Ана Валери

Свидание вслепую

Моей семье, которая всегда рядом, несмотря ни на что. Но дальше вам листать запрещено. Я серьезно.

I’m bad at loveBut you can’t blame me for tryin’ [1].

Halsey. «Bad at Love»

Young Adult. Молодежная российская романтическая проза

Иллюстрация на обложке DЖЕI ART

Художественное оформление Кристины Оскаровой

Во внутреннем макете использованы иллюстрации:

© Oleksandra Klestova, Lukman Haryanto, MD.Riaz Parvej, AlexanderZe, AnyaLis, Achim1992, alya_haciyeva / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Анна Валери, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Плейлист

Halsey – Bad At Love

Lo Nightly – Want It Now

The Weeknd – After Hours

Chase Atlantic – HEAVEN AND BACK

Reed Wonder, Aurora Olivas – The Machine

Ariana Grande – Everyday (feat. Future)

MOTHICA – Oh god

Isabel LaRosa – More than friends

Doja Cat – Candy (Deluxe Version)

Taylor Swift – New Romantics

Lana Del Ray – Radio

Ex Habit – Bad Girls Do It Well

Toby Mai, Two Feet – Cities

Tate McRae – Greedy

Глава 1

Скарлетт

– Я на месте, – тяжело вздыхаю, прогоняя секундную радость.

Целых десять минут мне пришлось крутиться вокруг небольшого ресторанчика в поисках свободного парковочного места, и, признаться честно, за это время я успела проклясть весь мир. Не будь у меня назначена здесь встреча, уже давно рванула бы в сторону дома, но вместо этого была вынуждена страдать, участвуя в двух тяжелых битвах за возможность припарковаться. К счастью, на третий раз удача оказалась на моей стороне. Кидаю короткий взгляд на приборную панель и, увидев время, чувствую себя еще хуже.

– Опять опоздала, – откидываюсь назад, ударяясь головой о спинку сиденья, но тут же вспоминаю о прическе и спешу проверить в зеркале заднего вида. – Черт, надо было ехать на такси!

Руки подрагивают, пока я поправляю каштановые кудри и проверяю макияж. Все оказывается куда лучше, чем мне представлялось: пострадала лишь помада, безжалостно съеденная мной во время охоты за место.

– Брось, женщины должны опаздывать! – звучит голос моей подруги из динамика телефона. – Ты появляешься в тот самый кульминационный момент, когда мужчина, уже заждавшись, начинает сомневаться, придешь ли ты и достоин ли он вообще этой встречи. Но вот она ты – стоишь в дверях в короткой юбке и, словно вишенка на торте, наконец привносишь смысл в его жизнь!

– Мне кажется, ты перегибаешь.

– Разве у тебя есть время на споры?

Дафна права, мне стоит поторопиться, но как же не хочется выходить из машины! Сегодня я вишенка на торте под названием «катастрофа», и оказаться в центре этого блюда совсем не тянет.

Оценивающе оглядываю черное мини-платье, выбранное той самой любительницей вишенок, и в этот раз выдох получается еще тяжелее.

– Надеюсь, этот парень не будет похож на предыдущего и не напишет моему отцу официальную претензию из-за опоздания его дочери. Еще один подобный разговор я не выдержу.

– Ха-ха, он до сих пор мой любимчик, – смеется Дафна. – Как там его звали? Найджел?

– Найджел-Льюис Перкинсон Третий. И ни слогом меньше!

– Боже, и где только твой отец их находит? – еще заливистее хохочет она.

– Не знаю, но мне кажется, его запасы знакомых, у которых есть одинокий сын моего возраста, безграничны, – от воспоминания об отце и его пылком желании найти мне пару внутри разгорается раздражение. – Неужели двадцать – это тот возраст, когда меня можно считать старой девой, обязательно нуждающейся в мужике рядом?

– Мужик рядом – это не так уж и плохо.

– Но не выбранный твоим отцом, – еще раз оглядываю себя в зеркале заднего вида и провожу холодными ладонями по раскрасневшимся щекам. – Если сегодня все пойдет не по плану и этот придурок расскажет о моей идее отцу, то мне придется переехать к тебе на чердак.

– Так уж и быть, можешь спать на второй половине кровати.

– Думаю, Скай не обрадуется новой соседке.

– Знаешь ли, тот факт, что он сжевал твои ботинки, еще не делает из него плохого мальчика! – пылко защищает своего пса Дафна. – В любом случае не вешай нос раньше времени. Вдруг все пройдет хорошо? И пора бы поторопиться, малышка! Если опоздаешь слишком сильно, он подумает о тебе не как о вишенке, а как о простой невоспитанной девке.

– Ну спасибо, – фыркаю я.

– Удачи, красотка! Напиши, когда осуществишь свой план по захвату принца в заложники.

Закатываю глаза и спешно кладу трубку.

Проходит еще с минуту, прежде чем решаюсь выйти из машины. Мне нужно время, чтобы отдышаться и набраться смелости.

Сегодняшнее свидание не похоже на другие, которых за последние полгода я посетила больше, чем за всю жизнь до этого. Именно оно должно помочь мне положить конец этому бессмысленному параду «женихов», а значит, ставки как никогда высоки.

Однако вместе с тем идея поджать хвост и сбежать в закат звучит в голове чересчур громко.

Не оставляю себе возможности для побега и, закинув в рот вишневый леденец, выбираюсь на свежий воздух. На календаре поздняя весна, и погода на улицах Бейлмора радует теплом, характерным для большинства городов средней части штата Калифорния. Ласковый ветерок играет с листьями растущих на обочине пальм, наполняя воздух шуршанием, пока солнце рисует ажурные тени на асфальте. Даже в своем довольно открытом наряде я чувствую себя комфортно, хотя определенно предпочла бы остаться дома в пижаме с динозаврами и книжкой в руках. Провести время за прочтением еще одного горячего романа было бы намного приятнее, чем предстоящее мне.

Перекидываю кудри на спину и шагаю в сторону входа, где меня уже заждался очередной протеже отца.

Полгода так проходят почти каждые мои выходные. На двадцатилетие своей дочурки папа вдруг решил, что найти мне молодого человека – его священная миссия, и начал безостановочно знакомить с сыновьями своих друзей и партнеров по бизнесу. Теперь за моей спиной несколько десятков первых свиданий, ведь до второго недотягивал еще никто. И когда я говорю никто, имею в виду абсолютно.

Вот только мое яростное сопротивление оказалось неэффективным, и отец не прекращает находить все новых и новых парней, будто у него за спиной целый мешок Санта-Клауса, полный порой по-настоящему странных «подарков».

И именно поэтому я решила поменять тактику.

Но за последнее время мне представилась возможность повидать слишком многое, чтобы сейчас не переживать о потенциальном провале моего плана.

Хоть наше с Дафной интернет-расследование и указало на Брайана Найта, мою сегодняшнюю жертву, как на идеальную кандидатуру для придуманной нами роли, подобный ему вряд ли согласится на этот спектакль.

Стараюсь отбросить грустные мысли. В конце концов, он просто подумает, что у меня проблемы с головой, и отправится в список так и не дошедших до второго свидания. Всего-то.

Когда я захожу внутрь небольшого ресторанчика, выбранного Брайаном за час до встречи – официально могу ненавидеть его за это в душé, ведь, собираясь впопыхах, даже не успела проверить это место в интернете, – на меня накидываются не только ароматы еды, но и тревога.

Глядя за спину хостес, я рассчитываю хотя бы частично разглядеть интерьер зала, но вместо этого вижу лишь темную стену. Покрутив головой, замечаю две такие же по бокам и осознаю: тут нет ни одного окна. И вообще больше ничего, кроме одинокой стойки и нескольких медных ламп, свисающих с потолка. В моем роду, конечно, нет гадалок или ясновидящих, но чутье подсказывает, что это отнюдь не хороший знак.

Но я все же подхожу к милой блондинке за стойкой и улыбаюсь.

– Добрый вечер, – здоровается та раньше, чем я успеваю открыть рот.

Я киваю, сильнее сжимая сумочку в руках и ощущая, как начинают трястись коленки.

– У меня назначена встреча на шесть.

Она кидает взгляд на часы и снисходительно улыбается. Мне становится еще более неловко. Больше никаких советов от Дафны! И никаких опозданий. К черту. Буду приезжать раньше и сама ждать ту самую вишенку.

– Можно узнать ваше имя?

– Скарлетт Мун.

Девушка принимается искать бронь в планшете, и, когда совпадение в конце концов найдено, в ее взгляде читается жалость.

Только не это.

– К сожалению, ваш спутник пока не пришел. Могу ли я провести вас к столику или вы хотите подождать его здесь?

– За столиком.

Чувствую, как краска отливает от щек. Он меня переопоздал!

– Хорошо, тогда я расскажу вам правила.

– Правила? – удивленно смотрю на ухоженную блондинку, держащую в руках нечто странное и массивное, напоминающее очки.

– Да, в нашем заведении нельзя пользоваться телефонами, поэтому, пожалуйста, выключите свой и спрячьте в сумку.

– Хорошо, – нервно бегая глазами по сторонам, отвечаю я. – Могу я сначала отправить сообщение?

– Конечно, я подожду.

Доброжелательное выражение лица хостес никак не улучшает ситуацию. Все это мне очень не нравится.

«Его до сих пор нет, а в заведении просят выключить телефон. Надеюсь, отец не решил избавиться от меня, поняв мою безнадежность в вопросе поиска пары».

Дафна отвечает моментально:

«Успокойся, может, парень тоже знает принцип вишенки?)»

«Тогда у него все шансы отправиться в смузи. Все, я захожу внутрь, на всякий случай обещай мне достойные похороны».

«Поверь, это будет незабываемое мероприятие».

Фыркаю и блокирую телефон.

– Что дальше? – вновь обращаюсь к хостес.

– Сейчас я проведу вас внутрь. Держитесь за мою руку, но будьте осторожны и идите строго рядом. Хорошо?

Я сглатываю.

– Ладно.

Девушка протягивает мне руку, и я берусь за ее локоть. Мы подходим к стене позади стойки, и мне только теперь удается разглядеть очертания двери. Она окрашена в тот же темно-серый цвет, а стыки между деревом и бетоном отлично спрятаны, поэтому-то я и не заметила ее раньше.

Все будет хорошо.

Успокоить собственное сердцебиение не получается, и я прикусываю щеку изнутри. А затем мы заходим за дверь и оказываемся в темноте.

Глава 2

Скарлетт

Мне остается довериться хостес и надеяться, что там, куда мы направляемся, меня правда накормят, а не убьют… Ладно, возможно, я преувеличиваю или вовсе переслушала тру-крайм подкастов с Дафной. Но осознание этого никак не успокаивает безумный стук моего сердца.

Каждый шаг дается с трудом. Удивительно, как я до сих пор не споткнулась и не распласталась на полу. Особенно если учесть, какие на мне сегодня туфли.

Но то ли с божьей помощью, то ли благодаря проделкам дьявола я дохожу до точки назначения в целости и сохранности.

– Ваш столик, – произносит хостес, и я вздрагиваю от неожиданности, когда ударяюсь ногой и слышу звон металла о стекло.

– Спасибо, – недовольно кривлюсь и только после вспоминаю, что, в отличие от меня, она все видит благодаря тем самым очкам.

Но девушка никак это не комментирует и лишь помогает нащупать стул, а я снова спешу ее поблагодарить. Зная собственную удачу, сама бы наверняка села прямиком на стол и разложенные там приборы. Но благодаря блондинке в странной маске мой зад сегодня в безопасности.

Боже, как же хочется домой!

Дав достаточно времени на тщательное ощупывание стула и стола перед собой, девушка наконец-то помогает мне сесть. И как бы ни хотелось облегченно выдохнуть, все сегодня оказывается против меня. Это место, темнота, да еще и до ужаса неудобный стул!

– Хотите что-нибудь выпить, пока ждете?

– Безалкогольный мохито, пожалуйста.

– Хорошо, – произносит девушка и, насколько я могу судить, уходит.

– Хорошо, – через пару секунд, проведя рукой по воздуху и убедившись в ее отсутствии рядом, передразниваю я блондинку. – Хорошо было бы, будь этот мохито с ромом.

Но поскольку Дафна посоветовала ехать на собственной машине, алкоголь мне сегодня запрещен.

Тяжело вздыхаю, пытаясь осмотреться, но вокруг лишь темнота, не дающая разглядеть даже собственный нос.

И с каждой минутой это начинает напрягать все сильнее.

А еще этот стул! Одну из ножек словно подпилили, отчего каждое мое движение сопровождается раздражающим раскачиванием.

Ерзаю на неудобном сиденье, пытаясь поймать равновесие, и складываю руки на груди.

– Еще его ждать. Черт, ну почему это происходит именно со мной? – недовольно хныкаю, в очередной раз меняя положение на стуле. – Боже, почему ты не можешь послать мне кого-то адекватного? Того, кто не будет опаздывать и ругать меня за надетые на свидание кроссовки и, по возможности, не будет жаловаться на меня моему отцу. Неужели я так много прошу?

Но ответа нет, впрочем, я и не сильно на него рассчитываю.

– Да блин! – стул в очередной раз кренится, и моему терпению наступает конец.

Подскакиваю на месте, заставляя приборы вновь громко звякнуть. Но я не обращаю на это внимания. Все равно никто не видит, кто именно является виновником шума.

Ладно, плюсы в этом месте все же есть. Но они меркнут под горами минусов.

Хватаюсь ладонями за край стола и начинаю двигаться по кругу, пока не делаю оборот примерно на сто восемьдесят градусов и не натыкаюсь на ножку другого стула.

Все еще придерживаясь за стол, медленно сажусь и почти сразу понимаю: что-то здесь не так.

Кажется, мебель не должна двигаться под тобой. И уж тем более разговаривать.

– Удобно, правда? – мягкий шепот касается ушей.

Мне едва удается сдержать испуганный возглас. Что за шуточки? Уже собираюсь вскочить и, возможно, даже ударить этого приколиста для профилактики, вот только меня быстро настигает осознание – я уже слышала этот голос. Именно он звучал на видео, которые мы с Дафной смотрели, когда та решила найти полную биографию моего возможного компаньона.

Так, значит, ты все это время был здесь, Брайан Найт?

Парень не спешит прогонять меня со своих коленей, а сам содрогается от смеха. И мне не нравится его превосходство.

Хочешь поиграть? Без проблем. Но даже не надейся выйти победителем.

Пытаюсь максимально расслабиться, хотя в груди продолжается буря, и с ноткой высокомерия отвечаю:

– Бывало и удобнее.

Думаю, теперь-то он точно заставит меня встать, но вместо этого рука Брайана скользит по моей талии, перебирая ткань платья. Стараюсь не выдавать своей взволнованности, но с губ все же срывается вздох, когда его пальцы останавливаются на бедрах, слегка сжимая их.

– Как жаль, я не смог подойти под критерии идеального стула, – его голос заставляет кончики ушей гореть.

Фыркаю, а он отстраняется, но руку так и не убирает.

И вот я опять радуюсь, что в этой темноте не видно ни зги, ведь мое лицо наверняка пылает огнем.

Прикусываю губу, пытаясь придумать, как бы ответить и поставить наглеца на место, но прежде, чем успеваю сделать это, оказываюсь обвита теперь обеими руками Найта. Он тянет меня назад, заставляя опереться спиной о твердую грудь. И от этого неожиданного поворота событий у меня твердеют соски. Предатели.

– Если собираешься и дальше так сидеть на мне, – он проводит губами по оголенному плечу, и я чувствую, как все тело покрывается мурашками, – тогда нам придется избавиться от лишних слоев одежды.

Нет. К черту эту игру. К черту Найта. Еще немного – и я сойду с ума.

– Не дождешься! – удивительно легко скидываю его руки с собственной талии и подскакиваю с места. – Не переоценивай себя, милый.

Но, к сожалению, он не видит моего презрительного взгляда.

– Как скажешь, милая, – слышу в его голосе насмешку и закатываю глаза.

А тем временем он вновь касается моих бедер, подталкивая в сторону того самого неудобного стула. Да, лучше уж он, чем этот кретин! И кстати, не слишком ли много мальчик себе позволяет?

Извращенец.

Спустя несколько неловких шагов я оказываюсь на пустом стуле и складываю руки на груди. Но до чего же странно выражать подобным образом свое недовольство, раз этот придурок все равно не видит.

– Не хочешь объяснить, почему делал вид, будто тебя здесь нет? Так еще и официантку подговорил!

Не могу знать наверняка, но мне почему-то кажется, что Брайан сейчас ухмыляется. Он делал это на многих фотографиях в интернете, и такое выражение его лица врезалось мне в память.

К сожалению.

Вновь ерзаю на стуле, ожидая ответа. Тут всегда было так душно? И где мой напиток? Это свидание готово ворваться в топ худших.

– Хотел проверить глубину твоего словарного запаса.

– Что ж, я бы с удовольствием тебе ее показала, вот только какой смысл тратить силы, если я не увижу, как от каждого слова будет разбиваться стена твоего самолюбия? – закидываю ногу на ногу и благодарю бога, не испортившего момент моим очередным звонким ударом о стол. – Кто вообще выбирает подобные места для свиданий? Скажи честно, ты извращенец?

Пододвигаюсь ближе, словно это может помочь мне разглядеть лицо парня передо мной.

– Сказала та, кто еще секунду назад скакала на коленях незнакомца.

– Я не скакала!

– Называй это как хочешь.

– Мы можем пойти в другое место?

– Зачем?

– Хочу, чтобы ты отчетливо видел, как раздражаешь меня.

Слышу, как Брайан усмехается, и пытаюсь представить, как он выглядит в этот момент. В какой он одежде? Появляются ли на его щеках ямочки?

Нет, правда, как можно было выбрать подобное место для первого свидания?!

– Вынужден отказаться.

– Это еще почему?

– Для твоего же блага. Даю тебе немного времени вдоволь пофантазировать о том, как выглядит парень, о чей член ты терлась. Может, я окажусь жирным уродом?

– Боже, заткнись! – Интересно, он слышит, как мои зубы скрипят друг о друга от злости? – Хватит издеваться! Надо было уйти, как только поняла, что это за место. А лучше вообще не приезжать! Пустая трата времени.

– Хоть в чем-то мы согласны.

– Может, если я расскажу отцу, какие фрики сыновья его друзей, он откажется от этой глупой идеи со свиданиями?

Откидываюсь на спинку, прикладывая ладони к щекам. Как же тут душно!

– Как побывавший на свидании с разводчицей тараканов, спешу тебя огорчить.

– Надеюсь, ты узнал о ее хобби, когда она подкинула одного из своих питомцев тебе в штаны.

– Мне, конечно, очень приятно, но твоя озабоченность моим членом не кажется тебе чрезмерной?

– Мечтай. Твой член – последнее, что меня волнует.

– Убеждай себя в этом, Скарлетт Мун.

От того, как он произносит мое имя, по телу пробегает дрожь. Дрожь, которую сюда никто не звал.

– С каждой секундой ты нравишься мне все меньше, Брайан Найт.

– Взаимно, милая. Так, может, пора домой? Расскажешь папочке очередную историю об ужасном свидании.

Так вот чего ты добиваешься. Думаешь, сможешь избавиться от меня таким образом. Прости, ковбой, но у меня на тебя совсем другие планы!

– Поверь, по сравнению с походом на курсы самообороны наше свидание еще вполне себе ничего. – Нет, правда, это может звучать романтично, мол, парень решил позаботиться о моих навыках самозащиты, но на деле я полвечера выслушивала оскорбления из-за моего удара, оказавшегося сильнее. – К тому же…

Надо набрать воздуха в легкие, прежде чем озвучить свое предложение. Хороший ли вариант, Брайан Найт? Едва ли, но далеко не худший. А этого уже достаточно.

Боже, как низко я пала.

– Что такое? Малышку озарила интересная мысль?

– Малышка съест тебя, если ты еще раз ее так назовешь.

– Хотел бы на это посмотреть.

– А я хочу, чтобы ты заткнулся хоть на мгновение.

– Я весь внимание, милая.

Он невозможен! Но я не хочу ждать еще неделю и в очередной раз испытывать судьбу. А значит, выбора нет.

– Вероятно, я пожалею об этом, – выдыхаю, решаясь озвучить главный вопрос вечера, – но давай заключим сделку?

– Малышка Мун не перестает удивлять. И какое у тебя предложение?

– Помимо сломанного носа за язык без костей?

– Ты теряешь меня как компаньона, детка.

Сглатываю раздражение от очередного прозвища. Он прав, если я хочу добиться успеха, надо немного потерпеть. Даже если это по-настоящему сложно. Но ничего, я справлюсь.

Прежде чем озвучить мое предложение, я зажмуриваю глаза, радуясь, что он не увидит этого в темноте, но все равно мечтая провалиться сквозь землю.

– Стань моим парнем.

Не отвечает. Минуту. Другую. Мне уже начинает мерещиться его побег и звонок моему отцу с рассказом о сумасшествии его дочери. На месте Брайана я бы наверняка так и поступила. Но, к моей радости, он все еще сидит напротив.

– Воу, у тебя проблемы с головой?

Мне опять приходится проглотить собственное недовольство.

– А у тебя с манерами! – Ну почти проглотить. – Видишь? Мы отлично друг другу подходим! Тем более мне не нужен настоящий парень. Просто хочу, чтобы отец отстал от меня со своими свиданиями вслепую. Я устала от парада ненормальных каждые выходные! Хочу проводить время, как решу сама, а не какой-то очередной горе-кавалер.

– Вроде меня.

– Ты смотришь не в ту сторону.

– Ты меня вообще не видишь. Может, я закрыл глаза?

– Брайан!

– Тише-тише. Я тебя понял. Но какой мне прок соглашаться на этот маскарад?

– Придумай сам. Я же не могу залезть к тебе в голову. Но говорю сразу: спать с тобой не буду. Даже не мечтай.

– Будто я сам этого хотел.

– Прекрасно, можешь дальше трахаться с кем хочешь. По рукам?

– Скарлетт, – его вкрадчивый бархатный голос доходит до моих ушей, зарождая внутри надежду на победу, которая, похоже, уже у меня в кармане. Но я слишком рано радуюсь. – Милая, ты же понимаешь, что мы тут не одни?

Вновь хочу провалиться сквозь землю. Тут было так тихо, и я совсем забыла о возможном присутствии рядом кого-то, помимо этого придурка.

– Выбери уже одно нелепое прозвище, – бурчу я.

В конце концов они все равно меня не видят. Так смысл теперь стесняться?

– Я подумаю над этим, – самодовольно отвечает Брайан.

– А насчет моего предложения?

– Оно идиотское, – хочу возразить, в отличие от меня он не бывал на чаепитии из сорока видов чая, где нельзя было даже сходить в уборную, но парень не дает мне вставить ни слова. – Но я помогу тебе.

– Правда? – вероятно, удивление в моем голосе слишком явное, но ничего не могу с собой поделать. – С чего такая щедрость?

– Узнаешь позже.

– Так не пойдет!

– Тебе уже не нужен фальшивый парень?

– Нужен, но мне не нравится эта неясность.

– Не волнуйся. Не заставлю тебя делать ничего такого, чего бы ты сама не захотела.

– Хорошо, – сдаюсь я. – Но условия те же. Мы не переспим. Ни за что.

– Да-да, уже понял, – он со скрипом ножек о пол встает со стула, а через секунду я чувствую легкое прикосновение к собственному плечу. – Пойдем.

– Уже?

Мой мохито так и не принесли. До чего ужасный сервис! Но я не сопротивляюсь. Хочу поскорее оказаться дома, поэтому вкладываю свою ладонь в его и встаю со стула.

И только потом вспоминаю.

– Подожди, но как мы найдем выход в этой темноте?

– Все нормально, у меня очки ночного видения.

Он тянет меня дальше, а я едва сдерживаюсь, чтобы не убить его здесь и сейчас. Этот придурок видел меня все это время!

– Ты невыносим.

– Разве, как моя девушка, ты не должна быть добрее? Щебетать мне комплименты на ушко?

Я кое-как удерживаюсь на ногах. Отвлекшись на свое недовольство, все же путаюсь в собственных конечностях, на которых до сих пор неудобные каблуки, но меня спасает Брайан. Он помогает мне встать ровно, а затем притягивает ближе и кладет руку на талию.

– Первый день вместе, а ты уже не можешь передо мной устоять.

– Да, милый, ты просто сносишь мне крышу.

Щиплю его за бок и довольно улыбаюсь, слыша его крик:

– Эй, будь нежнее!

Когда мы оказываемся снаружи, моим глазам требуется время привыкнуть к свету. В этот момент Брайан послушно ждет рядом, впрочем, больше внимания уделяя своему телефону.

До сих пор не верю в его согласие! Это кажется безумием, но я искренне надеюсь на успех. А еще на то, что моя вишенка не окажется с гнильцой и не испортит все.

Кстати, надо будет рассказать об этом Дафне.

Но прежде закончим начатое.

Глаза больше не болят от малейшего лучика солнца, и я могу рассмотреть парня перед собой.

Светло-русые волосы, завитые в легкие кудри, развевает слабый весенний ветер, зеленые глаза блестят, а губы недовольно сжаты. На нем надето темно-синее поло, которое чертовски сексуально облегает накачанные руки, украшенные десятками минималистичных тату.

Если бы Брайан не был таким придурком, то вполне мог бы мне понравиться. Но я не собираюсь забывать о происходившем пару минут назад.

– Итак? – кашляю, напоминая о своем существовании.

– Что? – он удивленно смотрит на меня, будто действительно забыл обо мне.

– Как мы будем действовать?

– Ах да. Не знаю, это же твой план.

Окидываю его раздраженным взглядом, а затем протягиваю руку.

– Дай свой телефон.

– Зачем?

– Оставлю свой номер.

Боже. Какой недогадливый.

– Прости, малышка, батарейка села, – невинно улыбается он, показывая темный экран.

– Ты серьезно? – вскрикиваю я и открываю сумочку. – Ты и правда невыносим, Брайан!

Достаю маркер из сумки и тяну его руку на себя, перехватывая удобнее, чтобы оставить свой номер на предплечье.

– Но ведь за это ты меня и полюбила? – издевается он.

– Да, за это и улыбку девственника.

– А тут ты ошибаешься.

– Правда? – отыгрываю шок и отпускаю его. – Никогда бы не подумала!

– Не уверен, что ты вообще думаешь.

– Ничего, милый. Ты же решишь все за нас обоих? – словно глупая кукла хлопаю глазками, а затем киваю на черные цифры на его руке. – Позвони мне завтра.

– Обязательно, – он наклоняется ниже, и мне приходится заставить себя не отступать. Мягкие губы касаются моей щеки, и я вспоминаю о дыхании, лишь когда он отстраняется все с той же нахальной улыбкой. – До встречи, милая.

Он уходит в сторону парковки, а я победно наблюдаю за его спиной, сжимая в руках трофей.

Конечно, до встречи. Ты же захочешь вернуть свои часы.

Глава 3

Брайан

– Так ты собираешься ей звонить?

Сидя на одном из столов в кофейне, краем уха слышу голос друга, но не отвечаю, слишком увлеченный пришедшим сообщением.

Опять. Очередная угроза в виде набора букв высвечивается на экране моего смартфона. Текст из раза в раз не сильно меняется, и можно было уже привыкнуть, но происходит ровно обратное.

Если поначалу все это казалось мне ребячеством и глупой выходкой, вполне подходящей ее автору, то теперь я начинаю действительно переживать. Сколько бы я ни блокировал отправителя, он всегда находит способ вновь напомнить о себе. И кто знает, как далеко это может зайти.

– Брайан.

Я вздрагиваю от внезапного прикосновения и с бешено колотящимся сердцем смотрю на друга, по всей видимости уставшего ждать ответа на свой вопрос. На лице Харви читается замешательство, но я не собираюсь посвящать его в свои проблемы.

И кого-либо еще. Не уверен, поможет ли тут что-то кроме времени. Должна же она хоть когда-нибудь успокоиться?

– Прости, отвлекся, – прочищаю горло и кладу телефон в задний карман, пока он не успел рассмотреть ни слова на экране.

– Я заметил, – хмыкает Харви и возвращается к кофемашине, несколько раз оглядываясь и кидая на меня странные взгляды. – Ну и? Будешь ей звонить?

Каждый мускул тела напрягается. Откуда он узнал? Все же увидел? Черт, я был недостаточно осторожен.

Но то, как умиротворенно Харви моет кофемашину, наводит на мысль, что он не в курсе. Это успокаивает. И тогда я вспоминаю, о чем мы говорили до злополучного сообщения.

Скарлетт Мун. Эта странная девчонка, которая сделала мне не менее странное предложение.

– Нет, – поднимаю рукав рубашки и показываю чистое предплечье. – Даже номер стер.

– Зачем тогда согласился? – закончив с уборкой, тот стягивает с себя фартук с надписью «Starry Coffee». – И встань со стола! Я намывал его не для твоей самовлюбленной задницы.

Подойдя ближе, Харви бьет меня скрученным фартуком по ногам.

– Ладно, ладно! – встаю, потирая пульсирующее место удара. – Клиентский сервис у вас сомнительный.

– Ой, да заткнись, мы уже полчаса как закрыты, – ворчит он, поправляя стулья. – Ну и почему ты наврал ей?

– Не строй из себя моралиста, – закатываю глаза, следуя за другом в комнату для персонала. – Ты просто ее не видел. Эта девушка не отстала бы от меня, если бы я не дал ей то, чего она хотела.

Именно такое впечатление произвела на меня Скарлетт. Упертая. Своенравная. Безбашенная. А как еще объяснить тот факт, что она не поспешила встать, почувствовав кого-то, уже сидящего на стуле? Нет, я, конечно, не был против. Но не уверен в собственной готовности потратить столько времени и нервов на подобную девушку.

– И что ты собираешься сказать своему старику? Это же он организовал вашу встречу.

От упоминания об отце по позвоночнику пробегает холодок.

– Не знаю. Вообще не понимаю, зачем ему все это.

Когда я услышал от отца о назначенном свидании, то просто не мог отказать. Он не из тех, кто принимает отказы. Просто никто никогда не отказывает Майлзу Найту. Тем более его сын.

– В любом случае сложилось так, как сложилось, – выдыхаю, прислоняясь спиной к шкафчикам и складывая руки на груди.

– Когда ты с ним встречаешься?

– На выходных.

Предвкушаю разочарованный взгляд, с которым отец выслушает мой рассказ о неудачном свидании с дочерью его знакомого. А потом несколько часов давящего молчания. Все, как я люблю.

Голос Харви возвращает меня из печальных мыслей:

– И как ты собираешься сообщить ему об утере подаренных им часов?

Нахмурив брови, смотрю на улыбающегося друга, понемногу осознавая его слова. А потом смотрю на запястье.

Пустое запястье.

– Твою мать! – громко хлопаю по металлическому шкафчику и сдавливаю пальцами виски.

– Как думаешь, могла ли это сделать девушка, чей номер ты так старательно смывал со своей руки? – Харви явно насмехается надо мной, устроив подбородок между указательным и большим пальцем.

– Я убью ее, – скорее рычу, чем произношу я.

– Сначала найди, – забрав вещи из шкафчика, фыркает Харви. – Карма та еще сучка, друг, а ты попал в ее черный список.

Похлопав по плечу, он проходит мимо и выключает свет, оставляя меня в темноте.

Прямо как во время свидания со Скарлетт.

И надо же мне было так попасть.

Скарлетт

Он объявляется спустя почти неделю после нашего знакомства. К этому моменту я успеваю побороть несколько вспышек злости, сопровождаемых желанием выбросить чертовы часы. Они словно магнитом без конца притягивают к себе мое внимание, напоминая о неудаче и их раздражающем хозяине. Раза четыре держала часы над мусорным ведром, намереваясь избавиться от них раз и навсегда. Но, к счастью, так и не сделала этого.

Кто бы мог подумать, что хоть одно из многочисленных свиданий вслепую может сыграть мне на руку? Даже отправила бы Дереку письмо с благодарностью, если бы у меня был его номер. Но после того, как на уроке для начинающих фокусников на его костюме оставил след милейший голубь, вылетевший из шляпы, он сбежал быстрее, чем я смогла хотя бы попрощаться.

Это было к лучшему, сразу после того происшествия преподаватель смог обучить меня небольшой ловкости рук, которая и помогла незаметно позаимствовать у Брайана его часы.

Именно позаимствовать, ведь я собираюсь их отдать. Вот только сам он не слишком спешит вернуть свою собственность. То ли не заметил, то ли не догадался, кто именно их взял. В любом случае я готова похвалить себя за это решение: уже на следующий день после свидания стало ясно, что перезванивать мне никто не собирается.

Но ему приходится.

Первым делом, проснувшись в пятницу утром, вижу сообщение с незнакомого номера. И у меня не возникает ни капли сомнений, кто является отправителем:

«Ты вернешь их сама или стоит обратиться в полицию?»

«Доброе утро, милый! А я думала, ты уже забыл обо мне».

«Ты не ответила на мой вопрос».

«Ах, ты о часах, которые случайно забыл у меня? Надо быть внимательнее, милый».

Начинаю понимать, почему на свидании он бесконечно перебирал подобные прозвища. Не описать удовольствие, когда представляю, как кривится от злости его лицо при каждом «милый» в сообщении.

– Спасибо, что поднимаешь мне настроение, Брайан Найт, – хмыкаю я, крепче сжимая в объятиях одеяло.

«Забыл? Моя версия событий разительно отличается».

«Правда? Может, расскажешь, когда мы встретимся, чтобы обсудить план, на который ты дал свое согласие?»

«Думаешь, после подобного я буду вести с тобой дела?»

«Придется, если захочешь вернуть свои часики. Мне пора. Хорошего дня, милый! Дай знать, когда выберешь дату».

Он печатает ответ, но я тут же выхожу из мессенджера и блокирую телефон.

Пришло твое время ждать, Брайан.

Откладываю мобильник и довольная потягиваюсь на кровати. Нет лучшего начала утра, чем сбить спесь с самоуверенного идиота. Энергия так и плещет!

Напевая мелодии любимых песен, направляюсь в ванную, а закончив с утренними ритуалами, выхожу из комнаты и спускаюсь позавтракать.

Обычно по утрам в доме Мунов стоит умиротворенная тишина. Мама любит поспать подольше, а отец либо уезжает из дома раньше, чем я успеваю встать с кровати, либо тихо запирается в своем кабинете на нижнем этаже нашей двухуровневой квартиры.

И рассчитывая на привычную обстановку, я надеюсь спокойно позавтракать, слушая новый плейлист, который сгенерировало для меня приложение. Но планы осыпаются карточным домиком прямо к моим ногам, когда, спустившись, я окунаюсь в непонятную беготню.

– Доброе утро, – неуверенно произношу, оглядываясь по сторонам.

Все оказываются при деле: обе горничные, словно обезумевшие, вытирают пыль с каждого доступного взгляду уголка, мама выдает указания повару, а отец, стоя у зеркала, подносит то один, то другой галстук к своей рубашке.

Никто не слышит моего приветствия, и я прохожу дальше, наслаждаясь прохладой пола под босыми ногами.

– Доброе утро, цыпленок, – замечает меня папа и поворачивается, демонстрируя все те же два галстука. – Какой?

Он выглядит запыхавшимся. Каштановые волосы в беспорядке, под серо-зелеными глазами видны следы усталости, а ворот рубашки приподнят, как у Дракулы. Совсем не типичный образ для всегда собранного Питера Муна.

– Зеленый, – вырастает рядом мама и быстро целует меня в лоб, а затем подходит к отцу, чтобы помочь с галстуком. – Хотя погоди… – она останавливается на полуслове и кидает зеленый кусок ткани в сторону. – Если он нравится мне, значит, точно не понравится ей, – тяжело вздохнув, она завязывает на шее папы серый галстук в крапинку и отходит в сторону.

– Выглядишь отлично, пап, – улыбаюсь, но не могу не замечать, как судорожно мама потирает ладони друг о друга. – Что происходит?

Она заправляет светлые пряди за уши – вечно делает так, когда волнуется, – и берет меня за руку.

– Твоя бабушка приедет на ужин.

Это многое объясняет.

Крепче сжав мамину руку, смотрю в ее такие же, как мои, карие глаза, и мысленно посылаю свою поддержку.

Отношения мамы с ее свекровью всегда были больше похожи на борьбу, в которой у первой было ограниченное количество патронов. Как бы она ни старалась, бабушка всегда находит к чему придраться, а потому каждый ее приезд – огромный стресс для мамы. Словно та снова и снова сдает самый сложный экзамен.

Я к этому отношусь проще, хотя порцию критики в такие визиты мне тоже накладывают с горкой.

– Не переживай ты так, – отец подходит ближе и обнимает маму за талию. – Уверен, все будет хорошо.

Он целует ее в плечо, пока та обреченно вздыхает.

– Все будет хорошо, только если она забудет наш адрес.

– Не говори так, она все-таки моя мать.

– Именно поэтому ты закрыл кабинет на ключ? – хмыкает она, поправляя пиджак на груди папы. – Прости, милый. Я просто переживаю.

– Не стоит, – он перехватывает ее запястье и целует тыльную сторону ладони. – В этот раз все будет идеально.

– Надеюсь, – отвечает мама, а потом вспоминает о моем существовании. – Боже, Скарлетт! Сколько раз я просила не бродить по дому босиком?

– Упс! – запрыгиваю обратно на лестницу. – Наверное, из-за такой провинности мне придется провести весь вечер в собственной спальне?

– И не мечтай, чертовка. Ты нужна нам за столом.

– Ну мам!

– Это не обсуждается. Иди переоденься и приходи помогать. Этот дом должен сверкать чистотой.

Мама возвращается на кухню, обсуждать меню ужина с поваром, а папа поворачивается ко мне с грустной улыбкой.

– Прости, цыпленок. Придется перетерпеть этот вечер.

– Все нормально, – отвечаю я, хотя в душе молюсь, чтобы мамины слова стали пророчеством, и бабушка правда забыла наш адрес. – Скоро вернусь.

Весь день мы проводим за приготовлениями. Уборка, готовка, сервировка – несмотря на уже давно нанятых родителями людей, сегодня мы вынуждены участвовать во всем самостоятельно, чтобы наверняка успеть. Это не так уж и сложно, но мамина паника, заражающая каждого, сильно усложняет ситуацию.

К вечеру мне хочется лишь одного: завалиться спать. Но вместо этого приходится надеть платье, которое родительница выбирала не меньше двух часов, заставив меня перемерить абсолютно весь мой гардероб. Даже успешно позабытые вещи.

Но вот она я – в зефирно-розовом платье заплетаю волосы, чтобы бабушка не смогла придраться ни к единой детали моего образа.

Выгляжу так, словно втиснулась в наряд из своего детства. Нелепо. Никогда в жизни не вышла бы в подобном на улицу. Остается только гадать, как оно вообще оказалось в моем гардеробе. Но бабушке оно точно придется по душе. Ей нравится забывать о том факте, что я уже не ребенок. И порой это выводит из себя.

От созерцания собственного унижения меня отвлекает стук в дверь.

– Скарлетт, спускайся! – слышу из коридора мамин голос и вздыхаю.

Пришло время для спектакля.

Бабушка, как всегда, выглядит идеально. Уже давно тронутые сединой волосы собраны в аккуратную прическу, украшенную небольшой черной заколкой. На ней строгий костюм из бежевой ткани, который она гордо носит с прямой спиной – отголоски ее спортивного прошлого.

Вероятно, это же прошлое виновато в таком же несгибаемом, как ее осанка, характере. Многолетний опыт в художественной гимнастике не прошел даром. Думаю, именно зарожденный в ней тогда перфекционизм помогал ба зарабатывать бесчисленные спортивные награды.

А теперь он помогает моей матери зарабатывать нервные срывы…

– Скарлетт, дорогая! – при взгляде на меня на ее лице расплывается голливудская улыбка, и бабушка спешит заключить внучку в объятия. – Выглядишь прекрасно!

– Спасибо, платье выбирала мама.

Я улыбаюсь ей в ответ, но едва не перехожу на смех, когда вижу, как ее взгляд становится скептичным.

– Что ж, видимо, это заняло много ее времени, и она не успела позаботиться о себе.

Вижу, как краснеют мамины щеки. Она нервно заправляет светлую прядь за ухо, стараясь сдержаться и не наговорить лишнего.

На самом деле на маме чудесное темно-зеленое платье, которое отлично сидит по фигуре, при этом сохраняя идеальный баланс между изящным и строгим. Но бабушка это никогда не признает.

– Мама! – пытается влезть па, но все мы понимаем: этот бой заранее проигран.

– Какой чудесный галстук, – перепрыгивает с темы бабушка, и я вновь сдерживаю смешок.

– Может, пройдем за стол? – берет на себя инициативу мама.

– Конечно, – натянуто улыбается ба. – Мне не терпится узнать, что в этот раз приготовил ваш повар.

Прикусив язык, мама отвечает на улыбку и, взяв отца под предложенную руку, направляется в сторону столовой.

– Хочу сесть рядом с тобой, Скарлетт, – ба вновь обращает свое внимание на меня. – Рассказывай, как поживаешь?

– Все хорошо, – взяв ее за руку, следую за родителями. – Учусь, как и раньше.

– Молодец! Мы тобой так гордимся. Вот закончишь университет и станешь отличным специалистом. Сейчас их днем с огнем не сыщешь.

– Обязательно, – от фальшивости собственной улыбки начинают болеть щеки.

Когда мы все усаживаемся за стол, нам подают первое блюдо – батат с цыпленком в апельсиновом соусе, – на вкус оно как блаженство в чистом виде. Пробуешь кусочек за кусочком, и начинает казаться, словно ты порхаешь над землей.

Но это ощущение, естественно, посещает не каждого.

– Неплохо, однако я бы взяла для этого блюда другое мясо, – слегка поковыряв вилкой в своей порции, заявляет ба.

– Ну конечно, – едва слышно шипит мама.

Вот только у бабушки чертовски хороший слух.

– Что ты там говоришь, Анджела?

– Полностью с вами согласна.

– Отлично. Надеюсь, в следующий раз все будет безукоризненно.

– Будто это возможно, – опять шипит мама.

– Что? Погромче!

– Сделаю все возможное, миссис Мун.

– Не волнуйся, я специально снижу свои ожидания, – отставив тарелку в сторону, ба делает глоток воды и вновь переключается на меня. – Слышала, Питер организовал тебе несколько свиданий вслепую.

Несколько. Ха! Для точных подсчетов мне потребуется калькулятор!

Но бабушке я отвечаю лишь утвердительным кивком, изображая усиленную работу челюстями.

– И как успехи? Уже успела найти достойного парня? Хотя уверена, там было много хороших кандидатур.

Чуть не давлюсь цыпленком. Хороших кандидатур. Да, один другого краше! Может, сразу гарем собрать, чтобы ни одного из этих «достойных» не упустить?

– Пока… – но не успеваю продолжить.

Звонок на входной двери издает протяжный звук, и я подскакиваю, желая избежать неловкого разговора.

– Я проверю, кто там.

– Разве у вас нет людей для этого? – спрашивает бабушка.

– Мы отпустили всех пораньше, чтобы никто не мешал нашему ужину, – объясняет мама.

– Но о том, что нас могут отвлечь неожиданные гости, вы не подумали?

Продолжение я не слушаю, спеша скрыться из столовой. Так устала держать спину ровно и постоянно улыбаться! Поэтому, оказавшись в одиночестве, позволяю себе выдохнуть, а уже после подхожу к двери и, не задумываясь ни на секунду, открываю ее.

Хотя, казалось бы, десятки тру-крайм подкастов должны были привить мне привычку всегда смотреть в глазок. Но я слишком ослеплена собственной усталостью, за что теперь и поплачусь.

– Привет, малышка, – скалясь, произносит парень по ту сторону порога.

Глава 4

Скарлетт

– Ты? – куда громче чем следовало восклицаю я, всматриваясь в довольное лицо Брайана.

Он стоит, облокотившись о дверной проем, пока ткань белоснежной рубашки облегает накачанные руки. Русые кудри слегка падают на лоб, а губы изогнуты в ухмылке.

У меня пересыхает во рту от злости и…

– Скарлетт, все в порядке? – тут же слышу папин голос из столовой и начинаю судорожно думать, как поступить.

Захлопнуть дверь и сделать вид, что кто-то ошибся квартирой? Вряд ли Брайан так просто уйдет. Сказать папе, что Найт ко мне пристает? Тогда можно точно попрощаться с моим планом.

Черт. Остается только один вариант.

– Или ты мне сейчас подыграешь, или, я клянусь, выкину твои часы с крыши, – шепчу я, затягивая парня внутрь.

– Тебе не кажется, сейчас не тот момент, когда ты можешь диктовать свои правила?

– Либо я скажу папе, что ты ко мне приставал, – блефую, вглядываясь в опасно блестящие зеленые глаза. – Твой выбор, милый?

– Ты же понимаешь, я не дам тебе так просто отделаться после всего, что ты устроила?

– Поговорим об этом позже.

Под недовольный взгляд Брайана поправляю копну его русых волос и, обвив его руку своей, веду в зал.

Боже, помоги.

– Кстати, о парнях, – чувствуя, как леденеют конечности, пытаюсь выглядеть беспечно и весело. – Познакомьтесь, это Брайан. Мой молодой человек.

На последних словах язык чуть не ломается. Чувствую, как напрягается Брайан, и лишь сильнее сжимаю его руку в своей.

Нет, ты не испортишь мне вечер.

На лицах родителей читается недоумение, а бабушка уже сканирует Брайана на совпадения со своими критериями идеала. Кажется, результат ее вполне радует, и она первой встает поприветствовать неожиданного гостя.

– Добрый вечер, я Магнолия Мун, бабушка Скарлетт, – она протягивает ему руку и, к моему удивлению, тот мило улыбается и мягко сжимает пальцы женщины.

– Вы, должно быть, шутите? Не могу поверить, что такая очаровательная леди является чьей-то бабушкой, – произносит этот плут, пока я пытаюсь скрыть волнение, стоя у него за спиной. – Вам точно есть восемнадцать?

– Ну прекратите! – застенчиво хлопает его по плечу ба.

А мне все меньше нравится происходящее. Где я? Что здесь творится? Это точно моя бабушка?

Кажется, родителей все это время мучили те же вопросы, ведь они только сейчас приходят в себя и поднимаются, желая рассмотреть Брайана поближе.

– Приятно познакомиться, – произносит мама. – Скарлетт не предупреждала о гостях.

Камень, летящий в мою сторону, попадает прямо в голову, и я неловко кривлюсь.

Скарлетт саму никто не предупреждал о гостях.

– Простите, это моя вина, – вдруг произносит Брайан, и вот все внимание вновь приковано к красавчику в белоснежной рубашке. – Скарлетт не отвечала на мои сообщения, и я испугался, вдруг что-то случилось.

Чувствую, как краснею под укоризненными взглядами родных. Да, я не брала телефон в руки, поскольку вместе с остальными переворачивала дом с ног на голову перед приездом ба! Какие ко мне могут быть претензии?

– Тогда, может, присоединишься к нам за столом, Брайан? – предлагает отец, и я не могу не радоваться, что хоть кто-то скептично оглядывает парня возле меня.

Но я не собираюсь так долго терпеть его общество.

– Нет, – и вот опять мой голос звучит громче, чем того требуют обстоятельства. Откашливаюсь и добавляю: – У Брайана наверняка есть планы.

Тот смотрит на меня с лукавой улыбкой, и я всем своим видом пытаюсь показать: тебе не поздоровится, если продолжишь играть в свои игры.

– Скарлетт права, – к моему счастью, произносит он. А затем делает то, что не должен был: подходит вплотную и кладет руку мне на талию, притягивая ближе. – Я заехал только вернуть вещь, которую Скарлетт случайно забрала у меня в прошлую встречу.

– Да, – его пальцы играют незаметную симфонию на моей коже, и я чувствую, как дышать становится труднее. – Поэтому я быстро отдам это, а вы пока возвращайтесь к ужину.

– Хорошо, – отвечает мама, и я кричу ей благодарности у себя в голове.

– Ладно, – куда более неохотно соглашается ба. – Но обещайте вместе приехать на мой день рождения через две недели!

– Обязательно.

Тут же отвечает Брайан, и я щиплю его за бок, взглядом говоря: «Ты что творишь, придурок?», но тот продолжает улыбаться как ни в чем не бывало.

– Тогда мы быстро поднимемся, – произношу, незаметно пихая Брайана в нужную сторону.

Он недовольно фыркает, но все же шагает вперед.

Мы почти доходим до лестницы, когда меня вдруг останавливает папа:

– Скарлетт, цыпленок, подойди на минутку.

Слышу, как усмехается Брайан, и молю бога не дать ему добавить еще одно глупое прозвище в свою копилку.

– Сейчас, пап, – отвечаю я и тихо командую парню перед собой: – Подожди меня наверху.

Дожидаюсь, пока Брайан поднимется на несколько ступенек, а затем разворачиваюсь и подхожу к отцу с безмятежным выражением лица, словно ничего не произошло.

– Да?

– Все в порядке? – глядя мне за спину, спрашивает он.

Я сдерживаю порыв обнять папу за его искреннее беспокойство. Сдерживаю, ведь в первую очередь из-за него и оказалась в этой глупой ситуации!

– Конечно. Или ты не доверяешь парням, с которыми сам меня познакомил?

– А, так это…

– Брайан Найт. Ты же сам организовал нашу встречу в выходные. Помнишь? – наклоняю голову и мило улыбаюсь, хотя в душе готова разразиться десятком ругательств.

Он даже не знает, с кем устраивает свидания вслепую для собственной дочери?!

На лице папы разливается радушие. Будто это может спасти его от моего негодования.

– Так, значит, я могу отменить свидание в эти выходные?

– Ты что? – вновь вскрикиваю я, но быстро беру себя в руки. – Конечно. Хватит этих свиданий. Теперь у меня есть парень. Брайан. Да, мы встречаемся.

– Я понял, – усмехается папа и целует меня в лоб, прежде чем вернуться в столовую.

Это хорошо. Осталось внушить это парню наверху.

Вздыхаю и бегу по лестнице, пока нежданный гость ничего не сломал. Например, мою жизнь.

Когда я поднимаюсь на второй этаж, дверь в мою спальню оказывается открытой.

– Какой шустрый, – шиплю от боли, ведь мама вновь заставила меня надеть туфли на каблуках, из-за всей этой беготни начавшие моментально натирать ноги.

Влетаю в комнату и захлопываю за собой дверь. Брайан лениво озирается и возвращается к рассматриванию моих книжных полок, пока мне самой требуется пара минут перевести дыхание.

– Миленькое платьице. Тебе на самом деле восемь?

Супер. Он кидается оскорблениями, не удосуживаясь посмотреть мне в лицо.

– Не твое дело! И не трогай мои вещи! – отдергиваю его руку от собственных книжных полок и смотрю на корешок, к которому он тянулся.

Тебе стоит поблагодарить меня, Брайан Найт. Не уверена, что твоя психика готова познакомиться с прелестями горячих романов про хоккеистов.

– Как ты вообще здесь оказался?

Он не спешит отвечать. Вновь проводит взглядом по комнате и медленно садится на пуфик у кровати.

Я люблю свою спальню. Столько времени и сил было потрачено, чтобы она стала идеальной. Полное воплощение меня и моих интересов: забитые книгами полки, занимающие две стены, высокие свечи, вставленные в горлышки бутылок, со временем покрывшихся слоем стекшего воска, сухоцветы в вазах из цветного стекла, мягкие подушки – все это неотъемлемые части меня. И от мысли, что здесь находится кто-то посторонний, мне становится не по себе. Мне не нравится, как легко Брайан забрался в место, которое я считаю своей душой.

А значит, пора его отсюда выпроводить.

– Алло, ты меня слышишь?

– Милая комнатка. Любишь читать?

– Нет, смотреть картинки, – складываю руки на груди и недовольно свожу брови к переносице. – Ты объяснишь мне, как узнал, где я живу?

– А ты расскажешь, как украла мои часы?

– Ловкость рук и не более.

Он встает и подходит ближе, заставляя меня упереться спиной в книжные полки. Они, конечно, часто удерживали меня на плаву, но никогда так фигурально.

– Так значит, у малышки Мун ловкие руки, да?

Его ладонь опирается о полку рядом с моей головой, пока Брайан склоняется ниже. Так, чтобы наши глаза были на одном уровне. Чувствую его ментоловое дыхание и то, как оно заполняет мои собственные легкие.

Неправильное чувство.

– А что? У тебя с этим проблемы, и ты хочешь взять у меня пару мастер-классов? Предупреждаю сразу, мое время стоит ужасно дорого.

Брайан усмехается и, оттолкнувшись от стены, разворачивается ко мне спиной.

– Мое время тоже тебе не по карману. Где они?

– Думаешь, я просто их верну?

Его пальцы скользят по столу, касаются полок и обклеенной коллажами стены.

– Кажется, ты забываешься, цыпленок. Может, мне спуститься и рассказать твоим родным правду?

Прикусываю губу, пытаясь скрыть обиду. Черт, в какую же задницу я себя загнала.

– Ладно, ладно, не кипятись, ковбой!

Подхожу к компьютерному столу, тяну на себя один из ящиков, в котором аккуратно лежат те самые часы, и передаю их ему.

– Но это нечестно! – хныкаю я, присаживаясь на край стола.

– Что именно, цыпленок? – надевая часы на запястье, спрашивает Брайан.

– Не называй меня так. Это прозвище не для тебя, – мои глаза мечут в него молнии, но парень не обращает внимания, отвлекшись на пришедшее на телефон сообщение. – Зачем ты соглашался на сделку, если собирался меня кинуть? Кажется, я предложила вполне выгодные для обоих условия. Так в чем твоя проблема? И почему ты сказал моей ба, что придешь на ее день рождения со мной?

– Учу тебя отвечать за свои поступки, – хмурясь, произносит он, все еще увлеченный чем-то на экране смартфона.

– Ладно я, но хотя бы чувства пожилой женщины пожалел бы! – вздыхаю, прикладывая холодные ладони к горящим щекам. – Давай пересмотрим наш договор? Хочешь, добавим больше преимуществ твоей стороне?

Он смотрит на меня, вскинув бровь, а я чувствую, как закипаю.

– Может, ты передумаешь? В конце концов, должна же тебе быть хоть где-то полезна фальшивая девушка?

– Скарлетт, ты правда думаешь, что для своих нужд я не могу завести настоящую девушку?

От его укола мне становится стыдно. Но ненадолго.

– Попробуй найди готовую тебя терпеть!

В секунду он нависает надо мной. Его руки останавливаются чересчур близко к моим бедрам, сжимая край белоснежного стола, пока кончик носа едва не касается моего собственного.

– А ты, значит, будешь?

В его изумрудных глазах играет опасный огонь, но я никогда не боялась пламени.

Сглатываю собственное замешательство и гордо поднимаю голову, выдыхая следующие слова прямо ему в губы.

– Я съем тебя на завтрак, милый, и даже не поперхнусь.

Он хмыкает и смотрит на мой рот.

– Обещаешь?

– Конечно.

Чувствую жар, исходящий от его тела, и понемногу пьянею от аромата парфюма.

Зеленые глаза напротив скользят ниже. Минуя закрытое декольте и пышную юбку, они останавливаются на ногах, где платье чуть задралось и оголило еще больше кожи.

Замечаю, как на мгновение палитра его радужки становится темнее, но Брайан быстро берет себя в руки и отстраняется, оставляя меня наедине с участившимся биением сердца.

– Тогда я заеду за тобой в понедельник, – как ни в чем не бывало подмигивает он и направляется к двери. – Передавай бабуле привет.

– Пошел к черту! – но мой крик теряется за хлопком двери.

Глава 5

Скарлетт

Пожинать прелести вдруг появившихся у меня «отношений» я начинаю почти сразу.

Да, пришлось пережить несколько не слишком приятных разговоров с родителями, оказавшимися в неловком положении, когда к нам неожиданно заявился Брайан, а затем выслушать тираду восхищений от обычно всем недовольной бабушки. Но это определенно стоило того!

Все выходные я провела в своей спальне, читая давно ожидавшие меня на полках романы. Из-за бесконечных свиданий мои личные планы постоянно откладывались на потом, но теперь мне никто не мешает.

Два дня в мягкой постели и три крышесносных романа – лучшие выходные за последний год. Теперь я наполнена энергией и по-настоящему счастлива!

Идея с фиктивными отношениями превосходит мои самые смелые ожидания, и, пока наша договоренность в силе, я собираюсь выжать из нее все возможное.

Именно поэтому, сидя на лекции, я безостановочно добавляю в корзину новые книги. Уже боюсь посмотреть, какую сумму в итоге придется отдать, но это будет стоить каждого цента! У меня в планах провести следующие выходные в компании горячих мафиози, и от одной этой мысли коленки под столом подрагивают в блаженном предвкушении.

Я почти готова окрестить себя званием «гений» за то, что наконец отделалась от раздражающих свиданий и живу словно в мечте. Но есть одна загвоздка. Я бы даже сказала огромная заноза в моем заду.

И эта заноза пишет мне прямо сейчас.

«Буду в пять. Надеюсь, малышка Мун умеет пользоваться часами так же хорошо, как воровать их».

Закатываю глаза и тут же стучу пальцами по экрану, набирая ответ. Подумаешь, стащила один раз часы, что теперь вечно это припоминать?

«Привет, милый! Где ты растерял все свои манеры?»

«Проверь у себя в карманах».

Откладывая телефон в сторону, чувствую, как от недовольства загораются щеки.

И этого придурка мне придется терпеть минимум до праздника бабушки. На который мне еще только предстоит заманить Найта…

Обреченно стону, прикладывая руки к вискам. А потом вспоминаю, что нахожусь в аудитории полной людей.

– Простите, – пищу я, обращаясь ко всем обернувшимся на меня студентам, и закапываюсь в конспекты, давно пустующие без моих записей.

Оставшиеся до обеда занятия я провожу в борьбе с желанием позвонить или написать Дафне и разделить с ней собственное негодование, но каждый раз одергиваю себя. Лучше вживую услышать, как подруга вместе со мной ругает Брайана Найта.

Вот так возвысив свои ожидания от совместной трапезы, я едва не бегу вприпрыжку к месту нашей встречи.

Дафна уже ждет меня, сидя на столе для пикников под огромным многолетним дубом. Этот лакомый кусочек нам удалось отхватить еще в начале года, хотя, честно говоря, бороться было особо не с кем. К нашему удивлению, остальные студенты Бейлморского университета то ли не замечают его, то ли просто предпочитают лавки у искусственного озера неподалеку.

Мы же были и остаемся в восторге от этого места. Вдали от всеобщего гомона, скрытые от мира ветвями могучего дуба. К тому же здесь Дафна может с легкостью прятаться от солнца, обновляя солнцезащитный крем на своей бледной коже. А я могу наслаждаться приятным шумом, с которым ветер играет сотнями зеленых листьев.

Одним словом, блаженство.

И именно среди этой роскоши природы меня ждет подруга. Она редко приходит первой, но сегодня нас задержали на лекции по философии, поэтому случился тот невозможный вселенский сбой, заставивший Дафну Баллард кого-то дожидаться.

Это моя любительница вишенок делать ненавидит. Оттого недовольно морщит свой маленький носик, пока, поглядывая в зеркальце пудреницы, поправляет и без того идеально лежащую красную помаду.

Сидя, закинув ногу на ногу, Дафна похожа на одну из тех самых стерв из фильмов про подростков: короткая юбка обрамляет идеальные длинные ноги, рубашка расстегнута настолько, чтобы оставаться в рамках приличия, но при этом открывать вид на ложбинку между грудей и подвеску в форме сердца, свисающую с тонкой шеи.

Аристократично бледная кожа, ради которой она использует тонну солнцезащитного крема, сказочные светлые локоны и родинка под правым глазом – если она не новая Мэрилин Монро, то я ничего не понимаю в этом мире.

– Привет, – подхожу ближе и целую подругу в щеку.

В отличие от нее, я не люблю красить губы, так что не оставляю ни следа на ее идеальной коже.

– Еще немного, и твой кофе стал бы совсем не айс, – она протягивает мне один из стаканчиков, наполненный моим любимым карамельно-яблочным латте.

– Спасибо.

Принимаю напиток и, запрыгнув на стол рядом с подругой, кладу голову ей на плечо.

– Что случилось, малышка? – произносит она своим таким же сладким, как ее духи, голосом.

– Ты меня убьешь.

– Опять потратила все деньги на книги?

– Нет. То есть да, но я не об этом, – делаю глоток холодного кофе, избегая смотреть девушке в глаза. Когда она в ярости, то немного напоминает ведьму. За такие ярко-зеленые глаза ее бы наверняка сожгли в Средневековье. – Тут такое дело… Мы с Брайаном вроде как вместе.

– Ага, – она звонко захлопывает пудреницу и кладет в сумочку.

Зажмуриваюсь, готовясь к тому, что последует дальше, но Дафна продолжает тянуть время. Берет в руки свой карамельный раф. Делает долгий глоток. А после, отставив стакан в сторону, смотрит на меня с угрожающе широкой улыбкой.

– И как давно?

– Мм, с пятницы.

– Пятницы? – выкрикивает девушка, спрыгивая со стола, пока я оглядываюсь, надеясь, что никто не обратил внимания на ее эмоциональный всплеск. На сегодня мне достаточно косых взглядов. – И ты говоришь мне только сегодня? Ты издеваешься?

– Ну это же все не по-настоящему, – вырисовываю пальцем круги на джинсах, пока подруга, упирая руки в бока, ходит туда-обратно.

– Не могу поверить! Когда мы вместе придумывали этот план, я думала, ты будешь держать меня в курсе. А ты и словом не обмолвилась, что все прошло успешно!

– Все прошло совсем не так, – пристыженно потягиваю кофе через трубочку. – Я стащила его часы.

На секунду я слышу лишь далекие голоса обедающих студентов и шум ветра, но вскоре к ним присоединяется смех Дафны.

– Ты что? – не сдерживаясь, хихикает она.

И тогда я рассказываю ей всю историю по порядку. И о свидании в темноте, и о моем импульсивном решении, и о том, как Брайан ввалился ко мне домой. Не забываю и о странной симпатии ба к этому придурку.

– Даже не знаю, кто из вас удивляет меня больше, – вновь сидя на столе и потряхивая ногой в воздухе, произносит Дафна в конце моего рассказа.

– Эй, я надеялась, ты будешь на моей стороне.

– Конечно, я на ней! Но черт, подруга, часы? – хмыкает она и ударяет своим стаканом по моему. – Я твоя фанатка. Но, надеюсь, на мне ты подобные фокусы не станешь отрабатывать.

– Иди ты, – пихаю ее плечо, но на деле испытываю легкость, наконец рассказав кому-то правду. Сколько бы ни было плюсов во всем этом спектакле, держать кучу мыслей о сложившейся ситуации в себе бывает довольно трудно. – Кстати, он заедет за мной после занятий.

Невзначай добавляю я, но, кажется, слышу, как подруга вскипает, словно чайник.

– Скарлетт, – сквозь зубы произносит она, – и зная это, ты надела старые джинсы и футболку, которую носишь со средней школы?!

Оглядываю себя сверху вниз и не понимаю, чем так недовольна Дафна. Да, футболка старая, но она отлично выглядит! Правда, теперь больше походит на кроп-топ, но у меня рука не поднимется выкинуть ее из-за слишком милого динозавра, нарисованного на ней. К тому же она отлично сочетается с моими широкими черными джинсами.

– А в чем проблема? Я не собираюсь наряжаться ради него. Или ты забыла, что наши отношения ненастоящие!

– Хочешь сказать, он тебе ни капли не нравится? – подняв бровь, она одаривает меня скептическим взглядом. – Я, конечно, не видела его вживую, но на фотках в интернете Найт выглядит как горячий пирожок. Надо брать, пока кто-нибудь другой не выхватил его прямо из твоих рук.

– Как удачно я отказалась от мучного.

– Не придуривайся!

– А ты не пытайся внушить мне влюбленность в Найта!

– Я не говорила о влюбленности, – пожимает она печами. – Но ставлю на то, что вы переспите.

Как ни в чем не бывало добавляет Дафна и смотрит вдаль, попивая свой раф, пока внутри меня разгорается пламя ярости.

– Никогда!

– Помяни мое слово, Скарлетт.

– Ты ошибаешься, Дафна. Я сразу сказала ему, что между нами ничего не будет.

– И причина в стоящих между вами сотнях книжных мужчин, которых ты всегда предпочтешь настоящим? – фыркает девушка.

– Да! Но это не единственная причина. Он просто не в моем вкусе, и книги тут совсем ни при чем.

– Как скажешь. Но я останусь при своем мнении.

– Тогда оставлю вас с ним наедине. Мне пора, – спрыгиваю и быстро иду в сторону кампуса, не желая опаздывать на следующую лекцию.

– Можешь отнекиваться сколько угодно, но не забывай о контрацепции!

Не поворачиваясь, показываю ей средний палец и в очередной раз чувствую на себе десятки любопытных взглядов.

Смотрите, смотрите, пока я не научилась наводить сглаз на тех, кто мне не нравится.

Занятия заканчиваются ровно за пятнадцать минут до назначенного Брайаном времени, и к моменту, когда я выхожу из последней на сегодня аудитории, чувствую себя морально истощенной.

Не хочу никуда ехать. Тем более с Найтом. Всего шаг отделяет меня от того, чтобы захныкать и засесть в какой-нибудь темный угол.

Но обещание есть обещание.

Поэтому, лениво переставляя ногу за ногой, я медленно приближаюсь к главному выходу. Времени все равно предостаточно, можно не торопиться, наслаждаясь недолгим моментом тишины.

– Скарлетт!

Момент оказывается еще короче, чем я на то рассчитывала.

Поворачиваюсь и вижу бегущего за мной Натаниэля – парня, с которым мы порой вместе сидим на лекциях.

– Привет, – несмотря на усталость, улыбаюсь подоспевшему блондину. – Ты что-то хотел?

– Думал, может, мы прогуляемся? Если ты не против, конечно.

Натаниэль – довольно милый парень. Пару раз он приносил мне кофе, когда я, читав книги всю ночь напролет, приходила на занятия словно зомби. Он всегда готов помочь, да и внешне более чем привлекателен: в комплекте с пшеничными волосами идут задорные голубые глаза, а на крыле носа красуется пирсинг – люблю подобные детали, но… Его внимание иногда заставляет чувствовать себя неловко.

– Меня ждут у входа, – указываю большим пальцем на коридор позади.

– Тогда провожу тебя до дверей, – он улыбается еще шире и шагает вперед, не оставляя мне других вариантов, кроме как попрощаться с блаженным моментом уединения и последовать за ним. – Как провела выходные?

– Отлично.

В красках рассказывать ему о романтических сценах, пережитых моим сердцем вместе с главными героинями книг, я не собираюсь. Это останется между мной и закладками, которыми теперь обклеены страницы.

– А ты? – скорее из вежливости спрашиваю я.

– Лепил горшки.

Ответ оказывается неожиданным. Удивленно смотрю на парня, представляя его с кучей глины в руках. Зрелище, должна заметить, привлекательное. Особенно если он сидит без футболки, а его мышцы двигаются от каждого прикосновения к податливому материалу…

Упс! Кажется, безостановочное чтение романов восемнадцать плюс не прошло бесследно.

Но я ни о чем не жалею.

– Не смотри на меня так! – поправляя волосы, восклицает парень, и я смущенно отворачиваюсь. Знал бы он о нарисованных моим сознанием картинах, вряд ли бы так прелестно улыбался. – Если захочешь, то могу как-нибудь устроить тебе мастер-класс. Лепка похожа на медитацию – идеальное средство, чтобы отойти от тяжелой недели.

– Я подумаю, но спасибо за предложение, – мы подходим к крыльцу, и я уже вижу Брайана, подпирающего свою машину. – Мне пора. Хорошего вечера!

Собираюсь начать спускаться по лестнице, но вдруг оказываюсь в ловушке сильных рук.

– Тебе тоже, – отвечает Нат, заключая меня в объятия.

Похлопываю ладонью по его спине, не понимая происходящее. Раньше он себе такого не позволял. И не могу сказать, что мне нравится, как резко он решил настолько сблизиться. Но Нат слишком крупный, и оттолкнуть его будет непросто. Да и это как-то… неловко?

– Пока, Скарлетт, – наконец отодвигается он и, подмигнув, уходит прочь.

Не уверена, но мне кажется, парень бросает секундный взгляд на Брайана, а тот отвечает тем же, словно эти двое уже знакомы. Но это совсем меня не касается.

Кстати, о Брайане. Мой фальшивый принц уже наверняка заждался.

Сегодня на нем более дерзкая, нежели в прошлые разы, одежда: на обтягивающую мышцы груди черную футболку надета такого же цвета кожаная куртка, а на ногах зашнурованы массивные ботинки. Интересно, понравился бы Брайан бабушке в таком образе?

От мысли о том, как она недовольно кривится, у меня вырывается усмешка.

– Ты опоздала, – произносит он, стоит мне приблизиться.

– А ты, как всегда, невероятно мил.

– Быть милым, когда мы наедине, не входит в нашу договоренность.

– Да? – наклоняю голову, вглядываясь в глаза под нахмуренными бровями. – Может, тогда предоставишь мне полный список?

– Обязательно, – бросает он и открывает передо мной пассажирскую дверь. – А теперь садись. Не хочу опоздать. Надо еще заехать и купить тебе новую одежду.

– С чего бы мне переодеваться? – сложив руки на груди, показательно игнорирую открытую им дверь. – Я похожа на куклу, с которой ты можешь играть?

Он в секунду пересекает разделяющее нас расстояние, останавливаясь совсем близко. Так, что я чувствую исходящее от его тела тепло. Сегодня на мне кроссовки, а не высокие каблуки, поэтому едва дохожу Брайану до подбородка.

– Ты сама начала эту игру, – с каждым произнесенным словом он опускает голову все ниже, заставляя затаить дыхание. – Или использовать можно только меня?

Внизу живота разливается тянущее чувство, и я сразу же пытаюсь его прогнать. Нет. Это все слова Дафны. Они просто засели у меня в голове, вынуждая чувствовать нечто столь неправильное по отношению к Брайану.

– К тому же, – слава богам, он делает шаг назад, давая моему мозгу вспомнить о жизненной необходимости дышать, – если хочешь, чтобы я пошел на твои семейные посиделки, то садись в машину.

Тяжесть в животе исчезает, словно ее там никогда и не было. Вот он – тот самый Брайан, которого я знаю.

– Кто-нибудь говорил тебе, что ты невероятный придурок?

– Ты у меня во всем первая, малышка, – отходя в сторону, он вновь кивает на пассажирское сиденье.

– Да, конечно, – кривляюсь, забираясь в машину.

Брайан кладет руку на стойку, и я едва задеваю ее макушкой.

– Береги голову, вдруг там все-таки есть мозги.

– Да пошел ты!

– Дорогая, с тобой хоть на край света, – язвит он и закрывает за мной дверь.

Глава 6

Скарлетт

– Так куда ты везешь меня, ковбой?

Поглядывая то на пробегающий за окном город, то на парня за рулем, спрашиваю я.

– В клуб.

– В понедельник?

Парни вокруг не перестают удивлять своими ответами!

– Сегодня играет группа моего друга, а они еще недостаточно популярны для выступлений по пятницам, – не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, произносит он. – К тому же ничто не мешает людям отрываться в любой день недели.

– Понятно, – киваю, осмысливая сказанное, и прихожу к выводу, что, черт возьми, ничего мне не понятно! – Так ты хочешь разыграть сцену перед другом?

– Нет. Он знает о нашей сделке.

Жду продолжения, но оно так и не следует.

– Так и для чего тогда я там?

– Потом узнаешь.

Прилагаю усилие, чтобы не накричать на него. Нет, ну какой невыносимый тип! Может, он вообще убьет меня и выбросит бездыханное тело где-нибудь на опушке леса. Никогда не знаешь, кто из твоего окружения в итоге может оказаться маньяком.

Трясу головой, сбрасывая очередное наваждение, и пытаюсь расслабиться. В конце концов, во всем можно найти плюсы.

– Ладно. Как раз давно не бывала в подобных местах.

– Малышка Мун предпочитает затворничество? Закрываешься в спальне со своей бумажной порнушкой? – кидаю ошарашенный взгляд на его ехидную ухмылку. Откуда он знает? И вообще, они с Дафной сговорились? – Думала, он не заметил отметки восемнадцать плюс на корешках?

Горло сдавливает злость. Сжимаю кулаки, сдерживаясь от громких высказываний.

Но с удержанием слов во рту у меня всегда были проблемы.

– Имеешь что-то против книжной порнушки? Или просто завидуешь умениям парней из подобных историй? Они внушают тебе комплекс неполноценности? Поверь, эти ребята творят такое… Тебе и не снилось!

Тяжело дышу, выпалив все это на одном дыхании.

– Ты и правда хочешь сравнить мои умения с навыками выдуманных персонажей?

– Нет. Но могу дать тебе парочку особенных экземпляров. Узнаешь много нового.

Мы тормозим на светофоре, и Брайан всем телом поворачивается ко мне: глаза сужены, челюсти сжаты.

У меня пересыхает во рту.

– Спасибо за заботу. Но, думаю, моих знаний и без того хватает с лихвой.

Загорается зеленый. Он вдавливает педаль газа в пол, и меня откидывает в кресло.

Сердце опасно стучит в груди, но я не собираюсь принимать поражение.

– Если боишься разочароваться в себе, так и скажи. Не волнуйся, милый, я не буду тебя осуждать.

Он лишь хмыкает, а я слишком взбудоражена и не могу так просто отпустить эту тему.

– И вообще, не говори о книгах с таким предубеждением. Если тебе не нравится, это не значит, что другие относятся к подобной литературе с таким же скепсисом. Для некоторых чтение – больше, чем просто книжная порнушка.

– Я и не говорил ничего плохого. Делай, что хочешь, пока это не вредит окружающим. Но будь добра, не суй мне под нос описания нефритовых жезлов.

– Так ты читал! – радостно взвизгиваю я. – Черт, теперь хочу увидеть, как ты читаешь постельные сцены моих любимых романов. Красный, словно пожарный гидрант, Брайан Найт – звучит восхитительно.

Мы заезжаем на парковку огромного торгового центра и занимаем одно из свободных мест. И прежде, чем я успеваю дотянуться и расстегнуть ремень безопасности, оказываюсь прижата к креслу вдруг нависшим надо мной Брайаном.

Он оказывается так близко, что я вижу свое отражение в его глазах. Русые кудри непослушно лезут в лицо, а уголки губ нагло стремятся вверх.

Внутри сворачивается клубок страха и предвкушения.

– Что ты делаешь? – голос звучит хрипло, совсем не так, как я хотела бы.

Его рука сильнее сжимает ручку двери, на которую он опирается, и мне приходится проглотить восторг от того, как сексуально смотрятся его напряженные мускулы, обтянутые тканью. Нет. Это неправильно. Брайан не должен вызывать у меня подобных чувств. Это все лишь игра. Не больше.

– Думаешь, сможешь смутить меня книжками? – его голос звучит тихо, приятно, словно шелковые ленты касаются ушей, вызывая мурашки. – Скарлетт, хватит меня недооценивать.

Его рука вдруг оказывается на моем подбородке, а большой палец на приоткрытых губах. Кровь внутри вскипает, а я не двигаюсь, словно неотрывно читаю сцену из книги, желая узнать, что же будет дальше.

– Если так хочется узнать, каков я в постели, то зачем выдвигала свои условия вначале?

Да он просто издевается надо мной! Улавливаю, как дрожат от сдерживаемой усмешки его губы, и вот внутри вновь вспыхивает злость.

Отпихиваю его в сторону и спешу расстегнуть ремень безопасности. А заодно и спрятать полыхающее лицо.

– Да кому ты нужен, – ворчу себе под нос, как назло, не справляясь с конструкцией замка.

– Тише-тише, малышка, а то еще сломаешь свои коготки, – усмехается он, убирая мои руки и быстрым движением расстегивая ремень. Он вновь оказывается слишком близко. – А насчет твоих книг… Для исполнения этого желания придется дождаться падающей звезды.

– Пошел к черту.

Словно пуля вылетаю наружу и специально громко хлопаю дверью. Папа обычно очень злится, когда кто-то так делает, а это именно то, чего я хочу от Брайана: стереть довольство с его лица.

Но парень лишь натянуто улыбается и показательно, едва слышно закрывает дверь. Я не реагирую, ведь единственное, чего мне хочется в данную секунду: показать ему средний палец и убежать.

– Пойдем, – произносит Брайан, и мы направляемся в сторону входа в торговый центр.

– И во что ты хочешь вырядить меня, ковбой? Говорю сразу, удовлетворять твои сексуальные фантазии и наряжаться в горничную я не собираюсь.

– Ты хоть когда-нибудь молчишь?

– Не знаю. Мама говорит, иногда я и во сне болтаю.

– Боже, – стонет он, а я испытываю наслаждение, что наше совместное времяпровождение раздражает не только меня.

– Кстати, ты не ответил на мой вопрос.

– Думал, у нас такая традиция. Стоит напомнить, что ты до сих пор не рассказала, как стащила мои часы?

– Да брось ты уже эту тему! К тому же, как говорит моя подруга, в каждой девушке должна быть загадка.

– Ты настоящий бермудский треугольник, Скарлетт Мун.

– Приму это за комплимент.

– Как пожелаешь, – парень открывает передо мной дверь, и, поблагодарив, я вбегаю внутрь.

Далеко идти не приходится. Мы останавливаемся у первого же магазина с женской одеждой, и Брайан произносит:

– Просто выбери себе платье, а я оплачу.

– У меня есть деньги, – на самом деле это не совсем правда, только сегодня мой счет заметно опустел из-за новых книг, но я не могу так просто упасть в грязь лицом. – Впрочем, если ты настаиваешь, то так уж и быть.

Он хмыкает.

– Я очень настаиваю, Скарлетт. Но поторопись.

– Нельзя торопить женщину в таком деле, как шопинг!

Бесстыдно цитирую Дафну, хотя сама не очень люблю ходить по магазинам. Мерить одну вещь за другой, искать что-то подходящее, стоять в очередях… Это все так долго. Предпочитаю быстрый онлайн-шопинг. Но не могу отказать себе в удовольствии побесить Брайана.

– Пойдем, так уж и быть, разрешу тебе попускать слюнки, глядя на меня в секси-платьях.

– Боюсь, это чересчур большая честь для меня.

– Шевели ногами, Найт. Откуда мне знать, какое платье подойдет для твоих планов?

По дороге к примерочным хватаю несколько наиболее приглянувшихся мне вариантов и, оставив Брайана покорно ждать на диванчике, захожу за шторку.

Подпевая песне, звучащей из колонок в магазине, стягиваю свою одежду и накидываю первое платье: черное, облегающее тело, словно вторая кожа.

Коротким движением отодвинув штору в сторону, выставляю наружу только одну ногу, а затем плавно выхожу следом, рассчитывая произвести фурор. Но вместо того, чтобы смотреть мое представление, Брайан сидит в телефоне.

– Ой, да ладно! – недовольно топаю босой ногой, привлекая его внимание. – Это мне надо или тебе?

– Красиво, – вместо ответа на вопрос произносит Брайан, откидываясь на спинку дивана. – Прости. Я весь внимание.

Ты сам напросился.

Сдерживаю хитрую улыбку и кручусь вокруг своей оси, давая рассмотреть, как село платье. А село оно великолепно!

– Возьмем это? – он подскакивает, а я закатываю глаза и давлю на его плечи, усаживая обратно.

– Мы не возьмем первое попавшееся. К тому же не хочу постоянно оттягивать его вниз.

Ему приходится опустить взгляд на мои ноги, платье на которых вновь поползло вверх, открывая все больше кожи. А я специально не спешу его поправлять.

Вижу, как дергается кадык Брайана, как темнеют на мгновение его глаза, и, довольная произведенным эффектом, возвращаюсь в примерочную.

Второе платье оказывается не менее привлекательным. Глубокого красного цвета, оно делает акцент не только на ногах, но и на глубоком вырезе, выгодно подчеркивающем грудь.

Ухмыляюсь и взъерошиваю волосы.

В этот раз я выхожу сразу, но отыгрываю плавную кошачью походку.

– Что скажешь?

– Красиво.

Маска на моем лице дает трещину.

– Других слов в запасе нет?

– А что ты еще хочешь услышать?

– И после этого ты не хочешь ничему учиться у книжных парней, – подхожу ближе и наклоняюсь, глядя парню в глаза, пока он старается не пялиться на декольте, которое теперь еще сильнее притягивает к себе внимание. – Ты безнадежен, милый.

Подмигиваю и, не дожидаясь реакции Брайана, возвращаюсь в примерочную.

Слышу, как он хмыкает, приходя в себя, а сама не могу перестать улыбаться, словно умалишенная. Не помню, чтобы выводить кого-то из себя когда-либо доставляло мне столько удовольствия.

Увлеченная собственным ликованием, тянусь к молнии на спине и вдруг понимаю: ее заело. Улыбка мгновенно сменяется паникой.

Нет. Нет. Нет.

Но молитвы не слышит ни ад, ни рай, и молния не поддается моим стараниям.

– Твою же! – зажмуриваю глаза и успеваю удариться локтем о стену.

Кажется, карма перепутала свою жертву, но с этим уже ничего не поделать.

– У тебя все в порядке? – слышу голос Брайана, подошедшего к примерочной.

Так вот как ты решила поступить со мной, судьба? Это жестоко даже для тебя!

– Молнию заело, – прикусываю губу, морщась от собственных слов. В моем сценарии все было совсем иначе.

Ожидаемо, в интонацию Брайана вновь примешивается ехидство:

– Значит, малышке Мун нужна моя помощь?

Отдергиваю шторку и смотрю в искрящиеся весельем глаза.

– Ты можешь просто зайти и расстегнуть эту молнию, или мне придется выслушать целую речь?

– Книжные парни так и поступают? Молча выполняют приказы?

– Брайан.

– Слушаюсь, моя госпожа, – он заходит внутрь и возвращает штору на место, скрывая нас от посторонних взглядов.

Парень устраивается сзади и, собрав мои волосы, перекидывает их через плечо. Его пальцы коротко касаются спины, и мне едва удается не вздрогнуть от неожиданных всплесков огня на собственной коже.

– Ну что там?

Мое лицо горит, а легким не хватает воздуха. Мечтаю, чтобы все это поскорее закончилось, но сегодня карты против меня.

– Не торопи, – чувствую, как его попытки тянуть молнию вниз оканчиваются такой же неудачей. – Черт.

– Будь осторожен.

– Детка, я пытаюсь.

Он прикладывает все больше усилий, но молния никак не слушается. Брайан дергает, тянет застежку вниз, но все безуспешно.

Я уже готова предложить остановиться на этом платье, а дома просто разрезать его и выкинуть. Все равно платить за него не мне.

Но у парня все же получается. Правда, вместе с молнией он справляется и с самим платьем. От силы, с которой он тянул ткань, одна из бретелек не выдерживает и отрывается, отпуская половину лифа в свободное падение.

– Готово, – вздыхает он, а затем встречается с моим побледневшим лицом через отражение в зеркале. Его глаза скользят вниз и замечают, как я прижимаю к груди спадающее платье. – Ты без лифчика?

– Спасибо, капитан очевидность, – шок сменяется злостью.

– Эй, я просто пытался помочь.

– Ты переусердствовал, милый. А теперь, может, наконец выйдешь? Или ты рассчитываешь на бесплатный стриптиз?

– Не надо так кидаться на меня. Я не специально.

Меня пронзает укол вины. Он правда старался сделать как лучше, а я опять повела себя как стерва.

– Знаю, – опускаю глаза, крепче сжимая ткань в руках. – Прости. А теперь выйди, пожалуйста.

Не произнося больше ни слова, Брайан выполняет просьбу, оставляя меня наедине с чувством вины.

И так каждый раз, стоит мне остаться с парнем один на один. Вечно все порчу и перебарщиваю. Возможно, идея отца найти мне пару была не такой уж глупой, учитывая, насколько сама я безнадежна в этом вопросе.

По щеке начинает катиться соленая капля.

– Ну уж нет, – быстро стираю ее и шмыгаю носом.

Не место и не время, чтобы расчувствоваться, Скарлетт.

Наверное, это просто гормоны. Не буду же я серьезно плакать из-за такой ерунды.

Смотрю на порванное платье и страдальчески вздыхаю, принимаясь его снимать.

Все как всегда. Неудачница Скарлетт Мун.

Глава 7

Скарлетт

Продолжать примерку нет настроения. Единственное, чего мне сейчас хочется: вернуться домой и зарыться в куче подушек, обычно украшающих мою кровать.

Поэтому, отложив в сторону порванное платье, натягиваю обратно свою одежду.

В конце концов, скажу Брайану, что планы изменились. У меня рожает черепаха, и надо срочно ехать домой. И пусть никакой черепахи на самом деле нет. Я даже не уверена, как именно они производят на свет потомство. Откладывают яйца? Кажется, да. В любом случае это не имеет значения.

Я просто хочу домой.

Прежде чем выйти из примерочной, беру в руки красное платье и напоследок проверяю, не потекла ли тушь. Не хватало только Найту стать свидетелем моей истерики.

К счастью, макияж в норме, и я отодвигаю шторку в сторону.

Брайан оказывается совсем рядом. Он стоит, сложив руки на груди и опираясь спиной о небольшую перегородку между примерочными. С одного из его запястий свисает пакет с названием бутика, в котором мы находимся, и именно на эту новую деталь в его образе я непонимающе пялюсь.

– Давай, – Брайан забирает у меня порванное платье и протягивает этот самый пакет.

– Что это?

– К черту платья. Но ты не можешь поехать туда в своей футболке. Она неплохая, – непроизвольно складываю руки на груди, скрывая своего дракончика, чем вызываю у парня едва заметную усмешку, – но в клубе есть дресс-код. И я не хочу, чтобы люди подумали, будто я закадрил старшеклассницу. Переоденься, а я пока оплачу платье.

Он уходит раньше, чем я успеваю сказать хоть слово, и мне остается лишь смотреть на его удаляющуюся спину. Впрочем, не уверена, что сейчас нашла бы в себе силы возразить хотя бы на высказывание про старшеклассницу.

Продолжаю задумчиво смотреть на Брайана, на его ровную походку, уверенно поднятую голову и то, как он шагает через зал, держа порванное платье в руках, а затем взгляд смещается ниже, на его упругий зад.

Черт, этот парень и правда горячий пирожок.

Мой внутренний голос подозрительно похож на голос Дафны…

Трясу головой, надеясь прогнать появившиеся там мысли, и, взяв себя в руки, заглядываю в пакет.

Там оказывается усыпанный стразами розовый топ, схожий по цвету с платьем, в котором Брайан застал меня дома, и укороченная черная рубашка, заканчивающаяся чуть ниже, чем моя грудь.

Помимо одежды, внутри лежит небольшая бутылка. Заинтригованно вытягиваю ее наружу и читаю надпись на зеленой этикетке: «Мохито».

Вновь нахожу взглядом парня, занимающего место в очереди к кассе, и позволяю себе немного полюбоваться русыми завитками на его затылке. Но длится это недолго. Будто почувствовав, Брайан оборачивается и, заметив мои подглядывания, жестом показывает мне поторапливаться.

Закатив глаза, захожу обратно в примерочную, и только когда шторка скрывает мое лицо от других посетителей, позволяю себе улыбнуться.

– Это плохо, Скарлетт. Очень плохо.

Переодевшись, я в последний раз оглядываю себя в зеркале и выхожу.

Наш разговор с Брайаном ограничивается простым:

– Размер подошел?

– Да, спасибо.

Он кивает и протягивает руку, чтобы забрать у меня пакет с футболкой и пустой бутылкой. Я решаю не отказываться от предложенной помощи и, передав вещи, следую за ним к выходу.

Оказавшись на улице, наслаждаюсь вечерним ветерком и закатным небом, окрашенным во все оттенки оранжевого и красного.

Конец весны – моя любимая часть года. Не такая жаркая, как лето, и не настолько холодная, как зима. Золотая середина, собирающая в себя чудесные вечера и дни, наполненные красотой распускающихся цветов. Если бы не учеба, то это время было бы воистину идеальным.

Подхожу к машине, где Брайан вновь открывает передо мной дверь. В этот раз я не язвлю и не сопротивляюсь. И он, кажется, совсем не против немного побыть в тишине.

Мы срываемся с места и движемся в сторону клуба. Каждый пролетающий под колесами километр добавляет в чашу моей нервозности по огромной капле, все ближе подводящей к тому, чтобы ее переполнить.

– Ты вообще собираешься рассказать мне, что я должна делать?

– Просто веселись.

– Просто веселись, – пробую эти слова на вкус, и мне не нравится, насколько они горчат безразличием. – Звучит довольно размыто. Не боишься, что я выйду за грань?

– Я верю в твою способность оставаться адекватной, Скарлетт.

– Адекватной или покладистой? Поэтому ты задобрил меня напитком?

– Нет. Просто вспомнил, что задолжал тебе.

– Спасибо, но на всякий случай в следующий раз приноси не обычный лимонад.

Он усмехается. А я чувствую, как в груди разливается непозволительное тепло.

– Приму к сведению, – отвечает Брайан, и мне приходится отвести взгляд к окну, лишь бы он не заметил, как уголки моих губ отказываются опускаться.

Когда мы подъезжаем к клубу, небо успевает утратить свои краски, но не красоту. Тут и там на темном покрывале вспыхивают новые звезды, намекая о скором наступлении ночи.

– Готова? – спрашивает Брайан, отстегивая ремень безопасности.

– Знать бы еще к чему.

Выдыхаю, поправляя рубашку, а затем выхожу из машины следом за парнем, который продолжает оставлять мои вопросы без ответов.

В самом клубе оказывается довольно многолюдно, и это не может не удивлять, я и правда полагала, что в понедельник вечером тут будет лишь парочка особенно отчаянных. Но все выглядит совсем иначе, чем в моей голове.

Танцпол заполнен, с барной стойки напитки подаются один за другим, а на сцене музыканты выставляют инструменты, готовясь к выступлению.

Поглощенная происходящим вокруг, вздрагиваю, когда мою руку сжимает чужая – крепкая и сильная, – и мгновенно перевожу взгляд на стоящего сбоку Брайана.

– Не потеряйся, малышка Мун, – его губы едва касаются моего уха так, чтобы я наверняка услышала за шумом вокруг.

Сердце ускоряет свое биение. Наверное, подстраивается под ритм музыки. Такое ведь бывает?

Тем временем Брайан тянет меня к барной стойке и усаживает на удачно освободившийся стул. Сам он занимает пространство рядом. Людей вокруг оказывается настолько много, что мы все липнем друг к другу, словно сардины в банке. Мои коленки упираются в бедро Брайана, и, пока он не обращает на это никакого внимания, я чувствую, как от неловкости по щекам разливается румянец.

– Мохито, пожалуйста, – говорит он бармену, а я не могу сдержать усмешку. – Не могу же я оставить желания девушки неудовлетворенными. Уверен, книжные парни так не поступают.

Закатываю глаза и вновь смотрю на танцпол. Мысль оказаться среди этих толкающихся тел одновременно завораживает и пугает. С одной стороны, я совсем не против выпустить пар, отдавшись магии музыки, но с другой – находиться в давящей со всех сторон толпе кажется мне не самой приятной перспективой.

Впрочем, танцы могут и не входить в планы Брайана, какими бы они ни были.

Нечто мокрое и холодное вдруг касается моей лежащей на барной стойке руки. От неожиданности я ее отдергиваю и, отвернувшись от танцпола, вижу перед собой стакан мохито, протянутый Брайаном.

– Спасибо, – отвечаю я и скорее тянусь к трубочке, чтобы чем-то себя занять.

Пока делаю первый глоток, кто-то из протискивающихся к бару посетителей толкает Найта, вынуждая меня чуть развести колени в стороны. Теперь его бедра еще ближе ко мне и даже через слои одежды я чувствую исходящий от его тела жар.

Делать вид, что наше новое положение ничуть меня не волнует, оказывается непросто. Я не нахожу ничего лучше, чем играть беззаботность, безостановочно потягивая напиток.

– На всякий случай предупрежу, я не настолько благороден, чтобы потом не припоминать тебе твои пьяные подкаты, малышка Мун, – вдруг произносит Брайан, а я вскидываю на него пылающий взгляд, отставляя полупустой бокал в сторону.

– С чего ты взял, что я буду к тебе подкатывать?

– А я и не говорил про тебя. Это ты додумала сама.

От его довольной улыбки у меня горит лицо. Хотя, возможно, это от выпитого алкоголя и толпы вокруг.

– Когда там выступает твой друг?

И в этот момент музыка стихает, свет становится еще более приглушенным, а прожектор выделяет парня на сцене.

– Кажется, прямо сейчас, – отвечает Брайан, и мы вместе переводим внимание на сцену.

– Добрый вечер, дамы и господа. Мы, группа «Honey in the ocean», надеемся – вам понравится наше выступление.

Его слова сменяются соло на гитаре от другого участника, и почти сразу присоединяются все остальные.

Мурашки бегут по коже, а когда вступает солист, устраивают настоящий фестиваль, из-за которого волосы на затылке встают дыбом.

Завороженно смотрю на сцену, наслаждаясь каждой секундой. Песни, исполняемые ребятами, идеально подошли бы для плейлистов горячих книг. Включись одна из них у меня в наушниках во время чтения сцены, где главные герои, поддавшись проскочившей искре, начали бы сближаться в поцелуе, я бы запищала от восторга.

Тягучая, наполняющая живот бабочками музыка будто течет у меня по венам, заставляя чувствовать себя так, словно изнутри начинает струиться свет.

– Черт, они хороши!

– Согласен, – отвечает Брайан, а я немного смущаюсь. Не думала, что произнесла это вслух.

Впрочем, тут нет ничего такого, ведь ребята на сцене и правда невероятны.

Они играют еще несколько песен, и все это время я словно зачарованная ловлю каждое мгновение выступления. Словно боюсь упустить ту самую нить, что связала их музыку с моей душой. Я даже не решаюсь танцевать, позволяя себе лишь дергать ногой в такт ударным.

– Спасибо за внимание! Надеемся увидеть вас и на других наших выступлениях. Вы отличная публика! – с этими словами солист удаляется со сцены, а остальные участники группы принимаются убирать инструменты.

– Понравилось?

В ушах звенит от возникшей на секунду тишины, и я не сразу слышу вопрос Брайана. Но после смотрю на него, все это время подпиравшего барную стойку.

– Это было невероятно! Не понимаю, как они еще не прославились на весь мир? – поднимаю руки, указывая на мурашки на предплечьях. – Я все выступление их чувствовала! Черт, хочу все их песни себе в плейлист.

– Можно устроить, – слышу за спиной голос, что еще минуту назад звучал со сцены, и испуганно поворачиваюсь. – Привет, я Харви.

Парень протягивает руку и аккуратно пожимает мою. Вблизи он выглядит еще симпатичнее, чем со сцены. Мокрые темные волосы зачесаны назад, карие глаза бешено блестят, а дыхание сбито после энергичного выступления. Его руки, как и у Брайана, украшены многочисленными татуировками, но, в отличие от друга, Харви не ограничился лишь чернильными рисунками и сделал себе многочисленный пирсинг ушей, а также вставил в крыло носа аккуратное серебряное кольцо.

– Скарлетт.

– Знаю. Должен признаться, я фанат того, как профессионально ты обвела моего друга вокруг пальца с теми часами, – в его тоне читается искреннее восхищение, и я не могу сдержать улыбки.

– Спасибо. У меня было неудачное свидание с начинающим фокусником, но я постаралась выжать из него все лучшее.

– Да, Скарлетт у нас мастер добиваться желаемого, – ехидно замечает Брайан, и я легонько пихаю его коленом.

– Если бы ты не был так высокомерен, то с легкостью бы заметил, как я снимаю с тебя часы, – насмешливо отвечаю и возвращаюсь к своему мохито.

Брайан испепеляет меня взглядом, но я не реагирую.

– Кстати, – напоминает о своем существовании Харви, – кажется, я видел Ханну. Думал, она не придет, зная, что ты наверняка будешь здесь.

Перевожу взгляд на сцену, борясь с ощущением, что этот разговор не предназначен для моих ушей.

– Ты просто плохо ее знаешь, – чувствую, как напрягается Брайан.

Что ж, они сами начали говорить при мне.

– Кто такая Ханна?

– Моя бывшая.

Прикладываю к губам трубочку, осмысливая слова Брайана. И тут до меня доходит.

– Боже, только не говори, что с помощью меня собирался позлить свою бывшую!

– Типа того, – он забирает у меня из рук стакан и, отставив его в сторону, сжимает мои пальцы в своих. – Потанцуем?

– Это убого, Брайан, – а еще чертовски неприятно, но это я оставляю при себе. – Не хочу участвовать в подобном.

– Пожалуй, я вас оставлю. Сегодня я ведущий развлекательной программы, – неловко отходя назад, произносит Харви. – У нас там танцевальный конкурс… В общем, еще увидимся.

Он уходит, но никто из нас уже не обращает на него внимания.

Сейчас наши с Брайаном взгляды устремлены лишь друг на друга. Сталкиваясь в немой борьбе, они едва не заставляют воздух между нами искриться.

– Слушай. Я не собираюсь вызывать у нее ревность или что-то подобное. Просто хочу, чтобы она отстала от меня. Именно поэтому ты здесь.

– И ты думаешь, она отступит, увидев тебя с другой?

– Очень на это надеюсь.

Он с силой сжимает челюсти, обводя взглядом толпу вокруг, а на сцене вновь появляется Харви.

– И снова здравствуйте, дорогие посетители нашего заведения. Мы знаем, как вы любите, когда мы скрашиваем ваши понедельники особенными конкурсами. И этот день не станет исключением!

Надо заметить, он отлично вписывается в роль ведущего. А у меня в голове рождается идея.

– Раз так, – загадочно ухмыляюсь и беру Брайана за руку, – тогда у меня есть предложение поинтереснее.

Глава 8

Брайан

– Что ты делаешь? – спрашиваю у девушки, в данную минуту сжимающей мою ладонь и прорывающейся через толпу зевак в сторону сцены. – Что ты задумала, Скарлетт?

На мгновение она поворачивается, и я вижу, как искрится в ее глазах азарт.

– Хочешь, чтобы твоя бывшая нас заметила? Так давай увеличим масштаб представления.

Девушка продолжает идти, а мне приходится признаться самому себе – от хитрой улыбки на лице малышки Мун у меня по спине пробегает холодок.

Нет, правда. Я не знаю, чего ожидать от этой девушки. Что она решит вытворить в следующую секунду?

А еще у меня понемногу складывается ощущение, что она до глупости бесстрашна.

Даже сейчас, распихивая людей перед собой, Скарлетт абсолютно не обращает внимания на тех, кто остается позади. А стоило бы. Взять хотя бы жуткого мужика, смотрящего ей в спину. Да, сегодня у нее есть я, поэтому, всем своим видом показав громиле, что следует держаться подальше, еще несколько раз оглядываюсь, убеждаясь, усвоил ли он мое предупреждение. Но я же не всегда буду рядом.

Тем временем мы подходим к сцене, и Скарлетт тянет меня вверх по лестнице.

– Мы будем участвовать! – едва ли не на ухо Харви кричит девушка.

А до меня начинает доходить, что тут происходит.

И черта с два я пойду на такое.

Пытаюсь вырвать руку, но малышка Мун оказывается куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд, и впивается своими коготками мне в кожу.

– Еще раз дернешься, и тебе конец, – странно улыбаясь, сквозь зубы произносит она.

Получается достаточно пугающе, чтобы ненадолго остановить мои попытки побега.

– Скарлетт? – удивленно оглядывает нас Харви. – Но у нас не конкурс пар. Участники танцуют соло.

– Все верно, – тут же находится она. – Он не партнер. Он мой реквизит.

Харви, не скрывая, смеется надо мной, пока сам я прожигаю взглядом ее спину. Но Скарлетт и не думает оборачиваться.

Чертовка.

– Окей, – парень возвращается к микрофону. – Первый участник уже на сцене! Давайте все вместе поддержим красотку по имени Скарлетт! А остальные желающие могут подойти и записаться у барной стойки.

Следуют громкие аплодисменты. А у меня лишь одно желание – провалиться сквозь землю. Мне не нравится ни внимание толпы, ни непонимание того, что меня ждет дальше.

Но Скарлетт чувствует себя в своей тарелке. Она уверенно усаживает меня на стул посреди сцены и шепчет едва слышное:

– Попытаешься сбежать, можешь попрощаться с достоинством у себя в штанах.

Не дав мне возразить, девушка направляется к диджею, судя по всему, договориться о музыке для выступления. А я провожаю ее взглядом, не решаясь смотреть на толпу перед собой.

Никогда не думал, что девчонки, живущие скорее в библиотеке, нежели в нормальной спальне, способны на такие перформансы. Хотя, может, я просто зря заказал ей тот мохито? Или стоило бежать, завидев количество пометок восемнадцать плюс на корешках ее книг? В любом случае, кажется, сегодня именно тот день, когда я начну бояться женщин с красивой улыбкой.

Разобравшись с диджеем, Скарлетт становится передо мной, оставив между нами не больше шага. Она расстегивает пуговицы на своей и без того не особо скрывающей что-либо рубашке, которую мне всучила одна из продавщиц в магазине одежды, а затем смотрит на меня с играющей на губах улыбкой.

– Спрашиваю еще раз: что ты задумала, Скарлетт?

Она откидывает волосы назад. Смотрит на меня сверху-вниз.

– Тебе понравится. Обещаю.

Мне приходится сглотнуть искрящееся на кончике языка чувство предвкушения.

Стоит заиграть первым аккордам знакомой песни BRKN LOVE – «River», как выражение на лице Скарлетт меняется. Становится сексуальным. Дерзким. Вполне подходящим ее ноге, которую девушка ставит на стул прямо у меня между ног.

Не отойдя от первого выпада, чувствую, как руки Скарлетт проходятся по моим плечам, пока сама девушка обходит стул по кругу, будто готовясь к атаке. Она двигается плавно, словно кошка, приковывая к себе взгляд каждого посетителя клуба.

А потом в песне начинается припев.

Не улавливаю момента, когда она оказывается на моих коленях, активно двигая бедрами и проводя по моему телу руками. Наблюдаю за этим, затаив дыхание, а когда она кладет мои ладони на свою талию, послушно сжимаю ее и даю малышке Мун выгнуться в спине.

Черт, она и так умеет?!

Успеваю подумать я, а девушка уже встает и продолжает двигать телом под ритм музыки, пока вокалист в колонках вовсю орет припев.

И я чувствую себя этой рекой, о которой он поет. Я готов следовать за ней, готов разрубить землю насквозь, лишь бы продолжать смотреть, как она двигается.

Но от мысли, что за этим наблюдаю не я один, внутри просыпается злость, которая, впрочем, быстро уходит на задний план, ведь, откинув рубашку в сторону, Скарлетт возвращается на мои колени. И это так правильно, будто я появился на свет только для того, чтобы она заняла это место.

Танец становится энергичнее, как и трение девушки о меня. Блеск ее топа слепит глаза, а близость губит душу. Чувствую, как в штанах становится теснее, но едва ли это способно отвлечь меня от нее.

То, как она светится, пахнет, двигается. Я хочу вкусить это все.

Поэтому, когда слышатся последние аккорды, готов застонать, а после закричать, моля ее станцевать на бис. Но прежде, чем из моего рта успевает вылететь хоть звук, на него обрушиваются мягкие губы Скарлетт.

Она целует меня яростно, сразу проникая языком в рот, а я успеваю лишь следовать за ней. Ее руки сжимают футболку на моей груди, а зубы игриво прикусывают нижнюю губу. И стоит моим рукам коснуться ее талии, притянуть ближе, девушка тут же отстраняется.

Тяжело дыша, с огромными от возбуждения зрачками она лишает меня дара речи.

– Ну как, я утерла твоей бывшей нос? – усмехается Скарлетт.

А я думаю, какая же она глупая. Кем еще надо быть, чтобы подумать, будто во время такого танца я буду смотреть на кого-то кроме нее.

Стояк в штанах не даст мне соврать.

– Определенно.

Во рту пересохло, а с глаз все еще не спало наваждение. Черт, девочка, ты настоящее воплощение похоти! Но говорить это вслух – значит признавать свое поражение, а я не уверен, справится ли Скарлетт с опьяняющим действием победы.

– Тогда на сегодня все.

Она хлопает меня по плечу и намеревается слезть с моих коленей, но я удерживаю ее на месте. Если она встанет, то перед толпой возникнет прекрасная картина в виде выпуклости в моих штанах. А к этому не готов уже я.

– Ты собираешься просто уйти? – сжимаю челюсти, сдерживая стон удовольствия от того, как Скарлетт мимолетно задевает мой член.

Боже, чувствую себя подростком, лопающимся от гормонов.

– Ну да, – заправляя волосы за уши, просто отвечает она. – Задача выполнена, а мне уже пора. Хорошего вечера, милый. И до встречи в выходные.

– Скарлетт, ты не можешь просто встать и уйти.

Я киваю на свои штаны, а девушка невинно улыбается и тянется к моей щеке, оставляя короткий поцелуй.

– Не переживай. Пусть все знают, как велика наша любовь.

Хихикая, она вскакивает и убегает прочь. Благо рядом вырастает Харви с кубком в руках. Его он и вручает мне, позволяя прикрыться и встать со злосчастного стула.

– Скарлетт сказала, тебе он нужен больше, – хмыкает Харви, и я бы с удовольствием ответил на это парочкой колкостей, но вместо этого бегу вслед за девушкой.

Сбегаю со сцены, рассчитывая разглядеть Скарлетт в толпе, но той и след простыл. Будто все это время она была лишь моей фантазией. Выдумкой. Но пылающие от поцелуя губы говорят сами за себя.

– Кажется, твоя Золушка сбежала, не оставив даже туфельки, – звучит за спиной голос Харви.

– Ничего. Я знаю, где ее искать.

Опускаю взгляд на кубок, а перед глазами вновь вспыхивает ее танец. Вот же чертовка!

Пытаясь отвлечься, чтобы не ходить весь вечер с трофеем у паха, обращаюсь к другу:

– Она реально выиграла? Конкурс же только начался.

– Мы дарим их всем, – складывая руки на груди, Харви кивает на ряд небольших кубков у бара. – Но она и правда крута. Обычно записывается куда меньше людей, но, кажется, сегодня Скарлетт стала причиной, по которой каждая находящаяся здесь девушка почувствовала необходимость доказать, что она способна выступить куда лучше. Поэтому нас ждет много занятных номеров.

Я киваю, но в голове крутится навязчивая мысль: никто не переплюнет Скарлетт. Делаю вдох и ощущаю нехватку вишневого аромата ее кожи.

– Кстати, оказывается, я ошибся. Судя по социальным сетям, Ханны нет в городе. Так что вряд ли я мог видеть ее со сцены.

Мне нужна пара секунд понять, о ком идет речь. В голове лишь любительница маек с детскими принтами. И представлять ее танцующей в той самой футболке с драконом кажется мне забавным.

Но потом я вспоминаю о Ханне и немного прихожу в себя.

– Может, ты и прав, – выдыхаю и направляюсь к барной стойке, всучив Харви ключи от машины. – Сегодня ты за рулем.

– Но это несправедливо! – кричит мне вслед друг, но я не обращаю на это внимания.

Надеюсь, текила поможет мне выкинуть Скарлетт из головы. В конце концов, она всегда помогала мне терять память.

Глава 9

Скарлетт

Где-то высоко в небе огненным шаром горит весеннее солнце, оставляя на носах людей чудесные веснушки и загар. Но до нас доходят лишь его одинокие лучи, прорывающиеся через листву могучего дуба. Они едва касаются кожи, приятно щекоча и даря ощущение умиротворения.

Закрыв глаза, я лежу на нашем привычном столе, пока доски, из которых тот сколочен, впиваются в спину, а рядом, не прекращая, щебечет Дафна.

– Какой гад дает настолько масштабный проект в конце года? Я понимаю, что в следующем семестре мистера Гомеза сменит другой чопорный придурок, но неужели нельзя расстаться на позитивной ноте?

– Не переживай ты так, – лениво потягиваюсь, наслаждаясь отличной погодой, словно лежащий на солнце кот. – Уверена, ты справишься.

– Конечно, справлюсь. Дело-то совсем в другом! У меня все было расписано: идеальное соотношение подготовки к экзаменам и шопингу в преддверии отдыха на островах. А что теперь? Придется впихивать в расписание чертов проект по бизнес-аналитике.

– Купишь меньше купальников для двухнедельного отдыха.

– Лучше заткнись, – она щелкает меня по лбу, но сразу же ставит на место удара холодный стакан кофе. – Кстати, мы так и не обсудили ваш с Брайаном поцелуй.

Жалостно стону, забирая у Дафны свой стакан, и поднимаюсь, делая долгий глоток кофе. Надо же как-то оттянуть момент, когда нам все же придется это обсудить.

Естественно, она узнала о моем выступлении в клубе в тот же вечер. И долго ныла в трубку, как жалеет о пропущенном зрелище, а потом начала молиться, чтобы кто-нибудь выложил видео со мной в интернет. Я же просила Бога об обратном. Не хватало еще родителям увидеть, как отрывается их дочурка. Не для этого они все детство водили меня на танцы.

Впрочем, стоит сказать им за это спасибо, ведь еще в раннем возрасте танцы стали моей отдушиной. Занятием, дающим уйти от собственных мыслей, отдохнуть сердцем, пока тело нагружено физически.

Да и физиономия Брайана определенно стоила всех лет подготовки. Мне начинает нравиться, как каждый обретенный в этой жизни навык удается использовать с целью в очередной раз взорвать Найту мозг. Это становится моим новым хобби.

А насчет того поцелуя…

– Я не собиралась это делать. Оно как-то само…

– Да, ваши рты просто легли один на другой. Бывает. Стандартная ситуация. А потом твой язык сам телепортировался в его рот.

– Я не говорила, что мой язык был у него во рту!

– Но он же был? – ехидно подмигивает Дафна.

– Это не имеет значения.

– Боже, Скарлетт, подумаешь, твой язык заглянул к нему в глотку. Просто признайся себе в этом!

– Фу! Не говори об этом так.

Меня передернуло от картинки, которую в голове нарисовала моя богатая фантазия.

– Как это ни назови, сам факт не изменится, – довольно улыбаясь, она закидывает ногу на ногу, отчего ее и без того короткая юбка задирается выше. – Вообще не понимаю, чего ты так стыдишься. Он красивый парень. Ты сексуальная девушка. Искры между вами логичнее, чем математика в младшей школе.

– Нет между нами никаких искр.

– Ну хоть себе-то не ври.

Словно пристыженный ребенок, прячу взгляд в стаканчике с кофе. Вру ли я себе? Да, что-то определенно происходило в клубе. Но не часть ли это моей все той же богатой фантазии? В конце концов, разве возбудить Брайана Найта так сложно? Не думаю. А в остальном между нами не происходило ничего такого. Да, наше общение походит на шутливый флирт, но не думаю, что это делает меня особенной в его глазах.

Так есть ли эти искры на самом деле?

– Ладно, – прерывает мои размышления Дафна, – к черту прошлое. Давай обсудим будущее. В выходные день рождения твоей ба. Он придет?

– Должен. Иначе я его из-под земли достану.

В моем тоне появляются металлические нотки угрозы. Он сам заварил эту кашу с ба, так пусть теперь отвечает за содеянное.

– Надеюсь, в этот раз ты ничего у него не украла?

– Да что вы все цепляетесь? Было-то один раз!

– Что было один раз?

Рассерженно ковыряя край стола, слышу голос, которого здесь быть не должно, и сразу же оборачиваюсь. Как всегда, излучая добродушие, у нас за спинами стоит Натаниэль. Он поправляет светлые волосы свободной рукой, пока второй сжимает лямку рюкзака, свисающего с плеча.

– Привет, – его голубые глаза красиво блестят на солнце, пока он не заходит в тень дуба.

– Привет, – чувствую, как щеки покрываются красными пятнами, пока в голове происходит анализ того, что парень мог успеть услышать. – Да так, девчачьи секреты.

Боже, ну и бред вылетает из моего рта! Но не могу же я сказать ему: да так, попалась на воровстве, а теперь мне без конца это припоминают. Такой катастрофы моя репутация не выдержит.

Репутация… Она у меня вообще есть?

– Понял, – усмехается Нат, и на его щеках появляются ямочки. – Тогда не буду мешать. Я просто хотел спросить, придешь ли ты на вечеринку в честь окончания года?

– Не знала, что кто-то ее устраивает.

Неудивительно, ведь все вечеринки, на которых я появляюсь, обычно проходят у Дафны дома. И этого мне вполне хватает.

– Решилось час назад. Место проведения – мой дом, буду рад видеть вас обеих.

Он бросает короткий взгляд на Дафну, которая кокетливо крутит прядь волос меж пальцев. А я едва сдерживаю смех.

– Спасибо за приглашение, милашка. Мы подумаем, – выдает подруга, прежде чем я успеваю как следует все обдумать.

– Хорошо. Тогда до встречи.

Бросив мне напоследок одну из своих фирменных улыбок, Натаниэль уходит в направлении кампуса. Я провожаю его спину взглядом, но отвлекаюсь, когда Дафна со звоном шлепает меня по ноге.

– Ауч! – недовольно смотрю на подругу, потирая место удара. – Ты решила меня сегодня избить?

– Не преувеличивай, – фыркает она. – Почему я упустила момент, когда вокруг тебя стало крутиться столько красавчиков? Он не сводил с тебя глаз!

– Тише ты! – одергиваю девушку, опасаясь, что Нат ушел недостаточно далеко. – Не преувеличивай. Мы просто учимся вместе.

– Как скажешь, – она вскидывает руки в жесте капитуляции. – А что насчет второго красавчика, с которым вы просто целовались? Уверена, он тебе это припомнит в выходные.

– Не знаю, – стону и вновь ложусь на твердый стол, но в этот раз голову кладу на ноги Дафны. – Я уже сотню раз пожалела об этом.

– А смысл жалеть, милая? – ее тонкие аккуратные пальцы невесомо касаются моих волос, поглаживая. – Молодость одна, поэтому делай глупости и создавай воспоминания! К тому же вдруг Найт окажется тем самым, кто сможет затмить твоих книжных парней.

– Сомневаюсь, – фыркаю я. – К тому же не уверена, что наша договоренность проживет дальше бабушкиного дня рождения. Думаю, нам не стоит продолжать эту странную затею.

– Ну не знаю. На твоем месте я бы выжала из этого красавчика все соки. В конце концов, ничто не мешает тебе узнать, каков он в постели. Надо же как-то перекрыть тот опыт из старшей школы, раз уж остальные с этим не справились.

– Не хочу об этом вспоминать! – зажмуриваюсь, пытаясь прогнать навязчивые образы, пляшущие перед глазами. – Мне хорошо и без отношений. Почему я вообще должна искать кого-то, терпеть его попытки изменить меня и мои привычки?

Дафна тяжело вздыхает, проводя большим пальцем по морщинке между моих бровей.

– Для любительницы романов у тебя какое-то совсем неромантичное представление об отношениях.

– Потому что мы живем не в книге. Забыла? Сама мне постоянно напоминаешь об этом.

– Я много чего тебе говорю, но ты услышала лишь это?

– Нет. Еще твое наставление о том, что нельзя мешать текилу с вином. Особенно, если не хочешь наутро стать зомби с амнезией.

– Отличный совет, – она едва ли не хлопает саму себя по плечу, гордо вскидывая голову. – Но лучше оставь в голове мысль о том, что отношения – это одни страдания. И нельзя рисковать, делая только сумасшедшие поступки по типу танцев на сцене или воровства. – Закатываю глаза. Сколько еще раз мне это припомнят? – Попробуй позволить себе влюбиться. Убедись, что это не так ужасно, как в твоих воспоминаниях.

Следует пауза. Возможность набрать в легкие воздуха и разложить все в голове по полочкам. Я закрываю глаза и вслушиваюсь в звуки вокруг. Шум студентов у озера. Шелест листвы над головой. И тревожное биение собственного сердца.

– Я боюсь, – не открывая глаз, еле слышно шепчу.

Даже не уверена, разберет ли Дафна мои слова. Но она умудряется сделать это. Как и всегда.

– Знаю, – ее пальцы сплетаются с моими. – Но я всегда буду рядом – отомстить тому, кто тебя обидит. Не сомневайся.

Глава 10

Скарлетт

Праздники в нашей семье всегда больше напоминали эмоциональные качели. Фестиваль, где вместо салюта в конце ты получаешь словарем по голове.

Вмещая в себя радушие дедушки и вечное недовольство ба, каждое событие, собирающее в их загородном домике всех членов нашей большой семьи, становилось незабываемым. И чаще всего не в лучшем ключе.

Почетное место среди подобных мероприятий, конечно же, занимают дни рождения бабушки. В семейных альбомах без проблем можно различить фотографии с этих празднеств по особенно натянутым улыбкам собравшихся. В такие дни ба обычно отрывается по полной, еще больше, чем обычно, критикуя все и всех.

Подойти под ее критерии «хорошего» почти невозможно. И если я отбросила попытки угодить ба во всем, оставив лишь некоторые аспекты в виде учебы и внешнего вида, то мама вынуждена продолжать сражение за ее одобрение. Поэтому каждый раз они с тетей Маргарет, женой папиного брата, соревнуются в этом между собой, будто младшеклассники, собирая наклейки звездочек за достижения.

Эти олимпийские игры подхалимства всегда раздражали, но сегодня им удается достичь своего пика. Ведь меня, без моего на то согласия, втягивают в этот бессмысленный забег.

– Слышала, ты должна была прийти с парнем, – неприятным гнусавым голосом произносит моя кузина Гвен. – Неужели он уже бросил тебя, Карли?

Ее непрошеные комментарии выводят из себя, как и прозвище, которым она называет меня с детства, прекрасно зная – такого сокращения у моего имени нет. Там вообще нет сокращений! Но мне приходится сдерживаться и продолжать мило улыбаться.

Не знаю, с чего началась наша с Гвен взаимная неприязнь. Возможно, виной всему вечное соперничество в нашей семье, а может, тот факт, что в три года эта стерва задула свечи на моем торте. Впрочем, это неважно. Мне не так часто нужно терпеть ее общество. Правда, каждый раз руки так и тянутся придушить гадину.

Ее надменный вид, противная ухмылка и показательные прикосновения к парню, сидящему рядом, – все это якобы должно вызвать у меня зависть, но на деле вызывает рвотные позывы. И тем не менее мама не обрадуется, увидев чудесные узоры от остатков фуршета на платье, которое так долго для меня подбирала. А потому я лишь сильнее сжимаю кулаки под столом.

– Он опаздывает, – выдавливаю из себя и тут же запиваю оставшиеся на языке ругательства шампанским.

Лицо Гвен, обрамленное рыжими кудрями, едва не трещит от самодовольства:

– Как жаль! Бабушка так не любит непунктуальность. – Ее зеленое платье шуршит, когда кузина вновь касается руки своего парня. – Вот Питер специально освободил свое расписание, чтобы быть вовремя.

Тот самый Питер абсолютно не обращает внимания на ее слова, продолжая увлеченно разглядывать кого-то вдалеке.

Освободил расписание. Едва сдерживаю смешок. Что этот маменькин сынок мог отменить? Игру в приставку или очередной поход в бар без своей дорогой девушки? Я подписана на него в социальных сетях – и ничуть не стесняюсь своего любопытства – и, глядя на его профиль, никто никогда не догадается о наличии у него девушки.

Но это совсем не мешает Гвен хвастаться своим суженым направо и налево, словно их отношения – ее самое большое достижение.

Раздражают.

– Не у всех есть столько свободного времени, как у Питера, – все же не выдерживаю и со сладкой ухмылкой, от которой болят щеки, произношу я. – Прошу меня простить.

Беру в руки полупустой бокал шампанского и встаю из-за стола. Гвен наверняка расценит это как свою победу, но она никогда не отличалась особым умом. А я слишком устала от ее компании.

На ходу допив остаток игристого, отдаю пустой бокал проходящему мимо официанту и достаю из сумочки телефон.

Я написала Брайану больше часа назад, но он даже не удосужился прочитать мое сообщение. Неужели решил меня кинуть? Или обиделся, что я оставила его тогда в клубе? Ох уж эти мужчины с их нежным эго! Бесят.

Бросаю телефон обратно в сумочку и поправляю платье. Сегодня это ниспадающее по фигуре, словно морская волна, нежно-голубое платье из легкого приятного материала. Мамин вкус как всегда не подвел, хоть ба и не хочет это признавать. Но, несмотря на отличный фасон и прочие достоинства, есть в этом платье один значимый минус: постоянно спадаю-щие бретельки, которые скоро вынудят меня начать убивать.

Чудесная весенняя погода позволяет провести сегодняшнее мероприятие на открытом воздухе, а точнее, на заднем дворике загородного дома бабушки и дедушки. И все бы ничего, но солнце жалит беспощадно, а в паре с выпитым шампанским меня начинает прилично пошатывать. Но я совсем не в той ситуации, когда могу спокойно расслабиться.

Не когда рядом Гвен, только и поджидающая моих промахов.

Поэтому, рассчитывая немного прийти в себя, направляюсь в дом. Стакан воды со льдом и холод кондиционера – вот что мне действительно нужно.

Зайдя внутрь, я искренне надеюсь никого там не встретить. Но стоит подойти ко входу в кухню, как до моих ушей доносятся голоса ба и тети Маргарет.

– Думаю, через год мы уже будем гулять на их свадьбе, – щебечет тетя, позвякивая массивными золотыми браслетами. – Они с Питером такая прекрасная пара! Он так возится с ней, пока у самой Гвен глаза горят от влюбленности.

Перед тем как зайти в кухню, закатываю глаза.

– Все возможно, – не особо заинтересованно отвечает ба, а затем ее цепкие глаза улавливают мое присутствие. – Скарлетт, милая, что-то произошло?

Приходится выйти из тени.

– Все хорошо. Просто немного перегрелась, – Маргарет даже не пытается скрыть раздражение от моего появления. – Извините, что помешала.

– Ничего, – наигранно сладко произносит тетя и делает глоток шипучей жидкости из бокала. Они с Гвен выглядят словно близняшки. У них одинаковые рыжие волосы, карие глаза и хитрый прищур. На семейных мероприятиях они всегда одеты в одной цветовой гамме, и даже сегодня на матери, как и на дочери, изумрудный шелк. – Скажи, Карли, – стискиваю зубы, наполняя стакан водой. Как говорится, яблоко от яблони, – правда же Питер и Гвен чудесно смотрятся вместе? Не могу нарадоваться, когда вижу этих голубков!

– Мг, – тоже делаю глоток, спасая себя от многословных ответов.

– Кстати, разве сегодня мы не должны были познакомиться и с твоим кавалером?

Какие все осведомленные! Не семья, а новостное бюро.

– И правда, – подхватывает ба. – Брайан придет? Или у вас что-то случилось? Он такой чудесный мальчик! Я хотела познакомить его со всеми.

На лице тети сливаются ликование и обида. Да, об избраннике ее дочери так хорошо никогда не отзывались. Не уверена, запомнила ли вообще ба его имя. С другой стороны, в отличие от Брайана, он хотя бы здесь.

– Он опаздывает.

Нервно сжимаю холодный стакан в ладонях и опираюсь на столешницу позади. В конце концов, совсем не прийти – это тоже своего рода опоздать. Так ведь?

– Как некрасиво с его стороны, – все больше злорадствует тетя Маргарет. – Сегодня достаточно веский повод, чтобы отложить все дела! Вряд ли могло случиться нечто, способное оправдать столь сильное опоздание.

И будто в противовес ее словам, из коридора доносятся мужские голоса. Один из них точно принадлежит домработнику, отвечающему сегодня за приветствие гостей. А когда я узнаю второй тембр, по позвоночнику тут же пробегают мурашки.

Он пришел.

– Добрый вечер.

Подтверждая, что я не сошла с ума и не начала слышать голоса в голове, на кухне появляется Брайан. Одетый в костюм и белоснежную рубашку, он ничуть не теряет своего хищного шарма. Под расстегнутыми пуговицами проглядывают его тату. Волосы непослушно растрепаны, а с его кудряшками это смотрится чертовски сексуально. В руках он сжимает огромный букет розовых лилий – любимых цветов ба.

– Прошу простить за опоздание. Пришлось задержаться на работе, – он кидает на меня короткий взгляд, успевающий прогуляться по моему телу и заставить затаить дыхание. – С днем рождения, миссис Мун. Для своих восемнадцати вы выглядите чересчур молодо. Вы нас случайно не обманываете?

Мистер подлиза подходит ближе и дарит ба цветы, пока та светится от его комплиментов.

– Брайан, ты заставляешь меня краснеть, – смеется она. – Спасибо, это мои любимые цветы!

– Я знаю, – он подмигивает, а бабушка вновь заливается кокетливым смехом.

– А что же, свою девушку ты решил оставить без цветов? Как-то не по-джентельменски, – от злости и алкоголя лицо тети Маргарет пылает алым.

Если честно, мне хочется подойти и пихнуть ее, но едва ли подобный выпад будет стоить свеч. Однако и оставить ее реплику без ответа не получится. И пока в моей голове лишь генерируется достаточно вежливый и лишенный ругательств ответ, Брайан кидает в сторону женщины скучающий взгляд.

– Ну что вы. Просто я знаю, моя девушка предпочитает цветам другое, – уголки его губ поднимаются в полуулыбке, когда он достает из-под пиджака нечто по размерам подозрительно напоминающее книгу и упакованное в милую бумагу с динозаврами. Подойдя ближе, он вручает мне загадочный подарок и, приобняв за талию, целует в щеку: – Привет, малышка.

– Привет, – едва слышно отвечаю я.

Во рту пересыхает, отчего язык липнет к нёбу. Но я стараюсь взять себя в руки.

– Ты опоздал.

– Прости, – он не сводит с меня глаз, проникая в самую глубь, где все уже сгорает от одного его присутствия.

– И что же там? – вновь привлекает к себе внимание Маргарет.

Нет, ну насколько раздражающая дама!

– Да, мне тоже интересно, – соглашается ба, и мне все же приходится заглянуть внутрь.

Аккуратно вскрываю упаковку, еще раз любуясь забавными динозаврами, а затем вытягиваю содержимое наружу.

– Книга? – фыркает тетя.

А я не могу поверить своим глазам. Провожу рукой по выпуклостям обложки. Мне нужно время осознать, что это не сон.

– Эксклюзивное издание «Любви отчаянных», – поворачиваю обложку, чтобы ба с тетей тоже могли увидеть эту невероятную красоту. – Моя любимая книга, – все еще не веря, смотрю на Брайана. – Но ее же уже не купить. Было издано всего сто экземпляров. Я больше года пыталась поймать ее на разных сайтах, но никак не получалось.

– Для моей малышки я найду что угодно, – он касается ладонью моей щеки, а я чувствую, как сердце в груди сходит с ума.

Что, черт возьми, здесь происходит?!

– Мило. Но ты не должен поощрять эти побеги Карли от реальности.

Боже, кто-нибудь, заткните наконец эту женщину!

– Карли? – непонимающе хмурится Брайан. – Я думал, у имени Скарлетт нет сокращений.

– Нет, – киваю я.

– В любом случае, не вижу ничего плохого в увлечении Скарлетт книгами, – его рука вновь оказывается на моей талии, притягивая ближе, пока сама я прижимаю новую жемчужину своей коллекции к груди. – Что в этом может быть плохого?

– Это ребячество! – распаляется Маргарет.

– Едва ли, – спокойно противостоит ей Брайан. – Отличное хобби. Тем более что каждый сам выбирает, на что тратить свою жизнь. Или вы так не считаете?

Маргарет начинает жевать губу, наверняка раздумывая, как поставить Брайана на место и при этом не упасть в глазах ба.

А я тем временем чувствую, будто таю. Стоять ровно становится все сложнее – и не только от пальцев парня, которые прямо сейчас выводят узоры на моей обнаженной спине. Дело в том, что еще никто в этой семье не отстаивал мои интересы. Даже мне самой приходилось постоянно отмалчиваться, ведь доказать тут кому-то свою точку зрения почти невозможно, и я лишь зря потрачу время, так еще и скорее всего разрыдаюсь в конце.

Но Брайан… Он встречает пылкость моей тети с ледяной стойкостью. И прямо сейчас я не могу не проникаться к этому парню симпатией.

– Ладно вам, – вмешивается ба, все это время так же молча наблюдавшая за происходящим. – Брайан, милый, лучше расскажи мне, где ты работаешь?

– Да-да, где же ты так задержался? – продолжает свои нелепые атаки тетя.

– Маргарет! – одергивает ее ба. – Где ты растеряла свои манеры?

От стыда, застывающего маской у той на лице, я чувствую себя немного лучше.

– Все нормально, – вступается Брайан, и я едва не щиплю его за бок.

Не мешай мне наслаждаться ее поражением, глупый мужчина!

– Я программист в Коллинз Технолоджис.

– Неожиданно, – произносит нашу общую мысль ба. – Я думала, ты работаешь в фирме своего отца.

– Это было бы не так интересно, – хмыкает он.

– Может, после выпуска Скарлетт тоже устроится туда на стажировку? – с мечтательным видом предлагает ба.

– Все возможно, – стискиваю зубы и отстраняюсь от прикосновений Брайана. – Мы, наверное, пойдем. Не можем же мы так долго отнимать у других гостей возможность поговорить с именинницей.

Хотя, думаю, они и не особо жалуются, спокойно наслаждаясь фуршетом. Но пора нам передать эстафету.

Тут же хватаю Брайана за руку и тащу к выходу.

Мы быстро выбираемся наружу и уже двигаемся к отведенному нам столу, как вдруг он тянет меня на себя. Я едва не падаю на траву, но сильные руки успевают удержать меня над землей.

– Что ты делаешь? – шиплю я, оказавшись в объятиях Найта. – Мало того что опоздал, так еще и опозорить меня хочешь?

– Кажется, все это время я действовал полярно наоборот, – хмурится он, помогая мне вновь найти равновесие. – А за опоздание уже извинился.

Непроизвольно кидаю взгляд на его губы и проклинаю выпитое шампанское, вновь вступившее в игру. Напоминание, насколько они мягкие и приятные, кувалдой бьет по голове, отзываясь импульсами где-то внизу.

– Ты в порядке?

– Да, – возможно, чересчур резко отвечаю я и отстраняюсь, приглаживая волосы. – Почему ты не ответил на мое сообщение? Мог хотя бы предупредить. Я думала, ты решил меня кинуть.

– Прости.

От количества извинений на квадратный метр мне начинает становиться неловко.

– Ладно, забыли. Слушай внимательно, – поправляю его пиджак, боясь вновь потеряться в изумрудных лесах его глаз, – сейчас я познакомлю тебя с кузиной. Она та еще стерва, но придется потерпеть.

– Хорошо.

– Решил быть покладистым? – язвлю я, все же вскидывая голову.

– Просто хочу отплатить за хорошую работу в клубе, – приблизившись, он целует кончик моего носа, а затем берет за руку. – Ведите, моя госпожа.

Лицо начинает краснеть, но я показательно закатываю глаза и направляюсь в нужную сторону.

– Пошли.

Глава 11

Скарлетт

Когда до того стола, где надменной фурией восседает моя кузина, остается всего пара шагов, Брайан вдруг отпускает мою руку.

Мне совсем не нравится ощущение пустоты, охватывающее меня, когда ладони вдруг касается порыв ветра. Но прежде чем я успеваю повернуться и узнать, что происходит, чувствую, как пальцы Брайана скользят по спине, а затем удобно устраиваются на талии.

– Расслабься, – шепчет он, а я прикусываю щеку изнутри.

Ну конечно, так я точно расслаблюсь быстрее. Гений.

Стоит нам поравняться с пустующими в ожидании хозяев стульями, Гвен тут же оценивающе оглядывает нас: в основном, конечно же, Брайана.

Выкуси, сучка, – так и хочется крикнуть мне, но я лишь наслаждаюсь на секунду промелькнувшей на ее лице завистью. Да, Брайан определенно превосходит все ее ожидания. А во мне, пожалуй, чересчур велико желание показать ей язык.

– Снова привет, – победно улыбаюсь и приобнимаю Найта, наслаждаясь взбухшей на лбу кузины венкой. – Познакомьтесь, это Брайан – мой молодой человек.

Пока Гвен пытается проглотить свою зависть размером с айсберг, из-за которого потонул «Титаник», с лица ее парня сходят краски, оставляя на месте привычного безразличия нечто похожее на испуг.

– Привет, Питер, – подмигивает ему Брайан.

– Вы знакомы? – удивленно перевожу взгляд с одного на другого.

– Стояли вместе в очереди в уборную, – хмыкает Найт, – правда, Пити?

– Ага.

Бледность на его лице сменяется стыдливым румянцем. Что-то здесь нечисто. И мне чертовски любопытно, что именно!

Да, сплетница, а кому сейчас легко?

Но раскрытие тайн этих двоих откладывается на потом, ведь Гвен опять перетягивает одеяло на себя.

– Приятно познакомиться, Брайан. Я Гвен – кузина Карли.

Она протягивает руку, но парень не реагирует, продолжая сжимать меня в полуобъятиях.

– Наслышан.

Гвен растерянно прячет руку и смотрит куда-то в сторону, понимая, что ее дорогая кузина Карли не могла сказать о ней ничего хорошего.

Испытываю восторг от того, как одним своим появлением Брайан сбивает спесь с половины моих родственников. Я готова заплатить ему душой, только бы он всегда был рядом на подобных мероприятиях.

– Присядем? – поднимаю голову, вглядываясь в поблескивающие на солнце зеленые глаза.

– Как скажешь, малышка.

Его губы касаются моих в коротком поцелуе, и мне одновременно хочется растянуть мгновение и ударить его по причинному месту. О такой самодеятельности мы не договаривались!

– Вишня. Мой любимый вкус, – хрипло произносит Брайан, убирая со своих губ отпечаток моей помады.

А я… я не уверена, что дышу.

Тем временем он продолжает спектакль, отодвигая для меня стул и приглашая присесть.

– Спасибо, – пытаюсь взять себя в руки, но мне нужна еще минута вспомнить, как пользоваться легкими.

Но Брайан, черт бы его побрал, Найт сегодня играет не по правилам. Прежде чем сесть, он пододвигает свой стул ближе ко мне, и наши коленки неминуемо касаются друг друга, пока его рука устраивается на спинке моего стула.

Кидаю на парня искрящийся раздражением взгляд и замечаю, что этот придурок едва сдерживает усмешку, наблюдая за тем, как я краснею, словно помидор.

Ах так…

– Так, и где вы познакомились? – все же возвращается в строй Гвен, прерывая нашу игру в гляделки.

– Я выловила его из фонтана, – поворачиваюсь к кузине и кладу голову на плечо Брайана. – Он собирал монетки, потому что кто-то украл у него кошелек и лишил возможности вернуться домой.

– Ты у меня такая выдумщица, – скрипящим голосом произносит Брайан и целует меня в висок. – Или уже забыла, как тогда села…

– На диету! – выпрямляюсь и незаметно для других сжимаю пальцами бедро Найта. – Да, мы были в кафе, а я ничего не ела, поскольку была на диете. Правда, милый?

– Конечно, цыпленок, – силой откинув мою руку, отвечает он и, поправив вновь спавшую лямку моего платья, оставляет горячий след губ уже на плече.

Теперь я не уверена, что в гуляющем по моему телу жаре виновато лишь солнце…

Наши взгляды снова схлестываются в немой борьбе, вот только в этот раз не проиграть становится тяжелее, ведь этот наглец начинает поглаживать под столом мою обнаженную коленку.

Не могу понять, то ли сошла с ума, то ли меня сразила простуда и я заснула с температурой. Иных объяснений происходящему у меня нет.

– Я ничего не поняла, – взяв бокал со стола, резюмирует Гвен.

– Не расстраивайся, – Брайан первым отводит взгляд.

Но руку оставляет на месте.

Черт, долго он еще собирается это продолжать? И почему его поглаживания настолько приятны?..

– Кстати, Питер, – он переводит внимание на молча отсиживающегося парня, – не знал, что у тебя есть девушка.

Но у Питера даже нет возможности ответить, за него это делает Гвен.

– Мы просто не хотим выставлять наши отношения на публику.

Я не могу сдержаться и весело фыркаю. Не хотим выставлять отношения на публику. Что за бред? Да Гвен готова из каждого утюга кричать об этом. А вот Питер, наоборот, будто боится потерять список запасных вариантов в своих контактах.

Мне жаль кузину. Даже беря во внимание нашу неприязнь, я считаю ее довольно красивой девушкой, достойной большего. Да и вообще, как по мне, никто не заслуживает такого пренебрежения от своей второй половинки.

– Кстати, – на распаленном от негодования лице вдруг замирает хитрая ухмылка, стоит Гвен посмотреть на меня, – ты подготовила бабушке подарок, Карли?

К черту. Они с Питером идеальная пара. Пусть вместе горят в огне токсичности друг друга.

– Ох, о чем это я, – неприлично много жестикулируя, произносит явно перепившая Гвен. – Наверняка это очередная бесполезная книжулька.

Я не отвечаю. Какой смысл, если это будет похоже на спор со стеной? Никаких проблем. Пусть Гвен считает, что два тома «Унесенных ветром» в шикарном новом оформлении с невероятными иллюстрациями – всего лишь «бесполезные книжульки». Но для нас с ба это навсегда останется чем-то бльшим. Ведь именно в честь главной героини этих книг бабушка когда-то заставила родителей назвать меня. И единственное, о чем я могу тут сожалеть, – сама до сих пор их не прочитала. Зато создала традицию: каждый год дарить ба эту историю в новом оформлении.

– А что же выбрала ты? – без особого интереса произношу я, закидывая в рот оливку.

– Комплект украшений с изумрудами. Бабушка даже пообещала надеть его на следующий праздник. А твои книги? Их запихнут на дальнюю полку в увешанной паутиной библиотеке?

Держись, Скарлетт, тебе нельзя выходить из себя. Держись.

– Слышала, твой отец так волновался за свою поглощенную глупыми книжками дочурку, что начал договариваться со всеми знакомыми парнями, только бы они сходили на свидание с тобой. Как убого, – злорадствует она, пока я с силой сжимаю челюсти. – Может, Брайан на самом деле проплаченный актер? Как иначе он мог повестись на такую, как ты? Если подумать, уже давно было понятно, что у тебя есть некоторые проблемы. Взять того же Джима…

– Заткнись! – вскочив с места, я цепляюсь за стол и словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как бокалы один за другим разбиваются на осколки, а брызги шампанского летят на собравшихся.

Но меня мало волнуют растекающиеся на платье пятна.

Я смотрю на кузину с ненавистью. Глаза жжет от скопившихся слез, а легкие горят. Она опять сделала это. Перешла границу. А я не справилась. Не смогла сдержаться. Не захотела услышать то, что она была готова выплюнуть своим мерзким ртом.

Пока я, тяжело дыша, справлялась с дрожью, охватившей мое тело, все до единого взгляды гостей концентрируются на моей фигуре. На готовой заплакать Скарлетт и ее голубом платье с красующимися на нем пятнами шампанского.

Неудачница Скарлетт.

Тем временем на лице Гвен сверкает победная улыбка. А у меня в душе разливается боль, лишь приумножающаяся в миллион раз, когда, подняв голову, я встречаюсь с разочарованными лицами родителей.

Нет, это слишком. Все это слишком для меня.

Не раздумывая ни секунды, чуть не опрокидываю стул и бегу в сторону дома. Туда, где не будет никого, кто станет осуждать меня или дергать за ниточки, которыми я так старательно зашивала старые раны.

К черту этот праздник. К черту семейство Мун.

Он находит меня на балконе с западной стороны дома, где я, сидя на полу, наблюдаю за заходящим солнцем. Раньше, чем я вижу его самого, чувствую набрасываемый на плечи пиджак. Но даже когда Брайан опускается рядом, не поворачиваюсь.

Слезы уже высохли, но наверняка оставили на лице хаос. Тушь потекла. Волосы растрепались. А платье… Ему, пожалуй, почти так же плохо, как и мне.

– Не стоило тебя сюда вести, – шмыгаю носом, плотнее укутываясь в пиджак.

– Семейные праздники – это всегда сложно. Поверь, я знаю.

– В твоей семье все тоже соревнуются, втайне ненавидят друг друга и всячески пытаются насолить?

– А разве это не стандартный набор каждой семьи? – театрально ахает он, прикладывая руку к груди, чем вызывает мою усмешку. – Может, моя семья и меньше твоей, но у нас тоже полно драмы.

На долгую минуту мы замолкаем, наслаждаясь видом словно нарисованного искусным мастером неба. Множество цветов и оттенков – непозволительно красивая картина для столь отвратительного дня.

– Если тебе от этого станет легче, то я рассказал твоей кузине, как ее парень целовался в клубе с девчонкой, стоя в очереди в уборную.

– Это будет неправильно, если я скажу, что полегчало?

Устраиваю подбородок на коленях, прижимая ноги к груди.

– Не знаю. Но от того, что она на виду у всех дала ему звонкую пощечину, – думаю, правильно.

Усмехаюсь, проводя руками по лицу. Столько произошло за такой короткий вечер! Столько эмоций. Чувств. Обиды. А сейчас внутри лишь обжигающая пустота и осознание, как сильно я устала.

– Можно задать тебе вопрос? – вдруг произносит Брайан.

– Валяй.

Он смотрит на меня, а я замираю при виде того, как в его глазах отражается закат.

– О чем ты мечтаешь, Скарлетт Мун?

Вопрос касается ушей, словно едва уловимый теплый ветер.

– Неожиданно.

– Думала, я спрошу размер твоей груди? Это я и сам могу разглядеть, – нагло подмигивает он, а я пихаю его в плечо.

– Придурок.

– Не без этого. Ну так что? Только давай без банальных «мир во всем мире». Побудь эгоистичной и откровенной, Карли.

Передергиваю плечами от отвращения.

– Еще раз так меня назовешь и получишь даже более звонкую, чем Пити, пощечину.

– Ты страшная женщина, Скарлетт Мун.

– Правильно, бойся меня, – хмыкаю, но затем мысленно возвращаюсь к заданному мне вопросу. – Мечтаю… Ты будешь смеяться.

– Почему? Мечтаешь, чтобы я стал твоим сексуальным рабом? Или чтобы у твоей кузины вырос рог?

– Какая интересная подборка! – фыркаю, представляя Гвен в образе единорога.

– Знал, ты оценишь. А теперь отвечай.

Вздыхаю, сжимая плечи ладонями. Чувствую себя обнаженной, но в то же время почему-то испытываю желание открыться Брайану. Никак не могу понять, почему этот парень так странно влияет на меня.

– Я бы хотела связать свою жизнь с книгами, – произношу на выдохе, словно боясь, что эти слова могут стать началом катастрофы. Но ничего такого не происходит, и я продолжаю: – С ними я чувствую себя комфортно. Будучи в безопасности и тепле, проживаю судьбы сотен людей. Их взлеты и падения, приключения и любовные интриги. Возможно, я бы хотела стать учителем. А может, и вовсе открыть свой книжный магазин, где советовала бы всем свои любимые истории. Еще там обязательно продавали бы кофе. Напитки, подходящие книгам и их героям, – это словно надкусить тронувшую тебя историю и стать с ней еще ближе.

Когда слова заканчиваются, ко мне возвращается ощущение, что вот, сейчас меня точно осудят. Ведь расскажи я это кому-то другому, помимо, наверное, Дафны, то неминуемо услышала бы смешок в ответ.

Но и теперь мои опасения не сбываются.

– Звучит неплохо, – произносит парень. – И почему ты не сделаешь это?

Хороший вопрос. На который у меня уже заготовлен привычный ответ.

– Мои родители убьют меня, если я поменяю специальность. Да и бабушка не простит, если я не буду соответствовать ее ожиданиям. Ты же видел, как горят ее глаза, когда она говорит о ее внучке-программисте. Не хочу, чтобы, глядя на меня, они чувствовали лишь разочарование.

– Но почему ты должна выполнять их пожелания? – хмурясь, смотрит на меня он, заставляя мурашки бегать по коже. – Это твоя жизнь, и только тебе в конце сидеть в кресле-качалке и жалеть о том, чего ты не сделала. Или думаешь, воспоминаний о танцах в клубе, свиданиях в темноте и прочем будет достаточно?

– Я…

– Ты же на первом курсе, у тебя еще есть возможность выбрать нужные предметы и исполнить свои мечты. Сегодня мне удалось вдоволь насмотреться на твою семью. И беря во внимание обеспокоенность твоих родителей, когда они подошли ко мне, чтобы узнать о случившемся, думаю, они так просто от тебя не отрекутся. А вот ты сама можешь и потерять себя, если продолжишь удовлетворять лишь чужие желания. Используй возможности, которые подкидывает тебе жизнь, Скарлетт, а не прячься от них под нарисованными твоей семьей схемами. Ошибайся. Радуйся. Живи.

Его слова отдают легкой горечью. Но чем дольше я пробую их на языке, тем больше мне нравится этот привкус.

– Используй возможности, – глядя на безграничное небо, усмехаюсь я. – Прямо как наша сделка?

– А ты улавливаешь суть, малышка Мун.

Он толкает меня плечом, и от этого жеста становится так тепло, словно мы уже давно знаем друг друга. Друзья или нечто большее, но ощущение, будто между нами многолетняя история, полная сотен воспоминаний.

– Спасибо. Я подумаю над твоими словами, – наконец отвечаю я.

– Хорошо.

Брайан улыбается, и мы вновь погружаемся в молчание.

Так хорошо. Просто сидеть, смотреть на небо и не чувствовать ни капли неловкости или напряженности. Когда мы успели прийти к такому? И как долго подобное способно просуществовать?

Кидаю короткий взгляд на парня сбоку, и мое сердце вздрагивает. Русые кудряшки, острый подбородок, прямой нос – все это заставляет бабочек в моем животе просыпаться. Такое давно забытое ощущение кажется совсем инородным.

Прикусываю губу и отворачиваюсь обратно к небу, на котором играют последние краски заходящего солнца.

Увы, закат не бесконечен, как и все в нашей жизни. Я уже говорила Дафне, что собираюсь все закончить. И наверное, нет лучшей секунды для этого, чем прямо сейчас.

– Брайан.

– Да, Скарлетт?

Мое имя в его устах навсегда останется в топе моих любимых звуков.

– Думаю, нам стоит закончить нашу игру.

– Считаешь? – склонив голову, он смотрит на меня, пока на наши лица опускается тень.

– Мы сделали необходимое, – сложно продолжать держать зрительный контакт, но я стараюсь сохранять уверенность. – Какое-то время я продолжу говорить родителям, что мы еще вместе, а потом… В конце концов, не может же это длиться вечность?

– Ты права, малышка Мун, – он протягивает ладонь, и я ее пожимаю, наслаждаясь теплом его кожи. – Что ж, я был рад с тобой познакомиться. Ты самая безбашенная девушка из попадавшихся мне.

– А ты самый нахальный придурок, которого я знала.

Мы усмехаемся, а затем парень начинает вставать.

– Будь осторожна и больше не садись ни к кому на колени на первом свидании.

– Обязательно.

Протягиваю ему пиджак, но он качает головой.

– Тут холодно.

Я киваю, одновременно соглашаясь и благодаря.

– Тогда я пойду. Прощай, малышка Мун.

– Пока.

И он уходит. А я остаюсь на месте.

По щекам ползут слезы, и я быстро смахиваю их. Все правильно. Надо было закончить это раньше, чем станет слишком больно. Я поступаю как надо.

Вот только почему тогда на душе так паршиво?

Глава 12

Брайан

С праздника у Мунов прошла неделя, и теперь настала моя очередь отбиваться от «прелестей» семейных собраний.

В отличие от семейства Скарлетт, мое никогда не собиралось на заднем дворике загородного дома, весело, хоть и с нависшим напряжением, попивая шампанское. Нет. Для Найтов это было бы чем-то чересчур теплым и непозволительно сближающим.

В моем мире семейные встречи проходят исключительно в дорогих ресторанах, способных угодить прихотям Майлза Найта. А отец тот еще привереда. Когда я был ребенком, не было ни одного повара, что задержался бы в нашем доме дольше, чем на год, но чаще всего они уходили в первые два месяца. Да и многие заведения не особо радуются, узнав, кто приедет к ним в гости. Но большие суммы в чеке и чаевые всегда решают дело в нашу пользу.

Сегодня моя пытка, а иначе подобные события я назвать не могу, проходит в итальянском ресторане, расположенном в центре города. Уютное местечко с отличной кухней. Вот только однажды отец чуть не довел здешнего шефа до безумия, так что лица Найтов тут знают наизусть.

И по этой же причине, здороваясь с хостес, я вплетаю в выражение своего лица нотку вины. Но даже прекрасно зная, кто перед ней, девушка не позволяет себе исказить приветливую улыбку и ведет меня к нужному столику.

Должен признаться, каждый шаг дается с трудом. Словно к щиколоткам привязали по бетонному блоку, как это делали бандиты в прошлом веке. И пожалуй, я бы с большим удовольствием сейчас тонул в реке под мостом, нежели провел следующие несколько часов в компании брата и отца.

Когда мы заходим за ширму, скрывающую нужный столик от остального зала, я сразу вижу уже сидящих за ним немногочисленных членов моей семьи.

– Ты опоздал, – не отрывая взгляда от тарелки с равиоли, сухо произносит отец.

В своем дизайнерском костюме цвета воронова крыла он смотрится как-то инородно среди уютного интерьера ресторана.

И да, я опоздал. На две, мать его, минуты.

– Прости, – вместо сотни ругательств, вертящихся на языке, отвечаю я и занимаю отведенное мне место.

Девушка протягивает меню, но, прежде чем я успеваю взять книжку с деревянной обложкой в руки, отец вновь подает голос:

– Я уже сделал заказ. Если хотел выбирать сам, надо было приезжать вовремя.

Благодарно киваю хостес, а когда она уходит, расстегиваю пуговицу на пиджаке, устраиваясь удобнее. Это будет очень длинный вечер.

Через минуту подают заказанное отцом блюдо, и мне едва удается скрыть отвращение, глядя на разбросанные по тарелке креветки. Ненавижу морепродукты. И Майлзу Найту это прекрасно известно.

– Приятного аппетита, – все так же, не поднимая на меня взгляда, произносит отец.

А я с силой сжимаю вилку и наматываю спагетти. У нас в семье есть определенный культ еды, и никто не начнет беседу, пока каждый из сидящих за столом не съест свою порцию до конца. Подавив рвотный рефлекс, я принимаюсь быстро жевать, стараясь не думать о том, что у меня во рту.

Когда на тарелке остаются лишь мазки соуса, я запиваю все вишневым соком – а хотелось бы вином – и откидываюсь в кресле.

Первый этап пройден. Но легче от этого не становится.

Смотрю на часы у себя на запястье. С момента начала встречи прошло всего двадцать минут, но ощущаются они как вечность.

– Рад, что ты их не потерял, – положив приборы на тарелку, отец впервые смотрит на меня своими ледяными глазами. В отличие от моих, доставшихся от матери, его – призрачно-голубые – вызывают мороз по коже. Замечаю седину, все больше съедающую каштановые волосы отца. Но на нем она смотрится как парик от карнавального костюма, ведь мне никак не удается поверить, будто такой энергетический вампир, как он, способен стареть. – Я думал, мне придется пожалеть, что не отдал их Энтони.

Брат никак не реагирует на слова отца. Он сидит напротив меня, больше увлеченный узором на скатерти, нежели нашим разговором. Внешне он куда сильнее похож на Майлза. Унаследовавший его цвет глаз, черты лица и все остальное, что отец так желал воспитать в обоих сыновьях: чертову рабскую исполнительность. Словно мы два джинна, вынужденные бесконечно воплощать желания Майлза Найта в жизнь. Только этим джинном оказался старший брат. А второй, увы, вышел комом.

На секунду мне кажется, что кто-то стоит за моей спиной. Колючее чувство так и липнет, заставляя холодок пробежать по позвоночнику, а память подкинуть в мысли очередное сообщение, пришедшее сегодня утром:

«Неужели она лучше меня? Или ты просто забыл, как я выгляжу?»

Однако, повернувшись, я не замечаю ни знакомого силуэта, ни чего-то подозрительного. Кажется, я становлюсь параноиком. Хотя в моей ситуации это вполне логично. Но отец не дает мне достаточно времени как следует это обдумать, вновь вовлекая меня в беседу.

– Как поживает младшая Мун? – убирая салфетку с коленей, спрашивает отец.

Ну вот и началось.

– Нормально.

– Нормально? – его бровь приподнимается, заставляя меня напрячься. – Неужели ты не способен закончить ни одно дело, которое я тебе поручаю? Неужели так сложно увлечь какую-то малолетку? – кулаки под столом сжимаются с неистовой злобой, но возражать едва ли имеет смысл. А он тем временем распаляется все сильнее. – Я не был против, когда ты решил работать в сторонней фирме и когда ты, неблагодарный щенок, отказался от всего, что я тебе предлагал. Но неужели так сложно выполнить одно простое поручение? Ты должен пятки ее целовать, если потребуется. Все, чтобы ее отец заключил с нами договор.

Договор. Вечно эти договора. Как же они меня раздражают. Неужели наши со Скарлетт жизни стоят так мало?

Но я не произношу этого. Чувствуя себя провинившимся ребенком, стыдливо утыкаюсь взглядом в тарелку. Рядом с отцом я вечно себя так чувствую. Словно мне снова восемь, и я разбил окно соседа камнем или разрисовал обои в гостиной.

Вот только мне уже давно не восемь.

– Почему ты не можешь быть как твой брат? – на лице отца появляются красные пятна, настолько разъяренно он выплевывает каждое слово. – И за что мне такое ничтожество?

– Отец, – безжизненным, словно опавшая листва, голосом произносит Энтони. – Не стоит так надрываться. Уверен, Брайан справится.

К сжатым кулакам присоединяется прикушенная изнутри щека. Я не хочу с этим справляться. Не хочу делать ничего для этого урода.

– Ты слишком веришь в этого щенка, – фыркает отец, делая глоток вина из высокого бокала. – К черту, разберусь сам. Не испорть все еще больше!

Делаю вдох, пытаясь прогнать клокочущую внутри ярость.

– Хорошо, отец, – отвечаю я.

– Так-то, – довольно хмыкает он. – Энтони, как поживает Кларисса?

Дальше я не слушаю. Лишь делаю вид, будто до сих пор нахожусь в этом помещении, и считаю минуты до конца встречи. Нужно ли говорить, что это еще не худшее собрание нашей семьи?

И сколько бы я ни пытался отстраниться, доказать себе ненужность такой семьи, каждый чертов раз меня, как примагниченного, тянет обратно в яму под названием Найты.

Чувствую, как в кармане жужжит телефон и, убедившись, что никто на меня не смотрит, проверяю пришедшее сообщение. Отправителем значится Харви:

«На случай, если встреча пройдет как всегда крышесносно, я жду тебя в клубе. Тут сегодня акция: купи три текилы и забудь о своей чокнутой семье».

Тихо усмехаюсь и печатаю короткий ответ. Теперь минуты до конца этой пытки кажутся чуть более сносными.

Отец покидает нас первым. У него всегда есть дела, на которые он может сослаться и уехать в любой момент. А я совру, если скажу, что не рад.

Когда мы с Энтони выходим на прохладную улицу, мне наконец удается выдохнуть. Я пережил очередную встречу, и еще на неделю можно забыть, какой мой отец козел.

Мы останавливаемся посреди парковки. Брат присаживается на багажник своей машины и ослабляет галстук на шее. Это смотрится на удивление уместно с его зализанными волосами и хмурым взглядом, с которым тот достает из кармана пачку сигарет.

– Так что там с этой девчонкой Мун? – спрашивает он, выпуская изо рта дым, а я стону, вскидывая голову к небу.

– И ты туда же.

– Если тебе это не нравится, не делай.

Удивленно смотрю на брата, но в выражении лица того не читается ни намека на шутку, которую я рассчитывал увидеть.

– Хочешь, чтобы папочка еще больше полюбил старшего сына, когда младший не справится с поручением?

– Думаю, я и без того сделал достаточно, чтобы папочка любил меня больше, – хмыкает брат, но я знаю, он не пытается меня обидеть. Энтони не злодей в этой истории, скорее наоборот, он освободил меня от самой большой ноши: стал наследником отца. – И серьезно. Считаю, одних договорных отношений на семью будет достаточно.

Он делает еще одну долгую затяжку, а я сглатываю очередной поток ненависти к отцу. Ведь именно из-за него и его чертова бизнеса Энтони придется жениться на Клариссе. Нет, девушка она неплохая, но мой брат достоин хотя бы пару себе выбрать самостоятельно.

– Расслабься, – затушив сигарету носком ботинка, он засовывает руки в карманы. – Как дела на работе?

– Лучше, чем у тебя, – отшучиваюсь я и, добившись ухмылки брата, чувствую себя немного лучше.

– Ладно, мне пора ехать. Будь осторожен.

Я киваю и провожаю его задумчивым взглядом. Он всего на пять лет старше меня, а чувство, будто нас разделяет минимум десяток. Энтони так много взвалил на себя. И порой мне становится стыдно, что не разделил с ним хоть немного груза наследия Найтов. Впрочем, он никогда и не давал мне это сделать.

А сейчас я в тупике. Скарлетт поставила точку в нашей договоренности. И я не хочу обманывать эту девушку. Но если не справлюсь с поручением отца…

Вспоминаю о сообщении Харви и мысленно откладываю решение всех вопросов на потом. Мне и правда не помешает немного текилы.

Шоты у барной стойки исчезают один за другим, и я очень быстро теряю им счет. Смысл вообще хранить столь бесполезную информацию в голове, когда на тебя наконец опускается приятный дурман, а вокруг играет классная музыка.

Не знаю, как получается, что я оказываюсь в середине танцпола с расстегнутой на все пуговицы рубашкой и бутылкой текилы в руках. Но отчетливо ощущаю царящее вокруг веселье.

Мне нравится двигаться в одном ритме с толпой. Кажется, еще никогда не было так легко и хорошо на душе.

А затем так же отчетливо, как стучащие по стенам басы, я чувствую чужие руки на своем торсе. Они слегка царапают кожу ногтями, и первая мысль, которая приходит мне в голову: Скарлетт? В разуме вспыхивает воспоминание, как она исполняла нечто подобное на сцене в этом же клубе. На лице непроизвольно расцветает улыбка, и я поворачиваюсь, предвкушая, как мы сейчас перекинемся парочкой колкостей.

Но, к моему разочарованию, я не чувствую привычный вишневый запах и не вижу игривых карих глаз.

Вместо этого передо мной предстает знакомая светлая макушка. И при виде ее хозяйки мне хочется развернуться и бежать как можно дальше.

Она все-таки нашла меня.

– Привет, милый, – ее голос едва перекрикивает громкую музыку, но каждое слово прокатывается по телу неприятной волной.

И мне совсем не нравится это ощущение.

– Ханна.

Во рту вдруг пересыхает, и мне не остается ничего другого, как сделать глоток текилы, которую я все еще сжимаю в ладони.

– Не ожидал увидеть тебя здесь.

Точнее, очень хотел бы этого избежать. Но в последнее время она мерещится мне повсюду.

– Надоело, что ты не отвечаешь на мои сообщения, – приторным до отвращения голоском произносит она, руками скользя по моему обнаженному торсу.

– Так, может, пора перестать их писать?

– Не будь грубияном!

Она смотрит на меня снизу-вверх своими щенячьими глазками. Прижимается грудью, так и норовящей выскочить из выреза кофточки. А я чувствую, как креветки просятся наружу.

– Я так скучаю по тебе, Брайан, – Ханна обнимает меня, прижимаясь щекой к груди, но я продолжаю держать руки подальше, не собираясь давать ей ложных надежд. – Почему ты не хочешь снова быть со мной? Нам же было так хорошо!

Для ответа на этот вопрос мне приходится сделать еще несколько жадных глотков.

Возможно, даже лишних.

– Потому что ты сумасшедшая, Ханна.

Знаю, это неправильно. И будь я трезвый, никогда бы не сказал это вслух. Но я так устал, а алкоголь внутри все подначивает выговориться. И я просто не смог противиться этому желанию.

Блондинке передо мной определенно не нравится услышанное. Она вмиг отталкивает меня, и я чудом не падаю под топот веселой толпы. Взглянув на девушку, вижу злой огонь в ее глазах и вспоминаю, почему именно мы расстались.

– Тебе не стоит так говорить, милый. Или ты хочешь сделать мне больно? Неужели ты настолько бессердечный, Брайан? Но знай, тебе не понравится, чем я отвечу на эту боль.

По ее щекам катятся слезы. На секунду я каменею, не зная, как себя вести. Благо рядом вмиг вырастает Харви.

– Ханна, дорогая, тебя там подруга искала. Ты в порядке? Почему ты плачешь?

– Все нормально, – надув губы, она стирает мокрые дорожки и бросает на меня странный взгляд. – Я еще напомню о себе.

– Надеюсь, нет, – икаю в ответ, когда девушка уходит достаточно далеко.

Харви недоволен мной. Он хватает меня за плечи и разворачивает к себе.

– Друг, сколько ты выпил? – он забирает у меня из рук успевшую опустеть наполовину бутылку, и я решаю не говорить ему, что это не первая. – Черт, да ты в стельку!

– Ты же сам писал про акцию в баре.

– Да, но я не думал, что ты опустошишь его в ноль! Я вызываю тебе такси. У меня нет желания следить за твоей пьяной задницей.

– Не хочу, – хныкаю я, чувствуя, как кружится голова.

– Расскажешь это милому дядечке, который повезет тебя домой.

Подталкивая меня в спину, Харви удается вывести мое тело на улицу. И только оказавшись на свежем воздухе, я понимаю, как по-свински напился. Моя походка такая кривая, что Харви приходится почти нести меня, а мысли в голове едва собираются в кучу.

Но я все же мычу:

– Мне надо забрать вещи из машины.

– Черт, ладно, – шипит надрывающийся Харви.

Подойдя к машине, друг забирает у меня из рук ключ и помогает открыть багажник. Оттуда мне нужна лишь сумка с ключами от дома, но взгляд вдруг падает на бумажный пакет, спрятавшийся в глубине багажника, и руки сами тянутся к нему, словно это какое-то сокровище.

Наверное, я зря это делаю, но сейчас мой мозг едва способен достаточно хорошо проанализировать все варианты развития событий.

– Спасибо, дальше я сам, – похлопав Харви по плечу, отлипаю от друга и шатающейся походкой направляюсь к точке, где совсем скоро меня подберет такси.

– Найт, аккуратнее! – вопит за спиной друг. – Ты же по дороге идешь, придурок!

Но я весело машу на прощание.

Луна сегодня слишком красива, чтобы не делать глупости.

Глава 13

Скарлетт

До поры экзаменов, ненавистной многими студентами, остаются считаные дни. Я тоже не особо радуюсь грядущим испытаниям, учитывая, что, как оказалось, подтянуть знания мне предстоит по многим предметам. Но жалеть о чтении книг на парах ничуть не собираюсь.

Как и паниковать. В конце концов, это никак не поможет делу. Нет, конечно, я могу спрятаться под одеялом и закидывать судьбу-злодейку оскорблениями – в первую секунду именно так мне и хочется поступить, – но, к сожалению, никто кроме соседей не оценит богатство моего словарного запаса. Я выдыхаю и принимаюсь за дело. В этой ситуации остается только стоически перечитывать учебник за учебником и зазубривать их от корки до корки.

К тому же после очередного бабушкиного рейда в нашу квартиру родители уехали за город восстанавливаться и расслабляться в джакузи, поэтому я могу уделять каждую секунду своей жизни учебе. Даже обустроила небольшое гнездышко в столовой, где ничто не сможет отвлечь меня от знаний.

Ничто, кроме урчащего живота.

– Так дело не пойдет, – вздыхаю и откидываю учебник в сторону. – Надо поесть, иначе на моем надгробии будет фраза: умерла, потому что гранит науки оказался несъедобным.

Захожу на кухню и сразу же направляюсь к шкафчику, где припрятан мой запас корейской лапши. Сколько бы мама ни ругалась на меня, говоря о вероятности заработать язву, ничего не могу с собой поделать: обожаю, когда рот горит от остроты. Мне даже приходится специально заказывать эту лапшу через интернет, потому что ни одна другая еще не переплюнула ту самую в упаковке с цыпленком в огне.

Напевая под нос застрявшую в голове мелодию, ставлю чайник разогреваться, а сама подготавливаю лапшу, засыпая ее специями и заливая специальным соусом. Вообще ее нужно варить, как обычную пасту, но мне слишком лень. А еще мне нравится, когда макаронины остаются слегка твердыми.

Пока жду, чтобы вода в чайнике закипела, позволяю себе отвлечься и впервые за вечер залезть в телефон. Одной рукой нанося на искусанные губы вишневый бальзам, второй захожу в социальные сети и вижу сверху иконку профиля человека, от которого мне стоило отписаться еще неделю назад. Но я этого не сделала. Сталкерить его не входит в мои планы, но разве плохо иногда по-приятельски заглядывать в его профиль и смотреть, как у него дела? Мы же расстались на доброй ноте.

Боже, я ничтожна.

– Ну и пусть, – фыркаю вслух и без зазрения совести нажимаю на аватарку Брайана.

Перед глазами появляются короткие видео, на которых он веселится в том же клубе, где выступала группа его друга. В том же, где мы впервые поцеловались. То есть я сама это сделала, даже не убедившись, что он этого хочет…

Пока я не успела самолично утопить себя в смеси стыда и сожаления, листаю дальше и перехожу по одной из отметок в профиль к незнакомой мне девушке. Нажимаю на ее аватарку и теперь просматриваю похожие видео, но уже от ее лица. Кажется, вечер в самом разгаре. Фигура Брайана лишь изредка мелькает в кадре незнакомки, словно он просто случайный прохожий. Но в последнем выложенном видео девушка целенаправленно снимает Найта, крутящегося на танцполе и обнимающего бутылку алкоголя. Наблюдая за его движениями и тем, как мигающий свет клуба играет с рельефами его мышц, осознаю, что у меня на лице сама по себе появляется улыбка.

Впрочем, держится она недолго, исчезая в следующую секунду, когда на теле Брайана вдруг появляются руки незнакомой мне блондинки.

Пересматриваю видео несколько раз, всматриваясь в довольную улыбку Найта и чувствуя, как внутри одновременно разливаются злость и обида. Но почему? Он ведь больше никто для меня. Да и никогда не был кем-то.

От всех этих мыслей голова вскипает. Я даже слышу свист, с которым отправляется поезд моего здравомыслия. И только потом понимаю, что это звук чайника.

Залив лапшу кипятком, стараюсь забыть об увиденном. Это не мое дело. И сейчас у меня есть заботы поважнее, о чем напоминает пришедшее от папы сообщение:

«Надеюсь, ты усердно готовишься к экзаменам, а не читаешь».

Сжимаю телефон крепче и отправляю короткое «Конечно». Да, мне стоит постараться никого не разочаровать.

– Ночка обещает быть длинной, – бормочу себе под нос и, взяв еду с собой, возвращаюсь в столовую, где ставлю миску на стол.

И в этот же момент слышу дверной звонок.

– Какого черта? – бросаю взгляд на часы и, убедившись, что уже слишком поздно для неожиданных гостей, все же направляюсь к двери.

Вряд ли это могут быть родители, решившие вернуться пораньше, ведь у них есть свои ключи. Да и бабушка никогда бы не приехала без предупреждения: она слишком любит чувствовать отголоски суматохи, с которой все готовились к ее визиту.

Так кто это может быть?

Ответ заставляет мое сердце упасть в пятки. Взглянув на экранчик, транслирующий запись камеры над дверью, я вижу того, чьи мышцы беззастенчиво разглядывала на экране телефона пару минут назад. И именно поэтому мне нужно мгновение убедиться, не обманывают ли меня собственные глаза.

– Скарлетт? – голос с той стороны порога звучит слишком громко для столь позднего времени, но я окончательно убеждаюсь, что не заснула над учебниками.

Быстро открываю дверь и затягиваю парня внутрь, пока никто из соседей не успел заметить его. Не хватало еще их домыслов, а то потом будут скармливать эти фантазии моим родителям.

Брайан оказывается на удивление податливым, а еще чересчур шатким. Мне приходится придержать его, чтобы он случайно не снес вазу в коридоре.

– Какого черта, Найт? – осматривая тело перед собой, восклицаю я.

Тело – очень правильное описание. Он настолько пьян, что никак не может устоять ровно.

– Привет, – произносит он заплетающимся языком. – Скучала?

– Ха, – мгновенно раздражаюсь от его наглости. – Конечно, милый. Сидела, смотрела на луну и думала, как там поживает один придурок. А он возьми и свались на меня пьяной звездочкой! Ты вообще думал, что дверь могу открыть не я, а, например, мой отец?

– Ой.

На секунду он ловит равновесие, и у меня получается его разглядеть. На нем рубашка с того видео, только сейчас она наспех застегнута, из-за чего большинство пуговиц оказались не в своих отверстиях. Выглядит это неуклюже и даже комично.

– Все нормально, их нет дома, – у меня едва получается сдержать смех, когда по его лицу прокатывается облегчение. Пьяный Брайан так ярко выражает свои эмоции! Это даже мило. – Почему ты здесь? Я думала, ты на вечеринке.

Сложив руки на груди, опираюсь спиной о стену позади и вспоминаю, что на мне надета пижама, шорты которой не доходят даже до половины бедра. Количество обнаженной кожи вдруг кажется чрезмерным, но, может, Найт достаточно пьян, и, если я не буду подавать виду, что испытываю неловкость, он и не заметит?

– Малышка Мун следит за мной? – самодовольно лыбится он, вытесняя из меня всякое умиление.

– Размечтался.

Хмыкаю и отворачиваюсь. Ему необязательно читать в моих глазах правдивый ответ. Тот, в котором мне и самой себе признаваться не хочется.

– Да брось, цыпленок.

Он тянется, намереваясь коснуться моего локтя, но почти сразу теряет равновесие.

Приходится реагировать быстро, если не хочу среди ночи звонить в полицию и объяснять, что красавчика на полу моей квартиры убила совсем не я. Хотя очень хотелось бы.

Но, когда я подхватываю его за талию обеими руками, парень оказывается куда тяжелее, чем мне представлялось. И остается только молиться, чтобы мы оба не повалились на пол.

– Сколько же ты выпил? – недовольно стону, удобнее устраивая руки.

Хотя про удобство тут и речи не идет.

– Много, – выдыхает Брайан, и его дыхание лишь подтверждает ответ. – Кстати, я привез твои вещи.

Он протягивает бумажный пакет, который я оставила в его машине после вечера в клубе и о котором совершенно забыла. Но взять его не получается. Для этого надо освободить хотя бы одну из рук, а я боюсь, что тогда Брайан точно поползет вниз и потянет меня за собой.

– Спасибо, – тяжело дыша, отвечаю я. – Можешь кинуть на пол.

В ту же секунду слышу шорох падающего вниз пакета, и понимаю, что опять просчиталась. Оказывается, пакет был важной переменной в устойчивости нашего положения. И стоит рукам Брайана освободиться, как он тут же начинает крениться в сторону.

Предпринимаю одну за другой безуспешную попытку выровнять нас, но парень слишком тяжелый для моих давно не знавших физической нагрузки мышц. Стоит осознать свою беспомощность, и вот мы уже летим в сторону стены…

Мысленно готовлюсь к столкновению и тому, как сильно будет болеть от удара спина. Наверняка будет синяк… Я убью Брайана! С этой мыслью стискиваю зубы и готовлюсь принять судьбу.

Но ожидаемая боль не приходит ни через секунду, ни через десять.

Мне кажется, будто время остановилось. А если я открою глаза, то оно пустится в пляс и вынудит меня столкнуться с болезненными последствиями. Поэтому я не делаю этого, отсчитывая удары собственного сердца. Да, не так я собиралась провести этот вечер.

И чего Брайан вообще приехал?!

Кстати, о нем. Когда шок уходит на задний план, я начинаю слышать тяжелое дыхание парня над своим ухом. Чувствую, как его крепкие руки сжимают мою спину, и заставляю себя открыть глаза.

Зеленые омуты безотрывно смотрят на меня, но уже более осознанно, хотя они все еще затуманены алкоголем. Непроизвольно бегаю взглядом от его глаз к приоткрытым губам. Знаю, это неправильно, но ничего не могу с собой поделать. Он так близко. И я искренне надеюсь, что, даже прижимаясь ко мне всем телом, он не чувствует, как орган в моей груди ускоряет свой темп.

Не сдерживаюсь и облизываю пересохшие губы, улавливая вишневое послевкусие. Замечаю, как в глазах Найта на секунду мелькает нечто темное, как вздрагивает его кадык, а длинные пальцы, перебирая ткань кофты, спускаются к талии. Не знаю, какие мысли крутятся в голове Брайана, но почему-то уверена, мне они тоже понравятся.

Теплые подушечки пальцев забираются под одежду, касаясь обнаженной кожи. Вынуждая прогнуться. Сбивая дыхание. Неожиданно горячие и до безумия приятные. Меня даже пугает, насколько правильными кажутся эти прикосновения.

Он опускается ниже, кладет свой лоб на мой, оставляя между нашими ртами считаные сантиметры. Дыхание смешивается. Воздух искрится. Хочет ли он того же?

И что важнее: хочу ли я знать ответ?

– Брайан, – выдыхаю, не справляясь с давящей тишиной.

– Да, – ухмыляется он и проводит кончиком носа по моей щеке, словно нежный котенок. – Красивые шортики. Ждала кого-то?

В голове сами собой вспыхивают кадры из клуба, которые мелькали на экране моего телефона. Блондинка, бесстыдно водившая руками по его обнаженному торсу. Кто она? Знает ли ее Брайан? Есть ли между ними что-то?

Вопрос парня вдруг начинает злить, и я вырываюсь из его объятий, больше не испытывая трепета.

– Ага, горячего красавца, а вместо него приперся пьяный придурок, – закидываю руку Брайана к себе на плечо и тяну его туда, откуда пришла. – Пошли-ка на кухню. Тебе не помешает выпить воды.

Кое-как схватившись удобнее, мы двигаемся в сторону столовой. Каждый шаг дается тяжело, ведь Брайан всем своим весом наваливается мне на плечи, поэтому, когда я наконец усаживаю его на стул, жизнь вдруг кажется легкой и прекрасной.

– Я сейчас, – коротко бросаю и мчусь на кухню налить холодной воды.

Боже, и надо было ему приехать! Еще и настолько пьяный. Пакет, видите ли, привез.

В моей голове роится много претензий, но то, что я прикусываю до сих пор пульсирующую от желания губу, говорит куда больше.

Наполнив стакан наполовину – я не доверю Найту целый в таком состоянии, – направляюсь обратно.

И замираю на пороге, когда вижу пылающее красным лицо Брайана.

– Привет, – криво улыбается он.

Как-то многовато приветствий на один квадратный метр, думаю я и перевожу взгляд на свою миску с лапшой. Она оказывается открыта, хотя я точно помню, как накрывала ее крышкой.

– Боже, не говори, что ты ее ел. Она же мегаострая!

Бегу обратно на кухню и достаю из холодильника молоко, пока парень начинает истошно кашлять.

– Прости. Мне захотелось есть.

– А умереть тебе не захотелось? – передавая ему бутылку молока, восклицаю я. – Боже, Брайан, ты как маленький! Неужели, ты тянешь в рот все без разбору?

– Нет, только то, что касается чертовски красивых девушек, – склонив голову, подмигивает он, но быстро возвращается губами к бутылке.

– Ты невыносим.

Проведя рукой по волосам, усмехаюсь и сажусь на соседний стул, наблюдая за тем, как парень пьет молоко. Оно, к слову, далеко не все попадает ему в рот. Несколько ручейков скатываются по подбородку, капая на его обнаженную грудь. И я позволяю себе проследить за ними. А затем остановиться на проглядывающих из-под рубашки татуировках.

Я и раньше их замечала, но ни разу не рассматривала вблизи. А теперь, раз уж выдалась такая возможность, собираюсь воспользоваться ею по полной.

Первым мое внимание привлекает чернильный рисунок на правой части груди. Сначала мне кажется, что это растение со странными плодами, но приглядевшись, различаю подобие цветка, на стеблях которого вместо пышных бутонов располагаются черепа. Выглядит довольно впечатляюще, и я с предвкушением двигаюсь дальше. Несколько молний, кинжал с сердцем, пара неразборчивых, частично скрытых одеждой. Но больше всего меня впечатляет одна на предплечье: зажигалка с принтом кота на ней.

– Серьезно? – не сдерживаюсь и провожу пальцем по раскрашенной коже.

– А что не так?

Голос Брайана становится чуть более трезвым и внятным. Кажется, шокотерапия пошла ему на пользу.

– Почему ты решил набить ее?

– Думаешь, это дурость, не имеющая под собой никакой философской ценности?

– Как мы заговорили! – отстраняюсь и закидываю ногу на ногу, одаривая парня насмешливым взглядом. – А минуту назад не мог и двух слов связать.

Уголки его губ вздрагивают. И мне почему-то это не нравится.

Как оказывается, не зря.

За секунду Брайан притягивает мой стул к своему, устраивая мои ноги между своих коленей, и опасно нависает надо мной.

От него все еще пахнет алкоголем, но уже не так сильно, так что я могу почувствовать его парфюм, и этот аромат заставляет мурашки гулять по моей коже.

– Так, и какой философский смысл заложен в этого кота?

Язык липнет к нёбу, пока я смотрю в сверкающие словно изумруды глаза. Черт.

– Да никакого. Проиграл Харви в споре.

– Придурок, – фыркаю я.

– Скарлетт, – чересчур серьезно произносит он, и мне становится тревожно, – я потерял ключи от квартиры. Можно переночевать у тебя?

– Ладно, – как-то чересчур быстро отвечаю я и сразу же корю себя.

Что этот парень творит со мной?

– Отлично.

Он быстро чмокает меня в лоб и соскакивает со стула раньше, чем я озвучиваю, что так уж и быть, дам ему занять диван. Не успеваю опомниться, а парень уже мчится вверх по лестнице. И мне не остается ничего, кроме как бежать за ним.

– Эй, ты куда? И не надейся, что твое пьяное тело будет валяться на моей постели!

Глава 14

Скарлетт

Кажется, мне пора поменять что-то в своей жизни. Возможно, записаться на курсы по самообороне. Или к психологу. А лучше сразу к психиатру. Я не знаю другого объяснения происходящему, кроме как: Скарлетт Мун окончательно сошла с ума.

Хотя, если у вас в голове найдется другая причина для того, что прямо сейчас я лежу на кровати в своей спальне, а на груди у меня сопит Брайан Найт, то я с удовольствием вас выслушаю!

Как вообще так вышло? События между моей погоней и нынешним моментом вырисовываются скомканной чередой кадров, где сначала я закидываю Брайана всеми ругательствами, известными этому миру, а затем дерусь с ним за подушку. Помню, как кричала, что он коснется ее своей пьяной головой только через мой труп, а потом он повалил меня на кровать и устроился на моей груди со словами:

– Отлично, этот вариант нравится мне больше.

И уснул быстрее, чем я успела возразить.

Чертов засранец! И все бы ничего, возможно, я даже простила бы ему тот факт, что он занял мою постель – в конце концов, в планах было провести всю ночь за учебниками, – но этот придурок улегся так, что мне никак не выбраться. Его голова устроилась на моей груди, пока тяжелая рука сгребла меня, словно мягкую игрушку.

И вот я лежу, придавленная Брайаном к кровати, слушаю его сопение и пялюсь на горящую на потолке люстру.

– Хоть бы свет выключил, – ворчу я и кидаю взгляд на мирно спящего Найта. Нечестно, что он так сладко дремлет! Как нагнать ему ночных кошмаров?

Желая воплотить свой коварный план в жизнь, оглядываюсь в поисках телефона, но того нигде нет. И только теперь я вспоминаю, что забыла мобильник в столовой, резко рванув в погоню за парнем.

Черт. А я надеялась хотя бы нарисовать Брайану усы и устроить небольшую фотосессию. Сколько упущенных возможностей!

Тяжело выдыхаю и чувствую, как парень еще больше подминает меня под себя.

– Ну совесть-то имей! – не сдерживаю крика, но тому хоть бы хны: спит, словно до этого пробежал три марафона подряд. – И за что мне все это?

Стону куда-то в потолок, но в ответ раздается лишь сонное бормотание Брайана.

– Да-да, я поняла.

Раздраженно оглядываюсь по сторонам, понимая, что заснуть самой у меня точно не получится, и замечаю на прикроватной тумбочке книгу, отложенную до лучших времен. Не то чтобы они настали, но ее час определенно пришел.

Благо руки не скованы, и мне с легкостью удается дотянуться до томика. Смотрю на название и не могу сдержать усмешки, ведь оно гласит: «В плену чудовища».

– Ну что ж, кажется, я смогу сопереживать главной героине, как никогда раньше.

Роман захватывает меня с первых страниц. Возможно, дело в контрасте с учебной литературой, которой моя голова перенасытилась на месяцы вперед, но сейчас я не могу оторваться и проглатываю главу за главой, не замечая, как дохожу до середины книги.

А если быть точнее, до постельной сцены.

На секунду у меня возникает сомнение, насколько правильно читать ее рядом с Брайаном, и, прикусив губу, я кошусь на все еще спящего парня. Лицо столь умиротворенное, что я даже завидую, а русые кудри разбросаны по моей груди, так и маня прикоснуться. Пальцы покалывает от желания это сделать, но я сдерживаю порыв, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет.

К черту, он сам заснул на мне, а я не собираюсь из-за этого заканчивать читать на самом интересном моменте!

Возвращаюсь к книге и с головой погружаюсь в ее сюжет.

Маскарадные маски. Темный кабинет. Они наедине, и главный герой лишь теперь осознал, что ревнует героиню к другим мужчинам.

– Я же говорил, ты только моя, – сокращая расстояние до опасно близкого, произносит он томным низким голосом.

В его тоне искрит опасность. Знаю, он злится, но почему-то это распаляет желание внутри меня. Я жду, когда он окажется совсем близко, когда дотронется до меня. Каким будет его следующее действие? От возможных вариантов по спине пробегает дорожка будоражащих мурашек.

– Почему ты позволяешь каким-то грязным мужикам касаться себя? – кожей чувствую его горячее дыхание, а когда его пальцы вдруг сжимают мой подбородок, едва сдерживаю вырывающийся из груди стон. – Ненавижу делиться тем, что принадлежит мне.

Мои губы приоткрыты, и его палец оказывается между ними, медленно пробираясь в рот. Теплый, чуть соленый. Пытаюсь вспомнить как дышать, но каждый судорожный вздох наполняет легкие его парфюмом, и голова кружится все сильнее. Где я? Почему мы здесь? Все это неважно, когда рядом он.

– Ты слышишь меня, грязная шлюшка?

Слова обжигают уши. Внизу разливается тянущее чувство, а когда его руки вдруг оказываются на моих бедрах, слишком быстро миновав вечернее платье, я уже не могу сдерживать вырывающиеся из меня звуки.

– Тише, – шепчет он, касаясь пульсирующего места между ног. – Или ты хочешь, чтобы к нам присоединился один из тех уродов, с которыми ты так нагло флиртовала у меня на глазах?

Его пальцы начинают двигаться быстрее, и я выгибаюсь, теряя опору и голову.

– Отвечай.

– Нет. Мне нужен только ты, – произношу я, и следом вырывается очередной стон.

– Хорошо, – довольный моим ответом, шепчет он. – Будь послушной девочкой, Ева, и тогда я дам тебе кончить.

С каждой прочитанной строчкой мое сердце стучит все быстрее, возбужденно требуя большего, а глаза жадно поглощают каждое слово. Словно следуя за героиней, чувствую, как сама распаляюсь от реплик главного героя, не давая мыслям о том, что его грубый тон – это неправильно, пробраться через стену удовольствия от чтения.

И вот их губы уже сливаются в горячем поцелуе. Он прижимает ее к стене, стягивая нижнее белье…

– Читай вслух.

Я едва не вскрикиваю от неожиданности, когда слышу голос Брайана.

– Что? – руки немного подрагивают от страха, будто меня подловили на чем-то плохом, а во рту пересыхает.

Крепко спящий до этого момента парень наконец поднимается с моей груди и, опираясь на локти, смотрит на меня еще слегка затуманенными сонной пеленой глазами.

– Читай вслух, – повторяет он. – Хочу знать, отчего твое сердце бьется так быстро.

В выражении его лица нет места ни шуткам, ни глупым подколам. Он требует вполне серьезно.

– Зачем? – голос немного ломается.

– Ты же говорила, мне есть чему поучиться у книж-ных парней, – загадочно улыбается Брайан. – Хочу персональное занятие. Давай повторим то, что там написано.

Смотрю на него, как на сумасшедшего.

– И вообще, мне не нравится, что ты сходишь с ума от возбуждения, а в этом виноват не я.

– Ты еще не протрезвел?

– А это имеет значение?

Его губы бархатным прикосновением опускаются на мой живот, где майка чуть задралась, оголив полоску кожи.

И этот короткий жест заставляет жидкий огонь разлиться внизу. Мне даже становится стыдно за столь яркую реакцию собственного организма. Это совсем на меня не похоже. Физический контакт обычно не зажигает под моей кожей миллионы маленьких лампочек, не стирает прочие мысли из головы и не затуманивает зрение. Никогда еще эмоции не были выкручены так сильно. И это немного пугает. Но еще больше интригует.

Пока я борюсь со своими мыслями, парень поднимается с матраса, становясь передо мной на колени.

– Хотя знаешь, – завороженно наблюдаю за тем, как он аккуратно забирает у меня книгу и откладывает ее в сторону, предварительно положив закладку на открытую страницу, – у меня есть идея получше.

Не успеваю спросить, что он имеет в виду, как Брайан уже устраивает свои бедра между моих колен и нависает надо мной всем своим мускулистым телом.

От этого вида у меня перехватывает дыхание.

– Что ты делаешь? – тихим голосом спрашиваю я, следуя взглядом за парнем, который медленно опускается ниже и дразняще проводит носом от моего уха до подбородка. – Брайан?

– Мне нравится, как ты произносишь мое имя, – выдыхает он прямо мне в губы, послушно открывающиеся словно по команде. Чертовы предательницы. – Скарлетт?

– Да?

– Можно я тебя поцелую?

– Да.

Отвечаю раньше, чем успеваю как следует все обдумать. Может, я попала под влияние его пропитанного алкоголем дыхания, а может, виной всему та книга, но мой ответ «да». А Брайан не ждет, когда я передумаю.

Подхватив зубами нижнюю губу, он оставляет на ней приятную пульсацию, а затем приникает к моему рту полностью.

Горячий. Крышесносный. Опьяняющий. Так бы я описала этот поцелуй. С нотками текилы, оставшейся у него на языке. С его грубоватыми пальцами у меня на талии. С приятной тяжестью его тела над моим.

Не заходи слишком далеко. Думай головой, Скарлетт.

Но голос разума лишь тихий шепот на фоне крика моего сердца. И пока руки Брайана путешествуют, изучая мои изгибы, я тоже не теряю времени и расстегиваю рубашку на его груди.

– Я смотрю, ты давно этого ждала, – ухмыляется он, а я запускаю руку в его волосы и притягиваю обратно ко рту.

– Заткнись.

Чувствую, как под одеждой твердеют соски, а внизу становится влажно. Я едва не стону от удовольствия просто оттого, как его руки подминают меня под себя.

Черт, это лучше, чем я ожидала. Наверное, стоит радоваться?

– Подожди, – вдруг произносит он, поднимаясь и сжимая мои колени в своих ладонях.

Пытаясь перевести дыхание, недовольно смотрю на парня, но немного смягчаюсь, замечая оставленные мной полосы на его торсе.

– Что не так? – спрашиваю я, поправляя задранную майку.

– Эй, нет-нет, так нечестно! – восклицает он и вновь задирает ее, довольно глазея на мой черный кружевной лифчик. – Не лишай меня красивых видов.

И мне как-то уже не так сильно хочется вновь его скрыть…

– Что ты задумал, Брайан?

Внизу пульсирует желание, и мне так хочется свести ноги. Но, если быть до конца честной, то мне хочется, чтобы Найт оказался внутри. И эта мысль кажется дикостью. Или нет…

– Я же говорил, у меня есть идея поинтереснее, – на его лице вновь красуется довольная ухмылка, и, черт возьми, она возбуждает меня все сильнее.

Выжидающе смотрю на парня, который, одним движением убрав кудряшки с лица, тянется к оставленной рядом книге. Взяв ту в руки, он передает ее мне.

Вопросительно поднимаю бровь и вижу, как в глазах Брайана сверкают игривые огоньки.

– Читай, – командует он.

– Зачем?

Я все еще ничего не понимаю. Неужели короткий поцелуй – это все, что мне сегодня достанется? Но, прежде чем за эту передышку в голову успевает вернуться здравый смысл, Брайан добавляет:

– Хочу посмотреть, сколько ты сможешь прочитать, пока я не заставлю тебя кончить.

Щеки горят. Глаза округляются. А чертово желание внутри ликует.

Что он только что сказал?

– Начинай, детка. Уверен, ты не хочешь моей победы в этой игре.

С этими словами он тянется к краю моих шорт и на секунду замирает:

– Я уже говорил, как мне нравятся эти шортики? Очаровательные динозавры. Но думаю, без них будет лучше.

У меня все еще нет слов. И мыслей. В голове лишь шок от происходящего. Еще бы, конечно, понимать, что вообще происходит!

Одним движением он стягивает с меня шорты и трусики. Сразу же хочется прикрыться, но парень не дает это сделать, разводя мои коленки в стороны и устраиваясь между бедер.

– Давай, малышка Мун, начинай.

Я сглатываю. Как до этого, черт возьми, дошло?

Но не могу ничего с собой поделать. Глядя на Брайана, устроившегося у меня между ног, я сгораю заживо от желания продолжать. К чему все это приведет? Пожалею ли я?

Наверное, мне стоит остановить его. Закончить на этом моменте, пока мы не переступили грань. Мы ведь почти не знаем друг друга, а все это должно казаться чем-то более важным… Но я слишком заинтригована, чтобы отступить.

– Хорошо, – выдыхаю я. – Посмотрим, не врал ли ты о своих навыках.

Мы перекидываемся ухмылками, и я открываю книгу. Не хочу продолжать с той страницы, на которой остановилась – ни за что не дам Брайану такую фору, – и перелистываю почти в самое начало. Парень замечает это и лишь расплывается в еще более довольной улыбке.

– Юная и наивная девушка, приехавшая пару лет назад в Нью-Йорк, не думала, что город сможет столь сильно сломить ее, – начинаю я, стараясь не обращать внимания, как Брайан скользит языком по внутренней стороне моего бедра. – Она и не подозревала о глупой череде событий, угрожающей лишить ее всего, к чему она так долго стремилась. Для чего так многим пожертвовала.

Оставив на коже несколько влажных поцелуев, Брайан приближается к нужной точке. Я вздрагиваю, когда его пальцы разводят складки в стороны, и замечаю, как ползет вверх уголок его рта.

– Хочу надеяться, ты такая мокрая из-за нашего поцелуя, а не книги, – он смотрит на меня почти черными глазами, и мне приходится взять себя в руки, чтобы не накинуться на него здесь и сейчас.

Поэтому, пряча за книгой пылающие щеки, кидаю лишь:

– Надейся, милый.

Слышу, как он хмыкает, и продолжаю читать. Пытаюсь держать голос ровным, но стоит Брайану коснуться моего клитора губами, как я понимаю – оставаться невозмутимой будет все тяжелее и тяжелее.

– Ева не знала, что ждет ее за поворотом, когда, лишившись всякой надежды, шла вперед по дождливой улице…

Из груди вырывается стон, и я тут же прикрываю рот рукой, чтобы этого не повторилось.

– Не жульничай, малышка Мун. И не сдерживайся, – произносит парень и возвращается к делу.

Он лижет, посасывает, надавливает на клитор языком, а я замечаю, как учащается мое дыхание, и сжимаю одной из рук простыню, хоть немного отвлекаясь.

– Мужчина в черном костюме едва не сбил ее с ног, – пытаюсь продолжать я, но Брайан вводит внутрь меня палец, и я вскрикиваю. – Черт!

Ноги сжимают его голову, а рука так и просится запустить ее в копну русых кудрей. Текст разбегается перед глазами, которые и вовсе стремятся закрыться, чтобы я могла сфокусироваться на движениях парня.

– Сдаешься, малышка Мун?

Он смотрит на меня с озорной усмешкой, а я упрямо качаю головой.

– Не дождешься, – пытаюсь вернуться к чтению, но никак не могу отделить буквы друг от друга. – Ева… Ева она… Она хотела… Боже!

Мне не удается осилить и половины страницы. Я сдаюсь. Не произношу этого вслух, но вряд ли парню нужны словесные подтверждения, когда книга летит в сторону.

Глаза закрываются сами собой, и теперь я чувствую лишь движения внизу. Удовольствие, доставляемое мне ртом Брайана.

– Хорошая девочка, – шепчет он и добавляет еще один палец.

А я больше не сдерживаю звуки, вырывающиеся из меня потоком. Наслаждаюсь каждой секундой и все-таки запускаю руку в волосы Брайана. Кожей чувствую, как он улыбается, а мне сейчас слишком хорошо, чтобы думать о собственном проигрыше.

Свободной рукой касаюсь груди, сжимаю ее пальцами, поглаживая сосок. А движения Брайана ускоряются. И я чувствую, как подхожу к пику.

Взрыв. Цунами наслаждения. Импульсы удовольствия накатывают на меня, заставляя выгнуться в спине и выкрикнуть имя парня, который заставил меня испытать их.

Было хорошо. Так неправильно, но так чертовски приятно!

Я тяжело дышу, когда Найт поднимается и смотрит на меня, проводя языком по губе. Сглатываю вновь нападающее на меня желание. Боже, ну почему он такой сексуальный?

Тем временем Брайан подползает ближе и коротко целует меня:

– Ты чертовски вкусная, малышка Мун, – шепчет он на ухо и поднимается, вновь оставляя меня наедине с пылающими щеками.

Найт сползает с кровати и начинает застегивать рубашку. Замечаю выпуклость у него в штанах и прикусываю губу. Так и хочется сказать: проиграла не я одна; но в голове вертится лишь мысль, что Брайан скрывает от меня свой пресс, а мне это не нравится. В конце концов, сама лежу перед ним наполовину раздетая.

Кстати, возможно, уже поздно и бессмысленно, но я все же хватаю край одеяла и прикрываюсь.

– Куда ты? – мой голос звучит так наивно и по-детски, что я начинаю ненавидеть себя.

– Домой, – как ни в чем не бывало отвечает он. – Спасибо за отличный вечер, Скарлетт.

Он подмигивает и направляется к двери. А я не могу поверить своим ушам.

– Ты же сказал, что потерял ключи! – в моем тоне раскатами грома звучит ненависть.

– Правда? Видимо, я искал не в том кармане, – сотрясая воздух связкой ключей, отвечает Брайан. – Спокойной ночи.

Я не успеваю ответить. Он быстро проскакивает в коридор и прикрывает за собой дверь.

– Какой же ты придурок, Брайан! – кричу я ему вслед и падаю на подушку, пытаясь выместить злость, избивая одеяло кулаками. – Ненавижу!

Глава 15

Скарлетт

– Боже, благослови твои яйца, Брайан Найт! – хмыкает Дафна, складывая в чемодан уже пятое по счету платье.

Из-за экзаменов и семейных дел подруги мы не виделись целых две недели. Естественно, я написала ей в тот же вечер, когда Брайан… сделал то, что сделал. Но подробности приберегла для личной встречи.

Теперь же, когда учеба ушла на задний план, можно наконец расслабиться. А еще перемыть косточки одному придурку, который, к слову, тоже не объявлялся в моей жизни в течение этих двух недель.

Именно поэтому сегодня я приехала к Дафне вскоре после того, как проснулась. А еще она скоро уедет почти на все лето.

Не хочу думать, как тоскливо мне будет без этой сумасшедшей. Но Дафна слишком долго грезила об этой поездке, продумывая все до мелочей. У меня язык не повернется сказать вслух нечто такое, что заставит девушку задуматься, остаться ли в Бейлморе.

Нет. Ей действительно нужна передышка. Нужно побыть вдали от матери и ее бесконечных нравоучений.

Пока я устраиваюсь на ее кровати, Дафна собирает уже второй гигантский чемодан. А мне остается ужасаться мысли, сколько же подруга заплатит в аэропорту за перевес…

– Я, конечно, не сомневалась, что вы переспите, – продолжает девушка. – Но думала, секс будет более традиционный. Неужели кто-то нашел того самого книжного парня в реальной жизни?

Ох если бы.

– А потом он встал и ушел домой, – сухо произношу я. – И с того момента больше не объявлялся.

На секунду в комнате из звуков остается лишь тихо играющая в колонке музыка. Смотрю, как Дафна замирает с топом в руках, а затем медленно поворачивает голову в мою сторону. Если бы мы были персонажами мультфильма, то к этому движению наверняка бы добавили звук жуткого металлического скрипа.

Зеленые глаза опасно сверкают, а губы разливаются в улыбке жуткой куклы из страшилок.

– Он сделал что?

Ее настрой быстро меняется с тихой угрозы на яростное негодование. Девушка подскакивает, агрессивно комкает топ, до этого так старательно сложенный, и кидает его на пол.

– Беру свои слова назад. Пусть его причиндалы отсохнут и отвалятся! – я не могу сдержать смеха. – А ты не хихикай, – тыкает в меня пальцем разъяренная блондинка. – У меня есть знакомая, которая может сглазить его. Собирайся, поедем к ней! Не позволю ни одному парню так с тобой обходиться.

Она действительно начинает собираться, ища в куче одежды на полу рубашку. Живот начинает колоть от нескончаемого потока смеха, но я не могу остановиться. Дафна так смешно бурчит себе под нос, проклиная Брайана, его род, а потом и себя за то, что купила столько вещей, а теперь ничего не может найти.

Мне все же приходится подняться и остановить порыв девушки, схватив ту за руку.

– Все нормально. Я уже отошла.

– Уверена?

Я говорила, что она бывает похожа на ведьму? Два зеленых глаза, словно сканеры, вглядываются прямо в душу. И, когда она так смотрит, я совсем не могу врать.

– Не знаю, – выдыхаю и падаю спиной на мягкий матрас.

Дафна ложится следом, и вот мы уже вместе смотрим в потолок. Сразу вспоминаются школьные годы, когда мы точно так же лежали, обсуждая мальчиков и новые серии «H2O», вечно споря, кто из нас Эмма.

Аргумент, что Дафна блондинка, всегда становился решающим.

– Рассказывай, – прорывается через нахлынувшие воспоминания голос подруги.

И моя дамба ломается.

– Черт, я правда не знаю! Да, я чувствовала притяжение к нему, но не рассчитывала, что между нами произойдет… подобное. Я даже побыстрее закончила нашу сделку из-за страха зайти слишком далеко. Наверное, все эти неудачные попытки после Джима совсем выбили меня из колеи. Да и сам Джим, – пальцы Дафны сжимают мою ладонь, и я чувствую, как ее макушка касается моей щеки. – Знаю, не все такие козлы, как он, но… В общем, я бежала от этой близости, а в итоге она выскочила на меня из-за угла! – грустно усмехаюсь и чувствую, как сдавливает горло. – Не знаю, как так вышло. Но в тот момент было так хорошо, – глаза пощипывает от наступающих слез, и я поворачиваюсь к подруге. – Почему он ушел?

– Не знаю, милая.

Ее пальцы касаются моей щеки, убирая непослушную прядь.

– Не хочу думать, будто со мной что-то не так. Но эти чертовы мысли так и лезут в голову, – зажмуриваюсь, и несколько соленых капель скользят по коже.

– И не смей! – стирая слезы, Дафна сжимает мое лицо в своих ладонях, заставляя посмотреть ей в глаза. – К черту Найта! У вас был офигенный секс, в котором ему, между прочим, ничего не досталось. Ты им воспользовалась, думай об этом. Мечтала о книжном трахе? Получай! Идем дальше. Значит, он не твой принц. Кто дальше? Натаниэль! Когда там его тусовка?

– Завтра.

– Черт, я улетаю утром, – она нервно прикусывает губу, но быстро берет себя в руки. – И ничего! Я же не твоя мамочка. Наденешь самое секси-платье из своего арсенала, а лучше моего, и пойдешь покорять нашего блондинчика! Кто знает, может, его язык работает даже лучше, чем у Найта?

– Боже, какая ты пошлячка, – фыркаю я, стирая мокрые дорожки со щек.

– Зато ты больше не плачешь, – довольно поигрывает бровями Дафна и, поднявшись, шлепает меня по заднице.

– Ай!

– Подъем! Сейчас я сделаю из тебя сексуальную фантазию каждого мужика в этом мире. Нет, во вселенной!

– Не хочу, – стону я, но девушка уже тянет меня за руку с кровати.

– Никаких не хочу. Мы переходим к активным действиям, Скарлетт Мун. Хватит отсиживаться дома. Пришло время для приключений!

– Мне не нравится, как это звучит из твоих уст, – скептически замечаю я, но все же поднимаюсь.

– Зато понравится, когда в твоей жизни появится постоянный секс, – подмигивает она. – Я знаю, о чем говорю.

И как с ней спорить? Приходится следовать за подругой к переполненному, даже с учетом того, что половина вещей валяется на полу, шкафу. Но, когда в руках Дафны вдруг появляется латексное платье, я все же начинаю сомневаться…

Нет. Никакой латекс я на себя не надеваю. Однако меня до сих пор интересует, как нечто подобное вообще появилось в гардеробе Дафны. Но девушка улетела утром, весело подмигнув на прощание и оставив меня без ответов.

А потом все же кинула весточку в виде сообщения:

«Они содрали с меня двести долларов за перевес! Нет, ну ты представляешь? Еще и заставили выкинуть новый спрей от Викториа’с Сикрет. Да, я помню правила перелетов, но, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ОН БЫЛ ПОЛНЫЙ! В общем, я в печали. Но, надеюсь, ты уже натянула на себя мини-юбку и движешься в сторону дома Натаниэля. Потом расскажешь, как у всех отпали челюсти при виде тебя! Целую!!!»

На что я отвечаю простое:

«Сейчас девять утра, а вечеринка вечером. Хорошего полета, и не беси сильно соседей в самолете».

Девушка скидывает мне стикер со средним пальцем и выходит из сети.

С тех пор проходит десять часов, и теперь мне и правда пора собираться.

Как бы на этом ни настаивала Дафна, мини-юбка в мои сегодняшние планы не входит. Не хочу чувствовать себя еще более неловко в компании пьяных малознакомых людей. На самом деле, я вообще не понимаю, зачем иду туда. Единственный, кого я там знаю, это Натаниэль, а сегодня совсем нет настроения стараться и заводить новые знакомства.

Тяжело вздыхаю, когда стрелка вновь получается кривой. Тянусь за ватным диском, чтобы стереть с лица это недоразумение, и слышу, как за спиной открывается дверь в спальню.

– Привет, – произносит мама, заходя внутрь.

После их с папой спонтанного отдыха она заметно повеселела и даже светится от пульсирующей в ней энергии. Жаль, это закончится с первым же приездом ба.

– Куда-то собираешься?

Закрыв за собой дверь, она проходит вглубь комнаты и садится на край моей кровати.

– Ага, – скорее мычу я, в который раз пытаясь нарисовать идентичную другой стрелку. – Вечеринка у парня из университета.

– Понятно. Брайан заедет за тобой сюда?

И вот рука вновь вздрагивает. Черт бы его побрал, даже сейчас умудряется портить мне жизнь!

Откашливаюсь и стираю еще одну неудачную попытку.

– При чем тут он? – голос ломается, но я надеюсь, мама этого не замечает.

Не поворачиваюсь к ней, якобы слишком занятая своим макияжем, но на деле, боюсь, что мои глаза могут сказать больше, чем я готова дать знать маме.

– Он же твой парень. Разве он не должен ходить с тобой на подобные мероприятия?

– Никто не называет студенческие вечеринки мероприятиями, мам, – стрелка наконец получается приемлемой, и я перехожу к губам, обильно нанося на них блеск с вишневым оттенком. – И нет, он не заедет за мной.

Закончив, смотрю на итоговый результат моих стараний и остаюсь вполне довольной. Макияж получается легкий, но подчеркивающий нужные детали. Сейчас еще красное пятно рядом с глазом пройдет, и буду вообще красотка!

Поправляю кудри и встаю с пуфа, шедшего в комплекте с туалетным столиком.

– Ну как тебе? – прокручиваюсь вокруг своей оси, демонстрируя маме выбранный наряд.

Вместо жутко короткой юбки, которую мне в наследство оставила Дафна, я выбрала кожаные брюки и черный топ с v-образным вырезом. Пришлось добавить в образ хоть нотку сексуальности, чтобы подруга не проклинала меня с другого конца земли.

– Красиво, – кивает мама, но взгляд ее остается серьезным. – У вас с Брайаном проблемы? Он давно не приезжал.

– Все нормально, – внутри просыпается горечь, и я прячу руки за спиной, сжимая их в кулаки. – Просто занят на работе.

– Понятно, – она продолжает буравить меня взглядом, и приходится прикусить щеку изнутри. – Позови его как-нибудь на ужин. В конце концов, мы так и не смогли как следует с ним познакомиться. Твой отец сходит из-за этого с ума.

– Хорошо.

– И надень те серебряные сережки. С ними у тебя глаза сверкают ярче.

Она улыбается, и я отвечаю тем же, хотя сердце сжимается в груди.

– Так и сделаю.

Место, где живет Натаниэль, оказывается больше, чем я себе представляла. Симпатичный частный домик на окраине города выполнен в современном стиле и представляет из себя строение из стекла и металла. Панорамные окна, начинающийся позади дома лес – еще чуть-чуть, и мне начнет казаться, что я попала в «Сумерки». Но, надеюсь, сегодня обойдется без обращений: вечная жизнь даже с сексуальным красавцем под боком слишком выматывает.

Людей здесь тоже больше, чем вырисовывалось у меня в голове. В целом ничего удивительного, Нат – парень довольно общительный. Вечеринка уже гремит на весь район, когда я подъезжаю к дому. Из окон виднеется красная подсветка, которая дает разглядеть лишь темные силуэты внутри.

Расплатившись с таксистом, выхожу и на секунду замираю.

А может, к черту? Лучше вернуться домой и почитать.

Кричит голос в моей голове. И возможно, я бы даже послушалась его, но такси за моей спиной уже рвануло с места и быстро скрылось за поворотом.

Ну, в конце концов, я могу уехать в любой момент. Надо хотя бы попробовать войти.

«Попробовать» оказывается очень правильным словом, ведь когда я приближаюсь ко входу, понимаю, что людей здесь бесконечно много. Некоторые уже прилично пьяны, другие мирно разговаривают с пивом в руках, а некоторые вовсю целуются, занимая проходы и мешая пройти.

Приходится протискиваться через нескончаемые любвеобильные парочки, чтобы оказаться в гостиной. И дело это не из самых приятных.

Когда же я наконец оказываюсь в нужном помещении, оглядываюсь по сторонам и не нахожу ни одного знакомого лица. Вдавливаю ногти в ладони и начинаю жалеть, что вообще приехала.

Музыка бьет по ушам. Люди вокруг собираются компаниями, а я с каждой секундой все больше чувствую себя здесь лишней.

– Ты пришла! – выскочив из ниоткуда, передо мной появляется Нат.

И наверное, я еще никогда не была так рада этому блондину, который тут же сгребает меня в объятиях.

– Привет, – несколько неловко отвечаю я.

От парня пахнет алкоголем и хвоей, а когда он отстраняется, я вижу на его лице пьяную улыбку.

– Рад, что ты все-таки решилась, Скарлетт.

– Спасибо за приглашение, но ты весь университет позвал? – обводя пальцем пространство вокруг, спрашиваю я.

Он усмехается.

– Да так, пара знакомых.

Пара. Ага, конечно. Да тут человек сто минимум! Но я сдерживаю свои комментарии.

– Хочешь выпить? – вдруг спрашивает Натаниэль, и я киваю, мысленно отмечая, что он похож на щенка золотистого ретривера.

Эта мысль веселит и расслабляет, поэтому я совсем не сопротивляюсь, когда парень берет меня за руку и ведет куда-то в сторону. Разобрать, где какая комната не удается, поскольку все до одной заполнены пьяными студентами, и мне остается лишь довериться Натаниэлю.

В итоге мы оказываемся в небольшой игровой, в центре которой стоит теннисный стол, где вместо спортивных соревнований проводят игру в бир-понг.

– Сыграем? – предлагает Нат.

Сомневаюсь. В таких играх я не мастер. Ни особой меткости, ни удачи. Но, глядя на развеселого парня, мне тоже хочется утонуть в эйфории, так что согласно киваю.

– Но я не буду поддаваться, – подмигивает он.

– Отлично. Но не плачь, когда проиграешь, – хмыкаю я.

– Постараюсь.

Он тянет меня к столу, прогоняя стоявших там парней. Те кидают несколько недовольных фраз, но все же уступают стол хозяину вечеринки.

– Готова? – склонив голову, произносит Нат.

– Вопрос в том, готов ли ты?

Его губ касается очередная усмешка, и игра начинается.

К моему удивлению, я справляюсь лучше, чем думала. Почти сразу попадаю в стаканчик на стороне Натаниэля, и, пока парень залпом выпивает порцию пива, собравшиеся вокруг довольно скандируют мое имя.

Мне даже нравится. До того момента, пока самой не приходится пить. Пиво успело стать теплым, отчего во рту становится противно, и остается просто глотать. Зато уже после первого стакана чувствую, как внутри разливается веселье, а игра начинает забавлять меня все сильнее.

– Давай, Скарлетт! – кричит один из друзей Ната, когда на его части стола остается всего один стакан. – Сделай его!

– Я думал, ты на моей стороне, Трой, – возмущается тот.

– Прости, друг, но смотреть, как тебя размазывает девчонка, намного интереснее.

Я хмыкаю и прицеливаюсь. Если сравнить с началом игры, делать это сейчас гораздо сложнее. Перед глазами маячит куда больше, чем один стакан, что в целом неудивительно, ведь и Натаниэль не всегда промахивался.

Пришло время довериться удаче.

Бросок. Отскок об стол. Плеск пива.

– Ура! – кричим мы вместе с собравшимися вокруг стола, пока Нат вытаскивает шар из стакана и выпивает его до дна.

Парень, которого Нат назвал Троем, подхватывает меня на руки и кружит. Обычно мне бы не понравились прикосновения незнакомца, но сейчас я лишь вскидываю руки и весело кричу.

– Красотка! Поставила его на место, – подмигнув, Трой дает мне пять и отходит в сторону, пропуская Натаниэля.

– А ты меткая, – замечает он и проводит ладонями по лицу. – А я чертовски пьяный.

– Это твоя плата за проигрыш, – смеюсь я. – Говорила же, сделаю тебя.

– Да, ты не соврала.

Он смотрит на меня с улыбкой, кажется, собираясь продолжить, но я оказываюсь быстрее:

– Где здесь туалет?

Во мне столько пива, что еще чуть-чуть, и я взорвусь.

– На втором этаже. Тебя проводить?

– Нет, развлекайся.

Хлопаю его по плечу и направляюсь в сторону, где, как мне помнится, я видела лестницу.

На втором этаже оказывается куда тише. Людей тут почти нет и, к моему везению, очереди в ванную тоже.

Только оказавшись перед зеркалом и взглянув на свои блестящие глаза и глупую улыбку, я понимаю, насколько пьяна: очень.

Прикусив губу и при этом почти ничего не почувствовав, включаю холодную воду и, помыв руки, прикладываю ладони к щекам. Это оказывается безумно приятно, но еще приятнее становится, когда я касаюсь шеи.

– Кажется, пора передохнуть, – шепчу я, усаживаясь на край ванны.

Провожу руками по волосам. Голова немного кружится, но в целом все не так уж и плохо.

Вспоминаю, что до сих пор ничего не писала Дафне, и тянусь в карман за телефоном. Но вместо мессенджера палец случайно выбирает одну из социальных сетей. И там мне в глаза сразу же бросается он. Чертов Брайан.

Так и хочется написать ему парочку гневных сообщений, в которых десятки раз назову его придурком. Но нет. Я выше этого и не буду заниматься подобным. И от страничек его сейчас отпишусь!

Только посмотрю напоследок, чем он занимается.

На видео оказывается не сам Брайан, а его друг, сидящий на сцене и настраивающий гитару. Прикусываю губу, сдерживая разочарованный стон, и перехожу на саму страничку Найта. Вот тут все становится интереснее. Среди фотокарточек нахожу ту, где Брайан стоит топлес перед зеркалом, и позволяю себе скользнуть взглядом по кубикам пресса и татуировкам.

– Ну почему все засранцы такие горячие? – хныкаю я. – Придурок. Ты такой придурок, Найт. Был бы ты здесь, я…

И тут в голову приходит глупая, детская идея. Трезвая я обязательно об этом пожалею. И возможно, ничего не получится. Но во мне столько алкоголя, что сейчас мозг бесчестно проигрывает горящему желанием мести сердцу.

Подскакиваю, о чем сразу же жалею, и еще где-то с минуту пытаюсь поймать равновесие. А потом вновь подхожу к зеркалу, поправляя чуть потекшую тушь, хлопая по щекам и взбивая руками волосы.

– У мести должны быть красивые сиськи, – хмыкаю пьяная я и оттягиваю вырез топа чуть ниже. – Идеально.

Подмигиваю своему отражению и выхожу, пока внутри все трепещет от гениальности моего плана.

Гениальности… ага.

Глава 16

Брайан

– Знаешь, для восходящей рок-звезды ты чертовски грустно проводишь свои вечера.

От скуки свесив голову, я разваливаюсь на барном стуле настолько, насколько могу, при этом не оказавшись в итоге на полу.

– А ты рассчитывал, что я буду поддерживать карикатурный образ из твоих фантазий? – фыркает Харви, занимаясь инструментами на сцене.

– О, поверь, моя фантазия заполнена совсем другими образами. И потным рокерам там не место.

– Естественно.

– А вообще, я серьезно. Почему, пока другие парни из группы пользуются благами популярности по полной, ты сидишь здесь? Среди девчонок, липнущих к вам после выступлений, достаточно симпатичных мордашек. А ты здесь, даже когда клуб не работает.

– Между прочим, ты здесь со мной.

Меткий гаденыш.

Но справедливости ради у меня есть разумное объяснение тому, почему я здесь. Сегодня днем к моему рабочему столу доставили очередную весточку от Ханны. Кексы с нашими фотографиями. Долбаные кексы с нашими фотографиями. Никогда бы не подумал, что хоть какой-либо в мире десерт способен вызвать у меня отвращение, но жизнь умеет удивлять. Чертовы фотки на розовом креме…

Помните, как я назвал это разумным объяснением? Забудьте. Нет ничего разумного в происходящем. Но оставаться одному этим вечером было как-то тревожно, поэтому я и приехал к Харви.

– Не переводи стрелки, – слегка встряхнув плечами, отвечаю я.

– Кто бы говорил.

Парень поправляет цепочку на груди, и я не знаю, прикусить язык или закатить глаза. Но в итоге все-таки произношу:

– Ты когда-нибудь забудешь ее?

– Не знаю, – выдыхает Харви, и взгляд его становится пустым. – Сколько бы времени ни проходило, у меня никак не получается.

Вскакиваю со стула, жалея, что завел эту тему, а затем запрыгиваю на сцену, подходя ближе к другу.

– Ты просто не стараешься. Когда ты последний раз был на свидании? Не помню, видел ли вообще тебя с девушкой с тех пор, как вы расстались. А это было… В средней школе? Боже, друг, я начинаю переживать за твои яйца.

– Заткнись! – фыркает он.

– Нет, правда. Тебе срочно нужно с кем-нибудь познакомиться. Тем более девчонки любят парней, чьи пальцы так профессионально перебирают струны, – играю бровями и сажусь напротив Харви. – Сейчас твой лучший друг все устроит.

Достаю из кармана телефон и, зайдя в интернет, включаю запись видео.

– Давай, сыграй что-нибудь.

– Гитара не настроена, – угрюмо отвечает он. – И вообще, не хочу я никого искать.

Заканчиваю запись и закатываю глаза.

– Ну конечно. Ладно, просто уберу звук.

Нажимаю несколько кнопок и отправляю видео гулять по Всемирной паутине.

– Готово. Не удивляйся, когда твои мессенджеры вдруг наполнятся десятками новых сообщений.

– Значит, пора закрывать аккаунты, – саркастично улыбается он и отставляет гитару в сторону. – Что ты тут вообще забыл? Неужели нет ни одной девчонки, которая бы терпела тебя вместо меня? Я даже готов ей заплатить.

– Как мило с твоей стороны! – хватаю валяющийся на полу медиатор и кидаю в сторону друга.

– Эй! Если он потеряется, я надеру тебе зад. Опять.

– У вас их и так много, так какая разница?

– Их много, потому что мы закупаемся оптом, ведь из-за тебя они постоянно ломаются или теряются. А ты даже не в группе!

– Я ваш главный фанат, мне можно.

– Слушай, главный фанат, вали-ка ты домой. К себе или к Скарлетт, хоть куда-нибудь.

– Опять ты за свое. Ты же знаешь, я не могу.

Складываю руки за головой и вглядываюсь в софиты на потолке.

– Да, да. Слышал эту слезливую историю, в которой ты не тусуешься уже две недели, только бы случайно не напиться и снова не явиться к Скарлетт на порог, готовым на все. Правда, я так и не понял, почему ты так боишься этого.

– Не хочу, чтобы планы отца работали и он получал желаемое. А в этот раз его желание заключается в моих отношениях с малышкой Мун.

– Но ты же тоже этого хочешь, – замечает умник.

– С чего ты взял? – фыркаю я. – Меня вполне устраивает, когда никто не заставляет мою голову взрываться. Скарлетт такая непредсказуемая, взбалмошная…

– …и так нравится тебе.

– Да. Что? Нет! Не перегибай. Да, между нами кое-что произошло, но, думаю, подобное не повторится. В конце концов, я повел себя как козел. Вряд ли она захочет меня видеть после такого.

– Да, ты тот еще придурок.

– И вновь спасибо, дорогой друг!

– Тебе не кажется глупым отказываться от того, кто тебе нравится, из-за собственного отца? Разве он не победит, если ты лишишь себя чего-то, делающего тебя счастливее?

– Все сложно.

– Да нет. Ты либо счастлив со Скарлетт, либо продолжаешь бессмысленную борьбу, из которой никто не выйдет победителем. Не давай ему столько власти над собственной жизнью.

– Именно этого я и добиваюсь последние годы. Устроился в другую компанию, свел наши встречи к минимуму. Но он все равно будто продолжает сидеть у меня под кожей.

– Так выгони его.

– Если бы это было так просто. Тем более Энтони куда хуже, чем мне.

– Твой брат сам выбрал путь подчинения. Хватит все время думать о других. Подумай, чего сам хочешь.

Экран мигает, оповещая о новой публикации Скарлетт.

Да, черт возьми, я включил оповещения со страницы этой безбашенной девушки. И нет, я не позволю кому-либо осуждать меня за это.

Не раздумывая, кликаю на иконку. Две недели ее социальные сети молчали, и я искренне надеялся, виной тому экзамены, боясь, что мог ранить ее настолько сильно. Это то, чего бы мне очень не хотелось.

Но, видимо, я зря волновался.

Когда я вижу фото на своем экране, пальцы непроизвольно сжимаются вокруг смартфона.

По телу пробегает дрожь, пока перед глазами появляется первая из карусели фотография. Обычное селфи в ванной, но даже его Скарлетт способна сделать крышесносным. Завораживающие карие глаза, пухлые губы и незаконно сексуальное декольте. Я даже откашливаюсь, представляя, как телепортируюсь в это фото и обнимаю ее сзади. Утыкаюсь носом ей в шею, сжимаю талию в ладонях, а она вновь шепчет мое имя…

Чувствую, как в штанах становится теснее.

Словно загипнотизированный, листаю дальше, но на меня будто выливают ведро холодной воды. На следующем фото Скарлетт не одна. Стоя в гостиной, полной людей, она целует хорошо знакомого мне блондинчика в щеку, пока тот, радостно улыбаясь, обнимает ее за талию.

Во мне вскипает злость. А в голове неминуемо вспыхивают картины, где я ломаю Натаниэлю каждый из пальцев. Он посмел прикоснуться ими к малышке Мун.

Кажется, я схожу с ума.

Надо бы выключить телефон и взять себя в руки, но я не могу, зная о еще одной фотографии, на которой может быть все что угодно. И вот мой большой палец уже сам листает дальше.

Все еще находясь в объятиях Ната, чертовка теперь смотрит в камеру, сверкая глазами из-под опущенных ресниц и сексуально приоткрывая рот. Боже, до чего она красива!

А вот взглянув на ее компаньона, я опять сгораю от желания объяснить парню – ему стоит держать свои руки подальше, как и глаза, нагло пялящиеся на грудь Скарлетт.

– Мне пора, – не раздумывая ни секунды, подскакиваю с места и, не убирая телефон, направляюсь к выходу.

– Ты куда?

– Решил послушать твой совет.

– В кои-то веки! – фыркает Харви, но затем добавляет: – Погоди, а какой из?

Но я не отвечаю, слишком занятый поисками нужного адреса.

Скоро встретимся, малышка Мун. Надеюсь, ты не выцарапаешь мне глаза со злости…

Когда я подъезжаю к дому Натаниэля, на часах уже первый час ночи. Вечеринка в самом разгаре, и придурку очень повезло с расстоянием в пару миль до ближайших соседей. Музыка разносится на всю округу, а на территории дома полно пьяных студентов. Кто-то даже спит на лужайке, и мне приходится ходить зигзагами, обходя эти тела.

– Эх, студенческие годы. Сказал бы, что скучаю, но не хочу врать, – бормочу под нос, пробираясь ко входу.

Зайдя внутрь, тут же начинаю высматривать знакомую макушку среди толпы, но все безрезультатно. Это начинает бесить и беспокоить одновременно. Но я не теряю надежды, что, даже будучи пьяной, Скарлетт удастся не найти приключения на свой прекрасный зад.

Хотя кого я обманываю? Она способна найти их даже в пустой комнате!

И от этого становится только тревожнее.

В очередной раз оглядываюсь по сторонам и все же нахожу среди толпы знакомое лицо. Правда, не то, что ожидал.

– Найт? Не думал увидеть тебя здесь! – заплетающимся языком произносит Трой, обнимая незнакомую мне девушку за талию.

Мы познакомились с ним на одной из вечеринок в клубе, где выступает Харви. И в общем Трой парень неплохой, но не тогда, когда он забывает о норме выпитого, отчего и у него, и у тех, кто оказывается под боком, часто возникают проблемы.

Одной нежелательной драки хватило, чтобы я понял: стоит держаться от этого парня подальше.

– Давай пропустим все эти любезности, – отвечаю я, продолжая сканировать пространство вокруг. – Ты не видел тут девушку с темными волосами в черной одежде?

– Да ты описал половину собравшихся! – хмыкает он, явно считая свой ответ верхом остроумия. – Хотя… Кажется, я знаю, о ком ты.

Его губы растягиваются в хитрой ухмылке, и мне совсем это не нравится.

– Поищи на втором этаже.

До боли сжимаю челюсти и, отталкивая парня в сторону, бегу к лестнице. Слышу, как сзади Трой забрасывает меня оскорблениями, кажется, он разлил на себя пиво, но сейчас мне не до этого. Сердце в груди отбивает бешеный ритм, пока я, забыв обо всем, перескакиваю одну ступеньку за другой.

Не завидую парню, который окажется рядом с ней.

Открываю каждую попадающую мне на глаза дверь, не беспокоясь, что могу помешать кому-то. Сейчас в моей голове только Скарлетт, и я злюсь на себя. Она не оказалась бы здесь, не оставь я ее в тот вечер.

Какой же дурак.

Дверь пролетает за дверью, а я начинаю понимать, что к желанию поскорее найти нужную примешивается страх. Он остервенело рвет грудь, пока пульс бьет все рекорды.

Где она?

Но, пройдя как минимум половину из комнат, я не нахожу и следа Скарлетт. И когда вдруг натыкаюсь на запертую дверь, чувствую, как схожу с ума. Громко стучу по дереву кулаками, кричу, чтобы те, кто внутри, открыли. А фантазия тем временем рисует отвратительные образы.

Я уже готов снести эту дверь с петель, когда слышу знакомый голос за спиной:

– Брайан?

На секунду мне кажется, что он звучит в моей голове и собственное сознание издевается надо мной. Но когда я поворачиваюсь и вижу перед собой целую и невредимую Скарлетт, не могу сдержать эмоций и бросаюсь к ней, сгребая в объятиях, прижимая к стене и впиваясь в сладкие губы своими.

Боже, как же мне их не хватало! Этого вишневого вкуса. Этих тихих стонов, которые девушка никогда не сдерживает. Ее пальцев в моих волосах.

Мне не хватало ее.

И теперь я будто пытаюсь нагнать упущенное, подхватывая ее бедра, вжимаясь в нее всем телом и целуя, целуя, целуя. Ее шею, губы, щеки. Проникаю языком в ее рот, и она встречает меня так же страстно, как в первый раз в клубе.

Ощущаю, как девушка прижимается ко мне грудью, как напрягаются ноги, сплетающиеся вокруг меня. И, черт возьми, внизу я тут же становлюсь твердым.

Знаю, она чувствует это. Понимаю это по тому, как ее рот расплывается в улыбке. И еще сильнее завожусь.

А потом она больно кусает меня за губу, заставляя отстраниться.

– Эй, – провожу пальцами по губам и понимаю, что на них кровь.

– Я, может, и пьяная, но не настолько, чтобы так просто тебя простить.

Она толкает меня, заставляя отпустить, и пьяной фигурой сползает по стене.

– Думал, можешь так просто прийти, поцеловать меня, и я обо всем забуду? – она тычет пальцем мне в грудь, а в голове мысли лишь о том, как я счастлив найти ее. – Черта с два! Я не собираюсь прощать тебя. Ты придурок, Брайан! И я не собираюсь об этом забывать.

– Хорошо, – беру наманикюренный пальчик в свои руки, это действительно больно, когда она тычет им в одну и ту же точку. – Я заслужу твое прощение. Чего ты хочешь?

Ее прекрасные глаза смотрят на меня в недоумении. Подозреваю, что она сейчас расплачется, но вместо этого моя непредсказуемая Скарлетт произносит:

– Хочу картошку фри.

Она выпячивает нижнюю губу, словно ребенок, и я не могу сдержать смех. В этот момент дверь позади открывается, и из-за нее выглядывает полуголый парень. Я тут же прикрываю глаза Скарлетт своей ладонью.

– Какого черта? Комната занята, не понятно? – рычит он.

– Извини, друг. Ошибся номером.

– Каким еще номером? Ты обкурился?

– Возможно, – смотрю на залившуюся румянцем девушку, которая послушно скрывается за моей ладонью, и понимаю, назвать меня адекватным точно нельзя. – Еще раз прости. Мы пойдем.

Не уверен, как быстро Скарлетт сможет перебирать ногами в таком состоянии, поэтому я подхватываю ее и закидываю себе на плечо.

– Ты что делаешь? – недовольно вопит она, не слишком активно избивая мою спину кулаками. – Немедленно опусти меня!

– Конечно, как только выйдем на улицу.

– Брайан!

– Не шуми, малышка, а то подумают, я тебя похищаю, – спускаясь по лестнице, улыбаюсь, словно довольный кот.

– А разве это не так?

– Нет, я просто ускоряю твою доставку к моей машине.

– Придурок, – буркает она, но затихает.

Когда мы оказываемся почти у выхода, за спиной раздается голос, от которого мои челюсти вновь сжимаются до скрипа.

– Скарлетт?

Я бы с удовольствием прошел мимо, но девушка на моем плече заставляет остановиться, шлепнув по заднице.

– Полегче, – хмыкаю я и отвечаю на шлепок. – А то я могу и привыкнуть.

– Ой, да заткнись, – фыркает она.

– У тебя все нормально? – вновь подает голос Натаниэль, и я разворачиваюсь к нему лицом.

– Все отлично, малыш Нат. Иди развлекай своих гостей.

– Я разговариваю не с тобой, Брайан, – скалится он. – Скарлетт, тебе нужна помощь?

– Помощь понадобится тебе, если я еще раз увижу, как ты лапаешь мою девушку.

– Твою девушку?

Хмурится он, но я не собираюсь участвовать в этом споре. Поэтому разворачиваюсь и, подмигнув, кидаю напоследок:

– Передавай Клариссе привет.

Ах да, забыл упомянуть, что Натаниэль – брат моей будущей невестки.

Выбегаю на улицу и тут же чувствую, как Скарлетт щиплет меня за зад.

– Эй, я понимаю, ты без ума от моей задницы, но держи себя в руках, – ставлю ее на ноги, но продолжаю держать за плечи, убеждаясь, что девушка сохранит равновесие.

– Пошел к черту! – вырывается она. – Кто вообще разрешал тебе себя так вести? Девушка? Серьезно, Найт? А не слишком ли самоуверенно для того, кто не объявлялся две недели?

– А ты хочешь запрыгнуть на Натаниэля? Думаешь, он будет лучше меня?

– Тебя это не касается! Может, и хочу. В конце концов, он хотя бы не сбежит.

Проглатываю ругательства. Терпи, ты сам виноват.

– Я бы не был так уверен, – сдержанно отвечаю я.

– Ничего, зато в тебе я точно не уверена!

Она разворачивается в сторону дома, но я хватаю и притягиваю девушку обратно, прижимаясь к ее спине. Прислушиваюсь к ее быстрому дыханию и пульсу. Она живая. Не плод моей фантазии. И все еще здесь. Так что я больше не упущу ее.

– Отпусти, – тихо рычит она.

– Нет.

– Я сказала отпусти, Брайан! Не хочу связываться с тем, кто будет делать мне больно.

Кладу подбородок ей на плечо, нежно целуя шею. Чувствую, как ее тело натягивается словно струна.

Тебе же это нравится, правда, малышка Мун? Ты ведь тоже скучала?

– Я не хотел сделать тебе больно, – шепчу, удобнее устраиваясь у нее на плече.

– Но сделал.

– И очень об этом жалею.

– Как мило, – фыркает она.

– Дай мне шанс, Скарлетт.

Ее мысли такие громкие, что, кажется, я слышу их даже в своей голове. Знаю, она сомневается. И это правильно. Я поступил как урод. Но сейчас и правда готов на все, только бы Скарлетт меня простила.

И я надеюсь, руки, сжимающие ее талию, способны перенести в ее прелестную голову хоть часть моих собственных размышлений.

– Я подумаю, – наконец отвечает она, сбрасывая с моего сердца камень. – Но сначала ты купишь мне картошку.

Отпускаю ее.

Черт, я готов купить тебе хоть всю картошку мира, просто и дальше смотри на меня своими невероятно красивыми глазами.

Но вместо этого отвечаю лишь:

– Договорились.

– Но это еще не значит, что я тебя прощу.

– Я понял.

– Ты очень меня обидел.

– Знаю.

– А теперь, может, откроешь машину? Здесь вообще-то прохладно.

Чувствуя, как щеки болят от улыбки, помогаю Скарлетт забраться в салон и думаю о том, что нет ничего более правильного, чем вид того, как эта девушка сидит в моей машине.

– Пристегнешься сама или мне помочь?

– Иди к черту, – шипит она, а я все равно радуюсь, как идиот.

Глава 17

Брайан

Я привожу ее в ближайшую на карте точку, где, судя по информации в интернете, подают картошку. К счастью, и на фото, и в жизни, место оказывается довольно приятным, хоть и представляет из себя закусочную на заправке. Милый интерьер, будто сошедший с кадров старых кинокартин. Уютно, но радует ремонт, сделанный куда позже, чем были сняты те фильмы.

Хотя я бы все равно предпочел отвезти Скарлетт куда-нибудь в городе, чем разъезжать по окраинам в поисках приключений. Но стоило мне только заикнуться, что нам придется ехать больше, чем десять минут, девушка тут же начинала недовольно ворчать.

Малышка Мун, конечно, заставляет мое сердце стучать быстрее, но, когда эта девушка чем-то недовольна, никто не захочет оказаться рядом. У меня не остается выбора, тем более что ее живот с каждой секундой все громче поддерживает недовольство своей хозяйки.

Помимо нас в закусочной, горящей ярким светлячком посреди ночи, оказывается лишь сотрудница за стойкой. Что не может не радовать, но и расслабиться до конца тоже не дает. Возможно, я преувеличиваю, но в подобных местах мне постоянно мерещится неминуемая угроза из-за угла.

Когда мы заходим внутрь, я направляюсь делать заказ, а Скарлетт убегает в уборную. Джентльмен внутри меня сомневается: пойти и убедиться, что с ней все нормально, или малышка Мун убьет меня на месте? С ней никогда не знаешь.

Тяжело выдыхаю, чувствуя, как уголки губ все равно ползут вверх, и ощущаю себя дураком.

– Заказывать будете?

Жуя жвачку, спрашивает сотрудница, и я наконец обращаю на нее внимание. Хамоватая, в красной униформе и с надменным взглядом, будто я виноват, что ей приходится здесь работать. Место и правда колоритное.

– Большую картошку и две газировки, пожалуйста, – улыбаюсь, пытаясь скрасить ситуацию, и протягиваю карту.

– Терминал не работает. Наличка есть?

Если бы она в этот момент выплюнула жвачку мне в лицо, я бы не удивился.

– Да, – складывая губы в ровную линию, достаю несколько купюр. – Сдачи не надо.

– Как скажете.

Ни спасибо, ни хоть малейшего изменения тона. Я знаю, как нелегко бывает сотрудникам общепита, в конце концов, мой лучший друг работает бариста, поэтому я привык всегда оставлять чаевые. Но, сталкиваясь с такими людьми, начинаю задумываться, а стоит ли?

Услышав, что ждать придется около десяти минут, я отхожу к дверям, ведущим в уборные, и аккуратно стучу костяшками по дереву.

– Скарлетт? Ты в порядке?

В ответ я чуть не получаю этой самой дверью по лицу, но успеваю вовремя отпрыгнуть, когда передо мной появляется чуть растрепанная девушка.

– Да. Просто выпила слишком много пива и очень хотела в туалет.

Ее голос звучит несколько лучше, чем полчаса назад, но веки все еще двигаются будто в замедленной съемке.

– Я заказал картошку.

– Ага, – проводя руками по волосам, девушка слегка пошатывается. – Супер, спасибо.

– Давай сядем.

Подхватив ее под локоть, веду к ближайшему столику, расположенному у окна, усаживаю на диван, а сам устраиваюсь напротив. Жестом показываю сотруднице, какой из столов мы заняли, на что она, листающая журнал за стойкой, лишь закатывает глаза.

Окей, видимо, мы не подружимся.

Тем временем Скарлетт, подперев ладонью голову, смотрит на улицу за окном.

– Вот мы и поменялись ролями, – не слишком разборчиво бормочет она. – Правда, сбегать от тебя через лес будет проблематично.

Проследив за ее взглядом, смотрю на лесную опушку, начинающуюся по противоположную сторону от дороги.

– Зачем тебе сбегать от меня?

– Ну ты же почему-то сбежал.

Ее карие глаза теперь сосредоточены на мне и напоминают две бесконечные бездны, в которых можно утонуть. Но замечать, как в этих безднах мелькает печаль, невыносимо.

– Прости, – произношу я, боясь, что сейчас она вновь отведет взгляд.

Смотри на меня. Не закрывайся.

– Я поступил как придурок.

– Как полная задница, – откидываясь на спинку дивана, она складывает руки на груди. – Как козел. Мерзавец. Чертов…

– Я понял, – прерываю этот список, подозревая, что Скарлетт способна продолжать очень долго. – Да, мой поступок был очень неправильным. Еще раз извини.

Я вижу, как она кусает губы, и думаю только о том, как хочу заняться этим сам. Но прежде надо разобраться со всеми вопросами, иначе малышка Мун скорее откусит мне голову, чем позволит к себе приблизиться.

– О чем ты думаешь?

Ее грудь наполняется воздухом, пока она готовится ответить, но именно в этот момент подходит девушка в красной униформе, которая ставит между нами поднос с едой и напитками.

– Приятного, – кидает она, а я теперь испытываю не снисхождение, а злость. Но проглатываю ее, желая поскорее вернуться к нашему разговору.

Но у Скарлетт совсем другие планы. Она смотрит на гору картошки фри, и ее глаза загораются словно две лампочки. В голове непроизвольно появляется мысль из серии: хотел бы я, чтобы она смотрела на меня так же, как на картошку, – но я быстро прогоняю ее, встряхнув головой.

Девушка тем временем вскрывает упаковку кетчупа и тянется к картошке. Когда еда попадает ей в рот, она почти стонет от удовольствия, закрывая глаза и медленно пережевывая.

Зрелище вызывает у меня улыбку.

Она так аппетитно ест, и мне самому не терпится попробовать, что же там за пища богов. И вот я тянусь взять одну из картофелин, но, почти достигнув цели, получаю шлепок по руке.

– Эй!

– Моя картошка, – сузив глаза, шипит девушка. – Руки прочь.

– Вообще-то я заказал большую специально для двоих.

– Ничего не знаю, это, – она указывает на гору золотистых долек, – вклад в фонд твоих извинений. Так что, если хочешь, то закажи себе еще одну порцию.

Я усмехаюсь и, взяв с подноса стакан с газировкой, откидываюсь на спинку дивана, наблюдая за тем, как девушка разделывается с огромной порцией картофеля.

– И каким же должен быть мой следующий вклад?

– Правда, – на секунду замирает она, отряхивает руки от соли и смотрит на меня. Знаю, Скарлетт пытается это скрыть, но вижу, как под столом она выкручивает свои пальцы. – Не хочу, чтобы кто-то манипулировал мной и играл в горячо-холодно. Если ты из таких, то скажи сейчас, разбежимся на берегу, я не дам с собой так обходиться. Если думаешь, что кидать меня, а потом вдруг приезжать на вечеринку, называть своей девушкой и увозить в непонятном направлении – это прикольно, то опять же давай закончим наше общение здесь и сейчас.

С минуту я не знаю, что ответить. Как объяснить ей все, не рассказывая об отце? Не желаю показывать ей эту сторону своей жизни. Точно не сейчас. Как и не хочу дать этой стороне приблизиться к Скарлетт. Черт, до чего же все сложно.

– Я не хочу играть с тобой, – отвечаю я.

И это та самая правда, которую я точно могу сказать вслух. Как бы ни казалось со стороны, но я не из тех, кто манипулирует чужими чувствами. И тем более не хочу делать подобное со Скарлетт.

– Хорошо, – кивает девушка. – Но как-то ты не особо справляешься.

Хмыкаю, вперив взгляд в собственные ладони и чувствуя, как нога под столом так и просится пуститься в нервный пляс.

– Прости, – еще раз повторяю я, выигрывая время для раздумий. – Знаю, повел себя как придурок. И, к сожалению, не могу вернуться в прошлое, чтобы дать себе подзатыльник.

– И правда жаль, – кивает Скарлетт, потягивая напиток через трубочку.

– Да, но я хочу все исправить. Вот она, правда.

– Это все чудесно. Но ты до сих пор не ответил на главный вопрос: почему ты ушел?

– Ответ «я идиот» не подойдет? – пытаюсь перевести все в шутку, но девушка передо мной не настроена шутить. – Окей.

И я решаю сказать то, что, по сути, тоже является одной из причин.

– Я испугался. Подумал, все испортил. Приехал к тебе пьяный и устроил это. Потом поджал хвост и сбежал вместо нормального разговора.

– Но ты мог объявиться куда раньше, чем через две недели. Не тогда, когда я выложила фото с другим парнем, и в тебе вдруг проснулась ревность.

– Стоп, – в голове щелкает, и мне едва удается сдержать ухмылку. – Так эти фото были сделаны для меня?

Откидываюсь на спинку, закидывая на нее руку, и с удовольствием смотрю на разливающийся по лицу девушки румянец.

– Не бери на себя так много! – она не смотрит на меня, якобы слишком увлеченная едой, но ее эмоции сейчас для меня словно открытая книга. – С чего бы мне делать эти фотки для тебя? Не переоценивай себя, Найт.

– Да что ты, – наклоняюсь через стол и зубами выхватываю картошку из ее пальцев. – Не ври мне, малышка Мун.

Ее лицо вспыхивает еще сильнее.

– Какой же ты самодовольный индюк! Знаешь, я передумала. Фонд извинений закрыт. Благотворительности пришел конец, я не собираюсь тебя прощать.

Недовольно хмурясь, она отворачивается к окну.

– В любом случае тебе надо быть аккуратнее. Не стоит давать парням ложную надежду, флиртуя с ними. Кто знает, что у них в голове.

– Ни с кем я не флиртовала.

– И правильно. Делай это только со мной.

– Размечтался.

– В моих мечтах мы заходим куда дальше обычного флирта, – с удовольствием наблюдаю, как при этих словах Скарлетт сглатывает.

– В твоих мечтах это и останется.

– Уверена? – опираясь о стол, с вызовом смотрю на девушку. – Давай проверим.

– Очередная сделка?

И вот она вновь смотрит на меня, пока в ее глазах искрится азарт. Нет, она ни за что не упустит возможности сделать меня в чем бы то ни было.

– Да. Как насчет второго шанса для наших отношений?

– Наших фальшивых отношений?

– Нет. В этот раз все реально. Посмотрим, как скоро ты сдашься и признаешь, что нам суждено быть вместе.

– Как самоуверенно, – фыркает она. – И какой же мне от этого прок?

– Вечная прекрасная любовь?

Скарлетт закатывает глаза.

– Неинтересно. Предложи мне нечто более стоящее.

Опираясь руками о стол, она придвигается все ближе, пока ее декольте все больше притягивает к себе мое внимание. Вспоминаю, как любовался ее грудью в тот вечер, когда нависал над полуобнаженным телом малышки Мун, и во рту пересыхает. Вот же чертовка!

Ну ладно, хочешь настоящую сделку, значит, ты ее получишь. Вот только победа все равно будет за мной.

– Хорошо, предлагаю тебе спор. До конца лета я заставлю тебя стать моей девушкой. Настоящей, без каких-либо оговорок. А если не получится и выиграешь ты, то я выполню любое твое желание.

– Не боишься давать мне столько места для фантазии? – хитрая лисица наклоняет голову, перебрасывая волосы на одну сторону и тем самым оголяя тонкую шею. – Я же могу придумать что угодно, милый.

– Как-нибудь справлюсь.

Отвечаю я, а внутри все же мигает вывеска:

Не сомневаюсь, эта девчонка при возможности оторвется на мне по полной, но сейчас не время давать заднюю.

– Договорились. Когда будешь лысый бегать голышом по центру города, не забудь, что сам это придумал.

– Думаешь, я так легко дам тебе выиграть?

– Посмотрим, – улыбается она. – Кстати, у меня есть первое испытание для наших «отношений». Мои родители как раз хотели пригласить тебя на ужин.

– Ну уж нет.

– Так быстро сдаешься, Брайан?

Сжимаю челюсти, встречаясь с довольным взглядом чертовки.

– Хорошо. Скажи им, я согласен.

– Молодец, послушный мальчик, – подмигивает она. – Уже вижу, как ты сбегаешь, сверкая пятками.

Она улыбается и возвращает все внимание картошке.

Ничего, у меня в рукаве тоже есть пара тузов. Обещаю, малышка Мун, тебе понравится наша игра.

Игра, в которой в итоге не окажется проигравших.

Глава 18

Скарлетт

Возможно, я немного ошиблась, когда, будучи пьяной, подумала, что ужин с родителями станет тяжелым испытанием лишь для Брайана.

– Мама весь день бегает как сумасшедшая. Готовится к приезду этого придурка почти так же активно, как к приездам бабушки, – ворчу я, снимая полотенце с головы.

– Ты должна была понимать это, когда приглашала его, – усмехается с экрана ноутбука Дафна. – Твоя мама просто привыкла к необходимости стирать пыль даже с потолка, если к вам едут гости. Поэтому совсем не понимаю, чему ты удивляешься?

Пока девушка не видит меня, закатываю глаза, а после сажусь за туалетный столик, на котором стоит ноутбук.

– Сидя в солнечной Испании, ты остаешься все такой же бледной, вот чему я удивляюсь! Неужели ни один горячий парень еще не захватил твои мысли настолько, чтобы вытеснить оттуда напоминание о SPF?

– Во-первых, ни один парень не способен вскружить мне голову настолько, чтобы я потеряла память, – самоуверенно произносит девушка, загибая пальцы. – Во-вторых, не хочу потом выслушивать нотации матери о вреде солнечного света. И в‑третьих, ба уведет у меня любого парня, ты же ее знаешь!

О да, мисс Морган та еще оторва. Даже удивительно, как у такой сумасбродной женщины выросла столь педантичная дочь, как мать Дафны. Впрочем, скорее всего, гены в их семье передаются через поколение, ведь подруга почти полная копия своей бабушки. Видела ту лишь пару раз, но этого хватило, и я убедилась – мисс Морган из тех взрослых, что втайне от других разрешает детям пробовать алкоголь, отрывается на танцполе, пока остальные крутят пальцем у виска, и раздает всем советы на тему отношений. А женщина, у которой мужчин было больше, чем пальцев на обеих руках, наверняка в этом разбирается.

По крайней мере, так мы привыкли думать, еще будучи школьницами.

– Так, значит, это лето Дафна Баллард проведет без курортного романа? – растирая крем по лицу, хмыкаю я.

– Еще чего! У меня впереди поездка в Доминикану, и вот там я собираюсь отрываться по полной. Коктейли, крепкие парни и поцелуи на закате! Не так драматично, как у тебя, но мне вполне подходит.

– Теперь мне страшно за этих парней. Они даже не догадываются, что одна бледнокожая блондинка собирается вдребезги разбить их сердца.

– Не преувеличивай, – теперь ее очередь закатывать глаза, и делает она это воистину профессионально. – Никто не воспринимает курортные романы как нечто чистое и вечное. Это возможность расслабиться и забыться!

– Как скажешь, – усмехаюсь и замечаю пришедшее на телефон оповещение.

Новое сообщение от Брайана.

«В вашей семье принят дресс-код или я могу прийти в пижаме?»

Губы предательски растягиваются в улыбке, пока я клацаю по экрану, набирая ответ:

«Если вдруг решишь отомстить мне и нарядиться в костюм супермена, знай, я не против».

«И подарить тебе шанс на выигрыш, став идиотом в глазах твоих родителей? Даже не надейся, малышка Мун. Но не переживай, если ты любительница ролевых игр, то в нужный момент я могу стать для тебя и суперменом, и полицейским, и даже пожарным гидрантом, если твои вкусы настолько специфичны».

– Дурак, – хмыкаю я и печатаю короткое:

«Не смей опоздать».

– Это ты про кого? – на секунду забыв о подруге, я вздрагиваю, услышав ее голос. – Впрочем, о чем это я. По твоему лицу и так все понятно.

– И что с моим лицом не так? – вскинув бровь, складываю руки на груди.

– С ним все прекрасно! Ты светишься, как чертов фонарь, когда дело доходит до Брайана. Поэтому совсем не понимаю смысла в вашей игре. То ты плачешься, как скучаешь по нему, то воротишь нос. Нет, я, конечно, всегда за то, чтобы поводить кого-нибудь за нос. Вот только не хочу в итоге видеть жертвой тебя.

– Все будет нормально, – отвожу взгляд и тянусь за консилером.

– Прекрасно. Я рада. Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне, хоть и совсем не понимаю, чего ты добиваешься.

– Сама не знаю, – выдыхаю я. – Просто решила, что хочу плыть по течению, а не думать обо всем наперед. Разве не ты меня этому учила?

– Конечно, но ты почти никогда меня не слушаешь. Но, допустим, ты наконец одумалась и поняла: твоя подруга гений и просто гуру, которому за советы надо целовать ноги. – Кидаю скептический взгляд на Дафну, а та лишь отмахивается. – Итак, каков план, мой юный падаван? Какие испытания ты подготовила для своего принца, стремящегося спасти тебя из башни?

– У тебя есть предложения?

– Естественно! Мы тут с ба под бутылочку вина тебе такой квест накидать можем, закачаешься.

– Ваш дуэт меня пугает.

– Ничего, ты же хотела его помучить? А в этом я профессионал!

– Ладно. Но это не значит, что я буду действовать исключительно по твоему сценарию. Мы с твоей фантазией слишком хорошо знакомы для этого.

– Никто меня не ценит, – театрально вздыхает она. – А я, между прочим, для тебя стараюсь!

– Таким меня не возьмешь. Составь список, а потом мы вместе его исправим.

– Художник не любит, когда в его работу лезут посторонние.

Не могу сдержать смешок и еще раз кидаю взгляд на экран. Блондинка сидит с ногами в кресле, и я, словно в замедленной съемке, замечаю, как сползает ее подбородок с ладони, на которой лежит.

– Я так понимаю, дегустация вина началась гораздо раньше?

– Дорогая, у нас разница во времени шесть часов. Конечно, вино уже давно выпито! – распаляется она. – Все, мне пора спать, иначе бабушка опять потащит танцевать на пляж. Звучит неплохо, но не третью же ночь подряд.

– Хорошо, – усмехаюсь я. – Спокойной ночи.

– А тебе удачного ужина! – Дафна посылает мне воздушный поцелуй и завершает звонок.

О да, удача мне не помешает.

Когда я спускаюсь за пять минут до назначенного времени, в столовой уже накрыт стол на четыре персоны. Слава богу, никто не додумался рассказать о приезде Брайана бабушке, иначе, уверена, она бы тоже уже была здесь. Хотя, может, именно поэтому мама и сохранила ужин в секрете. Лишний раз пускать свекровь за порог своей квартиры она явно не намерена.

Кстати, о ней: Анджела Мун, как всегда, занимает место дирижера, стоя посреди зала и раздавая указания. Сегодня на ней чудесное черное платье в пол, которое дополняют жемчужная нить на шее и такие же клипсы в ушах.

– Не слишком ли ты стараешься для этого ужина? – подойдя ближе, приобнимаю маму за плечи. – Я думала, мы просто поедим пиццы, вы расскажете пару неловких для меня историй, а потом папа прогонит Брайана, ведь его девочка еще слишком юна для мальчиков.

– Твой отец бы никогда так не поступил, ты же знаешь, – усмехается она и сжимает мою ладонь. – Просто хочу, чтобы ужин прошел хорошо. В конце концов, ты давно никого не приводила.

Последние слова она произносит осторожно, словно прощупывает неизвестные ей границы. А мне приходится приложить усилие и проглотить горечь, тут же комом собирающуюся в горле.

– Так и будет, – выдавливаю из себя улыбку и прохожу вперед, себе под нос добавляя: – Если этот придурок опять не опоздает.

– Боже, Скарлетт, почему ты не надела то платье, которое я подготовила? – восклицает мама, и для полноты образа ей не хватает только за сердце схватиться. Королева драмы во плоти!

– Захотелось чего-то менее нарядного, – пытаюсь смягчить ситуацию улыбкой, но между бровей матери уже залегает складка. – Тебе не кажется, что то платье – перебор для простого ужина?

– Но это же не простой ужин! Твой парень придет к нам в гости.

И я едва удерживаюсь от ответа вроде: «А, да? Тогда пойду надену спортивные штаны и грязную футболку!» Еще не хватало наряжаться для него. Ладно, вообще-то я и так одета более чем прилично. Да, я не надела сверкающее серебряное платье, оставленное мамой, но чем плох цветочный сарафан? Его лямки же собраны в такие милые бантики на плечах!

– Пока не поздно, иди переоденься, – произносит мама, и, будто ей в противовес, мы слышим звонок в дверь, а следом голос папы:

– Скарлетт, Брайан пришел!

– Кажется, уже не успею, – весело улыбаюсь я и под тяжелый вздох матери бегу встречать гостя.

Но перед тем, как показаться ему на глаза, конечно же, останавливаюсь и поправляю волосы. Если Брайан увидит запыхавшуюся меня, бегущую ему навстречу, наверняка вообразит лишнего, а потом и меня доставать будет. Нет уж, спасибо!

На всякий случай поправляю еще и подол сарафана и выхожу из-за угла, ловя на себе наглый взгляд зеленых глаз, из-за которых внутри все тут же сжимается.

– А вот и наша красавица, – улыбается папа, протягивая руку.

Подхожу ближе, и он целует меня в лоб. В детстве он часто так делал, и этот короткий жест заставляет меня вновь почувствовать себя маленькой папиной дочкой. Приятно.

Я даже на грани того, чтобы пожаловаться ему на Брайана, но останавливаю порыв, замечая в руках парня два прекрасных букета.

– Мама любит гвоздики, – завороженно смотрю на нежные розовые бутоны и в который раз удивляюсь: как ему удалось угадать?

– А что скажешь насчет этих? – произносит Брайан, указывая на второй букет.

Ответить получается не сразу. Мне нужна секунда успокоить сердце. Услышав голос парня, оно начинает биться как сумасшедшее. Но передышка длится недолго.

– Эустомы, – губы растягиваются в улыбке, пока я смотрю на свои любимые цветы. – Ты либо волшебник, либо слишком удачливый.

– Будем считать, что первое, – подмигивает он, протягивая мне цветы. – Прости, в этот раз не успел забежать в книжный.

Очень странное чувство, когда одновременно хочется стукнуть его и поцеловать. Я правда схожу с ума?

– Пойду узнаю, все ли готово, – напоминает о своем присутствии папа, но почти сразу уходит, оставляя нас наедине.

– Нет, правда, как ты узнал? – вдыхаю приятный цветочный аромат и заодно скрываю не сходящую с лица улыбку за бутонами.

– У меня свои источники, – довольно ухмыляется Брайан и подходит ближе, заправляя прядь моих волос за ухо. – Не собираешься похвалить меня за то, что я пришел вовремя?

– Нормальные люди всегда приходят вовремя, – фыркаю я. – Не делай из этого достижение.

– Как скажешь, – с каждой фразой наши голоса становятся все тише, доходя до шепота. – Понравились цветы?

– Да. Маме тоже понравятся.

– Я рад, – его глаза несколько раз пробегают по моему лицу, задерживаясь на губах. – Хочу поцеловать тебя.

Я тоже хочу этого.

Кричит мое предательское сердце, но я не собираюсь сдаваться так быстро.

– Это надо заслужить, милый.

Провожу по его подбородку ладонью. Пальцы покалывает легкая щетина, и это ощущение сводит с ума.

А я точно издеваюсь над Брайаном, а не над собой?

Парень перехватывает мою руку и, поднеся пальцы к губам, медленно целует их, при этом вглядываясь в мои глаза.

Перестаю дышать.

– Не волнуйся, я заслужу, – шепчет он, пока уголки его губ ползут вверх. – Люблю испытания.

– Не будь таким самоуверенным, – мне приходится собрать все свое мужество, чтобы вырвать руку и отвернуться. – Пошли, нас ждут.

– А ты не будь такой врушкой, – быстро догоняет меня Брайан и кладет руку на талию. – Я же знаю – наши желания сходятся.

Не успеваю ответить, ведь перед нами вырастают фигуры родителей. Они появляются так неожиданно, я чуть не подскакиваю, но парень рядом держится куда лучше.

– Миссис Мун, – кивает Брайан и протягивает ей букет. – Спасибо за приглашение.

– Ну что ты, не стоило! – отмахивается мама, но принимает букет, явно делая пометку в голове и давая ему плюс балл.

А я не знаю, радоваться ли этому. Хочу ли я, чтобы Брайан понравился моим родителям? Какая вообще цель сегодняшнего ужина? Я не знаю. И от этого незнания начинаю ощущать себя глупой.

Брайан будто чувствует окутавшие меня сомнения и крепче сжимает руку на моей талии. Но легче не становится. Лицо горит, и я искренне надеюсь, что это не так заметно под макияжем.

– Давайте пройдем к столу, – предлагает отец.

– Да! – возможно, чересчур быстро соглашаюсь я и тут же вырываюсь из объятий Найта. – Пойду поставлю цветы.

И отдышусь. Поскольку сделать вдох и не утонуть в запахе Брайана, когда он так близко, просто невозможно. Какой парфюм он использует? И почему от этого аромата так кружится голова?

Спокойно, Скарлетт. Это просто ужин. Вдох, выдох. Он быстро закончится, и все будет хорошо. Вдох, выдох.

Не давай ему так легко победить. Нет, парень должен помучиться в отместку за тот раз. И я не собираюсь жалеть его.

Взяв себя в руки, возвращаюсь в столовую, где все уже расселись и ждут лишь меня. Подхожу к единственному свободному месту, оказавшемуся рядом с Брайаном. Ну конечно. Скрываю свое недовольство, а парень тут же подскакивает, чтобы отодвинуть мне стул.

Показушник!

Так и хочется крикнуть мне, но приходится вежливо улыбаться.

– Спасибо, – киваю и получаю в ответ очередное подмигивание.

Подмигивание, от которого пересыхает во рту. Может, я заболела? Потому что сегодня мой организм чересчур ярко реагирует на каждое действие Брайана. И вообще, мне кажется или в комнате стало как-то жарковато?

Тянусь к стакану с водой и делаю несколько глотков, но чуть не давлюсь, когда на мое колено ложится теплая ладонь.

– Скарлетт, будь осторожнее! – тут же восклицает мама, но почти сразу переключается на Брайана.

Спасибо за беспокойство, мам!

– Мы виделись уже несколько раз, но так ни разу и не познакомились как следует. Поэтому мы очень рады, что ты смог приехать.

– Я тоже ждал, когда смогу познакомиться с вами поближе, – с невинной улыбкой произносит этот наглец, пока его рука ползет по моему бедру, медленно приподнимая край платья. – Должен же наконец узнать людей, которые воспитали такую чудесную девушку.

Родители, довольные подхалимством Брайана, явно добавляют ему еще один балл. А ко мне все ближе подбирается нервный срыв.

Ловлю руку парня и заставляю остановиться. Кидаю на него короткий испепеляющий взгляд, а он продолжает вести себя так, будто ничего не происходит. Вот же!

– Расскажи немного о себе, – продолжает светскую беседу отец.

Давайте я расскажу! Этот придурок прямо сейчас лапает вашу дочь, пока вы видите в нем будущего зятя. Ни стыда, ни совести.

Да, он больше не пытается залезть мне под юбку, но руку так и не убрал, принявшись вырисовывать круги на коленке.

Тем временем отец продолжает:

– Я слышал, ты работаешь в Коллинз Технолоджис. Почему не на отца?

Чувствую легкое напряжение, сковывающее Брайана при этом вопросе, но не могу понять, чем именно оно вызвано. Оглядываю парня, но тот не дает эмоциям пробиться через маску спокойствия. И может, для родителей это работает, но не для меня. Однако, думаю, лезть в его внутренний мир будет неправильно с моей стороны, особенно сейчас.

– Хотел всего добиваться сам, – отвечает Брайан. – Да и придерживаюсь правила: работать с семьей или друзьями – не лучшая идея.

– Согласен, – кивает отец, разрезая стейк, – я тоже не люблю смешивать личное и рабочее. Поэтому даже не пытался привести Скарлетт в сферу деятельности своей компании. Такое ей вряд ли будет интересно. А я хочу, чтобы дочь занималась тем, что ей будет нравиться.

Прикусываю язык и опускаю голову, вспоминая о еде на тарелке. Да, лучше займу рот пюре, чем ругательствами.

– Это прекрасно, – кивает Найт. – Многие забывают: главное в жизни – быть счастливым, а это далеко не всегда связано с большими деньгами.

– Да, но приличная сумма на счету определенно имеет свой вес в счастье, – вклинивается мама.

В ушах начинает звенеть, но я продолжаю вслушиваться в разговор. И теперь пришло время для реплики Брайана:

– Несомненно. Но я стараюсь думать, что в любой деятельности можно добиться успеха, если приложить достаточно усилий и добавить капельку удачи. В моем списке собственные желания и предпочтения всегда стоят на первом месте.

– Это все потому, что вы не вынуждены добиваться всего с нуля, – хмыкает отец, дожевывая стейк. – Когда нет родителей, которые всегда рядом, чтобы спасти от падения в пропасть, ты начинаешь мыслить совсем иначе.

– Но разве это плохо? – не теряет инициативности парень. – Разве родители не должны быть нашими подушками безопасности? Чем плохо то, что у меня больше возможностей благодаря семье? Разве родители не хотят сделать нашу жизнь проще и лучше?

– В чем-то ты прав, – произносит папа, – но я остаюсь при своем мнении: при выборе деятельности нужно смотреть и на то, сколько денег это тебе принесет. Поэтому Скарлетт и пошла учиться на техническую специальность. Технологии сейчас правят миром. А я хочу быть уверенным, что моя дочь сможет обеспечить себя, если завтра меня вдруг не станет.

– Программист? – голос Брайана меняется, и мне это совсем не нравится.

– Да, – довольно отвечает мама.

– И она выбирала специальность сама? – продолжает Брайан.

Черт. Черт. Черт. Мне совсем не нравится, куда сворачивает этот разговор.

– Мы обсудили это всей семьей, – улыбается мама. – А после вместе выбрали университет. Скарлетт была так рада, когда узнала о поступлении. Наша маленькая гордость!

Она смотрит на меня глазами, полными любви, а я способна выдавить из себя лишь кривую улыбку.

– И с тех пор твое мнение не изменилось? – Брайан переводит взгляд на меня, и сердце пропускает удар. – Не хотелось сменить специальность? Или кардинально изменить выбор?

Нет. Ты не можешь использовать против меня то, что я открылась тебе. Не смей, Брайан. Не поступай со мной так подло.

– С чего бы ее мнению измениться? – хмыкает мама. – Это отличная специальность. Столько возможностей!

– Да, но…

Начинает Найт, но я не даю ему договорить.

Вскакиваю со стула. Удивленные взгляды собравшихся сходятся на мне, а я хаотично пытаюсь придумать оправдание своей выходке.

– Все в порядке, милая? – спрашивает мама.

– Да! – черт, и надо же было мне позвать его на этот ужин. – Перед тем как подадут десерт, я хотела кое-что показать Брайану. В моей комнате.

– В твоей комнате? – хмурится отец.

– Да, он… он обещал мне помочь разобраться кое с чем по учебе!

– Но сейчас же каникулы.

– Это не значит, что я перестаю учиться, – выдавливаю из себя нервную улыбку. – Мы скоро вернемся.

Подталкиваю Брайана встать. Парень хмурится, но все же поднимается и следует за мной.

Каждый шаг дается с трудом, ведь ноги одеревенели, а пальцы на руках подрагивают.

Нет, я точно убью его!

Глава 19

Скарлетт

– Ты не смогла больше сдерживаться и решила утащить меня в свою спальню? – ухмыляется Брайан, заходя в комнату. – А как же твои родители? Не знал, что ты такая оторва, малышка Мун!

Если бы он помолчал хоть секунду, то наверняка услышал бы, как скрипят от злости мои зубы.

Хочется захлопнуть дверь с громким стуком, выплеснув хоть часть собравшейся внутри ярости, но приходится закрывать ее медленно, не привлекая лишнего внимания, с едва слышным щелчком. И даже когда я поворачиваюсь к парню, всем своим видом давая понять, как сильно он ошибся в причинах нашего уединения, не могу начать кричать на него.

Нет, родители не должны услышать то, что я скажу дальше.

– Какого черта, Брайан? – шиплю, стиснув челюсти.

– О чем ты?

Он реально такой тупой или просто хорошо притворяется? Раздражает.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я! – шепот не способен вместить в себя охватившую меня злобу. – Что ты хотел сказать перед тем, как я тебя остановила?

Он складывает руки на груди и присаживается на край стола.

– Что твои предпочтения изменились.

Он произносит это так спокойно. Так повседневно. Хотя одной этой фразой мог положить начало моей личной катастрофе.

– Тебя кто-то об этом просил? Кто-то просил тебя лезть не в свое дело? Нет! Не надо оказывать мне медвежью услугу.

– И ты собираешься дальше идти на поводу у чужих желаний? Я думал, тот наш разговор смог поменять твое мнение.

Мне хочется начать рвать волосы на голове. Как он не понимает, что все не настолько просто?!

– Да, но знаешь, после того разговора успело многое произойти, – подхожу ближе, выдерживая пытливый взгляд. – И мне не особо хотелось вспоминать о чем-то, связанном с тобой.

Вижу, как сжимаются его челюсти и сужаются глаза. Сглатываю желание отвернуться, спрятаться от возникающего между нами напряжения.

– А сейчас? – произносит он.

– Что сейчас?

– Ты все еще хочешь забыть обо всем, связанном со мной?

Моргаю. Хочу ли? Я бы могла сказать «да», сказать, что больше не хочу его видеть, и, возможно, Брайан ушел бы навсегда. Но будет ли это правдой? Нет. А я и без того слишком часто занимаюсь самообманом.

– Нет, – отвечаю, и он выдыхает. – Но если ты еще раз поднимешь эту тему с моими родителями, я тебя прикончу.

– Как скажешь, – хмыкает он, наклоняя голову.

Он разглядывает мое лицо, пока на его лице не появляется привычная улыбка. Во мне все еще клокочет злость, но она теряет позиции, когда он так смотрит на меня. С такой теплотой. С таким желанием.

– Вот и хорошо, – выдыхаю я и все-таки отворачиваюсь.

Даже отхожу в сторону и сажусь на кровать, лишь бы быть подальше от него и его чертового запаха.

– Хорошо, – эхом отвечает он.

Стараюсь не смотреть на парня, когда он начинает ходить по комнате. Мне кажется, что еще немного – и не сдержусь. Его губы так и манят прильнуть к ним. Провести языком. Укусить. Но еще слишком рано. Дафна назовет меня слабачкой, да и я сама закопаю себя в сожалениях, если сделаю это прямо сейчас.

И пока моя внутренняя война продолжается, Брайан подходит к книжным полкам и останавливается, найдя там подаренный им том.

– Ты заглядывала внутрь?

– М? – все еще пребывая в собственном мире, переспрашиваю я.

– Ты открывала книгу?

И вот мы опять сталкиваемся взглядами. Чертовы бабочки в животе сходят с ума.

– Нет. Не было времени.

Он кивает и поворачивается обратно к полкам.

Неужели обиделся?

Думаю я, но прежде чем успеваю спросить вслух, парень берет ту самую книжку с полки и подходит ко мне.

– Открой, – протягивая ее, произносит Брайан.

Я смотрю на него снизу вверх и опять чувствую накрывающее меня наваждение. Слишком близко. Слишком.

Беру книгу в руки, лишь бы поскорее занять их чем-то, и стоит мне открыть первую же страницу, как нечто похожее на открытку падает мне на колени.

– Чтобы ты не забывала, – читаю подпись с задней стороны и переворачиваю картонку. – Какого…

Там оказывается наша с Брайаном фотография, сделанная в клубе во время моего танца. Наш поцелуй, если быть точнее.

Непривычно наблюдать этот момент не от первого лица, но выглядим мы горячо. Очень горячо. В памяти сами собой восстанавливаются события того вечера, и вот я опять думаю о губах Брайана. Черт бы его побрал!

– Откуда это у тебя? – спрашиваю я.

– В клубе работает фотограф, так что Харви прислал мне пару удачных снимков, – довольный собой отвечает он. – Хороший кадр, правда?

– Неплохой. Но ты получился не очень.

Вкладываю фото обратно в книгу и кладу ее на кровать.

– Зато ты вышла чудесно.

– Да. Камера меня любит.

С вызовом смотрю на Брайана, вскидывая голову.

– Не сомневаюсь.

– И правильно.

Он хмыкает и тянется к моему лицу. Я не даю себе вздрогнуть – ни когда он сжимает меж пальцев прядь моих волос, ни когда «случайно» касается кожи. Наблюдаю за ним, сохраняя непроницаемое выражение лица, пока внутри все пылает от желания большего.

Давай же, коснись меня.

Кричит сердце, а мозг отвечает ему:

Заткнись!

И я не знаю, кого мне стоит слушать.

– Милое платье, – шепчет Брайан, касаясь бантиков на плечах.

Его теплые пальцы вновь задевают кожу, когда он цепляет одну из лент, и мне приходится проглотить вздох.

– Но я бы очень хотел увидеть тебя без него.

Секунда, и бантик оказывается развязан. Ткань платья с той стороны начинает спадать, но я не двигаюсь, и она сама замирает, не оголив ничего лишнего. Но даже моего голого плеча хватает, чтобы в глазах Брайана растеклось темное желание.

Все еще не шевелюсь, когда он вдруг опускается передо мной на колени и медленно наклоняется к месту, где до этого был прелестный бант. Его губы оставляют горячий след на коже, а я чувствую, как кружится голова.

Стоит закончить это сейчас же, но я не могу произнести ни слова, пока он прикасается ко мне. Пока его губы обжигают мою кожу, а дыхание вызывает мурашки. Его язык проводит линию вдоль моих ключиц, и я выгибаюсь, прикусывая губу.

– Ты такая сладкая, малышка Мун, – шепчет он, осыпая шею поцелуями. – Лучше любого десерта.

Десерт! Совсем забыла. Вскакиваю с места и трясущимися руками пытаюсь завязать ленты обратно в бант.

– Черт, – ругаюсь я, когда и со второй попытки получается лишь какой-то комок.

– Дай я, – произносит Брайан, становясь за моей спиной и перехватывая ленты.

Сначала хочу его оттолкнуть. Во мне все еще слишком много чувств, чтобы контролировать себя. Но в итоге принимаю его помощь.

– Готово, – произносит он и чмокает плечо.

– Спасибо, – хрипло отзываюсь я. – Нас там уже заждались.

Он кивает и отходит в сторону.

– Да, но тебе придется немного потянуть время.

– Почему? – удивленно смотрю на него, пока не замечаю выпуклость у него в штанах. – А.

– Всему виной ты, малышка Мун, – выдыхает он, усаживаясь на край кровати. – Скажи, что я задержусь в ванной.

– Ага, – словно одурманенная, отвечаю я и чувствую, как горят щеки.

Двигаюсь в сторону двери и предвкушаю этот глоток свежего воздуха. Но, прежде чем я успеваю повернуть ручку, слышу голос Брайана.

– Скарлетт, – поворачиваюсь и старательно не смотрю на нижнюю часть его тела, – у тебя есть планы на лето?

– Нет.

– Это хорошо.

Он кивает, и я жду, что парень продолжит, но этого не происходит. И пока я не успела растечься лужицей на полу, спешу выйти из спальни.

Боже. Боже. Боже.

Все еще пребывая в каком-то тумане, я спускаюсь и жадно глотаю воздух.

Что со мной происходит? Еще никогда не испытывала столько чувств сразу в отношении одного человека. Никто из знакомых парней никогда не достигал такого эффекта. Но почему именно Найт? Чем Брайан так отличается от других? Может, кто-то проклял меня и этот зеленоглазый дурак – мое наказание за ошибки прошлого? Тогда у судьбы очень изощренные способы медленно сводить меня с ума.

– Скарлетт, а где Брайан? – спрашивает мама, когда я возвращаюсь в столовую, и странно оглядывает меня с ног до головы.

Пытаюсь взять себя в руки и выпрямляюсь, но внутри все еще бушует ураган.

– Он в ванной.

– Понятно, – кивает она. – С тобой все в порядке?

– Конечно, – лгу я и занимаю свое место за столом, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

О нет, со мной все точно не в порядке. Правда, пока не понимаю, хорошо это или плохо.

Глава 20

Скарлетт

Лето. Чудесная пора, когда я наконец могу позволить себе заниматься тем, чем действительно хочу. А что может быть лучше, чем провести вторые сутки подряд, не выходя из своей комнаты? Не сталкиваться с обществом действующих на нервы людей и вместо этого утопать в уже четвертой по счету книге одной невероятной фэнтези-серии.

– Мама, я в раю! – выкрикиваю я, делая глоток холодного чая с персиком из кофейни внизу.

Совсем недавно они организовали бесплатную доставку для всех жильцов здания, и я готова руки расцеловать тому, кто это придумал.

Потягиваюсь и возвращаюсь к чтению.

Не думала, что книги про вампиров до сих пор актуальны, но конкретно эта серия заставляет все внутри меня трепетать. Горячие клыкастые парни и сильная главная героиня, принявшая судьбу и надирающая зад каждому второму… Нет, я правда не знаю, что может быть лучше.

И вряд ли это знает Брайан, прямо сейчас отвлекающий меня от чтения своим звонком.

– Да, блин! Может, не брать? – тянусь к трубке, смотрю на фото Шрека, которое установила на контакт Найта, и довольно ухмыляюсь. – Ну ладно, красавчик, только из-за тебя, – подмигиваю орку и принимаю звонок. – Алло? Надеюсь, это срочно, иначе кладу трубку.

– И я рад тебя слышать. Как у меня дела? Все прекрасно! А у тебя?

Слушая его насмешливый тон, закатываю глаза.

– Были отлично, пока ты не позвонил. Что надо, Найт?

– Выходи. Я возле твоего дома.

Сглатываю желание вскочить с кровати и помчаться вниз. Боже, мне так стыдно за первый порыв собственного тела. Мы не виделись всего пару дней, а предательское нутро успело позабыть, какой придурок скрывается за твердыми мускулами и милой улыбкой.

– Никто не звал тебя сюда, милый. Так с чего я должна выходить?

Откладываю книгу в сторону и сплетаю руки на груди, будто создавая цепи, которые прижмут меня к кровати.

Нет, Скарлетт. Мы. Никуда. Не. Пойдем.

– Не будь такой злюкой, малышка Мун. У меня есть для тебя сюрприз, хватит сидеть взаперти. Твои книги никуда не сбегут.

– Но это не значит, что я предпочту им время, проведенное с тобой.

Хмурю брови, вглядываясь в потолок, а перед глазами всплывает образ нагло улыбающегося парня. Чертовы бабочки в животе тут же дают о себе знать.

– Дай мне подарить тебе незабываемые воспоминания, Скарлетт.

Его голос хриплым шепотом проникает мне прямо под кожу. Фыркаю. А сердце тем временем едва не вырывается из груди.

Кажется, мой собственный организм играет в команде врага.

– И вообще, ты что, забыла о нашем споре? – добавляет Брайан. – Никто не засчитает тебе победу, если будешь отсиживаться дома.

Спор. Совсем вылетело из головы. Для моей в нем победы надо всего-то не соглашаться на отношения с Найтом. Проще простого. Но почему бы не насладиться самим процессом, отыгрываясь за каждый раз, когда Брайан действовал мне на нервы? Звучит слишком заманчиво.

И пожалуй, начну прямо сейчас.

– Хорошо, – уголки губ ползут вверх, – но, если эта встреча не будет стоить потраченного времени, ты оплатишь мою корзину в книжном.

– Как скажешь.

Сразу отвечает он, отчего моя улыбка становится еще шире.

Ты либо слишком самоуверенный, либо недооцениваешь мою кровожадность, Брайан.

В любом случае, кажется, пора покупать новый книжный шкаф.

– А еще тебе придется подождать, – смотрю на себя в зеркало и понимаю: мои волосы явно не готовы к выходу в люди. – Я никуда сегодня не собиралась, мне нужно время собраться.

– Я готов ждать тебя бесконечно.

Откашливаюсь.

– Прости, подавилась приторностью твоих слов, – слышу, как он хмыкает, и быстро добавляю: – До встречи через год, милый.

Бросаю трубку и подскакиваю. Все это время я старалась, чтобы мой голос звучал спокойно, но на деле внутри уже зарождалась паника.

Оглядываюсь по сторонам словно загнанный зверек, и не знаю, с чего начать.

Душ!

Подсказывают остатки здравомыслия, и я соглашаюсь. Быстро смываю с себя следы двухдневного затворничества и бегу сушить волосы. Могла бы помучить Брайана, отомстить за неожиданный приезд и заставить ждать себя часами. Но совесть мне не позволит. Чувство вины и так атакует меня все сильнее, стоит стрелке часов отсчитать очередную минуту.

А я даже не просила его приезжать!

Поэтому и сборы наполнены музыкой из моих ругательств, которые, по всей видимости, становятся моим топливом для ускорения, ведь суммарно сборы занимают рекордные тридцать минут.

Оглядываю себя через зеркало: волосы заколоты крабиком на затылке, фигуру облегает легкое платье в цветочек с разрезом до бедра – еще один подарок из гардероба Дафны, – а на ногах симпатичные босоножки.

– Ну что за красотка! – подмигиваю своему отражению и выхожу из комнаты.

Парень ждет меня на улице. Стоит, подпирая свою машину с явным намерением заработать штраф, и выглядит преступно сексуально в своем черном поло и солнцезащитных очках.

– Привет, малышка Мун, – стоит мне спуститься с лестницы, как Брайан тут же оказывается рядом, притягивая в объятия и оставляя поцелуй на моей щеке. – Выглядишь шикарно.

Его шепот касается ушей, а руки путешествуют по талии, ощущаясь так ярко, будто нас не разделяет ни сантиметра ткани. Ну и как тут не стать лужицей? Особенно когда от него так приятно пахнет свежестью… Еще секунда, и я точно вывешу белый флаг и брошусь ему на шею.

Но это осознание отрезвляет. Одергиваю себя и отстраняюсь.

– Не распускай руки, ковбой, – показательно поправляю платье, украдкой замечая, как он пытается сдержать усмешку. – Так, и какой у нас план? После чего именно моя библиотека пополнится несколькими десятками новых книг?

Его бровь ползет вверх.

– Десятками?

Довольно хмыкаю.

Что, не ожидал, милый? Думал так просто от меня отделаться?

Вот только моя подружка Дафна учила меня не мелочиться. А я хорошая ученица. Конечно, если дело не доходит до высшей математики.

– Я думал, их будет минимум сотня, – ухмыляется он и тянет меня к машине, пока сердце в груди сходит с ума.

Чертов Брайан Найт. Надо было остаться дома! Чувствую, как жар расползается по телу, а губы пульсируют, требуя его жадных поцелуев. Ощущаю себя обезумевшей. А когда он садится рядом и помогает застегнуть ремень безопасности, я едва не кричу небесам, чтобы те закончили эту пытку.

Окей, это будет тяжелее, чем я думала. Вероятно, мне не стоило читать про горячих парней перед встречей с этим ходячим воплощением тестостерона, но я и не собиралась с ним видеться!

Спокойно. Главное, дышать.

– Расслабься, – произносит Брайан, вновь приблизившись к моему лицу. – Я не кусаюсь.

Он возвращается к рулю и заводит машину.

– Пока ты сама не попросишь.

И вот заводится не только машина…

Объехав парк развлечений «Горки Бейлмора» по кругу, мы останавливаемся у бокового входа, рядом с которым находится парковка. Аттракционы пока скрыты от нас высаженными в виде небольшого сквера деревьями, но детские крики и аромат сахарной ваты доносятся отчетливо. А мой наряд начинает казаться совсем не подходящим обстоятельствам.

– Решил покатать меня на каруселях? – скептично выгнув бровь, смотрю на парня, помогающего мне выбраться из машины.

Да, сегодня я решила дать Найту возможность побыть джентльменом. Пусть мальчик проявит себя. Хотя, если честно, я просто не уверена, смогу ли сама выбраться в этом платье и не попасть в какой-нибудь конфуз.

– Ну надо же с чего-то начинать, – подмигивает он и, закрыв за мной дверь, придвигается ближе.

Мой зад прижат к машине, а грудь едва касается груди Брайана. С опаской смотрю вверх. Зеленые глаза блуждают по моим ключицам и опасно вспыхивают в те секунды, когда перемещаются к губам.

Сглатываю. Надеюсь, что он сорвется и поцелует меня. Но этого не происходит. Будто прочитав мои мысли, Найт улыбается и отстраняется.

– Скарлетт Мун, пойдешь ли ты со мной на свидание?

Вопрос выбивает из моих легких воздух. Неожиданно. Но я беру себя в руки.

– Тебе никто не говорил, что надо сначала спрашивать, а потом уже увозить девушку из дома?

– Говорили. Но с тобой нельзя вести себя как с другими.

В животе вновь становится щекотно от миллиона мелких крылышек.

– Так что скажешь? Наше первое нормальное свидание.

– А как же те посиделки в темноте?

– О, не подумай, что мне не понравилось. Когда ты села мне на колени, я вообще испытал восторг. Просто подумал, ты не захочешь это вспоминать.

– И правильно решил, – складываю руки на груди, грозно смотря на парня.

– Но я готов исправиться. Соглашайся.

Его пальцы скользят по моему предплечью, заставляя расслабиться.

– Ладно. Не зря же из дома вышла.

– Отлично, – он берет меня за руку и тянет за собой ко входу. – Ты не пожалеешь, малышка Мун. Обещаю.

А я и не сомневаюсь. Лишь мысленно прошу свои щеки перестать краснеть.

– Кстати, почему ты вообще выбрал то заведение?

– Если честно, – он неловко потирает затылок, – я собирался сбежать, как только увижу тебя, но кто мог подумать, что ты возьмешь меня в заложники.

Закатываю глаза и пихаю Брайана в бок.

– Но я рад, что тот стул оказался настолько неудобным.

Отворачиваюсь, пряча улыбку. Вот же дурак.

Ступая по мощеной дорожке, мы подходим к небольшому домику, где он покупает два безлимитных билета. Я тоже не теряю времени и с удовольствием наблюдаю за тем, как его мышцы перекатываются под тканью. Исподтишка, конечно. Поэтому, когда он разворачивается ко мне, делаю вид, будто усиленно выискиваю белок на деревьях.

– Готова? – лыбится он, надевая на мою руку браслет парка.

– Думаешь, я боюсь детских аттракционов?

– Ни в коем случае, – справившись с застежкой, он притягивает мою руку к губам и целует костяшки.

А мне приходится приложить усилие, чтобы не дать ему понять, как будоражит кровь это простое прикосновение.

Пройдя через пункт охраны, мы двигаемся дальше, и Брайан опять находит мою руку, сжимая ее в своей. И я совру, если скажу, что мне это не нравится.

По пути к аттракционам нам предстоит пройти через небольшой сквер, с обеих сторон окруженный высокими деревьями. Прячась от летнего солнца, я с удовольствием оглядываюсь по сторонам, любуясь счастливыми семьями и ухоженными беседками.

– Давно здесь не была, – выдыхаю, ощущая, как внутри зарождается теплое, но отдающее горечью чувство ностальгии. – Раньше папа возил меня сюда каждые выходные. Втайне от мамы покупал самую большую вату, а затем разрешал кататься на лошадках, пока меня не начинало тошнить.

– Звучит чудесно.

Поворачиваюсь к парню, внимательно следящему за мной с высоты своего роста, и прикусываю губу. Да, что-то я разговорилась.

– А ты? Когда в последний раз седлал лошадь, ковбой?

Он хмыкает и переводит взгляд вперед, на мелькающий за деревьями свет. На секунду мне кажется, что на его лице проскальзывает грусть.

– Хм, дай-ка подумать. Наверное, лет в десять. Мама привела нас с братом сюда, чтобы отпраздновать мой день рождения. Помню, в тот день я выиграл для нее брелок с медведем в тире.

Брайан с таким теплом рассказывает о своей семье. Ни разу не видела его таким… открытым? Поэтому хочется продлить момент и задержаться на этой теме.

– Она наверняка обрадовалась.

– Ага, а потом мой придурок-братец выиграл ей метрового слона.

Даже когда он обзывает брата, с его лица не сползает улыбка.

– Не знала, что ты в семье не один.

– Не волнуйся, красавчик из нас я, так что ты выбрала правильного брата.

Он задорно подмигивает, а я пихаю его в плечо.

– Никого я не выбирала!

– Все еще впереди, малышка.

Лицо опять начинает краснеть.

– И какая у вас разница в возрасте?

– Он старше меня на пять лет. Тот еще засранец, но я люблю его. Если что-то случается, он всегда первым прибегает на подмогу.

– Повезло.

– Да, но не в те моменты, когда он строит из себя всезнающую надменную задницу и учит жизни. – Хмыкаю, пытаясь представить брата Брайана. Насколько они похожи? – С другой стороны, Энтони взял на себя почти все ожидания отца, поэтому я стараюсь не сильно злиться на него, даже когда он откровенно неправ.

У меня никогда не было братьев или сестер, но, слушая Брайана, вдруг становится интересно, сложились бы у нас столь же теплые отношения? И сошлись бы все ожидания родителей на одном ребенке, отведя угрозу от другого? Смогла бы я тогда принимать решения самостоятельно? Но чутье подсказывает – в моей семье бремя найдется для каждого.

Не хочется думать об этом, так что, отбросив мысли о собственных родственниках, возвращаюсь к разговору о семье Брайана.

– А твоя мама? Какая она?

Он сильнее сжимает мои пальцы, и я понимаю, вопрос был лишним.

– Она умерла через пару месяцев после того дня рождения, – сухо отвечает он. А я чувствую, как все внутри холодеет.

Боже, Скарлетт, ты такая дура.

– Но она была чудесной. Доброй. Справедливой.

– Прости, я не знала.

– Все нормально. Прошло достаточно времени, чтобы я не бежал плакать каждый раз, когда кто-то спрашивает о ней, – он смотрит на меня с улыбкой, но меня не покидает ощущение, что она фальшивая. – Но давай закроем эту тему. Мы же приехали веселиться.

– Хорошо, – отвечаю я, но уже не уверена, сможем ли мы так просто справиться с нависшей неловкостью.

Каково это, когда ты теряешь столь близкого человека? Мне не особо приходилось задумываться об этом, ведь на моей памяти в нашей семье не проходило еще ни одних похорон. Но все мы не вечны. Уверена, какие бы разногласия ни возникали у нас с родителями, я сойду с ума, когда кого-то из них не станет. И от этого осознания мне становится страшно.

К счастью, мы выходим из злосчастного сквера, и настроение кардинально меняется.

Вот он – эпицентр веселья. Вокруг десятки различных аттракционов, палаток с играми и точек с сахарной ватой и попкорном. Глаза разбегаются, а внутри разгорается детский азарт.

– С чего начнем? – спрашиваю я и поднимаю взгляд на Брайана.

На его лице ни следа, указывающего на неприятный разговор. Лишь загадочная ухмылка, от которой по позвоночнику пробегает дрожь.

– Сейчас узнаешь, – произносит он, и его тон подсказывает мне, что я еще пожалею о своем решении остаться.

Глава 21

Скарлетт

– Скажи честно, ты надо мной издеваешься?

– С чего такие мысли, малышка?

– Дай-ка подумать, – прикладываю палец к подбородку, задумчиво вглядываясь в небо над головой, а потом взрываюсь, указывая на очередь. – Может, потому что ты тащишь меня на карусели, где мое платье словно флаг будет развеваться на ветру, а прохожие наслаждаться видом моего нижнего белья?!

С секунду он молча смотрит на меня.

– Об этом я не подумал.

– Вот именно!

Разгоряченная его недалекостью, поправляю волосы. Ну надо же быть таким недогадливым! Мог же сразу сказать, куда мы поедем, и я не вырядилась бы в платье. А мама еще ругает, что не одеваюсь, как девочка. Зато, будь я сейчас в джинсах, не приходилось бы думать о том, что кто-то может увидеть мои красные трусы.

Увлеченная собственным негодованием, я и не заметила отсутствия Брайана. А теперь приходится оглядываться в поисках действующего на нервы обладателя русых кудряшек.

– Держи, – слышится позади знакомый голос, и я уже готова высыпать на него парочку нелестных выражений, но, стоит повернуться, мое внимание переключается на вещь в его руках.

– Что это?

Он протягивает нечто, и я понимаю – это обычная синяя кофта на молнии.

– Купил в сувенирной лавке, – он кивает на подсвеченный неоновыми вывесками киоск позади и продолжает. – Надень как юбку, и твоим нижним бельем буду любоваться лишь я.

Так и хочется стереть довольство с его лица, но я выдыхаю и принимаю судьбу. Брайан помогает мне надеть кофту поверх платья, как облегающую ноги и зад юбку, застегнуть молнию между бедер и завязать болтающиеся рукава на талии.

Двигаться становится чуть сложнее, но мы все же становимся в очередь. Складываю руки на груди, нервно оглядываясь по сторонам, пока не слышу смешок за спиной. И мне кажется, я готова пойти на убийство.

Уверена, Найт читает это в моем взгляде, когда я поворачиваюсь и спрашиваю с натянутым, как маска, дружелюбным выражением лица:

– Что-то не так?

– Прости, – он пытается скрыть за ладонью усмешку, но получается скверно. – Просто не думал, что, любуясь твоими прекрасными ягодицами, смогу установить с ними зрительный контакт.

Не понимаю, о чем он говорит, и пытаюсь оглянуться. Для этого приходится хорошенько выгнуться, но у меня наконец получается, и я вижу радостную зебру, глаза которой располагаются прямо у меня на заднице.

И почему ни одно наше свидание не может пройти без моего унижения?

– Я ему даже завидую, – давится смехом Брайан.

А я пытаюсь взять себя в руки и скрыть за напускной уверенностью подступающий румянец.

– И правильно делаешь. Тебя я так близко не подпущу.

Разворачиваюсь, недовольно выдыхаю и поглядываю вперед, гадая, когда придет наша очередь.

А потом чувствую его. Совсем рядом. Его грудь прижата к моей спине. Горячее дыхание на моей шее.

– Никогда не говори никогда, малышка Мун, – произносит он и целует меня в шею, пуская по позвоночнику электрический разряд.

Готовлюсь что-то ответить, но нас подзывает сотрудник парка, запуская на аттракцион. Брайан как ни в чем не бывало берет меня за руку и помогает пройти по небольшой лестнице.

Но даже занимая свободное место на карусели, я продолжаю чувствовать жар его губ на своей коже. Мы садимся недалеко друг от друга, и мне не составляет труда кидать на Найта косые взгляды, слегка раскачиваясь на сиденье, по конструкции напоминающем качели.

– Надеюсь, ты не боишься высоты, а то я не собираюсь тебя успокаивать, – говорю я, только бы перебить послевкусие момента до этого.

– Не волнуйся, Скарлетт, – подмигивает парень. – Если что, я просто вспомню зебру на твоей пятой точке и успокоюсь.

Щеки вновь горят, и я поворачиваюсь высказать ему пару ласковых, но аттракцион запускается, и нас начинают поднимать.

Вот тут-то во мне и просыпается страх. Стараюсь не смотреть вниз, боясь увидеть, как мы далеко от земли, иначе наверняка начну думать, как больно будет отсюда падать. А когда нас начинают раскручивать, вцепляюсь в железные цепи мертвой хваткой.

– Расслабься, Скарлетт! – кричит Брайан с соседнего сиденья.

Легко сказать. Как я могу расслабиться, если мои ноги не могут коснуться земли, а голова начинает кружиться вместе с каруселью? Чувствую, как в груди все каменеет, и понимаю, что, кажется, боюсь высоты…

Черт.

Сжимаю зубы и зажмуриваюсь, надеясь на скорое окончание этого кошмара, и мы вновь окажемся внизу. Только бы не умереть от страха раньше времени.

– Если страшно, то кричи! – вновь слышится голос Брайана, и я все же поворачиваю голову в его сторону, вглядываясь в веселое лицо. – Не думай о том, что подумают другие. Просто кричи, если хочешь!

Произнеся это, он сам начинает вопить во все горло.

– Дурак, – шепчу я, но на губах вырисовывается очертание улыбки.

А это может сработать. Опять зажмуриваюсь, запихивая свой страх куда подальше, и кричу. Громко и звонко. С каждой секундой чувствую себя лучше. Как будто с криком изнутри выветриваются все ужасы, а открыв глаза, вижу то, что до этого было скрыто за пеленой страха.

Город. Невероятно красивый город, на который уже опускается закат. Я продолжаю кричать, но уже больше от счастья. И вот мы вместе с Брайаном смеемся и орем, как сумасшедшие. Не волнуясь о том, что подумают люди вокруг. Куда важнее по-настоящему насладиться моментом. И, черт возьми, оно того стоит.

Ветер в волосах. Искрящаяся радость внутри. Даже осмеливаюсь отпустить цепи и представить себя птицей, парящей высоко в небе. И на душе вдруг так хорошо. Столько свободы! Чувство, будто весь мир у твоих ног, наполняет мою кровь, и вот мне уже кажется, что я способна на все.

– Это было невероятно! – вздыхаю я, цепляясь за рукава Брайана, а ноги заново привыкают к твердой земле.

– Лучше, чем пони и сахарная вата? – сжимая мои предплечья, он помогает спуститься с той же лестницы.

– Нет, – фыркаю я, – но они могут посоревноваться.

Брайан усмехается, а я не могу оторвать взгляда от его глаз. Этот зеленый оттенок не дает мне покоя. Он отражает столько тепла… Когда в нем, как сейчас, появляются нотки ребяческого озорства, я совсем теряю голову. А та тьма, что примешивается, стоит ему посмотреть на меня…

Хочу поцеловать его. Все мое нутро кричит сделать это. И я почти готова пойти у него на поводу. Но за спиной слышится хохот проходящих мимо парней, который действует отрезвляюще.

– Классная зебра! – присвистывают они, и я вмиг чувствую себя отвратительно.

Опускаю голову, желая избавиться от неприятного ощущения. Чертовы дикари. Если бы не цена, уплаченная за эти босоножки, то одна из них уже летела бы в их сторону.

Пальцы Брайана аккуратно касаются узла из рукавов на моем животе, помогая снять кофту.

– Не хочу, чтобы нас выгнали из-за драки, – тихо произносит он, и я вижу, как сжимаются его челюсти. – Давай просто оставим эту чудесную зебру для наших личных игр.

Он переводит все в шутку, но мой мозг будто не улавливает этого, пуская по лицу краску и позволяя сердцу пропустить удар.

В ответ я киваю, и мы двигаемся дальше. Обходим еще несколько аттракционов. Американские горки, всевозможные карусели и машинки, где бесконечно врезаемся друг в друга под недовольное бурчание сотрудника парка. Мы даже заходим в комнату страха, в которой, впрочем, быстро разочаровываемся и в итоге лишь посмеиваемся над выскакивающими по пути скелетами.

И все это время я чувствую себя чертовски счастливой.

На душе легкость, пока мы идем по улочке, уже залитой светом фонарей и разноцветных вывесок, и просто держимся за руки. Окружающие нас до этого аттракционы сменяются бесконечными палатками с играми.

Тир, колечки, бросание мячей – здесь найдется все, чего только пожелает любая азартная душа. Поэтому совсем не удивительно, что почти возле каждой палатки толпятся очереди: люди стремятся выиграть желанные призы.

Меня это не особо интересует. Мне вполне хватает близости Брайана, из-за которого внизу живота разливается приятное тепло. Но вот сам он притормаживает и, оглядевшись по сторонам, вдруг произносит:

– Ну, малышка Мун, – Найт заправляет выбившуюся прядь мне за ухо, а затем мучительно медленно ведет пальцем по подбородку прямо к губам, – сколько игрушек мне надо выиграть, чтобы получить твой поцелуй?

Хочется сказать «ноль», мне самой хочется этого весь вечер. Но гордость не позволяет. И я надменно фыркаю, отвечая:

– Не уверена, найдется ли тут столько.

Но парень не настроен сдаваться.

– Тогда совместим с сахарной ватой.

Он тянет меня дальше, на самом деле покупает огромную сахарную вату со вкусом вишни и, пока я пытаюсь приручить это облако, двигается к первой попавшейся палатке.

Оказывается, Брайан настоящий мастер, если дело касается закидывания колец на горлышки бутылок. Даже глядя со стороны, я понимаю, что у меня вряд ли получилось бы заработать хоть несколько очков, но он справляется на ура. И уже через пару минут вручает мне огромного недовольного кота.

Пока я пытаюсь уместить вату и игрушку в руках, Найт оценивающе оглядывает меня со стороны.

– А вы чем-то похожи, – с серьезным лицом произносит он, сжимая подбородок пальцами.

Но ответить я не успеваю, ведь заведенный первой победой Брайан бежит к следующей палатке. А потом еще к одной. И еще. И еще.

И поначалу меня это забавляет – взрослый парень мечется между палатками, выигрывая плюшевые игрушки, – но когда в руках не остается места, мне становится не до шуток.

– Может, уже хватит? – стону я, следуя за ним и жалея о надетых вместо удобных кроссовок босоножках.

– Я только разошелся!

– Разошелся он, – ворчу себе под нос, а стоит одной из игрушек в очередной раз попытаться выпасть из моих объятий, окончательно взрываюсь. – Тогда сам и таскай свои призы!

Останавливаюсь и хочу бросить все игрушки на землю, но, глядя в эти глаза-бусинки, понимаю, так безжалостно поступить не могу.

Брайан подходит ближе, оценивающе осматривая свои трофеи, и, кажется, удивляется, осознав, насколько их много.

– Ты же сама сказала, что хочешь сотни игрушек.

Он наконец забирает у меня эту тяжелую ношу, и я могу хоть немного встряхнуть затекшими руками.

– Такого я не говорила! Куда я их вообще дену?

– Тогда, – он осматривается по сторонам и замечает идущую мимо семью, дети из которой завороженно смотрят на плюшевую гору в его руках. – Простите, – обращается к ним Брайан, – не могли бы вы выручить нас и забрать эти игрушки?

Дети громогласно соглашаются, тут же разбирая подарки, пока родители неловко благодарят его.

– Теперь норма? – задорно улыбается он.

– А кот? – указываю на единственную оставшуюся у него в руках игрушку, того самого первого черно-белого кота.

– Я не мог лишить тебя родственной души.

– Да пошел ты, – толкаю его в плечо, а он бежит дальше, пока я закатываю глаза и прячу улыбку, наблюдая за тем, как смешно трясется недовольный кот у него в руках. – И нужен мне этот ребенок?

Выдыхаю и иду дальше, нагонять своего Робин Гуда.

И в целом совсем не удивляюсь, когда нахожу его спорящим с подростком у тира…

– Да не гони! – восклицает мальчик, чье лицо усыпано веснушками.

– Клянусь! Мой брат научил меня. Нужно просто хорошенько прицелиться, – не знаю, о чем идет речь, но едва сдерживаю смех, наблюдая за запыхавшимся Брайаном. – Сейчас выбью эту утку и докажу.

– Я тоже хочу утку, – вскрикивает брюнетка с двумя хвостиками, стоящая рядом с мальчиком. – Нил, ты же выбьешь ее для меня?

Маленькая соблазнительница хлопает ресницами, отчего ее принц тут же заливается краской.

– К-конечно.

– К сожалению, утка осталась одна, – предупреждает заметно уставший сотрудник парка.

Парни переглядываются.

– Тебе не победить меня, кудряшка Сью, – грозится Нил, а я едва не давлюсь со смеху.

Кудряшка Сью. Надо запомнить.

– Это мы еще посмотрим, – подмигивает Брайан, и они вместе подходят к палатке и берут ружья. – Пусть победит сильнейший.

– Ты хотел сказать молодой и полный сил? – язвит веснушка.

Нет, правда, я фанатею от этого мальчика и даже начинаю болеть за него.

– Удачи, Нил! – визжит брюнетка, и мои барабанные перепонки едва не лопаются.

Мальчик вновь краснеет, но тут же берет себя в руки и прицеливается.

– А ты не пожелаешь мне удачи, милая? – едва не выпятив губу, поворачивается ко мне Брайан.

– Не прострели себе ничего, – криво улыбаюсь я.

– Все для наших будущих детей! – привлекает внимание всего парка Брайан, и игра начинается.

Первым стреляет Нил. Мальчик промахивается, и я вижу, как по его шее от нервов стекает пот. Стремящийся удивить свою подружку, он с затаенным дыханием наблюдает за противником. Но, в отличие от него, Брайан попадает прямо в цель.

– Не отставай, друг, – дразнится он, а Нил украдкой оглядывается на свою спутницу, сжимающую кулаки и подбадривающую его.

Взяв себя в руки, мальчик тут же выпрямляется и делает еще один выстрел. В этот раз попадают оба, и Нил немного расслабляется. Еще один раунд, и в этот раз промахивается Брайан.

– Черт, – шипит он.

– Ничего, друг, главное, чтобы ты в жизни так не мазал, – острит Нил, а я сама готова повесить медаль ему на шею.

Еще несколько удачных для обоих игроков выстрелов, и настает решающий момент. Счет равный, а значит, последний раунд решит все. Оба парня целятся. Нил стреляет первым и попадает, но не спешит радоваться. Все мы внимательно смотрим на Брайана, и не знаю, как другие, но я замечаю, как он бросает взгляд на подростка, незаметно, как тот думает, для остальных скрестившего пальцы. Один из уголков губ Найта ползет вверх, и он жмет на курок.

Выстрел.

– Промазал! – кричит Нил, радостно прыгая, и довольный спешит забрать свой приз.

– Ты был достойным противником, – Брайан протягивает руку, и тот отвечает на рукопожатие.

– А тебе следует целиться лучше, иначе твоя цыпочка сбежит к другому.

Брайан не успевает ответить, ведь Нил уже вручает игрушку своей спутнице, которая тут же виснет у него на шее.

– Ты специально, – становлюсь рядом с Брайаном, и мы вместе смотрим вслед счастливой парочке.

– Надеюсь, ты не мечтала об этой утке. Иначе я могу догнать их и потребовать реванш.

– Нет, – усмехаюсь я. – Ты молодец.

– Спасибо. Значит, моя цыпочка останется со мной?

И вот наши глаза вновь сплетаются в немом танце, зарождая в груди предвкушение.

– А вот и ваш утешительный приз, – прерывает нас сотрудник тира.

Он вручает Брайану нечто похожее на ободок с кошачьими ушками и рогом единорога посередине…

– Идеально! – восклицает тот.

Одним движением он снимает с моих волос крабик и, пока локоны спадают на плечи, надевает мне на голову ободок.

– Моя неповторимая и единственная в мире кошка-единорог.

Щеки пылают от возмущения, но, глядя на его радостное лицо, сложно злиться на этого придурка.

– Аккуратно, а то этот рог может оказаться в тебе.

– От твоих рук я готов принять любую смерть.

Подхожу ближе и, подняв бровь, смотрю ему в глаза.

– Правда? Я бы на твоем месте не разбрасывалась столь громкими словами.

– Это угроза? – наклонив голову, чуть тише спрашивает он.

– Вполне возможно.

– Тогда перед смертью я бы хотел получить свой приз.

Его руки тут же оказываются на моей талии, притягивая ближе, пока мягкие губы обрушиваются на мои сладостным наваждением.

Наконец-то.

Кричит мое тело, пока я обвиваю руками шею Брайана.

Это похоже на сладкий десерт после долгой диеты. Столько эмоций. Красок. У меня взрывается мозг. Его пальцы гуляют по моим позвонкам, заставляя выгнуться, и тогда он, прикусив мою нижнюю губу, ловит вырвавшийся из груди стон поцелуем.

Знаю, проходящие мимо люди наверняка недовольно оглядываются в нашу сторону, но я не могу думать о них, когда сильные руки Брайана сжимают мои ягодицы.

Его запах. Его вкус. Хочу впитать все это.

И когда я успела так потерять голову? Не знаю. Но прямо сейчас это последнее, что меня волнует. Не тогда, когда язык Брайана проникает в мой рот, углубляя и делая этот поцелуй еще лучше.

Но сбоку все же слышатся настойчивые покашливания сотрудника тира, и нам приходится прекратить. Оставаясь в объятиях друг друга, мы хихикаем и тяжело дышим, а я ловлю себя на мысли: в этом всем есть нечто чертовски сексуальное.

– Неужели мы сдвинулись с мертвой точки? – глядя на меня горящими глазами, Брайан поправляет съехавший ободок.

– Возможно, – прикусываю губу, борясь с желанием вновь накинуться на него. Мне слишком нравится, когда он берет инициативу в свои руки. – Но это еще ничего не значит.

– Ну конечно, – фыркает он, касаясь моей шеи.

И я почти прикрываю глаза, наслаждаясь каждой секундой этой близости. Но внимание Брайана вдруг привлекает что-то вдалеке. Он медленно опускает руки, отчего по телу проходит волна недовольства. Хочется попросить вернуть их на место, но стоит посмотреть на парня, и я замечаю, как изменился его взгляд. Опасный. Злой. Подходящий сжатым до побелевших костяшек кулакам.

– Брайан? – пытаюсь углядеть, что так подействовало на него, но вижу лишь снующих вокруг людей. – В чем дело?

– Нет, – он моргает. – Просто показалось, – выдавливает улыбку, которой я совсем не верю. – Уже поздно, и надо вернуть тебя домой.

Взяв меня за руку, он прощается с сотрудником тира и, прихватив плюшевого кота, ведет нас в сторону выхода.

Хочется узнать, что так сильно изменило его настроение, но внутренний голос подсказывает – Найт не расскажет. И от этого во мне разливается обида. Изменил ли что-то этот поцелуй? Может, зря я позволила ему случиться?

Рой вопросов в момент атакует мозг, безвозвратно портя настроение.

А как хорошо все начиналось.

– Приехали.

Произносит Брайан, останавливаясь возле моего дома, и в машине повисает тишина.

Чувствую себя разбитой. Будто за одно мгновение из тела высосали всю энергию, оставив пустую оболочку. Отстегиваю ремень безопасности, собираясь быстро выскочить наружу и добежать до своей спальни, пока жгущие глаза слезы не потекут по щекам.

Но стоит потянуться к ручке, Брайан останавливает меня, сжимая предплечье.

– Скарлетт…

– Спасибо за вечер, но мне пора, – выдавливаю из себя и пытаюсь сбросить его руку, но он не дает это сделать.

– Я не отпущу тебя.

– С чего это? – громче, чем стоило, вскрикиваю я. – Теперь тебе захотелось со мной поговорить? Вот только мне это уже не нужно.

– Скарлетт.

– Что Скарлетт? Я говорила тебе, если собираешься катать меня на эмоциональных качелях, то иди к черту. Так почему ты еще здесь, Брайан?

Он опускает взгляд. А у меня внутри еще больше жжет от обиды. Тянусь открыть дверь и, если потребуется, начать кричать, чтобы он меня выпустил. Но прежде чем я успеваю коснуться ручки, парень нажимает на кнопку блокировки.

– Какого черта, Брайан? – яростно кричу я.

– Я же сказал, не отпущу тебя, пока ты в таком состоянии.

– И что не так с моим состоянием?

Да была бы я драконом, то сейчас жгла бы все адским пламенем, но это не дает ему права так поступать!

– Ты можешь выслушать меня?

– У тебя две минуты, а потом я уйду отсюда, даже если придется выбить ради этого окно.

Он отпускает меня и проводит ладонью по лицу, собираясь с мыслями, а я тем временем складываю руки на груди и придаю лицу максимально недовольное выражение.

– Прости, что мы так резко уехали, – начинает парень. – Просто увидел человека из своего прошлого, от встречи с которым предпочел бы тебя оградить. Она немного чокнутая и, боюсь, способна доставить немало проблем. Подобное уже случалось, а повторения совсем не хочется.

Сглатываю. По обнаженной коже пробегают мурашки.

– И не думал так тебя расстраивать. Я идиот, прости.

На его лице отражается искреннее сожаление, и сковавший мое сердце лед тает.

– Мне нравится, как легко ты признаешься в этом, – прикусываю щеку изнутри. – Но ты мог рассказать сразу. Давай договоримся, что если подобное повторится, то ты нормально все объяснишь, а не потащишь меня куда-то, словно я твоя собачка.

– Хорошо, – кивает он. – Теперь все в норме?

– Да.

– Тогда иди сюда.

Он притягивает мой подбородок и оставляет на губах короткий чувственный поцелуй.

– А теперь тебе пора домой.

Дуюсь. Вот же черт. На самом интересном моменте!

– Спокойной ночи, малышка Мун.

Он подмигивает, вновь пуская импульс по моему телу.

Выйдя на свежий воздух, я, не оборачиваясь, иду в сторону дома, но на деле не могу сдержать улыбку, когда пальцами касаюсь припухших от поцелуев губ.

Ладно, этот вечер был не так уж и плох.

Глава 22

Скарлетт

– После знакомства с Брайаном ты стала чаще надевать платья, – произносит мама, застегивая цепочку на моей шее.

Она справляется с задачей куда быстрее меня, и через секунду между ключиц устраивается прохладная подвеска из серебра.

Осматриваю себя в зеркале, оценивая готовый образ, и остаюсь довольна результатом. Серебристое платье, подготовленное мамой для ужина с Найтом, все-таки пригодилось. И, глядя, как блестящая ткань облегает тело и оголяет одну из ног в босоножках под цвет, я понимаю – не зря отказалась надевать его в тот день. Даже сейчас не уверена, что этот несомненно шикарный, словно пенящиеся волны, спущенными бретелями обнажающий плечи и ключицы наряд подходит для предстоящего мероприятия. Но мама не выпустит меня из дома, если я надену что-то попроще.

То же касается и волос, поэтому сегодня мои кудри не просто обрамляют лицо, а заколоты на висках невидимками со звездами.

– Мне нравится, как этот парень влияет на тебя, – из-за спины вновь доносится голос матери, а я так увлекаюсь рассматриванием сверкающей ткани, что не уверена, не пропустила ли пару фраз до этого.

– И как же он на меня влияет?

Скептически поднимаю бровь, поворачиваясь к женщине, которая даже в домашнем халате и с чашкой чая в руках умудряется выглядеть как топ-модель с обложки. Но, к сожалению, в плане изящности я пошла в папу, и чуть не падаю, случайно запутавшись в подоле платья.

– Осторожнее! – дергается мама, но я успеваю удержать равновесие и теперь закидываю каштановые кудри обратно на спину, делая вид, будто ничего не случилось.

Мама закатывает глаза и, выпятив мизинец, делает глоток чая:

– Не знаю, что он с тобой сделал, но я за всю жизнь не видела свою дочь в платьях так часто, как за последний месяц. Даже в детстве ты вырывалась из юбок и бежала к спрятанным в шкафу штанам.

Она прячет хитрую ухмылку за чашкой, а я лишь фыркаю, надеясь, что на щеках не появились красные пятна.

– Нашла достижение! – отворачиваюсь обратно к зеркалу, еще раз убеждаясь, что все в порядке. – Тем более что я в платье исключительно по требованиям дресс-кода.

И я ничуть не привираю. Будь моя воля, вышла бы из дома в удобных джинсах. В последнее время я порядком устала от нарядов и каблуков, но Брайан почти на коленях просил меня ничего не вытворять в этот раз. И я благородно согласилась, немного отодвинув свою месть за зебру на заднице в сторону. Но это не значит, что я забыла о том, как на нее пялилось полпарка. Всему свое время.

Да и во мне достаточно здравомыслия, чтобы не вмешивать в наши личные распри работу Брайана. Я, конечно, могу быть той еще сучкой, но знаю границы дозволенного.

Правда, есть вещь, которая не дает мне покоя. До сих пор не могу понять, почему Брайан вообще позвал меня на гала-ужин своей компании. Впрочем, а когда я понимала причинно-следственную связь его поступков?

Телефон на комоде начинает танцевать под музыку звонка.

– Кажется, пора, – произношу я, а в животе вдруг все скручивается.

– Удачи, – мама подходит ближе, в последний раз поправить мои волосы. – Моя красавица.

Улыбаюсь, но страх напоминает о себе очередным скручиванием моих внутренностей, и вот я уже нервно прикусываю нижнюю губу.

– Что-то не так? – тут же замечает это мама.

Ее карие глаза внимательно вглядываются в мои, не давая уйти от ответа. И я, тяжело вздохнув, отвечаю:

– Просто все никак не могу привыкнуть к темпу, который в последнее время набрала моя жизнь.

Руками указываю на струящуюся по телу ткань платья. Нет, правда. В планах на это лето было вести затворнический образ жизни. Как минимум до того момента, пока в город не вернется Дафна. Я не из больших фанатов летних прогулок и прочего. Жарко, потно и всегда до безумия хочется пить… Предпочитаю находиться в помещениях с кондиционером, а еще лучше в собственной спальне. Что уж говорить про какие-то официальные мероприятия.

– Но разве это плохо? – отставив кружку в сторону, мама приподнимает свою идеально выщипанную бровь и помогает мне подправить съеденную помаду.

– Нет, но…

– Малышка, – она убирает за спину одну из прядей моих волос, а ее губы растягиваются в теплой улыбке, – ты же не думала, что сможешь вечность просидеть в своей комнате? Кто-то должен был вытянуть тебя оттуда. И, как мне кажется, Брайан не самый плохой вариант.

Соглашаюсь, вспоминая вереницу свиданий вслепую до Найта. Кучка чудаков, каждый из которых стремился показать свое превосходство надо мной и всем женским полом, пытался задеть меня или просто обижался, когда я делала что-то не так, как вырисовывалось в их головах. С Брайаном все иначе. Проще.

И в какой момент желание поиграть с ним превратилось в жажду постоянно быть рядом?

– Дыши, – будто слыша мои мысли, произносит мама. – И помни, ты выглядишь невероятно.

– Спасибо.

– Кстати, – продолжая гладить мои плечи, она меняет тон на чуть более аккуратный, словно крадущийся зверь боится напугать свою жертву. И эта перемена мне не нравится. – Наверное, неподходящий момент, но мне вдруг вспомнился ужин, когда Брайан заговорил про университет и профессии, – она делает драматичную паузу, растягивая мгновение, во время которого мое сердце напряженно сжимается в груди. – Ты ничего не хочешь сказать?

Очередной пристальный взгляд, и хочется заскулить. Нет. Ну почему сейчас?

– Нет, – криво улыбаюсь я. – С чего ты взяла?

– Да так, – кивает она своим мыслям, а затем, взяв с комода телефон, протягивает его мне. – Кажется, твой принц тебя заждался.

На экране высвечивается очередной входящий звонок от Брайана. Подрагивающими от нервов руками я забираю мобильник и сбрасываю вызов.

– Тогда я пойду.

– Хорошего вечера.

Сглатываю и, схватив клатч, поворачиваюсь к двери.

Нет. Мы не готовы к этому разговору. Я не готова. И не уверена, что когда-нибудь буду. Да, на словах все звучит просто и сказочно. Но именно на эту сказочность папа ответит мне: хватит витать в облаках. А я не готова становиться разочарованием семьи и сбегать из дома, когда не получу желаемого, ведь вряд ли добьюсь своего честным способом.

Выдыхаю, отгоняя лишние мысли. Нет смысла думать об этом сейчас. Впереди много других тревог, мало ли что может произойти, когда у меня на ногах каблуки.

Надеюсь, Брайан застраховал себя и свое имущество.

Спускаясь на лифте, чувствую себя не в своей тарелке. Платье на мне совсем не сочетается с металлическими стенами. Зато этот факт помогает немного отвлечься. Стараюсь дышать ровно и считать про себя, отгоняя тревоги, но почему-то это дается с трудом.

Поэтому, когда я выхожу на улицу, пальцы отстукивают панический вальс по клатчу.

Он стоит внизу, весь из себя свежий и ухоженный. В костюме, который ему чертовски идет, и источает столько уверенности, что коленки начинают подрагивать, словно задетые ударной волной.

Мы не виделись всего пару дней, но ни один из них не прошел без нашего саркастичного обмена сообщениями по типу:

«Доброе утро, красавица».

«Еще раз твое сообщение разбудит меня в шесть утра, и твой мобильник окажется там, где не светит солнце».

«И тебе хорошего дня, Скарлетт! П. C. Мне все еще льстит твоя одержимость анатомией моего тела, детка».

Подобные перепалки вызывают у меня улыбку, а порой желание отправить Брайана в черный список. Но сейчас, глядя на то, как слабый вечерний ветер играет с его волосами, я вдруг понимаю, что скучала по непослушным кудряшкам и их обладателю.

Стоит двери за спиной захлопнуться, как взгляд изумрудных глаз тут же оказывается на мне. Медленно проходя от головы до ног, он ненадолго останавливается на разрезе юбки. Обжигает. Заставляет дыхание сбиваться. Замечаю, как его пальцы судорожно сжимаются в кулаки, и сглатываю желание почувствовать их на своем теле.

– Черт, – откашливается Брайан.

– Что-то не так? – в это короткое мгновение, пока тело не каменеет под его взглядом, беру себя в руки и делаю шаг в сторону небольшой лестницы, отчаянно стараясь держать спину ровной.

Брайан тут же оказывается рядом, чтобы подать мне руку и помочь спуститься. И когда моей ладони касается его – обжигающе горячая, по позвоночнику пробегает дрожь.

– Просто кое-что понял.

Отвечает он, медленно спускаясь со мной по ступенькам и внимательно следя, чтобы я не запуталась в подоле собственного платья.

– И что же?

Последняя ступенька остается позади, и мы останавливаемся, непроизвольно поворачиваясь друг к другу всем телом. Его рука все еще сжимает мое предплечье, большим пальцем выводя круги. И это действует на меня словно заклинание, зарождая приятную тяжесть внизу живота.

Только не смотри на его губы. Не смей!

Повторяю себе, но слишком быстро понимаю: в этой игре у меня нет шансов. И я отчетливо вижу, как он произносит следующие слова:

– На нашей свадьбе не смогу сдержать слез из-за твоей красоты.

Прямо сейчас с орбиты нашей планеты можно разглядеть, как пылает мое лицо. Вот же змей-искуситель! И почему мой румянец так легко проскальзывает наружу, стоит Брайану произнести любую глупость? Так нечестно.

Освобождаю руку и поднимаю ладонь на уровень наших лиц:

– Пока здесь нет кольца, – стучу по безымянному пальцу, – можешь даже не фантазировать о подобном.

– Так все решит одно кольцо? – с мальчишеской улыбкой играет он бровями.

– Ага, – фыркаю я. – Такое же круглое, как то, что окажется на твоей шее, если заставишь меня и дальше стоять тут, пока любопытные соседи прожигают взглядами мою спину.

Указываю назад, где, более чем уверена, на своих балконах уже стоят наши соседки. Уж я-то этих женщин знаю! Сама порой люблю подслушивать их рассказы у мамы в гостях. Но вот становиться объектом их сплетен мне совсем не хочется.

– Что ж, могу их понять. Сам бы не отказался от такого вида.

Продолжая лыбиться, Брайан переводит взгляд мне за спину и кому-то приветственно кивает.

А я же говорила!

– Пойдем уже, – бурчу я, пока он приглашающе подставляет свой локоть.

Мы наконец подходим к машине, но прежде чем открыть передо мной дверь, Брайан, едва касаясь, скользит губами по кончику моего уха:

– Выглядишь чертовски сексуально, малышка.

И хоть от этого соблазнительного шепота у меня тут же твердеют соски, которые, к счастью, скрывает лиф платья, я остаюсь непоколебимой:

– Спасибо. Дверь?

Парень усмехается и помогает мне забраться внутрь.

– Жду не дождусь, когда мы перенесем твою властность в постель, – мечтательно вздыхает он, садясь на водительское сиденье.

– Надежда умирает последней, – язвлю я, хотя в голове тут же вспыхивают далекие от приличий картины.

Дыши, Скарлетт. Дыши.

Ужин, на который привозит меня Брайан, проходит в невероятно красивом месте. Так и хочется наплевать на мнение окружающих и делать снимки каждого уголка, а потом отправить их Дафне. Но я держу себя в руках, увлеченно оглядываясь по сторонам.

Благодаря длинным нитям хрусталя свисающие с потолка люстры создают ажурные узоры на окрашенных под камень стенах. Витые колонны украшены свечами, а на столах, отодвинутых в сторону, чтобы создать пространство для танцев, стоят букеты нежных белых цветов. Зал наполняет музыка живого оркестра, напитки подают в стеклянных кубках. Все это напоминает мне атмосферу бала в замке Снежной королевы, и я не могу сдержать восторга.

Стоит отдать должное маме, мой наряд идеально вписывается в здешнюю атмосферу, сочетаясь с поблескивающими хрусталиками.

Расстраивает лишь то, что я не взяла с собой книгу из своей коллекции, которая так красиво смотрелась бы на фото в декорациях этой сказки.

– Твое мнение? – произносит Брайан, возвращая меня в реальность. Впрочем, я и так частично оставалась в ней, поскольку, как бы мне того ни хотелось, но игнорировать его руку на собственной талии никак не выходит. – Стоило того, чтобы выйти из дома?

– Определенно, – выдыхаю я. – Но ты все еще должен мне книги за прошлый раз.

Парень смотрит на меня, сузив глаза.

– Я думал, тебе все понравилось.

– Ага, настолько, что я заказала семь юбок с той зеброй. Буду носить их не снимая, – натянуто улыбаюсь, проводя рукой по его подбородку. – Милый, удивительно, как с такой догадливостью у тебя все еще есть работа.

Продолжая щуриться, он повторяет мой жест, прикладывая пальцы к моему подбородку.

– Эти юбки отлично подойдут к твоей футболке с динозавром.

Его дыхание касается моих губ, и те предательски тянутся навстречу парню. А я следую за ними. Придвигаюсь совсем близко, между нами остаются считаные миллиметры. Чувствую, как Брайан вздрагивает от неожиданности, но не отстраняется.

– Отлично, – шепчу я, переводя взгляд от его глаз к приоткрытым губам. – Думаю носить их без белья. Что скажешь?

Смакую замешательство на его лице. Но еще больший восторг мне приносит коварная улыбка, в которой через мгновение растягиваются его губы.

– Думаю, чертовски хочу это увидеть.

Поцелуй. Поцелуй. Поцелуй.

Молит моя душа, пока сама я замираю в ожидании.

Давай же, Брайан, сделай этот шаг. Притяни меня в объятия. Заставь задыхаться от того, как твой язык властвует в моем рту, и таять от твоих прикосновений. Заставь с губ срываться твое имя, перебиваемое стонами.

И я вижу в его затянутых тьмой глазах отражение собственных мыслей. Уверена, еще секунда, и получу желаемое…

– Привет, Брайан!

Этот звук отдается звоном в моей голове, словно отрезвляющая пощечина. Вот только я не хотела, чтобы меня приводили в чувство.

Момент испорчен. Мы вынуждены отстраниться друг от друга под внимательным взором подошедшей брюнетки. И хоть рука Брайана остается на моей талии, теперь этого мало.

Можно ли мне просто взять и накричать на незнакомого человека, или люди вокруг решат, что я чокнутая стерва? Чувствуя, как обжигающий холод там, где еще недавно меня касался Брайан, отдает болезненной пустотой, я почти готова проверить это на практике.

– Стефани, – кивает девушке в красном Найт, который, судя по всему, не слишком-то рад подоспевшей знакомой.

Интересно, это из-за того, чему она не дала произойти, или у этих двоих есть своя история? Мне сложно не замечать, как девушка испепеляет меня мимолетными косыми взглядами. Я ей явно не нравлюсь.

Знаешь, милочка, я от тебя тоже не в восторге!

– Как дела, зайчик? Мы так давно не виделись!

Она заключает Брайана в объятия, оттесняя меня в сторону, чем еще сильнее выводит из себя. Клянусь, еще немного, и я покажу этой зайке, что ее морковка потерялась не на той поляне.

Но, пока мне непонятны связывающие этих двоих отношения, я не лезу в драку. В конце концов, именно это я обещала Брайану.

Хотя про плевки в спину он ничего не говорил…

– Все хорошо, – натянуто-вежливо произносит Найт и спешит вырваться из хватки виснущей на нем девчонки.

Мне приходится прикусить губу, чтобы не начать довольно улыбаться, когда он почти отталкивает ее в сторону и вновь притягивает меня к себе.

Спиной упираюсь ему в грудь, пока руки Брайана по-собственнически сжимают мою талию.

– Познакомься, это моя девушка – Скарлетт.

Выкуси, сучка!

И неважно, что я не давала своего официального согласия на подобное. Мне слишком хочется поставить эту мадам на место.

– Привет, – склонив голову, наслаждаюсь тем, как округляются глаза Стефани.

И чему она так удивляется? Думала, Брайан тут со своей сестрой обжимается?

– У тебя кто-то появился? Не знала, – продолжая игнорировать мое существование, грустно выпячивает губу Стефани.

– Не знал, что должен был всех уведомить.

Чувствую, как его раздражает этот разговор, как сильнее напрягаются его мускулы, и едва сдерживаюсь, чтобы самой не послать подальше эту недогадливую Стефани.

Но Брайан берет все в свои руки. А точнее, сжимает мою ладонь и вдруг тащит в сторону танцпола, бросив напоследок короткое:

– Прости, это наша песня!

Я тихо хмыкаю.

– Ты хоть знаешь ее?

– Без понятия. Но с тобой я готов танцевать даже в тишине.

Подмигнув, он вновь притягивает меня к себе, заставив воздух покинуть легкие, а сердце восторженно подскочить в груди. Если мы будем так прижиматься друг к другу, то я отказываюсь брать на себя ответственность за то, чем может закончиться этот танец…

И, будто придя к такому же умозаключению, Найт слегка отстраняется. Мы двигаемся в такт музыке, слегка покачиваясь на месте, ровно как и остальные пары. Никакого страстного танго из фильмов и книг. Но, черт возьми, никогда бы не подумала, что подобный смазанный танец сможет вызвать во мне такое возбуждение. И все дело в Брайане.

Его запах заполняет легкие и дурманит голову. Может, сегодня полнолуние? Ведь я не знаю, как еще объяснить это зверское желание сорвать с его тела одежду и провести языком по кубикам пресса.

Черт, я сошла с ума.

Откашливаюсь, словно подавившись собственным либидо, и чувствую, что становится слишком жарко.

– Ты в порядке?

Спрашивает Брайан, но вместо ответа я тоже задаю вопрос:

– Надеюсь, в этот раз ты привел меня сюда не побесить очередную бывшую?

Я произношу это с долей сарказма, без каких-либо обвинений. И меня удивляет, когда я замечаю, как сжимаются его челюсти.

– Нет, Скарлетт. Я позвал тебя только потому, что хотел провести время вместе.

– Допустим, – склоняю голову, радуясь, что могу отвлечься от обжигающего пламени внутри. – Но кто такая эта Стефани?

Произнося ее имя, я кривляюсь, чем вызываю усмешку у Брайана. И эта маленькая победа радует меня чересчур сильно.

– Ревнуешь?

– А если да?

– Тогда мне придется сказать охране быть начеку.

– Думаешь, я устрою драку?

– Очень на это надеюсь.

В его глазах мелькает огонь.

– Не уходи от вопросов, – провожу языком по пересохшим губам.

Брайан замечает это. А я замечаю, как дергается его кадык.

– Я не ухожу. Просто не вижу смысла тратить время на посторонних, когда мы можем сфокусироваться друг на друге, – в голове вдруг всплывает тот вечер, когда Брайан пришел ко мне пьяный и в итоге оказался в моей постели. И от этого воспоминания внизу появляется приятная пульсация. – Стефани – дочь моего босса. Порой она бывает навязчива, а я уже не знаю, как объяснить ей, что не заинтересован в каком-либо общении. И прежде чем ты решишь, будто я соврал и привел тебя из-за нее… Нет. Она каждое лето проводит у матери на юге, и причин думать, что в этот раз будет иначе, не было.

– Кажется, мне пора привыкать. Куда бы мы ни пошли, придется отбиваться от твоих бесчисленных поклонниц.

– К черту их. Мне нужна только одна девушка, – он прислоняется лбом к моему, и мы продолжаем двигаться в объятиях друг друга, даже когда песня сменяется на более энергичную. – У нее невероятная улыбка. Глаза, в которых я готов утонуть. И куча книжной порнушки в спальне.

– Ты опять?

– Просто хочу сказать, что был бы не против занять место толпы вымышленных мужчин в твоей постели.

Его рот расплывается в ухмылке, а я закатываю глаза.

– Отправь мне свою анкету, и я обещаю подумать.

– Поверь, лучшего кандидата не найти. В особых навыках у меня знание четырех языков, отличная физическая форма и способность подарить тебе все оргазмы этого мира.

– Звучит многообещающе, – отвечаю со всей серьезностью. – Какие языки?

– Английский, испанский, немного французский и, – он склоняется к моему уху, чтобы следующие слова были слышны только мне, – язык любви.

И вот я больше не могу сдерживаться и начинаю громко смеяться.

– Вот так всегда. Пытаешься быть романтичным, а тебя не воспринимают всерьез.

– Прости, – не в силах остановиться, продолжаю хохотать, пряча лицо у Брайана на груди, пока он терпеливо гладит меня по волосам.

Следующий час мы проводим веселясь, разговаривая и дегустируя напитки из невероятно красивых кубков. Где-то на третьем коктейле мне приходится останавливать себя, чтобы не стащить один такой домой. Но в остальном все проходит отлично.

Брайан знакомит меня с командой, вместе с которой работает над проектами. Все они оказываются чудесными и забавными ребятами, а единственная девушка в их компании обещает быть начеку и по надобности скидывать компромат на Найта. А я, конечно же, соглашаюсь. Дафна не простила бы меня, откажись я от такого шикарного предложения.

В какой-то момент количество выпитого становится чрезмерным, поэтому я прошу Брайана давать мне только воду. И, к счастью, она быстро помогает прийти в себя, но вскоре я чувствую необходимость отлучиться в уборную.

Брайан предлагает проводить меня, но я отказываюсь, решая не отвлекать его от завязавшегося разговора с одним из коллег.

Выйдя из основного зала, двигаюсь вперед по единственному длинному коридору, в конце которого находится заветная дверь. Из-за совокупности легкого дурмана, вызванного алкоголем, и уже надоевших каблуков моя походка становится шаткой, а потому я придерживаюсь рукой за окрашенную в красный стену.

Несмотря на все неудобства, ощущаю себя легко и радостно. Даже напеваю под нос мелодию нашего с Брайаном танца.

Счастье плещется внутри. И это так невероятно! Но стоит мне это почувствовать, как вокруг запястья сжимается чужая рука, которая резким движением затягивает меня в темную подсобку, как все хорошее затмевает одно-единственное чувство. Страх.

Глава 23

Брайан

Неожиданное появление Стефани немного подпортило настроение. Признаться честно, эта девчонка уже давно стала действовать мне на нервы своей навязчивостью.

Нет, поначалу это было даже приятно. Тогда я только устроился на работу. Глупый юнец был рад вниманию несомненно симпатичной девушки. Даже слепо игнорировал намеки более опытных коллег быть аккуратнее. А потом поплатился за свою гордыню.

Оказалось, Стефани Коллинз из числа девушек, окружающих тебя своим присутствием со всех сторон, не давая сделать ни вдоха, ни шага в сторону. Несмотря на то что мы с ней никогда не состояли в отношениях, это не мешало Стефани ревновать меня и устраивать сцены, от которых всякое влечение к брюнетке быстро пропало.

Но, когда речь идет о дочери твоего босса, разорвать с ней все контакты не так уж просто. Я выбрал тактику избегания. Впрочем, как и половина нашего офиса.

Я говорил, что Стефани довольно любвеобильна? Ни в коем случае не осуждаю ее душевные порывы, но, судя по рассказам других парней, она весьма быстро переключалась с одной жертвы на другую. Но на моей персоне решила задержаться. К сожалению. Именно поэтому я старался как можно чаще переносить свою работу на дом, меньше с ней пересекаться. И даже сегодня десятки раз переспрашивал у коллег, точно ли ее не будет на вечере. Все как один твердили: она уехала к матери – но, как видите, информация оказалась ложной.

В любом случае я просто рад, что ей не удалось испортить нам со Скарлетт вечер. Моя безбашенная малышка Мун повела себя по-взрослому и не убежала, обидевшись и посчитав меня мерзким кобелем, который вновь привел ее, дабы отбиться от назойливых поклонниц.

Это правда не так. Мне безумно хотелось провести с ней этот вечер, ведь остальные на прошедшей неделе жадно отнимала у меня работа. Я надеялся, что сегодня наконец смогу забрать свою девочку и увезти куда-нибудь далеко, где мы с ней сможем побыть наедине. Но потом вспомнил об этом обязательном к посещению мероприятии.

Когда Скарлетт согласилась пойти со мной, я был до чертиков рад. В первую очередь мне не терпелось вновь ее увидеть. И стоило ей выйти ко мне в том платье, едва не потерял рассудок.

До чего же она красива.

Даже сейчас, разговаривая со своим коллегой из финансового отдела, я могу думать только о буйной девчонке, неизменно пахнущей вишней.

Внутри очередной вспышкой проскальзывает нестерпимое желание притянуть Скарлетт в свои объятия. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь отыскать среди гостей фурию в блестящем платье, но ее нигде нет. И причем уже довольно долго.

Мне это не нравится. А еще больше не нравится тревога, зарождающаяся в груди.

– Прости, Джо, – перебиваю парня, с упоением рассказывающего мне о том, как важен проект, которым последние два года занимается наша компания. – Мне нужно срочно кое-кого найти.

– Конечно, мужик, – он похлопывает меня по плечу, понимающе кивая. – Я видел, с кем ты пришел. Красотка.

Улыбаюсь в ответ, но до боли сжимаю челюсти, чтобы не сказать лишнего. Да, это правда, Скарлетт красотка, но слышать это от кого-то другого чертовски раздражает. Собственник во мне негодует и кричит:

Заткни его.

Но я стараюсь подавить этот порыв и тихо отвечаю:

– Спасибо.

– Но надеюсь, наша королева драмы не выцарапает ей глаза. Все-таки ты ее любимчик.

Киваю, думая, что в подобной битве скорее поставлю на малышку Мун, и ухожу в сторону, куда около десяти минут назад направилась Скарлетт.

Королевой драмы мы между собой называем Стефани, и вполне заслуженно. Компания полнится историями о ее взрывном характере, словно легендами, переходя из уст в уста. Но я не слишком-то боюсь ее уединения со Скарлетт. Хотя Стефани та еще актриса…

Окей, теперь страх их тет-а-тета почти равен тому, который нашептывает мне на ухо, что малышка Мун просто сбежала. И второе, пожалуй, бьет по моему самолюбию куда больше.

Выйдя из зала, слышу лишь, как в ушах шумит кровь. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, путь тут один: вперед. Стремглав проношусь по коридору к двери в уборную и, убедившись, что там никого, обреченно запускаю руку в волосы, сжимая их у основания.

Неужели и правда ушла?

От злости бью кулаком по стене, мысленно ругаясь. Что пошло не так? Что именно заставило ее уйти? Жгучее чувство в груди все разрастается, и мне это совсем не нравится. Когда эта девушка получила столько контроля над моими эмоциями? Как то, что начиналось как игра, переросло в это? А главное, почему?

За моими громкими мыслями я вдруг слышу в стороне приглушенные голоса. Сначала отношу их к снующим где-то поблизости официантам, но эти голоса кажутся мне знакомыми.

Пытаюсь разобрать, откуда те исходят, и в итоге подхожу к двери, судя по всему, ведущей в кладовую. Теперь слышимость намного лучше, но мне все равно приходится подпереть стену рядом, чтобы не привлекать лишнего внимания.

С той стороны стены вновь начинают говорить, и я точно знаю, кому принадлежит первый голос.

– Ах ты маленькая дрянь! – шипит Стефани, а мне не терпится узнать, кто в этот раз стал ее жертвой.

– Боже, – вздыхает Скарлетт, и от ее голоса по моему телу прокатывается облегчение.

Не ушла.

Мне хочется поскорее забрать ее от этой сумасшедшей. Тянусь, чтобы открыть дверь и сгрести девушку в объятия, укрывая от всего мира, но останавливаю себя на полпути. Эгоистичное желание узнать, о чем же они говорят, оказывается не менее сильным.

– Зайка, у тебя нет ни капли самоуважения? Сначала ты виснешь на шее моего парня, а потом решаешь устроить разборки в подсобке? Мы что, в средней школе?

Мои губы расплываются в улыбке. Не знаю, от чего точно: от того, как она называет Стефани зайкой, ведь отчетливо помню, как скривилось лицо Скарлетт, когда та назвала так меня; или же от того, что малышка Мун называет меня своим парнем.

Черт, не думал, что это будет так приятно.

– Да как ты смеешь! Ты вообще знаешь, кто мой отец?

– Видимо, винодел, иначе откуда у него такая тупая пробка?

Не удержавшись, прыскаю, пряча рот за ладонью.

– Невоспитанная девка! – рявкает Стефани, а затем следует шум, заканчивающийся громким стуком.

Вновь собираюсь потянуться к двери и удостовериться, все ли в порядке со Скарлетт, но прежде чем успеваю это сделать, слышу ее голос.

– Ты чокнутая? Может, не будешь так вертеться, пока мы в маленькой комнате, полной коробок? Если одна из них упадет мне на голову, я лично позабочусь о том, чтобы укоротить твои конечности.

– Нашла кого пугать, – фыркает Стефани. – Как Брайан мог выбрать такую деревенщину? Твое платье просто верх безвкусицы.

Сжимаю кулаки до побелевших костяшек. Может, пора?

Но чутье мне подсказывает, что Скарлетт с удовольствием ответит на оскорбления самостоятельно, а я не хочу воровать у нее подобное удовольствие. Иначе потом получу сам.

– Завидуешь, что он выбрал не тебя?

В ее голосе слышится самодовольная ухмылка, которую я непроизвольно копирую.

Моя девочка.

– Нашла чему завидовать! Да он бросит тебя, не пройдет и недели. И вообще, если я попрошу, папочка тут же выкинет его из компании. Что на это скажешь? Готова стать причиной потери работы твоим парнем?

– Ты и правда не в себе, – в голосе Скарлетт появляются металлические нотки. – Я хотела отнестись к тебе с пониманием. Женская солидарность, все дела. Но ты перегибаешь палку, Стефани. Хочешь запугать меня таким бредом?

– Никакой это не бред! Если я захочу, Брайан уже завтра останется за бортом. Но если ты сейчас же скроешься с горизонта, то я передумаю. Мы с ним будем смотреться вместе куда лучше.

Я закатываю глаза. Внутри кипит гнев и непонимание, как Стефани может говорить подобные глупости. Нет, я знал, что она любит плести интриги, но не думал, что они бывают столь дешевыми.

На этот раз окончательно принимаю решение закончить этот цирк и вытащить Скарлетт со спектакля одной неудавшейся актрисы.

Но слова девушки опять опережают мои действия, и рука замирает, едва коснувшись ручки.

– Мне тебя жаль, Стефани. Если ты и правда, сидя на своих сахарных облаках, думаешь, будто твой папочка будет увольнять каждого, в кого ты ткнешь пальцем, то вскоре тебе придется больно падать. Может, я знаю Брайана недостаточно хорошо, но отчетливо вижу, как его любит команда, и уверена, никто не выгонит ценного сотрудника из-за какой-то капризной девчонки. Он преданный, исполнительный, ответственный, и я еще долго могу перечислять все хорошее в этом парне. Так что даже не думай, ты не сможешь меня напугать, маленькая стерва.

Чувствую, как по коже ползут мурашки. Вот он и ответ на вопрос, который я задавал себе раньше. Почему я так беспокоился о возможном побеге Скарлетт? Черт возьми, все так просто, и мне даже стыдно за то, сколько времени потребовалось для осознания.

Я влюблен в нее. Сильно. И понимаю это именно сейчас, слушая, как малышка Мун защищает меня. Самоотверженно и уверенно. Каждое сказанное ею слово – бальзам для моей души. Чувствую себя котом, добравшимся до заветной мяты. И это, пожалуй, лучшее чувство за последние годы.

Я влюблен в Скарлетт Мун.

В девушку, ставшую настоящей занозой в заднице. В девушку, от поступков которой у меня порой слетает крыша и ради которой я готов скупить все книжные магазины, потому что знаю: остальные вещи вряд ли подарят ей столько же радости.

Вот это я влип.

Но осознание этого не пугает, а скорее дарит больше азарта. Скоро я добьюсь ее. Совсем скоро. А потом утону в вишневом аромате ее парфюма и глубине ее карих глаз. Обязательно.

– И еще, – вновь слышу голос Скарлетт, теперь он звучит чуть тише, будто она склонилась прошептать это Стефани на ухо, – если узнаю, что ты продолжаешь лезть к моему парню, я найду тебя и не оставлю ни одного волоска в этой чудесной прическе.

Больше не в силах сдерживать разрывающее меня чувство ликования, едва не подпрыгивая, возвращаюсь в зал. Судя по звукам, девушки выходят через секунду после того, как мне удается скрыться с места преступления. Но я не успеваю увериться в своей теории, ведь меня почти сразу перехватывает мистер Коллинз, мой босс.

– Брайан, привет, – с улыбкой произносит седовласый мужчина в костюме-тройке. – Как ты?

– Все отлично, сэр.

– Рад это слышать. Наслаждаешься праздником? Ваша команда внесла большой вклад в успех этого проекта, обязательно отдохни как следует.

– Конечно, – киваю, вытягивая уголки губ вверх.

Наконец могу не скрывать ликования. И не важно, что никто не узнает, чему именно оно посвящено.

Но, будто специально добавляя дегтя в мою бочку меда, к нам вмиг подбегает Стефани, чьи глаза покраснели, словно та выплакала ведро слез.

– Папочка! – кидаясь в объятия мистеру Коллинзу, вопит девушка.

– Боже, что случилось, милая?

Я едва сдерживаюсь от пары ядовитых комментариев и с напускной заинтересованностью наблюдаю за дальнейшими действиями Стефани.

– Меня унизила одна мерзкая девчонка.

– Ну, милая, сколько раз я говорил тебе, ты должна быть сильнее и не реагировать так на чьи-либо слова, – одарив меня извиняющимся взглядом, мистер Коллинз продолжает поглаживать дочь по спине.

– Вы правы, никогда нельзя расстраиваться из-за других людей, – звук ее голоса касается моих ушей одновременно с тем, как пальцы Скарлетт переплетаются с моими. – Впрочем, порой и от них можно услышать что-то дельное.

Опустив взгляд, я встречаюсь с улыбкой, и на душе тут же становится хорошо. Девушка сияет уверенностью не меньше блесток на собственном платье, а я не могу нарадоваться, что она стоит именно со мной. Чувствую себя так, словно выиграл чертову лотерею.

– Здравствуйте, мистер Коллинз, – кивает девушка.

– Привет, Скарлетт.

Наверное, мы со Стефани сейчас выглядим одинаково удивленными. Девушка даже отрывает заплаканное лицо от пиджака отца, оглядывая радушные улыбки, которыми обмениваются мистер Коллинз и Скарлетт.

– Мы так давно не виделись. Ты стала настоящей красавицей!

– Вы мне льстите.

– Ни в коем случае. Я лишь констатирую факт, – отмахивается мужчина. – Как твой отец?

– Как и раньше, ждет не дождется, когда вы позвоните ему и поможете сбежать на рыбалку.

Мистер Коллинз весело хмыкает.

– Что ж, наверное, пора помочь старому другу.

– Вы его очень порадуете. За последнее время бабушка бывала у нас в гостях слишком часто, и ему не терпится сбежать.

– Тогда мне и правда пора ему позвонить. Ладно, не будем вас отвлекать. Наслаждайтесь вечером, ребята. Пойдем, дорогая.

Приобняв Стефани за плечи, он начинает уводить ее в сторону.

– Но, – протестует девушка.

– Милая, тебе нужно смыть тушь с щек, а потом ты мне все расскажешь.

Наблюдая за удаляющейся семьей Коллинз, я с удовольствием замечаю, что Стефани перестает обращать на меня внимание. Теперь все ее злобные косые взгляды направлены на Скарлетт, но с этим мы как-нибудь разберемся.

Кстати, о ней.

Одним движением притянув девушку ближе, вдыхаю запах ее волос, чувствуя умиротворение.

– Соскучился? – самодовольно поднимает бровь она.

– Безумно, – не сдержавшись, целую кончик ее носа и с удовольствием наблюдаю за тем, как ее щеки заливает румянец. – Я уже говорил, что это платье невероятно тебе идет?

– Да.

– Я соврал.

– Что? – злобно сверкает глазами она.

– Уверен, без него тебе было бы куда лучше.

На ее лице читается осознание, а за ним следует хищная ухмылка. Скарлетт поняла правила игры и приняла их.

Ее пальцы скользят по воротнику моей рубашки, слегка царапая кожу ногтями. И от этого короткого движения мое дыхание сбивается.

– Мы с тобой так похожи, – она смотрит на меня своими бездонными глазами, в которых, словно в ночи, сверкают звезды. – Ведь именно это я думаю о твоей раздражающе красивой рубашке.

– Ненавижу эту рубашку.

– А я платье.

Сокращаю расстояние между нами и упираюсь в ее лоб своим. Следующие слова я произношу шепотом, завороженно наблюдая за тем, как она прикусывает нижнюю губу. И это выглядит непростительно сексуально.

– Пожалуйста, скажи, что мы прямо сейчас сбежим с этой тухлой вечеринки.

– К черту вечеринку, – поддерживает тихую беседу она, а потом скользит к моему уху и проводит языком по мочке. – Но предложишь ли ты занятие поинтереснее, Брайан?

От ее сладкого тона мне тут же становится тесно в строгих брюках, и от этого побег начинает казаться еще более желанным.

Сглатываю накатившее возбуждение, понимая: еще не время, и решаю отплатить малышке Мун той же монетой.

Запустив пальцы в волосы на ее затылке, получаю награду в виде тихого стона, а затем опускаюсь к ее шее. Кусаю нежную кожу, провожу по ней языком, наслаждаясь солоноватым привкусом моей спутницы.

Черт, кажется, я играю против себя же. Чувствую, как желание накатывает на меня, словно цунами, и чудом не сносит с ног.

– Я выполню твои самые заветные желания, Скарлетт, – хриплым шепотом отвечаю я.

– Звучит как вызов, – с румянцем на щеках усмехается она, а мне едва удается сдержаться и не забросить девушку на плечо, утаскивая, как какой-то дикарь, в свою пещеру.

Что эта чертовка творит со мной? Неважно. Главное, пусть это не заканчивается.

Глава 24

Скарлетт

За всю свою не слишком длинную жизнь я не единожды оказывалась в нелепых и странных ситуациях, когда единственное, о чем ты думаешь: как бы провалиться сквозь землю. Правда, в силу собственного темперамента и Дафны Баллард в списке лучших подруг подобные случаи стали для меня чем-то своего рода обыденным. Уж слишком часто мы в них оказывались.

Но сказать подобное о том, что происходит прямо сейчас, я не могу.

Идти следом за парнем в его квартиру, пока вы оба искритесь от желания, но при этом ограничиваете любые прикосновения лишь переплетенными пальцами… Это напоминает сладостную пытку, от которой все тело подрагивает от предвкушения.

Прошло много времени с тех пор, когда я в последний раз контактировала с противоположным полом в реальной жизни. Года полтора? Где-то столько скрывалась от них за книжными страницами и за это время успела позабыть, насколько волнующе и даже пугающе может ощущаться тропа до того самого момента.

А мы ведь именно к нему и движемся, правда?

– Проходи, – тихим, слегка хрипловатым от долгого молчания голосом произносит он, пропуская меня в квартиру.

Секунду я мешкаю. Каменею, загипнотизированная взглядом его потемневших глаз. Все внутри изнывает от того, как Брайан смотрит на меня. Как его взгляд гуляет от плеч, прикрытых его же пиджаком, до обнаженного вырезом платья бедра. Одни его глаза способны подвести меня к грани безумия, а что будет, когда мы окажемся в квартире?

К счастью, мое любопытство всегда было сильнее страха. Поэтому я делаю неловкий шаг вперед, мысленно соглашаясь на все, что с нами может случиться дальше.

Квартира Брайана встречает меня теплом и приятным запахом его парфюма. Он лишь сильнее опьяняет, и я жадно глотаю воздух, желая насквозь пропитать собственные легкие этим ароматом.

Слышу, как за спиной закрывается дверь. Этот хлопок отдается гулким ударом у меня в груди. Раскрываю губы, борясь с затрудненным дыханием, когда ощущаю, как Брайан подходит ближе. Его руки скользят по моим. Чувствую тепло его тела даже через разделяющие нас слои одежды. А когда парень вдруг шумно вдыхает запах моих волос, понимаю, что не могу и дальше держать глаза открытыми.

Меня окутывает дурман, бороться с которым становится сложнее. А эта пытка тем временем только набирает обороты.

Брайан аккуратно скидывает с моих плеч пиджак. Кожи касается его горячее дыхание, и я вдруг чувствую себя абсолютно обнаженной. Хотя тело все еще спрятано под блестящей тканью платья. И азарт, разгорающийся внутри, наполняет мою голову навязчивыми мыслями, что это нужно как можно быстрее исправить.

– Хочешь чего-нибудь выпить?

Все так же хрипло шепчет парень, проводя носом по моему обнаженному плечу.

– Предлагаешь мне чай с печеньем?

– Этим я обычно угощаю уже после секса.

– Придурок, – фыркаю я, хотя внутри все воспламеняется от его реплики. И явно не из-за желания поесть сладостей.

Следую за Брайаном на кухню. На полпути сбрасываю туфли и едва не всхлипываю от облегчения. Правда, теперь подол платья скользит по полу, и, чтобы не споткнуться, я придерживаю его руками.

Зайдя следом за Найтом в открытую дверь, обвожу помещение взглядом. Небольшое пространство, отведенное под кухню, объединено с зоной столовой и гостиной, в которой располагаются лишь диван и телевизор с приставкой. Сама мебель и стены выполнены преимущественно в серых тонах, красиво сочетаясь с полом из дерева шоколадного цвета.

– Так вот она какая, холостяцкая берлога, – отмечая удивительную чистоту, произношу я, запрыгивая на один из барных стульев.

– Не хватает только резиновой куклы на диване. Но тут уж извини, отдал ее Харви, так что познакомишься с Джоанной в другой раз.

– Черт, а я ведь ради нее и приехала!

– Прости, малышка. Но я постараюсь отработать за двоих, – нагло подмигнув, он отворачивается к холодильнику и вытаскивает оттуда две запотевшие бутылки воды. – Лед?

– Пожалуйста.

Он вновь отворачивается, а я с удовольствием наблюдаю за тем, как Брайан уверенно двигается по кухне. Под его белоснежной рубашкой проглядывают мышцы, и, боже помоги, это сводит меня с ума.

Нет, так я точно доведу себя!

Отвожу взгляд от властвующего на кухне парня и замечаю на столе ноутбук. К собственному удивлению, понимаю, что он включен. Видимо, когда садилась, задела его, и экран загорелся. Я честно не собиралась вглядываться в переписки в открытом мессенджере, но случайно улавливаю одно слишком хорошо знакомое мне имя, а дальше телом управляет все то же жадное любопытство.

Коротким движением придвигаю к себе ноутбук и нажимаю на аккаунт с давно отпечатавшейся у меня в памяти аватаркой.

– Какого? – вырывается у меня, пока глаза пробегают по сообщениям, которыми Брайан обменивался с, мать его, Дафной! – Что это, Найт?

Парень тут же оборачивается, и его глаза обеспокоенно мечутся от меня к повернутому к нему экрану.

– Черт.

– Черт? – складываю руки на груди, испепеляя его взглядом. – Не хочешь объяснить, о чем переписывался с моей лучшей подругой? Я даже не знала, что вы знакомы!

Брайан подходит ближе, оставляя стаканы, полные воды, между нами. Опираясь о столешницу, он на мгновение опускает голову и тяжело выдыхает, а затем смотрит прямо мне в глаза. И я замечаю, как в его зрачках пляшут искорки, он вот-вот рассмеется.

– Малышка, – его губы расплываются в ухмылке чеширского кота, – ты же не думала, что я и правда ясновидящий, который безошибочно угадывает, какие цветы нравятся тебе или твоей маме? Или как я, по-твоему, узнал, о какой именно книге ты мечтаешь, когда собственными глазами видел ломящиеся от обширной коллекции полки в твоей спальне?

Из груди вырывается не то вздох, не то смешок.

– Дафна выдала тебе все с потрохами.

Осознание накатывает вместе с мыслью: я в целом почти не думала о том, откуда ему все известно. Хотя, наверное, стоило? Впрочем, кто бы сомневался, что Дафна не станет отсиживаться в стороне. Моя фея-крестная в костюме ведьмы.

– Должен заметить, мне пришлось хорошо заплатить за информацию.

– Сколько? – уже едва сдерживая смех, продолжаю сжимать руки на груди.

– Если бы она взяла деньги, – фыркает он и делает глоток воды. – Заставила скинуть ей компромат на меня же, на случай если я тебя обижу.

Сдерживать смех и дальше не удается.

– Она сама тебе писала?

– Нет, вышел на нее через твои социальные сети, – вздохнув, Брайан проводит рукой по волосам и смотрит на меня с прищуром. – Не удивлен, что вы подруги. Даже не знаю, кто из вас поражает меня больше.

– Тут есть только один правильный ответ, милый.

Спускаюсь со стула и обхожу барную стойку. Останавливаюсь в шаге от Брайана и, сжав пальцами его рубашку, притягиваю ближе.

– Ты права, – его губы скользят по моим, дразня, – никогда не забуду, как ты меня обокрала.

Хочу возразить, но он затыкает меня поцелуем. И все слова вмиг вылетают из головы, пока я плавлюсь в его сильных руках.

Его пальцы изучающе скользят по обнаженным участкам тела, пока рот властно впивается в мой. А я едва могу сдержать восторг. Не уверена, что хоть когда-то в моем теле плескалось столько возбуждения, как сейчас. И чтобы выпустить хоть часть разрывающих меня эмоций, я прикусываю губу Брайана. Но он не возражает, отвечая тихим стоном, от которого голова начинает кружиться лишь сильнее.

Без каблуков наша разница в росте становится значительнее, поэтому мне приходится стоять на носочках, обвивая его шею кольцом собственных рук. Не слишком удобно, но едва ли это меня сейчас волнует. Я хочу, чтобы чувства к Брайану поглотили меня полностью. Чтобы между нами не осталось ни сантиметра свободного пространства. Прижимаясь грудью к его торсу, требовательно углубляю поцелуй.

Меня слегка пугает то, как я растворяюсь в моменте. Когда дело доходило до секса в прошлых отношениях, в эмоции обязательно пробирались неловкость и неуверенность. Как будто я делаю не то, чего хочу, а выполняю обязанность и просто жду, когда все закончится. Но не сейчас. Не с Брайаном.

Чувствую, как на его губах играет довольная улыбка. Его руки вдруг оказываются на моих ягодицах и сжимают их, вырывая из груди судорожный вздох. Одним движением он поднимает меня в воздух и усаживает на барную стойку, решая проблему разницы в росте. Он делает шаг назад, а я почти вскрикиваю от недовольства. Без него мне становится холодно и до ужаса одиноко. Но Брайан не спешит вернуться к моим губам, с удовольствием оглядывая мои им же растрепанные волосы и горящие щеки. Мне не нравится, что он так далеко, но и молить его о чем-то тоже не собираюсь. Не дождется.

Хочешь поиграть? Тогда будь готов к равнозначному ответу.

Откидываю подол платья, оголяя бедра, и с не меньшим удовольствием смотрю на парня, чьи челюсти с силой сжимаются. Поднимаю одну из ступней и пальцами медленно провожу дорожку от бедра к его прессу.

– Так, значит, мой парень совсем не волшебник, – надувая губки, вздыхаю я.

А потом с накрывающим меня наслаждением наблюдаю за тем, как от слова «парень» вспыхивают глаза Брайана.

Признать свой проигрыш в споре еще никогда не было так просто. Да и назвать это подобным образом сложно, потому что ни одна из моих побед не была такой сладкой на вкус.

Найт сжимает мою ступню в своих ладонях и, слегка помассировав, скользит дальше по ноге, сокращая расстояние между нами.

– Волшебник, – ухмыляется он. – Просто слегка в другой области.

Фыркаю, а затем чуть не задыхаюсь, когда он резко раздвигает мои ноги и оказывается совсем близко. Его возбужденный пах касается моих трусиков, и я чувствую, как внизу живота разливается жидкое пламя.

Я хочу его.

Но не успеваю сказать и слова, как губы Брайана оказываются на моей шее, лаская языком и срывая с моих губ стоны.

Одна из рук парня забирается на мой затылок, пока вторая гладит кожу на внутренней стороне бедра. Он пробирается все ближе к нужной точке, и я начинаю двигаться ему навстречу.

Закидываю ноги на талию Брайана и притягиваю еще ближе. Его рука оказывается между моих ног. Пальцы выводят аккуратные круги на ткани трусиков, а я ерзаю, не в силах сдерживать собственное возбуждение.

Это чертово безумие. Происходящее между нами ощущается именно так. И я хочу выпить это безумие до последней капли.

– Хочешь сделать это здесь или все же оценишь мой ортопедический матрас? – задыхаясь, шепчет Брайан, целуя мочку моего уха.

– Ты настоящий змей-искуситель, Найт.

– Все что угодно для моей луны.

Он оттягивает мочку зубами и, пока из меня вырывается очередной стон, подхватывает меня за бедра и уносит в сторону спальни.

Мы не отрываемся друг от друга ни на секунду, продолжая сплетаться в самом горячем поцелуе в моей жизни. И даже лаская мой рот своим языком, Брайан умудряется не столкнуться ни с одной из стен у нас на пути.

Его уверенные руки придают мне решительности.

Оказавшись в спальне, я не обращаю внимания ни на интерьер, ни на постельное белье на кровати. Черт, сейчас мне покажутся сексуальными даже простыни со «Щенячьим патрулем [2]»!

Брайан опускает меня на пол и тут же приникает обратно к моим губам, пока его руки нагло залезают под юбку, сжимая ягодицы.

– Это платье чертовски красивое, – выдыхает он, упираясь лбом в мой. – Но я хочу снять его с тебя.

Прикусываю опухшую от поцелуев губу.

– Тогда тебе придется сделать это зубами.

В его глазах вспыхивает пламя. Губы расплываются в ухмылке, от которой у меня тут же ноет между ног.

– Так быстро делишься со мной своими фетишами? Мне это нравится.

– Скажи спасибо, что сегодня ты без ангельских крыльев.

Он фыркает и целует мое плечо.

– Ты же знаешь, для тебя я готов вырядиться хоть в мышь из «Рататуя».

– Я подумаю об этом.

– Хорошо, а теперь, будь добра, развернись.

С замирающим от переизбытка чувств сердцем я следую указаниям и медленно поворачиваюсь к нему спиной. Его горячие пальцы собирают мои волосы в хвост, и, прежде чем перекинуть их через плечо, он тянет их на себя.

– Мне нравится слышать, как ты стонешь, малышка Мун, – шепчет он, опаляя дыханием шею.

Я хочу развернуться и вновь накинуться на него. Поцелуи Брайана вызывают моментальную зависимость. Но я чувствую, как его нос прижимается к моей спине, и понимаю, что он действительно это делает. Расстегивает чертову молнию зубами.

Соски до боли твердеют, пока я, задержав дыхание, жду, когда Брайан закончит. К моему счастью, справляется он довольно быстро. Носом проведя дорожку вдоль моего позвоночника, он отпускает молнию у самых ягодиц и поднимается.

Одним движением он стягивает платье. И лишь когда ткань, скользя, касается груди, я вспоминаю, как дышать.

– Черт, если бы знал, что у тебя под платьем только трусики, то избавился бы от него гораздо раньше.

Он подходит ближе, упираясь в меня выпуклостью в штанах. Его руки скользят по голому животу, вызывая волны мурашек.

– Сколько самоуверенности, – шепчу в ответ.

– За это я тебе и нравлюсь, разве нет?

Прижимаясь губами к шее, произносит он и движется руками к моей груди. Сжимая ее в ладонях, он начинает водить пальцами по соскам, а я откидываю голову ему на плечо, не в силах и дальше стоять ровно.

И пока я растекаюсь лужицей наслаждения, Брайан вновь находит мой рот. Его язык проводит дорожку по моей нижней губе, а одна из рук начинает опускаться, быстро достигая края кружевных трусиков.

– Ты не против?

– Если ты не сделаешь это, то я тебя убью, – выпаливаю, а он ухмыляется и отодвигает резинку нижнего белья.

Я вздыхаю, когда его пальцы касаются влажных складок и проскальзывают между них, находя клитор.

– Кажется, ты и правда заждалась, – хмыкает он. – Такая мокрая.

Его губы настигают мои, а пальцы начинают двигаться активнее, сводя меня с ума. Каждый круг, который Брайан выводит своей рукой, отзывается внутри меня импульсом счастья. Словно он и правда чертов волшебник.

Я едва успеваю хватать ртом воздух между поцелуями, продолжая наслаждаться ласками. Кажется, будто руки Брайана касаются меня везде, не оставляя ни миллиметра моего тела без внимания. То гладя клитор, то сжимая соски, то скользя по шее и животу. Но даже этого мне становится мало.

Хочу почувствовать его внутри.

Не в силах больше сдерживаться, начинаю тереться ягодицами о пах Брайана, намекая, что пора перейти на следующий уровень.

От этого прикосновения он вздрагивает и втягивает воздух сквозь зубы. Почти сразу разворачивает меня, убирая руки с тех мест, где они так необходимы, и толкает на кровать.

Матрас прогибается под моим весом, и я тут же опираюсь на локти. Не могу сдержать улыбки, глядя на возбужденного Брайана, который ползет вслед за мной к изголовью. Но он так и не возвращается к моим губам, отчего я начинаю изнывать.

Вместо этого он останавливается у моих согнутых коленок, куда тут же опускаются его теплые ладони. Не задерживаясь там надолго, они стягивают с меня последний элемент одежды, пока я лишь завороженно наблюдаю за уверенными действиями Брайана.

И вот я абсолютно голая. Лежу на кровати, пока Найт возвышается надо мной, пожирая взглядом мое тело. От ухмылки в уголках его губ разрывается сердце.

Черт, и почему он такой сексуальный?

Но еще более сексуальным он становится, когда начинает спускаться ниже.

– Будь хорошей девочкой, раздвинь ноги, – шепчет он, и я слушаюсь.

Его язык скользит по внутренней стороне моего бедра вниз, прямо к самому чувствительному месту.

Боже…

– Брайан, – останавливаю его, все еще опираясь на локти.

– Да, малышка?

По спине бегут мурашки. Возможно, когда-нибудь наступит момент, когда мое тело перестанет испытывать трепет, стоит Найту назвать меня «малышка», но, надеюсь, не скоро.

– Сними эту чертову рубашку.

– Как скажешь, – улыбается он, и через секунду я любуюсь его обнаженным торсом.

Вереница знакомых тату смешивается с теми, что я еще не видела, но Брайан не дает мне времени для изучения, возвращаясь к прежнему маршруту.

Его пальцы сжимаются на моих бедрах, притягивая ближе, вынуждая лечь полностью. Не успеваю сделать вдох, когда он первым же прикосновением заставляет меня выгнуться в спине.

Наслаждение. Точно такое же, что пришло ко мне, когда он делал это у меня дома. Но в этот раз все чувства ярче, сильнее, ведь этот человек стал мне небезразличен. Мне нравится в нем каждая мелкая деталь, и именно они сейчас лепят счастливую улыбку на моем лице.

От каждого его движения я все сильнее сжимаю простыню.

– Боже, – стону я, пока язык Брайана скользит по моему клитору, словно чертов фигурист по катку.

– Спасибо за повышение, – дразнится он, но я запускаю руку ему в волосы и заставляю вернуться к делу.

Чувствую, что уже почти на пике, но голос внутри вдруг начинает сопротивляться.

Хочу кончить, когда он будет внутри.

Тянусь, руками отрывая Брайана от моего клитора и притягиваю его лицо к своему. Оставляю короткий поцелуй на его губах, а затем укладываю его на спину и сажусь сверху.

– Чудесный матрас, – провожу языком по его подбородку, а затем слегка прикусываю, – но я устала ждать, пока ты трахнешь меня по-настоящему.

Трусь о его член, который твердым бугром выпирает на брюках Брайана. Он стонет. Его пальцы сдавливают мои бедра, а веки слегка опущены.

– Правый карман, – произносит он, и я тянусь к его штанам за шелестящим квадратиком.

Подношу его ко рту и открываю с помощью зубов.

– Ты незаконно сексуальна, Скарлетт.

– Знаю, – подмигиваю и чуть сползаю, чтобы заняться ремнем на его брюках.

Брайан помогает мне, и уже через минуту я надеваю на его член презерватив. Стоит провести рукой по стволу, и изо рта Найта вылетает радующий слух стон. Мне слишком нравится, как это звучит, и, прикусив губу, я повторяю движение.

Не выдержав, он хватает меня за бедра и поднимает так, что я нависаю прямо над головкой.

– Время для шоу? – ухмыляется Брайан, проводя головкой по складкам, от чего я выгибаюсь.

Он входит в меня аккуратным движением, после чего мне нужно всего мгновение устроиться поудобнее и начать двигаться.

Сначала медленно и плавно, позволяя нам обоим привыкнуть. Скольжу вперед и назад, трусь клитором о его лобок и наслаждаюсь тем, как его взгляд начинает затуманиваться. Ровно как и мой.

Не думала, что будет настолько приятно. Или все дело в Брайане. Но я начинаю понимать Дафну, призывающую меня закрыть книги и посмотреть по сторонам. Я точно углядела то, что мне было нужно. Того, кто мне был нужен.

С каждой секундой интенсивность движений возрастает. Найт направляет меня, стискивая ладонями бедра, а я вновь наклоняюсь его поцеловать.

– Обожаю то, как от тебя пахнет вишней, – шипит он, двигая бедрами в такт со мной. – Ты невероятна.

– Взаимно, – шепчу я и поднимаюсь, чтобы изменить угол. – Черт.

Рука Брайана вдруг оказывается на моей груди, поглаживая сосок, а потом пробирается к моему лицу. Он касается щеки, заправляет прядь за ухо и уже собирается опустить ее, но я перехватываю это движение и беру в рот большой палец. Обхватываю губами и трусь о него языком.

– Скарлетт, – развратно выдыхает Брайан.

И тогда я чувствую, как перед глазами начинают мигать звезды. Он замечает это и возвращает руки мне на бедра, продолжая двигать наши тела, пока мои пальцы вдавливаются в его плечи. Ноги сводят судороги, а все тело пробивает импульсами наслаждения. Чувствую, как крепче сжимаюсь вокруг его члена и выпускаю из груди очередной стон.

Этот момент, эта близость стоят всего, через что мне пришлось пройти. Я почти готова расплакаться от радостного чувства в груди. Но вместо этого просто наслаждаюсь собственным оргазмом.

Когда мой момент счастья окончен, Брайан кладет меня на спину и вновь входит, срывая с губ вздох.

– Ты такая красивая, – шепчет он и оставляет поцелуй на моем подбородке.

Я обвиваю его талию ногами и начинаю двигаться навстречу. С каждой секундой его дыхание ускоряется, и после пары толчков он наконец замирает. А затем падает прямо в мои объятия.

Мы оба тяжело дышим, прижимаясь друг к другу потными телами. Чувствую, как быстро стучат наши сердца, и губы непроизвольно расползаются в счастливой улыбке.

Такую же я нахожу на лице Брайана:

– Дай мне пару минут, – шепчет он, проводя пальцами по моим губам, – и я подарю тебе по оргазму на каждой поверхности этой квартиры.

– Ловлю на слове, ковбой, – усмехаюсь я.

А внутри все искрится от радости.

Черт возьми, как же мне хорошо.

Глава 25

Скарлетт

Несколько недель спустя

– Ты все еще дуешься на меня? – звучит из динамика голос Дафны.

– Нет, – бормочу себе под нос и оглядываюсь. – Просто пытаюсь понять, как вернуться.

Однако ни пестрые вывески, ни дома из разноцветного кирпича никак мне в этом не помогают. Я кручу головой из стороны в сторону, надеясь уловить хоть один указатель на верный путь, но удача не спешит на помощь.

А что касается слов Дафны, я не вру. Ничуть не обижаюсь на нее. Не вижу в этом никакого смысла. Да, подруга действовала за моей спиной, но в конце концов она делала это в моих же интересах. Так еще и умудрилась обзавестись компроматом на Брайана! Которым, кстати, оказалось видео, где он, будучи пьяным, бегает по улице в костюме зубной феи… В общем, я определенно осталась в выигрыше.

– Не понимаю, как они вообще додумались куда-то тебя отправить.

Возвращая меня в реальность, фыркает подруга.

– Они еще не знают о моем топографическом кретинизме, – стону я и разворачиваюсь, убедившись, что опять свернула не туда. – А еще остальные заняты сборами.

На этот уикенд мы с небольшой компанией знакомых Брайана собрались в кемпинг. А поскольку я единственная оказалась не ответственна ни за какое снаряжение – Брайан взял все на себя, – то меня и отправили в магазин за маршмеллоу для смора [3].

Ох уж эти любители! И как они могли забыть купить самый важный элемент ночных посиделок у костра?

– Так, значит, вы с Брайаном теперь пара?

Вопрос подруги заставляет меня затормозить пятками по асфальту.

– С чего ты взяла? – ошарашенно выпаливаю я, собирая на себе косые взгляды прохожих.

Но затем делаю вид, будто ничего не произошло, и уверенно иду дальше, хотя продолжаю испытывать неприятное чувство неловкости.

– Не знаю, как иначе он бы умудрился затянуть тебя на кемпинг, – хмыкает Дафна. – Без обид, Скарлетт, но ты та еще городская барышня.

– Кто бы говорил!

– А я и не сопротивляюсь! Никто не заставит меня стыдиться желания, чтобы волосы на моей голове всегда были чистыми и сногсшибательно уложенными. И вряд ли для этого подойдут бигуди из шишек.

Усмехаюсь и наконец замечаю знакомые фасады зданий. Неужели я двигаюсь в правильном направлении? Даже не верится.

– Так что там с Брайаном?

Напоминает о себе подруга, и я закатываю глаза:

– Ну, наверное, мы вместе.

– Наверное?

– Это все так сложно. Мы вроде как называли друг друга парнем и девушкой перед другими людьми, но прямого предложения от Брайана я не получала.

С того вечера в его квартире прошло несколько недель. Июнь перешел в июль, а я до сих пор не совсем понимаю, что между нами происходит. Не то чтобы это часто занимало мои мысли. Чаще они наполнены идеями того, какое испытание придумать для нашей следующей встречи. Кстати, он совсем не врал, когда говорил о готовности посвятить себя удовлетворению любых моих фетишей… Поэтому прочие формальности ушли на задний план.

– Конечно, предложения не было! – фыркает в трубке Дафна. – Он же не замуж тебя зовет, глупенькая. И вообще, привыкай. Современный мир живет в ускоренном ритме. И моргнуть не успеешь, как окажешься глубоко в отношениях с двумя розовощекими младенцами на руках.

– Тебе есть что мне рассказать? – дразню подругу, поигрывая бровями, хотя та этого и не видит.

– Если бы, – выдыхает она. – Все еще отсиживаюсь у ба. Но осталась всего пара дней, и я уйду в полный отрыв.

– Не забывай отправлять фото.

– Естественно! Ты еще устанешь от моих селфи в бикини.

Хмыкаю, собираясь ответить, что устала от них еще до начала этого марафона недонюдсов, но не успеваю сказать и слова, когда от удара из легких выбивает весь воздух.

– Прошу прощения! – тут же восклицает налетевшая на меня блондинка, которая, не притормаживая ни на секунду, бежит дальше.

Мне остается лишь смотреть на ее спину, быстро скрывающуюся среди прохожих, и думать о ведьме Дафне, наславшей на меня эту девушку, чтобы я прикусила язык.

– Ладно, малышка, мне пора. Друг бабули принес домашнее вино, и меня позвали на дегустацию. Надеюсь, Брайан в случае чего сможет отвоевать тебя у медведей.

– Ну спасибо, – хмыкаю я. – Приятной дегустации.

– Gracias, querido! [4]

Закончив вызов, вижу оповещение о новом сообщении.

Неужели Брайан наконец заметил мое отсутствие? Что ж, не слишком своевременно, учитывая, что они отправили меня в магазин целую вечность назад!

Но даже несмотря на то, что я уже почти дошла до точки назначения и вижу вырисовывающееся крыльцо кофейни, где мы собираемся, все равно решаю глянуть на сообщение.

И, к собственному удивлению, вижу совсем иного отправителя.

Если быть точнее, то отправитель и вовсе не значится. Номер скрыт. А само сообщение заставляет колючий холодок пробежать по спине.

«Скоро. Совсем скоро правда выйдет наружу».

– Я что, в дешевом ужастике? – перебарывая оцепенение, хмурюсь и печатаю в ответ простое:

«Пошли к черту».

Тут же удаляю переписку и добавляю номер в черный список.

Отставить панику. Дыши, Скарлетт. Главное, дыши.

Они могли просто перепутать номер. Может, это шутка какого-нибудь школьника, собиравшегося напугать своего одноклассника, но нажавшего не ту цифру при отправке. Или кто-то просто решил поиграть в дурачка.

В любом случае о какой правде может идти речь? Что в младших классах я стащила у раздражающей меня девчонки ее любимую ручку с помпоном? Вот удивили. Та стерва это заслужила! Нечего было во время уроков тыкать этим помпоном мне в спину.

А в остальном не помню, чтобы за последние годы у меня появлялись какие-то тайны, способные перевернуть мир, если вдруг правда всплывет наружу.

Только если… Нет, это невозможно. Об этом известно лишь паре человек, и все они держат язык за зубами.

Вдох. Выдох. Не сходи с ума, Скарлетт. Никто ни о чем не узнает.

– Чего застыла, красотка? – голос Харви заставляет меня вздрогнуть.

Парень равняется со мной и слегка пихает в плечо. Ветер играет с его темными волосами, а солнечные лучи делают карие глаза янтарными. На его лице красуется добродушная улыбка, пока он забирает у меня из рук пакет из магазина.

– Мы уже подумали, ты решила приготовить их самостоятельно. Учитывая, что магазин находится в паре домов отсюда, а тебя не было, – он смотрит на часы, мысленно подсчитывая прошедшее время, – полчаса.

– Да, я просто заблудилась, – пытаюсь выдавить из себя хоть немного похожую на его улыбку, хотя внутри меня потряхивает от страха.

– Тогда в лесу лучше не сводить с тебя глаз, – то ли я отлично справляюсь со своей задачей, то ли Харви благородно делает вид, что ничего не замечает. – Пойдем, твой парень там, наверное, волосы на голове рвет.

Я хмыкаю, стараясь отбросить лишние мысли, и следую за ним.

Брайан и правда оказывается рядом в ту же секунду, стоит только Харви открыть передо мной дверь в кофейню.

– В какую страну ты за ними ездила? – язвит Найт, притягивая меня к себе.

А мне даже не хочется отвечать на это колкостью.

– Просто заблудилась.

Прижимаюсь к его твердому телу и чувствую, как, уловив намек, он сильнее сжимает меня в объятиях. И теперь у меня получается хоть немного отодвинуть мысли о том странном сообщении на задний план.

Зарываюсь носом Брайану в грудь, вдыхая аромат его дезодоранта, и душу окутывает умиротворяющая пустота.

То, что надо.

– Ты в порядке? – тихо спрашивает он, проводя рукой по моим волосам.

– Теперь да, – так же приглушенно отвечаю я.

– Отлично. А теперь скажи: мне надеть на тебя колокольчик сейчас или когда приедем на место?

Бросаю на Брайана вопросительный взгляд и с удивлением понимаю – он вполне серьезен.

– Не смотри на меня так, Скарлетт. Если ты способна потеряться на двух улицах, то как мне не волноваться за тебя в лесу?

– Можешь просто быть рядом.

Его взгляд теплеет. Ладонь нежно поглаживает мою щеку, а я тянусь к ней, словно котенок.

– Не уверен, что это поможет с девушкой, прошедшей курсы иллюзионистов. Или там учат только обворовывать обаятельных парней?

Презрительно изгибаю бровь, не отрываясь от ласк:

– Ты хотел сказать заносчивых придурков?

– Поаккуратнее со словами, малышка Мун, – его руки в секунду сползают ниже, сжимая мои ягодицы и вырывая из груди рваный вздох. Стоило бы обеспокоиться тем, что это могут заметить люди вокруг, но я лишь, волнуясь, прикусываю губу. – Я ведь могу и отомстить.

Наши губы останавливаются напротив друг друга.

– Буду с нетерпением этого ждать, – наклоняю голову вбок. – Но не забывай, из нас двоих я кровожаднее.

– Полосы на моей спине не дадут мне забыть.

Шепчет он, а я чувствую, как предательский румянец все же расцветает на щеках.

– Эй, голубки, не хотите помочь? – фыркает Харви, присоединившийся к трем другим участникам нашего сегодняшнего похода. – Хотя, если честно, с каждой секундой все больше хочется оставить вас здесь, – он строит гримасу отвращения, а затем добавляет: – И ведите себя прилично! Я вообще-то здесь работаю.

Брайан закатывает глаза, но все же убирает руки с моей задницы. Я уже хочу расстроиться, но он не оставляет меня совсем без внимания. Положив одну из ладоней мне на талию, пробирается под ткань футболки и пальцами играет с кожей на спине.

Приятные, теплые прикосновения, от которых по позвоночнику пробегает ток. Я прикусываю щеку изнутри, подавляя вырывающийся вздох. Хорошо, что сегодня на мне лифчик, и никто не заметит, как соски превращаются в два твердых бугорка. В конце концов, какие-то вещи должны оставаться лишь между нами. Правда, когда, достигнув моих лопаток, это понимает и Брайан, на его лице мелькает грусть.

– Полегче, Харви, – подводя меня к остальным, Найт возвращает на лицо сладкую улыбку. – На твоем месте я был бы повежливее. Если, конечно, твоя задница хочет сидеть на удобном заднем сиденье, а не бежать следом за моей машиной.

– Спасибо за заботу! – язвит он, а затем кивает на брюнета с каштановыми волосами до плеч, занятого попыткой запихнуть купленные мной маршмеллоу в и без того переполненные сумки. – И вообще-то, я могу поехать с Тайлером. Он, в отличие от некоторых, не выселит меня с переднего сиденья. Без обид, Скарлетт.

Усмехнувшись, я отмахиваюсь, а затем с не сходящей с лица улыбкой наблюдаю за тем, как парни продолжают перекидываться язвительными замечаниями.

Кажется, поездка выйдет занимательной.

Брайан пригласил меня присоединиться где-то неделю назад, когда мы были на очередном выступлении группы Харви. Парней все еще зовут играть преимущественно по будням, но уверена, совсем скоро это изменится. В тот день я выпила несколько коктейлей, музыка окутывала душу, а руки Брайана гуляли по моему телу… Да, тогда я бы согласилась на все, что бы ни предложил Найт. Но он истратил эту возможность на кемпинг.

Оказалось, ребята каждый год ездят за город, туда, где мегаполис сменяется густым лесом и бесконечной свободой, а шум машин – шуршанием листвы и треском костра. Я никогда не бывала в подобных походах, еще с детства решив, что отдых за пределами комфортабельного номера отеля – не для меня. Но, кто знает, вдруг присутствие Брайана в силах и это сделать чем-то прекрасным.

Всего нас собралось шесть человек: я и Брайен, Харви, тот самый Тайлер – барабанщик группы – и их гитарист Шон со своей девушкой Кристиной. С остальными ребятами я пока знакома лишь немного, но это не мешает мне ловить на себе косые взгляды Кристины, которые она кидает с завидной регулярностью. И это заставляет меня думать, что все пройдет не так уж и гладко. Впрочем, вопрос о том, чем я успела ей не угодить, остается открытым.

Когда все споры наконец подходят к концу, мы рассаживаемся по машинам: Харви вместе с нами, а вторая парочка – с Тайлером. Дорога занимает несколько часов, и почти все это время я то дремлю, то наслаждаюсь рукой Брайана на моей обнаженной под шортами ноге. Все это напоминает приятный сон, после которого реальная жизнь начинает казаться тем еще дерьмом.

Поэтому остается надеяться, что это сновидение продлится вечность.

Оказавшись на лесной опушке, мы оставляем машины на импровизированной парковке и, взяв в руки максимальное количество сумок, направляемся вглубь леса.

По словам ребят, там у них есть особенное место, где они останавливаются каждый год. И, пока мы идем к нему, мне остается лишь поражаться, как парни вообще понимают, куда двигаться среди этих чертовски похожих друг на друга деревьев.

Глядя на густой лес вокруг, начинаю думать, что идея с колокольчиком не так уж и плоха.

Дорога к цели оказывается для меня настоящей тропой препятствий. Неровная почва и валяющиеся повсюду ветки несколько раз чуть не становятся причиной моего падения, а два раза, когда еловые иголки почти протыкают мне глаза – причиной нервного срыва.

Но стоит нам выйти на живописную полянку, все невзгоды теряют свою важность.

Небольшая территория, спрятанная в глубине леса, освещена лишь одинокими лучами солнца, пробивающимися через кроны многовековых деревьев. Под ними я чувствую себя, будто под защитным куполом, прячущим меня от всего мира. Это место напоминает мне иллюстрацию из книги сказок, и у меня не возникает вопросов, почему ребята возвращаются сюда ежегодно.

– Невероятно, – шепчу я, скидывая сумки на землю и зачарованно оглядываясь по сторонам.

От количества свежего воздуха, переполняющего легкие, у меня кружится голова.

– Нравится? – раздается довольный голос Брайана, который тут же оказывается позади и обнимает меня свободной рукой. – Мы нашли это место, когда нам было по пятнадцать.

– Нашли – громко сказано, – подхватывает подоспевший Харви. – Этот придурок сошел с тропинки, и нам пришлось искать его по всему лесу. В итоге нашли здесь, свернувшегося в клубок под деревом.

– А ты никогда не упустишь возможности сделать меня дураком в глазах девушки, – испепеляя друга взглядом, фыркает Брайан.

– Ты и сам отлично справляешься, – усмехается Харви. – Правда, Скарлетт?

– Абсолютная.

– Эй! Ты должна быть на моей стороне, – кусая меня за плечо, восклицает Брайан и чуть тише добавляет: – Кажется, кто-то напрашивается на наказание. А в сумке как раз есть хорошая веревка.

– И к какому же дереву ты меня привяжешь?

С разгорающимся в груди азартом шепчу я в ответ.

– Если будешь хорошей девочкой, то выберу самое лучшее.

Я не успеваю ответить. Рядом фыркает и с громким звоном отпускает сумки из рук Кристина. Кидаю на нее недоумевающий взгляд, но она словно намеренно не смотрит в мою сторону.

Что ж, я довольно терпелива, но даже меня это начинает раздражать.

– Ладно. Давайте разберемся с палатками, пока не стемнело, – потягиваясь, произносит Харви. – Кстати, Тайлер, если ты опять будешь пинаться, то досыпать тебе придется на матрасе из опавшей листвы.

– Сначала тебе придется выгнать меня из палатки, – хищно улыбается тот, завязывая волосы в хвостик на затылке. – А я бы не был так уверен, что ты одержишь победу в честном бою.

– Тогда бой будет нечестный, – сверкнув улыбкой, замечает Харви. – Пошли, а то Брайан опять отхватит себе лучшее место.

– Вообще-то я с девушкой! – тут же оживает Найт за моей спиной. – Могли бы и уступить.

– Ага, будто меня волнует, на какой земле вы будете зажиматься, – фыркает Тайлер.

– Эй! – краснею я.

– Ничего личного, красотка, – подмигивает он. – Но моя спина мне дороже, чем продолжение рода Найтов.

Брайан закатывает глаза:

– Когда-нибудь я натравлю на тебя это самое продолжение рода.

На это Тайлер отвечает таким же движением глаз, а затем обращается к Харви.

– Может, отселим Скарлетт? Я не готов к его мини-копиям.

– Этот жук все равно своего добьется, – хмыкает тот.

– Вообще-то я все слышу! – снова возникает Брайан, на что Тайлер отвечает приторной ухмылкой.

– Отлично. Но надеемся, что ночью мы не услышим ничего лишнего. Это касается и вас, Шон.

– Завистники, – выкрикивает блондин, разбирая содержимое сумок.

– Было бы чему завидовать! – добавляет Харви. – Все мы слышали твою пятиминутную партию.

Парни звонко смеются, а Шон кидает в них оскорблениями, хотя сам тоже улыбается. Чего нельзя сказать о Кристине. Она лишь кривится и возвращается к сумкам, которыми через минуту занимаемся мы все.

Расстановка палаток и прочие приготовления занимают чуть больше часа. Пока парни занимаются подготовкой спальных мест, я и Кристина собираем ветки для костра. Несколько раз я пытаюсь завести разговор, но она продолжает настойчиво меня игнорировать, махая русым хвостом и уходя в сторону каждый раз, стоит слову вылететь из моего рта. Так что я быстро теряю всякую инициативность.

Хочешь молчать? Пожалуйста, но я не позволю испортить мне отдых.

Этим вполне могут заняться неудобные палатки и отсутствие горячего душа.

Где-то в десять мы наконец собираемся у костра. Я предварительно переодеваюсь в теплый плюшевый костюм розового цвета – очередная вещь, попавшая в мой гардероб благодаря маме. Впрочем, я не возражаю. Он теплый и безумно уютный, а на улице к вечеру становится заметно прохладнее.

Когда, переодевшись, я выхожу из палатки, Брайан уже ждет меня на бревне возле костра и постукивает по свободному месту, приглашая сесть рядом. И я иду к нему, не в силах сдержать улыбки от того, как чертовски красиво он смотрится на фоне костра. Кудряшки кажутся светлее, а глаза, наоборот – темнее. И эти глаза… ими я готова любоваться вечно.

– Милый костюмчик, – мурлычет он, притягивая меня ближе, чтобы наши коленки непременно касались друг друга.

– Купим тебе такой же?

– Хочешь увидеть меня в розовом?

– А кто сказал, что не видела?

Вспомнив видео, которое мне скинула Дафна, я едва сохраняю серьезное выражение лица. А вот во взгляде Брайана отчетливо читается непонимание. Но я пока не собираюсь раскрывать все тайны. Помучаю его намеками еще немного.

– Научишь меня жарить маршмеллоу? – меняя тему, тянусь за пачкой зефира.

– Ты никогда его не жарила?

– Не приходилось.

– Тогда я рад стать тем, кто лишит тебя зефирной невинности.

– Закажешь такую футболку?

– Две. Будем ходить, как те парочки с картинок в интернете, – подмигивает он, забирая у меня из рук шуршащую упаковку.

– Хочешь сказать, смотришь фотки парочек в интернете? Попахивает странностью, ковбой.

– Сказала владелица порнобиблиотеки.

– Эй!

– Но я люблю в тебе и это, моя маленькая извращенка, – он пихает мне в рот одну из зефирок, и я прожевываю ее вместе со своей следующей репликой. – А сейчас тебе придется взять в руки палку. Хотя я бы предпочел немного другой сценарий.

– Будешь плохо себя вести, и палку придется держать самостоятельно.

– Фу, какая ты пошлячка, малышка Мун. Вдруг я просто хотел кормить тебя с рук.

– Ну конечно, – закатываю глаза и забираю у Брайана одну из подготовленных палок.

Жарить зефир на костре оказывается несколько труднее, чем я думала. Стоит отвлечься на секунду, и он сгорает, покрываясь черной коркой. Впрочем, даже так он остается вкусным, и мы с Брайаном с радостью кормим друг друга угольками, а после стираем поцелуями остатки зефира с губ.

И что-то мне подсказывает – никакой смор это не переплюнет.

– Ну так… – вдруг прерывает все разговоры за костром Харви, обращаясь к другим участникам своей группы, – скажем ему сейчас или потомим?

– О чем вы? – с набитым зефиром ртом бубнит Брайан, отчего я тут же хохочу, прикрываясь ладонью.

– Не знаю, – загадочно глядя вверх, произносит Тайлер. – Он начал бесить меня еще в городе, так что я бы томил его вечность.

– Алло, кто-нибудь объяснит, о чем речь? – оглядывая друзей, спрашивает Брайан.

– Но он же нам жизни не даст, если не расскажем, – усмехается Шон.

– Мы можем выиграть количеством и скинуть его в реку, – рассуждает Тайлер.

А тут уже вступаю я:

– Эй, если кто-то когда-нибудь и скинет его в реку, то это буду я.

– Ну спасибо, милая.

Брайан щипает меня за бок, а я посылаю ему воздушный поцелуй в ответ:

– Обращайся, дорогой.

– Он в надежных руках, – заключает Харви, а затем тяжело выдыхает. – Тайлер, мне нужна барабанная дробь.

Отстукивая пальцами по бревну, словно по барабанам, Тайлер нагнетает атмосферу, заставляя нас затаить дыхание, пока Харви не произносит:

– Нас позвали выступить в Сайнтленд.

Брайан подскакивает с места, берясь за голову.

– В тот странный клуб, о котором ты мне все уши прожужжал?

– Да, – улыбается Харви. – Honey in the ocean едут в «Чистилище»!

– Черт, поздравляю! Вы это заслужили.

Брайан поднимается и подходит к парням, поздравляя и дружески похлопывая по спине каждого.

– Да. Наконец мы достигнем чего-то большего, – мечтательно растягиваются губы Харви, и я не могу не перенять эту улыбку.

– Кстати, давно хотела спросить: как вы вообще создали группу?

Когда Брайан поворачивается, я замечаю, как старательно он пытается не дать уголкам своих губ поползти вверх. Это кажется мне странным, но он быстро возвращается на место, заключая меня в теплые объятия, и в итоге я отвлекаюсь, ведь Тайлер начинает отвечать на мой вопрос:

– Все очень просто. В старшей школе Харви бросила девчонка, – кидаю короткий взгляд на брюнета, задумчиво смотрящего на огонь, но быстро возвращаю свое внимание к рассказчику. – И после этого мы начали находить повсюду исписанные стихами листы. Попробовали ради интереса придумать к ним музыку, а потом это заметили учителя и заставили нас выступить на школьном мероприятии. А дальше как-то само. Мы загорелись и поняли, что хотим посвятить этому жизнь.

– Тайлер даже университет бросил, – фыркает Шон. – Мог быть хирургом, но решил стать нашим барабанщиком.

– И оно того стоило? – произношу так быстро, даже не успевая подумать, что могу звучать грубо, поэтому тут же добавляю: – Прости.

– Все нормально, – машет рукой Тайлер. – Поверь, быть грубее моих родителей в этом вопросе не сможет никто, – он усмехается, но выглядит довольно печальным. – Стоило ли оно того? Сложный вопрос. Да, мы пока не добились многого. Возможно, у нас и не выйдет вовсе. А возможно, мы станем великими. Никто не скажет точно. Мог ли я стать успешнее, выбрав другой путь? Вполне вероятно. Но жалею ли я о совершенном? Нет. Может, я и правда столь же инфантильный, каким меня считают мои родители и прочие родственники, видящие во мне лишь глупого мальчишку. Но, черт, жизнь такая короткая! И пока у меня есть возможность идти за собственным сердцем, я всегда буду выбирать эту дорогу. В конце концов, интуиция меня еще не подводила. Хочется верить, и здесь в конечном итоге все будет хорошо. А если нет? Придется что-нибудь придумать.

– Каждый из нас чем-то пожертвовал, – подводит итог Харви. – Но мы убеждены: если и есть смысл в этой чертовой жизни, то он в исполнении собственных желаний. Никто никогда не скажет тебе с точностью, добьешься ли ты успеха. Но нет ничего хуже, чем жить сожалениями об упущенном шансе.

– Бедные мечтатели, делающие все, чтобы изменить свою жизнь. Не самый плохой вариант, правда? – прыскает Тайлер. – Как минимум мы счастливы, занимаясь тем, чем занимаемся. А это уже стоит свеч.

На секунду между нами повисает молчание, перебиваемое треском костра. Этот разговор оставляет у меня в груди странное щемящее чувство. Во мне одновременно борются желание броситься в омут с головой и страх даже просто помочить ноги у берега.

Знак ли это судьбы, и мне пора что-то поменять, или чей-то слаженный план? Ведь парень за моей спиной подозрительно смирно сжимает меня в объятиях.

С этими мыслями я борюсь еще с час, пока мы не расходимся по палаткам. Брайан остается помочь парням затушить огонь и убрать мусор, а меня отправляет спать. Я даже не подозреваю, насколько вымоталась, но стоит голове коснуться подушки, и сон забирает меня в свои владения.

Перед глазами пляшут размытые образы, от которых на душе оседает тревога. Я никак не могу разглядеть точных деталей, а когда у меня это почти получается, кто-то вырывает меня из мира снов настойчивыми толчками.

Открыв глаза, я пытаюсь разглядеть человека, спрятанного темнотой ночи. Но понять, кто это на самом деле, получается, лишь когда Брайан произносит тихое:

– Пошли, моя луна.

Глава 26

Скарлетт

Сначала мне хочется крикнуть «пошел к черту», кинуть в Брайана его же подушкой и завалиться обратно спать. Придурок мало того, что разбудил меня, так еще и напугал!

Но что-то внутри все же заставляет попридержать поток брани, так и рвущийся наружу. Возможно, часть меня, поплывшая от нового прозвища. Моя луна. Ладно, это было хорошо.

Завязав растрепанные волосы в хвост и накинув на плечи кофту, я неумело выбираюсь из палатки. Снаружи уже совсем темно, но в воздухе до сих пор различим запах костра. Остальные ребята давно разбрелись по палаткам и наверняка успели уснуть, поэтому тишину вокруг разрушает лишь отдаленный стрекот кузнечиков.

И наше дыхание.

Брайан тянет меня за руку, и я судорожно выдыхаю, сталкиваясь с его твердой грудью. Из-за темноты разглядеть лицо парня не получается, но почему-то я уверена, чертенок улыбается. И от этого мое сердце стучит еще быстрее.

Его рука ложится на мой затылок, пока пальцы забираются в волосы, безбожно растрепывая и без того не слишком аккуратный хвост. Сжав каштановые пряди, он вырывает из моей груди стон, который тут же ловит собственными губами. Нежный и короткий поцелуй оказывается сладким, как чистый сахар.

Мне начинает нравиться темнота.

Есть нечто особенно возбуждающее в том, что нас никто не увидит, даже если прямо сейчас выберется из палатки. Открытые для всего мира, но скрытые под покровом тьмы. Думать об этом, пока губы Брайана касаются моей шеи, оказывается еще приятнее. Я даже прикрываю глаза, наслаждаясь каждым движением его рта.

Вот только парень останавливается.

– Вообще-то у меня другие планы на нас и эту ночь, – хрипит он, забравшись руками под кофту и поглаживая мою голую поясницу.

– Да? Тогда тебе стоит надеяться, что эти планы понравятся мне больше, чем твои губы на моем теле.

Он усмехается мне в шею и следом прикусывает кожу на ней, заставляя мои пальцы сжаться на его плечах.

– Я всегда могу вернуть их в нужное место, – шепчет он и отстраняется, пока я расстроенно вздыхаю, зная – в этой темноте он не разглядит недовольно выпяченной губы. – Не грусти, малышка. Тебе понравится то, что я покажу.

Сжимая мою ладонь, Брайан тянет меня за собой. А я едва сдерживаю ухмылку от похотливых мыслей.

Боже, чувствую себя подростком! В оправдание скажу, сложно думать о чем-то другом после всех этих ласк… Может, еще не поздно вернуться к палатке? Но, судя по уверенным шагам Брайана, он не настроен поворачивать назад. И мне приходится идти за ним.

Чтобы увидеть это нечто, мы шагаем сквозь лес. И если вначале я немного занята своим недовольством по поводу прерванного сна, а затем и поцелуев, то уже через пару минут вспоминаю слова Харви.

– Слушай, а ты уверен, что мы не потерялись? – нервно откашливаюсь, косясь в сторону, где должно быть лицо Брайана.

– Не доверяешь мне?

– Признаться честно, я никогда не питала особого доверия к людям в розовых пачках, выкупающих мои зубы за пару долларов.

Не сдержалась. Да, упомянула то видео. Но ни о чем не жалею.

– Что? – произнеся это, он замирает, а я прикусываю губу, стараясь не засмеяться. Секундное замешательство быстро сменяется осознанием. – Она показала тебе?!

– Конечно, – фыркаю я, – мы же лучшие подруги! Но не расстраивайся, милый, зато я узнала, как тебе идут юбки.

Чмокаю его в щеку, а свободной рукой шлепаю по упругой заднице. Нет, правда. Его атлетичное тело сведет меня в могилу! Так и тянет постоянно трогать накачанные руки, торс и прочие не менее привлекательные части Брайана.

– Это все Харви и его глупые споры! – тем временем оправдывается он.

– Слушай, а тебе не кажется, что ты подозрительно часто проигрываешь в спорах с ним? – вспоминаю о тату с котом на его предплечье, пока мы двигаемся дальше. – Может, пора покончить с этим?

– Не соглашусь, – от его тона разит самодовольством. – Если бы не наши споры, он бы не решился выйти на сцену. А еще на его заднице не было бы фразы: welcome, sweetie.

– Боже, а вам точно не по двенадцать? – язвлю я, боясь, что моя голова начнет визуализировать задницу лучшего друга моего парня. – Кстати, о сцене, – вспомнив о посетивших меня подозрениях, спешу сменить тему. Никакой задницы Харви в моей голове! – Почему мне кажется, что ты не просто так столь старательно уговаривал меня сюда приехать?

– Я не признаю ничего, пока у тебя не будет вещественных доказательств, – ни секунды не медля, отвечает Брайан.

– Эй!

– Тем более ты сама задала все нужные вопросы.

В груди смешиваются недовольство и тепло. Мне приятно, что он искренне хочет помочь мне, но…

– Но это ничего не значит. Один разговор не способен изменить все, Брайан.

Его рука сильнее сжимает мои пальцы.

– Да, но он способен подтолкнуть тебя в нужную сторону.

– И какая же сторона, по-твоему, нужная?

– Та, на которой ты будешь чувствовать себя счастливой.

– А кто сказал, что я не счастлива сейчас? Может, меня все устраивает?

– Хорошо, – выдыхает он. – Тогда это был просто разговор. Он ничего не изменит, а ты продолжишь двигаться по тому же пути. Я не собираюсь учить тебя жизни, Скарлетт. Ты взрослая и способна сама принимать решения. Просто хочу показать тебе людей с другими взглядами и мнениями, чтобы ты поняла: не обязательно идти по протоптанной другими дорожке, даже она может закончиться тупиком.

Между нами повисает тишина. Да, в какой-то степени он прав. И я рада, что Найт заботится обо мне и не слишком давит. Но не знаю, как лучше поступить. Действительно ли хочу пойти другим путем, нежели выбранным родителями? Скорее да, чем нет. Готова ли я пойти на то, чтобы все изменить? Не знаю. Хочу ли побороться за собственные мечты? Теперь, наверное… да? Мне хочется, чтобы Брайан увидел во мне сильную девушку, способную на многое. Но еще больше хочу стать такой на самом деле.

– И еще, – чем дальше мы идем, тем больше лунного света просачивается между редеющими рядами деревьев, теперь я даже могу разглядеть лицо Брайана. И на нем читается столько любви, что мои ноги едва не подкашиваются. – Если дело лишь в твоем страхе, то знай: я буду рядом, чтобы помочь, поддержать или поймать, если ты вдруг почувствуешь, что падаешь. Буду рядом, если ты захочешь кого-то поколотить или если понадобится плечо, чтобы выплакаться. Если ты, конечно, позволишь мне это, малышка Мун.

Вглядываясь в его мерцающие в ночи глаза, я сглатываю комок, подступающий к горлу. Закидываю руки Брайану на плечи и, став на носочки, прижимаюсь к нему.

– Делаешь мне предложение, ковбой?

– А ты хочешь согласиться? – ухмыляется он.

– Без кольца с камнем на полпальца? Ни за что.

– Тогда мне стоит завести отдельный счет для этого. Боюсь, придется подкопить.

– Лучше просто поцелуй меня.

И он это делает. Сжимает мою талию в ладонях и притягивает к своим губам. Словно сладкое наваждение, проникает языком в мой рот, мучает своими пальцами, танцующими по телу и забирающимися под одежду. От которой, кстати говоря, я уже собираюсь избавиться, но этот придурок опять останавливается.

Да сколько можно?! Поберегите мою нервную систему, мистер Найт! От этих перепадов давления скоро и сердце не выдержит…

– Я правда хочу уложить тебя на землю и заставить кончить, глядя на звезды, – задыхаясь, говорит он.

Эти слова лишь подкидывают дров в разгорающийся внизу живота огонь.

– Не уверена в желании услышать «но».

Запускаю руки ему под футболку, касаясь горячего пресса, и едва не начинаю хныкать, когда Брайан вытягивает мои ладони обратно.

– Но я все еще хочу, чтобы ты это увидела.

– Что же там такое, раз ты отказываешь своей чертовски возбужденной девушке в сексе?

– Чертовски возбужденной? – он вскидывает бровь и дразняще проводит рукой по моему бедру. Вот же! – Скоро я позабочусь об этом, – подмигивает он, а уголки моих губ предательски ползут вверх. – А теперь прислушайся.

Скептически закатываю глаза, устав от его игр. Но затем слышу то, о чем он говорит. И как я не заметила этого раньше? Видимо, все перебивал гулкий стук собственного пульса в ушах, но теперь я и правда слышу его. Шум воды.

Ошарашенно смотрю по сторонам, пытаясь угадать источник звука, но замечаю только довольную улыбку Брайана.

– Пойдем, – манит он, сжимая мою ладонь.

Требуется пройти всего пару метров, как деревья вокруг расступаются, открыв нам вид на настоящую сказку. На чертов водопад! Спадая по темным камням, вода словно сияет, отражая лунный свет. И от этого вида у меня перехватывает дыхание.

А когда Найт становится сзади и обвивает мою талию, я и вовсе перестаю понимать, реальность ли это.

– Ладно, оно стоило того, – шепчу я.

– Знал, что тебе понравится, – его губы касаются моих волос, а сердце вновь сбивается с нормального ритма. – Но ничто не сравнится в красоте с тобой, малышка Мун.

Хмыкаю.

– Обожаю эти твои высокопарные фразочки.

– Разве не так должны разговаривать герои любовных романов?

Шлепаю его по ладони, но он лишь усмехается. А затем поднимаю взгляд на безоблачное небо. В синеве красуется полная луна. По коже ползут миллионы мурашек. Кто бы мог представить, что после всего мы будем стоять с Брайаном на обрыве, смотреть на водопад и греть друг друга теплом собственных тел? Точно не я пару месяцев назад. Не подумала бы, что судьба сведет меня с подобным придурком… Но я благодарна этой шутнице.

Выдыхаю, избавляясь от какой-то части себя, с которой давно было пора попрощаться, и откидываю голову, устраивая ее на груди Брайана.

– Луна не может существовать без ночи, – шепчу я, не рассчитывая, что он услышит или тем более ответит.

Но Брайан делает это.

– Не знаю, моя луна способна на все, – он проводит носом по моей шее, опаляя следующими словами кожу: – Просто иногда ей нужен толчок.

Мое сердце разрывается от любви к этому человеку. Я поворачиваюсь и целую его. Самозабвенно, словно ждала этого всю свою чертову жизнь. Не давая ему и шанса отступить в этот раз, но Брайан и не планирует.

Он поднимает меня в воздух, закидывая мои ноги себе на талию, а затем прижимает спиной к стволу одного из деревьев. Кора слегка царапает кожу, когда моя кофта вдруг оказывается на земле, но я не обращаю на это внимания, с особым рвением избавляясь от футболки Брайана в ответ.

Провожу рукой по твердым кубикам пресса и не сдерживаю стона удовольствия.

– Ради такой реакции я готов проводить в тренажерном зале дни напролет.

– Ну уж нет. Я предпочту, чтобы это время ты проводил в моей постели.

– Как прикажешь.

Он запускает руку под резинку моих штанов и быстро добирается до нужного места, заставляя мои бедра сильнее сжаться вокруг его талии.

– Нас никто не услышит, не сдерживайся, когда захочешь выкрикнуть мое имя.

Это звучит как вызов, но сейчас я не собираюсь его принимать. Не сегодня. Сейчас мне просто хочется насладиться моментом и взять все, что и так принадлежит мне. Поэтому я лишь двигаюсь бедрами навстречу, усиливая трение пальцев Брайана о мой клитор, стону и, стискивая пальцами его светлые кудри, вздрагиваю от каждого прикосновения его губ к моей груди.

Возможно, от долгого ожидания, которое мне устроил Найт, но я дохожу до пика куда раньше, чем это происходит обычно. А может, виной тому обстановка. Мысль, что мы делаем это не в стенах собственных квартир, кажется опасной и возбуждающей. Я кончаю спустя пару минут, когда Брайан вводит внутрь один из пальцев, а зубами цепляет мой сосок.

Фестиваль фейерверков охватывает разум, пока парень продолжает двигаться, не ослабляя напор. И в итоге с губ все же слетает заветное:

– Брайан!

– Хорошая девочка, – шепчет он, а я впиваюсь ногтями в его плечи.

Когда дрожь почти сходит на нет, спускаюсь на землю. Ноги чуть пошатываются, но способны держать опору. Брайан смотрит на меня с беспокойством, но не спешит заговорить. Я отстраняюсь и выбираюсь из ловушки его объятий. Глотаю прохладный воздух и немного прихожу в себя.

– Скарлетт? – все же окликает он.

В этот момент он напоминает напуганного котенка, смотрящего на меня огромными бездонными глазами. Единственное, что выбивается из образа: внушительная выпуклость в его штанах.

И именно ею я и собираюсь заняться.

– Да, милый?

Пока уголки моих губ ползут вверх, расплываясь в хищной улыбке, я толкаю Брайана в грудь, заставляя упереться спиной в дерево.

Теперь моя очередь прижимать тебя к стволу, ковбой.

Впиваюсь в его губы жадным поцелуем, а рукой скольжу по выпирающему из-под ткани члену. Не даю Брайану времени перехватить инициативу и, прикусив его нижнюю губу, отстраняюсь, уже через секунду оказываясь лицом на уровне его паха.

– Если бы я знал, что тебя так возбуждают водопады, то привез бы сюда намного раньше, – язвит он, наконец поняв, что происходит.

– Самое время закрыть свой милый ротик, Найт.

Его тело слегка трясется от сдавленного смешка, но я не обращаю на это внимания и двигаюсь к цели. Между ног до сих пор пульсирует, и, кажется, это чувство лишь усиливается по мере того, как я расправляюсь сначала с ремнем, а затем и с застежкой джинсов. Одним резким движением стягиваю штаны вместе с боксерами, и наслаждаюсь открывающимся видом.

– Вижу, ты ждал меня не меньше.

Провожу рукой по твердому стволу, из-под ресниц поглядывая на то, как сжимает зубы Брайан. Его дыхание сбивается, а из горла вырывается сдавленный стон, когда я придвигаюсь ближе и, сложив губы трубочкой, дую на головку.

– Решила помучить меня в ответ? – сглатывает он.

– Ну что ты! Я не настолько безжалостна, – произношу я, глядя на него снизу вверх.

А затем, так же не нарушая зрительного контакта, провожу языком по головке, слизывая жемчужину жидкости на кончике. С каждым моим движением глаза Брайана становятся все темнее, и, когда их цвет сливается с чернотой ночного неба, я беру его член в рот полностью.

– Черт, – вырывается из его груди, разливая удовольствие в моей.

Но это только начало. Свободной рукой я тянусь к основанию члена и играю с яичками, пока вторая рука продолжает двигаться по стволу вместе с губами.

Прошипев нечто невнятное, Брайан закрывает глаза и выгибается. Не беспокоясь о том, что штаны наверняка испачкаются в земле, я продолжаю двигаться, удивляясь, как много наслаждения это приносит мне самой.

Власть, которую он дает мне над своим телом, опьяняет. А желание подарить ему такой же крышесносный оргазм и вовсе сводит с ума, не давая притормозить ни на секунду.

Чувствую, как бедра Найта начинают двигаться мне навстречу, а еще через минуту его пальцы заползают в мои волосы, направляя голову. Движения становятся резче и быстрее, но я не сопротивляюсь, а наоборот, становлюсь податливее и жду, когда Брайан дойдет до пика.

– Если не хочешь глотать, малышка, то я не обижусь, – сквозь зубы вдруг произносит он.

Но я не собираюсь отстраняться. Я принимаю все, когда Брайан доходит до пика, и встаю с колен лишь тогда, когда парень сам тянет ко мне руки.

Убрав с моего лица выпавшие из хвоста пряди, он вдруг улыбается:

– Признание в любви после минета – это неудачный сюжетный поворот?

– Я готова дать тебе скидку, если ты скажешь это своим томным голосом.

Он смеется, притягивая меня в объятия, а затем, сжав пальцами подбородок, оставляет на губах очередной пылкий поцелуй.

– Я чертовски влюблен в тебя, Скарлетт Мун.

Его тихий голос проскальзывает прямо в сердце, наполняя его безумием. Мне начинает казаться, что я свечусь изнутри, а в голове остается одно желание: быть в этом моменте как можно дольше.

– Это взаимно, Брайан Найт.

Подмигиваю я и, не сдерживая радости, дарю ему ответный поцелуй.

Уж сейчас старая Скарлетт точно в шоке.

Глава 27

Скарлетт

Нет ничего лучше, чем сидеть в походном кресле, вдыхать хвойный запах леса, смешанный с ароматом свежезаваренного кофе, кружка с которым приятно греет руки…

Именно так думаю я, пока умиротворенную тишину не разрушает крик Брайана:

– Скарлетт, мать твою, Мун!

– Вот теперь утро действительно доброе, – произношу я, чокаясь кружками с сидящим рядом Харви.

– Он тебя убьет, – хмыкает парень, поднося все еще дымящийся кофе ко рту.

– Пусть попробует.

Стоит мне это произнести, и мы, видим, как Брайан выбирается из палатки. Надо отдать ему должное, сделать это со связанными за спиной руками наверняка не так уж и легко. Но у него это выходит даже элегантно.

Если не считать тот момент, когда он почти целуется с землей, опасно качнувшись в сторону.

Харви чуть не давится кофе, замечая своего друга, розовая пачка на котором весело подскакивает, пока тот шаткой походкой направляется к нам.

Да, я пожертвовала своей юбкой. И да, оно того стоило!

– Скарлетт, – вновь рычит Найт.

– Да, милый?

Даже не удосуживаясь встать с кресла, с удовольствием оглядываю свою работу. Воплотить в жизнь эту маленькую месть было непросто. В конце концов, груда мышц, зовущаяся моим парнем, весит целую тонну. И мне пришлось попотеть, ворочая его, чтобы сначала натянуть юбку, а затем связать руки. Но, черт, розовый на Брайане и правда смотрится отлично!

– Ножки что надо, – присвистываю я.

Слышу, как сдавленно хихикает Харви, но стоит Брайану кинуть на него недовольный взгляд, как тот тут же спешит ретироваться. Предатель. А когда я ранним утром просила у него веревку и рассказывала о своей задумке, он был куда смелее! Эх, здесь ни на кого нельзя положиться.

– Как же тебе идут связанные руки, – встаю и провожу ладонью по твердым мускулам, делая вид, что не замечаю взгляда Брайана, который так и кричит: «Тебе конец». – Я еще думала нарисовать тебе член на лбу, но ни у кого не оказалось с собой маркера.

– Как жаль, – стиснув зубы, отвечает он.

– Согласна, – театрально выпячиваю губу, едва сдерживая смех. – Без него образ кажется незавершенным.

Брайан лишь фыркает.

– И чем же я заслужил столь невероятное преображение?

– Да так, приснилась мне ночью зебра и напомнила об одном случае.

– Я думал, это уже в прошлом.

– Да. Но должна же я была напомнить, что со мной шутки плохи.

Складываю руки на груди и поднимаю бровь, наслаждаясь происходящим.

– Не боишься? Моя месть не заставит себя ждать.

– Для начала тебе бы руки развязать, дорогой.

– И ты мне, конечно же, с этим не поможешь.

Я отвечаю, уже наполовину развернувшись:

– Увы! У меня по плану утренний обход леса.

– Скарлетт, – он делает шаг, видимо, рассчитывая схватить меня за запястье, но его руки все еще связаны за спиной.

– Не скучай, милый!

Вприпрыжку направляюсь в сторону, не обращая внимания на крики сзади. Какое же приятное чувство разливается в груди! Все это заставляет меня вспоминать наши первые встречи, где я не единожды проверяла Брайана на прочность, и от этих мыслей улыбка на лице становится только шире.

Но, стоит мне хоть на секунду отвлечься от собственного веселья, и я замечаю на своем пути Кристину. Неожиданно на ее лице вместо привычной хмурости расцветает ухмылка, с которой она поглядывает мне за спину. Там, судя по воплям, Брайан отчаянно пытается уговорить хоть одного из своих друзей развязать ему руки. Но, успев немного изучить парней, могу с уверенностью сказать, что Найт быстрее сотрет веревку о кору дерева, чем достучится до друзей.

Однако почему-то сейчас меня куда больше заботит столь непривычная эмоция Кристины. Но стоит ей заметить, кто стоит поблизости, как улыбка тут же скрывается из виду. Я почти закатываю глаза, вновь ожидая на ее лице раздражение. Не знаю, что у этой девчонки не так, но больше не собираюсь искать пути заговорить с ней.

Но, к удивлению, вместо ожидаемой реакции, я вижу нерешительность.

Это заставляет меня притормозить. А когда она вдруг обращается ко мне, я и вовсе чуть не спотыкаюсь на месте.

– Мы можем поговорить?

Ее голос, чуть хриплый и неуверенный, выбивает меня из колеи. Я смотрю на девушку, чьи собранные в хвост волосы открывают вид на карие глаза, смотрящие на меня словно олененок Бэмби.

Интересно.

Думаю я, но продолжаю хранить молчание. Слова застревают где-то внутри, вместе с не выбравшимся наружу кашлем. Поэтому лишь киваю, и мы вместе направляемся вдоль лесной тропинки.

Что ж, надеюсь, она действительно хочет поговорить, а не скормить меня волкам по дороге.

Если они здесь, конечно, водятся.

Пока мы идем по песчаной дорожке, никто не произносит ни слова. Я косо поглядываю на Кристину, пока та кажется совсем спокойной. Молчание начинает давить, ощущаясь не таким комфортным, как когда оно настигает нас с Дафной или Брайаном. Мне уже хочется найти оправдание и вернуться в лагерь, но именно в тот момент, когда я думаю заявить о невыключенном утюге, Кристина наконец начинает говорить.

– Прости, что была груба, – моргаю, ожидая продолжения. Должно же хоть что-то стоять за ее непонятной неприязнью.

Следующие слова, по-видимому, даются ей нелегко. Она делает несколько больших глотков воздуха, а потом и вовсе неловко смеется.

– Брайан меня убьет, – мне не нравится начало. Я заметно ощетиниваюсь, а девушка спешит объясниться. – Не пойми неправильно, просто… Скажем так, Найт не самый везучий человек в плане отношений. И мне пришлось настрадаться от его прошлых пассий.

– Что ты имеешь в виду?

Готовая обороняться, сама не замечаю, как складываю руки на груди. С другой стороны, она сама подошла к опасной черте.

– Те из его девушек, с которыми мне «посчастливилось» познакомиться, были… странными. А последняя и вовсе угрожала мне, стоило только оказаться в метре от Брайана. Вот я и решила сторониться тебя.

– И что же заставило тебя передумать? – склонив голову, спрашиваю я.

– Честно? – в уголках ее губ играет легкая улыбка. – То, как ты надела на него пачку. Ты первая из тех, с кем он нас знакомил, кто не бегает вокруг и не целует его в задницу, защищая Брайана от каждого порыва ветра. Ты скорее будешь стоять и смеяться, глядя, как ветер сносит его с ног. Поэтому я и подумала, что была не права.

Внутри загорается слабый огонек самодовольства, который сдвигает с места лед, сковавший наши с Кристиной взаимоотношения.

– Что ж, – объявляю я, опуская руки. – Назвать себя нормальной я тоже не могу.

– Этого и не надо, – фыркает девушка. – Хватит того, что ты не безумная сталкерша.

– Кто знает, может, я просто еще не открыла в себе эту черту?

– Будем надеяться, так оно и останется.

Улыбаюсь в ответ, вдруг чувствуя, как разрушаются последние цепи настороженности. Ладно, возможно, я рановато сделала выводы о ее стервозности. Но кто не ошибается, тот не живет.

– Так что скажешь, – смотря на меня исподлобья, произносит она, – сможешь простить мне мою гордость?

Несколько секунд тяну театральную паузу, но потом все же отвечаю:

– Один тот факт, что ты цитируешь «Гордость и предубеждение», дает тебе плюс сто баллов. Но есть еще один вопрос, – я придаю лицу максимально серьезное выражение, отчего Кристина заметно напрягается. – Экранизация девяносто пятого или две тысячи пятого года?

Девушка моргает, осмысливая услышанное и будто не до конца веря, что я задала именно этот вопрос.

– Определенно две тысячи пятого. Кира Найтли – лучшая!

Киваю, подходя ближе и беря Кристину под руку.

– Мы определенно подружимся. А сейчас пройдемся и обсудим мистера Дарси, пока мой мистер немного остынет.

Переглядываемся и, сами того не ожидая, заливаемся громким смехом.

Прежде чем вернуться в лагерь, прогуливаемся вдоль тропинки где-то минут двадцать, обсуждая не только любимые фильмы и книги, но и ребят. Кристина рассказывает, как познакомилась с Шоном. Подруга привела ее на выступление ребят, а после Шон пытался всячески к ней подкатить, но она никак не шла на контакт. После он нашел ее подругу в социальных сетях, чтобы узнать о Кристине как можно больше. Даже присылал цветы прямо в университет. Но разглядеть что-то в гитаристе она смогла лишь после того, как парень спас ее от пьяного урода в клубе.

– Он так мило защищал меня, хотя был очевидно в два раза меньше того придурка, – произносит девушка, мечтательно глядя перед собой. – Потом, правда, пришлось везти его в больницу, но мое сердце растаяло именно в тот момент.

Киваю, прекрасно понимая ее чувства. Это заставляет меня вспомнить о Брайане. Вдруг так сильно хочется оказаться рядом с ним. Я даже забываю о том, что он до сих пор может сердиться или вовсе сидеть с завязанными руками, и предлагаю Кристине вернуться. Она не возражает.

Когда же мы возвращаемся в лагерь, я сразу замечаю знакомую фигуру неподалеку от места, где еще вечером был костер, и, кивнув Кристине, бегу в его сторону. Прыгаю и цепляюсь за плечи, обнимая Брайана и оставляя на его шее быстрый поцелуй.

– Смотрю, кто-то тебя все же освободил.

Он сжимает мои бедра ладонями и поворачивает голову, с улыбкой оглядывая мое довольное лицо.

– А ты наконец подружилась с Кристиной?

– Типа того.

Коротко отвечаю я и наклоняюсь, с наслаждением вдыхая аромат его кожи и дезодоранта.

– Знаешь, приехать сюда стоило хотя бы ради того, чтобы так часто видеть твой обнаженный торс.

Тело Брайана начинает потряхивать от хриплого тихого смеха, и мое тело следует за его. От чего-то этот факт наполняет грудную клетку теплом, и я еще сильнее прижимаюсь к спине Найта.

– Мы собираемся пойти купаться, ты с нами?

– Конечно, – хмыкаю я. – Как я могу лишить тебя возможности увидеть, насколько невероятно на мне смотрится бикини?

– Я весь в предвкушении, – отвечает он, снимая меня со спины и оставляя невесомый поцелуй на лбу. – У тебя пять минут на сборы.

– Что?!

– Нечего было так долго шляться по лесу.

– Надо было к связанным рукам еще кляп добавить!

– Иди уже.

Он звонко шлепает меня по заднице, а я кидаю в него молнии взглядом напоследок и спешу в палатку, чтобы успеть переодеться.

Не знаю, как до меня сразу не дошло, куда именно мы пойдем, когда Брайан сказал слово «купаться». Вряд ли в этом лесу много озер или тому подобного. Да, стоило додуматься раньше, что точкой назначения в итоге станет тот самый водопад, от вида которого на щеках тут же разливается румянец.

– Столько воспоминаний, правда? – шепчет Брайан, касаясь моего плеча.

По спине пробегает дрожь, но я прикусываю губу, не желая отдавать парню победу в этом раунде.

– Не знаю, о чем ты, – сухо отвечаю я и, отойдя чуть в сторону, чтобы Брайану открывался лучший вид, медленно стаскиваю с себя футболку и шорты, оставаясь лишь в вишнево-красном бикини.

Я знаю, оно выглядит на мне чертовски хорошо. Мы выбирали его вместе с Дафной, и, когда она увидела этот купальник на одном из манекенов, закричала на весь магазин: «Найт сойдет с ума, когда увидит тебя в нем!» А в таких вопросах я привыкла доверять Дафне.

Поэтому, не скрывая злорадства, провожу руками по груди, поправляя бордовые треугольники и поглядывая из-под ресниц, как напрягается Брайан. Заставать его врасплох становится очередным моим любимым хобби.

И только я собираюсь изречь очередную язвительную фразочку, как чувствую руки Найта на талии. Думаю, что он собирается меня поцеловать, но вместо этого он подхватывает меня на руки и на бегу кричит:

– Задержи дыхание!

А затем мы вместе падаем прямо в воду.

– Ты что делаешь?! – воплю я, стоит нам всплыть.

Цепляясь за его плечи, одновременно колочу его по спине и пытаюсь избавиться от воды, стекающей по лицу.

– Совсем с ума сошел? Придурок!

– Вчера этот ротик говорил и делал вещи поприятнее, – острит он, помогая мне удобнее зацепиться за себя под водой. – Прости, малышка Мун, просто твоя красота свела меня с ума.

– Идиот, – рычу я.

– Твой идиот.

На его лице сверкает самодовольная улыбка, которая оказывается чертовски заразительна.

– Но это не значит, что я не утоплю тебя прямо здесь и сейчас.

– Тогда моим последним воспоминанием станет твое бикини? Звучит отлично, – одной рукой он поправляет влажную прядь на моем лице, а второй притягивает ближе, и я чувствую выпуклость в его плавках. – Не уверен, готов ли к тому, чтобы кто-то другой видел тебя в этих трусиках.

Шепчет он, касаясь линии ткани на моих ягодицах, пока я судорожно вздыхаю, опускаясь к его губам.

– Как мило.

Улыбаюсь, едва касаясь его рта, но, так и не дав ему желаемого, привожу свою угрозу в исполнение.

Нет, правда, какой хороший день! Солнце светит на безоблачном небе, вода теплая, а я топлю своего парня в озере посреди леса, пока его друзья бомбочками приземляются рядом.

Мы проводим на водопаде еще какое-то время, а затем возвращаемся в лагерь. Этот вечер проходит гораздо лучше, чем предыдущий, а оттого и пролетает быстрее. Мы много болтаем, парни даже пытаются рассказывать страшные истории, но куда удачнее у них получается играть на гитаре и петь. А что касается меня, то я жарю зефир уже почти профессионально и оставляю на пальцах всего два небольших ожога.

Следующим утром мы спешим собрать вещи и вернуться в город. Высадив по дороге Харви, Брайан довозит меня прямо до дома. Машина останавливается у обочины. Парень делает музыку чуть тише и лениво поворачивает голову в мою сторону. Мы оба вымотались за этот уикенд, но он подарил нам столько чудесных эмоций, что тело едва не разрывает на наночастицы.

Мне хочется поскорее встать под горячий душ и, смыв с себя грязь, упасть на мягкую кровать. От одной мысли об удобном матрасе у меня радостно подгибаются коленки. Но я не спешу выходить из машины, желая провести еще хоть пару минут наедине с Брайаном.

Он, по всей видимости, думает о том же, привлекая меня к своим губам и играя с моими волосами, которые пришлось завязать в хвост. От него пахнет костром и уютом. Это навевает ощущение дома, безопасности. И я готова сидеть в этой машине бесконечно, чтобы это чувство не покидало моего сердца.

– Через неделю день рождения моего папы. Приедешь? – произношу я, нарушая затянувшееся молчание.

– Провести время с твоими родственниками? – кривится Брайан. – Не верх моих желаний, но я ни за что не оставлю тебя с ними наедине.

Губы сами растягиваются в улыбке.

– А еще… – не зная, стоит ли поддаться секундному порыву, начинаю я, но чувствую пальцы Брайана на своей щеке и все же продолжаю: – Возможно, я хочу обсудить с родителями смену специальности.

Он замирает, не до конца уверенный, что не ослышался. Но уже через секунду я вижу, как парень борется с ликованием, отвечая:

– Тогда мне нельзя пропускать этот праздник.

И вновь целует меня.

Глава 28

Скарлетт

Стоя лицом к двери отцовского кабинета, чувствую, как все тело дрожит от тревоги. Она не отпускает меня уже несколько дней. С тех самых пор, как я рассказала Брайану о своем решении поговорить с родителями, она занимает все мои мысли и стремится уничтожить оставшиеся нервные клетки.

Откладывать больше нельзя. Время поджимает, и мне необходимо разобраться с этим вопросом как можно скорее. Крайний срок – папин день рождения, но я не могу позволить себе испортить праздник семейными разборками.

Это будет чересчур.

Поэтому, проснувшись утром, я пообещала себе закончить свои мучения сегодня же. Правильно говорят: ожидание смерти хуже самой смерти.

Но не то чтобы мне сильно хочется умирать…

Вдох. Выдох. Поднимаю подрагивающую руку к дубовой двери и наконец стучу.

– Заходите! – слышится голос папы с той стороны.

Мне хочется сбежать, спрятаться и забыть об идее о смене специальности. Но этим поступком я сделаю хуже лишь себе, так что отступать не вариант.

Собрав остатки смелости со всех закоулков разума, беру себя в руки и открываю дверь.

– Привет, цыпленок! – тепло встречает меня отец, сидя в кресле за рабочим столом.

– Привет, милая, – следом произносит мама, стоящая позади и массирующая папины плечи.

Я не рассчитывала, что она тоже будет здесь, но так даже лучше.

– Привет, – неловко потирая ладони, прохожу в глубь кабинета и понимаю, что все мои по миллиону раз отрепетированные речи остаются за порогом вместе с уверенностью.

Чувствую себя рыбой на суше, беспомощно открывая и закрывая рот.

Родители замечают мою растерянность и многозначительно переглядываются, по-видимому, пользуясь только им доступной невидимой связью.

Первой заговаривает мама:

– Скарлетт, милая, если тебя что-то беспокоит, расскажи нам, – ее голос, словно мягкий уютный плед, пытающийся согреть мое озябшее тело. – Мы всегда рядом и готовы помочь. Ты же знаешь, ты самое важное в наших жизнях.

Скоро теплота из ее голоса выветрится.

Это единственная мысль, которая крутится в голове. Они разочаруются во мне. И не они одни. Вся семья начнет смотреть на меня как на прокаженную. Быть милой послушной дочуркой, готовой на что угодно, только бы увидеть на их лицах улыбки, – это порой сложно, однако гораздо легче, чем отстаивать собственные границы. Но так дальше нельзя. Мне нравится совершать ошибки и учиться на них. Нравится самой принимать решения и справляться с ответственностью, странным образом дающей почувствовать свободу.

Хочу прожить эту жизнь, не жалея, что не следовала за собственным сердцем. И я добьюсь этого, даже если больше никогда не услышу о том, как родители гордятся мной.

За свои мечты надо бороться. Иначе никак.

– Хочу поговорить с вами, – голос дрожит не меньше, чем тело, настораживая родителей.

– Конечно, цыпленок, – папа откладывает ручку, переводя все свое внимание на меня. – О чем?

– Об учебе, – поперек горла застревает целый ком недосказанностей, но мне слишком страшно сказать прямо.

– Что-то не так? Думаешь, этот год будет труднее? – закидывает вопросами отец. – Мы можем найти тебе репетиторов. Уверен, они помогут и…

– Дорогой, – перебивает его мама. В ее направленном на меня взгляде читается волнение. – Давай дадим Скарлетт сказать.

Благодарно киваю и пытаюсь отлепить язык от нёба в пересохшем рту.

– Я… Мне… Мне бы хотелось сменить специальность.

Моя реплика звучит как гром, после раската которого наступает пронзительная тишина, давящая, словно нож, приставленный к горлу.

– Но… – прокашливается папа и несколько раз моргает, собираясь с мыслями. Все это время я мечтаю провалиться сквозь землю. – Ты хочешь изменить направление? Попробовать себя в игровой индустрии или в чем-то более узконаправленном? Технологичном? Думаю, это вполне легко можно устроить…

– Нет, – в этот раз его перебиваю я.

Зажмуриваюсь, словно надеясь, что это сделает меня невидимой.

Держись, Скарлетт. Держись.

– Я бы хотела сменить ее кардинально. Думаю насчет чего-то филологического. Может, связанного с литературой.

– Зачем? – ошарашенно интересуется папа. – Ты же можешь просто продолжать читать. Пусть это будет твоим хобби, зачем ради этого все так менять?

– Просто я поняла, что не хочу заниматься программированием. Это не мое.

Мой голос больше походит на писк мыши. Я стою, сгорбившись словно леденец на Рождество и не решаясь поднять взгляд от пола.

Слишком страшно увидеть разочарование в их глазах и больше не быть их маленькой умницей.

Отец громко выдыхает и проводит руками по волосам, поднимаясь с кресла.

– То есть ты хочешь заменить специальность, способную подарить тебе успешное будущее, книжками?

Мне не нравится, как он это произносит, но я все же отвечаю:

– Да.

– Ты уверена, Скарлетт? – вступает мама, глядя то на меня, то на папу. – Мы думали, ты сама хотела стать программистом. Ты так радовалась, когда поступила.

– Радовалась, потому что знала, как этого хотели вы.

– Не надо перекидывать ответственность на нас, юная леди, – не помню, когда в последний раз видела папу таким рассерженным. На его лице появляются красные пятна, а руки судорожно расправляют завязанный на шее галстук. – Столько денег и надежд, чтобы все обрушилось из-за каких-то книжонок.

– Прости, – произношу я, чувствуя, как по щеке стекает непрошеная слеза.

– Вот только плакать не надо! Слезами проблему не решить.

– Дело ведь не в деньгах, Скарлетт, – вмешивается мама. – Мы просто хотим для тебя лучшего и беспокоимся о твоем будущем.

– Но разве мое счастье – не главное?

Вдавливаю ногти в ладони, пытаясь хоть немного угомонить бурю внутри.

– Думаешь, будешь счастлива, зарабатывая копейки?! – переходит на крик отец. – Мы с твоей мамой не вечные. Не получится всегда рассчитывать на нашу помощь. Тебе пора взрослеть, Скарлетт.

– Именно это я и делаю. Борюсь за собственные интересы. Разве это по-детски? Или тебя волнует, что подумают другие, когда узнают о моем решении?

– Мне все равно, что они подумают! Я беспокоюсь о тебе и о проходящей мимо жизни, пока ты прячешься у себя в комнате со стопками книг. Думал, это изменится, когда у тебя появится парень, что это как-то растормошит тебя. Но, видимо, я ошибался.

– Не понимаю, в чем проблема? – теперь и мне не удается сдерживать крик. Но это едва ли помогает справляться с колющей в груди обидой. – Я просто хочу заниматься тем, что будет доставлять радость и иметь смысл для меня самой. Почему вы так противитесь этому? Постоянно твердите, будто поддержите, а когда это действительно необходимо, выступаете против.

– Потому что уверен: через пару месяцев, когда ты столкнешься с очередными трудностями, опять захочешь сбежать, сменить специальность, университет или страну. Ты никогда не доводишь дела до конца, и это твоя самая большая проблема! Вечно бежишь от препятствий, топчась в зоне своего комфорта. Я хочу, чтобы ты была сильнее, Скарлетт, а ты только плачешь.

– Так не доводите меня до слез!

– И вот опять виноваты все вокруг. Хочешь быть взрослой, бери на себя ответственность! Или ты правда думаешь, родители хотят тебе зла? Да мы же готовы на все ради твоего счастья! Мы буквально живем для тебя.

– Но я не просила об этом!

Тяжело дышу, словно пробежала марафон. По щекам без остановки текут слезы, а сердце болит, словно его искололи иголками. Произнося последнюю реплику, я смотрю отцу прямо в глаза и вижу там именно то, чего так боялась.

– Мне кажется, нам всем стоит остыть и продолжить разговор позже, – выступает голосом разума мама.

Но отец не следует совету:

– Я не знаю, что еще здесь обсуждать. Никто не сможет запретить тебе поступить по-своему, Скарлетт. Но знай, сегодня ты разочаровала меня.

Эта фраза эхом звучит в ушах, разбивая меня на мелкие осколки.

Сглатываю подступающие рыдания. Пытаюсь сдержаться и не выглядеть в глазах родителей еще большей истеричкой.

Голос дрожит, когда я произношу:

– Мне правда жаль. Я очень люблю вас, но если для того, чтобы добиться своего счастья, мне потребуется стать разочарованием семьи, то так тому и быть.

Я не хочу больше спорить и чувствовать себя виноватой под их печальными взглядами. Хочу просто выплакать все накопившиеся слезы и избавиться от ноющей боли в груди.

Дальше все происходит как в тумане.

Громкий хлопок дверью. Злость. Бег по лестнице. Грусть. Шуршание одеяла, в котором я прячусь с головой. Страх. И одна фраза, повторяющаяся в голове словно мантра:

Завтра будет легче. Должно быть.

Глава 29

Скарлетт

Сколько бы времени ни прошло, наверное, я никогда не смогу полюбить семейные торжества. Интересно, как они проходят у нормальных людей? Ходят ли там все в костюмах, свысока поглядывая на собравшихся и неустанно отпуская язвительные замечания? Вероятно, нет.

Честно говоря, я бы предпочла провести папин день рождения наедине с родителями в какой-нибудь поездке, создавая приятные воспоминания и улыбаясь. Но в нынешних обстоятельствах это еще менее вероятно, чем раньше. Не тогда, когда отец отказывается со мной разговаривать.

Я стараюсь делать вид, будто меня не трогает его холодность. Но это не так.

Мне больно. Обидно. Мне хочется взять назад каждое произнесенное в тот день слово и избавиться от открытой раны, разделившей нашу жизнь на «до» и «после». А еще мне очень страшно от того, что наши отношения больше никогда не вернутся в норму.

Но я стараюсь держаться. Часто напоминаю себе о фразе, которую увидела на просторах интернета пару лет назад: «Страх – это признак того, что в вашей жизни происходит нечто важное». И не перестаю верить в свою правоту. Точнее, пытаюсь.

Ведь если даже я не поверю в себя, этого не сделает никто.

Остается только продолжать жить и ждать.

С самого утра в нашей квартире проходят приготовления к празднику. Ее вымывают от пола до потолка, украшают и наполняют едой и напитками, чтобы вечером как следует встретить долгожданных гостей.

Мама, в отличие от папы, не играет в молчанку. Наоборот, продолжает относиться ко мне с прежним теплом и, как всегда, подготавливает для меня вечернее платье. В этот раз классическое красное в пол. Под него я надеваю милые сережки в виде вишенок и туфли на небольшом каблуке.

Это торжество ничем не отличается от прочих, собирающих всех Мунов вместе. И я бы спокойно выдержала очередное мероприятие, лишь изредка отходя покричать в подушку от злости, если бы сегодня не был особый случай.

Я чувствую себя абсолютно разбитой. Так странно быть в ссоре с папой в значимый для него день. Это ощущается чертовски неправильно. Но наши раны слишком свежи, и новая попытка продолжить тот разговор закончится новой порцией боли для обеих сторон.

Поэтому этим вечером, когда квартира наполняется гостями, я держусь в стороне. Прячусь в уголке и просто жду, когда приедет Брайан и хоть немного отвлечет меня.

Кстати, о нем.

Провожу по экрану телефона и захожу в список контактов, выбирая там необходимый.

– Прости, малышка, я уже выезжаю, – отвечает он почти сразу.

Его голос действует на меня успокаивающе, и впервые за вечер хандра немного отступает.

– Тебе придется самому объясняться перед моим отцом, почему ты опоздал. Я не собираюсь прикрывать твой зад, Брайан Найт.

Говорю это скорее в шутку, желая немного продлить наш разговор. Мне нужен его теплый тембр, чтобы не сойти с ума. Он еще не знает о том разговоре, и делать вид, будто его никогда не было, до ужаса приятно.

– Ничего, мы с тестем на короткой ноге.

– Что-то я не вижу бриллианта на своем пальце.

– Всему свое время, малышка Мун.

Чувствую, как краснеют щеки, и скрываю улыбку за бокалом.

– Я скоро, не скучай без меня! Хотя знаю, что это трудно.

– Поторопись, – фыркаю я и бросаю трубку.

Но не успеваю даже убрать телефон от уха, как любую радость стирает раздающийся рядом визг свиньи.

Ладно, я не хочу оскорблять милых свинок, сравнивая их со своей родственницей.

– Карли, вот ты где!

Прикрываю глаза и до последнего надеюсь, что мне послышалось. Но нет. Развернувшись, я вижу свою кузину. Ее золотистое платье ослепляюще сверкает миллионами блесток, а выражение лица кажется чересчур довольным.

– Привет, Гвен, – скорее выдыхаю я.

– Давно не виделись.

И лучше бы не виделись еще дольше! Я почти не вспоминала о Гвен с нашей прошлой встречи на дне рождения бабушки, будучи занятой делами куда интереснее. Но вот кузина наверняка все это время затачивала ноготки, планируя расцарапать мне лицо. Слышала, после того, что рассказал Брайан про ее парня, Гвен пришлось с ним расстаться, ведь история про измены дошла и до бабушки. И теперь бедной кузине совсем нечем тыкать меня в нос.

Какая потеря!

– Что-то я не вижу Брайана, – злорадно оглядываясь по сторонам, сообщает она очевидное. Нет, ну можно я хоть раз подпорчу ее красивое личико? Или поставлю подножку… – Неужели он наконец понял, какая ты бездарность, и бросил тебя?

Мне хочется ответить, что она путает меня с собой, но вместо этого я произношу:

– Закрой рот, Гвен. Нам уже не пятнадцать, чтобы ты продолжала так себя вести.

Она подходит ближе, впиваясь кровожадным взглядом в мое лицо. По спине даже пробегает холодок, когда ее губы расплываются в хищной улыбке.

– А разве с тех пор что-то изменилось? Как по мне, ты осталась той же, Кар-ли.

Кузина тянет гласные в придуманной ею кличке, заставляя меня ощетиниться. Нет, ну правда, сколько можно? Я устала терпеть ее выпады в мою сторону, обоснованные лишь тем, что…

Замечаю движение сбоку и перевожу взгляд с кузины на отца. Прямо сейчас он направляется в нашу сторону, а на его лице читается неодобрение. Уверена, оно всецело обращено на меня.

Стоило бы привыкнуть к этому за прошедшие дни, но я не могу. И не хочу. Поэтому вновь чувствую болезненный укол в районе сердца.

– С днем рождения, мистер Мун! – быстро меняется в настроении кузина, надевая маску хорошей девочки.

– Спасибо, Гвен.

В отличие от меня, она удостаивается радушной улыбки.

– Надеюсь, ваш вечер проходит хорошо? Не хотелось бы, чтобы праздник был испорчен.

Понимаю, он злится, обижен, расстроен и так далее. Но то, как папа смотрит на меня, когда произносит последнюю реплику, вырывает почву из-под ног.

На глазах поблескивают непролитые слезы, когда я растягиваю губы и с напускным весельем отвечаю:

– Конечно, пап. Ты не разочаруешься.

Уголки его рта опускаются, а взгляд притупляется. Папа кивает и возвращается в гущу событий, где его вниманием быстро завладевают гости. А я продолжаю смотреть на отцовскую спину и думать о том, как по нему скучаю.

До чего иронично, учитывая, что мы находимся в одной комнате.

– Вернемся к тому, на чем остановились, – подает голос Гвен. – Я хочу тебе кое-что показать.

Но мне нет дела до того, в какие игры она решила втянуть меня сегодня. Нет ни сил, ни желания терпеть ее общество. И пока кузина перебирает вещи в своей сумке, я делаю несколько аккуратных шагов в сторону и направляюсь к лестнице.

На этом празднике мне места нет.

Закрывшись в собственной комнате, падаю на кровать, пачкая подушку потекшей тушью.

Больше не надо сдерживать эмоции и делать вид, что я не чувствую себя вывернутой наизнанку.

Прямо сейчас мне хочется лишь одного: Брайана рядом. В его объятиях я ощущаю себя в безопасности, словно он способен решить все мои проблемы. И даже если это не так, он помогает забыться.

Ну где же ты?

Словно в ответ на мой вопрос в дверь стучат. Я поднимаюсь и кричу «войдите», пока в сердце разгорается надежда, что сейчас в комнату зайдет парень, который сгребет меня в свои сильные руки и увезет отсюда как можно дальше.

Но сегодняшний день продолжает подтверждать звание одного из худших. И вместо кудрявого красавца дверь открывает Гвен.

– Вот ты где, – ухмыляется кузина.

– Отвали уже! У меня нет ни малейшего желания слушать твои бредни.

Больше не сдерживаю крика, зная, что за музыкой нас вряд ли расслышат гости на первом этаже. Меня бесит, что даже сейчас я переживаю о мнении этих людей, но ничего не могу с собой поделать. Такой уж меня воспитали. Вечно озирающейся в поисках одобрения.

Ненавижу.

Но вместо того, чтобы уйти, она, конечно же, заходит внутрь, даже не удосуживаясь закрыть за собой дверь.

– Можешь не слушать, дорогая кузина. Просто взгляни.

Матрас прогибается, когда она плюхается рядом и протягивает телефон с видеозаписью, поставленной на паузу.

Вначале я хочу ногами спихнуть ее с кровати, а потом вытолкать из спальни, но замечаю на экране знакомое лицо, и любопытство берет вверх. Приподнимаюсь, садясь рядом. Гвен наблюдает за мной не моргая и раздражает своим довольным лицом.

– На случай, если ты не поймешь, кто действующие лица, – язвит стерва, – это твой суженый, его отец и старший брат.

Она права, двоих из трех мужчин на экране я никогда не видела. Но меня очень настораживают познания Гвен. Нутром чую, что-то здесь неладно. Наверное, мне все же стоит послать кузину куда подальше. Она совсем не тот человек, которому стоит верить. Но я все же киваю, и она включает видео.

Жалею об этом почти в то же мгновение, когда отец Брайана открывает рот. Хоть все снято исподтишка, чтобы говорящие не заметили, голос старшего Найта слышится отчетливо, каждым словом пуская мне стрелу прямо в сердце.

– Неужели ты не способен закончить ни одно порученное мной дело? Неужто так сложно увлечь какую-то малолетку? – грубо выплевывает он, обращаясь к сыну, сидящему опустив голову.

Мне не надо гадать, о ком идет речь. Иначе Гвен не показывала бы это мне. Но я все равно до последнего надеюсь, что Брайан вступится за нас.

– Ты должен пятки ее целовать, если потребуется, – продолжает мужчина. – Все, чтобы ее отец наконец заключил с нами договор.

Ну давай же. Скажи что-нибудь.

В этот момент съемка становится нестабильной, большую часть экрана заполняют пальцы снимающего, зато звук заставляет меня пожалеть о собственных желаниях.

– Хорошо, отец, – отвечает Брайан, пока мое сердце падает куда-то вниз.

Видео заканчивается вместе с мыслями в моей голове. Пустота охватывает меня целиком, обжигая и создавая звон в ушах.

Зато Гвен полна энергии, чтобы заполнять тишину за нас двоих.

– Мои связи не подвели, правда? – веселится она, постукивая меня по плечу. – Но ты, главное, не расстраивайся, Карли. Да, твой принц оказался с душком, но в конце концов с тобой это не впервые, правда?

Перевожу на нее немигающий взгляд, от которого ее радость ничуть не меркнет. Да, она добилась своего и теперь ликует.

– Пошла вон, – сквозь зубы произношу я, чувствуя, как вся боль внутри преобразуется в злость. – Выметайся из моей комнаты, сейчас же!

Резким движением сбрасываю ее руку со своего плеча и указываю на дверь.

– Конечно, пойду, – фыркает она, поправляя платье на бедрах. – Не буду же я сидеть и утирать тебе слезы, неудачница Скарлетт.

Очередное прозвище, поднимающее ворох воспоминаний из самых глубин моей души. Воспоминаний, которые я так отчаянно пыталась стереть из памяти.

– Хорошего вечера, дорогая кузина.

В этот раз она закрывает за собой дверь. Ровно в тот момент, когда я со всей силы швыряю в ее сторону одну из подушек.

– Ненавижу!

Воплю я и падаю обратно на кровать. Плачу, колочу подушку и с головой погружаюсь в пучину одиночества.

Почему? Почему, Брайан? Почему ты так со мной поступил?

Глава 30

Брайан

Ненавижу опаздывать. Правда. Но каким-то образом это происходит со мной постоянно. Как будто в момент стрелки часов начинают идти быстрее, и вот я опять мечусь по квартире, впопыхах собираясь на встречу, где должен был быть еще час назад.

Изо всех сил старался не допустить этого сегодня. Собирался выехать раньше, зная, что просто обязан быть рядом со Скарлетт каждую секунду этого гребаного вечера. Должен успокаивать и отгораживать от неадекватных родственников.

Но все испортил звонок моего коллеги.

Оказалось, один из разработчиков уже не в первый раз сорвал все возможные дедлайны, а мне, как их руководителю, пришлось разгребать за ним дерьмо. Несмотря на то что многие из команды старше меня, они все равно продолжают вести себя как капризные дети, за которыми нужен глаз да глаз. А мне приходится быть терпеливым родителем, порой желающим отдать своих чад в другие «добрые руки»…

В итоге я провозился с этим пару часов, которые и привели к моему опозданию. Опять. И возможно, если бы не звонок Скарлетт, просидел бы за компьютером еще больше, но, услышав ее натянуто веселый голос, понял, какой же я дурак.

Она ждет меня.

От этой мысли сердце жалобно заныло в груди, и я тут же закрыл ноутбук. Все, что мог, сделал, дальше пусть разбираются сами.

Накинув на плечи пиджак, проверяю, взял ли с собой ключи от машины и телефон, и направляюсь к двери, обдумывая, попадется ли мне по дороге хоть один цветочный магазин. Стоит хоть немного задобрить малышку Мун, пока в ее милой голове не появились мысли о том, что я ее достал и лучше поскорее со мной расстаться. Нет, такого допустить нельзя.

На лице сама собой появляется улыбка, когда думаю об этой девушке, способной натянуть на меня балетную пачку, украсть часы и связать руки во сне. Никогда бы не поверил, что буду мечтать именно о таких отношениях… Но, черт возьми, я счастлив!

Именно об этом я размышляю, открывая дверь, но стоит той распахнуться, как все хорошее мигом выносит из головы под наплывом цунами из прошлого.

Да вы, наверное, шутите!

– Какого… – вырывается у меня, когда вижу перед собой знакомое лицо, обрамленное светлыми волосами. – Что ты здесь забыла?!

– Привет, милый, – напевает Ханна и, пользуясь моим шоком, умудряется протиснуться в квартиру. – Скучал?

– Не помню, чтобы приглашал тебя внутрь.

Зубы едва не скрипят от силы, с которой я сжимаю челюсти, а костяшки на кулаках белеют. Какого. Черта. Она. Здесь? Мне не нравится чувство опасности, нависающее надо мной. И еще больше не нравится, из-за кого именно это происходит.

Но я слишком хорошо ее знаю, чтобы не быть настороже.

– Не будь груб, Брайан, – хмурится она, усаживаясь на диван в гостиной. – Давай поболтаем.

– Думаю, это плохая идея, – сложив руки на груди, останавливаюсь в дверном проеме и прожигаю ее недовольным взглядом. – Я тороплюсь. А еще, лучше выпью литр кислоты, чем буду вести с тобой милую беседу.

Она лишь хмыкает и отводит взгляд, осматривая пространство вокруг.

– Эта квартирка лучше прошлой. Просторнее. Хотя та все равно нравится мне больше, – ее глаза вновь фокусируются на мне. – Она хранит столько воспоминаний.

– Воспоминаний, которые я давно стер из памяти. Тебе советую сделать то же.

Улыбка на ее лице дергается, но она быстро берет себя в руки. Как она вообще нашла меня? Я делал все возможное, пытаясь скрыть от нее свой новый адрес, прекрасно зная, что Ханна вновь может заявиться на порог. А этого я хотел меньше всего.

– Зачем ты пришла?

Ей явно не нравится холод в моем голосе. Она хмурится и прикусывает губу, как делала всегда, когда ее переполняла злость. А мне не нравится, что ее задница до сих пор мнет мой диван. Мы почти квиты.

– Я уже сказала, хочу поговорить.

– Нам не о чем разговаривать.

Все разговоры закончились, когда мне пришлось трижды менять номер телефона, потому что после нашего расставания она бесконечно звонила и писала угрозы. Обещания разобраться со мной, моей новой девушкой, когда та появится. И если поначалу я как-то на все это реагировал, то спустя шесть месяцев просто смирился, надеясь, что вскоре она устанет стучаться в закрытую дверь.

Но, по всей видимости, этого так и не произошло.

– Может, тебе и нечего сказать, зато у меня есть интересная история.

Она ухмыляется, приглашая сесть рядом. Но я не собираюсь на это вестись. Хочу поскорее избавиться от нее и больше никогда не видеть. Давно пора было решить эту проблему. И нет смысла больше откладывать.

– Ханна, я сейчас вызову полицию, – устало провожу рукой по лицу и указываю на дверь. – Пожалуйста, уходи. Я не хочу слушать никакие истории, что бы ты там…

– Даже если это касается твоей драгоценной Скарлетт?

Волосы на затылке встают дыбом. Во рту пересыхает, а я с подозрением смотрю на довольно восседающую на диване Ханну, радующуюся успеху в привлечении моего внимания.

– С чего ты взяла, что я тебе поверю? – надменно вскидываю бровь, хотя внутри просыпаются сомнения.

– Выслушай, а потом решай.

Она беззаботно пожимает плечами, а я еще сильнее стискиваю зубы.

– Хорошо. Но скажу сразу, если ты собираешься вешать мне лапшу на уши об изменах Скарлетт или подобном бреде, то тебе лучше уйти прямо сейчас. Нас не поссорить подобными сказками.

– Конечно, милый.

Мне не нравится ее выражение лица. Словно она уже победила, а я даже не успел понять правила игры. Так бывало и раньше, и, наверное, это была одна из причин, почему я расстался с Ханной. Просто устал от ее интриг.

Но вот, спустя столько времени, все повторяется. Она вновь добивается своего, и я, сжимая кулаки на груди, готовлюсь услышать ту самую «интересную историю».

– Не хочешь присесть? Рассказ будет не из приятных.

Похлопывая по месту рядом, предлагает она, смотря на меня из-под длинных ресниц. Только сейчас я замечаю ее мини-юбку, которая задирается выше при каждом движении. Не сомневаюсь, Ханна делает это специально. Но она последняя дура, если думает, будто может соблазнить меня подобным. Единственное, что я испытываю, глядя на эту картину, – отвращение. А еще злость на самого себя, ведь понапрасну трачу время, пока Скарлетт ждет меня на чертовом празднике.

Одних цветов тут будет мало.

– Мне и здесь хорошо. Начинай уже.

– Как скажешь, милый, – скалится она. – Прежде чем ты назовешь меня грязной лгуньей, предупрежу, у меня есть доказательства, да и источники определенно достоверные.

Она наслаждается тем, как занимает время, растягивая каждое слово, а я начинаю раздраженно дергать ногой.

– Ты что-нибудь слышал о бывшем парне своей чудесной девушки?

Мне не нужно ни секунды на раздумья, перед тем как ответить «нет», мы никогда не поднимали тему ее прошлых отношений. Скарлетт не была инициатором, а я и сам не хотел. Спускать наше время наедине на разговоры о безумных бывших – просто кощунство.

Но довольное выражение на лице Ханны заставляет меня задуматься о том, что стоило.

– Так, значит, ты не знаешь, как она намучилась, когда ей было пятнадцать? – ее брови хмурятся, а нижняя губа выпячивается. Она смотрит на меня с напускной жалостью, и я едва сдерживаю желание вытолкать ее за порог. – Но не переживай, я поделюсь с тобой. Все для тебя. Как и всегда.

Возможно, мне и правда стоит выгнать ее. Если Скарлетт захочет, сама расскажет. Но вместо того, чтобы поступить правильно, я словно прирастаю к полу, ожидая продолжения.

И это делает улыбку Ханны еще шире.

– Знаешь, девочкам-подросткам часто не везет с их первыми парнями. Они любят выбирать кого-то постарше, опытнее, интереснее. Но не всегда выстроенный в их головах образ соответствует реальности. Нет, реальность куда хуже. Взять хотя бы нас, я тоже думала, что наши отношения будут идеальными. А в итоге ты бросил меня по телефону!

– Ты знаешь почему.

– Да, но это не значит, что я с тобой согласна, – по ее щеке катится одинокая слеза, которую девушка быстро смахивает. – В любом случае твоей подружке тоже не повезло. Ее парень оказался нехорошим человеком с тягой к алкоголю. Она узнала об этом не сразу. Естественно. А когда узнала… – она делает театральную паузу, а мне хочется начать кричать. Ханна же плавно встает и, поправив юбку, начинает медленно двигаться в мою сторону, – было уже поздно. Он сделал ей очень больно. Разбил хрупкое девичье сердце. И может, не только.

Встав в шаге от меня, она, склонив голову, вглядывается в мои глаза, пока ее напоминают мне две ледяные бездны. Бездны, полные безумия.

– Что ты имеешь в виду?

– Я обещала своему источнику не выдавать подробности. Но могу сказать одно: паренька посадили в тюрьму, – она подходит ближе, так, что носы ее туфель касаются моих, и произносит последние слова шепотом, – за изнасилование несовершеннолетней.

Внутри вскипает ярость. Она вырывается словно лава из жерла вулкана, заставляя мысли путаться. Не знаю, куда себя деть. Поверить ли в эту историю? Или продолжать сомневаться? Не знаю. Единственное, в чем я уверен, – хочу побыстрее оказаться рядом со Скарлетт. Закрыть ее от всего мира и живущих в нем кретинов.

А если история окажется правдой… То этот сукин сын пожалеет о содеянном.

– Печально, правда? Сколько всего милашка Скарлетт скрывает за своей лживой улыбкой, – ее острые ногти царапают мои скулы именно в тот момент, когда я хочу сказать ей убираться, но слова застревают в горле. – Жаль, что ты не сможешь быть с ней рядом. Уверена, она расстроилась, увидев ту запись.

– О чем ты?

Раздраженно сбрасываю ее руку со своего лица, вызывая этим усмешку.

– Ох, милый. Я же говорила, тебе не быть счастливым без меня, и это не просто слова, брошенные на ветер.

– Что ты сделала, Ханна?

– Не кричи ты так. Всего лишь попросила показать ей одно занимательное видео, – девушка кидает короткий взгляд на часы. – Она как раз должна была уже досмотреть момент, где твой отец сообщает, что Скарлетт нужна для достижения целей, а ты с этим соглашаешься. Правда, пришлось его немного отредактировать. Ну, знаешь, выставить тебя настоящим козлом.

– Ты что?!

Гнев вырывается наружу. Больше не церемонюсь, выталкивая девушку к выходу.

– Аккуратнее! – вопит она, но я не обращаю на это внимания. – Не расстраивайся ты так, найдешь себе новую подстилку.

– Заткнись! Закрой свой грязный рот, Ханна, – почти рычу я. – Мне надоели твои игры. Если все это время мне было тебя жаль, то теперь, не сомневайся, я добьюсь судебного запрета на твое приближение. Мне осточертели ты и твоя ненависть.

– Не волнуйся, – произносит она, уже стоя за порогом. – Я и так собиралась отстать от тебя. Дело сделано. Я разбила тебе сердце. Повторила то, что ты сотворил с моим, Брайан. Теперь мы квиты.

Не знаю, собиралась ли она сказать что-то еще, так как захлопываю дверь и убегаю, оставляя девушку за спиной. Ханна не имеет для меня никакого значения. Я думаю только о Скарлетт и о чувствах, которые ей пришлось испытать, когда ей показали то видео. Чертова сталкерша! Я знал, порой Ханна следила за мной, замечал ее среди толпы, но до последнего верил, что мне просто показалось. Надо было быть осмотрительнее.

Теперь мне придется платить за собственную глупость. И я надеюсь, Скарлетт еще не повесила фото с моим лицом на доску для дартса и даст мне шанс объясниться.

Иначе я труп.

Глава 31

Скарлетт

Не знаю, сколько времени проходит с тех пор, как за Гвен захлопывается дверь. Не думаю, что слишком много, ведь праздник внизу до сих пор продолжается, а ко мне так никто и не заявляется вернуть в зал.

Впрочем, возможно, родители слишком злы на меня и не хотят, чтобы мое недовольное лицо портило атмосферу. Сейчас на нем еще и растекшаяся тушь, глаза красные, а состояние волос даже страшно представить. Да, я наверняка выгляжу отвратно. Ощущаю себя, к слову, так же.

Мне надоело плакать и терзать себя мыслями о том, какая я бедная и несчастная, поэтому последние минут десять лежу, уставившись в потолок и давая опустошению поглотить меня с ног до головы.

Брайан. До сих пор не могу поверить своим ушам. Мысль, что вся наша история оказалась простой угодой его отцу, никак не укладывается в голове. Все слова, поцелуи и дни, проведенные вместе. Неужели это было одной огромной ложью?

Если так, то Найту стоило стать актером. Справился он на отлично.

Интересно, что ему досталось бы, доведи он сделку до конца? Как его отец оценил мое сердце, поданное на блюде?

Ненавижу.

Бью кулаком по матрасу, избавляясь от накатывающего гнева.

Отлично, лучше буду злиться, чем страдать.

Еще через минуту я уже самозабвенно избиваю собственную постель, представляя лицо Брайана.

– Как ты мог? Придурок! Козел!

Каждое ругательство сопровождается жалобным скрипом моего матраса. Так продолжается до тех пор, пока легкие не начинают гореть от того, как сильно сбивается мое дыхание. Тогда я обессиленно падаю обратно и притягиваю колени к груди.

Неудачница Скарлетт.

Из всех прозвищ, что мне давала Гвен, это, пожалуй, самое обидное, ведь связано с одним из худших событий моей жизни, о котором не знают даже мои родители. Для них Джим так и остался отличным парнем, с кем у нас просто не сложилось.

Ох, как же они ошибаются.

А вот Гвен знает все. И не устает припоминать мне детали, не давая ране на сердце зажить.

Зато Брайан смог. Смог залечить мои шрамы. Дал мне вновь почувствовать себя любимой. Счастливой.

А потом растоптал еще сильнее.

– Ненавижу! – кричу в подушку, чувствуя, как к глазам вновь подступают слезы.

Подскакиваю с кровати, бегу к полкам и достаю ту самую книгу, подаренную Найтом. Открыв, вынимаю оттуда фотокарточку, намереваясь разорвать ее на мелкие кусочки, но, глядя на наши счастливые лица, я застываю как вкопанная. Провожу рукой по глянцевой бумаге, позволяя себе на секунду вернуться в прошлое.

Нет, я не могу.

Кладу фото обратно и, захлопнув книгу, ставлю ее на место. Делаю несколько вдохов, надеясь собраться с мыслями, но на глаза попадается мягкая игрушка в углу. Угрюмый кот, на голову которого я надела тот самый ободок из тира.

– Да чтоб тебя!

Закрываю лицо руками, но не даю ни единой слезинке выбраться наружу. О нет, я больше не буду плакать. Это не стоит того. Но, черт, как же хочется кому-нибудь выговориться! Высказать все, что так царапает грудную клетку изнутри.

Все эти годы в таких ситуациях я бежала к одному, единственному человеку, но прямо сейчас она наверняка находится в самолете на пути к своей краткосрочной свободе. Иначе Дафна нашла бы достаточное количество едких слов, которыми мы бы обложили Найта.

Чертов Брайан! Даже не явился на праздник. Неужели знал, что сегодня его выдадут с потрохами? Трус. И почему я вообще продолжаю страдать из-за него?

Но русые кудри и зеленые глаза никак не хотят покидать мои мысли.

Интересно, что он чувствует сейчас? О чем думает? Надеюсь, его хоть немного мучает совесть. А если нет… То мне стоит об этом позаботиться.

Цепляюсь за небольшой всплеск энергии внутри, и направляюсь к двери, не тратя ни секунды на исправление макияжа или прически. Пусть придурок думает, что сломал меня, прежде чем мой кулак сломает ему нос. Хотя мне вряд ли хватит силы на подобное. Но я как минимум попытаюсь.

Спустившись, быстро проскакиваю к выходу, не попадаясь на глаза никому из гостей. Лишнее внимание – последнее, в чем я сейчас нуждаюсь.

Садиться за руль в таком состоянии идея не из лучших, поэтому еще по дороге из спальни я вызываю такси. К счастью, машина приезжает почти сразу, и мне не приходится пугать своим видом прохожих.

Водитель ничего не спрашивает, но периодически косится на меня через зеркало заднего вида. Я делаю вид, что не замечаю этого. Хочет пялиться? Пожалуйста! Пусть только давит на педаль газа.

Пока за окном пролетают тонущие в закатном солнце пейзажи города, в голову вновь лезут мысли о Брайане. О том, как мы вместе катались по ночному городу и боролись за возможность выбирать музыку. У него вечно было настроение послушать рэп, а у меня кричать под песни Ланы Дель Рэй. В итоге мы находили компромисс, слушая Imagine Dragons или песни его друзей. Смогу ли я слушать их теперь? Когда музыка намертво слилась с воспоминаниями о Найте.

Слезы опять подбираются опасно близко, но я шмыгаю носом и тру глаза ладонями, зная, что хуже уже все равно не будет.

Расплатившись с водителем, вбегаю в знакомую многоэтажку, лифт которой до недавнего времени вызывал во мне столько трепета. Каждая секунда, разделяющая нас с квартирой Брайана, обычно заставляла армию мурашек, атакующих мое тело, разрастаться, поглощая полностью. Но не теперь. Сейчас я чувствую лишь огромный ком в горле, пока на экране мелькают номера этажей.

Мне не нравится смотреть на мир по-новому. На мир, где все напоминает о нем. Я и забыла, до чего же это тяжело – переживать расставания. Но кто же знал, что это чувство напомнит о себе так скоро.

При виде знакомой двери мое сердце неприятно сжимается в груди. Сложно заставить себя поднять руку и наконец постучать. Слишком страшно столкнуться с реальностью за этим порогом. С реальностью, которая потушит ненавистный мне огонек надежды, до сих пор живущий внутри.

Но стоит дотронуться костяшками до дерева, как мной вновь овладевает злость. Я начинаю колотить по двери, как сумасшедшая, усиливая напор с каждой секундой. Выплескиваю всю горечь, собравшуюся под аккомпанемент болезненных воспоминаний.

И в момент, когда пора уже отчаяться и понять, что мне никто не откроет, я слышу голос за спиной.

– Его нет дома, – произносит незнакомый бас, из-за которого волосы на затылке становятся дыбом. – Могу я чем-то помочь?

Требуется пара секунд, чтобы успокоить бешено колотящееся в груди сердце и вытереть слезы, лавиной обрушившиеся на щеки. Черт, как не вовремя. Собравшись с духом, я поворачиваюсь и смотрю на незнакомца. Его густые брови хмурятся, когда он видит мое зареванное лицо, а руки, спрятанные на груди, сильнее сжимаются, натягивая ткань черного пиджака. Он хочет что-то сказать, но я оказываюсь быстрее.

Темные кудри, аккуратно уложенные гелем, и холодные голубые глаза – полная противоположность парня, застрявшего в моих мыслях, но и этого мужчину я успела разглядеть на злосчастном видео.

– Ты брат Брайана?

Голос звучит хрипло и жалко, как бы я ни старалась выдавить из себя холодное спокойствие. Впрочем, с моим боевым раскрасом на лице никто бы и не поверил в уверенную мину.

– А ты, должно быть, Скарлетт.

– В вашей семье мое имя на слуху? – язвлю я.

Взгляд мужчины становится задумчивым. Он осматривает меня с ног до головы. Губы сжимаются в тонкую линию, а в глазах мелькает жалость.

О нет. Вот только его жалости мне не надо!

– Где он? Мне надо с ним поговорить.

– Не знаю, – мужчина, чье имя мне неизвестно, заглядывает в телефон, словно проверяя наличие новых сообщений, но, не получив желаемого, кладет его обратно в карман. – Хочешь подождать его внутри? У меня есть запасной ключ, а ты сможешь умыться.

Сжимаю зубы, чтобы не нагрубить и не расплакаться одновременно, и киваю.

Прохладная вода действительно оказывается кстати. Она не только помогает избавиться от разводов туши, но и чуть приводит в себя, сбавляя напавший на меня жар.

Глядя на собственное отражение, хочется кричать. Заплаканные глаза, искусанные губы – все это возвращает меня на пару лет назад, к той себе, которую я так старалась похоронить под напускной уверенностью. Черт. Еще это платье смотрится нелепо вне званого ужина. Идиотка. Заявилась на порог к обманувшему меня парню, и чего ради?

Тяжело выдыхаю и несколько раз шлепаю себя по щекам, приводя в чувства.

Все нормально. Сейчас я просто вернусь домой и забуду обо всем, что происходило последние месяцы. Сделаю вид, будто этого не существовало. В конце концов, мне не впервой.

Едва слышно ступая по холодному полу, выхожу в гостиную и замечаю на кофейном столике чашку, от содержимого которой исходит пар. От нее по комнате расползается аромат моего любимого чая. Брайан купил его во время одной из наших прогулок.

– Теперь мне всегда будет чем заманить тебя в гости, – сказал он тогда.

Глядя на напиток, чувствую, как в горле вновь встает ком.

Как же легко то, что мы любим, может стать ненавистно.

– Выпей, поможет немного успокоиться, – выходя из кухни, брат Брайана кивает на чашку. – Извини, что не представился раньше. Меня зовут Энтони.

– Не могу назвать знакомство приятным.

Замешательство на его лице мелькает лишь на секунду, быстро сменяясь формальной улыбкой.

Все же сажусь на диван, закинув на него ноги, спрятанные в подоле платья, и, взяв кружку, принимаюсь греть холодные после воды руки. Мой взгляд устремлен в одну точку, не решаясь гулять по слишком знакомому интерьеру. Никаких больше слез. Теперь точно.

Сконцентрировавшись на своей странной медитации, я и не замечаю, как Энтони тоже усаживается. Он долго молчит, давая пустоте поглощать меня, пока вдруг не протягивает сигарету прямо под нос.

Запах табака касается ноздрей, и я удивленно таращусь на мужчину.

– Не курю.

– Окей, – он убирает сигарету обратно в пачку и выдыхает, откидываясь на спинку дивана. – Можно узнать, чем мой брат так тебя расстроил?

Не выдержав, фыркаю и кидаю в сторону Энтони злобный взгляд.

– Будто ты не знаешь.

Звучит это грубо, а учитывая разницу в возрасте между нами, мне стоило бы говорить уважительнее. Но пошла к черту вежливость! Пошли к черту все Найты!

Он озадаченно хмурит брови.

– Из тех рассказов, что долетали до меня, казалось, будто у вас все отлично.

– Какая удача, – вновь не сдерживаю ехидства. – Ведь именно этого и хотел ваш отец?

Секунда осознания, и теперь Энтони смотрит на меня совсем иначе. Еще более озадаченно.

– Брайан сам тебе рассказал?

– Меня бы здесь не было, будь это так.

– Тогда кто?

– Мне показали видео вашего милого семейного ужина.

– Понятно.

Он вновь отворачивается, обдумывая услышанное. Я же чувствую, как все тело начинает ныть от усталости, и делаю глоток обжигающего напитка. Знакомый вкус отдает привычной кислинкой, но это не приносит ни капли наслаждения.

И принесет ли еще хоть раз?

Мои гастрономические размышления вновь прерывает Энтони.

– Могу я тоже посмотреть?

Сначала мне хочется его послать, напомнив, что этот разговор он слышал вживую. Но, глядя в его искрящиеся искренним сочувствием глаза, вспоминаю, как исключительно обходителен Энтони был все короткое время нашего знакомства, и злость тает, словно сахар в чае.

Отставляю кружку и беру в руки телефон. Как мило, что Гвен решила отправить мне копию видео, подарив возможность пересматривать его сколько душе угодно. Стерва.

Протягиваю устройство Энтони, тут же становящемуся сосредоточенным, а сама притягиваю колени к груди и прячу лицо в красной ткани, только бы не видеть это вновь.

Не хочу снова чувствовать, как сердце разбивается на осколки, которые мне и без того придется долго собирать обратно в подобие органа. Я слишком легко пустила туда Брайана, хотя столько времени не позволяла никому даже коснуться собственной души. Пряталась среди книг, оставляя возможность мучить меня лишь выдуманным мужчинам. Что ж, надо было продолжать в том же духе.

– Ясно, – произносит Энтони, и я вздрагиваю от неожиданности. – Я бы мог простить этого человека за нарушение нашего личного пространства. Хотя уверен, узнай об этом отец, он бы уже наказал всех виновных. Но что я точно не могу спустить с рук виновнику, так это намеренную подделку видео с целью выставить моего брата в плохом свете.

– О чем ты?

– Ты не заметила? Оно смонтировано, – он вновь включает запись, чтобы указать мне на едва заметную склейку, из-за которой мой рот тут же обретает очертания буквы «о». – Впрочем, неудивительно, что ты этого не увидела. Работа сделана хорошо, – он окончательно отдает мне мобильник и проводит рукой по уложенным волосам. – Вот только я присутствовал там и помню, разговор был совсем другим.

Огонек внутри начинает пылать сильнее. Но вместо того, чтобы облегченно выдохнуть, я лишь сильнее раздражаюсь.

– И чем же он отличался? Ваш отец не называл меня малолеткой? Не отправлял Брайана втираться ко мне в доверие? А Брайан, как послушный щенок, не бежал исполнить команду?

Энтони окидывает меня пристальным взглядом, а затем тянется к карману брюк.

– Не знаю, говорил ли тебе Брайан, но отношения у нас в семье довольно натянутые.

Я едва не закатываю глаза. Да ни у кого в семье не бывает все нормально! Но это не значит, что можно играть с чужими чувствами.

– В отличие от меня, Брайан всегда пытался сопротивляться отцу. Стремился уйти от влияния семьи, хоть его и затягивало назад, словно в зыбучие пески. Однако он не сдавался. И что я могу сказать наверняка: даже под дулом пистолета он не начал бы отношения с тобой, если бы сам этого не хотел, – Энтони протягивает свой телефон с открытой на экране перепиской. – Он убьет меня, когда узнает. Но надеюсь, это сможет хоть немного тебя переубедить.

Я неуверенно беру гаджет в руки.

– В тот вечер Брайан отказал отцу. Поэтому, когда он написал мне это, я был очень удивлен.

Смотрю на экран, пытаясь сфокусировать взгляд, а когда это наконец получается, сердце сжимается от первого же сообщения.

«Энтони, кажется, я влюбился».

«Если ты пьян, то просто скажи, куда вызвать такси. У меня нет времени».

«Я абсолютно трезв. А еще в абсолютной заднице».

«Что происходит?»

«Девушка, в которую я влюбился, это Скарлетт Мун. И теперь я чертовски боюсь, что старик все испортит».

«Я что-нибудь придумаю. А пока будь осторожен».

«Спасибо. Я не прощу себя, если с ней что-то случится из-за нашей семьи. Она правда дорога мне».

Дочитав сообщения, я отдаю Энтони телефон и вновь обнимаю колени, пытаясь унять беспокойство. В голове полное непонимание происходящего, а во рту застревает крик. Что происходит? И как я вообще оказалась во все это втянута? Кому стоит верить? Вопросы жужжат внутри, словно рой надоедливых ос, так и стремящихся ужалить. Но один из них звучит громче остальных:

Где, черт возьми, Брайан?

Глава 32

Брайан

Ничуть не удивлюсь, если после этого заезда в мой почтовый ящик придет парочка штрафов за превышение скорости. Но я просто не могу оставаться спокойным и медлить, пока перед глазами то и дело вырисовывается заплаканное лицо Скарлетт. Нет. Это слишком. Даже мысль о том, что я стал причиной слез малышки Мун, разрывает душу на атомы.

Не говоря уже о том, что я испытываю, на секунду позволяя себе вспомнить рассказанную Ханной историю.

Руки крепче сжимаются на руле, а челюсти едва не скрипят.

Не сейчас. Совсем не время.

Паркуюсь неподалеку от дома Скарлетт. Там, где совсем недавно мы самозабвенно целовались, представляя, сколько еще успеем, пока ей не придется вернуться на учебу, а мне вновь с головой уйти в работу.

Учеба.

Я едва не бьюсь головой об руль, обрушивая на себя проклятия. Какой же я придурок! Надо было скорее ехать сюда, не дожидаясь, пока Ханна решит размазать меня по стенке. Не знаю, решилась ли в итоге Скарлетт на разговор с родителями, но если да… Остается надеяться, что все прошло лучше, чем могло бы.

Пока я поднимаюсь на лифте, телефон в кармане неожиданно подает признаки жизни. Одновременно с надеждой и страхом спешу проверить, предвестником чего стал сигнал, но это оказывается всего лишь сообщение от Энтони.

«Буду у тебя через пять минут. Ты дома?»

Как мило, что ты спросил об этом перед тем, как приехать, братец!

Хочу написать саркастичный ответ, но двери лифта открываются на нужном этаже, и меня пронимает дрожь. Кладу телефон обратно в карман, в конце концов, у него есть запасной ключ, и выхожу в коридор.

За знакомой дверью звучат веселые голоса, а значит, вечер в самом разгаре. Интересно, кто-то из них заметил терзания Скарлетт? Кто-то попытался ее утешить? От мысли, что они оставили ее совсем одну, внутри просыпается ярость, которая, впрочем, быстро улетучивается, ведь я и сам оставил ее одну.

Зайдя внутрь, здороваюсь с нанятым для встречи гостей мужчиной и, представившись, жду, пока он найдет меня в списке гостей.

– Проходите, – все же наткнувшись на мое имя, приглашает он.

– Спасибо, – киваю я.

Можно ли считать тот факт, что меня до сих пор не убрали из списка приглашенных, хорошим знаком?

Внутренний голос отвечает отрицательно, не забыв приправить все это парочкой неприличных выражений.

А я не могу не согласиться.

Проходя по залу, который Муны так удачно переоборудовали для встречи многочисленных гостей, сканирую присутствующих, пытаясь выследить одного-единственного человека. Было глупо надеяться так просто найти ее, ярко улыбающуюся, среди своих родственников, но сердце все равно неприятно колет, когда я понимаю, что Скарлетт здесь нет.

Зато есть кое-кто другой. Тот, кто – я не сомневаюсь – помог Ханне заварить всю эту кашу.

Она весело хохочет, отвечая мужчине в костюме. Очевидно, он хочет поскорее сбежать, но боится показаться грубым. Поэтому, завидев меня, едва сдерживает вздох облегчения.

– Где Скарлетт? – без лишних церемоний спрашиваю я, не обращая внимания на поспешно удаляющегося мужчину за моей спиной.

Сначала Гвен кажется удивленной, но быстро берет себя в руки, делая глоток вина и напуская на лицо обиженный вид.

– Вообще-то ты прервал важный разговор, – хнычет она. – Но я готова простить тебя, если ты…

– Мне это неинтересно.

Ее брови подрагивают, пока сама девушка словно не может определиться, какую эмоцию транслировать.

– Грубиян.

– Тебе ли об этом говорить, – фыркаю я, засовывая руки в карманы.

Бить людей плохо. А девушек и вовсе запрещено. Помни об этом, Брайан.

Но как же на это напрашивается самодовольное лицо напротив.

– Не понимаю, о чем ты, – прикрыв рот бокалом, она делает еще один короткий глоток, оглядываясь по сторонам. – Но, признаться честно, я удивлена, что ты приехал. Сколько в тебе наглости!

Значит, интуиция не подвела.

– Еще раз спрашиваю, где Скарлетт?

У меня нет никакого желания узнавать, как именно они с Ханной все провернули. Общая картина мне понятна, а детали не имеют значения, пока я не увижу, что Скарлетт в порядке.

– Ушла.

Сердце падает к пяткам.

– Что значит ушла?

– Если ты еще не понял, то мы не подруги, чтобы я была в курсе, куда она собралась! Я просто видела, как она выбегает из квартиры.

– Черт.

– На твоем месте я бы оставила ее, – пальцы касаются края моей рубашки, проводя дорожку вниз, пока их хозяйка самозабвенно лыбится. – Карли всегда была неудачницей и ею же останется.

Почувствовав лишь новый приток отвращения, я сбрасываю ее руку.

– На твоем месте я бы закрыл рот.

Не могу больше сдерживать злость, поэтому выхватываю у нее бокал и без раздумий разбиваю его об пол.

Гвен вскрикивает, а люди вокруг оборачиваются в нашу сторону. Попытка не привлекать лишнего внимания провалена. Но я ни о чем не жалею. Разворачиваюсь и уже собираюсь уйти, пока здесь не появились родители Скарлетт и не забросали меня вопросами, но прежде тыкаю в Гвен пальцем и сквозь зубы произношу только одно:

– И запомни уже наконец, ее зовут Скарлетт, а никакая не Карли. Дура.

Закрыв за собой дверь, продолжаю чувствовать обжигающие спину взгляды, хоть те и остались за порогом. Даю себе пару секунд, чтобы отдышаться, прежде чем вновь дать бразды правления панике.

Где она? Куда пошла?

Черт. Черт. Черт.

– Надеюсь, ты еще не нашла проблем на свой прекрасный зад, – достаю из кармана телефон, собираясь вновь попытать судьбу и набрать номер Скарлетт.

Но меня останавливает новое сообщение Энтони:

«Не знаю, что у вас произошло, но здесь твоя девушка. Она в ванной и вся в слезах».

За ним идет следующее, отправленное меньше чем через минуту:

«Я оторву тебе яйца, если это ты довел ее до такого состояния. Поторопись».

Облегченный вздох смешивается с треском в груди. Она пришла ко мне. Ко мне. Неужели не поверила тому видео? Но о каком состоянии говорит Энтони? Она плакала? Но почему…

Хватит гадать, идиот. Езжай и выясни. И не забудь поваляться в ее ногах, мы не можем потерять эту девушку.

Внутренний голос прав. Не в силах ждать, пока приедет лифт, я бегу к лестнице и, перепрыгивая через несколько ступенек за раз, мчусь вниз.

Энтони не соврал. Она и правда здесь. В моей квартире. Сидит на диване в моей гостиной. Из всех мест в этом чертовом городе она пришла именно сюда. И несмотря на то, что этот факт не может не радовать, остается еще одна вещь, которая очевидно портит картину. Брат не соврал и во втором сообщении. Глядя на Скарлетт, я замечаю, какими красными стали от слез ее глаза, как щеки поблескивают от мокрых дорожек на коже, а зубы прикусывают нижнюю губу, пытаясь скрыть дрожь.

Она кажется совсем маленькой, сидя на этом огромном диване, и мне так отчаянно хочется сгрести ее в объятия. Но пока сердце разрывается на куски от вида боли, плещущейся в прекрасных карих глазах, я не могу сделать и шага.

Это из-за меня. Она плачет из-за меня.

И это заставляет ненависть к самому себе разгораться внутри.

Недовольное кряхтение в стороне отвлекает, сбрасывая пелену с моих глаз.

– Что-то срочное? – ломающимся голосом спрашиваю я у недовольно поглядывающего на меня брата.

На его лице читается понимание, и Энтони кивает, тяжело вздыхая и медленно вставая с дивана.

– Может подождать.

Прежде чем уйти, брат кидает неуверенный взгляд в сторону Скарлетт и, на секунду замешкавшись, вдруг протягивает ей свою визитку.

Малышка Мун смотрит на него с таким же удивлением, как и я.

– Если этот придурок еще хоть раз тебя обидит, – откашлявшись, произносит он, – звони мне. Я точно придумаю, как его наказать.

Девушка шмыгает носом и все же забирает визитку, пока я закатываю глаза.

– Вали уже!

– А ты тут не командуй, – проходя мимо, Энтони бьет меня по плечу и чуть слышно произносит: – Не суетись. И не дави на нее.

Киваю, чувствуя, как язык прилипает к нёбу. Он прав. А я не уверен, что смогу сейчас найти в беспорядке своих мыслей хоть одно подходящее слово.

Меньше чем через минуту дверь за Энтони захлопывается, погружая нас в звенящую тишину. Я продолжаю стоять на том же месте. Ноги словно прирастают к полу, отказываясь двигаться дальше. Кидаю нерешительный взгляд в сторону дивана: Скарлетт, все такая же поникшая, разглядывает ткань своего платья. Только сейчас я замечаю, что на ней надето. Красное, чертовски подходящее ей платье. Даже заплаканная и расстроенная, она выглядит как моя самая заветная мечта.

И наверное, именно эта мысль заставляет меня наконец сделать шаг вперед.

– Скарлетт, – от моего тихого голоса она вздрагивает, и это ощущается словно выстрел в грудь.

Но, собрав волю в кулак, я продолжаю двигаться к дивану, чтобы уже через секунду сидеть перед малышкой Мун на коленях. Смотрю на нее снизу вверх, пока она продолжает игнорировать меня. Аккуратно забираю из ее рук чашку, отставляя в сторону. Она не сопротивляется ни сейчас, ни после, когда я беру ее едва теплые ладони в свои.

– Скарлетт, я…

– Энтони мне все объяснил.

Ее голос пропитан печалью. Она говорит спешно, надрывно, словно вот-вот разрыдается, и от этого находиться так далеко от нее становится невыносимо. Но не думаю, что имею право приблизиться прямо сейчас.

– Не знаю, что он сказал, но…

Подняв голову, Скарлетт вглядывается в мои глаза своими, красными и полными слез.

– Я знаю, видео было отредактировано. Энтони много чего сказал, но… – она зажмуривается и грустно усмехается. – Но в каждой лжи есть доля правды, так? И на первое наше свидание ты пришел ради этого плана.

– Ты права.

Вижу, как ее плечи опускаются все ниже, и спешу продолжить:

– Права, но ты ведь тоже познакомилась со мной из-за своего отца. Это ты предложила разыграть отношения, а я согласился быть пешкой в твоей игре.

– Но…

– А потом понял, что больше не притворяюсь, – мои слова заставляют ее замереть, и я пользуюсь моментом. – Не хочу представлять свою жизнь без тебя. Без сумасшествия, на которое способна лишь Скарлетт Мун. Уже говорил, я люблю тебя, Скарлетт. И это не было ложью. Я никогда не был с тобой из-за отца. Только по собственному отчаянному желанию узнать, какое еще безумие ты вытворишь дальше. Но, признаться честно, стоит поблагодарить его, поскольку наше знакомство – лучшее, что со мной случалось.

Прежде чем склонить голову, я замечаю, как уголки ее губ едва заметно дергаются вверх.

Неужели лед тронулся?

– И я не хочу терять ни тебя, ни наши походы на концерты, когда твои глаза сияют ярче звезд на чертовом небе. Ни те моменты, когда мы просто лежим на одной кровати, а твоя грудь вздымается от смеха или удивления, пока ты читаешь свои порнушные книжки.

Даю себе секундную передышку и отмечаю, насколько быстро бьется мое сердце.

– Поэтому, пожалуйста, – выдыхаю я, – не бросай меня, Скарлетт Мун. Потому что я больше не знаю, как можно жить без тебя.

Медленно и неуверенно я поднимаю голову и встречаюсь с ней взглядом. По ее щекам вновь стекают соленые ручьи, а губы складываются в кривую линию. Но я жду, не решаясь даже моргнуть.

А потом она падает. Ударяется коленями о мои бедра и наваливается на меня, оставляя удары кулаками на груди и плечах.

– Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу! – сквозь всхлипы восклицает она. – Я обещала себе больше никогда не страдать из-за парней, а тут появился ты. Весь такой хороший и заботливый! Поверила тебе как дура, а в итоге снова рыдаю. Бесишь! Я приехала только для того, чтобы высказать, какой ты придурок! А ты говоришь о любви? Да как ты смеешь!

Пока Скарлетт продолжает едва ощутимо колотить меня, я не спеша кладу руки ей на талию и притягиваю ближе. Вот так, правильно. Сжимаю в объятиях, бережно поглаживая затылок, пока ее всхлипы затихают на моей груди.

– Прости, малышка.

Нерешительно целую ее волосы, вдыхая любимый аромат вишни. Такой родной. Такой желанный.

– Заткнись, – шмыгнув носом, она неразборчиво бурчит мне в грудь: – И обними крепче.

Я хмыкаю и с удовольствием выполняю приказ.

Еще с час мы просто сидим на полу. Я даю Скарлетт достаточно времени успокоиться и не произношу ни слова. Просто глажу ее волосы и обнимаю, давая понять – я рядом.

Даже когда ноги затекают настолько, что, кажется, возможность ходить утрачена навсегда, я все равно не двигаюсь с места.

Но вскоре это делает сама Скарлетт.

Неловко пряча лицо за волосами, она выпрямляется и проводит ладонями по оголенным плечам.

– Хочешь переодеться? – спрашиваю я, вставая следом и делая вид, что притяжение совсем не тянет меня обратно.

Скарлетт кидает задумчивый взгляд на красный подол и на минуту замирает, словно взвешивая все за и против.

– Да, – наконец отвечает она, не поднимая глаз. – А еще в душ.

Это оттягивает нависший над нами разговор еще на некоторое время.

Я отношу в ванную стопку своей одежды, а затем и сам стягиваю парадную форму, облачаясь в домашние штаны.

Каждая минута тянется словно вечность, пока я жду, когда она выйдет из душа. Но и сейчас у меня и в мыслях нет ее торопить. Хотя сам умираю от прожигающей грудь тревоги, я готов ждать столько, сколько потребуется.

Пусть Скарлетт соберется с мыслями. Нам обоим это не помешает.

Когда шаркающие шаги достигают порога кухни, как раз делаю первый глоток свежезаваренного чая. Кипяток обжигает язык, но я не обращаю на это внимания. Медленно ставлю кружку на столешницу, чувствуя, как каждая мышца напрягается, пока звуки за спиной становятся все ближе.

В голове идет активный мыслительный процесс, в котором мои последние нервные клетки пытаются придумать дальнейшие действия. Должен ли я вновь обнять ее? Или стоит повременить? С чего начать? Что сказать? Волосы на голове едва не вспыхивают, пока мысли бурлят в черепной коробке.

И пока я перебираю десятки вариантов развития событий, Скарлетт подходит совсем близко и берет меня за руку. Кажется, я даже дергаюсь от неожиданности, но послушно следую за ней, когда она, не сказав ни слова, тянет меня в сторону двери.

Совсем не ожидаю, что она приведет меня именно сюда. Но стараюсь не подавать вида, насколько я обескуражен, пока наблюдаю за тем, как Скарлетт завешивает плотные шторы моей спальни, погружая комнату во мрак.

Едва улавливая очертания вещей вокруг, я отчетливо слышу каждый звонкий удар собственного сердца.

– Скарлетт…

– Ложись в постель, пожалуйста, – тихо произносит она.

Хорошо, что в этой темноте не видно, насколько я напряжен. Насколько скованы мои движения. И как много сомнений в каждом из них.

Правильно ли все это?

Стараюсь откинуть подобные мысли, давая Скарлетт власть над ситуацией. Я сделаю все, чего малышка Мун только пожелает.

Откинув одеяло, ложусь на кровать и чувствую, как прогибается матрас с другой стороны. Уже через секунду, свернувшись рядом, она кладет голову мне на грудь, позволяя обнять себя и притянуть ближе.

Шестьдесят семь. Ровно столько ударов собственного сердца я отсчитываю, прежде чем заговорить.

– Прости, – шепчу я, боясь спугнуть момент, пока она, словно котенок, прижимается ко мне. – Это все из-за меня.

– О чем ты? – сиплым голосом отвечает она.

– Мне давно надо было добиться того, чтобы Ханна, моя бывшая девушка, перестала совать свой нос в мою жизнь. Должен был позаботиться об этом гораздо раньше, но все время откладывал в дальний ящик. Прости.

Слышу, как вздыхает Скарлетт, придвигаясь еще ближе.

– Думаешь, они с Гвен сговорились?

– Да, учитывая, что, пока тебе показывали то видео, мне рассказывали одну неприятную историю, – воспоминания вспыхивают словно открытая рана, и я стискиваю зубы. – И полагаю, о ней Ханне рассказала именно Гвен.

– Какую историю? – судя по очередному скрипу матраса, Скарлетт слегка приподнимается, вероятно, чтобы посмотреть на меня, но темнота в комнате этого не позволяет.

Поэтому, быстро вернувшись в мои объятия, девушка замирает, готовая слушать.

Вот только я не совсем уверен, готов ли говорить. Но я должен. Мы должны решить этот вопрос здесь и сейчас, иначе не знаю, как смогу существовать дальше.

Прочистив горло, закрываю глаза, и это будто помогает собраться с силами, чтобы произнести:

– Давай поговорим о твоем прошлом, малышка Мун.

Глава 33

Брайан

Не решаюсь назвать вещи своими именами, как и задать вопрос напрямую. Сделать подобное не позволяет ни подоспевший к горлу ком, ни страх вскрыть шрамы Скарлетт.

Однако моя осторожность не слишком помогает, ведь именно из-за нее малышка Мун так и не понимает, к чему я веду.

– Если ты хочешь услышать ответ, ковбой, то тебе придется быть точнее.

От старого прозвища тиски на груди слегка разжимаются, давая сделать желаемый вдох. Голос Скарлетт звучит гораздо живее, чем часом ранее, а это не может не радовать.

На секунду мне даже хочется отбросить все эти вопросы и просто замереть, уткнувшись носом ей в шею. Но я не могу.

– Как звали твоего бывшего парня?

Скарлетт неуверенно ерзает рядом.

– Джим. Но зачем тебе?

Беру секунду для разбега. Дороги назад нет.

– Ханна рассказала мне о том, что он сделал.

Произношу я на выдохе и затихаю, ожидая ответной реакции.

– И что же, по ее мнению, он сделал?

Свободной рукой включаю прикроватную лампу и поворачиваюсь на бок, чтобы смотреть Скарлетт прямо в глаза. Ее брови недовольно нахмурены.

– Это не мое дело. И ты не обязана мне рассказывать, – беру ее ладонь и прикладываю к собственной щеке, ощущая мягкость и тепло кожи. – Но, если вдруг захочешь, я рядом, чтобы выслушать. И если он сделал тебе больно…

Раздражение в карих глазах сменяется чем-то более отстраненным. Я с пониманием жду, с каждым мгновением все меньше надеясь, что Скарлетт заговорит. Но она делает это.

– Он пытался. Но Гвен ему помешала.

И ее ответ сбивает меня с ног своей неожиданностью.

– В каком смысле?

Она прикусывает губу, и я уже хочу начать извиняться за свой выпаленный ответ. Ее внутренние метания заставляют сожаление кипятить кровь. Скарлетт не обязана открывать свою душу нараспашку, если не готова.

Хоть мое эгоистичное нутро и очень этого хочет.

– У Джима были проблемы с алкоголем, – сфокусировав свой взгляд на моей футболке, Скарлетт начинает выводить контуры изображенного там динозавра пальцем свободной руки. А я замираю, боясь ее спугнуть. – Я узнала об этом незадолго до нашего расставания. Его друзья рассказали мне несколько историй о тех случаях, когда он забывал о норме и творил всякое. Но тогда я была уверена, что они преувеличивают, и даже не думала бросать его. Ведь со мной Джим всегда был нормальным.

С ее губ слетает грустная усмешка, а я, кажется, перестаю дышать.

– Мы с Гвен уже были не в лучших отношениях, но Джим и его друзья были ее компанией, а нам приходилось мириться с присутствием друг друга на вечеринках. И вот на одной из таких тусовок Джим узнал какую-то плохую новость и перестал отдавать себе отчет в том, сколько пьет. Когда я пришла, он был не в себе, но до меня это дошло не сразу. Сначала мне казалось, он просто проявляет внимание, что делал не так часто, поэтому я, наоборот, была счастлива. Приятно чувствовать себя желанной и любимой. Но через какое-то время безобидные на вид объятия переросли в ожесточенные попытки стянуть с меня одежду и… трахнуть.

Сжимаю кулаки, не давая своему сознанию даже представить эту сцену. Нет. Была бы у меня возможность, я бы прямо сейчас размазал лицо этого придурка по стенке. Наблюдать, с какой отрешенностью твоя девушка рассказывает, как какой-то урод пытался ее изнасиловать, – пытка покруче избиения в темной комнате.

Но я продолжаю слушать, стиснув зубы, потому что сам попросил ее открыть эту дверь.

– Мне было пятнадцать, и я совсем не так представляла свой первый раз, так что начала сопротивляться, – Скарлетт прикрывает глаза, а я больше не могу сдерживаться и крепко прижимаю ее к груди. – Это было отвратительно. И жутко. Думала, умру прямо на том потрепанном диване. Но именно в тот момент появилась Гвен. Она ударила Джима по голове и увела меня оттуда.

Всю историю до этого Скарлетт рассказывала ровным тоном, но именно на имени кузины ее голос почему-то ломается, а край моей футболки оказывается сжат ее кулаком.

– Я была так благодарна ей в тот момент, думала, даже смогу забыть обо всем плохом, стоявшем между нами раньше. Была уверена, что именно этот случай наконец завершит нашу вражду. Но у Гвен было иное мнение. Ее слова до сих пор порой всплывают в памяти, сколько бы я ни пыталась избавиться от них. «Тупая шлюха. Неудачница Скарлетт, которая всегда будет лишь удобной подстилкой. Только попробуй рассказать кому-то о произошедшем, и я лично распущу такие сочные сплетни, что твоя жизнь превратится в ад».

Сжимая хрупкое тело Скарлетт в своих руках, я начинаю жалеть, что не припугнул ее кузину сильнее. Какой же надо быть стервой, чтобы сказать подобное!

– Как выяснилось позже, она сама была влюблена в Джима. Но это была уже не моя проблема. Я постаралась просто забыть о произошедшем. «Ничего не было» – это я повторяла себе до бесконечности, закрывая стеной воспоминания о том вечере. Рассказала Дафне… и тебе.

Целую ее в лоб, прижимая еще ближе, хотя между нами и до этого не пролезла бы и долларовая купюра.

– Спасибо.

– За такое не благодарят, – шмыгнув носом, Скарлетт шутливо пихает меня в бок.

– Ты открылась мне, а я знаю, как непросто это может быть.

– Все нормально. Я давно о нем забыла, к тому же через год его посадили, потому что какая-то невероятная девчонка оказалась куда смелее меня.

– Ты тоже смелая. Не смей сомневаться в этом. Ты продолжила жить и улыбаться. Чувствовать, позволять себе и радость, и грусть. Не уменьшай свои заслуги, Скарлетт. Ты огромная молодец.

– Да, но… – она прикусывает губу, сомневаясь. – Если честно, эта история в конечном итоге повлияла на меня совсем иным способом.

– О чем ты?

– После того случая Гвен не раз заставляла меня усомниться в себе. Из-за нее и ее постоянных выпадов в мою сторону я начала думать, что и правда безнадежна в плане отношений. После Джима у меня было несколько парней, но каждый раз это превращалось в катастрофу. Я не боялась ни близости, ни эмоциональной привязанности. Но отношения заканчивались из-за какой-нибудь глупости, а Гвен тут же оказывалась рядом, в очередной раз нашептать о моей обреченности. И со временем я сама в это поверила, – ее тело дергается от нервного смешка. – С одной стороны, благодаря этому я не стала зацикливаться на истории с Джимом, но с другой – была готова навсегда отказаться даже от мысли, что могу быть счастлива с кем-то.

– Просто те парни были полными придурками, раз не держались за тебя. Хотя мне стоит отдать им должное, ведь иначе я мог бы так и не встретиться с тобой. А это была бы большая потеря.

– Дурак, – стукнув по плечу, она прячет лицо на моей груди. Ткань крадет некоторые звуки, но я все же слышу, как она произносит: – Спасибо.

Улыбаюсь и зарываюсь в ее волосы, вдыхая аромат дома. Даже удивительно, как за такой небольшой срок Скарлетт Мун умудрилась стать для меня тем самым домом.

Осталось только сделать все, чтобы не лишиться ключей от входной двери.

Утром, оставив Скарлетт записку и свежий завтрак с круассанами из ближайшей кофейни, я сбегаю из квартиры, чтобы встретиться с Энтони.

Стоит выйти на улицу, как я тут же замечаю его новенькую «Ауди», припаркованную неподалеку. Не знаю, какая это уже по счету машина в его коллекции. Кажется, я сбился еще после одиннадцатой. С его страстью к тачкам успевать следить за обновлениями – непосильная задача.

Сам брат сидит за рулем и с пугающим спокойствием разговаривает с кем-то по телефону. Поэтому, садясь на пассажирское сиденье, я не произношу ни звука.

Энтони кивает мне, не отвлекаясь от разговора.

– Если она хочет, то я пойду на уступки. Но пусть не думает, что это достанется ей безвозмездно, – искоса смотрю на брата, который взглядом сверлит руль перед собой. Интересно, кто успел с утра пораньше так вывести его из себя? – Хорошо. Я перезвоню.

Закончив разговор, брат откидывает голову назад и прикрывает глаза. Я его не трогаю. Знаю, что в такие моменты он похож на бочку с порохом, готовую взорваться от малейшей искры.

Даю ему достаточно времени перевести дух, а сам оглядываюсь по сторонам. Навязчивое ощущение присутствия Ханны вряд ли покинет меня в ближайшем будущем. Но я уже связался с кем надо, чтобы точно получить запрет на ее приближение… То, что она творила, не похоже на поведение нормального человека. А мне надоело пытаться быть хорошим для всех. Я устал. И больше не собираюсь оберегать чувства остальных себе во вред.

Кстати, об этом.

– Кто это был?

– Леон, – секретарь брата, за последние пару лет ставший для Энтони правой рукой, и просто человек, которого я готов возвести в лик святых за его терпение. Кому, как не мне, знать, каким невыносимым занудой может быть мой брат. Особенно в рабочих вопросах. – Кларисса решила выпустить коготки и прогуляться ими по моей спине.

– О чем ты?

Кларисса – выбранная отцом дочь одного из его партнеров. Мне никогда не нравилась его идея женить Энтони по расчету. Впрочем, я готов сказать подобное обо всем, что делает и думает Майлз Найт. Но договорной брак в двадцать первом веке, серьезно?

– Не забивай голову – таков ответ брата каждый раз, когда разговор касается этой темы. – Видимо, малышка Иса хочет узнать, как долго я смогу оставаться джентльменом.

Вопросительно выгибаю бровь, но Энтони не обращает на это внимания.

– Отец хочет поговорить с тобой. Поэтому я и приезжал вчера.

– И ты позволил мне заставить Майлза Найта так долго ждать?

На губах Энтони мелькает довольная ухмылка.

– Иногда это бывает полезно.

Ни секунды не медля, он заводит машину и блокирует двери, не давая мне шанса на побег.

– Какого?! – рявкаю я, кидая на брата гневный взгляд.

– Я тебя подвезу, – спокойно произносит он, вжимая педаль газа в пол.

Меня прижимает к креслу, вмиг поднимая уровень адреналина в крови, и я спешу пристегнуться. Любовь Энтони к скорости еще в подростковом возрасте заставила меня выучить пару молитв, а еще запомнить одну простую вещь: никогда не ездить с ним в одной машине, если за рулем не я. Фатальная ошибка.

– Сбрось скорость! Если тебе жить надоело, то это не значит, что я готов отправиться с тобой на тот свет! Позови Леона, он с удовольствием примет смерть от твоей руки.

– Не преувеличивай, – задорно улыбаясь, перекрикивает он звуки сходящего с ума двигателя. – И внимательно слушай то, что я сейчас скажу.

– Я бы с удовольствием, вот только слишком занят мыслями о скорой смерти.

Он закатывает глаза и чуть сбрасывает скорость.

Наконец-то.

– Скажи отцу, что отказываешься от наследства.

Еще не успевший прийти в себя после неожиданной встряски разум вновь переворачивается вверх дном.

– Чего?

Брат не обращает внимания на мой опешивший взгляд, продолжая искусно лавировать между другими машинами.

– Ты и так давно не живешь на его деньги. И мы оба знаем, он не отстанет от тебя, пока будет считать, что имеет при себе рычаг давления. А для старика нет ничего важнее денег.

Не то чтобы я сильно рассчитывал на благосклонность отца к своей персоне, когда тот будет составлять завещание, но, отказавшись от всего, я оставлю Энтони одного разбираться со всем дерьмом. А это походит на предательство.

– В двадцать пять ты получишь доступ к трастовому фонду, оставленному мамой, – продолжает брат. – А если тебе понадобится финансовая или какая-либо еще помощь, я всегда буду рядом. И отец на это никак не повлияет.

– Энтони.

– Я хочу, чтобы ты перестал зависеть от этого козла. Хоть кто-то из нас должен стать по-настоящему счастливым, и у тебя в этом деле намного больше шансов.

Всматриваюсь в его профиль, но не замечаю никакой припрятанной грусти.

– Но как же ты? Я не могу оставить тебя одного.

– И не оставишь, – подмигивает он. – С ролью брата ты и так справляешься. А с остальным я разберусь сам. Не надо разделять со мной ответственность и прочее. Я справлюсь. И мне будет гораздо проще, если в этот момент мне не придется переживать и за тебя тоже.

Воздух в легких начинает обжигать. Что ответить? Правильное ли это будет решение? Говорит ли Энтони правду или просто храбрится? Он всегда пытался оберегать меня. Быть настоящим старшим братом. Имею ли я право отплатить ему за все это побегом?

– Не думай обо мне, Брайан, – будто читая мои мысли, строго произносит Энтони. – Я уже все сказал тебе. Но, как бы я ни надеялся, что ты меня услышал, принимать окончательно решение все равно тебе. А теперь вали из моей тачки!

Все еще пребывая в каком-то вакууме, я киваю и выбираюсь наружу, оказываясь прямо около входа в огромное офисное здание, принадлежащее Майлзу Найту. Человеку, столько лет терроризирующему меня.

– Вообще-то я ждал тебя вчера, – первое, что произносит отец, когда я захожу в его кабинет. – С каждым разом твои опоздания все больше и больше удивляют меня. Хотя, впрочем, чего еще ожидать от такого ничтожества.

Ничего так не бодрит с утра пораньше, как вскипающая злость при виде отца. За всю свою короткую речь он даже не поднимает головы. Сидя в своем огромном и пустом, как его сердце, офисе, он впервые вызывает во мне… жалость. Вечно ослепленный ненавистью, я и не задумывался, насколько на самом деле он жалок и одинок в своем надувном замке из тщеславия.

– Что ты хотел?

Раз у него нет времени, чтобы нормально со мной поздороваться, то и я не буду тратить свое на лишние любезности. К тому же он совсем их не заслужил.

Отец окидывает меня раздраженным взглядом, но все же приглашает пройти внутрь. Конечно же, не занять одно из его идеальных кожаных кресел. Такой чести я не заслужил ни сегодня, ни когда-либо еще.

– Наглый мальчишка. Раз ты так и не выполнил мое поручение сблизиться с малолеткой Мунов, я нашел для тебя другой способ побыть полезным. Ты должен…

– Не интересует, – отрезаю я, с удовольствием наблюдая, как на лице отца расцветает ярость.

– Что ты сказал?

– Я сказал, больше не собираюсь быть твоим мальчиком на побегушках. И не называй Скарлетт малолеткой. Ты не стоишь и волоска на ее голове, так что не смей произносить ни слова своим грязным ртом в ее сторону.

Затишье перед бурей длится пару секунд. Майлз позволяет удивлению на мгновение мелькнуть на своем лице, прежде чем оно вновь станет грозной физиономией. Он взрывается так же помпезно, как извергается вулкан. Мой личный Везувий, окатывающий меня горячей ненавистью вместо лавы. Не сдерживая эмоций, он швыряет в меня первую попавшуюся папку, но та лишь отскакивает от стены и с глухим стуком падает на пол.

– Ты совсем страх потерял, паршивец?! Думаешь, я пропущу это мимо ушей? Да ты в ногах моих будешь валяться, вымаливая прощение! А иначе…

– Что? Иначе что? – не могу сдержать ликующей улыбки. Боже, как приятно давать отпор этому уроду. Ради подобного кайфа стоило так долго терпеть. – Что ты сделаешь, пап? Лишишь меня наследства? Вперед! Именно ради этого я и пришел. Больше не хочу, чтобы нас связывало хоть что-то, помимо долгой и неприятной истории, оставленной за плечами. Мне ничего от тебя не надо. И уж тем более больше не собираюсь быть твоим послушным щенком.

– Вы его послушайте! Послушный щенок. Да ты скорее уличная шавка, кусающая руку, которая ее кормит. Хочешь поиграть в самостоятельность? Пожалуйста! Но поверь мне, спокойной жизни не будет, когда в списке твоих врагов появляется Майлз Найт.

– Да пожалуйста. Твое влияние не безгранично. А мой работодатель достаточно ненавидит тебя, чтобы не поддаться на твои манипуляции. А если и поддастся, то найду выход. Но я больше ни секунды не собираюсь терпеть ни тебя, ни твои приказы. Пошел ты к черту.

Красное и надутое от злости лицо отца – наверное, это станет моим единственным счастливым воспоминанием во всей нашей семейной истории.

Хотя подождите.

Успев привыкнуть к часам на руке, я вдруг чувствую, как сильно они сдавливают мое запястье. Словно оковы, что отец надел на меня много лет назад. Ответственность, о которой я не просил и от которой сейчас с таким удовольствием избавлюсь.

Быстрым движением стягиваю ненавистный аксессуар с руки и со стуком кладу его на стол прямо перед носом отца.

– Прощай, папа. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся, – с улыбкой произношу я и, не давая Майлзу наговорить мне гадостей в лицо, спешу удалиться.

Он может сколько угодно кидать проклятия мне в спину и угрожать. Но я больше не боюсь. Какие бы трудности ни возникли на моем пути в будущем, я справлюсь. Тем более буду не один.

От мысли о Скарлетт внутри разливается тепло. Совсем скоро вновь заключу малышку Мун в объятия и забуду об остальном мире.

Наверное, впервые за всю жизнь, выходя на улицу, я вдыхаю свежий воздух полной грудью.

– Тебя подбросить? – подпирая машину задом, Энтони смотрит на меня сквозь солнцезащитные очки.

– Да пошел ты, – фыркаю я и сворачиваю по тротуару. – Я лучше пешком дойду, чем еще хоть раз сяду к тебе в машину, придурок!

Слышу его звонкое фырканье за спиной.

– Мне будет не хватать твоей недовольной мины на семейных обедах!

Усмехаюсь. Он не сомневался, что я поступлю так, как он сказал. Есть все-таки нечто общее у них с отцом. Но я уверен, Энтони никогда не станет столь же бессердечным, как пишет о нем желтая пресса. Нет, мой брат совсем другой. Он лучше. И я знаю, он справится.

– Передавай Скарлетт привет!

Кричит он вслед, а я, не поворачиваясь, показываю ему средний палец.

Глава 34

Скарлетт

В детстве моей любимой частью ежемесячного семейного обеда Мунов был десерт. Каждый раз нам подавали красивые пиалы с ванильным мороженым, политым кофейной карамелью, от вида которых глаза маленькой Скарлетт озарялись светом. Это была настоящая награда, окупающая все те часы натянутых бесед и улыбок, что приходилось пережить до того.

Правда, те годы уже прошли, и никакое мороженое больше не способно спасти ситуацию. Обычно я лишь нервно отсчитываю минуты, когда смогу сбежать, не оставив даже туфельки.

Однако сегодня все совсем иначе. Я не собираюсь тратить время и выслушивать прикрытые шутками язвительные высказывания, следить за тем, чтобы спина оставалась ровной, и уж тем более за тем, чтобы, не дай бог, в зубах не застрял шпинат.

Нет. Сегодня я поддаюсь не самой лучшей привычке Брайана и решаю просто опоздать. И неважно, кто и насколько будет этим недоволен. В конце концов, я и появлюсь там ради одного: устроить долгожданное шоу.

– Дыши, – сжав мою ладонь в своей, произносит Брайан, пока мы продолжаем сидеть на передних сиденьях его машины.

– Пытаюсь.

Нервно тереблю плотную бумагу конверта, искоса поглядывая на дом бабушки. Знакомый и таящий в себе столько неприятных воспоминаний.

– Если ты вдруг передумала, то это нормально. Можем просто поехать домой.

– Нет, – получается довольно резко, поэтому я тут же провожу пальцем по тыльной стороне его ладони. – Даже если не сработает, я хочу этого. Возможно, это сделает меня настоящей гадиной, но я слишком устала терпеть. Хочется вытворить какую-нибудь глупость.

Притянув мою ладонь, Брайан оставляет на пальцах короткий обжигающий поцелуй и расплывается в коварной ухмылке. И, должна признаться, выглядит он чертовски сексуально.

– Тогда давай сделаем это, – произносит он. – Если хочешь, могу даже попросить Харви ждать нас в заведенной машине, чтобы мы могли быстро скрыться с места преступления.

Впервые за последний час мои губы складываются в подобие полуулыбки. Освободив руку, тянусь к его щеке и провожу пальцами по гладко выбритой коже. От Брайана пахнет хвоей и ментолом – запах, одновременно вызывающий у меня мурашки и дарящий душе ощущение спокойствия. То, что надо.

– Думаю, мы прекрасно справимся вдвоем, – склонив голову, отвечаю я.

– Не сомневайся, – подмигивает он. – Мы отличная команда: ты убиваешь, а я заметаю следы и прячу тебя в своей постели. Плана надежней не придумаешь.

Брайан заставляет меня фыркнуть, а затем первым выбирается из машины. Я же, пользуясь секундой одиночества, пытаюсь собраться.

Может, мой план и не слишком хорош, а может, и вовсе похож на детскую пакость, но, справедливости ради, именно таковым и было все это бессмысленное противостояние с Гвен. И пора уже положить ему конец.

Поднимаясь по хорошо знакомой лестнице, чувствую, как сердце отбивает один глухой удар за другим, разнося нервозность по телу. Кажусь себе натянутой струной, готовой вот-вот лопнуть от переизбытка мыслей. Вопросы. Сомнения. Желание сбежать.

Но стоит Брайану приобнять меня за талию, как все плохое тут же уходит на задний план. Тепла его руки хватает, чтобы хоть ненадолго вселить в меня хоть каплю уверенности. У меня есть как минимум один единомышленник, а большего и не надо. Но кто знает, как долго продлится этот волшебный эффект и когда коленки вновь затрясутся от волнения, так что стоит поторопиться.

Когда мы входим в большую столовую, обед уже подходит к концу. За столом стоит привычная тишина, перебиваемая лишь стуком приборов о фарфоровые тарелки.

– Скарлетт? – первой нас замечает ба, чьи брови тут же хмурятся. – Почему вы так опоздали?

За ней свои внимательные взгляды на нас переводят и остальные собравшиеся. Я быстро пробегаю по ним глазами, замечая недовольные лица родителей, чуть не выбивающие почву у меня из-под ног. Наши отношения до сих пор натянуты, и как бы меня ни волновал этот факт, он может подождать. Поэтому двигаюсь дальше, минуя пустые места, по всей видимости, отведенные нам с Брайаном, и наконец натыкаюсь на нее. Гвен сидит рядом с бабушкой, на ее лице гневная гримаса, а немигающий взгляд направлен на руку парня на моей талии. Это и шуршащий в руках конверт заставляют довольную улыбку разлиться по лицу.

Я в шаге от того, чтобы крикнуть: «Выкуси, сучка» – но вынуждена держать себя в руках.

Пока.

– Прости, по пути прокололи шину, и нам пришлось сильно задержаться.

Оставив Брайана на пороге, подхожу ближе к бабушке и приветственно чмокаю ту в щеку. Чувствую, как Гвен продолжает сверлить во мне дыру своим взглядом, но делаю вид, что совсем этого не замечаю.

– Кстати, мы тут столкнулись с почтальоном, и он попросил передать тебе письмо. Кажется, тут штамп «срочно».

Передаю бабушке конверт, заставляя свои руки не трястись от волнения. Непроизвольно оборачиваюсь в сторону Брайана, он стоит на том же месте и выглядит так, будто действительно собирается расчищать нам дорогу для побега. Поэтому мне приходится прикусить губу, чтобы не усмехнуться.

– Странно, разве он не должен был отдать мне его прямо в руки? – осматривая конверт, произносит ба. – Надо будет написать жалобу. Люди совсем разучились выполнять свою работу как следует. И куда катится этот мир?

Надеюсь, после увиденного ба забудет о своих причитаниях, ведь будет обидно, если кто-то пострадает из-за несуществующего почтальона.

– Боже, он еще и адресом ошибся! Опять нам приносят вашу почту, Маргарет!

Тетя смущенно краснеет. Да, подобная путаница происходит не впервые. С тех пор, как пару лет назад тетя Маргарет заставила мужа купить дом по соседству со свекровью, надеясь выиграть этим несколько лишних баллов, их почта путается минимум трижды в год.

Вот только в этот раз это не какая-то случайность, и я скрещиваю пальцы за спиной, надеясь, что бабушка не избавится от конверта сразу, а пройдется глазами чуть дальше.

А зная любопытство своей ба, я ничуть не удивляюсь, когда все идет четко по моему плану.

– Это письмо для тебя, Гвен, – бабушка уже готовится отдать заветный конверт рядом сидящей девушке, но замечает отправителя и отдергивает руку, не давая кузине даже коснуться бумаги. – И тебе придется объясниться.

Нетерпеливо разрывая конверт, ба вытягивает оттуда письмо, пока Гвен переводит испуганный взгляд с бабушки на меня. В ее глазах страх и непонимание. Она похожа на загнанного зверька, и мне становится интересно, выглядела ли я так же, когда кузина показывала мне то видео. И испытывала ли Гвен столь же сильное моральное удовлетворение при виде этого? Надеюсь, нет. Это чувство слишком приятное.

Тем временем бабушка бегло пробегает глазами по письму, и с каждой прочитанной строчкой удивляется все больше.

– Ты собралась выйти замуж за преступника?! – не сдерживая злости, кричит она.

Тетя Маргарет тут же подскакивает с места, едва не роняя стул на пол. Она выглядит ошарашенной, что подтверждает ее звонкий голос:

– Что? Гвендолин Эмили Мун, а ну-ка объяснись!

Не ожидала такую реакцию от тети, ведь та всегда делала все, только бы избежать публичных скандалов с участием ее семьи. Все, лишь бы сохранить имидж перед бабушкой. Но, по всей видимости, даже эта публичная порка происходит с той же целью. Лживые показушники.

– О чем вы? Ничего подобного! – подскочив, в тон остальным кричит Гвен, а затем тыкает в меня пальцем. – Это все Скарлетт! Наверняка решила подставить меня перед вами, она всегда меня ненавидела!

О, как же ты глупа, дорогая кузина.

– Скарлетт? – поджав губы, бабушка переводит взгляд на меня.

Эту роль я репетировала достаточно долго, чтобы сейчас отыграть на все сто.

– Что ты, ба! Я бы никогда так не поступила. Тем более Брайан может подтвердить: мы и правда встретили почтальона на входе, – ба смотрит на парня, который тут же уверенно кивает. Мне даже немного стыдно, что я втянула его во все это, но Найт отлично справляется, оставаясь невозмутимым. – К тому же зачем мне придумывать подобное?

– Но… – хочет вновь воспротивиться Гвен, но бабушка поднимает ладонь, приказывая ей заткнуться.

Еще раз окинув конверт задумчивым взглядом, бабушка тяжело выдыхает.

– Хочешь сказать, тебе не знаком парень по имени Джим Питерс? – с лица кузины сходят всякие краски. Она уже готовится вновь отнекиваться, но ба начинает говорить быстрее. – Кажется, именно с этим парнем я просила тебя перестать общаться еще несколько лет назад. Но вместо того, чтобы меня послушать, ты решила быть с ним, даже когда тот оказался за решеткой?

Этот факт удивляет меня. Не знала, что между ними были подобные разговоры.

– Я… я… – еще никогда не видела Гвен такой растерянной.

В ее глазах уже сверкают слезы, а губы кривятся в неровной линии. Мне хочется сказать, что я испытываю от этого наслаждение, но это не так.

Однако и сказать, что сильно жалею о сделанном, тоже не могу. Эту войну начала не я, но именно я стану тем, кто поставит решающую точку. Произведу последний выстрел, который либо заставит Гвен отстать от меня, либо разожжет ее ненависть до таких размеров, что ей придется сгореть в ее огне. Но без меня. Нет. Что бы ни случилось, больше не собираюсь в этом участвовать. Ненависть выматывает. А я с радостью потрачу свои силы на куда более приятные вещи, чем придумывать очередные козни.

Пока кузина, сжимая кулаки, смотрит по сторонам, замечая сфокусированные на ней взгляды, я вспоминаю, как часто сама Гвен ставила меня в такое положение. По рукам пробегает неприятная дрожь.

Даже помня обо всем, что сделала мне кузина, капля жалости к ней не может испариться насовсем. Я была на ее месте и знаю, какое это отвратительное чувство, когда на лицах вокруг замирают кровожадные оскалы, требующие зрелища.

Заслужила ли подобное глупая девочка, ослепленная непонятной мне ненавистью? Не знаю.

– Дыши, – опаляя горячим дыханием, произносит знакомый голос прямо мне в ухо. – Я рядом.

Становясь за спиной, Брайан прижимает меня к груди и медленно уводит в сторону. Оставив короткий поцелуй на виске, он будто вновь вливает в меня жизненные силы.

– Спасибо, – тихо отвечаю я, желая поскорее воплотить в жизнь наши шутки про побег, но меня останавливает голос кузины.

– Это все она! – вопит Гвен. – Это все Скарлетт! Ненавижу тебя!

С этими словами, не дав никому даже опомниться, Гвен выбегает из столовой, громко хлопая дверью.

Сердце грустно охает в груди, а тело наполняет усталость, пока я вновь не слышу голос Брайана:

– Ты молодец. Ты справилась.

Он прав. Но сколько раз надо повторить это, чтобы наконец поверить?

– Что ж, – громогласный голос бабушки заставляет всех замереть в ожидании, – думаю, на этом наш обед закончен. Всем хорошего дня.

Первой из комнаты удаляется она, а после и остальные начинают подниматься со своих мест. Не дожидаясь, когда родители завалят меня вопросами, я хватаюсь за руку Брайана и спешу к выходу.

Один эмоциональный разговор в день – новое правило моей жизни. Иначе скоро я превращусь в лужицу, полную боли.

– Ты была права. План отлично сработал, – пока мы идем по длинному коридору, оставляя шумную толпу позади, произносит Брайан.

Киваю, не находя в себе энергии ответить вслух.

Да, я была права. Мой план удался, а все потому, что слишком хорошо знаю все недостатки нашей большой расколотой семьи. Да и о переписке Гвен с Джимом я узнала давно. Она сама рассказала. Намереваясь вызвать ревность, крутила одним из писем у меня перед носом.

И в итоге это обернулось против нее.

Да, сегодняшнее письмо фальшивка. Но мне прекрасно известно о том, как Гвен грезила о подобном предложении от Джима. Он стал ее мечтой. Надо признать, не самой лучшей, но все же мечтой. И те парни, что мелькали рядом с ней, были фикцией, о которой, по ее мнению, никто не догадывался.

И этот факт сильнее разжигает мою жалость к Гвен.

– Стерва! – неожиданно кричит она с другого конца коридора.

Помянешь черта.

Мы с Брайаном останавливаемся, выжидая, что собирается сделать та, но пока она лишь стремительно приближается, вопя на весь дом:

– Ты думаешь, я тебе не отомщу? Дам смеяться, пока я буду разгребать это дерьмо? Да я тебя живьем закопаю!

– На твоем месте я был бы аккуратнее со словами, – выступая вперед, Брайан заслоняет меня от взбесившейся кузины.

И я едва не позволяю себе заплакать. Мой чертов рыцарь, готовый ради меня подделать печать федеральной тюрьмы, принять удар острых ногтей сошедшей с ума Гвен и просто заставляющий мое сердце так быстро стучать. Не знаю, чем я его заслужила, но уж точно больше никому не позволю его забрать.

– Брайан, – касаюсь его плеча, заставляя отойти.

Парень смотрит на меня с недоумением, но все же делает, как я прошу.

– Что, думаешь, сможешь вечно прятаться от меня? – пугающе скалится она. – Думаешь, этот сладкий мальчик тебя спасет?

– Нет, – отвечаю на выдохе. – Я вообще не думаю ни о тебе, ни о твоей мести. И больше никогда не собираюсь тратить на это ни секунды своего времени. Не знаю, за что ты меня так ненавидишь, но я больше в этом не участвую. Ищи новую жертву, Гвен.

– Вы только взгляните на святую Скарлетт! – хлопнув в ладоши, восклицает она. – Не знаешь, почему я тебя ненавижу? Тогда давай расскажу! Я ненавижу, как легко тебе все достается, и что ты можешь ходить, надменно вскинув нос, а бабушка все равно будет любить тебя больше. Что самое лучшее всегда предназначено тебе. Парни, платья, даже моя чокнутая мать считает тебя лучше меня. А ты корчишь недовольное лицо, плачась, как тебе тяжело!

Проглатываю ком в горле.

Никаких слез, Скарлетт.

– Если ты и правда так думаешь, то тебе пора повзрослеть, Гвен. Все совсем не так, как это видишь ты.

– Да что ты?

– Можешь не верить мне. Просто отстань. Хватит доставать меня, пытаться задеть и выставить в плохом свете. Давай просто сделаем вид, что мы не существуем друг для друга. Так будет легче нам обеим.

– Ха! Как у тебя все просто! Но так не бывает, дорогая Карли.

Подойдя совсем близко, она больно тыкает меня пальцем прямо в грудь. Брайан за моей спиной придвигается ближе, готовый вернуться на свою позицию защитника, но я останавливаю его, крепко сжав запястье в своей ладони.

– Как скажешь, – выдавливаю из себя улыбку и делаю шаг в сторону. – Тогда мне больше нечего сказать тебе. Искренне надеюсь, что когда-нибудь ты станешь настолько счастливой, что забудешь обо мне. А пока я просто желаю тебе хорошего дня.

– Пошла ты! – фыркает девушка, но больше не загораживает нам путь.

Не отвечаю. Тяну Брайана за собой, и через минуту мы оказываемся на улице. Солнце ярко сияет на небе, и я зажмуриваюсь, наслаждаясь тем, как оно согревает мое лицо, пока понемногу прихожу в себя.

Брайан не торопит меня, терпеливо выжидая. Он лишь заправляет одну из прядей мне за ухо и одаряет мягкой улыбкой, когда я наконец открываю глаза.

– Готова? – дождавшись моего кивка, он подхватывает меня на руки и несет к припаркованной машине… – Как насчет того, чтобы этим вечером ты прочитала мне самый порнушный роман из своей коллекции, а потом мы повторили твои любимые сцены?

– Звучит многообещающе, – проводя рукой по кудряшкам на его затылке, я чувствую, как сердце наполняется искрящимся чувством счастья. – Но ты уверен, что готов к этому, ковбой? Как говорил классик, мои вкусы довольно специфичны.

Усмехнувшись, он как ни в чем не бывало произносит:

– Для меня нет ничего невозможного, когда это касается тебя, малышка Мун.

И пока я разражаюсь звонким смехом, он недовольно бурчит, усаживая меня на пассажирское сиденье.

– Иногда мне кажется, что ты самая неромантичная девушка на земле, – фыркает Найт, пристегивая мой ремень безопасности.

– Но ты же за это меня и любишь?

– Я люблю тебя просто так, малышка Мун. Мне не нужны для этого какие-то причины.

Смотрю на парня и ни на секунду не сомневаюсь в правдивости его слов. А что еще важнее, чувствую абсолютно то же самое.

Сама не замечаю, как притягиваю Брайана к себе и наслаждаюсь самым сладким поцелуем на свете. Мягкие и горячие – его губы совсем не похожи на мороженое с карамелью, но не думаю, что в мире существует десерт, способный стать для меня желанней.

– Увези меня отсюда, Брайан, – шепчу я, отстраняясь и вглядываясь в любимые хвойные глаза.

– Как скажешь, малышка Мун.

Эпилог

Скарлетт

Спустя полтора месяца

Сидя на привычном месте под нашим с Дафной любимым дубом, я заправляю волосы за уши и делаю глубокий вдох. Собираюсь с мыслями, отгоняя тревогу, заставляющую руки подрагивать, и открываю листок с расписанием на этот семестр.

Порывистый осенний ветер заставляет бумагу шуршать, выгибая ее в разные стороны, но это не мешает мне разглядеть текст. Пробегаюсь глазами по спискам, замечая, как мало попадается знакомых названий, и чувствую, как уголки губ сами по себе тянутся вверх.

– Ты сделала это, Скарлетт, – шепчу самой себе.

Я и правда сделала это. Поменяла специальность, выбрав другие предметы, и теперь готовлюсь к совершенно новому учебному году. Не сомневаюсь, легко не будет, но все равно чувствую радостное предвкушение. Что бы там ни было, я обязательно справлюсь.

Но на секунду все перед глазами плывет, когда я даю капле грусти проникнуть в мои мысли.

Родителям пришлось смириться с моим решением, но отношения с папой так и не вернулись к норме. Я понимаю – как раньше уже не будет, и стараюсь радоваться тем небольшим шагам, которые мы понемногу делаем в сторону примирения.

Надеюсь, когда-нибудь папа снова назовет меня цыпленком, и мы вместе посмеемся над прошлым. А пока я просто буду делать все, доказывая, что приняла верное решение.

Мама же изо всех сил пытается меня поддерживать, хоть ей и тяжело оставаться на двух фронтах одновременно. Но я не давлю на нее. В конце концов, у меня появилась поддержка вне семьи.

И сообщение именно от этой поддержки заставляет мой телефон завибрировать в кармане.

«Прости, что не подбросил, малышка. Удачного дня».

Улыбаюсь и шлю ему котика с сердечком в ответ.

– Боже, вы только посмотрите на эту довольную лыбу! Неужели Найт скинул фото своего пресса на удачу?

– Может, и скинул! – показывая язык, прячу телефон в карман и поднимаю взгляд на пришедшую подругу. – Боже мой!

Я едва не падаю, слишком ошарашенная увиденным.

– Кто ты и что ты сделала с моей подругой?

– Это всего лишь загар, не делай из мухи слона! – откинув волосы назад, Дафна закатывает глаза и садится рядом.

Ее кожа сияет непривычным золотистым оттенком, заставляя волосы выглядеть еще светлее. На губах, накрашенных блеском, счастливая улыбка, а в зеленых глазах словно сияют звезды. Разница между нею до отдыха и после разительна, и меня тут же охватывает любопытство.

– Хватит пялиться на мои ноги! – шлепнув меня по плечу, восклицает Дафна.

А я и правда не могу отвести взгляд от ее золотистых конечностей, выглядывающих из-под клетчатой юбки. Но, справедливости ради, я никогда не видела подругу с загаром, поэтому считаю, что имею на это полное право.

Я в шоке!

– Не знаю, что случилось с тобой на отдыхе, но определенно хочу услышать эту историю, – до сих пор не веря собственным глазам, тыкаю ее в ногу пальцем с целью убедиться, что это не плод моего воображения, и получаю очередной шлепок. – Ауч!

– Не распускай руки, дорогуша! – хмыкает она и тянется к сумочке, достать оттуда зеркало и проверить макияж. – С удовольствием расскажу, но позже. На первой паре будет новый преподаватель, и мне никак нельзя опоздать.

Хлопнув зеркальцем, она встряхивает волосы и задорно подмигивает.

– Дафна Баллард и не опаздывать – это антонимы, – подруга в очередной раз закатывает глаза, а после спрыгивает со стола, намереваясь уйти, но я ловлю ее за руку. – Ладно, ладно, подожди! Лучше скажи мне, как твоя мать не убила тебя прямо в аэропорту?

От упоминания родительницы губы Дафны складываются в ровную линию.

– Еще одна длинная история, – выдыхает она. – Но теперь у меня в комнате стоит целая коробка солнцезащитного крема. Все, я убежала!

Она не дает мне сказать ни слова, сбрасывает мою руку и сбегает в сторону кампуса. А я кидаю взгляд на время, ничуть не сомневаясь, что Дафна опять опоздает. Хотя подруга доказала свою способность удивлять.

Закинув лист с расписанием обратно в сумку, я оглядываюсь по сторонам, отмечая – все здесь осталось как прежде. Та же бессменная группа студентов у озера, тот же неровный стол подо мной и то же дерево сверху. Этот факт греет душу. Пусть хоть что-то в этом мире остается стабильным.

– Пора и мне окунуться в мир знаний, – вздыхаю я, сползая со стола.

Когда я захожу в здание кампуса, занятия уже начались, но мне некуда спешить. Встреча с Дафной и необходимость решить мелкие административные вопросы вынудили меня приехать в университет на час раньше. Поэтому, пользуясь моментом, я решаю прогуляться в одиночестве. Пройтись, скользя пальцами по каменным стенам, вслушиваясь в шум, вырывающийся из-за дверей аудиторий.

Да, тут ничего не поменялось. А вот я – да. Что бы сказала прошлогодняя Скарлетт, увидев меня сейчас? Была бы она рада или, наоборот, крутила бы пальцем у виска? Я одинаково ярко вижу обе картины и никак не могу выбрать одну из них. Да и нужно ли это?

Жизнь идет. Мы меняемся. И мне надо как-то смириться с этим фактом.

– Прогуливаешь в первый же день, малышка Мун?

От знакомого голоса по спине прокатывается волна мурашек.

Оборачиваюсь и вижу его. В коричневом поло и черных джинсах, с растрепанными волосами и обаятельной улыбкой.

Мое сердце сходит с ума от одного его вида.

– Хочешь наказать меня за это, Найт?

– Возможно, – ухмыляется он, склонив голову.

С секунду мы просто смотрим друг на друга, пока чаша моего терпения не переполняется и я не срываюсь с места, уже через секунду оказываясь у него на руках и самозабвенно впиваясь в любимые губы.

Губы, которые без конца шепчут мне нежности на ухо и порой будят меня по утрам. Губы, которые заставили меня снова поверить в любовь.

– Что ты здесь забыл? – пытаясь перевести дыхание, отстраняюсь я.

– Пришел похитить принцессу из замка. Так ведь поступают книжные парни?

Прикусив губу, я все равно не могу сдержать улыбку.

– Тогда я определенно хочу узнать продолжение этой истории.

– О, поверь, тебе понравится, – отвечает он, прежде чем вновь меня поцеловать.

А я ни на секунду не сомневаюсь в правдивости этих слов. Когда Брайан рядом, иначе и быть не может.

Благодарности

Ну вот и все… Шок. У вас в руках написанная мной книга! До сих пор не верю в происходящее. Но очень надеюсь, вам понравилась эта авантюра. Скарлетт и Брайан у меня немного со странностями, но а кому сейчас легко, правда ведь?

В любом случае, спасибо вам большое, что уделили моим ребятам время и подарили им шанс побороться за место в вашем сердце. Получилось ли у них? Буду верить, что да.

Спасибо моей большой и чертовски любимой семье. Моим родителям, которые смирились со многим и дали мне шанс. Надеюсь, я не подведу вас. А еще надеюсь, что вы и остальные мои чудесные родственники это не читаете, ведь для вас все закончилось еще на посвящении!!!

Самое большое СПАСИБО летит моей обожаемой Дане Делон. Аня из 2020-го с «Падающей звездой» в руках и представить не могла, куда приведет ее жизнь и что она будет так близко общаться со своим любимым автором. Сложно вложить в слова всю благодарность, которую я испытываю. Ты моя самая настоящая фея крестная, и, если бы не ты, не знаю, дошла ли бы эта история до бумаги. Никогда не устану благодарить тебя за все, что ты делаешь. Включая твои книги – они мое жизненное топливо. Люблю!

Спасибо всем моим девчонкам, которые, несмотря ни на что, продолжают терпеть меня и мое нытье и окутывают поддержкой, дарующей силы двигаться дальше. Люблю всех без исключения. И отдельное спасибо Карине, которая читала «Свидание» во время первой редактуры. Это была потная катка, но я все еще жду полноценный отзыв от тебя.

Большое спасибо моему редактору Валентине и ее команде за то, что приняли меня с моими сумасшедшими ребятами и помогли сделать эту историю лучше. Вы настоящие волшебники, исполнившие мою мечту!

И последнее, но не по значимости. Спасибо моим читателям с интернет-платформ. Вы подарили мне веру, что мы с моими текстами можем чего-то стоить, что их будут читать и даже любить. Именно ваши комментарии я пересматриваю в моменты, когда хочу опустить руки, и именно вы не даете мне этого сделать. Люблю вас, хоть мы и не знакомы лично. Чмок.

И, как фанат одной небезызвестной геройской киновселенной, я не могла не оставить вам сцену после титров.

– Он оказался кем?! – восклицает Скарлетт, сидя напротив и отчаянно пытаясь откашляться.

Наверное, мне стоило подождать, пока она допьет свою колу, прежде чем обрушивать на бедняжку главный плот-твист моей истории. Но желание выговориться было слишком велико.

Да, я Дафна Баллард, и этим летом я переспала со своим преподавателем.

С любовью, Ана Валери.

Примечания

1

Я плоха в любви. Но ты не можешь винить меня за попытки (англ.) (Прим. ред.)

2

Мультфильм о щенках-спасателях.

3

Американский десерт, представляющий из себя сэндвич из двух крекеров, между которыми вложены поджаренный на костре маршмеллоу и кусочек шоколада.

4

Спасибо, дорогая! (исп.)

Content

Ана Валери
Свидание вслепую

Плейлист

Глава 1 Скарлетт

Глава 2 Скарлетт

Глава 3 Брайан

Глава 4 Скарлетт

Глава 5 Скарлетт

Глава 6 Скарлетт

Глава 7 Скарлетт

Глава 8 Брайан

Глава 9 Скарлетт

Глава 10 Скарлетт

Глава 11 Скарлетт

Глава 12 Брайан

Глава 13 Скарлетт

Глава 14 Скарлетт

Глава 15 Скарлетт

Глава 16 Брайан

Глава 17 Брайан

Глава 18 Скарлетт

Глава 19 Скарлетт

Глава 20 Скарлетт

Глава 21 Скарлетт

Глава 22 Скарлетт

Глава 23 Брайан

Глава 24 Скарлетт

Глава 25 Скарлетт

Глава 26 Скарлетт

Глава 27 Скарлетт

Глава 28 Скарлетт

Глава 29 Скарлетт

Глава 30 Брайан

Глава 31 Скарлетт

Глава 32 Брайан

Глава 33 Брайан

Глава 34 Скарлетт

Эпилог Скарлетт

Благодарности

Примечания