Тара Эллис

Загадка секретной лаборатории

От автора

Мне было четыре года, когда я у пруда повстречала своего первого лучшего друга. Её звали Пеппер – маленький белый терьер-полукровка, которая была умнее, чем я могла себе представить. Потом было много других, ей подобных, и сейчас у меня их двое – Дэйзи и Бакстер, они изображены на обложке.

Размышляя о Сэм, Элли и других ребятах и о новых приключениях, в которые они могут ввязаться в родном городке Оушенсайде, я поняла, что чего-то тут не хватает. Ни в одной из моих историй не было собаки! Это следовало исправить.

Итак, эта книга посвящена Пеппер.

Она преподала мне первый урок безусловной любви, и я никогда её не забуду.

1

Благотворительность, в которой коготок увяз

Саманта Вулф изо всех сил старалась не отстать от своей лучшей подруги Эллисон Паркер. Стоял конец февраля, воздух был стылым, а до весны оставался целый месяц. Снег, выпавший во время необыкновенного рождественского снегопада, давно сошёл, открыв коричневую увядшую траву и бурые прошлогодние листья. Это время года всегда казалось Сэм унылым. Её родной Оушенсайд находился в штате Вашингтон, на побережье, и много чем мог похвастаться – но только не зимней погодой.

«Надеюсь, после обеда настроение поднимется!» – думала Саманта, переводя взгляд на своих лучших друзей.

Элли и Кэсси были в толстых зимних пальто, но их всё равно было легко отличить друг от друга. Кэсси была одного роста с Сэм, но не такой коренастой. От отца ей достались смуглая кожа и длинные чёрные волосы, которые резко контрастировали с рыжими волосами и веснушчатой светлой кожей Элли. Элли, в свою очередь, была ниже Сэм и Кэсси и гораздо худее.

Сэм напомнила себе пригласить Элли на обед после того, как они вернутся с этой новой работы. Ну, на самом деле это была не совсем работа, потому что им ещё не исполнилось двенадцать и им не платили. Но старшая сестра Кэсси, Лиза Ковингтон, уверяла их, что в местном приюте для животных полно работы для волонтёров. Подруга Лизы, миссис Спартан, как раз работала в этом приюте и просила помочь. Лиза была занята: она ремонтировала семейное ранчо Ковингтон, и ей нужно было ухаживать за лошадьми, так что она попросила девочек сходить в приют.

Девочки недавно создали в школе популярный клуб. Они каждый месяц проводили какую-нибудь благотворительную акцию и собирали пожертвования. Приют они уже давно добавили в список, но были и другие нуждающиеся. В этом месяце девочки устроили распродажу выпечки и надеялись, что выручили достаточно денег на новые матрасы во временном убежище для женщин, попавших в тяжёлые обстоятельства.

Клуб они создали в октябре, и Лиза Ковингтон им помогала – кроме того, что она была сестрой Кэсси, Лиза ещё и преподавала физкультуру в школе. Тогда они устроили в актовом зале дом с привидениями, и он произвёл фурор. В декабре они собрали, упаковали и доставили подарки для тех, кто иначе не мог их получить.

Сбор средств неожиданно оказался занимательным делом. В проект были вовлечены даже старшие братья девочек Джон и Хантер. А сегодня они должны были закупить всё нужное для выпечки. Джон уже водил машину, поэтому предложил купить всё необходимое. Когда Лиза рассказала им о приюте для животных, они решили пойти туда, а по магазинам отправиться после школы на неделе.

Дорога пошла в гору, и Сэм запыхалась, пытаясь не отставать. Она старалась не слишком переживать из-за мелочей. Миссис Спартан сказала, что в воскресенье у них внезапно не хватает рабочих рук, так что занят будет только один день. И потом, с животными прикольно.

– Почти на месте! – Элли оглянулась на Сэм через плечо.

– Не отставай, – поддразнила её Кэсси. – Кажется, ты съела на пробу слишком много печенек, Сэм!

Сэм рассмеялась – из них троих прожорливей всех была как раз Кэсси. Даже Хантеру, брату Сэм (вот уж кто был настоящим уничтожителем еды!), Кэсси не уступала, а ведь ему было уже четырнадцать. Сэм не понимала, как подруге это удаётся.

Сэм прибавила ходу – она не могла не принять вызов и догнала подруг. Они прошли поворот и вышли к окраине крошечного городка. Движения тут почти не было, и они могли идти, растянувшись на всю дорогу.

– Нам туда, через пару кварталов? – спросила Элли, указывая налево.

– Ага, – подтвердила Саманта.

Она махнула рукой налево и пошла быстрее. Дорога была узкой, так что девочкам пришлось идти по узкой полоске между линией разметки и бордюром.

Сэм уже бывала в этом приюте. Она не забыла, как отец привёл её сюда, хотя это было несколько лет назад. Они тогда нашли возле дома тощую, несчастную собаку. Конечно, Сэм хотела оставить её, но, увы, у Хантера была сильная аллергия. Хуже всего было в самом приюте, когда Сэм увидела ряды клеток с кошками и собаками. Она плакала, когда они отдавали ту немецкую овчарку, и потом проплакала и весь вечер. Родители больше никогда не приводили её сюда.

Мама Саманты сомневалась, что ей стоит снова идти туда, где полно бездомных животных, которых ей нельзя взять домой. Сэм возразила, что теперь она гораздо старше и сумеет справиться. И всё же, когда она увидела нужное здание, внутри зашевелилось беспокойство.

2

Дела приютские

Когда девочки вошли, колокольчик у двери звякнул, сообщая об их приходе.

– Слава богу, вы здесь!

Повернувшись на звук этого приятного голоса, Сэм увидела, что к ним спешит полная женщина средних лет. Её каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались пряди, а голубая футболка промокла спереди. Причиной тому был мокрый дрожащий чихуахуа у неё на руках. Судя по выражению лица женщины, купание оказалось делом трудным.

– Мы не опоздали? – спросила Элли, переживая, что они уже что-то сделали не так.

– Нет-нет! – быстро сказала миссис Спартан. – У нас просто с утра было двое новеньких, а потом Симба извалялся в какой-то дряни на заднем дворе.

Сэм усмехнулась – имя совершенно не подходило крошечной собачке – и потянула руки:

– Я могу его подержать. У вас есть где его посушить?

Директор приюта с облегчением передала собачку ей.

– Есть старое приспособление, но действенное, – сказала она, направляясь в глубь холла.

Сэм заторопилась следом, стараясь удержать несчастную собачку. Хорошо, что она не сняла пальто, так что хотя бы одежда не промокла. Элли и Кэсси поспешили за ними, и они все столпились в комнате, превращённой в купальню. У задней стены были установлены две большие раковины. С одной стороны был двойной ряд клеток, с другой – всё для ухода, включая переносную сушилку.

Сэм направилась прямо к сушилке, она сама догадалась, как поместить туда собаку. Когда включилась сушилка, собака выглядела напуганной, но вскоре поток тёплого воздуха погрузил её в блаженство.

Миссис Спартан одобрительно кивнула Сэм и перешла к формальностям.

– Я миссис Спартан, я тут всё возглавляю, – сказала она, повысив голос, чтобы её было слышно за шумом работающей сушилки. – Можете звать меня просто Триш. Так будет проще.

И она протянула руку Сэм.

– Рада знакомству, – ответила та, пожимая протянутую руку. – Саманта Вулф, но все зовут меня Сэм.

Она не удивилась, почувствовав крепкую хватку Триш. Эта женщина напоминала тётю Бет, мамину сестру. У тёти Бет и дяди Билла был дом в Монтане, который они переделали под гостиницу. Тёте Бет бы здесь понравилось.

– А я Эллисон Паркер.

Триш улыбнулась Элли, пожала ей руку и уперла руки в бока.

– Боже ты мой, вы посмотрите на эти волосы! – воскликнула она. – Я не видела такого рыжего великолепия ни у кого, кроме моей сестры!

Элли неуверенно улыбнулась, не зная, то ли это оскорбление, то ли комплимент. Триш махнула рукой:

– Не пойми меня неправильно, Элли. Я считаю, что рыжие лучше всех. Когда я была маленькой, то всё переживала, потому что у сестры волосы были такие красивые, а я получилась самой обычной.

Когда Триш повернулась к Кэсси, Сэм и Элли переглянулись у неё за спиной и широко улыбнулись. Похоже, в приюте им скучно не будет.

– И это значит, что ты – Кэсси, давно потерянная сестра моей давно потерянной подруги Лизы Ковингтон.

Лиза выросла в Оушенсайде, но в шестнадцать лет переехала к тёте после того, как её родители погибли в авиакатастрофе. И только спустя много лет она вернулась сюда, чтобы работать учительницей в школе и спасти разваливающееся семейное ранчо. С помощью Сэм и Элли Лиза узнала, что родители её удочерили и что её сводная сестра Кэсси живёт в том же городе со старой болеющей бабушкой.

Эта трогательная история широко разошлась среди жителей Оушенсайда, и Кэсси привыкла к тому, что привлекает внимание. Она без промедления ответила на приветствие и засмеялась в ответ на слова Триш. До того как Кэсси познакомилась с Сэм и Элли, она была застенчива, но благодаря дружбе раскрылась по-настоящему.

– Самая натуральная! – пошутила Кэсси, вскидывая руку в шутливом салюте. – Готова выполнять ваши приказы!

– Ну, мы хорошо поладим, – сказала Триш. – Вольно, шагом марш!

Кэсси скорчила рожицу и вышла из купальной комнаты следом за Триш. Сэм достала почти сухого чихуахуа из сушилки и заслужила от него лишь раздражённый взгляд. Обнимая его, она зашептала извинения и поспешила следом за Элли.

Короткий коридор привёл их в большое помещение, которое занимало почти всю заднюю половину дома. Оно было уставлено вольерами и клетками, а когда Триш распахнула тяжёлую дверь, раздался оглушительный шум.

Сэм увидела за решётками дюжину собак, и на глазах у неё выступили слезы. Все собаки, от большого ротвейлера до крохотного щенка, выглядели печальными.

– А вот тут живёт наш Симба, – сказала Триш, указывая на небольшой вольер поблизости.

Сэм усадила дрожащую собаку на место и постаралась незаметно утереть скатившуюся по щеке слезу. Но, как она и подозревала, Триш всё заметила.

– Ты уверена, что справишься, Сэм? – мягко спросила она и положила руку Сэм на плечо. – Я знаю, что это больно и трудно, но мы на самом деле помогаем им. Мы никого не усыпляем, животные живут у нас, пока мы не найдём им новый дом. Мы никого не бросаем.

Всхлипнув, Сэм обдумала слова Триш. Она снова осмотрела собак и отметила, что они все чистые, здоровые и упитанные. Одной мысли о том, что они с подругами смогут помочь ухаживать за ними, гулять и играть, хватило, чтобы печаль ушла.

Сэм выпрямилась, с уверенностью посмотрела на Триш и сказала:

– Не волнуйтесь, я справлюсь! Просто я давно не видела собаку в клетке. Но я понимаю, что мы здесь, чтобы им помочь, и рада в этом участвовать!

Улыбнувшись, Триш хлопнула в ладоши.

– Ну, отлично! Приступим.

Больше она ничего сказать не успела – в помещение вошла девушка лет девятнадцати, длинные тёмные волосы её были собраны в практичный хвост.

– Триш! К нам тут пришли люди с кошкой, которую они только что достали из-под дома. Вроде бы всё нормально, но лучше бы ты посмотрела сама перед тем, как мы её примем, просто чтобы убедиться, что ветеринар не нужен. И ещё они сказали, что ищут собаку своих соседей, маленькую беленькую девочку-шнауцер. Хотя я давно такой собаки не встречала.

– Полин, познакомься – это наши волонтёры: Сэм, Элли и Кэсси. Девочки, – Триш развернулась к ним, – это Полин, одна из наших двух сотрудников. Она учится в местном колледже на первом курсе и хочет стать ветеринаром. – Снова повернувшись к Полин, она указала на клетки. – Можешь познакомить их с нашими друзьями, пока я приму кошку?

Триш вышла, и Полин не успела ничего ей ответить, они четверо просто стояли и смотрели друг на друга.

– Ну… э… приятно познакомиться, – с неловкостью сказала Полин. – Помощь нам нужна. Я же тут даже не полный день. У меня занятия и всё такое. Триш старается делать почти всё сама, а в прошлые выходные Крэйг уволился. Так-то он дежурил по субботам и воскресеньям и приходил по срочному вызову на неделе. Есть ещё одна волонтёрка, она бывает с понедельника по пятницу, но это всё. Похоже, Триш надеется, что вчетвером мы справимся с работой в выходные.

– То есть ты будешь тут по субботам одна? – спросила Элли.

– Да, но я справлюсь, – ответила Полин. – Я могу всех покормить и всё такое, это в воскресенье мы обычно всех купаем, вычёсываем и чистим вольеры. В одиночку с этим не справиться.

– А разве Триш не может нанять кого-нибудь вместо того парня, который уволился? – спросила Элли, надеясь, что она не слишком надоедает с вопросами.

– Нет, и не собирается, – объяснила Полин, которую вопросы, похоже, не задевали. – Городские власти с начала года подняли нам аренду. Тогда Крэйг потребовал прибавки – как раз когда Триш узнала, что один из наших спонсоров больше не может нам помогать. Ей пришлось отказать Крэйгу, так что он разозлился и уволился. Лично я считаю, что скатертью дорога. Он лентяй. И вечно вёл себя так, как будто он с его дипломом по биологии лучше нас, а сам не умеет с животными обращаться. Но всё равно… найти замену будет нелегко, ведь платить мы не можем.

– Ну и ладно, не переживай! – Кэсси шагнула вперёд. – Мы рады помочь и будем стараться. Я люблю животных. У вас кошки есть?

Полин облегчённо рассмеялась.

– Конечно, есть, но они в другом помещении. Пойдём, – добавила она и пригласила их пройти в дверь за вольерами. – Начнём отсюда. Вот тут у нас удивительный кот по имени Йода…

Отстав от дружелюбной девушки, Сэм погладила собаку, мимо которой проходила. Симпатичная дворняжка лизнула руку, и Сэм решила, что работа в приюте – дело стоящее.

3

Детский блюз

– Хочу печеньку!

Сэм пыталась не обращать внимания на девочку, повисшую у неё на руке, но Кора была настойчива. Ей было пять лет, она жила напротив Элли, и её мама попросила девочек присмотреть за ребёнком вечером, потому что ей надо задержаться на работе допоздна. Сэм и Элли жили через дом друг от друга, так что они постоянно были то у одной, то у другой дома и почти всё делали вместе.

Детский сад, в который ходила Кора на неделе, был недалеко, так что подруги забрали её оттуда в пять часов и привели к Элли домой. Была пятница, они планировали совместную ночёвку с Кэсси и надеялись заняться подготовкой к распродаже выпечки. Но было уже начало восьмого, а мама малышки всё не приходила. Она растила Кору одна, и ей было не на кого положиться.

– Кора, ты же знаешь, что мама не хочет, чтобы ты ела сладкое так поздно, – рассудительно сказала Сэм.

Кора не вняла гласу разума и внезапно завыла, бросившись на пол. Ничуть не устрашившись, Сэм просто молча смотрела на светлые кудряшки, разметавшиеся по полу. У неё были сестры-близнецы, которым через неделю исполнялось три года, так что это была ерунда.

– Прекрати это! – крикнул Хантер из другого угла большой комнаты. Он играл в настольный футбол с Джоном, братом Элли, которому было уже шестнадцать лет. Хантер и Джон дружили, несмотря на разницу в возрасте.

Мальчики с энтузиазмом вызвались послужить дегустаторами пары рецептов, которые девочки собирались испробовать сегодня вечером. Но из-за незапланированного бебиситтерства дело не зашло дальше сахарных печенек, которые принесла с собой Кэсси.

Сэм с раздражением посмотрела на брата – у него ещё хватало наглости жаловаться, хотя он мог весь вечер делать что захочет и ему не нужно было гоняться за энергичной пятилетней девчонкой по всему дому.

– Я на стороне Хантера, – сказала Кэсси со своего места на софе, откуда она наблюдала за напряжённым матчем. – Просто дай ей печеньку. Мы не обязаны терпеть её весь вечер!

С этими словами она взяла печенье из миски, которую держала на коленях, и бросила Сэм. Оправдывая свою репутацию, Кэсси съела только несколько штук, приберегая остальное для Хантера и Джона.

Поймав печеньку, Сэм спрятала её в ладони, пока Кора не увидела.

– Это только подкрепит плохое поведение, – возразила Сэм.

Но Кора заверещала ещё громче, и уверенность Сэм поколебалась. «Может быть, дать одно», – подумала она, глядя на печенье.

И тут во входную дверь громко постучали.

– Вот и мама Коры! – воскликнула Элли и бросилась открывать.

Её отец успел туда первым и широко распахнул дверь, приглашая Кендру Пирс войти. Мать Элли была ещё на работе – она работала медицинской сестрой в реанимации. Взрослые в прихожей обменялись приветствиями, и отец Элли вернулся к своим делам.

Услышав завывания дочери, Кендра виновато посмотрела на Элли.

– Я прошу прощения, просто не могла уйти раньше с работы. Она вот так ведёт себя весь вечер?

– Нет, всё было нормально! – уверила её Элли. – Это она только что заревела. Мы не дали ей печенье – она съела уже два, и мы подумали, что вы бы ей не разрешили съесть больше.

С видимым облегчением Кендра выудила из сумки кошелёк и достала оттуда десять долларов.

– Я так вам благодарна, – сказала она, увидев Сэм, которая привела всё ещё всхлипывающую Кору. Кендра сунула деньги Элли и снова полезла в сумку. – Ох, Сэм, я ведь должна заплатить и тебе тоже.

Сэм посмотрела на белый лабораторный халат Кориной мамы – длиной до колен, с большим вензелем «СинтТех Био» на груди. Сэм никогда не приходило в голову спрашивать, кем она работает, но тут стало любопытно. Халат был в чём-то измазан и весь в пятнах. Когда Кендра подняла голову, Сэм встретилась с ней взглядом и поразилась – похоже, женщина только что горько плакала. Глаза Кендры покраснели и припухли, лицо было в красных пятнах, особенно возле носа и губ. Что с ней могло случиться?

– Вы мне ничего не должны, мисс Пирс, – заявила Сэм, осознав, что Кендра протягивает ей деньги. Сэм подтолкнула Кору вперёд. – Мы всегда рады помочь.

Дальнейший спор прекратила Кора, которая бросилась к матери, обняла её за ноги и закричала:

– Мама!

Кендра присела и обняла девочку.

– Ты устала, мой ангел? Мы сейчас пойдём домой и будем читать книгу, которую начали вчера, да?

Кора кивнула и немедленно развеселилась.

– Про пиратов? – спросила она и восторженно запрыгала.

– Именно!

Кендра встала. И тут Кора вдруг раскашлялась, глаза её широко раскрылись.

– Что такое? – спросила Элли, обеспокоенная тем, что девочка тяжело дышит.

– Аллергия, – просто ответила Кендра, с отвращением сдирая с себя лабораторный халат. – Как я могла забыть? Я так торопилась, что не сняла его в лаборатории!

Бросив испачканный халат на пол, она выхватила из сумки ингалятор.

Сэм знала, что это такое, – у Хантера тоже был ингалятор. Обычно ингалятор был ему нужен, когда он болел, лёгкие напрягались, и ему было тяжело дышать. В прошлом году ему поставили диагноз – астма в начальной стадии.

Встряхнув флакон с г-образным распылителем, Кендра поднесла открытый конец к губам Коры.

– Готова? Раз, два, три…

Кора сделал глубокий вдох. Кендра нажала на верх ингалятора и брызнула аэрозолем в момент вдоха, чтобы лекарство попало в лёгкие. Они явно делали это не в первый раз.

Малышка, задерживая дыхание, глядела на мать огромными глазами. Мгновение спустя Кендра кивнула, и та выдохнула. Следующий вдох Коры был гораздо спокойнее, кашель, похоже, прекратился.

Обняв дочь за плечи, Кендра приложила ухо к её груди и прислушалась к дыханию.

– Отлично, – сказала она, улыбаясь. – Думаю, на этот раз тебе хватит одного раза. Пойдём домой, мой ангел.

Потрясённые произошедшим, Сэм и Элли молча обнялись и смотрели вслед Кендре и Коре.

– Подождите! – вдруг крикнула Элли, подхватила брошенный на пол халат, рванулась к ещё не закрывшейся входной двери и придержала её. – А что мне с халатом делать? Мы можем его постирать, если хотите!

Остановившись, Кендра посмотрела на халат прищуренными глазами.

– Нет, – сказала она, покачав головой. – Выбросьте, и всё.

4

Собачья любовь

Прозвонил колокольчик у входа, и Сэм подняла голову. Она мыла собаку, стараясь изо всех сил. Дела у собаки были так себе. Её нашли на обочине дороги и привезли в приют накануне вечером. Полин больше всего беспокоилась за её здоровье. Посмотрев на состояние её шкуры, она вызвала ветеринара, так как боялась, что собака больна чесоткой, а это паразитарная инфекция. Она объяснила девочкам, как клещи проникают в кожу, прогрызают там ходы, и от этого шерсть выпадает клочьями, оставляя пролысины.

Ветеринар нашёл, что никакая это не инфекция, а, скорее всего, сильная аллергия. Вероятно, на еду, которой кормили собаку. Когда Сэм пришла в приют, ей первым делом поручили искупать бедолагу. Собака была миленькая, небольшая, и когда с неё смыли грязь, пыль и прочую гадость, внезапно обнаружилось, что она не коричневая, а совершенно белая!

Сэм слышала, как Полин в приёмной говорит с посетителем. Элли и Кэсси гуляли с двумя большими собаками, которым была нужна физическая нагрузка. По счастью, неподалёку проходила отличная лесная тропа.

Сэм посадила свою подопечную в сушку, и тут вернулась Полин, неся на вытянутой руке новое поступление. Собака была похожа на карликового пуделя, но состояние у неё было не лучше, чем у предыдущей. Может, даже хуже.

– Вот, Сэм, – сказала Полин. – Я посушу эту, а ты займись этим несчастным.

Несчастный – это точно. Шерсть, которая должна была быть упругой и курчавой, цвета корицы, сбилась колтунами с грязью и пылью. На задних ногах виднелись проплешины голой кожи, шоколадного цвета глаза слезились и покраснели. Он жалобно посмотрел на Сэм. Их взгляды встретились, и Сэм всем сердцем обратилась к нему.

– Дети нашли его в поле, – пояснила Полин, вручая собаку Сэм.

Пёс был не маленький – килограммов десять, не меньше, но достаточно лёгкий, чтобы его было нетрудно поднять. Он мгновенно свернулся калачиком у неё на груди, и Сэм не волновало, что он пачкается.

Сэм понесла его к ванне, но вдруг остановилась и обернулась, глядя на отмытую добела собачку.

– Что такое? – встревожилась Полин. – Насчёт чесотки можешь не волноваться, это похоже на аллергию.

– Я не об этом, – Сэм покачала головой. – Я просто кое-что вспомнила. Это ведь шнауцер? – она указала локтем на собаку. Полин кивнула, и Сэм широко улыбнулась. – Когда мы были тут в прошлое воскресенье, приходила пара с котом, так? И ты говорила, что они искали белую девочку-шнауцера.

– Точно, Сэм! – воскликнула девушка. – Ты умница! Думаю, ты права. Я найду их телефон в записях и позвоню, как только она высохнет. Отлично!

Светясь от гордости, Сэм поспешила к мойке. Бережно усадив пуделя в ванну, она дала ему привыкнуть к воде, как ей показывала Полин. Сегодня она осознала, что в этой работе кроется гораздо больше, чем она думала. Методично, шаг за шагом, Сэм приступила к процессу.

Минут через десять собака стала похожа на пуделя, но начала дрожать. Сэм заговорила с ним спокойным голосом, чтобы успокоить:

– Ты хороший мальчик, да? Да, ты хороший. Отлично выглядишь, рыжик! – нараспев повторяла она.

Пёс склонил голову набок и уставился на неё с любопытством. Дрожать при этом он перестал.

– А так тебе нравится? – спросила Сэм, нежно почесывая между висячими ушами.

В ответ пёс закрыл глаза и привалился к её руке.

– Что с тобой? – пробормотала Сэм, продолжая тереть собаку в потоке тёплой воды. – Могу спорить, ты боец. Правда ведь? Тебя можно сбить с ног, но ты снова встанешь. Прямо как боксёр Рокки!

При звуке этого имени пёс открыл глаза и напрягся.

– Что? Тебе нравится это имя? – спросила Сэм. Он смотрел в ответ так пристально, что Сэм подсознательно ждала, что он ответит. Прежде она никогда не замечала за собаками такого интеллекта. Не в силах отвести взгляд, она повторила: – Рокки?

Поскуливая, пудель переступал лапами и облизывался, явно заинтересованный в этой игре. Казалось, он улыбается.

– Ну ладно, – решительно сказала Сэм. – Будешь у нас Рокки! Как насчёт того, чтобы вылезти из мойки, а, Рокки?

Пёс присел на задние лапы, и, как только Сэм выключила воду, встал и положил передние ей на плечи. Засмеявшись, Сэм обернула его полотенцем и взяла на руки. Он тут же обхватил её задними лапами за талию, как будто Сэм держала на руках ребёнка. У пуделей так уникально устроены бедренные суставы, что они могут так сделать, хотя Сэм не знала, безопасно ли так держать собаку.

– Кажется, у тебя появился друг! – сказала Полин.

Они вытащили из сушки шнауцера и посадили туда Рокки. Собаки осторожно обнюхали друг друга – казалось, они смогут поладить.

– Давай сюда, Рокки. Всё в порядке, это просто тёплый воздух!

Полин покосилась на Сэм и вопросительно подняла брови:

– Рокки?

Слегка покраснев, Сэм переступила с ноги на ногу.

– Можно дать ему имя? Ему вроде нравится.

Засмеявшись, Полин сгребла маленькую шнауцериху в охапку.

– Да мне всё равно. Просто будь осторожна. С именем легко привязаться к собаке, – предупредила она.

Сэм посмотрела на Рокки и подумала, что Полин права. Но пудель в ответ лизнул ей руку, и все опасения улетучились.

5

Странное поведение

Сэм захлопнула учебник по математике и объявила:

– Готово!

Элли оторвалась от учебника истории со скептическим выражением на лице.

– А ты переделала вчерашнее задание?

Девочки сидели на кровати Сэм, укрывшись в её комнате и от брата Сэм, и от её сестёр-близняшек. Мама пообещала ей минимум час тишины и покоя, чтобы девочки могли доделать домашние задания. К обеду они собирались домой к Кэсси, на ранчо Ковингтон. Лиза пригласила их пообедать и спланировать распродажу выпечки. Они ещё сильней отстали от расписания. Распродажу надо было провести в эти выходные, но этот план стал казаться почти невыполнимым. Надо было определиться с рецептами и закупить всё необходимое. Затем надо было написать приглашения, придумать рекламу, всё испечь и принести в субботу в школу.

Девочки разрывались между волонтёрством в приюте и школой. Сэм не могла перестать думать о Рокки и гадала, нашли его уже хозяева или ещё нет. Полин не думала, что его хозяева найдутся, потому что, когда девочки уже собирались уходить, в приют привели ещё одну собаку с теми же симптомами. Девушка предположила, что кто-то собирает бродячих собак и кормит их неподходящей едой. Владельцы шнауцера ужаснулись, увидев свою собаку в таком состоянии. Они клялись, что десять дней назад, когда они в последний раз её видели, она была в порядке.

– Сэм? Ты всё сделала? – повторила Элли, нахмурившись ещё сильнее.

Сэм попыталась сосредоточиться, отложила книгу и фыркнула.

– Сегодняшнее задание я сделала. Остались ещё десять уравнений. Я их сделаю завтра перед уроками, – торопливо сказала она.

– Сэм, мистер Купер и так сделал тебе одолжение с этими дополнительными заданиями. Ты же знаешь, что тебе нужны все дополнительные баллы, которые ты можешь заработать!

Сэм посмотрела на часы, стоявшие на тумбочке. Было только без двадцати четыре. Элли права. Можно уделить домашним заданиями ещё десять или пятнадцать минут. Если её оценки по математике продолжат ухудшаться, её точно накажут. Не говоря больше ни слова, Сэм открыла тетрадь и взяла карандаш.

Не прошло и пяти минут, как у Элли зазвонил телефон.

– Да, миссис Пирс, – ответила Элли, взглянув на дисплей. Послушав минуту, она нахмурилась второй раз за вечер. – Конечно, я могу помочь. Ничего, если я возьму Кору к моей подруге на ранчо Ковингтон? А. Да, верно. Да, у них лошади и дворовый кот. Хорошо… Да, всё в порядке.

Сэм и Элли молча переглянулись. Было совершенно ясно, что их планы снова рушатся.

– Извини, – тихо сказала Элли. – Я просто не могла ей отказать, Сэм. Она снова разволновалась. Из-за того что у Коры аллергия, мисс Пирс боится отпускать её туда, где есть животные.

Элли ненавидела разочаровывать друзей, и обычно именно на неё можно было положиться в любой ситуации.

– Ещё только среда, – отозвалась Сэм. – Я уверена, что мы с Кэсси сегодня сможем составить списки. Джон сказал, что может повезти нас по магазинам вечером в четверг, так что в пятницу мы всё испечём, и нам помогут Лиза и Клара, тётя Кэсси.

– А что насчёт листовок? – печально спросила Элли.

– А ты можешь подготовить их сегодня вечером на своём компьютере, пока будешь присматривать за Корой? – предложила Сэм. – Дай Коре бумагу, мелки и сделай вид, что она помогает!

Элли оценила предложенный план и повеселела.

– Отличная идея, Сэм! Спорим, Джон мне поможет. Он настоящий волшебник по компьютерным программам и дизайну. В прошлом году он сверстал учебную брошюру по какому-то из школьных предметов.

Воодушевившись, Сэм снова посмотрела на часы – уже пора было идти.

– Мне пора, а то станет темнеть.

До ранчо Ковингтон была пара миль, но дорога шла в гору, и одолеть лесистый склон на велосипеде было тяжеловато. В это время года темнело рано, а в лесу ночь наступала ещё раньше. Обратно её отвезёт Лиза Ковингтон – у неё на ранчо был грузовичок, велосипед они поставят в кузов.

Элли молча собрала вещи и обняла подругу.

– Напиши мне, когда вы составите окончательный список всего, что нужно, – сказала она и вскинула рюкзак на плечо. – Может, у меня найдётся что-нибудь из этого, чтобы не покупать лишнего.

Утвердительно кивнув, Сэм проводила Элли до двери и попрощалась. В большой комнате мама играла с Табитой и Эддисон в догонялки, и Сэм остановилась, взглянув на младших сестёр. Им было почти три года, и обе они были кудрявыми блондинками, как мама. Хантер и Сэм унаследовали тёмные волосы от отца. У близнецов глаза были голубые, как у мамы, у Хантера карие, как у папы, а у Сэм – зелёные, ни то ни сё, из какой ветви семьи пришли её зелёные глаза, никто не знал.

Стоило подумать об отце, как настроение испортилось. Он был рыбаком и зарабатывал на жизнь ловлей трески на Аляске, и, как он говорил, сезон выдался поразительный. Раньше он уходил на лов один-два раза в год, месяца на два-три, но, получив повышение, уезжал на Аляску сразу на полгода! Он сумел приехать домой на Рождество, но потом уехал обратно.

– Идёшь к Кэсси? – спросила мама, заметив Сэм.

Эдди и Табби подбежали к Сэм и привычно ухватили её за ноги.

– Не ходи! – заверещали они в один голос.

Сэм привыкла к тому, что близнецы часто делают и говорят одно и то же.

– Не глупите, – засмеялась она, стряхивая их с себя. – Я просто иду к Кэсси. Вернусь, когда вы будете ложиться спать, и помогу вас уложить!

Этого девочкам хватило, и они убежали. Они заметили мяч, и в погоне за ним уход сестры был забыт. Покачав головой, мама снова посмотрела на старшую дочь.

– А как же домашнее задание? Что с математикой?

Сэм засомневалась. Ей ещё не выпало случая поговорить с мамой о проваленном задании. Она получила его обратно только сегодня утром. На самом деле она надеялась сначала пересдать задание и получить за него новую оценку, а потом уже об этом рассказать. Но мама уже спросила, и не сказать – это всё равно что соврать. Но тогда мама может не пустить её на ранчо Ковингтон…

– Сэм? – Кейти Вулф продолжала настаивать.

– Ну, – начала Сэм, глядя на застёжку куртки, как будто там было что-то интересное. – Сегодняшние задания я все сделала. Но прошлое задание я сделала ужасно. Теперь-то я понимаю, как надо было, – торопливо добавила она. – Мистер Купер мне всё объяснил и показал, как исправить. Он разрешил мне переписать работу, и я почти закончила. Я доделаю, когда вернусь, обещаю.

– Ты же понимаешь, что я предпочла бы, чтобы ты доделала задание до того, как убежишь по другим делам? – Кейти подняла руку, останавливая возражения Сэм. – Но я знаю, что вы там устраиваете сбор денег на достойное дело, так что, если ты сможешь доделать задание сегодня, я возражать не буду. Только постарайся как следует, Сэм. Я не жду, что ты будешь лучшей по всем предметам, но я бы хотела, чтобы ты хотя бы старалась.

Сэм кивнула. Она ощущала одновременно и облегчение и вину.

– Я постараюсь, мам. Спасибо. Пока!

И Сэм выбежала из комнаты, пока мама не передумала. Хорошо, что Хантер был в своей комнате и не слышал этого разговора. Он вечно находит способы подразнить Сэм, а уж это дало бы ему поводов на пару недель!

Вскочив на свой горный велосипед, Сэм проехала через газон, замёрзшая трава хрустела под колёсами. Участок занимал три акра, но дом был небольшой и очень скромный. Может, у них и не водилось много денег, но её родители всегда гордились своим домом.

Сэм проехала мимо дома Элли и помахала в его сторону, хотя никого не видела. Двор Паркеров представлял разительный контраст с двором Вулфов. Их двухэтажный дом в стиле Тюдоров был полон дорогих вещей и роскошной мебели, но двор был всего в четверть акра. Сама Элли предпочитала тёплую, часто шумную атмосферу дома Сэм, но большая комната в доме Элли отлично подходила для встречи подруг, особенно когда к ним присоединялись братья.

Выехав на дорогу, Сэм почувствовала себя одинокой. Они с Элли проводили много времени вместе, но чем старше они становились и чем больше обязанностей у них появлялось, тем это было труднее. Кэсси и Элли исполнится тринадцать уже через пару месяцев. Они подростки. А у неё день рождения аж в мае, и такое впечатление, что двенадцать ей исполнилось только что!

Дорога забрала вверх круче, и Сэм сосредоточилась на том, чтобы въехать на холм без остановки. Это была их обычная игра. Элли это удавалось всегда, а Сэм и Кэсси время от времени приходилось вести велосипеды пешком на последнем отрезке подъёма.

Добравшись до вершины, Сэм выпрямилась и покатила дальше, не вертя педали, чтобы дать отдых ногам. Она уже пожалела, что надела самую тёплую куртку, ведь ей пришлось попотеть!

Выпустив руль, Сэм запрокинула голову и на мгновение прикрыла глаза. Наслаждаясь волнением от слепой езды, она вдыхала морозный воздух, напоённый запахом сосен.

Почти весь лес на этом холме принадлежал Лизе Ковингтон, и в этом лесу были классные тропы. Большая их часть была проложена очень давно, но было и несколько новых, над расчисткой которых девочки немало потрудились.

Сэм вывел из задумчивости звук приближающегося автомобиля. Она схватилась за руль и чуть не перевернулась вместе с велосипедом, но удержалась.

Оказалось, что нервничала она зря – машина была где-то впереди. Если бы она ехала с обычной скоростью, то была бы уже почти рядом, но она двигалась медленно, практически ползла.

Когда белый четырёхдверный седан подъехал поближе, Сэм заметила наклейку на двери водителя, которая была ближе к ней. Это были заключенные в овал чёрные буквы «СинтТех Био». Точно такую же эмблему Сэм видела на лабораторном халате Кендры Пирс!

Стёкла в машине были опущены, несмотря на холод, и водитель с пассажиром высовывались из машины, оглядывая лес. Как будто они искали там что-то – или кого-то.

Сэм остановила велосипед и наблюдала за ними, пока они не проехали мимо. Когда водитель наконец заметил девочку, он смешно удивился. Но вместо того, чтобы сказать «Привет!» или попросить помощи в поисках, он спрятался обратно в машину. Вспыхнули тормозные огни, и волоски у Сэм на затылке внезапно встали дыбом, как будто наэлектризованные. Её чутье на опасность за последний год подтверждалось не раз. Сэм приготовилась со всей возможной быстротой уехать прочь, попутно нащупывая в кармане телефон.

На мгновение вспыхнули огни заднего хода, затем стало темно, и машина внезапно рванула вперёд, опасно ускорившись на повороте. Всё ещё на взводе, Сэм выдохнула и поехала в противоположном направлении, радуясь, что вот уже и ворота ранчо.

Люди в машине не делали ничего плохого, они даже не заговорили с ней, но Сэм не сомневалась, что они занимались чем-то нехорошим. Она вспомнила о ночной работе Кендры Пирс и её испуганном лице.

В совпадения Сэм не верила.

6

Связи и отношения

– Определённо вот это лучше всего! – объявил Хантер, набив рот песочным печеньем.

Сэм закатила глаза и вернулась к своему занятию – она смешивала ингредиенты в большой миске. То же самое Хантер сказал обо всех пяти десертах, которые ему дали на пробу. Джон и Хантер сидели возле стола в центре большой кухни в деревенском стиле на ранчо Ковингтон. Кэсси, Элли, Лиза Ковингтон и её тётя Клара готовили там разное печенье и кексы.

Тут Хантеру прямо в грудь прилетел через всю кухню фартук.

– Ладно, ребята, – Клара упёрла выпачканные в муке руки в бёдра. – Если вы хотите есть, давайте-ка помогайте печь.

Пока Хантер поднимался, Джон уже приступил. Его лицо под копной светлых волос покраснело от упрёка. Хотя он и не участвовал в деле, у него было более сильное чувство ответственности, чем у его младшего друга. Обычно он не сидел без дела, когда другие рядом работали. Взяв фартук у тёти Клары, Джон неловко повязал его, а тётя Клара вернулась к своей кастрюле.

– Вот, – тётя Клара вручила Дону тесто для шоколадных печенек. – Наделай из него шариков сантиметра по три и разложи на противне на расстоянии сантиметров пять. Проверь, чтобы температура в духовке была сто семьдесят пять градусов, и поставь их туда на десять минут. Понял?

Джон кивнул и улыбнулся:

– Будет сделано, мэм.

Сэм усмехнулась, глядя, как Хантер театрально вытягивается перед тётей Кларой в ожидании задания, и вернулась к своей работе. Был уже вечер пятницы, распродажа будет завтра утром. Пока ещё только шесть часов вечера, сделать надо много, и закончат они поздно вечером. Хорошо, что они запланировали ночёвку, только мальчишки уйдут в девять.

– Ты звонила сегодня миссис Спартан – что она тебе сказала? – спросила Кэсси. На щеке у неё, там, где она провела рукой, была белая полоса, прямо как у футболиста, который по ошибке разрисовался не в те цвета.

– Рокки ещё там, – ответила Сэм, отправляя в рот самодельную карамель. Ей казалось, что за сегодняшний вечер она возненавидит сладости.

– А были ещё собаки с симптомами аллергии? – поинтересовалась Элли.

Сэм обернулась к ней и покачала головой.

– Нет, но миссис Спартан, то есть Триш, сказала – это очень странно, что их никто не ищет. Она уверена, что Рокки и ещё одна собака – породистые и им от силы год или два. Я думаю, карликовый пудель с родословной может стоить больше пятисот долларов. А в понедельник привезли болонку, они тоже дорогие.

– У меня был карликовый пудель, – сказала тётя Клара. – Это был самый умный пёс на свете!

– Рокки точно очень умный, – согласилась Сэм. – Никогда не видела, чтобы собака смотрела на меня, не отводя взгляда, а он так делает.

Тут глаза у неё защипало при мысли о том, что этот милый пёс сидит один в своей клетке, так что она поспешила сменить тему:

– Элли, а ты узнала, где работает мисс Пирс?

Сэм рассказала Элли и Кэсси о странной машине и двух мужчинах в ней, но никто из них понятия не имел, что это был за логотип на машине. Да и Сэм не было времени об этом подумать – она разрывалась между дополнительными домашними заданиями и подготовкой распродажи.

– Я её не видела с вечера вторника, – ответила Элли. Она открыла духовку, вынула оттуда уже готовые капкейки и поставила печеньки, которые её брат приготовил по инструкции тёти Клары. – Но мне кажется, ты права, Сэм. Что-то с этой работой не то. За последний месяц мисс Пирс просила меня посидеть с Корой очень часто, раньше так никогда не было. И она была встревожена, когда пришла за Корой. Даже когда мы с ней говорили по телефону, я слышала, что с ней что-то не так. Как будто то, из-за чего она задерживается, случается неожиданно.

– А где она работает? – спросил Джон, вмешиваясь в интересный разговор.

– Не знаю. – Элли вытерла руки полотенцем. – Я знаю, что она только-только окончила колледж, когда родилась Кора, и что её специальность – химия. Она обрадовалась, когда нашла работу в лаборатории, но пару лет назад, когда мы договаривались, что я буду присматривать за Корой, она дала нам с мамой только свой мобильный номер. На неделе я обычно с Корой не сижу, потому что мисс Пирс обычно успевает домой до того, как детский садик закрывается, так что она забирает Кору сама. Но она куда-то уезжает на выходные, тогда я и сижу с Корой, так что насчёт места работы ничего не знаю.

– Так, а сколько у нас тут в округе лабораторий? – У Хантера опять был полон рот печенья.

– Ты будешь только есть или сделаешь что-нибудь? – спросила его Лиза, указывая на наполовину опустевшую миску. Она слегка нахмурилась и повернулась к Сэм: – А зачем тебе это знать, Сэм? Не кажется ли тебе, что работа взрослых – это их дело и не надо в неё вмешиваться?

Сэм вспыхнула от этого поучения. В прошлом году она не раз попадала в неприятности из-за того, что совалась не в своё дело. И если бы не это, то у Лизы вряд ли был бы свой дом и она так и не узнала бы, что они с Кэсси – сводные сёстры. С трудом справившись с искушением напомнить об этом, Сэм обдумала то, что сказала Лиза. Она ведь не только сестра Кэсси и их учительница, но она ещё и друг, и Сэм ценит её советы.

Может, она права? Хмурясь от напряжения, Сэм постукивала кончиком ложки по губам.

– А твоя мама может с ней поговорить? – наконец просила Сэм у Элли. – Ну, просто чтобы убедиться, что ей не нужна помощь. Выглядит она встревоженной, – добавила она, обернувшись к Лизе.

Лиза кивнула.

– Может, миссис Паркер сможет её поддержать. Кендра ведь мать-одиночка, ей явно тяжело. Может, это всё вообще не имеет отношения к её работе.

– Может быть, – медленно проговорила Сэм, постукивая ложкой по губам. – Но вот та машина – люди, которые на ней ехали, вели себя странно.

– Что за машина? – заинтересовался Джон.

– Сэм… – Лиза знала свою младшую подругу слишком хорошо, знала и её страсть выискивать тайны.

Сэм рассказала про машину в подробностях, пытаясь передать ощущение опасности, которое возникло у неё тогда на дороге. Это ей не вполне удалось, рассказ подвергли тщательной проверке.

– Так ты думаешь, что у матери Коры какие-то проблемы, потому что видела какую-то дурацкую машину? Она ехала медленно, а ты навоображала себе?

Ну и ладно, Сэм и сама уже начала сомневаться. Отмахнувшись от Хантера, она вернулась к тесту.

– Тебя там не было, Хантер, ты не представляешь, что это было. Я их ни в чём не обвиняю. Я просто хочу знать, что это за лаборатория и как она называется!

Джон вытянул из заднего кармана смартфон и уселся на стул перед духовкой, чтобы поглядывать на печенье – у него было ещё несколько минут.

– Как выглядел этот логотип? – спросил он у Сэм.

Обрадовавшись, что хоть кто-то не ругает её, Сэм описала ему всё в подробностях.

– Я уже сказала, это «СинтТех Био», – пояснила она. – Я добавила в поиск слова «лаборатория» и «Оушенсайд», но ничего не нашла.

Джон кивнул, подтверждая её слова, и принялся за поиски.

– Хм, ты права, – проворчал он. – Поиск по акрониму, лаборатории, Оушенсайду, технологии или компании ничего не дает. Однако, – добавил он, вдруг усмехнувшись, – я соединил все эти слова, добавил «исследования» и нашёл название!

Сэм мгновенно забыла о шоколадных кексах, которыми занималась. Все остальные тоже заинтересовались результатом.

– «СинтТех Био», – объявил Джон. – У них нет сайта, нет странички, поэтому их так трудно найти. Однако они есть в списке акционерных обществ, там есть информация о компании. Похоже, это маленькая лаборатория, которая делает основу для всякой всячины, от косметики до медицинских тестов.

Сэм не очень поняла, что это такое, но звучало не слишком вдохновляюще.

– Вот и всё. – Хантер развёл руками. – Никакой суперсекретной шпионской лаборатории.

Посмотрев на брата, Сэм развернулась к Джону.

– А где она находится?

Но выражение лица Джона изменилось, он смотрел в свой телефон и хмурился. Тут запищал таймер, и Элли достала печеньки из духовки вместо него.

– Что такое? – спросила Сэм.

– Ничего, – отозвался Джон. – Просто владельцем значится наш прежний учитель химии! Он уволился в прошлом году – у него жена больна раком, за ней нужно ухаживать. Брось это дело, Сэм. – Джон убрал телефон. – Мистеру Карпентеру и без того забот хватает. Он хороший человек.

Хотя Джон вообще не насмехался над Сэм, только попросил не лезть в это дело, она почувствовала себя окрылённой. Такая забота от него была как сокрушительный удар. Решив не беспокоить Джона и не навлекать на себя вопросы Лизы, Сэм намерилась последовать его совету и бросить это дало.

Но для Сэм это зачастую было невозможно.

7

Лохматая тайна

В приюте царила почти праздничная атмосфера. Элли, Кэсси и Сэм продолжали отмечать успех распродажи, которая прошла накануне. Они выручили больше, чем нужно было на матрасы для женского кризисного центра, и у них ещё осталось немного денег. Их положили на счёт клуба, чтобы использовать в следующий раз.

– А что мы можем сделать, чтобы собрать денег для собачьего приюта? – спросила Полин. Энтузиазм девочек произвёл на неё нешуточное впечатление.

Обдумывая ответ, Сэм обняла Рокки. Счастливый пудель свернулся у неё на коленях. Сэм была так рада его увидеть, что чуть не плакала. И хотя она звонила узнать, как у него дела, всего пару дней назад, она была уверена, что, придя в приют, уже не застанет его там.

– Мыть машины ещё слишком холодно, – сказала Кэсси.

– Это точно! – согласилась Элли, обнимая себя за плечи.

Они все собрались в купальне – Полин мыла там большого датского дога. В другой ванной Кэсси мыла терьера-полукровку, а Элли сидела рядом с Сэм, ожидая своей очереди. У неё на руках сидел померанский шпиц, который всё ещё дрожал, хотя Элли завернула его в одеяльце.

Рокки был уже вымыт и высушен, и Сэм понимала, что самое трудное теперь – вернуть его обратно в клетку. Но надо было вымыть ещё десять собак, а время уже шло к полудню. Потом надо было почистить все клетки и погулять с собаками, а затем заняться кошками. После того как она проработала два воскресенья в приюте, Сэм осознала, что работников тут отчаянно не хватает. Она не была уверена в том, что сбор средств тут поможет. Нужно было другое решение.

– Дог-шоу! – воскликнула Сэм. Идея пришла к ней внезапно. Все выжидательно посмотрели на неё, и она зарделась, торопясь объяснить: – Ну, вот… если мы… понимаете, если мы устроим местное дог-шоу? В спортивном зале можно, ну вот как те шоу по телевизору. Только собаки будут всяких пород, а дети будут их представлять! – И чем дольше Сэм думала об этих перспективах, тем больше они ей нравились. – Полин, вы и Триш будете судьями, а победителям подарим ленты.

– И мы можем брать плату за вход и сделать сбор прямо там, – добавила Элли и улыбнулась.

– И кошек тоже можно показать! – Кэсси махнула рукой в мыльной пене.

– Это мне нравится, – сказала Полин. – Отличная идея. Триш придёт в полный восторг!

Не успели они углубиться в обсуждение, как зазвонил колокольчик у входа – кто-то пришёл.

– Привет! – крикнул прямо от двери Джон.

Сэм вскочила, подхватила на руки испуганного Рокки, выбежала в прихожую и увидела там Джона и Хантера.

– Что вы тут делаете? – удивилась она.

– Хотели зайти и сказать вам окончательную суммы выручки от распродажи. Лиза вот только закончила считать.

Джон вручил Сэм исписанный расчётами блокнот на пружинке.

«Может быть, дог-шоу поможет приюту, если всё хорошо спланировать!» – подумала Сэм, все больше воодушевляясь, и улыбнулась мальчикам.

– А это знаменитый Рокки? – спросил Хантер, указывая на пуделя. Он слушал рассказы об этой собаке уже целую неделю без перерыва.

Подойдя к брату, Сэм протянула ему собаку. Отодвинувшись, он поднял руки, словно защищаясь.

– Я же аллергик!

Сэм всё же сунула пёсика ему в руки.

– Пудели не линяют, так что многие аллергики могут их держать дома. И потом, я его только что искупала. Триш сказала, что собачьи аллергены – это частички кожи. На самом деле аллергия у тебя на перхоть, которая застревает в шерсти.

Не похоже было, что она убедила Хантера, но он неловко взял собаку.

Рокки вопросительно осмотрел его и лизнул в нос. Джон засмеялся.

Сэм не стала ждать развития событий – побежал к друзьям поделиться хорошими новостями. Когда через пару минут в купальню вошли Джон и Хантер, Сэм улыбнулась, увидев, что Хантер держит Рокки, как ребёнка.

– Привет, ребята, меня зовут Полин. А вы, должно быть, пресловутые Джон и Хантер.

Мальчики представились, и Полин предложила им осмотреть приют, оставив девочек заканчивать с купанием. Вскоре они вернулись. Хантер и Джон вели каждый по собаке на поводке. Сэм поняла, что Рокки сидит в своей клетке, и приложила все усилия, чтобы не реагировать на это.

– Я их призвала на службу, – объявила Полин. – Парни любезно согласились помочь нам сегодня выгулять собак.

Сэм и Хантер посмотрели друг на друга, и он указал на беленькую лохматую болонку, с такими же проплешинами и красными глазами, как у Рокки.

– Полин сказала, что у этого тоже аллергия.

Они пошли к двери, а Сэм замерла. Что-то он сказал такое, что-то важное, но она не… её размышления прервала Полин:

– Вот твой следующий клиент.

Сэм приняла от неё молодого чёрного лабрадора и пошла его мыть. Следующие два часа прошли среди мыла, шерсти, расчёсок и сушки, так что на посторонние размышления времени не осталось.

К трём часам дня они обработали последних собак, а Джон и Хантер пошли гулять с последней парой. Полин перебирала небольшой ассортимент собачьих припасов, которые они держали под рукой для продажи. Осталось только поухаживать за кошками и пообщаться с ними. Сэм уже заглядывала в кошачью комнату – по сравнению со всем остальным это было просто.

Выключив шумящую сушку, Сэм взяла собаку и направилась к клеткам. В коридоре она услышала, что Полин разговаривает у входа с мужчиной и женщиной.

Сэм закрыла дверцу, и тут вошла радостная Полин.

– Нашлись хозяева этой болонки! – объявила она. – Они тоже говорят, что перед тем, как она пропала, у неё не было проблем с шерстью и кожей, а пропала она пару недель назад.

– Ну что, я рада, что они нашли свою собаку, – отозвалась Сэм.

Она тревожно взглянула на Рокки, который смотрел на неё из клетки. Его хозяева тоже скоро придут? Полин взяла болонку и ушла. Сэм подошла к клетке Рокки и открыла её. Потянувшись почесать ему за ушами, она заметила, что глаза у него уже не красные, а на проплешинах стала расти новая шерсть. Обрадовавшись, что он так быстро выздоравливает, Сэм чмокнула его в макушку и вернулась к остальным.

– Ну что, идём к кошкам. Готовы? – спросила Элли. Она обняла Сэм за плечи. Понятно было, что она знает, что делала Сэм у собак.

Молча кивнув, Сэм двинулась вперёд, мимо приёмной. То, что она там увидела, заставило её остановиться с широко раскрытыми от потрясения глазами.

В дверях стоял водитель из той белой машины, которую Сэм видела в лесу! Он неуклюже держал в руках болонку, а та тряслась от страха.

8

Благие намерения

– Но вы не можете отдать ему собаку!

Сэм ухватила Полин за руку и потянула к двери, которая только что захлопнулась за этим подозрительным человеком. Девушка скептически посмотрела на Сэм.

– Сэм, да о чём ты говоришь? – выдохнула Полин, высвобождая руку. – Они перечислили особые приметы, а собака не чипирована. Откуда тебе знать, что это не их собака?

Сэм в отчаянии посмотрела в большое окно приемной, откуда было видно, как эта парочка переходит через улицу.

– Это сложно объяснить, но мне кажется, что этот человек – не хозяин собаки. Это он вёл служебную машину лаборатории в тот день, и ведёт он себя очень странно.

Прищурившись и сморщив нос, Полин спросила, явно не понимая:

– В чём странность?

– Ну… – Сэм развернулась к Элли ища поддержки. Та пожала плечами. Сэм вздохнула и начала всё сначала: – Они ехали очень медленно. И в машине был ещё один человек. В общем, они ехали очень медленно, с открытыми окнами, а когда увидели меня на велосипеде, то остановились. Посидели минутку, потом вроде бы двинулись ко мне, но потом вдруг быстро уехали!

Выдохнув после длинной тирады, Сэм с надеждой посмотрела на Полин.

– То есть получается, что они действовали как люди, которые ищут пропавшую собаку? И что, увидев девочку на велосипеде, они подумали, что могут спросить тебя, не видела ли ты собаку? – Полин скрестила руки на груди и ждала ответа.

Кровь бросилась Сэм в лицо. Она упала духом. Человека с болонкой больше не было видно.

– Было ещё кое-что, – Сэм сделала последнюю попытку. – Мама девочки, за которой мы присматриваем, работает в этой самой лаборатории, и она в последнее время ведёт себя очень странно. Пожалуйста, – взмолилась Сэм. – Ты не могла бы задать этому человеку ещё пару вопросов? Ну, то есть отзывается ли собака на имя, которым он её называет? Она казалась напуганной, когда они уходили.

Полин выпрямилась. На лице её удивление сменилось гневом.

– Сэм, я занимаюсь этим несколько дольше, чем ты. Ты что думаешь, я отдала бы собаку тому, кого подозреваю во лжи?

Испугавшись, что она обидела Полин, Сэм даже забыла о собаке.

– Нет! Я хотела сказать…

– И потом, – продолжала Полин, не дав Сэм вставить ни слова. – Он сделал неплохое пожертвование приюту за заботу о собаке. – Полин помахала чеком и положила его в кассу, явно отметая все возражения Сэм. – Я знаю, иногда трудно отпускать животное, Сэм. Особенно если ты привязалась к нему – или дала имя.

Глядя в пол, Сэм почувствовала, что лицо у неё горит и жар растекается к затылку. Все видели её позор – Элли, Кэсси, Джон и Хантер, они все были здесь.

– Полин, собака и правда была испугана, – сказала Элли, придвигаясь к Сэм ближе и кладя ей руку на плечо. – Разве это нормально – не радоваться своему хозяину?

– Он назвал её «Малышка», и она встрепенулась, когда он с ней заговорил, – ответила Полин, опёршись ладонями на стол. – Малышке было плохо, так что нет ничего странного в том, что она не отреагировала на хозяина «нормально» в вашем понимании. Послушайте. – Она пригладила выбившиеся из хвоста волосы. – Работать в приюте тяжело, особенно эмоционально, но вам нужно научиться с этим справляться, а иначе эта работа не для вас.

Сэм вскинула глаза на Полин и встретила её ответный пристальный взгляд. Непонятно было, сердится она или проявляет сочувствие. Может быть, и то и другое понемногу.

– Извини, Полин, – искренне сказала Сэм. – Я не хотела так… настаивать. Я просто переживаю за собаку.

Полин смягчилась, вышла из-за стола и сказала:

– Я знаю, что ты хотела как лучше, Сэм. Но, кроме помощи животным, есть ещё бизнес. Мы должны действовать профессионально, а иначе это плохо скажется на нашей репутации. Мы тут ходим по тонкой грани и не можем терять благотворителей. Мистер Клэнси, хозяин Малышки, намекнул, что он может вложить в приют ещё. Как ты думаешь, он сделает так, если я побегу за ним и обвиню в том, что он соврал и это не его собака? – Полин покачала головой и отошла от стола. – Пойдёмте закончим с кошками, хорошо? День сегодня тяжёлый, а мне ещё в купальне убирать.

Не сказав больше ни слова, она вышла, и Сэм посмотрела на друзей. Джон прижал палец к губам, потом махнул им рукой – мол, идём. Сэм пошла к помещению кошек первой, выбрав кружной путь через приёмную, чтобы не проходить через купальню.

Она выбрала Йоду – кота крупнее и пушистей она в жизни не встречала – и устроилась на кресле-мешке. Элли, Кэсси и Джон последовали её примеру, но Хантер остановился в дверях.

– Я выживаю в этом месте только благодаря антигистаминам, – объяснил он, морща нос. – Но я уверен, что стоит мне сделать хотя бы шаг в эту комнату, как я тут же помру.

Сэм волновалась за брата и тут поняла, что его болезнь никуда не делась, несмотря на лечение. Обычно ему становилось плохо, если он просто заходил в дом, где были собака или кошка.

– Отличная работа, Шерлок, – продолжил Хантер, привалившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. – Ты будешь первой в нашей семье, кого выгнали из волонтёров.

Сочувствие к нему моментально испарилось, Сэм пыталась придумать что-нибудь такое же жалящее в ответ.

– На самом деле Сэм может быть права, – сказал Джон, не дожидаясь её ответа.

Сэм удивлённо посмотрела на Джона, и хитрый упрёк брату умер у неё на языке. Ей казалось, что именно Джона она достала сильнее всех, учитывая то, что он сказал об этой лаборатории в тот вечер, несколько дней назад.

– Я? – переспросила она. Звук вышел приглушённым, потому что Йода начал тереться своей роскошной головой о её подбородок.

– Кто-нибудь ещё видел, на какую сумму этот чек? – спросил Джон, обводя всех взглядом. Никто не ответил, и он продолжил: – А я проходил мимо, когда мистер Клэнси подписывал его. Чек был на пять тысяч долларов!

– Ну ничего себе! – выпалила Элли, широко раскрыв глаза.

– Да эта собачка больше тысячи не стоит, – добавила Кэсси.

– Понятно, почему Полин закрыла глаза на пару несуразностей, – сказала Сэм, гадая, что же это могло значить. – Из-за больших денег на приют.

– Но почему? – вопросила Элли. – Почему кто-то заплатил такие деньги за собаку, которая ему не принадлежит? И как с этим связана лаборатория?

– А может, это его собака, – предположил Хантер. – Может, этот чувак просто богатый и хочет помочь приюту, который спас его собачку, а что он работает в лабе – это случайно получилось.

Внимательно разглядывая брата, Сэм обдумывала варианты. Затем решительно сжала губы в линию.

– Есть только один способ это выяснить наверняка.

9

Чует нос

– Ну-ка дай мне посмотреть. – Элли протянула руку к Сэм, которая сидела рядом с ней.

Сэм неохотно отдала ей свою контрольную по математике и закрыла глаза, предвидя заранее реакцию подруги. Контрольную в понедельник никто не ожидал. Так что хотя Сэм более-менее справилась с домашними заданиями, за контрольную у неё было три с минусом.

– Ну, могло быть и хуже, – вздохнула Элли. – У вас же проверочная работа за неделю бывает по четвергам?

Сэм кивнула, и Элли отдала ей контрольную.

– Тогда тебе лучше подумать, почему ты пропустила вот это. Времени у тебя до завтра.

Откинувшись на спинку кушетки, Сэм закрыла лицо исписанными листками со множеством красных пометок.

– Ну почему мы не можем быть в одном классе? – Бумага приглушила её голос.

– Ты смешная, Сэм! – Кора захихикала и кинула в Сэм игрушечным зайцем. От неожиданности Сэм шарахнулась, и бумаги разлетелись по полу. Кора подняла листок. – А это что такое?

– Подрастёшь – узнаешь, Кора. – Сэм собрала листки и помахала ими в воздухе. – Радуйся, что ты пока в детском садике. И что до этого тебе далеко.

Кора снова засмеялась, забрала зайца и уселась с ним играть. В другой руке она держала Барби, одетую по-ковбойски. Усадив куклу на спину зайцу, Кора заставила их скакать по мебели, сопровождая это разнообразными звуками.

Сэм покачала головой, глядя на гримаски девочки, взяла калькулятор и приступила к работе. Скоро надо было идти домой, а ей могла понадобиться помощь Элли.

Планы на вечер рухнули. Когда после обеда Сэм пришла к Элли, она надеялась, что сможет поговорить с Джоном насчёт того, как можно добыть информацию о лаборатории. Но его не было дома. Зато была Кора, так что Сэм решила поговорить с мисс Пирс.

Никакого реального плана у неё не было. Сэм хотела узнать, где находится лаборатория, приехать туда и оглядеться, но Джон наотрез отказался. Он настаивал, чтобы она подождала неделю, пока он не встретится со своим бывшим учителем, мистером Карпентером.

Сэм пыталась сосредоточиться на своих записях, но постоянно отвлекалась, а тут ещё Кора повисла у неё на ноге.

– Хочу в туалет.

– Ты знаешь, где он, Кора, – сказала Элли, избавив Сэм от необходимости отвечать. – Тебе помочь?

– Не-е-е, – девочка покачала головой. – Когда я в садике, я сама умею.

Сэм улыбнулась, а девочка поскакала по коридору, очень собой довольная. Скоро и сёстры Сэм станут такими же. Она не могла дождаться времени, когда они вырастут из памперсов.

Стук в дверь раздался неожиданно. Элли среагировала первой:

– Похоже, это мисс Пирс. – Она глянула на часы. – Сегодня она обещала прийти в семь тридцать.

Мама Коры села вместе с ними в комнате ждать, когда её дочь выйдет из туалета.

– Проверить, что она там делает? – спросила Элли.

– Подождём пару минут, – ответила Кендра. – У неё сейчас новый период жизни – она дважды поёт песенку, пока моет руки. Кора увидела это по телевизору в каком-то воскресном шоу и теперь повторяет. Это хорошо, но мне кажется, что она то забывает песню, то забывает, сколько раз её спела, вот и моет руки гораздо дольше, чем нужно.

Элли засмеялась и пошла собирать игрушки Коры, которые та принесла с собой.

– Сегодня она хорошо себя вела, – сказала она. – Никаких истерик.

– Я рада, – отозвалась Кендра. – Я не собираюсь больше работать допоздна. Это слишком тяжело для неё, я провожу с ней слишком мало времени.

Пока Элли занималась своим делом, Сэм внимательно разглядывала Кендру Пирс. Хотя в этот раз она не забыла снять свой лабораторный халат, лицо у неё снова было красным и опухшим, и она всё время сморкалась.

– Мисс Пирс, с вами всё в порядке? – наконец спросила Сэм, не в силах больше молчать. – Вы заболели?

Кендра встрепенулась, прекратила вытирать нос и медленно развернулась к Сэм. Поглядев на неё, Кендра прищурилась и отрицательно покачала головой:

– Нет, Сэм. Со мной всё в порядке. Это просто аллергия. Боюсь, что Кора унаследовала её от меня. У меня аллергия чуть ли не на всё на свете, и иногда реакцию у меня вызывает какой-нибудь продукт, над которым работает лаборатория.

Сэм тут же воспользовалась возможностью:

– Это, наверное, интересная работа! А что вы там делаете?

Кендра тут же закрылась и сунула руки в карманы пальто.

– Поверь, бесконечное создание основ и всяких ингредиентов для конечного продукта совершенно не интересно. – Её взгляд нервно перебегал с Сэм на Элли, затем на коридор. Потом она добавила ещё более нервно: – Кажется, надо поторопить Кору.

– А вы знаете мистера Карпентера? – спросила Элли ей в спину.

Помолчав, Кендра повернулась и ответила как ни в чем не бывало:

– Конечно, я его знаю. Он владелец нашей компании. Но я его не встречала. Он большую часть времени сидит дома с больной женой. Почти всем в лаборатории теперь руководит мистер Клэнси.

Когда Кендра исчезла в коридоре, Сэм и Элли удивлённо переглянулись. Похоже, она говорила о том самом мистере Клэнси, который забрал собаку из приюта! Из коридора донеслись голоса, и Сэм не стала спрашивать Элли, что бы это могло значить.

– Я вчера говорила с Лизой Ковингтон, у неё возникла отличная идея! – Один из голосов принадлежал маме Элли.

Из коридора появились две женщины, между ними шла Кора, всё ещё вытирая руки полотенцем, которое она притащила из ванной.

– Ковингтон? – переспросила Кендра. – Это же старое ранчо на холме?

– Точно! – Элизабет посмотрела на Элли. – Элли и Сэм дружат с Кэсси, младшей сестрой Лизы. Ранчо Ковингтон много лет было заброшено, но Лиза его возродила, она планирует летом открыть школу верховой езды. У неё сейчас несколько лошадей, и она ищет начинающих всадников в ученики, чтобы они помогли наладить график тренировок.

– Ничего не поняла, – сказала Кендра. – Она хочет, чтобы Кора пришла туда и ездила на лошади? Не слишком ли она мала для такого?

– Лиза сказала, что пять лет – это минимальный возраст для начала занятий конным спортом, но что Кора вполне подойдёт. Конечно, Лиза будет сама вести лошадь, а вы или ещё кто-нибудь будет идти рядом. Я просто подумала, что Коре это будет интересно, и к тому же совершенно бесплатно.

– У Коры жуткая аллергия на собак и кошек, – с явным сомнением сообщила Кендра.

– А она когда-нибудь приближалась к лошади? – спросила Сэм. – У моего брата Хантера тоже аллергия, но с лошадьми у него всё в порядке.

– И вообще, многое зависит от того, насколько хорошо чистят лошадь и что кладут в стойло, – добавила Элли. – Лиза о своих лошадях очень хорошо заботится, кормит только лучшим зерном и люцерной. Так что никакой пыли от сена и прочего.

– Ну, я думаю, что мы можем попробовать, – нерешительно сказала Кендра. – Будет здорово поехать куда-нибудь с Корой, чтобы она порадовалась. – Воодушевившись, она присела перед дочерью. – А ты что думаешь? Хочешь покататься на лошади в выходные?

Подпрыгнув, Кора завопила от радости:

– Я хочу на лошадь! Сейчас!

Осознав свою ошибку, Кендра застонала. Взяв Кору за ручку, она направилась к двери.

– Уже слишком поздно, милая. Все лошадки уже в кроватках.

– Лошадки спят?

Слушая удаляющийся разговор, Сэм рассмеялась.

– О боже мой, интересно, она болтает, даже засыпая?

Элли обняла мать.

– Спасибо.

– Давно надо было мне до неё доехать. – Элизабет посмотрела на дочь. – Может, мне тоже можно пойти? У меня наконец-то будет выходной. Целую вечность не сидела на лошади!

Тут в комнату вошли Джон и Хантер, и разговор прервался. Сэм была рада их видеть. Ну, как минимум Джона точно. А насчёт настроения её брата никогда нельзя было быть уверенной.

– Пойду разогрею вам что-нибудь на ужин, – сказала миссис Паркер и ушла на кухню.

– Мистер Клэнси управляет лабораторией! – выпалила Сэм, не дав никому и слова вымолвить.

Джон кивнул и упал на кушетку.

– Похоже на правду. Я тут порасспрашивал кое-кого, и похоже, что много лет назад мистер Карпентер основал компанию, чтобы заняться ею, когда уйдёт в отставку. Но ему пришлось уйти из школы гораздо раньше. Потому что его жена заболела. Спорим, что мистер Клэнси с самого начала был там руководителем.

– Но ты же не веришь на самом деле во всю эту ерунду насчёт того, что собаки как-то связаны с лабораторией? – Хантер замахал руками.

– Почему нет? – вклинилась Сэм. – Всегда всё испытывают на животных, Хантер. Собаки, которые поступили в приют, были в одинаковом состоянии из-за аллергии. Тут кроется что-то ещё.

Все смотрели на Сэм, Элли вопросительно качнула головой, отметив нерешительность подруги.

– Да в чём дело, Сэм? Давай уже. Скажи!

– У Коры и её мамы аллергия на собак, и когда мисс Пирс пришла в лабораторном халате, у Коры был приступ астмы. Это было как раз за несколько дней до того, как в приюте начали появляться те собаки с аллергией.

Элли воскликнула:

– А мисс Пирс сказала, что у неё аллергия, когда ты спросила насчёт её симптомов!

– Вы кое-что забыли, юные гении! – самодовольно сказал Хантер. – Рокки и те псы, про которых ты мне говорила, – у них у всех есть кое-что общее. Они все гипераллергичные, как вы это называете. И если вы думаете, что они все из лаборатории и вызывают аллергию, то в теорию это не укладывается.

Сэм не хотела признавать, что её брат прав.

– Погодите! – сказала она, вскакивая и вышагивая по комнате. – Какова вероятность того, что все собаки с симптомами аллергии – это собаки тех пород, которые не линяют? Мы что-то упускаем!

– Я могу незаметно проникнуть туда и выяснить.

Все разом обернулись к Джону и ждали, что он ещё скажет.

– У меня есть задание по общественным наукам. Я только сегодня узнал, что должен выбрать какой-нибудь местный бизнес и написать о нём. – Джон усмехнулся, глядя на Сэм. – И, кажется, я выберу «СинтТех Био».

10

Под прикрытием

Мигающие флуоресцентные лампы наполняли комнату мерцающими тенями. Сэм оглядывалась и нервно водила пальцем по уголку тетради на пружинке – тетрадь лежала перед ней на столе. Джон толкнул её, и она осознала, что постукивает ногой по полу. Сэм прекратила нервно дёргать ногой, глубоко вздохнула и попыталась сесть ровнее.

Сэм и Джон сидели за симпатичным столом красного дерева в переговорной рядом с ресепшеном. Вокруг стола стояло шесть мягких офисных кресел, четыре были пусты. Джон сел слева от Сэм, и оба они расположились лицом к единственной двери в этой комнате. Дверь оставалась закрытой уже минут десять.

Джон с Хантером подобрали трёх подруг после школы и минут пятнадцать торчали на парковке, решая, кто пойдёт с Джоном. Была пятница, и они не знали, до которого часа работает лаборатория. Джон хотел пойти туда поскорее. Наконец решили, что раз Сэм может узнать обоих мужчин из той странной машины, Кендру и обеих собак, то идти с ним должна именно она.

Она была в восторге от этой перспективы до того самого момента, как они с Джоном подошли к столу в приёмной и Джон заговорил о своём школьном исследовательском проекте. Желудок Сэм провалился куда-то к коленям и так там и остался. Она пыталась проглотить комок, застрявший в горле, но только начала кашлять. Протянув руку, она налила себе стакан воды из графина, стоявшего на столе.

Джон скосил свои холодные голубые глаза и посмотрел на неё скептически.

– Я-то думал, ты к такому привыкла, – пошутил он. – Если хочешь соскочить, я могу сказать, что тебе надо домой или ещё что-нибудь придумаю.

От унижения даже тошнота прошла, и Сэм преисполнилась решимости. Она никогда не отступала перед тайнами. Может, груз возможных последствий сильнее давил на неё потому, что она была эмоционально привязана к Рокки. Покачав головой, она посмотрела Джону в глаза так, что он отвёл взгляд.

– Я в порядке, – сказала она, изо всех сил изображая улыбку. – Я просто не люблю ждать.

Джона это не убедило, и он вместе с креслом повернулся к ней. Но тут дверь открылась, и Джону пришлось вернуться в исходное положение, пока их предприятие не провалилось.

Сэм с облегчением увидела, что в комнату входит мистер Клэнси. Выглядел он лет на тридцать, с короткими каштановыми волосами и тёмными пронзительными глазами.

Желудок снова взбунтовался, но Сэм обхватила свой стакан обеими руками и сделала долгий глоток. Они-то надеялись, что с ними поговорит кто-то другой, не сам же директор. Он мог узнать Джона, которого видел в приюте, и Сэм – её он видел в лесу. Сэм попыталась выровнять дыхание и выглядеть спокойной.

– Итак, – громко сказал вошедший, садясь напротив них. – Мне сказали, что вы интересуетесь нашей скромной лабораторией?

Если он и узнал их, то виду не подал.

– Да, сэр, – ровно ответил Джон. – Я пишу работу по общественным наукам, нам там нужно исследовать местный бизнес. Поскольку я собираюсь специализироваться по химии, то подумал, что «СинтТех Био» подойдёт для такой работы.

Сэм не знала, что Джон интересуется химией, и надеялась, что он не врёт. Может, это и маленькая ложь, но совсем на него не похоже. Джон выглядел совершенно спокойным, и Сэм ему слегка позавидовала. У него очень естественно получалось.

– А ваша помощница?

Сэм встрепенулась, осознав, что мистер Клэнси говорит о ней.

– Это моя подруга, – сказал Джон, объясняя, почему они пришли вместе. – Я подвожу её домой, поэтому взял с собой, а ещё она делает для меня заметки.

Мистер Клэнси усмехнулся, но принял это объяснение без вопросов.

– Сообразительный юноша, – сказал он. – Не упускаете возможность получить безвозмездную помощь. – Он резко встал и хлопнул ладонью по столу. – Ну что ж, штука в том, что гораздо проще показать вам, чем мы занимаемся, чем рассказывать. Идите за мной.

Взяв Сэм под руку, Джон повлек её за собой следом за мистером Клэнси из переговорной в холл. Они переглянулись, и Джон указал на блокнот, который она сжимала в руке, напоминая, чтобы она записывала. Он уже нацарапал кое-что в своём блокноте, хотя Сэм не имела ни малейшего понятия о чём.

– Мистер Карпентер основал эту компанию больше десяти лет назад и поставил меня во главе. – Мистер Клэнси оглянулся на них, отпирая следующую дверь. – Вы можете знать его, Джон. Он был учителем в вашей школе и, кажется, был ещё и помощником футбольного тренера. Судя по росту и сложению, ты наверняка играешь в футбол.

– Я тренировался у него два года, – подтвердил Джон, переступая порог. – И в прошлом году он преподавал у нас химию. Очень жаль, что ему пришлось уйти.

Сэм шагнула следом и обнаружила, что они вошли в большую комнату с рядами столов и разным оборудованием. Джон и мистер Клэнси продолжали беседовать на ходу, и Сэм вспомнила, что надо записывать самую подходящую информацию. Мистер Клэнси говорил о бизнесе, попутно показывал разные устройства и объяснял, как они работают, и Сэм быстро потеряла нить разговора, её не интересовали скучные детали или как вон та машина вращается, а эта анализирует. С другой стороны, Джон выглядел заинтересованным.

Через полчаса они прошли через пару коридоров и миновали туалет. Этого-то Сэм и дожидалась. Когда они подошли к следующему помещению, она заговорила.

– Мистер Клэнси, можно я схожу в туалет? Мы только что прошли мимо, – и она указала в том направлении, откуда они пришли.

– Разумеется, – сказал он. – Мы здесь задержимся. Я уверен, что Джон захочет увидеть новые центрифуги, которые неделю назад добыл для нас Крэйг.

Кивнув – как будто она знала, что такое центрифуга, – Сэм выскочила из комнаты.

Идя назад, она заглядывала в другие двери, мимо которых они проходили. Во время экскурсии она увидела очень мало сотрудников. На самом деле большинство комнат были пусты, кроме первой лаборатории, где находились трое мужчин. Они были в одинаковых лабораторных халатах и защитных очках – похоже, они проводили эксперимент.

Здание было большим, похожим на лабиринт. Рабочие пространства соединялись многочисленными коридорами. Тут легко было заблудиться. Направляясь к туалетам, Сэм прошла мимо двери с табличкой «Закрыто». Сэм, чувствуя себя слегка виноватой, проскочила в эту дверь и оказалась в следующем коридоре. Сюда мистер Клэнси их не водил. Выглянув из-за угла, Сэм с облегчением увидела, что путь свободен. Она поспешила по коридору вперёд, эхо её шагов слишком гулко отдавалось от стен, и она старалась ступать бесшумно.

В этом коридоре была только одна дверь, то есть комната за ней должна быть большой. Остановившись у этой двери, Сэм увидела, что она отличается от других. На остальных дверях были таблички – на кладовке, на туалете, на лабораториях. На этой двери ничего не было.

Сэм осторожно потянула дверную ручку. Та не шелохнулась под её рукой. Сэм в разочаровании отступила и скрестила руки. «И как мне тут что-нибудь найти, если двери закрыты?» – думала она, оглядывая длинный коридор. Время шло, и мистер Клэнси мог её хватиться.

Но едва Сэм шагнула в сторону, как дверь неожиданно открылась. Обернувшись в испуге, Сэм столкнулась лицом к лицу с Кендрой Пирс!

Замерев, Кендра прижала к груди папку и нервно оглянулась на комнату, из которой вышла. Дверь медленно закрылась, но прежде, чем щёлкнул замок, Сэм услышала приглушённый собачий лай!

11

Множество подозрений

– Почему мне кажется, что мы делаем что-то плохое? – спросила Элли, расхаживая туда-сюда перед большим телевизором в гостиной.

После лаборатории они поехали прямиком домой к Элли и Джону. Родители ещё не вернулись с работы, а Сэм написала маме сообщение, что они с братом будут здесь. Элли рассчитывала, что Сэм останется у неё ночевать, ведь была пятница.

– Ну, может, потому, что Джон отвлёк этих деятелей на фальшивую экскурсию, а Сэм, как обычно, сунула нос в чужие дела, – усмехнулся Хантер. Он шумно запустил руку в пакет с чипсами, по его лицу трудно было понять, серьёзно он это говорит или нет.

– Эй, у меня правда такое задание. Компания реально крутая, и у меня может получиться хорошая работа.

Джон против обыкновения занял оборонительную позицию, и напряжение в комнате стало осязаемым.

– Никто не сделал ничего плохого, – вмешалась Кэсси. Она терпеть не могла, когда её друзья спорили. – А мисс Пирс не сердилась и всё такое. Верно, Сэм?

Сэм кивнула и бросила свой блокнот на стол.

– Я уже сказала – она просто нервничала. И удивилась. Когда я сказала, что я там с Джоном ради его задания, она расслабилась, но не думаю, что она полностью поверила в это объяснение. Я собираюсь поговорить с ней, – добавила она, внезапно придя к этой мысли.

Запустив руки в волосы, отросшие уже до плеч, Сэм посмотрела на друзей, потом на брата.

– На этот раз я должна согласиться с тобой, Хантер. Хотя бы частично. Я сунула нос в чужие дела и сделала то, что Лиза сказала мне не делать. И теперь мисс Пирс переживает ещё больше, чем раньше. Потому что теперь я точно уверена, что она на чём-то попалась. Видели бы вы, какое у неё было виноватое лицо! И в той комнате точно были собаки.

– Может, лучше попросить Лизу или мою маму с ней поговорить? – предложила Элли. – Чем раньше мы примем меры, тем лучше.

– Нет, – не задумываясь, сказала Сэм. – Это надо будет всё им объяснить, и вообще, вовлекать их – это напрашиваться на неприятности, и в конце концов для собак никто ничего не сделает! – Мысль о том, что Рокки могут вернуть в ту запертую комнату, придала Сэм убедительности. – Мы должны выяснить, как забрать оттуда собак!

Развернувшись, Сэм умоляюще посмотрела на Джона, который сидел молча после того, как отвечал Хантеру. Он облокотился на компьютерный стол с нечитаемым выражением на лице.

– Тебе не нравится сам факт, что у них там есть собаки, но это не значит, что они плохо обращаются с ними, – наконец сказал он и поднял руку, не давая Сэм возразить, затем повернулся и включил компьютер. – Я думаю, ты преувеличиваешь, Сэм. – Он принялся набирать что-то на клавиатуре. – Мы же не хотим бегать вокруг и обвинять совершенно законный бизнес в нелегальных делишках, пока мы точно не узнали, что там происходит.

Сэм подумала, что участие Джона в деле может ей аукнуться. Он же знает все обстоятельства, а теперь защищает этих людей! В отчаянии глянув на Элли, Сэм вопросительно подняла брови.

– Я понимаю, что он хочет сказать, – тихо проговорила Элли. Она знала, как Сэм привязалась к Рокки, но Джон был прав. – Подумай сама, Сэм. Очень может быть, что мы уже разрушили дружбу с мисс Пирс. Триш позвала нас всех завтра на особую встречу, а ты можешь там попасть в неприятности, если будешь подозревать того мужчину, который приходил в выходные, а ещё – эту компанию основал учитель Джона! Нам нужно быть очень осторожными, чтобы не навредить другим людям. Но, – добавила она, посмотрев на брата, – ты знаешь, что Сэм обычно бывает права в таких делах, и я думаю, мы все понимаем: что-то тут подозрительно.

– Тогда начнём с того, что именно это может быть, – вмешался Хантер.

Он стоял за спиной Джона и смотрел, что тот делает на компьютере. Утвердительно кивнул и указал на одну из ссылок.

– Попробуй вот это. – Обернувшись к Элли, Хантер немного наклонил голову, глядя на неё сверху вниз. – Ты знаешь, что в исследованиях используют собак, верно?

– Вот только «СинтТех Био» – не исследовательская лаборатория. Верно, Джон? – возразила Элли.

– Верно, – ответил тот. – Мистер Клэнси вчера подтвердил то, что я уже узнал об этой компании. Они производят основы и всякие обычные компоненты для других лабораторий, которые и занимаются исследованиями.

– А что, если у мистера Карпентера есть отдельный проект? – Сэм постукивала пальцем по подбородку, размышляя вслух. – Что, если он пытается найти лекарство от рака для своей жены?

– О! – выпалила Кэсси. – Это имело бы смысл, но звучит сомнительно. Ну, то есть смотри – гигантские корпорации по всему миру вкладывают в поиск лекарств от рака огромные деньги. Не маловата ли эта компания по сравнению с ними?

– Да, – сказал Джон. – И, судя по деловым отчётам, – он указал на монитор, – никто в «СинтТех Био» не разбогател. Для компании из Оушенсайда суммы впечатляют, но мы говорим о проекте стоимостью в сотни тысяч, а для такой программы нужны десятки миллионов.

– Но зачем им собаки? – повторила Сэм свой вопрос.

Все пятеро торжественно переглянулись.

– Все собаки таких пород, которых обычно не бросают, – заявила Элли. – Все они появились в приюте с симптомами жестокой аллергии спустя неделю после того, как мисс Пирс стала странно себя вести. Далее, у них с Корой аллергия на то, что было у неё на лабораторном халате. Может быть, это очевидно, – предположила Элли, обращаясь к Сэм. – Может быть, лаборатория проводит какое-то исследование, но оно не касается лечения от рака или чего-то такого грандиозного, это что-то вроде средств для кожи при аллергии или чего-то такого.

– А вот это имеет смысл, – подал голос Хантер и похлопал в ладоши. – Кто из вас голоден? Пора обедать или хотя бы перекусить.

Шутливо подталкивая Хантера, Кэсси направила его на кухню.

– Ничего, если мы тут похозяйничаем? – спросила она у Элли, с облегчением возвращаясь к привычным делам.

Элли махнула рукой и засмеялась.

– Мама написала мне только что, что будет поздно, так что мы можем заказать пиццу. Я сейчас позвоню.

Сэм подождала, пока смолкнут радостные вопли Хантера, и тогда высказалась.

– Я думаю, ты права, – сказала она Элли и засунула руки в задние карманы джинсов. – Но я не убеждена, что там всё законно. Почему мисс Пирс так странно себя ведёт, почему мистер Клэнси устроил это представление в приюте, раз у них всё законно?

– Да полно всяких групп, которые протестуют против испытаний на животных, – сказал Джон. – Я уверен, что даже если у них имеются все нужные разрешения и оборудование, они бы предпочли делать всё тихо, чтобы избежать дурной известности.

– И как нам узнать, что там делается? – задумалась Элли. – Я не знаю, с чего начать. Кто обычно этим занимается? Полиция точно в такие дела не вмешивается. Может, это дело штата?

– Спорим, Триш должна знать? – улыбнувшись, воскликнула Сэм. – Мы можем завтра у неё спросить, а в воскресенье я могу поговорить об этом с мисс Пирс.

– В воскресенье утром она приводит ко мне Кору около девяти часов, – сказала Кэсси, вернувшись в комнату. В руке у неё была половинка яблока.

– О, я тут вспомнила, – подала голос Элли. – Нам с Кэсси нужно завтра спросить у Триш, можем ли мы в воскресенье прийти на полдня. Я хочу поехать с мамой на ранчо Ковингтон.

Сэм улыбнулась. Она была рада за Элли – той нечасто выпадала возможность провести день с мамой. Сэм каждый раз думала о том, что ей выпало счастье – её мама оставила работу в школе и сидела дома с близнецами.

– Уверена, всё будет в порядке, – сказала Сэм подругам. – Я сбегаю домой ненадолго, хочу проверить, не нужно ли помочь маме накормить близнецов обедом, и ещё хочу взять всё, что нужно для ночёвки. Я вернусь раньше, чем привезут пиццу!

На ходу обнявшись с Кэсси и Элли, Сэм выбежала из комнаты. У неё была ещё одна, более важная, причина поговорить с мамой наедине. Сэм больше всего хотела, чтобы Рокки наверняка никто больше не смог причинить вред. Приют должен был держать найденную собаку две недели, прежде чем предложить желающим забирать её. Если пёс сбежал из лаборатории, они, скорее всего, ждут истечения этого срока, чтобы объявить его своим и избежать подозрений. Но даже если он на самом деле бродячий, уже на выходных его могут забрать!

Сэм изо всех сил старалась казаться спокойной и собранной, а сама перебирала в уме блистательные, неотразимые аргументы, которыми собиралась убедить маму разрешить ей взять Рокки домой.

12

Сеть разрастается

Рокки ухватил пастью мячик и поскакал к Сэм, которая сидела, опёршись спиной о его вольер. Там он уронил мячик, склонил голову набок, посмотрев вопросительно, и заскулил.

– Всё хорошо, – шепнула Сэм, утирая слёзы. – Мне просто плохо, потому что ты не можешь жить у меня.

Сэм приехала сегодня раньше, чтобы поиграть со своим другом. Ей казалось, что она подвела его, раз не смогла убедить маму в том, что он совершенство. Почесав ему за ухом, Сэм подобрала мячик и снова кинула.

Пока Рокки гнался за мячиком через вольер, Сэм гадала, сможет ли она и дальше тут работать. Она тянула с разговором так долго, потому что мама сомневалась, что Сэм справится с работой в приюте. Сначала она не хотела пускать Сэм волонтёрствовать, потому что боялась, что дочь будет слишком сильно привязываться к животным. И, конечно, именно это мама и сказала вчера вечером. Что она была права и что если разрешить, то Сэм захочет притащить домой собаку через неделю.

– Но она не права, Рокки, – сказала Сэм псу. – Ты особенный. Другого такого нет и не будет.

Слёзы снова затуманили ей глаза, и тут на плечо легла тёплая рука. Сэм не надо было смотреть – она знала, что это Элли.

– Твоя мама сказала «нет»? – мягко спросила она.

Сэм молча кивнула и закрыла лицо руками. Она плакала редко и терпеть не могла, когда это видели другие, даже Элли.

– Вот почему ты была такая тихая, когда вернулась вчера вечером. – Элли села рядом с Сэм. Она знала, как много Рокки значил для неё, и уже обдумывала, что можно предпринять. – Может, ты договоришься взять его на денёк? Я уверена, Триш разрешит. Твоя мама увидит, какой он классный и что у Хантера нет на него аллергии.

– Не думаю, что мама разрешит, – вздохнула Сэм, стараясь успокоиться. – Ты же знаешь, какая она упрямая, если она что-то решила. Но завтра вечером будет звонить папа, – добавила она. Повернувшись к Элли, она заставила себя улыбнуться. – Могу попросить его поговорить с мамой. Она любит животных. Если он скажет насчёт взять на день, мама может и согласиться. Хорошая идея, Элли. Спасибо.

Элли крепко обняла подругу, встала и подала Сэм руку.

– Кэсси уже пришла, а Триш хочет с нами поговорить. Лучше нам пойти туда.

Ухватившись за руку Эли, Сэм кое-как встала и по очереди встряхнула занемевшие ноги. Она сидела тут на полу минут двадцать. Всхлипнув, она задрала подол свитера и вытерла лицо.

– Видно, что я плакала? – спросила она.

Элли всмотрелась и осторожно, подбирая слова, сказала:

– Чуть-чуть. Никто тебе ничего об этом не скажет, Сэм.

– Всё равно в глазах Триш буду выглядеть как дура.

И, подозвав Рокки, они вышли из вольерной вместе.

Через пятнадцать минут Сэм сидела и разглядывала сложенные на коленях руки. Последние десять минут Триш говорила то же самое, что и её мама прошлым вечером.

Они сидели в маленьком кабинете Триш вчетвером. У стола было только два стула, так что Сэм сидела у окна на полу, обнимая Рокки. Сэм понимала, что Триш ею крайне недовольна, так что не оказываться в прямой видимости показалось Сэм неплохой идеей.

Недовольна – это было слишком сильно сказано. Скорее разочарована, а это некоторым образом ещё хуже. Сэм заставила себя поднять голову и встретить взгляд Триш.

– Извините, – сказала она. И добавила, вторя словам Триш: – Я не хотела спорить с решением Полин. Я знаю, это выглядит так, как будто я подозреваю мистера Клэнси, потому что я привязалась к собаке, но на самом деле не поэтому.

– Она права, – сказала Кэсси, желая поддержать подругу. – Что-то не так с лабораторией, в которой этот человек работает.

Накануне вечером они решили, что попытаются узнать у Триш насчёт законов и испытания препаратов на животных, но без обвинений. Так что у Сэм сжалось в животе от реплики Кэсси. Она была благодарна за заступничество, но всё же стоило быть осторожней и не говорить слишком много.

– Всё в порядке, Кэсси, – быстро проговорила Сэм. – Триш права. Я не должна была делать поспешные выводы. Обещаю: больше такое не повторится.

Примерно минуту Триш внимательно смотрела на Сэм, явно обдумывая, что делать.

– Элли, Кэсси, я знаю, что вы хотели бы завтра уйти с середины дня, – сказала она, перенеся внимание на девочек. – Почему бы вам не взять полный день? На этой неделе работы немного, а мне всё равно надо побыть с Полин.

Предложение было вполне разумным, но Сэм не могла отделаться от мысли, что это скорее наказание. Она погладила Рокки и подумала: а сможет ли она больше не видеть его, не навещать?

– Ну, тогда почему бы вам не прийти ко мне в пятницу после школы? Мы обсудим, подходит ли вам эта работа. Если вы хотите продолжать волонтёрство, мы установим более постоянное расписание.

Сэм жалела, что видит спины Элли и Кэсси, а не их лица. Она не знала, как воспринимать предложение Триш. В нём были и позитивные стороны, и негативные. Может быть, она имела в виду – подходит для вас, но не для вас всех? Опечалившись ещё сильнее, Сэм размышляла, захочет ли Триш вообще отвечать ей на вопросы, которые они составили накануне. От этого могла зависеть её судьба.

И тут Рокки посмотрел на неё. Глядя в эти шоколадно-коричневые глаза, Сэм подумала о лае, который она слышала в лаборатории, и поняла, что должна гнуть свою линию. Они должны сделать всё, что в их силах, для спасения собак, если они находятся там незаконно.

Триш встала из-за стола, чтобы отпустить их. Сэм вскочила на ноги и выпалила первый вопрос из списка:

– Триш, мы тут подумали: а кто именно занимается собаками, задействованными в испытаниях продукции?

Замерев на мгновение, Триш повернулась к Сэм:

– Что ты имеешь в виду?

Было ясно, что всё пропало, но Сэм уже задала вопрос, и оставалось только идти вперёд.

– Ну, если университет или ещё кто-нибудь захочет испытывать что-то на собаках – есть какие-то законы, какие-то разрешения надо получать и всё такое? И кто проверяет, всё ли у них по закону?

Наступило зловещее молчание. Триш скрестила руки на груди и медленно села обратно.

– Главный закон называется законом о защите животных. К нему принимали несколько поправок, чтобы сделать правила строже. Федеральное правительство – точнее, министерство сельского хозяйства – усилило действие закона. За нарушение следует суровое наказание, и воспринимается оно серьёзно. Организации, которые нарушают протокол, – редкость. Получить разрешение использовать крыс и мышей очень трудно, не говоря уже о собаках и кошках.

Элли чуть-чуть повернулась, чтобы видеть Сэм, и они обменялись быстрыми взглядами. Судя по голосу, Триш явно не понравился вопрос.

– Слушайте, девочки, – продолжала Триш, откинувшись на спинку стула. Волосы у неё растрепались больше, чем обычно, взгляд был подозрительный. – Я активно занималась защитой животных, и, поверьте мне, если бы тут кто-то подавал заявку на использование животных, я бы об этом знала. Связи у меня сохранились. Сэм, я так понимаю, у тебя есть обыкновение лезть куда не надо. – Она подалась вперёд и ткнула в Сэм пальцем. – Но я не хочу, чтобы мои сотрудники совали нос в дела клиентов. Мистер Клэнси сделал большое пожертвование в пользу приюта. Точнее сказать, одно из самых больших, и я… мы не может позволять никому делать смехотворные заявления о том, чем он там занимается. Ты меня поняла?

Тяжело дыша, Сэм пыталась сдержать обуревавшие её эмоции. Они сделали большую ошибку. Надо было как следует подумать, прежде чем вовлекать в это дело Триш, она сразу всё поняла. Но тогда… Вместо стыда Сэм ощутила растущий гнев. Если это так очевидно, то почему не Триш задаёт эти вопросы? Может ли быть так, что директор приюта подкуплена? Что она сознательно не обращает внимания на подозрительные дела ради нескольких тысяч долларов? И вообще, разве есть лучший способ действовать втайне, чем иметь «своего» человека в местном приюте?

Лицо Сэм пылало, но она смотрела Триш в лицо с твёрдой решимостью.

– Да, миссис Спартан, я вас поняла.

13

Вопросы

Небольшая кобылка мотнула головой и фыркнула, что вызвало очередной взрыв смеха у её наездницы. К удивлению матери, Кора сидела верхом как профессионал. Она уже час была возле лошадей, и никакие симптомы не проявлялись – похоже, что аллергии на лошадей у девочки не было.

– Не могу поверить, как быстро Кора научилась ездить верхом! – воскликнула мисс Пирс. – Я бы никогда не подумала даже попробовать. Я так рада, что Лиза нас пригласила!

Сэм с мамой Коры сидели на большом тюке сена в конюшне, глядя на всадников в поле. Кендра ходила рядом с дочерью четверть часа, потом её сменила Кэсси и дала передохнуть. Теперь кобылку водила Лиза. Элли с матерью ехали рядом на больших лошадях.

– Похоже, у Коры нет аллергии! – заметила Сэм. Она покосилась на Кендру, увидела, как та кивнула, и воспользовалась возможностью углубить тему. – Так у неё аллергия в основном на кошек и собак?

Кендра поджала губы и стиснула руки на коленях, потом повернулась к Сэм.

– Да. На собак хуже всего. – Она помолчала, разглядывая Сэм. – Мне кажется, нам с тобой нужно поговорить.

Сэм с готовностью подалась к ней.

– Да, мисс Пирс. Нам нужно поговорить.

– Для начала ты можешь звать меня по имени. А то с этими вежливыми обращениями я чувствую себя намного старше.

Улыбнувшись, Сэм немного расслабилась.

– Прошу прощения, что напугала вас в лаборатории в пятницу. Честно говоря, я там кое-что исследовала и, наверное, не должна была попасть в тот коридор.

– Что ты там делала, Сэм?

Улыбка Сэм слегка поблекла. Тон вопроса не был обвинительным, но и дружеским тоже не был.

– Я же говорила. У Джона задание в школе, он решил писать о лаборатории. – Оправдание было так себе, это даже Сэм понимала.

– Ага, – выдохнула Кендра, явно расстроившись. – А теперь ты можешь назвать настоящую причину?

Сэм помедлила, разглядывая клок сена под ногой. Вытянув соломинку из тюка, она принялась крутить её вокруг пальца.

– Ну, Джон правда пишет работу, – начала она. – Но вы правы, для меня это не главная причина.

Отбросив скрученную соломинку, Сэм собралась с духом и посмотрела на Кендру.

– Мы с Элли и Кэсси ходим помогать в местном приюте для животных. За неделю туда привезли трёх собак, и у всех были одинаковые, очень странные симптомы аллергии. – Сэм не знала, чего ждать, но с Кендрой произошла драматическая перемена. Кровь отлила от её лица, она вскочила с тюка. Обхватив себя руками, она зашагала из стороны в сторону.

– Что это были за собаки? – спросила она наконец почти шёпотом.

– Ну… белая болонка, шнауцер и карликовый пудель.

Ссутулившись, Кендра снова села рядом, вид у неё был потерянный.

– Ты сообразительная девочка, Сэм.

Сэм беспокойно поёжилась – она не понимала, был ли это комплимент, и ждала продолжения. Она посмотрела на поле, на лошадей и задумалась, надолго ли хватит всадников, на холодном-то ветру.

– Много ли ты увидела в лаборатории?

Вопрос был неожиданным, и Сэм ответила осторожно:

– Не знаю, что вы имеете в виду, но я не видела ничего неожиданного. Кучу всяких приборов и оборудования, и я понятия не имею, для чего они и как работают.

Кендра не отреагировала. Сэм подозревала, что она не собиралась говорить больше, чем придётся, так что перешла к делу.

– Вот слышала я куда больше. Возле той комнаты, из которой вы вышли, собака лаяла. Зачем там была собака, Кендра?

Вздохнув, Кендра закрыла руками лицо, как будто отгораживаясь от вопросов. Затем покачала головой, уронила руки на колени и повернулась к Сэм.

– Это не то, что ты думаешь. Я бы никогда…

И тут у Сэм зазвонил телефон. Она раздраженно посмотрела на экран и с удивлением увидела номер приюта. Может, у них там запарка и им нужно, чтобы девочки приехали помочь? Она улыбнулась Кендре, извиняясь, и ответила на звонок.

– Алло?

– Сэм? Это Полин. Можешь говорить?

Сэм вдруг накрыло предчувствие. Во рту мгновенно пересохло, она с трудом могла говорить. Она уже знала, что ей скажет Полин.

– Да, – выговорила она сдавленным голосом.

– Мне жаль, Сэм, но я подумала, что ты захочешь узнать. Только что пришёл человек, назвался хозяином Рокки. Его забрали.

14

Всё дело в деталях

– Вы должны помочь мне вернуть его! – умоляла Сэм. Ей надоели загадки. Если Кендра что-то знает и может помочь спасти собак, она должна поступить правильно.

– Последняя собака в вольере, – отозвалась Кендра. То, что она понимала, о ком идёт речь, подтверждало её участие в деле.

– Это коричневый пудель, – с трудом выговорила Сэм. – Вы знаете – тот, у которого были пролысины, с красными и заплывшими глазами – из-за того, что вы мучили его там!

Ярость оглушила девочку, испугала. Она никогда не разговаривала так со взрослыми, но любовь и беспокойство за Рокки взяли верх. Она прижала руку к губам.

– Мне жаль, Сэм, – выдохнула Кендра, широко раскрыв глаза. Покачав головой, она мягко обняла её за плечи. – Поверь мне. Я понятия не имела, что происходит. Я пыталась помочь им, – добавила она и отшатнулась. – Это я их выпустила.

Сэм тяжело дышала. Возможно, Кендра говорила правду. Лиза или мать Элли могли подойти к ним в любой момент, и Сэм поняла, что шанс получить ответ будет потерян. Кендра не будет так свободно говорить о своём участии в этом сомнительном деле с другими взрослыми. Если это незаконно, это будет стоить ей работы, а то и похуже. Сэм посмотрела на смеющуюся Кору верхом на лошадке, и её ярость утихла, сменившись страхом. Похоже, Кендра и в самом деле в опасности.

Сэм взяла Кендру под руку и отвела её за тюки с соломой.

– Так вы можете рассказать мне, в чём дело? – спросила она самым спокойным и ровным тоном. – Может быть, директор приюта может помочь. Уверена, если вы хотели сделать как лучше, никто не будет вас винить.

– Я в этом не уверена, – возразила Кендра. Она села, подложив руки под себя и глядя на новенькие ковбойские сапоги. – Всё началось пару месяцев назад. Сначала Тэд сказал мне, что лабораторию пригласили принять участие в новых испытаниях, которые проводит большой фармацевтический концерн. Это было здорово.

– Тэд? – переспросила Сэм, впитывая информацию.

– Ты, наверное, знаешь его как мистера Клэнси. Он руководит лабораторией с тех самых пор, как её основал мистер Карпентер. Я даже не подумала спросить его, не задумалась, что стоит за этим приглашением. Кроме того, предполагалось, что мы будем задействованы очень мало. Сначала мы создавали базовый компонент для крема, а потом должны были протестировать его на содержание протеинов.

Сэм слегка запуталась, но просто кивнула, побуждая Кендру продолжать.

– Я должна была знать, что когда о тестировании известно так мало – это подозрительно. На самом деле мы не подходим для этого. Но когда появляется шанс сделать карьеру, а начальники говорят, что всё законно, рядовые сотрудники не сомневаются. Сначала всё шло хорошо. Мы опережали сроки с разработкой и получили хорошую премию. Но потом… – Она остановилась и взглянула на Сэм. Глаза у неё снова покраснели, но на этот раз от слёз, а не от аллергии. – Появились собаки. Тэд сказал, что все разрешения были проведены через ту большую корпорацию. Я не занималась ими непосредственно, так что увидела собак через несколько дней. Было очевидно, что на них испытывали продукт. И испытания шли плохо.

– А что мистер Карпентер? – спросила Сэм. Сердце у неё забилось от описания того, что сделали с бедным Рокки и другими собаками.

– Он ничего не знает! – воскликнула Кендра. Она расстроилась ещё сильнее. – Его жене стало хуже. Последние полгода он появляется в лаборатории раз в месяц на регулярное заседание, и там Тэд всё с ним прорабатывает. Когда он пришёл несколько недель назад, собаки исчезли. Я, конечно, ждала, что наконец-то новый проект обсудят с мистером Карпентером. Тэд даже не упомянул о нём, и я поняла, что всё плохо. После этого я попыталась расспросить Тэда, и он прямо сказал, что если я дорожу работой, то не буду зарываться. И ещё он сказал, что если я попытаюсь сообщить в министерство сельского хозяйства об испытаниях на животных, то пострадает прежде всего мистер Карпентер. Сэм, Тэд сказал, что даст показания, будто я играла в этом главную роль с самого начала.

Кендра пыталась держаться, по её щекам покатились слёзы.

– Я не знала, что можно сделать, только выпустить собак. Я уверена, Тэд знает, что это сделала я, и то, что он молчит, пугает меня ещё сильнее. Я знаю, что он сделает, если я попытаюсь рассказать о программе.

– Какой программе? – спросила Сэм, вспомнив о подозрениях Элли. – То есть я знаю, что это должно быть как-то связано с аллергией, но зачем им нужны собаки?

– Потому что они делают препарат для собак, не для людей, – объяснила Кендра. – Это должна была получиться потрясающая штука. Я поэтому и была так рада над ней работать. Понимаешь, они предположили, что главный аллерген – это протеин, который выделяется с собачьей слюной. Потом он переносится на шерсть и кожу языком, а потом, когда шерстинки выпадают, аллерген высвобождается. Возможно, поэтому аллергики лучше переносят собак, которые не линяют.

Большую часть этого Сэм уже знала, кроме информации о протеине. Она всё ещё не понимала, что это такое, но по описанию Кендры становилось понятно. «Мне точно надо быть внимательнее на уроках», – подумала Сэм.

– Я полагаю, они выбрали самые гипоаллергенные породы для контрольной группы. Понимаешь, Сэм, с аллергией никто ни в чём не уверен на сто процентов. Вызывает ли её слюна, кожа, шерсть или ещё что-нибудь. Этот крем действует как локатор протеина. Идея в том, что он предотвращает контакт протеина с шерстью и кожей, делает их действительно гипоаллергенными. Это был бы поразительный прорыв, особенно для таких, как мы с Корой. Возможно, это была одна из причин, что Тэд привлёк меня к этой стадии исследований. Он использовал меня как тестовый объект.

– Но у вас была аллергическая реакция, когда вы приходили тогда за Корой, а Кора отреагировала на ваш халат, – сказала Сэм.

– Это потому, что они привлекли к испытаниям собак, которые линяют, – тихо произнесла Кендра.

– То есть собак больше? – застонала Сэм, представив себе комнату, заставленную клетками.

– Только две немецкие овчарки, – быстро ответила Кендра. – Когда всё пошло плохо с первой партией собак и я их отпустила, Тэд тут же обзавелся двумя линяющими собаками. Я точно не знаю, что они сейчас с ними делают. Меня привлекали только в самом начале, но отстранили после того, как я начала задавать вопросы. Когда мы с тобой увиделись там в пятницу, я так тебя испугалась, потому что не должна была там находиться.

– Что вы там делали? – спросила Сэм.

До них донёсся смех, и Сэм увидела, что Лиза помогает Коре слезать с лошади на той стороне поля. Скоро они подойдут сюда. Время истекало.

– Я фотографировала собак на телефон, – призналась Кендра. – Я пыталась понять, как прекратить это, не разорив мистера Карпентера, и не потерять всё. Я знаю, что это звучит эгоистично, Сэм, но у Коры есть только я.

У Сэм заныло в груди при мысли о том, что Кендра и Кора потеряют дом и всё остальное из-за того, что сделал этот Тэд. Кендра не знала, что они там делают, а теперь знает и находится в опасном положении.

– Ты точно уверена, что директор приюта может помочь, если я добуду ей информацию и доказательства? – спросила Кендра. – Я могу, наверное, снять копии с документов и контракта с другой лабораторией, и это докажет, что мистер Карпентер ничего не знал.

Сэм припомнила свой разговор с Триш, и надежда вновь появилась. Триш точно знает законы, и она сказала, что занималась этим. Если она может знать, кто подавал запросы на испытания на животных, то, наверное, может и сообщить туда о нарушении. На худой конец она может передать информацию нужным людям и помочь забрать оттуда собак.

– Уверена, что кое-что она может, – пообещала Сэм. – Я понимаю, почему вы боитесь об этом рассказывать. Но почему вы просто не пошли к мистеру Карпентеру и не поговорили с ним, как только поняли, что он ничего не знает? Он же может просто закрыть проект и уволить Тэда?

Снова занервничав, Кендра покачала головой.

– Не думаю, что это так легко сделать, – сказала она, глядя на дочь, которая вместе с остальными шла сюда. – А те, кто отвечает за весь проект? Я не знаю, кто это, но могу сказать, что Тэд их боится. Я не знаю, что произойдёт, если мистер Карпентер вмешается. У него полно хлопот с женой, и я не могу обрушить всё это на его голову. Честно говоря, он сейчас совершенно не заботится о компании, и я его не виню. Я думаю, что лучший способ уберечь его от всего этого – не тревожить.

– А как же вы и Кора? – Сэм вдруг поняла, что опасность может грозить не только собакам. Она даже не рассматривала эту возможность!

– Вот поэтому я никому не рассказывала, – прошептала Кендра. – Я и тебе бы ничего не сказала, но, когда я увидела тебя там в пятницу, я поняла, что ты подошла слишком близко. Слишком близко.

Лиза помахала им, и Сэм помахала в ответ, изо всех сил постаравшись улыбнуться повеселее.

Посмотрев на часы, Кендра встала и отряхнула джинсы.

– Я собираюсь отвезти Кору к бабушке на полдня. В воскресенье в лаборатории никого нет. Я уже собрала кое-какие материалы в дополнение к фотографиям. Я заеду туда посмотреть на контракт и ещё кое-что. Если я не смогу найти то, что нужно, то пойду к мистеру Карпентеру. И я точно не хочу вовлекать тебя, разве что попрошу доставить бумаги анонимно вместо меня. Можешь подойти к моему дому часа в три? Если ты сможешь сегодня связаться с директором приюта, может быть, она придумает, как тебе вернуть Рокки.

Все мысли об опасности вылетели у Сэм из головы при упоминании Рокки, и она закивала.

Тут подбежала Кора и обняла мать.

15

Когда планы рушатся

– А я думаю, что мы должны позвонить в полицию или рассказать моей маме, – заявила Элли, уперев руки в бока.

Когда Кендра и Кора уехали с фермы, остальные задержались, чтобы поухаживать за лошадьми и вычистить стойла. У Сэм не было возможности пересказать разговор с Кендрой, пока они не вернулись домой полчаса назад.

Сэм с облегчением обнаружила, что мальчики были дома у Элли, и тут же предложила отправиться на велосипедную прогулку, что было на неё не похоже. Сэм выложила им всё насчёт плана, когда они остановились в конце дороги.

– Согласен. Нам надо привлечь взрослых, – сказал Джон сестре. – Но полиция ничего не будет делать. Не похоже, чтобы те люди нарушили закон или муниципальные постановления. Я думаю, что все эти запреты и постановления действуют на федеральном уровне. И я сомневаюсь, что, даже если они виноваты, их посадят в тюрьму – они скорее просто заплатят штраф.

– Но мы собираемся привлечь взрослых, – настаивала Сэм. – Я уже написала Триш, что мы планируем заехать к ней. После того как мы покажем ей свидетельства, я поговорю с мамой. Уверена – когда она всё это услышит, она захочет помочь Рокки. А как насчёт зоополиции? – Сэм торопилась, не давая Джону вставить слово и разрушить её стратегию. – Я видела по телевизору передачу, как они спасают животных и всё такое.

– Ха! – фыркнул Хантер. – Ты правда думаешь, что в Оушенсайде есть такой отдел? Да у нас вся полиция – это три копа. Шеф закатит глаза и скажет тебе заниматься своими делами.

– Хорошо, дорогой Эйнштейн, – сказала Сэм. – Что ты предлагаешь делать?

– Просто пойдём туда и заберём собак.

Сэм потрясённо уставилась на брата. Меньше всего она ожидала от него таких слов.

– Хантер, есть много причин, почему мы не должны так делать! – Джон почти кричал. – Это же вторжение! И воровство! А это противозаконно, и за это могут арестовать.

– Расслабься, – сказал Хантер, кладя руки на плечи Джону. – Я не говорю ничего насчёт вломиться туда. Но если Кендра выпустит собак, как она уже делала раньше, мы можем просто проезжать мимо и найти их.

Сэм испытывала сильное искушение согласиться с братом, но она знала, что Джон прав. Они не должны так поступать. И ещё она поняла, насколько Хантеру понравился Рокки, раз он такое предлагает.

– Они просто купят ещё собак, – резонно заметила Кэсси.

– Кажется, я был не прав, – признался Джон. Он нахмурился. – Я должен был прежде всего пойти и поговорить с мистером Карпентером, тогда этого бы не случилось. Я всё ещё могу пойти и поговорить.

– А что, если он уже знает?

Вопрос Кэсси повис в воздухе – до этого никто не додумался.

– Я знаю, что он был твоим учителем, Джон, – нарушила молчание Кэсси. – Но ты не мог хорошо его знать. Может быть, он участвует во всём этом, а может, его шантажируют. Дело в том, что мы не знаем, как обстоят дела, и можем сделать только хуже.

Джон запустил руки в уже и так взлохмаченные светлые волосы и прикусил губу, успокаивая дыхание. У него не было аргументов против плана, и Сэм этого хватило.

– Ну что, держимся прежнего плана? – спросила она, оглядывая друзей одного за другим.

Никто не возразил. Элли посмотрела в телефоне, который час.

– Уже почти три, – объявила она. – Если мы идём, то пора ехать к дому Кендры.

Сэм тронулась первой, а остальные последовали за ней. Оглянувшись, она облегчённо вздохнула. Она не пошла бы, если бы они не согласились.

Когда они подъехали к дому Кендры, машины там не было, так что они обошли дом и поставили велосипеды у отдельно стоящего гаража на заднем дворе. От передней двери было видно дома Сэм и Элли, а ни одна из них не хотела объяснять родителям, что они собираются делать.

Сэм вдруг накрыло волной вины – она подумала, что необходимость скрываться – это явный знак того, что она не должна этого делать. Но ведь это только временно! Как только они получат доказательства, которые нужны, чтобы остановить эксперименты, она сможет всё рассказать маме. Это был единственный известный ей способ сделать так, чтобы Рокки был в безопасности и здоров, а это было для Сэм важнее всего.

Сэм нервно расхаживала туда-сюда и с каждой минутой волновалась всё сильнее. Элли и Кэсси присоединились к ней, а Джон с Хантером уселись на садовые кресла. Спустя томительные полчаса девочки присоединились к ним.

– Она не отвечает на сообщения, – нервно сказала Элли. – Хотя она из тех, кто обычно отвечает сразу.

– Может, её телефон в лаборатории не работает? – предположил Хантер.

Покачав головой, Элли отправила ещё одно сообщение.

– Нет. Когда я сидела с Корой, она писала мне из лаборатории, перед тем как собиралась оттуда уходить.

– Может, позвонить в полицию? – предложила Кэсси. – Она может быть в опасности.

– А что мы им скажем? – возразил Хантер. – Может, у неё телефон разрядился, или она его потеряла, или оставила в конюшне. Может, она испугалась и стесняется тебе сказать. Да тысяча причин, почему она не отвечает, а у нас нет ничего, чтобы заинтересовать полицию.

– Поехали, – сказала Сэм и встала. – Туда всего десять минут ехать. Если мы найдём её машину на стоянке, а она всё ещё не будет отвечать на звонки, то мы позвоним родителям, чтобы они связались с мистером Карпентером или полицией.

– Хорошая идея, – одобрил Джон. – Но внутрь мы не пойдём, – добавил он, шутливо пихнув Хантера в бок.

– Есть, сэр! – Хантер засмеялся и уклонился от следующего тычка.

Не прошло и пятнадцати минут, как они добрались до лаборатории – она находилась в лесной зоне на окраине города. Время шло к четырём часам дня, и солнце уже садилось, так что здания погружались в густеющие сумерки. Сначала Сэм не заметила приметного красного седана Кендры, но когда они подошли поближе к парковке, то обнаружили машину рядом с чем-то вроде погрузочной платформы.

Остановившись у пустой машины, Сэм с надеждой взглянула на Элли.

– Звонок проходит, – ответила та, переведя звук в громкий режим, чтобы все слышали. – Так что её телефон в порядке.

Дождавшись автоответчика, Элли прервала вызов.

– Ну что? Хотите, чтобы я позвонила маме?

– Мне жаль, Сэм, – сказал Джон, кладя руку ей на плечо. – Я знаю, что ты только хотела вызволить Рокки и других собак, но мы больше ничего не можем сделать.

Второй раз за день у неё сжалось горло, и Сэм опустила голову. Для такого простого плана это чересчур.

– Я знаю, – проговорила она. – Давай, Элли, звони. Это…

Внезапно совсем рядом раздался знакомый лай, Сэм обернулась и увидела на платформе Рокки!

– Рокки! – воскликнула она и побежала к нему, не задумавшись, как он там оказался.

– Сэм, стой! – заорал Джон. Он попытался схватить её за руку, но промахнулся.

Сэм подбежала к бетонному возвышению. Рокки рванулся к ней, но вдруг что-то дёрнуло его назад, и он жалобно взвизгнул. Обескураженная, Сэм остановилась и только теперь поняла, что пёс на поводке. А поводок держит мистер Клэнси.

– Отдайте телефон, – потребовал низкий голос.

Обернувшись, Сэм увидела, что следом идут ещё два человека.

– На самом деле, – продолжил тот, который был повыше, и протянул руку. – Отдайте все телефоны.

16

В клетке

Элли замерла, сжимая мобильник в руке. Она так пристально следила за Рокки, что даже не услышала, как один из этих людей обошёл вокруг машины. Посмотрев на того, который приказывал, она попыталась осмыслить ситуацию. Всё было очень плохо.

– Я не буду повторять дважды, – прорычал человек, подходя к Элли.

– Эй! – крикнул Джон, направляясь к сестре. – Руки прочь. Мы просто ищем нашего друга.

– Это вторжение в частные владения, Джон, – спокойно сказал мистер Клэнси. – И сегодня у нас нет экскурсий, – добавил он, с издёвкой обращаясь к Сэм.

– Это парковка, – возразил Хантер. Одновременно он пытался ввести пароль на своём телефоне. Сэм всегда смеялась над тем, что он задаёт такие длинные пароли.

– Парковка находится за оградой, вот знак, который запрещает заходить сюда, – указал высокий. Выдернув телефон из руки Элли, он шагнул к Джону. – Давай сюда свой телефон, пацан.

Хотя Джон был довольно рослым для своего возраста, он не мог равняться с этим бандитом. Увидев растерянное лицо сестры и широко раскрытые, испуганные глаза Кэсси, Джон понял, что умнее всего будет попробовать сгладить конфликт.

– Хорошо-хорошо, – сказал он, держа руки как в фильмах, где говорят: «Медленно положи оружие на пол!» – Не понимаю, чего вы подняли такой шум, мы просто заехали сюда, ничего плохого вам не сделали. Мы уже уходим, мистер Клэнси.

– Хватит игр, – ответил мистер Клэнси. – Последние полчаса я читал входящие сообщения от некоей Элли, – он перевёл взгляд с Элли на Кэсси, выискивая среди них злоумышленницу. – Не знаю, почему ваша компания взялась помогать обиженной сотруднице, которая попалась на воровстве, но я не люблю, когда мне врут. – Тут он посмотрел на Джона. – Но до тех пор, как я поговорю с вашими родителями, я буду держать ваши телефоны у себя. Крэйг, принеси мне их. А теперь все зайдите внутрь, и разберёмся.

Сэм смотрела, как её брат с друзьями идут к погрузочной платформе, и её мысли лихорадочно скакали. Крэйг. Знакомое имя. Приют! Точно! Не тот ли это сотрудник, который уволился несколько месяцев назад?

Хотя она знала, что мистер Клэнси поступает неправильно и пытается перевалить вину на них, она всё же чувствовала себя виноватой от его упрёков. Всё шло не так. Если он сумеет уничтожить все свидетельства, сможет ли он вывернуться? Застонав про себя, Сэм поняла, как она подставилась перед Триш и перед мамой, и всё выглядит так, как будто она опять реагировала слишком сильно и совала нос куда не надо.

Крэйг забрал телефоны у Кэсси и Хантера и подошёл к ней. Сэм посмотрела на свой велосипед, который лежал рядом. Успеет ли она добраться до него? Станут ли эти люди останавливать её, если она пустится наутёк? А если станут? Мистер Клэнси видел сообщения, то есть он обнаружил Кендру в лаборатории и знает, что они с ней заодно и копались в его делишках. Сэм могла бы убежать и позвонить маме… но к тому моменту, как мама сюда приедет, собак тут уже может не быть, а мистер Клэнси будет жаловаться на детей, которые забрались в частные владения, и всё такое. Учитывая всё предыдущее, это будет катастрофа.

Крэйг протянул руку за её телефоном. Сэм бросила ещё один быстрый взгляд на велосипед. Джон подошёл к ней сзади и взял за руку, пожав её незаметно. Он, видимо, пришёл к тому же выводу. Лучше всего было оказаться внутри рядом с Кендрой, найти собак и попытаться освободить их.

– Если вы правда хотите поговорить с нашими родителями, я с радостью позвоню маме прямо сейчас.

Сунув телефон в лапу Крэйга, Сэм не смогла удержаться от открытого возражения людям, которые забрали их телефоны, но затем повернулась и пошла вместе со всеми.

Мистер Клэнси глянул на Сэм и молча махнул рукой в сторону большой двери грузовой площадки. За ними был большой холл, полный коробок и прочих грузов.

Посередине стояла Кендра. Она сутулилась, в одной руке она держала пакет, в другой – картонную коробочку. Когда она увидела ребят, выражение разочарования на её лице сменилось смесью ярости и отчаянья.

Позади неё высокий худой человек мерил шагами пространство, а когда они вошли, резко остановился.

– А-а, вот и вы! – взвизгнул он и с раздражением всплеснул руками. – Тэд, вы сказали, что всё будет просто. Мой наниматель любит, когда всё просто. И не любит осложнений. Если обстоятельства осложняются, мы просто уходим в другое место и ведём свои дела там.

– Всё в порядке, – уверил его мистер Клэнси и обвёл рукой штабеля коробок. – Вот ваша продукция, готова к погрузке. Филипп сейчас перенесёт всё в ваш фургон.

Один из тех, кто выходил, принялся исполнять приказ. Хотя он был не таким мускулистым, как Крэйг, да и постарше, он с лёгкостью переставлял на тележку по три коробки зараз.

Глядя на него, Сэм вдруг поняла, как ошиблась Кендра со временем и расписанием работы. Обычно по воскресеньям в здании никого не было, но мистер Клэнси, исходя из тех же соображений, решил отгрузить продукцию именно в воскресенье. Сэм могла только воображать, какая ужасная сцена разыгралась, когда Кендру поймали с документами компании и этой коробкой – наверняка там были какие-то доказательства.

– Дело в некотором недопонимании, – тем временем говорил мистер Клэнси, указывая на Кендру, потом на ребят. – Моя сотрудница поддалась мукам совести, но она достаточно разумна, чтобы поступить в собственных интересах.

– А эти засранцы? – требовательный клиент всё ещё не был убеждён.

– Просто дети, которые сейчас увидят, как на самом деле работает закон. – Мистер Клэнси передал Крэйгу поводок Рокки. – Посади его в клетку к остальным.

Сердце у Сэм забилось чаще, когда она увидела, куда Крэйг ведёт пуделя. У дальней стены на вилке подъёмника стояло несколько клеток, готовых к перевозке. В клетках были две другие собаки из приюта и ещё те немецкие овчарки, о которых рассказывала Кендра.

Подойдя к Кендре, Тэд Клэнси забрал у неё из рук папку и коробочку.

– Это тоже возьмите, – он передал их Крэйгу. – Всё должно исчезнуть.

– Тэд, ради бога! – Лицо Кендры было бледным, руки дрожали, но она шагнула наперерез своему начальнику. – Я просто хочу как лучше. Я думала, что вы с мистером Карпентером друзья. Ты знаешь, как он расстроится, когда обо всём узнает!

– Вот почему он не узнает, – ровно ответил Тэд. – Мой друг – хороший человек, но бизнесмен плохой. Когда всё закончится, я смогу купить у него это место и вести дело как следует.

– Я тебе не позволю! – глаза Кендры вспыхнули.

– Ты же знаешь, – игриво сказал Тэд. – У тебя маленький ребёнок. Помни, ты тоже в этом участвовала. – Ткнув пальцем ей в грудь, он наклонился поближе и понизил голос до угрожающего: – Если что-нибудь дойдёт до министерства, я прослежу, чтобы тебя не только уволили, но чтобы ты вообще никогда не нашла работы по специальности!

Кендра побледнела и отшатнулась, как будто её ударили.

– Слушайте, просто отдайте нам собак, и мы ничего не расскажем обо всём остальном, – сказала Сэм.

Хотя прийти сюда и собрать свидетельства нарушений было идеей Кендры, Сэм понимала, что, если бы она не начала задавать Кендре вопросы, та бы не стала ничего делать. Так что это была целиком вина Сэм.

– О, я знаю, что вы ничего не скажете, – согласился Тэд. – Потому что, если скажете, я позабочусь, чтобы Кендра потеряла не только работу, а вас всех привлекут за кражу со взломом!

Сэм посмотрела на Джона, надеясь, что он возразит и скажет, что это не сработает. Но вместо этого Джон молча покачал головой. Сэм вспомнила, как Джон сказал ей две недели назад бросить это дело, и почувствовала себя ещё хуже. Элли придвинулась к ней и взяла под руку. Сэм прижалась к подруге.

Хантер и Кэсси сидели на большом ящике. Кэсси мрачно смотрела в пол, Хантер скрестил ноги и сложил руки на груди. Он изображал скуку и отсутствие интереса, но Сэм-то знала брата. Он ждал возможности устроить сцену.

Единственный способ выбраться отсюда без проблем для них и для Кендры было добыть доказательства, а Тэд делал всё, чтобы их не осталось. Чтобы они исчезли. Вместе с собаками.

Рокки.

Рокки – это доказательство, и Крэйг сейчас посадит его в клетку. Куда они его увезут? Что они сделают с собаками, чтобы те исчезли? Вероятный ответ на эти вопросы был таков, что Сэм решилась действовать. Её не волновало, что она попадёт в неприятности. Рокки надо было спасти.

– Рокки! – крикнула она, бросаясь к нему. – Рокки, беги!

Чтобы закрыть клетку, Крэйг выпустил поводок и не был готов к реакции собаки. Бросившись на дверцу, Рокки вырвался. Он спрыгнул на пол и помчался прямо к Сэм!

– Нет, Рокки! – завопила Сэм. Она махнула рукой в сторону открытых дверей и увернулась от Тэда. – Беги туда!

Начался хаос – все собаки разом залаяли, Крэйг бросился ловить пуделя. Хантер спрыгнул с ящика и метнулся подхватить выпавшие из рук Крэйга бумаги и коробочку.

Сэм рванулась к двери, чтобы выбежать наружу вместе с Рокки, но тут её схватили сзади и подняли в воздух.

– Ты об это пожалеешь! – зарычал Тэд ей прямо в ухо.

Сэм не успела ничего сделать, как Рокки был тут, прыгнул и сбил их обоих наземь. И тут же Рокки вцепился Тэду в ногу и зарычал с такой злобой, которой Сэм не ожидала увидеть в этом милом пёсике.

Оказавшись на свободе, Сэм откатилась прочь и поднялась на ноги. Двери были прямо перед ней, и она буквально вывалилась наружу, надеясь, что друзья следуют за ней.

Но вместо пустого подъёмника и пути на свободу Сэм впечаталась во что-то твёрдое. Оглушённая, она упала и увидела над собой гневное лицо Триш.

17

Нежданный союзник

– Триш! – выдохнула Сэм.

Триш ухватила Сэм за плечо и не дала ей упасть. И нахмурилась ещё сильнее, когда разглядела разворачивающуюся сцену.

– Крэйг! – крикнула она, заметив бывшего сотрудника. – Что ты здесь делаешь?

– Работаю, – с вызовом ответил он.

Он как раз оторвал Рокки от ноги мистера Клэнси и ухватил поводок покрепче. Он протащил пса на несколько шагов, когда увидел Триш и замер.

– Что? – наклонив голову, Триш поджала губы.

Сэм прямо видела, как перед Триш складывается картинка из разрозненных кусочков. Она обрадовалась, что Триш не вовлечена в незаконные испытания на животных, но понятия не имела, что она может сделать, чтобы помочь. Выпустив Сэм, Триш подошла к Крэйгу.

– Я думала, ты работаешь в приюте в округе Фултон, – с подозрением сказала она. Посмотрев сверху вниз на Тэда, Триш окинула взглядом ребят, которые сбились в кучу, потом обратила внимание на клетки.

– Я и работал, – ответил Крэйг. Он тянул пса за поводок и пятился понемногу назад. – Только временно. Ты что же, думаешь, я буду мыть грязное зверьё?! Ведь у меня диплом по биологии и химии!

– Понятно, – деловито ответила Триш. – Ты использовал свою работу для того, чтобы привезти найденных животных из соседнего округа. Это могло бы сработать, если бы ты их не упустил. – Её презрение было теперь явным. – Но ты никогда не умел управляться с животными.

– Какое трогательное воссоединение, – заявил Тэд. Он встал, отряхнул брюки и поправил лабораторный халат. – Но я вынужден попросить вас покинуть это место, – сказал он Триш. – Это частное владение и совершенно не ваше дело.

– Тэд Клэнси, – сказала Триш, совсем не собираясь выполнять его требования. – Я подумала, что Малышка – домашний питомец. – Она указала на клетки и беленькую собачку, к лицу её прилила кровь. – Вот что я тебе скажу. Я заберу этих собак, этих детей и с радостью уйду.

– Я тут ни при чём! – вмешался высокий мужчина. – Я только выполняю приказ, который входит в законный контракт между моим нанимателем и мистером Клэнси. Всё остальное, включая законность его бизнеса, меня никак не касается!

Махнув рукой Филиппу, который стоял возле загруженной тележки, он велел тому следовать за ним. Никто не попытался их остановить, и они проследовали мимо Триш на погрузочную платформу.

– Полагаю, будет правильно сказать, что мы отказываемся от всякого дальнейшего сотрудничества, – добавил он, глядя на Тэда. – Но останемся на связи.

С потемневшим лицом Тэд развернулся к Кендре.

– Это всё ты! Ты понятия не имеешь, что это значит для компании. В деле такие деньги, которых ты за всю жизнь не увидишь, и более чем достаточно для того, чтобы обеспечить лечение миссис Карпентер.

– Это не твоё дело – вовлекать компанию мистера Карпентера в какие-то дела втайне от него, – возразила Кендра. – Мне кажется, если бы он знал, то всё было бы сделано как положено. Ты бы получил меньше денег, времени бы ушло больше, но мы могли бы гордиться этим.

Тэд рассмеялся как сумасшедший и двинулся к Крэйгу.

– Давай! У нас ещё есть дела, надо подготовить встречу с людьми из корпорации. Пора начать собственный бизнес. Забери у него это!

Он указал на коробочку, которую сжимал в руке Хантер.

– Крэйг, я бы не стала этого делать. – Голос Триш прозвучал так, что Сэм обрадовалась тому, что эта женщина на её стороне.

– Вы почему ещё здесь? – Тэд снова обернулся к Триш. – Покиньте мою собственность и больше не возвращайтесь!

– Последний раз повторяю, – невозмутимо сказала Триш. – Эти собаки были под моей ответственностью, и я отдала их вам по ложным основаниям. Я уверена, что, если я позвоню в приют округа Фултон, они скажут то же самое об этих овчарках. Так что я их возвращаю. Я уйду с ними, и дети уйдут вместе со мной! Поосторожней со словами, – она указала на Тэда. – Получается, что ты действовал, не имея разрешения на работу, которую выполняешь. Но есть у меня ощущение, что ты опасно близок к черте. Я без промедления позвоню в полицию, и пусть они решают, какие обвинения тут лучше предъявлять.

С налившимся кровью лицом Тэд изучал Триш, потом подошёл к Крэйгу. Забрал у него телефоны и сунул их Джону.

– Ну вот, надеюсь, ты понимаешь, что делаешь с мистером Карпентером.

– То есть что вы сделали. – Джон распихал телефоны по карманам и посмотрел в глаза человеку, который вполне мог бы быть его учителем, теперь он понимал, что нельзя не обращать внимания на нарушения просто потому, что тебе от этого неудобно – последствия будут ещё хуже. Он должен был немедленно поговорить со своим учителем. Поступать правильно не всегда легко.

– Вон отсюда! – заорал Тэд. – И шавок забирайте!

Сэм бросилась к Рокки. Её переполняли эмоции. Выхватив поводок у опешившего Крэйга, она не могла остановиться, обнимая пса. Тем временем Кэсси и Элли достали из клетки Беби и открыли следующую.

Не прошло и пяти минут, как всех собак вывели на парковку, и Триш повела их в приютский фургон. Поводков в руках не было только у Кендры и Хантера, и Хантер отдал ей папку и коробочку.

– Спасибо, – сказала ему Кендра, прижимая документы к груди. Она повернулась к Сэму. – Я отвезу это прямо мистеру Карпентеру. Я должна была сделать это несколько недель назад.

– Как вы думаете, он правда может потерять лабораторию из-за всего этого? – Сэм обеспокоенно переводила взгляд с Кендры на Триш.

– Вот, – сказала Триш и полезла в задний карман. – Вас зовут Кендра? – Кендра кивнула, и Триш вручила ей визитку. – После того как поговорите с мистером Карпентером, скажите ему, чтобы он позвонил мне. Я могу дать ему контакты нужных людей. Если он правда ничего не знал и вы это подтвердите, то я не вижу, в чём его можно обвинить.

– Эти документы всё подтверждают, – Кендра стиснула папку. – Там есть контракт, который подписан только Тэдом Клэнси.

Улыбнувшись, Сэм остановилась и присела, чтобы обнять Рокки. Пудель восторженно лизнул ей лицо и положил голову на плечо, по-собачьи обнимая.

18

Принят с любовью

Поездка до приюта была недолгой, а говорить, когда собаки пытаются вскарабкаться на стенку фургона, не получается. Сэм с облегчением выбралась из шумной машины и повела всех к двери.

– Боже мой! – воскликнула Полин, увидев их. – Что случилось? Где вы были, откуда у вас эти собаки?

Триш рассмеялась и передала овчарок Полин.

– Я всё объясню. Но сначала, Сэм, позвони маме!

Радость Сэм несколько поблекла.

– Когда вы не пришли на назначенную встречу, я забеспокоилась и позвонила твоей маме. Она явно не знала, что вы планировали приехать сюда после обеда. Когда я сказала ей, что Рокки забрали, она очень спокойно сказала, что в последний раз видела тебя, когда ты со всеми своими друзьями отправлялась куда-то на велосипедах.

Сэм обменялась понимающим взглядом с Элли. Они много раз оказывались в ситуации, когда надо скрывать свои действия от родителей, зачастую это кончалось тем, что им читали нотации, запирали дома и грозились никогда больше не выпускать.

– Она позвонила тебе, потом вам всем по очереди. Никто не ответил, и она сказала, что пойдёт вас искать.

Хантер со стоном хлопнул себя по лбу.

– А-а, вот это мы влипли!

– Как вы нашли нас? – спросила Сэм, забрав свой телефон у Джона.

– Я спросила у Полин, что ты ей сказала, когда она сообщила тебе насчёт Рокки. И обратила внимание на то, чего ты не сказала. – Поймав вопросительный взгляд Сэм, Триш улыбнулась в ответ. – Ты не спросила, кто его забрал. Так что я предположила, что ты уже знала, кто это был. Было несложно догадаться, что ты можешь пойти в эту лабораторию – ты была уверена, что он там, – и попытаться его вернуть. Должна признать, что я понятия не имела, во что ввязываюсь, когда приехала туда!

– Триш, во что ты ввязалась? – требовательно спросила Полин, которая ещё ничего не знала.

Пока Триш рассказывала Полин всю историю с начала, Сэм позвонила маме. К счастью, та в основном обрадовалась, когда Сэм сказала ей, что они все в приюте у Триш. Чтобы не вдаваться в детали по телефону, Сэм пообещала объяснить всё, когда мама приедет их забрать.

– Мамы едут, – объявила Сэм во всеуслышание.

– И моя тоже? – Элли широко раскрыла глаза.

– Ага. И Лиза. Похоже, они искали нас все вместе. – Сэм посмотрела на Кэсси, потом на Джона. – Извините.

Пожав плечами, Кэсси приласкала Малышку.

– Всё в порядке. Собаки в безопасности. А я как-нибудь проживу неделю без телевизора.

– Но дело не только в этом, – вмешался Джон. – Дело в доверии, а мы только что его нарушили. И восстановится оно не сразу.

Сэм знала, что Джон прав. Может, у них и были добрые намерения, но поступили они с родителями всё равно нечестно.

– Ну, не могу отделаться от мысли, что отчасти я в этом виновата, – призналась Триш.

Сэм удивлённо посмотрела на неё поверх мохнатых ушек Рокки, которого только что поцеловала как раз между ушами. Полин повела немецких овчарок в вольеры, оставив маленьких собак с ребятами.

– Ты пыталась поступить правильно, когда поделилась своими подозрениями со взрослыми, но я не стала тебя слушать. – Триш подошла к Сэм, присела и погладила Рокки. – Я позволила нужде заглушить голос справедливости, Сэм. Тэд Клэнси предложил нам большие деньги за «возвращение» якобы любимого животного. Я вот думаю: а если бы не это, захотела бы я прислушаться к тебе?

– Во всём виноват один мистер Клэнси, – заявила Элли. – И потом, если бы не вы, мы бы вряд ли вернули собак!

Тут раздался звонок, Триш ответила, и разговор прервался. Сэм смотрела, как Полин ухватила в каждую руку по собаке, оставив Рокки напоследок. Сэм всё сильнее пугала перспектива расстаться с ним, и, когда за окнами показался свет фар, она поняла, что время истекло.

Спустя несколько минут звякнул колокольчик входной двери, и в приют влетели её сестры-близнецы, а следом за ними Лиза, Кейти и Элизабет. На лицах взрослых облегчение мешалось с гневом, но, по счастью, Триш закончила разговаривать по телефону как раз вовремя, чтобы вмешаться.

– Отличные новости! – объявила Триш и помахала рукой, чтобы все сели. – Я только что разговаривала с мистером Карпентером, владельцем лаборатории.

Тут выяснилось, что не все знают, кто такой мистер Карпентер и что это за лаборатория, так что Триш пустилась в подробные объяснения.

Сэм слушала внимательно, ёжась каждый раз, как её мама тайком поглядывала на неё. Близнецы устремились прямо к Рокки и теперь сражались за его внимание. Он терпеливо позволял им гладить и обнимать себя, слегка отстраняясь, только когда они хватали его за уши, прежде чем Сэм успевала их остановить.

Триш приложила большие усилия, чтобы объяснить, что произошло, весьма эффектно возложив вину на Тэда Клэнси и даже на себя, только не на ребят. Когда Лиза прервала её и напомнила Сэм, что предупреждала её о том, что следует доверять взрослым в таких делах, Триш призналась, что Сэм пыталась это сделать. Когда рассказ подошёл к концу, Сэм понадеялась, что всё обойдётся без домашнего ареста, но она знала, что последствия всё равно их не минуют.

– Спасибо за всё, что вы сделали, – сказала Кейти Вулф. – Похоже, что ситуация могла стать опасной, если бы вы не появились.

– Согласна, – кивнула Элизабет Паркер. – На самом деле я хотела бы рассказать всё это полиции. Я хочу, чтобы дела Тэда Клэнси попали в протокол.

– Мистер Карпентер как раз связался с полицией, – уверила их Триш. – Я посоветовала ему это сделать. Они позвонят нам всем либо сегодня вечером, либо завтра, чтобы снять письменные показания.

– Отлично, – сказала Лиза и обратилась к Кэсси: – И все мы поговорим о том, готова ли ты нести ответственность, связанную с работой волонтёром в приюте. Потому что я не очень в этом уверена.

– Надеюсь, вы разрешите ребятам приходить и помогать. – Триш встала и обвела рукой помещение приюта.

– Мы бы тоже хотели участвовать, – Джон подал голос впервые с того момента, как приехала его мама, и она вопросительно посмотрела на него. – Ну, мы с Хантером, – добавил он. Хантер повернулся к нему, но Джон взмахом руки призвал его к молчанию и предложил: – Пусть это будет вроде наказания.

Хантер понимающе ему улыбнулся.

– Буду рада вас видеть, – ответила Триш и широко улыбнулась.

– А что за отличная новость? – спросила Элли, напоминая Триш о телефонном звонке и разговоре с мистером Карпентером.

– Ах да! Ну, Кендра там сейчас с мистером Карпентером, а я, конечно, подтвердила всё, что могла. Он посмотрел документы, которые Кендра ему привезла, немедленно уволил Тэда Клэнси и назначил Кендру новым производственным директором.

– Это здорово! – воскликнула Элли и обняла Сэм. Она так переживала за маму Коры, а теперь у неё будет работа намного лучше прежней!

– И ещё… – продолжала Триш. – В обмен на то, что я помогу ему с жалобой на жестокое обращение с животными, и в качестве возмещения он хочет стать активным жертвователем для приюта. Он уверен, что по закону владеет правами на новый крем от аллергии, который был создан в лаборатории. Он хочет провести его разработку как положено и без испытаний на животных. А это будет стоит больших денег! С теми средствами, которые он обещает, я смогу нанять ещё сотрудников и расширить приют! – Триш взяла Полин за руку. – И я смогу платить тебе столько, сколько ты заслуживаешь. Я ценю всё, что ты тут делаешь, и хочу быть уверена, что у тебя всё в порядке с учёбой!

Лиза подошла к Кэсси и обняла сестру. Лицо её смягчилось.

– Ты можешь продолжить работать волонтёром, – сказала она, отстраняясь от Кэсси. – Но ты очень напугала меня сегодня. Больше так не делай, ладно? В следующий раз скажи мне, что ты собираешься делать.

Кэсси обняла её в ответ и молча кивнула. Они появились друг у друга в жизни меньше полугода назад, но она уже не могла представить себе жизни без сестры. И хотя они выросли врозь, не зная о существовании друг друга, обе они рано осиротели. Кэсси понимала, что Лиза любит её и хочет, чтобы она была в безопасности.

– Умираю от голода!

Сэм с раздражением посмотрела на брата. Это совершенно в его духе – испортить такой эмоциональный момент. К её удивлению, он подошёл и наклонился, чтобы взять Рокки на руки. Сначала она подумала, что ему хватит духу отдать пса Полин, чтобы поскорее уйти. Но вместо этого он обнял пуделя и подошёл к матери.

– Мам, это Рокки, – сказал он просто и сунул его ей в руки.

Этой неожиданной поддержке Кейти удивилась не меньше, чем Сэм. Она осторожно взяла довольно тяжёлого пса. Не то чтобы она не любила домашних животных, но у неё в доме было четверо детей, из которых двоим было по два года, так что только животных не хватало.

Казалось, Рокки понимает всю серьёзность момента. Он перестал вертеться и заглянул ей в глаза. Кейти сделала то же самое, и пёс приковал к себе её взгляд надолго, пока она не смогла оторваться. Фыркнув, пудель потянулся и нежно прижал нос к её лбу. Кейти засмеялась и улыбнулась ему, но не возразила, когда Полин предложила забрать его.

– Похоже, нам всем нужно поесть, – заявила Элизабет, разрывая неловкое молчание. – Если нет возражений, я закажу пиццу, у нас дома места хватит для всех, а для близнецов в гостиной есть игрушки.

С помощью Элли и Кэсси Сэм медленно встала на ноги. Глядя на своих лучших подруг, она еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Полин унесла Рокки из комнаты, а Сэм заставила себя пойти вместе со всеми ко входной двери. Но когда она подошла, мама подняла руку и остановила её.

– Не забыла ли ты кое-что, милая?

Сэм оглянулась и ничего не поняла. Хотя говорила мама сурово, смотрела она тепло.

– Никогда не оставляй друзей.

У Сэм чуть сердце не разорвалось от радости. Она обняла маму.

– Это правда? – прошептала она. На глаза навернулись слёзы. – Ты правда разрешаешь?

Улыбнувшись, Кейти указала на Рокки, которого Полин уже опустила на пол:

– Да.

Словно во сне, Сэм подбежала к пуделю, который так много для неё значил. Обняв его, Сэм про себя пообещала всегда любить его и защищать. Друзья стояли рядом. Она обвела их взглядом и поняла, что они сделают то же самое для неё.

– Идём, – сказала она Рокки. – Идём домой.

Content

Тара Эллис
Загадка секретной лаборатории

От автора

1 Благотворительность, в которой коготок увяз

2 Дела приютские

3 Детский блюз

4 Собачья любовь

5 Странное поведение

6 Связи и отношения

7 Лохматая тайна

8 Благие намерения

9 Чует нос

10 Под прикрытием

11 Множество подозрений

12 Сеть разрастается

13 Вопросы

14 Всё дело в деталях

15 Когда планы рушатся

16 В клетке

17 Нежданный союзник

18 Принят с любовью