Анна Безбрежная

Королева лунного света

Кто прячется в твоих тенях? Друг или враг?

Мы с тобой охотники или добыча?

Нам предстоит сыграть в жестокую игру.

Игру на выживание.

У нас нет выбора: или мы, или они.

© Анна Безбрежная, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1

Похищение

– Отпустите меня! Слышите? Выпустите меня отсюда! – отчаянно кричала я, вцепившись в решетку, что отделяла от свободы.

Паника и страх перед неизвестностью поглотили меня, накрыли удушающей волной, срывая дыхание и отправляя сердце вскачь.

Как я здесь оказалась? Что происходит?

Меня куда-то увозила крытая повозка по лесной дороге.

– Эй! – еще отчаянней завопила я.

За окном показался мужик на лошади. Огромный, в кожаных доспехах, с двуручным мечом за спиной. Небритое лицо было прорезано застарелым кривым шрамом, пересекающим щеку и глаз. Его губы расплылись в оскале, но с них не слетело ни звука. Лишь масляный взгляд скользил по моему лицу. Мужик не отводил от меня темных глаз и ни слова не говорил. От него несло таким мраком, что становилось жутко. Я громко сглотнула и забилась в дальний угол повозки, пытаясь скрыться в тени. Вся сжалась и вцепилась в потертый край кожаного сиденья. Мужик, что меня пленил, хмыкнул и отъехал от окна. Всего похитителей было несколько. Такие же суровые и мощные воины с глазами, полными льда и безучастности к чужому горю.

О Триединый, что происходит? Как я оказалась в карете с решетками? Одна. В лесной глуши, окруженная грозными мужиками, по виду напоминающими наемников.

Судорожно сжимая руки, стала вспоминать произошедшее. Совсем недавно я очнулась, лежа на шершавом потрепанном сиденье кареты. Голова дико болела, и в носу все еще стоял удушающий запах, который затмил мой разум, опустив его на дно тьмы. Меня схватил в переулке очень высокий и сильный мужчина, зажал мне рот и нос зловонной тряпкой.

Зачем я им? Куда меня везут? Паника все больше окутывала меня, и неугомонные мысли скакали, словно испуганные зайцы. Мне нужно было привести их в порядок и попытаться проанализировать ситуацию. Я стала глубоко вдыхать и выдыхать, как учила мама, когда мне снился страшный сон и она прибегала ко мне, чтобы успокоить.

Так, Ноа, дыши, думай и вспоминай.

Я шла после школы, где подрабатывала после смерти мамы. Она покинула меня почти год назад, и я осталась одна в этом мире. Мое сердце разом опустело, и хотя люди вокруг твердили, что со временем станет легче, это оказалось ложью. Я всхлипнула, вспоминая боль от утраты, все такую же яркую.

Мы с мамой жили в небольшом городке Риал на юге нашей страны Анцем, в уютном одноэтажном домике с красной черепичной крышей и флюгером в виде лошадки. В саду мама выращивала красивые цветы, нежные, как дыхание теплого ветра, и яркие, словно леденцы.

Я оканчивала школу, в которой мама преподавала литературу, словесность и этикет. И вот в один самый страшный для меня день ее не стало. Думали, легкая простуда, но она переросла в удушающий кашель, мама начала постепенно угасать, и ее жизнь оборвалась.

Полная глухота к миру и отчаяние захлестнули с головой. Я не могла выйти из дома и даже приготовить себе поесть. Одиночество отравляло мой организм и выпивало все краски жизни. Я тонула в горе и тоске по самому любимому человеку на свете.

Директор школы, где я училась, и мамина подруга приходили ко мне, приносили еду и пытались со мной говорить. Жизнь шла дальше, и я понимала, что надо вставать и что-то делать. Тогда директор школы пригласил меня работать у них на подхвате после уроков, и там я и осталась, когда через пару месяцев окончила ее. Я протирала полки в библиотеке, мыла полы, выставляла лабораторные склянки в классе химии, чистила парты и помогала рисовать плакаты.

Через месяц, в конце лета, я собиралась ехать в один из крупных городов Анцема – Баску, чтобы поступить в колледж на звездочета. Но очутилась в этой повозке с наглухо закрытыми дверьми и решетками на окнах, в окружении грозных мужчин с бандитской внешностью.

Полуденное солнце, достигнув зенита на небосводе, озаряло своим светом густой лес. Воздух наполнялся ароматами разнотравья и хвои, смешиваясь с запахом моего страха. Он, казалось, пропитал все вокруг.

Птицы будто смеялись надо мной, радостно пели: «Смотри, мы свободны улететь куда хотим!» А я мучилась от ужаса и вопросов: «Зачем я им понадобилась, и куда меня везут?»

Я предприняла еще пару попыток позвать своих похитителей, но получила лишь молчание в ответ. Между собой они перекидывались скупыми фразами. Я насчитала пятерых наемников.

Привычно потерев правое запястье, чтобы проверить, на месте ли широкий кожаный браслет, я похолодела. Браслета не было! Прежде он прикрывал три звезды, образующие треугольник Проклятой.

Я ахнула и схватилась за сердце, думала, оно сейчас выпрыгнет из груди. Они меня нашли! Меня убьют! Как и сотни человек до меня, отмеченных знаком Сейны и отверженных обществом.

Я всполошилась, не зная, что делать. Значит, меня везут на казнь! Слезы выступили на глазах, и я сжалась, тихонечко подвывая.

Карета внезапно остановилась, скрежетнули колеса.

– Вылезай! – грубо бросил мне мужик с рассеченным шрамом лицом, открывая дверь повозки, у которой не было ручки внутри.

Я забилась в дальний угол, пытаясь прочитать по его лицу свою участь. Что меня ждет? Казнь? Насилие? Рабство? Предположения одно страшнее другого. Похитители могли и не знать, что я проклятая: вдруг браслет случайно упал с руки, а не они сдернули. Тогда меня ждут последние два варианта. Юных небогатых девушек, сирот, как я, часто крадут для продажи в публичные дома, для коллекций каких-нибудь извращенцев или еще куда.

Я знала, что красива. Мои длинные белые волосы отливали серебром. Прозрачные светло-голубые глаза всегда привлекали внимание, а еще я хрупкая и невысокая. Преступники могли выследить меня и украсть из-за внешности. Или другой вариант – они охотники на отмеченных знаком Сейны.

Проклятых рождалось все меньше и меньше в последние десятилетия. Нас почти всех истребили. Сейна – древняя и первозданная Богиня луны, что отмечала своих детей магией. Я не знаю, почему подобных мне считают проклятыми и убивают, это погребено под пластом веков. Мама лишь рассказывала, что магия Сейны велика и опасна. Однажды ее признали незаконной и приняли указ убивать всех, рожденных под знаком Луны. Мне очень сильно не повезло в этой жизни – я получила отметку Сейны. Меня бы тоже убили, но мама тщательно скрывала мой секрет, с рождения оберегая и пряча знак Луны на моем запястье под разными лентами и браслетами.

Я с детства слышала, что самое для меня страшное – открыть и показать знак другим людям. Это сулило мне конец. И вот сейчас они сняли мой браслет! У меня затряслась нижняя губа, и я обняла себя в попытке защититься.

– Долго я буду ждать? – резко произнес мужик.

Я будто прилипла к сиденью. Тогда наемник силой вытащил меня из повозки, и я чуть было не упала, зацепившись за подножку. Мужик со мной не церемонился, грубо поднял и потянул к полянке, где наемники, похоже, остановились на привал. Они разводили костер, привязывали лошадей и вытаскивали припасы из сумок.

– Грэн, посади ее сюда, – указал на старое потертое покрывало высокий наемник с грязными сальными волосами и сломанным носом. Тряпка была расстелена под раскидистым деревом.

– Садись сюда и не вздумай бежать! – приказал Грэн и зло зыркнул на меня.

Я села и поджала под себя ноги, с ужасом думая о своей участи. Мне надо бежать! Наемники быстро развели огонь, повесили на него котелок с водой, в который бросили куски копченого мяса, пару картофелин и соль.

Я мрачно подумала, что они сейчас пообедают, а меня на десерт оставили. Ведь не факт, что везут на казнь. Они могут просто продать меня в рабство, а извращенцам без разницы, проклята я или нет.

Зубы стучали от страха. Я попыталась незаметно отползти за дерево, а там быстро встать и побежать со всех ног в чащу. Но как только я шевелилась, кто-то из наемников сразу же бросал на меня грозный взгляд, показывая, что за мной беспрерывно наблюдают.

В пряном воздухе летнего леса появился еще один яркий аромат – наваристого супа. Наемники разлили себе по плошкам приготовленное, а одну тарелку Грэн принес мне, поставил на плед и дал чистую ложку, достав ее из тряпицы. Бросил рядом пару кусков черного хлеба. Я не притронулась ни к чему. Неизвестность и страх сдавили желудок, и есть не хотелось. Мне бы в горло кусок не пролез.

Когда наемники все съели, протянули мне фляжку с водой, но я и к ней не притронулась.

– Зря, – просто сказал Грэн, – еще долго ехать.

Я отвернулась, посмотрев на ярких юрких бабочек, беззаботно порхающих с цветка на цветок, и тяжело вздохнула. Значит, везут меня куда-то далеко. Но куда?

Дорога выматывала монотонностью, напряженностью и бесконечным страхом, заполонившим нутро. Я не знала, как сбежать. Искала разные способы, но под строгим взглядом мужчин все мои попытки пресекались.

Лес редел, и все больше тропинок встречались с нашей. Вскоре показался широкий тракт, где все чаще попадались крестьяне, ехавшие на открытых повозках, груженных шкурами, мешками с зерном и утварью на продажу. Я несколько раз хваталась за решетки, надеясь попросить о помощи, но похитители чутко следили за мной. Они пригрозили мне расправой, если высунусь и закричу.

На ночлег мы останавливались на опушках леса, разбивая стоянку. Меня кормили кашей, супом, черствым хлебом и сыром. Я ела неохотно, но надежда сбежать горела ярким факелом в ночи, помогая верить в лучшее.

В кусты по нужде меня водили под острым взором, не отходя далеко, и мои щеки пылали от унижения. На ночь крепко связывали, от чего руки болели и затекали. Я пыталась уползти, но всегда был наемник, дежуривший у костра, зорко за мной следивший. В холодные ночи я дрожала от озноба, и меня накрывали курткой одного из них, от нее пахло потом и табаком.

Вскоре путешествие закончилось показавшимся вдали городом. Мы влились в огромный шумный бурлящий поток из наездников, повозок и бредущих людей, которым ни до кого не было дела. А в это время в повозке от страха умирала юная девушка.

Мне как-то мама рассказывала, что в крупных городах одиночество чувствуется острее. Ты один среди сотен, и тебе никто не хочет помочь. В такие моменты из ее прекрасных голубых глаз стекали прозрачные слезинки. Она раньше жила в огромном городе, но никогда не рассказывала, как оказалась в Риале.

Впереди я заметила величественный замок. Его фасад был выполнен из светлого камня, украшенного резными узорами и барельефами. Вход в него охраняли две массивные башни. На вершине каждой из них развевался флаг с гербом. И тут я увидела эмблему – Дом Гроз. Один из правящих Домов нашей страны. Значит, город, куда я прибыла, – Баска. Именно сюда я и собиралась ехать поступать в колледж.

Вот ты, Ноа, и попала, куда стремилась.

Глава 2

Воссоединение

Карета остановилась прямо перед замком. Я выглянула из зарешеченного окна, ничего не понимая. Меня что, привезли в резиденцию главы Дома Гроз? Зачем?

Грубо схватив за руку, наемник вытащил меня из повозки. Передо мной простирался широкий двор, покрытый отполированным булыжником. Над главным входом висел огромный герб с изображением ярко-синей молнии в черном круге.

Газоны возле замка выглядели удивительно красивыми и ухоженными. Они были покрыты мягкой зеленой травой, которая создавала ощущение свежести и чистоты. Легкий теплый ветерок раскачивал кроны высоких деревьев. Яркие солнечные лучи освещали клумбы с цветами разных оттенков, которые наполняли воздух приятным ароматом.

Вход охраняли воины в черной форме с красными лампасами на брюках и нашивками в виде эмблемы Дома Гроз. Грэн отпустил меня, и я остановилась, затравленно оглядываясь и поправляя свое изрядно помявшееся в дороге платье. И вдруг я почувствовала пристальный взгляд, обернулась и увидела группу мужчин. Больше всех выделялся статью молодой высокий парень с широкими плечами, атлетической фигурой, густыми темными волосами и ярко-синими глазами. Он пристально смотрел на меня. Нет, не на меня… На мое запястье с тремя звездами знака Сейны! Я нервно одернула рукав платья, и глаза молодого человека тут же впились в мое лицо.

– Наконец-то вы приехали! – неожиданно раздался голос. К нам шел какой-то мужчина, судя по форме, воин, средних лет, с короткой стрижкой и массивным подбородком. – Как доехали? Все хорошо? – заинтересованно оглядывая меня, спросил он.

Я опешила, словно меня сюда в гости пригласили и как ни в чем не бывало интересуются, как я доехала.

– Командор Веснер, все хорошо, проблем не было, – отчеканил наемник Грэн.

– Отлично, отлично, – пробормотал командор, осматривая меня с ног до головы. Потом он достал из кармана форменных брюк пухлый кошелек, звякнувший монетами, и бросил его Грэну.

– Пройдемте, мы вас заждались, – обратился ко мне Веснер, чуть улыбнувшись, отчего его глаза теплей не стали.

А мне так и хотелось спросить: «И кто меня тут заждался?» Но я побоялась.

Командор Веснер осторожно положил руку мне на спину и повел ко входу в замок, где нас ожидали две девушки, по виду служанки, в белых чепцах, серых платьях и белых же фартуках.

– Девушки, отведите нашу гостью в покои, что ей приготовили, – приказал Веснер служанкам.

Покои? Да что происходит? Меня что, ждали в замке самого Правителя Дома Гроз? Я заозиралась и только было открыла рот спросить командора, что происходит, как он нетерпеливо проговорил:

– Все потом, потом.

Девушки указали мне рукой вперед, и пришлось следовать за ними.

Лихорадочные мысли о цели моего пребывания в замке метались, как птицы во время грозы и шторма, так же нервно и беспорядочно. По пути я отмечала роскошное и величественное убранство замка. Высокие потолки, украшенные лепниной и позолотой, создавали ощущение простора. Витражные окна пропускали много света, наполняя помещения теплыми красками. Стены украшали дорогие гобелены с изображениями пейзажей и охотничьих сцен. Пол покрывал белый мрамор с серыми тонкими прожилками, и отзвук шагов отлетал от стен и терялся в высоких сводах.

Если бы меня хотели убить, то, наверное, отправили бы не в покои, а куда-нибудь в тюрьму. Тогда что я тут делаю? Правитель Дома Гроз решил пополнить свой гарем? Не слишком ли много чести тащить через полстраны меня, небогатую и незнатную, для его любовных утех? Точно дело не в этом.

Вскоре меня ввели в огромные покои, достойные самого главы Дома. Через большие окна падал теплый свет на паркет орехового оттенка. Диван и кресла расположились по центру комнаты, обитые голубой тканью с узором из мелких белых цветочков. Изогнутые ножки мебели утопали в белом ковре с длинным ворсом. На круглом чайном столике стояла изящная ваза с фруктами.

– Госпожа, это ваши покои. Мы принесем вам еду, – поклонилась мне служанка, светловолосая девушка с круглым лицом и носом-кнопкой.

– Зачем меня сюда привезли? – спросила я жалобным голосом. Подумала, может, получится уговорить их помочь мне бежать.

– Госпожа, нам велено только вам прислуживать, и мы ничего не знаем, правда, – быстро заговорила вторая девушка, с черными волосами, заплетенными в косу, и карими большими глазами на узком лице.

– Пожалуйста! Я должна отсюда выбраться! – Я отчаянно схватила ее за руку.

– Извините нас, мы пойдем. – Служанка осторожно высвободилась из моего захвата, и обе девушки быстро удалились.

Я думала, меня запрут, но звука проворачивающегося в замке ключа не было! Я постояла пару минут, ожидая, вдруг служанки опомнятся и вернутся запереть меня, но никто не приходил. И тогда я осторожно на цыпочках подошла к двери и выглянула в коридор. На меня уставились две пары глаз высоких и крупных охранников. Я тут же закрыла дверь.

Подбежала к окну, разглядывая парк, где по гравийным белым дорожкам ходили стражи. Красиво одетые дамы сидели на резных скамейках под раскидистыми деревьями, которые защищали их белоснежную кожу от жалящих лучей летнего солнца. Дамы о чем-то весело щебетали и мелодично смеялись. Точно не получится незаметно при них вылезти из окна на связанных между собой простынях. Я прошла в спальню, но окна из нее выходили на все тот же живописный зеленый парк.

И что мне делать? Я металась по комнатам, лишь на миг заглянула в ванную, поразившись ее просторностью и богатым убранством, сиянием белого мрамора и позолоты.

Я кусала губы, заламывала руки, грызла ногти и пыталась придумать объяснение моего пребывания здесь.

После получаса, проведенного в роскошной темнице, в дверь постучали, и вошел мужчина лет сорока в темных брюках и синем сюртуке, отделанном серебряными узорами. Он нес небольшой чемоданчик. На его худощавое лицо падали светлые пряди волос, а полные губы были плотно сжаты. За ним в комнату проследовали двое охранников. Я попятилась в ужасе и схватилась за спинку стула.

– Госпожа Ноа, разрешите представиться – я главный маг Дома Гроз – Эскер Билво. Вам не нужно ничего бояться, – мягким голосом заговорил он.

Он знает мое имя?!

– Присядьте вот сюда, пожалуйста. – Он отодвинул для меня стул. Я осторожно на него покосилась и нерешительно подошла. Села, выпрямив спину и сцепив пальцы рук.

– Госпожа Ноа, позвольте проверить вас магически. Это не больно, уверяю вас, – успокаивающе говорил со мной Билво.

Маг достал из чемоданчика длинную палочку, похожую на прутик, и принялся махать ею перед моим лицом. Я сначала следила за ней, а потом у меня закружилась голова, и я уставилась в стену, обшитую деревянными панелями.

– Вот так! – Вокруг меня что-то заискрило и несколько раз вспыхнуло малиновым, а потом серебристым цветом.

Я зажмурилась от яркого света. Магом я не была, и меня всегда завораживала волшебная сила. Я переживала, что родилась без дара, ведь мама была отличным бытовым и водным магом. Она твердила, чтобы я не расстраивалась, ведь магия не самое важное в жизни. Но я так не думала и многое бы отдала, чтобы владеть самой силой жизни и природы. Обладай я хоть маленьким уровнем этой силы – была бы воистину счастливой!

– Отлично, моя дорогая, – улыбнулся мне Билво. – Теперь отдыхайте.

И он удалился с довольным видом вместе с охранниками.

И что он узнал? А ведь внимательно смотрел на мои звезды на запястье, даже потер их пальцем, проверяя, не краска ли это. Ага, конечно, делать мне нечего – рисовать на себе знак проклятья.

Только было я встала и собралась идти в ванную попить воды из-под крана, так как графин не обнаружила в комнате, как вбежали девушки-служанки. Одну скрывал ворох платьев, а другая несла большой поднос с едой.

– Госпожа Ноа, вы желаете сначала поесть или принять ванну? – ставя на столик поднос, спросила курносая девушка.

Я скрестила руки на груди и враждебно уставилась на служанок.

– Я хочу, чтобы мне кто-нибудь пояснил, что я тут делаю!

– Извините, этого мы не можем знать. Нас только попросили помочь привести вас в порядок и отвести к главе Дома Гроз. Он вам все объяснит.

Я поджала губы. Значит, все-таки Правитель Дома напрямую замешан в моем похищении. У меня даже нет предположений, зачем ему бедная проклятая девушка с окраины страны.

– Госпожа, извините, но у нас приказ привести вас в порядок, – более настойчиво произнесла брюнетка.

Да уж, к главе Дома вести девушку в поношенном и грязном с дороги платье нельзя. Вдруг я испорчу его величеству аппетит!

Я пожевала нижнюю губу и отправилась в ванную. Все равно вымыться очень хотелось. Казалось, пыль всех дорог покрыла меня с ног до головы.

Курносая служанка побежала вперед и запорхнула в ванную первая. Я стояла и ждала, пока она наберет горячей воды, опрокинет в нее бутылек молочной пены с ароматом карамели. Дальше я от услуг Линды, как ее звали, отказалась. Я никакая им не госпожа, сама вымоюсь. И лучше сделать это побыстрее, чтобы встретиться с тем, к кому меня привезли, и узнать, зачем он меня похитил.

Я быстро намылилась, смывая пыль и грязь, не стала сильно отмокать и вылезла из ванны. Закутавшись в полотенце, вышла. Линда и Мокки уже ждали меня, разложив несколько платьев на шелковом лиловом покрывале кровати. Я нахмурилась.

– Госпожа Ноа, мы вам поможем одеться и сделать прическу.

Я понимала, что без этого никак, но меня пугали яркие наряды из дорогой ткани с искусной вышивкой. Они явно достойны дам высокого положения, но не меня.

Я тяжело вздохнула и подошла ближе, разглядывая облако шелка и органзы. Будто меня на бал готовили. Я взяла в руки самое неяркое платье, если такое возможно в этой феерии красок. Легкое, бежевого цвета, с длинными прозрачными рукавами, заканчивающимися манжетами, с неглубоким вырезом на груди, украшенным цветами, и длинной юбкой до пола. И белье мне тоже принесли, тончайшее и нежное. Белые панталончики и бюстье, чулки и несколько туфель на выбор разных размеров.

Облачившись в невесомый струящийся шелк, который хорошо подчеркивал мою тонкую фигуру, я села в кресло перед зеркалом, так как мне не разрешили идти с просто распущенными волосами. Их заплели в косу и уложили вокруг головы, закрепив заколками с белыми цветами.

Я сильно нервничала, пока ждала, когда служанки закончат со мной. Сжимала пальцы и кусала губы. Есть я категорически отказалась, только выпила залпом полчашки зеленого чая и сказала, чтобы меня отвели к Правителю.

Сейчас я и узнаю свою судьбу. И что мне она преподнесет?

Руки вспотели, а сердце холодело от неизвестности и страха перед будущим. Пока я шла по коридорам, считала шаги, словно до плахи. Линда довела меня до конца прохода и остановилась перед двустворчатыми дверьми, украшенными золотыми узорами. Служанка постучала и открыла створку. Я вошла на деревянных ногах в огромный зал, видимо, для приема гостей. Паркет с геометрическим рисунком, парчовые золотые шторы и никакой мебели, кроме стоящих в центре двух кресел на помосте. На одном из них восседал, иначе и не скажешь, мужчина лет пятидесяти, с черными волосами, волевым подбородком, карими глазами, излучающими силу. Широкие плечи облегал черный сюртук, под который была надета белоснежная рубашка. Рядом с ним стоял молодой мужчина, около тридцати лет. Орлиный нос и хищный взгляд черных глаз вызывали желание тут же отвести взор. Он был очень похож на мужчину в кресле – и цветом волос, и чертами лица.

– Ноа! – громко произнес Правитель Дома Гроз – Арак Дорган. А рядом с ним, похоже, его сын – Ваид Дорган. И почему-то они меня знали.

– Наконец-то я тебя нашел! – Арак Дорган встал, демонстрируя высокий рост.

Я настороженно наблюдала, как он с радостным выражением лица идет ко мне. Правитель заключил меня в объятия. Я же стояла, не шелохнувшись, словно приросла к полу. От Арака исходил тяжелый амбровый аромат парфюма.

– Ты не представляешь, Ноа, как долго я тебя искал! Моя дочь… – Его глаза потеплели, и он жадно всматривался в мое лицо.

У меня отвисла челюсть, а брови взметнулись вверх. Это что, шутка такая? Какая дочь? Мама сказала, что мой отец погиб!

– Ваид! Твоя сестра наконец-то здесь! – торжественно возвестил довольный правитель.

Ваид Дорган подошел ближе и криво мне улыбнулся, что-то в его взгляде настораживало. Он, в отличие от Арака Доргана, явно не очень был рад меня видеть.

– Я тебе должен так много рассказать! Твоя мать и моя жена Шарлотта убежала от меня, когда ты только родилась. Исчезла в неизвестном направлении. Я долго искал вас, но тщетно. И только недавно нашел и узнал, что моя возлюбленная Шарлотта умерла, оставив мою дочь одну. Как же хорошо, что я вовремя тебя нашел, пока ты не пошла по миру!

Правитель вещал, по-моему, полный бред. Может, он меня с кем-то перепутал? Или сошел с ума? Хотя мою маму и правда звали Шарлотта.

Я сомневалась.

– Но мама не говорила, что вы мой отец.

– Конечно! Как она это скажет, если она тебя украла у меня! Оставила отца без его маленькой девочки и убежала с моим военачальником, к которому внезапно воспылала страстью. Я думал, она меня любит! У нас был счастливый брак!

Я почувствовала, как сердце прихватило, и задышала, точно рыба, выброшенная на песок. Моя мама сбежала из правящего Дома? От мужа Правителя? Она мне так мало рассказывала об отце, вернее, о том, кого я им считала, говорила, что ей больно вспоминать о нем. И якобы он умер, когда я была совсем маленькой.

– Вы действительно мой отец? – Я подозрительно на него посмотрела: на ярко выраженный восторг на его лице и горящие глаза.

– Да, несомненно! И мой придворный маг только что это подтвердил окончательно. Не сомневайся – ты моя родная дочь! – торжественно оповестил он.

Я перевела взгляд с нежданно-негаданно приобретенного отца на Ваида, его лицо казалось непроницаемым.

– Не знаю… – покачала я головой, не верилось мне в такое счастье. Я была в принципе недоверчивой. Что-то больно мягко стелет Арак.

– Все будет теперь хорошо! Ты снова дома! Мы с тобой обязательно все обсудим, и ты расскажешь о своей жизни и маме. Мы снова стали одной семьей. – Правитель Дома Гроз вдруг обнял меня, прижимая к груди. – Мне так жаль, что твоя мама умерла, – тише проговорил он.

Видимо, ему уже рассказали о моей жизни, раз уж меня отыскали. Наверняка многое Арак и сам знает.

– Я так бы хотел встретиться и поговорить с моей женой Шарлоттой, несмотря на то что она сделала. – Правитель горестно поджал губы. – Но не печалься, моя дорогая, теперь ты под моей защитой и больше не сирота. У тебя есть семья, брат. Теперь все будет хорошо.

– Надеюсь, – тихо выдавила я. Мне до сих пор казалось все неправдой или сном.

– Не сомневайся даже. А теперь, Ноа, иди отдыхай, вечером поужинаем и поговорим обо всем. А завтра устроим прием в твою честь! Приедут главы правящих Домов приветствовать мою найденную дочь!

Я не знала, что и сказать. Все это так ошеломило! Но почему же мама мне лгала? Ведь я бы точно хотела знать, что я – дочь правящего Дома! Это же изменило бы всю мою жизнь! Деньги, хорошее образование, много всяких возможностей!

– До встречи на ужине, Ноа. Я очень рад, что ты снова с нами, – улыбнулся Арак. – Добро пожаловать домой.

Глава 3

Знакомство

Уплетая десерт из груши, покрытой золотистой хрустящей корочкой из карамели, я завершала обед, что принесли в мои покои служанки. Наевшись до отвала, откинулась на спинку дивана и поджала под себя ноги. Если подумать, у нас в доме не было портрета якобы моего отца, которого мама называла Мелон. Она лишь иногда упоминала, как его зовут и что он умер, когда я была совсем маленькой и поэтому его не помню. Когда я приставала к ней с расспросами об отце, она ничего не говорила, только что не хочет об этом вспоминать и бередить старые раны. Хотя я не видела, чтобы она лила слезы, называя его имя, и только сейчас мне это показалось странным.

В моих воспоминаниях есть только я и мама. Наш маленький сад за домом, утопающий в зелени и цветах. Пышные розы, что наполняли воздух нежным ароматом. Мы с мамой наряжали кукол и заплетали им косички. Она шила для моих игрушек великолепные платья. Вкусные обеды и ужины, улыбки и объятия. Время солнца и любви всегда сопровождало меня в детстве.

Когда я стала старше, пришли подозрения, что, может, я ребенок от случайной связи, поэтому перестала мучить маму вопросами. О себе и своем прошлом она тоже почти ничего не рассказывала, только то, что она из семьи со средним достатком, ее родители умерли, оставив ей немного денег, на которые она и купила дом, а других родственников у нас нет.

Так что слова новоиспеченного отца о маме, воспылавшей вдруг любовью к какому-то мужчине и сбежавшей из дома с младенцем на руках, – полный бред. Этому я точно не верю. Но зачем мне врет глава Дома Гроз? И братец мой старший, от другой жены отца, не слишком мне рад, это уж точно.

Я решила ко всему и всем присмотреться. Чутье мне подсказывало, что многое вокруг меня ложь, в том числе и моя жизнь, как оказалось.

Комфортно в этом замке не было, наоборот, будто лежишь на колючем шерстяном одеяле: плохо, колется, а выхода нет. Пару часов назад я узнала о своем богатом родителе и что мне, похоже, не придется больше заботиться о своем пропитании. Но так просто принять факт, что я часть Правящей семьи Анцема? Совершенно не укладывается в голове.

И почему, если я – Дочь Дома Гроз, меня везли в замок как пленницу? И не воины, а наемники? Почему наемники мне ничего не сказали, не успокоили? Я ведь от страха за свою жизнь чуть не умерла, пока ехала сюда! А оказывается, к папочке!

Хотя… Если бы за мной явились военные, я бы точно подумала, что меня собираются убить как проклятую со знаком Сейны. И может, Правитель Дома Гроз хотел мне сам все рассказать? Ведь логично же, что ни военным, ни тем более наемникам я бы не поверила. Так что, вероятно, так и надо было, и зря я злюсь? По дороге же меня никто не насиловал, не бил, кормили даже.

Побродив по выделенным мне комнатам, потрогала изящные бронзовые статуэтки девушек, лошадей и диковинных животных, посидела в разных креслах. Покои были обставлены с роскошью и изяществом. Стены комнат завешаны гобеленами, изображающими сцены из мифов и легенд. Пол устилал толстый ковер с замысловатым узором. Массивная мебель из ценных пород дерева украшена искусной резьбой и инкрустацией драгоценными камнями. Над камином, облицованным белым мрамором, висело большое зеркало в золотистой узорной оправе. В каждой комнате люстры, заполненные светляками, которые маг мог зажигать сам, или их зажигали специальным заклинанием обычные люди.

В спальне стояла большая кровать с бархатным темно-красным балдахином, застеленная роскошным шелковым покрывалом, а рядом с ней – небольшой столик для чтения. А еще шкаф возле стены и секретер со множеством ящичков, заглянув в которые, я ничего не нашла.

Я открыла окно, чтобы впустить в спальню легкий свежий воздух, насыщенный ароматами лета. Меня стало клонить в сон, и я сняла платье, оставшись лишь в одном белье. Прилегла на кровать и проспала до вечера.

Перед ужином меня разбудила Линда. Я села в кровати, сгорбившись, голова болела, и идти никуда не хотелось. Отец у меня никаких родственных чувств не вызвал, но надо как-то вливаться в новую жизнь.

Со вздохом встала и поплелась умываться. В зеркале отражалась бледная я, кожа, казалось, стала еще белее, глаза ввалились и потускнели. Я умылась холодной водой, чтобы щеки хоть немного разрумянились. Попыталась себе улыбнуться, но получила лишь жалкую тень улыбки.

Мне сказали, что надо готовиться к ужину. Волосы я не дала убрать в прическу, оставила их свободно струящимися по спине. Их цвет мама называла лунным серебром.

Я привычно потерла свое запястье, без кожаного браслета чувствуя себя голой. Покрутилась, соображая, чем бы мне спрятать знак Сейны, и нашла белую ленту. Хоть рукава у платья и длинные, но надо перестраховаться. Обернула шелк несколько раз вокруг запястья и сделала красивый бантик. Линда настороженно поглядывала на мой знак Проклятой, наверное, боялась. Мой отец и брат о нем знали, но приняли в семью и, похоже, не собираются меня казнить, так что остальным придется помалкивать.

* * *

Я шла по длинным коридорам замка Правящего Дома Гроз, стараясь держать спину прямой и не показывать свои беспокойство и страх. Пыталась вести себя так, будто я просто ненадолго покидала отчий дом и вернулась к привычному укладу.

На стенах висели картины с чьими-то портретами, возможно даже, моих предков. Строгие надменные лица взирали на меня будто с неодобрением, и я от них отвернулась. Слуги замка были одеты в красивые ливреи и вели себя достойно, проявляя ко всем уважение. В одном из залов я увидела на потолке фрески с изображением яркого летнего неба и плывущих по нему безмятежных облаков. Мне нравились легкость и воздушность дома отца. Много света и чистоты, изящества и благородства. Надеюсь, и мой отец такой же.

Наконец-то я дошла до помпезной обеденной залы. Деревянный паркет из темного дерева покрывал огромное помещение. Окна прятались за золотистыми портьерами. Посередине стоял стол, уставленный различными яствами, а к нему были придвинуты стулья с высокими резными спинками.

– Дочь моя! – Улыбаясь и протянув ко мне руки, из-за стола поднялся отец.

Я его не знала, и мне было непривычно такое обращение. Я себя чувствовала некомфортно. Арак Дорган подошел, чмокнул меня в макушку и, приобнимая, повел за стол. Ваид кивнул с легкой полуулыбкой, хотя его холодные глаза выдавали безразличие ко мне. Брат облачился в шикарный темно-синий сюртук и белоснежную рубашку с сапфировой булавкой в шейном платке. А рядом с ним сидела девушка лет двадцати пяти, очень красивая блондинка с густыми блестящими волосами медово-солнечного оттенка, большими глазами, сверкающими изумрудным цветом. Вырез ее кроваво-красного платья демонстрировал грудь. Она встала меня поприветствовать, вот только радости на ее лице я не увидела. Лишь вымученную улыбку. Она мне сразу же не понравилась. Я ей холодно кивнула.

– Пойдем, дорогая Ноа, сядешь рядом со мной, – радушно проговорил Арак.

Отец сел во главе стола, справа мой брат Ваид, рядом с ним девушка со взором змеи, а слева устроилась я.

– Это Квирида, – представил мне девушку отец. Вот так просто. Без всяких титулов и пояснений, кто она. И я поняла – она его любовница и, раз сидит рядом с самим Правителем Дома Гроз, явно каким-то образом потеснила всех конкуренток, надеющихся быть возле могущественного господина.

Думаю, Квирида, как и все охотницы за деньгами и властью, претендует стать очередной женой Арака. А раз моя мать мертва, то теперь путь к его кошельку и официальному титулу Правительницы Дома открыт.

Ну что же, у правителей Домов всегда были любовницы, я слышала, что и для женатых это считалось чуть ли не нормой. Может, моя мать и сбежала потому, что устала терпеть его измены? Я подозрительно уставилась на отца, пытаясь разгадать истинную причину маминого побега со мной на руках.

Стол был заставлен разнообразными блюдами, каждое из которых выглядело произведением искусства. Здесь были и жареные поросята, фаршированные яблоками и орехами, и запеченные фазаны, украшенные перьями и ягодами, и множество других деликатесов. Также на столе стояли кувшины с вином и графины с фруктовыми соками.

Рот наполнялся слюной от запаха и вида мясных блюд. Ждала своего часа запеченная оленина с хрустящей корочкой, фаршированная грибами и овощами. Жареные перепела возвышались горкой на большом блюде. Тушеные в молоке кролики и фазаны, украшенные настоящими перьями, думаю, стоили бедным поварам многих часов, потраченных на их приготовление. Все блюда были украшены цветами. В воздухе царили восхитительные ароматы, исходившие от блюд. Все это великолепие создавало атмосферу праздника и роскоши.

Я сидела с прямой спиной, правильно расположив локти, и спокойно вкушала деликатесы. Я знала правила этикета и могла с легкостью их соблюдать. Мама моему воспитанию, достойному благородной девицы, уделяла много времени. Она учила меня так, будто мне завтра идти на светский прием. Мама запрещала мне использовать в речи бранные и просторечные выражения, и сама она всегда ела грациозно, сидя с прямой спиной, будто родилась в высокородной семье. Внезапно меня пронзила мысль: а кто она на самом деле была? Ведь глава Дома не мог жениться на простолюдинке. Аристократы всегда женились только на аристократках. Надо все выспросить!

Между фазаном и порцией салата с тунцом отец, видимо, решил, что пора приступать к расспросам.

– Ноа, расскажи нам о себе. Как ты жила?

Я прочистила горло и заговорила:

– Мы жили в маленьком городке на юге Анцема – Риале. Мама работала в школе учителем этикета и литературы. Я этим летом окончила школу и собиралась ехать поступать в колледж, причем к вам сюда – в Баску.

Я сжала вилку, и голос дрогнул. Воспоминания о смерти мамы всегда проходились внутри болезненной волной и отдавались острой болью в сердце.

– Дорогая, расскажи, как она умерла? – задал вопрос отец, участливо глядя на меня.

– Мама заболела, врачи думали, что обычная простуда, но пошли осложнения, и она быстро скончалась, – тихо договорила я и опустила взгляд, уставившись на скатерть, белоснежную, как наша жизнь, когда мы только приходим на этот свет. А потом разные пятна начинают ее разрисовывать. Черные – беды, красные – утраты, желтые – радость и счастье. Пока наконец наша скатерть жизни не станет холстом, цвета которого выбрала сама судьба.

– Очень жаль, Ноа, что я встретил тебя так поздно, – сдавленным голосом проговорил Арак.

Есть мне перехотелось, и я положила вилку и нож на тарелку.

Отец сделал знак слуге, и мне подлили вина. Я к нему не притронулась, не любила горячительные напитки. Брат молча ел, и он выпил уже несколько бокалов рубиновой жидкости. Квирида ела медленно, скорее просто ковыряясь в пище, и бросала на меня настороженные взгляды, будто ожидая подвоха.

– Ноа, а какой ты магией обладаешь? – перевел Арак разговор, но опять неудачно попал. Тема магии для меня тоже была болезненная.

– У меня нет магии, – тихо ответила я и посмотрела на его реакцию.

Брови Арака поползли вверх, а взгляд он непроизвольно перевел на мое запястье, обмотанное шелковой лентой. Да, я знаю, что это странно. Последователей Сейны убивали как раз за сильную необычную магию. Но в моем случае что-то сломалось. Я так ее ждала! Я так жаждала!

В нашем мире много магов и волшебства. Я так хотела обладать этой силой! Но ничего не выходило. Я очень расстраивалась, и мама говорила, что, может, магия проснется у меня лет в восемь, как и у многих. У самых сильных она проявлялась лет с двух, а то и раньше. Я все расспрашивала маму, когда же получу магию. Она каждый год говорила мне подождать еще. Чем слабее маг, тем позже появится его способность. Я становилась все старше, и в шестнадцать лет уже перестала спрашивать, но ждать и надеяться – нет.

Потом я решила узнать о магии луны и своих звездах на запястье в надежде хотя бы приблизиться к разгадке, почему убивали отмеченных Сейной, и стать ближе к магии. Поэтому я и собиралась учиться на звездочета. Сейчас мне семнадцать, и у меня есть еще шанс, что после совершеннолетия волшебство проявится, хоть чуть-чуть. Тогда я буду самым счастливым человеком на свете.

– А у вас какая магия? – спросила я отца и брата.

Отец чуть улыбнулся и поднял руку, крутанул указательным пальцем и создал вихрь, направил его к вазе с цветами, и воздушный поток, словно пальцами, ухватил розовый нежный пион и поднес мне. Я с восхищением смотрела на чудо, приняв дар. Арак – маг воздуха! Это здорово! А вдруг у меня что-то подобное проявится?

Негромко свистнул Ваид, и вдруг за его спиной сгустился Сумрак. Разом потемнело, словно ночь наступила, пахнуло какой-то затхлостью и сыростью, и тут из мрака за его спиной выскочили два огромных черных поджарых добермана! Я испугалась и прижала руки к замершему сердцу. Я почему-то очень боялась собак, хотя они меня ни разу не кусали.

Ваид самодовольно улыбнулся, и два стража тьмы сели по обе его стороны.

– Это что?.. – спросила хрипло я.

– Ваид – некромант, – пояснил Глава Дома Гроз, с гордостью глядя на сына.

А у меня неприятно сжалось все внутри. Интересно, а обо мне отец когда-нибудь будет с такой же гордостью отзываться?

– Они откуда? Собаки мертвые? – спросила я, глядя с подозрением на псов Сумрака.

Вроде бы некромантам должны служить умертвия, скелеты со свисающей кусками кожей, пустыми глазницами и мерзким запахом тлена, а не собаки.

– Они из Серой пустоши, – довольно растянул губы в улыбке брат.

– О-о, – только и сумела произнести я.

Тогда Ваид очень сильный маг! Уметь входить в Серую пустошь, которая за гранью нашего мира, но еще не тот свет, – это огромный дар.

«Повезло ему», – с завистью подумала я.

– А у меня дар природный, могу цветы выращивать за пару минут, – встряла любовница отца, но никто на нее и внимания не обратил.

«Садовод ерундовый», – с неприязнью подумала я.

Дальше разговор шел на отстраненные темы. Еще задавали вопросы о моей жизни, но никаких сильных потрясений, кроме маминой болезни, у меня не было. Моя жизнь до этого была уютной.

За окном стало темнеть. Вечер выпускал прохладу, развеивая серый туман по ветру, накрывая им, словно покрывалом, улицы, заставляя людей предвкушать заслуженный отдых.

– Ну что же, я вынужден вас покинуть, дела. – Отец встал из-за стола, и за ним тут же вскочила Квирида. – Ноа, завтра званый обед, будь готова.

– Да, конечно, – кивнула я, утомленная длительным днем, который словно провернул меня через жернова быстро сменявшихся событий.

Арак Дорган широкой уверенной походкой двинулся к выходу, а за ним проследовала Квирида, демонстрируя высокий вырез кровавого платья, оголяющего стройную длинную ногу до бедра. Квирида вроде бы гордо шла за отцом, но смотрелась как шавка, бегущая за хозяином.

Я заметила, что за мной наблюдает Ваид. Он отодвинулся от стола и сидел, закинув ногу на ногу. Собаки грозно смотрели на меня черными немигающими глазами. Они внушали безотчетный страх, холод прошелся по моему телу.

Брат молчал, а я нервничала, не зная, что сказать новоявленному родственнику, но и Ваид не спешил рассеять неловкую паузу.

– А твоя мама… – начала было я и тут же осеклась, не надо было все-таки поднимать этот вопрос.

Но Ваид ответил. С неохотой и спустя какое-то время молчания.

– Моя мать – Марионна, первая жена Арака. Она умерла, когда я был маленький. Потом уже, после череды таких, как Квирида, – сквозь зубы произнес он ее имя, – появилась Шарлотта и стала второй женой Арака.

– Ты помнишь мою маму? – спросила я, подавшись вперед.

– Конечно, она была доброй, – грустно произнес он.

– А это правда, что она… ну… Убежала из замка? – Не стала спрашивать, с кем.

Ваид молчал, словно раздумывал, что стоит сказать мне, а что нет. Спустя несколько долгих секунд он произнес наконец:

– Она ушла с тобой, когда ты только родилась. Я тебя помню, такую сморщенную и красную. И как-то вдруг Дом забурлил, отец бегал, на всех кричал и ломал мебель. Ты исчезла вместе с Шарлоттой.

– И что было дальше?

– Поиски, – пожал он плечами.

– С кем она сбежала? – Мне надоели его короткие ответы без подробностей, которые я так жаждала услышать.

– Тебе же отец сказал, – вдруг резко выпалил Ваид.

– Но… – начала было я, раздумывая, как выспросить про этого, по моему мнению, мифического командора Арака.

– Иди спать, Ноа. Прошлое есть прошлое. Иногда не стоит его ворошить, иначе оно придет и сметет все в твоей жизни.

«О чем это он? Хотя успею еще расспросить его, впереди много времени», – решила я.

– Доброй ночи, Ваид. – Постаралась тепло улыбнуться брату, решив налаживать отношения с ним и отцом. Ведь у меня теперь есть настоящая семья, и все обязательно будет хорошо.

– Спокойных снов, – ответил он отстраненно, разглядывая огонь в камине, который бросал на его лицо зловещие блики.

Глава 4

Крушение

В распахнутое окно врывался теплый ветер, колыша невесомые занавески, и приносил ароматы летних цветов, что украшали многочисленные клумбы в парке замка. В тени вековых деревьев, среди пышных кустов тянулись ухоженные дорожки, выложенные из разноцветных камней, стояли изящные скамейки. В воздухе витал сладкий аромат роз, жасмина и лилий, наполняя его свежестью и чистотой. Огромные дубы, клены и тополя, словно стражи, охраняли парк от внешнего мира. Их могучие стволы и пышные кроны создавали укрытие от палящего солнца, а нежный шелест листьев убаюкивал слух. На фоне изумрудной зелени, словно драгоценности, сверкали фонтаны, украшенные скульптурами прекрасных дев.

Я очень любила природу, пение птиц, стрекот сверчков и часто ходила в лес с подружками и мамой. Мне нравился парк замка, надо обязательно походить везде, осмотреться. И мне нравилось, что мой отец оказался богатым и аж Правителем Дома. И еще грело сердце, что я больше не сирота. И отныне не придется думать, где искать деньги для пропитания, а еще для меня открыты двери самых лучших учебных заведений страны! Я теперь смогу не только колледж окончить, но и академию какую-нибудь! А еще… У меня аж дыхание перехватило от внезапно возникшей мысли… Может, отец найдет наставника, который пробудит во мне магию? Вдруг она все же у меня есть?

С радостным трепетом и предвкушением великолепного будущего я окинула взглядом огромный гардероб, который служанки заполнили яркими красивыми платьями. Погладила невероятно нежный шелк и кружева нарядов. Внезапно я задумалась: «А как они все так точно подобрали, не сняв с меня ни единой мерки?» И опять в груди неприятно кольнуло от этой мысли. Ведь они точно знали и мой размер одежды, и многое другое, похоже. За мной явно следили еще до моего приезда сюда, раз купили все заранее. И вопрос только в том, как давно они за мной наблюдали? И когда отец вообще узнал о моем местопребывании?

Я пожевала губу в задумчивости и села в кресло, барабаня пальцами по деревянным отполированным подлокотникам, таким же гладким и ровным, как и вся жизнь в замке правящей семьи.

Утром я думала, что меня пригласят на общий завтрак, но то ли не захотели, то ли не принято у них три раза в день трапезничать всей семьей. А я ведь с утра надела платье, сама причесалась и стала в нетерпении ждать, но меня никто так и не позвал. Служанки было пытались возразить, что они должны мне помогать одеваться и делать прически, но я в их услугах не нуждалась. Еще не привыкла к такой жизни.

Я поискала на столике перед трюмо какие-нибудь украшения, мне нужен был браслет для скрытия знака Сейны, однако ничего подходящего не было. Зато поставили баночки с румянами и блеском для губ, но краситься я не любила. И плевать, что у меня светлые брови и ресницы, и так сойдет. И без косметики я очень нравилась парням, даже встречалась с несколькими, но мама была против, говорила, что я еще слишком юна, и гулять по вечерам с мальчиками не разрешала. В этом вопросе она была строгой, так что мне приходилось не заводить длительные отношения, пара встреч, и все, потому что дальше парни хотели большего, но я не могла им этого дать, воспитание не позволяло. Я не была легкомысленной, как мои подруги.

«Выйти бы по дворцу прогуляться», – подумала я, но меня охватило волнение, пока сидела и размышляла, что делать, если встречу кого-то по дороге. И что говорить, как себя вести, вроде же теперь статус у меня другой. В итоге от долгих размышлений глаза стали слипаться, и я уснула.

– Госпожа Ноа! Госпожа Ноа! Просыпайтесь! Надо готовиться к званому обеду! – тараторила Линда возле уха, пока я отходила ото сна.

– Сейчас, подожди, встаю, – потянулась я: от неудобной диванной подушки затекла шея. А еще пить хотелось, и я жадно осушила стакан воды.

– Госпожа Ноа, идите в ванную освежиться, – суетилась Линда.

Я умылась и надела белое платье с серебряной вышивкой, длинное и облегающее, открывающее ложбинку на груди и подчеркивающее тонкую талию. На запястье повязала серебристую шелковую ленту. Не думаю, что отец захочет афишировать мою метку.

А вообще, как он собирается решить эту проблему с проклятьем? Ведь не убьют же меня теперь? Я ведь Дочь Дома Гроз! Может, он решил ото всех скрывать сей факт до конца моей жизни?

– Правители Домов уже приехали! – благоговейно сообщила Линда, убирая наверх мои волосы, заплетенные в несколько кос, и закалывая их вместе серебряными заколками с бриллиантами.

У меня сердце забилось, как у трусливого зайчишки. Я ужасно боялась этой встречи. Как вдруг получилось, что теперь я буду представлена всем Правителям Анцема? Я решительно не успевала за быстрым развитием событий!

Я ведь только в школьных учебниках читала про глав нашей страны. В Анцеме правил совет из пяти Домов. Дом Гроз – Глава Арак Дорган и, как оказалось, мой отец. Ходили слухи, что Дом Гроз был назван так, потому что раньше, до объединения в одну страну, Дорганы были самыми грозными и воинственными соседями других Домов. Дом Горных волков – Правитель Галлен Киллиан, его владения находились на севере нашей страны, населенном свирепыми горными волками.

Дом Мечей – его Глава Тибера Рокуда, мастер Мечей, под крылом которого взращивали самых сильных воинов Анцема. Дом Бури – Правитель Ройс Оффе, его земли простирались возле моря Шулепэ, где бури частые гости. Дом Тишины – Правитель Армунд Имотто, ему принадлежали обширные леса, долины озер и равнин. Название Дому Тишины дали из-за густых чащоб, непроходимых и малообитаемых. Странные то были леса, заповедные и волшебные, и какие только легенды о них не ходили.

И какое же волнение я испытывала от того, что скоро увижу глав всех Домов! Зубы от страха едва не стучали. Хотела даже было попросить капли для успокоения, но не решилась – вдруг везде разнесут слух, что я истеричка и нервная особа.

Подходя к залу, где собрались Правители нашей страны, я сделала пару глубоких вдохов и выдохов, а на лицо натянула легкую улыбку. Ну что сказать, устояла, не тряслась, как заяц, расправила плечи и вошла.

Главы Анцема уже сидели за овальным столом. И нет, к моему удивлению, это был не званый обед, что сразу же бросилось в глаза. Стол оказался почти пустой, на нем стояли только графины с белым и красным вином, фрукты и легкие закуски.

– Заходи, Ноа, – встал при виде меня Повелитель Дома Гроз, и я направилась к нему, держа спину прямой.

Справа от Арака Доргана сидел Ваид с непроницаемым лицом. А пустой стул слева, видимо, предназначался мне. Я подошла к отцу и развернулась лицом к гостям.

Возле Ваида расположился молодой мужчина с темными вьющимися волосами до плеч, прямым носом и ярко-голубыми, словно лед горных озер, глазами, которыми он впился в меня. Я его узнала! Это он стоял на улице, когда меня привезли к замку, и он заметил мой знак проклятой.

Дальше сидел Правитель Дома Бури – Ройс Оффе, высокий и солидный мужчина в возрасте, с ярко-рыжими непослушными кудрями, ниспадающими до плеч, полными губами и широким носом. Ройс Оффе был такой, как и на картинках в учебниках, – мятежный и неспокойный, точно море в его владениях.

Глава Дома Тишины – Армунд Имотто, беловолосый мужчина с узким лицом, тонкими губами и нежными, словно незнающими никакой работы руками, казался очень интеллигентным и утонченным. Правителей других Домов за столом не было. А парень с глазами цвета льда тогда кто?

«Он очень красивый». – Украдкой я бросила на него еще один взгляд.

– Позвольте представить вам мою дочь. Ноа Дорган – младшая наследница Дома Гроз. Законная дочь от моей жены Шарлотты, – торжественно представил меня отец, взяв за плечи и широко улыбаясь.

Все взгляды впились в меня, и повисла долгая тишина. У Правителя Дома Бури дернулась рыжая густая бровь. Армунд Имотто окинул меня взором с ног до головы. А голубоглазый мужчина подался вперед, вперившись мне в глаза. Я смутилась, захотелось спрятаться от их пристального внимания, но отец держал меня за плечи, не давая отступить.

– Арак, но твоя жена Шарлотта умерла много лет назад, – вопросительно уставился Огненный Ройс Оффо на моего отца.

– Она не умерла, я был вынужден так всем сказать. Тяжелые времена, враги… – сделал многозначительную паузу мой отец, глядя в глаза соправителям. – Шарлотта жила в отдалении от меня и растила мою дочь. Я скрывал их.

«Что? Что он такое говорит?» – неверующе посмотрела на него. Арак знал про нас? Он всегда знал про меня? Я решительно ничего не понимала. Голова раскалилась, мысли забурлили, словно пузырьки закипающей воды.

– А могилы? – нахмурился Армунд.

«О… у меня есть могила? – про себя произнесла по слогам я. – Что происходит?»

– Могилы Ноа и Шарлотты пусты, – как ни в чем не бывало сообщил Арак.

А у меня ноги подкосились. Отец усадил меня на стул, и я вцепилась в край столешницы. Только шок и воспитание не позволили мне тут же накинуться на Арака с расспросами и воплями. Я даже не знала, что все считали нас с мамой умершими! Да как так-то? Мне стало жарко, щеки запылали. Захотелось убежать отсюда и в то же время закричать, чтобы мне все объяснили.

«У меня есть могила?!» – Почему-то это больше всего выбивало из колеи.

– Теперь я готов представить всем свою дочь. – Отец сел во главе стола.

– А что, времена изменились, и у нас в Анцеме отныне все спокойно? – раздался голос парня с удивительными глазами.

– Морион, ты теперь Глава Дома Мечей, и нам всем надо идти дальше, – начал было Арак, но Морион его перебил, вскочив.

– Теперь я Глава Дома Мечей, потому что ты убил моего отца!

Я с ужасом посмотрела на Арака. Куда я попала? Что я тут делаю? Все, хочу уйти отсюда, подальше от этих подковерных игр. Убежать из замка сейчас же! Но ноги не держали, и я не смогла встать.

– Твой отец умер не от моей руки, ты же знаешь, Морион, – совершенно спокойным тоном произнес Арак, не моргнув и глазом на такое серьезное обвинение.

– Морион, нет доказательств, – проговорил едва слышно глава Дома Тишины.

– Я знаю это точно. – Глаза Мориона пылали гневом, и синий колдовской огонь загорелся в их глубине. – А то, что ты напал на мой отряд, который не пересекал твоих владений, тоже будешь отрицать?

– Да, Арак, мы поэтому здесь и собрались, – начал говорить Армунд, сцепив пальцы перед собой. – Ты перешел черту. У нас же договор о ненападении Домов друг на друга.

– Мы одна страна, Арак! – хмуро выпалил Огненный Ройс.

– Случилось недопонимание, мои воины подумали, что это вторжение в мои земли, – абсолютно невозмутимо ответил Арак. На его лице даже и тени не проскользнуло.

– Вторжение? – сузив глаза, с угрозой произнес Морион. – Это был отряд из двадцати человек, ехавший по делам, а не армия. Как это можно было посчитать вторжением? Твои воины напали и убили их просто так!

– Арак, это беспечно, – покачал головой Армунд. – Ты тычешь в медведя палкой. Мы давно уже объединили наши территории и согласились править наравне. Но ты все время дразнишь нас и проверяешь границы дозволенного. А теперь убил целый отряд Дома Мечей! Ты что, хочешь поссорить наши Дома и развязать гражданскую войну внутри страны? Уж не желаешь ли ты стать единоличным правителем Анцема? У нас давно вызывают сомнения твои действия, Арак.

Я сидела ни жива ни мертва. Война? Нападение? Убийство главы Дома? Это что за мрак? Все, я решила – сбегу отсюда. Не сдались мне их власть и богатство. Лучше быть подальше от таких гнилых людей! Стащу у отца немного денег, и поминай меня как звали. Растворюсь на просторах страны.

– Арак, пора подтвердить пакт о ненападении между нашими Домами, – сверкнул ярко-зелеными глазами Огненный Ройс.

– И ты должен заплатить за то, что убил моих людей, – с ненавистью произнес Морион.

– Арак, нам нужны гарантии твоего мирного настроя. – Армунд казался самым миролюбивым из всех правителей.

– Хорошо, я готов их дать, – кивнул мой отец.

– Если договор тебя уже не сдерживает… – покачал головой Правитель Дома Бури. – Ты же понимаешь, к чему это может привести?

– Конечно, и я готов дать зарок. Вернее залог, что больше не нападу на Дом Мечей. – Арак сделал торжественную паузу, обведя всех взглядом и остановив его на Морионе. Затем встал.

– Я пожертвую самым ценным, что у меня есть. Сокровищем, которое я прятал от всех бурь и невзгод, – моей любимой дочерью Ноа.

У меня глаза округлились и отвисла челюсть. Видимо, я ослышалась. Что? Что он хочет сделать?

– Да, дорогие мои друзья, в залог моей дружбы и заверения о ненападении я отдаю мою дочь Ноа Мориону Рокуда, Правителю Дома Мечей.

Должно быть, я сплю? Я даже тряхнула головой. Да такого не может быть! Я же не вещь! Меня нельзя так просто взять и отдать!

Я вскочила, приготовившись возмущаться.

– Ноа, дорогая, прости, – положил руку мне на плечо Арак и с силой надавил, я почти упала обратно на стул. Он больно сжал мое плечо, в его лживом взгляде плескалось напускное сожаление.

Ублюдок! Сволочь! Он мне не отец! Это все был цирк! Он расчетливо меня использовал! Приволок к себе, уже зная, что отдаст меня в залог мира!

– Ты что, предлагаешь мне ее в жены? – недоверчиво вздернул черную бровь Правитель Дома Мечей.

– Конечно! Когда мы породнимся, то… – начал Арак.

– Ты думаешь, я тебе прощу смерть моего отца? Смерть моих людей? – прошипел с угрозой Морион. – Браком не решить наших проблем, Арак.

– Морион, – начал тактично Правитель Дома Тишины. – Может, и стоит рассмотреть брак с Ноа для благополучия и примирения с Домом Гроз? Это было бы всему Анцему на руку.

– Я не… – начала было я говорить, готовясь высказать все, что об этом думаю. Но Арак сильно сжал мое плечо, так, что от боли я сморщилась. И, глядя на Мориона, он молвил:

– Ты породнишься с самым сильным Домом Анцема, Морион. Подумай.

Правитель Дома Мечей молча сверлил взглядом Арака.

– Но я… – снова попыталась возразить и посмотрела в поисках поддержки на Ваида, но он уставился на свои руки, сцепленные перед ним.

– Морион, – начал Армунд Имотто.

– Хорошо, я подумаю. Но я забираю ее себе, – откинув голову назад, Морион с вызовом посмотрел на Арака.

«Что? Что он только что сказал?» – смятение охватило меня.

– Договорились! – Отец улыбнулся и протянул ему руку. Морион поколебался, но все же пожал ее.

Я вырвалась и выбежала из комнаты, не понимая, куда направляюсь. Думала лишь об одном: «Быстрее отсюда! Подальше от гнусного и лживого отца, который приволок меня в столицу, вытащил из могилы, чтобы отдать какому-то мужчине в качестве заложницы!»

Да это что такое? Так нельзя поступать с людьми! С родной дочерью!

Коридор и лестницы перед глазами расплывались, словно цветная мозаика, проступили горькие соленые слезы. Я чуть не упала, выбегая из-за угла, и схватилась за вазу на постаменте, разбив ее.

Быстрее отсюда! Сбегу! Спрячусь!

Теперь ясно, почему мама сбежала от Арака. Я не вещь! Ему на меня наплевать!

Подбежав к выходу из замка, я с размаху врезалась в закрывшуюся прямо перед моим носом дверь. Два воина держали руки на ней.

– Отойдите! – выкрикнула я.

– Извините, госпожа, приказано вас не выпускать из замка, – холодным тоном произнес охранник.

Я зарычала и бросилась искать другой выход. Арак все знал заранее! И что я попытаюсь сбежать – тоже!

В итоге ни на кухне, ни в других помещениях мне не дали выйти из дома. Воины силой заволокли меня в мои покои и закрыли дверь на замок.

Я разбила в комнате все, что смогла, осколки усыпали пол, словно смерч прошел. Я металась по покоям и швыряла в стены вазы, переворачивала стулья, рвала подушки и шторы. Меня душила глухая ярость. Она выбралась из меня огненным драконом и затмила сознание пламенем ненависти.

Я лучше умру, но не дам сделать из себя заложницу! Нет! Я поговорю с Араком, попытаюсь его убедить, чтобы он меня не отдавал! Загорелась во мне надежда и тут же погасла – холодный лед его сердца не растопить. Рассудок Арака извращен, и ему чужда доброта. Не тешь себя глупой надеждой, Ноа! Арак – чудовище. Что же делать?

Я подумала было попытаться вылезти через окно, однако увидела охрану и внизу. Наверное, Арак продумал и такой вариант моего побега.

До ночи, черной и безлунной, словно скорбный погребальный саван, накрывшей город, я металась, кричала, плакала и ругалась до хрипоты и сорванного голоса. А потом наступила пустота, охватила разом и увлекла куда-то в глубь отчаяния, в болото мутной реальности, которая засосала меня целиком, не оставляя надежды. Я свалилась возле перевернутого кресла и съежилась, поджимая колени. Начала раскачиваться, напевая себе колыбельную, что пела мне в детстве мама.

Когда чернота за окном слилась с темнотой внутри меня и в комнате, я услышала звук проворачиваемого ключа в двери. Зашел Арак.

Глава 5

Заложница

Правитель Дома Гроз произнес короткое заклинание, и зажглись светляки под потолком. Я медленно встала с пола, где сидела, привалившись спиной к креслу, и сжала кулаки.

– Ноа, сейчас ты не понимаешь моего решения, но так будет лучше, поверь, – начал отец спокойным голосом.

– Для кого лучше? Для тебя? Отдать меня, как вещь? – Я сделала шаг вперед и повысила голос.

Меня переполняла такая злость, что я мечтала разодрать его лицо ногтями до крови, до костей. Пальцы скрючились, в груди тлела ярость. Я бы накинулась на него, но понимала, что меня просто отшвырнут, как котенка.

– Не начинай, – скривился он, будто перед ним капризничал ребенок. – Ты – Дочь правящей семьи, тебя все равно бы ждал брак по расчету. Какая разница, кто будет твой муж? А Морион – Правитель Дома Мечей, хорошая партия…

Я его перебила:

– Я не собираюсь выходить замуж по твоей прихоти! Тем более что ты отдаешь меня, как вещь! В залог мира!

– Морион рано или поздно поймет, что ему лучше заключить союз со мной. Это выгодно нашим Домам. Он просто молодой очень, горячий, недавно только править начал. Но со временем все будет как надо.

Конечно, Морион горячий! Ведь мой папочка убил его отца! Какой же Арак лицемер! Сволочь!

– Я не твоя вещь, чтобы меня отдавать просто так! Я не согласна! – зашипела я, а волны возмущения поднимались вместе с приближающейся бурей злости у меня внутри.

– Ноа, ты должна думать о Доме Гроз, в тебе течет кровь многих поколений Правителей! – пытался убедить меня Арак, но безуспешно. Он лишь добавлял мне ярости. Слова, произнесенные тем, кто не считается со мной, – пусты и бесплодны.

– Зачем мне думать о том, кого я знать не знаю? Да я тебя только на днях увидела впервые! Ты вообще о чем? – Сейчас в моих венах текла лишь злость, а лицо пылало от гнева. – И, кстати, ты давно знаешь, где мы жили с мамой?

Арак молчал, что-то обдумывая, и спустя какое-то время ответил:

– Когда Шарлотта сбежала с тобой малюткой, я сперва потерял ее из виду. А потом, спустя год, нашел вас.

Я опешила.

– И ты почти всю мою жизнь знал про меня? О-о-о, – ткнула я в него пальцем. Это было уже слишком, и я покачала головой. – Ты меня, как вещь, приволок, только когда понадобилось мной пожертвовать! Да ты урод полный! – истерично завизжала я. – Ты не отец, ты сволочь!

– Выражения подбирай, когда со мной разговариваешь! – Лицо Арака мгновенно ожесточилось. Мне кажется, это и есть он настоящий – жестокий, хладнокровный мерзавец.

– А с чего бы вдруг мне уважать того, кому на меня наплевать? Ты мне никто! Слышишь? Никто! – повторила я по слогам, проклиная судьбу и папашу. – Лучше бы мама со мной сбежала в другую страну и я никогда бы не узнала, что у меня есть такой подлый отец!

– Шарлотта бы никуда от меня не делась. Я лишь держал ее на длинном поводке. Никто бы ее не отпустил, – усмехнулся Арак издевательски.

Он назвал мою маму собакой на поводке? Я яростно зарычала и стала метаться по комнате, покосилась на статуэтку, довольно тяжелую на вид – всадник на лошади сидел со шпагой наголо и грозно смотрел на своего невидимого врага, ей можно было и убить.

– Я теперь понимаю, почему она тебя бросила, ты просто сволочь! – не решилась все же бросить в Арака бронзового воина, вместо этого била словами.

– Все, ты мне надоела, невоспитанная грубая девчонка! Сиди под замком, тебе все равно никуда не деться. Будет так, как я сказал! Завтра утром уедешь в Дом Мечей.

И он резко вышел из комнаты, хлопнув гневно дверью. А я все же швырнула статуэтку ему вслед, да так, что на дереве осталась вмятина.

Да как же это так! Как меня угораздило родиться в такой ужасной семье? Нет, мама у меня хорошая, а вот отец! Да лучше бы моим отцом оказался рыбак какой-нибудь! И он вряд ли бы меня так просто отдал какому-то мужику, которого я видела первый раз в жизни!

«А что будет со мной делать Морион? – От этой мысли сердце похолодело, и я перестала метаться. – Я стану его рабыней? И он будет творить со мной все, что захочет?» Я с ужасом вздохнула поглубже, и мне показалось, я тону и не могу выбраться из бурного моря. Меня уносил все дальше и дальше шторм, который погубит мою жизнь. А если Морион меня на цепь в подвал посадит? Лишь для того, чтобы отомстить Араку за смерть своего отца? У меня ноги подкосились, и я упала в кресло, потерев грудь, в которой заныло сердце.

Нет, Морион же понимает, что я – Дочь Правящего Дома. Не должен он со мной так дурно поступить. Я же не просто дворовая девка!

«Нет», – помотала головой. И я не сдамся! Сбегу от него, и меня никто никогда не найдет. Ноа, не отчаивайся!

Когда мне было плохо, я обычно не ревела, а била. Все подряд, что видела. И даже как-то девочку, обидевшую меня в детстве, отлупила куклой по голове. Я не сдамся никогда! Буду выгрызать у судьбы-злодейки свою жизнь!

Я подергала ручку двери, хотела попытаться под каким-нибудь предлогом выйти и попробовать сбежать. Думала уговорить служанок, но ужин принесли охранники.

Прошла тяжелая ночь отчаяния, боли и черного тумана-страха, что заполнял меня изнутри, поглощая без остатка. Боль от предательства и от жалости к себе – все, из чего я сейчас состояла.

Наступившим утром небо оказалось затянуто мрачными серыми тучами, которые давили на землю своей тяжестью. Солнце едва пробивалось сквозь плотную завесу серой мглы, и его слабые лучи заполняли комнату тусклым светом. Это было утро, которое вызывало тоску и уныние, и казалось, что ничто уже не сможет изменить его мрачную атмосферу.

На меня из зеркала смотрела бледная девушка с темными кругами под глазами, в которых угас беспечный свет. Я не хотела двигаться и мрачно наблюдала за служанками, которые принесли мне поднос с едой. Линда и Мокки споро собирали в чемоданы мои платья и обувь. Будто бы я просто отправлялась в приятное путешествие. Но это была не моя настоящая комната, не мои вещи, здесь все чужое, будто я с разбегу влетела в другую жизнь. И мне казалось, что я просто не на своем месте. Меня перепутали с какой-то другой девушкой и заставляли прожить ее жизнь. Я задыхалась и хотела выбраться отсюда.

И наряды эти… Пыль в глаза Мориону, чтобы он увидел, что я долгожданная обласканная отцом любимая дочь. Словно я была тут не всего два дня, а годы.

Я отвернулась к окну, рассматривая облака, похожие на клубы дыма, висевшие низко над землей. Через полуоткрытое окно комнату заполнил холодный и влажный воздух. И вдруг на горизонте появилась тонкая полоска света, как надежда, в которую верит даже умирающий от тяжелой болезни человек. Ярко-красная линия начала расширяться, и вскоре солнце уже наполовину выглянуло из-за горизонта. Его лучи осветили верхушки деревьев и крыши домов. Но этот свет был каким-то мрачным и тусклым, как будто солнце было не в силах пробиться сквозь густой туман. Постепенно становилось светлее, но восход не вызывал радость и надежду. Он лишь подчеркивал мрачность и безысходность всего происходящего.

– Госпожа Ноа, ваше платье готово, – тихо проговорила Линда, подойдя ко мне. Мне даже послышались нотки сочувствия в ее голосе.

Я не смотрела на нее, лишь думала, что вот так разом вдруг может закончиться все счастье. А если у нас, у каждого, есть своя отмеренная доля удачи? Вдруг моя уже исчерпалась, и я больше никогда не увижу радугу жизни? Что, если я теперь буду навеки погружена во мрак?

Служанка пыталась снова меня дозваться. Ладно, я же решила сбежать при удобном случае. Надо заставить себя встать, иначе придет злобный отец и заставит одеться.

На безучастную меня натянули платье цвета свежей весенней зелени, словно издевательский намек на праздник жизни, который пройдет теперь без меня. Многочисленные блестки покрывали все снизу доверху, будто на бал еду. Я грустно хмыкнула. И под белы рученьки меня повели к выходу из замка. Я будто во сне пребывала, краткий миг надежды на лучшую судьбу озарил на пару дней, потом обрушил все и свалил меня камнем в бездну.

На ступенях ждали Арак и Ваид. Рядом с ними Квирида с широким оскалом крокодила. Я скривилась и отвернулась. У крыльца стояла карета и отряд из десяти воинов с эмблемой Дома Мечей на форме. Морион смотрел прямо на меня, коричневая кожаная куртка облегала его крепкие плечи и бугрящиеся мышцы рук. Он широко и уверенно расставил ноги, обутые в длинные черные сапоги. Правитель Дома Мечей постукивал рукоятью хлыста о свою ладонь. И мне это показалось угрозой, отчего в горле сразу же пересохло.

– О, дочь моя, как мне жаль с тобой расставаться! – Ко мне подошел Арак и сжал за плечи.

Надо же, как он умеет играть! Даже выглядит печальным.

– Как же я буду скучать! Но надеюсь, Правитель Морион позволит увидеть вскоре мою единственную дочурку! – И этот лицемер попытался меня обнять и прижать к себе.

Я тихо прошипела:

– Убери от меня руки. – На что ублюдок не обратил никакого внимания и чмокнул меня в макушку, а когда отстранился, стер невидимую слезу, которой и в помине не было. Актер погорелого театра в нем умер.

– Нам пора, – произнес жестко Глава Дома Мечей.

– Морион, – опять завел свою песнь соловья мой папаша. – Ноа – самое дорогое, что у меня есть, и я надеюсь на твое благородство.

– Не сомневайся, – таким тоном произнес Морион, что у меня сердце в пятки ушло и я задрожала от страха за свою судьбу.

– Ноа, – тронул меня за плечо Ваид, я взглянула на него снизу вверх, они с отцом были очень высокие. Его глаза остались холодны, как и у Арака. – Мне очень жаль.

– Всего хорошего! – пропела змея Квирида. Я зло зыркнула на нее.

Ваид – лицемер проклятый. Такой же, как папаша. Ему точно не жаль, я была уверена в этом. Я ничего не сказала и, гордо подняв голову, направилась вниз. Села в карету и отвернулась от мнимой родни и лжедома.

* * *

По дороге, извивающейся среди густых лесов и холмов, медленно двигалась карета. Обитые железом колеса тяжело скрипели на ухабах, заставляя меня вздрагивать и хвататься за сиденье. Хорошо хоть тут было не душно и в окно проникали лучи света, слышался шум ветра, шелест деревьев и громкие крики птиц.

Мы ехали через лес, где высокие деревья с густыми кронами тянули свои ветви к небу, словно пытаясь напитаться лучами яркого солнца. Иногда среди стволов мелькали тени мелких животных, но разглядеть их было невозможно.

Мне нравились ароматы леса: запах влажной земли, прелых листьев, коры, цветов и ягод. Особенно ярко они проявлялись после дождя, когда воздух становился более влажным и насыщенным. У травы всегда особенный запах – смесь свежести, зелени и легкой сладости, создающий ощущение свободы, которой у меня не было.

Мы направлялись в земли Дома Мечей. Я настороженно прислушивалась к разговору Мориона и его воинов, что ехали впереди. Все пыталась уловить, вдруг он что-то скажет о моей участи и дальнейшей судьбе.

Я притомилась, меня укачало, и я уныло наблюдала за пейзажем за окном. Вдруг карета остановилась, и в нее забрался Морион. Я от испуга отпрянула и вжалась в спинку сиденья. Его удивительные глаза цвета льда смотрели пронзительно, в них отражались сила и твердый характер. Темные волосы обрамляли скульптурные скулы и волевой подбородок. Правильные черты и красиво очерченные чуть полноватые губы ему добавляли красоты. Морион наклонился, рассматривая мое лицо.

– Не бойся меня, я не причиню тебе вреда, – произнес Правитель глубоким бархатным голосом.

– О да, я в заложниках вроде как, и мне нечего опасаться? – съязвила я.

– Тебе будет лучше у меня, поверь.

– Мне будет лучше подальше от всех вас, – дерзко выпалила я. – Отпустите меня!

– Не могу.

Я зло прищурила глаза. Внезапно Морион схватил меня за руку, я было дернулась, но его хватка была сильнее. Я испугалась и попыталась вырваться, он молча наблюдал за моими потугами. А потом Морион стал медленно развязывать шелковую ленту на моем запястье, обнажая знак Сейны – три проклятые звезды. Я испуганно замерла. И что он думает об этой метке? Как это отразится на мне?

Морион большим пальцем медленно погладил звезды, отчего у меня пошли мурашки по коже.

– Вот с этим тебе нигде нет жизни, Ноа.

Я закусила нижнюю губу, не зная, что сказать. Это угроза? Значит, и у него мне с этим знаком будет непросто?

– Сколько тебе лет? – резко переменил он тему.

– Семнадцать, – выдавила я.

– Когда у тебя день рождения? – продолжил он допрос.

– Скоро будет. Через пару недель.

Зачем ему это все знать?

– Ты родилась в полное лунное затмение?

– Да, – тихо пробормотала я.

– Тем более тебе лучше быть у меня, – выдал он странную фразу.

– Почему? – удивилась я.

– Узнаешь скоро.

И все, больше Морион ничего мне не сказал, и всю дорогу до Дома Мечей он ехал верхом, оставив меня в мучительных размышлениях, сомнениях, страхах и полной неопределенности моей дальнейшей судьбы.

Глава 6

Неизвестность

Замок Мориона Рокуды стоял на вершине холма, окруженного пышным зеленым лесом. Его высокие белые стены были украшены изящными узорами и орнаментами. Величественные башни замка устремлялись в небо, словно пытаясь достичь облаков и стать частью их белоснежной стаи. Вокруг замка раскинулся прекрасный сад с благоухающими цветами и тенистыми аллеями. Главный вход в замок представлял собой массивную арку, украшенную золотистыми узорами и большими дверями с эмблемой скрещенных мечей. Она же виднелась на флагах, реющих над замком.

Мориона встретили два суровых мужчины в кожаных доспехах, с которыми он что-то обсуждал, пока я страдала от жары в карете, обмахиваясь рукой. Правитель указал слуге в красной ливрее на карету и что-то ему приказал. Тот открыл мне дверь, и я наконец-то смогла выбраться наружу. Пятая точка болела, и кости, казалось, превратились в желе во время поездки.

Я молча, сжав зубы, проследовала за слугой, гадая, посадят ли меня в подвал на цепь. Вроде как я заложница. Слуги за мной тащили несколько чемоданов, будто я и правда аристократическая фифа, думающая только о нарядах. Ага, конечно, теперь меня богатством не проймешь. Мне нужны в жизни счастье и спокойствие. И что-то подсказывало, исходя из недавних событий, что не видать мне счастья, будучи Дочерью правящей семьи.

Интерьеры замка поражали великолепием и яркостью. Стены покрывали шелковые обои с золотыми узорами. Изящные статуи притаились в нишах, вазы с живыми цветами стояли на постаментах и наполняли воздух сладкими ароматами. В интерьерах использовались дорогие породы деревьев, множество изысканных деталей создавали картину роскоши и богатства. Перед огромным камином, украшенным мрамором, примостились роскошные диваны и кресла, обитые бархатом.

К моему облегчению меня отвели не в темницу, а на второй этаж, в комнату в самом конце длинного коридора, увешанного оружием и картинами со сценами баталий.

«Интересно, а мама Мориона где? Она здесь?» – вдруг заинтересовалась я. Когда в доме есть женщина, он сразу оживает, в нем комфортно и спокойно. Женскую руку выдают ажурная отделка, красивые узоры на вещах и мебели, изящные статуэтки и легкие ароматы.

Мои покои состояли из двух комнат: зала и спальни. И почти можно было назвать отдельной комнатой ванную. Бежевые с золотом ковры покрывали полы, персиковые шторы были подобраны в тон шелковым обоям. Деревянная мебель из орехового дерева с кремовой обивкой создавала уют.

Я ходила по комнатам, оглядывая, как я надеялась, временное пристанище, пока служанки забивали платьями мой гардероб. Подошла к окну и увидела высокий забор, огораживающий огромную территорию замка. По дорожкам ходила охрана, и ее было довольно много. Я поморщилась, легко сбежать не удастся.

И только было я решила пойти в ванную, как в комнату, предварительно постучав, вошла высокая девушка лет двадцати с карими глазами и черными блестящими волосами, заплетенными в косу.

– Госпожа Ноа, я теперь ваша служанка, – поклонилась она. – Меня зовут Рейна, и я к вашим услугам.

– Спасибо, Рейна, мне твои услуги не нужны, – довольно грубо отрезала я.

Она глупо хлопнула ресницами.

– Я сама со всем справлюсь, – чуть мягче добавила я. Она тут ни при чем, это я злюсь на ситуацию, которая сделала меня заложницей.

– Госпожа… – начала было служанка.

– Иди, я сама справлюсь.

– Через час Правитель ждет вас на обед, – сообщила Рейна.

Я кивнула. Когда девушка вышла, стала думать, могу ли я отказать Мориону и не прийти? Или я теперь должна подчиняться всем его требованиям? Я совершенно не хотела его злить. Вдруг он будет со мной грубо разговаривать и жестоко себя вести после таких выкрутасов? Я ведь не знаю Мориона и на что он способен. Надо присмотреться, а потом думать, какую позицию занять.

Покусав нижнюю губу, я решила освежиться после дороги, утомительной и нудной. А потом снять пыльное платье и сменить на что-то очень скромное, незачем привлекать к себе лишнее мужское внимание. Потому что мое беззащитное положение способно разжечь разные желания у Мориона, ведь ему все может быть дозволено по праву сильнейшего.

Я вздохнула, сетуя на свою судьбу, и подошла к гардеробу. Отыскала вроде бы скромное ситцевое платье цвета безоблачного летнего неба, волосы заплела в косу, на руку повязала шелковую белую ленточку.

Ровно через час меня сопроводили в обеденный зал на первом этаже. Солнце врывалось в комнату вместе с трелями птиц и ароматом пионов, играло зайчиками на светлых стенах и искрилось на гранях хрустальных бокалов. На большом дубовом столе блестели серебряные приборы, его поверхность была уставлена изысканными блюдами.

Во главе стола сидел Морион – он переоделся в белую рубашку и темно-синий жилет. Волосы спадали на глаза, чуть уставшие, но лучистые и притягательные. Слева от него сидел мужчина лет под сорок с грубыми чертами лица, жестким взглядом темных глаз и широким лбом, прочерченным морщинами, которые прибавляли ему возраста.

При моем появлении он внимательно на меня посмотрел, оценивая больше не как женщину, а как угрозу. От его взгляда я поежилась. Справа от Мориона сидел мужчина лет шестидесяти, с удлиненным лицом, карими глазами, смотревшими добродушно, и белоснежными седыми волосами, спадающими ниже плеч.

А возле седого мужчины расположилась девушка около тридцати лет с длинными волосами цвета бушующего лесного пожара. Тонкие черные брови на овальном лице были вздернуты – то ли от природы, то ли от надменного выражения. Она смотрела на меня нагло, и ее одежда была не по этикету слишком откровенной: зеленая рубашка расстегнута настолько, что показывала грудь почти на грани приличия, а ноги обтягивали кожаные брюки. «Любовница Мориона?» – мелькнула у меня первая мысль. Слишком развязная девица.

– Ноа, проходи, – не вставая, произнес Правитель Дома Мечей и указал на свободный стул возле сурового мужчины. Когда я осторожно присела, на всех посматривая с опаской, Морион решил меня представить.

– Знакомьтесь – Ноа Дорган, Дочь Дома Гроз, наша гостья.

Я почти заскрипела зубами. Во-первых, я не Дорган, мама дала мне фамилию Софикос, хотя, я так понимаю, она была выдумана. Но я не хотела иметь с Дорганами ничего общего! Во-вторых, я не гостья, как он меня представил, а заложница.

– Ноа, это Котон Ингиллан. – Правитель указал на мужчину с цепким взглядом. – Командор моей армии. А это – Ривейн Хилано, выдающийся волшебник нашего времени и мой главный маг, – представил он пожилого мужчину, и тот тепло мне улыбнулся, отчего и мое сердце немного согрелось, холод страха и неизвестности почти отступил. Вдруг кто-то в этом доме будет на моей стороне?

– А это Цера Варн, – улыбнулся Морион, глядя на красноволосую девушку, на что та ослепительно ему улыбнулась. – Она глава отряда специального назначения.

Ого! У меня брови поползли вверх, что это значит? Что за отряд такой? И она не его невеста, я так понимаю. Ага, значит, любовница!

Морион приступил к трапезе, отрезал кусочек от сочного стейка и макнул в клюквенный соус, запивая все красным вином. Цера уминала, иначе и не скажешь, рулет из спаржи и красной рыбы, сдобренной лимоном, сок которого стекал по ее губам, когда она его надкусывала.

Котон ел просто, по-мужицки, он явно привык бывать в походах и вкушать пищу, приготовленную на костре. В его тарелке находилось интересное на вид блюдо: круглый картофель, обернутый пластинками бекона и запеченный до аппетитной золотистой корочки.

Ладно, морить себя голодом я не буду, тем более что Морион тоже не собирается это делать. Попробовала ножку, как оказалось, утиную, и удивилась ноткам апельсина, которым она была приправлена. С малиновым прохладительным напитком съела еще нежнейшие рулетики с грибами.

– И надолго вы к нам, госпожа Ноа? – невинным тоном спросила Цера Варн. Я поперхнулась и враждебно посмотрела на нее. Знает же, дрянь, что я тут не по своей воле нахожусь. Поиздеваться решила? Я взглянула на Мориона, думала, он что-то ответит, но Правитель, видимо, решил не лезть в игры девочек и спокойно уплетал блины с сыром.

– Нет, завтра уже уезжаю, – со змеиной улыбкой выдала я.

– О, так ненадолго? Может, задержитесь? Посмотрите на наши коллекции лотосов? – издевательски улыбаясь, проговорила Цера.

– Я подумаю, – также осклабилась я.

– Ноа успеет все посмотреть, она остается на более долгий срок, – сказал Морион и бросил салфетку на стол.

– Будем рады вам, Ноа, – это произнес уже Ривейн Хилано. И только у него тон был теплый.

А я не рада. Я просто хочу сбежать отсюда далеко-далеко, чтобы меня никто не нашел.

Глава 7

Прошлое

Наверное, я разучилась спать. Со всеми тревогами и волнениями, опасностями и страхом я просто умру от недостатка сна. В первую ночь в Доме Мечей я не могла заснуть.

Вечер опустился на землю, окутывая все нежным шелковистым покрывалом. Солнце медленно катилось к горизонту, окрашивая облака во все оттенки розового и золотого. Воздух был наполнен ароматом цветов и травы, а легкий ветерок приносил прохладу после жаркого дня.

На небе уже начали появляться первые звезды, мерцающие, как маленькие бриллианты на темном бархате. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь пением сверчков и шелестом листьев на деревьях.

Показалась луна, и в комнату проникло скупое серебристое сияние.

Свет луны всегда меня притягивал, манил, не давая покоя. Думаю, так проявлялось наследие Сейны. Я часто задумывалась: «Ну что мне дал этот знак? Насколько же я опасна для мира, что меня надо убить?» Нет у меня никакой магии, и может, это вообще вранье, что отмеченные знаком Сейны опасны! А если все уже давно кануло в небытие, а нас убивают и боятся по привычке? Я не знаю подобных себе проклятых, но мне кажется, что магия Сейны давно умерла в этой жизни вслед за обреченными людьми, отмеченными ее знаком. Я привычно потерла руку с тремя звездами, которые могли в одну секунду разрушить мою жизнь.

Но прямо сейчас ее разбили отец и мужчина с глазами цвета льда высокогорных озер. Вдруг раздался громкий стук в дверь, напугав меня. Я замерла, думая, что делать и зачем ко мне кто-то пришел так поздно. Стук повторился, и я осторожно подошла к двери. Если захотят, все равно ее выбьют, потому что замок на ней легкий, так что пришлось открыть.

Это был Морион. Его расстегнутая наполовину рубашка демонстрировала крепкий торс и мускулистую грудь. Повелитель молча шагнул в комнату, заставляя меня отступить от испуга. Морион самоуверенной походкой прошел в мои покои и остановился посередине, разглядывая меня, сжавшуюся и гадающую, пришел ли он воспользоваться своей беззащитной заложницей? А если он будет меня насиловать? Я посмотрела на так и не закрывшуюся дверь. Может, сбежать? Повелитель очень высок и силен, за пару секунд меня догонит.

– Присядь, нам надо поговорить, – низким бархатным голосом проговорил он.

На дрожащих ногах я прошла к дивану и села, выпрямилась, положив руки на колени, словно прилежная ученица, хотя это просто не давало моим ладоням слишком уж явно дрожать.

Морион прошелся по мне взглядом и остановился на ногах. Внезапно до меня дошло, что на мне было надето! В моем гардеробе, казалось, вовсе отсутствовало скромное нижнее белье, которое бы прятало от посторонних глаз обнаженное тело. Поэтому короткая бежевая кружевная сорочка до середины бедра, видневшаяся из-под прозрачного халатика, открывала мои ноги выше колена.

И кто мне это все выбирал? Надеюсь, не отец. Меня аж затошнило от такой мысли. Я судорожно попыталась натянуть полы халата на колени, но не получилось, только чуть грудь не оголила. В горле пересохло от взгляда Мориона, в нем загорелось искорками чисто мужское любопытство. Я покусала нижнюю губу, раздумывая, не убежать ли мне переодеться в платье? Но мне не дали этого сделать, потому что Правитель Дома Мечей сел рядом.

– Ноа, ты пока этого не понимаешь, но тебе лучше быть у меня.

О! Как мой отец заговорил! И все-то они знают лучше меня, и где мне быть тоже! Только самое лучшее место – подальше от них!

Я враждебно на него посмотрела.

– Скоро начнутся события, в которых я обеспечу твою безопасность.

– О чем вы? Что должно случиться? – Морион меня порядком напугал этими словами. Что, будет война между ним и Араком?

– Ты сама скоро увидишь.

Так и не удостоилась я объяснений.

– Господин… Повелитель, пожалуйста, я не хочу быть в центре ваших разборок с Араком, просто отпустите меня, и я уйду, – взмолилась, надеясь его разжалобить.

– Тебе не будет лучше у отца. В свете наступающих событий ты можешь и не… Пострадать.

Ого! Он хотел сказать не выжить! У меня челюсть отвисла. А потом я чуть осипшим от страха голосом проговорила:

– Я просто уйду. К отцу не вернусь, затеряюсь в этой стране или в другой. И вы все обо мне забудете. – Я подалась вперед, заглядывая в глаза Мориона в надежде найти в них понимание и жалость ко мне.

– Ни я, ни твой отец тебя не забудут. Тебя найдут. И лучше бы это был не Арак.

– Почему? Что вы о нем знаете?

Морион что-то обдумывал, откинувшись на спинку дивана. Он явно просчитывал, говорить мне правду или нет. Но для меня это было жизненно важно!

– Арак – очень жестокий человек, ничего и никого не прощающий и не забывающий. Сын его, Ваид, вырос точной копией отца. И даже хорошо, что твоя мать сбежала. Она тебя уберегла.

– От чего? – подалась я еще ближе, стараясь не упустить ни слова.

Морион взял мою руку, которая утонула в его огромной ладони, и задумчиво погладил большим пальцем запястье с тремя звездами Сейны.

– От смерти тебя спасла мама.

Что? Я отшатнулась от него, вырвав руку. Мысли заметались в голове, словно черви, над которыми сняли пласт сырой земли, а сердце неприятно заныло в предчувствии дальнейших слов.

– Мне все рассказал мой отец – Тибера Рокуда. Правитель, до недавнего времени, Дома Мечей. Арак жесток, и для него власть важнее всего, даже семьи. Все правители Анцема знают, что он хочет стать единовластным королем. Мы видим его попытки плести интриги против всех сразу. Он пытается расшатать наши сложившиеся устои. Устраивает стычки среди Домов. Арак хочет развязать гражданскую войну, сталкивая правящие Дома. Но пока его держат в узде главы и армии, что у нас есть. Просто так отстранить кого-то от власти непросто. Раньше мы представляли собой разрозненные маленькие королевства, но сотню лет назад объединились в государство Анцем. Дворы стали Домами, и нам пришлось это сделать, потому что угроза от соседей, особенно Либры, была существенная. Когда мы объединились, стало проще обороняться, и мы подавили нападки других стран. Но твой отец чрезмерно амбициозен и решил подмять под себя все Дома Анцема и стать единоправным королем. И твоя мать сбежала с тобой, только родившейся, потому что отец твой хотел тебя убить.

– Что? – Я нахмурилась, пытаясь осознать услышанное. – Убить… – Попробовала на вкус такое страшное слово.

Морион недовольно поджал губы и кивнул.

– Такому, как Арак, не нужна дочь, помеченная проклятьем. Ему нужны неопороченные ничем дети, которые достойно продолжат его род. Ты была черным пятном на его репутации. Он бы тебя спокойно убил и заставил твою мать родить другого ребенка. Шарлотта спасла тебя от смерти, сбежав от жестокого мужа. Твоя мать подстроила все так, будто вы погибли всем отрядом в горах, когда перебирались через мост в каменном ущелье. Но Арак знал, похоже, что вы живы. Он предъявил всем ваши тела, подставные, как выяснилось теперь, и провел похороны. Он соблюдал траур, как положено, год и казался безутешным.

О да! Я видела, как он умеет играть! Жалкий лицемер! Урод! Скотина! Ярость переполняла меня, бурлила в венах, готовая выплеснуться наружу. Я сжала до боли кулаки, протыкая кожу ногтями.

– Значит, мама точно не сбежала с командором, как сказал мне Арак?

Морион покачал головой.

– У твоего отца был сонм любовниц. И Арак даже после свадьбы не особо скрывал их наличие. Шарлотта просто устала от него, его измен, грубого обращения с ней. Он вечно шел напролом. И, похоже, Арак всегда знал, где вы живете с матерью. Он дальновидный, отпустил вас и стал ждать, как разыграть при удобном случае эти карты.

Мы не карты! Мы с мамой не играли! Я так злилась на Арака, что готова была убить его. Огонь ненависти пылал в венах, окрашивая мир в багряный цвет.

– Арак знал, что ты можешь ему когда-нибудь понадобиться, и пересмотрел свое мнение о твоей смерти, остыл и стал строить планы. Ну и вот ты сейчас ему и понадобилась. – Морион прямо посмотрел на меня.

А я что? Вы все губите мою жизнь! Я отвернулась и уставилась в стену. Сердце билось о грудную клетку быстро-быстро, и пульс стучал в ушах. Мне было уже достаточно той правды, что разрушила меня. Я обняла себя за плечи и согнулась, мне хотелось закричать в полный голос, чтобы выплеснуть всю черноту, которой замарал меня Арак.

– После смерти моего отца грозила разразиться война между Домами. Но Главы не хотят ее. Вот твой отец и выкрутился, отдал самое дорогое – тебя в залог мира между нами. А скорее не дорогое, а самое ненужное.

Слова Мориона ранили, впиваясь в сердце острыми иглами, от которых кровь стекала и заполняла нутро.

«Ненужное» – какое же это слово страшное, когда выражает отношение родителя к своему ребенку. Губительное… Мне стало душно, не хватало воздуха. Я резко вскочила и подошла к окну, уставившись невидящим взором в небо.

Арак – чудовище! Я никогда в жизни не хочу его больше видеть! Мама… Ты спасла мою жизнь и ушла, я совсем одна. Попала в водоворот дворцовых интриг и стала разменной монетой.

Тяжелая рука легла на плечо.

– Ноа, ты должна еще знать, я не думаю, что твое пребывание здесь – гарантия мира… – Его слова сгустились вокруг меня, будто изначальная тьма вышла из глубин Бездны и стала душить.

Я понимала, что не нужна Араку, он легко меня и сейчас убьет, раз хотел это сделать с малюткой.

– А нельзя его как-то остановить? – повернулась я к Мориону. – Нельзя его сместить с трона Дома Гроз?

Это был бы залог моей безопасности!

Морион подумал и ответил:

– Власть в каждом Доме Анцема переходит только к наследникам. Войной можно было бы Арака убрать, но другие Дома не хотят ее развязывать.

– А вы? А вы можете ее начать? Он же убил вашего отца! – воскликнула я. Мне кажется, это хорошая была бы месть моему отцу.

– Я точно знаю, что он убийца, но пока не могу доказать это, чтобы судить твоего отца.

– Не называйте его моим отцом! – закричала я. – Никогда! Он мне никто!

Слезы потекли от злости из моих глаз. Я пыталась взять себя в руки. Не время сейчас их лить, потом… когда останусь одна…

– Ноа, ты здесь в безопасности. Я не дам Араку причинить тебе вред. Ничего у него не получится. – И Морион нежно прикоснулся к моей щеке, вытирая горькие капли.

– Но до вашего отца же он добрался… – всхлипнула я.

– Тибера был в отъезде, и якобы в дороге случился несчастный случай, от которого он погиб. Отец ехал по нашей территории с небольшим отрядом охраны. Но я знаю, что к этому причастен Арак. Только он точил зуб на Дом Мечей, потому что у нас территория более обширная, чем у него, и воинов больше. И у них был давний конфликт с моим отцом. Так что он поступил верно – устраняй сначала самого сильного врага.

О, то есть власть оправдывает все? Мне никогда этого не понять. «Надо же, как меня угораздило попасть под этот политический молот», – горестно вздохнула я.

Морион стоял совсем близко, я ощущала жар его тела, аромат свежести и леса, его силу и мощь.

– Я не хочу в этом участвовать, – всхлипнула я. – Отпустите меня, пожалуйста.

– Я не могу, – жестко произнес он.

Я вскинула на него глаза, лед обжег меня. Темница у Арака… Темница тут…

– Уйдите, пожалуйста, оставьте меня, – взмолилась я.

Он постоял еще пару секунд, молча разглядывая меня, а потом вышел, оставив в горе и осознании того, что проклятие точно меня настигло. Все было хорошо, пока не пришел Арак и не сломал мне судьбу. Вернее, он ее разрушил одним лишь неприятием и намерением убить меня сразу же после рождения.

Глава 8

Ожидание

– Ты их нашел? – услышала я вопрос Мориона, когда зашла в обеденный зал на завтрак. Правитель Дома Мечей и его помощники уже сидели за столом.

– Да, Морион. Близнецы: мальчик и девочка восьми лет. Они были в плохом состоянии, голодные, – отвечал ему командор Котон Ингиллан. – Но теперь все в порядке. Они здесь, и я их разместил вместе с другим детьми.

«Это про что они?» – навострила я уши, но мужчины замолчали, когда я зашла.

– Доброе утро, Повелитель, – легко склонила голову, разглядывая блеск глаз Мориона, что зажегся при виде меня. Он ответил мне легкой улыбкой.

– Доброе, Дочь Дома Гроз, – поприветствовал меня Ривейн Хилано. Он щедро намазывал булочку маслом.

Котон и Цера промолчали. То ли сами по себе были невежливы, то ли меня невзлюбили. А может, просто показывали, что я здесь никто – заложница. Цера так вообще зло сверкала на меня ярко-зелеными глазами.

«Когда я ей на хвост успела наступить?»

Я положила себе на тарелку тарталетки с утиным паштетом и отпила чай из изящной фарфоровой чашечки. А потом украдкой посмотрела на Мориона и решилась спросить:

– Повелитель, могу ли я выходить из замка? Я хотела бы погулять в парке.

– Да, Ноа, конечно, – буднично сказал он, словно я поинтересовалась, что будет на обед.

А для меня прогулки были очень важны – так я разузнаю длину своего поводка. Я склонила голову в знак благодарности.

– Все равно дальше забора не уйдешь, – криво усмехнулась Цера.

Вот обязательно надо ей было подчеркнуть мое положение в Доме? Она все время теперь будет меня подначивать?

– Котон, пойдем, ты мне нужен по делу, – быстро допил кофе Морион и встал со стула. Он сегодня был в рубашке антрацитового цвета и черных брюках. – Ривейн, ты мне тоже понадобишься, – бросил он своему магу.

Тот живо встал и направился к выходу за Правителем и командором.

Тишина повисла в обеденной зале. Я не смотрела на Церу, просто игнорировала ее. И спокойно уминала салат из нежных морских гребешков. Но ее внимательный взгляд чувствовала кожей, он неприятно покалывал, будто на мне был шерстяной свитер грубой вязки.

– Ну что, понравился наш Правитель? – вдруг задала вопрос Цера.

Я подняла на нее удивленный взгляд. Рыжая наглая девица сидела, откинувшись на спинку стула и положив ногу на ногу, а в руках крутила острый длинный нож. И нет, не столовый, а охотничий или боевой. Я гулко сглотнула – его зазубренное лезвие могло быстро и мучительно убить.

И до меня вдруг дошло, что Цера спрашивает про Мориона не как про Правителя, а именно как про мужчину. Она говорила словно ревнивая женщина.

Так… У нас тут любовница Мориона объявилась и предъявляет права на него. А сам-то Правитель знает, что у него такая ревнивая поклонница?

Отвечать я ей не собиралась, лишь ядовито кинула:

– А тебе никуда по делам не надо?

– Не-а, – ухмыльнулась она, демонстрируя ровные белые зубы.

– Тебя что, за мной приставили приглядывать? – вдруг пронзила нехорошая мысль.

Да мы же с ней поубиваем друг друга! Не знаю, как Морион ее вообще взял к себе!

– Нет, но присматривать за тобой все равно буду, – ухмыльнулась она, а ее глаза злобно блестели.

Я раздраженно бросила на стол салфетку и встала. Если у нее нет дел, то у меня их много. Я задрала нос и вышла из зала.

* * *

Я бродила по дворцу и разглядывала дорогое убранство, картины, статуэтки, пытаясь понять, натуральные ли камни в них вставлены или золотой ли у нимфы венок. В общем, искала я что стянуть, потому что, когда убегу, мне будут нужны деньги для того, чтобы скрыться. А бежать я собралась в соседнюю страну, а лучше за море. Пусть сами тут разбираются и воюют.

Я решила потихоньку красть драгоценные вещи. У них их тут так много, не обеднеют и не заметят. Главное, определить, ценны ли они, и важно еще, чтобы они были небольшие, мне с собой какую-нибудь драгоценную лошадь не унести. И тут я увидела жабку, которая призывно на меня сверкала глазками-изумрудами.

«А что это у нас тут такая красивая лягушка делает? Такая миленькая, прямо так и просится ко мне в карман!» Я воровато огляделась, но никого не приметила. Закрыла дверь музыкальной залы и взяла в руки жабу, ногтем стала выковыривать ей глаза. Спустя минут пять у меня получилось. Взвесив на руке маленькие изумруды, я быстро положила их в карман и, гордая собой, пошла в комнату прятать украденное добро. Статуэтку я повернула задом к комнате и поставила ее за часы.

Эх, жалко, что Арак не подарил мне украшений, как бы они сейчас пригодились!

Спрятав в сорочку первую свою добычу, засунула ее в нижнее белье. Я подумала, что в нем рыться служанки не будут. Грязное белье складывалось в корзину в ванной. Да и никто не станет думать, что Дочь Дома Гроз воровка.

А теперь я собиралась обследовать окрестности замка и строить планы, как мне отсюда выбраться с честно награбленным.

* * *

Великолепный сад замка Мориона поражал воображение. Здесь, на южной земле Анцема, согретой теплыми лучами солнца, раскинулись пышные деревья, создавая зеленый навес. Под их ветвями скрывались ухоженные дорожки, выложенные из гладких камней. Воздух, напоенный ароматами цветов и свежей зелени, хотелось вдыхать с наслаждением. Сквозь густой покров листвы пробивались солнечные лучи, наполняя сад теплым золотистым светом, они скользили по идеально подстриженным газонам, играли на глянцевых поверхностях изящных скамеек. Тропинки змеились по всему парку. Посреди сада возвышался сверкающий, словно бриллиант, фонтан.

Вокруг замка располагался высокий каменный забор, с виду неприступный, что меня сильно опечалило. Прогуливаясь между пышными кустами роз, яркие бутоны которых наполняли воздух нежным ароматом, я приметила прямо у высокой каменной стены могучий дуб. Его ветви, словно руки великана, простирались над землей, и казалось, под ним может укрыться от дождя человек десять.

В принципе, ночью перелезть можно, с дуба, например, прыгнуть на забор, а там как-то попытаться спуститься на другую сторону. Но, судя по всему, охрана была круглосуточная.

Я задумчиво рассматривала воинов, что ходили по дорожке вдоль замка и зыркали вокруг. И мне показалось, даже на меня недобро косились. Видимо, их предупредили, что могу сбежать. Я поджала губы и решила пройтись еще. И внезапно наткнулась на такое зрелище, что замерла, не в силах отвести глаза. На открытой площадке Морион сражался на мечах против четверых крепких воинов! Рубашка на Правителе была расстегнута до середины груди, открывая крепкие мускулы и гладкую кожу, поцелованную солнцем.

Его руки покрывали рельефные мышцы, что бугрились при быстрых и смертоносных движениях. Капельки пота окропили мужественное и жесткое лицо Мориона. Он исполнял танец смерти, а воины продолжали нападать на него. Но правитель Дома Мечей не зря носил титул Мастера Мечей, ему не было равных. Отточенные движения не давали передохнуть противнику, который превосходил его в численности. И вот один за другим воины отступали под натиском Правителя и были вскоре повержены.

На площадке, где проходил бой, послышались одобрительные хлопки и смех. Мориону подали полотенце, и он промокнул лоб. Служанка поднесла стакан воды, который Правитель залпом выпил.

Вот это зрелище! Неожиданный свист возле уха прервал мое восхищение. Я изумленно хлопнула глазами, неверяще смотря на клинок, который впился в ствол дерева в паре сантиметров от моего носа! Я резко отшатнулась и посмотрела вбок. Цера! Рыжая гадина стояла неподалеку и нагло ухмылялась, будто это так весело – кидать ножи в людей! А если бы она мне нос отрезала? Я сжала кулаки и пошла к ней.

– Ты что делаешь? А если бы ты меня убила? Или покалечила? – закричала я.

Она еще шире улыбнулась.

– Если бы хотела, то покалечила, – хохотнула она.

Ах ты ж тварь!

– Что тебе от меня надо? – вызверилась я.

– Ничего, – пожала она плечами как ни в чем не бывало.

Я не умела драться, как Морион, да даже хоть как-то. Иначе бы бросилась на мерзкую девицу. Цера меня унизила. Она дала понять, что может меня убить.

– Не смей так больше делать! – прошипела я.

– А иначе что? – приподняла она издевательски тонкую бровь.

Я откинула голову назад и произнесла:

– Ты пожалеешь.

– Смотри, как бы ты не пожалела, – бросила презрительно Цера и ушла.

Она жутко ревновала ко мне Мориона. А с чего бы вдруг? Мы с ним только встретились, и я у него в заложниках. Почему она решила, что я угроза? Или дело в чем-то другом?

Я смотрела вслед удаляющейся Цере и придумывала ей разные казни.

– Ноа… – Мои волосы качнуло теплое дыхание, скользнувшее по шее. Морион. Он неслышно подошел сзади, или я так была занята, придумывая планы мести для Церы.

Правитель надел кожаную куртку и застегнул рубашку, волосы чуть растрепались и ниспадали небрежной волной до плеч.

– Правитель, вы очень хорошо деретесь на мечах, – искренне произнесла я, глядя в льдистые глаза.

– Много тренировок, – улыбнулся он тепло. – Давай пройдемся.

И Морион двинулся по дорожке вглубь сада. Я устремилась за ним, поправив выбившуюся прядку из прически. Мы шли молча, и я ждала, что он первый начнет разговор.

Щебетанье птиц наполняло воздух переливчатыми трелями, их голоса смешивались в гармоничную мелодию, создавая атмосферу безмятежности и покоя. Листва тихонько шелестела от легкого ветра. Над пестрыми цветами разносился монотонный гул шмеля, и трепетали воздушные создания-бабочки, беззаботные и счастливые.

– О чем думаешь, Ноа? – задал вопрос Морион.

Я ответила, не смотря на него:

– Хочу иметь крылья и улететь отсюда. Далеко-далеко…

– Послушай. – Морион повернул мою голову к себе, взяв за подборок двумя пальцами. – Ты – Дочь Дома Гроз. В тебе течет кровь многих Правителей. Ты должна понимать, что такое не всем дано.

Я раздраженно мотнула головой, высвобождаясь из его рук.

– Я прекрасно жила до всего этого и так и собиралась провести жизнь, если бы не вы все.

– А вот с этим ты бы тоже провела хорошо жизнь? – Морион взял мою руку и снял шелковую ленту, обнажая знак Сейны.

– Я бы скрывала. И вообще, я не понимаю, почему нас убивают, если во мне нет никому угрозы? Где моя магия, которая якобы очень сильная?

Морион поглаживал большим пальцем мое запястье и пристально смотрел, нависая тяжелой глыбой надо мной.

– Ты слышишь ее? – тихо спросил он.

– Кого? – но я уже поняла, о чем он, – зов Сейны. Раздающийся в ночи, будто шепот ветра или шелест листьев.

– Словно ветер шепчет что-то, но не могу разобрать… – тихо проговорила я.

– Ты не спишь в полнолуние…

– Не могу, – покачала я головой. – Что-то не дает покоя. Пытается говорить со мной, но я не понимаю. И от этого мне плохо.

– Ночь – твое время. – Морион наклонился ко мне близко-близко, почти касаясь губ.

– Да… – выдохнула я и посмотрела на его четко очерченные чувственные губы.

– Ты ее сможешь услышать. Сейна тебя рано или поздно разбудит. – Он улыбнулся и провел рукой по моей щеке, легко лаская и поглаживая. – Сейна тебя наградила своей красотой, наполнила твои волосы серебром, а глаза… Они как отражение ее света.

В его глазах зажглись звезды, они были нереально яркими и горели колдовским огнем. Он смотрел будто прямо в душу. Я смутилась.

– Ноа, ты обладаешь властью и можешь сделать многое для таких, как ты. Спасти жизни и перевернуть представление об отмеченных Сейной.

Этими словами он удивил меня. Ему-то какое дело до проклятых?

– Но как? Какая власть у меня? Я в ваших руках, Повелитель. А мой отец просто, как игрушку, меня отдал! – Мне стало так горестно, что ком к горлу подступил и последние слова сорвались с губ сипло, оставив на языке неприятный осадок.

Я часто думала, неужели нельзя спасти подобных мне? Ну почему за нас никто не заступался?

– Не думай, что ты ничего не можешь. И никогда не забывай, в твоих венах течет кровь Правителей. И с тобой одна из самых сильных Богинь этого мира.

Он ушел и оставил меня с вопросами. А я подумала, неужели девушка, проклятая и отданная в заложницы отцом своему врагу, вообще может быть счастливой?

Глава 9

Семья

В библиотеку я забрела в поисках, чего бы дорогостоящего украсть, и еще за ответами, как выбраться из замка незаметно.

Высокие потолки украшали фрески с божествами мудрости и музами. Огромные витражные окна пропускали свет, который играл на стенах всеми цветами радуги. Стеллажи с книгами создавали собой темные коридоры. Тома на них были аккуратно расставлены и содержали вековой кладезь знаний. В центре стоял большой дубовый стол, на котором лежали рукописи. Воздух в библиотеке был наполнен ароматом старой бумаги и кожи, что создавало особую атмосферу. Здесь было тихо и спокойно.

Что бы позаимствовать для моих грандиозных планов разбогатеть за чужой счет, я не нашла. Зато, походив между полками, обнаружила много книг о стратегии войны, ведении боя и решила, что на войне же есть шпионы и в книгах должно быть написано о том, как незаметно перелезать через стены замков противников.

Я открыла книгу под названием «Искусство войны» и увлеченно стала читать.

– Ноа. – В комнату внезапно зашел Морион.

За завтраком я его не видела, только Котона и Церу, которая упорно не желала со мной здороваться.

– К тебе приехал твой дядя.

Я удивленно на него воззрилась.

– Кто приехал?

– Твой дядя, – просто сказал он.

– Но… У меня нет дяди! – всплеснула я руками.

Морион покосился на название книги, которую я читала. Пришлось тут же спрятать ее за спиной.

– Пора тебе узнать правду о себе, Ноа, – серьезно произнес Морион.

* * *

– У тебя есть дядя, он – Правитель Дома Горных волков – Галлен Киллиан. А твоя мать – Старшая дочь Дома Горных волков, – пояснил правитель.

Мне казалось, я в какую-то сказку попала. Только не очень веселую. И сколько еще от меня скрывают? Уж не внучка ли я какого-нибудь императора соседней страны?

– Идем, он ждет, – поторопил меня Морион.

* * *

Я настороженно смотрела на мужчину, что широко мне улыбался, когда я вошла в зал. Высокий рост, около сорока лет. Очень хорошо и богато одет. Белоснежные волосы ниспадали до плеч, лицо выглядело резковатым, на нем выделялись голубые глубокие глаза и мощный подбородок.

– О, моя дорогая племянница, – раскрыл он широко руки и двинулся на опешившую меня.

Обниматься с незнакомым мужчиной не хотелось, но ничего не поделаешь, вроде как родня. Он заключил меня в крепкие объятия, а мои руки остались висеть плетьми вдоль тела.

– Как же ты похожа на мою сестру! – Галлен Киллиан взял меня за плечи, внимательно разглядывая. – Если бы я только знал, что вы обе живы! Если бы наш отец только знал! – начал причитать он и, взяв меня за руку, усадил рядом с собой на диван.

– Вы правда мой дядя? – уставилась на него я.

– Конечно! Шарлотта мне родная сестра. И я тебя не успел увидеть малюткой, а так хотел! И как же отец горевал, узнав, что вы с мамой погибли по пути к нам домой, в родовой замок Горных волков. – На его лице отразилась печаль, отчего глаза потемнели до цвета сапфира.

– Но где же вы были все это время? Почему скрывались? – погладил дядя мою руку. Я постаралась не отодвинуться от него.

– Э-э. – Я не знала, что сказать. Правду? Про то, что мама меня спасала от смерти? Что отец хотел меня убить, потому что я ношу знак Сейны?

И почему Галлен сказал, что мы ехали в замок Горных волков?

– Недавно выяснилось, что Шарлотта влюбилась в командора Арака и сбежала с ним и Ноа, – спас меня Морион.

Галлен как-то недружелюбно посмотрел на него, но, когда перевел взгляд на меня, снова расплылся в улыбке. Он был очень похож на маму – такой же золотистый цвет волос, глаза небесно-голубые, прямой нос, только черты лица грубее и рост намного выше.

– Шарлотта умерла? – скорбно поджал губы Галлен.

Я кивнула в ответ.

– Да, год назад. – И в сердце вновь закровоточила рана, которая никогда не заживет. Матерей не забывают, мы их кусочек сердца, а они наш.

Галлен замолчал на некоторое время, сжимая мою руку. Его взгляд блуждал по полу, покрытому ковром цвета солнца.

– Ноа, а командор где? Мы все думали, что вы погибли, когда ехали к нам в замок. Нам же предъявили даже ваши могилы…

От последнего мне стало тошно. Любому бы, наверное, стало, ведь знать, что у тебя есть могила, – это страшно.

Врать придется и дальше, если уж рассказали ему сказку. И такой же версии придерживался Арак, потому что ему надо было как-то объяснить, где его жена пропадала семнадцать лет. Пусть даже история о том, что она сбежала с другим мужчиной, стала уроном для репутации Арака.

– Он умер, – сказала я, делая скорбный вид.

– Давно?

– Я была совсем маленькой и не помню его.

– Но после его смерти Шарлотта могла вернуться к Араку или к нам! Почему она этого не сделала? – нахмурился Галлен.

В разговор вступил Морион.

– Ты же знаешь, Галлен, твой отец Корос вернул бы Шарлотту обратно Араку! Бывший Правитель Дома Горных волков придерживался старых взглядов, что семья – это навсегда и жена должна терпеть все выходки мужа. Но Арак бы ее не принял после измены.

Морион сидел напротив, на диване, откинувшись на спинку и расставив широко ноги. Этакий небрежный и властный вид.

Но почему мама не сказала мне правду? Хотя бы что она Дочь правящей семьи?

– Это да, старик бы так и сделал, – задумчиво кивнул Галлен.

– А дедушка и бабушка, они где? Они приедут? – задала я вопрос, внезапно осознав, что у меня могут быть любящие родственники.

Как минимум у меня теперь есть дядя. И наверняка дедушка с бабушкой. У меня есть семья! Внутри я возликовала, и сердце запело. Я опять не одна!

Морион вскинул бровь, как-то странно взглянув на Галлена Киллиана.

– Корос покинул этот мир вскоре после твоей мамы.

«Наверное, от горя. Дочь ведь с внучкой погибли», – подумала я и сникла.

– А бабушка?

– Мидера умерла еще до твоего рождения, – печально вздохнул дядя.

– А… еще кто-то есть из родственников с вашей стороны? – Затаив дыхание, я ждала ответа от Правителя Дома Горных волков. Вдруг у меня есть братья или сестры?

– Нет, к сожалению, я один остался.

Я вздохнула и решила поддержать дядю, сжала его руку в ответ. Как, должно быть, ему одиноко. Мне кажется, Галлен хороший.

– Морион, я очень хочу пообщаться со своей племянницей, позволь, заберу ее с собой. Ей место в доме ее матери.

Я открыла от радости рот и выпрямилась, смотря с надеждой на дядю. Он меня освободит! Я уеду в дом мамы!

– Нет! – выдал жестко Морион.

Я со злостью на него уставилась. Держит тут меня в заложниках, вроде не причиняет вреда, но и ничего хорошего тоже не делает! И чего он ждет? Что он хочет получить, удерживая меня в плену?

– Морион, послушай, девочка недавно потеряла мать, а ведь есть я – ее родной дядя. Ей будет лучше со мной, – начал мягко увещевать Галлен. – Если отец Ноа так бездумно отдал ее тебе, то он дурак. Она ведь не простая девушка, а Дочь Дома Гроз и Дочь Дома Горных волков. Ее нельзя так просто удерживать возле себя.

Конечно, нет! Я теперь вдвойне статуснее! И больше не одна против ополчившегося на меня мира.

– Правитель, пожалуйста, отпустите меня с дядей, – стала умолять я, надеясь, что Морион сжалится и мы с Галленом его додавим. – Ну хоть ненадолго! А потом я вернусь к вам.

«Потом я сбегу, или дядя не отдаст меня ему», – строила я планы.

– Ноа останется здесь, – жестко отрезал Правитель Дома Мечей.

Дядя зло на него посмотрел, сузив глаза.

– Ты же знаешь, Морион, я это так не оставлю! – с угрозой произнес Галлен.

– Знаю! Именно поэтому Ноа останется со мной.

Вот же! А ведь Морион начинал мне нравиться! Как я ошиблась в нем!

Я так хотела пообщаться с дядей наедине, расспросить о маме, о ее детстве. Узнать все то, что она от меня скрывала. Может, я узнаю, почему она и от своей родной семьи пряталась? Но Морион не уходил. Не давал нам с дядей пообщаться, и из-за этого разговор не складывался и сам постепенно погас.

– Ноа, иди к себе, я хочу побеседовать с твоим дядей, – вдруг приказал Морион.

– Ступай, моя дорогая, мы потом с тобой еще пообщаемся, – погладил меня по плечу Галлен.

Я ему ласково улыбнулась и вылетела из комнаты. От злости слезы потекли из глаз. Теперь, если я убегу, точно знаю, куда податься! Я не одна – у меня есть дядя. Да еще какой! Правитель Дома Горных волков!

Я бежала по коридорам замка, пытаясь найти место для уединения, не хотела, чтобы меня нашли в комнате в расстройстве и смятении. Мне нужно было посидеть где-то в уголочке и пожалеть себя и свою судьбу. И меня привело в восточную башню. Я думала, там наверху просто чердак или забытые комнаты, а оказалась в зимнем саду!

Просторное помещение казалось оазисом спокойствия и красоты. Стеклянные стены и потолок создавали ощущение свободы и открытости, наполненности воздухом и светом. Неповторимую атмосферу леса создавали папоротники и орхидеи. Здесь было множество видов цветов. Некоторые деревья высокие и стройные, с пышными кронами, а другие низкие и раскидистые, с широкими листьями.

Пол был выложен разноцветной плиткой, создававшей красивый узор. В центре сада находился небольшой бассейн с кристально чистой водой, на поверхности которого плавали белоснежные лилии. Их нежные лепестки слегка покачивались на воде, на которой мягкий свет, льющийся из просторных окон, создавал мерцающие блики. В саду витало ощущение умиротворения и покоя. Вокруг бассейна расположились изящные кованые скамейки, покрытые золотистым лаком, с мягкими удобными сиденьями.

Я присела на одну и закрыла лицо руками. Мысли метались, словно испуганные птахи, я пыталась по кусочкам собрать жизнь мамы до моего рождения. Сама себе придумывала ответы на вопросы и представляла, что было бы, родись я ребенком без метки в семье Правителя Арака, в богатом замке, окруженная деньгами и властью? Или если бы мама убежала в отчий дом и я росла бы в другой правящей семье. Как бы сложилась моя судьба тогда?

– Ноа, – раздался голос Мориона.

«Он меня нашел! Плохо спряталась», – с досадой подумала я.

Вскочила, собираясь убежать от него. Не хочу смотреть на того, кто губит мою жизнь и будущее. И только было собралась проскользнуть мимо, как он схватил меня за руки и повернул к себе. Я начала отчаянно вырываться.

– Не трогайте меня!

– Послушай меня! Ты не знаешь своего дядю!

– И что? А вы мне дали его узнать? Я бы съездила ненадолго к нему домой, и все!

– Тебя бы там убили, – мрачно заявил он.

Я перестала вырываться и непонимающе уставилась на него.

– Что?

– Галлен не тот, кем кажется. Он убил своего отца, твоего деда Короса.

– Да вы ч-что… – стала я заикаться. – Не может быть! Вы сошли с ума! Это бред какой-то…

– Галлен Киллиан всегда хотел власти. Он жаждал захватить трон и устранял все помехи на пути к нему, – вбивал мне в голову правду Морион, словно гвозди в крышку гроба, в котором пришлось похоронить все недавние иллюзии.

– А ты не думала, почему твоя мать не пошла просить защиты от Арака у отца? Почему она скрылась от двух правящих Домов, предпочтя жить в нищете? Да, Арак жестокий, он ее бывало и бил, изменял, хотя она Дочь правящего дома. Но это династийный брак, и она обязана была подчиниться воле отца. И Корос Киллиан отправил бы ее обратно к ненавистному мужу, который еще вдобавок хотел убить родную дочь. Но не поехала она в Дом Горных волков потому, что спасалась от Галлена. Он ненавидел Шарлотту.

Морион сделал паузу. А я не могла поверить своим ушам, все было слишком для меня.

– Твоя мать – Старшая дочь Дома Горных волков. Галлен рожден после нее, а это значит – она Наследная дочь Дома. Наследница трона! А Галлен одержим властью не хуже Арака. Ходят неподтвержденные слухи, что, как только твоя мать якобы погибла, он стал травить мышьяком своего отца. За два года его прикончил и радостно сел на трон. Галлен просто псих. У него есть наложницы и дети от них, но он никого не называет наследником. Не хочет даже претендентов на трон из своих детей. Он съехал с катушек. Специально не заключает официальный брак ни с одной из девушек правящих Домов. Думает, как и Арак, что все хотят получить его трон. Если ты поедешь к нему – твой дядя тебя убьет.

Ноги ослабли, и я стала падать. Морион бережно усадил меня на скамейку. Я была в полном шоке. Мне казалось, что это происходит не со мной. Я стала видеть мир, словно через стекло, и сердце почти остановилось.

– И еще, Ноа, тебе нигде теперь не безопасно. Твой дядя знает, что ты можешь претендовать на его трон.

– Но я ведь не собираюсь причинять вред родному человеку! Я бы не стала! Надо просто ему объяснить, что я безопасна для него, – воскликнула я.

– Твоя мать – Наследная дочь Дома Горных волков. После ее смерти ты – полноправная наследница престола. И можешь спокойно сместить Галлена.

Я молча мотала головой, у меня не было сил больше сопротивляться ничему. Ведь сегодня я потеряла последнюю надежду и веру в людей. Крушение надежд – это знаете, что? Это смерть.

– Да, обычно так не происходит. Старшие дочери родов, когда выходят замуж, отправляются в другие Дома и передают права на трон ближайшим родственникам: братьям и сестрам. Но в свете того, какие у тебя взаимоотношения с отцом, ты спокойно можешь собрать совет Домов и установить свою власть. Закон на твоей стороне, Ноа, – продолжал спокойно вещать Морион, пока я умирала внутри.

Я не знала, что думать. Я не хотела думать. Это было слишком…

Отец – помешанный на власти ублюдок, ни во что не ставящий людей, чуть не убивший новорожденную дочь. Дядя – убийца собственного отца, человек, желающий смерти родной племяннице. И какая кровь во мне течет? Убийц? Диктаторов? Безумных королей, одержимых единовластием?

Я не готова к тому, что преподнесла мне жизнь. Я хочу все вернуть назад. Шагнуть в прошлое, в наш с мамой домик, сад с благоухающими красными розами, чтением по вечерам и мечтами о счастье, которое, как мама говорила, обязательно случится в моей жизни.

Глава 10

Зов

Жар наполнял вены, и дышать стало трудно, будто меня посадили в душную кладовку летом. Я стояла у окна спальни, широко распахнув окна. Луна зорко глядела на мир, излучая серебристый свет. Ночь только начиналась. Ветер, играющий в кронах деревьев, создавал нежные аккорды, а сверчки добавляли безмятежные нотки в симфонию вечера.

Кожу покалывало, будто в меня впивались тысячи иголок. Мне было неспокойно, на душе тяжело, и что-то словно тянуло, звало сквозь тысячи километров, но я не могла разобрать ни слова.

Я обняла себя руками, пыталась дышать ровнее и медленнее, но ничего не получалось. Дыхание сбивалось и становилось все жарче и жарче. И я решила поступить, как обычно делала, когда мне не спалось и просто надо было унять бег лихорадочных мыслей, – направилась в сад. Я любила ночь. Это мое время.

Ближе к сумеркам я всегда чувствовала прилив сил, и мне нравилось, когда шум суетливого дня растворялся в темноте, голоса и гомон стихали, и вступала в свои права Царица ночи – луна.

Выйдя в сад и проскользнув мимо охраны, которая, конечно же, меня заметила, но ничего не сказала, я прошла в самый дальний угол, укрытый деревьями, сняла туфельки и ступила на мягкую траву, которая тут же покрыла ноги влагой. Я так делала дома: выходила и стояла в ночи под луной, широко раскинув руки и запрокинув голову к необъятному черному небу с бриллиантовой россыпью звезд. Дыхание успокаивалось, и я наполнялась умиротворением. Казалось, сама растворялась в уюте ночи. Но не сейчас… Теперь мне это не помогало. Покалывание кожи только усиливалось, беспокойство все росло, ком застрял в пересохшем горле, голову, казалось, засунули в жаровню.

Полная луна, окруженная ореолом звезд, посылала мягкие лучи на землю, серебря деревья и траву. Вдруг она налилась кровью, и ее край будто отгрыз неведомый зверь. Темнота стала наползать на ночное светило, скрывая его все больше и больше. Полное лунное затмение! Ого! Я никогда его раньше не видела. Я завороженно наблюдала, как свет гаснет, а потом появляется бурый диск и светлеет до золотого, вновь воцаряясь на темном бархате необъятного неба. Ночное светило засияло еще ярче и радостнее, я широко улыбнулась. Свет луны прогонял мрак, освещая ухоженные дорожки, траву. Голова прояснилась, покалывание кожи прошло, и я расслабилась.

И вдруг мое тело будто бы покрылось золотой пыльцой. Через секунду охватила такая дикая боль, погрузив каждую клеточку тела во мрак, что казалось, разум расколется на маленькие кусочки. Меня выгнуло, я задохнулась от боли, глаза закатились. Хрип вырвался из горла, душа словно доживала в теле последние секунды. Яркий свет проник мне под веки, и я непроизвольно открыла глаза и увидела свет… Много света, что окружал, проникал в меня. Тонкие лучи тянулись от луны и пробивали меня насквозь. Боль текла по венам, красная пелена покрыла сознание, и мое сердце перестало биться… Темнота приняла меня в свои объятия.

– Дыши, дыши. – Чей-то голос слышался, будто через толщу воды.

Меня качало, словно в утлой шлюпке на волнах. Грудь судорожно сжималась, и что-то клокотало в горле. Я постепенно приходила в себя, боли уже не было, только слабость.

Осознание того, что произошло, вернее, непонимание, заставило меня оглядеться. Я лежала на траве, там же, где лунные стрелы пронзили меня. Рядом со мной сидел Морион, положив ладонь мне между грудей и обеспокоенно глядя на меня.

– Успокаивайся, все уже прошло, – твердым голосом выводил он меня из тьмы. – Пойдем, тут холодно.

Он легко подхватил мое безвольное тело на руки и понес. Я обвила слабыми руками его шею и, не в силах что-то говорить, положила голову ему на плечо. Мысли текли вяло, тягуче, словно ленивые облака в жаркий день.

Морион донес меня до покоев и уложил на кровать. Я подтянулась к спинке и обхватила себя руками.

– Что это было? – слабым голосом спросила Повелителя.

– В тебе проснулась магия Сейны, – мягко улыбаясь, произнес он.

– Ч-что? – Я удивленно на него уставилась, не в силах осознать сказанные слова.

– Сегодня – полное лунное затмение, как и в день твоего рождения, тебе на днях будет восемнадцать. Раз раньше магия не проснулась, значит, должна была пробудиться в день твоего совершеннолетия. Но полное лунное затмение случилось чуть раньше, и ты теперь благословлена Сейной.

– Магия проснулась… – осознавая случившееся, пробормотала я.

– Посмотри на себя. – Морион взял мою руку и указал на нее.

Я ахнула и выпучила глаза. Она сияла! Нет, я вся сверкала. Кожа будто была посыпана тысячами бриллиантов. Каждая пора, казалось, светилась.

– Что это? – Чуть не задохнулась я от испуга и удивления. Задрала платье до колен – ноги тоже мерцали.

– Держи, – с загадочной улыбкой Морион протянул мне круглое зеркальце в серебряной оправе.

Я поднесла его к лицу, и мои глаза округлились. Волосы будто бы излучали лунный свет. Я их потрогала, но видение никуда не делось. А на сверкающем тысячами бриллиантов лице особенно выделялись глаза, в их серебре мерцали десятки маленьких звездочек, будто настоящие.

– Ах. – Не в силах оторваться от поражающего воображение зрелища, я пыталась осознать, что со мной стало.

– Это магия, Сейна разбудила ее в тебе. Лунная пыль покрыла твою кожу и проникла внутрь, – погладил кончик моих волос Морион, его глаза тоже сияли и казались еще светлее.

– Я теперь все время буду такая? – осознав, чуть не задохнулась от ужаса.

– Нет, всего пару дней. Потом это пройдет и начнут проявляться другие силы.

– Какие? – Я все не могла поверить, что это правда. Трогала свою кожу, терла, думая, вдруг это краска.

Со мной случилось что-то невероятное! И моя мечта наконец-то сбылась. Я – маг! Но было так страшно… Во-первых, это проклятый дар. Во-вторых, что мне с ним делать? Как научиться им пользоваться?

– Разные могут быть силы. У Сейны многое припасено для детей, отмеченных ее знаком. И лунная магия почти всегда уникальна. Тем она и сильна. Есть известная всем: боевая, магия стихий, некромантия и другие. А Сейна дарует особую силу, которая может перекликаться с другими видами известной магии, а может быть и редкой.

– Откуда ты все это знаешь? – подозрительно уставилась я на него.

– Потому что я… – И Морион замолчал.

А до меня стало доходить. И я выдохнула шепотом:

– Тоже отмечен Сейной.

Он кивнул.

– Покажи! Покажи ее знак! – воскликнула я.

Он немного замялся, а потом встал и снял куртку, бросив на кровать. Медленно стал расстегивать рубашку, я завороженно уставилась на прекрасный торс, загорелую кожу, мощные плечи и рельефные кубики пресса. Правитель кинул рубашку туда же, куда и куртку, и повернулся ко мне спиной. Звезды, образующие треугольник, расположились у него между лопаток. Я встала и подошла к нему. Провела пальцем по отметке Сейны. Его мышцы спины и рук напряглись. От Мориона пахло теплом, свежестью горного ветра и еще чем-то очень приятным, его родным ароматом. Я водила в задумчивости пальцем по его коже.

– Так ты тоже проклятый… – тихо проговорила я.

Морион резко повернулся ко мне. Я не успела убрать руки и теперь касалась его твердой груди.

– Это не проклятье, Ноа. Запомни, – жестко проговорил он. – Это дар Богини. Кто-то когда-то испугался силы магов луны, потому что они могли забрать власть. Мысли о троне всегда будут будоражить людей. Господство над другими – вот что движет человеком и заставляет убивать и преследовать сильных. Тебе ли не знать, Ноа, на что способны власть имущие.

О, как я точно теперь это знаю! Все мои родственники – убийцы. И в них течет такая жажда единоличной власти, что они пойдут на все.

– Вам хорошо, вы же выросли в правящем Доме, вас скрывал отец в отличие от других отмеченных детей, – горько усмехнулась я и отошла от Правителя, сев на кровать.

– Мне повезло, да. Меня спас человек, который знал истину про отмеченных Сейной. И который желал восстановить справедливость и не убивать невинных детей.

– Вы про что?

– Тибера Рокуда – не мой родной отец. Я должен был умереть из-за таких же фанатиков-родителей, которые меня бросили младенцем. Тибера ехал как-то с отрядом и услышал писк ребенка возле озера в камышах. Он меня нашел и воспитал. А так как у него не было жены и детей, я стал для него сыном и наследником Дома Мечей. Он меня всему научил. Во мне проснулась магия, как и в тебе, шесть лет назад, в день моего совершеннолетия. Только не было лунного затмения. Магия пришла своим способом. Отец нанял мне наставника, который тоже знал о силе луны, – Ривейна Хилано.

И когда я увидел, как тебя притащили наемники к Дому Гроз, и заметил знак Сейны на твоей руке, то сразу же понял – я тебя спасу. Во что бы то ни стало. Я еще не знал, что ты дочь Арака. Но даже это бы не стало для меня препятствием – я бы тебя забрал оттуда. Тебе нужно научиться владеть магией, иначе… – Он сделал паузу, от которой у меня сердце пропустило удар.

– Что? – прошептала я.

– Оставшись у отца, ты могла бы натворить бед, потому что эта магия поначалу очень… неконтролируема. И тебя могли испугаться и убить.

Ужас, у меня нет слов.

– И что мне делать с ней, как научиться ей управлять?

– Я тебя всему научу, Ноа. И есть еще мой маг Ривейн.

Морион подошел ближе и взял мою руку, где сиял ярче звезд знак Сейны.

– Я тебе помогу, Ноа. Мы связаны самой Богиней.

И Правитель поцеловал мое запястье с отметиной. Жар прошел по моим венам, кровь прилила к лицу, опалив щеки, а сердце застучало быстрее.

Нас с Морионом связала Сейна…

Глава 11

Знание

Проснулась я от громкого возгласа служанки. Она смотрела на меня со священным ужасом. Я привстала, не понимая, что же ее так напугало, а потом до меня дошло. Я все еще сверкаю!

– Все нормально, так должно быть. Это просто магия, – успокоила я девушку.

Она кивнула, но все равно косилась на меня, пока меняла воду для цветов и ставила новый букет пышных белых лилий.

Я встала. Тело болело после вчерашней проснувшейся силы. Во мне словно волны океана перекатывались и будоражили кровь. В ванне я сделала воду немного прохладнее, потому что мне казалось, тело пылало или его медленно подогревали, как суп в чане. Не знала, что такие ощущения бывают при пробуждении магии. Это, надеюсь, недолго продлится. Но вроде от магов жалоб не слышала. Хотя Морион говорил, что лунная магия другая и все может быть. Несмотря на странное состояние, настроение было у меня преотличное. Моя мечта стать магом сбылась!

Немного взбодрившись, я зашла в гардеробную и внимательно себя осмотрела – глаза все так же светились сотнями звезд. Волосы превратились в жидкое серебро, а кожа сверкала, как бриллиантовая. Покрутилась перед зеркалом, сняв с себя одежду. «А красиво!» – подумала я.

Я бы такой согласилась остаться на всю жизнь. Очень необычно, но страшно представить, сколько вопросов ко мне было бы от окружающих.

«И что бы мне такое надеть?» – задумалась я и вытащила платье цвета ртути – очень подчеркнет кожу и волосы. Хотелось хоть пару дней пощеголять с прекрасной магической окраской. И в Доме Мечей мне ничего не грозит, хоть я и заложница, но Морион меня убережет от опасности. При воспоминании о мужчине, который также отмечен Сейной, у меня в груди потеплело. Он знает, что такое бояться несправедливой казни и что значит скрывать свой знак проклятого. Повелитель меня понимает. А глаза его смотрят с теплом и загораются светлячками, указывающими мне путь… Куда? К его сердцу? Я закусила губу, вспоминая его поцелуй на моем запястье. Теплые, бархатистые губы касались с нежностью.

«А если бы он меня поцеловал в губы?» – вдруг пришла мысль, и я застыла, придвинулась к зеркалу, проведя пальцем по своим губам. Он был бы нежен? Напорист? Каков бы был мой первый поцелуй? Такой, словно солнце обжигает, или сладкий, как сахар?

Надо идти уже на завтрак, а я тут мечтаю о Повелителе, который мне теперь ближе всех в этом мире. Он единственный меня понимает. Морион даже хотел меня выкрасть у отца, чтобы не бросать в период пробуждения магии. Он меня будет учить. Это значит, что мы с ним станем видеться часто. И прикасаться друг к другу… Я уже была в радостном предвкушении!

Я смутилась от таких мыслей, но во мне тут же загорелся огонек интереса, затлело желание узнать, каково это – руки мужчины, обнимающие крепко-крепко, и губы, порхающие по оголенной коже…

* * *

Гордо вышагивая по коридорам замка, я демонстрировала волосы и сверкающую кожу. Но знак Сейны закрыла – пока время не пришло выйти нам, подопечным лунной Богини, из тени.

Луна всегда светит, даже если ее закрывают тучи, и, если мы ее перестаем видеть, она все равно всегда там, на небе, она никуда не исчезает. Так и мы, дети Сейны, – наша магия все равно будет с нами, пока мы живы, и проявится в этом мире. Два светила в небе неизменны, это незабытые Боги, и нельзя уничтожить детей той, что вечна.

При виде меня, сверкающей и лучисто улыбающейся, Морион усмехнулся, а Цера, Котон и Ривейн удивленно на меня воззрились. Я невозмутимо села на свободное место через стул от Ривейна и аккуратно, как ни в чем не бывало, разложила салфетку на коленях.

– Тебе идет, – усмехнулся по-доброму Котон и закинул себе виноградину в рот.

– С пробуждением, Ноа, – кивнул Ривейн, хитро прищурившись. Его белоснежные седые волосы колыхнулись в такт голове.

А Цера уставилась на меня так, будто гремучую змею увидела.

– Приятного аппетита, – пожелала всем я и положила себе в тарелку большой кусок запеканки с мясом и грибами. Есть хотелось зверски.

Весь завтрак Ривейн сидел отрешенный, будто медитировал. Котон обсуждал дела с Морионом: финансы и строительство новой казармы.

Цера казалась потерянной, словно что-то ее сильно озадачило и сбило с ориентира. Похоже, это я ее так впечатлила. И, судя по виду Церы, нарушила какие-то планы. На месть, наверное. Ведь неизвестно, что у меня за магия, и не так легко будет теперь мне навредить. Я хищно улыбнулась своим мыслям и выпила стакан апельсинового сока. Почувствовала на себе пристальный взгляд Мориона, с интересом меня рассматривающего.

* * *

– Ноа, пойдем, я тебе что-то покажу, – взял меня за руку Морион после завтрака.

– Что, Повелитель? – заинтересовалась я.

Мне казалось, что моя жизнь должна теперь измениться. И я почему-то была уверена, что в лучшую сторону. Магия – это сила, и со мной многие отныне будут считаться.

– Можешь меня на «ты» называть, – предложил с улыбкой Морион, увлекая куда-то за собой по коридорам замка.

– Морион. – Его имя произносить было непривычно, хотя про себя я все время так его и называла. Вслух оно звучало лучше. – А теперь все будут сразу же понимать при проявлениях моей магии, что это лунная?

– Нет, многие не знают или не помнят, как она проявляется. Вместе с людьми, отмеченными Сейной, уничтожались и книги по лунной магии. Так что про нее знал только отец, Ривейн. Котон еще знает и Цера.

«Конечно! Наверняка она видела тебя и без одежды! Не будет женщина ревновать так сильно, если не было близости с объектом ее вожделения, – подумала я. – И сколько у него было женщин?» Покосившись на прекрасного, высокого и крепкого Правителя, я ощутила кольнувшую иглу досады.

– Я же много где применял магию луны, и никто не догадался, – продолжил он.

Морион завел меня в библиотеку.

– Отец собрал по всему свету оставшиеся книги по лунной магии, – произнес он, оглядывая кладезь знаний, даже тех, что канули в прошлое.

– Ого! – воскликнула я. – То есть я смогу о ней больше узнать?

– Сейчас принесу тебе книги.

Морион поднялся по деревянной скрипучей лестнице на второй этаж библиотеки и спустя минут пять принес три тома: толстых, в кожаных потрепанных переплетах и с изображением всех фаз луны на форзаце.

Я завороженно уставилась на них, с придыханием ожидая погрузиться в чтение.

– Ты можешь их пока почитать. – Морион сложил книги на столик возле удобного дивана с фиолетовой кожаной обивкой. – А позже я за тобой приду, и мы тобой займемся.

Я вспыхнула, почему-то мне показалось, что он имел в виду что-то неприличное. И… желанное мной. Я себя не понимала. Никогда раньше в своих мыслях дальше поцелуев с парнем не заходила, а тут только об этом с утра и думаю.

Брови Мориона иронично вздернулись вверх, он словно прочитал мои потаенные развратные мысли, и я потупилась от стыда, запылав жаром, который окрасил мои щеки и шею.

– Мы начнем твои тренировки. – Он точно пояснил для меня, бесстыжей! Я была уверена.

* * *

Лунная магия – изначальная магия, она стара как мир. Ночное светило не менее важно, чем солнце. Луна напитывает энергией окружающий мир, ночью и днем даруя уникальную магию и силы.

Награжденные знаком Сейны могут многое: боевые трансформации, заклинания, перевоплощение, оружие из лунных энергий. Внушение, чтобы обратить войска противника в бегство. Влияние на сны, сведение с ума кошмарами и проникновение в самые удаленные уголки сознания человека.

Картинки и текст в книге изображали и описывали неимоверные магические возможности, раскрывали суть луной магии. У меня руки дрожали от осознания того, что я тоже могу этим обладать. Ведь пока неизвестно, какой дар у меня откроется и чем именно я владею. И такая гордость меня охватила, что я стала магом! Я выпрямилась и задрала нос, тренируя взгляд свысока.

Просидела я в библиотеке до обеда, а заглянувшей ко мне служанке сказала принести еду сюда. Поедая конвертики с яблоками и орехами, продолжала читать и пыталась понять магические формулы. Но, к сожалению, я не знала основ магии. Но обещаю себе усердно учиться!

Как же много мне открылось! И хорошего, и плохого. Жизнь закрутила меня в водовороте событий, и я не знала, как справиться со всем навалившимся. Чувствовала, что эмоции меня переполняют, а теперь и магия зудела внутри, покалывая, и волнами приливала к горлу, не давая покоя. Мне казалось, что я просто взорвусь. И лучше бы рядом никого не было в этот момент.

Глава 12

Обучение

Сыростью и затхлостью пахнуло из зева подвала. Серые угрюмые узкие каменные коридоры наводили страх и трепет. Морион уверенно вел меня по подземным лабиринтам своего замка.

Когда он пришел за мной в библиотеку и сказал, что нам пора идти учиться, я и не предполагала, что это будет происходить в сырых и мрачных подземельях. Было страшно идти по ним, прислушиваясь к звукам своих шагов, что отскакивали от стен коридоров эхом и улетали вдаль, пропадая во мраке.

Я боялась: «А если Морион решил бросить меня в камеру и запереть? Вдруг он все же передумал со мной хорошо обращаться и преследует свои цели, а меня обманул?»

Зубы стали отбивать дробь, я поверила своим мыслям. И еще больше напугалась, когда Правитель с глухим скрежетом отпер железную дверь, открывая помещение, наполненное тьмой. Морион жестом предложил мне пройти первой. Конечно же, я не стала этого делать! Тогда он слегка подтолкнул меня в спину, и мне все же пришлось войти. И тут же я услышала скрип двери, а магические светляки, что освещали наш путь по подземельям замка, остались за ней.

– Морион! – отчаянно воскликнула я.

– Я здесь, не бойся, – раздался позади меня спокойный голос Правителя.

Я выдохнула с облегчением. Я тут не одна, в пасти безумной тьмы.

Морион без ошибки нашел мою дрожащую от страха руку и повел куда-то. Его широкая ладонь, теплая и твердая, уверенно меня держала. Я ничего не видела, все казалось, что упаду в яму, которая ведет в саму Бездну.

Свет моего тела, покрытого лунной пылью, не был ярким и лишь слегка разгонял мрак.

– Морион, – жалобно позвала я. – Мне страшно, давай отсюда уйдем.

– Ты хочешь овладеть магией? – строго спросил он.

– Д-да, – дрожащим голосом откликнулась я.

Тьма будто закутывала меня в одеяло, сначала мягко, а потом стала душить. Я часто задышала.

Морион взял меня за плечи:

– Если тебе страшно, разгони тьму. – И его руки исчезли, тепло его тела растворилось в темноте.

– Как? – воскликнула я.

– Слушай себя. Загляни внутрь. Пробуй.

– Но я не знаю, что пробовать! – И закружилась нервно на месте.

– Остановись. Закрой глаза. Прислушайся к себе, – четким ровным голосом давал указания Морион. Я не могла определить его местонахождение. Будто бы он был везде и нигде.

Я судорожно выдохнула. Закрыла глаза и попыталась успокоиться. Стояла так пару минут, сердце стало биться ровнее. И внезапно я услышала что-то… Шепот. Еле слышимый, словно ветер в лесу колыхнул листья деревьев. Я попыталась различить звук, но вновь воцарилась тишина.

Сейна, помоги разогнать тьму! Помоги научиться всему, что ты мне дала!

Шепот стал сильнее, и вдруг тело закололо тысячами иголок, будто их разом воткнули в каждую пору кожи. Волна жара хлынула по ней. Кончики пальцев похолодели, а ступни стали ледяными.

Осознание пришло разом: луна разгоняет светом тьму. Она всегда на небе, неизменно, как и свет ее не пропадает за облаками. Он всегда там. Лунный свет во мне, в венах, его надо лишь отпустить. И облегчение вышло из меня вместе с выдохом. Я ощутила колебания воздуха вокруг, и пришло чистое осознание. Я открыла глаза. Свет… Много света. Лучи развеяли тьму, прорезали пространство большого с высоким потолком подземелья. Лунное сияние высветило капли влаги на стенах из неотесанного камня, поросли мха и неровный пол. Серебристые блики наполнили помещение мягко и таинственно. Эти лучи исходили из всего моего тела! Я оглянулась. Морион, подсвеченный сиянием, с колдовским блеском глаз одобряюще улыбался мне.

– Я теперь так всегда смогу делать?

– Да, запомни ощущения и воспроизводи их, когда будет нужно. Сейна в темноте тебя никогда не оставит. Если ты не захочешь пребывать в ней сама.

– Ух ты! – покрутилась я на месте. – Здорово!

Я подняла руки, от чего еще больше серебристых лучей выстрелило во мрак, раскрашивая пространство магией, и засмеялась. Блики прыгали по стенам, создавая причудливый рисунок, я вертела руками, и лучи, словно волны бурного моря, заполняли комнату и становились ярче.

Вдоволь наигравшись, я спросила Мориона:

– А твой свет? Такой же?

Он покачал головой.

– Покажи! – потребовала я.

– Погаси свои лучи.

Легко сказать, а как это сделать? Промучилась я минут пять, пока сообразила.

– Будешь тренироваться, быстрее научишься управлять лунными лучами, – наблюдая за моими потугами, высказался Морион. Он ходил вокруг меня, заложив руки за спину, словно строгий учитель возле нерадивого ученика.

Наконец все погасло, и темнота поглотила подземелье, окутывая своими ласковыми и мучительными объятиями.

– Ночь – наше время. Луна – наш неизменный наставник. – Теплое дыхание колыхнуло волосы возле уха, а жар тела Мориона согрел. Я украдкой вдохнула будоражащий меня аромат Правителя – тепла и кедра.

И вдруг с потолка стал падать снег! Я широко открыла глаза и протянула руку вперед. Подземелье все искрило и наполнялось серебристым светом.

– Это же… – начала я.

– Лунная пыль, – с улыбкой произнес Морион.

– Как красиво… – завороженная зрелищем, произнесла я. – Это намного красивее моих лучей! – немного возмутилась, оборачиваясь к Правителю.

– Тебе только так кажется. Ты прекрасна, Ноа. – И так это прозвучало, что я точно поняла, это относится не к моей магии, а лично ко мне.

Я завороженно уставилась в глаза Мориону, глубоко в недрах синего льда блестела лунная пыль, делая их волшебными.

– Но это не просто красота, Ноа, это и оружие.

Волшебство мгновения пропало с его словами.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась я.

– Моя пыль легко превращается в цемент, блокируя дыхательные пути человека. Мгновенно удушая.

Я с ужасом отшатнулась от него и непроизвольно задержала дыхание, будто прямо сейчас он это сделает со мной. Морион улыбнулся одним уголком красивых губ.

– Ты думаешь, что сама безобиднее? – приподнял он иронично бровь.

– О чем ты? – Мне стало нехорошо от предчувствия.

– Твои лучи… Пока я точно не знаю, но они опасны, и тренироваться ты будешь только при мне. Они точно так же смертельны. Сила предполагает власть. А власть строится на страхе и подчинении. За счет оружия, воинов и боевой магии. Лунная магия – одна из самых древних и сильных в мире, так что безобидной она не может быть точно.

Я задумалась, а хочу ли быть сильным магом? Я же только абстрактно мечтала о владении волшебством, не загадывая, чем именно могла бы заниматься.

Власть… Я – Дочь двух правящих Домов. Она у меня есть. А если она будет приправлена сильной магией? Что я могу тогда сделать? И как это использовать?

* * *

Языки пламени лизали дрова, отбрасывая танцующие тени на потолок и стены комнаты. В воздухе стоял приятный аромат горящих сосновых поленьев. Уютный треск и тихие мелодии ночи, доносившиеся из приоткрытого окна, располагали к умиротворяющей беседе. Сегодня мы ужинали в небольшой комнате, увешанной трофейными головами. Олени, лоси, кабаны и даже волки смотрели на нас своими стеклянными глазами, будто недоумевая, как они тут оказались. И в зале мы находились вдвоем с Морионом. Не знаю, где были остальные неизменные участники трапезы Дома Мечей, но мне было уютнее с Правителем наедине.

Морион покачивал бокал рубинового вина и задумчиво смотрел на огонь в камине. Я ела пряную рыбу, тушенную в сметане, и украдкой наблюдала за Правителем из-под опущенных ресниц. Молчание не давило, оно сближало. Наша общая тайна, магия, судьба – быть награжденными Сейной удивительными способностями и считаться проклятыми в стране, где дары Богини под запретом.

– Морион, ты расскажешь больше о лунной энергии? – Я положила ладонь на его руку. Мне так захотелось до него дотронуться, что не стала себя сдерживать. Он вышел из задумчивого состояния, посмотрел на меня и накрыл мою ладонь своей, утопив в тепле. Наклонившись ближе ко мне, выдохнул в губы:

– Обязательно, лунная пташка, ты все узнаешь со временем.

– Повелитель! – В комнату влетела Цера и встала как вкопанная, наблюдая интимную сцену почти поцелуя. Она побледнела, прокашлялась и подошла ближе, смотря на наши руки, как на ядовитую змею.

– Что случилось? – спросил Морион.

– Беллинда. Она нашла подвал. Там удерживают девушек.

Морион кивнул.

– Отлично, езжай с отрядом Котона.

Цера кивнула и выбежала из комнаты.

Морион откинулся на спинку широкого кресла и сосредоточенно стал стучать пальцем по столу. Я решилась осторожно спросить:

– А что нашла Беллинда?

Морион отрешенно посмотрел на меня, словно пребывал не здесь, а потом все же ответил.

– В наших землях есть барон Мирстаг, на которого стали поступать жалобы, что он совращает девушек, которые живут в ближайшей деревне. Несколько дней он удерживает их, насилует, а потом отпускает, заплатив приличную сумму. Но не так давно пара девушек не вернулась. Их искали военные, подозрения пали на барона, а доказательств не было. Я приказал отряду Церы узнать. И одна из ее девочек проникла в дом барона под прикрытием служанки и вот выяснила, что пропавшие девушки там. Хорошо, что живы. Барона возьмем под стражу и накажем.

– О, – протянула я. – А Цера вообще кто?

– Цера? – приподнял бровь Морион. – Она возглавляет отряд умелых девушек, подготовленных воинов, шпионок. Они с виду безобидные создания, все красивые, но очень опасные. В совершенстве владеют знаниями о ядах, холодным оружием и женскими чарами. Ведь куда не может попасть ни один мужчина, сможет пройти женщина, с виду безобидная и беззащитная. Она способна применить такие методы, которые не подвластны воину. Мне очень повезло, что я встретил Церу.

Вдруг ревность пробудилась во мне и глухо зарычала внутри. Я была уверена, что они были или есть любовники.

– И как ты встретил эту Церу? – Яд в голосе моем так и сочился, но Морион не обратил на него внимания. Или сделал вид, что не услышал.

– Три года назад я ехал по лесу с отрядом. И услышал женские крики, мы кинулись на помощь и увидели, как Цера сражается с тремя мужиками-бандитами. Они напали на нее и ее младшую сестру, когда те шли в город. Цера не сдавалась и так отчаянно сражалась, что вызвала уважение у меня. Мы помогли девушкам, и меня она заинтересовала. Я пригласил Церу на ужин в замок, мы поговорили с отцом и решили взять ее на службу. А потом создали под ее предводительством отряд смертельно опасных девушек. И они очень даже хорошо зарекомендовали себя в деле.

Я фыркнула. Не хотела, но само вырвалось. Будто мне не о воинах-женщинах говорили, а об отряде наложниц.

Морион усмехнулся. Он понял, что я ревную, и его это позабавило! Мне было стыдно и одновременно хотелось что-то разрушить в комнате. Я покосилась на графин с вином. Даже сощурилась, думая, не разбить ли его… Желательно об голову Мориона.

Правитель с интересом за мной наблюдал, будто за подопытным кроликом. Мне было вовсе не смешно, и я от греха подальше решила уйти. Резко встала, так что стул пробороздил пол, и вылетела из комнаты.

Глава 13

Надежда

Утром в зеркале я заметила, что лунная пыль на мне почти не видна, лишь в глазах все еще сверкают звезды. Ночь прошла беспокойно, будоражили мысли о настоящем, отце, дяде и проснувшейся магии. Зудели в подсознании, как рой ос, не давали покоя. Я все никак не могла поверить в происходящее, и события так быстро развивались, что мне казалось, прошел уже год, а не пара недель, как я все узнала. А Морион… его глаза меня везде преследовали, они тянули и манили в глубину таинственных ледяных вод. Только они не обжигали холодом, а сводили с ума, и теплота разливалась по венам. Я хотела все время видеть Мориона, наша тайна связывала покрепче всех уз. Проклятые дети луны, которые пытались выжить в жестоком мире, пытавшемся убить их с детства. Он со мной, рядом, сказал, что меня не бросит и спасет. Научит всему…

Я улыбнулась себе обнадеживающе и пошла собираться к завтраку. Внезапно в дверь постучали, и я не добралась до гардеробной. Открыв дверь, обнаружила там свежо выглядящего Мориона, он улыбнулся широко.

– Ты умеешь ездить верхом?

– Что? Я… Да… – Немного растерялась, не ожидая его прихода и такого вопроса.

Взгляд Мориона скользнул по моим голым до колена ногам и задержался на груди, которая была отчетливо видна из-под прозрачного белого шелкового пеньюара.

– Ой! – Я стыдливо прикрыла грудь рукой.

Морион ухмыльнулся и произнес:

– Одевайся. Жду тебя внизу. – И ушел, оставив на моей коже почти осязаемые дорожки жара, будто горячее дыхание Повелителя прошлось по обнаженной мне.

Так, есть ли в моем гардеробе брюки? Я рылась в ворохе кружев, шелка и органзы. Я так и не удосужилась пересмотреть все наряды, что привезли в замок Повелителя Мечей вместе со мной.

Ездить на лошадях я умела, этому учили с младших классов в нашей школе. И неплохо справлялась, надо сказать.

Уже подумывая, что придется ехать в юбке, сверкая голыми ногами до бедер, я все же откопала белые брюки. Они сидели на мне плотно, как чулки, обтянув фигуру и показывая все мои достоинства. Но так неприлично, посчитала я. Нашла длинную широкую бежевую юбку и разрезала ее до бедер. Нормально получилось, будто так задумано. Надела ее и жакет из темно-синей шерсти, расшитой золотыми цветами. Волосы убрала в высокий хвост и выбежала из комнаты в предвкушении чего-то очень хорошего.

* * *

Солнце ярко светило в высоком ясном небе, приветствуя новый день. Ветерок, легкий и нежный, едва колыхал листья деревьев, создавая тихую и умиротворяющую мелодию. Синева неба была настолько глубокая и чистая, что казалась воздушным бесконечным морем.

Перед замком на черном вороном коне восседал Морион. Он оглянулся, осматривая мои ноги, что открывались из-под шуршащей юбки. Мне предоставили невысокую на вид смирную белую лошадку. Слуга помог сесть на нее, и я выпрямила спину, легко улыбнувшись Правителю. Его глаза лукаво блестели.

За воротами замка расположился городок, встретивший нас привычными звуками: стуком копыт и скрипом колес, выкриками торговцев, резким лаем собак на шумную ватагу мальчишек, пробежавших мимо. Запах дыма от печей в домах и копченого мяса смешались с пронзительным ароматом ванили, исходившим из хлебопекарни.

Мы проехали через весь город и выбрались на тракт. По нему катились многочисленные повозки. Мимо проехал отряд воинов, сделавших приветственный жест Правителю. Мориону помахали две ослепительно красивые девушки в прогулочной карете без верха, они томно глядели на него из-под кружевных белоснежных зонтиков. Повелитель на них лишь мельком взглянул. Я заметила это, потому что ядовитая змея ревности уже свернулась в груди. Я не понимала себя, Мориона же знаю совсем мало, откуда такие эмоции? Откуда во мне столько бурлящей страсти? Никто мне ничего не обещал, я просто заложница в его доме. Хотя уже нет, просто мне некуда ехать со своей нестабильной магией. И Морион мне помогал, ведь я тоже проклятая.

Симпатия к Правителю у меня точно была, и сильная. Морион очень красивый мужчина, и цвет его глаз – высокогорных озер – зазывал утонуть в своих водах. И губы у него… Такие чувственные, чуть полноватые, что манили и обещали страстные поцелуи.

– Нам недолго ехать, – прервал мои мечты о нем же Морион.

Я кивнула в ответ.

Мы двинулись вдоль полей, раскинувшихся до самого горизонта, покрытых зеленым ковром из мягкой травы и яркими полевыми цветами. Воздух наполнялся медовым ароматом соцветий и свежескошенного сена. Ветер колыхал траву, нежно касался моей кожи и игриво улетал вдаль. Высоко в небе парили птицы, радостно щебеча и приветствуя солнце, что щедро грело всех в равной степени.

Через некоторое время мы выехали к поместью, спрятанному за высоким каменным забором. Его ворота охраняла стража.

И что там? Куда Правитель меня везет?

Воины отсалютовали Мориону и впустили нас внутрь. Трехэтажный огромный дом с увитыми вьюнком стенами из красного кирпича, крышей с крутым скатом и овальными мансардными окнами был на вид уютный. Верхние этажи украшали балконы с коваными перилами и горшками с цветами на подоконниках.

Но многочисленная охрана придавала тревожности пасторальной картине. Интересно, тут кого так охраняют или, наоборот, не дают уйти? Что-то мне плохо стало от предчувствия, зудевшего, словно комар возле уха. Я столько уже всего нехорошего увидела за эти дни, что просто не ожидаю радостных новостей. Нервно кусая губу, я поехала по шуршащей гравием дорожке следом за Морионом. Мы с Правителем спешились, и слуга отвел наших лошадей в конюшню.

– Где они? – спросил Морион одного из гвардейцев, усатого дядьку с буйными кудрями, выбивающимися из-под форменной фуражки.

– На заднем дворе, Правитель, – поклонился он.

И кто там? Мне не объяснили. Я почти бежала за быстро шагающим вперед Морионом. С моим ростом мне было не угнаться за высоким мужчиной, а он не спешил подстраиваться под меня.

Задний двор оказался просторной площадкой с коротко стриженной изумрудной травой. Словно стражи, ее окружали высокие деревья, мрачно покачивая ветвями. На поле я увидела около двух десятков подростков. Они гуляли, разговаривали, дурачились. А посреди поля стоял маг Мориона – Ривейн Хилано. Старик что-то объяснял двум близнецам: белокурому мальчику и девочке лет десяти. Морион остановился, и я подошла к нему ближе. Ривейн его заметил, что-то сказал детям, и они убежали играть в мяч, а маг двинулся в нашу сторону.

– Как они? – снимая кожаные перчатки, спросил Морион.

– Все хорошо, учатся, – безмятежно ответил Ривейн. Мне все время казалось, что он находится в полном покое и внутри него штиль. Уравновешенный, но могучий, как ленивый зверь пустыни, очень опасный, только если его тронуть.

– Позови нам Дилора и Шейна, – приказал Морион магу.

Тот окликнул по именам ребят, и к нам подбежали два паренька. Один лет тринадцати, высокий, но еще по подростковому неуклюжий, со слишком длинными руками и ногами, но жестким выражением темных глаз. Второй светловолосый мальчик лет десяти, пухлый, с круглым раскрасневшимся лицом.

– Правитель! – поклонился нескладный подросток, с уважением глядя на Мориона.

– Здравствуйте! – с восхищением громко выпалил колобок.

– Как у вас дела? Как движется обучение магии? – Глаза Мориона потеплели, и он улыбнулся мальчишкам.

– О, так все интересно преподает господин Хилано! – принялся тараторить, чуть проглатывая слова, пухляш.

– Покажете что-нибудь? – лукаво изогнул бровь Морион.

– Да, можно, – кивнул мальчик постарше. И отошел от нас на метр. Свел руки, закрыл глаза, выдохнул, и вдруг над ним воспарил огромный сокол! Он переливался серебром и мерцал.

– Молодец, Шейн, лунный вестник – это хорошо, – одобрительно кивнул Морион.

Я сморщила лоб. Что-то я упускала… Никак не могла ухватить ускользающую мысль.

– А ты, Дилор? – спросил Морион.

Пухляш просиял и картинным движением, словно вытаскивая из ножен, которых у него не было, материализовал синий кинжал. Его клинок отливал сапфировым светом.

– Очень хорошо! – кивнул Морион.

Парни важно задрали носы. Сокол сделал круг над нами и сел на руку Шейна. А Дилор подбоченился, будто позировал для художника.

– Парни, это Ноа, – представил меня им Морион. – И она тоже отмечена Сейной.

Тоже? И тут до меня дошло! Лунный сокол! Лунный клинок! Я видела их в книге про лунную магию!

– Нас становится много! – воскликнул Дилор, еще больше краснея.

– Спасибо вам за все, Повелитель, – произнес серьезный Шейн.

– Идите, парни, вам надо учиться дальше, – отпустил их Морион. А когда они ушли, сопровождаемые Ривейном Хилано, я обернулась к Правителю и взволнованно затараторила:

– Морион! Кто они?

– Они все – отмеченные Сейной, как и мы с тобой.

– Но как? – В горле застрял ком, и от этого голос показался сиплым.

– Мы их спасаем от казни, привозим к нам в поместье. Эту операцию по спасению еще мой отец начал. У него по всей стране есть шпионы, кто ищет таких детей, и он первый стал собирать их здесь. Но меня Тибера нашел случайно. Мне очень повезло. После смерти отца я продолжил его дело. И буду следовать ему всегда, пока не наступит время, когда лунная магия окажется законной. А оно точно наступит. – Лицо Мориона при этих словах ожесточилось.

Я посмотрела на резвящихся и играющих на поляне детей, их счастливые лица без нависшего над ними топора палача. Они здесь забыли о страхе смерти. Теперь у них благодаря Мориону есть будущее. А ведь мы все ни в чем не виноваты! Разве можно убивать невинных? Из-за чего? Этого даже никто не помнит. У меня потекли слезы из глаз. Я чувствовала горькую соль на губах, вкус полыни во рту и боль в сердце. Так нельзя… Так не должно быть!

– Но некоторых мы не успеваем найти, их до сих пор уничтожают. Мой отец вез двоих девочек, когда на них напал Арак и убил их, – глухим голосом произнес Морион.

Я в ужасе на него посмотрела.

– Их завалило в ущелье, которое проезжал отряд, но рядом жившие люди видели воинов со знаком Дома Гроз. Твой отец тебя-то хотел убить, что уж до чужих детей.

У меня сердце так подпрыгнуло в груди, что стало не хватать воздуха.

– Это не может больше продолжаться! Морион, нельзя убивать невинных! – воскликнула я с жаром и сжала кулаки. – Ты – Правитель Дома Мечей и имеешь вес в совете Домов! Сделай что-нибудь! – уже кричала отчаянно я, не обращая внимания, как дети удивленно уставились в нашу сторону.

– Я обещаю прекратить смерти невинных. Магия луны вернется в свои законные права, – произнес жестко и твердо Морион, глядя мне в глаза.

Да будет так. Я ему верю. Морион претворит обещание в жизнь.

Есть вещи, которые не должны происходить: страшные, жестокие и бессердечные. Но есть люди, которые могут уничтожить зло. И это – Морион. И это я.

Глава 14

Зарождение

Легкий ветер колыхал невесомые занавески из желтой органзы, касался листьев, которые что-то шептали в ответ, кружил лепестки роз, и те осыпались нежно-розовым дождем на пол беседки. Обвитые вьюном столбы поддерживали сводчатый потолок зефирного цвета, а мягкие бархатные подушки, раскиданные на диване, добавляли уюта нашей трапезе. Мы с Морионом после посещения детей в поместье решили пообедать в гостевом доме неподалеку. Чему я была очень рада, ведь с утра еще и крошки во рту не было.

– Почему вообще лунная магия стала вне закона? Что произошло? – спросила я Мориона, который лениво смотрел на медленно текущую реку под обрывом, над которым стояла наша беседка.

В лучах полуденного солнца речка блестела и переливалась, словно драгоценный камень. Ее чистая и прозрачная вода отражала каждый солнечный луч, создавая волшебную игру света и тени. Берега покрывала сочная зеленая трава, среди которой то тут, то там мелькали робкие головки полевых цветов. Где-то высоко в небе пели птицы, их песни смешивались с журчанием воды, создавая неповторимые переливы звуков природы, где каждая нота – живое и дышащее произведение искусства.

– Солнце и луна – древние как мир. Так же, как моря, озера, леса. И каждая стихия, каждый элемент природы может быть источником магии. Но, как всегда, началась в соседних странах борьба за власть, в которой погрязли и мы. Долгая война магов и армий людей, кровопролитная, уносящая тысячи невинных жизней. Страна-победитель поглотила и поработила соседа, на которого напала. Но стычки все еще происходили, часто именно маги луны участвовали в них. И когда восстания наконец подавили, сделали лунных магов незаконными. Просто потому что всегда нужен враг, какой-то отступник, против которого можно выступить, обвинить во всем. Мир не умеет жить дружно, всегда надо против кого-то воевать, кого-то делать врагом. Это было давно, уже все позабылось, на месте этих государств появились новые, потом опять прошли войны, и мы объединились против соседей в одну страну – в Анцем. А закон о казни проклятых, как их назвали, остался.

– Я такого не слышала на уроках истории! Почему об этом молчат? – воскликнула и дернула рукой так, что чуть не опрокинула бокал с малиновой газировкой.

– Все убрали из истории. Остались крохи. Но правители знают правду, им положено. Власти выгодно всегда иметь какого-то врага, чтобы чуть что обвинить в чем угодно.

– То есть правители Домов знают, что мы безвредны! – Я аж подскочила на месте. – И мой отец…

Я не могла поверить! Этого просто не может быть! Меня хотели убить ни за что! Детей уничтожали просто так! И правители это позволяли!

– Твоему отцу просто не хотелось подрывать к себе доверие перед народом. Как же! У самого Правителя Дома Гроз дочь проклятая! А он тем более уже тогда вынашивал планы, как стать единоправным главой нашей страны. Амбиции, власть, деньги сносят людям голову, – говорил Морион ужасные вещи, которые не укладывались в уме.

– Но я же его дочь! Это так несправедливо!

– Жизнь вообще несправедлива, Ноа! – невесело ухмыльнулся Морион. – Всегда будут те, кому достанется больше, чем другим. Наказаний или богатства. Но мой отец хотел перевернуть представления о магах луны, он собирал книги по всему свету, стал спасать детей, отмеченных знаком Сейны.

– А почему? – совсем расстроенная, спросила я Правителя. Настроение скатилось куда-то под камень реки и жалобно выглядывало из-под него, смотря с тоской на тусклое солнце.

– Он рассказывал, что в детстве у него была подруга – Лизера. Он не знал, что она тоже проклятая. На его глазах Лизеру забрали солдаты и увезли. Больше он никогда ее не видел. Отец и мать девушки разом состарились на десятки лет и вскоре от горя угасли. Когда Тибера вырос, у него появилось время и деньги все раскопать, узнать об этом знаке больше. И эти знания причинили ему такую боль, что он решил потихоньку менять представление о лунной магии. Он начал с того, что стал спасать проклятых детей.

Я смотрела на Мориона, его горящие идеей глаза и думала, что если один смог начать, то несколько сумеют и закончить дело. Так нельзя. Надо бороться за жизни ни в чем не повинных, которых власть так просто решила убивать.

– Нужно что-то сделать, – твердо сказала я, сжав под столом руки в кулаки, впившись ногтями в кожу ладоней до боли.

– Я сделаю это. Мы сделаем это, Дочь Дома Гроз и Наследная Дочь Дома Горных волков, – наклонился ко мне Морион, глядя прямо в глаза.

Огонь решимости и силы, что разгорелся в его взгляде, распалил и меня, зажигая кровь в венах. Его уверенность передалась и пробудила решимость. Мы выжили с ним, несмотря ни на что. У Мориона есть власть, голос в правлении, знания.

«Все получится», – кивнула сама себе.

«Все получится», – вторил мне шепот луны, что я всегда слышала, словно легкий ветерок вдали, а теперь различала слова. После пробуждения магии я чувствовала ее – Сейну, слышала богиню…

– Пойдем! – протянул мне руку Морион, вставая из-за стола. – Прогуляемся.

* * *

Речка текла медленно и спокойно, словно отдыхая под теплыми лучами летнего солнца. Она походила на длинную серебристую ленту, извивающуюся среди зеленых холмов и лесов. Ее воды были настолько прозрачными, что можно было увидеть каждый камешек на дне и шустрых рыбешек, играющих в догонялки между изумрудными водорослями.

– От магии луны зависит многое: приливы, отливы, урожаи, – рассказывал Морион, когда мы стояли на берегу реки.

Я с интересом слушала его, склонив голову к плечу.

– Женский цикл и перепады вашего настроения. – Я спрятала стыдливо глаза, а жар прилил к щекам от смущающих разговоров.

Морион положил тяжелую руку на мое плечо и внезапно перевел тему:

– Ноа, сделай прилив.

Я удивленно вскинула на него глаза.

– Учиться же надо, – иронично улыбнулся Морион.

– Как сделать прилив? – не понимала я странную просьбу.

Он указал на воду.

– Представь потоки энергии, почувствуй себя водой и заставь накатиться на берег.

Я поджала губы. Сказать легко, а как сделать-то? Я неуверенно посмотрела на Повелителя. Он ободряюще кивнул с легкой улыбкой.

Я тяжко вздохнула и подошла на пару шагов ближе к берегу. Сначала смотрела на воду, силясь представить себя ею. Не помогло, не знаю, как быть водой. Сзади подошел Морион и тихо произнес:

– Закрой глаза.

Я послушалась.

– Почувствуй в груди комок, он будто небольшой мячик.

Я представила. А правда! Даже теплый.

– Ты должна ощутить его свет.

Серебро… Лунный свет.

– Усиль его. Разгони по венам.

Я задышала глубже и вдруг поняла, что свет живой и подвижный. Сияние внутри усиливалось. Шар рос, и от него побежал жар по венам, кровь застучала в ушах, а кожу стало покалывать сотнями иголок. Пальцы потяжелели и запылали.

– Направь руки на воду и представь волну, что ляжет тебе под ноги.

Я открыла глаза, вытянула руки и призвала воду. Ничего. Потом еще раз… И вдруг поднялась волна, не по течению, а поперек, прокатилась по воде и плюхнулась на берег, распавшись на множество бриллиантовых брызг.

– Получилось! – зааплодировала сама себе я.

Морион доволен не был.

– Что? Не то? – жалобно посмотрела на него я.

– Для начала нормально, – мотнул он неопределенно головой и собрался уходить.

Я сжала кулаки и разозлилась так, что шар в груди взорвался и растекся лавой по венам. Казалось, еще чуть-чуть, и я лопну от переполнявших меня энергий. Я резко повернулась к реке и выбросила руки вперед. Вода будто остановилась, потом медленно вздыбилась, словно внутри нее ворочалось огромное чудовище, и стала расти. Стена воды размером с дом поднялась и покатилась к берегу.

«Сейчас я ему покажу, что я могу!» – возликовала я, радостно наблюдая за тем, как волна уже закрыла солнце.

– Ноа! – воскликнул напряженно Морион.

– Ага, думал, что я ничего не могу? Смотри! – Я улыбалась до ушей. А тем временем волна все ближе придвигалась к нам. Улыбка сползла с моего лица, когда я поняла, что нас сейчас просто затопит!

Я запаниковала, выбросила руки вперед, а как остановить ее, не знала.

– А-а! – закричала я в отчаянии. – Морион!

Влажный холод уже дышал в лицо, и я вжала голову в плечи, понимая, что бежать бесполезно…

Казалось, на нас обрушились тонны воды. Океан взбушевался, и разразился шторм века. Казалось, нам конец…

Я визжала на одной тоненькой ноте, пока волны омывали мне ноги и заполняли берег. А Морион… держал магический щит над нашими головами, удерживая всю мощь обрушившейся на нас воды. Он успел создать заслон от гигантской волны, что я от злости сотворила. Когда та схлынула, мы оказались промокшими до нитки.

– Ноа. – Глаза Правителя стали холоднее снега.

– Но получилось же, – лукаво улыбнулась я, откинув с лица волосы, что противно прилипли к коже.

– За тобой контроль нужен. Твоя магия сильно зависит от твоих эмоций. Это именно женская лунная магия. Она в тебе бушует, пробудилась и пока не стабилизировалась.

О, так вот почему я стала такая эмоциональная и раздражительная. То злость затмевала разум, то ревность, то рыдать хотелось. Я уж думала, что со мной? А это магия просыпается так.

– Пойдем, – рассматривая бесстыдно мою фигуру, плотно облепленную мокрым платьем, усмехнулся Морион и взял меня за руку.

– Но тебе же понравилось? – заглянула ему в глаза.

– Очень, – серьезно ответил он.

Я довольно улыбнулась, а он резко притянул меня к себе, так, что я уперлась кулачками ему в грудь. Губы Мориона приблизились к моим и, спустя долгую секунду, накрыли их. Первый поцелуй. Воздушный, легкий, ласкающий. Пробующий и пробуждающий.

Во мне просыпалось что-то… Разгоралось в животе, трепыхалось в сердце, кровь текла быстрее и становилась вязче. Морион взял меня за затылок, не давая отступить, и его язык проник в меня, гладил и ласкал мой рот. Я стала отвечать, разгоняя кровь еще сильнее, а тело плавилось и становилось каким-то невесомым. Я чувствовала легкое головокружение, ноги не держали. Я схватилась за куртку правителя и стала оседать. Но его сильные руки удержали, не дали упасть. Я всхлипнула – меня переполняли чувства, мысли метались хаотично, хотелось всего и сразу.

Когда Морион оторвался от меня, я увидела, что во льдах северных озер затаился огонь, стремившийся наружу, ко мне. Мне хотелось утонуть в них и пребывать там вечно.

Глава 15

Обещание

Ястреб, переливаясь в лучах солнца серебром, сделал круг на небе и опустился мне на подставленную для него руку. Это был первый лунный магический ястреб, которого мне удалось создать. Я с гордостью посмотрела на Ривейна, он хитро улыбался. Мои тренировки шли полным ходом целыми днями. Ривейн и Морион выявляли мой потенциал, пробовали разные методы и смотрели, что у меня получится. Лунная магия разная у всех, она многогранна и очень сильна. Меня тренировал чаще Морион, но иногда Ривейн подхватывал занятия, потому что Морион – Правитель и, естественно, у него было много дел.

Стрелять из лунного лука смертоносными стрелами у меня не получилось. Кинжалы тоже не удалось создать. Не смогла я сотворить и щиты, и лунную пыль, как умел Правитель Дома Мечей, поэтому не получится у меня ослепить противника, забить ему легкие и разорвать их на кусочки. Пока выходило что-то безобидное.

Морион говорил, чтобы я не расстраивалась, я же девушка, и для боя мне это не нужно. Меня могут защитить мужчины. Я бы хотела, чтобы именно один конкретный мужчина меня защищал – Морион. Но в душе скребло и зудело: «Почему же я не могу владеть боевыми заклинаниями? Может, еще рано?»

Но они придут, я уверена, ведь магия постепенно наполняла меня, увеличивала арсенал моих умений и… сводила с ума неукротимостью эмоций, бушующих во мне. Я стала часто раздражаться, бывала агрессивной. Вот и сейчас. Я заметила, как на меня опять недружелюбно смотрит Цера – с тренировочной площадки, где она с ее отрядом девиц прыгали и скакали, метали ножи, изящно выгнув спины, будто на балу танцуя и демонстрируя длинные стройные ноги и тонкие талии. Вокруг них столпились воины, пуская на них слюни, а девушки в открытую флиртовали с ними.

Цера теперь все больше молчала и только наблюдала за мной исподтишка. Но кто она вообще? Я – Дочь Дома Гроз! Я – Наследная Дочь Дома Горных волков! А они все никто! Я окинула Церу презрительным взглядом и отвернулась. Прошептала ястребу приказ, и тот взвился ввысь, открывая в безмолвном крике клюв. Я следила за ним, и вот он залетел в открытое окно замка – там проходило совещание у Мориона.

Пусть Правитель порадуется за меня, он еще не видел моего лунного ястреба. Вернее, видел: однокрылого, без клюва и без лап. Это то, что получалось создать до последнего экземпляра – совершенного. Я кусала нижнюю губу в ожидании и топталась возле куста ежевики. И дождалась – ястреб вылетел из окна. Я подставила ему руку, и он сел, держа в клюве алую розу. На сердце потеплело, и я счастливо улыбнулась.

* * *

Луна дарила спокойный свет, успокаивая душу и заряжая тело энергией. Особой, неповторимой, ощущаясь теплом в груди и светом на душе. Усыпанная жемчугом звезд, темно-синяя вуаль неба обнимала мрачный силуэт замка, отражаясь в матово-черном зеркале пруда. Тишина, царящая в парке, была такой густой и плотной, что казалось, ее можно было разрезать ножом. Лишь шелест листьев и редкие трели ночных птиц нарушали этот идиллический покой. Я стояла босиком на влажной прохладной траве и смотрела на темное небо и редкие кобальтовые облака, путающиеся между остроконечных башен замка.

Сегодня у меня день рождения. Мое совершеннолетие. Я выжила благодаря маме. Я жива благодаря Мориону. Я стала магом благодаря Сейне. Будущее было туманным. Таким, как мы с Морионом, – нет места в этом мире, но, вопреки всему, проклятые дети луны живы. И Правитель Дома Мечей делает все, чтобы будущее для нас – проклятых людьми и благословленных Сейной – было.

– Ноа, – позвали меня.

Я обернулась – Морион. Он подошел так тихо, что я не услышала. Правитель был одет в белую рубашку, расстегнутую на несколько пуговиц, открывавшую твердую мускулистую грудь почти до середины. Его руки лежали в карманах свободных брюк, а волосы были будто встрепаны ветром. Мне захотелось подойти и пригладить их, зарыться в них рукой.

– Ты слышишь ее? – сделала шаг в его сторону, заглядывая в лед северных озер.

– Кого? – не понял он.

– Сейну, – прошептала я.

– Иногда… Легкий шепот. Слов не разобрать.

– Я тоже слышу… – И запрокинула голову, смотря на нашу Богиню. – Она всегда шепчет… Это словно внутреннее чутье, она подсказывает не ходить туда, не делать того. Не словами говорит со мной, а ощущениями, предчувствием. Когда мне плохо, всегда лучше становится под ее светом.

– Это естественно. Мы – ее дети. – Морион тоже посмотрел на Сейну.

– Все же будет хорошо? – спросила я у Повелителя.

– Да, я тебе обещаю, – шагнул он ко мне очень близко, смотря серьезно.

Он провел рукой по моей щеке, мне, как котенку, хотелось прижаться к нему, к его ладони, чтобы он согрел меня.

– С днем рождения, Ноа.

– Спасибо, – прошептала я, млея от его рук, оглаживающих мое лицо и нежно прикасающихся к шее и ключицам.

Морион сделал шаг назад, и внутри разом стало пусто.

– Повернись ко мне спиной, – сказал он. Я удивленно вскинула на него глаза, но подчинилась.

Что же он задумал? И закусила нижнюю губу в нетерпении. На грудь легло что-то прохладное. Отпустила голову – кулон на цепочке. Я подняла волосы, чтобы он ее смог застегнуть. Взяла в руку необычную вещицу.

– Древний лунный оберег, – пояснил Морион.

Серп луны из белого золота, покрытый бриллиантами, а между рожков крупный камень – лунный.

– Не бойся, по этому кулону не поймут, что ты отмечена Сейной, – предвосхитил мой вопрос Морион, легко касаясь моей шеи, отчего мурашки побежали по всему телу.

– Морион! – повернулась резко к нему. – А я не хочу прятаться! Не хочу, чтобы детей с отметинами Сейны искали по всей стране, чтобы убить!

– Так не будет больше, Ноа. У меня есть план. Он все изменит, – твердо сказал Повелитель, накрыв рукой мой кулон. Я положила свою ладонь сверху, чувствуя, как быстро стучит мое сердце. Мы оба это чувствовали. Его прикосновения к моей обнаженной коже на груди вызывали дрожь, и дыхание прерывалось.

– Я верю тебе, Морион. Ты как первая звезда на небосводе, которая укажет правильный путь нам всем.

– Сильные мира сего способны менять все вокруг. Власть дана не просто так, Дочь Дома Гроз. – Его слова звучали серьезно и решительно.

– Но не у всех есть силы его менять, – осторожно возразила я.

– Власть и благословение Сейны нам помогут это сделать.

– Я знаю, что мир изменится, – кивнула я.

– Он уже меняется.

И льды северных озер вспыхнули отраженными в их глубине звездами, приближаясь ко мне. Я закрыла глаза в предвкушении поцелуя и упала в омут ласковых губ, обещаний и жарких объятий.

Глава 16

Праздник

Утро наполнилось ароматом роз, пионов и солнцем, что ласково огладило мои щеки. Я открыла глаза, потянулась, оглядывая комнату, заставленную букетами. В воздухе витал сладкий аромат свежих цветов, сочных летних трав и теплого, нагретого солнцем луга. В одно мгновение атмосфера комнаты сменилась на более уютную, будто сама природа решила подарить частичку своего очарования. Цветы были расставлены всюду: на столах, подоконниках и даже на полу, окружая меня благоухающим морем. От такого великолепия красок и ароматов настроение само собой улучшилось, и на лице расцвела счастливая улыбка.

И я даже знаю, от кого такие подарки. Видимо, служанки специально принесли их сюда, пока я спала, чтобы утро моего дня рождения сразу же наполнилось радостью и атмосферой праздника.

Но мой день рождения начался еще ночью, в полночь я уже купалась в объятиях Повелителя, ощущала на себе его страстные поцелуи и получила подарок, что сейчас покоился на моей груди. А как было волнительно чувствовать его руки, касающиеся верхней части груди, что была не прикрыта платьем. Легкое поглаживание через тонкую ткань, от которого набухли соски и сладко заныли. Губы и сегодня еще были опухшими после долгих поцелуев. Я провела по ним пальцем, вспоминая ночь.

Я улыбнулась и пошла в ванную, понежилась в теплой воде, намазалась маслом с ароматом камелии и пошла одеваться.

– Госпожа Ноа, сегодня будет праздничный завтрак, – уведомила служанка.

«О, значит, надо нарядиться!» – подумала я.

Подошла к гардеробу и внимательно оглядела его.

«Хм, может, платье цвета пыльной розы?» – постучала указательным пальцем по губам в задумчивости. А потом мое внимание приковало платье цвета льда, как и глаза Мориона. Что же, решено. Облачилась в невесомое облако, пышное от талии, до пят украшенное серебристыми вышитыми цветами, на лифе отделанное жемчугом и с коротким прозрачным рукавом.

Глядя в зеркало, я видела счастливое лицо, бриллиантовый блеск кожи уже пропал. А жаль, я бы еще немного его оставила, казалось, будто припорошена сияющей пудрой. И тут я заметила на столике изящную янтарную шкатулку. Раньше ее не было.

Всевидящие служанки пояснили.

– Это Повелитель вам принес утром. Но вы были в ванной, и он оставил ее здесь.

Я с любопытством открыла. На бархатной красной подложке лежали длинные серьги из жемчуга и такой же браслет. Я все примерила. Браслет сразу же застегнула на правом запястье – он был достаточно широк, чтобы прикрыть знак Сейны. Перламутровый цвет оттенял белизну моей кожи, светящейся свежестью и юностью. Волосы я попросила убрать в высокую прическу, открывающую шею.

В столовую я вошла с полуулыбкой, предвкушая встречу с Морионом. Он уже сидел во главе стола и разрезал кусок мяса. С утра я бы мясо не смогла осилить, слишком тяжелое блюдо для меня. При моем появлении Правитель окинул меня взглядом и задержался на открытом декольте, остановился на кулоне, что покоился между грудей, заметил браслет на руке и довольно улыбнулся.

– Ноа, с днем рождения! – кивая мне, сказал Ривейн с улыбкой, которая открывала ровные зубы.

– Поздравляю, – сухо сказала Цера.

– Спасибо. – Ее поздравлению, почти плевку, я точно не была рада, благодарила только Ривейна. Котона за столом не было.

Я села рядом с Морионом. Слуга налил нам всем шампанского, и Правитель поднял тост:

– За тебя, Ноа! Пусть первозданная сила благословит тебя! – Иносказательно, но я поняла, про что он.

Я пригубила и обвела взглядом стол, думая, что бы мне положить себе в тарелку. И тут внесли торт. Огромный, розовый с белыми кремовыми цветами и усыпанный клубникой в шоколаде.

Слуги освободили на столе место и поставили великолепие кулинарного искусства. Я радостно на него воззрилась, думая, а если я съем три кусочка, это будет сильно неприлично? И протянула в нетерпении тарелку к нему. Аккуратно его порезав, мне положили большой кусок, увенчанный клубникой. Я радостно на него набросилась и закрыла глаза от переполнявших чувств. Это было великолепно! Сладость не приторная, и торт легкий, не так много бисквита, прямо как я любила.

Какое хорошее начало дня! Торт и шампанское!

– Тебе нравится? – спросил Морион с лукавой улыбкой.

– Да-а, очень, – протянула я.

И занялась тортом вплотную. Когда я съела второй кусок, покосилась на лакомство и все-таки подумала, что нет, больше не осилю. Отпив чай из маленькой кружечки из тонкого фарфора, я ощутила сытость и откинулась на спинку стула.

– Правитель, Элена вернулась, – вдруг заговорила Цера.

– Да? Отлично, – улыбнулся Морион.

– Мы с девушками сегодня будем праздновать ее приезд, и Элена будет очень рада вас видеть. Вы же знаете, как она к вам относится. Приходите к нам на праздник.

Я медленно разгоралась пламенем, внутри меня будто дули на угли. Поставив чашку чая на стол, я подняла глаза на Церу.

– Да, конечно, я приду, – ответил Морион, даже не зная, что у меня в груди словно появилось пылающее солнце, разгоняя жар по венам.

Я сузила глаза. Ведь я точно знаю, что эта мерзавка специально захотела испортить мне праздник! Цера все подстроила и показала, что вечером Морион пойдет к девушкам, а не ко мне! И ему какая-то Элена важнее меня! Я почувствовала, будто мой рот обожгло крапивой, а красная пелена стала заволакивать сознание.

– Она в порядке? – продолжал меня накалять Морион.

– Ради вас она на все готова, – таким тоном выдала Цера, что я заподозрила самое худшее.

Руки затряслись, и я их спрятала под стол. Кровь бурлила, словно в кипящем котле, и сердце стучало быстро-быстро.

– Извините, я пойду, – еле сдерживалась я, чтобы не бросить в Церу кружку или тарелку.

Я встала и пошла на деревянных ногах к двери, но меня догнали слова, сказанные Морионом:

– Ноа, завтра твой отец приезжает.

Я застыла, медленно осознавая сказанное. Я его больше видеть никогда не хочу! И как мне завтра смотреть ему в лицо? Как мне с ним нормально разговаривать? Я выдохнула, развернулась, чтобы сказать Мориону, что мне нужно с ним обсудить важные вещи и нам надо поговорить наедине. И тут мой взгляд встретился с насмешливым выражением лица Церы. Что-то вырвалось из груди, странный звук. А с ним… В Церу полетела стрела. Нет, не настоящая, лунная плеть скорее, которая выбила из ее рук бокал. Тот упал на стол и раскололся. Справа раздался еще стук, это луч, вырвавшийся из меня, сшиб вазу, расплескав воду, и цветы усыпали пол, словно покрывая могилу. Пламя во мне все продолжало разгораться, и уже с десяток лучей стали крушить все вокруг! Все повскакивали с мест с испуганными лицами. Но я была не в силах совладать со своей магией. Один луч сбил Церу с ног, и она со вскриком распласталась под столом. Ривейн увернулся.

Морион крикнул:

– Все вон!

Ривейн вскинул руки, наверное, чтобы послать на меня какое-то заклинание. Цера же просто вытащила из ножен клинок. Я обвила ее руку лунной плетью и выкрутила, Цера закричала от боли.

– Уходите! – раздался жесткий окрик Мориона, и Ривейн с Церой вылетели из зала, еле уворачиваясь от моих лунных лучей.

Меня трясло, и в голове клубился кровавый туман, зрение стало размытым.

– Смотри на меня, – жестко приказал Морион. Его глаза. Лед. Северное озеро, которое втягивало меня все глубже и глубже. – Не отводи взгляд!

Я погружалась на дно холодного озера все ниже и ниже, покалывание в теле сводило с ума, будто сотни острых игл впились в каждую пору.

Внезапно я почувствовала руки Мориона на моей талии, и, спустя миг, подо мной оказался стол. Жесткий поцелуй накрыл мои губы. Покусывания были болезненны, и мою голову держала сильная рука, я не могла вырваться. Я застонала, кровь смешалась с жаром. Я укусила Мориона до крови. Он меня не выпускал. Уже не магия, а вожделение текло тягучим медом по венам, разжигая пожар внизу живота, скручивая пружину до упора внутри. Я вцепилась в волосы Мориона, еще раз укусила его, а потом слизала капли его крови. Бесстыдно развела ноги и сама вжалась в его пах, ощущая твердую плоть. Руки Мориона мяли мою грудь, скользили по ноге, забравшись выше чулка, оглаживали оголенную кожу возле моих коротких панталончиков. Потом он коснулся меня между ног, провел пальцем. Я выгнулась дугой и громко застонала, по телу прошла судорога, и пружина выстрелила. Я взметнулась в небо, распадаясь на частицы, и словно потеряла на миг сознание. Морион расставил по обе стороны от меня руки, опершись о стол, и тяжело дышал. Его волосы я растрепала, а губы были в крови от моих укусов. Правитель провел рукой от моей шеи до талии, я выгнулась к нему, надеясь на поцелуи, объятия и язык, ласкающий каждый сантиметр моего тела, что звенело от возбуждения.

– Морион! – шептала я, потираясь о его внушительный бугор в паху.

– Не хочу лишить тебя девственности в столовой на столе, – провел по моим губам Морион большим пальцем. Я шумно вдохнула и прикрыла глаза, все еще ощущая отголоски наслаждения. – И вдруг ты меня задушишь своими щупальцами, – усмехнулся он и сделал шаг назад.

Я резко все вспомнила. С ужасом осмотрелась – зал был полностью разрушен. Осколки красивой изящной посуды усыпали пол, портьеры свисали кусками изодранной ткани. Остатки цветов и ваз, куски еды и торта мазками безумного художника окрасили комнату. Будто торнадо прошел.

Я вспомнила, как выкручивала Цере руки и валяла ее по полу. Ее испуганные глаза и бледные щеки Ривейна. И я стыдливо закрыла руками лицо, громко всхлипнув.

– Все в порядке, Ноа, – обнял меня Морион, успокаивающе поглаживая по спине. – Я тебе уже говорил, силы у тебя еще не все проснулись, но под влиянием сильных эмоций сегодня вырвались наружу.

– Мне стыдно, прости. – Уткнулась ему в грудь и жалобно заскулила.

– Ты не можешь пока это контролировать. Но потом ты научишься сдерживаться, не переживай, – прижал он меня к себе.

– Но что, если я так принесу вред кому-нибудь? – испуганно подняла на него глаза.

– Я буду рядом. Есть способы гасить твое пламя, – улыбнулся он одним уголком красивых губ.

– И как? – затаила дыхание я.

– Как сейчас, – пожал он плечами. – Ты распаляешься, а я буду гасить. Поцелуи, секс.

У меня округлился рот. А ведь секс только что чуть не случился. И вроде бы я даже была не против.

– И… – начала я, сама не зная, что хотела спросить.

– Сегодня обошлись без него, – лукаво приподнял одну бровь повелитель. – А жаль.

Я смутилась, и щеки запылали. Опустив взгляд, я увидела раздавленную отбивную с размазанным гранатовым соусом по паркету. Но вдруг вспомнила, с чего все началось.

– Арак… что ему нужно? – прищурилась я.

– Завтра и узнаем.

– Морион, а что это за… лучи такие у меня?

– Лунные лучи, – просто объяснил он, но мне было непонятно.

– Что это было?

– Ты видела их силу. И их надо контролировать, Ноа, – серьезно произнес Морион. – Ты должна понимать их мощь. Они способны убить. Ты способна убить. Но они еще и полезные.

– И чем они полезны? – скривилась я. Я вовсе не хотела никого ими калечить или тем более убивать.

– Ты девушка, слабая, но теперь не беззащитная. В мире много плохих людей и мужчин, которые хотят навредить слабому полу. А теперь ты можешь им противостоять.

Я чуть не выпалила: «Но ты же рядом! Ты же меня защищаешь!» Но разом пришло осознание, а будет ли так всегда? Нас свела вместе Сейна, но что она уготовила мне дальше? Все закрутилось, словно в колесе, и поворачивалось какой-то неправильной стороной ко мне. Но я встретила Мориона, самого лучшего и храброго мужчину в мире, который защищает меня, спасает отмеченных знаком Сейны и, я уверена, так и будет, – изменит мир навсегда. Но я хотела знать: «Мы вместе или нет?» Есть ли вообще это «мы»?

Какие бы ни были у меня сила и магия, но притянуть другого человека против воли, заставить себя любить я не в силах. Я лишь могла надеяться, что тоже ему не безразлична.

Глава 17

Родня

Кровавое платье плотно облегало мое тело, ниспадало шелковым облаком до самых туфелек черного цвета. Волосы струились по спине водопадом. Стук высоких тонких каблуков отскакивал от стен и уносился вперед по коридорам замка. А сильные удары сердца отсчитывали минуты, когда на пороге Дома Мечей появится мой отец.

Кровь. На его руках кровь. Цвет моего платья – цвет его жертв. Так я решила встретить Арака.

Морион меня уговаривал не показывать при нем раздражение, выслушать и промолчать, ни к чему скандалы. Все взрывы неконтролируемых эмоций к хорошему не ведут. Магию ни в коем случае ему нельзя демонстрировать, нужно слушать и слышать второе дно в его словах. Хотя я думаю, у Арака есть и третье, и четвертое дно. Он умен, как хозяин бездны. И холод его нутра выглядывает из него, показывает свой темный хвост, словно у скорпиона, с ядом на конце.

Раннее утро летнего дня, когда солнце только начало свой неспешный подъем над горизонтом, приносило с собой прохладное дуновение легкого ветра и нежный шепот листвы. Небо, словно холст, покрывали нежные оттенки розового, оранжевого и голубого цветов, создавая неповторимую палитру. Трели птиц необычно громко возвещали о радости и счастье, что у меня внутри казалось, умерли после того, как я узнала, что ко мне едет Арак.

Воздух был пронизан ароматами цветов, свежести и зелени, а солнечные лучи, проникающие сквозь листву деревьев вокруг замка, создавали волшебный калейдоскоп света и тени.

Морион ждал меня возле выхода. Красивый синий сюртук, расшитый цветами и изысканными узорами, подчеркивал цвет его глаз. Лицо Повелителя выглядело серьезным и обеспокоенным. Он коротко мне кивнул. Мы встали у входа, встречать Правителя Дома Гроз. Воинов Морион выстроил вдоль подъездной аллеи, и было их больше, чем обычно. В военной форме стоял и Котон с мечом в ножнах.

Вскоре показалась процессия из карет и отряда охраны. Флаг возвещал прибытие Повелителя Дома Гроз. И это вызвало у меня кислоту, что обожгла горло и участила сердцебиение.

Волнение нельзя показывать, Ноа! Такой хищник, как мой отец, увидит страх и додавит.

Карета Арака остановилась прямо перед входом, и слуга открыл дверь. Из кареты вышел высокий и по-королевски статный Арак Дорган. И с ним, с видом полноправной королевы, показалась Квирида. Золотая парча ее обтягивающего платья оттеняла кожу, а приподнятые в прическе волосы приоткрывали тонкую шею с колье, сверкающим сотнями бриллиантов. Она всего лишь его шлюха, а отсутствие официального статуса Квирида пыталась заменить богатыми и крикливыми нарядами.

Арак пошел к нам навстречу с лицемерной улыбкой.

– Моя дорогая Ноа, рад тебя видеть.

«А я тебя нет!» – хотелось выкрикнуть мне, но я лишь поджала губы, когда Правитель Дома Гроз поцеловал меня в макушку, прижав к себе.

– Правитель, – кивнул он Мориону.

– Рад вас видеть, Арак Дорган, в своем доме, – тоже сдержанно произнес Морион. Его лицо было непроницаемо, и в глазах ничего нельзя было прочесть.

– Повелитель, – низко склонила голову Квирида перед Морионом, открывая вид на чрезмерно оголенную грудь.

– Младшая дочь Дома Гроз, – поклонилась она мне. Я ответила лишь легким кивком.

Гости удалились в свои покои отдохнуть до обеда. Я проводила Арака испепеляющим взглядом. Если бы могла им убить, даже бы не моргнула, сделав это.

– Ноа, не выкинь что-нибудь, – схватил меня за предплечье Морион, когда я хотела было уйти. Я гневно на него взглянула.

Да за кого он меня принимает? Что, я не могу себя держать в руках?

– Хорошо, обещаю, – процедила сквозь зубы.

* * *

Зал для приема важных гостей был украшен многочисленными яркими букетами из цветов, и сладковатый аромат наполнял воздух. Гостей усадили за длинный стол, сверкающий белоснежной посудой, серебром и хрусталем. Разнообразные блюда услаждали глаза и пробуждали аппетит. Но не у меня. Мне злость сдавила горло, и я впилась руками в подлокотники сиденья.

Арак говорил с Морионом о каких-то шахтах на западе. О кораблях, пришедших в Дом Бури из загадочной страны Версон. Мы подняли бокалы за процветание Анцема и продолжили трапезу, вернее, это сделали гости и Морион. А я лишь пила вино.

Неожиданно Арак произнес:

– Ну что, Морион, когда нам ожидать радостного события?

Я удивленно уставилась на Арака, не понимая, о чем он.

Морион посмотрел на него, нахмурившись.

– Морион, моя драгоценная дочь живет в твоем доме без официального статуса.

До меня дошло! Он о свадьбе! Морион молчал.

– Ты же понимаешь, что нам выгодно породниться. Я тебе отдал свою единственную дочь, ты обещал на ней жениться.

– Разве? – резанул взглядом Арака Морион.

Я замерла. И что сейчас происходит? Опять подковерные королевские игры? А я всего лишь разменная монета, о чем в последнее время забыла. И Морион правда не обещал на мне жениться. Я как-то подзабыла, что в высшем свете важны правила, есть условности, а я дочь правящего рода и не могу жить просто так с мужчиной под одной крышей.

В знатных семьях не женятся по любви. Правители предпочитают аристократок, их берегут как зеницу ока, и их честь в том числе важна для будущего брака. В суете событий, открытия магии во мне, я совсем об этом забыла. И тут меня поставили перед фактом. Я украдкой взглянула на Мориона. Интересно, что он об этом думает? А я?

– Морион! – повысил голос Арак, отложив салфетку на стол. – Ты не можешь опозорить Дочь Дома Гроз! Она проживает у тебя без статуса невесты. И ты знаешь, что нам обоим выгоден этот брак. Это нас сблизит.

– Ты уверен? – мрачно спросил Морион, приподняв одну бровь.

Отец не отреагировал и продолжил петь соловьем.

– Конечно! Два самых крупных Дома объединятся родством. Сила – это наша броня перед соседними государствами. Единство…

– Власти? Да, Арак? – перебил его Морион, иронично усмехнувшись.

– Единство помыслов и дороги, по которой идет наше государство, – ничуть не повелся на провокацию Арак.

А хорош он в политических играх! Тут я отдала ему должное. Умеет мгновенно выкрутиться, дальновиден, умен. Опасный враг.

– Я всегда думал о своей стране и не собираюсь противоречить желаниям и возможностям. Я честен со своим народом, – откинул голову назад Морион, свысока глядя на Арака.

Квирида и я притихли, слушая скрытую перепалку под высокопарными речами сильных мира сего.

– А с моей дочерью ты честен? Просто держишь ее как свою наложницу, пользуешься ей и унижаешь.

Я хотела крикнуть, что Морион хороший! Никто меня не использует, не насилует и не унижает! Да он мне ближе, чем тиран-отец и убийца-дядя! Он единственный из вас мне помог!

– Я ее не унижаю, – произнес Морион, смерив Арака холодным взглядом.

– Да? А что же ты не докажешь, что уважаешь ее и мой Дом? Почему же ты на ней не женишься?

Я затаила дыхание. Я о браке вообще не думала. И не считала, что, живя здесь, унижаю себя. На Дом Гроз мне плевать. Но что-то от нехорошего предчувствия кольнуло в груди. Ведь обо всем этом Морион знал! И я бы хотела в глубине души, чтобы он сейчас согласился на мне жениться. Мы – идеальная пара, и я знаю, что точно нравлюсь ему, а он уже мне безразмерно приятен.

– Брака не будет, – отрезал Морион, а у меня дыхание сперло. Сердце на миг сбилось с ритма, и по нутру потекла горечь.

Арак замолчал. Его глаза потемнели. Морион скрестил с ним взгляды; казалось, между ними проходит безмолвный диалог.

– Хорошо. – Арак бросил салфетку на стол и резко встал. – Тогда я забираю дочь из этого дома. Поруганную, лишившуюся чести, и теперь я вряд ли смогу ей найти хорошего мужа.

У меня отвисла челюсть. Меня против воли собираются отсюда забрать? И я не нужна Мориону? Последнее осозналось, будто удар под дых, словно часть моего сердца откололась. Я и не знала, что в нем уже так глубоко сидит Правитель Дома Гроз.

Меня хочет забрать тот, от которого прятала меня мама? Тот, который мне никто, по сути? Тот, кто хотел меня убить? Нет уж, я замотала головой из стороны в сторону – этого не будет никогда!

– Собирайся, Ноа, мы не останемся в этом доме больше ни на секунду!

– Я с тобой никуда не поеду! – воскликнула я. Отец на меня внимательно посмотрел и произнес спокойным голосом:

– Давай поговорим наедине, Ноа.

А у меня в груди одновременно было холодно и мурашки побежали по коже, будто я вышла без одежды на лютый холод. Аж нутро свело. Отец даже не принимал факт, что я могу ему воспротивиться, пошел к выходу из зала. Я сидела с выпрямленной спиной и ни на кого не смотрела.

Ну и что дальше? Мориону я не была нужна, отец диктует мне правила, хотя не имеет на меня прав. Может, и имеет по их дурацким законам аристократии и власти, но мне плевать. Его шаги раздавались уже в коридоре, гулко и тяжело.

И все же, может, надо мне с ним объясниться? Я встала и пошла за Араком. Я нигде никому по-настоящему не нужна. Ведь, похоже, Морион меня просто использовал для мести и унижения Арака за убийство своего отца. Отцу я тоже нужна только как средство влияния. Когда я проходила мимо выхода из замка, то испытала непреодолимое желание отсюда уйти. И пусть они сами разбираются и грызутся. А я хочу просто жить. Быть свободной и независимой.

Но я, понурив голову, зашла в комнату вслед за отцом. Он остановился посередине, наблюдая за мной. В этот момент у меня, похоже, был вид бездомной жалкой собаки.

– Ноа, мы уезжаем. Ты – Дочь Дома Гроз. И не должна позволять себя унижать. Да, может, ты и привыкла к такому обращению в своих трущобах, куда тебя утащила твоя мать. Но сейчас, когда ты узнала, кто ты, не позволяй собой манипулировать. Будь достойна титула, что ты получила по праву рождения!

Какие пафосные речи из уст лжеца! Я враждебно посмотрела на него. В принципе, я понимала, а как еще править, если ты слабак и не можешь не врать, убивать, строить коварные планы. Это участь всех королей. Но не моя. Не хочу играть в их игры.

– Я не поеду к тебе, – постаралась четко и спокойно произнести.

Лицо отца покраснело, и он начал орать.

– Тебе так понравился бастард и выродок? Да он не заслужил быть Правителем Дома Мечей! Я и так сделал ему одолжение – предложил тебя, законную Дочь рода, ему в жены!

В заложники ты меня отдал, Арак.

– Я не хочу с тобой никуда ехать. Оставь меня в покое, – повторила спокойно я.

– Ты что, влюбилась в того, кто тебя ни во что не ставит? Одумайся!

– Я просто хочу уйти. От вас обоих. Не вмешивайте меня в ваши игры! Я вас всех знать не знала и знать не хочу! Я вернусь к прежней жизни! – почти закричала, потому что кровь вдруг превратилась в лаву, а алый цвет злости расцветал в сознании, распаляя.

Отец двинулся вперед, направив палец мне в грудь.

– Ноа, запомни, ты никогда не была свободна. Ты всегда была на моем поводке. Тебя не оставят вольной! Ты никуда никогда не скроешься. Твой титул тебя обязывает быть в шахматной партии.

– Твоей пешкой, – горько усмехнулась я.

– А может, королевой?

– Я не поеду с тобой, Арак, что бы ты ни сделал, – твердо произнесла я.

– Я тебя даже слушать не буду! Уедешь со мной, и все! – снова повысил он голос.

– Да я же тебе не нужна! Ты хотел меня убить при рождении! Мать сбежала от твоих бесконечных измен и унижений! Да! Я все знаю! – закричала я.

И смачная пощечина прорезала воздух, обожгла правую сторону лица и отбросила меня в кресло. Я схватилась за щеку, она горела, и боль заполонила голову, а глаза налились слезами обиды.

– Не смей так разговаривать с отцом! Ты одумаешься. Правда не всегда однозначна, Ноа.

И с мрачным видом Арак вышел из комнаты. Кровь вскипела, в груди загорался ком, и пальцы закололо энергией. Я вылетела из комнаты за ним. За дверью обнаружила Квириду, она довольно улыбалась – явно слышала наш разговор или как отец меня ударил.

Она прошептала: «Шлюха». С меня хватит. Мои лунные лучи вылетели со скоростью стрелы и опутали ей горло, сжимая до синевы. Она захрипела и задергалась, как муха в лапах паука. А я лишь сжимала сильнее. Внезапно сильный удар воздуха перерубил мои лучи, а меня отбросил на пару метров, так что я упала спиной на пол и больно ударилась о ножку стола с малахитовой столешницей.

Арак был взбешен, он даже не посмотрел на свою любовницу, которая валялась на полу, кашляя, потерявшая весь лоск.

– Проснулась, значит, магия. – Он так на меня посмотрел, словно впервые увидел. А я испугалась его взгляда, препарирующего меня. Будто он в нутро мое заглядывал. Не знаю, на что я надеялась, когда бросилась, униженная, за ним. Мне его не одолеть.

– Арак! – вылетел из комнаты Морион с разгневанным видом и ходящими желваками на скулах.

Правитель Дома Гроз вдруг спокойно произнес.

– Спасибо за прием, Повелитель Дома Мечей. Мы уезжаем. Он поднял с пола так и не пришедшую в себя Квириду и потащил ее за собой.

Морион подошел ко мне, все еще отрешенно сидевшей на полу, поставил меня на ноги и прошипел:

– Я же тебя предупреждал! Зачем ты показала магию? Не могла сдержаться?

– Но Арак меня ударил! А Квирида оскорбила! – как-то по-детски пыталась оправдаться я.

Я так хотела, чтобы он пошел к Араку и ударил его за меня, отомстил, но лишь услышала:

– Все равно надо было держать себя в руках! Не всегда надо отвечать сразу же. Думать головой тебе надо научиться, Ноа.

Я вырвалась из его рук и убежала к себе в комнату.

Глава 18

Побег

Желтый диск луны злобно скалился на меня из окна покоев, где я бегала из угла в угол, периодически пиная все на своем пути.

– Ты! – ткнула пальцем в луну. – Ты сделала меня изгоем и проклятой, никому не нужной! Из-за тебя у меня проблемы!

Взяла диванную подушку и швырнула в стену. Мне было горько, обидно, плохо. Меня все предали! Никто не захотел пожалеть. Морион мог бы и врезать Араку за меня. Хотя я ему ведь не нужна. В жены он брать меня не хочет. А я ведь почти влюбилась в него! Дура! Да я им всем нужна только в корыстных целях. Меня все используют. Все… Я резко прекратила забег и остановилась.

Я так больше никому не позволю с собой поступать! Хватит с меня! Я сбегу от них всех. Скроюсь. Я смогу. Не найдут меня, убегу за границу и буду жить там спокойно.

Я кинулась к гардеробной. В белье так и были припрятаны драгоценные безделушки. Развернула полотенце: на меня пялились два зеленых изумрудных глаза лягушки. Золотая арфа, оторванная от статуэтки. Часы карманные, да, я их стащила у Мориона. Внаглую. Он их забыл в зале, а я стянула. У него таких много. Я со злостью запихала все в маленькую сумочку и положила ее в наволочку, из которой сделала подобие сумки. Взяла смену нижнего белья и теплую кофту. Натянула брюки, которые наконец мне купили, я выпросила их для занятий по магии. Сверху надела черную кожаную куртку до бедра, а на ноги обула самые удобные ботинки без каблуков и всяких блестяшек.

Выдохнула: мне показалось, из меня пошел пар, как из бани, от ярости, что клокотала внутри.

Стояла глухая ночь. Арак уехал сразу же после инцидента. Морион ко мне не пришел. Правильно, я же ему не нужна. Я прокралась по коридорам замка, вроде меня никто не заметил. Вышла через черный ход в заднюю часть парка и притаилась за деревом, сливаясь с тенями ночи и ожидая, пока патруль пройдет мимо. Потом проскользнула глубже в сад и оказалась перед забором. Я размышляла: если он магически защищен, то можно проверить и быстро попытаться скрыться в случае чего. Я кинула в него маленький, размером с монетку, клубок магии. Но ничего не произошло. Фуф! Пора выбираться отсюда. А сердце сжалось от тоски, и внутренний голос шептал:

– Не уходи! Поговори с Морионом!

«И что? Он тут же на мне женится?» – зло сама же себе ответила. Тряхнула решительно головой и забросила лунный луч на верх каменного забора. Ну уж если я им душить умею, то и закрепить смогу. Я дернула его, он впился намертво. Ну что же, это не веревка, просто так не вскарабкаешься. Придется что-то придумывать. Я сократила луч и ухватилась за него, попробовала втащить себя наверх. Получилось! Он, правда, сокращался рывками, приложив меня несколько раз о твердый камень. Я тихо ойкала и подумала, что будут синяки на плечах и локтях. Но игра стоила свеч.

Забравшись на забор, который был толщиной с мою ступню, я села, пригнувшись, и посмотрела вниз. В принципе, можно прыгнуть. Но есть риск повредить лодыжку, и тогда воющую меня найдет Морион и посадит на цепь, как я и боялась с самого начала.

Я выпустила из своей руки луч, он предательски засверкал в ночи, я испугалась, что охрана увидит блеск магии. Потом закрепила его, как на присоски, опять на вершине забора и, свесив ноги, стала выпускать его из рук, удлиняя. Все. Я на траве. Мне очень повезло, потому что внешняя охрана как раз скрылась за углом забора. И я, низко пригибаясь, короткими перебежками проскользнула к сараю, где на меня залаяла собака, я чуть не упала от испуга, но собака оказалась на цепи. Я оглянулась, с ужасом думая, что сейчас на меня набросится охрана, ведь она может меня и не признать, побить, думая, что я вор.

Прячась в тени домов, стала выбираться из города. Шарахаясь от поздних прохожих и пьяных, орущих песни мужиков. Иногда слышался скрип дверей, когда кто-то выходил на улицу. Один раз споткнулась о кота, что возмущенно замяукал, напугав меня до смерти. Казалось, что чьи-то глаза все время за мной наблюдают, пробираясь легким ознобом под кожу. Но, оглядываясь, я никого не видела.

На улицах мерцали огни фонарей, освещая аккуратные белокаменные дома и ухоженные сады за низкими заборами. Колокола храмов давно уже отзвучали свою вечернюю мелодию, и город погрузился в безмятежное спокойствие. В темных углах прятались тени, и казалось, что они вот-вот оживут и нападут на меня.

Город не был окружен забором, стражи тоже не видно. Я высматривала дорогу, идущую через поля, осторожно крадясь по бедному району города, где несуразное нагромождение ветхих лачуг напоминало старое залатанное одеяло. Покосившиеся заборы, тускло освещенные окна и смрад сточных вод всегда сопровождали отверженных жителей поселений.

Тракт, ведущий из города, был окутан тьмой. Лишь свет луны озарял дорогу, делая ее похожей на серебряную ленту, извивающуюся среди полей и уходящую в лес, где наверняка обитали волки, поджидая запоздавших путников.

Наверное, было большой глупостью идти ночью, скрываться в лесах. Но у меня не осталось выбора. В городе еще страшнее в подворотне дожидаться утра, потому что меня точно схватит охрана или бандиты.

Так, Ноа, надо взять себя в руки и быстро пересечь дорогу и последние дома, а там дальше – в поле, в высокую рожь, она меня скроет.

«Все получится, Ноа!» – напутствовала себя, подбадривая.

Внезапно едкий запах проник в мой нос. Сильные руки обхватили меня за талию и резко приподняли, сжимая мой нос и рот вонючей тряпкой. Я запаниковала, замычала, отбиваясь изо всех сил. Но через пару мгновений провалилась в вязкую и тяжелую темноту.

Глава 19

Возвращение

Дежавю охватило меня после тяжелого пробуждения от насильственного сна. Опять карета катит по ухабам, тошнит от тряски, голова раскалывается, и топот множества копыт лошадей окружает повозку.

Мрачный рассвет в лесу был наполнен туманом и тенями. Утреннее солнце с трудом пробивалось сквозь кроны деревьев, окрашивая их в серые тона. Птицы еще не проснулись, и округа была лишена их пения. Роса блестела на траве и листьях деревьев, словно слезы, упавшие с неба. Воздух был влажным и холодным. Серый рассвет в лесу казался предвестником беды. Он словно предупреждал о том, что будущее принесет с собой только горе и страдания.

И кто меня похитил? Что происходит? Куда меня везут?

Я осмотрелась: карета как карета внутри. Только решеток на окнах в этот раз не было. Я собралась с духом и выкрикнула, прижавшись к окну:

– Выпустите меня отсюда! Эй!

Я увидела с десяток всадников: суровые мужики в одежде наемников, с кожаными латами и двуручными мечами. Вдруг к карете подъехала лошадь, фыркнула. Всадник слетел с нее, резко распахнул дверь, и, отпихнув меня, на сиденье упала… Цера!

Я удивленно заморгала и открыла рот, потом закрыла. Морион где-то рядом? Он приехал меня спасти! Я закричала:

– Морион!

– Нет его здесь, не ори, – грубо бросила Цера.

До меня дошло не сразу. Я уставилась на хмурую девушку, облаченную в темный плащ с капюшоном. Она не с Морионом…

– Ч-что ты здесь делаешь? Что происходит? – разом осипшим голосом спросила Церу. Ее волосы были убраны в гладкий хвост, а лицо приняло хищное выражение.

– Узнаешь, когда доедем.

– А куда доедем? Где Морион?

– Как ты мне помогла, так по-дурному сбежав из замка. Не пришлось самой тебя оттуда вытаскивать.

Я замолчала, осмысливая.

– Ты предала Мориона? Но… Куда ты меня везешь? – выкрикнула я.

– Узнаешь скоро, я же сказала! – произнесла раздраженно Цера.

– Ты его предала! Как ты могла? – вспылила я.

А ведь эта Цера мне сразу же не понравилась, и вот она кому-то продалась. Украла меня!

– Не твое дело, – огрызнулась она и открыла дверцу кареты.

– Мое! – И бросила в нее лунный луч, готовая убить. Вернее, хотела бросить, потому что ничего не получилось. Я растерянно посмотрела на руки, они привычно не покалывали магией, и в груди лишь где-то далеко-далеко теплился маленький уголек, только напоминавший отголосок волшебства Сейны.

Цера вышла из кареты и облокотилась об окно, противно ухмыляясь.

– Антимагический ошейник, дура.

Я схватилась тут же за горло. Руки коснулся холод металла. Потянула, пытаясь его снять, но ошейник намертво обхватил мою шею.

– Ничего у тебя не получится, расслабься, – бросила мне Цера и села на коня.

Тварь! Предала Мориона! И кто ее перекупил? Морион ее точно найдет и отомстит за мое похищение. И мне она за «дуру» ответит! Я ее сама убью! Но внезапно меня пронзила мысль: «А как Морион узнает, что меня похитили?» Ведь все подумают, что я просто сбежала.

А вдруг он не будет меня искать? У меня руки похолодели, а ошейник стал давить так, будто хотел задушить. Я стала истерично его дергать и хрипеть, мысленно моля Мориона спасти меня.

* * *

Я тряслась в карете по лесным дорогам, каждую секунду теряя надежду на спасение. На многолюдный тракт наш отряд не выезжал. Цера больше ко мне не подходила, чему я была очень рада.

До меня доносились разговоры воинов, которые перебрасывались ничего не значащими фразами и пошлыми шуточками. И Цера вторила им, ничуть не смущаясь похабщине. А у меня аж уши горели от таких непристойностей.

Ко мне никто не лез на привалах, нормально кормили, но я отказывалась притрагиваться к еде, только пила. Убивать и насиловать явно никто не собирался, но я была настороже. Хоть Цера и женщина, мне казалось, она могла бы им позволить мной овладеть и точно бы не помешала суровым наемникам. Так ее ненависть ко мне была велика. Неужели она настолько ревновала Мориона, что решила продаться кому-то и предать Правителя Дома Мечей?

Как мне теперь было тоскливо без магии… Я уже срослась с ней, уютное тепло в груди, покалывание в пальцах – магия стала ощущаться как родная. И я могла бы дать похитителям отпор своими лучами-щупальцами. Только понимала, что пока маг из меня не очень хороший, не до конца обученный, но и не слабый точно.

И для кого же меня выкрали? Кто-то перекупил Церу. Я смотрела на предательницу и гадала, почему она предала Мориона? И знает ли он уже об этом. Думаю, он мог связать исчезновение Церы и мое, тогда он кинется меня искать.

«Он меня спасет», – кивнула сама себе, и с такими мыслями я въехала в Баску.

Когда меня вывели из кареты и поставили перед Домом Гроз, я окончательно убедилась, кто заказчик моего похищения – Арак Дорган. Несравненный отец, думающий только о себе.

Только в этот раз никаких объятий при встрече не было, пыль в глаза от радости моего приезда никто не пускал. И вообще ни Арака, ни Ваида не наблюдалось. Меня перехватила стража Дома Гроз и сопроводила в покои. Те же, что были и в первый раз.

* * *

Отчаяние меня поглощало с головой. Неизвестность топила, боль в сердце от несправедливости томила. Я металась по комнате, отковыряла кусок металла от статуэтки мечника и попыталась открыть антимагический ошейник. Крутила его, вертела на шее, пытаясь найти заветную скважину, кожу себе до красноты натерла, но безрезультатно.

Конечно! Разве такая персона, как Арак, не оставит за собой последнее слово? Раз он сказал, так и будет. Хотел меня с собой забрать, забрал.

Вечер наступал медленно и незаметно. Солнце опускалось за горизонт, окрашивая небо в яркие краски. Воздух становился прохладнее, и птицы начали ленивее петь. Постепенно все затихало, и наступала тишина. Только легкий ветерок шелестел листьями деревьев, нарушая покой.

Про меня просто забыли! Ладно хоть на столе стояли ваза с фруктами и графин с водой. Хоть от голода и жажды не умру.

Вскоре Цера завела незнакомую служанку, та бочком просочилась мимо нее, с опаской поглядывая. А я с ненавистью уставилась на предательницу. Цера прошла и села в кресло, закинув ноги в высоких кожаных сапогах на стол, играя с ножом.

– Ну и что, ты тут будешь сидеть? На меня смотреть? – надменно произнесла я, пытаясь ее тоном унизить.

– Ага. – И она подцепила яблоко из вазы концом длинного ножа, поднесла ко рту и смачно откусила.

– Ты что, теперь все время будешь следить за мной? – подперла бока я.

– А тебе что-то не нравится? – Бывшая глава спецотряда Мориона иронично приподняла бровь.

– Ты мне не нравишься, – прошипела я.

Эх, была бы магия у меня, ее бы в миг отсюда сдуло лунным ветром.

– Привыкай. – И предательница громко зачавкала яблоком, явно специально раздражая меня.

Я брезгливо скривилась и отвернулась, наткнувшись взглядом на служанку. Она, бледная и растерянная, косилась на бесцеремонную Церу. Ей она явно тоже не нравилась, и я была с ней солидарна.

– Госпожа, в шкафу для вас приготовили платья. И Повелитель Арак ждет вас через полчаса в кабинете. Я вам сейчас наберу ванну, а потом помогу собраться.

Я раздраженно бросила служанке:

– Нет, не нужно. Я сама.

Я поморщилась и ушла в ванную, громко хлопнув дверью.

* * *

Темные тона комнаты: шоколадного цвета паркет, тяжелые бархатные оливкового оттенка портьеры, обитые в тон им кресла и диван, как раз отражали мрак нутра моего отца.

Арак впился в меня нехорошим взглядом, едва переступила порог его кабинета. Я не скрывала злость и смотрела на него враждебно. Как же мне хотелось хотя бы расцарапать его лицо, раз магией не могу по нему хлестнуть! У меня все кипело внутри. Ваид прислонился к подоконнику, заложив руки в карманы брюк. Его прическа была небрежной, но явно это так задумывалось.

Не поздоровавшись, я сходу прошипела змеей:

– Сними с меня ошейник.

– Это для твоего же блага, Ноа, – сложил руки на груди Арак. На его лицо падали отблески пламени, горевшего в камине, придавая зловещие его внешности.

– Я не собака! – яростно воскликнула я.

– Ноа, пока лучше будет так. Вскоре ты успокоишься и поймешь, что я тебя забрал от Мориона к лучшему. – Его черные глаза мерцали багровыми искрами.

– Мне будет везде лучше, если окажусь подальше от тебя. – И отвернулась от Арака, наткнувшись взглядом на Ваида. Ни капли сочувствия в них не нашла. Конечно! Он же вырос рядом с монстром, таким же и стал наверняка.

– Ноа, присядь, – указал мне на широкое кресло напротив стола Арак.

Я раздраженно мотнула головой и села, насупившись.

– Ноа, Морион же тебя унизил тем, что не взял в жены, после того как ты, незамужняя девушка, пробыла в его доме довольно долго. Скомпрометировал тебя и бросил. Будь взрослее и становись уже умнее.

А я этим вопросом с момента моего побега, вылившегося в похищение, часто задавалась. Почему Морион не сказал Араку, что женится на мне? Как червь грызло это меня, проедая постепенно нутро. Но Морион же сделал мне столько хорошего! Он меня обучал магии. А еще целовал! И к тому же я достойна его руки и сердца, я – Дочь Дома Гроз. Прекрасная пара для него. Почему он не хочет на мне жениться?

Я очень скучала по Мориону даже после того, как он меня при отце отверг. Сердце заныло, а в глазах защипало от подступивших слез, но я взяла себя в руки.

– Ничего, Ноа, не расстраивайся, я тебе подберу достойного мужчину в мужья, – почти ласково произнес Арак, а мне это показалось угрозой.

– Мне не нужен никто! Арак, пожалуйста, отпусти меня, – подалась вперед я. – Давай я просто уйду, и ты про меня забудешь, а? Я исчезну, даю слово, что не буду применять нигде свою магию. Я даже денег у тебя не прошу! Арак!

Правитель откинулся на спинку кресла и задумчиво постучал пальцами по деревянной столешнице большого стола из черного дерева.

– Нет. Ты всегда была частью семьи Дорган. Успокойся и прими это. Научись уже жить по правилам высших Правящих Домов и соответствовать своему положению. А про Мориона забудь, не придет он за тобой.

И резанули его слова прямо сердце, будто ножом, и закровоточила рана. Я низко опустила голову.

– А знаешь, почему твой Морион не захотел взять тебя в жены?

Я резко вскинула голову.

– Потому что он сам хочет стать королем всего Анцема. Единолично. Морион собирает армию, чтобы пойти на меня войной. А ты ему как жена помешала бы.

О чем он? Что-то никакой готовящейся к сражению армии я не видела у Мориона. Арак лжет… Точно меня хочет запутать и оболгать хорошего человека!

– Спаситель проклятых, – невесело усмехнулся Арак. – Думает обыграть меня.

Я насторожилась. Он знает, что Морион отмечен Сейной? Про детей, что он спасает, тоже знает?

– Ага, знаю про него, – словно прочитал мои мысли Арак Дорган. – Скрывается под личиной защитника обездоленных, а сам строит планы захватить все королевство. И отец его такой же был. Хотел армию из проклятых создать.

Я в недоумении смотрела и не верила, что такое может быть правдой. Я в это не верю. Нет… Я узнала Мориона! Он лишь хочет спасти проклятых! Арак неправильно понимает цели Мориона! Думает, что все такие, как он, хотят только власти и готовы ради этого на все.

«Нет», – мотнула я головой, прогоняя лживые слова Арака, пытающегося зародить во мне сомнения о самом лучшем и благородном мужчине на свете.

– Ноа, у тебя долгая жизнь впереди. Приди в себя! Ошейник мы снимем, и все будет хорошо. – Арак даже слегка улыбнулся мне. – Твой брат тебе во всем поможет.

– Всегда обращайся, – отозвался Ваид, тоже состроив что-то типа улыбки, пронизанной холодом Сумрака.

Оглушенная происходящим, я вышла на деревянных ногах из кабинета отца. Мир рушился вокруг меня. Мнимая семья из Арака и Ваида казалась пропитанной лицемерием и ложью.

И как с этим жить? Где искать правду?

* * *

Всю ночь я смотрела на луну и ждала ответа на мои вопросы: «Почему так сложилась моя жизнь?» А еще я ждала лунного ястреба от Мориона. Шептала слова в надежде, что он мне ответит. Мне так холодно на душе в отдалении от моего Повелителя Дома Мечей. Конечно, я не верю отцу. Мое сердце поет рядом с Морионом, только он знает меня и понимает, как никто другой.

Чтобы они все ни говорили, но общая беда сближает. А близкая смерть тем более. Только Морион знает, что такое бояться каждый день, когда придут за тобой и казнят. Я видела, как он ласково смотрел на детей, что удалось спасти. Как смотрел на меня… В его глазах я видела свое отражение и зарождающуюся надежду. На новую жизнь, на то, что мы больше не будем бояться. Что нас, отмеченных Сейной, перестанут называть проклятыми.

Ты способен изменить мир, Морион. Только ты можешь переломить, казалось бы, фатальную ситуацию и прогнуть все под себя. А еще в твоих глазах я видела звезды, что горели для меня. И в моем сердце они загорались в ответ.

Я знаю, ты придешь за мной. Я буду ждать тебя, Морион. И мне отвечал тихий шепот Сейны. На грани слышимости. Но я знала, что она говорила – слова утешения и надежды.

Глава 20

Враги

Завтрак проходил в тихой, семейной, почти идеальной на вид обстановке. Окружающие подумали бы, что отец и его два ребенка мирно едят и строят планы на будущую жизнь. Дочь наверняка мечтает, как и все девушки, о нарядах, балах и женихах. Парень думает о ветреном времяпровождении. А мама… Только это была не мать семейства, а шлюха и подстилка главы Дома, которая сейчас прожигала меня взглядом, явно затаившая злобу после того, как я ее чуть не задушила. Отец – убийца, думающий о захвате мира, ну или страны для начала. Дочь, которая их всех ненавидит и мечтает сбежать отсюда. А на самом деле о чем думает Ваид? Я его плохо знала, но, судя по всему, амбиций у него не меньше, чем у отца.

«Интересно, я бы стала такой же, как отец, безжалостной и эгоистичной, если бы моя жизнь прошла в этом замке? Или легкомысленной дурой, мечтающей только о балах, нарядах и выгодном браке?» – думала я, размазывая масло по поджаренному хлебу.

– Ты когда снимешь с меня ошейник? – задала вопрос дочь мирного, на первый взгляд, семейства, которую держали, как злобную собаку, на цепи.

Только вот для чего? Боясь ее? Или просто наказывая?

Мягкие лучи утреннего солнца блеснули в гранях хрустального бокала, отразились в зеленых злых глазах Квириды, озолотили лицо Ваида и утонули в черных глазах Арака, словно в мазуте.

– К тебе скоро приедет маг, специально приглашенный мной. Он будет обучать тебя магии, я посмотрю на твои успехи и приму решение.

«Очень обнадеживающе», – горько хмыкнула я.

Залпом выпила гранатовый сок, во рту все стянуло, а в желудке скрутило.

Это разве нормально, что меня собственный отец держит в ошейнике? Хотя у Арака вообще нет ничего нормального. И Дом его прогнил от безжалостности и тщеславия.

– Хочу посмотреть на могилы, – выдала я.

Вилка отца громко звякнула по тарелке. Он на меня вопросительно уставился.

– На свою могилу и моей матери, где якобы мы с ней похоронены, – произнесла я, прямо смотря в темные, как мгла, глаза Арака.

– Хорошо, – спустя пару секунд медленно проговорил он.

* * *

Парк возле замка отца оказался намного красивее парка Дома Мечей. Газоны были идеально подстрижены и имели различные оттенки зеленого цвета. Цветы посажены в виде красивых узоров, которые менялись от одного участка к другому. Ярко-красные розы, росшие вдоль дорожек, создавали яркий контраст с изумрудной травой. Нежно-голубые колокольчики дарили ощущение прохлады. Фиолетовые ирисы и темно-красные маки были посажены на более затененных участках парка, где выглядели особенно красиво. Думаю, это Квирида постаралась, она же что-то там говорила про магию природы или цветов.

У Тибера, отца Мориона, не было официальной жены, у Мориона тоже… Просто некому было, кроме садовников, приложить руку к красоте парка. Я гулко сглотнула – я бы смотрела за парком Мориона. Украсила бы пионами, розами, как у нас дома было с мамой. И обязательно жасмин посадила бы. И ночные флоксы еще, дарящие нежный аромат в темное время суток, что обязательно проникал бы каждую ночь в окна нашей с Морионом спальни, где он бы дарил мне самые изысканные наслаждения, а я бы отдавалась ему со всей страстью, которую только можно было вообразить.

Карета катила по центральной аллее, что вела к главному входу во дворец. Вдоль нее стояли, словно стражи, ряды высоких кипарисов, создающих тенистый коридор. Вдоль аллеи располагались красивые статуи, которые изображали различных мифологических персонажей. В тени раскидистых деревьев прятались красивые беседки, выполненные в виде маленьких храмов, украшенных колоннами и статуями. Многочисленные каскадные фонтаны создавали атмосферу свежести и прохлады.

Отец и Ваид ехали верхом в сопровождении двадцати вооруженных воинов. В карете я сидела одна, у Квириды хватило ума не отправиться с нами. Эта поездка была слишком личной для семьи, но я уверена, что шлюхе моего отца было на это плевать. Скорее всего, Арак не взял ее с собой.

Вскоре открылся величественный храм Триединого и белокаменный забор, за которым виднелся склеп – королевские усыпальницы.

Каменные стены склепа были украшены искусной резьбой и орнаментами. Особенно выделялся среди них один – с фигурами крылатых вестников загробной жизни, которые держали в руках свечи.

Я вышла из кареты, вдохнула уличный воздух, повеяло холодом и тленом. Запах смерти на кладбищах как-то перекрывает все и приглушает краски жизни. Меркнет свет, словно чуя черту, за которой его нет.

Отец и Ваид стояли рядом, давая мне осмотреться и первой войти в усыпальницу, фасад которой украшала эмблема Дома Гроз.

Ну что же, это тяжело, но я ступила на лестницу, ведущую в царство мертвых. Холодный и спертый воздух ужалил легкие. Я поежилась и начала спускаться по серым, кое-где сколотым временем ступеням.

Передо мной открылось большое помещение, где на возвышенностях покоились две гранитные плиты с выбитыми на них именами. Ноа Дорган и дата ее смерти – всего несколько недель от роду. Я втянула воздух, которого внезапно не стало хватать легким. Это ужасно! Видеть свою могилу никому не пожелаю.

– Арак, убери надписи с моей могилы, ведь я жива. И с маминой тоже, она ведь не здесь покоится.

Мне казалось, пока есть эта надпись, смерть довлеет надо мной. Ведь ей уже отдали подношение, оплакали меня, так что моя жизнь идет взаймы. Хотя вряд ли кто-то плакал над моей могилой. Отец знал, что я жива. Брату точно все равно. Может, маму кто-то оплакивал? Ведь были же на свете неравнодушные люди? Отец ее? Брат-то точно обрадовался, раз стал после ее смерти Старшим и Наследным Сыном Дома Горных волков.

Но ведь кто-то же любил маму, кроме меня?

– Да, твою надпись уберем, – согласился Арак, стоя со скорбным видом. Явно как и все в его жизни лицемерным. – Хотя пусть будет, ведь ты все равно умрешь, потом переделаем надпись, и все.

Я чуть не задохнулась от такой тирады. Он серьезно? Так цинично! У меня закралась нехорошая мысль, уж не собирается ли Арак меня прикончить раньше времени? Я с ужасом смотрела на того, кто назывался по ошибке моим отцом.

– А Шарлотте не нужно убирать даты. Она здесь.

– Как здесь? – не поняла я. – Что ты имеешь в виду?

– Я перевез ее тело в семейный склеп. Твоя мама здесь, – как ни в чем не бывало ответил он.

– Что? – сорвавшимся голосом спросила я. – Ты выкопал мою маму?! Как ты посмел тревожить ее могилу? – Я так закричала, что голос отскочил от стен склепа и будто ударил меня в грудь, пнул прямо под дых.

Я была готова убить Арака прямо сейчас же.

– Нельзя было ее тревожить! Как это вообще можно? Надругаться над упокоившимся человеком! Беспокоить его вечный сон и везти куда-то по своей прихоти?

Мои руки затряслись, по лицу потекли холодные слезы. Мне стало так плохо, что я подумала: умру тут же, и точно придется сегодня перебить дату моей смерти.

– Ты настоящее чудовище! Лучше бы я вообще не появлялась на свет, чем быть дочерью такого выродка!

Арак ударил меня. Звонкая оплеуха откинула мою голову назад, и я не удержалась, потеряла равновесие и упала. Прямо рядом с могилой моей матери.

– Я тебя предупреждал! Ты не смеешь так со мной разговаривать! – прикрикнул зло Арак.

Я думала, что в страшный сон попала. Какое-то безумие творилось вокруг меня. Просто затянуло в воронку, наполненную битым стеклом, что резало мои тело и душу на кровавые ошметки.

– Смотри, какая дерзкая! Лучше бы ты в мать пошла! Шарлотта была покладистой и не перечила мне! – выплюнул Арак.

– А я пошла в тебя, да, папочка? – зловеще проговорила я, утирая кровь с губы, так и не в силах встать.

Оглушенная, опозоренная, и нет… не сломленная. И хорошо, что твой характер мне достался, Арак, иначе я бы не выдержала всего, что на меня навалилось. Я бы просто страдала и рыдала в подушку. А я хочу тебя убить.

– Гордись этим, дочь, – не менее ядовито произнес Арак и вышел из склепа.

– Вставай, Ноа. – Ко мне подошел Ваид и протянул руку.

Я не приняла помощь. Сама поднялась и, зло глядя на дверь усыпальницы, за которой скрылась спина Арака, произнесла:

– Ты тоже все это знал? И даешь ему бесчинствовать?

– А в чем он не прав? Твоя мать часть семьи, она должна находиться в семейном склепе, где ей будут отдавать должную честь и никогда не забудут, – произнес Ваид.

Он не понимал? Или правда думал, что это все нормально? Я посмотрела на него, сузив глаза.

– Ты бы тоже так дал поступить с телом твоей матери? Ты бы держал дочь в ошейнике? Ты бы хотел убить ее при рождении? Использовал бы в своих целях?

Ваид долго молчал, а потом сказал:

– Если бы это вредило моей репутации, моему Дому и моей власти – однозначный ответ: «Да».

С этого момента и он для меня стал врагом. Как и мой отец. Я еще надеялась, что, может, Ваид нормальный. Но Арак вырастил монстра, подобного себе. И брат впитал все с его наследственностью и стал таким же чудовищем.

Я прямо смотрела на него, магия бурлила во мне, словно закипал котел, но только выхода ей не было. Мне кажется, скоро он взорвется, и все вокруг полетит в Бездну.

Хорошо, что я не такая, как они. Я выросла не в ядовитой, пропитанной злобой, интригами и подковерными играми атмосфере. Не участвовала в борьбе за власть, ради которой так легко идут на предательства и убийства. Прекрасно, что я родилась далеко от монстров. И если за мной не придет Морион – я уйду.

Когда я осталась в склепе одна, медленно повернулась к плите моей мамы. Я приблизилась и положила руку на холодный камень, обжигающий льдом, как смерть. И только сейчас увидела, что дата на могиле указана правильно. Провела по узорам лилий, что были выбиты на надгробии, – мама любила цветы. Горькая слеза сбежала по щеке.

– Прости, мама, за безобразную сцену, что мы здесь устроили. Прости меня. Я тебя люблю. И спасибо, что уберегла мою жизнь, сбежала со мной и дала мне самые лучшие годы жизни, наполненные светом и любовью.

Из груди вырвались глухие горестные рыдания, и я положила голову на плиту, вцепилась зубами в рукав платья, чтобы не заорать в голос.

Это мое горе… только мое. И никакие Арак и Ваид не увидят мою слабость.

Глава 21

Пороки

Весь следующий день я просидела в комнате, меня приглашали на завтрак и обед, но я отказалась, сославшись на головную боль. За волосы меня тащить к Араку не стали, так что я предпочла быть одна, чем обедать с этими ублюдками.

Цера пару раз заглядывала, я яростно сверкала на нее глазами, на что она лишь скалилась и уходила. И хорошо, что молча, иначе я набросилась бы на нее и пала без своей магии в неравном бою.

Я очень сильно устала в последнее время от всего: плохих новостей и отсутствия хороших – от Мориона. От неопределенности судьбы и незнания будущего. Это меня губило изнутри. И еще грызло одиночество. Оно пришло с последним вздохом мамы и всегда отзывалось пустотой внутри. Лишь Морион прогонял его и бесконечную тоску. Когда он был рядом, на сердце теплело и я будто выходила на поляну под солнце из дремучего леса.

Я потрогала губы, провела по ним пальцем, вспоминая наши поцелуи, твердые мышцы на его теле и как было приятно ощущать его руки на себе.

«Морион! Ну приди же! Вытащи меня отсюда!» – звала я, мечась по комнате.

К вечеру, с уходящим зноем и опускающимся серой пеленой сумраком, я почувствовала, что мне действительно плохо. Захотелось на улицу. Я уже спрашивала у Арака, можно ли выйти погулять в парк, но мне сказали: только в сопровождении Церы. Нет уж, лучше буду сидеть в четырех стенах, чем смотреть на предательницу. Сразу же я ее невзлюбила, почувствовала в ней зло, что кроется внутри. Так оно и вышло. Крыса она настоящая. Я поморщилась, вспоминая девицу, что спокойно предала любимого. На что только ни способна отвергнутая женщина! Я много слышала об их поступках, и они ужасали. Теперь я это и сама видела.

Лунный свет, проникший в окно моей спальни, окрасил стены в серебристые оттенки, делая их похожими на холст художника. Он скользил по мебели, играл бликами на потолке и рисовал узоры на полу.

Беспокойство зарождалось в груди, трепетало сердце – магия и тревога заполняли меня и не имели возможности выйти наружу. Я решила прогуляться. Служанка и Цера видели, что я легла спать, так что надо воспользоваться моментом. И я решила сбежать. Нет. Из замка, к сожалению, не получится. Но я могу сбежать ближе к небу! На крышу! Насладиться прохладой ночи, почувствовать нежные поцелуи ветра, послушать умиротворяющий шелест листьев и стрекот сверчков. И хоть на миг ощутить себя свободной. Пусть это будет просто иллюзия.

Я переоделась в платье, в ночной сорочке как-то нехорошо по замку перемещаться. Я знала, что охраны не было возле моих покоев, только вездесущая Цера. И, думаю, служанки за мной шпионили тоже. Но надеялась, что все уже спят.

Потушила в комнате свет и осторожно на цыпочках подошла к двери. Постояла, послушала, вроде тихо. Тогда я, опасаясь скрипа, приоткрыла дверь и высунула нос. Никого. Приглушенный свет коридора терялся в альковах, прячась тенями в нишах, и убегал в сторону главной лестницы. К ней я, естественно, решила не идти. В моем крыле располагалась лестница для прислуги, вот туда я и направилась. Все время озираясь и прислушиваясь ко всем звукам, добралась к ней. Она не была покрыта коврами, как главная, стены здесь оказались без украшений и лепнины, окрашенные бледно-лиловой краской.

Я поднялась на этаж выше и уперлась в тупик, тогда спустилась на этаж ниже. В замке много запутанных коридоров и башенок, ответвлений и лестниц. Я понятия не имела, где что находится, где покои Арака и Ваида. Но мне кажется, не на этаже, где были мои комнаты. Может, Арак, как летучая мышь, любил спать под крышей. Ему бы подошло.

Я осторожно выглянула из-за угла, рассматривая этаж, на котором очутилась, – больше золота на стенах и ковров, что приглушали мои шаги. Мне надо было пройти до следующего пролета в конце коридора и попробовать подняться на этаж выше. Осторожно, прижимаясь к стенам, я шла к своей цели, когда внезапно услышала женский вскрик. Я остановилась. Стон проник из-за двери справа. Не отчаянный и без ужаса вроде. Может, кто-то занимался любовью?

«Не мое это дело», – решила я и пошла дальше. Но вскрик раздался вновь, и к нему присоединился плач. Это уже не было похоже на страсть, точно. Хотя что я о ней знаю, будучи девственницей? Но мне кажется, от добровольной близости с мужчиной точно не плачут. И я сдуру решила посмотреть, что там делается. А вдруг это служанку насилуют охранники? Я же ведь могу поднять шум и помочь! И я подошла к двери и осторожно заглянула внутрь. Лучше бы я этого никогда в жизни не делала! Потому что эта картина засела у меня в голове навсегда.

Огромный зал, выполненный в багровых тонах, утопал в бархате и позолоте. На большом диване сидел в расстегнутой до пояса рубашке Ваид. Он курил толстую сигару, в руке держал бокал с янтарной жидкостью, а ноги он положил на… обнаженную девушку, которая покорно служила ему пуфиком. Возле его ног сидела еще одна голая блондинка, поглаживая его бедро и устремив взгляд туда же, куда и он. И я увидела, кто кричал. Молодая девушка, привязанная к кресту спиной к Ваиду, полностью нагая. Всю ее спину и ягодицы окрасил красный цвет. Кровь распускала цветы на прекрасном юном теле. Мускулистый мужчина, обнаженный по пояс, держал в руках плеть. Он размахнулся и нанес девушке удар, та вскрикнула и зарыдала от боли, повиснув в путах. Ее худенькие плечи тряслись, а голова бессильно опустилась на грудь. Слева от них на ковре полностью обнаженная пара, молодой мужчина и женщина, занимались любовью. Она лежала под ним, широко расставив ноги, и выгибалась под его ласками. Мужчина с силой вбивался в ее лоно, вырывая из нее стоны страсти.

Я впала в ступор, не ожидая такого увидеть, но не в силах сойти с места. Стон наивысшего наслаждения женщины под мужчиной совпал с криком боли девушки, получившей очередной безжалостный удар плетью. Я дернулась, словно от пощечины, закрыла дверь и бросилась бежать. Я была в смятении от увиденного, и меня трясло.

Возле двери в мои покои меня кто-то резко дернул за руку. Я испуганно оглянулась – Цера.

– Где ты ходишь? – зло процедила она.

– Не твое дело, – огрызнулась я, выдергивая из ее хватки руку.

– Что, хотела сбежать?

Я промолчала. А когда заходила к себе, хотела захлопнуть дверь перед носом наглой девицы, но она не дала, просунула носок сапога и зашла за мной.

– Отстань от меня! – воскликнула я раздраженно. – Что ты ко мне привязалась?

Она прислонилась к косяку, скрестив руки на груди с невозмутимым видом.

– Почему ты предала Мориона? Зачем ты так сделала? Ты же его любишь? Ты же его ревновала ко мне! – пошла на нее, спрашивая правду.

– Сложно любить того, кто не замечает твоих чувств. Того, кто не считается с девушками и меняет их постоянно, – вывалила на меня откровения Цера, криво улыбнувшись. А в ее глазах плескалась затаенная боль.

Я хлопнула глазами. Нет, Морион не такой, он не меняет девушек как перчатки! Хотя откуда я знаю? Он целуется точно не как девственник. Из ее речи меня только этот факт впечатлил и задел. Не хотелось быть очередной для него.

– Что ты несешь? – зло накинулась на нее.

– Когда мне поступило предложение от Арака за очень хорошее денежное вознаграждение уйти от Мориона, чтобы не видеть, как он мне предпочитает других женщин, и еще и получить шанс разлучить тебя с ним, я очень обрадовалась. Убить двух зайцев сразу! – усмехнулась она.

– Ну ты и стерва, – покачала я головой. – Он тебя убьет. Найдет и не простит предательство.

– Сиди тут, – зло бросила она и тут же подобралась.

Потом вышла, громко хлопнув дверью. Думаю, она устроилась где-то возле входа. Бедняжка… украли у нее Мориона. Да ты сама ему не нужна была! Ты никто! Такие, как Цера, – одноразовые подстилки.

И Морион убьет тебя, когда придет за мной. Я точно знаю! Он придет.

Глава 22

Покушение

Горячий пар поднимался над ванной, покрывая непрозрачной дымкой зеркало. Я поежилась на холодном кафеле, поджав пальчики ног, предвкушая приятное утреннее омовение. Всю ночь мне снились кошмары, какие-то, правда, странные, с оргией и множеством обнаженных тел, переплетенных в порыве страсти. И в сердце этого вертепа сидел Ваид, взирая горящими глазами на все это непотребство. Фух, хорошо, что он сам в моем сне не принимал участия в оргии. Иначе я на него бы и взглянуть не смогла – меня бы стошнило сразу же.

«Сейчас ванна отгонит кошмары, потом позавтракаю, – решила я. – Съем много сладких пирожных вместо каши, и все пройдет».

– Госпожа, подождите! Я добавлю в воду смягчающую настойку.

Служанка зашла в ванную с маленьким кувшинчиком и влила в воду жидкость белого цвета, напоминавшую молоко, в воздухе разлился миндальный аромат.

– Спасибо, – поблагодарила ее.

«Что-то я начала привыкать к служанкам», – подумала я. Мне стало нравиться, какие они мне делают прически, как набирают ванну, все за мной убирают. Раньше я это сама делала, а тут просто ешь, меняй платья и думай только, что надеть на ужин, и… страдай. Вот она, значит, какая – жизнь в золотой клетке. Много обязанностей, много печали, заговоров, убийств и денег. М-да… Я до сих пор не знала, как мне относиться к внезапно пришедшим титулам и родственникам.

– Стой! – раздался грозный крик Церы, как только я собралась опустить ногу в воду.

Она вбежала и отбросила меня от ванны. Я ударилась бедром о пол, боль пронзила меня.

– Эй! – начала было возмущаться, а потом обомлела.

– Иди сюда! – Цера втащила за волосы мою служанку в ванную. – Суй сюда свои руки! – И подтолкнула испуганную девушку к воде.

Я ничего не понимала, лишь открыла рот, хлопая ресницами.

– Нет! – вырывалась служанка.

– Быстро! Сунула в воду руки! – жестко приказала ей Цера, крепко ту удерживая.

Служанка давилась слезами и умоляла ее отпустить.

– Пожалуйста, нет!

Цера ее ударила наотмашь и прошипела, наклонившись к ее уху:

– Я тебе нос отрежу, если не сделаешь, что я говорю.

– Ч-что происходит? – запинаясь, спросила я, с ужасом глядя на развернувшуюся сцену.

Цера еще раз встряхнула плачущую девушку, и та, дрожа всем телом, с всхлипами медленно поднесла руки к воде и остановилась в паре сантиметров от нее. Цера, не церемонясь, взяла служанку за плечи и подтолкнула, окунув руки в воду. Девушка заорала так, что у меня уши заложило. А потом я увидела… Ее ладони и предплечья стали краснеть и покрываться волдырями! Крик перешел в хрип. И руки по локоть облезли кусками кожи, обнажив мясо.

Я прикрыла рот от ужаса. О Сейна! Меня затошнило. Вонь стояла ужасающая, не лучше развернувшейся картины. Но я никак не могла отвести взгляд от жуткого зрелища.

– Это бы случилось с тобой, Ноа, – проговорила мрачно Цера.

Я отшатнулась, казалось, воздух кончился в легких.

– Она принесла это специально в твою ванную. И нечего ее жалеть, она тебя не пожалела. Так ей и надо! – Цера плюнула в служанку в прямом смысле. Та, казалось, была в шоке, она сидела на полу и выла, смотря на свои поврежденные руки со свисающими ошметками кожи.

– Вставай, дрянь! – Цера взяла служанку за волосы и, не дожидаясь, пока та поднимется, потащила ее по полу. Девушка попыталась тормозить руками, но тут же взвыла, да так, что у меня мороз прошелся по коже. Служанка оставляла кровавый след на всем, чего касалась обезображенными руками.

– Куда ты ее тащишь? – выскочила, из ванной за Церой.

– К тому, кто ее заставил это сделать.

Я замерла. Потом бросилась за ней, возле выхода затормозила, надо сменить полотенце на что-то! Не могу же я в нем выйти в коридор. Я быстро метнулась к гардеробной, вытащила халат, затянула пояс и влезла в тапочки. А потом что было мочи побежала догонять Церу.

* * *

– Смотрите, Повелитель, служанка налила кислоту в ванную вашей дочери. Она пыталась ее убить. Или обезобразить. – Цера схватила руку девушки и, дернув ее, показала Араку. Все сопровождалось воем служанки.

Мы находились в покоях Арака. В просторной светлой комнате, Правитель сидел на диване с ножками в виде лап льва. Рядом стоял столик с кофейником и румяными булочками. Повелитель Дома Гроз был без сюртука, в рубашке и брюках, а у его ног сидела на мягкой бархатной подушечке Квирида в откровенном платье. Изображая кошку, видимо.

Арак подался вперед, рассматривая руки служанки, а потом перевел взгляд, полный гнева, на зареванную девушку. Я стояла позади Церы, и мне казалось, словно я нахожусь в кошмарном сне и все вокруг скоро развеется с пробуждением, как дымка.

– Ты пыталась убить мою дочь? – Под спокойным тоном Арака, казалось, скрывался рокот грома и надвигающегося шторма.

Девушка всхлипнула и с ужасом посмотрела на Правителя.

– Говори! – прикрикнул на нее Арак.

– П-простите меня, Повелитель! – Девушка поползла к нему на четвереньках, оставляя кровавый след на бежевом ковре. – Простите меня! – припала она губами к его начищенной обуви, оставляя на ней следы слез и соплей.

Арак откинулся на спинку кресла, с брезгливым видом глядя на то, как девушка пачкала его блестящие дорогие ботинки.

– Кто тебе приказал это сделать?

Рыдания в ответ.

– Отвечай! – Арак повысил голос.

– Простите… простите, – бормотание сквозь слезы и всхлипы.

Арак наклонился к служанке и схватил грубо за волосы, вывернув той шею. Она вскрикнула.

– Говори, иначе остатки кожи на твоих руках я прикажу медленно сдирать пинцетом.

Та заскулила от ужаса. А у меня аж сердце остановилось, потому что я представила все в красках. Какой ужас! Неужели он такое сделал бы? Хотя… Она же пыталась меня убить! Служанка заслужила смерти… Но не такой жестокой. Но ведь я могла остаться обезображенной! Тогда мало и пинцета.

Служанка смотрела на Арака с диким ужасом, а потом покосилась на Квириду. Арак сузил глаза. Я взглянула на его наложницу и увидела, что та стала белее известки. Казалось, она не дышала.

Арак отбросил от себя служанку, та упала под ноги Церы.

– Повелитель, приказ обезобразить Ноа служанка получила от Квириды. У меня есть доказательства.

Арак посмотрел на Квириду, вокруг него будто тьма соткалась и окружила все, давя сознание и пригибая к полу. Воздух стал напряженным и искрил.

– Позови стражу, – приказал Арак.

Квирида очнулась от оцепенения и начала, как гусеница, карабкаться по ноге Арака, хватая его за одежду.

– Арак, это не я. Клянусь тебе! Она все врет. – Ее голос срывался и был полон испуга. – Пожалуйста, поверь мне!

Квирида стояла перед Правителем на коленях и хваталась за него, словно за последнюю щепку в океане, где она потерпела крушение. В глазах Арака такая тьма клубилась, будто сама Бездна разверзлась. Я аж попятилась. А Квирида осела.

– Я разберусь, виновата ты или нет, – тихо и с угрозой проговорил он. – Служанку увести и казнить. Бросить ее в псарню, пусть полакомятся мои собаки, – приказал Арак вошедшей страже. И те грубо потащили ее, взяв воющую девушку под мышки, к выходу. Еще трое охранников молча ждали приказа.

– Квириду отвести в камеру, – холодным тоном приказал Арак.

– Нет! Нет, Арак! Пожалуйста! – Квирида вцепилась в его руку, но Арак на нее больше не смотрел.

Охрана, не мешкая, исполнила приказ Повелителя. Еле оторвав от него любовницу, вытащили ее за дверь. Из коридора раздавался вой и плач двух женщин. Я стояла и думала, что умерла, хотя сердце билось, словно пыталось обогнать ветер.

Наконец-то Арак обратил на меня внимание. Осмотрел с ног до головы, убеждаясь, видимо, в отсутствии урона, и спросил:

– С тобой все нормально?

– Д-да, – закивала судорожно головой.

Арак кивнул.

– Цера, отведи Ноа в комнату. Служанок больше к ней не пускать. Всех проверить, а возле ее покоев поставить стражу. Потом придешь ко мне, доложишь и расскажешь об инциденте.

Я не помню, как Цера вела меня по коридорам замка, удерживая под руку. Я была в каком-то оцепенении. Внутри будто разом выгорели все чувства. Просто констатировала факты: вот я зашла в комнату, села в кресло, вот яркие лучи солнца смотрят в окно, заливая золотом. Потом все погружается в серый цвет, накрывая мглой покои. Или мой разум.

* * *

Стук в дверь, и в комнату входит кто-то. Остановился на пороге и, постояв так несколько секунд, щелчком пальцев зажег магических светляков под потолком. Я сощурилась, глаза стало слепить от яркого света. Цера стояла на пороге и просто смотрела на меня.

– Ты как?

Я молча пожала плечами. Никак. Внутри та же пустота.

– Ноа, можешь больше не беспокоиться. Служанка мертва. К тебе будут допускать только проверенных людей, поклявшихся на крови перед Араком. Если они нарушат обещание не причинять тебе вред, умрут в муках.

– Замечательно, – кивнула я и произнесла голосом, охрипшим от долгого молчания: – Интересно, а почему Морион к тебе такое не применил? – посмотрела прямо на Церу. – Ты бы тоже умерла в муках от предательства своего Повелителя.

– Ну, повезло, что не применил, – пожала безразлично плечами Цера.

– А Квирида?

– Ее вина доказана.

– Она мертва? – затаив дыхание, поинтересовалась я.

Цера помялась.

– Арак отправил ее в бункер.

– Куда?

– Ну… это публичный дом такой. Специфический. Женщины оттуда выйти не могут, они там в рабстве. И они обслуживают очень нестандартные запросы клиентов. … Так скажем, выполняют все, что те захотят. Но ты не волнуйся, она там быстро умрет. Она красива, еще и бывшая любовница Правителя, очень много будет на нее желающих.

Я не волновалась. Я тихо умирала от чудовищной жестокости, которую хотели применить ко мне, от той жестокости, какой ответил на попытку меня убить или покалечить Арак. Мне было жаль. Странно, но жаль, что так ужасающе легко служанку отправили на мучительную смерть и медленная гибель под мужиками досталась Квириде.

«Это власть, Ноа. Арак Правитель, и по-другому быть не могло», – убеждала я себя, а в душе голос орал: «Нет, можно было просто их посадить в тюрьму, ну или убить, но не так мучительно и жестоко».

Меня мутило, и грыз еще один важный вопрос: «Значит, я Араку небезразлична, раз он так жестоко наказал тех, кто хотел причинить мне вред? Особенно своей любовнице Квириде? Может, в душе он меня любит? И мама ошибочно решила, что он хотел меня убить? Вдруг не так все было?»

Эти вопросы сожрут меня. Как узнать правду, скрытую под толстым слоем пыли ушедших лет?

Цера молча вышла и закрыла за собой дверь. А я осталась. Во мгле, где обитали твари Бездны, которые назывались людьми.

Глава 23

Нападение

За завтраком царила гнетущая атмосфера. Хмурое выражение лица отца говорило о том, что нелегко ему далось решение насчет Квириды. Брат молчал. И я тоже не проронила ни слова, потому что пережитые вчера события, наверное, навсегда оставят след во мне. Недоверие к людям просочилось в мою кровь, наполнило мою сущность, а дворцовая атмосфера превратилась в яд.

– Ноа, задержись, – произнес Арак, когда я вставала со стула и собиралась уйти к себе в комнату. Отец многозначительно посмотрел на Ваида, и тот вышел. Что-то было во взгляде Ваида, когда он бросил его на меня. Что-то нехорошее. Я напряглась.

– Дочь, я тебе должен сказать, что твой дядя по маме, Галлен Киллиан, умирает.

У меня глаза округлились. Что? Да он прекрасно выглядел в нашу последнюю встречу! Цвел и пах, выглядел здоровым. И он молод – ему нет и сорока.

– Умирает? – недоверчиво спросила я.

– Он очень болен, Ноа. Галлену мало жить осталось. И я должен с тобой серьезно поговорить. – Арак сложил руки перед собой на столе, сцепив пальцы. – Ты же знаешь, что твоя мама была Наследной Дочерью Дома Горных волков, а Галлен ее младшим братом? Твоя мама не претендовала на престол и уступила место мужчине, что и правильно. Но раз мама твоя умерла и при смерти правитель Дома Горных волков, у которого законных наследников нет, то теперь ты – Наследная Дочь Дома Горных волков. После смерти Галлена ты станешь Правительницей Дома Горных волков. – Отец сделал паузу, чтобы я осознала.

Я не осознала, меня это оглушило. Навалилось бетонной плитой. Я – Правительница? В восемнадцать лет? Ничего не знающая о власти? Я растерянно откинулась на спинку стула, и руки мои повисли вдоль тела.

– Дочь, я понимаю, править Домом это очень ответственно. Это серьезно. В твоих руках небольшое государство, люди, их жизни. Армия, в конце концов!

И Арак положил ладонь мне на плечо, заботливо смотря.

– И я тебе предлагаю просто жить, заниматься своей красотой, приемами и наслаждаться деньгами, что у нас есть. Поэтому будь просто милой слабой девушкой и после смерти Галлена передай мне бразды правления его Домом.

«Наверное, он прав, – как-то вяло подумала я. – Как я смогу управлять чем-то, если об этом вообще ничего не знаю и коснулась богатств и знатности совсем недавно. Думаю, я не справлюсь».

– Да, конечно, – кивнула я, понимая, что он безумно рад завладеть другим Правящим Домом. Ведь это значит – расширение его влияния на совет, его право голоса. Скорее всего, он на трон Дома Горных волков посадит моего брата. Или вообще объединит Дома в один. И его цель к доминированию над советом будет близка.

– Ну вот и умница! Скоро с тебя снимем ошейник, и я куплю любые наряды, которые только пожелаешь, милая. И вообще, проси все, что хочешь.

Мне нужен Морион. И только он. Но этого дать мне Арак не может. Правитель Дома Гроз способен только отнять мою любовь.

И теперь я точно могла сказать, проведенные в одиночестве ночи и тоска в сердце, невозможность видеть и слышать Мориона сжирают меня и убивают. Наверное, это и есть любовь. Когда минуты без твоего мужчины тянутся, как годы. Когда дыхание прерывается от воспоминаний о нем и жизнь кажется неполноценной.

Я грустно улыбнулась и вышла из зала.

А еще я теперь знала, почему он так испугался, что меня вчера чуть не убили. Ведь тогда ему бы не достался Дом Горных волков. Он не наследник. И, скорее всего, Квиридой он пожертвовал только из-за власти. Жажда ее преодолела и любовь, если Арак вообще может любить.

Мне кажется, любовь и власть несовместимы. Я думаю, что богатства и влияние становятся для многих приоритетными. А люди и их жизни для них – лишь средства к цели. Мы просто пешки на доске, и нами управляют сильные мира сего, безжалостно и жестоко.

* * *

Вечером, когда тени вышли на охоту за окном в вечной борьбе со светом, который ночью проигрывает, я сидела в кресле и держала книгу – мне накануне принесли любовный роман. На обложке были нарисованы мускулистый черноволосый мужчина с оголенным торсом, который держал в объятиях прекрасную женщину, уложив ее на постель. Мне не очень понравилось начало, но другой книги не было, так что пришлось читать, чтобы отвлечься от грустных мыслей.

Неожиданно дверь в мои покои распахнулась, со стуком ударившись о стену. Я испуганно вздрогнула и выронила роман. В комнату вошел… Морион.

– Ноа! – Он выглядел взволнованным, а в руке у него был готовый к бою меч.

Я кинулась ему навстречу, словно крылья выросли мгновенно, и мы в миг преодолели несколько шагов друг к другу.

Объятия Мориона были сейчас для меня целым миром. Его глаза стали спасением, его руки, что гладили меня, избавляли от всего плохого, что произошло в моей жизни. Быстрые короткие поцелуи Правителя Дома Мечей дарили тепло и надежду.

– Ты пришел за мной! – всхлипнула я. Глаза наполнились слезами, превратив мир в цветную мозаику и хаотичные пятна.

– Я же сказал тебе – всегда спасу, во что бы то ни стало, Ноа. Но сейчас нет времени. Надо уходить.

Я заметила, что на нем была черная кожаная куртка без опознавательных знаков Дома Мечей. Морион меня внимательно осмотрел, будто искал повреждения, а потом заметил ошейник.

– Ублюдок, – сквозь зубы зло выплюнул Морион. – Сейчас сниму.

Яркая вспышка магии, и стальной обруч упал к моим ногам.

– А сейчас, Ноа, слушай меня внимательно. – Он обхватил ладонями мое лицо и наклонился к нему. – Мы будем выбираться из замка. Это непросто. Я дам тебе своих воинов, под их охраной ты поедешь к своему дяде Галлену Киллиану в Дом Горных волков. Его хочет убить Арак. Надо его предупредить.

Я ошарашенно захлопала глазами.

– А ты?

– Я тебя скоро догоню. Ты просто первая уедешь. Ноа, ты меня поняла?

– Д-да. – Мне было жутко страшно.

– Все, выходим! – Морион взял меня за запястье и быстро потащил из комнаты.

За дверью ждало человек двадцать вооруженных воинов Мориона. Мы быстро побежали к лестнице, и я еле поспевала в своем длинном платье и на высоких тонких каблуках. Но сердце грело лишь одно – Морион пришел за мной!

Когда мы почти добежали до холла, из двух боковых коридоров на нас повалила толпа вооруженных гвардейцев Дома Гроз, ощерившись мечами.

– Берите Ноа и пробивайтесь к выходу из города! – жестко приказал Морион и первый бросился на врага.

Я ничего не успела сообразить, как воин схватил меня за руку и потащил к выходу, остальные пробивали нам путь свирепо и кроваво.

Лязг металла о металл эхом разносился по замку, смешиваясь с криками сражающихся и предсмертными хрипами раненых. Воины сошлись в смертельной схватке, их мечи сталкивались с такой силой, что искры падали во все стороны, а брызги крови разлетались на несколько метров вокруг.

Битва была напряженной – каждый удар мог стать последним для любого воина. Однако ни один не хотел сдаваться и отступать перед противником.

Мы смогли пробиться и вышли на лестницу, ведущую вниз. Внезапно меня словно ударило под дых. Страшная боль растеклась по телу, судорога скрутила все мышцы, и меня выгнуло дугой. Я захрипела и уставилась в высокий свод холла замка. Пальцы и тело, казалось, ошпарило кипятком, и боль залила все нутро. Перед глазами возник огненный шар, и все замерло вокруг: битва остановилась, ослепленная ярким светом.

И внезапно что-то вырвалось из меня… Из нутра, словно разрывая на части, ввысь взмыли два белоснежных дракона. Огромные, с раскрытыми в бесшумном крике пастями, демонстрирующими острые длинные клыки. Их тела сверкали серебром. Призрачные драконы! Мои магические драконы – самые смертельные и сильные! Драконы тут же спикировали вниз, скалясь, и с двух сторон прикрыли меня.

Это были лунные драконы! Очень редкое явление для лунного мага. Они моя защита и… Смерть другим. Драконы внезапно стали расшвыривать хвостами воинов и всех рвать зубами. Не разделяя, кто есть кто. И врагов, и воинов Мориона!

Я в ужасе смотрела, не понимая, как им приказать, чтобы не трогали людей Повелителя Дома Мечей. И теперь битва приняла другой оборот – воины двух Домов сражались с общим врагом – моими драконами.

Ноа, соберись! Иначе тут все полягут! Я в ужасе сжимала пальцы, пыталась приказывать, но ничего… Я не хочу губить людей Мориона!

Лязг мечей, крики заполнили весь замок. Кровавые цветы на стенах, полу и посмертные оскалы на лицах погибших. Вопли ужаса, затихающие в пасти огромных драконов. И искаженные страхом лики умирающих.

И тут я смогла – почувствовала нити, которые связывали меня и двух свирепых хищников.

«Остановиться, – приказала жестко им. Драконы тут же замерли, озираясь на меня. – Убивать воинов только с эмблемой Дома Гроз. – Мысленно послала своим драконам образ».

И кровавая баня быстро закончилась. Всех противников убили мои драконы.

Я медленно пошла вперед, ступая по крови и стараясь не морщиться при виде ошметков, что остались от тел. Я была будто в оцеплении. Драконы окружили меня плотным кольцом, грозно ощерившись и издавая легкое шуршание. Теперь я их чувствовала – они были словно продолжение моих рук.

Я с остатками воинов Мориона вышла из замка. Вечер опустился на город. Солнце окрасило все в багряный цвет. Казалось, битва произошла и на небе, и капли смерти стекли в мир людей. Воздух наполнился тревогой и чем-то темным, что давило изнутри, грозясь выбраться наружу.

К нам подбежали с лошадьми гвардейцы Мориона. Я сделала пару шагов к ним, но вдруг передо мной словно чернота сгустилась, непроницаемая и ощутимая. Она завертелась вихрем, и из нее вышел Ваид. За ним из Сумрака выскочили два огромных добермана.

Я остановилась.

– Ваид! Уйди с дороги, – крикнула зло.

Он лишь жестко и прямо смотрел на меня. В его глазах плескалась тьма.

Я качнула головой и послала одного из моих драконов к брату. Я не хотела его убивать, лишь напугать. Лунный дракон раскрыл над ним пасть, которая была по размеру с повозку. Ваид не шелохнулся. Лишь сверлил меня взглядом. Я сделала шаг вперед, и другой дракон подлетел к брату. Воины с обеих сторон затихли, лишь тяжело дыша. Сейчас решалась наша судьба.

Кто выиграет? Кто выйдет победителем в этот раз? Ваид зло ухмыльнулся и вернулся в Сумрак. За ним исчезли его доберманы.

Я выпрямила спину и пошла вперед. Моя победа! Лунные драконы разбрасывали воинов Дома Гроз, разрывали их клыками и топили в боли и крови. Воины Мориона бились рядом.

Мне помогли сесть на лошадь, и мы помчались из города. Два дракона летали вокруг, кружа в небе. Их серебряная чешуя ярко блестела на фоне темнеющего неба, создавая завораживающее зрелище. Их сильные тела рассекали воздух, а тихий шелест напоминал крадущихся огромных смертоносных змей в траве. Последние лучи освещали чешуйки драконов, делая их похожими на сверкающие звезды, падающие с небес.

Люди как завороженные смотрели ввысь, открыв рты и показывая пальцем на моих лунных созданий.

Мы смогли выйти живыми из битвы. Но оставили за собой трупы – и своих, и врагов. Но лунные драконы стали оружием и гарантом моей безопасности, которой никогда у меня прежде не было.

Глава 24

Предательница

Синяя мгла покрыла небо, окуная во мрак приближающейся ночи. Земля остывала от знойного дня и приносила прохладу. Но мне было жарко, все еще тек огонь магии в крови, и я утирала пот со лба. Ветер приятно обдувал, охлаждая пылающее лицо.

Мы пересекли каменный мост через реку, уже достаточно отъехав от Баски. Наш отряд двинулся не по главным трактам, а по лесным тропам и объездным дорогам. Мы мчались быстро, так как погоня была неминуема.

Я все время оглядывалась, искала взглядом Мориона, но его все не было. «Он просто опаздывает, и мы едем слишком быстро», – сама себя успокаивала я.

А в темном небе кружили мои драконы, сверкая серебром. Они иногда снижались и летели рядом, пугая грозным видом воинов Дома Мечей и придавая уверенности мне. Ведь я та, кто владеет единственными призрачными лунными драконами в Анцеме, а может, даже и во всем мире. Они были моими абсолютными защитниками.

– Госпожа, уберите драконов, они нас выдадут с головой. Всем врагам видно, где мы едем, – попросил глава отряда, хмурый мужчина с густой черной бородой.

Еще бы я могла это сделать. Я прекрасно понимала, что они, как стая коршунов над трупом, витают, но… не могла их убрать. Они из меня вырвались стихийно, и управлять ими я не умела.

– Не знаю, как их убрать, – призналась воину. Он хмуро посмотрел на грозно выглядящих драконов и ничего не ответил.

Я еще полчаса пыталась приказать этим созданиям исчезнуть или отправить их ввысь, за облака. Но они упорно не слышали меня или делали вид, что не слышат моих приказов. Я уже вспотела от усердия, и вдруг они исчезли! Я смогла их убрать! Не знаю, как, но у меня получилось! Я улыбнулась, а воин бросил на меня одобрительный взгляд, на что я кивнула в ответ.

Мы ехали долго – я хотела есть, спать и пить. Но приказа останавливаться все не было, и я молча терпела. На кону стояло много жизней, я все прекрасно понимала.

Таинственный мрак окутывал ночной лес, рассеиваясь лишь под светом далеких холодных звезд и изящного серпа молодой луны. Мягкий ковер из листьев шуршал под ногами лошадей. Воздух наполнился ароматами влажной земли и цветов, которые распускались только ночью. Деревья стояли неподвижно, словно воины, охраняющие свои владения. Их ветви переплетались над головами, образуя причудливые узоры, которые казались живыми существами, наблюдающими за каждым моим шагом. Луна, освещая лесную чащу, создавала на земле длинные хищные тени, которые будто крались за нами. Тревожную тишину ночи прерывали звуки: шелест крыльев ночных птиц, шорох маленьких животных, ищущих пищу, и тихий шепот ветра в кронах деревьев.

Наконец мы сделали привал. Нашли поляну вдали от дороги, сильно не углубляясь в лес. Когда я слезла с лошади, то просто ходила кругами, разминая ноги. Ныли спина и пятая точка.

– Развести костер. Собрать хворост. Выставить охрану по всему периметру, – раздавались четкие лаконичные приказы главы отряда воинов Дома Мечей.

Мне ничего не сказали делать, но я стала собирать хворост для костра недалеко от стоянки. Думая о Морионе и его реакции, когда он узнает, что я случайно убила его воинов, осторожно косилась на отряд, ожидая, что мне выскажут или, еще хуже, сделают за убийства своих товарищей. Но технически не я их убила! Это драконы! Не от моих рук воины пали.

Я поджала губы, пытаясь убедить себя, что все было правильно и неизбежны же потери в боях. Я села на землю, на постеленный мне плед. Попивая травяной отвар из жестяной кружки, пыталась не сломать зубы о жесткий кусок вяленого мяса, что мне выдали.

– Когда приедет Морион? – спросила я главу отряда.

Он точил нож и, не глядя на меня, покачал головой.

– Не знаю.

Морион меня никогда еще не бросал и выполнял свои обещания! Он точно приедет. Я это знала и чувствовала всем сердцем. Любящее сердце всегда знает, жив ли любимый.

– Охраняем по пять человек. Остальные спать, до смены караула. – Глава отряда распределял воинов. – Госпожа, долго мы отдыхать не сможем. Часа три, не больше. Ложитесь возле костра.

Я перетащила плед ближе к пламени, и мне один из воинов дал свою куртку, оставшись в рубашке. Мне так стало неудобно, что я проблеяла:

– Нет, спасибо, не надо.

– Все хорошо, – улыбнулся мне воин. Я закуталась в его куртку, пахнувшую костром, потом и хвоей.

Взяла уже вторую кружку отвара, витая в тревожных мыслях и обдумывая, что делать дальше. Внезапно раздался лязг вытаскиваемых мечей и окрик:

– Стоять!

Я испуганно оглянулась на лес, из которого выехала на лошади Цера.

– Ноа! Я должна тебе что-то сказать!

Я вскочила, испуганно глядя на девушку с растрепанными волосами. Воины стащили Церу с седла и грубо заломили ей руки, отчего она выругалась.

– Ноа, пожалуйста, – протянула с болью в голосе она.

– Подождите, давайте выслушаем ее! – воскликнула я и подошла к ней ближе.

Мужики ее дернули вверх, выпрямляя.

– Говори, – приказала ей.

– Скоро здесь будет отряд, воины Дома Гроз. Они вас выследили. Вам надо уходить.

У меня брови взлетели вверх. Она предупреждает о своих же? Спасает от воинов Арака, которому служит?

– Ноа, уходите! – взмолилась она.

– Ты почему меня пытаешься спасти? – недоверчиво спросила я, в смятении лихорадочно соображая, зачем ей врать? Или она почему-то действительно хочет меня защитить?

– Я потом тебе все расскажу. Вам надо уходить, Ноа! Немедленно!

– Быстро, собираемся! – крикнул глава отряда.

Даже если она врет, все равно перестраховаться не мешает, видимо, глава отряда решил так же. Воины бросились седлать лошадей и заливать костер. Я смотрела на Церу, наклонив к плечу голову.

– Почему? – спросила ее.

Цера открыла рот, только из него вырвался не ответ – хрип. Глаза остекленели, струйка крови потекла по подбородку. В ее горле торчал кончик кинжала – он пронзил шею насквозь. Я завороженно наблюдала за ускользавшей из ее зеленых, как летняя трава, глаз жизнью, превращающейся в цвет пепла, не в силах пошевелиться. Зато быстро сообразили воины, откинув Церу на землю, меня потащили прочь, закрывая щитами.

Свист стрел, крики и лязг металла, казалось, раздавались сразу отовсюду. Нас окружили.

Гвардейцы встали плотной стеной вокруг меня, ощетинившись мечами. Другие воины Дома Мечей заняли круговую оборону, приготовившись отразить атаку выбегающих на поляну людей Дома Гроз.

Казалось, земля разверзлась под ногами. Кровавые цветы распускались на воинах. Воздух наполнялся запахом дыма от факелов, жестокостью и смертью. Громкий лязг мечей и искры летели во все стороны. Битва проходила ожесточенно и свирепо.

Внезапный толчок в спину, когда мой защитник отбил летящую в меня стрелу, привел в чувства. Я запищала:

– Отойдите чуть-чуть, я могу выпустить лучи! И драконов могу натравить на них!

– Нет! – рявкнул воин рядом. – Вы сразу же получите стрелу!

Он был прав. Лунные лучи не подойдут. А с драконами что делать? Я попробовала их призвать, но как долго не могла их убрать, так пока не получалось и вызвать. Да, может, и к лучшему, я пока не понимала, как их направить точно на противника. Могу задеть случайно и своих воинов. Вдруг не получится остановить?

«Морион! Где ты?» – про себя позвала отчаянно я. Злые слезы побежали из глаз, оставляя холодные дорожки на щеках.

Все смешалось: крики, лязг оружия, едкий дым от факелов, хрипы умирающих. Меня несколько раз накрывали щитами, потому что убить хотели именно меня – я это четко поняла, и от этого становилось еще хуже.

Внезапно темная волна воинов хлынула на поляну из-за деревьев. Все, нам конец! Но оживившиеся гвардейцы Дома Мечей подсказали причину: к нам прибыла подмога из Дома Гроз! И во главе отряда был Морион! Его меч светился магией и легко разрубал тела и головы противника, словно они были сделаны из масла. Он с ожесточенным выражением лица пробивал дорогу ко мне.

И вот стихли последние хрипы врагов. Нападение было подавлено. Моя охрана отошла, пропуская Мориона, идущего по залитой крови поляне, я не выдержала – упала на колени. Мои руки и губы тряслись, а тело содрогалось от рыданий.

Повелитель Дома Мечей подошел ко мне, тяжело дыша, весь в крови, лишь глаза сверкали тысячами звезд, отраженных в ледяных водах горных озер. Правитель наклонился и поднял меня, придерживая за локти, и прижал к себе так, будто нашел самое драгоценное в мире. Я ухватилась за его куртку, влажную от крови, от него пахло лесом и яростью, что еще догорала после битвы. Я плакала у него на груди от облегчения и пережитого страха, а он меня гладил по спине и целовал в макушку.

– Ты ранен? – оторвалась наконец-то от него я, оглядывая с тревогой.

– Нет, это не моя кровь.

Я заглянула в его глаза, а мое сердце билось быстро-быстро, как от радости, так и от тревоги.

– Расскажи, что случилось? Тебя так долго не было, – пожаловалась ему на него же. – И Цера… Она пришла предупредить меня! Она ведь предала тебя, Морион!

– Давай отсюда уедем, и я тебе все расскажу. – Морион обнял меня за плечи и подвел к своей лошади, усадив перед собой. Крепко обнял одной рукой, и я уткнулась ему в грудь.

Он со мной. И больше мне не страшно.

Глава 25

Север

Все пробуждалось от ночного сна, воздух наполнился свежестью и прохладой, а солнечные лучи медленно пробивались сквозь облака, окрашивая небо в яркие золотые цвета. Птицы радостно защебетали, приветствуя новый день. Зеленая трава, словно мягкий ковер, покрывала землю, казалось, до горизонта, а над ней возвышались пышные шапки полевых цветов. Яркие мазки художника окрасили луг в нежно-розовые, голубые, красные и желтые насыщенные тона. В воздухе витал сладкий запах меда и душистых трав.

Мы с Морионом спешились и смотрели на восходящее солнце, обещающее новую жизнь.

– Ноа, я должен тебе сказать, – придерживая меня за локоть и внимательно глядя в глаза, произнес он. – Твой отец мертв.

Я молча на него смотрела, пытаясь понять, что почувствовала с этими словами. Я знала, что Морион не простит убийство своего отца. Я знала, что так и будет.

В воздухе повис вопрос: «Ты его убил?»

Морион будто услышал мои мысли.

– Его убила Цера.

У меня отвисла челюсть.

– Но она же предала тебя? – недоуменно воскликнула я.

– Цера так и осталась мне верна. Когда к ней пришел Арак с предложением выкрасть тебя, она сразу же все мне рассказала. И я придумал план, что якобы она согласилась, а на самом деле она должна была присматривать за тобой по моему поручению.

И убила Арака по его поручению тоже. Теперь понятно, почему она бросилась меня предупредить о приближающейся погоне – Цера была до конца верна Мориону. Тому, кого любила.

Мое сердце словно резанули лезвием. Из надреза сочилась кровь, заливая нутро и наполняя рот горечью утраты. Арака я узнала недавно, и не сделал он мне ничего хорошего. Но… Почему-то чувствовала себя осиротевшей бесповоротно. Наверное, в душе что-то теплилось, думалось, раз отец жив, все может быть хорошо. Наивная.

– Оставь меня, я хочу побыть одна, – глухо произнесла я и пошла дальше в поле.

Колючки тянули ко мне кривые пальцы и цеплялись за подол платья, оставляя на нем зацепки и прорехи, так и у нас в душе сильные эмоции и потрясения оставляют дыры, которые, бывает, не зарастают до конца жизни.

В одиночестве мы рождаемся и умираем тоже в нем. Даже самые крепкие семейные узы, даже самые любимые никогда не влезут в нашу голову – мы там одни.

Мы одинокие внутри, несмотря на видимость окружения и тепла снаружи. В нас всегда хранятся тайны, в темных уголках кроются секреты, которые даже при страхе смерти мы никому не поведаем. А близкие отношения и родные… Иногда лишь иллюзия.

Я посмотрела на небо, где кружили юркие ласточки, оглашая округу пронзительными криками, словно и им было тяжело и вопли боли и отчаяния, вплеснутые наружу, давали облегчение. Мне тоже хотелось дико закричать. Так, чтобы до хрипоты. Так, чтобы чернота утраты вышла наружу вместе с отчаянием и горем. Чтобы пустота залила душу и пелена безразличия хоть на время покрыла разум.

Я упала на колени, плечи затряслись от беззвучных рыданий. Руки сгребли траву, острыми, как лезвия, краями разрезая нежную кожу ладоней. На землю упали рубиновые капли крови. Оросили еще одним горем, бесконечным в череде веков.

И где мой дом теперь? Я не знала. Гонимая по дорогам жизни…

Сердце, вывернутое наизнанку и разрубленное на куски. Расколотая болью душа.

Что меня ждет? Где я обрету покой и пристанище? Где найду свой дом? Я посмотрела на Мориона, что тревожно наблюдал за мной издалека. И кто мой дом?

* * *

Мы достигли севера нашей страны. Ветер стал пронизывающе холодным. Воздух был настолько свежим и чистым, что казалось, будто его можно пить, как воду из родника. Чем дальше мы продвигались, тем сильнее становились ветра. Они завывали среди деревьев, заставляя их скрипеть и тревожно раскачиваться.

Горы великанами возвышались над землей, с макушками, окутанными снежным покрывалом, сверкающим на солнце и отражающим его лучи. Ледники, словно гигантские змеи, спускались с горных хребтов, образуя живописные озера и водопады. В ясную погоду с горных вершин открывался захватывающий дух вид. Когда солнце начинало клониться к закату, горы окрашивались в золотисто-розовые тона, создавая неповторимую атмосферу волшебства и таинственности.

Я куталась в теплый плащ с меховым воротником, а ноги прикрывало шерстяное платье. Теплую одежду нам купил Морион в небольшом поселении. Мы останавливались на постоялых дворах или просто в лесах, ели пойманную дичь и пили чистейшую родниковую воду, которая стекала с горных вершин. Мы ехали в родные земли моей матери.

– За мостом начинается территория Дома Горных волков, – указал мне на долину Морион.

Каменный мост, перекинутый через ущелье, казалось, стоял там испокон веков и крошился под ногами. Я с ужасом смотрела, как камни падают вниз, и эхо разносилось высоко в горах.

Я боялась обвала и смерти. Но Морион со спокойным видом ехал рядом, ободряюще мне улыбаясь. Когда мы миновали мост, я попросила остановиться. Хотела ступить на земли моих предков собственными ногами.

Спешившись, я вдохнула аромат горного воздуха, такой свежий, чистый и насыщенный. В нем чувствовались нотки целебных трав, цветов и деревьев. Надо мной возвышались величественные горные вершины, поражающие своей красотой и неприступностью. Их заснеженные склоны блестели в лучах солнца. В воздухе витал аромат свободы, который наполнял душу спокойствием и умиротворением.

Мне нравилось здесь. Внезапно у меня закололо пальцы и кожу, а в груди разгорелся пожар. Я резко выдохнула, и появились они… Мои лунные драконы. Плавно взмыли в воздух, наполняя пространство серебристым сиянием. Я оглянулась на Мориона, ведь он о них еще не знал. Он удивленно воззрился на прекрасных созданий и сделал шаг ко мне.

– Они прекрасны, да? – с улыбкой спросила я. Меня распирало от гордости.

– Они смертельно прекрасны, Ноа! – ухмыльнулся Правитель Дома Мечей.

Я подняла руку, и драконы закружили над нами в тихом танце, то опускаясь, то поднимаясь. Их грациозные движения, тихий шелест и облака, которые будто надевали на них корону, казались невероятными.

– Не ожидал, – покачал головой Морион, обнимая меня за талию.

Я с улыбкой посмотрела на красивое лицо Повелителя, мужественный подбородок и щетину на щеках. Казалось, его глаза почерпнули красоту севера, будто он его одарил своей суровостью и стойкостью.

Мой Север. Мой Морион. Я прижалась к нему, вдыхая упоительный аромат меха и свежести, кедра и тепла.

– Знаешь, Ноа, Сейна просто так не одаривает такими подарками, как твои драконы.

– Что ты имеешь в виду? – Подняла на него глаза. Морион взял меня пальцем за подбородок, повернув голову к себе.

– В тебе течет кровь двух древних родов. Она пробуждает мощные силы. Ты истинная правящая Дочь, Ноа.

Мои щеки вспыхнули. Слова Мориона согрели душу. Я кто-то значимый в этом мире. Во мне кровь правителей. И у меня единственной – лунные драконы, способные на все. Я улыбнулась и посмотрела в небо, где кружили грозные создания, подвластные только мне.

* * *

Суровые бескрайние просторы Севера сохранили свою первозданную красоту, а воздух наполнялся свежестью и ароматом хвои. Мощные деревья покрывал мох, сквозь густые кроны едва пробивались солнечные скупые лучи. Землю покрывал мягкий ковер из лишайников, которые приглушали топот лошадей нашего отряда.

И вскоре я увидела вдалеке величественный замок, созданный из сурового камня, добытого в этих землях. Казалось, его стены, будто неприступные стражи, надежно охраняли тайны прошлого. Высокие башни замка, устремленные в небо, напоминали о могуществе и силе. Они гордо возвышались над окружающими землями, словно маяки, указующие путь тем, кто ищет приют и защиту. Замок стоял на берегу озера с синими зеркальными водами, окруженный вековыми деревьями.

– Ноа, убери драконов. Мы подъезжаем, – напряженно произнес Морион.

Если бы я могла! Мне опять не удалось их заставить исчезнуть, поэтому они так и парили рядом с нами. Хорошо хоть лошади перестали их бояться.

– Не получается, – извинительным тоном произнесла я.

– Будем надеяться, стражи не откроют по ним пальбу, почувствовав угрозу.

Я аж заозиралась, вдруг уже лучники целят в нас стрелы. И до въезда в замок очень нервничала. Главные ворота и правда охраняли лучники с оружием наизготове. На суровых воинах были серые кожаные доспехи с эмблемой Дома – Горного волка.

– Я – Морион Рокуда, Правитель Дома Мечей, – строгим властным тоном громко произнес Морион.

Я чуть замялась, но выпрямилась в седле и постаралась также повелительно и громко сказать:

– Я Ноа Дорган, Дочь Дома Гроз и Старшая дочь Дома Горных волков. Шарлотта Киллиан – моя мать.

Драконы спикировали ниже, оскалив пасти. Воины испуганно пригнули головы и выставили мечи в сторону небесных созданий.

– Драконы со мной и не причинят никому вреда, – громко произнесла я. И вытянула руку вверх, от чего драконы метнулись ко мне, окружив облаком.

Послышались тревожные шепотки, и навстречу вышел мощный, но низкорослый мужик и пробасил в бороду:

– Правитель Морион Рокуда, госпожа Ноа Дорган, будем рады вас принять. – И он поклонился.

Видимо, он глава стражи, и выдержки ему не занимать. Даже не дрогнул при виде драконов. Будто не первый раз такое видел.

Когда наш отряд двинулся по дороге, ведущей ко входу, глухим звуком разносился топот копыт. Наше появление вызвало ажиотаж, и к нам высыпали все, кто мог. Слуги, рабочие, воины, собаки даже, что нервно лаяли на драконов, которые летели высоко, но ниже башен замка. Люди показывали на них пальцем, удивленно переговаривались и пялились на нас.

Спешившись возле входа, мы передали лошадей слугам. Из замка вышел нам навстречу толстый мужчина, лысый и с брюшком, что нависало над бордовым бархатным поясом. Его одеяние горчичного цвета напоминало балахон жреца. Мужчина подошел к нам и поклонился.

– Добро пожаловать в Дом Горных волков. Я Сорайн Гемптос, главный маг.

– Отведите нас к Повелителю Галлену, – приказал Морион, снимая потертые за время дороги коричневые кожаные перчатки.

Я переминалась с ноги на ногу, и так хотелось потянуться, размять спину.

Сорайн почтительно поклонился еще раз и вкрадчиво произнес:

– В тяжелое для Дома время вы приехали.

– Нам надо срочно с ним поговорить, проводи нас быстрее! – потерял терпение Морион.

– Боюсь, вы не сможете увидеть Правителя Галлена, – произнес маг и выдал то, что ввело меня в ступор: – Сегодня утром Повелитель скончался.

Глава 26

Обретение

В замке царила тяжелая атмосфера, слуги ходили со скорбным видом. Сорайн вел нас по коридорам, в каменных стенах располагались многочисленные арочные проемы. Резная деревянная мебель казалась мощной и монолитной. Плотные и тяжелые портьеры закрывали узкие окна, кое-где виднелись витражи из цветного стекла. Интерьер украшали массивные кованые светильники. Пол устилала плитка с геометрическими узорами или мозаика из разноцветного мрамора, на потолке висели люстры из хрусталя и бронзы.

Я была ошеломлена новостью, никак не могла прийти в себя. Слишком много смертей устилали мой путь. Это невыносимо.

Мы вошли в помещение, где был выставлен открытый гроб, в котором лежал Галлен Киллиан. На нем был надет нарядный темно-синий сюртук с отделкой из драгоценных камней. Светлые потускневшие волосы открывали неестественно белое и спокойное лицо.

Морион медленно подошел к гробу, возле которого тихо рыдали несколько женщин в черном. В зале царили дух безысходности, аромат восковых свечей и пряных трав, что жгли при покойных, чтобы их души нашли путь в небеса.

– Как он умер? – тихо спросил Морион у Сорайна.

Я подошла ближе к ним. Больно закусив нижнюю губу, ощутила вкус не крови, а пепла, что в последнее время сопровождал мою жизнь. Вокруг меня все так и будут умирать? Захотелось всхлипнуть и разреветься. Хотя я знала, что Галлен сделал, и видела дядю только раз. Моей родни становилось все меньше, словно их пожирал Мрак, когда я о них узнавала. Это кара? Проклятье? И я сама скоро умру?

– Правителя убила его наложница, – так же тихо ответил Сорайн. Морион вскинул на мага удивленный взгляд, и я опешила.

Мы опоздали! Не успели предупредить дядю!

Отчаянно ныло в груди, вина просочилась ядом в кровь. Неужели я виновата в его смерти?

«Нет! – тряхнула головой. – Не я же его убила!» Это жажда власти моего отца всех губит! Я поджала губы. Я знала, что Галлена убил Арак. Он явно приказал его любовнице это сделать. Вполне в его духе.

«Только папочка не порадуется исполнению своего плана», – мрачно подумала я и еле сдержала неуместный смешок.

– Белинда в камере. – Руки Сорайн держал сложенными на внушительном животе, используя его как подставку. – Нам надо решить некоторые вопросы, Правитель, можем мы пройти в зал и поговорить?

Морион коротко кивнул. Я понуро поплелась за мужчинами. Смерть всегда имеет разрушительные последствия. Но для кого-то она становится концом всего хорошего. Смерть редко не оставляет след в сердцах близких и родных. Она кислотой обжигает нутро, разъедая ядом душу. Навсегда пустеет что-то, будто ты раскололся на куски и не собрать все заново.

В большом зале для совещаний камин, расположенный в одном из углов комнаты, облицованный натуральным камнем, горел ярко. Огонь танцевал и искрился, отражаясь от каменных стенок. Иногда языки пламени становились длинными и тонкими, словно танцующие змеи, или изгибались, принимая причудливые формы. Треск горящих поленьев и тихое шипение смолы добавляли уют комнате.

Овальный стол, стоящий в центре, был изготовлен из массива дерева и покрыт лаком. Он идеально вписывался в общий стиль интерьера и позволял комфортно разместиться за ним нескольким людям. Вокруг него стояли мягкие стулья с высокими спинками, обитые кожей темных оттенков. У стены расположились небольшой диванчик и шкаф, наполненный книгами в кожаных переплетах и рукописями. Окна обрамлены тяжелыми пурпурными шторами из бархата.

Морион уселся во главе стола и посадил меня рядом с собой. Сорайн остался стоять напротив нас, его маленькие карие глаза казались проницательными, в их глубине таился огонь мощного интеллекта. Похоже, он очень непростой человек.

В комнату вошел высокий, худой мужчина лет сорока, с черными коротко стриженными волосами, военной выправкой и орлиным носом. На скуластом лице сверкали очень темные глаза. Он остановился напротив нас, рядом с Сорайном, и поклонился.

– Керус Тробион. Командор Дома Горных волков.

Морион кивнул и сложил руки перед собой, положив их на стол. Я сидела рядом, печально на все взирая. Служанки проворно вбежали в зал, поставив перед нами графины с водой, вином и закуски.

– В связи с кончиной Правителя Галлена нам нужен преемник власти, – начал вкрадчивым голосом Сорайн. – И следует его назначить в ближайшее время.

Морион хмурился и молчал. Я слушала немного отстраненно, рассматривая стены и представляя маму. Она была в этой комнате? Может, даже сидела, где и я? Как она тут провела свое детство и юность? Где были ее любимые места в замке? Кто ее друзья?

– И мы как раз хотели сегодня отправить отряд за госпожой Ноа.

Я встрепенулась, услышав свое имя.

– И мы очень рады, что она сама к нам приехала, – чуть улыбнулся Сорайн. У него были мелкие зубы и ямочка на круглом подбородке, несвойственном для мужского пола.

– Вовремя, – коротко кивнул Керус.

– Поэтому надо официально объявить преемника сегодня же.

– Да, это нужно сделать. – Морион откинулся на спинку стула и стал постукивать пальцами по отполированной поверхности стола.

Я смотрела на мужчин и ничего не понимала. Я так устала от быстрой гонки до замка, что хотела лишь упасть на кровать и забыться сном.

– Госпожа Ноа, – обратился ко мне Сорайн. – Правитель умер. Мы рады приветствовать новую правительницу Дома Горных волков.

Он низко поклонился мне. Керус тоже.

До меня не сразу дошло. В ошеломлении посмотрела на Мориона. Он наблюдал за мной молча, с беспристрастным выражением лица. Я прочистила горло, хотела было спросить, почему меня только что сделали Правительницей. И даже было открыла рот, как Морион сказал:

– Назначьте церемонию принятия власти. Госпоже Ноа надо отдохнуть и подготовиться.

– Конечно, Правитель Рокуда, все будет сделано, – склонил голову в почтении Сорайн.

– Ноа, пойдем. – Морион встал и протянул мне ладонь.

Я медленно поднялась, приняв его руку, и пошла за ним. Мне казалось, это сон. Какой-то странный и вроде бы счастливый, где я становлюсь королевой, но в жизни что-то ничего в этом радостного не было.

Глава 27

Бремя

– Да о чем вообще речь, Морион? – ходила я туда-сюда по залу, в котором мы могли спокойно поговорить.

Стены просторной комнаты украшали деревянные панели. На полу лежали шкуры животных. Массивная мебель, выполненная из темного дерева, добавляла весомость интерьеру. Витражные окна пропускали достаточно света, делая комнату светлой и уютной. В углу расположился большой камин, над которым висел старинный гобелен с изображением герба Дома Горных волков.

– Ноа, – Морион прекратил мой забег, схватив меня за плечи, – ты хочешь, чтобы перестали убивать отмеченных знаком Сейны?

– Конечно! – Как мне было страшно всю жизнь ходить под плахой. Я устала.

– Это наш шанс. Ты представляешь, что теперь будет целых два правителя в совете, кто со знаком луны, и какие нам это даст преимущества?

Я задумалась. Это могло решить проблему. Была, по крайней мере, надежда на ее решение.

– Но… Правительница, – замотала я головой. – Да какая из меня правительница? Я же ничего не умею!

– Послушай, Ноа, – тяжело посмотрел на меня Морион и заговорил, понизив голос. – Я с тобой. Ты не одна теперь, запомни. Я тебе помогу во всем разобраться. Ты всему научишься. В тебе кровь древних королей – она поможет править. В тебе сильная магия – она усмирит притязания на трон. И кому его отдать? Ты хочешь, чтобы началась борьба за власть для тех, кто на нее права не имеет? Ты хочешь кровопролития? Ты – Наследная дочь Дома Горных Волков. Ты – Дочь Дома Гроз! Ты справишься, как никто другой.

– Но… – сомневалась я сильно.

Тогда Морион притянул меня к себе, прижав к мощной груди, и заговорил в мою макушку.

– Все у тебя получится. Только всегда помни, кто ты есть, что от тебя зависит жизнь детей, которых продолжают убивать. Ты должна править, Ноа. Это твое место.

Я вцепилась в его рукав и сказала:

– Я попробую.

– Ты не попробуешь, ты будешь править, пташка моя.

Он придал мне уверенности, его слова дарили крылья. Морион мне поможет и не оставит.

– Ну все? Идем к советникам? – Он взял мое лицо в ладони. Теплые и жесткие.

Я кивнула. Я должна.

* * *

– Через два дня мы проведем церемонию посвящения в Правители и передачу власти. – Спокойный и уверенный голос Сорайна мне нравился. Мне кажется, ему можно доверять.

Мы опять сидели в зале для совета, и Морион обсуждал с главным магом и командором церемонию. Руки у меня дрожали, поэтому я убрала их под стол, чтобы не выдавать свою нервозность. Старалась сделать лицо непроницаемым, думала подражать спокойствию Мориона. Раз мне здесь править, надо вести себя соответствующе. Мне следует выработать свою линию поведения. Я уже видела, как себя ведет Арак с Ваидом, плохой пример, конечно. Но наблюдала и за Морионом. Перейму что-то среднее. У меня все получится! Обязано получиться!

– Мы разошлем сегодня приглашение вассалам, чтобы они приехали принести присягу Правительнице Ноа, – сложив руки на внушительном животе, перечислял шаги Сорайн. Он был хорошо осведомлен обо всех деталях.

Главный маг мне будет хорошим помощником. А Керус? Он молчал. И как он отнесется к женщине-правительнице? Судя по истории, женщины не правили уже лет сто. Они обычно были соправительницами вместе с мужьями. Но Морион во мне уверен. А он важнее их всех.

– Ноа надо отдохнуть с дороги. – Видимо, у меня был измученный вид, раз Морион сказал прервать совещание.

– Да, конечно, – чуть склонил голову Сорайн.

Морион встал первым и подал мне руку. Сорайн позвал прислугу и что-то им быстро проговорил.

– Вам покажут ваши покои, госпожа Ноа, если вам не понравится что-то, говорите, все переделают.

– Спасибо, – мягко улыбнулась я главному магу.

– Госпожа, – кивнул Керус.

* * *

– Я хочу только спать и есть, – пожаловалась я, когда мы с Морионом поднимались по лестнице за слугой.

Он сжал мою руку.

– Отдыхай, моя пташка, до вечера. – Он наклонился поцеловать меня в губы перед дверью, что мне открыли слуги.

Мне так не хотелось с ним расставаться, и я просто стояла и смотрела на него. Морион ласково улыбнулся и сказал:

– Скоро увидимся.

Я тяжело вздохнула и вошла в покои. Это была явно женская гостиная, воплощение роскоши и элегантности. Высокие потолки, украшенные лепниной, создавали ощущение воздушности и простора. Стены были отделаны дорогими тканями с цветочными узорами, которые гармонировали с портьерами на окнах. В центре комнаты расположился круглый стол из красного дерева, окруженный мягкими креслами и диванами с бархатной коралловой обивкой. На столе стояли изысканные фарфоровые вазы с живыми цветами, добавляющими свежести и уюта. Камин, выполненный из белого мрамора, служил не только источником тепла, но и прекрасным элементом декора. На его полке стояли изящные статуэтки, и над ним висело зеркало в золоченой раме. Пол был покрыт мягким ковром с цветочным рисунком. В углах комнаты располагались изящные торшеры с абажурами из тонкого кружева, которые освещали гостиную теплым светом.

За мной забежали две служанки в черных платьях и белых передниках, с убранными в пучок зализанными волосами. Следом вошла какая-то женщина лет сорока пяти, в строгом коричневом платье, застегнутом до горла. Ее серые глаза казались холодными, а рот сжимался в тонкую недовольную полоску.

Служанки мне поклонились, и женщина тоже. Я на них смотрела и ждала, что скажут.

– Госпожа, я экономка Висгард Айкон. – Ее голос был строгим. Может, такой и должен быть у домоправительницы. – Я к вашим услугам. Сегодня на ужин будете утверждать меню?

О, ужас! Это что, надо будет делать каждый день?! Мне разом плохо стало. Совершенно не хочу этим заниматься!

– Или оставить пока приготовление блюд, как было обычно при Правителе Галлене?

Да она проницательна! Увидела уныние на моем лице и предложила оптимальный выход.

– Да, давайте так, – согласилась я с облегчением.

– Это Фибиан и Мари – ваши личные служанки. Будут исполнять все ваши приказы в любое время дня и ночи. Девушки проверены, хорошие работницы. Если что-то вас не устроит, сразу же заменим. Скажете, что вам принести и поменять.

Я кивнула и выдала:

– Есть хочу.

Это то, о чем я мечтала давно, потому что принимали пищу мы последний раз вчера вечером. Морион решил гнать быстрее, чтобы не терять время.

– Мари, на кухню! – приказала Висгард брюнетке с карими глазами и круглым лицом. Та быстро умчалась.

– Госпожа, я так понимаю, вам понадобится гардероб. Вы прибыли налегке.

О да, очень точно. Вообще без всего я прибыла. И это так мне не по статусу. Интересно, что они подумали?

– У нас нет новых нарядов для вас, госпожа Ноа. Но, заверяю, все скоро будет. Сегодня к вечеру принесут готовые платья и обувь из запасов замка. Новые, разумеется. И сегодня же с вас снимут мерки, вы выберете ткани, и сошьют все очень быстро, я вас уверяю.

«Загонят бедных портных шить день и ночь», – подумала я.

– Если я вам понадоблюсь, зовите в любой момент, – поклонилась мне Висгард.

– Хорошо, – устало кивнула я.

Она вышла из комнаты, и служанка выпалила:

– Вам приготовить ванну?

– Да. – Я была уже совсем без сил.

Фибиан кинулась в правую дверь. Я тоже пошла за ней, посмотреть спальню.

В центре комнаты стояла огромная кровать с балдахином, украшенным гербами и символикой Дома Горных волков. Кровать была сделана из темного дерева и покрыта роскошным постельным бельем фиалкового цвета. По обеим ее сторонам располагались небольшие диванчики, обтянутые мягкой кожей. Стены спальни украшали гобелены с изображением величественных гор, гордости Севера. Пол был устлан мягким бежевым ковром, который приглушал шаги и создавал ощущение уюта.

Северный климат влиял на интерьеры замка: всюду камины, мех, темные тона, узкие окна.

За открытой дверью шумела вода и виднелся край ванны. Служанка раскладывала полотенца.

– Это покои Правителя? – спросила громко я. Не хотелось бы спать на кровати Галлена.

– Нет, что вы, это покои правительницы Мидеры Киллиан, – отозвалась Фибиан.

Моей бабушки? Я огляделась. Надо же! Еще одна дверь из спальни вела в комнату-гардеробную. Пустую. Полки, вешалки, подставки. Большие зеркала. Но пылью и затхлостью не пахло. Думаю, строгая Висгард заставляла чистить даже нежилые комнаты замка.

– Ваша еда, госпожа. Куда подать? – раздался голос Мари.

– Сюда, – окликнула я; мне показалось, что в спальне уютнее.

И вслед за Мари вошло пятеро лакеев, несущих большие подносы.

На стол перед кроватью поставили многочисленные блюда. И они думают, я это все съем? Но выглядело очень аппетитно.

Прислуга озвучивала блюда по мере того, как выставляла их на стол. От тарелки с грибным супом с луком-пореем, шафраном и смесью специй из перца, гвоздики, имбиря и корицы поднимался умопомрачительный аромат. В изящной посуде стоял соус из красного вина, кориандра, тмина, молотого перца, чеснока и соли. Привлекали внимание вареные яйца с соусом из шафрана, сахара и имбиря, смешанного с молоком. На тарелке возвышалась горка хорошо поджаренных тостов. И принесли даже десерт: конфеты из сахара, меда и воды с добавлением молотого имбиря и кедровых орехов.

Я попыталась сразу же не наброситься на еду. Мари мне прислуживала за столом. После того как я наелась до отвала, пошла освежиться.

Ванная была выполнена в светлых тонах. Пол выложен белой мраморной плиткой с золотистыми прожилками. Стены покрывала глянцевая штукатурка кремового цвета, делавшая их гладкими и блестящими. Ванна установлена на подиуме из натурального камня, что придавало ей королевский вид. Смесители выполнены из бронзы, а ручки и аксессуары – из матового золота. Освещение обеспечивали бра и люстра с хрустальными подвесками, мелодично позвякивающими, когда открывалась дверь. Возле ванны расположились удобные мягкие кресла и столик из массива дерева.

От воды поднимался пар, и в воздухе разливался аромат розы, что давала пушистая пена. На полочке стояли разные бутыльки, и это меня настораживало, после того как мне чуть не сожгли кожу. Я подозрительно покосилась на служанок, притулившихся возле двери с кротким видом. Я ведь их не знаю, а если они мне захотят причинить вред? Убийствами промышляли все правители. И те, кто хотел занять их место. Надо поговорить потом с Морионом, узнать, как быть с доверием.

Я было хотела прогнать служанок, а потом вспомнила, что по статусу правительницы теперь мне от слуг никуда не деться. И, если честно, это очень удобно, самому ничего не надо делать.

– Мари, проверь воду, пожалуйста, не горячая ли она, – попросила девушку, решив посмотреть, не сожжет ли ей руки кислота.

– Нормальная, госпожа. – Девушка потрогала воду и теперь вытирала руку о передник.

Я кивнула. Во время путешествия на Север я не принимала ванну, только обмывалась на постоялых дворах. Поэтому сейчас с блаженством погрузилась в воду. Мари мне вымыла волосы, и я почти заснула. Еле добрела в полотенце до кровати и тут же отключилась.

Глава 28

Планы

– М-м, – замычала я и перевернулась набок, разбуженная чьим-то голосом.

– Госпожа, прошу прощения, скоро ужин, – испуганно произнесла Мари.

Я еле открыла глаза. Потянулась и сладко зевнула. Так не хотелось вставать! В комнате царил полумрак, полоска света пересекала пол из-за открытой двери в зал, где маячила Фибиан. Голова вдруг заболела. Кости все еще ломило, все-таки плохо сказывалась длительная езда на лошади.

Когда можно будет, прикажу, чтобы меня не будили ради ужина. Буду спать, сколько захочу. С натужным недовольным стоном встала с кровати. Мари положила нижнее белье возле меня. Красивые шелковые белые панталончики с кружевными вставками, лиф с завязками спереди, тоже с нежной отделкой кружевом. Белые чулки, не тонкие, хлопковые. Да, тут же Север, точно. Надев белье и чулки, я сунула ноги в меховые тапочки, что тоже мне предоставили, и прошлась по комнате, разминая шею.

В гардеробной ярко горели светляки, и в зеркале отражалась бледная я.

– Госпожа, вам принесли пока только три платья, – виновато произнесла Фибиан, указывая на сиротливо висевшие наряды на вешалках. – Какое выберете, госпожа?

Я выбрала платье из бежевого льна, руки закрыты до запястья. Юбка, расклешенная книзу, доставала до пола, а спереди грудь подчеркивалась шнуровкой. Сверху накинула огненный плащ-мантию, украшенный лентами и расшитый золотыми нитями. Прическу мне соорудили из множества кос, перехваченных серебряным обручем.

В комнату постучали, и вошла Висгард. Она поставила передо мной старинную шкатулку, отделанную драгоценными камнями, образующими раскидистое дерево.

– Это фамильные украшения вашей бабушки.

Я тут же ее открыла. Ого! Чего там только не было!

Я выбрала колье с сапфирами, мне пришлось подбирать, чтобы гармонировало с кулоном из лунного камня, что мне подарил Морион. Я ни за что на свете не сниму его. Серьги с темными камнями, напоминавшие темную бархатную ночь, оттеняли бледность моей кожи. На запястье лег тяжелый золотой браслет. Служанки и Висгард еще не видели мой знак Сейны.

Пока не время, сказал Морион, всем об этом говорить. Про драконов, что они лунные, никто не поймет. Люди понятия не имеют, что это за магия. О лунной мало кто знает, книги были почти все уничтожены. Так что пока решили молчать.

– Госпожа, простите, надо обсудить важные моменты, – заговорила Висгард. У нее почти не было видно губ, такие тонкие бледные нитки на лице придавали ей строгий и немного недовольный вид. – Ваш любимый цвет?

– М-м, сиреневый, – чуть подумав, отозвалась я.

– Какой предпочитаете парфюм?

Не очень-то у меня его много было, только маминым иногда пользовалась.

– Цветочный, легкий.

Висгард записывала за мной в тонкой черной книжечке.

– Какие пожелания будут по нарядам?

– Люблю кружева и вышивку, – разошлась я.

– Мех?

– О-о, не знаю, в моих краях зимы были теплые, и я не носила шубы.

– Может, горностай, песец, норка? – предложила варианты Висгард.

– Хорошо, – думаю, экономка мне плохого не посоветует. Все должно соответствовать титулу. Знает, что, если даст промашку, ее накажут и выгонят.

– В ваших покоях что-то заменить?

– Шторы и покрывала, посветлее хочу, больше солнечного цвета.

А я быстро вошла во вкус.

– Еда?

– Не люблю свинину, сало, любую кашу, печень и капусту.

Она кивала и быстро писала.

– Напиток?

– Чай и морс.

Закончив меня пытать расспросами, Висгард ушла.

Раздался стук в дверь. Мари пошла открывать.

– Входите, Правитель, – поклонилась она Мориону.

– Морион! – радостно улыбнулась ему и встала.

Он выглядел великолепно! Видимо, и ему дали новый наряд. Сюртук серебристо-голубого оттенка подчеркивал его глаза. Светлая рубашка из шелка с контрастными синими манжетами и сапфировыми запонками смотрелась очень дорого и изысканно.

Морион же ощупывал меня взглядом почти физически, я будто кожей почувствовала прикосновение к моей шее, декольте и ниже, на груди. Мои щеки вспыхнули, и я смутилась. Морион шагнул ко мне.

– Ты настоящая красавица.

Он притянул меня к себе и жадно впился в губы. Трепет прошел по телу, и я стала будто ватная – мягкая и податливая в его сильных руках.

Я забыла все на свете и что мы не одни в комнате. Весь мир исчез, оставляя только нас двоих в этом прекрасном моменте. Казалось, время остановилось, и так хотелось, чтобы этот миг продлился вечно.

Морион оторвался от моих губ и ласково прошептал:

– Пойдем, моя пташка.

* * *

Мы спускались по лестнице, выполненной из гранита, придерживаясь за перила, украшенные коваными узорами. Канделябры освещали путь, разгоняя вечерние сумерки, накрывшие округу.

Стены обеденной залы были отделаны темно-бордовым бархатом, который отражал свет свечей, создавая мягкий и уютный перелив. Потолок украшен золотыми узорами, которые напоминали о королевской власти и богатстве. Пол, выполненный из черного мрамора, придавал залу элегантность и роскошь. Мебель изготовлена из темного дерева, украшена позолотой и резьбой. Возле стола стояли стулья с высокими спинками и мягкими подушками темно-вишневого цвета. В углах зала расположились большие вазы с яркими букетами, разбавляя общую мрачность помещения.

Нас ждали Сорайн и Керус. Никого больше не наблюдалось, а я так боялась, что будет много народу. Я никого не знала и пока не понимала, как себя вести с будущими подданными.

Морион подвел меня к стулу во главе длинного стола, рассчитанного на большое количество гостей. На нем стояли золотые подсвечники, тарелки и столовые приборы из серебра. Я немного замешкалась, но Морион ободряюще на меня посмотрел. Да, я теперь Правительница. Очень непривычно быть в центре внимания и главной.

Морион сел рядом, по правую руку. Слева устроился Сорайн, и за ним – Керус. Уютно потрескивал камин, огонь, ярко горящий в глубине, отбрасывал теплые тени на каменные стены и играл языками пламени, создавая завораживающее зрелище. Дрова шипели, испуская клубы дыма, которые поднимались и исчезали в дымоходе. В воздухе витал уютный аромат смолы и тепла.

– Мы кого-то еще ждем? – спросила я, обведя всех вопросительным взглядом.

– Больше никого не будет, госпожа, мы хотели некоторые моменты обсудить с вами наедине после ужина, – ответил Сорайн. Я облегченно выдохнула, никого не хотелось видеть.

Я сразу же накинулась на жаркое, сочное, нежное, приправленное травами. Морион резал на тарелке кусок медвежатины, обжаренный в меду. Сорайн ел кусочки рыбы в красном соусе. А Керус жевал рулет из мяса кролика. Он ел быстро и много. Мне кажется, у него это армейские замашки. Видимо, был часто в сражениях и походах.

Как только я допила бокал красного вина и сыто откинулась на спинку стула, Сорайн ко мне обратился:

– Госпожа Ноа, вы не могли бы убрать драконов? Люди очень напуганы, им объяснили, что они ваши, но волнения сейчас ни к чему.

Я про них совсем забыла! Эти невидимые нити, связывающие меня с лунными созданиями, стали ощущаться такими родными, что я их просто не замечала.

– Я… не знаю, как их убрать, – призналась, смутившись.

Это было плохо, потому что меня могут посчитать никчемным магом. А для моей репутации Правительницы это плохо.

– Ничего страшного. Я немного знаком с лунной магией и помогу вам их контролировать, а еще, если позволите, могу вас обучать управлению силами.

У меня отвисла челюсть. Я перевела испуганный взгляд на Мориона. Он, видимо, сам сообщил Сорайну, что я лунный маг, или знал, что тот в курсе, поскольку удивления на его лице не было. Морион накрыл мою руку своей ладонью в успокаивающем жесте.

– Сорайн тебе поможет, Ноа. Не бойся и не переживай. Твоя тайна не выйдет за стены замка. – В конце фразы он сурово взглянул на главного мага и командора. Сорайн склонил голову в знак, что понимает ответственность.

– Мы за госпожу, Правитель. Не сомневайтесь в нас, – пробасил Керус.

– А откуда вы знакомы с лунной магией? – поинтересовалась я у главного мага.

– Был у меня один друг. Он владел ею.

О, понятно! Я кивнула. Некоторым удается все-таки выжить и стать взрослыми. Как и нам с Морионом. Я посмотрела на красивый профиль Правителя Дома Мечей, очерченный мягким светом, шедшим от канделябров. Мысленно нежно огладила изгиб его губ.

Правителей не казнят. Они сами устанавливают законы. И Морион прав – нас теперь двое в Совете Домов из пяти Правителей. Это уже много для голосования и принятия нужных законов.

– Драконы – как символ власти Ноа, это хорошо, – заговорил Морион, отставив от себя бокал с кроваво-красным вином.

– Да, госпожа эпично вошла в город. Власть, основанная на страхе, – залог успеха. Особенно для женщины на троне, – кивнул Сорайн, придвигая к себе тарелку с виноградом.

– Но нужен символ власти. И надо бы продемонстрировать ее драконов в деле, чтобы самые последние сомневающиеся перестали колебаться, – заявил Морион, потирая подбородок.

Я замерла. Я доверяла ему, он лучше знает, что делать.

– Согласен, надо, чтобы про силу драконов госпожи Ноа узнали все, – почесал мочку уха Сорайн.

А я испугалась. Как они собираются продемонстрировать силу моих драконов? Заставят меня убить, что ли, кого-то?

– Но вдруг все узнают, что это лунная магия? – спросила я Мориона.

– Мы распространим слух, что это проснулась в вас магия предков. Я посмотрю в летописях, кто чем обладал. И скажу позже, госпожа. Пока про лунную магию еще рано говорить, – произнес Сорайн.

– Хорошо, – кивнула я, нервно сжимая салфетку в руках.

– Как отреагируют на Ноа вассалы? – спросил Морион.

– Всего четыре старейшины у Дома Горных волков. Семейства сильные, значимые. Если бы не было наследника у Галлена, кто-то из них бы претендовал на престол, – пояснил Керус. Он вообще не обладал талантом говорить, как поняла я. Человек-действие.

– И как им доверять? – спросила я.

– Вот для этого и надо провести демонстрацию твоей силы, – сказал Морион. – Когда они приедут, надо показать.

– Что показать? – севшим голосом спросила я.

– Та, кто убила Галлена, еще жива? – повернул голову к Сорайну Морион.

– Да, ждет наказания в темнице.

– Ее публично казнит Ноа, – жестко произнес Морион.

– Что? – Я вскочила из-за стола.

– Ноа, сядь, – приказал Морион и тяжело посмотрел на меня. Я нехотя подчинилась. Мне кажется, у меня сердце остановится сейчас.

– Ты хочешь занять трон? – наклонился он ко мне.

– Да, – немного подумав, ответила я.

– Тогда привыкай казнить. Миловать тоже будешь, но в начале правления ты должна показать свою силу. Только страх держит в узде. Слабый правитель быстро лишится трона и… жизни. Особенно женщина.

Я сглотнула застрявший ком в горле. Я не могла все это осознать. А стоит ли игра свеч? Стоят ли убийства власти? Но тут же вспомнила детей, отмеченных знаком Сейны, которых казнили всю жизнь. Их судьбы, отравленные страхом смерти, их родителей, умирающих от ужаса и жалости к своим малышам.

Сжав зубы, я ответила себе: «Да, я сделаю все, что нужно для защиты невинных».

– И еще про умершего правителя. Надо организовать прощание и похороны, – напомнил Сорайн.

– Завтра с утра и проведем церемонию. И, Сорайн, пока не будем убирать драконов Ноа, пусть они сопровождают ее, когда она пойдет за гробом. Люди должны ее увидеть именно такой – сильной и властной.

Сорайн кивнул.

Какой же Морион умный! И как мне стать хоть отчасти такой же, как он?

* * *

– Морион! Я не буду никого убивать! – воскликнула я, сжав спинку стула. После ужина мы пришли в покои все обсудить.

Повелитель Дома Мечей сел в кресло и спокойно смотрел на меня, когда во мне бушевала буря из страха и ужаса.

– Да как вообще можно так спокойно убить человека? Я же не вы!

Он приподнял одну бровь.

– Да? А кто во дворце Дома Гроз убивал всех направо и налево? Ты забыла? Между прочим, и моих воинов ты положила.

– Это не я, – замотала головой из стороны в сторону.

– Да? А кто? – Уголок губ Мориона приподнялся.

– Драконы, – указала рукой в окно. – Мои, да, но я ими не управляла. Это они сами.

Какое-то нелепое оправдание. Но я не допускала даже мысли, что тогда была причастна к гибели воинов – своих и чужих. Просто отринула ее и старалась не думать.

– И это было совсем другое! Меня могли убить! Я спасала свою жизнь. И я не своими руками же убивала.

– Но ты ими руководишь, – вылил на меня правду Морион. Жестоко.

– Немного… Но это не значит, что я готова вот так просто, не защищаясь, а именно целенаправленно убить!

– Ноа, – потер подбородок с двухдневной щетиной Морион, – вся власть строится на насилии. Даже самый благородный правитель вынужден убивать. Того, кто на него покушается, например.

– Я не буду такой, – перебила его, запальчиво выкрикнув.

– Хорошо, не будешь, – с улыбкой согласился он и протянул ко мне руки. Я тут же кинулась к нему и села на колени, обняв его за шею.

Морион притянул меня к себе за талию. Я вдохнула аромат его кожи, тепла и свежести, прикоснулась губами к его шее, что виднелась из распахнутого ворота рубашки. Погладила мощную твердую грудь, ощущая шершавость ткани сюртука.

– Моя пташка, я постараюсь сделать все, чтобы тебя оградить от тяжести правления. Я с тобой, – улыбнулся мне Морион.

– Всегда? – подняла на него глаза с надеждой.

Морион кивнул.

– Всегда, – накрыл мои губы поцелуем мягко и легко. Я потянулась к нему всей сущностью, душой и сердцем.

Морион проник в мои вены, кровь, заполнил сердце и разум. Он стал как наркотик, я все время думала о нем. Я хотела чувствовать его запах, ощущать его сильные руки на своем теле. Готова была сидеть у его ног и, положив голову ему на колени, мурлыкать, как кошка, лишь бы он меня гладил, запускал руку в волосы и жарко целовал.

И он поцеловал… Ласкал мою шею и уши, от чего у меня пальчики на ногах поджимались, внизу живота теплело и тянуло. Морион усадил меня к себе лицом, так что я оказалась на его коленях, а он между моих бедер. Я подставила ему шею и застонала, когда он прикусил кожу, а потом ее зализал. Его руки скользнули под платье, дошли до края чулок, где оголенная кожа была так чувствительна. Он нежно гладил ее и поднимался все выше. Жаркие губы спустились до края выреза платья и дарили чувственные ласки. Морион чуть прикусил через ткань мой сосок, от чего тот тут же набух и заныл. Его руки сжимали грудь, и я стонала и выгибалась. Между ног я чувствовала внушительный бугор в его паху. Я потерлась об него, и тонкий шелк панталончиков почти не скрыл жар и прилил к низу живота острые ощущения.

Я застонала, а Морион притянул меня за попку еще теснее к себе, к своему паху. Я откинулась назад и сжала ноги сильнее, стараясь унять дрожь и жар, что пылал внизу. Морион, поддерживая меня, встал и понес в спальню, положил спиной на кровать. Отошел, глядя на меня: жадно, с голодом в глазах. Мое платье задралось до панталончиков, грудь прерывисто вздымалась, и жар тек в венах. Я так хотела близости с ним и в то же время так боялась. Но самый желанный мужчина в мире разжигал во мне такое вожделение, что все страхи исчезали.

Глаза Мориона запылали пожаром страсти, и он опустился на меня сверху. Я развела ноги шире, ощущая его естество между моих ног, и обняла моего мужчину сильнее.

– Госпожа! – раздался громкий стук в дверь. – Извините, госпожа Ноа! Вы срочно нужны!

О нет… Только не сейчас! Морион поднялся на руки надо мной и так пронзительно посмотрел на меня, что просто хотелось на все наплевать и не отвечать, продолжить кружить с ним в танце страсти.

– Простите, госпожа!

Служанки не ворвались, знали, что Морион здесь. Он тяжело вздохнул, встал и поднял меня с кровати. Помог расправить платье, я пригладила прическу, и он привел свою одежду в порядок.

Я разозлилась, широко распахнула дверь и рявкнула:

– Что?

– Внизу труп.

Глава 29

Связь

Я с отвращением смотрела на горного волка, пронзенного огромным мечом и приколотого им же к входной двери, прямо на сам герб дома. Символично…

Кровь стекла лужей, глаза были стеклянными и смотрели в никуда. Мы вместе с Керусом и Сорайном стояли и взирали на картину смерти.

– Ну и как это случилось? – грозно спросил Морион. Я прижалась к его теплому боку.

– Правитель, – начал Керус, – охрана находится только снаружи замка.

Морион сверкнул на него разгневанным взглядом.

– Найти, кто это сделал!

– Уже ищем, – с виноватым видом отрапортовал Керус. И в подтверждение слов по замку метались воины, лязгая оружием. Везде горел яркий свет, обслуга испуганно жалась к стенам, понимая, что сейчас начнутся допросы и казни.

– Знак устрашения, – произнес Сорайн. – Кто-то предупреждает госпожу Ноа. Символ нашего Дома убит.

Я схватилась за сердце, меня хотят убить? О… Да куда я ввязалась? Я нервно оглянулась, было такое сильное желание сбежать из замка. Да и пусть они там грызутся за свою власть.

Морион сжал мою руку, будто почувствовал панику или правда думал, что я сейчас сбегу.

– Это сделал тот, кто спокойно и без препятствий входит в замок. Тот, кто не вызвал подозрений, притащив сюда большой мешок с волком, – задумчиво говорил Морион. – Усилить охрану госпожи! Поставить двоих воинов возле ее покоев, один из которых будет мой. И ее личная охрана будет моя, которой я доверяю, – жестко отдавал приказы хмурый Правитель Дома Мечей. – И завтра с утра приведите всех к кровной присяге госпоже Ноа. Всех до единого слуг. А воины примут присягу верности на коронации.

«Это что за присяга?» – не поняла я.

– Будет выполнено, – кивнул Керус.

Морион кивнул своим воинам и потащил меня наверх.

– Меня хотят убить? Но за что? – пищала я, пока он широкими шагами шел по коридорам. Мне приходилось почти бежать за ним.

– Власть и деньги, Ноа, правят миром, я тебе уже говорил. Возможно, это те, кто хочет занять трон после твоей смерти.

– Вассалы Дома Горных волков? – догадалась я.

– Разберемся. – Жесткое выражение лица Мориона не позволило мне задавать и дальше вопросы.

Морион завел меня в покои и приказал:

– Сиди здесь. До кровной клятвы слуг я не пущу к тебе служанок.

– Что за кровная клятва?

– Магический ритуал. Если они служат не только тебе или соберутся тебя предать, они умрут.

Это хорошо. Это меня обезопасит, мне такое нравится.

– Возле двери будет моя охрана, утром я за тобой приду.

И он, резко развернувшись, направился к выходу.

– Морион! – окликнула его в отчаянии я.

Он вернулся и прижал меня к себе, поцеловал в макушку.

– Все будет хорошо.

* * *

Тяжелая ночь с кошмарами и сжимающим грудь страхом не растворилась с хмурым рассветом за окном и сереющим небом, будто нехотя уступая солнцу день. Я встала и умылась холодной водой, но от этого стало хуже, дрожь била тело, казалось, холод тек по венам.

В дверь раздался резкий стук, я испуганно запахнула халат и тихо подошла к ней, не зная, чего уже ожидать от жизни. На пороге стоял Морион, хмурый, с залегшими под глазами темными кругами. Он вошел, а за ним семенили Мари и Фибиан с ворохом одежды и обуви. Видимо, мне успели уже что-то сшить. Они проскользнули в спальню, и по скрипу вешалок я поняла, что служанки вешают одежду в гардеробной.

– Сама оденешься, их подпущу к тебе только после присяги, – не требующим возражения голосом произнес Морион.

– Морион! – подошла к нему в надежде, что он меня обнимет и поцелует, но вид у него был озабоченный делами, так что ему явно не до меня. – Вы нашли того, кто это сделал?

– Я тебе потом все расскажу. Сейчас к тебе зайдет Сорайн, а потом спускайся. Мы поедем на похороны твоего дяди. Ты должна быть на виду у всех, поэтому поедешь верхом. Народ должен увидеть свою будущую правительницу. Держись с достоинством, – инструктировал меня Морион.

– Поняла, хорошо, – кивнула я.

«Буду стараться, и сильно», – решила твердо для себя.

Он подождал, пока выйдут служанки, а потом захлопнул дверь. В горле застрял колючий ком. Мне было страшно, как меня воспримет народ? Мне надо серьезно взяться за самодисциплину, соблюдать осанку. Лицо делать беспристрастное, как у Повелителей.

Надо себя настроить и не трястись, Ноа! Если ты не будешь уверена в себе, то кто в тебя поверит? Я сжала до боли кулаки, впившись ногтями в кожу. У меня получится! Я не опозорю себя и тебя, Морион! Сделаю все возможное, потому что ты в меня поверил.

Мама, я достойно буду править, я тебе обещаю. Тем более это твой дом, ты тут родилась, Север – твой дом. Я теперь понимаю, почему ты любила так смотреть на картины, изображающие горы с заснеженными вершинами. А ты ведь говорила, что с севера страны и тоскуешь о снегах, коих на юге нет. Но я даже представить не могла, что ты Наследная Дочь Дома Горных волков. И как ты самоотверженно бросила все из-за меня: власть, деньги. Спасая свою единственную дочь. Мама…

* * *

Порывшись в новом гардеробе, я нашла черные брюки из тонкой кожи, обтягивающие ноги, предназначенные для езды верхом. А сверху надевалась бархатная широкая темно-синяя юбка с высокими до бедер разрезами. К ним очень хорошо подошел приталенный коричневый жакет из такого же материала, как и юбка, отделанный золотой вышивкой по вороту и манжетам. Удобные ботинки, застегивающиеся на мелкие пуговки, доходили до середины икры. Волосы я просто оставила распущенными. И сейчас поняла – они не только цвета серебряной луны, они и цвета снега на вершинах гор Севера. Я захватила темный плащ, отделанный мехом рыси, брызнула на шею пару капель духов. Вкусно! Горные травы и немного мяты. И только я закончила одеваться, как пришел Сорайн.

– Госпожа Ноа, – поклонился он мне, – вам надо научиться убирать драконов. Они сильно беспокоят и пугают жителей Литхана и его окрестностей.

Я поджала губы, не очень-то я этого хотела. Пусть бы летали себе. Ничего, привыкнут, они же создания их Правительницы.

– Я вам покажу, пойдемте со мной.

Мы поднимались по ступенькам лестницы замка куда-то, судя по всему, на самый верх. Охрана шла за нами, лязгая ножнами с острыми мечами.

Алый рассвет разливался по стенам и ступеням замка, окрашивая их в нежные оттенки золотого, словно художник провел кистью по полотну. Сорайн завел меня в одну из комнат, и мы вышли на широкий балкон, который нигде больше в замке я не видела. Я замерла от восторга. Зеленые склоны, покрытые густыми лесами, плавно переходили в заснеженные вершины, уходящие высоко в небо. Воздух чистый и свежий, наполненный ароматом цветов и луговых трав. Вдали виднелись горные озера. Окруженные скалами, они отражали солнечные лучи, создавая неповторимую игру света.

Внезапно порыв прохладного ветра разметал мои волосы, и передо мной с еле слышным шумом закружили в танце драконы. Приветствуя, протягивая ко мне шипастые головы и пугая Сорайна, который стоял позади меня. Я улыбнулась своим лунным созданиям. И в руках словно натянулись нити, что теперь безотрывно были с ними связаны, будто моя кровь текла в их венах. Я протянула руки и коснулась головы дракона. Прохладной и светящейся. А потом отправила их ввысь – они плавно взмыли в небо и так резко спикировали назад, что думала даже, сейчас влетят прямо на балкон.

– Госпожа, – подошел ко мне сзади маг и тихо заговорил. – Закройте глаза, сосредоточьтесь и попробуйте мысленно ослабить нити, ведущие к драконам. Почувствуйте, как они истончаются и бледнеют.

Я резко повернулась к нему:

– Но я не хочу с ними прерывать связь! Вдруг я их потом не призову!

– Они будут всегда с вами. Раз появились, связь никогда не прервется. Не беспокойтесь. Только если вы сами этого захотите. Вы всегда будете чувствовать их незримое присутствие. И научитесь призывать мгновенно, управлять ими.

Я, честно говоря, вообще не хотела, чтобы они уходили. Люди привыкнут в конце концов. Без моего ведома драконы никого не сожрут. Ладно, пока уберу.

Я попробовала, закрыла глаза и истончила нити, оставив только легкую прохладу на руках. Подняла веки – мои лунные создания исчезли. Я разочарованно выдохнула.

– Хорошо. Мы с вами позже продолжим обучение, и вы спокойно будете за секунду их проявлять и убирать.

Я кивнула, рассматривая даль. Вдохнула свежий горный воздух Великого Севера, который меня уже покорил, наполнил тело и легкие силой, впитываясь в каждую клеточку.

– Госпожа, а вы стабильно чувствуете магию? – задал мне вопрос Сорайн, вглядываясь в меня слишком пристально. Мне это не понравилось.

– Да, всегда ее чувствую, – недовольно пробурчала я.

– А на вас она как-то влияет? – не отставал главный маг.

– Нет, – отрезала я и пошла к выходу. Это не его дело.

Да, вроде бы приглушились мои вспышки гнева, и когда меня кто-то раздражал, разорвать его лунными лучами не очень хотелось. Мне магия придала только силы и уверенности. Я даже чувствовала, что смогу стать достойной Правительницей. А если бы магии не было, могла бы себя ощущать самозванкой. Все правители Домов Анцема обладали недюжинной магией – это знак силы. И эта печать теперь и на мне.

Глава 30

Прощание

Топот копыт разносился по внутреннему двору замка. Громыхала повозка, в которой везли закрытый гроб моего дяди Галлена Киллиана, накрытый черной тканью, богато украшенной узорной вышивкой. Я ехала прямо за ним вместе с Морионом. За нами следовал отряд воинов во главе с Керусом. Дальше ехал Сорайн, какие-то женщины и мужчины со скорбными лицами. Я еще всех не знала.

Мы проехали в ворота и спустились по выложенной камнем дороге, оказались у подножья холма, где расположилось небольшое поселение. Морион уверенно поглядывал по сторонам. Я держала спину прямой, а лицу придала непроницаемое выражение. Люди высыпали из домов и бросали дела, с любопытством разглядывая меня и повозку с гробом. Некоторые присоединялись к нашей скорбной процессии.

Дорога все шла под уклон, и вскоре мы достигли озера. Лучи солнца, пробиваясь сквозь густые кроны деревьев, падали на синюю гладь, играя на спинках юрких рыбок, стайками проплывающих в воде. Легкий ветерок приносил прохладу, делая воздух свежим и приятным. Вокруг водоема росли высокие травы и нежные цветы, колыхающиеся под дуновением ветра. Они добавляли пейзажу ярких красок.

Дорога вела вдоль озера и извивалась между высокими соснами, окутанными утренним туманом. Кусты орешника скрывались в дымке, что стелилась по земле, крадучись подбираясь к лесу. Воздух был наполнен густыми запахами хвои, земляники и только что поднявшихся из-под мха грибов.

Через какое-то время мы выехали к поселению, окруженному густыми лесами и зелеными полями. Аккуратные домики уютно расположились возле озера цвета неба, и облака будто скользили по его глади. Воздух был наполнен ароматами свежей рыбы, сочной зелени и дыма от костров. Рыбацкие лодки, словно изящные птицы, мирно покачивались у причала. Их паруса были наполнены легким бризом, а сети, полные сверкающей рыбы, лежали на деревянных досках пристани. Солнце отражалось в блестящей чешуе, создавая игривые блики. Рыбаки, одетые в простые одежды, выбирали сети и складывали улов в садки.

Люди смотрели на меня во все глаза, я улыбаться им в ответ не стала, все-таки сегодня День скорби. Взгляды, касающиеся меня, были разных оттенков: настороженные и любопытные и даже иногда враждебные. Да, новый Правитель неизвестно как себя поведет, вдруг самодур или ужесточит приказы и усугубит налоговое бремя. И еще теперь женщина встанет во главе Дома Горных волков.

Если честно, мне казалось, что, судя по приказам Мориона, все в замке думали, будто мы вскоре поженимся и он станет управлять и своим Домом, и моим. Я с замираньем сердца ждала предложения руки и сердца. Я буду безумно счастлива, если он возьмет все заботы на себя, а я стану лишь помогать ему править. Он сильный мужчина, ему идет власть.

Людей, едущих верхом и идущих за нами, прибавилось. Вскоре мы свернули в лес и стали опять взбираться на гору. На Севере мало прямых дорог, горная местность и холод сделали местных жителей выносливыми и сильными, суровыми и крепкими.

Великий Север раскрывался в его необъятных просторах, величественных горах, сверкающих ледниках и таинственных озерах. Здесь природа представала во всей своей красе, создавая неповторимые пейзажи, которые поражали красотой и величием. Горы-великаны возвышались над землей, словно стражи, охраняющие тайны мироздания. Их заснеженные вершины, окутанные облаками, заставляли задуматься о мгновении и бесконечности. Ледники, медленно движущиеся вниз, отражали вечность и непоколебимость природы. Северные озера поражали своей глубиной и чистотой воды, отражали небесную лазурь и окунали в неповторимую атмосферу умиротворения и гармонии.

Север – это место, где я всем сердцем чувствовала единство с природой. Мне кажется, здесь каждый мог найти свое вдохновение и научиться ценить жизнь. У меня было стойкое ощущение, что я вернулась домой.

Наконец мы приехали к самому верху, к горному плато, с которого открывался умопомрачительный вид на долину. Нас уже ждали мужчины и женщины в длинных белых рубахах, с вышитыми по подолу рунами, суть которых я не знала. У Севера были своя магия, свои боги и своя вера.

Уже сложили деревянный помост, под которым лежали дрова и ветки – погребальный костер. На Севере не принято хоронить. Умерших сжигали, и ветер рассеивал их прах.

Мне помогли слезть с лошади, я встала поближе к Мориону, кутаясь от порывистого ветра в шерстяной плащ. Мне так хотелось взять его за руку, но я держалась, сдержанно смотрела, как снимают гроб дяди, как водружают его на помост и как нараспев, на незнакомом мне языке, заговорил убеленный сединами старец. Его длинную бороду покрывали разноцветные бусинки.

Люди выстроились в полукруг и заняли почти все плато.

«Мой будущий народ», – подумала я, обводя их взглядом. В скорбных обстоятельствах мы встретились, но не будь их, меня бы тоже здесь не было.

Женщины в таких же белых вышитых рубахах, как и у жреца, подожгли два факела и встали по обе стороны от помоста с гробом. Их лица, лоб и щеки были расписаны красными, будто кровь, рунами. После одной из самых сильных нот, вырвавшихся изо рта старца, он выкрикнул незнакомую фразу, толпа вторила ему.

Непорядок, есть местный язык, который я не знаю. Надо срочно изучить его.

Женщины повернулись лицом к помосту. И тут ко мне подошла девушка и протянула пылающий огнем факел. Я глупо уставилась на него, не понимая.

– Возьми, – тихо проговорил Морион.

Чуть поколебавшись, я взяла факел.

– Теперь иди к гробу и первая зажги костер, – тихо инструктировал меня Морион.

Я крепко сжала факел и медленно пошла к помосту. В полной тишине. Все наблюдали за мной, впившись взором. А жрец будто оценивал меня. Я не буду волноваться, сделаю все как надо. Подойдя к гробу, я посмотрела на него и тихо произнесла:

– Прощай, бывший Правитель Дома Горных волков. Я верю, ты любил Север и свой Дом. Покойся с миром.

И поднесла к веткам факел, они быстро загорелись и стали жадно пожирать дрова. Я сделала шаг назад, у меня забрали факел девушки. А две женщины-жрицы подожгли поленья с других сторон. Вскоре жар стал нестерпимым, и я пошла назад, встав рядом с Морионом. Заметила слезы на глазах нескольких женщин, одетых в черное. И печаль простых жителей тоже легла тенью на лица.

Морион сжал мою руку, за что я ему была безмерно благодарна. Он здесь. Со мной, не бросит и поможет. Я точно знаю, кому единственному в мире могу доверять, – это мой Мори.

Огонь сжирал плоть с жадностью, словно вырвался демон из Бездны и открыл пасть, не желая отделаться лишь одной жертвой.

Мне было плохо. Еще один найденный родственник умер до того, как я его узнала.

Когда костер догорел и люди стали покидать холм, ко мне подошел Сорайн.

– Сын Севера останется на родине. Его примут земля, ветер, облака. Он растворится в воде и станет каплями, что упадут на почву, прорастет в цветах и траве. Север благословляет своих детей и дарует покой умершим. Он навсегда в сердце любого, кто был рожден на его землях. – Сорайн задумчиво смотрел вдаль. В его глазах отражались облака, что низко парили над острыми пиками гор.

– Надеюсь, госпожа, Север и в вашем сердце обретет место, и вас он примет.

Я посмотрела на мага. С двойным дном его слова.

– Я приму Север. Уже приняла, – ответила ему.

Он молча кивнул. Я подошла к краю плато, оглядывая земли. Свои земли. Прекрасные, суровые и независимые. Север трудно покорить, потому что здесь могут выжить не все. Нужны сила и воля, а также любовь к суровому краю.

Я принимаю тебя, Север. Я твоя Дочь. Я та, кто обещает тебе служить.

И в небо резко взмыли мои драконы. Они взметнулись, смешались с облаками, всколыхнув воздушную вату, и закружились над нами. Кто еще не покинул плато, задрали головы и ахнули. Я протянула руки вверх, и драконы спикировали ко мне, коснувшись мордами рук. Но лишь прохлада прошлась по ладоням. Они на ощупь были как легкий ветерок, смешанный с мягкостью облаков и издающий шум тихого ручья.

– Летите, – отпустила своих созданий, и они радостно устремились вдаль, огибая горы, касаясь длинными хвостами вершин и впитывая магию Севера.

Глава 31

Клятва

– Клянусь служить госпоже Ноа беспрекословно, и если я наврежу ей или захочу это сделать, то сразу же погибну. – Кровная клятва лилась из уст Висгард, она проколола иглой указательный палец и обвела кровью губы, произнося слова верности.

Вечер медленно опускался на землю, окутывая все вокруг мягким сумраком. Первые звезды на небе начинали мерцать, словно маленькие светлячки. Настенные светильники освещали людей, пришедших принести мне кровную клятву.

Первым принес присягу Сорайн и потом уже руководил процессом. Людям подавали серебряный поднос с тонкими иглами. И они, уколов указательный палец, прикасались им к губам, смачивая их собственной кровью, а потом закрепляя свою преданность клятвой.

Командор Керус, казначей и слуги поклялись меня не предавать. Я сидела в тронном зале. Первый раз. Трон представлял собой массивное кресло из красного дерева, украшенное золотыми инкрустациями и драгоценными камнями. Стоял на небольшом возвышении. Подлокотники изображали могучих волков, готовых защищать своего хозяина. Рядом со мной находилась стража в золотых парадных доспехах.

Слова клятвы приносили мне убежденность – я и есть та, кто имеет право на трон Правительницы Севера, Дома Горных волков.

В конце концов я устала и еле подавляла зевки. Морион стоял недалеко, беспристрастно взирая на бесконечную толпу подданных и слуг.

Думаю, эта клятва меня обезопасит. Хорошо, что Морион придумал, чтобы мне принесли ее.

«Хочется есть», – подумала я. И внезапно со вскриком свалилась на пол девушка, только что произнесшая слова верности. Я подалась вперед, не понимая, что происходит. Слуги ахнули и расступились. Керус нагнулся над ней, поднес руку к ее тонкой белой шее, туда, где бьется пульс, и покачал головой.

– Мертва.

У меня сердце замерло. Почему? Это так сработала клятва?

– Унести ее, – приказал Морион. И солдаты вытащили девушку за руки из комнаты. Ее голова болталась, как у сломанной куклы.

Я испуганно посмотрела на Мориона. Он подошел ближе и сжал мое плечо. Я гулко сглотнула. Она хотела меня предать? Убить? Холод прошелся по венам, замедляя от страха ход сердца. И много таких будет? И как мне с этим жить? Все время бояться предательства? И как с таким живут правители?

Надо же, как спокойно держится Морион! Я уже готова кричать и истерить от того, что предвижу много страшных способов сместить меня с трона. Но останавливала себя. Не время, не забывай, кто ты теперь, Ноа! Сколько людей тебе служит. Сколько ответственности ложится на твои хрупкие плечи. Я обязана научиться вести себя достойно!

Вцепилась крепче в подлокотники кресла и сжала зубы, рассматривая толпу перепуганных после смерти девушки слуг, что жались друг к другу.

Что, страшно умереть? А мне не страшно? Я окинула их прищуренным взглядом.

– Продолжаем, – произнес Сорайн с таким видом, будто ничего жуткого не произошло.

До конца церемонии я была напряжена и все ждала, кто еще окажется предателем. К концу у меня уже лоб вспотел и дико хотелось пить. Когда последний принесший клятву вышел из зала и за ним закрылась дверь, я вскочила с кресла и подбежала к графину с водой, налила и осушила стакан до дна.

– Я думаю, служанка работала на одного из вассалов, – произнес Сорайн.

– Да, я тоже так думаю, больше некому желать смерти Ноа. Может, она и не желала, только присматривалась и собиралась передавать сведения, – высказался Морион, задумчиво потирая подбородок. – Надо бы узнать, на кого она работала.

– Мы найдем, Правитель, – с суровым видом пообещал Керус.

– А кто убил волка и приколол его к двери? Вы нашли? – подошла ближе к Мориону, всматриваясь в его глаза, потемневшие то ли от усталости, то ли от забот.

– Да, это был конюший, – ответил Морион. Я нахмурилась. – Он встречался с поварихой и поэтому не привлек внимания охраны, думали, он на кухню мешок с мукой или картошкой тащит.

– И зачем ему мне вредить? – непонимающе уставилась на Мориона.

– Это подарок тебе от Ваида.

– Что? – Я аж отпрянула назад. – Ваид? Но зачем ему меня запугивать?

– Ну, – пожал плечами Морион и сцепил сзади руки, прохаживаясь по комнате. – Потому что винит тебя в смерти отца.

У меня отвисла челюсть. Я буркнула что-то нечленораздельное от шока.

– При чем тут я? – выдавила из себя скрипучим голосом.

– Ваид думает, что ты сговорилась со мной и решила убить Арака.

«Да это ты его убил!» – чуть не заорала я вслух. Но мне было очень обидно, что Ваид так обо мне плохо думает. Я бы не стала убивать отца, как мой дядя Галлен.

– И как сказать ему, что я непричастна, Морион?

– А зачем ему что-то доказывать? – Правитель Дома Мечей взял со стола пустой кубок, повертел его в руках за ножку. – Пусть думает, что хочет. Тебе должно быть все равно, Ноа.

– Но… – начала было возражать я.

– Это к лучшему, если все будут считать, что ты на такое способна. Это власть, Ноа, ее и так удержать непросто, а женщине тем более. Так пусть все думают, что ты опасна. Страх – лучшее средство для врага. Он как ошейник – держит подальше от тебя. Слабых бьют и добивают.

Мне было это непонятно, и я не хотела такое принимать. Это слишком. Я с отчаянием повернулась к окну, разглядывая налившийся силой серп луны. И это ты мне такую судьбу предрекла? Зачем? Я просто была согласна на Мориона, остаться вместе с ним и любить.

Но голос внутри ответил: «А ты бы его встретила, если бы не была Дочерью Дома Гроз? А ты считалась бы ему ровней, если бы не родилась знатной? Ты же знаешь, на бедных сиротках правители не женятся».

– Власть держится на трех китах: страх, сила и безусловность. Ты должна быть сильна, Ноа. – Морион наклонился ко мне, обнимая за плечи, и я прижалась к его груди спиной. – Ты научишься.

– Госпожа, Север нельзя отдавать на поругание и допускать гражданскую войну и распри. Тогда его разорвут на части в погоне за троном, – вкрадчиво произнес Сорайн.

Я повернулась к магу, а Морион удержал руку на моей пояснице.

– Вы – законная Дочь Севера. Ваша обязанность, кровная и наследственная, – его защищать. А борьба за трон между кланами приведет к гибели невинных людей, – продолжил Сорайн.

Он прав, может, я и не хочу править, но вынуждена. Я не хочу, чтобы из-за моего нежелания сидеть на троне гибли люди. Вот она – обратная сторона власти – думать о других больше, чем о себе. И я похолодела, это же сколько жизней теперь мне надо хранить? Это же за скольких людей я теперь отвечаю?

Морион будто почувствовал мои тревожные мысли и погладил меня успокаивающе по спине.

– Я обещаю – буду достойной дочерью Севера, – твердо произнесла я, обращаясь сразу же ко всем.

Я обещаю самой себе. И всем людям, которые стали моими подданными.

– А теперь нам надо все обсудить, Ноа. Завтра приезжают вассалы Дома Горных волков. Мы тебе расскажем, как надо себя вести и что можно, что нельзя говорить. – Морион подвел меня к трону и усадил. – Ты должна завтра на коронации выступить твердо, не показывать страх и продемонстрировать, что ты можешь править.

Я кивнула ему.

– А откуда вы знаете, что они меня признают? – спросила я.

– Ты – первая линия наследования после Галлена, власть не захвачена незаконно. Им нет резона нарываться на немилость Дома Горных волков и других правящих Домов. Они все равно автономными не станут, – заговорил Керус, как всегда хмурый и с мраком в глазах.

– Ты должна все выслушать и запомнить, – давил на меня Морион.

Я слушала сосредоточенно, настраиваясь на то, что мне предстоит.

Уже было поздно, замок уснул, и Морион проводил меня до спальни. Он обнял меня и поцеловал, как-то отрывисто и быстро. Мне не хватило. Когда Правитель от меня отстранился, я потянулась к нему:

– Морион! Не уходи!

Останься со мной, пожалуйста, не бросай меня… Никогда…

– Мне нужно идти еще кое-что подготовить к визиту вассалов. А ты лучше выспись, пташка, завтра будет тяжелый день.

И я осталась в холодной постели одна. Со страхом перед будущим и сомнением, не подведу ли я народ Севера.

Глава 32

Правительница

Я одернула манжету длинного рукава платья, разглядывая себя в зеркале. Мне нужно сегодня выглядеть старше и солиднее. Вассалы должны во мне увидеть Правительницу, а не юную ветреную девочку. Строгое бархатное платье пурпурного цвета, длинное, но с приталенным обтягивающим верхом и высоким воротом, закрывающим шею. Я надела ботинки на самом высоком каблуке, что нашла. Лицо обрамляла коса, заплетенная вокруг головы. В ушах небольшие серьги с аметистами в тон платья. И все. Аристократичная бледность, что особенно выделялась на фоне темного наряда, мне шла.

Ну что, Ноа, твой выход.

Я двигалась по коридорам замка с высоко поднятой головой и уверенным видом. Мне кланялись слуги и склонили головы Сорайн и Керус, когда я вошла в зал. Звук каблуков по паркету из редких пород дерева отскакивал от каменных стен из серого гранита. В комнату щедро лился дневной свет из окон, обрамленных тяжелыми бархатными шторами цвета потемневшей осенней листвы. В центре зала стоял длинный стол из черного мрамора, за которым могли разместиться до двадцати человек. Пока вассалов в зале не было.

Морион чуть улыбнулся при виде меня, почти незаметно, но я увидела блеск его глаз. Я встала во главе стола, пока нельзя садиться. Морион подошел ближе и остановился чуть позади, но рядом. На нем был надет жакет из мягкой кожи, темно-коричневый, почти черный. Манжеты украшали металлические застежки. Брюки из плотной ткани были заправлены в высокие сапоги, которые доходили почти до колен. На поясе висел кинжал, рукоять которого украшали серебряные узоры. Волосы небрежной волной обрамляли мужественное лицо, чуть хмурое и строгое.

Вскоре дверь распахнули слуги, и в зал вошли вассалы.

Мне представлял их Сорайн.

– Трокс Валион.

Невысокий мужчина лет пятидесяти, грузный, с маленькими пытливыми глазами, сверкающими янтарем на заплывшем жиром лице.

– Лоркот Сакс.

Самый старый и благородный на вид мужчина с редкими русыми волосами и тяжелым взглядом светлых глаз. Он был достаточно подтянут для его возраста и в красивым черном сюртуке, подчеркивающем жилистую фигуру.

– Эллиот Бран.

Красавец, который это знает и гордится. Надменный вид и лоск сразу же бросались в глаза. Пышная копна черных кудрявых волос ниспадала на широкие плечи. Тонкий нос с горбинкой и полные губы. Темные глаза смотрели на меня открыто, с интересом.

– Солейн Полар.

Лет сорока, подтянутый и высокий мужчина с крючковатым носом, с залысинами, тонкими губами и небольшим шрамом на левом виске.

– Приветствую вас в Доме Горных Волков, – кивнула им с достоинством. – Прошу, присаживайтесь.

– Мы рады видеть уважаемого Правителя Дома Мечей, – совсем не мне вдруг ответил Лоркот Сакс. Он склонил голову в знак приветствия Мориону, и его примеру последовали другие вассалы.

Мне показалось, они специально игнорировали меня, я разозлилась. Вассалы стали рассаживаться за стол. Им принесли вино, фрукты, пироги и разные легкие закуски.

Эллиот Бран смотрел на меня с веселой ухмылкой. Лоркот Сакс сложил перед собой руки на столе, уставившись в окно, будто его здесь не было. Трокс Валион был недоволен. А Солейн сверлил взглядом Мориона.

Я подошла к столу и произнесла уверенным голосом:

– Я – Ноа Дорган, Младшая Дочь Дома Гроз, Наследная дочь Дома Горных волков, заявляю права на престол. Право по закону за мной. И я единственная наследница Дома Горных волков.

Воцарилось молчание. Они что-то обдумывали. Лоркот пожевал нижнюю губу. Трокс кашлянул. Нервы сдавали, я не понимала, почему они молчат. Наконец взял слово Лоркот Сакс. Он встал.

– Не обессудьте, госпожа Ноа, но у нас есть вопросы.

Я кивнула, впившись пальцами в край стола. Главное – вести себя спокойно и рассудительно.

– Нас беспокоит преждевременная кончина правителя Галлена Киллиана. Просим объяснить, что случилось.

– Его убила одна из наложниц, – пояснила я.

– Да, но по чьему приказу? – не вставая, спросил Трокс Валион, обращаясь к Мориону, не ко мне.

Морион сделал шаг вперед и заговорил.

– По приказу нашего врага, соседнего королевства Либры.

– Что? – воскликнул Эллиот Бран.

– Как? – Трокс нахмурил темные кустистые брови.

– Не дает их королевству покоя наша страна. Вспомните, как мы им нанесли существенный урон пятьдесят лет назад. Мы объединились в Анцем, чтобы сокрушить Либру. Все это время они копили силы и теперь пытаются снова захватить нас.

– Но этого не может быть! – вскочил порывисто Солейн Полар. – Они не решатся! У Анцема больше сил и воинов.

– За эти годы Либра нарастила мощь. Их воинов примерно столько же, если не больше, – возразил Морион.

– Я так и знал! Степные псы Либры выбрались из своих нор! – побагровел Трокс.

Лоркот хмурился.

– Где доказательства? – Он не верил Мориону, судя по выражению его лица.

– Заставили заговорить наложницу Галлена. Она запела и рассказала все, что надо, и даже больше. – Морион усмехнулся.

– Но это слишком серьезно… – потирая плечо, видимо, старые раны или артрит, произнес Полар.

– Да, это серьезно, – кивнул Морион. – Угроза нападения велика.

– А Арак Дорган? Он тоже мертв? – пристально посмотрел на него Лоркот.

– Умер, – коротко подтвердил Морион. – Его убила наемница Цера.

– Ваша наемница, – уточнил Эллиот Бран, испытующе глядя на Правителя Дома Мечей.

– Уже к тому времени не моя. Арак ее к себе переманил. Перекупил. Мне было очень жалко, что она ушла от меня. Цера хорошо служила, но выбрала неправильный путь. Тем более не Арак ее переманил, а Либра, которая заставила убить Арака.

Трокс крякнул. Напрямую обвинять Мориона в убийстве Арака они не могли, Правитель им не ровня и выше по положению, поэтому молчали. Думали, как это воспринять.

– У меня есть доказательства причастности Церы к Либре. У степных псов есть причины учинить беспорядки и междоусобицу среди нас. Как говорится, разделяй и властвуй, – наступал Морион.

Я покивала, надо было как-то тоже участвовать в разговоре, а то на меня не обращали внимания.

– С Либрой теперь будет решать совет Домов. А ваша задача защищать Север, если случится нападение. И не допустить здесь переворотов и смут. Надо думать об Анцеме и нашей безопасности. – Морион почти прямо сказал вассалам заткнуться и принять меня.

Они молчали, хмурились, обдумывали. Потом высказался Лоркот Сакс. Он встал и произнес:

– Клан Саксов принимает Правительницу Ноа Дорган.

Спустя пару секунд поднялся Эллиот Бран:

– Клан Бранов принимает Правительницу Ноа Дорган.

Дальше встал и произнес слова признания моей власти Солейн Полар. Самый упертый из них, Трокс, поднялся последним, и в глубине его глаз тлело недовольство. Похоже, я знаю, на кого работала служанка, которая умерла, принося мне клятву верности.

– Я принимаю ваше служение и заверяю – Север в надежных руках. Клянусь защищать и выступать в его интересах. Спасибо за доверие. – Я кивнула.

– Правительница Ноа, поздравляю, – дружелюбно улыбнулся Лоркот Сакс.

Недаром он мне больше всех сразу понравился.

Я стала Главой Дома Горных волков официально. Просто не могла поверить, что такое когда-либо случится в моей жизни! Хотелось парить до небес и в то же время сжаться и спрятаться подальше в уголок от груза ответственности.

– Приглашаю вас на казнь убийцы моего дяди, а вечером на пир, – торжественно объявила я.

Вот так смерть и жизнь сплетаются воедино: жестокость, ложь и любовь ткут полотно бытия, творя несправедливость или даруя благо.

Я принимаю жестокие правила игры. У меня нет выбора.

* * *

– И все-таки нехорошо было сваливать на Церу связь с Либрой. Ведь она тебе верно служила. И она меня спасла. – Я сидела за тем же столом и уныло смотрела на Мориона.

Вассалы и мои советники ушли, и мы остались наедине с Морионом.

– Ноа, она уже мертва, а нам нужно было выкрутиться. Все во благо. – Морион ко мне подошел и взял за плечи.

Наложница Галлена и Цера ничего не имели общего с Либрой. Либра ни сном ни духом не знала, что готовит гражданскую войну в Анцеме и собирается нас захватить. Наложница убила Галлена по приказу Арака, а самого правителя Дома Гроз убил Морион.

– Ноа, от нас много чего зависит. И твой Север. А наша самая главная цель, Ноа? Неужели ты забыла? – Морион поднял меня из кресла, сжимая плечи и глядя мне прямо в глаза. – Мы теперь два Правителя! У нас два голоса в совете Домов! Ты только представь, насколько это важно на пути к тому, чтобы сделать лунную магию законной и прекратить убийства невинных детей! Ноа, да нас бы давно не было с тобой в живых! Но мы у власти и способны изменить мир. А путь Правителя любой страны лежит через чьи-то жизни. Надо уметь лишаться малого для крупной победы.

Цера, Арак – это не малое. Любая жизнь – это жизнь. Но он прав – у нас была цель, и мы важны живые. Пусть пара жертв предотвратит гибель сотен людей.

– А если теперь из-за смертей, учиненных Араком, Анцем решит объявить войну Либре?

Это меня тревожило больше всего, как мы одним словом, одним наветом могли развязать войну.

– Не переживай, так просто войны не начинаются. У нас в основном мирные Правители Дома Бури и Дома Тишины.

Он не назвал моего брата Ваида. Тот перенял от отца огромную жажду власти. Но мы ему противовес.

– И у меня есть план, Ноа, все получится, – твердо произнес Морион, сверкнув глазами, в которых горел огонь решимости. И я ему верила. Пока он все решал отлично.

«Он очень умный и хитрый. Надо у него поучиться быть такой же интриганкой, – подумала я. – И я буду стараться. От меня теперь многие зависят».

– А как же наложница Галлена? Если ее захотят допросить вассалы? Она же скажет правду.

– Не волнуйся, она ничего не скажет, – криво ухмыльнулся Морион.

«Что они с ней сделали?» – ужаснулась я.

– Поздравляю, моя королева Севера. – Морион взял меня за ладони, и в его глазах цвета льда моей страны я увидела сияние звезд. – Ты будешь самой достойной правительницей.

Я улыбнулась, и на мои глаза навернулись слезы счастья. Морион притянул меня к себе и, приблизившись к моим губам, прошептал:

– Моя.

Поцелуй унес меня далеко. В мир, где были лишь мы с ним вдвоем и больше ничего. Настоящее – полное любви и страсти, что нужно мне как воздух.

Мой Морион…

Глава 33

Круговорот

На площадке позади замка высился помост, на котором скоро казнят наложницу, убившую бывшего Правителя Дома Горных волков – Галлена Киллиана.

Хмурое серое небо затянуло тяжелыми тучами, они, словно огромные серые звери, громоздились друг на друга, образуя мрачную картину. Их массивные тела заслоняли солнце, погружая мир во мрак. Редкие холодные капли упали на землю. Небеса плачут по людям, их жестокости и ненависти, а никто не замечает этого. Только свои интересы и собственная выгода в умах.

Я стояла чуть в стороне площадки вместе с Морионом. Недалеко расположились мои вассалы и толпа зевак. Или друзья и родные наложницы Галлена, судя по слезам в их глазах. Спина затекла от того, что я держала ее слишком прямой. Теплый мех воротника плаща ласкал кожу, задевая щеки, и порыв прохладного ветра колыхал его полы, хлестал по ногам, будто наказывая.

Вскоре показался здоровый мужик в коричневой рубахе, подпоясанной широким кожаным ремнем. Он тащил за собой упирающуюся девушку лет двадцати в белой тонкой нижней сорочке, запятнанной кровью. Даже не хочу знать, что с ней сделали. Ее темные волосы растрепались и закрыли часть лица, покрытого ссадинами. У меня в горле пересохло. Наложница Галлена была измучена и еле стояла на ногах. Мужик почти волоком затащил ее на помост и бросил на доски, отчего оголенные ноги собрали все занозы. Она замычала что-то, протягивая к толпе руки, и я увидела черный зев ее рта – оттуда торчал обрубок языка.

Конечно, она ничего никому не скажет! Нечем! У меня самой будто язык опух, и его раздуло во рту. Пульс чувствовался в голове, а в ушах стоял звон. Я судорожно вцепилась в полы плаща.

Мужик подтащил девушку к плахе и положил ее голову набок. Она не плакала. В ее глазах лишь стоял первобытный ужас – зрачки расширились, а лицо побелело.

Палач взял топор с огромной рукоятью и острым лезвием и подошел к девушке. Ее взгляд вдруг остановился на мне. Дикая обреченность и боль отразились в них. За жизнь, которая сейчас оборвется. А у меня холод прошелся по венам, заморозив сердце и картину перед глазами. Я видела, будто во сне, как палач занес топор и… я не смогла, закрыла глаза.

Глухой удар, стук и ахи в толпе. Все кончено. Еще одна жизнь сожрана жаждой власти и денег.

* * *

Кровь на тарелке, вытекшая из отбивной Лоркота Сакса, напоминала мне то, что произошло несколько часов назад. Рубиновым вином бокалы, казалось, наполнили прямо из вен убитой. Захмелевшие лица вассалов, что-то весело говорящий Сорайну Гемптосу мужчина в военной форме, сидевший между главным магом и Керусом Тробионом. Полные тарелки мяса, истекающие жиром бараньи ноги, говядина и белесые прожилки сала вызывали тошноту.

Я почти не притронулась к салату из телятины и клюквы. Не могла заставить себя проглотить ни кусочка. Мне приходилось вымученно улыбаться и поднимать тосты, что так и сыпались в мою честь, поздравления были отравлены казнью, а улыбки всех казались фальшивыми.

Морион положил свою большую и теплую ладонь на мою руку под столом. Он сидел рядом. Я с благодарностью ему улыбнулась. В его глазах отражался отблеск свечей и то, что я хотела принять за любовь ко мне. Я так мечтала, чтобы мои мечты воплотились в слова, заветные фразы, что желала больше всего на свете услышать из его уст. Тепло и надежность его руки не давали мне утонуть в пучине мрака, которого я так много хлебнула с момента моего похищения из привычной жизни. Иногда мне казалось, тьма проникла ко мне в вены и сердце. Абсолютного белого света больше там не было. Власть отравила и меня.

Я смотрела на своих вассалов, моих слуг и советников, пытаясь осознать – я теперь Правительница, и об этом напоминала легкая тяжесть на голове. Венец мне принесли сразу же после моего признания от вассалов. Наследная корона Дома Горных волков. С топазами, такими же прозрачными, как и мои глаза, и бриллиантами, ярко сияющими под огнями свечей в тяжелых бронзовых канделябрах, щедро развешенных на стенах.

Я та, кто управляет Севером. Я королева Севера, и мои земли одни из самых больших в Анцеме. Как осознать свою власть? Наверное, как сегодня, казнив кого-то в первый раз. Когда ты сидишь во главе стола и многие мужчины подчиняются тебе. Или когда идешь по коридорам, а слуги даже боятся молвить слово, чтобы не быть наказанными.

* * *

В конце вечера, когда пьяные разговоры уже лились со всех концов стола, я встала.

– Господа, наслаждайтесь вечером. Я покину вас.

Все поднялись и поклонились мне. Я мотнула головой Мориону, чтобы за мной не ходил, остался на праздничном ужине. Мне нужна тишина.

Затем я пошла на балкон, который выступал над равниной, окруженной величественными горами. Здесь мы стояли ранее с Сорайном. Ночь окутала землю бархатным покрывалом, а на небе сияла полная и яркая луна, освещая все вокруг серебристым светом, создавая волшебные тени и отбрасывая их на землю. Звезды, маленькие и далекие, мерцали на темно-синем полотне неба, словно бриллианты, щедро рассыпанные чьей-то рукой.

Ветер приносил ароматы цветов и травы, а ночные насекомые наполняли воздух стрекотанием. Холодный порыв дунул в лицо, принося с собой свежесть и прохладу. Он растрепал волосы и заставил кожу покрыться мурашками. Но я не запахнула плащ, напитываясь холодом великого Севера.

«Я не отступлю, – сказала ветру. – Ты примешь меня. И не будешь жалить своими укусами, а полюбишь, как единственную дочь. Ты должен признать меня своей Повелительницей. Так же, как и вы – горные вершины, так же, как и вы – белоснежные снега. Я за вас, а вы за меня».

Я открыла глаза и протянула руки вперед. И тихий шелест принес моих драконов, сверкающих серебром и перебивающихся лунным светом, вплетенным в их кожу.

Ветер стих, и наступила тишина, лишь колебали воздух драконы, ждущие приказа своей повелительницы. И сердце стучало ровно, в такт дыханию Севера, который стал моим новым домом.

* * *

Я лежала на кровати и почти заснула, когда послышался стук в дверь. Поджимая пальчики и запахивая шелковый красный халат, отделанный кружевом, я открыла дверь. Морион опирался о косяк. Я открыла дверь шире, приглашая войти. Он прошел вглубь комнаты, остановился, и выражение его лица стало мрачным, а сердце мое екнуло от нехорошего предчувствия. Я топталась на месте, ожидая, что он скажет.

– Ноа, я уеду завтра.

Я гулко сглотнула. Я не готова остаться одна. Не хочу быть одна.

– Ноа, – подошел он ближе, заключая мое лицо в свои ладони. – У меня есть дела, свой Дом. Мне нужно уехать. Ненадолго. Я вернусь до начала совета Домов. Мы созываем всех Правителей сюда, на Север. Они теперь должны тебя принять.

– Что? – Я вырвалась из его рук. – Принять? То есть я еще не настоящая Правительница? – У меня аж дыхание сбилось и голос засипел.

– Нет же, конечно, ты и есть Правительница по праву крови, по праву наследования. Не беспокойся. Но таковы правила. Ты новая Глава Дома, и формально тебя должен принять совет.

Я нахмурилась:

– То есть они меня не разжалуют обратно?

– Конечно нет, моя пташка. Так надо. И у нас есть миссия с тобой. Помнишь?

– Да, – кивнула я. – Это главное.

– Все верно. – Мори взял меня за плечи, заглядывая в глаза. – Они приедут через два месяца, я тоже уже успею вернуться. Я тебя не оставлю, малышка. – Он прижал меня к себе. Я обхватила его руками за талию.

– Ты обещаешь вернуться? – тихо проговорила я.

– Всегда вернусь к тебе, даже в Сумраке тебя найду.

Сердце сжалось от тоски, я уже сейчас по нему скучала. Морион поцеловал меня так по-собственнически, что ноги сразу же ослабли. Он поднял меня на руки и отнес в спальню. Бережно положил на спину и, опершись на руки, жадно рассматривал меня. Его глаза затуманились, и страсть разгоралась в их глубине. Он опустился рядом и накрыл поцелуем мои губы. Ласкал их, покусывал, его язык доминировал во мне. Потом он поцеловал мочки ушей, от чего разряд тока отправился ко мне в промежность, что было непривычно и необычно. Он поглаживал мою грудь, чуть сжимал и целовал шею. Тонкая ткань ночной сорочки позволяла чувствовать жар его тела, его руки, чуть шершавые и требовательные. Соски затвердели под его ласками, он сквозь ткань прикусил вершинку, и я застонала, выгнулась ему навстречу, жар потек по венам, отзываясь тянущей болью внизу живота.

Я поняла, что хочу его безумно, даже не зная, что такое близость с мужчиной, даже со страхом первого раза я готова была отдаться ему – моему любимому Мориону, который сделал для меня больше, чем кто-либо. Который вскоре уйдет и оставит мое сердце страдать. Поэтому я хочу сохранить его тепло, оставшееся от этой ночи, во мне.

Морион потянул вниз мою сорочку, оголив груди, и от холода соски тут же сжались. Их мгновенно согрели губы любимого, разожгли пожар внутри. Легкие поцелуи спустились на мой живот. Язык рисовал узоры на моей оголенной коже. Сорочку Морион стянул полностью, и я осталась лишь в одних коротких прозрачных панталончиках. Его язык и руки были везде. Я задыхалась от страсти и стонала под напором чувств. Плавилась в его объятиях и хотела большего, чего-то, что вознесет меня к небесам и утопит в пучине неги. Вдруг почувствовала палец, что погладил мою самую сердцевину между ног. Я замерла, а бедра сами раздвинулись еще шире, не слушая разум. Морион стянул с меня панталончики, и я осталась под ним полностью раскрытой, с обнаженными телом и душой. Посмотрела в его глаза и увидела там такое желание обладать мной, что чуть не задохнулась. Морион сбросил с себя одежду, и я увидела его ствол, он был огромный, толстый и блестел на конце жемчужной каплей. Я испугалась, подумала, что такой в меня не войдет, и поползла назад. Морион поймал меня за ногу и, усмехнувшись, лег сверху. Между ног я почувствовала давление. Он был налит силой и готов войти в меня. Я затрепетала в его руках.

– Расслабься, боли будет немного, только в самом начале, – низким хриплым голосом проговорил он.

Морион впился в мои губы поцелуем, одновременно толкая в меня язык и ствол. Я ахнула и выгнулась. Боль прорезала мое тело. Я закричала, когда он еще дальше продвинулся в меня, чуть не задохнулась, когда дошел до конца. Морион замер, остановился, нежно сцеловывая слезы с моих щек и век. А потом боль исчезла, и толчки медленно воспламенили нутро, разливаясь медом по венам. Морион нежно гладил мое лицо, выпивал прерывистое дыхание и мои вскрики. Ритм его движений был медленный и тягучий, но настойчивый. Он растягивал меня неторопливо, а я стонала в такт его движениям. Он повторял языком в моем рту то, что делал со мной внизу. Я потерялась в ощущениях, жгучая боль перешла во что-то невероятно сладко-туманное, и тугая пружина с каждым его толчком внутри меня сжималась все сильнее. Я металась, кричала от страсти и чувств и сама уже не понимала, где я. Только его руки, губы и толчки, что сводили с ума.

Ритм все нарастал. И на самом пике резкого ритма наших тел, на самой вершине удовольствия, что я когда-либо испытывала, взорвалась фейерверком такой необузданной страсти и пламенем чувств, что закричала громко, взмывая ввысь, видя мириады звезд, раскалываясь на кусочки, которые Морион потом собрал и через некоторое время отправил меня парить в небесах вновь.

Я всю ночь прижималась к нему, гладила мощную грудь, совсем осмелев, трогала то, что принесло мне столько чувственного удовольствия. Наслаждалась прикосновением оголенных тел друг к другу, кожа к коже, одним дыханием на двоих. Слезы счастья застилали глаза, и губы сами тянулись к моему мужчине.

Когда мы уже засыпали, я, лежа на его плече, прошептала одними губами:

– Я люблю тебя.

Глава 34

Обязанности

Будни наполнились тоской по Мориону и текущими делами Дома, что оказались очень даже нелегкими.

– Правительница, это наложницы и дети правителя Галлена, – тихо произнес Сорайн, стоя по правую сторону от моего трона. Я сидела в зале приемов. Слева, чуть в стороне, в кресле развалился Эллиот Бран. Черноволосый красавец так и не уехал вместе с другими вассалами. Честно говоря, я не понимала, что он тут делает и зачем остался, но не возражала. Одной мне было скучно, а он скрашивал приемы пищи и рассказывал смешные случаи. Остроумия было ему не занимать, обаяния тоже.

Три наложницы с детьми разного возраста стояли передо мной. Самой старшей женщине на вид было лет тридцать, и к ней жался мальчик лет десяти, со светлыми волосами, как у моего дяди. Женщина недовольно поджала губы, словно не признавая меня. Две другие казались более покладистыми, опустив глаза, смиренно держали руки сцепленными перед собой. К ним прижимались два мальчика лет восьми с темными волосами и девочка с шелковистыми светлыми кудрями.

– Сорайн, дети-бастарды могут претендовать на мой престол? – спросила я тихо главного мага и советника моего Дома.

– Только если вы отправитесь на небеса, и у вас не будет мужа, и вы не оставите наследников, Правительница, – наклонившись ко мне, так же тихо проговорил Сорайн.

Я хмыкнула, прокручивая кольцо с большим сапфиром на руке. Украшений у меня было много: достались и фамильные от бабушки, и сама уже приобрела. Могла под каждый наряд подбирать. Свою метку Сейны я так и прятала под рукавами и широкими браслетами.

– Убрать их из замка и назначить детям содержание до совершеннолетия, – громко приказала я, махнув рукой.

Сорайн поклонился.

Самая старшая наложница Галлена вскинула голову и зло на меня посмотрела. Когда женщины с детьми вышли из зала, я сказала Сорайну:

– Присматривай за их детьми, если будут проблемы… Если почувствуется опасность для меня… Доложишь.

Мне совершенно не нужны те, кто могут претендовать на престол и пытаться меня убить. Тем более моих будущих детей.

– Повелительница, вам наложники нужны? – Я чуть не захлебнулась вином, которое лениво тянула из бокала. Прокашлявшись, услышала фырканье Эллиота. В его глазах часто мелькало веселье.

– Нет, – протянула я.

«Мне Морион только нужен».

Сорайн буднично продолжил:

– Рабы-мужчины.

Еще лучше! Испорченность правителей была налицо. Я представила красавчика, сидящего у меня возле ног, как те девушки у Арака и Ваида. И крепко задумалась. Ну а что? Раб, может, и хорошо, будет мне ноги массировать, не служанок же просить. Но большего я точно не попрошу. У меня есть Морион!

Неужели и у Мориона были рабыни? Я аж напряглась, поелозив на стуле. Не хочу об этом думать. Он же сейчас со мной!

«Он один там», – раздался в голове предательский голос.

– Я подумаю, – выпалила вдруг.

Сорайн кивнул.

– Правительница, не желаете прогуляться? – подошел ко мне Эллиот и предложил локоть.

А почему бы и нет? Он учтив, приятен, не нагл. А огонек интереса в его глазах мне импонировал. Женщине всегда приятно видеть, что она нравится мужчинам, это повышает ее самооценку, хотя я и Правительница, и выглядеть могу хоть как тварь из Сумрака.

– Я хочу проведать своих драконов, – сказала и взяла под руку Эллиота, поправляя длинное платье цвета горького шоколада, который я в последнее время очень полюбила. Его мне подавали в виде напитка вместе с булочками с сердцевиной из жидкого лакомства и просто плитки с орехами, которые я уплетала с травяным чаем, а он на Севере был великолепен. Горные травы составляли пахучую композицию с приятным вкусом.

Мы вышли из замка и направились в парк, где себя вольготно чувствовали хвойные деревья. Дорожки, вымощенные гладкими каменными плитами, петляли между аккуратно подстриженными кустами и цветочными клумбами, которые были оформлены в виде геометрических узоров и разделены на секции, каждая из коих представляла определенный цвет. Лиловые тюльпаны умещались вместе с нарциссами и гиацинтами. Пышные розы, лилии и гладиолусы наполняли воздух нежными ароматами.

На ровной площадке перед беседкой, увитой плющом, я остановилась. Полуденное солнце освещало парк теплыми лучами. Легкие облака проплывали по небу, словно корабли в бескрайнем океане. Я воздела руки к небу и призвала своих лунных защитников. Из пенных облаков вынырнули два величественных дракона. Они с тихим шелестом подлетели ко мне и покружили приветственно над головой. Надо отдать должное, Эллиот не отступил, лишь слегка прищурился от поднявшегося водоворота воздуха.

– Госпожа Ноа, ваши драконы великолепны.

– Спасибо. Они и правда красивые лунные создания, – улыбнулась я, смотря на величественный тихий танец магических существ.

– Лунные? – В голосе Эллиота я почувствовала недоумение и поняла, что ляпнула лишнего.

– Драконы цвета луны, они будто сотканы из лунного света, – попыталась с улыбкой развеять его подозрения.

Он покивал, внимательно вглядываясь в них, больше, чем мне бы хотелось.

– Скоро обед, давайте пройдем в замок, – решила увести его подальше от моих созданий.

Я растворила их в воздухе и пошла по тропинке.

– Правительница, вы бы не хотели посмотреть свои земли? Увидеть Север и пообщаться с народом?

Я остановилась, глядя на Эллиота. Теплая улыбка делала его глаза не такими черными, как безлунная ночь, и взгляд стал мягче.

А это хорошая мысль! Я ведь ничего не видела пока, кроме округи.

– Да, стоит посмотреть, вы правы, Эллиот.

– Тогда позвольте мне показать вам Север, Правительница! – просиял тот.

* * *

– Сорайн, а почему Эллиот Бран не уезжает? Зачем он в замке остался? – спросила я после ужина мага, когда была в кабинете и подписывала текущие бумаги на расходы и содержание слуг и военных, утверждала бюджет Дома.

Сорайн, как всегда, сложив пальцы-сосиски на животе, обтянутом темно-красным бархатом, спросил:

– Выгнать его?

– Вы его в чем-то подозреваете? Он безопасен для меня? – отложив ручку, спросила я.

– Он не был до этого нигде замечен, на власть не претендовал в отличие от других вассалов.

Я кивнула. Бран мне не мешал. Пусть остается, тем более Север мне покажет. Не буду же я одна ездить там, где ничего не знаю.

* * *

Приняв расслабляющую ванну и накинув пушистый голубой халат, я подошла к гардеробной, собираясь надеть чистую ночную сорочку.

В комнате вдруг стало резко темнеть. Я оглянулась, может, погасли магические светляки? Все же их в спальне я предпочитала больше, чем свечи. Комната заполнилась живыми тенями. Они двигались и шевелились, протягивая ко мне руки. Я вскрикнула и попятилась. Что это? И только хотела закричать, как услышала:

– Здравствуй, сестра.

Я медленно повернулась к зеркалу, которое стояло за спиной. Из клубящегося Сумрака мне ухмылялся Ваид.

Я опешила и замерла, не зная, что сказать.

– Как ты устроилась в замке?

«Он сейчас выйдет из зеркала? Сюда?» – начала лихорадочно соображать я.

Из углов гардеробной полезли ко мне сумеречные руки-щупальцы.

– Убери их! – воскликнула я, сжавшись и обняв себя.

– Они тебе не причинят вреда… Пока. – Ласковый голос, а угроза сквозила ледяным дыханием, инеем покрывая комнату.

– Что тебе нужно? – бросила зло я.

– Ты так легко забралась на вершину, смотрю. Убила отца и все забыла. – Он покачал головой, а в его глазах клубился мрак.

– Я его не убивала! – Руки Сумрака тянулись ко мне, но не дотрагивались, запугивая.

– Ну как же, ты ведь со своим любовником все придумала!

– Я не убивала Арака, – проговорила по слогам.

Ваид наклонился вперед, зло прошипев:

– Его убил твой Морион. А ты спишь с убийцей отца.

– Ты ошибаешься, Арака убила Цера. А Цера была шпионкой Либры.

У Ваида нервно дернулось веко.

– Что за чушь ты несешь?

– Да, Либра подняла голову и этими убийствами хочет разобщить нас, чтобы правители обвиняли друг друга и началась в Анцеме война. А они спокойно захватят наши территории.

Ваид молчал, сверля меня взглядом.

– И Правителя Дома Горных волков убили они же, – вздернула вызывающе бровь я.

У Ваида брови поползли наверх.

Ну же! Давай, признайся, что ты с Араком хотел убить моего дядю и через меня забрать себе Дом Горных волков. Скажи!

– А Морион умен…

Я хмыкнула.

– А ты думал, что только вы с Араком способны интриги строить?

Он промолчал. Я оскалилась и нагло на него уставилась.

– До встречи, сестра.

Сумрак стер фигуру Ваида и превратился опять в гладь зеркала, где я увидела себя. Испуга на лице не было.

«Я выбила его из колеи!» – подумала злорадно.

Тени попятились в углы и исчезли.

Я быстро накинула первое попавшееся платье и выбежала из комнаты.

– Позовите мне Сорайна! – приказала дежурившей у моих дверей служанке. Они там были даже ночью, чтобы выполнять все мои желания.

Я нервно ходила по гостиной своих покоев, покусывая ноготь большого пальца. Теперь меня била нервная дрожь. Сорайн вошел в наспех одетом длинном одеянии типа хламиды, которые он так любил. Лицо вроде не было заспанным, значит, еще не ложился.

– Правительница?

– Расскажи мне о некромантии, – попросила я, усевшись в мягкое кресло, сцепив руки перед собой.

Мне надо было знать главное – Ваид мог на самом деле появиться в моей комнате? Он мог передвигаться по Сумраку на большие расстояния? И какой силой обладают некроманты?

Глава 35

Предсказание

Густые леса завораживали своей красотой и величием. Они раскинулись на огромных территориях, покрывая землю зеленым одеялом. Деревья, высокие и мощные, сплетались над головами, еле пропуская скупые лучи солнца. В лесах всегда царил полумрак, свет с трудом пробивался сквозь густые кроны. Землю покрывал мягкий ковер из мха и лишайников, который скрадывал звук шагов и делал передвижение по лесу почти бесшумным.

Воздух свежий и чистый, наполненный ароматами хвои и лесных цветов. Здесь обитали разнообразные животные и птицы, которые приспособились к жизни в условиях холода и недостатка света. Казалось, все было пропитано атмосферой тайн и загадок. Беззаботный щебет и трели соловья переплетались с гулом ветра и треском ломаемых веток.

На территориях Горных волков больших городов не было, поселения в основном располагались на берегах живописных озер. Добротные дома были сплошь украшены древними рунами в качестве оберегов от злых духов, в коих верили все жители земель.

Мы путешествовали по поселениям, где меня встречали по-разному. Выбегали глазеть и приглашали к себе отведать местные блюда. На ночь отдавали лучшие дома, и я прекрасно проводила время. Откровенного недружелюбия не встречала, сначала осторожность в словах, а потом видела теплоту в глазах. Они меня приняли.

Народ севера был суров, но отмечать праздники умели: лилось рекой вино, пели удалые песни, танцы у костра тянулись до самого утра.

Я внимательно выслушивала жалобы старейшин, их рассказы об урожае, охоте и заготовках на долгую зиму. Просьбы записывал мой слуга, потом разберемся с ними обязательно.

Многие знали Эллиота Брана, с ним было комфортно путешествовать. Из служанок я взяла только Фибиан, которая млела от многочисленного внимания воинов и заигрывала с ними всю дорогу. Сорайн не поехал, для него это было уже слишком тяжело. А Керус – командор, не мог отлучаться из замка просто так.

А вечерами, отойдя подальше от селений, я отправляла Мориону лунного ястреба с весточками. И получала их в ответ. У нас была с ним почти ежедневная связь. И это скрашивало одиночество, которое съедало изнутри. Морион поддерживал меня и был рад этому путешествию.

* * *

– Правительница, здесь недалеко живет старый оракул Сувел, – подъехал ко мне ближе Эллиот. Его глаза казались цвета вековой коры дуба.

– Оракул? И что он делает? – спросила я, пригибая голову под низко висящей веткой дерева.

Эллиот широко улыбнулся.

– Он предсказывает судьбу, подсказывает путь. К Сувелу едут за ответами. Оракул обладает древней магией.

Я нахмурилась, не сильно-то хочу знать свое будущее. А если в нем ничего хорошего? Если там не будет Мориона?

– Все Правители Севера навещали его, – добавил Эллиот.

Я взглянула на него. Бран мне хочет сказать, что было бы хорошо, чтобы я сходила к нему, раз стала Правительницей Дома Горных волков? Это вроде традиции у них?

– Давайте заедем к нему, – кивнула я.

Ладно, просто не буду спрашивать о будущем, и все. Может, какую-нибудь ерунду узнаю, решила я.

* * *

Старый бревенчатый дом Сувела расположился на склоне горы, окруженный густыми лесами. Из его окон открывался живописный вид на горы, утопающие в облаках. Пристанище уединения и покоя. Дом казался спрятанным от внешнего мира, создавая ощущение полной изоляции от людей. Здесь царил мир тишины и спокойствия, где каждый шаг сопровождался пением птиц и шелестом листвы.

Сам дом выполнен в традиционном горном стиле: деревянный, с крышей, покрытой мхом и лишайником. Испещренное рунами одноэтажное строение окружали столбы, расписанные знаками и обтянутые лоскутами ткани разных цветов, развевающихся на ветру.

Мне как-то зябко стало, когда мы подъехали ближе. Будто холодные пальцы вцепились в кожу и мороз куснул шею. Проявление магии? И мне очень сильно не хотелось туда идти. Прямо сейчас повернула бы и уехала. Но мои воины, служанка, Эллиот не поймут. Раз традиция – буду терпеть.

Навстречу нашему отряду, скрипнув дверью, вышел старик. Высокий, худой, серые длинные волосы до середины спины связаны тряпицей. Морщинистый лоб, тонкий нос и узкие губы. А глаза… Один – черного цвета, будто в самый Мрак смотришь, глубокий и затягивающий. А второй – цвета северных болот, такой же топкий. Длинная серая рубаха жреца открывала тощие щиколотки и грубые туфли. На шее висело ожерелье из черепов птиц и перьев. Он, гордо выпрямив спину, ждал, пока мы спешимся, чего мне вовсе не хотелось, в горле стало сухо.

Эллиот Бран первый подошел к оракулу.

– Сувел, – поклонился он. – Долгих лет и здоровья.

Старик молча кивнул.

– Это новая Правительница Дома Горных волков – Ноа Дорган, – показывая на меня, сказал Эллиот.

Я подошла ближе, ноги приятно утопали в мягкой траве, вдалеке тревожно ухнула сова.

– Сувел, рада вас видеть, – выдавила улыбку и заставила себя стоять на месте, чтобы не убежать с криками ужаса. Он внушал неконтролируемый страх.

Оракул величественно кивнул мне, будто сам был королем.

– Сувел, Правительница хотела получить предсказание. Прими ее, – будто уговаривал его Эллиот.

Мне так казалось, что самому Сувелу вообще на все наплевать. И вовсе он не жаждет меня принять. Да я и сама не хотела.

Он посмотрел на меня – черная бездна глаза куда-то тянула. И я даже знать не хотела, что там может ждать. Я поежилась.

– Иди за мной, – выдал Сувел наконец низким голосом.

Я быстро посмотрела на Эллиота, он мне ободряюще улыбнулся и кивнул.

За спиной спешились воины, щебетала что-то Фибиан. Мирный теплый день, а когда я вошла в избу вслед за стариком, будто бы попала разом в другой мир. Температура упала, и изо рта пошел морозный пар. Я остановилась, не понимая, что происходит.

– Север, – непонятно сказал Сувел, повернувшись ко мне лицом. От него пар не шел.

Я поежилась и стала озираться. Убранство дома было простым и скромным. В комнате стояли старый деревянный стол, несколько стульев и небольшая кровать. На стенах висели пучки сухих трав и амулеты, сделанные из костей животных. В углу комнаты находился очаг.

– Проходи, садись, – указал он мне на добротный стул.

Над очагом висел медный котел. На полках расположились крынки и глиняная посуда. В конце дома за занавеской разглядела уголок кровати с простым серым покрывалом. На стене висел стеллаж с книгами, старыми и потрепанными.

Старик не сел, подошел ко мне и навис надо мной, я сделала усилие, чтобы не отшатнуться.

– Лунное дитя, – выдал он.

Как он узнал? Мне не нужны сплетни на Севере, пока мы с Морионом не утрясли вопрос узаконивания магов луны!

– Твой секрет скоро раскроется, – выдал он.

– Мне бы хотелось, чтобы это пока осталось тайной, – недовольно высказалась я.

– Луна привела тебя к трону. Север отзывается волку. Путь имеет две дороги, и только одну освещает луна.

Я пробовала понять, о чем он.

– А… – начала было, пытаясь попросить его объяснить понятнее.

– У луны есть и темная сторона, королева Севера. Не забывай об этом.

– Вы… что все это значит? – Его черный глаз, казалось, втягивал в себя тьму и не выпускал обратно, она поселилась в его глубине.

– Ты узнаешь, когда придет время. Ты все поймешь. Лишь бы не было поздно.

Очень интересный ответ. И что я пойму? Надо обдумать. Вроде смерть мою не предсказал, а дальше разберемся. Старик больше ничего не произнес, сел на стул и принялся чинить старые штаны.

Я вышла на улицу и поглядела на макушки раскачивающихся под напором ветра деревьев, впитывая тепло, что, казалось, вышло из меня в доме оракула.

– И что он сказал? – подошел ко мне Бран.

– Что все будет хорошо, – улыбнулась ему.

Ничего страшного он не поведал, а хорошее можно и самому найти.

Глава 36

Тайны

Сумерки мягко опускались на поселение, приютившееся возле живописного озера. Солнце медленно исчезало за горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки оранжевого. Легкий ветерок приносил прохладу, шелестел листьями деревьев и кустов. Озеро казалось огромным зеркалом, отражающим краски заката. Вода была спокойной и прозрачной, словно стекло. В ней отражались деревья, кусты и добротные дома.

На берегу мелькали темные головки камышей, раскачивающихся в такт дуновению ветра, создавая таинственный шелест. Вдали от берега плавали утки, их белые перья сверкали в лучах заходящего солнца.

Симфония запахов наполняла воздух: тлеющие угли смешивались с благоуханием горящих поленьев, создавая неповторимую атмосферу. Ноты дыма и пепла переплетались с ароматом древесины, создавая сложный и многогранный букет. Когда ветер разносил искры костра, они подхватывали с собой частички дыма – в этот момент аромат становился еще более насыщенным и глубоким, окутывая все вокруг своим волшебством. Костер на берегу горел ярко, освещая темное ночное небо и создавая контраст между светом и тьмой.

Я стояла перед домом старейшины, который отвели мне в единоличное пользование. Семья старосты переселилась к родственникам в другую избу. Моя служанка ушла стирать белье и позже принесет мне ужин, в предвкушении которого я пребывала.

Запах печеной рыбы вызывал аппетит еще больше. Я улыбнулась – мне очень понравились простые люди Севера, их улыбки и слова были искренними, эмоции яркими, а от добрых шуток расцветало мое сердце.

Я стала понимать их и приняла свое положение Правительницы. Моя неуверенность куда-то испарилась. И венец власти больше не гнул вниз голову.

«Я обещаю вам, люди Севера, что стану помогать вам и буду хорошей правительницей для вас», – прошептала я.

Подобрав полы шерстяного платья, прошла внутрь дома.

– Правительница! – окликнул меня Эллиот. Я повернулась в дверях. – Разрешите скрасить ваш вечер? – обезоруживающе улыбнулся он.

– Проходи, – кивнула ему, не удержавшись от ответной улыбки.

Дом старосты был построен из массивных бревен, крыша покрыта деревянными досками, украшенными замысловатой резьбой. Окна большие и высокие, пропускающие много света внутрь. Пол устлан мягкими шкурами животных. В центре дома располагался огромный камин, возле которого собирались все обитатели дома, чтобы согреться холодными вечерами и насладиться ароматным дымом горящих поленьев.

Я подошла к очагу, наблюдая за причудливой игрой искр.

– Ноа, как вам Север?

– Он прекрасен, Эллиот.

Мужчина подошел ближе, от него исходил аромат хвои и леса.

– И вы бы не хотели, чтобы с ним что-то случилось? – тихо задал он вопрос.

– Нет, конечно! Тут живут прекрасные люди.

– Тогда стоит действительно задуматься об их безопасности, – ухмыльнулся Эллиот. Мне не понравилось что-то в его глазах, будто в них плескалась… угроза? Воздух в комнате словно стал гуще, и что-то тревожное наполнило атмосферу.

Я нахмурилась и сделала шаг назад.

– А ваши тайны, Ноа, могут нарушить спокойствие.

Ого! Он знает о моей лунной магии? Догадался по драконам? Или, быть может, видел скрываемую мной метку Сейны на руке?

Я попятилась, соображая, что делать и как ему сказать, что это неправда.

Он двигался на меня, смотря вдруг разом потяжелевшим и недобрым взглядом. Никогда не замечала у него такого. Будто маска веселого парня спала и обнажилась истинная сущность.

– Эллиот… – Я уперлась спиной в стену. Он одним шагом преодолел расстояние между нами и поставил руки выше моей головы, нависнув надо мной скалой, и мне стало некомфортно.

– Слушаю, маленькая лгунья.

– Это не то, что ты думаешь, это безопасно для жителей Севера… – начала оправдываться я.

– Натравить Анцем на Либру – это шутка для тебя? – повысил голос Элиот.

Я опешила, думала, он про лунную магию.

– Я знаю, что ты наврала про Либру, это не она приказала убить Галлена Киллиана.

Он нежно провел по моему лицу рукой и положил ее мне на горло. Не сильно, но показывая, что может надавить и лишить воздуха. Убить…

Я так испугалась, что не знала, что ответить. Руки ослабли, и я почему-то не могла сопротивляться.

В голове билась только одна мысль: «Все обернется катастрофой, если все узнают, что мы солгали про Либру».

– Маленькая, маленькая лгунья, – протянул он, рассматривая мое лицо. – Ай-яй-яй. Так легко столкнуть в войне две державы, лишь бы все убийства сошли вам с рук, и занять трон.

– Нет, я… – А не было мне, что ответить. Не знала, что делать.

Я не могла так быстро сообразить, что можно ему сказать, а что нет. Я задрожала, и ноги ослабли.

«Что делать?» – панически соображала я.

– Какая же ты двуличная и так легко идешь на подлог, спасая свою шкуру.

– Да нет, все не так… – просипела я.

– А как? Ты разве не лжешь? И проклятье Сейны не скрываешь? – выдохнул он мне в губы.

О, ужас! Бран вообще все знает!

– Только теперь, если ты хочешь, чтобы это осталось тайной, ты должна…

Он сделал паузу, а у меня во рту все пересохло. Неужели попросит с ним спать, чтобы сохранить секрет? Сделает меня своей подстилкой? Но Морион этого не допустит! Он его убьет.

– Ты будешь делать для Либры то, что она тебе прикажет, Ноа.

У меня челюсть отвисла. Либры?

– Тебе не привыкать лгать, девочка. Тебе ли не знать, как скрывать тайны. Поэтому нужно будет просто иногда закрыть глаза на кое-какие действия, выполняя небольшие поручения. И тогда ты и твой Морион будут в безопасности. Это же так немного, да, Ноа? – Он погладил большим пальцем мои губы.

Он шпион Либры! Вот это да. И какова же была вероятность, что я стану Правительницей Севера? Что мы с Морионом придумаем оправдание смерти Арака и Галлена, сказав, что их убили по приказу Либры? И какова вероятность, что мой вассал окажется ее шпионом?

Вот это звезды неудачно сошлись…

– Ты поняла меня? – прищурив опасно глаза, спросил Эллиот.

Я гулко сглотнула, его рука на моей шее чуть надавила на горло. Мне стало страшно! А если он убьет меня? В лесах можно подстроить что угодно! И сам станет Правителем Севера. Он точно придумает как! И тогда Либра добьется своего – постепенно заберет все территории Анцема!

Надо что-то делать! Но что?

– Да, – выдохнула я испуганно.

Мы придумаем с Морионом, как все решить.

– И только попробуй отказаться, правда тут же всплывет наружу, – угрожающе произнес он.

Я кивнула, не в силах поверить, что так все обернулось.

– Ну вот и прекрасно, моя милая. – Эллиот снова надел на себя маску обаятельного мужчины и улыбнулся мне. – А теперь пойдем прогуляемся. – И он протянул мне руку. Я зло на него посмотрела в ответ.

– Ты что, Ноа? Я же тебе не предлагаю сейчас лечь со мной в постель. Мы всего лишь подышим воздухом, ты придешь в себя и поймешь, что у тебя нет выбора.

Руку я ему не подала и двинулась к выходу быстрым резким шагом. Даже ни минуты не хочу находиться с ним рядом! Он усмехнулся и вышел на улицу за мной.

Мирный говор людей, готовящихся ужинать и отдыхать, разносился по берегу. Я стремительно шла к лесу, хотела остаться одна и послать весть Мориону. Но этот мерзкий Эллиот не отставал. Что делать? Публично его послать?

У кромки леса я остановилась и решительно повернулась к нему:

– Эллиот, оставь меня. Не ходи, пожалуйста, за мной, я хочу побыть одна.

– Э, нет, мы с тобой вместе прогуляемся и поговорим, все обсудим, – нагло улыбнулся он.

Я прищурилась, готовая на него наорать, и только было открыла рот, готовясь высказать все, что о нем думаю, как раздался отчаянный женский крик.

Глава 37

Сумрак

Эллиот кинулся на вопль, потому что к нему присоединились и другие крики. Я рванула за ним. Когда мы выбежали к поселку, я увидела тьму, которая, словно туман, плыла из леса. Она жила своей жизнью, вздымалась, будто волны бушующего моря, накатывала, открывала пасть, обнажая клыки и заставляя людей пятиться к воде. Никто не мог понять, что за мгла на них напала и откуда она. Но опасность повисла в воздухе тяжелой удушающей пеленой. Ко мне тут же подскочили воины и окружили, защищая. Мужчины выдвинулись вперед, загораживая женщин и детей, что плакали и прижимались к матерям.

Что это такое? Позади меня раздался женский крик, я оглянулась. Мрак полз и из-за леса, откуда мы вернулись с Эллиотом. Всхлипы от страха и взволнованные разговоры раздавались отовсюду. Деревенские мужчины и часть моих воинов обнажили мечи, приняв боевую стойку.

И вдруг с противоположной стороны заклубился серый туман, и оттуда стали выходить люди в темной одежде. Это Сумрак! Из него приходят некроманты!

Окутанные тонкой дымкой мглы, они пошли на замешкавшихся деревенских. Неожиданно в руках некромантов образовались сгустки мрака размером с мяч, и они разом кинули их в толпу.

И начался бой. Мужчины бросались на некромантов, но падали под ударами магии, что мгновенно, только касаясь человека, проникала в него, и воины падали замертво на траву, а из их отрытых ртов выходил черный туман.

Я опешила. Все произошло слишком внезапно! Я не могла сообразить, что делать. Воины стали оттеснять меня в другую часть поселка, но там тоже клубилась мгла!

Крики усилились. Павших от рук некромантов становилось все больше. Нападающих защищал Сумрак, не давая прикоснуться к ним мечами.

Женщины отошли ближе к воде. Крики боли и отчаяния вывели меня из ступора.

– Расступитесь, – громко проговорила я. Воины не шелохнулись, так и стояли, ощерившись мечами на некромантов.

Это была страшная картина, когда ты бессилен и погибаешь от мглы, что проникает внутрь и навсегда пожирает душу.

Я выпустила их – мои лунные лучи. Они засияли и мгновенно устремились к врагу. Воины немного дали мне пространства, чтобы я могла больше видеть. Они с удивлением смотрели на меня. Я знала, что моя кожа сейчас сияла, покрытая лунной пылью.

Выкинув руки вперед, я направила лучи в некромантов. Они разрывали их мглу, но она тут же возвращалась на место, не причиняя вреда нападавшим. Я пробовала вновь и вновь, и через на миг разрушенную моими лучами защиту мужики успели достать некромантов мечами! И наконец раздались крики боли у противника.

Теперь мы нападали сообща. Я разрывала лучами Сумрак, воины атаковали некромантов.

И еще я призвала драконов. Мои лунные создания спикировали с неба и обрушились на врага. Мгла закружилась вокруг них, пытаясь сожрать, но ничего не получалось! Драконы уворачивались и кидались вновь и вновь на нападавших. Некроманты разозлились и стали кидать огненные шары в толпу. Крики усилились, мужчины бились отчаянно, погибая за своих женщин и детей.

Шарами некроманты подожгли избы. Они быстро загорелись, и яростное пламя охватило поселение. Женщины, дети и старики забежали в воду, воя и причитая.

Когда я умудрялась лучами порвать защиту из мглы, драконам удавалось растерзать в клочья некромантов. Меня трясло от страха за свою жизнь и моих людей. Но я взяла себя в руки и продолжила бить лучами и рушить защиту Сумрака.

Огонь метался по крышам, хрипели и рычали воины, лязгали мечи, и кровавые цветы расцветали на траве. Все смешалось в один гул.

Внезапно сквозь шум битвы прорвался голос женщины, она кидалась к охваченному пламенем дому и отчаянно кричала:

– Там мой малыш! Помогите! Спасите ребенка!

Ее лицо было страшнее мглы, столько отчаяния и боли за жизнь своей кровинки отразилось на нем. Внезапно возле нее оказался Эллиот Бран. Он снял куртку, обагренную кровью, не знаю, чьей. Закрыл ей голову и ринулся в дом. Я затаила дыхание. Мать рыдала и протягивала руки. Через несколько долгих минут Бран появился в двери с младенцем на руках. Мать схватила свое дитя и прижала к груди, в которой бы перестало биться сердце, если бы он погиб. К ней подбежала женщина и увела ее ближе к воде.

Я огляделась. Прищурилась. И пустила всего лишь одну лунную нить к горевшему дому, где стоял Бран. Крыша рухнула прямо на него, а потом и часть стены, погребая под горящими досками моего вассала. Я еще раз оглянулась. Никто не обратил в жестокой битве внимания на тонкий луч, почти невидимый, выпущенный мной. Я ждала… Но Бран не показывался из столба ревущего и все пожирающего пламени.

Он погиб. Я его убила. Но подумаю об этом потом. Сначала жители деревни – мои подданные.

Наконец мы стали побеждать! Некроманты отступали в Сумрак, он их скрывал своей пеленой и рассеивался в воздухе вместе с врагами.

Некроманты ушли, оставив после себя много трупов: мужчин, женщин и детей, расцветшие багряные цветы смерти на траве и мертвые тела, глаза, уставившиеся в небо, которые его больше никогда не увидят.

Остатки людей кинулись тушить дома, огонь быстро перекидывался с избы на избу. Все бегали с ведрами воды, пытаясь потушить пожирающее все пламя. Я приказала воинам, меня охранявшим, идти помогать. Со мной остался только один охранник.

С рассветом предстала страшная картина. Густой дым от пожара еще висел в воздухе. Обугленные остатки домов напоминали скелеты давно умерших существ. Среди пепла и обломков виднелись следы былой жизни: разбитые горшки, истлевшие ткани и остатки мебели. Ветер разносил пепел по земле, оседая на одежде, волосах и губах. Оставляя привкус безнадежности и невосполнимых потерь. Деревья, которые чудом уцелели после пожара, стояли молчаливыми стражами этого мрачного места. Их ветви, покрытые сажей, тянулись к небу, словно пытаясь вернуть себе былую красоту.

Деревня казалась местом, где время остановилось. Здесь царила атмосфера печали и безысходности, напоминая о том, что даже самые сильные и стойкие перед лицом зла могут оказаться бессильными. На глазах людей выступали слезы горя. Злая воля разрушила жизнь многих, погребая ее под руинами.

Уцелело меньше половины домов. Теперь надо как-то восстанавливать их.

Я смотрела на дом, где был погребен Эллиот Бран, кусая губы, пока его разбирали воины. Я сказала, что видела, как на него обрушились горящие обломки. Мне надо было убедиться, что он мертв.

– Правительница, Эллиот не выжил. Мы нашли лишь его обугленные останки, – с сожалением проговорил воин, что расчищал завалы домов.

Я кивнула, придав лицу скорбный вид. У Брана не было шансов. Но я должна была так поступить! У меня не осталось выбора. Я спасла Мориона, будущее Севера и Анцем от предателя и войны с Либрой.

Внутри меня будто дыра появилась, куда провалились все чувства: вина, ужас и страх.

Я пошла помогать раненым, перевязывала, сидела с детьми, пока матери ходили по пожарищу в поисках уцелевшего имущества. Женщины рыдали над трупами своих мужей, отцов и сыновей. Я сейчас думала лишь о настоящем. О будущем можно будет подумать потом.

* * *

– Правительница, ваши вещи тоже сгорели в доме старосты, – сказала встрепанная Фибиан. Я была очень рада, что она уцелела.

– Ничего страшного, – действительно так по сравнению с участью других.

Я подозвала одного из воинов.

– Отправь гонца в замок и передай, чтобы сюда приехали люди помогать строить новые дома. Пригоните сюда обозы с едой и всем необходимым.

– Будет сделано, Правительница.

– А тело Эллиота отправьте его родным.

Горечь полыни заполнила рот, на сердце стало нехорошо. Но ведь все было во благо.

Глава 38

Чувства

– Морион! – Я кинулась на шею любимому. Утонула в его объятиях, насыщаясь его улыбкой, которой он встретил меня. Сияющие глаза показывали, как он мне рад.

Морион приехал, и мое сердце пело, радость вырывалась наружу улыбками, смехом и объятиями. Долгих два месяца не было моего мужчины, полные тоски дни и холодные ночи без него казались вечностью.

– Пойдем, ты ведь голоден с дороги, – вцепившись в его руку, радостно тараторила я. – Накрывайте стол! – бросила слугам, что стояли в холле замка.

Когда Морион отправил лунного ястреба с вестью о том, что приезжает, я два дня не спала, пульс участился, и я ходила по замку, чуть ли не подпрыгивая, и пела, пока никто не слышал. Мне казалось, я своему сердцу подпеваю.

Он приехал рано утром, когда солнце только показалось из-за гор, освещая дом теплыми лучами, что ласково проникали сквозь узкие окна. Свет наполнил замок и мою душу.

Чуть уставший, с недельной щетиной, в пыльном дорожном плаще и перевязи с мечом. Морион шел по коридорам замка такой уверенной походкой, властный вид и жесткий взгляд – настоящий Повелитель! Я не могла оторвать от него глаз. Мне казалось, он стал чуть суровее и старше выглядеть.

Морион приехал с отрядом своих воинов, и я распорядилась всех разместить и накормить.

В обеденной зале усадила моего мужчину на свой стул во главе стола. И села рядом, с улыбкой наблюдая, как он быстро ел, проголодавшись с дороги. Я любовалась его сильными руками, когда он резал мясо. Губами, что отпивали вино. Не могла надышаться ароматом его тепла и силы с примесью леса – он был само совершенство. И вдруг в сердце кольнуло, а ведь он нравился многим женщинам. И как мне пережить томные взгляды других претенденток на его сердце? А если он встретит кого-то лучше меня? Морион нужен мне без остатка. Мне как воздух необходима его любовь! Хотя он мне еще не признался в ней, но я знала, видела, он меня любит!

Однако сейчас есть поважнее дела. Когда Морион насытился, я заговорила:

– Как ты?

– Нормально, – кивнул он, вытирая руки о салфетку, и бросил ее на стол. – Все дела улажены. Теперь готовимся к совету Домов.

Я закусила нижнюю губу и кивнула. Это было самое трудное, что мне предстояло. Совет уже скоро, и я не смогу, наверное, заснуть до этого дня. Надо будет у знахаря настоек успокоительных попросить.

– Ноа, расскажи, как ты? – Морион положил ладонь на мою руку, согревая и чуть пожимая.

Многое из произошедшего он знал из моих весточек, переданных через лунного ястреба. Но мне есть еще что сказать. То, что глодало мне душу по ночам. То, что я, наверное, всю жизнь буду видеть в кошмарах, – Эллиот Бран.

Я поведала Мориону все, что случилось в поселке на берегу озера: про нападение некромантов, про то, что я была вынуждена сделать. И все-таки слезы сожаления от содеянного побежали по моим щекам, холодные, такие же, как и человеческие ошибки.

– Ноа, – взял меня за руки Морион и заглянул мне в глаза. – Ты сделала все правильно. Это же вопрос твоей безопасности, твоего народа и целого государства Анцема! Даже не вини себя. Все хорошо, ты во благо это сделала. Ты только представь, как бы он тобой манипулировал! Сколько бед могло от него произойти!

Я всхлипнула и вытерла слезы рукой, закивала, соглашаясь с его словами. Он ведь прав. Все на благо. Только душе скажите моей это. У нее свое видение событий и у сердца тоже.

– Все хорошо, ты молодец! И ты спасла людей в деревне от нападения некромантов. Это невероятно мужественный поступок! Ты защитила своих подданных. Ты сберегла многих от гибели. Если бы не твоя магия, все были бы мертвы. И ты тоже, моя пташка. Иди ко мне.

Он притянул меня к себе на колени, я обняла его и уткнулась носом в теплую шею, вдыхая с наслаждением любимый аромат моего мужчины. Я где-то слышала, что, если это твой мужчина, – будет нравиться его личный запах. От Мориона пахло силой, теплом солнца и надежностью. Моя опора и скала. Он нежно гладил меня по спине, и мы просто молчали. Тишина не в тягость, она не создавала между нами неловкость, только уверенность в том, что даже без слов мы понимаем друг друга и нам комфортно.

* * *

– А ты знаешь, что к нам стекаются все дети страны, отмеченные знаком Сейны? – сказал Морион, когда я проводила его в покои. Ему надо было отдохнуть и вымыться после дороги.

– Ого! Это отличная новость! – радостно воскликнула я.

– Уже около тридцати будущих сильных магов у нас обучаются. Думаю, надо будет еще учителей привести к ним. Ривейн уже в одиночку не справляется.

– Нужны надежные люди, – кивнула я.

– А твой маг – Сорайн Гемптос? – спросил Морион.

– Сорайн? Он же не знает о лунных магах, что скрываются у тебя, и что их вообще много в живых осталось. И что ты тоже лунный маг.

– Все скоро изменится, Ноа, – серьезно заявил Морион.

– Я знаю это, – тихо проговорила я.

Иначе все зачем? Зачем мы все это делаем?

* * *

Я ходила по своим покоям, нервно потирая руки. Морион ушел к себе, я еле оторвалась от него. Мне нужно было находиться с ним рядом весь день и ночь. Пустота внутри перестала так тревожить меня, потому что вернулся мой любимый.

Решившись, вышла из своей комнаты и двинулась по коридору. Картины эпичных сражений на стенах замка напоминали о вечном кровопролитии, что разрушало мир и делило временные вехи на до и после. Вечный кругооборот жизни и смерти. Я бы выбрала жизнь и спокойствие. Но как только вовлеклась в игры престолов, попала в жестокий мир правящих семей, что могли перечеркнуть жизни обычных людей и одним щелчком пальцев привести к войне, я стала другой. Это изменило меня бесповоротно. Я усвоила: чем больше власти, тем больше на тебе груза жизней. Отныне ты отвечаешь не только за свою.

И жестокость порождает больше жестокости.

Я решительно взялась за ручку двери покоев Мориона и вошла без стука. Не могу и не хочу быть без него ни минуты. А раз жизнь может рухнуть в миг, надо действовать здесь и сейчас. Спасет только уверенность. Иначе никак.

Я остановилась и прислушалась, пытаясь понять, где он. Прошла в спальню и услышала плеск воды в ванной. Немного помедлила и приблизилась к двери. Выдох, и я вошла.

Морион откинул голову на ванну и полузакрыл глаза. Я остановилась, решительность вдруг меня покинула. Все-таки близость у нас была только раз. Морион приоткрыл глаза, даже не удивившись. Меня сразу же уколола мысль: «И что, к нему так часто приходят девицы в ванную, что он даже не удивляется?» Я чуть не задохнулась от возмущения и захотела вылететь из его покоев, осознавая глупость своего поступка.

Морион сел – из воды показался обнаженный торс, великолепный широкий разворот плеч – и протянул мне молча руку ладонью вверх.

Я моргнула пару раз, закусила губу и подала ему свою. Присела на край ванны, боясь опустить глаза туда, где под воздушной пеной молочного цвета могла увидеть его крупный ствол. Морион откинулся назад, откровенно и жадно разглядывая меня.

Я взяла губку, что лежала рядом, и нанесла на нее душистый гель с ароматом хвои. Морион мягко улыбался, а мое лицо смущенно пылало, но я не отступала.

– Я… разреши мне помочь тебе помыться, – тихо проговорила.

– С удовольствием, моя пташка, приму твою помощь, – улыбнулся он с видом объевшегося сметаны кота.

Я подошла в изголовье ванны и села позади него. Он немного приподнялся и подставил мне спину. Я, легко нажимая, заскользила губкой по его плечам, рассматривая тугие мускулы и смуглую кожу. Хотелось вместо губки касаться его руками и губами. Я бросила губку и провела ладонью по нему, завороженно ощущая силу, что таилась в его теле.

– Не хочешь и передом моим заняться? – хриплым голосом произнес Морион.

Я замерла. Тогда он взял меня за руку и потянул на себя, и я свалилась в воду. Платье тут же намокло, и стало неприятно. Морион смотрел на меня так жарко, что я тут же почувствовала разгорающийся пожар между ног.

– Я думаю, в ванной со мной тебе платье ни к чему. Да, моя пташка?

Я молчала, просто не знала, что на это сказать. Морион стал медленно расшнуровывать мой лиф. Стянул его с плеч и обнажил грудь. Он посмотрел на нее так, что я ощутила почти физически его нежные прикосновения к ней.

– Встань, – прозвучало как приказ. Я подчинилась.

Платье стало таким тяжелым, что выпрямиться было затруднительно. Морион стянул его вниз вместе с рубашкой и снял панталончики, скинув их на пол ванной. И жадно уставился мне между ног, вплотную приблизив свое лицо. Я так запылала, что, казалось, кожа вся стала разом красная. Попыталась прикрыть пах, но Морион прижал мои руки к бедрам, не давая это сделать. Я стыдливо закрыла глаза.

«А если ему не нравится, как я выгляжу?» – Дурацкие мысли лезли в голову. Морион пока ко мне не прикасался, лишь рассматривал.

И тут я почувствовала его язык. Прямо там! Он прошелся по моей щели и углубился в самую сердцевину. Я ахнула и еле удержалась на ногах. Тогда он взял мою ногу и поставил на край ванны, обнажив меня для себя. Для своих откровенных ласк и губ, что творили невообразимое. Я задыхалась, стонала, и голова кружилась от новых ощущений. Все окрасилось в яркие краски, и мое внимание сосредоточилось только внизу. Я чуть не задохнулась, судорога выгнула мое тело, я ногтями впилась в его плечи и протяжно застонала.

Морион потянул меня на себя и усадил верхом. Приятное растяжение, и я оказалась нанизана до конца, распята и взята. Он притянул меня к себе за затылок и жадно впился в мои губы. Под медленный танец наших тел я стонала, гладила его плечи, руки, вцеплялась в его волосы и сама жадно втягивала язык Мориона в себя.

Ритм сводил с ума, наполненность была сладка, как и губы, что ласкали мою грудь. Прикусив сосок, Морион послал разряд импульса в самый низ, где сплетались наши тела. Я терлась о его ствол и стонала от его ласковых губ и рук, ласкающих мое тело. Напряжение внизу разрасталось, я стонала все громче, царапая плечи и спину Мориона. Он сделал особенно резкие движения внутри меня, и я взорвалась, словно распалась на тысячи осколков, сгорела без остатка. Последняя судорога прошлась по телу, и я без сил опустилась на плечо Мориона. Он протяжно выдохнул и излился внутри меня. Потом я приподняла голову и прикоснулась к любимым губам, целовала его щеки и старалась еще ближе стать к его телу. И тут во мне вновь стал набухать его ствол, Морион из меня так и не выходил. Растянул меня, и сладкое предвкушение изысканной ласки вызвало во мне новый стон. Я приподнялась и опустилась на любимого. И снова песнь любви. Полет вдвоем и одно дыхание на двоих.

Это было вечно, и это было мало, но главное – Морион был со мной.

Глава 39

Храм

Горячий шоколад приятно обжигал горло, а добавленный к нему жгучий перец придавал пикантности. Сочные булочки с нежным творогом таяли во рту, и я с удовольствием за завтраком съела пару штук.

Морион в белоснежней рубашке, надетой под шелковый синий жилет, сидел возле меня и пил кофе. Его глаза светились теплом. После ночи любви я улыбалась до ушей и сияла, как начищенная серебряная посуда. Я украдкой поглаживала руку любимого или проводила пальцем по спине, он довольно улыбался или целовал мне ладони. Я была безумно счастлива.

После завтрака Морион сказал:

– Ноа, поехали, я тебе кое-что покажу.

– Что? – встрепенулась я.

– Это сюрприз, – загадочно улыбнулся он.

* * *

Лесная дорога петляла среди высоких деревьев, тянущих к солнцу свои руки-ветви. Лошади мягко ступали по покрытой изумрудной травой тропинке. Лучи, пробиваясь сквозь густые кроны деревьев, создавали причудливые тени и узоры на земле. Воздух наполнен ароматами лесных ягод, мха и свежести. Птицы соревновались в пении, перекрикивая жужжание насекомых и нежный шелест листвы.

Мы ехали по тропинке вдвоем с Морионом, не стали брать никого из воинов, потому что он сказал: только мы двое должны это увидеть. Я с нетерпением ждала, что же это за сюрприз, и крутила головой.

Костяника тянула красные головки, испуганно выглядывая из-под ярко-зеленых листочков. Я наслаждалась дыханием лета и насыщенных запахов леса.

Через пару часов Морион сказал:

– Дальше пешком.

Он помог мне слезть с лошади, и мы привязали их к деревьям. Я была в удобных кожаных брюках и поэтому резво шла по узкой тропинке, углубляясь все дальше в лес.

Мох, словно мягкое зеленое покрывало, окутал камни, превратив их в уютный дом для маленьких растений. Их нежные стебельки тянулись вверх, словно тонкие руки, пытающиеся ухватиться за солнечный свет. Под вековыми деревьями раскинулся настоящий грибной рай. Их разноцветные шляпки блестели на солнце и манили собрать целую корзинку.

Когда мы наконец добрались до вершины горы, перед нами появилось строение. Странное, полуразрушенное и непонятно для чего созданное.

– Что это? – спросила я Мориона, прижавшись к нему и обхватив его локоть.

– Пойдем, увидишь. – Он взял меня за руку и повел за собой.

Ступени, стертые временем, каменные, кое-где развалившиеся, поросшие мхом, вели к площадке, которую окружали столбы, расписанные рунами. Лестница упиралась в арку, на которой я увидела изображенные фазы луны. Потолка не было, остался лишь остов былого величия.

– Это…

– Храм Сейны. Давно уже неиспользуемый, потерянный в веках, – молвил Морион с печалью в голосе и жгучей болью в глазах.

Храм забытой Богини. Храм для убиваемых годами ее детей. Я приложила руку к шершавому и холодному камню. Ничего, я верю, сюда будут скоро приходить твои дети, ты больше никогда не будешь покинута и забыта.

Мы медленно ступали по испещренному трещинами каменному полу. Храм оказался большим и светлым, с высоким потолком. На полу в середине была нарисована луна, а вокруг нее какие-то знаки. Я подошла к ней и посмотрела вниз, пытаясь понять, что там написано. Рядом встал Морион. И вдруг знаки засветились! Засияли серебряным светом. Я ахнула.

– Не бойся, Сейна почувствовала своих детей.

И загадочные символы вспыхнули вокруг нас, примерно в метре от пола. Они в точности повторяли начертанное под ногами.

– Все скоро изменится, Ноа, – улыбался Морион. – Боги бессмертны, а значит, пока они живы, и их дети будут неистребимы. Возрождаться вновь и вновь, пока снова не восстановят свои силы.

Протянув руку к одному из знаков, попыталась прикоснуться к чуду, прохлада тронула кожу, и внутри будто засиял фонарь, освещая самые дальние уголки моей души, озаряя ее щемящей радостью.

Вдруг все звуки исчезли. Будто мы оказались где-то в другом мире. Было так спокойно и умиротворяюще, что хотелось закрыть глаза и уснуть.

Не знаю, сколько мы там простояли. Но свет заряжал нас, будто вливая энергию жизни. Когда мы покинули круг, держась крепко за руки, и пошли к выходу через арку, я увидела, как из леса выходят грозные красные горные волки.

– Мори, – сиплым от страха голосом произнесла я.

– Не бойся, Ноа. – Я спряталась за его спиной. – Они пришли приветствовать тебя. Они – символ твоего Дома.

Волки смотрели без угрозы, настороженно, но с любопытством. Их было примерно двадцать особей.

– Не бойся, – убеждал меня Морион.

Несмело сделала шаг вперед, любимый положил мне руку на плечо, это успокаивало. Я смотрела на волков, а они на меня. Потом самый крупный из них – вожак – завыл. Остальные подхватили и вознесли песнь в небо. Я завороженно на них взирала и думала, какие красивые животные Севера!

– Признали, – тихо произнес Морион.

Я была под впечатлением от всего случившегося и долго молчала. Мне требовалось все осмыслить, произошло много значимого для моей судьбы и других магов луны.

* * *

– Куда мы едем? – спросила я Мориона, когда поняла, что обратно мы движемся по другой дороге.

– Это еще один сюрприз, – загадочно улыбнулся мой мужчина.

– О, сегодня их так много!

– Этот тебе понравится точно, – хитро подмигнул он.

– Морион, а откуда ты узнал про храм Сейны?

– Сорайн рассказал.

Надо же, и сколько еще их на территории Горных волков? А в Анцеме?

Дорога привела нас к скалам, у подножия которых виднелись входы в пещеры. Они были настолько велики, что через них свободно мог проехать всадник на коне. Входы обрамляли каменные колонны, украшенные замысловатой резьбой.

– Слезай. – Я настороженно поглядывала в темные проходы.

– Морион, я не любитель лазать по пещерам.

– Тебе там понравится. Тем более ты со мной.

Он приобнял меня за талию и повел ко входу. Я неохотно последовала за ним. Как только мы зашли, Морион зажег светляков, отправил их вверх и вперед освещать путь. Я покусала в нерешительности губы, но Морион властно взял меня за руку и повел внутрь.

Мы шли по узкому извилистому туннелю. Воздух был прохладным и сырым, холодные капли воды падали с потолка. Стены пещеры покрывал мох всех оттенков зеленого. Морион специально сделал много светляков, чтобы мне не было страшно. В пещере царил неповторимый аромат древности, смешанный с запахом влажной земли и далеких воспоминаний о предках, которые ходили здесь тысячи лет назад.

Вдруг я почувствовала, как воздух стал теплеть, и ощутила какой-то странный запах. Вскоре мы подошли к входу в огромный зал. Он напоминал сказочный дворец, созданный самой природой. Своды пещеры покрывали сверкающие кристаллы, переливающиеся всеми цветами радуги. Стены украшали сталактиты и сталагмиты, образующие причудливые фигуры. В глубине находилось небольшое озеро, вода в котором была прозрачной и чистой, от нее шел пар.

– Что это?

– Теплые источники. – Морион подошел к озерцу. – И вода очень даже приятная. Идем, тебе понравится! – лукаво улыбнулся он и начал раздеваться. Я захлопала глазами, с восторгом рассматривая красивое и сильное тело моего мужчины. Он, полностью обнаженный, подошел к краю воды, сел на камень и спустился. Вода была ему по пояс. Пар окутал его торс, оставляя хрустальные капли на коже, которые тут же захотелось слизнуть.

– Иди ко мне.

Я медленно стала раздеваться. Он смотрел на меня жадно, и в его глазах разгорался огонь желания. Когда к моим ногам упали панталончики, последний оплот моей одежды, я улыбнулась и шагнула к нему. Морион протянул ко мне руку, и я ступила в воду. Приятное тепло окутало тело, пузырьки щекотали кожу, возбуждая. Пол природного бассейна был ровным, словно какой-то великан вытесал себе каменную ванну.

Морион повел меня на другой конец, и там оказалось немного мельче, так что мы смогли сесть, и вода доходила нам лишь до груди. Я млела от тепла, положив голову на плечо любимого.

– Ну как? – спросил Мори, нежно поглаживая мою грудь, что выступила над водой. Он легко прикасался к соскам и пощипывал их, отчего между ног стало нестерпимо жарко и заныло.

– Прекрасный сюрприз, спасибо, – приблизилась к его губам.

Он взял меня за затылок и притянул к себе. Вкус его поцелуя был словно мед, я пила его страсть с губ, слизывая капельки влаги с шеи и тела. Его руки скользили по мне, прикасались к самым интимным частям, заставляя стонать и выгибаться навстречу, подставляясь еще больше под ласки. Морион чуть приподнял меня и усадил на толстый ствол, растягивая и наполняя. Я закусила нижнюю губу и начала двигаться вверх-вниз, утопая в ощущениях, стараясь как можно ближе прижаться к любимому и насаживаясь до самого конца. Потом Морион меня перевернул, и я оказалась вжата спиной в каменный бортик, а он устроился между ног и стал резко входить, придерживая меня за талию. Толчки во мне усиливались, и я стонала все громче, сладкая боль сжала нутро и вскоре взорвалась, унося меня волной наслаждения, смывая все на своем пути, оставляя лишь обнаженные чувства, что я дарила моему мужчине. Тяжелое дыхание, последний толчок в меня и рык:

– Моя.

Глава 40

Совет

– Я – Ноа Дорган – Младшая дочь Дома гроз. Я Дочь наследницы Дома Горных волков, заявила права на Дом Горных волков по праву.

Я стояла перед Правителями пяти Домов Анцема, с гордым видом и венцом власти на голове. Главы приехали на совет в мои земли. Мужчины смотрели на меня прямо и с разными оттенками чувств, но я выдержала каждый взгляд. У меня законные права на трон, и никто не может лишить его. Я уже Правительница Великого Севера.

Главы Домов расположились за длинным столом в зале заседаний. Морион был серьезен и сдержан, но в его глазах я видела поддержку.

Рыжеволосый и огромный Правитель Дома Бури – Ройс Оффе в синем, как его море, камзоле откинулся на спинку стула и спокойно наблюдал за мной.

Армунд Имотто – Глава Дома Тишины, одетый в бархат и шелк, сцепил пальцы в замок, положив руки перед собой на стол.

И Ваид – хмурый Повелитель Дома Гроз. Казалось, Сумрак бушевал в его глазах, грозясь вырваться наружу.

Морион заговорил первым:

– Мы должны проголосовать за новую Правительницу Севера. Высказать, принимаем ли мы ее и в праве или нет она занимать трон.

– Мы здесь для этого и собрались, – кивнул Ройс Оффе, тряхнув пышной гривой.

Морион не спеша встал и произнес:

– Принимаю. В праве.

– Принимаю. В праве, – встал следом Ройс Оффе.

– Принимаю, в праве, – молвил Армунд Имотто.

Ваид молчал. Я слегка занервничала.

Задержка заставила всех взглянуть на моего брата. Могу поклясться, что в углах зала зашевелились тени Сумрака. Он позволил им выйти наружу. Своему гневу и ненависти ко мне.

– Принимаю. В праве, – медленно проговорил он наконец, нехотя поднявшись из-за стола.

– Добро пожаловать в Совет, Правительница Ноа Дорган, – улыбнулся мне Морион.

Я незаметно выдохнула.

– Мы соболезнуем, Правительница, вашей утрате. Нам очень жаль, что умер Галлен Киллиан, – высказался самый сдержанный из всех Глав – Армунд Имотто. Его глаза цвета зелени лесов, густо покрывающих территории Дома Тишины, не выглядели враждебными.

– До нас донесли информацию, – начал говорить низким голосом Ройс Оффе, – о том, что убийца Галлена Киллиана был шпионом Либры.

Правители посмотрели на меня в ожидании ответа.

– Да, это так. У нас есть доказательства, мы вам их предоставим, – кивнула я. – Наложницу моего дяди подкупила Либра. Ее уже казнили.

– И также нам известно, что Правителя Арака убила предательница Анцема и Мориона Рокуда, тоже шпионка Либры, – продолжил Ройс. Он смотрел на Ваида, как и я.

Ну, попробуй, скажи правду, братец! Ты рискнешь? Выдашь истину, и тут же вылезет наружу, что вы с отцом убили Галлена Киллиана.

Ваид чуть ни скрипел зубами, но все же ответил:

– Да, его убила шпионка Либры.

– Либра подняла голову, – мрачно произнес Армунд.

– Если на то пошло, она и не опускала. После войны с нами она просто сделала тактический шаг назад. Либра затаилась, ждала удобного случая поквитаться с нами, – скрестил мощные руки на груди огненный Правитель Дома Бури.

– У них много воинов и оружия. Но мы готовы с ними начать войну? – задал вопрос Морион.

– Либра все это время наращивала силы, а мы, имея такого грозного противника под боком, слишком расслабились. Боюсь, у нас не хватит денег и воинской мощи напасть на них, – высказал здравые мысли Ройс Оффе. – К тому же, если мы первые нападем, это отвратит от нас других соседей, которые ведут с нами торговлю и поставляют нужные товары. Анцем посчитают государством-агрессором. И даже доказательства, что шпионы Либры убили двух Правителей Домов, могут не сработать. Соседние страны побоятся быть втянутыми в войну и не захотят ее иметь под своим боком. Мы можем остаться в блокаде. И давайте все-таки признаем, у нас вряд ли хватит финансов и воинской мощи вести с агрессивной Либрой войну.

– Если вспомнить их свирепый нрав, сильных магов, что поддерживают армию, это будет трудно, – мотнул головой Армунд.

– Они убили Арака Доргана и Галлена Киллиана, чтобы мы первыми напали, – подался вперед Морион. – Чтобы сделать из нас агрессора и лишить мировой поддержки.

– Согласен, – неожиданно поддержал Мориона Ваид. – Это простое правило – посеешь бурю, пожнешь ураган.

– Но и просто так спустить Либре убийство двух Правителей нельзя… – помотал головой Ройс, поджав губы.

Наступило долгое тяжелое молчание.

Морион был прав, никто не кинется сразу же атаковать Либру, у нас не хватит мощи. И смелости у некоторых Правителей Домов тоже.

– Давайте проведем военные учения на границе с Либрой. Нужно им показать, что мы не испугались, – предложил Армунд. – Морион, ближе всего с границей твой Дом. Надо собрать войска для учений у тебя.

– Конечно, я обо всем позабочусь, – кивнул он.

– Еще подсчитать бюджет, что мы можем выделить на военные действия, провести ревизию войск и вооружения, – начал перечислять огненный Ройс.

– И боевых магов у нас мало. Обычных достаточно, но именно обученных магов у нас давно уже нет, – резонно заметил Армунд.

– Есть и внутренние проблемы, – обратил на себя взоры Морион. – Некроманты. Они неожиданно выходят из Сумрака и атакуют мирных жителей. Столько беззащитных людей погибло!

– Мы уже слышали об этом. Такое происходило в землях Дома Мечей и Дома Горных волков, – произнес Ройс.

– К нам они тоже наведались, убили несколько человек, – гневно сказал Армунд. – Кто они? Почему ничего не было известно о них раньше? Почему они нападают на мирных жителей?

Я покосилась на Ваида, надо сказать, он и бровью не повел. Молодец, будто его это не касается.

– Очаги битв с некромантами разражаются то тут, то там. Никто не знает, где они выйдут из Сумрака в следующий раз, – рассуждал Морион. – И причин мы тоже не знаем.

– Это некроманты-отступники – не наш Орден, – сказал громко и немного раздраженно Ваид. – Мы уже провели расследование, среди нападавших были замечены изгнанники из нашего Ордена и давно исчезнувшие. Могу поручиться, что мы ни при чем!

Братец защищался, а что ему оставалось делать? Эти жестокие обвинения могли привести к тяжелым последствиям для него. Я внимательно за ним наблюдала.

– Я не знаю, какую они преследуют цель, – продолжал оправдываться Ваид.

– Анархия – вот для чего они все затеяли, – высказался Морион.

– А анархия кому выгодна? – сказал Ваид. – Либре.

– Возможно, – согласился с ним Ройс. – Разделяй и властвуй.

– Или у некромантов свои цели, пока нам неизвестные, – постучал пальцами по столу Ройс Оффе.

– Так. Сейчас у нас две серьезные проблемы, – подытожил Оффе. – Некроманты внутри страны и Либра вне. Опасны обе. Нам надо найти, кто руководит некромантами. Они явно хотят смуты в Анцеме. И надо увеличить войска, чтобы усилить военный потенциал. Мы согласились, что сейчас не можем напасть первыми на Либру. К тому же нам надо разобраться с убийствами невинных людей от рук некромантов-отступников. Ликвидировать их ячейку и найти того, кто ими руководит. На два фронта сразу мы воевать не сможем.

Все Правители кивнули. И я тоже.

– Нужно все силы направить на защиту народа Анцема от внутреннего врага, чтобы вера в Правителей не пропала, – заговорил Морион, встав из-за стола и подойдя ко мне. – Так если у нас теперь в Совете два Правителя Домов, отмеченные знаком Сейны, пора признать пережитком убийства невинных магов луны. Других смертей хватает, уносящих так нужных нам жителей нашей родины.

Морион протянул мне руку, я встала, и он оголил мое запястье, показывая всем знак проклятого поколения Анцема.

И никто не удивился! Они знали! Я бросила короткий взгляд на Мориона и поняла, что он тоже знал, что Правители в курсе о нас!

Все молчали.

– К тому же вы сами сказали, что у нас не хватает боевых магов. А лунная магия очень сильна. И мы можем подготовить их именно для военного дела, для защиты Анцема! – давил вескими аргументами Морион. – Ведь если два Правителя Анцема отмечены Сейной, значит, это благословение. Надо сказать людям, что Сейна благословила власть и проклятье больше не действует.

– Разумно, – согласился Ройс, потирая квадратный подбородок. У нас теперь есть некроманты – новая оппозиция. Мы можем это обыграть, чтобы вернуть доверие к лунной магии.

– И сколько лунных магов у тебя? – подозрительно спросил Ваид.

– Достаточно, чтобы быть полезными Анцему в нашем правом деле защиты родины, – ответил Морион, с вызовом глядя прямо в глаза брату.

– И где они? – спросил Армунд.

– В моих землях.

Опять напряженное молчание наполнило комнату. Решалась судьба тысяч детей, и менялась история прямо на моих глазах.

– Мы сможем легализовать в нынешних условиях лунную магию, – наконец высказался Ройс. – Но нужно время.

– Да, сейчас появился другой враг, и это ускорит принятие новых законов, – кивнул Армунд.

– У меня есть план, как это преподнести людям. Как вывести лунную магию из тени и прекратить казнить невинных. – Морион раскрыл карты.

– Какой ты продуманный, – ухмыльнулся братец.

– Каждый достоин жизни, Ваид, если только он не творит зло. И будем честны, лунные маги ничего плохого никому не сделали. – На ответ Мориона Ваид лишь иронично приподнял одну бровь.

– Решено. Приступаем к исполнению плана, – подвел итог Ройс.

* * *

– Ноа. – Брат пришел на открытый балкон, где я стояла и дышала свежим воздухом после торжественного ужина для Правителей Домов Анцема.

Я размышляла, как повернулась судьба ко мне, благосклонно одарив подарками. Я даже в самых смелых мечтах не могла представить, что окажусь в правящей элите страны. А ведь моя мама в один момент отказалась от власти. Я иногда думала, а смогла бы сама так сделать? И остановилась на мысли, что нет, я бы нашла другой способ выйти из сложившейся ситуации, но не лишилась бы покровительства двух правящих Домов или пошла бы на более жесткие меры.

– Ваид, – кивнула брату.

– А ты, смотрю, быстро привыкла к власти.

– Так она у меня в крови, – ухмыльнулась я, с вызовом на него глядя.

– Тебя не примут Дома Анцема в полной мере. Ты женщина.

– Примут, Ваид, уже приняли. Это только ты никак не хочешь признавать меня. А придется, братец, – зло улыбнулась ему.

– Как быстро ты из оборванки, которая еще недавно прибыла в замок к отцу, смотря на все восторженно, поднялась. И убила отца.

– Я его не убивала, сколько раз тебе повторять! – раздраженно бросила ему.

– И нашла себе любовника, такого же убийцу, – продолжал подначивать меня брат.

– А ты сам-то лучше нас? Вы с отцом так легко убили Правителя Дома Мечей, а потом Правителя Дома Горных волков. Кто вы тогда с Араком? И вы же хотели меня убить после того, как я взойду на престол Дома Горных волков. Думаешь, я не знаю?

– Тебе не место на престоле, Ноа. – Сумрак почти вырывался из глаз Ваида, готов был вытечь наружу и все поглотить.

– Самое место, – выпрямилась я. – И если ты думаешь, что получишь мой Дом, убив меня, то нет, братец, к Дому Горных волков ты не подступишься!

– Ты не удержишь власть. – В его глазах Сумрак закрутился в торнадо.

– Даже не сомневайся, Ваид, я не отдам престол и буду править. У меня были лучшие учителя. А вот ты, – злорадно ухмыльнулась я, – найди способ удержаться на троне. Иначе я его заберу.

– Ты знаешь, чем пешка отличается от королевы? – спросил Ваид, внимательно меня рассматривая. – Она всегда пешкой и останется, даже если стала королевой.

И ушел вразвалочку, будто мои угрозы ему яйца выеденного не стоили.

Я сжала кулаки и призвала своих драконов. Они тут же приблизили ко мне морды, заглядывая в глаза и ожидая приказа. Моего приказа! Любого…

* * *

В камине полыхал яркий огонь, освещая комнату теплыми оранжевыми отблесками. Треск горящих поленьев создавал уютную атмосферу, а мерцающие искры отражались в бокалах с рубиновым вином. Пламя танцевало, словно живое существо, то поднимаясь, то опускаясь. В воздухе чувствовался запах дыма и смолы, который смешивался с ароматом свежести – парфюма Мориона.

Мы расположились возле камина на шкуре снежного барса, мягкой и шелковистой. Морион смотрел задумчиво на огонь. В его глазах плескалась тревога. Отблески пламени окрашивали великолепное тренированное тело в теплые оттенки. Он сидел в одних штанах и пил вино. Я нежно коснулась его знака Сейны, обводя каждую звезду и целуя ее.

– И что дальше, Морион? – положила голову на его плечо.

– А дальше у нас с тобой много дел, Ноа. Время перекраивать мир и творить историю. Результаты нашего с тобой правления останутся в веках. А наши имена, – он взял мою руку и поцеловал прямо в отметку Сейны, – больше никогда не свяжут с проклятьем.

Глава 41

Творцы

Наступившая ранняя осень принесла с собой удивительное сочетание теплых и прохладных дней. Листья на деревьях окрашивались в яркие цвета, устилая землю пестрым ковром.

Серое небо над головой было цвета моего настроения, набухшие тучи грозились пролиться потоками воды, что каждый день текли из моих глаз по ночам, обжигая тоской по любимому. Ведь он покинул меня – уехал. И часть сердца забрал с собой. Да, я понимала, сейчас самое важное время в истории Анцема, в нашей истории – лунных магов. Перекраивался мир, появлялись новые силы и падали в пучины прошлого старые. Но сердцу не прикажешь. Моя любовь не могла отойти на второй план. И одиночество внутри и снаружи пожирало меня. Сердце обливалось кровью с каждым мигом без любимого. Холодные ночи больше не были наполнены страстью, лишь глухой тоской, отзывавшейся в груди болью. Не грели теплом руки Мориона. И лишь подушка ночью слышала мой плач и впитывала слезы.

Холод одиночества выпускал наружу отчаянное желание поехать к нему и бросить все. Мне нужен мой мужчина. Нужен больше всего на свете.

Но долг. Но жизнь. Но судьба. Когда ты Правитель – эти вещи важнее всего. Страна, люди, что нуждаются в тебе, верят тебе, ты – единственная их надежда, чтобы выжить, откладывают отпечаток на всем. И жизнь больше не принадлежит тебе, она разделилась на части.

С каждым упавшим листом я все больше погружалась в пучину тоски. Я смотрела на небо и только и ждала новостей от любимого, прилетающих вместе с лунным ястребом. И они были. Часто.

Я так нуждалась в губах Мориона, руках и его силе, чтобы вновь они прогнали мое одиночество. Но сначала долг. И мой меня вел по лесу, который яростно пытался не потухнуть, выстреливая приглушенными красками осени перед долгим забвением зимой. Я ехала по тропинке впереди отряда, что сопровождал меня. В глубь территорий, к тому, что возрождалось и приобретало жизнь в новых реалиях. Впереди ждало то, что было ценно веками, почитаемо тысячами магов, но разрушено злой волей. А теперь благодаря нашим усилиям с Морионом возродилось – храм лунной Богини. Я приказала его отстроить. И Морион на землях своего Дома Мечей начал восстанавливать разрушенные и строить несколько новых храмов. Мы готовимся создавать другое будущее. Мы вливаем жизнь в забытое, но не умершее. Творим историю заново.

Величественный храм Сейны сиял под лучами полуденного солнца чистой белизной мрамора. Широкие ступени вели к арочному входу, к деревянным дверям, расписанным серебряными рунами. Купол устремился к небу, словно птица, готовая взлететь.

Храм только что отстроен, и я первый лунный маг, кто заходит в него. Но не последний. Будет проложена дорожка к несправедливо забытой Богине. Вернутся люди, отмеченные Сейной, в свое место силы. Народ в Анцеме уже готов к принятию лунной магии, выпущены приказы об амнистии всех лунных магов. За их смерть ждет кара, как и за убийство обычных людей. Мир примет новые правила. Власть сильнее и мнение навяжет любое. А лунные маги и правда никому ничего плохого не сделали. Они такие же, как и все, – просто злой рок и чужая воля бросили их в жернова в угоду страны.

Я поставила ногу в высоком кожаном сапоге на ступень храма и приподняла подол теплого шерстяного платья цвета ранней опавшей листвы. Я почувствовала, как тело завибрировало. Легкая волна магии прошлась внутри. Я улыбнулась – место набирает силу. Богиня рада вновь встретить своих детей.

Открыв двери, я вошла внутрь. Белый свет пронизывал пространство храма, устремившись через открытые окна, падая на гладкий мраморный пол с восстановленными рунами, лучами расходившимися к углам, где стояли скамейки. В алькове находилась статуя Сейны. Я подошла ближе и подняла голову к прекрасной Богине. Стройная женщина с волосами цвета серебра, струящимися до пояса. Ткани платья облегали полные бедра и тонкую талию. Ее взгляд направлен вперед, а в руке она держала факел. Над ее головой сверкали звезды, которые она вела за собой.

Вибрация усилилась, и тело мое покрылось мурашками. Храм вдруг наполнил мягкий свет. Я обернулась – руны на полу засветились и приобрели объем. И тут же факел в руках Богини Сейны зажегся белым светом. И такая тишина и покой появились в моем сердце, и щемящая нежность разлилась в груди, будто забытое и утраченное вернулось, словно зазвучала нежная песнь матери, с любовью напевающей своему дитя колыбельную. Слезы счастья потекли из моих глаз. Я дома. Я там, где и должна быть. И наша Мать с нами. Она не даст упасть и поведет за собой.

Такое ощущение, будто я вечность пробыла в храме, напитываясь вибрациями и теплом. Когда вышла, на небе уже сияла луна, а звезды казались ярче. Холодный воздух коснулся лица, и серебристый перезвон раздался где-то на грани слуха. Я улыбнулась и пошла к нему. Навстречу будущему. Уверенная, что теперь все правильно. Так и должно быть.

* * *

– Правительница, вас ждут в приемном зале, – поклонился главный маг.

Я сидела в задумчивости, рассматривая карту Анцема, территории Домов и прикидывая, где еще можно восстановить храмы Сейны. Они должны быть равномерно раскиданы на территории страны. Должны быть построены школы для лунных магов. Первую уже построил Морион у себя на территории Дома Мечей. И там будет возведено еще две. Я бы тоже хотела открыть у себя на Севере, но Морион говорит, что лучше пока лунных магов держать в одном месте. Да, он прав.

– Кто меня ждет? – лениво встала с кресла.

Уже наступила зима, замок отапливался сильнее, одежды стали теплее, и я куталась в меховые накидки.

– Лунный маг, правительница, – удивил меня Сорайн Гемптос.

Я удивилась и быстро проследовала в зал. Женщина в изношенной одежде с изможденным лицом и укутанная в теплый платок держала за руку худенького мальчика лет восьми. Он недоверчиво смотрел на стражу у двери и меня, когда я зашла в зал.

Я села в тронное кресло и вопросительно подняла бровь.

– Повелительница, – низко поклонилась женщина и нервно затеребила конец пухового платка. – Простите, что мы к вам пришли… Я… эм… слышала, что вы привечаете проклятых Сейной. – И она нерешительно замолчала.

У меня в горле ком застрял. Сколько понадобится еще времени, чтобы предрассудки исчезли? Сколько лет необходимо, чтобы условности в головах людей исчезли? Я клянусь! Я сделаю все, чтобы эти бедные дети не страдали!

Я зло сузила глаза, внимательно разглядывая эту мать, которая смеет называть своего родного сына проклятым. И что, у нее поднялась бы рука отдать страже и казнить родное дитя?

– Простите. – Голос ее сел, и она с испугом уставилась на меня, видимо, увидев на моем лице злость. И не понимала, на нее ли она направлена.

– У нас в стране нет больше проклятых! – властным голосом заговорила я. – Есть только благословленные Сейной. И вы знаете, что есть указ не убивать этих детей.

– Д-да, да! – закивала она быстро. – Поэтому я и привела к вам Вита. Он отмеченный… эм… благословленный Сейной. Ну-ка, покажи Правительнице свой знак. – Она дернула за руку сына.

Тот стоял, насупившись, но подчинился, опустился на колено и задрал штаны. На щиколотке виделся треугольник звезд Сейны.

– Вот, видите? – ткнула она в сына пальцем.

– Я вас поздравляю, ваш сын – лунный маг, – невесело улыбнулась женщине одним уголком губ.

– Спасибо. – И она замолчала, чего-то ожидая.

Я молча ее разглядывала: натруженные руки, обветренные губы. Бедная, из какого-то поселения с моих земель. В таких отдаленных местах долго еще будут верить в старые бредни.

– Вы хотите, чтобы мальчик учился и развивался как маг? – спросила я.

– Да, конечно! Вы можете себе его забрать?

Это просто ужас! Мать, готовая отдать ребенка только из-за того, что в деревне будут на нее коситься, а его не примут другие дети? Я сразу же возненавидела ее. Моя мать сбежала из замка, бросила прошлое, деньги, титул. А эта женщина просто хочет выкинуть своего сына, как ненужного котенка на улицу?

Я с силой сжала подлокотники кресла и не сдержалась, выпустила лунные лучи. Они вмиг подлетели к женщине и обвили ее шею, готовые по мановению моего пальца ее придушить.

– Просто так отдашь своего сына? За то, что он маг? Какая же ты мать после этого? – прошипела я и чуть сжала нити. Ее глаза выпучились, и она захрипела.

– Мама! Мама! – закричал мальчик, с ужасом глядя на родительницу, пытаясь оторвать лунные лучи от ее шеи, которая уже синела.

Я выдохнула и убрала их. Женщина покачнулась, с диким страхом глядя на меня и потирая горло.

– Твоего сына я направлю в школу для лунных магов. Ему там будет хорошо, он будет сыт и получит образование. И ты будешь приезжать к нему на каникулы, – сузив глаза, проговорила я.

– С-спасибо! – сипло проговорила она. – Спасибо! Да, я буду приезжать к нему, обещаю!

Мальчик с таким горем смотрел на нее, будто его мир погибал. А злость при виде этой картины бурлила в моих венах. Сын терял мать. Как он забудет, что его просто отдали, ни за что? Как потом он забудет, что его ненавидела и боялась вся родная деревня? Как излечить душу от такого?

Хорошо, что теперь отмеченные Сейной будут под нашей защитой. Мы не дадим их в обиду.

– Уведите мать и сына. Накормить и устроить их ночевать. Потом мальчика отправим в Дом Мечей, в школу магов, – приказала я.

Мать кланялась. Сын исподлобья смотрел на меня недовольно. Это нормально – его разлучали с матерью, но по ее же вине. И те, кто это сделал, были для него враги. Со временем он поймет, а дальше его дело: простить или нет.

Я встала и подошла к окну. Ослепительно-белый снег покрывал холмы и горы, создавая невероятное зрелище. Деревья, украшенные серебристым инеем, стояли неподвижно, будто заколдованные. Их ветви напоминали изящное кружево, контрастируя с ярко-голубым небом.

– Вот таких матерей я бы наказывала, – тихо проговорила, когда в зале остались лишь Сорайн и я.

– Правительница, вы делаете все, что от вас зависит. Скоро все изменится. Вы спасаете жизни лунных магов, – подошел он ко мне ближе.

– Но сколько еще времени понадобится для искоренения устоев? – глухо проговорила я, устало покачав головой. – Хорошо, что появились новые враги – некроманты и Либра. Они перетянут на себя внимание, и люди быстрее примут изменения. Ненависть к кому-то другому отвлечет их.

– Правительница… – сделал паузу главный маг. – Но насилие тоже порождает насилие.

– Это вынужденная мера, – жестко отрезала я.

– Спасать одних благодаря смертям других – тоже не выход.

– Не бывает сразу же всем хорошо, Сорайн. Кто-то должен страдать всегда, – бросила я.

Глава 42

Признание

– Ты вернулся! – бросилась навстречу любимому. Слезы наполнили глаза, когда я прижалась к груди Мориона.

– Разве я мог не вернуться к тебе, Ноа? – обнял он меня, крепко прижимая к себе.

Мое сердце пело от счастья, и казалось, наступила весна, несмотря на холод снаружи.

Я не отлипала от любимого, когда он ел, когда пошел в ванную после долгой дороги. Мыла его спину, бесконечно исцеловала его тело и тонула в страсти, что он мне дарил часами. Я не могла насытиться им, минуты рядом с любимым казались настоящими, а все без него все серело и будто теряло краски.

– Мой, – эхом разлетался голос по спальне.

– Моя, – шептали губы Мориона, что возносили меня до небес.

* * *

Величественные горы могучего Севера окрасились в яркие цвета, когда солнце медленно стало клониться к горизонту. Лучи света создавали на скалах волшебные оттенки золота. На сереющем небе плыли легкие облака фантастической формы, напоминающие сказочных существ. Птицы готовились ко сну, их пение становилось тише и мелодичнее.

Мы стояли на балконе с Морионом, кутаясь в теплые плащи, подбитые мехом, и наблюдая за угасающим днем, медленно переходящем ко сну.

– Я так скучала по тебе, – проговорила тихо. – Я не выдержу больше, если ты уедешь еще раз.

– Мы положили начало, Ноа. Все основное сделано. Так что нет больше нужды расставаться. – Морион нежно провел ладонью по моей щеке, я прижалась к его руке и замурчала, как кошка от ласки.

– Любовь не терпит разлуки, – мягко улыбнулся он. Я подняла на него глаза, не поверив, что он заговорил об этом. – Да, Ноа. Я полюбил тебя с первых минут, как увидел.

– Правда? – не веря своему счастью и такому долгожданному признанию, прошептала я.

– Нас с тобой свела сама Сейна. Это было предопределено еще до нашего рождения. И наш путь тоже. Я тебя люблю, Ноа.

– Морион… ты даже не представляешь, как я тебя люблю! – И слезы безграничного счастья побежали по щекам.

– Иди сюда, моя пташка. – Морион собственнически притянул меня к себе и так властно поцеловал, что мои ноги ослабли, но его объятия были крепки.

Всегда удержит и не даст упасть. И сердце подсказывало – я вечно буду счастлива с этим мужчиной.

* * *

– Ну что, моя королева Севера. Готова стать и королевой Юга? – спросил Морион, когда мы, уставшие от ненасытной близости, сидели перед камином на широком диване и вкушали фрукты.

До меня дошло не сразу, о чем он.

– Ты… Мы?

– А ты разве не хочешь свадьбы? – лукаво улыбнулся он.

Я зажала рот рукой и чуть опять не разрыдалась.

– Моя королева сердца, – встал Морион передо мной на одно колено и взял за руку, – согласна ли ты стать моей женой?

Все-таки слезы безумного счастья брызнули из глаз, и я закивала:

– Да, мой король. Всегда, мой король, для тебя только «да»!

Повелитель встал и поднял меня с дивана.

– Тогда да будет Дом один на двоих. И будет наша судьба освящена Сейной.

– Морион… – Меня переполняло столько чувств и эмоций, что я не нашлась, что сказать.

Губы любимого нежно накрыли мои, даря обещание вечного счастья рядом с ним.

– Ну что, после свадьбы будем объединять Дома, – сказал он, в его глазах сверкали путеводные звезды для меня.

– Дома? – не поняла я, все еще пребывая где-то высоко в небе и витая в облаках счастья.

– А как ты себе представляешь наш союз? Мы сделали все, что нужно было от двух Домов – голоса в совете, продвижение законов о запрете казней для отмеченных Сейной. Становление нового мира. И мы собираемся пожениться, Ноа. Или ты хочешь жить отдельно от меня?

– Нет, ты что? – изумилась его предположению.

– Тогда надо подумать над названием общего Дома, королева моего сердца.

– А… – начала было я, соображая, название какого Дома оставить. – Дом Мечей?

И в то же время задумалась, Север Анцема легендарен. Его название нельзя потерять. Я нахмурилась.

– Ноа, мы можем для объединения наших Домов взять новое название.

– Да? – Я закусила губу, судорожно обдумывая. Бросила взгляд за окно, где темное покрывало окутало землю и на небе зажглись тысячи ярких звезд. Они мерцали и переливались разными цветами, словно маленькие светлячки, разбросанные по черному бархату.

– Морион… – начала я, не зная, как он отнесется к моей идее. – А как тебе название «Дом Лунного дракона»? – И затаила дыхание.

– А мне нравится, – ухмыльнулся он.

– Ура! Здорово! – просияла я.

– Очень символично, – одобрил он.

– И наша столица, Ноа. Где будет?

И как же быть со столицей? Север уже в моей крови. Я не хотела отсюда уезжать, и тепло Юга мне не так уж сильно нравилось: по сравнению с суровой красотой лесов, гор и чистого воздуха он проигрывал.

– А можно жить и там, и там? – спросила я, готовая его умолять.

Морион внимательно на меня посмотрел, подумал и выдал:

– Можно иметь две резиденции: на Севере и на Юге. Давай будем немного жить здесь и большую часть времени на юге. Мне, если честно, холод не очень нравится.

– Полгода на юге и полгода на севере, – заявила я.

– Разберемся, любимая, – хохотнул он.

Морион налил нам два бокала вина.

– Да здравствует Дом Лунного дракона! – провозгласил тост мой Правитель Юга.

– Процветания ему! – поддержала я.

– Ты знаешь, Ноа, а ведь у нас теперь самые большие земли в Анцеме, – задумчиво молвил Морион.

– Ага, и с нами теперь точно стоит считаться.

Глава 43

Союз

Сердце колотилось как сумасшедшее, и руки подрагивали от волнения. Сегодня я стану женой самого лучшего в мире мужчины. Я смотрела в широкое окно замка Дома Мечей, хотя уже нашего замка – и нашего с Морионом Дома Лунного дракона.

Новость о нашей свадьбе взбудоражила не только Анцем, но и соседние страны. Потому что мы объединяли Дома, а это уже передел власти и перевес сил.

Наша свадьба ожидалась масштабной и была значимым событием для многих, потому что приедут Правители Домов Бури и Тишины. Ваида я не пригласила, конечно.

Свадьбу мы проводим в замке Мориона, потому что здесь теплее, нет таких трудных дорог и можно организовать столы в парке замка для обычных горожан и незнатных гостей. Празднования намечались на несколько дней. И платьев для меня было пошито много.

– Правительница, – поклонились мне четыре служанки, войдя в покои. Уже надо было делать прическу и одеваться к церемонии.

Все утро свадебные хлопоты сводили меня с ума. Ванны с молоком и лепестками розы, бесконечные крема и масла для кожи. Но это все для моего мужчины.

Стоя перед широким зеркалом, я видела отражение моих сияющих безграничным счастьем глаз. Платье цвета жемчуга ниспадало до пола, расшитый бриллиантами лиф и подол сверкали под светом яркого солнца, заливающего комнату теплым светом. Руки оголены, обнажая знак Сейны – мне больше нечего скрывать, я не проклята – Богиня луны благословила меня.

Волосы убрали в изысканную прическу так, чтобы они держали корону. Мы – два равных Правителя, и я захотела это подчеркнуть.

* * *

В замке слуги кланялись, когда я шла к выходу, у которого меня ждала белая открытая карета, украшенная цветами и запряженная четверкой лошадей. Народ возле замка кидал под колеса моего кортежа белые лепестки и выкрикивал поздравления. Я счастливо улыбалась. Меня окружала охрана из воинов в черной одежде с нашивками нашего нового Дома Лунного дракона – серебристый дракон с грозным видом.

Народ галдел и радовался пиру, танцам и монетам, что скоро начнут щедро разбрасывать толпе.

Я же жаждала только стать женой Мориона. Я каждый день влюблялась в него все больше и больше, каждую ночь прижималась к нему и испытывала такие восторг и нежность, что мне казалось, уже ничего лучше в моей жизни не может случиться.

Дорога, по которой двигалась свадебная процессия, вскоре привела к величественному белоснежному храму. И храм этот был посвящен Сейне. Да, Морион построил его недалеко от замка. Как вызов, как жест, говорящий – прошлое лучше оставить в прошлом. Мы – творцы настоящего и будущего.

Мой любимый стоял на ступенях храма, и его глаза сияли ярче всех звезд. Хорошо скроенный костюм идеально подчеркивал его подтянутую фигуру. Лацканы украшала изысканная вышивка, символизирующая власть и закон. Манжеты белоснежной рубашки аккуратно выглядывали из-под рукавов черного сюртука. Шелковый галстук, подобранный в тон к костюму, дополнял образ, делая его завершенным и гармоничным.

Морион спустился и помог выйти из кареты. Я подала ему руку, и он чуть сжал ее с теплой полуулыбкой, говоря этим: я здесь, ничего не бойся.

На лестнице выстроились Правители Домов с супругами, Сорайн Гемптос, командор Керус Тробион, Котон Ингиллан и другая знать.

По красной дорожке, покрывающей лестницу, мы вошли в храм. В нем царили ароматы ладана, воска и свечей, они смешивались с запахом цветов, создавая неповторимую атмосферу.

Скамьи уже заняла знать Анцема. Я бросила взгляд на первые ряды, где должны были сидеть наши с Морионом родители. Их места были заняты другими людьми. Я украдкой вздохнула. Приемный отец Мориона умер, как и моя мама. А другие родственники так близкими и не стали. Мне было безумно жаль, что никто не увидит нашего счастья. Единственное, я надеялась, на небесах наши умершие родные сейчас смотрят и радуются за нас.

Мне кажется, наши отношения могут быть от этого одиночества только крепче – ведь больше у нас никого нет, кроме друг друга. Правителям друзья не положены, доверять никому нельзя. И я даже думать не хочу, что такое одиночество, когда тебя окружают сотни придворных, слуг и советников. Я не буду думать об этом в самый счастливый день в моей жизни.

Рука об руку мы подошли к арке, украшенной белыми хризантемами. В алькове стояла статуя Сейны с факелом в руке, ведущая за собой звезды.

Мы повернулись друг к другу лицом и стали слушать слова, что соединяли нас навсегда. Их произносил главный маг Дома мечей – Ривейн Хилано.

Когда наши клятвы верности и любви были произнесены, Морион надел на меня кольцо со знаком Сейны – три бриллианта представляли из себя треугольник. А потом я на него надела обручальное кольцо с таким же знаком.

Морион меня нежно поцеловал, и в зале раздались громкие возгласы удивления, потому что с потолка посыпалась лунная пыль. Гости смотрели с восторгом, как она сверкала, осыпая все вокруг. Поздравления и пожелания лились рекой. И казалось, никогда не кончатся. Но это было прекрасно – наш с Морионом особенный день, и судьба, казалось, поцеловала нас и одарила самым лучшим в жизни – взаимной любовью.

При выходе из храма я по традиции взяла из корзины веточки мирта, и незамужние девушки выстроились у подножья лестницы в ожидании. Я бросила их, и те, кто поймал, прыгали от восторга, прижимая веточки к себе, – это означало, что они выйдут скоро замуж за любимого.

Толпа гудела, приветствовала новую чету Правителей Дома Лунного дракона. И мне хочется думать, что мы с Морионом будем для них хорошими и уважаемыми людьми. Что мы сможем сделать их жизнь лучше, и от нас в истории останется след.

Когда мы садились в карету, чтобы ехать на праздник в замок, в небе появились мои лунные драконы. Они закружили над нами, делая почетные круги, и их серебряная чешуя блестела в ярких лучах солнца, отбрасывая блики и заставляя людей жмуриться, как от солнечных зайчиков. Люди их больше не боялись, привыкли и знали, что это драконы их Правительницы и символ нового Дома.

Мы держались за руки с мужем, пока ехали до замка, когда заходили в украшенный с особой роскошью и изяществом зал для праздника. Столы были накрыты белоснежными скатертями, на которых стояли изысканные композиции, созданные из самых разных видов цветов. Стеклянные сферы, наполненные магическими звездами, сияли под потолком. Гирлянды из живых цветов обрамляли окна и двери, добавляя свежести и яркости. Стулья украшали атласные алые ленты и банты, создавая атмосферу праздника и торжественности. На стенах висели картины с изображением природы и цветов, которые гармонично сочетались с общей стилистикой зала.

Застолье, казалось, длилось бесконечно. Сколько мы выслушали тостов, сколько было выпито вина и сколько было съедено блюд – не счесть.

Но счастье требует тишины. И поздно вечером мы покинули праздник, который и не думал стихать.

Нас ждала наша ночь.

* * *

Наша совместная супружеская спальня была огромная, состояла из четырех комнат, гардеробной и ванной.

Я переделала покои в теплые тона, ведь юг должен отражаться в интерьерах. В центре спальни расположилась огромная кровать с высоким изголовьем, украшенным изящной резьбой и позолотой. Над кроватью раскинулся королевский балдахин из тяжелого бархата, расшитого золотыми нитями и украшенного пышными кистями. Шелковое белье, мягкое и приятное на ощупь, покрывало матрас, создавая ощущение воздушности и комфорта.

Рядом с кроватью стояли две изящные прикроватные тумбочки из светлого дерева, инкрустированные драгоценными камнями. На них возвышались старинные подсвечники с тонкими ароматными свечами, освещая комнату теплым и мягким светом.

Я распустила волосы, накинула тонкую прозрачную сорочку, еле достающую до бедер, не надев под нее нижнее белье. Подошла к кровати, где меня ждал уже возбужденный и обнаженный Морион. Я медленной дразнящей походкой, покачивая бедрами, двинулась к нему. Он жадно разглядывал мое тело, почти не скрываемое прозрачной сорочкой, а в его глазах разгорался пожар страсти.

Я подошла к кровати и спустила с одного плеча бретельку, потом с другого, и одним движением одеяние невесомым облаком упало к моим ногам, оставив меня полностью обнаженной. Морион сел и притянул меня к себе нетерпеливо. Его руки заскользили по моей спине, попке, а губы жарко целовали мою грудь и облизывали соски. Он языком выводил узоры на коже и сводил с ума, плавя мой разум. Я изгибалась под ним и стонала, в крови текла лава, еще больше разжигая огонь желания внутри.

Поцелуи спускались ниже и ниже, и наконец я почувствовала язык прямо между ног. Я тонула в мареве страсти, что накрывала меня с головой, заставляла пальчики ног сжиматься, а меня метаться на подушках. Наконец пружина внутри меня расслабилась, уводя в чистый экстаз, и я захлебнулась криком наслаждения. Упала на спину, пытаясь отдышаться. А Морион накрыл меня своим большим телом сверху. Приятная тяжесть опустилась на меня, и я почувствовала толстую горячую головку, приставленную к моему входу. Он вошел медленно, растягивая меня и давая привыкнуть к его большому размеру. Тягучие движения внутри все нарастали, и мой стон уносился куда-то вверх, смешиваясь с довольным рыком Мориона.

И мы вновь и вновь взмывали в небеса, тонули в страсти, и в венах бежала чистая волна вожделения. К утру мы заснули ненадолго и потом продолжили, накинувшись друг на друга с жадностью, будто не сливались в экстазе всего несколько часов назад. И Морион с той же страстью входил в меня, продолжая уносить в мир, где были лишь мы одни.

– Я люблю тебя, – шептала я.

– Ты навсегда моя. – И дыхание сливалось, и сердца стучали в унисон, и страсть поглощала нас вновь и вновь.

* * *

Морион рассматривал карту Анцема, в задумчивости потирая подбородок. Я сидела в кресле и пила вино, покачивая на ноге изящно вышитую туфельку. Тепло врывалось порывами легкого ветра в широко распахнутое окно, и я предвкушала поездку на озеро, куда мы собирались с мужем завтра.

Вдруг в дверь раздался стук и вошел один из помощников мужа.

– Правитель, – поклонился он. – Правительница. Разрешите доложить.

– Докладывай, – бросил Морион.

– На востоке прорыв, некроманты ворвались в город Лоссью.

– У них хорошие маги, разберутся сами. – Морион заложил руки за спину, и его лицо посуровело. – Можешь идти.

Когда воин вышел, я встала с кресла и подошла к мужу.

– Морион, думаешь, мы правильно сделали? Стоило ли натравливать на Анцем некромантов?

– А у нас был выбор, Ноа? Мы должны были дать государству других врагов, кого можно преследовать и убивать вместо лунных магов. Это же политика. Всегда будут угнетенные и оппозиция. Вопрос лишь в том, кто кем будет. И мы – Правители, можем решить это сами. Кого казнить, кого миловать, кого держать на коротком поводке.

– Да, я понимаю, некроманты, конечно, хотели денег, и поэтому купились на такое предложение от нас. Да и земли, что мы им предоставили в Долине Мертвых, тоже повлияли на их согласие. Быть крысой или оплачиваемым цербером – разные вещи. Но…

– Некроманты-отступники теперь одна из наших подконтрольных сил. Некроманты на коротком поводке могут быть хорошим гарантом нашей безопасности и являться дополнительной силой.

Я кивнула.

– Ты, как всегда, прав, муж.

Жестокая правда, но это средство выживания для одних и гибель для других.

Я была согласна. Хочешь жить – вывернись, но обезопась себя, подстрахуйся и выбери правильную сторону.

Эпилог

Я смотрела на тренирующихся на площадке лунных магов.

Пока всего пара сотен. И пока юных. Но они вырастут, наберутся силы и физической, и магической. Воины тренировали парней и девушек. Боевая и магическая подготовки выглядели продуманными и перспективными.

Несколько самых выдающихся магов, которых мы нашли в Анцеме, были приглашены преподавать в наших военных школах для лунных магов. Этим детям мы с Морионом предоставляли все: еду, одежду, кров и самое главное – жизнь.

Я прильнула к любимому, сжимая его руку. Я так счастлива, даже и представить не могла, что такие прекрасные чувства могут расцветать в сердце. Каждая ночь любви возносила меня все к новым и неизведанным высотам.

Я все больше влюблялась в своего мужа и понимала его. Я никогда не думала, что мы так совпадем с Морионом характерами и устремлениями. Что я приму полностью его желания, и цели станут общими.

– Только представь – Армия лунных магов. – Морион внимательно смотрел на будущих воинов Дома Лунного дракона.

– Они так тебе благодарны. Их родители почитают тебя как спасителя и благодетеля, – с улыбкой заметила я.

– Нас, Ноа, нас, – обнял муж меня за плечи. – Это наше с тобой наследие. Наши имена в истории. Тех, кто смог спасти проклятых и сделать силой Анцема. Они теперь не только спасенные дети, но и сила, что защитит от противника.

– От Либры, – кивнула я.

– И других стран, которые решат пойти на нас войной. И не только стран, других Домов Анцема.

– Армия, преданная только нашему Дому Лунного дракона, – проговорила серьезно я.

– Не просто преданная. Власть, основанная на благодарности и авторитете – самая сильная и устойчивая. Таких воинов не перекупишь. Они знают, за кого сражаться и за что, – повернулся ко мне муж и взял за руки. – У нас самая сильная в Анцеме армия. Нам ведь и другие Дома ничего сделать не смогут. До Правителей уже дошло, что не стоит с нами связываться, – усмехнулся Морион. – И судя по кровавому прошлому нашей страны, по тому, как легко убивали Правителей, это нам на руку. Безопасность моей королевы и наших будущих детей – для меня самое главное.

– Дом Лунного дракона единоличен? – хитро приподняла одну бровь я, рассматривая красивое лицо мужа. И мне нравился ход его мыслей. Он самый умный. Морион – моя опора и моя жизнь.

– У луны есть и темная сторона – невидимая, незримая. Пугающая для других и опасная, – внимательно глядя на меня, проговорил муж.

– Но не для нас. Мы ведь с тобой знаем, что там, на темной стороне, да, Морион? – лукаво спросила я.

Он усмехнулся.

– Иди ко мне, любимая. – Морион притянул меня для поцелуя, и я с удовольствием на него ответила.

* * *

Я сидела перед зеркалом и расчесывала волосы, подумывая, что надеть на ужин и лениво разглядывая шкатулки с многочисленными украшениями. Вдруг в комнате будто начали гаснуть светляки, рассыпанные, как звезды, по потолку.

Я оглянулась – в углах зашевелились тени. Зеркало заволокло серой пеленой, завихрения стали закручиваться в торнадо, и из них стал проявляться образ. Я уже поняла, кто меня хочет побеспокоить, и с усмешкой запечатала зеркало лунной магией. Ваид не сможет выйти из него. А в замке мы установили такую защиту от Сумрака некромантов, что их просто разорвет на куски, если только попробуют прийти.

Я выпустила лунные лучи, и они разогнали тени в углах, как кот крыс. Они испуганно заметались и полностью исчезли.

Образ в зеркале стал четче, и я увидела брата. Ваид сидел в кресле, черный камзол с богатой вышивкой обрамлял широкие плечи, он возмужал и стал будто старше. Его лицо посуровело, и хмурая складка пролегла между бровями.

Я откинулась на спинку кресла и иронично на него посмотрела. Брат меня больше не пугал, и я никогда этого сделать не позволю. Хватит. Пришло мое время. Больше никогда не хочу бояться за свою жизнь и за любимого.

– Ты заигралась, Ноа, – без приветствия заговорил он. – И ты ничем не отличаешься от Арака.

– И от тебя, братец? Или ты другой? – наклонила голову вбок, разглядывая такого уверенного в себе могущественного мужчину. Но ничего нет мимолетнее человеческой жизни.

– Наследие крови, – пожал Ваид плечами. – Но некроманты… – мотнул он головой. – Как ты с Морионом лихо все провернула!

– А ты сам-то случайно не замешан в дела некромантов-отступников? Все же вы одной дорогой ходите – Сумраком. А там кто знает, что происходит, – ядовито улыбнулась ему. – И к тому же до сих пор никто не понимает, кто ими руководит.

Ваид аж стал задыхаться и отпрянул от зеркала.

– Ты не посмеешь, – просипел он.

О, как было радостно наблюдать на его лице промелькнувший страх.

– Ты уверен, брат?

Content

Анна Безбрежная
Королева лунного света

Глава 1 Похищение

Глава 2 Воссоединение

Глава 3 Знакомство

Глава 4 Крушение

Глава 5 Заложница

Глава 6 Неизвестность

Глава 7 Прошлое

Глава 8 Ожидание

Глава 9 Семья

Глава 10 Зов

Глава 11 Знание

Глава 12 Обучение

Глава 13 Надежда

Глава 14 Зарождение

Глава 15 Обещание

Глава 16 Праздник

Глава 17 Родня

Глава 18 Побег

Глава 19 Возвращение

Глава 20 Враги

Глава 21 Пороки

Глава 22 Покушение

Глава 23 Нападение

Глава 24 Предательница

Глава 25 Север

Глава 26 Обретение

Глава 27 Бремя

Глава 28 Планы

Глава 29 Связь

Глава 30 Прощание

Глава 31 Клятва

Глава 32 Правительница

Глава 33 Круговорот

Глава 34 Обязанности

Глава 35 Предсказание

Глава 36 Тайны

Глава 37 Сумрак

Глава 38 Чувства

Глава 39 Храм

Глава 40 Совет

Глава 41 Творцы

Глава 42 Признание

Глава 43 Союз

Эпилог