Культиватор Сан Шен

Пролог/Глава 1

ПРОЛОГ

По глазам полоснуло ярким светом. Это было первое, что я увидел. Потом мутные пятна стали складываться в стены, деревья, голубое небо, траву и кусты. Следом включилось обоняние, которое сообщило всю гамму неприятных запахов. От разложения и сырости разорванных внутренностей до сгоревшей плоти. Далее проснулся слух, который мгновенно сдавил череп неимоверным грохотом взрывов, истошными криками, которые только отдалённо походили на человеческие, гулом, походившим на звук газовой горелки.

Я лежал у стены и смотрел на огромный столб из мутного стекла тёмно-красного цвета, покрытого крупными трещинами. Вокруг него стояли четверо мужчин и одна женщина в странных нарядах, при виде которых у меня мелькнула мысль: «Китайщина какая-то». С их рук срывались шары света, молнии, струи огня, и бог знает какие ещё эффекты. После каждого удара этими чарами по столбу на том появлялись новые трещины, а свечение столба слабело.

Засмотревшись на эту фантастическую картину, я не сразу заметил десятки, а может даже сотни тел, которые устилали землю вокруг столба. Среди множества человеческих тел попадались туши монстров столь отвратительного облика, что его и голливудские художники с направления ужасов не придумают.

Внезапно одно из людских тел, лежащее недалеко от столба, стремительно поднялось и бросилось на ближайшего метателя молний. Тот среагировал молниеносно. Развернулся на миг, взмахнул рукой, превращая в прах напавшего, после чего обернулся обратно… но этой короткой заминки хватило, чтобы от стеклянного столба отделилось багровое облако в виде веретена. Оно метнулось к единственной женщине и впиталось в неё.

— Тарра лода! — закричал мужчина справа от неё. В этом была его ошибка. Нужно было бить её. В итоге ударила женщина. В её правой руке возник огромный веер в полметра длиной. Развернув его, она взмахнула, совершив невидимый глазу удар, который снёс голову мужчине с такой лёгкостью, будто кусок пенопласта раскалённой проволокой.

Убийца не пережила свою жертву даже на пару секунду. Ей в спину ударил мужчина в бело-красном кимоно. Его голубая молния разрезала одержимую на десятки частей.

Но эта победа оказалась последней. Всего несколько секунд заминки и потеря двух воинов катастрофически сказалась на процессе уничтожения столба. Из него выскочили ещё несколько сгустков, аналогичных тому, который поразил женщину, и тогда один из мужчин, самый старый, выглядевший высоким стройным стариком с длинными белоснежными волосами и бородой до пояса, заплетённой в косу, поднял руки над головой и выкрикнул длинную фразу на какой-то тарабанщине. С первых звуков этой фразы его вместе с оставшимися товарищами столб окружила сфера изумрудного цвета.

Всё это время я пребывал в статусе неподвижного и безмолвного зрителя. Но когда увидел сферу, то под сердцем зародилось паническое чувство. Понял, что сейчас случится нечто такое, от чего лучше держаться как можно дальше. Попытался вскочить на ноги, но вместо ловкого движения вышло нечто в духе па из стиля пьяного мастера. Очень сильно пьяного. И всё же кое-как я смог подняться и заковылял подальше от происходящего на площади.

Краем глаза фиксировал окружающий мир. Разрушенные стены, колонны, тёсанные блоки под ногами с резьбой, целые и расколотые. Толстые жгуты лиан и вьющихся растений на стенах. Выползающие из щелей мелкие кустики и кривые заморенные деревца.

«Таинственный храм из индийского фольклора, да и только», — промелькнула неуместная мысль.

Я отошёл метров на двести, успел укрыться за куском стены, густо увитой плющом и лианами. Толщина преграды внушала. В ней было не менее метра, а сами блоки размером с одёжный комод. Пожалуй, такие не пробьёт и снаряд из танковой пушки. Надеюсь, что та зелёная ерунда окажется не сильнее его.

То, что случилось потом я не понял. Вдруг как-то резко потемнело, очертания предметов смазались, смотрю вроде как на осколок круглой колонны под ногами, помню, что это была она, но сейчас не узнавал. Потом появилось головокружение, небо с землёй поменялось местами. Внутренности взболтались как яйца в миксере.

И вдруг перед глазами появилась надпись. Единственное чёткое, что сейчас мог осознать:

'Внимание! Матрица наложена!

Внимание! Сбой при наложении! Возможна некорректная работа!

Сан Шен

Практик неба

Ранг!'?%

Ошибка!

Производится корректировка!

Внимание! Введены замещающие модули!

Направленность?:;%'

Ошибка!'.

И всё. Больше ни слова. Из понятного только имя да величина некоего уровня.

«Чёрт, я в игре?» — родилась в разуме мысль. С трудом вспомнилось, что ходили слухи про прорыв в виртуальной игротехнике. Вроде как появились модули улавливающие мозговые волны и посылающие такие же в ответ. Благодаря этому разум воспринимает эти сигналы, как поступающие извне от окружающего мира. Но чтобы такие технологии вдруг получил я? Или что-то забыл? Кстати, а кто я⁈

Но с копанием в собственной черепушке нужно было повременить. Все мои чувства кричали, что отсюда нужно убираться как можно быстрее. Ноги не ходят? На карачках! Ползком! Глаза не видят? На ощупь! На слух!

На месте столба всё сияло зеленью. Мне оставалось развернуться к самому яркому пятну спиной и ковылять вперёд изо всех доступных сил. Как только вышел из зоны действия магии старика, так самочувствие резко восстановилось. Как только ноги стали крепко держать тело, а зрение наладилось, я обернулся назад.

— И в самом деле древний город, — пробормотал я, потом оценил окружающий вид. — И джунгли, блин.

Ноги держали крепко, но вот координация была ещё так-сяк. Резко обернувшись, я зашатался, а голова закружилась.

Стоит сказать, что в руинах города будто смерч бушевал. Всё там крутилось, мелькало, поднималось и опадало. И это всё я не мог разобрать детально. Может, клубы пыли да сорванная листва, а может и деревья со стеновыми булыжниками. И всё это подкрашено зелёным свечением. Словно мощный прожектор бил с земли в небо.

Я стоял на одном месте, озирался и не знал, что делать. Так продолжалось до тех пор, пока из руин не вышла скособоченная человеческая фигура в рваном окровавленном кимоно. В первый миг решил, что это кто-то из выживших. Но потом увидел глаза и лицо неизвестного…

— Чёрт, — вырвалось у меня. Глазных белков у существа не было. Сплошная дегтярная чернота — белок, радужка, зрачок. Сквозь кожу на лице выступили бугры и желваки, превратившие человеческое лицо в уродливую харю.

Тварь двигалась ещё хуже и медленнее, чем я. Несколько раз упала, но не обратила внимания на кровавые ссадины, появившиеся после столкновения с камнями.

— Чёрт! — повторил я с уже большей экспрессией, когда за первым телом из руин и зелёной бури показалось ещё два. Такие же неповоротливые и с уродливыми лицами.

И я заторопился прочь со всей доступной скоростью. Через несколько минут в теле появилось покалывание. Такое бывает, когда затекает нога или рука от долгого пребывания в одном и неудобном положении. Минут через десять покалывания стали приносить сильную боль. Хотелось остановиться, сесть и попробовать растереть хотя бы ноги. Вдруг помогло бы? Но огромная толпа преследователей заставляла торопиться, шипеть сквозь зубы проклятья, иногда вскрикивать, когда покалывание превращалось в слабые судороги.

Примерно через полчаса неприятные ощущения ослабли. Мало того, что координация улучшилась, я стал более ловким и даже начал специально выбирать препятствия на пути, чтобы о них запинались мои уродливые фанаты.

Спустя три часа до меня дошло, что этот поединок я проиграю. В теле стала ощущаться усталость, а вот одержимые мертвецы — так я их решил называть — пёрли всё так же. А что делать, когда наступит темнота? Солнышко-то уже подозрительно быстро стало опускаться к горизонту. И если мне не изменяет память, то вот в таких широтах, где жара и джунгли, ночь наступает стремительно, не давая особо много времени вечеру.

Пришлось сменить тактику и иногда подниматься на высоты, чтобы осматриваться и искать способ отделаться от преследователей. В качестве наблюдательных вышек использовал развалины, которых встречалось полно на моём пути, холмы и пробовал забираться на деревья. К сожалению, джунгли тут были настоящими, густыми такими, непролазными. Видимость ограничивалась максимум тремя сотнями метров. А чаще и того меньше. Иногда я терял из виду толпу преследователей. Тогда радовался, что смог сбросить их с хвоста. Но не проходило и пяти минут, как сквозь заросли замечал шевеление, а затем существа появлялись на глаза.

Наконец, в наступающих сумерках увидел совсем рядом простор в стене зелени. Не раздумывая, бросился туда.

— Река, — вслух сказал я. — Отлично!

Оба берега оказались высокими, крутыми и каменистыми. До водной глади было метров шесть. Прыгнуть? Страшно. Плавать умею, но плохо. И никогда не прыгал с вышки с бассейна. Вдруг разобьюсь, а там эти нагрянут и возьмут тёпленького?

Пока одержимые не наступили на пятки, я прошёлся по краю берега в поисках места для спуска. Нашёл что-то похожее на крутую тропинку, при виде которой появились мысли про горных козлов.

Что-то почувствовав, я посмотрел на стену зарослей, откуда только что выбрался. И там в эту секунду вышел первый одержимый.

Не отстали.

Что ж, может переломают себе все кости во время спуска. Или река их унесёт, вон течение какое сильное. Вот только бы самому не утонуть.

Уже в самом внизу из-под ноги выскользнул камень, и я сорвался в воду. К счастью, высота была маленькая и успел сгруппироваться. Поэтому и не повредил себе ничего. Царапины и мелкие ушибы не в счёт. Уже в воде поднялся на ноги и торопливо двинулся через бурный поток, высматривая место, куда можно поставить ногу. В двух метрах от берега глубина резко увеличилась. На ногах не удержался и с головой ушёл под воду. Тут же вынырнул, забил руками, удерживаясь на поверхности, стал искать хоть какую-то опору, а через мгновение меня от души приложило о невидимый подводный валун. Чудом не отбило дыхание и сохранил голову от встречи с другим булыжником, на который меня кинуло течение.

Стало не до преследователей. Тут бы не утонуть! Но краем глаза заметил, что одержимые показались на краю обрывы. Когда их набралось с десяток они стали прыгать в воду. Как раз в этот момент меня несло напротив них.

Один преследователь промахнулся и вместо воды смачно влетел в камень, чуть-чуть выступающий из воды. Во все стороны полетели кровавые брызги и чёрная слизь. А ещё запахло чем-то омерзительным. Будто разлагающуюся коровью тушу полили чем-то вроде уксуса в надежде перебить трупную вонь.

Страх или отчаяние придали мне силы. В несколько гребков я удалился от ближайших одержимых и даже смог добраться до противоположного берега. Благо, что в речке и десяти метров не было. Вот только прибрежная полоса оказалась совсем крохотной. Метр, не больше. Но если лечь, то выходило больше, так как вода за чёрт знает сколько лет проточила камень берегов на полметра в высоту и настолько же вглубь.

Прижавшись спиной к крутому каменистому склону, я приготовился сражаться.

«Сбор Ци +23».

Неожиданная надпись перед глазами сбила с боевого настроя. Вновь разум посетила мысль, что всё вокруг ненастоящее, что я в мощной игре, неотличимой от реала. Отсюда и системные сообщения, одержимые, фантастические декорации.

Пару раз моргнув, я пожелал, чтобы строчка пропала. Но как только это случилось, мгновенно возникла новая:

«Сбор Ци +26».

А за ней ещё и ещё, и ещё. Некая Ци впитывалась в меня в размере двух-трёх десятков единиц каждые пять секунд. После каждого сообщения следующее показывало цифру чуть-чуть больше.

Когда я собрал, наверное, почти три сотни Ци, в воде появилось новое действующее лицо. В первую секунду я принял его за огромного серебристого осетра из-за острой морды и выступающих вдоль хребта наростов. Но почти сразу же понял, что это — дракон. Такой, каким его рисуют на обложках книг со сказками Китая и Японии. Усатая острая морда и змеевидное тело. Двигался он бесшумно и незаметно несмотря на свои размеры. Вода не пошла волнами, которые могли меня смыть с моего бережка, а всего лишь слегка подёрнулась рябью рядом с телом существа.

Дракон с ходу устроил геноцид среди одержимых, всё падающих и падающих сверху в реку. В основном рвал их длинными когтями и рубил тонким хвостом. Иногда выпускал из пасти тонкую струю воды, которая рассекала человеческие тела пополам. Один раз то ли промахнулся мимо меня, то ли промазал по одержимым напротив места, где стоял я… в общем, водяная струна раздробила камень в склоне на дюжину осколков. Один из них оказался вытянутым, плоским и узким с одной острой кромкой. Практически натуральный каменный нож. Я немедленно подхватил его и сжал в правой ладони. Теперь есть чем встречать врагов. Не придётся голыми руками отбиваться.

' Сбор Ци +50'.

Сначала боялся, что дракон быстро покончит с одержимыми и возьмётся за меня. Вот не было у меня чувства, что он за меня или проигнорирует, когда прибьёт всех моих преследователей. Но время шло, а одержимые не заканчивались. Их были не десятки — сотни! Страшно представить, что за бойня разыгралась на площади в том разрушенном древнем городе, в результате которой появилось столько мёртвых тел.

«Сбор Ци +50».

Бывшие люди сыпались в реку нескончаемым потоком. Половина гибла сразу же от ударов дракона, но оставшиеся цеплялись за него, кусали, царапали прочную шкуру, висли на лапах и длинной шее гирями, лишая мифическое существо подвижности. Несмотря на прочность кожи, она всё равно поддавалась. Кровь у дракона оказалась белой и сверкающей, словно в молоко блёсток насыпали. Её всё больше и больше появлялось в воде.

«Вы создали первое духовное Зерно и можете активировать первый Меридиан!».

Не знаю, что это такое, поэтому надпись проигнорировал. Меня сейчас другое интересовало. Как бы смотаться подальше от места сражения одного фантастического зверя с ордой других не менее невероятных созданий — зомби или одержимых. К сожалению сильное течение, узость реки, тонкая полоска берега и отвесные обрывистые берега не позволяли отступить. Мне ещё повезло, что основная схватка происходила метрах в двадцати от того места, где я вжался в камни склона.

«Сбор Ци +50».

Четверть часа одержимые прыгали в воду, после чего набрасывались на дракона. Их тела частью уносил поток. Часть трупов и фрагментов тел застревали среди камней, давая опору прочим одержимым для боя с драконом. К концу сражения зомби облепили его полностью. А некоторые раны дракона оказались такими глубокими, что одержимые погружали в них руки по самые плечи.

И тут сквозь тела зомби, разрезая их на куски, ударили струи воды. Они долетели даже до меня. К счастью, растеряли свою силу в одержимых. Да и расстояние оказалось порядочным.

Это было фаталити, как сказал бы один из моих знакомых. Или удар последнего шанса. Дракон уничтожил всех одержимых, но и сам лишился всех сил. Его немаленькая туша повисла на камнях в воде. Струйки сверкающей крови стекали по шкуре и попадали в воду, где быстро размывались, смешиваясь с кровью зомби.

Я сделал несколько шагов вдоль берега, который слегка подтопило из-за забитого трупами русла. Хотел уйти, пока дракон беспомощен.

И тут я столкнулся с его взглядом. В нём читался разум и ярость, ненависть с желанием уничтожить. Даже если я сейчас уйду отсюда, то дракон всё равно меня нагонит. Сегодня, завтра, через неделю, но он меня убьёт.

— Ты сам этого захотел, — тихо сказал я и направился к нему, расталкивая тела одержимых или обходя завалы из них. Уровня воды местами было выше головы и приходилось плыть, зато бурное течение уменьшилось и больше не сшибало с ног.

Зашёл с левого бока, чтобы не попасть под удар хвоста или укус. А ещё здесь одержимые как следует потрудились, содрав огромный пласт шкуры и плоти, обнажив рёбра и проделав между ними несколько дыр. Сейчас сквозь них виднелись лёгкие, а в момент сокращения даже просматривалось крупное сердце. Оно часто сокращалось, заставляя выплёскиваться кровь струйками. Мало того, на нём также уже имелись ранения. Удивительно, что зомби не успели добить его владельца. Может быть, дракон потому и применил свой ультимативный навык, когда понял, что промедление приведёт к смерти. Рискнул, поставил всё на победу и… проиграл мне, победив более сильных врагов.

Дракон слабо дёрнулся, попытавшись развернуться ко мне. Но сил не хватило, и он опять поник. На секунду мне стало жалко зверя. Но вновь заглянув в его глаза, сомнения в своём решении мгновенно улетучились.

Как совсем недавно зомби, я просунул руку в рану между ребер. Сделал это в тот момент, когда лёгкие сократились, открыв на пару секунд сердце. И я ударил острым осколком камня в одну из ран на нём. Неожиданно это оказалось не просто. Плоть по прочности оказалась как плотная резина с кордом. Знаете, есть такие коврики в деревнях на садовых дорожках. Их иногда топором с первого удара не всегда получается прорубить, если не вложить в удар все силы.

— Аргх! — зарычал я, давя изо всех сил на камень. И в следующий миг рука провалилась в пустоту. Тело дракона сократилось, рёбра пришли в движение и сдавили мою конечность с такой силой, что чуть не сломали. Попав в капкан, я принялся крутить кистью с камнем во все стороны, разрезая сердце изнутри. После одного из движений не смог удержать своё оружие. Камень от крови стал скользким, словно кусок мыла в ванне при помывке, вот и выскользнул из пальцев с лёгкостью.

Выругавшись, я попытался нащупать его, чувствуя, как рёбра сдвигаются всё сильнее. Теперь мне грозил не просто перелом руки. Они могли отрезать её.

Вот кончики пальцев коснулись чего-то гладкого и каменно-твёрдого. Из последних сил схватил предмет и сжал в кулаке.

'Сбор Ци +1000

Внимание! Вы создали второе духовное Зерно и можете активировать первый Меридиан'.

Сразу понял, что это оказалось не моим оружием. Но в итоге вышло даже лучше. Едва в ладони оказался крупный круглый предмет, как по телу дракона прошла судорога, а затем оно обмякло. Сразу же почувствовал, что капкан разжался.

Немедленно рванул руку, не разжимая кулака, чувствуя, что неизвестный предмет крайне важен и для меня, и для дракона. И пока он в моей руке, речной зверь безопасен.

Отчего-то появилось ощущение жара в теле. Словно я стою рядом с огромным костром без одежды. И так близко, что его жар почти невыносим. Мало того, точно такое же ощущение стало зарождаться изнутри.

'Сбор Ци +1000

Внимание! Вы создали третье духовное Зерно и можете активировать свой первый меридиан!'.

И следом ещё одно, отличающееся от всех прочих.

«Внимание! Вы можете поглотить духовную суть зверя, достигшего ранга земных меридиан! Вы можете поглотить технику поверженного зверя — Водяной хлыст!».

К моменту, когда закончил чтение, ощущение горящего тела достигло пика и я потерял сознание.

ГЛАВА 1

Первое, что я увидел после пробуждения, это — очередная надпись.

'Вы впитали достаточно небесной энергии, чтобы сформировалось духовное Ядро!

Внимание! Ваше тело разрушалось под воздействием Ци! Сформированное Ядро было использовано для создания Меридиан земного ранга!

Вы впитали достаточно небесной энергии, чтобы сформировалось духовное Ядро!

Внимание! Ваше тело разрушалось под воздействием Ци! Сформированное Ядро было использовано для создания Меридиан земного ранга!

Внимание! Создано 5 меридиан земного ранга!

Внимание! Вы получили свою первую технику земного ранга — Водяной хлыст. Для активации требуется 50 единиц Ци.

Внимание! Корректировка матрицы завершена.

Сан Шен

Практик неба

Ци: 323

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (50 Ци)'.

Нижняя часть тела лежала в воде, голова и плечи на узкой полоске берега. Недалеко билась о камни туша дракона. Рядом с ним в такт колебались три тела одержимых. Никто из них не подавал признаков жизни.

Самочувствие было великолепным, только мучило чувство голода.

Провалялся я не так уж и долго судя по тому, что сейчас только сумерки.

Легким движением поднялся на ноги, осмотрелся, оценил окружающую обстановку и направился к мертвецам. Два бывших человеческих тела после осмотра забраковал. Одежда не уцелела, оружия и прочих вещей не имелось. Зато третье порадовало отлично сохранившимся халатом китайского типа, тёмно-синего цвета, с серебряным шитьём на воротнике, манжетах и подоле. Увы, не знаю, как он называется. Нечто похожее, кажется, и в Пакистане простые жители носят. Ещё был пояс из кожи с бронзовыми бляшками, на котором болталась пара ножен для прямого меча и короткого тридцатисантиметрового кинжала. Длинного клинка не сохранилось, подозреваю, что он остался на той площади со стеклянным столбом, а вот кинжал был на месте. Рукоять у него выглядела обычно, как у какого-нибудь охотничьего ножа, а вот клинок копировал танто. Стоило мне его вытащить из ножен и начать внимательно разглядывать, как появилась очередная надпись.

'К ороткий клинок смертного ранга.

Свойства: повышенная прочность, самозатачиваемость, пропуск Ци'.

Полюбовавшись оружием, я вернул его в ножны и занялся неприятным процессом по стягиваю халата с трупа. Повезло, что трупное окоченение не успело сковать тело. Или оно уже прошло, или для него ещё рано. Не нуждайся я в верхней одежде, с радостью оставил бы это занятие. Вот только то, что было сейчас на мне даже в половую тряпку никто бы не взял. Рвань рванью, да ещё измарано в крови и грязи так, что не отстирать. А вот одежда на трупе выглядела подозрительно хорошо. Крови практически не было, крупных дыр тоже. Имелись лишь крошечные прорехи от струек воды, которыми дракон резал на куски одержимых. Из-за этого тело мертвеца напоминало суповой набор в мешочке-халате. Я можно сказать просто вытряхнул из него фрагменты тела.

'Цюэкуапао воина.

Свойство: терморегуляция, снижение урона, самоочищение и самовосстановление, подгонка размера при вливании Ци'.

Штаны тоже снял. Пусть верхняя одежда длинная, до начала икр, но всё равно было неприятно щеголять под ней в рваных портках. Подштанники и нижнюю рубаху брать не стал, побрезговал. Зато забрал обувь, напоминающую смесь сандалий и восточных тапок с высоко загнутыми острыми носами. И штаны, и туфли были непростыми. Имели те же функции, что и халат.

Все трофеи прополоскал в реке. Кровь и грязь с ткани и кожи смылись, как с полиэтилена.

Но самым ценным оказалось широкое кольцо из зеленоватого камня. Нефрит? Малахит? Какой-то другой минерал? Увы, я в этом не разбираюсь, а система не подсказала. Зато написала кое-что другое крайне интересное.

'Кольцо с пространственным карманом.

Артефакт земного ранга.

Внутренний объём 1м3.

Уменьшение веса на 99%'.

Обнаружил я кольцо случайно. Когда освобождал одежду от разрезанного тела, то случайно прикоснулся к нему. До прикосновения побрякушка была невидима.

Внутри что-то лежало, но я нашёл в себе силы сдержаться и не устраивать ревизию прямо сейчас.

После такой ценной находки я осмотрел два оставшихся трупа. Но их владельцы при жизни относились к простому люду, такому, как я, вернее телу мне доставшемуся для реинкарнации. Ни оружия, ни хорошей одежды, ни тем более волшебных артефактов.

В голову закралась мысль вернуться на место сражения в те городские руины. Там должно валяться множество ценнейших предметов, а все одержимые, способные мне помешать, валяются сейчас по берегам бурной реки. Едва нашёл в себе силы остановить этот неуместный порыв. Чёрт знает, что там сейчас творится. Вон считал, что преследователей всего несколько десятков, а в итоге — несколько сотен, которые практически завалили дракона. И ведь может так быть, что на месте боя у стеклянного столба осталось ещё столько же.

Точно также я отказался от идеи идти вдоль реки в надежде наткнуться на тела одержимых с такими же ништяками, которые мне подарил бывший владелец кольца. В воде могли водиться ещё такие же мифические создания. Потомство или вторая половинка дракона. Или его конкуренты. Или те, кем монстр питался, не считая их за угрозу для себя, но которые легко схарчат меня.

— Лучше синица в руках, чем голова в кустах, — пробормотал я под нос, смешав две поговорки. — Сначала нужно узнать, что это за место. А то меня терзают смутные сомнения в правдоподобии версии о виртуале. Очень уж тут всё реально.

Из глубокого речного русла я выбрался с удивительной лёгкостью. И не только обратил на это внимание, но и сделал несколько упражнений, проверяющих физическую силу и ловкость. Результат поразил. Сто отжиманий в быстром темпе и два десятка приседаний на одной ноге почти с такой же скоростью, как на двух, отжимания на руках вниз головой, гимнастический мостик, поднятие над головой огромного камня, в котором килограмм сто было. И не нужно думать, что вес маленький, это вам не удобная штанга. После этого я ещё и мог кинуть этот булыжник на пяток метров.

Самое главное то, что до реки я не проявлял таких чудес. Помню, как первые километры ковылял, едва не падал и любое поваленное дерево было для меня определённым препятствием. Потом разогрелся, приловчился, научился пользоваться моторикой доставшейся тушки, но всё равно оставался обычным человеком. Сейчас же я прямо химера, собранная из олимпийского гимнаста и тяжелоатлета, да ещё под крутым допингом!

Меня вновь стали толкать внутренние хомяк с жабой на то, чтобы вернуться в город и затариться полезными вещами. С новыми возможностями одержимые уже не выглядели чем-то опасным. А потом я вспомнил про некую технику земного ранга.

Использовать её вышло без проблем. Достаточно было одного чёткого желания, чтобы ладонь покрылась тонким слоем влаги. Дальше, следуя инстинкту, я направил руку на небольшое деревце толщиной с моё предплечье в двух метрах впереди и тряхнул кистью. Мгновенно с неё слетела струйка воды, едва видимая в уже густых сумерках, опустившихся на джунгли. За долю секунды она преодолела расстояние до дерева и срезало его. Будто тяжёлым тесаком.

Следующей моей целью стал камень. От него после удара водяной струёй во все стороны полетели мелкие осколки. Камень размером с мой кулак после столкновения с водной техникой улетел далеко вперёд, как после хорошего пинка.

Я баловался с магией словно ребёнок, пока не закончилось Ци. Это стало для меня лёгким шоком. Вкусив сверхестественную мощь, без неё я резко почувствовал себя одноруким одноногим полуслепым инвалидом. К счастью, спустя несколько минут резерв стал медленно заполняться энергией. Через четверть часа я мог уже выпустить три водяных хлыста.

Успокоившись, я перестал экспериментировать и полез изучать артефакт. А там!..

— Да это просто праздник какой-то… — прошептал я, невольно вспомнив один из сетевых мемов, который в интернет утёк из советской классики.

Кубический метр пространства оказался занят едва ли на десятую часть. Зато все вещи оказались крайне полезными. Здесь я нашёл короткие кожаные сапоги с металлическими набойками на подошве, как на старых сапогах Вермахта, а также на носке и каблуке по краю. Ещё была кираса с наплечниками и клиновидным лоскутом для защиты паха, двумя прямоугольными для прикрытия бедер. Всё из кожи с редкими включениями металла. Нашёл прямой меч с широким клинком. Увы, сломанный. После двенадцатисантиметровой рукояти оставалось около сорока пяти сантиметров боевой части. На лезвиях имелись мелкие зазубрины и пара крупных сколов, будто прорехи между зубьев двуручной пилы. Некогда полированная поверхность вся пестрела царапинами и крошечными кавернами.

Ещё был меховой плащ, высокая шапка из нескольких слоёв шёлка, моток верёвки, большой и маленький котелок, несколько глиняных бутылочек с чем-то, два меха с водой, фляга-горлянка с ней же. И еда. Очень-очень много пиалушечек из вроде как плотного картона. Одни полные варёного риса, другие заполнены кусочками варёной и жареной рыбы, в третьих лежало жареное мясо, в четвёртых — этих оказалось меньше всего — различные соусы.

Самой ценной вещью среди трофеев оказались три шнурка с дырявыми монетами. Две с медными общим числом сто девятнадцать, и одна с четырнадцатью серебряными. Первый мой капитал в этом мире. Надеюсь, что этой суммы мне хватит на первое время чтобы обжиться, переодеться, получить крышу над головой и собрать хоть какую-нибудь информацию.

При виде пищи мой живот заурчал с такой силой, словно в него телепортировался огромный мурчащий кот. Даже не думая, что еда может оказаться отравлена — параноить так параноить — я набросился на неё. К месту пришлись соусы. Я кидал в пиалки с рисом мясо или рыбу, затем поливал их соусом. Ел быстро, бешено двигая челюстями, чтобы поскорее всё разжевать. Запивал водой из горлянки. Её там было почти пол-литра. Но всё равно не хватило, чтобы утолить жажду и пришлось браться за один мех.

Наевшись, я вернул всё в кольцо. Даже опустевшие бумажные пиалы, чтобы не оставлять после себя следов.

Углубившись в заросли, с помощью кинжала срубил тонкий стволик совсем молодого деревца. Обтесал его, срезал кору, один конец немного заточил в четыре коротких грани. И ткнуть есть чем, и острие быстро не обломается. Длину у посоха оставил около пары метров.

Очень быстро стемнело. На джунгли опустился такой кромешный мрак, что я остановился, не рискнув двигаться в полной темноте. Но спустя час поднялся лёгкий ветерок, разогнавший часть ночных облаков и открывший путь лучам луны. Она оказалась заметно крупнее земной и давала больше отражённого света. К середине ночи небесный покров благодаря ветру почти полностью расчистился. Это позволило как следует рассмотреть звёздное небо. К первой луне добавились ещё две, но эти оказались совсем крошечными или находились куда дальше. Для меня эта парочка казалась очень яркими звёздами. Звёздная карта ничем не напоминала ту, которую я знал. Ни одного знакомого созвездия. Непонятно было, как и с лунами. Иначе обстояло дело с туманностями. С того места, где я сейчас стоял, отлично просматривались две. Одна напоминала волчок-юлу. Вторая походила на корону с тремя зубцами.

— И всё же, что это? Виртуал или я попаданец, как в книгах? — пробормотал я под нос.

Разумом хотелось первого. Это куда как безопаснее и понятнее. А вот дух авантюризма из детства, который до конца не вытравила взрослая жизнь, мечтал о втором.

Глава 2

ГЛАВА 2

Часть ночи я прошагал по джунглям. Потом наткнулся на скальные выходы, отыскал в них сухой пустующий грот и решил дождаться рассвета в нём. Меховой плащ пришёлся очень к месту, так как камень ночью остыл так, что казался льдом при прикосновениях. Без плаща до утра внутри я бы не выдержал, а так даже умудрился немного поспать. Правда, вышло это не специально, а от усталости и огромного нервного напряжения. Ведь кто со здравым рассудком станет дрыхнуть в таком месте? Я не про пещерку, а о местном мире. Ещё окажется, что залез в ухо или ноздрю каменному великану или троллю какому-нибудь. К моему везению всё обошлось, и грот был обычным гротом.

После пробуждения я первым делом стал слушать окружающие звуки. Сочтя, что те не несут угрозы, медленно выбрался под солнечные лучи и с удовольствием принялся нежиться в их тепле, как кот на подоконнике. Согревшись, полез в кольцо за едой.

— М-да, а аппетит у меня тот ещё. Такими темпами мне через три дня будет нечего есть, — вздохнул я, оценив оставшиеся запасы и количество пустых пиалок после завтрака. — И, кстати, а куда отходы-то деваются? Только не нужно говорить, что у меня запор образовался.

Отчего-то за всё время пребывания в этом мире я по нужде сходил только один раз, когда укладывался в гроте ночью. И то по малой. Или это особенность физиологии донора, чьё тело досталось моей души, или причина в моём особом статусе — практик неба. Сюда неплохо укладывается и моя возросшая сила с ловкостью, и острое ночное зрение, и аппетит. Улучшенный организм стал и топливо лучше перерабатывать.

Кстати, насчёт новообретённого титула, умений, трофеев и воспоминаний о вчерашнем дне. После пробуждения ко мне вернулись не только силы, но и моя старая память. Теперь я точно знал, кем являюсь и откуда родом.

— Попаданец обыкновенный. Надо же какие выверты судьбы порой случаются. — покачал я головой, проговаривая вслух фразу. — Когда читал книги по этой тематике, то сколько же раз мечтал оказаться на месте героя. Да и авторам от меня доставалось за то, как они глумились над своими протеже, ме-едлено вытягивая того на вершину. Хотя всё можно было сделать быстрее. И вот я, по сути, на месте и героя, и автора. Всё в моих руках, м-да.

Приём пищи занял немного времени. Убрав обратно в артефакт мусор, я взял в руки посох и продолжил путь. В полдень нашёл крупный древний город. Он походил на тот, где вчера случилась бойня. Такой же старый, укрытый лианами, деревьями и травой. На миг закралась мысль, что я сделал круг и вернулся обратно. Затем испугался колдовской связи, связавшей меня с местом странного ритуала. И только осмотр города с разных точек слегка успокоил. Наблюдение не выявило никаких следов свежих разрушений и бушевавшей зелёной бури. А ведь ещё были и другие города на пути, только от тех остались жалкие руины, едва видневшиеся из-под зелени. Вчера некоторые из них я использовал в качестве высоких точек для наблюдения и в бесцельных попытках сбить со следа одержимых.

«Получается, когда-то тут было оживлённое местечко, — подумал про себя. — Целая агломерация или густо обжитой район с десятками поселений».

Любопытство оказалось сильнее осторожности. Я решил рискнуть и полез в древний город. Во время осмотра часом ранее нашёл предположительно ворота. Они, как и стены, густо заросли лианами и вьюнками. С помощью трофейного кинжала часть растительности срезал, открыв себе проход. При этом спугнул стаю каких-то мелких бело-голубых мотыльков или бабочек. Они немаленьким облаком поднялись вверх, покружили надо мной и спустя пять секунд улетели в джунгли.

Я ожидал два варианта событий: ворота заперты наглухо и ворота сгнили за десятилетия. В итоге увидел средний вариант. Воротины оказались целёхонькими с немного приоткрытой левой створкой. Решётки или иной дополнительной преграды не было. Щели оказалось достаточно, чтобы протиснуться в неё, но сначала я внимательно осмотрел улицу. Зарослей и там хватало, но каменные дома и мостовая не дали джунглям там как следует разгуляться.

«С Богом», — дал я сам себе напутствие и скользнул вперёд. В левой руке держал кинжал, а в правой жердь и был готов бросить её, чтобы бить водяным хлыстом. Враги и дальше не показывали себя, если таковые тут имелись. Спустя десять минут я немного расслабился и перестал ожидать немедленного удара. За это время прошёл всего четыре дома. К каждому подходил, осматривал снаружи и двигался дальше. Увы, но выбитые окна и двери дали доступ растениям внутрь. И отчего-то внутри построек они себя чувствовали намного вольготно, чем снаружи на булыжной мостовой.

Только шестой дом оказался с виду нетронутым. Двери оказались на своих местах. Узкие высокие окна закрывали плотные ставни, почерневшие от времени. Но всё равно они выглядели крепко. Навалившись плечом, я попытался выдавить дверное полотно, но оно или открывалось наружу, при этом ручки на ней не было, или за годы диффузия склеила дерево и камень в монолит. Кинжал худо-бедно древесину резал, но уж очень плохо. При этом оружие было непростым. И значит, дерево тоже не являлось обыкновенным. Может быть, за такое в этом мире немало платят. Как платят на моей Земле за старую древесину, ради которой люди катаются по заброшенным деревням и разбирают избы, которым по сто лет с гаком.

М-да, я тут полчаса провожусь, пока проковыряю дыру. Пришлось воспользоваться техникой. Дважды взмахнул ладонью, посылая в преграду тончайшую водную струйку под немыслимым давлением. Результат порадовал. Вода прорезала дверь насквозь, отрезав неровный треугольник в нижней части. И при этом шума особого не случилось. Пнув ногой по отрезанной части, я с легкостью втолкнул внутрь кусок дверного полотна. после чего ужом скользнул в проделанное отверстие.

Внутри ожидаемо оказалось темно, хоть глаз коли, но темнота оказалась не проблемой. В артефактном кольце от бывшего владельца остались свечи с лучинами и, главное, факелы. Один из них я и запалил при помощи огнива. Получилось легко, сам не ожидал такой сноровистости от себя. Или сработали мышечные навыки тела-донора, или факелы с огнивом не простые.

В доме было пыльно, сыро, пахло плесенью, вроде как мышиным помётом и старым домом. Причём, отчего-то деревянным. Или тут вина перекрытий? Если кто-то хоть раз разбирал старые дома, те же дачи, которым лет по тридцать-сорок, и они использовались в качестве жилья регулярно, а не сезонно и год через два, то этот запах ни с чем не спутает.

Первый этаж, где я оказался, когда-то хозяевами использовался в качестве кухни. столовой и кладовой. В шкафчиках и на двух столах всё ещё стояла посуда. Совсем простая и невзрачная из обожжённой глины без каких-либо украшений. На стенах висели сопревшие тряпки, деревянные дощечки, какие-то резные фигурки и вроде как маски. Всё это покрыто слоем пыли, под которой мелкие детали терялись. Обежав помещение быстрым взглядом, я направился к широкой и крутой лестнице, ведущей на второй этаж. Там я нашёл три комнаты. Проход в каждую закрывали плетёные из тростника циновки. Заглянув в первую, я увидел две узких кровати слева и справа. Между ними стоял столик, сбитый из узких дощечек, на нём стояла масляная лампа, глиняное блюдо и два стакана из того же материала. Кончиком посоха поддел тряпьё на левой кровати и отшатнулся. Из-под него на меня глянули пустые глазницы черепа.

— Твою мать, — шёпотом выругался я.

Не удержавшись, проверил вторую кровать. Там тоже под тканью лежал труп. В соседней комнате на двух кроватях я нашёл три скелета. Два, большой и маленький, лежали вместе, крепко обнявшись в последний раз и… навсегда. Картина по нервам ударила очень сильно. Я развернулся и бегом бросился на выход, чуть ли не скатился по лестнице, саданул плечом в дверь, забыв про дыру. Потом увидев большой засов, откинул его, вновь взялся за дверь, и та поддалась. Когда оказался на улице, то в глазах поплыли кровавые круги, дышать стало тяжело, будто только что пробежал стометровку, выкладываясь на все сто. Меня мало тронул вид одержимых, десятки изувеченных трупов, ручьи крови, от которой на время покраснела бурная река. Но от вида скелетов матери, прижимающей к себе маленького ребёнка, меня накрыло так, будто я впервые соврал родителям в детстве. Не знаю, что случилось с этим городом много лет назад, где люди легли спать и не проснулись. И узнавать не хочется, никакого желания.

Больше исследовать дома не хотел. Сначала захотелось вернуться по своим следам и выйти из города. Но потом я решил пересечь его полностью. Да, копаться в домах, ставшими могилами для части горожан, уже перехотелось, но осмотреться всё же стоило. Может, смогу побольше узнать о месте, куда меня забросило… да ещё и в чужое тело в самый разгар непонятных магических разборок. Увы, но своими воспоминания оно не поделилось.

Очень скоро я вышел на большую площадь, окружённую трёхэтажными домами, в лучшую сторону отличавшихся от виденных ранее. Их захотелось назвать дворцами или хотя бы особняками. Засмотревшись на них, я перестал следить куда наступаю. Но как только захрустело под ногами, то сразу же опустил глаза вниз. И вновь не удержался от экспрессивного ругательства:

— Вашу ж мать!

Под слоем засохшей и свежей растительности лежали кости. Много, очень много человеческих костей. Находиться в городе перехотелось. Вдруг пришла в голову мысль, что тот или то, кто виновен в гибели горожан всё ещё может находиться здесь. Какой-нибудь демон, дракон, призрак или проклятье. Ещё пришла в голову мысль, что у не упокоенных костей могут остаться слепки душ и им не понравится, если кто-то решит потоптаться по их бренным останкам. Фантазия у меня богатая, с иной заядлым читателем не стать. Это вам не киношки смотреть. Вот и полезло всё наружу из памяти, в которую успел накачать сотни мегабайт фантастических историй из чужих произведений.

Отступив назад, тщательно выбирая место куда ставить ногу, чтобы не потревожить кости, я вернулся на уже пройденную улицу. Здесь выбрал дом с зияющими пустотой дверными и оконными провалами. Вошёл в него, поднялся сначала на первый этаж, а оттуда на крышу. По ней перебрался на соседнюю. Так пересёк всю площадь. На соседнюю за ней улицу решил выбраться через один из особняков. Благо, что у него оказалось открытым окно на чердаке.

Почему продолжил путь дальше, а не ушёл назад к уже разведанным воротам, через которые проник в город? Не знаю, если честно. Откуда-то выплыло в памяти, что нельзя возвращаться по своим следам. Может, это был какой-то психологический бзик из-за воздействия на психику происшедшего со мной. Вроде суеверия с чёрной кошкой, в которое верят очень многие люди на Земле. Причём вполне себе здоровые, спокойные и обеспеченные.

По этажам спускался аккуратно и слушая каждый звук. Скелетов на своём пути не встретил, зато нашёл кучу интересных вещей. Статуэтки, посуду из металла и минералов, может, янтарную и нефритовую. Увидел на стенах картины, вычеканенные на бронзовом или медном листе сцены из охоты, сражений, изображения мужчин и женщин. Гобелены с такими же мотивами.

«Если я часть этого прихвачу, то это будет мародёрством или трофеями? — промелькнула в голове мысль. — И не обидятся ли призраки за такое кощунство?».

Уже рядом с выходом не удержался и прихватил с круглого столика овальную пластину из зеленого камня со светлыми тонкими разводами похожими на мраморные. На ней была изображена красивая девушка с распущенными длинными волосами, прикрытыми платком. Чем-то она меня зацепила, из-за чего не смог удержаться, наплевав на все нехорошие мысли по поводу мародёрства.

Я уже собрался выбить дверь и выйти на улицу, когда услышал подозрительные звуки снаружи. Они очень походили на шаги Точно также совсем недавно ступал я по старым костям. прикрытых мусором. Замерев на секунду, я взлетел по лестнице обратно на второй этаж. Только там были окна, выходящие на улицу. Прильнув к щёлке, принялся осматривать улицу.

С площади на улицу, где стоял «мой» дом вышли четверо одержимых. Трое мужчин и одна женщина. Хотя изменения в их телах зашли так далеко, что определить пол существ было бы сложно, не превратись их одежда в лохмотья, которые почти ничего не прикрывали. Лица окончательно превратились в страшные ассиметричные рожи с торчащими тут и там шипами и костяными наростами. Ладони увеличились и обзавелись медвежьими когтями и шипами на костяшках. Такие же изменения случились с прочими частями тела. Женские груди всё ещё сохранили основные свои признаки, но тоже покрылись бляшками наростов, а на месте сосков стали прорастать шипы. Таких лучше не приглашать на эротический массаж. Как потрётся буферами по тебе, так всё — до костей располосует кожу с мясом.

Наверное, они почувствовали мой взгляд. Сразу все вчетвером одновременно обернулись в сторону моего окна, а один из них вскинул руки и выстрелил… чем-то. На инстинктах, ещё когда он вскидывал конечность, я отшатнулся в сторону, укрываясь за стеной. По ставням словно горсть щебня простучала. Раздался треск дерева, в комнату влетели щепки. И не только. Одержимый выстрелил шипами. Не знаю, что это за техника, но они напоминали первые фаланги пальцев с остроконечным ногтем. Даже если предположить, что ставни сгнили или их источили жучки, всё равно энергия выстрела была немалая. Хотя… сгнили ли? Я вон сколько с дверью провозился. Полагаю, что ставни из той же древесины сделаны. Да и щепки белеют абсолютно чистыми и ровными боками, без следов от гнили и трухи.

Сердце бешено застучало от впрыснутого в кровь адреналина. Пригнувшись, я бросился прочь из комнаты. В коридоре метнулся в комнату напротив, которая выходила на соседнюю улицу. А нет, не на улицу, а во внутренний дворик. Ударив водяным бичом по петлям, я снес одну ставню в окне и чуть ли не рыбкой сиганул в проём. В полете извернулся, заметив какой-то выступ под собой, успел ловко зацепиться за него руками и самортизировать ногами о стену, оттолкнулся и сиганул на брусчатку. Такому трюку по-чёрному позавидовал бы любой профессиональный гимнаст или каскадёр.

Во дворик выходили ещё две двери домов, вплотную примыкавшие к «моему». По сути я оказался в колодце. Пришлось опять использовать свою единственную боевую технику. С её помощью порядком порубил одну из этих дверь в районе петель. После нанес ещё несколько ударов ногой и свалил дверь внутрь. И в этот момент позади раздался грохот. Обернувшись, увидел, как расходятся доски на двери дома, из окна которого я выпрыгнул. Кто-то, обладающий огромной силой, выбивал её изнутри.

«Кто-то? Ха! — мысленно скривился я. — Мутанты шипастые там, вот кто».

Уже почти собрался забежать в дом, когда сверху, точно из того окна, где я выломал ставню, выпала человеческая фигура. Упала неловко, не сумев устоять на ногах.

И вновь сработали рефлексы тела. Одержимая — а это была та кошмарная женщина с шипами на грудях — только поднималась, когда я рванул к ней, на ходу активируя водяной хлыст. Удар сжатой под невероятным давлением струи воды пришёлся на шею точно между костяных чешуек, в которые понемногу стала превращаться кожа мутантки. Плоть и кости у неё оказались слабее, чем деревца́, на которых я тренировал свою сверхъестественную технику. Видимо не созрела ещё, как полагается. Мало времени прошло.

Раз — и чужая уродливая голова свалилась на брусчатку отдельно от прочего тела. Из раны полилась тёмная почти чёрная кровь. И именно что полилась, а не забила фонтаном, как я того исподволь ожидал.

«Сбор Ци +30!».

«Сбор Ци +30!».

«Сбор Ци +30!».

Каждую секунду перед глазами появлялась надпись, сообщающая о получении мной неведомой энергии. Той самой, на которой создана моя боевая техника, волшебное кольцо и даже, кажется, тело. Неизвестно сколько я получил бы её из мёртвого тела одержимой останься я рядом с ним до конца, но треск ломаемых досок заставлял торопиться.

Глава 3

ГЛАВА 3

Я рванул в дом через прорубленный проход. Краем глаза заметил, что планировка внутри похожа на соседний. Взлетел по лестнице наверх на второй этаж, а потом ещё выше, на чердак. Там бросился к небольшому окошку. Здесь оно оказалось закрытым, но я уже не боялся шуметь. Чего уж тут осторожничать, когда на пятках сидят образины, которыми не то что детей, крепких взрослых можно пугать. Выбил его и спустя пару секунд оказался на крыше. Ещё несколько мгновений потратил на то, чтобы оглядеться по сторонам, выбрать направление и броситься бежать.

К счастью или нет, но черепичные крыши древних зданий были покрыты одеревеневшими и свежими ползучими побегами. Самые толстые были с руку ребёнка. Они создавали сложное переплетение, заставляя внимательно следить за тем, куда ставить ногу. Неудачный шаг запросто мог стать причиной падения или вовсе травмы. Но при этом эти лианы создали очень прочный ковёр, скрепивший черепицу и крыши. Можно было почти не бояться провалиться на какой-нибудь чердак или, что под ногой поедет черепица. Иногда вместо глиняной кровли попадалась металлическая. Небольшие листы из позеленевшей меди и, кажется, свинца, а может и олова.

Я промчался через половину города в направлении ворот, которые легко можно было опознать издалека. Через такие же я попал в это место.

Метров за сто до стен дома закончились. Пришлось прыгать вниз, цепляясь за балкончики и архитектурные выступы-украшения. Едва оказался на брусчатке, как под ногами захрустели кости. Стиснув зубы от неприятного чувства, что хожу по чьим-то останкам, припустил ещё сильнее. В городе мне было сильно некомфортно. Словно что-то давило, мешало нормально дышать, думать, действовать. В джунглях до этого чувствовал себя намного лучше. Если мне не удастся в них затеряться — а это вряд ли, твари как-то же нашли меня здесь — то приму бой. Как показала первая стычка, одержимые не так крепки. Всего один удар в уязвимое место уменьшил их число на одного. А если не бить насмерть, а по ногам, например, то это снизит их прыть, позволив увеличить расстояние и удрать по-настоящему.

Вот только у судьбы на нас был свой план.

Перед самыми воротами я резко остановился, а потом бросился назад и укрылся за горой какого-то мусора. Всё дело в том, что мне не понравилась чистая брусчатка перед выходом из города. Там не было ни костей, ни лиан. Только пыль и мелкие травянистые кустики, выбивающиеся из щелей между камнями.

Страх перед одержимыми толкал меня вперёд, к воротам, у которых в левой воротине имелась внушительная дыра. Она напоминала горелую прореху в листе бумаги, к которому приставили горящую сигарету. Но некое чувство тормозило мои ноги, заставляло крутить головой по сторонам и всматриваться в каждую мелочь. Вот куда делись кости со старыми лианами⁈ И почему новые растения не торопятся захватывать свободное пространство?

И тут появились одержимые. Не тормозя, рванули к воротам, точно к дыре в них. Видимо, их аномальное чувство, с помощью которого они отыскали меня за десятки километров, прекратило работать, истратив энергию, или вблизи действовало плохо. Чем ближе к цели, тем больше размытие по площади? Впрочем, плевать. Мне подобное только на руку. Кстати, в противовес упёртости в поисках и преследовании жертвы, мозгами они оказались ох как обделены. Даже зверь бы почуял, что с площадкой перед воротами не всё в порядке. А эти — фиг, за что и поплатились уже через пару секунд.

Стоило троице бывших людей оказаться на расчищенном участке, как тот будто бы взорвался! Во все стороны полетели камни, щебень, земля и пыль. В считанные мгновения там образовался внушительный кратер. Из него наружу выскочили мощные осьминожьи щупальца. Каждое толщиной с бедро культуриста и длиной метров по семь-восемь. На конце торчали по два-три загнутых чёрных когтя с желтоватыми острыми кончиками размером и толщиной с указательный палец человека. Двое одержимых сразу же оказались на них насажены. Через секунду один был разорвал на части. Третий как-то смог уклониться от многометровых щупалец. А потом издал невнятное урчание и выстрелил всеми своими шипами во все стороны. Два щупальца ими унизало, как подушечку для булавок в швейной мастерской. Превратившись в кактус, они упали на землю и стали медленно втягиваться в кратер. Но оставшихся ещё было достаточно, чтобы покончить с одержимым. Три щупальца набросились на него сверху, сзади и сбоку. Когти верхнего отростка вошли бывшему человеку в район ключиц и молниеносным движением порвали ему грудь и живот. Ещё одно зацепилось за бедро и буквально оторвало ногу от тела. Третье не хуже Хищника вырвало из и так истерзанной тушки кусок позвоночника с обломками рёбер. Всё — конец мутанту. От него осталась верхняя истерзанная часть туловища с головой и руками. Ни капли жизни я там не видел. Практически в это время точно такая же судьба постигла второго одержимого. Его смяли два щупальца, сдавили так, что человеческая фигура превратилась в мятый бесформенный кусок сырой глины.

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +32!».

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +29!».

Пару раз проскакивали сообщения с крупными цифрами. Скорее всего, это фонила Ци неведомая подземная тварюшка. Точно так же, как речной дракон. Особенность интересная. Обязательно стоит запомнить и взять на вооружение. Правда, до начала атаки никакого фона не было. То ли монстр в покое ничего не излучает, то ли причина в мостовой, которая экранировала всё.

Отчего-то Ци с трёх погибших одержимых капало в разы меньше, чем от одного, которого я прикончил при недавнем побеге из дома. Не то для этого требовалось лично приложить руку к уничтожению, не то энергию сейчас высасывала со скоростью пылесоса неведомая тварь, прячущаяся в земле впереди. Разбираться в этом у меня не было никакого желания. Да и времени тоже. Убедившись в смерти преследователей, я развернулся назад. Отбежав метров на сто от ворот, юркнул на боковую улочку, затем забрался в дом, прошел его насквозь и оказался на широкой улице, отделявшей стены города от стен домов.

Интуиция гнала меня вперед, прочь из города. А слух подтверждал в правильности этого желания: где-то за моей спиной что-то трещало и грохало, кто-то ещё пробудился в ответ на устроенный у ворот шум.

По оплетшим стены лианам я вскарабкался на стену, огляделся, и быстро полез вниз. С обратной стороны города джунгли выглядели точь-в-точь, как на том направлении, с которого я сюда пришёл.

Двигался очень осторожно, помня о недавней неприятной встрече. Как-то же одержимые меня нашли! Видимо на мне висит какой-то шлейф, оставляющий след на местности. А повис он на мне в том храме, что ли, где погибли сотни людей. Я это — пусть будет, аура — не чую. Не хватает знаний или силы, или расой не вышел. А вот вселившимся в мёртвые тела тварям подобное вполне по силе. Для выживания мне крайне необходимо отыскать способ очистки. Или надеяться, что грязь сама с меня спадёт однажды. И хотелось бы, чтобы подобное произошло пораньше.

«Интересно, здесь есть храмы или святилища по типу игровых локаций? Так, как проходит лечение и благословение в тех же 'свитках»? — пронеслась в голове мысль. Происходящее до сих пор изредка казалось неестественным, сказочным, хотя разумом я уже давно поверил в реальность. Потому и сравнения такие — с играми из родного мира. Мне так проще держать собственный разум в порядке и искать логичные причины происходящего со мной.

На ночь устроился в огромном дупле. Сухом и с мягкой подстилкой на дне. Я там всё переворошил палкой, опасаясь соседей в виде змей, насекомых и прочей джунглевой гадости, что так и мечтает укусить, заползти под кожу, высосать кровь и так далее. К счастью, не нашёл ни малейших следов опасности. Вход в дупло перекрыл толстыми жердями, лианами, пучками листвы и ветками, скрученными в жгуты. Законопатил всё так, что чуть сам не угорел от духоты.

Спал очень чутко. Даже скорее не спал, а крепко дремал. Каждые десять-пятнадцать минут просыпался, вслушивался в окружающий шум, стараясь выцепить угрозу для себя. Не обнаружив её, опять погружался в дрёму, чтобы через десять минут пробудиться и вновь просканировать внешний мир.

Два дня меня никто не беспокоил. Ни звери, ни мутанты, ни события, ни природа. А потом ночью заметил непонятное зарево над кронами деревьев. Оно едва-едва фиксировалось моим зрением. На следующую ночь я вновь его увидел. Светилось оно чуть-чуть ярче, чем сутки назад. При этом было ровным, без всполохов и затуханий. Как будто смотрю на кусок ночной автотрассы с очень большого расстояния.

«А вдруг город? Вдруг тут есть аналоги ночного освещения, как в моём времени? — стрельнула в голову мысль. — Были же в моём мире всяческие масляные, газовые, карбидные уличные фонари, а? Тут ведь ещё и магия имеется, которая запросто может электричество заменить».

Непонимание своей судьбы и напряжённое скитание по джунглям настолько мне надоели, что я даже не разбираясь откинул осторожную мысль, что в городе мне могут быть не рады. В конце концов, я вряд ли какой-нибудь бесправный севр или холоп. Я владею магией, одет богато, у меня дорогое оружие, пусть и сломанное. Правда, так выгляжу для остальных в данный момент.

А если повезет и меня узнают друзья или просто знакомые, то поступлю. как в моих любимых книгах. То есть, немного притворюсь, изображу оглохшего или супер-заику, чтобы не сообщать о полной потере памяти. Мало ли как тут с таким обстоят дела. Посчитают, что злой дух захватил тело Сана Шена и милости просим на костерок очищающий. А вот как оботрусь, осмотрюсь и хоть немного узнаю про местное житье-бытье, то можно и «излечиться».

«Ещё вопрос — а смогу ли я понять местных вот так сразу? Вдруг язык стёрся из мозга вместе с основной памятью?», — пришла в голову новая и в этот раз неприятная мысль.

С другой стороны, я отлично понимаю те странные надписи перед глазами. Если они из местного языка, то всё путём.

* * *

Встреча с людьми состоялась на третий день пути к светящемуся зареву. Всё вышло неожиданно для всех, что едва не привело к крупным проблемам. В ранних сумерках мы вышли друг на друга на узкой звериной тропинке в густых зарослях.

Их было пять человек. Все худые, поджарые, грязные с заросшими длинной щетиной лицами. Но последняя и грязные разводы не помешали мне увидеть восточные или азиатские черты. Похожие и у меня. Успел оценить в реке и в отражении в воде попадающихся ручьёв. Четверо были в сущих обносках, зато с огромными корзинами за плечами, которые висели на плечах на широких деревянных выступах. Вот не знаю, как эту конструкцию правильно назвать и описать. Позже узнал, что так сделано для сверхбыстрого скидывания ноши с последующим ещё более быстрым драпом от внезапно возникшей угрозы. Пятый, идущий вторым в колонне, был одет куда приличнее. Имел даже подобие кожаного доспеха и шлема, похожего на японский, который делался из кожи и дерева. В левой руке он держал копьё с узким и коротким ножевидным наконечником. Он в этой пятёрке единственный выглядел внушительно и отличался крепким телосложением.

На секунду все замерли. Потом воин ткнул в мою сторону открытую ладонь. С неё слетел небольшой шар воды. Я рухнул на одно колено, пропустив заклинание над собой. Затем полоснул водяной струной по переднему оборванцу. Но в последнее мгновение чуть изменил движение и мои чары прошлись над плечом человека, срубили часть корзины и достали до копья «стрелка». Почти одновременно с этим я гаркнул:

— Стоять! Замерли на месте или кишки выпущу!

Двое оборванцев упали на колени сразу же, едва услышав мой голос. Ещё двое после того, как я договорил. На ногах остался только обладатель доспехов. Но и он спустя пару секунд медленно опустился на колени. От него я первого услышал:

— Пощадите, господин. Я не желал вам вреда. Наша встреча произошла внезапно, и я не успел вас рассмотреть.

«Понимаю!», — сверкнула в голове радостная мысль. — Вы кто такие? Откуда?

— Сборщики мы, господин…

Глава 4

ГЛАВА 4

Итир, как звали воина в кожаном доспехе, был командиром отряда и главой экспедиции в Заброшенные земли. Ещё их называли Земли Последней Войны, Пустошь Исхода, Проклятые территории, Демонический Пояс и много как ещё. Все названия как одно отражали смертельную опасность и безлюдность. Очень много лет назад край был процветающим, но потом извне полезли демоны и всевозможные духи с запредельными существами, с которыми люди не смогли сладить. Сначала сражались. Потом выживали, запершись в городах. И в конце концов жалкие остатки бежали прочь. При этом бросили всё своё барахло, оставив дома со всем скарбом. Не знаю сколько правды было в рассказах моих новых знакомых. Но по их словам, в городах есть дворцы, которые ломятся от золота, драгоценностей и магических артефактов. Такие же дворцы можно найти отдельно стоящими в джунглях. А также воинские заставы, форты, тайные убежища всевозможных орденов, сект и кланов.

За прошедшее время (они не называли сроков, а я не спрашивал, чтобы не вызвать подозрений) полчища демонов и прочих монстров серьёзно поубавились. В разы, а то и на порядки. Какие-то сдохли сами из-за отсутствия в достаточном количестве энергии их родного мира. Другие ослабли и стали добычей приспособившихся сородичей. Третьи впали в спячку. Четвёртые отступили назад в те земли, которые были отравлены Чёрными Столпами, испускающие нужную энергию.

Впрочем, оставшихся всё равно хватало, чтобы не дать людям вернуться домой и взяться за приведение края в порядок. Зато те сообразили, что можно потихонечку возвращать брошенное добро. Своё и чужое. Заодно люди научились получать из тел монстров полезные ингредиенты. И не только из тел. При древних прорывах между планами в этот мир попало много чуждых растений. Как и живые существа, очень многие из них потом погибли, зато оставшиеся крепко пустили корни. Почти все они ценились алхимиками и возвышенными.

Кроме иномирных трав в Заброшенных землях хватало и местных, также очень ценных. Все они когда-то росли в оранжереях и на плантациях богачей и сект. Без присмотра за годы они разлетелись семенами на сотни километров. Кому-то помог ветер, кому-то птицы и животные. Теперь какой-нибудь особо ценный корень или цветок можно встретить в самом неожиданном месте. Как раз в поисках таких растений и собрал экспедицию Итир. Соваться в города и в имения в джунглях он не рисковал. Где-то всё ещё жили монстры. Где-то действовали проклятья, которые простых людей могли убить, а из слабого практика вытянуть все силы и превратить в беспомощную жертву. Оставалось только осторожно рыскать по чаще, собирая былинки с травинками.

Итир был единственным в отряде, кто мог худо-бедно дать отпор мелкому демону, иномирному монстру или мутировавшему зверю. Он был возвышенным, культиватором или практиком ранга Смертный. Это самая низшая ступень на пути сверхчеловека. После неё требуются годы и годы чтобы достичь следующей — Земного ранга. Моего. Чуть подумав, я не стал скрывать своих сил. Пусть хотя бы это знание станет моей защитой. Разница в возможностях между мной и Итиром если и не колоссальна, то всё равно огромна. Примерно, как между боксёром третьего разряда и КМС, а то и уже Мастера. А между мной и следующим рангом, как между тем же камээсником и заслуженным мастером спорта, которому разрешено на ринге пользоваться кастетами и допингом. Прочие члены его группы являлись самыми обычными людьми. Бедняками. Низшая каста.

Стоит ещё сказать, что незаметно новые знакомцы проверили меня на тему моей предрасположенности. С облегчением для себя выяснили, что я обычный человек. Не чёрный практик, что бы это не значило. Расспрашивать я не стал. Позже всё узнаю, когда окажусь в городе. Там источников информации всяко больше, как и способов получить нужные сведения не привлекая внимания. Только делал зарубки в памяти: Демонический пояс, городские проклятья, чёрные столпы, чёрные практики и так далее.

Узнал я и про зарево вдали. Это было одно из местных Чудес Света. Только оно создавалось не в следствии огромного ЧСВ архитектора и заказчика, а в качестве борьбы с ордами демонов. Они считались храмами. Также и назывались, только с большой буквы. Но порой их обзывали Светочами, Сияющими Пирамидами и ещё как-то похоже. Всё зависело от местности и населения там обитающего, а также формы строения. Войти внутрь было дано не каждому. Обычные люди и культиваторы смертного ранга могли только приблизиться к стенам. Этого было достаточно, чтобы спастись от демонов средней руки, неразумных мутантов и слабеньких монстров. Я бы прошёл дальше. Во внутренний двор или приёмные галереи, холлы и прочее. По-настоящему в интересные и полезные помещения разрешалось войти только культиваторам с третьего ранга возвышения. Сборщики обмолвились, что с такими людьми в Храме разговаривает один из ушедших богов. Тех, кто и построил Светочи. От богов можно было получить задание, а за исполнение — награду. В зависимости от сложности выполненного поручения они отличались. От артефакта или техники культивации до перехода на новый ранг.

Возле Пирамид люди находились в безопасности. Аура священного света распространялась на многие сотни метров вокруг постройки и отпугивала абсолютно все аномальные сущности с каплей демонической крови. Самые сильные из них могли пересилить себя и дойти чуть ли не до стен первого рубежа. Вот только они становились очень слабыми и превращались из опасных противников в добычу. Правда, не для каждого не то что человека, а культиватора. На смертном ранге даже сильно ослабленному демону почти невозможно нанести смертельную рану. А те — демоны, то есть — после первых ран мигом теряли кровожадность, приведшую их к Пирамиде. После чего разворачивались и со всех сил бежали обратно.

Кстати, я наткнулся на их отряд, когда они шли от Храма. Итир со своими людьми отдыхал там около суток, восстанавливая силы и залечивая мелкие раны. В процессе отдыха рассортировали добычу. Срезали с неё лишнее, почистили и правильно уложили, чтобы донести до торговцев товар, а не кучку прелой ботвы или давленых корней, с вытекшим ценным соком.

Про себя я сказал, по сути, правду. То, что ушёл с большим отрядом далеко в опасные земли. Там наткнулся на мутантов, бывших людей, которые разметали наш отряд. Кого-то убили на месте, кто-то успел скрыться в джунглях как я. О целях экспедиции умолчал. Даже придумывать не стал, чтобы не есть в лужу и не вызвать подозрений. Впрочем, новые знакомые расспрашивать не стали. Что вполне логично. Мало ли куда именно мы шли и зачем. Это вам не растения собирать, в чём никакого секрета нет.

До условно безопасных территорий нужно идти ещё три дня, а до первого человеческого города четыре-пять. Но моим новым знакомым предстоял путь в неделю, если не будет никаких ЧП в дороге. Они являлись жителями города второй линии, так сказать. Первый город — Чиннра́г. Расположен в гористой местности. Но горы там старые, низкие и отлично проходимые. При этом местность давала вполне достаточную защиту от врагов. Взять его мелким отрядом было невозможно, а крупная армия просто толком не поместится в мелких долинках и на склонах.

Второй город, родной для Итира и носильщиков — это Тсатруканиш. Он находится на равнине, но в меру холмистой. Земли вокруг него используются для выпаса скота и выращивания пищевых культур. Также там хватает более мелких поселений. Почти все они занимают узкую нишу: поселок охотников, рыбаков, разводчики коз, углежоги, травники, корабелы, занимающиеся изготовлением лодок всех форм и размеров. Народу в них не очень много и почти все заняты работой. А вот в городах с трудоустройством в разы тяжелее. Культиваторы-практики хотя бы могут поступить на службу к аристократам, пойти в стражники, в городскую дружину, в наёмники, в охранники караванов. А вот простым людям иногда хоть вешайся, чтобы не умереть мучительной голодной смертью. Самые рисковые, авантюрные или доведённые до отчаяния идут в носильщики и слуги к таким, как Итир. Ну, или в криминал. Но у воров жизнь бывает ещё короче, чем у добытчиков в демонических землях. Наказаний за преступления мало. И лидирует в них смертная казнь.

Всё это я узнал из их рассказов. Мне даже не пришлось особо расспрашивать. Те сами были рады поговорить с новым человеком. Мне оставалось только задавать редкие вопросы в стиле «это в каком городе?», «а там чем в основном занимаются, а то подзабыл?», «и почему нельзя было сделать по-другому?» и так далее. Кто умеет и, главное, хочет слушать, тот и из простой болтовни выудит ценное зерно.

Ещё раз хочется повторить, что по всем местным раскладам мне досталась очень крутая тушка. Культиватор земного ранга — это мощь. Львиная доля всех местных сверхлюдей состоит из рангов смертный и земной. Но смертных значительно больше, очень значительно. При этом земной ранг, повторюсь, намного сильнее смертного.

А вот чего не понял, так это особенностей развития и проявления дара. И своего, и прочих практиков. Пользуясь всё теми же обмолвками и наводящими вопросами, я не смог ничего узнать. Стало только больше непоняток. Видя всё больше недоумения во взглядах новых знакомых, решил завязывать с расспросами. В городе всяко больше возможностей прояснить ситуацию.

На привал встали на небольшой полянке, окружённой с двух сторон толстой стеной колючего кустарника. Итир довольно сообщил, что через такую преграду мало кто полезет. А если даже и сунется, то будет столько шума, что мы мгновенно проснёмся. С прочих направлений собиратели расставили ловушки между деревьями.

И всё же особого доверия ко мне не было несмотря на демонстрируемое расположение. Когда предложил свою помощь в дежурстве, то Итир от неё отказался. Что-то там принялся рассказывать про уже установившиеся смены, привычки, особые знаки и прочее в чём я буду лишним. Что ж, не доверяют так и плевать. Главное, чтобы сами не решили от меня избавиться ради моих вещей. К тому же, вдруг Итир решит меня прикончить ради Ци, которая выделится после моей смерти? Из-за этих мыслей я решил ночку не поспать и посмотреть, как поведут себя новые знакомые.

Не знаю в какой момент я отключился и от чего. Проснулся от резкого приступа тошноты и острой боли в правой ноге и в спине. Я будто лёг на ежа с остро заточенными иголками. Попытался вскочить и не смог. Тело ощущалось чужим, неловким и тяжёлым. Примерно также себя чувствовал после вселения в новое тело на той площади, заваленной покойниками. Глаза удалось разлепить с огромным трудом. И всё равно ничего не смог увидеть. Вокруг было темно, как у негра в одном интересном месте, как сказал кое-кто из моих старых знакомых. Спустя несколько мгновений к прочей боли и тошноте прибавилась сильная резь в глазах.

«Отравили!», — полыхнула сверхновой в голове страшная мысль.

Это сработало как допинг. В кровь пошёл адреналин, который дал сил полумёртвому телу и уменьшил боль. Со стоном смог подняться на колени, потом на четвереньки. Что-то попало под руку. Нечто склизкое, плотное, извивающееся… живое. Змея⁈

Этих гадов я не любил с детства. Мало того, в детстве я их боялся до дрожи в коленках. От ужей и медянок шарахался, как от горящей бочки с бензином.

Очередная инъекция гормона «бодрости» помогла встать на ноги. Сделал несколько шагов и чуть не упал. А когда двигался, то ощутил, что кто-то вцепился в моё бедро и в спину. Как раз в тех местах, где особенно сильно болело. Проведя ладонью, ощутил змеиное тело, намертво прицепившееся к моей ноге. Попробовал снять и тут же заорал от боли. Показалось, что клещами отрываю от себя кусок мяса с кожей на живую. А дальше скорее на инстинктах, чем с помощью разума, прижал пальцы к твари и активировал водяную плеть. Удар вышел ювелирным. Гадину располосовало надвое, при этом себя не задел. Ну, или не почувствовал ранения. Потом занялся той, которая терзала мою спину. Мне повезло, что она прицепилась ко мне достаточно удачно (если удачу вообще стоит упоминать в подобной ситуации), и я смог легко нащупать её, а затем безопасно использовать Плеть. Разрубленная змея отвалилась от меня точно так же, как и первая гадина с ноги.

Стало чуть-чуть легче, в основном за счёт исчезновения самых острых болевых ощущений. Все прочие симптомы остались со мной. Ко всему прочему адреналин быстро перегорел в крови. А вместе с ним меня стали покидать силы.

С трудом волоча ноги, я двинулся прочь от стоянки. Пошёл в направлении, откуда на поляну заявился наш невезучий отряд. Да, там были ловушки, но худо-бедно я уже стал ориентироваться в темноте и видел, куда шёл. Несколько раз оглядывался назад. И после каждого по коже продирало морозом: за мной достаточно быстро ползли несколько коротких и толстых змееобразных существ. Точно не змеи, так как толщина у них как у удава, а в длину едва за полметра перевалили. И двигаются путем сокращения тела, а не волнообразно, как делают рептилии. Больше похожи на гусениц или каких-то личинок.

Силы меня почти полностью оставили спустя пятьдесят метров. Я смог пройти мимо части ловушек и добраться до одного из деревьев с толстым стволом и гладкой, как у совсем молодой осины корой. Ветви у неё начинались примерно в пяти метрах от земли. Прижавшись спиной к нему, я с трудом нашёл взглядом ближайших монстров, сосредоточился и стеганул по ним водяной струёй. Двух ближайших мгновенно располовинило, дав мне немного времени на то, чтобы отдышаться и придумать план.

«А что, если?..», — пришла мне в голову сумасшедшая мысль при виде горизонтальной толстой ветви.

Достав из кольца моток верёвки, я перекинул её через сук. Получилось с первой попытки. Перед следующим действием пришлось отвлечься на ползунов. Сразу три твари слишком близко приблизились ко мне. Прикончить всех одним ударом не вышло. Понадобилось по одному применению боевой техники на каждую. Кажется, на миг выскочило упоминание про сбор Ци. Но это случилось так быстро, что могло быть и галлюцинацией от отравы в моей крови.

Один конец я обвязал вокруг пояса, а за второй взялся обеими руками и потянул.

«И-и, раз, и-и, два, пошла, родная… вира, твою в душу репу… почувствуй, ым-м, себя Мюнхаузеном», — мысленно подбадривал я себя то руганью, то стонами. Потом пришли в голову мысли про третий закон Ньютона, про незамкнутую систему, с точкой опоры в виде сука. — Не, ма-ать, пока до барона я не дорос… ым-м, чёрт… Да когда же⁈.'

Я поднял себя метра на три и понял, что дальше не смогу. Руки едва держали верёвку. Кое-как обмотал свободный конец вокруг себя, сделал узел и отпустил. Сразу же рухнул вниз и одновременно ощутил, как ещё сильнее сдавило грудную клетку. К счастью, ненамного. До земли от моих стоп оставалось немногим больше метра.

«Хоть бы твари не умели прыгать», — на этой мысли мой истерзанный организм отключился.

Глава 5

ГЛАВА 5

«Не сдох», — мысленно констатировал я, когда пришёл в себя, болтающимся в тугой верёвочной петле над землёй. За то время, пока пребывал без сознания, верёвка растянулась или узлы ослабли, отчего я заметно спустился вниз. От поверхности до моих пяток было сантиметров семьдесят. Змей или слизней поблизости не наблюдалось, а вот своих товарищей видел отлично. Вот только их вид мне совсем не нравился. Мой, собственно, тоже. Вся нога, с которой я срезал гадину ночью, была залита кровью и неведомой чёрной жидкостью, застывшей коркой на штанах.

Самочувствие было терпимым. Всё тело болело, особенно пострадавшая нога и спина. Присутствовала слабость, лёгкая тошнота, а когда пошевелился, то немного закружилась голова.

Верёвку пришлось резать. За ночь узлы так затянулись, что развязать их моими трясущимися и слабыми пальцами не было никаких сил.

— Ыть! — охнул я, когда свалился на землю, как мешок с тряпьём. Отбил левый бок и ушиб локоть, но ничего не сломал. Почти сразу же поднялся на ноги. Пусть не мгновенно, но быстро.

Итир и носильщики представляли из себя страшное зрелище. Твари высосали из них всю кровь и объели плоть сверху. Осматривая полянку, я нашёл место, где обитали ночные монстры. За высокой стеной колючего кустарника укрывалось небольшое болотце, заросшее высокой стреловидной травой с острыми чёрными кончиками. В воде медленно ползали чёрные жирные пиявки. Каждая размером с моё предплечье. Меня передёрнуло, когда я понял, кто в меня вгрызался ночью. Из-за темноты Итир пропустил мимо внимания болото, за что мы все и поплатились. А может быть он понадеялся на меня, как более сильного практика, посчитав, что я точно лучше него разбираюсь в местных опасностях.

На меня внезапно накатил сильнейший приступ злости и поддавшись ему, я несколько раз стегнул водяной плетью по тварям. Во все стороны полетели водяные брызги и той чёрной субстанции, которая текла в телах пиявок.

«Сколько же таких отрядов уже погибло в этих краях? — пронеслась в голове мысль, когда я вновь посмотрел на тела попутчиков. — И постоянно гибнет?».

Мысль похоронить тела как пришла, так и ушла. Я всё ещё не восстановился после ночного нападения и сил просто не было на возню с могилой. Прихватил копьё Итира, пару небольших лопат немного непривычной форме, ножи, часть продуктов, фляги с водой и кое-что ещё из полезных мелочей. Благодаря пространственному кольцу весь этот груз меня ничуть не тяготил.

— Земля вам пухом, мужики, — тихонько сказал я напоследок и пошёл прочь от поляны, ставшей местом последнего пристанища пяти мужчин.

Очень скоро я наткнулся на небольшой ручеёк с каменистым дном и берегами. Кажется, именно он чуть далее превращался в болотце, где обитали пиявки. По нему я шёл пару часов, пока не оказался на берегу небольшой реки. Чуть меньше той, где столкнулся с драконом. И куда более мелкой. В самом глубоком месте мне оказалось примерно по пояс.

В воде оказалось полно рыбы. От крохотных мальков, носящихся стайками среди водорослей, до рыбин в пару моих ладоней. При виде последних мне вдруг жутко захотелось жареной рыбы. Аппетит, отбитый болезненным состоянием после ночного нападения, резко пробудился. Сказано — сделано. Заморачиваться с рыболовными снастями, мастерить острогу или строить заводь из веток не стал. Бил рыб водяной плетью. После третьего промаха научился правильно определять положение рыб в воде и корректировать прицел в соответствии с искривлением в воде. Дело сразу же пошло на лад.

Добыл четыре штуки длинных и толстых рыбин, размерами и колючими плавниками похожих на окуней, но тёмных и пятнистых, как гольян. Очень удачно при ловле рыбы приметил выступающий в берегу у воды язык светлой глины. Ею вымазал свою добычу, сунул в яму, заполненную углями из костра, засыпал землей и оставил запекаться на два часа. Сгореть ей не даст слой глины, а длительность запекания должна убить всех паразитов, если те там имеются.

Ночная трагедия заставила меня ещё скрупулёзнее относиться к подготовке своего ночлега. Я стал искать место под ночной отдых задолго до того, как солнце приблизилось к горизонту. И нашёл. Огромное дерево некогда своими могучими корнями подняло из земли два здоровенных валуна. Каждый был размером с грузовую «газель». Потом в лесного великана ударила молния. Её сила была сопоставима с мощью противника, даже превышала ту. Могучий разряд прошёл вдоль ствола, наткнулся, скорее всего, на крупную ветвь в десяти метрах от поверхности, и выжег часть ствола до самой земли вместе с некоторыми корнями. В итоге образовалась небольшая пещера. Сверху проём завалило старыми ветвями, листвой и прочим мусором, зато остался узкий лаз между камней, где когда-то выпирали корни. Его размера было достаточно, чтобы я мог пролезть внутрь. Разумеется, сначала пошуровал длинной слегой внутри. В ответ ни звука. Затем слегка расширил лаз и сунул внутрь головешку.

— Чёрт! — чертыхнулся я, когда внутри ярко полыхнуло пламя. Оказалось, что там было полно паутины. Ей хватило одного маленького язычка пламени, чтобы заняться, словно порох.

Я уже было решил, что плакало моё теоретическое убежище на ночь. Сейчас внутри весело затрещит костерок и придётся убираться подобру-поздорову, чтобы приступить к новым поискам места для ночлега, но сегодня моя судьба смотрела на меня благодушно. Огонь трещал меньше минуты. Сожрал внутри паутину и что-то ещё лёгкое, и крайне горючее, после чего мгновенно потух. Также быстро, как и разгорелся. А дым вытек наружу через лаз.

После такого внутри точно никто не станет высиживать и ждать, когда я суну голову ему в пасть. Я поджёг новый факел и полез в пещерку. Размерами она не блистала. Чуть больше полутора метров в длину и метр с крошечным хвостиком в ширину. Высота тоже не баловала. Я мог тут только свободно сидеть, почти не касаясь макушкой потолка.

Под ногами едва тлели сотни сухих трупиков насекомых, червей, миниатюрных птах и ящерок со змеями в мой палец-полтора величиной. От их плоти, особенно у насекомых, ничего не осталось. Только хитиновый внешний панцирь да косточки, обтянутые сухой кожей и чешуёй, в которых не оказалось ничего съедобного. Кто бы тут не свил гнездо, он обладал крайне неразборчивым аппетитом. Следовал пословице: всё полезно, что в рот полезло. Вернее, запуталось в паутине. Я ещё раз внимательно осмотрел каждый сантиметр пещерки, поднося факел вплотную к стенам и потолку. И только убедившись, что всё чисто и опасностей не видно, взялся обустраивать лёжку.

Весь тлеющий мусор сгрёб в кучу, а затем вытащил наружу и прикопал. Если какой-нибудь зверь пройдёт мимо, то гарь он обязательно почувствует так и так. Но с расстояния в пару сотен метров под слоем земли даже собака не унюхает. Натаскал от ближайших деревьев толстых сучьев и перекрыл ими вход в пещерку. Кстати, прямо везёт мне на них. Правда, и местность тут достаточно каменистая, несмотря на обильную растительность всевозможного толка. Не удивлюсь, если под ногами тянутся какие-нибудь пещеры.

Сверху нависала плотная пробка из толстого слоя лесного мусора, слежавшегося так, что его просто так не раскопать. Поэтому неожиданного нападения с той стороны можно было не ожидать.

«Дайте нормально выспаться, уроды вы этакие, — мысленно попросил я весь окружающий мир. Пусть я и стал сверхчеловеком, получил значительную физическую силу вместе с выносливостью, но мой предел подходил к границе. Ещё и чёртов яд от пиявок меня значительно подкосил сегодня. Я от него только-только очистился, судя по ощущениям, но организму требовался отдых для восполнения сил. — Ну, вот почему меня в какой-нибудь нормальный мир не перенесло, а? К эхорам, к толпе классных девчонок, где тоже полно сверхлюдей, и что самое главное — мир современный, а не паршивый средневековый апокалипсис».

Будто услышав меня, судьба решила дать спокойную ночь. Стоило мне устроиться в убежище и смежить веки, как сразу же провалился в сон. Проспал я до позднего утра, когда солнце уже высоко поднялось над горизонтом и никто меня не посмел меня побеспокоить. Даже не пытались пробраться внутрь.

— А нет, пытались, — пробормотал я себе под нос, когда увидел глубокие царапины на толстых ветках и чурбачках, которыми затыкал на ночь вход в пещерку. Кто-то ночью хотел пробраться ко мне, но ему не хватило сил растащить баррикаду. Её я сложил на совесть, цепляя части друг за друга выступами и изгибами, а потом в щели вколотил тонкие ветки как клинья.

Есть хотелось до одури. Прям вот сейчас, сию секунду. Но из запасов мало что осталось. Были крупы и сухари, доставшиеся по наследству от команды Итира, но первые нужны долго готовить, а вторые… вторые тоже, так как по твёрдости были как окружающие камни. Размачивание в холодной воде займёт четверть часа как минимум. Причём середина всё ещё будет твёрдой. Уже проверено.

И чего я вчера не замочил несколько в горшке с водой? Сейчас бы имел съедобное чёрное месиво из хлебного мякиша.

Самый острый приступ голода мне удалось заглушить большим количеством воды. Выпил литра полтора. Аж живот раздулся. Затем сунул в рот кусочек сухаря, став его рассасывать словно карамельку. А пока организм оказался обманут я занялся быстрым приготовлением завтрака. Замочил сухари, потом взялся кипятить воду, чтобы сварить крупу. Для костерка выкопал две ямки и соединил их глубокой канавкой. В одной запалил огонь и сверху поставил котелок. Канавку заложил сверху кусками дёрна, превратив в дымоход. А вторая ямка стала трубой, из которой выходил дым. При этом сама конструкция заставляла его рассеиваться над землёй, а не тянуться вверх столбом.

К моменту, когда голод вновь взялся грызть мои внутренности, уже «подошли» сухари.

— Докатились вы, батенька, ох, докатились, — шутливо укорил я сам себя. — Ещё недавно трескали экзотические блюда, приготовленные неизвестным, но очень классным шеф-поваром, а сейчас рады размоченному хлебу, — тут вспомнилось, что ещё немногим ранее я ел то, что мог сам приготовить в духовке или заказывал очень вкусные обеды и ужины из кафе. Правда, не самых дорогих. Но и не забегаловки, где неучтённые мигранты в грязном подвале на электроплитках варят плов, манты с хинкалями, да жарят рыбу. Вспомнил и совсем приуныл. Вряд ли мне светит вернуться обратно на свою Землю.

Глава 6

ГЛАВА 6

Я резко замер. Бросил взгляд влево и вправо, а потом вновь уставился прямо перед собой. В двадцати метрах передо мной стояла на четырёх лапах очень крупная обезьяна с гривой как у льва, демонстрируя клыки, которым позавидовал бы упомянутый царь зверей. Существо очень сильно напоминало земного павиана своей тёмно-красной мордой. Только крупного и бугрящегося мышцами по всему телу, которые отчётливо виднелись там, где их не скрывала грива.

— Пшёл вон, скотина, — шикнул я на него. — Я же тебя пополам разрублю.

Тот на мой голос никак не среагировал. Как застыл на одном месте, так и стоял не пошевелившись. Только чуть дёрнул всё также раззявленной пастью, из которой потянулись к земле две ниточки тёмной слюны.

— Ладно, сам напросился, — совсем тихо сказал я и шагнул к нему, активируя свою единственную боевую технику. Обезьяну мне было совсем не жаль. Выглядела она страшно, а вела себя и того хуже. Или хищник, которому плевать кого есть, или мутант, про которых мне Итир с товарищами рассказывал, земля им пухом.

В ответ обезьяна отпрыгнула назад, активировав сразу все конечности. Я такое видел иногда в исполнении котов.

Заманивает?

Ага, хрен там — отвлекает!

Это я понял, услышав шорох в зарослях слева от меня. Почти сразу же в мою сторону полетели две палки и несколько камней с той стороны. Чудом удалось увернуться от снарядов, запущенных чьими-то очень сильными руками. Ну, или лапами. Для этого пришлось упасть на землю и перекатиться.

Не успел подняться, как с другой стороны на меня вылетели три обезьяны, аналогичных той, которая отвлекала моё внимание. С каким-то тошнотворным уханьем и повизгиванием они попытались запрыгнуть на меня.

Сразу двоих я рассёк водяной плетью прямо в воздухе. От третьей ушёл, вновь перекатившись дважды, а на третьем кувырке всадил в зверя водяную струю точно в оскаленную пасть. На этом сухой счёт обезьяны размочили. Воспользовавшись моментом, когда моё внимание было отвлечено на троицу сородичей, сзади на меня напала ещё пара обезьян. Одна вцепилась в лодыжку лапами, а потом и клыками. Вторая захотела навалиться на мой загривок со спины, чтобы когтями разорвать лицо и горло, а зубами вгрызться в шею.

— А-а-а, суки! — взревел я от крайне болезненного укуса в ногу. Но с грызущей меня тварью пришлось повременить и заняться той, которая несла больше опасности. Вонзи последняя свои клычищи мне в шею под затылком, то запросто достанет до позвонков. И тогда всё — кирдык!

Я забросил руки назад, схватился за густую шерсть и рванул обезьяну на себя, одновременно разворачиваясь к ней, а второй ногой пиная в рожу вторую. Та ожидаемо на инстинктах рванула обратно: отталкивают — прижимайся, тянут — отпрыгивай. Я сразу же выпустил её, освобождая руки.

Шурх!

Водяная плеть ударила почти в упор в середину груди зверя и вылетела из спины натуральным кроваво-красным фонтаном. Обезьяна издала горловое бульканье и завалилась назад. Последняя тварюшка оставила в покое мою ногу и отпрыгнула назад сразу на пару метров в желании скрыться в зарослях. И у неё это почти удалось. Тонкая струйка сжатой до сотен атмосфер догнала её в кустах и раскроила череп.

— Урру-у, урру-у! — донеслось из окружающих меня зарослей.

— Хренору! — крикнул я в ответ и осторожно поднялся на ноги. Прокушенная нога сильно болела. Но наступать на неё я мог без особых проблем. Достав из кольца кусок ткани, я задрал штанину и туго перемотал рану. Из-за того, что обезьяна пустила в ход только клыки, раны не сильно кровоточили, но одновременно это же было и плохо. Ведь вся гадость с чужих зубов осталась во мне. Одна надежда, что мой улучшенный организм справится с ней сам. Кстати, обезьяны оказались простыми животными, раз мне не перепало ни с одной ни капли Ци.

Подобрав копьё, я похромал прочь, держась подальше от самых густых зарослей. Оружие использовал в качестве посоха. Когда окажусь в городе, то нужно будет найти учителя, какого-нибудь мастера копья. Пусть хоть чуть-чуть подтянет мне навыки по его владению, а то вон — уронил его сразу же, как на меня напали обезьяны. Куда такое годится?

Обезьяны, потеряв пятерых сородичей, враз обрели осторожность. Больше на глаза не появлялись. Я иногда только видел смутные силуэты среди ветвей и листвы, да слышал их рёв и взвизгивания. Ещё три раза они приближались ко мне и пытались забросать палками и камнями, а я отвечал ударами водяной плети и разок кого-то из самых наглых зацепил. Правда, мне всё равно доставалось больше. Потом стало совсем тяжко, когда твари забрались на деревья и принялись метать в меня оттуда тяжёлые снаряды. Но тут и я их уже стал доставать. Из-за завесы ветвей им приходилось спускаться довольно низко. Двое павианов нарвались на ответную атаку и почили в Бозе. Одному я раскроил грудь. Да ещё так удачно вышло, что из раны лёгкие вывалились, как красный воздушный шарик с гелием вылетает из мешка. Второму водяная струя отсекла лапу, которой тот держался за ветку. А когда он с истошным визгом рухнул вниз, был мгновенно добит.

Всё мое тело было покрыто синяками и кровоподтёками. На голове болезненно ныли шишки и из двух рассечений сочилась кровь. Несмотря на немалые потери стаи павианы не думали оставлять меня в покое. Думаю, будут гнать до ночи, чтобы в темноте попытаться взять реванш.

Спустя пару часов стало легче. Я наткнулся на рощу высокого и тонкого бамбука. Стебли с трудом держали тяжёлых обезьян, а отсутствие боковых ветвей превращало рощу в ясную полянку. При этом стволики совсем не держали удары водяной плети. Здесь я прикончил ещё одну тварь и серьёзно ранил вторую. А также сплёл себе щит из крупных побегов. Благодаря ему атаки сверху стали значительно менее опасными. Плюс свою роль сыграли потери в стае.

А потом меня загнали в ловушку. Уклоняясь от густых зарослей, я в итоге пришёл в древние руины. Настолько старые, что от зданий остались только стены и то местами. Тут оказалось логово павианов. Когда я увидел, как из руин стали выходить обезьяны одна за одной, уже не скрываясь и довольно скаля клыки, я ощутил мертвящий холодок в груди. Но сдаваться я не собирался. Поудобнее перехватил копьё и щит и яростно крикнул:

— Ну, кто тут комиссарского тела желает? Подходи по одному, твари! В очередь только, сукины дети, в очередь!

Мои преследователи отчего-то притихли.

Накричавшись, часть обитателей руин бросилась на меня. Не меньше десятка, разойдясь полумесяцем, будто пройдя подготовку в военном тренировочном лагере. И только совсем рядом со мной они сошлись в плотную группу.

— И-и, р-ра-аз! — с выкриком на выдохе я полоснул по обезьянам водяной струёй, разворачиваясь так, чтобы зацепить их всех. Их скученность и желание действовать одновременно сыграли мне на руку. Никто не отстал, не оказался за спиной сородича и, соответственно, все попали под плеть.

Во все стороны полетели капли крови и окрасившиеся красным лапы, пальцы, куски шерсти. Раз — и десяток тварей оказались на земле в паре метрах от меня. Большая часть уже мёртвая, меньшая умирала в агонии.

— Ну? Кто ещё на новенького? — выкрикнул я, переводя дух. Всё-таки длительное бегство под постоянными каменно-палочными обстрелами и частое применение боевого таланта забрали много сил, которые восстановить не было возможности.

На миг появилась надежда, что звери отступят при виде такой демонстрации моих сил. Увы, не срослось.

Из руин вышли два павиана, сильно отличающихся от остальных. Каждый из них раза в два превосходил своими размерами прочих зверей из стаи. А ещё выделялись цветом шерсти. У одного она была белой с голубым отливом. У второго каштановая с ярко-рыжим, почти оранжевым.

— Ц-ц-ц, — прицокнул я языком, — а может, не надо? Жалко вас таких красивых убивать. Вам бы жить да жить.

Сильнейшее нервное напряжение давало о себе знать вот такими фразами, переполненными сарказма.

Обезьяны мне даже ответили. Распахнули свои огромные пасти и дико заревели, демонстрируя огромные клыки. Странно, но откуда-то в памяти всплыло ранее прочитанное в интернете о прошлом Земли. За пару миллионов лет до моего рождения по планете ходили двухметровые бабуины, которые с аппетитом трескали мелких животных, разбавляя ими свою фруктово-овощную диету. Вот эта парочка разноцветных очень похожа на картинки, которые шли вместе со статьёй.

Белая обезьяна резво бросилась влево, рыжая прямо. И тут не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы не догадаться о подоплёке их маневров.

— Нет уж, на хрен, — буркнул я, развернулся и бросился назад. Не ожидавшие от меня такого мои преследователи чуть-чуть промедлили и подпустили меня очень близко с неприятными для себя последствиями.

Шурх-шурх! Водяная плеть ударила влево-вправо, разрубая заросли и высокую траву. а вместе с ними трёх зверей, укрывавшихся там. Бросив на ходу взгляд через плечо, я чуть сам не застыл в шоке. Рыжая обезьяна остановилась и катала в лапе огненный шарик. В тот самый момент, когда я на неё посмотрел, она замахнулась и метнула в меня его. Швырнула самый настоящий фаербол!

Скорость у пламенного сгустка оказалась обычная. Как у камней, которыми меня обстреливали сородичи сверхзверя. Мне не составило большого труда увернуться и огонёк пролетел в метре. Попутно напугал обычных зверей. Те рванули от него как бы не быстрее, чем бегали ранее от водяной плети.

Второй огненный шар поглотили заросли. Всех последствий — небольшой взрыв, сорвавший пару горстей листьев и сломавший дюжину веток. Самая толстая среди них была чуть тоньше моего мизинца.

Моей ошибкой оказалось то, что я выпустил из внимания второго бабуина. Уворачиваясь от третьего огненного шара, я пронёсся через кусты и оказался в пяти метрах от белого зверя. Через мгновение тот заорал и одновременно с его криком грива засветилась сотнями белых искр, как свежевыпавший иней. А потом с шерсти сорвались несколько тонких снежных струй. Очень похожие вылетают из направляющей трубы снегоуборщика. Разве что у обезьяны струи были толщиной в половину моего запястья и более плотные.

Морозная боевая техника бабуина легко дотянулась до меня. От двух из трёх струй я увернулся. Они прошли совсем рядом, обдав жутко леденящим воздухом, от которого перехватило дыхание. А вот третья ударила мне в правое плечо, чуть пониже дельт.

От боли я вскрикнул. Ощущение было, словно кипятком плеснули на голую кожу. А от разошедшегося холода заслезились глаза и совсем отказало дыхание. Раненая рука потеряла чувствительность, превратившись в палку.

Ранив меня, зверь совершил грубую ошибку. Может привык, что его магического удара вполне хватает, чтобы сразу повергнуть противника, и вместо того чтобы меня добить повторным ударом ледяной струи, он прыгнул ко мне с намерением вонзить в горло клыки. Мне просто оставалось выставить в его сторону здоровую руку и встретить водяной плетью. Тончайшая струйка сжатой воды попала ему в пасть и чудовищно изуродовала её и всю морду. Словно с неё снял кожу неумелый мясник. Повторять его же ошибку я не стал, и повторно применил свою технику по корчащемуся на земле в нескольких шагах от меня зверю, метя в шею. Плеть вскрыла горло как скальпель тонкую ткань.

Всё это заняло всего пяток секунд. Я даже снова вздохнуть смог только через несколько мгновений, как перестала лететь фонтаном струя крови из обезьяньей шеи.

«Сбор Ци +7!»

«Сбор Ци +8!»

«Сбор Ци +6!»

«Сбор Ци +7!»

Помня о второй такой же сверхопасной зверюге, я вместо того чтобы продолжить удирать, бросился обратно по тропинке, проделанной в зарослях полминутой ранее. Расчёт оказался точным. Второй бабуин, ну, или павиан, мчался на помощь своему сородичу ни о чём не думая.

— На-а! — выкрикнул я, и взмахнул ладонью, направляя ту на рыжего зверя. Расстояние между нами было вполне достаточным, чтобы плеть дотянулась до морды моего противника. Вода с легкостью срезала кончик задранного носа и полоснула по переносице.

Ох, как же завизжала обезьяна, когда внезапно ослепла! Закрутившись волчком, она схватилась лапами за раны, но почувствовав острую боль тут же их убрала. А затем сформировала огненный шар и метнула в заросли… совсем в другую сторону, а не где я стоял.

Первой мыслью было добить тварь. Я посчитал, что после расправы над вожаками прочая выжившая стая испугается меня и забьётся в своём логове. Но не тут-то было. В зарослях стали раздаваться тревожные крики обезьян. Их становилось всё больше и больше. А нотки постепенно сменялись на яростные. И тогда я плюнул на бесновавшегося ослепшего бабуина и бросился прочь. Бежал по своим старым следам. Благо, что ранее преследовавшие меня звери частью успели присоединиться к соплеменникам в руинах. А рыжего бросил, пожалев тратить на него внутреннюю энергию, которой и так осталось немного. Мне она ещё пригодится.

Пока бежал, почувствовал, как возвращается чувствительность в раненой руке. Новость была прекрасная. Я не останусь одноруким калекой, а обморожение тканей… ну, обморозил и обморозил. Из рассказов сборщиков я уяснил, что организм земного культиватора настолько крепок, что если не умер сразу, то потом быстро восстановится. Главное, чтобы руки-ноги остались на месте.

Мчась по знакомой тропке, я крутил головой по сторонам в поисках укрытия. Нужно было такое место, где буду прикрыт с трёх сторон, а с четвёртой останется узкое направление, которое не даст врагам атаковать меня всей стаей. И такое отыскалось. Правда, ближе к вечеру, но светлого времени ещё оставалось в достатке.

Скорее всего, когда-то давно тут стояла водяная мельница или мост с башней через реку. Сейчас осталась часть стены от башни с остатками потолочного перекрытия, всё остальное рухнуло в воду. Деревья и лианы так густо оплели остатки постройки, что превратили её в небольшой грот. Река давно пересохла. О ней напоминало русло в виде мелкого оврага, по дну которого журчал ручей.

«Вода — это хорошо. Если придётся посидеть в обезьяньей осаде, то хоть от жажды не умру», — пронеслась в голове мысль при виде укрытия. К этому моменту у меня уже почти не осталось сил. Я уже не бежал, а просто быстро шёл, иногда ускоряясь, и прикрывался руками от возобновившегося обстрела. Мне даже стало всё равно есть ли кто-то в руинах здания. К счастью, в укрытии кроме пауков и здоровенных жуков в половину ладони никого не нашёл.

Сразу три обезьяны рванули вслед за мной в горячке преследования. Две получили водяной плетью и с тихим визгом забились в агонии на земле недалеко от моих ног, третья же отделалась испугом и увидев, что случилось с товарками, шустро бросилась назад. Через пару секунд я услышал оживлённое визжание и рычание стаи рядом с собой, но никого не видя.

— А вот и мяско само пришло, — хмыкнул я, посмотрев на дёргающиеся окровавленные тушки в нескольких шагах впереди. Достал обломок меча, копьё потерял где-то в джунглях во время погони, я быстро шагнул вперёд и рубанул по черепу ближайшего подранка, а потом наклонился, схватил за замершую лапу и втянул в укрытие.

Сверху на голову посыпался мусор, упали несколько жуков. Я с опаской взглянул вверх, прикрывшись ладонью, чтобы не запорошить глаза. Но тревога оказалась ложной. Толстые одеревеневшие лианы так плотно сплелись между собой, что их не всякий топор возьмёт. А если начать им махать, то помучиться придётся. Вряд ли обезьяны смогут что-то там сделать.

Решив воспользоваться моментом, я достал из кольца броню и быстро в неё облачился. Бегать в ней не очень удобно, тяжело, а вот отбивать атаки сидя в укрытии — милое дело. После оттуда же вытащил пустое кожаное ведро, доставшееся мне в наследство от команды Итира, и выскочил из укрытия к ручью. Раненой рукой опустил ведро в ручей, а здоровую держал наготове, чтобы выстрелить водяной струёй в любого, кто рискнёт ко мне приблизиться.

Обезьяны не заставили себя долго ждать. Практически сразу же из зарослей на открытое место вылезли полтора десятка гривастых красномордых зверей. Нападать они не спешили.

Я направил на них палец, как в детстве, когда представлял, что это пистолет:

— Пух!

… и обалдел, когда одна из мартышек улетела в заросли, словно ей хорошего пинка дали. Или выстрелили дуплетом из охотничьего ружья, заряженного пулями. Прочие немедленно завизжали. Несколько бросились на меня. Другие решили вернуться под защиту кустов и травы. Но удрать удалось не всем. Ещё одна кубарем покатилась по земле. И в этот раз я успел заметить, что у неё в боку торчит древко стрелы.

В удар я вложил почти все сверхсилы, которые у меня ещё оставались. И водяная плеть снесла сразу четверых обезьян. Двух разрубило пополам. Одна лишилась головы, а последней вода рассекла грудь и оттуда полезли розовые лёгкие. Ещё была пятая, не попавшая под мою технику. Но та в прыжке промахнулась и попала в ручей, где увязла по самые бубенцы. Выбраться ей не дал я, взмахнул мечом. Сталь с легкостью разрубила череп.

И на этом моя эпопея с обезьяньими разборками завершилась. Все, кто ещё был жив, удрали, почувствовав, что дальше будет всё плохо, раз ко мне пришло подкрепление.

Я же, вздохнув и взвесив всё, вылил воду из ведра обратно в ручей, окрасившийся кровью, убрав предмет в кольцо и вышел на простор. Если неизвестный лучник хотел бы меня убить, то уже сделал бы это. А прятаться… ну, такое себе. Это не тупые обезьяны с паками.

Глава 7

ГЛАВА 7

Минут десять ничего не происходило.

Устав ждать, я развернулся и быстрым шагом пошёл вдоль ручья. Времени до полной темноты оставалось ещё около часа, и я хотел использовать его по полной, подобрав местечко получше для ночлега. Ночевать в сыром гроте с насекомыми очень не хотелось.

Я прошагал метров триста, когда пришлось остановиться. Впереди из зарослей, бесшумно и не потревожив ни единой веточки, вышла фигура в плаще с капюшоном. Накидка была непростая. Вся обшитая лентами из ткани коричневого и зеленого цвета с разлохмаченными краями. Дополнительно к ним имелись петельки. Сейчас в них торчали крупные травинки и мелкие веточки с листвой. В руках неизвестный спаситель держал изогнутый составной лук. Между нами было чуть больше двадцати шагов.

С минуту мы смотрели друг на друга.

— Я благодарю за помощь, — первым сказал я и приложил ладонь к груди. — Эти твари знатно меня погоняли, а их вожаки ещё и ранили. У меня перед вам долг, уважаемый.

— Кто ты?

«О как! Девчонка!» — мысленно удивился я, услышав звонкий молодой голос. — Меня зовут Сан Шен, уважаемая. Сюда меня занесло случайно. Иду от Храма, который находится в той стороне, — я аккуратно показал рукой в нужную сторону. — Сам я из Хори́йна. В эти края меня привело важное поручение, про которое я не могу рассказывать постороннему.

— Ты культиватор, уважаемый Сан Шен?

— Да, уважаемая незнакомка. Я культиватор земного ранга, — чуть наклонил я голову и одновременно слегка приосанившись.

Та ответила секунд через десять:

— Меня зовут Мей Ваннэ Хоангэ и я культиватор смертного ранга.

— Я рад знакомству со столь достойной воительницей.

Чуть помедлив, девушка отдёрнула край плаща и убрала лук в большой чехол на правом боку. Потом скинула капюшон, показав мне симпатичное личико, измазанное полосами маскировочной краски.

— Тебе нужна помощь, Сан Шен?

— Да.

— Тогда ступай со мной.

Я дошагал до неё и остановился, вопросительно посмотрев в глаза. Ничего не говоря, девушка шагнула в заросли, из которых недавно вышла. На всякий случай я решил уточнить о её планах. Заодно вспомнил, что случилось с отрядом Итира, который ошибся с выбором ночной стоянки.

— Не волнуйся, Сан Шен, ночь пройдёт тихо и безопасно, — успокоила она меня.

До наступления темноты мы не успели дойти до безопасного места моей новой знакомой, поэтому минут пятнадцать пришлось топать в кромешной мгле, внимательно следя, куда ставить ноги и осторожничая, чтобы не оставить глаз на сучке. Привела она меня на просторную поляну, в центре которой расположился внушительный валун с покатыми боками.

— Здесь? — с сомнением спросил я. — Здесь очень открыто.

— У меня есть отличный защитник, который не пропустит ни одну тварь ко мне. Сильных в этих землях нет, а слабые не угроза, — с хвастливыми нотками в голосе произнесла Мей Ваннэ Хоангэ

— И где он?

Я рассчитывал, что сейчас кто-то выйдет из-за камня. Но совсем не того, что поднимется сам валун. С раскрытым ртом я уставился на огромного ящера с шестью мощными ногами, расставленными в стороны, как у варанов и крокодилов. И с такими же когтями, только в разы крупнее. Имелся у него и хвост. Он заканчивался трёхметровым тонким кончиком, будто пастуший бич.

— Это мой Ботша, — произнесла с широкой улыбкой девушка, довольная произведённым эффектом. — Не ожидал увидеть здесь крика́да?

— Не ожидал, — ответил я. — Поражён.

— Теперь знаешь, что мы под надёжной защитой, — после этих слов она подошла к чудовищу и потрепала того по нижней челюсти. — Ботша, это наш гость.

Тот зыркнул на меня оранжевым глазом с чёрным вертикальным зрачком.

Когда закончилось знакомство, девушка занялась приготовлением ужина. Ничего особенного. Уже зачерствевшие пресные лепёшки, твёрдый сыр, вяленое мясо в виде соломки и немного очищенных орехов с сухофруктами. После быстрого ужина, она взялась меня расспрашивать.

— Ты что-то говорил про вожаков из той стаи. Сколько их было и где они? Живые?

— Видел двоих. Белого и рыжего. Один использовал морозные техники, второй огненные. Белого я прикончил. Правда перед этим он мне тоже оставил отметку, — я невольно коснулся бицепса и сильно сморщился от прострелившей всю руку боли. — Огненного только ранил, но тяжело. Вроде бы лишил его глаз.

— Ты ранен? Дай я осмотрю.

У девушки нашлись лекарства и тонкая ткань для перевязки. Обработав поражённое место, она нанесла на него толстый слой жирной мази с большим количеством перетёртых травинок, после чего замотала бинтом.

— Если он ослеп, то это хорошо, — довольно сказала Мей. — Его убьют свои же из стаи, если уже не убили.

В свою очередь она тоже немного рассказала про себя. Девушка оказалась родом из ближайшего города, про который мне сообщил Итир. Из того, который в маленькой долине расположен со сложными подступами, где крупной армии врагов не развернуться. И тоже была сборщицей. Но собирала не абы что, а только самые редкие травы с кореньями. Иногда охотилась на одарённых зверей или опасных хищников, которые добирались до людских земель и доставляли неприятности. Сюда она пришла за головами морозной и пламенной обезьян. Те за последние месяцы четыре раза совершали набеги на окрестности города и мелкие посёлки, разоряя поля и хозяйства.

— Я не совсем вот прям хотела их сейчас прикончить, — чуть помявшись, моя новая знакомая решила внести некоторые уточнения в свой рассказ. — Только пока на разведку пришла. Потом услышала шум, который издавали обезьяны, гонясь за вами. Оставила Ботшу одного, а то он приметный и громкий, когда ломится через лес, затем дошла до тропы, проделанной вами и зверями, а вскоре опять вы зашумели, и я решила посмотреть, что же тут происходит. Ну, и потом вмешалась, когда разобралась в ситуации.

— Очень вовремя мешалась, — произнёс я. — А то мне бы пришлось провести ночь среди пауков с тараканами, пить грязную воду и есть обезьянину, чтобы восстановить силы. И давай на «ты», не нужно выкать, не на приёме у императора.

После того как девушка услышала про мой ранг и подвиги, она стала более уважительно обращаться ко мне. Как младший к старшему. Меня это сильно смущало.

— О-о, ты был на императорском приёме? — округлила она глаза.

— Не важно, — отмахнулся я, понимая, что любые пояснения будут лишней тратой времени.

— Как скажешь, — покладисто согласилась она. — Ты, наверное, сильно устал и хочешь отдохнуть, а тут я со своими расспросами.

— Как дежурить будем? — поинтересовался я и едва сдержал зевок. Организм, услышав про отдых и наполненный сытной едой, решил расслабиться сию минуту.

— Не нужно. Ботша лучший сторож. Мимо него никто не пройдёт незамеченным. Да что там! Даже не приблизится, — с улыбкой ответила девушка. — С ним нам даже низшие демоны не страшны.

Подстилки мы сделали себе из травы и веток с большим количеством листвы. У девушки все вещи лежали в походных сумках. Мне она предложила толстый плащ из стёганного сукна с тонким войлоком. Я же своё кольцо решил пока не показывать. В целом, я ей доверял, но позже она может лишнее сболтнуть кому-то постороннему обо мне и моих вещах.

Мысль о том, чтобы не спать, а дремать, я отогнал как бесполезную. Даже если у меня так получится на фоне усталости, то утром я буду представлять из себя намокшую в грязной луже тряпичную куклу. Лучше доверюсь своей новой знакомой с её чудо-юдом и отосплюсь как следует.

Проснулся на рассвете я рывком, услышав рядом с собой шорох.

— Извини, я не хотела разбудить, — тихо сказала Мей, поднявшаяся со своей лежанки. Шорох подстилки с травой меня и разбудил.

— Я сам уже почти встал. Полностью выспался.

Завтрак не сильно отличался от нашего ужина. Пока мы готовили перекус и приводили себя в порядок крика́д утопал в заросли и принялся жрать всё, что ему попадалось на глаза. Траву, корни, листву, молодые побеги, жуков, личинок. В общем, следовал поговорке: всё полезно, что в рот полезло.

«Хороший транспорт, никакого ТО не требует. Сам себя обслуживает», — хмыкнул я про себя.

Сёдла на звере крепились по-особому. Сидеть нужно было полубоком. Одна нога чуть согнута и выдвинута вперёд, вторая вытянута вдоль бока крика́да. Мей устроилась сразу за его головой и с левой стороны. Я справа и между первой и второй лапой. Тюки с вещами расположились вдоль хребта Ботши.

А потом мы понеслись по джунглям. К моему удивлению трясло и раскачивало несильно. Больше проблем доставляли ветки и молодые деревья, которые иногда прилетали по мне. Я не сразу приноровился от них уворачиваться, как это делала девушка.

Мей уверенно гнала Ботшу, отлично ориентируясь среди джунглей, холмов, ручьёв с речками и иногда встречающихся древних руин. Примерно семь часов дороги пролетели как взмах птичьего крыла. В середине дня мы сделали привал на небольшом холме, где среди деревьев обнаружилась развалившаяся круглая башня с небольшой пристройкой из огромных тёсанных камней розоватого цвета и со структурой песчаника. Крикад отправился восполнять потраченные калории, а мы с Мей перекусили и размяли натёртые пятые точки.

— К вечеру будем у меня дома, — сообщила она, когда мы просто сидели на вывалившемся из кладки блоке и смотрели на макушки деревьев под холмом.

Когда насытившийся Ботша вернулся, наша скачка продолжилась. Примерно спустя два часа местность стала разительно меняться. Холмы стали заметно выше и круче, зарослей стало меньше. А ещё спустя час стали появляться возделанные поля. Все они оказались окружены высокой изгородью из жердей. Возле каждого имелась вышка не ниже пяти метров. А то и две. Ни одна не пустовала, везде торчало по наблюдателю.

— Фермеры, — пояснила она мне. — Работа с виду простая, но очень опасная. Тут и стада обычных животных, которые рады добраться до посевов. Причём в процессе готовы поднять на рога или затоптать любого, кто захочет им помешать. И хищники, караулящие их или зазевавшихся фермеров.

Почти все поля ступеньками взбирались по слонам холмов. К ним тянулась сложная экспозиция из водяных желобов от реки, змеёй изгибающаяся между холмами. Даже не представляю, как работает вся эта конструкция. Может, задействуют в помощь кого-то вроде меня?

— А вон и мой дом, — радостно произнесла девушка уже в только-только упавших сумерках. Я повертел головой и увидел в нескольких километрах город. Он расположился на склоне самого крупного и крутого холма. Скорее даже горы. Высокие стены и мощные башни скрывали почти все постройки. Склоны соседних холмов, обращённых к городу, были очищены от любой растительности и там я не увидел ни единого камня. Скорее всего, так специально сделано, чтобы враг не смог там укрыться.

Здесь уже началась полноценная дорога, а на ней появились прохожие. Мы обогнали несколько мелких стад с козами и овцами. Караван из трёх телег с запряжёнными в них обычными лошадями (я подспудно ожидал увидеть кого-то вроде крикада, только меньше). Были и просто пешеходы. Все двигались в попутном направлении. То есть, в город.

Дорога принялась резко петлять, когда добралась до подножия холма. А промежутки между петлями густо перекрывали острые колья и пирамидки из камней, при виде которых у меня мурашки забегали по коже. Уж очень шатко они выглядели. Плюнь, и рухнут прямо на дорогу. Последний участок перед воротами был прямым, но жутко крутым. Поднят под таким градусом, когда ещё можно что-то закатить, но медленно и приложив кое-какие усилия.

Перед воротами расположились несколько укреплений из камней и корзин, наполненных землей с камнями. За ними строго и с недоверием выглядывали восемь бойцов. Двое из них стояли за внушительной конструкцией, состоящей из десятка арбалетов, соединенных в один «шкаф». Стоит стрелку дёрнуть за конец верёвки, как десяток коротких дротиков сметут всё с дороги. А потом будет повторный залп из соседней установки.

Кроме обычных людей ворота охраняли три огромных пса в специальных доспехах и с шипованными широкими ошейниками. Каждого проходящего они внимательно обнюхивали.

— Собаки обучены выявлять опасные вещи, одержимых и мутантов, — шепнула мне Мей. И следом поморщилась, когда пахнуло резким ароматом навоза. — Фу-у, понаехали. Хотя бы в другое время тащили свою живность в город, а не когда все с полей и охоты возвращаются.

— Что мне говорить охране? — поинтересовался я у неё. — Как у вас тут к чужакам относятся?

— Какой ты чужак? — удивилась она. — Ты свой.

— Я из другого города.

— Ну и что? У нас много людей, что приходят не из этих мест. Наш же город последний перед тёмными землями. Настоящий перевалочный пункт, — произнесла она и поинтересовалась. — Ты что впервые из своего дома за городские стены вышел, Сан?

— Можно сказать, что и так, — вздохнул я, и чтобы зря не будить в ней любопытство, а то и подозрения, добавил. — Раньше такие вопросы в отряде решали другие. Мне до этого не было никакого интереса.

— Ясно, — коротко отозвалась она.

Очередь до нас дошла быстро. Девушка приветливо кивнула бойцам видимо зная каждого. Впрочем, скидки на знакомство ей никто не стал делать. Осмотрели её, зверя, груз. Ну, и меня заодно. Сильно вникать в мою историю не стали. Спросили имя, зачем я тут и откуда. Посмотрели на реакцию псов и махнули рукой, мол, двигай дальше.

Проход в город представлял из себя пятнадцатиметровый арочный туннель, сложенный из разнокалиберных камней на растворе. В стенах и потолке зияли узкие отверстия. Из них будет прекрасно расстреливать прорвавшегося врага и поливать его кипяточком с присыпкой калённым песком. А то и масла со смолой не пожалеют. Разумеется, как следует разогретых.

В конце туннеля находились ещё одни ворота и стражники. Всего трое и с одним псом.

— Мне в ту сторону, — Мей махнула влево, когда мы прошли последний пункт контроля. — Нужно разгрузиться и поставить Ботшу в загон.

— Я с тобой, можно? — вопросительно глянул на неё. — Я у вас впервые и ничего не знаю. Покажешь потом?

— О чём разговор, — заулыбалась она. — Только нос прикрой, там так пахнет, что с непривычки голова может закружиться.

— Не думаю, что меня сможет удивить запах стойл, — тихо вздохнул я, вспомнив всё пережитое за последние дни, что видел и нюхал.

По дороге столкнулись со стадом овец и их погонщиком. Десятка два чёрных удивительно длинноногих шарика курчавого меха, из которых торчали острые мордочки с крупными висячими ушами. Крокад повернул в их сторону свою морду и несколько раз выпустил из пасти длинный тонкий язык.

— Эй, держи своего зверя! Если он хоть шерстинку с моих овец оторвёт, то ты мигом получишь жалобу в ратушу, — крикнул погонщик.

— Убери с дороги свой ходячий навоз! — не осталась в долгу Мей. — Пусть только попробуют перебежать дорогу моему крокаду! Мигом натравлю и плевать мне на все твои жалобы!

Обменявшись любезностями, мы разошлись.

Для животных в городе был отведён внушительный район. Правда, все вольеры и стойла были маленькими и жались друг к другу. Очень многие из них из камня или кирпича. В таких сидели звери вроде крокада, огромные птероящеры и кто-то похожий на мелких тираннозавров. Недалеко от стойл расположились склады.

— А теперь домой. Хочешь, переночуй у меня. Я живу только с сестрой и у нас полно места, — предложила Мей после со всеми хлопотами было покончено. — А завтра я тебе покажу город.

— Идёт, — мигом согласился я.

Глава 8

ГЛАВА 8

К этому моменту уже почти стемнело. Когда мы шли по тесным извилистым улочкам, стали загораться фонари. Ими занимались подростки и женщины. Они подливали масло, меняли фитиль если требовалось и запаливали его с помощью свечи.

— Вот здесь я живу, — девушка указала на двухэтажный каменный дом с черепичной крышей. Черепица была уже довольно старая и вся покрылась чёрными и тёмно-зелеными разводами плесени и лишайника. Окна небольшие и узкие. Каждое было оснащено решеткой из толстых прутьев, вмурованных в раствор.

— Большой. Не теряетесь с сестрой-то? — пошутил я.

— Наш только второй этаж и чердак. Первый и подвал принадлежит другим владельцам. Но мы с сестрёнкой копим деньги, чтобы выкупить, — пояснила она мне.

— А-а, ясно…

На второй этаж вела узкая, буквально сантиметров семьдесят шириной каменная лестница. Входная дверь запросто могла соперничать с городскими воротами, столько в ней торчало широких шляпок гвоздей и перепоясывало стальных полос. Толщина досок тоже впечатляла. Дверь была собрана из двух рядов досок внахлёст, расположенных горизонтально и вертикально. И толщиной сантиметров восемь точно.

— От чего такая защита? — тихо спросил я у своей спутницы. — В городе опасно?

— Всякое бывает. С момента постройки дома в город не один раз прорывались враги. И тогда каждый дом превращался в крепость, — сказала она. Потом несколько раз дёрнула за короткий конец верёвки, проходящей между верхним косяком и дверью. Едва слышно раздался колокольный звон.

— Мей? — в боковом совсем уже крошечном окошке мелькнуло светлое пятно лица.

— Это я, Ра́ни, — ответила ей моя спутница. — Со мной гость, он сегодня у нас переночует.

Когда дверь распахнулась, я увидел почти копию Мей. От своей сестры девушка отличалась чуть более хрупким телосложением и была слегка выше. При этом на лицо казалась моложе. На меня она взглянула с интересом.

— Рад познакомиться, — слабо улыбнулся я ей. — Я Сан Шен.

— Ра́ни Ваннэ Хоангэ, — вернула она мне улыбку. — Проходите, я сейчас приготовлю поесть.

— Нам сначала умыться и переодеться нужно. Не торопись с едой, — подала голос Мей.

— Хорошо, — та пожала плечами.

Обстановка в доме была спартанская. Возможно, здесь у многих такая. Деревянная мебель, голые стены, даже не везде штукатуренные, доски ничем не крашены, а просто скоблятся во время уборки. Несколько шкур на полу и на стенах слегка разбавляют серость обстановки.

Зато здесь была самая настоящая канализация! Не привычная мне, правда. Просто сложенная из камней труба практически как печная, только уходящая не вверх, а вниз. Эта дырка служила отхожим местом и для слива грязной воды. Мусора как такового не было. Чуть позже я узнал, что всяческие шкурки и косточки от фруктов и овощей, кости животных и объедки отдавались нищим или специальным сборщикам, после которых отходы попадали в кормушки свиней или зверей вроде Ботши.

Первой приводила себя в порядок Мей. Помывочное место в комнате просто отделили двумя высокими ширмами. Потом мылся в тазике я. Горячая вода была предоставлена мне в большом кувшине. Вместе с холстом в качестве полотенца, куском мочала и мыла. Последнее было тяжёлым, чуть ли не как свинец, плохо мылилось и имело резкий запах. Но я был рад и такому.

— Сан, оставь свою одежде в тазу. Потом Рани постирает, — крикнула мне Мей.

Вместо моей старой и грязной мне выдали простынь, в которую нужно было замотаться как в римскую тогу. Кое-как я с этим справился.

Позже разговорились за столом, когда голод был утолён и дело дошло до напитков. Рани поставила на стол внушительную глиняную бутыль в оплетке из лозы. Внутри оказалось терпкое красное вино с лёгкой сладостью.

О себе я рассказал всё то же, что и ранее, когда встретил Мей. Сообщил о происшествии с отрядом Итира. Потом в красках рассказал про стычку с павианами.

— Завтра нужно обязательно сходить в ратушу и рассказать про обезьян, — вставила слово Мей. — Жаль, что доказательств нет. Так бы ты ещё и награду получил, Сан.

— В следующий раз обязательно сниму шкуру, — хмыкнул я. И следом подумал. — «На хрен такие следующие случаи».

Обе девушки тоже оказались не простыми. Каждая являлась практиком неба и имела смертный ранг. Мей пошла по пути Тела. Все практики сами по себе крепче и здоровее обычного неодарённого человека, а идущие по пути Тела ещё сильнее. Её лук сделан специально по её руке и возможностям. Мало кому по силам натянуть его даже из практиков равного с ней ранга иных путей. При активации особых способностей девушка становилась ещё сильнее, её тело крепче, а кожа прочнее.

Рани получила путь Природы. Это помогало ей в обработке растений, которые приносила сестра из джунглей. Несколько активных способностей позволяли выделять определённое вещество из трав, убирая ненужное и не давая выветриться всему полезному. На земном ранге из неё выйдет прекрасный алхимик, чьи пилюли будут расходиться как горячие пирожки. Как боевик девушка была полный ноль, потому Мей не берет её с собой на промысел, хотя помощь травника минимум вдвое повысила бы качество травяного сбора.

После ужина и разговоров мы с Мей отправились на боковую, а Рани взялась перерабатывать добычу своей сестры.

На следующий день Мей потащила меня в город. Рани ещё спала, когда мы поднялись, быстро перекусили и покинули дом. Дверь за собой девушка закрыла на внутренний замок. Плюс имелась хитрая система стопора, автоматически запиравшего дверь при её захлопывании.

Одежда моя была выстирана, высушена и даже зашита. А ведь ткань моего наряда не какая-то ширпотребовская тряпка. Кажется, перед Рани у меня образовался внушительный долг.

— Куда пойдём? — поинтересовался я у неё.

— Сейчас заскочим в одно место. Хочу сдать добычу, — ответила она.

Народу на улицах несмотря на утро было полно. Кто-то куда-то что-то нёс или вёз на тележке либо на каком-нибудь мелком тягловом зверьке вроде земного ослика. Другие шли с сосредоточенным видом. Третьи просто слонялись, если судить по их беззаботному и скучающему взгляду и походке вразвалочку. Попадались бродячие торговцы. Кто-то из них ходил с большим лотком перед собой, висящему на широком ремне, перекинутому через шею, а за спиной болтался ещё внушительный короб. Другие катили перед собой тележку, очень похожую на холодильники мороженщика из моего мира, только поменьше размером. Третьи использовали всё тех же осликов и лотки у животных свисали по бокам. Были водоносы, угленосы и мусорщики.

Такое столпотворение было для меня в новинку. Напоминало толпы народу на московских вокзалах. Особенно перед спуском в метро. Но одновременно и сильно отличалось.

До нужного места мы добрались примерно за полчаса. Магазин расположился в очень похожем на дом сестёр здании. Он занимал первый этаж. На стене слева и справа от двери бросались в глаза яркие рисунки. Какие-то травы и цветы, рубашки со штанами, ножи с топорами, котелок, бутылки с бочонком. Кажется, это должно означать нечто вроде магазинчика «тысяча мелочей».

Когда мы вошли раздались мелодичные переливы колокольчика. Темнокожий продавец у длинной высокой стойки на стуле, клевавший носом, мгновенно подскочил и уставился на нас. А когда узнал мою спутницу, то расплылся в довольной улыбке:

— О-о, кого я вижу! Здравствуй, малышка Мей. Рад видеть тебя.

— Я уже давно не малышка, господин Абхей, — недовольно поджала губки девушка. — Вот возьму и передумаю вам продавать свою добычу.

Тот в шутливо-испуганном жесте поднял руки ладонями в нашу сторону:

— Всё-всё, больше так говорить не стану. Только не уходи от меня. Ты же лучшая поставщица самых ценных товаров, Мей. Без тебя моя лавка загнётся уже через месяц.

— Да ты такие слова каждому охотнику говоришь, кто к тебе приходит, — фыркнула девушка, одновременно скидывая со спины свой набитый рюкзак.

— Да чтоб мне трудиться в убыток!

— Ну-ну…

Краем уха я прислушивался к их беседе и одновременно крутил головой по сторонам, рассматривая ассортимент. На стеллажах, горизонтальных и вертикальных, а также на полках на стенах расположилась всякая всячина. Рисунки снаружи отражали едва ли треть товаров.

— Господин Абхей, я хочу познакомить тебя с господином Шеном. Он умелый практик неба, — услышал я голос Мей и оторвался от разглядывания. вновь посмотрев на неё и торговца.

— Рад вас видеть в своей лавке, господин Шен, — мужчина шагнул ко мне и протянул руку.

— И я рад знакомству, господин Абхей.

— Напарник Мей? — полюбопытствовал он у меня.

— Сейчас нет. Просто наши дороги совпали в это время, — ответил я.

— Сан… господин Шен прибил морозную и пламенную обезьяну, которые доставляли нам проблемы в последнее время.

— Это прекрасная новость. В ратуше будут счастливы услышать её. Вам обязательно стоит наведаться к нашему правителю и сообщить о победе над этими порождениями демонов. За месяц они два поля опустошили, ранили и убили двенадцать человек! А сколько скота погубили… Не сосчитать, — сказал он. — Вы очень сильный практик, господин Шен, если смогли справиться с двумя столь могучими небесными зверями.

— Он и немалую часть стаи уничтожил, — добавила Мей.

— И это вторая прекрасная новость за это утро, — расплылся в улыбке торговец, а затем спросил. — А шкуры или что-то иное с них не взяли? Я дам прекрасную цену за органы с мясом и шкуры небесных зверей.

— Сожалею, но не успел. Торопился в город. А обезьянья стая просто подвернулась под руку, — отрицательно мотнул я головой.

— Жаль, — вздохнул мужчина.

На этом наш с ним разговор угас. Он вернулся к девушке, занявшись её товаром.

— Пять серебра и семьдесят две монеты медью за всё, — озвучил он цену. Каждую травинку, корешок и сушёную ягоду он осматривал очень тщательно, не делая скидок на знакомство. Полагаю, что и Мей не станет скидывать цену. Дружба дружбой, как говорится, а табачок врозь.

— Это ещё не всё, — заявила лучница и достала со дна рюкзака небольшой свёрток из старой ткани. Развернула и положила на стойку.

— Да что б меня! — удивлённо воскликнул в полный голос торговец. — Ксоаны⁈

— Они самые. Не самые насыщенные, но сам понимаешь, что и такие у меня возьмут по любой цене везде в городе.

— Ну так уж прям и по любой, — машинально начал торговаться Абхей. — Начальная ставка у всех одинаковая.

— Кто же будет продавать по минимальной? — усмехнулась Мей. — Господин Абхей, я хочу за все тридцать пять серебряных монет.

Тот молчал секунд десять, рассматривая небольшие бесформенные тусклые не то камешки, не то слитки. Наконец, промолвил:

— Часть медью возьмёшь? Или вещами?

— Только серебро. Монеты мне сейчас нужнее, — твёрдо ответила ему лучница.

— Понятно, — горестно вздохнул торговец. Сделал это с таким видом, будто только что услышал предложение «кошелёк или жизнь».

Как только Мей закончила свои дела с торговцем, как к нему подступил я. Пришлось изобразить, что достаю связку монет из-под одежды, чтобы не светить пространственное кольцо. Хотя, взгляд девушки показал, что она что-то поняла.

— Поможешь одежду подобрать? — взглянул я на неё. — Такую, чтобы нормально на мне сидела и выглядел чуть лучше обыкновенного горожанина. Но именно только чуть-чуть.

— Не хочешь выделяться?

— Да, — кивнул я.

С этим делом она справилась быстро, хотя я опасался длительного подбора и примерок. Посильную помощь оказал и Абхей. Он оказался даже бо́льшим знатоком в том, что носят жители города разного достатка и из разных каст, что и неудивительно с учётом его профессии. Здесь я закупился всем, что может потребоваться человеку. Нижнее бельё, обувь, штаны, рубашки с курткой, головной убор с перчатками для обычной носки и для рейдов за стены. У Абхея нашёлся маскировочный костюм, в котором ко мне вышла Мей в джунглях. Чуть подумав, я решил его тоже купить. Вряд ли буду долго торчать в городе. Придётся однажды выбираться за стены и как-то учиться жить по правилам нового мира. А они просты: кто сильнее, тот и на коне. Мой ранг даёт серьёзные преференции в местном обществе, но всего одна боевая техника накладывает серьёзные ограничения. По уже накопленной информации даже практик смертного ранга владеет минимум тремя сверхспособностями. На земной ступени их не меньше пяти в самом начале её развития. Так что мне точно придётся охотиться и сражаться. И лучше это делать так, чтобы первым я увидел врага, а не он меня.

Когда мы вышли из лавки, Мей торопливо прошептала:

— Сан, у тебя пространственный амулет⁈

Секунду подумав, я кивнул. Чего теперь скрывать, раз уже спалился. Девушка точно знала, что из имущества было при мне. Связок с монетами в нём не числилось.

— Да, есть. Только прошу тебя не распространяться об этом. Вещь для меня крайне ценная, досталась от близкого человека, которому я обязан жизнью.

И ведь не соврал ни единым словом. Покойник, с чьего пальца я стянул кольцо — и одежду тоже — вполне мог спасти мою жизнь в походе, принимая на себя удары, которые легко бы убили слабака, в чью тушку я угодил волей провидения. Да и уже будучи одержимым труп дал мне шанс прикончить дракона и стать сильнее, получив свою первую небесную технику.

— Никому и никогда, — всё тем же шёпотом ответила она мне. И следом не удержалась, и полюбопытствовала. — А что у тебя там?

— Почти ничего. Рваная одежда, броня, кое-какой мусор, который я собирал, чтобы не оставлять следы на стоянках, и одна вещь, найденная в заброшенном городе. Мне оттуда пришлось срочно удирать, чтобы не попасть в желудок обитающим там чудовищам.

— Покажи? — попросила она.

Я молча достал из кольца зелёную каменную пластину с изображением женщины и протянул её своей спутнице. Та схватила её и принялась крутить в руках.

— Красивая. Похожа на одну из богинь, которые создали Храмы. Может даже это она самая, только в ином облике. Что ты хочешь с ней сделать?

— Продать. Мне больше интересны деньги, чем антиквариат из древности.

— Чудно ты говоришь, — хмыкнула она. — Давай спросим у Абхея сколько она стоит?

— Давай.

Колокольчик едва-едва смолк после нашего ухода, когда мы его вновь заставили забиться.

— Что-то позабыли, друзья мои? — вопросительно взглянул на нас торговец.

— Господин Абхей, взгляни на ещё одну вещь, — Мей прошла до стойки и положила на неё мой трофей.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался он. — Хм…

После первого осмотра, он достал из-за стойки увеличительное стекло и несколько мелких разноцветных мелков, которыми стал чиркать по краям пластины и с тыльной, пустой стороны. Я обратил внимание, что пара мелков оставляли на зелени камня иной, отличный от собственного цвета. Чёрный рисовал красным, а зелёный жёлтым.

— Господин Абхей, — не выдержала Мей. — Так что?

— М-м-м, — пожевал тот губами и вернул пластину обратно на стойку, — очень интересная вещь. Древняя. предположу, что она из заброшенных городов в землях демонов, так? — и посмотрел на меня. Сообразил, что травнице достать такое не под силу.

— Так, — подтвердил я.

— Изображена Богиня Шетр а. Её изображения сами по себе крайне редко встречаются. Так ещё и выполнена она на так называемом молочном нефрите.

Мне название материала ничего не сказало. А вот у Мей вырвалось удивлённое:

— Ого!

— Купите? — спросил я торговца.

Тот несколько раз отрицательно мотнул головой:

— Увы, нет. Только пластина стоит не меньше золотой монеты. А с богиней все пять. И это то, что дал бы торговец вроде меня, чтобы позже перепродать за десять. У меня таких денег просто нет.

— Жаль.

— Если желаете, господин Шен, то я могу поискать покупателей. За небольшой процент.

— Сколько? — уточнил я.

— Пятнадцать.

— Побойся богов, господин Абхей, — нахмурилась девушка. — Это грабёж.

Тот пожал плечами, мол, воля ваша.

— Я сам. Благодарю за помощь, — чуть поклонился я мужчине и покинул его магазинчик.

— Подумать только, — произнесла Мей, когда мы с ней возвращались домой, — целых пять золотых. Я столько и за три месяца не зарабатываю. Причём больше половины тратится на наши с сестрёнкой нужды.

— Так и риска меньше, Мей. Я чуть голову в том городе не сложил, — ответил я ей.

— А он далеко? — поинтересовалась она. — Где?

— Даже не думай туда соваться.

— Я и не думаю. Мне просто интересно.

— Вот потому я тебе и не скажу.

— Какой же ты вредный, Сан, — надулась девушка. Впрочем, обижалась она недолго. Ещё до того, как мы вернулись домой она меня простила.

Глава 9

ГЛАВА 9

— Можно эту книгу? — я указал на потрёпанный толстый томик в лавке букиниста, куда меня занесли прогулки по городу.

— Детские сказки? Пожалуйста, — продавец протянул мне книгу. — Только будьте поаккуратнее. Всё-таки, это книга.

— Разумеется.

Совсем случайно выяснил, что вместе со знанием языка мне досталась и понимание местной письменности. Кстати, процент неграмотных среди аборигенов был совсем небольшим. Худо-бедно читать и складывать цифры могли почти все. Книги и учебники не являлись драгоценностью, как на Земле до определённого века, пока не появился печатный станок и не стал широко употребляться. Хоть и не были совсем сильно распространены. Сказывалась прошлая эпоха до того, как случилась глобальная катастрофа, приведшая к упадку, массовой гибели населения с потерей многих знаний и привычек.

Буквально после десятой перевёрнутой страницы я понял, что находку нужно брать.

— Сколько? — я взглянул на торговца, внимательно следившего за каждым моим жестом.

— Серебряная монета, господин, — быстро сказал он.

— Здесь всё целое? Или мне проверить на месте ли все листы?

— Что вы, господин, что вы, — он аж руками всплеснул в порыве эмоций. — Я такое никогда не выложу на прилавок. Всё испорченное складываю в том углу.

— Держи, — я достал монету и вручил ему. — А где тот угол с мусором? Там есть хоть что-то интересное и полезное, пусть и в виде части?

— Что-то есть, — пожал он плечами.

— Я хочу взглянуть

— Да, господин. Я сейчас покажу.

На целый час я закопался в два сундука, заполненных старыми книгами. Почти у всех не хватало листов. Половина была лишена обложек, у второй они присутствовали в крайне плачевном виде. Валялись и отдельные листы, и связанные в пачку либо в рулончик.

Домой к сёстрам я вернулся с полной сумкой книг разной тематики. Сказания, учебники, летописи, описания путешествий, книги из прошлого до катастрофы. Пока девушки хлопотали по дому, я погрузился в чтение с головой.

Как бы ни показалось странным, но чуть ли не половину исторических событий и местных реалий я узнал из сказок для детей и сказаний. Возможно их специально создавал умный человек, чтобы довести подобным способом историю до разума детей, начав предупреждать и предостерегать от старых ошибок с младых ногтей.

Звучит банально, как дешёвый сценарий для ужастика, но причиной разрушения старого мира стало появление в нём демонов. Вину возлагают то на отдельного практика, который был слаб и ленив, но хотел всего и сразу прямо здесь и сейчас. То на секту практиков, которые ничего не представляли из себя. Были мелкими, пакостливыми и завистливыми засранцами, мечтавшими о силе со славой и желая властвовать над всеми. В стремлении заполучить могущество они обратились к чуждым тварям из иного мира и открыли им дорожку в этот. Но как только на человеческую землю ступила нога монстров, началась великая война. Тогда сильных практиков было на пару порядков больше. Впрочем, как и архидемонов. Армия людей смогла закрыть прорыв в иной мир, откуда шли неисчислимые легионы чудовищ, но вся полегла там. Немногие смогли вернуться и рассказать о победе. Архидемонам тоже досталось так, что они до сих пор зализывают раны и больше не возглавляют армии для походов на человеческие земли. Вместо себя отправляют эмиссаров, или кого-то из демонов попроще, как и из числа продавшихся людей, чёрных или демонических практиков. Также ходят слухи, что архидемонов вообще не осталось или их буквально один-два на весь мир.

Но экспансия на земли людей продолжилась. Тот зелёный столб, который я увидел после перерождения — это одновременно мини-прорыв в инферно, откуда жалкими каплями просачиваются демоны и демонические духи, которые позже вселяются в людей и животных, и Чёрный Флаг чьи эманации меняют всё живое вокруг. Его ещё называют Чёрным Столпом. Рядом с ним людям приходится почти так же плохо, как демонам возле Храмов. Но энергии в Столпе куда меньше, поэтому их можно уничтожить.

На данный момент мёртвых и заброшенных земель намного меньше, чем заселённых людьми. На уничтожение Чёрных Столпов регулярно собираются небольшие армии. Точно известно, что выплёскивающаяся из них энергия в момент разрушения заметно усиливает любого практика. Вплоть до перехода им на новый ранг или обретения ранга практика у обычного неодарённого человека. Чёрные столпы встречаются не только в демонических землях, но и порой в центре человеческих территорий, там, куда очень сложно добраться и из людей никто не живёт.

Ещё из главного, что стоит упомянуть, так это про территорию, на которой всё это происходит. В данный момент магический средневековый апокалипсис случился на крупном материке, который в основном заселен народами близкими к азиатскому типу и восточному. Очень редко встречаются люди с чистой европейской внешностью. При этом азиаты с восточниками не настолько чистокровны, как на моей земле. скорее ближе к мулатам и метисам. Мне самому досталась тушка с чертами ребенка, родителями которого был европеец и арабка.

Про практиков я тоже узнал, и эти знания добавили кучу новых вопросов. В первую очередь вот что я уяснил. НИКТО НЕ ВИДИТ НИКАКИХ ОПИСАНИЙ! Нет, правда, люди добиваются восхождения к небу только путем стараний и препаратов. Точь-в-точь, как спортсмены на Земле. Только по внутренним ощущениям и поднявшимся возможностям они понимают, что стали сильнее. У многих само собой приходит понимание ранга, другим приходится проходить особые испытания и проверки, которые опровергают или подтверждают переход на новую ступени развития. Мне в сто раз проще. Стоит сосредоточиться и подумать, как перед глазами появляется вот такая надпись:

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: земной

Меридианы: 11/25

Ци: 919/10 000

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (50 Ци)'.

От количества меридиан зависел ранг. До следующего мне нужно набрать ещё четырнадцать. Чтобы развить новый меридиан нужно духовное ядро и сто единиц Ци. А для формирования ядра три духовных зерна. На зерно требуется три десятка Ци. Сейчас я могу добавить четыре меридиана. Но стоит ли? Кроме них мне будет нужно ещё десять тысяч Ци! А её набирать крайне непросто. Тут без нового Чёрного Столпа не обойтись. Или придётся настроиться на длительное пребывание в джунглях, охотясь на небесных зверей, а также одержимых, мутантов и прочих изменённых демонической энергией. Есть ещё природные источники Ци, но они давным-давно поделены. Среди людей возле них живут кланы и правители. На пустующих землях их облюбовали духовные звери или демоны.

Также от числа меридиан зависело количество боевых техник. максимальное количество последних зависело от имеющегося числа первых. И опять без подводных камней не обошлось. Для эффективного использования техник требовались свободные меридианы. Они быстро напитывали технику ци после её использования. Чем больше свободных меридиан, тем меньше промежуток между атаками.

Была, правда, возможность и без охоты подниматься. Для этого существовали всяческие алхимические пилюли и зелья. Они повышали запас Ци и заставляли организм самостоятельно создавать энергию, но только до определённого момента. Тело истощалось и уже могло не генерировать Ци, а потреблять её для собственного выживания. Также избыточное применение пилюль вело к мутациям и повреждению меридиан. Ещё к этим последствиям приводил приём некачественных алхимических препаратов.

Дополнительно хочу сказать, что уже набранная мной Ци и позже использованная в виде атак Водяной плетью медленно восстанавливается. Это показала практика. Но вот останется ли она после того, как я потрачу её на новый меридиан? Тут только проверять лично. Закусив губу, я боролся с внутренней жабой и смог её победить.

'Сформировано духовное зерно! Сформировано духовное зерно! Сформировано духовное зерно! Сформировано духовное ядро!

Внимание! Создан духовный меридиан!'.

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: земной

Меридианы: 12/25

Ци: 671/10 000

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (50 Ци)'.

— Твою мать, — выругался я шёпотом, чтобы не привлекать внимание девушек.

Мои опасения оказались не напрасными. Ци тратилась безвозвратно на создание духовных зерен. Значит, и нужные десять тысяч также канут в Лету, когда решу перейти на элементный ранг.

Что же касается техник, то мне не придётся опять сражаться с кем-то вроде водяного дракона, чтобы получить их. Они свободно продавались, обменивались и выдавались в качестве наград. Например, в Храме можно было получить божественное задание и за его выполнение некая храмовая сущность выдавала награду. Оружие, снаряжение, зелья и духовные техники. Правда, для этого нужно быть очень сильным практиком, которому разрешен проход внутрь.

— Мей, а у вас в городе техники продаются? — крикнул я, надеясь, что меня услышат.

Вместо неё отозвалась сестра.

— Да. Только или очень дорогие, или мусорные, которые никому не нужны, — послышался голос Ра́ни.

Тут рядом с отведённым мне углом, отделённого ширмой, появилась лучница:

— А тебе зачем, Сан?

— Мне давно нужно пополнить свои умения.

— У нас невозможно найти что-то достойное, Сан, — сказала она. — Ра́ни права. Или всё очень дорогое. Ты хочешь обменять пластину с богиней?

— Если придётся, то поменяю, — кивнул я.

Девушка ненадолго задумалась. И вновь раздался голос её сестры-травницы:

— Если попросить мастера Индру, то может что-то получится. Он любитель древних вещей. И редких тоже. А у Сана его пластина и та, и другая.

— Точно! — воскликнула Мей. — У него обязательно что-то найдётся. Только я к нему не пойду и Рани не пущу.

— Почему? — поинтересовался я. — Что с ним не так? Или вы с ним в ссоре?

— Бабник он, — поджала губы девушка. — Не пропускает ни одной юбки, а затем хвастается тем, как и сколько раз провёл время с новой девушкой. Если он нас с Рани увидит, то обязательно завысит цену или поставит условие, чтобы мы с ним переспали в обмен на технику.

— Ясно, значит, схожу к нему один. А что он за мастер такой?

— Элементный ранг, владеет путём Тела, Огня и Иллюзий, — сообщила мне Мей. — Таких в городе совсем немного, из-за чего мастер слишком гордо и вызывающе себя ведёт. Ни в какой клан не входит и предложения служить кому-то постоянно отвергает, насколько я знаю. В городе у него большой дом с приличным двором. Я покажу.

То, что девушка назвала большим домом мне показалось маленьким дворцом. И дворе — не двор, а приличный участок соток на десять чистого пространства. Кроме дворца там находились две большие пристройки. Одна точно конюшня или что-то ей подобное, а вторую я не смог опознать. С виду приличная и просторная она могла быть чем угодно. Хотя бы тренировочным залом.

Калитку мне открыл чопорный слуга. Услышав от меня, что принёс его хозяину редкую и древнюю диковинку, он попросил меня подождать, после чего притворил калитку и пропал на долгие десять минут. Я уже решил плюнуть на затею и уйти к кому-то попроще, как слуга вновь появился передо мной.

— Господин согласен принять вас, следуйте за мной, — сообщил он и отступил в сторону, чтобы я смог пройти на территорию. После чего запер калитку и двинулся вперёд, показывая путь.

Хозяина я нашёл на площадке из каменных плиток за домом. По её краям были расставлены спортивные снаряды и мишени. Размер у неё был около половины волейбольной площадки.

— Здравствуйте, мастер Индра, — поклонился я ему. — Меня зовут Сан Шен.

Это был мужчина возрастом между тридцатью и сорока годами. Подтянутый, скорее даже худощавый. Я его отвлёк от тренировки, которую он проводил только в коротких штанах. Тело мастера оплетала частая сетка тонких мышц. Казалось, что там, где у какого-нибудь качка из спортзала моего мира выпирает одна мышцы, у Индры их было минимум три. Кожа смуглая, глаза почти чёрные. Присутствовали тонкие усы, прочее лицо было гладко выбрито. Волосы на голове слегка курчавились и достигали плеч.

— Приветствую, господин Шен. Слуга рассказал мне, что у тебя с собой ценная вещь, которую ты хотел бы передать мне.

— Продать или обменять на что-то соответствующее по стоимости, — поправил я его, чем вызвал у него недовольное сдвигание косматых бровей.

— Показывай.

— Вот, — я достал из плечевой сумки каменную пластинку и продемонстрировал собеседнику. — Найдена лично мной в древнем городе далеко в демонических землях. Молочный нефрит сам по себе очень ценен, а редкое изображение на нём богини и вовсе бесценно.

В глазах мужчины мелькнул огонёк алчности.

— Отличная находка, — вырвалось у него. — За неё не жалко отдать и целых два золотых!

— Сколько? — переспросил я. — Два? Только кусочек нефрита будет стоит пять. А с изображением потянет на десятки монет.

— Ты ещё поторгуйся со мной.

— Как скажете, мастер Индра. простите, что побеспокоил вас, — я вновь слегка поклонился как в начале встречи. — Прикажите слуге проводить меня обратно на улицу.

Мысленно с досадой подумал, что зря пришёл сюда. Забыл, что живу теперь в ином мире, где уважают сильного либо влиятельного. Этот волосатый запросто может решиться отобрать у меня мою находку. Чёрт, и дёрнула же меня нелёгкая.

— Постой. Возможно, я слегка погорячился и не рассмотрел вещь. Пожалуй, соглашусь, что двух монет будет мало, но и десятки — это перебор, практик!

— Торговцы в городе давали мне от восьми монет, один проговорился о десяти. Но это торговцы. Сами знаете, что они покупают товар, чтобы потом перепродать тот вдвое или втрое дороже, — ответил я.

— Я тоже готов отдать десять монет. Не больше, — процедил он, то и дело роняя взгляд на нефритовую пластину в моей руке.

— Соглашусь, это достойная цена, — стараясь не кривиться и не плюнуть под ноги этому крохобору, сказал я. — Но, быть может, вас устроит иной вариант, господин Индра?

— Ты говорил что-то про обмен. Намекаешь, что взамен изображения хочешь получить что-то из моих вещей?

— Вы проницательны, господин Индра.

— И что ты хочешь?

— Две или три техники для пути Воды и Духа.

Тот ответил, хоть и не сразу:

— Хорошо, я согласен на обмен. Тебе повезло, практик Шен, у меня имеются нужные тебе техники.

Я ещё раз поклонился, демонстрируя уважение, только сделал это молча.

Глава 10

ГЛАВА 10

'Простая техника земного ранга Духовного Доспеха

Для активации требует 150 Ци

Для использования требует 100 Ци'.

'Простая техника земного ранга Бездонной Лужи

Для активации требуется 150 Ци

Для использования требуется 50 Ци'.

'Простая техника земного ранга Водяных Брызг

Для активации требуется 50 Ци

Для использования требуется 10 Ци'.

Каждая техника представляли из себя крошечный свиток пергамента с толстой сургучной печатью. Стоит её сломать и свиток развеется, сначала превратится в облачно светящихся пылинок, а потом впитается в руки того, кто держит его. Это я узнал, когда активировал технику Водяных Брызг. Она требовала меньше всего энергии. Ложкой дёгтя оказалась безвозвратная трата Ци из моего запаса. Раз — и пятьдесят единиц будто корова языком слизала.

Из того, что показал мне Индра, мне понравились только эти. Несколько других требовали слишком крупных трат Ци. Если бы изучил хотя бы одну такую, то потом энергии не осталось бы даже на активацию. Эх, нужно будет подкопить местной маны для чего-то мощного. Благо, что техник я могу выучить по количеству меридиан.

Следующей стала техника Духовного щита. После активация моё тело окутывала прочная энергетическая плёнка, защищающая от обычных ударов и боевых техник. Чем слабее те, тем дольше продержится защита. А вот бездонную лужу оставил до поры в виде свитка. Если и её выучу, то у меня Ци останется рожки да ножки.

— Какие успехи? Получилось? — накинулась на меня с вопросами Мей, как только я переступил порог. — Договорился с мастером Индрой?

— Договорился.

— Что взял у него?

— Да так, — я покрутил рукой в воздухе, — кое-что для защиты, а то у меня с ней не очень хорошо.

— Это точно. Помню я, как тебя обезьяны побили, — покивала она и быстро следом спросила. — Слушай, а давай завтра вместе сходим в рейд, а? Отдохнули, припасы пополнили, ты новую технику прикупил, — и тут же опять переключилась на новую тему. — А ты её когда учить будешь?

— Уже.

— Уже? Так быстро? — охнула она и уставилась на меня анимешными глазами.

— Быстро, хоть и не просто, — уклончиво ответил я, уже понимая, что и тут я отличаюсь от местных практиков. — Это мой секрет, Мей. Не могу рассказать даже тебе.

— Я всё понимаю. Секрет — это секрет, — кивнула она и слегка успокоилась. И вновь переключилась. — Вот как раз её и в деле вдруг получится проверить, а? Пошли?

— Пошли, — принял я её приглашение. Мне так или иначе нужно набирать где-то Ци, чтобы выучить третью технику и использовать весь свой арсенал в бою без страха, что после первого же удара простой Плетью останусь с пустым резервом. — Но в город не поведу, даже не думай.

— А можно мне с вами? — откуда-то выскочила к нам Рани.

— Цыц! –строго свела вместе брови лучница и сердито взглянула на неё. — У тебя и тут дел хватает. Или ты хочешь, чтобы весь сбор пропал? Я зря рисковала жизнью и ночевала под деревьями? И потом, третьего седла на Ботшу у меня нет. Так что сиди дома и жди, когда мы вернёмся.

— Вот так всегда, — девушка обиженно притопнула ножкой. — Вредная.

После чего быстро вышла из комнаты. Мей посмотрела ей вслед, потом вздохнула и тихо сказала:

— Вот же глупая. Как она не поймёт, что за стенами города опасно. Я постоянно боюсь, что она убежит с какой-нибудь командой, пока меня не будет. Однажды пришлось её вытаскивать из такой. И ладно бы нормальная оказалась. Так ведь нет, сплошь такие, на ком клеймо ставить негде. А к этому и куча слухов, что они нападением на других охотников промышляют чаще, чем охотой на зверей и мутантов.

— Она умная девушка, Мей. Уверен, что ей после того случая всё стало ясно. И больше такой ошибки она точно не совершит, — сказал я ей. Молчать было неловко, а чего-то умнее и находчивее не придумал.

— Хотелось бы верить.

Перед отправкой в рейд мне опять пришлось пройтись по торговым лавкам и прикупить кое-что для жизни в джунглях. Взял маленький топорик с шариком на обухе на длинной почти метровой рукоятке. Будет чем отмахиваться от возможных врагов в тесной свалке. С духовным доспехом и доспехом обычным у меня на порядок возросли шансы выбраться из такой передряги. Приобрёл шлем из толстенной, больше сантиметра кожи с защитой шеи и затылка из кожаных полосок внахлёст на бронзовых колечках. Плюс краги для ног и рук.

При выезде из города ранним утром мы встретили небольшой отряд мужчин с диковинными ездовыми зверями. Те походили на крупных лосей с чистой от шерсти кожей. Шкура была даже с виду очень грубой, со складками, как у носорога. Рогов у животных было по паре. Один небольшой на носу. И более крупный, в несколько раз, на привычном месте на голове. Оба имели Т-образную форму. Их владельцы дополнительно усилили защиту зверей, нацепив на ноги и шею кожаную броню. Что-то похожее на приобретённые мной краги.

Четыре ездовых зверя и два вьючных. На одном через спину свисал огромный тюк местного брезента, покрытого подозрительными тёмными пятнами. Внезапно один из всадников стал пристально всматриваться в нашу сторону, а потом крикнул:

— Здравствуй, Мей!

Девушка, копавшаяся в плечевом мешке, пока Ботша неторопливо спускался по дороге, только сейчас заметила отряд. Расплылась в улыбке и помахала рукой:

— Джанн, здравствуй! Из рейда?

— Из него.

— Смотрю, с добычей, — махнула взглядом по свёртку моя напарница. — Что там у вас?

— А ты сама посмотри.

Мей только хмыкнула. К этому моменту мы почти уже поравнялись с чужим отрядом. Девушка выпрыгнула из седла и в несколько шагов оказалась рядом с вьючным «лосем». Взялась за вьюк, дёрнула одну из завязок и сдвинула край брезента. На свет показался кончик чьей-то очень зубастой и внушительной морды со шкурой белесого цвета.

— Белый крокодил? — воскликнула Мей. — Джанн, вы смогли добыть белого крокодила?

— Две недели его выслеживали и приманивали, — вместо знакомого моей напарницы ответил совсем молодой парень с маленьким тюрбаном из выцветшей розовой ткани.

— Давай с нами на следующую охоту, Мей, — вновь сказал Джанн. — Добыча просто конфета.

— Нет, — Мей посерьёзнела и отрицательно мотнула головой, — я не люблю больших команд.

— Поэтому взяла напарника? — прищурился он.

— Да, — коротко ответила Мей.

— А меня возьмёшь, если я уйду из отряда? — не унимался он.

Девушка повернулась к нему, подмигнула и ответила:

— Обязательно, но старшая я, а ты беспрекословно мне подчиняешься.

— Я это запомню.

Когда мы разъехались, я тихо спросил у неё:

— Хорошие знакомые?

— Дважды с ними была на охоте. В целом неплохие ребята, но слишком бравировать любят. Передо мной так вообще… вспоминаю и хочется то смеяться, то плакать, — покачала она головой. — Потом Джанн с чего-то решил, что я буду его и заявил об этом остальным, когда меня не было рядом. Я узнала и сказала, что охотится с ними больше не стану. Он, конечно, потом долго извинялся, но осадок у меня под сердцем остался.

— Понятно.

Мы вновь проделали тот же путь, которым ехали несколько дней назад. Только в обратном направлении.

— Я знаю одно небольшое ущелье, — сообщила уже в дороге Мей. — Там точно растут ценные травы и коренья. Но могут присутствовать хищники. В том числе и духовный зверь.

— Сильный?

— Вряд ли, — дёрнула одним плечом девушка. — Я слышала про него только слухи от других охотников и несколько раз замечала следы поблизости от ущелья. А если он не выбирается наружу, то он точно слаб. Копит силы в своей берлоге.

— Хорошо бы так и было.

К ущелью мы ехали на спине Ботши два дня с ночёвкой среди россыпи крупных камней на берегу мелкой речки. Как и раньше наш сон охранял крокад. А ещё я впервые увидел его длинный хвост в деле. Практически в темноте в воде рядом с берегом кто-то заплескался не очень крупный. Случилось это совсем рядом с нами. Не успел я приготовить боевую технику, как раздался тонкий резкий свист, завершившийся глухим шлепком. Краем глаза только и успел заметить стремительное движение тонкой части хвоста Ботши. Он им, как кнутом стеганул по неизвестному существу в воде.

— Кажется, мы со свежей добычей, — прокомментировала произошедшее Мей. — Посмотришь, кто там был?

— Да.

Жертвой крокада стало странное создание около метра в длину, толщиной с мой бицепс, с треугольной змеиной головой, с торчащими наружу по-крокодильи зубами. Но главное, кроме плавников у тварюшки имелись лапы. Две маленьких, чуть ли не рудиментарных ближе к хвосту. И пара крепких, почти лягушачьих, только с крупными коготками сразу после жабр. Кончик хвоста Ботши наполовину отсёк голову, прикончив чудо-юдо мгновенно.

— Вот, — я продемонстрировал напарнице трофей, зацепив за жабры крюком на ноже шкуродёре. — Знаешь? Я с таким не сталкивался.

— Это руллд.

— Есть можно?

— Даже нужно. Среди них иногда встречаются даже духовные особи. Но этот вряд ли такой, мелкий слишком. Но всё равно вкусный и костей в нём почти нет. Только крупные, которые легко вытаскивать.

«Точно не такой, — мысленно согласился я с ней. — Ни капли Ци мне не перепало».

Разделку и готовку рыбины на себя взяла Мей. Я же занялся костром и оформлением спальных мест. Для этого нарубил несколько охапок веток в зарослях, подступающих к камням.

Мясо руллда оказалось белым и очень мягким, но сухим. Напомнило по вкусу щуку. Умяв полностью всю рыбину и ещё немного припасов из мешков, мы завалились на лежанки и вскоре крепко заснули, положившись на охранные качества ездового крока́да. Ночью кто-то дважды приближался к стоянке, заставляя просыпаться от шума, поднимаемого Ботшей, когда он отпугивал незваных гостей. Несмотря на побудки, нам с девушкой удалось отлично выспаться.

— Ущелье, — коротко сообщила Мей, когда мы оказались на месте.

Вход в скалах закрывала стена растительности. А сами скалы скрывались за стеной высоченных деревьев. Тут можно было пройти в пятидесяти метрах и не увидеть ничего, если не знать точного месторасположения. Метров двести проход был очень узким. Крокад едва не царапал каменные стены нами и багажом. Но потом ущелье резко расширилось. И здесь же началась наша работа. В основном трудилась Мей. Я же с Ботшей её охраняли.

Поначалу я ещё помнил о хищниках, что тут обитали и предполагаемом духовном звере. Но спустя несколько часов монотонной работы расслабился и стал всё больше следить за тем, как работала Мей. Старался запоминать растения, которые она выбирала. Как их обрезала и выкапывала, какими инструментами пользовалась.

Внезапно крокад заволновался, громко засопел, принялся слабо хлестать тонким концом хвоста по зарослям.

— Мей! — окликнул я травницу.

И в этот момент среди деревьев затрещало, а потом на Ботшу рухнула часть джунглей. Так мне показалось в первый момент из-за того, что неведомое животное в момент атаки содрало с деревьев огромный ковёр из сплетённых лиан с запутавшимися в них ветвях.

Крокада снесло метров на двадцать. Напавший на него оказался значительно меньше по габаритам, то быстрее и опаснее вооружённым. Огромный когти, как серпы блеснули обсидианом, а потом вонзились в бок Ботши. Следом в тело нашего тяжеловоза вошли огромные саблевидные клыки. Каждый был сантиметров по тридцать.

Всё это я успел заметить за пару секунд, пока бежал на выручку. На ходу активировал духовный доспех. Приблизившись к дерущимся зверям, я приметился и огрел врага водяной плетью по правой ляжке. Попал отлично! Кожа на звериной ноге разошлась, как если провести острым ножом по оболочке варёной колбасы. Также разошлась плоть, создав глубокий «рот». И только спустя несколько секунд из раны плеснула кровью.

Зверь заревел, спрыгнул с Ботши и повернулся ко мне.

Крупная лобастая башка, отдалённо походившая на голову белого медведя. Огромные саблезубые клыки. Мелкие и глубоко посаженные глаза, полные лютой злости. Короткая шерсть была покрыта мелким лесным мусор и свалявшимися катышками. Передние лапы казались длиннее задних. Или нет, не казались, а такими и были. Это стало ясно, когда он переступил на месте.

Шшурхх!

Рядом гулко ударила тетива лука и через мгновение в шею зверя вонзилась стрела. Тот молниеносно дёрнул лапой, выдирая её из раны. На удивление, рана оказалась неглубокой. Или шкура слишком толстая. Или ранг у зверя высокий. Не для Мей.

Я бросился вправо. Одновременно с началом движения вновь ударил плетью. Зверь увернулся, высоко подпрыгнув вверх, пропустив под собой струю воды, которая должна была его ослепить.

«Чёрт, ци совсем мало осталось, — скрипнул я зубами, вспомнив, что с недавних пор у меня резерв сильно уменьшился. — Нельзя промахиваться».

Оказавшись обратно на земле, хищник рванул ко мне, поняв, что я самый опасный для него. В бок ему вонзилась очередная стрела. Но он на неё не обратил внимание. куда большее подспорье мне оказал Ботша. Его гибкий конец хвоста оплёл вокруг задней лапы и дёрнул гиеномедведя назад, от меня. И этим дал мне шанс прицелиться и ударить вновь плетью. Попал в шею, оставив там глубокую зарубку.

Хищник вновь заорал от боли, дёрнулся, освобождаясь от хватки каркада и как-то очень быстро оказался рядом со мной. Вблизи он показался мне горой. Машинально плеснул ему в глаза Брызгами, выиграв для себя пару секунд. В этот момент ему на спину запрыгнула Мей с мечом в руках. Попыталась воткнуть клинок между лопаток, но не преуспела. Сталь едва вошла на ладонь, после чего девушке пришлось в акробатическом трюке спрыгивать на землю, чтобы не попасть на зуб. Промахнувшись, монстр зацепил сам себя своими огромными клыками. И это его проняло куда сильнее, чем меч моей напарницы. Попытался её догнать, но девушка ловко заскакала по камням и взлетела на отвесную стену ущелья, возле которой очень удачно оказалась. За ней он не полез, решил заняться мной.

Я вновь рубанул по чужой шее водяной плетью, целясь в рану. К сожалению, промахнулся и сделал рядом новую. А потом уже мне пришлось изображать кузнечика и прыгать по камням, как Мей, чтобы не оказаться в пасти зверя. Совсем рядом пронёсся серповидный внушительный коготь лишь чуть-чуть не достав меня.

Оттолкнувшись от камня, я в длинном прыжке достиг стены ущелья, зацепился левой рукой за трещину, развернулся вокруг оси и с левой выпустил очередную водяную струю в хищника. И в этот раз мне повезло. Водяная плеть вскрыла шею, как хирургический скальпель, достав до артерии. Кровь ударила с такой силой, что достала до меня. Ощущение, что меня облили струёй воды из садового шланга под очень хорошим напором.

Зверь завыл на несколько тонов иначе, чем раньше, дёрнулся было ко мне, но потом развернулся и бросился в джунгли, откуда ранее вылетел на нас.

— За ним! — азартно закричала Мей и спрыгнула на камни со скалы с такой высоты, что у меня сердце замерло от страха, что сейчас увижу её всю переломанную. К счастью, обошлось.

— Пусть бежит, ну его к чёрту, — крикнул я ей.

— Ты чего? Это же сильный небесный зверь. Нужно его добить, а то он отлежится и дальше станет осторожнее. А ещё представь, какая это добыча? Нам за такого золотом заплатят в городе.

Слова заставили меня передумать. И в первую очередь не из-за будущей награды, а ради Ци, которую я получу прямо сейчас.

— А что с Ботшей?

— Ранен, но придёт в себя, только нужно будет ему отлежаться, — на ходу ответила девушка. — Пока он нам не помощник.

Идти по следу было легко. Из зверя кровь хлестала с такой силой, что заливала всё вокруг, не давая сбиться с пути. Я сильно засомневался, что с такой потерей крови хищник сможет что-то там зализать и оклематься.

Мы очень быстро нашли широкую трещину в скале. Земля вокруг была вытоптана до каменной твёрдости. Сейчас ещё и вся была в крови. Зверь не смог далеко уползти от входа. Но при этом он ещё был жив. При нашем приближении медленно поднялся на лапы и глухо протяжно зарычал, приоткрыв пасть.

Кровь продолжала вытекать из раны, но уже тонким ручейком, который иногда прерывался.

Мы с Мей выстрелили одновременно. Её стрела пробила левый глаз, а моя водяная плеть правый. Зверь покачнулся, несколько мгновений ещё стоял, а затем рухнул, как куль с тряпьём.

«Сбор Ци +80!».

«Сбор Ци +80!».

«Сбор Ци +80!».

«Сбор Ци +70!».

«Сбор Ци +60!».

«Сбор Ци +50!»…

Всего я получил с гиеномедведя около шести сотен Ци. Резерв дошёл почти до тысячи. Теперь я смогу выучить свиток с боевой техникой, когда вернусь в город.

— Я к Боште, гляну, как он там, — сказала Мей.

— Давай.

Крокад оказался очень крепким. Небесный зверь серьёзно его подрал. Но внутренние органы оказались не задеты. Крупные мышцы и сухожилия тоже. Ему понадобились сутки и немного особых зелий, чтобы встать на ноги. Зелья нашлись в рюкзаке у травницы. Она специально их держала на подобный случай. Время ожидания мы потратили с пользой. Сначала разделали под орех трофейную тушу. Забрали почти всё. Шкуру, мясо, часть органов, череп и все крупные кости. Добычу сложили в несколько узлов из местного брезента, который почти не промокает и удерживает в себе запахи. Внутренности и малую часть мяса скормили шестилапу. Плоть сильного небесного зверя ему сейчас будет очень полезна.

После разделки у нас ещё осталось порядочно времени. Ботша всё также лежал пластом несмотря на обильную кормёжку и лекарства. Чтобы не скучать, девушка решила продолжить сбор ценной флоры. На моё резонное замечание, что это может быть опасно, она ответила так:

— Это одинокий хищник, не стайный. Других небесных зверей тут точно нет. И крупных хищников тоже. Он бы не потерпел таких рядом с собой.

В ходе поисков драгоценных растений нашёлся ещё более ценный трофей. Ксоан. Так здесь называли образования, которые буквально состоят из затвердевшей Ци. Очень редкая вещь. Её используют при изготовлении зачарованных вещей. Но чаще в алхимии. Нам достался молодой ксоан. Но даже так он ценился.

— Если зайти подальше в демонические земли, то там ксоаны во много раз лучше. Их не за серебро, а за золото можно продавать, — с лёгким намёком сообщила мне девушка.

— Я был в тех краях и мне категорически там не понравилось, — нахмурился я. — Стычка с местным хищником не идёт ни в какое сравнение с происходящим там. Должна знать, что туда отправляются целые армии. А назад иногда никто из них не возвращается.

— А расскажи, пожалуйста, что-нибудь о тех краях.

— Не могу. Это не мои тайны, связан клятвами, — отказался я напрочь. — Просто поверь, что там очень страшно. Несколько дней меня преследовали одержимые демонами мертвецы. Однажды столкнулся с речным драконом, наверное, элементного ранга. Но, думаю, его он только достиг, иначе бы я не смог уйти от него. В древнем городе, где нашёл ту каменную пластину, меня чуть не сожрало подземное чудовище примерно такого же уровня. И оно там оказалось не одно такое.

— Когда я достигну земного ранга, то отправлюсь туда, — заявила она, вскинув голову.

— С земным рангом можно. Но пока ты не стала настолько сильная, то лучше не рискуй. Тем более что на тебе ещё младшая сестра. Подумай, что она сделает, если ты пропадёшь.

— За мной она отправится, вот что сделает, — криво усмехнулась травница. — Ладно, убедил, Сан, — и сменила тему беседы. — Помоги мне с травами. Я покажу тебе, как их обрабатывать.

Наконец, Ботша оклемался и всем своим видом показал, что готов к новым взбучкам. Или хотя бы доплестись до родного стойла.

Глава 11

ГЛАВА 11

Обратная дорога прошла не так спокойно, как путь в ущелье. Наверное, брезент не так хорошо заглушал запахи. Кровь просачивалась наружу и начинала привлекать к себе зверьё со всей округи. На наше счастье опасных хищников не встретилось. Так, всякая мелочь вроде волков, шакалов и обезьян. Самых наглых отстреливала Мей. Некоторые проныры умудрялись скрытно подобраться почти вплотную. Но тут их ждал боевой хвост коркада. Получивший вдоль спины первое предупреждение от Бошты больше к нам не лез, потому как валялся под кустиком в виде дохлой или почти дохлой тушки. Раненые не имели никаких шансов, их добивали другие. Те, кто был слишком труслив или умен, чтобы лезть под стрелы и хвост.

Совсем рядом с городом, где начинались на холмах террасы полей, коркад сильно ослабел. Мы были вынуждены сделать остановку и провести ночь всего в нескольких часах от безопасных стен.

Сразу нас в город не пустили. Виной тому стали собаки, мгновенно среагировавшие на нашу добычу.

— Не беспокойся, тут всегда так, — успокоила меня Мей, увидев, как я напрягся из-за реакции стражников. — Мало ли какую гадость мы тащим в город! Например, заражённую или одержимую духами мёртвую плоть. Сейчас нас проверит мастер Йорей, а потом мы пойдём дальше.

Так оно и случилось. Спустя четверть часа к нам вышел крепкий мужчина среднего возраста в белой рубашке, темно-синих штанах и длиннополой жилетке такого же цвета. На лицо вылитый «будулай». Карие глаза, чуть смуглая кожа, чёрные курчавые волосы и густая курчавая борода слегка побиты проседью. Он даже не стал требовать развязывать наши узлы. Просто несколько раз тронул брезент, после чего кивнул старшему охраны.

— Всё в порядке, Амих.

Так как главная наша добыча оказалась из разряда скоропортящейся, то пришлось потратить ещё час с лишним на то, чтобы побегать по торговцам. Больше половины этого времени у нас ушло на перемещение. Уже второй лавочник, услышав описание зверя и оценив образцы, дал ту цену, на которую согласилась Мей. Я в этом не разбирался и просто стоял за её плечом, слушая, как она общается с торговцем. Заодно запоминал, мотал на ус, как проходит данный процесс. В будущем мне придётся самому не раз заниматься подобным.

За мясо, кости и органы мы получили семь золотых монет. И ещё четыре за шкуру, которую Мей продала своему знакомому торговцу. Ему же отдала ксоан. Из одиннадцати золотых монет восемь принадлежали мне. Ещё восемь серебряных я получил за травы и ксоан, как участник рейда.

— Не спорь, Сан. Я уже давно поняла, что ты ничего не знаешь про нашу жизнь и правила охотников. Наверное, вырос очень далеко отсюда в богатой семье…

— Я…

— … но мне наплевать, — не дала мне вставить и слова девушка. — Раз ты здесь, значит, живёшь по местным законам. И по ним именно ты прикончил того зверя в ущелье. Я со своими стрелами только отвлекала его. Зверь достиг земного ранга, а я всего лишь на смертном.

— Хорошо, пусть будет по-твоему — согласился я. По местным меркам я резко стал обеспеченным человеком. С восемью золотыми монетами можно было отлично устроиться в городе. Дом не купить, но приличную комнату или даже целый этаж с отдельным входом вполне возможно. А если продолжать пользоваться гостеприимством сестёр, то на полгода можно забыть о финансовых проблемах. Разумеется, если питаться обычной пищей и носить простую одежду. Вся алхимия, качественное оружие, снаряжение и одеяния продается только за серебро и золото. И тут моя копилка выглядит совсем жалко. Ну, хотя бы пополнился мой запас Ци. Оказавшись дома, я немедленно выучил Бездонную лужу.

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: земной

Меридианы: 12/25

Ци: 790/10 000

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (50 Ци)

Духовный доспех (100 Ци)

Водяные брызги (10 Ци)

Бездонная лужа (50 Ци)'.

На следующий день после возращения мы втроём закатили пир. Накупили много сладостей и много вина. Как выяснилось, у Мей это был первый небесный зверь на личном счету.

Слабо-сладкое и некрепкое вино меня не очень брало. Вместо опьянения пришла расслабленность и умиротворение. А вот молодые девчонки захмелели. Сначала ушла Рани. А через полчаса меня оставила и Мей. К этому моменту на улице царила глубокая ночь. Сидеть в комнате одному стало скучно, спать почему-то не хотелось. Ещё и в голове закрутились нескромные мысли в адрес хозяек жилья. После первой бутылки те стали строить мне глазки и по очереди вроде как невзначай прижиматься ко мне. Или просто показалось.

Чтобы отвлечься, я прихватил с собой большую глиняную миску с орехами, вино и отправился на чердак к большому окну. Откинув ставни, я поставил на подоконник тарелку с бутылкой и уставился на большую луну, которая редко так близко приближается к планете. В противовес ей вторая луна, мелкая, отдалилась, превратившись в яркий огонёк, как велосипедный фонарик на другом конце улицы. Небесное светило очень удачно расположилось почти напротив меня. В какой-то момент на её фоне возник непонятный крупный объект, окутанный мутной дымкой, размазывающей очертания. Как я ни пытался всматриваться, но разобрать что это у меня не вышло. То ли летающий шар, то ли особо плотное маленькое облачко. Непонятное явление мельтешило около минуты, после чего растворилось на фоне ночного неба, когда «ушло» с луны.

Допив вино, я ещё немного поглазел на тёмные улицы, едва освещаемые масляными фонарями, на крыши домов и отправился в свой закуток, намереваясь спать не меньше, чем до полудня. Но стоило мне зайти за ширму, как на моей кровати кто-то завозился.

— Рани? — прошептал я, узнав гостью. — Ты чего?

— Это ты чего, — так же тихо фыркнула та. — К парню приходит девушка, а его нет на месте. Тебя где носило?

— На чердаке был. Смотрел на луну и пил вино, — честно признался я.

— Мог бы и меня пригласить.

— А ты зачем…

В этот момент она поднялась с кровати и выпрямилась в полный рост. На девичьем стане не оказалось ни единого клочка одежды. Рани завела руки назад, немного выгнула спину и приподнялась на носочках, демонстрируя тонкую фигурку с небольшой грудью, которая отличалась крупными вишенками сосков. Она закусила нижнюю губу и отвела взгляд в сторону.

«Понятно, зачем», — промелькнула в моей голове мысль.

— Что стоишь? Обними меня, Сан, мне холодно, — вырвала она меня из внезапного ступора.

Я шагнул вперёд, оказавшись вплотную к ней, положил ладони на бёдра и притянул к себе…

Утром мы с ней проснулись в одной постели. Сначала я, потом она, когда завозился, чтобы поудобнее устроить затёкшее тело на узкой кровати. Как ни в чём не бывало она улыбнулась, чмокнула меня в губы и соскочила на пол. Схватила с верха ширмы тонкую ночную рубашку, одним движением натянула её на себя и умчалась куда-то.

Мей ничего не сказала, когда мы втроём собрались за завтраком. Только недовольно поджимала губы, глядя то на меня, то на сестру. Её чувства мне были непонятны. Предполагал всё. От ревности собственной сестры ко мне до обиды на меня за то, что совратил сестрёнку. Хотя, говоря начистоту, Рани не была невинной и совсем уж неопытной в любовных делах.

«Чёрт, и надо же было так вляпаться. А всё вино и чёртово воздержание, — корил я себя мысленно. — Пустили козла в огород, блин. Теперь ещё и попрут меня отсюда. И правильно сделают».

Но эту тему девушки не поднимали. В середине дня Мей выглядела и вела себя как обычно. Рани же была веселее, активнее и то и дело задорно посматривала на меня. Не зная, что делать и как себя вести, я спрятался за ширмой в своём уголке. Взгляд упал на стопку книг, поверх которой лежал толстый сборник сказок. Неожиданно вспомнилась ночная тучка на фоне луны и одновременно одно из сказаний. В нём сообщалось про небесный остров. В самом начале нашествия демонов их орда добралась до столицы одного из королевств. Битва описывалась страшная и долгая, где люди отдавали свои жизни по одной за сто демонических, а архидемоны гибли десятками от техник мастеров небесного и божественного рангов. Но всё равно силы были не равны. И тогда последний мастер божественного ранга решил вложить все свои силы и жизнь в город и поднять его высоко-высоко в небо, куда не достанет ни один враг. Так появился небесный остров. Описывалось, что на нём до сих пор работают лучшие мастерские и кузницы высших рангов, а внутри полно самых ценных богатых руд, разрабатываемые и сейчас. Напоследок автор сказки указал, что небесный остров приходит на помощь в самые критические моменты и следит за всем сверху.

— Получается, что это не сказка, — вслух пробормотал я и провёл пальцем по книжному корешку. — Интересно, а как там дела обстоят на самом деле?

— Сан, ты что-то говорил? — окликнула меня Мей и через секунду появилась рядом.

— Ничего такого, просто прочитал надпись на книге.

— Ясно. Не хочешь со мной и Рани погулять по городу? Нужно кое-что купить и лишняя пара рук для переноски будет кстати.

— Разумеется, — кивнул я в ответ и поднялся с кровати.

Гуляли и закупались почти до вечера. Почти половина покупок пришлась на ткань и сопутствующие предметы вроде тесьмы, кружев, пуговиц, ниток с иголками и так далее. Кажется, сестры решили обновить свои наряды и сделать их собственными руками. Были и другие покупки. Когда их количество превратилось в два больших туго набитых узла, я незаметно для окружающих переправил их в своё кольцо.

Появившаяся усталость и голод заставили нас завернуть в сторону ближайшей приличной таверны. Внутри оказалось весьма многолюдно. А помещение очень просторным. Десятки людей сидели на лавках и стульях за большими и маленькими столами. Они ели, пили, переговаривались, шутили. Часто раздавались взрывы смеха, а иногда пробивались через весь этот смех звуки песен.

Я немного отстал от своих спутниц, крутя головой по сторонам, набираясь впечатлений от окружения. Проходя мимо одного из опорных столбов чуть не столкнулся с высокой чуть полноватой женщиной. Нижний вырез на платье полностью открывал бедро и демонстрировал, что под одеждой нет нижнего белья. А корсет поднимал крупную грудь и поджимал её так, что она едва не полностью вылезала из него наружу.

— Здравствуй, мастер, — приветливо улыбнулась она мне. — Никогда тебя тут не видела. Пришёл отдохнуть? Тогда ты по адресу.

— Я недавно здесь. Сюда пришёл только поесть, — ровным тоном ответил я ей и сделал шаг в сторону, обходя незнакомку.

— Ты новенький? Охотник или наёмник? На фермера не похож и на караванщика тоже…

— Отстань от него, Уша, — перебила её возникшая как из-под земли Мей.

— А-а, так он с тобой. Тогда не буду вмешиваться, — недовольно улыбнулась обладательница футбольных мячей в корсете.

— Сан, мы тебя обыскались с Рани. Зачем ты ушёл? — с обидой высказала мне девушка несколькими секундами позже.

— Не ушёл, а отстал. Сама посмотри какая тут толпа, — стал оправдываться я.

Стол нам достался маленький, но зато только мы втроём занимали его. Мей усадила меня напротив сестры, сказала никуда не исчезать и умчалась в сторону стойки, чтобы заказать нам еды.

Не прошло и минуты, как Рани скривилась, побледнела и тихо сказала:

— Вот же демоны.

— Что такое? — переспросил я. Затем обернулся назад, проследив за её взглядом. Тут же же увидел в пяти метрах от нас троицу парней, целеустремлённо прущих к нам. — Это кто?

— Тот, кто мне прохода не даёт со своими прихлебателями, — тихо ответила она.

— Рани, я очень рад тебя увидеть здесь. Наконец-то ты выбралась из своей лачуги, — громко сказал один из троицы. Это был высокий и крепко сложенный парень лет двадцати трёх с яркими азиатскими чертами. Длинные, как почти у всех местных, свои волосы он осветлил почти до белого цвета и стянул на затылке в хвост. — Пошли за мой стол.

— Мне и тут хорошо, — исподлобья посмотрела на него девушка. — Возвращайся к своему столу сам, Прамод.

— Рани, — сказал он и в голосе проскочили едва заметные угрожающие нотки. Он шагнул ближе и протянул руку в её сторону.

— Ты же слышал, что тебе сказали, — одновременно с этими словами я перехватил его запястье и чуть повернул.

Тот от неожиданности вскрикнул, дёрнулся в сторону и чуть не упал, когда я отпустил его конечность. Ко мне синхронно шагнули два его товарища, стиснув кулаки. Предчувствуя драку, я активировал духовный доспех. С защитой сразу стало легче на душе.

Утвердившийся на ногах Прамод неуловимым жестом извлёк из-под рубахи нож с костяной рукояткой и широким коротким лезвием с сильно загнутым вверх кончиком.

— Ты покойник, ублюдок, — заявил он шипящим голосом. И крест-накрест полоснул перед собой воздух. После чего резко ткнул клинком в меня по прямой. Только сейчас в таверне раздались тревожные возгласы и люди вокруг нашего стола отшатнулись во все стороны.

Я легко отпрянул назад, перехватил вооружённую руку, вновь вывернул чужую кисть, ударил второй ладонью по сжатому кулаку, выбивая оружие и оттолкнул парня от себя. Тут же пришлось уворачиваться от размашистого удара рукой одного из его спутников. В движении в очередной раз за последнюю минуту схватил чужую руку и вывернул её. Только сейчас не стал отталкивать, а дёрнул на себя и затем зацепил свободной рукой противника за шиворот и со всего размаха приложил его лицом о наш стол.

Сбоку вновь мелькнул азиат и опять с ножом. Новым. Пока я разбирался с его товарищем, он улучил момент и ударил меня в правый бок. Не будь на мне защиты, тут бы мне и конец пришёл. Панцирь спас от пробитой печени. Я всего лишь ощутил сильный толчок.

— Да когда же ты угомонишься! — вырвалось у меня. Через мгновение моя пятка влетела парню в низ живота, заставив его сложиться.

Только сейчас в драку включился третий спутник воздыхателя Ра́ни. В его руке уже была короткая дубинка из кожи с петлёй для кисти. Точнее, кожаный чехол с насыпанным внутрь песком, камешками или даже металлической дробью. Мне пришлось принять на левое предплечье её удар, так как увернуться не было никакой возможности. В этот раз тело слегка прострелило болью, но совсем несущественно. Будто сильный щелбан достался по руке.

— На!

Мой пинок угодил ему в колено и буквально выгнул ногу назад, превратив ногу человека в этом месте в лапу кузнечика. Глаза обладателя дубинки полезли из орбит, а рот широко распахнулся в беззвучном крике. После чего он повалился на пол, потеряв сознание от болевого шока. На пару секунд я замер столбом, сам будучи шокированным от того, что сотворил. Да, я бил со всей силы поддавшись инстинкту грязной драки. Но вот так сломать ногу, как показывают в голливудских боевиках?

Моей заминкой в очередной раз воспользовался Прамод. Вот же чёрт неугомонный! Опять с ножом — и снова новым, похожим на классическую финку — он налетел на меня сзади и пока я не очухался успел трижды ударить меня под лопатку и в область поясницы.

Тут на меня накатила какая-то душная волна ярости. Первый удар был локтем назад по чужим рёбрам.

— Хкхке! — поперхнулся противник и замер скрюченным в позе «зю».

Повернувшись, я схватил его за руку с ножом и согнул кисть в обратную сторону, пока не услышал хруст. На этом не остановился. Толкнул его на пол, наступил левой на его левую икру, а правой наотмашь ударил по щиколотке, выгибая стопу вбок. Противник дико заорал. Но сознание потерял только после того, как я сломал ему вторую ногу таким же способом.

— Есть всё-таки польза от зомбоящика. Не посмотри я «мизери», пришлось бы наказывать урода как-то по-другому, — сквозь зубы процедил я. И только после этого огляделся.

Вокруг стояла толпа и недобро смотрела на меня.

Глава 12

ГЛАВА 12

— Недели не прожил в городе, а уже троих искалечил, — недобро произнёс глава стражи.

— Сами нарвались, господин, — спокойно ответил я.

Из таверны я не успел уйти до появления стражников. Те неведомым способом оказались внутри спустя буквально несколько минут, как я закончил ломать ноги Прамоду. Да ещё окружающая толпа не дала сбежать. В драку не полезли, но перегородили выход. Пока ждал их реакции и готовился к массовому побоищу тут и стража подоспела.

— Ты сделал калекой молодого парня и практика смертного ранга, жителя моего города и сына достойного человека.

— Этот ублюдок несколько раз ударил меня ножом. Я давал ему шанс просто уйти, но вместо этого он напал на меня с оружием, — тут я повысил голос. — Какой-то смерд ничтожного ранга оскорбил меня и решил убить! Да пусть он и его семья радуются, что я оставил ему жизнь.

Право сильного в этом мире цвело и пахло. И практик земного ранга априори важнее, чем достигший смертного уровня. И не будь я чужаком в городе, то происшествие уже было бы замято. Но в моём случае сыграло чувство землячества. Плюс земной ранг был у многих в городе. У моего собеседника тоже. С некоторых пор я стал ощущать струящуюся от окружающих силу и определять её. Но работало это только с очень близкого расстояния.

— Ты калечил его уже беспомощного.

— И что? — приподнял я одну бровь.

Право сильного на то и право. Победил, значит, делай всё, что хочешь со своим врагом.

— Заплатишь штраф и уйдёшь из города, — заявил он.

Я чуть было не согласился, порадовавшись, что так легко отделался. Но откуда-то из глубины сознания выплыло резкое недовольство.

— За что?

— За преступление. Ты первым начал драку, когда мастер Прамод заговорил со своей женщиной.

— Господин, а ты уверен, что тебе это точно надо? Подумай сам, какие слухи пойдут про ваш город, когда моя история разойдётся по округе. Вас назовут преступным городом. Местом, где нападают с оружием на гостей, бьют ножом в спину за столом, тащат силком молодых девушек из дома, — я принялся перечислять будущее города, где служил мой собеседник. И в конце добавил. — А кто-то может специально сюда приехать и устроить чистку. Кровавую чистку среди преступников. Ты же знаешь о людях, которые посвятили себя борьбе с нарушителями законов? Уверен, что их обязательно заинтересует ваш город, получивший подобную славу. И вот тогда ты сто раз проклянёшь этот день, когда решил нарушить справедливость.

— Я уже проклинаю тот день, когда ты прошёл через городские ворота, — процедил мужчина.

— Я у вас первый, кто решил дать отпор мрази? Никогда быдло не совершало преступления?

— Проваливай.

Я молча дошёл до двери, открыл её, перешагнул порог и после этого повернул голову в сторону главного стражника:

— Я запомню это.

И ушёл. Только на улице смог выдохнуть и немного расслабиться. До этого держал спину выпрямленной и морду кирпичом как хозяин положения. На самом деле блефовал так, как и не снилось Тому Двану.

Стоило мне оказаться дома, как раздался радостный крик Рани:

— Я же говорила, что его отпустят! Сан ни в чём не виноват, это всё те уроды!

— Как всё прошло? — Мей с беспокойством посмотрела мне в глаза. — Всё хорошо? Что тебе сказал Господин Нурш?

— Сначала хотел выгнать из города и содрать штраф. Потом передумал, — сказал и следом спросил. — А у вас всегда так с гостями?

— Глава городской стражи троюродный брат матери Прамода. Потому этот говнюк такой наглый, — просветила меня Мей.

— А-а, вот оно что, — всё понял я. — Как думаешь, мстить станет? Или как-то ещё гадить?

— Не знаю. Не должен, так думаю, — не очень уверенно произнесла лучница. — Прамод же жив. Переломы ему быстро вылечат.

— Ещё бы не вылечить с такими-то деньгами у его семьи! — фыркнула Рани. — Надеюсь, что мозги заодно вправят. Объяснят, что не стоит лезть против практика земного ранга.

Никаких последствий драка не повлекла. Ни для меня, ни для сестёр. По крайней мере, следующие несколько дней прошли тихо, как и до той чёртовой сцены в таверне. А потом мы с Мей вновь отправились в рейд. Сейчас был самый сезон для сбора особо редких и ценных растений. Упустить его — это потерять половину годового заработка. За Ра́ни пообещали присмотреть какие-то хорошие знакомые и дальние родичи сестёр. В их надёжности травница была уверена. Мало того, подкрепила всё подарками. Вроде и свои, но с подобной завуалированной наградой отношение значительно укрепится.

Ботша всё ещё приходил в себя после ран, оставленных небесным зверем в ущелье, поэтому нам пришлось взять в аренду мулов. Коротконогие, но очень крепко сбитые. Эдакие низкорослые, но очень широкие качки. Спокойные, послушные, без проблем принимающие разных хозяев, отлично чувствующие себя в джунглях и реагирующие на опасность не хуже собак. При этом совсем не дорогие. Даже если мы их потеряем, то выплата не опустошит наш кошелёк.

— Пойдём в старый город, — огорошила меня Мей, когда мы провели в пути почти сутки.

— Что? Мы так не договаривались, — возмутился я.

— Да там не опасно. Он рядом с равниной и там уже не один раз наши бывали. И я в том числе. Просто он очень далеко от дома, — принялась увещевать меня травница. — А на равнине сейчас пора цветения особого мака. Горсть его коробочек идёт по цене серебряной монеты. Мы, может, даже в город не станем заглядывать, если мака наберём большой запас.

— Что за город? Какие там монстры?

— Вообще никаких, — заверила меня спутница. — Могут быть обезьяны, тигры или леопарды, волки. Но это обычные звери, с которыми даже я легко справлюсь. А к тебе они даже не приблизятся, — под конец она польстила мне.

— Ну, Мей, — покачал я головой. — О таких планах предупреждать нужно сразу. В следующий раз я просто развернусь назад, приеду к Рани и буду с ней тебя ждать.

— Клянусь, что больше такого не повторится.

До неизвестного города пришлось ехать почти четыре дня. Когда до него оставалось километров двадцать время шло к вечеру, и мы решили, что благоразумно заночевать в безопасном месте, а в город попасть ближе к полудню. Без Бошты нам пришлось поделить ночь на дежурства, но на наше счастье никто не рискнул наведаться к нам на огонёк. Правда, скорее всего, причина была не в безлюдности местности, а в дожде. Стихия разбушевалась около трёх часов ночи. Я едва только передал дежурство напарнице, завернулся в меховой плащ и устроился на нагретой девушкой лежанке, как сверху полило, будто из ведра. Спас косой (одновременно и стена, и крыша) навес от воды с неба, и толстый слой веток с травой от влаги с земли.

Несмотря на то, что поспать удалось от силы часа три, самочувствие утром было прекрасное. Есть всё же плюс от этих рангов культивации. Они не просто дают возможности швыряться огнём и водой, но и капитально улучшают тело.

Спустя час после начала движения холмы и джунгли резко пропали. Перед моими глазами появилось море травы. Редкие крупные деревья торчали в нём как вышки сотовой связи в моём мире.

— Трава растёт быстрее деревьев. Огромные кочующие стада съедают растительность почти до земли. В том числе и молодые деревья. А то, что остаётся втаптывается в землю, — пояснила мне Мей, когда я поинтересовался, почему джунгли не захватили равнину. Мало того, даже не видно молодой поросли на опушке. — Ещё случаются пожары. Поэтому деревья почти невозможно тут встретить.

— А эти? — я кивнул на двух великанов, торчащих на гладкой травяной поверхности.

— А этим повезло. Успели войти в силу до крупного пожара и их миновали копыта стад. Теперь их погубить может только острый топор или очень крупный монстр не ниже земного ранга.

Город притулился всего в нескольких километрах от границы с джунглями. Будто отдавая дань солидарности равнине, на которой расположился, он оказался слабозаросшим. Крупных деревьев на его территории почти не было. Только кусты, цеплявшиеся за карнизы, остатки крыш и стены, да вездесущие лианы с пучками жёсткой травы.

— Сначала поищем мак, — скомандовала травница. — Если не найдём его в ближайших окрестностях, то зайдём в город и полазаем по развалинам.

— А если найдём?

— То всё все равно пойдём в город, — улыбнулась она мне. — Только ближе к сумеркам, чтобы найти хорошее место для ночёвки. Я здесь была давно, многое забыла. Да и измениться что-то за это время могло.

Крупную поляну мака мы нашли только после полудня. Для этого пришлось намотать пару десятков километров вокруг старого города. Технически первым обнаружил искомое я. Но в моём понимании мак — это мак. Я машинально высматривал красные или бледно-розовые характерные бутоны с очень крупными лепестками. Здесь же мало того, что бутончики были мелкие, размером с куриное яйцо. Так ещё имели цвет ближе к лавандовому, а лепестки скручивались так, что походили на бутоны пиона. Поэтому я мазнул взглядом по цветам и отвёл его в сторону.

— Есть! — раздался голос Мей. — Вот они. Смотри, Сан!

Мака было много. Один стебель рос в среднем на квадратном метре. Всего же поляна растянулась соток на двадцать или даже двадцать пять. Девушка показала, как правильно срезать бутоны с коробочками и отдельно стебли, из которых сочился густой белый сок. Стебли сгибались пополам без перелома и укладывались в специальные вытянутые длинные сосуды из керамики срезами вниз, чтобы сок стекал на дно. Бутоны срезались целиком и убирались в коробочки из плетённой лозы. Ну, или местного тонкого ротанга. По сути это были обычные туески. Переработкой займёмся позже.

Работа оказалась простой и до смертной скуки монотонной. Я даже ловил себя на мысли, что напрочь позабыл о том, что нахожусь в ином мире, который пережил глобальную катастрофу, полностью изменившую его. Мало того, торчу в землях, где можно в любую минуту лишиться головы. Зато Мей пребывала в крайне приподнятом настроении. Носилась аки пчёлка от цветка к цветку, не забывая крутить головой по сторонам.

— Сан, ты мне приносишь удачу! — крикнула она мне, убирая в рюкзак очередной туесок полный бутонов. — Уже третий раз.

— Тихо ты, крикунья, — шикнул я на неё. — Здесь же звуки разносятся далеко. И какие три раза?

— Первый — это когда ты прикончил морозную и пламенную обезьяну. Я же потом ходила в ратушу и сообщила, что эта угроза устранена. Во второй раз спас мне жизнь в ущелье и прибил небесного зверя земного ранга. А сейчас третий раз. Я никогда столько лазурного мака не видела. Тут на несколько золотых монет.

— Не дели шкуру неубитого медведя, — буркнул я себе под нос.

Мы полностью обчистили поляну, забив добычей всю взятую травницей посуду. Часть бутонов пришлось складывать в обычные матерчатые мешочки.

Дальше искать мак не стали пусть время ещё и было. Решили повернуть в сторону города и пользуясь оставшимися дневными часами побродить по нему в поисках незамеченных другими ценностей и места под ночлег.

Мулов взяли с собой. Это не крокад, который сможет постоять за себя и попутно закусить глупым хищником, не рассчитавшим свои силы. Наши новые животные могут только сбежать, спасая свою жизнь.

Снаружи город выглядел куда приличнее. Но стоило оказаться внутри, как взгляд то и дело падал на руины, оставшиеся от древних построек. Уцелели только каменные постройки. Всё, что было возведено из дерева давно сгнило или было сточено насекомыми, после чего остатки рухнули под собственной тяжестью. Предыдущий город, где на меня охотились одержимые, на фоне окружающей картины выглядел кварталом-новостройкой.

Крупных животных мы так и не увидели. Зато мелких птиц, насекомых и всяческих гадов здесь хватало. Один раз я чуть не был укушен змеёй, спасла молниеносная реакция. Я успел перехватить тонкий зелёный шнурок сантиметрах в двадцати от лица, куда выстрелила гадина с лианы, мимо которой я проходил. Тельце длиной сантиметров сорок и толщиной меньше моего мизинца заканчивалось крупной треугольной головой с длинными и тонкими, как портняжные иглы кривыми клыками. Я схватил её указательным и большим пальцами точно за выступающими ядовитыми пазухами и сдавил. Змея распахнула пасть практически на сто восемьдесят градусов, обвилась вокруг моего кулака. А затем после отчётливого хруста в шее обмякла.

— Ух ты, зелёный дродд, — обрадовалась Мей. — Не выбрасывай. Давай сюда. За эту змейку алхимики дают отличную цену.

— Она ядовитая?

— Очень! — радостно сообщила девушка, принимая у меня трофей. — Эх, жаль, что ты её убил. Как бы не стухла, пока будем добираться до дома. Придётся вечером сцедить яд и снять шкурку.

Больше подобных эксцессов не случилось. Я заблаговременно примечал гадин и не жалел для них воды и Ци. Затратно и неэффективно, но уж очень меня напугала их товарка. Да и не люблю я подобную гадость с детства. Мей же с радостью подбирала мою добычу.

— Даже если мы в городе ничего не отыщем, то уже заработали кругленькую сумму, Сан, — подсчитывала барыши напарница, убирая очередную «головную» половинку змеи себе в рюкзак.

— Тогда, может, поворачиваем? До темноты успеем вернуться на старую стоянку, где прошлую ночь провели, — предложил я ей.

— Ну уж нет. Раз мы тут, то нужно довести дело до конца, — отрицательно замотала она головой. — Или ты хочешь сюда ещё раз прийти?

— Ну уж нет, — теперь уже я затряс головой. — Я ещё не видел такого места, где столько всяческих гадин, которые так и норовят тебя ужалить. Больше сюда не хочу возвращаться.

Мы с ней посетили не меньше дюжины уцелевших зданий, но внутри нас не ждало ничего ценного. Всё, что могло сгнить и попасть в жвала насекомым сгнило и попало. Уцелело только стекло и керамика. Вот только всё стеклянное было разбито в пух и прах. А керамика по большей части представляла из тебя непритязательные миски, тарелки и горшки из обожжённой глины. К началу сумерек у нас в рюкзаках лежало зеркало в ладонь размером в бронзовой оправе, несколько глазурованных пиал и тарелок, два оловянных кубка и один большой рог, отделанный почерневшей проволокой из серебра.

— Ищем место под ночлег. Завтра с утра продолжим поиски, а после обеда отправимся домой, — наконец, приняла решение девушка.

Место нашлось быстро. Давным-давно это было большим трактиром со стойлом для животных. Уцелел каменный забор, столбики с остатками металлических колец, к которым привязывали поводья, и каменные поилки-корытца. Последние сейчас походили на прямоугольные вазоны для цветов, полные мусора, в котором вольготно себя чувствовала жёсткая прямая трава, похожая на земной резак. Сам трактир тоже сохранился. Местами обрушилась крыша, но уголков для нормального постоя на пару человек вполне хватало.

Я с помощью своих техник выгнал с территории коновязи всю гадость. По большей части пользовался Брызгами. Они прекрасно смывали мусор и отбрасывали далеко всю мелкую живность. Потом туда завели мулов и расседлали их. Все вещи аккуратно развесили на каменных выступах на стене, будто специально созданных для этого. Или без будто. Мастера когда-то сэкономили на металле, что пошло сейчас в плюс. Железо, медь или даже бронза к этому моменту либо сгнили бы, либо были бы утащены людьми до нас.

Ночью опять полил дождь. Да так, что стало затапливать трактир через проломы в крыше. Каменный пол не пропускал воду, а та не особо торопилась уходить через двери, так как ей мешал высокий порог.

Чертыхаясь и поминая демонов, мы принялись перетаскивать свои пожитки подальше от подступающей воды. И вдруг пол под нашими ногами закачался! В первое мгновение я подумал про землетрясение. Но секунду спустя раздался глухой треск и опора под ногами пропала.

Я провалился в бездну.

Глава 13

ГЛАВА 13

Глаза запорошило мусором. Не единожды по мне прилетело чем-то тяжёлым. Если бы не активированный духовный доспех, то точно себе что-нибудь сломал бы. Сквозь шум и забитые грязью уши пару раз услышал крик Мей, но помочь ей сейчас ничем не мог.

Всё закончилось спустя минуту. Со всех сторон меня сдавливала толща земли и камней. И окружала полная темнота. Ситуация хуже некуда. Да что там говорить, если я пребывал в таком шоке, что не сразу понял где низ, а где верх.

— Мей? Мей? — крикнул я и закашлялся, подавившись грязью. Начал ворочаться, пытаясь освободиться. Но вышло только хуже. Едва замерший в неустойчивом положении завал вновь зашевелился и принялся сползать вниз.

«Да куда уже ниже-то⁈». — мысленно завопил я, чувствуя, как меня утягивает будто в узкое горло песочных часов. Стало трудно дышать. А затем и вовсе в нос и рот полезла сырая земля.

Я бешено задёргался. И этим только ускорил движение завала. Тот вздрогнул и рухнул куда-то в пропасть. При падении мне на грудь приземлился булыжник размером с мою голову. Не будь на мне защиты, камень переломал бы рёбра и расплющил внутренности. А так всего лишь отбило дыхание.

— Ы… ых… ы-ы, — глухо замычал я, пытаясь вдохнуть и елозя на каменно-земляной кучи, как червяк, которого вытянули из его норки.

— Сан? Ты жив? Что с тобой? — послушался крик девушки.

— Ы… — только и смог промычать я, чувствуя, как от удушья уходит сознание. Дыхание вернулось также резко, как будто меня ударили изнутри и распрямили грудную клетку.

Кое-как встал на ноги и стал оглядываться по сторонам, ища напарницу.

— Мей? — крикнул я.

— Я тут! Посмотри вверх!

Задрав голову, я увидел над собой примерно в пяти метрах девичью фигурку. Она болталась в широкой трубе колодца, держась за верёвку. До неё было метров шесть. И ещё четыре-пять до чуть светлого пятна, в котором мелькали отблески грозы.

— Ты как? — крикнул я.

— Целая. А ты? Ой!..

Она задёргалась, пытаясь упереться ногами в стены, изогнуться и посмотреть вниз, но что-то пошло не так. Часть стенки колодца, к которой была прикреплена верёвка, отвалилась и Мей рухнула вниз. Я бросился к ней, поймал, не смог удержаться на ногах и уже вместе с ней рухнул обратно на обвал.

— Ты как? — в который раз спросил я свою напарницу.

— Живая и почти целая, — простонала она и медленно поднялась на ноги. — Ты сам-то как?

— Мне-то что сделается? — пожал я плечами. — Использовал духовный доспех. Давай думать, как выбираться отсюда.

А вот с этим всё оказалось не просто. До края стихийно возникшего колодца было не меньше десяти метров. При попытке (только местные боги знают, сколько раз мы метали крюк вверх, пока тот не зацепился за что-то наверху) забросить туда верёвку с «кошкой» из моих запасов, а затем подтянуться случился ещё один обвал, который нас едва не погрёб под собой. Кажется, в дыру сползла вся таверна, в которой мы решили переночевать. На свою, блин, голову. Проход наверх запечатало напрочь.

Место куда нас занесло, оказалось огромным туннелем, выложенным из ровных каменных блоков с арочным потолком. Шириной около четырёх метров и примерно три в высоту в наивысшей точке. На стенах было много креплений для факелов. А ещё странные глубокие и узкие стаканы, которые я принял сначала за ёмкости под горючее масло. Но Мей меня поправила

— Это не для масла. Сюда вставляют особые камни, которые светятся и очищают воздух. очень дорогие, жалко, что тут их нет, — сообщила она. — Но хорошо, что у тебя есть пространственный амулет и мы не остались с пустыми руками в подземелье.

«То есть, с голым задом», — мысленно дополнил я её речь.

В моём кольце присутствовали факелы и несколько небольших масляных ламп со свечами. Этот запас спас нашу парочку от блуждания в кромешном мраке.

— Интересно, что это за место? — задумчиво произнесла Мей, крутя факелом в разные стороны, чтобы рассмотреть всё вокруг.

— Метро-два, — буркнул я.

— Что? — она повернулась ко мне. — Я не расслышала, Сан.

— Канализация, — более громко озвучил я новую версию.

Та помолчала пару секунд и с сомнением сказала:

— Не похоже. На подземные стоки никто не стал бы тратить ценные светокамни. А ещё здесь чисто. Пол больше похож на дорогу, а не канал, по которому грязная вода стекает.

— Значит, это тайные подземные проходы, которыми пользовались важные сановники, правитель города, или какие-нибудь секретные отряды стражников чтобы быстро и незаметно оказаться в любой точке города.

— А вот это уже больше похоже на правду, — покивала она и внезапно озарилась улыбкой. — А это, значит, что?

— Боюсь предположить, — вздохнул я, уже зная, что скажет эта искательница древних сокровищ.

— Мы можем найти здесь что-то ценное. Например, казну древнего правителя, который её спрятал, когда убегал из города, — заявила девушка.

— Казну вывозят в первую очередь во время бегства, а не прячут, — хмыкнул я. — На что-то же нужно жить на новом месте.

— А если казна большая? А если там статуи из золота? Кровать золотая? А если мощи родичей в золотом саркофаге?

— И ты заберешь золотой гроб, осквернишь место упокоения⁈

— Заберу и оскверню. Мёртвым всё равно. Конечно, если их не охраняет какой-нибудь привязанный к могиле дух или страж, — спокойно ответила она мне. — Покойникам богатство не нужно. Зато такая куча золота позволит мне и сестре уехать из этой дыры и купить дом где-нибудь ближе к столице. Там мы быстро поднимемся до нового ранга и сможем заняться своим делом.

— Ясно.

— Ты против? Брезгуешь или страшно? — принялась допытываться напарница.

— Не знаю. Я ещё с таким не сталкивался ни разу… Хотя, — тут я вспомнил свои чувства, когда забрёл в дом, где на кроватях под истлевшими одеялами лежали скелеты хозяев жилища. — Мне было бы неприятно таким заниматься. С другой стороны, в чём-то ты права. Если в могиле окажутся большие ценности, то пусть они лучше послужат живым, чем будут и дальше гнить рядом со старыми костями.

Сказал и вдруг где-то в глубине души понял, что там кое-что изменилось. Если бы сейчас вошёл вновь в тот дом, то уже по-другому посмотрел бы на имущество мертвецов. В конце концов, ту нефритовую пластину с изображением я тоже взял в доме с покойниками, и она сослужила мне прекрасную службу. Уже дважды мне спасала жизнь защитная техника, взятая в обмен на неё.

— Тогда пусть это будет золотая кровать или золотые статуи, — слегка улыбнулась Мей.

— Мне и серебро сгодится.

— Ну уж нет! — звонко рассмеялась лучница. — Мечтать, значит мечтать!

На этом наша беседа закончилась. Дальше мы шли молча и осторожно, всматриваясь в каждую тень. Моя теория тайных улиц под городом получила подтверждение, когда стали появляться боковые ответвления. Они были уже и ниже главного туннеля, по которому шли я и Мей. Проход в них перекрывали массивные металлические решётки. За долгие годы металл покрылся толстой шубой коррозии, которая намертво сцепилась с камнем стен и пола, и при этом ничуть не потеряла в прочности. На попытку вынести её с пары пинков преграда плевала с высокой колокольни. Даже не шелохнулась. А вот удар Водяной плетью подействовал отлично. Почти перерубил один из прутков. Но их у решетки было столько, что мне стало лень тратить кучу времени. И Ци тоже жалко.

Мы шли с четверть часа по главному туннелю, когда нарвались. Так как я шёл первым, то первым и получил. Успел краем глаза заметить, как сбоку из стены ко мне метнулась тень, быстро превратившаяся во внушительную человеческую фигуру. Только и успел закрыться руками, прикрывая голову, как получил сокрушительный удар и отлетел к противоположной стене. Вновь от смерти меня спасла духовная защита. Вскрикнула Мей и бросилась назад, в обратном направлении. Напавший на меня дёрнулся было за ней, но остановился и опять развернулся ко мне, дав шанс рассмотреть себя.

Напал на меня банальный рыцарь. Сплошные латы, покрытые искусной золотой и серебряной чеканкой и травленными чёрными узорами. Глухой остроконечный шлем со сплошным забралом, изображающим строгое человеческое лицо. Он сливался с горжетом и панцирем, словно являлся одним целым с ними. И при этом голова отлично двигалась. Странным показалось отсутствие отверстий на забрале для дыхания и наблюдения.

С осмотром неизвестного и удивлением пришлось завязывать, когда тот поднял правую ногу, намереваясь обрушить ту на мою голову. Перевернувшись несколько раз. я увернулся от удара, хоть и обзавёлся пинком промеж лопаток.

Бдзын!

С глухим металлическим звоном в шлем ударила стрела. И, оставив неглубокую царапину, упала под ноги рыцарю. Через секунду на неё наступил латный сапог, превратив в несколько щепок.

Бдзын! Бдзын!

Одна стрела угодила точно в выпуклый чеканный глаз забрала. Вторая скользнула по руке. Обе не причинили врагу никакого вреда. Лишь оставили по тоненькой отметине в виде светлых царапин на металле.

Мей не бросила меня. Отступила в темноту, натянула лук, с которым не расстаётся даже во сне, и ударила рыцарю в спину. Плохо, что всё бессмысленно. Её стрелы совершенно не берут броню чёртового незнакомца.

Водяная плеть, на которую я рассчитывал, тоже спасовала. Просто пометила чужой доспех чуть заметнее, чем стрелы. И заставила едва заметно покачнуться противника.

— Чёрт, — чертыхнулся я, осознавая в какую задницу мы с Мей угодили.

Второй удар я направил в колено, в сгиб, ловя момент, пока рыцарь повернулся лицом к лучнице. Вышло куда лучше, чем все предыдущие атаки. Нога у него резко подогнулась, отчего враг едва не упал.

Бдзын!

Мей уже поняла, что её стрельба не приносит никакого результата, но продолжала отнимать у противника часть внимания. Скорее всего, увидев, как сильно пошатнулся он после моей атаки, посчитала, что я с ним покончу так же быстро, как и с небесным зверем в ущелье. Эх, если бы всё так было просто.

Все остальные удары я направлял по суставам и в щели доспеха. Но всё, что получалось — это заставить противника дёргаться и замирать на месте на секунду-две. Самый заметный результат, как ни смешно это выглядит, заключался в мытье панциря. Вода смывала с металла застарелую пыль и грязь, въевшиеся в завитки узоров. Всё время я отступал назад, мысленно молясь, чтобы дальше не оказалось новых врагов. Если меня зажмут, то моя песенка будет спета.

— Мать! — вырвалось у меня, когда рыцарь неожиданно рванул ко мне в стремительном рывке. Я машинально выставил перед собой скрещённые руки, прикрывая голову от кулака в стальной перчатке с мелкими ромбиками-шипами на костяшках.

Секунда, другая, третья… Чужая перчатка продолжала висеть в воздухе в считанных сантиметрах от моего блока. Рыцарь застыл в эффектной и красивой боксёрской позе, с немного согнутой ударной рукой, которой не хватило сантиметров двадцати, чтобы прилететь мне в голову.

«Может, у меня проявился новый дар по управлению временем? — пришла в голову мысль. — Типа на границе между жизнью и смертью, выложившийся на сто и один процент организм прорвал барьер и вышел на новый уровень».

— Сан, ты его прикончил! — раздался радостный голос лучницы.

— А нет, не вышел, — пробурчал я себе под нос. Версия с ускорением времени пошла в утиль. Ну, или Мей тоже овладела этой техникой. Вон вышла из темноты в освещаемый пяток факелами, которые мы бросили в момент нападения.

— Вряд ли, — сказал я, заходя за спину врагу и сделав несколько шагов назад. — С ним что-то не то. Он сам остановился и замер в этой позе.

Мей осторожно подошла ко мне и принялась сверлить взглядом массивную фигуру противника. Спустя полминуты внезапно воскликнула, заставив меня вздрогнуть.

— Я знаю кто это! Это древний голем охранник!

— Голем? — переспросил я. — Хм, ясно, это многое объясняет. И почему он такой грязный, и почему так выглядит. И почему застыл. Наверное, энергия закончилась.

— Так и есть. Это надо же столько времени тут простоять без ремонта, — поддакнула напарница. Она обошла голема, цокнула языком и попыталась сдвинуть его с места. Но тот стоял крепко, будто вросший в каменные плитки пола. — Вот бы его перетащить в город. За него золота дадут, как за золотой гроб. Сейчас такие штуки почти не делают. Только в столице есть мастера, которым по силам повторить творения древних артефакторов.

— А он не оживёт?

— Не знаю, — задумчиво сказала Мей, взглянула в лицо голему и отступила на шаг. — Энергетический кристалл должен быть самовосполняющим энергию. Но уже старый, наверное, весь потрескался, потому голем и отключился в бою. Исчерпал всю энергию, — она умолкла на несколько секунд и вновь продолжила. — Знаешь, пускай пока тут постоит. Как-нибудь мы за ним вернёмся, когда будем готовы. Сейчас его даже не вскроем, чтобы забрать питающий и управляющий камни.

— Так и сделаем. А пока давай отсюда поскорее уйдём. А то мне не по себе от мысли, что он в любой момент может прийти в себя и вновь напасть, — произнёс я.

— Пошли, да, — кивнула она.

Мы быстро подобрали факелы и уцелевшие стрелы. При виде погнутых наконечников девушка печально вздохнула.

Глава 14

ГЛАВА 14

Туннель по внутренним ощущениям протянулся на полтора километра. Может, чуть-чуть больше. Примерно каждые сто метров в его стенах то слева, то справа зияли боковые проходы. Но все они были закрыты решётками. Ржавыми до невозможности, но всё ещё сохранившими свою прочность. Ржавчина лишь дополнительно скрепила их с камнем стен.

Новых встреч с големами не было, чему мы с Мей были очень рады. Ведь неизвестно насколько будет работоспособен новый охранный истукан. Ведь предыдущему не хватило чуть-чуть энергии, чтобы размозжить мне голову.

В пути я ещё раз разобрал свой бой с големом и назвал себя круглым дураком. Балдой, как сказал бы книжный Волька. Ведь у меня теперь есть новая боевая техника — Бездонная лужа. Голем из-за критической нехватки энергии двигался словно паралитик. Мне не составило бы большого труда подловить момент и создать ловушку под ним. Такая техника, по факту, обычная волчья яма, только заполненная водой, а не кольями. Сейчас она действует полминуты, плюс-минус. Овальная или круглая лужа диаметром шестьдесят-семьдесят сантиметров и около метра глубиной. После того как она развеивается, жертву выталкивает дном на поверхность, на которой была активирована ловушка. Жаль, что не стягивает грунтом. Дно работает как магнит, затягивая цель вниз. Если она мелкая, ниже метра или упала неудачно вниз головой, то за полминуты рискует если не утонуть, то нахлебаться воды и превратиться в безобидную мишень.

Кстати, все мои техники можно заметно усилить. Для этого существуют специальные техники, но в нашем городе они не продаются из-за редкости и дороговизны.

Когда туннель пошёл на подъём и стал быстро сужаться, мы поняли, что приближаемся к концу пути. Спустя пару минут перед нами появилась лестница. В её верхней части дорогу перегородила решётка. Здесь уже пришлось не жалеть ци и как следует поработать водяной плетью.

Пройдя через раскуроченную решетку, мы с девушкой оказались в тесном предбаннике, выход из которого перекрывала каменная дверь.

— Я уже видела такой механизм, — заявила Мей после осмотра преграды и неудачных попыток проломить её струёй воды. — Где-то должен быть знак, в который нужно слить немного Ци. Тогда дверь откроется.

— Как он выглядит?

Напарница неуверенно пожала плечами:

— Я не знаю. Везде он свой.

Потратили целый час, пока не нашли камень с начертанным простым знаком, больше похожим не на местные иероглифы, а руническое письмо. Ци понадобилось ровно тысяча. Часть влила Мей, остальное я. Ради этого пришлось подождать, пока восполнится резерв. Крупно повезло, что механизм замка просто требовал насыщения определённым объёмом энергии, а не разовую передачу. В противном случае мы бы никогда не открыли дверь.

С громким хрустом и гулом каменная плита стала уползать влево. С потолка на наши головы посыпалась грязь. А из открывшегося проёма внутрь свалился небольшой пласт земли. Пройдя сантиметров пятьдесят дверь остановилась, хотя оставалось ещё около метра. Что-то несколько раз в стене рядом с ней проскрежетало, затем громко треснуло, как расколовшийся камень, и всё стихло.

— Ничего, мы тут пролезем, — успокаивающе произнесла напарница. — Только покопать придётся.

Рыли моей лопаткой и топором. От использования воды я отказался, иначе потом не отмоемся. Тем более, грунт шёл мягкий, толстых корней не было, а имеющиеся легко рубились.

На свежий воздух мы вышли у подножия небольшого холма, поросшего густыми зарослями бамбука. От него до джунглей тянулся глубокий овраг с бегущим по каменистому дну широким ручьём. Склоны поросли ползучим кустарником и вездесущими тонкими лианами. По краям тянулись вверх деревья. Руины города расположились совсем рядом. До остатков стен было рукой подать. Метров триста.

— Бр-р, — передёрнула плечами Мей под струями дождя, который и не думал утихать. Впрочем, мы и пробыли под землёй совсем недолго, чтобы непогода успела утихомириться. — Может, переждём ночь в туннеле, а? С рассветом пойдём обратно.

— Мулов жалко. Кто знает, кто может вылезти из своей норы в такой дождь? Мы тогда останемся и без транспорта, и без добычи.

— Тут ты прав. Идём.

На наше счастье — и мулов тоже — никто к нашим животным не заглянул на огонёк. Развешанные на каменных выступах и прикрытые остатками навеса мешки также не пострадали от воды. А вот от таверны осталось едва ли половина. Большая её часть вместе с частью стен и крыши сползла в провал. Сквозной дыры до туннеля больше не было, только воронка глубиной метра четыре-пять. Где-то там лежали некоторые наши вещи. Повезло, что только малая часть.

Остаток ночи мы провели рядом с мулами, притулившись под стеной загона и растянув над собой на жердях кусок брезента, который брали для упаковки кровавой добычи. Сон не шёл, поэтому или молчали, вслушиваясь в перестук дождя, или переговаривались друг с другом на отвлечённые темы. Главными темами Мей было предложение в ближайшее время вновь приехать сюда. Только подготовленными как следует и обязательно на Ботше. Крокаду вполне по силам утащить полутонного голема. Правда, нам самим придётся идти пешком. Но это мелочи в сравнении с той наградой, которую получили бы за находку.

Дождь прекратился за час до рассвета. Вскоре быстро взошло солнце и принялось своими лучами высушивать землю. Ночная прохлада, скорее даже холод быстро превратился в духоту. Стало влажно и душно как в сауне. Покормив мулов, наша парочка отправилась дальше осматривать город, как и запланировали вчера. Ночное происшествие и отсутствие нормального отдыха никак не сказались на планах.

В центре домов сохранилось намного больше. Мей уже предвкушала новые находки, которые будут ценнее, чем вчерашние, когда до наших ушей донёсся подозрительный шум.

А потом увидели тварей.

Худые, ниже среднего роста с несоразмерно длинными руками согнутые фигуры отдалённо напоминали людей.

— Де́мозы, — прошептала Мей. — Проклятье.

К трём первым присоединились ещё двое.

— Сан, нужно уходить. Они нас уже заметили и теперь не оставят в покое, — тихо сказала девушка, судорожно схватившись за чехол с луком. — Нам повезёт, если это только разведчики и основной стаи рядом нет.

— Понял. Уходим.

Просто так оставлять в покое они нас не пожелали. Увидев, что мы уходим, твари завизжали и бросились вперёд.

Мей выругалась и выхватила своё оружие, схватила стрелу, наложила на тетиву и рывком её натянула.

Щёлк!

С громким хлопком тетива ударила по кожаному наручу. Один из демозов споткнулся и рухнул под ноги сородичам. Те ловко перескочили через агонизирующее тело, почти не сбавив прыть. Из-за дома, рядом с которыми мы увидели первую троицу демозов, появилась новая группа. Пять или шесть штук.

— Бежим, всех не перестрелять! — крикнул я, одновременно накидывая на себя духовный доспех и извлекая из кольца топор. Тот, что имел длинное топорище и небольшую боевую часть. Но голым худым врагам хватит и этого.

В крови забушевал адреналин. Сердце ускорило свой ритм, зрение стало ещё чётче, а время словно слегка замедлило бег. Перед тем как развернуться и припустить за девушкой, я полоснул водяной плетью по двум врагам, вырвавшимся вперёд и почти добежавших до меня. Одно разрубило пополам, второму срубило левую лапу и частично рёбра. Использование боевой практики мигом отрезвило созданий. Они стали резко тормозить.

— Ага, не понравилось? — оскалился я и шагнул вперёд, наотмашь ударив водой по тесной кучке монстров. Две уродливых головы после такого полетели на грязную брусчатку, а третий демоз забулькал кровью в распаханном горле.

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +4!»…

Кровь вытекала из мёртвых дёргающихся тел вместе с Ци, которая сразу же впитывалась в меня.

Это была последняя капля, которая перевесила решимость у демозов. Оставшиеся развернулись и задали стрекача, прячась в домах.

Не успел я порадоваться победе, как услышал позади себя болезненный и какой-то отчаянный крик своей напарницы. Когда я со всех ног добрался до неё, то увидел, что её крутят трое мужчин, одетые как бомжи и пахнущие также, но вооружённые до зубов. Двое среднего роста. А вот третий выглядел великаном. Химозный бодибилдер, вышедший из качалки, где несколько лет рвал свой организм на станках и со штангой, потребляя неимоверное количество стероидов и анаболиков. Он стоял рядом, пока двое его товарищей пытались справиться с девушкой.

— Да что вы возитесь с какой-то сучкой? — прикрикнул он на них. — А ты, дрянь, успокаивайся, а то хуже будет. Если продолжишь дёргаться, то мы тебе руки с ногами переломаем или спину. Потом отдерем во все дыры и оставим на потеху де́мозам. А они страсть как любят развлекаться с самками. А потом их заживо есть.

Задержавшись с оценкой происходящего — подобные картины выбивали из колеи, не привык ещё правильно и быстро реагировать — я упустил четвёртого. Только получив мощнейший удар по голове и оказавшись на земле узнал о его присутствии.

— Инша, что там у тебя? — сквозь туман в голове услышал я голос здоровяка.

— Тут второй был. Видать её напарник.

— Всё? Больше никого?

— Всё, должно быть. Мулов тоже только два в стойле.

— Не убил? Жалко будет, — с чего-то вдруг проявил сочувствие здоровяк. И тут же расставил все точки следующей фразой. — Хозяевам молодой практик будет в радость. А мы за эту радость получим золота и рабынь молоденьких, ха-ха-ха.

— Живой должен быть. Бил в полсилы, — сказал невидимый мне враг. Следом послышались тихие шаги, приближающиеся ко мне. — Сейчас проверю.

Головокружение и состояние грогги уже прошло. Сейчас я просто лежал, изображая потерю сознания и вслушивался в происходящее.

«Рано… рано, чёрт… ну же, быстрее», — мысленно подгонял я врага, который неторопливо приближался ко мне, будто мои нервы испытывал на прочность.

Раздался визг Мей, треск ткани и довольный смех врагов, выкручивающих руки моей напарнице.

— А она ничего, Хураш, даже приятно, когда так сопротивляется, — весело сказал один из парочки, с которой боролась Мей. Судя по тому, что те никак не могут с ней справиться, но при этом она не в силах скинуть их с себя и понемногу выдыхается, они тоже практики. Ударивший меня тоже использовал технику. И вряд ли их главарь обычный человек. Коллектив не тот. То есть, против нас с лучницей сейчас четвёрка одарённых.

Меня схватили за одежду и перевернули с живота на бок.

«Пора!».

В полуметре от себя я увидел заросшее кудлатой бородой смуглое лицо противника. Левой рукой он держал меня, а в правой сжимал прямой кинжал зелёного цвета. Он ничего не успел сделать, когда я направил ему в лицо ладонь и использовал водяной кнут. На максимум. И понял, что ему конец. Зрачки у него резко расширились, а затем тонкая струя попала ему в переносицу и вышла из затылка, окрасившись в красный цвет.

«Сбор Ци +100!».

Не теряя времени, я подскочил с земли, выхватил из руки покойника клинок и ринулся на здоровяка. Когда до нас оставалось пара метров он, увлечённо и с удовольствием смотря на сопротивление Мей в разорванной одежде, что-то услышал и обернулся в мою сторону. Но было поздно. Я уже летел на него в прыжке, вытянув вперед трофейный кинжал и активировав бездонную лужу под ним. Он провалился почти по пояс в воду. А через мгновение на него сверху рухнул я. Кинжал, как в мягкое масло вошёл в чужую плоть точно в ямку промеж ключиц. Вогнав оружие по рукоять, я провернул и рванул на себя и вбок, расширяя рану.

— Мей, ложись!

Услышав меня и увидев мои действия, напарница замерла, перестав брыкаться и растянувшись на земле. А вот её противники наоборот попытались вскочить на ноги и закономерно попали под мою атаку. Вода снесла одному пальцы и рассекла горло. Второму плеть выбила один глаз, стесала нос, разворотила щёку и обе челюсти. Несмотря на страшную рану он будто не заметил её и попытался напасть на меня. Мей зацепила ему ноги стопой, уронив на землю. И сразу же после этого в том месте я создал бездонную лужу. Враг рухнул в неё с головой, замахал руками, ухватился за края в попытке вынырнуть. Этого сделать ему не дала девушка. Она подскочила к нему, навалилась сверху, выворачивая назад руки и надавив коленом между лопаток. В узкой и глубокой ямке мужчина застрял, как пробка в бутылке. А потом его вытолкнуло наружу, когда действие моей техники закончилось. Весь грязный, окровавленный, задыхающийся, кашляющий и с обезображенным лицом бандит не представлял никакой опасности. Мей забила его голыми руками и ногами, вымещая на нём свою злость и испытанный страх.

Ко мне, в который раз потекли ручейки Ци, наполняя мой резерв и сообщая об окончательной смерти бандитов.

«Сбор Ци +58!».

«Сбор Ци +45!».

«Сбор Ци +41!».

«Сбор Ци +29!»…

Вся четвёрка оказалась мертва. Драка с момента моего первого удара по обладателю кинжала заняла чуть больше минуты. Хотя мне в ходе неё показалось, что прошли все пять.

— Ты опять меня спас, Сан, — тяжело дыша, сказала девушка, сжимая измазанные в крови кулаки.

— Мы друг друга спасали. Это не считается, — пробормотал я, уставившись на неё.

Несмотря на ситуацию, мой взгляд сполз на её грудь и бёдра, которые прекрасно были видны. Напавшие в процессе борьбы превратили в клочья её одежду. А последующее избиение последнего врага заставило обрывки сползти, открыв всё, что можно и нельзя. Не выветрившийся адреналин, быстрая победа, приток Ци и отсутствие ран сказались на моём организме как-то неправильно. Вместо страха, отторжения, шока от убийств людей я ощутил прилив возбуждения. Меня стало тянуть к напарнице, будто только что я пришёл с ней из кафе, включил музыку и закружился в медляке.

Проследив за моим взглядом и увидев, что из себя представляет, она ойкнула, покраснела и машинально стала закрываться руками.

— Извини, — быстро сказал я и отвернулся.

Отдал ей свои запасные штаны с курткой и рубашкой. Пока она одевалась, я взялся осматривать трупы. Люди, как люди. Я таких в городе постоянно видел. От охотников или фермеров, только вернувшихся из-за стен после трудового дня, почти не отличались. Только оружия много.

Потом был спешный сбор трофеев. Личных вещей в виде сумок и заплечных мешков ни у кого из четвёрки не нашлось. Только клинки и два копья. В карманах в мешочках лежали медные и серебряные монеты. У главаря нашлись два небольших ксоана не очень высокого качества. Трофеи я убрал в своё кольцо. Только копья остались. Они оказались очень длинными и не влезли.

К месту своего ночлега подбирались очень осторожно, опасаясь нарваться на засаду, но всё обошлось. Никого из врагов там не было. Только их следы в виде отсутствующих мешков. Они их кинули к нашим вещам. Перед этим как следует в них полазав. Увидев свои разбросанные вещи и раскиданные туески с мешочками, в которых лежал мак, Мей выдала длинную грязную тираду, упомянув бандитов, их матерей, детей, прочих родственников, а также соседей и домашних животных. Я не хотел терять время и предложил убираться из города немедленно. Но напарница настояла на том, чтобы всё собрать.

— Мы ради этого сюда ехали, Сан. А нападение — это ерунда. Не эти ублюдки, так какие-нибудь хищники могли попасться, — сказала она, одновременно быстро возвращая в мешки раскиданную вчерашнюю добычу. — Любой из нас рискует жизнью, как только покидает город.

Демозы всё это время следили за нами, но нападать не рисковали. Напарница просветила, что это мутировавшие под воздействием демонической энергии обезьяны. Вместе с частично изменившейся внешностью они получили зачатки разума. А ещё повышенную агрессию с преобладанием любви к мясной пище. Самые сильные твари по интеллекту почти не отличались от человека. Всегда создавали стаи. Но самое паршивое заключалось в том, что с охотой шли на контакт с чёрными практиками, одержимыми и демонами, служа им вернее самого верного и дрессированного пса.

— Это очень плохой признак, когда в одном месте появились чёрные практики и демозы, — хмурилась девушка. — Нужно как можно скорее сообщить об этом в городскую ратушу.

— И что это может означать?

— Здесь появилась орда.

Глава 15

ГЛАВА 15

Орда. В этом мире так называлось сборище людей, вечно кочующее по территориям и часто нападающее на город с оседлыми жителями. Как и в моём мире. Вот только в моей орде не было чудовищ, демонов, изменённых демоническими эманациями, алхимией и чёрными практиками зверей. В последний раз орда появлялась недалеко от города ещё до рождения Мей и Рани.

От древних руин до дома мы двигались со всей возможной скоростью. Ночёвки делали совсем короткие. Дневки буквально по сорок минут. Только чтобы немного отдохнули мулы. По пути девушка подбирала какие-то травки и корешки и скармливала их нашим животным. После этого с новыми силами мы пёрли вперёд.

— Не отравятся? — поинтересовался я у напарницы.

— До города доживут, а там плевать. Новость про орду намного важнее, — ответила она. — На выплату владельцу мулов нам демонские прихлебатели подкинули.

Девушка потащила меня в ратушу сразу же, как только мы сложили своё добро на складе и сдали животных владельцу. Тот мигом понял, что с теми не всё в порядке, но недовольные крики Мей задавила в зародыше, передав ему связку с медными монетами.

В ратуше, местной администрации я оказался впервые. Она представляла из себя квадратную башню с тремя этажами и высокой четырёхскатной крышей, под которой уместился жилой чердак. Меня с Мей отправили на третий, когда услышали про новость. Сначала мариновали больше двух часов в коридоре перед дверью чиновника. Потом тот примерно час дотошно расспрашивал о том, что мы видели, а писец строчил пером по бумаге, всё записывая.

— Саму орда, так понимаю, вы не видели? — в который раз спросил он.

— Да говорю же — нет, — в сердцах выкрикнула девушка. — Но там были четыре чёрных практика и демозы. И практики говорили, что собираются меня и господина Шена подарить своим хозяевам. А кто у них хозяева?

— Мы все отлично знаем, что служат они демонам. Но предатели могли всего лишь уйти в дальний рейд за рабами. И с собой прихватили тварей, чтобы проще было, — произнёс он. — Их появление так далеко от наших стен не говорит ни о чём. Орда, даже если существует, пройдёт мимо. Идти сюда через джунгли, а потом обломать зубы о наши стены, ха! Всё, ступайте, — он махнул рукой в сторону двери. — Ваше сообщение мы проверим. В ближайшее время отправим разведчиков.

— Засранец, — шипела сквозь зубы Мей на всём обратном пути. — Совсем в ратуше зажрались эти крысы. Не понимают, что орде просто некуда идти кроме как к нам!

На мои увещевания она не реагировала, костеря чиновников и проклиная орду. Немного успокоилась только дома, когда увидела Ра́ни.

— Что у вас случилось? — встревожилась травница, перебегая взглядом то с меня, то на сестру.

— У нас ничего, а вот у города скоро многое случится.

— Да что случилось-то? — вскипела Рани.

Мей только фыркнула и умчалась приводить себя в порядок. Пришлось мне пересказывать всё случившееся с нами в джунглях. Когда закончил с рассказом, вернулась лучница. Она закуталась в простыню-тогу и вытирала полотенцем мокрые волосы.

— Ботше нужна ещё неделя, чтобы полностью выздороветь и выдержать долгий путь. За эту неделю мы должны подготовиться к походу, — заявила она.

— Ты хочешь уехать из города? Куда? — удивилась Рани.

— В Тсатруканиш.

— Надолго?

— Навсегда.

— Но… почему? — растерянно спросила её сестра.

— Потому что возвращаться будет некуда, — повысила голос Мей. — Орда или захватит город, или разрушит его так, что жить будет негде. Даже если город отобьют, он всё равно превратится в развалины, и все жители его так и так покинут. Но я не верю, что от орды получится отбиться.

Я понимал отчего Мей не хочет остаться и сражаться за свой дом. Она спасала сестру. Выбирая между очагом и родной кровью, девушка сделала выбор в пользу последней, наплевав на гордость.

Недели враги нам не дали. К концу третьего дня на улицах начались волнения, которые едва не перешли в панику, которые волной шли от двух главных городских ворот. Первой новости узнала Рани. Она примчалась вся взлохмаченная, тяжело дыша и с шальными глазами на побледневшей смуглой кожи.

— Орда пришла, — прошептала она.

Через час глашатаи сообщили, что город переводится на военное положение, а население призывается в ополчение. Все торговые лавки и склады с важными товарами закрывались. Рядом с ними были выставлены посты стражи. Под эти меры попали кузни и мастерские с оружием, продуктовые объекты, пекарни, алхимические магазины. Позже объявили комендантский час. В первую ночь улицы освещались как никогда. Все фонари жарко горели. Торчали в креплениях дополнительные факелы. Какие-то особенные, горевшие по несколько часов. Представляли они из себя железную трубу с крохотной, размером с пол-литровую банку корзинкой из часто переплетённых медных прутьев, в которую набивалась резиноподобная очень мягкая масса. Она давала яркий и жаркий огонь с красным химическим оттенком. Такой я видел только на Земле в некоторых фейерверках.

Меня и Мей, как и многих других, загребли в ополчение. Узнав, что я практик земного ранга, на меня взвалили сразу же полусотню бойцов. Мей стала одним из десятников. Несмотря на ситуацию, в голове всплыли неуместные для текущего момента воспоминания. Касались они фантастической вселенной, придуманной в моём мире и конкретно главных персонажей из неё — джедаев. Там точно также ставили этих носителей лазерных палок и кимоно во главе отрядов, не думая, а сможет ли боец одиночка вообще командовать. Мне слегка повезло. Среди пятидесяти подчинённых нашлась пятёрка городских стражников под командованием десятника Ирдирда. Мужчина был немолодым, достиг смертного ранга и не первый год боролся с преступниками в городе и за его пределами. В настоящих боевых действиях он не участвовал, но даже его боевой опыт был полнее моего. Особенно в плане командования. Как только я узнал о нём, сразу же поставил его своим заместителем. Мей отобрала себе в помощь восемь стрелков из числа охотников и фермеров, которые ловко пользовались луком. Оружие у всех было своё. Стрелами обеспечил городской арсенал. Я со своим отрядом попал во вторую линию. Сменю уставших бойцов первой. Либо встану на их место, если тех перебьют.

Враги пришли в долину ещё засветло, и всю ночь шли к городу по дороге и тропинкам между холмов, освещая путь факелами. Огней было так много, что у кого-то из жителей началась истерика. Несколько мужчин и женщин сбежали с постов. Другие, по слухам, попытались покинуть город, чтобы скрыться в лесах и среди холмов. На следующий день с рассветом нашим глазам предстал огромный вражеский лагерь. Из-за неудобного расположения города и тесноты долины орде пришлось разбиться на несколько становищ. Часть из них расположилась на обратных скатах возвышенностей вокруг поселения.

К полудню к воротам направился небольшой отряд. Дюжина всадников, два десятка пехотинцев. Среди последних четверо выглядели чужеродно. Полуголые, босые, избитые и в крови. Явно пленники из горожан. Один из пехотинцев нёс высокий шест с куском белой ткани. Парламентёры? Скорее всего.

К ним из города вышли трое. Не через ворота. Все выходы уже завалили так, что не разобрать и за пару часов. Спустились по верёвочной лестнице со стены. Пообщавшись с вражескими переговорщиками они таким же путём вернулись обратно. С ними ушли и пленники. О результатах беседы нам не сообщили. Вообще ничего, ни словечка. И это было зря. Нужно было бы хоть что-то дать массам. Даже собственную придумку. Спустя несколько часов среди нас ходило множество версий одна другой страшнее.

А потом враги сделали новый шаг. Крайне страшный и давящий на психику обороняющихся. Они расставили в возле дороги столбы и высокие колья с заточенными верхними концами. И принялись развешивать на них пленников. Тех, кто не успел убежать в город. Охотников, фермеров, собирателей, караванщиков, дровосеков. И тех, кто сбежал из него в надежде спастись самостоятельно. С содранной кожей, ослеплённые, с переломанными конечностями, вспоротыми животами, из которых тянулись внутренности. Половину сразу посадили на колья. Другую зверски истязали на наших глазах. Несмотря на приличное расстояние в несколько сотен метров мы прекрасно слышали истошные крики жертв и довольные крики со смехом палачей. Кто-то пытался стрелять. Но без особого успеха.

В эту ночь городские улицы почти не освещались. Весь свет был отправлен на передовую. На стены и подступы к ним снаружи.

— Демоны!

Истошный чужой крик вырвал меня из дремоты. Подорвавшись, я заорал, не став вникать в ситуацию. Это позже, только зря время терять.

— Отряд, на позиции! Ирдирд, ко мне! Мей, следи, чтобы никто не потерялся!

Это был просто кошмар. Ещё до того, как враги нанесли свой первый удар мы стали нести потери. Не подготовленные к осадам и вообще к боевым действиям подобного масштаба люди нервничали и совершали грубые ошибки. Кто-то упал со стены. Кого-то с неё столкнули. В другом месте зажгли костры, которые следовало запалить только в определённый момент и тем самым лишились топлива, за которым позже пришлось отправлять людей, снимая тех с постов. Кто-то в темноте спросонья и в панике не узнал союзника и напал на него. Поодиночке все они могли быть неплохими воинами на личном поле сражения: в лесу, среди скал, под землёй или на воде. Но оказавшись в городе в одной группе они терялись, злились, огрызались. Так было не везде, но хватало совсем малой части, чтобы казалось будто городская армия разваливается, как гнилой мешок, полный тяжёлого угля.

Я едва не сорвал голос, приводя в порядок дисциплину и возвращая людям адекватную оценку ситуации. Десятник из стражи помогал изо всех сил в этом. Он использовал кулаки, ноги и крепкую дубинку, с которой не расставался.

Сквозь шум, царящий вокруг, я услышал глухие удары, донёсшиеся из-за стен. Спустя несколько секунд над ними пролетели огненные шары и расплескались по крышам домов. Через несколько минут залп повторился. Затем прилетело в третий раз. Начались пожары и появились первые погибшие с ранеными среди простых горожан.

— Демозы на стенах!

Гибкие длиннорукие твари воспользовались сумятицей и смогли незаметно подобраться к стенам. Либо их прикрыл иллюзией какой-нибудь чёрный практик. Мутировавшим обезьянам не требовались лестницы с верёвками или иные подручные устройства чтобы забраться наверх. А ещё их было очень много, и они не знали страха. Многие даже не дрались, а просто накидывались на бойца, вцеплялись в него всеми лапами и старался свалиться вместе с ним вниз. На раны не обращали внимания. Даже с отсечёнными лапами безумно лезли вперёд.

За считанные минуты потери у первой линии случились такие, что пошли резервы.

— Вперёд! Лучники, бить снизу! Не лезть наверх! — проорал я и повел свою полусотню наверх. Духовный доспех и обычная броня, доставшаяся мне в наследство от бывшего владельца пространственного кольца, прекрасно меня защищали. А боевые техники крошили тварей налево и направо.

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +5!».

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +4!»

«Сбор Ци +6!».

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +4!».

«Сбор Ци +5!»…

Энергия от убитых мутантов полноводным ручьём текла в мой резерв.

В левой руке я держал трофейный зелёный кинжал, который иногда приходилось пускать в ход. Материал оказался не старой бронзой, которую не чистил покойный чёрный практик, а каким-то минералом, отдалённо похожим на нефрит или малахит. По прочности он превосходил сталь.

В какой-то момент я оказался один на обширном участке стены. Вокруг лежали мёртвые или умирающие люди и твари. Крови было столько, что она уже перестала впитываться в кладку и блестела чёрными лужами при свете факелов.

Демозы лезли со всех сторон. заходили с флангов, пытались подобраться со спины. Я крутился, как волчок, прикрывая единственный спуск вниз, по которому мутанты могут спуститься в город. Те, кто прыгал стабильно ломал себе ноги или терял сознание. Такие быстро становились целями бойцов под стеной. Мей со своими стрелками сбивали тех тварей, которые пытались спускаться, цепляясь за выступы в стене и за щели между блоков. Получалось у них хорошо, но не быстро. Поэтому ещё никто не смог благополучно приземлиться.

Всё тело огнём горело. Несколько раз перед глазами всплыли ранее не виденные сообщения от Системы. Они предупреждали о перенапряжении меридиан и риске их уничтожения от нагрузки. Но что мне было делать? Демозы лезли, не чувствуя страха.

«Камикадзе чёртовы… Да, когда же вы закончитесь!».

В какой-то момент я дал слабину и оказался в цепких объятьях одного из монстров. С хрустом вонзил ему в глаз кинжал. Но тот даже после смерти не расцепил хватки. Потом к нему присоединился ещё один, и ещё. Я резал их кинжалом и водяной плетью, сбивал в прыжке Брызгами, кидал под ноги бездонные лужи. Но инициативу упустил. Всё завершилось моим падением со стены. Удар смягчили облепившие меня демонические обезьяны. И всё равно он оказался слишком мощным, а духовный доспех доживал последние мгновение. Моё сознание выключилось.

Глава 16

ГЛАВА 16

Пришёл в себя под матерчатым навесом на тонкой суконной подстилке с валиком из свернутой ткани под головой. Тело ломило и болело, но в целом чувствовал себя терпимо. Доспеха и верхней одежды на мне не было. То ли украли, то ли сняли, чтобы добраться до ран и позже вернут. Повреждений на себе не нашёл. Ну, серьёзных. А так присутствовала куча ссадин. синяков и глубоких царапин. Все они были покрыты тонким слоем желтоватой мази, которая засохла и превратилась в стягивающую кожу плёнку.

«Кольцо!», — я машинально схватился за самую ценную вещь, что у меня была. Нащупав невидимый для окружающих ободок, успокоился. После огляделся по сторонам.

Вокруг лежали десятки раненных. Не всем досталось навеса от солнца и подстилки. Очень многие лежали на голых камнях мостовой. Нас уложили прямо на улице совсем недалеко от городской стены.

«Отбились, — пришла мысль. — Иначе бы я тут не лежал».

Я медленно поднялся, оценил своё состояние и направился в сторону недавнего сражения. Внимания на меня никто не обратил. Только несколько женщин и подростков, ухаживающих за раненными, мазанули взглядом и тут же вернулись к своим занятия.

За углом меня остановили.

— Ты откуда? Кто такой? — на меня направили два коротких копья стражники. Внешне слегка потрёпанные, у одного вместо перчатки на кисти белеет повязка. Но оружие он держал крепко, а взгляд на осунувшемся и грязном лице был цепким и настороженным.

— Командир Шен, командовал отрядом ополчения второй линии на северо-восточной стене, — ответил я. — Кажется, был ранен. Не помню точно. Очнулся там, — я махнул рукой назад.

— Почему голый?

— И ран не видно.

— Вот я и хочу узнать, куда делись мои вещи и оружие. И вообще, бойцы, не лезли бы вы, — от мысли, что меня приняли за дезертира или вруна, мгновенно вскипела злость и я, активировав Водяную плеть, резанул ей по брусчатке сбоку от себя и стражников.

Демонстрация оказалась намного эффективнее слов.

— Простите, господин, — отступили стражники, — мы вас сразу не узнали.

— Будто сейчас поняли, кто я, — буркнул я под нос, проходя мимо.

Я прошёл пару сотен метров, когда меня вновь остановили. Только в этот раз меня опознали.

— Сан Шен?

Я обернулся на голос и пару секунд всматривался в воина в вычурной броне из кожи, стали и бронзы, украшенной чеканкой и узорами настолько, что в ней только парады принимать, а не в бой ходить. В левой руке он держал короткую нагинату, на левом боку висели ножны с прямым мечом. Наконец, ко мне пришло узнавание.

— Мастер Индра, — я уважительно наклонил голову.

— Что с тобой случилось? Откуда такой вид?

— Ночью сражался в демозами. Был ранен и потерял сознание. Очнулся среди раненных вон там, на улице, — я махнул рукой себе за спину. — Сейчас ищу своих людей. Что с одеждой и доспехом не знаю. Надеюсь, их сняли мои воины, когда отдавали меня лекарям.

— Эй ты, быстро нашёл господину Шену одежду, — прикрикнул собеседник на одного из крутящихся рядом с ним людей. Тот низко поклонился и без слов куда-то убежал. — А ты иди со мной.

С Индрой я вошёл в ближайший дом и поднялся на второй этаж. Там мастер меня детально расспросил о ночном бое. Что делал, кто рядом был, какие потери, сколько продержалась первая линия и так далее. Особенно его интересовало не заметил ли я каких-либо странностей. Странных событий и странных людей.

— Мне не до разглядываний было, мастер Индра. Демозов было столько, что они смяли сопротивление на внушительном участке стены. Я в конце сражался там один, закрывая лестницу. Слева несколько бойцов заперлись в башне. Видел, как обезьяны к ним ломились, но не могли пробиться. Снизу поддерживали лучники. А потом толпа тварей сумела меня столкнуть со стены и дальше я ничего не помню

— Плохо, — скривился тот.

Я набрался наглости и задал вопрос собеседнику:

— Что-то случилось? Что-то серьёзное?

— Случилось, — нехотя ответил он, секунду размышлял, но дальше решил не делиться. — Тебе этого не нужно знать. Ступай. Тебя проводят к твоему отряду.

На улице меня ждал посыльный с вещами. Вручил целый комплект. Рубашку, исподнее, штаны, сапоги, длиннополый халат, уже уложенный тюрбан с медной брошью. Переодевшись в доме, я вышел на улицу уже совсем другим человеком. Моя ночная позиция оказалась совсем недалеко от уличного лазарета. Через десять минут после переодевания я был на месте.

Я уже видел последствия боя. И сейчас ничего нового не увидел. Потёки крови, следы от огня, свежие сколы на кладке, обломки оружия, обрывки одежды, ещё какие-то невразумительные ошмётки и мусор. Тел не было. Ни человеческих, ни обезьяньих.

— Ирдирд! — окликнул я своего заместителя, отыскав его в соседнем доме. Многие воины после ночного боя устроились отдыхать в ближайших к стене зданиях. Всё равно их владельцы либо сами сражались в ополчении, либо ушли подальше от переднего края, оставив жильё пустовать.

— Господин, слава богам, вы целы!

— Где Мей?

— Ушла недавно. Попросила отпустить её к сестре. Обещала быстро вернуться.

— Ясно. Пойду её найду, ты за старшего.

— Слушаюсь, господин, — поклонился он.

С лучницей я столкнулся недалеко от дома, где мы жили вместе всего-то сутки назад.

— Сан! — бросилась она ко мне и прильнула к груди. — Сан!

— Тише, тише, всё хорошо. Что с Рани? — принялся успокаивать я девушку и погладил её по голове.

— Дома сидит, не выходит. Отлично себя чувствует. Собирается идти искать тебя среди раненных, — собеседница нехотя отлипла от меня.

— Уже не нужно, — чуть улыбнулся я. — Вот он я, причём живой и здоровый. Расскажи, что было после того, как я потерял сознание? Как много потерь, а я торопился к тебе и не стал расспрашивать Ирдирда.

Мей помрачнела и коротко сообщила о том, что меня интересовало.

Дела оказались совсем паршивыми. Из моей полусотни осталось всего шестнадцать человек тех, кто был на ногах. Двадцать погибли или пропали без вести. Если не удрали под шумок, когда началась адская неразбериха из-за прорыва врагов, то были утащены тварями в свой лагерь. Не меньше досталось прочим воинам первой линии и ополченцам. Потери в виде погибших, пропавших и тяжело раненных в каждом отряде превышали пятьдесят процентов. Большую часть погибших даже хоронить не стали. скинули со стены вместе с мёртвыми демозами, полили какой-то алхимической гадостью и подожгли. Пламя при таком способе было невысоким, но жарким, уходило в топливо. А им являлась живая плоть. Подобная жидкость стоило дорого. Но при таком количестве мертвецов оставлять их было крайне опасно. Чёрные практики или демоны могут поднять часть тел в виде зомби. Или даже сделать их одержимыми.

— И самое плохое то, что мы в основном сражались с демозами. Нормальные бойцы орды почти не участвовали в сражении, держались позади изменённых обезьян. Их погибло не больше двух сотен. А вот город потерял свыше тысячи воинов, среди которых хватает практиков, — тяжело вздохнула девушка. — Многие ранены. Через пару дней они не смогут взять в руки оружие из-за воспалившихся ран и общей слабости.

— Город не поможет лекарствами?

— Уже помогает. Но пострадало такое количество людей, что на всех не хватает. В первую очередь оказывают помощь практикам, опытным воинам, стражникам и наёмникам. А обычным ополченцам остаётся… да мало чего им остаётся, — сморщилась Мей и резко махнула рукой. — А ведь сегодня ночью именно ополченцы на многих участках стены остановили прорыв тварей на улицы.

— А тварей сколько покрошили?

— Несколько тысяч точно. А так, кто их считал.

— Сегодня ночью опять нападут?

В ответ лучница невразумительно пожала плечами.

— Я не воин, Сан. На моей памяти Чиннраг осаждают впервые такой большой армией. были налёты крупных отрядов, которые вырезали хутора, фермеров на их полях, кружили вокруг города, больше пугая, чем нанося вред городу. Но орда сюда пришла впервые.

— Ясно. Значит, будем смотреть.

Ситуация сложилась отвратительная. Город явно не выдержит и падёт. Либо понесёт такие потери, после которых не оправится. Но мне этого всё равно не узнать. Как многие из защитников, скорее всего, погибну до того, как станет ясен конечный итог. Жалеть меня никто не станет просто по той причине, что я чужак. Наоборот, станут кидать в самое пекло из-за моего ранга. Сражаться за Чиннраг я не желал. Он был для меня чужим, не мог мне дать ничего. Остался только из-за сестёр, к которым очень быстро привязался. Жаль, что мы с Мей не ушли отсюда в тот же день, когда вернулись из ратуши, где нас освистали с сообщением про орду. Интересно, как себя чувствует тот чинуша в данный момент. Он сбежал один из первых и попал в руки демонопоклонников или прячется у себя в доме, молясь, чтобы простые горожане смогли отбить город? А ещё мне было страшно. Намного страшнее, чем вчера вечером перед боем. Сначала я просто мандражировал, не представляя, что меня ждёт впереди. Потом была схватка не на жизнь, а на смерть, в которой не было места посторонним мыслям.

Схожие чувства испытывали очень многие в городе. Когда мы с Мей возвращались обратно к остаткам отряда, я видел панику и животный ужас во взглядах почти всех, кто встретился на нашем пути и выглядывал из окон домов.

Вскоре мою команду пополнили, доведя численность до сорока двух человек. Полтора десятка новичков пришли из других разгромленных отрядов, потерявших большую часть состава вместе с командирами. Остальными оказались горожане, которых вчера миновала участь стать доблестным ополченцем. Последние ничего из себя не представляли. Уже немолодые, неловкие и с отчаянием в глазах. Эти люди уже себя похоронили. Пользы в бою от них не будет.

Перед сумерками ко мне прибежал посыльный и сказал, что меня зовёт к себе мастер Индра. Оставив на командовании Ирдирда, я отправился с гонцом к знакомому практику.

— Мастер Индра, — наклонил я голову в уважительном приветствии, когда вошёл в дом, где уже побывал днём.

— Наконец-то, — буркнул тот. — Где ты был?

Обращение мне совсем не понравилось. Но в любой армии поговорка «ты начальник, я дурак» работает особенно сильно. Поэтому пришлось сдержать готовое вырваться наружу возмущение.

— Я пришёл сразу, как гонец передал послание, — ровным тоном ответил я ему.

— Ладно, неважно. У меня для тебя есть задание, мастер Шен, — как-то резко сменил гнев на милость, выразившаяся в уважительном обращении ко мне.

— Сделаю всё, что в моих силах, — вновь склонил я голову. А что я ещё мог сказать? Внутри всё кипело, так и хотелось высказать человеку напротив всё то, что иногда высказывал окружающим снобам из прошлой жизни. Из-за чего, кстати, поменял очень много работ. Но чувство самосохранения заставляло молчать и терпеть. Здесь меня не уволят, не заплатив за отработанные дни, списав эти деньги в виде штрафа. Скорее всего, просто прибьют на месте.

— Совет города решил, что нужно выводить людей за стены. Тех, кто тут будет лишним и бесполезным…

По его словам, Чиннраг орде не взять, но осаду твари не снимут ещё долго. Запасов же в городе не очень много. Поэтому, всех иждивенцев станут отправлять в джунгли через тайные проходы, которые орда не нашла и вряд ли найдёт в ближайшее время. Уйдут старики, больные, ходячие раненые, получившие тяжелое увечье вроде потери рук, слепоты. С каждой такой командой отправится небольшой отряд неодарённых воинов под командованием практика-двух. Также каждый получит ценный груз, который будет необходимо в целости и сохранности донести до любого из соседних городов. Вещи из городской казны и они не должны попасть орде, если та, всё-таки, возьмёт город. Почему-то, о возможности захвата их вместе с носильщиками собеседник никак не упомянул. А ведь подобный риск был крайне высок. И главное — Индра решил возложить почётную обязанность командира одной из подобных групп на меня. Об этом, впрочем, я уже и сам догадался примерно в середине его речи. От всего этого откровенно попахивало. Но сейчас я не мог возмутиться. Только взял под козырёк и сказал «есть».

Индра решил дать мне время подготовиться. Попрощаться с близкими, собрать вещи, сделать что-то ещё важное. От командования отрядом ополченцев освободил.

— Где тебя искать? — напоследок уточнил он.

Я назвал адрес дома, где жил с сёстрами. Больше идти мне было некуда.

Не прошло и получаса, как оказался в знакомых четырёх стенах, как в дверях появилась растрёпанная Мей.

— Я отпросилась на четверть часа, чтобы встретиться с тобой, — сбивчиво произнесла она. — Что случилось? Почему тебя сняли с командования?

Пришлось без особых подробностей пересказать ей мой разговор с Индрой.

— Ты можешь взять меня с сестрой? Приказать другим или попросить у мастера Индры? Хотя бы только одну Рани, — умоляюще взглянула на меня девушка. — Город обречён, если из него выводят людей и выносят ценности. А я не хочу такой судьбы для сестрёнки.

— Мей, от этого дела воняет, как от конской кучи, — ответил ей я. — Это задание может быть опаснее, чем оставаться за стенами. Отказаться, увы, я не могу. Но и вас тащить с собой не хочу.

— Тогда… тогда… — она запнулась, потом вдруг стала быстро расстёгивать ремешки и застёжки на снаряжении и одежде. — Тогда хотя бы стань ненадолго моим, Сан, — попросила она. Она стянула через голову рубашку, представ передо мной обнажённой по пояс. На секунду замерла, прикусила нижнюю губу и взялась за шнуровку на штанах. Развязав тесёмку, она растянула их в поясе и отпустила, позволив упасть в ноги. — Сан, ну, что ты сидишь…

А я невольно залюбовался точёной тренированной фигурой лучницы, которую впервые увидел обнажённой. Застыл столбом, уставившись во все глаза на неё. Услышав последние слова Мей, очнулся, схватил девушку в объятия и впился поцелуем в губы.

Глава 17

ГЛАВА 17

Стоило мне увидеть отряд, который поручалось вывести из города, то интуиция взвыла тревожным набатом, а нос отчётливо учуял запах «собачьей» мины, в которую по неосторожности вляпался во время прогулки. Восемьдесят шесть стариков, инвалидов, каких-то бомжей и дюжина более-менее приличных немолодых мужчин с оружием и в лёгких доспехах. Вот только вели последние себя так, что с первого взгляда даже мне было ясно — не воины. Сами дёрганные, взгляды непонимающие, лица не блещут интеллектом. Двое из них несли на спинах небольшие ящички с приделанными к ним верёвочными лямками. Эти выглядели не в пример лучше и собраннее. Но и на их лицах застыла печать обречённости.

«Отвлекающая группа, — пришла в мою голову догадка. — Эта толпа соберёт разведчиков и следопытов орды, дав фору другим горожанам, которые пойдут за нами следом, — и следом со злостью подумал. — Значит, на заклание послали? А вот хрен вам всем! Мы ещё побарахтаемся. И играть по вашим правилам я точно не стану».

Для себя решил, что при самом невыгодном сценарии стану уходить один. Людей жалко, но спасти их я не смогу. Максимум попытаюсь утянуть часть погони за собой. Уж навыки в бегстве от толпы врагов у меня имеются. Может, и помогут. Получится — хорошо. Нет — значит у людей судьба такая. Вот только совесть слегка точила изнутри от этих мыслей. А ещё было мерзко думать, что в таком случае буду ничем не лучше городских чинуш, уже списавших сотню живых душ.

Я получил последние инструкции, познакомился с проводником, который поведёт нас по подземельям и повёл всю толпу за собой. Спустились в туннели канализации уже в темноте. На несколько минут остановились, чтобы запалить несколько факелов. Кое-кто ещё замотал лицо платками и тряпками, чтобы хоть как-то защитить себя от миазмов, которые вызывали тошноту и заставляли дышать через раз. Если бы не вентиляция, чьё дуновение было достаточно ощутимо, то мы бы задохнулись через пять минут. Либо взорвались, когда от открытого огня вспыхнул бы газ.

Идти приходилось в жиже, полной… нет, лучше о таком не говорить. На стенах гадости было не меньше. Её мы собирали плечами, так как туннели оказались узкими. Нет-нет, а приходилось касаться кладки.

— Нас демозы по одной такой вони за километры вычислят, — прошептал кто-то из горожан позади меня. — Зачем было нас отправлять из города?

«Поздно ты спохватился, мил человек», — подумал я.

Через полчаса проводник привёл нас к стене, выглядящей, как сплошной завал из крупных камней.

— Нужно растащить эти камни. За ними проход в пещеры, по которым мы выйдем за Тигриной Горой. Туда орда не дошла, слишком далеко от города и никто не живёт, — сообщил он нам.

С разбором справились быстро. Сразу двое из нас вытаскивали камни и по цепочке передавали назад. Вскоре продолжили путь. Идти стало одновременно легче и тяжелее. Больше не приходилось шагать по густому киселю из дерьма и всяческого мусора с водой, дышать страшной вонью, от которое некоторые в отряде теряли сознание на ходу. Но вместо ровной поверхности под ногами теперь был пол пещеры, усыпанный камнями, покрытый трещинами и выступами. Свою толику неприятностей добавляли частые шкуродёрные проходы между пещерами. Один раз всем пришлось ползти не меньше ста метров.

— Скоро будет ручей. Всем нужно будет как следует помыться, — спустя час движения по пещерам выдал очередную новость проводник. — А то воняем так, что кто угодно учует на поверхности.

Ручей вытекал из отвесной стены просторной пещеры, в которой мой отряд свободно уместился. Он выбил за бог знает сколько лет в камне просторную чашу, эдакий мини-бассейн. А из неё убегал куда-то под стену.

Мылись по очереди. Сначала я с проводником и парой солдат, потом остальные воины. А следом пришла очередь гражданских. И вот тут-то я увидел среди них тех, кто не должен был тут оказаться ни при каких обстоятельствах.

— Мей? Рани? — зашипел я на сестёр, бесцеремонно схватив их под локти и оттащив в сторону подальше от остальных. — Какого чёрта вы тут делаете⁈

Обе мои знакомые закутались в рубище с ног до головы и выглядели натуральными оборванками. Потому-то я их не узнал наверху.

— Мы решили пойти с тобой, — ответила лучница. Попыталась выдержать мой взгляд, не смогла и отвела его в сторону. — В городе от нас никакой пользы.

— Это я виновата. Я не хотела уходить без неё, — торопливо прошептала Ра́ни и осторожно взяла меня за руку. — Извини нас, пожалуйста, Сан.

— Мы все обречены, вы это понимаете? — зашипел я на них. — Нас послали на убой. мы просто приманка, чтобы отвлечь внимание орды и дать уйти кому-то другому, кто идёт за нами. Или по соседнему проходу, где нет дерьма. А вы… эх! — я в сердцах махнул рукой, сбрасывая ладонь Рани с себя.

— Такого не может быть, — помотала головой та. — Правление пускай не самые добрые люди. Но чтобы пойти на такое нужно превратиться в настоящих демонов.

А вот её сестра уже другим взглядом посмотрела на толпу. И увиденное ей не понравилось.

— Может, уйдём назад? — она посмотрела на меня. — Пошли с нами, Сан.

— Я не могу. Меня убьют в городе, если увидят. За то, что нарушил приказ, — я отрицательно мотнул головой.

— Тогда и мы с тобой остаёмся.

— А как же Ботша?

Девушка вздохнула:

— С ним всё будет в порядке, если город выстоит. Мы за ним обязательно вернёмся.

Спорить с ними не стал. Какой толк? Эти две дурочки уже всё для себя решили.

«А может, они просто в меня влюбились? — вдруг пришла в голову мысль, от которой у меня всё внутри похолодело. — И спрятались среди толпы не потому, что боялись остаться в обречённом городе, а испугались потерять меня? Предпочли смертельный риск тоске?».

Это страшно. Слов, чтобы описать ощущения не было. Только чувства, что раздирали меня. Люди, с которыми я только недавно познакомился, согласны пойти на смерть вместе со мной, только ради того, чтобы быть рядом до конца. В этот момент я испытал приступ лютой ненависти к чиновникам, к орде, к демозам и Индре. Ко всем, кто оказался виновен в случившемся.

— Держитесь поближе ко мне, — сказал я им. — Скоро пойдём, вон уже почти все отмылись.

Пользуясь последними минутами, я подступил к владельцам ящичков. Надеялся хоть что-то узнать у них о плане городских властей. Да только куда там. Они отделывались короткими и ничего не значащими ответами. Проводник и вовсе деланно-удивлённо округлил глаза, когда я напрямую сказал, что в курсе плана нас всех подставить. Надавить не вышло. Услышав мой яростный шёпот, к нам стали подтягиваться остальные из отряда. Самые активные на фоне прочих. Представив, что случится, если до людей дойдёт весь смысл нашего ухода из города, я резко свернул разговор по душам с проводником. В том, что он чуть ли не единственный из всех нас в курсе я был уверен на сто процентов. Да что там — на тысячу! Также меня смущал факт моего командирства. Логично было бы поставить на моё место человека, который был бы в курсе задумки руководства городом. Не нашлось такого? Жалко терять верного практика земного ранга, если всё пойдёт по самому плохому сценарию? Что-то ещё?

Чёрт, сколько же вопросов, на которые нет ответов. А ведь они бы на многое открыли глаза и дали возможность изменить ситуацию к лучшему.

Когда последние люди отмывались, я вновь отвёл сестёр в сторону и поинтересовался у лучницы:

— Мей, ты знаешь местность за этой Тигриной горой?

— Да.

— Хорошо?

— Достаточно. А к чему спрашиваешь?

— Предлагаю тебе вспомнить подходящий маршрут, по которому получится безопасно и незаметно провести такую толпу.

Та на пару секунд задумалась. Затем кивнула:

— Я тебя поняла, Сан. Попробую что-нибудь придумать.

Наконец, все более-менее смыли с себя продукцию городской канализации. Я посмотрел на проводника и сказал:

— Веди.

Вот, кстати, тоже факт. Оказывается, под городом и вокруг него на немалой глубине расположены запутанные катакомбы. Есть люди, которые неплохо в них ориентируются. Здесь есть вода. Но отчего-то укрыться в них горожане не захотели. В чём причина? Узкие проходы в сто раз проще оборонять. С источником воды можно держать осаду не один месяц. За это время в соседних городах уже будут знать про появление орды в обжитых землях и соберут соответствующую армию. Так почему нельзя здесь укрыться? Очередной вопрос, на который нет ответа. Может, всё дело в практиках и наличия у врагов мутировавших животных? Одни нашлют какую-нибудь воздушную заразу или пустят ядовитый газ, а другие пролезут в какую-угодно щель и ударят в спину? Или горожане боятся, что их здесь запечатают, оставив умирать, как в мышеловке?

За этими размышления даже не заметил, как мы подобрались к выходу наружу. Проход был совсем маленький. Чтобы выбраться нужно было встать на карачки и пройти так не меньше трёх метров. Дыру в склоне от чужих взглядов закрывали кусты.

— Я на разведку. Сидите пока тут, — сообщил проводник и двинулся к выходу.

— Стой, я с тобой, — остановил я его.

— Умеете тихо ходить по джунглям? Есть скрывающая техника? — тот спокойно посмотрел мне в глаза.

— Нет.

— Тогда зачем вы пойдёте со мной, мастер Сан? Если рядом будут враги, то я незаметно уйду и моих следов они не увидят. С вами же… полагаю, вы и так понимаете. Я не запрещаю вам, всего лишь хочу предостеречь.

— Понятно. Ладно, ступай, — махнул я рукой, успокаивая внутри паранойю.

Появившуюся передышку мы использовали для отдыха. Люди сильно устали после многочасового пути по пещерам.

Проводник пришёл спустя полтора часа, когда я уже успел сотню раз пожалеть о том, что вот так просто отпустил его.

— Рядом врагов нет, но нашёл следы патрулей и отпечатки лап их ручных животных, — сказал он мне. — К счастью, их немного и проходили тут вчера вечером или в конце дня.

— Выступаем?

— Лучше подождать, мастер Сан. Выйдем на рассвете, когда всё будет видно. Иначе, боюсь, нас могут заметить по свету факелов, — он отрицательно покачал головой.

— Хорошо, подождём, — согласился я с его доводами. К счастью, до восхода солнца оставалось уже немного.

Удивительно, но среди людей нашлись те, кто успел заснуть за время ожидания. Соседям пришлось их расталкивать. Настолько вымотались или им стало просто наплевать на собственную судьбу? Или причина в самочувствии, нагрузка, физическая и психическая, довела организм до ручки?

Неожиданной неприятностью оказалась чрезмерная задержка при выходе из пещер. Выходили по одному, что уже накладывало отпечаток на временные рамки. Плюс почти все в отряде оказались немолоды и, соответственно, медлительны. Там, где я с сёстрами управлялся на раз и два, прочие кряхтели, медленно сгибались, вставали на четвереньки и кое-как ползли вперёд. Наконец, последний человек оказался снаружи.

— Вперёд, — скомандовал я. За то время, пока ждал, сжёг кучу нервных клеток. — Да живее шевелитесь, если не хотите попасть в лапы к демонам.

Чуть позже переместился к сёстрам.

— Как с подходящим маршрутом? — тихо спросил я Мей.

— Пока идём так, как я сама бы пошла, — ответила та.

— И что, других дорог нет? Чтобы ещё скрытнее?

— Есть, как не быть. Но с такой толпой мы можем пройти лишь здесь, Сан.

— Ясно, — задумчиво произнёс я и быстро зашагал на своё прежнее место в голову отряда. Новая информация внесла лёгкий сумбур в мои строгие планы о планах правления городом. Изначально предполагал, что проводник поведёт нас по тропе, на которой очень быстро враги обнаружат наши следы. Или специально укомплектовали группу слабыми членами, для которых иного пути не будет?

До полудня мы шли спокойно. Намотали километров двадцать пять, что было очень внушительно с учётом местности и ходоков. Я уже стал подумывать сделать привал, так как люди уже падали с ног от усталости, а скорость снизилась до совсем уж неприличных значений. Медленнее — это только ползком.

Внезапно где-то позади нас раздался звонкий звук трубы или рога. Неведомый трубач подавал сигнал примерно в паре километрах от нас и примерно там, где мы прошли.

— Это орда! Ловчие отряды демонопоклонников, — выкрикнул кто-то из солдат. — Боги. помогите нам!

— Тихо! Всем замолчать! — рявкнул я в полный голос, останавливая панику. — Снесу голову первому, кто посмеет раскрыть рот не по делу! Все вперёд, не останавливаться!

— Здесь рядом стоят руины старого города. Можно будет там укрыться, — сказал один из солдат, несшие несли ценный груз. Чуть помолчал и добавил. — Сами понимаете, господин, теперь нам не уйти. Но можно будет подольше продержаться.

— Это и был ваш план? — оскалился я.

— Не понимаю, о чём вы, господин, — буркнул он и опустил глаза вниз, не в силах выдержать мой взгляд. Если б у меня имелась техника воспламенения взглядом, то сейчас бы на его месте весело потрескивал бы жаркий костерок.

— Уроды, — припечатал я.

Вновь в голову пришла мысль, что пора бы подумать о том, чтобы сбежать. Втроём, я и сёстры, имеем намного больше шансов уйти от погони. Тем более что Мей знает эту местность. Но стоило взглянуть на толпу, состоящую из немолодых мужчин и женщин, с потухшими взглядами, как вновь подала голос совесть.

«Ну, может, как-нибудь выберемся, — с неуверенной надеждой подумал я, принимая окончательное решение. — Выкарабкивался же уже не раз из ещё более паршивых ситуаций».

Руины оказались вполне себе приличными. Хватало остатков зданий, за которыми можно было укрыться и с их помощью создать неплохой рубеж обороны. Уж точно лучше, чем на открытом месте или в джунглях, где враг мог напасть буквально со всех сторон.

Глава 18

ГЛАВА 18

Мы успели впритык. Едва только подобрали подходящее место для обороны, как показались первые враги. И это оказались люди. Честно признаюсь, но им я был рад. Насмотрелся и натерпелся ночью от демозов, для которых что горизонтальная, что вертикальная поверхность — всё одно. Да и как-то психике спокойнее биться с кем-то похожим на тебя, а не со стаей безумных зверей отвратительной внешности.

Троица вражеских разведчиков сглупил. Они подошли слишком близко к нам. Наверное, смогли по следам понять, кто тут спрятался и не посчитали слабых немолодых людей за достойных противников. За что и поплатились. Кроме Мей среди нас нашлись ещё пять хороших лучников. А трое приданных солдат имели арбалеты. Дружный залп моих стрелков смёл троицу врагов, как веник уборщицы мусор.

— А-а! — радостно заревели несколько человек в отряде, ставшие свидетелями смерти демонопоклонников. — Сдохните твари!

Потеряв трёх бойцов, противник стал вести себя намного осторожнее. На открытых чужие разведчики местах появлялись на несколько секунд. В основном укрывались за остатками стен древних зданий. Навскидку удалось насчитать около тридцати человек. Вроде мало, намного меньше нас, но каждый из них воин, а у меня тут сплошь инвалиды и старики. В очередной раз я заскрипел зубами от злости на правление города, которые так легко обрекли на смерть почти сто человек.

В какой-то момент демонопоклоники приблизились к нам метров на пятьдесят и спустили варгов. В отличии от книжных и киношных варгов в моём мире, описываемые больше волкоподобными, эти сильно походили на крупных собак. Например, как кане-карсо или билли-кутта. Восемь таких тварей стремительно ринулись на нас, а следом выскочили из укрытий их хозяева.

Двух варгов прикончили стрелки, ещё одного умело принял на копьё кто-то из стариков, сохранивший крепость в руках, точный глаз и выдержку перед лицом опасности. Но прочие звери ворвались в толпу и устроили кровавое побоище. Как всегда не к месту память выдала несколько историй из моего прошлого. Вспомнилась прочитанная когда-то в интернете статья о применении конкистадорами боевых псов. Их эффективность против незащищённых индейцев с примитивным оружие оказалась выше, чем у воинов. Псам даже платили жалование и делились трофеями. Мало того, была какая-то легенда о том, как одна из собак не пожелала убивать беззащитную женщину индианку. И тогда, вроде бы, сам Кортес запретил своим солдатам убивать беззащитных и беспомощных аборигенов. Мол, если даже тварь неразумная имеет сострадание, то почему слуги божьи должны отличаться от неё в худшую сторону. Ну, если верить летописям. Глядя на то, как стремительно варги убивают мой отряд, верить в боевые возможности стокилограммовых псин можно было.

Накинув духовную броню, я вышел навстречу сразу двум зверям. Они только-только прикончили каждый по человеку и на секунду замерли, выбирая новые жертвы. Этой паузой воспользовался и двумя ударами водной плети обезглавил обеих тварей. Ци не получил, видать, животные обычные, не изменённые и не возвысившиеся.

Следующим моим противником стал один из демонопоклоников. Он с яростным криком налетел на меня и ударил в шею кривым клинком. Доспех спас меня от смертельной раны. В следующее мгновение я разрезал врага водяной струёй от середины живота до левой ключицы. Кожаная кираса, которой тот прикрыл своё тело, разошлась, как мокрая бумага.

«И этот обычный», — пронеслась в голове короткая мысль.

Стычка была короткой и жутко кровавой. Получившие жёсткий отпор демонопоклоники быстро отступили, потеряв больше половины своих товарищей и всех варгов. Но когда я оценил собственные потери, то почувствовал, что волосы под шлемом встают дыбом. В первый момент показалось, что вокруг только трупы и лишь пара человек стоят на ногах.

— Сан! Сюда! — раздался отчаянный крик Мей. И столько в ней было боли и страха, что я сорвался с места бегом, не обращая внимания, что наступаю на раненых и мёртвых. — Нет, нет, нет, Рани, держись, всё будет хорошо.

Я оказался рядом с сестрами в тот момент, когда младшая забилась в предсмертных судорогах. Мей стояла над ней на коленях и зажимала рану на внутренней стороне левого бедра.

— Нет!!! — завыла по-звериному лучница.

Из восьми десятков были убиты и тяжело ранены пятьдесят два человека. Включая Рани. Столько жизней забрала пятиминутная стычка с несколькими разведывательными отрядами демонопоклоников. Они же потеряли девятнадцать воинов и восемь варгов. Все выжившие были смертельно подавлены. Мей так и вовсе сидела на земле рядом с телом сестры ни на что не реагируя. Я сделал несколько попыток как-то достучаться до неё. Но девушка просто не замечала меня.

— Мастер Сан, прошу извинить меня, что отвлекаю вас. Но у меня важное сообщение, — обратился ко мне солдат-носильщик. Оба они сумели выжить в круговерти кровавой бойни. А вот проводника я не видел. На первый взгляд нет его и среди мертвецов.

— Что тебе? — недобро посмотрел я на бойца.

— Вы были правы, когда догадались, что наш отряд не более чем приманка. Но прошу не убивайте меня прямо сейчас. Я хочу забрать ещё хотя бы одну вражескую жизнь, — последние слова он проговорил очень торопливо, отступая от меня. Мне в этот момент так захотелось свернуть ему ею, что даже не стал пользоваться духовными техниками, а протянул руки к нему. — Мы несём особые артефакты, которые помогут городу…

Из его сбивчивой и частично сумбурной речи я понял вот что. В ящичках лежит алхимико-магическое средство, которое поможет ослабить главную боевую силу орды — демозов и других животных, изменившихся под воздействием демонической энергии. Использовать его в городе бессмысленно, так как действие мигом нейтрализуют чёрные практики. А вот вытянуть пару стай мутантов в джунгли и там обработать — это должно получится. Первые попавшие под воздействие демозы станут разносчиками особой заразы, которая стремительно ослабляет, а потом убивает всех мутантов. Действует недолго, но при большой скученности тварей этого времени вполне хватит. Вылечить заражённых невозможно. Только уничтожать на месте и отделять больных от ещё здоровых. А так как в орде очень много всяческих изменённых тварей, то урон выйдет огромный. Таких отрядов, как мой, отправлено уже два. Но первые состояли из воинов-смертников и были малочисленные. Ушли они ещё вчера утром и в полдень. О результатах на момент нашего спуска под землю никто не знал. Для меня услышать подобное было шоком. Вт так просто раскидываться жизнями людей?

А потом я вновь вспомнил, что живу в другом мире. Вспомнил рассказа Итира и его носильщиков, которые решили рискнуть головами, так как в их родном городе куда вернее было умереть от голода из-за отсутствия работы. Вспомнил про путь силы, который здесь проник во сферы жизни. И решил, что из кожи вылезу, но в ближайшее время обязательно получу новый ранг, который оградит меня от таких, как Индра, от необходимости прислуживать и выполнять безумные приказы того, кто сильнее. Чтобы никто не мог мной помыкать. Нужно просто выжить сейчас. А это будет сложно.

Нам дали передышку в час. После чего на позиции полезли демозы. Их тут было несколько сотен. И как бы странно это не звучало, но такое количество было нам на руку. всех перебить мы не могли. Выжившие твари попадали в зону действия содержимого ящичков. После того, как отрава в их организме начинала действовать, у демозов врубался почти отмерший инстинкт самосохранения, и они стремились убраться из руин. Дальше они должны идти в безопасное место. Туда, где их кормили и дрессировали. То есть, к основной стае в составе орды. Именно так должна действовать алхимическая сложная отрава, на которую сделали ставку в Чиннраге. Ради чего пожертвовали десятками жизней горожан.

Ци текла буквально рекой от убитых мной тварей. Думаю, что резерв уже перевалил за две тысячи единиц. Можно будет потратить часть для создания зерен с ядрами и повысить количество меридиан.

В какой-то момент мы с Мей остались вдвоём. Давно погибли наши товарищи. Я и девушка стояли над телом Рани и убивали, убивали, убивали. В какой-то момент демозы отхлынули от нас. Мне даже показалось, что сделали это в панике. Не успел я вздохнуть с облегчением — передышка была очень кстати — как напрягся ещё сильнее. Вместо мутантов обезьян в тридцати метрах от нас стоял… голем. Лавовый голем. рост выше двух метров. Ширина плеч за метр. Его руки заканчивались не нормальными кистями, а словно бы полуведёрными горшками с горловиной, направленной в нашу сторону. Отчетливо видел, как внутри бушует оранжево-белое пламя. Вокруг голема на глазах увядала зелень. Засыхала, начинала тлеть, а потом вспыхивала, как порох.

— Сдавайтесь! — пророкотал великан.

«Не голем? Человек? Практик? Какой у него ранг?», — пронеслись в голове табуном мысли-вопросы.

— Пошёл ты, — с трудом произнесла Мей и выстрелила из лука в противника. Тот не стал уклоняться. Ударив в его тело, стрела выбила несколько не то искр, не то капель лавы и упала ему под ноги.

— Это бесполезно, — пророкотал он и неспешно пошёл в нашу сторону.

Девушка успела выстрелить ещё дважды. Но с тем же нулевым результатом. Я принялся забрасывать перед ним дорогу бездонными лужами. Но тот с лёгкостью обходил мои ловушки. Брызги и Плеть только шипели на его броне. Большая часть воды вообще испарялась ещё до того, как долетала до неё. Мы с Мей отступали по грудам тел, поскальзывались в лужах крови, путались во внутренностях и пинали лапы умирающих демозов, которые пытались нас ухватить, когда мы проходимо рядом с ними. Уходить от чёрного практика было легко. Будучи неуязвимым в своей лавовой обёртке, он двигался очень медленно. Не кружи вокруг нас твари, то мы бы с девушкой легко ушли от него.

— Стойте или умрёте! — рявкнул он и направил на нас свои руки-горшки. Пламя в них загудело, как в мощной горелке.

— Сам сдохни, подстилка демонов! — ответила ему Мей и кинула в него луком. Последнюю стрелу она выпустила полминуты назад.

Больше от врага мы не услышали ни слова. С его рук слетели два огненных сгустка и ударили в нас. Увернуться от них не получилось ни мне, ни лучнице. Я успел увидеть, как один ударил в живот Мей за миг до того, как второй снаряд попал в меня. Ощущения, словно попал под колёса автомобиля. Доспех духа погасил большую часть смертоносной энергии, но до конца не спас. Прокатившись по земле, я со всего маха ударился головой о древний булыжник, выпавший когда-то из стены. Вместе с вылетевшими из глаз искрами, меня покинуло сознание.

Глава 19

ГЛАВА 19

— Вставай, падаль, — донеслось до моих ушей. А следом прилетел чувствительный удар по рёбрам.

— Аккуратнее с ним. Он должен быть живым, А лнэс, — раздался новый голос рядом. — А ты его уже минуту лупишь.

— Да что с ним случится? — ответил ему первый, кого я услышал.

— Сломаешь ему рёбра и вгонишь в лёгкие, он захлебнётся кровью. И всё, некого хозяевам в дар приносить. Ну, если только тебя за такой проступок.

— … … — в ответ первый разразился громкой и грязной бранью. При этом прислушался к чужим советам и очередной пинок нанёс не моим многострадальным бокам, а в бедро. Попал в какую-то уж очень болезненную точку, отчего меня всего будто электричеством прострелило. Из меня невольно вырвался стон, а тело дёрнулось. — Ага, падаль, очнулся. Встал на ноги, пока я тебе не отрезал что-то ненужное!

Встал… легко сказать. Я даже глаза открыть мог с трудом не то что пошевелить руками и ногами.

Кажется, до моего мучителя дошла ситуация и он прекратил побои. Ещё раз выругался и смолк. Кажется, ушёл.

Не знаю, сколько прошло времени. Скорее всего, я вернулся обратно в пучину беспамятства. Вновь пришёл в себя от лёгкого удушья и волны холода, покрывшей всё тело. Это меня окатили ледяной водой. После кто-то подхватил под руки и рывком поставил на ноги. Отпустили и вновь подхватили — стоять самостоятельно я не мог.

— Да он почти дохлый, — сказал кто-то позади меня. — Зачем было его тащить сюда?

— У него земной ранг, господин Сахад. Редкий трофей для хозяев. А что до его состояния, то если он не помер сразу, то выкарабкается. Только ему немного помочь нужно. А то браслеты из обсидиана мешают телу приводить себя в порядок…

Дослушать не смог. Вновь отключился.

Когда пришёл в себя, то сразу заметил в себе изменения. Почти ничего не болело. голова была достаточно ясная. И главное — меня никто не бил. Несколько минут лежал и вслушивался в окружающий мир. Потом рискнул приоткрыть глаза.

«Темно, как в подвале. И пахнет, как в подвале у бомжей», — пришла в голову мысль.

Рядом кто-то завозился, и я резко сомкнул веки. Немного выждал и вновь решил осмотреться. Когда проанализировал увиденное, приподнялся на локтях и уже внимательное оценил то, что меня окружало. Вокруг в скрюченных позах лежали шесть мужчин в обносках. Заросшие, тощие, грязные, со следами заживших ран и свежими ссадинами с рассечениями, которые точно оставил кнут или розга. Лежали мы на дощатом полу с огромными щелями. И лежали внутри клетки со стальными прутьями. Точь-в-точь такие же показывают в разных средневековых фильмах на Земле. В таких там возят преступников и главных героев, попавших в переплёт. Часто те и другие сбегают по воле сценаристов. Надеюсь, что и мне повезёт с этим.

Сам я выглядел практически также, как спящие люди вокруг. Только щетина было совсем короткая, как и волосы. А вот одежда отсутствовала. Имелись только короткие подштанники по размеру с семейные трусы. На груди толстой коркой застыли струпья от страшного, но уже полузажившего ожога размером в две ладони. Оба запястья плотно обхватывали два широких браслета толщиной около сантиметра из гладкого и твёрдого очень тёмного материала. Каждый такой весил грамм по сто пятьдесят.

«Моё кольцо⁈», — испугался я и потянулся мыслью к артефакту. Когда ничего не произошло покрылся холодным потом.

Неужели украли? Глаза также не видели его.

Я машинально схватился за палец, на котором ранее болталось моё сокровище. И с удивлением и облегчением почувствовал подушечками тонкий ободок. Пространственная побрякушка никуда не делась. Просто отчего-то оказалась заблокирована. Вряд ли это сделали враги специально. Они просто сняли бы кольцо. Либо отрезали бы с пальцем. Уверен, причина в браслетах. Просто чтобы проверить догадку я попытался использовать технику духовного доспеха. Результат нулевой. Даже не колыхнулось ничего в груди.

До утра я пролежал вместе со всеми. Встал тогда, когда рядом зашевелились товарищи по несчастью. На меня они взглянули без особого интереса. Взгляды потухшие, ничего не выражающие.

— Эй, я ничего не помню. Где мы? Почему с нами так поступили? — шёпотом обратился я к соседу слева.

Тот только щекой дёрнул и не стал отвечать. Следующий, кому я повторил вопрос, вообще никак не прореагировал на мои слова. Пришлось умолкнуть и ждать. Чего? Да чего угодно.

Когда утренние сумерки развеялись, я смог получше осмотреться. Рядом с моей клеткой-тюрьмой стояло несколько таких же. Сколько точно не смог посчитать. Увидел других пленных. Их содержали снаружи, привязав к кольям, вбитым в землю. Вместо браслетов на руках они носили ошейники из кожи или дерева с крупным металлическим кольцом. С одеждой у них было получше. Но всё равно та выглядела откровенным рубищем. были там и мужчины, и женщины и даже дети. Совсем маленьких не увидел. Самому младшему было лет восемь. Или он на столько выглядел.

Ещё немного погодя появились те, кто тут всем заведовал. Вооружённые мужчины и несколько женщин. Все обвешанные клинками и топорами до зубов, в боевой эккипировке, а кто-то и раскрашенный с ног до головы. Парочка предпочла обычным краскам на коже татуировки.

Рабы снаружи все съёжились и старались спрятаться друг за другом. Очень быстро стало ясно отчего так. Демонопоклоники выдернули нескольких из них и жёстко избили. Удары не сдерживали, отчего после побоев с земли поднялись не все. Насколько я смог разобраться в ситуации, твари устроили избиение просто так. Словно утреннюю зарядку провели. На нас сидящих в клетках они не обратили никакого внимания. Вот только это продлилось недолго. Через четверть часа рядом остановились двое воинов в чёрных маленьких тюрбанах и в кожаных кирасах, украшенных бронзовыми заклёпками.

— Этот нам нужен, — один из них указал на меня.

Внутри всё буквально рухнуло. Не знаю, что со мной хотят сделать, но мне это уже не нравится. Попробовать напасть на них, как только окажусь снаружи?

— Не дёргайся, ничего с тобой не будет, — сказал всё тот же демонопоклонник, видимо что-то заметив по моему взгляду. — Только хуже себе сделаешь.

— Не соглашайся, — прошептал один из моих соседей. — Лучше смерть, чем добровольно отдать в услужение демонам свою душу.

— А ты заткнись, Каххал, — посоветовал ему тюрбаноносец. — Или я тебе, наконец-то, отрежу язык.

Оборванец быстро зыркнул на него и притих, превратившись в прежнего забитого человека с потухшим взором.

Молчаливый демонопоклоник загремел ключами, подбирая нужный к замку на моей клетке. Справившись с ним, открыл дверцу и поманил к себе ладонью. Я медленно обрался до неё, на секунду замер и спрыгнул. Тут же понял, что зря это сделал. В спине и в рёбрах вспыхнула острая боль, как после удара палкой. Чтобы удержаться на ногах пришлось схватиться за один из стальных прутьев клетки.

Не успел перевести дух, как молчун неожиданно ударил меня в пах и живот. Бил резко, быстро и умело, заставив меня рухнуть на землю. Увернуться не было никакой возможности. В глазах всё потемнело, но сознание осталось со мной. Через несколько секунд стало полегче.

— Что бы ты знал своё место, падаль, — ровным тоном, прям как лектор во время скучной лекции сказал мне его напарник. — А теперь вставай, если не хочешь получить кнутом.

Мне так плохо и стыдно не было со времён школы, когда меня избрал целью для булинга один уродец из богатой семьи, перед чьими родителями пресмыкался весь школьный состав. Моя семья была бедная. Мать попала на уловку мошенников, когда я пошёл в третий класс. В результате на семье повис кредит в несколько миллионов с огромным процентом и пенни. Через суд доказать ничего не вышло. Слишком всё ловко было проведено. Подозреваю, что без своих людей в банке и среди силовиков не обошлось. Отсюда исходила проблема с деньгами и обеспечением меня вещами и игрушками. В пятом классе начались обычные дразнилки по поводу моего внешнего вида. В шестом появились зачатки булинга и тычки. В конце шестого уже стал серьёзно цапаться с упомянутым уродцем.

Один на один я его бил всегда. Даже, когда он пришёл за школу, где была неофициальная площадка для разборок, с кастетом. Но за него всегда вступалась свора его прихлебателей. Нападали толпой. А против нескольких человек я не тянул, хотя и был почти самым крупным и крепким в классе. Если бы я прогнулся, то говнюк оставил бы меня в покое. Но мне гордость не позволяла. Родители пытались как-то повлиять на ситуацию. Обращались к директору и завучам, в полицию, в прокуратуру и следственный комитет, в администрацию. Но везде получали отписки и отсутствие результата. Почти отсутствие. После каждого такого случая классная банда утихала, начинала поливать меня оскорблениями, мол, жаловаться родакам — зашквар. И не то чтобы я просил мать с отцом заниматься подобным. Просто сложно скрыть синяки и разбитые нос с губами, плюс рваную и грязную одежду. И чем дольше я сопротивлялся, тем чаще на меня нападали. А родители — это родители. За ребенка будут стоять горой и пойдут на всё.

Чем сильнее упирался я, тем злее становились шакалята во главе со своим «шерханом». Из класса в класс ненависть росла, не проходило пары недель, чтобы не случилось драки с ним и избиения меня его сворой. Честно признаюсь, что в этот момент меня так довели до ручки, что я чуть не совершил ужасное. Не прогнулся под мелкую тварь, вовсе нет. Для меня подобное было хуже смерти. Идей было две. Прикончить его и одного из самых ретивых приспешников. На это повлияли новости, в которых рассказали о ЧП в армии, где «дух» расстрелял «дедов» за унижения. Мне тогда показалось, что это образец для меня. Или спрыгнуть с платформы под электричку. К счастью, до этого не дошло. Всё закончилось ближе к окончанию восьмого класса. В один день вся эта свора не пришла в класс. Вечером к нам в дом заявились из полиции и забрали отца в отделение. Перед этим полтора часа допрашивали меня и мать. Но на утро он уже был вновь дома.

Оказалось, что всех моих обидчиков кто-то буквально изломал битой или стальной трубой, когда они кучковались на своём любимом месте за ТЦ. Им выбили зубы, сломали кому руки, кому ноги, как следует обработали бока и спины. Им ещё повезло, что быстро приехала «скорая», вызванная, полагаю, тем, кто бил. Иначе могли замёрзнуть или загнуться от болевого шока. Полиция подозревала отца, но у него было стопроцентное алиби. За него поручились трое друзей, с которыми он в это время находился в гаражах и занимался машиной. Я же был уверен, что это он, хотя отец не признался даже матери. Было ли мне страшно, что рядом человек, который искалечил тринадцати- и четырнадцатилетних детей? Ни капли. Наоборот, я себя почувствовал царём горы. Понял, что за мной есть та сила, которая пойдёт на всё, чтобы меня защитить. Против любых законов и правил. Шакалят мне не было жалко ни на йоту. Чужие удары сделали их инвалидами, когда переломали одним коленные суставы, другим локтевые. Уже после окончания школы до меня дошли слухи, что главному обидчику провели операцию по протезированию обеих колен, так как к тому моменту ноги перестали сгибаться и каждый шаг становился мучением. Больше я никого из них не видел. Оставшиеся месяцы до окончания восьмого класса он пролежали в больнице и дома. А после были переведены в другую школу, что позволило мне вздохнуть с облегчением. Мало того, половина школы шушукалась за моей спиной о том, что с ними так поступил я. Подобная репутация оказалась мне на руку. Значительная часть одноклассников и учащихся на год старше и младше стали меня избегать ещё рьянее, чем раньше, когда опасались попасть под горячую руку мелкого уродца. Зато другие наоборот потянулись ко мне. Самые оторванные и отбитые. Самых-самых из них избегал уже я сам. Побывав на месте парии и почти переступив через черту между жизнью и смертью, мне претило заниматься тем же, что делали школьные команды шакалят. А вот внимание девчонок мне льстило. Недаром говорится, что всех девочек привлекают плохие мальчики. Благодаря своей новой репутации я потерял девственность очень рано. И потом вёл частую половую жизнь. К счастью, родители заметили изменения во мне и взялись наставлять. Иначе, всё-таки, я мог и скатиться на кривую дорожку несмотря на все свои принципы и пережитое.

И вот сейчас я вновь пережил все те полузабытые школьные чувства, когда валялся на земле, с трудом дыша от ударов по почках и в «солнышко», а надо мной стояли глумящиеся недруги.

С трудом поднялся на ноги, цепляясь за большое деревянное колесо клетки-фургона. В паху буквально всё горело. Но останься я на земле и тогда досталось бы ещё больше.

— Иди за мной. Не отставай, не пытайся убежать, — приказал демонопоклонник. И затем глумливо усмехнулся. — Хотя, мне будет интересно на такое посмотреть.

Его усмешка была понятна. Мы находились в самом центре огромного лагеря орды. Пока мы куда-то шли я успел насмотреться на сотни шатров, палаток и навесов, вокруг которых бродили тысячи их владельцев. Иногда рядом с ними я видел варгов и иных опасных тварей, используемых в качестве ручных животных. Были не просто четвероногие, но и крупные птицы ростом мне по плечо с невероятно огромными ключами, которыми те могли откусить мне голову. Встречались птицы поменьше и выглядящие как грифы. Они торчали на специальных насестах на шестах рядом с палатками или на макушках шатров. А у десятка демонопоклонников я видел здоровенных змей по пять-шесть метров в длину. Вся эта толпа внешне и повадками выглядела, как стая слабо дисциплинированных бродяг, вооружённых с ног до головы.

Но чем ближе подходили к месту, где находилось командование, тем богаче и чище становились шатры. Простые палатки почти пропали, а навесов и вовсе не стало.

Меня завели в огромный шатёр по типу индийского вигвама. Внутри я увидел трёх человек. Двух мужчин и женщину. Чуть позже одного из определил, как телохранителя. Это был мужик ростом за два метра. И это выглядело очень впечатляюще на фоне не таких и больших местных жителей. Я сам был не выше метра восьмидесяти, даже чуть меньше. Второй мужчина был крепок, чуть повыше меня, гладко выбрит везде, что напоминал бильярдный шар. Тонкие светлые брови терялись на смуглом лице. Надел он на себя прямые штаны с тёмно-синего цвета с золотыми вышитыми драконами по бокам штанин, где у генералов лампасы и такого же цвета прямую длиннополую рубашку с множеством пуговиц, почти касающихся друг друга, со стоячим узким воротников. края рукавов и штанин были завернуты вверх и обшиты золотой тесьмой. На груди у него висел крупный амулет из бесформенного переплетения золотых и серебряных нитей в центре которых сверкал чёрный камень с голубиное яйцо. На пальцах блестели золотые крупные перстни. Четыре или пять штук на обеих руках. Нос очень крупный и крючковатый. А взгляд буквально примораживал к месту.

Женщина была очень худа, ниже меня на полголовы и закутанная в тёмно-синюю мантию с капюшоном. Как и её напарник она была лысая. Ни точного возраста, ни того, насколько она симпатична определить я не смог. Мешала полная её затутуированность. По краям нижних губ она вставила пирсинг в виде золотых клыков. На каждом пальце висело по кольцу с крупным когтем. Они не выступали дальше, чем родные. Но что-то мне подсказывала, что колечки явно артефактные, а не просто украшение.

Глава 20

ГЛАВА 20

— Господин, я привёл практика, которого вчера захватили в холмах наши разведчики, — очень низко поклонился мой сопровождающий. Вслед за ним склонился второй.

— Свободны, — коротко приказал ему носитель амулета.

Парочка демонопоклонников быстро попятились назад и покинули шатёр.

— Гордый, значит, — спокойно сказал мужчина. — Не желаешь гнуть спину перед нами?

— А смысл? — ответил я. — Кланяются перед теми, кого уважают.

— Или боятся, — подала голос женщина. — Тебе не страшно?

— Я мастер Бабур, она мастер Калпана, — представился сам и представил свою спутницу мужчина. Про третьего ничего не сказал, будто тот для него не существовал. — Мы оба практика элементного ранга высшей ступени. И до небесного ранга осталось всего несколько шагов. Этот путь мы прошли всего за пятнадцать лет. Начали же со смертного ранга.

— Сан Шен, практик земного ранга, — представился я. Ничего секретного в своём имени я не видел. Пока со мной нормально общаются, то лучше бы так и продолжать.

— Такой ранг в столь юном возрасте достойно уважения, — сказал Бабур. — Откуда ты, сан Шен?

— Из провинции Джидилэ, — соврал я. Об этом месте узнал из книг. — Жил с семьёй в поместье. Когда поучил новый ранг, то решил испытать себя и отправился в демонический пояс.

— И как?

Я пожал плечами:

— Сами видите, что я перед вами стою. Да ещё в таком виде.

Мужчина расхохотался.

— Ладно, Сан Шен, не будем зазря тратить время. Тем более, наше очень дорого стоит, — отсмеявшись, сказал он. — Ты уже догадался зачем тебя позвали сюда?

— Хотите предложить перейти на вашу сторону и узнать, что за миссию я выполнял в тех холмах, где меня захватили в плен.

— Про твоё глупое задание никому не интересно. Да, правители города сделали ловкий ход с теми артефактами и алхимией. Но это их не спасёт. Даже без демозов у нас воинов в десять раз больше, чем всех защитников за стенами, — вместо мужчины мне ответила Калпана. — А вот ты нам пригодишься рядом с нами. Сейчас у тебя земной ранг. Но через десять лет ты сможешь достигнуть небесного. А ещё через двадцать или тридцать божественного. И за это тебе просто нужно принести присягу нашим хозяевам.

— Демонам, да? — криво усмехнулся я.

— Хозяевам, — с нажимом поправил меня Бабур.

— Мне они не хозяева.

— Станут.

— Нет, — сказал я и почувствовал облегчение. Всё это время я боялся, что не смогу отказать чёрным практикам. Те заставят меня силой или магией.

— Как знаешь. У тебя ещё будет время изменить своё решение. Около месяца. После чего ты окажешься на алтаре повелителей, — всё также спокойно произнёс Бабур. будто изначально знал, что откажу. Затем крикнул. — Ассир!

— Да, господин? — в шатер через секунду вошёл один из моих конвойных.

— Этого верни обратно на место. И поясни, как он не прав в своём ослином заблуждении. Только аккуратно, ясно? Он нужен целым и живым.

— Всё сделаю, господин, — поклонился тот и неожиданно схватил меня за волосы. Одним движением, едва не свернув шею, он вышвырнул меня сквозь матерчатый полог наружу. Там я свалился под ноги его товарищу, который неприминул пустить их в ход, начав выполнять указание Бабура.

— Подожди, пока хватит с него, — спустя секунд пятнадцать избиения остановил его Ассир. — Нужно, чтобы он отсюда ушёл на своих ногах. Лично я не желаю касаться этого куска дерьма. А ты, падаль, вставай.

— Поднять не хочешь? — огрызнулся я. В преддверии неминуемых побоев страх почти ушёл. На его место пришла отмороженная удаль. Скорое будущее уже известно и его не изменить, так чего переживать?

— Я с тобой сейчас кое-что сделаю, что с мужчинами делать не принято, — сказал он. опустившись на корточки и прошипев фразу почти в лицо. — Хочешь?

Отвечать уроду не стал. Вместо этого медленно поднялся и приготовился к новой порции взбучки и заодно решив попытаться хоть разок задеть кого-то из этих двух. Плохо, что блокирующие браслеты сделали меня даже слабее обычного человека. В таком состоянии я не то что практикам смертного ранга ничего не смогу сделать, но даже и обычному подготовленному бойцу без сверхспособностей.

— Мастер сказал его проучить. У меня есть идея, как это сделать и деньжат заработать, — сообщил Ассир напарнику.

Через пять минут я оказался в самой отвратительной части лагеря орды. Всюду грязь, экскременты, кости и всяческий мусор. Были даже куски тел людей и животных. На небольшом пятачке в окружении палаток стояли шесть столбов, а на них глухо стонали окровавленные люди. Двое были на них посажены. У одного острый конец жерди толщиной примерно с моё предплечье вышел из тела в межключичной ямке справа. И человек всё ещё был жив и в сознании. Четверо других были привязаны за руки к перекладинам на столбах и касались кончиками пальцев ног земли. Вот только с них ублюдки срезали кожу.

Вокруг круга расположились два десятка демонопоклонников, мужчины и женщины. Они весело обсуждали поведение своих жертв, ели и пили, иногда кидая кость в кого-то из несчастных. Чаще всего доставалось посаженному на кол. Тот от каждого удара страшно вскрикивал.

— Мадхав, — крикнул Ассир. — Я тебе мясо привёл на бой.

Из толпы вышел здоровый мужик голый по пояс с двумя огромными ножами, болтавшимися на ножнах на поясе слева и справа.

— Этот что ли? — посмотрел она меня. — Слабоват. Мелок. Если только варгов натравить. Полюбуемся, как его живого они станут жрать.

— Не, — мой конвоир отрицательно помотал головой, нельзя. — Мастер Бабур приказал его только проучить, но не калечить и тем более убивать.

— Скучно, — скривился здоровяк.

— Да ты на него взглянь! — принялся рекламировать меня Ассир. — Вон как зыркает. Гордый. Обязательно не раз поднимется, чтобы попытаться вцепить в глотку. А если ему налить пойла с шии’ром, то бой будет просто картина!

Мадхав с сомнением покачал головой в ответ на все эти заявления. Но видимо ему и его банде было очень скучно и даже такое развлечение оказалось кстати. Так что, очень быстро они договорились.

Мне сунули оловянный стакан с какой-то бурдой похожей на смузи из капустных листьев с водой и растительным маслом. Запах был резкий, но не тошнотворный.

— Пей, падаль, — цыкнул на меня Ассир и добавил. — Ещё спасибо скажешь.

Отказываться от допинга не стал, а именно им пойло и было, судя по чужим обмолвкам. Наркотик? Да и чёрт с этим. Эта гадость не успеет меня убить или сжечь мозги, превратив в наркошу. Раньше помру от рук демонопоклонников. Вкус у напитка был неприятный. Но мой оголодавший и испытывающий жажду организм проглотил стакан в пару глотков.

— Молодец, — отобрал у меня посудину Ассир, после чего сильно хлопнул по спине, толкая вперёд. — А теперь готовься.

Уроды освободили кружок диаметров шагов в шесть-семь, где я оказался в центре. Под ноги бросили мачете с рукояткой из витков толстой верёвки. Напротив вышел толстый низкорослый азиат с бородкой и усами, выглядящими крысиными хвостиками. Ещё один такой же хвостик в виде косички болтался на затылке. Всё остальное он выбрил до блеска. В руках и на поясе у него не было ничего. Неужели решил с голыми руками сражаться? Это плохо, ой как плохо. Человек с подобной уверенностью мне не соперник. Не соперник, а палач. Нападать он не спешил. Ждал, полагаю, когда подействует на меня допинг.

— Эй, мясо, а может ты на столбе повисишь? — крикнула какая-то женщина из окружающей толпы. — У нас всё честно и условия прекрасные. Сначала снимем шкуру, попутно кое-что отрежем. Повисишь сутки и отпустим, если будешь ещё жив. Даже подлечим, только назад пришивать ничего не станем, ха-ха-ха!

Её слова остальные поддержали конским ржанием. Потом подхватили её порыв. предложения пошли одно за другим и страшнее и мерзостнее одно другого.

Где-то через пару минут я ощутил, как ушла боль, терзающая меня с момента пробуждения. В мышцах появилась сила. Лицо загорелось огнём, воздух показался сухим. дыхание и сердечный ритм участились.

Рукоять тесака в руке придала уверенности. Опасения, что не справлюсь с противником отошли на дальний план. Резко всплыла агрессия и желание выпотрошить урода, увидеть то, как он будет захлёбываться кровью и запихивать в живот выпущенные кишки. Совсем не типичная для меня реакция. Но сейчас я об этом не думал.

— Ну давай, падаль, покажи на что способен, — по-змеиному улыбнулся мне толстяк и развёл руки немного в сторону. — У тебя клинок, у меня ничего нет. Шансы равны… ну, почти.

В ответ на эти слова окружающие разразились бурным, каким-то диким и нездоровым весельем.

— Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним, — процедил я и бросился на него.

То, что исход поединка предрешен не в мою пользу, я понял очень быстро. Буквально секунд через десять после начала атаки. Противник двигался очень быстро. Очень! Порой я просто не успевал увидеть его перемещения, а некоторые движения толстяка смазывались. Наркотический допинг мне помогал, увеличив силу с реакцией и заглушив боль. Но его было недостаточно чтобы хотя бы просто достойно продержаться в схватке. Толстяк постоянно оказывался позади и наносил болезненные тычки по уязвимым точкам: в позвоночник, по почкам, под сгибы коленей, в затылок. И каждый раз после такого удара постыдно отвешивал пинка, вызывая волну смеха у своих соплеменников.

И всё же я сумел его однажды подловить. Тот не видел во мне соперника. Только жертву, грушу для отработки ударов. Поэтому не пытался хитрить и проводить уловки, полагаясь только на скорость и ловкость. И тем самым непроизвольно для себя создал систему, которую я сумел просчитать.

«Пора», — пронеслась мысль в голове, и с ней я резко развернулся назад, нанося тесаком рубящий горизонтальный удар.

— А-а, падаль! — заревел толстяк. Мачете оставило на его предплечье глубокую рану, из которой шустро потекла ручейком кровь.

Обрадовавшись, я ткнул клинком ему в лицо и попытался одновременно пнуть в пах. Да только куда там. Разъярённый демонопоклонник набросился на меня и принялся забивать. Первым ударом выбил из руки тесак, вторым сломал мне ребра или два на правом боку. Несколько раз я его доставал кулаками, локтём и даже ногами. Но каждый мой удар приходился будто по каменной стене. Толстяк вывернул мою руку, дёрнул её, а когда я закричал от боли в выломанном суставе, отпустил сломанную конечность, обхватил меня за пояс, поднял в воздух, как-то хитро развернул и со всей силы швырнул обратно. От столкновения у меня почти вышибло дух. Расплывающимся зрением увидел, как он заносит надо мной ногу, как его ступня вдруг окутывается словно бы маревом горячего воздуха, а потом стремительно опускается на моё лицо. В последней момент, действуя на смеси допинга и адреналина я подставил скрещённые руки под чужую ногу. Отбить не смог, но зато сохранил своё лицо более-менее целым. Большая часть удара пришлась на каменные браслеты. Показалось, что в них раздался тихий хруст. Или это рука затрещала?

— Стой! Хватит! Господину Бабуру и госпоже Калпане не понравится, если ты его прикончишь! — как через толстое одеяло до меня донёсся тревожный крик Ассира. — Мадхав, останови его! Да что б вас самих на алтарь отправили!

Больше ударов не было. Или я оказался в том состоянии, что когда тело уже ничего не чувствует, а душа готовиться уйти за грань.

— Ты сам этого захотел, Ассир, — услышал я голос вожака местной банды палачей.

Меня облили холодной водой. Стало чуть легче. Сознание почти прекратило плыть. Но встать самостоятельно на ноги я не мог. Левая рука страшно болела и от любого движения стреляла дикой болью, заставляя тело покрываться холодным болезненным потом.

Убедившись, что я не то что идти — подняться на ноги не могу, Ассир пропал на несколько минут. Вернулся с двумя оборванцами, рабами. Их он заставил поднять меня и дотащить до клетки-фургона.

Как только демонопоклонники ушли, один из соседей, тот, что советовал мне не соглашаться на предложения врагов, присел рядом со мной. Его пальцы быстро пробежались по моему избитому телу.

— Так, так… ребра целые, если только трещины есть, но это не смертельно…рука… тоже повезло, просто вывих, даже ничего не порвано… ну-ка, сожми зубы, — забормотал он. И затем неожиданно дёрнул мою пострадавшую конечность. Приступ боли выбил из моей тушки сознание.

Глава 21

ГЛАВА 21

Тот бой с демонопоклонником не прошёл для меня бесследно. И я не о травмах, от которых часто просыпался, когда неловко шевелился или меня задевал кто-то из соседей по клетке. Его последний удар ногой с использованием какой-то техники повредил один из браслетов из зачарованного обсидиана, которые блокировали мои сверхспособности. На левом появилась тонкая как волос косая трещина, разомкнувшая каменное кольцо. Заметил это не сразу. Лишь на второй день, когда самочувствие чуть-чуть улучшилось, и я вновь взялся осматривать оковы в надежде как-то от них избавиться. Эта трещина дала мне доступ к моим техникам. Вот только имелся минус: можно было применить только одну технику и только один раз за сутки. Всё потому, что ци накапливалась очень долго. Ещё и мощь сверхспособности заметно упала. Наверное, до уровня смертного ранга. Впрочем, водяная плеть точно справится с камнем браслетов.

Так оно и получилось. Не с первого раз, но я сумел серьёзно повредить целый браслет. Полностью его разомкнуть ещё не вышло. Но чуял, что до этого момента остался один, максимум два удар. Или два дня. Не стану рассказывать, чего мне стоило маскировать свои манипуляции с оковами. Но всё получилось. Даже в тесноте клетки никто ничего не увидел. Про охрану и вовсе промолчу.

Когда я точно убедился, что вновь могу применять техники, то решил попросить о помощи Каххала. За то время, что провёл в клетке с другими пленниками, то успел понять кто есть кто среди моего окружения. Каххал среди прочих заметно выделялся в лучшую сторону. Он и ещё один сиделец. Но второй на его фоне всё-таки проигрывал. Все прочие же были сломлены. Полагаю, что, когда орда вернётся в свои земли им повторно предложат присоединиться к армии демонов. И тогда они согласятся. Странно, что их сейчас не дёргают по данному вопросу. В чём причина такого игнорирования я не знаю. Сам могу только догадываться. Версий у меня две. Первая, их держат рядом с не сломившимися в виде морального давления. По себе могу сказать, что находится с ними совсем нелегко. Вторая, сломавшиеся небесные практики демонопоклонникам не нужны. По крайней мере, не нужны в качестве слуг. Только в виде рабов и жертв.

— Каххал, хочу кое-что сказать, — шепнул я ему на ухо, сделав вид, что почти на него упал, решив развернуться, чтобы размять затекшее тело. — Это важно.

Потом протиснулся в угол клетки и сел на пятую точку, подобрав колени к груди, положив сверху руки по-школьному и опустив на них голову. По моим внутренним часам прошло около полутора часов, когда Каххал оказался рядом со мной.

— Что у тебя есть ко мне? — прошептал он немного непривычно строя фразу.

— Я хочу убежать.

— Все хотят, — совсем уж тихо ответил он и вильнул взглядом в сторону наших соседей. — Или почти все.

— У меня есть возможность. Я сумел повредить браслеты. Теперь могу использовать боевые техники.

Вроде бы собеседник даже не дёрнулся, но я почувствовал, как он резко изменился, весь напрягся.

— Как⁈ — почти беззвучным шёпотом прокричал он. Не нужно спрашивать у меня. как это у него вышло.

— Сначала мне их повредил один демонопоклонник несколько дней назад, когда меня избитого сюда притащили. Он использовал усиливающую технику, а я успел прикрыться рукам и удар пришёлся на браслеты. Потом я их ещё больше расшатал.

— А-а, так вот ты чем занимался всё это время. Я думал, что стал сходить с ума, — протянул он. — Молодец, ловко скрывался. Даже я ничего не понял, хотя глаз с тебя не спускал.

— Спасибо. Так что с моим предложением? Вдвоём у нас больше шансов выбраться.

— Я с тобой. Только тебе тоже придётся снять с меня оковы. Сумеешь? — он пытливо заглянул мне в глаза.

— Постараюсь. Если они абсолютно такие же, как мои, то точно сниму, — заверил я его.

— Прекрасно, — по его грязному, изможденному и заросшему лицу проскочила мимолётная почти неуловимая улыбка. — Оружие у охранников возьмём. И одежду.

— Оружие тоже есть. Демонопоклоники не нашли у меня пространственный амулет. В нём у меня несколько мечей, кинжалы, арбалет, кое-какая броня и одежда. Не самоё лучшее, конечно, а снаряжение ещё и грязное. Снял его с разведчиков орды перед тем, как попасть в руки их основным силам.

— Совсем прекрасно, — Каххал буквально засветился. Будто пенсионер, которому сообщили, что он выиграл миллион в лотерею. — Ты сейчас достать что-то из кольца можешь?

— Да, — подтвердил я.

Мужчина на минуту смолк, что-то обдумывая.

— Так, если там есть что-то небольшое, что можно спрятать в ладони или в этом тряпье, — быстро прикоснулся к своей замусоленной набедренной повязке, — то давай. А если нет, то оставь. Передашь непосредственно перед побегом.

— Есть, — я поднялся на ноги, сделал вид, что разминаюсь, потом повернулся спиной к соседям и почти прижался грудью к прутьям. Незаметно вытащил из пространственного амулета узкий кинжал с трёхгранным коротким лезвием и Т-образной рукоятью. Кажется, такое оружие называют тычковым. После чего вернулся в прежнее сидячее положение. В процессе возни Каххал ловко забрал у меня клинок.

На следующее утро случилась неприятность. Орда тронулась с места. Вскоре стало ясно, что взять с наскока Чиннраг у демонопоклонников не вышло. И вроде как не в последнюю очередь из-за больших потерь среди демозов, на которых ордынцы сделали ставку. Значит, жестокий план правления города сработал. Заранее приготовившиеся к лёгкой прогулке боевики испытали крайнее разочарование, когда командиры погнали их штурмовать городские стены. После нескольких атак, сопряжённых с внушительными потерями, демонопоклонники решили отступить, довольствуясь уже полученным. Они вычистили земли на десятки километров вокруг города. Их добычей стали пленники — фермеры, охотники, мелкие отряды сборщиков и торговцев. Всего несколько сотен человек. А также их имущество и домашний скот.

— Придётся ждать подходящего момента, — скрипнул зубами Каххал. — Сейчас ублюдки злы и будут настороже. Не уйти нам.

Пришлось набраться терпения. И ждать.

Время потянулось, как тугая резина, еле-еле. Каждый день уносил меня всё дальше в опасные земли, принадлежащие мутантам, диким небесным зверям, неразумным демонам и бог знает каким ещё хтоническим тварям. Прошла неделя, другая, началась третья.

Вместе со временем уходили мои силы. Кормили нас крайне отвратительно. Густой смесью из зерна и овощей, часто недоваренной. Отчего в животе постоянно резало, словно битого стекла наелся. Вместо посуды — собственные ладони. В них же наливали воды. К счастью, её давали достаточно, чтобы не страдать от жажды, которая сводила с ума похлеще, чем голод. Мне в сравнении с прочими в чём-то было легче. Возобновившийся ток ци не давал организму истощиться, а телу превратиться в ходячий скелет с атрофировавшимися мышцами. Вот только чувство голода была намного сильнее, чем у моих товарищей по несчастью. У Каххала, по его словам, просто слегка тянуло под ложечкой, да несколько раз в день начинала выделяться голодная слюна, текла, как ручей.

Где-то на восемнадцатый день мы решили: пора. К этому моменту демонопоклонники слегка расслабились и успокоились после испорченного настроения во время осады. Количество патрулей уменьшилось. Часовые на внутренних постах стали относиться к своим обязанностям значительно более лениво. Командиры их наказывали спустя рукава, обходясь чаще всего простой бранью и парой зуботычин. На что рядовым ордынцам было плевать. Их тела покрывали шрамы от когтей и мечей, ядовитых плевков химер, насекомых и плотоядных растений. Что им обычный удар кулаком, если он не усилен боевой техникой?

— Вечером перед отбоем начинаем. С нами Сону, — шепнул мне Каххал во время вечерней раздачи пайки. — Нужен клинок для него.

Сону — это второй сосед по клетке, кто ещё не до конца сломался. Надеюсь, Каххал в нём точно уверен и мужчина не подведёт.

— Держи, — шепнул я, незаметно передавая короткий железный нож с рукоятью из двух деревянных плашек, закреплённых на две заклёпки.

Только-только лагерь стал стихать, как мои подельники принялись действовать. И первым делом они шокировали меня, перебив наших соседей. Каххал внезапно выпростал руку вперёд, между пальцев которой блеснуло лезвие тычкого клинка. Его острие вошло в глаз одного из сломленных пленников. Почти одновременно с этим ударом он схватил пальцами за кадык другого и стиснул так, что я услышал мерзкий влажный хруст сломанного хряща. После чего добил смертельно раненного ножом. Сону разобрался с остальными.

«Сбор Ци +24».

«Сбор Ци +27».

«Сбор Ци +19».

«Сбор Ци +29».

Я словно вампир забрал с убитых кровавую дань в виде ци. Тут от моего желания ничего не зависело. Организм сам впитывал посмертную энергию.

— Зачем? — вырвалось у меня.

— Чтобы не подняли тревогу и не попали на алтарь. С нами бы они не пошли, Сан. По мне уж лучше такая смерть, чем предательство или гибель на жертвеннике у демонов, — спокойно ответил Каххал мне. И быстро сменил тему. — Не теряй время, ломай браслеты.

К этому моменту один из обсидиановых браслетов был полностью разомкнут. В пролом легко пролезало моё запястье, изрядно сдувшееся за время пребывания в плену. Чтобы дыру в оковах никто не заметил, я залепил её грязью и осколками обсидиана. В такой форме браслет не работал. Сейчас мне осталось резануть водяной плетью по второму каменному браслету. Ци давно свободно циркулировала по меридианам, как отмечал выше. Поэтому не пришлось долго ждать, чтобы перезарядилась техника.

Раз-два, раз-два. Четыре удара и руки у моих товарищей лишились страшных и вредных украшений.

— Оружие, — хрипло сказал Сону, растерев запястья. — Что-то побольше этой зубочистки.

— Держи. Кахалл, ты тоже. Выбирайте, а я пока займусь замком на клетке, — я быстро и аккуратно положил частью на пол, частью на мёртвые тела трофеи, которые снял с мертвецов, в чьи руки попала Мей. Воспоминания о девушке болью резануло сердце.

Водяная плеть справилась с замком с двух ударов. Правда, не вышло без шума.

— Сейчас сюда припрутся охранники. Нужно спешить, — сказал Сону. Он успел натянуть на тело сбрую из ремешков, к которым крепились ножны нескольких клинков, фляга, пара кожаных местных аналогов «сухарок» для воинских мелочей. Что в них лежит я даже не смотрел с момента, как закинул трофеи в кольцо.

— Встретим и переоденемся, — кровожадно оскалился Каххал. — Сан, к нам пока ещё не вернулись наши способности. Придётся всё сделать тебе. Справишься?

— Справлюсь.

Враги появились спустя полминуты, как мы с Сону выскочили наружу. Внутри остался Каххал. Он взялся руками за два прута и несильно бился о них головой, тихо бормоча проклятья в адрес демонопоклонников.

— Вот тварь, — выругался один из патрульных, рассмотрев нашего товарища. — Башку себе что ли хочет раскроить?

— Наверное. Смотри, у него там в крови, — буркнул второй охранник.

Каххал вымазал лицо и шею в крови убитых. И сейчас в свете факелов выглядел кошмарно. При этом притягивал взгляды только к себе. Демонопоклонники рассмотрели убитых когда уже стало поздно, оказавшись в двух метрах от клетки.

— Ты что натворил, ублюдок? — ахнул один их врагов, рассмотрев жуткую картину побоища.

Второй не успел ничего сказать, так как в этот момент я ударил по ним струёй воды. Бил наотмашь и горизонтально на высоте шей отчего обе чужие головы слетели с плеч, как два цветочных бутона, сбитых прутком мальчишки. Упавшие трупы мы затолкали под клетку, спрятав за огромными дощатыми колёсами. Потом быстро переоделись. Я вытащил из кольца цюэкуапао, которое там лежало с моего появления в Чиннраге. Благодаря эффекту самовостановления одежда, превратившаяся однажды чуть ли не в лохмотья, сейчас выглядела очень прилично.

— Ого! — покачал головой Каххал, увидев меня в этом наряде. — Да ты у нас не из простых, Сан Шен?

— Сейчас это не важно, — буркнул я. — Мне переодеться во что-то попроще? Никто не привяжется, среагировав на наряд, как ты.

— Не нужно. Так лучше, — вместо него ответил Сону. — Ты важный чин, мы охранники.

— Да, так будет лучше, — согласился с ним Каххал. — Отличная маскировка.

Обоим пришлось как следует закутаться в одежды и навешать на себя всякого разного, чтобы скрыть свою кошмарную худобу. Ещё несколько минут ушло на то, чтобы из холщового плаща из моих запасов нарезать длинные ленты, а потом из них скрутить тюрбаны, которые скрыли космы моих товарищей, слипшиеся в колтун от грязи. Лица Каххал и Сону прикрыли специально оставленным длинным концом ленты тюрбана. Я же нацепил шлем и доспех, а поверх дорогой плащ.

— Всё, идём. А то патруля могут хватиться, — поторопил нас Каххал.

Сейчас нашу троицу мог выдать только запах. Смердели мы жутко. Спасала нас только атмосфера лагеря, которая сама была далеко не насыщенная благовониями. Достаточно быстро, но без чрезмерной спешки мы пересекли лагерь, покинув место расположения пленников и рабов.

— Ищем лошадей, мулов или каких-нибудь нормальных человеческих тварей, с которыми мы можем нормально управляться, — негромко сказал Каххал мне в спину.

— А птицы тебе не подойдут? — чуть повернув голову назад, спросил я его.

— Какие птицы?

— А вон, — я слегка кивнул вправо. Там за палатками неспешно вышагивали четыре ездовых существа, которых в нормальном мире вряд ли можно было увидеть. Они сильно походили на вымерших на Земле форораксов. На их спинах в специальных сёдлах находились всадники, вооружённые четырёх, а может и пятиметровым копьём.

— Хо́орхи, — прокомментировал Сону. — Да, подойдут. Я с ними справлюсь. Идём за патрулём, он приведёт нас к загонам.

Мы выбрали крайне удачное время для побега. Ода ещё не улеглась спать, но собиралась это сделать вот-вот. А пока люди спешно доделывали последние сегодняшние дела, чтобы поскорее упасть на лежанку. Отчего суеты вокруг было полно. И наша троица прекрасно в ней затерялась.

Мы уже почти добрались до места, когда произошла неприятная встреча. Сбоку вывалился отряд в пять рыл, которые тащили на верёвке двух голых худых женщин. Возраст несчастных было не определить из-за того, что на них живого места не было. Не бабки, но и не девочки. Это всё, что можно было понять.

Нас они решили пропустить. Но когда проходили мимо них один удивлённо воскликнул:

— Ба-а, да это же тот задохлик, которого я учил уму-разуму. Вижу, принял предложение, да? А-ха-ха, значит, не зря я о тебя кулаки сбивал.

— Рот прикрой, падаль, — процедил я сквозь зубы. Говорящего я узнал в тот миг, когда он открыл рот. Это был толстяк, с которым меня заставили сражаться после беседы с чёрными мастерами. Ох, какая злость в этот момент из меня полезла. Едва сдержался, чтобы не ударить по уроду водяной плетью. Практик он или нет, но от неожиданной атаки защититься сможет только достигший элементного ранга или закрытый амулетами. — Кто ты и кто я! Если исчезнешь прямо сейчас, то я наутро про тебя забуду и не стану просить у мастера Бабура твою голову. Даже можем сойтись в поединке.

Тот побагровел так сильно, что это было хорошо заметно в сумерках. Но какая-то рассудительность в нём ещё была, и она победила над гневом и гордостью. Что-то неразборчиво буркнув себе под нос, он развернулся со своими спутниками и скрылся за палатками.

— Лихо ты его поставил на место, — уважительно сказал мне Каххал, когда мы остались одни.

— Если бы я этого не сказал, то не сдержался и набросился на ублюдка. Это он меня тогда избил.

— Потом наговоритесь, сейчас нужно идти. Уже вот-вот стемнеет и тогда уйти из лагеря будет сложнее стократ, — одёрнул нас Сону.

Удача не оставила нас и дальше. мы уже через пару минут оказались рядом со стойлами, в которых держали хо́орхов.

— Нам нужны вон те. Это простые работяги, дрессированные под седло для любого наездника, — сказал Сону. — А вон там стоят личные звери, приученные только под одного седока и пару слуг, которые за ними ухаживают, — он повертел головой. — Ага. а вон и слуги. Пошли, нам нужно, чтобы они оседлали для нас нескольких.

— Стоит ли? — засомневался я. — Сами не справимся, если ты покажешь, что делать?

— Слишком долго, — покачал головой тот. — Времени у нас мало. Сан, ты с ними разговаривай, чтобы меньше подозрений было.

— Понял.

Были опасения, что просто не будет. Но обошлось. Слуги и слова против мне не сказали, когда я как можно более властным тоном приказал оседлать трёх хоорхов. Когда они подвели к нам ездовых птиц, то я чуть не обмишурился. Пока гадал, как на них залезать и присматривался к упряжи, слуги посадили зверей на колени перед нами и сами встали на четвереньки. Сону и Каххал без сомнений наступили им на спины и дальше забрались на птиц. А вот я чуть-чуть замешкался, не решаясь повторить за ними это действо.

— Отойди, я сам, — произнёс я слуге и добавил на тот случай, если у мужчины возникнут странные подозрения. — Ты грязнее, чем земля, а у меня сапоги новые.

Фраза тоже унизительная. Но хотя бы не настолько, как если бы воспользовался им, как живой ступенькой. Таким шагом я бы унизил не только его, но и себя самого.

Управлять птицей мне почти не пришлось. Она привычно пристроилась в куцый хвост сородичу, на котором восседал Сону. За мной встал Каххал.

Единственная заминка случилась на выезде из лагеря. Нас остановил пеший патруль из четырёх бойцов. Среди них был практик. Правда, слабый, всего лишь смертного ранга.

— Выполняю приказ господина Бабура, — сообщил я ему, как старшему наряда. Надеюсь, упоминания имени всем известного в орде чёрного практика сработает, как пропуск-вездеход. И это сработало.

— Понял, господин, — низко поклонился он мне и махнул рукой своим подчинённым, мол, что пасти раззявили, кланяйтесь и живо ушли с пути уважаемых господ.

Как только удалились на несколько километров от лагеря, я скинул броню и лишнее оружие в кольцо. А то мешали нормально сидеть в седле на птице.

Глава 22

ГЛАВА 22

— Мы это сделали! — радостно воскликнул Сону уже под утро. — До конца не верил, что сможем живыми выбраться из орды.

— Потише кричи, — посоветовал ему Каххал. — Ты не знаешь, кто сейчас сидит в зарослях в пяти шагах от нас. Не хочу глупо погибнуть от когтей какого-нибудь тигра, сумев вырваться из лап демонов.

— Хоорхи ведут себя спокойно, значит, опасности нет, — отмахнулся от его слов наш спутник.

— И всё же будь тихим, — повысил голос тот.

— Ладно, я понял. Тихим так тихим, — кивнул Сону и сменил тему. — Пора бы уже на отдых встать. Птиц нужно расседлать и дать им хотя бы пару часов отдыха.

— Скоро остановимся. Пока подходящего места не вижу, — пообещал ему Каххал.

Только спустя час после этого разговора удалось отыскать укромный уголок, которых устроил Каххала. Это был каменистый овраг или микроущелье. Точнее не могу подобрать сравнения. Из одного склона сочился ручеёк и почти полностью уходя под землю под ним же.

— Не пускай хоорхов к воде, — предупредил Каххал Сону. — Нужно сначала воды для себя набрать. А эти там грязь перемесят, что будет не подойти.

— Сан, нужно хвороста набрать. Сходишь? — вопросительно посмотрел на меня

— Схожу, — кивнул я. Говорить, что в пространственном амулете у меня лежат дрова я не стал. Во-первых, хотелось осмотреться в округе. Во-вторых, не желал даже намёком показывать о размере пространственного амулета. Подобных вещей, то есть, с внутренним объёмом с кубический метр и больше, очень мало. Чаще всего встречаются амулеты в два-три, а то и четыре раза меньше.

Через полчаса в овраге горел бездымный костер, на котором висел котелок с начавшим булькать варевом. В него кинул всё, что нашёл в кольце: сухие овощи, коренья, крупу и вяленное мясо, которое Каххал настругал ножом чуть ли не до размеров опилок.

— Сан, расскажешь о себе? — неожиданно огорошил вопросом Каххал.

Я напрягся от такого интереса к собственной персоне.

— Зачем?

— Хочется знать, с кем свела судьба.

— Может быть позже. Сейчас никакого желания и настроения нет, — отрицательно мотнул я головой и стал ждать реакции.

— Да что он тебе расскажет? — вдруг подал голос Сону. — И так видно, что мальчик с золотой ложкой во рту родился и с окружающей грязью впервые столкнулся.

— Ясно, — ответил мне Каххал, не обратив внимания на фразу нашего товарища. Потом поднял голову к небу, чуть помедлил и произнёс. — Вечером буря будет.

— Это хорошо, — оживился Сону. — Все наши следы смоет. Только из ущелья придётся уходить, а то нас тут затопит.

— Мы тут не задержимся, — хмыкнул Каххал.

— А, ну да, — чуть смутился тот, — не подумал.

Как только наш особый гуляш или кулеш был готов, мы сразу же накинулись на него с ложками. Их тоже предоставил я из своих запасов. Ели жадно, восполняя то, чего были лишены у демонопоклонников. Отдувались, выдыхая горячий пар, глотая кашу комками, почти не жуя, обжигая языки и нёбо. Особых проблем с пищеварением нам не грозит благодаря рангам культивации. Даже практика смертного ранга заворот кишок от простой пищи не убьёт. А мы с Каххалом находились на земном. Только Сону стоял ниже, но уже был вот-вот готов перейти на следующий и нас догнать.

Отдых затянулся примерно на час. Этого времени оказалось достаточно, чтобы наши птицы немного отдохнули и были готовы отправиться в путь.

В конце дня небо стало стремительно затягиваться тучами и поднялся сильный ветер, принявший скидывать нам на головы с макушек деревьев всяческий мусор. Резко потемнело. Хоорхи занервничали и стали чаще выражать недовольство. Приходилось их постоянно одёргивать, что ещё сильнее их злило.

— Туда! — крикнул Каххал и махнул рукой правее маршрута, по которому мы двигались. — Там какие-то развалины.

Сону что-то недовольно ответил. Но мы его слов не разобрали из-за резкого порыва ветра, своим шумом заглушивший всё и вся.

От города мало что осталось. Примерно такие же руины, в которых приняли свой последний бой Мей и Рани. А то и того меньше.

— Хорошие развалины, — отозвался Сону. — В таких никакой пакости не заведётся. Негде просто.

— Давайте к той стене. Она выглядит крепко, не должна свалится нам на головы от ветра, — указал на остатки башни, возвышающейся над остатками города, как сколотый зуб над пеньками полностью сгнивших до десен собратьев.

«Сбор ци +2».

«Сбор ци +3».

«Сбор ци +3».

«Сбор ци +5».

«Этого ещё не хватало, — насторожился я, когда вдруг перед глазами замелькали сообщения о поступлении энергии культивации. — Вляпаемся как пить дать», — остановившись, я крикнул Каххалу, стараясь перекрыть шум ветра. — Каххал, мне не нравится это место. Что-то чувствую плохое!

Рассказывать в подробностях не хотелось. Все эти надписи — это мой личный секрет. Знать о нём не нужно никому.

— Что?

— Не пойму. Просто нехорошее предчувствие. Однажды я такое же ощутил и вскоре чуть не погиб от нападения речного дракона.

— Проклятье, — выругался он. Бросил взгляд по сторонам, посмотрел вверх, где небо уже было черным-черно, и дёрнул своего хоорха за поводья. — Пошли обратно в лес. Попробуем под деревьями пересидеть.

Наша троица успела скрыться под кроной выбранного дерева в самый последний момент. Уже через минуту сверху полило, как из ведра. Видимость практически полностью исчезла. Сразу стало темно, как ночью. Только частые молнии немного освещали окрестности. Первое время мы находились в сухости. Но через четверть часа вода стала просачиваться сквозь зонтичную густую крону. То тут закапает, то там ручеёк прольётся.

— Смотрите, чтобы сверху змею какую-нибудь не смыло на голову, — предупредил Каххал.

После этих слов у меня развилась новая фобия. Несколько раз, когда попадал под дождевую струю, отпрыгивал в сторону от страха, что это гадина упала. Мои товарищи только посмеивались над этим.

— Может помоемся по нормальному? — неожиданно предложил Сону. Кое-как мы привели себя в ущелье, смыв основную грязь и вонь с себя. Но чистыми нас назвать было нельзя. Не получив от нас ответа, он стал раздеваться. Оказавшись голым, он вышел под струи воды.

— О-ох, хорошо-то как, бр-р, и холодно, — охнул он и стал быстро растирать своё тело руками. Особенное внимание уделил длинным волосам, которых на предыдущей стоянке смог лишь чуть-чуть размочить и расправить. А так, как был колтун, так и остался до сего момента. Понаблюдав за ним, мы с Каххалом вскоре присоединились. Без мыла под ледяными струями дождя мыться было далеко не так приятно, как дома в душе. Но вместе с грязью уходила скованность и страх, которые не отпускали меня с момента выхода из рабской клетки в лагере демонопоклонников. Это едва не стало для меня проблемой.

Первым врагов увидел Каххал.

— Опасность! К оружию! — внезапно закричал он и бросился к стволу дерева, возле которого мы сложили свои вещи.

Сону без разговоров последовал за ним. А вот я сначала оглянулся в поисках неведомой опасности. И увидел. Те были уже в десятке метров от меня. Вроде бы люди, а вроде и нет. Странные человекоподобные силуэты, окружённые водяным ореолом. Ростом около полутора метров и худые. Они медленно шли к нам. Я насчитал пятерых. Но уже через пару секунд увидел, как из темноты вышли ещё двое.

— Сан, сюда! Это духи! — крикнул Каххал.

— Что за духи? — поинтересовался я у него, в три прыжка оказавшись рядом с ним.

— Водяные, полагаю. Не слышал?

— Так, краем уха, — уклончиво ответил ему и добавил. — На уроках и из книжек. Как их убить?

— У каждого в теле есть ядро сущности. Оно размером с мелкое яйцо и медленно кочует внутри туловища. Светится сильнее остального тела. Разрушь его и дух развеется.

— Ясно. А как они атакуют?

— Нападают кучей и обволакивают со всех сторон. Жертва задыхается, как в воде на глубине. Так что, не подпускай их к себе.

— Ясно, — повторил я и стеганул по двум ближайшим духам, которые вошли под крону нашего дерева. Струя воды с легкостью рассекла их, после чего туши пролились тысячами капель на землю. Среди них что-то блеснуло.

«Сбор ци +11».

«Сбор ци +13».

«Сбор ци +9».

«Сбор ци +12».

— Вон ядро! И второе рядом! Их нужно забрать, чтобы духи подохли! — крикнул Сону и не договорив ещё до конца свою фразу бросился вперед. К месту уничтожения духов.

— Куда⁈ — заорал Каххал. — Назад.

Но нашего товарища уже понесло. Он упал на колени, проехал по размокшей земли, как заправский футболист, и одной ладонью сграбастал тускло светившиеся голубым камешки размером с грецкий орех. После чего упал на бок и с трудом увернулся от третьего духа, который набросился на него сверху.

Рядом со мной тренькнула тетива арбалета, которым вооружился Каххал. К сожалению, толстый болт свободно пролетел сквозь тело духа, не задев сущностного ядра. Только с десяток крупных брызг выбил.

Зато моя очередная атака вновь развалила тварь, превратив в лужу. На том месте заблестел новый камешек.

— Бей по ядру, Сан! Иначе он вскоре вновь там соберётся! — крикнул мне Каххал. Сказал и кинул под дерево к нашим вещам разряженный арбалет. А затем стал меняться, превращаясь в нечто отдалённо похожее на каменного человека из марвеловской вселенной.

«Хорошо, что одеться не успел. А то бы сейчас всё по швам расползлось. Или нет? Камень поверх штанов и куртки нарос бы?», — пронеслась мысль у меня в голове при виде трансформации товарища.

Между тем Сону попал в переплёт. В буквальном смысле. Сразу двое водных духов поймали его в свою утробу, слившись вместе. Они превратились в шар, внутри которого дёргался человек в попытках выбраться наружу. Всё было тщетно. Твари оказались крепче.

— Помоги ему! — пророкотал-проскрежетал Каххал. — Я задержу остальных.

Мы бросились вперёд одновременно. Я оказался быстрее и мигом вырвался вперёд. Через пару секунд был рядом с водяным шаром, внутри которого пучил глаза задыхающийся Сону. Быстро отыскав сущностные ядра тварей в водной толще, я почти приложил ладонь к поверхности шара и выпустил плеть. Струя сжатой воды прошла в сантиметрах от тела товарища и пронзила светящийся камешек. Ядро разрушилось с небольшим взрывом, который разорвал водяной шар и освободил Сону.

— Кха, кха… ты, кха, вовремя, Сан… кха, — кашляя и выплёвывая воду, сказал он. Одновременно он шарил рукой по земле. — Ага, вот они. — Теперь в его руке блеснули три камешка-ядра. Их он протянул мне. — Убери в свой амулет.

Я с хватил трофеи и быстро сунул в кольцо. Проще было выполнить сказанное, чем спорить и игнорировать. И сразу же ударил водяной плетью наотмашь, как настоящим кнутом по появившимся рядом фигурам из воды. Две из трёх превратились в лужу, но третья избежала смерти и набросилась на меня. Тварь окутала меня своим телом, как плотным комбинезоном. Сдавила, попыталась забраться в нос, уши и рот. Мимолётно у меня в голове проскочила мысль, что сейчас бы мне пригодилась та техника водяного дракона, с помощью которой он нанёс удар-фаталити своре одержимых, облепивших его. Первым делом я использовал доспех духа. Сразу же стало в сотню раз легче. Только дышать не вышло. Вторым моим действием был удар водяной плетью. Пришлось дважды полоснуть по духу, чтобы превратить его в лужу.

Оказавшись на свободе, глянул в сторону товарищей. У тех всё было хорошо. Каххал мощными хуками превращал духов в брызги. А Сону посылал с рук сгустки дрожащего и сверкающего перламутром воздуха или некой энергии. Двух-трёх таких хватало, чтобы полностью разбить фигурку водяного духа. Иногда он подбирал ядра и откидывал под ствол дерева, на сухие участки. Я догадался, что таким способом он оттягивает момент возрождения существ. Никто из нас так и не успел одеться. То есть, нет одежды — нет карманов.

«Сбор ци +6».

«Сбор ци +7».

«Сбор ци +9».

«Сбор ци +11»…

Появление новых надписей я сначала принял за трофейную ци, которую впитывал даже с убитых товарищами духов. Но потом обратил внимание на то, как планомерно росли цифры, начав с минимальных показателей и быстро добравшись до двадцати.

— Каххал, Сону, сюда идёт кто-то очень сильный! — закричал я во всю глотку.

Взбесившиеся хоорхи сорвались с привязи и исчезли темноте. И уже через десяток секунд мы увидели того, кто их так напугал и, кто так сильно фонил ци. Немедленно пришла догадка:

«Вот кого я почувствовал возле руин башни в городе. Прятался в каком-нибудь колодце или канализации».

Это был слизень из воды трёх метров высотой и вдвое больше в основании. передвигался он с приличной скоростью. Примерно, как если бы кто-то из нашей троицы постарался идти самым быстрым шагом, не переходя на бег.

— Уходим! Это элементаль! — крикнул Каххал. — С ним мы не справимся! Сан, закинь все наши вещи в ам…

В следующий момент он был сбит с ног сгустком воды, который исторг из себя слизень. Второй такой приголубил Сону, а третий достался мне. Тварь выстрелила одновременно по нашей троице. Все её заряды летели быстро, не давая особых шансов на то, чтобы увернуться.

Меня спасла духовная защита. Каххала его каменная чешуя. А вот Сону досталось по полной. Мало того на него немедленно накинулись несколько мелких духов, мгновенно заключив в водяной шар.

— Оставь, его не спасти! — раздался крик Каххала. — Он уже мёртв!

Я было дёрнулся к нашему товарищу. Но чужой окрик остановил уже на втором шаге. А потом я и сам увидел, как вода вокруг его головы окрашивается в тёмный цвет. Кровь тугими ручейками стремительно вытекала из глаз, ушей, носа и рта мужчины.

— Да уходим же! Погибнешь!

В чувство меня привёл не столько крик спутника, сколько второй удар водяным плевком. Я повторно оказался на земле и проехал по слою из воды и грязи почти до самого дерева. В чём-то даже повезло. Не понадобилось тратить время на то, чтобы добраться до наших вещей. Мне хватило десяти секунд, чтобы спрятать в кольцо вещи. Попутно прихватил сколько-то ядер. А затем со всех ног бросился в лесную чащу, нагоняя Каххала, которого уже и след простыл.

Глава 23

ГЛАВА 23

Я вновь остался один. В джунглях, в темноте да под проливным дождём, оглушённый и ослеплённый грозовыми раскатами. Мало того, не нашел Каххала. Так и мчался первое время голым. В том виде, в каком меня застало нападение водяных духов. Спустя несколько минут бешеного спринта остановился на краткий миг, чтобы натянуть обувь и штаны с рубашкой. И вновь продолжил бег. Просто чудом не свалился в яму, не наткнулся на хищника или монстра, пережидающего бурю в укромном месте, не напоролся на острый сук или камень и так далее. Этим вечером судьба меня хранила, как инкассаторы крайне ценный груз в своём броневике.

Буря стихла ближе к полуночи. К этому моменту я отыскал убежище среди скал в виде небольшого пустого грота. Вход в него располагался под небольшим углом, что препятствовало попаданию внутрь воды. Плюс пол совсем чуть-чуть поднимался до середины грота. Благодаря чему вода из предбанника вытекала наружу, а не собиралась внутри.

Рейда с Мей дали мне немало опыта, которым должен владеть достойный путешественник. Так в моём кольце с тех пор поселились несколько вязанок толстых и полностью сухих сучьев. Благо, что внутренний объём амулета позволял их хранить без проблем.

Мысленно похвалил себя, что утром не стал лениться и набрал хвороста в лесу, а не вытащил свои запасы топлива. Сейчас оно оказалось очень кстати. Уже через десять минут я грелся у жаркого костра, переодетый в сухую одежду, а мокрая старая сушилась. Для этого я настругал крепких щепок, вбил из в трещины в скальной стене рядом с костром и на них повесил своё шмотьё. Стоит ещё сказать, что стирать её не пришлось. Вся грязь, которую собирал при падении во время бега, тут же смывалась мощными дождевыми струями.

В качестве примитивной сигнализации я сложил несколько шатких пирамидок из камней на входе. Сейчас, когда дождь прекратился и звуки бури стихли, любой резкий звук выдернет меня из дремоты. Также натянул несколько бечёвок на разной высоте, закрепив концы на всё тех же щепках в трещинах. Если в темноте пирамидки ещё можно различить, то вот растяжки были невидимыми. Всё какая-то защита и фора для меня в десяток секунд. Ужинал всухомятку, чтобы не сигналить на всю округу запахом готовящейся пищи. Например, дым от костра ещё можно посчитать за подожженное молнией дерево. А запах жареного мяса? За убитую молнией косулю? Да на такую версию сбегутся все окрестные хищники. А оно мне нужно? Вот то-то и оно.

Выспался замечательно несмотря на то, что сон был очень чутким и регулярно по два-три раза в час я открывал глаза, чтобы прислушаться к окружающему миру. После пробуждения по-быстрому перекусил, переоделся в высохшую одежду и выдвинулся в путь.

Идти приходилось очень осторожно. Сейчас я благодаря действиям чёртовых демонопоклонников оказался в крайне опасных землях. Намного опаснее чем тогда, когда моя душа перенеслась в тело погибшего воина в разгар битвы у Чёрного Столпа. Вчерашнее столкновение с водяными духами и элементалем это доказало.

На третий день я увидел знакомое свечение в ночи на востоке и сразу же свернул к нему. На месте был в конце дня за час-полтора до сумерек. Сразу же в глаза бросились отличия растений рядом с храмом. Цвет и сочность листвы и травинок приятнее глазу, почти не было больных и сухих. Никаких сломанных веток, искривлённых стволов и наростов. Будто ухоженная аллея или парк, за которым постоянно смотрит армия садовников. Этот «сад» окружал широким трёхсотметровым, плюс-минус, кольцом храмовый комплекс, подходя вплотную к стенам.

Защитные стены выглядели так, будто их строили пресловутые эльфийские зодчие с тысячелетней практикой. При этом точно было видно, что это не просто ограда, а мощная линия обороны. Стена возвышалась над землёй не меньше чем на пятнадцать метров. Была густо усажена выступающими башенками для стрелков, специальными выступами и отверстиями для оборонительных боевых устройств. Некоторые башенки напоминали полукруглые крытые балконы.

Над стенами поднималась вершина храма, который я сразу обозвал про себя домом-скульптурой. Если не присматриваться, а глянуть мельком или искоса, то появлялось ощущение, что за стенами стоит тридцатиметровая статуя женщины в просторных одеждах, с украшениями, в причудливом головном уборе, держащая какие-то вещи, с венком на голове и шее, по которым сновали бабочки. А вот при прямом внимательном взгляде общая картина разбивалась на сотни отдельных фрагментов. Вон там балкон. там терраса, там фрески и барельефы, виднеются колонны и портики. Невольно я засмотрелся на это произведение зодчего искусства, что чуть не забыл, где нахожусь. Свою лепту внесло ощущение умиротворения и чувства безопасности, чья аура окутывала местность.

Ворота оказались приглашающе открыты. Огромная арка была высотой метров шесть и не меньше восьми шириной. Распахнутые створки представляли из себя великолепно оформленные решётки из бронзы. Металл сверкал так, как если бы его только пару часов назад начистила бригада уборщиков.

Вдоль стены снаружи по кругу протянулась широкая дорога из ровной разноцветной брусчатки жёлтого, розового, белого и голубого цвета. Благодаря ей можно было легко добраться до ворот с любой точки, на которой оказался у храма. Ни рва, ни ловушек, ни частокола кольев здесь не было. Каждый камень и металлическая деталь испускала ровный мягкий свет, который не слепил и не доставлял ни малейшего дискомфорта. Мало того, я ощутил, что рядом со стенами нет изнуряющей духоты, влажности и жары, которая меня мучила с утра.

«Может, мне тут поселиться, а? Буду ходить на охоту, копить понемногу ци, развиваться и усиливаться. А как возьму элементный ранг, то можно рискнуть прорваться через демонические земли к человеческим территориям», — посетила меня неожиданная мысль при виде просторного двора. Вот это точно была аллея. Дорожки. ротонды и навесы, клумбы с цветами, небольшие деревца с зонтичной кроной, фонтаны и декоративные пруды каждые сто пятьдесят или двести метров. В главное здание я входил с небольшой опаской. Вроде как мне с моим рангом сюда можно, только недалеко. Но мало ли что. Вдруг моя особенность развития имеет ограничения на посещения данного места. К счастью, всё обошлось. Гром не грянул, молнии меня не испепелили, под ногами не разверзся пол.

Внутри было очень просторно, светло и уютно. Колонны, стены, высоченный арочный потолок красовались искусной резьбой и барельефами с фресками, изображающими людей, животных и растения. Отдельно и в контакте. Под последним я имею в виду не охоту или сражения. Люди кормили, ухаживали, гуляли со всевозможными зверями, держали в руках фрукты, с тяпками и лопатами трудились на полях, обрабатывали почву рядом с деревьями и кустами и так далее. Среди множества каменных картин я приметил с дюжину, где изображались летающие существа. Все с наездниками.

Я изучил все помещения храма и так не смог найти проход выше или вниз, если тут имелись подземные яруса. По высоченному потолку казалось, что здесь и есть только один этаж. Как-то местная магия сделала так, что я не вижу дверей и лестниц. Может для того, чтобы самые любопытные и нетерпеливые не попытались их сломать?

И на улице, и внутри храма имелись каменные лежаки. Приятно-тёплые и очень удобные несмотря на материал. Словно незаметно и мгновенно подстраивались под форму тела. Половина уличных расположилась под навесами. Один из таких я выбрал для отдыха.

Первым делом я поел. Опять давился в сухомятку, но разжигать костёр не решился. Чувствовал неловкость от мысли, что испачкаю брусчатку кострищем. После перекуса взялся перекладывать вещи, которые держал в кольце. В процессе инвентаризации наткнулся на ядра духов воды. Всего их оказалось девять штук.

'Сущностное ядро эфирного духа воды

Содержит 100 ци

Можно поглотить. В процессе поглощения ядро окажется разрушено'.

Хранить подобные вещи у меня желания не было. Возможно, за них неплохо заплатят в городах. Но до тамошних торговцев ещё требовалось добраться. А между тем энергия для боевых техник мне требовалась прямо сейчас.

Все девять трофеев я впитал в себя, пополнив свой резерв на девятьсот единиц ци. Очень хорошо, просто прекрасно.

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: земной

Меридианы: 15/25

Ци: 1987/10 000

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (50 Ци)

Духовный доспех (100 Ци)

Водяные брызги (10 Ци)

Бездонная лужа (50 Ци)'.

В итоге внутренний резервуар с ци достиг отметки почти в две с половиной тысячи единиц! Чуть подумав, прикинув варианты и наступив на горло слегка взбрыкнувшей внутренней жабе, я потратил почти шесть сотен на взятие трёх меридиан, доведя их количество до круглой цифры — пятнадцать. Зато теперь лупить водяным хлыстом смогу ещё быстрее и точнее. Врагам это очень «понравится», хе-хе-хе.

С наступлением вечера свечение храма резко ослабло, снизившись до комфортного, которое позволяет нормально заснуть. При этом когда я решил выйти за стену и добрался до границы освящённого кольца-сада, то увидел, что храм сияет будто новогодняя ёлка.

Сон пришёл быстро, сразу, как смежил веки. И во сне я увидел себя за столом в одной из местных ротонд. Стол был завален фруктами и сладостями, среди которых стояли несколько хрустальных графинов с узким высоком горлышком, полных холодных напитков. Напротив меня расположилась молодая женщина с лёгкими восточными чертами и кожей цвета мороженного крем-брюле. Не знаю, почему в голову пришло такое сравнение. Нижнюю часть лица она скрывала кусочком белой вуали, украшенную золотыми цепочками и мелкими зелеными и синими самоцветами. На голове находился золотой ободок, с которого на коротких цепочках свисали золотые мелкие монетки в три ряда. В ушах красовались массивные, опять же, золотые серьги в виде колес сантиметров по шесть в диаметре.

«Волшебный восток! О сказочный край!», — невольно пропел я при виде наряда незнакомки. И тут же представил её в откровенном наряде танцовщицы, который представлен едва заметными трусиками, прозрачными шальварами и полупрозрачным бюсгальтером.

— Это уже будет слишком, — покачала она головой и сказала. — Здравствуй, чужестранец.

— Здравствуйте, — ответил я и мгновенно догадался по первой её фразе, что незнакомка способна читать мысли. — Извините, как-то само так получилось.

— Я понимаю. Ты дитя другой эпохи и иного воспитания. Но я хочу поговорить не об этом.

— Вам что-то от меня нужно?

— Сначала я представлюсь. Меня зовут Анджа́ли, когда-то я была богиней этого мира и одной из тех, кто им управлял. Сейчас же от меня остался крошечный слепок, могущественный только на крошечной территории вроде этого храма.

— Рад знакомству, — шаблонно ответил я ей. — Я чем-то провинился? Если да, то только по незнанию. Слышал от местных, что храмы самое безопасное место в этих землях. И решил здесь перевести дух.

— Мне известно, что тебе пришлось пережить, чужестранец. Но речь сейчас не про то. Я хочу, чтобы ты взялся выполнить моё поручение.

«Всем здесь от меня что-то нужно», — невольно с досадой подумал я. Удержать мысли не получилось.

— Ты получишь достойную награду.

Тон богини — или кто она там на самом деле — мне не понравился. Она говорила так, словно я уже согласился со всем ещё не озвученным.

— Ты не откажешься, чужеземец. Судьба тебя уже вплела в холст жизни моего мира. Моё предложение только поможет тебе стать сильнее и быстрее достигнуть успеха.

«Да я, блин, Нео! — вновь не смог сдержаться я. — Здравствуйте, я Нео, и я избранный».

— Да, ты избран, — подтвердила собеседница, читающая мои мысли, как раскрытую книгу в библиотеке. — Но прошу тебя сдержать гордыню. Ты не первый на этом пути.

«Твою мать, — выругался я про себя. — А вот этого можно было и не говорить. Блин, отличное напутствие перед опасной миссией», — затем вслух поинтересовался. — Что мне нужно сделать?

— Приди в Шанкар-Шив, найти башню звездочёта Ранхана и забери из неё скрижаль с небесным откровением. Ты сразу поймёшь, что тебе нужно. После этого вновь приди в мой храм.

— А как далеко до того места? Как мне до него добраться?

— Сам ты не дойдёшь до него. Но не волнуйся, я тебя перенесу в один из храмов, который находится довольно близко к городу. Также ты получишь от меня кое-что из храмовых запасов, что поможет тебе справится с опасностями по дороге в город.

— А там очень опасно?

— Ты справишься, — уверенно сказала женщина.

«Точно опасно», — вздохнул я.

И проснулся.

Я всё также лежал на каменном ложе на одном плаще и укрытый вторым. И всё бы списал на просто очень реалистичный сон, если бы не одно НО. Рядом на брусчатке лежала стопка вещей. Кожаная кираса, кожаный шлем с нащёчниками и назатыльником, как у римских солдат. Прямой меч общей длиной порядка восьмидесяти сантиметров. Деревянные, покрытые резьбой в виде растительного орнамента наголенники, прикрывающие заодно и колени. Кожаные краги. Холщовый плащ с простой вышивкой и крупным сложным рисунком в центре. Возможно, это был герб храма или даже богини. Большая фляга примерно на полтора литра из кожи и с деревянной пробкой с ремешком, чтобы носить через плечо или прицепить к заплечному мешку. Сам мешок тоже имелся. Внешне он почти полностью копировал отлично знакомый мне «сидор». Внутри в тряпочных мешочках лежали припасы. По нескольку горстей пемикана или его аналога, орехов, сушёных фруктов, каких-то корешков и маслянистой массы, похожей на рассыпчатую халву, но абсолютно не сладкую. Но всё это померкло перед двумя маленькими свитками. Оба содержали возможность усиления любой техники, имеющейся у практика. Они усиливали талант вдвое.

Тут я задумался, как мне поступить.

В Чиннраге, когда изучал всё о своих новых способностях, я узнал про усиления техник. На смертном ранге можно было только раз это использовать на каждой из имеющейся сверхспособности. На земном ранге уже два. На элементном три и на небесном четыре. Про божественный ранг ничего не нашел. Но мне хватит и этого.

И вот сейчас я оказался в ситуации похлеще, чем у осла Буридана. У того вариантов было всего два. У меня побольше. Можно было усилить по разу две техники, Доспех и Хлыст. Обе способности меня постоянно выручают. Можно усилить дважды только одну. В этом случае я стану почти неуязвимым или обладателем ультимативного фаталити, которое и практика элементного ранга как следует проймёт. Либо убрать оба свитка в кольцо до поры до времени, так как активация каждого потребует пять сотен ци. Её у меня не так уж и много. Можно было усилить разок что-то одно. Но вот что именно?

— Ну богиня, ну дала стране угля, — вздохнул я и несколько раз взлохматил волосы на своей голове. — Вот как поступить?

Глава 24

ГЛАВА 24

Когда я вышел за ворота храма, то резко встал, словно в стену уткнулся. Впереди раскинулась незнакомая мне местность. Вчера я вошёл в храм из густых джунглей, которые закрывали всё вокруг сплошной стеной, сейчас же я находился на невысоком широком холме и впереди виднелись ещё три похожих. Местность вокруг уже не походила на тропические джунгли. Скорее на африканский буш в сезон дождей и мурманские сопки вместе взятые. Очень много открытого пространства после вчерашних дремучих чащоб, мало деревьев, высокая трава, густо разбавленная яркими бутонами цветов.

— Ничего себе экспресс-доставочка, — пробормотал я, когда вспомнил слова Анджа́ли. Богиня пообещала сократить мой путь в Шанкар-Шив и сдержала слово. Только забыла предупредить о способе.

В принципе, жаловаться не на что. Я узнал об одной из способностей Храмов. Не знаю вот только известная она или это мне повезло раскрыть тайну? Ведь по собранной информации боги в храмах редко-редко снисходят до практиков. Чаще всего общения удостаиваются обладатели небесного ранга. Совсем редко практики элементного ранга. А про таких как я не нашёл ни единого упоминания.

В самом деле, блин, избранный. Для меня эта должность крайне обременительная. По пути в храм я уже успел составить план, как буду жить дальше. Благодаря пространственному амулету я сохранил все свои деньги, заработанные в рейдах с Мей. Имеющейся суммы вполне хватит, чтобы хорошо устроиться в крупном городе, расположенном как можно дальше от демонического пояса. По собранной информации в тех краях люди живут так же, как две сотни лет назад, когда началась война с демоническими ордами. Для них ничего не изменилось. С моим рангом можно устроиться телохранителем к какому-нибудь богачу попроще, для которого охранник важнее как статус, а не реальная защита. А там потихоньку-полегоньку за годик неспешно достиг бы элементного ранга. С ним уже можно было бы войти в местную элиту и получить все условия для красивой жизни.

Но тут влезла эта богиня с её, точнее моей «избранностью». Лучше бы помогла мне подняться на новый ранг, вот это была бы настоящая помощь, а не кидать жалкую подачку. Ах да, стоит сказать, что свитками с усилением техник я всё-таки воспользовался по первому варианту. Теперь у меня Доспех и Хлыст вдвое сильнее по эффекту. И вдвое больше потребляют энергии.

'Сан Шен

Практик неба

Ранг: земной

Меридианы: 15/25

Ци: 987/10 000

Направленность: Вода и Дух

Техники: Водяной хлыст (100 Ци)

Духовный доспех (200 Ци)

Водяные брызги (10 Ци)

Бездонная лужа (50 Ци)'.

Решил не жалеть ци и не концентрироваться на чём-то одном. На защите или нападении. Лучше побыть универсалом. Ведь кто знает, что мне спасёт жизнь на пути в город: меткий убийственный удар или непробиваемый доспех?

Идти по равнине было легче раз в пять, чем по джунглям. Я даже не шёл, а неторопливо бежал, крутя головой по сторонам. Единственное что напрягало, это открытость пространства. Я уже привык, что видимость вокруг редко превышает пятьдесят метров, обычно и вовсе дальше двадцати уже ничего не видно и не слышно из-за стены растительности, а тут я был открыт любым взглядам не то что на сотни метров — на километры! Особенно для наблюдателя с холмов. Не меньшей опасностью были хищники, которые могли укрываться в высокой траве. Пока они неподвижны, я их не увижу до самого последнего момента.

Но все эти неприятности меркли перед одной единственной. Я, блина, не знал куда идти! Вот где этот Шанкар-Шив расположен? В какой стороне? Перетряхнул все подаренные вещи, но не нашёл ни компаса с меткой, ни карты, ни завалящей записочки. Из-за этого весь день ходил, точнее, бегал по окрестностям вокруг храма, изучая местность. И как обычно и бывает что-то подходящее смог найти уже ближе к вечеру. Примерно в семи километрах от моей «автостанции» нашёл широкую тропу. Не особо нахоженную, правда. По ощущениям — а следопыт из меня лишь немногим больше нуля — здесь около месяца назад прошёл крупный отряд людей с вьючными животными вроде мулов. Отыскал сломанную подкову, две стрелы, грязную матерчатую полосу, кажется, бывшую когда-то тюрбаном. А ещё несколько костей, человеческих и животных. Судя по всему, в этом месте на караван напали хищники и смогли потрепать его. Как минимум один из караванщиков погиб. Возможно, это его тюрбан я нашёл.

Так как дело шло к сумеркам, я решил вернуться обратно в храм и провести за безопасными стенами ещё одну ночь.

В путь выдвинулся после рассвета, когда солнце полностью вышло из-за горизонта. Быстро добрался до тропы и дальше шёл по ней. К полудню она привела меня на вершину одного из холмов. Здесь я нашёл стоянку, которой регулярно пользовались. Имелся частокол в полтора человеческого роста. На нём и на земле вокруг него я увидел множество длинных веток с просто гигантскими по длине, но тонкими шипами. Кажется, похожие я как-то видел в очень старом приключенческом фильме про Африку, где герой и героиня с их помощью портили шины на автомобилях бандитов, решивших уничтожить племя негров из-за залежей полезных ископаемых на их территории. Полагаю, здесь шипы используются караванщиками против лап всяческих тварей, охочих до человечины или тягловых животных. На стоянке не было ничего кроме небольшого запаса дров для очагов, поилок из глины, вкопанных в землю, а ещё засохшего помёта. Побродив по территории и дважды чуть не упав в волчью яму, я отправился дальше. Ничего полезного для себя я тут не нашёл и не узнал. Единственная польза заключалась в том, что среди жердей нашёл подходящую для копейного древка. В качестве острия использовал длинный кинжал, взятый трофеем ещё с разведчиков орды в заброшенном городе на равнине. Прикрутил его в несколько слоёв сыромятным ремешком, вымоченным в воде и дополнительно стянул бечевкой. Высохнув, кожа буквально скрепила в единый монолит клинок и дерево.

От холма, ну или к нему шли три тропы. Одна уже знакомая большая, караванная. И две узких, уже почти заросших. Здесь словно прошли несколько человек не меньше недели назад. Вмятины от подошв в земле уже потеряли форму, а трава распрямилась. Тропа угадывалась только по нескольким сломанным травинкам тут и там. Могу предположить, что по ним прошли два небольших отряда охотников или собирателей. Обе тропы уводили от холма примерно в том же направлении, откуда я пришёл. определить в каком направлении расположен город или иной населенный пункт по ним не вышло.

«Придётся идти дальше и надеяться, что выбрал нужное направление. Ну, или как-то получится правильно сориентироваться», — подумал я.

К вечеру я нашёл подходящее место для ночлега. На склоне одного холма. Вода во время сильного ливня оставила несколько глубоких промоин. В одной из них оказался большой плоский камень, подмытый с одного края. Получилась уютная нора, где хватало места для одного человека. Никакой гадости в норе не оказалось, только земля с глиной и галька. Я быстро натаскал травы для лежанки, нарубил веток кустарника и закрыл ими проход.

Переночевал почти отлично. Почти, так как несколько раз за ночь меня будил звериный вой. Наверное, волчий, но на сто процентов не уверен, так как раньше слышал его только по телевизору. Здесь же может похоже выть всё что угодно.

К середине дня подошёл к большой роще. Самой крупной из всех, что я тут видел со вчерашнего дня. Практически небольшой лес, очень светлый и почти без подлеска. Большей частью он состоял из высоких деревьев с толстым стволом, светлой гладкой корой и широкой зонтичной кроной. Караванная тропа проходила в паре сотнях метров от него. Но я решил слегка срезать и изнутри посмотреть на рощу.

Когда я уже подходил к опушке, то увидел движение среди деревьев. Сначала остановился, а потом резко присел и покрылся холодным потом, хотя температура вокруг была под двадцать пять градусов выше нуля. Там впереди я увидел нескольких огромных слонов устрашающего облика. Клыков-бивней у каждого хватило бы на трёх-четырёх нормальных слонов из моего мира. Стандартные бивни присутствовали. А ещё росли короткие, но очень толстые из нижней челюсти, которая также выделялась размером. Раза в три больше. А ещё, наверное, рога. Но были они цветом и размерами, как стандартные бивни. В высоту животные были четыре с половиной-пять метров, в длину больше семи. Вместо куцего слонового земного хвостика у них свисал толстенный, даже не знаю, как назвать… трос, что ли, с короткой, но очень густой метёлкой волос, касавшейся земли. Шкура свисала толстенными складками, чем-то напоминая носорожью.

«Рад, два, три… четырнадцать», — сосчитал я всё стадо, которое прошло мимо меня метрах в восьмидесяти. Одиннадцать были взрослыми животными. Три детёнышами, размерами с крупную корову. Я сидел на корточках, пытаясь спрятаться за худым кустиком и готовясь дать стрекача в любую секунду. Драться с ними у меня не было никакого желания. Не уверен, что смогу с ними справиться. Ко всему прочему один из одиннадцати отличался размерами в бо́льшую сторону, сравнивая с остальными. Шкура у него была темнее, кость бивней отливала металлическим блеском. Готов поставить всё своё имущество против медной монеты, что это вожак стада и он небесный зверь. Кстати, труси́л он самым последним, часто оглядываясь назад. Вскоре я понял почему он так делал. Когда стадо слонов удалилось от меня метров на сто пятьдесят, из рощи выскользнули три мощных рыже-бурых туши саблезубых тигров. Двое проскочили мимо меня, не обратив внимания или не заметив, следуя за слонами. А вот третий замедлил шаг, стал водить головой по сторонам, принюхиваться, а потом вовсе остановился напротив меня и посмотрел буквально в глаза.

«Сука! — зло подумал я. — Вали уже за своими корешами. Ведь целее будешь».

Но хищник оказался абсолютно глухим. Видать какой-то местный медведь как следует потоптался на его органе, отвечающим за телепатию. Припав к земле, он стал красться ко мне, не спуская пристального взгляда.

Я ждал до последнего момента, краем глаза приглядывая за двумя оставшимися тиграми. Вернее, за тем направлением, где они скрылись в траве. Когда между нами осталось десять-двенадцать метров, тигра напрягся на миг, а потом прыгнул. И нарвался на водяную плеть, выпущенную мной прямо. Получилось, как удар рыцарского копья. Струя воды пробила ему горло и вышла из шеи слева розовым фонтаном. Моя атака не остановила зверя, но позволила мне уйти от него в сторону. А когда он оказался рядом со мной, ошарашенный тяжёлой раной, то я сначала создал под ним бездонную лужу, в которую тигр рухнул задней частью, а затем повторно ударил хлыстом. В этот раз целил ему в глаз и не промахнулся. Орган лопнул с громким хлюпаньем, брызнув тёмными каплями во все стороны, а из пасти хищника вырвался тихий рык. Через мгновение он ткнулся головой в землю и затих. Не став ждать, когда бездонная лужа развеется, я бросил быстрый взгляд в сторону слоновьего стада, убедился, что тигры не заметили пропажу своего сородича, и со всех ног бросился в лес.

Бежал так, что сам не заметил, как оказался в самом центре, который кардинально отличался от опушки. Здесь разросся странный кустарник с синевато-зелёными ветками и узкими длинными листьями тёмно-фиолетового цвета. На каждом сантиметре торчало по большому кривому чёрному шипу со светлым кончиком. Растение стелилось многометровыми плетями по земле. Интуиция взвыла сиреной. Я резко остановился и двинулся вбок, обходя заросли кустарника. Через десяток метров застыл. В самой гуще кустарники белело множество костей. В основном это были костяки некрупных зверей. Но среди них я заметил четыре человеческих скелета. На каждом виднелись остатки одежды и оружие. У одного я приметил прямой меч дзянь, который прекрасно сохранился в отличие от прочего барахла. Возможно, да что там, почти уверен, что клинок артефактный, смертного ранга. За это оружие мне заплатят серебром в любой городской лавке, но вот кустарник… Мне жутко не хотелось лезть в него. От растения словно исходила опасная, пугающая аура.

С минуту я мялся, поглядывая то на заросли с костями, то назад, опасаясь возвращения тигров. Потом решился. Из кольца достал топор и принялся аккуратно обрубать плети на пути к трофею. Срубленные колючие ветки откидывал в сторону. Когда до цели осталось около трёх метров ближайшие плети вокруг меня пришли в движение. Одна из них обвилась вокруг икры. Шипы вонзились в тело. Боль была, как от сильнейшего крапивного ожога и одновременно от укола неумелой рукой студента-медика на практике. Десяти неумех студентов! Мгновенно ударил топором, отсекая ветку и через мгновение накинул на себя доспех духа. Сделал это вовремя, так как уже через пару секунд до меня дотянулись остальные ветки. К счастью, моя защита им оказалась не по зубам. Перехватив топор в левую руку, я наотмашь дважды рубанул водяным хлыстом по кустарнику вокруг себя, целясь в толстые короткие стволики, из которых брали начало колючие плети. Часть живых веток тут же замерла. Понадобилось ещё дважды ударить боевой техникой, чтобы срезать их все и добраться до меча.

От намотавшейся на ноге ветки я избавился, только отойдя на безопасное расстояние. Шипы неглубоко вошли в тело. Буквально прокололи кожу и всё. Из ранок выкатилось лишь несколько капель крови. Но место вокруг них побагровело и опухло. Там всё жгло и болезненно дёргало. Пришлось срочно доставать из амулетного кольца специальную мазь и обрабатывать повреждения. А потом выпить противоядие. За мазь и антидот следовало благодарить покойную Мей. Охотница собрала мне полевую аптечку ещё перед первым рейдом. А также подробно пояснила что и когда применять.

'Стальной дзянь

Длинный клинок смертного ранга.

Свойства: повышенная прочность, самозатачиваемость, пропуск Ци'.

Надеюсь, что трофей стоит моих мучений и потраченных на лечение не самых дешёвых алхимических средств.

Скорость из-за ранения сильно упала. Сейчас я мог передвигаться не быстрее обычного человека, никуда не спешащего, прогуливающегося по городской улице. Рощу я прошёл насквозь и больше ни с кем не встретился. Ни с опасными представителями фауны, ни с такими же со стороны флоры. Вскоре вернулся на караванную тропу и решил, что больше с неё не сойду. Если только из-за серьёзной угрозы.

На четвёртый день путешествия по равнине, слегка испятнанной холмами и рощами я вышел к реке. Размерами она впечатляла. Здесь мне ещё не доводилось встречать настолько полноводные водоёмы. Да и в прошлой жизни тоже, если честно. До противоположного берега было метров семьсот. Переправиться вплавь я не рискнул. Не потому что не умел плавать, боялся попасть в зубы какой-нибудь водяной живности. Мне хватит и небольшой стаи мутировавших пираний. Плыть придётся долго и времени действия духовного доспеха на всё время не хватит. Но караванщики как-то перебираются на другой берег! Нужно всего лишь идти по их следам.

Глава 25

ГЛАВА25

К концу дня я наткнулся на очередной пустующий лагерь, окружённый частоколом, заострёнными кольями и замаскированными волчьими ямами. Он расположился на самом краю высокого обрывистого берега. Здесь я сделал привал, решив провести остаток дня и ночь, чтобы восстановить силы. Из-за отравы мутировавшего кустарника мне пришлось хлебнуть лиха. Через несколько часов ранения стопа, щиколотка и икра раздулись вдвое, потеряв всякую чувствительность. На месте уколов появились крупные нарывы с сочащимся из них тёмным густым гноем с кровяными вкраплениями. Мне пришлось сделать несколько надрезов, чтобы расширить раны, и вставить в них полоски шёлка. Их отрезал от дорогой рубашки, которую купил в Чиннраге. Такой вот примитивный дренаж. Отлёживаться не стал. И, возможно, поступил правильно. От ходьбы раны разбередило. Сначала из них сочился кровавый гной, но спустя несколько часов пошла тёмная тягучая кровь. И вскоре она полностью запечатала порезы. Ночью ногу сильно дёргало. Зато к утру опухоль почти полностью спала. Ранки закрылись тёмной корочкой с торчащими из них шёлковыми ленточками. Когда расковырял каждую, то не увидел ни следа от гноя. На данный момент нога вернула свои прежние размеры, а порезы наполовину зажили. Вот только организм на излечение забрал слишком много ресурсов. Я быстрее уставал, чаще испытывал жажду и голод.

На следующий день я прошёл всего два часа, когда увидел страшные следы, сообщающие об опасности этих земель. Это было крупное пепелище диаметром около двух метров. На обожжённой чёрной земле лежали три закопчённых человеческих черепа и несколько полуобгоревших крупных костей. Не думаю, что это последствия столкновения с каким-нибудь небесным пламенным зверем или огненным практиком. Скорее всего, погибших караванщиков похоронили в огне, чтобы не оставлять на поживу падальщикам. Как ни закапывай, но звери всё равно доберутся до тел. Топить же в реке мёртвых спутников, думаю, живым показалось кощунством.

В середине дня я добрался до внушительного моста, соединившего оба берега. Постройка оказалась под стать реке. Такая же мощная, монументальная. Над водой мост поднимался на семь-восемь метров. Покоился на арочных опорах из огромных тесанных камней. Каждый из них был размером от комнатного комода до легковушки. Ширина не уступала. Минимум двенадцать метров. В центре стояли двух- трёхэтажные узкие постройки с боковыми фасадами по четыре-пять метров и по пятнадцать-двадцать у главных. Слева и справа от них протянулась проезжая часть моста, порядка трёх метров шириной каждая. На удивление растительности на мосту было мало. Правда, тут и не джунгли, как в районе Чиннрага. На крышах, по верху парапетов моста, на различных выступах на зданиях росли мелкие кривые деревца, трава, на затенённых участках сочно зеленел ковёр мха. Кое-где виднелись «масксети» ползучих растений вроде земного бабьего винограда. Но их было мало. Или я видел мало и дальше подобных мест будет больше.

Тропа, по которой я сюда пришёл практически от Храма, подходила вплотную к мосту, а дальше караванщики двигались по нему. Возможно, мост — самое безопасное место. Я бы на месте местных жителей регулярно его чистил, не давая тут завестись всякой нечисти и гадости. Впрочем, всё это — если подходить с точки зрения логики. А вот как на самом деле обстоят дела покажет только личный опыт.

— Ну, с Богом, — тихо дал сам себе напутствие и шагнул на брусчатку моста. Обеими руками сжимал свою самодельную рогатину. Боевая техника боевой техникой, но длинное древковое пыряло всё-таки надёжнее. Да и ци у меня кот наплакал после использования божественного подарка. Хватит раз пять, ну шесть ударить и потом — всё! Хорошо, если против меня будет один-два противника, как несколько дней назад, когда с саблезубым тигром столкнулся. А если не повезёт наткнуться на толпу мелочи, каких-нибудь крыс или обезьянью стаю? Натуральное подтверждение поговорки выйдет: из пушки по воробьям.

Первые сто метров я прошёл спокойно. Только дёргался на шорох и звуки лёгких шагов, сопровождаемых костяным постукиванием, которые доносились из зданий сквозь чёрные проёмы мелких окошек и дверей. Прошёл ещё двадцать и резко остановился. Что-то было не так. Из постройки, протянувшейся на добрых три десятка шагов не доносилось ни единого звука. При этом я ощущал чей-то очень недобрый взгляд.

«Будто под прицелом», — промелькнуло в моей голове. Мысль настолько показалась осязаемой и вещей, что я немедленно активировал доспех духа. Миг спустя показалось, что услышал человеческое ругательство, прозвучавшее в окне, напротив которого я стоял, а потом в меня полетели стрелы. Три ударили без всякого вреда. Просто заставили отшатнуться назад. Четвёртая пронзила магическую защиту и ткнулась в доспех, но не смогла пробить толстенную и качественно обработанную кожу и присоединилась к своим товаркам у моих ног.

— Не дайте ему уйти! — раздался хриплый, какой-то каркающий мужской голос. — Гедом, прикончи его!

Из здания как тараканы полезли люди. Выглядели они почти что как бойцы орды. Такие же разномастно одетые и вооружённые до зубов. И их было очень много. Человек двадцать или больше. За пару секунд, пока я приходил в себя после неожиданного обстрела, они отрезали мне оба пути отступления.

— А-а-а!

С дикими и яростными криками, призванными меня напугать, на меня бросились пятеро. Трое слева и двое справа. Последних я разрубил водяным хлыстом на инстинктах. Использование боевой техники для меня стало уже рефлексом. Успел развернуться и полоснуть струёй воды левых, сразив одного и зацепив второго. Третий отскочил назад и прикрылся щитом. Но набор деревяшек, сбитых в круг в два слоя не спас его от моей техники. Хлыст пронзил голову раненого, пробил щит и вошёл в грудь его хозяину.

В этот момент в спину ударили будто молотом, сбив с ног и швырнул прямо на агонизирующие тела, которые только-только расстались с жизнью благодаря моим усилиям. Спас меня обычный доспех, доставшийся ещё от мёртвого владельца пространственного кольца. Не вставая, я махнул назад рукой, активируя технику. И попал.

— А-ар-ра-а! — прорычал кто-то невидимый за моей спиной. Я как раз успел развернуться и встать на колени. Увидел тощего мужичка с вполне европейскими чертами выбритого лица, одетого куда приличнее и чище, чем большая часть наседающей на меня толпы. Он держался за живот обеими ладонями и страдальчески искривил лицо. Промеж его пальцев шустро потекла кровь.

«Не боец, сам дойдёт», — мелькнуло в моей голове, и я обратил своё внимание на живых и здоровых бандитов. Два взмаха водяным хлыстом, не вставая с колен, прикончили ещё четверых.

И вновь в спину мощно ударили. В этот раз удар совпал с моим разворотом и вышел смазанным, не сумев повалить на брусчатку моста. Раненый в живот уже стоял на коленях и держал руки, вытянутыми в мою стороны, прижатыми запястьями друг к другу и с ладонями, расположенными вертикально со скрюченными пальцами. Из раны на камни вывалились сизые внутренности и вылилась огромная лужа крови. Но человека это уже не волновало. Видимо, решил забрать с собой на небеса убийцу — меня. Да вот только меня это не устраивало. Раз — и чужая голова оказалась ровнёхонько срезана, присоединившись к потрохам.

'Сбор Ци +15

Сбор Ци +9

Сбор Ци +4'.

Не успел я вновь развернуться в другую сторону, откуда на меня полезли сразу двое воинов с топорами и щитами, как по голове что-то страшно ударило. Так сильно, что увидел в буквальном смысле яркие звёздочки перед глазами. Всё поплыло, зрение стало двоиться и появился громкий шум в ушах, похожий на смесь тиканья часов и высыпание щебня из кузова грузовика.

Почему-то я не упал. Наоборот, стал двигаться ещё быстрее и намного ловчее, чем до этого. В руке появился дзянь, который я нашёл у скелета в плотоядном кусте. Первого набегающего врага встретил уколом снизу вверх, в середину груди, резко шагнув ему навстречу и помогая бёдрами удару. Меч вошёл в чужое тело с громким хрустом более чем на ладонь. Тут же выдернув клинок, я развернулся назад к другому бандиту. Тот вместо атаки решил уйти в защиту, закрывшись щитом и выставив впереди себя какой-то огромный тесак, больше похожий на метровое мачете, чем на благородный меч. На свою беду он застыл в левосторонней стойке. Выставленная вперёд левая нога сама выпрашивала «награду». И получила. Клинок в моей руке сверкнул серебристым росчерком, устремившись к ней. Сталь разрубила холщовые штаны, мышцы и кость под коленом.

Мужчина страшно закричал и повалился вперед, на меня. Крик оказался настолько громким, что прорвался сквозь шум у меня в ушах. Его, уже лежащего на мостовой, я несколько раз ударил по шеи и спине. Докуда дотянулся.

Готов.

И вновь пришлось разворачиваться и встречать очередного противника. В затуманенную голову пришла мысль-удивление насчёт поведения бандитов. Я уже прикончил с дюжину их товарищей. Но вместо этого с непонятной яростью лезли на меня.

«Или это гипнотическая техника? Ими просто-напросто управляют, как марионетками», — мелькнула в голове мысль. И тут же пропала.

Ещё один враг бросился на меня. Его удар кривым мечом я отбил, уколол в ответ, но тот оказался очень быстрым и успел закрыться. Мой меч ударил точно в центр щита. Сила удара оказалась существенной, заставив врага отступить назад на пару шагов. Там он споткнулся о тело одного из мертвецов, пошатнулся и открылся на секунду. Этого мне хватило, чтобы вновь совершить укол. Ударил точно в лицо и попал в рот, вогнав меч сантиметров на пятнадцать. Выдернув, на обратном ходе режущим движением почти отделил ему вооружённую руку. Она повисла на остатках мышц и недорезанном куске рукава.

Следующий оказался вооружён длинным узким кинжалом с ромбическим клинком и прямым мечом вроде моего дзяня. Оба клинка так и крутились в его руках, постоянно атакуя меня с разных направлений. Удивительно ловкий и умелый бандит. Но ещё более удивительным было то, что я умело ему сопротивлялся, парируя его удары и нанося свои в ответ. В какой-то момент он попал в мою ловушку. Я закрутил своим мечом его клинок и выбил оружие из рук, проигнорировав кинжал, который уже летел мне в живот — там толстая кираса, не пробьёт — а затем ударил рукоятью в челюсть. Громко хрустнула кость. Противник кулем упал мне под ноги, выбыв из боя. Щадить его не собирался. Крутанув оружие вокруг кисти, я перехватил рукоять обратным хватом, положил на навершие вторую ладонь, придавая большую силу удару сверху вниз, и вонзил меч ему в грудь.

В следующий миг на меня напали сразу двое. Пришлось рвать жилы, чтобы не проворонить опасную атаку. Одного из этой парочки я быстро прикончил, а вот второй заставил попотеть. Я замахал клинком, буквально превратившись в вентилятор. Противник оставил попытки поразить меня и ушёл в оборону, закрывшись щитом. В какой-то момент он не стал по-глупому подставляться, а потянул на себя и опустил немного щит. Из-за этого мой дзянь увяз в верхней кромке. Ещё и неудачно угодил в стык между толстых досок. Торжествующий бандит оскалился, замахнулся своим мечом и открылся. Он дал мне всего пару мгновений, упиваясь своей будущей победой. Но я ими сполна воспользовался. В моей левой руке возник каменный кинжал, выдернутый из кольца-амулета, и вонзился точно между ключиц, в ямку. Враг захрипел, забулькал кровью, выронил меч и попытался ухватиться за моё оружие. Но в итоге ещё и пальцев лишился, когда я резко выдернул из него кинжал. Подобрав меч, я приготовился встречать новых врагов. Их осталось совсем мало. Зато вокруг на несколько метров всё было завалено неподвижными и корчащимися телами.

В этот раз на меня кинулись сразу трое. Один из них с моим же неказистым копьём, которое я выронил в самом начале схватки. Мало того, он запрыгнул на парапет моста, чтобы бить меня сверху. Второй сжимал обеими руками почти такой же боевой топор, как у меня в кольце. А третий держал в руках арбалет и целился в меня с каких-то пяти метров.

Тот, что был с копьём ринулся напролом. А я, увернувшись от незатейливого удара топором сверху вниз со стороны его товарища, подскочил к нему и ткнул дзянем в пах, затем отмахнулся от очередной атаки топорщика и… перевалившись через ограждение, рухнул с моста в реку.

Глава 26

ГЛАВА 26

Я пришёл в себя на берегу в густых зарослях чего-то похожего на ивняк. Всё тело болело и ломило, как после зубодробительной тренировки в спортзале, которые я иногда проводил в самом начале, когда ничего не знал о правильном выполнении упражнений. Ещё сильнее болела голова. Как только пошевелился, так сразу же заработал серию тошнотворно-болезненных уколов в затылке и в висках.

Подняв руку, чтобы прикоснуться к голове, обратив внимание, что она голая. Хотя я не снимаю рубашку, даже когда укладываюсь спать. Только при умываниях и купании в ручьях. Опустив взгляд ниже, на остальное тело, увидел, что полностью гол. Ни единой нитки на мне не было. Зато был покрыт множеством царапин, ссадин, синяков и мелких порезов. Не человеческое тело, а картина художника абстракциониста.

Вот только травмы меня не так сильно волновали, сколько возможная потеря одежды с оружием. С надеждой заглянул в пространственное кольцо и с облегчением выдохнул. Всё вроде как пропавшее оказалось внутри. Сначала я накинул плащ и натянул на ноги сапоги. После заторопился прочь от берега. Чтобы выбраться из густого ивняка мне пришлось дважды воспользоваться водяным хлыстом, чтобы расчистить себе дорогу. Через десять минут я оказался на достаточно чистом от зарослей местечке. Здесь я решил заняться собственными ранами. Вновь разделся, смыл грязь водой из фляги, насухо вытерся, морщась, когда грубая ткань касалась крупных порезов и царапин. Затем настало время для лечения. Все раны, до которых смог дотянуться, обработал заживляющей мазью. С полчаса выждал, чтобы она затвердела на коже и аккуратно оделся.

Самая большая травма обнаружилась на голове над левым ухом, на ладонь выше. Там устроилась огромная шишка размером с перепелиное яйцо. При касании она взрывалась вспышкой боли, которая отдавалась по всему черепу. Даже в зубах простреливало. Её я помазал густым гелеподобным маслом, которое холодило кожу и быстро лишало её чувствительности. Вскоре стало намного легче. Больше не скрипел зубами и не морщился, когда от неосторожного шага отдавалось болью в голове.

Далее занялся снаряжением.

— Дела, — протянул я, когда увидел во что превратился мой доспех и шлем. На них места живого не было. Девяносто процентов представляли из себя неглубокие порезы и даже царапины, которые испортили только красоту, но не эффективность, но имелось и несколько серьёзных повреждений. В кирасе застряли три обломанных наконечника от стрел или болтов. В шлеме зияла крупная рассечённая дыра. Просто чудо, что не заработал такую же в голове. Спасло внутреннее крепление, которое слегка отдаляло череп от внутренних стенок шлема. Когда я всё это получил — не помню. Вот совсем-совсем. Правда, после удара по голове, после которого поплыл и частично лишился слуха, я будто стал другим. Может, проснулись рефлексы тела, в котором оказалась моя душа? Вроде как подсознание взяло верх, пока сознание бродило в тумане. Скорее всего, всё так и есть. Именно потому я сражался врукопашную, игнорируя свои сверхспособности небесного практика. А потом ещё и за каким-то чёртом решил искупаться в реке. В момент удара о воду я полностью отключился. Чудо, не иначе, спасло мне жизнь. Точнее подсознание и рефлексы донорского тела. Правда, если говорить на чистоту, мне совсем не понравилась подобная потеря управления телом. Неприятный звоночек.

Броню я вернул обратно в кольцо. Правда, перед этим выковырнул из неё наконечники. Дзянь тоже проверил и был приятно удивлён его прекрасным состоянием. Никаких сколов и выщерблин, только микроскопические царапины. Но их заполирует любой мало-мальски рукастый кузнец. Каменный кинжал тоже был на месте и полностью цел, только слегка запачкан кровью. Её я убрал за пять минут с помощью воды, тряпки и нескольких капель специального оружейного состава.

Плотно перекусил, запил еду водой, сходил обратно к реке и заполнил фляги до горлышка. И отправился в путь.

Сориентироваться не составило большого труда. В этом мне помогло течение реки. судя по нему, я оказался на том же берегу, по которому несколько дней шёл по караванной тропе. То есть, страшная сеча с бандитами на мосту и порча доспехов — всё это оказалось бесполезным. Повторять действо не было никакого желания. Увольте.

Я пошёл по берегу, удаляясь от моста. Расчёт был на то, чтобы отыскать недалеко от реки рощу и построить плот. Либо найти несколько деревьев, прибитых к берегу водой. Мне вполне хватит трёх-четырёх двухметровых чурбаков, связанных вместе, чтобы переправиться.

В этот день мне не повезло. Ни рощ, ни плавника.

На следующие сутки спустя пару часов путешествия я увидел вдалеке на самом берегу реки стены города и поднимающиеся над ними острые макушки крыш. Первыми эмоциями были радость и надежда на окончание долгого путешествия. Их быстро сменили подозрения и опаска. Во-первых, даже на таком расстоянии должны быть дороги, тропы и прочие следы курсирования людей и домашних животных от поселения и к нему. Во-вторых, вокруг города было хоть шаром покати. Ни полей, ни садов, ни посада. В-третьих, на реке не стояло ни единого судёнышка, а они просто обязаны быть при таком-то расположении города. Когда я подошёл ближе, то обратил внимание на отсутствие дымов над городом. Горожане обязаны готовить пищу. В тех же тавернах и трактирах, жечь огонь в печах в банях, в мастерских и так далее. Тут типичное же средневековье, пусть и с магией. Вышеописанное — это постоянные черты наличия жизни и деятельности разумных. Но ничего из перечисленного не было.

Вскоре я уже смог рассмотреть проломы в стенах, серьёзные разрушения башен, огромные прорехи в крышах городских высоток. К этому моменту я уже был убеждён, что город пуст и эти виды только стали подтверждением моей правоты.

Была мысль обойти город стороной. Но она пропала так же быстро, как и появилась. Город мог дать мне строительный материал для плота, а то и какую-нибудь лодку. Правда, я сильно сомневаюсь, что нечто такое могло сохраниться в рабочем состоянии. Кроме того, в брошенных домах можно поживиться ценными вещами. К этому моменту я распрощался с брезгливостью и моралью. Теперь, вернись я в самый первый город, подаривший мне каменную пластину с изображением богини, я бы сметал в кольцо всё, что с виду имело хоть какую-то ценность.

Первая живность, которую я встретил уже у самого города, оказалась крупными чёрными и чёрно-белыми пятнистыми птицами, похожими на лесных воронов. Но с коротким крупным слегка загнутым клювом. Несколько десятков таких расселись на стене и крышах.

Надвратная башня и стена слева и справа от арки сохранилась почти идеально. Сгнили только деревянные части крыши-шатра и превратились в комки ржавчины все железные. От ворот ничего не осталось. Только внушительные петли. В данный момент ржавые-прержавые. Когда я прошёл через воротную арку, то несколько птиц слетели со своих мест и пристроились на домах поближе ко мне.

— Хрен вам по всей роже, — я показал средний палец самому ближайшему из воронов. А потом взял и ударил по нему брызгами. Птицу снесло с импровизированного насеста и с немалой силой приложило о каменную стену дома. — Съел?

С виду дома сохранились неплохо. У многих не было ни ставень, ни дверей, а в крышах зияли прорехи, зато растительности почти не было. Только жалкие и тощие пучки травы нашёл. И то большая её часть росла на мостовой.

Очень скоро наткнулся на неоспоримое доказательство опасности пребывания в городе. Останки человека и лошади были раскиданы по улице. Совсем свежие. На остатках плоти, прилипшей к костям, роились тучи крупных, жирных мух. Рядом валялись клочки одежды, снаряжения, конской упряжи и оружие. Сохранилось только последнее. Да и то только короткий меч, похожий на римскую спату и пара кинжалов. лук в щепки, стрелы все переломаны, от копья я видел только погнутый листовидный наконечник с куском древка размером в две мои ладони. Клинки я хозяйственно затрофеил. Будет что продать на местном рынке. Позже нужно их почистить от запекшейся и протухшей крови. Но пока сойдёт и так.

Город произвёл впечатление города-призрака из фильмов ужасов где-нибудь в аризонской глубинке. Не хватает только крошечных смерчей, гоняющих пыль по булыжникам. Да какой-нибудь вывески. И чтобы она болталась на куске ржавой цепи или на ней сидел мрачный ворон.

Зашёл в несколько ближайших домов. Но внутри нашёл только пыль и труху от сгнившей деревянной обстановки. После этого решил попытать удачи в центре. В любом мире там располагаются самые богатые дома и заведения. Возможно, что-то там осталось и сможет меня порадовать. Сейчас я даже буду рад просто хорошо сохранившимся доскам или деревянным дверям. Так я смогу без особых проблем построить плот и переправиться через реку.

Очень быстро вышел на круглую площадь. В центре неё расположился сухой фонтан с фигурой девушки с кувшином. Сейчас, правда, детали только угадывались так как статуя оказалась сильно попорчена. Проходов на площадь было два. Через один я сюда пришёл.

Пару минут выжидал, всматриваясь в каждую деталь. Воспоминания про хищника, устроившего лежбище одновременно с ловушкой у ворот другого города, всё ещё были свежи. Плюс где-то бродит то существо, которое растерзало всадника за моей спиной.

Наконец, я двинулся дальше. Чуть ли не бочком прошёл по краю площади, держась как можно ближе к домам. Для осмотра выбрал тот, у которого сохранилась дверь. Она выглядела солидно и прочно. С виду только запылённая и грязная. Вот только стоило на неё как следует надавить, как она хрустнула и упала внутрь дома. Остался только кусок трухлявой доски на нижней петле. Дверное полотно было сожрано жучками изнутри, превратившись в узкую коробку. Возможно, снаружи дерево рачительные хозяева обработали каким-то средством для защиты от вредителей и сырости. Потому эта часть дерева не понравилась насекомым.

Внутри я нашёл три больших комнаты, кухню и кладовку. Всё покрытое пылью, трухлявой мебелью, гнилыми тряпками. На кухне стояла печь, на полу валялись осколки глиняной посуды с глазурью, а на узком подоконнике притулился огарок толстой свечи. И всё. Ничего полезного.

Я обошёл все дома на площади, но полезного так и не нашёл. Надежда на строительный материал также не оправдалась. Тут всё было гнилым от сырости или трухлявым из-за деятельности древоточцев.

В одном доме увидел множество пучков сухой травы, корешков как целых, так и порезанных, а потом повешенных на нитки. Стоило мне к ним прикоснуться, как нить рассыпалась прахом. В этом доме нашлось множество мелких горшочков. Процентов девяносто из них были пусты, покрыты изнутри коркой засохшей грязи. Скорее всего, хранились какие-нибудь мази, настои и прочее, которые высохли и превратились в толстый грязный налёт. В остальных лежали семена и зёрна. Уже все испортившиеся, так как мякоть сгнила и уцелела только оболочка. Полагаю, что они ядовитые или несъедобные. Иначе грызуны обязательно опустошили бы горшки. Следы их мелких лапок я замечал в каждом осмотренном доме.

Разочарованный, я покинул площадь и отправился дальше изучать мёртвый город. Повернув за угол, нос к носу столкнулся с зомби. Никем иным это существо быть не могло. Распухшее человеческое тело, со следами гниющих язв, тёмной трупной кожей и вонью разлагающейся плоти. Зомби стоял как столб возле стены дома, чуть наклонив голову и согнув спину, будто заправский менеджер, двадцать лет просидевший в неудобном кресле перед монитором. Я на рефлексах взмахнул рукой и разрубил тварь водяным хлыстом пополам от левого плеча до правого подреберья.

Существо рухнула на мостовую, выпустив невероятное облако зловония. От вони меня вывернуло на месте.

— Бу-э-э…

'Сбор Ци +8

Сбор Ци +5

Сбор Ци +2

Сбор Ци +1'.

Отплевавшись, я решил, что с меня хватит поисков. После чего развернулся и торопливо пошёл по своим старым следам. Путь был уже проверен и не должен был принести неприятностей.

Н-да, не должен, но доставил. Как только я покинул площадь и вышел на обычную тесную неровную улицу, как наткнулся на двух зомби. Парочка неторопливо ковыляла, свесив головы чуть ли не до земли. И что главное — шли они точно там, где получасом ранее шагал я. Буквально след в след.

«Они видят мои следы? Как-то чуют?», — пронеслись тревожные мысли в голове.

Быстро отпрыгнув за угол, я дождался, когда порождения смерти поравняются и одной водяной плетью снёс им головы. К вони я уже был готов и смог удержать желудок в узде. Впрочем, там и не осталось уже ничего.

'Сбор Ци +9

Сбор Ци +4

Сбор Ци +7

Сбор Ци +5'…

Опасаясь, что ищейки могут быть не одни, я не стал возвращаться на знакомую улицу. Вот и не верь рассказам про то, что возвращаться по своим следам — это плохая примета. Двинулся быстрым шагом по параллельной улице. Благо, что она вела в ту же сторону.

Когда впереди замаячил выход к кольцевой улице, тянущейся вдоль оборонительной стены, пришлось опять прятаться от зомби. Крупная группа тварей, застывшая рядом с проломом, ведущим наружу, оказалась неприятным сюрпризом. Случайность? Или нет?

Я метнулся к воротам, выбрав новую дорогу, улицы, по которым не ходил и не мог оставить запаха. Всего один раз наткнулся на двух зомби, застывших на кривом узком перекрёстке. Те стояли ко мне спиной и подпустили на расстояние удара. Так и погибли, не заметив меня. Привычно впитал в себя несколько десятков ци.

У ворот меня ждали одиннадцать зомби. Девять обычных раздутых ходячих трупов и парочка уродливых человекоподобных созданий, напоминающих вурдалаков из киношных ужастиков. Рост у каждого был под два метра, а из-за худобы они казались совсем гигантами. Тощее тело перевивали жгуты мышц и покрывала серая морщинистая кожа. Руки опускались ниже колен и заканчивались пальцами с медвежьими когтями. Рот у каждого был постоянно приоткрыт, показывая множество остроконечных зубов. Связываться с такими мне совсем не хотелось. По крайней мере, в лобовой атаке. А вот со спины, как тех зомби, почему бы и нет…

Опять пришлось играть в прятки с немёртвыми на городских улицах, часто прячась в домах. Их меньше чем за час их появилось столько, что диву давался. Откуда только вылезли, в какой норе до этого прятались?

«Точно не случайность», — пронеслась в голове мысль, когда я увидел у второго пролома в городской стене очередной отряд монстров. Полтора десятка зомби и три вурдалака. Кто-то немертвыми управлял. Узнал, что в городе появился я и устроил охоту.

Я поднял голову вверх и стал искать самое высокое здание. Как только присмотрел нужное, то направился к нему. Пришлось постараться, чтобы избежать ненужного внимания патрулей немертвых. Убивать больше не стал. Появилось предположение, что кукловод ощущает смерти своих марионеток. И таким образом узнаёт про моё местоположение.

Выбранное здание оказалось пожарной каланчой. Первый этаж использовался для складирования бочек с ведрами, конской упряжи и прочим инвентарём. Также здесь стояли две трухлявые большие телеги. Второй этаж был казармой. А на третьем расположились комнаты для начальства, архив (внутри горы пыли и трухи, в которую превратился пергамент и бумага), небольшой склад для вероятно самых ценных вещей, так как дверь тут оказалась не только полностью целой, не гнилой и не съеденной жучками, но и обита огромным количеством стальных полос. Сейчас она была распахнута. Заглянув внутрь я не увидел внутри ничего кроме пыли, двух сгнивших сундуков и непритязательной скамейки. Из коридора третьего этажа можно было попасть на чердак через люк.

На чердаке я передвигался по балкам, опасаясь наступать на доски, которые выглядели так, будто гнилыми были ещё в тот момент, когда их привезли строителям. Отсюда на крышу вела ещё одна лестница в нечто похожее на воронье гнездо на морских судах. Оно было открыто всем ветрам, и держалось на честном слове. Зато и вид на город открывался прекрасный. Мне хватило минуты, чтобы бегло осмотреть улицы. И ещё две, чтобы наметить себе путь из города и запомнить ориентиры, чтобы не сбиться.

Увиденное настроило на мрачный лад. Ещё недавно выглядящий мёртвым, город оживал. Вот только жизнь в нём была страшная, немертвая. Из домов и из-под земли выползали зомби и вурдалаки. Часть их замирала на месте. Прочие разбредались по улочкам и закоулкам, по перекрёсткам, перекрывая мне пути отхода. Мне повезло только в одном. Неведомый кукловод, дёргающий за ниточки своё дохлое воинство, не знал, где я нахожусь и тратил имеющиеся ресурсы на весь город. Помогли осторожность с интуицией, благодаря которым я перестал убивать врагов и успел уйти из района, где обозначил себя в самом начале пребывания в городе.

Пока спускался с крыши и покидал здание ситуация чуть-чуть изменилась. Не критично, но я едва не вляпался. На перекрёстке, который был чист во время рекогносцировки с пожарного НП, уже стояла пара зомби. Один обычный, как все ранее виденные. А вот второй был свежаком. Одежда новая и хорошая. Разве что, замарана запекшейся кровью и немного порван воротник. Из-за голенища сапога торчал кончик рукояти ножа или кинжала.

Мне пришлось приложить титанические усилия, чтобы обойти эту парочку и вырваться на оперативный простор. Зато дальше удача мне улыбнулась во все тридцать два зуба. Вражеские патрули удавалось обходить через дома, не попадаясь им на глаза. И только возле пролома в стене я решил дать им бой. Отряд здесь был внушительный. Два десятка мёртвых рыл, среди которых наличествовали четыре вурдалака. Именно их я выбрал целью первых ударов. Посчитал, что раз их тут столько собралось в одном месте, то кукловод сделал ставку на численность, проигнорировав «секреты» и ловушки. Будь здесь штук пять живых мертвецов, то я бы, честно признаюсь, мог и не решиться на прорыв. Активировав доспех духа, я выскочил из укрытия и со всех ног бросился на прорыв.

Вурдалаки меня заметили первыми. Прочие немёртвые так и топтались на месте, не видя и не слыша меня. Оказавшись на дистанции уверенного удара, я наотмашь крест-накрест ударил по двум улучшенным тварям, которые бросились мне навстречу.

'Сбор Ци +23

Сбор Ци +14

Сбор Ци +17

Сбор Ци +15'…

«Пошла жара!» — азартно выкрикнул я про себя, перепрыгнув через падающее обезглавленное тело.

Третий удар водяной плетью по очередному вурдалаку снёс тому голову с верхней частью туловища и одной рукой. Кажется, на Земле у казаков такой называют баклановским. Попутно досталось его соседу зомби. Последнего вурдалака я прикончил уже в самом проломе. Тварь чуть за задницу меня не ухватила. Но не заметила бездонной лужи, которую я установил перед собой во время бега. Свою ловушку я перепрыгнул, а вот немертвый рухнул в неё уже почти дотянувшись до меня когтистыми лапами. Очень уж прыткая гадина оказалась, не чета медлительным обычным зомби. Я на ходу обернулся, взмахнул рукой и снёс голову врагу. Успел ещё ухватить двадцатку Ци, перед тем как покинуть город. Преследовать меня мертвецы не стали.

Эпилог

ЭПИЛОГ

Я мчался со всех ног до самой реки, стараясь увеличить расстояние между собой и городом как можно быстрее. Только на берегу убедился, что меня никто не преследует, после чего остановился. Переведя дух, я дальше двинулся быстрым шагом, крутя головой по сторонам, чтобы не угодить в какую-нибудь ловушку или на зуб притаившемуся хищнику.

Где-то через пару часов после удачного побега из города я увидел свой шанс переправиться на другой берег. Им оказалось старое дерево с обломанными сучьями и переломанным толстым стволом. Пришлось повозиться, чтобы стащить его с кромки берега в воду на глубину. Несколько раз использовал водяную плеть. С её помощью я рассек ствол пополам и снес почти все сучья. Затем связал верёвкой два бревенчатых коротыша, превратив старое дерево в корявый плотик. Из толстого сука и срезанной с бревна… пусть будет пластины сделал весло. Как только плот был готов, я на целых два часа затаился, укрывшись в высокой траве в десятке метров от берега. А то мало ли какая речная зверушка приметила мои приготовления и ждет не дождётся, когда окажусь на воде, чтобы попробовать меня на вкус. И даже если ничего такого нет, то перестраховка в подобном месте — это здоровая паранойя.

Когда я отошёл от берега на сотню метров, то меня дошло, что я на водной глади, прям бородавка на лице модельной красавицы. Зря я снес все ветки со ствола. Нужно было оставить штук пять из тех, что самые длинные и на них накидать травы с сухими водорослями. Так хоть как-то защитил себя от посторонних взглядов. Всяко лучше, когда по реке плывёт странных островок, чем когда на плоту торчит мужик с веслом.

Несмотря на все опасения и внутренние терзания переплава прошла отлично. Никто не попытался стащить меня в воду, не выстрелил из прибрежных зарослей и не напал, когда я в них вошёл.

Местность по другую сторону реки оказалась мало отличимой. Здесь всё было также, к чему я привык за последние дни. Равнина, холмы, редкие рощи. Я сразу же свернул в сторону моста, чтобы отыскать караванную тропу, которую использовал в качестве путеводной нити.

К вечеру подстрелил водяной плетью двух крупных птиц, похожих на куропаток-переростков. Мясо у них оказалось очень жёстким, но вкусным. Сваренное в котелке, оно отдавало привкусом ягод и ароматом луговых трав, хотя приправы я использовал самые обычные. На зубы я не жаловался, поэтому умял почти полностью всю добычу. И сделал это с огромным удовольствием. Наевшись, заполз в низенький шалашик, плотно закрыл в него проход и уснул. Ночью ко мне попытался кто-то вломиться. Я проснулся от звука разгрызаемых прутьев в стенках шалаша и шума от рытья земли. Звери по издаваемым ими звукам были не особо крупными. Вряд ли даже размером с обычного волка. Примерно со среднюю крупную собаку.

— Пшли нах, — хриплым спросонья голосом прошептал я и выстрелил водяной струёй сквозь стенку в направлении шумов. Раздался болезненный визг, кто-то тревожно рыкнул в отдалении и всё затихло. Чувство опасности у меня, кстати, не проснулось, так как после выстрела я не стал выжидать, а вновь смежил веки и отрубился. Утром я всё вспомнил сразу же после пробуждения. Чертыхнувшись и обозвав себя беспечным кретином, накинул на себя доспех духа и шустро выбрался наружу. После осмотра шалаша нашёл следы подкопа и отметины на прутьях. Здесь же обнаружились несколько мелких лужиц крови. От места неудачного проникновения в шалаш вела заметная стёжка кровавых капель. Через двадцать метров я нашёл того, кто нарушил мой сон. Вернее, одного из них. Зверёк напоминал жутко мохнатую смесь енотовидной собаки и куницы и был размером с лабрадора. Струя сжатой воды пробила ему шею и вышла рядом с лопаткой в холке. Ранение оказалось смертельным. Но даже с таким животное отошло достаточно далеко перед тем, как сдохнуть. Удивило то, что другие члены стаи не стали жрать труп сородича. Неужели в этом отравленном демоническими миазмами мире есть те, кто не страдает каннибализмом? Или звери эти очень пугливые? Получив отпор с моей стороны рванули прочь во весь опор, позабыв обо всём на свете в том числе и про голод?

Сам я тоже побрезговал полупсиной. После вчерашнего ужина вкусной дичью есть мясо хищника претило. По-быстрому перекусил вяленым мясом, орехами, сухофруктами, запил трапезу водой и потрусил дальше, держась в паре сотен метров от тропы. Так, на всякий случай. После горячей встречи на мосту я решил, как говорится, дуть на воду.

Где-то в полдень увидел кое-что интересное далеко в стороне. Решил взглянуть поближе и свернул с маршрута. Спустя полчаса дошёл до остатков древнего маленького города или храмового комплекса. Сейчас от зданий и защитных стен ничего не осталось. Только невысокие валы, поросшие жидко травой, в которых сквозь тонкий слой почвы проглядывали отёсанные камни и грязно-рыжие кирпичи. Привлекли же меня несколько статуй размерами в полтора человеческих роста, изображающие обнажённых мужчин и женщин. Мастер выполнил их с невероятной дотошностью, снабдив всеми возможными нюансами. Они стояли как живые. Даже Микеланджело не сумел бы сделать лучше.

Я решил к ним приблизиться и резко замер, когда из-под камней полезли сотни, если не тысячи змей. Многие остановились, встали торчком, как это делают кобры и дружно зашипели, прочие продолжили стремительно сокращать между нами расстояние. Пришлось срочно ретироваться. Судя по треугольным головам пресмыкающихся всё кубло состояло из ядовитых гадин, а не каких-то безобидных полозов. Сразу стало понятно отчего такие красивые статуи никто не упёр в свои дворцы. Змеи не дали. Уверен, что среди ползучих гадов имеется не одна с небесным рангом. Их яд способен сразить даже такого практика как я. А уж «смертных» и подавно.

До вечера я отшагал несколько десятков километров без неприятных встреч и проблем. Ещё успевал взбираться на холмы и осматривать местность с их вершин, чтобы вовремя заметить возможную опасность. Не хватало бинокля или на худой конец старинной подзорной трубы. В Чиннраге подобные вещи продавались, но стоили они дорого. Да и в густых джунглях польза от подзорных труб была сомнительна, потому не стал приобретать.

На ночь остановился в очередных руинах на склоне каменистого холма. Здесь всё было завалено огромными отесанными блоками и небольшими плитами из прочного камня тёмно-стального цвета со светлыми тонкими прожилками. Похожий минерал я как-то видел в карьере, откуда поставляли базальтовый щебень для строительства. Понять, что тут раньше было, например, поселок, сторожевая застава или храм было невозможно. Может и вовсе я наткнулся на какой-нибудь склад или перевалочную базу, где хранился строительный материал, расходящийся из каменоломен по стране.

На ночь устроился под большой плитой, одним краем лежащей на земле, а второй на длинном и узком блоке. Не поленился и натаскал мелких обломков, чтобы закрыть проходы, оставив только узкий лаз. Да и тот потом запечатал, полностью перекрыв доступ к своей особо ценной тушке. Есть пришлось вновь всухомятку. За весь день на пути не попалось ни единой мало-мальски съедобной дичи. Только мелкие птицы, ящерицы и зверьки чуть крупнее хомяка. Пришлось бы как следует повозиться, чтобы набить нужное количество добычи, освежевать и приготовить. Прикинув затраты времени и сил на всё это, я решил, что овчинка выделки не стоит.

Не успел я задремать, как был разбужен множеством звуков, от которых уже успел отвыкнуть и которые заставили встать дыбом волосы от неприятных воспоминаний.Рядом скрипели тележные оси, бухали деревянные колёса по камням, скрипела кожаная, деревянная и металлическая упряжь. В это вплеталось фырканье животных, удары хвостов в попытках отогнать насекомых, переговоры людей, короткие ругательства и окрики в адрес тягловой скотины, позвякивание оружия. Чуть позже появились запахи. Убежать я не успел. Звуки, казалось, приближались со всех сторон. Запросто мог в потёмках наткнуться на кого-то из неизвестных с непредсказуемыми последствиями. Даже союзник в такой ситуации сначала ударит по неизвестному, выскочившему из темноты, а потом будет разбираться, кто это был.

«Да и стоит ли убегать? — вдруг подумалось мне. — Может, это один из караванов, которые натоптали стёжку? Сейчас присмотрюсь к ним и решу, как дальше поступить».

Увы, это был не караван. Точнее, караван, да не тот. Через несколько минут я рассмотрел несколько знакомых фургонов-клеток на огромных в рост человека дощатых колёсах. Они были набиты обнажёнными людьми. Мужчины и женщины стояли в полный рост, тесно прижимаясь друг к другу из-за тесноты. Если кто-то из них терял сознание, то всё равно оставался на ногах, зажатый между товарищами по несчастью.

Первая мысль про орду оказалась ошибочной. Вместе с фургонами прибыли десятка три всадников. Половина из них приехала на мулах и лошадях, прочие восседали на экзотических созданиях. Там были и хоорхи, и пара крикадов, и нечто волкообразное размером с быка, да и несколько быков под седлом тоже имелись. Сидели на них люди, носящие нечто похожее на пончо и маски с ликами демонов. Каждый третий держал в руке большой факел, освещая путь себе и окружающим. Благодаря этому они были для меня, как на ладони. Наблюдал за ними через трещины, которых хватало, чтобы не пропустить ничего. По нарядам понял, что неизвестные к орде не имеют никакого отношения. Скорее это какой-то клан или секта.

Повозки с пленниками подогнали совсем рядом к моему укрытию. После десяток всадников, спрыгнув с лошадей, споро взялись разбирать большую кучу камней примерно в пятнадцати метрах от меня. Я из неё тоже брал камни для своего укрытия. Не прошло и четверти часа, как на том месте моим глазам предстала внушительная плита из чёрного и блестящего, как антрацит камня. От одного ее вида у меня по коже мороз прошёлся. По её углам были вмурованы ржавые металлические толстые кольца. Как только они закончили с расчисткой замаскированного жертвенника — а ничем другим чёрная плита не могла быть — несколько их товарищей принялись расставлять вокруг него факелы. Другие стали привязывать к кольцам верёвки или ремешки. Когда со всеми задачами справились, отошли на дюжину шагов от плиты. К ней шагнул один из тех, кто приехал на крикаде. Он единственный из всех носил просторный балахон с глубоким капюшоном и широкими длинными рукавами. Вскоре стало ясно почему. Резким движением он скинул капюшон с головы, а затем завернул рукава.

«Твою мать, демон», — охнул я мысленно, увидев уродливую харю с бугрящимся шишками черепом и огромные кисти рук с шестью пальцами, заканчивающимися короткими остроконечными когтями. Засмотревшись, я упустил момент, когда в его руках появились два предмета. Кривой корявый нож и полупрозрачный чуть светящийся шар величиной с крупный апельсин. Нож походил на поделку дикарей. Чей-то огромный коготь или короткий рог был смолой вклеен внутрь берцовой кости, серо-жёлтой от времени.

— Начинайте, — каркающим голосом, от которого у меня мурашки побежали по коже, произнёс он.

Сектанты, которые до этого вздохнуть боялись, бросились к леткам. Загремели замки, заскрипели не смазанные петли, когда распахнулась первая дверь. Из толпы выдернули первую жертву. Ей оказалась немолодая поджарая женщина с висячей плоской грудью. Она повисла на руках конвоиров. Не сопротивлялась она и тогда, когда её прикручивали за ноги и руки к ржавым кольцам.

— Назад! — прорычал демон. Сектанты порскнули во все стороны, подальше от жертвенника. Оставшись один с жертвой, демон поднял руку с ножом.

И в этот момент женщина очнулась. Наверное, холод камня взбодрил, привёл в чувство после, чёрт знает скольких часов в консервной банке, когда даже вдохнуть было невозможно полной грудью.

— А-а-а! — заорала она, увидев над собой страхолюдину со страшным ножом в руке. Задёргалась в попытках освободиться. Тщетно. А через мгновение клинок вошёл ей в сердце. Женщина дёрнулась в последний раз и рассыпалась прахом. От останков отделилась жиденькая струйка светящегося желтоватого дыма, которая впиталась в шар.

«Вы поглотили 100 Ци!».

Не дожидаясь новой команды, сектанты вытащили вторую жертву. В этот раз крепкого мужика, заросшего волосами как матёрый армянин. Он попытался сопротивляться, но получил несколько крепких тумаков и обвис на руках тюремщиков. Те шустро поднесли его к жертвеннику, уложили прямо на прах первой жертвы, привязали к кольцам и отбежали назад. После чего рука демона с кинжалом взлетела вверх, чтобы через миг клинок пробил тело человека.

«Вы поглотили 100 Ци!».

С губ твари слетел какой-то невнятный рык. Вроде бы ему что-то не нравится.

«Да ведь это же я ему не нравлюсь! — внезапно осенило меня. — вернее то, что ци уходит ко мне. Интересно, я забираю всё?.. Хотя, в камень что-то прилетает, это видно невооружённым глазом. Значит, не всё».

Непонимающие причины злости своего господина сектанты приволокли третью жертву ещё быстрее. Перед тем как прикончить её, демон что-то произнёс речитативом. Но это не помогло.

«Вы поглотили 100 Ци!».

Тварь зарычала так, что у меня кровь застыла в жилах.

«Вы поглотили 100 Ци!».

«Вы поглотили 100 Ци!».

«Вы поглотили 100 Ци!».

«Вы поглотили 100 Ци!»…

Клетки стремительно пустели, а мой резерв энергии с такой же скоростью пополнялся. Демон же был просто не в себе. Под горячую руку попалась парочка его прислужников. Одному он разбил кулаком череп. Только ошметки брызнули во все стороны! Второму порвал ударом ладони горло, после чего облизал измазанные в крови пальцы.

Пришедшие в себя люди в клетках, которых осталось едва ли пятая часть, решились на прорыв в какой-то момент, но ничего у них не вышло. Слишком маленькая была дверца, а несчастные не до конца восстановились после жесткого путешествия. Сектанты дали возможность двум из них выбраться наружу, после чего без особых трудностей закрыли дверь. Одного из парочки тут же закинули на жертвенник.

«Вы поглотили 100 Ци!».

Демон больше не злился. Смирился, что ли, с потерей ци? А может, нашёл для себя причину отчего так происходит. Меркурий не в той плоскости, или рога натёр не тем воском.

Шучу, да. А что мне остаётся делать в такой ситуации? У меня сейчас волосы дыбом стоят по всему телу. Готов поспорить, что в моей причёске появились новые седые волосы.

Когда на жертвенник положили второго из участников неудавшегося рывка, то на сцене появились новые действующие лица. Штук десять уродливых обезьян напали из темноты на сектантов. Возможно, их привлек свет факелов или запах свежепролитой крови. Твари оказались на диво проворными, сильными и крепкими. Я видел, как одна получила в живот арбалетный болт, но вместо того чтобы упасть или убежать, да хоть замедлиться, она с ещё большей яростью бросилась в бой.

Волей-неволей пришлось самому демону подключаться. Но даже для него обезьяны оказались неудобными противниками. Слишком быстрыми. А ещё звери словно чувствовали, куда демон будет бить. С его рук слетали чёрные и при этом светящиеся изнутри багровыми искрами ленты. Если они встречались с живой плотью, то та вспыхивала нереально алым ярким пламенем. Словно загорался комочек ваты. смоченный в какой-то ядрёной горючей химии. Стоит сказать, что тварь практически не разбирала, где свои, а где чужие. Била по дерущимся без каких-либо видимых сомнений. Людей пострадало больше, чем зверей. Странно, что сектанты при таком к себе отношении вообще служат, а не разбежались. Или их связывает пресловутая подчиняющая клятва крови, которую так любят вставлять в книги земные писатели-фантасты?

Драка невольно меня затянула. Я даже несколько раз переползал от трещины к трещине, чтобы не упустить ничего. Выбираться наружу опасался, но страхи были до определённого момента. Пока не увидел, как забытый всеми пленник на жертвеннике не выдернул кольцо с длинным штырём из плиты. Скорее всего, он проржавел настолько, что рыхлая ржавчина перестала намертво держать камень и металл вместе. А мужчина превзошёл свои возможности в желании спасти свою жизнь.

Охранявший его сектант, увидев это, бросился к пленнику, замахиваясь кулаком. Но был сражён тяжёлым кольцом со штырём, которое так и осталось привязным к руке. Затем пленный освободил вторую руку, скинул лишнюю тяжесть с первой. Благо, что ремешки развязывались буквально одним движением.

Оказавшись на свободе, мужчина не бросился в темноту. Вместо этого он присел над оглушённым или мёртвым сектантом, поочередно стянул с него сапоги, надел их, на плечи накинул накидку и только после этого рванул во все лопатки прочь… а я за ним, вытолкнув из баррикады несколько камней, ужом выползая из-под плиты.

Занятые стычкой с обезьянами сектанты и их предводитель не заметили нас. Первые метров двести я ждал удара в спину или стрелы из арбалета, или демоническое заклинание. Но секунды проходили, сменились минутами, а я всё ещё бежал, был жив и здоров.

Не заметил, как догнал пленника. Это не особенно и сложно-то было. Мужчина явно потратил почти все силы на освобождение и первый рывок. И сейчас стремительно замедлялся. Он даже не сразу заметил меня, хотя я буквально ему на пятки наступал уже минут пять как.

Но когда увидел, то резко остановился, повернулся ко мне и выставил впереди руку с зажатым в ней кривым ножом.

— Свои, свои, — торопливо произнёс я и короткими рубленными фразами описал ситуацию. — Я не с тем уродом. Сам по себе. Случайно наткнулся на ваш караван. Пришлось затаиться, чтобы тоже не попасть на тот камень под нож. Увидел, что за тобой никто не гонится и решил составить компанию.

Мужчина промолчал. Сверлил меня взглядом и тяжело дышал, всё также направляя на меня нож.

— Как знаешь. Удачи, — произнёс я, обошёл его стороной и вновь перешёл на бег.

— Стой! Подожди, — за спиной раздался почти неразличимый голос беглеца. — Я с тобой!

Подождав, когда он доберётся до меня, я уравнял нашу с ним скорость. Хотя по правде говоря, сейчас мужчина не столько бежал, сколько быстро шёл, иногда переходя на трусцу.

Часа через два мы остановились. Забрались на вершину холма, попавшегося на пути, и затаились в густых зарослях кустарника, густого и колючего, как шиповник.

— Спасибо, — где-то через четверть часа мне спутник.

— За что? — слегка удивился я.

— Просто спасибо. Вдвоём как-то увереннее было бежать.

— Ясно. Пожалуйста тогда, — ответил я, а после короткой паузы поинтересовался. — Есть хочешь?

— Лучше попить. Есть у тебя?

Я молча протянул ему мех с водой.

— Благодарю, — он торопливо выхлебал больше литра и вернул почти пустую ёмкость. — Охотник?

— Просто путешественник, — уклончиво сказал я.

— Далеко путешествуешь? Один?

— Сейчас один. Несколько дней назад мой отряд наткнулся на водного элементаля со свитой из духов. Кто-то погиб, остальные разбежались и потерялись, — приоткрыл я ему правду. — Потом попали в засаду на мосту. В итоге я остался один. А иду в Шанкар-Шив. Знаешь, где это?

Он кивнул и сказал:

— Знаю. Нам будет по пути. А ты, выходит, не бывал в городе?

— Это не важно. Буду благодарен, если проводишь или расскажешь дорогу.

— Сказал же — по пути. Я Бро́хшам, — сменил он тему, мгновенно поняв, что дальше я откровенничать не собираюсь.

— Сан.

— Сан, я сейчас усну, — предупредил он. — Все силы ушли на побег.

— Я покараулю, отдыхай. Только скажи, как далеко до города?

— Через два дня ты увидишь его стены, — уже засыпая проговорил он и отключился.

Спал он буквально мёртвым сном. Не реагировал ни на что. Несколько раз поблизости от нашего холма раздавались неприятные и пугающие звуки, которые заставляли вздрагивать и готовить оружие с техниками. А вот Брохшам даже с бока на бок не повернулся.

И лишь перед самым рассветом, когда я прошёлся, чтобы размяться, и наступил на сухую ветку, он едва заметно вздрогнул. И всё. Но стало ясно, что мой новый знакомый уже не спит.

— Брохшам, всё в порядке. Это я тут брожу, патрулирую, — негромко сказал ему я.

— Сан? — с сонной хрипотцой прошептал недавний пленник сектантов.

— Он самый. Раз встал, то давай быстро позавтракаем и двинемся в путь.

Из сумки, предусмотрительно вытащенной из амулета, что тем не светить, я выложил сыр, вяленое мясо, немного сухофруктов с орехами, три сухаря и флягу с водой.

Особой веры у меня к новому знакомому не было. Да и у него ко мне тоже, судя по ряду признаков. При этом оба понимали, что вдвоём безопаснее. Спать больше не спали. Ни я, ни он. Впрочем, мне провести трое суток без сна на моём ранге вполне терпимо. Не тяжелее, чем сутки. А вот спутник держался из последних сил, которые поддерживал какими-то листьями и очень мелкими ягодками. Шли весь световой день. А уже в темноте устраивались на ночлег. После чего медленно моргали до момента, пока не окрасится светлой полоской горизонт. К полудню третьего дня вдалеке показались высокие стены крупного города.

— Вон Шанкар-Шив. Дошли, — сообщил мне Брохшам. — Часа за три дойдём. Только на подходе мы разойдёмся. Сан. Мне через центральные ворота нельзя идти.

— Спасибо.

— Это я тебе говорю спасибо, — крайне серьёзным тоном сказал он. — Без твоей помощи я бы далеко от жертвенника не убежал бы. Словили бы меня они опять. Так что, должок у меня перед тобой, Сан. Понадобится помощь какая-то, то приди в таверну «Горный Тенецвет» в портовом квартале и скажи одноглазому трактирщику, что хочешь перекинуться словечком с Ваашаби Угрём.

— Спасибо, — повторил я.

Как и предупреждал, он отстал от меня недалеко от городских ворот. Как-то ловко юркнул в толпу, смешался с ней, в одно мгновение став её неделимой частью. Стоило мне моргнуть и — всё, больше не смог найти спутника.

Дальше я опять один.

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Культиватор Сан Шен

Content

Культиватор Сан Шен

Пролог/Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Nota bene