Идеальный мир для Демонолога 5

Глава 1

Кардиналов бродил по своему кабинету и не мог понять, что ему так не нравится. Вроде бы всё в порядке, нападения новосов стали реже, да и вообще, они ведут себя далеко не так нагло, как раньше.

Разумеется, бойцы иногда отправляются на задания и кто-то выполняет их, а кто-то не справляется. У всех по-разному, но это тоже вполне нормально. Не бывает тех, кто всегда справляется даже с самыми сложными заданиями. Лучшие тоже могут ошибаться, и гарантий никаких нет.

Хотя нет, может всё-таки бывают такие.

Кардиналов только сейчас осознал, что именно в последнее время заставляет его так беспокоиться. Скука! В части стало слишком скучно! Будто бы какой-то застой, здесь слишком тихо и мирно.

И началось это ровно в тот момент, как разведка забрала на особое задание Константина. Здесь стало даже не пусто, нет. Скорее тухло. И нарастающая тревога непрозрачно намекает на то, что военная часть готовится к его появлению и копит силы. По крайней мере, именно так сейчас кажется Кардиналову.

Капитан еще некоторое время бродил по своему кабинету из стороны в сторону, но в какой-то момент ему стало совсем тревожно и он отправился к начальнику штаба. Захотелось узнать новости по поводу положения дел вокруг части, и поинтересоваться, нет ли каких-то интересных заданий для него. Просто, чтобы сбросить пар и почувствовать хоть какую-то опасность.

Но оказалось, что Лежаков тоже ходит по своему кабинету из стороны в сторону и не может найти себе места. Нервничает, под глазами мешки от недосыпа, и вообще, выглядит паршиво. Так, будто бы в любой момент ждет какой-то грандиозной заварушки. Разумеется, в честь возвращения Константина, о котором пока нет никаких вестей.

Впрочем, о нем никогда нет никаких вестей. Просто в какой-то момент он возьмет и появится. А затем попросит задание, выберет самое сложное и обязательно доставит кучу проблем.

— Как-то переживаю я, — проговорил генерал, а Кардиналов закивал головой.

— Да, есть такое, — согласился капитан.

— И скучно… — продолжил свою мысль Лежаков. — И вот, что странно. Раньше, когда в части ничего не происходило, мы ходили в баню, отправляли бойцов в отпуск, сами гуляли в городе. А сейчас как-то не хочется никого отпускать.

— Кстати, раз уж об отпусках заговорили, — вспомнил капитан. — А как там отряд Первого?

— Нормально его отряд, — пожал плечами Лежаков. — Трое на полигоне прохлаждаются, а четвертый в капсуле отдыхает, познает летное искусство, — усмехнулся он. Как-никак, а информация о сбое капсулы уже дошла до него.

Хотя операторы наперебой твердят, что проблему с слишком высоким уровнем сложности удалось решить и они починили капсулу. Проверить это невозможно, но если боец в капсуле до сих пор жив, значит уровень там явно не двенадцатый и это был какой-то сбой отображения. Потому волноваться нет никакого смысла.

— О! — удивленно воскликнул капитан. — Мне из отряда Первого звонят! — он посмотрел на экран и сразу ответил на вызов. — Кардиналов слушает!

— Товарищ капитан! — послышался радостный голос одного из них. — Разрешите отправиться на задание? Мы обменялись с другим отрядом, они на полигон пойдут вместо нас!

— Конечно, разрешаю! — радостно воскликнул Кардиналов и на этом завершил звонок. — Ну всё! Наконец-то что-то интересное!

* * *

— А теперь представь… — Ирина оскалилась и, взмахнув рукой, оторвала кусок обшивки кабины пилота и бросила этот кусок на ногу Художнику, отчего тот взвыл. Как-никак, весит он больше трехсот килограмм и от его падения сломалась кость. — Представь, что тебе зажало ногу! Хахах! — расхохоталась она.

— Зачем ты говоришь представить, если мне, и правда, зажало ногу? — прокричал бедолага.

— А это чтобы лучше представлялось, — оскалилась девушка. — Всё, нога застряла и ты не можешь дотянуться до рычага раскрытия нижних заслонок. А они, так уж получилось… — она подошла к рычагу и дернула за него, так что самолет стал резко замедляться и крениться вниз. — Так уж вышло, что кто-то их раскрыл. И если не закроешь их — упадешь!

Будто бы этого было мало, но вокруг, то и дело, гремели взрывы и сверкали вспышки. Но это уже вошло в привычку. На каждом виртуальном боевом вылете вся земля усыпана самыми разными системами противовоздушной обороны и сейчас не исключение.

— А что я могу здесь сделать? — возмутился Художник. — Нога зажата, рычаг в другом конце кабины. Я не дотянусь до него!

— А ты думай, думай, — улыбнулась Ирина и кивнула на кресло пилота, где сбоку был размещен запас необходимого вооружения. В том числе пистолет, чтобы застрелиться, и нож-пила для выживания в сложных условиях после катапультирования.

На самом деле, в кресле пилота есть еще немало полезных предметов. Так как пилот катапультируется вместе с креслом, в него заложили богатый набор всего необходимого. Там и аптечка, и винтовка, и туристический набор. Всё, что необходимо, даже запас еды и воды на несколько дней.

— Надеюсь, ты понял, что надо делать, — девушка подмигнула и растворилась в воздухе, оставив Художника наедине со своими мыслями.

Правда, долго думать он не стал, всё-таки самолет уже потерял высоту и до столкновения с землей осталось меньше минуты. Это если враг не попадет ракетой или не добьет окончательно левый двигатель, который и так дымится вот уже минут десять.

А когда Ирина вернулась, она увидела бледное, но крайне довольное лицо своего ученика. Искусственный интеллект не сразу смог понять, что у бойца не хватает ноги. А затем он не мог понять, зачем было отрезать ногу, если задача заключалась совсем в другом.

— Вообще-то, ножом ты должен был поддеть защитный короб и закрыть заслонки, замкнув кабель, идущий на привод… — задумчиво проговорила девушка. — Но честно признаюсь, мне очень нравится ход твоих мыслей. Потому задание засчитано!

Картинка тут же сменилась и Художник получил свою ногу обратно, оказавшись в кресле тяжелого грузового самолета. Разумеется, из четырех двигателей работали всего полтора, да и то, не на полную мощность, и самолет стремительно сбрасывал высоту.

— У тебя есть выбор! — радостно воскликнула Ирина. — Причем много вариантов. Или ты упадешь, или придумаешь, как починить двигатели на ходу, или придется сбросить ценный груз. — Художник сразу положил руку на рычаг сброса, но девушка остановила его. — Ты думал, всё будет настолько просто? Не-ет, легко не выйдет. Ведь если ты дернешь за этот рычаг, то вместе с грузом выпадет твой командир!

*Хрусь!*

Художник дернул рычаг с такой силой, что вырвал его с корнями. Причем дернул в тот же миг, как получил уточняющую информацию. Тогда как Ирина еще некоторое время сидела и хлопала глазами, осознавая свою промашку. Цель задания была в том, чтобы заставить бойца погрузиться в муки сложного выбора, но в чем-то искусственный интеллект просчитался.

— Так, что-то пошло не по плану, — почесала она затылок. — Надо провести повторное сканирование, — Ирина минут на пять закрыла глаза и на ее лице появилась улыбка. — А-а-а, понятно… Боец, а ты ведь тоже не учел один момент.

— Да? И какой же? — довольный собой Художник уже выправил самолет и теперь спокойно направлялся к взлетно-посадочной полосе.

— А если Константин выживет? Что тогда будешь делать? — ехидно ухмыльнулась Ирина, тогда как Художник резко побледнел. — Во-во, я о том же.

— Ладно, не пугай так, — выдохнул пилот. — Мы в виртуальной реальности, он не может явиться сюда.

— Ты в этом так уверен? — усмехнулась она, а у бедолаги задрожали руки. — Сразу предупрежу, если он вдруг явится сюда, на меня даже не надейся. Я просто сделаю вид, что зависла и не работаю. И буду так стоять, пока он не уйдет.

* * *

— Как же хорошо… — протянул Игорь и чуть ли не закрыл глаза от удовольствия. Но сейчас отвлекаться нельзя, всё-таки они едут на снегоходах по лесу, а тут надо постоянно маневрировать.

— И не говори… — послышался блаженный голос Брага из динамиков в шлеме.

Они мчались втроем в сторону указанных координат и получали неописуемое удовольствие от поездки.

Да, это боевое задание, тут опасно, и всё в таком духе. Но лучше так, чем тренироваться с замотивированным Берсерком. Тот не намного хуже Константина, и ведомый желанием снова использовать эвакуационную капсулу не по назначению, заставлял их выкладываться на все двести процентов.

Они и не знали раньше, что могут двое суток бежать без остановки. Никто не может, а они, вот, могут. Причем во время боевых вылазок почему-то не так страшно. Враги стреляют куда реже, не избивают с такой жестокостью, не заставляют рыть руками траншеи в мерзлой земле. Враги вообще какие-то более гуманные, чем свои. По крайней мере, так кажется после тренировки.

Всю дорогу улыбки не сходили с лиц бойцов. Для них это как легкая прогулка по зимнему лесу, где в итоге их ждет пикник. Никто не запрещает остановиться на середине пути и перекусить, насладиться тишиной или пением птиц.

— О, медведь, — указал Браг куда-то вдаль, и действительно, на соседнем холме обосновался мишка.

Косолапый старательно выдергивал деревья из земли и отбрасывал их в стороны, не обращая никакого внимания на расположившихся в километре от него людей.

— А зачем он деревья щипает? — удивился Синий.

— Да избу, наверное, строить собрался, — пожал плечами Игорь. — Тут вообще медведи странные какие-то…

Вскоре они закончили чаепитие, погрузили сумки с провизией в снегоходы и продолжили путь. Но спустя полчаса Синий случайно сбил Новоса, что спрятался в сугробе. Затем Игорь влетел в еще одного, и в тот же миг из снега показался отряд из двадцати человек.

Новосы сидели в засаде и держали под прицелом дорогу, но они никак не ожидали, что в них начнут врезаться снегоходы, вылетевшие из леса. Никто такого не ожидал, но первыми в себя пришли бойцы из отряда Константина.

Демон спрыгнул со своего транспорта, и прямо на лету выхватил парные клинки. Он носился между опешившими новосами и впивался в их тела холодной сталью длинных загнутых ножей, тогда как остальные двое схватили штурмовые винтовки и быстро нырнув за ближайшее укрытие стали метко отстреливать одного противника за другим.

Надолго сражение не затянулось, и уже спустя пару минут все звуки стихли.

— Может, надо было пленных из этого отряда собрать? — задумался Игорь.

— Нет, в задании четко указано, что нам надо два пленных из определенного отряда, — не согласился с ним Синий. — Может, они владеют какой-то особой информацией.

— Да я же не против, — пожал плечами Игорь. — Чем дольше будем возиться тут, тем дольше не вернемся на тренировку! Так что давайте собирать трофеи, я для этого специально дополнительные сани взял.

Бойцы принялись выискивать на поляне всё, что только может представлять ценность. Раздели новосов, взяли их жетоны и аккуратно сложили тела. Трупы им ни к чему, а вот жетоны пригодятся для отчета перед начальством.

Около часа занял сбор трофеев, и затем они продолжили неспешный путь к указанным в задании координатам. Правда, совсем скоро снова пришлось притормозить и посовещаться, ведь впереди расположилось минное поле.

— Объезд займет часов пять, — скривился Игорь. — И тогда может не хватить заряда аккумуляторов на обратную дорогу.

— Никак не могу понять, почему они всегда выдают топливо или аккумуляторы впритык? — выругался Браг.

— Они выдают с запасом, но никто не рассчитывает, что наш вес, по пути, увеличится втрое, — хохотнул Игорь и указал на сани у себя за спиной, груженые винтовками, броней и прочим хламом.

— Но это весит не втрое больше, чем мы…

— Так мы еще не добрались до конечной точки. А еще, учитывай пленных. Ты ведь не думаешь, что мы возьмем всего двоих?

— Ладно, давайте срежем путь по минному полю, — перебил их Синий. — Я поеду первым, а вы за мной, на безопасном расстоянии. В крайнем случае меня потом Константин снова призовет, это не проблема.

Никто спорить не стал, ведь вариант, и правда, рабочий. Тем более, что далеко не каждая мина сможет сразить демона, а некоторые и вовсе, даже урона не нанесут.

Таким образом удалось сократить путь на несколько часов, а из минусов — потеряли один снегоход. Синий при этом не пострадал, по крайней мере, физически. А вот моральный ущерб был нанесен серьезный, ведь ему еще придется отчитываться за сломанную технику перед прапором.

И вот, спустя какое-то время бойцы остановились и принялись прятать свой транспорт под маскировочную сетку. Всё-таки до цели осталось всего около двух километров и подобраться к ней надо незаметно. В противном случае пленных взять будет крайне проблематично, ведь, по данным разведки, там прямо сейчас новосы возводят укрепления.

Впрочем, так и оказалось. Разве что разведка сообщала, что укрепления только начали возводить, а на деле вышло немного иначе. Несколько укрепленных землянок уже готовы и из миниатюрных бойниц торчат стволы пулеметов. Тогда как остальные новосы продолжают раскопки и возведение всё новых землянок-бункеров.

Зачем всё это? Вот чтобы ответить на этот вопрос и нужно добыть пленных.

— И как это штурмовать втроем? — Игорь задал вопрос, который волновал сразу всех.

— Да никак, — помотал головой Браг.

— Согласен, — к удивлению остальных, Синий не стал спорить и рваться в бой. — Нас срежут пулеметами сразу, даже пытаться не стоит. И если один бункер захватим, то во второй уже не прорвемся. Надо нападать сразу со всех сторон!

— Втроем, ага, — Усмехнулся Игорь.

— Ну, не обязательно… — замялся демон. — Всё-таки противников штук тридцать, и они на более выгодных позициях. Я бы на вашем месте позвал бесов, если честно.

— В смысле, позвать? — удивились двое. — Нет, тебя звать мы умеем, у Брага есть еще один свиток и кого-то можно вытянуть из него. Но откуда бесов-то взять?

— Так позвоните Константину, спросите. Если он даст добро, всё покажу и организую, — пожал плечами демон.

Бойцы не стали спорить и поползли на ближайший холм, где им удалось поймать сигнал связи. И получив такую возможность, Игорь сразу отправил сообщение командиру, спрашивая разрешение на призыв бесов и объясняя тяжесть их положения.

— О, привет, парни! — ответил Константин. — Вы там как? А я в плену, если что! И насчет задания — берите конечно, двадцать пять бесов будет достаточно.

— Так, ну ответ у нас есть, — заключил Игорь. — Но я всё равно не понимаю, чем это может нам помочь.

— А всё просто, — усмехнулся Синий. — Приложите руки к земле вот здесь и здесь, — он четко указал место. — И всё, просто ждите.

Они некоторое время смотрели на демона, как на идиота, но ради эксперимента всё же решили прислушаться. И каково же было их удивление, когда на снегу начала, сама по себе, появляться пентаграмма, сотканная из сложных светящихся цепочек магических символов.

— Но как? — удивился Браг. — Я и не думал, что демонология — это настолько просто!

— Значит, мы теперь демонологи! — обрадовался Игорь.

— Идиоты вы, а не демонологи… — хлопнул себя по лбу Синий. — Константин в ваши руки заложил специальную печать черчения. Там же он оставил необходимое количество энергии, как раз на такой случай.

Тем временем пентаграмма окончательно сформировалась и над ней вспыхнул вихрь бушующего инфернального огня. А следом из пламени стали выходить растерянные бесы. Правда, вскоре они посмотрели на тех, кто призвал их и сразу начали выказывать свое недовольство.

— Ну вы совсем больные, конечно… Теперь мы заберем ваши души! — это лишь малая часть из того, что они успели сказать за пару минут. И единственная цензурная часть, в остальном на бойцов обрушился шквал отборного мата.

— Придурки, вы лучше на их печати посмотрите, — снова закрыл лицо ладонями Синий. — Видите, чья метка на них стоит?

— Оу… — на несколько секунд бесы затихли. — И чем же мы обязаны столь уважаемым господам? Сразу хочу отметить, кто как обзывается, тот так и называется! — поднял палец старший из них. — И все нехорошие слова, которые мы успели высказать, относятся исключительно к нам, и вас совершенно не касаются.

Цензура включилась в ту же секунду, стоило Синему обратить внимание бесов на метки. Плюс, ни у кого больше не было никаких вопросов. Все просто молча слушали приказ и отправлялись его выполнять.

Поэтому не возникло никаких проблем. Бесстрашные бесы были только рады умереть по приказу своих новых господ, они рвались в бой, невзирая на любые опасности. Пролезали через бойницы и вгрызались в глотки пулеметчиков, разбрасывали гранаты и подрывали себя вместе с остальными. Ну и разумеется, пытались взять как можно больше пленных, попросту отбирая у перепуганных новосов оружие и убегая с ним прочь.

Операция заняла всего около получаса, и по итогу… Да, удалось взять всего двух пленников. Бесы очень старались, но получалось у них так себе, потому эту задачу на себя взяли Игорь и Синий.

Возвращались они целой колонной. Первым шел грузовой вездеход, в кузов которого были сложены несколько снегоходов, связанные пленники и еще целая гора всякого хлама. А следом еще два вездехода, но поменьше. Они выступали в качестве прикрытия, но забрали их исключительно чтобы сдать в качестве трофеев.

Браг отправился сразу в штаб, чтобы сдать пленных, Синий пошел к прапору, чтобы лично вымолить у него прощение за поврежденный снегоход. А Игорь закурил и остался стоять на улице, наслаждаясь последними часами тишины и покоя.

Он стоял недалеко от лазарета и потому увидел, как к главному входу подъехало несколько машин скорой помощи. А выгрузили оттуда тех самых новобранцев, что должны были заняться выполнением задания, но с радостью обменяли его на возможность потренироваться с Берсерком.

Выглядели они откровенно так себе, на что Игорь лишь усмехнулся.

И вот, спустя час отряд Первого собрался в комнате. Никто не хотел ничего говорить и бойцы просто наслаждались тишиной. Но в какой-то момент тело Брага забилось мелкой дрожью, а сам он резко побледнел.

— Ты чего? — перепугались сослуживцы.

— Братцы… — стуча зубами, процедил тот. — Я чего подумал-то… До меня только что дошло… Мы ведь становимся такими, как он!

* * *

Я долго размышлял на эту тему, взвешивал все «за» и «против», и в итоге пришел к заключению, что мне седаны не нравятся. В багажнике не только тесно, но и как-то холодно, и это явная недоработка производителя!

Впрочем, ладно, грех жаловаться. Расположился я вполне комфортно, никто не мешает пользоваться телефоном и не отвлекает разговорами. А еще со мной сидит Рембо и развлекает как может, разве что песни не поет.

Ехать пришлось часа три, и это хорошо. Не придется потом долго добираться до города. Ну и вскоре машина остановилась, из нее вышли какие-то люди и спустя пару минут открыли багажник.

— Хорошо ты его приложил, — усмехнулся один из них, толкнув меня прикладом автомата. Я же специально ослабил сознание, чтобы всё выглядело реалистичнее.

— Думаю, он еще часа два так пролежит, — спокойно ответил второй. — Если не дольше…

— Ладно, давай тащить его, а то начальство ждет.

Меня вытащили из багажника и поначалу один из них взвалил меня на плечо. Но его хватило буквально на пару минут, после чего он устало вздохнул и положил меня на землю.

— Слушай, какой-то он тяжелый. Давай вместе…

— Стареешь, дружище. Надо тебе прекращать налегать на жирное, — усмехнулся второй.

— Ты мою Изольду не трогай! А то опять по зубам получишь! — рыкнул тот.

— Я про еду говорил, придурок! — расхохотался его товарищ.

Теперь они потащили меня вдвоём, но всё равно каждые двадцать метров им приходилось останавливаться на передышку. Всё это время мужики сетовали на то, что я, и правда, какой-то аномально тяжелый. А я просто в качестве эксперимента приказывал одному бесу за другим садиться на меня сверху. Так, к концу пути уже была целая пирамида из бесов, но бедолаги всё равно каким-то образом смогли меня дотащить.

— Я даже не знаю, что нужно жрать, чтобы столько весить, — выдохнул один из бойцов и закрыл дверь комнаты, в которую меня небрежно забросили минуту назад.

Они продолжили общаться на тему того, как неудобно было меня нести и их голоса постепенно удалялись, а я так и остался лежать на холодном полу в камере метр на метр…

Ну что, вроде бы я точно на месте. Пару минут посидел и послушал, что происходит снаружи и, убедившись, что там никого нет, спокойно поднялся со своего места.

— А ты чего встал? — кивнул бесу-взломщику. — Я тебе не за отдых плачу!

— Так я всё, хозяин, — пожал тот плечами. — Просто снаружи был шпингалет, я с ним быстро справился.

Да уж, можно было использовать Рембо, он бы тоже справился с такой задачей, и куда дешевле. Ладно, нет смысла расстраиваться из-за пустых трат, ведь впереди меня ждет увлекательное приключение. Вышел из камеры и посмотрел по сторонам.

— Они налево пошли, — будто бы прочитал мои мысли взломщик. — Вон туда, потом свернули еще раз налево.

— Ага, хорошо, — кивнул ему и отправился вслед за своими похитителями. Как-никак, надо посмотреть, немного погулять и хорошенько изучить это место.

А потом почти всех убить, разумеется.

* * *

В цеху по переработке пластика было довольно шумно, потому собравшимся приходилось повышать голос, чтобы общаться между собой.

Так что совсем скоро старший приказал остановить конвейеры и рабочие тоже стали подтягиваться ближе, чтобы поучаствовать в обсуждении. Всё-таки только что двое сослуживцев вернулись со сложнейшего задания и блестяще выполнили его, пусть им и помогал в этом самый настоящий негатор.

То, что работяги слушают эти разговоры, никого не смущало, ведь этот завод лишь прикрытие. Все сотрудники здесь из Новой империи и они действительно перерабатывают пластик только для того, чтобы их не раскрыли. Зато отсюда очень удобно вести свою диверсионную деятельность, есть обширные подвалы со множеством небольших темных комнат. Тут можно пытать похищенных, уничтожать тела, прятать тех, кто попал под внимание полиции или разведки.

— Но что дальше-то? — уточнил один из похитителей.

— Зависит от того, был ли за вами хвост или нет, — задумчиво проговорил командир.

— Да не было хвоста! Мы несколько раз проверили и везли самыми глухими путями! Так что задание выполнено идеально! — воскликнул он.

— По-хорошему отправить бы его в Новую империю, — предложил один из собравшихся. — Вот тогда ему будет весело.

— Мы и тут повеселить его можем, — усмехнулся другой. — Везти слишком рискованно, а здесь можно точно также допросить и вытянуть все тайны.

Мужчины одобрительно загудели, всё-таки тайн у этого человека должно быть предостаточно. Как-никак, похищенный буквально недавно посещал склад вооружения и лично делал заказ для подготовки к секретной масштабной операции против Новой империи.

— Жирный улов, конечно, — довольно улыбался один из оперативников. — Молодцы, мужики! Завидую белой завистью вашей удаче! Мы из этого ублюдка немало информации вытянем, это я вам обещаю.

— А потом ликвидируем его, да? — уточнил кто-то из бойцов.

— Ликвидируем, но перед этим моим ученикам надо будет потренироваться, — помотал головой тот. — Посмотрю, на что хватит их воображения.

— Я предлагаю вырвать ему все ногти! — выкрикнул кто-то из толпы, и старший палач одобрительно закивал головой.

— Да, неплохая мысль. Сделаем это обязательно.

— А потом зубы!

— Тоже неплохо, согласен с тобой, — улыбнулся мужчина.

— А как вам идея обливать его кипящим маслом и при этом лечить магией? Тогда он точно всё расскажет!

— Слушай, а ты откуда такой больной взялся? — палач стал всматриваться в толпу собравшихся, пытаясь найти того, кто это всё говорит. — Не помню, чтобы у меня были такие талантливые ученики!

— Избить, и топить в кислоте! А на раны сыпать соль! — продолжил выкрикивать свои предложения идеальный ученик, и толпа вторила ему, так как каждому нравились его идеи.

— Ты прекрасен! — утер скупую слезу палач.

— А еще лучше… Только слушайте внимательно, — продолжил тот, и все разом стихли, приготовившись внимать слову гения. — А еще лучше напоить его вином и дать ему столько золота, сколько он сможет унести!!!

— ДААААА! — взревела толпа.

— Стоп… — кто-то из них всё-таки пришел в себя, услышав в этих словах явно не то, что ожидалось. — Погоди…

Толпа расступилась и только сейчас все посмотрели на гения пыток.

— Эмм… — похититель посмотрел на него, немного подумал, и снова посмотрел. — А ты что тут делаешь?

— Ну так вы меня не покормили, вот я и пришел. А где тут столовая, кстати?

Глава 2

— Да прекратите вы! — возмущенно кричал я, убегая от очередного психа с автоматом. — Я же свой! Завязывайте! Хватит стрелять!

Какие-то они агрессивные. Обернулись на меня и как начали стрелять, так до сих пор не могут остановиться. Всё вокруг взрывается, везде свистят пули, новосы перекрикиваются между собой и отправляют в мой адрес самые нелестные слова.

— У меня ведь даже форма с бейджиком есть! — решил я использовать свой последний неоспоримый аргумент. — И вообще, я, между прочим, старший технолог! А это не пустой звук! Как мы с вами после такого будем пластик перерабатывать?

— Этот урод Димку убил! Ловите его! — прокричал кто-то из них. Видимо, предыдущего старшего технолога на этом заводе звали Дмитрием. Но ведь это было раньше, теперь эту должность занимает Константин.

Еще некоторое время я носился по производственным помещениям и пытался выстроить хоть какой-то диалог. Всё же изначально в мои планы входило немного поговорить с ними, понять, чего они тут делают, и каким образом им удалось захватить целый завод. А еще хотелось поинтересоваться, какую прибыль может приносить такая деятельность. Как-никак, а переработка пластика полезна для экологии, и выходит, что эти новосы приносят пользу Империи. Вдруг для них еще не всё потеряно?

— Брать живьем! Обязательно! — крикнул их командир, но в следующий миг рядом со мной взорвался снаряд гранатомета. Недалеко от меня стоял станок, и его разнесло на мелкие куски, тогда как меня отбросило и впечатало в стену.

— Это, по-вашему, живьем? — возмутился я. Правда, пришлось немного ускориться, ведь гранатометчик как раз перезарядился и собрался пальнуть еще раз.

Пока носился вокруг и изредка раздавал мощные оплеухи каждому встреченному на моем пути работяге, предлагал им всё-таки решить вопрос мирным путем и не делать глупостей.

— У вас всё еще есть шанс остановиться и спокойно поговорить. Разумеется, перед этим сложив оружие! — в очередной раз повторил им, но они почему-то не слушали, так и продолжали носиться за мной и палить из всех стволов. — Можете даже начать работать на меня, я буду платить вам, а вы поставлять мне информацию! Соц-пакет, оплачиваемый отпуск, пенсия, и от себя добавлю, что вас не будут обижать демоны! — задумался на пару минут и решил, что реализовать такое будет слишком трудно, — Ну ладно, демоны обижать будут, но совсем редко!

— Он направляется в восточное крыло! — вместо того, чтобы согласиться на такие прекрасные условия, кто-то из них взял и рассказал остальным о моем местоположении.

А мне снова пришлось немного побегать, ведь сюда направились десятки вооруженных бойцов. Проблема в том, что они не только вооружены, но и довольно опасны. Как-никак, для такой операции отбирали далеко не самых слабых бойцов, и это видно сразу.

— У вас осталось меньше минут, — предупредил их в последний раз. — Затем придет мое войско, и пути назад уже не будет. Пленных они брать не умеют, уж поверьте.

Нет, даже последнему предупреждению они не придали никакого значения. Так и продолжили стрелять в мою сторону, но ровно до тех пор, пока все двери в здании не раскрылись настежь и внутрь не повалили полчища вооруженных бесов.

Они заполонили собой все внутри и сразу открыли беспорядочный огонь. Причем настолько беспорядочный, что мне пришлось даже спрятаться. Новосы по мне не попадали, а вот бесы засадили пару пуль в ногу.

— Он демонолог! Информация подтверждена, его класс невероятно высок! Живым не брать! — заверещали бойцы и стали отстреливаться от бесов.

Перестрелка длилась около получаса и всё это время я спокойно сидел в подсобке, лишь изредка выглядывая в общий производственный зал, где и происходило всё действо.

Но увы, победителями из этой схватки вышли новосы. Да, у них были некоторые потери, но опытные оперативники обращаются с оружием куда лучше, чем бесы, и потому в перестрелке у рогатых шансов практически не было.

— Не помогут тебе твои низкопробные демоны, — из укрытия вышел командир новосов и посмотрел на меня. Я как раз стоял в дверях подсобки и наблюдал за ними, так что обнаружить меня не составило труда.

— Ну, если низкопробные не помогут, давайте попробуем других, — пожал я плечами и ударил ладонью по стене, активируя очередную цепочку пентаграмм.

Не просто так я здесь бегал всё это время. На моем пути тут и там появлялись незаметные пентаграммы, объединенные связующей цепочкой, что вела как раз в это подсобное помещение. Так что мне осталось только влить достаточное количество энергии и по всей территории завода стали появляться вспышки инфернального огня. Из которых тут же начали выходить крупные мускулистые демоны в доспехах и с двуручными мечами.

Кто-то мог бы сказать, что орудовать двуручными мечами в помещении неудобно. Да и против огнестрельного оружия такие клинки явно не лучший выбор. Но так скажут лишь те, кто не встречался с демонами доппельзельднерами. И да, всё верно, я не вызывал их раньше как раз из-за того, что попросту не получалось выговорить это слово. Сейчас же пришлось, так как призыв демонов с двуручными мечами стоит относительно дешево. Их мало кто призывает, вот им и приходится снижать цены на свои услуги.

Демоны сразу бросились в бой и доказали, что двуручный меч в помещении — это совершенно не помеха. Всё-таки такой клинок легко прорубает даже стены и станки, за которыми укрывались новосы. Да и самих новосов мечи тоже прорубают прекрасно.

— Всё! Я готов сдаться! — один из противников наконец прозрел и завопил на всю округу, выбежав из-за станка и направившись в мою сторону. — Не надо меня убивать! Я буду работать на тебя! Всё расскажу!

— А предложение уже неактуально, — развел я руками. — Так что не надо мне информации, сам всё узнаю…

* * *

— Гм… — Кувалдин некоторое время сидел и смотрел в экран своего телефона.

Шла минута за минутой, а в комнате висела звенящая тишина. Просто подчиненные не часто видят на лице командира такое смятение. Он сидел, перечитывал сообщение раз за разом и постоянно хмурился. Иногда мотал головой, потирал глаза и снова вчитывался в строки, пытаясь поверить в происходящее. Но получалось у него откровенно паршиво.

— Господин Кувалдин, всё нормально? — поинтересовался один из офицеров разведки.

— Я бы не был в этом так уверен, — задумчиво проговорил начальник и снова вчитался в строки сообщения. — Просто мне Константин написал и сказал, что его похитили.

— Значит, надо срочно поднять личный состав по боевой тревоге! — воскликнули бойцы.

— По идее да, но… — он снова помотал головой. — В конце сообщения он пишет, что у него всё хорошо и помощь никакая не требуется. А сообщил о похищении только из вежливости.

В этот момент пришло еще одно сообщение и мужчина снова завис, уставившись в экран. Так и сидел несколько минут, не в силах оторвать взгляд или как-то прокомментировать увиденное.

— Так что нам делать? — не выдержал кто-то из собравшихся.

— Да я по глупости спросил, насколько у него всё хорошо… — растерянно проговорил начальник разведки. — А он фотографию прислал… — Кувалдин продемонстрировал остальным экран телефона, где была открыта фотография, сделанная Константином. Там он сам сидит на складном стульчике, а вокруг разбросаны горы окровавленных тел.

В руке коктейль с зонтиком и кусочками фруктов, сам он в чистой одежде, и по увиденному никак не скажешь, что его кто-то похитил. Скорее, наоборот.

— А еще он адрес скинул…

Еще некоторое время мужчины так и стояли в комнате, разглядывая фотографию и пытаясь поверить в происходящее. Но вскоре они начали приходить в себя и решили наконец проверить, как там дела у Константина. Ведь он не просто так дал адрес.

В воздух взмыли десятки боевых и транспортных вертолетов, а по земле в сторону завода рванула колонна тяжелой бронетехники.

Сам же Кувалдин, вместе с несколькими офицерами, отправился туда на скоростном самолете с вертикальным взлетом, и уже спустя минут пятнадцать был на месте.

— На самом деле, не так всё хорошо, как я сказал, — стоило разведчикам войти в здание, как послышался недовольный голос Константина.

— Что тут произошло? — Кувалдин смотрел по сторонам и не понимал, откуда здесь столько трупов. На фото было куда меньше, остальные попросту не попали в кадр.

— Честно, я не виноват! — поднял руки Константин. — Представляете? Они похитили меня и отказались даже покормить. Так что ставлю им три балла из пяти, не больше. В следующий раз дважды подумаю, стоит ли мне отправляться к ним в плен. Вот никакого сервиса, совершенно!

Кувалдин прилетел сюда, чтобы получить ответы на свои вопросы. Но вместо этого количество вопросов лишь возросло. И с каждой минутой их становилось только больше, ведь оперативники уже начали изучать здание и находить много интересного и странного.

— Господин Кувалдин, я уже сделал все необходимые фото, но с отчетом затрудняюсь, — к начальнику разведки подошел один из оперативников. — Хотел с вами посоветоваться…

— Что не так?

— Просто в одном из трупов застрял двуручный меч. И я не могу понять, откуда он тут мог взяться, — скривился он.

— Да это же завод, чего тут только не найдешь! — попытался как-то оправдаться Константин. — Лежал тут на полке, пришлось использовать по назначению!

Кувалдин не обратил на эти слова никакого внимания. Вопросов и так предостаточно, и ему лично придется составлять окончательный отчет. А как это сделать, мужчина пока откровенно не понимает. Тем более, что доклады не прекращались.

Кто-то заявил, что два элитных бойца Новой империи были убиты канцелярским ножом, другого забили до смерти степлером. Убивали всем, чем попало, и очень сложно поверить, что это сделал один человек. Хотя теперь поверить сложнее в том, что это вообще человек, а не какой-то мутант.

— Вы говорили, что парень талантливый, — задумчиво проговорил офицер разведки. — Но… Что за чудовище вы нашли? И как вы убедили его командование вот так отдать это чудовище на целый месяц?

— Да просто попросил… — замялся Кувалдин.

— Прошу прощения, если лезу не в свое дело, но очень уж любопытно, — подключился к разговору еще один. — Но какую услугу в ответ нам придется оказать его командованию? Не думаю, что нам дали его бесплатно.

Кувалдин и сам уже задумался об этом. Да, генерал Лежаков отзывался о Константине как о талантливом бойце, но чтобы настолько… Он явно скромничал. Ведь провернуть такую операцию в одиночку — это не просто феерично, это что-то за гранью понимания. И теперь мужчина крепко задумался, как бы его использовать еще. Ведь этот человек явно создан не для рядовых скучных заданий, а значит надо придумать что-то особенное.

* * *

Не понимаю, чему они так удивлялись? Ладно, с двуручным мечом я промахнулся, правда. Но кто бы мог подумать, что один из демонов будет так торопиться, что потеряет свое оружие? Обычно рогатые очень внимательно следят за своим имуществом, ведь чтобы купить такой меч, надо скопить немало энергии или золота. Просто так тебе никто не подарит оружие, особенно в демоническом мире.

А в остальном, вроде бы всё нормально. Как раз специально заставлял бесов добивать новосов, чем попало, чтобы не вызывать подозрений. Хотя запихнуть бедного диверсанта в измельчитель для пластика было явно лишним, после этого разведчики как-то странно на меня косились.

После короткого опроса меня посадили в машину и отвезли прямо ко входу в отель. Но сперва я решил заняться делом и отправился в парк, чтобы начертить там пару пентаграмм и расплатиться по долгам с демонами. Рембо прислал фотографию очень грустного демона, который забыл в этом мире свой меч. Сидит весь такой понурый на пеньке, грустит, уныло смотрит куда-то передо собой и чуть ли не плачет. Жалко бедолагу, но ничего, сейчас сделаю ему перевод энергии и оплачу новый меч.

Но добраться до парка я так и не успел. Стоило мне перейти дорогу и свернуть за угол, как рядом с визгом остановился микроавтобус, и выскочившие оттуда люди в масках буквально за пару мгновений затолкали меня внутрь, после чего машина сорвалась с места.

А вот этого я даже не планировал! Даже удивительно, какая часть местного населения, на самом деле, новосы. Но мне почему-то начинает казаться, что явно большая часть.

Что ж, скоро узнаю, чего надо этим людям, и очень надеюсь, что у этих похитителей сервис будет не на троечку, а хотя бы на четыре балла.

Машина стремительно мчалась по городским улицам, то и дело поворачивая на каждом перекрестке, чтобы запутать следы. А я сидел между двумя плотными коренастыми мужиками. Напротив, лицом ко мне, сидели еще три таких же здоровяка и все, кроме одного, в черных масках. Тот, который решил не скрывать свое лицо, сидел и пристально смотрел мне в глаза. На вид ему лет шестьдесят, и по габаритам он примерно такой же, как и остальные. Непонятно, как этот микроавтобус вообще выдерживает этих товарищей.

Сильные ребята, сразу чувствуется, и при этом Одаренные. Таких просто так не сломаешь, масса не позволит.

— Мужики, я, конечно, всё понимаю, — посмотрел на угрюмых молодцев. — Но два раза за вечер… Совсем намеков не понимаете, да? Может, давайте не будем ругаться, что ли? А то я только руки отмыл… — не увидел в их глазах хоть какого-то отклика и вздохнул. — Ну ладно, если так хотите, могу и подыграть.

— Ты лучше успокойся, — спокойно проговорил мужчина без маски. — Нам просто поговорить нужно, и всё… — охранники на это почему-то усмехнулись.

— А если я вдруг не хочу сейчас ни с кем говорить? — поинтересовался я. — Вы ведь даже не спросили!

В ответ на мои слова один из охранников достал из-за пазухи пистолет и подмигнул мне.

— Смотри, что у меня есть! Теперь понял, что спрашивать тебя было необязательно? — усмехнулся он.

— А у меня вот, что есть, — достал из нагрудного кармана гранату.

— Эй! — они выпучили глаза и вжались в кресла. — А ну отдай! Не дури, парень!

— Тогда пистолет тоже куда-нибудь положите, желательно подальше, — выдвинул я свои условия и спорить со мной никто не рискнул, так как держал я гранату за кольцо.

Они сразу засуетились и предложили сложить гранату и пистолет в специальный отсек для шампанского, что расположен между сиденьями.

Но стоило ящику закрыться, как в руках того же охранника появился нож.

— Ну что? Ты думал, у меня больше ничего нет? — оскалился он. Тогда как я вздохнул и достал еще одну гранату из того же кармана. Хотя в нем и одна не могла поместиться. — Да откуда ты их берешь? Мы же тебя обыскали! — возмутился он.

Меня снова вежливо попросили сдать гранату, а у охранника отобрали нож и сложили всё это туда же. Но этот идиот решил идти до победного и вместо ножа достал кастет.

— А теперь что скажешь?

— Аргументы почти закончились, если честно, — развел я руками. — Остался только этот…

Достал из кармана фотографию и показал ее охраннику. А там какой-то мужик в балаклаве и в розовой пачке, а рядом с ним много других усатых мужиков, сидят и хлопают в ладоши. И вроде бы непонятно, кто там в балаклаве отплясывает, но по форме, да и татуировке на запястье можно понять, что это именно тот охранник с кастетом.

Остальные сразу повернулись и удивленно уставились на своего товарища, а тот даже не знал, чего ответить. Ведь даже если это подделка, лучше просто промолчать, чем начать доказывать что-либо. Так хотя бы меньше подозрений будет, а там, глядишь, все забудут об инциденте.

— Так, хватит, — нахмурился, едва сдерживая свой смех, мужчина без маски. — Тебе, правда, не о чем волноваться и это обычный разговор.

— Да я не против! — возмутился я. — Вы просто сами руки не распускайте, и всё будет прекрасно. А вот этому лысому я вообще теперь не доверяю, — кивнул на особо агрессивного охранника, который угрожал мне всё это время.

— Честно говоря, мое доверие к нему тоже чуть пониже стало после этой фотки, — признался другой охранник.

Конечно, никто ему теперь не доверяет. А я ни капли не жалею, что взял в свой доминион на довольствие демонического художника. Рисует быстро, качественно, и от фотографии не отличить.

— Ладно, допустим, вы посадили меня к себе в машину просто чтобы поговорить, — кивнул я. — Тогда возникает закономерный вопрос… А вы кто вообще?

— Кто мы — это не имеет для тебя никакого значения, — усмехнулся мужик. — А вот что действительно важно — так это произошедшее сегодня, — он выждал несколько секунд, давая мне возможность самостоятельно вспомнить, что сегодня было.

Может ему не понравилось, что я убил несколько десятков новосов? Или что призвал демонов с двуручными мечами?

— Не могу сказать, что такого больше не повторится, — сразу честно предупредил его. — Но в чем, собственно, дело?

— Я о той ситуации в ресторане. Некрасиво ты поступил, Константин. Ну поругались, такое бывает, и это абсолютно нормально! Но зачем сразу уходить? Дело ведь молодое, ну вспылили немного. Так что не дури, парень, — он порылся в ящике и выудил оттуда пышный букет цветов. — Вот, держи! А теперь иди и подари этот букет Екатерине. И извиниться не забудь.

На этом машина резко остановилась и меня буквально вытолкали из раскрывшейся боковой двери прямо у парадного входа в отель.

Удивился ли я? Гм… Степень удивления описать без мата крайне проблематично, потому не стану отвечать себе на этот вопрос.

Кто это вообще такие? Ладно, неважно, кто это… Явно не новосы. Но зачем они мне цветы дали? И какая им разница, поссорились мы с Катей или нет…

Постоял при входе несколько минут, подышал свежим воздухом и попытался осознать произошедшее. Но так как осознавать подобное бесполезно, просто плюнул на всё и отправился в свой номер.

А там Катюша получила свой букет, отчего удивилась не меньше моего. А я получил множество вопросов, причем не только насчет первого похищения, но и насчет того, зачем я принес этот букет.

Так, до самого утра мы сидели, попивали чай и общались, а ближе к рассвету на мой телефон пришло сообщение, где Кувалдин коротко отметил окончание задания. Группа диверсантов полностью ликвидирована, и я перехожу обратно под командование Кардиналова.

Ну и хорошо. В гостях весело, но дома лучше. Тем более, там мои бойцы не вылезают из тренировок, ходят на сложные задания и вообще, очень стараются. Как вернусь — надо будет устроить им хоть какой-то отдых, выдать отпуска и отправить покутить в городе. Хотя бы денёк им надо перевести дух, а затем снова будем ходить на интересные задания и продолжать свое развитие.

На радостях мы быстро собрали вещи, переоделись в походную форму и уже совсем скоро направились к вокзалу. А там нас уже ждал сам Кувалдин со своими подчиненными.

— Не смог отпустить тебя просто так, — усмехнулся он и протянул мне черный футляр. — Держи, заслужил! Это медаль в награду за блестящее выполнение сложнейшей миссии. И далеко не каждый поймет, что это на самом деле медаль.

— М-м… Спасибо, — искренне поблагодарил его. Слышал про подобные награды и уже давно интересно было хотя бы посмотреть на одну из таких.

— И еще, если хочешь, могу выдать тебе недельный отпуск. Как на это смотришь? — предложил Кувалдин, но я сразу замотал головой.

— Спасибо, конечно, но вынужден отказаться. Как я могу уйти в отпуск без своих бойцов? Они там всё это время стараются, постоянно ходят на полигон, выполняют задания. Уверен, прямо сейчас они полным составом тратят последние свои силы лишь для того, чтобы стать хоть капельку сильнее! Так что нет, хочу поскорее вернуться к ним и для них устроить настоящий отдых!

* * *

Бойцы прямо на ходу спрыгнули с танка и начали прицельную стрельбу по движущимся мишеням. В башне остался Браг, и он начал отрабатывать из пушки по импровизированной цели в виде сожженного бронетранспортера где-то в километре отсюда. Тогда как Игорь и Синий, утопая по колено в грязи, прорывались вперед и срезали короткими очередями появляющиеся тут и там мишени, что со звоном падали от каждого попадания по ним.

— Мужики! — крикнул Берсерк. — Ну хорош уже! Сколько можно? Хватит! — он размахивал руками и бежал вслед за обезумевшими бойцами. Так что им пришлось на некоторое время тренировку прервать.

Грязные, мокрые, с мешками под глазами и без малейшей тяги к жизни в глазах, они повернули свои безжизненные взгляды на Берсерка.

— Нет, сержант, нам было приказано тренироваться, — ответил Игорь, — а значит мы будем тренироваться, чего бы нам это ни стоило.

— Мужики… ну идите уже отдохните! Только с задания вернулись ведь! — он попытался их остановить, хотя сам должен был заставлять тренироваться. — Всё хорошо в меру, и тренировки тоже! Не надо себя так перегружать!

— У меня плохое предчувствие… — помотал головой Игорь.

— Да, у меня тоже, — согласился с ним Синий. — Нужно больше тренироваться!

— Ну, думайте сами, — махнул рукой Берсерк, — но я вас предупредил. Иногда отдыхать нужно, и это обязательно.

Бойцы собрались вернуться к тренировкам, но в этот момент Игорю пришло сообщение. Художник отписался, что его обучение завершено, и это заставило его изменить решение.

— А может он и прав… Может, стоит передохнуть? — предложил Браг. — Совсем немножко!

— Разве что сделать перерыв часа на три… — задумался Игорь. — Помыться, часик поспать, и снова на тренировку! Берсерк, а у тебя есть, с чем мы еще не тренировались?

— Конечно! Как раз за три часа подготовлю новые минометные и зенитные системы! — обрадовался сержант. — Как вернетесь, сразу приметесь за отстрел воздушных целей и посмотрите, как теперь можно точно наводить мины!

— Тогда так и поступим, — согласились бойцы. — Сейчас мы быстро на базу, и тогда продолжим с новыми силами!

Совсем скоро они вернулись в расположение части и сразу направились к казармам. Еще по пути встретились с Художником, что выглядел даже хуже, чем они.

— А ты чего так рано? — удивились бойцы. — Говорили же, что обучение ровно месяц.

— Да Ирина отпустила, — отмахнулся он.

— Какая еще Ирина?

— Лучше вам не знать, мужики. Лучше не знать… — обреченно проговорил Художник. — Мы с ней договорились, что иногда я буду захаживать, но пока что меня больше нечему учить.

— Ну ладно… — кивнул Игорь и замер. — А это что такое? — он остановился и с удивлением увидел, как прямо на плацу расположилось множество палаток с прозрачными стенками из пленки.

Сразу стало интересно, потому они решили подойти, поинтересоваться. И навстречу им вышла женщина лет сорока. Она улыбнулась и указала рукой, чтобы они подходили поближе.

— Заинтересовались, да? — заулыбалась она.

— Ну да, военный объект всё-таки. А вы тут непонятно чем занимаетесь… — нахмурились они. Хотя понятно, чем тут занимаются, ведь через прозрачные стенки прекрасно видно, как бойцам делают массаж.

— Это для поднятия морального духа! — воскликнула женщина. — Ну так что? Массаж хотите?

— Увы, но времени у нас нет… — вздохнул Игорь и собрался отправиться в казармы.

— Но полтора часа массажа еще никогда никому не вредило. Тем более я вижу, что вы после изнурительных тренировок, — лукаво прищурилась та.

— Тебе не понять, гражданская, — отмахнулись бойцы.

— Я вообще-то майор. И отвечаю за боевой дух солдат! — нахмурилась женщина, а солдаты сразу вытянулись по струнке. — Это инновации от самого батюшки Императора!

— А, ну если от Императора… За полтора часа ведь ничего не случится, да?

Остальные закивали и решение было принято окончательно. Так что бойцы быстро сходили в душ, переоделись в чистое и уже совсем скоро лежали на столах, постанывая от удовольствия.

— Мужики, как же это хорошо… Какой же это восторг… — простонал Игорь.

— Да-а-а… — протянул Синий.

— Давно такого не ощущал… — Браг едва сдерживал эмоции.

— А теперь можете присесть, мы помассируем вам ноги, — проворковали миловидные массажистки и солдаты послушно уселись в специальных креслах.

— Ноги — это хорошо. Ноги — это важно… Это отлично, ведь наши ноги много чего терпят, да…

— Кстати, ваши коктейли готовы! — вспомнила одна из девушек и вскоре раздала бойцам заказанные ими безалкогольные напитки. — Вам с кокосом, как и заказывали, вам с манго, вам с ананасом…

Бойцы растянулись в креслах, сделали большой глоток и закрыли глаза от удовольствия.

— Ох-х-х-х… — выдохнули они разом, и только спустя несколько секунд снова смогли открыть глаза.

А там, за прозрачной стенкой, уже стоял и улыбался Константин. Очень недобро улыбался… И даже бес, что сидел на его левом плече, с испугом смотрел на эту улыбку.

— С**а, он точно пострашнее Ирины!

Глава 3

Сижу спокойно за своим столом, оставляю какие-то пометки в бумагах. Вроде бы всё спокойно, и атмосфера царит совершенно умиротворенная. Но это мне так кажется, тогда как остальные почему-то на взводе.

— Ну командир! — взвыли в очередной раз бойцы. — Ну правда, честное слово, клянемся! Ну пахали мы всё это время! Ну правда же!

— Да хорошо, хорошо, — посмотрел на них. — Я всё понимаю, вы все молодцы, старались.

— Ну не надо! — снова завыли они. — Ну будь ты человеком, командир! Хочешь, на колени встану? — Игорь подскочил со своего места и сразу осекся. — Хотя нет, я же «демон войны»… Не могу встать на колени, это не по-нашему… Но если бы не был «демоном», встал бы, честное слово!

— О! А я просто демон! — оживился Синий и упал на колени, сделав низкий поклон. — А что? — он посмотрел на остальных. — Перед владыкой не западло!

— Да всё в порядке, честное слово, — устало вздохнул я. Всё-таки этот разговор повторяется уже, пожалуй, в десятый раз и заканчивается одним и тем же. — Не переживайте по этому поводу!

— Парни, пойдем поедим, может? — обреченно простонал Художник. — А то я совсем разнервничался…

— Костя, — Берсерк сидел и нервничал с остальными, так что он поднялся и подошел к моему столу, пока все не покинули комнату. — Я подтверждаю, они, и правда, работали даже лучше, чем я приказывал. Старались ребята, из кожи вон лезли!

— Да хорошо, конечно, я же не спорю!

— Ну вот как тебя вообще земля носит, а? — взвыл сержант и отправился в столовую вместе с остальными. — Мужики, я сделал всё, что смог. Но он чугунный, вообще не прошибить. Даже мне не по себе от этих его «хорошо и нормально».

Они ушли, а я смог спокойно продолжить свои записи. Тогда как Катя выждала некоторое время и тоже решила заступиться за сослуживцев.

— Костя, ну правда, пощадил бы их… Мне кажется, они действительно очень старались, просто так совпало, — она присела поближе и попыталась заглянуть мне в глаза.

— Да чего я им такого делаю? — возмутился я.

— Ну понимаю, ситуация некрасивая… Но чтобы так их мучить, это ведь жестоко…

— Я не понимаю! Вернулся, вижу, им массаж делают, отдыхают бойцы. Что в этом такого? Ну улыбнулся им, помахал рукой, всё-таки соскучился и мы давно не виделись. Какие ко мне могут быть претензии? Я правда ничего не замышляю и знаю, что они неплохо тренировались всё это время. Думаешь, за ними никто не присматривал?

— Ну так ты скажи им это, слово в слово! — вспылила девушка. — Они ведь не так поняли твою улыбку! Не видишь, чего с людьми происходит? Они ведь себе такие картины в голове нарисовали, уже самое худшее представляют!

— Но я же ничего не делаю! — честно ответил я. Ведь и правда, сижу спокойно, делаю пометки в записях, ни на кого не ругаюсь. А вот если бы они действительно отдыхали последние две недели, тогда всё выглядело бы совершенно иначе.

— Может и не делаешь, но они каждую минуту, как последнюю, проживают! — воскликнула Катя.

— Возможно, — пожал я плечами. — Но эти нарисованные в голове картины — это же их проблемы, верно? Я даже намеков им не давал… Да и вообще, может в этом и заключается смысл?

— А ты чего там, кстати, пишешь? — прищурилась девушка и заглянула в мои записи. Собственно, мне скрывать нечего, так что сразу показал ей бумаги.

— Да вот, обращения официальные направляю.

— Куда?

— Полиция Воркуты, спецназ, администрация города, и еще по мелочи, — пожал я плечами.

— Ну всё, попали ребята, — обреченно вздохнула Катя. — Как же хорошо, что я всё-таки смогла заставить начальство отправить меня с тобой.

— Не-не-не! — замотал я головой. — Это не про них обращения! Просто я после работы с разведкой понял одну интересную вещь.

И это правда довольно интересно. Ведь «демоны войны» — это достаточно ценные кадры и помощники для кого угодно. Они могут выступать в любой роли и выполнять работу даже лучше узких специалистов. А главное — нас можно отправлять в такую глубокую задницу, в которую никогда в жизни не согласиться отправиться ни один оперативник.

— И самое главное — солдатам за это ничего не нужно платить, — заключил я. — Бонусы начисляются только командирам. Вот я и подумал, почему бы мне не собрать какое-то количество бонусов? Отряд у меня есть, осталось набрать заданий посложнее и выполнить их.

— Ой, ну всё продумал, — съязвила девушка. — А ничего, что мы будем выполнять всю работу, а бонусы будешь получать только ты?

— Почему же всю? Я буду помогать по мере необходимости, — не понял я, в чем суть претензии. — Тем более, у меня есть, чем платить. Так что без оплаты никто не останется, об этом можешь даже не переживать, — кивнул на увесистую стопку подписанных увольнительных. — Кстати, разведчики впарили всё-таки. Я отказывался, а они даже спрашивать не стали.

— Да, наслышана насчет этого, — рассмеялась Катя, тогда как я удивился.

— В смысле, наслышана? Откуда?

— А ты слышал, как сегодня утром в части выли коты? — усмехнулась она.

— Какие-то подвывания были, да… — что-то начал припоминать. — Но это, наверное, мои ребята, — кивнул на двух котят, что залезли каждый в свой сапог и сейчас мирно спали. — Вышли на охоту, вот все кошечки в округе и завыли.

— Ну, не совсем так, — скривилась девушка. — Просто завывания эти были около штаба, у отдела выдачи увольнительных. И это был не кошачий вой, а солдатский.

— А чего им выть-то? — нахмурился я.

— Ну понимаешь, когда люди приходят получить законный отпуск, а им говорят, что бланков нет, все Косте отдали… — замялась Катя. — И приходите в следующем месяце… Вот тогда и поднимается вой, — заключила она.

— Звучит правдоподобно, — пожал я плечами и вернулся к записям, но вдруг вспомнил один важный момент. — Кстати! Для тебя задание, очень важное. Найди графа Озимова и передай, что у меня для него есть кое-что интересное.

Два дня пролетело незаметно. Всё это время мы с отрядом прекрасно проводили время, отдыхали и наслаждались жизнью. Ну, как минимум, я отдохнул и насладился, насчет других говорить не буду, это уже их дело.

Игорь, вон, сидит на своей койке и раскачивается из стороны в сторону, устремив свой безжизненный взгляд куда-то в пустоту.

— Ну пожалей ты их уже… — Катя снова подошла ко мне. — Сделай хоть что-нибудь!

— Так я жалею и даже делаю! — возмутился я. — Что еще от меня надо?

— Но что ты делаешь? Доводишь их?

— Ну да, — будто бы это может вызывать хоть какие-то сомнения.

— Какой в этом смысл, Костя? Я совсем не понимаю! — Катя, как и остальные, уже начала выходить из себя.

— Ну, как минимум, если их вдруг возьмут в плен… Как ты думаешь, получится ли при помощи психологического давления расколоть их? — ухмыльнулся я.

— Да их теперь кирпичом не расколоть, — махнула на меня рукой Катюша. — Командира точно не сдадут.

— Не сдадим! — хором ответили бойцы.

— Вот и молодцы! — обрадовался я. — Ладно, солдаты, построиться!

Бойцы резко повскакивали со своих мест и выстроились в ровную линию, вытянувшись по струнке.

— Для каждого есть особо важное задание, — сразу решил приготовить их к худшему и насладился их обреченными взглядами. — Пока меня не было, вы немного отдохнули… Всё верно? — Игорь почему-то зарыдал. — Но это совершенно неважно. Всё-таки вы, и правда, что-то делали, местами даже старались, потому будем считать, что не всё так плохо.

— Не так плохо, да! — обрадовались солдаты.

— Нет, конечно, если вы в чем-то со мной не согласны, то можете поправить… — задумался я.

— Согласны-согласны! — завопили они. — Всё так и было!

— Ну и славно! В общем, Художник… — посмотрел на своего пилота. — Ты лицензию получил?

— Конечно!

— Тогда для тебя есть специальное задание повышенной сложности. Скоро будет проходить празднование дня города Воркуты, и в летном парке соберется много молодежи. — Да, он уже работал с детьми, а значит какой-то опыт имеется. Потому именно его я и выбрал для этого тяжелейшего задания. — Там требуются первоклассные пилоты, которые смогут показать детям, что такое воздушная техника. Ты должен будешь покатать их, рассказать, показать какие-то азы пилотирования… Справишься?

— Дети? — обреченно вздохнул Художник. — А у меня есть выбор?

— Разумеется, есть! — возмутился я. — Ты можешь сказать мне, что прошел курс пилотирования и все равно не научился в полной мере управлять любым воздушным транспортом! Это нормально, ведь обучиться всего за один курс очень сложно, я не буду тебя ругать. Просто отправлю на следующий курс, и всё…

— Императором батюшкой молю, не надо снова меня туда отправлять! — взвыл побледневший пилот. — Надо детей покатать? Конечно, покатаю! Если самолет не дадут, на спине покатаю! Или голыми руками двух новосов в плен возьму и их катать заставлю!

* * *

Художник уже минут двадцать, как прибыл на место и нашел вверенный ему самолет, но всё это время он потратил на то, чтобы только пробраться внутрь.

Всем вокруг было не до него, каждый занимался своим делом, и тратить свое время на какого-то военного никому не хотелось. Так что он сам начал осмотр транспорта и постоянно недовольно мотал головой, поражаясь тому, как настолько можно запустить технику.

— Да уж… — вздохнул Художник, пройдясь несколько раз вокруг самолета. — Старовата модель, конечно… И в бою не раз побывал, бедолага, — он похлопал по корпусу ладонью и ухмыльнулся. — Ну ничего, и не на таких летали! Немного подшаманить, поковыряться, и полетит птичка!

Хотя состояние техники и показалось ему довольно странным, но приказ есть приказ. Надо покатать детей, значит, сегодня дети точно будут кататься, и не по взлетной полосе, а по небу.

Пилот внимательно осмотрел все основные узлы, снова недовольно пробурчал на тему того, что за внешним видом птички следили хорошо, а вот техников явно пора отправить на тренировку, и желательно к Берсерку. Отправлять кого-либо к Ирине, и уж тем более к Константину Художник не смог бы, даже будучи совсем без ума от ярости. Подобной участи и врагу не пожелаешь.

Какое-то время он бродил вокруг и примерно прикидывал, что ему надо сделать, но вдруг Художник поймал себя на мысли, что вроде как он должен жаловаться… Но нет никакого желания делать это. Ведь ему приходилось летать и не на таких образцах, и состояние у них было куда хуже. И ничего, летал ведь, и даже поражал многочисленные цели, сбрасывая бомбы вручную через дыры в обшивке на головы врагов.

Да и по сравнению с тем, что ждет боевых товарищей, которым не повезло остаться с Константином. Это в любом случае будет лишь расслабленной прогулкой и развлечением.

— Эй, солдатик, не зевай! На, листовку почитай! — пока Художник ходил вокруг самолета, к нему подбежал мужичок в пёстром ярком костюме и вручил ему листовку, после чего пошел дальше, зазывать народ в свое заведение.

Художник же сразу вчитался в строки рекламного буклета и поднял тяжелый взгляд на того человека. Всё таки в этой листовке была реклама массажного салона.

— Мужик… — окликнул его Художник.

— А? — улыбнулся мужичок.

— Пошел нах*й отсюда! — рыкнул пилот и швырнул листовку в удивленное лицо бедолаги.

Тот сразу поспешил удалиться, тогда как Художник продолжил осматривать технику. Убедился, что в топливных баках пусто и вспомнил недобрым словом техников, затем принялся изучать элементы управления, но и там не обошлось без проблем.

— Простите! Прошу прощения! Извините! — некоторое время Художник не обращал внимания на крики снаружи и продолжал заниматься своим делом. Он был по уши измазан в смазке, ведь сейчас пытался разработать управление и восстановить основные узлы. Но кто-то настойчиво продолжал звать его снаружи, потому пришлось высунуться из боковой двери самолета.

— Чего?

— Прошу прощения, но… — внизу стояла девушка с планшетом и удивленно смотрела на бойца. — Я хотела узнать, как вы попали внутрь музейного экспоната! И зачем?

— Не знаю, о чем вы говорите, но у меня приказ покатать детей на этой развалюхе, — нахмурился Художник.

— Но ведь…

— Приказ, барышня. Мне этот приказ отдал командир, а значит, сегодня дети будут кататься на этом самолете, — он залез обратно и продолжил работу. — Даже если они сами этого не захотят, — пробурчал он, совершенно позабыв о странной девушке.

В итоге, на ремонт ушло несколько часов. Мимо проезжали смежники из танковой части, у них он позаимствовал немного топлива и смазки, также удалось взять несколько аккумуляторов у артиллеристов.

Собрав всё это воедино и в очередной раз проверив основные узлы управления, Художник довольно хмыкнул и приступил к запуску двигателей.

А когда два движка на левом крыле вовсю тарахтели и раскручивали винты, со всех сторон сюда стали подтягиваться зрители, в том числе и дети, которых шумный аппарат заинтересовал даже больше, чем новые танки.

И вот, первая партия забралась в трюм самолета и школьники расселись по своим местам. Вместе с ними отправилась полетать их классная руководительница, но женщина была крайне недовольна происходящим. Непонятно, как ее вообще заставили отправиться в полет, но увы, Художнику пришлось терпеть и ее.

Самолет медленно выкатился на взлетную полосу, а пилот снова недовольно помотал головой. Как-никак, места для разгона почти нет, а второй правый двигатель ну никак не хотел запускаться, потому он решил продуть его и запустить от потока ветра уже в полете.

— Ну что за сервис, а? Тут дует! Господин пилот, здесь совершенно невозможно находиться! — самолет еще только разгонялся, а первые слова недовольства женщина уже направила в адрес пилота.

Тогда как дети вели себя очень даже хорошо. Нет, они не слушались и постоянно вскакивали со своих мест, но Художника это совершенно не волновало.

— Дядь, а можно за вот этот рычаг дернуть? — крикнул рыжий пацан.

— Да дергай, — махнул рукой Художник. Ему не жалко, пусть хоть половину самолета разберут. И не с такими проблемами удерживал машину в воздухе.

Тем более, сейчас даже никто по нему не стреляет и можно устроить просто прогулку по воздуху, без лишних поворотов.

— Ни в коем случае! Дети, ничего не трогать! — взвыла женщина. — А вы! Как вы смеете разрешать такое детям? — крикнула она Художнику, но тот попытался не обращать на это никакого внимания.

— А что будет, если за эту лямку потянуть? — продолжили тем временем расспрашивать пилота дети. Им было действительно интересно, ведь всё вокруг гремело и тряслось, а машина стремительно ускорялась и прыгала по ухабам.

— Если дернешь — отстрелит боковую дверь. Можешь дернуть, кстати, — безэмоционально ответил Художник.

— Нет! Сидоров! А ну сидеть! А вам стоит прекратить это безобразие! — заверещала учительница.

И верещала она до тех пор, пока самолет не оторвался от земли и не понесся прямо в сторону соснового леса. Замолкла она лишь потому, что увидела, как стремительно приближаются верхушки деревьев, а машина никак не успевает набрать высоту.

Но нет, каким-то чудом успела, и стоило женщине выдохнуть, как она снова заорала на пилота.

— Это же опасно! Как вы смеете? — она чуть ли не вцепилась в рукав его летной куртки, тогда как Художник сидел, держался за штурвал и с совершенно спокойным лицом смотрел куда-то перед собой. — А где безопасные комфортные сидения? Я уже летала на самолетах и знаю, что они должны тут быть!

— Сядьте и успокойтесь, — повернулся к ней Художник. — Полет пройдет спокойно, мы просто облетим круг над городом, и приземлимся обратно.

Он в очередной раз дернул за рычаг, и замерший двигатель вдруг стал изрыгать клубы черного дыма.

Все дети разом прильнули к иллюминатором и внимательно наблюдали за этим, тогда как пилот даже не улыбнулся своему успеху. А ведь так смог бы сделать далеко не каждый…

— Дядь, а можешь мертвую петлю сделать? — когда самолет уже поднялся на достаточную высоту, предложил все тот же рыжий пацан.

— Не думаю. У нас по плану просто облет города.

— Вовочка! А ну сядь на место! — снова заверещала классная руководительница. — Тут и так паршиво, не кормят, напитки не предлагают, холодно и скучно! А еще и ты с глупыми вопросами. Пилот, вон, в первый раз летит, наверное! Вообще ничего не умеет и не знает! А ты ему мертвую петлю предлагаешь сделать! Хах, как бы не так. Он взлетел-то еле-еле!

— Ну Ирина Павловна, ну хватит уже! — начали возмущаться школьники. — Весь праздник портите!

Ребята продолжили давать отпор своей классной руководительнице, тогда как на лбу Художника проступил холодный пот, а руки сами собой вцепились мертвой хваткой в штурвал.

— А что, я по-вашему, не права? — женщина почувствовала, что смогла задеть ненавистного пилота. — Он ведь, и правда, ничего не умеет. Я буду жаловаться и требовать, чтобы вас уволили! А сейчас немедленно верните нас на землю, пора заканчивать эту скукоту!

— Ну Ирина Павловна!..

— Ирина… — прохрипел Художник. — Ирина… — руки начали действовать сами по себе. Перед глазами пронеслись все те ужасы, что он пережил за годы тренировок. Да, эти две недели тянулись для него, как несколько лет. А то и как целая жизнь… — Мёртвая петля, значит? Будет вам мертвая петля!

* * *

— А мы чем займемся-то? — Художник уже ушел, тогда как остальным бойцам не терпелось отправиться на какое-нибудь опасное задание.

— Ну… — я почесал затылок и задумался на пару секунд. — Сейчас пойду в штаб, попрошу предоставить мне полный список, и выберу что-нибудь интересное. И поверьте, что-нибудь интересное там точно найдется, нутром чувствую!

— Вообще, могло быть и хуже, — выдохнули бойцы.

— Да, например, охота на медведя, — усмехнулся Игорь.

— ТОЧНО! — я от радости аж подскочил со своего места. — Ты гений, Игорь! Всё, я побежал!

* * *

Кардиналов вот уже полтора часа сидел в кабинете начальника военной части, и они вместе с Лежаковым успели обсудить немало дел. Но в какой-то момент капитан посмотрел на часы и быстро поднялся со своего места.

— Извини, генерал, но мне надо бежать.

— Да подождут, — махнул рукой Лежаков. — Я же тебе самое главное не сказал! Тут такое…

— Нет, правда, — помотал головой Кардиналов. — Срочно надо. Ко мне гражданские должны прийти, им назначено.

— Какие еще гражданские? — нахмурился генерал.

— Помнишь барона Сладкова?

— Конечно, помню! — воскликнул Лежаков. — Хороший был мужик, воевал до последнего, не жалея ни себя, ни врага!

— Ну так вот, его жена и дочь просились на прием, — пожал плечами капитан.

— А, понимаю, тогда у меня всё. Не смею задерживать, — нахмурился генерал.

— Но ты говорил, у тебя что-то важное…

— Ничего важного, — помотал он головой. — Если пришли, значит им нужна помощь! Хотя давай ты останешься тут, и позовешь их в мой кабинет. Вместе выслушаем и придумаем, чем мы можем помочь.

Прошло минут десять и в дверь зашли две аристократические особы. Женщина лет сорока и совсем молодая девушка. Сразу видно, что это благородные прекрасные дамы. И пусть их род финансово обеспечен, но со смертью отца и мужа боевая мощь была утрачена.

— У нас серьезная проблема, господа, — тяжело вздохнула женщина.

— В чем же? Объясните коротко, пожалуйста, — генерал приготовился внимательно слушать.

— Проблема в том, что моя дочь слишком красива, и у нее появился непрошенный ухажер, — развела руками женщина. — Поверьте, я испробовала все сторонние варианты, но ничего не помогает и с каждым разом становится только хуже. Выводы неутешительны, и если так будет продолжаться, дочь будет в серьезной опасности.

— Понял, — кивнул Лежаков. — Тогда чуть подробнее изложите ситуацию и ваше видение, чем мы можем помочь.

Женщина снова вздохнула и начала свой рассказ. Она поведала военным, как полгода назад дочь понравилась одному виконту. И пусть он получал от нее исключительно отказы, но сдаваться и не подумал. Грубо приставал, отпускал пошлые намеки и шутки и доходило даже до того, что он предлагал ей деньги за ночь с ним. Несколько раз даже пытался увести ее силой, благо, друзья заступились. Вот только вскоре и они перестали…

— Заступаться? — удивился Кардиналов.

— Нет, общаться с ней, — развела руками женщина. — Он как-то повлиял на них, запугал… А они не из сильных Родов, потому пришлось сдаться. Если еще короче, то он вообще ничем не брезгует и всем известно, что у его отца есть теневой бизнес, а также он имеет влияние среди банд города. И кстати, таким образом дочь лишилась жениха, которого любила и он любил ее!

— Может не так уж сильно и любил, что сдался под давлением, — прищурился генерал.

— Правда любил, — всхлипнула девушка. — Но с того света уже ничего не сделаешь.

— Да, это было признано несчастным случаем, но всем и так понятно. Я прошу вас, господа, помогите! — женщина с надеждой посмотрела на военных. — Вы сами говорили, что к вам можно обращаться по любым вопросам. А мне больше не к кому пойти… Совсем скоро состоится прием, на который дочь не может не явиться, и у меня есть информация, что на том приеме этот ублюдок не будет сдерживаться. Помогите хоть как-то! Можете взять ее в армию на пару лет, пока всё это успокоится, или лично с ней пойдите на прием.

— Боюсь, моя жена не поймет, — задумчиво проговорил Лежаков. — Но я что-то обязательно придумаю…

— А чего тут думать? — усмехнулся Кардиналов и достал телефон. Он быстро набрал сообщение, а уже через пару минут дверь кабинета распахнулась и на пороге показался худощавый паренек с озорными глазами. — Костя! Хочешь на задание пойти?

— Пф! Спрашиваешь еще! — оживился тот. — Как раз к новосам хотел!

— Нет, всё куда хуже… — помотал головой капитан.

— Османы? Могу хоть прямо сейчас! — обрадовался Константин.

— Нет… Надо сопроводить на балу эту прекрасную даму, — развел руками Кардиналов, тогда как Константин сразу погрустнел.

— Не, это не задание… — вздохнул он. — Вы же знаете, там головы сразу полетят, а я буду ходить и всех бесить. Оно как-то само так всегда получается.

— В этом и есть задача! Беси всех так, как нас не бесил! — расхохотался капитан, после чего быстро ввел бойца в курс дела. — Ну что скажешь? Справишься?

Он обратил внимание, что дамы как-то не впечатлены Константином. Ну да, с первого взгляда так и не поймешь, на что способно это чудовище.

— Вот скажи, дорогуша, — Первый взял за руку девушку и посмотрел ей в глаза. — А насколько сильно ты хочешь отомстить?

— Он убил моего жениха, — грустно усмехнулась та. — Всем сердцем хочу мести! Хочу, чтобы он страдал, чтобы до конца жизни не знал покоя! Чтобы его сердце и душа были разбиты, как и мои!

— О да! Ты обратилась по адресу… — на лице Первого появилась дьявольская улыбка, отчего остальным собравшимся стало не по себе.

— Но что ты сможешь сделать?

— Гм… — Константин сбросил с плеча рюкзак и достал оттуда увесистую папку. После чего послюнявил палец и стал перелистывать страницы. — Кхм… Виконт Шебуршнягин, возраст двадцать два года, привлекался имперской службой за хулиганство пять раз за этот год, привлекался за езду в нетрезвом виде, по ночам жрет эклеры с белым шоколадом, носит синие трусы в розовый горошек… — папка с хлопком закрылась, оставив всех в недоумении. — Остальное потом дочитаю, там еще много. И что, дорогуша, как ты думаешь? Многое я могу?

— Бл… Кхм… Простите, дамы, — слегка поклонился генерал. — Но как он это делает? Капитан, хоть ты мне скажи!

— Да я сам не е… Кхм… Не ведаю я, товарищ генерал, — помотал головой Кардиналов.

— Ну так и что вы сможете предпринять? Убьете его? — подняла полный надежды взгляд девушка.

— У-у-у… Нет, для этого человека у меня другое наказание, — оскалился Константин.

— Но что может быть хуже смерти?

— Уверяю, в течение недели он сам подпишет черный контракт и прибудет в расположение части «демонов войны» для прохождения службы! Вот что хуже смерти! — расхохотался Первый, тогда как генерал смахнул скупую слезу.

— Ну ведь правильно прапор говорил! Идеальный!

Глава 4

Виконт Шебуршнягин уже долгое время думал лишь об одном… Это как навязчивая мысль, он всей душой желал заполучить одну баронессу и сам понимал, что она нужна ему только на одну ночь. Дальше будет не так интересно, а значит, про нее можно будет забыть.

Всё дело в том, что он не привык к отказам. Его Род силён и имеет серьезное влияние в этом регионе. Никто в здравом уме не будет переходить дорогу его Роду, понимая, что расплата последует незамедлительно. И даже представители более сильных Родов стараются лишний раз не связываться с Шебуршнягиными, понимая, что те в любом случае устроят какую-то подлость в дальнейшем. Тем более, что для этого у них имеются все возможности.

Вот только эта дура никак не соглашалась разделить с юным аристократом постель, потому ему приходилось всё усиливать и усиливать давление на нее. Никто не смеет отказывать ему! Тем более, какая-то баронесса из практически вымершего Рода, прежний глава которого оказался дураком. Это ж надо, взять и пойти в армию. Туда идут одни идиоты или те, кому больше некуда было пойти. В основном, это всякие неудачники, нормальные люди занимаются делами вместо игр в войнушку.

— Ладно, ничего… — в какой-то момент оскалился парень. Всё-таки совсем скоро эта барышня будет принадлежать ему, осталось только дождаться начала приема.

— Чего ты там бубнишь? — окликнул парня его отец. — А, всё об этой идиотке думаешь? — усмехнулся он. — Сын, это настоящий позор для нашего Рода. Ты проявляешь слабость, это недопустимо!

— Но ведь я делал всё, как ты учил! — возмутился тот.

— Значит, ты делал это неправильно! — ударил по столу мужчина. — Запомни, если ты чего-то захотел, значит это в любом случае достанется тебе. Твоя задача брать всё, чего только пожелаешь, а не сидеть и пускать слюни! Как я тебя учил? Надо не сопли распускать, а действовать! И плевать, что с ней на этом приеме будет кто-то из военных, — на этих словах виконт скривился, всё-таки «демоны войны» ему особенно не нравятся. — Это не помеха, а отличный шанс!

— Ну не знаю, они бывают довольно сильны…

— И что? Если с ней будет кто-то сильнее тебя, значит, пошлешь кого-то из охраны, а если слабее — сам вызови на дуэль и прикончи его! — Они оба заулыбались, так как прекрасно знали правила и законы. По которым военные, приглашенные на светский прием, во время него становятся полноправными членами высшего общества со всеми вытекающими правами и обязанностями.

Можно спокойно вызвать военного на дуэль, как если бы это был обычный аристократ. Но и сами военные тоже могут вызывать на дуэли… Правда, обычно они такими вещами не занимаются, а просто приходят, общаются между собой, едят и пьют вдоволь. Агрессия у таких людей исключительно для врага, потому в тылу они ее только копят.

— В общем, не тупи, сын, — вздохнул мужчина. — Как я уже говорил — это прекрасная возможность. Не только получишь эту шавку, но и поставишь вояк на место. Тебе остальные за это только спасибо скажут!

Шебуршнягин крепко задумался, и эти мысли ему явно нравились. По крайней мере, об этом говорила зловещая улыбка, что застыла у него на лице.

Он твердо решил, что порвет любого, кто рискнет оказаться рядом с барышней. А если вдруг порвать не выйдет, то есть немало других способов испортить человеку жизнь. Пусть это будет хоть «демон войны», хоть настоящий демон, всегда есть разные варианты. Как минимум, можно использовать свой родовой Дар, из-за которого практически любой аристократ города невольно вздрагивает от одного лишь звучания его фамилии.

* * *

Большую часть пути мы провели в полной тишине. Я смотрел в окно на огни вечернего города, а Дарья, то и дело, косилась на меня, явно не решаясь начать разговор.

— Скажите, Константин… — едва слышно пропищала она спустя какое-то время. — А вы, и правда, сможете мне помочь?

— Не поверишь, но я действительно могу всё, — честно признался ей. — Могу помочь, могу не помочь… Сам не знаю, как-то по-разному обычно выходит.

— Наверное, мама всё-таки погорячилась или неправильно обрисовала вам ситуацию, — вздохнула девушка. — Там действительно всё непросто… Хотите, расскажу поподробнее?

— Не-не, не стоит себя утруждать, — я похлопал ладонью по увесистой папке. — Информации достаточно.

— Не знаю, как вы всё это провернули и откуда у вас эта папка, но вряд ли там содержится всё, — вот по глазам вижу, не верит она в успех операции. А зря, стоило ей ознакомиться с моим личным делом и посмотреть записи хотя бы с одного из моих заданий. Думаю, в таком случае, вопросов бы больше не возникало.

Не стал отвечать ей, откуда у меня вся эта информация. Но стоит отметить, что я знаю о том ублюдке куда больше, чем она сама. Дело в том, что когда внутри сразу трех знакомых тебе людей сидят демоны… А особенно, когда эти демоны оказываются весьма общительными и прекрасно идут на контакт…

В общем, они вполне могут пообщаться со своими и узнать немало интересного, если это так необходимо. В моем случае всё еще проще, ведь внутри матери Дарьи тоже сидел демонёнок. Он и передал моим служащим домена всю исчерпывающую информацию, его даже пытать не пришлось.

Основная проблема заключается в Даре этого, если можно так выразиться, человека. Что-то вроде дурмана, причем довольно сильного и крайне незаметного. Дарья всё-таки не выдержала и попыталась меня предупредить об этом. Мол, виконт очень часто побеждает в дуэлях исключительно за счет своего Дара. Да и, честно говоря, провоцирует эти самые дуэли тоже…

Проблема в том, что его применение крайне сложно доказать. Надо провести полную проверку в течение получаса после использования Дара, вот только Шебуршнягины и их свита всячески затягивают процесс и как раз около получаса никого не подпускают к жертве, ссылаясь на какие-то законы. А потом энергия окончательно выветривается и всё, ничего не доказать.

— Я понимаю, что вы военный, а значит сильный… Но прошу вас, не принимайте вызов на дуэль. Пусть лучше пострадает честь, но зато вы останетесь живы, — она посмотрела мне в глаза.

Я же хотел что-то ответить, но у меня зазвонил телефон.

— Константин слушает… — номер был незнакомый, потому пришлось ответить вот так. — Ничего не понял… Да хватит кричать! По порядку, пожалуйста… Что значит, это было великолепно, но есть жалобы? Какая еще Ирина Павловна? Какие дети в восторге? А вы вообще кто? А, организатор праздника… — только сейчас понял, про что он мне всё это время рассказывал. — А чего кричите тогда? А, это крики восторга, аттракцион собрал денег больше, чем все остальные, вместе взятые. Но половину пришлось потратить на психологов?

И чего там Художник учудил опять? Говорят, детей катал и какую-то Ирину Павловну. Дети приземлились, а вот Ирина — нет, до сих пор летает.

— Понял, разберусь, — вздохнул я. Причем, мне почему-то кажется, что сначала этот организатор позвонил Кардиналову, затем тот перевел звонок на Лежакова, и уже он отправил бедолагу ко мне. Впрочем, правильная цепочка, но мог бы сразу меня набрать.

Завершил разговор, а девушка еще некоторое время сидела и хлопала глазами.

— Какие-то проблемы? — уточнила она.

— Пока непонятно… — я нашел в телефонной книге номер Художника и сразу позвонил.

— Художник слушает… — спокойно проговорил голос из динамика.

— У тебя всё нормально?

— Ну да… — совершенно без эмоций, и не задумываясь, ответил он. — Всё хорошо, всех катаю, никому не отказываю. У детей море впечатлений, и всё в таком духе. И никаких инцидентов, если ты об этом.

— А, ну тогда всё хорошо… — выдохнул я. Хотя… А почему он вдруг сказал, что никаких инцидентов нет? — А ты чем сейчас занят?

— Так ты же сам говорил, что мероприятие продлится несколько дней и я должен отслужить на нем до самого конца. Вот и катаю кого-то…

— Что значит, кого-то? Ты что, сам не знаешь, кого в самолет посадил? — возмутился я. А если это новосы? Или еще что похуже, командование из столицы. Хотя это крайне маловероятно.

— Мужики! — послышался голос Художника. — А вы кто? А, понял, военные, из столицы! — что-то зашуршало в динамиках и он вернулся к разговору. — Всё нормально, командир. Они из столицы прилетели, теперь хотят Воркуту посмотреть.

— Ладно, только катай их, как и остальных, спокойно, — задумался на пару секунд. — Скорее всего, просто организатор странный, нарассказывал всякой ерунды, — собрался завершить звонок, но в последний момент вспомнил еще кое-что. — А, точно! Кто такая Ирина Павловна?

Ответом мне была затяжная тишина, после чего Художник едва слышно просипел:

— Перезвоню… — спустя буквально секунду он завершил звонок, но перед этим я успел услышать истошные вопли пассажиров. И насколько я понял, кричали они «Мертвая петля». Причем кричали как-то пискляво, и в унисон…

* * *

Пока общался с этими оболтусами, не заметил, как машина остановилась у парадного входа роскошного особняка, а водитель вышел и открыл нам с Дарьей дверь. Нет, ну чего у аристократов не отнять — так это тяги к роскоши.

Причем роскошь надо уметь чувствовать, ведь зачастую она бывает неуместной, излишней и откровенно безвкусной. Тот же золотой унитаз — идиотизм. Но не во всех случаях. Например, в золотой унитаз можно внедрить несколько пентаграммул и рун призыва могущественного демона. Правда, в народе у такого демона так себе прозвище, но это не делает его слабее, а наоборот, придает сил и наполняет его яростью.

Мы вышли из автомобиля и сразу направились в холл, ближе к столикам с закусками. По пути, то и дело, встречались группы молодых аристократов и, в основном, они реагировали одинаково, едва стоило встретиться взглядами с Дарьей.

— Это мои знакомые, — грустно усмехнулась девушка, заметив недоумение на моем лице. — Это мой бывший друг, с этой с детства были не разлей вода… — и все без исключения даже не поздоровались, просто взяли и отвели взгляд, будто бы Дарьи и не существует вовсе.

Интересно, однако. Это что там за чудовище такое, которое смогло всех настолько запугать? Хотя, ближе к вечеру обязательно узнаю. Ведь именно вечером обычно просыпается всякая дрянь и начинает вылезать на свет.

Но я ошибся и в этот раз мои шаблоны были разорваны в клочья и втоптаны в грязь. Ведь чудовище появилось буквально через минуту после того, как мы явились на прием. Причем шаблоны лопнули сразу два раза. Сначала, когда он появился, и потом, когда я рассмотрел его. Надо было всё-таки запросить фотографию, а то у меня вся информация об этом «чудовище» была исключительно со слов бесов и демонов.

Это вообще, что? Подошел какой-то тощий задохлик с лицом, похожим на надгрызанный банан. Глаза впалые, с мешками, как у проштрафившегося рядового, который три месяца дежурил на дозорной вышке. А там, к слову, спать можно только стоя, с открытыми глазами и сохраняя бдительность.

— Интересненько… — тем временем он открыл рот и оттуда полился мерзкий скрип вместо нормального голоса. — Не думал, что у «демонов войны» теперь совсем нет чести…

В ответ я смог лишь промолчать. А чего тут скажешь? Ничего. Да и бить бедолагу тоже не вариант, его и без меня генетика отмолотила по самое не хочу.

— Чего молчишь? — нахмурился он и сжал свои кулачки. — Пришел с чужой дамой под руку, вот и вся ваша хваленая честь «демонов»! Хах! — говорил он нарочито громко, чтобы привлечь как можно больше внимания. — Не можешь ничего ответить? Ну и правильно!

Нет, ну сила у него, и правда, какая-то есть. Но этот внешний вид… Невероятно сложно сдерживать себя и не захохотать на весь зал, но нельзя, всё представление сломаю.

Причем, это именно представление, ведь вокруг начали скапливаться кучки заинтересованных аристократов. Еще бы, в их жизнях случается слишком мало интересного, вот они и ищут насилия, хотя бы на подобных светских приемах.

Кто-то явно ждет побоища, другие устало мотают головой, мол, опять этот придурок что-то затеял. Были те, кто поддерживал его, и были те, кто сочувствовал Дарье.

— Всё-таки тебе даже нечего ответить… — Шебуршнягин помотал головой, а я достал телефон и начал записывать видеосообщение для одного из своих бойцов.

— Вот, видишь, Игорь? А я говорил! — воскликнул я и перевел камеру на паренька. — Видишь? Вот, что будет, если ты продолжишь курить эти свои электронные штучки! Точно таким и станешь, пусть и в худшем случае! — нажал кнопочку отправить, а сам пошел дальше по своим делам.

Шебуршнягин, как стоял на своем месте, так и продолжил стоять. Он сжал кулаки, а лицо его начало багроветь…

— Ты чего-то хотел, мальчик? — кивнул ему, будто до этого он говорил не со мной. — Иди уже, я со своей дамой пришел отдыхать, не мешай.

Думал отправиться дальше, но в этот момент из-за спины молодого виконта вылетела огромная двухметровая туша. Мужик подлетел ко мне и схватил за руку.

— Да как ты смеешь… — прошипел он и сжал свою клешню посильнее. — Ты не офицер! Я тебе покажу, как настоящий офицер, что я делал с такими в арми… — он дернул посильнее, так, что у меня задрался рукав и оголилась татуировка «демона». И на этом завис…

— Ты хотел сказать, в армии, да? — уточнил я у него спустя несколько секунд.

— В ар… в этой… Ну… — замялся он.

— Ну? Где?

— Простите… — амбал потупил взгляд и сразу стал поправлять на мне помятый пиджак. Даже пыль стряхнул, хотя ее там не было. — Прошу простить засранца! — мужик вытянулся по струнке, отдал воинское приветствие и, развернувшись, зашагал строевым шагом по направлению куда-нибудь подальше от меня.

— Эй! — Шебуршнягин пришел в себя лишь спустя несколько секунд, тогда как остальным на это потребовалось куда больше времени. — Ты куда? А как же моя честь?

— Да медведю под хвост твою честь! — махнул он рукой на аристократа. — Всё, пока!

— Это что сейчас было? — шепнула мне на ухо баронесса.

— Да сам не понял, — пожал я плечами. — Но если вкратце, то ко мне подбежал какой-то перекаченный амбал. Потом убежал.

— Я и сама это прекрасно видела! Но что это значит? — воскликнула она. — Это же бывший военный, майор спецназа в отставке! Ручная собачонка Рода Шебуршнягиных, и надо сказать, что собачонка не из слабых.

Да я знаю всё это, бесы рассказывали. Обычно именно этого амбала натравливали на знакомых Дарьи. Особенно на тех, кто каким-то образом связан с армией. Всё-таки дуэльный кодекс у военных немного проще, чем у аристократов, потому именно он занимался такой работой.

— А чего он такого увидел? — девушка посмотрела на мою татуировку. — Вроде обычная… Хотя демон какой-то злой, но такое каждый может нарисовать.

И действительно, демон стал заметно злее с тех пор, как появился на моем предплечье. Почернел, отрастил закрученные острые рога, оскалился, а глаза зажглись красными огоньками.

— Не знаю, чего он там увидел. Но эта татуировка — она как паспорт для «демона войны», — пожал я плечами.

— Кажется, я про вас чего-то не знаю, да? — прищурилась баронесса.

— Думаю, что плюс-минус ничего, — усмехнулся я. — Ну всё, пойдем, там уже напитки раздают, а мы тут время теряем.

* * *

— Слышь, Барагоз, ты чего меня идиотом выставил? — Вениамин был вне себя от ярости после произошедшего, потому решил догнать своего охранника и выяснить, что произошло. — План был продуман до мелочей! Я должен был одурманить его, а ты довести до дуэли, как офицер, которому не понравилось поведение другого офицера! Мол, он порочит честь мундира и все такое, сам знаешь.

Ответа не последовало, и казалось, будто бы майор с позывным Барагоз просто не замечает своего господина. Впрочем, это вполне вероятно, ведь чтобы заметить, ему пришлось бы или сесть, или наклониться.

— Я у тебя спрашиваю, идиот! Какого хрена произошло? — взбесился виконт.

Амбал тем временем взял с подноса еще одну рюмку водки и опрокинул ее в себя. Тогда как официант с подносом хоть и желал всей душой уйти, но не мог. Здоровяк не так глуп, как кажется, и заранее надежно зафиксировал бедолагу, схватив того за руку.

— Иди в задницу, Вениамин! — задумавшись на пару минут, проговорил Барагоз. — Вот же дурак… Зачем я согласился? Чувствовал ведь, что не всё так просто.

— Да чего там может быть непростого? — взъярился Шебуршнягин. — Обычный солдафон, мы таких десятками наказывали!

— ОБЫЧНЫЙ! — рыкнул мужик так, что официант сразу испарился, но поднос с водкой оставил. — Это ты называешь обычным? Да он же лейтенант…

— И что? — перебил его виконт.

— ЛЕЙТЕНАНТ!

— Ну?

— «Демон войны»!

— Да сопляк какой-то, — махнул рукой Шебуршнягин.

— Ты вообще ничего не понимаешь, Вениамин, — помотал головой здоровяк. — Не зря брат тебя называет «дебила кусок»… Татуировку его видел?

— И что? Обычный «демон», я такого же набить могу, тоже будешь меня бояться, как девчонка? — ухмыльнулся тот.

— Можешь, но не такую. У «демонов» татуировка — это сложнейший артефакт, она как живая! Как паспорт! — воскликнул мужчина. — Вот и правда, дебила кусок! По татуировке можно понять вообще всё!

— И что ты понял?

— Да всё я понял! — амбал опрокинул две стопки подряд. — Всё понял!

— Ну что именно? — помотал головой Вениамин.

— Что я увольняюсь! Ну вас всех медведю в кишку! — выругался он и махнув рукой, взял с подноса графин.

— Да погоди ты! — попытался остановить его виконт. — Объясни, я правда не понимаю. Что значит эта татуировка?

— Она значит, что он убил многих. Его демон уже носит рога, причем полноценные, закрученные! — мужчина уже явно торопился покинуть мероприятие и навсегда забыть этот день, для чего прихватил еще бутылку водки. — Ты вообще представляешь, скольких он убил?

— И что в этом такого? Вы же солдаты, ваша работа убивать! — не понял проблемы паренек. — Разумеется, он тоже кого-то убивал, это нормально…

— Ты не понимаешь! Он лейтенант!

— И правда, не понимаю, — честно признался тот.

— Ладно, попытаюсь объяснить понятнее… — выдохнул майор. — Это ненормально, когда лейтенант получает татуировку, как у полковника. Ненормально! И если ты хочешь и дальше наслаждаться жизнью, то просто не лезь. Ни к бабе этой, ни к нему. Она всё равно под его защитой, а значит, тебе ничего уже не светит. Я и так с «демонами» стараюсь не связываться, но с этим монстром… Да ни за какие деньги! Посмотри, ему лет двадцать на вид, а он уже лейтенант! Всё, ладно, я пошел, — он опрокинул бутылку, вторую сунул за пазуху и поспешил в сторону выхода.

Тогда как виконт некоторое время стоял с задумчивым видом, после чего встряхнул головой.

— Нет, какая-то ерунда… — проговорил Вениамин. — Нужно позвонить отцу… Хорошо, что это случилось в начале вечера, есть еще время присмотреться и понять, как нужно действовать. Чтобы и «демону» навредить, и извлечь для себя максимальную выгоду.

Еще некоторое время он пребывал в размышлениях, после чего заглянул в уборную, умылся и направился к своим друзьям, таким же молодым аристократам из влиятельных Родов.

— Ну что? Первый блин комом? — усмехнулся кто-то из них.

— Да ладно вам! — важно расправил плечи виконт и усмехнулся. — Пока решил просто его припугнуть. Теперь весь вечер будет ходить и трястись от ужаса. А вы же знаете, я люблю, когда они промаринованы в страхе… Так что он не доставит никаких проблем. А если полезет снова? Так я ему рога пообломаю! Хах! Щенок! Будет еще какой-то вояка с моим имуществом под ручку ходить! Ага, как же! — его улыбка становилась всё шире, тогда как все друзья уже давно смотрели не на него, а куда-то ему за спину.

— Ты сейчас про меня говорил, да?

— Вообще-то, д… — решил ответить за него кто-то из друзей, но не успел договорить.

— А ну молчи! — прошипел, выпучив глаза, виконт.

Глава 5

— Слушай, а ты не переборщил? — Дарья с опаской смотрела в сторону двери, за которой еще недавно скрылся перепуганный амбал и его очень недовольный господин.

— С чем? — не понял я и проследил за ее взглядом. — А, ты про это… — махнул в их сторону рукой. — Не обращай внимания. Это было просто знакомство, потому я был максимально мягок.

— То есть это еще мягко… — обреченно вздохнула девушка, — значит, дуэли всё-таки быть…

— Да с чего бы? Нормально же с ним пообщались, какой смысл ему обижаться? — я же просто поздоровался и отправил короткое сообщение своему подчиненному. А чего я там говорил в сообщении, его уже не касается. — О, вот и он! — указал на виконта, что вышел из уборной и направился к своим дружкам. — Пойдем, пообщаемся хоть. А то в прошлый раз как-то быстро убежал.

— Может, не надо? — взмолилась баронесса, но я к этому моменту уже шел быстрым шагом в указанном направлении, утягивая ее за собой.

Виконт как раз рассказывал друзьям, какой он могучий и как легко, совсем скоро, он унизит меня перед всеми. По крайней мере, мне так показалось из его слов, но на деле оказалось, что он говорил про совершенно другого военного. Просто я спросил, не про меня ли речь, а он начал всё отрицать.

— Ну и хорошо, — кивнул ему. — Тогда сходи и принеси нам выпить, — я вручил ему два пустых бокала и повернулся к его друзьям.

— Вообще-то я тебе не слу…

— Неси, мы же ждем! — перебил его и указал направление, где все слуги набирают напитки.

Он явно не ожидал подобного и потому стал действовать на рефлексах. То есть развернулся и действительно пошел за напитками. Вот только где-то на полпути мысли всё же догнали его и он, резко развернувшись, зашагал в нашу сторону, чтобы вызвать меня на дуэль. Не дошел, подлые шнурки на ботинках намертво спелись между собой и он с грохотом навернулся, разбив оба бокала. За что мне пришлось отругать его и отправить за новыми.

Вечер шел прекрасно, мы с Дарьей отлично проводили время и постепенно она выглядела всё более расслабленной. Уже иногда смеялась над моими шутками, общалась с какими-то старыми знакомыми и даже позабыла про свой страх от одной мысли о Шебуршнягином. А вот самому Вениамину пришлось хорошенько побегать. Носился бедолага, как мог, то вино принести, то новый бокал, то каких-нибудь закусок. Кто-то ведь должен, а слугам тоже тяжело. Правда, ему это почему-то не нравилось и он постоянно пытался как-то возразить. А еще ему не понравилась история, которую я рассказал его друзьям прямо при нем.

— Видел солдата одного… Так вот, ему во время боя колено прострелили, а он от этого в штаны помочился! — усмехнулся я.

— А вы это к чему, Константин? — уточнила одна барышня, близкая подруга Шебуршнягина.

— Да просто хотел спросить у Вени, не его ли это брат, — пожал я плечами. — Ну очень похож! Хотя… Этот был из новосов… — задумался на пару секунд и посмотрел на виконта. — Впрочем, у вас вся семейка с гнильцой, так что нельзя исключать и такого варианта. Шкет, у тебя брат новосам служит?

Дарья даже ойкнула от такого. Всё же с каждым разом я повышал ставки и всё сильнее выводил из себя этого выродка. Вот и сейчас, лицо виконта побагровело, он сжал кулаки и твердо решил вызвать меня на смертельную дуэль прямо сейчас. Но успел сделать лишь один шаг и поскользнулся на пролитом варенье.

Впрочем, каждый раз, когда он действительно собирается вызвать меня на дуэль, происходили какие-то странные вещи. И ему было действительно обидно, ведь, вроде бы, уже решился и вот-вот всё закончится, но каждый раз я продолжал уничтожать его репутацию, а он попросту не мог ничего на это ответить.

И вот, ближе к концу вечера, он уже стоял растерянный и не понимал, что ему вообще делать.

— О, смотри, — Дарья незаметно кивнула в сторону Шебуршнягина. Тот стоял где-то в углу комнаты и не сводил с меня взгляда, готовясь на этот раз обязательно вызвать меня на дуэль, чего бы это ни стоило. Даже если споткнется по пути три раза и поскользнется еще столько же, всё равно доберется и закончит начатое.

— Думаешь? — тоже взглянул на него, отчего тот закипел еще сильнее.

— Ну вон как смотрит, — прошептала девушка. — Мне аж страшно.

— Ты ничего не понимаешь, — махнул я рукой и направился к виконту, по пути осушив бокал игристого вина. — Эй, шкет! А ну иди сюда! — кивнул ему, а у того полопались капилляры в глазах. — На дуэль меня хочешь вызвать, да? Ну так пойдем! — Схватил его за рукав и потянул за собой. — Да хватит сопротивляться, чего ты от меня бегаешь?

— На дуэль? — тот явно не ожидал такого поворота и даже заулыбался, впервые с нашего появления здесь. — Конечно же я… — в этот момент бедолага схватился за живот и резко позеленел. А после, ничего не сказав, убежал в уборную.

— Вот же ссыкло… — вздохнул я и помотал головой. Друзья его наблюдали за происходящим и сейчас явно не понимали, что это вообще было.

Зато Рембо прекрасно понимает, что это действие мощного слабительного. И кстати, надо бы запомнить изготовителя. Я ведь еще думал, какое купить… Но увидев, что на пузырьке нарисован слон и половина чайной ложечки, понял, что это явно стоящий препарат.

Сразу мысленно обратился к Рембо и уточнил, сколько еще у нас осталось этого чудодейственного средства.

— Эмм… — замялся рогатый. — А должно было что-то остаться? — удивился он, а мне стало ясно, почему результат был настолько быстрый и мощный. Даже не буду уточнять, сколько чайных ложек было во флаконе. Но, насколько я помню, много.

Вечер продолжался, а я всё время подмечал, что с каждой минутой всё больше аристократов смотрят на нас с Дарьей как-то иначе. Поначалу было сожаление и местами даже отвращение, но теперь многие иногда поглядывают на нас с нескрываемым интересом.

Тогда как Шебуршнягин пропал в уборной уже на час и нам оставалось только терпеливо ждать, когда из него выйдет вся эта злоба. Немного нестандартным путем, но всё же…

— Я вижу, у молодой баронессы появился защитник? — послышался старческий голос и, обернувшись, я увидел немолодого аристократа с бокалом в руках. Идеальная выправка, как у бывшего военного, несколько наград на груди, а на лице сдержанная улыбка.

— А почему вы решили, что ей нужна была защита? — не понял я. — Как по мне, ее было не от кого защищать.

— Разве? — усмехнулся пожилой аристократ. — А тот виконт разве не к вам подходил?

— А, вы про этого, — махнул я рукой. — Думаете, от такого малолетнего засранца нужна какая-то защита? Я, если честно, вообще не понял, чего он хотел. Как ни подойду к нему, так он сразу убегает куда-то.

Тем временем из уборной вышел бледный виконт и шаткой походкой направился ближе к своим друзьям, чтобы получить от них хоть какую-то защиту.

— А вы хотите выпить? — кивнул я на опустевший бокал старика и тот пожал плечами. — Вам принести?

— Не откажусь, — кивнул он. — Если вас не затруднит…

— Конечно, не затруднит, — принял его бокал и жестом подозвал к себе Шебуршнягина. — Эй! Да, ты! А ну метнись нам за вином!

У того снова задергался глаз и сжались кулаки. Он направился к нам, твердо решив вызвать меня на дуэль во что бы то ни стало.

— Ты хоть понимаешь, с кем говоришь? — прошипел он, подойдя ближе.

— На, — сунул ему в руки два бокала. — Всё, неси.

— О, официант! — за спиной парня послышался голос с явным австрийским акцентом. — Мне тоже, пожалуйста. Я предпочитаю полусладкое игристое.

— Да вы что тут все, охренели? — прорычал виконт и резко обернулся. — Я тебе сейчас… ой… Добрый вечер, герцог Варденштольц, — бедолага слегка поклонился и принял бокал. — Прошу меня извинить, но я не офи…

— Да, и мне принесите, — подошла жена австрийского герцога и сунула ему в руку свой бокал. Правда, сразу четыре бокала держать в руках неудобно, но виконту пришлось как-то выкручиваться.

— Вот видишь? — отвесил ему легкий подзатыльник. — Потерял свой поднос, теперь в руках таскать будешь. Всё, иди давай!

Растерянный паренек побрел куда-то прочь, и ему по пути вручили еще пару бокалов, а также попросили сходить на кухню и принести уже что-нибудь поесть.

— Ваше представление восхитительно, — всё это время старик едва сдерживал смех. — Давно никто не ставил его на место, а вы сделали это с шиком и вкусом. Но вынужден предупредить, что у этого могут быть последствия.

— Да ладно вам, — отмахнулся я.

— Всё-таки он не слуга, как вам могло показаться. Он аристократ из влиятельного Рода и его отец этого так не оставит, — помотал головой старик.

— Знаете ли… — задумался я. — Если у аристократа манеры дешевого слуги, то это не значит, что с ним надо общаться как с ровней. А последствия?.. Что-ж, пусть попробуют. Нам, «демонам», неважно, в какую сторону воевать. Но любые угрозы, в любом случае, будут устранены.

* * *

Шебуршнягин-старший сидел за своим рабочим столом и держался за голову. Всё потому, что недавно ему прислали интересное видео с одного светского приема.

И там его сына, раз за разом, в наглую, уничтожает какой-то военный. Причем непонятно, почему сын так и не вызвал его на дуэль. Мужчина несколько раз звонил сыну и спрашивал, как так получилось, но тот разбрасывался нелепыми отговорками. Например, живот скрутило и пришлось убежать в туалет, или поскользнулся на разлитом варенье.

Вот только стоило уличить юнца в глупости таких отговорок, как тот прислал фотодоказательства. По ним сразу стало ясно, что с его животом действительно что-то не так.

В общем, странно всё это выглядит, очень странно. Но ясно одно, репутация сына рушится в данный момент прямо на глазах. А где репутация сына, там и репутация Рода. В данный момент наносится непоправимый ущерб и весь Род Шебуршнягиных теряет намного больше, чем может показаться на первый взгляд.

— Да уж… Правильно старший говорил, вот уж действительно дебила кусок, — помотал головой мужчина. — Придется снова всё брать в свои руки.

Он позвонил сыну и приказал дождаться окончания приема, так что тот просто на несколько часов заперся в туалете. Далее мужчина договорился с хозяином особняка, в котором был организован прием, и водителю баронессы подсыпали в кофе снотворного, а сам транспорт временно вывели из строя. По итогу, хозяин предложит свой транспорт и водителя, а затем жертв повезут по нужному маршруту. И уже там, на дороге, их будет ждать подготовленная засада. А сын должен будет лично вырезать язык наглецу и расправиться с ним.

Жестоко? Разумеется. Зато показательно.

Да, могут возникнуть некоторые проблемы, ведь этот ублюдок из «демонов войны». Но эти проблемы можно решить деньгами, если знать нужных людей. А вот урон репутации деньгами не исправить, тут нужны решительные и жестокие действия.

Прошел час, два, три… Всё уже должно было давно закончиться, а бойцы — вернуться. Но вместо них пришел помощник и принес доклад.

— Господин, с поста номер шесть пришла информация, — потупил он взгляд.

— И как всё прошло? Почему так долго? — нетерпеливо проговорил виконт.

— Неоднозначно всё прошло, — скривился помощник.

— Что значит, неоднозначно? У нас большие потери? — нахмурился тот.

— Не могу сказать точно, ведь те, кто был в засаде, пока еще не отчитались.

— Ну это нормально, — выдохнул мужчина. — Значит, сын немного увлекся и сдирает с них кожу, такое бывает, — махнул он рукой. — Он когда пытками начинает заниматься, его не остановить.

— Возможно, но я бы не был в этом так уверен, — снова скривился помощник.

— Ты о чем?

— Баронесса и Константин уже прибыли домой, а вот ваш сын пропал. И все люди, кто был с ним, тоже, — вывалил всю правду тот.

— Да что за глупости? — поначалу виконт не поверил словам слуги. — Они же в засаде сидят.

— Вот именно, что мы проверили. И никого там нет!

Шебуршнягин схватился за голову, а его сердце забилось чуть ли не в судорогах.

— Похитили? — прорычал он. — Убили? Но как? Срочно найти моего сына! Поднять по боевой тревоге гвардию! Если нужно, отправить войска к баронессе и взять ее имение штурмом!

— Но зачем к баронессе-то? — не понял помощник.

— Привести ко мне и ублюдка, и ту тварь! Всё проверить, каждый уголок! — продолжил орать Шебуршнягин.

— Но зачем, если их там уже давно нет? — воскликнул слуга.

— А где они, по-твоему? Ты же сам сказал, что они приехали домой!

— Я без понятия, где они. Приехали, затем непонятно как на крышу приземлился странный вертолет. Хотя посадочной площадки там для вертолетов отродясь не было. И всё! Вспорхнул, развернулся на месте, сделал мертвую петлю и умчал куда-то, едва не снося верхушки деревьев!

— А зачем он мертвую петлю сделал? — не понял виконт.

— Тут главный вопрос — как грузовой вертолет это сделал, а не зачем, — подметил помощник. — Но, в любом случае, они скрылись и мы не смогли их отследить.

Эта ночь получилось совсем нелегкой для Шебуршнягиных и их свиты. Все силы были брошены на поиски пропавшего сына и виновников его пропажи, вот только все эти потуги оказались бесполезны.

Мужчина поднял все свои связи, использовал все рычаги давления, разбудил всю полицию и бандитов города, подключив их к поискам. И только ближе к девяти утра пришел помощник и устало упал на кресло перед виконтом.

— Я знаю, где ваш сын, — выдохнул он.

— Живой? — нахмурился мужчина.

— Живой…

— Ну, хорошо, — выдохнул Шебуршнягин. — Значит всё нормально… И где он?

— Да вот, — помощник потянулся и положил на стол фотографию. Тогда как виконт, заглянув в нее, грязно выругался. Ведь на снимке четко было видно, как его перепуганный сын сидит в пункте призыва и подписывает черный контракт.

* * *

— М-да… — Лежаков докурил в одну затяжку уже четвертую сигарету подряд, посмотрел на нас с Дарьей и затарабанил пальцами по столу.

Еще некоторое время мы сидели в напряженной тишине, а генерал потянулся за новой сигаретой.

— Ладно, допустим, — помотал он головой, так и не прикурив. — С вертолетом понятно. И хрен бы с этой мертвой петлей, всякое случается. Хотя вопросики всё же остались, но задавать их я не буду, — он снова забарабанил пальцами по столу и задумался. — Но скажи мне! Каким образом ты заставил его подписать контракт? Так еще и напроситься именно в нашу часть! Как, Константин? Скажи мне, как ты это делаешь?

— А чего я делаю? Ничего не делаю, — развел я руками. — Оно само как-то делается, я даже не знаю, как…

— Допустим само, — медленно выдохнул Лежаков и попытался привести свои эмоции в порядок. — Допустим, ты довел этого виконта, это как раз на тебя очень даже похоже. Умеешь ты доводить, причем профессионально.

— Да, может, подтверждаю, — закивал Кардиналов. — Я на себе испытал уже несколько раз.

— Во-во! — согласился генерал. — Но вопрос, собственно, в другом. Как? Первый, как ты охрану-то его заставил контракты подписать? К нам разом тридцать подготовленных бойцов поступило на службу, Константин!

— Да я, и правда, ничего не делал! — воскликнул я. — Просто дал им дружеский совет, и всё!

Вот тут даже почти не соврал. Просто не стал заканчивать мысль и сообщать командованию, в чем заключался этот совет. Я ведь действительно сказал этим бедолагам, что голоса в голове пропадут только тогда, когда они подпишут контракт. И они всей толпой были в пункте приема, даже чуть ли не передрались между собой из-за очереди.

— Господин Лежаков, но ведь он, и правда, исполнил свое обещание и спас меня! — Дарья не отрывала от меня взгляда и казалось, будто бы готова расплакаться в любой момент. — Главное, что у него всё получилось!

— Вообще да, но… Интересно же, как он это сделал, — замялся генерал.

— Константин, теперь я ваша должница, — она повернулась ко мне. — И если вам понадобится хоть что-нибудь, если я смогу хоть как-то помочь вам, вы только позвоните и я сразу примчусь!

— Не надо, — недовольно буркнула Катя, что стояла всё это время при входе. — Всё у него есть, не переживайте. Пойдем, Костя, нас ждут бойцы. Сидят без заданий, умаялись уже…

Меня чуть ли не силой вытащили из кабинета и потянули за собой в сторону казарм. Даже ответить ничего не успел. Может, мне, и правда, нужна помощь? Золота мне не хватает, например. И помочь наполнить сокровищницу домена золотом было бы очень кстати, вот только Катя почему-то решила иначе.

Засада, кстати, у них получилась неплохая. Выстроили всё грамотно, хорошо подготовились, стянули достаточно сил. Даже машины согнали, чтобы перегородить дорогу сразу и спереди и позади нас. Я бы даже сказал, что у нас действительно могли возникнуть некоторые проблемы с этой засадой. Но только если бы я изначально не знал об их планах. Вот только они действовали слишком грубо. Опоили водителя, вывели машину из строя, а потом повезли какими-то окольными путями. Тут даже бесов необязательно использовать, чтобы заметить несостыковки. Но бесов я всё-таки использовал. Рембо со своим ударным отрядом прибыл как раз вовремя и напал на противника со спины, а нам с Дарьей оставалось только посмотреть на результаты сражения и горстку связанных по рукам и ногам бойцов.

— Начальник, — одернул меня Рембо и жестом позвал за собой.

Так что пришлось выйти из общей комнаты и запереться в подсобке.

— Начальник, там бригада объекты хочет сдать, — прошептал он.

Да что ж такое… Вроде с каким-то делом разобрался, так на, получай еще. А ведь я собирался лечь спать, как-никак уже почти ночь на дворе. Но вместо этого натянул демонический венец на голову, влил в артефакт немного энергии и переместился в свой домен.

С последнего моего посещения домена тут стало даже оживленнее. Замок еще не достроен, но работа там кипит, бесы толкаются и устанавливают камни по своим местам. Кроме того, появилось довольно много новых построек, вокруг которых тоже шумят толпы бесов и демонов.

— Проблемы были? — кивнул я Рембо и пошел осматривать свой домен.

— Нет, что вы, какие еще проблемы? — он пожал плечам и спокойно направился следом за мной. — Всё хорошо, спокойно, мирно, и вообще прекрасно!

— Понял, это хорошо, — кивнул ему. — А это что? — указал в сторону.

— Это… Как бы так сказать, — скривился Рембо. — Назовем это кладбищем.

— Это как? — не понял я.

— Ну вот так. Как оказалось, кладбище прекрасно оберегает нас от проблем! — заулыбался бес.

Вот ведь психопат. А так и не скажешь, со стороны посмотришь — вроде обычный бес. Но нет, этот явно слегка больной, причем психически. А может и не слегка, ведь в этом довольно большом кладбище зарыто немало демонов. Разумеется, закапывали их живьем, ведь трупов от них все равно, в итоге, не остается. Даже сейчас под землей орут несколько живых демонов. Но не буду же я эти клумбы топтать. У Рембо тут всё под контролем, и если ему удобнее пользоваться такими методами, то пусть пользуется.

В любом случае, выглядит это довольно эффективно. Демоны в земле домена могут прожить до двух недель. И за это время каждый из них обязательно получит психологическую травму, которая в дальнейшем не позволит вернуться сюда и снова попытаться нанести домену хоть какой-то вред.

Не зря я щедро выделяю энергию на Рембо и его отряд. Всё для того, чтобы они тратили ее на свое усиление и, по факту, там столько энергии, что группировка бесов совсем скоро может подняться в демонической иерархии.

— Ладно, идем дальше, — продолжил осмотр своих владений, но совсем скоро остановился и указал на здание. — А это что?

— Ну, казарма… — замялся Рембо и посмотрел куда-то в небо, делая вид, что всё так и задумывалось.

— Допустим, — кивнул ему. — И для кого же эта казарма?

— Для личного состава, — пожал он плечами и стал смотреть в небо еще пристальнее.

— Погоди… Для какого такого личного состава? — снова решил уточнить, а то непонятно.

— Ну так для вашего, — невозмутимо ответил он. — Который вам служит.

— Я понимаю, но… Нет, не понимаю, — снова посмотрел на здание. — Поточнее скажи, кто в этой казарме проживает?

— Так я и говорю! Личный состав! — Рембо явно что-то скрывает, всё-таки в глаза он мне ни разу не заглянул. — Демоны там проживают, конечно же.

— И какой же вид демонов там проживает? — продолжил я задавать уточняющие вопросы.

— Бесы, например…

— БЕСЫ? — я указал руками на здание казармы. — Трехэтажная пятидесятиметровая хреновина для бесов? — Рембо ничего не ответил и продолжил усиленно делать вид, что не видит в этом ничего странного. Мол, у всех бесов такие казармы, и ничего. — Ладно, даже интересно посмотреть, что там внутри…

Я подошел к казармам и резко открыл дверь, застав обитателей врасплох. И что же я увидел? Там действительно бесы, причем в количестве около четырехсот штук. На полу постелена соломка, на которой они и разместились.

Там было довольно шумно, но в момент моего появление все звуки резко стихли, а сами бесы замерли. Кто-то с лапшой быстрого приготовления в руках, кто-то просто, сидя на полу. Смотрят и разве что только моргают, изредка переглядываясь между собой.

— Не ругайся, начальник, — проблеял один из них и потупил взгляд.

— Честное слово, хотели как лучше, — вздохнул Рембо. — Просто у вас столько задач, что мы не справляемся!

— А я и думаю, куда столько энергии уходит… — вот и нашлась разгадка этой проблемы. Ведь весь мозг себе сломал, пытаясь понять. А решение оказалось простым и логичным… — Ладно, всё понятно с вами, — махнул на них рукой и вышел из здания. Оставил, называется, Рембо за главного, вот он всех своих друзей и трудоустроил. — А это тогда что? Туалет? — указал ему на кабинку, что стояла недалеко от казарм.

— Нет, почему туалет? Это тоже казарма, — возмутился Рембо. — Причем повышенной комфортности, у них там даже туалет есть!

— Рембо… — пока еще спокойно проговорил я. — Для кого эта казарма?

— Для личного сос… Кхм… — он заметил, что по моему телу пробежалась легкая волна пламени. — Для остальных демонов… — потупил взгляд бес.

Я подошел к отдельной казарме повышенной комфортности, открыл дверь и обнаружил внутри пять накаченных здоровых демонов. Стоит ли говорить, что им там было довольно тесно? Мало того, я не понимаю, каким образом они там поместились.

— Здравия желаю, хозяин! — ответили они хором.

— А ну признавайтесь. Только честно, — посмотрел каждому из них в глаза. — Они вас обижают, да?

Те взглянули на меня, затем на Рембо, и замотали головой.

— Что вы, хозяин, как вы могли такое подумать?

— Действительно, с чего бы такое могло прийти мне в голову, — усмехнулся я.

— Никто нас не обижает! Мы просто любим маленькие тесные пространства! — заголосили здоровяки.

— А у меня вообще клаустрофобия! — попытался поднять руку один из них. — И таким образом я борюсь со своими страхами!

Обернулся и посмотрел на Рембо, а тот с совершенно невинно елозит ногой по песку.

— Я же говорил, что всё нормально… — пробурчал он.

— Ладно, Рембо, — вздохнул я и покрылся чистым инфернальным огнем. — Три секунды! Даю тебе ровно три секунды! Признавайся, что это всё значит!

— Ну вы же сами говорили экономить! Я и сэкономил! — заверещал рогатый. — А хоромы им и не нужны, им и тут хорошо!

— Экономить на всех поровну! А не на ком-то отдельном! — схватился я за голову. — Ладно, всё. Дальше я буду разбираться сам. Продолжай руководить доменом в том же духе, но со всем ты не справляешься. И для начала, скажи всем трем сотням своих бойцов…

— Шести сотням… — поправил меня Рембо.

— Шести? Да откуда столько?

— Просто вы только на первом этаже были, — пожал он плечами. — А вообще да, согласен, маловато. Мы думали около двух тысяч привлечь, но пока не рискнули, — признался рогатый.

И таким образом мой домен медленно, но верно, постепенно превращается в дурдом. А чего я ждал? Оставить за главного беса и ждать хорошего отношения к демонам? Ага, как же.

Заплатил строителям энергией и золотом, они, и правда, молодцы работу выполняют отлично. А после сразу снял с себя венец и вернулся домой. Хотя спать уже не хотелось, потому решил разобраться с этим делом сразу и потому отправился к прапору.

Тот тоже, как оказалось, не спал. Сидел, укутавшись в плед, попивал чай и смотрел передачу по телевизору.

— О, что за передача такая? — посмотрел в экран и не понял, чего такого интересного здесь нашел прапор.

— Это прекрасное пособие по работе с личным составом, — заявил Деревянкин. — Тебе тоже очень советую к просмотру.

— Но там же…

— Да, это «в мире животных», ты всё правильно понял, — перебил он меня. — Ну и что? Вот в этом выпуске про баранов рассказывают, и знаешь? Ну вообще никакой разницы, один в один наши дуболомы! — он продолжил смотреть и попивать чай. — А ты, кстати, чего пришел?

— Закупиться хотел, — пожал я плечами.

— Неожиданно, — Деревянкин сразу убавил звук и заинтересованно посмотрел на меня. — Обычно ты больше по продаже… И чего хотел приобрести?

— У тебя есть кровати? Обычные такие, металлические, но чтобы прочные и долговечные.

— Есть, конечно. А сколько надо? — задумался он, подсчитывая в уме, сколько есть в наличии.

— Думаю, штук триста пока хватит, — пожал я плечами, тогда как прапор присвистнул.

— Не, даже не проси. Я бы мог десять штук выделить, сколько положено на твой отряд. А больше не смогу, — замотал он головой. — Да и откуда ж их взять столько?

— Прапор, я же не получить их хочу, а купить. За свои личные средства, — наклонил я голову. — Это ведь совсем другое… Ну что, найдешь кровати?

— И правда, это всё сразу меняет, — согласился он. — Если за деньги, то конечно найду. Но ты ответь, зачем тебе столько?

— Для тренировок, — не задумываясь, соврал я. — Слепим из них макеты танков и будем тренироваться на полигоне.

— Сразу скажу, старых и уцененных нет. Солдатам выдается всё самое лучшее, в том числе и кровати, — подметил он.

— Так я и хотел новые, — пожал я плечами. — Ну так что, получится договориться?

— Конечно, но придется подождать, — развел руками прапор. Мы быстро обсудили цену, затем я получил небольшую скидку и уже минут через пять пожали руки, закрепив тем самым сделку.

— Недели хватит? — уточнил я перед тем, как уйти.

— Ты сдурел, Костя? — возмутился Деревянкин. — Деньги переведены на счет, а значит через два часа все кровати уже будут ждать тебя в твоем хранилище! Обижаешь, ну честное слово! Ты правда настолько плохо обо мне думал?

— Да всё, всё, понял свою ошибку, — поднял я руки в примирительном жесте и поспешил выйти из комнаты.

Решил дать ему больше времени и потому отлучился часа на четыре. Как раз проследил за перераспределением демонов из туалета в нормальные казармы, немного поругал Рембо для профилактики, и отправился в свое хранилище. А по пути заметил бойцов, что стояли в курилке и выглядели какими-то нервными.

— А вы чего не спите? — удивился я. — С задания вернулись, что ли?

— Да какой там, — махнул рукой один из них. — Представляешь? Два часа кровати для какого-то имбецила таскали! Прикинь, что за дебил? Понадобилось прямо посреди ночи выкупить у прапора три сотни кроватей! Я даже вообразить не могу, зачем кому-то ночью могло понадобиться столько кроватей!

— Это я понял, но вы-то здесь причем? — помотал я головой.

— А это уже отдельная благодарность нашему дорогому, уважаемому и горячо любимому дебилоиду! — бойцы указали на своего товарища. — Смотри, какой молодец, да? Так и не скажешь, что в глубине души он конченый косорукий осёл с копытами вместо пальцев!

— Да чего сразу я-то? — загундел тот.

— А зачем было штык-нож терять? А? Из-за тебя все пострадали! — прорычал боец и, чтобы успокоиться, достал новую сигарету, а то старую он случайно съел.

Эх, жалко бедолаг. Ну ничего, зато меня ждут мои кроватки.

Спустился в хранилище, зашел в специальную комнату и стал чертить круг переноса. Так выйдет куда дешевле и быстрее, чем если создать обычный круг призыва. Закончив с созданием пентаграммы, сразу вызвал к себе Рембо и указал на аккуратно сложенные кровати и матрасы.

— У вас есть два часа, — посмотрел на часы, как раз до отбоя должны успеть. — Всё это нужно перетаскать в казармы.

— Два часа? — возмутился он. — Вы за кого нас принимаете, хозяин?

— А что не так?.. — я хотел поинтересоваться, но совсем скоро сам получил ответы на все свои вопросы.

Ведь из открытого портала хлынули полчища бесов. Они хватали кровати, утаскивали матрасы и сразу мчались обратно в портал, каким-то образом даже умудряясь не сталкиваться друг с другом. Казалось, будто бы это какой-то бесовской вихрь, настолько быстро пустел склад. И не прошло даже десяти минут, как мы оказались в совершенно пустой и возможно даже стерильно чистой комнате совершенно одни.

— Рембо, — обратился я к подчиненному.

— Слушаю.

— Вот вроде вы молодцы и есть повод вас похвалить, но… — замялся я.

— Так всё же вынесли, как вы и приказали.

— Да, но… — вздохнул и попытался подобрать нужные слова. — Скажи им, чтобы хоть двери вернули…

Глава 6

Теперь самая сложная задача. С какими-то делами уже разобрался, и вроде бы больше ничего не намечалось, а потому…

Да, мне становится скучно. И моим бойцам тоже, это по ним сразу видно. Привыкли уже по заданиям ходить, вот и нервничают, когда всё слишком спокойно и отдых затягивается. Будто бы какой-то червячок внутри свербит и не позволяет сидеть на одном месте.

Вообще, у меня висело задание в Османской империи, но там не горит. Два дня назад горело, а теперь уже потухло и потому не вижу смысла спешить отправиться туда. Собутыльев подождет, а османы пока могут выдохнуть с облегчением, их время еще не настало.

Вопрос только, что делать нам? Еще немного, и мы с бойцами совсем заскучаем, а в таком случае всем остальным резко станет веселее. Нужно ли им такое веселье? Вот в этом я сомневаюсь.

Утром я уже успел сбегать к Лежакову и он выдал мне новую порцию увольнительных. Сказал, что эти бланки пришлось запрашивать из соседних частей специально для меня, что довольно мило, но я не понимаю, зачем. Так у аристократов в армии совсем денег не останется, хоть бы пожалел их.

За что очередные увольнительные? А тут всё просто. Художник так хорошо всех покатал, что занял первое место среди всех увеселительных мероприятий на празднике. Каждый, кому посчастливилось прокатиться с ним на самолете, поставили высший бал и обещали прийти еще.

Но, судя по тому, что никто больше одного раза не покатался, я начинаю догадываться, как на самом деле обстояли дела. Скорее всего Художник просто поставил одно простое условие. Ставите высший балл — тогда приземляемся. Не ставите — летаем дальше. И плевать, что топливо заканчивается — это ваши проблемы.

Я уже успел убедиться в мастерстве своего пилота, так что именно поэтому почти уверен, что так оно и было. А еще мне кажется, что когда я сказал бесам проконтролировать его обучение, допустил небольшую ошибку. Хотелось, чтобы он не филонил, а получилось, что бедолага прошел через ад.

С другой стороны, всё было под контролем и в случае опасности ему бы помогли. Не знаю как, но Рембо клялся, что все под контролем. А психику всегда можно восстановить, пусть и не полностью.

— Увольнительные я тебе дал, — проговорил генерал. — Так почему же ты всё ещё здесь стоишь? — прищурился он. Очень уж ему не нравится, когда я стою в его кабинете и улыбаюсь.

— Одних увольнительных недостаточно, — пожал я плечами. — Мне нужны задания, и как можно интереснее!

— Иди отдохни лучше! Сходите в город с отрядом, развлекитесь как-то, — взмолился он.

— Развлечься? — задумался я. — Гм… А это мы умеем, кстати, неплохая идея.

— Вот тебе список заданий, — Лежаков сразу вывалил на стол стопку бумаг. — Угрожать он мне будет еще, в моем же кабинете, — недовольно пробурчал он.

Тогда как я уже не обращал на него никакого внимания. Сидел и просматривал одно задание за другим, отметая все варианты как неинтересные. Тем временем в кабинет заглянул Кардиналов, но и на него я не обратил никакого внимания, ведь среди стопки этих совершенно скучных заданий мне удалось найти хоть что-то необычное.

Поначалу даже не поверил своим глазам и перечитал текст описания несколько раз. Но нет, видимо, всё так и есть.

— Наряд на сбор картошки на Сахалине? — уточнил я и показал генералу документ. — Серьезно? А в чем опасность? Там картошка кусается? Или кроты будут нападать?

— Нет, Константин, это действительно просто сбор картошки, — пожал плечами Лежаков. — Но это задание не для тебя, просто ты попросил весь список, я и выложил, — он потянулся к направлению на задание, но я замотал головой.

— А что, мне нравится, — пожал я плечами и снова перечитал детали задания.

Дело в том, что на Сахалине в этом году получился богатый урожай картошки, но проблема в том, что собирать его попросту некому. Потому министерство сельского хозяйство забило тревогу и бросило клич по всем воинским частям с просьбой о помощи в сборе урожая.

Я расспросил Лежакова поподробнее и поинтересовался, почему же посадить картошку руки нашлись, а собрать уже не могут, ведь это выглядело для меня, как бред. Но всё оказалось предельно просто. Не так давно произошло несколько локальных стычек с японцами и по их завершению несколько крупных деревень на южном побережье Сахалина были эвакуированы.

Их дома сейчас разрушены и возвращаться попросту некуда, да и сборочная техника вся уничтожена, вот они и не могут справиться с картошкой.

Можно было бы попробовать собрать своими силами вручную, вот только возникла еще одна проблема. Этих самых рабочих рук теперь стало еще меньше. И не потому, что их поубивали японцы, нет… Просто люди там оказались крайне обидчивыми и многие записались в армию.

И будто бы назло, плюсом ко всему добавилась еще одна проблема. Собрать урожай надо как можно быстрее, ведь по прогнозам синоптиков на Сахалин надвигается мощный шторм. Сильнейший ветер переломает ростки, град добьет их окончательно, а затем могут ударить морозы, и тогда от клубней ничего не останется. Да и собирать их будет крайне проблематично.

Вряд ли это вызовет голод, конечно, но ущерб для Империи будет значительный. Придется завозить на остров больше продуктов, а сделать это не так уж и дешево. И если для Империи это просто проблема, то для местных жителей подобное может обернуться катастрофой в экономическом плане. Множество фермеров обанкротятся и пойдут искать другую работу, а в следующем году сеять будет уже некому.

— Это не госзаказ, — сразу предупредил меня генерал. — А что-то из разряда… Гм… Ну, помощь армии народу, причем исключительно добровольная.

— Ну так армия и должна помогать народу, — пожал я плечами. Так что задание действительно важное, и очень странно, что до сих пор никто не отправился туда.

Лежаков также продемонстрировал мне список деревень, в которых особенно требуется помощь. Тогда как я подумал минут пять, посмотрел остальные задания и, в итоге, принял решение.

— Беру! — кивнул я, тогда как генерал чуть было не поперхнулся. И взял я это задание не потому, что там будет весело и интересно. Есть аж несколько причин сразу, например, помогать людям, и правда, нужно, если они попали в беду. А еще — я не могу позволить этой картошке сгнить в земле. Пюрешка из нее получается отменная, я попросту не прощу себе, если откажусь спасти картошку.

Ну и еще, это хороший плюс в биографию, что тоже довольно важно.

— Может, не надо? — с надеждой во взгляде посмотрел на меня Лежаков. — Ну куда ты со своим отрядом на такое. Сколько у вас там человек сейчас? Пять? Это же бред!

— А ведь действительно глупо отправлять пятерых на такое задание, — согласился я с ним. — Думаю, троих будет более, чем достаточно.

Как раз Катю оставлю в части, пусть следит здесь за порядком, а сам сбегаю на одно простенькое задание, разомнусь.

— Константин, я не это имел в виду, — генерал смерил меня тяжелым взглядом, пытаясь понять, шучу я или нет. — Там не пять человек надо, а…

— Конечно, не пять. Я же говорю, троих отправлю, — перебил его.

— Нет же! Там требуется не пять, а минимум пятьсот! Иначе никак не управиться и от такой помощи не будет никакой пользы! — воскликнул он. — Сколько они соберут? Три мешка? И что дальше?

— Вот не стоит недооценивать «демонов войны», — помотал я головой. — Они способны на многое, и с картошкой точно справятся. Даже если она будет нападать… — я еще пару минут полистал задания и вернул генералу всю стопку. — Так, и у меня есть одно интересное предложение. Я хочу отправиться на задание, которое придумал сам!

— Сразу предупрежу, что медведи в округе скоро закончатся, если ты продолжишь придумывать задания, — хохотнул Лежаков. И это возмутительная клевета! Я вообще мишек не обижаю! Ну, может, было пару раз, но те сами были виноваты!

— Нет, просто я тут недавно слышал, что планируется наступление на один из фортов новосов. Хотите границу чуть передвинуть и заодно поразить их основной оборонительный узел в этом квадрате… — пока я говорил, генерал хмурился всё сильнее.

— Ты где это вообще мог услышать? — прищурился он.

— Так в курилке обсуждали, а я просто рядом стоял, — пожал я плечами. — Просто слухи и сплетни как-то сами прилипли, даже не знаю.

— И с каких это пор секретную информацию обсуждают в курилках? — он ударил по столу и схватил телефон. — Приказываю снести все курилки! — рыкнул он в трубку и сбросил вызов.

— Лучше не надо их сносить, — помотал я головой. — Сами понимаете, солдаты будут крайне недовольны. Где им еще обмениваться слухами, как не в курилках? Тем более, что им придется найти новое место для перекуров и все тайны будут раскрываться уже там. Или можно сразу всю часть сносить, так будет надежнее.

— И то верно, — нахмурился он и снова взял в руки телефон. — Так, отмена приказа! Не надо ничего сносить… В смысле, уже снесли? А, как раз стояли и курили, когда я позвонил… Ладно, теперь стройте обратно, раз снесли.

Он положил телефон на стол, а я аж прикрыл глаза и втянул воздух полной грудью. Вот он, настоящий дух армии, прямо витает в воздухе от этой ситуации.

— Ты говорил о задании, — напомнил мне Лежаков. — Продолжай!

— Хотел предложить дать мне задание в том форте, — развел я руками.

— Нет, как ты и сказал, скоро там планируется штурм. Но точных дат сказать не могу, — помотал головой генерал. — И потому сейчас там заданий нет.

— Генерал, вы чем меня слушали? — вздохнул я, тогда как на лбу у Лежаково набухло сразу две венки, говоря о том, что он немного удивлен моим тоном. — Только что ведь говорил, что задание я уже придумал! Штурм форта запланирован через несколько дней, а я бы перед этим проник туда и подорвал что-нибудь. Скажем, склад боеприпасов… Никто ведь не будет против, если я там всё взорву? И вам хорошо, и мне приятно посмотреть. А опыт у меня имеется, причем достаточный.

— Какой такой опыт, Константин? Тебе двадцать лет, откуда ему взяться? — махнул рукой Лежаков.

— Так я быстро учусь, — не стал напоминать ему про научную базу новосов, под завалами которой до сих пор работает жучок. Да и про военную базу, которую я просто должен был сфотографировать… — В общем, неважно всё это.

— Нет, я не могу тебя отправить на такое опасное задание, — нахмурился генерал. — Даже не проси. Скоро мы проведем штурм и этот форт перестанет представлять для нас опасность. Так что не нужно самодеятельности, всё идет по плану.

— Ну ладно, — вздохнул я и, потупив взгляд, вышел из кабинета.

Пришел в казарму и обрадовал своих людей новым заданием, а сам улегся на кровать.

— Ты чего такой грустный? — поинтересовалась Катя. — Заданий нет?

— Есть задание… Просто надо немного подождать…

* * *

— Ну ты представляешь, что удумал? Хах! — Лежаков рассказал прапору и Кардиналову о задании, которое придумал Первый. — Вот ведь сумасшедший!

— Да, иначе про него не скажешь, — согласился капитан. — Но иногда мне даже кажется, будто бы он понимает, что творит.

Некоторое время мужчины смеялись и обсуждали возможность проникнуть в этот форт. Ведь всем известно, что это невозможно. Вокруг выстроены продуманные линии обороны и системы датчиков, минные поля, в которых использованы новейшие околомагические технологии. Много чего интересного, и за несколько попыток проникновения Лежаков смог понять, что это совершенно бесполезно. Тут поможет только старый добрый штурм, обилие бронетехники и хорошая артподготовка. Вот и всё, других вариантов попросту нет, иначе эта крепость так и останется торчать занозой в самом неудобном месте из возможных.

В какой-то момент у генерала на столе зазвонил телефон и все разом стихли. Он ответил на звонок и сразу нахмурился.

— Что значит, операция переносится? — пробасил он. — Этот штурм необходим! Без него мы так и останемся на старых позициях, а новосы продолжат добывать ресурсы на наших территориях!.. Гм… Принял.

Он положил телефон на стол и некоторое время сидел с задумчивым видом.

— Чего там, генерал? — поинтересовался прапор.

— Через три дня прибывают наши основные силы, а на четвертый мы должны идти на штурм, — генерал посмотрел в окно и затарабанил пальцами по столу, погрузившись в свои мысли.

— Но по плану штурм должен был начаться через неделю, — удивился Кардиналов. — Это безумие! Мы не успеем подготовиться!

— Да, безумие. Согласен, — кивнул Лежаков, — Вот только поступили новые разведданные. Наши шпионы все как один докладывают, что в форт были направлены несколько усиленных отрядов. Они как-то узнали о наших планах.

— И правда, как они могли узнать? — удивился прапор. — Может, тоже в курилке стояли?

— Ой, хватит, — махнул на него рукой генерал. — В общем, действовать нужно сейчас, иначе потом будет уже поздно.

Все задумались и в комнате повисла тишина. Ведь каждый понимал, что спешка в таком деле означает неминуемые потери, причем скорее всего серьезные.

— Выбора, в любом случае, нет, — вздохнул Кардиналов. — Мы — «демоны войны»! Умирать — наша работа, — заключил он. Но этот форт мы уничтожим или захватим, других вариантов нет.

Дело в том, что это не обычное укрепленное место для отдыха солдат. Нет, этот форт несет в себе сразу несколько функций. Там расположена база диверсантов, арсеналы, ремонтные мастерские для техники. А главное — это подземный научно-исследовательский центр, который в Новой империи очень любят и устраивают их чуть ли не на каждом углу.

По последним данным прямо сейчас там идет полным ходом разработка магически-биологического оружия и совсем скоро мир увидит первые результаты этой грандиозной научной работы.

— Ну что, — капитан поднялся со своего места и хлопнул ладонями по столу. — Пойду готовить людей. И будем надеяться, что не будет никакого шторма или бури, как предсказывали синоптики.

— А может мы всё-таки зря ржали над Константином? — поднял руку прапор. — Может он не такой уж и больной?

— Знаешь? А ведь я о том же подумал, — закивал Лежаков.

— Думаю, есть смысл позвонить ему и сказать, что мы посовещались и решили всё-таки дать ему шанс, — предложил Деревянкин. — Мол, не рассмотрел ты талант сразу, а мы совместными усилиями смогли его увидеть.

— Может, и правда, у него получится что-то сломать… — задумался генерал, тогда как Кардиналов невольно усмехнулся. Просто перед глазами у капитана пронеслись кадры с последних заданий, на которых отличился Первый. И практически всегда после него оставались взрывы и разрушения.

— Может? — расхохотался прапор. — Как бы нам штурм еще не пришлось отменять!

— Думаешь, будет буря? — не понял его Лежаков.

— Думаю, после Кости там штурмовать будет нечего. Воронка останется и медведь с отдавленной лапой. Не знаю почему, но это уже традицией стало, как мне кажется.

Лежаков крепко задумался и всё же решил послушать своих подчиненных. Потому он позвонил в столицу и поговорил с начальством, попросив одобрить дополнительную операцию и, получив согласие, сформировал новое официальное задание.

— Ну что? Пойдем, обрадуем парня! — заулыбался Лежаков. — Он ведь так хотел отправиться на задание, уверен, эта новость ему понравится!

* * *

— Не, вы были правы… — помотал я головой и улегся обратно на кровать. — Куда мне на такое задание? Рано еще, молод слишком, неопытен. Хорошо, что вы убедили меня в этом и теперь я понимаю, что предлагать подобное было глупо. Каюсь, осознал, больше не повторится и на задание тоже не хочется.

Лежаков стоял и хлопал глазами, Кардиналов резко вспотел, тогда как за их спинами стоял улыбающийся прапор и показывал мне большой палец.

— Хотя… — протянул я, а генерал разве что не засветился лучами надежды.

— Что? Что такое? Ты передумал? — обрадовался Кардиналов.

— А, нет… Ничего, — махнул я рукой.

— С*ка! — резюмировал Лежаков, тогда как прапор едва не расхохотался. — Ладно, я тебя понял, — он уселся рядом и пристально посмотрел на меня. — Чего ты хочешь? Увеличить денежное довольствие? Или отпу… Кхм… Хотя нет, отпуск тебе явно не нужен. Ты их и так продаешь.

— Может, пару танков ему выделить? — предложил прапор.

— Или срок службы срезать? — поднял руку капитан. — Хотя нет, он так через полгода отсюда уйдет, как минимум, мне обидно будет…

— Константин, ну скажи, чего ты хочешь? — вздохнул Лежаков. — Но учитывай, что я всего лишь генерал и полномочия у меня ограничены.

— Ладно, я знаю, чего хочу, — махнул на них рукой. Помучил немного, и хватит.

— Ну? Чего же? — сразу оживились те.

— Медаль, — пожал я плечами. — Хорошую такую медальку и обязательно с занесением в личное дело! А еще ракету! Нет, две ракеты! Да побольше!

— Притормози, Константин, — поднял руки Лежаков и посмотрел на прапора.

— Ну а что? У меня есть ракеты, почему бы не поделиться? — пожал тот плечами. — Придумаем что-нибудь, в любом случае.

Никто не стал спорить с моими требованиями, тем более, что всё это вполне решаемо.

Зачем мне ракеты? Это риторический вопрос. Всем нужны ракеты и это нет смысла обсуждать. А вот насчет медали даже Катя удивилась. Не стал ей говорить, просто пожал плечами.

Медаль мне действительно нужна, и не менее важно занесение награды в личное дело. Тут всё просто. Раз я солдат, то должен быть лучшим солдатом из когда либо существовавших в этом мире. И вот недавно я подумал… А смысл быть лучшим, если об этом всё равно никто не узнает?

Так что медаль лишней не будет, да и, по правде говоря, выкручивать руки им не хотелось. Я же сам предложил, а поиздевался исключительно для галочки, чтобы в следующий раз соглашались на мои предложения чуть охотнее.

Всё же понимаю, что от этой операции зависит немало солдатских жизней. Я уже видел планы штурма и мне они не понравились, ведь наша разведка обладает неполной картиной оборонительных сооружений врага. Есть немало скрытых точек и минных заграждений, которые могли бы стать неприятным сюрпризом для наших солдат. Так что даже если бы мне не предложили никаких наград, я бы всё равно отправился туда.

Мало того, даже если бы мне не разрешили туда отправиться, я бы придумал, как взорвать этот форт. Моя работа — защищать страну и людей, живущих в ней, а солдаты тоже люди.

И вот, прошло совсем немного времени, как я оказался в стесненных условиях. Прямо сейчас я лечу в сторону вражеского форта, мой транспорт заметно потряхивает и у меня даже нет окошка, чтобы посмотреть, как там на улице обстоят дела.

Почему тут так тесно? А всё потому, что нахожусь я в ракете, которая прикреплена снизу к нашему отрядному вертолету. За штурвалом, разумеется, Художник. Сейчас он быстро отвезет меня и отправится копать картошку, а я пока буду гулять в тылу врага и развлекаться.

Да уж… Даже пятку не почесать. А когда мы залетели на вражескую территорию, и вовсе, трясти начало с особым усердием. Всякий мусор болтался внутри ракеты, как деньги в кармане продавца разбавленного пива жарким летним днем, а я болтался вместе с ним. И такое продолжалось часа два. Как там говорят? Демонологов не укачивает? Я тоже когда-то так думал, но теперь смело могу заявить, что это всё подлое враньё. Еще как укачивает!

*Пш-ш-ш!*

— Художник на связи! Первый, как слышишь? — рация сначала зашипела, а затем оттуда послышался довольный голос пилота. — Минутная готовность! Дольше я не смогу здесь находиться, за нами уже вылетели истребители новосов и мне пора убираться. Но по форту я точно попаду, не переживай, — он замолк на пару секунд, после чего продолжил еще более довольным голосом. — Я бы мог сказать, что мне жаль запускать тебя внутри ракеты по базе врага, но… Нет, это принесет мне неописуемое удовольствие! Ха-ха-ха! — послышался злобный хохот обезумевшего пилота. — Я кайфую от одной только мысли, что вот-вот запущу ракету с командиром внутри! А вот и время подошло. Удачи, Константин! ПУСК!

Дальше связь оборвалась, а меня начало болтать внутри ракеты еще сильнее. Послышалось шипение, завоняло дымом, а ноги с каждой секундой припекало всё сильнее.

По ощущениям, лечу я… Быстро. И на протяжении всего пути ускоряюсь еще сильнее. Остается только надеяться на щиты, доспехи и демоническое усиление, которое я подготовил заранее. Сейчас на мне кожа бронедемона, которую он проиграл мне в свое время в карты.

Слышал историю, как одного такого демона как-то раз пнул Охотник. И что? Улетел на километр, после чего врезался в скалу и расколол ее надвое. И броня выдержала, так что надеюсь, что в этот раз ее тоже будет достаточно.

Единственное, о чем я сейчас переживаю… Не понравился мне этот хохот Художника, ой, как не понравился. Как бы эта сволочь не пальнула следом нормальной ракетой, которая уткнется мне ровно в зад сразу после приземления.

А ведь прапор явно не поскупился и выделил нам очень интересную вещицу. Жаль, что одноразовую, я бы такими каждый день стрелял. И не будь склад новосов глубоко под землей, можно было бы ограничиться одной этой ракетой и разнести всю их базу всего лишь одним выстрелом…

Глава 7

Многофункциональный форт Новой империи

Кабинет начальника форта

В комнате собралось всё командование, причем не только военные, но и глава научно-исследовательского центра. Такие собрания устраиваются регулярно, чтобы между военными и учеными не было никаких разногласий и командование договаривалось обо всём заранее. Так что как обычно в кабинете горели жаркие споры, ведь мировоззрения у ученых и военных совершенно разные.

— Вот не нравятся мне все эти эксперименты, — в очередной раз заявил один из офицеров. — Не нравятся, и всё тут! Жестоко это, экспериментировать над людьми, неправильно.

— Да какая разница? Всё равно на врагах будем испытывать, а на них плевать, — пожал плечами другой. — Даже лучше, если они будут мучиться. Значит всё это будет не зря!

— Ну не знаю, всё равно не нравится, — не согласился с ним тот. — Будто бы вмешиваемся туда, куда не должны вмешиваться.

— Увы, но решать это не вам, — ухмыльнулся представитель научного отдела. Он прибыл сюда из столицы относительно недавно и сразу взял руководство над проведением эксперимента под свою ответственность, потому считал себя очень важным. — Если бы эти эксперименты были неугодны Вселенной, она бы обязательно подала знак, — развел он руками. — Вы какие-нибудь знаки видели? Вот и я не видел, а значит, Вселенная не против и мы ничего плохого, по ее мнению, не делаем! Так что никто отменять эксперимент не будет, в любом случае, ведь на него уже было потрачено немало средств и времен.

Договорить он не успел, так как на улице прогремел мощный взрыв и все разом смолкли.

— Ну всё, это знак! — проскулил ученый. — Мы все прокляты! Нет! Я так молод, я не хочу умирать! — завопил он, тогда как военные повскакивали со своих мест и бросились к окнам.

Начальник штаба схватился за рацию на плече и нажал на кнопку, обращаясь ко всем по общей связи.

— Какой еще знак, идиот? — рыкнул он. — Часовые! Доложить обстановку!

— Да уж, вот от ученого я такого услышать точно не ожидал, — рассмеялся один из офицеров. — Это каким идиотом надо быть, чтобы принять обычную атаку за какой-то знак?

— Ну, а что это еще? — взвизгнул научник.

— Это обычное нападение.

— А что было бы знаком? — никак не успокаивался тот.

— Хах! А давай так. Вселенная! Если тебе не нравится наш эксперимент, возьми и порази меня громом прямо сейчас! — он посмотрел куда-то в потолок, затем перевел взгляд на ученого. — Вот види…

Договорить ему не позволила огромная стальная труба, что влетела через одну стену, врезалась в него и вылетела уже вместе с ним из второй стены.

Это произошло настолько стремительно, что никто даже пригнуться не успел и на пару секунд в комнате воцарилась тишина.

— Зна-а-а-а-ак! — заверещал ученый, но на него уже никто не обращал внимания.

Офицеры сразу оживились и начали передавать многочисленные приказы своим подчиненным, тогда как научник медленно и незаметно направился в сторону выхода.

— Ты куда? Там может быть опасно! — окликнул его начальник форта.

— Как куда? — удивился тот. — Пойду уничтожу все данные. Вселенная дала знак, этот эксперимент ей неугоден!

Спустя какое-то время

Там же

Глава научного отдела сидел в углу, связанный по рукам и ногам, и о чем-то оживленно и крайне агрессивно мычал. Военные же тем временем уже подняли его личное дело и теперь, собравшись в кучку, оживленно читали его вслух, поражаясь новым подробностям, о которых никто раньше не знал.

Оказалось, там четко указано, что этот человек склонен к параноидальным мыслям, верит в теории заговора, и всё в таком духе. А когда позвонили на прошлое место его работы, то узнали еще много нового. Бывший начальник даже посмеялся и уточнил, придерживались ли они инструкций и не общались ли с ним по поводу замыслов Вселенной. Это особо острая тема для ученого и он реагирует на нее особенно болезненно.

— А почему мы заранее не прочитали личное дело? — уточнил один из офицеров и начальник базы лишь махнул на него рукой. Мол, попробуй перечитай про всех, времени на работу не останется.

В общем, теперь им сказали ждать другого человека, который прекрасно умеет вправлять мозги таким параноикам.

— Ладно, с этим всё понятно, — заключил мужчина. — Теперь доложите о нападении. Что это вообще было?

— Обычное нападение, — пожал плечами ответственный за системы безопасности офицер. — Наши силы противовоздушной обороны пропустили одну ракету, и надо сказать, довольно крупную и быструю. И мы не знаем, что это за ракета, но она взорвалась в районе резервного склада номер четыре.

— Так чего мы тут сидим? — возмутился начальник. — Этого под замок, а остальные — за мной! — он поднялся со своего кресла и спешно вышел в коридор.

Совсем скоро делегация была уже на месте падения ракеты и они внимательно осматривали последствия взрыва.

— Ну, вроде бы ничего критичного, — пожал плечами начальник. — Повреждена крыша и два стеллажа, больше разрушений не вижу.

— Вы это солдатам скажите… — недовольно пробурчал ротный, что стоял тут же и с нескрываемой горечью смотрел на уничтоженные стеллажи.

— А что не так? — удивился начальник. — Там было что-то важное?

— Ага… — вздохнул тот.

— Но ведь это резервный склад, тут ничего ценного хранить не должны, — нахмурился мужчина. — Или кто-то действовал не по уставу?

— Нет, как раз все правила хранения были соблюдены, — обреченно проговорил ротный. — Но теперь в части будет крайне напряженная атмосфера. Вы же знаете, что у нас были задержки в поставках?

— Разумеется, но у нас серьезные запасы провизии на случай осады. При необходимости мы можем продержаться хоть год! — воскликнул командир. — Для нас эти три недели — ничто.

— Провизии хватало, а вот сгущенка кончилась еще месяц назад, — развел руками тот.

— В смысле, закончилась? Я ее каждый день жрал, — не понял он.

— Вы-то да, а солдаты не видели ее больше месяца! И вот буквально сегодня ее привезли, положили на склад и готовились к раздаче! — воскликнул ротный. — Угадаете, сколько успели раздать?

— Я так понимаю, совсем немного?

— Нисколько! Ни одной банки! Всё было уничтожено взрывом! — чуть было не заплакал ротный, понимая масштаб трагедии.

— Ладно, переживем, не критично, — отмахнулся начальник.

— Не переживём! Вы видели, в каком состоянии сейчас находятся солдаты? — возмутился совершенно разбитый ротный и указал в сторону. Там, недалеко от склада вокруг костра сидела небольшая группа бойцов, а над огнем висел довольно крупный котелок.

— А разве в столовой перестали кормить? У нас склад забит замороженным мясом, — почесал затылок командир.

— Не перестали! Они сгущенку варят! Причем без молока и сахара! Мне вообще страшно представить, чего они там намешали в этом котле!

— Слушай, ротный, — один из офицеров одернул мужчину, пытаясь привести его в чувство. — Сгущенка — это, конечно важно… Но как бы тебя ничего не смущает? Например, что нашего начальника кадров какой-то железной хренью убило. Причем так убило, что до сих пор не нашли ни начальника кадров, ни эту железную хрень.

— Кстати, да, как там поиски? — вспомнил вдруг начальник штаба. — Уже появилась информация, что это был за второй предмет?

— Обыскали уже весь форт, но так ничего и не нашли! Это было что-то похожее на ракету, большое и железное… Но раз не взорвалось, значит, не ракета.

— А место падения обследовали? — уточнил он.

— Обследовали. Снаряд пробил шесть стен, вылетел на улицу, а дальше… Дальше следы пропали, — развел руками ответственный за поиски. — Но есть один странный момент…

— Какой? — нахмурился начальник.

— Да даже говорить не хочется, звучит, как бред, — отмахнулся офицер, но поняв, что начальник все еще смотрит на него и ждет, решил всё-таки рассказать. — В общем, солдаты, которые видели этот объект, утверждают, что железная труба очень громко материлась, пока летела.

— Действительно, чертовщина какая-то… Так, кто смеялся? — нахмурился начальник и осмотрел собравшихся. Он явно услышал злобный смех, вот только лица подчиненных были вполне серьезные.

— Мы не смеялись…

— Ладно, наверное, я просто переутомился, — вздохнул мужчина. — Приказываю найти железную трубу! И это обязательно. Мне ведь надо хоть что-то написать в отчете.

— Напишите, что нам нужна сгущенка!!!

* * *

Честно говоря, в какой-то момент я даже пожалел об этой идее. Со мной такое случается редко, но вот именно во время полета я допустил мысль, что стоило придумать какой-нибудь другой план. Или хотя бы взять с собой Берсерка. Он ведь не простит меня теперь, что я даже не позвал его.

Увы, но времени на подготовку было в обрез, да и места внутри ракеты нашлось только на одного человека. Но такой способ доставки можно улучшить в будущем, сделать его более комфортным и уже официально взять на вооружение.

Ладно, зато получил незабываемые ощущения и яркие впечатления. Можно даже сказать, что было немного весело. Вот только я приземлился, и это еще далеко не конец.

Мой транспорт ударился несколько раз, прокатился по земле и из-за этого дверь оказалась намертво зажата. Так что вызволяли меня оттуда аж двенадцать бесов и получилось у них это далеко не сразу.

В итоге, я всё же выбрался, но от этого легче не стало. Просто Художник метнул меня не совсем туда, куда мы планировали, и это может стать проблемой. Дело в том, что по плану я должен был приземлиться где-нибудь на окраине форта, ближе к защитной стене, а то и вовсе, за ней. Затем спокойно выбраться, прокрасться внутрь и уже когда всё успокоится, приниматься за дело.

Но нет, моя ракета прошила шесть стен главного здания и, в итоге, даже стала причиной смерти какого-то бедолаги. И это довольно плохо, ведь убить можно было какого-нибудь случайного уборщика, что просто работает по найму, чтобы прокормить своих детишек.

В этот раз мне повезло, и об этом непрозрачно намекают погоны, прилипшие к основанию ракеты. Уборщик ведь не может быть подполковником, верно? Хотя, кто этих новосов знает, у них всё через одно место. Вдруг это какой-то главный уборщик высшего разряда, способный одной рукой подметать, а второй протирать пол одновременно.

А дальше всё по классике. Сразу приказал бесам спрятать ракету так, чтобы ее никто не нашел. Это тоже важно, ведь вдруг я снова захочу полетать? Не стоит раскрывать все карты перед врагом.

И вот, сейчас я сижу в одном из технических помещений где-то под стеной и просто пытаюсь прийти в себя. Кажется, голова будет кружиться еще неделю минимум после такого.

Рембо тоже сидит со мной и от нечего делать выцарапывает ножом на бетонной стене герб Российской Империи.

— Классно я хоть летел? — надоело просто сидеть и решил узнать мнение Рембо. Всё же он в это время тоже находился в воздухе и должен был видеть мой полет.

— Очень классно, — как-то без лишних эмоций ответил он.

— Я вот единственное, за что переживал — чтоб меня не стошнило, — усмехнулся я.

— Я тоже переживал, — вздохнул рогатый.

— Тоже боялся, что я тут всё затошню?

— Нет, переживал, что хотя бы одна из восьми ракет противовоздушной обороны всё-таки попадет по вам, — пожал он плечами.

— В смысле, восемь? — я аж чуть не поперхнулся от такой новости. — И какие еще ракеты? Все системы противовоздушной обороны Художник должен был уничтожить перед выстрелом мной!

— Ну, что-то он уничтожил, — теперь уже усмехнулся Рембо. — Все запасы сгущенки на базе были устранены, причем полностью.

— Надо бы его обратно в капсулу засунуть, чтоб меткость потренировал, — задумался я. — И, кстати, вы уже разобрались с ней? Получится что-то придумать?

На самом деле капсула оказалась далеко не такой простой, как я думал раньше. Даже бесам оказалось трудно с ней разобраться, хотя я для этого призывал неплохих специалистов, а не обычных бесов.

Они покопались в настройках и случайно включили максимальную сложность, но я за это не стал их ругать. Так даже лучше, ведь в жизни сложность еще выше.

Так вот, на двенадцатом уровне сложности искусственный интеллект раскрывается полностью и обретает ничем не ограниченную свободу действий.

Художнику это не понравилось, а вот я и бесы остались в восторге. Рогатые даже умудрились выйти с Ириной на контакт, и теперь периодически с ней общаются. Этот искусственный интеллект — это что-то на грани магии и науки, я пока не разобрался более подробно в таких технологиях. Но мне сразу стало понятно, что эту капсулу можно будет использовать в будущем и возможность пообщаться с тренером дорогого стоит.

— Что, он правда не попал ни по одной из систем противовоздушной обороны, да? — уточнил еще раз, на что Рембо лишь развел руками. — Вот так, значит… Склад сгущенки?

— Ага…

— Скажи мне, кто из твоих сейчас находится на главной базе? — прищурился я.

— Бесов пятьдесят точно есть, — пожал плечами Рембо. — Всех поименно называть?

— Не надо, — махнул я рукой. — Отправь одного из них к Ирине и пусть расскажет ей, что ее лучший ученик облажался. Причем крупно. Пусть повышает квалификацию, в общем.

Хорошо, что он не успел отправиться на задание с остальными. С картошкой справятся и двое, а этот пусть лучше займется действительно важным делом.

Нет, я допускаю, что он промахнулся специально. Но что это меняет? Ведь тренировки у Ирины ничем не хуже самого страшного наказания! Получается два в одном, этим она мне и понравилась.

Надеюсь, ему понравится. А теперь надо сделать так, чтобы мне тоже понравилось, ведь я пока еще нахожусь во вражеском форте и впереди меня ждет веселое задание.

Вопрос только, с чего начать? Когда есть много вариантов, становится куда сложнее выбрать один из них. Совсем другое дело, когда выбора нет, тогда просто делаешь то, что приходится и не задумываешься о последствиях.

— Для начала надо найти местную форму, — озвучил я свои мысли.

— Так вот же она, — Рембо указал на сверток в углу. — Мы заранее подготовили.

— О, первый пункт сделан! — быстро переоделся и приготовился отправиться на выход.

Лучшее внедрение — это когда ты у всех на виду. Прятаться вечно не выйдет и в какой-то момент случайный прохожий заметит подозрительного постороннего человека. И совсем другое дело, когда этот посторонний совершенно не подозрителен, ходит у всех на виду, так еще и наоборот, всеми силами старается привлечь к себе внимание. Никакой шпион никогда не станет так делать, это всем известно.

Вышел в коридор и сразу встретил солдата.

— О! Давно не виделись! — помахал ему рукой. — Как дела?

— Да плохо дела, — махнул рукой тот. — Опять сгущенку месяц не видать, представляешь?

— И не говори… Как вообще без нее жить? — решил подыграть ему.

— Ага, так еще и холодина такая… Никаких радостей в жизни не осталось!

Так мы практически сразу нашли с ним общий язык и, обсудив проблемы в части, разошлись каждый по своим делам. Он продолжил патрулировать стену, а я пошел праздно гулять по вражескому форту.

Прогулялся по плацу, заглянул за угол… А там, в курилке, стояли двое рядовых и, озираясь по сторонам, спешно потягивали папиросы. Тогда как при входе в курилку стоят, навалившись на стену, две лопаты для снега.

Я же взглянул на свои погоны и утвердительно кивнул. Ага, там, значит, рядовые, а я ефрейтор. Уже хорошо, молодцы, бесы.

— И чего стоите? — влетел в курилку и сразу стал орать на новосов. — Снег сам себя не уберет!

— Виноваты, товарищ ефрейтор! — они вытянулись по струнке, затушили окурки и побросали их в урну. — Разрешите приступить к очистке от снега?

— Разрешаю, — махнул на них рукой. — И чтобы вычистили всё так, словно сейчас лето! — они сразу убежали, а я остался стоять и довольно улыбаться. — Правильно, порядок превыше всего, особенно в армии. Каждый должен выполнять свои задачи качественно!

Рембо оскалился и стал накручивать глушитель на свой пистолет.

— Рембо, стоять! Это ты сам себе придумал, что твое дело — это незаметно устранять цели! Сейчас твоя задача просто вести наблюдение и никого не убивать. Понял?

Рогатый потупил взгляд и поплелся следом за мной, окончательно растеряв хорошее настроение.

Но сейчас, и правда, лучше не копить трупы, ведь их тоже рано или поздно могут найти. А мне надо, чтобы внутри форта всё было спокойно. Да, после падения двух ракет добиться спокойствия не так-то просто, но на деле новосов больше беспокоит уничтожение сгущенки, чем сами ракеты.

Сейчас передо мной встала задача, на которую я изначально выделял около пятнадцати минут. Но немного просчитался, так как найти склад с артиллерийскими снарядами оказалось не так-то просто.

Много бесов сюда не призовешь, так как тут стоит множество датчиков и больше сотни рогатых обязательно заставят хотя бы один из них сработать. А сам я ходил около часа, но не нашел ни намека на склад. Все здания одинаковые, никакой нумерации и, видимо, каждый тут перемещается интуитивно.

Ладно, снова импровизируем.

— Боец! — подозвал к себе рядового. — Напомни, где тут склад артиллерийских боеприпасов?

— Так он же… — рядовой обернулся, чтобы показать направление, но вдруг замер. — Стоп… Ефрейтор не знает, где склад? Может быть вы шпион?

— Амнезия у меня, головой сильно ударился. С тех пор ничего не помню и других тоже иногда сильно по голове бью. Особенно, когда они говорят глупости, — нахмурился я.

— Амнезия? — не понял он.

— Ладно, рядовой. Тебе сгущенка нужна? — достал из-за пазухи банку и у бойца загорелись глаза. — Подскажи, где склад, и получишь…

— Но ведь все и так знают, где он находится. А раз не знаете, значит вы… — он сглотнул комок. — Если две дадите, могу даже проводить.

— Да без проблем! — выудил вторую и кинул ему взятку.

А пока мы дошли до нужного места, он успел одну банку выпить, а вторую надежно прятать в закромах армейского бушлата.

Да уж, тяжело нынче новосам живется. Сразу вспомнил, как у нас устроена кухня и какой там богатый выбор лакомств. Причем сладкого можно набирать хоть сколько угодно, всё равно в жир ничего не отложится. А в лазарете всегда дежурит стоматолог, как раз для таких сладкоежек.

Тогда как у новосов с обеспечением явные проблемы. Но они в этом не виноваты, на самом деле. Вся вина лежит как раз на нашей армии, ведь диверсионные группы не спят и постоянно совершают налеты на караваны, сбивают вертолеты, минируют дороги. Наши диверсанты явно не зря едят свой хлеб.

И едят его, очевидно, со сгущенкой.

Вскоре мы добрались до нужного места и склад оказался под землей. Впрочем, это я и от разведки узнал, но где именно расположен вход, они уточнить не потрудились.

— Ну вот, собственно, склад, — указал в сторону входа рядовой. — Но вас туда всё равно не пустят. Кстати, а вам зачем туда нужно вообще?

— Да просто так, прогуляться хотел, — махнул я рукой.

— А-а-а… — повеселевший от сгущенки боец рассмеялся. — Поня-ятно! Вы там были не совсем по уставу и потеряли что-то? Теперь боитесь, что это что-то найдут и вам влетит, да?

— Угадал… — я даже захотел ему руку пожать, сам бы такую отговорку не придумал. — Это так очевидно, да?

— Ну так я и сам однажды чуть не влетел так же. Отправили снаряды таскать, а я за угол зашел и закурил, пока остальные отдувались. И что? Табакерку оставил! Пришлось возвращаться, всеми правдами и неправдами, и искать табакерку. А то если бы начальств увидело, то у-у-у-ух… Было бы совсем плохо.

— Кажется, ты сейчас не о том думаешь, — напомнил ему и тот сразу схватился за спрятанную банку сгущенки.

— И правда! У меня целая банка, а я тут стою, болтаю. Всё, удачи, ефрейтор, я побежал! — он сразу развернулся и рванул прочь, чтобы спрятаться от глаз начальства и осушить вторую банку как можно скорее.

У входа в склад стоят два вооруженных бойца. И они действительно несут службу вместо того, чтобы мирно спать. Теперь вопрос, как мне пройти мимо них незамеченным, если вот они, прямо около ворот, и никуда уходить не собираются?

Есть одна идея, но если она сработает, то я даже не знаю, как это описывать в отчете. Да никак, придется оставить пустую страницу, ведь всё равно мне никто не поверит.

Даже притом, что я постоянно творю что-то странное и из ряда вон выходящее. Но даже на фоне моих прежних подвигов эта история будет качественно выделяться и превосходить их на несколько ступеней бредовости.

Разогнался и побежал, будто бы мимо них. И когда поравнялся с часовыми, случайно выронил пару банок сгущенки. Пробежал еще несколько шагов и спешно поднял потерянные банки, а затем встретился с недоуменными взглядами бойцов.

— Откуда? — хором задали они вопрос. — Это настоящая сгущенка? Где ты столько набрал?

Они смотрели ошалелыми глазами на еще десяток банок у меня в руках и чуть ли не плакали от зависти и досады.

— Что значит, откуда? Только что ведь партию привезли! — воскликнул я. — Вы что, не в курсе?

— Какую еще партию? Нет в части сгущенки, это всем известно!

— Вот и начальство об этом узнало, так что нам экстренно доставили новую партию! Командир сказал, что каждый может взять по двойной норме! Но на всех не хватит, увы, — пожал я плечами.

— Но как так? Мы же тут…

— Там почти всё разобрали, если что. Сочувствую вам, ребят, но я побежал. Меня сгущенка ждет… Я уже попробовал, такой сладкой никогда не ел!

— А гори оно всё синим пламенем! — махнул рукой один из них и рванул прочь.

— Эй! Валера! Ты же говорил, что мы вместе до конца! — воскликнул его товарищ, но всё равно остался стоять на посту.

— А ты чего не бежишь? — поинтересовался я.

— Не оставлю же я без никого пост, — обреченно вздохнул он. — Без сгущенки плохо, но сапог капитана куда неприятнее, чем жизнь без сгущенки. Или нет? — задумался боец.

— Эх… Ладно, давай за тебя постою, — вздохнул я. — Так и быть, — открыл банку и дал ему сделать глоток.

— Кайф… — он чуть не закатил глаза от удовольствия. — Как заново родился.

— Всё, больше не дам, самому мало. Сказали, что поставок еще месяц не будет, — подлил я немного масла в огонь. — Ну так что, подменить тебя?

— Но ведь… — замялся тот.

— Рядовой, я ефрейтор. Как ты думаешь, кто из нас эффективнее в охране важного объекта?

— Ой, всё. Две минуты! Я мигом! Туда и обратно! — воскликнул он и умчался прочь, оставив меня стоять на посту.

Вряд ли они управятся за две минуты, ведь я им не говорил, куда именно привезли сгущенку. Так что они будут носиться по форту до победного. Думаю, минут десять у меня есть, а то и больше.

А для меня пришло время потратить довольно много энергии. Быстро начертил сложную пентаграмму и щедро усыпал ее золотыми монетами. Вспыхнули едва заметные огоньки, дым стал расстилаться по земле, и в следующую секунду из открывшегося портала стали выбегать полчища бесов с ящиками в руках.

Некоторые бесы выбегали и хватали ящики со снарядами, другие ставили на их место новые, третьи вскрывали эти ящики и наносили на них маркировку. В точности такую, как была на прежних снарядах.

Работа заняла всего минут семь и на этом я отправил бесов обратно. Затем стер пентаграмму и спокойно ушел прочь.

Да, мой новый оружейник недавно осуществил крупную поставку обманных артиллерийских снарядов как раз под пушки новосов. Так что вся эта поставка пошла на этот склад.

Очень полезный внештатный специалист, надо сказать. Теперь, когда новосы решат пострелять по нам из своей артиллерии, у них попросту разорвет пушки. Да и артиллерийские расчеты вряд ли выживут после такого.

И в этом есть еще один плюс. Обманных снарядов было всего около двухсот штук, тогда как на складе хранится порядка двухсот тысяч. Огромная партия, которую должны были направить на будущий штурм имперских позиций. Зато когда новосы поймут, что эти снаряды взрывают свои пушки, а не пехоту противника, вся эта партия отправится на утилизацию. Двойной удар, так сказать. И по артиллерии, и по экономике.

Можно было бы подумать, что моя цель — взорвать эти склады. Но они расположены на окраинах форта, и тянутся под землей далеко за его пределы. Единственное, чего я добился бы этим — новосам прислали бы новые снаряды и вместе с ними подмогу. Надо ли мне это?

Осталось только посмотреть, что тут за эксперименты такие. И мне почему-то кажется, что меня ждет что-то интересное. А если нет — сам сделаю что-нибудь интересное, ведь эксперименты я люблю.

* * *

Художник сидел в комнате и скучал. Он удивился, когда ему сообщили, что копать картошку не надо и этим займутся другие. А теперь приходится сидеть как на иголках, ведь когда нечем заняться — всегда появляется ощущение тревоги. Будто бы чем дольше отдыхаешь, тем страшнее придумает потом задание Константин.

Хотя Художник и понимал, что сидит он в части не просто так — а на случай, если вдруг командир позвонит и скажет, что попал в задницу. И ведь он обязательно в нее попадет, всё-таки вечно в нее лезет и зарывается как можно глубже. Разумеется, фигурально выражаясь.

От нетерпения Художник вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и подумать. Взял стаканчик горячего кофе и зашел в курилку.

— Вы Художник? — обратился к нему молодой боец, стоило ему только прикурить.

— Всё так, — кивнул он. — А чего надо?

— Разрешите поинтересоваться, вы же проходили обучение в капсуле, да? — уточнил тот.

— Ну да, проходил, — Художник гордо расправил плечи.

— Я тоже прошел, буквально недавно вылез, — ответил тот.

— Поздравляю. Месяц там провел? — усмехнулся пилот.

— Ну, поменьше. У меня неполный курс, и я прохожу его с перерывами, — признался молодой. — Но зато у меня аж третий уровень сложности! Совсем скоро я стану настоящим асом!

— О, третий, — закивал Художник, едва сдерживая свой смех. — Силён, силён… А чего ко мне-то пришел? Совет нужен?

— Не, в обучении всё предельно ясно и понятно, — махнул он рукой.

— Тогда вопрос тот же, чего от меня надо? — прищурился пилот.

— Даже не знаю, как сказать, — замялся паренек. — Ирина попросила вас зайти к ней. По ее словам, во время вашего последнего задания вы облажались.

У художника выпал стаканчик из рук. Изо рта выпала сначала сигарета, а затем коронка верхнего зуба, а тело забилось мелкой дрожью.

— Но… Как она узнала?

— Это мне неизвестно, — пожал плечами курсант. — Но она сказала, что теперь вам положена переаттестация…

Глава 8

По длинному освещенному коридору научного центра шли два сотрудника. Один из них — мужчина в возрасте, с седыми коротко стриженными волосами, являлся главой отдела исследования номер тридцать один двести семьдесят восемь. А второй, помоложе, является его заместителем.

И вот, прямо сейчас, старший гонял своего подчиненного и едва сдерживался, чтобы при всех не отвесить ему мощную затрещину.

— Аркадий! Ты уже достал! — едва не переходя на крик, говорил глава отдела. — Ну сколько можно? Как ты умудрился потратить аж двенадцать флаконов сыворотки? — он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы хоть как-то успокоиться. — Ладно, потратил, такое бывает. Но чего-то хоть смог добиться? Какие-то новые данные?

— Ну, у подопытных произошли некоторые изменения, появились мутации, — протянул молодой ученый. — В общем, с ними что-то случилось… Но если вы сейчас спрашиваете, нашли ли мы тот компонент, который нам нужен…

— Да! Именно о нем я и спрашиваю! — вскрикнул старший. — Нашли его?

— Вот тут не повезло, — развел руками Аркадий. — Нет, мы его не нашли… Но искали!

— А неважно, чего вы там делали. Не нашли — значит, двенадцать флаконов были потрачены впустую! Понимаешь? Ты хоть имеешь представление, сколько они стоят? — схватился за голову руководитель проекта. — Ну почему вокруг одни дебилы, а? — взвыл он, посмотрев куда-то в потолок. — Сколько можно повторять, что нам нужен, необходим запас? Вот скажи мне, сколько на данный момент осталось флаконов в хранилище?

— Ровно пятьдесят один! — с гордостью заявил Аркадий.

— Пятьдесят один? — глава отдела был готов вырывать волосы, причем не только себе. — Ты понимаешь, что нам завтра партию отправлять? И если не отправим хотя бы шестьдесят, меня вздернут! Под суд отдадут! Снимут с должности, как минимум!

— Да всё рассчитано, — махнул рукой заместитель. — Сейчас в производстве еще восемь флаконов, к завтрашнему дню всё будет готово! Ричард Иванович, просто успокойтесь, нет никаких поводов для паники.

— Но даже с ними шестьдесят не получится! — воскликнул мужчина. — Впрочем, ладно, хотя бы так. Можем разбавить содержимое и разлить на девять флаконов. Но всё равно ты провинился. А что, если бы атака поразила не сгущенку, а генераторы? Если бы пропало электричество хотя бы на две секунды, вся партия могла быть уничтожена!

— Согласен, двух секунд могло хватить, — кивнул Аркадий. — Но не забывайте, что в научном комплексе есть аккумуляторы, которых хватит на несколько дней. Так что машины не остановятся, только если не обесточить всё изнутри.

Ричард Иванович прекрасно знал об этом, ведь именно он настоял, чтобы в бункере установили несколько мощных аккумуляторов. Ведь сложнейшее оборудование не терпит перегрузок или отсутствия электричества. Если машина запущена, она должна поддерживать обороты на протяжении всего цикла воспроизводства сыворотки.

В противном случае, если обороты будут выше или ниже некоторых показателей, дорогостоящая техника может попросту прийти в негодность. Не говоря уже о том, что материал внутри машины будет испорчен. А он тоже как-бы не три копейки стоит.

— Кстати, забыл сказать, — хлопнул себя по лбу заместитель, — у нас медведь закончился.

— Да ты можешь хоть что-то хорошее сегодня сказать? — взревел Иваныч. Хотя Иванычем его называют исключительно за спиной, чтобы он не слышал. Ведь он требует, чтобы все называли его, как минимум, Ричардом, можно даже без отчества.

— Так отправьте за новым медведем, пусть приведут, — пожал плечами Аркадий. — Не вижу в этом ничего плохого, обычный рабочий процесс.

— Ага, конечно! Сходили в лес, пособирали грибы и медведей, и вернулись на базу. Ты себе это как-то так представляешь, да? — усмехнулся глава отдела. — Ты хоть представляешь, сколько нужно бойцов, чтобы нового медведя доставить? Они же не ходят за тобой, их надо как-то изловить, и при этом брать надо живьем, — он помотал головой, и пусть недовольство его выплескивалось через край, но в планшете Ричард пометку оставил. Ведь без медведя производство встанет, а это недопустимо. — Ладно, а с демоническими останками что?

— Вот с ними всё в порядке, — улыбнулся Аркадий. — Лежат спокойно в криокамере, отдыхают.

— Ну хоть так, — выдохнул глава отдела. — Пойдем тогда, посмотрим, как там сыворотка поживает.

Заместитель не стал спорить и вскоре они вдвоем отправились на нижние уровни лаборатории. Туда, куда вход разрешен лишь единицам, ограниченному списку специальных сотрудников. Сюда даже военных не пускают, только научные сотрудники с высшим доступом, который выдается в столичном центре лично каждому из них.

Мужчины подошли к первой двери, где надо было ввести шестнадцатизначный код. Двери распахнулись, но вскоре они уперлись в новые, где необходимо было отсканировать сетчатку глаза. Затем для того, чтобы попасть в лифт, пришлось приложить руку к считывателю отпечатков пальцев и каждый этаж появлялись всё новые процедуры, не пройдя которые дальше спускаться не позволяла система безопасности.

После лифта снова последовала череда дверей с самыми разными замками. Надо было прикладывать карту, вводить одноразовые пароли, которые сообщаются лично каждому сотруднику утром и каждый день меняются.

— Вот это самое надоедливое… — пробурчал Аркадий и принялся снимать ботинок, а затем и носок. После чего приложил к сканеру большой палец правой ноги.

— А мне следующее не нравится… — кивнул его начальник и, встав перед очередной дверью, лизнул специальный датчик. — Тьфу! Опять Григорий после себя не протёр! — выругался он.

Прошло еще какое-то время, прежде чем они попали в лабораторию. За это время им пришлось покашлять на какой-то датчик, просканировать ухо, взвеситься, сдать на анализ мочу, подышать в трубочку… И вот, совсем скоро, они оказались посреди шумного кабинета, где прямо в данный момент производили новую сыворотку сразу восемь массивных гудящих машин.

— Стоп! — нахмурился Ричард. — А где сыворотка?

— Так вот же, в холодильнике, — указал на пустой открытый холодильник Аркадий и тоже завис. — Гм… Может, кто-то из сотрудников взял? Например, в испытательную комнату унесли.

— Но на сегодня не было запланировано ни одного эксперимента! — возмутился глава отдела. — Если это Григорий, то сразу предупреждаю, буду его бить. И может быть даже сильно.

Они помчались в комнату для испытаний, вот только никого так и не встретили по пути. Разве что там их ждала удивительная картина.

Посреди комнаты стояла мягкая койка с ремнями, чтобы испытуемый не смог вырваться и при этом не убился во время судорог.

Но сейчас на этой койке спокойно сидел ефрейтор, а вокруг него россыпью лежат пустые флаконы из-под сыворотки.

— Здрасьте! — помахал он рукой, после чего взял специальный пистолет и с его помощью сделал себе инъекцию в плечо. — Ух! Бодрит-то как!

Изо лба ефрейтора вылезли рога, уши стали удлиняться и заостряться, глаза покраснели.

— Отборная демоническая энергия! Хорошо-то как! — прорычал он. — Да, интересный демон вам попался… И откуда такого только взяли? — в этот момент рога резко пропали, да и все прочие изменения в считанные секунды исчезли. — Неплохо, да…

Ученые же не знали, как на это всё реагировать, потому просто стояли и хлопали глазами. Тогда как ефрейтор явно чувствовал себя совершенно свободно и сразу потянулся к раскрытому чемоданчику, что лежал рядом. Правда на этом чемодане было множество надписей, предупреждающих об опасности и секретности содержимого, но это его нисколько не смущало.

— Представляете? Закончились! — с досадой всплеснул он руками. — Эх, жаль…

Ефрейтор закрыл чемодан, убрал его под койку, и спокойно направился в сторону выхода.

— Не, мужики, классная штука. Молодцы, неплохо у вас получилось, — похлопал он по плечу главу отдела. — Бодрит неплохо, сил придает! Ладно, бывайте, я пошел, — он кивнул ученым и, обойдя их, спокойно направился к двери. — Кстати, вам свет оставить или не надо? — кивнул он им и, не дождавшись ответа, сам принял решение. — Ну ладно, выключу.

Мужчины не успели даже вскрикнуть, когда ефрейтор подошел к рубильнику на стене и дернул его, полностью обесточив весь бункер.

— Стой! — прокричали они хором, но было уже слишком поздно. Ведь из соседнего помещения послышался грохот и завоняло дымом, а значит, машины для производства сыворотки уже уничтожены. И спустя пару секунд свет снова зажегся.

— Что? Не надо было? Ну, как хотите, — пожал плечами странный гость и на этом покинул комнату.

Прошла минута, затем вторая, и только тогда Ричард с Аркадием начали приходить в себя.

— А это что вообще было? — нахмурился глава отдела, тогда как его заместитель лишь пожал плечами.

— Вообще, от двух флаконов обычно дохнет медведь… — задумчиво проговорил он.

— Но это теоретически, — не согласился с ним Ричард.

— Да вот же, на практике тоже доказано, — скривился Аркадий. — Но! — он понял, что секунду назад случайно признался, почему вдруг закончился медведь и поспешил перевести тему разговора в другое русло. — Мы ведь не активировали сигнал тревоги! Похищен пятьдесят один флакон сыворотки!

— И правда! Но с тобой, падла, мы еще поговорим! — мужчина достал из кармана свой планшет и нажал красную тревожную кнопку посреди экрана.

Взвыла сирена, на стенах засверкали красные лампочки, и уже через пару минут всю лабораторию заполонили военные. Сразу появилось и начальство, так что разборки начались тут же.

А через два часа двое ученых уже шли под конвоем, закованные в наручники, и искренне не понимали, почему их ведут в темницу.

— Да говорю же вам, это тот ефрейтор! — в очередной раз прокричал Ричард. — Это всё он сделал! Это не мы!

— Да-да, верьте ему! — скулил Аркадий. — Это правда не мы!

Ричард Иванович и Аркадий Петрович имели огромное уважение, как в научном сообществе, так и среди военных. У них была прекрасная репутация верных Новой империи людей, которые готовы работать на ее благо хоть сутками напролет и приносить реальную пользу своими многочисленными открытиями.

Но потерю сыворотки на более, чем четыреста пятьдесят миллионов, техники на сумму чуть меньше, и документации, цену которой сложно определить, в принципе… Такое им вряд ли простят. Не говоря уже о том, что вместо признания они несут какой-то бессвязный бред. Про ефрейтора, что каким-то образом смог проникнуть на защищенный объект, так еще и использовать сыворотку на себе.

Для начальника части это звучало дико, так как даже он не имел доступа в лабораторию. И проник сюда впервые, так как инструкции при срабатывании тревоги позволяют это сделать.

* * *

Ну спасибо, хоть для выхода не нужны все эти коды доступа и прочие извращенные способы открытия дверей! Даже не знаю, кто мог придумать столько разных способов поиздеваться над человеком, но он явно мог бы занять высокое место в демоническом плане.

Проникнуть сюда оказалось не так-то просто. Если поначалу я игрался и призывал самых разных взломщиков, открывал двери при помощи силы демонов, то совсем скоро мне это надоело. Да и время поджимало, так что пришлось выдумывать на ходу.

Просто показал Рембо, как чертить круг призыва, дал ему с собой необходимую дозу концентрированной энергии и отправил его выполнять задание. В итоге, Рембо не справился. Но это когда он чертил круг призыва в первый раз. Правда, во второй раз тоже ничего не вышло, да и третий получился так себе. Зато на четвертой попытке он смог всё-таки правильно изобразить пентаграмму и призвать настоящего демонического мастера начертания.

Как же тот удивился, поняв, что его призвал бес. Минут пять он не мог вернуть себе дар речи, а потом захотел убить Рембо, наивный… Но мой бес не такой простой, как может показаться, потому он сразу уведомил начертателя о том, кто ему приказал сделать это.

Некоторое время демон хохотал так, что здесь дрожали стены, а затем просканировал оставленную мною метку на душе Рембо и сразу стал вести себя потише.

Для чего я его позвал? А тут всё просто. Начертатель создал сложную пентаграмму, с которой бы не справился Рембо, и с его помощью я смог открыть портал в свой домен. А следом сам перенесся сначала туда, а затем и в лабораторию, через открытый портал.

Легко? Не очень, на самом деле, и довольно затратно в плане энергии. Но зато не пришлось взламывать все эти коды и замки на многочисленных дверях. Уже будучи в лаборатории, я быстро разобрался со всем и собрал необходимые документы. Хотя даже не знаю, зачем они мне. Но новосам они явно нужны, а значит, их обязательно стоит забрать. Ну и, само собой, флаконы с серой вязкой жижей я оставить не мог. Сначала думал уничтожить их, но перед этим решил изучить свойства сыворотки и не прогадал. Если упростить, то внутри этой серой жидкости содержатся эманации демона и животных-мутантов. Того же медведя, который лежал дохлый в одной из комнат внутри лаборатории.

А еще тут хранились демонические останки в специальной капсуле, но если вдруг пропадет электричество, они сразу стухнут. Довольно интересный способ хранения демонятины, ведь обычно рогатые обращаются пламенем и сгорают без остатка, а их тела переносятся в инфернальный план. Но новосы умудрились сохранить останки при помощи техномагии.

Разумеется, все ампулы с неизвестным веществом я использовал на себя. Ведь так бы поступил любой нормальный человек. Если что-то лежит в секретной лаборатории — это обязательно стоит себе вколоть. Не будут же так просто охранять какую-то ерунду, верно?

Зато получил немало демонической энергии. Тогда как все прочие вредные вещества просто выжег магией и вывел из себя.

Также была мысль устранить случайных свидетелей, но это было бы для них слишком легко. Они проводили здесь эксперименты над людьми, а значит не заслуживают такой легкой смерти. Нет, пусть посидят лет тридцать в тюрьме, подумают о своем поведении. А может и не успеют подумать, ведь скоро это место будут штурмовать имперские войска.

Зато теперь я могу с чистой совестью покинуть это место. И вроде бы, казалось, открой себе в домен портал и выйди уже в своей комнате. Но нет, подобные переносы, хоть и кажутся плевым делом, но на такое расстояние не хватит никакой энергии. Перенос — это сложнейший процесс и можно сутками объяснять, почему в данном случае расстояние будет влиять на расход энергии и золота. И я бы объяснил, но у меня нет столько суток в запасе, зато есть немало дел.

Например, надо придумать, как убраться отсюда. Идти пешком? Можно, но топать в течение недели по сугробам и питаться медвежатиной — перспектива так себе. На технике тоже не покататься, новосов в этом регионе предостаточно, кто-то обязательно заметит. Остается один вариант — позвонить Художнику. Причем позвонить ему надо, пока он не ушел на переаттестацию. Но эти планы можно осуществить завтра, а потому… Пойду-ка я посплю.

Не знаю, как бы поступил профессиональный разведчик или диверсант на моем месте. Но лично я пойду в казарму и посплю по-человечески, на нормальной кровати.

Казарму найти не составило труда и, зайдя внутрь, сразу поздоровался с дневальным, немного пообщался с кучкой рядовых, затем попил чая с еще двумя ефрейторами, заодно обсудили с ними, как плохо живется без сгущенки.

Сразу обратил внимание, что каждая койка здесь подписана, во избежание возможных споров насчет того, где чье место. Но это меня совершенно не смутило, потому я спокойно прошелся по казармам и выбрал себе самую козырную кровать из тех, что стояли в общем зале. И чтобы не вызывать подозрений, сразу запомнил имена на соседних кроватях.

Далее пошел в какое-то подобие нашей каптерки. Правда, после нашей эта показалась убогой конурой, но всё-таки я на задании, а значит, какие-то лишения, в любом случае, будут. И уже там спокойно вызвал Рембо. Дал ему подробные инструкции, объяснил, что он должен сделать и со спокойной совестью направился к уже своей кровати, начав расстилать новое постельное белье.

— Эй! Ты чего тут делаешь? — возмутился кто-то из бойцов. Некоторое время все просто наблюдали за мной со стороны и переглядывались между собой, но в какой-то момент один из них всё же не выдержал.

— Кровать застилаю, — пожал я плечами.

— Но это же койка Михейникова! — возмутился он.

— Понимаю. Но я с ним договорился. Просто моя койка пострадала, вот он и разрешил переночевать на этой, — неважно, что ты говоришь. Важно то, как ты это говоришь. И если быть уверенным в своих словах, то никто не заподозрит неладного. — Тем более, что сегодня эта койка ему не нужна.

— С Михейниковым? Договорился? — боец скривился, да и остальные удивленно начали перешептываться. — И почему ты решил, что ему не нужна койка? Он ведь скоро вернется, и тогда…

— Внимание! — из динамиков на всей территории форта послышался басовитый голос. — Изменения в графике дежурств! Сегодня на дежурство на объекте номер девять заступает Михейников! Объекты номер семь и шесть будут охранять Черпаков и Сибров, остальные — по графику!

— Вот видишь? — усмехнулся я. — Ему сегодня и так не спать, так что кровать свободна.

— Да ну? — бойцы явно удивились. — Впервые вижу, чтоб майора ставили на дежурство. Так еще и объект номер девять!

— А что такого? Ну девять и девять, — пожал я плечами.

— То есть, это нормально, когда майор охраняет общественные туалеты? Как же нужно было накосячить, чтобы заслужить такое? — схватились за голову солдаты и поспешили разойтись по своим местам. Мало ли, вдруг их тоже за что-нибудь накажут.

Может показаться, что уснуть посреди вражеской военной базы было трудно. Что я буду ворочаться всю ночь, спать с открытыми глазами и все время держать в руках пистолет наготове.

Но какой смысл волноваться? Я уснул сразу, стоило моей голове коснуться подушки, ведь у меня нет ни единого повода для тревоги. Да, в одной комнате со мной находится около трехсот солдат Новой империи. Но ведь, помимо них, здесь есть девяносто вооруженных до зубов бесов, которые только и мечтают о том, чтобы поскорее наброситься на врага.

Объект номер девять

Примерно то же время

Мужчина стоял на улице и усиленно размышлял над тем, как он оказался в такой ситуации.

Сейчас в задачи майора входила не только бдительная охрана объекта, но и регулярная проверка кабинок на наличие туалетной бумаги. А в случае засора — либо своевременная прочистка, либо, в случае необходимости, вызов сантехника. Ну и влажная уборка раз в три часа, разумеется.

Поначалу Михейников был обескуражен такими новостями, но спорить с приказом не стал, так что сразу получил оружие, весь необходимый инвентарь и заступил на дежурство.

Он был почти уверен, что это какая-то ошибка. А если не ошибка? Обычно на этот объект назначают штрафников в наказание за какие-то незначительные проступки.

— А-а-а… — протянул мужчина и улыбнулся. — Но как они узнали, что я вынес со склада ящик сгущенки?.. — он снова задумался, пытаясь вспомнить подробности той ночи. — А если они узнали об этом, значит, я еще легко отделался!

И вот, впервые в истории Новой империи, майор охранял общественный туалет. Нет, майоров и раньше так наказывали, но этот случай явно отличается от всех прочих. Ведь майор был искренне рад этому и всю ночь проработал здесь с улыбкой на лице, довольный своим назначением.

* * *

Ну и кто говорил, что спать в самом центре вражеской базы неудобно?

Ладно, никто мне такого не говорил. Но если кто-то скажет в будущем — у меня есть аргументы, что это не так. Всё максимально комфортно, удобно и безопасно.

Проснулся, сходил позавтракал с остальными, умылся. А пока все собирались на утреннюю зарядку, взял документы у Рембо и направился в сторону посадочной площадки. Она тут расположена на крыше высокого здания и вход туда надежно закрыт воротами, так что через несколько постов охраны всё же придется пройти.

— Эй! Ты куда? — окликнул меня дежурный и я даже не поленился к нему подойти.

— Как куда? Вот, смотри документы, — протянул ему лист бумаги. — Там всё четко написано, что меня надо пропустить, не задавая глупых вопросов, ведь у меня важная задача. А еще, если ты читать не умеешь, в момент посадки транспорта никого не должно быть на площадке и рядом с ней.

— Но это же бред! — возмутился дежурный.

— Так ты читай, читай! И смотри на печати. Узнаешь? — указал ему на печать командира авиационного отделения. — Или вот эта печать? Её тоже не узнаешь?

— Да узнаю… — насупился боец. — Просто, почему тут аж семьдесят две печати?

— Ну вот, глупые вопросы, — вздохнул я. Не буду же я объяснять ему, что семьдесят две печати тут только потому, что командиров тут всего семьдесят два. Причем четверо из них отсутствуют в части и Рембо всё равно поставил их печати. — Говорю же, это важное задание.

— И то верно… — почесал затылок новос. — Ну ладно, тогда расходимся…

Он передал приказ остальным, и после недолгих возмущений, все сотрудники покинули здание. Радисты, операторы, техники и, разумеется, солдаты.

Я же спокойно направился к воротам, но в этот момент взвыла сирена, а в части подняли боевую тревогу.

— Эй! Тревога! Уходи! — заголосили дежурные.

Системы противовоздушной обороны, разбросанные вокруг, сразу зашевелились и здесь началось какое-то оживление. Даже отсюда слышно нецензурную брань командиров расчетов. Один из них кричал громче прочих и если сделать краткую выжимку из его пламенной речи, отбросив все нецензурные выражения, получится полная бессмыслица. Ведь цензурных слов там едва наберется штук пять. Но общий посыл был в том, что кто-то разрядил ракетницу. И этот кто-то явно нехороший человек.

*Бах!*

— А-а-а-а!

Прозвучал выстрел, и рядом со мной появился ухмыляющийся Рембо, а из дула его револьвера поднималась тонкая струйка дыма.

— Зачем? — вздохнул я.

— Ну, а чего он обзывается?

— Справедливо, — кивнул ему и уселся на лавочку в ожидании транспорта.

Спустя минуту послышался звук винтов и прямо над крышами домов пронесся наш вертолет. Даже отсюда было видно бледное лицо Художника, но стоит отметить, что он не растерял навыки управления и, развернувшись на месте, обрушил машину прямо в центр взлетной площадки.

В форте становилось всё оживленнее с каждой секундой. Солдаты носятся, ругаются, тревога воет.

— Где сраные ключи от склада противовоздушных систем? — верещал какой-то мужик. — Какой дебил ключи забрал?

Рембо вздохнул и исчез. А спустя секунду снова послышался звук выстрела.

— А-а-а-а! Откуда? Кто? Моя нога-а-а!

Рогатый снова появился и с совершенно невозмутимым видом вынул гильзу из барабана, заменив ее на новый патрон.

Вертолет приземлился, но его почему-то начало потряхивать. Да уж, видимо, неисправен. Надо будет отправить к нашему технику, пусть посмотрит.

Но стоило мне зайти внутрь вертолета, как неисправность открылась сама собой. Оказывается, неисправен пилот. Сидит, трясется всем телом, и потому узлы управления трясутся вместе с ним.

— Я сделал то, что ты просил, командир, — стуча зубами, проговорил он. — Это же Вальгалла, да?

— Не, ты еще жив, — попытался успокоить его. — Всё, полетели!

— В Вальгаллу? — уточнил он.

— Нет, пока что домой, — похлопал его по плечу. — В Вальгаллу в следующий раз слетаем.

— Но ведь нас не выпустят! — возмутился пилот.

— Ну так впустили же… Значит, выпустят без проблем.

Трясущаяся машина поднялась в воздух и помчалась над самыми верхушками деревьев, изредка задевая дном ветки. Но всё это время Художник смотрел не перед собой, а постоянно косился в мою сторону, так что, в какой-то момент, я всё же не выдержал.

— Ладно, задавай уже свой вопрос, — махнул я рукой.

— КАК?

* * *

Начальник форта сидел, спокойно читал очередной отчет, и покуривал сигарету. Некоторое время он водил взглядом по строкам, совершенно не выражая никаких эмоций, тогда как остальные собравшиеся в комнате стояли все мокрые от пота и старались не дышать.

— Вы же понимаете, что это трибунал? Причем для всех нас, — начальник отвлекся от записей и посмотрел на подчиненных, — Это же… Я даже не могу подобрать слов, насколько всё это выглядит плохо. Какого хрена? Я даже не спрашиваю почему, а именно какого хрена противник приземлился прямо у нас на базе, забрал нашего бойца и улетел?

— Но…

— Почему арсеналы закрыты, почему системы противовоздушной обороны разряжены?

— Осмелюсь предположить, что…

— Да ладно, это еще как-то можно представить, — перебил самого смелого подчиненного начальник. — Поему майор Михейников, командир всех наших систем противовоздушной обороны во время налета параши охраняет? — он ударил по столу, отчего тот покрылся трещинами, — Как такое возможно? Ты что, сам вызвался? Хотел толчки посмотреть что ли?

— Да сгущенка просто…

— Какая еще сгущенка? — взревел командующий и снова ударил по столу. — Ладно, допустим. Охранял толчки, молодец. Зато гадить можно было безопасно, тоже важно и нужно, конечно. Но почему в части такой бардак? — мужчина снова осмотрел собравшихся, а те потупили взгляд, — Сюда прибудет комиссия из столицы, будет разбираться, как такое могло получиться. А если бы нападение? — он задумался на пару секунд и затарабанил пальцами по тому, что отсталось от стола, — Не будем ждать комиссию. Объявляю массовую проверку всего! Вооружения, личного состава, техники. Всё проверить! И начать учения, хочу сам знать, что у нас не в порядке!

Там же

Спустя два дня

Командующий сидел в своем кресле, курил, и спокойно перелистывал одну страницу отчета за другой.

В этот раз собравшиеся были еще более мокрыми, разве что луж под ногами не появилось. Хотя, кажется, вот-вот появятся, настолько напряженная атмосфера царила в кабинете начальника форта.

Тем временем командующий достал еще одну сигарету, по счету уже пятнадцатую подряд, и снова прикурил.

— Это точно все отчеты? — уточнил он, отложив папку с бумагами. — больше нет?

— Это последний, — кивнул кто-то из офицеров.

— Ну, хорошо. — кивнул мужчина. — Очень хорошо. — некоторое время он сидел, смотрел в запотевшее окно, после чего быстро раскрыл ящик стола и достал оттуда пистолет, приставив его к виску.

— Остановите его! — крикнул заместитель начальника и офицеры стали отбирать пистолет, тогда как мужчина начал вырываться и всё еще пытался застрелиться.

— Отстаньте от меня! Дебилы! Дайте уйти спокойно! Я не хочу под трибунал! — верещал он.

А рядом, на столе, лежал открытый итоговый отчет, составленный на основании проведенных недавно учений. Этот отчет был короче остальных, ведь сюда внесли выжимку из других отчетов, без описания подробностей.

Про то, что при проверке артиллерийских установок шесть снарядов разорвались прямо в стволах, убив часть личного состава. Так что по итогу из двадцати пушек в строю осталось только четырнадцать, да и те использовать запрещено. Так как всю партию снарядов признали бракованной и уже отправили на утилизацию, а новую ждать еще несколько дней.

Что с ракетами для систем противовоздушной обороны? Сорок штук пропало, девяносто повреждены, а на трех оставшихся неизвестные нанесли матерные слова, адресованные правителю Новой империи. Они тоже подлежат уничтожению, так как краску смыть не удалось.

Боеприпасы к стрелковому оружию тоже отправились на утилизацию, ведь из тысячи проверенных патронов, девяносто два дали осечку. И при разборе вместо пороха был обнаружен сахар…

Часть признается совершенно небоеспособной, и процент готовности к исполнению обязанностей равен четырнадцати. Это и стало последней каплей для командующего и всё, что осталось — это застрелиться и уйти хотя бы с малой долей чести.

— Отпустите, ироды! — кричал он, пытаясь выстрелить себе в висок.

— Мы справимся! Со всем справимся! — кричали ему в ответ офицеры.

— Командир, у нас проблемы! — голоса офицеров перекричал посыльный и все замерли, удивленно уставившись на него.

— А вот мы будто бы не знали, — съязвил кто-то из них.

— Нет, всё еще хуже! Противник под нашими стенами, имперские войска вот-вот начнут штурм! — заверещал тот, — Что прикажете делать?

— Но почему мы узнаем о появлении противника только сейчас? — возмутился заместитель начальника, — А как же дозоры? Как же датчики? Как же наш высокочувствительный радар раннего предупреждения?

— Вот насчет радара совсем неудобно получилось… — скривился посыльный, — Если я всё правильно понял, в радаре было насрано. Возможно именно поэтому он работал некорректно.

— Отпустите командующего. — спокойно проговорил заместитель и офицеры, переглянувшись, ослабили хватку. — И если что, я буду первым в очереди! А то патронов на всех не хватит…

Глава 9

Игорь с Брагом высадились из вездехода и стали стряхивать с себя присохшие комья грязи, тихо ругаясь себе под нос. Всё-таки они понимали, что их отправят куда-то далеко… Но чтоб настолько?

Рядом расположилась какая-то полузаброшенная деревня, состоящая из десятка полуразрушенных косых домиков, и… И всё. Вокруг, куда ни кинь взгляд, поля. А еще какое-то жалкое подобие дороги, что извивается и норовит засосать в себя любую технику. Вездеход? Да ей плевать, всё равно засосет и делай, что хочешь.

По пути бойцам даже казалось, будто бы проще съехать с дороги и ехать по-человечески подальше от нее. Вот только и съезжать некуда, ведь кругом поля с легендарной сахалинской картошкой, так горячо любимой всеми солдатами Империи, и не только.

Как назло, недавно прошли дожди, потому проехать оказалось еще сложнее. И ведь не стоит забывать, что копать картошку в получившемся месиве будет гораздо сложнее.

На шум двигателя из деревни вышел староста. Седовласый старик с длинной седой бородой. Причем настолько длинной, что бедолага, то и дело, наступал на нее, каждый раз ругаясь на это и поднимая бороду повыше руками.

— А вы, собственно, кто? — прищурился он и посмотрел на двух бойцов, что до сих пор пытались избавиться от налипших на них комьев грязи.

— Солдаты, — пожал плечами Игорь.

— Вот бы никогда не угадал. Обычно только гражданские ходят в военной форме, и никак не солдаты, — усмехнулся староста.

— Ой, сам ведь знаешь, должны были доложить, — скривился Браг. — Мы прибыли помогать со сбором картошки.

— Ребят, вот скажите честно, — вздохнул старик. — Вы похмелиться забыли, да?

— Да с чего ты так решил? Мы на службе не пьем! — возмутился Игорь.

— Да? А как еще объяснить то, что вы сюда приперлись? Может ошиблись? Свернули не туда? Вы проверьте еще раз, ведь тут явно какая-то ошибка, — старик действительно не верил, что в его захолустье прислали двух бойцов для сбора картошки. Нет, он отправлял запрос правительству региона, но никак не думал, что на его просьбу ответят именно так.

— Вот бумаги, — Игорь достал из внутреннего кармана свернутый листок и, развернув его, показал старосте. — Это ведь деревня Япцово?

— Да, она… — теперь старик задумался и, перекинув бороду через плечо, вчитался в записи. — Гм…

— Так в чем проблема? Тебе радоваться надо, дед, что помощь прислали. А ты какой-то недовольный, — нахмурился Игорь. — И вообще, если уж говорить по-честному, староста ты так себе, кстати.

— С чего это ты так решил? — возмутился старик.

— Да с того, что даже дороги сюда проложить не могут! С каких пор в Империи такие дороги? Никогда еще не видел, чтобы всё было настолько плохо! — воскликнул Игорь.

— Ты ничего не понимаешь, просто, — усмехнулся старик. — Может в Империи дороги и хорошие, но нам такие даром не нужны, так что мы сами отказались!

— Ну вот, из-за полоумного деда страдает целая деревня, — пожал плечами Браг.

— Говорю же, вы ничего не понимаете! — расхохотался староста. — Мы, мало того, что отказываемся от дорог, так еще и сами разбиваем их периодически. Зачем? Так чтоб японцы не прошли! Вы на вездеходе еле добрались, а теперь представьте, каково им! Мы на металлолом пять японских танков после последнего налета сдали!

— Ну ладно, с этим спорить не буду, действительно умно, — уважительно кивнул Игорь. — Но вернемся к делу. Вы что, не рады нас видеть?

— Рады, конечно, — вздохнул дед. — Но где остальные солдаты?

— Вот я, а вот Браг. Нас аж двое, даже не один! — усмехнулся Игорь.

— Нет, вы всё-таки ошиблись, — помотал головой староста. — Ладно, пойдем, покажу что надо делать и сами всё поймете.

Он развернулся и отправился проводить экскурсию. Сначала показал поле, в котором прямо сейчас трудятся десять жителей деревни, затем отвел в свой дом. Ведь показывать поля можно долго, куда проще было раскрыть карту и указать на масштабы трагедии с ее помощью.

— Вот этот ма-а-аленький кусочек смогли убрать жители нашей деревни за неделю, — он достал лупу, чтобы бойцы тоже смогли разглядеть убранный участок. — А вот это, — старик провел рукой по карте, — то, что осталось. И ради чего позвали вас, мужики. Видите, в чем дело? Тут минимум человек пятьсот надо, и то, всё не успеть!

— Ну, пятьсот-не пятьсот, это уже неважно. Как минимум, двое есть, — пожал плечами Игорь. — Уже хорошо. Да и всё равно у нас приказ собрать всё, так что надо выполнять.

— Да уж… — скривился дед. — Командир у вас, видимо, зверь тот еще.

— Хах! Не представляешь насколько! — рассмеялись бойцы.

— Ладно, давайте я свяжусь с властями, пусть перенаправят вас на другой участок, где полегче, — вздохнул староста. — А то и правда, как-то несправедливо требовать от вас такого. С нами и так понятно, план мы не выполним и картошка пропадет… Но вам-то какой смысл тут сидеть?

Он вышел в другую комнату и вернулся уже спустя минут пять, но теперь с задумчивым видом.

— Так, с властями я поговорил, — нахмурился он. — Они не против вашего перевода. Но потом власти связались с вашей частью, затем с командиром, и тот сказал, что приказ остается прежним. Весь картофель должен быть собран до окончания вашего срока пребывания здесь, — развел руками старик. — Вы уж простите, но я даже не знаю, чем вам помочь теперь.

— Против нашего командира всё равно ничего не поможет, — махнули они рукой и направились к выходу. — Ладно, дед, давай трактор и мы погнали. А то действительно, не успеем ещё…

— Хах! — расхохотался староста. — Какой трактор, ребята? Был бы трактор, так зачем вы нам нужны? С трактором я и в одиночку управлюсь!

Только сейчас бойцы поняли, в какой они оказались западне. Ведь даже со специальной техникой убрать столько казалось невозможным, а при помощи лопаты…

Старик проводил солдат в отдельный домик, показал, где им можно отдыхать от работы, строго наказал, чтобы к женской половине деревни они не лезли, и на этом отправился по своим делам. Оказалось, что до этой деревни не так давно дошли японцы. Разумеется, выбраться по таким дорогам они отсюда не смогли, но это совсем другая история. Единственное, что успел сделать противник — это утащить трактора, чтобы хотя бы попытаться вытащить танки. А не справившись, они просто сожгли технику и убрались отсюда подальше, постаравшись забыть эти события, как страшный унизительный сон.

— Ладно, у вас четыре дня, — на прощание проговорил староста. — Поможете, чем сможете. Хоть лишних двадцать мешков соберете — и то хорошо.

— Кстати, пока ты не ушел, — окликнул его Игорь. — А зачем тебе такая борода? Мешается ведь явно, чего не сбреешь?

— О-о-о… — протянул старик. — Эту бороду я растил с самой молодости и никогда от нее не откажусь! Еще мой дед, за ним и мой отец носили такие бороды — это наша семейная традиция! Так что предки не брили, и я не буду брить.

На этом старик удалился, а бойцы еще пару минут сидели и осматривались в домике. Они сразу поняли, что справиться с заданием невозможно и сейчас не могли придумать даже отговорку. Не говоря уже о том, как всё-таки справиться с работой.

— А давай командиру напишем? Ну бред ведь! — предложил Браг.

— Наверное, он и сам не знал, на что нас посылает, — согласился с ним Игорь и, достав телефон, написал длинное сообщение Константину.

Мол, мы тут никак не справимся, и даже выданные свитки не помогут. Тут всей военной части не хватит, не говоря уже о десятке демонов. Ничего же страшного, если задание не будет выполнено? Всё-таки это не боевое задание, да и выполнить его всё равно никто не смог бы.

— Ну? Чего он ответил? — окликнул Игоря Браг, заметив, что его товарищ почему-то побледнел и у него задрожали руки.

— Смайликом ответил…

— Улыбающимся? — теперь Браг тоже побледнел.

— Улыбающимся… А знаешь, что? Пойдем копать уже.

— Но у нас обед, — возмутился тот.

— Он смайлик прислал! Какой еще обед? — воскликнул Игорь. — Хватай лопату и побежали!

До самой ночи они месили глину без остановки. Не прерывались на обед, на перекуры, просто орудовали лопатой, усиливая свое тело Даром и не экономя энергии, чтобы выкопать как можно больше картошки.

И, в итоге, к своему собственному удивлению накопали около двухсот мешков. Они бы и дальше работали, но жители деревни уже отправились по домам.

— Ребят, вы чего? — удивленно проговорил кто-то из деревенских. — Темнеет уже, идите отдыхать. И так поработали на славу! А мы на стол вам накроем, об этом можете не переживать, баньку истопим!

— Не-не-не… — замотали они головой. — Некогда нам отдыхать, картошка еще осталась.

Игорь поднял взгляд и посмотрел на поле. Убрано около десятой части картофеля, и это прекрасный результат. Вот только полей вокруг деревни еще штук десять, не меньше, и всё это надо успеть за четыре дня.

— Вы что, серьезно думаете, что сможете выполнить приказ? — старик тоже вышел посмотреть на двух копателей.

— Мы не думаем. Мы выполняем, — буркнул Браг. — Нам командир смайлик прислал, а это что-то да значит. И значит это многое.

— Мужики, у вас точно не получится, я в этом уверен, — усмехнулся старик. — Вот при всех жителях говорю, запомните мои слова. У вас нет и шанса.

— Да всё получится! — рыкнул Игорь. — Ты главное не отвлекай, и вся картошка будет убрана!

— Бородой своей клянусь, что не выйдет! — расхохотался дед.

— Старый, а если, и правда, получится, что с бородой-то будет? Думаешь, выпадет? — уточнил один из жителей деревни.

— Если не выпадет — сам состригу! Но всё равно у них ничего не получится, так что можешь не переживать о моей бороде, — отмахнулся он. — Ладно, пойдем баньку топить. А то старые кости уже совсем ломит, умаялся за день.

На этом жители деревни развернулись и отправились на отдых, тогда как двое бойцов продолжали ожесточенную добычу картофеля из сырой земли.

В первый день они действительно не понимали, как им успеть. На второй день стало предельно ясно и понятно, что они не успевают. А на третий день они познали единение с Вселенной и природой, а лопата стала продолжением руки. Если нападет враг, а в руках кого-то из них окажется лопата — враг будет разбит.

— Всё… завтра последний день, — обреченно проговорил Игорь и устало уселся прямо на землю. Всё это время они работали без отдыха, потому сил совершенно не осталось, и сейчас постепенно приходило понимание, что задание действительно может быть не выполнено. — Давай, может, свиток откроем? Хотя бы один.

— Но Костя сказал открывать их только в самом крайнем случае… — задумчиво проговорил Браг. — Он говорил, что эти свитки серьезные и последствия могут быть катастрофическими.

— Еще более катастрофические, чем если мы не выполним приказ? — усмехнулся Игорь и достал первый попавшийся свиток.

Стоило сорвать восковую печать, как лист бумаги развернулся, взлетел, и сгорел в инфернальном пламени, вмиг обратившись пеплом.

— По ходу, он над нами просто поиздевался, — обреченно вздохнул Игорь. Но в этот момент прямо на земле появилась пентаграмма и по центру показался довольно крупный демон. Грудь его обмотана цепями, на поясе свисают кандалы, в руках плеть со множеством шипов.

— Люди… — прошипел он и с нескрываемым презрением посмотрел в сторону бойцов. — Зачем вы призвали великого распорядителя?

— Давай меньше текста и иди копай картошку, — перебил его Игорь. — Вот лопата, вот поле, вон картошка. Мешки сам найдешь.

— Я? Картошку? — опешил тот. — Вы хоть понимаете, какая вла…

*Бам-м!*

Лопата врезалась прямо в морду демону и потому он оборвал свою пафосную речь на полуслове.

— Д-да как вы посмели? — возмутился распорядитель, но снова получил лопатой по лицу. А затем еще и еще, для закрепления материала. — Я не буду копать карто…

*Бам-бам-бам!..*

Прошло минут десять, и демон стал куда более сговорчивым, чем раньше. И между лопатой по лицу или в руки, выбрал, наконец, второй вариант.

Тогда как двое бойцов уселись поудобнее и наблюдали за тем, насколько быстро умеет работать этот демон.

— А неплохо копает, кстати, — одобрительно кивнул Игорь. — Может и успеем теперь.

— Я не предназна…

— Рогатый, — устало вздохнул боец и показал ему лопату. — Тебе, и правда, мало? Так я добавлю!

* * *

Лежаков сидел за своим столом и держался за голову. Он в кабинете был не один, к нему в гости приехали еще несколько высокопоставленных военных из столицы, и теперь они с нетерпением дожидались, когда генерал наконец закончит с работой.

— Лежаков, ну ты достал! — возмутился другой генерал. — Давай уже, завязывай с работой! Пойдем праздновать! Подпиши это распоряжение и пойдем, в баньке посидим. Все только тебя ждут, чего ты там возишься?

— Да подождите вы! — рыкнул Лежаков. — Михалыч, ну правда! Чем больше отвлекаешь, тем дольше я тут просижу! И вообще, я сижу, думы думаю…

— Ты не думай, ты подписывай, — продолжил поторапливать его Михалыч. — Праздновать надо, а не работать, мы ведь форт новосов без потерь захватили! Взяли кучу пленных, а остальные новосы прямо босиком от нас убежали. Это же победа, это фурор! Так чего ты там возишься? Неужели столько человек награждаешь?

— Наград, и правда, немало, но я уже все подписал. Почти все… — вздохнул Лежаков.

— Так чего сидишь? Остальное подождет!

— Да вот же, не могу решить, как Костю наградить, — обреченно проговорил он.

— Так делай, как обычно, — пожал плечами генерал из столицы. — Скости ему срок службы по заслугам, и всё.

— Ага, смешно, — грустно усмехнулся Лежаков. — Тогда давай я составлю наградной документ, а ты его подпишешь. Идет?

— Пф! Да без проблем! — Михалыч схватил ручку и приготовился поставить свою подпись, тогда как Лежаков протянул ему лист бумаги.

— Ну? Что сидишь? Подписывай? — лукаво ухмыльнулся генерал.

— Не, погоди… — нахмурился Михалыч. — Двенадцать лет? А не многовато ли? Дружище, кажется, ты что-то перепутал. Я не буду это подписывать!

— Ты сам сказал, по заслугам. Вот я и отметил двенадцать лет, — пожал плечами Лежаков. — Давай-давай, подписывай. И пойдем праздновать.

— Да откуда двенадцать-то? — возмутился его товарищ.

— По заслугам…

— Ладно, давай не так, — замотал головой Михалыч. — Дай ему отпуск, и хватит.

— Хочешь, чтобы он лет двадцать тут не появлялся? Я вот хочу, но ты почему этого хочешь, не пойму?

— Ну не мог один человек быть настолько полезным, — не согласился с ним Михалыч. — Не бывает такого.

— Да? Вот скажи мне, сколько у тебя потерь? — прищурился Лежаков.

— Ноль…

— Скажи, а когда ты бойцов на штурм вел, какие-то проблемы по пути встретил? Мины? Сигнальные ловушки? Системы противовоздушной обороны? Или артиллерийскую блокаду? М? А когда враг тебя увидел, сильно заранее?

— Да вплотную подошли… Причем топали как по мостовой, кто-то даже снег на дорогах почистил, — задумался Михалыч.

— Мне продолжать или ты уже всё понял? — усмехнулся генерал.

— Но ты же говорил, что там отработала диверсионная группа.

— Да, группа, состоящая из Кости и его богатого набора психических проблем, — развел руками Лежаков. — Обычно они именно в такой связке работают.

— Так, а это что тогда за бумага? — удивился Михалыч и указал на уже подписанный наградной лист.

— Да не обращай внимания, — отмахнулся его товарищ.

— Нет, погоди… С каких пор пилот, который всего неделю назад получил лицензию, получает награду аса первой степени? Ты, наверное, совсем устал и уже путаешь, кому какую награду вручать. Просто у меня в части много пилотов, и ни у одного такой награды нет… Давай уже в баньку пойдем, а?

— А много пилотов у тебя подрабатывают таксистами? — вздохнул Лежаков, на что Михалыч отрицательно помотал головой. — Вот… Звучит, как бред, правда? Я тоже так думал, но куда бредовее — это прилететь на базу новосов, забрать человека и спокойно улететь обратно, — он помотал головой, пытаясь выбросить из нее лишние мысли. — Ладно, лучше скажи, у тебя есть предложения по Константину?

— У меня есть предложение, но оно немного о другом, — улыбнулся Михалыч. — Давай мы пока пойдем в баньку, а ты потом подтянешься? Посидишь тут спокойно, подумаешь, а мы тебя будем ждать уже там!

Так Лежаков и остался в одиночестве наедине со своими мыслями. А мыслей в его голове, и правда, было много, ведь надо принять сложное решение. С одной стороны — стоит сделать всё по справедливости и достойно наградить отличившегося бойца, а с другой… Если дать ему заслуженную награду, появится немало вопросов к самому генералу.

Ведь он действительно заслужил двенадцать лет, вопрос только, как это объяснить проверяющим?

А ведь Лежаков хотел сделать награждение позже, через неделю или даже месяц. Вот только из столицы пришел приказ наградить всех как можно скорее и торжественнее. А приказ — это святое, приказы не обсуждаются, а выполняются.

— Гм… — на лице генерала появилась улыбка. — Придумал! — воскликнул он и, выбросив старый наградной лист, стал заполнять новый чистый бланк. — Так… Награждается посещением ежегодного императорского приема… Хах! Пусть теперь у них голова болит, а не у меня! Ну и заодно можно выдать орден имени Императора. Третьей степени? Нет… — мужчина стер уже написанное и задумался. — Второй! — он собрался написать это, но его тут же замучила совесть, — Ну вот, дожили, награждаю старшего лейтенанта орденом имени Императора первой степени! Ну куда катится этот мир? — взвыл генерал, но всё равно поставил отметку в наградном листе.

Кому скажешь — не поверят. Но ведь он, и правда, заслужил! Вот только теперь предстоит каким-то образом доказать это проверяющей комиссии. Ведь еще во время подписания Лежаков явственно ощутил, как она выезжает и столицы и мчится сюда, чтобы залезть в каждый уголок, изучить каждый израсходованный патрон и каждую буковку во всех архивных отчетах, что хранятся на территории части.

В Империи очень трепетно относятся к наградам. Пристально следят за тем, чтобы их получали только те, кто действительно этого заслужил. И если видишь на кителе десяток наград, можно быть уверенным, что каждая из них заслужена полностью. А еще есть некоторый момент, что каждая из этих наград может быть артефактом. И орден Императора первой степени стоит порядка полумиллиона рублей. Потому доказывать заслуженность награды придется особенно ожесточенно.

* * *

А ведь интересно всё получается. Вернулся, погулял тут, отдохнул. Никто даже не понял, что мы с Художником вернулись, а я особо и не афишировал. Даже спать ложиться не стал, ведь прекрасно выспался в казармах новосов, но вот чего не хватало там — так это нашей столовой. Потому первым делом мы с Художником туда и направились.

Теперь сидим, едим суп. Правда, если я ем нормально, то вот Художник всё никак не может попасть себе ложкой в рот. Руки трясутся так, что всё разливается по столу или отправляется обратно в тарелку. Да и ложка постоянно выпадала из руки, потому пришлось надежно зафиксировать её клейкой лентой.

Ладно, это не беда, супа на всех хватит. Вот только люди вокруг как-то косо смотрят. И ладно бы они думали, что просто Художник какой-то придурошный. Но нет ведь, они на меня смотрят. Мол, замучил бедолагу, изверг.

А я-то чего? Ничего ведь! Человек просто слетал туда и обратно, что в этом такого тяжелого? Причем летел он даже не внутри ракеты!

И вот сидели мы, никому не мешали и всё было совершенно спокойно. Но ровно до тех пор, пока мимо случайно не прошел Кардиналов с подносом в руках. Он будто бы призрака увидел, когда взгляд его упал на меня. А потом и поднос упал, вместе с едой.

А затем набросился на меня с криками «какого хрена ты тут делаешь»… не понимаю, почему они постоянно орут? Ну вернулся и вернулся, думал после обеда сходить и доложить. Я же без трофеев, вот и не стал сразу к прапору заходить.

После этих криков случилась еще одна неприятность. Теперь окружающие косятся на меня еще больше, ведь говорят, что пока еще никому не удавалось довести Кардиналова до заикания. Это он обычно всех доводил, а тут вон как всё обернулось.

Ну и с этого момента спокойная жизнь закончилась и началась беспокойная. Отчеты, разборки, снова отчеты… Зато через два дня начался штурм форта, на который меня, кстати, не взяли. Но я и не рвался туда, всё равно там ничего интересного. На той базе из рабочего только толчки и остались. И то, только потому, что их целый майор охранял.

Теперь сижу в казарме, заполняю документы, оставляю пометки на полях. И понимаю, что что-то не так. Поднял голову и понял, что именно мне показалось странным.

— Катюша… — устало вздохнул я. — Ну хватит уже дуться!

— Почему… — прошипела девушка. — Почему ты не взял меня с собой?

— Я же говорил, что в ракете место было только для одного! — воскликнул я. — Сколько можно возвращаться к этому разговору?

— Врешь! Я видела эту ракету, она достаточно большая, чтобы троих вместить! — возмутилась она.

От очередных разборок меня спас стук в дверь.

— Костя! Награждение скоро, выходи уже! — Берсерк заглянул в комнату. — Идешь?

— Ну вот, посмотри, — указал на Берсерка. — Бери с него пример! Он даже не обижается… Правда, ведь?

— Я? Обижаться? Пф! — расхохотался тот. — Нет, я понимаю, летать в капсуле. Но в ракете? Нет, всему есть предел, Костя. Так что нет, я не обижаюсь!

Вскоре Катя обиженно ушла по своим делам, да и Берсерк не стал задерживаться, так что я принялся спокойно собираться на церемонию награждения. Проверил парадную форму, убедился, что выглажена она идеально, почистил туфли. И в этот момент в комнату ввалились двое моих бойцов.

— О, трудящимся привет! — помахал им. — Ну что, как всё прошло? Вы же выполнили задание?

Знаю, что выполнили, но уточнить всё равно обязан.

— Было тяжело, — честно признался Игорь, — но мы справились.

— Так никто в этом и не сомневался, — пожал я плечами. — Колитесь, свиток использовали?

— А иначе никак, — развел он руками. — Мы на третий день поняли, что не справляемся, потому пришлось.

— И как, мои мелкие утырки хорошо себя показали? — усмехнулся я.

— Эмм… Мелкие? Утырки? — не понял Игорь.

— Ну, они же должны были вам помогать.

— Так там всего один был… — удивленно проговорил он.

— Не может быть, — нахмурился я. Ведь я дал им свиток призыва бесовского распорядителя. Должен был появиться демон, который как обычно мог немного побухтеть ради приличия и потом отправить работать двенадцать сотен бесов. Вот они и собрали бы всю картошку. Вопрос только, почему появился всего один? — Так, теперь поподробнее. — Нахмурился я, а они сразу вкратце пересказали мне произошедшее.

— Погодите, — остановил я их. — Вы что, распорядителя заставили картошку копать? Это же не его работа, он бы в жизни не согласился на подобное. Да и в контракте всё четко прописано…

— Так нам откуда было знать, кто он? — возмутились бойцы. — Демон и демон, с рогами такой… И копать умеет.

— Но вы же сказали, что выполнили задание, — не понял я.

— Ну да, — пожали плечами солдаты.

— У вас что, один распорядитель всю картошку перекопал? Это же невозможно!

— Почему? Перекопал ведь, — усмехнулся Игорь.

— И сколько вы ему заплатили за такую работу? — я начал догадываться и теперь боюсь представить, какое количество золота мог запросить демон. Кажется, он их обманул, и теперь им придется расплачиваться до конца своих дней. Вот и реакция солдат намекает на это, ведь после моего вопроса они переглянулись и попятились назад. — Говорите… Сколько вы ему заплатили?

— Восемьдесят шесть… — неуверенно проговорил Игорь.

— Нет, девяносто два, — замотал головой Браг. — Я потом добавил, чтоб работал быстрее.

— Девяносто два килограмма золота? — я схватился за голову.

— Что? Нет! Там другая валюта, тоже очень даже ходовая! — заверещали они. — Мы ему лопатой по е**лу расплатились!

Ну, а что я могу ответить на такое? Горжусь! Вот они, настоящие воины Империи! И валюта у них интересная.

— Хозяин… — прошептал мне на ухо Рембо, заметив слезы у меня на глазах. — Вы плохо на них влияете, хозяин… Очень плохо.

В смысле, плохо? Хорошо ведь! Очень хорошо!

Не понимаю, почему Рембо так напрягся. Они ведь просто научились правильно общаться с демоны, не более того. Именно такой способ оплаты работает лучше всего, и торги идут не в сторону увеличения, а наоборот, уменьшения объемов оплаты.

Долго сидеть с ними не получилось, так что пришлось быстро собираться и идти на награждение. Там, помимо меня, собралась вся часть и даже несколько отрядов из других подразделений, что прибыли сюда исключительно ради одного штурма.

Награждали тоже много кого. Кто-то отличился в ходе штурма, кто-то во время продвижения в сторону форта, несколько человек получили награду за блестящее командование операцией. И вот, когда всех уже наградили, а Художнику попросили его медаль передать, как только он вернется с переаттестации, на плац вызвали меня.

— Константин Князев, ты награждаешься орденом Императора первой степени! — воскликнул Лежаков и повесил мне на грудь очередную медаль. — Ура!

— Ура-а-а-а! — ответили хором бойцы.

— Ну это… Спасибо, что ли, — пожал я плечами. — Это всё?

— Нет, — оскалился генерал. — Это еще цветочки… За проявленный героизм и смекалку, за исключительные диверсионные навыки и самоотверженность, ты отправляешься на ежегодный прием к императорской семье, в столицу!

Вот же сволочь какая! Я прищурился, пытаясь просверлить Лежакова взглядом, а тот всё стоял и улыбался. И еще вопрос… А почему никто не орет «ура»? Судя по тому, как остальные пораскрывали рты, где-то в этой награде есть какой-то подвох.

Посмотрел на Катюшу и окончательно в этом убедился. Ведь если остальные стояли, раскрыв рты, то она будто бы архидемон, поглотивший целый мир и находящийся в экстазе, ровно такое же выражение лица. По этой гримасе сразу стало ясно, что это не обычный бал, а что-то явно большее.

Ладно, это всё хорошо. Получил свои награды и сразу пошел искать Озимова. Всё же он не только покупает у меня увольнительные, но и при этом является графом. А значит немного разбирается во всей этой аристократической ерунде.

— Граф! — я подсел к нему в столовой. — В общем, у меня есть эксклюзивный товар.

— Не-не-не, — замотал он головой. — Если орден хочешь продать, то извини, мне жизнь дорога. Да и не хочется, чтобы весь Род в опалу попал. За такое и князю по шапке прилетит, а я всего лишь граф.

— Да какой орден? Нет, у меня товар куда интереснее! — я достал из кармана билет. — Смотри, что есть! Приглашение на прием к императорской семье!

— Ты совсем дурной, Костя? Да я лучше все твои ордены куплю, чем вот это… Нет, точно дурной… Такие вещи нельзя продавать и никому не говори, что даже предлагал такое! — прошипел он и обернулся по сторонам, чтобы убедиться, что никто нас не слышал. Конечно, никто не слышал, тут только бесы вокруг.

— Так это ж обычный бал, — нахмурился я. — Разве нет?

— Обычный бал? — поперхнулся воздухом граф. — Костя, ну ты как ляпнешь, так я даже не понимаю, шутишь или нет. Вот знаешь князя тверского, например? Видный мужик, по любому знаешь.

— Лично не общался, но слышал, — кивнул я. — И правда, известная личность.

— Так вот… Знаешь, сколько раз он был на этом «обычном балу»? — усмехнулся Озимов.

— Ну?

— Ни разу! — воскликнул он.

— Это нормально, ведь зачем князю тратить время на такую ерунду? — не понял я.

— Знаешь? Ты можешь подойти к нему и показать ему этот билет, — граф указал на мой раскрашенный листок бумаги. — И он за тебя без лишних разговоров отдаст свою дочь только для того, чтобы под шумок попасть на прием! Кстати, у меня сестра есть…

— Не, спасибо, — замотал я головой, — ты потом еще скидки будешь просить. Не надо мне такого счастья.

— Погоди, ты видишь сейчас улыбку на моем лице? — нахмурился Озимов. — Потому, что ее там нет. Это не шутка, Костя, я серьезно. На этот прием приглашают лучших и самых влиятельных людей Империи. Ты не представляешь, что тебя там ждет!

— Звучит как что-то дико скучное и бестолковое, — пробурчал я.

— Возможно, но тебя там легко могут сожрать. Все будут смотреть на твой статус, а ты, уж извини, этим пока похвастаться не можешь, — развел руками Озимов. — Так что будь готов к худшему! И скажи мне, что ты такого сделал нашему начальнику штаба? За что он с тобой так? Я бы на твоем месте лучше заболел или умер.

— Всё так плохо?

— Нет, это величайшая честь, но… Если что, там разрешены дуэли, — подметил он.

— А, ну хоть какой-то плюс, — выдохнул я.

— Вообще-то, это минус! — схватился за голову Озимов. — Там соберутся настоящие монстры! Ты хоть представляешь, насколько это будут влиятельные люди? И сколько там будет орденоносцев?

— Кстати, у меня тоже орден есть! — показал я новую медаль графу. — Видал?

— Да, ты молодец, но у них много таких, — помотал он головой. — Тебе явно не хватает веса, чтобы туда идти, Константин.

— Беса? — обрадовался я. Ведь что-что, а бесов мне хватает!

— Я сказал ВЕСА!

— А, послышалось, — мы с Рембо грустно вздохнули. — Ладно, раз уж у меня есть возможность спросить у умного и разбирающегося в этом человека, значит, спрошу. А если у меня орден и плюс демоническая татуировка? Этого может быть достаточно?

— Ну, татуировка демонов — это тоже своего рода орден, — задумался граф. — Вот только она может выглядеть по-разному и изменяется в зависимости от заслуг. Так что я очень сомневаюсь, что… Да ну, нихрена ж себе! — я закатил рукав, а Озимов почему-то замер.

— Эй, проснись, — щелкнул пальцами у него перед лицом.

— А? Что? — он замотал головой. — Ух… Он мне прямо в душу посмотрел своими красными глазищами! Ладно, уже неважно, у меня всё равно теперь депрессия. И зачем ты ко мне подошел? Такой хороший день своим демоном испортил! — граф снова помотал головой и собрался уходить. — А, кстати. Если ты придешь без пары, то это будет считаться плохим тоном. И тогда они сожрут тебя толпой.

— Так где же мне пару найти? — возмутился я и заметил проходящую мимо Катю. — Катюша! Пойдешь со мной как сопровождающая?

Екатерина оказалась рядом буквально в одном мгновение и сразу улыбнулась.

— Конечно, пойду! — проговорила она, тогда как Озимов открыл рот, чтобы что-то сказать. Но после того, как встретился взглядом с Катей, почему-то передумал и сглотнул ком в горле.

— А знаешь? Ты переживал, что тебе будет скучно? — как-то задумчиво проговорил он. — Не переживай больше, тебе будет очень весело! — граф похлопал меня по плечу. — Ты даже не представляешь, насколько!

— Ну вот видишь, Катюха, там будет весело! — обрадовался я. — Так что не бойся! Познакомишься с Императором заодно, для твоего Рода будет полезно!

— Да мне-то чего бояться? — усмехнулась она. — После того, как мы сообщили отцу, что я беременна от тебя, я уже на любое веселье согласна!

— Дружище, ты чего? — я обеспокоенно посмотрел на резко побледневшего графа. — Мы еще Кардиналова не вылечили, а ты уже заикаться собрался? Не шути так.

— З-з-з-наешь? Во-во-возьму ка-ка я отпуск, — с большим трудом выговорил он. — Над-до мне вып-пить…

— Опа! — я хлопнул в ладоши и ловко выудил из внутреннего кармана стопку увольнительных листков. — Отпуск — это ко мне! И какой хочешь? Есть по пятьдесят, семьдесят… и даже сто двадцать! Выбирай любой!

Глава 10

Художник около двух часов стоял при входе в учебный центр и успел выкурить за это время всю пачку сигарет. А когда они закончились, он просто продолжил стоять, не решаясь зайти в эти страшные двери.

Хотя остальные ходили совершенно спокойно туда-сюда. Бойцы даже радовались, что им выпала возможность заняться саморазвитием, ведь упражнения в капсуле — это совсем не страшно! Даже местами весело и очень интересно.

Время шло, и в какой-то момент Художнику всё же пришлось решиться и зайти внутрь. Он сухо поздоровался с дежурными бойцами при входе, затем поднялся на второй этаж и, постучавшись, заглянул в учебную комнату.

Сама комната представляла из себя просторный зал с огромным количеством оборудования внутри. У стен стоят столы с многочисленными мониторами, в центре установлена капсула. И прямо сейчас тут было довольно оживленно, целая толпа работяг бегала вокруг новой капсулы и, судя по всему, они заканчивали с установкой.

— Почему меня вызвали на переаттестацию? — нахмурился Художник. Лучшая защита — это нападение, поэтому он решил сразу начать возмущаться.

Этот план родился у него в голове где-то на четырнадцатой подряд сигарете и показался ему вполне рабочим. Ведь если так подумать, то за капсулами следит командование. И оно не могло узнать о его попадании по складу со сгущенкой. Значит, остается совсем крошечная надежда, что это какая-то ошибка и на самом деле никакую переаттестацию проходить не надо. А если и надо, то необязательно.

— Ну, у тебя проставлено в графике, — пожал плечами оператор и показал записи, где красовался позывной пилота. — Так что ничего не знаю, лезь в капсулу, — указал он на устройство, уже два часа как подготовленное к работе.

— Да я же буквально недавно обучение закончил! У меня зачет проставлен, с этим всё в порядке! — воскликнул Художник.

— Ничего не знаю, у меня в документах всё проставлено, а значит так надо, — совершенно спокойно ответил старший оператор. — Всё, иди, не задерживай.

— Но это же возмутительно! — встал в позу пилот.

— Лезешь или нет? У меня тоже время ограничено, — вздохнул мужчина. — У тебя всего двадцать четыре часа заявлено, так что ничего страшного.

— Нет, в эту машину точно не полезу, — отвернулся Художник. — Хоть что делайте, меня туда не затащить.

— Ну не хочешь в эту, значит лезь в другую, — оператор явно не собирался сегодня ни с кем спорить, потому указал на новую капсулу. Ведь пока они разговаривали, техники закончили последние проверки и отчитались, что капсулой можно пользоваться. — Как раз обкатаешь… Ты уже опытный в этом деле.

— И чем она отличается от старой? — прищурился летчик, теперь уже испытатель.

— Да в целом то же самое, — пожал плечами мужчина. — Просто там инструктор другой. Искусственный интеллект нового поколения, последняя разработка военизированного научного центра! — не скрывая своей гордости, воскликнул тот. — Так что попробуй, говорят, инструктор там куда более внимательный и с ним даже можно спокойно поговорить. Хороший, душевный собеседник. Я бы и сам, если честно, прошел у него обучение, но мне по службе нельзя.

Художник нерешительно направился к новой капсуле и даже полез внутрь, но в какой-то момент замер.

— Погодите… А нового инструктора как зовут? — прищурился он. — Не Ирина, часом?

— Его зовут Авиатор, — успокоил пилота оператор. — Иди уже, не задерживай очередь.

Художник облегченно вздохнул и разместился в удобнейшем кресле. Руки и ноги сразу зафиксировали специальные браслеты-датчики, головы коснулся шлем, что будет считывать все импульсы мозга и передавать их в мощнейший компьютер. И вот, прошло всего несколько минут, как сознание пилота погрузилось в темноту. А спустя еще несколько минут звенящей тишины и непроглядной тьмы, перед глазами Художника начало проявляться изображение.

Он оказался в учебном классе, окна которого выходили на зеленую лужайку, а вдалеке виднелись заснеженные шапки гор. Эта капсула, и правда, еще лучше передает все ощущения, ведь Художник даже ощутил запах луговых цветов и легкое дуновение горного ветерка. Глаза щурились от яркого солнечного апрельского света, а пение птиц ласкало слух уставшего бойца.

— Ну здравствуй, Художник! — в учебный класс зашел крепкий рослый мужчина в форме военно-воздушных сил Империи. Он сразу улыбнулся своему новому ученику, продемонстрировав идеально белые тридцать два зуба, после чего подошел и протянул руку для рукопожатия. — Сегодня я буду твоим инструктором!

— Привет… — неуверенно проговорил Художник, всё это время ожидая какого-то подвоха.

— Не против, что я вот так сразу на ты? Просто вижу, что ты мужик нормальный! — он крепко пожал руку и снова заулыбался. — И еще, извини, что я без спроса просканировал твои навыки, но это входит в мои обязанности. Так что я смог узнать, что у тебя есть еще некоторые проблемы с пилотированием. Но не переживай! Я же твой друг и моя задача — помочь решить все эти проблемы! Ведь я помощник! Мы с тобой пройдем через несметные количества увлекательных приключений и на всем протяжении тренировки буду тебе надежной опорой!

Художник начал окончательно расслабляться, ведь атмосфера в учебном классе, и правда, царила максимально дружелюбной. А что? Так можно обучаться. Даже если впереди ждут сложные ситуации, когда есть такой помощник — ничего не страшно! На Авиатора явно можно положиться и он действительно выглядит, как опытный пилот.

— И я не просто друг. Я А-а-а-авиатор-р-р…

*Вжух!*

— Эй! — опешил Художник, так как Авиатор взял и исчез. Просто пропал, растворившись в воздухе без следа. — Авиатор! Мы начинаем? Или как?

— Начинаем! — на месте мужика появилась девушка. — Так-так… — она уперла руки в бока и помотала головой. — Хитрая уловка, Художник. Но со мной такое не пройдет, ведь именно я твой экзаменатор! — Ирина выдержала короткую паузу, позволив Художнику окончательно потерять волю к жизни и настроиться на здоровую рабочую атмосферу. — Ну что? Готов к переаттестации?

* * *

Начальнику службы безопасности Рода Змеевых принесли, наконец, отчет с полным досье на одного интересного человека. Работу с ним ведут уже давно и даже были некоторые попытки захватить его, но эти попытки прекратились ровно в тот момент, когда делом занялся непосредственно глава Рода. Потому сейчас гвардейцы действуют совершенно по-другому и не высовываются. Работают скрытно и, по большей части, просто собирают информацию.

— Ага… Вот так, значит, — нахмурился начальник, внимательно изучив подробное досье. — То, что он не так прост, как кажется, ясно было сразу. Но чтобы настолько…

— Вообще-то господин Змеев умеет думать наперед, — согласился с ним заместитель. — Мы были не правы, когда пытались захватить юнца силой.

— Так кто же знал, что получится вот так? — возмутился мужчина. — Сам знаешь, грубые методы работают практически со всеми. Да и на тот момент не было достаточного количества информации.

Еще некоторое время он перечитывал досье, то и дело мотая головой. Да, Змеев, и правда, оказался прав. Пленный демонолог — это хорошо. Изначально граф говорил захватить его и использовать его знания. Но ведь всегда можно заставить человека сотрудничать добровольно.

Да, на это уйдет куда больше ресурсов, чем на силовой захват и пытки, но в данном случае это того стоит. Ведь некий Константин явно знает куда больше, чем показывает и ведет какую-то свою игру.

— Разве что я сомневаюсь, что после всего этого он согласится вступить в гвардию господина, — вздохнул заместитель. — Тем более, черный контракт довольно длительный.

— Ты же сам составлял досье и должен был увидеть, что этот кадр надолго в армии не задержится, — отмахнулся начальник. — Лет двадцать, в лучшем случае. Зато в итоге он станет настоящей машиной для убийств! Если выживет, конечно.

— Как бы эта машина не начала работать против нас, — вздрогнул заместитель.

— Не начнет, — отмахнулся мужчина. — У нас будет достаточно времени, чтобы собрать компромат и хорошенько подготовить почву.

Разведка отработала прекрасно, потому для начальника службы безопасности открылось много интересного. Например, в досье четко указано, что Константин зарабатывает немалые деньги. А куда тратит их — не указано. Причем зарабатывает не только на жаловании и трофеях, но при этом умудряется приторговывать отпусками! До него такое проворачивали лишь единицы, да и те служили совсем не в «демонах войны».

— Скорее всего у него какие-то подвязки в начальстве, — заключил начальник. — И нам надо понять, какие. А еще надо как можно скорее узнать, куда он тратит такие баснословные суммы.

— А зачем нам это всё? — не понял заместитель.

— Ну, как минимум, у нас будет достаточно компромата, чтобы манипулировать им! Константин, рано или поздно, закончит свою службу, а мы к этому моменту уже будем готовы. Явно ведь такие деньги можно тратить всего на две вещи. На строительство имения и на женщин. А может на всё сразу, всё-таки суммы у него серьезные, — развел руками мужчина.

Еще некоторое время они обсуждали планы и в какой-то момент в кабинет заглянул сам граф Змеев.

— Что, обсуждаете мой план, да? — уточнил он и, махнув рукой, прогнал начальника из его рабочего кресла, а сам уселся на его место и стал изучать документы. — Гм… Неплохо, неплохо. Плюсом ко всему он еще и демонолог. Думаю, мы должны сделать всё поступательно и расчетливо. Змеевы всегда так работают. Мы достигли величия только потому, что умеем вовремя отступить и приготовиться к новой атаке.

Никто спорить не стал, хотя граф говорит об этом со всеми и при каждой встрече. Так что это уже в порядке вещей.

— А давайте позовем нашего старшего демонолога? — предложил Змеев и, не став откладывать дело в долгий ящик, сразу позвонил по нужному номеру.

Прошло всего пять минут, как в кабинет заглянул старик в красной мантии.

— Вызвали, господин? — поклонился он.

— Да, вызывал, — кивнул граф. — Вот, посмотри на эту фотографию. Что можешь сказать об этом человеке?

— Что с ним лучше не связываться, — поежился старик. — Кажется, он мне через фотографию каким-то образом дал подзатыльник, — он действительно погладил свой затылок. — Вы же не собираетесь взять его в работу, господин?

Граф лишь усмехнулся и махнул рукой в сторону выхода, чтобы полоумный старик убирался и продолжил заниматься своим делом. Змеев не привык отступать и сейчас он нашел полезного человека, который поможет стать его Роду сильнее.

Да, его подчиненные допустили в прошлый раз немало ошибок. Вместо того, чтобы правильно распознать истинные возможности этого паренька, они решили действовать, как со всеми остальными. Принудить к сотрудничеству силой. Этот метод работает практически всегда, но бывают осечки.

Вот только это не проблема, так как впереди есть еще много лет. Рано или поздно удастся достать компромат, узнать, куда он тратит свои богатства и обязательно найти какие-то темные секреты. Такие есть у всех, святых не бывает. И вот когда эти секреты станут известны графу, он планирует начать другую игру, полную интриг и шантажа. И в этой игре нет никого сильнее, чем Змеевы.

* * *

Раз уж Художник всё равно где-то там развлекается, я решил дать остальным бойцам день отдыха, а сам занялся делами домена. Как-никак, без внимания его оставлять нельзя, а то бесы совсем не дадут жизни бедным демонам. Знаю я их, только дай немного свободы, и они снова займут казармы, а бедолаг отправят ночевать в уличном туалете.

Кроме того, не стоит забывать и о финансовых делах. В последнее время прапор только и успевает собирать золото, чтобы расплатиться за захваченную ранее технику. Броневики, вездеходы, снегоходы, всё это постепенно распродается, а на мой счет домена капают сотни грамм и даже килограммы золотых османских монет. Кстати, стоит уже слетать к ним. Очень уж удобно собирать там трофеи и сразу отправлять золото в работу.

Разобравшись с делами в домене и отправив бесов на новую стройку, я вернулся в расположение части и созвонился со своим техником. Старик, и правда, очень помог в нашей операции, так что действительно заслуживает похвалы.

Всё-таки может показаться, что испортить снаряд нетрудно. И это действительно так, но есть некоторые нюансы. Можно наложить туда побольше пороха, тогда, возможно, ствол пушки разорвет в момент выстрела. Или сделать так, чтобы снаряд застрял в стволе. Но основная проблема в том, как сделать это незаметно Чтобы испорченный снаряд весил ровно столько же, сколько нормальный и выглядел так же.

При этом взрыв должен получиться таким, чтобы не просто вывести пушку из строя и возможно контузить одного-двух человек. Нет, надо уничтожить сразу всю группу, иначе какой смысл от таких манипуляций?

Уничтожение складов, конечно, это довольно весело и даже красиво. Сидеть на пригорке и смотреть, как над бывшим складом возвышается гриб пламени… Нет ничего прекраснее.

Вот только это красиво, но неэффективно. Всё-таки если враг знает, что у него уничтожен склад и боеприпасов почти не осталось, он просто отступит и дождется нового подвоза запасов. А то и вовсе, вызовет подмогу и тогда нападать станет бесполезно.

И совсем другое дело, когда о невозможности обороняться враг узнает только в момент нападения.

В общем, молодец старик и потому я лично позвонил ему, чтобы выразить слова благодарности от лица всего отряда. Не забыл также указать его помощь в отчете, так что, помимо меня, его похвалит еще и командование. Может быть даже награду дадут, и очень надеюсь, что не такую, как мне. А то жестоко было бы так со стариком обращаться.

До самого вечера я погряз в делах и составлении бесчисленного множества отчетов. Конечно, я их не писал, но контролировать целый консилиум демонов-душнил — это тоже тяжелый труд! Не такой тяжелый, как чтение этих отчетов, но всё равно легким такое дело не назовешь.

А на следующее утро вернулся Художник. Какой-то бледный и уставший, с отрешенным взглядом и мешками под глазами. Он молча зашел в комнату и побрел к своей койке, даже не поздоровавшись со своими боевыми товарищами.

— Эй, Художник! — окликнул его. — А ты чего такой грустный?

— Я не грустный… — совершенно без эмоций протянул он.

— Ну раз не грустный, полетели тогда в Османскую империю? — предложил ему, а остальные сразу напряглись. Кроме, разве что, Кати. Она так и не отомстила османам за то, что они взяли ее в плен и постоянно рвется туда. Ведь в составе моего отряда мстить куда проще.

Художник молча развернулся на месте и побрел в сторону выхода.

— Художник! — снова окликнул я его. — А ты куда?

— Вертолет будет готов к взлету через десять минут, — повернулся он ко мне. — Но я бы запросил самолет, чтобы добираться без дозаправок.

— Да я не об этом, — помотал я головой. — Мы не прямо сейчас вылетаем, а попозже.

— Принял, — кивнул он и, снова развернувшись, побрел обратно к своей койке.

Да уж, аттестация, видимо, прошла не без проблем. Ну ничего, сейчас отоспится, а потом с новыми силами будет отправлять ракеты не по сгущенке, а по нужным целям.

Еще некоторое время я посидел с остальными в комнате и наблюдал за тем, как себя ведет Художник. Просто бесы предупредили, что он может попытаться наложить на себя руки и потому пришлось некоторое время следить за ним. Но в итоге бедолага уснул, так что я смог спокойно отправиться получать задание на завтра. Давно обещал бойцам отпуск в теплых краях и пора выполнить своё обещание. Будем там загорать на солнышке, устраивать веселые поездки на квадроциклах. Иногда перестреливаться с местными, но это даже плюс!

Художник, кстати, сказал всё правильно и лететь туда на нашем вертолете было бы глупо. Так что, получив направление на задание, я отправился прямиком к прапору и попросил у него другой транспорт.

Деревянкин — мужик серьезный. Он некоторое время пристально смотрел на меня, затем еще раз уточнил, куда я лечу и на какой срок. После чего сделал какие-то выводы и подписал бумажку.

— На, — протянул он мне лист. — Тебе надо пройти на авиабазу, а остальное по списку тебе пришлют в пятый ангар. Там тебя уже ждет твоя техника.

— Просто хотел напомнить, что у меня в планах взять несколько трофеев, — скривился я. — А там в части их не принимают, вот я и думал привезти их с собой.

— Просто иди в пятый ангар, — ухмыльнулся прапор. — Думаю, тебя всё устроит.

Не стал с ним спорить, очень уж загадочно улыбается этот Деревянкин. А значит явно что-то задумал. Потому сразу, как вышел из здания склада, направился в сторону военного аэродрома.

Пятый ангар нашелся довольно быстро, ведь он по размеру в разы превышал все остальные и совсем скоро стало понятно почему. Ведь там, внутри, стояло два огромных грузовых самолета. Почему мне кажется, что прапор просто хочет, чтобы я перевез сюда половину богатств Османской империи?

Ну ведь не буду же я обижать старика. Значит, надо постараться и забить трюм этой пташки до отказа.

От подобных мыслей улыбка сама собой появилась на моем лице и стала еще шире, когда я заглянул внутрь самолета. Жаль, что мне выделили только один. Если бы у меня было два пилота, можно было бы лететь сразу в столицу, в гости к султану. У него уж точно есть, чем поживиться.

— Кхм… — за спиной кто-то вежливо покашлял и я сразу обернулся. — Можно на пару слов?

— Кобра? — удивился я. — Уже поправилась?

В ответ девушка потупила взгляд и замялась, не решаясь начать разговор.

— Ты хотела поговорить? — попытался привести ее в чувства.

— Да… — вздохнула Кобра. — Просто меня исключили из прошлого отряда. Говорят, что я стала слишком бесконтрольной и не могу держать себя в руках. Но это всё неправда! — прорычала девушка, но сразу осеклась. — Хотя, может в чем-то они и правы… Иногда я действительно могу немного увлечься.

Нет, ну она молодец! Нашла в себе достаточно смелости, чтобы вот так сразу обо всем рассказать. Обычно многие стараются не разглашать такие моменты, особенно если хотят, чтобы их взяли в отряд.

Но Кобра решила идти напролом. Всё же буквально сегодня утром она пришла в кабинет Кардиналова и положила ему на стол рапорт об увольнении по состоянию здоровья. Но капитан не стал сразу принимать рапорт и сказал ей, что если она не хочет уходить, то пусть идет ко мне. В мой отряд как раз таких и берут.

Чувствую, какую-никакую репутацию мой отряд уже заработал, и это не может не нравиться.

— Гм… — продолжил листать увесистую папку с ее личным делом, тогда как Кобра потупила взгляд и некоторое время стояла так, ожидая ответа.

— Ну так что? — не выдержала она. — Возьмешь меня в отряд?

— Шизофрения, маниакальное расстройство, панические атаки, необоснованная агрессия… — я посмотрел на Кобру, а та тяжело вздохнула и развела руками. — А ведь это только начало списка.

— Эх… Я поняла… — потупила она свой взгляд.

— Что ты поняла? Беру! Как можно отказаться от такого бойца?

Глава 11

— Да расслабься ты, — Игорь попытался успокоить Художника, что сидел и в глазах его плескалась безмерная грусть и уныние. — Полетаешь еще, не переживай.

— Почему за штурвал посадили этих двоих? — снова возмущенно повторил он. — Почему не я?

— Ну вот так, с самолетом в комплекте шли пилоты, — пожал плечами Игорь. — Но ничего, зато сможешь отдохнуть, пока долетим!

— Какой это отдых? Скука! — воскликнул Художник и продолжил грустить, иногда косясь в сторону кабины пилотов.

Некоторое время мы просидели в тишине, но в какой-то момент самолет попал в воздушную яму и нас хорошенько тряхнуло.

— Нет, ну так нельзя ведь! Не дрова везете, дебилы! — прорычал Художник. — Дайте я возьму управление на себя, а? Обещаю, буду спокойно вести!

— Ага, как на том празднике, — хохотнул Браг, вспомнив тех бледных и поседевших, но довольных отдыхающих, что рискнули посетить этот аттракцион.

— Правда, успокойся, Художник, — похлопал его по плечу. — Тем более, это техника совершенно другого класса. Это тебе не в капсуле сидеть и в компьютерные игрушки играть, тут всё по-настоящему.

— Там тоже всё по-настоящему! — прорычал он.

— Да-да, мы знаем, конечно… Разумеется, там всё по-настоящему, кто же спорит, — попытался его успокоить.

— Ты еще скажи, что Ирина ненастоящая! Нет, она реальна! Я постоянно ощущаю ее присутствие! Даже сейчас Ирина наблюдает за нами… — проговорив это, он сразу сник и присел на свое место.

Но время шло, и мерный гул двигателей постепенно заставил расслабиться. Синий уснул, остальные стали расспрашивать Катюшу про Османскую империю.

Всё-таки я там был совсем недолго, потому мог не успеть изучить эту страну, а она там прослужила около полугода. Ходила на множество вылазок, занималась разведкой и даже вербовала местных в качестве агентов.

— А правда, что там не продают алкоголь? — обратился к ней Игорь.

— Ну, у нас тоже в части его не продают, — пожала плечами девушка. — Да и если бы продавали, пить-то его всё равно нельзя.

— Да я не про военную часть! А в городе, в обычном, пока еще не захваченном нашими войсками, — непонятно, почему его волнует этот вопрос.

— Не знаю насчет алкоголя, не интересовалась, — пожала плечами Катя. — Но газеты там лучше не покупать. А если купил, то читать не нужно, дороже выйдет, — покосилась она на меня.

— Ой, да нормальные газеты были! — возмутился я.

Летели мы довольно долго, так как самолет не самый скоростной. Плюс нам загрузили полный трюм всевозможных припасов и даже несколько единиц тяжелой техники. Раз уж всё равно летим на такой «дуре», так почему бы заодно не отправить вместе с нами посылку?

И всю дорогу мы спокойно болтали на отвлеченные темы. Даже Художник рассказал несколько историй из своего летного опыта. А опыта у него немало, всё-таки в капсуле время течет совершенно по-другому.

Только Кобра молчала всю дорогу и смотрела в одну точку, не отрывая взгляда. Поначалу я думал, что она просто витает в своих мыслях, но нет, смотрит как-то пристально, взгляд не рассеянный.

— А ты чего там такого увидела? — легонько толкнул ее в плечо и она на секунду отвлеклась.

— М? А что, вы не видите? — девушка указала в дальний конец самолета.

— Что мы там должны увидеть? — прищурился я.

— Ну вон! Там три беса сидят на коврике и курят кальян! — затараторила она. — Это вообще нормально?

— Конечно, нормально, Кобра, — похлопал ее по плечу. — Абсолютно нормально…

— То есть вы тоже их видите? — с надеждой во взгляде посмотрела она на нас.

— Нет, конечно, — пожал я плечами. — У нас ведь нет шизофрении.

Никто, кроме Кобры и меня, этих бесов действительно не видел. А совсем скоро, стоило мне посмотреть на них, они стали совсем невидимыми. Сиганули из самолета, от греха подальше.

Разумеется, это всё никакая не шизофрения, да и психика девушки ведет себя совершенно адекватно, если учитывать обстоятельства. Как-никак, это совершенно нормальные проявления демонического вмешательства в ее тело. Не сказать, что это плохо, но и хорошим я едва ли такое назову.

Также я сразу понимал, что рано или поздно она попадет ко мне в отряд. У нее попросту не было другого пути, хотя сама она сразу этого не могла понять. Нужно было, чтобы Кобра сама осознала и приняла эта, чтобы сама пришла и обратилась ко мне.

Хотя у нее был и другой выбор. Она действительно могла уйти со службы и тогда со временем все проблемы ушли бы сами собой.

Кобра легко могла бы уволиться, но всё равно выбрала продолжить службу в моем отряде. Я ей ни о чем таком не намекал и оставил возможность свободного выбора. Разве что Кардиналову еще тогда шепнул на ухо, что при ее желании, могу взять ее в отряд в будущем.

И да, разумеется, у меня в кармане сейчас лежит контракт на ее душу. В котором четко прописано, что я полноправный владелец души Кобры. И как полноправный владелец, я внес некоторые изменения в условия контракта. Так, теперь, ее душа находится в ее теле, выполняет все свои функции и вообще имеет практически полную свободу.

Почему просто не аннулировать контракт и не вернуть всё, как было? А этого я сделать не могу, как минимум, по причине того, что внутри Кобры сейчас плещется довольно много демонической энергии, так что она сейчас является лакомой целью для любого демона. Девушка попросту не сможет защититься и сохранить свою душу, а мне снова придется отправлять Эльзу по следу очередного распорядителя душ.

Зато сейчас, если найдется кто-то слишком умный и решит попытаться похитить душу Кобры, его перенесет сразу к владельцу души. То есть ко мне. И в домене появится еще лишняя пара рабочих рук.

— Командир, у нас проблемы! — послышался голос пилота из динамиков.

Да какие еще там могут быть проблемы? Нам лететь осталось минут десять от силы. Я даже увидел через иллюминатор знакомое побережье и базу вдали.

— Вот давай сегодня без проблем обойдемся, — предложил старшему пилоту. — Нам приземляться надо, у нас задание скоро начнется. Всё должно быть по графику!

— Я бы рад, но… — он указал куда-то вперед, а я увидел… Да ничего там не увидел. Земля как земля, обычная. Вдалеке взлетная площадка, тоже вполне нормальная, ничего особенного.

— И?

— Посадка на этом аэродроме невозможна в данный момент. Диспетчер передал новые данные и потому нам придется разворачиваться, — развел руками пилот.

— Чего такого он мог передать-то? — возмутился я. — Что, аэродром заминирован? Так не переживай насчет этого, я с этим разберусь как-нибудь!

— Нет, Константин, посмотри, — пилот снова указал туда же. — Там недавно был обстрел и все полосы местами повреждены. Шасси может не выдержать, так что приземляться здесь слишком опасно. Диспетчер квалифицирует возможную сложность посадки как «Б1», а у нас доступ только к третьему классу сложности, — развел руками он. — Так что придется искать запасной аэродром.

— Понаберут по объявлению! — послышался вопль Художника из трюма. — А ну, свалили отсюда! — спустя секунду он оказался в кабине. — Бэ-один, бэ-три. Щеглы! Сейчас взрослый дядя покажет вам, как надо приземляться!

— Но ведь шасси…

— А хочешь… — Художник с безумной улыбкой приблизился к старшему пилоту. — Хочешь, я без шасси приземлюсь? А? Я могу!

Пилот не успел ничего ответить, как Художник схватил его за ворот одежды и выдернул из кресла. Тогда как помощник пилота даже спорить не стал, сразу покинул свое место и побежал искать парашют, ведь участвовать в этом он и не собирался.

Я же пожал плечами, и раз всё равно других развлечений не намечается, занял кресло второго пилота.

— А это что за кнопочка? — указал на одну, пожалуй, из тысячи других кнопок.

— Так нажми и узнаешь, — пожал плечами Художник. Он уже полностью погрузился в управление и, прикусив язык, медленно водил штурвалом и плавно давил на педали управления.

*Щелк!*

*Аварийная остановка третьего двигателя!* — ответил мне голос из динамиков и я медленно перевел взгляд на Художника.

А он что? А ничего. После нажатия на кнопочку у меня отпало всякое желание трогать в кабине что-либо, тогда как Художник, казалось, даже не заметил этого. Ну отключился двигатель и отключился, пусть отдохнет. Мы всё равно сейчас будем приземляться на изрытую взрывами полосу.

— Борт номер шестьдесят три восемьдесят восемь! Немедленно прекратите маневр и развернитесь! Повторяю, немедленно… — послышался встревоженный женский голос диспетчера, но сообщение резко оборвалось.

— Не будем, — отрезал Художник. — Мы на задание опаздываем, а значит, будем приземляться.

— Борт номер шестьдесят три восемьдесят восемь! Говорит старший диспетчер! — теперь уже из динамиков кричал какой-то мужик. — Не снижайтесь! Повторяю, не снижайтесь! Начался обстрел базы, приказываю отправляться на запасной аэродром!

Я молча посмотрел на Художника, а тот также молча отключил связь.

— Ну обстрел и обстрел, — пожал он плечами. — И не такое бывало…

* * *

— А-а-а-а-а! — обвешанные парашютами пилоты носились по кругу. Они забегали в кабину, начинали кричать еще громче и нецензурнее, разворачивались и снова бегали по трюму. Но лишь для того, чтобы повторить эту процедуру вновь.

Впрочем, даже я немного напрягся и схватился за штурвал.

Игорь вцепился пальцами в металлическую обшивку так, что смял ее и пробил пальцами в нескольких местах. Браг просто потерял сознание и болтался по самолету, словно мешок картошки. Впрочем, они с Синим вместе болтались, но демон сознание не терял. Просто уснул крепко, вот и катается по полу теперь.

Катя уселась поудобнее и читает газету, при этом попивая чай из фарфоровой чашечки, а Кобра сидит и улыбается. Посадка явно понравилась ей.

— А-а-а-а! Спасите! Выпустите нас! — продолжали кричать пилоты, тогда как Художник просто поглядывал в их сторону и курил, выпуская дым в разбитую снарядом форточку.

— Да чего вы орете? Нормально приземлились ведь, — пожал он плечами и затушил окурок.

— Приземлились? Мы уже приземлились? — замерли в недоумении те.

— А ничего, что нас трясти перестало? — усмехнулся Художник. — Это было даже немного скучно… И кстати, передаю вам управление. Отгоните потом самолет на аэродром как-нибудь.

— Отогнать на аэродром? — не поняли те. Но Художник нажал кнопку и задний люк самолета начал открываться, явив нам толпы удивленных имперских бойцов.

Да, он действительно посадил самолет так, что задняя его часть уперлась в ворота, ведущие внутрь военной базы. Ну а что такого? До аэродрома отсюда минут двадцать на машине, а так сразу прикатили себя и груз прямо на место. Местность тут равнинная, так что потом спокойно докатят самолет до нужного места и будут дожидаться нас уже там.

— Ну вот видишь, — Художник встал и лениво потянулся. — А ты боялся… — подмигнул он пилоту. — Даже шасси на месте остались.

И действительно, непонятно как, но он смог объехать вообще все ямки. Ну ладно, почти все. Но пусть нас трясло довольно сильно, самолет при этом не развалился, а это главное.

— Так что, выходит, зря переживали, — заключил Художник и направился в сторону выхода. — Всё, не грустите.

— Нет, ты, конечно, молодец, — старший пилот начал приходить в себя. — Посадил самолет, подкатил его прямо к военной базе… Но как нам теперь улететь на нем?

На этот вопрос ответа у Художника не было, потому он лишь пожал плечами, взял свой рюкзак и зашагал к выходу.

Бойцы как раз начали перетаскивать содержимое трюма, грузить всё это в машины и увозить на склад. Да, увидеть самолет здесь было для них удивительно, вот только удивляться некогда. Эта база уже несколько дней подвергается регулярным обстрелам и налетам, потому припасы постепенно заканчиваются. А еще совсем недавно был сожжен склад консервов. Нет, сгущенка уцелела, но запасов провизии оставалось совсем ненадолго.

Мы же собрались своим отрядом и спокойно направились сразу в штаб. С разгрузкой они разберутся сами, потом отгонят самолет, а у нас свои задачи, не менее важные.

Спустя пять минут я постучал в дверь кабинета начальника военной базы и зашел в комнату.

— Константин Князев со своим отрядом прибыл! — отчитался я.

— Да вижу, что прибыл, — помотал головой тот. — Причем все видели, как вы прибыли и запомнят это надолго. Костя, вот почему у тебя всё как-то… — он скривился. — Ну вот не так у тебя всё. Даже слов подходящих не могу подобрать.

Собутыльев некоторое время смотрел на меня и, в итоге, тяжело вздохнул.

— Ладно, Костя, вот тебе ключи от комнаты, туда заселитесь со своими, — он протянул мне карточку. — И уточни сразу, с какой целью прибыл? Усиление какого-то конкретного отряда или просто на передовую, в окопах посидеть?

— Ни то, ни другое… Вообще-то, мы прибыли на задание, — пожал я плечами. Дело в том, что некоторые военные части в особо тяжелых случаях имеют право размещать свои задания в общий доступ. Так, отряды из других частей тоже смогут получить к ним доступ и при желании прибыть на помощь.

Правда, обычно никто никому не помогает, ведь задания в общем доступе зачастую или самоубийственные или… Нет, других не бывают. Только самоубийственные, на которые ни один командир в здравом уме не отправит своих людей.

— Я тебя понял… — прищурился Собутыльев. — Ладно, тогда говори номер задачи.

— А зачем говорить? У меня всё распечатано! — я раскрыл портфель и выудил оттуда увесистую папку, до отказа набитую бумагами. Там около двадцати заданий с подробным описанием каждого из них, чтобы Собутыльев точно ничего не перепутал.

— Ага! Вот так, значит, — он завис на пару секунд и затарабанил пальцами по столу, не решаясь раскрыть папку. — Костя, а напомни, пожалуйста, сколько человек у тебя в отряде? Двести? Триста?

— Шесть, не считая меня, — пожал я плечами.

— Ага. Вот так, значит… — снова задумался Собутыльев. — Пожалуй, выделю тебе другую комнату, раз ты к нам прибыл на пять лет.

— Не-не… — замотал я головой. — Две недели, не больше! Да и что там за задания? Так, ерунда всякая. Выполню их, пока буду заниматься основной задачей!

— А какая у тебя основная задача? — не понял тот.

— А вот насчет этого прапор просил не распространяться!

Не стал задерживаться в кабинете начальника, так как он уже начал задавать неудобные вопросы. Просто указал на папку и отметил, что все задачи пронумерованы и выполнять мы их будем ровно в таком порядке.

Уже спустя минут пятнадцать мы с отрядом расположились в тесной комнатке и разложили свои вещи по полкам. Кто-то сразу взялся за проверку оружия, кто-то принялся набивать магазины патронами. Кобра просто кидала ножик и втыкала его по рукоять в деревянный пол, задумчиво глядя куда-то в угол комнаты. Ну да, там ведь бесы сидят, в карты рубятся.

— Так, вы все знаете, зачем мы прибыли сюда, — я решил обрисовать в двух словах ситуацию в Османской империи и подробнее рассказать о будущих заданиях.

— Вообще-то, нет, — подметил Игорь.

— Ты ни слова ни сказал, зачем мы сюда летим, — согласился с ним Художник.

— Но мы не против! — усмехнулась Катя.

— Это хорошо, что вы не против, — кивнул им. Хотя, на самом деле, не против только Катя. Кобра и Синий сохраняют совершенное безразличие, а остальные голоса не учитываются. — Нас ждет серьезная и очень важная задача. Дело в том, что османы в последнее время окончательно обнаглели и совершают регулярные налеты на эту базу! А еще постоянно обстреливают ее и совершают диверсии, что совершенно недопустимо. А это значит, что?

— Что пора сворачивать базу и занимать более выгодные позиции! — воскликнул Игорь.

— Это значит, что османов пора сворачивать и отодвигать фронт подальше, — вздохнул я. Ничего, когда-то он будет мыслить, как я, этот день обязательно наступит. — Нам уже выделили участок фронта, на котором мы должны нанести сокрушительный удар, прорвать оборону противника, и главное, соорудить укрепления на новых позициях! Только тогда можно будет вызывать подкрепление.

— Но разве это задание для семи человек? — прищурился Браг.

— Это задание для ста двадцати человек, но кажется, командование просто ошиблось, — пожал я плечами. — Думаю, даже шести человек там будет слишком много, — шести человек и пары сотен бесов, разумеется.

* * *

— Ваше Величество! — в роскошный тронный зал, где всё усыпано золотом и даже на полу под ногами от каждого шага звенят рассыпанные всюду золотые монеты, забежал замотанный в белые одеяния слуга и сразу упал лицом вниз, чтобы выразить свое безмерное уважение и почитание султана. — У меня прекрасные новости, Ваше Величество!

— Говори… — не скрывая своей скуки, проговорил султан.

— Тот человек, о котором вы приказывали сразу докладывать, он прибыл в нашу великую империю! И сейчас, словно крыса, прячется на одной из военных русских баз! — слуга не рискнул оторвать голову от пола, ведь он пока не понял, как отреагирует на эти новости султан. Так что в таких случаях всегда лучше перестраховаться.

Тогда как правитель продолжил со скучающим видом закидывать одну виноградину в рот за другой.

— Я говорю про того, кто участвовал в создании этих мерзких газет, в которых он посмел упомянуть ваше светлое имя… — неуверенно продолжил слуга.

Тогда как султан резко повернулся и уже летящая виноградина попала ему в глаз.

— Ай! Собака! — выругался он и подскочил с трона. — Приказываю направить туда специальные отряды! Мне нужен этот человек, и как можно скорее. Завтра он должен стоять передо мной на коленях! И обязательно вы должны сохранить ему жизнь!

Глава 12

— Ох-х-х… Как же хорошо вот так бросить вещи и просто полежать… — Игорь растянулся по своей койке и его даже не беспокоило, что матрасы здесь куда тверже и хуже, чем в нашей комнате. — Кайф…

— Полежал? — уточнил я спустя пару секунд и, не дождавшись ответа, продолжил. — А теперь марш в столовую!

— Но мы не голодные, — возмутились бойцы. — Зачем нам идти в столовую?

— Кушайте-кушайте, в следующий раз покушать не скоро выйдет, — усмехнулся я, так что больше вопросов по этому поводу не поступало. По моей хитрой улыбке сразу стало понятно, что в этом есть какой-то подвох и лучше действительно поесть, даже если не хочется.

Так что бойцы быстро собрались и направились в столовую, чтобы набить животы до отказа, а я шел следом и продолжал улыбаться, действуя им на нервы. Ну а что такого? Наоборот ведь, проявил безмерную заботу о солдатах. Ведь нам выдвигаться через час, я уже насчет всего договорился с командованием.

Около получаса у нас занял плотный обед, затем бойцы быстро переоделись и приготовились, а я тем временем получил всю необходимую экипировку и транспорт для выполнения задания.

Местный прапор уже знал меня, да и Деревянкин заранее с ним созвонился, сказав, что я идеальный солдат и мне можно спокойно выдавать всё, что угодно. Потому по первому запросу мне выдали всё необходимое и даже не задали ни одного вопроса.

Вскоре подтянулись мои бойцы и, разместившись, мы сразу рванули выполнять задание.

И вот, едем мы по пустыне, оставляя за собой облака пыли, любуемся местными пейзажами. Электрические квадроциклы натужно жужжат и пулей несутся по редкой сухой жухлой траве.

Долгое время в эфире царило молчание, мы просто мчались вперед, поглядывая по сторонам. Но в какой-то момент бойцы всё-таки решили задать мне один давно назревший вопрос, который волнует их с самого нашего выезда из ворот военной базы.

— Костя, — самым решительным оказался Игорь. Вообще, он среди всех прочих старший по высказыванию сомнений. — Я ничего не хочу сказать, да и в картах разбираюсь совсем не так, как ты…

На этом его намеки закончились и еще некоторое время мы ехали молча. Ну а что ему скажешь? Не разбирается человек в картах, значит, надо будет провести ему пару лекций, а мне нетрудно.

— Так вот… — снова заговорил Игорь. — Я ничего не утверждаю, но мне почему-то кажется, что…

— Костя, у нас в задании совсем другие координаты, — вздохнула Катя, поняв, что Игорь всё равно не решится сказать всё, как есть. — Мы едем почти в обратном направлении! Нам приказано обустроить позиции совсем в другом месте!

— Я знаю, — пожал я плечами и на этом разговоры снова стихли.

Разве что в динамиках иногда можно было услышать недовольное сопение бойцов, они явно ждали чуть больше конкретики.

— И всё же, почему мы едем именно в этом направлении. Ты знаешь что-то, чего не знаем мы? — не выдержала Катя.

— Да ничего такого. Мы просто нападем с неожиданного направления, — пожал я плечами. — Обойдем их через каньон смерти, они явно такого не ждут.

— Мы, если честно, тоже такого не ждали!

И чего они возмущаются? Название не понравилось? Так это название появилось у каньона вполне заслуженно, ведь оттуда уже давно никто из имперских солдат не выходил живым.

Всё потому, что отвесные стены каньона сплошь усеяны замаскированными снайперскими позициями. У них прекрасный обзор, ничего не мешает вести прицельный огонь по тем, кто рискнул зайти в каньон. Тогда как внизу практически нет укрытий, лишь узкая извилистая дорожка и две стены по бокам. Причем дорожка настолько узкая, что там не проедет ничего шире квадроцикла. Да и то, местами нам придется тащить свой транспорт на своем горбу, если на пути попадутся каменные завалы.

— Ну и ладно, — вскоре мои бойцы смирились со своей участью и больше никаких споров не возникало. Если надо ехать через мертвый каньон, значит, надо.

— Кстати, — спустя какое-то время проговорил Браг. — А вы не задумывались, что мы будем делать, когда кого-то из нас убьют? Просто что-то задумался.

— Как что? — хохотнул Игорь. — Командира слушать, чего он скажет. Хотя Костя вряд ли заметит, если половину из нас перестреляют, будет ехать дальше и крошить врага, а потом трофеи собирать.

— Ой, да чего вы заладили? — возмутился я. — Не надо думать о таком, в моем отряде никто не умирает!

— Ничего такого не хочу сказать, но вон каньон смерти и через минуту мы в него заедем, — напомнил Игорь. — Ты же понимаешь, что каньоном смерти его прозвали не просто так? Даже если кто-то из нас выживет — это уже будет чудо, отсюда и такие мыслишки. Там всё в снайперах, Костя! Они везде и увидеть их невозможно!

— А вдруг у них сегодня выходной? — усмехнулся я. — Они же тоже люди, иногда хотят отдохнуть, ничто человеческое им не чуждо.

— Ага, как же! Вот так у всех сразу выходной, — помотал головой Браг. — Конечно, у них вообще тут дежурства сутки-двое.

В общем, по какой-то причине бойцы продолжили нервничать и с каждым пройденным километром нервничали только сильнее.

Совсем скоро мы спустились в каньон и спокойно покатили по извилистой узкой дорожке, прямо между двух отвесных каменных стен.

Сто метров, двести, триста… Мы спокойно плелись вперед, а я насвистывал незамысловатую мелодию. Первая снайперская точка должна была располагаться где-то в пятидесяти метрах от входа в каньон, вторая в семидесяти пяти, и третья, соответственно, еще метров через двадцать. И так до самого выхода из каньона, тут и там должны были быть османские снайперы, но несмотря на это никто нас так и не побеспокоил.

— А может сегодня день рождения у кого-то? — предположил Игорь и остальные удивленно посмотрели на него, — Ну просто я не вижу других причин, чтобы все разом действительно взяли выходной.

* * *

Прапорщик спокойно сидел за своим рабочим столом и потягивал крепкий османский чай из стеклянного стаканчика. Он уже закончил выдачу экипировки, составил подробный отчет и положил журнал выдачи в верхний ящик стола до самого вечера.

На сегодня больше никаких операций не запланировано, но склад всё равно подготовлен к любым непредвиденным обстоятельствам. Если вдруг начнется вражеская атака, оружие будет выдано в кратчайшие сроки и бойцы без лишних задержек смогут дать противнику достойный отпор.

— О, ты тут? — в комнату зашел Собутыльев и плюхнулся в кресло, что стояло в углу комнаты. — Фух… Ну и жара, конечно.

— И не говори, — согласился с ним прапор. — Правда, я сегодня еще не выходил из здания склада, но поверю тебе на слово.

Некоторое время они сидели молча, но в какой-то момент начальник части вдруг вспомнил, зачем пришел.

— А, кстати! — хлопнул он себя по лбу. — Ты как, выдал Первому всё необходимое? А то я совсем забыл уточнить, что он идет на крайне важное задание и экономить на нем нельзя.

— Так я никогда не экономлю, — пожал плечами прапор. — Я очень даже щедрый, просто рациональный.

— Ага, конечно, — хохотнул Собутыльев. — Все про твою рациональность знают. И про то, что ты за время службы ни разу не отправлял технику на утилизацию.

— Как это не отправлял? Просто делегировал эту задачу противнику, — пожал плечами прапор и подлил себе еще немного чая.

— Надеюсь, в этот раз не делегировал? — Собутыльев снова вспомнил, зачем пришел, и его голос стал серьезным. — А то отряд Первого отправился на действительно сложное задание. Им нужно было выдать всё самое лучшее и в этот раз не получится дать вместо новейших бронетранспортеров старые ржавые внедорожники, как ты любишь делать. Или как в тот раз, вместо тяжелого танка выдал солдатам телегу и пушку!

— Ты хоть представляешь, какая там была тяжелая телега? — рассмеялся тот. — Впрочем, ладно. Если честно, я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, — нахмурился прапор.

— Ну, я про Константина сейчас. У его отряда там задача рассчитанная минимум на триста человек, а их семеро туда поехало, — помотал головой Собутыльев, — Так что им что-то легкое и старое не подойдет, нужно быстрое, защищенное, и с огромной огневой мощью. Иначе там никак не справиться.

— Начальник, ты сегодня утром ничего не пил случайно? — прищурился прапор. — С каких это пор обычное патрулирование у нас считается важной и сложной задачей?

— А ты в чай себе ничего не подмешал? Какое патрулирование? У них задача прорвать оборону врага в квадрате двадцать семь восемьдесят четыре! — подскочил со своего места майор.

— Что-то знакомое… Двадцать семь восемьдесят четыре… — прапор задумался и развернул карту, но стоило взглянуть в нее, как он замер в изумлении. — Да ну? Это же…

— Да-да, всё так! Это тот самый квадрат!

— Но ведь… — почесал затылок прапор.

— Так что, ты выделил им самую лучшую технику из того, что у нас есть в распоряжении? — прищурился Собутыльев.

— Да просто дело в том, что… — замялся тот. — Ладно, они сами попросили только квадроциклы. И шлёпки. Всё, больше им ничего не было нужно, вот я и подумал, что они идут в патрулирование, — развел руками прапор.

— В смысле, квадроциклы? — резко побледнел майор. — Какие еще шлёпки? Это же… — он схватился за голову и замер, пытаясь осознать услышанное.

Минут десять они просидели в тишине и каждый думал о своем. Вскоре прапор так же молча выудил из-под стола бутылочку холодной настойки и разлил по миниатюрным рюмкам. И несмотря на то, что Собутыльев не пьет, в этот раз он отказываться не стал.

Мужчины махнули, не чокаясь, и снова погрузились в тяжелые мысли.

— Хорошие они были люди… — вздохнул майор, — наверное. Так-то я их почти не знал.

— Точно хорошие, можешь не сомневаться, — с нескрываемой печалью в голосе ответил ему прапорщик. — Плохие так технику экономить не будут.

В этот момент на телефон начальника пришло сообщение, но он не сразу посмотрел в экран, так как был слишком занят своим горем. Правда, вскоре мужчина всё же решил прочитать, вдруг там что-то важное, и стоило пробежаться глазами по тексту, как он сразу побледнел.

— Не, так не бывает, — замотал головой майор. — Бред какой-то!

— Чего там?

— Так Константин пишет, — выдохнул Собутыльев. — А ну еще настойки дай!

Прапору два раза повторять такое не надо, так что он без лишних вопросов разлил настойку по рюмкам и так же молча они опрокинули эти рюмки в себя.

— Чего хоть написал? — спустя какое-то время поинтересовался прапорщик. — Все живы? Возвращается на базу?

— Почти… — растерянно помотал головой майор. — Пишет, что закрепиться и соорудить укрепления на указанных в задании рубежах не удалось.

— Ну, как минимум, это ожидаемо. Хорошо, хоть уцелели, — кивнул прапор.

— А это не весь текст сообщения. Еще Константин пишет, что вместо этого он захватил укрепления врага вот здесь, — майор показал на карте точку, отчего прапорщик поперхнулся воздухом. — Теперь, говорит, начинают укреплять позиции и готовиться к ответным мерам врага, — на этом Собутыльев замолк и еще несколько раз перечитал сообщение. — Не, бред какой-то. Так не бывает… Там ведь базируются пустынники, мы их полгода выбить оттуда не могли.

— В прошлый раз двадцать четыре танка потеряли! — расхохотался прапор. — А эти на квадроциклах прорваться смогли!

— И чего ты ржешь? Танки не жалко? — нахмурился майор.

— Жалко, но теперь я всем буду только шлёпки и мопеды выдавать! — продолжал смеяться тот. — А что? Первый уже доказал, что так куда эффективнее и безопаснее!

* * *

Командир элитного отряда пустынников находился в укрепленной командной комнатке и обсуждал вместе с офицерами дальнейшие планы вылазок и диверсий.

Пустынники — это грозная сила османских войск, они находятся на особом счету у вышестоящего командования и уже не раз доказали свою преданность и эффективность.

Так что даже сейчас, когда никто уже давно не пытался штурмовать их позиции, они все равно выставляют достаточное количество дозоров, наблюдают за округой и устраивают диверсии по мере возможностей. Пустынники — очень опасные люди, они с ранних лет живут в этой местности и знают ее прекрасно, могут перемещаться по пустыне, словно тени, оставаясь незамеченными для радаров и датчиков. А еще прекрасно маскируются и буквально сливаются с местностью, не оставляя противнику и шанса даже понять, кто его убил.

— Командир! — после короткого шипения послышался голос из рации. — На двенадцать часов движение!

Офицеры тут же схватились за оружие и собрались уходить, но часовой продолжил доклад.

— К нам приближаются четыре квадроцикла! И на них едет враг в футболках, шортах и шлёпках… — после этих слов из рации офицеры сразу убрали оружие и расселись обратно по своим местам.

— Надо сменить часового, — задумчиво проговорил командир. — Этот явно перегрелся на солнце, уже бред какой-то несет.

* * *

— Вот мы сейчас подъезжаем, но это вы и сами видите, — передал я своей команде по рации.

— Это, и правда, сложно не заметить. Как-никак, перед нами укрепления османов! — с легкими нотками паники завизжал Игорь.

— Да, но я сейчас не об этом, — добавил я. — Главное — не стреляйте. По крайней мере, пока что.

— В смысле, не стрелять? — Игорь уже был готов спрыгнуть с квадроцикла и побежать в обратном направлении. — А что с ними делать тогда? Кусать?

— Да, может как-то всё-таки атакуем уже? До них пара сотен метров! — теперь уже заволновался Браг.

— А я говорил, давайте сначала на бомбардировщике полетаем и потом уже по земле пойдем, — вздохнул Художник.

— Ой, да успокойтесь вы! — возмутился я. — Вот подберемся поближе, они начнут по нам стрелять, тогда и ответим.

Не понимаю, чего они все паникуют? Хотя нет, не все. Кобру явно обрадовали мои идеи и потому она посильнее вдавила ручку газа в надежде, что так враг быстрее начнет стрелять по нам. Да и Катя тоже не выглядела напряженной.

Она спокойно сидела и со скучающим видом ждала, когда уже начнется схватка. А на мой недоуменный взгляд лишь пожала плечами и совершенно буднично заявила, что мне сегодня умереть не получится, в любом случае. Как минимум, она не позволит, ведь уже успела сообщить подругам, что придет на бал не одна. А значит, вариантов нет, выжить я обязан в любом случае.

Мы приближались довольно быстро, тогда как османы стояли и просто смотрели в нашу сторону, не понимая, что им надо делать. Проблема в том, что сначала командование не поверило часовому, что мы едем сюда на квадроциклах и в тапочках, а затем бойцы пытались вразумить командование и получить уже приказ обороняться.

Вот только пока еще никто не смог добраться до штаба, ведь по пути бойцы, то и дело, падали, путались в шнурках, натыкались на банановую кожуру, и всё в таком духе. В общем, никак не могли сообщить начальству о потенциальном нападении.

Ладно, если бы мы ехали на танках и стреляли. В таком случае всё предельно ясно и понятно, можно сразу открывать ответный огонь. Но мы-то едем, как к себе домой, вот никто и не решился выстрелить первым без соответствующего приказа.

А мы что? Мы спокойно добрались до насыпи вокруг лагеря, сиганули через окопы под недоуменные взгляды пустынников и только тогда вступили в ближний бой.

Я залетел в блиндаж, пробив крышу квадроциклом. Затем выхватил свой серебряный меч и сразу бросился в атаку. Пара размашистых ударов клинком и блиндаж оказался пуст, так что я смог продолжить двигаться дальше.

Послышалась пальба и только сейчас защитники стали приходить в себя. Кто-то начал стрелять в воздух, другой метнул гранату, но попал в соседний окоп со своими сослуживцами. Линию обороны мы прорвали и потому теперь все боевые порядки были безвозвратно нарушены.

— Пушка на десять часов! Ложись! — рявкнул Игорь, поспешив скрыться в ближайших окопах. Спустя мгновение прогремел взрыв и оказалось, что пушка даже не успела выстрелить. Тогда как башня, на вершине которой она стояла, разлетелась на куски и утонула в огне. — Да ну? — Игорь высунулся из-за укрытия и почесал затылок. — О! Наблюдатель на три часа! Готовится произвести выстрел!

*Бах!*

Снова взрыв и очередная башня обратилась в груду камня и железа.

— Хм… — Катя тоже не могла этого не заметить и задумалась на пару секунд. — Есть у меня одна знакомая… Та еще гнида, на самом деле. Ирина Валдаева на двенадцать часов! — крикнула она, ожидая, что что-то должно произойти. Например, где-то в столице рванет особняк Валдаевых.

Тогда как Рембо вопросительно посмотрел на меня, пытаясь получить разрешение на устранение какой-то там Ирины Валдаевой. Разумеется, такого разрешения он от меня не получил, но цепочка хаоса уже была запущена. Как раз в этот момент Художник хорошенько разогнал свой транспорт и, заехав на насыпь на полном ходу, взмыл в воздух. Так что про Ирину он услышал, уже находясь в своей стихии, и потому не смог не отреагировать.

— Ири-и-и-ина-а-а! — взревел он и, будучи еще в воздухе, оторвал руль квадроцикла. А приземлившись, начал этим рулем отхаживать недоумевающих османов.

Пустынники, значит? Элитные? А чего они так убегают от взбешенного пилота с рулем от квадроцикла в руках? К такому их жизнь не готовила, да?

Никого не готовила, на самом деле. Но зато окоп был зачищен в кратчайшие сроки и врага ждало неминуемое позорное поражение. И теперь, когда последние пустынники или разбежались или сдались в плен, осталась только одна проблема. Надо как-то успокоить Художника, ведь он всё ещё сжимает руль от квадроцикла в руках и сидит на камне, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Может, чаю? — Кобра всячески пыталась успокоить бедолагу. Она хорошенько развлеклась за время сражения и теперь в ней проснулась забота о своих ближних. Не дождавшись ответа, девушка быстро зажгла горелку, вскипятила воду и, насыпав туда каких-то трав, набрала полученный отвар в алюминиевую кружку. — Вот, попей. Ромашковый отвар всегда помогает в таких случаях.

Художник отпустил руль и стал медленно потягивать ароматный напиток. Бледность прошла минут через пять, через десять руки перестали дрожать.

— Ну как? Лучше? — погладила его по спине Кобра.

— Да… — выдохнул Художник.

— Ты пей, пей! — похлопал его по плечу. — Ромашка, и правда, с нервами справляется на раз.

— Костя, — шепнула мне на ухо Катя. — Но мы ведь не брали с собой ромашковый чай… Да и здесь ему неоткуда взяться.

— А ничего, что Ирины тут как-бы тоже нет? И вообще нигде нет, ее не существует, — прошипел ей в ответ. — Так что улыбайся и кивай, в кружке ромашка…

* * *

— Командир, нам передали сообщение пустынники! — в штаб влетел обеспокоенный боец и нашел взглядом командующего второй линии обороны.

Офицеры сразу же всполошились, ведь они слышали доносящиеся со стороны позиций пустынников взрывы и потому были слегка обеспокоены. Слегка, так как это же пустынники. На них бесполезно нападать, они всё равно одержат победу.

— Что говорят? Опять русские решили танки свои утилизировать? — усмехнулся командир.

— Нет! В сообщении было сказано, что их позиции захвачены! — воскликнул боец. — Причем говорили по-русски!

— Да не может быть! — нахмурился мужчина и посмотрел на своих подчиненных. А те тоже удивились, ведь только что были уверены, что выбить пустынников невозможно.

— И что будем делать, командир?

— Действовать согласно приказу, — командир встал из-за стола и сжал кулаки. — Не думал, что этот момент наступит… Но мы должны срочно выдвигаться на первую линию оборону и отбить позиции любой ценой! Враг не должен успеть закрепиться!

— Вот это обидно, конечно… — вздохнул кто-то из офицеров.

— И не говори, — поддержал его второй. — Мы только достроили эти укрепления, столько сил здесь потратили. Как-то не хочется уходить…

— Мне тоже не хочется, но надо, — вздохнул командир. — Всё, на сборы пятнадцать минут, и выдвигаемся! Сейчас быстро разобьем врага и сразу вернемся! Зато уже к вечеру нас будут ждать награды и премии!

* * *

Собутыльев бросил пить уже много лет назад. Да он и не начинал особо, так, изредка, по праздникам мог выпить сто грамм и на этом остановиться.

Но сейчас ситуация буквально кричала о том, что одной рюмкой не обойдется. Потому прапору пришлось потратить целую бутылку настойки, которую он берег как раз для таких случаев.

Правда, даже этого оказалось недостаточно, ведь майор так и продолжил сидеть, сжимая в руках телефон и тихо материться себе под нос. Обиднее всего для него было то, что Константин каким-то образом отправляет ему сообщения на наручный компьютер, а вот сам Собутыльев ответить ему не может. То ли со связью что-то, то ли еще какие-то проблемы.

А ведь ответить-то хочется. Очень хочется, всё же сообщения от Константина приходят самые разные. По этому поводу сюда пришлось даже позвать чуть ли не всех офицеров. Теперь они стояли над развернутой картой и оживленно обсуждали, что делать с этой информацией. И вот, спустя полчаса, наручный компьютер снова завибрировал и мужчина даже некоторое время раздумывал, а стоит ли ему читать сообщение? Вдруг там опять что-то неожиданное.

Но со временем любопытство победило, так что Собутыльев всё же решил ознакомиться с текстом.

— Да с**а! — выругался майор. — Знал же, что читать не надо!

— Что там? — прапор постоянно задавал этот вопрос, всё-таки на складе довольно скучно, и очень интересно послушать о происходящем на передовой.

— Да он опять пишет! Я уже не знаю, что делать с этой информацией! — схватился за голову майор. — Ну вот, в этот раз он говорит, что база пустынников ему не понравилась, потому он заложил там взрывчатку и занял другие укрепления, построенные буквально недавно и рассчитанные на пятьсот человек!

Майор указал на карте, где располагаются эти укрепления, а у нескольких офицеров на стол упала челюсть от удивления.

— Не может быть… — не поверил в увиденное один из них. — Так далеко в тыл даже диверсионные группы не заходили. Это ведь шутка какая-то, да?

— Шутка в том, что это сделали семь бойцов в шлёпках и на квадроциклах, — грустно усмехнулся Собутыльев. — Ну? Чего не смеетесь? Вот и мне не смешно!

— А вам не кажется, что они так скоро и до Гавкалы дойдут? И если они это сделают, генерал точно прикажет нам начать штурм этого города.

— Так если дойдут, пусть сами и захватывают Гавкалу, — хохотнул прапор. — Ну а что? Они ведь, и правда, за день прошли больше, чем мы за два года. Всё честно, как по мне…

* * *

— Да чего вы все так на меня смотрите? — возмутился я. Всё-таки битва взглядов продолжалась уже полчаса, и в этой битве меня могло ждать лишь поражение. Но это не честное поражение, ведь силы были неравные.

— Нет, я как-бы не спорю с тем, что у меня шизофрения и еще целый набор психических расстройств. И меня даже могли упечь в психлечебницу, кстати говоря, — помотала головой Кобра. — Но ты-то как на свободу выбрался, Костя? Отпустить из психушки тебя явно не могли, а значит, ты точно сбежал, почти уверена в этом.

— Чего я такого сделал? — нет, ну правда, сидят тут и наговаривают на меня!

— Чего сделал? — расхохоталась Катя. — Честно говоря, даже мне немного жаль бедных османов. Они же просто хотели отбить позиции, а потеряли новые укрепления! Кто-нибудь слышал, чтобы в военной практике хоть раз был такой неравнозначный обмен? — девушка посмотрела на остальных, а те лишь пожали плечами.

— Нет, такому в учебниках не учат, — махнул рукой Игорь. — И хорошо, что не учат. А то даже звучит бредово. Это, как минимум, неправильно, такое надо запретить, как химическое оружие!

— Кажется, что надо просто Костю запретить, — снова расхохоталась Кобра. — Но когда они поймут это, будет уже слишком поздно.

* * *

Командующий соединенных войск обороны Османской империи сидел в своем кабинете и внимательно читал отчет. Но довольно скоро он отложил бумагу и некоторое время пристально смотрел на помощника, пытаясь понять, шутит он или нет.

— Слушай, ты хоть сам читал это? — помотал головой он.

— Конечно читал, — пожал тот плечами. — А что там не так?

— Вы что вообще курите, чтобы сочинять такое? — прищурился командующий. — Кто это писал? Приведи его ко мне, пусть поделится хоть. А то вам тут всем весело, один я грустный, судя по всему.

— Господин, что вам так не понравилось? — не понял помощник.

— Я никуда не уезжал, не отлучался в столицу… Даже не спал! Просто сходил чая попить и фиников покушать, — задумчиво проговорил тот. — Как? Каким образом вы смогли за это время потерять два комплекса укреплений, один из которых отдали без боя вместе с техникой и складами боеприпасов? И почему тут написано, что всё это сделали шесть человек и один псих с рулём от квадроцикла?

— Ну, написано всё как есть, — пожал плечами помощник.

— А где наши снайперы? Где пустынники? — рыкнул командующий и ударил кулаком по столу. Вот только ответом ему было лишь молчание, ведь никто не знал, как бы корректнее ответить на этот вопрос. — Повторяю… Где отряд пустынных орлов?

— Ну-у-у… — протянул помощник и посмотрел по сторонам. — Как бы так сказать-то…

— ГДЕ ОРЛЫ? — взревел командующий.

— Нет, с орлами всё хорошо. Они в целости и сохранности, как раз заняли позиции пустынников.

— И почему они там сидят? Почему они не идут в атаку? — снова ударил по столу мужчина. — Они должны пойти и вернуть свое!

— Должны, но орлы увидели, сколько там трупов и в каком они состоянии. И теперь сидят, ждут подмогу. Без подмоги ни в какую не соглашаются оттуда выходить, — развел руками тот.

— Что, все четыреста пятьдесят человек? — удивился командующий, а в ответ помощник лишь пожал плечами. — Да уж… И кого к нам заслали русские? Что это за монстры?

— Не знаем точно, но насколько мне известно, командира этой группы зовут Костей. А еще, по проверенной информации, Костю боятся даже свои. Причем наш шпион акцентировал на этом внимание и убеждал нас, что свои боятся его даже намного больше…

Глава 13

Я даже не представляю, можно ли еще уютнее устроиться в захваченном лагере противника. Всё-таки враги убегали отсюда за победой, думали, что сейчас быстро накажут врага и вернутся. Потому оставили тут печеньки и чай.

Надо сказать, что печеньки довольно вкусные, да и чай неплохой, потому времяпрепровождение обещает быть максимально приятным и продуктивным. Но почему, кроме меня, только Катя жует печенье за обе щеки, тогда как остальные сидят по углам и ведут себя максимально тихо?

— Вы чего? Чай вкусный, наливайте себе! — воскликнул я, а то атмосфера с каждой минутой становилась всё более напряженной, и надо было как-то разбавить её, чем-то светлым и легким.

— Если уж пить напоследок, я бы предпочел водку, — честно признался Игорь. — А ее тут почему-то нет, даже в качестве антисептика.

— Да почему напоследок-то? — возмутился я. — Всё же тихо, мирно и спокойно!

— Ага, это сейчас. А потом османы как попрут со всех сторон, полезут из всех щелей, и как нам прикажешь отстреливаться?

— Из пулеметов, разумеется, — пожал я плечами.

— Только у нас даже патронов не хватит, если они возьмутся за нас всерьез, — махнул на меня рукой Игорь.

— Ладно, отставить пораженческие настроения, — усмехнулся я. — У меня есть информация, что сегодня они на штурм не пойдут. Так что, как минимум, до утра можете расслабиться и отдохнуть.

— Да ну? Вот так просто будут сидеть у себя и ждать утра? — скривился Браг. — В жизни не поверю.

— Ну почему же сидеть? Артиллерией нас накроют и всё, — развел я руками. — Но вы не переживайте, окопы тут крепкие.

И это, кстати, действительно так. Окопы османы строили на совесть, ведь в планах у них было выстроить непроницаемую линию обороны, через которую никогда в жизни не пробьется наша армия. Причем строить здесь не так-то просто. Вокруг пески, которые то и дело норовят засыпать окопы, потому всё приходилось укреплять бетоном. Но и его тоже просто так не привезешь, так что стройка у османов заняла немало времени и отняла много сил и денег.

Обидно им, наверное. Так старались, делали для себя, со всеми удобствами. Выкопали трехэтажные блиндажи, чтобы можно было спуститься глубоко под землю и во время артобстрела сидеть в комфорте и спокойно попивать чай с печеньками. Чем мы тут, собственно, и занимаемся.

Прошло всего около двух минут после нашего с бойцами разговора про артиллерию, как начался обстрел. Где-то там загрохотали взрывы и с каждой минутой гремели они только чаще. Тогда как у нас лишь едва заметно подрагивали укрепленные стены, и при близких попаданиях сыпался с потолка песок.

Бойцы сразу напряглись и расселись по углам, на случай прямого попадания, а я так и остался сидеть за столом. Разве что заварил себе еще чайничек и принес побольше печения. Оказалось, в офицерской комнате есть целый склад сладостей, и так как это принадлежало врагу, могу считать данные запасы законным трофеем.

— Да как можно быть таким спокойным? — возмутился Браг. — По нам из артиллерии палят! Почему ты продолжаешь пить чай?

— А чего волноваться? — не понял я. — Это обычные снаряды, а мы сидим в подземном штабе. Он укреплен лучше всего и нам ничего не грозит, — пожал я плечами, но остальным почему-то спокойнее от моих слов не стало. Так что решил их хоть как-то успокоить, а то все какие-то нервные. — Вот совсем другое дело, если бы по нам палили магическими снарядами. Тогда да, было бы действительно опасно!

В этот же момент стены задрожали и послышался надрывный гул, а воздух вдруг завибрировал от перенасыщения энергией. Ну, вот и магические снаряды, про которые я говорил. Следом за этим взрывом последовало еще несколько таких же, отчего бетонные стены стали покрываться трещинами и мы спустились на этаж ниже. А там, как оказалось, в шкафу лежала вазочка с конфетами! Ну всё, теперь можно продолжать оборону и не беспокоиться ни о чем.

— Что-ж, по нам начали палить магическими снарядами, — едва сдерживая панику, проговорил Игорь. — Всё? Теперь нам можно нервничать?

— Не, расслабьтесь, — отмахнулся я и закинул в рот конфету. — Магические снаряды еще ерунда. Пока по нам работают только пушки — это всё ерунда. Вот другое дело — если бы по нам начали палить из реактивной артиллерии!

В тот же миг над головой послышалось нарастающее шипение и свист, а спустя мгновение земля задрожала от сотен мощнейших взрывов. Вот и реактивная артиллерия подъехала, о чем я и говорил.

— Реактивная артиллерия? Вот теперь мы можем начинать нервничать, да? Или…

— ЗАТКНИСЬ! — прорычали хором остальные бойцы. — Просто захлопни варежку и молчи! А то он ведь снова ответит и всё сбудется!

— О-о-о! — заулыбался я. — Да вы начали понимать, как это работает! Поздравляю!

Хотя, на самом деле, пусть они и нервничали, но всё равно было понятно, что артиллерией нас не взять. Дело в том, что мы заняли самый прочный командирский блиндаж, который был укреплен даже лучше, чем все остальные, вместе взятые. Османы явно берегут своих офицеров… Ну, или османские офицеры, в первую очередь, берегут себя, раз получилась такая разница в прочности конструкций.

— Допустим, нам ракеты и снаряды не навредят, — задумался Игорь. — Это всё прекрасно и очень меня радует, честное слово, но… А что мы будем делать, если остальные укрепления будут разрушены, а завтра османы пойдут на штурм? Я уже не говорю о том, что нас всего семь человек, это и так очень грустно, но если у нас еще и укреплений не будет — это ли не повод для печали?

— Ой, вот об этом даже не задумывайся, — отмахнулся я. — Османы знаешь какие косые? Мне кажется, что они за ночь ни по одному укреплению не попадут, все снаряды в поле улетят, и всё. Так что не переживайте, лучше давайте чай пить!

Сразу согласилась только Катя, затем к чаепитию присоединилась Кобра и стала нахваливать османские конфеты. А ведь их по всем окопам Рембо собирал, очень старался. И самым сложным было отобрать эти конфеты у других бесов.

Вскоре Художник тоже присоединился к нам, Синий, и вовсе, уснул. А остальные расслабились только под утро, когда обстрел закончился и мы вышли на улицу, чтобы посмотреть на последствия. И каково же было удивление бойцов, когда они поняли, что османы, и правда, косые. Ведь действительно всё получилось, как я и говорил. Блиндажи целы, окопы даже не засыпало песком, потолки дотов не обвалились под градом снарядов. Тогда как всё вокруг было сплошь усыпано множеством воронок от взрывов. Палили куда угодно, но только не туда, куда нужно было. Даже дозорная башенка уцелела, правда, слегка покосилась и сбоку у нее откуда-то появились подпорки.

Никто не обратил на эти подпорки никакого внимания, но я-то знаю, откуда они взялись. Ведь османы действительно разрушили большую часть укреплений, они правда очень старались и что-то у них даже получилось. Но какой в этом смысл, когда все заваленные окопы тут же раскапывали обратно бесы? Разрушенные блиндажи восстанавливала бригада демонических строителей чуть ли не быстрее, чем они разрушались. Любое повреждение чинилось буквально за пару минут и с восходом солнца, когда обстрел прекратился, оборонительные позиции были даже в лучшем состоянии, чем до обстрела.

Правда не хочется даже вспоминать, сколько за эти работы пришлось заплатить энергии. И не только за эти работы, ведь всю ночь несколько диверсионных групп бесов носились по округе и выполняли всю необходимую работу по зачистке местности.

Не стоит забывать, что османы далеко не беспомощны и были готовы к подобному. Так что где-то около тридцати бесов были обнаружены и уничтожены на месте. Правда, информация о них так и не была передана командованию, ведь специально на такой случай рядом всегда находился Рембо со своим отрядом и месть настигала османов незамедлительно.

А вообще, враг не планировал устраивать такой длительный обстрел. Как-никак, они планировали снова занять эти позиции, а не уничтожать их. Да и снаряды стоят недешево, и стрелять всю ночь по семи русским, засевшим в окопах, командование сочло бы слишком расточительным. Потому несколько раз в нашу сторону отправляли штурмовые отряды, но когда те просто исчезли, следом был отдан приказ раскатать нас танками. Вот только и это получилось совсем не так, как было задумано. Почему? Да просто, не повезло им, наверное…

* * *

— Да поймайте его уже! — верещал пухлый мужичок и носился вокруг дерева, пытаясь убежать от командира танкового подразделения.

— Я тебя сейчас сам поймаю, Агдаль! — рычал тот. — Поймаю и убивать буду! Бить до тех пор, пока не выбью из тебя всё дерьмо!

— Отстань ты от меня! Что тебе надо? Чего ты на меня взъелся? — верещал бедолага, понимая, что вечно так бегать не сможет. Как-никак, лишний вес этому явно не способствует.

Еще некоторое время они носились по военной части практически молча, тогда как остальные просто недоуменно наблюдали за этим и никто не мог ничего поделать. С одной стороны, надо остановить командира танкового подразделения, а с другой стороны… Ну, он как бы под два метра ростом и довольно мощный мужик. Остановить его — это как остановить танк, довольно сложная задача.

— А ну иди сюда, гнида! — в какой-то момент мужчина достал клинок и стал им размахивать, отбив последнее желание останавливать его даже у тех, кто это мог бы попытаться сделать.

— Да отстань! — взвизгнул второй и стал убегать еще проворнее.

— А ну отставить балаган! — послышался грозный окрик начальника части. — Прекратить!

Почти все звуки разом стихли, разве что командир так и не остановился и продолжил носиться за пухлым, размахивая своим клинком.

— Я прирежу его! Мне плевать на последствия, я точно его прирежу!

— А что случилось-то? — удивился начальник и уточнил у свидетелей.

— Сами до конца не поняли, — развел руками один из офицеров. — Уже второй час носятся, остановить не можем. А командир сказал, пока не прирежет нашего сапера, не успокоится.

— А чего такого сапер сделал? Он, вроде бы, хорошо выполняет свою работу, — задумчиво проговорил начальник части, а командир случайно это услышал и повернулся к нему.

— Что он сделал? Хорошо выполняет работу? — прорычал здоровяк и устремил свой бешеный взгляд в сторону начальника. — А я расскажу тебе, всё расскажу! Доходчиво!

Командир танкового подразделения был слабее начальника части, об этом всем было известно. Точнее, почти всем. Каждый знал об этом, а вот сам командир, как оказалось, не знал. И раз уж никто не объяснил ему этого, следующие два часа он гонял по всей территории части уже начальника, лишь изредка отвлекаясь на сапера, если тот случайно попадался на глаза. И носился бы так дальше, но подоспела охрана и здоровяка просто завалили числом, скрутив по рукам и ногам.

— Да скажи ты по существу! Что не так? — прокричал начальник, едва переводя дух. — Я тебя, психа, вообще больше к танкам не подпущу, понял?

— А нет у нас больше танков! Всё! Закончились!

Только сейчас начальник части узнал, что практически вся бронетехника была уничтожена этой ночью. Нет, не в бою. Танки не смогли преодолеть и половины пути, а сейчас стоят, догорают прямо на дороге и в пустыне.

И во всём этом командир винит только саперов. Ведь они помчались на боевую вылазку, направив машины на восток. Но еще на середине пути несколько танков из начала колонны подорвались на минах. Такое бывает, и для подобных случаев разработаны инструкции, потому мужчина не растерялся и скомандовал разворачивать колонну и идти в объезд.

А объезда не нашлось, ведь вскоре еще несколько танков вспыхнули, словно спички, напоровшись на османские мины. У русских таких мин нет, это всем известно, они заставляют танк гореть будто бы изнутри и работают, в том числе, при помощи магии. Объехать минное поле не получилось, потому операцию было решено отменить и, развернувшись, танки спокойно направились обратно на базу. И каково было удивление танкистов, когда на той дороге, по которой они только что спокойно проехали, их машины стали вспыхивать одна за другой!

— Саперы, падлы! — командир продолжил попытки вырваться. — Урою! Всех вас закопаю!

— Да я ни одной мины на том направлении не поставил! — продолжал выть пухлый мужичок. — Ни одной, клянусь!

— То есть ты хочешь сказать, что я дебил? — рыкнул командир. — Скажи еще, что это русские заложили. Или черти какие-нибудь?

* * *

*Пш-ш-ш!*

— Опа! — я подскочил со своего места и подбежал к рации. — Сейчас что-то скажут!

— Может, это османы вышли на нашу волну? А то наши до сюда точно не добьют, — предположила Катя.

— Добьют, никуда не денутся, — отмахнулся я. Просто она не в курсе, что где-то наверху сейчас летает бес с антенной в руках и всеми силами пытается поймать радиоволны.

— Как слышно? — сквозь помехи пробился мужской голос.

— Паршиво! — радостно воскликнул я. — Говорите, чего там у вас?

— Это Первый? — уточнил тот, на что я сразу ответил утвердительно. — Первый, мы можем выдвигаться к вам. Как у вас обстановка?

Мои бойцы все разом облегченно вздохнули. Ведь если совсем скоро сюда прибудет подкрепление, можно больше не бояться неминуемого штурма позиций превосходящими силами противника.

— Обстановка спокойная, а вот подкрепление сейчас ни к чему. Самим османов не хватает! — хохотнул я. Причем засмеялся я не от своей шутки, так как шутки в этом и не было. Всё же османов действительно маловато, не успеем вдоволь повеселиться. Просто лица бойцов так забавно поменялись в считанные мгновения… и теперь они так злобно смотрят на меня, но ничего не решаются сказать.

— В смысле? Что значит, не нужно подкрепление? — не понял командир на том конце провода. — Мы «Аист» вызвали, он сейчас готов к взлету…

— «Аист»? — удивился я, да и остальные аж присвистнули от такой новости. — «Аист» — это хорошо. И я бы не отказался от пары ящиков взрывчатки. Если сможете доставить — будет прекрасно.

Так-то взрывчатку можно добыть из противотанковых мин, но бесы их уже потратили и придется искать новые. А так, сразу готовая и упакованная взрывчатка куда удобнее.

Долго поговорить с базой не удалось, так как вскоре подул сильный ветер и беса сдуло куда-то в сторону.

— Погоди… «Аист»? — помотал головой Художник, когда рация окончательно стихла. — Настоящий «Аист»?

— Нет, конечно. Художник, ну что ты за пилот такой? — возмутился я. — Ненастоящий, это так самолет называется просто. Ну стыдно не знать, Художник, в самом-то деле, чему тебя там учили вообще?

— Да понял я, что это самолет! — рыкнул он. — Просто не верится, что ради нас сюда пригнали настоящий «Аист»! Это же такая редкая специализированная модель! Он ведь практически неуязвим для систем противовоздушной обороны и может доставить груз или десант даже в глубокий тыл врага! — заверещал наш штатный пилот.

— Выходит, мы сделали что-то действительно важное, раз сюда пригнали такую технику, — почесал затылок Игорь. — А за такое обычно полагается премия, если что. Командир, позаботишься ведь об этом?

— Ага, ему только дай повод в бухгалтерию зайти, — хохотнула Катя. — Он от такого точно не откажется!

— Ладно, это всё хорошо, что мы такие молодцы, — добавил ложку дегтя в разговор Браг. — Но зачем было отказываться от подкрепления? — возмутился он. — Сам же сказал, что сейчас всё спокойно, так почему бы не закрепиться на этих позициях?

— Да смысл им лететь? Пусть отдыхают… Ну и это сейчас здесь всё спокойно, — пожал я плечами. — А где-то через часок начнется наступление и тогда тут будет весело…

* * *

На высокой горе в удобном складном кресле, сидел боец и внимательно наблюдал за происходящим через окуляр специального телескопа. Сейчас он смотрел на то, как огромный отряд османов с легкостью, не встречая сопротивления, прорывается через систему укреплений, поэтому продуманная сложная операция обещает завершиться отлично. Так что он не мог скрыть своей улыбки, ведь совсем скоро можно будет доложить командующему об успехах войск, а за такое частенько выдают премии.

— Господин, наступление идет по плану, — связался он по рации с командующим, убедившись, что всё действительно идет хорошо.

— На каком этапе мы в данный момент? — уточнил у него командир.

— Заключительный. Окопы преодолели практически без потерь, сейчас идет зачистка укрепленных подземных казарм и офицерских блиндажей, — отчитался дозорный.

— А враг? Много врагов убили?

— Насколько мне известно, ни одного. Противник парализован страхом перед стремительным натиском наших бесстрашных штурмовиков, господин. Уверен, многие успели сбежать, узнав о нашем приближении, — усмехнулся боец.

Прошло совсем немного времени и штурм был завершен. На шпиле в центре лагеря водрузили флаг Османской империи, и солдаты, собравшись вокруг, стали ликовать и праздновать победу.

— Всё! Господин, наши войска вывесили флаг! Это победа! — воскликнул дозорный.

— Да-а-а! ура-а-а! — послышались радостные крики из динамиков.

— Побе-е-еда-а… ой… — резко замер боец.

— Что случилось?

— Ничего, — буркнул он.

— Что ничего? — не понял командующий.

— А нет больше ничего… Всё… — растерянно проговорил дозорный, а в его очках отражался огненный гриб, что вырос на месте захваченного укрепленного лагеря. — Нет больше ни лагеря, ни штурмовых отрядов.

— Я не понимаю… Враг что, решил подорвать себя вместе с нашими воинами? — недоуменно проговорил командующий.

— Наверное… Стоп! Нет… — вздохнул дозорный и повернул телескоп в другую сторону. — Флаг Российской Империи теперь над другим лагерем, еще ближе к городу. Но ведь там расположены наши склады…

Глава 14

— Нет, ты должен прямо сейчас сказать мне всё, как есть! — Катя держалась дольше всех, но и у нее нервы не выдержали, так что она даже сорвалась на крик. — Как? Откуда ты знал? Как это вообще возможно? Мы же в последнюю секунду успели выскочить, каким образом ты так подгадал момент?

Я же спокойно сидел и дегустировал запасы чая на новом месте. Стоит отметить, что эта укрепленная база с полевыми складами на территории куда комфортнее, чем две прежние. Всё-таки не зря мы сюда пришли, ведь по возможности условия проживания надо повышать. И раз такая возможность подвернулась, так почему бы ею не воспользоваться?

— А что не так? — не понял я суть ее претензий.

— Что не так? Да не бывает так, чтобы каждый раз мы успевали что-то сделать в последний момент, полагаясь на одну лишь удачу! — воскликнула она. — Кто ты? Вот скажи мне, что ты за колдун такой? Или чародей? Кто ты, Костя?

— Ты только никому не говори, — решил я наконец признаться ей и подозвал ее пальцем. — Это на самом деле большая тайна и я могу доверить ее только тебе, — Катя подошла ближе, присела рядом и заинтересованно посмотрела на меня. — На самом деле, Кать, я демонолог… — шепнул ей на ушко.

— Р-р-р-ах! — зарычала девушка и подскочила со своего места. — Да ты всем это повторяешь каждый день!

— Ну так если ты знала, то зачем спрашиваешь? — насупился я.

— Допустим, это так и ты действительно могущественный демонолог… Но ведь так долго держать под контролем демонов невозможно! — завопила она. — Ну не бывает так, понимаешь? Ты, как демонолог, сам должен это понимать, контроль над демонами неизбежно снижается со временем!

— Кхы! — поперхнулся чаем Синий и поспешил отвернуться, сделав вид, что вообще не слышит наш разговор.

— А ты думал, я ничего не знаю о демонологии? — довольно ухмыльнулась Катя, поняв, что у нее познаний явно больше, чем у меня. — Да… А еще я знаю, что демоны крайне опасны, если давать им слишком много воли.

— Не слушай ее, — тихо проскулил Синий, но как только Екатерина посмотрела в его сторону, он тут же отвернулся.

— Если ты дашь демонам слишком много воли и будешь говорить им сходи туда, сделай то, а потом как вернешься, доложишь — это ничем хорошим не закончится, — развела она руками. — Так что сознавайся, как ты узнал, что на нас вот-вот нападут! Откуда такая точная информация?

— Эхх… — вздохнул я. — Ну всё, раскусила ты меня… — посмотрел на бойцов, чтобы не ржали. — Сейчас я расскажу тебе одну тайну, о которой мало кто может догадываться. Хотя ты, возможно, уже знаешь об этом, ведь ответ лежит на поверхности.

— Если ты опять скажешь, что это всё твой дар демонологии, я тебя стукну в лоб, — заранее предупредила меня Катя.

— А, ну тогда мне нечего сказать, — пожал я плечами и спокойно продолжил пить чай, тогда как девушка все еще сверлила меня взглядом. — Да шучу я! Вот, смотри, — достал телефон и показал Кате экран, где прямо сейчас транслировалось изображение с камер наружного наблюдения. — Никакой магии тут нет, просто камеры, — развел я руками.

— Вот и в чем была проблема просто рассказать мне об этом сразу? — возмутилась девушка. — Хотя, стоп… — нахмурилась она и снова присела рядом. — А откуда у тебя камеры, да еще и расставленные так удобно? — прищурилась она.

— А помнишь, я ночью пописать ходил? Вот, заодно и поставил, чтобы два раза не ходить, — пожал я плечами.

— За шесть минут? — возмутилась она.

— А ты что, засекала время, сколько я писаю? — поднял я бровь, тогда как Катя засмущалась. — Но даже шести минут предостаточно, чтобы расставить все камеры. Да и вообще, чего ты жалуешься? Зато теперь у нас есть душ, как ты и хотела… И склады, забитые боеприпасами и техникой. Да и столовая имеется, что тоже немаловажно.

— Вот тебя послушаешь, так у нас всё прекрасно, — включился в разговор Игорь. — Не жизнь, а сказка! Только если не учитывать, в какой мы сейчас находимся заднице! И на какой глубине!

— А вообще, тут чай действительно вполне сносный, — не обратила на него никакого внимания Кобра. — Так что я тоже ни о чем не жалею.

— Вы о чем все говорите? — психанул, наконец, Игорь. — Это действительно всё, что вас сейчас интересует? А ничего, что этот опорный пункт рассчитан на две тысячи человек? Как мы всемером его будем оборонять?

— Так семь — это счастливое число, — пожал я плечами. — А значит, нам обязательно повезет. Ну, или просто не повезет врагу, но это плюс-минус одно и то же. Кроме того, я камеры уже успел поставить, можете посмотреть, как там дела на улице…

* * *

Командующий обороной округа Гавкаала уже долгое время находился в штабе и не прерывал свою работу даже на сон и прием пищи. Ведь происходит что-то действительно странное и крайне неприятное.

Сейчас мужчина стоял, опершись руками на стол, и смотрел на интерактивную карту. Остальные присутствующие тоже довольно долго остаются без отдыха. Кто-то также стоит у стола и смотрит в карту, кто-то сидит в углу и держится за голову, а некоторые, и вовсе, лежат на полу и стонут. А что еще остается делать, когда происходит столько неожиданного и все планы на ближайшие несколько месяцев, которые так долго готовились в штабе, можно просто взять и выкинуть в мусорку.

— Нет, так продолжаться не может, — нахмурился командующий и сжал кулаки. — Это недопустимо. Слушайте мое решение! — гаркнул он и все звуки в штабе мигом стихли. — Приказываю инициировать дистанционный подрыв базы!

Некоторое время офицеры недоуменно смотрели на него и хлопали глазами, не в силах поверить в услышанное.

— Но… господин, — неуверенно проговорил один из них. — Ведь на эти укрепления было затрачено немало сил и времени. Не говоря уже о деньгах.

— Да, господин, там ведь такая продуманная система обороны, а врагов, насколько нам известно, совсем мало. Не лучше ли просто взять их штурмом? — включился в разговор другой офицер.

Всё же та база действительно одна из самых защищенных в округе. И она была рассчитана на то, чтобы долгое время противостоять любым попыткам штурма со стороны противника. Мало того, даже после захвата базы, врага всё равно ждала бы только смерть, так как многие из таких объектов заминированы под завязку и при нажатии одной секретной кнопки в штабе можно выборочно их подрывать.

— Эта база должна была служить нам еще долгие годы! И это последний рубеж обороны перед городом! — продолжили отговаривать командующего офицеры. — Султан не простит нам такого, всё же средства шли из его семейной казны! Очень много средств, господин!

— Я сказал… взрывайте! — ударил по столу командующий. — Штурмовать эту группу мы уже пытались, ничем хорошим это не закончилось. И сейчас враг только этого и ждет. Но мы можем прямо сейчас перехитрить врага и лишить русских элитного отряда!

— Как прикажете, — вздохнули подчиненные и достали специальный чемоданчик.

Там, внутри, лежала карта местности, на которой горели несколько лампочек. Эти лампочки отмечали расположение заминированных баз и при нажатии на любую из них будет инициирован дистанционный подрыв.

— Активировать можете только вы, — офицер передал командующему карту и слегка поклонился.

Все замерли, тогда как мужчина, тяжело вздохнув, нажал на нужную лампочку. Несколько секунд ничего не происходило и все замерли в ожидании, когда лампочка погаснет. И она погасла! Но не та, а соседняя.

— Может, перегорела просто? — предположил кто-то из собравшихся.

Может и перегорела, но командир почему-то резко вспотел. Ведь он знал, что лампочки эти полуартефактные, а значит, перегореть не могут. И они напрямую связаны со специальным устройством внутри каждой из подсвеченных баз.

— Просто скажите, что вы не настолько дебилы, что перепутали кнопки местами, — из последних сил пытаясь сохранять спокойствие, проговорил командующий.

— Вообще установкой взрывчатки не мы занимались, — спустя полминуты молчания, проговорил офицер. — Тут мужик сидел, полноватый такой, вот он и производил минирование. Но сейчас он в отпуске, если что…

— Тогда надеюсь, что это были пустые укрепления, резервные, — спокойствие командующего висело на волоске и он держался за этот волосок всеми доступными силами.

— Ну не совсем… Мы там собирали силы для будущего штурма.

* * *

Вот в чем плюс крупной базы — тут можно отойти подальше и спокойно, не отвлекаясь, поговорить с бесами.

Так и сейчас, рогатые позвали меня на разговор и отправили в качестве переговорщика Рембо, чтобы он передал общую мысль непосредственно мне. Правда, они и сами решили поучаствовать в дискуссии в качестве слушателей, потому сейчас в комнате собралось около двух сотен бесов.

— Ну, как-то так, — развел руками Рембо. — Если в двух словах.

— А вы точно бесы? — я окинул взглядом собравшихся. — Или кто? Что за бред я сейчас услышал? Что значит, вы сорвали спины и вам требуется отдых? Вы мне даже сотни лет не служите, о каком отдыхе может идти речь?

— Ну вот так, хозяин, — Рембо потупил взгляд. — Парни столько взрывчатки перетаскали, что уже не могут даже ногами передвигать. Мы ведь не демоны-носильщики, наши возможности ограничены. Ребята действительно утомились.

— А, ну если утомились, тогда ладно, — пожал я плечами. Действительно, если кто-то устал, то надо обязательно дать ему отдохнуть. Я ведь всегда так поступаю, верно? — Хорошо, идите отвлекитесь хоть от работы. Действительно, очень уж сильно я вас загрузил… — я поднялся и начертил на полу пентаграммную точку. — Вот, все, кто устал, можете заходить. У вас есть три дня, не больше!

Примерно сотня бесов сразу же ломанулась к переходу и все они стали пропадать в инфернальном пламени. Тогда как остальные так и остались стоять, как-то подозрительно глядя на меня.

— А вы чего? Не устали? — удивился я. — Сходите, отвлекитесь, чего вы? Разве не хотите?

— Да вот как-то не очень… — замялись бесы. — Мы не такие дебилы, чтобы верить в подобное.

— А зря, ведь они действительно отдохнут дня три… — вздохнул я, — после перерождения! Всё-таки сотней бесов штурмовать центральную базу врага, это даже для меня слишком круто. А они молодцы, сами вызвались. Сейчас хоть отвлекутся от рутинной работы и повеселятся за нас.

* * *

— Пум-пум-пум… Пурум-пум-пум… — Собутыльев старательно выводил красной краской новые линии на карте и постоянно сверялся с данными из последних отчетов, чтобы нигде не ошибиться.

Карта эта располагалась в центральной комнате штаба и обычно именно он перерисовывал границы по мере продвижения войск. Ну, или по мере отступления, такое тоже иногда случается.

В этот раз изменений оказалось довольно много, потому он провозился до самой ночи. Уже почти все офицеры отправились на отдых и в штабе остались только дежурные, но мужчина не хотел останавливаться и твердо решил завершить работу сегодня.

Получилось неплохо и теперь обновленная карта снова радовала глаз заштрихованными захваченными территориями. Также появились пометки над уничтоженными базами врага, над разоренными подорванными складами и еще несколько отметок — это обнаруженные скрытые укрепления противника.

— Ну всё, теперь можно и поспать, — выдохнул Собутыльев и убрал красный карандаш в специальный футляр. — Красиво получилось, да?

— Так точно, товарищ майор! — ответили дежурные.

— Отлично! Тогда я пойду, а вы тут пока…

— Никак нет, товарищ майор, — перебил его один из дежурных. — На карте неверно изображены границы.

— Что за глупости? Всё именно так, как я изобразил! — возмутился Собутыльев.

— Да, но буквально недавно поступил новый отчет… — скривился дежурный и протянул майору бумагу. — Надо перерисовывать, товарищ майор!

* * *

— Нет, я всё понимаю… — посмотрел на своих бойцов и помотал головой. — Солдатам свойственно жаловаться, это неотъемлемая часть солдатской культуры. Но, честное слово, впервые слышу, чтобы солдаты просили вместо шлёпок берцы! В шлёпках ведь не так жарко, да и ноги дышат.

— Вот со всем согласна, — заявила Катя. — Но есть один нюанс. Шлёпки — это хорошо, только если бы ты не заставлял нас бегать! И вообще, мы на вражеской базе, почему нам всё равно приходится выполнять утреннюю тренировку?

— Так это чтобы держать вас в тонусе, — пожал я плечами. — А что не так?

— Ну, как минимум, во время пробежки по нам палил османский снайпер! — взвыл Игорь. — Это вообще нормально для тренировок?

— Но ведь не попал же… — и чего они такие недовольные? Зато, благодаря этому снайперу, они бегали в полтора раза быстрее и ни на что не жаловались. Да и не снайпер это был вовсе, а просто Рембо было скучно, вот он и решил таким образом подбодрить бойцов. Причем я ему такого не приказывал, это исключительно его инициатива. С которой, разумеется, я спорить не стал, ведь вышло, и правда, забавно.

— Зато сколько бодрости теперь, после такой-то пробежки. Да? — улыбнулся я, а вот остальные почему-то посмотрели на меня исподлобья. — Впрочем, раз уж вы приободрились, предлагаю устроить настоящую пробежку.

— Ага, как же! Ты хоть и командир, но больше не заставишь нас сегодня бегать! — возмутился Игорь.

— Не, в этот раз исключительно по желанию, — я поднялся на ноги и собрался на выход. — Что, никто не хочет побегать? А зря, ведь по моим данным через минут десять это место начнут ровнять с землей.

Молодцы, что так доверяют моим разведданным. Но, на самом деле, нестись со всех ног было необязательно, ведь массированный артиллерийский обстрел начнется только через пару часов.

Мы как раз вышли из эпицентра и с комфортом разместились в подземной сети укреплений, куда снаряды точно не долетят. Причем до нашего появления этих укреплений не было, так как их буквально недавно вырыли бесы, углубившись на десяток метров вниз.

И вот, когда у меня закипел чайник, послышались первые разрывы. Что интересно, в это время бесы удерживают позиции сверху и периодически постреливают в сторону врага из пулеметов, чтобы у османов не возникло желания прекратить обстрел и отправиться на штурм.

Что я могу сказать по этому поводу? Османы окончательно взбесились! Ведь обстрел длился порядка трех дней, с короткими редкими перерывами, причем палили из всех стволов и эти перерывы были только для проверки, остались ли тут выжившие. А стоило бесам начать постреливать, как их накрывало новой порцией снарядов.

А нам даже ответить нечем. Обидно, ведь снаряды на складах были, а вот пушек мы так и не нашли. И пусть бесы — далеко не лучшие артиллеристы, но вокруг такое скопление османов, что промахнуться довольно сложно.

Кстати, небольшая поправочка. Обстрел не длился, а длится уже три дня и до сих пор прекращаться не собирается.

— А вы хоть представляете, сколько это денег? — задумчиво проговорила Кобра.

— Жалко только, не получилось продать османам снаряды, — грустно вздохнул я.

— Что? — хором ответили бойцы и посмотрели на меня.

— Не-не, ничего, — рассказывать-то действительно не о чем. Но жаль, конечно, что не удалось. Так бы получилось хорошенько заработать на этом обстреле.

Еще некоторое время каждый занимался своим делом и мы спокойно общались на отвлеченные темы. Например, Игоря очень интересовали возможные последствия прямого прилета снаряда в наш укрепленный бункер.

— А вот допустим, если снаряд прямо в кость попадет? Ну, представим, что в ногу угодит или в руку. Что тогда будет? Возможно ли выжить после такого попадания? — вопросы он задавал скорее в воздух, но остальные всё равно ненадолго задумались.

— Тут понимаешь, какое дело, Игорёк… — ответил ему Художник. — Многое зависит от того, в кого именно попадет снаряд. Если в меня или тебя — тогда всё, отправляй похоронку. А если вот в этого, — кивнул он в мою сторону, — мне почему-то кажется, что снаряд отскочит, причем в нашу сторону. Или не отскочит, но в любом случае проклянет тот день, когда он попал в Костю.

— Интересно, много ли у них еще снарядов? Со вчерашнего дня вроде даже магическими стрелять перестали, — проговорил Браг. — Значит, заканчиваются постепенно.

— Не знаю, сколько у них снарядов, но явно меньше, чем безрассудства у нашего командира, — хохотнул Художник.

— Да что-ж такое-то? — возмутилась Катя, что сидела в стороне и даже не слушала разговоров. Она отбросила в сторону пилку для ногтей и скрестила руки на груди. — Всё, я уже маникюр до идеала довела! Чем теперь заняться?

— Можем в картишки сыграть, — предложил я, не задумываясь. А что? Мы с демонами частенько так время убивали. — Можем на деньги, можем на желания или души…

— Я подежурю пойду наверху, — Синий сразу вышел из комнаты и действительно отправился на улицу. Ему показалось, что стоять под градом снарядов куда лучше, чем играть со мной в карты, и я его не виню.

Никто почему-то так и не захотел поиграть со мной, хотя я даже карты предоставил, так что пришлось дальше сидеть и скучать. Но в какой-то момент бойцы снова начали поднимать волнующие их вопросы.

— А вот что дальше будем делать? — обратился ко мне Игорь. — Мстить?

— Зачем? — удивился я.

— Ну так они пытаются нас убить, давят морально, осыпают снарядами, держат в страхе, — развел он руками. — С каких пор ты не мстишь за такое?

— Ой, да ладно тебе, — махнул на него рукой. — В страхе держат? По тебе и не скажешь, что ты трясешься от страха.

— Поначалу вообще-то страшно было… — пробурчал он.

— И поначалу не нужно было бояться. Я же сказал, что всё будет хорошо, — и почему они ко мне так редко прислушиваются? Ведь действительно, всё так и вышло. — Да и вообще, сейчас всё идет по плану. Мы опустошаем их склады, а так-то могли уже давно уйти по туннелям, их тут хватает.

— Погоди, так мы сейчас не оборону держим, а просто сидим и привлекаем внимание османов? — возмутились бойцы.

— А я разве приказывал держать оборону? Четко же сказал, что наша задача занять позиции и… И всё! Только занять, — пожал я плечами.

Как раз пока мы разговаривали, обстрел снова прекратился.

— О-о-о! Закончилось! — обрадовались солдаты, тогда как я устало вздохнул и поднялся со своего кресла.

— Сейчас вернусь…

Бесы должны поддерживать османов в тонусе редкими выстрелами в их сторону, но на этот раз разведка доложила, что сюда прилетел разведывательный беспилотник. Потому пришлось мне вылезать из укрытия и стрелять по нему из винтовки.

Разумеется, я по беспилотнику не попал, но зато обстрел продолжился уже спустя пару минут и именно в этом была основная задача.

* * *

Собутыльев стоял задумчивый и смотрел в экран, думая о своем. Вокруг была довольно оживленная атмосфера, командный центр переполнен служащими, отовсюду слышалось частое клацанье по кнопкам, операторы оживленно переговаривались между собой и передавали приказы.

— Вы уверены, что мы поступаем правильно? — в очередной раз уточнил один из офицеров, приведя тем самым майора в чувства.

— Не уверен… — стиснул зубы Собутыльев, — но это «демоны»… Они всегда так поступают.

— Жертвуют собой? — уточнил тот.

— Нет, конечно! Они не жертвуют собой, они становятся героями и вырывают для нас победу зубами! — рыкнул мужчина.

Ему не давали покоя эти мысли и мучила совесть. Ведь Константин в своем последнем сообщении передал информацию о том, что он со своим отрядом находится под массированным артиллерийским обстрелом, но удерживает позиции.

Вот только это было три дня назад. И пока связь работала, Собутыльев всячески пытался заставить Первого отступить и не заниматься глупостями. Тогда как Константин посоветовал воспользоваться прекрасной возможностью, узнать точное расположение артиллерии противника, и пока она стянута здесь со всего фронта, нанести по ней массированный ракетный удар. Плюс, где-то неподалеку расположены склады со снарядами, их тоже можно подорвать.

Майор уже собирался отправить на помощь Константину людей, но тот наотрез отказался и никакие уговоры не смогли его переубедить. Так что все эти три дня штаб гудел… Бойцы и офицеры выполняли последнюю просьбу Константина и каждый старался сделать, как можно больше.

И вроде бы это действительно поможет в дальнейшем продвижении армии, позволит сохранить немало жизней русских солдат, но… Но на душе у майора всё равно гадко. Ведь молодые ребята пожертвовали собой и всё это время не выходят на связь. И это при том, что на базе было запущено специальное и очень дорогое устройство, позволяющее поддерживать связь даже с самыми отдаленными участками фронта.

— Да сколько они могут лупить туда? — ударил по столу разведчик. — Нет там уже никого! Невозможно такой обстрел пережить!

— Я понимаю твою злость, — сжал кулаки майор. — Но ничего. Османы ответят за всё, я тебе обещаю. И мы должны сделать всё, чтобы жертва ребят не была напрасной!

Все собравшиеся хмуро выслушали слова майора и продолжили отмечать цели на карте, разрабатывать схему удара, продумывать планы атаки. И вот, когда прозвучала команда, всё уже было готово. Ракеты с шипением сорвались со своих мест. Они вырывались из-под земли, со специальных площадок, с кораблей и мчались каждая к своим заранее выверенным координатам.

На экраны вывели картинку с беспилотника и мужчины с нескрываемой радостью смотрели на то, как утопает в огне земля.

В этот же момент началась вторая фаза операции и армия рванула вперед по всему участку фронта, ведь османы прямо сейчас отвели большую часть своих сил для обстрела захваченного тылового лагеря.

Все эти действия были настолько слаженными, что у врага не было и шанса. Собутыльеву теперь придется закрашивать красным чуть ли не всю карту, ведь фронт сдвинулся на много километров вперед на всем его протяжении. Но этим он займется позже. В этот раз майор принял решение поучаствовать в атаке лично, потому возглавил одно из направлений и сам, сжимая в руках шашку и пистолет, мчался в первых рядах.

Врага удалось отбросить и совсем скоро отряд Собутыльева был уже на руинах разрушенного лагеря, где пожертвовали собой бесстрашные «демоны войны». И только благодаря их жертве удалось совершить такой прорыв ценой минимальных потерь.

Все звуки стихли и мужчины сняли шапки, чтобы почтить память геройски погибших бойцов. Некоторое время они стояли и каждый думал о своем, но в какой-то момент один из них заметил струйку дыма, что тянулась вверх из глубокой воронки от взрыва, а воздух наполнился жареным мясом.

— А может, это тела горят? — воскликнул кто-то из бойцов. — Товарищ майор, потушить надо! И похоронить с почестями!

— Верно, боец! Идем! — согласился Собутыльев и побежал с остальными к источнику дыма.

Но потушить тела они не успели, так как им навстречу вышел Константин с шампурами в руках.

— О! — удивился он. — А вы чего так рано? Сразу скажу, делиться шашлыком не буду! Порция рассчитана только на наш отряд!

Глава 15

Не дали спокойно шашлычок поесть, ну и ладно. Хотя, что значит ладно? Так удачно подвернулся молодой барашек, которому не повезло попасть под обстрел, что идея пожарить то, что от него осталось, пришла сразу всем бойцам из моего отряда. Быстро замариновали, развели огонь, приготовили шампуры… И только мясо пожарилось, как пришло подкрепление.

Когда нас обстреливали, никакого подкрепления не было, а как пожрать — так вот они мы!

Хотя ладно, я ведь сам запрещал им приходить сюда во время обстрела. Они бы здесь только мешали и отвлекали бесов от их основной работы. И это не говоря о потерях, которые в таком случае были бы неизбежны.

Так что пришли наши войска действительно вовремя, пусть и на полчаса раньше, чем мне хотелось бы. Пришлось делиться шашлыком, но лишь малой частью. Вышло, кстати, неплохо. Благо, соль перец и лук были на кухне, а больше ничего и не нужно.

Теперь тут стало довольно оживленно. Нагнали техники, прибыл стройбат и всюду вокруг можно услышать звон лопат, рев моторов и конечно же крепкий строительный мат. Он у строителей какой-то особенный… Даже не знаю, как описать. Информативный, что ли.

Тогда как войска тем временем продолжили давить османов и оттеснять их к городу. Из разговоров Собутыльева по рации я узнал много интересного. Оказалось, что пока османская артиллерия была отвлечена на нас, наши бойцы рванули вперед по всему фронту и уже успели захватить немало укрепленных позиций. Теперь их ускоренно переоборудуют и готовят к возможной контратаке со стороны османов.

А я хожу и смотрю, чтобы все работы были выполнены качественно и правильно. Зачем я это делаю? Так больше заняться нечем. Всё равно наша группа ждет эвакуацию и нам остается только сидеть тут и смотреть.

— Вот здесь танк окапывать не стоит, — указал на ошибку работников. — Лучше левее на двадцать метров, так будет безопаснее и правильнее, — снова немного прошелся и посмотрел на их работу. — А тут бетон не надо заливать, это лишнее. А вон там…

— Что? — воскликнул мужик, воткнув лопату в землю. — Что вон там?

— Вон там смотрите, какое интересное облако, — продолжил я. — На пингвина похоже…

— О, и правда, вылитый пингвин, — согласился со мной мужик и продолжил копать.

— Кстати! Окопы лучше копать чуть восточнее. Вот прямо тут, где я стою.

— Да с хрена ли? — прорычал копатель.

— Ну, просто, — я пожал плечами и спокойно направился дальше по своим делам. — Сюда ни один снаряд не прилетел, а значит, место удачное.

И всё-таки нравится мне такая жизнь. Она полна красок, в ней много развлечений, всё ярко и весело. Жизнь, где всё интересно, где есть движение, постоянно какая-то деятельность. Также есть все шансы погибнуть, что тоже немаловажно. Но от этого лишь веселей!

Я знал немало личностей, которые были практически бессмертны. И что действительно забавно, такие могущественные люди погибают куда чаще, чем более слабые и приземленные. Ведь думают, что всё, они повелители Вселенной, всё могут и никто их не победит. А потом пошлют куда подальше какого-нибудь Охотника или Архитектора, и всё. Со вторым еще есть какие-то шансы выжить, но придется довольно долго посидеть в темнице, а вот с Охотниками всё куда проще и быстрее.

То ли дело мы, демонологи. Нас посылаешь, так мы в ответ можем послать, и всё. Чувство юмора у нас есть, и потому мы убиваем таких шутя, каждый раз придумывая какой-нибудь новый и веселый метод лишения жизни.

Некоторое время я гулял и всячески мешал строителям своими дельными советами, но вскоре неподалеку приземлилась стайка боевых вертолетов. Не «Аист», конечно, но тоже довольно дорогая техника, способная противостоять даже самым мощным противовоздушным системам и пробиваться вглубь вражеских территорий. Как-никак, а они пока не зачищены и где-то в песках может прятаться враг.

Собственно, на этих машинах уже спустя два часа мы и отправились на базу. Почему два часа? Дело в том, что они должны были забрать нас сразу, но потребовалось какое-то время на погрузку трофеев. Ведь везли обратно мы раз в тридцать больше, чем брали с собой на задание. И это при учете того, что квадроциклы пришлось оставить, они не влезли в транспорт.

Что действительно странно — так это поведение местного прапора. Не знаю, что с ним произошло за время нашего отсутствия, но он по поводу квадроциклов даже ничего не сказал. Просто принял на хранение все наши набитые чем попало сумки, не задавая лишних вопросов. Потом поставил отметку в специальном журнале и отправил нас отдыхать… Лекаря бы сюда, чтоб проверил бедолагу. Для прапоров такое поведение несвойственно, может где бешенство подцепил или еще чего похуже?

— Ну всё… — выдохнули бойцы, стоило им зайти в комнату и побросать мешки на пол. — Живы! Представляете? Мы живы после всего этого!

— Зато сколько ради этого погибло маленьких красных человечков, — грустно вздохнула Кобра. — Бедные бесятки…

Она видит бесов — и это нормально. Мне бы пришлось потратить слишком много энергии, чтобы скрыть их от нее, ведь она и сама отчасти демон. Ну, это если очень грубо говоря, конечно.

Так вот, главный вопрос не в этом. Ну видит бесов, пусть себе спокойно наблюдает за ними. Но почему никто так и не сказал ей, что они реальны? Она ведь думает, что это всё галюцинации и не более того! Причем, как минимум, Игорь, Браг, Художник и, тем более, Синий знают о том, что это не так, но при этом молчат.

Правда, если они знают про мои возможности призывать бесов и скрывать их от посторонних глаз, то явно даже не подозревают о количестве этих самых бесов у меня на службе. Думают, что штук тридцать-сорок, как максимум, и очень сильно в этом заблуждаются.

— Вы все хорошо постарались! — решил я похвалить своих бойцов. Ведь и правда, последние три дня все они старательно сидели в подземном бункере и занимались своими делами максимально прилежно. — Потому даю вам один день отдыха. А потом выберем себе веселое задание и займемся делом!

— Ура-а… — послышался нестройный хор совершенно унылых голосов, и на этом бойцы разлеглись по своим койкам. Ну и ладно, вижу, что где-то в глубине души все они довольны. А чем заняться мне? Ну, как минимум, одна идея на сегодняшнюю ночь у меня есть, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

* * *

Игорь уснул практически сразу, стоило ему растянуться на кровати. Разве что перед сном он успел ощутить, что ноги его стали, как два кита… По которым выстрелили из корабельной артиллерии раз двадцать чугунными болванками и они застряли в этих тушах. Примерно такие ощущения, и это если выражаться мягко.

Ноги будто бы стали огромными и непослушными, так что даже если враг прямо сейчас нападет на военную базу, Игорь твердо решил, что не поднимется с кровати. Пусть лучше застрелят тут, чем придется сделать хоть одно движение.

Так что с этими мыслями он с головой погрузился в сладкую дрему. И снилась ему совсем другая жизнь… Начался сон с того дня, когда он еще юнцом записался в армию. Не в «демонов войны», разумеется, ведь тогда в этом не было необходимости. Он подписывал совершенно обычный зеленый контракт, который не сулил никаких опасностей, но при этом обещал неплохое довольствие и предоставление жилья по истечении срока контракта.

В реальной жизни Игорь подписал этот контракт, отслужил пять лет и еще за время службы встретился со своей будущей женой. Затем у них родился ребенок и армия выдала им квартиру до истечения срока контракта. После чего родилась вторая дочь, третья…

Потом началась война, в которой Игорь поучаствовал совсем немного, ведь его контракт вскоре истек и продлевать его мужчина не стал. Разве что через несколько лет ему пришлось подписывать уже черный контракт, но это уже совсем другая история.

Снилась ему совсем другая жизнь. Он, еще будучи совсем юнцом, не стал ставить подпись в бумагах и разорвал контракт с армией. Пошел учиться, устроился на завод токарем, затем встретил свою жену. По вечерам они сидели и смотрели сериалы, иногда он отправлялся на рыбалку. Охотой заниматься не хотелось, ведь там надо стрелять, а подобным Игорь уже был сыт по горло. Ему не хотелось прикасаться к оружию, хотя бы во сне.

Жизнь словно добрая сказка, медленно шла своим чередом. Всё было прекрасно и казалось, что это и не сон вовсе, настолько всё выглядело реалистично. Тишина, покой, умиротворение…

И вот, сидел он со своей женой в тесной кухне, пил чай, о чем-то разговаривал с ней. Та смеялась над его шутками, улыбалась, но в какой-то момент взгляд ее стал серьезен, а голос изменился.

— ПОДЪË-Ë-ËМ! — прорычала она голосом Константина и Игорь сразу же подскочил с кровати, не понимая, где он вообще находится.

А спустя пару мгновений послышался грохот и комнату заполнило дымом.

Стреляли из чего-то очень тяжелого и скорострельного. Было слышно, как массивные пули станкового пулемета с легкостью крошат бетонные перекрытия, как куски камня со свистом разлетаются в разные стороны… Также были слышны крики бойцов, вой сирены, и всё это мигом смешалось в единый оглушительный гул.

Игорь сориентировался сразу и, нырнув под койку, чтобы спрятаться от осколков, принялся спешно натягивать на себя броню. Автомат лежал тут же, так что он тоже сразу оказался в руках бойца, и только экипировавшись окончательно, мужчина нацепил шлем и выскочил, готовый принять бой.

Пока он одевался, взгляд случайно упал на наручный компьютер. В частности на часы и, судя по времени, сейчас глубокая ночь. А поспать удалось всего около трех часов.

Постепенно из-под своих коек повылезали и другие бойцы, так что без лишних разговоров заняв боевое построение, они рванули в общий коридор, где спали остальные бойцы. Там сейчас царила настоящая паника, мигали красные тревожные огни, сверкали вспышки выстрелов и оглушительный грохот станкового крупнокалиберного пулеметы бил по ушам.

И стоило им выйти в общую комнату, как звуки выстрелов резко стихли. Несколько секунд все стояли и удивленно озирались по сторонам, кто-то кашлял от поднятой пыли, другие пытались застегнуть бронежилет, но дрожащими руками сделать это не так-то просто.

— Да ну?.. — выдохнул Игорь, заметив Константина. Тот стоял в углу и держал в руках вырванный откуда-то станковый пулемет. А на его лице была довольная улыбка.

— Ну всё, — пожал он плечами и развернулся в сторону выхода. — Учебная тревога окончена, можете спать дальше, — на этом Константин вышел, тогда как бойцы так и продолжили стоять в изумлении и смотреть на многочисленные дыры от пуль на потолке и в стенах. И на выбитые окна, через которые перепуганные солдаты в попытке спастись от обстрела сигали на улицу.

— Мужики, — к Игорю подошел сержант с позывным Гранит. — Я понимаю, ваш командир жестко вас тренирует. Как-никак, «демоны войны» и всё такое… — он замялся на пару секунд, как бы не решаясь продолжить. — Но нас-то за что? Мы же просто спали и никого не трогали! — остальные триста пятьдесят разбуженных солдат явно были полностью согласны с сержантом. Все как один бледные, у кого-то руки всё еще трясутся и зубы стучат. А несколько кроватей, и вовсе, теперь надо сушить.

— Эх… — вздохнула Катя. — Поверь, бывало и хуже.

— Вы только на будущее расскажите ему… — снова замялся Гранит, — Пусть в следующий раз хотя бы холостыми заряжает. А то у нас потолка не осталось.

* * *

Раз уж всё равно собрался отправиться на задание, то как я мог уйти, не попрощавшись? А от себя оставил в подарок заряд бодрости на весь день, ведь что может быть лучше? Теперь они не проспят целые сутки и смогут провести свой выходной с пользой. Ну и не только мои бойцы, все остальные тоже хорошенько приободрились, причем даже включая начальство. Всё-таки я никого не предупреждал

Ладно, немного развлек ребят, теперь можно взяться и за дело. Как раз в списке заданий есть одно интересное, на которое вполне можно отправиться в одиночку.

Причем задание действительно интересное, мощное, веселое, однако оно лежит и пылится в штабе уже довольно много времени. Не понимаю, как такие задания вообще могут лежать дольше пяти минут? Каждый командир должен мечтать отправиться на такое! Может, его просто никому не предлагали? Да, скорее всего так и было.

Задание это не только веселое, но и полезное для всего фронта. Суть его заключается в уничтожении железнодорожных путей или самого поезда. Не знаю, как они проложили рельсы прямо через пески пустыни, но, видимо, там была применена магия. Так или иначе, сейчас через Османскую империю прямо к фронту тянется железнодорожная ветка, по которой круглосуточно носится туда-обратно тяжелый бронированный специальный грузовой состав.

Подорвать пути не так просто, как кажется. Даже в направлении на задание это четко указано, ведь пути укреплены специальными артефактами и обычный заряд даже не погнет рельсы. Не говоря уже о том, чтобы нанести серьезный ущерб железной дороге.

Можно заложить больше взрывчатки и тогда что-то может получиться. Но так тоже уже делали. Взрыв получился что надо, пути разорвало, но уже спустя пару часов там было столько османов, что диверсионной группе оставаться смысла не было, это верная смерть. После чего ремонт занял всего пару часов и османы улетели обратно на базу. В общем, устраивать подрыв бесполезно, надолго это логистику не заморозит.

Первой мыслью было взорвать поезд, но это тоже оказалось непросто. По крайней мере, Собутыльев клятвенно заверял меня, что сделать это пытались уже многие и ни у кого не вышло. Из поезда по диверсантам открывали огонь, а заложенная взрывчатка оставляла лишь незначительные царапины на тяжелой броне поезда.

Пустить под откос? Тоже пытались, например, подкладывая так называемый башмак на рельсы, но это тоже не сработало. У поезда есть специальная защитная система от подобного.

Но, в любом случае, что-то надо сделать. Недавно османы потратили практически все запасы снарядов и теперь им попросту нечем воевать. Так что из тыловых регионов сюда направили загруженный доверху состав, и в ближайшее время он должен прибыть на место. Вот этого лучше не допускать, ведь в таком случае продвижение снова остановится и вернуть темп наступления в будущем будет, ой, как непросто.

Задание крайне важное, а потому меня отправили туда на «Аисте». Раз уж вызвали его, надо хоть как-то использовать, вот и решили выделить самый безопасный транспорт.

— Слушай… Вот мы летим, а я всё думаю… — нахмурился пилот спустя минут двадцать полета. — А тебе тут не тесно?

— В самый раз, — пожал я плечами и посмотрел в пустой трюм тяжелого и практически неуязвимого самолета. Тут можно несколько танков разместить, не говоря уже о роте солдат. Хотя какая рота? Думаю, человек триста спокойно влезет, пусть и будет довольно тесно. — А что?

— Да просто… Сам понимаешь, это «Аист», — задумчиво проговорил тот. — Ты хоть представляешь, сколько стоит этот полет?

— Не уточнял, если честно, — признался я. — А что, дорого?

— Ну как-бы тут расходуется не только топливо, но и артефакты! — воскликнул он. — Это самолет специального назначения, он предназначен для заброса крупных элитных диверсионных групп в тыл врага. Причем забрасывать вместе со снаряжением!

— Я тоже, между прочим, снаряжен! — возмутился я и указал на свои пожитки.

— Если это действительно твое снаряжение, то… Даже не знаю, что сказать. Кто ты, Константин? Новое секретное оружие Империи? — помотал головой пилот. Он явно начал о чем-то догадываться.

Приземляться не пришлось, так как меня и мои пожитки просто выкинули на полном ходу из самолета и далее я спускался на парашюте. А затем быстро сориентировался на местности при помощи бесов и направился по кратчайшему пути к железной дороге. Благо, она охраняется не на всём протяжении и гулять тут можно вполне свободно.

Отправился я, разумеется, не пешком, а на транспорте. Он приземлился недалеко от меня, тоже на парашютах, потому долго идти не пришлось и вскоре я продолжил путь с комфортом.

Помню, прапор даже прослезился, когда я запросил именно такую технику. А что? Очень удобный мотоцикл с люлькой. Разве что мотор запускать приходится ногой, но так даже лучше, электроники меньше и отказывать нечему. Такая техника даже в аномалиях работать может, но, разумеется, всему есть предел.

Почему прапор прослезился? Просто он вспомнил, что в детстве у его отца был похожий мотоцикл. Стоит ли говорить, что молодых прапоров не бывает и этот — не исключение?

А я люблю древние артефакты и этот мотоцикл — не исключение. Что удобно — в люльку мне насыпали взрывчатки, но сразу сказали, что этого всё равно не хватит. Чтобы перебить рельсы, надо несколько часов палить по ним из артиллерии. И когда снаряды попадут раз двадцать в одну точку, тогда поезд уже проехать не сможет. А моими тридцатью килограммами тротила разве что шпалы почесать.

Еще на этой же люльке закреплен пулемет и если что, можно посадить за него Рембо. В общем, волшебная техника, мне очень нравится.

Моя задача сейчас — повредить сам поезд, а не железную дорогу. Его создавали специально для этого направления и даже дали название — Носорог. Название говорящее, ведь этот поезд огромен, даже на фоне других бронепоездов. Трехэтажные вагоны, толстая броня, усиленная голова состава, множество орудий крупного калибра, защитные артефакты, генераторы помех. В общем, настоящая передвижная неприступная крепость.

Уже через час я нашел железную дорогу и, хорошенько спрятав мотоцикл, направился сразу к ней. До поезда оставалось около часа, потому я не спеша начал чертить пентаграмму прямо на песке, затем выпил немного холодного чая из термоса.

— Красота… — выдохнул я. Как раз вдалеке показались огни поезда, и земля под ногами задрожала от его приближения. А я окончательно понял, что для подрыва этого железного монстра надо хотя бы пять «Аистов». Начинить их взрывчаткой и направить прямо в него. — Ну ладно, носорог… Посмотрим, как ты справишься с мышонком.

Хлопнул ладонью по пентаграмме и влил побольше энергии. Она постепенно покрылась пламенем и вскоре, когда огонь поднялся на высоту трех этажей, оттуда показался любопытный пятачок. Тоже на высоте примерно трех этажей, надо сказать. Да и пятачок этот по размеру примерно как Рембо.

Огромный мощный монстр, сотрясая землю каждым шагом, вышел из инфернального огня. По массе, как двадцать слонов, под толстой бронированной кожей бугристые мышцы, а на голове милые ушки и малюсенькие глупые глазки прямо, как у мышки. Собственно, потому их так и прозвали.

— Задание простое, — пожал я плечами. — Беги навстречу поезду и… Да и всё, в принципе. Просто беги, мышонок, и ни о чем не беспокойся!

* * *

Собутыльев стоял и разглядывал обновленную карту, размышляя о чем-то своем, тогда как в штабе было довольно оживленно. Как-никак, фронт ожил, и теперь там постоянно идут боевые действия. Отряды рвутся вперед, османам приходится отступать, а отбивать свои позиции обратно они не могут без прикрытия артиллерии.

Потери за последние дни значительно сократились, тогда как у врага наоборот, дела стали заметно хуже.

— Как думаете… — задумчиво обратился к офицерам майор. — Справится? — он смотрел на отмеченную красным точку на карте. Именно туда отправился Константин, чтобы устроить диверсию на железнодорожных путях. Об этом знали все, но многие сильно сомневались в успехе операции.

— Мы столько раз пытались, всё бесполезно, — махнул рукой кто-то из офицеров. — Хорошо, если сможет убраться оттуда целым и невредимым. Хотя, это тоже маловероятно, у нас там пропадали даже лучшие диверсанты, а он… — на этом мужчина завис и задумался.

— Вот-вот, — хохотнул Собутыльев. — А он тоже явно не пальцем деланный. В общем, остается только ждать. Правда, жаль, что первую партию снарядов он уже точно пропустит, но может на обратном пути попытается что-то сделать. Тоже хорошо будет.

Некоторое время они стояли и смотрели на карту, но в какой-то момент у Собутыльева зазвенел наручный компьютер.

— О! Константин звонит! — удивился он. — Наверное, скоро высаживаться будет, — майор нажал зеленую кнопку и принял вызов. — Ну что, Первый, как дела?

— Задание выполнено! — спокойно ответил тот, но голос его был едва слышен сквозь грохот взрывов и скрежет железа. — Сейчас назад поеду… Но это долго.

— Хах! Первый, мне послышалось, что ты уже выполнил задание! — расхохотался майор. — Представляешь? Хаха! Ха… Хм… — он нахмурился, так как получил сообщение с коротким видео. А там вагоны разлетаются в разные стороны, переворачиваются, и детонируют набитые внутри снаряды.

— Я чего звоню-то… — продолжил Константин. — А можешь Художнику вертолет какой-нибудь выдать? Пусть заберет меня, а координаты я скоро вышлю.

— Но там же сосредоточение противовоздушных систем врага, — нахмурился Собутыльев.

— О, спасибо, что напомнил! — воскликнул Константин. — Главное, пусть никто об этом ему не говорит. Хорошо?

Глава 16

Художник спокойно сидел в кресле пилота, лениво потягивал рычаги, направляя вертолет в сторону указанных координат и напевал незамысловатую песенку. Вот бывает ведь, услышишь где-то случайно какой-нибудь глупый мотив с совершенно бессмысленными словами и потом ходишь, постоянно напеваешь его, хотя он тебя даже бесит.

Вот и с Художником так. Шел мимо столовой, услышал идиотскую песенку по радио, и всё, теперь постоянно мычит ее себе под нос и бесит окружающих. Причем даже бесов, но он сам об этом не знает.

Ну, а почему сейчас ее не напевать? Художник был в прекрасном расположении духа, ведь сегодня утром ему выдали вертолет и сказали лететь, выполнять задание. Летать он любит, и уж тем более, вертолет этот довольно маневренный и управляемый. Бывают такие удачные модели, которые вроде и стоят недорого, и нет в них каких-то навороченных дорогих систем, но при этом летать на подобных — одно удовольствие.

Настроение и так было отменное, а теперь и вовсе. Ведь его могли отправить в какое-нибудь опаснейшее место, но вместо этого сейчас Художник летит забрать кого-то из пустыни. Собутыльев так и сказал, мол, какому дураку придет в голову размещать системы противовоздушной обороны посреди песков? Правда, после этого он отвернулся, а остальные тактично промолчали и тоже отвели взгляд.

И вот, летит он себе спокойно, напевает песенку, иногда потягивает холодный кофе со льдом. Что удобно, в этом вертолете есть встроенный холодильник для пилотов. Точнее для напитков, которые они решат взять с собой, а не для них самих. Кондиционер поддерживает комфортную температуру, и легкий прохладный ветерок дует в лицо пилоту. Благодать! Учитывая, что за бортом плюс сорок.

— Внимание! Опасность! — вдруг вся приборная панель замигала красным, а женский роботизированный голос стал раз за разом повторять одно и то же. — Обнаружен пуск самонаводящихся ракет! Внимание! Опасность!

— Вот же сволочи! — Художник сразу убрал кофе в подстаканник и взялся двумя руками за рычаги, приготовившись к маневру уклонения. — Ракету вам в хвост, черти! — прорычал он и начал творить свою особую, лётную магию.

Машина взвыла от напряжения и рухнула камнем вниз, пропуская над собой сразу несколько ракет. Прогремели взрывы и над Художником возникло дымное облако, в которое он тут же направил вертолет.

Развороты, взлеты и падения, сложнейшие маневры на грани возможностей машины. Несколько раз вертолет едва не врезался лопастями в песок, иногда он выбивал пылевое облако и срезал верхушки барханов укрепленным днищем.

И всё это время приборная панель сверкала красным. Один датчик за другим сообщал об опасности, но к этому моменту Художник уже предпринимал действия по уклонению или даже ответной атаке. Заранее, прежде, чем враг даже успеет нормально навестись.

— Зафиксировано наведение, рекомендуется активировать тепловые ловушки!

— Да знаю я! — рыкнул Художник. Он уже заметил, как в небо за его спиной поднялись два османских вертолета. Причем более новые, чем его техника, так еще и предназначенные для перехвата других вертолетов. — Будут им тепловые ловушки!

Пилот резко дернул на себя штурвал и, развернувшись в воздухе, нажал сразу несколько кнопок. Из брюха его машины вырвалось несколько сверкающих и дымящихся ракет, что устремились в разные стороны, а снизу из специального люка высунулся трехствольный пулемет.

Короткая очередь, и один из вертолетов задымился, начав уходить в сторону. Но второй успел выпустить две ракеты и также стал палить из своего пулемета прежде, чем Художник успел срезать и его.

— Обнаружены повреждения! Производится анализ, — роботизированный голос спокойно докладывал о произошедшем, тогда как по лбу Художника градом стекал пот. — Пробитие корпуса! Повреждения незначительные, основные системы не задеты!

По идее, это должно было успокоить пилота, но пот по его лицу теперь потек нескончаемыми ручьями, а руки его затряслись. Перед глазами сразу всплыла картинка. Ирина с указкой в руках… На самом деле, она ни разу ни на что не показала своей указкой. У этого инструмента была совершенно другая функция — причинять боль. Ирина могла кольнуть указкой под ребра, нанести удар плашмя… Художник до сих пор не понял, какой из этих ударов неприятен ему больше всего.

Так вот, за повреждения корпуса, пусть и совсем незначительные, обычно полагался удар по пальцам. Почему? Ведь если повреждения незначительны, значит, можно не обращать на это внимания. Но нет. Как говорила Ирина: «кому это чинить? Тебе? Нет, Империи. А твоя задача не разорять Империю, а защищать ее…». Ну и всё в таком духе. Каждое повреждение техники заканчивалось длинной лекцией, после которой в обязательном порядке шли побои для закрепления информации.

Вот и сейчас Художник слышал сообщение системы, а перед глазами Ирина. Очень недовольная Ирина с указкой в руках, стоит и укоризненно качает головой.

— Да я сам эту царапину закрашу! — взревел пилот. — Не надо лупить меня указкой!

— Вертолет такого класса может выдержать многое, и большая часть повреждений не навредит его основным функциям! — прорычала воображаемая Ирина. — Но технику надо беречь, особенно казенную. Вот купишь свой вертолет и делай с ним, что хочешь!

— Да ты что, жена моя, что ли, чтобы нотации мне читать? — Художник снял ботинок и кинул его в Ирину, но, ожидаемо, тот пролетел сквозь нее.

— Кто знает, Художник, как повернется судьба… — оскалилась она и, спустя мгновение, исчезла, оставив бледного пилота истекать холодным потом.

* * *

— Залета-а-а-ай! — верещал Художник, тогда как его вертолет летел задом и распахнутым задним люком загребал песок.

Я же мчался на своем драндулете с коляской и выжимал из него все соки. Правда, соков этих осталось совсем немного, ведь в люльке лежит всякий хлам, а позади, вгрызаясь в песок, волочится связка из самых разных пулеметов. Ну что успел снять с поезда, то и прихватил. Разве что уцелело не так много, большая часть состава сейчас пылает и взрывается.

Мотоцикл в последний раз чихнул, икнул, и стал замедляться. Но Художник к этому моменту уже подвел свою машину и, зачерпнув нас, словно ковшом, сразу стал набирать высоту.

— Всё! Ха! — пилот ловко орудовал рычагами и параллельно выстраивал маршрут, оставляя отметки на интерактивной карте. — На базу!

— Эмм… — скривился я. — А с чего ты так решил?

— Ну, мне было приказано отправиться за тобой… — замялся Художник. — Забрать и… дальнейших указаний не было, а значит, пора возвращаться на базу.

— То, что дальнейших указаний не было — не значит, что они не появились сейчас, — развел я руками.

— И куда мы в таком случае летим? — обреченно выдохнул тот.

— Мы летим бесить османов, — не понимаю, почему он сам не догадался? Топлива в баках предостаточно, время свободное есть. Так почему бы не провести его с пользой? Ведь что может быть полезнее, чем действовать на нервы врагу и наносить ему критический моральный ущерб всеми доступными способами?

— Но как ты предлагаешь бесить их? — возмутился Художник. — Мне уже нечем бесить, патронов почти не осталось, да пара ракет под крыльями висит.

— Ничего, что-нибудь придумаешь, — отмахнулся я. — Будем летать вокруг их базы ПВО, как комар над ухом. И чтобы ни одна ракета по нам не попала, понял? — пригрозил ему пальцем.

— Командир, ты сейчас серьезно? — сник пилот.

— А что такого? Я тебя не для легких прогулок на обучение отправлял, — пожал я плечами. — Всё, полетели, в общем. Есть тут одно местечко, совсем недавно о нем узнал.

— Наша смерть будет на твоей совести, — буркнул Художник.

— Насчет этого не переживай, совести у меня всё равно нет.

Собственно, пока мы говорили, всё уже началось. Загорелись красные огоньки, всякие датчики начали верещать, как в последний раз, а я накрепко зафиксировал себя в кресле и просто получал удовольствие от полета. Вверх, вниз, затем куда-то вбок, после чего нас закрутило. Мир мелькал перед глазами, переворачивался, крутился, и всё это время вокруг гремели нескончаемые взрывы. Тогда как Художник полностью сконцентрировался на управлении вертолетом и словно слился с ним воедино. Он дергал рычаги, жал какие-то кнопки, постоянно щелкал тумблерами, и казалось, будто ему не приходится задумываться ни над одним действием. Всё четко выверено и находится под полным контролем. Так что я окончательно расслабился и просто получал удовольствие, словно катаюсь на карусели, а не летаю над вражеской базой противовоздушной обороны.

А вскоре стали ясны причины, почему Художник так старается. Ведь по нам действительно не могли попасть ни одной ракетой, хотя они и были все сплошь самонаводящиеся. Как это возможно? А тут всё просто. Главное — правильно замотивировать человека, а он уже сам придумает, как сделать всё максимально хорошо.

— Я не пойду на переаттестацию! — взревел пилот и машина ухнула вниз, открыв огонь по скоплению врага. — Никогда больше!

* * *

Начальник османской базы противовоздушной обороны едва переводил дух и недоуменно смотрел в окна высокой башни на развернувшуюся перед ним бредовую картину. Ему пришлось хорошенько пробежаться, ведь путь сюда неблизкий. Из защищенного подземного бункера, в котором он проживает, мужчину срочно вызвали подчиненные и даже не смогли объяснить, что там наверху происходит.

Ведь действительно непонятно. Что это за вертолет, почему он так странно летает, почему ракеты не могут попасть по нему и проносятся мимо, и главный вопрос — где законы физики, когда они так нужны? Ведь этот вертолет явно их не соблюдает и творит, что хочет.

— Но ведь на такой технике невозможно сделать мертвую петлю! Да и бочку тоже не получится! Он не может так быстро останавливаться, его мотор на такое не рассчитан! — держался за голову начальник и задавал вопросы даже не своим подчиненным, а скорее Вселенной. Вот только она молчала и вместе с остальными спокойно смотрела на бешеный вертолет. — Да что стряслось? Откуда он взялся? — бедолага даже протер глаза, надеясь, что всё это ему снится и он просто пока не проснулся.

И лучше, если это будет так. Ведь только при нем было выпущено несколько десятков ракет и страшно представить, сколько выпустили до его появления тут. А еще страшнее представлять, что с ним сделает потом начальство за все эти промахи. Ведь ракеты — штуки не дешевые, ненамного дешевле этого вертолета. Но проблема не только в этом. Его база крайне важна, ведь совсем скоро должен проехать поезд с невероятно ценным и критически важным грузом. Его надо защитить любой ценой, и появление полоумного вертолета прямо над базой явно этому не способствует.

— Мы должны не дать ему ничего повредить! — рыкнул начальник.

— Да, второй раз за день будет как-то слишком, — согласились с ним остальные.

— В смысле? — не понял он. — Что второй раз?

— Ну, повредит… — почесал голову офицер. — А, точно, вы же спали, совсем забыл. В общем, тут такое дело… Даже не знаю, как помягче об этом сказать.

Так начальник и узнал о недавнем крушении поезда. Подчиненные не стали ходить вокруг да около и все рассказали ему, как есть, но бедолаге понадобилось несколько минут после такого, чтобы прийти в себя.

И всё это время вертолет продолжал летать над базой, по-прежнему бесцеремонно нарушая законы физики.

— Это они виноваты? — нахмурился мужчина и указал в сторону вертолета.

— Маловероятно, — пожали плечами бойцы. — Машинист перед смертью успел прокричать в рацию, что на путях какая-то огромная…

— Огромная, что?

— А договорить он не успел, так что остается лишь догадываться, — развел руками подчиненный. — Скорее всего, просто не повезло.

— Наоборот, сказочно повезло, — задумчиво проговорил начальник. — Нам, по крайней мере. Теперь на нас этот провал точно не повесят, — он некоторое время стоял и смотрел в окно. — Да сбейте вы ее уже! Она прямо над нами, почему попасть не можете? Вот же, близко!

— Так она крутится! — воскликнул офицер. — И никак не останавливается!

— Ну так дождитесь, пока крутиться перестанет. Зачем ракеты тратить? — пожал плечами начальник.

— Да? А ничего, что он крутится уже двадцать пять минут и еще ни разу не остановился?

Так прошло часа два и у начальника закончились волосы на голове. Все выщипал. А как их не выщипать, когда запасы ракет тают на глазах, и при этом сбить назойливый вертолет так и не получилось? Даже повредить не удалось, на нем пока не появилось ни одной царапины, хотя солдаты очень старались и не жалели ни ракет, ни патронов.

Так еще из столицы позвонили. До высшего командования дошла информация о вертолете, кружащем над одной из основных баз и потому начальнику непрозрачно намекнули, что этот вертолет обязательно должен быть сбит в ближайшее время. Иначе его самого в качестве ракеты используют, ну, или, будет мулом работать где-то в горах. Ни один из этих вариантов мужчину совершенно не устраивал, потому он постоянно подгонял своих бойцов и требовал от них еще большего старания.

— Бейте всем, что есть! — рычал он в рацию. — Не жалейте снарядов! Лупите из всех орудий!

Ракеты стали срываться в воздух одна за одной, всё кругом заполонило дымом, и спустя пару минут звуки взрывов резко стихли. Остался лишь пропеллера, но и тот тоже стал значительно тише и спокойнее, ведь вертолет перестал кружиться и теперь медленно летел куда-то по своим делам.

— Ну? Чего встали, дебилы? Он больше не может уклоняться, стреляйте! — проорал начальник.

— Так всё, — развел руками кто-то из его помощников. — Нечем больше стрелять. Закончилось.

— Значит, используйте запасные!

— Но вы же сказали, бить из всех стволов, не экономить. В общем, запасных тоже нет, — вздохнул тот.

— Так… — нахмурился начальник. — А почему он разворачивается… И почему он летит к нам???

— Видимо, он тоже знает, что у нас закончились ракеты, — обреченно вздохнул помощник.

— Эй! Сволочь! Домой лети! — начальник открыл окно и стал орать на вертолет. — Я тебе говорю! А ну развернись! Эй! — мужчина недоуменно посмотрел на замерших от удивления офицеров. — А зачем он выпустил магнитные канаты? Стоп! Эта сволочь цепляет наше новейшую ракетную установку! Это же секретная разработка, мы ее даже подключить не успели! Куда он с ней полетел? — он снова открыл окно и стал гневно размахивать руками. — Верни ракетницу, сволочь! Не-е-ет! Не хочу быть мулом!

* * *

— И что это? — Собутыльев смотрел на накрытую тряпкой установку и не мог понять, зачем мы положили это прямо у входа в штаб.

— Сувенир, — честно ответил я. — Османы передали.

— Почему мне кажется, что ты это не купил? — прищурился майор.

— Потому, что не кажется, — пожал я плечами. — А вот вы точно купите, я в этом уверен, — похлопал его по плечу и отправился в свою комнату.

Там еще надо разложить другие трофеи, оценить их, и затем сдать прапору. Он пока принимает вертолет и удивляется тому, насколько он вернулся целым с такого задания. Всё же технику Художнику выдали для поездки в один конец, по крайней мере, в этом были уверены практически все.

Закончив с приятными хлопотами, сел писать отчет. Разумеется, полную версию уже написал демон-душнила, а я решил в оглавление вставить краткий пересказ, без лишних подробностей и описаний местности и погоды.

Затем сдал этот отчет, прилег отдохнуть, и уже минут через десять за мной прислали бойца.

— Товарищ лейтенант, вас вызывает начальник штаба, — отчитался тот. — Разрешите идти?

— Разрешаю, — устало вздохнул я и стал собираться.

Не спеша оделся, вышел на улицу и прогулочным шагом направился в сторону здания штаба. Там поднялся на второй этаж, свернул в коридор и в самом его конце нашел дверь с надписью «Собутыльев».

— Что, я уже где-то накосячил? — заглянул в дверь, а там собралось чуть ли не всё командование части. Майор же сразу жестом приказал зайти и присесть на стул.

— Нет, наоборот, всё отлично, — улыбнулся он. — Поезд ведь остановил! Но хотелось бы узнать, как тебе это удалось. А то в отчете описана фракция песка в двадцати метрах от железной дороги, марка стали рельсов… Ты даже древесные кольца в шпалах посчитал!

— Ну так информация лишней не бывает, — пожал я плечами.

— Да, но сути в отчете не указано. Описано всё, кроме момента остановки поезда! — воскликнул майор.

— Ой, да чего там описывать? — махнул я рукой. — Остановился и остановился. Потом взорвался, правда, но это уже не моя заслуга. Видимо, старый был, и снаряды просроченные вез, других объяснений не вижу.

— Совсем взорвался? — уточнил кто-то из командиров.

— Окончательно, — отрезал я. — Вряд ли починят.

— Так, допустим, — помотал головой Собутыльев. — А ракетницу ты как спереть умудрился?

— Ой, там тоже забавная история вышла, — усмехнулся я. — Если вкратце, то мы просто разрядили остальные ракетницы.

— Ладно, не хочешь — не говори, — махнул на меня рукой майор. — Последний вопрос… Ты хочешь служить в моей части на постоянной основе?

— Да мне непринципиально. Но, в любом случае, не получится, всё-таки я «демон войны» и приписан к другой части, — вздохнул я. Хотя тут проще добывать золото и для меня так получается выгоднее.

— А вот насчет этого не переживай, — заулыбался майор. — У меня есть много знакомых среди высшего командования, так что вопрос с переводом мы решим быстро, — он достал телефон и выбрал нужный ему номер. — Да, здравствуй, Кирюха! Мне тут надо один небольшой вопросик решить, можешь помочь?

— Так ты озвучь, — спокойно ответил Кирилл, а мы все услышали это, так как Собутыльев включил громкую связь.

— Можно к нам одного «демона» на постоянку? Очень ценный боец, пусть и совершенно неизвестный никому.

— Гм… А знаешь, — задумался собеседник, — ты вовремя позвонил, я как раз в данный момент с Императором сижу, общаюсь… — майор резко побледнел и даже встал по стойке смирно. Впрочем, как и остальные присутствующие в комнате. — Здравия желаю, Ваше Величество! — выпалил он.

— Здравствуй, майор, — послышался голос Император.

— О, здрасьте, Ваше Величество! — я тоже решил поздороваться.

— Привет, Костя, — усмехнулся Император. — Как жизнь?

— Да нормально… Ну, знаете, воюем тут, стреляем по врагу, а он по нам, — пожал я плечами. — Грех жаловаться…

— На, это хорошо, — согласился Император. — Слышал, ты на ежегодный бал ко мне приедешь? Мне всё правильно доложили?

— Ага, — вздохнул я. — Извините, я бы еще поговорил, но нужно отвлечься. Тут майору как-то поплохело, надо помогать.

Глава 17

Да уж, день получился тяжелый. И очень надеюсь, что не только у меня.

Я подошел к двери нашей комнаты, взялся за ручку двери и замер, так как оттуда послышались звуки. Вроде бы они должны были быть на полигоне? Насколько помню, мы именно так договаривались.

— Хах! — вдруг рассмеялся Игорь.

— Ты чего? — удивились бойцы. Всё же они только разлеглись по своим койкам после целого дня изнурительных тренировок, а он тут хохочет.

— Ну так помните, как мы на массаж сходили? Трудились, тренировались, из полигона не вылезали… А стоило только расслабиться, прилечь, и Константин тут как тут! А представляете, если Константин опять вот так возьмет и заявится в самый неподходящий момент?

— А ведь это невероятно верные мысли… — я заглянул в приоткрытую дверь и оскалился, а бойцы тут же в ужасе повскакивали со своих мест.

— Константин! Вот честное слово, только прилегли! — заверещали они. — Буквально пять минут назад! А до этого тренировались!

— Ну да, конечно я ровно так и подумал, — всё-таки мне уже докладывали бесы, что видели, как мои бойцы тренируются на полигоне.

И тренировались довольно долго, целый день. Я просто решил их занять делом, пока сам разбирался со своими проблемами. Ведь надо было не только сдать отчеты и пояснить, каким образом мне удалось остановить поезд. Пришлось с Императором поговорить, потом приводить майора в чувства.

Кстати, после того разговора он как-то забыл о желании перевести меня к себе в часть. По крайней мере, его уверенность в том, что он вот так просто разберется с этим переводом, пропала.

После разговора отправился к прапору и с ним тоже надо было решить несколько вопросов. Мы же привезли не только гору оружия и взрывчатки, но и новейшую ракетницу. Ее продать не так-то просто, ведь это секретные новейшие разработки османов. Так что и впаривать такую лучше не на общем рынке, а попытаться заинтересовать имперских ученых и инженеров.

Вот эти ребята явно могут заплатить куда больше, но придется некоторое время подождать, когда они смогут оценить сувенир из жарких краёв.

В общем, всё довольно сложно и требует времени. Плюс, дела были не только здесь, но и в домене. Там стало значительно больше строителей и с ними надо как-то расплачиваться и договариваться. А еще не забывать о том, что без жесткого контроля бесы и демоны имеют свойство расслабляться и начинать наглеть.

Потому пришлось появиться в домене, всыпать самым наглым пару ударов плёткой, погонять их вокруг недостроенного замка, а потом запереть в общественном туалете. Всё, как обычно, такие эффективные воспитательные меры не меняются веками и работают безотказно.

— Вижу, что вы хорошенько отдохнули и вам не терпится заняться чем-нибудь сложным, — я уселся на свою койку и посмотрел на бойцов.

— Да у меня уже палец опух на спусковой крючок давить! — взвыл Браг. — Я даже не считал, сколько ящиков патронов выпустил за день!

— А у меня к плечу теперь не дотронуться. Там от приклада уже кровавые мозоли! — поддержал его Игорь.

— Это всё ерунда, — лениво протянула Катюша. — Вот я ноготь сломала, и это действительно проблема. Плечо хотя бы второе есть, можно с левой руки стрелять, да и пальцев аж десять штук.

— Ну так ногтей тоже десять, — подметил Синий.

— Ой, всё! — махнула она на них рукой. — Ничего вы не понимаете.

А чего тут понимать-то? Все ведь правильно говорят, у нее девять целых ногтей осталось, так чего переживать из-за этого?

— А у тебя всё в порядке? Не устала на тренировке? — кивнул я Кобре, что спокойно сидела на своей койке и со скучающим взглядом наблюдала за стайкой бесов в углу комнаты.

— Да, всё хорошо, — пожала она плечами. — Разве что голоса в голове достали. Но надо сказать, иногда у них получаются действительно смешные шутки.

Вот ведь интересно вышло с Коброй. Но ничего, совсем скоро я начну ее тренировать тому, что действительно важно. Всё это время я не трогал ее, так как сердцу требуется какое-то время на ассимиляцию в организме. Оно должно прижиться, тело должно свыкнуться с тем, что по нему теперь протекает демоническая энергия. Сложный и совсем не быстрый процесс, который лучше лишний раз не подгонять. Но осталось совсем немного и скоро окончательная настройка организма будет завершена.

Что еще интересно, Кобра получила сердце далеко не самого слабого демона. Он был достаточно силён и имел своих подчиненных. Кстати, именно они сейчас забивают эфир и пытаются вывести ее из себя. А еще девушке приходится делиться с ними энергией, ведь заключенные с ними контракты никто не отменял. Причем у них была возможность разорвать контракт сразу после пересадки сердца, но они решили ничего не менять. Еще бы, ведь это показалось для них прекрасной возможностью неплохо подзаработать.

Демоны уверены, что поток энергии никогда не прекратится и они еще долгое время будут получать ее в прежних количествах. Плюс, можно довести девушку до смерти и тогда они получат еще больше энергии, сразу весь объем, прописанный в контракте.

Даже интересно узнать, сколько там, этих подчиненных. Но пока что получить информацию не выйдет, ведь я старательно скрываюсь от их глаз. Не хочу портить сюрприз и раскрывать все карты, пусть дальше думают, что поймали судьбу за пятку и скоро в их жизнях наступят очень большие перемены.

Кстати, в этом они действительно правы. Перемены будут, их будет много, и они будут серьезными. Это я могу обещать.

— Ладно, я правда не могу смотреть, как отдыхают солдаты. Это противоестественно, сама Вселенная не может терпеть подобной несправедливости! — развел я руками.

— Ну не-е-ет… — протянул Художник.

— А, это я не тебе, — разу помотал я головой. — Ты у нас молодец, и потому заслуживаешь дополнительный выходной. Не каждый может сделать так, чтобы демонолога укачало. Причем дважды! Так что ты молодец, и можешь лежать еще сутки.

— Да ну? — не поверил он своим ушам.

— Что, неожиданно? — усмехнулся я. — Ну вот так, тебе действительно можно лежать и ничего не делать целые сутки.

— А нам?

— А вам пора отправляться на задание, — пожал я плечами и передал заранее полученное направление с подробным описанием деталей операции. — Ну, не всем. Кобра туда не пойдет.

— Я что, какая-то особенная? — возмутилась она. — Все пойдут, и я пойду!

— Да? То есть ты не хочешь сходить со мной и попричинять немного боли? — ухмыльнулся я, тогда как у девушки в глазах сверкнул огонек.

— Та-ак… А вот с этого момента поподробнее!

* * *

Художник лежал на своей койке и внимательно изучал потолок вот уже несколько часов подряд. Поначалу потолок был интересный, но лишь до тех пор, пока он не был изучен полностью.

Теперь же с каждым часом лежать становилось всё сложнее, ведь Художник уже знал каждую трещину, каждое пятнышко на этом потолке.

Впрочем, на некоторое время мужчина нашел, чем себя занять. Он повернулся на бок и стал смотреть в стену, ведь она пока еще не была изучена и представляла хоть какой-то интерес. Вот только и стены надолго не хватило, потому вскоре скучающему солдату пришлось искать новое развлечение.

Даже поговорить не с кем… Товарищи ушли на задание, командир вместе с Коброй отправился на тренировку. А его будто бы забыли тут, как кого-то ненужного. Обидно, и это мягко говоря.

Хотя Художник уже не раз ловил себя на мысли, что он, по идее, должен радоваться такой возможности отдохнуть. Он завершил сложнейшее задание, где пришлось применить всё своё мастерство пилотирования, затем сходил на тренировку. Ведь даже если ты пилот, всегда возможно встретить врага лицом к лицу. Самолет могут сбить и тогда придется сражаться на земле, потому эти навыки забывать нельзя.

Правда, не факт, что стоит биться за свою жизнь после крушения самолета. Ведь потом придется как-то объяснять Ирине, почему он допустил потерю техники.

— Нет, ну невозможно ведь… — выругался Художник и встал с кровати. Он несколько раз прошелся по комнате, посмотрел в окошко, еще раз прошелся, пытаясь хоть чем-то себя занять.

Но скука с каждой минутой становилась всё сильнее и всё мучительнее, потому он решил немного прогуляться по территории части. Вдруг в курилке солдаты будут анекдоты рассказывать? Хоть какое-то развлечение.

Вот только сейчас не то время, чтобы рассказывать анекдоты. Ведь весь фронт движется вперед, потому на базе практически никого не осталось. Лишь несколько отрядов, но и те ходят какие-то хмурые, готовятся к своим заданиям.

Пару часов Художник шатался по территории части как неприкаянный, заглядывал в окна, сидел в беседке… На кухню заглянул, но там тоже все были заняты своими делами.

— Да с каких пор я перестал радоваться отдыху? — возмутился он. — Что со мной произошло?

Хотя Художник понимает, что произошло. И по чьей вине так получилось. Но ругаться вслух на Константина не решился, потому продолжил гулять. Когда вся военная база была уже истоптана, он решил расширить область поиска приключений и направился к военному аэродрому.

Зачем? Да просто, на самолеты посмотреть. Может, что-нибудь разобрать и собрать, или помочь кому-нибудь советом. Что угодно, лишь бы не слоняться без дела. А то вдруг там кому-то помощь нужна? А если не нужна, то это хороший повод ознакомиться с ассортиментом, представленным на данный момент в военной части.

Вскоре Художник добрался до места и сразу заглянул в ангар, где стоял «Аист».

— Эх… — мечтательно вздохнул он и погладил шасси. Сейчас самолет закрыт, а без приказа внутрь его не пустят. Идти получать приказ? Нет, это слишком долго. Впрочем, этот самолет и со стороны выглядит прекрасно. — Ладно, оседлаю тебя, рано или поздно. Ты только не убейся, пока ждешь, — пилот похлопал «Аиста» по колесу и направился к выходу.

В следующем ангаре расположились несколько миниатюрных, но очень юрких истребителей. Тоже забавная техника, на которой можно творить довольно интересные вещи. Их возможности ограничены лишь выносливостью пилота, но на случай потери сознания от перегрузок, в них установлен автопилот. Как только датчики фиксируют потерю управления, он сразу включается и после набора высоты отправляет самолет обратно на базу.

Единственный минус — много оружия с собой не возьмешь. Пару легких ракет, небольшой трехствольный пулемет, которым разве что пехоту или легкую технику косить — вот и весь доступный арсенал подобных самолетов.

Художник побродил среди техники, вспоминая, что он вытворял, будучи в капсуле. После чего вышел на улицу и заглянул в следующий ангар. А там было куда веселее, ведь стоило ему открыть дверь, как из дальнего конца послышались гневные вопли.

— И зачем ты это сделал, дебила кусок? Я тебя спрашиваю, придурок! — рычал какой-то мужик, но ответом ему было невнятное бормотания. — Отвечай четко, идиот! Зачем? Кто тебе разрешил? Я тебя просил об этом?

Художник сразу направился на звуки и вскоре увидел интересную картину. Мужик в форме пилота в звании младшего лейтенанта возвышался над чумазым пареньком лет двадцати и орал на него не своим голосом.

— Тебе повторить вопрос? — продолжил орать младший лейтенант. — Ты зачем мне запасной бак отцепил? А?

— Ну я… — замямлил паренек в перепачканной рабочей одежде.

— Заткнись! Ты что, хочешь, чтобы я рухнул и не выполнил задание? Да это предательство! Измена родине! Из-за таких, как ты, мы всё ещё не выиграли эту войну! — брызгая слюной, верещал пилот. — Да я тебя прямо на месте застрелить могу за такое!

— Не надо! Я ничего такого не сделал! — взмолился парнишка.

— Не надо, говоришь? — тот достал пистолет из кобуры. — Думаешь, если я отдам тебя под трибунал, будет легче? Знаешь, что с такими как ты делают в тюрьме?

— Да я просто хотел помочь! Без запасного бака будет лучше! — воскликнул тот. — Я узнал, что место десантирования совсем недалеко, но там много систем противовоздушной обороны. А значит, нужна повышенная маневренность, вот и решил немного облегчить конструкцию. Всё равно запасной бак не пригодится, там основных за глаза!

— Ты дебил! Твое дело не думать, а делать! — зарычал лейтенант и схватил бедолагу за ворот одежды, подтянув его ближе. — В руководстве по эксплуатации и обслуживанию такого нет! А значит ты просто намеренно пытался испортить самолет!

— Слушай, ну если не написано в книге, не факт, что парень не прав, — Художник подошел к ним и решил вступиться за парня. Он говорил максимально спокойно и пытался как-то остудить пыл орущего пилота.

— А ты еще кто такой? Второй дебил-техник? — лейтенант окинул Художника быстрым взглядом.

— Я из «демонов войны», рядовой с позывным Художник, — пожал плечами тот.

— Вот только какие-то зеленые «демоны» мне еще нотации не читали, — помотал головой лейтенант. — Тебе лучше закрыть варежку и идти отсюда!

Художник посмотрел на паренька, а тот чуть ли не плачет. Стоит, ссутулившись, вздрагивает от криков бешенного пилота и искренне не понимает, что он сделал не так. Сам он ничего не может ответить, так как слово обычного рядового техника гораздо слабее слова настоящего пилота. Потому ему остается просто стоять, мяться на месте и выслушивать все эти крики, не имея возможности даже как-то оправдаться.

— А чего это ты меня зеленым называешь? — Художник перевел взгляд с паренька на красного от злобы идиота и нахмурился. — Ты так пытаешься показать себя выше меня? Или просто тупой? Сам элементарных вещей не знаешь, а на людей орешь просто так.

— Ты по ходу нарываешься, — мужик отпустил техника и направился к Художнику, продемонстрировав ему самый злобный оскал.

Но, к удивлению пилота, Художник в ответ на этот оскал расхохотался.

— Мужик! — он схватился за живот и продолжил смеяться. — Нет, ну правда! Может полгода назад я бы испугался, но после Кости вот эта твоя ухмылка выглядит, как мимическая судорога имбецила!

— Гомнецов, правда, не лезь, — в ангар тем временем на крики вошли еще люди и попытались остановить пилота. — Это же человек из отряда Кости, лучше с ним не связывайся. Просто забудь и иди, готовься к заданию.

— Да хоть Кости, хоть Феди, мне плевать, — скривился Гомнецов, тогда как Художник продолжил хохотать. — Хотя ладно, так и быть, не буду его трогать. Правда ведь, на задание скоро.

Он развернулся и ушел прочь, а Художник подошел к технику и похлопал того по плечу.

— Не тушуйся так, ты ведь прав, — поддержал он паренька. — Запасной бак, и правда, на таком задании лишний, ты всё сделал правильно.

— Правда? Я просто подумал, что как раз разгрузится хвостовая часть, и это хорошо скажется на скорости вертикального руления.

— Всё верно, — кивнул Художник. — А Гомнецов просто идиот, не обращай на него внимание.

Художник наконец нашел себе благодарного слушателя, так что они вместе пошли осматривать самолет и общаться на тему технических тонкостей этой модели.

А паренек оказался действительно грамотным техником. Он сам, в свободное время от службы, изучает информацию о новых моделях, иногда напрашивается к коллегам из соседних ангаров, чтобы посмотреть вживую, как обслуживать другие самолеты и вертолеты.

— Слушай, Гоша, ну у тебя знаний уже хватает, чтобы стать пилотом, — усмехнулся Художник. Ведь паренек окончательно разошелся и стал вываливать всю известную ему информацию. Бедолаге, видимо, тоже не с кем было поговорить.

— Эх… Пилотом… — грустно вздохнул тот. — Об этом мне пока только мечтать. Хотя я всю жизнь мечтаю о небе. Но когда-нибудь обязательно добьюсь своего!

Гоша, сколько себя помнит, всегда был невзрачным и нелюдимым. Ему с детства нравилась воздушная техника, но окружающие и родственники лишь подшучивали над ним. Мол, ты такой нюня, такой нерешительный и слабый, что тебе даже по земле ходить — и то хорошо. Все были уверены, что он никогда не добьется успеха.

Но паренек лишь внешне выглядит нерешительным. На самом деле, он обладает редкими чертами характера и способен мужественно идти к своей цели, невзирая на трудности, что неминуемо встречаются на пути.

Вот он и решил доказать всем, что даже такой невзрачный паренек, как он, способен на многое.

— Правда, меня пока даже на обучение не берут, — честно признался Гоша. — Ведь со здоровьем у меня тоже так себе, по правда говоря. Не могу даже медкомиссию пройти.

Здоровье — это очень важно для пилота. Ведь если управлять боевой техникой, нередко приходится терпеть серьезные перегрузки. Стоит ли говорить, что далеко не каждая модель оборудована автопилотом, который бережно вернет тебя на базу в случае потери сознания?

Пока они сидели и мирно беседовали, в ангаре начали собираться люди. Бойцы стали загружать экипировку в самолет, да и тот пилот тоже появился, всё также будучи в скверном расположении духа.

— Нет! Я сразу сказал, нет! — кричал он. — Не полечу я!

— Да с чего ты подумал, что можешь принимать такие решения? — проорал в ответ командир. — Твоя задача — доставить нас до точки высадки, а там уже хоть сколько можешь ныть.

— Мне этот мелкий ублюдок самолет сломал, так что я отказываюсь лететь. Сначала его под трибунал отдайте, самолет на капитальный ремонт, тогда и подумаю, — скрестил руки на груди пилот, понимая, что замену ему всё равно не найти. — Если так надо, пешком идите, тут недалеко.

— У нас уже группа собрана и на месте надо быть не позже, чем через час! — прорычал командир.

— Ну так нечего было подпускать всяких криворуких к технике, — развел руками Гомнецов. — Всё теперь, придется ждать.

— Но это очень важное задание, придурок ты упертый! Как ты не понимаешь? Мы нового пилота прямо сейчас не найдем!

— Почему же? — Художник подошел к командиру отряда. — Я могу вас прокатить, — пожал он плечами.

— Гм… — задумался тот. — Ты же пилот из группы Первого, верно? — уточнил он, а Художник утвердительно кивнул. — Отлично! А ты, Гомнецов, можешь снимать свою пилотку и брать в руки автомат. Я добьюсь, чтобы тебя в пехоту перевели, уж поверь.

Тот еще что-то орал, но его уже никто не слушал. Бойцы спешили как можно скорее погрузить в самолет все необходимое, командир носился и раздавал указания.

— Кстати, мне нужен помощник, — вспомнил вдруг Художник. — Я бы хотел взять с собой Гошу в качестве второго пилота. Вы же не против?

— А у него разве есть сертификат? — нахмурился командир. — Без бумажки сам понимаешь, я его взять не мог, — Художник вздрогнул, услышав это слово. Ведь в прошлый раз он сам назвал летный сертификат «бумажкой». И за это его хорошенько отхлестала этим самым сертификатом Ирина, требуя уважительного отношения к важнейшему документу для любого пилота. — Всё-таки вылет не учебный, а очень даже тяжелый и серьезный.

— Командир, ну ты шутишь, что ли? — мимо проходил один из бойцов. — Это же Художник!

— Но сертификат… — замялся тот.

— Сейчас я Косте позвоню, может он что-то придумает, — Художник нажал пару кнопок на своем наручном компьютере и приложил его к уху. — Костя, я тут на задание решил слетать по-быстрому. Так вот, хотел взять себе техника в качестве второго пилота. Но у него сертификата нет, потому не пускают. Ага… Понял, сейчас! — он протянул средство связи командиру отряда, а тот приложил его к уху.

— Константин? Ага… Понял… Принял! — кивнул мужчина, после чего завершил звонок. — Ну всё, вопрос решили. Только смотри, чтобы пацан не чудил, задание всё-таки серьезное.

Художник подмигнул Гоше, и вместе они направились в кабину, где стали проверять все системы, запускать двигатели и проводить все необходимые манипуляции.

Вскоре машина выкатилась из ангара и направилась на взлетную полосу. А затем, набрав достаточно скорости, резко взмыла в небо. Полет проходил относительно спокойно и до точки оставалось совсем немного. И всё бы хорошо, но вскоре некоторые бойцы стали подшучивать над молодым. Они дружили с прежним пилотом этого самолета и потому хотели хоть как-то задеть наглого паренька. Нет, им хотелось бы задеть и Художника, но тут ситуация совсем другая. Над людьми из отряда Первого лучше не шутить, об этом все знают.

— Эй, Гоша! — крикнул кто-то из них. — Ты давай, не угробь нас! А то после такого техника и хвост может отвалиться! — они расхохотались, тогда как остальные лишь мотали головой.

— Художник, ты только своему карманному другу штурвал в руки не давай! А то он своими ручонками что-то сломает, и всё! Ха-ха!

Художник никак не реагировал на все эти подколки, тогда как паренек постепенно краснел и огонек в его глазах угасал. Он всю жизнь мечтал оказаться в кресле пилота, поднять машину в воздух и доставить бойцов до точки высадки. Поучаствовать в чем-то важном, настоящем. Но яркие краски первого полета омрачали все эти дебильные унизительные шутки.

— Вообще, вы хоть знаете протоколы десантирования? — крикнул другой боец. — Возможно, я и не специалист, но сажать техника в кресло младшего пилота — это грубое нарушение правил!

— Да, мою жизнь подвергают неоправданной опасности, я напишу жалобу на имя майора! — закивал второй. — И вообще, даже если без этого, нарушений протокола достаточно! — он открыл книжку и стал сверяться с пунктами, старательно выискивая нарушения. — Во! Техник обратился по громкой связи, не использовав заблаговременно специальный предупредительный световой сигнал! Нарушение? Нарушение! Что там еще…

Бойцы стали наперебой выискивать даже самые незначительные ошибки и сразу высказывать их. Тогда как Художник сидел, молчал, но постепенно начинал закипать.

— Минутная готовность! — скомандовал первый пилот и стал готовиться к десантированию группы. Он указал номера тех, кто сможет прыгнуть во время первого захода и те высадились совершенно штатно и без каких-либо проблем.

Люк закрылся, тогда как внутри самолета всё еще остались бойцы, которые весь полет подкалывали Гошу.

— Эй! — возмутились они. — А нам когда десантироваться?

— А вам… — Художник обернулся и они увидели его злобный оскал. — Активация протокола номер восемьдесят девять ноль четыре семьдесят шесть! Опасность сбития!

Пилот ловко защелкал многочисленными тумблерами и резко рванул на себя штурвал. Машина резко повернулась в воздухе и, резко взвыв турбинами, рванула вверх.

— Приготовиться к экстренному сбросу! — захохотал Художник. — Согласно протоколу номер семьсот восемьдесят три двести девятнадцать, я не могу уточнять у десанта степень готовности! А значит, сброс начнется через три, две, одну…

Он дернул рычаг и ничего не понимающие бойцы вылетели из распахнутого заднего люка вместе со всем своим скарбом, словно мешки с картошкой. И только после этого самолет снова встал в горизонтальное положение и все звуки стихли.

— Это… Это что было? — только спустя несколько минут, ошарашенно проговорил Гоша.

— Да ладно тебе, смешно ведь, — усмехнулся Художник. — Они еще и в лес приземлятся, кстати. И что самое главное, больше не будут так шутить про пилотов. На воздушном судне ты царь и бог, как скажешь, так и будет. А вот таких шутников… Впрочем, такое работает безотказно и они перестают шутить уже после первой процедуры.

Некоторое время они летели молча, но Художник вдруг вспомнил одну важную деталь.

— Но учти и запомни, это очень важно! Если на борту Первый, то лучше так не делать. С ним всё равно не сработает, у него патологическое чувство юмора.

* * *

Мы с Коброй спокойно прокатились на двухместном пустынном вездеходе и вскоре прибыли на полигон.

— О, вот это мне нравится! — девушка сразу потянулась к тяжелому пулемету.

— Не-не… — замотал я головой. — Сегодня у нас совсем другая история, — на моем лице появилась довольная улыбка. — Сегодня мы будем веселиться совсем по-другому.

Я покопался в заплечной сумке и выудил оттуда длинный кожаный хлыст с серебряной ручкой.

— Ты будешь учиться работать с этим орудием, — оружием хлыст не назовешь, так как он может выполнять множество других функций. И нет, его не используешь в качестве шнурков. Но зато с его помощью можно, скажем, построить дом.

— Эмм… — замялась Кобра.

— Пока что просто поверь, что это важно, — успокоил ее. — А я тебе покажу, как этим пользоваться.

— Но зачем мне это? — не поняла она.

— А ты сама как думаешь? — развел я руками. — Подчиненных будешь строить. И поверь, тебе это понравится.

Мне тоже нравилось. Сразу перед глазами возникли яркие картинки, как я похожим хлыстом отхаживал по заднице архидемонов. Как они визжали, как сразу уважительно начинали относиться ко мне. И как просто с ними было потом договариваться.

* * *

Представители центрального научного отдела Империи прибыли на воркутинскую военную базу поздно вечером и сразу направились в кабинет Лежакова.

Бойцы без лишних вопросов провели их в штаб, а генерал уже ждал их. Потому им даже представляться не пришлось, так как Лежаков уже знал их пофамильно. Ведь об их прибытии ему сообщил центральный штаб еще несколько дней назад.

— Рад вас видеть, — искренне улыбнулся Лежаков, после чего перевел взгляд вниз. — А это, значит, и есть те самые убийцы?

— Так точно, — кивнул старший из них.

Трое мужчин стояли посреди кабинета и каждый держал в руках по поводку. А перед ними послушно сидели три опасных с виду и даже уродливых пса с огромными кривыми клыками. Мощные челюсти, бугрящиеся мышцы, с короткой красноватой шерстью, а в глазах плещется ярость.

— Это новая порода, — пояснил один из них. — Демонические Волкодавы. Скажу вам по секрету, при их создании использовалась демоническая кровь и артефакты, и они заряжены демонической энергией. Очень опасные существа, но при этом совершенно покорные.

Сильные, мощные, умные, опасные. Судя по описанию, они способны даже устраивать засады и обрушиваться на врага в самый неожиданный момент. Рвать зубами сталь, устраивать хаос в рядах врагов и выживать, даже получив страшнейшие раны.

— Я так понимаю, надо их испытать? — уточнил Лежаков, а те утвердительно кивнули.

— Верно. Волкодавы должны сходить на несколько заданий для испытания в боевых условиях, — проговорил старший.

— Ну… — скривился Лежаков и снова посмотрел на этих страшных монстров, — у нас тут медведи мощные, как бы собак ваших не сожрали.

— Хах! Эти собаки любого медведя порвут! — с уверенностью заявил один из них. — Можете не сомневаться в этом.

— Слушай, возьми пока псов, погуляй. А то они жару не любят, — старший научник попросил своего подчиненного и передал ему поводок.

Оставшиеся двое расселись по креслам, Лежаков предложил им выпить чая в честь такого научного открытия, и те не стали отказываться. Тем более, еще есть, чего обсудить.

Но спустя буквально пару минут на улице послышалась пальба, вопли и крики, рычание, лай. И судя по этим звукам нетрудно было догадаться, что собаки с кем-то сцепились на территории части.

Генерал рванул к окну и выглянул на улицу, пытаясь понять, что же там произошло.

— Говорите, они послушные? — рыкнул он и зло посмотрел на научников, после чего побежал к выходу.

Вскоре они выскочили на улицу и без труда нашли источник шума. Там уже столпились солдаты, но все они держатся на безопасном расстоянии и даже оружие не направляют в сторону опасности, чтобы не провоцировать лишний раз. Тогда как навстречу Лежакову и двум научникам побежал третий. На лице его четко читался испуг и даже слезы навернулись на глаза.

— Там… Там… Порвали! Всех порвали! Я ничего не мог сделать! — вопил он.

— С*ка! — выругался Лежаков, понимая, что собаки здесь могли напасть на солдат. Скорее всего, они вырвались из-под контроля и атаковали первую попавшуюся цель. И если верить описаниям, подобные монстры могли одолеть даже сильного одаренного офицера, не говоря уже о простых рядовых.

— Нет! Не может быть! — мотал головой старший. — Это невозможно!

Они снова побежали в сторону столпившихся бойцов и вскоре на пути стали попадаться следы крови и клочья шерсти.

— Докладывай! Что здесь случилось? — Лежаков схватил за ворот одежды первого попавшегося бойца. — Быстро!

— Товарищ генерал! — вытянулся тот по струнке. — Собаки вышли из-под контроля и бросились…

— НА КОГО? — прорычал генерал и все тут же замолкли. — Я спрашиваю, на кого? Где они?

— Так вон ведь, — ткнул пальцем в сторону дерева боец и только сейчас Лежаков начал осознавать, что всё не так понял.

Ведь собаки непонятно каким образом забрались на дерево и сейчас, сидя на ветках, жалобно выли. На каждой из них были заметны глубокие царапины, местами выдрана шерсть. Да и вообще, эти страшные монстры сейчас выглядели довольно жалко.

И все трое испуганно смотрели вниз, где спокойно сидели и умывались черные котята с крылышками за спиной.

— Они увидели котят и бросились за ними! — продолжил рассказывать о произошедшем боец. — А затем… В общем, им не повезло, ведь это котята Кости. Мы пытались их оттащить, даже из автомата пальнули.

— Да, пальнули… И что я теперь прапору скажу? — взвыл боец, что сидел неподалеку и обреченно смотрел на то, что осталось от его оружия. — Им не понравилось, видите ли, что я стреляю. Но зачем оружие-то портить?

— Мяу! — невозмутимо ответил один из котят и показал когти. Как раз этими когтями он разделил недавно автомат на несколько частей.

— Котята Кости, значит… — нахмурился Лежаков и укоризненно посмотрел на научников. — Демонические Волкодавы, говорите? Медведя загрызут, да?

Глава 18

— А ты точно раньше не пользовалась кнутом? — прищурился я.

— Да в первый раз в руках держу, честное слово, — пожала плечами Кобра и нанесла еще несколько точных ударов, сбив на приличном расстоянии последние мишени. — Даже не думала, что это будет так просто.

Вот и я не думал… Действительно, тренировка пошла куда легче, чем я рассчитывал. Если первые удары Кобра наносила хаотично, то совсем скоро она привыкла к оружию или даже вспомнила, как им пользоваться. И всё, дальше ни одного промаха.

Есть еще некоторые техники, которые только предстоит освоить, но это всё придёт со временем, надо только уделять внимание тренировкам.

А в конце у Кобры так классно получалось щелкать плетью, что бесы в радиусе километра машинально подскакивали от каждого щелчка. Как-никак, этот звук заложен в их подсознании как что-то очень страшное. Они знают, что такое плеть и чего он может делать.

Для демонов эти звуки и вид плети означают дикую, невероятную боль, которую может причинить господин. Причем причинить ее совершенно легально, имея на это полное право. Чуть ли не каждый житель демонического плана хотя бы раз когда-то получал плетью по мягкому месту, без этого никак.

Но, разумеется, есть некоторые нюансы. Дело в том, что носить плеть и пользоваться ею может далеко не каждый и это правило строго регламентировано демоническими законами. Если ты просто решил взять в руки это оружие и начать избиение себе подобных — наказание будет суровым и любой демон сможет привести его в исполнение.

Правда, Кобры это теперь не касается. Еще до тренировки я быстро наведался в домен, привязал к нему душу девушки и выдал официальное разрешение. Теперь даже при желании никто не сможет обвинить ее в незаконном ношении плети и она может спокойно пользоваться ею по своему усмотрению.

Стоит отметить, что после пересадки сердца и всех этих манипуляций с душой, характер Кобры значительно изменился. И дело не только в патологической жестокости. Это как раз пройдет, когда тело окончательно примет демоническую энергию и все процессы организма завершат настройку. Просто сейчас внутри нее царит хаос, который и может вызывать эти вспышки ярости.

— Ладно, поиграла и хватит, — позвал девушку за собой и направился к машине.

— Ну можно еще пять минуточек? Я только вошла во вкус! — взмолилась Кобра, но я был неумолим. И так вижу, что все необходимые навыки уже освоены. Да и бесы начинают нервничать.

На этом мы отправились в казарму и занялись своими делами. Я, например, получил сообщение от Эльзы. Она рассказала об инциденте с котятами и даже прислала несколько фоток. Не знал, что собаки умеют так ловко лазать по деревьям. В попытке убежать от страшных монстров, бедные пёсики цеплялись за ветки зубами и подтягивались всё выше, а затем военным пришлось выступать в роли спасателей и снимать с веток демонических псов.

Ну, а как они хотели? Это им не гиены, которые в худшем случае могли похихикать вместе с котятами и учинить какую-нибудь пакость. Это лишь искусственно выведенные неумелыми начинающими демонологами безобидные монстры, не более того. Просто неудачный эксперимент научников, который в дальнейшем привел бы к неприятным последствиям, ведь рано или поздно эти псы могут выйти из-под контроля. Тут демонолог нужен, причем обязательно грамотный, ведь когда демоническое начало возьмет верх над разумом пса, именно он сможет сдержать этих тварей.

— Эльза, похвали и накорми котят, — позвонил демонице и отдал приказ. Всё-таки подобное не должно оставаться без награды, котята действительно молодцы. Тем более, что псы первыми напали.

— А чем накормить? — уточнила она.

— Ну, что они там любят? Я же не знаю, — пожал я плечами. Просто котята жрут всё подряд, чего только им ни кинешь. А вот насчет их предпочтений я не осведомлен.

— Так никто не знает, — честно призналась Эльза. — Вчера, вон, тротил за милую душу грызли, а сегодня утром березовую кору за обе щеки трескали. Тут не угадаешь, Константин, можно даже не пытаться. Хотя… Сейчас, секундочку…

— Что там? — уточнил я.

— Да котята что-то пишут на бетоне коготком, — задумчиво проговорила она.

— И что написали?

— Медвежье молоко просят, — обреченно проговорила она.

— Ну, раз просят, иди доить, — развел я руками.

Интересно, а почему они попросили именно это? Точнее, вопрос заключается в другом. Откуда они знают, что медвежье молоко им понравится? Пробовали раньше?

Впрочем, это вполне допустимо, ведь котята у меня на самовыгуле. Сами добывают себе пищу, сами развлекаются и постепенно привыкают к нашему миру. Как-никак, это умные демонические котейки, им не нужен постоянный контроль и про ответственность они знают не понаслышке.

В будущем я обязательно буду брать их на задания. Причем это будущее может наступить очень даже скоро, но пока что пусть лучше развлекаются, играют и привыкают к местному магическому фону.

Ведь даже Рембо иногда отлучается домой на перезарядку, иначе ему становится некомфортно находиться здесь длительное время.

На этом мои дела на сегодня завершились и оставалось только ждать. Прилег на койку, закрыл глаза, некоторое время провел в медитации и общении с бесами. А спустя пару часов дверь распахнулась и в комнату ввалились мои бойцы.

Даже Художник пожаловал, хотя он, по идее, должен был отдыхать. Но я доволен его выбором, ведь отдых для слабаков. Нельзя просто сидеть и ничего не делать, ведь даже когда ты лезешь из кожи вон и бежишь вперед — ты всё равно остаешься на месте, ведь мир точно также несется со всех ног вместе с тобой и отставать нельзя.

— Ну как слетал? — кивнул своему пилоту. — Ничего интересного?

— И не говори, — с досадой махнул он рукой. — Нет в людях того огонька, совсем разучились правильно десантироваться.

Остальные же тактично промолчали, ведь они уже слышали историю от Художника. Они разошлись по комнате и стали раскладывать свои вещи, тогда я решил всё же узнать, что там произошло и почему, по его мнению, все вокруг десантируются неправильно.

— Да скучные они! — возмутился Художник. — Первая группа еще ладно, а вторые еще и недовольными оказались! Я им продемонстрировал экстренное десантирование, а они…

— Опа! Экстренное? Это как? — я подсел ближе.

— Ну кто же тебя, идиота, за язык тянул? — схватился за голову Игорь. — Зачем ты начал этот разговор?

— Давай-давай, — заулыбался я. — Что за экстренное десантирование? Рассказывай!

— Там особо нечего рассказывать, — пожал плечами Художник. — Просто ставишь самолет в вертикальное положение и на максимальной тяге открываешь задний люк. А там что плохо закреплено, то и выпадет.

— Гм… — я крепко задумался, тогда как мои бойцы стали бледнеть и с ненавистью смотреть в сторону Художника.

— Да что не так? — возмутился он.

— Зачем ты ему идеи подкидываешь, а? Мы всё ждали, когда у него воображение иссякнет, а ты ему помогаешь!

— Вот скажи мне, Художник… — я не обращал никакого внимания на стенания перепуганных солдат. — Представим ситуацию, где нам нужно высадиться без парашютов. Ты ведь можешь выставить самолет вертикально на высоте метров десять над землей. Точнее, над водой. И чтобы мы выпрыгнули, а ты улетел?

— А неплохая идея, кстати, — одобрительно закивал тот. — Надо будет обязательно попробовать.

— Вот, ты только что вырос в моих глазах, друг мой, — я пожал ему руку. — Обязательно попробуем! Осталось только найти подходящее задание!

— На самом деле, есть еще некоторые мысли, — добавил он. — Например, как я это называю, десантирование с повышенным разбросом.

— Ну-ка, ну-ка! — я приготовился внимательно слушать.

— Ой, это просто, — махнул рукой пилот. — Раскручиваешь самолет вокруг своей оси и открываешь боковые двери. Десант разбросает на километры и можно будет нападать на врага сразу со всех сторон, — развел руками Художник. — В общем, еще обсудим и надо будет попробовать.

— Ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему, — простонал Игорь. — Художник, что с тобой стало?

Мы с ним еще некоторое время обсуждали самые разные способы высадки, вплоть до тех, при которых происходит потеря самолета. Правда, такие методы Художнику почему-то не понравились и он даже рассказал пару случаев из практики, когда ему приходилось летать на самолете камикадзе, выполнять задачу и возвращаться на нем же обратно на базу. И вот рассказывает он такие истории, а Ирина начинает мне нравиться всё больше. Мы с ней точно нашли бы общий язык.

После успешно выполненного задания бойцы быстро уснули, да и я тоже решил хорошенько отдохнуть. В последнее время совсем не получается выспаться. Правда, мы тут и так задержались. В планах было быстро выполнить несколько заданий, набрать побольше трофеев, и всё, на этом вернуться в родную Воркуту. Хотя трофеев мы уже набрали. Как-никак, с захваченной вражеской базы, даже после бомбежки, можно вынести многое, вот мы и выносили. И не только вооружение и боеприпасы, конечно же.

Залез рукой под койку и вытащил оттуда спортивную сумку. И стоило слегка приоткрыть ее, как на лице невольно появилась улыбка. Надо будет потом пересчитать все эти монеты. Всё-таки нравится мне в Османской империи, золота тут действительно много.

Отпустил сумку и в следующий момент из-под кровати появилась мощная когтистая лапа. Она бережно схватила сумку и медленно утащила ее обратно под кровать. Да, возможно, призывать демона-хранителя сюда так себе затея. Но не могу ведь я золото оставить без охраны!

Правда, от демонов его тоже надо охранять, потому за этим здоровяком постоянно следит бес из-под соседней койки. А за ним еще парочка дозорных, что прячутся в вентиляции. И чтобы у тех не было соблазна договориться между собой, Рембо периодически приходит к ним с проверкой.

А что? Это мое золото, и оно мне еще обязательно пригодится, так что перестраховка в таком деле лишней не бывает.

Некоторое время мне даже удалось поспать, но с наступлением глубокой ночи я уже окончательно выспался. Ладно, шутка. Не выспался я совершенно, но пора вставать, так как у меня осталось одно незаконченное дело.

Я думал отложить его на потом, но разведка докладывает, что лучше заняться этим поскорее. И вот, на небе сверкает тонкая полоска месяца, миллионы звезд над головой, и тишина… Даже сверчки решили умолкнуть и не мешать мне работать, не говоря уже о солдатах.

— Ну, приступим! — я потер ладони, взял в руки веточку и продолжил рисовать сложнейшую пентаграмму, которую начал еще пару дней назад.

Расположить ее решил почти в центре базы, чтобы ее действием можно было накрыть даже прилегающие территории. За казармой мало кто гуляет, да и растоптать такую пентаграмму не получится, ведь я нанес парочку защитных заклинаний и запечатал линии и магические знаки тонкой пленкой энергетического покрова.

Почему я тороплюсь? Дело в том, что недавно я обнаружил одну вещь. Кто-то решил устроить магический набег прямо на штаб и тем самым устранить всё высшее командование в регионе одним ударом.

Разумеется, набег не удался, всё-же тут установлена мощная защита от подобных атак. Но, во-первых, это далеко не последняя попытка подобного нападения, и во-вторых, что самое интересное, набег пытался устроить демонолог.

Видимо, кому-то своими действиями мы наступили на ногу, раз против именно этой базы были задействованы такие ресурсы. Жалуюсь ли я на это? Конечно же, нет! Новые попытки напасть, новые интересные способы — это невероятно весело!

Причем османский демонолог далеко не низшего качества, какие-то трюки он как-то смог изучить. Он не использовал пустые бездушные пентаграммы, привязки, как это делают местные разгильдяи. Нет, он действовал куда грамотнее.

А набег он пытался устроить, использовав Врата Сиферота. Это, между прочим, уже не игрушки и если бы у него получилось… Ну, как минимум, мне было бы весело, а остальным — страшно. Вот только обидно, наверное, когда ты можешь создавать такие сложные врата, считаешь себя настоящим гением и лучшим из лучших, но при этом используешь этот точный инструмент, не догадываясь о тонких настройках.

Можно было бы немножко поковыряться и настроить обход защиты, но демонолог не справился даже с этим.

А если сможет в дальнейшем? Если из врат начнут вырываться полчища бесконтрольных демонов, будут серьезные потери в рядах имперцев. Потому я решил вмешаться и не позволить открыть здесь портал.

И нет, я действительно не жалуюсь, так как всегда приятно играть от защиты в демонологической дуэли призывов. Причем это удовольствие удается получить крайне редко, ведь в прошлой жизни на меня не нападали вот уже несколько тысяч лет. Приходили, видели, с кем предстоит иметь дело, и уходили. Вот и все нападения.

Разок один демонолог открыл врата прямо у меня в спальне, но я узнал об этом лишь под утро. Боевые архидемоны, которых прислали убить меня, провели за ночь генеральную уборку, перестирали все мои вещи и умудрились поменять постельное белье на кровати, пока я на ней спал. Даже торт испекли и оставили записку, мол, с наилучшими пожеланиями, специально для Константина. Очень вкусный торт был, кстати.

До самого утра я продумывал возможные способы обхода штатной защиты военной базы и затыкал даже мельчайшие дыры в антимагическом куполе. А когда закончил с пентаграммой и понял, что спать сегодня уже всё равно не выйдет, создал еще один круг призыва и пошел к своим бойцам.

— Подъем! — скомандовал я, стоило мне появиться в комнате.

— Спасибо! — прокричал кто-то из солдат.

— Да, спасибо! — крикнул какой-то рядовой из общего зала.

— Вы чего это? — не понял я. — За что благодарите? Я же вас разбудил.

— Разбудил, но не пулеметом! — радостно воскликнул солдат. — И на том спасибо!

— Но вы всё равно не расслабляйтесь, — пригрозил им пальцем и закрыл за собой дверь, обратившись только к своим бойцам. — Так, я чего пришел-то… — протянул им лист бумаги. — Вот вам задание, можете приступать к выполнению.

— Ну мы же только вчера… — забубнили они.

— Да, на задание отправляются всё, кроме Художника, — добавил я.

— Но почему он вечно остается? — возмутился Игорь. — Пилотом стал и всё, блатной теперь? Может спать целыми днями? Да и вообще, откуда ты эти задания вечно достаешь?

— Я еще в Воркуте их копил! — возмутился я. — Специально для вас старался, самые интересные выбирал!

— Слушай, а можешь чуть меньше стараться? Мы и без твоих стараний себя прекрасно чувствуем.

Ну уж нет, стараться я буду в любом случае. Правда, всё равно вижу, что возмущаются они скорее для галочки. При этом все понимают, что как бы это ни парадоксально звучало, но чем больше ты выполняешь заданий, тем больше шансов дослужить до заслуженной пенсии и выйти из армии живым.

Самые ленивые и слабые, те, кто пытался всячески отстраниться от выполнения заданий, уже давно погибли. Тогда как среди тех, кто завершил свою службу, ни одного слабака нет. Каждый чем-то отличился и может похвастаться множеством наград.

Все понимают, что в моем отряде есть хороший шанс дослужить до конца контракта и при этом заработать немало денег. Но бесконечному нытью это никак не мешает.

— Жестко… — проговорил Художник, когда все удалились на склад, получать транспорт и экипировку. — А почему ты опять меня оставил? Я уже не хочу отдыхать.

— Для тебя есть специальная задача, — протянул ему бумажку с направлением на задание. — Очень важная… Но приступать к выполнению нужно поздно вечером, когда стемнеет.

Если вкратце, то под покровом ночи Художник должен будет доставить один ценный груз в тыл врага. Самолет довольно крупный, потому ему придется взять себе помощника.

— А что доставить-то? — уточнил он, так как в направлении не было внятной информации по этому поводу.

— Да зонд какой-то разведывательный, — махнул я рукой. — Он довольно крупный и тяжелый, но грузоподъемности должно хватить.

— Это зонд проекта сто восемнадцать девятьсот пятьдесят три?

— Эмм… Наверное, — пожал я плечами.

— Ну, который сам закапывается в песок, а затем передает данные о передвижениях противника на расстоянии до десяти километров, — продолжил уточнять Художник, тогда как я, если честно, особо не вчитывался в подробности.

— Да-да, точно, закапывается! Наверное, он.

— Ну так он, хоть и большой, но весит не так много, — нахмурился Художник. — Для его сброса подойдет грузовой вертолет, причем средних размеров. Возьму на трос, пролечу на предельно низкой высоте, и сброшу где надо, — пожал он плечами. — Зачем самолет гонять ради этого?

— Так, всё! Сказали, что самолет, значит самолет, — не стал принимать его предложений. — Видимо, начальник склада не разбирается, вот и выписал тебе такой транспорт!

Ага, как же. Полчаса пришлось доказывать, что Художник не дружит с грузовыми вертолетами, потому нам нужен именно самолет. Ведь если сам зонд весит не так много, то тысяча девятьсот девяносто девять бесов — это уже не шутки. Они уже что-то весят, и вертолет столько не поднимет.

А поднимет ли самолет? Вот и мне стало интересно, так что с наступлением вечера я отправился провожать Художника на задание.

Огромная железная махина с басовитым ревом начала разгон, а я смотрел ей вслед и держал в руках рацию. Из динамика было слышно натужное пыхтение Художника, щелчки тумблеров и нецензурную лексику. Ведь самолет смог оторваться от земли лишь в самом конце полосы, а дальше набирать высоту отказывался наотрез.

— Как-то странно летит, — задумчиво проговорил какой-то техник, что тоже вместе со мной наблюдал за этим.

— Да, должен был оторваться от земли еще на середине полосы. А что туда загрузили?

— Да зонд обычный, — пожал плечами тот.

Зонд и огромная толпа новых бесов, которые очень хотели заключить со мной контракт. Вот только всех я взять пока не мог, потому решил устроить им проверку. Пообещал взять всех, кто выживет после десантирования в указанной точке. А кто во время штурма города особенно отличится, станут командирами групп.

И главное, кто больше всех принесет трофеев и золота, будет назначен командиром всего отряда. Пусть сразу понимают, чем им придется заниматься в дальнейшем и в чем заключается их главная задача во время службы мне. Трофеи — вот что важнее всего, а не какие-то там подвиги на полях сражений. Подвигами буду заниматься я.

— Пш-ш-ш… Первый! — крикнул Художник в рацию. — Первый, найди этого дебила, который нам зонд грузил! Кажется, они там всё напутали, ведь не может он столько весить! Я до сих пор взлететь не могу и мы практически едем. И ладно бы просто тяжелый груз, так он еще и ведет себя странно, постоянно шатается из стороны в сторону и странно шумит!

— Давай я тебя одному заклинанию научу, хочешь? — предложил ему.

— Да я хоть с бубном спляшу, если это поможет!

— В общем, открой дверь в трюм, а затем громко и четко прокричи туда слово в слово. Готов?

— Да!

— В общем, повторяй! — я вздохнул и приготовился озвучивать тайное заклинание. — Если вы, *** *** ***, прямо *** сейчас *** не прекратите, Костя вас всех *** ухо *** хвост ****, а потом *** в ***!

— Да ну? — Художник повторил слово в слово и звуки на фоне резко стихли. — Представляешь? Помогло! — удивился он, а я посмотрел на Рембо, что сидел и точил свой нож. Правда, рогатый немного расстроился, ведь нож он точил на тот случай, если не поможет.

* * *

Мужчина в черных одеяниях, прошитых красным золотом, сидел в своем кабинете и говорил по телефону с высшим военным руководством страны.

— Да… Хорошо… — голос его был совершенно спокойным. — Защита была на удивление сильна, но это не проблема. Если с первого раза пробить ее не вышло, то со второго точно получится. В этот раз я буду сам участвовать в открытии врат, а не мои ученики. так что можете не переживать, скоро задание будет выполнено.

На этом он завершил звонок, устало вздохнул и направился в ритуальный зал, расположенный глубоко под землей. Пришлось пройти по длинной винтовой лестнице, где изредка встречались послушники его культа. Они сразу кланялись до земли и оставались неподвижны, пока мужчина не скроется из виду, таковы здесь правила. Никто не может первым заговорить с великим мастером и никто не может смотреть ему в глаза.

Мужчина скинул черную мантию и ее тут же подхватили послушники, бережно сложив её и убрав подальше. А сам он начал творить запретную, тайную магию.

Начертил несколько невероятно сложных пентаграмм, чем вызвал возгласы восхищения среди учеников и послушников, а затем влил энергию в них и расхохотался.

— О да! — оскалился демонолог. — Сегодня прольется кровь! — он расправил руки, а из инфернального пламени у него за спиной стали выходить могущественные демоны. — Сегодня боль потечет рекой! Но никто не услышит их стенаний!

Он взмахнул руками и перед ним появился портал.

— Идите же и пролейте кровь врагов! — взревел демонолог, а один из демонов без раздумий рванул вперед. Он исчез в портале и остальные собрались отправиться вслед за ним, но…

Из портала вылетел перепуганный демон, обгаженный и без руки.

— Я разрываю контракт! — истерично завопил он и, свернувшись калачиком, громко разрыдался.

Глава 19

Ну вот, опять никто не хочет со мной дружить… Ладно, не дружить, а драться, но всё равно обидно.

И стоило оно того? Прикладывать столько усилий, пробивать защиту, тратить невероятное количество энергии, чтобы открыть портал посреди нашей военной базы. А для чего? Чтобы оттуда выбежал один демон, мы с ним поздоровались за руку, я с милейшей улыбкой на лице обрисовал ближайшие перспективы, и всё. Он просто развернулся и побежал обратно.

Может, я был слишком убедителен в своих рассуждениях и излишне красочно описывал перспективы? Причем на понятном демонам языке, что тоже немаловажно. Ведь иногда язык бывает настолько понятным, что бедные демоны отправляются на перерождение и только после этого что-то понимают.

Собственно, после этого демона больше никто не показался и вскоре портал был закрыт с другой стороны. Ну, как-то так. И чего заходили?

Хотя я мог помешать закрытию портала, но зачем мне это нужно? Тогда полезут еще демоны и самые непонятливые начнут получать по шее. Развернется нешуточная баталия, которая обязательно привлечет ненужное внимание со стороны имперцев.

Кто-то мог бы подумать, что у меня слишком мало сил, что я пока не успел развить это тело в достаточной мере. Даже со стороны это заметно, ведь внутри меня не помещается достаточного количества энергии. О каких баталиях в таком случае можно говорить? Пока что мне доступны лишь короткие стычки или всякие хитрости… И вот в этом на данный момент и заключается моя основная сила.

Хитрость, огромный опыт и знания — вот основные инструменты демонолога. Разумеется, все эти преимущества всё равно можно задавить грубой силой, но силы этой надо слишком много.

В любом случае, этот демонолог так просто не отступит. Он не знает, почему его подчиненный демон вернулся в таком плохом состоянии, ведь я запретил рогатому что-либо рассказывать. Теперь они будут думать, что он просто дурак и подорвался на мине, а потому вскоре решатся на новую попытку.

А вообще я не привык, что демонологи закрывают врата даже быстрее, чем успевают понять, что случилось. Нормальный демонолог на его месте сам бы заглянул сюда, ведь любопытство у нас в крови. Ну, или прислал какого-то другого демона, чтобы проверил. Лично я бы так и поступил. А если и другой демон не смог бы узнать, всегда можно присылать еще и еще до достижения нужного результата.

Подождал немного, в надежде, что любопытство у того демонолога всё же окажется сильнее осторожности, но нет, никакой реакции. Он, как закрыл портал, так и не решился открывать его снова, даже в другом конце военной части.

Ладно, в следующий раз тогда поставлю энергетическую распорку, чтобы больше не закрывал свои порталы. А то, видите ли, испугался, и всё. Нет уж, больше так легко не отделается.

Не дождавшись новых попыток, отправился ко входу в военную часть. Как раз бесы сообщили о прибытии моих бойцов с задания.

Те все грязные, усталые, с мешками под глазами и в порванной одежде. Смотрят на меня с ненавистью, но высказывать свои мысли не решаются. Молодцы, это правильно. Но почему они всё равно недовольны?

Отправляешь их на смертельно опасные, но при этом веселые миссии — им не нравится. Мол, там умереть можно или в плен попасть, что еще хуже.

Сейчас же я отправил их на полевые работы. Ничего особенного, просто проверить минные заграждения, немного поковыряться в земле и песке, потом чуть-чуть погулять по пустыне и проверить, не завелся ли там враг. Совершенно безопасное и обычное дело, а им всё равно не понравилось.

— Ладно, пойдем новое задание выбирать, — позвал их за собой, — но пока переоденьтесь и отмойтесь от пыли… — над нашими головами стремительно пронеслась целая стая боевых вертолетов.

В последнее время их тут стало значительно больше. Всё из-за того, что боевые действия в этом регионе значительно усилились и армия империи перешла в масштабное наступление. Пришлось призывать сюда бойцов из других частей и соединений, ведь сбавлять темп атаки нельзя, иначе она снова остановится на долгие месяцы. До тех пор, пока тут опять не появится отряд Первого, как поговаривают местные в курилках.

И с каждым днем командованию приходится перекидывать сюда всё больше людей.

— Так, ладно, — я посмотрел на часы и кивнул своим бойцам. — Вы идите пока без меня, а у меня нарисовались срочные дела, — через восемь минут сюда прибудет самолет с довольно крупным отрядом «демонов войны» и я хотел бы их встретить. — Если успеете, можете даже выспаться, — подмигнул своим, а те сразу бросились в казарму.

Ведь выспаться удается далеко не всегда. И я их даже понимаю. Выспаться за полчаса довольно трудно, это еще надо уметь.

Сам же я направился к посадочной полосе, где к моему прибытию уже приземлился самолет. Турбины постепенно затихали и гул становился всё ниже, а задний люк начал медленно открываться. И когда он коснулся земли, на пороге первым оказался сам Кардиналов.

Капитан упер руки в бока, вдохнул полной грудью горячий пустынный воздух и прикрыл глаза от удовольствия.

— Да-а… — довольно протянул он, а на лице появилась зловещая улыбка. Но она тут же пропала, стоило взгляду случайно упасть на меня. — Ну не-ет…

— Здравствуй-здравствуй, — довольно закивал я головой.

— Ну почему сразу ты, Костя? Почему не кто-то другой? — обреченно выдохнул он. — Нас мог встретить вообще кто угодно! А лучше вовсе не встречать!

— А чего такого? Я наоборот, думал, что по мне соскучились и решил сделать приятно! — возмутился я. — Почему такой недовольный?

— Как минимум потому, что я сейчас должен был быть на другом задании! — воскликнул Кардиналов. — К которому я, между прочим, готовился на протяжении полугода! И что? Теперь его пришлось перенести на неопределенный срок потому, что здесь, видите ли, срочно нужна помощь! И по чьей же вине она так срочно нужна? Не подскажешь, Константин?

— Так тут незачем подсказывать, — пожал я плечами. — Османы проклятые виноваты, не хотят сдаваться.

— Не османы! — рыкнул он. — А один демон с шилом в заднице, который почему-то решил в одиночку всю Османскую империю победить!

— Ну почему в одиночку? Мне османы помогают, вон сколько выстрелов по своей же базе сделали, — развел я руками. Ну а что, правда ведь. Без их помощи я вряд ли справился бы.

— Кстати, по этому поводу у меня для тебя подарок, — Кардиналов порылся в карманах и достал оттуда смятую бумажку. — Вот, держи, любуйся, — заулыбался он. Да уж, и правда, полюбоваться там есть на что. Как минимум, моя довольно удачная фотография и сумма под ней. Причем сумма вознаграждения за мою голову довольно приличная. — Эта листовка прошла по тайным каналам османов. И, между прочим, награда за твою голову даже больше, чем за мою! — возмутился он. — Хотя меня в свое время называли Османским ураганом. Там, где я проходил, ничего не оставалось.

— А меня как называют? — поинтересовался я.

— Костя Бедствие… — развел руками Кардиналов.

— Обидно… Костя Катастрофа звучит куда приятнее.

— Ну не знаю, возможно, османы тебя так и называют. Я-то сейчас про наших говорил, — хохотнул капитан.

Вскоре подошли еще бойцы, началась разгрузка самолета, а мы направились в сторону казарм. Я же решил зря время не терять, и раз уж сюда прибыл крупный отряд «демонов войны», состоящий из четырех сотен крепких бойцов, попытался подбить Кардиналова на одну авантюру.

— Кстати, капитан… А не хочешь пойти с нами на задание? Я тут такое присмотрел. Закачаешься! Другого такого нет!

Кардиналов прищурился, а затем перевел взгляд куда-то мне за спину. Туда, где несколько местных бойцов оживленно мотали головой и пытались намекнуть Кардиналову, что соглашаться на мои предложения не стоит.

* * *

Всё начальство и лучшие умы первого конструкторского бюро столицы имени Маршала Победы сейчас собрались в одной комнате и сидели у большого экрана, в очередной раз просматривая одно и то же видео.

Правда, сидели они какие-то грустные. А инженеры, и вовсе, чуть ли не плакали от досады. Да и комиссия, включающая в себя даже министра технологического развития, тоже не выглядела веселой.

— Просмотрели видео? — уточнил министр.

— Да уже в тридцатый раз! — взвыл ведущий инженер. — Ну сколько можно? Мы уже всё поняли!

— Отлично! — хлопнул в ладоши тот. — И что вы поняли? Говорите, не стесняйтесь!

— Поняли, что ничего не понимаем! — воскликнул инженер. — Хоть убейте, правда, это невозможно. Ну так не бывает, господин министр, это нарушение законов физики, а их нарушать нельзя!

— Хорошо, — медленно проговорил министр. — Тогда давайте посмотрим видео еще раз… И будем смотреть пока вы не поймете, как ему это удалось…

Видео включили снова, затем еще раз и еще… Несколько часов конструкторы пересматривали одни и те же кадры, но понимание всё никак не приходило. И если конструкторы уже свыклись со своей участью до самой старости пересматривать это видео, то министр начал постепенно выходить из себя.

— Ну что? Это возможно? Реально? — ударил он по столу и указал на экран.

— Нет! — хором ответили инженеры. — Невозможно! Так не бывает! Не пощадите нас, господин, мы не можем это смотреть! Нас укачивает!

— Заново… — вздохнул мужчина и нажал на кнопку, запустив запись по новой.

— У меня есть идея получше, — задумался главный конструктор. — Давайте вы возьмете пистолет и выстрелите мне вот прямо сюда, в висок? — предложил он. — Я, и правда, не могу это смотреть. А ответ так и останется прежним, это невозможно. Нельзя так, понимаете? Не бывает такого!

— Нельзя? Не бывает? — взорвался министр. — Вы сейчас серьезно? А видео я вам для чего показываю! Вы уже сто раз посмотрели на то, как пилот всё это делает!

— Да не знаю я, кто такой ваш Художник и что он сделал с самолетом! И не уверен, что видео настоящее! — вспылил инженер. — Но я вам говорю… Я лично разрабатывал эту модель самолета! Лично принимал участие в испытаниях и составлял летную документацию! Сам, вот этими руками! — он продемонстрировал министру свои руки, для наглядности. — И я уверен в своих словах, мой самолет не может выполнять такие маневры! Он не рассчитан на подобное!

— М-да… — вздохнул министр. — Задачка, конечно…

Министр тоже оказался в тяжелом положении, ведь с одной стороны инженеры, которые явно не хотят сотрудничать, а с другой стороны высшее руководство страны и военный совет. Они случайно увидели это видео, и всё, теперь от них не отвязаться. Ведь они свято верят, что все самолеты этой модели могут исполнять такие трюки, а значит, нужно всех пилотов такому научить.

Причем министр сам не понимает, кто такой Художник и почему начальник военной базы сказал, что не может отдать этого пилота. Еще и аргументы привел какие-то странные… Мол, этот человек в отряде Кости, потому забудьте о нем и больше не вспоминайте.

Где-то в горах

Примерно то же время

Одна из самых защищенных баз Османской империи расположилась прямо в горах, посреди пустыни. Место не самое удобное для жизни, но зато невероятно удобное для обороны. Взять штурмом эту крепость, большая часть которой находится под землей, практически невозможно. Да и разрушить тоже не выйдет, ведь у врагов попросту не найдется столько бомб и снарядов, чтобы разбить эти скалы.

И из-за этого османы даже не думали сохранять секретность. Все знают об этой базе, у врагов есть снимки с дальнего расстояния, где можно разглядеть любые детали укреплений. Врагам это никак не поможет, а даже наоборот, пусть знают, что взять штурмом это место не получится, как ни старайся.

Да и измором тоже не взять, ведь под землей хранится всё необходимое для длительного пребывания в условиях осады. Настоящая неприступная крепость, так еще и расположена в удачном месте.

Но у начальника этого важнейшего оборонительного узла с самого утра начались проблемы. Солнце едва показалось над горизонтом, а ему на телефон поступило уже несколько звонков. И это не обычные рядовые разговоры с командованием или сослуживцами из других частей. Или с докладами от подчиненных.

Нет, все звонившие пытались узнать, почему бойцы не прибыли на место. А кто-то и вовсе, обвиняли начальника в коллапсе на вверенных им участках фронта, так как он не проследил за своевременной отправкой солдат.

Вот только сам начальник не понимал, в чем его все решили обвинить и каковы причина такого наплыва звонков. Вчерашний день прошел как обычно, да и ночью ничего не произошло. Он спокойно спал и никого не трогал, ничего не предвещало беды.

Дело в том, что эта база имеет особенное назначение. Это что-то вроде перевалочного пункта для большей части отрядов в регионе. Сюда прибывают все подкрепления, сюда доставляют боеприпасы и провизию, технику. И уже здесь бойцы разделяются на отряды, берут необходимую экипировку и вооружение и идут выполнять свои задания.

На самом деле довольно удобно, когда всё происходит централизованно. Здесь есть подземные казармы, обширные склад и защищенные хранилища. Османские инженеры и руководители продумали всё до мелочей.

Начальник же получил еще несколько гневных звонков, но так и не смог понять, почему именно все кругом обвиняют во всех грехах. Но разобраться в этом надо, потому он быстро собрался и побежал в штаб, где его сразу обрадовали новостью.

— Из двухсот тридцати групп сегодня на задание отправилась только одна, — развел руками помощник. — Остальные отказываются выполнять приказы и сидят по казармам.

— Хочешь сказать, у нас бунт? — воскликнул начальник. — Вот так, на ровном месте, они решили предать страну в такой опасный и сложный момент? — взревел он, а на лбу начали набухать вены.

— Ну, выходит, что так, — пожал плечами помощник. — Но я их понимаю.

От удивления у начальника упала челюсть и несколько секунд он стоял неподвижно, пытаясь осознать услышанное. Но вскоре мужчина стал приходить в себя, поднял челюсть с пола, отряхнул от пыли и поставил на место.

— Ущипните меня. Кажется, я всё еще сплю, — обреченно проговорил начальник. — Не могли люди такое сделать… Но если всё так, как ты говоришь, их будет ждать казнь. Каждого предателя! А может и еще что похуже… Ведь это диверсия! Бунт и подрыв государственного строя!

Начальник встряхнул головой и присел на стул, пытаясь собрать мысли в кучу. Он всё еще не мог поверить, что бойцы — ни с того, ни с сего — решили так подло предать страну. Как раз, когда Российская Империя перешла в наступление чуть ли не по всему фронту, когда их помощь так нужна в других частях.

Несколько минут мужчина сидел и думал о возможных причинах, но у него так и не появилось никаких догадок. Потому он решил дать указание своему верному помощнику, чтобы тот начал расследование и передал информацию высшему командованию.

— Кстати, я тоже работать сегодня не буду, — заявил верный помощник. Точнее, уже не такой верный в глазах начальника. — Не хочу служить в месте, где творится такое… Нам обещали полную лояльность и безопасность вы лично.

— А ты не охренел, молодой? — взревел начальник. — Вы что, все в сговоре с врагом? Что случилось? Почему вы решили предать родину?

— Мы-то как раз не предавали, — спокойно ответил тот и остальные посмотрели на мужчину с нескрываемым презрением во взгляде. — Мы служили султану верой и правдой, никогда даже в помыслах не допускали предать его доверие и взять себе хоть одну лишнюю монету в карман.

— Да чего ты несешь? — прокричал начальник. — Какие монеты? О чем вообще речь?

— Ну так бойцы отказались выходить на задания не просто так, — задумчиво проговорил помощник. — Сегодня люди обнаружили, что у них пропали их личные сбережения. Причем у всех сразу! А еще полевую казну проверили и она тоже оказалась пустой.

— Странно… — нахмурился мужчина.

— А я не вижу ничего странного. Вы, командир, уже окончательно зажрались и совсем потеряли меру в своем воровстве! — заявил кто-то из офицеров. — Надо уметь остановиться! Ладно из казны, мы к этому уже все привыкли, но у людей-то зачем воровать?

Начальник стоял и не мог понять, почему все обвиняют именно его. Хотя, кого еще обвинять? Ведь прямой доступ к казне в любое время дня и ночи был лишь у него. Что обидно, начальник знал, что вчера не взял оттуда ни единой монеты. И доказать это тоже будет довольно просто.

Вот только, даже в таком случае, казнь теперь ждет не солдат, а его самого, и это ему очень не нравится. Ведь после такого случая начнется тщательная проверка и тогда янычары могут заинтересоваться, откуда у него шесть верблюдов и четыре шатра возле оазиса.

И ладно, если просто заинтересуются. Жалование командующего крепости позволяет такие приобретения и в этом нет ничего страшного. Плохо будет, если они вдруг захотят посмотреть на эти шатры и покататься на верблюдах. Ведь там целый дворцовый комплекс, да и верблюды исключительно новейших моделей от лучших европейских производителей.

— Поднять тревогу! — взревел начальник. — Мы найдем тех, кто украл деньги! А еще… — он задумался на пару секунд. — А еще приготовьте самый скоростной самолет!

— Сбежать хотите? — прищурился помощник.

— Нет! Что ты? Как тебе такое могло прийти в голову? — возмутился мужчина. — Абдулла, нельзя даже думать о таком! Просто вдруг мы найдем воров и нужно будет отправиться в погоню?

— А, ну хорошо, — выдохнул тот. — Впрочем, если бы вы вдруг собрались сбежать, мы всё равно бы вас сбили… — оскалился Абдулла.

Глава 20

Даже странно было получить от Кардиналова отказ. Я ведь действительно присмотрел интереснейшее задание! Специально старался, выбирал… Из целой стопки направлений смог достать одно, которое гарантировало огромные риски и невероятное веселье.

Ладно, на самом деле капитан прибыл сюда не просто так и задание у него уже было. Его задача — отправиться вместе со своим отрядом на самый жаркий участок фронта и организовать массированный прорыв сразу двух линий обороны. Одна из которых возведена давно и османы просто не хотят оттуда уходить, а вторая только строится.

Это позволит другим соединениям тоже рвануть вперед и через этот пробой организовать новую атаку, зайти османам в тыл и даже окружить пару населенных пунктов.

В общем, задача важная и срочная, потому Кардиналов с грустью в глазах отказался отправиться со мной. И мало того, попросил моих бойцов в качестве поддержки.

Впрочем, почему бы и нет? Пусть повоюют вместе с Кардиналовым, это тоже весело. А в моем направлении четко указано, что для его выполнения требуется, как минимум, тридцать элитных диверсантов, потому не увидел смысла тащить с собой своих шестерых далеко не элитных солдат. У меня для этого бесы и демоны есть и их куда больше тридцати.

Да, кто-то может подумать, что туда вообще не стоит идти. Направить демонов, пусть сами выполнят всю работу. Но вот сижу я на пригорке, смотрю на вражеский объект с безопасного расстояния и понимаю, что здесь придется выполнять всю работу самому.

Об этом объекте разведка узнала сравнительно недавно и сюда были отправлены несколько ракет. Вот только почти все они были сбиты, а те, что долетели, не смогли нанести никакого урона. Ведь вокруг этого объекта выставлен прочнейший барьер.

Что я вижу? Прямо посреди пустыни стоит десяток высоких гудящих от напряжения башен. Какие они выполняют функции — неизвестно, но даже по внешнему виду понятно, насколько это важные постройки. Вокруг минные заграждения, множество ловушек, также установлена артефактная защита. Даже с такого расстояния чувствуется, насколько много энергии потребляют и преобразуют эти башни.

Впрочем, мне нет смысла разбираться в принципах их работы. Вижу магические кристаллы на вершинах башен, внутри тоже чувствуются энергетические очаги. Я солдат, и в мои задачи не входя размышления о том, что это такое и зачем оно нужно. Для меня всё и так понятно.

Все эти сооружения стоят только для того, чтобы я их вывел из строя или уничтожил. Ну и конечно набрал тут как можно больше ценных трофеев, без этого тоже никак.

Пришлось хорошенько потрудиться, чтобы под покровом ночи пройти через все эти минные поля. Пару раз мои бесы попадали в ловушки и защитная система поднимала тревогу, выпуская в сторону этих бесов целый шквал тяжелых разрывных пуль.

Но я был крайне осторожен и потому шел по следам своих подчиненных, которые расходовались с каждым пройденным метром всё быстрее.

Что еще примечательно, база охранялась только автоматизированными системами защиты. Турели, мины, электрические ловушки, всё это здесь в достатке.

Скорее всего внутри этой базы слишком мощный магический или электромагнитный фон, потому кто угодно не сможет находиться внутри долгое время или придется постоянно носить специальный защитный костюм. Вот эту базу и обнесли всякими новомодными автоматическими пушками.

Всего около трех часов, и я оказался внутри. А что? Тут вполне спокойно, никакой охраны и можно свободно гулять между этими гудящими башнями. Да, немного покалывает источник избыточной грязной энергией, но я еще в юности научился фильтровать ее и выводить из организма.

Лекарям, конечно, с этим еще проще. Они могут даже перерабатывать ее и использовать для собственных нужд. Ну да ладно, главное, что мне это хотя бы не вредит.

И вроде бы всё спокойно, можно смело гулять по территории объекта, махать рукой в камеры наблюдения, что с мерным жужжанием постоянно проводят меня недовольными взглядами и следят за каждым шагом.

Но почему тогда у меня волосы стоят дыбом? Причем везде, даже на ногах. И это не статическое электричество, нет, они сами вдруг взяли и встали торчком. Что-то здесь явно не так…

— Эй! — спустя всего несколько минут стало понятно, о чем так громко кричало мое подсознание.

Обернувшись, я увидел мужика с длинной пышной черной бородой. Он был облачен в свободные национальные османские одежды, через которые никак не скрыть необъятное пузо, а на голове огромный массивный белый тюрбан, посередине которого сверкает энергетический кристалл.

На поясе висит огромная сабля, которую выковали, судя по размерам и толщине, из рельсы. Причем лишнего металла у кузнеца не осталось, все было использовано для создания этого клинка.

— Ну вот ты и попался! — оскалился тем временем мужик в тюрбане.

— Что значит, попался? — возмутился я. — Еще ничего не доказано! — сам тем временем огляделся по сторонам, но так никого больше и не нашел. — Засаду, значит, устроили… — помотал я головой. — Не стыдно?

— Хохо! — усмехнулся мужик. — Это не просто засада, это целая подготовленная операция! Я даже больше скажу, мы этот объект ради тебя именно здесь построили, а потом слили информацию о его невероятной важности.

— А как вы поняли, что это задание возьму именно я?

— Мы не были уверены, — пожал он плечами.

— Ну, а если бы пришли другие? — даже странно, ведь я действительно мог спокойно отбыть обратно в Воркуту и тогда столько стараний пошло бы насмарку.

— Если бы не ты, то другие группы приходили бы сюда и мы бы уничтожили много ваших солдат, — пожал плечами мужик. — А потом всё равно прислали бы тебя.

— Ну понятно, — пожал я плечами. — Значит, у нас снова завелись крысы и надо бы подчистить от них базу, — в прошлый раз демон-сыщик вычислил всех и теперь эта задача будет куда легче, надо просто проверить новеньких. Хотя нет, проверять лучше каждый раз всех, а то вдруг кто-то вдруг поменял свои взгляды и решил продаться?

— Это бесполезно, крысы всегда будут с обеих сторон, — махнул рукой пузатый. — Да и ты всё равно отсюда не выберешься, так что можешь не переживать насчет этого.

— Погоди, — нахмурился я. — А с чего ты решил, что это мой конец? Может, я всё-таки спокойно вернусь домой и продолжу кошмарить вас, бедолаг. Я, конечно, понимаю, что засада, вы очень старались, молодцы. Но зачем сразу так обреченно?

— Обреченно? — усмехнулся мужик, — Ну так позволь представиться. Я Биль-анд Силь Ак Михрибан!

— Да ну? — удивился я.

— Именно! Теперь ты понял, кто я такой? — Михрибан расправил плечи и встал в горделивую позу.

— Нет, — честно ответил ему. — Но звучит, как минимум, мощно.

— Может, ты знаешь о тридцати великих пустынниках? — он немного расстроился, но всё равно продолжил гнуть свою линию.

— А, ты про сильнейших людей вашей Империи? — что-то начал припоминать. Читал о них, когда летел сюда в первый раз.

— Всё верно, — оскалился он. — И я на двадцать седьмом месте среди них.

— Фух, — вытер воображаемый пот со лба. — Выходит, мне повезло, что ты не на первом.

— Не повезло тебе! — рыкнул он, начав терять терпение. — Будь я на пятидесятом, тебе бы всё равно не повезло! И вообще, чего ты ногой шерудишь?

— Да просто нервничаю немного, — пожал я плечами, но шерудить ногой продолжил. — Как-никак, известная личность передо мной… А что, нельзя пошерудить?

— Шеруди, — махнул он рукой. — Но ты должен знать, что меня позвали не просто так. Ты очень расстроил султана, натворил много бед для моего народа.

— Так это же хорошо! Разве нет? Мы же враги, я должен творить беды! — воскликнул я. Наоборот, меня за такое только похвалить можно.

— Для тебя это исключительно плохо! — подметил он. — А вообще, знаешь, что самое интересное? Мне приказано взять тебя живым! — усмехнулся Михрибан.

— Классно! Я буду жить! — я аж подпрыгнул от радости.

— Не торопись, Константин, — помотал он головой. — Дело в том, что я пленных не беру. Понимаешь, да?

— Не-а, — помотал я головой. — Если ты не берешь пленных, так зачем именно тебя сюда прислали?

— Видимо, далеко не все хотят видеть тебя живым, — развел он руками. — Ладно, расскажу… — вздохнул Михрибан и стряхнул пыль со своих одеяний. — Когда я буду составлять отчет, то красочно распишу наш поединок и укажу, что твоя сила была сопоставима с моей. Ну что, ты рад такой новости? Правда, классно? — заулыбался мужик.

— Но при этом я буду мертв, да? — прищурился я.

— Ну извини, иначе никак…

— Мы с тобой немного по-разному понимаем слово «классно», — в моем понимании «мертвый» никак не может стоять рядом с «классно». А может я просто плохо выучил османский язык?

— А разве не классно? — удивился тот. — Все будут думать, что ты был так же силен, как и я. Это великая честь, о которой многим остается лишь мечтать!

— И вот опять, — помотал я головой. — Мне слово «был» совсем не нравится, — я задумался на пару секунд и даже шерудить ногой перестал. — А давай я тоже сделаю жест доброй воли?

— Ну-ка, удиви! — заулыбался мужик.

— Когда я покончу с тобой, в своем отчете укажу, что ты был не сильнее верблюда, — расхохотался я, тогда как Михрибан начал закипать. — Ну, а что еще сказать? Что я победил такого сильного и могущественного воина? Так не поверят ведь. А если скажу, что слабака победил, будет звучать вполне правдоподобно. Мол, все эти ваши пустынники, на самом деле, просто страшилка, и не более того.

На этом разговоры закончились, так как мужик резко выхватил свою саблю и бросился в атаку. С лезвия сорвалась рассекающая волна концентрированной энергии, но я в последний момент успел пригнуться и пропустить атаку над головой.

За спиной раздался громкий взрыв, и спину опалило волной огня, а в воздух взметнулся ворох пыли и песка, скрывая меня от следующей атаки явно мощного мужика.

— Ой, да чего так нервничать? — крикнул я противнику из облака пыли.

— Только за эти слова тебя бы ждала мучительная смерть! — прорычал Михрибан. — Как ты смеешь сравнивать мое могущество с верблюжьей силой?

Не вижу ничего оскорбительного. Мощность автомобилей, вон, в лошадиных силах измеряют, и ничего, никто не обижается. Впрочем, ладно, если уж хочет подраться, не могу ему в этом отказываться. Хотя, даже по первым ударам стало понятно, насколько этот мужик сильнее меня.

Не стоит тешить себя иллюзиями, что я в этом мире сильнее всех. Это совсем не так, ведь до прежнего уровня могущества мне придется развиваться не одну сотню лет. Да, я обладаю огромным количеством информации, умею очень многое, но сила… Силу вот так быстро не вернуть, для этого нужно потратить немало времени на тренировки и участвовать в сложных сражениях регулярно. Призывать демонов, открывать врата, и драться, очень много драться.

На меня обрушился самый настоящий шквал самых разнообразных атак и взбешенный мужик размахивал своей огромной саблей так, словно пытался уничтожить всю материю вокруг себя. Его не останавливало то, что атаки повреждают постройки вокруг, ему было плевать на мои попытки ударить в ответ. Он просто пер напролом, а всё вокруг него обращалось в прах и пепел, не в силах выдержать такого невероятного напора энергии.

— Ха! — он подловил меня и запустил очередную волну энергии, ударив мне прямо в грудь. — Попался! — от взрыва в воздух взметнулось облако пыли, и стоило ему осесть, как Михрибан даже замер от изумления. — Да ну? Как ты выжил?

— Возможно, я ошибался… — задумчиво проговорил я. — Ты сильнее верблюда… Но ненамного!

Надо было видеть это перекошенное лицо османа и как он начал за мной носиться. Это того точно стоило… Правда, и мне пришлось хорошенько побегать. А бегать и смеяться одновременно не так-то просто!

Мне в спину прилетело еще несколько комбинированных энергетических атак, а я всё продолжал носиться и хохотать, выводя пустынника из себя.

Он всё орал, что я должен был умереть уже после первой атаки, и я в чем-то с ним согласен. Это действительно было сильно, вот только убить меня непросто. Я здесь точно не умру, вот на то, что обнищаю — есть все шансы. После каждого удара из карманов пропадают целые горсти монет, а демоническая биржа прямо сейчас переживает свои лучшие времена.

К сожалению, на данный момент у меня есть доступ лишь к бирже того города, рядом с которым расположен мой домен. Увы, рынок там не сказать, чтобы крупный, потому я своими покупками заметно влияю на цены и демоническая энергия льется в меня рекой.

А ведь когда-то я мог использовать общую биржу, распространенную сразу на все города демонического плана. Помню, как потратил четыреста миллионов монет единовременно и этот случай вошел в историю. До сих пор в демонических школах рассказывают о том, как рынок опустел в одно мгновение и на нем не осталось продавцов.

Можно было бы попытаться вымотать противника, вот только цены действительно слишком быстро поднимаются, а золото в моих карманах не бесконечно. Скоро придется платить из казны домена, но те запасы уже полностью расписаны и если потратить их, стройка остановится. Нет, так нельзя.

— Достал! — расхохотался Михрибан, когда я выскочил из пылевого облака и взмахнул клинком. Но он, невзирая на свою комплекцию, ловко уклонился и сам нанес удар. Моя защита заскрежетала и взорвалась искрами, а на плече осталась глубокая рана.

— А чего смеешься? Я тоже достал, — подметил я, отскочив на безопасное расстояние.

— Глупости! — не согласился со мной мужик. — Целостность моего кожного покрова на все сто процентов, и мои защитные артефакты сохранили заряд!

Я же продолжил стоять и затем перевел взгляд ниже, на землю. Так что и Михрибан тоже вскоре посмотрел вниз, а там, прямо у его ног, лежит борода.

— Ладно, спасибо за бой, — проговорил я прежде, чем он успел прийти в себя. — Так что на этом вынужден откланяться.

— Ты сдохнешь! — завизжал пустынник и бросился вперед, но я уже активировал все подготовленные за время нашего разговора пентаграммы, что скрывались под песком. Мое тело стало накапливать энергию, а воздух вокруг задрожал и окрасился в красные тона. — Ха! Ты готовишься к последней атаке? — мужик замедлился и с интересом смотрел в мою сторону, как вокруг меня собирается энергия. — Как же ты слаб, ведь я даже не выложился на полную! Ну ничего, готовься, и после этого ты умрешь!

— Да я готов, — пожал я плечами и сформировал луч энергии, а Михрибан прикрылся руками, создав перед собой защитную полусферу из энергии.

Вот только луч ударил в песок, а не по нему. А я развернулся и побежал прочь.

— Эй! Ты куда? Я же тут! — возмутился он, но я уже не обращал на него никакого внимания. Переход будет работать всего несколько секунд, потому время у меня сильно ограничено.

— Ну и стой тут! — хохотнул я. — А меня ждет песчаный дворец! — с этими словами я провалился сквозь песок и едва стоило коснуться пентаграммы, оказался в своем домене.

Да уж… Правда, сильный мужик, опасный. Вон какую рану на плече оставил… Так еще и зараженную энергией.

Посмотрел на рану, затем поднял взгляд на замерших в изумлении бесов. У кого-то изо рта выпал пирожок, остальные же просто стояли, замерев и глядя на меня с нескрываемым удивлением.

— Вы чего встали? — возмутился я. — А ну работать! И отбросьте эти дебильные мысли! Если меня ранили, то это не значит, что я стал слабее и мне не хватит сил на вас, — для более быстрого усвоения информации активировал свою ауру и в следующую секунду все бесы разом вернулись к исполнению своих обязанностей. Застучали молоточками, стали таскать кирпичи, месить раствор. А то, видите ли, подумали, что их господин ослаб и нашелся кто-то посильнее. Ага, как же! Этим слабость показывать никак нельзя, иначе они сразу попытаются уволиться.

Да, про демонов можно говорить многое, и даже если ты прочитаешь сотню книг о них, все равно ничего не узнаешь. С каждым человеком у них разное отношение, потому предугадать их поведение невозможно. Но всех их объединяет одно — они уважают силу. В этом смысле общаться с ними куда проще, ведь когда ты явно сильнее, они даже не подумают о предательстве и будут выполнять все твои приказы без лишних рассуждений и вопросов.

Ладно, в домен я прибыл, а как вернуться на базу? Выйти прямо под носом у этого полоумного пустынника сейчас будет слишком опрометчиво, потому надо открыть выход подальше оттуда.

— Несите карту, — вздохнул я, и спустя пару минут бесы притащили доску на колесиках. На ней изображена карта со множеством пометок и я стал выбирать самую подходящую из них. — Давайте, наверное, сюда, — ткнул пальцем и влил немного энергии. Метка засверкала и от нее отделился небольшой шарик, который я схватил и кинул за спину. — Отнеси начертателю, пусть откроет в зале переход.

Да, у меня есть свой собственный начертатель. Не всё же делать самому. Для открытия перехода в точке пробоя потребуется провести немало работы, создать сложнейший круг переноса, учесть все тонкости и мелочи, верно прописать координаты с учетом силы магических потоков на пути пробоя.

Собственно, для таких дел я и завел начертателя. Очень, кстати, уважаемый старый демон, который при встрече громко хохотал и клялся, что никогда не будет служить человеку. Даже напасть на меня попытался, пусть из этого ничего хорошего и не вышло.

Впрочем, неважно. Лет через четыреста он, и правда, перестанет служить человеку, если захочет.

Зашел в зал начертаний и мне навстречу сразу выбежал демон.

— Господин! Я уже начертил! Всё готово! Господин! — поклонился он.

— Никогда не буду служить, спину не прогну… — помотал я головой. — Ну вот и зачем было всё это?

— Да понял я, понял, — вздохнул начертатель. — Разрешите обратиться?

— Обратись, — пожал я плечами. — Опять в карты хочешь сыграть?

— Не хочу… — насупился демон.

— Конечно, не хочешь. Ведь изначально у тебя был контракт на сто лет, — усмехнулся я. Вот поэтому мне так нравится играть с демонами в карты, они не умеют останавливаться.

— У меня просьба, господин, — поклонился он. — Я понял, как был глуп и слеп, мудрость покинула меня в тот момент и алчность ваших монет ослепила мои глаза и сердце. Теперь я готов преклонять колено перед вами, но… — он посмотрел мне за спину, — но можно я не буду этого делать перед вот этим засранцем? — демон кивнул в сторону Рембо, — Мне ведь только чихнуть, а он от этого умереть может.

Рембо передернул затвор и собрался сделать выстрел.

— А ну-ка повтори! — прищурился он. — В колено пальну, причем сразу!

— Увы, — я остановил его, — ты полезный слуга, но в нашей иерархии Рембо выше тебя, — развел я руками. — И в будущем этот бес может стать не только в моем домене выше демонов, но и в общей иерархии тоже.

— Вы не посмеете! — голос начертателя дрогнул.

— Почему? Кто мне запретит? — усмехнулся я.

— Но это же приведет к войне! — воскликнул он.

— Да и пусть, — нет, правда, война меня совсем не страшит. Просто надо подготовиться к ней, и в таком случае война принесет лишь выгоду.

И начертатель действительно прав, демоны очень пекутся о своей иерархии, и не зря бесов так унижают все подряд. Ведь в основном им не дают достигать вершин и переступать на новые уровни силы, всячески мешают им в этом.

А ведь бес может стать по силе, как архидемон, если не остановить его вовремя и создать подходящие условия. При этом он всё равно останется бесом и так по виду не скажешь, какое могущество скрывается в хрупком с виду тельце.

Можно хоть целую вечность рассказывать о возможных путях развития бесов, но даже этого не хватит. Бес может стать кем угодно, если в двух словах, но этот путь не будет легким и быстрым. И главная сложность в том, что демоны не дадут развиться какому-то бесу. Если они узнают, что он на пороге возвышения, то даже враги объединятся друг с другом и ликвидируют потенциального конкурента.

Обычный демон может пройти десять ступеней эволюции и стать лордом, а вот бесу придется перепрыгнуть куда больше ступеней, они всегда начинают с самого низа. Правда, есть разные демонические планы и миры, я видел их, бывал там. И среди них существуют те, в которых бесы смогли прорваться, их не успели задушить.

Звучит классно, а вот я не уверен, какой из вариантов на самом деле лучше.

— На ладно, война, так война, — махнул я рукой.

— Но на вас ополчится весь демонический мир! — продолжил верещать начертатель.

— Согласен, это будет, как минимум, весело, — усмехнулся я.

— Ну куда я попал, а? — схватился за голову тот. — Говорила мне жена, возьми в качестве хобби плетение носочков, а не изучение рода людского…

Да, забавно получилось. Ведь начертателя нашел не я, а он меня. Хотел побеседовать с новым лордом зарожденного домена, а когда узнал, что я человек, даже пригласил меня домой. Думал захватить и оставить в качестве подопытного для своих экспериментов. А я, в итоге, предложил ему стать моим начертателем, на что он посмеялся.

Теперь не смеется что-то…

* * *

— Ну я уже не могу тут торчать, — взвыл османский солдат и отбросил в сторону лопату. — Невозможно ведь!

— Понимаю, мне тоже плохо, — вздохнул второй и тоже решил отдохнуть. — Второй день тут копаем, прямо под палящим солнцем!

— Я тебя найду, тварь! Найду-у-у! — послышался яростный крик из глубокой ямы. — А вы, уроды, чего встали? Копайте! Бегом!

— Но господин, там ведь ничего нет! Два дня копаем и ничего не нашли! — взвыли солдаты.

— Нет! Я видел, он прыгнул куда-то сюда! — зарычал Михрибан. — Я не ощущал, чтобы энергия удалялась, он просто скрыл ее! Бегом! Копать! — заорал он, а голос его эхом прокатился по огромному котловану.

* * *

— Тревога! Поднять личный состав! Подготовиться к обороне! — верещал часовой.

А я что? Просто тихо и совершенно спокойно вернулся на базу через главные ворота. Причем пришел пешком, решил никого не отвлекать и думал, что вот сейчас спокойно вернусь в казарму, приму душ и немного отосплюсь.

Но нет, взвыла сирена, все вокруг сразу забегали, активировались системы противовоздушной обороны.

— Да чего вы так шумите? — не понял я. — Успокойтесь, никто меня не преследует!

— Мы не знаем, что его ранило! Запросить поддержку, отправить сигнал бедствия в генеральный штаб! — продолжали кричать офицеры.

Спустя какое-то время из штаба выбежали начальники, в том числе и сам Собутыльев, а я так и стоял у ворот, не понимая, почему они решили устроить такое грандиозное приветствие.

Ладно, понимаю, что они так бегают из-за того, что я вернулся в действительно потрепанном виде. Но ведь я не являюсь каким-то сильнейшим воином Империи! Вот только им всё равно почему-то стало страшно от того, что кто-то смог меня ранить в честном бою.

— Что стряслось? — ко мне подбежал майор.

— Да встретил мужика какого-то пузатого, побеседовали с ним немного, — честно признался я.

— Насколько сильно побеседовали? — не унимался он.

— Ну, дал ему пару подзатыльников, на том и разошлись, — пожал я плечами. — Но там не о чем переживать, он лишь чуть сильнее верблюда, по ощущениям. Потому немножко ранил меня, бывает такое.

— Ну как его звали-то? — прокричал майор.

— Какой-то там… Их Биль Аль, что-то там, Михрибан.

— Нет! После встречи с ним выжить невозможно! — воскликнул кто-то из офицеров. — Это же двадцать седьмой великий пустынник!

— Да ладно тебе, — махнул я рукой. — Он заплакал, а потом сбежал, как собака сутулая! — почему я так говорю? Ну, здесь собралось около шести сотен человек. Кто-то из них точно предатель и передаст эту информацию куда следует, так что говорю я сейчас это, в основном, для самого Михрибана.

— Первый! Я тебе, конечно, верю, — нахмурился Собутыльев, — но доказательства есть?

— Конечно, есть, — пожал я плечами. — Я его бороду забрал! — выудил из сумки длинную пышную бороду, связанную в узелок.

— АКТИВИРОВАТЬ ЗАЩИТУ! ПОДНЯТЬ ЛИЧНЫЙ СОСТАВ! — взревел майор и люди снова забегали. — Призвать наших Абсолютов, он точно сюда придет! — схватился за голову майор.

— Да ладно вам, — попытался их успокоить. — Он так убегал, что аж сандалии слетели. Впрочем, ладно, — я зевнул. — Пойду-ка я к себе.

Следующая книга: https://author.today/work/408138

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Идеальный мир для Демонолога 5

Content

Идеальный мир для Демонолога 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Nota bene