего по мне, иногда и через время. И ведь не забрасывала, возвращалась, показывала, снова возвращалась. И наверное в какой-то момент, что-то я поняла. Пусть и не все. Так что именно в лицее, сейчас, я из вторых. Просто потому что, это в моих интересах.

Неожиданно сложный ответ. Я даже смотрю на девушку с интересом. С другой стороны, Род бы не назначил в лицей неподходящего кандидата на поиск талантов. Очевидно, что Сабурова прошла какое-то обучение, что совершенно не умаляет ее личного понимания.

— Хорошо, Максим, — чуть погрусневшая девушка допивает свой чай. — Видишь, все-таки десерт с грустью.

Хмыкаю в ответ.

— Это точно, — улыбаюсь. Тоже доедаю свое. — Но зато я теперь знаю о бале.

— Конечно! — веселеет Рита. — Я когда буду знать цвет платья — тебе сообщу. И не вздумай заказывать костюм не посоветовавшись со мной. На балу пара должна быть гармоничной!

Сабурова ставит чашку на стол. Прощается, и убегает.

Столовая постепенно начинает наполняться людьми. И я тоже, собираюсь выходить.

— Привет Макс, — за стол садится Митяй.

— Привет, — здороваюсь. Парня я замечаю давно, но он не подходит, пока тут сидит Рита. Видимо не хочет ей мешать, так как в компании, они общаются прекрасно.

Я испытываю легкую досаду. Может даже переходящую в раздражение. Если с девушкой я поговорить могу, и даже в удовольствие, то вот очередную помеху на пути к своим комнатам в общежитии воспринимаю уже хуже.

— Я быстро, — неведомо каким способом Митяй понимает мою реакцию. — Ставить будешь на победителя дуэльного турнира среди школ?

Уфф. Еще одна напасть.

— Поподробнее, — вздыхаю, — только недолго, если можешь, — показываю, что я уже доел.

— До бала проводится турнир, среди школ. В несколько этапов. Победителю приз. На зимнем балу — они и вручаются. Мы часто участвовали. Школа старается выдвинуть самых техничных бойцов. Вот опять же, в прошлом году Козинов доходил до третьего места. Кстати, ты участвуешь?

— Я? А отказаться можно?

— Это вообще только по желанию, — пожимает плечами Митяй.

— Тогда точно не участвую. Мне не нужно. И ставки, пожалуй, пока делать не буду, извини. — Мне, на удивление, совершенно не интересна эта часть жизни лицея. А времени и так ни на что не хватает.

— Да ничего! — Митяй не унывает. — Просто сейчас самые вкусные ставки, пока не знают потенциала бойцов. Может ты передумаешь?

— Точно нет, извини. Ставку если и сделаю, то для интереса, разве что. Я уже говорил. Но не сегодня точно.

— Ладно, я тогда побежал. Бывай. — Митяй стартует из-за стола.

Замечаю еще желающих, слегка смещающихся в мою сторону. Некоторых я даже знаю, или видел. Может поговорить, а может мне только кажется. Но задерживаться в столовой я больше не хочу.

Быстро добираюсь до своих комнат. Меня никто не останавливает снова, и это радует.

Себя ощущаю довольно нехорошо. Может даже стоило сразу идти в больничку, а не домой. Нахожусь в странном, почти пограничном состоянии. Словно бы у меня температура градусов под сорок. Я откуда-то помню, как это, когда мир становится не очень реальным, а любое движение не успеваешь контролировать, словно тело становится временно не очень твоим.

Состояние очень неприятное и нарастает.

Подхожу к своему крылу, и несколько неприятно удивляюсь. В моих комнатах меня ждет знакомая сигнатура. Это так себе новость, хоть Кошкин и говорил, что все преподаватели имеют доступ в комнаты лицеистов. Но вот так, без предупреждения. Что ж, буду знать, что служащие тоже доступом не обделены.

Подхожу к своей двери. Открываю.

— Здравствуйте еще раз, господин Рысев. — меня встречает давишний менталист.

— Не могу сказать, что я вам рад, господин Артем, — киваю в свою очередь. Интересно, а фамилии-то он не называл, — мелькает в голове мысль. Чуть притормаживаю. В моем состоянии только неприятных гостей мне и не хватает.

— Простите за вторжение, господин Рысев. — тем временем снова улыбается Артем, — мне стало совершенно необходимо обсудить с вами одну вещь. И желательно, наедине. В качестве извинений, я позволил заказать вот этот столик с чаем. — показывает рукой на накрытый стол.

— Потрудитесь уйти немедленно! — вхожу я в комнату, освобождая дверной проем.

Вокруг меня зажигаются тонкие белесые нити сложного ритуального рисунка, и мое тело падает, словно марионетка, у которой обрезали нити.

Глава 9

— Ну вот, — тут же убирает с лица улыбку менталист.

Быстро идет к дверному проему, выглядывает наружу и закрывает наружную дверь.

— Теперь нас некоторое время не побеспокоят, особенно этот твой учитель, — идет опять к креслу, на котором под покрывалом лежит странного вида книга.

В «зрении» на нее даже смотреть неприятно. Менталист же спокойно берет ее в руки.

— Так, где же там нужный раздел… — начинает перелистывать страницы. Я на это смотрю неожиданно в совершенно спокойном состоянии. Оглядываюсь.

Хм. Тело лежит на полу, прямо подо мной. Это видно хорошо. Да и тело это мое, это тоже понятно сразу. Вокруг в «зрении» светится сложный ритуальный рисунок. Ускорение. Хмм… Идеально. Пси техники работают. Значит телу я так и не чужой. Молния, ммм… Сдвиг, Ужас, телекинез? Хмм. Аспект? Ну вот талант работает, но немного ущербно все равно. Только на ощущение. Может быть смогу справиться и с физическим воздействием? Пробую. Нет, не очень. Не хватает «плотности» что-ли. Техники направленные наружу что-то не очень работают. Ладно. Пляшем как умеем.

Артем медленно перелистывает страницу. Похоже замедление тоже работает не на максимум. Непонятно, что он сделал.

Разглядываю рисунок. На всякий случай запоминаю его. Интересная ловушка. Работает точно со спектром менталистов. Вот надо же какие игрушки есть у этих магов. Неожиданно.

Делаю шаг. И у меня получается. Но упираюсь в стену ровно по линии рисунка.

Так. Вообще не беспокоюсь. Ровное спокойное состояние.

Опускаюсь к телу, и рука проходит сквозь мясо, кости, да и вообще, не уверен, что это рука. Она может быть клешней, щупальцем, лапой кошки — некоторое время меняю то призрачное нечто, что служит мне рукой, в соответствии с фантазией. Ладно. Не так это и важно.

Цепляюсь за сильно светящуюся вещь на поясе вещь. Я в этом, полупрозрачном состоянии, словно растягиваю тонкую сетку вокруг кристалла. И, кажется, даже могу надорвать ее.

Ага, я буквально вижу, как из «рейдера» тонкой цветной взвесью испаряется пси. И большая часть прекрасно поглощается моим телом. Так. Одна загадка разгадана. Просто кристалл теряет пси, я его впитываю, поэтому и не ощущаю дефицита. Интересно, сколько же в этом кристалле энергии, что его в таком режиме хватает на пару недель?

Внимательно осматриваю на кристалл, А особенно, глиф внутри. Он немножко отличается от того, как я вижу его в другом состоянии. Не удивляюсь. Просто запоминаю новые вводные.

Отвлекаюсь.

Артем заканчивает перелистывать одну страницу и берется за другую.

Нет, так не пойдет. Отменяю ускорение.

— Так, так, — бормочет про себя парень. — Не то, не то… Ведь ничего плохого я тебе делать не собираюсь. Оцени красоту. А нет, ты не можешь, ты же не слышишь и не видишь ничего. А так — в ловушку зашел сам, я тебя сейчас спасать буду, а потом, ты мне из благодарности расскажешь все, что мне нужно знать.

Вот точно нет, — мысль все равно совершенно спокойна.

Артем продолжает мне все рассказывать. Подозреваю, что это нужно ему самому, чтобы клятва не сработала. Рассказывает он ровно, быстро. Видно, что готовится заранее. Ну сложно подозревать менталиста в том, что у него не организованный разум, и он случайно о чем-то проговаривается. Вот уж точно нет. Интересно.

— Только нужно немного подтолкнуть. Совсем чуть-чуть. А ведь твой учитель не дал бы мне тебе помочь, и через ритуал подойти к твоему разуму. Ага, вот оно!

Маг быстро подходит к ритуальному рисунку, сделанному мелом у меня на полу. Линии тонкие, и сразу я их не замечаю. Но сейчас понимаю, что ритуальный светящийся контур почти точно повторяет эту фигуру.

— Несколько формул подчинения в данных условиях, тебе будут на пользу, клятва не против. Видишь, как удобна искренняя вера в правильность своих действий? Даже клятва, — слегка усмехается маг, — подтверждает.

Маг взрывается облаком щупалец, может даже не сильно-то от матвеевых по цвету отличающихся. Надо же. А недавно он показывал себя не особо сильным магом. Значит они и так могут, — без особых эмоций констатирую.

— Так, структуры я сформировал, а теперь нужно как-то их пациенту вложить в голову, — щупы менталиста окутываются десятком ломаных линий. Он подходит к границе рисунка, не дотягивается. Структуры начинают рассыпаться. Маг переходит на другую сторону — там тело падает немного ближе к краю рисунка. Формирует структуры снова.

Меня, естественно, маг даже не видит. Он почему-то даже очки не одевает, хотя я почти уверен, что и в очках призраков не видно. Смотрю на свою полупрозрачную руку.

Маг приближается к рисунку, но старается не касаться виртуальной стены — молодец, что уж, правила понимает. Замедление. Нужно подумать.

Фактически на меня хорошо реагирует только кристалл и стена ритуала. И оба этих фактора имеют привязку к реальности. Только вот на стену я влиять не могу совсем. Что же, сгорел сарай, гори и хата.

Плотно захватываю защиту на кристалле, что прекрасно получается, и начинаю рвать ее. И у меня это тоже выходит. Тонкая, невесомая сеть естественной защиты кристалла почти сразу же распадается под моими ударами. Я буквально вижу, как кристалл, словно бомба объемного взрыва, превращается в плотное облако пси, а сам рассыпается в мелкий песок внутри кармана.

Вокруг словно разливается ощущение четвертого, а может и пятого пояса. Будто мы сейчас в Пятне, и это бьет неподготовленного менталиста по разуму. Я на что-то подобное и рассчитываю, когда рву защиту. Я же помню, как мне было плохо в первое посещение Пятна.

Маг медленно вздрагивает, словно от удара.

Чуть отпускаю ускорение.

Менталист, похоже, теряет сознание и очень медленно для моего восприятия начинает падать. Подталкиваю его Аспектом в мою сторону. Сильно воздействовать не получается, но вот так, по чуть-чуть — не проблема.

Артем падает в рисунок, и как только маг пересекает черту, почти одновременно происходят две вещи — рядом со мной сначала появляется полупрозрачный Артем. А как тело мага касается нарисованного круга, меня начинает с дикой силой тянуть в свое. Думаю, что упав, маг нарушает линию на рисунке, так как свет из ритуала тут же исчезает.

Я и замечаю-то это все только из-за того, что вокруг все сильно замедлено.

Хватаю прозрачную фигуру мага и с силой тяну на себя. Добавляю к усилию и Аспект, и волю, и желание поквитаться, пусть оно и не так сильно выражено. Мне на самом деле сейчас все безразлично. Но логика подсказывает, что наказать менталиста за такую «помощь» очень правильно.

Секунда шаткого равновесия, я влетаю в свое тело, и сразу же проваливаясь во внутренний Мир. Вместе с полупрозрачным Артемом.

Проваливаюсь внутрь себя, оказываясь посреди своего Мира. Рядом со мной, совершенно ничего не понимая, стоит Артем в облаке своих щупалец. Но мне не до него. В моем Мире нарастает давление Поля, потоки энергии сходят с ума. Становясь безумными горными реками у меня в сознании. Но я такое уже видел, а вот Артем нет. Его словно растирает между потоками. И сделать что-либо маг не успевает.

В другое время я даже с удовольствием посмотрел бы, как полупрозрачное нечто разлетается тысячами маленьких звездочек и гаснет, но не сейчас. Сейчас я всеми силами пытаюсь оседлать тот поток энергии, который сейчас бушует внутри моего пространства, и не уходит наружу. Краем сознания констатирую, что рассыпается силуэт мага, и откладываю пока. Не до него.

Пси чертовски много, я не успеваю сделать полностью своим хотя бы один поток энергии, не хватает сосредоточученности. Каждая точка внимания идет на контроль этого сумасшедшего объема нейтральной энергии.

Но такое я уже проходил. И алгоритм уже есть — подчиняю нейтральную пси, смешиваю — подчиняю больший объем, и так далее. Сколько это занимает времени — даже представить не могу. Да и есть ли сейчас, здесь, время вообще — не понимаю. У меня есть только этот алгоритм.

Открываю глаза. Я все еще в ускорении.

Рядом лежит тело менталиста. С девственно чистой сигнатурой. Вообще не представляю, как такое возможно — тело-то его живо.

Внутреннее спокойствие и какая-то кристальная четкость восприятия окружающего мира.

Замечаю знакомые разумы. К моей комнате медленно бегут, и скоро будут здесь Кошкин и еще четыре человека.

Тут же вижу живое тело Артема, лежащее рядом с ритуальным рисунком. В другой его руке вижу неприятную, но такую полезную, получается, книгу. Как бы мне не хотелось, но прочесть уже не успею. Хотя… Чуть больше пси в ускорение. Сигнатуры еще замедляются. Все внимание на телекинез — поднимаю книгу и быстро пролистываю. Совершенно непонятный язык. Но запоминаю страницы как картинки. Может быть позже смогу расшифровать? Не уверен, но ладно. Вкладываю книгу обратно.

Снова ставлю «скрыт» на разум. Сейчас он получается даже более монолитным, чем раньше, хотя казалось бы. Да и телекинез получается не таким, как недавно. Позже. Чувствую, что нужно как можно дольше сохранить это кристально четкое ощущение. Ныряю в себя. Отпускаю ускорение.

В комнату вбегают Кошкин, Савва, Васильев, пара охранников общаги, которых обычно то и не замечаешь.

Картина так себе. Я лежу без сознания в ритуальном круге. Новый маг-менталист, со странной книгой находится почти вне рисунка. Так-то понятно, что рисунок его, но это не добавляет нормальности. Оба, и студент и менталист лежат без движения. В общем, ритуал пошел не по плану. И это очевидно.

Кошкин сходу бросает плетение в воздух.

— Ритуал не работает, — быстро говорит. — Ничего уже не нарушим. Обоих в палаты под постоянное наблюдение. Осторожно, не повредите рисунок.

Целители кивают, помогают охране аккуратно поднять наши тела. И вместе с ними, выбегают в сторону больнички.

— Степанов! Вы срочно нужны в лицее. — успеваю услышать, как Кошкин вызывает действительно нужного специалиста. — Сейчас не до политесов. Бросайте все, на проходной вас встречу.

Больше услышать не успеваю ничего. Жаль конечно. Погружаюсь в себя, все равно ничего более интересного снаружи пока не будет. А вот внутри мне работы еще очень и очень надолго. Ведь я, кажется, прорываюсь.

***

Чуть позже, в известном, богатом кабинете.

— В каком смысле без сознания? — хозяин кабинета злится, но сдерживает себя, хотя точно не полностью. рядом со стоящим посетителем начинают дымиться стулья.

— Нашего ставленника взяли с поличным, при попытки провести ритуал из закрытого списка. С точностью пока не могут определить, какой, да и я не могу. Так же непонятно, откуда у Артема эта книга. Официально приобрести ничего подобного он не мог, в принципе. Такого рода литература запрещена к распространению, как особо опасная.

— У него доступ в мою библиотеку был. К нам ниточки ведут? — толстый маг за столом нервно пытается отрубить гильотинкой кончик сигары. Но раз за разом это действие срывается. — Дьявол! Зачем он вообще занялся какой-то ерундой?! Он в Смоленск-то должен был прибыть от силы день назад. Сколько он там в должности? Сутки? Двое?

— Меньше суток, Ваше Сиятельство. Он только начал принимать дела. — посетитель неопределенного возраста из полусогнутого положения даже не выходит.

— Вот именно! Зачем, а? — маг все-таки отрубает кончик, и нервными движениями раскуривает сигару. — Еще и хомяк сдох. — Показывает на пустую клетку. — Он меня развлекал, а теперь что? Вы вот меня радовать последнее время даже не пытаетесь, так что от него пользы было больше, чем от вас всех.

— Да, Ваше Сиятельство. — спокойно соглашается посетитель.

— Так что с ниточками?

— Сегодня обрубаем, Ваше Сиятельство. Уже отданы распоряжения. Официально менталиста порекомендовали из Коллегии иностранных дел. Он вроде как там был на хорошем счету и вообще работал на износ. Образцовый клерк, сразу после обучения менталистов — трудится в Коллегии.

— Кто знает, реальную историю?

— Я, вы, и работник Коллегии Игорь Минаев, чьим он числился подчиненным. Все характеристики и отчеты подписывались им.

— Мммм, хороший контакт. Не слишком ли расточительно?

— Нет, Ваше Сиятельство. Тем более, что контакт начинал уже все равно терять свою пользу. А вот расходы на него увеличиваются квартал к кварталу.

— Ладно, это твоя ответственность, твои люди, — внезапно успокаивается маг. — Тебе и принимать решение.

— Так точно, Ваше Сиятельство.

— Жалко-то как. Что еще?

— Артем не приходит в сознание. Штатные целители разводят руками. Второй, тот что студент, тоже. Одно сказать можно точно, что бы он там не хотел сделать — ритуал пошел не по плану, и не был закончен. Скорее всего, к этому склоняется расследование, Артем хотел сделать из студента незаметного раба. Тот бы ему рассказывал все что тому интересно, и тут же забывал об этом. В принципе правильное решение, не самому же Артему по лицею бегать. Вот только почему он так поспешил, и почему ритуал не удался, я к сожалению, смогу сказать только тогда, когда будет заключение расследования.

— Так, а второй контакт в Смоленске-2?

— Пока пустышка, Ваше Сиятельство. Охотники сдают много интересного, вот не днях опять же принесли что-то очень странное, но все это не то. Студенты в лавку за эликсирами не заходят.

— Эх. Неужели никто учиться не хочет? Не покупают усилители. Выродилось поколение. Упустили! Вот в наше-то время — пользовались любой возможностью усилить себя! Перед экзаменами эликсиры литрами пили. А эти, эх! — машет рукой.

— Так точно, Ваше Сиятельство! Что с лавкой? Закрывать?

— Да нет, скупкой же занимается, ну вот пусть и сидят там. Подумай, как бы все же заставить студентов посещать заведение.

— Открыть кабак, — пропускает смешок невзрачный. — Извините, Ваше Сиятельство!

— Ничего. — задумывается. — Ты знаешь, а это хорошая мысль. — Невзрачный даже поднимает голову и с удивлением смотрит на мага. — Ну да! Что ты смотришь? Студенты не только учиться любят. В общем проработай идею. Ладно, что у нас следущим?

***

Из кабака выходит, а скорее тяжело вываливается дорого одетый господин. За ним тут же выбегает еще один, одетый несколько более серо, подхватывает под руку богатого и аккуратно опирает его себе на плечо.

— Игорь, осторожжнее! — плохо связывая буквы говорит серый. И только острые взгляды говорят о том, что он не так пьян, как кажется.

— Вот люблю я тебю, Степашка. — Обнимает серого господин в дорогом, — Вот ничего не могу поделать! Ты настоящий друккк. Выручааааешь! — почти заваливается в сторону названный Игорем.

Серый подхватывает Игоря и ведет по улице. Тот то начинает петь песню, то снова виснет на сером, то пытается рвануть к прохожим. Но серый пресекает эти попытки, и неумолимо тянет Игоря по улице. Сворачивает в небольшой безлюдный переулок. Прислоняет богатого к стенке.

— Такое прекрааасное небо! — начинает петь дорого одетый. — Такие зееелеее…кхх…кхх… — резко прекращает. Пытается сделать судорожный вздох.

Серый споро обшаривает внутренние карманы богатого. Забирает бумажник. вытирает тонкий, похожий на спицу нож о дорогую одежду. Отпускает богатого, выворачивает свою серую накидку синей стороной наружу, и быстро выходит из переулка совершенно трезвым шагом.

На правой стороне живота богатого расплывается кровавое пятно из десятка ранений. Господин еще пару секунд стоит около стены, словно не веря в то, что это происходит. Ноги подгибаются и он падает на дорогу.

Глава 10

Открываю глаза я примерно дня через три, может через два с половиной. Внутреннее время в этот раз уж сильно не равно внешнему. Слишком много пси, слишком много нужно сделать. Так что время отслеживаю, краем сознания, по визитам Кошкина и Степанова.

Артем, неожиданно, оказывает мне невероятную услугу. Так, я до понимания как можно использовать кристаллы с глифами, добирался бы еще долго. Или бы вообще добраться бы не смог. Ну не очевидно, что у кристаллов есть защита которую можно взломать только будучи духом. Вот совсем неочевидно. А ведь без такого нарушения их естественной защиты, воспользоваться той пси, что там заключена особенно ни у кого не получалось. Да, знали, что там эта энергия нейтральна, знали, что ее много, но вот как ее достать оттуда, так, что бы этим было можно воспользоваться — не знали. По крайней мере мы, штурмовики. «Умники» может и знали, но тут никогда не угадаешь.

Так что даже минимальной злости на этого человека у меня нет. Да и человека, как мне кажется, тоже уже нет — овощ, это все же не совсем человек. С другой стороны, я-то тоже, не сильно от него отличался еще недавно. Что ж. Это были его риски. А вот мне теперь предстоит долгий, но радостный путь освоения открывшихся возможностей. Главная из которых — это спокойный доступ к Полю. Теперь с ним можно взаимодействовать. Пока по чуть-чуть, но не опасаясь сойти с ума. Второй уровень печати не даст.

Немного морщусь от фантомных болей. Вот вроде бы недавно первый уровень выжигал. Только притерпелся, только ощущения мешать перестали, и, как все время любил приговаривать каптер из моего дальнего прошлого — никогда такого не было, и вот опять. Поздравляю себя со вторым уровнем Печати! Ура!

Морщусь снова. Так теперь будет долго. Ничего. Самое сложное закончил. Теперь ровный постепенный рост.

Где-то читал, что псионику сравнивают с полетом на планере. Это когда ты долго, медленно, тяжело разгоняешься, потом медленно, но уже уверенно набираешь высоту, а потом — чистое удовольствие, там, куда не каждая птица долетит.

Теперь могу сказать, что начинаю набирать высоту. Самое сложное — разбег, осваиваю за какие-то три месяца. Когда осознаю себя здесь — отвожу лет пять, а то и больше. Хорошо, что прогнозы не сбываются. А риск? А что риск — он всегда есть.

Лежу, почти наслаждаясь спокойствием. Недолго, правда.

— Максим? — ко мне заходит Кошкин. — Как вы себя чувствуете?

— Да, я, — улыбаюсь на простую проверку на адекватность. — Уже неплохо. Что с менталистом? И почему он меня атаковал, выяснили? У нас же по-идее персонал вреда студенту нанести не может?

— Если не для его пользы, Максим. Иначе не было бы дуэльных арен, давилки, Полигона. Есть грани, в которых — может. Вот этот человек по ним и прошелся. — Кошкин садится рядом. — Повезло, что в какой-то момент он эту грань немного переступил, скорее всего. И оказался на больничной койке. Когда придет в себя, постараемся его допросить.

«Ну да. Вы его теперь сначала говорить научите.» — усмехаюсь про себя. Нет, все-таки немного неприятного отношения все-же остается. Пусть уже и просто к прошлому.

— Чего он хотел добиться, вы знаете? А главное, как?

— Как — это интересный вопрос, Максим. Вы имеете право на него знать ответ. Но постарайтесь, чтобы особенно никто больше не знал, хорошо?

— Конечно, — пожимаю плечами.

— Присланный менталист воспользовался несколько спорными знаниями из арсенала ментальных магов. Сейчас Тайная Экспедиция с большим вниманием изучает как этот человек мог найти литературу менталистов-душеловов. Было у них в свое время такое направление развития. Считали, что можно научиться вырезать нужные навыки у людей, и приживить к себе. Даже, у них были некоторые результаты. Естественно, быстро стали в Империи вне закона. Но дел натворить успели. То, что он не является учеником мага кого-нибудь из этого направления, установили доподлинно. Самоучка, уже после основного образования менталистов. Причем лучшего из доступных не связанным с государствам людям. Парень на хорошем счету. Работал в Министерстве, сюда послали на замену. Почему он так себя повел — пока непонятно. Вы у него были первым посетителем, поэтому мы не знаем, к вам лично он испытывает какую-то неприязнь, или вы просто стали первым не родовым магом, попавшим под его руку.

— Он жив? — уточняю. Так-то довольно неплохо ощущаю совершенно пустую сигнатуру в соседнем помещении.

— Жив, но в себя не приходит. В коме. Целители говорят, что физически все нормально.

— Ну и ладно. Не сказать бы что его судьба мне очень близка.

Кошкин кивает.

— Так как себя чувствуете, Максим? Подумайте. Физически вы совершенно здоровы. Менталист использовал что-то вроде ловушки, которая отключает любую защиту на сознании. И ничего больше сделать не успел. Если вам нужно время, я пойму.

— А что случилось? — удивляюсь. Вроде ничего срочного у нас не запланировано.

— Начали прибывать маги, которые могут у вас принять некоторые экзамены.

— Вот оно как, — задумываюсь. — Да, смогу вполне. Договаривайтесь, Борис Васильевич. С памятью за последние три месяца проблем нет. Даже вроде бы немного точнее стала. А материалы я изучал тщательно. Так что могу и без подготовки, сразу как выпустят.

— Да выпустят вас хоть сегодня. Нет. Господам из Министерства все равно теперь нечего делать — из-за происшествия их местная полиция, в лице Степанова, попросила задержаться в городке. Так что, думаю, я приглашу лучше сюда к вам зайти — все развлечение. Это и более выигрышно будет. Тут главное, чтобы вы могли ответить достойно.

— Об этом не переживайте пожалуйста, Борис Васильевич.

— Хорошо, — встает. — Я приглашу их сегодня, к вечеру. Завтра будет уже намного сложнее это организовать. Вас выпустят, и картинка будет уже не та, — уголками губ почти усмехается Кошкин.

Уходит.

Почти сразу после Кошкина, меня, как ранетого* героя навещает уже ректор нашего заведения. Женщина нервничает, и я ее понимаю — она еще дела толком принять не успевает, как новое происшествие, и мало того, с тем же героем в главной роли.

Предыдущее все спокойно списывается на бывшего ректора. А сейчас, не проходит и пары недель — и новое происшествие, и как бы не той же примерно тяжести. Будешь тут нервничать.

— Здравствуйте, Максим. — входит женщина в мою палату.

— Здравствуйте, Жанна Аркадьевна, — с удовольствием здороваюсь с ректором. С последнего раза, как я видел нашего бывшего завуча, Жанна набрала уверенности, немножко это отражается в походке, осанке. И сейчас ей ужасно неприятно у меня что-то просить. В принципе, я могу спокойно помочь ректору. — Я не буду подавать заявление против лицея, Жанна Аркадьевна.

— Что я буду должна за это? — у ректора словно камень падает с души — такое облегчение в фоне.

— Ничего, — пожимаю плечами. — Если доработаете клятву, чтобы подобное даже случайно произойти не могло.

— Это уже делается. Хорошо. Я вам благодарна, и подумаю чем лицей может вам отплатить.

— Жанна Аркадьевна, я-то ничего не подам, но ведь Степанов расследование не отменит.

— Там проще, Максим. Я лицо подневольное. Министерство направило — я обязана была принять. Клятву Артем давал при мне. Так что с этой стороны — это просчет Министерства, не наш — они не доглядели. Если бы приданный менталист тут хотя бы пару дней прожил, или хотя бы в библиотеку сходил — то были бы вопросы. А так — нет ничего, что можно было бы интерпретировать как мою ошибку. Так что с этой стороны, лицей прикрыт кучей формуляров и предписаний. — ректор встает. — Я вам благодарна, Максим, и поверьте, это много. — Откланивается и уходит.

В принципе — главное сделано, немножко долгов на ректора я вешаю, пусть и моральных, но в данном случае это вообще оправдано. Не известно как мне будут закрывать контракт на обучение. И пусть небольшие, но обязательства могут быть очень к месту. А Жанна мне уже дважды должна — без меня она в принципе занять место ректора не могла бы никогда — место для Родовых.

Ну и второй — сейчас. Я бы мог своей жалобой кресло ректора под ней, и так неустойчивое пока, сильно поколебать. Поэтому она так нервничала.

Ладно. Работаем на закрытие контракта теперь. Меньше полугода же остается.

На некоторое время у меня в палате тихо. А еще через несколько минут почти открываются врата в ад. Меня внезапно хотят посетить практически все лицеисты, с которыми я хоть как-то пересекаюсь. И самым неприятным является то, что Савва от меня пытается скрываться. В палату он не заходит, а от встречи с выходящими ребятами — уворачивается. Ему, похоже, доставляет удовольствие пропускать посетителей. Вот только первые же вошедшие ему это удовольствие портят. Так что те, что заходят после, в основном — не остаются, чаще всего потому, что очень сильно смущаются компании. Кроме Первака.

Первой, неожиданно заходит Рита. Тут, конечно же не могу сказать, что присутствие девушки мне неприятно. Наоборот. И даже ее рассказ про то, как обсуждают происшествие в лицее ничего не портит. Даже немного интересно. Но у меня создается впечатление, что девушка не знает сама, зачем пришла. Так-то разговор поддерживаю, конечно. И даже успеваю рассказать про само происшествие в стиле — шел, упал, очнулся уже здесь. Девушка остается чуть-чуть разочарованной, поскольку точно ждала героического рассказа со стороны выжившего.

Что же, мне не сложно, и в рассказ добавляется и предчувствие ужасного, и колдун с магической книгой, и страшные магические конструкты, от которых уворачиваюсь только чудом. Особенную пикантность рассказу добавляет то, что Рита тоже чувствует ложь, как и любой более-менее сильный маг. Поэтому к концу рассказа легкое недоверие к ситуации и ожидание интересной истории сменяются очень задумчивым настроением. Два и два девушка складывает легко. И к лицею внезапно появляются непростые вопросы. Если раньше они не появлялись.

Чуть поинтереснее становится, когда заходят Ольга с Олегом, те, что Васильчиковы. Но ненадолго, так как более значимых тем чем происшествие со штатным менталистом нет, и не было. Так что приходится выслушать очередной круг обсуждения. Тут я не влезаю со своими страшилками. Пусть Рита добавляет, что ей кажется важным. Посмотрим, во что к вечеру превратиться история.

Появившийся Первак помогает мне организовать чай с какими-то разными заедками. А в палате периодами появляются вся компания Ольги с Ритой, Митяй. Все ребята заходят ненадолго, и тут же уходят.

Вообще, кажется, что когда меня положили в больничку, я становлюсь музейным экспонатом, на который все ходят смотреть, что бы убедиться, что еще существую. Ведь и кроме компании Митяя меня посещают на пару минут и те ребята из Совета, с которыми я и знаком-то шапочно, и подростки, спасенные недавно, с Длинным и Рогволдом. Самое удивительное для меня, что все посетители на самом деле переживают за мое здоровье. Это присутствует, судя по фону, у всех посетителей примерно пополам с любопытством. Убедившись, что я жив, разговариваю, а даже местами доволен, внезапно радуются про себя все, включая представителей Родов, которым Совет вроде бы даже поначалу был не выгоден.

Похоже, пока что, мое даже формальное присутствие в этом образовании на самом деле уравновешивает желания каждого из входящих туда. И это на самом деле несколько неожиданно.

Длинный с Рогволдом, остаются, как и другие ребята, входящие в Совет, и посещение меня неожиданно превращается в очередное заседание. Мне даже местами становится интересно. Правда очень местами. Радуюсь, что я не участвую там постоянно.

Разбирать небольшие, в общем, претензии групп друг к другу только по началу интересно, очень быстро они становятся похожими сами на себя. Уже к третьей-четвертой итерации начинаешь понимать, что скажем Черкасские хотят чуть больше влияния, и их в этом поддерживают Дадиановы, и на это направлены все их предложения. По ротации дежурных на этажах, например, или организации очередности турниров, или пересмотру негласных правил принимающих ставки.

Васильчиковы и Сабуровы выступают оппонентами и постоянно эти предложения перестраивают на свой лад, или выдвигают свои. Тут становится понятно, что без третьей стороны, они бы и не договорились никогда, и продолжались бы эти не совсем спортивные стычки на аренах. Но с появлением еще одной группы учеников у которой свои интересы баланс чуть-чуть меняется. Так-то понятно. Черкасские берут числом — их Род, так же как и Дадиановы проводил как раз агрессивную политику набора в свои ряды магов. Васильчиковы — наоборот, концентрировались как раз на потенциально сильных, но небольшом количестве. А вот неродовые внезапно оказываются относительно многочисленными, и в тоже время постоянно растущими в негласном рейтинге. И за счет этого, и подчеркнутой нейтральности, что как раз и обеспечивается моей фигурой, как я понимаю, Длинному Сергею и Рыжему Рогволду, удается проталкивать свое видение предложений Родовых.

Не, все как и в большой политике — борьба за ресурсы. В этом случае — за магов или, если брать более приземленные результаты, о которых никто не говорит, но которые прекрасно подразумеваются — за распределение баллов, этой второй валюты в лицее, а то и первой. Ведь при поддержке своей группы, получать и перераспределять этот ресурс как честным, так и на грани способом получается эффективнее. А через лицеистов проходят очень приличные суммы в конечном счете.

И ведь внезапно, и всего за месяц получается, что если не вести открытых противостояний, но при этом поддерживать острую конкуренцию, то и поток баллов, а значит и бонусов ими обеспечиваемых становится больше у всех. И терять вот такое наглядное доказательство своей эффективности для Родов, родовые не хотят. Думаю сегодняшнее внимание ко мне обеспечено не в последнюю очередь именно этим.

На некоторое время импровизированное совещание прерывается доставленной курьером посылкой. В ней я с удивлением узнаю коробочку с названием кафешки возле банка «У камня». Не знал, что у них есть доставка. И хотя коробочка не подписана, но узнать отправителя не составляет труда.

В принципе, совещание уже и собирались заканчивать, так что ребята приходу курьера даже рады. Тем более как раз начинается ужин, поэтому прощаются даже с радостью.

А вот девушки с интересом провожают взглядам посылочку. Очевидно, что название они узнают, и посетителями этого не самого дешевого заведения являются. Ну это и понятно, не так много в городке интересных кафешек. А эта еще и на центральной площади.

Подростки уходят, хотя какие там подростки, всем, кто в Совет входит лет по семнадцать примерно. Они все уже на последнем году обучения, и через восемь месяцев примерно, баланс в лицее опять поменяется. Так что все молодые люди уходят.

Открываю коробочку — ну так и есть, это два отличных пирожных со вкусом прошлого. Идеально.

Беру переговорник.

— Оль, привет. Не занята?

_______

*специально написано так

Глава 11

— Оль, привет. Не занята? — набираю я Прозоровскую. — Спасибо тебе за вкусности. Это приятно.

— Не за что, — слышно как улыбается девушка. Мне даже кажется, с облегчением в голосе. — Ты как себя чувствуешь? Говорят, что после таких экспериментов могут разные спящие способности просыпаться. Если маг в себя приходит, конечно.

— Неплохо, — хмыкаю. Похоже Ольга понимает про меня немножечко больше, чем говорит, и сразу же предлагает неплохую легенду. И предлагает ее вскользь, чтобы не сработали обязательства Роду, или что там у Родовых за них. — А ты как узнала? Это вроде внутреннее дело лицея.

— Не поверишь, от твоего учителя, — чувствую, что девушка радуется искренне. Это приятно, конечно.

— Как это? — удивляюсь. — Борис Васильевич тебе сказал, что я в ритуальном круге пострадал?

— Нет, конечно. Он всего лишь сказал, что ты в больнице, и не можешь ответить на вызов.

— А потом?

— А потом я просто приперла к стенке Савву. Все же известность в Доме Охотника имеет свои преимущества. А Савва у нас работает на полставки, так что никуда он от меня не делся. И сегодня тоже прекрасно со своей ролью справился.

— Ты попросила сообщить тебе, когда я проснусь? — улыбаюсь.

— Конечно, а ты предполагаешь, что я у тебя под дверью ночевала? — немного напоказ сердится Ольга. Но очевидно, что не всерьез. — Конечно.

— Смешно, да, — киваю головой, хоть девушка этого видеть не может.

— И мне, Максим. Я на самом деле рада, что ты пришел в себя, я волновалась.

— Мне приятно, что уж там. Но не стоило. В стенах лицея вряд ли со мной могло что-нибудь непоправимое произойти иначе, чем по случайности.

— Статистика, Максим, ты сам ее приводил в пример. Даже учитывая, что она завышена, все равно повод для тревоги был.

— Понял, замнем, ладно? — улыбаюсь. — Ты ведь меня хотела о чем-то спросить, когда искала через Кошкина?

— Ты внимательный. Да, Макс, предлагаю встретиться в той самой кафешке. Есть пара поводов.

— Сразу — конечно! — говорю, и даже не сомневаюсь в своих словах. — Но что за пара поводов?

— Первый простой — ребята продали ингредиенты из монстра. Получилась приличная сумма. Но несерьезная по последним заработкам, конечно. — Ольга смеется. — Удивительно, Макс. Я же довольно привычная к обращению с хорошими суммами денег. Но все равно, осознавать, что два десятка золотых на каждого — это мелочь, мне пока странно.

— Принято. Это на самом деле много, с одного монстра. А вторая причина?

— А вторую я тебе сообщу лично, хорошо? Она странная, но вроде неплохая.

— Мне начинать беспокоиться? — усмехаюсь.

— Нет, Макс. Я же говорю — странная. А хорошая или нейтральная — сам решай.

— Даже так? Ну ты разбудила мое любопытство, это точно!

— На то и расчет, Макс! — смеется девушка, — Теперь ты просто обязан прийти на встречу.

— Конечно. Думаю завтра или послезавтра. Как Кошкин свою маленькую интригу проведет, так, думаю, один-два выходных я возьму точно.

— Ну вот и договорились, Максим. Вызывай меня, когда сможешь располагать своим временем сам.

— Договорились.

Ольга отключается.

Немного неожиданный разговор. Беру чашку чая и принимаюсь за пирожное. На пару минут я снова готов гоняться за каким-то, едва уловимым, хорошим вкусом. Пирожное почему-то сегодня вызывает неуловимую грёзу из прошлого. Того, другого мира. А этот вкус, который я даже поймать не могу, тянет за собой столь же неуловимое воспоминание. Немного ощущения потери и грусти. Какое-то ощущение, связанное с моей женщиной там, и тогда. Почти даже хватаю образ за его тень, но пока не получается. Ладно, может позже…

Вечер же, скоро…а, нет. Вот и они. «Вижу» приближающиеся шесть незнакомых сигнатур в компании с Кошкиным. Идут не торопясь, через некоторое время будут здесь.

Убираю чайник и коробку с пирожным, и крошки. И делаю это телекинезом. Тренировка новых возможностей теперь для меня в приоритете надолго. Всегда, когда нет наблюдения. Или даже когда кто-то рядом есть — за возможностью их восприятия тоже. Это важно. А если учесть, что незаметно перемещающиеся железные шарики мне недавно и жизнь спасают, то можно сказать и жизненно важно. Теперь на это можно выделять больше внимания, и больше пси. Пока непонятно насколько, все равно некоторое время все еще нужно будет привыкать к новым возможностям, но уже очевидно, что заметно больше. И теперь, некоторыми возможностями я могу пользоваться не только в Пятне, с его давлением. Уже сейчас понятно, что тот же Аспект, а вместе с ним и ощущения от телекинеза и его возможности выходят на другой уровень. Контроль и возможности повышаются рывком.

Приподнимаю чайник, чашку, блюдце, коробку из кафе с пирожным, кресло — пять точек внимания. Вес не имеет значения, ну по крайней мере расход пси на контроль чайника и кресла сопоставим. Да, при значительно большей массе там и инерция больше будет, и психологическую составляющую будет нужно преодолевать. Но с этим справляться проще — опыт из прошлого дает очень неплохой задел. Ладно. Аккуратно, контролируя движение всех пяти предметов, ставлю их на поверхности одновременно. Хм. А получается. Надо будет у Первака заказать металлические болванки. Был бы сплав серебра поплотнее, то можно было бы воспользоваться и им, это было бы даже поинтереснее. Хотя, есть у меня одна идейка. Но это чуть позже, как выйду из больнички.

Кошкин с посетителями подходит к двери.

— Максим? Не спите? — заглядывает.

— Как можно, Борис Васильевич! — тут же отвечаю.

— Вот и славно, — пропускает работника столовой с небольшим столиком на колесах. — Я решил, что небольшое чаепитие вам пойдет на пользу.

— Конечно, Борис Васильевич, прошу вас, проходите, — хорошо еще, что я чего-то такого и ожидал, так что с ребятами и их совещанием я как раз чаем только угощаю, а сам пью значительно меньше. Так что и сейчас могу спокойно только делать вид.

Слезаю с кровати, и прохожу к креслам. В принципе, в палате кресел даже избыток, после недавнего совещания. Так что приглашающе взмахиваю рукой. Кошкин чуть заметно улыбается, слегка кивает и заходит.

— Добрый день, — в дверь вместе с Кошкиным проходят и пятеро мужчин в возрасте. Старшему, думаю за семьдесят, а младшему не то чтобы сильно меньше. Лет шестьдесят, может быть.

— Добрый день, молодой человек. — здоровается один из них. Я слегка кланяюсь.

— Садитесь, садитесь, молодой человек, — останавливает меня жестом руки. — Вы же пострадали недавно. Мы, с вашего позволения, тоже присядем.

Делаю приглашающий жест. Возрастной улыбается. Только вот в фоне — они все настроены как минимум негативно, но присутствует еще немного интереса, и небольшое беспокойство.

— Прошу вас! — Кресла изначально стоят почти полукругом, да и я их незаметно двинул телекинезом за спиной лицейского слуги, когда вставал с кровати. Так что сейчас они вполне удобны будут для принимающих экзамены.

— Господа, прошу проходите, — начинает Кошкин. — Если нужна какая-либо помощь — говорите мне, я обеспечу материал.

— Не стоит, Борис, не стоит. Мы разберемся, садитесь рядом. Если что — мы обязательно вас спросим. Вы свою работу сделали, нас уговорили. Это достойно уважения. Теперь, извольте, если молодой человек не против, мы сделаем свою работу, хорошо? И я очень вас прошу, не давайте нам повода прервать это мероприятие. Мы его активно ищем, Борис. Но вы это и так знаете. — Самый возрастной немного покровительственно обращается к Кошкину, и тот, судя по фону принимает это как должное. Видимо, знакомы давно.

— Конечно же я не против, господа, — переключаю на себя внимание экзаменаторов. — Готов ответить на любые ваши вопросы.

— Прямо вот так, без подготовки? — скептически улыбается пожилой.

Кошкин хочет что-то сказать, но я опережаю.

— Думаю да, иначе наша встреча была бы бессмысленной. А тратить впустую время уважаемых людей я бы себе не позволил. — В принципе, говорю, что думаю. Эти товарищи из Министерства, и очевидно в лицее не просто так. А время на студента, наверняка, решают выделить только потому, что я опять побывал в нестандартной ситуации для учреждения. Отказать они Кошкину не могли, точнее смогли б, но это потянуло бы ряд осложнений. Все же моя фамилия мелькает в большинстве происшествий с лицеем в последнее время. И отказ негласно поставил бы их на одну доску с преступниками.

Думаю, комиссия это прекрасно понимает, и огромная доля негатива вполне может быть вызвана с отсутствием у них выбора. Это не нравится никому.

А вот так, с сожалением сказать, что мы пытались, но студент сильно переоценил свои силы — это нормально и приемлемо.

— Что же, предлагаю тогда проэкзаменовать студента в формате беседы, никто не против? — пожилой переглядывается с товарищами, — ото всех фоном проходит небольшой даже азарт. — Видите, господин Рысев, возражений и нет. Давайте я вам нас представлю: Антон Викентьевич Корсаков — Магическая безопасность, этот предмет он ведет в Академии, подтянутый худощавый мужчина слегка наклоняет голову.

Аркадий Никодимович Веневитинов — Целительская магия и магическая анатомия, собственно так же бессменный лектор Академии по этим дисциплинам. Моложавый мужчина чуть кланяется.

— Николай Платонович Бекетов — История магических традиций. Этот предмет в Академии является факультативным, но целое направление в исследованиях Академии Новгорода курирует именно он. — Представительный почти старик в дорогом костюме, с несколько фривольно выглядящими браслетами на руках чуть склоняет голову. Браслеты покрыты тонкой резьбой, и вроде бы даже не фонят магией. Но вокруг них чуть изламывается воздух.

— Модест Константинович фон Мекк — Практическая магия быта и бытовые чары. Сейчас мы с ним являемся сотрудниками Министерства образования, но раньше именно он принимал экзамены у абитуриентов в Академию. — чуть наклоняет голову спокойный маг.

— Ну и я, Георгий Ильич Савельев, не читаю лекций, и уже давно. Но при этом также уже более пятнадцати лет являюсь сотрудником Министерства Народного образования, и практически все это время меня просят участвовать в большинстве выездных комиссий. Догадаетесь про мое основное магическое направление?

Да я даже догадываюсь про твою основную работу — это не сложно. Но говорить этого не буду.

— Конечно. — Киваю. — Вы, скорее всего, маг-менталист. Это просто логично. — Продолжаю. — Здесь и сейчас вашим присутствием, господа, представлены стихийная, целительская, универсальная составляющие магической теории, Николай Платонович наверняка кроме Истории магических традиций, искушен в ритуалистике — потому что это тесно связанные дисциплины. Остается незакрытым только одно направление, из изучаемых в Имперских заведениях, и это менталистика. А ваше занятие от Министерства просто подразумевают проверки, так что ответ очевиден.

— Браво, молодой человек, — и в фоне я чувствую действительно радость. Такую, не сильную. Но смывающую большую часть негатива в мою сторону. Менталист вроде как начинает надеяться, что соглашается все-таки не зря. — Вы правы. Я работаю штатным менталистом в комиссиях Министерства. Заодно и их главой. Так что экзаменаторы у вас подобрались сегодня очень представительные, — иронизирует немного, причем мысленно тоже, но скорее не над своими словами, а над ситуацией. В словах-то он как раз вообще не сомневается.

Получается, Кошкин специально решил рискнуть сейчас, чтобы оспорить решение этой комиссии точно не смогли. При этом лично к нему эти возрастные товарищи негатива не испытывают. Только к ситуации. Отлично.

— Что же, молодой человек, первую часть теории экзамена, за первый курс, я вам могу зачесть уже за предыдущий ваш ответ. Он говорит о том, что вы действительно разбираетесь в направлениях, и теория магических потоков для вас не пустой звук. Но не буду. Мы же беседуем, правильно? — слегка смеется Савельев.

— Конечно, — улыбаюсь в ответ.

— Что же, давайте я немного поучаствую, — начинает свой допрос целитель. — Все же по моему предмету у абитуриента не должно быть больших знаний. Им все же не так много преподают, — тут слегка усмехается Кошкин. Целительские конструкты, доступные для мага-универсала, я знаю в теории все.

— Конечно, Аркадий Никодимович, только еще один момент, — оборачивается ко мне менталист. — Вы же не против, если я буду проверять честность ваших ответов, и отсутствие магических подсказок.

— Я даже не знал, что такие существуют, — удивляюсь от души. Опять прерываю что-то собирающегося сказать Кошкина. Соглашаюсь с менталистом. — Но против точно не буду.

Борис слегка осуждающе качает головой. Не верит в мой могучий разум — усмехаюсь про себя. Вот точно до сих пор думает, что местами это какой-то трюк.

Мгновенно ко мне протягиваются две невероятно тонкие нити плотного серого цвета. Савельев точно намного опытней всех, пока встреченных менталистов, и точно свои возможности контролирует на порядок лучше. Почти восхищаюсь.

Нити замирают напротив головы. Шарят по защите, но не находят даже минимальной щелочки. И в конце концов застывают напротив сердца и сонной артерии.

— Ослабьте свои щиты, молодой человек, — строго говорит маг.

— Не могу, — отвечаю. слегка пожимая плечами. На самом деле не могу. Сейчас у меня конфигурация «скрыта» такая, что я могу ее либо снять совсем, либо держать. А щит на сознание я вообще не ставил. Так что вполне честный ответ.

— Не можете, или не хотите? — снова уточняет маг.

А это уже показывает заинтересованность менталиста в ответе, и его уверенность, что правдивость ответа он поймет. Что ж, а мне и скрывать нечего — я действительно не могу ослабить щит. У меня его и нет сейчас. А «скрыт» — это про другое.

— Не могу, — все так же ровно отвечаю.

— Объясните? — маг все же не отстает.

— Вы мое дело читали? — спрашиваю в ответ.

— Нет, пока что, но что-то мне подсказывает, что мы с ним обязательно теперь ознакомимся, — утверждает менталист. Остальные маги чуть неодобрительно молчат, причем, не одобряют они — действия коллеги.

— Я осознаю себя всего три месяца жизни, — честно отвечаю. — После травмы головы попал в больницу, и примерно с этого времени стартует моя история. Про это есть в моем деле, и с этой проблемой я обращался к штатному менталисту министерства сразу же, как его к нам прислали. Два дня назад.

— И про то, почему ваш разум я не могу прочитать вы тоже не знаете?

— Совершенно верно. — Соглашаюсь с ним. Ведь я действительно не знаю, почему менталисты не могут пробиться через «скрыт». Откуда? Меня никто не учил пока.

— Но то, что, я не могу прочитать ваш разум, вы знаете? — снова спрашивает Савельев. Сидящие экзаменаторы с интересом смотрят на меня. Еще бы. Я в библиотеке не встречал даже упоминаний, чтобы кто-то был иммунен к магии менталистов. Другое дело — щиты. Но «Скрыт» все же не щит в прямом понимании, это скорее нечто естественное. Просто, псионы научились пользоваться. Думаю он примерно так и чувствуется.

— Да, знаю, — соглашаюсь с магом. Тоже честно.

— Простите, а откуда? — тут же уточняет опасный старик.

— От Артема, как раз присланного мага Министерством. — Опять таки говорю правду, просто не всю. Все же Артем был последним, кто пытался вломиться ко мне в разум, так что косвенно — от него. А про предыдущие попытки других людей я могу спокойно умолчать. Ну, а за подтверждением, я так понимаю, идти некуда.

Члены комиссии чуть морщатся, как один. Все же их приезд неприятно совпадает с небольшой проблемой внутри лицея, и напоминание о ней им не нравится. Ну и ладно.

— Хорошо. — через пару-тройку секунд размышлений говорит Савельев. — Я готов, можно начинать.

— Что же, — начинает целитель, — вот вам плетение, — над руками мага появляется светящееся плетение. Собственно Кошкин как-то примерно так показывал нам новые конструкты, Тот же «прах» я учил именно по такому примеру. — расскажите из чего состоит этот конструкт, и чтобы дважды не вставать — за что и как отвечает каждый из блоков…

Глава 12

Удивительно. Из пяти экзаменаторов — с тремя я еще повстречаюсь в Академии. И направления все, как на подбор. Подозреваю, что не просто так в городок отправляют эту комиссию. Школы-то у нас в городке небольшие, но и магов, по идее в стране не так чтобы очень много. Но это пока не мое дело. Да и догадываюсь я, почему к нам в лицей в первую очередь. Точно не из-за Артема. Это совпадение, пусть для них и не очень приятное.

Экзамен в виде беседы, хех, ну в общем-то, вполне можно так назвать. В общем, экзамен в виде беседы, комиссия проводит даже с некоторым удовольствием. Сломан первый лед, опять же чай и всякое на столе настраивают на мирный лад. Разговор местами становится даже интересен. Особенно, после того, как маги оценили первые ответы по своим направлениям. Поскольку ответы-то я даю с пониманием всего теоретического курса, не разделяя по годам, то и беседа быстро начинает протекать несколько живее. Все же трое из пятерых членов комиссии с лицеистами дел давно не имеют.

— … Вот скажите, Максим, почему вы говорите, что этот медицинский конструкт далеко не всегда поможет? — Веневитинов испытующе смотрит. Сам-то он ответ знает, но хочет чтобы я его поискал. Но я и догадываюсь.

— Потому что вне зависимости от уровня, техника просто помогает восстановиться организму. За счет его внутренних ресурсов конечно. Но вот конкретно этого уровня, она не обращается в базовым настройкам, а только к последним до заметных изменений, то есть хронические болезни она не находит. Только восстанавливает. А значит, причину проблемы — не устраняет.

— Правильно…

— … Максим, а что вы думаете о Родах в Империи, и их поддержке Государя? — Бекетов, куратор Магических традиций в какой-то момент задает провокационный вопрос. Другие преподаватели немного осуждают мага, но не препятствуют моему ответу.

— Вам по учебнику, или как я понимаю? — уточняю. Кошкину, что удивительно, на этот мой вопрос плевать. Но тут понятно — сильному магу действительно не важна политика до определенного момента. Просто потому, что свое мнение давно сформировано, а влияние на него слишком дорого.

— А как хотите, — немного со смущением говорит Бекетов. Он тоже понимает, что спрашивает чуть-чуть не то. Просто поддается настроению в беседе.

— По-учебнику, все Рода, в едином порыве, поддерживают Императора, но судя по тому, что я наблюдаю — здесь скорее речь идет о нескольких центрах силы, и равновесии между ними. Это и Боярская дума, и Министерства, и Император с Тайной Экспедицией. Кроме того, довольно очевидным для меня является то, что Император старается прикрыть вольницу Родов, а те этому сопротивляются, вплоть до предательства тридцать лет назад. То есть налицо вялотекущий конфликт.

— Хватит, хватит, — немного нервно смеется старый маг-менталист, — а то вы сейчас наговорите чего-нибудь, так, что мы потом не сможем вас принять в Академию.

— Почему? Я вполне понимаю желание Императора контролировать страну, и в меру моих сил вполне хотел бы его его поддерживать. Вольница Родов была оправдана, судя по истории, пока не было централизованной армии, обучения магов, был нередок Гон в Пятнах. Но сейчас — особые послабления Родам только мешает развивать государство. — пожимаю плечами.

— К сожалению, не все там так просто…

— … Максим, вы показали отличные знания в смежных дисциплинах, но давайте все же про безопасность. Вот теоретическая разработка абсолютного щита. — Преподаватель Академии по Магической безопасности подвешивает светящийся, очень сложный для восприятия конструкт. Он мозаичный, это сразу понятно, и каждая мозаика, в свою очередь является сложным блоком. — Почему не получается его создать одному человеку, и почему почти такую же структуру, — рядом подвешивает еще конструкт, только с другими параметрами каждого блока, — получается создать для крепостей?

Члены комиссии смотрят на худощавого преподавателя с откровенным осуждением. Видимо это довольно сложный вопрос.

— Что?! — оглядывается он на них. — Абитуриент должен минимально ориентироваться в направлении. Это же основы.

— Второго курса Академии, — вполголоса дополняет Веневитинов. — Антон, ты чего-то лишнего, конечно, спрашиваешь.

В принципе, негативного фона я и у Корсакова, преподавателя Магической безопасности, тоже не ощущаю. Досаду — да. Но не негатив. Хм…

— Максим, вы можете на этот вопрос не отвечать. — Задумчиво смотря на проекции, произносит старый менталист. — Это немного за рамками обучения в лицее.

Корсаков упрямо хочет что-то сказать, но я немного его опережаю.

— Вы знаете, если вам не трудно это держать, то я бы подумал, правда. — Мне на самом деле любопытно. Кроме того я замечаю очень интересные параллели с недавним нарисованным ритуалом, в который я попал. Такое ощущение, что изначально идея была общая. И основной принцип, по идее, тоже должен быть довольно похож — барьер.

Корсаков с интересом смотрит на меня.

— Не сложно, Максим. Я подержу.

— Благодарю. У меня пока только один вопрос, точнее уточнение, — смотрю на преподавателя. — Щит для крепостей же был первичен, правильно?

Преподаватель кидает взгляд на сидящего с флегматичным выражением лица Кошкина. Только мне понятно, что тот доволен и улыбается. Где-то глубоко внутри.

Убедившись, что тот мне не подсказывал вот вообще никак, Корсаков оборачивается ко мне.

— Вы правы, объясните, почему вы сделали такой вывод. — Внимательно смотрит на меня.

— Основа, — показываю рукой на проекции щитов, — у них одинаковая, вот совсем.

— Это мало кто замечает, юноша, — с удивлением смотрит на меня Корсаков.

Киваю и продолжаю.

— Вы начали строить оба конструкта именно с одной и той же основы. И в щитах крепостных, изначально, вот тут и тут, входы на нейтральную магию. Рискну предположить, что они именно из-за своей нейтральности сильно проигрывают в эффективности специализированным, при том же вложении магии. Но для крепостей, это некритично. Уверен, что проблема накопителей там решена. — Преподаватель рефлекторно слегка кивает головой, показывая, что я на верном пути. Но я и так это знаю. Это понятно даже на уровне лицея — мы же когда начинали обучение, начинали его как раз с простейшего щита.

— А в конструкте, который должен создавать маг, объемы каждой отдельной мозаики уменьшили, зато увеличили параметры щитов от разных стихий. В результате, скорее всего, такой щит может создать универсал, наверное, причем медленно, судя по количеству мозаичных сегментов. Но и сил ему не хватит его удержать долго — скорее всего, он лопнет сразу же после создания, сил-то у универсалов немного. Либо такой щит можно создать группой магов разных стихий. Но тут наверняка нужны сложные расчеты, чтобы нивелировать перекосы в силе магов, внутри ритуального рисунка. Ведь строить его нужно, опять же, вот от этой основы, — показываю общий кусок щитов. Замолкаю.

Маги тоже молчат.

— Кхм. Пожалуй сначала скажу я, — начинает менталист. — Лицеист не получил ни одной подсказки от уважаемого графа. — Кошкин морщится. — Включая свои размышления о природе вот этих щитов. — кивает на все еще висящие проекции.

— Я взял бы его на свой факультет даже сейчас. Даже не окончившим лицей. — Говорит фон Мекк. — Жаль, что я уже не преподаю.

— Аналогично. — спокойно говорит Бекетов, преподаватель Истории магических традиций. — И я не откажусь от своих слов, когда вы придете на порог нашего заведения. Мне нужны такие пытливые сотрудники.

— Да, я согласен с коллегами. — Спокойно, и даже с удовольствием говорит Корсаков. — Граф, вы знаете, что мне намекнули цепляться за любую возможность, чтобы не дать вашему ученику сдать этот экзамен. И, в принципе, я думаю, найти такую возможность я бы смог. Но так я пошел бы против принципов Академии, где я преподаю уже не первый десяток лет. Ваши недоброжелатели — это частное дело Рода Кошкиных, а вот талантливые студенты нам нужны. — Качает головой. — Молодой человек, вы сдали. И, — оглядывается на остальную комиссию. — Вы сдали основные экзамены по теоретической части за весь курс лицея. — Вот тут удивляется и Борис. Что даже слегка проявляется на лице. Впрочем, удивление мгновенно стирается. — Ждем вас, после досдачи практики, в Академии.

Комиссия кивает головами.

— Вы порадовали нас, юноша. — Говорит маг-менталист и встает. За ним поднимаются и остальные маги. — Был рад с вами познакомится, — подает руку, для рукопожатия. — Уверен, что еще о вас услышу много интересного.

Маги прощаются, и довольные идут к выходу. Похоже развлечь их у меня прекрасно получилось.

— Подожди меня. — Говорит Кошкин и уходит провожать комиссию.

А я тут же сажусь на кресло. Ускорение.

Шикарный конструкт показывает Корсаков. Он, естественно, не может предположить, что мне подобной сферической барьерной штуки очень не хватало. Я прокручиваю увиденный конструкт вновь и вновь. Вроде запоминаю точно.

Я на самом деле захвачен пониманием этого конструкта. Маги, что сидели рядом, да и те кто изучали эти конструкты раньше, даже представить не могли одной совершенно неочевидной вещи. Да и я, до того, что я побывал в ритуальном круге и запомнил все то, что там происходило, подобного даже предположить не смог бы.

Концептуально, получается, что ритуальные круги и щиты как техники являются примерно одним и тем же. Понятное дело, что со своими уточнениями, но все же. А значит, я могу спокойно строить этот абсолютный щит не с помощью магии, а с помощью пси. И после этого, опять же, легко разделять разные элементы и наполнять их разными спектрами магии, чего сделать маги, в среднем, не могут.

Строю основу с помощью пси. Запоминаю. Развертывание этого конструкта теперь для меня — мгновения. И хотя я уверен, что у меня должен быть щит и в техниках пси, просто пока он не доступен, но от этого, я тоже не откажусь. Тот щит пси, что состоит из нескольких глифов, все же не дает сферического охвата, а это может быть очень важным в моменте.

Строю основу, запускаю дублирование одинаковых элементов. В десять точек внимания, щит только первое время строится медленно. Да и то — это для меня. Для внешнего наблюдателя защитная сфера надо мной появляется за секунды, наверняка.

Потом пускаю связанную пси магию в нужные точки. Наполняю правильными оттенками слои мозаики. И пси мне позволяет сделать это почти не задумываясь.

Да и магии нужно намного меньше. Потери-то почти нулевые за счет контроля.

Выстраиваю конструкт. Вокруг меня образовывается сфера из многоугольников, переливающаяся радугой. Существует она недолго, секунды. Ну, от силы, десяток. Но этого в критической ситуации точно хватить должно. А там и другие техники смогу использовать уже. Для меня, десяток секунд — это прямо вечность.

Входящий Кошкин замечает моргнувший щит. Чуть слышно хмыкает.

— Попробуйте потом чем-нибудь замаскировать этот конструкт. Вам совершенно не нужно будет лишнее внимание. И нам нужно будет отработать этот щит. Очень хорошо, что запоминаете такую сложную структуру, Максим. Но показывать это — не стоит.

— Я понимаю.

— Ну вот и славно. — Кошкин проходит в комнату и садится в кресло. — Поздравляю, Максим. Комиссия официально вас считает выпускником. Знаете, первое впечатление нельзя произвести второй раз. Так что у вас получилось создать очень достойное мнение о себе. Можете мне поверить, господина Савельева, мага-менталиста, я знаю давно. К вам он проявил невероятную лояльность. Видимо, вы его чем-то зацепили. Так что я уверен, в Академии вам будет… ммм… комфортно, да. Определенный задел по основным магическим дисциплинам у вас теперь будет. Признаться, я не ожидал подобного результата. Так что был немного удивлен.

— Борис Васильевич, я возьму завтра выходной, — кую железо пока горячо. — Мне нужно в город.

— Сразу же даете себе послабление? — строго говорит Кошкин. — Впрочем, я не против. Вы на самом деле это заслужили. Только извольте предупредить ваших наемных магов. Без защиты, я прошу вас, из лицея не выходить.

Киваю. Требование законное. Никому не нужны проблемы, тем более на финишной прямой. Да и встречаться я собираюсь как раз со своей охраной.

— Еще одно, по нашей общей проблеме. Клавдия спрашивала своих друзей, я своих, в общем ни одного исчезновения городов в государствах, с которыми мы граничим, пока не зафиксировано.

Вот вроде бы простые слова, но у меня словно камень с души почти сняли. Значит время еще есть.

— В общем, отдыхайте, Максим, я пойду. Вы меня сегодня удивили. — Кошкин прощается и уходит.

Снова сажусь в кресло. Несколько раз, на секунду ставлю, и тут же убираю щит. С каждым разом цикл получается все короче. И пару минут спустя, мне становится очевидным еще одно использования этого щита. Раз ставлю щит теперь за мгновения, вырисовывается неплохая стратегия отработки видимых магических проявлений. Поставил, отбил, снова снял. Просто щит стационарный больше, так что нужно будет научиться и ставить-снимать буквально на бегу.

Почти бездумно съедаю последнее пирожное.

Удивительно, но опять меня погружает в какое-то давнее прошлое. Но поймать воспоминание опять не получается.

Выдыхаю. Значит не время.

— Оль, привет. Надеюсь не спишь? — вызываю Ольгу Прозоровскую. — Встретить меня нужно у лицея. Завтра у меня вылазка в город. Кошкин не против.

— Это прекрасно, Максим. Я тебя сама тогда и встречу. — Ольга рада. — рано?

— Думаю до завтрака. Все же лучше я поем в городе. Так что буду ждать, — отключаюсь, и ухожу в сон. Технически я ж все еще пострадавший.

Из лицея выхожу на следующее утро как раз как и планирую. Еще до завтрака.

— Привет, Максим!

— Доброе утро! — удивляюсь я. Сегодня Ольга предпочитает одежде охотника обычное цивильное платье. Так что я даже сначала не узнаю девушку. Но ей идет, безусловно. О чем я естественно сообщаю.

— Спасибо, Максим. — улыбается девушка. — Раз у нас встреча до завтрака, может начинаем двигаться в ту сторону? Хорошо, Максим?

— Конечно! — Тут же отвечаю. — Тем более нам нужно обсудить мои неожиданные доходы, не так ли?

— Давай это все-таки сделаем не в мобиле. Предлагаю доехать все же до кафе «У камня» и уже там говорить о серьезном. Хорошо?

— Конечно! — одобряю я. — Там и позавтракаем.

— Отлично! Садись. — Ольга быстро садится за руль.

Быстро забираемся в мобиль и через две-три минуты добираемся до центральной площади. Выходим из мобиля и идем к кафешке.

Вот как раз почти у входа в заведение, воздух вокруг нас взрывается огнем, и на какое-то время превращает окрестности в филиал ада на земле.

Глава 13

Нет, ну тут повезло. Все же ксеносы в формате минно-взрывного дела совершенно не развивались. В засадах — да. Но там всегда чувствуется намерение. Даже если твари его скрывали, все же полностью убрать фон не могли. А вот мины, мины ставили только мы. И как-то против людей так и не сподобились повоевать. Это очень сильно до моего рождения в том мире было. Может было и после, но сам я с минированием не сталкивался вот совсем.

И это очевидная ошибка. Хорошо возвращает в реальность. Расслабился я, конечно, в последнюю неделю. Забыл, что самые большие злодеи — это все-таки люди. Даже ксеносы, в принципе, не то что бы зло были. То есть зло, конечно, но если объективно — они все словно выполняли программу, в которой другим разумным просто не было места. Поэтому они нас и уничтожали, холодно, механически, перерабатывая под какой-то свой формат. И поэтому, кстати, и проиграли там. И проиграют тут, я уверен. От схемы они не отступят — никогда не отступали.

Тут же было именно минирование, правда понимаю я это не сразу. И то, что оно магическое только добавляет чуть мыслей на подумать.

Спасают нас с Ольгой два амулета. Оба щита магическая мина прожигает за пару секунд. Но как раз их мне хватает.

Ускорение. Максимально. Рвусь к Ольге. Буквально заключаю ее в объятья.

Второе повезло, что недавний абсолютный щит остается у меня на контуре для быстрого доступа — я его вешаю туда сразу, слишком уж вкусная штука, а точек внимания у меня, после восстановления привычных структур, пока прилично. Все точки с момента прорыва еще не успеваю задействовать. Пока наслаждаюсь легкостью бытия, что ли. Донаслаждался.

Так что, абсолютный щит тут же подменяет трескающийся амулетный. Сегменты начинают выгорать в магическом пламени. Пламя точно непростое, включает в себя что-то еще, и много, раз оба щита сняло за пару секунд, но пока мой поставленный держит. И в принципе, его на какое-то время хватает, может быть даже секунд на десять.

Оглядываюсь. Получается с трудом. Слишком большое ускорение. Двигаться в нем сложно. Но в этом есть и плюс — времени будет побольше. Аспектом чувствую на удивление и само пламя, оно почти разумно, и это пугает. Значит через него идти нельзя — можно и не пройти.

Ольга только начинает осознавать ситуацию. Но медленно. Не успевает.

Вокруг стена пламени. И насколько она велика вот вообще не понятно. Ничего не видно. Щит продержится еще десяток нормальных секунд — я, похоже, в него вливаю пси больше, чем магии. Магия словно становится основой. И, как и с другими магическими конструктами, щит получается значительно сильнее.

Вариантов собственно и нет. Незакрытым, условно, остается только небо. да и то, огненная стена вроде начинает раскручиваться, так что и этот вариант стремительно уходит.

Нагнетаю энергию в ноги. Сейчас так нужно, постепенная работа по укреплению идет лесом. Нужно высвободить все что получится в одном импульсе. Больше вариантов в голову не приходит — щит, скорее всего не выдержит путь через огонь, да и не факт, что огонь не последует за нами. Есть у меня такое подозрение. А на второй — магии уже может не хватить. Рисковать не хочу.

Прыжок. Кости скрипят, но вроде выдерживают, а вот мышцы и связки уже нет. От чрезмерного усилия, после разгибания рвутся и те и другие. Хорошо хоть импульс какой-никакой сообщить получается.

Аспектом помогаю движению. Это поднять себя — целая проблема. А вот поддержать первоначальный импульс, пусть и невеликих пределах, телекинезом получается на ура. Но на два тела хватает — прыжок получается, и мы с Ольгой в облаке осколков влетаем в окно третьего этажа.

В полёте за эти сильно растянувшиеся для меня секунды, успеваю немного поменять расположение своего тела так, чтобы Ольга упала на меня.

Первый удар принимаю тяжело — упавшая Ольга выбивает весь воздух из лёгких. Успеваю заметить язык пламени, который почти успевает лизнуть наши ноги. Словно тянется за нами. Кубарем катимся дальше.

Ольга вылетает из моих объятий.

Тут же догоняет боль из разорванных мышц сухожилий в ногах. Шиплю сквозь зубы.

Оглядываюсь. Похоже, мы влетаем в чью-то гостиную. Ускорение сбрасывается.

Дергаюсь к упавшей девушке, но сжимаюсь от боли. Но Ольга почти сразу же начинает выбираться из-под обломков чего-то деревянного. Ну, целители покрепче иных людей будут, так что наверное и неудивительно. Но все равно не зря перевернулся — так помощь придет быстрее.

— Макс! Жив?! Как мы тут?! — быстро бежит ко мне девушка. Только приближается к окну и я опять вижу вытянувшийся язык огня. Он почти достает до окна.

— Назад от окна! — Ольга отпрыгивает и за руки помогает мне переползти вглубь комнаты.

— Не шевелись! — Ольга кидает диагностику и одним движением прикладывает к глазам очки.

— Оль, быстро что-то можно сделать?! — кривясь от боли спрашиваю целителя. Сам судорожно ищу напавшего. Фон все равно должен выдать намерение.

— Смотрю! Не отвлекай! — Ольга начинает строить что-то целительское, но я наблюдать за этим не могу — стараясь отвлечься от боли переношу все внимание в Аспект, и ищу хоть что-то.

Пламя, судя по ощущениям исчезает, чем бы оно не было. На улице начинается легкая паника.

Но не могу найти ни агрессии в свой адрес, ни хотя бы какой-то зацепки. Словно то, что произошло сейчас на площади — естественно. Никакого внимания в наш адрес, ну кроме фонового, которое появляется после стены огня на площади. А вот интереса именно к нам, или наблюдения, агрессии или чего подобного нет. Я уже прореживаю, словно сквозь сито всех, кто есть сейчас рядом, на расстоянии метров трехсот в разные стороны. Работаю лучом, чтобы зацепить большее расстояние, но никого, кто бы действовал так как я ожидаю — не цепляю просто. Такое ощущение, что огонь появился сам, а постом так же сам исчез. Словно взорвалась зажигательная бомба. Хм. Но того, кто бы ее бросил тоже нет. Так что это скорее заложенный фугас, или мина. Но как бы она сработала на нас, а не на ком-нибудь другом, непонятно — должен быть наблюдатель, или критерии.

Снова отвлекает боль, вздрагиваю.

— Терпи, если хочешь быстро, — сквозь зубы говорит целитель. Видно что ей работа тоже не просто дается. — У тебя еще трещины в костях, если их не убрать, то потом ноги подведут. Плюс множественные разрывы. — Ольга комментирует свои действия. — Сначала кости, потом мясо — иначе срастутся неправильно. А обезболивающее не даст мне нормально ориентироваться правильно-ли я тебе ноги складываю — тебе что не сделай, будет хорошо тогда. Так что могу только сознание погасить. Надо?

— Нет. Терплю. — Чувствую, словно Ольга руками складывает кости. Резкие, острые импульсы. Благо недолго. — Оль, у нас скоро будут гости.

— Подождут! — сдавленно ругается Ольга.

— Эти, ссс, — снова шиплю, на острый импульс боли. — Эти не подождут.

Наблюдаю, как на место огненного торнадо прибегают несколько человек. Судя по фону — на службе — сосредоточены, знают что делать. Что-то обсуждают, и почти сразу приходят к решению. Один остается под окнами, двое быстро бегут внутрь дома. Агрессии там нет. Так что думаю это все-же местная полиция. Но на всякий случай пару шариков подвешиваю с разных сторон.

Дверь в квартиру, судя по звукам, не открывают, а выбивают чуть-ли не походя.

— Стоять! — влетает в комнату один из полицейских. — Руки от артефактов!

Влетает, кстати, грамотно, с активированным щитом, уходя с линии выстрелов или техник, если вдруг. И не закрывая обзор напарнику. Второй остается прикрывать из коридора.

Похоже, последнее время полиции что-то где-то накручивают, ребята в данный момент очень нервничают, судя по фону. Но ощущают себя правыми и выполняющими долг. И несмотря ни на что - идут на приступ.

— Целитель звезды охотников, — Ольга бросает на парня взгляд. — Сейчас предъявить жетон не могу, в процессе лечения!

— Руки прочь, маг! — молодой парень направляет жезл уже на Ольгу. Его руки начинают трястись, похоже это чуть ли не первый-второй его выход, а тут такое. — Встать к стене!

Второй только хочет что-то парню сказать, как у первого полицейского, вижу, дергается палец на амулете.

Ускорение. Щит. Первую молнию отбиваю в потолок. Все, я пуст. Магии во мне больше ни на грош.

— Нападение на полицейского! — орет парень отскакивает в сторону и снова нажимает на амулет.

Аспектом амулет чувствую прекрасно, и щит мне не мешает совершенно. А в ускорении, еще и успеваю увидеть как наливается магией от накопителя конструкт молнии в амулете. Теперь-то я знаю куда смотреть. С помощью пси простраиваю направляющую нитку для заряда в тело самого полицейского. Теперь-то это успеваю сделать — ускорение по-ощущениям кажется раза в полтора становится сильнее в обычном режиме.

Парня выгибает дугой, и он падает. А его палец я придерживаю на кнопке активации. Да, вот такая вот маленькая месть. Самое смешное, что парень даже понимать не будет, почему так сработало. Да и вряд-ли запомнит хоть что — слишком неприятный букет ощущений получает.

После второго разряда в тело, молодой полицейский теряет сознание. Ну, это и понятно — их амулеты именно для этого и предназначены. На несколько мгновений в комнате стоит тишина.

— Маг, слыш, ты не дури. Что с Семеном? — доносится из-за проема двери голос. Этот товарищ вроде несколько старше первого полицейского.

— Да вроде жив твой Семен. А! шшш…- опять простреливает боль.

— Все-все, теперь только мышцы. — Облегченно говорит Ольга.

— Вас там двое чтоль? — доносится из-за двери.

— А ты не слышал? — отвечаю, — девушка же представлялась твоему Семену. Да и я тоже.

— Не, не слышал. Это… Маг, не дури, сейчас здесь еще наряды будут. — Полицейский отчаянно трусит, но с места из-за стены не уходит. И в фоне упертость. Молодец, наверное.

— Да я даже встать не могу пока — переломан весь был. Меня сейчас целитель из охотников лечит, мы твоему Семену сказать пытались, а он из амулета палить во все стороны начал. В себя раза два попал. Чего-то не сдержанный он у тебя напарник.

— Да, Сема может, он все подвигов ищет. — Полицейский задумывается. — А помощь ему нужна?

— Вроде нет, лежит, дышит. Без сознания. — кстати, «проявитель» же принесут точно. — Но я сейчас не могу тебе ничего сказать, я ходить не могу, а целитель прерваться не может. — Ольга с закрытыми глазами что-то шаманит над моими ногами. На лбу даже пара капель пота выступает. Видимо «исцеление» напрямую помочь не могло бы.

Ускорение опять. «Просматриваю» то, где и кто стоял. Не знаю как работает «проявитель», но он точно не может работать по пси-полю, маги его даже в очках не видят. А магию свою я только в щите применял. Ладно. Нормальная версия. Убираю ускорение.

— Я могу взглянуть? — доносится от полицейского. — На улицу ты все равно не выйдешь. Там тебя ждут. — А я действительно вижу, что перед зданием собираются еще три сигнатуры. А еще одна, очень знакомая, быстро приближается от банка. Ну вот и ладно.

— Валяй. Я вообще не понимаю, чего вы так с напарником на нас напали. — Говорю.

— А на кого? — в проеме появляется и тут же исчезает голова полицейского.

Через пару секунд в комнату заходит второй служивый. Этот как раз уже лет тридцати, и, очевидно, служащий не первый год.

— А на кого? — повторяет он, заходя в комнату. Мужик держит руки на виду, амулета в них нет. Не поворачиваясь к нам спиной, подходит к своему напарнику и щупает пульс. — Только что вы зачем-то на площади запустили круговую стену огня, потом вломились в частное жилище. Так нельзя. Все эксперименты с опасными техниками должны проходить в контролируемом пространстве, и в городе так себя вести нельзя. Да еще это вторжение. В общем, сейчас дежурные маги подскочат — с ними и объясняйтесь. — Опускается рядом с напарником на колени и слегка бьет его по щекам. — Сёма! Сём, очнись!

Молодой напарник приходит в себя и непонимающе смотрит на второго полицейского.

— Где я? — потом внезапно вспоминает, и почти подскакивает. — Там!..

— Да лежи ты, — говорит старший. — Сегодня повоевал, хватит с тебя. Сюда наряд с дежурным магом едет, задержанные маги не барагозят, а госпожа целительница, как закончит, может и тебя глянет, дурака. Надо же, в себя несколько молний всадить. Да над тобой участок ржать будет.

— Я не сам! — парень возмущается. — Амулет сработал нештатно!

— Начальство придет, вот ему и расскажешь. Мне-то оно зачем? — спокойно, даже немного уставше, говорит второй полицейский. — Может это и к лучшему, говорил я нашему — рано тебя в поля. Надо было еще немного в участке подержать. Горяч ты для нашей работы. А городок у нас тут непростой ведь. Тут вон лицеист и госпожа охотница, оба точно маги, ведь задумай плохое — с твоим амулетом ничего бы ты им не смог сделать. Хорошо тебе вот в таком виде досталось, а были бы контрабанды, как вон недавно? Не, парень, рановато.

— У нас оба амулета щита кончились, и магии на дне, — усмехаюсь. — Так что этот твой Сема девушке реально повредить мог. Так что, боюсь, у него теперь определенные проблемы.

— С чего бы, лицеист? — усмехается второй. — Ты о себе думай больше. Боевая техника в черте города без угрозы жизни — это исключение почти наверняка.

— Ну, положим, огонь вызвали не мы, — начинаю уточнять. Все равно лежу. Боли больше нет, но Ольгу отвлекать не хочется.

— А мне это вот совсем без разницы, — равнодушно говорит полицейский. — Со стороны смотрится, как — лицеист хотел произвести впечатление на девушку, не справился с техникой, и сбежал с помощью полета. Хорошо еще, в стену огня мало сил было вложено. Простояла стена десяток секунд и сдулась.

— Все, Макс, лежишь пять минут, — Ольга кастует «исцеление», судя по-всему — даже среднее. — У тебя не ноги были, а каша. Если бы еще этот, — кивает на первого полицейского, — молнией долбанул меня, идиот, то ты бы на недельку в больничку бы лег, не меньше.

— Спасибо! — улыбаюсь девушке. Знакомая сигнатура уже входит в дом.

— Почему это я идиот?! — дергается тот, которого напарник Семеном обзывает. Второй полицейский с силой укладывает его обратно на пол.

— А точно нужно его смотреть? — удивленно спрашивает Ольга. — Может лучше так оставить?

— Не обращайте внимания, госпожа целительница, — напарник Семена ему даже рот зажимает. — Молодой еще, глупый. — оборачивается к парню и с нажимом говорит, делая большие глаза. — Он полежит тихо, и точно-точно не будет вам мешать.

— Ну, смотрите, — Ольга с усмешкой пожимает плечами. Надевает очки уже нормально и запускает диагностику.

— Да что ты будешь делать! Опять ты, Рысев. Не удивлен уже, знаете ли, — спокойно входит в комнату Степанов. Как раз та самая знакомая сигнатура. — Госпожа Прозоровская, вам тоже добрый день. Рассказывайте. Что у вас тут опять происходит.

Глава 14

— И вам, Павел Андреевич, доброе утро! — здороваюсь. Ольга тоже кивает — сейчас она уже занята диагностикой полицейского. — А чего вы в партикулярном?

— Я ближе всех по вызову был в банке. Наряд еще едет, будет минуты через две.

— А вас в столицу еще не перевели?

— Нет, — Степанов заходит в комнату, оглядывается. Берет стул из непострадавшей части помещения и садится. — Не перевели. Оставили курировать этот городок, но теперь официально. Вы, Рысев, давайте уже свою версию событий. Сейчас наряд подъедет, и если меня ничего не заинтересует, поедете с дежурным магом оформляться. Вы теряете время. — Ольга тоже бросает на меня удивленный взгляд.

Ну, к делу, так к делу.

— У кафе почти удалось покушение на мою или Ольгину жизнь. Огонь запускали не мы, даже больше скажу, огонь был запущен без участия человека рядом это вот абсолютно точно. Если существуют огненные мины — то вот это как раз такой случай. Кроме того, огонь был не простой. Два армейских амулета смогли его приостановить секунды на три, от силы. Щиты огонь прожег очень легко.

— Так, — вздыхает Степанов. — То есть ты утверждаешь, что в имперском городе…

— Да что вы его слушаете! — взрывается полицейский Семен. Ольга тут же прекращает диагностику, а полицейский постарше закрывет на секунду глаза рукой. — У него просто техника сорвалась! Ну скажи им, Леш!

— Извините, моего напарника, он под свои же разряды попал, — на вопросительный взгляд Степанова, второй полицейский чуть пожимает плечами. — Мы не очень уверены. Внешне выглядит так, что действительно у лицеиста сорвалась техника, но мы не эксперты. Утверждать не будем. Да и госпожа целительница Семена уже посмотрела, а значит, скорее всего, не при чем. — Не очень логично, но жизненно, добавляет старший в двойке.

— Повреждений нет, — Ольга спокойно отвечает на такой же взгляд Степанова, — больше так попадать под разряд я бы неделю-две не рекомендовала бы. Укрепляющих отваров немного, да и по этому вопросу все, пожалуй. А вот почками и искривлением я бы вам рекомендовала обратиться к целителю, иначе можете сильно ухудшить свое состояние. И больше, — Ольго усмехается, — я ничего сказать не могу, так как меня прервали.

Старший полицейский отвешивает небольшой подзатыльник молодому.

— За что, Леш? — обиженно оборачивается Семен.

— Не влезал бы, сэкономил бы золотой на хорошем обследовании. А теперь — сам виноват! — оборачивается к Ольге. Огромная вам благодарность от нас, госпожа целительница.

Ольга с пониманием кивает. А действительно, услуги целителей дороги, даже в этом городке, где есть школа, по идее. Я просто привыкаю к хорошему.

В комнату заходят еще трое полицейских, и внезапно в помещении становится довольно тесно.

— Вроде все спокойно, — оглядывается главный в тройке. — Где нападение на полицейского? — Потом видит обернувшегося Степанова. — Здравия желаю! — тут же вытягивается перед представителем Тайной Экспедиции. А с ним и остальные вновь пришедшие.

— Вольно! — Степанов тут же кивает. — Я не в форме, вы же видите. Тянуться не надо. Забирайте своих ребят. — показывает головой на Семена с Алексеем. — Оформите потом претензии владельца помещения — их мне на стол. А это дело, включая применение боевой техники на площади, я забираю себе. Вопросы?

— Никак нет! Разрешите выполнять? — Степанов кивает.

Полицейский маг подбородком указывает на первую пару служивых. Его напарники тут же подбегают к Семену. Забирают его, Алексея, упавшие амулеты. Оглядываются, и в пару десятков секунд в комнате остаемся только мы втроем.

— Применение боевых техник в любом городе — это преступление, Максим. А в имперском — это каторга, если, конечно, это было сделано не лицеистом. Тут есть варианты. У вас есть враги, Рысев?

— Никто из лицея не знал, что я иду сегодня в город. Только мой учитель, но он вряд ли распространялся. Павел Андреевич, давайте я сообщу мои соображения?

— Извольте, — кивает полицейский.

— Максим, ты можешь двигаться. — Тихо шепчет мне на ухо Ольга. Подходит к перевернутому креслу, ставит его обратно на ножки, и садится немного сзади.

С трудом поднимаюсь на ноги, каждую секунду ожидая, что подведут. Но Ольга отрабатывает как целитель выше всяких похвал. Ноги словно и не бывали переломаны.

Нахожу стул, и сажусь напротив Степанова. Тот спокойно ждет.

— Смотрите, Павел Андреевич. Это с минимальной вероятностью покушение на меня именно потому, что я не заметил вокруг никого, кто мог бы атаковать нас чем-нибудь таким. Объясню сейчас. — Поднимаю ладонь, останавливая вопрос. И безопасник, на удивление, не перебивает. Да и вообще, никого не было в радиусе метров ста, но об этом Степанову я говорить не буду. Продолжаю. — На площади мы были практически в одиночестве.

Прикрываю глаза, чтобы вспомнить картинку.

— Около банка было два человека, они, думаю и сейчас там стоят. Могли видеть все нападение полностью. Один из них охранник, второй клерк в белой рубашке. — На самом деле точно они же и стоят до сих пор, но опять же, Степанову я об этом тоже не говорю. — В кафе было несколько человек, но мы их видели. В общем, рядом, на площади не было никого, кто бы мог атаковать. Это первое. Второе. Это любимое кафе Ольги. Она тут завсегдатай. — Степанов бросает взгляд на Ольгу.

— Так и есть. — Кивает. — Я, когда в городе, здесь каждый день завтракаю.

— Кроме того, за пару минут до нас, по этому же месту проходил один из посетителей кафе — и ничего не произошло. Я допускаю существование каких-либо техник, или амулетов для подобных атак. Существует такое?

— Вы же уже поняли, по моим действиям, что да. Мины бывают не только пороховые. И даже сама возможность, что вас могли атаковать армейским амулетом, заставляет меня со всей серьезностью разбираться сейчас и здесь, вместо моего законного выходного. — Степанов пожимает плечами.

— Тогда у меня просьба, пришлите срочно наряд к дому Ольги. Что бы, если я прав, не успели снять установленное.

— Ты думаешь, Максим?! — Ольга не хочет верить.

— Почти уверен. Наблюдателя тут не было, но про активацию мины тот, кто устанавливал, должен был узнать. Я бы такой функционал прикрутил бы. Да и полиция возбуждена. Так что, тут прошло меньше пяти минут, и думаю, тот кто ставил, по идее, должен пристроится где-то посередине между минами. Он же не знает, куда ты пойдешь из города. А точно ты посетишь всего три точки — дом, кафе, и Дом Охотника. В Доме Охотника такое устанавливать чревато — я правда не знаю, как можно обнаружить мины, но уверен, что охотники — это лишний риск к обнаружению. А вот на подходе к твоему дому и кафе — можно спокойно устанавливать, никто и внимания не обратит.

Степанов уже что-то наговаривает в амулет связи.

— Ваш адрес? — обращается к Ольге.

— Зеленая 17, второй этаж.

— А комната?

Ольга бросает на меня быстрый взгляд.

— Весь этаж. — Чуть пожимает плечами. Я улыбаюсь. И правильно. Если может, и комфортно, то чего стесняться?

Степанов кивает.

— Наряд выехал, будет через минуту. Если ваше предположение верное — точно опережают человека идущего пешком. Если же тот на мобиле — то постараются задержать любого, кто будет выходить из дома, или находиться рядом. Продолжайте, Рысев. Пока все логично.

— Мне нужно понимать, на что можно настроить мину. На конкретного человека возможно?

— Нет, — категорически отвечает безопасник. — Если бы такие разработки были — мы бы знали. Можно на движение, на присутствие крупного животного — там можно вес задавать в довольно неплохих пределах. Можно активировать с амулета, но нужно наблюдать за местом установки…

— Хмм. Это все не подходит — сработало бы раньше, или бы нашли наблюдателя. — Поднимаюсь на ноги. — Предлагаю, понемногу выдвигаться к дому госпожи Прозоровской, — улыбаюсь в сторону Ольги. Проверяю силы — на удивление, за эти пять минут магический источник вполне восстанавливает часть магии, и ее, если что, на щит уже хватает.

Безопасник кивает и тоже встает со своего стула. Помогаю встать Ольге.

— Знаете, в лицее я встречал двери, которые запирались не ключом, а браслетом. Да еще и оплаты, опять же, и вообще технология переноса данных с одного амулета на другой в библиотеке вроде бы описана как довольно рядовая. Замки, те же амулетные. Так что, думаю, сделать мину, которая бы активировалась в присутствии ответной части, технически — труда не составляет.

— Максим, так никто не делает, это технология для самоубийц. — Недоверчиво говорит Степанов.

— Подозреваю, что уже делают. — Пожимаю плечами. — Или только недавно додумались, не знаю. Но это логично. Вот смотрите. За мной никто не мог охотиться — не знали где, или слишком дорого. Можно достичь данной цели более простыми методами. Значит меня почти отметаем — оставляем пяток процентов на откровенного психа, согласны?

— Да, Рысев. Согласен, — кивает Степанов. Безопасник нас ведет к своему мобилю на соседнюю улицу.

— А я не согласна! — Ольгу неожиданно прорывает. — Зачем на меня открывать охоту?! Я никому не интересна! Никаких угроз мне никто не присылал, ни с кем я договоров я не заключала! Это бессмысленно!

— Ты уверена? — останавливаюсь. — Про розу помнишь?

— Ты думаешь?! — ахает девушка. — Но у нас в Клане я даже не второй наследник! Зачем?!

— А какой? — тут же уточняю.

Ольга оглядывается на безопасника. Тот явно пожимает плечами.

— Шестая в очереди наследования. — Нехотя говорит девушка. — Но передо мной и дети главы, и мой отец, да там по всей стране наследники сейчас находятся! У Прозоровских интересов много. Ну как ты себе это представляешь?!

— Я?! — удивляюсь. — Никак! Я же во внутренних делах твоего клана вообще не ориентируюсь. Но это было бы логично. А еще, мне только что пришла идея, если взялись за тебя, значит все остальные наследники также под ударом. Вряд ли бы начали тебя разрабатывать, если бы не были готовы планы на остальных. Ну это если дело в клановой возне. Но на мой взгляд — это наиболее логичный вариант. Попробуй вызвать отца, или главу. Или сама реши кого. Я бы, если бы хотел сделать такой переворот, то бы действовал бы максимально разнообразно, но примерно в одно и то же время. Так что сейчас под ударом могут быть все они.

— Максим, мы скоро это узнаем, — садимся в мобиль и неспешно трогаемся с места. — Если у дома госпожи Прозоровской установлены мины, или даже одна мина, то вы правы. Если же нет — нужно искать дальше. Заметьте, я вам верю на слово еще даже без заключения эксперта об огненной технике на площади. Цените.

— Ценю, — пожимаю плечами. — Но это в ваших интересах тоже, Павел Андреевич. Так что квиты, думаю.

— Ладно, Максим, как вы это видите?

— Я бы установил в мину постоянный запрос на ключ, с накопителем из малых. Ну как в замок магический ставят, только наоборот. И поставил такую мину. А ответную часть встроил бы в какой-нибудь амулет из сложных. И обязательно красивых и полезных, иначе реципиент это носить не будет. А главное, что бы нельзя было бы передать такое другому пользователю, так что это должна быть очень личная вещь. Вот и готов минный комплекс. — Смотрю на девушку. Ольга с каждым словом бледнеет.

А я задумываюсь на секунду.

— Знаете, а если этим озаботиться заранее, то так можно даже контролировать весь Род. Например, когда понадобится убрать фигурку с доски — размещаем на пути такого человека мину. Та передает сигнал, скажем на метр-два — и вот точечное устранение готово. Красота еще в том, что наклепать ответных частей, при условии, что реципиент не понимает, в чем дело — можно любое количество и разных совершенно. Не получилось с огнем — можно кислотное облако, например, организовать. Не получилось с ним — взрыв мобиля по естественной причине, или например сон за рулем машины — никто даже не поймет, что это было именно покушение. И ведь даже близко приближаться к жертве не нужно. Нет смысла. Все можно провернуть даже не появляясь рядом с жертвой. Идеальное убийство. Вы, — обращаюсь к безопаснику, — при всем моем уважении, в таких условиях даже не поймете, что это было покушение. Удивительно, что сейчас так глупо слили такую интересную идею.

— Максим, то что вы говорите — это просто чудовищно. — Говорит безопасник. — Никто так не поступает, но это так же чудовищно логично. Мне вам даже возразить нечего по существу. Это действительно можно было бы организовать.

Ольга со слезами судорожно вцепляется в ожерелье. Комплект сережек под него, она снимает только что.

Вопросительно смотрю на нее.

— Этот комплект мне папа подарил. Еще год назад. Кроме него, я не ношу амулетов. А под твое описание только он и подходит. Но тут ты прав — это сложный комплекс, созданный нашими внутренними артефакторами. Я не носила его до последнего происшествия — не возьмешь же его в Пятно, в самом деле! Обходилась стандартным армейским амулетом, который купила здесь. И вот недавно стала носить. Причем ожерелье теперь беру даже в Пятно. Там хорошее восстановление, причем настроенное на меня на пике возможностей — год назад.

— Вот про это я и говорю. Кстати, нужно допустить, что если дело в этом комплекте — то может и началось все сейчас, потому что тебя кто-то из твоих же увидел в нем. Если до этого ты его не носила, конечно. Не носила?

— Нет, я комплект одела первый раз как раз после похищения. И в нем ездила в Родовую усадьбу. — Ольга совершенно убито разглядывает действительно очень красивые украшения. Практически уникальные, наверное. — Мой отец не мог знать об этом.

— Уверен, что нет, — пожимаю плечами. — Ты даже примерно не сможешь сейчас сказать - кто. Но я знаю одно, что если моя идея соответствует реальности — то этот человек, или группа людей, точно должны иметь влияние на ваших артефакторов, это раз. И два — тот, кто установил в родовую вещь подобное, должен принимать участие в производстве похожих вещей для остальных наследников — не могли сделать мину только тебе. Слишком вкусная технология. На шестого наследника разменивать власть в Клане — нерентабельно.

— Максим. Так никто не поступает, — качает головой безопасник. — Если будет столько одновременных смертей, мы заинтересуемся обязательно. Тем более, это Прозоровские.

— Хм. Может и не одновременных. — говорю. — Может решили начать с нее. Или она уже не первая жертва. Мы знаем что комплект был подарен год назад, и все. Мы же не знаем — ни когда он был сделан, ни есть ли там внутри управляющий контур. Еще же ничего не известно!

— Вот именно, Макс! — негодующе вскрикивает Ольга. — Еще ничего не известно, а ты меня уже пугаешь! Может нет там мины никакой!

Приходит вызов на переговорник Степанову. Тот слушает, и увеличивает скорость своего мобиля.

— У дома Прозоровской мужчина оказал сопротивление, убил полицейского, и сейчас уходит на мобиле в сторону Пятна. Ольга, звоните родным.

Глава 15

— Вызвать наряд! Никого ко входу не пускать! Дом оцепить! — безопасник на пару секунд останавливает мобиль рядом с полицейским. Около второго уже суетятся целители. — Вызвать армейских экспертов-минеров. — Полицейский недоуменно смотрит на Степанова. — Что непонятно?! Вот мой жетон! — достает жетон, над которым раскрывает черные крылья ворон, символ Тайной Экспедиции. Полицейский тут же вытягивается. — Куда уходит преступник?! Быстро на карте! — сует карту полицейскому.

— Только что наш водитель сообщал, что мобиль преследуемого идет по центральному проспекту. — Показывает служивый. — Мы не успели перехватить, он по переулку перескочил на проспект к Пятну.

— В Форт сообщайте, пусть дежурных магов на перехват вызывают. Мы за ним. — Мобиль рвется с места.

Ольга на заднем сидении о чем-то серьезно разговаривает, и прерывать ее не хочется.

Осматриваю колье с серьгами. Огромное число тончайших нитей магии. Разобраться сходу даже профессионалу — не вариант. Видимо на украшениях много у девушки завязано в Роду. А может функционал богатый, но носить это теперь — опасно. Ладно. Отвлекаюсь.

Степанов мчит по городу практически на предельных скоростях, что я видел для этого Мира. Такое ощущение, что он из породы пилотов. При этом Ольга совершенно не боится. Хотя скорость видит.

— Макс, — трогает меня за плечо. — Я поговорила с отцом. У нас там все сложно, он обеспокоен, теперь особенно, но говорит пока сидеть в городке. Во второй раз тут будет сложнее организовать покушение.

— Уверен, что так, — киваю. — Как временное решение это нормально. А как твой клан найдет кого надо, там можно и передумать. Оль, а тебе нормально на такой скорости? — уточняю я после очередного маневра безопасника. Тот объезжает более медленные мобили, пешеходов, препятствия. Иногда просто просачивается между двух съезжающихся мобилей. В спину нам несутся гудки, и, скорее всего, проклятья, но Степанов сосредоточен на дороге, и его это совершенно не трогает. Он вообще их игнорирует.

— А что не так? — удивляется девушка.

— Ну ты на такой скорости не ездишь, обычно, — пожимаю плечами. — А господин Степанов словно так ездит всегда.

— Нет, Максим, врядли. Видишь, он даже не реагирует, хотя нас точно слышит. Они же все в Тайной Экспедиции менталисты, это общеизвестно, — хмыкает девушка. После разговора с отцом к ней возвращается уверенность. — Так что он сейчас в трансе. С ним и здесь безопаснее, чем на улице. Не удивляйся.

— Да нет, не особо удивлен. Я ж с пилотом катался в нашем городке. Он тоже из мобиля выжимал все соки.

Вылетаем из города, и, наверное в полукилометре впереди, видим летящий с похожей скоростью мобиль. Похоже наш клиент. И мы понемногу его догоняем, похоже, но недостаточно быстро.

— Максим, поставить щит сможешь? — внезапно говорит Степанов.

Проверяю.

— Не вижу проблемы. — пожимаю плечами.

— Макс, ему в этом состоянии попроще говори, он сложные слова только слышит, но вряд ли понимает, — тихо смеется девушка. Кажется отец ее хорошо успокаивает.

— Да, смогу, — повторяю я Степанову. Тот кивает.

— Сейчас подъеду ближе, но атаковать, вести и защищаться одновременно я не могу. — мобиль преступников виляет между машин охотников и грузовых мобилей. Думаю из-за этого мы его и нагоняем, в принципе. Водители видят погоню, и сразу же съезжают на обочину. Никому не нужны чужие проблемы.

— Сейчас. — Ольга быстро сплетает конструкты усилений. Узнаю и на скорость, и реакцию, зрение становится чутким — все как и в Пятне. — На полчаса хватит.

Безопасник кивает.

— Да, это поможет, спасибо. Но в следующий раз предупреждайте, госпожа целительница. Так, Рысев, приготовься.

Киваю. Потом озвучиваю.

— Готов. — Мы почти нагоняем мобиль. Уже даже понятно, что там сидят два человека.

— Давай! — от безопасника отделяются какие-то страшноватенькие, полупрозрачные кракозябры и вылетают в сторону мобиля преступников.

Мобиль виляет, но продолжает двигаться дальше. А в фоне появляется очень сильное удивление Степанова.

Сразу после кракозябр безопасника ставлю щит и усиливаю его своим пси-щитом. Внешне даже незаметно. Но не зря. Из преследуемого мобиля в нас устремляется с десяток разных атак, бьют с минимальными интервалами.

— С амулетов бьют, Максим, держи!

— Да! — вливаю как могу в оба щита энергии. Ускорение.

В меня словно врезается грузовик. И так раз десять. Щиты удерживаю чудом, и это еще я успеваю их под ускорением наклонять, чтобы разряды по касательной проходили.

— Молодец! — орет Степанов. Мы почти догнали мобиль. Безопасник подается вперед, словно сам хочет из-за руля выскочить. — Еще немного! ДА!!!

Степанов взрывается облаком щупалец, а я могу наблюдать атаку менталиста.

Щупальца быстро устремляются к мобилю преступников, буквально пронзают его, и… проходят насквозь. А в атакуемом мобиле я успеваю заметить еще один клубок чуть другого цвета. Степанов хватается за голову. Кажется к противостоянию с еще одним менталистом он не готов.

Еле успеваю перехватить руль. Степанов вроде как пытается потерять сознание.

— Оля! — кричу назад.

— Помогаю уже! — Ольга хватает безопасника за плечи.

Мобиль сильно замедляется и мы почти останавливаемся.

— Преследуйте мобиль! — безопасник еле говорит сквозь стон. — Там менталист! Его нужно взять! У форта его остановят!

Переглядываемся. Вместе с Ольгой вытягиваем Степанова на заднее сиденье, а я перелезаю за руль. В общем — тот же глайдер, отличия минимальны. Что и когда нажимал Степанов я помню.

— Макс! Ты водить-то умеешь?! — Ольга хватается за ручки, когда я делаю пару неуклюжих движений рулем, приноравливаясь.

— Уверен, что да! Я же никогда не пробовал! — подмигиваю и нажимаю педаль увеличения скорости, параллельно увеличивая расход с кристалла на двигатель. Все, как я наблюдал неоднократно. В глайдере примерно так же — видимо, одинаковое назначение предмета диктует некие общие законы компоновки управления.

Мобиль с места, быстро, но очень плавно начинает увеличивать скорость.

— Ааагх! — мы за десяток секунд выходим на ту же скорость, что была и у безопасника. Машина очень чуткая, и легко реагирует на движения рулем и надавливание педали. В легком ускорении я отлично контролирую машину. Но Ольга этого не знает. И вот сейчас в ее глазах плескается паника. Она перелезает на переднее сидение и сразу же пристегивается.

— Видишь, — чуть зажмуриваюсь от удовольствия. — Похоже, умею!

Через несколько минут девушка слегка расслабляется. Ну и правильно, она-то мое дело не читала.

Аккуратно прохожу между медленно двигающимися мобилями. Скорость не снижаю совсем. И вскоре вместе с Ольгой застаем конец магического боя на заставе. Осыпается кусок стены, земля перерыта взрывами, везде подпалины. Горит один из двух перекрывающих дорогу мобилей. Второй медленно едет в сторону Леса прямо по полю. Все вроде бы живы, но общим фоном — недоумение. Ну это и понятно — судя по повреждениям, преступники садили тут всем, что у них было, что бы вырваться. И местным быстро стало не до захвата, не ожидали они такого сопротивления — практически полноценный же бой. Но раз никто не погиб, то справились вроде.

Быстро минуем форт. Мобиль преступников мы ведем метров за семьдесят. Я-то вполне чувствую обе сигнатуры. Внутри преследуемого мобиля сосредоточенность. Никакого азарта, словно ситуация в форте совершенно ожидаемая. И легкое успокоение — что дальше будет проще. Это уловить могу. Благо людей уже не встречается на пути, и отлечить фон нашего мобиля и того не составляет проблемы. Мобиль мы смогли нагнать, пока в форте была скоротечная схватка. Так что сейчас уверенно сидим на хвосте, но расстояние не уменьшается. А даже, похоже, начинает увеличиваться. Медленно, но неуклонно. А машина Степанова быстрее просто не едет.

Выпускаю усиленную молнию. Щит у удирающих мигает и пропадает. Но тут же восстанавливается снова. Задержка в полсекунды, не больше. Мда. Амулетами они снабжены очень неплохо.

— Оль, отсюда «сон» накинуть сможешь?

— Нет конечно! Ты что? Расстояние было бы раза в два меньше — я бы подумала. А так — точно нет. — У девушки просыпается азарт. Но в тоже время она видит, что мобиль по чуть-чуть, но убегает. — Макс, мы что, их так просто отпустим?!

— Не знаю. Остановить их мы с тобой на этой скорости не можем, получается. Так-то я могу снять щит и ударить той же молнией. Повредить их машину, мне кажется, смогу. Но выживут ли злодеи я не знаю. На этой скорости мобиль перевернет не раз, — киваю на безопасника, — может что-нибудь с ним сделаешь, что бы он пришел в себя? Он как-то в этих товарищах заинтересован теперь тоже лично. Может у него есть что-нибудь, чем мы сможем злодеев задержать? Но ты не переживай, точно не отпустим.

— Могу только восстановление бросить, — я киваю. — Он же не без сознания, у него там что-то происходит. Я не хотела бы вмешиваться. Мы, целители и менталисты, традиционно друг друга не очень любим. И мое вмешательство может нарушить какие-то их процессы, я не очень близко знакома с этими магами. Их, в приличном обществе вообще стараются игнорировать.

— Почему? Они же вроде довольно сдержанные люди, и для государства полезные, — удивляюсь.

— Сказал парень, только что пострадавший от экспериментов такого «полезного» человека. — Усмехается девушка.

— Справедливо, — смеюсь.

— А если серьезно, — девушка кастует в безопасника восстановление. — Макс, они умеют контролировать свои эмоции. То есть не заглушать, а именно контролировать — то есть в любой момент времени выдадут то, что нужно, а не что чувствуют, и это на самом деле так. Они могут прочитать твои мысли, в виде образов, но довольно точно. Они могут влиять на твое состояние, брать тебя под контроль, тонко склонять на свою сторону, и ведь никто это не может проверить! Конечно их боятся. Это нормальная реакция. Да, еще забыла — они все фанаты разума, и постепенно, чем старше становятся, чем опытнее — тем они холоднее. Вот только и узнать это становится все сложнее и сложнее. Они хорошо маскируются. Твоя ситуация, для менталистов, вообще-то обыденность. Свободных магов на подобных, а то и еще худших экспериментах, ловили неоднократно. Поэтому уже лет двадцать они под очень плотным контролем самого Государя. Нет, Макс, никому не спокойно рядом с ними.

— Интересно, — не сильно по этому поводу переживаю, но хотя бы теперь понимаю реакцию окружающих на безопасника. И на Матвея, опять же. — Получается, что там, в кибитке впереди, едет коллега нашего Степанова?

— Нет, Макс, там точно свободный маг. Никогда члены этого Ордена, а они на самом деле члены организации, которая больше напоминает Орден магов, с Государем во главе, не воевали друг против друга. Это менталист, и точно условно свободный маг, или просто свободный, но тогда у Степанова и его службы проблема.

— Пояснишь? Мы теперь часа два можем напрямую ехать, — отвечаю на вопрос взглядом Ольги, — Ни мы догнать, ни они сильно оторваться не могут. Так, понемногу. Если будут уходить — убьем — на это моих сил хватит, проверено. И я за этим слежу. Но пока, ждем пробуждения.

— Спасибо, Макс. — Ольга серьезно смотрит на меня. — Мне это было важно услышать.

Собирается с мыслями.

— Макс, это общеизвестная информация.

— Ну я в библиотеке ничего про них не слышал и не читал практически.

— В библиотеке, — хмыкает девушка, — в библиотеке ничего и не будет. Там информацию дают дозированно. Но ладно. Это больше слухи конечно. Но основное, что я про них слышала, сейчас расскажу, раз мы теперь в ожидании. Эти маги — редки. Это важно, они встречаются даже реже целителей. Нужна некоторая предрасположенность. Как и на целителя, но мы все же ближе к человеческому, природному, так что нас побольше будет раз в десять. А если брать обычных магов — то раз в сто. Так что грубо один менталист на сотню обычных магов. А может и больше. Существуют грубо, три категории менталистов. Первая — это те, которые проходят их школу и дополнительное внутреннее обучение, и становятся членами Шестой Тайной Экспедиции, это как раз вроде как Ордена. Кроме них есть маги попроще, по каким-то критериям, они никогда не распространяются каким, не подошедшие — те становятся государственными служащими, серьезными чинами в полиции и так далее. А вот теперь внимание. Есть маги, которые заканчивают обучение только после их школы — обычно это выходцы из Родов. У нас тоже таких двое в главной ветви советниками. Их вяжут клятвами, и вроде как отпускают. Приглядывают конечно, но так, вполглаза. Они работают обычно на Глав Родов. Слишком они хороши в советниках. Там буквально очередь из желающих.

Степанов как-то всхлипывает, Ольга оборачивается, а я и так чувствую, что у него изменилось сердцебиение, и он постепенно вроде бы начинает приходить в себя.

— Ну вот, сейчас вернется к нам, — флегматично констатирует девушка.

— И третья категория…

— А, точно. И третья категория…

— Те, кто не проходил обучение и не давал клятвы Императору, — слабо говорит пришедший в себя Степанов. — Они на территории Империи вне закона, мы их ищем, и очень важно узнать, откуда этот маг. Он слишком силен. Обычно менталисты без обучения нам противостоять не могут, а этот мало того, что каким-то образом отбил мою атаку. Он еще и меня почти смог победить.

— У вас есть что-нибудь дальнобойное, что бы выключить этих ребят?

— Нет, никогда не требовалось. Сожалею.

— Мне-то что, — пожимаю плечами. — Тогда можем их преследовать до выхода из Пятна, всего-то еще пару часов в дороге, я справлюсь. Там же вы можете что-нибудь из нормального заслона организовать?

— Нет, кристалл магии закончится через час от силы. А скорее меньше. Запасного у меня нет. Мы просто встанем посреди Аномалии. Я как-то не готовился сегодня к гонкам — вообще-то в банк ехал, Максим, — отвечает на мое недоуменное лицо. — А при выезде из Пятна, уйти от любого числа преследователей им проблемы не составит. Просто нужно будет не доезжать до кромки и пройти по Светлолесью с десяток километров. Там еще дирижабль не запустишь, но уже идти более-менее свободно — можно. Не успеем организовать несколько поисковых команд. Уйдут.

— Тогда — первый вариант, который я предлагал Ольге — я могу сбить щит, и повредить мобиль, и будем уповать на случай. Вдруг останутся живы? — снова пожимаю плечами. — Ольга на всякий случай готовит стазис и сон, и поехали. Делать? Но шансы небольшие, честно говоря.

Маг задумывается.

— Делайте, — спокойно кивает. — К сожалению, проблем, если они от нас уйдут, будет больше, чем если они просто погибнут.

— Оль, обнови на мне пожалуйста бафф. — Так-то мне не очень нужно, но если есть возможность отработать попроще — лучше ей воспользоваться.

Ольга обновляет свой набор охотника на мне.

— Максим, еще только один раз без вреда здоровью. Ты помнишь?

— Да, конечно, спасибо. — Киваю. Ускорение. Сосредотачиваюсь.

То что я хочу провернуть, немного не совпадает с тем, что я говорю безопаснику. Взять-то этих товарищей я скорее всего смогу живыми.

Глава 16

Оба злодея мной прекрасно чувствуются Аспектом. Теперь главное координация.

Молнии готовы.

— Оль, готовься. — Девушка кивает. Но по губам пробегает довольно жестокая усмешка.

Высовываю руку в окно.

Ускорение еще больше. На максимум, что я могу. Вокруг все замедляется так, что я вижу замедленные пылинки вокруг.

Молния. Напитываю и пси, и магией. Вижу, как разряд, за пять-шесть секунд внутреннего времени, протягивается от меня к мобилю преступников. Разряд влетает в амулетный щит, перегружает его. Щит, вздрогнув, очень медленно для меня, разлетается золотыми точками. Я тут же протягиваю вторую молнию в переднюю ось мобиля. Точнее, в то место, где прикрепляется колесо. В то же мгновение, из салона мобиля начинает формироваться новый щит, но он точно не успевает. Замечаю, как сфера щита словно надувается вокруг передних сидений и медленно ползет дальше, но это уже не так важно. Я рассчитываю верно. Не успевает.

Молния достигает колеса, и там лопаются фиксаторы и сама втулка. Этого пока не заметно, но Аспектом я уже вижу повреждения. Щит наконец накрывает и эту область, но уже поздно.

Чуть отпускаю ускорение, колесо разлетается вдребезги.

На скорости, мобиль слегка закручивает, ведет под утерянное колесо, свободный конец вала переднего колеса уже почти касается земли.

Наблюдаю за злодеями. Парень за рулем сосредоточен, и, как мне кажется, он так же чутко контролирует машину, что и Клаус в больнице. То есть водитель — пилот, но и ему вряд ли под силу почти мгновенно остановить мобиль, на это нужно время. А вывести из заноса авто без колеса — на такой скорости может только лютый профессионал. Но я, пожалуй, здесь тоже подстрахуюсь, и шанса ему не дам.

Оба товарища внутри моего поля, так что спокойно формирую Ужас рядом с ними. И менталист даже что-то смутно чувствует, как мне кажется. Оборачиваться, по крайней мере, он начинает.

Пси — в глифы. На среднем уровне, что бы было похоже на естественное и ни капли магии. Глифы в злодеев. Все. Пилот теряется, менталист тоже. В поле откровенная паника на секунды, но этого хватает.

Мобиль закручивается вокруг разбитого колеса и медленно начинает переворачиваться. Все. Теперь нужно подстраховать, иначе получим фарш на выходе.

Аккуратно, телекинезом сопровождаю оба тела в полете. стараюсь придерживать сзади, чтобы было незаметно, и точно не придерживаю руки-ноги. Целостность клиентов в полетное задание не входит.

Злодеи бьются внутри машины каждый круг, и где-то после второго же удара оба теряют сознание. Менталист держится дольше, но все равно, отреагировать он не успевает.

Замедляю понемногу наш мобиль, не прекращая контролировать месиво внутри передней машины. Отвожу металлические балки, смягчаю удары. Не сказать бы, что это очень просто. Без ускорения я бы не сделал это вообще, а вот с ним — это спокойная работа, лишь чуть сложнее, чем проводка металлических шариков по пяти разным траекториям, хотя как раз этого я пока еще и не делал.

Пси очень сильно проседает, все же в ускорении слишком много точек внимания, но при этом, вся ситуация, даже в нашей машине, полностью мной контролируется.

Постепенно останавливаемся, да и мобиль противников перестает переворачиваться.

Снимаю ускорение. Тц. Немного теряю равновесие сидя за рулем.

— Обратно я поведу, — выбирается из машины безопасник.

Ольга спокойно выходит. Да и я следом за ней.

Меня чуть ведет в сторону, но тут же хватаюсь за дверь, и прихожу в себя. Кажется, немного перестарался.

— Стой на месте, Макс! — бросает в меня диагност. — Секунду. Нормально, просто переутомление. Восстановление сейчас приведет тебя в норму. Обновлять не надо, просто пару минут подождать.

— Да, понимаю, — киваю девушке. Показываю головой на мобиль. — Не интересно?

— Мне? Нет. Все равно экспедиторы результатами не поделятся, — поджимает губы. — Возможно только с Главой. Мне достаточно того, что я их точно в живых больше не увижу. Да и в нормальном состоянии, скорее всего, тоже. Я довольна.

— Ольга, можно вас попросить? — зовет от мобиля безопасник. — Они точно живы. Можете наложить стазис?

— Да, конечно. — Ольга быстро подходит к мобилю злодеев.

Иду за ней. Внутри машины все, конечно, перемешано. И оба тела внешне выглядят ужасно. Но так и задумывалось.

— И тот и другой живы, опасности для жизни нет. Множественные переломы, — подтверждает Ольга мои мысли. Кидает в обоих по конструкту стазиса.

Безопасник прикидывает расстояние до мобиля.

— Неа, не подгоним, — отрицательно покачиваю головой. — Потом можем через эти канавы не выбраться.

Степанов, подумав, соглашается. Быстро осматривает лежащие тела. Достает небольшой нож. Снимает ножом амулеты, и бросает их в мобиль. Быстро срезает одежду с тел в стазисе.

— Макс, помогите пожалуйста, — оборачивается ко мне.

Я как раз в это время задумчиво смотрю на тело пилота. Очень знакомое раздвоение. То есть разум пилота-то отключен — он без сознания. Тут вопросов нет, но вот кроме разума у пилота в фоне чувствуется еще и эхо. Небольшое, но уже почти сформированное. Какая знакомая вещь. Пока разум активен, это эхо, эту тень и не видно-то почти на этой стадии. Это потом она перехватит управление. Но пока, тело в стазисе прекрасно лежит.

Киваю, и помогаю отнести почти голые тела от машины.

— Все, вроде бы обошлось. — выдыхает безопасник.

— Что именно? — удивляюсь.

— Максим, вы видели месиво внутри? Там же в любой момент может что-нибудь сдетонировать, — кивает на машину. — Там же точно и жезлы были, и может быть мины, да и сами контуры мобиля вполне могли бы дать наводку. Но вроде проскочили.

Хм. ничего не случилось, да. Но запомню.

— Максим, по классической магии у нас только вы здесь. Поможете сжечь мобиль? — безопасник выжидающе смотрит.

— Зачем? Может кого лучше прислать, что бы разобрали? Там же наверняка много интересного.

— Не без этого, Маским. Но минусы, что найдут охотники, например, или твари растащат — перевешивают. Мы же в часе почти езды. — начинает зачем-то объяснять мне безопасник. Может себя убеждает, не знаю. Ну пусть, с меня не убудет. — Тут километров сто от городка, и около двух сотен до выхода из Пятна. Часа четыре на подход группы, а скорее всего, я ее даже и не смогу направить сегодня. Или вообще не смогу, не знаю. А мобиль тут останется. Нельзя. У этих ребят, — кивает на тела в стазисе, — точно были боевые жезлы, а они не разрешены к частному обороту. Это не считая мин, которые, если вы правы, там тоже есть. Нужно уничтожить. А информацию мы у этих господ и так вытащим. Вспомнят даже в каких подгузниках в первый раз пошли, если будет нужно.

Ну, ну, — думаю про себя. — Если бы так было все просто, то зачем бы вам Коштев сдался. Но да, почти с десяток разных мелких сгустков-контуров наблюдаю в машине. Но говорить об этом не буду. Зачем?

— Надо уничтожить полностью? — уточняю.

— Да. Так, что бы точно ничего не осталось.

— Хорошо, — киваю, и иду к мобилю.

Немного времени еще есть. Метрах в трехстах от нас стая мелких тварей уже скачет сюда. Быстро оправились от грохота. Пока это не проблема, но если не потороплюсь — станет.

Беру сверток с украшениями.

— Оль, можно? — киваю на украшения.

— Конечно, — спокойно соглашается девушка. — Носить их, если ты прав, все равно опасно. Не эти, так другие воспользуются. А доказательства уже полиция соберет. Но внутри клана и не нужно — достаточно моего слова. Пользуйся. — оборачивается к безопаснику. — Но с вас, если понадобится, подробное официальное заключение.

— Да мы и так вам обязаны его предоставить, госпожа Прозоровская.

— Я хотела бы с данными, что вы получите от этих тел. По крайней мере теми, что напрямую касаются меня. — Ольга пристально смотрит на безопасника. Тот на нее.

— Ну, хорошо. То, что касается вас, я предоставлю. — Ольга кивает на эти слова Степанова.

Пожимаю плечами. По-мне, тут и так все очевидно. Размахиваюсь, и бросаю сверток к перевернутому мобилю злодеев.

Секунду ничего не происходит. А потом условная тишина леса вокруг взрывается нутряным таким, глубоким звуком. Похожим на выдох органа.

А вокруг мобиля возникает похожая огненная стена, как с утра, около банка.

Только снаружи она значительно интереснее. Стена огня гудит, и двигается по кольцу вокруг машины. Что-то там внутри вспыхивает, что-то выплескивается, но интересно не это. Мне второй раз кажется, что этот огонь условно разумный. Ну навроде Леса, только значительно меньше. Да и в потоках огня словно угадывается шестиногая ящерица.

Не успеваю убедить себя, что мне сильно кажется, как улавливаю от безопасника и Ольги сильнейшее удивление. Девушка даже вцепляется мне в руку.

— Вот такой огонь был с утра около банка, да?

— Скорее всего, по понятным причинам я снаружи его не видел. — С интересом смотрю на Степанова. Удивление мне не очень понятно, но оно довольно безопасно, раз никто не дергается. — А что?

— Да ничего, Макс, — с хрипотцой говорит девушка. — Просто я теперь знакома с одним человеком, который смог пережить атаку малого элементаля Огня.

— Да, — подхватывает безопасник. — А я с двумя. Удивительно. И еще удивительнее, где эти ребята, — показывает на тела, — могли элементалей взять? Это же не просто огненный конструкт, это огонь, выполняющий сложные действия. И призывают их под конкретную задачу. Да и кроме того, не так уж у нас на территории Империи распространены призыватели. Это, скорее, для нас экзотика. — С повышенным интересом смотрит на злодеев. — Теперь эти господа, мне еще более интересны. Дело скорее всего перестает быть только внутренним, родовым конфликтом. А вот для вас — да. Тут точно покушение на убийство, госпожа Прозоровская, и я дам вам любые заключения.

Ольга кивает.

Элементаль крутится еще несколько кругов на месте, а потом словно ныряет сам в себя и исчезает. На месте мобиля остаются оплывшие и очень горячие остатки машины. В принципе, по ним можно сказать, что это был именно мобиль, но уже с трудом.

Стая же мелких тварей атаковать нас не просто не решается. Она резко меняет направление и начинает убегать, как только элементаль начинает наворачивать свои круги. И вообще, лес словно замирает, когда чувствует появление элементаля огня, и это понятно — такая тварь может пожечь все, насколько хватит ее сил, а вот возможностей ее остановить у Леса нет. Так что все вокруг замирает, чтобы не дай боги, не привлечь внимания опасной зверушки.

Быстро грузим тела в мобиль. Разворачиваемся и уезжаем в городок.

— Павел Андреевич, — аккуратно начинаю откладываемый до лучших времен разговор. Всей информации еще нет, но начинать его все равно нужно. Разве что безопаснику всего говорить тоже не стоит. — У меня неожиданно есть к вам просьба. С ней, конечно, я еще к Матвею могу обратиться, но пока к вам попроще. — Сразу же объясняю мотивацию.

— Давайте, Максим, — судя по фону, Степанов уже весь в допросах. Сейчас я ему чуть чуть на его песню наступлю.

— Даже две, — пожимаю плечами. — Одна важна для вас, а другая — да, наверное, тоже для вас.

— Удивили, — безопасник переключает фокус внимания на меня. — Ну, давайте.

— Не будите менталиста. По крайней мере, пока не доложите, или поставите в известность Матвея, — пожимаю плечами.

— Поясняйте, — вздыхает безопасник. Почему-то он сразу же верит в мои слова. Как-то даже обреченно.

— Только на уровне нечетких совпадений. Всего лишь по городу и времени. Но понимаете, я почти уверен, что если вы его разбудите сейчас — он быстро самоубьется.

— Я это понимаю, и этот момент учитываю, не беспокойтесь. — кивает маг.

— Матвей в похожей ситуации рисковать не стал, — уточняю. — Он подождал нужного специалиста. Прошу вас сначала согласовать допрос с ним. Понимаю, что прыгаю через голову, и вам возможно это неприятно…

— Нет, у нас в Экспедиции совсем другие отношения между соратниками, мы все одно дело делаем. Не переживайте. Карьерные войны у нас внутри невозможны. И если есть сомнения, лучше чуть больше понаблюдать. Совет же хороший, я так и поступлю. Сошлюсь на вас, имейте в виду, — кивает Степанов.

— Спасибо. Напомните ему про специалиста. Мне кажется, что здесь похожий случай. Не могу сформулировать, но я уверен — этот человек не может быть из людей Прозоровских, не с тем набором амулетов, что у него мы предполагаем. Доказать не могу, но ощущения подсказывают так.

— Хорошие у вас ощущения, — хмыкает безопасник. — немного даже завидую вашей интуиции, Максим, и считаю нужным к ней прислушаться. С нами хотите работать почаще?

Какой дружелюбный товарищ. Если бы не рассказ Ольги, можно было бы даже за чистую монету принять. Он ведь даже в фоне виден именно как заинтересованный, доброжелательный, даже местами добродушный. Черт. Я мог бы и обмануться.

— Пока что нет, Павел Андреевич, — тоже доброжелательно, даже чуть извиняясь, говорю безопаснику. И усиленно «не замечаю» тонкого щупа к своей сонной артерии. Видимо, для большей дружелюбности. — У меня слишком плотный график обучения, что бы мог отвлекаться на чужие задачки пока что.

— Понимаю, — кивает Степанов. — Ладно, а вторая просьба?

— Не поверите, но похожая, — хмыкаю. Киваю назад, на тела в стазисе. — Не будите и пилота…

— Тоже пока не согласую с Матвеем? — улыбается безопасник.

— Неа, покажите его шаманам. Это вторая просьба. — немного приоткрываюсь, но всегда можно списать на последствие ритуала. И ведь это тоже будет правдой. Отделять себя-духовную часть вот настолько четко, я могу только после него. — Я хотел бы поговорить с шаманами. Любыми. Но лучше с Доржатом. Мне кажется у нас налажен слегка контакт, и понимания может быть больше.

— Доржат? — удивляется Степанов.

— Матвей знает. Это тот шаман, которого мы спасли.

— Вы спасли шамана? — удивляется. — А, стоп, не хочу знать. А Матвея я сразу вызову, как смогу. Даже не сомневайтесь. Итак — что ему сказать?

— Что я хотел бы поговорить с Доржатом. Почти уверен, что он сможет что-то такое увидеть в этом человеке, — пожимаю плечами. — Пилот мне напоминает Клауса из моей больницы. Вы сами у меня расспрашивали про кристаллы навыка, те на которые подсаживаются. — Ольга бросает на меня быстрый взгляд. Чуть ей киваю. — Вот чем-то этот человек мне его напомнил.

— Неожиданно. Хорошо, ваши просьбы понял, и знаете, я пожалуй им последую. По крайней мере если не окажется, что дело уж очень срочное, и ситуация требует быстрых действий.

— Спасибо. Вы меня очень обяжете. — Киваю безопаснику.

Разговор сам собой затихает, и до городка мы едем, думая каждый о своем. Форт тоже проезжаем лишь чуть замедляясь. Интересно, сгоревший мобиль уже утаскивают, в порядок все вокруг приводят. Остаются несколько подпалин и все. Почти ничего не напоминает о недавнем бое. А ведь всего-то проходит пара часов.

— Остановите здесь, — просит Ольга, когда мы проезжаем мимо Дома Охотника.

Безопасник останавливает.

— Макс, пойдем, пожалуйста, — говорит мне девушка. — Проводи меня немного. Нам есть что обсудить, не находишь?

.

Глава 17

— Макс, пойдем, пожалуйста, — говорит мне Ольга. — Проводи меня немного. Нам есть что обсудить, не находишь?

— Конечно! — Так-то я тоже так думаю. Правда, после всего сегодняшнего подозревал, что теперь будем обсуждать в следующие мои выходные. Но, похоже, Ольга вполне быстро переваривает ситуацию с покушением на нее. Да и я в любом случае провожал бы девушку. Правда, думал до ее дома, а не до Дома охотника. Но это, видимо, частности.

Так что выхожу из машины вместе с ней. Безопасник тут же уезжает. Ну, у него тоже работы внезапно много добавилось.

— Пойдем в наш как-бы музей зайдем, ладно? — устремляется девушка ко входу.

Топаю рядом. Посмотреть на тварей, которых добывают в Пятне на самом деле хотелось бы.

— Для начала, сразу скажу про наше общее дело, — Ольга быстро смотрит по сторонам. — Мальчики поспрашивали наших, а я послала запросы по гильдиям. Пока что ответили только европейские отделения и азиатские. Там таких кристаллов не зафиксировано. Некоторые даже заинтересовались интересным отклонением. Это ничего особенно не говорит, тем более отделения чайнов и индусов пока не отвечали, а у них там в горах еще одно крупное Пятно есть. Оно конечно поменьше нашего, но тоже очень большое. Так что ждем. Но в близлежащих таких кристаллов не было.

Чуть выдыхаю. Твари не умеют телепортироваться. Я вообще такой метод перемещения только тут увидел. Даже у рейдера его смещения — это не телепорт, а, скорее, скольжение на волне пространства, когда рейдер «отпускает» собранную гармошку.То есть он физически не пропадает из точки, и его возможно «ловить» на траектории.

Слегка успокаиваюсь. Гнезда молодые, и группой, при нормальной подготовке, мы их зачистим, скорее всего. А подготовиться у нас минимум полгода, а то и год. Нормально. Успеваю. Осталось их найти. Но это как раз дело решаемое.

— Оль, а за какую сумму охотники полезут в четвертый пояс и дальше? — заходим в Дом.

— Не так, Макс. — Качает головой девушка. — Объявлять о свободном поиске нельзя. Ты слишком много будешь платить комиссионных. Народ просто рванет походить по краешку пояса, а потом получать с тебя гонорар. Лучше, если у Гнезд есть общие черты, поставь цену за сведения об их месторасположении. Тогда в Пятно пойдут опытные команды, и результат будет точно. И стоить это тебе будет от пятидесяти, до сотни золотых. Это дорого, но тебе же не уничтожение Гнезда нужно? Или попробуем открыть контракт на это?

— Я бы не стал рисковать без понимания как твари реагируют на магию внутри Гнезда, работает ли она там, что далеко не факт. Мы можем послать охотников на убой. Причем не факт, что кто-нибудь успеет принести сведения о Гнезде сюда. Нет, пока только о расположении. Этого, для начала, достаточно. Потом мы проведем разведку, и только потом, если поймем, что можно, а чего делать не получится, только тогда можно будет открывать контракт на уничтожение.

— Хорошо. Сейчас к Мише пойдем? — Ольга указывает на знакомого мне по прошлому посещению клерка. — Или сначала в музей?

— Нет. Сначала в музей. Я должен убедиться, — качаю головой. — Так-то все уже понятно, но раз ты говоришь, что есть фотографии — я должен взглянуть.

— Хорошо. Согласна. — Меняет траекторию движения девушка. — Тогда нам на лестницу.

Поднимаемся на второй этаж. Действительно, теоретически — доступно для посещения всем, а вот практически — об этом месте нужно знать, чтобы сюда идти.

Заходим в большой зал. Под него в Доме Охотника отведено почти целое крыло. Так что зал, наверное метров двухсот-трехсот площадью, и он такой не один — в конце вижу двери в следующий. В несколько рядов стоят стеклянные кубы, метра по два гранью, в которых то ли чучела разных тварей и тварюшек, то ли их куклы, застывшие в стекле — не понятно. Но посмотреть на эту коллекцию хочется. Тем более она устроена очень интересно, и точно под охотников.

Останавливаюсь рядом с чучелом знакомого кабана. Или просто очень похожего.

— Не, Макс, наш побольше был, — усмехается девушка.

— Да я посмотреть остановился, — слегка улыбаюсь и показываю на куб.

— А, согласись, это разумно сделано? Сразу легко запоминается, что с них брать можно. — Ольга кивает.

Интересное предоставление информации. В кубе стоит седой кабан. Рядом на плашке висят гравированные повадки, умения и опасность. А вокруг него в том же кубе висят те ингредиенты, что с этой тварюшки можно взять. Глазные яблоки с нитями нервов, сердце, разный другой ливер, куски шкуры, клыки… Все систематизировано по эффектам, и с короткой справкой в каких условиях ингредиент будет выкуплен Домом или скупщиками, в каких — он точно пропал. Как собирать, как и сколько хранить, ориентировочная цена. Все сделано с точки зрения охотника. Очень информативно, и очень удобно.

И так — каждый экземпляр.

— Макс, пойдем. В этом зале только устойчивые мутации, разовые дальше. Но нам с тобой как раз во второй — те ребята, с радужным кристаллом, притащили все совсем ни на что не похожее.

Киваю и иду за девушкой. Нужно будет прийти сюда еще раз, хотя бы с целью познакомиться с местным бестиарием. Вряд ли добычей ингредиентов я буду заниматься даже случайно — слишком большие времязатраты. А вот знать об эффектах и тварях — стоит.

Прохожу через зал, оглядываюсь. Похоже, я немного ошибаюсь. В зал помещается не так много живности. Крупные животные посередине, а по стенам мелкие, типа белок, мышей, мелких хищников, змей. Мелочи-то действительно много, и вот о ней стоит знать. А вот крупных животных — не особо. В принципе все те же волки-олени-медведи, что живут тут со стародавних времен. Просто за четыреста лет приобретают разные особенности, становятся поопаснее — ничего неожиданного.

— Макс, пойдем. — Ольга слегка дотрагивается до плеча.

— Да, — оборачиваюсь.

Заходим во второй зал. Он намного меньше, но тут нет чучел — больше рисунки, фотографии, иногда части тел. Ольга идет к отдельному стенду.

— Вот смотри. Здесь охотники попытались показать, с чем они столкнулись и что принесли в Дом Охотника. При подобных потерях это обязательное действие.

Я вижу в объеме, примерный макет входа в гнездо. А так же только один спуск в глубину, и пункты где и как они столкнулись с тварями.

То есть, судя по макету, и описанию, этим звездам охотников повезло натолкнуться на ксеносов в тот небольшой период около двух суток, когда они только начинают создавать новое гнездо.

Снаружи была только матка, и один из охранников, двое других как раз рыли основной тоннель, и оперативно на зов матки прийти не смогли. Кстати понятно становится, почему они принесли не три, а два кристалла охранников. Третьего, судя по динамике боя, они смогли уничтожить глубоко в гнезде, и обрушить на него землю. Ну, без матки эти твари все равно долго бы не просуществовали. Получается, первым же ударом две звезды уничтожили матку Гнезда. Фактически того же рейдера, но намного сильнее. А вот потом, судя по описанию, они разбирались по очереди с каждым охранником, теряя людей. И даже без координирующего центра охрана смогла очень серьезно потрепать этих магов. И ведь это еще пока Гнездо даже не начало изменять пространство вокруг себя. Приму к сведению.

А вот на фотографию радужного кристалла залипаю. Да, это именно оно. В две ладони высотой, с умопомрачительно сложным глифом внутри. Именно так я это и видел в свое время, после каждой зачистки Гнезда.

Значит, все-таки те самые ксеносы. Что же, значит готовиться нужно тщательнее. Тем более, рейдер показал, что против некоторых воздействий магией у ксеносов защиты нет.

— Значит, все-таки то самое, из снов? — понимает по моему лицу все Ольга.

— Да. Теперь я уверен, — соглашаюсь. — Пойдем к Мише. Нужно открыть контракт.

Спускаемся обратно на этаж и оформляем контракт на поиск у клерка внизу. Как точку отсчета я указываю место Гнезда, которое уничтожили охотники. Есть шанс, что новое было основано там же. Указываю предполагаемое количество Гнезд. Естественно, условиями ставлю ненападение на Гнездо, только поиск его расположения. Иначе есть риск, что охотники просто не вернутся.

Михаил контракт принимает, и я сразу же перевожу сотню золотых на счет Дома. Теперь только ждать.

— Пойдем, посидим, — приглашаю Ольгу в местный бар.

Девушка кивает.

Занимаем столик у стены, чтобы нам никто не мешал.

— У тебя амулеты защиты есть? — спрашиваю, как только мы садимся.

— Нет, но мне за день привезут. В Доме закажу. Пока воспользуюсь стандартным.

— Мой, точнее лицейский, лучше? — уточняю.

— Конечно. — Слегка пожимает плечами девушка. — Я же говорила — вас с армейских складов снабжают. Там пусть и отстает на одно два поколения, но все-же амулеты получше стандарта в Доме. А нормальные обычно везут под заказ — охотники суеверны.

— Мой возьмешь? — снимаю свой амулет. — Тут только кристалл сменить, и на тебя настроить. Я у Моисеича куплю новый — у него есть точно. Могу и тебе взять.

— Нет, твой подойдет, — чуть усмехается девушка. — Я все-же тоже охотник, так что тоже немного суеверна. Но твой — подойдет. — берет амулет. Достает сменный малый кристалл. Быстро и умело вскрывает амулет, привязывает к себе. — А у Володимира, твоего, Моисеевича, ты уж извини, но я брать ничего не буду. Он свою команду не очень хорошо потерял. Так что у него покупать — вряд ли. А вот твой, наоборот, талисманом побудет. Слишком уж ты везуч, хоть и притягиваешь разное. Кстати.

— Да, Оль?

— Вот тебе чек на твою долю в монстре. — достает бумагу. Я забираю. — И вторая причина, по которой я хотела тебя видеть. Мой Род хочет запустить процесс образования нового боярского Рода. — Ольга немного мнется. — Союзного нам. В качестве благодарности за мое спасение.

— Да, я предполагал. — Киваю. — Но не думал, что так быстро.

— Откуда?! — удивленно, даже с легкой обидой, восклицает девушка.

— Подожди, — успокаивающе поднимаю руку. — Секунду. Тут нас могут подслушать?

— Нет. Но если ты переживаешь, — достает небольшую, уже знакомую мне пирамидку. Активирует ее. — Теперь точно нет.

Киваю. Так то я знаю, что рядом кроме бармена нет никого, но лучше пусть так.

— Оль, это идея нашего Императора. — Пожимаю плечами. — Так что извини, это не новость.

— А то что… — Ольга осекается. — А, впрочем, неважно.

— Что именно? — не понимаю.

— А ты с самой идеей знаком? Тебе ее в развернутом виде объясняли? — тут же уточняет девушка.

— Нет. Просто предложили. Мне даже не запрещали об этом разговаривать. Но я, в общем, не собирался. Вот только сейчас, но ты же как раз представитель Рода, так что все нормально. Так не важно — что?

— Да, понятно, — немного невпопад говорит Ольга. — А что тебе предложили, если не секрет?

— Наследуемый титул или организовать боярский род. Для моих целей, в первом приближении, подходят оба, но вроде бы первый — проще. Про второй я данных не нашел, а у Кошкина не спросил. Как-то не до того было. Но я не очень разбираюсь в этом. Пока что не было времени.

— Я тебе поражаюсь, Максим. Что? Не было времени узнать про титулы? Потрясающе! — девушка удивленно качает головой. — Но в этом ты весь, верю. Ладно. Если тебе дают Такой выбор, то бери возможность основать боярский род. Это намного важнее и почетнее любого титула.

— Может быть, — киваю. — После аудиенции с Государем приму решение. Мне пока и то и другое, совершенно одинаково. Это просто нужная ступень, не более того. Извини, если обидел. Но своей выгоды я не вижу во втором случае. А вот проблемы — вижу сразу. Кстати, как Прозоровские хотели это аргументировать? Ты случайно не знаешь?

— Еще и аудиенция... - Ольга качает головой. - Почти случайно знаю. Основной идеей является выделить тебе ветку из нашего Рода. И ее уже выносить на обсуждение…

— Это как? Я же не являюсь членом вашего Рода.

— Ну, ты подумай, как это можно обойти… — Ольга чуть смущается. — Я пыталась объяснить, что с тобой такой способ сделает только хуже. Надеюсь прислушаются, но вообще — не очень верю.

— А, понял. Они хотели меня взять в Род в качестве Примака. К кому-нибудь из девушек на выданье. И мое желание при этом не учитывалось вообще. Да, ты объяснила им правильно.

— Ну как, кому-нибудь… Там не так много вариантов, вообще-то. Но да. Я объяснила, что с тобой это не сработает. Но мне не очень поверили, так что может быть пришлют кого из Рода. Так что имей в виду, что ты в их понимании проходишь как полезный мещанин. Которому они обязаны, но вид будет сделан такой, что обязан вроде как ты. Но это совсем не так, тем более после сегодняшнего происшествия. Вот только вряд ли план будет пересмотрен, просто знай.

— Да, я знаю, — намеки Ольги стараюсь не замечать. Пока вообще не понятно что с этим делать в перспективе. — Идея Императора, но те, кто с тобой это обсуждали не могли знать, что я об этом знаю. Спасибо за предупреждение. Варианты другие есть? Если я вообще это предложение приму?

— После визита к Императору? Точно примешь. — Ольга задумывается. Потом оглядывается. В баре все так же никого нет. — Максим, то что я тебе скажу, постарайся нигде не озвучивать. — Я киваю. — Это известная информация, но в очень узких кругах. Мне будет нехорошо, если выплывет.

Еще раз киваю.

— Императорский Род всю свою историю специализировался на двух вещах — целительство и ментал. Император маг огромной силы. Его дочери — тоже.

— С учетом близости Тайной Экспедиции к трону, это очевидно.

— Хм. Интересно. — Ольга улыбается. — То, что очевидно тебе, неожиданно не очевидно всем остальным. Про императорский Талант знает не так много людей. И как он умудряется совмещать целительство и ментал — не знает никто.

Как же, не знают — я знаю. Просто это не та магия, что вся обычная. Другой, так сказать уровень воздействия на реальность. Не лучше и не хуже. Хотя даже не так — маги могут воздействовать на реальность своей волей, а целители и менталисты — на самих магов. Такая смешная пародия на пирамиду животных получается. Но информация интересная. Особенно то, что получается, искусственное насаждение противостояния целительства и ментала идет с самого верха. Очень любопытно даже стало, как этот человек смог в себе развить оба этих направления в местных условиях. Так. Мне уже интересен визит к Императору. Вот прямо уже совсем.

Ольга продолжает.

— Но именно визита к Государю ты можешь не опасаться. Михаил Александрович не применяет свою магию для убеждения собеседников. Это доподлинно известно. Говорят, ему доставляет удовольствие договариваться с оппонентами с помощью логики и общих интересов. Хотя, конечно, всегда Императорский Род из подобных договоров выносит больше. Так что тут нужно быть довольно аккуратным. И, вот это тот секрет, который почти не известен - Император действительно готов находить компромиссы. Ему это нравится. Так что если условия не устраивают, то можно стараться договориться на лучших. Только не перегибай, ладно?

Глава 18

Девушку до дома я все же провожаю. Около него суета закончена. Видно, что полиция за пару часов переворачивает чуть ли не землю в увядших уже клумбах. И ведь находят ожидаемое, судя по благодарности Степанова, которую передает оставшийся полицейский.

А до лицея меня, уже в свою очередь, довозит Стас. Павел остается рядом с подопечной. Оба телохранителя недовольны до ужаса, тем, что вся история проходит без них. Но, как мне кажется, грызут они себя зря — прямой приказ, да и город все-же сейчас уже условно-безопасное место.

Но это все не мои сложности. Мои — встречают меня с порога.

— Максим, я тебя искала! — в общежитии меня неожиданно встречает Маргарита Сабурова. — Мы не определились с цветом твоего наряда на Бал Солнцестояния. — Честно говоря, я даже забываю об этом. Слишком уж далеко и неважно для меня это событие. Но не для девушки. И мое появление в лицее не проходит незамеченным. Кто-то сообщает Рите об этом.

Но я согласился с тем, что иду на бал. А значит пострадать немного придется.

Зато понятно, что в лицее даже близко пока не знают о последних событиях в городке. Иначе, первым вопрос был бы не такой. Да и первым тут был бы Кошкин, а не Рита.

— Да, конечно, давай, — киваю. В принципе, некоторое время я этому посвятить могу спокойно. До запланированной мной ночной вылазки в Полигон еще много времени.

Девушка говорит что-то в переговорник, и через минуту в комнату заходит немного странноватый мужик, и три его помощницы. Завозят небольшой ящик.

— Максим, я взяла на себя смелость сразу же вызвать мастера, что строит мне платье. Это наш родовой специалист, поэтому тебе наряд ничего не будет стоить.

— Так, Рит. Минуту, — рукой показываю мастеру, где можно расположиться в гостинной. Отвожу девушку в сторону. — Рит. Я тебе благодарен, что ты подумала о моем наряде, тем более, что я знаю, что на бал они строятся парой. Это действительно логично, заказать их у одного мастера, тем более, что мастер твой. Но. Я оплачу свой костюм сам, и это даже обсуждать не буду. Договорились?

— Ну я думала, что это тебе будет так удобнее, — немного смутившись говорит девушка.

— Удобнее, без сомнения. И я понимаю твою озабоченность этим событием, так что конечно же, пусть твой мастер работает. Но его услуги должны быть оплачены мной. — Замечаю хитрость в фоне. — И по стандартным расценкам. Да, и еще, какие украшения ты планируешь на бал?

— Точно — твой цветок. А с остальным я пока не определилась, в зависимости от платья. — Удивленно смотрит на меня девушка. Но я ж читал в библиотеке про это вот все. И про платье, и про парную ювелирку — так что не новость. — Спасибо, Макс.

Киваю. На самом деле я девушке даже немного благодарен. Эта история у меня совершенно выскочила из головы, и я мог не успеть. Другое дело, что Кошкин мне бы не дал бы о ней забыть окончательно. Вот только с вопросом одежды действительно могло несколько неприятно получиться.

Ладно. Следующие пару часов становятся очень длинными. Почти невозможно. При этом мое мнение о цвете, или ткани — очень быстро становится почти неважным. Просто потому, что в оттенках выбранного цвета я просто не ориентируюсь. Принципиально не понимаю разницы между соседними оттенками, и важность выбора не того. Так что на пару часов я совсем отключаюсь от мира. И практически выпадаю из диалога мастера и Сабуровой. Девушки-помощницы бегают вокруг, и на мой вкус, создают нездоровую суету. Но, видимо, это то, что нужно.

Через пару часов, мастер, а я даже его имени так и не узнаю, оставляет счет на оплату, и уходит вместе с помощницами.

Я даже не сразу понимаю, что остаюсь вдвоем с Сабуровой.

Девушка с интересом смотрит на меня.

— Спасибо, Макс. — Оценивающе смотрит на меня девушка. — Удивительно, что ты даже ни разу не вспылил. Мастера Эймана у нас далеко не все переносят.

— Хм. Вот как его зовут. Не знал.

— Он и не представлялся, — пожимает плечами девушка. — Никогда так не делает.

— Вот как, — равнодушно качаю головой. — Но если тебе это важно, могу вспылить. Надо?

— Нет, — смеется девушка. — Еще раз спасибо, Макс. — Встает. — Я рада, что ты оказался таким понимающим.

Пожимаю плечами.

Остаюсь один. На ужин идти не хочу, и вообще, накапливается что-то очень много вопросов к себе.

Быстро съедаю один из дежурных пайков. Переодеваюсь в полевую одежду, и, стараясь ни с кем не сталкиваться, быстро прохожу к Полигону.

Тут совсем недавно заканчиваются занятия, и пока что еще, чувствуется недавнее присутствие людей. Правда, на самом деле, на Полигоне уже никого нет. Ни одной сигнатуры.

Быстро исчезаю в воротах. Еще пара шагов, и я на арене, в учебном пространстве Кошкина.

Здесь как раз у меня будет время на то, чтобы немного разобраться с собой.

И первым сюрпризом становится то, что Аспектом уже вполне привычно контролирую всю арену. Ожидаемо конечно, с одной стороны, все же увеличение объема осознаваемого пространства заметно сразу же, после проявления Второго уровня Печати. Но на арене это становится особенно заметно.

А вот переключение на луч ничего практически не дает — все пространство арены это, ожидаемо, все пространство и есть. Так что луч просто проходит по тем же границам, и все. Переключаюсь обратно.

Телекинезом взбиваю песок. Облака песка чуть зависают в ускоренном восприятии, и так же воспринимаются едиными объектами. А это уязвимость, я помню. Обращаю внимание на ближайшее. И облако исчезает, остается взвесь песка. То есть это проблема масштаба, а не восприятия. То есть, если выделять точки наблюдения, то происходящее внутри подобной завесы становится контролируемым. Хорошо. Это закрывает этот тип белых пятен. Пару-тройку точек выделять пока получается.

— Металлические, однородные шарики, по сантиметру в диаметре. Пятьдесят штук. — Озвучиваю в воздух просьбу с запасом.

Шарики тут же появляются рядом. По-ощущениям, ничем не отличаются от настоящих.

Поднимаю три штуки телекинезом. Тут скрываться не от кого, так что вешаю снарядики на привычные для них по прошлой жизни места. Запускаю по траекториям. С разной скоростью, с разным ускорением. Еще три точки внимания — на автомате могу запустить только один шарик пока, и по стабильной траектории. Но и в прошлом, большую часть работы брала на себя так-сеть, так что, то, что есть сейчас — это хороший результат. Киваю сам себе.

— Тренировка, по увеличивающейся сложности. — Произношу в воздух.

Появившийся на арене монстрик, напоминающий волка, тут же дает понять, что просьба услышана.

Понеслась.

Осознания неважности веса на эту тварь хватает. Выстреливаю монстриком в небо арены. Посмотрим, как пойдет дальше.

Постепенно, по мере нарастания сложности монстров, и их числа, погружаюсь в медитативное такое состояние. В какой-то момент, число живности практически перестает влиять на контроль Аспектом сферы вокруг. При этом глифами и магией я пока практически не пользуюсь. Только телекинез. С другой стороны, твари Лабиринта и не являлись с первых же появлений хоть как-то устойчивыми к пси. В отличии от ксеносов. Там и от восприятия прячутся, и от прямого воздействия защищены. Так что арена — не показатель. Хотя-я-я…

Перестаю воздействовать на появляющихся тварей напрямую, и пытаюсь использовать косвенное влияние. И сразу же все становится намного сложнее.

Тут же все шарики, один за одним, выбивают часть партии монстров. Новые занимают их места, и отправляются следом. Ощущаю себя пулеметом. Только очень точным.

— Стоп. — останавливаю тренировку. Туши монстров постепенно испаряются. А я подвожу небольшие итоги.

Если противник не может блокировать пси, и мне не нужно скрываться, то его количество, в пределах сферы, значения не имеет. Технически, я так примерно и думаю, но вот осознавать это полезно. То есть в Пятно, я могу выходить и один. А недостаток пси прекрасно компенсируется либо давлением Поля, если в Пятне, либо, с недавних пор, можно обращаться к тому же Т-Полю напрямую. Просто через Печать. И зачерпывать энергию оттуда. Объем, по идее, должен быть сопоставим с естественным восстановлением.

— Заново.

Сколько времени проходит я даже не представляю. Потому что произвольное использование ускорения, сильно сдвигает рамки восприятия. Время в какой-то момент становится величиной непостоянной. Где-то даже фикцией. И это превращается в еще одно открытие. Вместо сознательного переключения с помощью глифа, в какой-то момент, этот элемент восприятия Мира становится естественным, управляемым как тот же телекинез, или даже чуть по другому.

Ускоренное восприятие и так особенно не видно, если не стараться говорить в моменте, конечно. А поскольку эту часть жизни мне скрывать ни от кого не нужно, то и переход на бессознательное управление ускорением проходит как-то даже естественно. И вот этот момент прям нов.

В той жизни, насколько я помню, у меня не было такой возможности — ускоренное восприятие обеспечивалось глифом, так-сетью и впрыском боевого коктейля в кровь. А ведь разница, если подумать — только зелья на выносливость и разум. То есть — растворенная с определенным посылом магия в теле. Это так мало, но, получается, что и, неожиданно, много. Похоже, отзываясь на мои желания, срабатывают они сильно изменяя эффекты друг друга. В результате получается очень интересный навык.

Кажется, все остальные зелья нужно будет тоже использовать. Пусть и не сразу, а их наличие может дать неожиданные эффекты. Что там остаются? На силу и скорость, из условно распространенных? Ну вот их, пожалуй, тоже нужно будет собрать.

Но вообще, на самом деле, становится крайне простым делом уйти с траектории увиденной атаки кого угодно. И контроль нескольких векторов тоже перестает быть особенно сложным. Разве что, само передвижение внутри измененного времени, все же не является пока простым. Тело не успевает за сознанием. Вот, кстати тут, может быть, как раз и помогут зелья силы и скорости. Нужны эксперименты, конечно. Но это потом. Вот, кстати.

— Можно ли предоставить людей-магов в качестве противников? — уходит запрос в воздух арены.

— Я думал, ты никогда не спросишь, — появляется рядом аватар Хозяина Лабиринта. — А ведь это логично.

— Я подумал, что твари и люди отличаются только сложностью используемых алгоритмов. А принципиально воплотить сухопутного чешуйчатого осьминога с атакой воздушным кулаком, которого я только что уничтожил, должно быть не сложнее, чем обычного человека, с ограниченным набором магических навыков.

— И в этом ты прав, — кивает аватар. — И я рад, что ты сам догадался. По условиям этого куска мира, сам-то я тебе предложить ничего не могу. Могу только посоветовать попробовать сейчас отрабатывать только магические навыки. Твой талант я могу просчитать только косвенно, так что сам смотри на пользу от тренировки. А вот магические навыки, и их применение я наблюдал неоднократно. Так что пользуйся. — Аватар пропадает в песке арены.

Но ведь действительно. Если подумать, сколько магов проходит через Полигон? Да огромное число. И пусть в большинстве они всего двух видов — начинающие и проходящие выпускной экзамен, все равно, общее собрание алгоритмов совершенно разных людей в Лабиринте должно быть потрясающим. А с учетом адаптивного подбора зон для проверки магов, у Полигона должна быть отличная база для дуэлей и поединков.

Первый противник появляется почти сразу. Кукла молодого парня. Как мне кажется, тут Полигон хочет показать нарастающую сложность, и не стоит ожидать каких-то сложных приемов от противника. Что сразу же и подтверждается. А я спокойно, даже без ускорения успеваю увидеть «зрением» формирование конструкта. А по скорости создания, даже понять, что это будет, и, уже в легком ускорении, тут же разработать противодействие с новой атакой, уже моей.

Так и продолжается. Противники ускоряются, и чуть усложняется их дуэльный потенциал. Вот только Кошкину они все были бы точно на один зуб. Так что образец пока не достижим.

— Слушай, — снова появляется аватар Хозяина Лабиринта. Я его появление контролирую, так что резкой реакции нет. — К тебе твой учитель идет. Не пускать его сюда я не могу, только тебя предупредить.

— Спасибо. — Киваю я. — Никаких проблем.

Аватар снова пропадает в песке, а на его место из ниоткуда вышагивает Кошкин. Интересно выглядит, словно человек появляется откуда-то из-за угла, которого нет.

— Так и знал, что вы здесь, Рысев, приветствую. — Оглядывает арену, заваленную куклами. Они все исчезают, но не так чтобы быстро. — Вы молодец. Времени не теряете. Сколько сейчас противников?

— Четверо. Здравствуйте. — Здороваюсь с Кошкиным.

— Покажите, немного времени у нас есть.

Киваю.

— Продолжить тренировку. — озвучиваю очевидное в воздух. — Конструкты пока подсвечивать.

Четыре появившихся мага быстро начинают маневрировать, создавая простые атакующие конструкты. От них я ухожу легко. Лабиринт уже не раз показал, что первые атаки почти всегда отвлекающие. Но маги успевают приблизится на расстояние метров десяти. Собственно я тут их и жду.

Смотрю на формирование новых конструктов. Видно довольно неплохо и общая картина понимается быстро. Эта группа уже начинает действовать сообща. И пока один формирует воду, другой должен будет пустить волну холода, третий не дать мне отреагировать с помощью молний, а еще один вытолкнуть из равновесия, где уже вчетвером и добить. Идея хорошая, но молния в мага воды в момент формирования, сбивает каст. Маг не успевает отреагировать. Минус один. Резкий рывок Подшаг под технику и перенаправление молнии во мага с воздухом. Минус четвертый и почти сразу же третий. Конус холода пропускаю рядом, опять рывок, и еще одна кукла падает на песок арены.

— Неплохо. Но вы же понимаете, Рысев, что в реальной жизни настолько очевидных ходов вам никто не оставит. — Киваю. Это понятно, но я сейчас не в бою, а просто тренирую тактику. Причем, с простейших схем. Это даже обговаривать смысла не имеет, да Кошкин и сам это видит. — Впрочем, я сейчас не за этим. В лицей, к вам, прибыл посланник Государя. Нужно незаметно выходить. Вы тут вторые сутки, насколько я знаю, и вас никак не могут найти уже пару часов, а посланника ждать заставлять не принято. Сейчас около Полигона никого нет, это довольно точно, так что давайте поторопимся.

Глава 19

— Господин Рысев? — в приемной ректора меня ожидает, и похоже уже не первый час, человек в синей форме.

— Да, это я, — протягиваю браслет для опознания.

— Фельдъегерская служба Его Императорского Величества, — представляется в своем роде военный. Быстро подтверждает, что я — это я, и протягивает мне небольшой тубус. — Вам депеша. Извольте получить.

Расписываюсь в протянутой бумажной ведомости. Военный параллельно быстро что-то отмечает в своем амулете. Откланивается, и тут же уходит. Никакого промедления.

Открываю.

Спокойным сухим языком в трех предложениях указано место аудиенции, ее время и форма одежды. Подписи тоже, кого-то из секретарей. Возможности отказа нет, и это естественно. Возможности связаться — тоже. То есть, неявка признается, похоже, только если мертв. Забавно, но в общем, ожидаемо.

— Через пять дней нужно явиться в Новгород. На аудиенцию к Государю. — Отвечаю на немой вопрос Кошкина и нового ректора. С Жанной Аркадьевной я успеваю поздороваться при входе к ней в приемную. — Форма одежды — парадная лицейская. У нас такая есть?

— Есть, у Володимира Моисеевича получишь, — задумчиво говорит Жанна Аркадьевна. — Мне что-нибудь по этому поводу знать нужно? — кивает на депешу.

— Сомневаюсь, — качаю головой. — Я так понимаю, что это не очень лицей затрагивает. Разве что самым краешком.

— Борис Васильевич, вы проследите? — ректор смотрит на Кошкина. — Из наших учеников на аудиенцию к Императору никого пока не приглашали. Не хотелось бы мне какого-нибудь конфуза.

— Конечно, Жанна Аркадьевна, — кивает Кошкин. Поворачивается ко мне. — Пойдем?

Киваю. Прощаюсь с ректором и иду за учителем на улицу.

— Михаил Александрович не любит неуверенности, это не про вас, конечно, но просто знайте, — бросает косой взгляд на меня. — Опозданий — тут понятно и без объяснений, и восторженного почитания. Это его раздражает.

Пожимаю плечами.

— Кроме опоздания, все остальное меня мало заботит. Да и опаздывать я не собираюсь. А откуда вы знаете, о Государе? — мне действительно любопытно.

— В некотором роде мы его родственники, дальние, конечно же. — Поясняет Кошкин. — Так что некоторый опыт общения у меня был, пусть и в детстве. Я вас не смогу сопроводить, Максим. Есть некоторые ограничения на мое появление в Столице. Поэтому сопровождать вас в городе я не смогу, это так. При этом, искать где остановиться, и как добраться до дворца вам не придется. Там же вы познакомитесь со своей учительницей танцев и этикета. Эльвира Леопольдовна еще моего отца учила. За четыре дня вы, безусловно, много у нее не почерпнете, но для четверти часа у Императора может хватить. И выезжаете вы уже сегодня, Максим. И не спорьте.

Ну, мой вздох можно интерпретировать и так. Но да, отдохнуть я хочу после Лабиринта. Хоть тело вроде и не устает, но разум все же уже перегружен. Хочется просто поспать. А если ехать сегодня, то поспать получится не скоро, или очень неудобно.

— Зачем так рано-то? — удивляюсь. — Пять дней — это много. До Орши часов пять, и там еще от силы полдня на дирижабле. Всего-то.

— Вы неправильно считаете.

— Почему?

— До Орши действительно вы доберетесь часов за пять. Тут все верно. Но своим дирижаблем вы не полетите, вы же на это рассчитывали?

— Да… — немного удивляюсь.

— От Орши вы уйдете порталом в Новгород. Там с нами встретится мой доверенный человек и он же будет вас сопровождать до дворца Императора через пять дней. Я должен быть уверен, что вы попадете на аудиенцию.

— Да я и сам наверняка добраться могу.

— Наверняка, но так принято, смиритесь, — кивает Кошкин. — А вот обратно есть шанс, что вы не сможете уйти без проблем. Понимаете, Максим, вы, как мой ученик, будете в Столице представлять меня, со всем ворохом сложностей, которые я оставил. И церемониться с вами не будут, скорее всего. Иммунитет от любого интереса, доброжелательного и не очень, у вас будет только до окончания встречи, это традиция. Хоть и спорная, если например, нападающих не найдут, то и наказан никто не будет. Потом же, сразу после выхода из Кремля, вы вообще сможете рассчитывать только на свои силы. И есть у меня подозрение, что те же люди, что заказывали вам неприятные встречи здесь, в небольшом городке, в Столице постараются развернуться. А сопровождающий может быть всего один — это тоже традиция. Охрану-то я вам предоставлю, безусловно, но она не поможет от вызова на дуэль по смехотворному поводу, или покушения наемника, пока вы будете не под ответственностью телохранителей.

— Понятно. Это немного неожиданно, ведь я лицеист пока, и разрешения, на дуэль там некому будет дать.

— Это вопрос дискуссионный, и в случае проигрыша дуэли, я вас уверяю, накажут или нет вызвавшего вас, будет интересовать разве что ваших наследников. Никто в поддавки играть не будет, Максим. Похоже моим дорогим родственникам жизненно необходимо, что бы я не мог появиться на официальных мероприятиях Императора. Там ставки большие, Максим. Вы в них стоите меньше фигуры на доске. Мой Род вроде и небогат, но это только в сравнении. Так что убрать вас с доски — наиболее простая с точки зрения родственников операция. Да я понимаю, что это не так, — отвечает на мой хмык Кошкин. Тоже с намеком на улыбку. — Но они-то об этом не знают.

— Я никогда не ходил порталом.

— Не страшно, это ни на что не влияет. Я вас провожу, собирайтесь. Но, в принципе, вам нужно только взять вашу парадную форму, идентификационный браслет — он у вас на руке, депешу-приглашение и всё. Об остальном позабочусь я.

— Так все-таки, зачем так рано? Это же получается целых пять дней до приема у Государя!

— С одной стороны, вы правы. Но есть нюанс. Понимаете, Максим, есть у меня подозрение, что вы довольно неплохо знаете, зачем вам предоставляют аудиенцию.

— Да, мне попытаются сделать предложение, от которого я не смогу отказаться.

— Я рад, что вы это понимаете. Так что временем, что вам предоставили, мы сможем пользоваться и для выработки такого варианта, при котором вы не слишком проиграете. Иметь его в запасе очень неплохая мысль. А вдруг, получится воспользоваться? Лучше вариант на случай, и не получить его, чем получить возможность, но не быть к ней готовым. Вам еще за чем-нибудь нужно в ваши комнаты?

Задумываюсь.

— Да, пару личных вещей я бы захватил. — киваю.

— Тогда жду вас через полчаса у ворот лицея. — Спокойно соглашается со мной Кошкин. — Этого времени вам точно хватит. Я предупрежу кладовщика.

Разделяемся.

В своих комнатах я забираю только наручники. Точнее амулет на подавление, в виде наручников. Есть у меня некоторое опасение, и в Новгороде как минимум раз они мне понадобятся.

— Володимир Моисеевич! — захожу на склад.

— Да жду я тебя, жду! — ворчит кладовщик. — Вот, приготовил уже. На тебя как влитой сядет… наверное.

— Отлично! — радуюсь, что в этот раз кладовщика не нужно ни ждать и ни звать. — Только у меня еще просьба! Продайте мне защитный амулет, а?

— Опять? — удивляется кладовщик.

— Не опять, а снова, — пожимаю плечами. — И подозреваю, что и не в последний раз. Как-то неспокойная у меня жизнь, последнее время.

— Парень, люди на границе десятилетиями служат, меняя только кристалл. — Вздыхает кладовщик, доставая коробку с амулетом. — Возьму полную стоимость с тебя, может поможет лучше ценить вещь. Двадцать пять золотых.

— Неожиданно, — удивляюсь. — Но, хорошо. — Выписываю чек. — На всякий случай, один еще не продавайте, вдруг понадобится.

— Да пожалуйста. — Улыбается Моисеич. — За ваши деньги — почти любой каприз.

Киваю. В общем, это и понятно.

Вроде бы даже укладываюсь в полчаса. Может даже меньше. Быстро добираюсь до ворот лицея.

По пути набираю Матвея.

— Здравствуйте, Матвей.

— Рысев? Что-то случилось? Пару дней не прошло, как я о тебе слышал, наверное и пора бы произойти чего-нибудь новому, нет?

— Нет, — разочаровываю безопасника. — Я в Новгород уезжаю, прямо сейчас. По-возможности, сообщите об этом Доржату. Меня в Смоленске-2 не будет неделю примерно.

— Хм, а почему ты решил, что я знаю о твоем интересе?

— Ну, а к кому Степанов мог бы передать мою просьбу? А он точно ее передал, я уверен. У вас там строго с этим, да еще и пару пленников уверен передал тоже.

— Троих, на самом деле, — хмыкает Матвей. — Мы твоего мужика, что вам пытался передать огромную партию кристаллов навыка, тоже в это же дело определили.

— Почему? Это же разные ситуации? Да и вы поверили на слово? — немного удивляюсь. — Доказательств то нет никаких.

— На слово? Ну можно и так сказать. Просто твоя знакомая с вашим пленником пошла в Дом, а там ей Глава мозги и вправил. Так что мимо обвинений в похищении вы прошли мимо, даже не испачкавшись, а вот за этот интересный экземпляр спасибо. И ведь по нему ничего непонятно было, пока шаманы по твоей-же просьбе не посмотрели. Удивительно, но они сразу сказали, что разница между нормальными людьми и этими есть. При этом — это не одержимость в нормальном смысле, инквизиторы тоже проверяли. Вот после этого в одно дело их всех и определили. По совокупности признаков. Нам не так важны эти их игрища в Родах, если они не касаются Империи конечно, так что в Роду Прозоровских заигрались конечно, но все же. Важно не это. Важно то, что нащупали шаманы, а с учетом крайних состояний таких несчастных, и то, что мы не можем их находить на ранних стадиях - это серьезная угроза. Я чего тебе рассказываю. Если будут идеи, как у бодрствующих людей такие признаки находить — обязательно дай мне знать. Я уже понял, что как-то ты их отличаешь. Ну а Доржат с тобой встретится, это да. Просьбу я передал.

— Да, отличаю, но тоже, далеко не всегда. Вот этого мужичка выдало то, что он начал нелогично разговаривать, но этого же мало для признака. Да и после этого, огромная куча уничтоженных Клавдией, по моей просьбе, кристаллов, еще. Без этого я бы тоже ничего не понял.

— Да, пока что мало. Но я веря в твою удачу как-то. Так что на вызов рассчитываю. У тебя все?

— Да.

— До встречи тогда, парень.

У ворот меня встречает уже знакомый мне пассажирский мобиль с водителем, тремя магами и Кошкиным. Именно на таком я в первый раз попадаю в Смоленск-2.

— Максим, давайте поторопимся. Мобиль фельдъегерей уехал полчаса назад, а по Пятну, с такими небольшими перерывами не рекомендуется ездить.

— Конечно, — сажусь в машину. Двигающиеся за мной по воздуху пяток железных шариков в сумерках особенно никому и не видно. Помещаю их на крышу.

Мобиль тут же трогается с места. Водитель конечно у нас не пилот, но все равно, сразу после выезда из города, скорость он начинает поддерживать очень и очень приличную.

Я же располагаюсь один на кресле. Никто из сопровождающих свое общество мне не навязывает, что и понятно, общие темы у меня есть может только с Кошкиным. Но учителю сейчас тоже не до меня. Он занят с магами, пытаясь наладить, видимо, взаимодействие. И это прекрасно.

Погружаюсь в себя. В принципе, мне теперь до выезда из Пятна придется работать — защелкиваю наручники под ученической одеждой. Длина восприятия рывком увеличивается. На это тоже расчет. Увеличиваю ее еще, вытягивая зону восприятия в длину. В общем, около полукилометра получается. Это более, чем достаточно вне города. Внутри — я бы столько и воспринять бы, наверное, не смог. Отлично. Погружаюсь в свой как бы сон.

Первую часть пути проходим вообще без каких-либо, даже минимальных проблем.

А вот вторая, которая начинается чуть-чуть не доезжая недавнего мобиля с бандитами, становится отличной тренировкой. В принципе, я так и подозреваю сразу после опытов в Лабиринте. Животные у которых нет иммунитета к пси-атакам, совершенно беззащитны. А пси внутри Пятна, да еще и с наручниками, я генерирую в совершенно диких количествах.

Любой интерес к быстро проезжающему нашему мобилю я принимаю за атаку — ну так чуть проще. Так что подлетающих волков, белок, каких-то других средних и мелких животных я перестаю считать на первых же двух десятках. Вот что значит поехать не в стандартное для нас время — Пятно живет своей жизнью, и довольно насыщенной.

Я монстров сейчас даже не убиваю. Сил вполне хватает чтобы их всего лишь подкидывать, и этого достаточно почти любому хищнику. Он теряет желание преследовать или атаковать тут же после потери контакта с поверхностью. Да и не так много таких желаний по краям дороги.

Монстры же покрупнее вполне хотели бы атаковать, но неожиданная потеря равновесия их тоже заставляет отложить свое намерение. На десяток секунд — но нам их прекрасно хватает, чтобы проскочить.

Кошкин прав, проезд предыдущей машины сильно волнует живность в Пятне. И это, по-идее, неправильно. Дикие животные вроде бы должны бояться человеческого присутствия. Но не в этом случае. Мда.

Проезжаем остов мобиля. Удивительно, но прошло всего два с половиной дня, а он уже полностью покрыт землей и травой. Очень быстро. Словно и не было тут небольшого боя. Проезжаем место секунд за десять.

Въезжаем в Чернолесье, и… и нас опять начинает преследовать тот комок злобы, который я чувствовал не так давно. И это прямо-таки неприятно. Но плюсы опять же есть. Всех остальных по дороге эта тварюшка, похоже, за последние полчаса разгоняет. Кроме нее, крупных, почти разумных сигнатур я и не встречаю.

Тварь преследует нас так же перемещаясь резко, словно она исчезает, а потом появляется в другом месте. И я даже замедляюсь проследить — и очень сильно удивляюсь. Она действительно исчезает и появляется. То есть либо там такие аномалии по краям леса есть, либо это ее навык. Но в этом случае получится, что ограничений для живого существа открывать себе портал просто нет. Получается и сил должно хватать, и умения. Так что тварь меня откровенно заинтересовывает.

Но видимо, наша встреча произойдет не в этот раз. Я практически мысленно пообещал твари вернуться. Кидая в злобную сигнатуру и свой интерес, и обещание. И. мне кажется, что монстр понял. А может в прыжке его притормозили четыре из пяти железных капелек, которые я выстреливаю с крыши. Не знаю. Но в любом случае — уверен, что тварь не погибла, как и в прошлый раз.

Мы выезжаем в светлолесье. Пятно остается сзади.

Глава 20

До Орши добираемся очень быстро. Не проходит и часа, после выезда из Леса.

Я весь остаток пути привожу себя в порядок и честно дрыхну.

В принципе — поездка через Пятно была отличным тренажером, но вот эта последняя тварь странная. Такое ощущение, что она поджидает именно меня. Ведь нет сообщений об атаках на мобили, а они раз в день точно Пятно пересекают. А вот тут монстр именно атаковать собирался. И уже второй раз. При этом ему в поясах меньше четвертого очень некомфортно, это очевидно, иначе преследовала дольше бы. Тварь к пси-воздействию с одной стороны не имунна — примерно представляю ее габариты, как двигается, отслеживаю ее появления, это так. Но с другой, точный вид все-же неизвестен, при влиянии на нее Аспектом через раз промахиваюсь, словно она кусок мыла — внимание просто соскальзывает. Так что все же странная. И еще ее злоба. Это очень необычно чувствовать у животных. Они все более нейтральны в пси, а здесь — словно я ее личный враг. Для такой позиции все же разум нужен, а тут она опять-же, не ощущается разумной. Ладно, пустое.

На удивление, после постоянного, на протяжении почти трех часов, внимательного сканирования не устаю. В прошлую поездку — я был прямо как выжатый лимон. И приходилось себя приводить в порядок полночи наверное. А сейчас — я вполне в норме. Примерно такой же, когда садился в мобиль. Общее состояние конечно так себе, но это из-за двух суток в Лабиринте на арене. Да и то — тело в порядке, только усталость разума.

Орша встречает интенсивным трафиком дирижаблей. Никак я на их полет не насмотрюсь. Красиво. Надо будет все-же свой вызвать в Новгород, и обратно, после встречи, идти на нем.

Мобиль сворачивает не в сторону порта, и скорее куда-то в центр. Городок небольшой, такой себе тоже транспортный узел. Пара жилых улиц, небольшие дома, размазанные по территории и очень, очень много складов. Фактически, здесь скорее только склады и дома обслуживающих порт людей. Но все-же, как в любом городке, что я наблюдаю, присутствует площадь, ратуша, здание банка, и здание Церкви Всех Богов с острой крышей. Вот, кстати, место, где я еще ни разу не был. Но вроде не заставляют, не намекают, да и открыто молящихся я не видел никогда. Светское государство, да и странно было бы ожидать иного от магов.

— Нам в порт не нужно, — садится рядом со мной Кошкин. — Мы сейчас к ратуше. Порталы это отдельное государство в государстве, и находится всегда в самом охраняемом месте городов. А нам с вами именно туда.

— Интересно. Но ведь на Полигоне тоже порталы, или нет?

— Сейчас поймете, подождите немного. — Кивает на мои слова Кошкин. — Но вообще — это совершенно разные виды перемещения. Что такое портал Полигона мы не знаем, и повторить не можем. Мы даже не знаем — портал ли это. То что предоставляет Полигон, совершенно очевидно имеет общие корни с аномалиями Пятен. Тем более похожие аномалии как раз описаны, и даже в паре мест использовались, а может используются и сейчас. Но довольно точно — порталы связывающие основные транспортные узлы Империи совершенно не то же самое, что порталы Полигона.

Подъезжаем к ратуше Орши. Прощаемся с сопровождающими.

— Так, Максим, приготовьте свою депешу. — Учитель инструктирует меня с серьезным видом.

— Да тут и готовить-то нечего. Все рядом лежит.

— Хорошо. — Кошкин кивает. — Идемте.

Бросаю взгляд на здание Церкви Всех Богов. Проходим как раз мимо. Странно, но проникнуть внутрь Аспектом я не могу. Похожее ощущение у меня было в аномалии, когда мы проходили мимо такой, которая была с изломами пространства. Вот и тут так же. Вроде бы проникаю сквозь стены, но в то же время, мое внимание словно уходит в черную дыру. Точно не вижу внутренних помещений, словно я за стенами этого здания мгновенно оказываюсь где-то на высоте, без каких-либо ориентиров.

Брр. Неприятное ощущение. Стараюсь сознательно ограничить свое осязание только стенами Церкви. Вроде бы недолго идем, минуту, может две. Но со стороны этого здания начинает, ко всему прочему, еще чудится внимание. Оно похоже на то, с которым на меня посматривал Лес, но здесь не чувствуется положительного настроя. Да и отрицательного тоже. Скорее глубоко нейтральный. Но даже от такого становится не по себе. Стараюсь побыстрее пройти мимо. Метрах в десяти от Церкви внимание исчезает. Ну вот и хорошо. Чуть выдыхаю.

Доходим до ратуши. Вроде бы небольшого, на первый взгляд здания. Три этажа, первый — очень высокий, судя по окнам — метров пять- шесть потолки, но, сейчас посмотрим. Заходим.

Ратуша встречает нас деловитой суетой в тесноватом, в общем-то, холле первого этажа и флегматичным охранником на входе. Никаких попыток проверить на что-нибудь никто не предпринимает. Все заняты своим делом — охранник спит с открытыми глазами, клерки бегут по делам, всем до нас нет никакого дела.

Но ратуша только производит впечатление небольшой. Понимаю это, когда начинаем читать указатели у двери — Аспектом чувствую суету нескольких десятков человек вокруг, движение постоянное, люди сосредоточены. В принципе понятно — портовый город, нагрузка на клерков тут приличная должна быть. Спокойно посидеть, посчитать птиц в окне вряд ли получится.

Помещение так и ощущается, как видится — тесноватым и высоким. Вот только ратуша продолжается вглубь, и туда уже в спокойном режиме не дотягиваюсь. А ведь это довольно приличное расстояние. Но, похоже, посмотрю на дальние помещения я уже своими глазами. Нам, судя по указателям как раз туда, через весь холл со столами, насквозь.

Портальная крепость, а это именно крепость, встречает нас небольшим проходом на пару человек, служащим за стеклянным окном, и аркой, вмурованной в этот проход.

— Представьтесь, пожалуйста, — раздается из-за стекла. Перевожу внимание на камору привратника, а именно такие ассоциации приходит. Сейчас даже немного теряюсь — столь зачарованного полотна стен, пола, потолка — не видел нигде. Даже дуэльные арены своим рисунком внутренних каскадов структур не производили такого впечатления. В первый раз сталкиваюсь с, похоже, важным для государства строением. Толстенные, наверное в метр, стены тут не просто зачарованы, внутри мелкой сетью проходят десятки конструктов, и их назначение я даже предположить не могу. Пока что такую сложность конструктов видел только в артефактах. Ну вот в Ольгином, например. Ни повторить, ни запомнить, скорее всего, то, что вокруг и не смог бы. Разве в ускоренном восприятии, убив на это недели внутреннего времени.

Качаю головой. Хорошо, что мне пока строить крепость не нужно. Но если вдруг понадобится — я теперь знаю, что взять за образец.

Проход, очевидно, тоже не простой. Незаметно, но в моем «зрении» все стены буквально светятся от магии. И вот как раз над проходом, немного отличается от окружающего фона, конструкты перекрывающей двери. Похоже, кстати, сплошной.

Вообще, такое ощущение, что здесь все время ждут нападения. В глубине здания в напряженном внимании сидит пятерка охраны. Скорее всего — магов. Двое клерков — один за стеклом, другой, судя по сигнатуре, чуть дремлет в соседнем помещении. Вообще, для Аспекта здание вполне проницаемо оказывается, в отличие от Церкви.

— Граф Кошкин Борис Васильевич, сопровождаю своего ученика, Рысева Максима, согласно вызову канцелярии Его Императорского Величества. — протягивает руку ко мне.

А точно, — быстро достаю депешу, и отдаю Кошкину.

— Вот вызов, — вкладывает в появившееся окошко с лотком депешу.

Сидящий внутри клерк кладет документ на плоский амулет. Над бумагой возникает трехмерный герб Империи. Клерк кивает нам, отдает депешу обратно.

— Десять золотых с сопровождающего, один с вызванного. — Объявляет в окошко.

Кошкин спокойно платит.

— Хорошей дороги, — кивает на проход клерк.

Идем сквозь вмурованную арку.

— По одному, прошу вас. — появляется с другой стороны дремавший до этой минуты, еще один клерк. Он чем-то даже похож на своего напарника за стеклом. Чем-то неуловимым.

Кошкин кивает и проходит первым. В помещении метров двадцати, не больше, находится еще один проход с аркой, за углом, два стола, один с магическими структурами и стул. На нем, похоже этот товарищ и дремал только что.

— Амулеты прошу вас сложить сюда, — показывает на небольшой короб. — родовое кольцо прошу зарегистрировать. — показывает на столик со структурами. Кошкин снимает пару амулетов и спокойно следует просьбам клерка.

— Максим, следуйте просьбам служащих, — поясняет свои действия Кошкин. — За безопасность здесь отвечает их структура. И здесь ее уровень, ну примерно как в Императорском дворце.

Кладет руку на столик, структуры внутри реагируют на перстень.

Потом на тот же столик клерк ставит короб. Тот сам загорается зеленым. Клерк кивает и парой движений запечатывает коробку, превращая ее в такой, небольшой чемоданчик.

— Проходите пожалуйста, Ваше Сиятельство, — показывает на дверь. — Порядок вы знаете? Следовать указателям, не открывать амулеты до окончания цикла, хорошо? — Кошкин слегка кивает.

Двери во внутренние помещения открываются. Учитель тут же в них проходит.

— Господин Рысев, прошу вас. — делает приглашающий жест уже мне.

Вхожу в арку. И на секунду замираю удлиняя эту секунду для меня. На моей левой руке внезапно оживает кольцо, про которое я уже и забыть успел. И не очень понятно, то ли реагирует на поисковую магию арки, то ли на сам цвет этой магии. В арке как мне на эту же секунду кажется, цвет магии ну очень близок к цвету кольца, насколько его я помню. Такой же серо-стальной.

А оживает оно немного странно, почти так же полуразумно, как и в момент, когда оно садилось мне на палец. Словно спрашивая — проявиться? Или скрыться?

Задумываюсь. Амулеты в чемоданчике у Кошкина не экранированы. Уверен, что магов заставляют их снять, чтобы они не активировали их внутри специально, или случайно. То есть сами амулеты ни на что не влияют.

Что ж, отвечаю — скрыться. Нет понимания, а регистрироваться я бы по кольцу не хотел.

С одной стороны, я скорее всего тут же узнаю свой Род. Очевидно, что Кошкина клерк «узнает», как только у него появляется подтверждающая надпись в его планшете. До этого, его слова, что он граф, просто игнорируются. То есть либо в кольце, либо где-то еще, есть что-то подтверждающее статус.

А вот с другой, я не очень представляю, сколько человек после «регистрации» будут знать о моем настоящем имени, кроме меня и клерка. И куда и как это «утечет». Нет, все-же скрыться. Я теперь знаю о наличии таких амулетов, и значит знаю куда «копать» в своих поисках безопаснее. И это прекрасно. Отпускаю ускорение.

— Прошу прощения, господин Рысев, — тут же ко мне обращается удивленный клерк. — С активированным негатором перемещение не предоставляется.

Точно! — чуть ли не хлопаю себя по лицу. Настолько привыкаю к расширенному ощущению пси, что совершенно забываю о застегнутых наручниках. А ведь мы далеко уже от Пятна, и давление Поля тут просто обязано быть минимальным.

Со спокойным лицом размыкаю наручники.

— Положите их вот в эту шкатулку, — протягивает мне небольшую коробочку клерк. — В отличии от короба, прошу вас после перемещения эту шкатулку вернуть, хорошо?

— Конечно, — киваю.

— Отлично, прошу вас, господин Рысев, все амулеты, кроме браслета ученика, сложите вот в этот короб, — повторяет инструкцию уже для меня. — С помощью браслета, зарегистрируйтесь для прохода, — показывает на тот же столик.

Делаю все, как говорит клерк.

— Проходите пожалуйста, господин Рысев, — показывает на дверь. — Порядок вы помните? Следовать указателям, не открывать амулеты до окончания цикла, хорошо? — повторяет инструкцию почти дословно. Киваю.

— Доброго пути.

Иду вслед за Кошкиным. Тот меня ждет за аркой. Спокойно ее уже прохожу.

— Негатор? — чуть удивляется учитель.

— Ну, так получилось, — пожимаю плечами. — Как оказалось мой талант так развивается быстрее.

— А, в мобиле в пути вы не спали? — тут же догадывается маг.

— Нет, занимался. — Немного обтекаемо говорю правду Кошкину.

— Хвалю, вы молодец, — довольно кивает Кошкин. — Я успел подумать, что вы просто решили подремать, рад, что ошибся.

— Борис Васильевич, а почему такая дорогая дорога в портале? Не слишком? — задаю возникший вопрос. — Это же почти квартальный заработок полицейского, насколько я помню.

— Вы про десять золотых? — я киваю. — Не совсем так, Максим. Для государственных служащих, военных на службе, фельдъегерей тех же, проход вообще может быть бесплатным. Порталы это как нервная система Империи. Сигналы-люди, перемещаются очень быстро. Это связывает огромную территорию Империи воедино. Представь, если бы депеши доходили бы до адресатов не в течении дня, а, скажем, неделями? Тогда могло быть все что угодно на границах, да и держать пришлось бы там огромные силы. А так, порталом мгновенно можно переместить несколько звезд магов. А потом, постепенно, и достаточное число воинских подразделений. Технику, оружие, большие грузы, к сожалению, так не перенести, так что в нужных местах у Империи все равно стоят заставы. Но логистика обороны очень сильно упростилась за последние тридцать лет. И расходы тоже значительно уменьшились. Вы сейчас поймете — как дойдем до портальных камер. А что касается дороговизны, тут скорее политика государства: если вам не срочно — не занимайте портал. Перемещайтесь дирижаблем или пассажирским диском, по железной дороге или личным транспортом — главное не порталом.

Я Аспектом примерно уже понимаю, про что говорит Кошкин. Камер десять на двадцать метров через стенку я уже насчитываю шестнадцать штук. То есть два ряда, по восемь… А нет, двадцать — по десятку с каждой стороны. То есть за раз тут можно переместить огромное число людей. И дополнительные ворота предусмотрены, я вижу, запертые конечно же, но очень широкие. Так что в критической ситуации никакой толкучки не будет. А проект, я уверен — типовой. Все вокруг просто дышит функциональностью. Никаких украшательств — все по делу. Светлые стены, указатели, ничего лишнего.

— Нам, с вами, Максим, повезло, кажется, — слегка улыбается Кошкин. — Никого не встречаем. Обычно в портальных залах людей больше.

Словно подтверждая его слова, в одном из помещений портала появляются сразу пять сигнатур. Мне становится крайне интересен процесс.

Заходим в абсолютно белый портальный зал. Над каждым из помещений указаны серым номера. Над одним номер светится зеленым, над другим, откуда живо общаясь выходит пятерка очевидно магов-военных со своими чемоданчиками — красным. Ну тут интуитивно понятен принцип.

Раскланиваемся со стандартной звездой магов. Военные себя ведут как-то свободно даже. Комфортная встреча.

Кошкин уверенно и спокойно входит в помещение с зеленым номером. Вхожу за ним.

— Встаньте пожалуйста в портальный круг, — раздается голос.

Занимаем подсвеченный светло-серым круг метров пяти в диаметре.

— До перемещения пять, четыре, три…

Ускоряюсь. Мне очень интересно посмотреть на процесс.

— один.

Вокруг нас неспешно для моего восприятия встает серая стена повторяющегося конструкта, закручивается вокруг, скрывая из поля зрения помещение.

А у меня в разуме разворачивается объемная картинка, пришедшая в эту же секунду от кольца с сотней светящихся точек. Одна сейчас светится сильнее, вторая тоже отличается от остальных размером. И вопрос:

— Подтверждаете перемещение?

Глава 21

Вот это неожиданно. Осматриваю пришедшую картинку у себя в разуме. Секунда ничего не решит, а я сейчас буквально притормаживаю внутреннее время на максимум.

Получается, что кольцо чем-то вроде управляющего артефакта еще выступает. Значит, все же не каждому такие преференции на входе в здание портала. Потому и получается скрыть информацию про себя. Интересно.

«Подверждаю!» — посылаю мысленный сигнал. Но ускорение не возвращаю в норму - наблюдать за медленным развертыванием портала перемещения завораживает.

Параллельно, растягивая время, я и за порталом смотрю и такую неожиданную информацию обдумываю. Да и карту сети порталов просматриваю. Так как получается, что внутри самого портала, с доступом к такому оттенку магии, я вызывать ее могу усилием воли, что и делаю. Словно это — основной функционал кольца. Кажется, оно выступает как некий бэкдор к системе.

Кручу и запоминаю карту. Не понятно пока в каких координатах она сделана, но думаю, нужно ее попробовать соотнести с подробной картой Империи. И лучше бы объемной — некоторые точки очень странно расположены.

А вот из открывшегося функционала кольца сразу же минимум три вывода.

Первый — моя голова только что становится одновременно и очень дешевой и нужной вообще всем. И в Империи, и, не дай боги, за границей. Причем Императору как раз, она в живом виде вроде как нужна меньше всего. Черный ход к нервной системе Империи это вообще не то, что позволит себе игнорировать хоть Император, хоть его противники. А я помню, что их у него очень прилично.

Второй вывод, не важный для страны в целом, а как для меня — важнейший, это то, что мой Род причастен к созданию сети порталов. Не может быть Такого ключа у левого человека. То есть фактически, я точно и быстро могу узнать имя своего Рода внутри портального здания. И, что несколько медленнее, но тоже, кажется, возможно — соотнеся имена создателей сети с существующими сейчас Родами. Но тут, опять же, нужно действовать аккуратно.

Ну и третий вывод, а скорее нулевой, просто потому что он не меняется уже полгода, получается из общих наблюдений. Пока я выезжаю на неожиданности. Как только меня смогут просчитать, способы заблокировать мои способности найдут точно. Вон, у Артема получилось, у Церкви — получается, в аномалиях, опять же, я помню свои ощущения. Может еще есть места искусственно созданные, где псионику тоже блокирует. Мне хорошо бы такие места или техники найти, и незаметно поизучать. Тут, кстати книга Артема тоже помогла бы. Правда, сначала нужно понять, что за язык на котором она написана. Странички-то я запоминаю.

Так вот, третий вывод не меняется еще с больнички Кощея. Нельзя показывать владение этим кольцом. И вообще, чем меньше людей знает о моем существовании — тем лучше. Хотя, конечно, по зрелому размышлению, не стоит себя обманывать. Раз к Кощею тогда заявились искать именно меня, то провести параллель с Максимом Рысевым большого ума не надо. Парень, который неожиданно выписывается из больницы, да еще в то же время примерно, когда пропадает дурачок-наследник — просто обязательно должен быть подвергнут проверке. А у меня еще такой удобный закрытый разум. Смешно. Меня спасает только закрытость городка, наверняка.

А с другой стороны — уже и не спасает. После приема у Императора, только ленивый и неумный подноготную не поднимет. Да, прием будет рабочий, да, не только для меня, уверен. Но это не важно. Всех людей, с которыми контактирует глава государства обязательно просвечивают насквозь множество интересантов. Так что паранойю Кошкина я, пожалуй, даже и поддержу.

Так-то, думаю, Император захотел поговорить со всеми акторами в той ситуации с рабами-молодыми магами, на кого указали его верные люди. А таких у нас — я, Ольга с командой и…и все, может еще Кощей, но тут я не уверен. Его развлечений в рабском загоне никто не видел, а я касался в разговоре с Матвеем только мельком, так что тут не факт. А вот Ольгу нужно вызвать по переговорнику. Может быть у нас будет неплохая команда, чтобы отбить нападение или решить проблемы в моменте, когда гостеприимство Императора уже прикрывать не будет. Вряд ли ее с командой вызвали бы в другие дни отдельно. Слишком ценно время главы государства.

Но все это, если я правильно понимаю цель своего вызова. Но даже если цель — интрига Императора и только, все равно, Ольгу, как представителя Прозоровских, тоже точно вызовут. Хм. А может получиться неплохо, и Борис чуть успокоится.

С врагами же у Императора тоже не так чтобы гладко. Система «Первый среди равных» работает хорошо только в первом поколении, когда эти равные друг друга знают и друг с другом не один пуд соли съели. Ну, край, во втором. А вот потом, уже с детьми детей — это все логически должно трещать по швам. А тут какое? Даже не третье. Пятое, без малого, от момента, как Пятна начали зачищать и использовать, а не только сопротивляться. И пятая же сотня лет от прихода магии в Мир.

Нет. Додавить вольницу тридцать лет назад точно не получилось, так что в грядущей войне с турками, а она точно плюс-минус в ближайшие лет десять будет, Император сделает еще попытку. И это его поданные-недруги понимают тоже.

Так что я, а точнее кольцо, стал бы в их колодах просто джокером. При этом, переходить на сторону противников Императора для меня просто невозможно. Ну не вижу я в их действиях конструктива. Скорее желание оторвать себе кусок побольше, или оставить таковой у себя во владении. Нет. На дистанции это сильно проигрышная позиция. Как мне кажется, централизация власти перед войной — это необходимость для государства.

Поэтому придется связываться с интригой Михаила Александровича. Иначе риски, через пару ходов, для меня неприемлемые. А в виде вроде как подконтрольного и лояльного товарища, на которого завязаны интересы государства можно вполне существовать. Правда, как минус, я не смогу в ближайшее время не только жениться, но и выполнить данное слово Коштеву, но тут есть еще люфт года в три-четыре по времени для исполнения — все же я довольно быстро развиваюсь.

Сейчас я еще слишком слаб для противостояния системе. Личностей, пусть и один-два раза, я могу спокойно игнорировать. Как показывает практика, на неожиданности я вытащу один-два боя с намного более сильным магом. А вот потом — меня просчитают. Как просчитал Коштев. То есть система меня купирует спокойно, если станет нужно.

Так что когда, а я теперь уверен, что это «когда», а не «если», всплывет информация обо мне, про которую пока только догадываюсь — я должен стать неизвлекаемым из интриги Императора. Пусть и на пару лет всего — мне, судя по динамике развития, этого времени должно хватить, чтобы стать сложно или очень дорого убиваемым. А вот наследники любого вида эту неизвлекаемость нивелируют. Даже наоборот, представлять наследников основателя-героя всяко проще, чем со мной договариваться. Императору-то не я конкретно важен в обоих случаях, а мой статус — наследника Рода, связанного с порталами, или основателя боярского Рода, в противоположном случае.

Правда, о том, что я, получается, имею отношение к порталам, Император не догадывается, слава богам. Иначе бы были совсем другие методы разработки меня. Менее нежные. Слишком это болезненный момент для Империи, это совершенно очевидно.

Отсюда вывод второго порядка — меня пытаются найти как наследника некоего Рода точно частные лица, и делают это в глубочайшем секрете. Так что можно спокойно играть свою партию. Частник, какой бы он ни был влиятельный, это все-таки не Империя. И, кстати, этот частник точно не имеет отношения к военным, полиции и Службам Безопасности — там везде есть своя разведка. Меня бы уже нашли и спрашивали с пристрастием. А тут только какие-то люди к Кощею приходили, и на этом вроде как все заглохло — не серьезно. Либо я не так важен. Но это понятнее станет, как отвечу на вопрос — кто я?

Оп, и тут же понимаю, что мы находимся где-то в другом месте. Понимание приходит только с помощью Аспекта. Внешне-то все остается абсолютно идентично. Те же помещения вокруг, такое же расположение, все вообще не отличается, даже воздух, кажется, в комнате остается тем же самым. Просто вокруг, в точно таком же здании, внезапно появляется ну очень много людей. Как бы не несколько сотен.

Серая стена портала начинает медленно выцветать. В обычном восприятии это скорее происходит в течении пары секунд, но я ускорение так и не сбрасываю. Но понять как и что происходит процесс тоже пока не могу, получается. Но что могу — запоминаю. Постепенно опускаю ускорение.

Серая стена техники окончательно развеивается, и зеленый номер на стене сменяется тем же, но красным.

— Максим, пойдемте, — слегка кивает на сменившийся цвет номера учитель. — Мы прибыли.

— Совсем незаметно! — удивляюсь. И я реально удивляюсь — никаких внешних эффектов перемещения вообще нет, или у меня не получается их почувствовать.

— Да, поэтому я и говорю — портал совершенно не похож на портал Полигона. Вообще как-то по-другому работает. — Кошкин направляется на выход.

— Интересно, кто создал такую удобную штуку? — следую за учителем к выходу.

— Да? Тут сложная история. — Кошкин открывает дверь в общий зал. Из которого нас почти сносит волной гомона. Через помещения портала проходят в обе стороны какие-то просто толпы людей. Военные, служащие, чуть задравшие нос аристократы, да даже веселящиеся компании в количестве пары штук наблюдаются. Движение очень очень интенсивное.

— Пожалуйста проходите, не задерживайте очередь, — встречает нас очень уставший служащий портала. Его принадлежность легко определяется по форме одежды — такой же как и в Орше. Да и вообще, вокруг довольно много портальных служащих. Причем, как просто помощников, так и охраны. Аспект мгновенно показывает мне очень напряженные сигнатуры десятка магов охраны прямо внутри общего помещения. И еще три звезды внутри самой портальной крепости.

— Действительно, Максим, пойдемте, — довольно по-доброму подгоняет меня Кошкин.

Киваю.

— Так что там со сложной историей? — уточняю у Бориса.

— Интересно, да? — чуть хмыкает маг. — Но я вам особо многого рассказать-то и не смогу. Хотя, конечно, это будет больше, чем можно узнать из открытых источников. Просто потому, что, например, мой учитель, Анатолий Филафеевич, свою руку к созданию этих порталов, по его словам, тоже приложил. Так-то порталы принадлежат императорской семье, на два трети. На треть — семье Тобольского князя. Они же и управляют открытием новых точек. Забавный момент в том, что юридически, порталы — это земля Тобольского князя.

— Это как? — неподдельно удивляюсь.

— А вот так, — хмыкает, теперь уже достаточно отчетливо, Кошкин. — Такой договор с князем Тобольским. Но как и в ситуации новых станций переговорников, а это тоже их изобретение, порталы ставят специалисты из Тобольска. И обслуживают они же. Служащие чаще всего местные, но тоже не все. То есть видимо, есть какие-то тонкости, которые другим магам не повторить. А я уверен, пытались.

— Неожиданно, — качаю головой. — Такую важную систему и не полностью контролировать.

— Ну не скажите, Максим, я тоже этот вопрос задал учителю, в свое время. Так он сказал, что контролирует как раз Императорский Род. И эксплуатирует он же, но вот ставят новые точки обязательно на земле княжества, и обязательно люди князя. Там какие-то принципиальные решения, и, подозреваю, без них это все просто не будет работать. Так что с родом Тобольского князя Императорский не только дружен, но еще и пылинки сдувает. Очень тот ему полезен. Думаю, при случае и породнятся.

— И что, все в этом Роду в порядке? — чуть усиливаю интерес. — Все спокойно для Империи?

— Да, — чуть пожимает плечами Кошкин. — Все в порядке, друг к другу в гости ездят, своими делами занимаются. Максим, Тобольские князья самые охраняемые персоны в Империи, не считая Императорской семьи. Что у них может случится?

Ну вот и хорошо, я вряд ли имею отношение к Этому Роду, получается. Вряд ли исчезновение наследника осталось бы неизвестным в Империи. Минус один.

— А еще кто участвовал в создании? — копаю, пока горячо. Пока Кошкин спокойно отвечает на эти вопросы, и пока интерес оправдан. Может, немного настойчиво, но, подозреваю уже, что в свободном доступе я такой информации не найду.

— Ну, саму идею придумали, как рассказывал учитель, дед и отец князя Тобольского. Анатолий Филафеевич, с его слов, только на последних стадиях подключился, очень он дружен был с отцом князя. Дорабатывали уже много других магов. Там кроме самого князя и моего учителя отметилось еще десяток магов, начиная от приемного сына князя, и заканчивая четверкой первых учеников Филафеевича. Работы там, как ты понимаешь, было много.

— А узнать, кто участвовал можно? Мне интересно, кто из них, чего потом достиг, просто проследить как развивалась мысль. Это же невероятный прорыв.

— Вы знаете, Максим, подозреваю, что найти эту информацию можно. Но вряд-ли это станет для вас простым делом — Тайная Экспедиция наверняка секретит все что важно для существования Империи. А порталы за последние тридцать лет, становятся крайне важными, — Кошкин кивает на спешащих по своим делам военных и служащих вокруг, как бы иллюстрируя свои слова. — Так что уверен, что информацию по ним секретят всю. Включая самую вроде бы и бесполезную.

— Понятно, — почти не скрываю своего разочарования. Пусть и легкого. Все же уже четвертая тропа меня ведет в сторону Тобольска. Ответы, похоже, все там — вот совсем не удивлюсь. Слишком уж часто нити обрываются на этом княжестве.

— Пойдемте, Максим, — чуть поторапливает меня маг. — Нам за сегодня еще много чего успеть нужно.

Киваю, и тоже чуть ускоряю шаг, подстраиваясь под Кошкина.

Выходим из общего помещения портала, и по круговому коридору довольно быстро доходим до похожего помещения-предбанника, какой был в Орше. Только тут он значительно больше. И это чуть ли не первое отличие от крепости рядом с Пятном. Тут мы входим в зал метров пятиста площадью. Ну это и понятно — тут уже появляются и встречающие, да и народа вообще становится значительно больше.

Хм. Неожиданно, но, в принципе, понятно. Узнаю знакомое.

Идем в сторону выхода.

— А вот и мое доверенное лицо. Именно с ним вы пойдете во дворец Императора, — довольно говорит Кошкин.

— Здравствуйте, Клавдия Сергеевна! — с удовольствием улыбаюсь знакомому человеку. — Рад вас видеть!

Глава 22

— Здравствуйте, Максим! — с улыбкой здоровается преподавательница боевой магии. Потом поворачивается к Кошкину, и недовольно выговаривает. — Борис, объясни пожалуйста, что за срочность. Я же с примерки к вам сюда сорвалась. Хорошо хоть это не финальная, а очень даже промежуточная, а то бы я обиделась.

— Клавдия Сергеевна, — Кошкин даже с очевидно близким уже ему человеком, все равно на вы. — Хотите попасть во дворец к Императору?

— Да! Где расписаться кровью?! — девушка тут же заряжается энтузиазмом.

— К сожалению, совершенно рабочий визит, — Кошкин с сомнением качает головой.

— А мне без разницы, Борь! — магесса не растрачивает своего энтузиазма. — Я там в принципе побывать не чаю возможности. Борь, ну кто там ждет-то обычного боевого мага с границы?

— Всё будет. — Недовольно чуть-чуть поджимает губы Кошкин. — Нужно только немного подождать. Год, может быть. Может даже меньше. — Оценивающе смотрит на меня.

Я вообще очень неплохо теперь ощущаю эмоции. Причем сейчас начинаю даже точно различать, какие куда направлены. То есть ощущаю их теперь не общим комком от сигнатуры, а как бы даже с вектором адресата. И встраивается в мое сознание этот момент как родной. Быстро, и словно он тут был все время.

— Но сейчас, — продолжает маг. — Нужно будет сопроводить вот этого молодого человека на аудиенцию к Императору. Справитесь?

— Боевые столкновения планируются?

— Вообще, — с легким сомнением говорит Кошкин, — нет. Но есть вероятность всяких ядов, провокаций, внезапных бретеров на обратном пути. Примерно около двух кварталов. Это от стен Кремля, по набережной, и до ближайшего места, куда сможет подъехать вооруженная охрана.

— Телохранителем я, Борь и не работала никогда. Имей ввиду. — Теперь оценивает меня со стороны уже магесса. — Но технически, это же не сильно отличается от охраны языка, находясь за ленточкой, так?

— Только фокус внимания, скорее не на том, что я сбегу, — хмыкаю.

— Ну, у нас языки и не бегали, — в ответ улыбается Рыжая магесса. — Они и ходили-то с трудом. Но задачу поняла. Усиление будет? — поворачивается к Кошкину.

— Только амулеты. Эти — какие сочтете нужными. Мне ваша целостность, знаете ли, довольно важна.

— А насколько? — чуть кокетливо внезапно меняет поведение Рыжая. Сейчас она даже слегка похожа на смешливую школьницу.

— Можете выгрести хоть всю сокровищницу, и надеть ее на себя полностью, — чуть пожимает плечами Кошкин. — Будто вы не знаете?

— Может и не знаю. — Отчетливо, с легкой толикой разочарования, но быстро сменяющейся довольным ожиданием говорит магесса. — Может, я хочу это чаще слышать?

— И еще одна небольшая новость. Вместе с этим же человеком, вам придется учиться у Эльвиры Леопольдовны. Она приедет уже сегодня. — Кошкин словно смотрит вдаль, мимо меня и магессы.

— Борь, а я правильно помню, что так звали твою учительницу по этикету и танцам? — Рыжая с прищуром смотрит на Кошкина. Даже останавливается посреди улицы.

— Да, это она и приедет. — Слегка кивает головой учитель.

— То есть, это та, которая тебе линейкой по рукам била, и которую ты ненавидел в детстве?! — тихо, но очень интенсивно выражает свое несогласие девушка. — Та, благодаря которой ты со снулой рыбы сейчас берешь пример?!

— Да, — спокойно говорит Кошкин, но в эмофоне он сейчас знатно веселится.

— Я не собираюсь! — резко говорит Рыжая. — Ты что, считаешь, что я плохо воспитана?!

— Это не обсуждается, Клавдия, — строго говорит Кошкин. — Просто морально приготовься.

Магесса неожиданно сдувается.

— Долго хоть?

И в общем сразу становится понятно, кто у них в паре главный. Просто, ну очень динамичное равновесие. Хмыкаю про себя. Какая у людей жизнь интересная, это что-то.

— Заниматься будете до бала. Месяц примерно. — Кошкин, довольно безразлично внешне, определяет сроки. Внутри же — все еще веселится. — Потом я посмотрю на результат, и если он меня не удовлетворит — то после бала продолжите.

— Попали мы с тобой, парень. — Хмыкает Рыжая. — Держись теперь.

Пожимаю плечами. Сам я сейчас очень занят расшифровкой ситуации вокруг.

За разговором мы идем из портальной крепости на улицу. Небольшой пригород, но ожидаемо много людей. Очень большая площадь перед крепостью, и, похоже, специально выделена под стоянку мобилей.

Народ много и целенаправленно идет в обе стороны, как приезжающие, так и отправляющиеся отсюда. Причем многие люди с охраной, с какими-то опечатанными сумками. Думаю, приемное отделение новгородского портала работает на износ.

При нашем выходе на площадь, одна из сигнатур с другой ее стороны, показывает очень сильное удивление в нашу сторону. Чуть отстаю на пару метров, потом нагоняю, и снова чуть отхожу в сторону. По трем точкам понятно становится не только реальное местонахождение наблюдателя среди сотен обычных людей вокруг, но и то, что удивление, узнавание и внимание направлено именно на Кошкина.

Довольно неприметный мужичок, не бросаясь в глаза, следует за нами на расстоянии. Вплоть до момента нашей посадки в ожидающий мобиль. Дожидается, пока мы усядемся, и тут же, практически бежит в обратную сторону. При этом, вызывая кого-то по переговорнику — я-то мужичка тоже отслеживаю.

Хм. Нужно попробовать научиться звуки снимать Аспектом. Технически, ничего невыполнимого нет, а вот слышать смогу несколько дальше, чем обычным ухом. Сейчас бы помогло. Но ладно, это уже на будущее.

Уезжаем от крепости.

Мобиль, с Рыжей за рулем, едет относительно недолго и не очень быстро. Так что удаляемся мы из пригорода еще дальше от Столицы примерно километров на двадцать-тридцать. Едем не больше получаса. Сворачиваем на небольшую дорогу среди соснового леса. Лес старый, но очевидно, что за ним ухаживают. Из мобиля заметно отсутствие упавших деревьев внутри леса, каких-то буреломов. Может дальше есть, но метров на триста по обе стороны от дороги — разреженный сосновый лес. Большая часть деревьев примерно одного возраста, в пару-тройку обхватов. Так что растет лес уже давно, лет двести-триста точно. Причем высажен, или выращен примерно в одно время, что вобщем-то говорит об искусственности посадки. Что Кошкин и подтверждает, видя, как я осматриваюсь.

— Мы на территории поместья уже, — спокойно показывает рукой. Поворачивается к магессе. — У ворот, что сейчас будут, остановитесь. Нужно подтвердить мое присутствие — незачем нервировать обитателей особняка.

Клавдия кивает. Она довольно сильно сосредоточена, думаю, вождение это не ее конек. Но отдавать руль Кошкину не хочет изначально, а тот особенно и не настаивает.

Появляется низенькая старая каменная стена с воротами. Возможно раньше стена была полноценной, но сейчас она и высотой чуть меньше роста человека, и вообще, производит впечатление довольно обветшалой. Разве что, насколько мне видно, внутри ее есть какие-то контуры защиты. И вроде бы даже активные.

Кошкин выходит из мобиля, подходит к воротам и касается кольцом какой-то одному ему видимой точки. Ворота приглашающе открываются, а я в этот момент наблюдаю совсем не за воротами. Метрах в семидесяти-ста от ворот, снаружи ограды за действиями Кошкина наблюдает человек. Он с дороги особенно-то и не виден, но сам подъезды к поместью видит отлично. Как только Кошкин открывает ворота, он разворачивается и быстрым шагом отходит от ограды вглубь леса.

Ну, в общем, идея понятна.

— Борис Васильевич, — спокойно говорю ему, когда маг садится в мобиль снова. — Вы знаете, что за вами наблюдают?

— Точно за мной? Не за вами? — уточняет маг, когда садится обратно в мобиль. Машина спокойно трогается и мы продолжаем путь не по лесу, а скорее по ухоженному парку. С дорожками, беседками и даже прудом, мелькнувшим между деревьев.

Я еще раз прокатываю обе картинки в голове.

— Точно за вами, — уточняю. — В городе, я этот интерес срисовал довольно точно, а тут — наблюдатель ушел с поста, когда вы открыли ворота. Так что точно, ждали подтверждения именно вашего присутствия в поместье.

— Хм. — Кошкин переглядывается с Клавдией. Кивает. — Тут наблюдателя я не видел. Хорошо. Значит, не показалось.

— Что будете делать?

— Ничего. По крайней мере еще дней пять. Пусть наблюдают. Я ожидал чего-то такого, и скорее удивился бы, если бы наблюдения не было. А ты — молодец.

Мобиль останавливается около небольшой, но очень уютной усадьбы. Двухэтажный особняк серого камня, под красной крышей, местами покрытой мхом, очень интересно смотрится. Таким охотничьим домиком в глуши. Только его размер для такого домика несколько избыточен. Двухэтажный центральный дом, и два полукругом охватывающих небольшую площадку перед домом одноэтажных крыла. Но они, похоже, не жилые — сквозь окна видна оранжерея, и с другой стороны — столовая. Так что сам дом — это судя по ощущениям, только центральное здание.

Сзади здания — конюшня. там чувствую пару сигнатур. Напротив — непонятно что, но там много мелкого движения. То ли псарня, то ли курятник, что-то из этого. Внутри, на удивление, всего четыре сигнатуры людей — скорее всего кухарка, конюший, и пара слуг. Одного как раз вижу, как только останавливается мобиль. В общем, очень небольшое число обслуги, даже на такую усадьбу.

— Ты не говорил, что богат, — Клавдия выходит из мобиля и с интересом рассматривает усадьбу. В эмофоне ей неожиданно наплевать. Ей реально просто нравится сам дом. Нет никакого, даже минимального меркантильного интереса. — Это твой дом?

— Да, Клавдия Сергеевна, будьте моей гостьей. Максим, вы тоже выгружайтесь, ближайшие дней пять вы проведете здесь.

— А я? — Рыжая с интересом смотрит на Бориса. — У меня дела в Новгороде.

— Клавдия Сергеевна, вне уроков, вы вольны провести время со мной или посещать Столицу, — чуть улыбается маг. — Благо до города тут полчаса езды.

— Это тебе полчаса, — слегка ворчит девушка. Но чувствуется, что не всерьез.

— Добро пожаловать, молодой господин. — С поклоном приветствует Бориса довольно пожилой слуга. В эмофоне он транслирует радость, но вот внешне, слуга так же безэмоционален, как и сам Кошкин. Кажется тут, это обычное дело.

— Привет, старина. Как вы тут?

— Все хорошо, господин. Ваша любимая легавая умерла о прошлом годе. Ветерок застоялся, но Кузьма его выхаживает ежедневно. В лесу семья волков осталась. Пока без потерь у оленей. А больше-то, ничего и не случилось, Ваша Светлость. Сестра ваша приезжала, но ворота ее не пустили. Уж она ругалась, но то воля батюшки вашего. Не ей решать.

— Да, Семен, — по лицу пробегает легкая тень. — Батюшке моему решать. Извини, что редко приезжаю. Пока не могу с воспоминаниями справится.

— Мы понимаем, молодой господин. Как разместить ваших гостей?

Кошкин переглядывается с Клавдией. Той внезапно тоже становится интересно, что скажет маг.

— Приготовить четыре спальни. Две в одном крыле второго этажа, две в другом. Ближе к вечеру, или ночью, еще Эльвира приедет. Максима, — кивает на меня. — поселить в крыле, где спальня Эльвиры.

От слуги слегка тянет опаской.

— У Эльвиры Леопольдовны будут ли какие-нибудь дополнительные требования?

— Извини, старик. Боюсь, это тебе придется спросить у нее самому. — Кошкин оборачивается к нам, Максим, Клавдия Сергеевна, прошу вас, проходите в дом.

— Борис Васильевич, я на пару минут задержусь, хорошо? — ставлю в известность учителя.

— Только не больше, Максим. У нас четверть часа привести себя в порядок. Потом ранний ужин.

— Да, буду иметь ввиду, — киваю магу.

Борис и Рыжая скрываются в доме.

Достаю переговорник.

— Оль, привет. Говорить можешь? — прохожусь по площадке. Неожиданно ловлю себя на том, что начинаю рассматривать окружающий пейзаж во вполне себе утилитарных целях. Как место будущего боя. И с этой точки зрения, несколько статуй, вазоны, канава и небольшой прудик, что я примерно чувствую Аспектом вокруг, расположены так, словно изначально делались частью системы защиты дома. Да и внутри всех этих, вроде бы стационарных укрытий, свернуты в точку какие-то плетения. Похоже когда-то усадьба все-же была довольно защищенным местом. А может и сейчас является. Просто ее функционал — спит. Усмехаюсь про себя и пожимаю плечами.

— Могу говорить, только недолго, я в пути.

— В Новгород? Извини, если лезу не в свое дело, но у меня есть подозрение, что приглашение вручили и тебе тоже.

— И мне, и моим телохранителям. — Соглашается Ольга. — Видимо, лицезрения только твоей тушки, Императору не достаточно. — Хихикает девушка. — Я подозревала, что так будет.

— Отлично! Во дворец вместе пойдем?

— Подозреваешь что-то?

— Нет, Кошкин что-то подозревает. И я его понимаю, у него есть основания.

— Да? Тогда конечно вместе. Как прилечу — вызову. В полете на диске запрещают пользоваться переговорниками. Так что через час-два.

— Не торопись. Я у Кошкина в поместье, и тут буду вплоть до приема. Так что спешить некуда.

— Хорошо. Тогда я тебя завтра вызову. Как устроюсь в городе.

— Договорились, — отключаюсь.

По высокой лестнице захожу в дом. Меня встречет просторных холл на оба этажа, с огромной люстрой по центру. Лепнина, позолота. картины по стенам. При этом не создается ощущения безвкусицы. Скорее старины. Цвета стен, переходов подобраны так, чтобы создавать довольно спокойную гармоничную композицию. Глаз тут скорее отдыхает, чем спотыкается о цветовые пятна. Будто у архитектора девизом была сдержанность. Две полукругдых лестницы на второй этаж. И как раз там входы в правое и левое крылья дома.

— Сюда, ученик господина, — меня тут же перехватывает тот же самый слуга и ведет в сторону правого крыла. Следую за ним. — Это старая игровая молодого господина. Теперь гостевая. — Открывает дверь в комплекс из пары смежных комнат. — Ванная комната в конце второй комнаты. — показывает. — Одежду, если вы захотите переодеться вам сейчас принесут. Чем-нибудь вам еще помочь?

— Нет, спасибо большое. — Киваю старику. — Все очень удобно.

— Тогда я вас оставлю, ученик молодого господина. — кланяется слуга.

— Да, конечно.

Остаюсь один. Выглядываю в окно — ну точно, конюшня, чуть дальше небольшой круг манежа, сейчас пустой, и псарня. Ничем не пахнет, и звуков нет тоже — похоже амулетное что-то на окнах. Открывать даже не собираюсь.

Ладно.

Через минут десять спускаюсь к ужину.

Не знаю, почему ужин ранний. Мне, того, что подают к столу точно хватит надолго. Я просто столько не съем.

С легким ужасом смотрю на заставленный стол. Если я все просто попробую, подозреваю, что из-за стола тогда на выйду. Засну прямо за ним.

Так что я очень сдержанно, под легкий разговор, приканчиваю нежный кусок мяса с овощами и откланиваюсь спать, оставляя Бориса с его гостьей вдвоем. Надеюсь, сегодняшний, двухдневный для меня марафон, все же заканчивается.

Ради разнообразия, просыпаюсь ранней ночью, около полуночи сам. За пару минут до сработавшего глифа «Угроза».

Глава 23

Сначала, я даже не очень понимаю, что меня разбудило. Пару минут лежу, наслаждаясь спокойствием. Все же не так часто, в последнее время, выдаются минуты, когда можно просто полежать. Так, что бы не торопиться, не тренировать новое, а просто пару минут никуда не бежать. Выдыхаю. И тут же испытываю прилив раздражения к тем мммм… нетрадиционным людям, из-за которых у меня срабатывает глиф «угрозы». Мда. Ладно.

Спокойно надеваю наручники-негаторы. Лучом прохожусь вокруг поместья. Угумс. Две сигнатуры быстро приближаются к зданию. Причем ограду они уже пересекли. Но это и к остальным двум отрядам относится. С разных сторон поместья, на краю осязания Аспектом, метрах в пятиста, получается примерно, тоже собираются отряды. Кажется, будут атаковать с двух сторон. И чего-то людей многовато. Отряды уже насчитывают человек по двадцать каждый, а люди все еще подходят, но дальше мне не видно.

Двое разделяются неподалеку от дома. Быстро, и совершенно неслышно обегают дом с разных сторон — видимо ищут как проникнуть легко. И находят, что неудивительно — нападения-то никто не ждет. Есть же приглашение от Императора. Но ладно. Вот только в доме они внезапно замирают. Так. Это у нас засадный полк, так сказать, получается. Ну пусть.

Пока наблюдаю за перемещением обеих сигнатур, и менее пристально — за отрядами, тихо одеваюсь. Быстро добегаю до комнаты Кошкина. Ну, немного неудобненько получится, но ладно. Рыжая вряд ли заморочится. А Кошкину важнее, скорее всего, все же выжить. Толкаю дверь. Заперто. Хм, это немного задерживает.

Тихо стучу. Сигнатуры не меняются. Спят, и вроде бы крепко. Не дело. Времени нет.

Аспектом слега тыкаю в лежащее тело Кошкина. Так, что он врядли мог понять что это было, и снова тихо стучу.

Ну что сказать, Кошкин — молодец. Судя по сигнатуре, учитель уже не спит. Вполне себе собран и готов реагировать. Быстро он, кстати, в себя приходит, секунда-две, не больше. Отличный навык.

— Борис Васильевич, шиплю. — Кошкин быстро и очень тихо оказывается у дверей.

— Тьфу ты, Максим! Что случилось?

— У нас гости. Двое уже внизу — в оранжерее, и в холле под лестницей. И еще собираются отряды внутри ограды поместья, примерно в пятистах метрах от дома. Со стороны конюшен один и второй от ворот примерно пойдет. Примерно, человек по двадцать-двадцать пять.

— Так. Контур они, получается, уже пересекли. Неожиданно. И очень плохо.

— Почему?

— Из тех, кто может перевести людей на территорию поместья оставался только начальник службы охраны моего отца. И то, что он принял сторону моей сестры, а по другому все происходящее я не могу охарактеризовать, это очень плохие новости. Скорее всего, нападающие будут снабжены амулетами свой-чужой. Так что отбиваться будем своими силами — на контур обороны надежды нет, — Кошкин абсолютно спокоен, а в фоне появляется небольшой азарт. — Тех кто внутри, вы точно локализовываете?

— Да, могу их тихо убить, но тихо взять — не получится. Очень неудобно засели.

— Нет, их брать смысла нет. Тактика отличная, точно начальник охраны на их стороне. Сам он мне это же и преподавал, когда-то давно. При взятии поместий в Родовых войнах такой неожиданный удар, иногда весь бой решает. Это убийцы. В них мне проку нет. Как давно они в доме?

— Замерли на позициях уже минуты три.

— Пу-пу-пу. Значит атака через двенадцать минут. Все по учебнику. Скучный он конечно. Хм. Макс, если можете тихо снять обоих, желательно так, чтобы они не успели ничего передать отрядам — делайте. Если есть хоть малейшие сомнения — не делайте.

— Да нет, — пожимаю плечами. — Спокойно сниму.

— Делайте. — Кошкин скрывается в комнате будить Рыжую. Хм. Боевой маг соскучившийся по работе — это сильно. Кажется, парк придется пересаживать.

Все время разговора подвожу пару оставшихся шариков к замершим товарищам. А ведь они защищены — щиты активированы по умолчанию. Так, стальные снаряды через них не пройдут. Может только если медленно, но давление эти товарищи должны почувствовать. Нет, не подходит. В этот раз придется без них, в ручном режиме. Хотя стоп. Ускорение.

До ближайшего мне всего десяток метров от силы, по прямой. Если сквозь перекрытия, конечно. Так. А линии, нарисованные пси, магия заполняет очень даже мгновенно и с удовольствием. Снимаю наручник-негатор. Придется временно пожертвовать радиусом восприятия. Ничего, это ненадолго.

Паутинку к ближайшему. На конце формирую глиф «ужаса» и заполняю магией пополам с пси.

Вторую — ко второму. Тут чуть сложнее, убийца оказывается почти на краю моей сферы, почти в полста метрах даже если напрямую, да еще сидит очень неудобно. Но и это только лишь технические сложности. Выстраиваю и второй глиф.

Понеслась.

Глифы влетают в тела даже практически не притормаживая на границах щитов. Да и благодаря ускорению, все проходит за пару секунд, не больше. Засадники, я уверен, не успевают ничего понять. Хотя теперь-то их и не спросишь. Глифы срабатывают штатно, но я тут даже не удивлен. Тела в судорогах падают на пол.

— Всё? — тихо доносится из комнаты. Каким-то образом Кошкин узнает о происходящем в доме.

— Да. — спокойно, уже в голос, говорю я. Защелкиваю наручник. Уфф. Никто пока с места из отрядов не двинулся. Но людей становится больше за пару прошедших минут. Я сейчас даже посчитать точно их не могу — сигнатуры на таком расстоянии словно наслаиваются друг на друга. — Оба внизу. Отряды еще не вышли.

— Хорошо. Максим, будьте добры, сообщите слугам про нападение. Они знают что делать. Найдете?

— Конечно, — киваю я в темноте и разворачиваюсь к лестнице. Но Кошкину и слов достаточно.

Быстро, не зажигая огня, спускаюсь вниз в комнаты слуг. Стучусь к старому слуге. Думаю, что он точно и остальных разбудит, и организует их правильнее, чем я. Я-то мероприятия принятые тут в поместье в случае нападения не знаю.

Дверка в первую же комнату к знакомой сигнатуре оказывается не запертой, так что спокойно приближаюсь к кровати и чуть касаюсь плеча старика.

— Нападение, Борис Васильевич сказал, что вы знаете что делать. — говорю мгновенно проснувшемуся слуге. Тот сразу меня понимает. Ни мгновения сомнений.

— Идите к Его Сиятельству, господин Максим. Вы ему там сейчас нужнее будете, а слуг я организую. — Быстро встает с кровати, и в пижаме, не задерживаясь, выходит из комнаты.

Интересно. Получается, что мероприятия действительно отработаны неоднократными повторениями. Практически на уровне рефлексов. Выводы из этого у меня такие, хм, неоднозначные.

Проверяю отряды. Пока все еще топчутся на месте, но и срок, прогнозируемый Кошкиным еще и не закончился.

Борис что-то делает внизу, иду к нему. Рыжая тоже уже спускается.

— Доброй ночи, Максим! — с отчетливой яростной радостью в фоне здоровается магесса. Даже улыбаюсь в ответ. В лунном свете смотрится наверное забавно.

— Доброе, Клавдия Сергеевна, — чуть кланяюсь.

— Где злодеи? — тут же уточняет.

— Один в двух метрах от вас, вот за этой лестницей, — показываю на лестницу с которой она как раз спускается, — а второй в оранжерее, в том же состоянии.

Девушка за эти прошедшие пять-шесть минут успевает не только проснуться, прийти в себя, но и надеть военный мундир женского образца. И я даже понимаю зачем — куча пассивной защиты. Она хорошо видна в моем «зрении». Продуманная барышня. Кошкин молодец. Вот да.

С другой стороны — девушка преподаватель в лицее, то есть по определению, выслужившая срок. А в ее возрасте, ей на вид даже тридцати нет, двадцати-тридцатилетний срок можно выслужить только там, где год за три-четыре идет. То есть в частях, активно проводящих Волю Императора на границах. То есть у барышни опыт постоянных боев и других мероприятий за ленточкой такой, какой не у каждого кадрового военного будет годам к пятидесяти. И при этом, насколько я успел заметить, она не имеет отметок на теле, шрамов там, или чего-то такого. Можно было бы подумать на хорошую работу целителей, но нет — она не из богатых, магесса в первом поколении. А значит, дело в умениях. Так что Кошкин молодец дважды.

— А ты опасный парень, Рысев, — усмехается магесса. Она как раз осматривает мертвого убийцу. — Активный щит тебя даже не остановил — кристаллы не разряжены. Знаешь, я, пожалуй, потом сожгу эти тела. Не нужно следователям о них знать. Боре лишние сложности не нужны. Потом напомнишь, хорошо? Второе в таком же виде?

— Да, Клавдия Сергеевна. — подтверждаю.

— Да зови Рыжей, — машет рукой магесса. — Сколько там человек — пятьдесят? То есть минимум семь-восемь магов. А то и две звезды будет. После сегодняшнего, мы с тобой в одном бою побываем. Только не на людях — Борю не ставь в неудобное положение, — поднимает указательный палец вверх. — Договорились?

— Конечно, уважаемая Рыжая, — чуть подшучиваю над девушкой.

— Да, чего-то от тебя оно не так звучит, как мне хотелось бы, — усмехается магесса. — Ехидна, как она есть. Ладно, где Боря? И сколько у нас времени?

— Около семи минут, если прогнозы Бориса Васильевича сбудутся, а сам он за вот этой стеной. — показываю на стену между двух лестниц. — Только я входа не вижу.

— Потому что его нет, — стена отъезжает в сторону полностью, и в холл выходит Кошкин. — Семен! — почти кричит маг, — Где все?

— Здесь уже, Ваше Сиятельство. Торопимся! — Степан ведет с собой все оставшиеся сигнатуры, всех слуг, что я ощущал сегодня в поместье.

— Что делать, ты знаешь, — старый слуга кивает. — Заходим! Время дорого.

Все слуги скрываются там, откуда выходит Кошкин. Стена тут же полностью закрывается, словно нет и не было тут прохода.

— Так, теперь вы. — перед нами появляется объемная карта поместья. — Разбираем амулеты, — выдает два амулета нам с Рыжей. Мы тут же появляемся на карте. — Карту можно приближать, отдалять — принцип тот же, что и на тактической карте в армии, только тут нанесены еще сектора поражения системы защиты. Я перевел ее на ручное управление, так что это прошу учитывать. У противников карта будет такая же, но не динамическая. Мы же будем видеть отметки посетителей на карте. Минус — они, скорее всего, будут тоже помечены как дружественные. Так что при ударах, следим за номерами — первый, второй и третий это наши. Клавдия Сергеевна, это больше к вам, имейте ввиду. Максим, конечно за себя постоять сможет, но вы его в деле почти не видели, и постарайтесь не проверять его защиту лишний раз. Но если будет необходимо, то уровень вашего «огненного торнадо» он выдержит. — Рыжая кивает, и с интересом смотрит в мою сторону. Ну да, я-то у нее на уроках ни разу не был. И про даже примерный уровень они может оценить только по одному, фактически, выходу. А это немного.

Немного играюсь с картой. Мне она не очень нужна, разве что запоминаю расположение эффекторов системы защиты. Но придумка хорошая, очень похожая на так-схему в моем старом мире. Мысль военных примерно в одну сторону, кажется, идет.

— Сейчас отряды тут, — обозначаю пальцем чуть за край карты, — и тут. Числом уже более тридцати человек в каждом. Мне кажется, там под полста человек будет к выходу. Они подходят постепенно. Думаю, что просто лагерь довольно далеко располагается, вот и проявляется такая неравномерность.

Кошкин меняет масштаб и на карте появляются отряды.

— Я пока не включаю дальнее обнаружение, иначе Капустин, начальник охраны, точно поймет, что мы их видим. Как только они начнут движение, они на картах появятся. И нет, там не лагерь, скорее всего, отряды перемещены мобилями, а их близко не подогнать. Поэтому и растянулись. Для этого человека мое поместье — знакомый театр действий, тут часто проходили игры нашей охраны. Максим, вопрос к вам. Насколько я помню, вы можете перемещаться так, что вас можно легко потерять взглядом?

— Ну, я бы так не сказал. Должно быть много других раздражителей, тогда да. Я смогу стать относительно незаметным.

— Другими раздражителями мы вас обеспечим, даже не сомневайтесь, — усмехается маг. Переглядывается с Рыжей и получает такую же мимолетную усмешку. Ну нормально, фанатики. Нашли друг друга просто. — В общем, когда поймете, что пора, пользуйтесь вашей способностью, и уходите вот в эту точку. — Показывает на плане. — Скорее всего, именно тут будет мозг операции. Капустин конечно хорош в плане обычной работы, но вот штурмы он проводил уже давно. Еще под руководством отца. Так что он предсказуем. А меня считает полным болваном в войсковых операциях, что, конечно же, заслуженно. Его уроки были настолько скучны, что когда мы с сестрой у него занимались, я почти весь его курс только выговоры от отца и получал. В отличие от сестры. Та ему разве что в рот не заглядывала, и бредила войной между Родами. Так что у наших противников точно будет некоторое число сюрпризов — система охраны мной была перестроена немного. К сожалению, ландшафт для них все равно будет знаком.

— Тогда, да, тогда могу. Что меня там ждет? Какая цель?

— Вот вам целительский амулет сна. Он армейский, для спецподразделений. — Рыжая, очевидно, его узнает тоже и подтверждающе кивает головой. — Так что по-умолчанию, щиты от него помогать не должны. Минус в том, что воспользоваться можете только с расстояния в метр. Вам нужно будет постараться захватить живыми вот этих двух людей, — над картой появляются два объемных изображения. Мужчины в возрасте, и женщины, примерно возраста Кошкина. — Это Капустин, и моя дражайшая двоюродная сестра. У нас сложная система наследования, так что ее претензии на главенство в Роду при некоторых условиях имеют под собой основания. Хотя и небольшие. В общем, если сможете — их мне нужно получить живыми. Остальные маги, а они там точно будут, меня не интересуют. Предатели мне в боевом крыле Рода не нужны.

Рыжая с вопросом смотрит ну Кошкина.

— Ну а мы с вами, дорогая моя Рыжая, — на этих словах магесса в фоне просто полыхает радостью, — будем отбивать основной приступ, — улыбается. — Поверь мне, Максим точно справится.

Киваю. В принципе, действительно, особенных сложностей и не вижу, по сравнению с тем, что иногда происходило на аренах. Ну кроме той, что там, все же это было не очень по-настоящему, а тут — второй попытки не будет. Да и штурм деревни контрабандистов с дирижаблем мне кажется был сложнее.

— Ну что, по местам? — смотрит на меня Кошкин.

Киваю.

— Отряды рассыпались и начали движение. До входа в подсвеченную область, — киваю на карту, — им что-то около полутора минут.

— Замечательно! — магесса сцепляет руки в замок и потягивается. — Как у нас говорили, поскакали?!

— Поскакали! — киваем вместе с Кошкиным одновременно.

Глава 24

— Меня слышно? — аккуратно выхожу из дома через оранжерею. Прохожу мимо второго трупа.

— Да, Максим. Помех можете не опасаться, у вас доработанная версия. Мы друг друга будем слышать в радиусе полукилометра.

— Где ты такую оторвал, Борь? — раздается голос магессы. Такое ощущение, что голос раздается прямо в голове. В принципе почти так и есть — амулет практически сам садится рядом с ухом, и звук передается на кость. Очень удобно — и слышишь, что вокруг, и, в свою очередь, кроме тебя, звук никто не слышит. — У нас были попроще, да и расстояние поменьше, а ведь мы снабжались такими вещами далеко не по остаточному признаку.

— Это моя личная доработка. Но связь будет работать только в поместье — ограничение десять метров от ограды снаружи. Максим, это информация для вас. Принимайте во внимание.

— Принято, — внезапно ощущаю себя на первом самостоятельном выходе, под руководством инструктора из прошлой жизни. Брр. Ненужные ассоциации — контекст-то совсем другой. На пару секунду размыкаю наручники. Нужно чуть магии. Нападающим еще десяток внешних секунд. Ускорение.

Запускаю глиф «скрыта» вокруг себя с наполнением и магией и пси. Про это намекал Кошкин. Я ведь, да, иногда такую штуку в сложных боях с животными запускал. Это сбивало их с толку. Видимо не только их.

В принципе так и должно работать, а с магией как бы не сильнее. Снова замыкаю негаторы. Я — тучка, тучка, тучка… Усмехаюсь воспоминаниям. Удивительные ассоциации подбрасывает разум, конечно. То первый выход, то вот это. На мгновение бросаю взгляд внутрь себя, на кристалл памяти. Трещины идут по всей площади кристалла, скоро, пожалуй, мне нужно будет место и время. Поэтому, видимо, меня всё в воспоминания и погружает. Как не вовремя-то.

Осознание рывком увеличивает радиус.

— Десять секунд до контакта с первыми эффекторами, — шиплю в воздух. Амулет переводит это в понятную речь в общем разговоре.

— Принял, — раздается голос Кошкина. — Милая, пропусти первую волну.

— Конечно, дорогой, — отвечает Рыжая.

— Со второй стороны, отряд задерживается. Там еще секунд десять. Первая сторона — контакт, — снова шиплю, и выскальзываю из оранжереи. Пока не началось, мне бы надо достигнуть первых деревьев в двадцати метрах. Нападающих пока нет в поле зрения.

— Вижу, метки добавлены на карту. Ждем.

Вызываю на секунду карту. Ну да, соответствует моим ощущениям сигнатур — значит система защиты не врет пока что. Несколько каких-то крестов из людей в районе озера. Ритуалят, что-ли?

А. Нет. е все метки соответствуют. Еще двое продвигаются по краям от основных отрядов. И если с одним я неминуемо встречусь, то второй крадется с другой стороны. А система-то его не видит.

— Учитель, справа крадется скрытник, точнее их двое, но второго я сниму. Защита их не видит. Сейчас ваш около шестнадцатого эффектора.

— Да, минуту. Подкручиваю. — картинка мигает, становится более детализированной, с помехами, но на ней обе точки появляются, и даже довольно точно соответствуют. Но со знаками вопроса.

— Да. Именно они. Все соответствует, — подтверждаю, и отключаю карту на всякий случай. До первого контакта мне метров двадцать.

Замираю. Спокойно реагирую на движение, если бы не знал точно, что скрытник там, никогда бы не подумал. Просто чуть колеблется воздух, и слегка проминается трава. Ночью даже зная, где смотреть — не видно. Да еще и прямой взгляд неплохо люди чувствуют, а представители этой профессии уж наверняка. Спасает только совершенно безоблачная ночь. Свет луны, почти как фонарь, а в редко посаженном сосновом парке видимость почти как днем. Ну очень пасмурным днем, конечно.

Похоже, сегодняшняя ночь мне расскажет многое, про то, как ведуться штурмы Родовых поместий.

«Сдвиг». Пусть техника медленная, но защиты от нее у магов, как я подозреваю и нет. Вот и способ проверить в боевых условиях.

Ну, точно. Маг ее даже не замечает, и входит в поле действия всем телом, прямо по кромке действия. Резко перемещаю сдвиг вперед, по ходу движения скрытника.

Уфф. Неаккуратно как-то, — отворачиваюсь от того, что только что было человеком, пусть и убийцей. Продолжаю аккуратно идти дальше. Боя пока не слышу.

— Минус один, — тихо сообщаю в чат.

— Принято.

А, сглазил. Похоже, нападающие скрываться больше не собираются.

Воздух на секунду разрывает вой огненной техники. Очень похожий на визг минометного снаряда. Взрыв в стороне дома даже закладывает уши, а его отсвет на мгновение озаряет белым светом все вокруг. Словно мир переключается на монохромный вариант на секунду.

— Максим, — голос Кошкина немного напряжен. — Если увидишь откуда такая техника бьет, постарайся сорвать формирование конструкта — защита выдержит десяток-полтора таких ударов. Не больше.

— Дорогой, мы можем начинать. — Рыжая даже немного превкушает.

— Принял, посмотрю, — говорю в голос, потому что сильно скрываться уже смысла нет.

Одновременно в разных местах карты, но, в основном, в тылу первой волны нападающих, с громкими звуками активируется система защиты.

Поле боя, в которое превращается поместье, внезапно перестает быть сонным. Оно наполняется визгом техник, криками и взрывами.

Нападающие точно не ожидали пробуждения защиты, да еще и не в тех точках, что возможно были у них на плане. Потому что первая волна с обеих сторон совершенно оказывается не готова к атаке. Метки первых отрядов просто исчезают на карте почти все, а мгновением спустя, исчезают и те, что оставались. Даже до первого пояса обороны мало кто добирается, а до дома — вообще никто.

Я только успеваю краем глаза заметить яркие отсветы сработавшей защиты. Бегу уже в полный рост. Бой отвлечет на себя внимание совершенно точно.

На секунду все замирает, но именно секунды хватает нападающим чтобы обрушить шквал магических техник на выявленную оборону. И вот это я уже хорошо вижу.

Земля буквально перемешивается взрывами и просто, словно миксером. Вплоть до дома, воздух становится плотным и начинает словно течь, как кисель, попутно разрывая стволы деревьев в труху. Хорошо, что я давно уже не рядом с домом, и эта техника, непонятно кого — нападающих или обороняющихся, меня не задевает даже близко. Трупы нападавших перемалываются в труху. Так что если и были там раненые, то уже не теперь.

Защита дома и пристроек слегка подсвечиваются, и, в принципе, я узнаю сегментарную структуру, что мне показывали в лицее. А неплохая у Кошкина система обороны — крепостная, просто поменьше.

В момент эти злые потоки плотного воздуха замирают и словно опадают на землю, а им на смену из усадьбы раскрывает крылья огромная огненная птица. Я как будто слышу ее крик. Ну это Рыжая, точно. Красивое очень. И опасное, что становится понятным, когда птица снижается на поле боя и очень быстро пролетает над землей. Везде, где уцелело хоть что-то, не важно, деревянное, железное, везде где уцелевшего касается птица все это перестает существовать. Вспыхивает в мгновение и осыпается пеплом. За птицей даже огня не остается — нечему гореть. Только серый пепел.

Птица секунды за три неспешно пролетает метров пятьдесят. Нападающие за эти секунды лихорадочно зажигают огни щитов. Но на всех не хватает.

Птица словно обнимает первые ряды нападающих и люди просто превращаются в осыпающиеся тени. И первая линия, ну или первая часть рассыпающийся волны нападающих просто перестает существовать.

— Ааах! Как я мечтала это попробовать! Скажи, красиво же! А? Ну красиво! — раздается в ухе голос Рыжей. Чуть качаю головой. Дорвавшийся до любимой работы фанатик это страшно. Сложно будет Кошкину с ней. А ведь это для меня нападение, для Бориса… А вот для нее — просто любимая работа, которую не раз и не два она уже делала. Просто сейчас угрожают лично ей и ее почти обретенному счастью. Не, даже немного посочувствую двоюродной сестре Кошкина — стоять между боевым магом и ее целью, ну, такое. Но недолго, секунд пять. Все же нас по плану просто уже вырезать должны были в суете первого нападения. Именно за этим в доме сидели убийцы. Так что красоту нападающие наблюдают заслуженно.

Птицу встречает что-то темное, разглядеть не получается, все же я тоже на месте не стою, и птица издав крик, и снова вспыхнув исчезает.

Нападающие, треть которых сгинула за пару минут, быстро перегруппировываются и бегут на штурм уже под прикрытием звезд магов — щиты теперь вполне очевидны.

Что происходит с другой стороны дома даже не вижу, но судя по также быстро гаснущим меткам — ничего для тех отрядов хорошего. Снова воет снаряд. И похоже даже два, друг за другом. Окружающее снова озаряется парой вспышек. Такая себе динамика. Между снарядами минута примерно. То есть еще таких пять раз, и дом разберут.

Отряды перестают скрываться, и почти половина нападающих идет на штурм.

— Да, согласен. Я тоже попробую одну разработку. Секунду. — Раздается в голове голос Бориса. — Вот.

— Ничего не происходит, Борь. — чуть разочарованно говорит Рыжая.

— Да, вы так думаете, Клавдия Сергеевна? — в голосе слышу прямо даже усмешку. — Внимательно смотрите, дорогая Рыжая, внимательно.

Я уже почти добегаю до цели и останавливаюсь посмотреть на секунду.

Нападающие бегут, но каждую секунду словно замедляются. Причем они этого не понимают, бегут и незаметно, шаг за шагом их движения будто становятся растянутыми.

— Вот, наглядное воплощение эффекта парадокса Зенона*, тоже давно хотел попробовать. Такое в армии применить и не дадут. Вот только что теперь с людьми этими делать — я не знаю, к ним и прикасаться-то нельзя.

— Ты умеешь работать со временем? — удивляется магесса.

— Нет, конечно. — Спокойно говорит Кошкин. — Тут растянутый на площадь эффект медицинского стазиса. Принцип тот же. Просто каждое последующее движение попавшего в ловушку усиливает воздействие. Выбраться можно, если повернуть назад в первой трети состояния. А теперь даже эффект не снять. Они живы, но не совсем. Жаль, что у меня только одна такая заготовка была.

Опять воет снаряд. Теперь один. Снова удар, взрыв и свет. Ммм. То есть по минуте не между залпами. Получается, три разных залпа, и между ними по две минуты, просто первый с двумя последними не синхронизирован.

— Максим, вам стоит поторопиться, мне усадьба дорога как память. Мы, конечно, отсюда уйти сможем, но потеряем многое. Лучше бы захватить сестрицу. Или понять, что мы не справляемся — тогда пойдем ва-банк.

— Принял. Я почти на месте, — разворачиваюсь. И еле успеваю увернуться от простейших ударов воды. Был бы воздух — мог бы и не заметить.

Меня, скорее всего на слух, атакует водник с ощущением плотной такой магии, похожей на мага в турецком порту. Мгновенно отпрыгиваю, ныряю. Ускорение. Только за счет него ухожу еще от двух, почти одновременных атак. А еще чувствую, что этот маг словно пытается взять под контроль воду во мне, как будто постоянно усиливается давление на части тела.

Мага я чувствую хорошо, но даже в ускорении, «сдвиг» сделать не могу — слишком долго. Маг атакует словно не просто знает где я, а еще и знает, куда я попаду. Что в общем, не удивительно, если он чувствует мою воду. Молния, еще одна. Маг на секунду отвлекается — щит у него активирован, но молнии пси частью проходят через защиту, и это отвлекает атакующего.

Сбрасываю негаторы. Сейчас уже наплевать на общее поле боя — выжить бы.

Глиф «ужаса» с магией вместе, формирую почти рядом с магом. Уворачиваюсь от его «плети», и падаю на землю. В мага глиф входит, как родной, и с предсказуемым результатом. Ффух. Это было близко. И ведь даже не понятно, как? Я ведь его сигнатуру даже не чувствовал, пока он не начал атаковать. Словно…да… Словно он был текущей водой. Какой интересный эффект. Я ж видел его сигнатуру, — буквально в ускорении проматываю память, — но не воспринимал ее как угрозу. Мозг просто отфильтровал внутри боя безэмоциональный сигнал. Жуть. Выдыхаю.

Стоп. Как это?

Я вспоминаю, что глиф формирую рядом с телом мага. С магией и без каких-либо проводников-паутинок. Так. Сейчас не до того, но этот момент нужно прокрутить в памяти. Запоминаю весь короткий бой. Поднимаюсь на ноги. Нахожу негаторы.

Быстро пробегаю оставшуюся рощицу. Примерно про эту точку мне говорил Кошкин. Так, на месте. Вижу и откуда бьют техникой, которая пробивает крепостную защиту.

Три звезды магов расположены на берегу озерка. Каждая звезда находится в четырехлучевом светящимся ритуальном рисунке. И через ведущего в центре пятеро магов формируют конструкт. Теперь понятно, что за кресты из сигнатур я видел Аспектом.

Перемыкаю нитями пси, произвольные линии сложной фигуры, и чуть приседаю от раздающегося взрыва. Облаком плотного огня заливает звезду, захлестывая всех магов внутри. Облако в секунду вспыхивает огненным цветком по направлению предполагаемой атаки, и исчезает.

Но две другие звезды не задевает совсем. Ускоряюсь, и еще успеваю также перемкнуть второй звезде конструкт. А вот третья избегает взрыва — она только что выпустила снаряд, и энергии в конструкте нет.

Снова ухожу в нормальное время, чтобы понаблюдать за еще одним взрывом внутри ритуальной фигуры.

Быстро перевожу внимание на то место, где должен быть штаб. Там прекрасная иллюзия нескольких магов, склонившихся над картой на столе, но я вижу, что на самом деле, сигнатуры тех же магов сразу после взрыва начинают убегать от этого места. Буквально за десяток секунд они принимают решение. Маги первой фигуры тоже разрывают контакт и бегут в другую сторону.

Ну нет, так мы не договаривались. Ускорение.

Так, одна сигнатура в панике, вторая уверенно себя чувствует, но досадует. И три просто ровное состояние. Ну все понятно — три не нужны, это охрана, они только помешают, и с ними я напрямую не справлюсь скорее всего — мага воды мне хватает за глаза. Им в спину отправляю глиф «ужаса» с магией. Три тела падают друг за другом. Паникующая сигнатура только быстрее припускает от меня.

Бегу за удаляющимися паникующим и спокойным магами. Чуть упускаю их, пока занимаюсь охраной, но Аспектом их чувствую спокойно. Убить, скорее всего смогу и сейчас — расстояние позволяет, а вот захватить — чуть чуть не хватает прямо-таки секунд. И бегущих ведь совершенно не видно — кажется иллюзию в этих отрядах используют часто. Но это и понятно по продолжающим что-то обсуждать за столом фигурам.

Пробегаю мимо. Ускоряюсь еще. В принципе, мне нужно всего-то сократить расстояние на десятка полтора метров. Тогда гарантированно достану. Снова одеваю негаторы. Вот ведь. Когда же научусь произвольно отделять магию от пси? Черт. Нельзя мне их убивать. Бегу.

_________

*почему Ахиллес никогда не догонит черепаху, если она сначала была перед ним. Потому что в каждый отдельный момент времени они делают по маленькому шагу вперед, И так бесконечно. То есть, Ахиллес никогда не догонит черепаху, всегда между ними будет сохраняться какое-то микроскопическое расстояние.

Глава 25

Бегу. Ускорение. Уворачиваюсь от конструктов, что широкой рукой бросает назад маг со спокойной сигнатурой. Он точно меня не видит, но при этом чувствует, что за ним погоня. В какой-то момент он банально останавливается, и разворачивается ко мне. И здесь мне «скрыт» помогать перестает. Маг меня замечает и сразу же атакует. Без перехода, без даже секунды промедления.

Только благодаря ускорению, успеваю вернуться от нескольких прицельных молний, что тут же посылает в меня маг.

А вот я противника до сих пор не вижу. Вижу всё те же колебания воздуха, и как, почти мгновенно, появляются в этом мареве конструкты. Маг очень опытный. Магия на грани рефлекса.

Мгновенно реагирую на новый каст. Бросаюсь противоположную сторону, и пропускаю над собой какую-то технику воздуха. Если бы не видение сигнатуры, то вступать в схватку такой целью не решился бы, с другой стороны, если бы не не мое осязание Аспектом этих людей, то и преследовать бы их я тоже не стал.

Ещё один произвольный бросок, и я наконец уже защелкиваю негатор на руке. Теперь будет легче. Глиф «молнии» в сигнатуру средней силы. Часть поглотит щит, который точно у мага есть, но больший импульс точно пройдет.

Фигура на секунду замирает в спазме мышц. Мне же этой секунды прекрасно хватает на рывок к ней. Первый раз вижу чтобы так сработал глиф. Расстояние в метр от мага. Использую амулет «Сна».

Сопротивление ломается тут же, но не до конца. Задерживаюсь на несколько секунд для контроля. Маг на остатках воли сопротивляется «сну» до последнего. Еще один разряд амулета. Качаю головой. Слишком быстро заканчивается кристалл.

То, что это мужчина, становится совершенно очевидно, по очертаниям крупного тела на земле. Так что думаю, как раз начальник охраны.

Паникующая барышня успевает оторваться ещё метров на двадцать, но ничего, теперь я уже её спокойно догоняю. Бросаюсь в погоню. Оставляю себе пометку — следить за этим местом, чтобы никто лежащего не разбудил. Но его, скорее всего и не найдут без меня, так что вполглаза достаточно.

Технически, барышню я могу остановить уже сейчас, но совершенно непонятно, что она забыла в этом направлении. Бежит уж очень целенаправленно, несмотря на панику от разгрома. Женщина совершенно потеряна. Такого исхода она не ожидает точно. Перевес же был дичайший, наемники наняты с огромным запасом, победа была в кармане — примерно так интерпретирую ее фон.

Бегу за ней, удерживая примерно ту же дистанцию. И даже не успев добраться до границы участка, Аспектом осознаю стоянку трех мобилей, на которой я «вижу» ещё одного человека. Барышня, кажется, метит именно туда. Позволяю ей добежать.

Глиф «ужаса» барышне, и молнию охраннику с расстояния. Сигнатура не гаснет. Вроде не убил, ладно, может и охранник на что-то сгодится.

Перепрыгиваю через низкую ограду. Полсотни метров пробегаю уже относительно не спеша. Охранник успевает справиться с тремором в мышцах и даже пытается встать на ноги. Не позволяю ему этого. Теперь уже «ужас» на поднимающийся собственный страх в эмофоне, ложиться идеально. И отправляет мужика в жуткую область борьбы со своими внутренними демонами.

Женщина бьётся на переднем сидении, пытается завести машину, но у неё не получается. Руки и ноги практически не слушаются, а паника накатывает волнами. Сестра Кошкина, а я процентов на девяносто уверен, что это она, бросает всё и забивается в самый далёкий угол машины. Отлично! Меньше проблем с транспортировкой.

«Сон» на женщину. Подбегаю к охраннику. «Сон» и на него. В нестабильном состоянии, даже борьбы никакой нет ни у кого. Так что повторять не надо и амулета вполне хватает. Единственно, что жалко, что охранника теперь придётся тащить в машину на себе.

Загружаю охранника в тот же самый мобиль, рядом с бессознательной барышней. Её всё так же не видно, но сейчас мне не до того — знаю что она тут, вижу помутнение воздуха — и достаточно пока. Остальное потом, все потом.

Отслеживаю, что рядом с заснувшим первым мужчиной никто не появляется. Сажусь на место водителя. В путь.

Мобиль быстро оживает и я вдоль ограды еду к воротам.

Постоянное сканирование за эти несколько минут показывает множество разрозненных отметок, которые бегут в разные стороны. В принципе, почти все спасшиеся уже почти на границе моего восприятия. За это время большая часть уцелевших успевает все понять и бегом убраться от поместья. По моей оценке, выжило не меньше трети нападающих, но добивать их никто и не собирается. Да в принципе и не надо — большей частью это, скорее всего, наемники.

Завожу мобиль на территорию поместья, и опять же, по ограде, еду в сторону первого невидимки. Круг, конечно, приличный, но, в принципе, на мобиле сделать его несложно.

— Борис Васильевич, в машине — я. Со мной, думаю, ваша сестра, и еще охранника прихватил. Там на стоянке еще два мобиля осталось, — проговариваю все в амулет.

— Охранник, это, наверное, зря. Но пусть будет. Дознавателям интереснее будет. — Доносится уставший голос учителя. Все же, кажется, такие эксперименты даются ему не просто.

— Я сейчас заеду за мужчиной, который её охранял. Скорее всего, это как раз ваш начальник охраны, больно крупное тело. И сразу двигаю к усадьбе. Пару минут.

— Давайте, Максим. Я рад, что с вами все в порядке.

Киваю, хоть Кошкин этого видеть и не может.

Мобиль очень неплохо передвигается по полностью выжженной земле. С этой стороны усадьбы, маги тоже себя особо не сдерживали. Машина двигается поднимая клубы пепла, но почти не проваливается в ямы. Такое ощущение что вся земля под этим серым слоем спекается и становится твердой как камень. Надеюсь это возможно восстановить, а то как-то даже жаль рощицу, что тут была еще с вечера.

Добираюсь до первого мага. На ощупь быстро нахожу его, и загружаю в мобиль к двум остальным. Обратный путь до усадьбы занимает буквально минут пять.

— Принимайте тела. — Говорю появившемуся на входе Кошкину. — Вроде все живы и даже почти целы. Разве что ваш начальник охраны немного пострадал, но, думаю, тоже незначительно.

— Замечательно. — Кошкин открывает заднюю дверь мобиля.

— На них амулеты невидимости, я и не знал что такие существуют. Я их практически не видел даже в движении.

— Существует, существует. Дорогие только. Иллюзионисты делают, но, в основном, только для нужд армии. — Кошкин кастует что-то диагностическое на тела, а после спокойно лезет снимать амулеты руками. Пара минут и на заднем сидении вповалку лежат уже трое человек, двое из которых мне знакомы по изображению, что видел на карте перед боем. Как я и думаю — сестра Кошкина и его начальник охраны, не промахиваюсь, получается.

— Удивительно, а ведь у нападающих было довольно много этих амулетов. Вот смотрите — два у вашей сестры и Капустина. Ещё три — у их охранников. Есть ещё четыре у убийц. Два и два. То есть фактически, было минимум девять амулетов.

— Нет Максим, я думаю, было десять. — Из дверей выходит Рыжая. — Это стандарт снабжения на звезду магов, которые занимаются специальными операциями. Две звезды — десять амулетов. Если их умудрились списать из армии, то списывали именно стандартной выдачей. Так меньше вопросов. И лучше бы нам собрать, что уцелели, и спрятать. Эти амулеты все номерные. Получить такой в личное пользование довольно сложно.

— А если придут предъявлять претензии? — спрашиваю.

— Отлично! — радуется магесса. — Мы тут же узнаем, кто снабдил незабвенную сестрицу Бори. Так что не придут. Даже неофициально не придут. Обозначить свой интерес — значит признать участие в должностном преступлении. А за такое — каторга. Это же спецхран. Амулеты крайне полезные. Кто знает, что понадобится в будущем? При этом достать такие отдельно, может быть очень сложно. Ну, а то что они будут знать, что у Боре такие амулеты есть — да не страшно! Просто будем учитывать.

— Борис Васильевич, я, пожалуй, заберу себе два, — усмехаюсь. — Больше мне вряд ли понадобится.

— Забирайте, тем более, что вы под этим амулетами все равно людей как-то видите. Да и вообще, это почти полностью ваш трофей, Максим. Но я готов их выкупить.

— Не претендую, — пожимаю плечами. — Если хотите, то сами назначайте тогда цену.

Мысленно прокручиваю схватку, чтобы вспомнить, где я оставил ещё три трупа невидимых товарищей. Отсюда не так далеко. Съезжу, как разгрузят мобиль.

— Борис Васильевич, можно знать вопрос?

— Конечно, Максим, — спокойно кивает маг.

— А зачем вам живая сестра с начальником охраны?

— Это просто Максим. Дознавателям я сдам только кузину, может быть и Капустина тоже, но это решение я приму позже. Это моя земля, здесь я хозяин. Откреститься от нападения у сестры не получится — не при живых свидетелях и менталиста в качестве дознавателя. Так что нарушение Императорской Воли налицо. Да ещё плюс нападение в пределах видимости Столицы. За это тоже по головке не погладят. По совокупности, скорее всего лишение дворянского достоинства и каторга. Или длительное заключение. Причём лишение дворянского достоинства и для её сына. Соответственно, вся их линия претендовать на главенство в моем Роду больше не сможет никогда. А если бы она погибла — то и никакого разбирательства бы не было, и сын так и остался бы в качестве претендента. Так что удачно смогу обрубить лишние претензии. Других же претендентов просто нет. Что там будет дальше с моей двоюродной сестрой мне вообще безразлично. Смерти я ей не желаю, но и оставлять нападения безнаказанными не хочу. Кроме того, я практически уверен, что сама сестра, без поддержки извне, вряд ли бы смогла осуществить даже половину подготовок как покушений и подкупа, так и данного нападения. Не очень она умна, честно говоря. Но я очень рад, что моя оценка кузины оказалась верна. Я до последнего сомневался, что она будет рядом с поместьем. Это просто глупо. Но как же ей хотелось лично насладиться триумфом и лично меня унизить. Детские желания самые сильные.

— Хм. А ведь дознаватель, скорее всего, практически сразу узнает про амулеты невидимости. — Мысленно подсчитываю. — Получается безболезненно, мы сможем присвоить себе только пять амулетов. Два сгинули в огне, два сейчас внутри дома, три — на охранниках вашей сестры. Остальные два придётся отдать. Нужно будет только местах где они умерли, пройтись огнём чтобы ничего не осталось.

— Это я могу! — усмехается Рыжая.

— Будет запрос, отдадим. — Пожимает плечами Кошкин. — Но, как вы только что правильно сказали Максим, отдавать имеет смысл только два. Там может еще и не два в огне сгинули. Надо посмотреть, как летела ваша птица, Клавдия Сергеевна.

— Да уж, — довольно улыбается Рыжая. — Ну красивая же, скажи? В армии мне бы не дали запустить технику — уж очень много сил тратится на «внешние эффекты», — очевидно слегка передразнивает кого-то магесса. — «Тех же целей можно достигнуть используя куда меньшее количество ресурсов». Тьфу. Чего бы они понимали, ретрограды. Магия должна быть красивой, тогда она просто лучше работает! Вот я уверена, что при обычном «огненном торнадо» я даже близко такого результата бы не добилась. Все в пепел! Я же почти к Стихии обратилась, прямо на грани была! — опять чуть распаляется Рыжая.

— Ну будет, тебе, — умиротворяюще говорит Кошкин. Слышать такие теплые нотки в его голосе совершенно непривычно, и не только мне. У магессы тут же меняется настроение и неприятные воспоминания мгновенно уходят.

— А начальник охраны? — задаю все тот же вопрос.

— Живым-то? Так надо же понимать, почему он решил предать именно меня. А хотя… — Кошкин внимательно смотрит на вытащенные тела из мобиля. Приподнимает руку своей кузины и руку Капустина. — Одной загадкой меньше. Я уже понимаю почему Капустин в это ввязался. Получается сам хотел стать графом пусть и консортом. — Взглядом показывает одинаковые обручальные кольца на безымянных пальцах у кузины и начальника охраны. — Обручены, но объявления о свадьбе я не слышал, а ведь дать знать они мне были обязаны. Видимо после результатов операции все планировали. Что ж, желание понятно, мотивация тоже, но это ему никак не поможет.

— Борис Васильевич, — обращаюсь опять к Кошкину. — К нам приближается незнакомый мобиль.

— Это дознаватели. Я их недавно вызвал. Что-то быстро они, даже получаса не прошло. — Оборачивается как появившемуся дверях старому слуге. — Семён организуй Кузьму и отнесите Капустина в холодную. Прежде чем отдавать его дознавателем, я бы хотел сам допросить.

— Сейчас сделаю, Ваше Сиятельство! — кивает старый слуга и тут же скрывается в дверях.

К дому подъезжает необычный фиолетовый мобиль. Кошкин внезапно собирается, в его фоне возникает очень странный набор эмоций. Такое ощущение, что его стандартная броня холодности дает трещину.

— Грязно у тебя, Боря. — Из машины выходят сухая, высокая и очень старая женщина. При этом двигается она исключительно свободно. И о её возрасте напоминает разве что лицо. Ну и седые, но завитые, пряди волос из-под шляпки, которые она не считает нужным маскировать. Дама затянута в очень строгое платье. На запястье защелкнуты драгоценные браслеты, насколько мне видно, выступающие амулетами. На шее висит очень тяжелое ожерелье. При этом совершенно не создаётся ощущение какой-либо аляповатости, или чрезмерности. Всё очень строго и гармонично.

— Здравствуйте, Эльвира Леопольдовна. — Борис слегка кланяется.

— И ты, Борь, здравствуй. Молодец, вымахал-то как, а? Когда же я твоих детей учить буду? Что молчишь? — с легкими нотками сварливости проговаривает дама. Похоже, это и есть наша учитель этикета. А вот сама, похоже, она дама непосредственная и этим самым этикетом особенно не обремененная. — Так, а это твоя пассия? — оглядывает Рыжую с ног до головы, словно выбирая товар на рынке.

— Да, — Борис кивает. В фоне Кошкин сильно напряжен.

— Молодец, хороший выбор. — Мгновенно набирает кучу очков в глазах Рыжей седая женщина.

Я чувствую в эмоциональном фоне резкое облегчение. А ведь Кошкину мнение дамы, конечно важно, но защищать свой выбор, он собирался всерьез. И облегчение не от того, что дама оценила выбор учителя, а скорее оттого, что не нужно идти на конфликт — данную особу учитель сильно уважает.

— Милочка, давайте знакомиться, — подает руку магессе Эльвира Леопольдовна. — Эльвира Леопольдовна, видимо, мы с вами проведем незабываемый месяц?

— Клавдия, — слегка кланяется магесса. — Да, со мной, и вот с этим молодым человеком, — переводит внимание дамы на меня.

— Оу. Прошу меня извинить. — переводит взгляд на меня женщина. — Я слегка отвлеклась, и вас не заметила. Мои извинения.

А я слегка мысленно отвешиваю себе подзатыльник. Глиф внешнего «скрыта» у меня все ещё активен, и висит на контуре, пусть и практически не наполнен пси. Не удивительно, что на меня она не обращает внимания.

— Максим Рысев, ученик Бориса Васильевича, — так же слегка кланяюсь даме.

— Эльвира Леопольдовна. — Снова представляется дама.

— Извините, что прерву на секунду разговор, — действительно извиняюсь я. — Борис Васильевич около въезда ещё один мобиль.

— Это точно дознаватели. — Кивает Кошкин.

Через минуту ко входу подъезжает официальный такой мобиль. Выходят пара полицейских.

— Борис Васильевич Кошкин? — спрашивает один из них.

— Да, — отвечает учитель. — Это я вас вызывал.

— Это вряд ли, — усмехается тот же полицейский. — Борис Васильевич, вы арестованы по обвинению в убийстве вашей двоюродной сестры Марии Сергеевны Кошкиной.

________

следующая книга https://author.today/work/404555

Content

Ушедший Род. Книга 4: Адепт

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25