Я [презираю] аристо

Глава 1

Повторение пройденного

Сатоши вышел из ванной комнаты в отутюженном костюме. Мельком глянув в зеркало внутри открытого шкафа, он лишь поправил галстук. И коротко покосился в моё отражение, заметив, что я не сплю.

Вроде бы полагается демонстрировать приличные манеры… Пожелать ему доброго утра? Человеку, который, скорее всего, не видит особой разницы между мной и кухонным тараканом? Ну уж нет. Мы, конечно, должны делить жильё и терпеть друг друга. И теперь я знаю, что ты пытался меня убить только в рамках вашего кровавого спорта. Думая, что с утра со мной всё будет в полном порядке, даже если отрежешь мне башку.

Но строить из себя дружелюбного соседушку я тут никому не обязан. Тем более, что после разговора с опричником, и к тебе у меня есть вопросы…

…

— … Что это была за хрень⁈ Что за посвящённые⁈ Что за пророчество⁈ Кто такая Ханга⁈ Или «такой»… — В этом месте потока вопросов воздух у меня всё-таки кончился. И последние слова вышли в виде слабого хрипа.

Перехватив бессознательную Таисью поудобнее, я потратил секунду на то, чтобы судорожно вдохнуть. Почему-то совсем не хотелось опускать её на пол рядом с тем местом, где только что растворился в воздухе чёрный пепел.

Но Ромул так и не воспользовался паузой, продолжая терпеливо выслушивать мои претензии. Лишь скептически скрестил на груди руки.

— … Фух… И теперь что? Мне постоянно жить в ожидании того, что кто-то снова попытается меня прикончить⁈

Опричник переложил руки на пояс, раздвинув полы пальто. На поясе брюк, кроме прищепки с жетоном, у него висела кобура и ещё какое-то устройство, похожее на смарт. Интересно, что из этого он хотел продемонстрировать таким жестом?

— По крайней мере, одно могу сказать точно. Своего соседа теперь можешь не бояться. Скорее наоборот…— Сделав паузу, опричник задумчиво приподнял бровь и слега прищурился. — А ты что же это… Думаешь, что другие аристо живут как-то иначе?

— В смысле?

— Не разочаровывай меня, приятель. Это в своём болоте ты был никому не нужен. Настоящая игра начинается только тогда, когда ты выбираешься на поверхность.

— Я тебе не приятель!

— Как хочешь. — Ромул пренебрежительно дёрнул плечом. — Но многие на твоём месте предпочли бы иметь седьмую канцелярию в списке друзей…

Таисья снова начала соскальзывать с моих слабеющих рук. И когда я вновь подкинул девчонку поудобнее, то на ум пришла одна из её дерзких фраз:

— Зубы мне не заговаривай! Ты тут уже недавно свистел, что я не из благородных! — Я вновь покосился на место, где только что была кучка пепла. — А оно вон чего!

Ромул тоже внимательно оглядел место гибели странной твари, продолжая упирать руки в боки. Потом оглянулся на выжженное пятно рядом с Пушкарём. Но затем, присмотревшись к Таисье, опять легко пожал плечами:

— И я не отказываюсь от своих слов. Говорил же — мне можешь верить. В отличие от… — Он опять коротко оглянулся на Пушкаря. И затем опустил взгляд на часы. — Но, пожалуй, в главном ты прав. Пора перейти к ответам…

…

Однако, просто так смотреть на джиппонца и молчать — тоже не дело. Ещё подумает, что я его боюсь или типа того.

— А ты всё время молчишь, потому что брезгуешь? — Я начал оглядывать комнату, давая понять, что ответ меня не особенно интересует. — Или просто языка не знаешь?

Сатоши ещё раз глянул на меня через зеркало с каким-то равнодушным высокомерием и закрыл шкаф. Хотя, пожалуй, с его разрезом глаз любой взгляд кажется высокомерным…

Продолжая хранить молчание, он взял со своего стола пачку тетрадей и сунул их себе подмышку. И за секунду до того, как джиппонец отвернулся, на той тетради, что лежала сверху, я успел заметить название предмета — «Русский язык».

— А… Ну удачи тогда с нашей грамматикой. Наверное, сложнее, чем ваши закорючки…

Прежде чем дотронуться до ручки входной двери, джиппонец слегка помедлил. Но всё-таки снова промолчал. Лишь чересчур резко толкнул дверь наружу…

И в коридоре кто-то тут же пискнул:

— Ой! — Неясный силуэт едва успел отскочить от удара дверью в лоб. — Простите…

Сатоши чуть наклонил голову, пытаясь рассмотреть человека в полутьме коридора. И когда свет из комнаты из приоткрытой двери упал на какую-то темноволосую девчонку, она торопливо залепетала, глядя в пол:

— Доброе утро, ваше… Ой… То есть… Охайо… Гозаймас… Ко тайси… — Она тут же снова спешно попятилась в темноту, пропуская восточного принца. И, кажется, при этом слегка поклонилась.

Джиппонец, в свою очередь, тут же выпрямился как струна. И горделиво прошествовал мимо девушки, мерно стуча каблуками в сторону лестницы.

Оставшись перед открытой дверью, девчонка неловко замялась. Подняв руку, она, кажется, хотела всё-таки постучать. Но, наверное, решила, что раз дверь открыта, то это будет уже излишне. И притянула кулачок к себе.

Тем более, что дверь, приоткрывшись на сквозняке чуть шире, продемонстрировала ей меня, сидящего под одеялом. И то, как я в свою очередь пытался рассмотреть её силуэт.

Ладно… Манеры, «князь», манеры… Ей, вроде бы, полагается начать разговор первым. Но у меня нет времени ждать, пока она осмелиться. И вместо фальшивого аристо пора побыть просто нормальным мужчиной. Тем более, что я всё-таки и правда не один из них…

…

— Тогда сначала ответь — кто я, если не один из них⁈ — Я кивнул на Таисью. — Только не ври!

— Врать не буду. — Ромул спокойно покачал головой без всякой иронии на лице, продолжая смотреть мне в глаза. — Я не знаю.

— Что⁈

— Но теперь точно знаю, на что ты способен. Как, полагаю, и ты сам. — Видя, как меня разрывает от новых вопросов, он поднял руку, призывая подождать. — Могу лишь сказать, что ты не первый человек, способный не только заглянуть за завесу, но и… — Он запнулся и скосил взгляд в сторону выжженного участка коридора. — Но и проследовать немного дальше. Вот только, в отличие от тебя, все предыдущие заканчивали примерно так же, как Ермол Мясоедов. Или хуже… И, забегая вперёд, я бы пока не рекомендовал продолжать свои эксперименты в этом направлении без должного присмотра. Для твоего же блага.

Пока я постепенно складывать части этого уравнения, Ромул присмотрелся к Таисье:

— Кстати, когда она придёт в себя, можешь её обрадовать. Сегодня Ермолу стало намного лучше. Кажется, они с ней дружили…

Значит, эта невидимая четвёрка действительно выбрала себе нового «низложителя»… Чтобы это ни значило…

Когда я тоже глянул на девчонку и перехватил её поудобнее, в капюшоне толстовки вдруг что-то блеснуло. Конечно! Она же носит портал на шее!

И я поспешил отвлечь внимание опричника от своей ноши, кивнув на последствия драки с Ратмиром Боровиком:

— А эти «посвящённые»… Они хотят меня пришить именно из-за этого?

Ромул оглядел сломанные двери и спокойно кивнул:

— В том числе.

— И поэтому я сейчас здесь? Чтобы было труднее достать?

— В том числе.

— И это… Это как-то связано с этим… Пророчеством?

— В том числе.

— И в чём же его суть?

— А вот этого тебе лучше не знать…

— Да как так-то⁈

— Видишь ли… — Ромул помедлил и оглянулся на хрипящего Пушкаря. — Видишь ли, Тим… Проблема в том, что тогда оно может исполниться…

…

Я подтянул одеяло и постарался выпрямиться:

— Ты ко мне?

И тут же пожалел о лишних движениях. Ульяна, конечно, ещё вчера каким-то чудом устранила все рассечения за считанные минуты, оставив только чуть заметные тонкие шрамы. Но рёбра и спина ещё побаливали.

— К вам, ваше… Э-э-э… С-сиятельство… — Заметив, как я поморщился, ранняя гостья, очевидно, приняла это на своё счёт. — Извините, ваше…

— Тогда давай сразу без всех этих «сиятельств». — К счастью, от некоторых манер моя легенда всё-таки меня освобождала. — Мы, Шубские, не любим этих ваших городских расшаркиваний…

— Хорошо, я запомню… Э-эм… Вам, наверное, нужно одеться, князь?

Я заглянул под одеяло. Футболка и рейтузы, конечно чистые…

— А в чём дело? Это надолго?

— Не очень… Я принесла вам новый планшет…

Тогда, пожалуй, стоит надеть хотя бы штаны. К местным техникам у меня тоже теперь есть вопросы…

— Минуту!

— Хорошо… Я подожду тут… — Снова потянувшись к двери, тонкий силуэт опять нерешительно остановил руку на полпути.

— Да, прикрой пока.

— Хорошо-хорошо… — И входная дверь мягко стукнула о косяк, клацнув замком.

Поспешно натягивая новые брюки, я заодно осмотрел себя в зеркало. Красавчик. Опух, почти как дворовые синебалы после получки. Ну да ладно. Пацан без синяков и шрамов в наших кварталах сразу вызывал у всех желание их понаставить. А если у тебя уже сбитые кулаки, помятая морда и порванные губы, но ты всё ещё ходишь сам — значит вышел из предыдущего приключения победителем. И лишний раз до тебя лучше не докапываться. Может у благородных господ заведено как-то иначе, но мне всё равно.

Тем более, что в остальном вроде бы всё прилично. Волосы как обычно с утра во все стороны. Но мы, Шубские, не привыкли к барбершопам… Пусть так и остаётся. Хоть в чём-то буду собой.

Справившись со штанами, я накинул ещё и рубашку. И, закатывая рукава так, как привык, открыл дверь…

…

— Так ты с ними заодно что ли⁈ С этими «посвящёнными», или как их там… Этот бугай тоже вроде хотел чего-то там отменить…

— Предотвратить. — Поправил меня опричник. — Однако, я вроде бы не пытаюсь тебя задушить.

— Это как посмотреть!

После моего нетерпеливого выкрика Ромул молча кивнул. И вдруг неторопливо извлёк из кобуры небольшой пистолет:

— Уверен, ты знаешь, насколько эта штука опасна. — Он поднял оружие стволом вверх и продемонстрировал его с разных сторон. — Вроде бы такая мелочь… Но способна причинить много бед. — Опричник не торопясь снова сунул пистолет в кобуру. — А может и наоборот — спасти много жизней. Вопрос в том, чьи руки сжимают рукоять. И в какую сторону они направляют ствол.

— То есть, я для тебя типа оружие?

Ромул слегка втянул голову в плечи и приподнял брови:

— Любая аналогия, конечно, ложна по определению…

— Ага! Ведь в отличие от пушки, я могу сам выбирать в кого стрелять!

— Уверен? — Он улыбнулся и снова коротко глянул на выжженный участок пола. — Это всё произошло только по твоей воле?

— Может и не всё… — Я припомнил обжигающий холод, исходящий от портала. И то, как неотвратимо подступала к Таисье ажурная тварь. — Но если уж говорить о воле — то я точно не собираюсь вам прислуживать!

Вопреки моим ожиданиям, опричник не стал сразу возражать, смеяться или угрожать. Прежде чем ответить, он лишь немного спокойно подумал. И когда заговорил, принялся медленно блуждать взглядом по всему коридору:

— В жизни вообще очень мало вещей, которые мы можем делать по своей воле. Думаю, и тебе очевидно, что даже Император — во многом заложник своей власти.

— Бедненький! У него тоже брата какие-то хмыри в застенках держат, да⁈

Взгляд чёрных глаз тут же резко вонзился в меня:

— Знаешь, я не вполне уверен в том, что ты регулярно смотрел трансляции по терминалу в своей капсуле…

— Будь уверен, что никогда не смотрел это лживое дерьмо!

Не обратив внимания на словесный выпад, опричник продолжал смотреть мне в глаза и вести спокойную, рассудительную речь:

— Стало быть, скорее всего, не знаешь, что Южный Зекистан снова на грани восстания. И наверняка не помнишь, чем обернулось прошлое… Ещё Западная Конфедерация уже развязала торговую войну. А значит, новая горячая — не за горами… Квансон тоже начинает просыпаться и задавать лишние вопросы… А Джиппон внимательно прислушивается к нашим ответам. И это я ещё не вспоминаю про другую сторону нашего тесного голубого шарика. И про тех, кто смотрит на север голодными, но хищными глазами из-за экватора…

— И что? Про то, что кругом враги и нужно срочно сплотиться — я и так слышу из каждого утюга. И что типа если не будешь кормит свою армию, то будешь кормить чужую. Только почему-то жрут эти армии всё время только таких, как я! — Я снова слегка подбросил на руках Таисью, желая заодно и проиллюстрировать свой ответ. — А не их!

Ромул поморщился, как будто я сказал какую-то глупость. И даже переглянулся с Пушкарём, словно в поисках сочувствия. Но старик лишь продолжал презрительно морщиться.

Вздохнув, опричник снова взглянул мне в глаза:

— Ты же уже успел немного познакомиться с историей её рода…

И я тут же припомнил геройские истории из гербовника… Но уже не мог перестать спорить:

— Да ну и подумаешь… Ты мне давай просто скажи — тоже хотите меня куда-то на войнушку отправить? Чё плясать-то вокруг да около… Или боишься, что мне тогда уже нечего терять будет?

Опричник по-прежнему оставался спокоен:

— Я же говорил — не воспринимай аналогию с оружием так буквально… — Он вновь начал задумчиво шарить взглядом по коридору. — А то, что врагов у Империи всегда хватало — действительно не новость. Здесь можешь верить не только мне, но и тем утюгам, из которых ты это слышал… Однако, даже все эти враги сообща не так опасны, как тот, кто может ударить изнутри. В том числе и для таких как ты с твоим братом, Тим…

…

Стоявшая на пороге кареглазая брюнетка была одета в комбинезон, похожий на тот, что носил Технарь и его помощники. Тоже бордовый, с гербом на рукаве и множеством карманов. Только если у тех на поясе висели столярные и слесарные инструменты, то у моей гостьи на ремнях был закреплен целый набор каких-то непонятных электронных гаджетов с множеством кнопок и лампочек. И ещё в руках она держала обещанный планшет.

Девушка поприветствовала меня ещё раз:

— Доброе утро, ваше… — Запнувшись, она опять спрятала взгляд и начала стеснительно теребить пышный конский хвост, перехваченный на макушке какой-то резинкой, больше похожей на кусок изоленты. — Доброе утро, князь…

Это была уже вторая девчонка из местной челяди, с которой я знакомился достаточно близко. И уже во второй раз я убеждался в том, что их сюда, похоже, отбирают не только на основе профессиональных навыков. Как и Ульяна, эта служанка словно сошла с какой-то рекламы косметики. Той самой, что продаётся в центральных бутиках за бешеные деньги и действительно делает внешность лучше, чем на самом деле. Но при этом не оставляет впечатления трёх слоёв шпатлёвки, наложенных на ржавый мятый кузов.

Хотя этой девушке, пожалуй, вообще не нужна была косметика — кажется, гостья была не сильно старше меня. Да она ей и не пользовалась. Единственным неестественным пятном на раскрасневшемся личике сейчас был лишь смазанный след от шариковой ручки возле уха. И когда девчонка смущённо заправила выбившийся локон, я понял, как это пятно там оказалось.

Комбинезон, грубая ткань которого тоже была немного испачкана пастой, конечно, скрывала фигуру. Но даже под складками и застёгнутой до самого края толстой молнией было заметно, что, как говорится, всё при ней. И лямки небольшого рюкзачка, врезавшиеся в узкие плечи, это дополнительно подчёркивали. А ремни, на которых висели гаджеты, утягивали ткань на бёдрах так, что и там не было заметно каких-то изъянов в фигуре.

Ну конечно. Что, чёрный? Боишься, что не удержишь меня здесь кнутом, поэтому теперь подсовываешь пряники? Сначала ворожею-блондиночку попробовали, потом бойкую княгиню… Теперь вот, пока обе в лазарете, одна другую выхаживает — подбросили робкую брюнетку-техника. Пытаетесь определить мой любимый типаж? Или какой-то гарем мне тут хотите устроить,чтобы точно не сбежал? Ну уж нет. Я прекрасно вижу взведённую пружину мышеловки рядом со всеми этими приманками. Выслушай держиморду — и сделай наоборот. Никогда не устану повторять…

Но и почём зря вредничать тоже сейчас ни к чему. Она просто делает своё дело. Тем более, что у меня к тебе есть и, так сказать, профессиональный интерес, техничка…

— Лучше просто Евгорий. — Я шагнул назад, пропуская девчонку внутрь.

— Как пожелаете… Евгорий… — Шагнув через порог, девчонка снова чуть поклонилась и сразу протянула мне планшет, продолжая прятать глаза. — Меня зовут Кнопка. А это вам.

— Кнопка? — Я взял планшет. — Это что, имя такое?

— А вам нужно имя? Ой… — Девчонка всё-таки коротко глянула мне в глаза, но тут же опять опустила их в пол. Как будто я был первым барчуком, который заинтересовался настоящим именем служанки.

— Забыла, что ли?

— Нет-нет… Тогда… Тогда меня зовут Ива. — Она опять слегка поклонилась. И покраснела ещё сильней. — Ива Кулебякина…

— Кулебякина? Родственница Технаря?

— Да, Димитр мой дядя…

Значит, не только по внешним данным набирают. Но, надеюсь, не смотря на блат, ты всё-таки соображаешь в технике побольше меня…

— Дядя, значит… Ну проходи, Ива. — Я плюхнулся на кровать и попытался включить планшет.

А девчонка осталась стоять у входа, продолжая краснеть и теребить волосы:

— Лучше… Можно… Лучше просто Кнопка… А то… — Она опять принялась стеснительно теребить волосы. — А то меня обычно по имени-фамилии называют, только если ругают…

Вот это да. Это ж что надо сделать,чтобы человек собственное имя стал любить меньше кликухи?

Хотя чего это я… Так-то мои бывшие соседи обычно тоже всегда друг друга только по погонялам кличут. Молодёжь говорит,что имена нужны только чтоб в околотке показания давать. А старики типа Тумира — ещё и сглаза боятся. «Тумир» — это же тоже кликуха. Только на его родном языке. Означает «стойкий». Старикан-то и правда двужильный…

Ладно, Кнопка, так Кнопка. Не самый плохой вариант. И ей даже идёт.

— И часто тебя тут ругают?

— Нет-нет… — Девушка снова лишь мельком глянула на меня и опять уставилась в пол. — Я всегда стараюсь всё хорошо делать…

Так. Она сейчас от стеснения просто сгорит. Пожалуй, хватит уже строить из себя барина…

— Тогда и меня лучше называй просто Гор. И давай садись уже. — Я дотянулся ногой до стула и, выудив его из-под стола, остановил перед собой. — А то я понятия не имею, что тут и как. Показывай. Только дверь сначала закрой. Кнопка…

— Хорошо! — Девчонка сразу заулыбалась, услышав своё прозвище. И когда замок опять клацнул, она присела на краешек стула и дотянулась до нижнего края планшета. — Вот тут включать…

…

Не просто так он мне про брата напомнил. Типа — хрен я куда от вас денусь…

— Значит, я нужен не на очередной войне… А для того, чтобы подставить свой хребет тогда, когда в спину государя вновь полетит очередной кинжал от какого-нибудь дальнего родственника, да?

Сейчас меня интересовал не столько ответ на этот вопрос. Он мне уже и так был очевиден. Мне больше было интересно то, как опричник отреагирует на такую дерзость. Да ещё и в присутствии Пушкаря.

Но он оставался спокоен. И лишь заинтересованно приподнял бровь:

— От этой чести ты бы тоже отказался, правильно понимаю?

— Так для этого разве уже не создано аж семь канцелярий? Или сколько их там у вас… Только меня не хватает, да?

Опричник чуть заметно улыбнулся:

— Но ведь, по сути, ты только что это сделал, Тим… — Он кивнул на Таисью. — Хоть она и не Император, конечно… Но ты всё-таки не дал её в обиду.

— Это другое! Она только что пыталась меня защитить! А вот когда мы с мелким загибались в прошлом году с голодухи, чё-то никто из ваших канцелярий на помощь не спешил!

— Не всё так просто, Тим… И поэтому твой брат ещё поживёт у нас. А тебе пока не рекомендую трогать порталы. Пока ты не станешь умнее. — Ромул оглянулся на Пушкаря. — И сильнее… Я ведь могу на вас в этом рассчитывать, майор?

Ветеран покосился на него снизу вверх. Но лишь продолжил презрительно сопеть себе в бороду, иногда шмыгая вытекающей из носа кровью.

И прежде чем опричник повернулся обратно, я, наконец, уличил момент. И, сорвав с шеи Таисьи её кристалл, сунул его себе в карман.

Подобное поведение у меня срабатывало уже почти рефлекторно. Если имперская держиморда тебе что-то по доброму советует — сделай наоборот. И хотя бы останешься при своих.

— Я уверен, что майор позаботится о твоём обучении. — Похоже, что Ромул ничего не заметил.Его взгляд оставался спокойным и немного надменным. — Как только сможет, конечно… А после того, как наш противник показал лицо, я, в свою очередь, смогу обеспечить твою безопасность гораздо лучше. В этих стенах покушений можешь больше не ждать…

В это время внизу послышалось торопливое цоканье чьих-то каблучков. И Ромул резко замолчал, прислушиваясь к знакомым голосам:

— Балыня Ульяна! А мне сюда плавда можно?

— Можно, конечно! Заходи быстрее! Кажется, нам нужно на второй этаж… Каталку тоже с собой бери, кому оставил⁈

Опричник перестал оглядываться. И, прежде чем скрыться в комнате со снесённой дверью, вновь обернулся ко мне:

— Если, конечно, не умудришься нажить себе новых врагов… До скорого, Тим.

…

Как выяснилось ещё вчера, внутри выданной мне папки был такой же современный дорогой планшет. Но после всех перипетий и ударов его экран превратился в сетку из трещин. И к работе аппарат был уже непригоден. А вот экран этого планшета загорелся сразу после прикосновения тонкого пальчика девчонки к передней панели:

— Можно настроить так, чтобы он включался только от вашего отпечатка…

— Это я знаю. Ты мне лучше покажи, как с него в сеть выходить.

— В глобальную?

— Ну не в рыболовную же.

Кнопка опять начала смущаться и теребить волосы:

— В глобальную с территории ликеума выйти просто так нельзя…

— Здрасте, приехали… — Я, конечно, помнил слова Таисьи на похожую тему. Но продолжал делать вид совершенно неопытного пользователя, надеясь, что прокатит. — А как же мне тогда видосы на Тытрубе позы… Посмотреть, если захочу?

В ответ я вновь услышал уже знакомое торопливое лепетание:

— Все одобренные империнфонадзором площадки доступны через локальный ВПН. — Коротко глянув на меня, девчонка заметила недоумение и заговорила ещё быстрее. — Он включается автоматически, нужно только залогиниться под вашей учётной записью, только система сначала попросит вас сменить пароль по умолчанию на любой другой. А по умолчанию нужно просто ввести вашу фамилию.

После загрузки операционной системы и ввода в пустое поле «Шубский» планшет действительно попросил меня указать новый пароль.

— Но не меньше десяти символов… — Кнопка торопливо пояснила, заметив первую неудачную попытку.

Я попробовал ещё раз.

— И чтобы были буквы из разных реестров…

Я попробовал в третий раз.

— И только кириллические…

Четвёртая попытка тоже закончилась неудачей.

— И ещё хотя бы один спецсимвол…

Я попробовал пятую версию пароля

— Только чтобы не было повторов…

Когда я глухо зарычал и чуть снова не разбил планшет, Ива вновь залилась краской:

— Простите, пожалуйста…

— Да ты-то тут при чём… — Справившись, наконец, с сочинением нового пароля, я вошёл в систему. И, увидев рабочий стол, похожий на тот, что был в смарте, первым делом открыл браузер. — Что дальше?

— Дальше можете тут просто ввести команду «помощь». — Девчонка склонилась над экраном вместе со мной. — И вот в этом пункте будут все доступные адреса. Медиа-архив ликеума, ваш собственный раздел, настройки аккаунта… И вот сетевые площадки, на которые можно прямо отсюда зайти…

Список сетевых адресов не сильно отличался от того, который был доступен через наши домашние терминалы. Образовательные курсы, «Тытруба», социальный «Импернет» и справочная «Всепедия»… Тоже только то, что находится под неусыпным наблюдением имперских служб, хранится на серверах внутри границ Империи и управляется без участия иноземных владельцев.

Да уж, негусто. И тут точно нет того, что мне нужно. Тогда пока что продолжим строить из себя дурачка:

— А что, если я хочу что-нибудь поискать через Хугл? Куда нажимать?

— Для доступа к внешним площадкам нужно получить разрешение Ректора или Пушкаря… — Кнопка продолжила дико смущаться. — Но он сейчас на больничном… Значит, только Ректора.

Ну конечно. В очередной раз убеждаюсь в том, что ваш мир не так уж и отличается от того, где я жил раньше. Под разговоры о небывалых гражданских свободах — вокруг сплошные заборы. Как реальные, так и виртуальные. Устав у них всего из трёх пунктов, как же…

Но, как и раньше, некоторые заборы я могу попробовать перелезть…

…

Ульяна залетела на этаж спустя мгновение после того, как опричник исчез в своей обычной манере. Кабалёнок еле поспевал за ней, волоча в одной руке пухлую сумку, а в другой — складную каталку.

— Сначала ребятишкам помоги, дочка… — Прохрипел пушкарь, когда ворожея в первую очередь бросилась к нему. — Я не убегу.

— Ежик, найди антисептик, бинты и заживитель! — Скомандовав, медичка тут же оказалась возле нас с княгиней. И, обхватив голову Тасьи двумя руками, на пару секунд прикрыла глаза.

— Ох… Крепко досталось… — Она тут же взглянула на меня. — А вы, кн…

Осёкшись на полуслове, Ульяна вдруг резко скосила взгляд на то место, где только что лежал пепел от говорящей шипастой руки. Да так и замерла с открытым ртом.

— Балыня Ульяна! — Вынырнув из сумки, кабалёнок вытащил оттуда пару каких-то упаковок — Я плавильно нашёл?

Но девушка не обращала на вопрос никакого внимания. Медленно вернув ошарашенный взгляд на меня, она сначала похлопала губами, словно заново вспоминая родной язык:

— Это… Это… — Она вновь коротко глянула на пустое место рядом с нами. — Это же с той стороны портала…

Я не был уверен в том, что это был вопрос. Но кивнул.

— И это… — Медичка начала немного заикаться. — Это вы его п-п… пр…

— Прогнал? Да.

— … П-призвали?

— А… — Я пожал плечами. — Не знаю. Наверное… А ты что-то об этом знаешь? Уже видела такое?

Девушка вдруг прижала голову Таисьи к груди и отодвинулась, словно хотела защитить княгиню от меня.

Пацанёнок в это время подошёл к нам, задумчиво разглядывая упаковки в своих руках:

— Вот этот синий — это заживитель. Это я помню. А этот класный — это анти… — Заметив то, как напугана его начальница, кабалёнок тоже опешил и замолчал. И теперь лишь хлопал глазами, переводя удивлённый взгляд с ней на меня и обратно.

А Ульяна наконец-то снова заговорила:

— Значит это вы с графом сделали…

— С Кривошеиным? — Судя по её вопросу, кореша плешивого барчука всё-таки помалкивали про мою роль в его унижении.

— Да…

— Он заслужил. — От этого резкого ответа девушка вздрогнула. И мне захотелось всё-таки её успокоить. — Судя по тому, что фокусничать так же как Кривошеин, у меня получалось недолго, то и у него, может, скоро пройдёт…

— Не знаю, не знаю… — Ульяна опять опасливо покосилась на место исчезновения шипастой руки.

— Так ты не в первый раз такое видишь, правильно понимаю?

— Не в первый… — Медичка вдруг глянула на меня так, словно я подкрадывался к ней с раскалённой кочергой в руках. — Я видела, на что способны те, кто приходит из-за Завесы… И те, кто их сюда пускает…

— И давно?

От звука моего голоса Ульяна снова вздрогнула. И ответила едва слышным выдохом:

— Тысячу лет назад…

…

— Разрешение? Мне⁈

Кнопка аж вздрогнула. И начала заикаться, бегая глазами по комнате:

— Это… Это т-требование б-безопасности… П-по решению п-по… по… поп-пе…

— Да успокойся ты…

— П-попечительского совета… — Она, наконец, справилась с заплетающимся языком. Но всё равно виновато взглянула на меня, когда я коснулся её руки, чтобы успокоить. — Я могу п-помочь п-подать зап-прос…

— Ну ещё я только запросы всякой челяди не подавал! — На миг я и сам немного струхнул от того, как легко у меня получалось строить из себя гордого сына Северного Арала. Правду говорят, что к хорошему быстро привыкаешь…

А девчонка снова вжала голову в плечи и прикусила язык. И я опять поспешил её успокоить:

— Ты молодец, Кнопка. Просто нет у меня сейчас времени на эти запросы… Ещё один момент. Смотри, вот у меня такой смарт есть… — Я достал мобилку опричника из стола. — С него как-то можно попасть туда же, куда и с планшета?

— Конечно! — Когда девчонка увидела гаджет, её глаза вновь зажглись профессиональным интересом. — Это же совсем новый! Только немножко другой адрес нужен…

— Тогда набери… — Я разблокировал устройство и подождал, пока он быстренько сохранит нужный путь в мобильном браузере. Почти такой же, как и тот, что вводила Таисья. — И ещё один вопрос.

— Да?

— Знаешь, как отсюда до библиотеки быстрее дойти?

— Знаю… — Она несмело улыбнулась и опять зачем-то потянулась к планшету. — Тут вот ещё можете себе сейчас курсы выбрать…

— Погоди-погоди, курсы не убегут… — А вот я могу. — Проводишь меня туда?

— Куда? — Опять растерялась девушка-техник. Похоже, как и многих красноглазых технарей, человеческое общение не было её сильной стороной.

— В библиотеку.

— А… Да, конечно…

— Тогда подожди за дверью. — Я выразительно пошевелил пальцами на босых ногах. — Пока соберусь тут по-быстрому.

— Хорошо…

— Планшет пока у себя схорони.

— Хорошо-хорошо…

Торопливо натягивая носки и туфли, я размышлял над дальнейшим планом действий.

Что ж, чёрный… Говоришь, что мне нужно набраться сил и ума? Примерно этим я и собираюсь заняться. Только пока не этими вашими «курсами», конечно. Вытащить себя и брата из этого болота они мне вряд ли помогут. Уж больно вы все настойчиво меня к ним подталкиваете.

Для того, чтобы нащупать путь из клетки, нужно копать совсем в другую сторону. И найти то, что ты неспроста пытаешься от меня скрыть, пёс… Поэтому сначала — в библиотеку, а потом сразу к Ульяне.Разобраться со всеми этими фокусами и порталами. А то вчера нам толком поговорить не дали…

— Доброе утро… — Стеснительный голосок Кнопки, долетевший из-за двери, отвлёк меня от размышлений. — Ой…

— Привет, кибердевочка… — Ломкий басок обладал куда большей уверенностью. И тут же сменился на какое-то похотливое урчание. — Ты что это тут одна делаешь?

— Я… Ой… Я тут…

Урчащий бас, похоже, не стал дожидаться, пока девчонка подберёт нужные слова. И сразу перешёл к делу:

— У меня тут джойстик с утра что-то задеревенел совсем… Может, попробуешь привести в порядок, а-а-а?

— Да, конечно… — Готовность в голосе Кнопки тут же сменилась испугом, когда она, похоже, поняла, о каком джойстике идёт речь. — Ой…

Глава 2

Кибердевочка

Толкнув дверь наружу, я сразу увидел перед собой широкую спину человека, который, к тому же был на голову выше. Хотя быстро стало заметно, что ширина достигалась в основном за счёт лишнего жирка. Хотя бугай и пытался скрыть лишний вес за складками объёмной бордовой толстовки — такого же фасона, как у Таисьи.

Кнопка заметила открытую дверь. И я поймал испуганный взгляд девчонки, прижавшейся к противоположной стене коридора.

В своём старом мире я бы уже подобрал какой-нибудь кирпич или булыжник, да приложил им по башке бугая, пока тот не обернулся. С такой разницей в весе правила только два — бей первым и в голову. А остальное само отвалится.

Но здесь такое прямо запрещалось. А мне сейчас не нужны лишние проблемы с администрацией…

Но ведь тогда, получается, что и этот жиртрест тоже должен соблюдать приличия.

Ладно. Если какие-то дебилы докопались до тебя под камерами или на глазах околоточных держиморд, то всегда есть ещё один способ выйти из конфликта победителем…

— Эй, восьмибитный! Она занята.

Скрытая складками капюшона толстая шея медленно развернула в мою сторону пухлое лицо:

— Чего-о-о? — В нахмуренных глазах, слегка узких из-за складок жира, лёгкое раздражение вдруг сменился чем-то вроде удивления — ровно в тот момент, когда бугай меня разглядел. И, судя по всему, узнал.

Потому что и я теперь вспомнил, где слышал этот утробный рык:

— О! Давно тебя с ёлки сняли, Пятницкий?

— Шубский… — Пухлые пальцы жирдяя сжались в кулаки — каждый размером с дыню.

Оглядев развернувшуюся ко мне фигуру, я быстро убедился в том, что он действительно стесняется своего веса. Живот-то поджал. Но бока висят — с ними такой фокус не проходит. Вот во что нужно бить… Словами-то можно приложить ещё больнее, чем кирпичом…

— Знаешь, как раз хотел спросить — а в чём сила твоего рода, Пятницкий? Пироги быстрее всех поедаете? — Я тут же приготовился отскочить от его удара. Наверняка уж хотя бы в скорости я у него выигрываю…

Но бугай лишь шумно выдохнул мне в лицо сквозь сжатые зубы. И сразу вспомнил ещё одно обстоятельство нашей первой встречи — то, как Таисья ворчала насчёт его запаха. Теперь даже я его почувствовал.

Вонь была действительно отменной. Хотя не было похоже на то, что у этого жирного барчука проблемы с зубами.

Злобные глазки на миг скосились куда-то вверх. Наверняка там камера. Значит я прав. И ты тоже не будешь рисковать почём зря.

— Сегодня… В полдень… — Бугай снова коротко покосился наверх. — У меня будут дела позади мастерской, Шубский… Приходи… Поможешь…

К счастью, мне хватило ума понять, о чём он говорит на самом деле. В одной из тех старых книжек, которыми пичкала меня мама, один горячий паренёк так напоролся сразу на три похожие «свидания» с местными шпажистами. У него, конечно, всё закончилось хорошо…

Но меня сейчас эти барские разборки волновали гораздо меньше других проблем. Может, меня к этому времени тут уже и не будет…

— Надеюсь, ты не собираешься показывать мне там свой джойстик? — Я не отводил взгляда от жирных щёлочек. И по-прежнему был готов отскочить за дверь. — Я не по этой части, пирожок.

Ну⁈ Может, всё-таки сорвёшься?

Нет. Только рычание и ещё один вонючий выдох сквозь зубы:

— Полдень… За мастерской… — Бугай недовольно двинул квадратной челюстью. И, резко повернувшись к лестнице, отпихнул меня толстым плечом. — Дай пройти, лесник.

Напольное покрытие и ступени слегка поскрипывали под его грузной походкой, пока здоровяк удалялся прочь и не оглядывался. Меня так и подмывало поинтересоваться тем, не боится ли он пропустить обед. Но это было бы уже пустым гавканьем вслед. Не гоже.

— С-спасибо, ваш… Кня… Спасибо, Гор… — Послышался писк со стороны вжавшейся в стену Кнопки. Она коротко глянула мне в глаза и опять спрятала взгляд в пол.

— И что? Тут прямо вот так на ровном месте можно до кого хочешь домогаться?

— Н-не… — Она замотала головой. — То есть… Ну…

— Но если очень хочется, то можно… Ладно, пошли. — Я схватил смарт, зацепил на выходе пиджак и накинул его, не застёгивая. Судя по всему, сегодня на территории ликеума погода была такой же солнечной, как и вчера.

Напоследок проверил карманы брюк. Да, всё на месте. Портал Таисьи приятно грел руку, как будто до сих пор хранил её тепло.

— А вы не будете завтракать? — Девушка-техник поспешила следом, схватившись за лямки своего рюкзачка. Планшет она сунула в широкий карман на животе.

Спускаясь по лестнице, я уже и сам почувствовал пьянящие запахи, идущие с первого этажа. Кофейный аромат смешивался со свежей выпечкой и жареным беконом, кружа голову не хуже какой-нибудь карусели. И подавленный адреналином голод тут же напомнил о себе. Я ведь вчера даже не ужинал толком…

— Пожалуй, неплохая идея… — Проходя через второй этаж, я заметил, что ремонтом занимается целая бригада техников в комбинезонах, похожих на одежду Кнопки. Только уже основательно заляпанных краской и затёртых побелкой. Обычно рядом с такими работягами пахло машинным маслом и всякими растворителями. Но тут по-прежнему распространялся только аромат из трапезной.

Ни один рабочий даже не глянул в нашу сторону. Лишь пара ребят, чинивших перила, заранее отошла с пути.

— Я тогда подожду вас на улице…

— Ну уж нет… — Ещё опять какие-нибудь мудилы прикопаются к ней со своими джойстиками. И я тогда рискую побить рекорд того горячего парня из книг про плащи и шпаги… — Я с собой что-нибудь возьму. Ты что-нибудь хочешь?

— Нет, спасибо… — Кнопка продолжала прятать взгляд. И остановилась у входа в помещение для приёма пищи. — Мне туда нельзя…

— Ладно, я быстро…

Все трапезы здесь, как выяснилось, проходили не в строго назначенное время, а в интервалы. В течение которых можно было успеть на завтрак, обед или ужин, даже если они частично совпадали с занятиями. И студенты могли сами выбрать всё что угодно из изобилия, разложенного на лотках и прилавках вдоль стен.

С десяток парней в костюмах или спортивной форме, сидевших за столами, тут же уставились на меня. Кого-то я вчера уже видел во время нашей беготни с Таисьей… Но, к счастью, тех, с кем «повезло» познакомиться поближе, тут не было. И парни довольно быстро потеряли ко мне интерес, вернувшись к еде и своим неслышным разговорам.

Кроме подопечных ликеума между столами время от времени шныряли несколько мелких кабалят, сноровисто собирающих с них грязную посуду и подносы. Стараясь не попадаться никому под ноги, они почти мгновенно исчезали за широкими двойными дверями, судя по всему, ведущими на кухню. Эти, наверное, не смотря на своё подневольное положение, вытянули счастливый билет. Уж голодать-то точно никогда не будут.

Ведь, не смотря на то, что время раздачи завтрака уже подходило к концу, лотки с едой были полны. Кто-то из служек то и дело пополнял остатки, едва лишь подносы показывали дно. Значит, наверняка каждый раз остаётся целая куча ништяков… Не выбрасывают же они их?

Или как в наших лабазах — тоже всю просрочку в помойку отправляют? Причём под замок — раздавать непроданную еду таким, как я ни за что нельзя. Мы ж тогда обычную покупать перестанем. И лабаз вообще разорится. Вот и получается, что в одном баке тухнет вчерашний, но ещё вполне годный салат, а в соседнем — какой-нибудь бедолага с голодухи воет. Но соединить их никак нельзя — вся система рухнет к чертям, получается. Так себе система-то, если только так и работает…

Но мы с мелким всё равно как могли таскали подсохшие пряники, когда служка лабаза отворачивался из-за заранее устроенного мини-пожара в соседней мусорке. Главное же, чтобы плесени не было. Тогда есть можно…

А тут… Когда я переступил порог трапезной, то натурально чуть не свалился в обморок.

Три вида омлета плюс обычная яичница… Штук пять овощных салатов… Десяток видов каши — простая, с ягодами, фруктами, грибами… Нарезка с такими сырами, которые я раньше только в рекламе видел… Жаренная и обычная колбаса, какие-то совсем незнакомые мне копчёности… Наверняка, кстати, импортные — не смотря на все те торговые войны, о которых распинался опричник… И в конце раздачи — целый стол выпечки. Печенье, почти как у Ректора, булки всех видов, пироги — ленивые и с начинкой…

Вот куда меня надо было вести в первую очередь, чёрный… А не девчонок мне всех мастей подсовывать… Хотя, это же она мне про завтрак напомнила. Может, и неспроста.

Ладно, соберись, Тим… Вспомни про то, где именно бывает бесплатный сыр и не расслабляйся…

Справившись с лёгким головокружением и желанием как можно быстрее набить себе рот всем, до чего дотягивался, я огляделся. Но никак не мог найти ни одного стакана, который можно было бы взять с собой — рядом с кофейными аппаратами и чайным самоваром стояли только фарфоровые чашки и блюдца. Пришлось поймать за плечо одного из пацанов, тащившего поднос со свежими булками:

— Погоди…

— А⁈ — Кабалёнок вытаращился на меня так, словно я направил на него ствол пистолета.

— У вас там есть какой-нибудь стакан с крышкой, чтобы кофе налить? — Я указал на вход в кухню, а потом на угол с напитками. — Мне некогда тут рассиживаться.

— А… Ага, ща! — Видимо никто не ожидал, что работнику кухни придётся разговаривать с воспитанниками. И манерам не учили.

Поэтому, поспешно высыпав булки в поднос на столе, паренёк тут же скрылся за дверями кухни, повторив своё «Ща!». И пока я под неодобрительными взглядами других студентов засовывал между двумя пирожками целую пачку нарезанного сыра и колбасы, он притащил мне целый термос. Из которого уже пахло свежесваренным кофе.

— Сливки, сахар?

— Не надо… Тебе за него не попадёт? — Без затей сунув пироги с нарезкой в карман, я взял термос и привинтил крышку.

— Как попадёт? — Паренёк растеряно захлопал глазами. — За что⁈

Проследив за его удивлённым взглядом, я увидел под потолком очередную камеру:

— А, ну да… Спасибо. Как зовут?

Кажется, благодарности поварёнок ожидал ещё меньше, чем наказания за пропажу термоса. И растерянно улыбаясь, он будто бы не сразу вспомнил имя:

— П… Прошка…

— Спасибо, Прошка. Ступай.

Быстро закивав, паренёк тут же бросился забирать со стола посуду и объедки, оставленные каким-то прилизанным барчуком. Ну хоть этого ещё от собственного имени не отучили…

Отвернувшись от поварёнка, я тут же поймал взгляд Кнопки, мнущейся у дверей. Только смотрела она не на меня, а на выпечку в моих руках. Да ты ж точно сама голодная… «Нет, спасибо», блин…

— Подержи. — Я вручил ей термос, чтобы освободить руку.

— Конечно… — Девчонка осторожно взялась за тёплый стакан. — Кхм… Гор, а можно спросить?

— Конечно. Чего? — Шагая по коридору к выходу на улицу, я аккуратно разламывал получившийся бутер на две половины.

— Если вам какой-то учебник нужен, или справочник, то его можно сразу через планшет найти. Не обязательно в библиотеке искать…

— Не, мне надо кое-чего другое… По истории…

Я ещё не успел ознакомиться со списком предлагаемых курсов. Но, судя по тому, что взгляд Кнопки оставался таким же заинтересованным, историческая наука в них входила.

Но увидев, что половину бутерброда я протягиваю ей, девчонка опять растерялась:

— Ой… Это мне?

— Нет, блин, Технарю отнесёшь! — Её робость начинала немного раздражать. Хотя это, наверное, с голодухи. И я быстренько откусил от своей половины шмат побольше, чтобы поскорее перестать быть такой язвой. — Деввы увэ!

— Спасибо… — Взяв бутерброд, девчонка всё-таки осторожно осведомилась. — Вы… Вы же шутите про Технаря, да?

Услышав, как я лишь посопел в ответ, продолжая торопливо жевать, она лишь виновато улыбнулась:

— Спасибо… — И всё-таки тоже принялась понемногу откусывать от угощения.

Погода на улице действительно оказалась такой же тёплой, как и вчера. Небольшие тучки время от времени давали приятную тень. И свежий ветер слегка шевелил парковую растительность. А присыпанные гравием дорожки будто бы недавно смочил небольшой дождь.

Я оглянулся на выходе с территории кампуса и попытался сориентироваться сам, вспоминая примерное расположение библиотеки относительно учебного корпуса:

— Ф кау-у фтовону? Тува?

— Нет, правее… — Девчонка потопала за мной в указанном направлении, продолжая понемногу грызть свой бутер так, чтобы он не мешал говорить. — А что за книгу вы ищете? Может она тоже есть в сети?

— Флафала фто-ниву… Кхм… — Я торопливо проглотил свой кусок, прежде чем продолжить и забрал у неё термос. — Слышала что-нибудь про пророчество Ханги?

— Хм… Нет, наверное, не слышала… У меня история только в школе была… — Она тут же полезла в карман за планшетом. — Но можно поискать!

— Не думаю, что мы найдём его в сети… — Я отхлебнул кофе. Мать чесна́я… Никогда такой раньше не пил… — Хотя, пожалуй, глянь пока во «Всепедии». Может, там что-нибудь есть про эту Хангу… Или этого…

— Конечно! — Девчонка тут же защёлкала виртуальной клавиатурой с таким же азартом, с каким Таисья брала след противника на игре. — Та-а-ак…

— Что там? — Я вытянул шею в сторону планшета.

И Кнопка тут же пододвинулась ближе, окончательно забыв про стеснение:

— Тут есть магьярский корзиномячист с такой фамилией… Но это наверное, не то, что нужно, да?

— Да, думаю, пророчеств он никаких не делал…

— Да, только за сборную играл… Но тут ещё несколько статей по этому запросу… Сейчас…Так, вот. Ещё был такой министр в Зузибаре…

— Точно министр? Не шаман какой-нибудь?

— Вроде нет… Но тут что-то совсем про него мало… — Приблизившись, Кнопка щекотнула меня своими локонами. — Ой, простите…

— Перестань… — Я вчитался в скупой текст статьи про улыбчивого чернокожего министра. — Зузибар, конечно, далековато… Но сохрани закладку, на всякий… Ещё что-то?

— Ага… Ещё речка такая. Она тут недалеко…

— Рядом с Ротенбургом?

— Нет, в Кореллии…

— Нифига себе «недалеко»!

— Хм… Странно. — Кнопка, похоже, пропустила моё замечание мимо ушей. И пододвинула экран обратно к себе.

— Что? — Я сам шагнул ближе.

— Тут, похоже, ещё статья была… — Тонкие пальцы девчонки быстренько начали перебирать вкладки и внутренние страницы виртуального справочника. — На общей странице значений осталась ссылка, а сама страница недавно удалена… И даже причина не указана…

— А должна быть?

— Обычно да… Сейчас я попробую код посмотреть. Если это просто кто-то нахулиганил, то там что-нибудь наверняка осталось. — Кнопка тут же начала перебирать в интерфейсе браузера какие-то меню и разделы, которыми я никогда раньше не пользовался, так как даже не понимал их названий. — Так… Раньше эта статья была связана с категорией «Бесаратия»… И ещё «ворожеи»… Ой…

— Что «ой»?

— Кажется… — Она вдруг глянула на меня с каким-то странным выражением лица — не то удивлённым, не то напуганным. — Кажется, он нас только что сфотографировал…

— Кто? — Я быстро оглянулся, но вокруг. Но на пустой дорожке никого кроме нас не было.

— Планшет… — Девчонка указала на еле заметную точку под верхним краем устройства.

— И это означает что-то плохое? — Я присмотрелся к побледневшей девушке. Да, она определённо чего-то испугалась.

— Так… Так обычно бывает, если ищешь что-то запрещённое… — На глазах девчонки вдруг навернулись слёзы. — И фото уходит в полицию, вместе с историей браузера…

— Спокойно. — Я забрал планшет и взял её за трясущуюся руку. — Это же мне надо было, а не тебе.

— Но я… Я же тоже там… — Похоже, что Кнопка ни на миг не верила в то, что какой-то аристо вдруг возьмёт ответственность за нарушение цифрового кодекса на себя. А моё прикосновение, казалось, напугало её ещё больше. — Ой, что теперь будет…

Если бы на её месте оказался какой-нибудь родовитый барчук, я бы только порадовался. Но из-за того, что подставил эту девчонку, теперь и сам не находил себе места… Как же тебя успокоить-то…

Так. Не забывай, кто ты есть. И что никто тут тебе не указ.

— Ничего с тобой не будет. — Я чуть пожал дрожащую руку, поймав испуганный взгляд девчонки. — Слово аристо.

Кажется, это немного подействовало. По крайней мере она перестала шмыгать. И даже чуть улыбнулась.

Теперь думай, как всё исправить… Мне-то тоже нафиг не нужно, чтобы мой чёрный «приятель» узнал о моих поисках…

Но не может же быть, чтобы местная техника сразу стучала на студента, который вдруг решил поискать какую-нибудь дурь для ближайшей вечеринки. Уж им-то точно можно больше, чем остальным…

В повисшей паузе, Кнопка снова шмыгнула и спрятала взгляд.

— Так! Ну-ка! — Я вновь потряс её ладошку. — Кто тут из нас профи по всем этим цифровым делам, ты или я?

— Я…

— Тогда во-первых, мы ничего запрещённого не искали, сама понимаешь.

— А чего же он тогда…

Но я не дал её высказать сомнения:

— … А во-вторых, скажи мне — если мы смотрели «Всепедию» с моего аккаунта, то она что — прямо вот так сразу сдаст меня каким-то несчастным держимордам из ближайшего околотка? — Я постарался приосаниться так, как в моём представлении это сделал бы настоящий Шубский. — Меня⁈

— Н… Нет… Наверное… — Девчонка всё-таки быстренько вытерла слёзы.

— А кому тогда будет сигнал? Ректору?

— Н-нет… Наверное… — Шмыгнув ещё раз, она, вроде бы, совсем перестала плакать. — Наверное, Пушкарю…

— А если он временно не у дел, тогда кому?

— Тогда… — В её слегка опухших глазах снова появилась надежда. — Тогда дяде…

— Тогда визит в библиотеку откладываем! — Я оглянулся и понял, что понятия не имею, где находится рабочее место Технаря.

И Кнопка тоже сообразила это раньше, чем я снова повернулся к ней обратно:

— Туда… — Она указала немного в сторону от того направления, в котором мы шли изначально. — Там мастерская…

Ладошка кибердевочки наконец-то перестала дрожать в моей руке. И тихонько сжала её в ответ.

Глава 3

Простая техномагия

Путь до мастерской занял несколько минут. И на нём нам встретился лишь один молодой парень в бордовой спецовке. Перед собой он катил тачку, на которой с горкой были уложены различные вёдра, банки и пакеты — судя по надписям, содержащие какие-то строительные смеси и краски. Комбинезон тоже был весь измазан разноцветными кляксами, а на поясе у работяги висел целый арсенал малярных кистей.

— Кнопка, привет! — Выглянув из-за горы стройматериалов материалов, улыбчивый маляр первым делом разглядел девчонку. И только вытянув шею чуть в сторону, проследил за тем, кого она держит за руку. — Упс… Здравствуйте, ваше… Э-э-э…

— Здорова. — Я махнул на него рукой, давай понять, что не настаиваю на соблюдении этикета.

— Ой… — Девчонка не сразу отвлеклась от своих напряжённых размышлений. — Привет, Шур… А дядя сейчас у себя?

— Ага… — Парень слегка вжал голову в плечи под моим взглядом. Но продолжал коситься на наши руки, пока мы не разминулись.

А Кнопка опять ссутулилась. И, обхватив тонкий подбородок, опять принялась бегать глазами по дорожке туда-сюда. Очевидно, не в силах бороться с девчачьей фантазией, рисовавшей ей мрачное будущее в жандармских застенках.

— А вот он своего имени не боится, похоже… — Я попытался хоть как-то её отвлечь. И кивнул за спину. — Этот Шура.

— А? — Девчонка не сразу поняла, о чём я. Но, сообразив, замотала головой и всё-таки слегка улыбнулась. — Не-е-е… Это тоже прозвище. Полностью — Шуруп. — И она в её взгляде вновь промелькнула тревога. — Но он хороший работник! Всё умеет, что руками надо делать! Просто не часто с учениками общается… Они… Ну то есть вы… Ну то есть…

— Да расслабься ты уже! — Чем дальше, тем сильнее мне хотелось уже сказать ей, что со мной можно разговаривать точно так же, как и с этим Шурупом.

— Хорошо…

И Кнопка в итоге опять схватилась за лицо, готовясь погрузиться в мрачные размышления. Всё-таки не очень я умею с девчонками общаться. Это вот на мелкого прикрикнешь — и он слушается. Хоть и огрызается. А если уж совсем забарагозит, то можно и подзатыльник целебный выдать —только на пользу пойдёт. А тут… Прямо как с компьютерами. Не туда один раз нажмёшь, не так посмотришь — и всё. Считай — пропало.

Вскоре парковая территория сменилась небольшой автостоянкой с довольно разнообразным набором средств передвижения. Несколько фургонов и простецких легковых беспилотников были раскрашены в такие же оттенки, как и местная униформа. Но большинство машин выглядели так же, как и то, на чём ездили зажиточные горожане из центра — в каких-то невыразительных бело-серых оттенках. Слишком дорогих или ярко раскрашенных тачек, на которых по автострадам обычно рассекали аристо со своей челядью, заметно не было. Наверное, студентам свой транспорт не полагался. Или хранился где-то в другом месте.

Здание мастерской тоже напоминало скорее гараж, чем те служебные помещения, которые я видел до этого. Хотя и его стены из бордового кирпича тоже кое-где покрывали живописные заросли плюща. А почти плоская крыша покрыта черепицей, а не шифером или рубероидом. Немного выбивались из общего стиля только странные устройства, которыми были уставлены почти все углы здания. Некоторые были похожи на спутниковые антенны. Но большинство решёток, конусов и каких-то рогов я видел впервые. Может такими были уставлены все крыши центральных башен, в отличие от наших человейников. Но я никогда не видел их сверху.

Собственно гараж тут, как выяснилось, тоже был. Только, как и почти везде, подземный. Въезд в него начинался неподалёку от парковки и слева входа в мастерскую. И быстро исчезал под асфальтом.

По другую сторону от входа были ещё одни ворота, которые вели куда-то внутрь закрытой территории, огороженной от парка и стоянки двухметровым забором.

— А что там? — Я указал на этот забор, попытавшись ещё раз отвлечь Кнопку от тяжёлых мыслей.

— Не знаю… — Пожала плечами девчонка. — Мне туда нельзя.

Входная дверь в мастерскую неожиданно открылась сама.

— Что-то не так с планшетом? — Технарь выехал на кресле из-за того, что, видимо, было его рабочим местом. В одной руке у него дымился паяльник, а зубах — всё тот же сигарный окурок.

Полукруглый верстак, из-за которого выкатилось кресло, был похож на стол Ключника. Из столешницы и потолка тоже вырастало несколько широких мониторов. Только если у ключника кроме них была лишь небольшая клавиатура и пара бумаг, то из того, что валялось на столе Технаря, можно было, наверное, собрать его автоматизированную копию. Куча знакомых деталей и инструментов постоянно перемежались какими-то девайсами и гаджетами, назначение которых я не мог даже угадать.

Такое же изобилие покрывало все стены мастерской — молотки, ключи, колюще-режущий инструмент всех мастей и калибров, полки с запчастями — большими и микроскопическими, поддоны с расходниками типа проводов, канифоли и аккумуляторов соседствовали с какими-то непонятными мелкими метизами, рассортированными по лоткам и банкам. Отдельная стена была отведена под закрытые шкафчики с загадочными аббревиатурами на дверцах.

И на первый взгляд всё это располагалось в каком-то совершенно сумасшедшем хаосе, от которого начинало рябить в глазах. Но уже спустя пару мгновений, потраченных на внимательный осмотр, система обнаруживалась сама собой. Словно я смотрел на какое-то абстрактное полотно современного художника-экспериментатора.

Несколько дверей вели из мастерской в соседние помещения. Надписи на них были гораздо понятнее: «Сервер», «Склад» и «Не входить».

— Точнее не скажешь… — Я протянул планшет хозяину мастерской.

Технарь клацнул по клавиатуре, отложил сигару с паяльником и взял устройство в руки:

— Вроде работает… — При этом он его даже не включил.

— Но не на тех, кого нужно! — Я шагнул ближе к его столу и машинально покосился на мониторы. Но на всех светился лишь экран блокировки операционной системы.

Димитр поднял взгляд от планшета на меня и заинтересованно поднял бровь. Затем глянул на чуть опухшие глаза племянницы. И снова посмотрел на меня — но уже без тени улыбки:

— Куда лазили?

— Имя «Ханга» тебе что-нибудь говорит?

— Нет. — Кажется, ответ был совершенно искренним. — Но, подозреваю, что в поиск его забивать не сто́ит?

— Правильно подозреваешь. — Я не мог не отвлечься на разглядывание сумасшедшего интерьера. — А я вот подозреваю, что последствия ещё не поздно отменить. — С трудом, но я всё-таки вернул взгляд на Технаря. — Ты же понимаешь, о чём я?

Тот покосился на свои мониторы, на дверь с надписью «Сервер» и, недовольно поморщив нос, хмуро глянул на племянницу:

— Нафига ты девчонку-то в это впутал…

— Я не специально.

— Во что? — Едва-едва осмелев в присутствии родственника, Кнопка вновь побледнела.

Вместо ответа Технарь бросил планшет на свой стол, глубоко вдохнул и с силой потёр красноватые глаза ладонями, пока выдыхал.

Отняв руки от ещё более красных глаз, он опять недовольно поморщился:

— Ещё вчера я бы вашу проблему уже решил. — После этих слов хозяин мастерской начал рассеяно перебирать вещи, разложенные на столе.

— А сегодня что изменилось?

— Ты знаешь, что… — Поперекладывав гаджеты ещё немного, он снова тяжело вздохнул. И вдруг отправил расфокусированный взгляд куда-то в пространство. — И теперь у меня вообще всё самое вкусное при обыске забрали…

Я подождал немного, но Технарь так и сидел, глядя в никуда.

— И?

Тот словно проснулся. И, немного осовело глянув на меня в ответ, всё-таки перешёл к делу:

— Сигналы с ваших планшетов действительно отправляются в «семёрку» только раз в сутки. У них-то там тоже бюджет не резиновый. И на каждый чих реагировать некогда. Тем более, что обычно сигналам из ликеума никто сразу ход не даёт. Только запасают до поры в личные папочки… Авось пригодится, когда студентик подрастёт и решит неправильно за власть побороться…

— Тогда в чём проблема? Сотри наш сигнал, и мы пошли дальше.

— Ха! — Технарь весело глянул на Кнопку и покачал головой. — Сотри! Я то теперь из-за тебя тоже под колпаком — покруче ваших. Полезу в реестр без объективной надобности — сразу позвонят и спросят, что опять не так. Да и с надобностью — тоже спросят… Только что ответить? Что ваш паренёк тут опять чего-то набедокурил? И Кнопка ему в этом помогла?

Я глянул на девчонку. Она пока лишь озадаченно переводила взгляд с меня на дядю и обратно, явно не совсем врубаясь в суть разговора. Хотя я тоже не вполне понимал, что за реестр и почему ему туда нельзя лезть. Но примерно догадывался:

— То есть… Типа если ты удалишь наш сигнал, то это тоже где-то зафиксируется?

— Любые действия в сети фиксируются, мой юный друг. И даже если ты что-то незаметно удалил у себя — не факт, что удалил у того, кто на самом деле владеет сервером… Хотя кому я это всё рассказываю… — Он махнул на меня рукой и, отъехав от стола к стенке, принялся копаться на полке среди каких-то компьютерных запчастей.

— Сам знаешь кому! — Я постарался посмотреть на него со значением. И, заметив, как продолжает бледнеть Кнопка, поспешил сам предложить решение.— А если этот сигнал пока хранится где-то тут… То может, просто как-нибудь… Ну не знаю… Чай на этот комп пролить или типа того?

Технарь замер, так и оставив руки в коробке с запчастями:

— Чай? — Он покосился в мою сторону с каким-то странным выражением на лице. Как будто я вдруг принялся танцевать посреди комнаты вприсядку и петь матерные частушки.

— Ну да!

— Пролить?

— Ну да…

— На комп?

— Ну… Да?

Расслышав сомнения в моём последнем ответе, хозяин мастерской всё-таки расслабился. И снова сунул нос в коробку с запчастями:

— Тогда можешь сразу сказать до свидания своей новой подруге. — Мельком глянув на Кнопку, которая теперь покраснела, он вытащил из коробки какую-то штуку, похожую на небольшой маркер. И придвинулся обратно к столу. — А потом и мне заодно…

Сунув сигару в зубы, он вытащил из ближайшего монитора какой-то провод. А потом вставил «маркер» в один из разъёмов рядом с экраном. И, попыхивая дымом, принялся строчить по клавишам с пулемётной частотой.

— Но… — Я попытался заглянуть на экран монитора. Но тут же наткнулся на испытующий взгляд его хозяина и отодвинулся. — Но ты же прямо отсюда даже в Тень лазил! И теперь вдруг совсем ничего не можешь?

— Не вдруг! — Клубы душного дыма полетели мне в лицо. Раскуривая сигару, Технарь продолжал бегать глазами по экрану, а пальцами — по клавиатуре. — И не совсем… Но в Тень мне теперь отсюда ход закрыт… По крайней мере… — Он снова коротко покосился на племянницу. — Пока ты, княже, ещё с нами…

— А если… — Я не был уверен, что предлагаю правильную версию. Но другой у меня не было. — А если не отсюда? В Тени же можно найти какое-то решение, я правильно понимаю?

Хозяин мастерской вдруг перестал печатать. И ухмыльнулся, опять пыхнув на меня дымом:

— А ты, чумба, не такой уж и чумба…

Со стороны девчонки вдруг тоже послышалось тихое фырканье. В тот момент, когда я перевёл на неё непонимающий взгляд, она даже слегка улыбалась. Но тут же опасливо поджала губы, заметив, что я смотрю на неё.

— Сам ты чумба! — Я подошёл ближе и всё-таки заглянул в монитор, не смотря на возмущённый взгляд Технаря. Но там я увидел увидел лишь неровные ряды непонятных зелёных буковок и других символов. — Придумал что-то — так и скажи!

— В Тень действительно можно зайти не с территории ликеума… — Димитр вновь принялся барабанить по клавиатуре, покрывая экран всё новыми рядами символов. — Только для этого нужен специальный софт… Которого у меня нет… — Он опять недовольно покосился, не снимая пальцев с клавиш. — И умение с ним работать… Которого у тебя нет…

Остановив набор, Технарь вдруг снова глянул на племянницу:

— Шурупа по дороге сюда видела?

— Ага… — Чуть заметно кивнула Кнопка.

— Значит ещё недалеко… — Он вдруг схватил со стола какой-то странный наушник. И, приложив его к уху, тут же принялся активно пыхать окурком.

Это продолжалось несколько секунд, после которых Технарь вдруг снова громко заговорил:

— Шуруп! Дуй обратно в мастёрку! — Пыхнув ещё пару раз, Димитр, похоже, прислушался к ответу. — А? А… Да бросай где стоишь! Всё, давай! Одна нога там, другая здесь!

И наушник вновь улетел в кучу на столе.

— Короче… — Технарь вытащил окурок и выпустил целое облако дыма, испытующе глядя мне в глаза. — Княже… Что ты знаешь о виртуальных многослойных прокси-маршрутизаторах третьего поколения?

— Ничего.

— Как я и подозревал… — Он повернулся вместе с креслом к девчонке, но продолжил смотреть на меня, лишь указав на неё окурком. — Ну хорошо хоть она знает…

После этого мы оба глянули на Кнопку. Съёжившись, она чуть слышно залепетала:

— Но… Но они же запрещены…

— Вот поэтому у меня их при обыске и отжали… — Технарь вновь повернулся ко мне, загасив, наконец, вонючий окурок в пепельнице. — Более того… Использовать их без специальной буферной проги, которая маскирует маршрутизатор под какой-нибудь онлайн-тетрис — нельзя. Иначе за тобой приедут быстрее, чем ты загрузишь первую же теневую страницу…

Я попробовал угадать, чтобы не выглядеть совсем уж дебилом:

— Их у тебя тоже отжали?

— Их вообще сейчас не достать, пока западники торговую блокаду держат… — Кивая и хлопая по карманам, хозяин мастерской вскоре извлёк оттуда ещё один толстый бычок. И, выудив из хаоса на столе зажигалку, прикурил его, снова наполнив комнату сизым дымком. — А в Квансоне ещё толком кодить не научились… Их маскировку юзать — фифти-фифти. Так себе риск…

Зажав раскуренный бычок в зубах, Технарь опять повернулся к мониторам. И, клацнув парой клавиш, вытащил из гнезда тот самый «маркер». И, кажется, хотел протянуть его мне. Но остановил руку на полпути, глянув с каким-то хитрым прищуром:

— А что ты, княже, знаешь про «Третий Круг»?

— «Третий Круг»? — Я не мог не переспросить. Уж слишком неожиданно было услышать здесь название этого заведения.

— Только не говори, что первый раз слышишь. — Технарь ухмыльнулся, обнажив желтоватые зубы. — И ничего про него не знаешь…

— Не первый… И знаю, что лишний раз туда лучше не соваться.

— Ответ верный. — Пыхнув окурком, Димитр покивал и покосился на племянницу. — Но не в нашей с вами ситуации… А если конкретно — то огромное преимущество этого заведения состоит в том, что полиция думает про него то же самое, что и ты, княже. И это единственное место в городе, в котором вам на всё хватит времени… — Технарь протянул мне «маркер». — Схорони пока у себя.

Пока я разглядывал устройство, хозяин мастерской подтянул к столу ещё один стул и развернулся к Кнопке:

— А ты пока садись сюда. Покажу кое-чего…

— Хорошо… — Девчонка с готовностью подошла и уселась на указанное место.

— Вот… — Технарь указал ей на монитор окурком.

И пока племянница вглядывалась в экран, дядя покосился на неё, наморщил лоб и всё-таки загасил окурок, сунув пепельницу куда-то под стол. И только тогда начал комментировать символы на экране, быстро разогнав от него дым ладонями:

— Это червь третьего порядка. Такой же — у нашего князя сейчас в руке.

Я глянул на «маркер», чуть не выбросив его на пол. Но нет, вроде не шевелится.

— Ой… — Судя по взгляду девчонки, она явно понимала в строчках на мониторе куда больше меня. — А откуда?

— Только что сам написал… Но не суть… — Технарь подслеповато сощурился и подвинул монитор чуть ближе. — Суть в том, что когда ты науськаешь червя через Тень на наш сервак, эта штука выгрызет там весь архив сразу за несколько дней. После чего самоуничтожится. Поняла?

— Поняла…

— Тогда смотри дальше. Сначала запустишь вот этот протокол. Потом маску подсети изменишь вот так… После этого откроешь восьмой шлюз… — Родственник опять покосился на Кнопку, пока там продолжала неотрывно смотреть в экран. — Запоминаешь? С собой инструкцию давать не буду!

— Да-да, запоминаю…

— Хорошо… Значит… Что дальше… — Димитр рассеяно поблуждал взглядом по мастерской и остановил глаза на мне. — Княже?

— Да?

— Мы тут минут на несколько заняты будем… Поставь-ка нам чайку вон в той комнатке. — Технарь лукаво улыбнулся, заметив удивление на лице девчонки. И добавил с деланной учтивостью. — Уж будь так милостив, вашество… А то в следующий раз и сам не знаю — когда попьёшь…

Судя по реакции Кнопки, на подобную просьбу от конторщика мне полагалось возмутиться или вспыхнуть праведным гневом. Но я лишь мысленно махнул на княжеские манеры рукой и уточнил:

— Вон в той? — Оба мы смотрели на дверь с надписью «Не входить».

— Ага… — Хозяин мастерской тут же отвлекся, вновь ткнув жилистым пальцем в экран. — Кнопка, дальше вот сюда смотри. Триста третий порт с каким-нибудь левым айпишником можно связать через вот эту приблуду. И сразу прокси врубай. Чтобы казалось, что это с запада кто-то полез. На них всё равно в первую очередь подумают, но пусть уж наверняка…

Под его малопонятное бормотание я шагнул к указанной двери и, всё-таки, помедлил. Развернувшись обратно, привлёк внимание бормочущего Технаря.

— Что? — Он нехотя отвлёкся от инструктажа. — Чайником ты же умеешь пользоваться? Там ничего сложного — нажмёшь и всё. Он даже сам выключится, когда закипит. Очень простая техномагия.

Я проигнорировали и эту дерзость:

— Правильно же понял… — Мысль казалось мне настолько невероятной, что точно требовала уточнения. — Ты хочешь отправить нас с ней в «Третий Круг», чтобы мы вышли оттуда в Тень?

Димитр охотно кивнул:

— Именно. Чтобы вы после этого ломанули из-под Тени мой собственный сервак моим собственным червём. По другому никак. — Он глянул на Кнопку. — Но с этим она легко справится, можешь не переживать. А ты, полагаю, легко справишься с визитом в это волшебное местечко. — Технарь вновь вонзил в меня внимательный взгляд. — Что-то мне подсказывает, что тебе, княже, это не впервой…

Глава 4

Спасу и сохраню

У меня конечно же было ещё много вопросов. Но Кнопка так напряжённо слушала малопонятный инструктаж дяди, что я решил с ними повременить.

Тем более, что он был прав. Конечно, я знал, что такое «Третий круг». И не раз там бывал. Как и каждый, кто рано или поздно понимал, что честным трудом в Ротенбурге можно нажить себе только геморрой и язву желудка. А простыми гоп-стопами и мелкими кражами — каторгу с конфискацией.

Нет… Если хочешь жить, а не выживать, то в Ротенбурге воровать надо вагонами. А лучше — составами. А ещё лучше — чтобы их воровал кто-то другой. А ты лишь обкашливал с местными конторщиками подобные вопросики в уютной кабинке «Третьего Круга», попивая кисловатое пиво вприкуску с пережаренными гренками. Кухня и бар там были, конечно, отвратительные. Ведь все ходили туда совсем не за этим.

Да и просто так зайти в это место, чтобы опрокинуть кружечку-другую, было нельзя. Я таскал для зекистанцев колёса, зеркала и дворники с конторских тачек почти год, пока Ашмед — седой хозяин авторазборки — не позволил мне побыть там вместе с ним во время обсуждения очередного дела. После участия в котором мы с мелким почти месяц могли нормально питаться. Да ещё и Тумира подкармливали, хоть он и постоянно отказывался.

А делов-то было — на стрёме пять минут постоять, пока ловкий Хадид, старший сын Ашмеда, сканировал и заранее обезвреживал сигналку на тачке какого-то молодого аристо. Насколько я понимал, она стоила как раз не на много дешевле иного грузового состава.

Барчук в это время обсуждал доставку целого взвода «работающих» девчонок на вечеринку-сюрприз для своего родовитого кузена. Всё в том же «Третьем Круге». Ведь, как говорят, в этом месте можно купить всё, кроме пива и женщин. Пиво и женщины в «Третьем Круге» только сдаются в аренду.

Теряясь в догадках о том, как именно мне сейчас туда попасть, да ещё и с Кнопкой, я зашёл в указанную дверь. За которой действительно обнаружилась небольшая кухонька со всей необходимой техникой и посудой, аккуратно расставленной по углам, шкафчикам и столешницам. Окон здесь не было, однако даже этот закуток был больше, чем тумировская капсула.

Щёлкнув выключателем электрического чайника, я подвинул к нему пару кружек. И, прикрыв дверь, прислонился к столу, вновь погрузившись в размышления…

Но, сунув руки в карманы, сразу наткнулся пальцами на тёплый кристалл. Он был определённо теплее, чем «маркер» Технаря, спрятанный в соседний карман.

Вытащив портал за цепочку, я поднял его на уровень глаз. Вращавшийся прозрачный кубик красиво переливался от света небольшой лампы. А огненная спираль сейчас вращалась в другую сторону. И в итоге казалось, что она почти стоит на месте, лишь медленно расширяясь и сужаясь, словно делая вдохи и выдохи.

Интересно, я могу пользоваться порталом Таисьи так же, как своим? Наверное, было бы неплохо зачерпнуть ещё немного этой потусторонней энергии, прежде чем соваться в рассадник всех мыслимых грехов столицы. Хотя напуганная Ульяна и успела мне запретить заглядывать за Завесу, прежде чем на разгромленном этаже кампуса появились другие люди, кроме нас и покалеченного Пушкаря…

Чайник за моей спиной постепенно начинал шуметь водой и пощёлкивать расширяющимся нагревательным элементом. А бегавшие по комнате отражения от кристалла крутились уже чуть медленнее — камешек на цепочке быстро терял инерцию. И спираль теперь тоже вращалась всё медленнее. Опять-таки, словно оставаясь на месте под моим взглядом…

Интересно, что же такого было в тех видениях тысячелетней давности, о которых ворожея тоже рассказать не успела. Да, кажется, не особо и хотела. Насколько я понял, даже её дед не стремился как-то дополнительно документировать это наследие их ворожейного рода. Хотя всё-таки передал внучке это зрелище, как того требовала их стародавняя традиция…

Камешек почти остановился, когда вода в чайнике начала побулькивать. Закипает, пора выключать… Хотя зачем, он же сам выключится… Лучше ещё послежу за тем — остановится ли спираль вместе с вращением кристалла… Интересно посмотреть…

Мы можем показать…

— Что?

Может это просто шум закипающей воды сам собой озвучил мои мысли?

— Видения ворожеи? — Вопросительно просипел кто-то сквозь шум и бульканье.

— Он хочет их увидеть. — Змеиный шёпот был еле слышен за чайником. Но его ответ звучал всё также уверено.

— Если только перестанет упрямиться… — Тонкий голосок как обычно будто бы насмехался

— То узнает, что его ждёт. — Решил рычащий бас.

— Он испытает то, что значит быть Низложителем… — Все четыре голоса сплелись в один причудливый хор. — И знание принесёт силу…

Слушая эти слова, я по-прежнему смотрел на кристалл. И вокруг вроде бы ничего не менялось. Отблески света, шум закипающей воды, стук, щелчки… Металлический звон… Разъярённые крики и молящие стоны… Грохот падающих камней… Рёв пламени…

Что⁈

Подкинув кристалл на цепочке, я спрятал его в кулаке. И обернулся к шумящему чайнику, одновременно пытаясь проморгаться от рябивших в глазах бликов. Потянувшись к электроприбору, я хотел нащупать рычажок включения и прекратить этот шум до того, как сработает автоматика.

Но вместо горячего пластика рука вдруг нащупала холодный металл. Хотя форма была почти такой же… Колокол⁈

А вокруг вместо кухонной мебели — толстые брёвна. Вместо низкого потолка — деревянная крыша, стоящая на четырёх столбах по углам небольшой площадки. Над которой на верёвках свисает ещё целая гроздь разнокалиберных колоколов. И все они бешено колотят своими языками на разные голоса. Но их перезвон почему-то совсем не мешает мне слышать то, что творится снаружи. Там, внизу. На частоколе, выстроенном вокруг этой небольшой колокольни. В проёме выломанных ворот и на улицах городка, состоящего из таких же бревенчатых теремов. Некоторые из которых уже ярко пылали…

Воин, забежавший в ворота следом за тараном, тут же раскроил голову какому-то молодому парню, пытавшегося остановить закованного в броню противника деревянными вилами. И когда топор выскочил из раны обратно, на личину серебристого шлема легла тёмно-багровая клякса. И такая же клякса брызнула на щит воина, когда тот с разворота разрубил шею другого парня, который уже бросил оружие и попытался бежать.

С другой стороны от тарана на пятачок перед воротами выскочил всадник, тоже с ног до головы в металле и толстой коже. И когда разгорячённый конь с ходу втоптал кого-то в слякоть, доспехи кавалериста тут же начали покрываться кровавыми брызгами — вместе с тем, как он рубил длинной саблей то налево, то направо.

Несколько стрел, выпущенных со стен, ударили в конический шлем, кольчугу или застряли в попоне коня. И тот, дико заржав, встал на дыбы, сбрасывая с себя седока.

Но уже в следующий миг ещё несколько всадников выскочило из-за тарана — по мере того, как он отъезжал назад, проёмы между ним и сломанными воротами становились всё шире. Сбив остатки слабого сопротивления с ног, всё новые и новые конные воины начали рассыпаться вдоль стены и узких улочек. Кто-то быстро скрылся из вида за крышами и стенами, а кто-то спешился. И, выбив хлипкие дверцы ударом ноги, тут же нырял внутрь с оружием наголо.

А я почему-то слышал каждый испуганный крик, каждый жалостный стон и каждый предсмертный хрип исходящий изнутри приземистых домиков, внутри которых орудовали эти убийцы и насильники…

Да как вы можете… Как вы смеете… По какому праву вы позволяете себе разрушать то, что мы строили годами⁈ Как вы можете уничтожать то, что мы выстрадали и вырастили⁈ Почему вы считаете, что теперь это ваше⁈ Как вы смеете накладывать свои лапы наших жён и детей⁈

По праву сильного⁈

Хорошо… Сейчас я покажу вам, что такое сила…

Сжав кулаки, я почувствовал в одном из них плавные грани тёплого кристалла.

И непонятно как, но тут же оказался внизу — на одной из улиц, ведущей прямо к воротам. Звон колоколов лился ровно сверху. А прямо на меня во весь опор нёсся один из всадников. И уже замахивался кривой саблей, метя мне в лоб.

Но в прорезях его шлема я успел заметить, как хищный азарт вдруг меняется на удивлённое замешательство. И когда сабля всё-таки свистнула на меня вниз, я схватил её раскалённой добела ладонью. И разорвал, точно бумажную.

Свободной рукой я тут же ухватился за стремя пролетающего коня. И одним движением остановил его, грохнув рядом с собой в слякоть. Дико заржавшее животное покосилось глазом на то, как ударом ноги я сорвал шлем с плеч всадника — вместе с головой.

И тут же оказался у ближайшей сбитой с петель двери — ещё до того, как шлем хлопнулся рядом в стену. И из него выкатилась навсегда удивлённая голова всадника.

Точно такой же удивлённый испуг сейчас был в глазах парня, который оглянулся на меня изнутри теремка. Отбросив от себя девчонку, под юбки которой он пытался забраться, воин потянулся к сабле, висевшей на поясе. Но ещё до того, как он коснулся эфеса, я схватил его за руку и вырвал её из плеча вместе с кольчужным рукавом. И, отбрасывая конечность в сторону, одновременно с этим сжал левой пятернёй нащёчник его шлема, сминая металл вместе с челюстью.

Вырвав часть лица вместе с куском плавленной стали, я стряхнул с руки металл и горелую плоть, пока моя жертва захлёбывалась собственной кровью. И вдруг поймал взгляд сжавшейся в углу светловолосой девчонки. Надо же… Точь-в-точь как Ульяна…

Но она смотрела мимо меня — на улицу. И быстро оглянувшись, я увидел, как в домик заглядывает существо, похожее на то, с которым совсем недавно сражался Пушкарь. И такие же покрытые мелкими шипами тени одна за другой то и дело проносятся позади этой твари по улице — от колокольни в сторону ворот.

— Он укра-а-ал… — Прошипев, силуэт в дверях указал на хрипящего от боли и страха воина.

— Жри. — Я пнул трясущееся тело ближе к выходу. — Но моих не трогать.

— Договорилис-с-с-сь… — Издав этот шелест, шипастая тень вдруг ринулась вниз к хрипящему парню.

И пока он ещё булькал, чёрные иглы впились в доспехи, в одежду и кожу. И словно начали высасывать из них что-то, постоянно пульсируя и подрагивая. Вскоре судорожный хрип ослаб,превратившись в чуть слышный выдох. А вместо перепуганных глаз сквозь остатки шлема наружу смотрели лишь чёрные пустые глазницы, обтянутые сморщенной серой кожей. Из них поднимался прозрачный сизый дымок.

И когда шипастая тень отпрянула от тела, тут же выскользнув за дверь, на полу вокруг иссохшего тела я заметил поблескивающий иней.

— Спаси и сохрани… — За спиной я услышал слабые девичьи причитания. — Спаси и сохрани… Матушка заступница… Батюшка оградитель… Спаси и сохрани…

— Я спасу… — Оглянувшись, я увидел её огромные глазища, полные ужаса. — И я сохраню…

И тоже шагнул наружу.

Тени из чёрного шипастого инея разлетались по всему селению от колокольни, словно вихри бурана. Только вместо снега, вражеских воинов словно засыпал пепел и сажа. Которые тут же впивались в людей и лошадей тысячами шипов. Оставляя за собой лишь скелеты, покрытые отлетающей коркой, тени тут же неслись дальше, чтобы снова облепить очередного орущего всадника и визжащего коня. И если проносились мимо горящего дома, то от их движения пламя гасло так же быстро, как после бочки воды.

Некоторые силуэты сворачивали в открытые двери. И панические вопли доносились уже оттуда. Шагая мимо таких домов, я заглядывал внутрь. И видел картины, похожие на ту, что только что оставил у себя за спиной. Дрожащие от ужаса простолюдины забившись в угол смотрели на высушенные трупы наших врагов. А потом поднимали взгляд на меня. Но ужас при этом никуда не исчезал.

Пока вихри чёрного бурана кружили по улицам городка, сам я быстро оказался у самых ворот. Таран уже полностью оттащили от прохода. Но входившая в город армия теперь лишь толкалась у входа.

Некоторые разъярённые десятники ещё пытались выстроить из своих подопечных стену щитов. Но те, кто разглядел в дыму пожарищ мою фигуру, лишь пятились, натыкаясь спинами на щиты и оружие своих товарищей. И всё равно толкали весь строй назад, прочь от сломанных ворот. Прочь от того, что выходило из них к ним навстречу

А позади ломавшегося строя ржал и подскакивал на дыбы перепуганный конь. Несмотря на то, что богато одетый всадник изо всех сил пытался его обуздать. И, борясь с паникующим животным, витязь не заметил, как вдруг между ним и мной не осталось ни одного человека.

Почуяв то, что я совсем близко, конь заржал ещё пронзительнее, взбрыкнул, подпрыгнул и, выгнув спину дугой, всё-таки сбросил с себя седока.

Хлопнувшись в грязь, воин тут же ловко вскочил обратно. И, попытавшись поймать уздечку убегающего коня, наконец-то заметил меня.

Не торопясь сняв со спины щит, он так же медленно вытащил из роскошных ножен клинок, сияющий странными голубоватыми искорками. А когда окованный металлом край щита поднялся к сплошному шлему, я заметил, что и по остальным доспехам время от времени пробегают такие же чуть заметные бирюзовые разряды.

И в отличии от всех окружающих, витязь смотрел на меня сквозь глазные прорези без тени страха. В его взгляде была лишь холодная решимость и презрение.

— Ну давай, шваль… — Послышалось из-под мерцающего шлема. — Попробуй…

И я попробовал.

Подскочив к бойцу, я метнулся от него в сторону. И когда клинок вылетел мне навстречу, тут же съехал в другую. Перемещаться с такой скоростью было легко. Я был словно огненный ветер, чей раскалённый напор не была способна остановить ни одна броня.

Кроме этой…

Мой кулак разбросал целый сноп рыжих искр, когда врезался в лобную пластину шлема. Но вместо того, чтобы проплавить её насквозь, лишь съехал в сторону. И мерцающий голубыми искрами меч тут же ударил уже в мой собственный лоб.

Я еле успел подставить под удар руку. И отлетев от силы удара назад, едва устоял на ногах. Но следом летел уже следующий хлёсткий выпад. И ещё один. Противник перешёл в атаку, рубя воздух словно мельница. И пронося клинок в считанных волосках от моего лица, плеч и груди.

Ладно, хватит игр…

Отпрыгнув назад ещё дальше, я тут же снова рванулся вперёд, едва боец остановил свою рубку. И, оказавшись рядом с ним вплотную, схватился за окованный металлом щит обеими руками.

Разворот всем телом — и вот мой противник уже полетел следом за моим движением. И движением своего неуязвимого оружия, которое я отшвырнул прочь. Застряв в ремне щита, воин кубарем покатился по земле вместе с ним. И встать я ему уже не позволил.

Подпрыгнув на высоту человеческого роста, я приземлился коленом на затылок шлема, целиком вдавив его в сырую, взрытую копытами землю.

Схватив обе руки противника, я конечно не смог вырвать их из заговорённых доспехов. Но смог завязать их вместе с рукавами кольчуги в такой узел, что целые кости остались только в ладонях. А потом и их я сжимал до тех пор, пока сквозь стальные пальцы перчаток не брызнула тёмная кровь.

Но за всё это время из-под вдавленного в грязь шлема не раздалось ни звука. Истерика у моего врага началась позднее — когда я выдернул его голову из грязи. И, развернув лицом к себе, добрался раскалёнными пальцами до шеи.

— Н-н-н-е-е…

— Да-а-а-а… — Сжимая горло противника, я чувствовал, как его энергия, его сила, его гордость и храбрость переходит ко мне. Наполняя бодростью сердце, наливая мышцы твёрдой сталью и освежая пылающий разум. А ему оставляя взамен лишь холодную слабость, ледяной страх и стылое отчаяние.

И уже через несколько секунд сквозь заляпанные грязью прорези на меня смотрели глаза, полные ужаса и покорности. От былого гонора и решимости в них не осталось ни капли…

Отбросив от себя дрожащее от страха и боли тело, я медленно поднялся на ноги поднялся. И увидел взгляды всех остальных бойцов, окружавших меня на почти тельном расстоянии. Перестав пятиться, они смотрели в ответ с какой-то смесью удивления, ужаса и почтения.

— Пошли прочь… — Я взмахнул ладонью, стряхивая с неё грязь, кровь и раскалённые искры.

— Не-е-е-е-ет… — Сухой шёпот вдруг раздался прямо у меня за спиной. И взгляды воинов тут же устремились туда.

Оглянувшись, я увидел, как шипастый силуэт возвышается надо мной, постоянно выпуская в стороны новые кривые конечности, состоящие из чёрного инея. И растягивает тёмную пасть в кривой улыбке:

— Не-е-е-ет… Они тоже украли… Они тоже наши…

И прежде чем я успел как-то отреагировать, тень распалась на десятки таких же ажурных силуэтов. Разлетевшись во все стороны, каждый из них тут же нашёл себе цель и вкогтился в неё с разгона.

Сбиваясь с ног, задние ряды воинов тут же бросились прочь. Но всё новые и новые тени, отлетающие от стоящего рядом со мной существа, догоняли их, опрокидывали и впивались своими шипами в плоть — прямо сквозь доспехи и одежду.

Панические вопли быстро слились в один общий ужас, взлетевший в тёмные небеса хором, полным боли, страха и отчаяния. К которому тут же примешался потусторонний шелест питающихся теней:

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш-х-х-х-х-х-ха… Щёлк!

Стоящий передо мной чайник выключился. И пузырьки воздуха, бурлившие на поверхности воды стали быстро уменьшаться и пропадать.

— И это лишь малая часть того, на что ты способен… — Слабый шёпот быстро пропадал вместе с тем, как смолкал шум кипящей воды. — Возвращай нам украденное. И становись сильнее… Вместе с нами…

За спиной вдруг раздался чуть слышный стук и знакомый голос:

— Э-э-э… Вашество?

Резко обернувшись, я увидел в дверном проёме того самого парня в замызганной спецовке, которого мы с Кнопкой встретили по дороге в мастерскую. Моё резкое движение, кажется, немного его напугало. А может и выражение моего лица…

— Шуруп? — Я почувствовал что до сих пор сжимаю кристалл в кулаке. Да так сильно, что у меня не сразу получилось его разжать.

— Агась… Звиняйте, вашество… Но милсдарь Технарь приказал, чтобы я с вами одёжей обменялся… — Парень виновато пожал плечами и оглянулся. — Правда не знаю, зачем…

Заглянув за плечо работника, я у видел, что дядя и племянница до сих пор что-то увлечённо рассматривают на экране монитора.

— Я догадываюсь… — Развернув цепочку, я быстро повесил кристалл себе на шею. И отвернулся обратно к парившему кипятку. — Чай будешь, Шуруп?

— Э-э-э… Пасиб, вашество… Э-э-э…

Пока парень, видимо, напряжённо соображал, что для него будет хуже — согласиться или оскорбить князя отказом, я потянулся к кружкам. И когда рукав пиджака задрался, увидел на предплечье длинный красноватый след, как от ожога.

Как раз в том месте, на которое только что принял удар меча, сверкавшего странными голубыми искрами.

Глава 5

Знания приносят страх

— Я так понимаю, что это ещё не весь твой план? — Поставив парящие кружки перед родственниками, я проиллюстрировал свой вопрос указав на свою новую одежду.

Комбинезон Шурупа достаточно красноречиво висел у меня на животе и плечах, так как был на пару размеров больше. Молодой работяга, в свою очередь, не менее комично смотрелся в моих коротких брючках и кургузом пиджачке — смотрелись они на нём так, что иначе я их уже называть не мог. Поэтому парень пока предпочёл потусить на кухне, очевидно, стесняясь и начальника и его племянницы.

Подняв на меня взгляд, Кнопка тут же прыснула себе в кулачок. Но тут же смутилась и забормотала неловкие извинения.

— Это ты ещё не видела другого парня… — Я махнул на неё рукой, дожидаясь реакции Технаря.

Тот не сразу отвлёкся от монитора. И когда всё-таки придирчиво осмотрел меня с головы до ног, лишь ещё больше нахмурился:

— А ты, княже, машину вообще водить умеешь?

Очень хотелось как-нибудь особенно язвительно напомнить ему, что в моём прежнем мире личный автотранспорт был даже не роскошью, а несбыточной мечтой. Но детали моего прикрытия вовремя пришли на ум:

— У нас в тайге дорог почти нет.

— Ну да, ну да… — Нахмуренный взгляд Технаря вновь вернулся на монитор. — И расстояния измеряются не в верстах, а в сутках… — Он снова не глядя потянулся куда-то внутрь хаоса на столе, пошарил там немного и, выудив связку ключей, подкинул их мне в руки. — Тогда берите беспилотник. Только оставьте его где-нибудь подальше от «Третьего Круга». Лучше всего — в соседнем районе, рядом с тем техномаркетом, где купите незасвеченный девайс. А то маршруты в навигаторе тоже записываются…

С этими словами Технарь выудил из кармана кредитную карту и положил её перед племянницей:

— Кстати вот. Купи там ещё каких-нибудь расходников на свой вкус до кучи. — Димитр оглянулся на полки за спиной. — Термопасту, например. А то уже кончается.

— Хорошо… — Кнопка убрала карту в один из своих многочисленных кармашков.

— Правильно понимаю, что дорогу машина тоже сама найдёт? — Я, в свою очередь, спрятал в комбинезоне ключи. — А то я плохо представляю, в какой мы части города…

— И обратную тоже найдёт, не переживайте… — Хозяин мастерской вновь поднял на меня задумчивый взгляд. И затем покосился на девчонку, пододвигая к ней одну из кружек. — Кнопка… Попей-ка пока чайку на кухне. Нам тут с князем немного потолковать надо. С глазу на глаз.

— Хорошо… — Девушка с готовностью юркнула в дверь с надписью «Не входить». И оттуда сейчас же послышался её заливистый смех вперемешку с недовольным бурчанием Шурупа.

И не успел я вернуться к своим вопросам, как Технарь заговорил сам:

— Если ты хочешь дополнительно уточнить — знаю ли я о том, кто ты на самом деле — то да. К несчастью, теперь знаю.

— К несчастью?

— Как говаривал мой научный руководитель — знания приносят страх. — Глянув на монитор, Димитр клацнул парой клавиш. — Тогда мне казалось это смешным…

Я тут же вспомнил шепчущее эхо:

И знание принесёт силу…

— Но… Я так понимаю, разговор с чёрными закончился без особых последствий?

— Ты уже забыл про обыск? — Технарь снова поднял на меня хмурый взгляд. Но, не дожидаясь ответа, махнул рукой и полез руками куда-то под стол. — Хотя, пожалуй, ты прав. Могло быть и хуже… — Выудив из-под столешницы пепельницу с окурком, он снова раскурил толстый бычок. И только тогда продолжил, выпустив в меня облако дыма. — Короче, подкидыш… Мне, само собой, никто не объяснял, нахрена ты сдался «семёрке». И сам я подробностей знать тоже не хочу. Поэтому у меня к тебе только одна просьба… — Хозяин мастерской покосился на дверь кухни, за которой мелодичное хихиканье Кнопки уже сменилось её же торопливыми успокоениями. — Постарайся не впутывать девчонку в свои тёмные делишки больше, чем уже впутал.

— И поэтому ты посылаешь её вместе со мной в «Третий Круг». Чтобы уменьшить вероятность впутывания в тёмные делишки, да?

Технарь, конечно, понял сарказм. И, прикусив окурок, поморщился:

— Как говорит Ключник — не надо трагедий. То, что вам предстоит — приключение на двадцать минут. Зашли и вышли. — Он кивнул на монитор. — Лучше неё с червём никто не управится. Сам-то я теперь, малость, не выездной, как понимаешь… Кстати, вот, забери. — Хозяин мастерской протянул мой планщет. — И не потеряй. К нему привязан твой пропуск.

— А для Кнопки он не нужен?

— Только что выписал.

— Теперь ты за них отвечаешь?

— Временно.

Прежде чем упаковать протянутый мне планшет в один из своих широких карманов, я указал на него и поинтересовался:

— А… ты же понял, что именно мы там искали?

— Не совсем. Я же не гуманитарий… — Технарь ухмыльнулся, продолжая сжимать окурок зубами. — Но даже я сразу могу сказать — если на этот запрос установлен сигнальный триггер от «семёрки», то и в библиотеку за ним ходить не стоит. Даже в нашу. Если ты, как я понял, не хочешь лишний раз светиться перед чёрными. Иначе о твоём интересе они узнают уже почти сразу. Библиотекарю тебя прикрывать нафиг не надо, Тим.

— А… — Я припомнил, что Пушкарь тоже называл меня настоящим именем. — А кому ещё ты успел про меня донести?

Димитр снова недовольно поморщился:

— Это Пушкарь мне про тебя донёс, а не я ему. Старика обдурить потруднее иного чёрного. Ему даже в твою мобилку заглядывать не надо было. Чтобы сообразить, что ты какой же Шубский, как я — балерина.

— Раз уж ты сам о нём вспомнил… — Я упаковал планшет в комбинезон — А ты знаешь, кто такой Ратмир Боровик?

Услышав это имя, Технарь лишь равнодушно пожал плечами:

— Судя по фамилии, кто-то из твоих старых приятелей?

— Скорее, из новых…

— Но он ведь не аристо?

— Не думаю…

— Тогда ничего не хочу об этом знать. — Хозяин мастерской вернул взгляд в монитор и рассеяно пощёлкал клавишами. Словно давая понять, что на эту тему разговор закончен.

— Тогда последний вопрос. — Я всё так привлёк его внимание взмахом руки. — Как думаешь, то, что я искал в планшете — можно найти в Тени?

Прежде чем ответить, Технарь опять нахмурился:

— В Тени можно найти всё, мой юный друг… — Он снова помолчал и немного посверлил меня насупленным взглядом. — Только если ты не понимаешь, что делаешь… То это может быть опаснее, чем покупка наркоты через терминал в приёмной полицейской управы. В случае ошибки, по твою душу придут не из полиции. И даже не из жандармерии.

— Тогда пусть встают в очередь… — Я нащупал в кармане носитель информации с вирусом. — А, кстати, те… Ну… Те ребята, от чьего имени мы запустим сюда этого твоего червя… Они-то потом не придут сюда разбираться?

— Если только с экспедиционным корпусом. — Ухмыльнувшись, Технарь вновь выпустил дым в мою сторону. — Но до этого, думаю, не дойдёт.

Тогда я заодно кое-что там попробую… Но озвучивать эту мысль пока, конечно, не стану.

— Ладно, молодёжь… — Технарь скучающе глянул куда-то в угол монитора. — Я пока ещё тоже не на пенсии, так что двигайте. Дел по горло… Кнопка! — Гаркнув в сторону кухни, он снова глянул на меня. — У вас, княже, есть время до полуночи…

— Да? — Девчонка выглянула из-за двери. — Уже пора?

— Пора. И ещё… — Вытащив окурок изо рта, Технарь как-то недовольно на него посмотрел, прежде чем загасить. — Возьмите в «Третьем» сигар нормальных. Любые с Кукарибских островов подойдут. Хоть какая-то от вас польза будет… Но только за наличку!

— А сколько они стоят? — Кнопка озадаченно заморгала.

— Сними суточный лимит, должно хватить. Если что — вон, княже, может, сторгуется. — Хозяин мастерской снова ухмыльнулся. — Буен вьяхе, амигос! — Взгляд Технаря вдруг скакнул мне за спину. — И-и-и… Каничива, ко тайси! Заходите, вашество, они уже уходят!

Оглянувшись, я увидел в дверях мастерской Сатоши. Он, в свою очередь, с удивлением оглядывал мой новый наряд. Но легко тряхнув головой, джиппонец прикрыл дверь и шагнул мимо — к столу хозяина мастерской. И, как обычно, не говоря ни слова, продемонстрировал тому точно такой же планшет, как у меня, несколько раз нажав на кнопку включения. Экран планшета при этом никак не отреагировал.

— Что-то не везёт сегодня всем с этими таблетками… — Технарь дотянулся из-за стола до планшета и принялся рассматривать его со всех сторон. Но потом поднял взгляд на нас с Кнопкой вопросительный взгляд.

— Кхм… Да, мы пойдём. — Я нащупал ключи от беспилотника и, пропустив девчонку вперёд, вышел на улицу.

Не по-ротенбургски яркое солнце тут же ударило в глаза. И после тёмного помещения мастерской потребовалось некоторое время, чтобы снова нормально видеть. Нажав кнопку на брелоке сигнализации, я заставил наш транспорт пикнуть в ответ.

— Вроде там… — Кивнув Кнопке в сторону звука, я быстренько зашагал к нужному месту на парковке, продолжая щуриться. Девчонка тоже приложила руку ко лбу козырьком, разглядела тачку и поспешила следом.

— Ну и ну, Шубский! — Воскликнул еле различимый пухлый силуэт где-то рядом с нашим беспилотником. — Я, конечно, слышал, что вы вечно на перестрелку с ножами приходите… Но зачем ты в холопа-то переоделся? Думал, я тебя не замечу?

Твою мать, совсем же про тебя забыл… Что, уже полдень?

Пытаясь побыстрее проморгаться, я обратился к массивной фигуре:

— Слушай, приятель… Может твоё дело подождёт до завтра? Мне тут малость некогда…

Но толстяк, похоже, пропустил просьбу мимо ушей, едва разглядел за мной Кнопку:

— Ага… Ему значит ты всегда готова услужить… Да, кибердевочка? — Пухлый силуэт не унимался. — Этот лесник же вроде с Волковой тусит… Или ты всех зверушек жалеешь?

Кажется, за его широкой спиной стоял ещё один человек. И на контрасте со своим упитанным приятелем он показался совсем скелетом.

— А где твой секундант, Шчубский? — У того, кто стоял позади Пятницкого, был лёгкий западный акцент. Который я уже где-то слышал… — Если думаешчь, что без него будет типа несчщитово — то ошчибаешься.

Секундант? Насколько я помнил тоненький кодекс для аристо, дуэли там вроде бы тоже воспрещались. Хотя и наказание за их проведение было каким-то символическим… Но Пушкарь вчера ничего про это не говорил. Тут же не учебная территория. И не кампус. А значит им можно всё, что не бьёт по их родовой чести… Но мне то на неё плевать! И у меня действительно нет времени…

— Да чё уж там… — Задумчиво протянул толстяк. — Он вон уже и так, походу в штаны напрудил. «Некогда» ему… Ну давай тогда, беги отсюда, деточка! А я пока с дамой потолкую… О системе ввода-вывода…

И когда он шагнул ближе к попятившейся девчонке, я почти машинально встал между ними:

— Забыл спросить. — Я ткнул пальцев в пухлую грудь. — Ты так своим джойстиком озабочен, потому что только в зеркало его разглядеть можешь, да?

— Грррр… — Толстяк сжал кулаки. Ещё миг и ударит…

— Потап! — Тонкий силуэт позади него привлёк внимание напарника. И указал куда-то мне за спину.

Всё ещё пытаясь проморгаться, я обернулся. И узнал горделивую осанку Сатоши.

— О! Да это ж твой сосед! — Потап Пятницкий расслабился и тоже заглянул мне за спину. — Что, джиппонец? Будешь у Шубского секундантом? Или тоже «некогда», э?

Мой сосед на секунду нахмурился. Но уже через миг он смотрел в глаза бугаю всё с тем же равнодушным высокомерием, что и обычно. И, быстро скинув форменный пиджак, не глядя протянул его Кнопке вместе с галстуком.

Подворачивая рукава своей рубашки, Сатоши шагнул к нам ближе. И коротко повертел ладонью перед собой в воздухе, словно призывая противника к продолжению диалога.

— Ну во-о-от. — Довольно протянул толстяк. — Сразу видно — наследник древнего рода… — Он скосил глаза на меня. — А не из-под Аральского бугра вылез…

— Корочще, всё по классике. — Подал голос его секундант, которого я всё ещё не мог рассмотреть за широкой спиной Пятницкого. — Без силы своего рода. Оружчие выбирает приглашчённая сторона. Заканчшиваем, когда кто-то не сможет продолжчать или сдастся сам.

Жирный противник снова уставился на меня. Видимо, в ожидании ответа. И Сатоши тоже вопросительно приподнял бровь.

Ох уж эти ваши традиции, наследнички… Всё-таки не отвертишься от вас, да?

— Нет у меня никакого оружия. — Я поднял перед собой кулаки со свежими шрамами. — По классике, так по классике.

— Х-хе… — Пятницкий переглянулся со своим напарником. — И тут как мужичьё себя ведёт… Ну пошли тогда!

И бугай мотнул подбородком в сторону въезда в подземный гараж, где между мастерской и парковыми насаждениями оставался небольшой участок газона.

По пути я на всякий случай тоже поручил Кнопке носитель с вирусом и свой планшет. И принялся лихорадочно соображать…

С такой разницей в весе и росте в ближнем бою у меня шансов нет. И от ударов в корпус толку не будет, даи по морде, наверное тоже… Интересно, как они отреагируют на то, если я ему сразу яйца отшибу — по своей, дворовой классике? Но, пожалуй, оставим это на сладкое… Есть и другие больные места… А вот в скорости он мне точно проигрывает. Это я помню ещё по драке во время хеловина. Правда там основную роль исполнила когтистая Таисья… Но в любом случае, таскать свой вес этот жиркомбинат устанет раньше меня. Значит, придётся побегать…

Оказавшись на газоне, я развернулся лицом к противнику. И присмотрелся к его движениям. Ну, в принципе, да… Грузноват, медлителен… И самое главное — донельзя самоуверен. Иначе не согласился бы так легко на мужицкий кулачный бой.

— Начали? — Я принял боевую стойку.

— Начали…

ХРЯСЬ!!!

От удара в лоб я отлетел на землю почти к линии насаждений. И ненадолго потерял ориентацию в пространстве. Казалось, что небо и земля вдруг принялись постоянно меняться между собой местами.

…Знание принесёт силу… — Вместе с гулким звоном изнутри головы послышался и знакомый шелест.

Но противник не дал мне лишнего времени на сбор рассыпанного сознания. И с разбега двинул мне носком кроссовка в живот.

Я еле успел подставить под удар локти — машинальное движение отработанное в десятках драк.

Но ни в одной из этих драк я не отлетал от такого удара словно мяч. И при этом почти перестал ощущать обе отбитые руки.

Где-то на грани слуха испуганно ойкнула Кнопка. И снова послышался призрачный шёпот, упрямо повторявший одно и то же:

Знание принесёт силу

— Ха! — Все эти слабы звуки перекрыл довольный басок неожиданно проворного жирдяя. — Я думал, что ты будешь хоть немного сопротивляться…

Знание принесёт силу! — Шёпот вякнул с какой-то сердитой настойчивостью. — Вспомни то, что познал, упрямец!

Соображать получалось нелегко… Что я познал? Где? Там, в этой средневековой деревне? Там я был куда сильнее и быстрее… Хотя тот парень с блестящим мечом оказался почти неуязвим… Или не он сам, а его облачение…

Грузные шаги приближались ко мне уже не торопясь. И где-то наверху противник продолжал лениво посмеиваться, заслоняя собой солнце:

— Хе-хе… Эй, кибердевочка… Надеюсь, ты повыносливей этого хлюпика…

Используй то, что познал! — Шёпот сипел словно тысяча разъярённых змей.

…Но потом я всё равно скрутил его буквально в бараний рог… Обездвижил… И поглотил его силу…

Да-а-а-а… Ты стал сильнее…

Тяжёлая поступь остановилась рядом со мной. И пухлая правая нога довольного увальня поднялась над моей головой…

— Н-на!!!

КР-РАК!!!

— Уф… — Пятницкий вдруг отшатнулся и грохнулся на жирную задницу. Теперь он ошарашено смотрел не на меня, а на свою правую стопу. Которая сложилась так, что пальцами доставала до голени.

А я перевёл взгляд на руку, которую только что подставил под удар в отчаянной попытке защитить голову. И заметил, как по ткани комбинезона пробежали едва заметные бирюзовые искорки.

Знания приносят страх, Низложитель… Но только твоим врагам…

Глава 6

Три долга за один день

— Нетщестно! — Запротестовал секундант жирного барчука. И когда Сатоши с Кнопкой отвлеклись на него от хрипящего от боли Пятницкого, парень обвинительно выбросил в мою сторону руку с вытянутым пальцем. — Он пользуется силой!

Теперь я его разглядел. Субтильная фигура, смуглая южная кожа, черные волосы и густые, почти сросшиеся брови… Точно откуда-то с юго-западных имперских владений. Где же я слышал этот говор? Совсем ведь недавно…

— Но ведь… — Забормотала девчонка, когда снова оглянулась на меня и тоже всмотрелась в бегающие по комбинезону искорки. — Ведь у Шубских совсем другая сила рода…

Джиппонец тоже прищурил и без того узкие глаза, пристально глядя в мою сторону. И спокойно кивнул. Вроде бы соглашаясь со словами Кнопки.

— И чшто⁈

— По правилам же нельзя пользоваться только своей силой… — Чуть слышно заметила Кнопка, проявив свойственную её профессии дотошность. Но тут же съежилась под гневным взглядом секунданта, машинально спрятавшись за спиной Сатоши.

И мой напарник лишь снова согласно кивнул, продолжая спокойно смотреть в пылающие гневом тёмно-карие глаза южанина.

Может поэтому мой грузный противник вдруг стал таким резвым? Если даже я когда-то смог ненадолго превратиться в двуногого волка… То и с ним кто-то поделился частью своего таланта?

— Ды… Д-ды… — Южанин продолжал бессильно злопыхать. Но более веские аргументы у него явно закончились.

Тем более, что джиппонец вдруг шагнул ближе к пыхтящему Пятницкому и, слегка наклонившись, пригляделся к его груди. И когда выпрямился обратно — указал в ту сторону всем остальным.

— Амулет… — Кнопка чуть слышно прокомментировала увиденное.

К этому времени я уже почти вернул чувствительность к отбитым рукам. И кроме боли ощутил ещё кое-что — там, где портал Таисьи касался тела, слегка жгло.

Похоже, история повторяется. Сначала я смог заставить Боровика делать то, что мне нужно — совсем как Кривошеин. Теперь превращаю свою одежду в непрошибаемую броню — как тот воин из видений тысячелетней давности.

А если я продолжу пользоваться его умением, то портал снова… «Снова» что? Выпьет из меня всю украденную силу и откроет путь из-за завесы в наш мир для ещё одной твари, сплетённой из чёрного инея? Или для чего-нибудь похуже…

Пожалуй, стоит притормозить, прежде чем проверять это на практике. Ни к кому из этих наследничков, я конечно, не питаю тёплых чувств. И, может быть, даже с любопытством посмотрел бы, что эта тварь с ними сделает. Но Кнопку она тоже может не пожалеть…

Так… А как тогда остановить всю эту магию? Просто сказать самому себе «нет»?

Зачем… Каждый раз ты становишься только сильнее… И мы тоже…

Вот именно! Хотите на моём горбу в рай въехать? Ну уж нет… Мы ещё ни о чём не договаривались! А если и договоримся, то будьте уверены — я прочитаю каждый пункт, каким бы микроскопическим шрифтом он не был написан!

Упрямец… Но мы ждали тысячу лет… Подождём и ещё немного… Когда в запасе вечность, время перестаёт иметь значение… А вот у тебя нет другого выхода…

Это мы ещё посмотрим…

За этими лихорадочными размышлениями, я поднялся с земли на одно колено и попытался получше рассмотреть противника.

Делая судорожные вдохи, тот, похоже, тоже пытался принять более вертикальное положение, чем сейчас. Но едва сломанная стопа касалась земли, как лицо толстяка вновь искажала гримаса боли.

— Сдаёшься? — Я встал на ноги и потёр отбитые предплечья — к этому времени с искорки с рукавов уже пропали. А когда потрогал лоб, то ощутил под пальцами нехилую опухоль.

— Пошёл ты…

А что там ещё было в правилах?

— Продолжать ты в любом случае уже не можешь. — Я старался не приближаться. Может быть, он ещё сохранил эту свою феноменальную скорость. И способен достать меня даже лёжа.

— Могу! — Продолжал упрямо пыхтеть Потап Пятницкий. Но снова сбился с дыхания, когда в очередной раз попытался коснуться сломанной стопой земли.

— Тогда, может, ничья? — Я повернулся к остальным. — Бывает же такое? А то мне правда некогда…

Сатоши задумчиво выпятил нижнюю губу и пожал плечами. И Кнопка тоже ответила молчаливым недоумением.

— Не бывает! — Вдруг рявкнул смуглый южанин. — Уйдёшчь — будет счшитаться, чшто струсил!

Я присмотрелся к его худощавой фигуре. Кажется, он даже немного ниже меня…

И смело шагнул в сторону секунданта:

— Тогда, может, подменишь своего напарника? — Продолжая приближаться к нему, я хрустнул шеей, сжал кулаки и поднял руки. — А? Давай!

Наверняка у него нет в загашнике никакого амулета. Иначе он бы сейчас так не трясся… И если так, то я справлюсь с ним и без помощи портала…

И южанин, похоже, тоже быстро это понял:

— Так не можно! — Попятившись, он, похоже, с испуга начал немного путаться в неродном для него языке. — Не по правилам!

— А как по правилам?

— Он должен дать согласие на замену! — Секундант указал на хрипящего напарника.

Мы все снова повернулись к толстяку.

— Ладно, Шубский… — Просипел Потап Пятницкий. — Давай отложим, раз тебе некогда…

Похоже, толстяк тоже был невысокого мнения о способностях своего секунданта. Но желания ёрничать поэтому поводу у меня не было. Как и насчёт того, как эти джентльмены легко меняют правила, если не могут выиграть.

— Тогда как подлечишься — о следующем разе я тебя сам уведомлю. В удобное для меня время… — Я повернулся к Сатоши. — Спасибо, сосед. С меня причитается.

Тот лишь пожал плечами, продолжая хранить деланное равнодушие. И, коротко кивнув остальным барчукам, забрал у Кнопки свои вещи, развернулся и замаршировал обратно к парковке.

— Пойдём. — Я взял девчонку за руку. И мы тоже пошли к нашему беспилотнику следом за джиппонцем.

— А ты куда это с ней? — Выкрикнул нам в спину южанин.

Но я проигнорировал его вопрос, в то время как Кнопка опасливо оглянулась и потом вопросительно глянула на меня. Всё-таки в том, что аристо не должен тут ни перед кем отчитываться — были свои преимущества. И я не собирался ими пренебрегать.

— Второй день, а учже гарем себе собирает… — За спиной послышалось недовольное ворчание.

Если это и была попытка меня как-то задеть — то она была больше похожа на комплимент, чем на оскорбление. И только девчонка снова густо покраснела.

— Фрод, заткнись! — Злобно засипел с земли Пятницкий. — Иди лучше скажи Технарю, чтоб медичку вызвал!

Так вот, где я его уже слышал! Это же тот самый обгоревший урод с перчаткой… Петро́вич Пе́трович…

Я всё-таки оглянулся и заметил, как смуглый парень скрывается за дверью в мастерской. Ну теперь я хотя бы знаю, как ты выглядишь на самом деле. Похоже, что вы с толстяком и тогда были в одной команде. И как тогда, остались ни с чем.

Добравшись до нужной машины, я передал ключи Кнопке:

— Заводи ты. Я в них ничего не соображаю.

— Хорошо! — Девчонка улыбнулась и охотно запрыгнула на место оператора беспилотника. Включив приборы, она тут же начала щёлкать виртуальной клавиатурой на экране навигатора. И остановилась, когда нужно было ввести пункт назначения. — Так… А где этот «Третий Круг» находится?

Я присмотрелся к виртуальной карте Ротенбурга и попытался сопоставить её со своими знаниями о центральном районе города. Заодно отметив, что ликеум находится в юго-западном пригороде. Ну да, где ж ещё. Все самые богатые резиденции в этой стороне.

— Вот тут, между Гневским и Пригородным. Там целая улица со всякими шинками и ресторанами… Наверное эта. — Я ткнул в прямую полоску между центральными проспектами города.

— Головинский переулок?

— Наверное… Я самый центр плоховато знаю.

— Ага. Тогда, пожалуй, вот здесь остановимся… — Кнопка быстро потыкала пальчиком в экран, приблизив нужный район. — Техномаркет на Слиговском… Там должно быть всё что нужно.

— Тебе видней. — Я продолжал внимательно следить за её действиями.

И это не осталось незамеченным:

— А… — Девчонка немного смутилась, но всё-таки набралась храбрости. — А хотите, я научу вас пользоваться беспилотником? Тут не сложно…

— Это не долго?

— Совсем нет! Вот, смотрите! Тут надо выбрать один из предложенных маршрутов. Лучше всего тот, где проезд для обычных машин закрыт… Вот этот, например. — Кнопка ткнула в одну из цветных линий, петлявших по схеме окружных эстакад до центрального района. — Такие длиннее, но зато без пробок. И точно не надо будет самому рулить.

— Понятно…

— Подтверждаете маршрут и всё. Если топлива достаточно, то можно ехать. Если нет, то система об этом сообщит и покажет ближайшие заправки… Вот сюда нажать надо. — Девчонка показала на панель, встроенную в баранку. — Только лучше пристегнуться сначала…

Я проследил, откуда девчонка вытянула ремень безопасности. И быстро нашёл такой же со своей стороны:

— Тогда поехали.

Машина плавно тронулась, выехала с парковочного места и почти бесшумно пошелестела по идеальному асфальту к центральной части ликеумного комплекса. Проезд для автомобилей, похоже, располагался в стороне от пешеходных маршрутов. И по пути мимо нас проносилась только парковая растительность. И ещё та часть пути, откуда были видны заезды во двор резиденции Ректора и обсерватория. Раскуроченный фургон службы доставки и последствия сражения с наёмниками уже успели исчезнуть.

Меньше чем через минуту мы оказались у знакомых мне ворот рядом с домиком Ключника. Когда машина притормозила у широких створок, они плавно открылись самостоятельно. И точно так же автоматически закрылись, когда мы покинули закрытую территорию. Никто не спрашивал у нас никаких пропусков.

Прежде чем дорога вывела к подъёму на многополосную эстакаду, мы ещё несколько минут ехали мимо густого леса, который явно имел естественное происхождение. Но обочина этой узкой трассы была убрана так же тщательно, как и парк внутри периметра.

Да уж. Ехать по поверхности действительно куда приятнее, чем под землёй трястись… Я так только один раз катался — как раз с зекистанцами на дело. Правда мы не выезжали за город. Но с вершин эстакад даже наши человейники смотрелись не так уж и плохо…

Судя по мелькающим за окнами деревьям, скорость движения была весьма приличной. Но в удобных креслах это совершенно не ощущалось. И шум двигателя был тише, чем шелест ткани комбинезона Кнопки — в том момент, когда она проверила кармашек с кредитной картой.

И я отвлёкся от зрелища за окном на это движение:

— Когда будем в городе — не делай так.

— Как? — Опешила девчонка.

— Не трогай карман с деньгами. А то все вокруг сразу поймут, где они у тебя лежат.

— Понятно… — Покивав, девчонка опять пощупала кармашек с картой. Но тут же отдёрнула от него руку. И как-то странно на меня покосилась.

Наверное, не стоило давать волю старым привычкам. Откуда лесному барину знать про особенности жизни в мегаполисе… Ладно. Лучше подумай, как сейчас попасть в «Третий Круг»…

Можно, конечно, попробовать сделать морду ящиком и завить, что благородный господин просто желает развлечься… Наверное техника со встроенным пропуском из ликеума будет достаточным доказательством. Кнопка наверняка знает, как его продемонстрировать…

Но в этом случае благородному господину, скорее всего, просто настоятельно порекомендуют какой-нибудь соседний кабак… И это в лучшем случае. Если бы я был хотя бы местным… А то ведь правда — из-под бугра вылез и сразу в самый жир полез… Без надёжной рекомендации туда могут не пустить даже аристо. А если и устроить представление и начать возмущаться… То это вызовет только лишние подозрения. И случай будет уже не лучшим…

— Простите, Гор… — Девчонка, похоже, всё-таки решилась задать вопрос. Хотя её взгляд по-прежнему был направлен куда угодно, но только не мне в глаза.

— Да?

— А можно спросить… Ну… Про то, куда мы на самом деле едем…

— Можно.

— А когда мы туда попадём… — Кнопка тут же начала ещё сильнее смущаться. — Ну то есть… Мне что-то ещё нужно знать заранее? Что-то вроде вот… Как про карман…

Угу. То есть мои компетенции в этом вопросе у тебя интереса не вызывают. И на том спасибо…

— Делай вот как сейчас. Не пялься ни на кого без необходимости. И сразу давай понять, что ты со мной. А не на работе…

— Так я же как раз на работе… — Девчонка, похоже, искренне не поняла, о каком роде деятельности идёт речь.

— Вот если будешь держаться за меня, то все как раз и поймут, что ты занята. И не будут приставать.

— Хм… Хорошо.

Похоже, она так и не поняла, о чём речь. Ну да ладно… Лучше позаботься о рекомендациях, пока едем…

— И кстати об этом. У тебя есть телефон?

— Да… Его тоже нельзя касаться? — И Кнопка тут же потрогала соседний кармашек рядом с тем, в котором хранилась карта. — Ой…

— Да, так тоже не делай. Но сейчас мне нужно сделать звонок не со своего. Одолжишь?

— А… Да, конечно… — Она с готовностью вытащила свой мобильник.

Смарт девчонки был почти такой же, как тот, что мне выдал опричник. Быстро его разблокировав, Кнопка открыла приложение для звонков. Но я решил проявить хоть какую-то вежливость для такой ситуации, отказавшись брать его в руки и копаться в её личной жизни:

— Держи сама. Включи громкую связь и набери номер… — Я проследил за её действиями. — Диктую?

— Да…

— Три пятёрки три восьмёрки восемнадцать сорок двадцать. Звони.

— Ага… — Приложение тут же само определило общеизвестный городской номер шиномонтажа зекистанцев.

И после трёх длинных гудков из динамика ответил знакомый суховатый голос:

— Сюшаю?

— Салам, Ашмед…

— Тима-джян! Салам, дарагой! Куда пропал савсэм? Как живёщь-поживаещь? Откуда звонищь?

Не зря спрашивает…

Я глянул на удивлённую Кнопку:

— Да от подруги…

— А-а-а, дарагой! — Зекистанец сухо рассмеялся. — Всё понял! Всё понял, куда пропал! Ай, маладэц, Тима-джян! Давно гаварыл, пора тэбэ уже женщин хороший найти…

— Да ты погоди, Ашмед… — Я снова поймал на себе взгляд покрасневшей девчонки. И она тут же уткнула глаза обратно в приборную панель. — Тут это… Вопрос есть…

— Сюшай, Тима-джян… Ну ты ж вродэ нэ малэнький уже… — Старик не выдержал и вновь рассмеялся.

— Не-не… Тут эта… — Я помедлил, размышляя над тем, как бы не говорить лишнего. Вряд ли, конечно, чёрные прослушивают каждую трубу в ликеуме. И за то чтобы разговоры с клиентами не доходили до околотка — Ашмед тоже регулярно кому надо отстёгивает. Но всё же… — Помнишь, я с Хадидом… Эм… Ремонт делал…

— Канещ, дарагой… Если ещё какой ремонт нужьн — то ты луще сам захады! Пасыдым-пагаварым, чай попьём, халва поедым…

— Не-не, дослушай… Вот до того ты нас с ним как раз чайком угощал. Помнишь где?

— Канещ, дарагой… — В голосе зекистанца послышались уже более настороженные нотки.

— Вот мне там понравилось. — Я вновь глянул на Кнопку. — Девочку хочу туда сводить…

Судя по тишине в трубке, старик понял меня совершенно правильно. В отличие от Кнопки, которая вдруг чуть слышно ахнула и стала просто пунцовой. Тут же забегав глазами по всему салону.

— Растёщ, Тима-джян, растёщ… — Из динамика послышался сухой смешок. — Но местечк и правда казырный…

В отличие от старика, я не стал ходить вокруг да около. И сразу перешёл к тому, что он от меня ждал:

— Ашмед, должен буду. Без базара. — В голове тут же проскочила мысль о том, что это уже второй долг за сегодня… Третий, если считать неоконченную дуэль.

— Хех, Тима-джян… Мне от тебя денег нэ надо, дарагой… Я с сирот нэ…

— Не про деньги, Ашмед. — Я поспешил перебить старика, пока тот не пересказал всю мою биографию.

В трубке снова повисла долгая тишина. В течение которой я надеялся, что старик сам озвучит свой интерес.

Но, ещё немного поразмыслив, зекистанец вздохнул и снова повёл вкрадчивую речь:

— Тима-джян… Ты канещ парнищк харощ… И ни падвадыл никада… Но сам понимаищ… Щито ты мине можещь такого пиридложить, щтоб я прям ахнул? Вот как твой женщин…

Из трубки снова послышался стариковский смешок. А Кнопка вжалась в сиденье, боясь даже покоситься в мою сторону.

А ведь он прав. Что я могу ему предложить за вход в самое закрытое место в городе. Не считая ликеума… Деньги от сироты старик брать не будет — сколько не предложи. Ему потом другие аксакалы руки не подадут, если прознают.

Можно было бы обещать своё бескорыстное участие в каком-нибудь ближайшем деле — без лишних вопросов. Но как я могу сейчас обещать что-то подобное, когда сам себе, по сути, не принадлежу?

Тогда его заинтересует только одна вещь. Только сказать о ней нужно так, чтобы Кнопка не начала переживать раньше времени.

— Слушай, Ашмед… Техномаркет на Слиговском знаешь?

— Есть такой дело… — Старик, казалось, затаил дыхание.

— Там прямо щас кое-чего починить надо…

Глава 7

Криминальный друг

— Гор, а можно вопрос?

Всю оставшуюся после звонка дорогу Кнопка сидела тихонько, словно боялась помешать течению моих мыслей. И, кажется, она так и не поняла, чем именно я расплатился с Ашмедом за рекомендацию для «Третьего Круга». Потому что когда мы припарковались, она спокойно отдала мне ключи от беспилотника обратно. И только тогда решилась задать вопрос.

— В следующий раз не спрашивай, а задавай сразу… Этот магазин нам нужен? — Я указал на вывеску техномаркета. И пока девчонка отвернулась в указанном направлении, сунул связку под крыло машины.

— А… Да, этот… — Кнопка повернулась обратно и кивнула с робкой улыбкой. — Хорошо, я буду сразу спрашивать, если можно… А что значит «тимаджян»?

Я не мог не улыбнуться в ответ:

— Это по-зекистански так называют уважаемого человека. Или друга. — Я огляделся и зашагал в указанном направлении. — Пойдём скорей тогда.

— А это был ваш друг, да? Там, по телефону… — Кнопка поспешила следом, тоже глазея по сторонам. — Никогда тут без дяди не была…

— Я тоже… — Я решил проигнорировать вопрос про то, кем мне приходился Ашмед. И когда мы присоединились к толпе на тротуаре, взял девчонку за руку. Она коротко покосилась на меня, но быстро снова начала озираться, шагнув чуть ближе. И сжав свою тёплую ладошку в ответ.

Центр Ротенбурга встретил нас традиционной промозглой сыростью. Ни малейшего намёка на то ласковое солнце, которое согревало парк ликеума. Только рваные серые тучи, перемежаемые белесой дымкой. Но света здесь и так хватало — от десятков неоновых вывесок и разнокалиберных экранов, постоянно крутивших рекламные ролики товаров, которые можно было найти в соседних магазинах. И этот разноцветный калейдоскоп выглядел куда радостнее, чем серые офисные высотки, возле которых меня чуть не принял жандарм. Когда это было… Получается, позавчера? А ощущение — будто месяц прошёл…

Комбинезон Шурупа оказался неожиданно тёплым даже для такой погоды. Но нырнуть внутрь центра по продаже бытовой техники было всё равно приятно. На входе нас обдало волной из тепловой пушки. И высокие своды техномаркета точно также ослепили морем рекламы и вывесок. Только уже без мелкой мороси и холодного ветра, гулявшего между высотками снаружи.

— Вон там всё должно быть! — Кнопка подёргала меня за руку, указывая куда-то за толпу покупателей и зевак, ходивших между рядами павильонов и киосков. — Мы там уже покупали!

— Угу… — Я пошёл за ней в указанном направлении, протискиваясь сквозь толпу таких же усталых красноглазых парней, как Технарь. А перед Кнопкой они сами расступались так, словно она была какой-то принцессой в парадном облачении.

И пока она быстро выбирала что-то на мониторе, установленном на входе в указанный павильон, я услышал откуда-то сбоку хорошо поставленный голос:

— … ужасное происшествие в элитном спортивном клубе «Нарцисс». Проникший в помещение клуба неизвестный жестоко избил одного из посетителей — совладельца сети этих клубов. И, прежде чем остальные клиенты привлекли внимание охраны, преступник скрылся в неизвестном направлении. Полиция пока не смогла обнаружить злоумышленника. Но среди возможных версий уже называют козни конкурентов или теракт, направленный на разжигание…

— Как думаете, Гор, десять тысяч кредитов хватит на сигары? — Кнопка отвлекла меня от прослушивания новостного выпуска.

Чёрт его знает, сколько могут стоить контрабандные кукарибские сигары… Но на десять тысяч можно купить месячный запас обычных сигарет…

— Это всё, что остаётся?

— Ага…

— А сколько будет стоить такси отсюда до ликеума?

— Примерно тысячу… А зачем вам?

Она точно так и не поняла, чем я расплатился с зекистанцем.

— Да мало ли… Ладно, оставляй десятку, сторгуемся как-нибудь, если что. Уж на сколько-нибудь да хватит.

— Хорошо… — И девчонка продолжила оформлять покупку на терминале, бормоча себе под нос. — Ладно, я тогда наверное не буду аккумуляторы брать…

А я в это время снова попытался прислушаться к новостям среди рыночного гвалта.

— … заявил владелец сети клубов. Напоминаем, что ни одна из известных группировок пока не взяла на себя ответственность за этот ужасный акт насилия. Но в любом случае, жителей района, в котором располагается спортивный клуб, просят соблюдать осторожность и сохранять бдительность. Также вы можете поделиться с полицией любой информацией, которая может помочь в поисках преступника. Данные, которые помогут установить местонахождение преступника будут вознаграждены. Фото, которое смогли зафиксировать камеры наблюдения, установленные в зале клуба сейчас на ваших экранах…

— Пойдёмте на выдачу! — Кнопка вновь подёргала меня за руку, перекрикивая новости и толпу. — Я уже всё купила!

— Подожди… — Я протиснулся вдоль рядов на звук и не без труда нашёл нужный экран среди множества мониторов, стоявших на витринах соседнего павильона. Но всё-таки разглядел в кадре с логотипом новостного канала собственное лицо.

Снимок, конечно, был не из лучших. И узнать меня на нём было не просто — камера хоть и давала чёткое изображение, но висела где-то далеко в углу от места событий. И черты моего лица были, мягко говоря, искажены: распахнутый в немом вопле рот, сморщенный нос, налипшие на лоб волосы. А вместо глаз — странный засвет, как будто кто-то специально замазал. Только не чёрным прямоугольником, как обычно, а парой горящих пятен. Однако в одежде угадывался форменный пиджак и галстук ликеума.

В таком виде я замер на стоп-кадре с занесённой в руке гантелей — прямо над опрокинутым на пол парнем. Судя по его одежде — тем самым. Хотя размозжённое лицо моей жертвы было закрыто сеткой из крупных серых и багровых пикселей.

— Ой, кошмар какой… — Рядом послышался голос Кнопки. — Хорошо, что это далеко отсюда…

Я оглянулся. Кажется, девчонка действительно не узнала меня на стоп-кадре. И, чуть вздрогнув, лишь поскорее отвернулась от жестокой сцены.

Но полицейские сканеры могут быть и более бдительными. Говорят, они умеют сличать черты лица прохожих с фотографией, даже если человек носит медицинскую маску. Пожалуй, стоит сказать спасибо Пятницкому, что немного поправил мне морду перед выездом… Шишка на лбу явно стала ещё больше.

— Там возле выдачи банкомат есть. — Кнопка указала в нужную сторону, наблюдая за тем, как я ссутулился и поднял воротник комбинезона повыше. — Холодно?

— Свежо… Пойдём.

Несколько коробок с расходными материалами для Технаря Кнопка закинула в свой рюкзачок. А новый планшет сразу распаковала. И первым делом прилепила на его камеру какой-то небольшой кубик из своих запасов, закреплённых на поясе.

— Это чтобы больше не было не нужных фото?

— Ага. — Девчонка сняла с пояса ещё один цилиндрик и вставила его в гнездо планшета. — А это для связи…

— А почему бы просто скотчем не залепить? — Я кивнул на упаковочный отдел выдачи товаров. — А то ещё слетит эта приблуда…

— Так нельзя… — Я впервые увидел, как Кнопка улыбнулась с лукавым прищуром. — Если перед камерой будет просто темно — то это ещё подозрительнее, чем какое-нибудь не то изображение.

— И что там будет теперь?

— В объектив будет крутиться сгенерированный нейросеткой фильм про то, как планшет едет куда-то в моём кармане.

— А-а… — Я остановил сам себя на полуслове. И указал на маленькую решёточку рядом с динамиками планшета.

— А на микрофон уже подаётся просто шелест и окружающий шум. — Девчонка снова состроила хитрющую мордочку. И, прикрыв ладошкой рот, коротко хихикнула. — И иногда ещё в животе урчит…

В своей стихии, среди всех этих красноглазиков и техники она явно чувствовала себя гораздо свободнее, чем в окружении чванливых аристо. Да и ко мне, наверное, привыкла.

В животе уже и у меня урчало. Надеюсь, остатка наличных, нам хватит не только на сигары…

— Так… Связь есть. — Забормотала девчонка, вглядываясь в экран планшета. И быстро забегала по нему пальцами. — Я сейчас по дороге всё нужное установлю. Нужно будет только маршрутизатор подключить там… Ну, куда мы идём.

— А этот маршрутизатор — это вообще программа такая или устройство?

— И так и так может быть.

— Но если ты его увидишь — узнаешь?

— Конечно. — Шагнув к банкомату, Кнопка быстро сняла с карты остаток и вручила его небольшую пачку новых банкнот. — Вот. Тут со скидкой осталось почти двенадцать тысяч осталось.

Я свернул часть денег и спрятал во внутренний карман. И оглядевшись, быстро нашёл подходящую торговую точку, от которой пахло печёной курицей. Вроде бы даже не синтетической:

— Шаверму будешь?

— Ой… — Девчонка оглянулась на ларёк с вертелом. — А вам разве можно?

Видела бы ты, чем я иногда питался…

— Ты не забывай, я тут не совсем в своей роли… И кстати, давай уже на «ты».

— Хорошо… Только мне тогда маленькую! И минералку, если можно…

Пока мы ожидали приготовления своих порций, мне подумалось, что я и вправду должен, по сути, притворяться аристо, который притворяется простолюдином… Голова кругом… Или это из-за запаха? Курица-то и правда настоящая. И специи тоже натуральные. Поэтому и стоит как чугунный мост.

Пеший путь до улицы с кабаками занял минут пятнадцать. За которые Кнопка быстро расправилась со своим перекусом, умудряясь одновременно что-то скачивать и настраивать в планшете. А я всё время старался прикрывать лицо то свёртком с едой, то бутылкой холодной газировки, прикладывая её к опухоли на лбу.

— Гор…

— А? — Я выглянул из под бутылки на голос Кнопки

— Я… Я хотела сказать ва… тебе спасибо…

— Да на здоровье. Хорошая точка, надо запомнить на будущее. А то обычно одну капусту кладут…

— Не… Я не про шаверму… — Девчонка глядела на опухший лоб. — Я про то, что вы… Что ты за меня заступился…

— А… Да не за что. — Я встретил её стеснительный взгляд, и Кнопка сразу спрятала его обратно в планшет. — Ты как вообще на такой работе-то справляешься?

— А что… Я… Я, конечно, ещё недавно… Но у меня диплом технокурсов с отличием! — Она коротко глянула в мою сторону даже с некоей гордостью. — И дядя ещё много чего показал. Того чему на курсах не учат…

— Да я не про это… Как вообще в ликеуме девчонки работают? Тот бурдюк — он же наверняка не один такой. Джойстиком своим озабоченный… А Технарь, наверное, за тобой при всём желании уследить не может. Его вон — и самого в два счёта замордуют, если лишнего себе позволит.

— А… — Обхватив себя руками, девчонка словно закрылась планшетом от мира. — Ну просто… Я обычно всё время в мастерской работаю. И живу тоже там. А сегодня почти все ребята на ремонте там у вас заняты… И некому было планшет доставить… Я вообще стараюсь выходить только когда все на учёбе… У меня не очень хорошо получается… Ну… С людьми разговаривать… Вот сейчас тоже… Не знаю, зачем я это сказала…

— А остальные? Одежду же наверняка не такие работники, как Шуруп, обслуживают? И на кухне не только кабалята бегают ведь?

— Ну… У других девушек, которые работают в ликеуме… У них есть… Ну… Как бы друзья… — Кнопка снова слегка покраснела. — Среди учеников…

А у тебя, стало быть, нет…

Я вовремя спохватился, прежде чем сказать это вслух. После такого ты либо отмалчиваешься, как бездушная скотина, либо предлагаешь свою помощь. И настоящий Гор Шубский, наверное, спокойно бы продолжил переваривать свою шаверму, забыв об этом разговоре через минуту… Что-то не верю я в их благородство…

Но я-то не он. У меня уже и так на душе кошки скребут из-за того, что эта девчонка влипла в историю по моей вине… И пусть сегодня я за неё заступился. А завтра где я буду? А через неделю?

Кнопка тем временем, видимо, всё-таки ожидала какого-то ответа. Но, пока я молчал, наверное решила, что я выбрал вариант Гора Шубского. И опять стеснительно отвела взгляд в сторону и поджала губки. Но прежде чем она забормотала какие-то извинения, я взял её за руку:

— У меня, как видишь, тоже в последнее время не всё гладко… — В паузе девчонка коротко глянула на меня и пока промолчала. — И правда не знаю, где я буду завтра. И что со мной там будет…

— Да? — На лице Кнопки нарисовалось искреннее переживание. — Это всё из-за этой Ханги?

— Это я и хочу выяснить. Но сейчас не о ней… Или о нём… Да… Да не важно! — Когда я начал запинаться, на ум снова пришли слова мамы о том, что говорить правду легко и приятно. И я решил просто последовать этому совету из далёкого прошлого. — Скажем так… Пока я рядом… Пока я ещё в порядке… Считай, что у тебя есть друг. Хоть и такой… Кхм… Криминальный, как я…

Снова коротко глянув в мою сторону, девчонка зарделась ещё сильней. И когда она опять спрятала взгляд в планшет, её тонких губ коснулась лёгкая улыбка:

— Я тогда тоже получаюсь… Криминальный друг…

— И вместе мы — криминальный круг… — У меня тут же вырвались слова из какой-то дурацкой песенки, которую Хадид иногда напевал за работой на авторазборке.

Прыснув со смеху, Кнопка чуть не выронила планшет.

— Только никому об этом не говори. А то это будет уже в составе группы, по предварительному сговору…

— Хорошо… — Не смотря на моё суровое предупреждение, девчонка всё равно продолжила мягко улыбаться, время от времени посматривая в мою сторону.

Обеденный перерыв у тех, кто обитал в центре, за это время, похоже, кончился. И улицы почти опустели ещё до того, как мы свернули с шумного проспекта в нужный переулок. И здесь я уже достаточно хорошо ориентировался без виртуальной карты в планшете.

— Вон туда. — Через пару минут мы дошли до ничем не примечательной подворотни, затесавшейся между двух кричащих вывесок каких-то дорогих баров для состоятельных гуляк. Вход в «Третий Круг», располагавшийся за огромным мусорным баком, больше напоминал чёрный ход на кухню одного из этих заведений. Чуть протопленная в стене металлическая дверь вела на цокольный этаж старого здания, увешанного новыми вывесками.

В ответ на два стука и третий — чуть позже — в двери приоткрылась узкая задвижка. Сквозь которую на нас глянул чей-то подозрительный прищур. И, быстро оглядев нас сверху донизу, суховатый голос владельца этого прищура вынес короткий вердикт:

— Адресом ошиблись, ребят. — И задвижка тут же резко закрылась.

— Я от Ашмеда. С тринашки.

Задвижка тут же отъехала обратно. И когда прищур уставился на Кнопку, девчонка съёжилась и шагнула мне за спину.

— А она?

— Она со мной.

Задвижка вновь резко закрылась. Но сразу после этого гулко лязгнул тяжёлый засов. И дверь со скрежетом отъехала внутрь.

В тот единственный раз, когда меня тоже сюда пустили, на входе дежурил этот же худощавый мужик. Остальные звали его Цербер. Я хорошо запомнил его не только по татуировкам в виде собачьих голов по обе стороны жилистой шеи. Но и по тому неожиданному впечатлению, которое он, наверняка, оставлял у многих других посетителей.

Тогда я ожидал увидеть привратника, который был похож комплекцией на какую-нибудь гориллу. А не на морщинистый скелет с редкими, но длинными волосами, перехваченными на затылке в тонкий хвост. И без того худощавый Цербер обладал ещё и сильно впалыми щеками — из-за того, что у него, похоже, почти не осталось коренных зубов. Да и передние были наполовину искусственные.

Но под этим почти бесцветным взглядом послушно замирали и более серьёзные люди, чем даже старый Ашмед. Когда он командовал им так же, как и нам сейчас, указывая на противоположную стену небольшого входного помещения:

— Здесь стойте. — Забравшись под свой кожаный плащ, Цербер снял с пояса портативный сканнер. И я успел заметить там ещё и широкий нож, рядом с небольшим пистолетом.

Первым он обвёл сканнером Кнопку. И пока прибор лишь слабо пикал, проходя мимо планшета и других устройств, висевших на поясе девчонки, тишину нарушала ещё приглушённая рок-музыка, доносившаяся откуда-то снизу.

— В Тень, что ли нужно?

Кнопка робко кивнула.

— Сумку открой.

Девчонка послушно продемонстрировала содержимое своего рюкзачка. Пошарив там сканером и скучающим взглядом, привратник «Третьего Круга», казалось, окончательно потерял интерес к кибердевочке. Но, прежде чем отвернуться от сумки ко мне, он чуть слышно проговорил:

— Попытаешься что-нибудь из этого продать — вылетишь. — На меня охранник взглянул уже со слабым любопытством. — Ты вроде не в первый раз… Тоже в Тень?

Я молча кивнул.

— Лапы подними.

И сканер быстренько обвёл мой силуэт вместе с руками. Но когда прибор скользнул мимо груди, резкий писк прозвучал куда громче, чем рядом с техникой Кнопки.

— Расстёгивай. — Цербер отвёл сканнер. И, откинув полу плаща, красноречиво положил свободную руку на пояс рядом с оружием. — Медленно.

Я послушно расстегнул молнию комбинезона.

— Из тринашки, говоришь… — Огненная спираль и грани кристалла тут же отразились в недоверчивых глазах привратника. — И давно Ашмед с такими как ты бегает?

Я знал, что не обязан отвечать на его вопросы. Но лишнее подозрение было сейчас ни к чему.

— С тех пор, как Хадид «Ясли» закончил. В первый раз.

Цербер легко усмехнулся, услышав неофициальное название местной колонии для малолетних преступников. И когда подозрение в его глазах сменилось на лёгкое удивление, привратник снова указал сканнером на кристалл:

— Сам достал или подарил кто?

Вот на это уже точно не нужно было отвечать. И я лишь так же безмятежно улыбнулся.

— Захочешь продать — обращайся. — Охранник пожал плечами с деланным равнодушием.И, убрав сканнер, вернулся за свою стойку, плюхнувшись в небольшое кресло. — Спускайтесь, ребятки. Бар налево. Направо не ходить. Там частная вечеринка. Про Тень у Искры спросите.

— Искры?

Цербер снова дёрнул уголком рта, продолжая глядеть куда-то внутрь стойки:

— Мимо не пройдёшь.

— А… — Вдруг дёрнулась Кнопка. — А у вас есть кукарибские сигары?

И привратник всё-таки поднял на неё слегка удивлённый взгляд.

— Пойдём. — Я взял девчонку за руку и повёл вниз по лестнице. — Сами найдём.

Едва освещённая узкая винтовая лестница привела нас на знакомую развилку. Дверь, ведущая направо к кабинкам и столикам, действительно была закрыта. Как раз там я и был в первый раз. А музыка и слабый свет лились слева — из проёма, открывавшего виду длинную барную стойку. Здесь я ещё не был.

И когда я первым шагнул внутрь, то действительно сразу заметил за стойкой ту, кого Цербер звал Искрой.

Глава 8

Приключение на двадцать минут

В остальном в это время дня подвальное помещение с низкими сводами почти было почти пустым. В дальнем конце ряда небольших столиков, расставленных на небольшом расстоянии вдоль стойки, сидела пара каких-то угрюмых хмырей. Серые куртки военного покрова, выбритые виски и затылки, крепкие фигуры — остального в полутьме было не разглядеть. Тоже, наверное, какие-нибудь ветераны, не нашедшие себя в мирной жизни. И теперь подряжающиеся на любую работу, где требуется их умение лезть под пули или подставлять под них других. Кажется, что-то пьют из высоких кружек. Но не очень активно. Тот, кто сидел спиной к дверям — не обратил на наше появление никакого внимания. А тот, что следил за входом, лишь мельком покосился на наши силуэты. Прищурился, но равнодушно отвернулся обратно в свою кружку, когда разглядел получше.

Кнопка, тем временем, вспомнила мои наставления. И под чужим взглядом осторожно взяла за меня руку.

Похоже, они кого-то ждут. И этот кто-то совсем не похож на нас. Тем лучше.

Кроме этой пары между столами и стойкой сновал худощавый парень. На вид — чуть младше меня. Дерзкий ёжик, кожаная жилетка и надпись «PROSPECT» на спине подсказывали, что это один из новобранцев той мотобанды, которая содержала этот притон. Кажется, я его уже видел здесь во время своего первого визита — тогда он разносил по столам выпивку и закуску. Ловко орудуя тряпкой, пацан, по всей видимости, готовил столики, диваны и стулья к скорому наплыву посетителей.

Парень тоже лишь мельком глянул в нашу сторону и коротко кивнул в знак приветствия. И тут же снова вернулся к протирке какого-то номерного знака среди тех, что украшали стены этого подвала.

Вообще было удивительно, что в Ротенбурге есть своя мотобанда. «Северная верста»… Кажется, так они себя называли. Или просто «Севера». Видимо у этих ребят было много свободного времени вне тех трёх месяцев, в течение которых в нашем климате можно было кататься на двухколёсном транспорте и не бояться отморозить себе всё на свете, когда разгоняешься хотя бы до скорости трамвая. И неплохо сплочённые байкеры посвящали это время различным тёмным делишкам. В их рядах тоже хватало тех, кто умудрился выжить на фронтах, открытых Империей в зоне своих интересов. И недостатка в таких молодых новобранцах, как тот паренёк с тряпкой, тоже не было. Всяко перспективнее, чем с каким-нибудь Сявой по подворотням тереться или мусорки обирать. Я бы, наверное, тоже попробовал к ним приткнулся, если бы не мелкий. Чужих детей байкеры не жаловали.

Однако в «Третьем Круге» эти ребята отвечали только за приём, обслуживание посетителей и охрану порядка — на плаще Цербера была такая же эмблема, как и на одной из стен бара. Распахнувший пасть человеческий череп в профиль, с причёской в виде ледяных сосулек, будто бы отброшенных назад встречным потоком воздуха. А кто здесь на самом деле занимался снабжением, защитой теневых сделок и обеспечивал слепоту власть имущих, я, конечно, не знал. Возможно, сами эти власть имущие. Ведь, как уже подсказывает мне мой собственный опыт — даже аристо иногда нужно сделать что-то втайне от остального мира, не смотря на почти полную вседозволенность. И для этого всё-таки нужны те, кто уже заранее договорился с полицией, жандармам и, может быть, даже с чёрными. О том, чтобы те смотрели в другую сторону, пока благородные господа немного пачкают свои белые перчатки.

Ещё один человек, сидящий за стойкой, тоже носил «цвета» банды. Немного обрюзгшее и сонное лицо он периодически опускал в пивную кружку, стоящую перед ним. А остальное время скучающе глазел на небольшой терминал, висящий над полками с выпивкой. По которому шла трансляция каких-то кольцевых автогонок.

Этот мужик даже не обернулся, когда мы с Кнопкой подошли к стойке. Лишь поёжился под своей плотной косухой, словно отсквозняка. И взъерошил короткие, но густые седоватые волосы, продолжая пялиться на экран.

А вот девушка, находившаяся за стойкой, уделила нам куда больше внимания. В свою очередь, сразу обращая его на себя — ведь сама она словно светилась. Бирюзовые волосы чуть выше плеч и яркие глаза такого же необычного цвета резко контрастировали с чёрной кожей мотоциклетной куртки — так, что не заметить её и вправду было нельзя. И множество мелких серёжек в одном ухе иногда давали яркие отблески — и правда, словно искорки.

Запрокинув длинные стройные ножки прямо на стойку, тоже затянутые в чёрный материал, похожий на кожу, хозяйка бара со скучающим видом листала что-то в небольшом планшете. Но как только мы с Кнопкой вошли, она сразу отложила планшет и опустила ноги на пол:

— Это ты, что ли, от Ашмеда, красавчик? — Она казалась немного удивлённой.

— Да.

— Надо же. Я думала, что будет кто-то типа Хадида… А у тебя даже ещё усы толком не растут! — Не вставая с высокого кресла, Искра оттолкнулась от стойки. И, подъехав на нём ближе к нам, заинтересованно глянула на Кнопку. — А ты, значит, тот самый «жьенщин»…

Изобразив акцент Ашмеда, девушка за стойкой тут же беззастенчиво оглядела мою спутницу с головы до ног, слегка задерживая взгляд на гаджетах и всех округлых местах:

— В тень, что ли надо выйти?

Кнопка робко кивнула и поёжилась под бесстыжим взглядом хозяйки бара.

— А зачем? — Девушка за стойкой приподняла бирюзовую бровь и продолжила глазеть на фигурку девчонки.

— Соучастником стать хочешь? — Я шагнул вперёд и присел на один из высоких стульев. Кнопка тут же последовала моему примеру, примостившись за мной на соседнем стуле.

— Пф! — Фыркнула Искра и пожала плечом с деланным равнодушием. — Может, я просто сразу могу вам продать то, что вы надеетесь там найти, голубки… — Теперь она так же откровенно принялась рассматривать меня. — На глюконавтов вы, вроде, не похожи… На зекистанцев тем более… Хакеры?

— Типа того. — Я кивнул и проследил за реакцией остальных людей в баре. Но всем, похоже, было плевать. — Только мы не ищем. Нам надо наоборот — что бы кое-что потерялось.

— Понятненько… — Девушка побарабанила пальцами по стойке в такт негромкой фоновой музыке. — А кто от этого пострадает? — Не смотря на ироничное выражение лица Искры, вопрос прозвучал максимально серьёзно.

— Обратно наоборот. — Я переглянулся с окончательно оробевшей кибердевочкой. — Кто-то пострадает, если ничего так и не потеряется.

— А-а-а… Стук-софт, что ли сработал? — Прозорливая девушка оставалась серьёзной.

Я молча кивнул. А Кнопка вдруг подала голос:

— А ещё… У вас есть кукарибские сигары?

И барменша снова растянула рот в хищной улыбке, вернув бесстыжий взгляд на девчонку:

— Дорогуша, у нас есть всё, что может доставить тебе удовольствие… Семь кусков за коробку!

— Хо…

— Девять за две. — Я поднял перед Кнопкой руку, призывая её к молчанию. Если кто-то тут называет цену первым, то на самом деле будет рад сумме в два раза меньше. Как минимум.

— Ох, ловкач! — Искра продолжила хищно улыбаться. — Двенашка за две!

— Десять. — Я постарался принять скучающий вид. — Мы всё равно не себе берём.

— Ну тем более, чего жадничаешь! — Возмущение девушки явно было притворным — яркие глаза продолжали дерзко улыбаться. — Одиннадцать или до свидания!

— Одиннадцать. — Прежде чем улыбка барменши стала ещё шире, я поспешил добавить. — Плюс час в Тени.

— Вот теперь точно вижу, что ты от Ашмеда! — Снова оттолкнувшись от стойки, Искра на этот раз отъехала в обратную сторону. И, подобрав свой планшет, ткнула пару раз в экран. — Тоже за каждый грош цепляешься, как зекистанцы!

— Это они чисто из спортивного интереса. — Я достал деньги и отсчитал нужную сумму на стойку. Вроде бы как раз оставалось на такси…

Девушка хмыкнула и, прикатив обратно вместе с планшетом, тут же сунула купюры во внутренний карман:

— Как зовут-то, спортсмен?

— Это тебе для чека нужно?

Снова хмыкнув, Искра вновь глянула на нас сквозь ироничный прищур:

— Может, для доски почёта… Ладно, тогда ты будешь Атлет! — Она ещё раз с иронией оглядела мою фигуру под свисающими плечами рабочего комбинезона и перевела взгляд на Кнопку. — А ты… м-м-м… Нет, ещё не придумала… Шип!

— А? — Оглянулся на неё паренёк с тряпкой.

— Притащи две коробки «Монте Вердо». — Барменша кивнула на меня. — Для нашего спортсмена.

— Окей… — Шип зашёл за стойку и скрылся за небольшой дверью между полок с бутылками.

— Атлет, так атлет… — Я повернулся к Кнопке. — Часа тебе точно хватит?

— Ага… — И девчонка снова обратилась к хозяйке бара. — А у вас есть прокси-маршрутизатор?

— Нет, милочка. Это же незаконно. — На лице хозяйки бара вновь нарисовалась деланная серьёзность. — Мы сейчас прямо через «Импернет» к Тени подрубаться будем. Так же надёжнее!

Возясь со своим планшетом, Искра тайком проследила за реакцией кибердевочки. И когда та опасливо нахмурилась, подняв на меня непонимающий взгляд, девушка за стойкой всё-таки не выдержала и заливисто расхохоталась:

— Да расслабься, подруженька! Давай, подставляй свой девайс!

С этими словами барменша выудила из-под стойки какой-то короткий кабель. И воткнув один конец в свой планшет, протянула свободный штекер Кнопке. А я достал и отдал ей пенал с вирусом. И когда девушки соединили все устройства, Искра подтянулась над стойкой и беззастенчиво заглянула на наш экран:

— Ого! — Бирюзовая бровь подскочила вверх, когда по поверхности планшета побежали знакомые, но всё такие же непонятные для меня строки. — Сама накодила?

— Нет, это мой…

— Кх-кхм! — Я покосился на Кнопку и та, к счастью, поняла намёк.

— Жаль! — Искра с улыбкой проследила за нашей пантомимой. И досадливо поджала пухлые губы, проколотые в нескольких местах. — А то бы подкинула тебе пару заказиков… Или тому, кто такие шедевры выдаёт…

После этого барменша продолжила с любопытством наблюдать за действиями девчонки. И когда Кнопка выполнила целый ряд каких-то хитрых манипуляций с настройками, задумчиво протянула:

— Хотя знаешь… Может, всё-таки кое-чего и подкину… О, придумала! Я буду звать тебя Кнопкой! — Быстро дотянувшись до удивлённого лица девчонки, Искра легонько нажала на её нос пальцем. — Пунь!

И пока Кнопка ошарашенно косилась на свой нос, а потом на меня, я поспешил отвлечь озорную барменшу, подсев поближе:

— Пожалуй, я ещё кое-что ищу…

— Ну уж нет, Атлет! Ты чё-то слишком жадный! — Хозяйка бара нехотя отвлеклась от экрана планшета и состроила обиженную мордочку. — Магазин для тебя закрыт!

Вдобавок она показала мне кончик проколотого языка. Но тут же снова улыбнулась, стрельнув глазками.

Значит, это просто новый торг. И я спокойно покачал головой в ответ:

— А это и не товар.

— О, как! И что же тогда? — Барменша тоже заинтриговано придвинулась ближе. Однако всё равно то и дело мельком косилась на экран планшета Кнопки, пока та бегала по нему пальчиками, воспроизводя инструкцию от Технаря. — Девочка у тебя вроде бы есть… И умненькая, и симпотная…

Кнопка тут же залилась краской по самые уши, неотрывно глядя в экран. А Искра довольно хохотнула, следя за её реакцией

— Мне нужна информация. Она касается ворожей и Бесаратии… — После этих слов я оглянулся. Но никто из посетителей по-прежнему не обращал на нас внимания.

— Ну так сходи в библиотеку! — Хозяйка бара пожала плечиком с деланным равнодушием, не сводя с меня кокетливый взгляд. — Читать-то умеешь?

— Уже сходил… — Я кивнул на соединённые планшеты.

— А-а… — На лице Искры вновь нарисовалась коварная улыбка. И неподдельный интерес вспыхнул с новой силой. — Если на эту фигню срабатывает стук-софт, деньгами ты за неё не расплатишься, Атлет… Но… — Она понизила голос, попытавшись изобразить мои интонации. — «Чисто из спортивного интереса»… Что там в Бесаратии такого загадочного?

Дверь между полками вдруг приоткрылась. И оттуда высунулся нахмуренный Шип, размахивая небольшой картонной коробкой:

— «Монте Вердо» только одна осталась, Ис. Но ещё «Кара Меса» есть…

— Блин, Шип! Сколько раз повторять, дождись, пока я сама скажу, чем заменить!

— Упс… Сорямба…

— Да ладно, тащи уже «Кару»… — Искра махнула на него рукой. А паренёк кивнул и тут же опять скрылся за дверью.

Девушка вновь повернулась к нам:

— Ну так что, Атлет? Что за ворожейные секреты такие?

Я постарался ответить так, чтобы меня услышала только она:

— Слышала о пророчестве Ханги?

— Кого-кого? Ханги? — Искра переспросила гораздо громче. Так, что Кнопка даже слегка вздрогнула. И хозяйка бара тут же окликнула скучающего зрителя гонок. — Мик? Слышал что-нибудь о пророчестве Ханги?

Я тоже оглянулся в ту сторону и увидел, как мужик в косухе нехотя отвлёкся от экрана. И, спокойно глянув на нас с Искрой, молча покачал головой.

Но вот пара, сидевшая в конце зала, теперь смотрела на нас во все глаза. Угрюмые выражения лиц этих крепких парней сменились на какое-то настороженное любопытство.

— Хм… Ладно, сейчас сама поищу… — Подтянув к себе свой планшет, Искра забегала по нему пальцами.

В это время из помещения за полками вновь выбежал расторопный Шип. И, поставив перед нами две коробки, от которых потянуло табаком, вновь вернулся к протирке столов. А мужики в конце зала так и продолжали пялиться в нашу сторону. Тот, который сидел спиной, вдобавок, пересел на сторону своего приятеля, чтобы не крутить головой.

— Тебе ещё долго? — Отвернувшись от них, я привлёк внимание Кнопки.

— Почти всё уже… Сейчас… Она неотрывно смотрела в экран планшета, немного ссутулившись над стойкой. Но вдруг глянула на коробки с сигарами и слегка подёргала ноздрями. — М-м. Это настоящие, кукарибские… Я такие уже видела у дя…

— Кх-кхм! — Я сграбастал покупку и, расстегнув рюкзачок девчонки, запихнул всё внутрь. — Давай-ка побыстрее, если можно…

— Хорошо… Сейчас, уже загружается… — Кнопка неотрывно следила за ползущей полоской индикатора загрузки на экране. — Я на всякий случай до конца дождусь, что бы точно…

— Знаешь, Атлет… — Искра продолжала водить пальцем по экрану своего планшета, напряжённо вчитываясь в невидимое мне содержимое. — Думаю, я смогу найти тебе то, что нужно… Только это будет недёшево… И речь, напоминаю, не про деньги…

Когда кто-то вдруг зашёл в бар за нашей спиной, брякнув по каменному полу тяжёлыми подошвами, девушка подняла на нового гостя приветливый взгляд:

— Драсти! Ты от Барса, здоровяк?

— Угу. От него.

Я тут же узнал этот угрюмый хриплый голос. И вместо того, чтобы тоже оглянуться на гостя, рефлекторно вжал голову в плечи — так, чтобы поднятый воротник комбинезона закрыл мой затылок почти полностью.

— Тогда вон там тебя уже ждут. — Искра указала на пару в конце зала. — Если хочешь чего выпить-закусить — то вон Шипа пни. — И девушка тут же вновь углубилась в изучение своего планшета, потеряв к гостю всякий интерес.

— Угу… — Визитёр неторопливо побрякал своими тяжёлыми подошвами мимо нас в указанном направлении.

Когда я тайком покосился в ту сторону, то увидел, что всё внимание странной пары теперь приковано к плечистому и высокому гостю. Покрытый шрамами бритый затылок визитёра слегка наклонился в их направлении. А его забинтованная по локоть рука быстро поднялась в коротком приветственном жесте.

И, дошагав до нужного столика, Ратмир Боровик присел за него к нам спиной.

— Нам нужно идти… — Продолжая следить за дальним столиком, я не глядя потянулся к руке Кнопки.

— Ну так что, Атлет? — Искра пощёлкала пальцами перед моим лицом, привлекая внимание. В то время, как я всё ещё смотрел в спину «посвящённого второй ступени». — Есть что предложить за эту твою Хангу?

И теперь в нашу сторону резко обернулись уже все трое…

Глава 9

Побег и разжигание

— Уходим… — Я спрыгнул с высокого стула и потянул за собой девчонку.

— Ой, сейчас-сейчас… — Она тоже сползла с высокого сиденья, но пока не отмыкала свой планшет. — Чуть-чуть совсем осталось!

В то время как угрюмая троица начала медленно подниматься из-за стола, после того, как лысый ветеран что-то шепнул. И не сводя с нас насупленных взглядов, все трое начали неторопливо шагать в нашу сторону.

— Ну ты чего, опять что ли жадничаешь, Атлет? — Искра подняла на меня озорной взгляд от экрана. Но тут же перестала улыбаться, проследив за тем, куда я смотрю. — Друзья твои?

— Нет…

— Слушай, Мик… — Несмотря на то, что хозяйка бара обращалась к сонному приятелю, её глаза теперь смотрели на хмурую троицу. — А не напомнишь, что случилось с тем чумбой, который тут у нас недавно барагозил?

Апатичный Мик тоже проследил за взглядом девушки и коротко обернулся на троицу во главе с Боровиком. И когда они прошли мимо него, даже не покосившись, байкер вернул скучающий взгляд на экран терминала:

— В Гневе́ нашли. В разобранном виде.

Несмотря на такой толстый намёк, угрюмая тройка и не подумала притормаживать.

— Точно… А я думала, как предыдущего… Барс на подвал отвёз… — Искра отложила планшет и медленно потянулась одной рукой куда-то под стойку.

— Не… — Мик широко зевнул. — Этого не успел. Шеф первым поймал.

«Шеф»… Это была не просто должность или кликуха. И если Барса я тоже видел — весёлый главарь «Северов» отдыхал в «Третьем Круге» в тот единственный раз, когда я был здесь с Ашмедом, то об этом «Шефе» все остальные тогда если и упоминали, то как-то в полголоса. Наверное, он был как раз из тех, кто обеспечивает настоящее прикрытие этому злачному местечку. А не просто остужает пыл какого-нибудь перебравшего гуляки или следит за тем, чтобы конкуренты не вцепились друг другу в глотки раньше времени.

И именно это упоминание всё-таки заставило угрюмую троицу остановиться.

— Пойдём… — Я покосился на экран планшета. И снова потянул Кнопку к выходу, заметив, что индикатор загрузки червя дошёл до ста процентов. — Отключайся.

— А как же проро… — Вытащив кабель из гнезда, девчонка, наконец, тоже подняла взгляд на хмурые лица Ратмира Боровика и компании. И застыла на букве «О» с открытым ртом.

— Спасибо за всё… — Я торопливо кивнул Искре и Шипу, подталкивая Кнопку к выходу. — Уходим, уходим…

Кандидат в «севера» немного растеряно кивнул в ответ. Но хозяйка бара так и продолжила неотрывно следить за тремя здоровяками, остановившимися посреди узкого зала:

— До встречи, Атлет… — Она по-прежнему держала одну руку под стойкой. И от её былой весёлости не осталось и следа. — Чмоки, Кнопочка…

— До свидания… — Растеряно пробормотала девчонка за моей спиной. И вдруг ойкнула.

Резко оглянувшись, я увидел, на кого она натолкнулась. Прямо за нами в открытых дверях главного зала стояли ещё трое. Строгие чёрные костюмы, узкие чёрные галстуки и аккуратные причёски. И равнодушно высокомерное выражение узких глаз. Совсем как у Сатоши.

— Хай. — Грубый голос одного из людей в костюмах прозвучал быстро и отрывисто. — Соре га каредесу.

— Каре о тебанасу… — Второй как-то задумчиво добавил похожим тембром. — Коко ни вайнай…

Третий, стоявший посередине, молча смотрел мне прямо в глаза. Но точно так же, как и компания Боровика, ни один из них не шевелился.

Я ответил следящим за мной джиппонцам таким же спокойным взглядом, припомнив приветствие Технаря в адрес моего соседа:

— Каничива… ёпт… — И попятился к лестнице, снова потянув за собой Кнопку.

Когда мы почти добрались до верхнего уровня, и эти аккуратные ребята скрылись из вида, то припомнил, что девчонка тоже говорила с Сатоши на его родном языке:

— Ты поняла, что они сказали?

— Первый сказал «Да, это он»… И потом… Потом что-то про выход…

— Им-то что от меня надо… Сколько сюда будет ехать такси?

— Минут десять…Может пятнадцать… Но мы же на машине…

— Да нет там уже никакой машины!

— Почему…

— Потом объясню… Вызывай!

— Не трать время, крошка… — За спиной послышался суховатый голос Цербера. И когда мы оглянулись, сидящий в своём кресле привратник указал на входную дверь. — Внутри работает только наша связь.

— А… А ты можешь нам вызвать машину? — Заметив, как изменилось лицо охранника, я поспешно добавил. — Я заплачу!

— Сорямба, приятель… — Тот лишь покачал головой и вернул взгляд внутрь своей стойки. — Здесь нейтральная территория. Это означает, что тебя никто не тронет. Но и помогать тебе решать твои проблемы с другими клиентами тоже никто не обязан.

Я сжал зубы, чтобы не сказануть лишнего:

— Тогда открывай…

— Заходите ещё. — Привратник слегка дёрнул уголком рта. И нажал что-то внутри своей стойки.

Дверь гулко стукнула и чуть отъехала от стального косяка.

— Идём… — Я потянул Кнопку за руку и толкнул дверь. И вход захлопнулся, как только мы оказались на улице. — А теперь бежим!

— А куда… — Девчонка едва поспевала следом, но не отпускала руку. И натолкнулась на меня, как только я выскочил из подворотни на улицу кабаков. — Ой…

Если б я знал, куда… В центре мне едва знакомы лишь небольшие районы вокруг нескольких станций метро…

Метро!

Но там полно камер и патрулей… Однако это всяко лучше, чем угрюмые мордовороты и странные джиппонцы…

— А где ближайшая станция метро?

— Сейчас посмотрю… — Кнопка вскинула и включила планшет.

— В какой стороне хотя бы⁈

— Гневский проспект там… — Девчонка указала направо вдоль улицы. — Там точно должно быть…

— Тогда бежим! — Я потянул её следом. — Посмотри ещё, как туда через дворы можно срезать!

— Сейчас…

Пока Кнопка искала нам путь к отступлению, передвигаться достаточно быстро не получалось. Но когда я оглянулся, то пока не заметил, чтобы кто-нибудь выходил из подворотни с притоном.

— Вот! — Девчонка вдруг радостно воскликнула, показав мне планшет. — Тут ближе есть станция! Достановская! — И добавила уже не так бодро. — Только показывает, что это в обратную сторону надо идти…

Глянув на карту, я нашёл на ней ближайший к нам поворот направо, чуть впереди. Судя по плану города на экране, он вёл с улицы кабаков куда-то в старые дворы. И станция, располагавшаяся на соседней параллельной улице, была там прямо за ними:

— Сюда!

— Но там же пройти…

— Сзади щас будет точно не пройти! — Я торопливо потянул девчонку в сторону с улицы, пока никто не заметил, куда именно мы свернули. — Пролезем!

Может я и плохо знал центральные районы, но точно знал, что дворы старого Ротенбурга так же полны крысиных лазов, как и мои родные кварталы. Проходные подъезды, узкие промежутки между домами, построенными ещё в пошлом веке, старые пожарные лестницы — всё это могло помочь отступлению.

И, судя по тому, как выглядел двор позади пары цветастых рюмочных, я не ошибся.

Пошарпанные жёлтые стены были затянуты какой-то маскировочной сетью, означавшей скорый ремонт. В одном из углов прятался вход в продуктовый лабаз. А в противоположном — проход сразу в несколько сомнительных контор с почти одинаковыми названиями. И ещё один был образован приземистым двухэтажным бараком, который наверняка помнил ещё прадеда императора, и задником какого-то ветхого особняка с нарисованными на пластике окнами.

— Туда! — Растолкав нескольких конторщиков, вышедших из лабаза, мы добежали до нужного угла. К заднему входу в особняк там поднималась небольшая лестница, с которой можно было перешагнуть на окна второго этажа. И, подтянувшись за карниз, забраться на крышу старого барака.

С моей помощью этот манёвр удался и Кнопке. Когда она забралась с лестницы на подоконник, я схватил её за протянутую руку и легко вытянул наверх. Весила девчонка как воробышек. И достаточно ловко отталкивалась ногами сама.

— Эй, шпана! Вы куда это! — Один из покупателей, вышедших из лабаза, решил проявить гражданский долг. Но как-то без энтузиазма. И когда на его крик обратила внимание лишь Кнопка, махнул на нас рукой.

С этой крыши можно было перескочить на угол другого здания. И по пожарному балкону нового строения рядом с ним попасть уже в тот двор, который выходил на улицу с метро.

— Ой, боюсь… — Угловой прогал был небольшой. Но девчонка всё-таки опасливо притормозила перед краем крыши.

— Делай вот так. — Я обнял угол и вслепую нащупал на другой стороне какой-то провод, идущий вдоль стены. Убедившись в его прочности, подтянулся и оказался на другой стороне прогала.

— А за что там держаться… — Кнопка подкралась к углу.

— За меня. — Удерживая тот же самый провод, я прижался к стене и протянул ей руку. — Шагай.

— Ой… — Пискнув, девчонка зажмурилась. Но за миг до этого схватилась за моё запястье. И всё-таки занесла ногу над пустотой. А как только нащупала противоположный край, я потянул её на себя.

Оказавшись в моих объятьях уже на другой стороне, она нечаянно ткнулась лбом в подбородок. И виновато заглянула в глаза:

— Прости… — Её растрепавшаяся чёлка приятно щекотнула губы. А тёплое частое дыхание согрело шею.

— А, эти… Вон туда они полезли! Туда! — Из покинутого нами двора послышался голос покупателя. И кто-то хрипло буркнул ему в ответ короткую благодарность.

— Вперёд! — Я мягко подтолкнул её к пожарному балкону. И тут же перебрался через решётчатую ограду следом.

А позади уже слышался стук тяжёлой обуви по лестнице чёрного хода особняка.

Ржавая лестница, ведущая с балкона вниз, не доставала до земли добрую сажень.

— Ой высоко… — Снова пискнула девчонка, глянув на мокрый асфальт с высоты четырёх своих росточков.

Я бы спокойно спрыгнул и отсюда. Дворовому паркуру у нас учатся быстро. Но от неё, наверняка, такой ловкости ждать не стоит. И если вывихнет ногу, далеко мы уже не убежим…

— Сейчас…

Я спустился по лестнице и, на миг зависнув на последней перекладине, приземлился, погасив удар о землю перекатившись через спину.

Тут же подпрыгнув к большому мусорному контейнеру, я попытался его сдвинуть в сторону лестницы. И получилось только тогда, когда начал биться об него плечом. Судя по весу и вони изнутри, контейнер уже явно был почти полон. А ржавые колёсики еле крутились. Но если он тут, значит отсюда точно есть выход на улицу — когда-то же его опустошают. Хотя отсюда выход не видно. Выезд со двора, выстроенного буквой «Г» должен быть где-то за этим поворотом.

— Ой, кажется, лезут! — Кнопка оглянулась, пока я боролся с контейнером, отшибая себе плечо.

Ч-чёрт…

— Я сейчас! — Девчонка вдруг потопала по решётке в обратную сторону, снимая с креплений на поясе какой-то небольшой цилиндр.

— Куда⁈ — Сменив плечо, я глянул наверх. И успел заметить только то, как она пропала из вида, перебравшись обратно на крышу соседнего старого домика.

И уже в следующий миг оттуда послышалось резкое шипение, затем почти сразу — грубый нечленораздельный вопль и глухой шлепок упавшего на землю тела. Закончилось всё победным писком Кнопки:

— Вот тебе!!! — И она вскоре перебралась обратно на пожарный балкон, цепляя баллончик обратно на пояс.

К этому времени я уже дотолкал контейнер до края лестницы. И девчонка начала спускаться, пока из соседнего двора слышался гневный рык, прерываемый приступами натужного кашля.

После того, как я подхватил её с лестницы, забравшись на крышку контейнера, мы спрыгнули с него на землю.

— Бежим! — В сторону изгиба дворового пространства мы быстро топали мимо обветшавших стен домов, построенных в позапрошлом веке. Где-то обсыпалась отсыревшая штукатурка, а где-то уже крошились и старые кирпичи. Лишь ближе к повороту на этих стенах попадались попытки ремонта — рядом с пластиковыми входами в какие-то мелкие конторы. Жить здесь было явно слишком дорого и неудобно. Но все эти бесконечные «Статус-М» или «Вектор-С» в подобных тупичках чувствовали себя гораздо лучше, чем там, где их мелкие вывески мог заметить случайный налоговый инспектор. А не клиент, интересующийся бесшумной отмывкой своих капиталов, заработанных на очередной серой схеме.

Сразу за углом открылась небольшая парковка. А за ней — низкая арка, ведущая на улицу. И судя по оживлённому движению — на ту, что нужно. Спеша прочь от станции или обратно под землю, мимо постоянно проходили погруженные в свои дела горожане. Серо-коричневые неприметные конторщики, яркие торопливые курьеры и слишком тепло одетые крикливые туристы откуда-нибудь из Квансона. И те, кто шёл вправо от арки, были намочены вечной ротенбургской моросью. А большинство шагающих влево, судя по всему, только что выходили со станции. И их одежда ещё не успела заблестеть от влаги или покрыться тёмными пятнышками.

И когда на этом привычном уличном фоне вдруг появились строгие чёрные пиджаки, светившиеся идеально белыми воротниками сорочек, я заметил их издалека. И успел отскочить в сторону, дёрнув за собой Кнопку.

— Ой!

— Тихо! Там джиппонцы! — Я пригнулся за одной из припаркованных тачек и кивнул в сторону арки. Быстро подёргав ближайшие конторские двери, я не нашёл ни одной открытой. Конечно. Случайных посетителей эти финансовые помойки не ждут.

Как же эти пиджаки вообще сообразили, где нас встречать⁈ Они же точно не местные… Но раз как-то засекли, значит в прятки, скорее всего, с ними играть бессмысленно…

Тем более, что позади, за углом уже грохнул подставленный под лестницу контейнер. И ещё раз. Затем тяжёлые ботинки брякнули об асфальт. И грузные шаги начали быстро приближаться. Газовый баллончик Кнопки, очевидно, задержал угрюмых типов не очень надолго… Но у неё есть кое-что ещё…

— Делай как я! — Вытащив из кармана собственный смарт, я откинул крышку и быстро вытащил плоский аккумулятор. — Планшет, смарт — потроши всё, что есть!

И пока девчонка послушно принялась возиться со своими устройствами, справляясь с извлечением аккумуляторов даже ловчее меня, я нашёл рядом осколок сырого кирпича поувесистей.

Ведь эти джиппонские пиджаки и угрюмые мордовороты Боровика точно не заодно. Иначе не пришлось бы уточнять, куда мы свернули. На выходе из притона вы, может, и разминулись… Но теперь, чтобы вы вдруг не договорились, нужно заранее высечь между вами искру…

— Хрясь! — От удара кирпича стенка аккумулятора прогнулась. И как только изнутри с шипением начал вырываться белый дым, я швырнул его через машину в сторону клацающих дорогими каблуками джиппонцев.

Тут же схватив большую батарею от нового планшета, я прогнул и её в паре мест. И отправил уже навстречу боевикам в военных куртках.

И пока кидал между ними третий стукнутый аккумулятор, с обеих сторон резко клацнул оружейный металл…

— И-И-И-И-И-И-И!!! — Схватившись за уши, Кнопка завизжала, когда воздух вокруг нас взорвался сразу несколькими залпами.

Разноголосая пальба тут же высекла искры из капотов припаркованных тачек, за которые юркнули джиппонцы. А старый кирпич просто превращался в пыль, когда очереди начали оставлять дыры в стене — там, где за углом засел Боровик с корешами.

Скорострельное оружие быстро опустело. И во время повторного клацанья механизмов перезарядки послышались ещё и резкие команды на джиппонском:

— Ко-огеки!!!

— Чоксетсу! Ику! Ику!

— Ха-ай!

А грубый голос из-за угла лишь грязно выругался…

И сквозь новые залпы послышались менее осмысленные сдавленные крики — моя провокация, похоже, давала свои плоды. Точнее, пожинала чужие жизни. Но выстрелы приближались. И уже скоро нужно будет действовать…

Девчонка снова вжала голову в плечи и заскулила от страха. Обняв перепуганную Кнопку, я почувствовал, как висящий на моей шее кристалл снова ощутимо нагрелся.

— Тебе нужна помощь… — Голоса внутри головы были слышны даже сквозь пальбу. И, кажется, это был не вопрос.

Но я ответил:

— Сам справлюсь!

— Что? — Когда залпы вновь сменились звуками перезарядки, девчонка подняла на меня заплаканный взгляд. В то время как металлическое клацанье было уже намного ближе к нашему ненадёжному укрытию, чем раньше. Ещё несколько секунд и целями станем мы…

— Защитите её!

— С удовольствием…

На миг кристалл стал ещё теплей. И я заметил, как по нитям комбинезона Кнопки пробежали знакомые голубые искорки.

— Теперь пули ей не страшны… — Кристалл вдруг стал нестерпимо жечь — но не жаром, а ледяным холодом . — А ты теперь поможешь забрать нам своё…

Когда расстегнул молнию, чтобы сорвать с шеи ледяной кусок камня, то заметил, как от груди вверх по коже быстро ползут полоски чёрного инея…

Глава 10

Порхай как бабочка, жаль как пчела

Обжигающий холод сдавил грудь, словно гигантскими щипцами. Под ажурными чёрными линиями кожа побледнела и стала почти прозрачной. И когда растущие тонкие полосы доползли до горла, шею тоже будто бы сковало льдом. Мой открытый рот застыл в немом крике…

Но уже в следующий миг я смог сделать жадный вдох. И начал видеть мир иначе.

Падающая с неба морось вдруг превратилась из острых холодных полосок в мелкие круглые капли. Слегка подрагивая от сопротивления воздуха, водяные шарики скользили вниз почти так же неторопливо, как слеза по щеке перепуганной девчонки. Широко раскрыв глаза, Кнопка замерла, уставившись на меня.

— Я что… Могу управлять временем? — Пока я задавал вопрос, кристалл перестал доставлять мне неприятные ощущения. Теперь под рукой на груди осталась лишь пустая цепочка. А по сети чёрного инея постоянно пробегали рыжие искорки.

Никто не властен над течением времени… Оно неумолимо…

Слева от меня послышался гулкий «бу-м-м-м». Это пролетающая мимо толстая пуля врезалась в крышу машины, за которой пряталась Кнопка. И смялась, словно жевательная конфета. Разбросав вокруг места удара медленные искры, мятый кусок металла неторопливо полетел в другую сторону, медленно кувыркаясь по широкой дуге. И, встречаясь с круглыми капельками дождя, разбивал их в облачка водяной пыли, плавно оседающие вниз или увлекаемые закрученным потоком воздуха.

— Но… Как? — Я не мог оторвать взгляд от этого завораживающего зрелища. — Как это возможно?

А как муха почти всегда улетает из-под руки человека?

Пока я размышлял над ответом, испуганные глаза девчонки плавно зажмурились — почти одновременно со звуком удара пули о сталь. И она ещё сильнее втянула шею в плечи, прежде чем медленно закрыть побледневшее от страха лицо ладошками.

А далёкий шёпот будто бы рассмеялся:

Теперь твоя очередь жалить в ответ, маленькая муха…

Ещё целый ряд пуль летел прямо на меня, слегка расходясь в стороны. И шагнув в сторону от этого маленького роя свинцовых жал, я попытался лучше рассмотреть того, кто их выпустил.

Из-за прицела короткого чёрного ствола, в мою сторону смотрели равнодушные узкие глаза. В них не было ни страха, ни удивления, ни злобы. Только спокойная уверенность в своих силах. И в своей правде…

Но что же это за правда такая, которая позволяет тебе вот так спокойно расстреливать людей? Уничтожать их, словно назойливых насекомых… В чём причина твоей уверенности в своей правоте? Что заставляет тебя без всяких сомнений давить на курок, зная, что под твой огонь может попасть перепуганная девушка, которая точно не имеет никакого отношения к вашим смертельным играм.

Преданность господину? Деньгам? Чести?

Я вновь покосился на Кнопку, заодно шагая в сторону от ещё одной короткой очереди, летящей мне в шею. Девчонка прижалась к машине, полностью закрыв лицо руками. И, кажется, тонко визжала от ужаса. Почему-то её голос сейчас не размазывало в низкий бас, как на замедленной пластинке.

Из-за чего она должна сейчас пострадать? Из-за чьих-то чужих интересов?

С другой стороны от меня раздались новые низкие выстрелы. И я оглянулся, слегка отклонив голову от одинокой пули, вылетевшей из мощного револьвера. Прожужжав мимо уха, вращающийся цилиндрик испарил по пути несколько капель воды и врезался к стену рядом с одним из джиппонцев. И тот прищурился ещё сильнее — от града каменных осколков, прыснувших ему от стены прямо в лицо.

Я оглянулся на человека с револьвером. И опять увидел точно такое же холодное равнодушие. Один из приятелей Боровика пытался забрать чужую жизнь так же спокойно, как и стрелки в костюмах. Он даже не зажмуривался при выстрелах. Как и я, если бы пытался прихлопнуть муху или комара…

Он тоже делает это за деньги? За честь? За чью-то правду?

Шагнув ещё дальше от машины, я снова глянул на рыдающую Кнопку. И теперь, вместо сковывающего дыхание холода, в груди начала закипать знакомая ярость…

Вот они какие. Ваши деньги. Ваша честь. Ваша правда. Почему, если они так хороши, то всегда строятся на слезах и крови вот таких людей, как она?

Потому что иначе нельзя?

Потому что иначе всё рухнет, как в случае с едой, которая гниёт на помойке рядом с умирающим от голода бродягой?

Знаете что… К чёрту такую правду.

Если для вас её жизнь ничего не стоит, то и ваша для меня тоже.

Если вы так легко перешагиваете через чужие надежды и страхи и презираете их, то и я презираю вас.

Вот вам моя правда.

Перепрыгнув через простреленный капот машины, я оказался рядом с одним из людей в костюмах. И дотянулся до его оружия ещё до того, как этот человек успел перевести взгляд на меня с того места, где я только что находился. Толкнув его руки вверх, я поместил ствол прямо под заострённый подбородок.

— Птух-клак! — Приглушённый выстрел и клацанье затвора сопроводили вылет пороховых газов из круглой насадки.

Гильза отлетела от оружия сторону, плавно вращаясь. А толстая тупоносая пуля врезалась в подбородок, словно раздвинув кожу и мягкие ткани под ней. И когда полностью скрылась внутри, из красной неровной дыры наружу вылетели ярко алые капли, плавно оседая на идеально белой рубашке и ровном галстуке. Разбиваясь от удара на розовую пыль и ещё более мелкие пузырьки, смешивающиеся с моросью.

Узкие глаза в это время успели посмотреть на меня. И застыли, когда слегка помятая пуля тут же вылетела из аккуратно причёсанной макушки, раскидав вокруг себя желтоватые осколки черепа и розовые его содержимого.

Отступив на шаг, я увернулся не только от осколков, но и от новой очереди, которую выпустил в меня напарник джиппонца, стоявший чуть поодаль. Этот был уже ранен. И, стреляя одной рукой, второй он зажимал рану на плече возле шеи.

Шагнув к нему, я встал перед ним. И отошёл лишь тогда, когда приятель Боровика снова бахнул из своего револьвера в мой контур.

Раненый джиппонец в это время, кажется, попытался, ткнуть меня рукояткой своего пистолета в висок. Поймав его за локоток, я лишь слегка продолжил это движение. И тяжёлая пуля, которая была предназначена мне, вошла в лацкан чёрного пиджака. Раскидав вокруг себя сначала рваные нити, а потом и кусочки плоти, мощный калибр в итоге начал отбрасывать раненое тело назад. И я отпустил руку джиппонца, позволив противнику падать дальше самостоятельно.

Третьего человека в костюме поначалу нигде не было видно. Но лишь взглянув на асфальт, покрытый россыпью гильз, я сразу определил место его укрытия. И оказался рядом с нужной машиной уже через пару мгновений.

Противник сидел рядом с приземистым капотом на корточках, прячась от обстрела за двигателем. И пока он поднимал на меня взгляд, а я уклонялся от ещё одной револьверной пули, моя рука словно сама собой схватила джиппонца за горло.

Хотя это уже была не вполне моя рука. Сеть тонких чёрных линий покрыла всю ладонь с двух сторон. И мелкие шипы, растущие из этих неровных полосок, тут же изогнулись и цепко впились в кожу над белым воротником. Словно хоботки сотен кусачих насекомых…

— Да-а-а-а…

Когда презрительное равнодушие в глазах моей жертвы медленно изменилось на первобытный ужас существа, осознавшего свою смертность, я тоже почувствовал что-то вроде удовольствия.

Легко задрав необычно лёгкое тело над собой, я развернул его спиной к оставшимся стрелкам. И поймал в его спину сразу несколько новых выстрелов.

Пока поднятый противник дёргался от каждой новой пули, под которые я продолжал подставлять его тело, умирал он совсем не от ран. Плавно пульсируя, кривые чёрные иглы высасывали жизнь из этого тела гораздо быстрее. А заодно и кое-что ещё…

— Да-а-а-а… Снова наше… И твоё тоже, Низложитель… Пользуйся…

Бледная кожа на точёном лице быстро высыхала и сморщивалась, меняя цвет с бледно-розового на светло-серый. Обтянув кости черепа, она начала медленно лопаться и разлетаться по ветру мелкими хлопьями, обнажая кости и зубы. А вместо испуганных глаз в серое небо теперь смотрели пустые дыры. Костюм обвис на костлявом теле, которое стало совсем невесомым. И когда чёрные шипы вновь втянулись в тонкие линии на моей ладони, я отбросил иссохший скелет прочь, освобождая поле зрения.

В котором теперь оставалось лишь двое. Тот самый здоровяк с револьвером и его не менее атлетичный приятель, орудующий каким-то стволом поменьше.

Убедившись в том, что тройка джиппонцев больше не представляет угроз, а пролетающие мимо пули — не представляют угроз для меня. Пара бойцов, похоже, решила перейти в рукопашную. И их шаги были совсем не похожи на плавные повороты и медленные движения моих предыдущих жертв.

Отталкиваясь от асфальта, они передвигались какими-то странными рывками. И в моменты этих рывков их перемещение было явно быстрее, чем падающие с неба капли дождя. Поэтому возле меня они оказались за считанные секунды. И увесистый кулак ближайшего противника немедленно полетел мне в лицо, разбрызгивая по пути медленные водяные шарики с такой скоростью, что я успел отшатнуться только благодаря наработанным в уличных драках рефлексам.

И эти же рефлексы немедленно скомандовали мне отступление — отшатнувшись, я тут же ушёл в сторону, запрыгнул на капот ближайшей тачки и с неё перескочил — на соседнюю.

Не знаю, что позволяло этой паре совершать такие же быстрые прыжки и развороты. Но всё-таки между нами было заметное отличие — если я мог сохранять темп движения постоянно, то пара мордоворотов продолжала двигаться рывками. И перед каждым стремительным движением или попыткой удара они словно на миг задумывались над продолжением.

И поэтому очередной резкий выпад в мою сторону закончился тем, что кулак хмурого крепыша врезался в подобранный с земли кирпич — вместо моего лба. А скачок его напарника с коленом вперёд пролетел чуть в сторону. И когда я немного добавил скорости его движению, тот влетел коленом в боковое стекло машины, снова задержавшись в этой острой ловушке на короткий миг.

Но этого мгновения мне хватило, чтобы тут же без затей ткнуть его большим пальцем в глаз. Мы же не на ринге, в конце концов… Тем более, что покрытый чёрной сеточкой палец вошёл в глазницу словно гвоздь. Розовые капли брызнули наружу с такой же плавностью, с которой рот моей жертвы открывался в немом вопле боли.

От размашистого, хоть и необычно быстрого хука сбоку я успел нырнуть вниз. И не вынимая пальца из продавленного глаза, подставил голову противника под второй торопливый удар его приятеля.

Дёрнувшись от попадания в затылок, безглазый здоровяк начал плавно оседать на землю, продолжая разбрызгивать по пути кровь и слёзы из промятой глазницы. А пока его приятель на секунду замешкался, я схватил его за горло обеими руками. И ажурные жала немедленно вонзились в красную от натуги кожу с двух сторон.

— Да-а-а-а-а…

Эффект от проникновения чёрных шипов под кожу жертвы полностью повторился. И уже через несколько секунд рядом с вырубленным безглазым телом на мокрый асфальт опустился высохший скелет в обвисшей на костлявых плечах одежде.

Отбросив истлевший труп, я быстро огляделся на то, что только что сотворил.

Два трупа в дорогих костюмах — один с дырой в голове, из которой ещё сочится багровая жижа, валяется в луже. А второй смотрит в пустоту таким же равнодушным взглядом, привалившись спиной к помятой машине. Развороченная выстрелом грудь уже не кровоточит.

Третье тело, кажется, ещё дышит. По крайней мере, сердце ещё работает — кровь из продавленного глаза продолжает вытекать ровной струйкой.

А с двух сухих серых скелетов мелкий дождь уже почти смыл остатки истлевшей кожи, превратившейся в какую-то ломкую плёнку. Один к чёрном костюме, другой в широких штанах и тёплой куртке военного покроя.

Глядя на то, как быстро капли сбивают с костей последние серые хлопья, я неожиданно для себя осознал, что моё восприятие вернулось к прежнему темпу. Капли усилившегося дождя снова превратились в косые линии. А испуганное поскуливание Кнопки, доносившееся до моего слуха из-за ближайшей машины, снова стало частым и прерывистым.

А где-то вдали со стороны улицы слышалось разноголосое завывание полицейских сирен.

— Твою мать… — Хриплый голос позади меня тоже звучал с нормальной скоростью. — Совсем как в тексте…

Резко обернувшись, я разглядел высокую фигуру Ратмира Боровика за полосами дождя. Он, похоже, только что вышел из-за угла. И, щуря воспалённые налитые кровью глаза, тоже разглядывал последствия моего столкновения с противниками. Похоже, что это именно его Кнопка угостила газком из своего баллончика.

И вот теперь наши взгляды встретились.

— Нет. — Бритоголовый здоровяк чуть заметно качнул израненной головой. — Так точно ничего не получится…

— Что «не получится»? — Я продолжал следить за каждым его движением.

Но боец лишь коротко глянул мне за спину. И, будто бы прислушавшись к сиренам, молча шагнул обратно за угол.

— Стой!!! — Я попытался рвануть следом, но вдруг рухнул на асфальт, как подкошенный. И когда подставил руки, чтобы не хлопнуться об него мордой, заметил, как чёрный иней слетает с порозовевших ладоней, превращаясь в невесомый полупрозрачный пепел. Быстро тающий под мелкими струйками дождя.

Ты ещё слаб… Но течение времени неумолимо… У тебя всё ещё впереди…

Спину ломило так, словно я только что разгрузил пару вагонов с цементом. Каждое движение давалось так же, как последнее подтягивание или подъём тяжёлого веса — когда руки разгибаются сами собой под нагрузкой, и мозг уже почти не волен командовать истощёнными мышцами. Прежде чем я смог хотя бы приподняться, пришлось как следует напрячься.

Но усталость всё-таки отступала. Хоть и намного медленнее обычного. Если спрыгнув с турника вы можете начать делать второй подход упражнений уже через полминуты, то сейчас через полминуты я смог разве что осмотреться.

И первым делом увидел мокрое лицо Кнопки. Встретившись со мной взглядом, она тут же подскочила ближе. И, обняв за плечи, помогла сесть.

— Гор! — Она судорожно всхлипнула и размазала по лицу не то слёзы, не то дождь. — Ты ранен⁈ В тебя попали⁈

— Не думаю… — Присев, я постарался рассмотреть сам себя.

Молния сырого от дождя комбинезона всё ещё была немного расстёгнута. Но кожа на груди снова была бледно-розовой, как обычно. Без следа чёрного инея. Только там, где на конце цепочки раньше был закреплён прозрачный портал, осталось слегка воспалённое пятно.

Сумев пошевелиться и оглядеть ноги с боками, я тоже не заметил там ран или каких-то повреждений. Лишь несколько новых пятен грязи. И пятна чужой крови рядом с правым большим пальцем.

Я поднял взгляд на заплаканные глаза девчонки:

— Нужно уходить…

Приближающийся вой сирен был гораздо красноречивее меня. Но первая попытка подняться на ноги закончилась неудачей. Мышцы дрожали и отказывались повиноваться. И встать на ноги с опорой на капот машины и хлюпающую носом Кнопку получилось только спустя ещё пару десятков секунд.

За которые сирены стали ещё ближе. А из арки, ведущей отсюда на улицу, послышался рёв мотора. И ударил яркий свет фары. Но почему-то только одной…

— Беги! — Я отвернулся от арки к девчонке. И, продолжая держаться за машину, попытался оттолкнуть Кнопку в сторону. — Беги!!!

— Нет…-Она упрямо помотала головой, продолжая держать меня за руку.

— Беги!!!

Но она не только так и не отцепилась от меня, но ещё и стала вдруг улыбаться, покосившись сквозь слёзы в сторону арки:

— Нет… — Девчонка снова всхлипнула и торопливо вытерла глаза свободной рукой, продолжая растягивать рот в улыбке.

— Прыгайте! — Приглушённый окрик раздался у меня за спиной сразу после визга тормозов. — Быстрей-быстрей-быстрей!!!

Оглянувшись, я сначала заметил над фарой только ярко-бирюзовый мотоциклетный шлем. И лишь потом разглядел такие же яркие глаза, пристально глядящие на нас сквозь его забрало.

— Быстрей! Прыгайте! — Повторила Искра и похлопала рукой в перчатке по широкому сырому сиденью за своей спиной. — Сюда не только полиция едет!

Глава 11

Фулл-хаус

Не смотря на то, что сиденье приземистого мотоцикла располагалось чуть выше моего колена, перекинуть через него ногу я смог только с помощью Кнопки. К счастью, дальше можно было немного расслабиться, облокотившись на небольшую спинку, приделанную над толстым задним колесом байка.

Пока девчонка придерживала меня, а потом сама протискивалась в оставшееся узкое пространство между моим животом и водителем, Искра нетерпеливо пигрывала газом и оглядывалась:

— Тебе точно будет, что мне рассказать, Атлет… — Она ненадолго задержала взгляд на паре скелетов под машинами. — Когда я вас вывезу…

— А как ты нас нашла? — Устроившись на сиденье, Кнопка смущённо оглянулась, не зная, куда деть руки.

— За джиппонцами проследила. — Искра, заметив это замешательство, без затей схватила девчонку за запястье и прижала её ладошку к застёжкам на животе своей куртки. — Держись за ремни! — Бирюзовый шлем обернулся забралом ко мне. — Ты там как, сидишь?

— Угу… — Я постарался покрепче ухватиться руками за спинку. — А как нас нашли джиппо… А, всё… Сам вижу.

Когда Кнопка обняла талию водителя и прильнула к её спине, воротник её комбинезона приподнялся. И из-под него выглянул небольшой металлический кругляшок, похожий на пуговицу. К которой явно ничего не пристёгивалось.

Отлепив этот кругляшок от ткани, я протянул его вперёд и раскрыл ладонь перед забралом Искры:

— Маячок?

— Трекер… — Поиграв рычагом сцепления и рукояткой газа, девушка заставила байк плавно тронуться и ловко развернулась в сторону выезда по очень маленькому радиусу. — Подержи пока…

— Тогда у меня ещё вопрос, пока далеко не уехали! — Перекрикивать урчащий двигатель было несложно, но близкие сирены уже мешали гораздо сильней. — Зачем ты нас нашла⁈

— Я, Атлет, в жизни больше всего люблю три вещи! — Выкрикнула в ответ байкерша, слегка повернув голову. — Риск!..

Дёрнув газ, она заставила мотоцикл выпрыгнуть из подворотни. И перепрыгнула на проезжую часть прямо перед лицами каких-то зевак, привлечённых звуками выстрелов…

— Загадки!..

Заклинив задним тормозом толстое колесо подо мной, Искра увела его в юз и, вывернув руль, тут же снова поддала газа. И тяжёлый байк развернулся уже в другую сторону, вылетев на встречную полосу.

— И таких симпатяг, как вы с Кнопочкой!..

Коротко хохотнув, девушка ещё раз заставила мотоцикл вильнуть задом, перепрыгнуть через бордюр на тротуар и нырнуть во двор на другой стороне улицы. Позади тут же послышались недовольные клаксоны тех автомобилей, чей курс она пересекла этим рискованным манёвром.

— Так что с вами у меня фулл-хаус! — Разгоняясь вдоль припаркованных в этом дворе машин, Искра не глядя протянула руку назад. — Трекер сюда!

После того, как я вложил «пуговицу» в толстую кожаную перчатку, девушка тут же на ходу прилепила его на багажник одной из тачек. Внутри этой машины кто-то сидел и, судя по горящим фарам и полупрозрачным выхлопам, готовился выехать с парковки.

— Пусть теперь поищут… — Попетляв между машинами и мусорными баками, байкерша выехала с другой стороны этого двора на параллельную улицу. И, пришпорив своего стального коня, резко набрала скорость на длинном ровном участке дороги. — Держитесь!!!

И передо мной немедленно послышался знакомый писк. Только теперь в нём не было ни капли страха, а лишь какой-то щенячий восторг:

— У-и-и-и-и-и-и-и-и!!! — Когда разгон прижал Кнопку спиной ко мне, я чуть наклонился в сторону и подставил ей под голову плечо. И она подняла на меня восторженный взгляд. — Кла-а-а-сс!!!

Но резкое торможение тут же прижало её обратно к жёсткой пластине, встроенной в куртку Искры. И мы снова свернули во двор.

Таким образом байк петлял ещё несколько минут. И мимо нас проносились то широкие проспекты, подсвеченные рекламой и вывесками, то узкие подворотни, в которые обычная машина заехала бы с трудом. Один раз Искра провела байк даже сквозь распахнутые двери какого-то проходного подъезда, слегка задев рулём за почтовые ящики на выезде.

Однако, не смотря на высокую ветрозащиту, установленную над рулём и вдоль толстых боковых дуг, езда на байке под дождём в ноябре быстро заставила нас сжаться в комок не только от постоянных ускорений и торможений. Потоки холодного воздуха и ледяные капли, которые то и дело залетали в рукава и за шиворот, быстро лишили нас с Кнопкой остатков тепла. И вскоре я почувствовал, как она дрожит уже всем телом.

Почувствовала это и байкерша:

— Сейчас-сейчас… Уже почти приехали!

Сирены полицейских машин действительно остались где-то позади. Хотя ещё и были слышны ещё некоторое время, пока байк петлял по сложному дворовому маршруту старого Ротенбурга.

И когда фоновый шум городских улиц и рокот двигателя уже полностью перекрыл далёкие завывания, мы ещё с минуту порулили по каким-то почти глухим колодцам.

В отличие от дворов, окружённых человейниками, тут почти не встречались люди. Большинство зданий были отданы под конторы или магазины. И входы в них чаще всего располагались со стороны фасадов. А пошарпанные задники в лучшем случае служили доступом к мусоркам или местам для курения. Окна, выходившие во двор, были закрыты глухими шторами или вовсе замурованы.

Наконец, мы всё-таки остановились внутри такого двора перед какой-то ветхой деревянной дверью, ведущей куда-то внутрь первого этажа старой пятиэтажки.

— Слезантий! — Откинув забрало, Искра оглянулась. — Вы там ещё не окочурились?

— Ещё н-нет… — Говорить без стука зубами было сложно.

Теперь была моя очередь помогать девчонке выбираться с сиденья. За время поездки мышцы более-менее пришли в порядок. И хотя об активных движениях речи пока не шло, но я хотя бы мог передвигаться самостоятельно. А вот Кнопка с трудом разогнулась, отпуская куртку нашего водителя. И, продолжая дрожать от холода, без всякого стеснения прижалась ко мне в поисках тепла, когда мы всё-таки слезли с низкого мотоцикла.

— Ну какие ж вы всё-таки милахи! — Улыбнувшись нам глазами, байкерша дотянулась до двери и слегка ткнула кулаком в одну из трухлявых дощечек.

Хлипкая дверь внезапно приподнялась и отъехала в сторону, открывая проход в приземистое тёмное помещение, шириной не многим больше руля байка. Как оказалось, основой всем этих старым доскам служил довольно солидный стальной лист.

— За мной! — Слегка поддав газа, Искра заставила байк въехать в узкое тёмное пространство. Оставив между задним колесом и выходом небольшое свободное место, она заглушила двигатель. А затем, щёлкнув подножкой, оттолкнулась от бензобака руками и ловко приземлилась на ноги позади мотоцикла.

— Ну заходите-заходите, чего встали! — Девушка ткнула куда-то в темноте прямо перед собой. И в стене узкого коридора отъехала в сторону ещё одна тяжёлая дверь, куда Искра немедленно вошла первой. — Щас будет тепло!

И когда мы шагнули следом, нас действительно окутал сухой тёплый воздух, разительно отличавшийся от атмосферы снаружи. А ещё через секунду лёгкий красноватый свет разлился по помещению от небольшого электрокамина, который тут же включила хозяйка.

Кроме камина в небольшой комнатушке без окон был ещё маленький кухонный уголок с барной стойкой и несколькими шкафчиками, широкий диван у противоположной стены и, напротив кухни, просторный стол с компьтером и монитором. Стены были украшены множеством плакатов с логотипами каких-то рок-групп и, судя по всему, их афишами. А между ними висели полки с разным барахлом, похожим на то, что я видел в рабочем кабинете Технаря.

Нажав что-то на стене за собой, Искра закрыла обе двери. И, пока она стягивала шлем, под потолком зажглось несколько круглых ламп.

Бирюзовые волосы разлетелись в стороны, когда девушка помотала головой. И хозяйка весело взглянула на нас яркими глазами из-под упавшей на них чёлки:

— Ты садись поближе к печке, Атлет, просохни… Кнопочка, а ты сразу дуй в ванную! Вон там. — Хозяйка указала девчонке на пластиковую дверь между камином и кухонным уголком. А мне скинула с дивана пухлую подушку на пол прямо перед камином. — Полотенце и халат там сама найдёшь.

Но Кнопка пока явно опасалась меня отпускать. И до сих пор не могла унять дрожь. Перестав оглядывать интерьер, она с тревогой забегала глазами из стороны в сторону.

— Иди, а то простудишься. — Я слегка подтолкнул её к пластиковой двери. — Я никуда без тебя не уйду.

— Хорошо… — Быстренько вытерев капельку, повисшую на носу, Кнопка шагнула в указанную сторону. И, дотянувшись до двери, ещё раз оглянулась. — Спасибо… Я быстро…

— Не торопись. — Искра уложила шлем на полку с запчастями и принялась стягивать с себя мокрую куртку. — И горячую воду не экономь, попарься как следует. Тут за всю энергию платит контора сверху. Хоть там и не в курсе…

— Хорошо… — И девчонка всё-таки скрылась за дверью. Вскоре оттуда послышался шум воды.

— Ну а мы с тобой пока потолкуем, Атлет… Ты садись, садись. В ногах правды нет. — Избавившись от куртки, девушка набросила её на спинку высокого стула рядом с барной стойкой. А сама шагнула за неё. — Или как мне тебя лучше называть… Тим? Или… Ваше чего-нибудьшество?

Не без удовольствия присаживаясь к горячей решётке камина, я прикинул, откуда бакерша знает моё настоящее имя. Скорее всего, Ашмед подсказал, когда давал рекомендацию. А вот с чего она решила насчёт «чего-нибудьшества»…

— Да я тебя ещё с прошлого раза помню! — Заметив, как я нахмурился, Искра перебила мои мысли и лукаво хихикнула. Открыв один из кухонных шкафчиков, она достала оттуда бутылку с тёмным содержимым и три низких стакана. — Если ты меня тогда не видел, то это не значит, что и я тоже…

Поставив стаканы на стойку, Хозяйка быстренько плеснула в них по паре глотков тёмного напитка. И шагнула с двумя из них ко мне обратно:

— Держи! — Один стакан она протянула мне и сразу чуть-чуть отпила из второго, слегка поморщившись. — Ой-х… — И её глаза снова превратились в лукавые щёлочки. — Вот только в тот раз портала у тебя с собой не было…

Вот почему она предположила, что я какой-нибудь аристо, к которому нужно обращаться в соответствии с правилами титулования. К тому же, то, что я сделал с джиппонцами и остальными бойцами, наверняка было под силу либо какому-нибудь суровому профи типа Пушкаря, либо благородному фокуснику. На ветерана я не похож, так что выбор у неё действительно невелик…

Я покосился на пустую цепочку, висящую на моей шее:

— А у меня его и сейчас нет.

— Вот как? — Кажется, эта новость слегка разочаровала девушку. И я сразу припомнил, как Цербер заинтересовался покупкой кристалла, когда увидел. — Неужто отняли? Вроде бы ты там в подворотне всех уложил…

— Нет, не отняли. — Я принюхался к стакану. Спиртное. Судя по запаху — не из дешёвых. — И не всех я там уложил…

— Да не бойся, не отравлю! — Заметив мою осторожность, Искра снова повеселела и озорно подмигнула. Шагнув к креслу перед компьютером, она плюхнулась в него и, тут же задрав ноги на стол, сделала ещё глоток. — Ух-х… Дай-ка угадаю… Тот, который от Барса пришёл, всё-таки сбежал, да?

— Угу… Ты его знаешь?

Девушка помотала головой:

— Первый раз видела. Просто он из этих трёх ребят самый опасный был… Цербер на нём кучу военных имплантов на входе задетектил. Некоторые даже офицерские… Да ты пей давай! Считай, что это лекарство!

Я ещё раз принюхался к «лекарству». И всё-таки отпил немного. Крепкий напиток обжёг язык и горло, заставив зажмуриться. Но в послевкусии совсем не было того спиртяжного духана, от которого меня обычно всего передёргивало. Что-то фруктовое и терпкое… И от этой штуки вправду как-то сразу стало теплее.

Когда я вновь разжал веки, то увидел яркие бирюзовые радужки Искры чуть ближе. Наклонившись над подлокотником, она внимательно смотрела мне прямо в глаза:

— Ну а портал-то где? Потерял?

— Скорее потратил…

— Потратил⁈ — Недоумение девушки, похоже, было искренним. — Это как?

Я сделал ещё один неторопливый глоток, чтобы потянуть время.

Хороший вопрос… Сказать, что через эти порталы голоса в моей голове предлагают мне помощь, а взамен я вытягиваю у своих противников их жизненные силы, после чего могу их использовать? И что, как только этот ресурс заканчивается, портал разрушается? И из него выходит… А что из него выходит?

Да уж… Ещё бы знать, как ответить на этот вопрос так, чтобы не выглядеть полным психом…

— Пожалуй, насчёт загадок я точно не ошиблась… — Задумчиво протянула Искра, поигрывая остатками напитка в стакане. Мои раздумья над ответом она, должно быть, восприняла как нежелание посвящать её в детали происшествия. — Ладно,Тим… Если человек меня не обманывает, то я уважаю его секреты…

— Гор.

— Что? — Девушка удивлённо приподняла бирюзовую бровь.

— Гор. Или Евгорий. Сейчас лучше зови меня так. — Я покосился на дверь в ванную комнату. Вода за ней перестала шуметь.

— Хорошо… — Искра тоже покосилась на дверь, снова лукаво улыбнулась и повращала жидкость в стакане. — Тогда скажи-ка мне, Гор… А ты можешь достать ещё парочку таких же блестяшек?

— Зачем?

— Значит можешь… — Улыбка девушки стала ещё шире. И когда дверь ванной открылась, она глянула на порозовевшую после душа Кнопку уже без малейшей тени былого разочарования. — С лёгким паром, душечка!

— Спасибо… — Девчонка схватилась за край полотенца, намотанного на волосы. И стеснительно замялась, ёжась внутри длинного пушистого халата. — Там ещё тапочки были, я одела… Это ничего?

— Я могу их тебе даже подарить, если хочешь! — Искра выпрыгнула из кресла, дотянулась до третьего стакана и протянула его Кнопке. — Вот ещё, согрейся как следует!

— Ой… — Девчонка автоматически взяла стакан в руку и забегала глазами от меня к хозяйке и обратно. — Я никогда раньше… Это… Это что?

— Это лекарство. От простуды! — Отпрыгнув обратно к креслу, девушка коротко хихикнула. — Ой, ну я прям не могу! Ты, Гор, даже вполовину не настолько загадочный, насколько Кнопочка милая!

Густо покраснев, Кнопка осторожно принюхалась к стакану. И тут же спохватилась, заглянув в ванную:

— А куда можно комбинезон пока положить?

— Да оставь там. До утра просохнет.

— До утра⁈ — Девчонка уставила на меня вопросительный взгляд.

Но я уже сам почти так же смотрел на хозяйку.

А она расслабленно пожала плечами, ткнув кнопку включения на системном блоке компьютера:

— Это ж вам не Веспучия, где по десять банков в сутки грабят… Куда вы сейчас, когда на каждом перекрёстке патрули и проверки? До ближайшего околотка только доедете.

С этими словами она указала стаканом в мою сторону. Точнее, на моё туловище.

Пожалуй, да. Если выбираться из города в таком грязно-мокром виде с пятнами крови на рукавах, то на нас и в обычное время любой таксист сразу настучит. Чтобы его потом в соучастники не записали паровозом… Не говоря уж о дежурных в метро… А сейчас, после перестрелки в самом центре… И ведь меня ещё и за убийство в «Нарциссе» ищут…

Но… Слишком много «но» возникает, если мы не вернёмся сегодня в ликеум…

Судя по растерянному виду, Кнопка была того же мнения. И я всё-таки помотал головой:

— Там… Там, куда нам надо, нас будут искать. И если не найдут, то…

— То что? — Искра вмешалась, пока я запнулся, подыскивая нужные слова. — Оставят без завтрака? Или какие у вас там в вашем ликеуме наказания за самоволку?

Поймав мой удивлённый взгляд, она снова хихикнула. И начала с деланной укоризной покачивать головой:

— Гор, Гор, Гор, Гор, Го-о-ор… Ты меня недооцениваешь, красавчик…

Посокрушавшись, девушка одним махом осушила свой стакан, мельком глянула на экран загрузки компьютера и вновь подошла к кухонной стойке:

— Я же умею складывать два и два… — Хозяйка плеснула себе ещё немного тёмного напитка и шагнула с бутылкой ко мне. — Во-первых, где ещё такие птенчики как вы, могут достать настоящий портал… — Дотянувшись до моего стакана, она подлила немного «лекарства» в него и повернулась к Кнопке. — Во-вторых… Я же видела, на чей сервак вы своего червя натравили… — Обворожительно улыбнувшись девчонке, Искра подтолкнула стакан её губам. — Давай, дорогуша, угощайся. А то обидишь.

Кнопка ещё раз покосилась на меня, опасливо глянула на улыбающуюся хозяйку, решительно вздохнула и, зажмурившись, выпила всё одним глотком:

— Ойх-х…

— Ты ж моя прелесть… — Искра тут же подлила в её опустевший стакан ещё немного. И, поставив бутылку на стойку, вернулась в кресло. — Ну и в третьих, Ашмед у меня сразу спросил, смогу ли я софт в ликейном беспилотнике ломануть. Чтобы он его потом загнал подороже, как чистый. А не запчасти… Понятно, теперь, у кого добыл!

— В ликейном беспилотнике? — Судя по напуганному взгляду, догадка о судьбе нашей машины, наконец-то, осенила кибердевочку.

— Иначе мы бы к ним в гости так и не попали. — Я кивнул на Искру. — Но уверен, что машина была застрахована. И если что — это у меня были ключи. Мне и отвечать. Не переживай зря.

Но, похоже, что девчонку не так сильно задела новость об угоне беспилотника, как тот факт, что я её скрыл. Она тут же спрятала взгляд в пол. И нахмурилась.

— У-у-у-у… — Протянула хозяйка, наблюдая за реакцией девчонки. — Сорямба, Гор… Я думала, Кнопочка в курсе…

— Нет… — Произнесла Кнопка чуть слышно. И слегка качнула головой, продолжая смотреть в пол. — Я не знала…

Ну вот… Друг, называется… Криминальный…

— Прости… Я… Я должен был сразу сказать… Просто думал, что…

— Слишком много ты думаешь, Евгорий! Как и все мужики… — Искра вскочила с кресла и вприпрыжку подпорхнула к поникшей девчонке. — Подруженька, да плюнь ты на него! Давай лучше ещё по лекарству бахнем! — Хозяйка обняла гостью одной рукой и слегка стукнула стаканом о стакан. — За нас, за «жьенщин»!

РОбко улыбнувшись в ответ, Кнопка на сей раз отпила совсем чуть-чуть.

— Ну вот! — Девушка тоже пригубила напиток и вернулась в кресло, туже забарабанив по клавишам. — В общем так, птенчики… По поводу этой вашей Ханги…

Кстати да! Если Ромул узнает, что я сбежал непонятно куда и непонятно насколько, то этот сигнал про поиск пророчества уже можно было и не удалять…

— Подожди! — Я вскочил с подушки и, похлопав себя по карманам, нашёл выпотрошенный смарт. — Если я не вернусь в ликеум, меня могут искать через этот телефон…

— Опять обижаешь, Евгорий! — Искра даже не оглянулась, продолжая внимательно вглядываться в кучу непонятных символов на экране перед собой. — Из этой комнаты ни один гаджет наружу сигнал не даст, если я сама не захочу…

— Так мне как раз надо, что бы дал! Есть аккумулятор?

— Эм-м-м… А зачем? — Хозяйка всё-таки повернулась ко мне от монитора.

— Свои мы спалили!

— Я не о том… — Девушка продолжала внимательно на меня смотреть без тени улыбки. — Зачем тебе так срочно выходить на связь?

— Это очень долгая история! И пока я её рассказываю, может пострадать мой брат!

— Хм… — Искра задумчиво приподняла бровь, глянув на удивлённую Кнопку. — Вроде не врёт… Да подруга? — Не дождавшись от неё ответа, девушка кивнула на полки. — Вон там слева поищи…

Я быстро метнулся к указанному месту на полках. И почти сразу нашёл коробку с целой кучей запасных батареек, одна из которых выглядела совсем как тот аккумулятор, который я взорвал в подворотне.

И когда я торопливо начал вставлять батарейку на место, хозяйка указала мне на соседнюю полку:

— Подожди… Вон там такая штука синяя с кабелем. Воткни его сначала. В самое плоское гнездо, снизу… Где ты сейчас хочешь быть?

— В смысле?

Хозяйка закатила глаза:

— Вот ты чумба, Гор… — И она всё-таки начала разъяснять, нетерпеливо крутя перед собой ладонью. — При включении твоя мобилка тут же даст сигнал о геолокации. Я могу сделать так, чтобы этот сигнал показал хоть Северный Полюс. Где ты сейчас должен быть?

— А-а… — Я переглянулся с Кнопкой. — Ну… Наверное лучше всего в ликеуме… Если можно…

Девчонка в ответ лишь пожала плечами.

— Ну в ликеуме, так в ликеуме… — Искра тоже дёрнула плечом. И, повернувшись обратно к монитору, принялась стучать клавишами. — Плюс-минус лапоть, конечно… Но всё. Ты сейчас там.

— Угу… — Я приткнул синее устройство и вставил аккумулятор. — Можно включать?

— Валяй… — Девушка оглянулась, отпила из стакана и с любопытством глянула на экран загрузки смарта.

И как только логотип операционной системы сменился изображением рабочего стола, раздался звонок. Номер скрыт. Но кто же ещё может мне сюда звонить…

Я медленно и глубоко вздохнул, стараясь не волноваться. И поднёс трубку к уху:

— Алло?

— Здравствуй, Гор. — Голос Ромула был как всегда спокоен. — А ты где?

Глава 12

Запретный фольклор

Спокойно, Тим, спокойно. В первый раз, что ли, государевым людям врёшь? Хотя, чёрные, конечно, не чета синим опера́м да серым жандармордам…

— Да там же я, где и был. Чё надо?

Вкрадчивый голос на том конце связи ответил не сразу. Искра и Кнопка в это время затаили дыхание и прислушались, продолжая следить за мной во все глаза. Наверное, в такой тишине громкости динамиков вполне хватает для того, чтобы голос опричника слышал не только я.

— То есть… — Ромул помолчал ещё пару секунд. — Хочешь сказать, что ты в ликеуме?

— Нет, блин, у Тумира в капсуле! В ликеуме, конечно, где ж ещё…

Кнопка задумчиво нахмурилась, услышав незнакомое имя. А Искра хитро улыбнулась и тихонечко пригубила из стакана, стараясь ничего не пропустить из нашего разговора.

— Но на занятиях тебя так и не видели… — Ромул будто бы сам сомневался в своём утверждении. — Ты сейчас в своей комнате?

Знаю я вас, служивые… Если вы подсовываете готовый ответ, то он точно не правильный. По любому же ты там сейчас сам стоишь и смотришь на мою пустую кровать. И ждёшь, что совру…

Тогда вот тебе правда:

— Нет, с утра там не был.

— А где же ты?

— Планшет чиню. Аккумулятор накрылся. Я поэтому даже расписание не успел составить…

— Чинишь? Сам? — Кажется, опричиника удивило скорее то, что ничего из сказанного мной не было ложью. — Зачем? Тут же для этого специалисты есть…

— Да я в курсе… — Я покосился на Кнопку. — Блин, Ромул… Ну чё ты как маленький-то…

— Не понял? — Замешательство моего собеседника казалось вполне искренним.

— Ну ты же сам мне советовал связи тут заводить изо всех сил…

— Советовал… Но причём тут починка планшета?

— Ну ты чего, не видел, какая красотка тут их чинит?

Кнопка тут же забегала вытаращенными глазами по сторонам и залилась краской. А Искра едва успела зажать себе рот, прежде чем прыснуть со меху. И её бирюзовые зенки тоже чуть не выскочили из орбит.

— Э-эм… — Кажется, Ромул, тоже немного смутился. Но затем его голос определённо повеселел. — Это ты Иву Кулебякину имеешь в виду?

— Нет, блин, Димитра! — Я вновь покосился раскрасневшуюся Кнопку. И теперь уже она чуть не рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.

Искра в это время уже тряслась от немого смеха всем телом, продолжая зажимать рот обеими руками. И от этой тряски компьютерное кресло слегка заскрипело под ней амортизаторами.

А опричник вновь не сразу подал голос:

— Э-эм… И как надолго ты с ней… хм… планшет чинишь?

— Ну не знаю, как ты, чёрный… — Теперь я старался не смотреть на Кнопку. Кажется, от смущения она и так была готова провалиться под землю. — Но я могу долго…

Девчонка тут же опять осушила свой стакан залпом. И сразу сдавленно пискнула от обжигающего горло напитка.

Лукаво покосившись в её сторону, Искра опять ритмично поскрипела креслом. Но на этот раз специально.

Ромул после этого снова не спешил говорить, словно прислушивался к происходящему рядом со мной. И я взял инициативу на себя:

— А у тебя что, срочное дело, какое-то? Прям никак подождать не может?

— Да нет… Просто… Тут тебе новое письмо от брата было. Но не дошло, потому что твой аппарат был выключен…

— Ну теперь понимаешь, почему.

— Понимаю… — Судя по голосу, опричник всё-таки тоже заулыбался. — Конечно, это не совсем те связи, которые я имел в виду… Но для воспитанников ликеума это вполне нормально. Хотя я бы на твоём месте лучше бы навестил княгиню Волкову…

— Ульяна говорила, что ей нужен покой.

— Однако я уверен, что княгине было бы очень приятно узнать, что сам-то ты за неё беспокоился… Ну да ладно. Пожалуй, могу тебя даже похвалить за инициативу… Замкнутые одиночки редко добиваются успеха.

Нужен ты мне со своими похвалами…

— А что там в письме? Что-то срочное?

— Да ничего особенного. Сейчас будет повторная отправка, сам увидишь. Просто ещё одно свидетельство того, что с твоим братом всё в порядке. Но он очень ждёт весточку и от тебя тоже.

— Да, я скоро отправлю.

— Только,надеюсь, помнишь, что в этот раз — без фокусов…

— Да уж понял! — Проявлять нетерпение у меня сейчас выходило само собой. — Ещё что-нибудь?

Ромул снова ответил не сразу:

— Постарайся больше не выключать телефон. Всякое может случиться…

Интересно… А эта подмена геолокации долго будет работать?

Я вопросительно глянул на Искру, указав на синюю коробочку, подключенную к моему смарту. Та, наконец, перестала потешаться. И в ответ кивнула, показав большой палец.

— Хорошо, буду на связи.

— И поторопись с составлением своего расписания. Если ты будешь откровенно забивать на учёбу — это вызовет ненужные вопросы у персонала и остальных воспитанников раньше времени.

— Кстати о воспитанниках! Мне тут парочка графьёв с утра стрелку забила… Что-нибудь посоветуешь в связи с этим?

— Вот как… А из-за чего?

— Из-за кого.

— Хм… — После хмыканья, в голосе опричника послышалась ирония. — Надеюсь, она того стоила?

— Не сомневайся. — Я глянул на Кнопку. Она съёжилась внутри халата возле двери ванной. Но, кажется, «лекарство» Искры начинало действовать. И вместо дикого смущения на лице девчонки теперь была лишь застенчивая улыбка. А её взгляд я впервые мог бы назвать кокетливым…

— Ну что ж… Для юного и горячего аристо это тоже вполне обычная практика… Хоть и противозаконная… Условия дуэли, я надеюсь, классические?

— Классичней некуда.

— Тогда тебе нужен секундант…

— Я уже нашёл.

Судя по короткой паузе, этот факт тоже слегка удивил моего собеседника.

— И кто же это?

— Сатоши.

На этот раз пауза была ещё длиннее. Помолчав, опричник опять слегка хмыкнул:

— Хм… Всё-таки я и правда в тебе не ошибся, Гор… Но, что могу посоветовать… Если хочешь сохранить приличную репутацию — уклоняться от дуэли точно не следует. Но можно предложить мировую. Возможно, твой противник уже остыл. И в этом нет ничего постыдного. Кстати, кого именно ты умудрился оскорбить?

— Потапа Пятницкого.

— М-да… Не лучший выбор соперника… А кто его секундант?

— Петро́вич Пе́трович.

— Фродрик?

— Он самый.

— В таком случае я бы посоветовал сделать всё, чтобы против тебя вышел секундант.

— Да это я уже и сам понял… Но он не особо горит желанием.

— Можно понять… В противном случае… Что ж… Удар ты, вроде бы, держать умеешь… Если не сдашься сам, то проигрыш не будет означать урон твоей чести. А Потап получит свою сатисфакцию.

— Значит, такая у тебя стратегия на мой бой, да?

— Ну либо кто-то поделится с тобой своей силой… Как во время хеловина. Хотя Таисья Тигоновна пока не в состоянии, насколько понимаю… А сила рода Танто для этих целей не вполне подходит… Но, может быть, Потап сможет подождать со своими претензиями до того, как вернётся брат княгини?

— Вполне возможно. — Я не стал уточнять про травму Пятницкого и то, как он её получил.

— Тогда это было бы для тебя лучшим вариантом. Уверен, Тигон Тигонович прислушается к просьбе друга его сестры.

— Понятно… — Я припомнил ощущения после сброса волчьей шкуры. Похоже на то, что я испытал сегодня… Ладно, пора заканчивать. — Слушай… Мне тут… Это… Пора…

Опричник чуть слышно усмехнулся в трубку:

— Не забывай о безопасности, Гор…

— Ты тоже. Всё, пока!

— До ско…

Я прервал связь, не дослушав прощание.

— И кто это был? — Искра забралась в кресло с ногами. И, судя по виду, сгорала от любопытства.

Сказать, что лучше бы ей не знать? Тогда ещё сильней допытываться начнёт же…

— Мой гувернант.

— То есть, говоря человеческим языком, нянька… — Улыбчивая девушка вдруг нахмурилась… — Погоди… А тебе сколько лет-то?

— Не переживай, вот это вот уже можно. — Я слегка поболтал содержимым стакана.

— Это хорошо, что уже можно… — Искра снова кокетливо улыбнулась. И, развернувшись в кресле обратно к монитору, не глядя поманила к себе рукой. — Ну раз закончил со своими няньками, то подползай ближе, дуэлянт. Покажу кое-чего…

Пока я перетаскивал подушку к столу, хозяйка приложила к губам стакан. И только тогда заметила, он уже снова пуст.

— Так… Кнопочка! — Искра оглянулась на всё ещё смущённую, но улыбающуюся девчонку. — Ты давай тоже сюда двигай! И захвати пузырёк по пути!

— Пузырёк захвачен, командир! — Развеселившаяся девчонка поставила бутылку с «лекарством» рядом с компьютером.

— М-м-уа! — Изобразив поцелуй, хозяйка обновила стакан ей и себе.

Я, в свою очередь, по пути зацепил с дивана ещё одну подушку. И мы с Кнопкой уселись на них по обе стороны от кресла, уложив подбородки на стол, а взгляды уставив в монитор.

— Такие вы котаны, я не могу… — Расплывшись в улыбке, Искра покосилась на нас по очереди. И затем указала пустым стаканом на экран. — Вот что можно найти в Сети и Тени по этому вашему пророчеству.

Пока вы разглядывали изображение на мониторе, девушка обновила стаканы и отставила бутылку в сторону.

Рядом с мигающим курсором на тёмном поле окна с бирюзовой полоской наверху горела только одна надпись: No match found.

— Э-э-э… — Даже я мог понять значение слова «No». — Тут же ничего нет…

— Вот именно. — Кинула хозяйка и пригубила «лекарство». — Ни на нашем языке, ни на веспучийском. И ни на одном из тех, которые может перевести машина.

— А это ты сама себе поисковик написала? — Кнопка заинтересовалась не содержимым, а внешним видом окна.

— Угу… Только это парсер, а не поисковик. Он сам ничего не ищет, а только проверяет выдачу всех существующих поисковых систем, каталогов, архивов и оставшийся в доступе кэш провайдеров. Как в официальной сетке, так и в той её части, куда просто так не попасть.

Я понял не все услышанные слова, но снова постарался сделать самостоятельный вывод:

— То есть… Во всей сети нет вообще ни одного упоминания этого пророчества?

— Если вычесть всё то, что уже и так лежит на какой-нибудь помойке типа «Всепедии», убрать связанный с этим контекст и заострить поиск именно на это словосочетание — то да. То есть, нет. Ничего нет, как видишь.

— И что… Даже никто ничего подобного не искал? Не спрашивал про это пророчество где-нибудь… Ну… Не у поисковиков, а на каком-нибудь секретном форуме, я не знаю…

— Ну вот вы сегодня, я так поняла, хотели сделать что-то подобное сами. И где бы выбыли без вашего червя? — Прозорливая девушка подмигнула мне и стукнула своим стаканом о мою посуду. — Ты давай не отставай, Гор.

— Ой… А как же ты тогда запросы отправляешь? — Разволновалась Кнопка, продолжая вглядываться в бирюзовый интерфейс.

— Не волнуйся, душечка… — Теперь Искра чокнулась и с её стаканом. — Источник запросов поисковики определяют далеко отсюда. Никто нас не спалит. — Она подождала, пока мы всё-таки тоже пригубим её угощение и удовлетворённо кивнула. — Короче, суть в том, что любой интерес к этой теме трут почти сразу, в том числе и из кэша. Даже в Тени. Что лишний раз подтверждает мои подозрения о том, что не такая уж она анонимная… Особенно, если толком не понимаешь, что делаешь…

— Это ты нам и хотела показать? — Я справился с обжигающим послевкусием. И перевёл взгляд с экрана на хозяйку. — Что-то мне подсказывает, что не только…

— Ну я ж тебе не техподдержка «Импернета», дуэлянт! — Ухмыльнувшись, девушка тут же глянула на Кнопку. — Без обид, дорогуша!

— Да ладно…

— Какая ж ты милаха… — Явно захмелевшая хозяйка снова задержала на смущённой девчонке лукавый взгляд. И, не меняя выражения лица, перевела глаза в мою сторону. — Короче, кое-что я всё-таки нашла. Когда вспомнила, что ты ещё что-то там про Бесаратию спрашивал… Но сначала, дружок, мы с тобой договоримся о стоимости моей помощи…

— Пророчество можно найти на бесарате? Разве в сети нет таких переводчиков?

— Не разбивай к чертям моё любящее сердце, Евгорий! — Кокетливый взгляд Искры превратился в деланное высокомерие. — Только-только я подумала, что ты чё-то соображаешь… Стала бы я торговаться, если бы всё было так просто!

— Тогда я должен знать, за что плачу. — «Лекарство» начинало действовать и на меня. Лицо немного горело, но даже внутри сырого комбинезона стало гораздо уютнее.

— Пока ты ничего не платишь, а только тратишь моё время и ресурсы. — Несмотря на строгий тон, девушка всё-таки снова улыбнулась. И легонько щёлкнула меня по носу. — Жадюга!

— Ладно… — Я неловко отмахнулся от её руки, хотя даже такое прикосновение показалось очень приятным. — Что тебе нужно? Портал?

— Для начала… — Бирюзовые глаза превратились в узкие щёлочки.

— Для начала?

— Что-то мне подсказывает, Евгорий… — Искра задумчиво поболтала остатки «лекарства» в своём стакане. — Что это не последний раз, когда тебе нужна моя помощь…

Тут она, пожалуй, была права. Свой человек с такими навыками и связями мне бы точно пригодился. Даже если бы сейчас не было всех этих проблем.

— Ладно. Допустим, я тебе его достану… Кстати, зачем?

— Соучастником стать хочешь? — Нахмурившись, девушка снова спародировала мои интонации. И заметив, что намёк я понял, она вновь улыбнулась. — Ты давай-ка без «допустим». Достанешь или нет?

Хороший вопрос, конечно… В теории можно спереть его у кого-нибудь из других барчуков… Есть же такие штуки хоть у кого-то, кроме нас с Таисьей? Вроде бы вон, у Тигона ещё оставался… Или можно просто сделать морду ящиком и попросить замену для себя и неё. Сказать, что оба кристалла разрушились при нападении шипастой твари. Никто ж ничего не докажет. У Пушкаря вон — вообще все протезы накрылись…

Но обещать я всё-таки ничего не могу. В том мире, откуда я родом, при подобных сделках просто так словами не разбрасываются. Это сейчас Искра улыбается, шутит и угощает нас своим «лекарством»… Но, что-то я не слышал ни о ком, кто кинул бы «северов» и ходил после этого довольный.

И я остался с ней честен:

— Сейчас я не могу тебе ничего гарантировать.

— А когда сможешь? — Хозяйка вновь стала серьёзной.

— Только когда вернусь в ликеум.

И девушка вновь мягко улыбнулась:

— Это меня устраивает. Всё равно прямо сейчас у меня тоже почти ничего нет… Но скоро будет. И пока ты ищешь для меня портал… Поищи заодно того, кто владеет марамуреш.

— Чем? — Удивлённая Кнопка переспросила раньше меня. — Это какой-то софт?

— Это один из уснувших языков приграничных территорий Бесаратии и Трансваалии. — Во время этой справки, Искра внимательно следила за моей реакцией. — Судя по всему, эта ваша Ханга была родом оттуда. А тот умник, который чистил сеть от её пророчеств, видимо, думал, что она говорила только на бесарате. Как и все, кто живёт там сейчас. Хотя этого чистильщика, конечно, хватило на то, чтобы потереть ещё и версии на старобесаратском. Но до марамуреша он не добрался. Наверное, потому что в сети нет софта, который может с ним работать.

— Значит, всё-таки Ханга — это «она»… И если софта для переводов с марамуреш нет, то и ты не можешь его перевести?

— Но у тебя, как посмотрю, зацепочки есть? — Ответив вопросом на вопрос, девушка продолжала пытливо на меня смотреть.

— Угу… — Я припомнил, как граф Кривошеин хвастался своими владениями. — Только одну из этих зацепочек я вчера чуть не убил…

— Вот как… — В бирюзовых глазах наконец-то читалась не лукавая ирония, а неподдельное уважение. Наверное, она до сего момента сомневалась в том, что те трупы в подворотне — моих рук дело. — А вторая как поживает?

— А со второй у меня на днях дуэль.

— Я смотрю, ты умеешь заводить друзей, Евгорий! — Искра снова повеселела и протянула ко мне стакан. — Но раз обе зацепочки ещё живы, давай обмоем сделку! Жду от тебя новостей по порталу. И если достанешь — обещаю скинуть тебе этот твой запретный фольклор. А там уж сам думай, что с ним делать. По рукам?

— По рукам. — Я чокнулся с ней и допил оставшееся «лекарство».

Глава 13

Самый опасный человек в Империи

«Лекарство» Искры всё-таки оказалось не просто крепким алкоголем. Потому что наутро вместо похмелья и ломоты во всём теле я почувствовал себя буквально как новый. Кажется, старые ушибы уже почти не были заметны. Даже шишка на голове от крепкого тумака Потапа Пятницкого наощупь стала заметно меньше. Раньше на мне так быстро всё не заживало…

Однако нас с Кнопкой этот высокоградусный эликсир сморил почти сразу после третьей маленькой порции. И то, как хозяйка раскладывала для нас с ней диванчик, я помнил уже смутно. Вроде бы в ответ на мои уже не вполне трезвые расспросы о её ремесле, Искра уклончиво говорила про то, что утро вечера мудренее. И про то, что если я буду много знать, то буду плохо спать.

А Кнопка в это время едва успела связаться с дядей, чтобы он не беспокоился из-за того, что его племяшка ночует не в мастерской.

Димитр, конечно, был не очень рад таким новостям. Однако, узнав о том, что мы не только справились с задачей, но и достали ему сигары, всё-таки довольно быстро остыл. А услышав их название, даже, вроде бы, немного обрадовался. Но всё равно пожелал поговорить со мной отдельно. И настоятельно посоветовал мне помнить про обещание о том, что я буду беречь его племянницу от неприятностей.

Пока я раздумывал над тем, стоит ли теперь посвящать его в подробности нашего визита в «Третий Круг» и в причины того, почему мы решили дождаться утра в укрытии, Кнопка без затей уснула у меня на плече. И я просто ещё раз пообещал Технарю, что с ней всё будет в порядке. Зачем-то ещё ляпнув про то, что умею быть джентльменом, прежде чем попрощаться.

Что ж. По крайней мере, в том, что до сих пор исполняю обещанное, я был уверен. В таком состоянии я тоже просто вырубился, едва Искра закончила возиться с диваном, и я дополз до подушки. Вчера точно не наделал каких-нибудь нетрезвых глупостей. И сейчас с утра Кнопка лишь мирно посапывала рядом, свернувшись калачиком под пушистым пледом.

«Лекарство» байкерши оказало благотворное влияние и на девчонку. Когда я скосил глаза в её сторону, то на безмятежном розовом лице не заметил и следа от былой усталости и припухлостей под глазами от слёз. Хотя на диване было полно свободного места, ночью Кнопка всё-таки придвинулась поближе и положила ладошку мне на плечо. Словно опасалась, что я исчезну.

На саму же хозяйку этого убежища целебный эликсир, похоже, действовал, прямо противоположным образом. Судя по всему, она вообще не ложилась. И когда я по привычке разлепил глаза почти ровно в семь утра, Искра так и сидела в своём кресле, поджав ноги. А в ответ на барабанную дробь её пальцев по клавиатуре, по экрану снизу вверх проносились неровные строчки какого-то хитрого кода. От вечерней картины эта отличалась только тем, что бутылка, стоявшая рядом с монитором, была уже пуста.

Заметив, что я пошевелился и открыл глаза, хозяйка сначала покосилась на Кнопку. И заметив, что та ещё спит, лишь молча мне подмигнула. А потом показала себе за спину на кухонный столик. В окружении трёх чайных кружек там стояла тарелка с какими-то сухими хлебцами, запечёнными с орехами и сухофруктами.

— Сначала я туда… — Осторожно выскользнув из-под руки девчонки, я первым делом посетил санузел. А когда вышел, в монитор уставились уже обе девушки.

— … теперь успокоилось вроде. — Искра показывала Кнопке схематическую карту города, растянутую на весь экран. — Посты, видишь, как обычно, а не как вчера… Так что выберетесь спокойно, без приключений… Главное лица лишний раз не светить… — Хозяйка, наконец, заметила, что я вышел из ванной, и оглянулась. — А ты, Евгорий, в курсе, что за тебя награда объявлена?

— Из-за «Нарцисса»? — Я увидел, что из кружек уже идёт парок и пахнет свежезаваренным чаем. — Или из-за вчерашнего?

— Значит в курсе… — К вечной иронии байкерши снова примешалось что-то вроде уважения. — Опасный ты человек, оказывается…

— Так было не всегда. — Я присел за стойкой и отпил уже разлитый по кружкам чай. Тоже какой-то необычный, с душистыми травами.

— Доброе утро, Гор… — Кнопка стеснительно улыбнулась, проскальзывая бочком в открытую дверь ванной.

— Уву… — К этому времени я уже успел набить рот завтраком. Голод был таким же сильным, как и сушняк. И когда дверь в ванную закрылась, быстро всё прожевал и обратился к хозяйке. — Слушай… А ты вчера говорила, что в ту подворотню ехал кто-то ещё, кроме полиции…

— Джиппонцы. — Искра быстро оглянулась на монитор, свернула карту и вновь открыла строчки непонятного кода.

— А они… Они к вам по чьей рекомендации зашли?

— У них абонемент. — Искра развернула кресло и, ехидно ухмыльнувшись, тоже дотянулась до одной из кружек.

— Но когда-то же и они в первый раз к вам попали?

— Таким, как эти ребята, рекомендации не нужны, Евгорий. — Отпив, девушка продолжала лукаво щуриться на меня сквозь парок. — «Третий Круг» открывал для них дверь ещё до моего рождения… Да, пожалуй, и до рождения Барса тоже. — Отхлебнув ещё немного, она притворно нахмурилась. — Но вообще-то это не те вопросы, ответы на которые продлевают тебе жизнь, дружок.

— Да мне пофиг на ваши с ними дела… Просто хочу понять, что им от меня было нужно. Точнее… Какого хрена они хотели меня убить.

— Убить? Ты уверен, что они именно этого хотели? — Взгляд Искры стал серьёзен на самом деле.

— По крайней мере, я уверен в том, что они в меня стреляли.

Отпив ещё чая, девушка недоверчиво прищурилась. Но потом отвела взгляд и задумалась:

— Как-то грубовато для… Кхм… — Она чуть запнулась, но сделал вид, что просто хотела ещё немного отпить из кружки. И только тогда продолжила. — Если бы эти ребята хотели тебя устранить, ты бы понял это последним. Или, что вероятнее, вообще не успел бы ничего понять. Они не из тех, кто любит устраивать шоу.

Заметив её заминку, я применил типичный оперский ход, чтобы проверить одну из своих версий:

— Пожалуй, ты права… В ликеуме я с одним из Танто делю комнату. Он уже сто раз мог пришить меня там по тихой…

Судя по тому, как сверкнули бирюзовые глаза при упоминании этого родового имени, я попал в цель. И девушка тоже сразу поняла, что попалась. И хотя довольно быстро спохватилась, уже не стала скрывать собственное любопытство:

— Так твой секундант — это сам Сатоши Танто?

— Собственной персоной.

— Офигеть… — После короткого удивления на лице Искры вдруг снова появилась лёгкая насмешка. — И при таких знакомствах ты связался с Ашмедом, чтобы попасть к нам?

— Мы с Сатоши не настолько дружны. Он, по-моему, в принципе не хочет заводить друзей в ликеуме. Да и вообще в Империи.

— Но при этом он был готов стать твоим секундантом… — Глаза девушки вновь недоверчиво сузились над кружкой.

— Да он, наверное, и сам не рад… Просто оказался не в том месте, не в то время. Хотя… Теперь я, кажется, понимаю, почему джиппонцы ждали меня в «Третьем Круге». Точнее, откуда они вообще узнали, что я там буду… — Я прожевал ещё кусок хлебца. Тоже какой-то самодельный. Гораздо вкуснее сухарей из наших лабазов. — Но по-прежнему не понимаю, зачем им в меня стрелять.

— А тогда, когда джиппонцы стреляли, ты сам-то что делал?

— В смысле? Сопротивлялся!

— Это я поняла. А до того? Просто убегал.

— Ну да… Потом мы прятались, но оказались между двух огней. И я спровоцировал их на перестрелку с теми тремя мордоворотами. Поэтому у нас нет с собой ни одного аккумулятора в гаджетах.

— Кстати, тоже должен будешь. Потом решим, сколько… — Хозяйка лукаво улыбнулась и тоже дотянулась до своей выпечки. — А ты говоришь «с мордоворотами»… Это с теми, которые от Барса?

— Ага. Ты, кстати, можешь у него спросить — откуда он их знает?

— Это тоже будет неправильный вопрос, Евгорий… Но посмотрим… — Продолжая хитро на меня смотреть, Искра захрустела хлебцем. — Так фто выло дальфэ? Ты прямо так ввял и полеф под пули?

Пока Искра ждала ответ, продолжая хрустеть хлебцами и пытливо разглядывать меня сквозь пар из кружки, я припомнил чёрную сеть, покрывшую мою кожу от портала до кончиков пальцев… Ведь я и правда тогда не был похож сам на себя. И если при этом выглядел так, как думаю, то не удивительно, что люди Танто начали палить по мне почём зря…

— Дальше я… — Но стоит ли об этом рассказывать своей деловой партнёрше? Лучше сначала кое-что выяснить. — Хотя погоди… Слушай… Может это тоже неправильный вопрос. Но зачем тебе порталы?

— Это не неправильный вопрос, Евгорий! — Теперь улыбку девушки точно можно было назвать издевательской. — Это глупый вопрос!

И она снова захрустела хлебцем, очевидно, давая понять, что дальнейших объяснений давать не намерена.

— Ну блин… Я понимаю, что они наверняка дорогого стоят. Но ведь аристо их добывают где-то, ну… Как бы в белую, а не у вас. Значит, ты надеешься сбыть их кому-то ещё? — Заметив как Искра снова начала недовольно хмуриться, я поспешил внести ясность. — Мне пофиг, к кому они в итоге попадут. Мне интересно — зачем они тем, кто, ну… Тем, кто типа не благородных кровей. Разве их может использовать тот, кто не обладает особым даром?

— А ты точно в ликеуме учишься? — Вдобавок к нахмуренным бровям, девушка продолжила издевательски ухмыляться.

— Да я там без году неделю…

— Пф-ф-ф! — Несмотря на выразительное протяжное фырканье, было видно, что её разочарование притворное. — А я-то думала, что ты мне сам про них что-нибудь интересное расскажешь… Например, про то, куда ты всё-таки свой дел…

— Да я и сам толком не понимаю… Поэтому и хочу посмотреть, что там в этом пророчестве про меня сказано…

— Про тебя⁈ — А вот удивление на лице девушки точно было искренним.

— Ну или нет… Слушай… Я правда не могу тебе всего рассказать. Не только потому, что сам ещё толком не понял деталей. Просто… Это может навредить моему… — И я немедленно вспомнил, что так и не связался вчера с братом. — Ох, блин… А если я отсюда письмо отправлю, оно тоже будет как будто с территории ликеума, да?

— Пока трансфер подключен, да. — Удивление Искры сменилось азартным любопытством. — А ты умеешь заинтриговать, Евгорий… Хочешь ещё сделку?

— Какую?

— Информация за информацию! Ты перестаёшь темнить насчёт портала и того, зачем тебе пророчество. А я узнаю у Барса всё, что смогу про того лысого с военными имплантами. Тебе же это интересно?

— А тебе-то это зачем?

Девушка ненадолго задумалась, продолжая смотреть мне в глаза. И когда заговорила, то так и не отвела пристальный взгляд:

— Во-первых, я уже говорила, что люблю загадки. А во вторых… Я хочу знать, на что ты способен, Евгорий. Может, у меня к тебе будут ещё выгодные предложения… — Она, очевидно, заметила на моём лице признаки недоверия. И добавила чуть быстрее. — И я, конечно, люблю риск. Но кидать того, кто способен голыми руками обезвредить пятерых вооружённых наёмников как-то не хочется… Ты уж не сочти за лесть, красавчик… Но с такими людьми я предпочитаю иметь крепкие деловые отношения… Или ещё какие-нибудь…

Ну конечно. А ещё у меня есть доступ в одно из самых закрытых мест в Империи… Но я уже не раз слышал, что связи решают всё. Ведь «замкнутые одиночки редко добиваются успеха»…

И даже если ты хочешь через меня подсадить в ликеум какой-нибудь вирус или шпионский софт… Да плевать я хотел на этот приют. Лишь бы…

Дверь ванной комнаты вдруг открылась. И в проём просунулось лицо Кнопки:

— А можно я ещё раз душ приму?

— Душечка, тебе всё можно… — Промурлыкала Искра в ответ, резко изменившись в лице.

— Спасибо…

— Наслаждайся. — Хозяйка продолжала мило улыбаться. И стрельнула глазками на меня. — Я прослежу за тем, чтобы твой дружок тут всё не сожрал…

Дождавшись, когда дверь снова закроется и за ней зашумит вода, я кивнул в сторону ванной:

— Если от нашей сделки пострадает Кнопка…

— Вот щас обидно! — Искра тут же перестала улыбаться и возмущённо захлопала глазами. — Да я за Кнопочку сама тебе пасть порву!

Кажется, снова не притворяется… Ладно.

Я достал свой смарт. И действительно обнаружил в почте письмо с новой видеозаписью.

— Вот это мой брат. — Я на всякий случай прикрыл фронтальную камеру пальцем и развернул устройство экраном к Искре. — Он в заложниках.

На экране Тим-младший опять возился с конструктором. На этот раз он мастерил из него какую-то высокотехнологичную рогатку.

Девушка с любопытством понаблюдала за его работой. И пожала одним плечом:

— Что-то не похоже, что он в плену… — Её лукавый взгляд вновь присмотрелся к моему лицу. — Хотя на тебя похож, да…

— Тот, кто его удерживает, тоже хочет меня использовать. Но не предлагает сделок, как ты. А просто как будто берёт своё.

— Я догадываюсь, чьи это методы… — Заметив мой немой вопрос, Искра презрительно скривила носик. — Да от этого девайса за версту псиной несёт! Понятно теперь, что за гувернант там у тебя в ликеуме… — Девушка вновь стала серьёзной. — И вот что я тебе сразу скажу, Гор… Даже если ты сделаешь всё, что им нужно, возвращать людей к обычной жизни — не в их традициях.

— Это я и сам подозреваю. Поэтому и пытаюсь оказаться на шаг впереди. Что бы заодно сообразить, как мне из этих собачьих лап ускользнуть.

В это время мой брат закончил своё новое изобретение. И немедленно расстрелял из него гайками ряд мягких игрушек, выставленный рядом со снимающей его камерой. Последний снаряд, судя по всему, угодил прямо в объектив. И видеозапись оборвалась.

Искра тоже с улыбкой понаблюдала за этим упражнением:

— Я смотрю, он ещё и такой же вредный, как ты! — Она вновь вернула взгляд на меня. — А то, что этим псам нужно, как то связано с тем, как ты свой портал… Э-эм… Как ты там говорил? «Потратил»?

— Скорее всего.

— И в то же время ты толком не понимаешь, как именно эти штуки работают…

— Не совсем. Теперь знаю про Завесу и про энергию, которую аристо могут из-за неё добывать…

Судя по спокойной реакции девушки на эту информацию, для неё это тоже не было тайной. А вот на следующие мои слова она отреагировала куда активнее.

— И ещё знаю, что это очень не нравится тем, кто там обитает.

— Где⁈ — Искра наверняка понимала, что я имею в виду. Но явно не могла до конца поверить.

— За Завесой… — Я на всякий случай прислушался к собственным ощущениям. Нет. Только шум воды за дверью. И чуть слышное гудение системного блока на столе. — По ту сторону порталов.

— А там… — Девушка уже не сидела в кресле так свободно, как раньше. Подтянув к себе ноги, она насторожилась. — Там кто-то… Обитает?

— Я их только слышу… — Заметив, как Искра всё больше хмурится, я добавил уже быстрее. — Но если бы я просто слышал какие-то голоса в башке — то решил бы, что съехал с глузду. Но эти… Эти голоса не только говорят со мной. Именно с их помощью я и разметал тех людей в подворотне. И не только их.

Кажется, девушка боялась пошелохнуться. Потому что прекрасно видела, что я ничего не придумываю.

— Это… Это как?

— Похоже на то, что я могу не просто черпать силу из-за завесы. Я могу лишать этой силы других аристо. — Я подождал реакции, но Искра так и продолжала сидеть неподвижно с открытым ртом. — Только пока не знаю, навсегда или временно. Но портал при этом разрушается…

Пока я раздумывал о том, говорить ли и без того напуганной девушке о том, что при выходит из уничтоженного портала, она сама заговорила в полголоса:

— Евгорий… Ты… Ты же понимаешь, что это делает тебя не просто опасным человеком… — Искра продолжала сидеть без движения, сжавшись внутри кресла в комок. На её лице не было ни намёка на прежнюю весёлость и иронию. — Это делает тебя самым опасным человеком в Империи…

— Бдух-бдух-бдух! — Требовательный стук в уличную дверь заставил хозяйку убежища вздрогнуть.

Она тут же обернулась к компьютеру. И клацнув парой кнопок, вывела на экран изображение с уличной камеры…

Глава 14

Трансфер

— Знаешь его? — Искра чуть отодвинулась от экрана. И с него на меня уставился заспанный взгляд Димитра Кулебякина. Точнее, он каким-то образом сумел заглянуть в прямо объектив скрытой камеры, закреплённой где-то над входом в убежище. И даже слегка помахал рукой.

Но прежде чем я ответил, позади раздался голосок Кнопки:

— Ой… Дядя… — Должно быть она тоже услышала громкий стук. И поспешила выглянуть из ванной ещё до того, как оделась. Но тут же заскочила обратно, когда мы оглянулись. — Уай!

— Это он червя написал, да? — Искра смотрела на экран с каким-то странным выражением лица. Ей закономерно не нравилось то, что убежище оказалось так легко отыскать постороннему человеку. И от этого хозяйка досадливо хмурилась. Но с другой стороны, профессиональные навыки Технаря, видимо, вызывали глубокое уважение. И вместе с досадой на лице девушке отразилось что-то вроде зависти, когда она закусила нижнюю губу.

— Он.

— А ему подработка не нужна, не знаешь? — Смятение на лице Искры быстро уступило место привычному весёлому азарту.

— Не думаю. Но можешь сама спросить, если пустишь.

В это время за дверью ванной что-то громко стукнуло и покатилось по полу. Наверное, Кнопка в спешке опрокинула что-то из целой батареи пузырьков, стоявших там на полочке.

— Блин… Такого ближе чем на метр к своим компам лучше не подпускать…

— Я уверен, у него есть задачи поважнее, чем взлом твоей техники. — Заметив, как сузились глаза Искры, я поспешил добавить. — Просто он там у нас сейчас за двоих пашет. А тут ещё и Кнопка на целый день из графика выбыла.

Технарь, тем временем, огляделся. И, вернув вопросительный взгляд в объектив камеры, снова нетерпеливо заколотил в деревянную маскировку тяжёлой двери.

— Я уже сейчас!!! — Послышалось из-за двери ванной. И там снова что-то звонко упало.

— Да не торопись, лапушка… — Похоже, Искра всё-таки решила извлечь из ситуации максимум выгоды. — Мы тут пока с твоим дядей потолкуем немного…

И когда она снова клацнула парой клавиш, обе тяжёлые двери отъехали в сторону.

— Вот значит, где вы остановились… — Шагнув внутрь, Димитр остановился на пороге комнаты и оглядел её с каким-то пренебрежением в глазах. Словно старшеклассник, наблюдающий за вознёй детсадовцев в песочнице.

И остановил взгляд на мне:

— Познакомишь?

— Искра… — Я указал на девушку, которая разглядывала гостя с деланным высокомерием.

Но весёлое любопытство всё-таки пробило себе дорогу из-под этой маски:

— А вы… Тот самый Технарь из ликеума?

— Искра, значит… — Пробормотал гость, ответив девушке гораздо менее заинтересованным взглядом. — Этого мне ещё не хватало…

Но хозяйка убежища, не смотря на угрюмый ответ, продолжала расплываться в кокетливой улыбке:

— Может, пока чайку? — Не дожидаясь ответа, она выпрыгнула из кресла, мягко обняла меня, отодвигая с дороги. И, подскочив к кухонному уголку, тут же организовала ещё одну кружку с горячим напитком. — Прошу! — Так она не мурлыкала даже с Кнопкой. — Как я могу к вам обращаться, сударь?

— Технарь из ликеума… — Угрюмо проворчав ответ, Димитр всё-таки принял кружку из руки хозяйки. И стал хмуриться чуть меньше, когда почувствовал аромат заваренных.

Но снова сдвинул брови, когда покосился на ещё неубранную постель:

— А где Кноп… — Ещё один стук и испуганное ойканье из-за дверей ванной ответили на вопрос ещё до его завершения. — Понятно… — И Технарь тут же глянул на меня — Ты в курсе, что твоё лицо во всех розыскных базах?

В ожидании ответа Искра спрятала улыбку за своей кружкой. И перевела на меня заинтересованный взгляд.

— Мало ли в Ротенбурге пацанов, которые выглядят также. — Я постарался как можно более безмятежно пожать плечами.

— Прокурору расскажешь. — Технарь всё-таки поставил кружку на край компьютерного стола. — Собирайся. Поехали. А то твой опекун про тебя уже с утра пораньше интересуется… — Гость снова покосился на дверь ванной. — Спрашивает, не знаю ли я, как долго ты ещё намерен с моей племянницей связь налаживать…

— Всё, я готова! — Дверь ванной распахнулась и пропустила в комнату взволнованную Кнопку. На ходу она снова делала себе конский хвост на макушке. И только опустив голову, обнаружила, что молния её комбинезончика застёгнута далеко не до упора. — Ой…

Поспешно вжикнув молнией, девчонка смущённо побегала глазами по комнате. И, как обычно в таких ситуациях, густо покраснела.

— Послушайте, Технарь из ликеума… — Вновь замурлыкала Искра, подталкивая к нему кружку. — Пять минут вас не спасут. Всё равно сейчас везде пробки…

— А у меня с собой всегда есть штопор. — Технарь покосился на кружку. И дёрнув носом, когда ароматный парок вновь достиг его обоняния, всё-таки взял её обратно в руки. Но при этом снова уставил в меня строгий взгляд. — Вы тут всё время были? Кроме «Третьего Круга» нигде больше не светились?

Хозяйка убежища ответила раньше:

— Ни в коем случае, сударь! Кстати, позвольте выразить почтение! Такой красивый… — Состроив гостю глазки, Искра вновь обворожительно улыбнулась. — … код я в нашем подвальчике уже давно не видела…

— Так вот где я тебя… — Глянув на девушку, Технарь всё-таки слегка посветлел. — Кхм… Ну да…

— Так вы у нас тоже бывали? — Искра захлопала ресницами так, словно для неё это было неожиданностью. — Стало быть, круг ваших интересов не ограничен одной только госслужбой… — Повернувшись к Кнопке, Искра с заговорщицким видом шепнула ей так, будто кроме девчонки никто больше её не слышал. — Знаешь, душечка… Мне так нравятся разносторонне развитые мужчины…

Технарь немного смутился. Но, стараясь не подавать виду, снова нахмурился и обратился ко мне:

— Что у вас там случилось? Все новости о какой-то бандитской перестрелке рядом с клубом. — В ожидании ответа, он отхлебнул чай. И брови гостя при этом удивлённо подпрыгнули вверх.

— Да примерно это и случилось. — Я пытался сохранять беспечность. — Но Искра нас вытащила. Только я портал потратил.

— Потратил? — Непонимание на лице Технаря было искренним.

— Да… — Я махнул рукой. — Не знаешь, кстати, где другой достать можно?

— Это не ко мне. К Ректору. Кстати, он тоже уже второй день ждёт, пока ты выберешь себе предметы. Я бы на твоём месте не затягивал. К твоей персоне и так слишком много внимания.

— Это ты ещё про дуэль не в курсе… — Я отпил из своей кружки.

— Чего⁈ — Брови Технаря опять подпрыгнули. А Искра хихикнула.

— Это Гор за меня заступился… — Кнопка осторожно шагнула ближе ко мне. — Ещё вчера…

— Ох, молодёжь… — Насупившись, Димитр тоже утопил нос в кружке. Но лицо гостя опять немного смягчилось, когда он почувствовал вкус горячего напитка. — Ладно, поехали. — Он отставил кружку на стол. — Пока ты тут дуэлируешь и копишь проблемы с властями, некоторых из нас ждёт работа.

И под его выразительным взглядом Кнопка торопливо заозиралась в поисках своего рюкзачка.

— Держи, лапушка! — Искра вытащила рюкзак из-под стола. И, протягивая его девчонке, снова устремила на гостя кокетливый взгляд. — А вы заходите к нам в гости, Технарь или ликеума… Будем рады видеть в любое время…

— Угу… — Гость ещё раз окинул комнату хмурым взглядом. — Барсу привет.

— Передам непременно! — В ответ на нажатие клавиш, двери убежища вновь открылись. И не вставая из кресла, Искра отправила нам с девчонкой по воздушному поцелую. — Чмоки, ребятушки! Не скучайте!

На выходе утренний Ротенбург встретил традиционной морось и тучами. И, спасаясь от сырости, мы быстро обежали до указанного Технарём выхода из двора-колодца. С другой стороны узкой арки нас ждал беспилотник, похожий на тот, что доставил нас в город. Пикнув сигналкой, Димитр открыл нам заднюю дверь.

— Извини, что машину пришлось отдать… — Я подождал, пока Кнопка заберётся внутрь перовой. — По-другому в «Круг» было не войти.

— Да я уж понял… Но я бы на месте твоих зекистанцев не радовался. Целиком они его сбыть не смогут.

— Да им целиком и не надо. — Я быстро забрался следом за девчонкой.

А Технарь устроился на месте водителя и стартовал программу возврата.

Кнопка сидела рядом со мной, всё ещё немного смущаясь. Старалясь не отвечать на строгие взгляды дяди в зеркало заднего вида, она принялась рассматривать проносившиеся по эстакадой верхушки старых зданий исторического центра.

И я поспешил отвлечь строгого родственника:

— Слушай, Димитр… Раз уж ты немного в курсе дел «Круга»… Не знаешь, зачем таким, как Искра нужны порталы?

— Так вот на что ты его «потратил». — Руки Технаря были свободны от управления. И он изобразил кавычки движением пальцев, взглянув с укором через зеркало уже на меня.

— Да не, ты что! Просто ещё на входе даже Цербер сразу на него глаз положил. Зачем они так нужны тем, кто всё равно ими толком пользоваться не может?

— Чтоб перепродать тому, кто может. — Пожал плечами водитель.

— Но что-то я не слышал, чтобы аристо добывали свои порталы на чёрном рынке…

— Если бы ты меньше прогуливал занятия, то, возможно, знал бы ответ лучше меня.

— Ну вот и давай проведём время с пользой. — Я указал на путевой компьютер, прокладывающий маршрут в объезд пробок без нашего участия. — Всё равно делать нечего, пока едем.

— Я тебе не препод… — Проворчал Технарь.

Угрюмо помолчав несколько секунд, он вновь покосился на племянницу в зеркало:

— Вы сигары там не забыли?

— Ой, да! — Девчонка тут же забралась в рюкзак и выудила оттуда ароматные коробки. — Вот!

При этом на пол машины что-то брякнуло мне под ноги.

— Что уронила? — Технарь тоже услышал этот звук.

Я подобрал предмет, оказавшийся примитивным мобильником-раскладушкой. Такие устарели ещё до моего рождения. И было не похоже на то, чтобы такая древность входила в рабочую экипировку кибердевочки.

Тем более, что на переднюю панель аппарата был наклеен маленький стикер, сложенный пополам, с надписью «Евгорию». Послание на развороте, очевидно, тоже предназначалось мне: «#1 когда будешь готов, красавчик».

— Кажется, это моё…

— Кажется? — Димитр снова отвлёкся от изучения коробок.

В ответ я продемонстрировал устройство своим попутчикам:

— Для связи по рабочим вопросам.

— Я бы лучше выбросил… — Угрюмо проворчал водитель. — Но твоё, так твоё. В ликеуме ни к чему не подключай. Для твоего же блага.

— Для моего блага лучше перестань упрямиться. И расскажи про порталы.

Технарь снова насупился при ответном взгляде в зеркало. Но когда наш водитель достал из коробки свежую сигару и провёл ею у себя под носом, черты его лица всё-таки смягчились:

— Надо же… — Покосившись на племянницу, он приоткрыл своё окно. — Спасибо, Кноп.

— А? — Кнопка отвлеклась от разглядывания городского пейзажа. — А-а… Это всё Гор… Евгорий… Я только спросила, а он сам целых две выторговал! Мне бы, наверное, и на одну бы еле хватило…

— Евгорий, значит, выторговал… — Технарь отгрыз кончик сигары и выплюнул его в окно. — Ну спасибо, Евгорий…

— На здоровье. — Я улыбнулся в ответ. — Про порталы-то расскажешь?

Технарь с демонстративной неторопливостью порылся по карманам. И, достав бензиновую зажигалку, принялся также неторопливо раскуривать свою сигару.

— Короче слушай, княже… — Закончив с прикуриванием, водитель с наслаждением выдохнул первую порцию дыма в окно. — Черпать в порталах силу для себя могут действительно только люди благородных кровей… — Он тут же покосился на меня в зеркало. — Насколько я, конечно, знаю…

— Для себя? — Я заметил, что на этих словах он сделал акцент.

— Для себя. — Кивнул Технарь. — А не для себя из порталов можно черпать силу для изготовления амулетов. Полагаю, ты про них слышал. И даже уже использовал.

— Слышать — слышал. — Я, конечно, тут же припомнил свою неудачную дуэль. — Но не помню, чтобы использовал.

— Княгиня Волкова поделилась с тобой таким во время соревнований. — Димитр стряхнул пепел в отсек на дверной ручке.

— Да там же какая-то кровь была… Ну, в смысле… Её кровь.

— Амулет — это лишь название. Вовсе необязательно это какая-нибудь висюлька или брелок. Но в любом случае, это вещь, которая несёт на себе часть силы того или иного аристократического рода. — С этими словами Технарь вгляделся вперёд.

Когда я тоже заметил там приближение полицейского поста, водитель дотянулся до приборной панели. И степень тонировки окон быстро стала гораздо сильнее. Кажется, даже темнее, чем было позволено в дорожных правилах.

— И что? Если у простолюдина есть портал — он может сделать себе амулет и творить такие же фокусы, как аристо?

Когда мы проезжали мимо поста, упитанный краснолицый инспектор покосился на наши номера. И, прочитав их, не стал делать лишних движений жезлом, тут же перенеся внимание на соседние машины.

— Нет, конечно. — Технарь выдохнул дым в окно как раз в момент проезда мимо инспектора. — Использовать порталы для трансфера силы умеют только ворожеи и знахари. Да и без аристо у них тоже ничего не получится… Точнее, без их крови.

— Получается, кровь аристо должна быть такой же ценной, как и порталы?

Ироничный взгляд Технаря вновь глянул на меня из зеркала:

— Я надеюсь, ты не изобретаешь там новые бизнес-схемы? — Он выдохнул дым, слегка посмеиваясь. — Без порталов она бесполезна. А порталы бесполезны для простолюдина без крови.

— И без ворожей… А я-то думал — почему их всех не истребили ещё в древности…

Технарь вдруг закашлялся. И, разгоняя дым, торопливо просипел:

— Не все выводы нужно сразу озвучивать прилюдно… Кху-кху… Княже… — Он загасил сигару в пепельнице и вернулся к бортовому компьютеру.

— Спасибо за совет… И за лекцию.

— На здоровье… Кху-кху… — Постучав по экрану, водитель скорректировал маршрут. — Почти приехали…

Когда машина остановилась у входа в мастерскую, я заметил там кабалёнка, помогавшего Ульяне. Пацан озирался по сторонам и пританцовывал на месте, скучая от ожидания. И заметив, в машине Технаря, радостно заулыбался:

— Здласте, балин! — Едва водитель вышел наружу, паренёк сразу бросился к нему с каким-то свёртком. — Вот, вам балыня Ульяна пеледала!

— Угу. Скажи ей спасибо. — Технарь принял посылку и повернулся ко мне. — До встречи, княже. Комбез скинь у себя в комнате. Твоя форма уже там. — Глянув после этого на племянницу, он лишь коротко указал ей в сторону мастерской:

— Работы полно. Прощайся.

— До свидания, Евгорий… — Кнопка опять прятала взгляд в пол. — Если что — я всегда буду рада помочь…

— А я всегда буду рад попросить тебя о помощи. Спасибо. — Я дотронулся до её плеча. — Ещё раз прошу прощения, что не предупредил про машину…

— Да ладно… — Девчонка всё-таки коротко глянула мне в глаза и улыбнулась. — Я же понимаю.

И тут мы одновременно посмотрели в сторону — туда, где всё ещё стоял кабалёнок. Тот разглядывал нас, раскрыв рот от любопытства.

Я припомнил, как его называла Ульяна:

— Здравствуй, Ежик.

— Здласте балин! — Пацан тут же бесхитростно заулыбался.

— Ты сейчас обратно в медпункт?

— Ага!

— Тогда пойдём вместе.

— У тебя что-то болит? — Забеспокоилась Кнопка. — Это после вчерашнего?

— После вчерашнего как раз ничего не болит. — Я покосился на то, как снова начал хмуриться Технарь, поджидающий племянницу у входа. — Нужно проведать друга.

— А… Ну тогда хорошо… — Девчонка снова замялась на месте. И когда Димитр кашлянул, всё-таки дотянулась до моего рукава, подтянула к себе и быстренько чмокнула в щёку. — Пока…

Тут же спрятав взгляд, она прошмыгнула внутрь мастерской мимо насупленного дяди.

— Успехов в учёбе, княже. — Тот закрыл за собой дверь.

Пока мы с Ежиком шагали по парковым аллеям к главному корпусу, то навстречу нам попались лишь несколько местных трудяг в таких же комбинезонах, как у меня. Один подметал опавшую хвою, а другой подновлял краску на скамейке. И они поприветствовали нас лишь лёгкими кивками, очевидно, приняв меня за равного. И я ответил им тем же.

— Ежик, — завидев угол учебного корпуса, я указал на окна медпункта. — Как там Таисья?

— Балыня ещё спала, когда я ушёл. Но вчела не спала.

— А вставать ей Ульяна разрешает?

— Не-а. Вчела не разлешала. Она только лугалась очень. Но потом согласилась.

— А что-нибудь ещё говорила? Кроме ругательств.

— Говолила, что Ключнику голову отолвёт за такую охлану. А потом Пушкалю.

— Да ему и так уже чуть не оторвали…

— А? — Пацан, конечно же, не понял моей фразы.

— Да ничего. Пойдём быстрей. Пока она, ещё чего доброго, не сбежала.

Несколько незнакомых студентов, которые, видимо, пришли к началу занятий раньше всех, тусили у входа в главный корпус. Но никто из них даже глазом не повёл в нашу сторону. Похоже, что рабочая одежда здесь действует не хуже плаща невидимки. Нужно будет запомнить.

А вот человек у входа в медпункт меня точно узнал. И пока он растерянно оглядывался, словно в поисках путей к отступлению, я с улыбкой поприветствовал его первым:

— Здорова, Петрович!

— А ты чщево тут делаешчь? — Чернявый парень попятился, неловко пряча за спину небольшой букетик.

Глава 15

Тайный поклонник

— У меня вообще-то тот же вопрос… — Я присмотрелся к скромному, но достаточно свежему пучку каких-то ромашек в руках Фродрика. — Но если ты принёс эти цветочки своему жирному приятелю, то скажу сразу: ничего об этом знать не хочу.

— Ды… Я… Ды… — Смешение чувств на смуглом лице достигло нового уровня активности. Гнев, опаска и озадаченность сменяли друг друга со скоростью до нескольких раз в секунду. Сообразив, что букет не ускользнул от моего взгляда, парень всё-таки перестал его прятать. Но, глянув на закрытую дверь медицинского кабинета, опять убрал за спину.

Может быть, он принёс букет Ульяне? Поэтому и засмущался. Ведь даже ему это совсем не в уровень. Хоть сестричка и красотка, но всё-таки не из благородных. Как мне уже подсказали — в такой связи нет ничего предосудительного. Но вроде бы у барчуков не принято галантно ухаживать даже за ворожеями… Да ещё и за теми, кто, фактически, на них работает. Без году неделю…

Ладно, тогда исключим последнюю вероятность:

— Ежик? — Я привлёк внимание кабалёнка, который продолжал стоять рядом, снова разинув рот от любопытства.

— Ась?

— А кроме Таисьи и Потапа Ульяна сейчас ещё кого-нибудь лечит?

— Потапа? — Пацан озадаченно нахмурился.

— Ну такой… — Я немного раздвинул руки в стороны. — Большой…

— А-а… — Ассистент ворожеи тут же вспомнил пухлого пациента. И замотал головой. — Не! Балин вчера вечелом сам ушёл. Только хломал сильно!

Однако тот факт, что утренние цветы явно предназначались не Пятницкому, ещё больше смутил чернявого барчука. Ну тогда всё понятно…

— Тебе-то какая разница⁈ — Гнев парня снова быстро сменился на стеснение и обратно. — Чё ты пристал вообще⁈ Думаешчь, типа одного меня тут подловил, да⁈ Пока Потап тебе сам люлей навешчать не может⁈

К его чести нужно было заметить, что отступать он явно не собирался. Про таких упёртых ребят старый Ашмед обычно говорил, что «есть у него дущёк»…

— Успокойся, Петрович… — Я примиряюще поднял перед собой руки. И указал на букет. — Хочешь, я передам, если стесняешься?

— Ещчо чщего!

— Ну тогда просто отдай его Ежику. Он сообразительный. Сам скажет, от кого. — Я кивнул на пацанёнка. И тот тут же с готовность кивнул.

— Не… Не надо говорить… — Фродрик побегал глазами по коридору. И всё-таки сунул букетик в руки кабалёнка. — Вот. Отдай княгине. — И немедленно погрозил тому пальцем. — Не говори от кого, понял⁈

— Холошо, балин… То есть… Понял!

— Ну тога всё… Дай пройти, Шубский! — Шагнув мимо нас, смуглый парень слегка задел меня плечом. Но чуть сам не упал от такого агрессивного манёвра.

— Погоди, Фродрик… — Я помог ему устоять на ногах. — Постой, пожалуйста…

— Чщего? — Южанин поначалу напрягся. Но потом даже немного опешил от моей вежливости. И всё-таки задержался.

— А ты же из Бесаратии, да?

— Ну да…

— А ты, случайно, не владеешь марамуреш?

— Пф… — Фродрик нахмурился и презрительно дёрнул плечом. — Я ж не бабка какая-нибудь…

— А может у вас в имении кто-то на нём ещё говорит? Ну или хотя бы понимает?

— Может… Тебе-то чщо?

— Мне очень нужно кое-что с него перевести…

— Ну и найми кого-нибудь сам! Я тебе не вассал! — Парень ещё раз презрительно фыркнул, развернулся и всё-таки исчез за углом коридора. Полностью игнорируя мои оклики.

Что ж… Это всё равно лучше, чем ничего…

— Ладно, Ежик. Пойдём, проведаем княгиню. — Я подтолкнул открывшего рот пацана к входу в медицинский кабинет. И стукнул в дверь пару раз. — Можно?

— Гор! — Изнутри тут же послышался радостный голос Таисьи. — Это ты⁈

— Не вставай! — Резкий окрик Ульяны продолжился звуками какой-то возни. И медичка добавила уже спокойнее, после короткого вздоха. — Входите, пожалуйста, князь…

Внутри нас с кабалёнком тут же встретили два взгляда.

Горящие глаза княгини Волковой весело моргали со стороны койки. Высунув из-под одеяла босые ноги, она задрала их на изножье. И сияла на их фоне своей фирменной хищной улыбкой.

А ворожея глянула на меня будто бы с надеждой. Должно быть, строптивая пациентка уже успела помотать ей нервы.

В руках медички в это время жужжал электронный тонометр, трубки от которого шли к манжете на плече Таисьи.

— Ну вот… — Ульяна глянула на показания прибора. — Теперь надо заново мерять, а то повышенное получается…

— Да нормально у меня всё! — Шевеля пальцами ног, юная княгиня не сводила с меня приветливый взгляд. — Ты чего без меня-то на Пятницкого полез? Не мог подожать⁈

— Да как-то само собой получилось… На ход ноги… — Я вошёл внутрь.

— А-ха-ха-ха!!! — Видимо, Таисья припомнила характер травмы толстого барчука. — Всё равно молоток! Так ему и надо, вонючке!

— Так, ну-ка перестань дрыгаться! — Ульяна вдруг неожиданно резко прикрикнула на княгиню. — Я так никогда нормально ничего не измерю!

Вопреки моим ожиданиям, на лице юной волчицы не появилось и намёка на чванливый гнев:

— Да хорошо-хорошо, бабуля! — Вытянув руки вдоль тела, девчонка выпучила глаза и напряжённо замерла, борясь с улыбкой. — Всё! Спокойно лежу!

— А ноги⁈

— Грр! — Притворно рыкнув на целительницу, Таисья всё-таки опустила и спрятала стопы под одеяло.

Покачав головой с лёгким укором, ворожея поправила манжету тонометра, сбросила результаты и начала повторное измерение.

Но тут внутрь следом за мной протиснулся кабалёнок. И тут же радостно выставил вперёд букетик ромашек:

— А мне сказали цветы пеледать! — Глянув поочерёдно на хозяйку медпункта и на пациентку, пацанёнок вдруг опешил. — Только я забыл, кому… Балыне… А какой…

— Которая лечится… — Я тихонько подтолкнул пацана к койке.

— Ага! — Тот тут же подпрыгнул ближе и вручил цветы пациентке. — Вот!

— Что ещё надо сказать? — Ворожея тут же строго глянула на подопечного.

— Ой… Э-э-э… — Паренёк озадаченно почесал лохматый затылок. И тут же вновь радостно заулыбался, вновь протянув букет пациентке. — А! Вот, пожалуйста!

— Хм… Спасибо, Ежи… — Приняв подарок свободной от манжеты рукой, юная княгиня тут же принюхалась к цветам. И стрельнула в мою сторону глазками. — Это от кого же, интересно…

— Балин сказал не говолить! — С готовность отрапортовал пацанёнок. И тут же обернулся к хозяйке кабинета. — А балину Техналю я тоже всё отдал! Пожалуйста!

— Молодец, Ежик. — Ульяна тоже лукаво бросила взгляд на меня, а потом на Таисью. — Отдохни пока… Вон, съешь витаминку.

— Ага! — Паренёк сел за стол и тут же с головой ушёл в процесс аккуратной распаковки и вдумчивого поедания круглой аскорбинки с глюкозой.

— Ишь, какой скромный барин… — Кокетливый взгляд золотистых глаз продолжал смотреть в мою сторону над букетиком. — Интересно, откуда узнал, что мне ромашки нравятся…

— Боюсь, что немного разочарую… — Я присел на стол и покачал головой. — Но это не от меня.

— А от кого⁈ — Кокетство действительно мгновенно сменилось удивлённым разочарованием. И букет тут же чуть не отправился на пол.

— От тайного поклонника. Извини, я сам что-то не подумал… Тут такие дела…

— Ну спасибо, что хоть вообще пришёл! — Скривив губки, Таисья отвернулась и уставила недовольный взгляд в стену. — Дела у него… Деловой какой…

— Но я рад видеть, что тебе уже намного лучше.

— Рад он… — Девчонка продолжала ворчать, глядя в стену. — Радостный какой…

— А ещё вчера я вышел на след того бритоголового…

— Вышел он… Выходной как… Чего⁈ — Таисья чуть не подпрыгнула на кровати. И снова уставилась на меня, широко раскрыв глаза. — Это того, который под Тига косил⁈

— Угу…

— Так, ты опять⁈ — Ульяна вновь строго глянула на возбуждённую пациентку. Видимо показания прибора снова были искажены её реакцией на новости.

— Да ладно, нормально всё со мной! — Сорвав манжету с плеча, Таисья не глядя всучила её в руки ворожеи. — Ну и где этот гад прячется⁈

— Вчера видел в городе, с корешами. В центре. Сбежал. — Наблюдая за немым возмущением медички, я не стал уточнять, кто именно. — Но уже скоро узнаю о нём гораздо больше.

Таисья чуть привстала, опираясь на изголовье койки:

— А это он у меня портал спёр? Ты видел?

Я немного помедлил с ответом. В принципе, можно ведь и не врать. Просто сказать не всю правду…

— Нет, он тут ни при чём. Оба наших портала разрушились из-за тех, что говорят со мной за Завесой.

Когда Таисья перевела удивлённый взгляд на Ульяну, ворожея ответила ей лёгким кивком:

— Как я тебе и говорила…

— А… — Девчонка снова взглянула на меня с лёгкой тревогой. — А по этому поводу ты что-нибудь узнал? Был у Ректора?

— Вчера не успел. Но тоже скоро узнаю. Для этого мне нужно добыть новый портал. Это можно сделать как раз у Ректора, правильно?

— Ты опять с ними говорить собираешься, что ли⁈ — После этого вопроса от княгини, обе девушки уставились на меня с опаской.

— Не обязательно. Кстати… Вы, случайно, не знаете кого-нибудь, кто говорит на марамуреш?

— Это ещё чё такое? — Озадаченно нахмурилась пациентка.

— Значит, не знаете…

— Это старый язык Бесаратии? — Ульяна осторожно проявила бо́льшую осведомлённость.

— Ага… И ещё Трансваалии, вроде как… Короче, — я обратился к Таисье, — помнишь как бритоголовый говорил про какое-то пророчество?

— Ну да…

— Вот его текст я смогу достать только на этом языке. И, может быть, понять, как я с ним связан.

— О! Так этот дурачок Пе́трович же оттуда! — Воскликнула пациентка. — Спроси у него!

— Да я уже… — Я покосился на дверь. И тут же вернул взгляд обратно на девушек. Но, судя по тому, как вдруг сузились глаза княгини, спохватился слишком поздно.

— Погоди-ка… — Она тут же привлекла внимание кабалёнка. — Эй, Ежик!

— Ась?

— А тот, кто мне эти цветы передал… Он такой… Тёмненький был, да?

— Угу… — Бесхитростный паренёк, конечно же, не чувствовал подвоха. И с готовность подтверил подозрения барыни.

— И он ещё говорит так… Как бы немножко неправильно… Ну… Типа «чщто»… Или там… «девочшка», да?

— Угу! — Пацанёнок лишь искренне радовался тому, что знает правильные ответы.

— Угу-у… — Коварный прищур юной волчицы вернулся на меня. — Вот значит, что за «тайный поклонник» там у меня… То-то он мне вечно везде на глаза попадается…

— И возможно он всё-таки не такой уж и дурачок, как ты думаешь… — Ульяна таинственно улыбнулась. — Ведь, к примеру, в отличие от Евгория, он знает, какие цветы ты любишь…

— Да ну, подумаешь! — Поморщилась Таисья. — Всё время как придурок какой-то себя ведёт!

Но всё-таки при этом она покосилась на цветы.

И Ульяна снова тайком улыбнулась:

— Влюблённые мужчины часто ведут себя не вполне разумно…

— Пф! — Снова возмущённо фыркнула пациентка и, отвернувшись в стену, упрямо скрестила руки на груди. — Только этого мне ещё не хватало!

Теперь Ульяна коротко глянула на меня:

— Однако найти того, кто ещё знает марамуреш, действительно очень сложно…

Таисья медленно перевела прищур со стены на подругу:

— Ты на что это намекаешь⁈ — Подозрение тут же сменилось новым бурным возмущением. — Мне теперь что, с Фродом замутить, что ли, чтобы Гор себе переводчика нашёл⁈ Я вам что⁈ Экскортница, что ли какая-то⁈

— Правильно «эскортница»…

— Грр!!!

По гневным взглядом золотистых глаз ворожея даже немного съёжилась. И я поспешил вмешаться, прежде чем хрупкая женская дружба не дала слишком широкую трещину:

— Воу-воу! — Шагнул ближе к кровати, я в очередной раз поднял перед собой руки в примиряющем жесте. — Никто тебя так не называл…

— Ещё б ты меня так назвал!!!

— И никто не просит тебя с ним «мутить»…

— Ещё б ты меня попросил!!!

— Но на другом языке пророчество Ханги уже не найти… — Я замолчал, подождав реакции. И добавил, убедившись в том, что девчонка не бросится на меня с кулаками. — Как раз вчера я потратил почти весь день на поиски. И теперь знаю точно.

Таисья продолжала возмущённо сопеть, ещё плотнее сжав скреенные руки. Но теперь поглядывала на меня со стены и обратно.

И я осторожно продолжил, параллельно гадая, как далеко может зайти хвалёная лояльность Волковых:

— И это не только одна из зацепок, которые могут привести к тому лысому мордовороту, который притворялся твоим братом… Но ещё и единственный путь к тому, чтобы понять, что мне самому делать дальше. Как выручить уже своего… — Глянув на притихшую Ульяну, я мысленно махнул рукой на всякую секретность. — … мелкого.

Судя по тому, как девчонка всё-таки постепенно переставала хмуриться, преданность Волковых действительно была достойна легенд и сказаний. Постепенно расслабив плечи, юная княгиня, тем не менее, каким-то чудом сохраняла горделивый вид даже лёжа на больничной койке.

— Ну допустим… И что ты тогда предлагаешь? — Не дожидаясь ответа, Таисья тут же уставила на меня острый коготок. — Учти, я не собираюсь с ним как-то просто так на ровном месте заигрывать! Я вообще тогда буду как дура выглядеть! Ничего-ничего — и вдруг здрасте! Волкова клеится к Пе́тровичу! Да меня даже Тиг на смех поднимет!

— Не обязательно же сразу клеиться… — Робко заметила Ульяна. — Чтобы осчастливить влюблённого, иногда достаточно лишь ответить на его знаки внимания. — Под очередным испепеляющим взглядом подруги, ворожея тут же торопливо добавила. — Или хотя бы начать их замечать… Мужчины готовы свернуть горы, если это может заметить тот, кто им небезразличен…

Таисья всё-таки окончательно перестала дуться. И начала размышлять вслух:

— И что… Мне теперь Фроду надо будет строить глазки, когда он опять какие-нибудь цветочки притащит?

Ворожея пожала плечиком и мягко улыбнулась:

— Достаточно хотя бы просто искренне поблагодарить. Ведь тебе же на самом деле было приятно получить этот букетик… — Взгляд Ульяны коротко стрельнул в мою сторону. — Пусть даже и от тайного поклонника…

— Пф! — Глянув на цветы с пренебрежением, Таисья, тем не менее, продолжала держать их в руке. — Ну может быть… А когда он теперь ещё соберётся их подарить? Когда можно будет, как ты говоришь… замечать эти его знаки внимания? Он же вообще, наверное, ко мне подойти боится! Хотя то и дело рядом трётся… — Юная княгиня вновь немного скуксилась. — Да и не люблю я всякие эти ваши шуры-муры крутить… Он же тоже сразу поймёт, что всё не просто так! Хоть и тупица, конечно…

— Иная влюблённость туманит разум сильнее вина, дорогая моя… — Ворожея снова улыбнулась. И украдкой попереводила взгляд с девчонки на меня и обратно, пока Таисья этого не замечала.

— Ну в любом случае! — Пациентка продолжала упрямо кривить губы. — Может он теперь ещё неделю будет с духом собираться, чтобы хотя бы посмотреть в мою сторону? Или месяц! А? Чё тогда делать? — И вдруг снова подскочила на месте. — А давайте я ему просто люлей навешаю, а? Пусть только попробует отказаться помочь!

— Подожди-подожди! — Я поспешил вмешаться, пока боевитая княгиня окончательно не утвердилась в идее с «люлями». — Пусть это бует план «б». А сейчас я думаю, что смогу убить двух зайцев одним выстрелом…

— Кто про что, а Шубский вечно про охоту… — Проворчала Таисья. Но, похоже, тут же вспомнила, что на самом деле я не вовсе князь Приаральский. И озадаченно нахмурилась, глядя на меня. — Погоди… Ты о чём?

— Я о том, что мы не будем ждать, пока твой тайный поклонник решится на очередной широкий жест. И бить тоже не будем. Пока что… Сейчас мы сами дадим ему повод для подвига.

— Какого ещё подвига? — Теперь озадаченное выражение лица было у обеих девушек.

И я не мог не улыбнуться в ответ:

— Фродрик Петро́вич Пе́трович фактически защитит вашу честь, княгиня. А я, заодно, развяжусь с одним из своих долгов так, чтобы никто не ушёл обиженным…

Глава 16

Урок истории

Спустившись от медицинского кабинета на второй этаж, мы с Таисьей остановились у таблички с надписью «История (теория)». И я оглядел двустворчатый проход в одну из аудиторий учебного корпуса, рядом с этим указателем.

За солидным деревянным массивом слышалось неясное бормотание лектора и редкие щелчки проектора со слайдами. Странно… При таком уровне техники, который я уже успел увидеть, им до сих пор показывают слайды? Наверное, тоже что-то секретное, что нельзя доверять электронным носителям.

Может и прав Технарь — зря я на учёбу забиваю. Похоже, тут можно многое узнать про то, как на самом деле устроен мир…

— Так… Вроде здесь сейчас у него пара. — Юная княгиня достала свой планшет из широкого кармана на животе своей бордовой кенгурухи. И, глянув на экран, сверилась с табличкой. — История, ага… Фрод точно на неё ходит, я там его уже видела. — Она опять глянула на часы операционной системы. — Ещё четверть часа до конца. Может, успеем поесть? А то мне Ульянка с утра ничего кроме витаминов не давала.

— Драться я предпочитаю налегке. — И я тут же тоже немедленно почувствовал, как у урчит пустой желудок.

После сухарей Искры прошло уже больше трёх часов. И пока мы планировали, как именно сделаем из робкого бесаратского баронета героя дня, Ульяна действительно не могла предложить нам с Таисьей ничего, кроме полезных таблеток. На завтрак и обед, припасённые медичкой для себя для юного ассистента, мы с княгиней, конечно же, благородно претендовать не стали.

Поэтому сейчас и мне надо было как-то отвлечься от мыслей о еде.

Я указал на табличку у кабинета:

— А что значит «теория»? Есть ещё и практика по истории?

— Ну да. — Таисья на секунду отвлеклась от экрана планшета. И равнодушно пожав плечами, снова принялась листать там какие-то фото из локальной соцсети. На них местные аристократки хвастались то ногтями, то волосами, то своими оттопыренными задницами. И не смотря на то, что при взгляде на них лицо юной волчицы редко выражало что-то кроме ленивого презрения, она всё-таки не пропускала ни одного изображения. Иногда даже всматриваясь в ту или иную расфуфыренную фигуру дольше, чем пару секунд. Но каждый раз награждала фото самой низкой из возможных оценок.

— А это как вообще? Вот по физике я понимаю — там можно всякие опыты ставить… Или по химии, например. А как выглядит практика по истории?

Таисья снова с неохотой отвлеклась от просмотра фоток сокурсниц:

— Ну помнишь же, как мы среди человейников для нищебродов оказались? И как вообще тут всё на Хеловин выглядело?

Я оглядел окружающее пространство и ещё раз отметил, что внутреннее убранство учебного корпуса действительно разительно отличается от того, каким он предстало мне при первом знакомстве. Не смотря на то, что общее расположение окон, дверей, лестниц и коридоров было точно таким же, отделка не шла ни в какое сравнение с тем трухлявым и засиженным пауками убожеством.

Больше всего корпус напоминал какой-то музей, устроенный внутри одного из множества дворцов, которые императорская семья как бы пожертвовала народу. Когда сообразили, что жить в старинных особняках намного менее комфортно, чем в ультрасовременных и защищённых загородных резиденциях. И теперь этот самый народ имел возможность посетить бывшие императорские покои, оглядеть старинную мебель, лепнину и обивку стен, оценить коллекцию живописи и прочего бесполезного антиквариата типа древних квансонских ваз или пыльных античных статуй.

Правда, входной билет в эти музеи стоил дороже, чем наш с мелким недельный бюджет на пропитание. Поэтому посещали эти шикарные покои в основном всё те же аристо со своими фаворитами и фаворитками. Да ещё, может, состоятельные конторщики и коммерсы, желающие хоть как-то примазаться к родовитому сословию. И, скорее всего, даже если бы мы с братцем вдруг тоже решили шикануть и приобщиться к древним шедеврам, нас всё равно не пустили бы дальше гардероба.

Вот и здесь почти любое свободное пространство на роскошных обоях было занято каким-нибудь живописным холстом. А под ними — бюстом какой-то древней знаменитости или копией старинной скульптуры. Пол, ступени, перила, плинтуса и балясины, гигантские люстры на перекрёстках и современные лампы вдоль коридоров — от всего этого веяло роскошью, благородством и многозначными ценами. Однако, при всём при этом, автору интерьеров каким-то образом удалось удержаться от разнузданной цыганщины — точно так же, как и при оформлении резиденции Ректора или жилых кампусов.

— Нищебродов, говоришь… Помню, конечно… — Я пощупал нос на бюсте какого-то лысого мужика в лавровом венке. Полупрозрачный мрамор ожидаемо оказался холодным и твёрдым. Хотя работа скульптора была настолько тонкой, что казалось, нос сожмётся под моими пальцами как настоящий.

— Ну и вот! — Таисья вновь углубилась в изучение фотографий заклятых подруг.

— Что «ну и вот»?

— Ну блин, чего непонятно-то? Точно так же можно устроить почти любую сцену из прошлого. — Юная княгиня продолжала разговаривать со мной, не отвлекаясь от критического просмотра чужих задниц. — Ну и типа лично поучаствовать во всяких там исторических событиях… Сонька лучше меня в этом разбирается — хочешь потом у неё спроси.

— Сонька… Это София Длиннорукова? Твоя соседка? — Вспомнив предыдущее упоминание этого имени, я, в свою очередь, внимательнее присмотрелся к ушам лысого мужика в венке. Они тоже выглядели совсем как настоящие. Скульптор высек даже несколько волосков внутри полупрозрачных раковин.

— Угу, Длиннорукова. Это же их родовая фишка. — Девчонка задумчиво поставила ещё пару минусов под чьими-то шикарными улыбками. — Они умеют в прошлое заглядывать — чем больше сила — тем дальше. Поэтому всегда при дворе тусят. И у остальных в почёте. Кроме них никто гербовники не перепроверит на все сто, если вдруг что-то испортилось или было утрачено.

— И что, прямо вот так запросто можно даже… — В поисках примера я наткнулся на надпись под лысым бюстом. — Можно даже вот на этого Кая Улиса Квазара вживую посмотреть?

— Ну да…

— Офигеть… Это типа как машина времени, что ли⁈

— Да не-ет, ты чего! — Зубастая улыбочка сопровождалась ироничным покачиванием головы. — Длинноруковы просто как-то могут вытащить из прошлого что-то вроде… ну… Записанной картины… Только как бы в движении. И другим показать.

— Как кино?

— Ну да. Только теперь туда ещё че-то такое компьютерное добавили. И теперь можно не просто смотреть, а ещё и самому внутри этого побывать. Поговорить там, потрогать всякое… — Девчонка опять начала коситься на высокохудожественные фотки филейных частей других княгинь. — Но так же, как и в кино — всё это ни на что не повлияет. Ты же не по правде в прошлое отправляешься. Это Длинноруковы его сюда на время как бы притаскивают… Блин, ну спроси лучше у Соньки! — Отмахнувшись от меня, Таисья тут же влепила аристократическим задницам ещё несколько минусов.

Но я припомнил, как именно мы трогали моих соседей по району:

— Да нас же там чуть не замочили!

— Ну в кино же, когда в тебя с экрана стреляют, ты же не помираешь.

— То есть… То есть это всё совсем не по настоящему было?

— Ну а я тебе что говорю?

— Так вот почему на мне ни одного шрама… Сява же меня там ножом пырнул…

— Кто? — Девчонка вновь отвлеклась от планшета и нахмурилась.

— Да, в смысле… Один из этих нищебродов… Сявка поганая… — Я поспешил сменить тему, чтобы не закапываться дальше в левых отмазках. И, побегав глазами вокруг, вновь остановил их на табличке под лысым бюстом. — А вот этот Квазар — он чем был знаменит? Какой-нибудь великий князь?

— Ты, похоже, и правда как Шубский — тоже в лесу вырос… — Таисья перестала хмуриться и опять состроила снисходительную улыбочку.

— Типа того… Ну так а что он такого великого совершил? Завоевал кого-нибудь, как обычно? Или вот такие венки лучше всех заплетал?

— Пха-ха-ха-ха!!! — Юная княгиня залилась искренним хохотом. Лектор за дверями кабинета даже ненадолго замолк. — Да это же предок всех императорских родов! Ты чего, правда не знал?

— Ну всего не упомнишь… И что — прямо всех?

— Ну может не всех… Но это именно он две тысячи лет назад первый портал за Завесу открыл. И к нашему императорскому роду эта сила тоже от него передавалась. И ещё он, говорят, мог делать кучу дел одновременно. Типа там, читать, приказывать чего-нибудь, спортом заниматься…

— Погоди… То есть… Сила императорского рода в том, что они могут создавать порталы?

— Ну да. Открывать, а не создавать. Это ты тоже не знал?

— Просто забыл… — На этот раз отвлекать подозрения юной княгини я не спешил. Потому что все мысли вернулись к словам Искры о том, что я, оказывается, самый опасный человек в Империи. — И что… Кроме императора больше никто этого не умеет?

— Ну ещё наследники, наверное. Если их научат, конечно. А то вон, как Ермол — только мухами и научился к своим годам командовать. А его отец с дядьями фермами управляют такими — что до горизонта длиной… Вот ведь коровы, а!

Судя по всему, последняя фраза Таисьи относилась не к родовой силе четы Мясоедовых. А к групповому фото каких-то девчонок в ликеумной спортивной форме, сделанному на фоне входа в учебный корпус. И я не стал дальше отвлекать юную княгиню от изучения этого пафосного фотоотчёта и проставления под ними отрицательных оценок.

Тем более, что мне и самому надо было давно сделать похожий отчёт. Всё равно ещё есть время до конца занятия.

Оставив подругу в стороне, я встал рядом с лысым бюстом и направил на себя камеру смарта так, чтобы и Император Квазар тоже попал в кадр:

— Привет, мелкий! Угадай, с кем я здесь. Это, чтоб ты знал, сам Кай Улис Квазар. Он знаменит тем, что умеет делать несколько вещей одновременно — читать, разговаривать, в качалку ходить, да ещё и умер, к тому же. Аж две тыщи лет назад, прикинь!

Таисья с улыбкой покосилась в мою сторону. И беззвучно спросила одними губами:

— Брат?

Я кивнул ей в ответ и продолжил записывать видеопослание:

— Короче, братан… За меня не переживай. Я тут как с делами развяжусь — так сразу к тебе. Только пока не знаю, когда именно… Но скоро! А ты пока ешь всё, что дают. Только смотри не разнеси там всё, пока меня нет. Собери из конструктора нормальную мишень для рогатки, нефиг чужое портить. Приеду — проверю!

Девчонка украдкой наблюдала за записью, продолжая улыбаться. И даже забыла про чужие фотки.

Я покосился на часы под камерой и закончил послание:

— Так… Сейчас мне пора, но завтра ещё напишу. Может, поточнее время узнаю… — Я чуть подвинул объектив к скульптуре. — Квазар тут тоже говорит «покеда»! И при этом наверняка ещё что-нибудь жрёт… Всё пока, пока мелкий! Не скучай!

Я выключил запись и наткнулся на весёлый взгляд Таисьи.

— Мы с Тигом тоже всё время игрушки ломали. Всегда было интересно, чего у них там вн…

Но резкий звонок, разлетевшийся вдоль высоких потолков, не дал ей договорить.

— Так, всё… — Я подтвердил отправку письма с видеофайлом и спрятал мобилку. — Приготовься!

Девчонка тоже запихнула планшет обратно в карман и юркнула следом за мной за угол коридора, неподалёку от входа в кабинет истории.

Через несколько секунд широкие двери открылись. И в коридор не спеша начали выходить студенты и студентки. Один за другим, воспитанники ликеума поворачивали от выхода в разные стороны. Кто-то торопился, зажав подмышкой пачку рабочих тетрадей или такой же планшет, как у меня с Таисьей. Кто-то, напротив, неспешно вышагивал парой, держа друг дружку под ручку. И ведя куртуазные беседы. Не иначе как о каком-нибудь таком же лысом Квазаре.

И вот в дверях появилось знакомое смуглое лицо. Задумавшись над чем-то, Фродрик Петрович слегка ссутулился. И рассеяно побрёл по коридору в другую сторону от нашего укрытия, ни с кем не разговаривая.

— Поехали! — Я слегка толкнул девчонку к выходу из-за угла.

И она тут же выскочила в проход, тут же выставив в мою сторону острый коготок:

— Ну и вали к своим шлюхам, козёл!

— Да сама вали, козлина! — Я тоже шагнул в проход, когда все обернулись на крик Таисьи.

— Гадина… — Юная княгиня сжала кулачки, скривила дрожащие губы и, и гневно выдохнула. — Кобель!

Я состроил презрительно лицо и медленно отвернулся от неё, цедя сквозь зубы:

— Да уж кто бы говорил…

Громкость моего голоса была на минимуме. Но в тишине, повисшей коридоре, эти слова наверняка слышал каждый. В том числе и замерший на месте Фродрик. До этого он с удивлением наблюдал за разгневанной княгиней. А теперь перевёл кипящий гневом взгляд на меня…

Таисья, тем временем, очень натурально всхлипнула:

— Козёл… — И, кажется, даже умудрилась пустить слезу. По крайней мере, сделала вид, что вытирает глаз.

Спрятав взгляд от всех, она сгорбилась, быстро развернулась и зашагала прочь от меня в обратную сторону — как раз туда, где всё ещё стоял баронет Бесаратии.

— Лесовик трухлявый… Сволочь подзаборная… Ой! — Уткнув взгляд в пол, юная княгиня, конечно же, не заметила Фродрика на своём пути. И врезалась лбом прямо в его плечо, тут же подняв на него мокрые глаза. — Чего тебе фрод⁈

Я чуть замедлил своё пафосное отступление, изо всех сил прислушиваясь к его реакции.

— Прошчу прошчения, Тай… Таисья… — Замямлил чернявый барчук. И, судя по звуку, шагнул в сторону.

— Вот все вы такие! — Девчонка снова громко всхлипнула. И тут же затопала дальше по коридору.

Ну давай же, кавалер… Что ж ты за тряпка-то… Неужели так всё и оставишь⁈

— Эй, Шчубский!

Да!

Я остановился и постарался развернуться как можно менее торопливо:

— Да? — Мой полный презрения взгляд теперь смотрел в смуглое лицо немного растерявшегося паренька. И я сделал вид, что не сразу его узнал. — А-а-а… Это ты, секундант. Что? Всё-таки хочешь подменить своего жирного дружка?

— Я… Я… — Фродрик снова немного опешил под всеобщим вниманием.

Но тут ему на помощь пришла Таисья.

Девчонка остановилась, снова выразительно шмыгнула и оглянулась, посмотрев на паренька взглядом, полным робкой надежды.

— Я… Я… — Фродрик снова похлопал глазами. Но вдруг шагнул в мою сторону и сжал кулаки. — Я надеру тебе задницу, подонок! Здесь и сейчщас! Защчищчайся!

Более нелепой боевой стойки я ещё не видел. Драться этот нескладный малый, похоже, совсем не умел. Либо это был какой-то уж слишком экзотичный стиль…

Ладно… По плану его позор будет длиться совсем недолго…

— Ну давай… — Шагая вперёд, я хрустнул шеей и размял плечи. — Если не ссышь…

Столпившиеся вдоль коридора студенты восхищённо загудели. И тут же подались от нас назад, прижимаясь к стенам. Любопытные взгляды парней и девушек бегали от меня к противнику и обратно. И иногда косились в сторону Таисьи. Которая всё ещё иногда шмыгала, тоже с любопытством наблюдая за началом поединка.

— Н-на! — Размашистый удар вылетел в сторону моего носа.

Но я заметил его ещё в момент замаха. И легко ушёл в сторону, тут же слегка ткнув Фродрика кулаком в рёбра на противоходе.

Тот хрюкнул от неожиданности и отступил. Но довольно быстро опомнился и немедленно продолжил отчаянную атаку, молотя пустоту вокруг моего корпуса.

Даже того дворового бокса, которому я учился с тех пор, как остался один, мне вполне хватало, чтобы не поймать ни один из этих неуклюжих тычков. Пару раз смуглый баронет лишь слегка задел меня за одежду. Умудрившись при этом поцарапать свой кулак о застёжку комбинезона.

— Сволочщь… — Слегка запыхавшись, противник всё-таки немного притормозил. — Она самая лучшчая! А ты — сволочщь!

— Может, ты просто сдашься, а? — Я продолжал смотреть на него с лёгким пренебрежением. — Хватит позориться…

— Никогда!!! — Теперь вперёд вылетела нога Фродрика.

И на этот раз он чуть сам не упал, потеряв равновесие после очередного промаха. Но от позорного падения парня спас бюст Кая Улиса Квазара. Когда баронет одной рукой схватился за воздух, а второй — за длинный нос древнего правителя, то, всё-таки, устоял на ногах.

А вот Квазару повезло гораздо меньше — покачнувшись от хватки Фродрика, лысый Улис зашатался и через миг опрокинулся с высокого постамента на дорогой паркет. С грохотом разлетевшись на несколько неровных кусочков.

— Судари, извольте прекратить!!! — Сразу после грохота по коридору прокатился знакомый властный баритон.

Ректор шагнул в коридор из кабинета истории и, гневно сверкнув на нас с Фродриком пенсне, остановил взгляд на мраморных осколках:

— Это… Это неслыханно…

Глаза руководителя ликеума снова обожгли нас с противником по очереди:

— Фродрик Петрович… Евгорий Всеславович… — Его угрюмый тон явно не предвещал ничего хорошего. — Судари… Потрудитесь хотя бы честно признаться в том, что первый учинил сие безобразие. Кто посмел начать поединок в этих стенах?

Смуглый парень открыл было рот. Но ещё раньше я шагнул вперёд, слегка раскидав осколки ногой:

— Это был я.

Глава 17

Управление гневом

По дороге к своей резиденции руководитель ликеума не проронил ни слова после моего признания. Лишь приказал следовать за ним. Что я и сделал, под десятками взглядов других студентов. Очень разными взглядами. Заинтересованными и равнодушными, весёлыми и тревожными.

Таисья продолжала придерживаться плана. И лишь ещё раз очень натурально шмыгнула. А Фродрик растерянно пялился нам с Ректором в след. Пару раз он всё-таки дёрнулся. Но, видимо, штрафные санкции за такой проступок были слишком опасны для его будущей аристократической карьеры. И он не стал мешать мне брать всю вину на себя.

К счастью, именно такой исход я и планировал. Теперь ты мне должен. И только попробуй смалодушничать и отказать, когда я потребую вернуть должок. Ведь Тая будет рядом. А ты только-только показал себя перед ней настоящим мужчиной…

Главное теперь как-то по-быстрому отделаться от нравоучений, получить замену портала и поскорее вернуться к воплощению своего главного плана.

Однако, когда в сопровождении хмурого Ректора я дошёл до его резиденции, тот оставил меня в одиночестве. Точнее, когда я снова сидел на том самом диване, на котором в первый раз смог заглянуть за Завесу, в комнате присутствовал всё тот же чопорный дворецкий. Но его разговорчивость была равна разговорчивости того же дивана. Он не отвечал ни на вопрос об имени, ни на мой интерес о том, что предпримет, в случае если я сейчас попытаюсь свалить. Этот странный тип даже не ни разу на меня не взглянул с тех пор, как Ректор вышел в одну из дверей, ведущих во внутренние покои резиденции.

Тишину комнаты нарушал лишь шум ветра в кронах садовых деревьев, едва долетавший снаружи. И где-то вдали сквозь этот шелест послышалось слабое эхо…

— Мы можем помочь уничтожить его… — Словно ветер доносил до меня обрывки далёких криков — Так же легко… Как и твоих предыдущих… Противников…

Судя по тому, что на лице халдея по-прежнему не дрогнул ни один мускул, эти слова слышал лишь я.

— Ты можешь делать то, что хочешь, Низложитель…

Ага. Знаю я эту песню. Не получается прямо мне приказывать, теперь делаете вид, что ваши желания — это мои?

Нет уж, ребята. Мои желания — это мои желания. И я действительно буду делать то, что хочу. Я хочу, а не вы. И превращать этого мужика в мумию я сейчас точно не желаю. Он просто делает свою работу. Хоть, на мой вкус, и весьма паршивую.

— Упрямец…

Тем и живу. А с вами я ещё разберусь. Вот узнаю, что там эта Ханга про меня напророчила. Посмотрим, как вы тогда запоёте. А то все вокруг в последнее время думают, что умнее меня, как посмотрю…

На эти мысли голоса не ответили. Лишь ветер издал какой-то прерывистый свист, похожий на смех осипшего курильщика.

Когда я уже окончательно заскучал и хотел помахать у дворецкого перед глазами рукой, чтобы убедиться в том, что он вообще человек, а не какой-нибудь робот в режиме ожидания, входная дверь дома всё-таки ещё раз открылась. И пропустила внутрь знакомую атлетичную фигуру в чёрном пальто.

— Надо же… — Ромул будто бы был удивлён тому, что видит меня во плоти. — Ты опять оправдал мои ожидания, приятель… — Он шагнул вперёд и, удобно устроившись в высоком кресле напротив меня, кивнул дворецкому. — Вы свободны.

Сказал бы я, кто тебе на самом деле приятель, чёрный… Но пока лучше подожду, что ты ещё захочешь сболтнуть, пока я молчу. Не зря же твои киношные коллеги всегда предупреждают жуликов о том, что всё сказанное может быть использовано против них.

Молчаливый халдей, тем временем, сдержанно поклонился нам двоим. И, сохраняя идеальную осанку, вышел в дверь, ведущую куда-то под лестницу.

Ромул, в свою очередь, забросил ногу на ногу, откинулся на спинку и на несколько секунд испытующе заглянул мне в глаза. И когда я ответил лишь вопросительным подъёмом бровей, опричник отвлёкся на свои руки, принявшись стаскивать тесные перчатки.

— Скажи Гор… — Он словно спрашивал не меня, а свои руки. — Где ты был вчера с полудня и до трёх часов дня?

— Скажи, что пил души своих врагов!!! — Неожиданно ветер снова принёс далёкий хоровой шёпот.

Но, судя по тому, что опричник не шевельнулся, эти голоса снова услышал только я.

Спокойно… Не до вас сейчас…

Уже то, какой именно период интересует этого пса, говорит о том, что он и сам прекрасно знает, где я был. Или хотя бы догадывается.

Но когда попадаешь в околоток или каталажку, то, прежде чем рыпаться и дерзить, нужно сначала аккуратно определить границы дозволенного. У каждого держиморды они разные. Молодой и ретивый полицай может наподдать тебе по рёбрам за каждый лишний чих. А какой-нибудь пожилой служака, которому через неделю на пенсию, скорее всего вообще не захочет о тебя лишний раз руки марать, хоть ты песни ори на весь участок. Но бывает и наоборот…

— Если я не отвечу, отрежешь моему брату палец?

— Что-то подобное грозило ему лишь в том случае, если бы ты сейчас был не в ликеуме, а… — Стянув одну перчатку, Ромул уложил её на подлокотник и принялся за вторую. — А там, где ты был вчера с полудня и до трёх… Так где же ты был, Гор?

— Уничтожал таких воров, как ты!!! — Злоба в шелестящем хоре ощутимо нарастала. Но он был всё так же неслышим для всех, кроме меня.

— Я тебе уже говорил по телефону.

— Чинил планшет с Ивой Кулебякиной? — Опричник всё-таки коротко глянул на меня обратно, прежде чем стащить оставшуюся перчатку. — А если я у неё спрошу — она это подтвердит?

Вот, значит, по каким именно рёбрам ты мне лупить собрался…

— Ты можешь вырвать ему не только рёбра! С нашей помощью ты можешь раздавить его сердце!

Я нахмурился и потряс головой, отгоняя это злобное шипение. К счастью, этот жест пришёлся в тему к моему ответу:

— Конечно не подтвердит. Я запретил Кнопке рассказывать о нашей связи.

— Вот как? — Ромул глянул на меня с лёгким удивлением. — А зачем? Я же говорил, для молодого аристо нет ничего зазорного в небольшом приключении такого характера. Скорее наоборот…

— Так у меня тут не одно… э-э-э… приключение такого характера.

Опричник слегка улыбнулся:

— А говорят, что с княгиней Волковой вы в ссоре… Разве не по этой причине?

— Нет, не по этой. Да и я бы не назвал это ссорой. Так… — Я пожал плечом. — Бабские загоны. Пройдёт.

— Тем не менее… — Ромул чуть наклонился вперёд и пристально посмотрел мне в глаза. — Я точно знаю, что на территории ликеума ты в этот период не был.

— Его знания могут стать твоими! Его сила может стать твоей! Лишь позволь нам забрать то, что он украл… Что они все украли…

Я снова потряс головой. И вместе с этим постарался изобразить недоумение.

Как он может это знать наверняка… Я выезжал в чужой одежде, в тонированной машине… Даже если на моей форме где-то сидит жучок типа того, который прилепили на Кпопку джиппонцы — она не покидала пределов ликеума… Смарт? Чёрт… а ведь правда… Если Искра тогда озаботилась геолокацией, значит аппарат мог и до того транслировать во вне своё местоположение. По крайней мере до того, как я уничтожил аккумулятор…

Ладно… Пока не видишь перед собой улик — отрицай до последнего. И старайся не врать, когда на тебя вот так смотрят.

— Да знай что хочешь. — Я ещё раз покачал головой и дёрнул плечами. — В это время я был с Кнопкой.

— А ты умеешь врать, Гор… — Тёмные глаза продолжали сверлить меня насквозь. — Это может тебе ещё не раз пригодиться… Но проблема в том, что просто врать иногда недостаточно. Твой пропуск выпустил тебя из главных ворот почти ровно в полдень. Не знаю, как ты попал обратно… Но после полудня тебя здесь не было.

Пропуск? Точно… Технарь же говорил, что он привязан к планшету…

К планшету, но не ко мне!

Я устало вздохнул и снова покачал головой:

— Так я ж говорил. У меня с утра планшет заглючило. Я отдал его в ремонт. Ну и там… Познакомился я с Ивой… — Помахав руками в воздухе, я изобразил нежелание давать подробности о характере знакомства. — Не знаю, что там с ним делали и куда таскали без меня… Но, кстати, пока так и не починили. Технарь же щас вроде как за двоих работает. Не успевает, наверное.

Глаза опричника чуть сузились, пока он выслушивал это объяснение. И в паузе он открыл было рот:

— А…

— А кстати, ещё и поэтому я до сих пор не могу себе предметы выбрать! — Я немедленно его перебил, состроив недовольную мину. — Это если ты собираешься меня ещё и за это отчитывать.

— Да-а-а… Разозлись как следует… Это тебе поможет! — Похоже, мои невидимые подсказчики приняли моё деланное раздражение за чистую монету. Ну, значит, и опричник поверит.

Ромул помолчал, продолжая внимательно смотреть мне в глаза. И, наконец, тихо заговорил, откинувшись обратно на спинку и сложив руки домиком:

— Нет, отчитывать я тебя не собираюсь. Хотя ученик из тебя, конечно, отнюдь не прилежный…

— Для тебя это сюрприз?

Опричник проигнорировал колкость и продолжил говорить в том же рассудительном тоне:

— Второй день прогуливаешь учёбу… Заводишь интрижки — как с благородной девицей, так и с простолюдинкой… Грубо нарушаешь устав уже на третий день пребывания… Да ещё и имущество портишь…

— Надеюсь, я разблокировал какое-то достижение?

Ромул всё-таки снова слегка улыбнулся:

— Можно и так сказать… Пока что ты демонстрируешь почти все те качества, которые я надеялся увидеть… Кстати, хорошо, что ты отправил послание своему брату. Он уже начинал слишком сильно переживать…

— Ещё одну камеру вам сломал?

Опричник продолжал улыбаться. Но проигнорировал мой вопрос:

— Я только одного не пойму… Зачем ты взял вину на себя?

У вас-то, поди, такое не принято, да? Сри на нижнего, подставь ближнего — вот ваши золотые правила, да, чёрный?

— Да-а-а… Ведь ты ненавидишь их так же, как и мы… Сожри его силу… Уничтожь его власть, Низложитель!!!

Но ответил я снова с равнодушным пожиманием плеч:

— Да просто жалко его стало.

Не буду же я тебе рассказывать про перевод с марамуреш…

— А вот это не совсем то качество, которое я хотел бы в тебе наблюдать… Великодушие — благодетель для настоящего аристо, не спорю. Но жалость к ещё не поверженному противнику — смертельно опасна…

— Вот именно! Забери у него то, что принадлежит нам. Забери у него своё! Он твой враг!

Моя рука, лежащая на подлокотнике дивана, вдруг резко дёрнулась против моего желания. И это движение тут же привлекло внимание Ромула.

— Он прав! Нечего его жалеть! Нельзя жалеть воров!!!

И я тут же почувствовал острую необходимость напрячь мышцы груди и бицепсы — словно под ними зачесались кости. И унять этот зуд можно было только резким движением.

— С тобой всё в порядке? — Опричник нахмурился, когда я снова дёрнулся против своей воли.

— С ним всё хорошо… — Голоса шипели всё громче. — С тобой сейчас будет плохо…

И вдруг я обнаружил, что только что сам прошипел эти слова в унисон с хором в собственной голове.

— Что… — Ромул успел вскочить за миг до того, как мои руки попытались вкогтиться в его шею.

Он перехватил мои запястья в пальце от белого воротника. И в тёмный глазах тут же вспыхнули знакомые демонические огоньки.

— Сдохни, вор!!! — Я прошипел одновременно с тем, как с силой боднуть противника лбом в переносицу.

Но тот опять успел уйти от удара, свалившись обратно в кресло. Потянув меня за руки, Ромул ушёл в сторону. И обратным движением вывернул мои запястья так, что они чуть хрустнули.

— Х-э-э-э-!!! — Шипение из моего рта сопроводило отчаянный пинок коленом в живот опричника. Но тот успел подставить под удар локти и ещё сильнее заломил мне руки.

— Сопротивляйся, Гор!!! — Ромул заорал мне прямо в ухо, оказавшееся рядом с его лицом. — Борись!!!

— Зачем… — Я тоже хотел орать от боли, но вместо этого продолжал шипеть не своим голосом. — Зачем мешать неизбежному…

И, оттолкнувшись ногой от подлокотника, вдруг сам не понял как именно, но оказался по другую сторону от кресла и от противника. И пока он растерянно оборачивался, я двинул его локтем в затылок.

Рухнув на чайный столик между диваном и креслом, опричник тут же откатился по нему в сторону. И удар моей ноги лишь проломил в дыру в лакированной поверхности.

Обратно получилось вылезти не сразу — нога застряла. И пока противник принимал вертикальное положение, пришлось потратить драгоценные секунды на то, чтобы разорвать столешницу руками.

— Забери у него то, что принадлежит нам! — Я прохрипел, отбрасывая обломки в стороны. — То, что твоё по праву!!!

— Нет, Гор! — Опричник отступил и покачал головой, неотрывно глядя на меня своими пламенеющими зрачками. — Ты сильнее этих тварей! Сопротивляйся!

— Забери! — Продолжая хрипеть, я поднял перед собой руки. Правая выглядела как обычно. А левая будто бы превратилась в кусок раскалённого металла. — Утоли свою ненависть! Задуши этого червя!!!

— Борись… Тим! — Впервые за наш разговор Ромул назвал меня настоящим именем. — Твоя воля сильнее!

Воля… Что ты знаешь о воле, пёс… Вся твоя жизнь — лишь подчинение чужим приказам…

— Да-а-а-а…

Но и я не собираюсь следовать чьей-то указке!

— Не-е-е-ет…

Вот так вы хотите мне помочь? Сделать меня своей игрушкой? Куклой с чужой рукой в заднице? Чем вы тогда отличаетесь от этого огнеглазого служаки?

Ну уж нет…

Кости снова невыносимо зачесались изнутри. Я должен сделать движение, чтобы унять этот противный зуд, до которого не достать руками — хоть сдери себе шкуру…

— Вот, что такое настоящая жажда… И ты знаешь, как её утолить…

Ромул отступил ещё на шаг, наблюдая за тем, как я дёрнулся. И продолжил наблюдать широко открытыми глазами, как я схватился раскалённой ладонью за воротник.

Зуд… Какой же невыносимый зуд… И чтобы его унять — нужно лишь пошевелиться. Сделать движение в правильную сторону. И вырвать чужое сердце…

Раскалённая рука дёрнулась — метя в сторону противника. Но я лишь сильнее сжал огненный кулак, чувствуя, как тот прожигает меня насквозь…

— Упрямец…

Ещё одни судороги. Ещё… Сильнее сжимаю кулак и не пускаю руку к горлу противника… Ведь это не моё желание…

— Ладно… Мы подождём… Мы найдём другой выход…

И зуд тут же пропал.

Разжав кулак, я обнаружил, что левая рука снова выглядит так же, как правая. И хотя кожа на груди была нетронута, в рабочем комбинезоне осталась неровная чёрная дыра с оплавленой по краям синтетикой.

И ещё через миг я почувствовал острую боль в растянутых сухожилиях на запястьях:

— Ух, ё… — Опустившись на диван, я скорчился от боли. И теперь не мог пошевелить ни одним пальцем.

— Судари? — Из двери под лестницей вдруг просунулся знакомый дворецкий. — Я могу предложить вам свою помощь?

— Нет… — Отмахнулся от него Ромул, шагнув ближе ко мне. Но тут же всё-таки коротко оглянулся. — Хотя… Вызовите медика!

— Слушаюсь… — Халдей мгновенно исчез обратно за дверью.

— Как видишь, Тим, твой дар может легко стать твоим проклятьем. — Видимо, убедившись в том, что я не собираюсь снова его душить или вырывать сердце, опричник устало опустился обратно в кресло. — Тебе нужно научиться лучше контролировать то… Тех… — Ромул на секунду запнулся. И огоньки в его глазах быстро погасли. — Тебе нужно лучше контролировать свои эмоции. И это одно из тех необходимых качеств, которые я пока в тебе не наблюдаю…

Я много чего хотел высказать ему в ответ. Но сейчас ещё больше я желал найти такое положение рук, при котором не хотелось лезть на стенку от боли… Надеюсь, Ульяна умеет такое лечить… И этот халдей вызовет её прямо сейчас…

Опричник вновь поймал мой взгляд. И покачал головой, видимо, оценив гримасу боли на моём лице:

— Поэтому пока что я запретил Ректору выдавать тебе новые порталы взамен утраченных. И твоей зубастой подружке, на всякий случай, тоже…

Глава 18

Домашний арест

В дверь стукнули два раза. Но не успел я ответить, как она тут же распахнулась, пропуская внутрь лохматую сероволосую голову:

— Ну и чего вы тут? Голые сидите⁈ — Улыбаясь до ушей, Таисья быстренько осмотрела моё жилище. И, вытянув шею, напоследок заглянула ещё и в санузел. — Ты один, что ли?

— Угу. Заходи.

Юркнув внутрь, девчонка тут же запрыгнула на кровать с ногами — приземлившись на неё так резко, что меня чуть не подкинуло матрасом до потолка.

— И долго тебе теперь взаперти сидеть? — Задавая вопрос, юная княгиня с любопытством осматривала стены и потолок комнаты, чуть покачиваясь на пружинах. И, не дожидаясь ответа, начала комментировать увиденное. — Скучновато тут у вас… Так и знала, что у Сатоши ни одного постера. А ещё говорят, что джиппонцы все извращенцы! Да даже ульянкин кабинет в сто раз интересней! Там хоть про первую помощь есть всякие плакатики… Про дыхание рот в рот…

Я подождал, пока она высказала все соображения по поводу скромного интерьера комнаты. И только тогда ответил:

— Мне настоятельно рекомендовано не покидать комнату, пока не составлю себе расписание. — Я повертел планшетом в своих руках. — И пока его не утвердит Ректор.

— Помочь? — Девчонка придвинулась ближе, схватила меня за ногу и бесцеремонно заглянула в экран. — На первом курсе ничего сложного вроде… Физру сразу бери, если есть!

Но я отложил планшет его в сторону:

— Потом… Как там Фрод?

— Да дурачок он, всё-таки…Я когда подошла и спасибо ему сказала — он чуть опять не упал! — Таисья снова сверкнула острыми зубками, продолжая держать меня за коленку.

— А ещё?

— Ну как вы с Ульянкой и говорили — сразу начал что-то мямлить про то, что, типа, не стоит благодарностей, если что — так он всегда и везде, и вообще, и всё такое…

Продолжая с любопытством блуждать взглядом по комнате, девчонка остановилась на прожжённом комбинезоне, который я уже успел скинуть на стул, а сам переоделся в бордовую спортивную форму:

— Фига себе! Это кто тебя так⁈

— Это я сам себя…

— В смысле⁈

— Да не важно… Важно то, что портал мне теперь просто так не выдадут. Не считая этого домашнего ареста, конечно.

— Как так⁈ Ты же его не сам потерял! Пушкарь же подтвердил!

— Да вот как раз потому, что не сам — потому и не выдадут. — Я тоже глянул на обугленную дыру на груди висящего комбинезона. — Опасно. И это ещё не все плохие новости.

Девчонка нахмурилась:

— Что ещё?

— Тебе новый тоже пока не выдадут…

— Чего⁈ — Таисья подпрыгнула, вновь расшатав пружины матраса и меня. А острые коготки вонзились в мою коленку уже намного чувствительней.

— Ай.

— У… Сорьки… — Юная волчица покосилась вниз и ослабила хватку. Но не отпустила ногу, а наоборот, придвинулась ещё ближе. — Погоди… То есть… Ну как это так-то, а⁈ Я-то тут при чём⁈

— Тоже считают, что опасно. Раз эта тварь, которая оттуда вылезла и тебя чуть не… Не знаю даже, как сказать. Если бы не Пушкарь… — Я не стал вдаваться в подробности уничтожения существа из-за Завесы. — Но и это ещё не все плохие новости…

— Тебя кроме ареста ещё как-то накажут? — Девчонка придвинулась совсем вплотную, положив свою голую коленку на мою. — Не исключат же?

— Не…

Дверь комнату вдруг открылась, пропуская внутрь моего соседа. Закрыв за собой, Сатоши развернулся и только тогда заметил нас с девчонкой.

— Привет, Танто! — Ухмыльнулась Таисья и помахала джиппонцу ручкой. — Эта, как её… Каничива!

Тот смерил нас своим обычным равнодушно-высокомерным взглядом. И, лишь коротко кивнув в ответ, шагнул к своему столу.

Интересно, он вообще в курсе, что люди из его клана меня вчера преследовали? Уж больно спокоен… Хотя этот парень, похоже, всегда спокоен — что бы ни произошло.

Присев на стул, сосед добавил стопку тетрадей к остальным книгам и бумагам, аккуратно уложенным на его рабочем месте. И, вытащив из этой кипы планшет, тут же углубился в изучение какого-то мелкого текста на горящем экране. Словно забыв о нашем присутствии.

— А мы тебе не мешаем? — Таисья продолжала нагло улыбаться, глядя в сторону парня.

Джиппонец лишь коротко покачал головой, продолжая неотрывно смотреть в экран.

— А так? — Девчонка закинула на мои колени вторую ногу. И, вдобавок, обняла, положив голову на плечо.

Сатоши всё-таки медленно скосил глаза в нашу сторону. Затем коротко вздохнул, поднялся и, взяв с собой планшет, зашёл в ванную. Как только за ним закрылась дверь, оттуда сразу послышалось шипение воды из крана.

— Ну так что ещё за новости⁈ — Таисья тут же жарко дыхнула мне в ухо и слегка потрясла за плечи. — Чего тебе ещё сделают-то?

— Да в плане наказаний вроде больше ничего… — Я помедлил, почувствовав, как она прижалась ещё сильнее. — На первый раз типа обошлось.

— Ну а что тогда?

— Без портала я не получу текст пророчества.

— И что? Получается, вся эта фигня с Фродом типа зря была? — Таисья снова нахмурилась. — А про лысого тебе тоже тогда не скажут — кто он и чего он?

— Нет, про лысого я уже договорился, это дело времени. Но пророчество — моя единственная зацепка к тому… — Я покосился на то, как руки княгини переехали с плеч мне на талию, позволив ей прижаться ещё теснее. — К тому, как вытащить брата из… Из лап чёрных…

— Ух, злобесово племя… — Девчонка поморщилась и слегка царапнула меня коготками по спине. — И чего ж теперь делать?

— А у Тига портал остался? Он же скоро приедет?

— Ага! Сегодня! Третье число же! — Вспомнив про возвращение брата, Таисья снова заулыбалась. Но почти сразу опять сникла, положив подбородок мне на плечо. — Только у него перед отъездом портал забрали. Как раз год же прошёл с прошлого Хеловина, когда Тиг его выиграл…

— А ещё где-нибудь их можно… Ну… Позаимствовать? Или у кого-нибудь…

— А тебе он вообще надолго нужен?

— Да как бы… Навсегда…

— Погоди… — Глаза девчонки прищурились. — Так это ты его кому-то насовсем отдать хочешь, что ли?

— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое…

— Да ни фига себе «плохое»! — Княгиня ошарашено захлопала глазами. — Это ж… Я даже не знаю, с чем сравнить… Почти как взять и титул какой-то черни просто так передать!

— Ну вот теперь можешь представить, как на самом деле непросто найти это самое пророчество. И заодно прикинуть — зачем же его так от всех прячут.

— Хм… — Таисья задумчиво выпятила губу. И ненадолго освободила меня от объятий, почесав свой лохматый затылок. — Ну наверное… Блин. Не знаю. Фиг бы я свой портал кому-то насовсем отдала… А, кстати, кому это ты его обещал? Кто-то из местных?

— Нет. Старые связи… — Я поспешил вернуть прежнюю тему. — Так что? Можно его где-то тут достать, кроме как у Ректора? Мы же не единственные, кому их выдали за всё время?

— В смысле «достать»? — Кажется, девчонка действительно не понимала, о чём я.

— Ну… Так, чтобы никто не заметил…

— Да ты что! — Золотистые глаза снова округлились. — Тебя за такое уже не в комнату под арест посадят! А вообще в тюрьму!

— Да я тут с вами и так, как в тюрьме…

После моего ответа, Таисья снова резко нахмурилась:

— Да? — Обидчиво поджав губки, она тут же разжала объятья. И, обняв собственные коленки, чуть отсела, отвернулась и насупилась. — Ну и пожалуйста…

Этого мне ещё не хватало… Но, пожалуй, и правда зря я так. Всё-таки она действительно хочет мне помочь.

— Тай?

Под угрюмое сопение, золотистые глаза лишь коротко стрельнули в мою сторону. И вновь вернули взгляд в стену напротив.

— Тай. Я же не о тебе. Да и не о себе на самом деле… — Я заметил, как девчонка снова украдкой покосилась на меня. Но продолжила упрямо дуться. — Я же о брате беспокоюсь. Он-то совсем ничего сейчас сделать не может. У него кроме меня никого нет.

Теперь Таисья взглянула на меня с куда большим интересом:

— Вы что с ним — сироты?

Я тут же прикусил язык.

Но, как выяснилось, мысль о том, что рядом с ней может сидеть нищий простолюдин, по-прежнему не находила места в сознании юной княгини. И она лишь заинтересованно придвинулась обратно:

— Чёрные род истребили? А из-за чего? Измена?

— Я не могу об этом говорить. Извини…

— Да ладно… — Ладонь Таисьи вернулась на мою коленку и слегка по ней похлопала. — Это ты извини. Я знаю, что иногда слишком вредничаю. Просто забыла совсем про твоего брата… — Схватившись за свой подбородок, она наморщила лоб и углубилась в раздумья. — Ох, что же делать-то…

Но лишь немного поблуждав глазами по комнате, девчонка опять встрепенулась. И присмотрелась к столу Сатоши:

— Погоди-ка… Видишь вон там, за книжками?

В указанном месте я тоже быстро заметил край покрытой бархатом бордовой коробочки. Между тетрадями, которые мой сосед только что принёс с собой, определённо лежал футляр для портала.

— Вижу…

— Он же ботан! — Таисья немного потянулась к столу, словно принюхиваясь. — За прошлый год больше всех баллов набрал. Вот ему, наверное, и вручили типа премию за успеваемость…

— Ну не будем же мы у него прямо из-под носа… Ну… — Я указал на дверь ванной комнаты. — Выйдет же в любой момент.

— А я знаю, как сделать так, чтобы он пока не выходил. — На лице девчонки мигом образовалась широкая улыбка. И золотистые глаза хищно сверкнули.

Я думал, что она сейчас бросится строить у двери какую-то баррикаду. И уже прикидывал, как бы поделикатней пригасить внезапный воровской азарт юной княгини. Как вдруг она принялась раскачиваться на кровати, заставив пружины ритмично поскрипывать:

— О-ох… О-о-ох… — Продолжая улыбаться и скрипеть пружинами, девчонка резко и шумно вдохнула и опять принялась сладострастно постанывать. — О-о-х… Да, Гор… Да… Ещё… Ещё…

— Да перестань…

— Чего перестань! — Горящий шёпот лишь на миг прервал вздохи и охи. — О-ох… Давай хотя бы посмотри… Ох… Ещё… Там портал или нет⁈ О-о-ох, Гор… Ещё… Да… О-о-х…

— Кхм…

— Ну давай, не тупи! — Следующий за торопливым шёпотом стон прозвучал особенно громко. — О-о-о-о!!! Да ты просто зверь!!!

Кажется, шум воды за дверью тоже усилился. И тогда я всё-таки спрыгнул с кровати, раскачивающейся от энергичных движений девчонки. А пока аккуратно приподнимал крышку футляра в месте с лежащими сверху тетрадями, Таисья схватилась за спинку и принялась елозить по матрасу ещё быстрее:

— Да… Да… Да! Да! Давай! Ещё! Ещё!!! — Теперь койка даже немного билась о стену спинкой. — Ещё Гор, ещё!!! Ох! Ох!!!

Заметив сквозь щель блеск хрусталя и желтоватый отсвет подвижной спирали, я тут же показал девчонке большой палец.

— Да! Да! О, ДА-А-А-А-А-А!!! — Таисья ещё несколько раз энергично тряханула кровать, постепенно замедляя темп движений. И в завершение своего искромётного представления рухнула на матрас в притворном изнеможении. — О, да-а-а-а…

Вода в ванной вдруг перестала шуметь. И едва я успел забраться обратно в койку, как дверь открылась.

— … м-р-р-р… — Ласково урча, девчонка тут же снова заключила меня в объятья, закинув ногу на колени. Но сквозь полуприкрытые ресницы внимательно следила за действиями джиппонца.

Тот вёл себя так, словно был в комнате один. Не оборачиваясь, он снова присел за стол, поставил перед собой планшет и быстро перелистнул на нём пару страниц текста. Но вдруг замер с протянутым к экрану пальцем. И чуть заметно повернул голову в сторону стопки тетрадей.

И теперь я тоже заметил, что на небольшой участок ворсинок на бордовом бархате сейчас лежит поперёк остальных. И теперь не отражает свет от окна, а наоборот, создаёт тёмное пятнышко.

— Ч-чёрт… — Я плавно столкнул с себя ногу Таисьи и начал приподниматься, держась изголовье.

В то время как мой сосед медленно поднялся со стула. И, придерживая его за спинку, так же неторопливо повернулся к нам лицом.

Его узкие глаза по-прежнему не выражали ничего, кроме немного надменного высокомерия. Внимательно оглядев нас с девчонкой в течении нескольких секунд, Сатоши лишь вопросительно приподнял одну бровь.

— Кстати, по поводу дуэли… — Я ещё немного отодвинул Таисью от себя. И почувствовал, как она тоже вся напряглась, словно перед прыжком. — Фрод всё-таки решил не откладывать дело на потом. Секундант мне больше не нужен… Ещё раз благодарю… Как и говорил, с меня причитается…

Продолжая смотреть в нашу сторону, Сатоши медленно вытянул футляр с порталом из-под кипы тетрадей. И так же неторопливо открыл коробочку. Выложив кристалл на край стола, он аккуратно сунул её обратно.

— Тогада делай то… — Быстрые и отрывистые фразы звучали чуть слышно. — Сото долзэно…

Тут же отвернувшись, джиппонец потянул на себя дверь и сразу вышел в коридор. Как только собачка замка щёлкнула, в тишине мы услышали лишь удаляющиеся шаги.

Таисья медленно расслабилась. И перевела на меня удивлённый взгляд:

— Это он щас по-русски сказал?

— Похоже… — Я присмотрелся к кристаллу на столе. Да, это определённо самый настоящий портал. Спираль медленно крутилась внутри него сама по себе, как и во всех остальных, что я видел.

— Тогда давай! Быстрее делай… «То сото долзэно»! — Девчонка немедленно улыбнулась до ушей. — Пока он не передумал!

Я дотянулся до ящика своего стола и достал оттуда раскладушку Искры.

— Привет, красавчик! — Её весёлый голос ответил уже после первого гудка. — Уже всё достал?

— Угу…

— Тогда через полтора часа будь возле ваших главных ворот. Тебе там кое-что привезут… И не забудь оплату! Чмоки!

И прежде чем я успел что-то ответить, в трубке прозвучал сигнал отбоя.

— Старые связи? — Таисья покосилась на допотопный аппарат с ироничной ухмылочкой.

— За полтора часа можно успеть разобраться с расписанием? — Я припрятал раскладушку в карман спортивной формы.

— Да щас за десять минут управимся! — Кивнув на мой планшет, девчонка вновь прижалась ко мне и закинула ногу. — Давай сюда!

После того, как я зашёл в ликеумную сеть с планшета, юная княгиня быстренько нашла нужную страницу и вывела на экран список доступных для моего аккаунта предметов:

— Так, чего тут у тебя… Во, физра есть! Берём! — Она тут же отметила галочкой пункт «Физическая культура», рядом с которым была указана ещё и цифра десять.

— А это что значит? — Я указал на цифру.

— Это итоговые баллы за прохождение курса. В первый год надо минимум сотню набрать. Так что бери с запасом.

Я хотел было опять поворчать о том, что не собираюсь задерживаться здесь так долго. Но, вспомнив реакцию девчонки, лишь углубился вместе с ней в дальнейшее изучение списка предметов.

— Так, чего тут ещё у тебя… — Коготок Таисьи медленно пополз вниз по списку. — Русский… Это можешь взять, там легко. Ты ж его и так знаешь… Тэ-экс… Литература… Это тоже можно. Просто книжки читать надо и рассказывать про них потом, что понял. Сочинения всякие там писать… Скучно, но не сложно, если не совсем дурак.

— Угу… — Я отметил указанные пункты. — А что такое виристика?

— Это обязательно бери. Там с энергией учат обращаться.

— И порталы выдают?

— Не, только амулеты на время занятия. Бери по-любому, не думай!

— Хорошо… — После отметки напротив «Виристики» получалось уже сорок баллов. — Биология, химия, физика, математика, астрономия, информатика… А почему за них всего по пять баллов?

— Да нафиг они нужны… — Таисья скривилась и пожала плечами. Ты что, химиком, что ли, после ликеума работать хочешь? Или с компами задротствовать?

Припомнив слова Ромула о том, что настоящий аристо должен уметь не работать, а властвовать, я пока пропустил эти пункты.

— Так… А вот за географию и иностранный уже по восемь…

— Ну так это полезно! Надо же знать, что вокруг твоих имений творится. И чего там про тебя соседи говорят.

— Психология, менеджмент и риторика — аж опять по десять… И даже за хореографию?

Таисья снова с ухмылкой указала на карман со старым складным аппаратом:

— Без этого только такие связи, как у тебя завести получится! Хотя не люблю я все эти танцульки, конечно… — Она чуть поёрзала, устраиваясь поудобней. — Вечно какой-нибудь ботан прижаться норовит…

— Тогда остаётся ещё четырнадцать балов…

— Во, ОБЖ бери! — Не дожидаясь реакции, девчонка снова сама ткнула в соответствующий пункт и прибавила к моему счёту ещё десяток баллов. — Правда не знаю, кто там сейчас без Пушкаря его вести будет… Но, надеюсь, его быстро починят.

— А про что там? Ну, кроме ядов…

— Да про всё, что тебя убить может! Ну или других… — Таисья ответила с хищной улыбкой на лице. И вернулась к списку курсов. — Так… Ещё четыре… Всё-таки придётся что-то скучное брать…

— А вот за историю тоже восемь дают. Там разве скучно?

— Ну смотря про что… Про войны интересно. Но как начнут про всякие там хозяйства и промышленность нудеть — так хоть помирай! Но хочешь — бери. Вон с Фродом там заодно может пересечёшься. И как раз с запасом баллов будет.

Быстренько отметив кроме истории ещё и информатику, я подтвердил выбор и отправил получившийся список на утверждение.

Таисья проследила за моими действиями и кивнула:

— Ну всё. В течение часа должно подтверждение прийти. — Она подняла взгляд от экрана, лукаво улыбнулась и царапнула меня коготком по плечу. — Ну и чем пока что займёмся, м-м?

И тут в дверь энергично постучали:

— Тай, ты тут? — Хрипловатый, но звонкий голос был мне знаком…

А юная княгиня тут же подскочила, как ужаленная:

— Тиг!!!

Глава 19

С волками жить — по волчьи выть

— В-вав!!! — Юная волчица напрыгнула на своего братца, как только открыла дверь. И не успел тот отшатнуться — Таисья немедленно впилась ему зубами в ухо. — Р-р-р!

Мускулистый парень резко крутанулся на месте так, что ноги юной княгини взлетели вверх. Но она тут же обхватила его крепкими бёдрами обратно и продолжила с рычанием трепать несчастное ухо.

— Ай! — Тиг ещё раз попытался оторвать сестру от себя руками. Но в итоге просто выпрямился и, уставив кулаки в пояс, обречённо закатил глаза в потолок. — Ну всё-всё! Сдаюсь!

— Ага! — Отпустив ухо, девчонка спрыгнула на пол и победно вскинула руки. Но тут же снова набросилась на брата, задушив того в объятьях. — Ух, как я соскучилась!

— Уф-ф… — Тиг слегка покраснел от удушья. Но мужественно вытерпел и это сестринское обожание.

Пока Таисья вновь не оторвалась от брата, я успел подумать, что Тим-младший наверняка встречал бы меня похожим образом. Только, может, сначала полез бы обниматься.А уже потом попробовал бы исподтишка пробить с левой в печень — из-за того, что я слишком долго отсутствовал.

Совсем, ведь, как обычные люди…

— А ты чего так рано? — Девчонка быстро оглядела брата с головы до ног. — Случилось что?

— Так это ты мне расскажи… — Брат, в свою очередь, чуть отклонился и заглянул в комнату над её плечом. Встретившись со мной взглядом, он тут же сузил такие же золотистые глаза, как у сестры. — Что у вас тут такое случилось, что тебя даже в больничку положили… — Он вернул взгляд на девчонку. — Хотя смотрю, тебе уже лучше. Зря отец переживал, наверное…

— Да как будто в первый раз, ёлы-палы! Вечно он по пустякам волнуется. Хуже матери! — Таисья, наконец, заметила, как её брат уже во второй раз косится в мою сторону. И тоже оглянулась. — А это Гор Шубский. Это с ним мы всех на Хеловин размотали!

— Шубский, значит… — На лице молодого волка пока не было такой же радости, как на мордашке сестры. Он внимательно оглядел меня, комнату и остановил взгляд на смятой постели. — Вроде у нас какая-то прабабка была из них…

— Евгория. Моя тёзка. — Припомнив историю из гербовника, я встал с кровати и шагнул вперёд, протянув ладонь первым. — Но можно просто Гор.

Токие ноздри сероволосого парня слегка дёрнулись. Без тени улыбки, он глянул на мою руку, потом опять пристально посмотрел в глаза.

Но всё-таки протянул руку в ответ:

— Тигон. Но можно просто Тиг. — Рукопожатие молодого волка было предсказуемо крепким. Но без пальцеломной агрессии. И в его золотистых глазах тут же проскочила знакомая весёлая искорка. — Ты, говорят, ещё и того бандюка прогнал, который тут мной притворялся?

Я пожал плечами и, отступив в комнату, присел на стол:

— Скорее Пушкарь прогнал. Да и Таисья его ещё больше погрызла. Я так… Уворачивался, в основном.

— Ды-ы-а-а! — Девчонка с гордостью задрала нос и запрыгнула на стол рядом со мной, принявшись болтать ногами. — Я ему чуть руку не откусила!

— Я так и думал… — Тиг прошёл в комнату и, затворив за собой дверь, заглянул в ванную. — Тут больше никого?

— Не-а. А чего там у нас-то такое случилось, что тебя перед самым праздником выдернули?

— Мурмурские приезжали. Помнишь их? — От входа в ванную взгляд молодого волка вновь скользнул мятому покрывалу.

— Ну да, помню… Что, без тебя их прям никак не принять было?

— Отец просил Агатону про ликеум рассказать… — Глаза Тига остановились на крае стола — там, где лежал портал Сатоши.

— Агатику? Да он же вот такой! — Таисья опустила ладонь ниже столешницы.

— Так это когда было. Он уже выше тебя вымахал. Через год сюда поступать хочет.

— Ха! Круто! Мы тогда точно всех рвать будем!

— Он ещё не умеет оборачиваться… — Парень продолжал с любопытством рассматривать блестящий кристалл.

— Научится, делов-то!

— И ещё… — Юный волк потёр укушенное ухо. И, взглянув сестре в глаза, чуть отшагнул назад к двери. — Отец хочет тебя ему сосватать.

— Чи-и-и-во-о-о⁈ — Ноги девчонки тут же перестали весело болтаться.

— А то, говорит, совсем распустишься…

— А меня он сначала спросить не хочет⁈

— Хочет. Агатон ещё недельку у нас в имении поживёт. И отец ждёт, что ты на седьмое ноября приедешь.

— Ну что это за подстава, а⁈ — Возмущённый взгляд Таисьи повернулся ко мне, словно в поисках поддержки. — Вот вечно так! Фиг я тогда приеду! И вообще мне некогда!

— Тогда они Агатона сами сюда привезут. — Тиг продолжал почёсывать укушенное ухо. И тоже покосился на меня с улыбкой. — Типа на экскурсию. С Ректором уже согласовали, если что.

— И чего мне тут с ним нянчиться, что ли теперь⁈

— Да он, вообще-то, чемпион Поморья по боксу.

— Ой, тоже мне достижение! Кого он там победил? Стадо оленей?

— Стадо, не стадо… — Парень продолжил скептически оглядывать мою фигуру. И, убрав руку от уха, потёр свою квадратную челюсть. — Но удар крепкий. Волковский…

— Да и фиг с ним! — Отмахнулась Таисья и недовольно отгородилась от будущих проблем скрещенными на груди руками. — Не до него сейчас…

— Ну как знаешь, моё дело предупредить… — Тиг, наконец-то, кивнул на портал. — Ваш выигрыш?

— Наш уничтожила тварь из-за Завесы! — Заметив немедленное замешательство на лице брата, княгиня вытаращила глаза и закивала. — Ага! Видишь, что творится! А ты тут со своим Агатиком!

— Тварь… Из-за Завесы? — Тиг побегал удивлёнными глазами с сестры на меня и обратно.

И та толкнула меня локтем в бок:

— Расскажешь?

После этого предложения мы с Тигом ещё раз взаимно оценили друг друга внимательными взглядами. Что ж… Ещё один Волков в союзниках мне точно не повредит. Если только не решит по итогу наоборот — защитить сестру от меня и моих приключений. И, может быть, срочно отправить её домой, не дожидаясь зимних каникул…

Но как только я открыл рот, в дверь снова постучали.

— Кто там? — Недовольно огрызнулась Таисья.

— Барину обед принести велено! — Я узнал голос пацана с кухни.

— О, класс! — Тиг, наконец-то перестал на меня подозрительно щуриться и оскалил такие же острые клыки, как у сестры. — А то я уже не есть, я уже жрать хочу!

Пустив суетливого Прошку внутрь, я забрал у него поднос, уставленный целой батареей посуды с первым, вторым и десертом. И прежде, чем тот хотел бежать обратно, сунул ему в руки десертный пирожок:

— Подкрепись по дороге. А потом принеси ещё столько же. Скажи, что для Тигона Тигоновича. — Подняв взгляд обратно на молодого волка, в его золотистых глазах я увидел уже не просто улыбку, а даже некоторый проблеск уважения.

«Мало что объединяет людей в настоящее братство так же надёжно, как преломление хлебов за одним столом…»

Вот и проверим.

Пока Тигон с аппетитом уписывал сытный обед, а Таисья то и дело таскала куски с моего подноса, я коротко поведал ему историю своих злоключений. Конечно, не выходя за рамки той версии, которая уже была знакома его сестре.

Во время моего рассказа юный волк ни разу не перебивал — ни словом, ни делом. Лишь иногда посмеивался в тех местах, где речь шла о подвигах сестры. А та в это время притворно на него порыкивала.

— Так что сейчас надо будет сменять этот портал на то, что нашли… Кхм… Мои люди.

— Погоди-погоди! — Воскликнул Тиг, торопливо проглотив последний кусок бифштекса почти не жуя. И указал на кристалл освободившейся вилкой. — Так это портал Сатоши⁈

— Ну да… — Я немного растерялся от такой бурной реакции.

— Сатоши Танто⁈

— А ты другого тут знаешь? — Таисья сцапала ещё один пирожок с моей десертной тарелки и откусила сразу половину.

— И он сам его просто так вам отдал⁈

Мы с девчонкой кивнули в ответ почти одновременно.

— А вы не проверяли, он не заминирован? — По лицу юного волка было совсем не понятно — шутит тот или нет.

И я решил уточнить:

— А это вообще возможно?

Тиг оставался серьёзен:

— Ну фиг его знает… От этих джиппонцев всего можно ждать… — Он покосился на кристалл. — Я бы его сначала кому-нибудь показал, поопытней…

— Да мне его всё равно скоро уже отдавать…

— Ну если тебе на тех твоих людей пофиг… — Парень равнодушно пожал мускулистыми плечами и принялся спокойно поглощать свой десерт.

Вот чёрт… А если и правда, это какая-то ловушка? Боевики Танто из «Третьего Круга» тоже непонятно чего хотели… Может, прикончить меня, а может и наоборот… Да и Искру совсем не хочется подставлять. Даже если она сама к этому камню и не прикоснётся, а сразу кому-то сплавит… Обманутый заказчик в нашем с ней мире не сулит ничего хорошего…

— А кто может его проверить?

— Ректор. — Снова пожал плечами Тиг.

— Пас.

— Ну тогда ещё Весебор.

— Препод по виристике. Он знахарь, ульянкино племя… — Пояснила Таисья в ответ на моё немое недоумение. — Но занятия сегодня уже кончились. Домой свалил наверняка.

— А Ул… — И я тут же прикусил себе язык. Не хватало ещё и ворожею подставлять…

Но Таисья тут же сама пришла к такой же идее:

— А Ульянка-то тут всё время теперь, пока нового доктора нет! Точно! — И теперь она ответила уже на немой вопрос брата. — Это ворожея тут новая. Та самая, которая Гору чуть «Адскую Розу» на Хеловин не вколола.

— Симпотная? — Деловито осведомился юный волк.

— Да как и все ворожейки!

— Ну тогда давайте до неё прогуляемся. — Тиг отодвинул пустой поднос. — Время же ещё есть?

Ну ж нет… Интересно, если я начну активно защищать интересы простолюдинки, это вызовет у них какие-то подозрения? Ладно, ещё есть отмазка.

Я покачал головой:

— Мне выходить ещё нель…

— Трень! — Меня перебил звуковой сигнал от планшета.

— О! — Таисья вытянула шею и заглянула на экран. — Ага! Одобрили расписание! Ты свободен! — Но, едва глянув на моё нахмуренное лицо обратно, она, похоже, и так сразу сообразила, почему я не горю желанием навещать медкабинет. — Да успокойся ты, защитник слабых и слабоумных! Она только посмотрит — и сразу поймёт, если что не так. Да и мы все рядом будем, если что.

Может, в этом-то и проблема…

Я на всякий случай прислушался к окружающим шумам. Но ничего, кроме пения птиц за окном и чуть слышного звона посуды внизу на кухне не слышал. Ни хоровых голосов, ни змеиного шёпота, ни призрачного сипенья.

Протянув руку к порталу, я заметил как брат и сестра напряглись за миг до прикосновения. И задержал ладонь над кристаллом.

— Вперёд. — Под пристальным взглядом двух пар золотистых глаз, я всё-таки взял камешек со стола и быстро спрятал его в карман спортивной толстовки.

Всё-таки и вы умеете бояться, волчары…

Торопливый путь от мужского кампуса к учебному корпусу занял меньше времени, чем раньше — хотя бы по ощущениям. Дорога была уже хорошо знакома и не давала поводов для новых вопросов.

К тому же Тиг постоянно отвлекался на то, чтобы ответить на приветствия встречавшихся нам студентов. Такие же спортивные парни, как он, спешили стукнуться с ним кулаками или дать пять. А почти каждая девчонка начинала неистово строить глазки или ворковать какие-то милые пожелания. Правда они быстро отворачивались или презрительно фыркали, когда наталкивались на сердитый взгляд юной волчицы. Похоже, что Таисья считала себя ответственной за связи брата не слабее, чем он за её.

— Эти таблетки отнеси в комнату три-четыре-два. Это третий этаж. — В момент нашего визита Ульяна, похоже, была занята тем, что тренировала своего юного помощника отличать один адрес от другого перед доставкой медикаментов амбулаторным пациентам. — А этот — на второй. Поэтому тут номер начинается на два. Какие дальше цифры?

— Э-э-э… Четыле-два?

Ульяна глубоко вздохнула:

— Нет. Четыре — это вот. Как перевёрнутый стульчик. А двойка вот же, на первом месте тут стоит. На гуся похожа. А дальше цифра — как кочерга. И потом крендель. Ну, вспоминай!

— Кочелга… Это семь?

— А крендель?

— Это… Клендель… Это… — От напряжения памяти кабалёнок даже немного вспотел. Но всё-таки радостно выдал правильный ответ. — Это восемь! Восемь!!!

— Значит, в какую комнату нужно отнести вот эту банку?

— Два-семь-восемь!

— Правильно. Всё, беги.

— Тли-четыле-два… Два-семь-восемь… — Продолжая зубрить адреса доставок, юный помощник ворожеи уставился на пузырьки в руках. И чуть не уткнулся в меня лбом на выходе. — Ой… Здласте, балин! — Он заглянул за меня. — И балыня! И ещё балин!

— Адреса не забудь. — Я подтолкнул паренька к выходу мимо Тига, который покосился на пацана с каким-то лёгким недоумением. — И под ноги смотри.

— Ага! Тли-четыле-два… Два-семь-восемь… — Поглядывая на пузырьки, Ежик поспешил дальше по коридору к лестнице, исполнять поручения по доставке. — Тли-четыле-два… Два-семь-восемь…

— Это ж полотёр, разве нет? — Юный волк кивнул в след пацану.

— Карьеру сделал, пока тебя не было. — Ухмыльнулась Таисья.

— Он руки хоть моет-то… — Тиг брезгливо поморщился, прежде чем зайти в кабинет следом за нами.

Да уж. Не стоит забывать, кто твои новые друзья на самом деле, Тим. Хорошо, что они сами регулярно об этом напоминают. Но пока что, как говорится, с волками жить — по волчьи выть…

— Правильно… — Гул голосов, наполнявших учебный корпус, вдруг обрёл конкретные словоформы. — Тебе же говорили… Этим ворам нельзя доверять…

— Здравствуйте, ваше… Ваше сиятельство… — Ульяна, занимавшаяся ещё и какими-то записями, наконец, тоже нас заметила. И немного растерялась, увидев количество посетителей.

— Да забей! — Девчонка тут же плюхнулась на застеленную койку и указала на брата. — Это Тиг.

— Тиг… Тигон Тигонович?

— Просто Тиг. — Парень немедленно распрямил плечи и расплылся в улыбке, которую можно было бы назвать обворожительной. Если бы не клыки.

— Хорошо, Тиг… Очень приятно, Ульяна Распопова… — Ворожея, ответила юному князю лёгким поклоном и скромной улыбкой. — Чем могу быть полезна?

— Уль, а ты можешь портал проверить? — Таисья принялась покачиваться на пружинах матраса.

— Проверить?

— Ну типа нет ли в нём какой-то подставы… Я не знаю… — Девчонка втянула голову в плечи и развела руки в стороны. — Ну и вообще, настоящий он или может, подделка какая… Тебе же наверное, лучше знать. Такое вообще может быть?

— Всё может быть… — Целительница немного нахмурилась. — Он у вас с собой?

Вместо ответа, я вытащил кристалл из кармана. И под общим взглядом протянул его вперёд на открытой ладони.

Ворожея вдруг нахмурилась ещё сильнее:

— А где вы его взяли? Разве не у Ректора?

— Она видела то, кем ты был… — Во время этого короткого шёпота, снова выделившегося из общего фона, свет будто бы на миг погас. Но вместо темноты вокруг меня возникла картина той самой разорённой деревни. С пожарами и десятками мёртвых людей, лежащих вокруг тарана и проломленных им ворот.

И уже через секунду вокруг снова были белые стены медицинского кабинета.

— Ну-у-у… Наверное изначально он был у Ректора. А потом нам его подарил Сатоши. А ты ж его знаешь… Точнее… Кто его знает, вообще… — Таисья продолжала пожимать плечами, наблюдая за вращением огненной спирали вместе со всеми. — Выглядит, вроде, как обычно. Но может, ты что-нибудь почуешь?

— Ты видел то, кем стал… — Вместо обеспокоенного лица ворожеи передо мной вдруг мелькнуло то, что осталось от головы смазливого аристо в спортзале. Раздробленные скулы, сломанные челюсти и выдавленный язык посреди лужи тёмной крови…

И снова через миг все оставались на своих местах. Тиг, стоящий справа от меня, с нескрываемым любопытством оглядывал фигуру Ульяны. Таисья всё-так же покачивалась на пружинах койки слева. А Ворожея внимательно присматривалась к камешку на моей ладони:

— Вроде бы… Вроде бы обычный портал… Ничего особенного… — Девушка подняла взгляд на меня. — А вы ничего необычного не чувствуете, князь?

— И сейчас она поможет показать тебе то, кем ты можешь стать, Низложитель… Может тогда ты перестанешь упрямствовать…

Свет снова погас. И через миг загорелся обратно.

Только теперь вокруг меня был уже не медицинский кабинет. А серые низкие своды какого-то сырого подвала, едва освещённые фонарями, закреплёнными на портупеях моих спутников.

Справа — какой-то мускулистый парень в серой тактической униформе. Держит на груди автоматическую винтовку, весь увешан магазинами, какими-то ремнями и защитными пластинами. На правом плече — оранжевая повязка со схематическим изображением огненной спирали. На голове — серая тканевая маска, которая открывает лишь внимательный взгляд серых глаз.

Слева, судя по фигуре, женщина. В такой же форме, экипировке и с похожим оружием в руках. Такой же внимательный взгляд карих глаз из-под серой маски. И такая же яркая повязка на плече.

А у меня на открытой ладони по-прежнему лежит прозрачный кристалл. Только ладонь теперь одета в защитную перчатку. И я сам — в такую же серую форму, как у моих спутников.

— Пшшт… — Закреплённая на моей груди рация захрипела. И, после секундной паузы, воскликнула слегка искажённым помехами голосом. — Пятый отряд на позиции! Ждём приказа к штурму!

— Начинаем? — Тихо спросил мужчина справа. И положил палец на рычажок предохранителя.

Я сжал кристалл в кулаке. И поднял его перед собой на уровень головы, словно в каком-то приветствии:

— Вперёд.

Глава 20

Вперед!

— Всем отрядам! Начинаем! — Мужчина справа выключил рацию после команды. И вновь обратил на меня взгляд спокойных серых глаз. — Шеф?

На сей раз я был так же спокоен, как и мой напарник. Ни следа от той ненависти, с которой я дробил лицевые кости хлыща из спортзала. И ничего из той кипучей ярости, с которой я наблюдал за разорением средневекового городка. Только холодная решимость и уверенность в своих силах. Так всегда бывает, когда тщательно готовишься к предстоящему делу. Учитываешь все нюансы, просчитываешь вероятности и имеешь в запасе парочку козырей на любой случай.

Вот как и сейчас.

— Вперёд! — Повторив приказ теперь уже для ближайших соратников, я указал на толстую стальную дверь, которой заканчивался низкий коридор. На уровне глаз там поблескивала зеленоватая клавиатура с десятью кнопками — от ноля до девяти.

Первой к двери подбежала женщина. Вытянув пару проводков из устройства, прикреплённого к экипировке на поясе, она сковырнула ножом крышку панели с кнопками. И, прижав проводки к каким-то оголённым контактам, нажала кнопку на своём гаджете.

Электронный замок приветливо пикнул. И внутри толстой двери гулко стукнули тяжёлые засовы.

— Готово… — Тихий голос женщины показался знакомым. Я слышал его совсем недавно. Но раньше он был не таким глубоким и бархатистым… Похоже, с этого самого «недавно» прошло немало времени.

Напарник ухватился за стальную рукоять. Но я остановил его жестом:

— Рано.

Ждать пришлось недолго. Спустя пару секунд где-то наверху грохнул мощный взрыв, от которого со стен и потолка подвала посыпались пыль и цементная крошка.

— Вперёд!

Тяжёлая дверь медленно отворилась. И я шагнул внутрь первым.

Тёмное помещение позади двери было уставлено узкими стальными стеллажами, на которых лежали какие-то коробки и пакеты с логотипами компаний, производящих продукты питания. От пола до потолка — почти без промежутков. Лишь узкие проходы, по которым мы двинули дальше, освещая себе путь нагрудными фонарями.

— Там!!! — Крик из темноты обозначил для меня местонахождение поста охраны. И это было последнее слово бдительного сторожа. И последнее, что услышали его напарники.

Ещё раньше, чем мои спутники направили оружие на звук, я повернул туда сжатый в кулаке портал. И в сторону нескольких человеческих силуэтов полетели детали от стеллажей. Выскочив из пазов и отверстий, стойки, полки и крепёж превратились в крупную шрапнель. Которая, в свою очередь, превратила охрану погреба в гротескных ежей, с ног до головы утыканных металлическими штырями и осколками.

Лишившись опоры, на пол посыпались упаковки с продуктами. А охранники рухнули нам под ноги. Этим повезло — они умерли почти сразу.

— Теперь моя очередь… — Сняв со своей экипировки какую-то небольшую коробочку цилиндрической формы, мой напарник примагнитил её к замку подвальной двери. И, едва мы успели шагнуть в стороны, как из неё вырвался длинный сноп горячих искр. А с врезанного в дверь замка по двери потёк расплавленный металл.

— Вперёд! — Я толкнул дверь и снова шагнул в проём первым, сжав кристалл в кулаке покрепче.

И сразу с трёх сторон по мне ударили автоматные очереди.

Но на расстоянии вытянутой руки от моего туловища резкие прочерки трассеров превратились в раскалённые кусочки металла, медленно вращавшиеся на пути к своей цели. Острые пули снова набирали скорость только тогда, когда я и напарники быстро проходили мимо них. И стена позади нас тут же превратилась в решето, выбросив в спину залпы из штукатурки и рваных обоев.

— Айс-с-сук… — Один из стрелков попытался отбросить оружие. Но ледяные кубы, выросшие вокруг его ладоней, теперь не только мешали давить на спуск, но и не позволяли расстаться с автоматом, чтобы освободить руки.

Остальные охранники тут же занялись тем же самым — бесплодными попытками расколоть лёд на своих руках — как только я направил сжатый кулак и в их сторону. Но уже через секунду мои спутники превратили их в решето. И быстро сменили магазины своего оружия, осматривая помещение вместе со мной.

Стоящие здесь дорогие автомобили почти не пострадали от стрельбы. Но когда в противоположном конце гаража взрыв вынес тяжёлые створки ворот, капот какого-то шикарного беспилотника превратился под ними в плоскую гармошку.

— Гнев⁈ — Как только эхо взрыва улеглось, из облака пыли послышался пароль.

И мой напарник немедленно отозвался:

— Ярость!

— Потери? — Послышалось из-за клубов пыли.

— Нет. — На этот раз ответил уже я. — У вас?

— Нет. Занимаем оборону согласно плану.

— Принято! — Я указал на дверь, ведущую из просторного гаража в жилые помещения особняка. И как только мы по очереди зашли в узкий проход, в гараже вновь послышалась перестрелка.

А впереди уже слышались выкрики других охранников этой богатой резиденции.

— Огнестрел в сторону! Гранаты! Клинки к бою!!!

Кажется, здесь был домашний спортзал. И от противоположного от нас входа в помещение к нам тут же полетели увесистые цилиндры. Поблескивая электронными взрывателями, они быстро покатились к нам под ноги между рядов тренажёров.

— Не-а… — Женщина рядом со мной нажала что-то на своей экипировке. И огоньки на гранатах тут же погасли.

А когда мы перешагнули через них дальше, впереди послышался шелест стали, покидающей ножны.

— В атаку!!!

— Стой! — Я вытянул кулак с порталом в сторону первого атакующего. И охранник замер на месте, продолжая замахиваться на меня длинным, чуть изогнутым клинком.

— Ты. — Я чуть наклонил голову, чтобы увидеть того, кто замер позади него с клинком, лишь наполовину покинувшим ножны. — Убей!

Тонкое остриё немедленно выскочило наружу. И тут же выпрыгнуло у первого охранника из шеи, брызнув его кровью нам под ноги.

— Теперь сам.

— Н-н… Н-нет… — Воля второго охранника ещё пыталась сопротивляться, когда речь пошла о собственной жизни. Инстинкт самосохранения…

— Теперь сам. — Я повторил и сжал кулак крепче.

Окровавленный клинок тут же покинул горло умирабщего. И вспорол брюхо своему владельцу. А мы выдвинулись дальше, перешагнув через быстро растущие багровые лужи.

Судя по звукам, бой за стенами окружённого особняка набирал интенсивность. Тяжёлые гранатные разрывы перемежались короткими, но частыми очередями. А крики раненых и приказы командиров звучали всё истеричней. Организованная атака и подготовленные мной амулеты не оставляли охране шансов. И подавление обороны было лишь вопросом времени. Правда уже через минуту или две здесь будет подкрепление из жандармов и спецназа чёрных. Как только поймут, что атака на соседней посёлок — ложная. Но мне хватит этого времени. Я же всё рассчитал.

Перед входом в просторную гостиную пришлось задержаться. Свободной рукой я подтянул рацию ближе к лицу:

— Третий, на позиции?

— Так точно!

— Вперёд!

— Есть!

И сразу после этого ответа притаившаяся за шикарной мебелью засада выхватила несколько длинных залпов со своего фланга. Залетая с улицы, крупнокалиберные очереди прошивали насквозь и стены, и двери, и дорогой интерьер. И притаившуюся охрану.

Но один из тех, кого пули настигли в гостиной, всё-таки смог принять их на псевдообсидиан своих боевых протезов. И, прикрывая искусственной рукой голову, выпрыгнул из-за мебели в нашу сторону. Свободной пятернёй он уже развернул наноструну. И спустя ещё секунду отрезал ею половину угловой колонны, за которой мы укрывались. А следующий взмах ударил мне в поднятый перед собой кулак.

Наноструна быстро оплелась вокруг раскалённой добела перчатки. И прежде чем ветеран смог освободиться от собственного оружия, я дёрнул его на себя.

Разбрасывая искры от рикошетов, пули безобидно врезались в искусственную половину тела моего противника. А преобразователь энергии уже сконцентрировал всю их силу на чёрной пятерне, летящей мне в голову вместе со своим владельцем.

Вот только этот полёт длился на секунду дольше положенного. Затормозить наполовину искусственное тело было сложнее, чем пули. Но этой секунды мне хватило. И когда чёрный кулак пробил стену рядом с моим лицом, я оплёл наноструной шею противника и, дёрнув на себя, пнул его в противоположном направлении.

— Третий! Занять оборону! — Я отпустил рацию и, перешагнув через отрезанную голову, указал сжатым кулаком на широкую лестницу. — Вперёд!

— Есть! — Голос из рации подтвердил приказ, когда мы уже поднимались по первым широким ступеням.

А когда достигли площадки между этажами, я обернулся к напарникам:

— Дальше я один.

— Есть! — Оба одновременно кивнули. И, укрывшись за поворотом перил, выставили оружие в сторону разгромленной гостиной. Над нами уже слышался стрёкот вертолётов чёрных. И эта последняя линия обороны мне скоро понадобится. Ведь после срабатывания сигнализации все окна закрыты бронированными ставнями.

В каждой комнате на пути в главную спальню — ещё минимум один телохранитель. С такими же имплантами, как и у командира отряда в гостиной. А козырей в моём рукаве осталось уже совсем мало.

Но мне хватит.

Поднявшись на верхний уровень, я помедлил, прежде чем шагнуть за угол — в коридор, ведущий ко входу в хозяйскую спальню. И, разжав раскалённый кулак, слегка дунул на горячий кристалл.

Небольшой рыжий вихрь, слетевший с поверхности портала, завернулся в несколько фигурных петель — таких же, как и огненная спираль внутри куска хрусталя. И едва эта полупрозрачная дымка достигла угла, как её тут же прошил целый рой пуль.

Стрельбу вели те, кто засел за дверями других спален — по обе стороны от прямого прохода.

— Сиз файе!!! — После это выкрика из дальнего конца коридора, стрельба остановилась почти мгновенно.

Смотри-ка. А ведь и правда, ближайшие телохранители — наёмники с запада. Почти никто не верил в эту версию. Казалось бы, наши злейшие враги… Но самая главная семья в Империи почему-то доверяет им больше, чем своим многочисленным вассалам.

Что ж… Их трудно в этом винить. Я сам живой пример того, что не стоит во всём доверять своим преданным слугам…

— Рилодин!!!

— Тэйк кавэ!!! — За углом снова выкрики и грузный топот. — Ригруп!!! Ригр… Экхэ… груп… Кхэ…

Резкие крики постепенно сменились надсадным кашлем. А топот и хруст оружейных затворов — звуком грузных падений. Вот теперь можно спокойно идти дальше.

Нужная мне дверь располагалась примерно в десяти шагах прямо по коридору. Осталось только перешагнуть через трясущиеся в агонии тела, покрытые непрерывно растущими гнойниками и язвами. Иммунная система телохранителей уже окончательно сдалась под напором бешено размножающихся микроорганизмов. Точно так же, как и охранные системы особняка и закрытого посёлка посходили с ума. И уже не могли остановить штурм в исполнении моих союзников:

— Третий на позиции. Держу оборону!

— Четвёртый на позиции! Держу оборону!

— Пятый — на позиции! Держу оборону!

— Второй — на позиции! Держу оборону!

Перешагнув через ещё одно заживо разлагающееся тело, я чуть наклонился к своей рации:

— Первый — у цели. Держитесь. Осталось недолго…

Шагая к двери, я прикидывал, как бы побыстрее вскрыть это последнее препятствие. Термитные шашки на петли? Электронная отмычка на замок? Или просто превратить всё в пепел с помощью той силы, что я ещё храню в сжатом кулаке?

Но тут дверь открылась сама. И из тёмного прохода на меня метнулась лохматая серая тень:

— Р-рав!!!

Нет. Всё-таки самые преданные охранники у Императора — из наших. И я сам когда-то был тому живой пример…

Метнувшись серой тени навстречу, я встретил когтистые лапы своими огненными пятернями. И когда мы на долю секунды замерли в напряжённом клинче, золотистые глаза заглянули мне в душу с испепеляющей ненавистью.

Вот только градус моей ярости был ничуть не ниже. И лохматый противник тут же кубарем откатился обратно в распахнутую дверь, оставив в воздухе лёгкий дымок и запах палёной шерсти.

Прежде чем двуногий волк успел опять вскочить на лапы, я снова оказался рядом. И, схватив зверя за шкирку, резко подкинул того к потолку.

Грохнувшись затылком о драгоценную отделку, зверь снова рухнул мне под ноги вместе с осколками мрамора. И на этот раз у меня было уже куда больше времени на то, что бы стреножить оглушённого противника трофейной наноструной. После этого уже можно отправить пленника пинком в дальний угол комнаты — прочь от моей главной цели. Подальше от широкого мягкого ложа, где под толстым одеялом тряслись последние представители рода, правившего Империей дольше тысячи лет.

А ведь мне даже не нужно их убивать…

— Да-а-а… Забери у них то, что они украли… И остальные воры уже никогда не смогут пользоваться нашей силой… А ты навсегда обретёшь то могущество, лишь малую часть которого ты сегодня отведал…

Я просто прикоснусь к этому дряхлому старику. И к этой трясущейся от страха девчонке, что обнимает его так, словно может защитить от неизбежного…

— Это принесёт свободу и отмщение для таких, как ты… Для тех, кто погибал от голода и чумы рядом с чужими пирами… Тех, кто считал свои долги там, где другие за секунду прожигали состояния… Тех, кто был вынужден продавать собственных детей в руки, готовые их использовать…

Но ведь сейчас они всего лишь могут трястись от страха… Жалкое зрелище…

— Этот страх достоин не жалости, а презрения! Забери своё, Низложитель! Уничтожь этих презренных воров. И…

«И»?

Что «И»?

Что будет дальше?

Что будет, когда прежний мир рухнет?

Что будет, когда эта гнилой, чванливый и бессовестный клубок червей перестанет существовать?

На пустое место тут же бросятся тысячи других паразитов?

А может, мы сами сожрём друг друга в горящем хаосе?

А может тогда на свободу выйдет что-то такое, что по сравнению с ним прежние времена покажутся детской сказочкой?

Что будет с моим миром тогда, когда я верну вам вашу силу?

Молчите?

Не знаете?

Или молчите как раз потому, что знаете… И думаете, что ответ мне не понравится…

Ведь это ваше решение проблемы, а не моё. Ваш вариант будущего. Не мой.

Но своё я будущее я буду ковать сам. А не слепо следовать чужой указке…

Упрямец…

Тем и живу.

Но бороться с неизбежным бесполезно… Рано или поздно ты сделаешь то, что должен, Низложитель… А мы в это время можем найти и запасной вариант… Ведь у нас в запасе вечность… А у тебя очень мало времени…

Зато всё, что есть — моё. И как вы там сами говорили… Как маленькая муха почти всегда улетает из-под руки огромного человека?

Вот я и проверю, как же так получается…

— Гор… — Знакомый голос раздался за моей спиной. Там, куда я отшвырнул стреноженного зверя.

Оттуда на меня смотрели золотистые глаза. Но уже не волчьи, а человеческие. Под знакомой непослушной серой чёлкой.

— Гор… Ты… Ты слышишь?

— А? — Я поднял взгляд от кристалла в своей руке на голос Таисьи. И увидел перед собой её внимательный взгляд.

— Ты чего затупил-то? Я говорю, слышишь что-то опять? — Девчонка слегка наклонилась ко мне. Но так, словно всё ещё опасалась приближаться к порталу.

Её брат стоял там же, где и раньше — справа от меня. И продолжал плотоядно разглядывать фигуру ворожеи.

— Н… Нет… Просто задумался. — Я тоже поднял взгляд на Ульяну. — Ну как? Что-нибудь видишь? Что-то не так?

Та, в свою очередь, с тревогой вглядывалась в моё лицо:

— Нет… Я вижу обычный портал. Без подвохов. А что видишь ты, Евгорий?

Я покосился на настенные часы за её спиной:

— Я вижу, что у нас очень мало времени. — И оглянулся на чету Волковых. — Вы со мной к воротам?

Ответом мне были синхронные зубастые улыбки:

— А то! Интересно же, что там за пророчество такое! — Таисья с нетерпением запрыгала на месте.

— А я теперь тоже хочу отгрызть руку тому лысому уроду! — Тиг ухмыльнулся и слегка ткнул меня кулаком в плечо. Хотя при этом продолжал коситься на Ульяну. — Мы с тобой, Шубский!

— Тогда вперёд!

Глава 21

Где и когда

— … да, доставка для князя Шубского! — Ключник на секунду отвлёкся от своих мониторов, когда мы скрипнули дверью его рабочего кабинета. — А нет, подожди, он уже сам здесь! Отбой! — Отключив разговорное устройство в ухе, он указал мне на поджидающего в углу комнаты курьера. — Вам посылка, ваше сиятельство!

И конторщик тут же обратно углубился в изучение информации на своих мониторах. А спустя секунду быстро защёлкал клавиатурой, словно уже позабыв о нашем присутствии.

В курьере я сразу узнал паренька из «Третьего Круга». Только на этот раз Шип был одет не в жилетку «Северов», а в спецовку какой-то почтовой службы. И дерзкую причёску прятал под форменной кепкой.

Сам он сделал вид, что со мной не знаком. Поэтому и я не стал с ним здороваться как-то иначе, кроме сдержанного кивка.

В руках у посыльного было две небольших коробки из лакированного дерева, размером с буханку хлеба каждая. Но прежде, чем он протянул их мне, зазвонила раскладушка от Искры:

— Да?

— Шипа видишь?

— Да.

— Выбери любую бутылку. — В голосе девушки не было привычной весёлости. Судя по фоновым звукам в трубке, она тоже активно барабанила по клавишам. — В ту коробку, которую вернёшь Шипу, положи портал. И перезвони, когда он уедет.

— А проверять пор… э-э-э… Проверять вы его не будете?

— Считаешь, что мне лучше перестать тебе доверять? — А вот и знакомая ирония послышалась. Клацанье на том конце связи тут же прервалось.

— Нет… Просто раньше я таких сделок не проводил…

— Всё бывает в первый раз, красавчик. Не задерживайся, пока ваш привратник ничего не заподозрил.

Словно по команде Ключник действительно опять зыркнул в нашу сторону, продолжая быстро печатать. Но, похоже, ему просто не очень нравилось длительное присутствие посторонних рядом с его рабочим местом.

— Оке-е-ей… Что тут у нас. — Я сложил мобилку обратно в карман и глянул на коробки.

— Поляндский самогон. — Шип с готовностью подшагнул ближе и, открыв верхнюю шкатулку, протянул её мне. — Элитный!

В стеклянной бутылке с красно-белой этикеткой бултыхалась прозрачная жидкость. Я не особо хорошо разбирался в премиальном алкоголе. Но, на мой взгляд, бутылка действительно выглядела дорого.

И пока я подыгрывал курьеру, придирчиво оглядывая этикетку и пробку, тот открыл вторую шкатулку:

— Крижский бальзам! Двадцать лет выдержки! У меня в накладной сказано, что вы хотели увидеть их лично, что бы выбрать то, что больше подходит по случаю.

— Что-то отмечаете, князь? — Неожиданно послышалось со стороны Ключника. Тот снова внимательно смотрел в нашу сторону. И даже остановил печать.

Вот чёрт… А что если тут алкоголь под запретом? Хотя кто нам это запретит…

— Поступление обмываю. — Я оглянулся на Волковых и постарался повернуться к ним так, чтобы заслонить собой коробку. — Ну и хеловинскую победу тоже…

— Покорнейше напоминаю, что в будни после отбоя на территории кампусов необходимо сохранять тишину, ваше сиятельство… — И Ключник тут же вернулся к скоростной печати, будто бы снова позабыв о нашем присутствии.

— Да без проблем… — Я осторожно сунул кристалл в коробку с самогоном и вернул её Шипу. — Я возьму бальзам. В прошлый раз он действительно меня исцелил.

— Как пожелаете! Спасибо за то, что выбрали нашу компанию. Всего вам доброго! — Забрав коробку с самогоном и порталом, Шип коротко козырнул всем присутствующим и вопросительно посмотрел в сторону Ключника. — Мне там ворота опять откроют?

— Шестнадцать ноль две… — Сонно забормотал за нашей спиной конторщик. — Курьер «Алкоснаба» покидает периметр… — И добавил уже бодрее. — Да, можете выезжать.

— Спасибо. Вам тоже всего хорошего!

— И вам не болеть, молодой человек… — Прежде чем хозяин кабинета снова углубился в изучение информации на мониторах, он снова коротко глянул на нас меня с Волковыми. — И вам тоже всего наилучшего, ваше…

— А у меня ещё есть вопрос! — Тиг неожиданно шагнул к столу.

Ключник при этом даже немного вздрогнул. И, опасливо нахмурившись, уставился на молодого волка, перестав печатать.

— Мне тут донесли, что ты вместо меня позавчера какого-то петрушку на территорию пропустил. — Тиг скрестил руки на груди и приподнял бровь. — Это как же так получилось, а?

— Двойника пропустил не я, ваше сиятельство… — Конторщик продолжал хмуриться. Но отвечал уверенно. И вроде бы даже с какой-то обидой в голосе, словно вопрос его немного оскорбил. — Его пропустил ликеум.

— То есть… — Парень озадачено переглянулся со мной и Таисьей. — Хочешь сказать, что он и пропуск подделал?

— Так точно, ваше…

— А разве это возможно? — Теперь к столу подошла и девчонка. — Это же не просто бумажка с печатями, вроде как!

— Это возможно, если у двойника был свой человек в администрации ликеума. — Ключник расслабился и пожал плечами. — Насколько мне известно, седьмое отделение уже проводит по данному факту проверку. И я уже им дал свои исчерпывающие показа…

— В администрации⁈ — На сей раз уже Таисья переглянулась со мной и Тигом.

— Так точно, ваше…

Но юная волчица снова бесцеремонно перебила хозяина кабинета:

— То есть с этим уродом кто-то из наших конторщиков заодно⁈ — Шагнув ещё ближе к столу, она опёрлась на него кулаками. — Может даже ты⁈

Ключник на пару секунд уставился в потолок, будто бы что-то припоминая. И когда вернул спокойный взгляд на возмущённую девчонку, снова заговорил ровным голосом:

— Шансы на столь вопиющее нарушение дисциплины вашим покорным слугой, ваше сиятельство, ничтожно малы. Однако, обязан признать — они пока что отличаются от ноля. Повторюсь, я уже дал исчерпывающие показания агентам седьмого отделения. И хотя не могу знать о том, что показали другие представители администрации, но по итогу допросов мне не было предъявлено никаких подозрений.

— Я так понимаю, они никому не были предъявлены? — Я тоже приблизился к столу.

— Тоже никак не могу знать, ваше сиятельство. — Готовно отрапортовал Ключник. — Но, насколько мне известно, все представители администрации ликеума по-прежнему сохраняют вверенные им посты и продолжают профессиональную деятельность, согласно штатному расписанию и внутреннему распорядку дня.

— Кроме Пушкаря… — Проворчала Таисья.

— Пушкарь временно находится на реабилитации вне пределов ликеума. — Кивнул конторщик. И зачем-то покосился на экраны. — Но от должности он тоже отстранён не был…

— И кроме Доктора… — Я осторожно припомнил судьбу местного лепилы.

— А что с ним? — Поинтересовался Тиг.

— Не дожил до победы… — Снова проворчала его сестра. — Вроде как повесился у себя дома…

— Ничоси!

— Вот и я в это не особо верю… — Поморщилась Таисья.

— А кто ещё относится к администрации? — Я встрял в их диалог. — Правильно понимаю, что преподаватели не в счёт?

— Так точно, ваше сиятельство! — Ключник, казалось, снова был рад пригодиться. — Высшие должности занимает господин Ректор, сударь Пушкарь, сударь Технарь, ваш покорный слуга и…

— Библиотекарь… — Таисья в очередной раз перебила конторщика своим ворчанием. — Никогда он мне не нравился…

— И сударь Библиотекарь. — Согласился Ключник. И покосившись на мониторы, деловито поинтересовался. — Я могу ещё чем-то помочь?

— Ладно, пойдёмте. Мне нужно сделать ещё один звонок. — Я потряс в воздухе древней мобилкой и указал на выход. — Может как раз сейчас узнаем немного больше…

Шипа снаружи мы не застали — главные ворота были уже закрыты. И судя по чуть заметным мокрым следам перед ними, кандидат в «севера» тоже до сих пор пользовался двухколёсным транспортом.

Как только мы отошли от дома привратника подальше, я снова набрал сохранённый номер из быстрого доступа раскладушки. Но длинные гудки в миниатюрном динамике продолжались так долго, что я уже начал подозревать нехороше…

— В общем так, красавчик. — Бодрый голос Искры всё-таки ответил после седьмого сигнала. — У меня для тебя есть хорошая новость и плохая. С какой начать?

— Начни с той, в которой ты выполняешь свою часть наших сделок.

— Какая ты сегодня злючка! Но не пугайся. Обещала — значит сделаю.

— Можешь начинать делать. — Я помедлил, поймав на себе любопытные взгляды двух пар золотистых глаз. — С плохой…

— Текст пророчества я тебе так и не достала… — Услышав в трубке мой тяжёлый вздох, девушка тут же затараторила гораздо быстрее. — Но я знаю, где ты сможешь его услышать сам! Точнее… — Искра вновь запнулась. — Не где… А скорее… Когда…

— Пока что я не уверен, что это то, что мне было нужно…

— Спокойно, красавчик! Тебя же из ликеума ещё не выгнали за пьянство?

— Ещё нет… — Я покосился на коробку с Крижским бальзамом.

— Значит, сможешь сам посмотреть на то, как эта твоя Ханга пророчествует. У вас же там практика по истории есть?

— Есть…

— Ну и вот! Главное знать точное место и дату, когда она это делала. Ну и историка вашего, конечно, подмазать придётся… Но это ты уже сам как-нибудь сообрази. Дату и место я тебе сейчас скину сообщением. Вместе с инфой, которую Барс дал про того лысого. Там не много, но я и это из него еле вытянула…

— Это, так понимаю, и есть хорошая новость?

— А вот и нет, злючка ты такая! — Голос в трубке мило хихикнул. Но дальше Искра снова заговорила серьёзным тоном. — Красавчик… Я понимаю, что это всё-таки не совсем то, что обещала… Поэтому кроме булькающего бонуса в твоих руках, у меня ещё кое-что для тебя есть. То письмо, в котором тебе прислали видео с братом… Скажем так… Чёрные псы, может, и способны других вынюхивать. Но собственные следы нифига прятать не умеют…

Судя по паузе, я должен был быть заинтригован. И я не стал разочаровывать девушку:

— И?

— И теперь я знаю, где они держат твоего братика. Вплоть до этажа. — Искра вновь сделала паузу, видимо, ожидая реакции или благодарности. Но, прежде чем я открыл рот, не вытерпела и поспешно добавила. — Только сразу учти! Зная эту контору, могу предположить, что долго в одном месте они его держать не будут.

— «Долго» — это сколько?

— Долго — это недолго. — Девушка опять хихикнула. — Но если что, я смогу и новые письма отследить. Я теперь их тоже получаю.

— Это… Это как?

— Тебе никто не говорил, что нельзя вставлять в свои порты всякое незнакомое? — И снова в трубке послышалось ехидное хихиканье. — Ну тогда я первая буду… Ладно, Красавчик. Мне пора. Жди сообщений. И новый адрес я тебе тоже скину, если вдруг изменится. Чмоки!

Как только я отключил трубку, Таисья сразу набросилась с расспросами:

— Ну и чего⁈ Тебе сказали, кто был этот лысый⁈ И что там с этим пророчеством? Не зря мы с Фродом всё мутили?

Прежде чем я ответил, трубка пискнула сигналом о новом сообщении. И мы прочли его все вместе:

«Ратмир Боровик. Позывной „Меченый“. Лейтенант. Принимал участие в третьей зекистанской войне в должности командира разведвзвода седьмой отдельной роты специального назначения седьмого полка седьмой гвардейской бригады специального назначения. Официально считается пропавшим без вести при обороне Панисского ущелья. Поэтому до сих пор носит армейские импланты. Барс знает его по рекомендации от других зекистанцев, которые работали с нами и Шефом. В настоящее время заказы не принимает. Ходят слухи, что немного поехал кукухой из-за подпольных препаратов для борьбы с отторжением имплантов и ушёл в какую-то секту. Про неё я тебе ничего не обещала:Р Но, так и быть, ещё поищу. Самой интересно.»

— Панисское… — Из-за плеча послышался голос Таисьи. — Там дядя Трогим командовал, вроде.

— Конечно, командовал. — Хрипловатый голос Тига послышался из-за другого плеча. — Дядя Гим же как раз комбригом седьмой гвардейской тогда был. При нём их в гвардию и зачислили. Это потом уже в генштаб перевели, после ранения. Тогда в ущелье даже ему досталось. Но выстояли…

Я повернулся к нему:

— Думаешь об этом «Меченом» ваш дядя может знать больше, чем то, что тот пропал без вести?

— Ну мало ли… — Пожал плечами юный волк. — Всё-таки вон даже лейтенант был, командир какой-то… Я спрошу отца, как сейчас можно с дядей связаться.

— А кто это тебе тут «ничего не обещала»? — Девчонка указала на озорной смайлик в тексте.

К счастью, от необходимости ответа меня избавил сигнал о новом сообщении. И я немедленно его открыл:

«Лишайный проспект, 4, 4 этаж, западное крыло. Из окна вид похож на купол Чухонского вокзала. Но это не точно.»

— А это что? — Прочитав адрес, девчонка, похоже, тут же забыла про свой предыдущий интерес.

— Место, где чёрные держат моего брата. По крайней мере, сейчас.

— То есть его можно просто оттуда забрать — и ты свободен⁈

— Не думаю, что это так легко. Для начала хотя бы понять, что из себя представляет это здание…

— Ну это-то как раз легко! — Таисья просунула руку в карман моей кенгурухи и без всяких дополнительных церемоний вытащила оттуда планшет. — Карта-то есть! Разблокируй, я найду быстро!

Но, прежде чем в ответ на наши манипуляции с устройством на нём загрузилась карта города, допотопная раскладушка пискнула в третий раз. И мы снова вчитались в текст сообщения все вместе:

«Бесаратия, Балкарское воеводство, деревня Ловча, дом старосты. 15 июля 1877 года, 16:16. И не забудь с собой переводчика с марамуреш, красавчик!»

— «Красавчик»⁈ — Таисья снова обратила больше внимание на тон сообщения, чем на его содержание. — Кто это тебе так написывает-то, а⁈

— Погоди… — Тиг, в свою очередь, всё-таки присмотрелся к дате и названиям. — Бесаратия, Ловча… Восемьсот семьдесят седьмой… Там же в это время война с Тураном была, вроде… Это к чему вообще?

И я тут же подхватил менее скользкую тему:

— В этом месте и в это время Ханга оставила своё пророчество. Судя по всему, устно. — Глянув на своих друзей, я заметил, что они пока не улавливают идею. И задал наводящий вопрос. — Мы же как-то может туда и… кхм… тогда заглянуть? В рамках, так сказать, исторической практики…

Девчонка вдруг тут же состроила ехидную мордашку. Однако её ехидство сейчас было обращено не в мой адрес:

— Если только кое-кто кое-кого хорошо попросит… — Хитрый прищур золотистых глаз был обращён в сторону молодого волка.

Тиг тут же состроил такое лицо, словно только что лизнул лимон:

— Соньку, что ли?

— Ага-а-а-а… — Его сестра расплылась в коварной улыбке.

— Ну бли-и-и-ин… — Брат продолжил досадливо морщиться. — Она такая занудная…

— Ну надо же узнать, что от нас хотел этот лысый! И Гору тоже надо помочь! — Несмотря на деланный строгий тон, Таисья продолжала коварно улыбаться. — Так что придётся кому-то ещё и извиняться…

После глубокого вздоха со стороны Тига послышалось только приглушённое рычание.

Видимо, за этим недовольным рычанием скрывалась какая-то история, которую мне ещё предстояло узнать. Но сейчас меня интересовала другая:

— А если в это время там война была, мы как-то можем подробности узнать? Именно вот про эту деревню и этот день? А то вдруг там какое-нибудь побоище рядом было…

— Да сейчас поищем… — Таисья пожала плечами и снова полезла в планшет. — Тэ-э-экс… Ищем… Бесаратия, Ловча… Июнь… Пятнадцатое…

— Стой!!! — Я еле успел вырвать у неё из рук устройство, прежде чем палец девчонки нажал на ввод поискового запроса.

— Ты чего? — Оба Волковых озадаченно уставились на то, как я торопливо стираю запрос.

— В прошлый раз, когда я искал что-то подобное… — Я присмотрелся к планшету. Вроде бы ничего пока не произошло. — Короче, пришлось изрядно попотеть, прежде чем исправить ошибку. Скажем так… Про некоторые вещи Сеть лучше не спрашивать.

— М-да? — Таисья заинтересованно приподняла бровь. — Это кто это тебя такому научил? Та самая, которая «так и быть ещё поищет»?

Я сделал вид что всё ещё тщательно изучаю планшет. А Тиг, вольно или невольно, снова пришёл мне на помощь:

— А где же тогда узнать про эту дату… — И он резко выставил палец в сторону сестры, как только та снова начала коварно улыбаться. — Даже Сонька не настолько заучка, чтобы вплоть до дня всё про эту войну знать!

Но коварная улыбка так никуда и не исчезла с лица юной княгини:

— Ну тогда сейчас это можно узнать только у одного человека… С которым я бы и сама поговорила как следует… После того, что Ключник сказал…

Наши с Тигом взгляды встретились. И мы выдохнули почти в один голос:

— Библиотекарь…

Глава 22

Храм знаний

Тиг притормозил на развилке, левая сторона которой вела к учебному корпусу, а другая должна была закончиться входом в местное книгохранилище. Кажется, где-то тут я попробовал волчью кровь на вкус.

— Короч. Если уж без зануд сегодня никак, то я выбираю кого-то одного. — Под нашими вопросительными взглядами, золотоглазый парень указал в сторону главного здания. — Длиннорукова сейчас наверняка ещё там. До сих пор с какими-нибудь книжками сидит, учится. Пойду, пообщаюсь…

— Смотри-смотри! — Таисья заговорщицки мне подмигнула и слегка ткнула локтем в бок. — Видишь, как его от запаха книжек корёжит! Аж сам готов к Соньке обратно подкатить, лишь бы с нами дальше не идти.

— Обратно?

— Да уже один раз извинялся… — Коварная улыбка девчонки сопроводила недовольное рычание её брата. — Пойдём, по дороге расскажу…

— Так! — После рычания Тиг насупился. — Ты щас дождёшься! Вообще ничего делать не буду!

— Ой, да ладно тебе! — Теперь чувствительный тычок достался и молодому волку. — Кто ж кроме тебя-то её обольстить сможет. Она ж до сих пор ни на кого больше не смотрит!

Пока парень продолжал хмуриться, я, в свою очередь, вручил ему коробку с Крижским бальзамом:

— Рекомендую применить в процессе. Проверено.

— М-да? Ну ладно… — Буркнул Тиг и забрал коробку. — Где потом встречаемся?

— Да у нас же в комнате… — Продолжила ворковать его сестра, выразительно шевеля бровями. — Она по любому тебя туда потащит, пока меня нет… Но мы не будем спешить. Да, Гор?

Я поймал недовольный взгляд юного волка и пожал плечами, как бы извиняясь. На что тот лишь фыркнул, отвернулся и, зажав коробку подмышкой, направился от развилки в нужную сторону.

Таисья не стала дожидаться моих вопросов. И горячий шёпот девчонки тут же начал посвящать меня в детали отношений её брата и соседки по комнате:

— Сонька с первого взгляда в него втюрилась, как только увидела! И с тех пор всё время вздыхает, когда вспоминает. Я ж всё замечаю! Только не одна она тут такая. Знаешь, сколько у Тига…

— Значит, София наверняка согласится нам помочь? — Слухи о чужой личной жизни не особенно меня интересовали. И интригующий рассказ пришлось перебить.

Застыв на секунду с открытым ртом, Таисья быстро передумала гневаться. И, пожав плечами, продолжила беззаботно тараторить:

— Ну я бы на её месте поломалась, конечно. Но, скорее всего, даже ничего спрашивать ничего не будет. Лишь бы с Тигом потусить. Она один раз вообще…

— Подожди-подожди… — Не смотря на недовольный взгляд золотистых глаз, я всё-таки снова постарался перейти к более насущным проблемам, чем местные любовные интриги. — Нам сейчас надо придумать, как попросить нужную книжку так, чтобы не вызвать лишних подозрений.

— Подозрений? У кого?

— Мне тут кое-кто намекал, что такой запрос в библиотеке призовёт внимание чёрных ещё быстрее, чем поиск пророчества во внутренней сетке. Нужно придумать, с чего это нам вдруг понадобилось узнать про такую конкретную дату и место.

Таисья остановилась и нахмурилась:

— Это кто это тебе намекал? Та, что сообщеньки на раскладушку то и дело наяривавает?

— Нет. Но и с тем человеком у меня исключительно деловые отношения.

— Отношения у него… — Девчонка поморщилась ещё пару секунд. Но вдруг её лицо просветлело, и она тут же воскликнула, подняв палец вверх. — Придумала!

— Что?

— Да сейчас сам увидишь! — Она заметила мой скепсис и снова пихнула меня локтем в бок. — Да успокойся ты! Я же не тупица какая-нибудь!

— Может всё-таки лучше заранее…

— Тогда будешь себя вести… это… Неестественно, вот! А так — просто стой, слушай и помалкивай.

— Я просто надеюсь, что ты не собираешься с ходу устраивать Библиотекарю допрос с пристрастием…

— Ну ты точно думаешь, что я совсем дура какая-то… — Девчонка снова обидчиво надула губки. Но уже через миг она злобно усмехнулась. — Хотя, конечно, стоило бы… Никогда он мне не нравился! Высокомерный какой-то… Напыщенный, как петух в курятнике — среди этих своих книжек драгоценных!

Очень хотелось продолжить сельскохозяйственные аналогии и заметить о том, что чья бы корова мычала о напыщенности и высокомерии. Но, пожалуй, она права. Пока не разберусь — лучше помалкивать.

Здание местного книгохранилища было выполнено всё в том же узнаваемом стиле — искусном сочетании современного дизайна и закоса под старину. А размерами почти не уступало главному корпусу.

Но от остальных строений ликеумного комплекса это всё же заметно отличалось. Все окна, в которые можно было заглянуть с земли, были наглухо закрыты изнутри плотными шторами. В то время как в других домах я то и дело замечал потолки комнат и кабинетов.

— А мне вот нравится, как книжки пахнут. — Таисья определённо обладала тем же самым обонянием, что и раньше. Поводив носом, она ненадолго задержалась у тяжёлых входных дверей. — И ещё чем-то странным тянет… Не пойму… Вроде приятно… Но раньше тут такого не было.

Сейчас, в человеческом обличье, я не чувствовал ни одной нотки от тех ароматов старой бумаги и клея, который окутывал тут всю округу на Хеловин. Только смола молодых сосен в парке и душноватый запах свежеподстриженной травы на лужайках по периметру здания.

— Запах старых тайн, наверное… — Я осмотрел массивные створки, обитые крашеным металлом. — Тут стучать надо или звонить?

— Тут просто входишь. — Девчонка легко потянула на себя одну из дверей. И когда мы оказались в сумраке небольшого тамбура, нажала на кнопку переговорного устройства на стене. — А вот тут уже звонить.

Пока устройство отвечало нам только тихими длинными гудками, я осмотрелся. Внутри библиотека пока что напоминала совсем не винтажное здание, а шлюз какого-то фантастического космолёта из старых фильмов. Строгая белизна гладких стен, плавные линии и, вроде бы, герметичный второй вход. Тут были уже не створки, а отъезжающая в стену пластина.

— Тут что, внутри всё стерильно, что ли?

— Здесь и в приёмной — нет. Но там, где всякие редкие книжки хранятся, я слышала, что есть комнаты, куда без специального костюма заходить нельзя.

— А как же тогда тут на хеловин полагалось гербовник искать, если всё так строго? Сюда даже Ежика полы мыть пустили…

— А как раз для этого подсказки и были нужны. Код от вот этого замка и место, где в приёмной книжка спрятана. А в само хранилище только Библиотекарь может войти. Ну или Ректор ещё, не знаю… — Таисья отвлеклась и снова задёргала ноздрями, оглядываясь — Хм… Чем же пахнет-то… Что-то знакомое… Совсем недавно же вроде чуяла…

— Слушаю! — Из небольшого динамика наконец-то прозвучал голос человека, которого, похоже, только что отвлекли от важного занятия. И теперь он вынужден тратить драгоценные секунды на не очень приятное общение.

Девчонка перестала принюхиваться и ответила:

— У меня есть заказ!

— Слушаю… — Устало повторил тот же голос. Однако, не смотря на некоторое раздражение, можно было назвать его красивым. Как у новостных дикторов или радиоведущих.

— Да я сама толком не знаю, что мне надо… — Похоже, что где-то здесь была камера. Потому что вдобавок к виноватому голосу девчонка состроила не менее виноватое личико. И захлопала ресницами, глядя на переговорное устройство. — Но если увижу — то наверняка узнаю! Честно-честно!

После короткой паузы, переговорное устройство, в свою очередь, лишь пикнуло — тоже каким-то недовольным тоном. Но внутренняя дверь после этого действительно отъехала в сторону, пропуская нас в более просторный полумрак

Хотя глаза быстро привыкали к мягкому искусственному свету. И вскоре я разглядел всё в подробностях.

Почти сразу за дверью дорогу преграждала длинная стойка, отделявшая нас от длинных рядов высоких полок, уставленных разнообразными книгами. Стеллажи стояли перпендикулярно стойке. И на торце каждой были указаны буквы, с которых начинались названия.

Быстро пробежавшись глазами по видимым из-за стойки корешкам, я понял, что ничего загадочного или редкого тут явно не нет. Судя по всему, это просто бумажные копии тех многочисленных учебников и справочников, которые можно было найти в электронном виде через планшет. И, вроде бы, подшивки свежей периодики.

Тут интерьер уже не бил в глаза больничной белизной. Как и стойка, полки были сделаны из лакированного дерева. И выглядели дорого — ни одной царапинки, потёртости или скола. Пол — из такого же дорого паркета, как и в учебном корпусе или жилых кампусах. Потолок — с фигурными плинтусами и балясинами. И нигде ни пылинки.

В обе стороны от стойки вели массивные деревянные двери, похожие на уличные. Справа, судя по табличке, располагался вход в читальный зал. А слева — комната с копировальной и фототехникой. Сразу припомнился звук машинки для смены слайдов в кабинете истории. Наверное, тут их и делают для какого-нибудь занятия, на котором нужно демонстрировать содержимое редких книг для студенческой аудитории.

А позади стойки нас встречал пожилой человек, чей взгляд разительно отличался от всех остальных конторщиков, с которыми я успел познакомиться в стенах ликеума.

Стариковская ирония и деланная заботливость Пушкаря, классическая интеллигентность и вежливое добродушие Ректора, весёлое, хоть и немного усталое любопытство Технаря, суровая сосредоточенность и подчёркнутая деловитость Ключника — все эти взгляды выглядели вполне естественно на своём месте. И при общении с отпрысками благородных семейств казались вполне приемлемыми.

Но вот это надменное презрение, с которым посмотрел на нас Библиотекарь, я совсем не ожидал встретить в стенах ликеума. Если бы сюда добавить ещё немного злобы, то взгляд этого человека будет уже совсем как тот, с которым на меня смотрел Ратмир Боровик.

Внешний вид служащего и его одежда тоже сильно отличались от тех образов, что я видел раньше. Даже заляпанный маслом комбинезон Димитра выглядел как-то органичнее. А этот… Словно только что из-под одеяла вылез. Где перед этим спал прямо в одежде.

Мятая белая рубашка хоть и была чистой, но опрятной отнюдь не выглядела. Бордовый жилет наполовину расстёгнут. Ниже пояса Библиотекаря не было видно за стойкой, но наверняка и брюки тоже мятые — как и он сам. Мешки под глазами, усталые морщины, неаккуратная запущенная причёска, давно требующая внимания цирюльника. Всё это ещё меньше сочеталось с той непомерной гордыней, что читалась в обращённых на нас глазах.

Может прав был Тумир, когда я однажды спросил у него, почему говорят «горе от ума». Тогда старик почесал бороду и предположил, что это всё из-за того, что шибко умному и непомерно эрудированному человеку все остальные кажутся непроходимыми идиотами. Даже если на самом деле они просто не настолько богаты знаниями, но достаточно сообразительны и профессиональны в какой-то своей, отдельной сфере знаний. Например, в подметании улиц, как он сам. И поэтому таким людям трудно найти себе приятелей. Вот потому «умники» всё время грустные и ходят. И никого не любят.

— Ну так что же вы желаете найти, благородные господа? — Библиотекарь поморщился и потёр небритые впалые щёки. — Только, пожалуйста, постарайтесь сформулировать заказ как можно чётче. Это напрямую влияет на время его исполнения.

Однако Таисья и не думала реагировать на подобную дерзость так, как я от неё ожидал. Продолжая невинно хлопать ресницами, она приступила к стеснительным и сбивчивым объяснениям:

— Видите ли в чём дело… Мой совсем не обращает на меня внимания… — Продолжая строить из себя какую-то куклу, девчонка обидчиво надула губки. И я понял, что и в первый раз это было не более, чем притворство. — И я хочу как-то его впечатлить…

— Вы уверены, что зашли по адресу, сударыня? — Недовольно перебил её Библиотекарь и снова поморщился. — Тут нет ни платьев, ни косметики. И книг про этот тоже здесь не найти. Это научная библиотека, а не ларёк с комиксами про влюблённых подростков.

На миг я всё-таки увидел, как в глазах юной волчицы проскочила гневная искорка. Но она тут же продолжила глазеть по сторонам, моргая с деланной жеманностью:

— Вот поэтому вы мне и нужны, сударь… Дело в том, что он очень увлекается историей… И я вот подумала… Может у вас есть какая-то книжка, чтобы там было что-то такое, что он точно не знает. А я бы прочитала и как рассказала бы ему что-то такое… Ну чтобы он прямо удивился весь, какая я умная!

Задумчиво пожевав губами, старик, тем не менее, продолжил хмуриться и смотреть на нас как на недостойных его внимания несмышлёнышей:

— Значит, вы хотите удивить вашего молодого человека глубокими познаниями в исторической науке, мадмуазель… Странно. Обычно юные леди стремятся удивить своих возлюбленных чем-то другим… Хотя тоже глубоким…

— Чего⁈ — Девчонка всё-таки вытаращила на него глаза.

Поймав вспыхнувший взгляд Таисьи, конторщик покосился на меня и чуть заметно усмехнулся. Видимо, тому, что всё-таки вывел её на чистую воду.

— Я имею в виду декольте, конечно же… — Снова устало потерев щёки, он глубоко вздохнул и, чуть прикрыв глаза, задрал кустистые брови и начал размышлять вслух. — Но что ж… Давайте для начала определим хотя бы период истории человечества, который интересует вашего приятеля… Древний мир? Античность? Средневековье? Ренессанс? — Он слегка приоткрыл один глаз и глянул на нас с неприкрытым скепсисом. — Вам же знакомы эти термины, юные господа?

— Знакомы… — От такой манеры общения уже и я начал понемногу терять самообладание.

И вдруг почувствовал, как Таисья коснулась моей руки, словно напоминая о призыве молчать:

— Видите ли… Я не знаю какой именно период…

— В таком случае мне будет слож…

— Но он из Бесаратии! — Девчонка радостно перебила усталое брюзжание своим мелодичным лепетом. — Может у вас есть что-то про неё? Что-то про такое… Например, про то, как Империя её завоевала! Мальчишки же любят всякое про войну, да?

— Хм… — Вместо усталого презрения во взгляде Библиотекаря на миг мелькнула какая-то печаль. — Война — дело молодых, как сказал поэт… Лекарство против морщин…

— Ну вот, видите! Вы же такой умный! Наверняка знаете что-то такое! Какую-то книгу, где можно прямо всё-всё про эту войну узнать! Вот бы он тогда удивился! — Девчонка продолжала мастерски строить из себя дурочку, миленько улыбаясь чванливому конторщику. — Это же совсем недавно было, да? Наверное, это ренессанс?

— Нет, юная леди, это был отнюдь не ренессанс… — Библиотекарь снова брезгливо поморщился. — Ладно… «Два года войны» Немировича-Панченко вас устроят?

— Наверное… А это он Бесаратию завоевал? Я думала, что это Пе́тровичи…

Прежде чем ответить, конторщик снова глубоко вздохнул и потёр морщинистый лоб:

— Нет… Это не он. И не Пе́тровичи…

— А там тогда про неё точно есть? Про завоевание?

— Присоединение Бесаратии к Империи было оформлено в Квазарградском мирном договоре от двадцать седьмого января, тысяча восемьсот восемьдесят девятого года… Хотя кому я… — Последние слова старик сказал куда-то в сторону. — Хорошо. Ожидайте. Сейчас я вам её принесу. Только выносить эту книгу нельзя. При поиске нужного вам факта, воспользуйтесь, пожалуйста, читальным залом…

— Хорошо! — Таисья даже изобразила что-то похожее на книксен. — Благодарю, вас сударь!

Фыркнув, конторщик поднялся со своего кресла. И когда он прошёл мимо полок куда-то в темноту, я заметил, что брюки у него действительно тоже сильно мятые.

Пока из-за полок раздавались шаркающие шаги, Таисья начала нетерпеливо подпрыгивать на месте. И как только из темноты послышался звук закрывшейся двери, она одним махом перескочила стойку.

— Ты куда⁈

— Следи за ним, как обратно пойдёт! — Пригнувшись к столешнице за стойкой, девчонка принялась водить носом туда-сюда. — Точно тут где-то спрятано… Внизу… Сладкий запах какой-то…

— Да может он просто пирожок с собой с обеда прихватил…

Пока я вглядывался в темноту между полками, юная волчица принялась торопливо копошиться в лежащих за стойкой книгах:

— Да сам ты пирожок! Он людей-то к своим драгоценным книжкам пускать не любит, а ты думаешь, что торт с собой притащит… — Теперь она принялась шебуршить кипы каких-то толстых журналов с одноцветными обложками. — Чёрт, да где… Вот прямо здесь где-то пахнет же…

Шагнув в сторону, я попытался рассмотреть вход в хранилище. И спустя несколько секунд, увидел, как в темноте на короткий миг отъехала в сторону такая же панель, как и за нашей стеной. Дверь пропустила слегка сутулый силуэт конторщика обратно в приёмную.

— Идёт!

— Щас… — Таисья полностью скрылась под стойкой. — Тут под половицей, похоже…

— Давай обратно!

— Да щас… Вот! — Вынырнув обратно, девчонка торопливо вчиталась в надпись на каком-то пустом пузырьке. — Пинаколин ньенсис акиди…

Сутулый силуэт уже шёл к нам, но полки ещё скрывали Таисью от взгляда библиотекаря.

— Давай обратно!

— … метилфосфоники флорид… — Дочитав странный текст, девчонка развернула пузырёк этикеткой ко мне. — Смотри!

И я сам смог прочесть то, что было от руки приписано под этим длинным названием:

«Роза инферна».

Глава 23

Исторические изыскания

— Ты всё равно сейчас ничего не докажешь! — Снова заглянув в проход между полками я увидел, как Библиотекарь отвлёкся на то, чтобы поправить и без того идеально ровные ряды справочников. — Прыгай назад пока не поздно!

— Да я и не собираюсь ничего доказывать! — Возмущение Таисьи было абсолютно искренним. Она сжала пузырёк в кулаке и злобно оскалилась в сторону шаркающих шагов. — Кто он такой, чтобы я чего-то там доказывала!

Да, я опять забыл, с кем имею дело… Значит и аргумент о том, что старик запросто может заявить о подлоге, тоже не сработает. Тогда вспомним то, что не раз выручало меня самого — презумпцию невиновности.

— А вдруг ему самому это подкинули? И он на самом деле тут не при чём?

— Ты правда в это веришь? — Девчонка презрительно прищурилась.

— Ульяна же тоже не подозревала о яде! — Глянув между полок ещё раз, я увидел, что Библиотекарь уже почти дошёл до края, но вновь отвлёкся на то, чтобы аккуратно смахнуть пылинку с толстого корешка какой-то энциклопедии. — Он же наверняка понимает, что ты бы тут всё унюхала! И не стал бы делать такой очевидный тайник! Ну сама подумай!

— Да мало ли…

— Да и зачем вообще ему это прятать именно здесь? У себя прямо под носом! Лучше места не нашёл за столько дней?

Глянув на пузырёк, Таисья ещё раз досадливо поморщилась. Но, лишь на секунду прислушавшись к приближающимся шагам, всё-таки легко перемахнула через стойку обратно. И, едва успела спрятать руку с бутылочкой за спину, когда сутулый силуэт вышел к стойке из-за полок.

— Вот, юная леди, думаю, это то, что вам… — Библиотекарь поднял на нас взгляд от книги в руках. И на секунду осёкся, заметив горящие глаза девчонки. — Кхм… Вы себя хорошо чувствуете?

Я тоже обратил внимание на то, что помимо растрепавшейся от прыжков причёски, у княгини ещё и резко покраснело лицо. И само собой, участилось дыхание.

— Нормально! — Рявкнула та в ответ. От чего конторщик даже немного вздрогнул. — Только у меня ещё вопрос!

— Кхм… — Старик снова удивлённо крякнул и осторожно пожил старую книгу на стойку и коротко покосился в мою сторону. — Ещё какой-то заказ? Хотите удивить знаниями ещё одного возлюбленного?

— Нет! — Последовал ещё один резкий ответ. И тут же — не менее резкий вопрос. — А где ты был тридцать первого ноября⁈

— Кхм… — Библиотекарь снова нахмурился. Подобная дерзость со стороны юной аристократки явно раздражала его сильнее, чем остальных конторщиков. — А какое это имеет отношение к…

— Отвечай! — Таисья не сводила горящий взгляд с недовольного морщинистого лица. — Где⁈

Конторщик сложил морщинистые ладони и принял подчёркнуто высокомерный вид. А ответил только после того, как снова степенно устроился в своём кресле:

— Тридцать первого ноября, юная леди, я использовал свой законный выходной. — Теперь он не смотрел на нас, а перебирал те самые книги и журналы, в которых только что копалась девчонка. Несмотря на подчёркнутую вежливость слов, в тоне старика чувствовалась обида за подобное обращение. — И провёл чудесный день у себя дома, ваше сиятельство. Как и все остальные сотрудники ликеума на время проведения ваших праздничных мероприятий.

— А вот и нет!

Библиотекарь всё-таки поднял на раскрасневшуюся княгиню вопросительный взгляд. И девчонка с готовностью пояснила:

— Не все были дома! Ты сам тут полотёра закрыл!

— Полотёра? — Удивление старика выглядело натуральным. Хотя и было смешано с раздражением от неприятной ему беседы.

— Кабалёнка! Сам попросил его тут полы помыть и запер! А перед этим под видом доктор… Ай! — Девчонка резко повернулась ко мне, когда я шагнул ближе и наступил ей на ногу. — Ты чего⁈

— У тебя тут что-то… — Я сделал вид, что нашёл какую-то соринку на плече девчонки. И приблизившись ещё, торопливо шепнул на ухо. — Все козыри сразу кидают только лопухи…

В это время конторщик ещё раз с негодованием оглядел нас с головы до ног. И, прикрыв глаза, воздел брови ко лбу с уже знакомым выражением высокомерной отрешённости:

— Да будет вам известно, благородная леди, что за тридцать четыре года служения в этом храме знаний я ни разу… Подчёркиваю, ни разу не доверял его очищение другим людям. — Он приподнял веки, чтобы зыркнуть на нас взглядом, полным оскорблённого презрения. — И не людям, если что, тоже.

И пока Таисья гневно пыхтела, собираясь с мыслями, старик глянул на наручные часы и с нескрываемым раздражением побарабанил пальцами по столу:

— Кстати через полчаса библиотека закрывается, господа. — Он снова глянул на девчонку с высокомерным презрением. И слегка пододвинул к нам фолиант, лежащий на стойке. — Если вы всё ещё хотите произвести впечатление на вашего кавалера, юная леди, рекомендую приступить к ознакомлению с сим трудом. Может быть, успеете определить хотя бы направление поиска столь нужных вам исторических фактов…

— Спасибо! — Я аккуратно забрал тяжёлую книгу и дёрнул Таисью за руку. — Мы постараемся успеть.

— Сколько надо, столько и будем тут сидеть! — Снова огрызнулась на старика девчонка, шагая следом за мной к двери читального зала. — Библиотека всегда работает до последнего!

— Как изволите, ваше сиятельство. — Процедил Библиотекарь сквозь зубы. И, глубоко вздохнув, углубился в чтение одной из книг у себя на столе.

Едва мы оказались внутри просторного помещения, залитого мягким светом и уставленного широкими столами, Таисья снова огрызнулась. Только на этот раз в мою сторону:

— Чего ты меня дёргаешь! — Она выдернула свою ладонь. И, сердито насупившись, спрятала её в карман спортивной кенгурухи вместе с пузырьком. — Ещё и ногу отдавил…

— Да ты его чуть не покусала там…

— Ну и покусала бы! Тебе-то какое дело⁈

— Я всё-таки хочу успеть найти то, что нам нужно. Уже сегодня. — Я слегка потряс тяжёлой книгой, выбирая место для чтения. — А не наблюдать за тем, как юная княгиня кусает пожилого конторщика.

— Грррр…

— Вот тут мне нравится. — Не обращая внимания на угрюмое рычание, я выбрал стол подальше от входа. — Тут нас точно не будет слышно.

Надувшаяся девчонка плюхнулась на мягкий стул рядом со мной. И пока что принялась молча наблюдать за тем, как я изучаю оглавление книги.

Старинный фолиант явно был напечатан ещё до упрощения алфавита, больше ста лет назад. В тексте была куча ненужных твёрдых знаков и сочетаний вроде «ьо» вместо «ё». Что немного усложняло чтение. Но в целом язык вековой давности не сильно отличался от того, на котором мы говорили сейчас. Разве что изобиловал многословными устаревшими оборотами, похожими на те, которые использовал в своей речи Библиотекарь. Но и к ним я был привычен благодаря чтению классики, которую мне то и дело раньше подсуропливала мама.

Однако оглавление пока что несло в себе мало информации о том, где именно можно было найти подробности об июльских событиях. Кроме годов в названии разделов не было ни одной даты. А среди географических названий попадались только крупные крепости, города или какие-то реки и горы, возле которых происходили особенно значимые сражения этой двухлетней войны. Ничего похожего на деревню с названием «Ловча» среди них не было.

— Надеюсь, там в это время было тихо… — Я глянул на Таисью, приглашая её к исследованию. И указал на один из разделов. — Вот рядом с городом Плевна явно была какая-то крупная заварушка… Двунай форсировали… Может, просто по карте посмотреть, далеко эта Плевна от Ловчи?

— Да так ты фиг чего найдёшь… — Девчонка всё-таки подсела поближе. И слегка толкнула меня плечом, пододвигая книгу к себе. — На алфавитный указатель надо смотреть, а не на главы. Вот тут, в конце…

На последний страницах трактата действительно обнаружился обширный список имён и названий с указанием номеров страниц, на которых они упоминались.

— Вот… — Таисья открыла нужную букву и повела палец по списку. — Лобанов… Лобачевский… Лобио… Лов-Кара… Ловакин… Ну вот и Ловча! Ого… Аж на трёх страницах подряд упоминается… — Запомнив номера, она принялась искать нужный раздел. — Похоже, там всё-таки тоже была какая-то, как ты говоришь, заварушка… Хе…

Покосившись, я заметил, что девчонка всё-таки смягчила сердитое выражение лица. И даже слегка улыбнулась, продолжая прижиматься ко мне плечом:

— Тэ-э-экс… Ну и чего тут происходило… — Не без труда продираясь через обилие военно-казённой терминологии в сочетании с изысканным стилем автора, Таисья иногда бормотала ключевые фразы и даты вслух. — «Стратегическое значение линии»… «Взятие Ловчи»… А нет, это ещё пятого июля было… «Установление бесаратского управления взамен туранского»… «Начало боевых действий под Плевной изменило оперативную обстановку»… Начало… А когда начало-то? А вот… «15 июля 1877 года туранский отряд под командованием генерал-майора Ришата-паши овладел Ловчей и восстановил туранское управление»… «Отступление имперских войск из населённого пункта и смена управления привели»…

Остановив чтение, девчонка подняла на меня взгляд, в котором не осталось и следа от былого гнева. Теперь золотистые глаза были полны тревоги:

— … «Привели к массовому истреблению бесаратского населения в Ловче и округе»…

Я тоже убедился в том, что описанные далее акты геноцида происходили в этой деревне именно в середине месяца. В частности, пятнадцатого числа сразу после отступления имперских войск был сожжён дом старосты. В то время как внутри пытались найти убежище многие селяне, скрываясь там от грабежей вошедшего в селение туранского отряда. И там же располагался полевой госпиталь, где местная ворожея пыталась помочь раненым.

— Вот тебе и заварушка… — Таисья вновь встретилась со мной взглядом. На сей раз даже немного опечаленным. — Интересно, эта твоя Ханга там что-то напророчила до сожжения или уже после…

— Вот сами и увидим. — Я закрыл книгу и, сунув её подмышку, встал из-за стола. — Пойдём Тига проведаем.

— Я щас ещё кое-что спрошу у этого петуха… — Девчонка поспешила следом. — Только ты меня давай не дёргай в этот раз, хорошо?

— Если кусаться не будешь.

— Не буду!

Когда я положил фолиант обратно на стойку, Библиотекарь даже не поднял глаза от своей книги. Но всё-таки едко поинтересовался:

— Ну как, нашли, что искали?

Таисья шагнула вперёд и подняла передо мной ладонь, призывая к молчанию:

— А вы знаете, что такое «Адская роза»?

Старик всё-таки поднял на нас немного удивлённый взгляд:

— Если это какая-то парфюмерия, то я уже говорил, что здесь вам не…

— Нет, это не парфюмерия. — Золотистые глаза цепко следили за реакцией конторщика. — Это смертельно опасный яд…

— Вот как? — Слабое удивление на лице старика пока не исчезало.

— А я думала, что вы всё знаете…

— Яды — это не по моей части, юная леди. — Библиотекарь пожал плечами и опустил в книгу уже свой обычный взгляд, полный равнодушного высокомерия. — Благодарю за то, что уходите вовре…

— А по чьей это части? — Таись не сводила со старика глаз. — Где такой можно достать?

Конторщик вновь поднял глаза от книги и опять пожал плечами:

— Без направления от преподавателя, я могу предложить вам только новейший справочник по боевым отравляющим веществам за авторством…

— Да нет, не надо. — Снова перебила его девчонка. И на сей раз уже она потянула меня за собой к выходу. — Мы уже уходим! До свидания!

— Всего вам доброго, господа. — Несмотря на такое пожелание, в сухом голосе старика не было и намёка на доброту. Только лёгкое раздражение.

И я уточнил, когда мы оказались на улице:

— Ну что? Узнала, что хотела?

— Узнала. — Буркнула девчонка в ответ. — Ты был прав.

— Э-э-э… А в чём именно?

— Он действительно понятия не имеет о том, что такое это самая «Адская Роза». И это не он спрятал пузырёк.

— Ты это тоже по запаху поняла?

— Хотела бы я такое уметь… — Озорной взгляд золотистых глаз прищурился в мою сторону. — Я когда спрашивала — глянула туда, где был тайник. А он вообще никак не отреагировал. Ни сам туда не посмотрел, ни после моего взгляда… — Девчонка вновь подёргала меня за руку и ускорила шаг. — Ладно, пойдём скорей! Может ещё успеем Тига с Сонькой застукать!

Женский кампус ликеума располагался абсолютно симметрично зданию мужского. И, казалось бы, ничем не отличался — ни внешне, ни внутренне. Но всё же что-то придавало этому общежитию какой-то едва уловимый оттенок изысканности, по сравнению с жилищем студентов-парней. Может быть, дело было в преимущественно дамском обществе, встречавшим нас на лестнице и в коридорах. Чьи образы были гораздо более изящны и украшены, чем мужские. А может просто картины, висящие на стенах этого здания, отличались более тонкой техникой исполнения и нейтральностью сюжетов.

Остановившись возле нужной комнаты, Таисья приложила палец к губам и прислушалась. И я тоже невольно расслышал весёлый тонкий голосок, доносившийся из-за двери:

— А вот это мы в Северном Зекистане этим летом отдыхали! Смотри, как там красиво!

— Ага! — Таисья ворвалась в собственную комнату, распахнув дверь чуть ли не с ноги. — А чего это вы тут делаете⁈

Однако, осторожно заглянув в дверной проём, я не увидел внутри ничего сверхосудительного.

Явно смертельно скучающий Тиг сидел на одной из кроватей рядом со светловолосой девушкой, одетой в строгую форму ликеума — кипельно-белую блузку и клетчатую юбку, похожую на ту, в которой любила бегать Таисья. Очевидно, это и была соседка моей подруги — княгиня София Длиннорукова.

В хрупких ладошках юная аристократка держала планшет, на экране которого угадывалось какое-то слайд-шоу с изображениями горной природы. А также хозяйкой планшета, позирующей на фоне этих красот. Судя по всему, как раз от демонстрации этих фотографий, Тиг так сильно и заскучал.

Но сейчас, поправив тонкие очки на слегка длинноватом носу, девчонка отвлеклась от виртуальной галлереи и подняла на внезапную гостью тёмно-серые глаза, полные негодования:

— Стучаться надо! — Тонкий голосок как нельзя лучше соответствовал её изящной внешности. Хотя, не смотря на общую худобу, все интересные места фигуры Софии почти не уступали юной волчице в объёмах.

— Чего это? Я ж тут живу! — Таисья разбежалась и беззаботно плюхнулась на собственную кровать спиной вперёд.

О том, что это была именно её половина комнаты, можно было догадаться без подсказки. В отличие от своей изящной соседки, Таисья относилась ко всем остальным вещам так же небрежно, как и к одежде. Кровать расправлена, книги и тетради на полках свалены в шаткие кучки, сложенные рядом с остатками какой-то недоеденной трапезы. Сменная одежда располагалась преимущественно на спинке стула и изголовье койки, а не на вешалках.

Вдобавок почти вся стена над кроватью волчицы была обклеена целым ковром из плакатов. Какие-то рок-группы, подкачанные киноактёры и смазливые актрисы, рекламные постеры с подтянутыми моделями, горделиво примеряющими спортивную одежду или присаживающиеся на дорогие автомобили. От этой яркой мешанины из налезающих друг на дружку образов немедленно начинало рябить в глазах.

Устроившись под этим разноцветным салатом поудобнее, Таисья помахала мне рукой:

— Ну чего встал? Заходи, Шубский! Не стесняйся, чувствуй себя как дома! — Дотянувшись до какой-то недопитой газировки, она ещё раз салютовала мне бутылкой, прежде чем допить ярко-зелёную жидкость. — Да не забывай, что в гостях!

Шагнув через порог, я коротко махнул Тигу. И юный волк, кивая в ответ, сразу заметно повеселел. Видимо осознав, что пытка содержимым планшета подошла к концу.

И когда я встретился взглядом с Софией, то тоже сдержанно поклонился:

— Вечер добрый…

Но вместо такой же куртуазной вежливости, которую я ожидал получить от изящной княгини в ответ, девчонка вдруг удивлённо распахнула глаза — чуть ли не шире, чем диаметр её очков. Затем заметно покраснела и зачем-то быстро покосилась на Тига.

— Ев… Евгорий? — Вдобавок к этому заиканию, планшет едва не выскользнул на пол из заметно вспотевших ладошек.

Глава 24

Зекистанская суперпозиция

За секунду в голове пронеслась целая череда мыслей.

Первое. Опричник был прав насчёт того, что я правда похож на этого лесного барчука.

Второе. Эта блондинка, похоже, знакома с ним лично. А это, в свою очередь, означает, что и я должен быть знаком с ней. Вопрос только в том — насколько близко…

А вот тут как раз немедленно прилетела и третья мысль: судя по тому, как эта аристократка то краснеет, то бледнеет и то и дело косится на Тига — наше с ней знакомство немного выходило за рамки шапочного. Интересно, как далеко…

Ровно такое же соображение, очевидно, сейчас посетило и Таисью. Ибо она тут же расплылась в одной из самых своих самых широких улыбок. И, заодно, в одной из самых хищных:

— Та-а-а-а-а-ак… — Продолжая скалиться до ушей, она попереводила лукавый взгляд с меня на Софию и обратно. — Значит, говоришь, подруженька, в Северном Зекистане отдыхала… А ты, Шубский, где провёл это лето? — Она тут же резко подняла перед собой руки, призывая нас к молчанию. — Хотя погоди-погоди! Сейчас сама угадаю… Наверное, где-нибудь в горах охотился, да? На каких-нибудь… Хрупких козочек?

— Сама ты козочка!!! — София явно была не из тех, кто может вовремя совладать со своими эмоциями. Так как сразу после выкрика она снова чуть не уронила планшет и опять как-то опасливо глянула на слегка опешившего Тига. — Я… Мы… Там…

Ну всё понятно. Но так даже лучше.

Я прошёл в комнату, прикрыл за собой дверь и спокойно пояснил:

— Мы встречались с Софией на железнодорожном вокзале. В Зеки-Юрте. — Благодаря моим бородатым друзьям из авторазборки я точно знал, что в столицу этого региона Империи сейчас можно попасть только на поезде. И следующей фразой постарался отсечь все ненужные пересуды. — София как раз уже уезжала оттуда домой. И помогла сориентироваться мне по приезду.

Уж не знаю, что там было у этой блондинки с настоящим Шубским в Северном Зекистане. Но моя безобидная версия ей точно понравилась. И девчонка немедленно с ней горячо согласилась:

— Да-да… Я ещё там с родителями была! — Видимо это обстоятельство должно было окончательно убедить Тига в том, что наше знакомство исчерпывалось исключительно куртуазной беседой об особенностях путешествий по южному региону Империи. Вот только интересно — я правда видел там её родителей? Ведь я знаю о них только то, что они носят ту же фамилию…

— Да-а-а-а-а? — Коварная улыбка пока не спешила исчезать с лица юной волчицы. — Значит, уже и с родителями успел познакомиться…

Таисья, конечно, могла бы и дальше продолжать вредничать, настояв на рассказе о деталях нашего знакомства с Софией. Но, видимо, желание лишний раз позлить соседку было слабее желания мне помочь. И она ограничилась лишь многозначительным «Ню-ню».

Тем более, что Тиг, в свою очередь, не выказывал ни малейших признаков ревности. Наоборот, он по-прежнему выглядел оживлённым из-за того, что просмотр фотографий из этой поездки явно откладывался на неопределённый срок. Если вообще догадывался о том же, о чём и мы с его сестрой. А может и просто вовремя вспомнил, что никакой я не Шубский. И тоже не стал настаивать на деталях.

Зато и я теперь был избавлен от необходимости припоминать подробности нашего «знакомства». Главное только случайно не оставаться с этой белобрысой княгиней наедине… И тогда то, что было в Зекистане, останется в Зекистане.

София, тем временем, всё-таки собралась с духом. И, перестав постоянно менять цвет лица, снова вонзила в соседку гневный взгляд сквозь очки:

— И ты ещё хочешь, чтобы я тебе с историей помогала⁈ Сидит тут, издевается…

— Мне? — Таисья перевела удивлённый взгляд на брата.

И тот немного замялся:

— Ну… Я так, пока что только в общих чертах успел объяснить…

— Х-хе! — И снова коварная улыбка растянулась на лице юной волчицы, а золотистые глаза забегали между мной и Софией. — Вообще-то это надо не мне, а этому вот охотничку…

— Да? — Судя по тому, как снова изменилось лицо блондинки, этот факт многое менял в её отношении к нашему будущему проекту. Похоже, что настоящий Гор Шубский всё-таки довольно метко поразил её сердечко. — А как… То есть… Ну…

И я снова пришёл ей на помощь:

— Мне нужно задокументировать кое-какие события в Бесаратии, в девятнадцатом веке. Поприсутствовать там лично. Это же вообще возможно? — Я сам до конца не верил, что эти барчуки каким-то образом на такое способны. Но как-то же Длинноруковы всё-таки достигли своих высот.

— А какие именно события? — София снова понемногу успокаивалась. Любопытство явно быстро брало верх над приступами любовной лихорадки.

— Кстати, да! — Тиг тоже заинтересованно подполз ближе к краю койки. — Вы узнали, что там было в этой деревне? Сражение какое-нибудь?

— Да, вроде того… — Я подошёл к письменному столу, на котором располагался хаос из учебников, тетрадей и остатков еды. И присел на стул, увешанный одеждой. — Только мне нужно будет попасть уже к его финалу. И, похоже, стать там свидетелем не самого приятного зрелища…

— Это какого же? — Судя по беззаботному выражению лица, юный волк явно не ожидал ничего плохого от сцены завершения битвы и процессе разграбления несчастной бесаратской деревушки туранскими войсками.

— Судя по тому, что мы узнали в библиотеке, свои последние минуты Ханга провела внутри горящего дома. — Заметив непонимание на лице блондинки, я пояснил. — Это местная ворожея. В то время она произнесла какое-то пророчество. Вот его мне и нужно успеть услышать.

— То есть… — Непонимание на лице Софии быстро сменилось тревогой. — То есть тебе нужно оказаться внутри горящего дома… В то время как вокруг вражеские солдаты грабят какую-то деревушку?

— Похоже, что так.

— А ты уверен, что успеешь услышать всё что нужно?

— Нет. И прежде всего потому, что не совсем понимаю, как это вообще работает.

— Ну ты чего⁈ — Вдруг воскликнула Таисья. — Я ж рассказывала! Это как кино, только ты сам прямо в нём тусишь!

Глянув на соседку, блондинка досадливо поморщилась:

— Совсем всё не так. — И она вновь глянула на меня с тревогой, махнув на юную волчицу рукой. — Не слушай её, Гор. Тут всё сложнее бу…

— Чего это «не слушай»! — Немедленно возмутилась княгиня Волкова. — Чего я не так сказала⁈

— Да всё!

— Да чего всё⁈ — Пригнувшись, словно перед прыжком, сероволосая девчонка сжала кулаки.

— Воу-воу! — Я поспешно пересел со стула на кровать и взял возмущённую девчонку за руку. — Давай дадим слово специалисту. Всё-таки обстоятельства действительно не вполне обычные…

— Вот именно… — София ещё раз уколола подругу взглядом. Но на меня глянула уже гораздо мягче. — Во-первых, нужно знать точно время. Именно момент произнесения этого пророчества.

— Это мы знаем. Вплоть до минуты… Кхм… — Пока я отвечал, Таисья воспользовалась тем, что я оказался близко. И тут же забралась мне на колени, с коварной улыбкой наблюдая за реакцией подруги.

Вспыхнув, подруга пару секунд похлопала на нас глазами. И в следующий миг схватила Тига за руку, тоже прижавшись к нему вплотную. Да так резко, что тот даже слегка вздрогнул от неожиданности.

— А какой именно год? — Вопрос блондинки вроде был обращён ко мне. Но при этом она продолжала сверлить негодующим взглядом свою соседку.

— Тысяча восемьсот семьдесят седьмой.

— Хм… — София нахмурилась. — Тогда это будет ещё сложнее, чем я думала…

— Да чего такого-то⁈ — Снова воскликнула Таисья. — Или у тебя тоже портала нет? Вроде же выдали за отличие, разве нет?

— Тут не только портал нужен… — Судя по тому, как София теперь прятала от меня взгляд, дело было вовсе не в женской мстительности. — Там надо ещё вероятности рассчитывать анализатором потоков… Без него сложно… Это я ещё не очень хорошо умею…

Вновь подняв на нас глаза, блондинка сразу поняла, что никто из присутствующих понятия не имеет, о чём она говорит. И, вздохнув, она всё-таки продолжила:

— Вы знаете, что такое суперпозиция?

— Это что-то из твоих приключений в Зекистане? — Немедленно съязвила волчица.

— Нет! — Понаблюдав за тем, как мы с Тигом молча хлопаем глазами, София снова вздохнула и покачала головой. — Ну хотя бы про кота Шродингера слышали?

— Не люблю котов. — Поморщилась Таисья. — Не можешь — так и скажи! При чём тут коты вообще?

— Да ни при чём, на самом деле… — Отмахнулась от неё блондинка. И ещё плотнее прижавшись к Тигу, обратилась уже ко мне. — В общем, то, что она называет «кином», это, по сути, временный проход в один из множества параллельных миров…

— Ты слышь, заучка! Не вежливо так в третьем лице про человека говорить! — Таисья поймала мой нетерпеливый взгляд и пожала плечами. — Ну а чего она!

— Ну хотя бы то, что такое третье лицо ты знаешь… — Послышалось ворчание соседки.

— Ты слышь!!!

— Тая… — Я вновь взглянул в золотистые глаза. — Пожалуйста!

— Вот видишь! «Тая»! И «пожалуйста»! — Девчонка показала соседке язык и поёрзала на моих коленях, устраиваясь поудобнее. Потом обняла за шею и, всё-таки, успокоилась.

И пока, продолжая недовольно сопеть, София вновь немного зарделась, я уточнил:

— То есть… Это как бы путешествие в прошлое? Только ещё и в другой мир?

— Нет. — Блондинка мягко улыбнулась, словно я сказал какую-то глупость. — Путешествия во времени невозможны. А вот между параллельными реальностями — вполне. Каждый раз, когда мы черпаем силу из-за Завесы, мы, по сути, именно это и делаем. А в разных ветвях мироздания время течёт с разной скоростью.

Я припомнил то, как уже был свидетелем штурма средневекового городка в прошлом. И участником атаки на загородную резиденцию императора в будущем. Вот значит, что это было… Но ведь я был там не сам собой… И нет?

— То есть… Можно попасть в параллельный мир, где всё ещё идёт нужный период времени, правильно понимаю?

— Не совсем. — Софию явно радовал мой искренний интерес к её знаниям. И она продолжила объяснять уже немного бодрее, мягко улыбаясь. — Границу между мирами может пересечь только наше сознание. За Завесой оно как бы впитывает свободную энергию, которая ещё не превратилась в волны или частицы. И мы можем использовать её здесь для управления силой наших родов. Вот, например, я с помощью портала могу приоткрыть и другие пределы — в те миры, где всё уже упорядочено, как и в нашем…

— Так ты можешь или нет? — Опять не стерпела Таисья. И, встретив мой строгий взгляд, опять пожала плечами. — Ну а чего… То могу, то не могу…

— Подожди… — Я в свою очередь тоже дождался, пока девчонка снова перестанет ёрзать. И выглянул из-за неё на Софию. — Если переносится только сознание, то почему на хеловин нас забросило в мо… Кхм… В район с человейниками именно в том виде, в каком мы и были? А не просто как какие-то призраки…

— Так и есть, сознание не может существовать без носителя. — София продолжила рассудительную речь. — И при переносе оно обычно временно вселяется в другого человека, живущего в другом мире. Как бы в гости.

— Но ведь там мы были сами собой, а не другими людьми… — Я вопросительно глянул на свою напарницу. — Ведь так?

— Ну да. — Она согласно тряхнула непослушной чёлкой. — Ты даже в этой своей простыне был и шляпе. И… — Она вдруг нахмурилась, что-то припоминая. — Хотя…

— Что?

— У тебя же боты порвались тогда, когда ты волком стал, помнишь?

— Конечно.

— А в той помойке, где мы шваль отмудохали — вроде бы опять целые были…

— Если анализатор потоков достаточно мощный, — София кивнула нашим догадкам, — то среди бесконечных миров он может автоматически найти именно тот, где в такую же ситуацию попал кто-то очень похожий на вас. Но, конечно, не на все сто процентов. Это уже слишком сложно даже для анализатора…

Теперь я вспомнил ещё и тот факт, что Сява с корешами меня тогда не узнал. Наверное, на лицо тот парень в простыне из параллельной реальности действительно был немного другой… И ещё поэтому у Таисьи так и не получилось тогда обернуться волком.

И вот почему на мне в итоге нет шрама от удара ножом… Это ему там досталось, а не мне… Какому-то другому парню…

А если сознание впитывает энергию из-за Завесы… Значит оно может впитать и чужую силу, как тогда — из средневекового воителя…

И как тогда, когда я чуть не впитал её из самого Императора…

— Евгорий?

— А? — Я глянул на Софию.

— Я продолжу? Ты что-то задумался…

— Да, конечно. Очень интересно. Просто вспоминал ту драку среди человейников…

— Да там вообще! — Таисья снова заёрзала, активно кивая. — Такой стрём! Не понимаю, как так жить можно…

— Продолжай, пожалуйста. — Я снова выглянул из-за неё на блондинку.

— Ну так вот… — София деловито поправила очки. — Среди бесконечных миров можно найти и тот, где до сих пор ещё девятнадцатый век. И перенестись в сознание тех людей, которые были рядом с той ворожеей… Ну… В том доме, о котором ты говорил.

— Но мне необязательно, чтобы эти люди были похожи на меня и… Кстати, а можно сразу нескольких перенести?

— Да, это как раз не очень сложно. — София пожала тонким плечиком. — Если им, конечно, не впервой за Завесу заглядывать.

— Допустим, что не впервой. А в чём тогда сложность?

— Сложность в том, что для такой большой разницы во времени тоже нужен очень мощный анализатор потоков. Чтобы правильно рассчитать вероятность выхода из суперпозиции и найти нужную параллель. Иначе можно опоздать да так ничего и не увидеть. Или наоборот — получится перенестись слишком рано. И тогда можно помешать событию, свидетелем которого нужно стать. — Блондинка досадливо сжала губки. — Сама я ещё так точно считать не умею…

— А этот… — Я пощёлкал пальцами. — Как его…

— Анализатор потоков?

— Да. Это вообще что? Машина? Или что-то вроде портала?

— И то и другое. Машина, где кроме микропроцессоров ещё и портал встроен. Через него сканер проверяет миры один за другим — миллионы в секунду. А потом нейросеть на основе этих проб и ошибок находит вариант, наиболее похожий по всем параметрам на запрос пользователя. — София легко улыбнулась, видимо, снова заметив слабое понимание на наших лицах. — Это примерно так же работает, как тогда, когда нейросеть в ответ на ваш запрос что-то рисует или пишет текст. Только там она проверяет миллионы других рисунков или текстов в своей памяти — на соответствие запросу. А анализатор потоков перебирает параллельные миры.

— Угу… — Я не всё понял в этом объяснении, но теперь хотя бы мог уточнить ещё кое-что. — А если мы с Таей…

— «Таей»… — Проворковала девчонка, сидящая на моих коленях.

— Кхм… Да… Так вот если мы с Таей на хеловин оказались в настолько похожих на нас телах… Значит где-то в ликеуме всё-таки есть достаточно мощный для этого анализатор?

София согласно кивнула:

— Есть, конечно. У нас тут стоит один из самых лучших в Империи. — И блондинка снова досадливо поджала губки. — Только я же не могу просто так к нему доступ получить…

— А кто может?

— Ну… Не знаю… — София оглядела всех остальных. Но брат и сестра тоже пожали плечами в ответ. — Наверное, только Ректор. Он же историю преподаёт.

— Вряд ли он нам с этим поможет…

— А ещё, наверное, Пушкарь! — Подскочила Таисья. — На хеловин он же его настраивал! — И девчонка тут же быстро сникла. — Хотя его сейчас даже не попросишь…

— А если этот… Анализатор… — Я вновь обратился к блондинке. — Если я правильно понял — что-то вроде компьютера… То, может, тогда доступ к нему может быть у кого-то из техников?

— Ну наверное… — София вновь дёрнула худым плечиком. — Думаешь, Технарь нас к нему пустит?

— Технарь, может, и не пустит… Но у меня есть и другой знакомый специалист… — Наткнувшись на подозрительный прищур Таисьи, я улыбнулся. — И нет. Это не та, о ком ты подумала…

Глава 25

Туранский гамбит I

— И когда это ты успел с ней познакомиться? — После короткого телефонного разговора с Кнопкой, Таисья не отставала от меня всю дорогу до мастерской.

В принципе, после того, как она уговорила Фродрика присоединиться к нашему эксперименту, было бы лучше обойтись без её участия. Но едва услышав в телефоне голосок племянницы Технаря, юная волчица явно решила не отходить от меня ни на шаг. Но зато теперь я мог рассчитывать и на помощь её брата. А значит — и на Софию.

Однако всей правды им лучше не знать:

— Да просто планшет вчера настраивала…

— А что, больше было некому? Она же обычно из мастерской не вылазит!

— Все парни ремонтом коридора были заняты. А Технарь вообще за двоих теперь пашет. Вон и в страховую сейчас сам поехал.

— Ой, как удобно! — Золотистые глаза девчонки опять сузились в ревнивом подозрении.

— Как же опасно в этом городе… — София потеснее прижалась к Тигу. — Машина даже на пять минут оставить нельзя…

— Слушай, Гор… Так это из-за Кнопки ты Пятницкому ногу сломал? — Тиг, который не без труда поспевал за нами, ведя Софию под ручку, оказывается, уже был в курсе последней светской хроники. — Говорили, что из-за какого-то техника, я сразу и не сообразил…

Теперь на меня были обращены вопросительные взгляды обеих девчонок. Вдобавок выражение на лице юной волчицы то и дело менялось от лёгкого возмущения до восхищения и обратно.

— Да как-то само собой получилось. Знаешь же, как бывает… Слово за слово, кулаком по столу…

— Да и правильно! — Тиг только ещё шире улыбнулся. И обернулся к Софии. — Никогда мне этот жирдяй не нравился. Вечно нарывается не по делу. И запах от него… Вэх!

— Ой, да мне тоже! — Блондинка радостно согласилась со своим кавалером. — Он такой грубиян… Совсем не похож на джентльмена…

При этом София снова стрельнула глазками в мою сторону.

— То есть ты из-за этой бледной немочи уже и на дуэль нарвался⁈ — Восхищение на лице моей сероволосой спутницы в очередной раз сменилось на недовольство.

— Зато Фродрик теперь нам поможет…

— Как будто это ты его уговорил! — Острый локоток ревнивой княгини пихнул меня в рёбра.

— … И я очень тебе за это благодарен.

— Ещё б ты не был! — Таисья гордо задрала носик и фыркнула. — Хм!

Через минуту мы уже заметили вход мастерскую. И Кнопку, которая ждала нас возле него.

— Ой, как вас много… — Девчонка мгновенно смутилась, как только из-за припаркованного фургона вышла целая делегация благородных учеников. — Добрый вечер, ваше… Эм…

— Да забей…

— Нет уж, пусть поздоровается как положено! — Таисья немедленно снова схватила меня за локоть и прижалась теснее.

— Ваше… — Кибердевчонка окончательно застеснялась, делая неловкий книксен и спрятав взгляд в пол. — Ваше сиятельство… Сиятельства… Ваши…

— Прекратите. Обе. — После моей просьбы Кнопка стеснительно улыбнулась, а юная волчица снова недовольно поморщилась. И пришлось ещё немного испортить ей настроение. — Ты, кстати, не забывай: когда придёт Фрод, тебе лучше держаться от меня подальше. Мы же как бы в ссоре.

— А может и не как бы! — Снова вздёрнув нос, Таисья шагнула в сторону и скрестила на груди руки.

— Вот так и продолжай…

— Пф!

Украдкой наблюдая за этой сценой, Кнопка продолжала стеснительно теребить свои пальчики. И когда наш резкий диалог прервался после недовольного фырканья, она всё-таки решилась подать голос:

— Может, вы всё-таки дядю подождёте? Он уже скоро должен приехать…

Я сразу перешёл к делу, пока Технарь и правда не вернулся раньше времени:

— Помнишь, что мы искали в моём планшете?

— Конечно… — Девчонка опасливо нахмурилась.

— Я теперь знаю, где и когда можно найти этот текст. Точнее, услышать вживую.

— И… — Оглядев всю делегацию, сообразительная кибердевочка остановила взгляд на Софии. И быстро сама пришла к нужному выводу. — Вам для этого нужен анализатор…

— Именно.

— Ой… Он меня так ругать будет…

— Это если узнает, что мы его использовали. В этом случае — я всё беру на себя…

— Ишь какой благородный! — Проворчала сбоку Таисья.

— … Но без твоей помощи мне не обойтись. — Эти слова были обращены к Кнопке. Но, прежде чем юная волчица снова не расфыркалась, я обернулся и к ней. — И без твоей тоже.

— Хм!

Девчока-техник снова спрятала взгляд:

— А там же какой-то редкий язык нужно знать…

— А это она откуда знает⁈ — Немедленно отреагировала юная книягиня.

— Кнопка учила меня пользоваться планшетом. И поиском заодно. — Напомнив ей обстоятельства нашего знакомства, я заметил боковым зрением движение на парковой дорожке. — А вот, кстати, и наш переводчик…

Как выяснилось, наследник рода Пе́тровичей и сам владел почти всеми языками провинции, вверенной во владение его семьи. Кроме русского и родного для него языка бесарат, ещё в детстве учителя добились от него понимания и всех местных диалектов. Включая те, на которых говорили лишь несколько местных пожилых ворожей да знахарей. В недавнем телефонном разговоре со своей возлюбленной Фродрик поделился этими фактами гораздо охотнее, чем со мной. И вот теперь он с готовностью спешил применить свои редкие знания на практике, чтобы помочь Таисье с её «научным проектом».

Однако когда смуглый паренёк заметил всю остальную компанию, его энтузиазм несколько поостыл:

— А он тут чщто делает… — Почти чёрные глаза недовольно уставились на меня.

К счастью, юная волчица всё-таки решила больше не вредничать. Точнее, применила своё недовольство к текущей роли:

— Хочет вину загладить! — Она немедленно подскочила к растерявшемуся пареньку, сменив ворчливый тон на более нежный. — Спасибо, что пришёл…

— Да пожалуйста… — Фродрик невольно расплылся в улыбке после того, как девчонка подхватила его за локоток.

Так и знал, что она лукавит на счёт того, что не любит «всякие шуры-муры». У вас же, благородных, это в крови должно быть…

И я в свою очередь повернулся к притихшей Кнопке:

— Думаю, нам понадобится не больше пары минут. Там такие обстоятельства были, что эта Ханга точно не могла слишком долго пророчить. Мы послушаем — и сразу назад.

На то, что грозит за такое самоуправство остальным моим соратникам, мне было, по большому счёту, плевать. Я конечно, уже убедился в том, что и этим барчукам ничто человеческое не чуждо. Но вот Кнопка была со мной действительно одной крови. Хотя, наверное, в своей прежней жизни я бы ни за что с ней не пересёкся.

Шагнув ближе к стеснительной девчонке, я негромко добавил:

— Я твой должник.

— Да ладно… Осторожно улыбнулась Кнопка. — Ты же за меня заступился. И вообще…

— Чего это она тебе тыкает⁈ — Из-за спины послышалось возмущение юной волчицы.

Я огрызнулся в том направлении — в полном соответствии со своей текущей ролью грубоватого экс-бойфренда, привыкшего жить в лесу:

— Потому что я терпеть не могу терять время на эти ваши расшаркивания! — И повернулся обратно к девочке-технику. — Где этот анализатор вообще находится?

— Да вот прямо тут, в серверной. — Кнопка отворила дверь в мастерскую. — Пойдёмте, я всё покажу… Только я не очень хорошу умею им пользоваться.

— Я умею! — София прошла в мастерскую следом за нами и потянула за собой Тига. Похоже, ей не терпелось похвастаться навыками перед своим приятелем. Хотя, судя по его скучающему лицу, это были совсем не те навыки, которые бы его заинтересовали.

За дверью с надписью «Сервер» почти всё пространство было заполнено стойками с какими-то металлическими блоками, деловито поблескивающими разноцветными огоньками. И в конце узкого прохода между стойками расположился ещё один агрегат, напоминающий гипертрофированный системный блок. Наподобие того, что я видел на столе в убежище искры.

София тут же подскочила к этому ящику и, выдвинув из него небольшую клавиатуру, пощёлкала клавишами. Рядом с кнопками загорелся небольшой экран с кучей текста и полями для ввода данных.

— Так… Какая точная дата?

— Пятнадцатое июля 1877 года. Шестнадцать минут пятого по Ротенбургу. Вечер. — Я шагнул ближе. — Деревня Ловча. Где-то рядом с Плевной. Дом старосты…

— Дом вам самим придётся отыскать. Я могу нацелиться только на географический центр этой деревни. Но, по идее, он должен быть где-то недалеко…

— А в кого мы там попадём — ты можешь выбрать?

— А есть конкретные пожелания?

— Желательно не в тех, кто через минуту сгорит. И, наверное, время тоже лучше заранее поставить. А то ещё не успеем нужный дом найти.

— Тогда это будут какие-нибудь туранские солдаты. Другие люди там в это время или в плену или скоро погибнут. — София оглянулась на остальных. — По старо-турански кто-нибудь говорит?

Все покачали головой.

— Тогда по дороге лучше помалкивайте. Я попробую найти среди них старшего офицера, чтобы никто к вам не докапывался.

Но тут я припомнил своих бородатых знакомцев с авторазборки и их переговоры с заграничной клиентурой:

— А он вроде на зекистанский похож, да?

— Туранский с зекистанским на звук почти одно и то же, да… — Блондинка тайком стрельнула в меня глазками. Видимо припомнив что-то из своей общей истории с Гором Шубским в этом горном краю.

— Тогда я, пожалуй, смогу кое-что понять.

— Ну конечно… — София заколотила по клавишам, продолжая таинственно улыбаться.

В это время Кнопка исчезла за дверью. И вернулась обратно, подкатив к нам пару компьютерных кресел:

— Вот… Сидеть же надо во время сеанса…

— Чур моё! — Таисья тут же прыгнула в одно из кресел прямо с ногами. — И чур я буду офицером!

— Пол должен совпадать. — София покачала головой. — У туранцев в армии женщины тогда не служили…

— А кем же я тогда буду⁈

— Кем-то из местных. — Блондинка пожала плечами с деланным равнодушием, демонстрируя полное отсутствие желания удовлетворять капризы соседки по комнате.

— В смысле, кем-то из деревенских девок⁈

— Ты ещё можешь отказаться. — Я придвинул оставшееся кресло к нашей проводнице.

— Ещё чего! Вы без меня там точно во что-нибудь вляпаетесь!

— Тогда будешь тем, кем будешь. — Огрызнулась на неё София. И вновь глянула на меня улыбкой, присаживаясь в предложенное мной кресло. — Благодарю… Офицером пусть будет Евгорий, раз он хотя бы немного язык знает. И этикет…

На этих словах княгиня Длиннорукова с лёгким укором глянула на своего сероволосого кавалера. Но тот лишь беспечно заозирался в поисках места для посадки:

— Меня тогда в кого-нибудь покрепче засунь!

— Там ещё на кухне есть несколько стульев! — Спохватилась Кнопка. — Я сейчас принесу!

— Да мне и так норм. — Юный волк без лишних церемоний расположился прямо на полу, вытянув ноги под кресло около анализатора.

— Мне тоже. — Я присел рядом.

И Фродрику не оставалось ничего другого, как последовать нашему примеру. Только он выбрал место поближе к Таисье.

— Тогда ещё вот. — Кнопка сняла с пояса какой-то гаджет и протянула Софии, указав на экранчик анализатора. — Тут настройки приватности максимальные сейчас. Запись сеанса недоступна. А чтобы сменить — нужен мастер-пароль, который только дядя знает.

— А это тогда что? — Блондинка озадачено глянула на приборчик в руках девчонки.

— Просто диктофон. А то вдруг будет сложно запомнить это пророчество. Вы же на связи будете, как оператор. Можете повторять всё, что там услышите. Его можно просто на шею повесить, вот так… — С этими словами девочка-техник вытянула из диктофона тонкий шнурок. И указала на ряд кнопок сбоку. — Вот тут запись и пауза.

— Ага, пасибки. — София повесила устройство на себя и вернулась к клавиатуре. — Так… Вроде почти нашла подходящий. Все готовы?

Она оглянулась на четвёрку будущих путешественников между мирами.

И мы кивнули почти одновременно.

— Тогда на счёт «три»… — Блондинка достала свой портал из небольшого кармашка на юбке. И, зажав его в кулачке, снова вгляделась в экран на несколько секунд, прежде чем начать медленный отсчёт. — Ра-а-аз… Два-а-а… Три!

Полумрак серверной плавно сгустился. И огоньки стоящего напротив меня оборудования почти погасли… Но вдруг снова вспыхнули — да так ярко, что я прикрыл глаза рукой…

И обнаружил, что моя ладонь одета в потрёпанную кожаную перчатку. От которой дальше шёл плотный рукав какой-то синей формы, слегка забрызганной кровью. Но, судя по всему не моей…

А те огни, на которые было больно смотреть, оказались ярким пламенем, быстро пожирающим соломенные крыши каких-то приземистых мазанок. Как и почти все остальные строения — вокруг небольшой вытоптанной площадки в центре деревушки. Жаркий летний воздух был наполнен запахом гари. И где-то вдалеке слышались редкие выстрелы и чьи-то крики…

И тут я чуть не свалился на землю, когда пол подо мной вдруг подпрыгнул и оглушительно заржал.

Зажав поводья и упираясь в стремена каблуками сапог, я еле удержался в седле вороного коня. И сквозь норовистый хрип скакуна совсем рядом услышал хриплый окрик:

— Илири! Дах-хзли гит!

Обернувшись на голос, я увидел поблизости целый ряд связанных по рукам и ногам босых людей, одетых в перемазанные сажей и копотью холщовые рубахи. Мужчины и женщины, от подростков до почти стариков. Такие же смуглые, как и Фродрик. Только у многих мужиков бороды почти до груди. И растрёпанные стрижки под горшок.

Дёрнув за верёвку, усатый смуглый солдат, одетый в такую же синюю форму и красную шапочку с кисточкой как у меня, снова хрипло прикрикнул на пленников:

— Хади-хади, э! — При этом он замахнулся на одного из связанных мужчин коротким, слегка изогнутым клинком. При этом я заметил, что на его рукавах не было таких расшитых золотом манжет, как на моих. Да и в целом кургузая курточка выглядела гораздо проще, чем мой китель.

Пленник, на которого замахнулся солдат, отшатнулся и ошарашено заозирался по сторонам, натянув верёвку:

— Чщто… Кто… Где…

И примерно так же оглядывался по сторонам тот рослый пехотинец, что держал второй конец верёвки — позади строя пленников. Только его взгляд был спокоен:

— Х-хе! Прикольно… — Послышался сипловатый голос этого здоровяка, в то время как он оглядывал и щупал свою экипировку. Помимо синей формы, его снаряжение состояло из длинной винтовки за спиной и такого же кривого клинка в ножнах, вдетых в широкий матерчатый ремень на пузе.

— Чё прикольно-то⁈ Ща как дам! — Молодая чумазая девушка, стоявшая рядом с ним в конце строя, дёрнула за свои верёвки. Но тут же вгляделась в глаза рослого солдата. — Тиг, ты что ли⁈

— Ага… — Парень поправил красную шапочку и, сверкнув яркими карими глазами на загорелом лице, улыбнулся сквозь залихватские усы.

Ну всё понятно…

— Дурмак! — Я крикнул в сторону ведущего солдата, одновременно пытаясь слезть с коня, пока тот сам меня не сбросил. И когда туранец озадаченно замер, согласно моему приказу, я припомнил ещё одно выражение из лексикона зекистанцев. — О беним!

Так бородачи говорили, когда делили деньги. И кто-то при этом указывал на свою долю. Я же при этом указал на верёвки ошарашенного пленника. И, спрыгнув, наконец, с седла, постарался воспроизвести то слово, которым Ашмед приказывал подручным снять с машины какую-нибудь деталь:

— Чикармак! — При этом я указал на верёвки пленников.

— Не? Не ичи? — Солдат воззрился на меня с искренним недоумением. Кажется, он меня понял. Но не был уверен в намерениях.

— Чикармак!!! — Рявкнул я на него с удвоенной силой. И махнул рукой в сторону совсем как старик-зекистанец, когда хотел остаться наедине с клиентами. — Чикмак!

— Оларуай, уз-баши… — Продолжая недоумевать, солдат всё-таки разрезал верёвки своим клинком. И поднял озадаченный взгляд на меня обратно. — Нере-е гитмелим?

Этот вопрос я уже совсем не понял. И просто отмахнулся от него, помогая Фродрику освободиться.

Но тот сначала снова испуганно от меня отшатнулся. А потом всё-таки присмотрелся внимательней:

— Шубский?

Я кивнул и, сдёрнув с него путы, указал на конец строя:

— Хади-хади… — В той стороне Тиг уже проделывал то же самое со своей сестрой.

— Чего⁈ — Бесаратец всё-таки не понял меня, не смотря на схожесть этого приказа с аналогичными по значению русскими словами.

— Хади туда, говорю…

Остальные пленники лишь испуганно жались друг к дружке, наблюдая за этим внезапным освобождением.

А рядом со мной снова послышался хриплый голос солдата:

— Недан ёпёрсун, уз-баши? — Теперь в его интонациях слышалось лёгкое недоумение, переходящее в подозрение. — Недан русча конусёрсун?

— Герибас! — Я припомнил словечко, которым зекистанцы посылали друг друга куда подальше. В то же время оно, вроде как, было вполне употребимо при женщинах. А значит, не считалось ругательством…

Но солдат отреагировал совсем не так, как я надеялся. И, прищурившись на меня, снова что-то пробормотал:

— Арта бир акцэнт… — Вдруг его клинок взлетел вверх, явно намереваясь приземлиться мне на шею. — Рус кара джедлык!!!

И пока я пятился, пытаясь нащупать похожее оружие у себя на поясе, за моей спиной грохнул выстрел. Винтовочная пуля свернула распахнутую челюсть солдата набок, вырвав вместе ней щёку и добрую половину шеи.

Солдат выронил клинок, повалился на спину и захрипел, схватившись за рану двумя руками. А за моей спиной послышался довольный смешок:

— Х-хе! Нормально бьёт, бревно туранское! — Тиг щёлкнул рычажком под прикладом винтовки, выбрасывая из оружия стреляную гильзу. И поднял на меня весёлый прищур. — Ну что, уз-баши, командуй!

Глава 26

Туранский гамбит II

К запаху гари, скотных дворов и жаркой летней пыли быстро добавился ещё один. Запах, который я в последнее время встречаю слишком часто. Запах свежей крови.

Причём шёл он не только от захлебнувшегося собственной кровью туранского солдата. Когда конь, напуганный резкими движениями и близким выстрелом, отскочил прочь, за ним стало видно, что этот труп здесь далеко не единственный.

Почти у каждого дома поблизости — заколотый штыком крестьянин с дрекольем в руках. У наспех возведённых баррикад — мёртвые солдаты в чёрно-белой форме. Живых на это сельской улочке кроме нас и пленников пока не видно…

Сквозь треск и гул горящей соломы вокруг то и дело раздавались отдалённые выстрелы, грубые окрики и чей-то плач. Звуки будто бы шли одновременно с разных сторон. Это уже не бой, это грабёж, казни и насилие…

Но зато крики солдата и выстрел Тига не привлекли лишнего внимания. И пока усатый здоровяк в синей форме досылал патрон, найденный в сумке на своём упитанном животе, пленники лишь опасливо сжались в кучу. Очевидно, ожидая той же участи, что настигла второго туранского конвоира.

Фродрик тоже замер с открытым ртом, глядя перед собой на захлебнувшийся собственной кровью труп. Босой чернявый молодчик, в которого попало его сознание, был даже немного похож на него самого. Только покрепче и небрит.

А вот Таисья, попавшая в жгучую смуглянку, сориентировалась почти мгновенно. Сбросив с жилистых рук путы, она тут же подхватила выпавший из рук солдата кривой клинок и принялась стаскивать с его плеч такую же длинную винтовку, как у брата, недовольно ворча:

— Ну надо вообще… В девку сельскую меня засунула… Небось специально… Ох и воняет же от неё… То есть от меня…

— Да ладно тебе. — Тиг справился с перезарядкой и, подняв курок, уложил винтовку и руки на объёмный кушак. — Сонька же говорила, что других тут быть и не должно.

— Да слушай её больше… — Подхватив винтовку, она принялась дёргать её за все выступающие детали. И целый патрон тут же выскочил из открывшегося гильзоотвода. — Упс…

— Пояс сними. — Тиг ловко подхватил заряд на лету, отдал его обратно сестре и указал на мёртвого солдата. — У него вон тоже патронташ сбоку висит.

Пока родственники изучали свои трофеи, среди моей экипировки, кроме похожего кривого клинка без гарды и револьвера, обнаружились ещё и серебристые карманные часы.

— Фрод, какая тут разница по времени с Ротенбургом?

— Ч-чщто⁈ — Ошарашенный взгляд тёмных глаз упал на меня. Кажется, парень не мог понять, что туранский офицер говорит с ним по-русски — А⁈

— Фрод, это я! Гор Шубский! Успокойся!

— А… — Молодой крестьянин глотнул воздуха. И начал себя ощупывать, одновременно глядя на то, как вооружается сноровистая девчонка.

— Сколько у Ротенбурга разница по времени с Бесаратией?

— А… Д-два ч-чщаса…

— На два меньше?

— Ага… — Парень растерянно оглянулся на пленников. Кажется, его сознание, наконец-то, постепенно смирялось с временным телом. А жавшиеся рядом с ним люди озадаченно прислушались к русской речи в исполнении усатого офицера туранской армии.

— Значит у нас ещё несколько минут. — Я сунул часы обратно и проверил патроны в револьвере. — Можешь спросить у них, где дом старосты?

Когда при этом я указал на связанных пленников, они, видимо подумали, что сейчас всё-таки придёт их черёд. И одновременно ахнули.

— Спокойно, спокойно!!! — Я показал им открытую ладонь и опустил заряженное оружие. — Фрод?

— Да, сейчщас… — Снова обернувшись к селянам, он быстро заговорил на языке, очень похожем на русский. Только в нём было ещё больше шипящих и какие-то лишние, на мой взгляд, предлоги. — Кдэ е кщата на начщальника?

В принципе, про то, где хата начальника, я бы и сам мог спросить…

Раньше остальных среди пленников пришёл в себя щуплый паренёк, не на много старше мелкого. И указал куда-то в строну.

— Тама е… — Он опасливо присмотрелся ко мне и суетящимся Волковым. — Ви е руски магосници ли чште?

— Чего? — Я, в свою очередь вопросительно глянул на Фродрика.

— Он думает, чшто мы русские колдуны.

— Правильно думает. — Я сам кивнул пареньку в ответ.

Но Фродрик тут же снова подал голос:

— Не, тут наоборот надо головой мотать, если хочешь согласиться. — Сбросив с себя остатки пут, бесаратец покачал головой и осмотрелся. — А мы точщно не опоздали?

— Время есть. В том числе и на это… — Я вытащил из ножен свой клинок. И когда пленники вновь ахнули, поспешил с продолжением. — Скажи, что я помогу им развязаться. И пусть бегут отсюда.

— Не се страхувай! — Фродрик тоже поднял перед собой руки и обратился к древним соплеменникам. — Ние щче ви помогнем да избягате!

— Не искаме да бягаме… — Из толпы вышел сухой старик с длинющей бородой. И сурово нахмурил разбитые брови, оглянувшись на остальных. — Искаме отмщенье…

Остальные парни и мужики под его взглядом тоже расправили плечи. А следом за ними и женщины.

— Они не хотят бежать… — Оглянулся на меня Фродрик.

— Да я и сам понял. — Шагнув к деду, я разрезал верёвку на протянутых ко мне сухопарых загорелых руках и указал ему на трупы имперских солдат у соседней хаты. — Тогда пусть сами вооружаются.

И пока я освобождал остальных, старик сам подал им пример, подхватив какую-то рогатину из рук заколотого односельчанина. А когда я разрезал последние путы, он шагнул ко мне, встав по стойке смирно:

— Заповядайте, господарю!

— Чего?

— Говорит, приказывай. — Фродрик тоже подхватил длинный острый шест из баррикады.

— Скажи, что они сами по себе. У нас своё дело… — Я махнул на старика рукой и присмотрелся в указанную пацаном сторону. Оттуда уже тоже поднимался жирный чёрный дым и слышался грубый хохот.

Но прежде чем Фродрик начал переводить, боевитый дед подступил ещё ближе. И стукнув о землю древком, затараторил сам:

— Господаре, там на площчада башчибозуци обират! Не можете да го направите сами! Дори в този си вид няма да ви послушат!

В ожидании перевода я направил на Фродрика вопросительный взгляд.

А он нахмурился:

— Там в центре сейчщас наёмники грабёж устраивают. Говорит, они даже тебя не послушчают.

— А мы и не собираемся разговаривать! — Обрядившись в солдатский пояс, Таисья заткнула за него клинок. И, перехватив винтовку поудобнее, отбросила за спину толстую чёрную косу. — Пошли быстрей, порвём этих гадов!

Ухмыльнувшиеся при этих словах мужики, видимо, поняли её без перевода. За это время все успели кое-как вооружиться — у кого-то — штакетина от забора, у другого — оглобля от перевёрнутой телеги.

Мелкий пацан, подхватив вожжи моего вороного, успокоил коня и подвёл его ближе.

— Оставь себе. Дарю. — Я махнул рукой на предложенные поводья и указал в ту сторону, из которой слышался хохот. — За мной!

Центральная площадь посёлка открылась нашему виду как только мы достигли конца улочки. И, осторожно заглянув за угол, я увидел там тех, кого старик называл башибузуками.

Вместо синей формы и красных шапочек эти разбойники были наряжены кто во что горазд. От расшитых кафтанов и курток, ярких поясов и тюрбанов начинало натурально рябить в глазах. На некоторых висели явно трофейные эполеты и аксельбанты — бандиты вешали их на себя как украшения, а не так, как полагалось по форме. Толстые цветастые кушаки напичканы оружием — старые однозарядные пистолеты, кривые сабли и даже пара карабинов…

Разодетые в пух и прах разбойники разделились на две группы по пять человек в каждой. Одни сидели на каких-то тюках вокруг огромного кострище в центре площади, над которым высилось несколько столбов с обожжёнными трупами. Рядом с ним в землю были воткнуты и целые колья, на которых тоже повисли несчастные пленники. Кажется, некоторые ещё были живы…

Развалившиеся на поклаже наёмники по очереди прикладывались к большой бутыли, наполненной мутной жижей. А в центре этого адского привала на коленях стояла нагая смуглая девушка. Прикрываясь руками, она, пыталась подняться на ноги. Всё её стройное тело было покрыто какими-то красными росчерками.

— Валле, курва!!! — Хриплый возглас от одного из бишибузуков в сторону девушки вызвал новый приступ хохота. — Валле!

Длинный кнут выстрелили в сторону пленницы следом за окриком. И когда на её плече осталась новая красная полоса, она вновь упала на колени.

— Валле! — Ещё щелчок. И девушка снова принялась неловко вставать на ноги, превозмогая боль от ран.

— Чё-то не похоже на туранский…

— Алканцы. — Прошептал за моей спиной Фродрик.

— Ты их тоже понимаешь?

— В основном ругательства… Он сказал «пляши, шлюха».

— Да это я и сам понял… Как сказать «замри»?

— Ндало.

— Угу…

Остальные разбойники были неподалёку. И занимались погрузкой таких же туго набитых тюков на телегу, запряжённую тощей гнедой кобылкой. И ещё пара осёдланных лошадей паслась неподалёку, флегматично жуя сваленное у какого-то коровника сено.

При этом грузчики точно так же спокойно перешагивали через останки солдат в чёрно-белой форме и крестьян в простецких рубахах. О том, что это когда-то были люди, можно было догадаться только по забрызганной кровью одежде. В остальном это уже были скорее фрагменты, а не тела.

Дом, рядом с которым собрались наёмники, выглядел заметно богаче остальных. В отличие от соломы — черепичная кровля. И вместо мелких полукруглых окошек — большие крепкие ставни. Если это не дом местного старосты, то что же ещё? Однако, кажется, он уже разграблен… Но ведь время ещё не пришло!

— Кучко племе… — Сухой голос старика вдруг послышался у меня над ухом, когда тот тоже заглянул за угол. Судя по злобным интонациям, он ругался. — Копелета…

— Спокойно, дядь… — Я оглянулся на свой партизанский отряд. — Щас чё-нить придумаем… Хангу знаешь?

Дед, похоже, понял меня без перевода. И согласно помотал головой:

— Знам Ханге. — Он коротко указал за угол в сторону кружка выпивающих. — Ето е тя.

— Это Ханга⁈ Та женщина⁈

И дед снова согласно помотал бородой из стороны в сторону.

Вот чёрт… А почему же она не в доме?

Дюжина вооружённых до зубов противников. А у нас три ствола. В одном шесть патронов, другие надо перезаряжать после каждого выстрела. И с десяток помятых крестьян с дрекольем…

Конь, которого пацан продолжал вести следом за нами, вдруг снова разволновался, когда на него повеяло гарью от одного из домов. И, затопотав копытами несколько раз громко хрюкнул, прежде чем паренёк успел его снова успокоить.

На шум один из отдыхавших разбойников оглянулся. И я еле успел спрятаться обратно за угол приземистой хаты. Но вроде бы полупьяный бандит пока лениво махнул на непонятные хрипы рукой.

Времени на планирование, похоже, совсем мало… Ладно… Первый раз, что ли на чужой жадности играть?

— Эй, парень! — Я привлёк внимание пацана и, помахав Волковым, поманил ещё и Фродрика. — Вы слушайте, а ты сразу остальным переводи…

Жаркое южное солнце хоть уже и склонялось от полуденного зенита, но припекало не хуже горящих хат. Прежде чем выйти за угол, я вытер пот со лба перчаткой. И кивнул Тигу:

— Идём.

Компания, потешавшаяся над обнажённой ворожеей, не сразу нас заметила. А и те, кто занимался погрузкой, попросту проигнорировали. Лишь один толстый усач подслеповато прищурился. Но снова принялся трамбовать уже погруженные тюки, когда разглядел цвет формы.

— Барбамбье! — Я привлёк внимание разбойников бессмысленным окриком и постарался сделать строгое лицо.

— Га? — Усач повернулся к нам уже вместе с остальными товарищами. — Чфале ю духе, чи?

— Кергуду! — Быстро приближаясь к пьющей компании, я резко указал клинком на противоположную сторону площади, где в тени раскидистых деревьев дымился какой-то длинный коровник. — Бардабаравы!!!

И как только прозвучала эта очередная бессмыслица, из-за угла этого сарая вылетел стартанувший с места вороной. Сидевший на нём чернявый пацан изо всех сил лупил его босыми пятками по бокам, заставляя скакать прочь от площади всё быстрее. И, заодно, заставляя всех остальных лениво оглянуться в нужную нам сторону.

— А эщте ку кали… — Толстый усач снова повернулся ко мне. Но не договорил, забулькав вспоротой глоткой.

С левой руки я всадил крупные пули ещё в троих грузчиков, прежде чем они успели хотя бы взяться за оружие. Первое нажатие на курок было тугим и длилось дольше, чем я рассчитывал. Но все последующие снарядики вылетели один за другим в течение нескольких секунд. И их останавливающего действия хватило, чтобы пара раненых опрокинулась навзничь, позабыв о сопротивлении. А третий разбросал мозги по телеге вместе с ошмётками тюрбана.

Пятый успел вытащить из-за пояса пистолет. Но, прежде чем он бахнул в мою сторону, я метнул ятаган ему в голову. Кривой клинок безобидно тюкнул его в нос почти плашмя. Но короткой замешки мне хватило, чтобы прицелиться и выстрелить последним патроном раньше.

Старинный ствол бандита бахнул в стену дома, и раненый схватился за простреленное горло, пуча на меня чёрные глаза.

Одновременно с моим первым движением Тиг спустил курок своей винтовки в спину одного из сидящих у костра почти в упор. Как раз в его руках был кнут. И пока башибузук отлетал лицом прямо в огонь вместе с плетью, юный волк крутанул оружие и врезал соседнему бандиту прикладом в затылок — так, что тот отправился следом за простреленным приятелем лишь мгновением позже.

Третий пьянчуга успел вскочить и выдернуть из-за пояса свой ятаган. Но только для того, чтобы тут же выронить его из ладони, лишившейся пальцев. Ведь стрелял и бил Тиг одной рукой. А могучей левой уже сделал взмах своим кривым клинком.

— О ю курва!!! — Оставшаяся пара, сидевшая по другую сторону костра, повскакивала со своих мест, тоже потянувшись за оружием.

Первый тут же свалился, получив в спину меткий выстрел в исполнении страховавшей нас Таисьи. А второй проявил неожиданную трезвость мышления. И вместо сопротивления обежал костёр по другую сторону от нас, подскочил к одному из встревоженных коней и, ловко запрыгнув в седло прямо с земли, тут же его пришпорил. Само собой, уже не обращая внимания, не смотря на мои грозные окрики:

— Ндало! — Я направил опустевший револьвер на него, но это тоже не возымело действия. — Ндало, курва!!!

Тиг торопливо подобрал винтовку. И, справившись с перезарядкой, попытался достать убегающего башибузука почти одновременно с сестрой. Но оба Волковых всё-таки промахнулись по стремительно удаляющейся цели.

— Вот гад!!! — Негодующая дсмуглянка вышла из-за коровника в окружении остальных селян. — Ушёл!

— Эти нэ уйедут… — Старик шагнул мимо неё к тем бандитам, что ещё были живы. Коротко оглянувшись на остальных мужиков, сжал кол в руках покрепче. — Хайде, братя… Довьершим кучету…

Пока тот, что получил по затылку, выбирался из костра, держась за глову, в негу тут же вонзилось несколько штакетин. И навалившиеся на них крестьяне сноровисто запихнули бандита обратно в угли. Стиснув зубы, они удерживали его там до тех пор, пока тот не перестал визжать и биться в агонии.

Наёмник, которому Тиг отрубил пальцы, получил оглоблей по ногам и свалился в пыль. А затем в неё же остальные вколотили мозги и тюрбан.

Тех, кто ещё шевелился и хрипел после револьверных пуль, дорезали уже мы с Тигом.

В это время крестьянки окружили израненную ворожею и поспешили укутать её в какое-то полотно.

С нашей стороны площади снова послышался стук копыт. Как и было условлено — ловкий паренёк сделал круг и теперь возвращался на взмыленном вороном обратно.

Но, увидев, что дело сделано, он отнюдь не успокоился:

— Господаре! Господаре!!! — Спрыгнув с коня, паренёк подбежал к нам и указал в ту сторону, откуда примчался. — Войницы! Има войницы! Много!

— Там солдаты… — Фродрик вгляделся в указанную сторону вместе с нами. И тут же обратился к пареньку, потрепав себя за рубаху. — Черно или синьо?

— Синьо… — Пацан указал на форму, в которую были одеты мы с Тигом.

Глава 27

Туранский гамбит III

— Что-то кажется, хрен нам, а не пророчество… — Тиг вытер свой клинок, оглядываясь на закутанную в тряпьё ворожею.

— Это Сонька что-то напутала, точно говорю! — Чернявая версия Таисьи тоже с сомнением наблюдала за еле живой от шока женщиной, вокруг которой продолжали суетиться остальные крестьянки.

— Интересно, кстати, почему мы её не слышим…

— Да я ж говорю — она толком ещё не умеет ничего!

— Просто мы слишком рано… — Фродрик, в свою очередь, прислушался к словам старика. Который вдруг начал что-то быстро и активно разъяснять остальным селянам. — Вы же говорили, что она была сожжена в этом доме вместе с остальными сельскими жителями, да?

Я оглядел дом сельского старосты:

— Я не уверен, что именно в этом. Но похоже на то…

— Значит всё ещё впереди. — Бесаратец кивнул на селян. — Я так понимаю, что они не собираются бежать. И хотят занять здесь оборону.

— Да тут, наверное, уже и не убежишь… — Вместе со мной остальные прислушались к медленно нарастающему гулу. Похоже, именно так звучит приближающийся кавалерийский отряд. — Что ещё дед говорит?

Фродрик напряжённо сморщил лоб и ещё ненадолго прислушался к командам старика.

Тем временем селяне под руководством деда приступили к торопливому сбору трофеев и потрошению поклажи рядом с телегой. Среди разворошённых тюков и ящиков что-то звякнуло — и смуглые бородачи почему-то отреагировали на этот звук весёлым гоготом. Кажется их совершенно не волновало то, что через несколько минут тут будет не меньше сотни таких же туранцев, как мы с Тигом. Только настоящих.

Хотя, конечно, теперь каждый крестьянин был вооружён как минимум одним старинным стволом, позаимствованным в экипировке мёртвых бандитов. Да и коротких ятаганов у них за поясами тоже хватило на всех с излишком. Но сколько их тут? Десяток мужиков, чуть меньше женщин, да пацан с подаренным конём…

Прежде чем подойти к нам, дед ещё что-то негромко сказал тому самому пареньку. Мальчуган согласно мотнул головой, заскочил на коня и тут же заставил того стартануть с места в строну, противоположную от нарастающего топота десятков копыт.

— Господаре… — Старик заметил наше внимание, подошёл и слегка поклонился. — Поклон пред вас за вашата помощч. Не смея да поискам повече… Ще останем да защитаваме нашата земя и подслон…

Он замолчал в ожидании того, пока Фродрик справится с переводом.

— Говорит, спасибо. И не смеет просить о большчем. А они… — Наш переводчик сделал паузу, глядя на то, как вооружившиеся селяне скрываются внутри дома. — Они остаются здесь. Стоять за своё.

— Так их же там сожгут! — Таисья глядела на то, как женщины заводят внутрь ослабевшую ворожею. — Мы ж читали!

Фродрик кивнул:

— Они понимают, чшто это их последний бой. Но у деда сегодня всю семью убили. И у остальных, я так понимаю, тоже. Им больчше нечшего терять. Хотят поплатиться, раз уж мы дали им шанс.

— Значит, это не София ошиблась. — Я тоже проследил за тем, ка крестьяне скрываются внутри вместе со своей целительницей. — А этот… Который книгу написал…

— Немирович-Панченко? — Припомнила Таисья.

— Угу. — Я повернулся к старику. — Мы поможем. — И оглянулся на остальных. — Я же правильно понимаю, что нам, в общем-то, тоже терять нечего, кроме чужих тел?

— Главное, чтобы Сонька сообразила прервать сеанс до того, как мы в них поджаримся… — Проворчала княгиня в теле крестьянки.

— А может в этом историк тоже ошибся?

— М-да? — Девчонка хмуро покосилась на останки сожжённых башибузуками пленников. Но тут же взглянула на меня обратно, тряхнув смоляной чёлкой. — А какой у тебя тогда план вообще?

Проследив за её взглядом в сторону гигантского костра, я заметил, что рядом с ним какая-то лужица горит красивым синим пламенем. А возле неё валяется та самая бутылка, к которой то и дело прикладывались наёмники…

— Как и у вас — план только победный. — Я улыбнулся Волковым. И зашагал к обозу, успев заметить, как те немедленно тоже ухмыльнулись, соглашаясь с перефразированным девизом их боевитой семьи.

Хотя, наверняка, прекрасно понимали, что я так же как они, всего лишь делаю хорошую мину при плохой игре…

Форма туранского эскадрона, неторопливо заходившего в деревню, была скорее серо-багровая, а не синяя. Потому что была покрыта не только густым слоем степной пыли, но и засохшими брызгами крови. Похоже, это был отряд лёгкой кавалерии, который только что преследовал отступающего противника или бегущих из деревни жителей — сотня или немногим меньше. И, судя по тому, что среди всех этих конников не было пеших — пленных они не брали. А кровь на них явно была только чужая — никто не перевязан, не держится за раны и не кривится от боли при каждом шаге коня. Значит и достойного сопротивления тоже не встретили.

Усталые всадники, среди которых явно выделялся смуглый усач в роскошном кителе, похожем на мой, негромко переговаривались. Сквозь стук копыт доносилось позвякивание сбруи и скрипы сёдел. И когда кавалеристы стали постепенно въезжать на площадь перед домом сельского старосты, тон тихих бесед на непонятном языке почти не изменился.

Ведь картина прошедшего боя тут была и до нас — мы лишь добавили к ней десяток мертвых грабителей. А после мести селян они почти не отличались от тех, кого незадолго до того зарубили сами. И это не вызвало у кавалеристов каких-то лишних подозрений.

Не вызвало их и то, что оставленные здесь наёмники куда-то пропали, бросив после себя лишь гаснущее кострище, колья с жертвами пыток и разворошённую поклажу на телеге. Похоже, что такое поведение туранских «союзников» было знакомо этим обычным воякам. И никто не ждал от них строгого подчинения приказам.

Вид разорённой деревни и догорающих вокруг хат лишь заставил кавалеристов брезгливо морщиться или досадливо качать головой при взгляде на сожжённые или порубленные женские тела. Ведь поживиться после нашествия башибузуков тут уже явно было нечем.

К тому же площадь всё-таки не была абсолютна пуста. Рядом с телегой всё-таки дежурил один туранский пехотинец. И вид спокойного солдата в синей форме и красной шапочке окончательно успокоил новоприбывших.

Однако этот здоровяк не спешил вставать смирно или отдавать какие-то воинские приветствия. Скучающе поглядывая на приближающийся отряд, Тиг лишь лениво облокотился на телегу и перекинул сухую травинку из одного края рта в другой.

— Э, аскер! — Командир эскадрона окликнул солдата. — Комутан нереде?

«Аскерами» зекистанцы называли бойцов конкурирующих банд. А «комутанами» иногда — полицию. Вместо более привычного для меня обращения «начальник». Наверное, интересуется, где его командир…

Но в ответ на малопонятный вопрос Тиг молчал. Лишь продолжая презрительно щуриться в сторону конников. И таинственно улыбаться в роскошные усы.

— Хайнги биримден синиз? — Командир чуть привстал в стременах и нахмурился.

Кажется, присматривается к знакам различия, пытаясь понять, из какого Тиг подразделения…

— А? — Солдат приставил руку к уху и изобразил притворное удивление.

— Не сыйр мысын⁈ — Офицер, кажется, начинал злиться. И когда рядом с ним поравнялись остальные всадники, снова резко выкрикнул. — Кендинызи танытын!

Ну с таким требовательным видом явно приказывают представиться или объясниться… Тиг, не тяни…

— Щас будет тебе «танытын», морда басурманская… — Чуть слышно проворчал усатый здоровяк, выплюнул травинку и потянулся рукой под один из разворошённых тюков на телеге. — Только подъедь поближе…

— Бу аскер сархыс! — С этими словами один из бойцов, остановившихся рядом с командиром, кивнул на перевёрнутую бутылку возле костра. — Зафери кутлыды!

Это замечание вызвало взрыв смеха у окружающих командира солдат.

Однако сам офицер даже не улыбнулся:

— Горев басында ички мысын⁈ — Командир презрительно сплюнул и махнул в сторону ухмыляющегося Тига плёткой. — Тутукламак!

О, а вот это смешное словечко я тоже частенько слышал от своих криминальных друзей. Хотя употребляли они его обычно совсем не по весёлом поводу. А обычно тогда, когда кого-то из них всё-таки принимали в местный околоток. «Тутукламак» это «арест»… Пора!

И когда пара солдат спешилась, решительно двинувшись в сторону Тига, я понял, что он со мной согласен. Хотя здоровяк и продолжал всё так же расслабленно опираться на телегу, рука под тюком уже сжала рукоять пистолета…

— Диккат! — Когда один из суровых туранцев подошёл ближе, то схватился за рукоять своего ятагана.

И его ладонь так и осталась лежать на эфесе, когда встречный выстрел из старинного пистолета снёс ему полчерепа.

Дав таким образом сигнал к атаке, Тиг тут же нырнул под телегу — ещё до того, как наполовину обезглавленное тело рухнуло в пыль. А второго конвоира подстрелила уже Таисья:

— Н-на!

От винтовочной пули, пробившей плечо и грудь, солдат отлетел в сторону. И в это же время на остальной эскадрон, скучковавшийся на площади, с крыши дома полетел сразу десяток бутылок с высокоградусной брагой.

Огненные росчерки от подожжённых тряпок прочертили в безоблачном небе длинные дуги. И прежде чем всполошённый отряд сделал хотя бы один выстрел в сторону телеги, копыта почти всех лошадей утонули в лужах синего пламени.

Перепуганные животные тут же оглушительно заржали, почти заглушив разрозненную пальбу и грозные выкрики. Встав на дыбы, многие сбросили с себя седоков прямо в огонь.

Больше всего не повезло тем, кто оказался в центре построения. Мало того, что пропитавшееся спиртным сукно формы вспыхнуло почти сразу, так вдобавок по ним ещё и как следуем оттоптались их собственные лошади. Некоторые кони принялись паниковать, выбрасывая то передние, то задние копыта. И немедленно столкнули обратно в огонь тех, кто торопливо попытался подняться из горящих луж. И размозжили пару голов у тех, кому это всё-таки удалось.

Тем же солдатам, которые стояли по краям толпы, повезло не на много больше. Именно по ним селяне открыли прицельный огонь сквозь приоткрытые ставни разграбленного дома старосты.

Хотя промахнуться по паникующему отряду было сложно, командиру эскадрона всё-таки удалось не только остаться в седле, но и не словить ни одной пули. Скакнув вперёд, он выхватил револьвер и немедленно принялся стрелять по окнам прямо на скаку. И те кавалеристы, которых тоже ещё не успела настигнуть ни огненная вода ни пуля, последовали его примеру.

— Бёлмек!!! — Продолжая палить по окнам, командир погнал коня за останки ближайшей хаты. — Чеврелин!!!

И подчинённые, оставшиеся в седле, быстро последовали этому примеру. Те спешившиеся вояки, которым не досталось удара копытом, тоже поспешили найти укрытие.

Пламя, паника и обстрел, конечно, серьёзно проредили подразделение. Но тех, кто в итоге разбежался прочь с линии огня, ещё оставалось не меньше полусотни. Да и некоторые обгоревшие и побитые разбежавшимися конями солдаты тоже смогли добраться до спасительных углов и завалинок, стаскивая на ходу пылающие куртки.

Ответный огонь разбегающихся в стороны конников отпугнул селян, засевших у окон. Прижавшись к стене, кто-то торопливо вставлял в допотопные винтовки и пистолеты новые патроны и пули. Кто-то съёжился и зажмурился, закрываясь от щепок и глиняной крошки. А кто-то тревожно прислушивался к бешеной истерике тех солдат, которые оказались зажаты упавшими лошадьми прямо посреди огненного пруда. Судя по тому, как эти люди иногда косились в сторону старого кострища с кольями, такие звуки они слышали уже второй раз за день.

— Эй! — Таисья, укрывшаяся от ответного огня рядом со мной, вдруг стукнула меня в плечо, отвлекая от перезарядки револьвера. — Смотри!

Девчонка указала туда, где в кружке прижавшихся друг к дружке женщин, ворожея вдруг подняла взгляд к потолку. И начала что-то слабо бормотать, покачивая головой:

— Блестем… Блестем тота…

— Фрод! — Я привлёк внимание сжавшегося в углу парня, который неловко пытался справиться со своей винтовкой. — Что она говорит⁈

Пока тот попытался прислушаться к слабой речи сквозь вопли и выстрелы с улицы, Ханга снова запричитала, но уже чуть громче:

— Ата дурер ди разба талэ… ата моарта иросэ…

— Столько… Столько боли от вашчих войн… — Фродрик напряжённо нахмурился — так, словно озвучивал собственные мысли, а не переводил чужие. — Столько страданий… ненужных… нет… напрасных, во!

— Блестем… — Ворожея уже почти кричала. — Блестем тота!

— Тихо-тихо… — Сидящие рядом женщины попытались успокоить Хангу.

Но та лишь сильнее распалялась — как и орущие на улице жертвы пожара:

— Блестем ку тота! Манкатор дэ люмэ!

— Что она говорит⁈ — Таисья подползла к Фродрику и пихнула его в бок. — Ну⁈

— Проклинает весь мир… — Парень продолжал напряжённо морщить лоб. — Или нет… Проклинает всех, кто ест этот мир… Мироедов, во!

Вас, значит… Тех, кто так любит повоевать за свои интересы чужими руками… Что ж… Я могу её понять…

Через одно из окон внутрь вдруг ввалился грузный Тиг:

— Окружают! — Солдат сжимал раненое плечо. — Прижмут сейчас со всех сторон и будут ближе подбираться!

— Сильно задели? — Таисья подсела к брату и кивнула на окровавленную ладонь.

— Навылет… Минут двадцать точно буду в сознании. — Тиг нашёл глазами ворожею и кивнул в её сторону. — Ну чего она? Пророчит?

А Ханга вдруг выгнулась, задрав голову в потолок и закатив глаза. И мелко затряслась…

— Тихо… — К ней снова потянулись заботливые руки. — Успокой се!

Но я теперь уже я подполз ближе:

— Нет! Пусть говорит!

Испуганные бесаратки, похоже, поняли меня без перевода и посторонились. А ворожея продолжила завывать, иногда перекрикивая даже истерику и выстрелы с улицы:

— Кан масул интра ин кущка! Йар пичик ва данс ку люпи!

Фродрик тут же забормотал у меня над ухом:

— Когда… Когда мышчь попадёт в клетку… А кот будет танцевать с волками…

— Флор ва бе санга албастру! — Надрывный голос прорицательницы словно двоился на тонкий женский и какой-то грубый мужской. — Йар зап негра ва ингроп стау албастру!

— Цветок выпьет кровь… голубую… — Фродрик шептал мне прямо в ухо. — А снег… чщёрный… закопает звезду… Или нет… похоронит… Тоже голубую

— Мунти се вор лупта кул соар! Дар импру вор мури дэ фуриэ!

— Горы будут… Будут драться с солнцем… Но вместе умрут от… от ярости, чшто ли…

— Ун пот гащ патру си фьяр альб ва дэвор!!!

— Один… э-э-э… поместит чщетыре… И белый зверь их сожрёт… нет… его сожрёт, а не их…

По окнам и стенам ударил новый массивный залп, мешая селянам и нам вести ответный огонь. Пара человек, которая всё-таки попыталась отстреливаться, ахнула. И, зажав раны, пострадавшие селяне отползли вглубь разорённой комнаты. Среди них была и Таисья…

— Плевать! — Девчонка лишь огрызнулась, когда мы потянулись к ней на помощь. — Слушайте дальше! Про лысого уже чё-нить скажет или нет⁈

— Бойкул абандо ва кчепта щтор пичик! — Ханга продолжала заходиться исступлении, не обращая внимания ни на выстрелы, ни на летевшие со всех сторон щепки и пыль, ни на окружающих её селян. — Сапта солбани сенора вор мури! Си соар сангра ва ройсу!

— Солдат… Брошченый… Солдат, которого бросили… — Фродрик пригибался и щурился от залетавших в окна пуль. Но всё-таки продолжал бормотать. — Солдат примет помощчь кота… Семь крыс… нет… семь старых крыс умрут… и солнце… И взойдёт кровавое солнце…

— Апой дистригатор се ва ащкундэ эль ку ун щкут бурбур! — Кажется, из горла трясущейся ворожеи вылетали уже четыре разных голоса. Один шипел, другой сухо скрипел, третий тоненько пищал и четвёртый хрипло рычал. — Щи ищ ва катыг пуэра!

— Тогда… не понимаю это слово… — Фродрик схватился за голову. — Тот, кто сокрушчает, что ли… Или снимает…

— Низлагает? Низложитель?

— Может быть… Тогда низложитель закроется от него щчитом… Багровым щчитом… И получшит свою силу…

Через окно на пол комнаты упал и покатился булыжник, завёрнутый в горящую тряпку. И ещё один. И ещё… Всё помещение тут же заполнилось едким чёрным дымом, не смотря на попытки селян потушить начинающийся пожар.

Но голоса, вырывавшиеся из горла ворожеи, словно не нуждались в чистом воздухе. Она наоборот стала кричать ещё громче, полностью перекрывая кашель наших соратников, канонаду и крики с улицы:

— АПОЙ БАТРАН ХОТ ВА КАДЭ!!! МАТАР БЛЭСТЭМАТА СИ САПТА СЬОРИ ИЧ ВОР ГАЩ ЛИБЕРАТ!!! ДИН КАРЭ ВОН МУРИ!

Фродрик вдруг перестал съёживаться от каждого выстрела. Сейчас он спокойно смотрел на прорицательницу и внимал каждому слову, спокойно повторяя их уже на русском, совсем без запинок и южного акцента:

— Тогда старый вор упадёт…

Хриплые крики на туранском послышались совсем рядом с окнами. Топот копыт, кажется снова нарастал… Подкрепление, что ли…

Оборонявшие дом селяне палили на улицу уже не глядя, прямо через ставни. Ещё пара человек упала на горящий пол, словив ответные выстрелы… Грохот копыт уже был явно где-то в деревне…

— Проклятая мать и семь сестёр станут свободны… — Продолжал спокойно вещать Фродрик, глядя прямо в широко раскрытые глаза ворожеи. — От чего и погибнут…

— ВОН МУРИ!!!

— Погибнут…

— ДАКА НУ…

— Если не…

— ЙУР-Р-Р-А-А-А-А-А-А!!!

Громогласный вопль, долетевший с улицы заглушил и гул пламени, и крики ворожеи и даже выстрелы. Лишь грохот сотен копыт был ему аккомпанементом:

— ЙУР-Р-Р-А-А-А-А-А-А!!!

Массовый боевой клич вдруг распался на множество отдельный восклицаний, почти каждое из которых сопровождалось паническим воплем или предсмертным хрипом. И ещё иногда звуком, с которым звонкий клинок рассекает одежду и ещё живое мясо на кости…

Кони снова дико заржали, загрохотали выстрелы… Но уже не в нашу сторону…

Тяжело раненый в грудь старик, сидящий под окном напротив меня, вдруг улыбнулся. Струйка ярко алой крови побежала из уголка морщинистого рта. Но, прежде чем его взгляд остекленел, он произнёс одними губами:

— Хайдуки… Навреме…

— ЙУР-Р-Р-А-А-А-А-А-А!!! — Мальчишеский крик прозвучал совсем рядом с домом. И сквозь дырявую от пуль ставню в окне над стариком я успел заметить, как на моём вороном коне мимо пронёсся тот самый щуплый паренёк. Размахивая короткой шашкой, он летел в атаку на рассыпанных туранцев вместе с лавой из других конников, одетых в тёмно-зелёные мундиры и барашковые папахи…

И мир погрузился во тьму…

Лишь мелкие отблески иногда вспыхивали в этой сплошной темноте — словно под закрытыми ве́ками…

И призрачный вихрь донёс из пустоты угасающий шёпот:

Теперь он знает, что нужно делать…

И мы тоже…

— Гор? — Тонкий голосок будто бы звучал с лёгкой тревогой. — Тая? Тиг? Вы как себя чувствуете? Фродрик, вы в порядке?

Я открыл глаза и попытался сфокусироваться на бордовом силуэте…

София? Нет, Кнопка… Да к чёрту эту дурацкую кличку! У неё есть имя! Красивое имя…

— Ива?

— Гор! — Девчонка не сдержалась и заключила меня в объятья. Но почти сразу отпрянула и стеснительно спрятала взгляд. — Вы все так побледнели в конце… София говорила, что ничего страшного… Но я всё равно испугалась…

— Да вроде бы и правда ничего страшного… — Я оглядел руки и туловище. — Наши же всё-таки победили…

— А ты знал, что дед того пацана за партизанами послал? — Сидящий рядом Тиг повернул ко мне голову, но тут же схватился за собственный лоб. — У-у-уф… Чё-та подташнивает…

— Да так всегда, когда там умираешь… — Проворчала Таисья. Сидя на своём месте, она тоже держалась за голову. — Но меня вроде не зацепило, а всё равно что-то мути́т… Наверное из-за дыма… Сонька, ты нас хоть слышала?

— Да-да! И всё записала! — Блондинка развернулась к нам в кресле и помахала диктофоном. — Правда, по-моему, это просто сельский бред какой-то… Коты какие-то, крысы, солнце то взойдёт, то упадёт… Обычные ворожейные присказки. У меня няня тоже вечно такие басни то и дело читала в детстве…

— Были бы обычные — их бы от нас так не прятали. — Я тоже потёр стучащие виски́. — Просто подумать надо, что это всё значит… Фрод? — Я повернулся к парню, сидящему на полу у стены напротив. — Ты как там? В порядке?

— Я в порядке. — Бесаратец улыбался спокойно. Кажется, в отличие от остальных у него ничего не болело. — Теперь я в полном порядке…

Последние слова он произнёс точно также, как Ханга — сразу четырьмя голосами. Но приэтом даже не открыл рот.

— Мы же говорили, что найдём запасной вариант, Низложитель… — Смуглый парень продолжал спокойно улыбаться с закрытым ртом. И, кажется, я был единственным, кто сейчас его слышал. — И теперь тебе придётся нам помогать… Если ты, конечно, не хочешь, чтобы все твои новые друзья погибли ужасной смертью…

* * *

Конец второй книги. Продолжение следует.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Я [презираю] аристо

Content

Я аристо

Глава 1 Повторение пройденного

Глава 2 Кибердевочка

Глава 3 Простая техномагия

Глава 4 Спасу и сохраню

Глава 5 Знания приносят страх

Глава 6 Три долга за один день

Глава 7 Криминальный друг

Глава 8 Приключение на двадцать минут

Глава 9 Побег и разжигание

Глава 10 Порхай как бабочка, жаль как пчела

Глава 11 Фулл-хаус

Глава 12 Запретный фольклор

Глава 13 Самый опасный человек в Империи

Глава 14 Трансфер

Глава 15 Тайный поклонник

Глава 16 Урок истории

Глава 17 Управление гневом

Глава 18 Домашний арест

Глава 19 С волками жить — по волчьи выть

Глава 20 Вперед!

Глава 21 Где и когда

Глава 22 Храм знаний

Глава 23 Исторические изыскания

Глава 24 Зекистанская суперпозиция

Глава 25 Туранский гамбит I

Глава 26 Туранский гамбит II

Глава 27 Туранский гамбит III

Nota bene