Игорь Антошенко

Дар Богов

Часть 1 Картина

Глава 1

Странное дело

Покрутив пачку пельменей, Серега бросил их обратно в морозильную камеру. Уже две недели молодой человек вечерами уминал сей незатейливый полуфабрикат, от которого решил отказаться сегодня. Нравилось то, что готовить не хлопотно, отварил и готово. Усилители вкуса и приправы, добавленные в сою, имитировали мясо, но вкусовые рецепторы всё равно ощущали подделку. Обедал обычно в столовой, именно здесь в рацион вносилось разнообразие, завтракать не любил, обходился чашкой кофе, встряхивая с утра не желавший просыпаться организм, а вот ужинал всегда плотно, без чего не мог подолгу уснуть, даже не смотря на дикую усталость. «Вот если бы пельмешек, как лепили когда-то с матерью», — мелькнуло в голове.

Рос Колотов в неполной семье. Отец бросил супругу, когда малышу не было и года. С тех пор Светлана Валентиновна тащила на себе все проблемы в одиночку. Жили бедно, но не голодали, хотя пища в обиходе была самой простой. Однако время от времени, матери удавалось насобирать денег на небольшой кусок мяса и тогда лепили пельмени. Сергей старался помогать во всем, хотя рос не послушным мальчиком. Шкодил как все и часто дрался, но при этом пытался не огорчать родительницу, осознавая, что жизнь и личное счастье она принесла в жертву, поднимая его лоботряса.

Мужчина на мгновение закрыл глаза, вспомнив то ощущение праздника когда, раскатав тесто, мать тонким стеклянным стаканом нарезала кругляшки, а он, положив в них начинку, старательно обжимая края, лепил вкусняшки. На миг даже показалось, что нос уловил тот давно забытый запах. «Нет, пора сменить пластинку», — подумал Сергей. Сегодня было желание приготовить что-то другое, но тоже не сложное. Положив в корзину упаковку яиц, подошел к витрине с колбасами и, выбрав варенку по дороже, а также прихватив небольшой кусок сырокопченой, не спеша отправился на кассу.

Уже дома, разболтав омлет и поджарив его с нарезанной соломкой колбасой, Серега достал из холодильника бутылку водки и, дополнив «натюрморт» ломтями твердого сыра, уселся за стол. Почему-то остро хотелось выпить, к сожалению другого способа, снять стресс, на данный момент попросту не было. После того как поставили руководить уголовным розыском, взгромоздив на плечи майорские пагоны, головняка меньше не стало, порой даже казалось что в бытность старшего опера жилось существенно легче. Новая должность таила в себе иные проблемы. Теперь приходилось вникать во все без исключения дела, контролируя и направляя работу подчиненных, в пустую прожигать время на совещаниях, где больше пеклись о показателях, да и бумажной работы, как ни странно, прибавилось.

С Лариской, с которой сожительствовал несколько лет, Колотов расстался еще до того как уселся в первое что либо значившее для дальнейшей карьеры кресло. Будучи воспитанным женщиной он доверял спутнице безраздельно, поэтому даже не насторожился когда предложил узаконить отношения, а она отказалась, мотивируя тем, что прежде стоит притереться проверить чувства, а уже затем определятся. Обычно в такую позу становились мужики, не стремившиеся в полной мере обременять себя семейными узами. На подруг, у которых Лара часто оставалась ночевать, Серега смотрел сквозь пальцы, поскольку ввиду особенностей службы сам зачастую не бывал дома или являлся за полночь уставший как черт, а то и навеселе, так что был в состоянии лишь уснуть, чмокнув перед этим подругу в щеку. Семейные скандалы сослуживцев, по такому поводу, ввергали в недоумение, до тех пор, пока кто-то в запале не бросил в глаза: «Серега! Ты мужик хороший, но дурак. Придешь домой не выключай опера», — и он последовал совету. В тот вечер зазнобы не было на месте. Позвонив, он поинтересовался, где благоверная. Барышня соврала, не понимая, что при его возможностях вычислить реальное местоположение не проблема. В адрес Колотов нагрянул в самый неподходящий момент, открыв дверь отмычкой. В запале мог пришибить обоих, но сдержался и, используя ситуацию, изобразив слетевшего с катушек ревнивца, вытрусил из перепуганной стервы всю информацию. Выяснилось, что ушлая мадам использовала его как временную базу, прыгая из койки в койку в поисках наиболее выгодной в материальном плане партии. Но больше всего в этой ситуации бесило то, что его, не абы какого опера, столько времени водила за нос обычная баба.

С той поры Серега не строил новых отношений, и повышение застало его в наиболее подходящем для этого состоянии — когда не был обременен никакими связями и обязательствами. Именно поэтому в этот вечер Колотов сидел напротив бутылки один. Пить со старыми приятелями, ставшими подчиненными, без повода, которым могло послужить успешно раскрытое дело, считал неправильным, а надежными компаньонами на новом уровне пока не обзавелся. Налив первую порцию в небольшую стопку, он уже намеревался опрокинуть ее, как раздавшийся звонок поломал все планы.

— Слушаю, Юрий Константинович, — ответил Сергей, увидев высветившийся номер. Звонил начальник городского управления внутренних дел полковник Скрябин.

— Твои выехали на происшествие, присоединяйся, разберись основательно, завтра доложишь.

— Срочно? — машинально поинтересовался Колотов, стоявший над дышавшим жаром ужином.

— Что за вопрос. Немедленно туда, — рявкнул шеф и бросил трубку.

— Ага, сейчас все брошу и метнусь зайчиком, — проговорил Серега вслух, а в дополнение подумал, — начальству хрен угодишь, только вчера на совещании распекал за то, что вместо общего руководства принялся «подрабатывать» опером. — «Твое место в кабинете, бегать по земле должны те, кому положено», — копируя голос и манеру поведения полковника, зло выдавил из себя майор и, усевшись за стол, решил, что пока не поест, не сдвинется с места.

Правда, теперь стопку пришлось отодвинуть, ведь команду, хочешь, не хочешь, следовало выполнить. Сегодня дежурным в ночь остался Генка Шматко, толковый хлопец, хотя и молодой. Еще недавно Колотов работал с ним в паре и понимал, контролировать парня не имело смысла, тем паче на начальном этапе расследования, когда собирается первичная информация. Особых способностей при этом не требовалось все строго по давно отработанному и проверенному алгоритму.

Пока Серега орудовал «острогой», накалывая колбасу в кляре, недовольство от того что не получилось выпить медленно сменилось профессиональным любопытством. «Интересно, что произошло, что Константинович переступил через свои принципы». Поставив сковородку в мойку, он быстро обулся и, набросив ветровку, вышел из квартиры.

— Здравия желаю! Товарищ майор, — поприветствовал его молоденький сержант один из тех, что были выделены для оцепления.

— И тебе не хворать, — поднимая заградительную ленту, чтобы пройти к лежащему на асфальте трупу женщины, ответил он.

Шматко, заметивший подъезжавшую машину начальника, уже шел навстречу. Серега сразу отметил, Генку не удивило его появление.

— Что тут у нас? — Спросил Колотов, пожимая протянутую руку бывшего напарника.

— Похоже самоубийство.

Видя недоумение, проступившее на лице шефа, Гена уточнил.

— Фигурант элитный, — Самойлова.

— Вот это новость! — Майор на мгновение замер. — Месяца не прошло как погиб муж при странных обстоятельствах, бизнес перешел к ней, — Серега размышлял вслух, — теперь понятно, почему Скрябин засуетился. А я было, бутылочку достал из холодильника, — пожаловался он приятелю. — Копаем основательно, тут может быть не все так просто, — бормотал Серега, обходя вокруг трупа.

— Да понял уже.

— Что-то странное заметил?

— Вечернее платье и макияж. Не думаю, что собираясь покончить с собой, кто-то станет наряжаться. Ситуация не располагает.

— Умозаключение спорное, практика показывает, у части женщин имеется мотив в этом плане, они и после смерти хотят выглядеть эффектно. Учитывая ее статус и доходы, вполне возможно наш случай, но не факт, — Колотов собирался добавить еще что-то, но отвлек сержант из оцепления.

— Товарищ майор, там мужчина хочет поговорить, — кивнул он в сторону ограждения.

— Свидетель?

— Журналист.

— Принесла же нелегкая. Вот как они узнают обо всем так быстро? Даже эксперты не успели подъехать, а этот уже здесь.

— О! Легки на помине, — Шматко указал на старенький шевроле, вкатившийся во двор и шибко не церемонясь, перегородивший проезд, поскольку в это время припарковаться уже было негде.

Демонстративно пройдя мимо журналиста, Колотов направился к подъехавшим.

— Добрый вечер! Иван Степанович. — Поприветствовал он выбирающегося из-за руля пожилого интеллигентного вида мужчину.

Старичок был среднего роста, лысоват, с аккуратно стриженной седой бородой, придававшей лицу определенный шарм, дополняемый массивными очками в роговой оправе.

— И вы тут Сергей Анатольевич? — Удивился эксперт.

— Начальство обязало взять процесс под контроль.

— Что-то необычное?

— Похоже на суицид, но возможна имитация. Думаю, вы прольете свет на положение вещей.

— Если не похабно сработали так это не сразу. Хотя, — Иван Степанович, вынимая чемоданчик из багажника, на мгновение задумался, — следов могли и не оставить. Тогда разобраться что к чему ваша работа.

— Не хотелось бы, — вздохнув, обронил Серега, освобождая руки старика от ноши. — Давайте помогу, малое утешение за испорченную ночь, — но хоть какая-то компенсация, — пошутил он.

— Это для вас с Настенькой, — кивнул эксперт на напарницу, — работать в это время проблема. У меня бессонница так даже проще, доживете до моих лет, поймете.

Подходя к ограждению, Колотов столкнулся с мужчиной, на которого указал сержант.

— Товарищ майор, уделите пару минут?

— Сейчас подойду. … Сами же не отцепитесь, — раздраженно и несколько тише произнес Серега, но так чтобы кому следовало, слышал сказанное.

Поставив чемоданчики у трупа, он, нехотя, вернулся обратно и уже более спокойно поинтересовался.

— С кем имею дело?

— Смирнов Виктор Леонидович, корреспондент газеты «Городские новости», — мужчина достал удостоверение и протянул Колотову.

Сереге хотелось послать труженика пера по известному всей стране адресу, но он сдержался, справедливо полагая, что этот фрукт вполне мог включить диктофон и, не получив информацию по происшествию, нашкрябать пасквиль об отношении сотрудников МВД к прессе. Одно дело если ты рядовой опер, то резонанса бы не получилось. Руководство для наглядности поставило бы «клизму», справедливо ссылаясь на то что людей не хватает и человек сорвался от того что работает без отдыха несколько суток, при этом в душе полностью находясь на твоей стороне, но с начальником Уголовного розыска ситуация приобретала совсем иной окрас.

— Извините, пока, даже если бы хотел, ничего конкретно сказать не могу. Работать начали недавно. Сами видели эксперты только подъехали, — Серега был вежлив как никогда, — если есть желание можете подождать, глядишь к утру что-то прояснится, — улыбаясь, добавил он, надеясь что, столкнувшись с такой перспективой, писака ретируется, в конце концов, глупо торчать на холоде всю ночь.

— У меня другая просьба. Хотел, опираясь на конкретный случай, осветить вашу не простую работу.

— Это как? — Колотов понял, к чему клонит хитрец, но включил дурака.

— Похожу с вами, вникну в процесс, — улыбнулся незнакомец.

— Вам известно понятие тайна следствия? — Сергей стал произносить слова жестче. — Вы же понимаете что, поступив так, нарушу положения целого ряда законов и инструкций. Взять на себя такую ответственность не могу. А если это убийство? Кто даст гарантию, что вы не имеете отношения к делу и не вознамерились, попав на место преступления, уничтожить улики? Так что побудьте за ограждением.

— Боитесь ответственности? — С улыбкой, явно провоцируя, произнес журналист.

— Думайте что хотите, ваше право, — Колотов, произнося фразу, всем видом показал, что тяготится общением и, развернувшись, направился к Шматко, боковым зрением заметив как писака достал телефон.

— Что хотел? — Поинтересовался Генка.

— Не бери в голову, — майор вдруг задумался, — что-то я не помню его, … в редакции не видел, … память на лица пока не подводила.

— Может новенький?

— Да Бог с ним. … Квартиру вскрыли?

— Там без проблем, была на защелке.

— Пошли, посмотрим.

Колотов уже направился к подъезду, как его остановил звонок.

— Слушаю Юрий Константинович. … На месте. … Эксперты подъехали. … Это как? — Задавая вопрос, Серега скривился, словно от зубной боли. — Да понял.

— Чего хотел? — Шматко давно не видел начальника таким злым.

— Блин! Дали команду таскать этого писарчука с собой.

— Опа! … Интересно кто таков? — Генка, выругавшись, сплюнул.

— Завтра выясним.

Вернувшись к экспертам, Колотов махнул рукой незнакомцу, параллельно отдавая команду сержанту.

— Пропусти.

Майору хотелось подержать умника у трупа, понаблюдав за реакцией.

— Разрешите? — Подойдя, спросил журналист, обращаясь к старшему на месте происшествия.

Он демонстративно поднял руки, давая понять, что ни к чему прикасаться не будет. Получив добро, в виде кивка, присел на корточки, чтобы рассмотреть какие-то заинтересовавшие детали, не мешая при этом, занятому своим делом Иван Степановичу. От Сереги не ускользнуло то, как все спокойно и грамотно было проделано. Через минуту с небольшим мужчина поднялся и, несколько раз взглянув на распахнутое окно и тело, покачал головой.

— Что-то не так? — Ухмыляясь с издевкой, поинтересовался Генка.

Не обращая внимания на тон оперативника, молодой человек, будто размышляя вслух, ответил.

— Маникюру не более суток, вечернее платье, … однозначно куда-то собиралась. Судя по положению трупа, в окно вышла, словно в дверь. Если бы помогли или выбросили, лежала бы ближе. Причем, похоже, даже не осознавала что сделала. Самоубийцы в решающий момент испытывают страх, у них нет такой бесшабашности, оказавшись в воздухе, на подсознании начинают бороться за жизнь, что сказывается в итоге на траектории и положении тела. Интересно, что покажет токсикология. Возможно наркотики. Тогда варианта два: или опоили, или сама. При разговоре с друзьями и знакомыми надо аккуратно пощупать тему, да и для очистки совести заглянуть в медкарту и побеседовать с личным врачом.

Слушая тираду, Иван Степанович поднялся и, поправив очки, посмотрел на незнакомца.

— Даже для сотрудника очень неплохо, а как для постороннего, — старик не стал завершать фразу, давая понять, что удивлен.

— Так я вроде не совсем посторонний.

— Стало быть, из бывших. — Подытожил Шматко и переглянулся с шефом.

— А как вас по имени отчеству? — Поинтересовался эксперт.

— Виктор Леонидович.

— Смирнов? … Или ошибся?

— Да нет.

— Вы знакомы, — вклинился в разговор Колотов.

— С его батюшкой да, когда я начинал он занимал аккурат вашу должность Сергей Анатольевич.

— И кто у нас родитель?

— Пенсионер, — улыбаясь, ответил мужчина, информация о котором начинала прорисовываться.

— Думаю как минимум генерал, в Москву переводили с повышением. — Уточнил эксперт.

— На последок даже побыл одним и замов министра, — как бы невзначай бросил журналист, давая понять, что не хотел заострять на этом внимание в то же время осознавая, что такое шило в мешке не утаить.

— Теперь понятно откуда ветер дует. — Недовольно резюмировал Серега.

— Вы о звонке? … Прошу простить, понимаю ваши чувства, в свое время сам не жаловал прессу. Могу лишь пообещать, что с моей стороны проблем не будет.

— Хотелось бы верить, — недовольно пробурчал Колотов. — Пойдемте, осмотрим квартиру.

Уже в подъезде у стола консьержки Серега остановился и окинул взглядом стены.

— Камер нет, — смекнув, что ищет шеф, сказал Генка.

— Это как? Элитное здание, какая ни какая безопасность, как минимум от жулья. Нашли на чем экономить. — Заметил майор, вызывая кнопкой лифт.

— Все квартиры под охраной, почти у всех видео глазки, посчитали что лишнее. — Взялся прояснять ситуацию Шматко. — Кроме того человек на входе, пропускает только жильцов, да посетителей по паспорту и после звонка. В журнале все записи имеются, кто, когда, зашел, вышел, снял на всякий случай за несколько последних дней, — добавил Гена, постучав пальцем по телефону в тот момент, когда кабина лифта, приняв «компанию» плавно двинулась вверх.

— Думаю не понадобится, хотя ….

Сергей не договорил, поскольку и так было ясно, в жизни бывают всякие ситуации, а в душе порадовался, что сотрудник относится к сбору информации без пренебрежения.

Огромная, по меркам обычного человека, четырехкомнатная квартира, квадратов в сто шестьдесят, пребывала в идеальном до безобразия состоянии. Из общего плана выпадали только три вещи: комод, пододвинутый к открытой створке окна; расположенная перед ним в шаге прикроватная тумбочка, явно позаимствованная из соседней комнаты, где находился спальный гарнитур; да пуфик, послуживший первой ступенькой импровизированной лестницы. Предсмертная записка покоилась на краю комода придавленная хотя и не дешевой, но все же, не вписывающейся в антураж квартиры ручкой. «Без Александра все потеряло смысл, пыталась существовать в новой реальности, но жизнь тяготит. Ухожу к любимому. Простите, если сможете». Прочитав текст, Колотов задумался. Образовавшуюся паузу оборвал Шматко.

— Думаю отпечатки на ручке и листе ее. Степаныч с Настей поколдуют, будем знать наверняка, образец почерка завтра раздобуду.

Ничего не отвечая, Серега еще раз прошелся по квартире. Надев перчатки, заглянул в холодильник и открыл бар, набитый элитным алкоголем.

— Странно, — наконец произнес он, почесав морщины на лбу, — постель прибрана, пыль протерта. Что ж получается, прежде чем покончить с собой навела порядок и для храбрости не накачалась спиртным, которого хоть отбавляй? Это ж, какой характер и силу воли надо иметь?

— Насчет пила по жизни или нет, пока не знаю, — вставил Генка, — с уборкой все просто, с утра приходила домработница, зашла, по-моему, в восемь пятнадцать, ушла через пол часа.

— Так быстро, — Колотов с удивлением обвел взглядом хоромы.

— Хозяева жили в загородном доме, в квартире оставались изредка, по необходимости, так что проблем с уборкой, думаю, практически не было, притом, что женщина наведывалась дважды в неделю. Самойлова зашла в подъезд в девятнадцать двадцать пять, а вышла, — капитан кивнул на окно, — через пятнадцать минут.

— Ехать в город для того чтобы свести счеты с жизнью в такой способ? Не проще ли наглотаться таблеток и, заснув, отойти в мир иной. К чему такие страсти? Как полагаете? — Повернувшись, Сергей адресовал вопрос Смирнову.

— Возражений нет, много странного. Добавил бы в копилку еще одну деталь. Записка написана не на целом листе, а на узкой полоске. Полагаю здесь не экономили на бумаге и не хранили обрывки. Кроме того помята, похоже принесена с собой. Так что даже навскидку есть в чем покопаться.

Колотов с уважением посмотрел на журналиста, эта деталь ускользнула от его внимания.

— Думаю в квартире ничего интересного больше не найдем, если что и есть то это по линии экспертов.

Бросив эту фразу, майор, развернувшись, вышел из квартиры и не спеша направился вниз по ступенькам, над чем-то размышляя, по-видимому, прокручивая в голове полученную информацию. От раздумий отвлек новый знакомый.

— Я, пожалуй, оставлю вас. Без результатов вскрытия, экспертизы почерка и токсикологии делать выводы рано.

— О как, — улыбнулся Серега. Поедете отдыхать?

— Да нет, хочу поковыряться в сети, хотелось бы прояснить, что можно по фигурантке дела. А дома за компьютером делать это проще.

— Согласен, — с сожалением пробурчал Колотов, которому еще какое-то время предстояло торчать на месте происшествия, хотя особого смысла в этом не было. — Полагаю еще увидимся, — обернувшись и пожимая руку журналисту, — проговорил он.

— Непременно, если позволите, завтра заскочу ближе к обеду. Кстати, как понял, упомянутый в записке Александр ее муж?

— Да, … погиб в автомобильной катастрофе при весьма загадочных обстоятельствах.

Смирнов достал из кармана телефон и, подсоединившись к интернету, упершись в экран глазами, направился к машине. Уже подходя к авто, мужчина внезапно остановился, а через минуту, развернувшись, ускоренным шагом двинулся обратно.

— Что-то забыли или передумали? — Поинтересовался майор.

— Сергей Анатольевич, вы непременно должны это увидеть.

— Что там? — Буркнул Колотов, беря в руки протягиваемый смартфон.

На прокручиваемом ролике было видно как Самойлова, непринужденно шагая по выстроенной лестнице, выходит в окно, словно в дверь. Ракурс, с которого велась съемка, был несколько ниже и все же позволял видеть, что за спиной женщины никого нет, и все происходит по ее воле.

— Ну, вот и все, дело можно считать закрытым, — заглядывая через плече шефа, подытожил Генка. — Интересно как умнику, выложившему кинуху, удалось поймать момент. Не мог же он знать, что произойдет?

— Дело случая, — попытался прояснить ситуацию Смиронов, — сейчас полно «артистов», которые вооружившись хорошей аппаратурой, пытаются заглядывать в окна соседних домов в надежде заснять, что ни будь эдакое.

— Им что порнухи не хватает? — Удивился Шматко.

— Э нет, здесь дело другого порядка, интерес как на рыбалке — добыть самому.

— Возможно, … если болен и больше заняться нечем, — соглашаясь, резюмировал капитан.

— А кто сейчас в полной мере психически здоров? — Задал резонный вопрос Колотов, вклиниваясь в разговор.

— Так это еще и противозаконно, — не унимался Генка, — надо быть круглым идиотом чтобы доказательства против себя выкладывать в сеть?

— Найдете, поймете, что за фрукт.

— Без проблем, … живет в доме напротив, вычислить квартиру, из которой снимали, не вопрос.

— А может, арендует, причем обойтись без предъявления документов в наше время не сложно, если хозяин жизнью не пуганый и получил деньги наперед.

— Тогда через устройство, с которого заливал видео.

Продолжая рассуждать, капитан посмотрел на задумавшегося начальника.

— Анатолич, что-то не так? — Попытался он прояснить для себя проблему, поначалу чуть не обратившись к шефу по имени, но, вспомнив о постороннем, на ходу, лишь слегка запнувшись, успел подкорректировать выпущенную фразу.

— Вы были правы, уж больно лихо дама переступила раму. — Обратился майор к Смирнову, попутно отвечая Шматко. — Если не под глюками, тогда такое возможно в случае доведения до самоубийства, когда эмоции зашкаливают.

— Только этого не хватало, — зло сплюнув, пробурчал Генка, — доказать чей-то злой умысел даже если мотив очевиден будет не просто. Суду нужны факты, а не притянутая за уши логика, чтобы найти придется не просто рыть носом, а копать, не перекопать. Полагаю, Скрябину версия ох как не понравится.

— Думаю, для начала, следует просто потянуть время, глядишь, что и проявится, возможно, я что разузнаю, … поделюсь. — Обронил журналист.

— Это-то и настораживает, — глядя прямо в глаза Смирнову, медленно выдавливая слова, произнес Колотов.

— Почему? — Удивился оппонент.

— Обычно ваша братия правдами неправдами пытается вытянуть информацию, чтобы быстрее состряпать статейку, не беря в расчет как это повлияет на следствие. А тут приносите видео, опираясь на которое можно сработать неплохой материал, причем мы о нем узнали бы в лучшем случае, завтра и то не факт. … Вы кто? Как вас там Виктор …?

— Вообще, Леонидович. Но давайте на ты, хотя мы не друзья и не приятели, но думаю это пока, — Смирнов улыбнулся, — официальная работа и ее результаты меня не интересуют.

— Это как? — Удивился Серега.

— И такое бывает, — вздохнув с сожалением, уклонился от ответа журналист, но, заметив недовольство на лице собеседника, добавил, — в следующий раз, в более благоприятной обстановке обязательно расскажу. А пока прошу простить, и разрешите откланяться.

Когда новый знакомый отошел на почтительное расстояние и не мог слышать, о чем говорят, майор спросил Шматко.

— Что думаешь об этом?

— Да черт его знает, завтра пробью, что за птица.

Глава 2

Утром следующего дня

Проспав не более двух часов, Колотов подскочил под громкий трезвон будильника. Еще не открывая глаз, сидя на кровати, оценил состояние. Голова гудела как с большого перепоя, хотя к спиртному вчера так и не прикоснулся, добравшись домой, тупо рухнул в постель, потратив время лишь на то чтобы раздеться. «Вроде еще не старый», — мелькнуло в голове. Серега с ностальгией вспомнил время, когда только начинал службу и мог не спать несколько ночей к ряду. До сорока было еще далековато, а силы уже начинали куда-то улетучиваться. В этот миг на ум пришел сосед дядя Вася, частенько прикладывавший руку к его воспитанию, когда матери по какой-то причине необходимо было отлучится. В свои шестьдесят, для мальчишки, только начавшего ходить в школу, мужчина выглядел древним стариком. «Вот ему было тяжело», — успокаивая себя, подумал Серега.

Василий Федорович работал на заводе токарем. Каждое утро они вместе опускались по ступенькам и, выбравшись из подъезда, отправлялись по своим делам, школьник на уроки, а работяга к проходной. Выстаивая целый день у станка, Федорович нажил варикоз в тяжелой форме от чего, страдая от боли, ходил медленно, словно на ходулях. Однако самое печальное состояло в другом, жизнь протекала в жутком однообразии: дорога от дома до завода, станок и обратный путь, на котором, прежде чем дотащится до квартиры, следовало забрести в магазин, прихватив кое-что из съестного. «Почитай всю жизнь за забором, как на зоне, разве что с небольшими отличиями, — размышлял Серега. — У меня-то, слава Богу, каждый день как новый. События крутятся, собирая все в кучу, только успевай поворачиваться, вот пережил тридцатник и не заметил». И в этот миг неприятная мысль пронзила мозг, вспомнилось, как старику стало совсем плохо и пришлось уйти с работы, хорошо хоть к этому времени успел выйти на пенсию. В итоге и без того унылая жизнь вошла в штопор, из развлечений осталось разглядывание картин за окном. Движение по ступенькам превратилось в ад и теперь Сережке все чаще и чаще приходилось бегать в магазин и аптеку по поручению соседа. «Если так пойдет дальше, — подумал майор о себе, — то скоро тоже окажусь на свалке, ни жены ни детей».

Пытаясь быстрее прогнать невесть от чего навалившееся пессимистическое настроение, Колотов, надев тапочки, отправился в ванную и принял холодный душ. Растираясь махровым полотенцем, почувствовал, как кровь начала циркулировать по телу, разгоняя дурные мысли. Для закрепления процесса требовалось выпить крепкий кофе. Поставив турку на огонь, он добросовестно дождался, пока нежная пенка поднимется до краев и наполнил чашку. С каждым глотком оптимизм и хорошее настроение возвращались. Сполоснув посудину, Серега взглянул на часы, пора было выходить. Быстро одевшись и сняв с крючка ключи от машины, он торопливо вышел за дверь.

Оказавшись в управлении, действуя по строго отработанному алгоритму, первым делом через стекло заглянул в комнату оперативного.

— Леха, что нового? … Луна на землю не упала? — Шутя, поинтересовался он у капитана Локтева, суетливо перекладывающего бумаги и готовящегося к сдаче дежурства.

— Не а. С вечера все тихо, думаю, пьяные драки не интересуют? Обезьянник загрузили по полной, есть желание загляни, может, кого нужного узришь. … Да! … Скрябин желает тебя лицезреть. Принесла нелегкая час назад.

— А чему удивляться, все стабильно, человек живет службой не то, что мы с тобой. Пойду, получу порцию утреннего разогреву, — Колотов, веселя оперативного, почесал голову, словно только что отхватил смачный подзатыльник.

— Вызывали, Юрий Константинович? — Открывая дверь, постучав в нее прежде, поинтересовался майор.

— Проходи, Сергей Анатольевич, — ответил полковник, снимая китель и вешая в шкаф.

То, что обратился по имени отчеству, свидетельствовало о серьезной озабоченности.

— Что по делу Самойловой?

— Собрали первичные данные с места происшествия. Сейчас начнем копать дополнительную информацию. Результатов экспертиз пока нет, дождемся, можно будет делать выводы.

Колотов намеренно ничего не сказал о видео чтобы было больше времени разобраться в ситуации до того как начнут выдавливать решение что это обычное самоубийство. Причин к тому имелось не мало, но что-то подсказывало — нужно потянуть волынку. Пока начальник не мог предъявить ничего, но, видя, что чем-то недоволен, Серега бросил на стол козырную карту, которой частенько пользовался в подобных случаях.

— Юрий Константинович, вы же бывший опер и все прекрасно понимаете.

— Не наезжай, — зло огрызнулся полковник, — тебе бы мои проблемы, — шеф хотел что-то добавить еще, но сдержался. — В семнадцать сюда, — он постучал пальцем по столу, — со всеми материалами. Встреча с главой администрации в шесть, будут мозг выносить, — толи жалуясь, толи намекая на некий интерес к делу руководства, — пробурчал Скрябин. — Все понял?

— Так точно.

— Тогда ступай.

Оказавшись за дверью кабинета, Колотов выдохнул. У него было время до пяти вечера, чтобы прояснить обстановку. На худой конец уже имелось, что предъявить начальству: протоколы осмотра места происшествия, опросов свидетелей, результаты экспертиз, которые к этому времени должны быть готовы, и наконец, видео, а так же предположения и версии сами собой уже начинавшие складываться в голове. Но первым делом хотелось прояснить ситуацию с журналюгой. Следовало понять, чего можно ждать от этого типа и не затевает ли он какую-то мутную игру, в итоге не хотелось оказаться в дураках. То, что прижать писарчука обычным способом не получится, стало ясно еще вчера, принимая во внимание его связи и опыт работы в органах.

Поднявшись в родные пенаты, Серега столкнулся с Шматко.

— Чего не пошел отдыхать?

— Ждал тебя. Немного перекимарил, — Генка кивнул на стоявший у стены диван, — так что если надо задержусь.

— А где молодежь?

— Думаю, вот-вот подтянутся, — капитан взглянул на часы, висевшие на стене, официально до начала рабочего дня оставалось еще десять минут.

— Пунктуальные, … блин.

Уловив настроение друга, Шматко поинтересовался.

— Проблемы?

— До семнадцати нужно собрать все, что можно по Самойловой, да прокачать по возможности вчерашнего знакомца Смирнова.

— Сделаем, — улыбаясь, ответил Генка, давая понять, что остается.

— Привлечешь всех кого можно, первым делом найдите любителя заглядывать в чужие окна. … Остаешься за старшего.

— Куда удумал? … Если не секрет.

— Хочу погутарить с главным редактором «Городских вестей», он кое-чем обязан, глядишь, прольет свет на необычного сотрудника, хочу знать, чем дышит. Отлучусь часа на два три, буду на связи.

Колотов, достав телефон и полистав список контактов, сделал вызов.

— Яков Самуилович, добрый день. … У меня к вам срочное дело. … По телефону не получится. … В офисе не желательно, давайте в кафе «Роксолана» недалеко от редакции, знаете. … За вами заехать? … Не надо. … Через полчаса устроит. … Буду ждать.

В забитом вечерами кафе с утра было пусто. По давней привычке Сергей уселся за угловой столик в самой глубине зала, отсюда легко было контролировать всех входящих и выходящих, а так же ситуацию внутри помещения. Собственно говоря, сегодня в этом необходимости не было, но место имело еще один плюс — располагалось на самом большем расстоянии от барной стойки, за которой обычно торчали любопытные уши, благодаря которым в любом заведении такого типа можно было почерпнуть интересную информацию, чем майор за свою службу пользовался неоднократно. Щебетавшая с барменом официантка, дождавшись пока клиент, облюбует столик, не спеша, аппетитно покачивая бедрами, двинулась навстречу «жертве». «Хороша», — подумал Колотов, бесцеремонно разглядывая приближающееся к нему тело. Отсутствие Лариски давало о себе знать, теперь на каждую мало-мальски интересную женщину смотрел с вожделением. Колотову чудилось, что все вокруг замечают это, от чего становилось не по себе, но природа брала свое и имитировать безразличие становилось сложно особенно в то время когда пауза, естественно возникающая между случайными связями, затягивалась по той или иной причине. Наконец миловидное создание замерло и, обворожительно улыбнувшись, поинтересовалось.

— Что будем заказывать?

— Двойной эспрессо, … если можно.

Чашка не успела опуститься на стол, как на пороге появился Яков Гольцман. Серега никак не мог понять, как в этом человеке совмещаются щепетильная педантичность и забавная рассеянность. Вот и сейчас, заявившись в строго оговоренное время, он шагал через зал то, волоча за собой, то выбрасывая вперед развязанный шнурок ботинка.

— Доброе утро, Сергей Анатольевич, — слегка картавя, произнес собеседник.

— Да не такое оно уже и доброе, спал всего ничего, — поднимаясь и здороваясь за руку, ответил Колотов.

— А я в курсе.

— Вот об этом и хотелось поговорить, — обронил майор, замечая как на лицо главного редактора, опускается деловая маска. — Но прежде хотелось бы понять, вы серьезно вознамерились попасть в травматологию? … Яков Самуилович, в вашем возрасте оно таки вам надо, — произнес Серега нарочито с характерным одесским говором.

— Мой человек создал проблемы? — Собеседник был удивлен и взволнован.

— Пока нет. А вообще я о развязанном шнурке на ботинке, только здесь, идя от двери до столика, имели все шансы трижды наступить на него, сколько таких возможностей упустили на улице, подумать страшно. — Колотов, разряжая начавшее было складываться напряжение, дружелюбно улыбнулся.

— В самом деле, — опустив глаза, пробормотал Гольцман, — позвольте сразу завяжу, а то непременно забуду. — Уже управившись с делом, выпрямляясь, он добавил. — Шутник вы Сергей Анатольевич, таки напугали старика. Надеюсь, ваш интерес к моей персоне обусловлен не этим.

— Вот это правильно, сразу к делу. Хотелось бы получить исчерпывающую информацию о корреспонденте вашей газеты Смирнове Викторе Леонидовиче. Пожалуй, впервые пришлось таскать за собой представителя прессы. Ситуация как понимаете не стандартная, нужна ясность.

— Я тут не причем, у него свои связи.

— Это стало понятно еще ночью. … Вы намерено уклоняетесь от ответа?

— Сереженька, — почти по отечески заговорил главред, — с вашими возможностями из-за такой мелочи заставлять тащиться сюда пожилого человека не хорошо.

— Дурная привычка собирать информацию из различных источников. — Произнося фразу, Колотов дал понять, что все сказанное непременно проверит и собеседнику лучше ничего не утаивать. — Тем более наверняка знаете факты, которые не окажутся в официальном отчете.

— Я не мог не взять его на работу, — собираясь с мыслями, проговорил Яков Самуилович.

— Позвонили из администрации?

— Не о том подумали. … Виктор Леонидович журналист с именем работал во многих центральных изданиях освещающих криминальные события. Когда стало известно, что приобрел квартиру и вознамерился осесть в городе, я решил не упустить возможность и пригласил на работу. Вы даже не представляете, сколько сил и нервов стоило, уговорить оформится хотя бы на полставки. Он уже написал несколько статей о самых тривиальных вещах, но как. Одно имя творит чудеса, ранее тираж еле продавали, теперь разлетается за два дня.

— Стало быть, в средствах не стеснен, раз приобрел квартиру и не искал заработка, — Сергей оборвал хвалебную оду, разворачивая Гольцмана в направлении интересующих фактов.

— По слухам у него несколько объектов недвижимости в Москве сдача в аренду приносит не плохой пассивный доход.

— На гонорары, полученные от написания статей, можно приобрести жилье в столице? — С явной ехидцей поинтересовался Колотов.

— Вполне, если правильно ими распорядится, а не спустить на рестораны, казино и женщин, — Яков Самуилович, словно не заметил интонации собеседника, — а кроме того, думаю, получает не малые роялти от издательства книг.

— Так он еще и писатель?

— Сергей Анатольевич, вы меня удивляете. Смирнов автор самых продаваемых детективных романов, псевдоним — Виктор Остряков. … Не знали?

Колотов развел руками.

— Своего криминала по жизни хватает. Хотелось бы знать, с какой стати променял Москву на нашу провинцию? Обычно на юга к морю тянутся пенсионеры, истосковавшиеся по покою, ему как бы рановато.

— В биографии Виктор Леонидовича это не первый крутой поворот. Но у меня информация на уровне слухов, разузнавать и уточнять было не зачем.

— Пусть так, но все же, очень интересно. — Майор, улыбнувшись, не мигая, смотрел в глаза собеседнику, со стороны это походило на то, как удав смотрит на жертву.

— Он ведь из вашей среды. Закончил юрфак Московского университета. Служил в Следственном комитете, получил подполковника, добрался до должности следователя по особо важным делам. Учитывая великолепные способности, а также положение родителя и связи, карьерной перспективе можно было только позавидовать. Но, — Гольцман развел руками, — написав заявление, уволился по собственному желанию и занялся журналистикой. Поговаривали связано это с тем, что служебное положение ставило в определенные рамки, порой, не позволяя доводить дело до конца. … Понимаете о чем речь? — Яков Самуилович вопросительно взглянул на Колотова, который утвердительно кивнул. — Журналистское расследование давало шанс сделать больше, но лишало прежних возможностей. И, тем не менее, работал очень продуктивно, в статьях всегда была интрига, что любят читатели. За возможность публикации материалов буквально шла борьба. Отсюда и высокие заработки. В это же время берется за литературную деятельность, пишет ряд романов, сами понимаете фактуры больше чем достаточно, оставалось только выплеснуть на бумагу. И опять шальной успех. Говорят, талантливый человек талантлив во всем. И вдруг, на пике интереса к нему прессы, человек бросает столицу, отдельные незавершенные расследования и поселяется в нашем городе.

Главред замолчал, по отрешенному взгляду стало ясно, что задумавшись, вывалился из текущей ситуации в параллельное измерение.

— Яков Самуилович, — окликнул собеседника Серега, выводя из забытья, — мне не нужна интрига и театральная пауза. В чем побудительный мотив?

— Так если бы знать, — парировал, приходя в себя, Гольцман. Имею только предположение.

— Таки поделитесь?

— Сами знаете, в силу каких обстоятельств я человек меркантильный, поэтому смотрю на проблему в первую очередь с этой точки зрения и редко ошибаюсь, хотя случается.

— Может не стоит тянуть кота за причинное место?

— Думаю, писательские доходы перекрыли журналистику, учитывая, что первое менее хлопотно вот и имеем результат. А что нужно для того чтобы спокойно ваять? Тихое место, время и размеренная жизнь. С возрастом любому начинает не хватать покоя, а тут такая возможность. Возьмите, к примеру, Чехова, он тоже купил избушку на берегу моря. Если обладаешь скромными потребностями этого вполне достаточно.

— Для чего тогда соглашаться на работу в вашей газете?

— Не смог отказать старому умудренному жизнью человеку, который нашел убедительные аргументы, — Яков Самуилович лукаво улыбнулся.

— От скромности не умрете, — хохотнул Серега.

— Зачем вы так, — делано надул губы собеседник. — Для того чтобы творческий процесс шел успешно время от времени от него нужно отвлекаться. Опираясь на сей общеизвестный факт, я просто предложил чем заполнить естественные паузы, а кроме того помогло знакомство с отцом.

— Так бы сразу и сказали, что воспользовались родственными связями, — пошутил Колотов, — но почему именно наш город?

— Вот это как раз просто, он здесь родился и вырос.

— Полагаете ждать от него какого либо подвоха не стоит?

— Ни в коей мере. Более того, рекомендую подружиться, в вашем деле помощь такого спеца будет не лишней.

— Это все?

— Пожалуй, да. … Будет просьба. Виктор Леонидович, прежде чем передать статью о вчерашнем происшествии решил показать вам из личных соображений, вы уж там не задерживайте, … сами понимаете.

— Добро. … Подбросить в редакцию?

— Не стоит, у них здесь чудная курица гриль, раз уж так сложилось, хочу перекусить.

— Так надо было заказать сразу, пока говорили, уже бы готовили.

— Не волнуйтесь, она в работе, Леночка, — Гольцман кивнул на официантку, — знает, что коли пришел, не уйду, не отведав сего лакомства.

Колотов, взглянув на девушку, испытал уже терзавшие прежде чувства, и это, как не старался, все же проступило на лице, и было замечено прожженным жизнью главредом.

— Вкусы у нас одинаковые, а вот потребности разные, — съязвил Яков Самуилович.

— Что есть, то есть. Мне бы пожарить другую курочку, — склонившись к уху собеседника, и произнося слова тихо, чтобы не слышали у барной стойки, с сожалением обронил Серега, а затем, пожав руку, зашагал к выходу.

Глава 3

Гость

Направляясь в кабинет, Колотов решил заглянуть к операм убойного отдела. Дверь была закрыта не полностью, что свидетельствовало о том, что кто-то на месте и можно узнать последние новости, хотя логичнее было воспользоваться телефоном, экономя время, но майор предпочитал живое общение. «А может оболтусы, куда-то спеша просто забыли за нее», — мелькнуло в голове. Такое тоже случалось, хотя крайне редко и все же исключать подобное не следовало. Подойдя ближе, он услышал обрывок разговора и смех. Потянув ручку, Серега в одно мгновение оказался на пороге. В комнате, за столом друг напротив друга, сидели Шматко и Смирнов.

— Попались голубчики, — нарочито грозно произнес начальник УГРО, — до конца закрыть дверь не судьба? Или хотите, чтобы все управление было в курсе проблем убойного?

— Сергей Анатольевич, моя вина, — оправдываясь, произнес капитан пока представитель прессы, поднявшись, двинулся на встречу, — заходил Скрябин, и я не доглядел.

— Ага, … крайним оказался полковник, — шутя, подытожил Колотов, и все трое дружно рассмеялись. — Чем занимались?

— Ждали вас и так побаловались парой анекдотов, — ответил журналист-писатель, которому как не странно довольно быстро удалось наладить контакт с обычно недоверчивым Генкой.

— Обещались к обеду, что-то рановато, — взглянув на часы, проговорил майор.

— Есть интересная информация. А, кроме того… — Колотов не дал договорить.

— Готова статья и прежде чем пустить в дело решили показать мне, причем время не ждет.

— Выходит уже пообщались с шефом. Я же не столь наивен, в то, что читаете мысли, не поверю. … Оперативно, однако.

— Так служба обязывает, … давайте делитесь новостями.

— Прямо здесь?

— Если не собираетесь раскрывать государственную тайну, почему бы и нет.

Серега кивком головы дал команду Шматко присесть на свое место, а сам, взяв стул из-за соседнего стола и развернув спинкой вперед, сел опираясь на нее руками.

— Итак, жизнь Самойловой Октябрины Витальевны одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения, в девичестве Фроловой, до вчерашнего вечера, если конечно исключить из нее гибель супруга, хотя и это под вопросом, складывалась довольно не плохо. После окончания школы — университет, затем удачное замужество. В средствах, мягко говоря, не нуждалась. В браке прожила семнадцать лет, срок не малый, пребывала в таком возрасте, когда потерю супруга переживают тяжело, но, как правило, не настолько чтобы пойти на суицид, гормональный фон уже не тот. В такой ситуации иногда решаются свести счеты с жизнью женщины, живущие на полном содержании, не работавшие до этого и потерявшие как итог средства к существованию, причем, как правило, обладающие неуравновешенной психикой. Самойлова после гибели мужа не только получила солидное наследство, в виде доли компании соучредителем которой он был, но и работала в ней же, финансовым директором, по специальности, и без труда возглавила, обычно жены не знают, что делать с такого рода «счастьем». Но наиболее интересно то, что Александр Иванович Самойлов, мягко говоря, не был идеальным супругом, будучи на двенадцать лет старше своей половины отличался чрезмерной тягой к представительницам противоположного пола, о чем знали многие и чему имеются свидетельства.

— Одним словом — ходок, — не удержавшись, вставил Генка.

— Октябрина Витальевна, — продолжил Смирнов, — не осталась в долгу и тоже имела любовников. Несмотря на неверность, супруг, как и любой бизнесмен, обладавший гипертрофированным чувством собственника, не мог смириться с поведением жены и частенько распускал руки, наставляя на путь истинный. Информация добыта из соцсетей и, безусловно, должна быть проверена, но если это так, то предсмертная записка чистой воды блеф, если даже написана собственноручно.

В ход повествования вмешался Колотов.

— Гена, напряги ребят, пусть пообщаются с сотрудниками, друзьями, соседями не забудьте домработницу, вычислите кавалеров Самойловой и переговорите с ними в первую очередь. Да, кстати, образец почерка раздобыли.

— Обижаете, Сергей Анатольевич, — пробурчал Шматко, — уже у экспертов.

— Полагаете причин, чтобы свести счеты с жизнью в такой экстравагантный способ не было? — Поинтересовался Серега у гостя.

— Остается одно — доведение до самоубийства, — обронив эти слова, собеседник задумался. — Мотив и возможности для этого должны быть, не абы какие. — Капитан с майором переглянулись, заметив это, Смирнов продолжил. — Да знаю, что единственным компаньоном Самойлова был глава местной администрации, сейчас бизнес оформлен на его супругу, но это роли не играет. Детей у Самойловых нет, так что теперь по договору, составленному при организации компании, все достается партнеру.

— Но ведь что-то напрягает? — Колотов пристально посмотрел в глаза журналиста.

— Не могу понять, чем так можно надавить на женщину, чтобы заставить написать записку и буквально выпорхнуть из окна. Необходимо крайнее состояние отчаяния — угроза жизни ребенку, какового нет, или любимому человеку, но у нее несколько связей.

— А если компромат? — вставил пять копеек Шматко.

— И что? — Не согласился Серега. — Нажали бы, заставив переписать бизнес, к чему такие сложности? А тут сначала убрали его теперь ее, не верю в такие совпадения.

— Так с мужем вроде без проблем, сам в последний момент свернул на встречку, камера зафиксировала, с машиной все в порядке.

— И здесь так же, сама шагнула в окно, даже видео имеется. … Кстати, нашли кинооператора? Как только, сразу ко мне.

— Если ее спровоцировали должен остаться след, идеальных преступлений не бывает. — Попробовал перевести разговор в несколько иную плоскость Смирнов. — Имеет смысл проверить звонки за последние сутки и контакты, глядишь, отыщется свидетель заметивший что-то необычное.

— Согласен, хотя вероятность не велика. Но есть проблема, на это потребуется время, а его нет. Как только Скрябин увидит ролик, сразу вынудит признать суицид и закрыть дело. Понять то можно, с одной стороны корячится висяк, с другой привязка к мэру напрягает.

В разговоре повисла пауза, нарушил ее Смирнов.

— А сошлитесь на меня.

— Это как? — Удивился Колотов.

— Скажите, работник прессы попался дотошный, собирается копаться в происшествии. Если дело закрыть, а потом всплывут нелицеприятные факты, это косвенно укажет на заинтересованность главы администрации, а он надеюсь против такого поворота. Чем аргументировать, что самоубийство с душком уже есть.

— Шанс. — Согласился майор.

— Кстати, поблагодарите начальника, что навязал хвост.

— А это зачем?

— По той же причине, не пересекись мы, могли бы не знать, что кто-то роется в мотивах самоубийства и поспешить с решением. Дайте полковнику понять, что благодаря его мудрому подходу удалось избежать скандала. Лесть в общении с начальством проверенное оружие.

— Страшный вы человек Виктор Леонидович, — полушутя произнес Серега.

— Властные коридоры научат и не такому. … Да, мужики, давайте на ты, не люблю фамильярности.

Шматко и Колотов переглянулись, и последний выразил общее мнения.

— Так мы не против. — В этот момент майор вспомнил дружеский совет старика Гольцмана.

— Тогда с этого момента просто Виктор, — Смирнов протянул руку старшему по званию.

— Сергей, — ответил начальник УГРО.

— Гена, — поддержал начальника капитан.

— Совсем забыл, — опомнился журналист, — обещал Самуиловичу не затягивать со статьей, — он достал из папки несколько листов и положил на стол перед сыщиками, — можно в электронке, но сам больше люблю с листа.

За несколько минут Колотов пробежал текст глазами.

— Как по мне все путем, — резюмировал он, — было бы идеально, если бы Скрябин прочитал статью до разговора со мной, но как понимаю, выйдет в завтрашнем номере.

— Так возьми черновик.

— Сейчас сделаю ксерокопию, — майор хотел подняться, но Смирнов придержал.

— Статья на смартфоне, минутку, сброшу в редакцию.

— Начало тесного сотрудничества следовало бы отметить, — пробасил Генка после того как гость оторвался от экрана.

— Предложение дельное, можно у меня, — но после того как выберусь от шефа.

— Я не против, однако, сегодня не получится, встреча выпускников. Страшно подумать, сколько не виделись. Давайте перенесем, учитывая обстоятельства, договоримся предварительно.

— Заметано, причина уважительная, — Серега взглянул на часы. — Чем намерен заняться? — Обратился он к Виктору.

— Пока свободен, а что?

— Надо прокатиться в загородный дом Самойловых, побеседовать с прислугой. Хозяйка последнее время жила там, в городскую квартиру, если верить записям консьержа, наведывалась редко. Хочу понять, что привело сюда в выходной под вечер.

— Предлагаешь составить компанию?

— Заодно осмотрим дом, может проявиться что интересное.

— До шести успеем?

— Мне в семнадцать к шефу.

— Тогда без вопросов. Кстати, чуть не вылетело из головы, надо проверить, не было ли в семье Фролофых суицидов. Случается эта штука передается на генном уровне. Возможно, звоночек Октябрине Витальевне пришел изнутри, и все имеет простое объяснение, а мы тут целую кучу копий наломаем. … Гена с нами?

— Побудет на хозяйстве, — ответил Колотов, — смотается к экспертам, надо поторопить, приглядит за орлами, а то без пинка иногда подвисают.

Глава 4

Усадьба

Назвать домом то, что открылось взору Колотова по дороге на одном из изгибов серпантина, язык не поворачивался, это скорее походило на усадьбу помещика далеко не средней руки. Четырех этажное строение более пятидесяти метров по фронту и порядка тридцати в глубину, поражало вычурностью архитектурных решений. Не менее изящной оберткой сего великолепия был разбитый по правилам утонченного ландшафтного дизайна парк, в котором присутствовали только экзотические растения. Территорию, охватывавшую несколько гектар, обнесенных не простым забором, демонстративно оборудованным видеонаблюдением, «отвоевали» у леса, в этом месте начинавшем подниматься в горы.

Окинув «сиротские» владения взглядом, Серега покачал головой. Выросший в однокомнатной квартире с крохотной кухонькой он всегда впадал в недоумение перед лицом такого рода излишеств.

— Витя. Объясни убогому, зачем? Детей не было, жили вдвоем.

Смирнов, видя настроение приятеля, улыбнулся.

— Видишь ли, утолить голод в наше время для значительной части населения сравнительно просто, а вот насытить чувство собственной важности для большинства оказывается не по силам. Лишь чуть появляются свободные деньги спешат купить авто, пусть подержанное, но приличное, затем включаются в гонку из года в год, меняя на более крутое по мере накопления необходимой суммы. Как говорит «элита», пребывающая на другом уровне, машина — престиж для бедных. Добавь туда же квартиру с нескончаемыми ремонтами, чтобы не хуже чем у друзей и соседей. Следующий этап загородный дом, — Виктор кивнул в сторону потерявших хозяев хоромов. — Затем яхта, личный самолет, дорогие любовницы и наконец, своя строка в Форбс, где меряются не лимузинами, а капиталами. Вот так и живут, посвятив себя накоплению, лишь немногим удается остановиться и то, как правило, когда жизнь почти прожита и ничего не вернешь.

— Печально.

— Скажи такое кому ни будь из этой публики, непременно обвинят в зависти.

Наконец машина, преодолев последний небольшой спуск, выкатилась на оборудованную у ворот особняка стоянку.

— Пошли, — выдохнул Серега, выбираясь наружу.

Подойдя к калитке, он нажал кнопку звонка. Почти в тот же момент динамик пробасил.

— Кто?

— Начальник уголовного розыска майор Колотов, — привычно ответил Серега, поднося к глазку видеокамеры удостоверение.

— Проходите, — вновь послышался тот же голос, теперь прозвучавший гораздо мягче, дополняемый щелчком электрического замка.

Оказавшись на внутренней территории, приехавшие увидели, как к ним спешил человек по внешнему виду походивший на охранника.

— Здравствуйте. Больно быстро открыли, — незатейливо бросил Колотов подошедшему.

— Уже в курсе произошедшего, — парировал тот.

— Тогда ясно. … Как понимаю охрана?

— Да.

— Сколько вас?

— В смене трое.

— Кто еще в доме?

— Управляющая, повар, две горничные и садовник.

— Как к вам обращаться?

— Можно просто Валентин.

— Значит так, Валентин, — майор на секунду задумался, — первым делом проведете к управляющей, затем соберете остальных, нужно будет побеседовать. Да, чтобы я не терял время напишите список работников с телефонами и местом регистрации. … Справитесь?

Крепыш кивнул в ответ и направился к центральному входу, обрамленному колонами. Открыв половину массивной двухстворчатой двери, мужчина пропустил гостей внутрь. В зале их уже ожидали.

— Кудрявцева Виалета Степановна, мажор дома, чем обязана? — Бархатным слегка грудным голосом проговорила симпатичная не более сорока лет дама, упакованная в строгий темно-зеленый брючный костюм.

Вторя тону собеседницы, майор официально представился.

— Колотов Сергей Анатольевич, начальник уголовного розыска, — ему опять пришлось развернуть удостоверение, — занимаемся расследованием дела хозяйки дома, — он чуть было не сказал убийства, но сдержался. Где можем поговорить без посторонних?

— Пройдемте в мой кабинет.

Помещение, в котором оказались посетители, было просторным, но не содержало излишеств. Шкафы с документацией, рабочий стол, часть которого занимал компьютер, кресло хозяйки и несколько крепких деревянных стульев не простой работы.

— Присаживайтесь, — дама указала на них, — может чай, кофе?

— Давайте сразу к делу, — отрезал Серега. — Виалета Степановна, как давно работаете в доме?

— Больше десяти лет. … Нужна более точная информация?

— Это лишнее, хотелось бы узнать, в каких отношениях последнее время были супруги Самойловы?

— Понимаете, — что-то переваривая в голове, по видимому подыскивая повод позволяющий уклониться от ответа, не спеша начала она.

— Отбросьте этические формальности, сказанное уже ни коем образом не способно навредить покойникам, а вот попытка что либо утаить может создать проблемы для вас.

По лицу управляющей скользнул легкий испуг, но она быстро взяла себя в руки.

— Александр Иванович был не равнодушен к женскому полу, впрочем, как полагаю и основная масса нормальных мужчин, но в отличие от многих у него были средства, чтобы удовлетворять эту потребность.

Говоря эти слова, дама покрылась едва заметным румянцем, что не ускользнуло от наблюдавшего за ней Смирнова.

— У вас тоже была с ним связь? — вклинился он в разговор.

— Временами, когда по какой-то причине оказывался без очередной пассии, был слишком пьян, и жены не было дома.

— Октябрина Витальевна знала. — Уточнил Колотов.

— О нас? … думаю, нет, да и ее это не задело бы, а о похождениях в целом представления имела.

— И как воспринимала?

— Поначалу злилась, но это не было похоже на ревность, скорее ущемленное женское самолюбие. Если бы гулял по тихому, а так все на показ. Затем и сама подалась, как говорят, во все тяжкие, после чего интимные похождения супруга перестали волновать.

— И давно это произошло?

— Да уж года четыре как.

— Прилично, — подытожил Серега, одновременно посмотрев на Виктора, взглядом давая понять, что нарытая информация в интернете подтверждается уже первым свидетелем, а это весомый аргумент в разговоре с шефом.

— А сам Александр Иванович как воспринимал поведение супруги?

— Полагал, что позволенно ему недопустимо для женщины и воспитывал периодически.

— То есть бил, … и есть свидетели.

— Да он прислугу особо не стеснялся, относился как к мебели. А за получаемое здесь жалование можно и помолчать.

— Терпела то почему? Ведь можно разойтись.

— По брачному контракту если инициатором была она то не получала и гроша, а женщине в определенном возрасте очень сложно начинать с нуля, да и привыкла к роскоши.

— У вас, откуда такая информация?

— При всем лоске была обычным человеком вот и делилась от отчаянья, когда кроме меня некому поплакаться в жилетку.

— А он, стало быть, не разводился, чтобы не терять долю состояния?

— Это не главное. Где бы он нашел второго такого финансового директора. Говорят мимо Октябрины Витальевны не замеченной не могла пройти даже копейка.

— А такое реально, при столь значимых объемах бизнеса? — Поинтересовался Виктор.

Дама пожала плечами, давая понять, что ответа не знает.

— Вполне, — улыбнувшись, буркнул Колотов, — вон у Леши Локтева жена слышит, когда деньги падают на карту, это чисто женское, нам не дано. Однако шутки в сторону. … Виалета Степановна, хозяйка в выходные до воскресного вечера была здесь?

— Да, очень любила загородный дом, довольно редко ночевала в городской квартире, даже если требовалось авралить, брала документы и приезжала сюда, просиживая днями и ночами в кабинете мужа. Говорила что ощущение городской суеты, от которой не могла избавиться в офисе, мешает нормально работать.

— Тогда что же заставило в столь поздний час поехать в квартиру?

— Вот этого не знаю, вообще собиралась в театр, в этот день должна была состояться премьера какого-то спектакля столичной труппы. Правда, предупредила, что ночевать не вернется.

— О как. … Охранник, перечислив прислугу в доме, не упомянул водителя, стало быть …

Управляющая не дала договорить Колотову, уловив суть вопроса.

— Такой единицы в штате нет, Октябрина Витальевна считала это ненужным излишеством, а кроме того, очень любила ездить сама, и этот вечер не был исключением.

— После смерти супруга приводила в дом мужчин?

— Нет, полагала до года это не уместно, соблюдала установленные самой приличия.

— По поводу бизнеса есть информация, не в курсе кому достанется усадьба?

— Поначалу думали, что наследников нет, но как выяснилось на похоронах, у Александра Ивановича есть сводный брат. Прежде он никогда не говорил о нем, даже для хозяйки это была новость. Говорят в столице очень большой человек, прикатил с охраной на пяти машинах, ни с кем не общался, с главой администрации в том числе. Простился с покойным и не остался на поминки.

— Виалета Степановна, убедительная просьба, проследите, чтобы до приезда экспертов никто ничего не трогал в кабинете хозяина, лучше закройте его на ключ. А теперь, если позволите, воспользуюсь вашими апартаментами, — Серега окинул комнату взглядом, — хотелось бы поговорить с остальными работниками.

— Без проблем. С кого хотите начать?

— Думаю с повара и горничных, охрану оставим на закуску.

Колотов тщательнейшим образом опрашивал прислугу, проверяя уже полученные сведения. Сюрпризов не было. Единственно, что-либо значащей информацией было то, что охранник Валентин за два дня до этого видел хозяйку в городе с молодым человеком. Парочка припарковалась у отеля с рестораном, за рулем была Октябрина. Похоже, нащупывалась ниточка, потянув которую, можно было разыскать одного из ее кавалеров, тем более что служивый утверждал, что без труда опознает мужчину. Смирнов при опросе словно вывалился из происходящего и что-то усиленно искал в смартфоне. В один момент Виктор покачал головой и взглядом дал понять приятелю, что наткнулся на что-то весьма значимое, а не просто интересное. После чего Серега, в очередной раз взглянув на часы, понял — для того чтобы успеть к шефу на ковер к назначенному времени следовало сворачиваться.

Уже в авто, выруливая со стоянки, майор поинтересовался.

— И что ты там нарыл, рассказывай?

— Нашел в сети фото и видео с похорон Самойлова, братец у него и впрямь мужчина не простой.

— Кто таков?

— Сапфиров Николай Петрович. … Не слышал?

— Прости Витя, нам в провинции не до московских звезд у нас свои «авторитеты», так что просвещай.

— Человек не просто имеет связи в правительстве, точнее было бы сказать, при необходимости влияет на его работу. Сфера интересов: финансы, нефте и газодобыча, металлургия, золото, это по крупному. Торговые сети, гостиницы рестораны в лучших местах, акции во всех значимых отраслях. Поговаривают что под ним большой кусок торговли оружием и наркотиками. Так что если он в деле, — Смирнов замолчал.

— Что, приходилось пересекаться?

— Не то слово.

— Поведай, если можно?

— Разговор не короткий, как-то на досуге.

— Решать тебе. Мысли-то по делу есть исходя из услышанного.

— Даже версии вырисовываются.

— Поделишься?

— Давай пока едем, пораскинем мозгами вместе. Могла ныне покойная вдовушка, натерпевшись побоев от мужа, чтобы не расставаться со всем что любит, и получить не абы какое наследство, вместе с любовником организовать автокатастрофу?

— Теоретически да, — стараясь не обидеть друга, проговорил Серега, но тут же возразил. — Только там как бы все чисто, зацепок никаких от слова вообще. Не способна баба, даже с не абы какими умственными способностями, провернуть такое.

— Ты погоди, — по голосу Смирнова стало ясно, слова майора его не задели. — С одной стороны раз не дурра ей по плечу было сыскать нужного человека, способного организовать, а главное реализовать задуманное, да так что комар носа не подточит. Или полагаешь, что такие персонажи не существуют?

— Да нет. Но стоят не дешево.

— А она кем была при муже?

— Финансовым директором.

— Причем, со слов управляющей, не абы каким специалистом, которому безраздельно доверяли. Так что изъять нужную сумму, если готовилась заранее, разбив на части и выводя в разное время, могла запросто.

— Согласен. Но в этом случае коли дотошно покопаться в отчетностях подобные манипуляции можно обнаружить, что будет говорить в пользу данной версии.

— Не всегда, выводимые средства можно искусно вплести в проводимые финансовые операции то, перечисляя, то, возвращая обратно по несколько раз, в итоге, запутав так что и налоговая, если пришлют специалиста не от Бога, не разберется. На худой конец, многое можно списать на банальные ошибки бухгалтерии, которые случаются повсеместно, или на утерю данных, возникшую в результате сбоя электронных носителей, подвергшихся вирусной атаке. А, кроме того, мы упустили вариант, что у Самойловой могли быть и личные средства как на счетах, так и в наличке, получала же она зарплату, а возможно и дивиденды.

— Допустим, с деньгами решить вопрос для нее оказалось не проблема. А как увязать все с последующими событиями? — Колотов, похоже, задал вопрос сам себе, поскольку тут же продолжил. — Тут или подельник вошел в раж и решил поживиться еще, взявшись за шантаж, доведя до открытого окна. Или напарник по бизнесу не упустил шанс стать единоличным владельцем компании.

— Во втором варианте может быть еще более интересная комбинация. Дамочка думала что решает свою проблему в то время как на деле оказалась лишь инструментом в руках того кто подбирался к их с мужем состоянию.

— Полагаешь, глава администрации грамотно подвел ее к нужному решению.

— А почему нет. Один из любовников вполне мог быть его человеком. При таком раскладе собрать на нее компромат для обвинения в преднамеренном убийстве не проблема.

— Но как толкнуть на самоубийство.

— Суди сам, женщине ее уровня оказаться на зоне, терпеть унижения и издевательства, которые могли в красках расписать, так лучше смерть.

— Версия рабочая, — задумчиво произнес Колотов, — смущает два момента. Как доказать что ДТП мужа убийство, и почему покончила с собой в столь экстравагантный способ, ведь существуют варианты попроще.

— По поводу первого, найдешь любовников, покапаешь вокруг, глядишь, что и всплывет. Если конечно подельник из их круга, а коли завязка была, лишь на деньги, мороки будет намного больше, можно концов и вовсе не найти.

— При таком раскладе тот кто нужен наверняка уже укатил из города?

— Может быть, … а вот по поводу второго мыслей нет.

— То-то и оно, так что версия весьма хлипкая. Хотя то, что это не самоубийство, даже не смотря на записку, факт.

Какое-то время мужчины ехали молча, каждый размышляя о чем-то своем.

— Есть и другая. — Задумчиво произнес Смирнов.

— Да не уж. … Колись.

— Берем первую за основу.

— А что меняется?

— Представь, что Сапфиров раскопал истинную причину гибели брата, с его возможностями не проблема, и решил отомстить. Начал с супруги. От этого упыря не то, что из окна из самолета выпрыгнешь.

— Витя, извини, … но это похоже на попытку притянуть способ которым дама покончила с собой к личности столичного родственника.

— С одной стороны как бы так, но в отличие от мэра, которому нужна просто ее смерть, Сапфировым руководила месть. Убийца брата должна была пережить ужас, прежде чем умереть. Возможно, ей сообщили о расправе, которая ждет, и сев на хвост загнали в квартиру. Полагаю, что после похорон вдова навела справки, о том с кем имеет дело.

— Могла позвонить и вызвать полицию.

— А если оказалась в безвыходной ситуации, ждать пока приедет наряд, а дверь уже открывали, отчаянье подсказало выход, из двух зол выбрала меньшее. Кстати, это объясняет, почему не доехала до театра.

— Вот теперь более правдоподобно, но все надо проверять, а кроме того понять, как те кто ей угрожал, прошли незамеченными мимо консьержа.

— Так любая версия изначально не идеальна и требует проработки. Правда, если верна, то скоро будем хоронить главу администрации.

— Не хилое скажу тебе подтверждение, и альтернативы никакой?

— Пожалуй, нет.

— А если попытается откупиться имеющимися активами, жизнь как бы дороже.

— Для Сапфирова это пыль. Заметь, со слов управляющей общаться на похоронах с фигурантами не стал. Можно попробовать исчезнуть, да и то не факт что не найдут.

— Интересно понаблюдать за градоначальником, полагаю, держит нос по ветру.

— Коли так как думаем то влетел знатно, но это его проблемы. Ты Сережа будь осторожен, не суй голову под гильотину, оттяпает не раздумывая.

— Спасибо что предупредил. … А мы что, просто работаем по делу, найдем машину, любовников, выясним, правда ли ехала в театр, побеседуем с сотрудниками и подругами. В общем, все как всегда.

— Шефа версией не пугай, хватит моей статьи и свидетельств прислуги.

— Хочешь обидеть? Не держи за идиота, — надулся Колотов.

— Прости дружище, знакомы то всего ничего, хотел предостеречь. … Кстати, давай, завтра, вечером посидим, как собирались, заодно, расскажу все что обещал, тогда и перестанешь обижаться.

— В принципе не против, — все еще не довольно пробурчал Серега, — если не будет каких вводных.

— Вот и хорошо, позвонишь на когда, адрес знаю.

— Тебя куда подвезти, — майор посмотрел на часы, запас времени еще был.

— Давай к управлению, пройдусь пешочком, попробую еще прикинуть, что к чему, люблю думать на ходу, когда ничего не поджимает.

Уже на месте, выбираясь из машины, Виктор подмигнул Колотову и мягко закрыл дверцу.

Глава 5

Встреча выпускников

Кафе «Ласковый прибой», где решено было собраться по причине, что здесь праздновали выпускной, располагалось практически на набережной. Дорога до него занимала не более получаса, даже если шагаешь вразвалочку, а Виктор не спешил. Ему хотелось представить какими теперь стали одноклассники из их когда-то веселого и бойкого десятого А. В нынешнее время, покопавших в соцсетях, без особого труда можно было добыть информацию о ком угодно, приправленную огромным количеством фотографий, декларирующих ценности и кажущиеся достижения их обладателя. Но, к сожалению, этот бравурный фасад на деле лишь прикрывал истинное положение вещей. В действительности никто не выставляет напоказ проблемы неудачи и разочарования, накопившиеся с возрастом в значительных количествах, а ведь именно они во многом формируют жизнь, определяя, как ты изменился и кем стал. Должность, место работы, материальное положение эти формальности мало интересовали Смирнова, хотелось понять, в какую сторону за пробежавшие годы откочевал внутренний мир однокашников. Увы, но в интернете сыскать такую информацию на среднестатистического обывателя было не реально, только непосредственное общение позволяло хоть как-то определиться и то, формат нынешней встречи мало подходил для этого. Собираясь на подобные сабантуйчики, каждый, как правило, говорил о себе как о покойнике — либо хорошо, либо ничего. С иной стороны, при общении один на один, о других собеседник мог поведать многое, однако это стоило воспринимать, как разряд сплетен, из которых, безусловно, можно было кое-что выудить при соответствующем опыте, но Виктор до конца не понимал надо ли ему это. Именно в силу данного обстоятельства, когда Андрюха Янин, взваливший на свои плечи организацию этой кутерьмы, пригласил на встречу, поначалу вежливо отказался, а затем, под нажимом одноклассника, вознамерившегося собрать как можно больше своих, сдался. Выставлять напоказ свое финансовое благополучие, позволявшее при нынешнем образе жизни не работать до последних дней, не хотелось. Так же не было желания отвечать на вопросы: почему оставил службу в Следственном комитете, когда карьера перла вверх? что привело в журналистику, и что толкнуло бросить ее, не смотря на впечатляющие успехи? И наконец, зачем променял жизнь в столице, к которой стремятся многие, на прозябание в провинции? Подходя к знакомому кафе, Виктор был готов удовлетворить любопытство школьных друзей, тяготило только то, что и сам он не намеревался открывать правду.

Обойдя заведение, у центрального входа Смирнов оказался за пять минут до назначенного времени. Опаздывать не любил. Собравшиеся были на улице и, разбившись на небольшие группки, о чем-то оживленно беседовали. Его появление встретили радостными возгласами, перетекающими в непременный ритуал обнимания с мужской частью коллектива и поцелуями в щеку с дамами. Пришло чуть больше половины класса, львиная доля на этот момент проживала в городе, но были и те, кто приехал специально. Андрюха, точно знавший кого следует ждать, тут же стал приглашать всех пройти вовнутрь, так, что по всему походило — Виктор подошел последним. В зале для них накрыли отдельный большой стол. После того как все расселись и выпили шампанского за встречу, Янин, взявший обязанности ведущего, предложил, по очереди, поведать как сложилась жизнь, где сейчас обитают и чем заняты. Решено было, что сначала выскажутся те, кто сидел на противоположной от Смирнова стороне стола, начиная от сцены, а затем по такому же принципу вторая половина. Виктор и здесь оказался последним и это вполне устраивало. «Пока дойдет очередь, народ изрядно подустанет и накачается спиртным и, возможно, не будет приставать с расспросами», — подумал он. Кто-то, повествуя, был не многословен, другие напротив, описывали свои перипетии в ярких красках. Больше всего поражало то, что практически все присутствующие вступали в брак кто два, кто три, а кто и четыре раза. Бобылем из мужской половины остался он один. Наконец все развернулись и стали смотреть в его сторону.

— После школы поступил в МГУ на юрфак, — проговорил Виктор спокойным голосом. — Окончив, попал в Следственный комитет, дослужился до следователя по особо важным делам, пересекаясь с представителями прессы, заинтересовался журналистикой, приобрел кое-какой опыт, понравилось. Поступили предложения о сотрудничестве, но совмещать эти два вида деятельности можно было только неофициально, пришлось выбирать. Решил изменить жизнь, с одной стороны терял определенные властные полномочия, но обретал не соизмеримую с этим свободу действий, занимаясь, по сути, тем же видом деятельности — ведя журналистские расследования. Приятным бонусом к этому стали совсем иные заработки.

— А почему оказался в наших краях, или квартиру купил как дачу на море? — Поинтересовался Толя Зинченко.

— Поднаторев в работе с небольшими текстами, однажды решился попробовать и написал детективный роман. Получилось. Материалов за предыдущие годы накопилось не мало, поначалу попытался тянуть две лямки, но это очень сложно, в итоге произошел еще один поворот в судьбе. А работать над книгами лучше в тихом уютном месте, можно было приобрести дачу в лесу в Подмосковье, но потянуло в родные края. Женат не был, детей не нажил. — С грустью в голосе произнес Смирнов.

— Какие твои годы, еще успеешь, — обрывая печальную ноту, произнес Андрей Янин, — А давайте пока перекурим, подышим воздухом, а официанты поколдуют над столом.

Выйдя на улицу, Виктор расположился на стуле открытой площадки кафе, и почти тотчас к нему подсела Наташа Канищева.

— Ты что и впрямь не нашел свою половинку? Видела твои фото на столичных тусовках там рядом такие дамы, было же на кого положить глаз.

— В том-то и дело, когда выбор большой, теряешься, — улыбнулся Смирнов и, желая перевести разговор в другую плоскость, произнес, — вот ты мне нравилась.

— Да помню, как тискал в раздевалке, — без капли смущения произнесла Натаха, уже дважды побывавшая замужем.

— А нечего было дразнить и приставать, — парировал Виктор, и собеседники дружно рассмеялись. Кстати, не в курсе как сложилась судьба Коли Филаткина и Оли Сердюк у них такая любовь была, вся школа завидовала.

— Колька поступил в Московское общевойсковое.

— Ты гляди, учились почти рядом.

— На первом курсе сыграли свадьбу, теперь вместе мотаются по гарнизонам. Прошлым летом приезжали к старикам в отпуск.

— Слава Богу, хоть у кого-то все срослось.

— Пошли,… опять зовут за стол.

Вторую половину вечера вспоминали учителей и смешные истории из школьной жизни. Танцевали, разбившись на пары. В момент, когда возле Смирнова никого не было, к нему неожиданно подошел Игорь Лагуткин.

— Покурим?

— Не курю.

— Так и я тоже, — улыбнулся приятель, давая понять, что приглашает на приватный разговор.

Виктору стало интересно, зачем это он понадобился Игорехе. Когда-то одну четверть они делили общую парту, но друзьями так и не стали.

— Чем сейчас занят? — Поинтересовался Лагуткин, глядя прямо в глаза, словно мог вычитать в них правду.

— Сказал же, пишу книги.

— А кроме этого?

— Так вот ты о чем, … попросили поработать в местной газете, завтра будет статья.

— А конкретнее?

Виктора стала настораживать такая заинтересованность одноклассника, но скрывать было особо нечего.

— Речь идет о происшествии в городе, самоубийстве весьма не простой женщины.

— Это убийство, — безапелляционно выпалил Игорь.

— Откуда такая уверенность? Ты что-то знаешь? Пока факты говорят об обратном, предсмертная записка, видеозапись. — Смирнов решил поиграть с приятелем в кошки мышки, вытянув из него сведения не раскрыв своих карт.

— Да ты и сам знаешь, что я прав.

— Постой, то, что думаем к делу не пришьешь, нужны доказательства.

— В ее квартире перед комодом стояли тумбочка и пуфик.

— Ты что там был?

— И да, и нет.

— Это как?

— Потом поясню, а пока не перебивай. Так вот на тумбочке, которая перекочевала туда из другой комнаты, есть отпечаток обуви, но нет отпечатков пальцев. Домработница утром ее тщательно протерла с полиролью. …Понимаешь, что это значит?

— Хочешь сказать что «ступеньки» к окну выстроил кто-то другой, и он был в перчатках. Но откуда такая информация?

— Такое доказательство подойдет? — Поинтересовался Игорь.

— Вполне. Но ты не ответил на мой вопрос.

— Давай так, у тебя есть выход на полицию, пусть они проверят, а тогда поговорим. Утром уезжаю в командировку вернусь через три дня. Думаю, за это время управитесь?

— А зачем откладывать, — без обиняков не понимал Виктор.

— Видишь ли, если сейчас расскажу, посчитаешь сумасшедшим, так что давай пусть будет, так как договорились. А теперь мне пора.

Пожав руку обескураженному Смирнову, собеседник, не прощаясь с остальными, направился к подкатившему к кафе такси.

Глава 6

Вечер

Встретится, договорились в девятнадцать. Колотов, как принимающая сторона, отпросился у Скрябина пораньше, а поскольку, заняв новую должность, никогда не обращался с подобной просьбой, отказа не получил. Напрягало то, что вместо себя на совещании пришлось оставить Шматко, которому вменялось, освободившись, рысью скакать в адрес. Заехав в супермаркет, Серега прикупил овощи, ухватил пару пучков зеленухи, нарезку сыра, колбаски, минералку и соответственно то чем собирались промочить горло. Время еще было и следовало сварганить горячее. Прикинув, что выглядит эффектнее пюре или жареная картошка остановился на последней. Почистив клубни с запасом, залил водой, полагая, что порежет, как только появится первый из собутыльников, а готовить начнет, когда соберутся все. Процесс не мудреный и пока пропустят по одной другой рюмахе, под легкую закусь, вполне можно успеть.

Генка нарисовался относительно быстро. Позвонив в дверь, капитан, как только открыли, развел руки в стороны, словно акробат в цирке после выполнения не простого трюка.

— Так быстро свернулись? — удивился Серега.

— Ага, — ухмыльнулся Шматко, а то не знаешь Константиновича, любит кашу по столу размазывать. Там посиделки часа на полтора два.

— И как? — поинтересовался майор у подчиненного.

— Мальчик я не маленький, а скорее старенький, — пробормотал он излюбленную присказку, — сейчас на встрече с информатором.

Колотов, слегка улыбаясь, покачал головой.

— Не, а чо, если принять в расчет Витька то, как бы и не соврал, — отшутился Генка, — правда, Скрябин походу догадался. С одной стороны хорошо, когда начальник из оперов, все понимает, с другой плохо, по той же причине, — философски произнес он.

К моменту, когда раздался второй звонок, картошка уже была порезана соломкой и приготовилась к прыжку на сковородку. Открывать пошел Генадий, а Серега занялся делом. Смирнов явился за две минуты до оговоренного времени, ввалившись в квартиру с двумя огромными пакетами.

— Разгружай, — бросил Виктор встречающему, передавая ношу, и захлопнул дверь.

Через минуту на столе, не принимая в расчет элитного алкоголя, оказались семь салатов в пластиковой таре, небольшая головка твердого сыра, палка сыровяленой колбасы, пару колец домашней, банка икры нерки, филе селедки, провесная скумбрия и соленая семга, а так же прочие деликатесы в консервных банках с ключом.

— У нас что, Новый год? — Шутя, поинтересовался Генка, — Серега, да он офигел.

— Э нет мужики, … простава как бы моя, так что спасибо что приютили.

— Когда успел, — кивнув на салаты, поинтересовался Колотов.

— Готовить не мастак, заказал в ресторане, — честно сознался гость.

— Во сколько же все это стало? — Не унимался Шматко.

— Гена, не бери в голову, деньги есть, а их нужно тратить, на кого же, как не на друзей.

— Да это ж до утра сидеть и то не осилим, — пробасил капитан.

— Впервой что ли? — Лукаво улыбаясь, поинтересовался Смирнов, — или надеялись отделаться от меня по-быстрому.

— Тебе хорошо, а нам завтра на службу, — попытался возразить Генка.

— Зато, с какой завистью будут смотреть в управлении, — рассмеялся Виктор.

Серега, не участвующий в пикировке, помешал картошку, откупорил бутылку и налил по первой.

— Давайте за то чтобы знакомство переросло в дружбу.

— Возражений нет, — поддержал Смирнов.

Опрокинув первую, Колотов обратился к гостю.

— Кстати, предложенная залипуха сработала отлично.

— О чем речь, — Виктор излучал искреннее непонимание.

— Показал Скрябину статью, обрисовал ситуацию, потешил самолюбие, после чего дал посмотреть видео, в итоге приказано разобраться во всем не спеша и основательно.

— Замечательно, …что нового в деле?

— Э нет брат, так не пойдет, об этом успеем. С момента знакомства интересует вопрос, какими ветрами занесло в наши края?

— Согласен, без честного ответа доверия не будет.

— Давай по второй и рассказывай.

— Разговор не короткий, — начал Смирнов.

— А никто никуда не торопится, — окинув стол взглядом, вставил Шматко и, взгромоздив локти на столешницу, подпер голову ладонями.

— Пока в Комитете занимался делами попроще все шло пристойно. В целом сами знаете, сбор доказательств, бумажная возня и передача дела в суд. Но со временем, когда поднаторел, стали поручать работу с солидными «клиентами». Здесь и требования к результатам были иные — улики, свидетельские показания, порядок расследования требовались идеальные. Как бы понятно, адвокаты у людишек солидные давать повод развалить дело не хотелось. И вот в тот самый момент, когда все срасталось и фигуранту не отвертеться, приходила команда стоп. И так одно другое пятое дело, может, за редчайшим исключением. В итоге пришло понимание, что то чем занимаемся не борьба с преступностью, а хорошо отлаженный бизнес. Объект, ознакомив с делом, сажали на крючок и вынуждали делиться, в противном случае сами понимаете. Участвовать в этой уголовной вакханалии абсолютно не хотелось. К этому времени уже были знакомства в журналистской среде, возникшие по объективным причинам, эта братия наряду с нами вела свои расследования. В большинстве случаев цель та же — шантаж и заработок. Но, существовали, в незначительном количестве и те, для кого принципы важнее бабок. Решил пополнить когорту. Отец был против, понимая, что добром это не кончится, но что он мог сделать. Включился в работу, удавалось раскручивать не простые финансовые аферы, материал уходил влет. Заработки росли от статьи к статье, но вместе с этим проблемы множились как снежный ком. Давили по черному, запугивали, не однократно покушались, но как-то все обходилось. Даже бывшие коллеги жестко намекали, что пора свернуть бурную деятельность. В самом деле, кому понравиться, когда кто-то орудует на твоей грядке, пропалывая самые лакомые куски. И вот однажды, в порыве азарта забрался на уровень, куда даже Следственному Комитету без указки сверху опасно совать нос. В итоге попал в необычный оборот. Убрать могли по щелчку пальца, спасло то, что ввел в привычку оставлять в сети уйму закладок, которые в случае чего без моей помощи выливались на просторы интернета. Отследить их все было не реально. Как устроить карусель подсказали хакеры, с которыми сотрудничал, соответственно за не малую плату. Но оппоненты оказались не глупей, и сделали нестандартный ход. В один, казалось бы, обычный день у сотрудников издательства, в котором работал, одновременно пропали дети школьного возраста. Через пару часов их отпустили, а меня поставили перед фактом, что если не отдам все имеющиеся наработки и не уберусь из столицы, в следующий раз родители получат трупы, и так будет продолжаться со всем окружением, пока не одумаюсь. По сути, меня превратили в токсичный элемент, рисковать своей жизнью одно, а брать на душу гибель ни в чем не повинных людей, совсем иное. Выхода из сложившейся ситуации не видел и вот, как результат, сижу здесь за столом.

— Да, жестко, — покачав головой, пробормотал Колотов.

— Так что теперь пишу детективы, хорошо хоть это кормит да есть активы, приносящие пассивный доход, и, слава Богу, нет семьи.

— Постой, а этот … как его … Сапфиров, не из тех ли с кем схлестнулся?

— Один из фигурантов. Теперь даже не знаю, что можно противопоставить этой публике.

Смирнов задумался, по лицу было видно что, раскрыв душу, вновь переживает случившееся. Серега, понимая, что нужно сменить тему, незаметно подмигнул Генке.

— Ты принял единственно верное решение, не казни себя. Да, кстати, о нашем деле, в крови Самойловой никаких препаратов не обнаружено. — Как бы невзначай бросил Шматко

— Стало быть, доведение до самоубийства, — переключаясь на текущую проблему, произнес Виктор, — найдем, как сработано, поймем кто.

— Частично пообщались с ближним кругом: подчиненные, коллеги, одноклассники, соседи, да просто хорошие знакомые. В то, что покончила с собой, не верит никто, и случаев, чтобы кто-то угрожал, не помнят. Перебрали меньше четверти списка, вероятность, что что-то проявится, остается, но слабо верится.

— Понимаю, но отработать надо по полной, — глотнув очередную стопку и подхватив кусок колбасы, — отметил Смирнов, — чтобы потом к этому не возвращаться.

— За пять дней думаю, управимся, — капитан на минуту задумался, — да, совсем забыл, в роду у нее самоубийц не было.

— Удалось прояснить ситуацию, куда ехала в тот вечер?

— Таки в театр, как и сказала управляющая домом. — Вклинился в разговор Колотов.

— Это точно?

— Предварительно созвонилась с одним из кавалеров, известила что выезжает, договорились встретиться у входа.

— Стало быть, одного из любовников нашли.

— Обижаешь, всех троих.

— Так речь вроде шла о двух.

— Ну, извини, что нашли лишнего, — рассмеялся Серега, — завтра начну с ними работать лично. А кроме того отыскалась машина, засекли по камерам на въезде в город и отследили маршрут. В салоне сумочка там билет так, что все срастается, не ясно только почему припарковалась за два дома от своего двора, и что заставило это сделать, времени у нее было в обрез.

— По дороге куда-то заходила?

— Посетила магазин элитного алкоголя, вынесла две бутылки шампанского, так и остались в машине. Похоже, собиралась провести бурную ночь в квартире. А потом неожиданно свернула с маршрута, должна была ехать прямо, а ушла направо во дворы, туда, где нет камер.

— Может что заметила?

— Не знаю, камера показала, что машин за ней не было, перед перекрестком начала экстренно тормозить и, не включая поворот, совершила маневр, не перестроившись из среднего ряда. В этот момент ей кто-то звонил, номер не определился, и что интересно оператор сети ничего не может прояснить по этому поводу.

— Провернуть такое могли, или не абы какие компьютерные умельцы, либо спецслужбы.

— Витя, не нагнетай раньше времени, разберемся. Кстати, такой же звонок был зафиксирован, когда она уже находилась в квартире.

— Думаю в них вся разгадка. Время, когда шла от машины в квартиру, известно, маршрут тоже, можно попробовать отыскать свидетелей из жильцов домов, глядишь, кто-то видел ее и заметил что-то странное.

— Все-таки работа хоть и бывшая накладывает отпечаток, мыслим одинаково. Уже напрягли участкового, опрашивает местных бабушек и мамочек.

— А как ведет себя градоначальник?

— Усилил-таки охрану, что косвенно подтверждает твою версию.

— На этот шаг могли толкнуть и другие причины, о которых пока не знаем. Вот если получится выяснить, что мэр приложил руку к смерти супруга Октябрины, мотив Сапфирова становится очевиден.

— Но дамочка однозначно замазана в деле, иначе мстить ей незачем.

— Интересно то, что убрать мужа в столь экстравагантный способ без помощника она бы не смогла, а все окружавшие ее мужчины, как выяснилось, живы. Получается, чего-то не понимаем или не знаем. Самое простое если подельник не из любовников, об этом уже говорили, так что версия пока до конца не складывается. Все надо обмозговать как следует по мере того как всплывут новые факты.

— Да, Витя, на тумбочке в комнате отпечатков пальцев Самойловой нет. Эксперты повторно мотались в квартиру, почему не досмотрели в первый раз не понятно.

— Не обратить на это внимание не мудрено, на ручке и записке ее пальчики, почерк как понимаю тоже, — Колотов, соглашаясь, кивнул. — А на тумбочке могла наследить уйма народу в любое время и притянуть чьи-то отпечатки на ней в качестве улики весьма сложно, а то что ее буквально перед этим протерли принимать в расчет, ведя следствие, я бы, к примеру, не стал. Хотя это важный момент, свидетельствующий о том, что лестницу к окну выстроили либо заранее либо кто-то был в квартире в момент совершения суицида.

— Кстати, колись, где нарыл информацию.

— На встрече выпускников.

— Вот те на, — не удержался Серега, — это как?

— Старый приятель, даже сидели с ним за одной партой, во время перекура поинтересовался, чем занимаюсь. Чтобы соскочить с темы невзначай сказал, что пишу о самоубийстве известной в городе женщины, не раскрывая ничего, статья-то уже пошла в тираж. А Игореха и выдает — Это убийство. Поначалу подумал, что он оперирует сплетнями, народное творчество в таких случаях, как правило, находит тот или иной злой умысел. Не ожидая ничего, по привычке, потянул из него информацию, на которой проросли соответствующие выводы. Вот он и поведал о злополучной тумбочке.

— Получается, приятель был в квартире Самойловой после происшествия? — Вклинился в рассказ Генка.

— Исходя из здравого смысла да, и я так подумал.

— А что на деле? — поинтересовался Колотов, предвидя какой-то необычайный поворот.

— Сказал что как бы да, и как бы нет.

— Это как? — не унимался майор.

— Обещал прояснить после того как проверим отсутствие отпечатков пальцев.

— А это-то зачем?

— Посыл странный, чтобы не сочли сумасшедшим.

— Надо бы мужика к нам и покрутить, как следует, однозначно что-то знает. — Резюмировал Шматко. — Кто таков?

— Игорь Лагудкин, полагаю, сам все расскажет, когда вернется.

— И куда подевался.

— В командировке.

— Так может, сделал ноги, ищи теперь.

— Не думаю, если бы был в чем-то замешан не стал бы откровенничать, а просто убрался из города.

— Тоже верно, — согласился капитан и чуть погодя добавил, — пора завязывать с разговорами о делах, торможу на ровном месте.

— Не мудрено после выпитого, — рассмеялся Виктор, — на какую тему съезжаем?

— А о чем могут говорить трое изрядно пьяных мужиков помимо работы? — Шутя, поинтересовался Колотов.

— Вот за них давайте и выпьем, — разливая коньяк по стопкам, ровно в том же тоне поддержал друга Смирнов.

Глава 7

Любовники

Дело Самойловой, по понятным причинам, было на контроле начальника городского управления внутренних дел от чего Колотову, помимо прочих обстоятельств приводивших в кабинет шефа, один раз в день вменялось являться пред ясны очи с докладом именно по ходу данного расследования. При этом Скрябин выставлял из помещения всех иных сотрудников, и они с майором подвисали на некоторое время, разбирая открывшуюся за сутки информацию. Серегу «опека» Константиновича не напрягала. Напротив, полковник начинал опером, а в нынешнее кресло пересел с должности Колотова, так что все советы, указания и рассуждения не были лишними. Более того, с высоты не малого опыта он порой обращал внимание на детали, которые ускользал от других. В целом ситуация соответствовала случаю когда — одна голова хорошо, а две лучше.

Положив на стол экспертизу по злополучной прикроватной тумбочке, в корне менявшей положение вещей, Сергей ждал умозаключений начальника, прочитавшего ее и несколько минут к ряду расхаживающего по кабинету с незажженной сигаретой в зубах.

— Получается, ее не просто довели до самоубийства, а заставили покончить именно в такой способ, более того, контролировали ситуацию. — Скрябин, наконец, подкурил и выпустил первый смачный клуб дыма. — … По всему походит на месть. Знать бы какой скелет из семейного шкафа вытащили, чтобы так прижать, … смогли бы понять кто и для чего.

— А может все проще, — возразил Сергей, — спектакль разыграли, чтобы к версии самоубийства не было вопросов, припугнув более жестокой расправой. Не учли только, что домработница тщательно утром протерла тумбочку. Добавьте сюда чудилу, снявшего видео с нужного ракурса и тут же выложившего в сеть.

Полковник задумался.

— Согласен, наглоталась бы таблеток в загородном доме к такому варианту возникла бы куча вопросов. … Киношника то нашли?

— А как же, наш местный из другого района. Сейчас отрабатываем всевозможные связи. Если это заказ факт может проявиться.

— Понять бы выход на кого искать?

— Юрий Константинович, удивляете. Все по букварю, отрабатываем контакты с теми, у кого есть мотив.

— Да понимаю, сначала муж теперь она, — начальник обозначил линию, ведущую к главе городской администрации, после чего сев в кресло и явно нервничая, затушил сигарету о пепельницу. — Только довольно часто то, что лежит на поверхности уводит следствие в сторону. Не торопись майор, нужны железобетонные доказательства. А то наломаем дров.

— Товарищ полковник не беспокойтесь, все перепроверим по несколько раз. — Колотову показалось, что шеф перешел на официальный тон.

— Сережа, это не приказ, а в первую очередь просьба, поработай с ключевыми свидетелями лично, выверни наизнанку, малейшая ошибка обойдется дорого.

— Юрий Константинович, дело то переквалифицируем?

— А есть выход? — полковник постучал пальцем по лежавшей перед ним экспертизе. — Да и помозгуйте над тем, как некто мог попасть в квартиру жертвы, минуя консьержа, глядишь с этой стороны что зацепите.

После обеда майор, как и планировал, занялся любовниками Самойловой. Побеседовать с ними вполне можно было навестив на работе, но Колотов приказал с целью экономии личного времени доставить в кабинет с интервалом в пределах часа, да и обстановка в управлении, отчасти, давила на свидетеля, настраивая на нужный лад. Опера связались с фигурантами, разъяснив ситуацию, все сложилось удачно, выдергивать никого повесткой не пришлось.

Первым, в кресле напротив, оказался Левашев Андрей Эдуардович — массажист салона «Орхидея», молодой человек двадцати семи лет отроду, высокий, крепкого телосложения с красивым лицом, утонченные правильные черты которого больше подошли бы женщине.

— Причина, по которой здесь, вам известна, так что задавать вопрос, знакомы ли с Самойловой? не имеет смысла.

Мужчина утвердительно качнул головой.

— Правда, не совсем понимаю, чем могу помочь, в момент, когда с Октябриной произошло несчастье, я был в баре с приятелями. О случившемся узнал, просматривая городские новости.

— Успокойтесь, вас никто ни в чем не обвиняет. Просто для того чтобы разобраться в деле следует понять в каком душевном состоянии последнее время пребывала гражданка Самойлова и что толкнуло ее на столь отчаянный поступок. Так что ответы на вопросы, которые кажутся не имеющими отношения к делу, по факту могут иметь весомое значение.

— Стало быть, отрабатываете версию доведения до самоубийства, — пробурчал молодой человек, — в этом случае мое алиби, что мертвому припарка, знающие люди предупреждали — лучше явиться к вам с адвокатом.

— Откуда такие познания? — разряжая обстановку, смеясь, поинтересовался Колотов.

— Смотрю детективы, — пробасил Левашев на полном серьезе.

— Слава Богу, — продолжил Сергей в том же шутливом тоне, чем как показалось, расположил к себе собеседника, — а то невзначай подумал, что по ночам зачитываетесь Уголовным кодексом. — Сделав небольшую паузу, майор продолжил, — собственно говоря, адвокат это ваше право, но его присутствие будет, хотя и косвенно означать, что вам есть что скрывать и чего опасаться. Давайте договоримся, если в ходе беседы почувствуете себя не комфортно, мы отложим ее и вызовем официально повесткой, а за это время сумеете подыскать человека, который окажет юридическую помощь.

Соглашаясь, Андрей кивнул.

— То, что у вас были не простые отношения тоже известно. Когда и как познакомились?

— Года три, три с половиной назад, точнее не помню. Она записалась на массаж, у администратора в клиентской базе должна быть точная дата, если это важно.

— И она сразу на вас запала? С такими внешними данными не мудрено, — польстил собеседнику Колотов.

Левашев на мгновение задумался, а затем продолжил.

— Внешне выглядело как бы так, — медленно произнес парень.

— А что было на самом деле? — Майор от такого поворота в разговоре несколько растерялся.

— Толковый массажист, дотошно изучивший анатомию, проводя сеанс, легко способен вызвать у клиента сексуальные желания.

— Значит, интерес проявили вы.

— Да.

— Вам нравятся зрелые женщины? — Машинально задал вопрос Сергей?

— Отнюдь, как и большинство мужчин предпочитаю тех, кто помоложе, но интерес проявляю к состоятельным дамам, обделенным вниманием мужей, особенно если довольно не плохо скроены. Упускать таких клиенток глупо.

— Спасибо за откровенность. …Стало быть, особых чувств не испытывали? А она к вам?

— Убежден тоже.

— Откуда уверенность?

— Судя по ее темпераменту, наших встреч было явно не достаточно, а Октябрина не из тех, кто себе в чем-то отказывает.

— Полагаете, были еще любовники?

— Однозначно.

— Ваш интерес, получается, был чисто меркантильным?

Молодой человек, глядя в глаза майору, дал понять, что тот не ошибся как и то, что вслух отвечать на этот вопрос не собирается.

— Когда виделись в последний раз?

— За неделю до происшествия?

— Как договаривались о встрече?

— Всегда звонила она, назначала время, заезжала и увозила в какой ни будь отель.

Про себя Колотов отметил, что Левашев не врет, ровно об этом говорила имевшаяся распечатка телефонных звонков.

— Октябрина Витальевна боялась кого то, … может ей угрожали? … Разговоров о чем-то подобном не было?

— Мне ничего не известно. Хотя думаю, с ее положением и связями сама могла напугать многих. Характер был тот еще.

— В предсмертной записке указала, что не может жить без мужа.

— Бред полный. Никогда о нем не вспоминала, да и бил он ее.

— С чего взяли?

— Лицо не трогал, вывеска, сами понимаете, а на теле синяков было достаточно.

— Так может, любила, а все похождения — месть за измены.

— Не было там никаких чувств, скрыть такое не возможно, по крайней мере, с момента нашего знакомства, … и в самоубийство не верю.

— О как. … Полагаете, помогли?

— Это ваша работа. Думаю, разберетесь.

Колотов еще «погонял» клиента по фактам, информация о которых имелась, пытаясь поймать на неточностях, но парень держался спокойно и похоже говорил правду. Уловить не то что волнение, а даже незначительное напряжение не удалось, хотя и будь оно, это ровным счетом ничего не значило. Многие, оказавшись в роли опрашиваемого, начинали нервничать и путаться, а порой и сваливаться в ступор, одолеваемые часто не безосновательными страхами от общения с представителями правоохранительных органов. Формально мотивов желать смерти любовнице у Левашева не было, даже, напротив, в результате молодой человек терял один из источников дохода. Хотя Сергей не исключал того что в отношениях этой пары пока не известны какие-то факты, способные в корне поменять сложившиеся на данный момент выводы, но в этом случае их следовало найти, а пока, поблагодарив молодого человека за помощь, он пригласил в кабинет другого фигуранта.

Тофанов Валерий Павлович был личным тренером Самойловой по фитнесу. Мужчина по возрасту оказался слегка старше предыдущего кавалера, ему только перевалило за тридцать, но как не странно выглядел моложе. Работая в спортивном центре, вел несколько разновозрастных групп, а с Октябриной Витальевной занимался индивидуально, дама могла себе позволить такую услугу. Знакомы были около семи лет, а вот интимные отношения завязались уже после того как Самойлова оказалась на крючке у Левашева. Получив определенный опыт в общении с более молодым партнером, женщина не церемонясь завязала новое «романтическое» отношение, опираясь на финансовые возможности и понимая что отказа не получит. Персонажи, выбравшие себе в качестве работы занятия с представительницами противоположного пола, поначалу становились, просто падки на «неформальные» отношения, а со временем начинали осознавать, что из этого можно извлечь не плохую выгоду. Не смотря на занятость по работе, Самойлова следила за здоровьем и внешним видом, а после смерти мужа, по утверждению Валерия Павловича, стала уделять этому еще больше внимания, что не стыковалось с версией о самоубийстве, в которую слабо верил и этот свидетель. В целом оба опрошенные во многом походили друг на друга, хотя Тофанов, в отличие от Левашева, держался не так спокойно и уверенно. Собственно от общения с ними Колотов, изучивший предварительно имеющуюся на фигурантов информацию, не ожидал никакого результата. В этом плане наибольший интерес представлял третий любовник, разговор с которым майор оставил на закуску.

Воржев Игнат Федорович был на два года старше Самойловой, и уже это предполагало, что связь между ними обусловлена некими иными мотивами в отличие от двух предшествующих случаев. От природы коренастый с грубыми чертами лица мужчина выглядел примитивно-брутальным. В нем не было внешнего лоска от чего становилось не понятным что нашла в этом человеке Октябрина, привыкшая по жизни ко всему изысканному. Интимные отношения между ними завязались всего год назад, Игнат был директором авторемонтной мастерской, формально являющейся собственностью супруги мера. Городской голова имел слабость, находил и отдавал на реставрацию старые автомобили. Однажды ему предложили привлечь к делу лучшего в округе специалиста. Воржев и впрямь творил с машинами чудеса, в силу чего градоначальник, после двух выполненных заказов, решил вытащить умельца из гаража на иной уровень, организовав под человека мастерскую с немалым штатом работников подобранных лично Игнатом. Парни, продолжая заниматься прежним делом, с которого часть дохода отныне капала в карман мэра, попутно занимались тюнингом дорогих авто и ремонтом транспортных средств приятелей своего покровителя, без согласования с которым попасть в мастерскую было не реально. При этом, находясь под самой крутой в городе крышей, были избавлены от всяческих проблем с налоговой, пожарными, экологами и прочей шушерой. Однажды Октябрина вместе с мужем, рассматривая очередной экземпляр пополнивший коллекцию компаньона, пожаловалась что ее машина стала вяло набирать обороты при разгоне, в результате практически новое авто оказалось в не простой мастерской. Что это было, случайность или умысел, предстояло разобраться. Там Самойлова и познакомилась с человеком, руки которого творили чудеса. Игнат не просто устранил неисправность, а «перепотрошил» голову автомобиля, подстроив под более агрессивную манеру вождения. На испытательном прогоне дама, остановившись у обочины, толи от переполнявших эмоций толи имитируя их в знак благодарности, расцеловала мастера сидевшего на месте пассажира. Бывалый мужик не растерялся и, обхватив красотку, перевел поцелуи в иную плоскость. Не исключено что Октябрина Витальевна в этот момент решила оказаться в непростых руках грубого и дерзкого самца, не принадлежащего к ее сословию, а возможно именно в этот миг в милой головке созрел план, благодаря которому в последующем машина мужа, в нужный момент, оказалась на полосе встречного движения. Хотя, такую мысль мог подбросить партнерше и Воржев, если его подвел к даме градоначальник, разыгрывая партию в долгую. От того какой из этих вариантов имел место, если конечно смерть супруга не была случайностью, что тоже не исключалось, зависело, какая из двух версий, озвученных Виктором, вела к истине. Так что хитросплетения отношений «Мастера» и Октябрины, так их для себя иронично обозначил Колотов, могли поведать много, и в них предстояло покопаться.

— Игнат Федорович, как договаривались о встречах?

— Да поначалу никак, когда пригоняла тачку, находили способ уединится.

— Постойте, когда авто новое, с салона, на гарантии какие могут быть проблемы?

— Обслуживал ее машину я, посторонним не доверяла, а причину всегда можно сыскать: подкачать колеса, проверить уровень масла, жидкостей, а кроме того Октябрина часто пригоняла машину мужа. Александр Иванович не любил подобные проблемы, поэтому и перепоручал супруге.

Услышав это откровение, майор задумался, но не подал вида. Стало быть, поковырять авто покойника возможность была и выглядело это как обычная ситуация. Интересно за сколько до происшествия машина побывала в мастерской?

— Он был в курсе ваших отношений? — поинтересовался Сергей.

— Думаю, нет. По слухам, у него самого, в плане общения с девицами, была весьма бурная жизнь.

— Так зачем же бил жену, или не знали?

— Почему, синяков было предостаточно. Но полагаю, поколачивал за факт измены для куражу, на деле не имея ни каких чувств.

— Не боялись нажить серьезного врага?

— Не в моих правилах.

— Мог ведь найти не обычный способ отомстить.

Воржев промолчал, всем видом показывая, что подобная перспектива не пугала. Причина могла крыться в том, что за его любовными похождениями маячила фигура мэра.

— Пожалуй, это все что хотел узнать, хотя, со временем, могут возникнуть еще вопросы. Так часто случается, всего сразу не учтешь, — словно извиняясь, произнес майор, а затем будто вспомнив, поинтересовался, — это не по делу, вопрос как к профессионалу, мой приятель вознамерился отреставрировать дедов горбатый запорожец, а для прикола переоборудовать в беспилотное такси, это реально?

— Вполне, но обойдется не дешево.

— Деньги у него есть. … Возьметесь? — Задавая вопрос, Колотов был уверен, что откажут.

— Не проблема, только согласуйте предварительно с Николай Матвеевичем, — Воржев, ухмыльнувшись, назвал имя и отчество городского головы Сапунова.

— Подругому никак?

— Увы, — Игнат развел руками.

— Ну, на нет, как говорится, — Сергей не договорил, всем видом показывая, что расстроен, — тогда извините за беспокойство, можете быть свободны, ребята проведут.

Задавая вопрос о переоборудовании авто, Колотов предполагал, что это не насторожит Воржева. Дело о ДТП с Самойловым закрыто, экспертиза транспортного средства проведена, и Игнат это знает наверняка. А что если на это и был расчет и до экспертизы «доработку», разово изменившую направление движения, демонтировали? Не мешало бы выяснить — кто имел такую возможность до того как прибыла следственная группа? а кроме того узнать за сколько дней до аварии машина Самойлова была в мастерской? Что касается первого вопроса для ответа на него покопаться в деле, отправленном в архив, было мало. Обычно при дорожном происшествии люди стараются помочь пострадавшим, останавливаются, водители спешат на выручку, и не все они записаны в свидетели, да и спустя столько времени, пожалуй, не вспомнят, кто и что делал. Видеорегистраторы их машин, опять же ввиду утраченного времени можно даже не принимать в расчет. Кроме того, доработка могла быть сконструирована так, что при ударе слетала с места установки, а уж подобрать ее в суматохе мог кто угодно. Но основная сложность заключалась в том, что затевать эту возню с использованием штатных сотрудников было нельзя. Информация, о повторном интересе к происшествию, в этом случае, неминуемо всплывет наружу, указывая на то, что оба убийства завязывают в один узел, а это создаст не просто сложности. У Сапунова не абы какие связи и административные возможности, самое простое — натравят службу собственной безопасности и в лучшем случае уволят, а может и посадят. Прикинув все перипетии сложившейся ситуации, Серега решил переговорить со Смирновым, в надежде вдвоем найти выход.

Глава 8

Участковый

Капитан Горохов, отключив телефон, грязно выругался. Своей работы невпроворот, участок самый большой в городе, начальство отчетами замордовало, а тут еще опера из убойного напрягают. «Приказ Скрябина, поручение выполнить в первую очередь, вот и позвонил бы сам как обычно, сказать то можно что угодно». С нынешним начальником управления они дружили еще со школы милиции, только по выпуску Юрка попал в розыск, а его бросили на участок, где волею судьбы пустил корни.

Валентин Федорович задумался. «Фигней страдают, смотрел видео в интернете, то, что прыгнула сама без вопросов. Будь это работяга никто бы и заморачиваться не стал, признали бы самоубийство, а тут развели деятельность. Хотя, … могли довести бабу», — мелькнуло в голове. За годы, проведенные в МВД, повидал многое.

Служба уже давно стояла поперек горла, выслуги хватало можно и на покой. Был бы один сто пудово ходил бы с приятелями на рыбалку, но нет, угораздило в свое время жениться, как будто похотливых баб не хватало. Вон нынешняя молодежь живет гражданским браком никаких обязательств чуть что жопа об жопу и кто дальше отскочит. Но мать настояла. «Сгуляешся, сопьешься. В старости кто тебя обиходит? Доживешь до моих годов, поймешь». И таки додавила. Расписались с Веркой в сентябре, а через год супруга родила первенца на радость старикам, и с этого времени жизнь понеслась по другому руслу, вечная нехватка денег и растущие комом проблемы. После мальчишки родилась девочка, и жизненный пресс усилил давление кратно, да и Верунчик со временем нет, чтобы умерить аппетиты, разошлась не на шутку. То обои ей не нравятся, действуют на нервы нужно переклеить, то мебель поменять, такой уже ни у кого нет, а на шмотках для себя и детей так вообще свихнулась, должно быть не хуже чем у других. Оболтусы выросли, сами обзавелись семьями, подумалось: «Ну все, можно на отдых, сколько там осталось никто не ведает, — решил пожить в свое удовольствие, написал рапорт, но Верунчик ошалела пуще прежнего, — ишь чего удумал, у детей ипотека, сами не потянут». Службу продлевали уже во второй раз, Константинович не мог отказать, да и оснований не было, показатели лучшие в городе, еще бы, все время на одном участке. Ценило не только начальство но и жители, к людям относился по-доброму а если с кем не получалось, тогда по справедливости, в силу чего даже местное жулье и босота величали не иначе как Федорович. Многие кражи и прочую мелочуху, а порой и убой на почве бытовухи, раскрывал, походив по месту преступления, или еще почище, даже не выходя из опорника, пока опера только начинали раскачиваться. Свой криминальный контингент их почерк и привычки знал как отче наш, а за то, что как мог, помогал населению, люди отвечали взаимностью, даже пойманное жулье не держало зла.

Хотел было перезвонить Юрке, уточнить, что конкретно нужно, поскольку желторотики, присланные Колотовым, могли что-то напутать или не так понять, ходи потом по второму разу, но Валентин решил не тревожить друга и прокопать необходимую информацию о Самойловой по полной. Исходя из того где нашли машину потерпевшей, и то какой временной промежуток интересовал оперов, Федорович уже знал с кого получится скачать необходимую информацию. Первой в списке была Стешко Тамара Аркадиевна, пожилая женщина в означенный час всегда выгуливала своего Пусика. Маленькое «чудовище», неизвестной породы, время от времени пыталось укусить, кого ни будь за ногу, и голосистым лаем пугало детвору, но, не смотря на это, Тамара иногда спускала с поводка это шустрое недоразумение, по размеру не дотягивающее до кота, и нарывалась на неприятности. Капитан периодически наставлял даму на путь истинный, угрожая составить протокол за административное правонарушение и оштрафовать, помогало месяца на два, максимум три, и рецидив повторялся. Но Федорович жалел старушку, жила уж почитай пятнадцать лет как одна, похоронив мужа, а прирученный ею «злодей» был единственным близким существом скрашивающим старость. Пенсию имела крохотную, накажи, будет сидеть месяц впроголодь, а того хуже на лекарства не хватит, от того участковый и ограничивался нравоучениями.

Валентин посмотрел на часы, мелькнула мысль заглянуть в адрес прямо сейчас, но он тут же, отмел ее, зная, что Аркадиевна, ни за что не выпустит из квартиры, не напоив чаем и не угостив фирменным вареньем. С одной стороны не хотелось объедать бедолагу, с другой, сладкое, которое прежде ел без ограничений, теперь, падая на голодный желудок, вызывало мерзкую тошноту, похоже не срабатывала поджелудочная. Как не крути, следовало идти домой ужинать, а уже затем отправляться опрашивать свидетелей.

Вера не любила, когда муж уходил вечерами по делам службы, лишь с возрастом стала относиться к этому проще, теперь действо протекало без скандала, не так как в молодости, когда везде мерещились соперницы. Нынче напрягало то, что оставшись дома, мужик хоть что-то бы да сделал по хозяйству, а так полезное занятие откладывалось, возможно, что и в долгий ящик. Переступив порог, Валентин привычным движением сбросил туфли, но не поставил их на место, нырнув в стоящие у стены комнатные тапочки. Снятый китель повесил на крючок, а не на плечики из шкафа в прихожей, и, слегка ослабив галстук, глубоко вздохнув, чмокнув хозяйку в щеку, прошел на кухню. По этим незатейливым приметам супруга знала — заглянул перекусить.

— Что греть-то, голубцы или жаркое?

— И пиво тоже, — бросил Федорович шутливую фразу из известного анекдота.

— Мне не тяжело, все так все, — пробубнила Вера и собралась идти к холодильнику.

— Ох уж, и пошутить нельзя. Давай голубцы на второй заход. Пару штук оставь на столе, чтоб не совсем холодные. Приду, бахну под пицюрик, — так он называл свою фирменную рюмку на пятьдесят грамм, — устал как собака, может, хоть усну быстро.

— Что-то серьезное?

— Скорее проблемное, … о Самойловой слыхала? Весь город гудит.

— Ты-то причем? Пусть следаки да опера разбираются, привыкли, чтоб на них горбатились.

— И почему ты не начальник Управления, — хохотнул Горохов.

— На нем ездят, а он еще и смеется, — зло проговорила Верунчик, ставя тарелку перед мужем.

— Постой, постой. А не по твоей ли милости я до сих пор на службе? Начну права качать, отправят на отдых. — Это был удар по больному месту мадам Гороховой.

— Не, че. Надо так надо, — смягчившись, произнесла церберша, осознав, что нарвалась, и тут же ловко сменила тему. — Надолго?

— Не знаю, как пойдет?

— Так может подождать?

— Лучше ложись, чего мучатся.

Поднявшись из-за стола, Валентин подтянул галстук, добрался до туфлей и, накинув китель, прихватив под мышку фуражку, вышел за двери.

Капитан рассчитал время точно, нужную гражданку застал выгуливающей своего «монстра» во дворе и сразу направился к ней. Завидев участкового, Пусик, обычно не подпускавший никого к хозяйке, спрятался за ее массивное тело.

— Добрый вечер Аркадиевна, а что это с ним, — поинтересовался Валентин, кивнув на притаившегося «волкодава».

— Наговаривают на нас, — робко произнесла старушка, не ведая по какому вопросу понадобилась участковому, — собаки то добрых людей чуют, чего на тебя кидаться, — бормотала дама, заступаясь за четвероногого любимчика.

— Тамара Аркадиевна, это что ж получается, — лукаво улыбнулся Валентин, — весь дом, кроме тебя да Пусика, заселен злодеями? — Федорович влет прижал собеседницу аргументом, на который не было чего возразить. — Посмотри на эту хитрую морду, — капитан опять кивнул на питомца, — думаю, понимает чертенок, что показывать зубы представителю власти себе дороже.

— Опять кто-то пожаловался? — поникшим голосом поинтересовалась женщина.

— А было за что?

— Во народ нынче пошел, любят только себя, — принялась философствовать Тамара, — далась им моя собака, так и норовят обидеть старого человека. Вон Игнатьевы из первого подъезда огромного кобеля вообще без поводка выгуливают.

— Тоже не порядок, но на их собаку жалоб нет, с детьми играет, ко всем ластится.

— Ага, вот намедни Светочку из двадцать четвертой в лужу уронил. Короче, не томи Федорович, составляй протокол коли должен, — надулась собеседница.

— Постой, это не в тот ли день когда в соседнем дворе произошло происшествие. — Капитан стал переводить разговор на нужную тему.

— Не, днем раньше. — Аркадиевна потихоньку начала осознавать, что участковый пришел не по ее душу.

— Собаку в те дни как всегда выгуливала?

— А то.

— Тогда смотри, — Горохов поковырялся в смартфоне и, найдя фото Самойловой, протянул устройство предполагаемой свидетельнице. — Видела ее?

— Э не Федорович, … не разгляжу, слепая уже.

— Не гуди, — капитан нырнул во внутренний карман кителя, — может, подойдут, — протягивая очки, добавил он.

— Так это ж местная олигарша. — слегка подвигав «окулярами», ловя фокус, пробубнила Стешко.

— Кто? — Сразу не сообразил капитан.

— Подруга мэра, … как ее там, — Тамара на секунду задумалась, — Самойлова кажись, … да та, что вывалилась из окна.

— Так ты ее знаешь?

— А то, … правда лично не знакома, — тут же поправилась старушка, опасаясь неприятностей, — сказывают самая богатая баба в городе вот и окрестили олигаршей. — Женщина с недоумением посмотрела на участкового, без ведома которого казалось и мухи на районе не летают, — не знал что ли Федорович?

— Стало быть, видела в тот вечер?

— В какой?

— Не тупи Аркадиевна, — Горохов, для того чтобы свидетельница стала сговорчивее, сделал вид что сердится. — Когда видела Самойлову в последний раз? — произнес он официальным тоном.

— Так аккурат не задолго как того.

— И что она тут делала? — Участковый знал, что машина потерпевшей была обнаружена в этом дворе.

— Не знаю, дурь какая-то. Заехала к нам, машину бросила и пешком побрела к своему дому, а у нее там небось парковочное место, занять думаю никто не осмелится.

— Приехала сама?

— Одна, … в платье до пят, не иначе куда-то намылилась, … но мужика рядом не было.

— Посторонних не видела?

— Была странная баба, появилась как приведенье, чуть не напугала до смерти.

— Каким образом? — Поинтересовался капитан.

— Да просто, не было никого, а тут раз и в двух шагах человек.

— Может, отвлеклась, не заметила?

— Если бы.

— Постой, — уточнил капитан, — а «Буль-терьер» что незнакомку тоже пропустил, он же к тебе никого не подпускает?

— То-то и оно, сидел как мышка. А как баба прошла, заскулил и потянул домой.

— И куда пошла?

— Так аккурат за Самойловой.

— Лицо разглядела? описать сможешь?

Тамара отрицательно покачала головой.

— Это как? — Удивился Валентин, — сама сказала, прошла в двух метрах.

— Даже посмотрела на меня, но в это время перед глазами пошли круги, а затем белая пелена, подумала, давление скакнуло, хорошо скамейка рядом, еле добрела, отсиделась и мигом в квартиру. И опять хрень какая-то, давление хоть в космос.

— Во дворе еще кто-то был.

— Не а, — Аркадиевна задумалась, — разве что Витька с четвертого, курит каждые пять минут. — Она подняла голову и встрепенулась, — о, легок паразит на помине, опять дымит. Поговорил бы с ним Федорович, весь палисадник зараза бычками загадил. Мы с соседками цветочки покупаем, обихаживаем, посмотри какая красота.

— Что есть, то есть оценил работу участковый, мастерицы. Уж эту проблему решим, — заверил Горохов старушку и окинул глазами балкон.

Витюша, услышав, что речь идет о нем, от греха подальше слинял в комнату. Капитан, предполагавший «сдернуть» курягу вниз, вздохнул, осознав, что придется топать на четвертый этаж, но выбора не было. В дверь постучал тихо, понимая, что мужик не настолько глуп, чтобы пытаться избежать встречи.

— Добрый вечер, … пройдем на кухню, есть разговор, — произнес полицейский безапелляционно, не оставляя шансов для возражений.

Опустившись на предложенный стул, капитан несколько секунд, не мигая, смотрел на собеседника.

— Виктор Анатольевич, как у вас со слухом?

— Спасибо не жалуюсь? — Произнес мужчина, не совсем понимая, с чего бы это участковый обеспокоился такой деталью его здоровья.

— Стало быть, разговор с Тамарой Аркадиевной слышали?

— Более-менее, четвертый этаж все-таки. Наговаривает на меня карга старая. Может когда случайно и бросил окурок вниз так-то не специально.

— Выходит белый и пушистый? — Съязвил Валентин. — На балкон пустишь?

— А почему нет, мне скрывать нечего, пробубнил Виктор, сразу не смекнув для чего это участковому.

— И где мил человек твоя емкость для окурков или хотя бы пепельница? — Уже на месте поинтересовался капитан, вопросом загоняя хозяина квартиры в угол.

— Да я …, — начал было оправдываться мужик, но Горохов, оборвав, продолжил сам.

— Здоровый мужик, а веду себя как пятнадцатилетний пацан, — это хотел сказать?

Виктор поморщился, но перечить не стал.

— С сегодняшнего дня заводишь банку под окурки, и не дай Бог старушки пожалуются, привлечь есть много за что, но наиболее ощутимо в этом случае будет за нарушение противопожарной безопасности. То, что не шучу, полагаю, знаешь?

— Федорович, … понял, заметано.

— А теперь о главном. Часть разговора с Аркадиевной о самоубийстве слышал?

Собеседник в подтверждение кивнул.

— Стало быть, видел и Самойлову, и женщину что шла за ней.

— Самойлова это баба в красном, уточнил Виктор.

— Да. … Незнакомку разглядел?

— Ага, с четвертого этажа да еще в сумерках, причем, когда обратил на нее внимание, стояла ко мне спиной. Вот Аркадиевну и спрашивайте, она-то с ней разговаривала.

— Постой, Тамара этого не рассказывала. Плохо ей стало, ничего не помнит.

— Не знаю как ей, а вот ее «монстру» точно было фигово, шарахнулся от бабы на всю длину поводка, чуть в ошейнике не удавился.

— А дальше что?

— Точно не помню, сказала Аркадиевне, толь будь, а может, забудь и махнула рукой, словно отгоняя прочь.

— А потом?

— Пошла вслед за этой в красном, затем свернула за угол мне дальше не видно.

— Виктор Анатольевич вспомните, во дворе в это время еще кто-то был?

— Не, только грымза со своим «монстром».

Уже выходя из квартиры, Горохов понимал, что других свидетелей пожалуй не найти, но все же для порядка обошел жильцов подъезда, предполагая, что кто случайно, выглянув в окно, мог видеть незнакомку, разговаривающую с Тамарой. Дело было сделано и завтра с утра уже мог заглянуть в убойный, но Валентин решил отложить это на день другой, чтобы прикрывшись поручением, спокойно доделать накопившуюся бумажную работу, да и приучать оперов к тому, что по щелчку их пальцев будешь бегать как Жучка не стоило.

Глава 9 Мистические способности

Наконец командировка Лагудкина закончилась, и он сидел напротив Виктора в недавно купленной одноклассником холостяцкой «берлоге». Загадка, которую хранил приятель, сверлила мозг, но умение терпеть и ждать было неотъемлемым качеством Смирнова, выработанным годами.

— Что показала экспертиза? — Спросил гость, в глазах которого мелькнула явная заинтересованность, и это выглядело странным.

— Все как говорил, рассказывай, откуда сведения, … заинтриговал.

— Готов слушать? — Лукаво улыбнулся Игорь.

Виктор, соглашаясь, кивнул.

— Разговор будет долгим, поначалу может показаться, что не о чем. Только не перебивай, в итоге поймешь, что лишнего не скажу.

— Уговорил, … времени вагон. Сам-то как? Жена возмущаться не будет?

— Уехала на выходные к родителям помочь в деревню, а у меня в связи с тем, что только из командировки амнистия. Дети в Москве. Один учится, а доча уже работает после универа.

— Отлично, тогда ужинаем вместе, койко-место организую на диване.

Игорь на мгновение задумался и, глубоко вздохнув, принялся за дело.

Рассказ начался с того что однажды с супругой, идя по рынку, наткнулись на мужика продававшего щенка. Никогда прежде и в мыслях не было завести такую живность и дело даже не в расходах на содержание, а во времени необходимом на прогулки, рассчитывать на детей в этом вопросе было верхом безрассудства. Но вдруг, не сговариваясь, приняли решение приобрести питомца. Пушистик и впрямь был обаятельным, как большая мягкая игрушка, к тому же живая. Пока тащили приобретение, с трудом уместившиеся на двух руках, все прохожие просили остановиться, чтобы рассмотреть малыша. Чувство что обладают чем-то необычным, постепенно заполняло душу. Приятель достал телефон и показал фото члена семьи. Огромный Кавказец по окрасу один в один походил на Бернскую пастушью, только вместо черной масти был огненно рыжим, от чего выглядел еще более привлекательно.

— Ого, как же вас угораздило взять в квартиру такую живность?

— Так понятия не имели что за зверь, понравился, и это решило все. Только пару недель спустя осознали все сложности когда, прогуливаясь по набережной, встретили заезжего кинолога из Питера. Мужик сразу поинтересовался, знаем ли что за породу приобрели? Услышав, что это первый четвероногий друг обрисовал отнюдь не радужную перспективу.

«Собака серьезная, не справитесь, придется расстаться».

— Но это не имеет отношения к делу, несколько отвлеклись, — подытожил Игорь и продолжил рассказ.

Из новой порции информации Виктор узнал, что жизнь Лагуткиных изменилась как того и следовало ожидать. Регулярные прогулки, новый круг приятелей — собачников, среди которых в один прекрасный момент появился не молодой, но довольно известный в городе художник. Значение встречи с ним Игореха оценил позже, осознав, что знакомства никогда бы не случилось, не будь у него четвероногого друга. В этом смысле покупка щенка заиграла совсем иными красками, в том, что все события в жизни не случайны одноклассник был попросту уверен.

Приблизительно в это же время невесть откуда взявшийся вопрос о смысле жизни стал буквально сверлить голову. Опираясь на обычную логику и знания, разыскать ответ не получалось. Ковыряя философскую литературу, где-то наткнулся на упоминание о состоянии повышенного осознания, открывающего для человека совсем иные горизонты. То, что нечто подобное существует, знал с детства, когда судьбе было угодно преподнести еще не сформировавшемуся юноше не простой урок.

Увидев удивление Смирнова, Игорь напомнил случай, о котором одноклассник знал, но не во всех подробностях. Тогда, будучи мальчишкой, катаясь на велосипеде, попал в аварию, его сбил микроавтобус пытавшийся скрыться от преследования полиции и от этого «летевший» по дороге на максимальной скорости. За секунды до столкновения когда, повернув голову, увидел несущуюся машину, произошло то чего никогда прежде да и потом не случалось. Ход времени изменился, оно потекло настолько медленно, что порой казалось, вот-вот остановится. За какие-то мгновения в реальной жизни парень успел рассмотреть в деталях приближающийся автомобиль и водителя, но самое интересное, скорость мыслей при этом осталась прежней. Игорь понимал что, избегая опасности, следует быстрее пересечь дорогу и даже пытался изо всех сил нажимать на педали, но ноги не слушались, мышцы превратились в вату. Походило, что тело и сознание пребывали в разных измерениях. На удивление серьезных травм от удара у Лагуткина не оказалось, хотя свидетели утверждали, что парнишка трижды перевернулся в воздухе вместе с велосипедом. О своих ощущениях пережитых в момент аварии Игорь тогда не рискнул рассказать никому и поступил весьма разумно, одноклассники, опираясь на детскую оценку ситуации, наверняка посчитали бы что у парня неполадки с головой, в связи с чем, в кругу общения непременно возникли бы проблемы. Со временем это событие опустилось в далекие уголки памяти и лишь когда будучи зрелым мужчиной начал, искать пути к заключенным в организме особым способностям, воспоминания вынырнули наружу, не позволяя опускать руки после очередной неудачи.

На первом этапе Лагуткин погрузился в чтение эзотерической литературы, особо редкие экземпляры которой нельзя было отыскать в интернете. Зачитанные, потрепанные книги переходили из рук в руки и порой, чтобы прикоснуться к ним приходилось подолгу ждать своей очереди. Новое увлечение, обусловленное необходимостью поиска источников информации, словно воронка водоворота неминуемо засосала в полузакрытое сообщество таких же жаждущих необычных знаний людей. Попасть в их круг можно было только по протекции. Собирались в квартире одной экзальтированной дамы, любившей внимание к своей персоне. Хозяйка постоянно рассказывала небылицы о присущих ей магических способностях, но при этом на практике продемонстрировать не могла ничего. Игореха сразу понял — пустышка, но регулярно приходил на посиделки, где присутствовали довольно интересные персонажи, одним из которых, и, пожалуй, самым необычным, оказался знакомый художник, сразу проникшийся к нему особым расположением, хотя по отношению к прочим был весьма сдержан. Лагуткин поначалу списал это на знакомство по линии собак. Холодов Александр Николаевич на организованных встречах прибывал в положении гуру, хотя всячески пытался дистанцироваться от такого отношения окружающих. Он глубоко знал нюансы обсуждаемых книг, порой даже казалось, что помнит их почти наизусть. Именно здесь Игорь почувствовал, что этот человек обладает некими необычными способностями, афишировать которые не собирался. Сам Лагуткин уже давно пытался развить в себе хоть что-то из того о чем читал, используя имеющиеся в литературе методики. Но, увы, воз как говориться был и ныне там. Порой то чем занимался, сжигая уйму времени, начинало казаться бредом и выдумками, не более чем чушью и только воспоминания детства заставляли предпринимать очередную попытку. И вот в один из дней, когда уныние с необъяснимой силой влилось в душу, прогуливая четвероногого друга, столкнулся с Холодовым. Мужчина, обладая тонкой творческой натурой, мгновенно уловил настроение молодого человека.

— Игорек, не говори что все в порядке. Что произошло? — Александр Николаевич пристально посмотрел в глаза, словно хотел считать через них скрытую в голове знакомого информацию.

— Собственно ничего серьезного, все живы и здоровы и это главное, — попытался отмахнуться от болезненного вопроса Лагудкин.

— Не скажи. Когда ноет душа это намного серьезней и опасней заболеваний тела, тем более что одно неразрывно связано с другим и, не решив эту проблему, в скорости получишь удар на материальном плане.

Как не хотелось Игорю, но он все же, решился поведать о причинах своего состояния. Парень долго перечислял сопровождавшие его неудачи, все это время Холодов даже не пытался перебить молодого человека. Наконец, подводя итог, Игорь пожаловался на то, что даже, казалось бы, освоенные многими практики медитаций не даются ему. Улыбнувшись, Александр Николаевич поинтересовался.

— И ты веришь в то, что рассказывают люди?

Услышав вопрос, Лагуткин вдруг почувствовал себя полным идиотом, но ответил не то, что крутилось в голове.

— Для сомнений нужны основания.

— К сожалению, большинство ищут не просветления, а способы потешить чувство собственной важности или возможность легкого заработка, занявшись шарлатанством.

— Но есть же, кто на деле обладает особыми способностями?

— Безусловно. Но их не так много и попадая в это число человек взваливает на себя бремя не простой ответственности. Причем основная масса рождается с особым предназначением, не имея выбора, и лишь единицы могут прийти к этому осознанно в итоге с них и повышенный спрос.

Собеседники какое-то время шагали молча, и вдруг Холодов поднял руку, и в этот миг тянувшие вперед собаки, не видя этого жеста, замерли словно по команде, позволив хозяевам остановиться.

— Если хочешь стать на сей не простой путь, могу помочь? Но учти, дороги назад не будет.

Момент для вопроса, учитывая душевное состояние Игоря, был выбран идеально, поэтому молодой человек, ни мгновения не сомневаясь, кивнул головой.

— С завтрашнего дня выходные, сейчас закончим прогулку, отведешь Урхана и приходи в мастерскую, — произнес Александр Николаевич тоном, не терпящим возражения.

Домой Игорь летел как на крыльях, предвкушение грядущего кружило голову. Расцеловав жену и поставив в известность, что если что у Холодова, выскочил за порог. Через полчаса Лагуткин уже постучал в знакомую дверь.

— Проходи, — хозяин встретил парня без церемоний и движением руки приказал следовать за собой.

Уже в мастерской Николаевич пододвинул мягкое удобное кресло к стене, установив на дистанции чуть более двух метров, и усадил на него гостя. Затем снял со стены висевшую в дальнем углу картину и поставил на пол перед молодым человеком, оперев на раму. На полотне было панорамное изображение их города выполненное с интересного ракурса. Судя по перспективе, точка с которой художник наблюдал, выплескивая на холст свое творение, в реальности должна была располагаться над морем на значительной высоте. Наклонившись сзади через спинку кресла, Холодов тихо произнес.

— Выбери место в картине и постарайся рассмотреть содержащиеся там детали.

— Не поможет, … пробовал, — пробормотал Лагудкин.

Наполнявшая душу эйфория в этот момент мгновенно улетучилась.

— Сиди и смотри, — жестко добавил Александр Николаевич, при этом вдавливая Игоря в кресло двумя руками, обхватив ими плечи. — Если что произойдет, не пугайся, — добавил хозяин мастерской, — я рядом.

Мужчина обреченно смотрел на картину, не ожидая никаких сюрпризов. Набережная была прописана довольно точно, жавшиеся друг к другу кафе, представленные несколькими элегантными мазками, были не просто узнаваемы, художнику каким-то образом удалось передать их внешний антураж. Взгляд Лагуткина непроизвольно остановился на широченном тротуаре, выбегавшем к морю и делившем набережную практически пополам. Сколько прошло времени, с момента как Николаевич оставил его, он не помнил. Молодого человека заинтересовало, насколько точно автору удалось в столь необычной перспективе отобразить, пожалуй, самую узнаваемую пешеходную улицу города, которую парень знал и любил с детства. Хотелось разыскать неточности, от чего непроизвольно стал всматриваться в детали изображения. В какие-то моменты стали проявляться элементы, которых не заметил сразу. Картина медленно наполнялась жизненной атрибутикой, где все соответствовало действительности. Игорь был поражен тем, как автору удалось отразить на полотне столь мелкие и незначительные элементы и это продолжалось до поры пока не пришло осознание, что сделать это кистью при таких размерах творения, соблюдая масштаб, попросту не возможно. Взгляд все дальше и дальше убегал вглубь улицы, принося понимание, что он смотрит не на картину. Опустив глаза вниз, молодой человек пришел в замешательство, обнаружив под ногами серую литую плитку. Осмотревшись вокруг, вдруг обнаружил, что стоит на пересечении улицы и набережной как раз в том месте, в которое недавно всматривался на картине. Вокруг не спеша прогуливались люди, которые как показалось, вовсе не замечают его присутствия. Лагуткин довольно быстро нашел объяснение произошедшему. Поскольку, как ни странно, помнил, что пришел в мастерскую к Холодову и зачем очутился в кресле перед картиной. «Уснул, — мелькнуло в голове, — хороший результат», — со смехом подумалось вдогонку. Машинально, ущипнув себя, проверяя догадку, Игорь обмер, парализованный испугом, он бодрствовал, совсем не понимая, как такое могло произойти. То, что это состояние может быть вызвано неким магическим действом чуть не ввергло в панику, из множества прочитанной эзотерической литературы молодой человек знал, что оказаться в такой ситуации сложно, но гораздо труднее вернуться из нее так сказать в свое прежнее измерение. Была надежда, что помощь окажет Александр Николаевич, ставя перед ним картину, Холодов наверняка предполагал такой ход событий, но время шло, а подмоги не было, и Игореха понял, что выбираться следует самому. И тут же в голову пришла простая и столь естественная мысль, экспериментатор решил отправиться в мастерскую гуру и там попытаться решить проблему, по крайней мере, картина, окунувшая в нынешнее состояние, и человек, приложивший к этому руку, должны были быть там.

Знакомая дверь самопроизвольно приоткрылась. Позвав хозяина, но не услышав ответа, Лагуткин тем не менее прошел внутрь, отбросив все условности, страх неизвестности повелевал им. Оказавшись в вожделенном месте, парень впал в ступор, увидев себя сидящим в кресле перед картиной с открытыми глазами. Осторожно подойдя ближе и пытаясь убедиться, что перед ним не призрачное видение, Игорь осторожно коснулся плеча «двойника» и тотчас волновавшее и будоражившее его воображение исчезло, тело ощущало мягкую спинку кресла, а перед лицом красовался позволивший пережить необычные чувства пейзаж.

— Ну как? — послышался за спиной знакомый голос, — хоть что-то получилось? — в последней фразе читалась явная усмешка.

— Не знаю. А это реально было или все-таки приснилось?

Холодов рассмеялся.

— Путь в это необычное для простых людей состояние тебе открылся, теперь следует изыскать возможности сделать его предельно коротким, а это приходит только с практикой в ходе которой, со временем, найдешь ответы на многие интересующие вопросы, в том числе и тот, что задал только что. Но наиболее интересно, что выход из него тоже отыскал сам. На моей памяти это впервые, обычно приходится вынимать обучающихся оттуда, после чего свой собственный канал возвращения они ищут очень долго.

— А почему не помогли мне?

— Не было необходимости, ты не впал в панику, и имело смысл дать возможность осмотреться. Что-то удивило в первый раз?

— Прохожие, они не замечали меня, хотя в буквальном смысле чуть ли не наступали на ноги, даже приходилось сторониться.

— Мог бы и не делать этого, — Николаевич улыбнулся, — ты в этой реальности наблюдатель, поэтому сквозь тебя может проехать машина, ровно, как и ты способен проходить там сквозь закрытые двери и стены. По этой же причине ничего не можешь изменить, даже взять с собой какую-то мелочь в подтверждение, что был там, возможности нет.

— Забавно, получается, попал, в то чего нет.

— Не совсем так, или точнее совсем не так. Ты был в прошлом. Пока для тебя открыт только этот коридор, выход в будущее осиливают единицы и чем это обусловлено не знает никто. В ближайшее время следует научиться привязывать путешествия к конкретной дате. Думаю, это будет не сложно.

Лагуткин замолчал и пристально посмотрел на приятеля, который, казалось, слушал его, не мигая.

— Не утомил? — поинтересовался Игорь.

— Жаль не пишу фантастику, сюжет забавный, — ответил Смирнов, по внешнему виду которого нельзя было понять, верит он собеседнику или нет.

— Тогда слушай дальше.

Теперь Игорек периодически посещал мастерскую художника, практикуя навыки путешествия в уже состоявшуюся реальность. Молодой человек готов был заниматься этим каждый день, но Холодов предостерег от такого желания. В действительности подобные практики истощали психические силы, и прежде чем браться за них вновь требовалось время, чтобы восстановить растраченную энергию. Задавать время, в которое проваливался в итоге, оказалось и впрямь просто, следовало загадать его до того как магия картины затягивала наблюдателя во чрево города.

Совсем скоро Игореха нашел способ как доказать себе что все происходящее объективно, а не плод воображения. Приближался день рождения, и Лагуткину улыбнулась удача. Случайно, он услышал, как супруга договаривалась с подругой отправится в магазин в поисках подарка мужу, ей нужен был и компаньон и советчик. Время встречи «кумушек» у подъезда было известно, оставалось только подождать несколько дней и, вернувшись в него благодаря новым способностям, проследить за этой парочкой, выяснив, что за подарок приготовят на этот раз, сравнив с тем, что преподнесут в реальности. Грядущего праздничного застолья ждал с нетерпением. Когда супруга застегнула у него на запястье часы, сквозь стекло которых была видна работа их не простого механизма, он просиял словно ребенок, завладевший желанной игрушкой. Безусловно, никто из гостей, так же как и его половина, не догадывались, что Игорь получил нечто большее — подтверждение того что обладает не простыми экстрасенсорными способностями.

Узнав о произошедшем с Самойловой, слухи в городе распространялись с неимоверной скоростью, основная масса которых вещала что это убийство, Лагуткин решил, используя имевшиеся возможности, выяснить так ли это. Добравшись до мастерской художника, молодой человек, усевшись в кресло, в считанные минуты окунулся в ставшее привычным состояние, позволявшее стоявшему перед ним пейзажу затянуть в другую действительность. К городскому жилью Октябрины прибыл раньше времени, когда произошло несчастье. Поднявшись на лестничную площадку по привычке, выработанной в обыденной жизни, остался ждать хозяйку, чтобы вслед за ней войти в квартиру, но, невесть почему, в этот момент вспомнил слова Холодова, что в новой реальности без проблем может проходить сквозь двери и стены. Пока было время, решил попробовать. Закрыв глаза, дабы оградится от неприятного ощущения надвигающейся преграды в виде несущей стены, Игорь сделал несколько больших шагов вперед, а когда решил осмотреться стоял уже в одной из комнат. Чувство, что без разрешения вторгся на чужую личную территорию, всколыхнуло угрызения совести, но мужчина тут же, подавил их, аргументируя тем, что на самом деле хозяйки уже нет в живых. Ждать Самойлову долго не пришлось. Через несколько минут, открыв дверь ключом, женщина вошла внутрь помещения, по всему пребывая в неком недоумении. Все походило на то, что Октябрина Витальевна забыла, для чего поднялась в квартиру или еще хуже вовсе не знала, зачем сделала это. В этот момент зазвонил смартфон, который хозяйка держала в руке. Поднеся его к уху, она покорно побрела к двери и отодвинула защелку. И тут с Лагуткиным произошла интересная метаморфоза. Игорь увидел человека, стоящего на пороге, со спины, очутившись на лестничной клетке. То, что это женщина, сомнений не было. Вновь оказаться в квартире молодой человек смог лишь следуя за незнакомкой, судить о возрасте которой можно было, взглянув в лицо, но он каким-то дивным образом был лишен такой возможности. Неведомая сила удерживала его позади визитерши. Увидев посетительницу, Самойлова попятилась, словно от приведения, но странная гостья остановила ее, повелительно подняв руку. С этого момента лицо Октябрины не выражало никаких чувств.

— Пиши! — властно произнесла вошедшая, протянув жертве часть листа и ручку, вынутую из сумочки, параллельно диктуя текст.

Только теперь Игорь обратил внимание на то, что ее руки в перчатках. Пока хозяйка управлялась с написанием записки, незнакомка открыла окно, пододвинув к нему комод и осмотревшись, направилась в спальню за тумбочкой. Последним свое место занял пуфик.

— Поднимайся на подиум, — велела женщина, указывая на выстроенную ступенями «лестницу», — за ней дверь к богатству и славе которых ты так желала, — смеясь, произнесла она, отходя в глубь комнаты.

Самойлова не заставила долго ждать, безрассудно шагнув за окно. В себя Лагуткин пришел, когда осознал, что перед ним не маячит спина убийцы.

— Постой, — оборвал монолог приятеля Смирнов, до сего момента слушавший рассказчика не перебивая. — А как ты понял, что на тумбочке нет, не чьих отпечатков?

— Тут как раз все просто, — не задумываясь, произнес Игорь. Непонимание, почему не смог увидеть лицо незнакомки натолкнуло на мысль что во время этого сеанса с проникновением в прошлое что-то пошло не так, случился некий сбой, ведь, судя по предыдущему опыту, мог смещаться вокруг живых персонажей и предметов как угодно. Решил провести эксперимент и вновь оказаться в квартире в это же время. До этого в один день не проделывал такого дважды, а тут любопытство взяло верх. Но произошло непредвиденное, в тот момент, когда вновь проваливался в пейзаж, в мастерской пробили часы от чего мимо воли боковым зрением взглянул на них и оказался в квартире Самойловой не в то время, в которое изначально планировал. Ожидал хозяйку, а пришла домработница.

— А что с незнакомкой? — Не унимался Виктор, для которого этот вопрос был необычайно важен.

— Делать третью попытку не рискнул, ситуацию прояснил Холодов. Александр Николаевич уверен, что женщина обладает не абы какими магическими способностями и присущая ей защита не позволила увидеть лицо.

— Рассказал бы кто другой, не поверил бы, да честно говоря, червь сомнения все равно точит из нутрии. Раньше имел дело с фактами, с мистикой сталкиваться не приходилось, слышал о ней, но воспринимал как сказки.

— Откровенно говоря, будучи на твоем месте тоже бы сильно сомневался. Поэтому и не стал рассказывать, всего пока эксперты не проверили тумбочку, а это согласись весомый козырь.

— Еще какой.

Виктор принялся расспрашивать приятеля об ощущениях и деталях пребывания в иной действительности, но это уже не имело отношения к делу. Посиделки свернули глубоко за полночь, когда Смирнов осознал, что в край измотал одноклассника. Расстелив гостю постель, сам он какое-то время еще переваривал услышанное, но вскоре усталость свалила и его.

Глава 10

Разговор под курицу гриль

Утром, распрощавшись с Лагуткиным, Смирнов набрал номер начальника УГРО.

— Привет, есть новости? — поинтересовался майор, услышав голос в трубке.

— Еще какие, — интригуя, произнес приятель, — но разговор не телефонный.

— Можешь подскочить в управление? Скрябин лютует, требует результаты по делу Самойловой.

— Так то, что стало известно, к делу не пришьешь. Хотя объясняет многое.

— Даже так, — удивился Колотов, — сейчас на совещание, будь оно неладно. Потом озадачу своих, встретится, сможем ближе к обеду. Позвоню когда освобожусь.

— Хорошо, только давай либо у меня, либо на нейтральной территории.

— Все настолько серьезно?

— Поделюсь информацией, поймешь.

— Лады, тогда у редакции в кафе. Яков Самуилович уж больно нахваливал их курицу гриль, а в этом вопросе Гольцману можно доверять. Заодно и пообедаем.

Серега слегка лукавил, ему больно запала в душу официантка, и мужчина помимо прочего намеревался навести мосты. Колотов знал, что демонстрировать заинтересованность сразу не стоит, для начала следовало установить просто приятельские отношения.

Выбравшись из кабинета шефа и разрулив образовавшиеся к утру проблемы, расследование всех прочих дел, к сожалению, никто не отменял, Колотов позвонил Смирнову. А еще через полчаса машина начальника уголовного розыска припарковалась в непосредственной близости от места встречи. Заходя в кафе, Серега окинул взглядом зал. Виктор сидел на том самом месте, которое он сам облюбовал, посещая заведение в первый раз. «Все-таки работа накладывает отпечаток на человека, Холмс был прав, — мелькнуло в голове, — как минимум мыслим стереотипами».

Леночку Колотов увидел боковым зрением в проходе на кухню, но демонстративно не стал смотреть в ее сторону. Подняв руку, майор, из далека поприветствовал Смирнова, всем видом давая понять, что оказался здесь сугубо по делу. Добравшись до стола, поздоровался основательно, и уже затем опустился на вторе место, с которого можно было следить за происходящим в зале.

Новый посетитель привел в движение объект внимания молодого человека. Обворожительно выписывая бедрами, барышня, а у нее это действительно получалось необычайно здорово, направилась к оккупировавшей дальний угол паре клиентов. По всей видимости, Виктор, пришедший ранее, сказал, что заказ сделают, когда подойдет приятель. Манера ходьбы официантки, пожалуй, не смогла бы оставить без внимания ни одну особь мужского пола, но на Колотова она действовала и вовсе завораживающе, чего естественно не мог не заметить Смирнов. Заказав по курице гриль и сок, один томатный другой апельсиновый, дождавшись пока дама отойдет на приличное расстояние, Витя резюмировал.

— Хороша чертовка!

— А с «голодухи» смотреть на это «безобразие» вообще не возможно, — не скрывая одолевавших чувств, ответил Серега, — попутно переводя разговор в деловое русло, — рассказывай что накопал.

— Вернулся из командировки одноклассник.

— Тот, что указал на тумбочку? Лагуткин если не ошибаюсь? — уточнил майор.

— Он самый.

— И как объяснил свою осведомленность?

— Случай весьма не простой, в моей практике, по меньшей мере, такого прежде не случалось, поверить сложно. Вчера слушал Игореху весь вечер.

— Не тяни, рассказывай.

— В подробностях или сжато? Как у тебя со временем?

— Думаю, шеф не потревожит, «бойцов» предупредил, что встречаюсь с важным свидетелем по делу Самойловой. Звонить на телефон, если выяснит у дежурного что я не в управлении, не станет. Константинович из оперов поэтому на деле знает что порой звонок, пришедший не вовремя, может сломать многое. Скорее всего, выдернет кого-то из отдела, а узнав причину отсутствия, даже если случится что-то неординарное, разрулит сам, поскольку для него сейчас задача номер один — разобраться с гибелью Самойловой. Так что давай по полной, не пропуская мелочей. Сам знаешь порой это очень важно.

Смирнов долго пересказывал услышанное от вчерашнего гостя, все же исключив из монолога то что, по его мнению, мало имело отношение к делу. Прервался Виктор только один раз, когда принесли заказ. Колотов не упустил момент и решил заговорить с девушкой.

— Леночка, еще потребуется десерт, подберите, что ни будь на свой вкус. Особо не торопитесь, нам с приятелем многое предстоит обсудить, надеюсь, не сильно обременим заведение, заняв столик.

— Если не засидитесь до семи вечера, в это время всегда наплыв, — на полном серьезе ответила девушка.

— И до скольки работаете?

— До последнего клиента, обычно сворачиваемся к двум ночи.

— В такое время возвращаться не страшно?

— Хозяин решил проблему. Заказывает такси на всю компанию — поварам, официантам и бармену, подвозят к подъезду.

— А муж как относится к такому графику? — Поинтересовался Колотов, добывая весьма важную для себя информацию.

Виктор не вклинивался в диалог, понимая, куда клонит друг.

— Какой муж? — толи спрашивая, толи отвечая, произнесла барышня. Я сама себе хозяйка.

— Не может быть, изображая недоумение, произнес Серега, — такая красавица и одна?

От сказанных слов на лице Леночки заиграл легкий румянец, скорее всего не от стеснения, а от удовольствия.

— На десерт принесу мороженное, как увижу, что управились с основным блюдом. Не возражаете? — девушка ловко перевела разговор в деловую плоскость и, получив утвердительный ответ, направилась к барной стойке.

Дослушав Смирнова, Колотов долго смотрел на него глазами, в которых не читались никакие эмоции.

— Не верится? — Наконец, прервав затянувшуюся паузу, поинтересовался Виктор, — сам в шоке, но, так или иначе, вверну нечто подобное в сюжет одной из будущих книг.

— Допускаю, что информацию о тумбочке и о том, что произошло в квартире, твой приятель получил в иной способ, о котором говорить не хочет, вот и завернул все в сказочную обертку. — Медленно, почти на распев, произнес майор, не оставляя сомнений, что все еще прокручивает услышанное в голове. — С другой стороны, зачем ему так светиться, втягивая себя в дело.

— Тоже так думаю, помнишь, говорил на посиделках у тебя дома?

— Но вопрос даже не в этом. Небылица, пусть и косвенно да не в полном объеме, подтверждается показаниями постороннего человека, и объясняет многие несуразицы.

— Нашли свидетеля?

— Некто Стешко, старушка видела пострадавшую, направлявшуюся к своему дому в вечернем платье через их двор, где припарковала машину, что было весьма странным.

— Ну и что?

— Не торопись. Вслед за Октябриной проследовала женщина. Свидетельница даже разговаривала с ней, но лица не помнит, в этот момент стало плохо. Сосед, наблюдавший за сим действом с балкона, утверждает что незнакомка, которую он тоже видел в пол оборота, практически со спины, проведя рукой перед лицом бабки, сказала — забудь. Даже собака, что была со старушкой и обычно бросалась на незнакомцев, скулила от испуга.

— Вот это поворот, лихие у тебя хлопцы, быстро вышли на нужную информацию при не малом количестве жильцов в многоэтажке, это дорогого стоит.

— При чем здесь они? Молодец участковый, без него глядишь вообще ничего бы не нашли, или потратили бы уйму времени.

— Толковый человечек, не хочешь подтянуть в отдел?

— Поздно, — улыбнулся Колотов.

— Это почему?

— Федорович ровесник шефа. Какой из него опер? Хотя, если бы не возраст, фору дал бы многим.

— И что до сих пор на земле? с такими-то способностями.

— Так получилось.

— Обычно с участка на пенсию уходят при первой возможности.

— Там жена та еще гюрза, «бабки» будет жать с мужика до последнего, похоже, и помрет на скаку. Вот гляжу на Федоровича, и сомнения гложут, а стоит ли вообще жениться.

— По этому поводу есть притча, — Смирнов улыбнулся, — если отбросить словесную мишуру, смысл прост — как не поступи жалеть будешь одинаково. Но мы как-то уплыли в сторону.

— Согласен. Какие есть мысли?

— Незнакомка явно мастерски владеет гипнозом. Это объясняет, почему консьержка ничего не помнит о ней и не записала в книгу посетителей, а так же то, что случилось в квартире, в том числе и причину по которой Самойлова открыла дверь постороннему человеку, не включая электронный глазок. Неясно только, почему заставила оставить машину в соседнем дворе?

— Октябрина ехала в театр, команду на изменение планов получила по телефону. Убийца могла не знать переплетений дворовых дорог, полагала, что проезд есть и ошиблась.

— Сомневаюсь что, затеяв такой способ устранения, не учли этой мелочи.

— Хорошо пусть так. Тогда возможно ей требовалась уверенность, что жертва в квартире вот и провела сама, следуя за ней по маршруту, где нет камер. Зашла по утверждению твоего одноклассника практически следом, не давая опомнится.

— Да все это собственно не важно. … Понимаешь, кто пользуется такими изысканными способами ликвидации? Добавь сюда еще и телефонные звонки с обрубленными концами.

— Не суетись, сейчас и частные конторы, принимающие подобные заказы, работают по методикам спецслужб. Тем более, что часть их сотрудников, освоивших только это ремесло и по той или иной причине оказавшихся не у дел, вынуждены искать источники безбедного существования. И если кто-то из них вознамерился организовать, сей не простой, но прибыльный бизнес, собрать для него команду, поделившись знаниями и навыками, не проблема.

— Мог бы согласиться но, похоже, ты не принимаешь в расчет личность заказчика.

— Поясни.

— Подобное устранение, в отличие от выстрела, больно проблематично, да и требует специалиста не абы какого уровня. Думаю, в самих спецслужбах их единицы, и разбрасываться такими профессионалами никто не станет. Отсюда ценник на подобную экзотику совсем другой. Позволить себе может человек, для которого деньги мусор. А у этой категории лиц всегда есть связи в спецслужбах, которым и могут сделать заказ. Причем, при случайном проколе, сотрудника, всегда прикроют, а кроме того, ведя расследование, никто не станет выходить на себя, переведут дело в разряд глухарей и отправят в архив на любом этапе. Так что полагаю это Сапфиров, у него мотив и существуют неограниченные возможности.

— Стало быть, настаиваешь на своей версии?

— Так другой не просматривается. … Хотя допускаю что логически цепочка, в которой, казалось бы, все стыкуется, на деле может быть далека от истины. — Виктор на мгновение замолчал, а потом продолжил. — Но, так или иначе, будет просьба — надо сделать все, чтобы не подставить Игоря, о нем пока знаем ты, да я, да Генка. Если прав и в деле замешан Сапфиров, а исполнители из конторы, то контролировать следствие будут однозначно и, то, что я волею обстоятельств к нему пристегнулся, уже знают. В случае чего переводите стрелки на меня, не хочу, чтобы пострадал кто-то посторонний. Теперь понимаешь, почему все разговоры по делу лучше вести вне кабинетов?

Колотов поморщился.

— Не нагнетаем ли раньше времени. Что касается одноклассника то здесь вообще без проблем, сам сказал, его показания к делу не пришьешь. Скрябину о твоем столичном знакомце даже не заикнулся, он фигурирует в показаниях управляющей домом, но притянуть его месть к делу Самойловой на их основании весьма сложно. Суди сам, брат сводный с которым фактически не общался никогда, ничем не помогал и тут на тебе воспылал родственными чувствами. Кстати это контраргумент против твоей версии. Вот у мэра мотив железобетонный — «бабки», на это шефу уже намекнул.

— И что?

— Велел быть осторожным, и без обоснованных доказательств даже не пытаться затевать разговор на эту тему. Так что Витя, проблемы, скорее всего, не у тебя от московских небожителей, а у нас от местного начальства. Кстати, в твоей версии есть еще одно белое пятно, без доказательства того что Октябрина приложила руку к смерти мужа, она не клеется.

— Так и в твоей требуется доказать что за ДТП стоит Сопунов.

— Вот этим и будем заниматься.

— Есть какие-то подвижки?

— Как бы да, но там проблемы. Как обойти, пока не знаю.

— Рассказывай, глядишь помогу.

— Вот ты как раз и можешь. — Серега явно удивил Смирнова. — Допрашивал любовников Октябрины, двое пустышки, а третий мужчина серьезный. Руководит автомастерской, которая, по сути, принадлежит градоначальнику. Реставрируют старые «тачки» из разряда ретро, занимаются тюнингом новых, за солидные «бабки», но только с позволения шефа. Машины семейства Самойловых обслуживались там. Причем Александр не любил тратить на это время, и сию ношу на себя брала Октябрина Витальевна во многом, как понимаешь, из-за личных побуждений.

— Получается у парочки была возможность поколдовать над авто супруга?

— Учитывая профессионализм любовника, организовать ДТП могли без труда. Но тогда Витя, согласно твоей версии, башку должны были отвернуть и Воржеву — любовнику Самойловой.

— Погоди еще не вечер, глядишь, не сегодня-завтра, на него сорвется машина с подъемника или неудачно поскользнется на лестнице в подъезде.

— Зато в мои предположения произошедшее ложится идеально. Воржев человек мэра, организовал устранение Самойлова, причем не важно, участвовала в этом Октябрина или ее, просто использовали, а затем Сапунов убрал и наследницу.

— В такой не простой и не дешевый способ?

— Так Николай Матвеевич человек как бы ни бедный, да к тому же не глупый. Закажи стрелка, после произошедшего с компаньоном, все бы указывало на него, даже если ДТП несчастный случай. Подсуетился, воспользовался моментом, … а суицид наследницы другое дело.

— Согласен Серега, — ставим твой вариант на первое место.

Колотов просиял, ему было приятно, что он все же сумел дожать столичную знаменитость.

— Так какие у вас сложности и чем могу помочь? — окончательно сдаваясь, произнес Смирнов.

— Надо понять делали, что либо с машиной Самойлова не за долго до происшествия. Проще всего докопаться до истины, изъяв видеозаписи с камер в мастерской, коих там натыкано как морковки на грядке.

— Ну, так это в том случае если видео не удаляют, скажем, раз в неделю или месяц.

— Не думаю, обслуживают машины солидных клиентов, и полагаю, для подстраховки данные объективного контроля сохраняют долго. Но подходить к Скрябину с подобной просьбой не имеет смысла, откажет однозначно, тем более что дело с ДТП закрыто, да и Сапунов вмиг поймет под кого копают. Пытаться взломать их электронный архив с помощью наших спецов без санкций, тоже не вариант, сто процентов протечет, а там проблемы с УСБ к бабке не ходи.

Колотов хотел продолжить, но помешала Леночка, направившаяся к ним с мороженным. В пылу разговора молодые люди не заметили как «прикончили» принесенных курей, но этот момент не упустила из вида официантка.

— Ой, какая вы молодец, не забыли, а мы тут совсем заболтались, — похвалил девушку Колотов. — Да, кстати, курица отменная есть смысл заглядывать на обед, если конечно у вас в меню имеются приличные первые блюда.

— Из того что готовим постоянно рекомендовала бы солянку или борщ, хотя можно заказать и что то оригинальное, при этом, чтобы не ждать, постоянные клиенты созваниваются и указывают время на которое приготовить.

— Да вы что! Это здорово! — У Сереги появился повод попросить телефон у барышни, хотя раздобыть его он мог по щелчку пальцев, — продиктуйте свой номер как раз для такого случая.

Леночка опять слегка покраснела, понимая, что ее откровенно клеят, но мужчина нравился, и девушка не отказала. Назвав цифры, для того чтобы убедится что не ошиблась, добавила.

— Вам бы лучше рабочий телефон бармена, смогли бы делать заказ в любую смену.

— А я буду приходить только в вашу, — улыбаясь, обронил майор, понимая, что контакт с девушкой начинает налаживаться.

Дождавшись пока официантка отдалится на приличное расстояние, Смирнов, покачав головой, поинтересовался.

— Хоть помнишь, о чем говорили? … Казанова.

— А то.

— Получается, хочешь, чтобы я, воспользовавшись связями в среде хакеров, решил проблему?

— Мимо. — Колотов улыбнулся.

— Не понял, а что тогда?

— Пусть твой приятель наведается в прошлое и посмотрит, что делали с машиной. Время и дата за мной. А за одно проверим, не заливает ли парень о чудо способностях.

— Не получится.

— Почему?

— Художник, у которого в мастерской висит картина, укатил на время в Мексику. Игорь сказал, что частенько посещает места силы в разных частях света.

— Стало быть, не судьба. Надеялся, что сможет побывать на месте происшествия в момент аварии. Посмотрит, кто снял или подобрал доработку до приезда экспертов, если таковая была, дополнительная ниточка к заказчику.

— Пока придется копать старыми методами. Хакер это мысль, но нужен человек, с которым прежде не работал.

Свою версию со счетов все же не сбрасываю, если Сапфиров в деле мои старые связи будут держать на контроле.

— Так в случае c мастерской не под него ж копаем?

— Если брата заказал Сопунов, после Октябрины уберут и его, а мы со своим интересом будем некстати.

— Тоже верно.

— Давай есть мороженное, а то почти растаяло. Поиск it- умельца беру на себя, а с ситуацией вокруг ДТП пока попытайтесь покопать сами.

Глава 11

«Снасть» на хакера

Нервозная обстановка в редакции «Городских новостей» с появлением в штате нового сотрудника улетучилась словно и не было. А еще совсем недавно Гольцман буквально каждый день ломал голову над тем, чтобы втиснуть на полосу, дабы продажи держались на прежнем уровне. Яков Самуилович еще помнил старые добрые времена, когда подобная проблема вовсе не касалась главного редактора. Тогда газета, по сути, являлась элементом информационной структуры государства, в каждом мало-мальски значимом городе должен был быть свой печатный орган, и чтобы издание не вылетело в трубу, на него попросту обязаны были подписываться определенные категории граждан. В ту пору к публикуемым материалам выдвигалось лишь одно требование, они никоим образом не должны были идти в разрез с политикой партии.

С приходом Смирнова былые трудности отошли на задний план. Даже, казалось бы, незначительные события, определенно имея дар, молодой человек преподносил, цепляя читателя. Гольцман и сам мимо воли превратился в его почитателя. Ныне подаваемые Виктором статьи лишь формально проходили оценку редактора, их можно было отдавать в набор с закрытыми глазами. Правда прочие материалы, которыми приходилось заполнять полосы, как и ранее, приходилось вычитывать, но прежнего напряга не было, от чего главред иногда не заметно для себя мог задремать на работе прямо за столом. Вот и сейчас, скользя глазами по тексту одного из сотрудников, старик не заметил, как выключил внимание, а затем и вовсе уснул. Потревожил мужчину стук в дверь.

— Войдите! — Громко произнес Гольцман, встрепенувшись и растирая лицо руками в надежде быстрее привести себя в чувство.

— Позволите? — В приоткрытую дверь заглянул Смирнов.

— Виктор Леонидович! проходите, присаживайтесь, — главред жестом указал на место напротив себя, — принесли что-то новенькое?

— Да, … посмотрите на досуге, может что подойдет, — мужчина протянул начальнику флэшку с материалами, но не направился к выходу, а опустился на стул, давая понять, что перечень дел в кабинете шефа не исчерпан.

Не зная чего ожидать, Гольцман напрягся. Страх потерять такого сотрудника иногда посещал поседевшую голову.

— Какие-то проблемы? — осторожно поинтересовался он.

— Как бы да, но не значимые.

— И, тем не менее, нужна помощь раз вы здесь, говорите не стесняйтесь, сделаю все что смогу.

— Проблема с ноутбуком, не получается открыть папку с необходимыми файлами. У вас же в штате есть специалист по компьютерам?

— Откровенно говоря, напугали старика, думал, произошло нечто неординарное, — с облегчением выдыхая, произнес Гольцман. — Сейчас вызову нужного человека.

Главред, взяв в руки телефон и «полистав» контакты, нажал кнопку вызова.

— Володя, мигом в кабинет есть работенка.

Вопрос с поиском хакера нельзя было откладывать в долгий ящик, поскольку в этом деле как на рыбалке никогда не знаешь наперед, сколько времени займет процесс и когда на крючок попадется нужная «рыба». Благо «снасть» на эту категорию «живности» у Смирнова была, и более того Виктор не однократно опробовал ее. Сейчас он с благодарностью вспомнил московского приятеля Валентина Решетникова, который в свое время научил его запускать в интернете «карусель» с блуждающими в сети данными. «Вертушку» практически не возможно было отследить, но самое ценное заключалось в том, что в случае неполучения в нужное время кода безопасности от хозяина, живущая по заданным правилам система рассылала хранящиеся материалы во все наиболее известные СМИ, в том числе и зарубежные. А кроме того Валек подогнал переработанную стандартную программу, блокирующую доступ к запароленным файлам компьютера, просечь фишку которой был способен человек обладающий умственными способностями и знаниями в этом деле намного выше среднего. «Вкурит в чем дело в течение часа, можешь работать с «клиентом», даже если чего-то не делал прежде, разберется. А не вытянет, не заморачивайся, в пустую сожжешь время». — Наставлял друга Валентин. До настоящего времени «снасть» не дала ни одной осечки, где бы Виктор не бывал, для дела всегда удавалось найти нужного человека. Безусловно, проще всего было работать с проверенным постоянным спецом. Потрошить чужую нужную информацию, содержащуюся на электронных носителях, связанных с интернетом, сейчас можно находясь на другом конце земли, но привлекать высококвалифицированного хакера для относительно простых работ выходило накладно. А кроме того, новый помощник позволял на время путать карты тем кто пытался тебя самого держать на контроле.

Алгоритм поиска был предельно прост. Для начала следовало озадачить на новом месте проблемой любого работающего в соответствующей области. Виктор решил идти по пути наименьшего сопротивления, зацепив спеца в издательстве. В случае неудачи клубок начинал раскручиваться автоматически. Поскольку люди, промышляющие в одной сфере, не только знакомы, а еще и обладают информацией об уровне подготовки и возможностях своих приятелей, на очередном шаге тебя переадресовывали в руки более продвинутого специалиста, пока в итоге не оказывался у человека решившего задачу. А дальше все зависело от умения быстро разбираться в людях и, не переходя определенные грани, общаться с ними. Имея за плечами большой опыт в этом вопросе, Смирнов без труда находил подход к «клиенту», при этом, в большинстве случаев, проблему решала финансовая составляющая, что поделать, человек по своей природе существо меркантильное.

Наконец в кабинет Гольцмана, предварительно постучав, просочился молодой человек не более двадцати семи лет отроду хлипкого телосложения, да и вообще забавной наружности. Паренёк был обут в странного вида красовки, больше напоминавшие изрядно поношенные чуни. Верхний элемент гардероба, рубаха с длинным рукавом, явно не соответствующая нынешней жаркой погоде, размера на два три превышала комплекцию скрываемого тела, хотя благодаря этому под ней мог гулять ветер, поскольку низ не был заправлен и свисал едва ли не до колен. Брюки видимо также оказались позаимствованы, по крайней мере, их длина не соответствовала росту, а возможно после покупки они просто не были подшиты как следует. От чего хозяин, часто наступая на край задней части штанин, в итоге растрепал их в хлам. Над массивным воротником рубахи, опираясь на тонюсенькую шею, возвышалась несуразно большая голова. «Ого, какой «компьютер», — шутя, подумал Виктор. — Похоже, тот, кто нужен, сейчас проверим».

Оказавшись в помещении, молодой человек пристально, почти не мигая, смотрел в глаза шефа, застыв в положении немого вопроса — чего изволите?

— Проблема с ноутбуком нужно разобраться, — Яков Самуилович кивком указал на компьютер, лежащий на столе перед Смирновым.

— Что случилось? — Поинтересовался «головастик» у Виктора и, выслушав претензию, опрометчиво добавил, — это мы мигом. И куда этот «злодей» не пускает хозяина?

В несколько кликов в проводнике добравшись до нужной папки, Смирнов набрал пароль во всплывшем окне и, получив отказ, развел руками.

— Ни какой из символов не забыли или возможно перепутали? — знаете ли такое бывает довольно часто, — молодой человек чуть ли не с издевкой смотрел на незнакомца.

Не отвечая на укол, Виктор поднялся, уступая место профессионалу, вместе с тем протягивая карточку, на которой был записан пароль, и лишь после этого, нехотя, добавил.

— Всегда придерживаюсь мудрого совета, что тупой карандаш лучше острой памяти.

Обойдя стол, он уселся напротив. Теперь бывшего следака занимали не манипуляции с компьютером, а выражение лица экзаменуемого. Через пять минут самоуверенность уступила место раздраженной озабоченности, а еще через такой же промежуток времени ее сменило недоумение.

— Чертовщина какая-то, — пробубнил под нос Володя.

— Что-то не так? — улыбаясь, поинтересовался Виктор.

— Программа стандартная, подход известен, обычно вскрывается как банка консервов. Додавить то мы ее додавим, но нужно время, сколько понадобится, не знаю, давайте перейдем на мое рабочее место, не будем мешать Якову Самуиловичу.

Смирнов понимал, компьютерщик не хочет ударить лицом в грязь перед шефом, поэтому согласился. Просидев еще около получаса в офисе, окончательно понял что, не смотря на размер головы, первый заход мимо. Надо было переходить на следующий уровень.

— Вижу, не получается. Не подскажите к кому можно обратится, не хочется опять напрягать старика, — Виктор намекнул на Гольцмана, в такой способ не оставляя парню выбора.

— Есть умелец, думаю справиться. — Увязнув в проблеме, Володя теперь не был столь уверен. — Но есть одно но, за услугу придется заплатить.

— Так это нормально. Пиши координаты.

Черканув на бумажке имя и телефон, «головастик» добавил.

— Скажите что от меня.

— Что будет скидка? Рассмеялся Виктор.

— Не обещаю, а вот сговоритесь быстрее, у него халтуры обычно хоть отбавляй.

— Это характеризует специалиста с хорошей стороны, … спасибо за помощь.

— Извините, что не помог, — по всему было видно, что парню неловко.

В девятнадцать пятнадцать в квартире Смирнова за столом у компьютера уже сидел следующий подопытный персонаж. В отличие от Володи, начавшего тухнуть, столкнувшись с проблемой, у нового претендента напротив, разгорался здоровый азарт, парень не собирался сдаваться. Дав молодому человеку, час времени, ровно по инструкции Валентина, Виктор решил остановить безрезультатные потуги.

— Смотрю, не получается?

— Пока нет, но есть другой вариант добраться до нужной информации. Снимем жесткий диск и считаем все, что на нем есть. Потребуется время. — Мужчина явно не хотел отступать.

— Мне нужно просто наладить работу компьютера, — корректно отмел предложение Виктор.

— Так скопируем недоступные файлы, переустановим систему, программы, в том числе и ту, что заглючила, зальем все остальные данные и получим то, что требуется.

— А давайте так. … Сколько вы берете за час своей работы?

Парень нехотя ответил.

— Я оплачу вызов и работу, а вы сведете меня с человеком который, по вашему мнению, лучше других разбирается в такого рода проблемах. — Виктор вынул из кармана купюры и положил на стол сумму, существенно превышающую ту, что была названа. Он понимал, без финансовой опоры его просьба будет воспринята как оскорбление и затеянную игру придется начинать сначала.

— Так я же ничего не сделал, — резонно пробубнил молодой человек, не отрывая взгляда от денег.

— Но вы же, работали. В жизни не всегда все получается, а любой труд должен быть оплачен, — произнес Смирнов, стараясь разрядить неловкую ситуацию.

— Только договариваться с ним будете сами.

— А что так? Сильно занят?

— Как бы и нет, но характер не приведи Господь, если встал не с той ноги, лучше не подходить.

— А что заканчивал, если знаете?

Неожиданно молодой человек рассмеялся.

— В советские времена вечернюю школу, потом ПТУ, по специальности электрик. Нелегкая занесла в вычислительный центр нашего судостроительного завода, трудился по профилю, но окружение, природное любопытство плюс не абы какие способности сделали свое дело, в общем засосало.

— Постойте, постойте. Так сколько ему лет.

— Точно не скажу, но седьмой десяток.

— Вы не чего не путаете? В таком возрасте у основной массы в голове если и не труха, — Виктор решил пошутить, — то процессор такой старый что и простые задачи решает с трудом.

— Не наш случай. Не понимаю, как поспевает за изменениями в компьютерных технологиях, но точно знаю, что консультирует на технических сайтах «чайников», и даже пользуется правами админа. Причем речь идет о серьезных ресурсах, созданных не простыми людьми, абы кого в администраторах там держать не станут.

— Пиши телефон, — Смирнов решил подвести черту под нынешней встречей.

— Лучше адрес, на неизвестные номера не отвечает. Можете попробовать через сайты, — молодой человек черканул «координаты», — ник — «Саймон», — напоследок уточнил он, подхватив лежащие на столе купюры.

Глава 12

Осведомитель

Чем дальше, тем дышать становилось труднее, удушье вытеснило из головы все мысли кроме одной, хотелось досыта наполнить легкие воздухом. По-видимому, из-за нехватки кислорода голова кружилась и отказывалась соображать, даже глаза различали лишь силуэты. Сколько это продолжалась Александр не помнил. Вдруг над ним нависла громадная фигура. Подошедший наклонился настолько низко, что стало возможно различить зловещие черты его лица, как говорят, не отягощенные интеллектом. Незнакомец, оторвав голову жертвы от пола, налепил на рот и нос стрейчевую пленку, подписывая бренному телу окончательный приговор. Мужчина предпринял жалкую попытку спастись, сорвав перекрывший дыхание целлофан, но руки не слушались. Нет, они имелись, но каким-то странным образом были обездвижены. Предчувствие приближающейся смерти придало сил, Александр начал дико кричать и дергать ногами от чего свалился с дивана и больно ударился о пол левой щекой. В этот миг легкие, расширяясь как кузнечные меха, втянули в себя изрядную порцию воздуха, одновременно давая понять хозяину, что терзавший кошмар лишь сон. Все еще не веря в «чудное» спасение, молодой человек попробовал двигать руками. Конечности и впрямь были на месте, но от неудобного положения во время отключки затекли и обомлели настолько, что переводить тело в сидячее положение пришлось без их помощи. Кроме того очевидными стали и проблемы с дыханием. Назвать душившее тело состояние сушняком, было мало. Слюна во рту скипелась и скаталась настолько, что не позволяла двигать языком, а в пищеводе пылал пожар. Нехватка жидкости в организме не способствовала нормальной дыхательной функции, а кроме того, неосторожно перевернувшись во сне Саня, по-видимому, перекрыл нос и рот подушкой, чуть не загнувшись от этого, пребывая в мало вменяемом состоянии. Поднявшись, сначала на четвереньки, а затем и на ноги, благо последние действовали почти нормально, он, шоркая босыми ступнями, побрел на кухню. Жажда это первое что хотелось утолить. Времени на то чтобы искать кружку или стакан было жалко. Открыв кран, Александр жадно прильнул к краю гусака смесителя и хлебал воду, доколе не пришло ощущение, что заполнил ею себя доверху.

Голова гудела, словно обрезок рельсы, по которому, скликая народ на сход либо пожар, непрестанно молотили металлическим прутом. Осознание этого пришло в миг, когда терзавшее тело жажда отступила. Слава Богу, что в эдаком-то состоянии нынче оказался в своей квартире, а не в заброшенной подворотне. Где так нагужбанился Саня не помнил, более того с уверенностью не мог сказать какое сегодня число, день недели и даже время суток. Не, то что не ночь было очевидно, но вот утро или вечер оставалось под вопросом. Мужчина взглянул на часы, которые, словно издеваясь, не внесли никакой ясности. Он пошарил по карманам, пытаясь найти телефон, но тщетно. Оставалось вернуться в комнату и включить телевизор, чтобы разрешить спорный вопрос. Обстановка в квартире говорила что бухали не у него, и это радовало, не надо было разгребать организовавшийся ввиду веселья срачь. Санек не успел сделать и пары шагов в выбранном направлении, как в прихожей щелкнул дверной замок, и перед ним нарисовался вполне себе нормальный Дрюня, друг детства, с которым редко не стыковались, особенно отправляясь по каким либо делам.

— Ты меня доволок? — удивленно поинтересовался Александр, поскольку обычно он доставлял домой приятеля более слабого к восприятию существенных доз алкоголя.

— А кому ты еще нужен? — не злобно ответил дружбан. — Шоферня вон вообще хотела оставить тебя отсыпаться в каптерке, но дома оно поди лучше.

Санек, соглашаясь, кивнул. А потом задал вопрос, из которого следовало, что пока еще не вернулся в реальность.

— Какая шоферня?

— Ну, ты даешь. … Та, с которой бухали, кстати, по твоей инициативе. — Дрюня пристально посмотрел в глаза кореша и понял что даже до частичного выздоровления еще долго. — Давай поправляйся, а мне пора, — мужчина, повесив ключ на гвоздь, собирался выйти.

— Стоять, — рявкнул Александр, — будешь вместо телевизора, — все еще заплетающимся языком произнес он.

— Еще чего, — зло парировал приятель, не понимая о чем речь.

— Какой сегодня день?

— Понедельник.

— А время?

— Скоро семь вечера. … Да, … на счет работы не переживай, предупредил начальство что заболел и будешь через пару дней. Дашка обещала организовать справку из поликлиники, а за больничный звеняй надо платить. Кстати, — Андрей порылся в кармане и вынул оттуда телефон, — ребята передали, мы как шли, обронили, хорошо нашли.

Проводив друга, Александр добрел до дивана и плюхнулся на мягкие подушки, широко разбросав руки по спинке. Какое-то время парень сидел неподвижно, отгоняя желание завалится на бок и уснуть. Пальцы ощущали гладкое тело телефона, и он решил посмотреть пропущенные вызовы. Перейдя в журнал звонков, всмотрелся в экран. Выйти на связь пытался один абонент, этот номер Саня помнил наизусть, для взаимодействия конкретно с ним у капитана Шматко был левый телефон с такой же симкой. Перескочив в раздел смс, парень обомлел, там их не прочитанных нагромоздилось несколько. Содержание как бы отличалось, но смысл можно было выразить одной фразой: «Верни долг зараза, где меня найти знаешь». Это означало, что куратор давно ждет его с информацией в условленном месте. Хмель активно начал улетучиваться из головы.

Теперь Александр вспомнил, о какой шоферне шла речь. Ему надо было раздобыть кой — какие сведения у водилы работающего в гараже механического завода. Этот фрукт недавно стал участником ДТП со смертельным исходом, пострадал известный в городе бизнесмен. Самому-то парню повезло, можно сказать вышел сухим из воды, в таких случаях голыдьбу, которой по сути он и являлся, обычно делали крайней, но что-то в этот раз не срослось, может звезды сошлись по доброму. Дело давно закрыли, но Федоровичу (капитану Шматко) вдруг понадобилось по тихому уточнить кое какие детали происшествия, скорее всего из-за нашумевшей по городу смерти бабы этого толстосума, ставшей в одночасье не хилой наследницей, а теперь и покойницей.

Отчетливо понимая, что для того чтобы встретится с куратором требовалось как минимум прийти в себя и вспомнить все, что удалось выяснить в гараже, Саня отправил СМС «Деньги верну завтра вечером». Если хмель и подтер что-то в памяти, была надежда, что Дрюня помнит все, хотя, необходимые файлы уже начали всплывать в еще окончательно не протрезвевшей голове, и им надо было дать время чтобы выбраться наружу.

Одного из своих осведомителей, Александра Лаптева — погоняло «Плетеный», Гена Шматко приобрел по смешному случаю. Тогда он крутил шашни с недавно разведенной Тамарой Лоскутовой, девкой видной, причем не глупой. Тома сама раскрутила бизнес, включавший оптовый склад и сеть магазинов. Но ее шобутной натуре семейная жизнь была противопоказана. Мужики липли на бабу как пчелы на мед, и коли попадался завидный экземпляр, отказать не ему, себе, она не могла, а уж в те времена, когда муж уезжал в командировку, бренное тело красавицы и вовсе шло в разнос, то бишь по рукам. Как итог, решив прервать цепь непрерывных скандалов, закатываемых «рогатым» благоверным, она приняла единственное верное решение, покончив с браком, отправится в свободное плавание. Шматко был одним из ее постоянных кавалеров. Придерживать в своей обойме опера, учитывая всевозможные перипетии бизнеса, было весьма разумно. Гена имел по подруге, как говорят, полный расклад, но, поскольку выстраивать какие либо отношения помимо удовлетворения чисто физиологических потребностей капитан не намеревался, держа в запасе в этом плане другие варианты, то его все устраивало.

И вот однажды, после очередной бурной ночи, Томка взвилась с постели как ужаленная, вспомнив о срочных делах. У Гены в кое веки был выходной, и он намеревался поваляться часок другой. «Не забудь закрыть квартиру», — бросила бестия, стоя в дверях спальни и посылая партнеру воздушный поцелуй. Что-то буркнув в ответ, Геныч перевернулся на другой бок, намереваясь заснуть. Схватив папку с документами, сумку и ключи от машины, дама буквально выпорхнула за порог, а поскольку руки были заняты, дверь Тома решила закрыть ногой, не глядя, толкнув ее пяткой. Услышав лязг защелки, барышня в полной уверенности, что выполнила задачу, понеслась вниз по ступенькам. Коварный замок, с ним такое случилось впервые, отыграл назад, но, благодаря заклинившему язычку, не выпустил дверь из своих объятий полностью, хотя, с наружи было очевидно — она не закрыта.

В это время как на грех после ночной попойки домой возвращался Лаптев. Саня жил в этом же подъезде на пятом этаже. Тамару знал с детства, но и только, он был слегка старше зато, увы, не попадал в разряд интересов барышни. Оглянувшись на пулей прошуршавшую мимо даму, Александр в очередной раз оценил ее тазобедренную композицию и сплюнул с досады. Мужику катастрофически не везло, сегодня, а точнее еще вчера, с дурру сел играть в карты с корешами, хотя обычно отказывался, не его это. А тут угораздило проиграть кругленькую сумму. И это тогда когда денег не то, что не было, их даже пока не предвиделось. В самом деле, откуда? Клиент только неделю как откинулся и то не в чистую, вышел по УДО, найти работу и так сложно, а с судимостью вообще кранты. Сетуя на не складывающуюся жизнь, «Плетеный» устало взбирался по ступеням лестничных пролетов, и тут взгляд бедолаги упал на не закрытую дверь. «Вот баба дурра», — мелькнуло в голове. Саня хотел было захлопнуть дверь, но нечистый, толи сидевший внутри, толи оказавшийся поблизости, остановил, замутив в башке совсем иную комбинацию. В легкую пошарив по хате, можно было разжиться деньгами или цацками, которых у Тамары, по его понятиям, имелось в избытке. Брать что либо крупное не имело смысла, пропажа проявилась бы быстро, а так кобелей да гостей у Лоскутихи бывает много если со временем что и обнаружится, поди сыщи. По крайней мере, он при таком раскладе оказывался вне подозрений. Когда кто и что поцупил зависало под вопросом, ведь замок открывался и закрывался ключом. «Раз свалила, полагала, что дверь закрыта. Уходя, прищелкну на защелку и всех делов, — уговаривал себя Плетеный, — глядишь, если свезет, скину долг с шеи, главное не наследить». Санек хотя и мотал срок за драку, но опыта в воровских делах набрался, точнее наслушался. Вынув рубаху из брюк и расстегнув пуговицы, прикасаясь к двери через тряпку, парень вошел в квартиру и закрылся изнутри.

Шматко в это время не то чтобы спал, нежился в постели с закрытыми глазами. Поэтому уши естественно уловили необычно тихий шум в прихожей, сопровождающийся щелчком замка. Оперская чуйка отмела все варианты, оставив один — в квартире посторонний. Бесшумно поднявшись, Геннадий Федорович занял позицию за дверью спальни, откуда был, не видим из зала. Пред ясны очи злодея капитан предстал в тот самый момент, когда Лаптев, таки добравшийся до одной из коробок с золотыми украшениями, вытрусив содержимое в карман, принялся искать деньги. Сей момент, безапелляционно свидетельствовавший о цели пребывания «Плетённого» в квартире, Гена снял на телефон. А дальше вариантов было два, либо заработать палку за раскрытие очередного дела, но при этом пришлось бы объяснять, какого черта делал в квартире гражданки Лоскутовой. Хотя, он не женат, баба уже не замужем, все как бы просто и понятно. С другой, вырисовывалась перспектива подключить Александра Лаптева к оперативной работе в качестве осведомителя, и этот вариант был более ценным.

«Плетеный» оказался мужиком смышленым да еще необычайно контактным, так что, подходил для дела идеально. Гена нашел способ, не засветив, пристроить хлопца на работу, за что Саня был безмерно благодарен куратору. После случая в квартире Тамары парень даже выпивать стал в меру, как бы исключительно для дела, а тут, получив простецкую задачу, пропал на несколько дней.

Наконец телефон Лаптева ожил, на следующий день, ближе к восьми вечера, Шматко отправился к условленному месту. Встречались у некогда северной проходной судостроительного завода, ныне пребывавшей далеко за территорией. Заброшенное место изрядно поросло деревьями и кустарниками, сюда то и днем мало кто захаживал, а в темную пору его так и вовсе не безосновательно сторонились. Зато в зарослях имелась скамейка, непонятно как уцелевшая с былых времен. Опустившись на нее, капитан посмотрел на экран телефона. Александр, как условились, должен был приходить минут на пятнадцать двадцать позже. Спустя указанный интервал, на тропинке в зарослях послышались шаги, а через минуту пред ясны очи куратора нарисовался запыхавшийся «Плетеный».

— Не Федорович, к этим «шайтанам» больше ни ногой, хоть убей, — пробурчал Саня вместо приветствия.

— А что так? — Поинтересовался Шматко, не ожидавший такого начала разговора.

— Так они беленькую глушат, словно нарзан, … накачали собаки. А я в крепком хмелю могу начудить, так что не отмажешь, хорошо Дрюня был рядом.

— По делу что узнал?

— А как же, успел, пока не сплющило. Шоферня народ говорливый, тему только подбрось, и понеслось даже уточнять ничего не пришлось.

— Рассказывай.

— Леня Федоткин, водила грузовика попавшего в аварию, убежден что лабух свернул на встречку сам, из-за того что бакланил с кем-то по телефону. Сработала профессиональная привычка видеть не только дорогу и обочины, но и водителей встречных машин, попадаются знакомые, приходится здороваться, да и знаки подают руками, если впереди что-то не так. Покойничек свернул в последний момент, шансов избежать столкновения не было. Леньку спасла баранка, хоть и держался за нее обеими руками, от сильного удара зашиб грудь да сломал пару ребер. Хорошо не было пассажира в кабине, вылетел бы со стеклом под колеса. Пока выбрался, уже подкатила тачка с «люстрой». Говорит, сложилось впечатление, что гайцы словно ждали где-то рядом, а может просто ехали по маршруту, да так совпало. Экипаж капитана Стрижака, фамилию сержанта не помнит. Сразу бросились к легковушке, вынули терпилу. Благо машина представительского класса, из другой консервной банки от такого удара вырезали бы по частям. Но, тем не менее, по всему было видно готов. Перспектива для Ленчика вырисовывалась не радужная, запахло сроком не за что. В общем, от переживаний стало хреново, стал отключаться. Менты бросились к нему, старший распорядился вести на их машине в больничку, которая была сравнительно рядом, не дожидаясь скорой из города. Сам остался на дороге, разгоняя зевак. Вот как бы и все.

— А большего и не надо, — задумчиво произнес Шматко, прокручивая в голове полученную информацию.

— Федорович, а меня с работы того, не турнут, справку из больнички обещали, но мало ли чего?

— Завтра сиди дома, не вздумай лечить отходняк, больничный заберешь из почтового ящика, … усек.

— Вот спасибо, — известие о том, что прогулы еще и оплатят, было приятным утешением.

— Не теряйся надолго, может скоро понадобишься.

— Да я то, Федорович, все понимаю, но так получилось.

— Хорошо, … будь. — Капитан поднялся со скамейки и, тихо ступая, растворился в начавших сгущаться сумерках.

Глава 13

«Саймон»

Смирнов подъехал к дому по указанному адресу. Строение находилось на отшибе улицы, затерявшейся в частном секторе почти на окраине города, о существовании которой Виктор, будучи уроженцем этих мест, откровенно говоря, не знал. Домишко по всему был послевоенной постройки. В те времена строили из всего, что попадалось под руку, от чего заложенный ленточный фундамент не соответствовал никаким нормам. Плюс к этому поверх него не было никакой гидроизоляции, либо она с годами пришла в негодность, от чего стены, давно не видевшие ремонта, набрались сырости на треть своей высоты. Участок, окружавший строение, почти полностью зарос бурьяном и лишь рядом с краном, скорее всего ввиду не трудоемкости полива посредством старой отчасти проржавевшей лейки, стоявшей здесь же, имелись небольшие островки порядка, превращенные в грядки, где были высажены огурцы, кабачки и помидоры.

Постучав в пустой почтовый ящик, висевший на калитке, Смирнов зычно прокричал.

— Есть кто живой?

Отсутствие собачьего лая означало, что кусающая живность у дома отсутствовала и можно пройти во двор, но, помня предостережение о строптивости хозяина, Виктор воздержался и поступил правильно. Через пару минут за дверью послышалась возня, и во двор выбрался невысокого роста суховатый мужичек, с волосами собранными на затылке в хвост, никак внешне не походивший на человека сведущего в it технологиях. «Может сосед», — мелькнуло в голове Смирнова.

— Каким ветром надуло? — с легким недовольством в голосе произнес незнакомец.

— Проблемы с компьютером, сказали, здесь могут наладить, дали адрес. Возможно, что-то напутали.

— Проходите, — уже мягче произнес мужчина, в уголках глаз которого мелькнула искорка предвкушения заработка.

«То, что в средствах нуждается, очевидно, и для меня здорово», — подумал Виктор, открывая калитку.

— Через час с небольшим у меня стрим на Ютубе, но думаю, до этого времени управимся.

— Как вас звать величать? — поинтересовался Смирнов.

— Пустое это, решим проблему вероятнее всего больше не свидимся, зачем забивать голову не нужной информацией. Кеш в этом компьютере, — мужчина больше походивший на лешего, прижившегося в городе, ехидно улыбнулся и постучал пальцем по лбу, — тоже надо чистить, так зачем мусорить. Рассказывайте с чем пришли.

Виктор, обрисовав ситуацию, через проводник вышел на не открывающиеся файлы и положил на стол бумажку с паролем. На удивление «Саймон» проигнорировал запись, отодвинув в сторону.

— Присаживайтесь, — кивнул мужчина на стоявший сбоку от стола табурет.

С этого места не было видно, какие манипуляции проводит умелец но, то, как под его пальцами шелестела клавиатура, свидетельствовало — за дело взялся серьезно. Смирнов, засекая время, взглянул на часы. Через минут десять «Саймон» оторвал руки от ноутбука и пристально посмотрел в глаза гостю.

— Вопрос первый, после того как последний раз открывали запароленные файлы кто-то посторонний имел доступ к компьютеру?

— Спецы, которые пытались помочь решить проблему, но в моем присутствии.

— Вопрос второй, — в голосе собеседника зазвенели злобные нотки. — Кто вы и что от меня надо?

— Говорил же, наладить ноут, — делая вид, что недоумевает, Виктор пожал плечами.

— Отвечайте или проваливайте не отнимайте время.

— Так у вас получилось? — удивился Виктор, — так быстро?

— Программа на компьютере умело переработана, прописан способ дополнительной блокировки. Сделано толково спорить не буду. С вероятностью в девяносто девять процентов сами его и активировали, и не надо юлить, или не знали, что столь необходимые файлы пусты. — «Саймон» повернул компьютер экраном к посетителю.

Отпираться было бесполезно. Смирнов понял, что нашел нужного человека, теперь оставалось самое сложное — склонить к сотрудничеству.

— Я журналист, — Виктор положил на стол удостоверение сотрудника местной газеты в развернутом виде.

Хозяин дома почти мгновенно на своем компьютере набрал в поисковике данные гостя, и экран запестрел множеством фотографий и перечнем сайтов, на которых имелась информация о человеке, сидевшем напротив.

— С вопросом, кто? почти разобрались. Данные есть, надо будет, вникнем основательней. … Что надо?

— Иногда провожу самостоятельные расследования, в ходе которых возникает необходимость добраться до закрытой информации, получить которую в законный способ крайне сложно или практически не возможно. Скажем записи с видео камер, файлы с телефонов или персональных компьютеров. Хотя, в основном много обычной муторной работы — собирать в интернете массивы данных имеющихся в свободном доступе. Нужен помощник, способный со всем этим справится.

— А с чего взяли, что подойду?

— Приятель, который наделил доработанной программой, человек в сфере таких проблем известный, с его слов, с тем, кто решит задачку в течение часа можно работать. Проверял не раз. У вас получилось, причем быстрее с ней не справился никто. Так что остается выяснить, согласитесь ли на сотрудничество. Заработки для нашего города приличные. Сможете подремонтировать домишко, — Смирнов попытался надавить на материальный интерес.

— Деньги в жизни не главное, — философски произнес собеседник, — да и халупа это не моя, пустили пожить добрые люди.

— Как? … с такими-то способностями? — Виктор действительно недоумевал.

— Жизнь штука не простая, да и не все от нас зависит, — с грустью в голосе произнес мужчина, а затем уже по делу добавил. — Сами понимаете, ответ сразу дать не могу, вижу вас впервые. Надо прошуршать досье, — Саймон кивнул на открытую страницу поисковика в компьютере, — и подумать. Давайте денька через два в это же время, а на сегодня извините, у меня работа. … Не в обиде?

— Абсолютно, по-другому и быть не могло, — произнес Виктор, поднимаясь с табурета и выкладывая на стол крупную купюру.

— Это зачем?

— Может, и не сговоримся, но работу вы проделали, у меня такие принципы.

Мужчина проводил Смирнова до калитки и на прощание пожал руку, что само по себе было не плохим знаком.

Через указанный промежуток времени в оговоренный час Виктор вновь постучал в почтовый ящик. Через минуту на пороге дома показался хозяин и, махнув рукой, дал команду заходить. Сегодня старик казался более дружелюбным, чем в прошлый раз, и это вселяло надежду. Вновь опустившись по приглашению на знакомый табурет, гость сразу перешел к делу.

— Что скажите? — речь шла о согласии на работу.

— Какой быстрый, а поговорить, или не уважишь старика?

— Почему нет, как понял, есть вопросы.

Собеседник, соглашаясь, кивнул.

— Из Следственного комитета ушел в журналистику, поскольку делам не давали полного ходу. — Мужчина не спрашивал, а как бы сам отвечал на то, что интересовало. Не услышав возражений, продолжил. — К нам перебрался, думаю, из-за угроз, похоже, сильно прижали?

— Меня ладно, — поясняя, вставил Виктор, — под удар подвели близких людей, с кем пересекался по работе. Пришлось отступить.

— Ты у нас помимо прочего писатель, — Сайман отбросил фамильярности, и эта мелочь говорила о том, что согласится. — Пролистал фрагментарно несколько романов, почитал отзывы, пишешь ладно, сюжеты заковыристые, хотя не люблю детективы.

— Так все из жизни, — словно оправдываясь, обронил Смирнов.

— Твои коллеги пишут, что есть недвижимость в Москве, книги приносят не малый доход, наверняка есть сбережения да не под подушкой, деньги должны работать, а ты парень не глупый.

— Каюсь, — с усмешкой произнес Виктор, до конца не понимая, куда клонит старик, — владею акциями прибыльных компаний и не только.

— Тогда не пойму, не только старость, но и нынешнюю нормальную жизнь обеспечил. К чему наступать на старые грабли? — Необычный айтишник с хитрецой посмотрел на гостя.

— За неверно расследованными делами стоят чьи-то поломанные судьбы и гуляющие на свободе преступники. Нельзя же из-за опасений за свою шкуру опускать руки, если заметили, я сказал что отступил, а не сдался.

— Добро, значит сработаемся.

— Вот и ладно. Так все-таки как вас звать величать?

— Сергей Иванович.

— А я Виктор.

— Да знаю, — мужчина улыбнулся. Теперь о важном, у меня Витя будет несколько условий.

— Не вопрос об оплате договоримся.

— Не о том говоришь, … отстегнешь, сколько посчитаешь нужным, — Иваныч явно хитрил, понимая, что назвав свои условия, может прогадать. — Насчет подсобрать данные не вопрос, сделаю, но не в ущерб нынешней работе. В интернете оно ж как, с подписчиками нужен ежедневный контакт, свежая интересная информация, ответы на коменты. Контингент хоть и взрослый, а ведут себя, что малые дети, требуют постоянного внимания, чуть забросишь, отобьются от рук, начнут отписываться. Заработок в сети не большой, но отлаженный. А ты сегодня здесь, а завтра? И на что тогда жить?

— Резонно, условие принимается. — Смирнов, откровенно говоря, не брал в расчет такие обстоятельства, а ведь для пожилых людей в их положении нет ничего важнее стабильности, которой, к сожалению, так не хватает в нынешней жизни.

— Теперь на счет закрытой информации. Камеры наблюдения обычных частных лиц и лоховских компаний, да даже местного ГИБДД, файлы с их компьютеров, не вопрос. А вот с солидными конторами, типа банки или базы данных спецслужб, да даже с серьезными толстосумами, ситуация сложнее. Тут обычными фокусами с адресами и странами, сколько не петляй, не обойтись. У них в штатах сидят ребятишки ушлые, конечно не сразу, но в итоге вычислят точку дислокации и, мягко говоря, настучат по заднице, да так что мало не покажется.

— И что, выхода нет?

— Он есть всегда, правда предстоит поднапрячься, поистратится, да и без твоей помощи не обойтись.

— Даже так? … Интересно, рассказывайте.

— Для этого потребуется каждый раз входить в сеть с различных реальных точек подключения. Взламывать чужие роутеры в свое время насобачился. Одно время обнищал настолько, что не было чем платить за интернет, а без него никак, буквально ломка, вот и пришлось пользоваться чужим. Так что Витя до белого и пушистого не дотягиваю, да и никогда им не был.

— Сергей Иванович, да у нас у каждого в шкафу не по одному десятку скелетов, так что не удивлен. Больше интересует, в чем нужна помощь и что потребуется приобрести?

— Работать будем по ночам, чтобы не привлекать внимание не только посторонних, но и хозяев, а то, если интернет начнет виснуть, станут названивать провайдеру, а там быстро въедут что есть стороннее подключение. Вечером, после окончания рабочего дня, абоненты обычно беспомощны и если даже кому-то не спится, и он торчит в сети, есть возможность совсем отрубить выход, пока решаем свои проблемы. Сейчас у многих на гаджитах свой интернет, так что, если что, слегка помыкаются и до утра нырнут в телефон. Нам же потребуется находиться в зоне досягаемости подрезанного вай-фай причем по возможности ближе к роутеру, как правило, это в районе подъезда той квартиры где он установлен. На лавочку с компом не сядешь, реальный вариант машина с затемненными стеклами и главное, чтобы было место паркануться. Авто у меня, как мог убедиться нет да и водить не умею, так что эта часть работы за тобой.

— Постойте, но обычно хозяева на ночь отключают интернет?

— Не все, есть индивиды, которым вилку из розетки вынимать в лом, так что раздача идет круглые сутки, а кроме того, всегда есть возможность, да не одна, сесть «на голову» кому-то другому, если дом многоквартирный. Об этом не думай, это моя часть работы. Более того, у меня есть карта таких точек в разных районах города, которыми пользовался прежде, если потребуется, географию расширим.

— Так мы же подставим под удар невинных людей.

— Ни в коей мере, спецы в раз разберутся, что был взлом сети, и подключались посторонние, более того, вычислят тип и конфигурацию устройства, с которого это было сделано. Можно конечно потягаться с ребятами и создать им в этом проблемы, но мы пойдем другим путем. Возвращаться к местам прежних подключений не будем ни в коем случае, а для работы понадобится добротный ноутбук, не хуже твоего, завезенный в страну не через торговую сеть, а так сказать штучно, чтобы не было возможности отследить хозяина. Попросишь кого-то из приятелей, кто отдыхает за бугром, привести по случаю, а лучше смотаешься сам. За два три дня управишься, правда, придется поиздержаться. Выходить с него в сеть по личным делам, да шарахаться по соцсетям знакомых — табу, строго по делу.

— Сергей Иванович, начинаю подозревать, что прежде вы работали на контрразведку, — смеясь, вставил Смирнов.

— Это элементарные меры предосторожности, — парировал «Саймон». — А, кроме того, чтобы не вычислили по машине, подбирать места подключения будем в местах, где нет камер, эта задача, как бывшего следака, за тобой. Погуляешь днем, осмотришься. Все остальные проблемы будем решать по мере возникновения, не люблю бежать впереди паровоза.

— Собственно говоря, все по делу и все решаемо, — подытожил Виктор.

— А теперь выкладывай карты на стол, — буквально потребовал Иванович.

— Вы о чем? — растерялся собеседник.

— Витя, не тупи. Если нужно было собрать данные в интернете, то сделал бы сам, или нашел какого ни будь лабуха, а раз здесь, значит, понадобился хакер. Так что не тяни, рассказывай.

— Так увлекся вопросами подготовки, что почти забыл о деле, — оправдываясь, произнес Смирнов. После чего поведал новому компаньону об автомастерской мэра и о том что требуется раздобыть видео с камер внутри, за конкретные числа, чтобы понять что делали там с определенными авто находящимся на обслуживании в этот момент. — Не могу сказать, что горит, но и затягивать не стоит.

Выслушав заказчика, «Саймон», шутя, расплываясь в улыбке, произнес.

— Ступай с Богом, будет тебе новое корыто.

— Это как? — растерявшись, поинтересовался Виктор.

— Да просто, … в этом случае все сделаю сам. Все о чем до этого говорили битый час, пока не потребуется. … Мой телефон как понял тебе дали? Лучше не звони, заглядывай сам, — провожая гостя к калитке, проговорил Иванович. — Ты мальчик не глупый, почему поймешь.

Глава 14

Версия

Очередную встречу назначили у Смирнова, решившего закатить мужикам царский ужин. Первым пришел Колотов, по настоянию которого спиртного взяли минимум, чисто для разогрева аппетита. К этому времени у всех собралась кой какая информация по делу Самойловой и требовалось, сложив все в кучу, выработать основную рабочую версию, чтобы определиться в каких направлениях «копать» в первую очередь. Ждали Шматко, поэтому разговор о деле не вели, болтали о посторонних вещах.

— Как дела с Леночкой из кафе? — поинтересовался Виктор.

— Захаживал поесть курицу пару раз, — небрежно обронил Серега, и уже с удивлением добавил, — откуда знаешь?

— Прям таки пару, — рассмеялся Смирнов, — Яков Самуилович говорит, встречаетесь там чуть ли не каждый день.

— Вот старый пень. Ну, видишь, зачем языком молоть?

— Так по-доброму, похоже, переживает за тебя.

— Скорее за нее. Самому видать барышня нравится, но по возрасту не конкурент, вот и беспокоится, чтобы попала в добрые руки.

— Не скажи. У женщин есть поговорка не буквально в тему, но близко. Говорят, богатые мужчины некрасивыми не бывают.

— Намекаешь что старыми тоже? — Колотов на мгновение задумался, а затем продолжил, — главное оспорить какое либо утверждение, когда противостоишь женской логике, практически не возможно.

— Серега, не юли. Хотя твое право. Личные отношения на обозрение лучше не выставлять.

— Да какие там отношения, разве что чисто дружеские. Правда заказы приносит в обход других клиентов.

— Это уже кое-что, — заметил Виктор. Он хотел добавить, что возможно это из-за понимания, что Сергей не простой полицейский, но промолчал.

— А в остальном девка кремень, — продолжил Колотов. — Пытался пару раз напросится в гости, отбрила сразу, без реверансов. Мол, прогуляться по улице, без вопросов, а вот что серьезнее то сначала регистрация отношений, а затем все остальное.

— Да, подход старорежимный. Даже и не знаю, может это и не плохо. Сейчас нравы, мягко говоря, более свободные, для многих переспать, что высморкаться. — Виктор на минуту замолчал, а затем вновь вернулся к теме. — И что так просто сдался?

Неожиданно Сергей громко рассмеялся, чем вызвал удивление собеседника.

— Не понял, что-то случилось? Давай рассказывай, — хозяин квартиры буквально сгорал от нетерпения.

— Не поверишь, решил надавить и спрашиваю — полагаешь, штамп в паспорте что-то значит? — Колотов опять прыснул.

— Ну?

— Что ну? Обычно бабы разводят демагогию о том, как это важно, по крайней мере, для них, а она выдает — раз штамп ничего не решает, пошли, поставим.

Теперь смеялся уже и Виктор.

— Да, мало того что девка красивая и с принципами, а по ходу еще и не глупая, — сделал заключение Смирнов, слегка успокоившись. — То, что так ответила хороший знак, похоже, нравишься. Но долго не раскачивайся, могут увести.

— Оно-то так, но пока думаю.

— Если не легла на душу выбрось из головы.

— В том-то и дело, что зацепила не по детски. Тянет неведомой силой, порой начинаю верить, что для каждого на земле есть вторая половина, но не всем суждено найти. — Колотов, задумавшись, замолчал.

— А что, может в жизни главное, встретив, разглядеть и не упустить, — продолжил за него приятель.

— Проблема в том, что однажды обжегся, а теперь как говорят — дую на воду.

— Постой, — удивился Виктор, — смотрел твое личное дело, женат не был.

— Официально да, жили гражданским браком, вспоминать не хочется, — обронил Колотов, обрезая возможность расспросов. — Выходит все-таки изучал мою подноготную, — перевел он тему разговора в другое русло.

— Так-то до того как раззнакомились, — парировал Смирнов, — а можно подумать вы не просканировали меня со всех сторон?

— Что было, то было, — улыбнулся Сергей, — считай что квиты.

В этот момент раздался звонок и в открытую дверь ввалился Шматко. Посмотрев на трезвых приятелей и устало выдохнув, старший опер резюмировал.

— Кажись, не опоздал, а то знаю я вас малопьющих.

— Проходи алкоголик, но учти, сразу по маленькой для аппетита, обсудим дело потом можно расслабиться.

— Как скажите гражданин начальник. — Капитан, шутя, вытянулся в струну.

— Садись за стол, — вмешался в пикировку Смирнов, — по первой уже налито, а потом сам понимаешь, — намекнул он на уговор с Колотовым, — правда имеется хорошая новость.

— Какая? — Чуть не в один голос поинтересовались гости.

— Есть можно без ограничений. Или нет? — Виктор с вопросом посмотрел на начальника УГРО.

— Та ну тебя, — шутя, проговорил Серега, — пошли, перетрем проблему.

Когда сели за стол первым, опрокинув налитую стопку, заговорил Шматко.

— На аварию с Самойловым прибыл экипаж капитана Стрижака.

— Постой, старший капитан? — уточнил Смирнов, — ничего не перепутал?

— Нет, … место в ГИБДД хлебное, Андрюху карьера не интересовала, бывший опер, но потянуло на более спокойную и сытую жизнь.

— Выходит задействовать в комбинации с авто Самойлова могли, причем получается что лучшей кандидатуры и не сыскать.

— Вполне, но прямых доказательств нет, а вот косвенных, хоть отбавляй. — Генадий замолчал, потянувшись за аппетитным куском филе сельди.

— Не тяни, рассказывай, — подтолкнул подчиненного к продолжению разговора Колотов.

— Водила фуры, которую протаранил Самойлов, утверждает, что машина ДПС подкатила быстро буквально сразу. Говорит, сложилось впечатление, что были где-то совсем рядом, либо ехали по маршруту и так совпало.

— Если при делах, то могли и ждать, — задумчиво произнес Серега.

— Тогда, выходит, о том, что случится, знали оба. В такой ситуации расширять число посвященных рисково, — вслед за ним тихо пробубнил Виктор, но так чтобы слышали остальные.

— Да там не все так просто. … Сам водила отделался сравнительно легко. Но когда экипаж вытянул тело второго участника ДТП из машины и убрал подальше, после удара авто могло загореться и взорваться, по их действиям понял, в легковушке труп, и будучи легко впечатлительным, да к тому же прикидывая что на него все и повесят, стал терять сознание. Пока не отключился, слышал, как старший, мотивируя тем, что не известно, что с пострадавшим, отправил напарника, не дожидаясь скорой, своей машиной в ближайшую больницу.

— Стало быть, возможность одному поколдовать у авто существовала реально. — Смирнов замолчал и тут же уточнил. — Как думаете, мог он просчитать такой исход.

— О том, что водителю грузовика станет плохо? — Спросил Серега, на мгновение задумавшись.

В этот момент за начальника ответил Шматко.

— Андрюха мужик ушлый, опером был толковым, наверняка проработал и другие варианты как остаться одному, если что.

— Допустим, — соглашаясь, заметил Колотов. — Но быть уверенным, что после столкновения машина перевернется на крышу или станет на бок, чтобы снять доработку, он не мог.

— Это если «приблуда» не была сконструирована так, что слетала в момент удара, — поделился мыслью Виктор, — думаю, что, скорее всего, оставалось, лишь отыскать ее и прибрать с глаз экспертов.

— Такой вариант больше похож на правду, — подвел итог рассуждениям Колотов, — знать бы точно, делали, что с машиной до аварии или нет, а то возможно толчем воду в ступе. Кстати, Витя не помнишь, кто грозился добыть записи из автомастерской?

— Имею дурную привычку выполнять обещания, — ухмыльнулся Смирнов, собственно, поэтому и позвал на ужин. … Смотреть будете? — с легкой ехидцей поинтересовался он у гостей.

— Чего сразу не сказал? — возмутился Серега.

— Посмотрите, поймете.

Мужики не обратили внимание на вздох сожаления хозяина квартиры, который в это время расчищал место на столе, куда следом водрузил ноутбук и, вставив в него флешку, в несколько кликов запустил необходимое видео.

— Первая часть — двадцать третье число это за полтора месяца до аварии. Вторая — за двое суток.

Просмотрев запись, Колотов скомандовал.

— Наливай по второй, без сто грамм не разобраться.

Опрокинув стопку и закусив двумя ломтями буженины, Серега спросил.

— Кто что думает?

— Полагаю, здесь и после бутылки ясней не станет. Фактов на видео нет, остаются домыслы, а их, как известно, к делу не пришьешь, разве что можно взять как дополнение к версии.

— Озвучивай не стесняйся.

— Серега, да тут все очевидно, — впрягся за Смирнова Шматко. — В первый раз машину взгромоздили на подъемник, заменили фильтры, проверили ходовую, кто, что творил видно без вопросов. Во втором, подход иной. Вкатили на единственную яму, что делали одному Богу известно. Не иначе не хотели светить на камеры. Под низ забирался сам Воржев, пробыл не долго. Не знаю достаточно это для того чтобы установить доработку, но исключать такую возможность не стал бы. Да, и вопрос, сколько Самойлов накатал за месяц с небольшим, что понадобился очередной осмотр? не стоит сбрасывать со счетов.

Колотов посмотрел на Виктора и поинтересовался.

— Согласен?

— Отчасти.

Такой ответ удивил Генку.

— А что не так, — спросил он.

— В целом все верно, но нельзя не принимать в расчет, что Октябрина встречалась с Игнатом под видом посещения автомастерской. Могла именно с этой целью пригнать машину мужа, поэтому нужды поднимать не было, а чтобы исключить ненужные разговоры Воржев и прогулялся в яму под днище, якобы что-то устранив. А то, что через день случилась авария, могло оказаться обычным совпадением.

Смирнов замолчал.

— Дельное замечание, — согласился начальник УГРО.

— Так что с одной стороны, правда, может быть за тем, что предположил Гена, с другой, гарантии, что все было именно так, нет никакой. А самое обидное, что раздобытые записи не внесли в дилемму никакой ясности.

— Небось, задействовал связи среди столичных хакеров? Потратил то много? — Поинтересовался Шматко, — а мы тут еще гуляем за твой счет, — добавил он с сожалением.

— Деньги мелочь, главное нашел нужного спеца здесь. Когда загоняли в «ссылку» одно из условий было оборвать все старые связи. Чтобы не подставлять людей приходится соблюдать поставленные условия.

— Интересно и кто у нас такой умелец, что заглянул к мэру почти в карман, — Колотов ждал ответа.

— Э нет мужики, давайте договоримся — разговоры на эту тему табу. Вы же опера, должны сами все понимать.

— Извини Витя, брякнул не подумав, — согласился с приятелем Серега, а затем подытожил. — Во всей оговоренной нами кутерьме есть один момент, способный пролить свет на происходящее. Надо уточнить, когда был звонок в полицию с сообщением об аварии, в которой погиб Самойлов, и сопоставить, как он совпадает по времени с прибытием экипажа Стрижака на место.

— Да, и не мешало бы, узнать маршрут их патрулирования в этот день, — добавил Шматко.

— Раз говорите что капитан, бывший опер да еще толковый, такой момент, зная о предстоящем, учел бы наверняка. Вплоть до того что под надуманным предлогом поменялся сменами с нужным экипажем. Да и фактор времени между произошедшим и вызовом должен был учесть, это ведь элементарно.

— Согласен Витя, — оборвал друга Колотов, — но сам знаешь, иногда даже тертые калачи прокалываются на мелочах.

— Значит проверим.

— Причем придется опять тебе. Если вопросы начнем задавать мы, Стрижак, коли в деле, задергается, и информация о нашем интересе дойдет до градоначальника.

— Эх, жалко нет возможности узнать, что делал Воржев под машиной на яме, — пробурчал Шматко.

— Или посмотреть что делал Стрижак после того как напарник уехал с пострадавшим, — выдыхая, добавил начальник УГРО.

— А почему нет. — Неожиданно возразил Смирнов, заставив приятелей с недоумением посмотреть в его сторону. — Тут на днях возвращается гуру моего одноклассника, опять появится доступ к картине, можем попросить о помощи.

— А что вариант, — обрадовался Шматко, в то время как Колотов скривился, словно от зубной боли.

— Что-то не так Сережа? — хозяин квартиры явно был удивлен такой реакцией друга.

— Понимаешь Витя, — майор решил подойти к ответу издалека. — По поводу того как машина Самойлова попала в мастерскую за два дня до аварии, ты высказал здравую мысль, в противовес тому что буквально бросалось в глаза. А в случае с одноклассником безоговорочно веришь парню на слово, хотя, откровенно говоря, несет небылицу. Проверить бы его, говорили уже об этом.

— Постой, постой, — Смирнов напрягся. — Это же он дал информацию о тумбочке и отпечатках пальцев, все подтвердилось. В квартире Игореха быть не мог у него алиби.

— Так ему и не надо было, достаточно чтоб об этом знали те, кто вынудил Октябрину выйти в окно.

— Но в их интересах все было обставить как самоубийство, что и сделали.

— Возражать можно? — шутя, поинтересовался Колотов.

— Валяй.

— В целом, оно-то так, но закрой дело сразу, возникли бы вопросы. Поэтому могли притормозить, чтобы все походило на полноценное расследование.

— Хорошо, … но экспертиза по тумбочке доказывает, что это убийство.

— Витя, тебе ли не знать, как из дела исчезают бумаги и вещдоки? В итоге все будут понимать, что слепили лажу, но если наверху заинтересованы в таком исходе, то мы все будем сидеть на жопе ровно.

— Не слишком ли сложно, да и так в наглую? Ведь можно и проколоться. — Смирнов явно намекал на себя и журналистское расследование.

— Думаешь в провинции все иначе, честнее, чем в столице? Ошибаешься, на порядок круче. Когда у тебя под пяткой местное МВД, УСБ и ФСБ не мудрено не обнаглеть, главное при этом не зацепить интересы тех, кто этажом выше. А против тебя, на мой взгляд, сыграли идеально.

— Это как, поясни.

— Суди сам. То что впишешься в дело стало очевидным после того как подрядился на работу в газету. Пропустить тот факт, что Самойлов сводный брат Сапфирова ты с опытом работы в следствии не мог. Чем можно отбить у тебя желание совать нос в расследование или как минимум уйти от него в сторону? — Колотов сделал паузу, словно давал возможность Смирнову подумать, а затем продолжил. — Обставив так, что убийство Октябрины месть Сапфирова, то, что тягаться с ним не станешь было ясно. А для того чтобы версия, которой придерживаешься до сих пор, выглядела убедительной притянули за уши сказку о необычном киллере и ты повелся.

— Но тогда Лагуткин должен быть их человеком.

— Не вопрос. Мы же вербуем осведомителей, возможно Игорь давно сидел на крючке. За столько лет, что не виделись, сколько воды утекло? Связь с тобой была вот, и напрягли парня. Откровенно говоря, в рассказанную им небылицу верится слабо. Сколько живу, даже не слышал, чтобы кто-то на такое был способен.

— Погоди, — в очередной раз впрягся за Виктора Шматко, — а как же ясновидящие? их существование подтверждается фактами. Многие весьма известны.

— Самому-то сталкиваться доводилось? — огрызнулся на подчиненного Серега и, заметив как тот, отрицая, закачал головой, «пригвоздил» капитана этим фактом, — то-то же. Вот если бы проверить твоего Игореху, способен ли на что-то подобное, — завершая тираду, задумчиво произнес Колотов.

А давай, — не позволяя другу опомнится и решив биться за свою точку зрения до конца, — выпалил Смирнов. — У меня, конечно, есть аргументы против твоих умозаключений, но это самый быстрый способ разрешить спор.

— И как? — поинтересовался майор.

— Доказательства нужны тебе?

— Да как бы всем.

— А в первую очередь?

— Допустим.

— Тогда завтра, собираясь на службу, когда будешь один, это важно для чистоты эксперимента, чтобы исключить сомнения, спрячешь в квартире три предмета и запомнишь точное время, его сообщишь мне. Когда Игорь определится с твоими действиями и будет свободен, мы вечером наведаемся в гости, соответственно созвонившись, и посмотрим, сможет ли он найти то, что ты заныкал.

— Отлично, — поддержал предложение Колотов. — Только думаю, что после того как Лагуткин узнает об эксперименте, его придется долго искать чтобы спросить кто надоумил рассказывать сказки.

— Э, ребята, постойте. Я тоже хочу присутствовать. Может, никогда больше, ничего подобного в жизни не увижу. — Встрял в пикировку Шматко.

— Ну, ты даешь Гена, не думал, что до сих пор в небылицы веришь.

— Плохо, что нельзя устроить тотализатор, — сожалея, произнес капитан, а вдогон добавил, — Серега, ты конечно начальник и близкий друг, но в данном случае интуиция подсказывает надо ставить на Виктора.

— Ах, ты ж гад! — рассмеялся Колотов, — а давай, если не на ту сторону стал проставишся, … скажем три бутылки хорошего коньяка.

— А если окажусь прав? — возмущаясь, пробурчал Генка.

— Тогда, — теперь уже за Шматко впрягся Смирнов, — он покупает самый дорогой букет в цветочном магазине и идет делать предложение.

— Постойте, опять чего-то не знаю! — возмутился Геннадий, глядя на собеседников.

— Ну, даешь, — удивился Виктор, — ты же опер. О начальнике надо знать все, что ему известно о себе любимом и еще немного сверху, иначе никогда не подсидишь.

— Не больно то и надо, — бросил капитан в ответ на последнее замечание, — пусть мучается по полной, — а затем поинтересовался, — и кто же это сумел зацепить на крючок нашего закоренелого холостяка?

— Вот заодно и узнаешь, — смеясь, ответил Виктор, а выдержав паузу, уже обращаясь к Колотову, спросил, — ну что по рукам?

— Да без проблем, тем более что вероятность проиграть у меня одна на миллион.

— Поскольку вопросы, касающиеся дела, откладываются до окончания эксперимента, давайте теперь посидим для души, — предложил Смирнов.

— Не получится, — с сожалением произнес Шматко, глядя на пустую бутылку, сиротливо стоящую на столе.

— Не поверишь, — рассмеялся Виктор, перехватив взгляд приятеля, — в жизни не все так плохо. Как самый молодой сгоняй на кухню, там, в холодильнике, все есть.

Глава 15

Покушение

Самолет, выкатив из ангара, отбуксировали к началу взлетной полосы, где легкомоторный «агрегат» в компании техника ожидал прибытия хозяина. Десять минут спустя через заблаговременно открытые ворота аэродрома проследовала кавалькада черных внедорожников, еще ранее сюда подкатили два микроавтобуса набитые охраной. Высыпавшиеся из них бойцы по давно отработанному алгоритму проверили помещения и взлетное поле на предмет нахождения посторонних, а затем, распределившись по секторам, стали прочесывать прилегающую территорию.

Сегодня был один из тех дней, когда Сапфиров чувствовал себя абсолютно счастливым человеком. С детства Николай Петрович мечтал стать лётчиком, небо влекло и манило, но судьба распорядилась иначе. Высшее образование получал по разумению родителей, а затем, с их же помощью, буквально полетел по карьерной лестнице, перемахивая по несколько ступеней, пока не оказался на значимой должности в администрации президента. Место было «хлебным» с почти не ограниченными возможностями, но относилось к разряду неустойчивых, поскольку при смене руководства даже в промежуточном звене с должностью приходилось прощаться, поскольку новый человек приводил свою команду. Старые кадры, само собой, без работы не оставались, но трудоустраивали их куда попало, оставляя при кормушке, однако существенно урезая рацион. Учитывая это обстоятельство, Николай Петрович с первых дней озаботился о будущем, сколотив разноплановую экономическую империю оформив ее, пока находился на «государевой» службе, на родителей, и сделал все вовремя. К моменту, когда пришлось оставить должность, приватизированные объекты, как и ожидалось, стали приносить прибыль, и расширять влияние и возможности Сапфиров принялся, скупая акции госкорпораций.

Богатство, в которое окунулся по самые ноздри, позволило в легкую реализовать давнюю мечту. Теперь Николай Петрович буквально каждую неделю поднимался в небо на своем, как он называл, «Коньке горбунке» и кружил над окрестностями, забывая обо всем на свете. Стресс и множественные проблемы, терзавшие душу, в этот момент словно растворялись в воздухе, погружая в ощущения беззаботного детства. Из полета Сапфиров возвращался в пьянящем голову состоянии счастья. Он мог не есть и не спать, но отказаться от погружения в воздушную стихию было выше сил этого человека.

Данное увлечение хозяина доставляло охране немало хлопот. Начальник безопасности, бывший полковник Федеральной службы охраны, не раз рекомендовал шефу отказаться от столь не безопасного увлечения, но со временем понял, что это бесполезно и озаботился тем, чтобы максимально обезопасить сие «мероприятие». Одну из ключевых проблем представлял техник, которого можно было подкупить либо запугать. Довольно быстро подобрали высококлассного специалиста, трепетно относящегося к близким родственникам, круг которых был минимален, но при этом умудрившегося нажить серьезные финансовые проблемы. Отказаться от предложенного солидного заработка, причитающегося за обслуживание одного самолета, человеку было сложно. Родных, которых было мало, взяли под наблюдение и охрану, дабы исключить давление через них на фигуранта с одной стороны, а с другой, предупредили, что в случае подстроенной им аварии ответит не только он, но и близкие люди. Самолет охраняли круглосуточно, на аэродроме построили отдельный ангар утыканный камерами. Кроме того внутри на постоянной основе дежурили два человека. Парашют, без которого шеф не садился в кабину, и проверенное топливо хранили здесь же. К вылету на поле доставляли даже личного врача, проверяющего самочувствие хозяина и дававшего окончательное разрешение на полет. Это последнее требование начальник безопасности буквально выбил из Сапфирова, пригрозив тем, что уволится, а поскольку этого человека Николай Петрович не просто ценил, но и доверял ему безраздельно, то под таким нажимом пришлось сдаться.

Пройдя данную процедуру и по традиции поболтав с техником, который на последок, что-то пробубнив под нос, нежно погладил «агрегат» по левой плоскости, Сапфиров, наконец, забрался в кабину. Через несколько минут, опробовав двигатель на разных режимах, он, плавно разогнав самолет, оторвал его от бетонки, погружаясь в сладостное ощущение парения над землей. Чем выше поднимался «Конек-горбунок», тем меньше казались проблемы, оставленные внизу, и под крылом медленнее плыла живая расстелившаяся карта, с вшитыми в нее самыми разнообразными видами жизни. Сапфиров, словно ребенок, каждый раз, взмывая в небо, не переставал удивляться загадочной красоте, открывающейся своими новыми не предсказуемыми гранями.

Николай Петрович вел себя в воздухе весьма корректно и осторожно, избегая ненужных маневров наполнявших кровь адреналином, его опьяняло парение над землей, от чего Сапфиров лишь изредка забирался за низко висевшие облака.

Время полета вышло. Связавшись с вышкой диспетчера, слегка довернув «Конька-горбунка», он со снижением пошел в сторону взлетно-посадочной полосы. До аэродрома оставалось не более минуты лета, как вдруг, пилот заметил поднимающийся прямо по курсу из березовой рощицы квадрокоптер. Благостное настроение улетучилось, словно и не было, уступив место звериному чутью, буквально кричавшему об опасности. Дав полный газ, летчик потянул ручку на себя и в этот момент под самолетом, взмывшим свечей вверх, прозвучал взрыв, как раз в том месте, где должна была быть машина, не прими человек экстренные меры к спасению.

На втором заходе Николай Петрович буквально подкрадывался к взлетной полосе, внимательно осматриваясь по сторонам. Лишь когда самолет коснулся бетонки и в привычном темпе побежал по ней, отсчитывая стыки, он слегка расслабился. К остановившемуся и замолчавшему агрегату бежал народ. Охранники помогли выбраться из кабины и снять парашют. Врач, взглянув на пациента, понял, что его помощь не нужна.

— Ну как, — поинтересовался Петрович у техника, успевшего бегло осмотреть «Конька-горбунка».

— Странно, но цел, рвануло то, знатно, — услышал в ответ.

В этот момент к самолету подкатил один из трех джипов. Начальник службы безопасности, открыв дверь перед шефом, недовольно пробасил.

— Это то чего давно боялся, — и уже, садясь на переднее пассажирское сиденье, обращаясь к водителю, добавил, — меняем маршрут. На старом могут быть заготовленные сюрпризы.

Первое время ехали молча, пребывая под прессом тягостных раздумий. Бессловесную паузу прервал Сапфиров.

— Паша, есть мысли кто?

— И не одна. … Но давайте поговорим, когда доберемся до особняка. Сейчас в дороге всем нужно смотреть в оба, даже мне.

Понимая обеспокоенность начальника службы безопасности, Николай Петрович не стал больше беспокоить человека, пока, оказавшись дома, не поднялись в кабинет, и даже здесь, терпеливо ждал, давая возможность, полковнику собраться с мыслями.

— Начнем с простого, — наконец произнес Павел Александрович. — На подходе три тендера, где мы вне конкуренции. Запланированные суммы солидные чтобы отхватить такой куш могут пойти на многое и не только на увеличение процентов по откатам. А поскольку деньги из бюджета выделяют под конкретного человека, все остальное мышиная возня, вам ли не знать, в этой ситуации перевести поток на себя можно лишь убрав соперника.

— В случае с убийством есть вероятность, что проекты застопорят или свернут вовсе.

— Согласен, риск реальный, но может и выгореть, если чиновники будут уверены что получат свое. Моральными нормами в этой среде никто не оперирует. Более того, один из конкурентов близок к банкротству, чтобы удержаться на плаву, бедолаге тендер необходим как воздух, может пойти на крайние меры.

— Ты о Сергееве? — начальник безопасности кивнул.

— А ведь полгода назад предлагал засранцу продать все активы, причем за хорошую цену. При грамотном управлении из них можно было выжимать не плохой доход. Подвести такой бизнес к пропасти это надо талант иметь. Отказался, хотя, тупо прокручивая средства в банках, не говоря о более выгодных финансовых инструментах, мог жить припеваючи, содержать недвижимость, семью и даже баб, в которых не знает меры.

— Для него важен статус.

— Чтобы обладать им нужно в голове мозги иметь, а не тупой гонор.

— Кроме того скоро совет директоров нефтедобывающей компании, — полковник увел шефа от темы, разговор о которой был исчерпан, — один из вопросов размер дивидендов по результатам работы за год, право решающего голоса за вами. Акционеры не довольны низким процентом выплат, а больше всего опасаются, что как и в прошлом году всю прибыль направят на расширение производства.

— И что, это может толкнуть на такие радикальные меры? Я же пекусь о росте их капиталов.

— Они полагают что своих. А помимо этого у многих проблемы и решить их можно за счет денег, получение которых под вопросом.

— Допустим, хотя верится слабо. … А что еще, уверен самое «приятное» оставил на последок.

— На закуску то с чем никогда не справится. Молодая поросль в высоких кабинетах понимает, что надо озаботиться будущим. Создавать что-либо с нуля муторно, легче отжать готовое. Перераспределение, к сожалению, было, есть и будет, его никто не отменял.

— Постой, но у меня целая куча наследников?

— Ну и что, созданная империя держится на вашем опыте и связях, без них рано или поздно все придет в упадок. То, что это неизбежно, наследникам дадут понять очень быстро, используя административный ресурс. А затем сделают предложение как вы Сергееву. Отказываться в таких реалиях будет крайне глупо. Кроме того, возьмите в расчет приятелей из вашего круга, сидя за одним столом, они милые воспитанные люди, а в действительности готовы на все, чтобы расширить бизнес. Это уже болезнь, — полковник говорил то, что думает, фактически намекая и на шефа, не опасаясь при этом последствий, поскольку именно за это Павла Александровича и ценил Сапфиров, — а сделать это, в условиях нынешних санкций, — добавил он, — проще всего поделив чье-то состояние.

— И что будем делать Паша?

— Начнем расследование, подключу связи, посмотрим, куда кривая выведет, а там будем думать как разруливать ситуацию. В одном убежден даже при самом плохом раскладе нельзя поднимать лапы вверх и сдаваться. Перейдешь на положение жертвы сожрут и не подавятся. А пока усилим охрану, предпримем дополнительные меры повышающие безопасность. Кстати, до того как все прояснится, о полетах придется забыть.

— Да понял уже, будь оно неладно.

— Кстати, есть еще один источник угрозы, но реальность его близка к нолю.

— Так чего не рассказываешь?

— Именно по этой причине. Больше похоже на баловство, а точнее на неисполнимое желание отчаявшегося человека.

— Паша, не темни.

— Тут в сети появилось и стало гулять утверждение, что скоро вы, уж извините, что прямо по тексту, сдохните как ваш братец и его супруга. Пришлось повозиться, но все же, вышли на первоисточник. Мужик шифровался творчески, однако и наши спецы не лыком шиты.

— Кто? — Сапфиров, не мигая, смотрел в глаза полковника.

— Фамилия Смирнов ничего не говорит?

— Забудешь этого паразита. Опять взялся за старое? что дураку неймется, пожалели, оставили жить.

— Да нет. Если помните, когда выводили из игры, замутили комбинацию с детьми сотрудников и коллег, к подросткам никаких мер не предпринимали, просто продемонстрировали возможности, изолировав в одном месте. Всем ничего, а у одного мальчишки толи по этой причине или просто так совпало, начались проблемы с психикой. Родитель — Хохлов Валерий Павлович, журналист криминальных новостей, винит в случившемся вас, но откровенно говоря, проверили, может проклинать и устраивать пакости дистанционно через интернет, не более. Хлюпик, интеллигент без стержня на поступок не способен, мягко говоря, трусоват. Скорее всего, узнал о смерти ваших родственников и решил постращать, разогнав волну.

— Постой, … Александр, — Николай Петрович вспомнил покойного сводного брата, — вроде как, заболтавшись по телефону, выехал на встречную полосу. А что с супругой?

— По предварительным данным самоубийство, но следствие пока не закончено.

— Так нам официальная точка зрения ни к чему. … — Сапфиров задумался, а затем продолжил. — А что если их убили и в такой способ бросили метку, давая понять, что нужно быть сговорчивей. Журналюга, по роду своей деятельности, мог что-то узнать об этом и воспользовался ситуацией, либо его используют, чтобы донести информацию до нас. Нужно с ним поработать, как следует, чтобы выяснить, откуда ноги растут.

— Думаю, с этим пока не стоит заморачиваться.

— Почему? — Николай Петрович опять пристально посмотрел в глаза полковника, ожидая пояснений.

— Если бы было все как говорите, тогда за актом устрашения выдвинули бы какие-то требования, а их нет. Хотя, … начальник службы безопасности на минуту замолчал прежде чем продолжил, — возможно, играют тонко и то чего хотят, озвучат после того как поймем что смерть Александра и Октябрины не случайные события. В этом случае журналиста Хохлова могли использовать лишь для того чтобы подтолкнуть нас к более тщательному расследованию гибели ваших родственников.

— Вот это больше похоже на правду, а то баловство, баловство. Займись этим в первую очередь.

— Да как бы уже начал, — произнес полковник, слегка скривившись.

— Паша, сегодня ты чего-то постоянно не договариваешь, — упрекнул подчиненного Сапфиров, заметив скользнувшую по лицу мужчины гримасу. — Чувствуешь себя нормально?

— В целом да.

— Тогда рассказывай чем не доволен, знаю юлить не в твоих правилах.

— Судьба порой преподносит сюрпризы, — начал Павел Александрович явно из далека, — сегодня уже вспоминали Смирнова именно он ведет журналистское расследование по поводу смерти Октябрины, полагая, что это убийство. Даже написал несколько статей по этому поводу в местной газете. МВД заинтересовано признать суицид, вешать на себя глухаря никто не хочет, а он ковыряет дело, не давая закрыть.

— Полагаешь, с его помощью нам открывают глаза на произошедшее?

— Не думаю. Просто стечение обстоятельств. Проблема в том как взаимодействовать с ним в ходе расследования после того в какой способ убрали мужика из столицы?

— А в этом есть необходимость? — удивился Николай Петрович.

— У нас парни конечно толковые в итоге до сути докопаются, но здесь важен фактор времени, с одной стороны, а Смирнов профессионал более высокого класса. С другой, Виктор Леонидович никогда не останавливается на полпути, найдет не только исполнителей, но и заказчиков.

— Раз так, думай, как решить проблему, в конце концов, смотайся к нему сам.

— Сейчас полагаю не время, может позже.

— Почему?

— Если Самойловых убрали чтобы надавить на вас, тогда сегодняшнее покушение на убийство сюда не вяжется.

— Хочешь сказать, что на меня охотятся два заинтересанта?

— Увы, и тот, что вышел на тропу сегодня, в своих намерениях более опасен.

— Утешил на последок, — Сапфиров рассмеялся, явно испытывая нервный стресс. — Ступай Паша работай, побуду один, подумаю.

Глава 16

Эксперимент

Ближе к концу октября теплые дни встречались достаточно часто, но чтобы при этом на море установился почти полный штиль, Лагуткин не помнил давно. Коллеги по работе удивлялись, как ему удавалось держать в памяти все наиболее яркие капризы погоды в течение года, но когда он напоминал, что при любых обстоятельствах трижды в день выгуливает четвероногого друга, вопросов больше не возникало.

Пройдя по не крупной гальке, застилавшей пространство между последним и предпоследним волнорезами, защищающими набережную, Игорь опустился на небольшой валун в двух метрах от воды. Сегодня здесь можно было не опасаться прибрежной зыби, шелестевшей полированными окатышами, способной, пробравшись к берегу, в коварном броске достать до ног и замочит обувь. В осеннюю пору особенно ближе к сумеркам в этом месте почти всегда была возможность побыть наедине с собой. Шумные компании отдыхающих, заполонявших берег, постепенно «растаяли» вместе с окончанием курортного сезона, а местные любители прогулок по набережной старались не забираться так далеко, опасаясь встреч с обезбашенной молодежью, с которой у Лагуткина проблем не было. Зная крутой норов его собаки, задиристые шалопаи обходили огромного рыжего кавказца стороной, от греха подальше.

Урхан остро чувствовал настроение хозяина, после того как Игорь примостился на камне, пес даже не пытался пойти куда-то а уселся рядом и стал также сверлить взглядом морскую даль. Наступало интересное время суток, на западе солнце еще только провалилось за горизонт, а с востока, хотя пока и еле заметно, но уже надвигались сумерки. Прибрежный шелест воды толи убаюкивал, толи располагал к раздумьям.

Завтра возвращался Холодов, за время отсутствия которого Игоря начали изводить сомненья по поводу целесообразности обладания столь необычными способностями. Поначалу он буквально бредил и искал их, хотя прекрасно понимал, что смысл человеческой жизни никак не связан с ними. Скорее всего это была блажь, странная мечта, манившая неизвестным, которую хотелась поймать как жар-птицу, но после того как она оказалась в руках то через довольно короткий промежуток времени утратила привлекательность, окунув своего владельца в унынье. Для многих такие терзания показались бы глупостью, поскольку возможность заглянуть в прошлое, легко можно было конвертировать в денежные знаки, обретя наряду с этим известность и славу, но этот путь Игорь не просто не рассматривал, а опасался больше всего. Более того, поначалу, с отъездом Холодова, мужчина полагал, что путешествий в иную реальность будет не хватать как воздуха, увлечение ими было чем-то сродни наркотикам, но действительность оказалась иной. Игорь довольно спокойно перенес их отсутствие и более того стал сомневаться в целесообразности. Возвращение Александра Николаевича Лагуткин ждал не для получения доступа к картине, а в надежде услышать ответы на терзавшие вопросы. Он помнил слова Холодова: «Если станешь, на сей не простой путь, обратной дороги не будет». То, что это не простое предостережение стал понимать только сейчас, но не имел представления, в каком виде оно способно проявится.

Сегодня сидение у моря не принесло ни одной толковой мысли. Смеркалось. Пора было возвращаться домой, где уже наверняка супруга была обеспокоена их отсутствием, поскольку прогулка в этот вечер затянулась дольше обычного. «Могла бы и позвонить, — мелькнула в голове мысль и в этот миг, пошарив в карманах, Игорь осознал, что забыл телефон в прихожей». Поднявшись с камня, мужчина, одним словом обрисовал подскочившему на четыре лапы другу предстоящую перспективу: «Домой». Но пес не собирался двигаться с места. Поначалу Урхан просто пристально смотрел в глаза хозяину, как будто пытаясь вызвать угрызения совести, а затем подошел в плотную и стал носом подбрасывать руку державшую поводок. Игорю стало стыдно, погрузившись в свои проблемы, он позабыл, что приятеля надо было отпустить покупаться, тем более что страсть к водным процедурам своему любимцу неожиданно привил сам, буквально на второй день как принесенный с базара щенок оказался в доме.

Тогда, в жаркий воскресный день, всей семьей отправились на море, не для того чтобы выпекаться на солнце как куры гриль а просто, накупавшись вдоволь, охладится и вернуться в квартиру, которая располагалась буквально в трехстах метрах от береговой черты. Мальца можно было на это время оставить дома, но судьба распорядилась иначе, и он вместе со всеми оказался на теплом песке. Первыми в воду отправились жена с детьми, а Игорь остался на берегу, кому-то ведь надо было следить за барбосом и вещами. Пока хозяин был рядом, пес сидел на подстилке и время от времени пытался гавкать на проходивших слишком близко людей, чем привлекал внимание и веселил находящуюся вокруг «публику». Но как только Лагуткин отправился к воде, передав функцию надзора супруге, озорной сорванец, вырвавшись из ее рук, под общий хохот почапал за главой семьи и, миновав участок суши, не раздумывая, поплыл за ним вслед. Увидев полуторамесячного щенка плывущего на глубину, все охнули. Люба в несколько шагов догнала беглеца и вернула пса на подстилку, обтерев полотенцем, но после этого, как показалось Лагуткиным, собака полностью потеряла страх перед этой стихией и водные процедуры стали неотъемлемой частью ее жизни. Заматерев, пес купался в любую погоду и в любое время года, лишь бы хозяин дал добро.

Наклонившись, отстегнув карабин и чмокнув друга во влажный огромный нос, Игорь назидательно пробурчал: «Долго не плавать и близко возле меня не трусится». После чего отпустил ошейник. Девяносто килограммовый пес, получив разрешение, сначала подскочил на месте, выражая радость, а затем, в два прыжка достигнув воды, поплыл в надвигающуюся с моря темноту, фыркая от удовольствия. Лагутки опять опустился на камень, в ожидании пока собака удовлетворит свою страсть к купанию. Через какое-то время Игорь стал волноваться, не слыша всплесков воды, поднявшись на ноги и пристально вглядевшись в водную гладь, но ничего не увидев, громко скомандовал «Урхан, ко мне!» Собака сразу подала голос, а вскорости выбралась на берег прямо напротив валуна. Отойдя на приличное расстояние, пес несколько раз отряхнулся, орошая округу тысячами брызг, и только после этого подошел к хозяину.

Люба встретила штрафников у дверей.

— Совесть есть? — укоризненно взглянув на мужа, произнесла женщина, — ведь знаешь, что переживаю.

— А что со мной случится с такой охраной, — Игорь ласково потрепал еще полностью не обсохший загривок друга и, решив отшутится, добавил, — девок он ко мне не подпускает.

— Была бы проблема только в этом, — на полном серьезе произнесла супруга, — а вдруг сердце прихватит?

— Тогда ходи с нами.

— Боюсь, что придется, вон и телефон дома забыл. … Да, кстати, тут названивал некто Смирнов, свяжись, может что-то важное.

Набрав номер и услышав голос одноклассника, Игорь извинился.

— Витя, прости, забыл телефон дома, выгуливал собаку. Случилось что? — Лагуткин перевел телефон на громкую связь.

— Надо бы переговорить по делу Самойловой, которое обрело другой статус благодаря тебе.

— Так вроде сказал все что знаю.

— Как бы да, но есть вопросы, … желательно не по телефону.

— Это срочно? — Игорю, проштрафившемуся в этот вечер, не хотелось сейчас уходить из дома, дополнительно расстраивая супругу.

— Собственно не горит, но лучше не затягивать. Одно могу гарантировать — ненадолго.

— Где встретимся?

— Минут через десять пятнадцать подъеду к твоему дому.

— Игорь, приглашай человека на ужин, — вмешалась в разговор Любаша.

— Слышишь, — поинтересовался Лагуткин у приятеля.

— Спасибо, но откажусь, не хочу нарушать семейную идиллию.

— Опасаешься собаки? Он в таких случаях закрыт в комнате.

— Да нет. Просто отец приучил все служебные вопросы решать вне дома. Переговорим в машине.

— Как скажешь, жду у подъезда.

Смирнов подъехал довольно быстро. Закрыв за собой дверку со стороны пассажирского сиденья и поздоровавшись за руку с одноклассником, Игорь перешел к делу.

— Рассказывай, … что стряслось.

Взяв небольшую паузу, Виктор принялся излагать аргументы и сомнения Колотова, после этого поведал о том, какой экзамен было решено устроить, чтобы проверить наличие экстрасенсорных способностей.

— Радует одно, что начальник уголовного розыска города толковый, умный мужик. — Игорь покачал головой и рассмеялся.

— Постой, — растерялся Смирнов, — хочешь сказать, что он прав?

— Давай данные, время и дату когда майор прятал вещи в доме.

Назвав нужные числа, Виктор предупредил.

— Игореха, исчезать не лучший вариант, только усугубишь положение. Хорошо, что не затеяли разговор у тебя в квартире.

— А никто прятаться не собирается. — Лагуткин перешел на деловой тон. — Николаевич приезжает завтра в семь утра в десять договорились встретиться в мастерской. У меня выходной, так что если все пойдет как обычно к обеду, максимум к двум у меня уже будет информация. С пяти до полседьмого выгуливаю собаку, так что в семь будь готов забрать меня с этого же места. Поедем в гости к твоим друзьям. Если что не склеится, дополнительно перезвоню. Бывай, до встречи. — Игорь, пожав руку на прощание, выбрался из авто.

Ровно к назначенному часу Смиронов подкатил к подъезду. Увидав ожидающего Лагуткина, мужчина с облегчением выдохнул. Он пока не знал, чем завершится эксперимент, но, то, что Игорь не подался в бега, было не плохим знаком. По дороге болтали, образно говоря, не о чем, до наступления момента истины Виктор не хотел затрагивать больную тему. Через двадцать минут приятели уже стояли у квартиры начальника УГРО. Переступив порог и закрыв за собой дверь, Смирнов познакомил новых друзей с одноклассником.

Не теряя времени, Лагуткин, тяготившийся недоверием, приступил к делу.

— Вещь первая — стреляная гильза от ПМ, стоит сверху на шифоньере, — произнес мужчина, вгоняя в ступор Сергея. — Ставили, залезая на табуретку, которую принесли с кухни. Она и сейчас там, позвольте, схожу.

— Не стоит, — поникшим голосом произнес Колотов.

— Вещь вторая — накопительная карта аптеки, ее засунули между боковушкой и подушкой дивана. — В этом случае Игорь подошел к указанному месту и вынул оттуда карточку. — За третьим предметом придется все-таки идти на кухню. Это купюра, достоинством в тысячу рублей которую положили в морозилку, придавив пачкой пельменей.

— Все, сдаюсь, — подняв руки, проговорил Колотов, глаза которого были полны изумления, — простите, что не поверил.

— Не оправдывайтесь, на вашем месте поступил бы так же. Самому порой чудится, что все это сон, поверить в такое сложно.

Шматко, все это время, молча наблюдавший за происходящим, наконец, обретя дар речи, выдал.

— Не Витя, ну мы с тобой и лохи, нужно было, как следует развести шефа на бабки.

— А мы что сделали, — парировал Смирнов, — вот женится ты у него не то, что на бутылку, на пачку сигарет денег стрельнуть не сможешь.

После этих слов Генка с Виктором громко рассмеялись, а майор почесал затылок.

— Постойте, так вы тут еще помимо дела поспорили на результат?

— Ну, так, самую малость, — улыбаясь, ответил Шматко.

— А я полагал, недоверие было общим.

— Не это инициатива начальника, теперь бедолаге придется жениться.

— Не гони лошадей, предложение то сделаю, а вдруг откажет.

— Ну, мужики, вы даете, — теперь Лагуткин смеялся вместе со всеми, — а вообще если по любви то дело хорошее.

— Тебе виднее из всех ты один женат.

— Кстати, у меня есть еще одна новость. Виктор рассказал о проблемах в расследовании. Вы хотели знать, что было в автомастерской и на месте аварии? Простите, решение принял сам, полагая, что если с машиной ничего не делали то и после столкновения оставшийся у авто полицейский ничего не будет предпринимать. А кроме того, решающую роль сыграло то что место и время происшествия легко отыскал в интернете, а по поводу мастерской необходимой информации не было, забыл спросить, уж больно озадачили проверкой.

— И что увидел? — Задал Смирнов интересовавший всех вопрос.

— Кроме встречной, машин на дороге больше не было, грузовик двигался по своей полосе, легковушка в самый последний момент пошла в лоб, ее хозяин разговаривал по телефону, избежать столкновения было не реально. Патрульная машина появилась очень быстро, буквально летела с мигалкой и сиреной. Водитель фуры пребывал в относительно нормальном состоянии, оперативно оценив обстановку, ребята вытянули и оттащили от машины второго пострадавшего, но ему помощь уже была не нужна. Видимо от увиденного второму участнику ДТП стало плохо. Пытались привести в чувство нашатырем, не помогло. Тогда капитан отправил напарника с ним на своей машине в больницу. И надо сказать поступил правильно, скорую ждали долго, да она, по сути, и не была нужна. До приезда экспертов офицер огородил место происшествия и отгонял зевак. К разбитой легковухе не подходил, ничего вокруг не искал и не поднимал. Так что авто предстало перед специалистами так сказать в нетронутом виде.

— Получается, подтверждается все то, что было и так известно, — задумчиво произнес Колотов, перебив Лагуткина, которому теперь доверял безоговорочно.

— А я, кстати, узнал, парни были не на своем маршруте, — вставил Виктор. — Там недалеко на перекрестке есть кафе, у которого часто ловят выпивших водителей, в основном заезжих, свои знают, что кто-то из персонала семафорит гайцам. За вождение в нетрезвом берут хорошие отступные вот там и пасутся. Вызов приняли от дежурного, поскольку были ближе всех к месту аварии. А вот сообщил о случившемся неизвестный, чей номер не определился так же как в случае с Октябриной. Но поскольку запись разговоров ведется, удалось установить, что это женщина хотя голос был переработан электронным устройством.

— Витя, ты как без ходов выходов в полиции так быстро смог нарыть информацию? — Колотов был удивлен.

— Уметь надо, — улыбаясь, произнес Смирнов, про себя поблагодарив за работу «Саймона».

— Похоже, у нас появился еще один экстрасенс, — делая серьезный вид, произнес Серега, в тоже время, подмигивая Лагуткину.

— Ребята, у вас тут смотрю весело, но меня не дослушали. -

Только сейчас Колотов осознал, что перебил гостя. — Хотя теперь как выясняется это к лучшему. — О чем-то думая, произнес Игорь, удивив фразой присутствующих.

— Может, пояснишь? — Поинтересовался Смирнов.

— Звонок дежурному записан, момент столкновения известен. Как быстро сообщили об аварии? — Вопрос был адресован Виктору.

— Практически сразу.

— И что это значит? — начальник УГРО так же как остальные пока не понимал значение данного факта.

— Машин на трасе до приезда патрульных не было, — размышлял Лагуткин, — стало быть, она находилась где-то рядом, … тогда все срастается.

— Кто она? — не дождавшись пояснений, поинтересовался Шматко.

— Гипнотизерша, та, что на моих глазах убила Октябрину. … Думаю, команда свернуть на встречную полосу поступила от нее по телефону. Там, на месте аварии, буквально преследовало странное однажды испытанное чувство. Все не мог понять или вспомнить где сталкивался с ним прежде, а вот теперь дошло, в квартире у Самойловых и обусловлено оно было присутствием этой не простой женщины.

— Стало быть, версия с участием Сапфирова посыпалась, — с облегчением, произнес Смирнов.

— Ты о чем? — переспросил Колотов, все еще переваривая сказанное Лагуткиным.

— Получается смерть Октябрины не месть за убийство мужа. Киллер один, значит, обоих убрали с «пробега» по общей причине.

— Логично, причем реальный мотив имеется, только у одного человека и, кстати, чтобы нанять такого исполнителя бабки у фигуранта тоже есть. Да и затраты окупаются с лихвой, ничего нового, обычная бизнес-схема.

— Согласен Серега, был не прав, и откровенно говоря, рад этому. Но как будешь доводить дело до конца? Единственная возможность взять исполнительницу и через нее выйти на заказчика. Но, как и где искать? Лица не видел даже Игорь, а если мадам к тому же агент спецслужб, добраться до нее при таком раскладе будет практически не возможно.

Колотов, выслушав тираду, почесал затылок.

— Будем думать, — задумчиво произнес он, хотя по внешнему виду было понятно, сам осознает почти безвыходность ситуации.

— Мужики извините, но помочь больше ничем не могу, — проговорил Лагуткин, разводя руками.

— За что? И так решил кучу проблем, спасибо! — Серега пожал руку Игорю. — Теперь смогу рассказывать детям, что был знаком с реальным экстрасенсом.

— Ты смотри, — рассмеялся Шматко, — еще предложение не сделал, а уже говорит о потомстве.

— Выходит, клиент созрел, — резюмировал Виктор.

— Чего ржете? — парировал майор, — дело то житейское.

Глава 17

Терзания

«Губатый» дул с востока третий день, местные знали, если ветер к вечеру не изменит направление, следующие три дня погода будет такой же. Не смотря на отсчитавшую два месяца осень, тепло не собиралось сдаваться. Правда, ночью, особенно ближе к утру, бывало прохладно, но еще не настолько часто, чтобы изменить общую картину.

— В это воскресное утро, прогуляв четвероногого друга, и перекусив на скорую руку, Лагуткин засобирался по делу.

— Надолго? — поинтересовалась Любаша, поправляя завернувшийся ворот рубахи и пристально осматривая мужа, пренебрежительно относящегося к внешнему виду.

Вопрос, куда? Женщина не задавала принципиально, полагая, что если сочтет нужным, скажет.

— Схожу к Холодову, нужно серьезно поговорить. Вчера из-за проблем, подкинутых Смирновым, не получилось. Если что звони, — Игорь, проверяя, нащупал телефон в кармане и переступил порог.

Люба хорошо изучила супруга, наблюдая его поведение в последние дни, была уверена, у благоверного проблемы, а точнее душевные страдания на почве увлечения эзотерикой. В этом случае Николаевич был единственным человеком способным поставить мужику мозги на место, а посему, тому, что муж отправился в мастерскую к наставнику, Любаша, не показывая вида, откровенно радовалась. Наученная горьким опытом она не пыталась о чем-то расспрашивать, опасаясь того что может дать толчок в ненужном направлении, способном привести к непоправимым последствиям. У Игоря была странная организация психики, в целом будучи весьма спокойным и уравновешенным в быту и на работе, в вопросах своих увлечений он был резок в принятии решений, порой из-за ерунды отказываясь от того чему посвятил уйму времени, наработав определенные результаты. Как итог, очень долго страдал, разорвав с любимым делом, но возвратов к прошлому не допускал принципиально.

Нажав на кнопку звонка, Лагуткин ждал не долго. Александр Николаевич открыл дверь, держа в руках тряпку, которой обычно вытирал пальцы измазанные краской, когда по какой либо причине отрывался от работы.

— Доброе утро. Похоже, не вовремя, — пробормотал под нос Игорь, — уже почти собравшись отступиться от задуманного.

— Заходи, — остановил хозяин, — разговор нужный, знал что придешь.

— Откуда? Вчера и намека не было, — гость, в самом деле, был удивлен.

В ответ Холодов лишь улыбнулся, спрятав лукавинку в уголки глаз. Лагуткина удивило, что мужчина не подошел к мольберту и не продолжил работу, а прошел в угол мастерской, где располагалось два стула, сидя в которых они обычно беседовали.

— Присаживайся, рассказывай что накипело? — дружелюбно произнес Николаевич, усаживаясь поудобнее, чем намекал, что готов слушать долго.

— Откровенно говоря, даже не знаю с чего начать.

— Попробуй с главного, — собеседник опять странно улыбнулся, по всей видимости, ему были известны терзания сидящего напротив человека.

— Говорили же дураку, что с желаниями нужно быть осторожнее могут исполниться. — Раздражаясь на самого себя, выпалил Игорь.

— Не расстраивайся, — рассмеялся Холодов, — победить желания сложнее, чем врагов.

— Так и захотел же почти невозможного.

— Получил, … гордись.

Лагуткин словно пропустил эти слова мимо ушей.

— Раньше была мечта, почти не осуществимая, цель к которой хотелось идти. А теперь что? И самое главное не понятно к чему такое «счастье»?

— Это хорошо, что тебя волнует этот вопрос. У многих он даже не возникает, поскольку надо быть совсем слепым, чтобы не увидеть выгоды, которую можно извлечь из таких способностей. Это сильнейшее искушение, которому практически невозможно противостоять, а ты о нем даже не думаешь. На самом деле, то, что взвалил на себя, — Холодов был крайне серьезен, — это тяжкий крест, который придется нести до конца.

— Александр Николаевич, помилуйте, в путешествиях в прошлое не вижу никакого смысла.

— Твой случай весьма забавен. Силы, наделившие новыми возможностями, явно были осведомлены о будущих терзаниях, поэтому практически сразу, пока не прошла эйфория от произошедшего, показали пример их предназначения.

— Вы о чем?

— Об убийстве женщины, следствие которого пошло в нужном направлении.

— Не понимаю, … возможно, это и важно,

но сколько случаев, когда реальное преступление сами блюстители закона наряжают в суицид, дабы закрыть дело.

— Возражение принимается, но лишь отчасти. Позже, безусловно, смогу объяснить суть по другому, и тогда все станет на свои места, а до этого, вынужден оперировать понятиями полученного тобой образования и сложившегося в связи с этим мировоззрения. Ныне лишь укажу на то, что путешествия в прошлое, как ты их назвал, вываливаются за рамки того что можно объяснить опираясь на привычную логику. А посему, пока будем говорить, вырабатывая суждения, попробуй, как минимум, держать это в голове и не спешить с казалось бы очевидными выводами. — Николаевич на мгновение задумался, прежде чем продолжил. — Вот ты в настоящий момент инженер-конструктор. Прежде чем оказаться на этом месте, в нашей понятной и осязаемой жизни, пришлось пройти несколько ступеней отбора, каждый раз поднимаясь на новый уровень. Сначала школа, после окончания которой, выбрали тех, кто не только хотел, но и способен освоить программу в техническом вузе, но даже они не все дошли до диплома. Высшее образование — новая ступенька и новое сито. Часть не смогла реализоваться и сменила род занятий, кто-то подался в преподаватели в профессии остались единицы, из которых на уровень известного стране генерального конструктора, двигаясь по карьерной лестнице, сумеют добраться считанные по пальцам. У Высших сил своя система отбора, причем более жесткая. В обычной жизни в школу принимают всех, у них, условно говоря, в первый класс, надо умудриться поступить примерно как в институт, только набор крохотный и условия необычайно сложные. Тебе предоставили такую возможность, поставив на пороге освоения необычных знаний, только в отличие от прежних сокурсников, получивших диплом, но не ставших инженерами, возможности свернуть с этого пути нет. Помнишь, предупреждал об этом? — Холодов посмотрел в глаза собеседнику и добавил. — Хотя вариант есть, но он тебе изначально чужд.

— Вы о чем?

— Можешь, используя способности, начать обогащаться.

— И что тогда?

— Того что дали не отберут, таков закон, но на следующем этапе воплощения накажут жестко.

— Постойте, … речь идет об реинкарнации?

— Как бы да, но не в полной мере.

— Поясните.

Холодов на мгновение замолчал о чем-то думая, по-видимому, подбирал аналогию.

— Возьми пшеничные зерна, предупреждаю сравнение весьма условно, часть из них используют в качестве посевного материала на следующий год. Это своего рода пребывание на прежнем уровне, их оставляют в ипостаси того цикла что они уже прошли. Часть расходуют на потребление, и лишь мизерное количество, отобранное по определенным признакам, используют для выведения более совершенных сортов. Что касается существ нашего вида здесь все несколько сложнее. На каждый жизненный цикл человеку предопределено особое предназначение. Не реализовавшим его, но не допустившим недозволенного, дают возможность пройти жизненный урок заново, воплотившись на этом же уровне, как второй год в школе. Дело в том, что наш мир и мир высших сил или если хочешь высших сущностей, связаны друг с другом, то как мы живем, влияет на них, поэтому они и не могут оставаться к происходящему безучастными. Если бы каждый из нас выполнил свое предназначение, на их уровне восстановилась бы гармония, но без человеческой составляющей, без усилий с нашей стороны это не возможно. Ввиду чего они вынуждены воздействовать на нас возможными средствами, воспринимаемыми здесь как нечто сверхъестественное и не только. После смерти отделившаяся от тела матрица оказывается в ином измерении, где в полной мере подвластна их воле, и они решают, в зависимости от пройденного жизненного цикла, как с ней поступить. Ситуация схожая с семенами пшеницы. Могут оставить на прежнем уровне, воплотив в новое тело, или опустить по эволюционной лестнице на несколько ступеней вниз, либо разобрать дефектную матрицу на составляющие, расходовав на строительство чего-то иного. Законы сохранения они вездесущи. — Александр Николаевич на минуту замолчал, давая возможность Игорю переварить услышанное, после чего продолжил. — Но высшие силы, как уже говорил, имеют определенные возможности влиять на происходящее и в нашем мире, в рамках действующих во вселенной законов. Сделать это можно в частности посредством живущего на земле человека, посредством присущего ему сознания и воли или по другому его руками. Таких людей, с которыми у них возникает связь, проникающая сквозь поры двух измерений, не много. Мы с тобой принадлежим к их числу. С одной стороны это дает возможность при следующем воплощении выйти на более высокую орбиту, с другой, в случае ошибок, к нам иное отношение и соответствующий спрос. Наша задача — корректировать происходящее вокруг таким образом, чтобы в их мире это способствовало движению к гармонии. Если ближе к техническим терминам мы своего рода обратная связь, помогающая автоматической системе установить требуемое положение объекта.

— Ого, — Лагуткин громко рассмеялся, — никогда прежде не слышал от вас таких слов, откровенно полагая, что они чужды гуманитарию.

Александр Николаевич, улыбаясь, покачал головой, а затем продолжил.

— В возложенной миссии самое сложное научится видеть, в каком направлении следует развернуть события. Иногда, как в нынешней ситуации, требуется помочь следствию, в другой, напротив, завести в тупик.

— Постойте, как это?

— Представь, что поздно вечером в парке идет человек и вдруг на него нападает некто, оглушив и ограбив. Как бы ты поступил, если бы находился где-то рядом?

— Как минимум попытался бы помешать осуществить задуманное.

— То есть, как порядочный совестливый обыватель, для которого в этом случае все очевидно. Промышляющий гоп-стопом — преступник, и он таки таковым является. А теперь представь что потерпевший на самом деле серийный маньяк, который не случись нападения в эту ночь, замучил бы и убил очередную жертву. Остановив грабителя, ты бы поспособствовал совершению другого более страшного преступления.

— Помилуйте, но в таком случае у меня должна быть возможность предвосхитить ход события, в которое предстоит вмешаться, по сути, предвидеть будущее.

— Вот этому, — Холодов, глядя на собеседника, улыбнулся, — и предстоит научиться. Прогулки в прошлое лишь подготовительный и самый простой урок на пути к главной цели, который до конца ты еще не усвоил.

— А что делаю не так? — Игорь явно был обескуражен не только последним замечанием, но и перспективой, которую буквально обрушил на него Александр Николаевич.

— В первую очередь придется освоить выходы в прошлое без привязки к картине.

— А это возможно? — удивился Лагуткин.

Теперь Холодов громко рассмеялся.

— Безусловно, она была нужна, чтобы в простейший способ настроить сознание на определенный лад, научится отключаться от внешних обстоятельств нынешнего времени. Образно говоря, как опора, позволяющая вновь начинающему ходить сделать первый шаг. Так же предстоит отвязаться и от мастерской, как места где впервые был приобретен нужный опыт, и через которую ты возвращаешься в действительность в надежде на мою помощь.

— Думаю, у меня это не получится, — сознаваясь больше себе, произнес Игорь.

— Как говорят «глаза бояться, а руки делают», — подбодрил Холодов собеседника.

Игорь несколько минут к ряду молчал, пытаясь разложить полученную информацию в голове по полочкам.

— Александр Николаевич, после ваших разъяснений неясностей стало еще больше. — Наконец мужчина озвучил то, что волновало в настоящий момент больше всего. — Теперь не знаю, как быть в ситуациях, где есть выбор.

— Вон ты о чем. Поступай по совести, по мере того как будешь продвигаться в учебе и канал связи с иным миром будет расширяться разовьется интуиция, подсказки будет давать подсознание, а точнее контролирующая тебя через него сила. Как итог, через время сможешь видеть фрагменты будущего и самостоятельно принимать решения. Только никогда не пытайся использовать открывающиеся возможности в личных интересах, этого не прощают. — Холодов поднялся из кресла и, разведя руки, подвел итог. — На данный момент это все. Извини Игорек, нужно закончить заказ, время подпирает. Если хочешь, можешь остаться и отточить умение нырять в прошлое, только с сегодняшнего дня картину больше не дам.

— А как быть?

— Попробуй для начала закрыть глаза и представить ее перед собой или поищи другой способ. — Холодов уже направился к мольберту, но затем, словно что-то вспомнив, остановился. — Кстати, твой новый знакомый скоро женится, супруга родит трех мальчиков, но говорить ему это, сейчас, не стоит. Но самое забавное что данное обыденное событие намного значимее того расследования что он сейчас ведет. Один из сыновей станет величайшим ученым с мировым именем. Причем без твоего умения наведываться в прошлое его рождение было под большим вопросом.

Последние откровения буквально заставили Лагуткина от удивления выпучить глаза.

— Александр Николаевич, ну вы даете,… не ожидал.

— Иди, займись делом, — рассмеялся Холодов.

Глава 18

Кольцо

Выйдя из кабинета Скрябина, Колотов достал смартфон и, активировав устройство, посмотрел время. До закрытия магазина, который порекомендовали, оставалось чуть более трех часов. Можно было половину этого времени пошарахатся по управлению, решая неотложные дела, а затем не спеша успеть в ювелирку, хоть и была она в другом районе города, но располагалась сравнительно не далеко. Зашагав по коридору, майор намеревался заглянуть к операм, которых было чем озадачить. Открыв дверь, Сергей окинул взглядом помещение. Глазам открылась небывалая картина, все «шалопаи» были на месте и работали с документацией, на что обычно не хватало времени и которую все дружно подгоняли к концу месяца, поскольку начальство, не редко получавшее по шапке за недоработки в области эпистолярного жанра, могло сорваться и лишить премии за отсутствие какой либо абсолютно не нужной бумажки. Хотя, относительный порядок в делах не был гарантией от финансовых издержек, достебатся, по большому счету, могли до чего угодно. Вспомнив о том, как тяжело заставить себя взяться за эту рутинную работу и что в случае если оторвут вернуться к начатому почти не реально, Серега решил — оставить подчиненных, по крайней мере, до конца рабочего дня в покое, правильней, в этой ситуации, было подкорректировать собственные планы.

— Геннадий Федорович, загляните ко мне, — обратился майор к Шматко, — долго не задержу.

Как только капитан закрыл дверь кабинета, Колотов, отбросив фамильярности, продолжил.

— Гена, … нужно отлучиться, думаю с концами. Остаешься за старшего. Только что от шефа, коли не случится чего-то сверхъестественного искать не станет. Будет спрашивать кто другой, я в «поле». Ну, не мне тебя учить.

— А на самом деле? — улыбаясь, поинтересовался Шматко, помня шутливое наставления Смирнова о том, что начальника по возможности следует плотнее держать под «колпаком».

— Много будешь знать, скоро состаришься, — осадил Серега подчиненного, но затем, смягчившись, добавил, — это ж по вашей милости придется делать предложение, а на таком мероприятии, насколько понимаю, одними цветами не обойтись, нужно хоть какое-то колечко. Поеду, прошвырнусь по магазинам.

— Сергей Анатольевич, — делая серьезный вид, проговорил Шматко, — это дело важное и нужное. Если что могу еще и завтра побыть за старшего — добавил Гена, под конец, расплываясь в улыбке.

— Да иди ты ….

— Куда изволите?

— Работать, … в смысле возвращайся к служебным обязанностям, а то не успею порог переступить, всех как ветром сдует.

Выйдя из управления и плюхнувшись на сиденье служебного авто Колотов выехал со стоянки на центральную улицу и непривычно медленно покатил между обрамлявших проезжую часть тротуаров. Мысли путались в голове, но, в силу отработанной привычки, глаза держали обстановку под контролем, благодаря чему и заметил бредущего вдоль сквера Смирнова. По всему походило, что Виктор решает на ходу очередной ребус. Слегка обогнав приятеля, Серега, припарковавшись впритирку к бордюру и наклонившись на пассажирское сиденье, открыл дверцу. Остановка в этом месте была запрещена, но майор мог себе позволить иногда нарушать правила. Следовавший за ним патрульный экипаж, зная кому принадлежит машина, даже не стал останавливаться, сидевший справа сержант лишь слегка наклонившись убедился что за рулем действительно начальник УГРО.

— Витя, … садись, подвезу, — громко окликнул Колотов идущего по тротуару человека.

— Привет, вот повезло, — пробормотал Смирнов, присаживаясь в авто.

— Да не похоже чтобы куда-то спешил.

— Не о том думаешь, хотел звонить договариваться о встрече.

— Что-то накопал? за тобой же не поспеть, — улыбаясь, обронил Серега.

— Пока нет. После встречи с Лагуткиным пытаюсь обкатать основную версию, а там нюансов тьма тьмущая. Хотелось бы обсудить.

— Так закрывай дверь рассказывай.

— Ты куда ехал? — поинтересовался Виктор.

Колотов нехотя открыл перед другом карты, будучи убежденным, что разговор по делу важней покупки кольца.

— Значит так, — начал проговаривать план действий Смирнов, — сейчас едем в магазин, выбираем украшение, это задача номер один, остальное может подождать. Потом ко мне, обмоем покупку и обсудим проблемы. Да, позвони Гене, пусть подтягивается, как говорится одна голова хорошо, — Виктор не закончил фразу за него продолжил Колотов.

— Две лучше, а три так вообще змей-Горыныч. … Хорошо, пусть будет по-твоему, — согласился майор.

— Да, кстати, а размер то знаешь?

— Чего?

— Кольца.

— Вот чудило, об этом совсем не подумал, да и ее не спросишь, сразу поймет, что к чему. Какой выход?

— Вызвать повесткой и откатать пальцы, — рассмеялся Смирнов, а затем погодя добавил, — но думаю, вариант есть. Яков Самуилович не ровно дышит к дорогим украшениям, мне-то, на ком какие сережки по барабану, а он замечает все. Однажды, увидел у сотрудницы перстень, что поразило, не глядя на клеймо, назвал завод изготовитель и года когда изделие выпускалось. Оказалось что своего рода редкость, доставшаяся барышне по наследству. Так помимо этого назвал точный размер и порекомендовал слегка растянуть у ювелира, чтобы в будущем не пришлось разрезать. Хозяйка согласилась, сказав, что уже сейчас снимает с трудом, хотя, как по мне, кольцо сидело на пальце свободно, проблема там оказалась в суставе, и Гольцман навскидку увидел даже этот нюанс.

— А что можно попробовать, сейчас напряжем старого ловеласа, — шутя, проговорил Колотов, найдя нужный номер в записной книжке телефона.

— Здравствуйте Сергей Анатольевич, — официально поздоровался главный редактор газеты, не имея представления, чем обусловлен звонок, — могу чем-то помочь?

— Яков Самуилович, вы помните Леночку официантку из кафе, где мы балуемся курочкой гриль?

— Я даже знаю о вашем особом расположении к этой девушке, — настороженно произнес Гольцман, все еще не понимая причину звонка начальника УГРО.

— Не буду ходить вокруг да около, еду покупать кольцо, боюсь прошибить с размером знаете ли не специалист. Поможете?

— Ах, вон вы о чем, — с облегчением произнесли на той стороне провода. — Сереженька, — старик явно расслабился, — вы нашли редкий бриллиант и поступаете совершенно правильно, поверьте моему жизненному опыту.

— Яков Самуилович, — оборвал тираду Колотов, — об этом мы с вами обязательно поговорим, но в следующий раз, — добавил майор, не желая обижать собеседника. — По делу можете что-то сказать?

— А как же. Безымянный палец шестнадцать с половиной семнадцать, вторая цифра так сказать с запасом, ориентируйтесь на нее, не прогадаете.

— Спасибо, выручили, с меня коньяк и курица.

— Да будет вам, главное не забудьте на свадьбу пригласить.

— Это если не откажут.

— Не переживайте, могу поспорить все будет хорошо.

— Ну, ты Витек даешь, даже не знаю, чтобы без тебя делал, — покачал головой Сергей, нажав отбой на телефоне.

— Чего сидим, заводи, едем в магазин.

— Через двадцать минут приятели выбрались из машины, припарковавшись на маленькой стоянке у ювелирного магазина.

Внутри посетителей встретили две миловидные девушки и охранник, с улыбкой поздоровавшийся с Колотовым за руку.

— Валера, смотрю, на пенсии можно тоже неплохо устроиться, — Сергей кивнул бывшему участковому на барышень в торговом зале, — утонченное окружение, богатый антураж.

— Уволишься, милости прошу, замолвлю словечко, чтоб взяли сменщиком, — отшутился знакомый.

— Хотелось бы в банк, чтобы хоть на старости лет посидеть возле больших денег, — в тон ответил майор.

В этот момент одна из барышень, вышедшая из-за стойки, решила перенацелить вошедших на то ради чего заходят в их магазин.

— Какие проблемы привели к нам? Нужен подарок? — проговорила девушка бархатным голосом, переключив внимание на себя.

Продавщица знала, женщины могут посетить магазин, чтобы поглазеть или даже примерить украшения абсолютно не намереваясь их покупать, а вот мужчины, как правило, заглядывали сугубо по делу и редко уходили с пустыми руками.

— Нам нужно кольцо. — Ответил за приятеля Смирнов, видя, что тот немного растерялся.

— Обручальное?

— Надеюсь, что скоро приедем и за ним, а пока моему другу предстоит делать предложение и хотелось бы произвести впечатление.

— Понимаю. Идеальный вариант для такого случая изделия с бриллиантами. Прошу вас пройдите со мной.

Барышня проследовала к одной из витрин и, вынув из нее, положила перед покупателями большую палетку с кольцами, сверкавшими вставленными каменьями. Теперь растерялся Виктор, как по нему все были хороши или точнее одного плана, но он точно знал, что для женских глаз все разные и какое-то, несомненно, лучше других.

— Ну и как будем выбирать? — обратился мужчина к Колотову.

— Да, задача. — Качая головой, улыбнулся Сергей, — а давай задействуем специалиста. Девушка скажите, какое кольцо из всего этого богатства вы хотели бы получить по такому случаю?

— Вот это, — барышня, не раздумывая, указала на кольцо с одним камнем. — Здесь самый крупный бриллиант, причем отменной чистоты. В изделиях, попадающих в магазины, встречается, крайне редко, чтобы стать обладателем такой вещицы можно, разве что заказать. Но есть один нюанс, оно в единственном экземпляре, и я не знаю, подойдет ли вашей даме семнадцатый размер.

Мужчины подозрительно переглянулись.

— Серега ты веришь в магические знаки, по-моему, это судьба.

— После встречи с твоим одноклассником попробуй не верить.

В этот момент к разговору подключился охранник.

— Анатольевич бери, не прогадаешь, Алочка знает в этом толк.

— Так мы уже созрели, — улыбаясь, ответил Колотов.

Рассчитавшись на кассе по карте, Серега с приятелем вышли на улицу.

— Звоню Шматко, — достав телефон, уведомил майор друга.

— Гена, — произнес он, услышав голос в трубке, — через полчаса будем у Виктора, подтягивайся есть разговор.

Бутылку откупорили, когда вся троица была в сборе.

— Показывай что прикупил, — капитану явно не терпелось увидеть кольцо, — ого, знатный камень в фундамент семейной жизни, — шутя, произнес молодой человек, качая головой. — За что выпьем.

— Чтобы покупка не оказалась бессмысленной, — с небольшим нервным напряжением произнес Серега, сомневающийся в согласии избранницы.

— Пьем за то, чтобы кольцо скрепило ваш союз на всю жизнь. — Поправил друга Смирнов.

— Согласен, хороший тост, — вставил свои три копейки Шматко.

Опрокинув рюмки, ребята поставили их на стол.

— А теперь давайте о деле, рассказывай Витя, что тебя напрягает.

— После встречи с Игорем основной версией двух заказных убийств стали бизнес интересы мэра города, только у него существует реальный мотив. Раскрыть преступление возможно, поймав исполнителя, хотя это лишь половина дела, потребуется изловчиться и заставить сдать заказчика. Но даже с первой половиной море проблем. Как искать киллера, зная о нем лишь то, что это женщина-гипнотезер?

— Постой, но Сопунов ее как-то надыбал, — уточнил Гена, — а что если для начала прокачать возможные пути выхода на специалистов такого типа.

— Согласен, более того, даже прикинул направления, по которым следует искать, кое что запустил в работу, но легче не стало. Когда думал что интересант Сапфиров предполагал что человека прислали из спец структур федерального уровня, поскольку у него там очень обширные связи. Ваш же градоначальник птица не того полета.

— Хотя, каналы могут быть, с такими чудесами уже сталкивались. Так что этот вариант как таковой исключать нельзя, — перебил друга Колотов.

— А никто и не собирался, — добавил Смирнов, давая понять, что его рано перебили, — полагаю местная служба безопасности не при делах. Здесь нужны надежные связи в центральном аппарате. Как ни странно в нынешнее время через социальные сети, где люди выкладывают о себе, что не попадя, отыскать их проще, чем прежде. Сам включился, озадачил помощника, шерстим страницы родственников, одноклассников, однокурсников, пересечения по бизнесу с известными жителями столицы даже случайные контакты на отдыхе, благо люди нынче повернуты на фото. Объем работы огромный, можете подключиться, глядишь, кто что зацепит.

— Хорошо, предположим, найдем ниточку, а что дальше? Как потянуть, — поинтересовался Шматко, — это все равно, что дергать тигра за усы.

— Гена, не беги впереди паровоза, отыщется что, тогда и будем думать, — приструнил подчиненного майор.

— Да он по большому счету прав, — вступился за приятеля Виктор, — я вон на такие грабли наступил, хорошо жив остался. Одно радует, вероятность выхода Сопунова на вершину пирамиды спецслужб не высока. А кроме того нет уверенности что структура содержащая таких специалистов в ФСБ вообще существует, проверить весьма сложно, но будем пробовать.

— Стало быть, есть и другие варианты, — поинтересовался Колотов.

— Градоначальник мог найти выход на киллерский синдикат. В этом случае главный вопрос, занимались ли такого рода конторы, существующие в стране, подобного рода устранениями? Доказать такие убийства сложно, и все же, хотелось бы знать, были ли прецеденты? Чтобы иметь представление от чего плясать. В былые времена, используя связи в Москве, без труда нашел бы информацию, а теперь проблема.

— Думаю, этот момент возьму на себя, — задумавшись, проговорил Колотов, — прозондирую по имеющимся каналам.

— А что если гипнотизер кто-то из местных, ввиду каких либо причин взявшийся за выполнение подобного задания? — Предположил Шматко.

— Верно мыслишь, Гена, — похвалил друга Смирнов. — Однако здесь есть целая куча но, — добавил он, давая понять, что над этим вариантом тоже думал. — Все кто обладает гипнозом на соответствующем уровне на учете. Ровно по этой причине киллерские конторы, полагаю, не заморачиваются на столь эксклюзивные способы устранения, можно легко спалить всю организацию. Подобное способно позволить себе лишь государство. Кстати, случаи, когда чиновники и представители бизнеса высшего эшелона выходили в окно, имеются. И тут, если следовать логике, всё возвращается на круги своя. За столь изысканным способом ликвидации вероятнее всего стоит спецслужба, причем на предельно высоком уровне, до которого Сопунову, пожалуй, не дотянутся, хотя и попробуем проверить, но чует сердце, упремся в тупик.

— Ты о чем, — не до конца уловив суть последней фразы, поинтересовался Сергей.

— Если не Сопунов то придется понять, зачем ФСБ потребовалось ликвидировать бизнесменов по меркам государства даже не средней руки, проще было подключить налоговую, которая сожрала бы клиентов с потрохами, учитывая витиеватости нашего законодательства, подведя под реальные сроки. Согласись загадка та еще. — Смирнов замолчал, а затем добавил, — интересно получается, подсказка Лагуткина открыла глаза на то, что оба случая — убийства, но путей выйти на исполнителя, а далее на раскрытие дела не просматривается.

— Не вешай нос Витя, будем работать, иногда решение большой проблемы самым необъяснимым образом приплывает в руки, ну и «глухари» пока никто не отменял.

— Спасибо, утешил.

— Кстати, не ты ли в магазине заговорил о знаках судьбы. Думаю, появление в деле твоего одноклассника сильный аргумент за то, что докопаемся до истины. А на данный момент озадачу всех еще больше. Сегодня был у шефа, обговаривали нашу основную версию, он собственно не исключает такого хода событий, но настаивает, чтобы не крутились лишь вокруг нее.

— Сам то, что ни будь, предложил? — поинтересовался Гена.

— Скрябин калач тертый, он конечно в определенной мере ходит под городским начальством и имеет свои интересы, но и в розыске опыта у него больше нашего. Так вот, Константинович предлагает помозговать над тем, не может ли это быть попыткой свалить градоначальника. Сейчас в городе намечается несколько федеральных проектов, средства выделят не малые, желающие порулить, имеются.

— Намекает на подставу?

— А почему нет?

— Уж больно сложно, задачку можно решить проще и эффективнее. А тут расследование упирается если не в тупик, то в неразрешимые проблемы. Хотя как вариант исключать нельзя. Тогда и уровень интересанта должен быть выше Сопунова, с выходом на спецслужбы.

— А что ели кто-то сверху решил пристроить чадо на управленческий трамплин. Будет отметка в личном деле — руководил городским округом, а попутно и деньжат срубит. — Высказал свое мнение Шматко.

— Ай да Гена, — опять похвалил приятеля Виктор, — мысль толковая, тогда в скором времени должны всплыть факты способствующие расследованию, но оценивать и проверять их надо будет с особой щепетильностью.

— Стало быть, пока копаем и ждем. Благо теперь, под видом поиска конкурентов Сопунова, нам с Геной можно смело рыть информации и на него, — подвел итог Колотов.

Глава 19

Нежданный визит

Всю ночь моросил дождь, прекратившийся ближе к рассвету. С вечера сложилась идеальная погода для того чтобы выспаться, но Смирнов привык работать по ночам, сначала в силу того что совмещал службу с журналистскими расследованиями, которыми по совести можно было заниматься после окончания ненормированного рабочего дня. А затем, когда ушел из Следственного комитета и мог распоряжаться временем по своему усмотрению, почему-то сместил обдумывание сложных проблем на эту часть суток, безусловно, в том случае если для этого необходимы были, лишь мозги и компьютер. Вероятнее всего произошло это в силу того что решение не простых задач требовало тишины и покоя, наступавших по мере того как основная часть жителей ложилась спать, и шум городской жизни если и не исчезал полностью то опускался до минимального уровня, когда практически не мешал.

Усталость свалила Виктора ближе к пяти. Конечно, собрав волю в кулак, можно было работать и дальше, но нынешняя ситуация таких жертв не требовала, а кроме того продуктивность упала до плинтуса. Свалившись в постель, мужчина тотчас уснул. Обычно в подобной ситуации изможденный организм вырубал сознание и подсознание полностью, словно лампочку выключателем, просто погружая в темноту, но сегодня мозг стал наполняться довольно странными видениями.

Тучи, принесшие осадки, излив положенное на землю, неподвижно висели над городом до десяти утра, пока неожиданно разгулявшийся ветер не отогнал их в сторону, открыв возможность солнцу залить округу ярким светом. Наконец лучи, по мере того как огненный диск взбирался на небосвод, медленно скользя по подушке, добрались до закрытых глаз полуночника. Виктор перевернулся на другой бок, пытаясь продлить блаженную истому, но было поздно, сон уже улетучился.

Глаза еще были закрыты, когда молодой человек вспомнил поразившее в дремоте видение. Он стоял на большом плато обрамленном скалами, сквозь которые, в трех местах, изгибаясь и порой исчезая из поля зрения неизвестно куда, ускользали довольно нахоженные тропы. Высота и сильные порывы ветра, способные не дать спустится вниз, не пугали его. Опасность крылась в другом. Недалеко от ног ворочался, завораживая узорами на спинах своих обитательниц, огромный клубок змей. Виктору казалось, что стоит лишь пошевелиться, как они все скопом набросятся на него, страх сковал тело и в этот миг одна из них, толи походившая на степную гадюку, а если нет то, по крайней мере, известная во сне тварь, выбралась из своего окружения и поползла к ногам. Смирнова поразило то, что он абсолютно не испугался, оставаясь на месте и даже не предприняв попытку спастись бегством. Это видение внезапно сменилось другим, его Виктор не помнил, но именно оно не позволило узнать, во что развилась встреча со змеей. Уже открыв глаза, вспомнил, что сегодня пятница, а стало быть, если верить утверждениям бабушки по материнской линии, разгадывавшей сны всей округе и уже, к сожалению, ушедшей в мир иной, сон вещий.

Поднявшись на ноги, мужчина побрел в ванную где, приняв холодный душ, окончательно пришел в бодрствующее состояние. Салаты, заказанные вчера днем и покоившиеся в холодильнике, сегодня позволили не заниматься приготовлением завтрака, а стоявшая на столе профессиональная кофе-машина исключала былые бдения над туркой, готовя довольно приличный напиток. Не спеша перекусив и посмаковав живительную жидкость, Смирнов, было, направился к рабочему столу, но в этот момент в дверь позвонили. По работе и с друзьями Виктор обычно связывался по телефону, с соседями пока не раззнакомился, в силу чего нагрянуть в гости никто не мог и это насторожило. Подойдя к двери, мужчина посмотрел в глазок и впал в ступор. На пороге квартиры стоял полковник Рожков Павел Александрович, начальник службы безопасности Сапфирова и по совместительству правая рука последнего. Именно этот человек нашел способ, как убрать Смирнова из столицы, параллельно отодвинув от расследований. Сие обстоятельство, приправленное тем, что именно данный персонаж изложил Виктору условия ультиматума, вызывало в душе непреодолимое чувство неприязни, но был во всем этом один момент заставлявший испытывать попутно некую благодарность. Ведь могли не изгаляться и просто грохнуть, решив проблему в легкую. Возможно, по этой причине Виктор, не раздумывая, открыл дверь, тем более что играть в прятки не имело смысла. То, что хозяин дома знали наверняка, в современных условиях для этого не требовалось устраивать слежку, достаточно получить геолакацию телефона да прозвонить на него, чтобы, дождавшись ответа, быть уверенным — аппарат у владельца и его не забыли, скажем, у любовницы.

В этот раз полковник был без пары крепких парней, что так же показалось весьма странным.

— Чем обязан? — Смирнов стоял в дверном проеме, не позволяя «гостю» войти. — Скажу откровенно видеть вас абсолютно не рад. Оговоренных условий не нарушал, или возникли новые?

— Можете о них забыть, появится желание, возвращайтесь в столицу?

— А что так? — Этой новостью Рожков явно ошарашил Виктора.

— Давайте все-таки поговорим внутри, и не будем посвящать в перипетии наших отношений соседей.

Подобная перспектива явно не входила в планы хозяина квартиры, и ему пришлось посторониться.

— То, что живу сам, знаете, прислугу не держу, работаю, в том числе и по ночам, только что встал, так что к приему столь высокой особы не готов, — Смирнову было неловко за беспорядок в квартире. — Выбирайте место, каким не побрезгуете, и присаживайтесь.

— Спасибо. — Полковник опустился в кресло у журнального столика.

— И чем же вызван визит да столь шикарное предложение?

— Все течет все изменяется, обстоятельства сложились так, что вынужден обратится за помощью.

— Что? Теряете хватку. Думаю, вашему шефу это не понравится.

— Так собственно он к вам и отправил.

Глаза Виктора от услышанной новости буквально округлились.

— Это уже более чем интересно. Давайте помолчу, а вы рассказывайте.

— Недавно в интернете стала муссироваться информация, что Николай Петровича в скорости постигнет участь родственников. А поскольку вы, хоть и опосредовано, задействованы в расследовании, службе безопасности стало интересно, что знаете по этому поводу?

— Павел Александрович, принимая в расчет ваши возможности, абсолютно уверен, что уже ознакомились с делом. Причем провернули это через местное руководство — начальника УВД полковника Скрябина, который не поставил в известность подчиненных, иначе об интересе к происшествию посторонних мне бы сообщили. В силу чего, полагаю, в курсе, никакой связи между смертями Александра и Октябрины с вашим шефом не просматривается. Разве что, в свете сказанного уже вами, так в виде версии, могу допустить, что существует некий мститель, слетевший с катушек и решивший поквитаться с господином Сапфировым, благо поводов предостаточно. Но если полагаете что это я, то разочарую, приехали не по адресу.

— Браво, Виктор Леонидович, смотрю, хватку не потеряли. На счет Скрябина попали в точку. А почему считаете, что мститель не в себе?

— Тут все совсем просто, — Смирнов явно был удивлен тем, что гость не понимает таких простых вещей. — Даже профессионалу добраться до вашего шефа при столь грамотной охране весьма сложно. А он решил убить ни в чем не повинных людей лишь для того чтобы нагнать страха на жертву, тем самым кратно усложнив себе основную задачу. Но это в том случае если упомянутая версия верна и такой человек действительно существует.

— Так вот и навестил вас за тем, чтобы помогли во всем разобраться.

— По этой причине и привезли решение об амнистии? Откровенно говоря, сотрудничать абсолютно не хочется, но вы же, так или иначе, в покое не оставите.

— С вами приятно иметь дело всё понимаете без лишних слов.

— Тогда, если рассчитываете на взаимность, играйте в открытую и для начала выложите все карты на стол, иначе ничего не получится. Вы сказали об информации в интернете, не поверю что не нашли первоисточник.

— Некто, Хохлов Валерий Павлович.

— Валерка? … В той кутерьме, что затеяли с детьми сотрудников, у него пострадал сын. Мотив у мужика, безусловно, есть, но вот возможностей и самое главное духу, чтобы решиться на подобное, думаю нет. Полагаю, натолкнулся на определенную информацию и решил, воспользовавшись моментом, налить, как говорят, сала за шкуру, разогнав волну, не более.

— Придерживаюсь такой же точки зрения. Хохлов одержим, и продолжает собирать компромат на шефа, но по большому счету все попадает в разряд новостей желтой прессы это даже не комариные укусы. В отличие от вас действительно не опасен, проверяли. Но персонаж натолкнул на мысль, что возможно существуют силы, для которых смерть родственников Николая Петровича определенный шаг в достижении неких целей.

— Так, с этого момента, пожалуйста, подробнее и на чистоту. Раз заговорили, стало быть, есть определенные соображения.

— А как же. … — Полковник задумался, прежде чем продолжил. — Неизбежные изменения в коридорах власти приводят к перераспределению полномочий, некие группы их утрачивают другие напротив, приобретают, что выливается в несоответствие материальных активах. В связи с чем, со временем, у тех, кто набрал силу, появляется желание устранить диспропорцию. Есть предположение что, убрав Самойловых, шефу дали понять — стоит чем-то пожертвовать, чтобы не потерять большего.

— Да, … время не щадит никого. Стало быть, Акелло постарел, — произнес Виктор с некоторым сарказмом, после чего поднял руку, давая понять, что думает.

Совсем неожиданно к Смирнову притекла наиболее правдоподобная версия, почему спецслужбы высшего эшелона оказались задействованы на совершенно не свойственном им уровне «пищевой» цепочки. Какое-то время он молчал, прикидывая какой информацией следует поделиться с визитером, а о чем следует промолчать. Кроме того, с участием в деле Сапфирова у него появлялась возможность, задействовав потенциал этого человека и его службы безопасности, раскрыть столь не простое дело.

— Павел Александрович, позвольте поинтересоваться, что будет, если узнаете что случившееся с родственниками шефа, — Виктор хотел сказать — хозяина, но сдержался, — заказ сверху?

— Чтобы выстраивать план противодействия, этого мало, требуется понимать, какому противнику противостоишь.

— Стало быть, потребуется найти заказчика?

— А как же.

— Это хорошо.

— Понимаю, рассчитываете на помощь?

— А почему нет раз цель общая. Тут как в случае с небезызвестной овцой, выдернешь клок другой, глядишь пазлы и сложатся.

— Надо полагать, судя по вопросу, версии в этом плане уже имеются?

— Обижаете. … Исполнитель в этом деле весьма необычный — гипнотизер. Согласитесь для местных разборок персонаж экзотический, а вот у спецов наверху такие люди в обойме имеются.

— Это установленный факт или предположение? В бумагах напрямую упоминаний нет.

— Видно читали бегло, иначе намётки бы заметили.

— Просмотрел по косой, пока переснимал на телефон. Рассчитывал подробнее разобраться позже.

— Там складывается интересная цепочка, — Виктор понимал, раскрывать Лагуткина не имеет права ни при каких обстоятельствах, поэтому зашел из далека, собирая в кучу имеющиеся в документах факты. — Началось все с тумбочки, перекочевавшей из спальни в зал и ставшей для Октябрины ступенькой к окну. На ней не оказалось отпечатков, стало быть, потерпевшая ее не двигала. Отсюда вывод, без помощи здесь не обошлось, и в момент разыгрываемого самоубийства в квартире был посторонний. Преступник работал в перчатках чтобы не оставить следов, он и предположить не мог что в этот день утром приходящая домработница тщательно обтерла тумбочку, убрав с нее все прежние пальчики.

— Да, случайности в жизни порой имеют решающее значение, — качнув головой, произнес Рожков.

— Записка была написана на части листа. Второй половины не нашли, да и зачем было экономить бумагу уходя из жизни. Экспертиза почерка показала, что автор не прибывала в возбужденном психическом состоянии. Заметьте, буквально за минуту, перед тем как выбросится в окно, и уже приняв такое решение. При этом в крови Самойловой не обнаружено ни алкоголя, ни наркотиков. Единственное чем это все можно объяснить — гипнотическим воздействием, которое мог осуществить присутствующий в квартире человек. В общую картину вписывалось еще одно обстоятельство. В подъезде находится консьерж, пропускающий лишь жильцов или с их разрешения гостей под запись в журнале. Ни до не после прихода Октябрины посторонних не было. Гипнотизеру же пройти «незамеченным» труда не составляло. Позже стало известно, что Самойлова собиралась в театр с любовником, который ее так и не дождался, не доехала всего ничего. Ушла с маршрута, есть видео с камер, после странного звонка абонента, чей номер не определился. Машину оставила в соседнем дворе и домой отправилась пешком. И вот тут самое интересное, есть свидетель, не только опознавший ее, но и видевший идущую за ней женщину, с которой заговорил стоя лицом к лицу и все, память словно стерли. Перед самым происшествием был второй звонок, такого же плана, по которому жертва, как полагаю, впустила убийцу в квартиру. Ну и вишенка на торт, Александру, в момент столкновения, пришел звонок от неизвестного, посредством которого, думаю, и была дана команда свернуть на встречную полосу.

— И из всего этого сделали вывод, что заказчик не местного уровня?

— Это лишь одна версия, но по типу исполнения наиболее правдоподобная.

— Остальными поделитесь?

— Могу, хотя, без особых проблем, ваши люди сами выработают их, но раз так, давайте договоримся никак их не афишировать, может навредить следствию. — Соглашаясь, Павел Александрович кивнул. — Очевидный мотив есть у местного градоначальника Сопунова Николая Матвеевича. В случае гибели супругов человек становится по уставным документам единственным владельцем местной финансово-промышленной группы, практически поглотившей весь город. Кроме того, Юрий Константинович Скрябин, с которым, как выяснилось, вы теперь знакомы, полагает, что Сопунова возможно подставляют. Городу перепадает солидный куш из федерального бюджета, а охочих попилить деньги у нас всегда хватало. Но, так или иначе, выйти на заказчика можно лишь через исполнителя. Пока ищем варианты выхода. Если это случайный человек не связанный со спецслужбами, вероятность чего критически мала, то шансы еще есть, в противном случае, сами понимаете.

— А если поможем? Что нужно в первую очередь?

— Информация о том существует ли ныне группа чистильщиков. Возможно, расформирована, тогда все что известно о составе, больше всего интересует женщина гипнотизер и кто курировал.

— Виктор Леонидович, это даже не совсекретная информация. Попробуем но ничего обещать не могу, а кроме того подобные подразделения расформировывают особым образом, каким, надеюсь, понимаете.

— Согласен, но и публика там не простая изначально осведомленная, что может произойти в итоге, возможно, кто-то сумел извернуться и соскочил с подножки несущегося в пропасть трамвая.

— Добро. Тогда встречная просьба. Если поймете что заказчик мер города, дайте знать.

— А вы что не собираетесь вести параллельное расследование?

— Сейчас не до этого есть проблема поважней. На Николай Петровича недавно было совершено покушение, прежде всего следует разобраться с этим. Пока не понятно было ли убийство Самойловых попыткой надавить на шефа, если да, то для организовавших это, его смерть не нужна, и за попыткой устранения стоят иные люди. Вот их в первую очередь и предстоит найти.

— А что если ликвидация родственников Сапфирова сигнал не ему, а наследникам, чтобы легче расстались с тем, что в итоге упадет в руки.

Рожков молчал буквально минуту.

— Да Виктор Леонидович, голова у вас работает отменно, мы оговаривали вариант давления на наследников с помощью административного ресурса, но уже после смерти владельца. А о том, что процесс можно ускорить, таким образом, даже не подумали. … К сожалению, пора, в отличие от вас рад встрече и надеюсь на продуктивное сотрудничество.

Полковник поднялся с кресла и, крепко пожав руку, торопливо вышел за дверь.

Глава 20

Предложение

Припарковавшись на своем месте возле управления, майор Колотов выбрался из авто и осмотрелся. Машины шефа еще не было, хотя, обычно, Скрябин приезжал на службу раньше других. Учитывая это обстоятельство, Серегу и принесло в такую рань, но при этом он и сам не понимал, для чего это сделал. Собственно говоря, вполне можно было переговорить с полковником в кабинете, двери которого для Колотова были открыты без ограничений, в случае если Константинович находился там сам. Может, сказалась нервозная обстановка и то что предстоящий визит не имел отношения к служебным обязанностям. Минуты ожидания тянулись медленно, Сереге показалось, что прошло больше часа, в то время как на деле всего восемнадцать минут отделяло его приезд от момента, когда черный БМВ начальника подкатил к парадной лестнице. Отдав распоряжение водителю, и захлопнув дверцу, Скрябин зашагал навстречу спешащему к нему подчиненному.

— Сережа, что-то случилось? — Полковник явно был обеспокоен, поскольку никогда прежде Колотов не поджидал начальника у парадного входа.

— Здравствуйте, Юрий Константинович,… все в порядке, решил обратиться с личной просьбой.

— Так и зашел бы в кабинет, ведешь себя как зеленый лейтенант.

— Да так получилось.

— Ладно,… говори, а то вижу, сейчас разорвет от нетерпенья.

— Сегодня после девяти нужно отлучиться на пару тройку часов вместе со Шматко.

— Колотов ты не пьян? — Начальник пристально всмотрелся в глаза стоящего напротив человека и, не заметив в них характерного блеска, обусловленного наличием в крови спиртного, продолжил, — когда это операм требовалось разрешение на то чтобы слинять со службы по своим делам не то, что на пару часов, а на весь день. Знаю, что работаете порой сутками, поэтому иногда и закрываю глаза на подобные выкрутасы. Только о том, что сказал, забудь сразу, не то разгуляетесь, не остановишь. Рассказывай, что стряслось и зачем тебе поддержка, может, чем помогу?

— Не получится товарищ полковник, одно обещаю дело не криминальное, если все срастется, расскажу после вечернего совещания.

— Пусть будет так…. Вообще заинтриговал, хорошо, решайте проблемы, если что найду кем заткнуть дырку.

Молча поднявшись с шефом по лестнице, Колотов отправился в свою «вотчину». Для начала следовало дождаться Геннадия и до девяти часов озадачить подчиненных, дабы не расслаблялись и продолжали работать. Дел накопилось по обычным меркам не много, но, учитывая закон подлости, ситуация в любой момент могла измениться, и именно по этой причине майор никогда не откладывал что либо на потом.

Шматко прибыл на службу с опозданием, буквально взлетев по лестнице, когда узнал от дежурного что Колотов как час в управлении и что-то решал со Скрябиным.

— Проспал? — поинтересовался майор у подчиненного.

— Самую малость, Сергей Анатольевич, — при посторонних Генка старался соблюдать субординацию.

— Позавтракать хоть успел?

— Не до того было, — простодушно ответил капитан.

— Это хорошо, — загадочно улыбаясь, резюмировал Серега, погружая приятеля в недоумение. — Парней озадачь, вернемся часа через три, жду внизу в машине, постарайся не долго.

— Куда едем?

— По дороге расскажу, — бросил Колотов, направляясь к двери.

Через пять минут Шматко уже сидел в машине начальника.

— Просвети, что стряслось? … Константинович озадачил?

— Вы с Витьком.

— Постой,… когда? — Генка пока не врубился о чем речь.

— А по чьей милости должен делать предложение. Помнишь спор?

— Э нет, ситуация была иной, просто по дружески подтолкнули к принятию перезревшего решения. Или хочешь сказать, случайно мотаешься обедать в ее смену, видно же сохнешь по девке.

— Так я не против. Правда не уверен, что согласится, — с сожалением произнес Колотов, в этот момент больше походивший не на потрепанного жизнью мужика, а на влюбленного мальчишку.

— Виктор то будет?

— А как же. Заказ на три курицы уже сделал, так что заодно и перекусишь.

— Значит, работаем группой поддержки?

— Как-то так.

— А чего с утра? можно было после службы.

— Вечером людей полно.

— Так при большом стечении народа отказать сложнее.

— А отошьет, как себя чувствовать при таком скоплении свидетелей.

— Согласен, не подумал. А мы как понимаю не в счет?

— Вы друзья.

Майор припарковался у уже прибывшей на место машины Смирнова. Приятели вошли внутрь кафе и расположились за дальним столиком, сидя за которым Сергей впервые увидел поразившую его сердце девушку. Клиентов уже ждали, буквально через минуту из дверей кухни вышла Леночка, неся готовый заказ. Мило поздоровавшись и расставив тарелки, барышня поинтересовалась.

— Что это вы не как обычно в обед, а с самого утра? Или ночью работали?

— Да нет, — ответил Смирнов, — нужно обговорить весьма важное дело, решили не откладывать.

— Тогда не буду мешать, приятного аппетита. Что-то принести на десерт?

— Сегодня, пожалуй, обойдемся, — продолжил вести диалог Виктор, заметив как напрягся Колотов, а после того как остались втроем добавил, — Серега! бери себя в руки, это не смертельно.

Через некоторое время ранние посетители демонстративно отпрянули от стола, давая понять, что завтрак закончен, при этом майор, поглощенный мыслями о предстоящем, к своей курице так и не притронулся. Странное поведение мужчин заставило Леночку отправиться к ним, чтобы уточнить что случилось, обычно постоянные клиенты либо подзывали официантку, заказывая еще что-то или положив расчет в специально стоящую на каждом столе плоскую коробочку для купюр, отправлялись по своим делам.

— Наверное, все-таки решились на десерт или может быть кофе? — прощебетала барышня, последнюю часть фразы, произнося не уверенно, заметив, что Сергей не прикоснулся к стоящему перед ним блюду.

— Мы хотим, чтобы нас рассчитали, — произнес Шматко, внося в ситуацию хоть какую-то определенность.

— А что не устраивает в обычном варианте.

— Просто сегодня деньги крупные, нужна сдача, — ели сдерживая себя, чтобы не рассмеяться, добавил Генка.

— Это не проблема, решим, — произнесла Леночка и открыла коробку, впадая в большее недоумение чем то, что было вызвано странным поведением троицы.

Поверх положенной суммы лежало очень дорогое кольцо.

— Что это? Я не приму такого подарка, — видно было барышня рассержена.

В этот момент из-за стола поднялся Сергей, мужчина смотрел на девушку глазами полными обожания, взяв кольцо в руку, он заговорил.

— Это не совсем подарок, это предложение руки и сердца. Леночка вы та женщина, с которой хочу прожить жизнь и встретить старость, выходите за меня замуж.

— А не пожалеете? сейчас состоявшиеся люди вступают в брак по расчету, думая о последующем карьерном росте. Что может дать вам простая официантка?

— Не о том думаете. Если сердце свободно и хоть немного благоволите ко мне, соглашайтесь.

Девушка задумалась, теперь со своих мест поднялись Шматко и Смирнов, ожидая ответа.

— Катька у нас точно экстрасенс, — неожиданно для всех произнесла барышня.

— Вы о чем? — поинтересовался Сергей, выражая недоумение всех присутствующих.

— Это моя напарница, она с легкостью, глядя на мужчину, определяет, занят он или свободен. Несколько дней назад сказала, что вы скоро женитесь. Я расстроилась.

— Почему?

— Вы мне давно нравитесь, подумалось, вот какой-то девушке повезет. То, что это касается меня, и в мыслях не было.

— Стало быть, согласны?

— Да. Но только, ….

— Я все помню, сначала роспись, — Серега светился от счастья, надевая избраннице на палец кольцо.

В этот момент Виктор, набрав в телефоне номер, не привлекая к себя внимание, произнес одно слово: «Можно». Через минуту в зал вошли двое доставщиков, неся неимоверно огромный букет, еще вчера заказанный Серегой.

— Это тебе,… могут доставить по любому адресу в нужное время, — уточнил Колотов, целуя Леночку.

— Пускай останется здесь.

— Кстати, наш брак можно зарегистрировать уже завтра.

— А как же положенный месяц после подачи заявления?

— Нажмем на имеющиеся связи.

— Пусть будет как у всех, кроме того у тебя будет время чтобы все взвесить, возможно передумаешь.

— Даже не надейтесь, — вклинился в разговор Шматко, — а вот время на подготовку свадьбы понадобится. Кстати где собираетесь проводить?

— Гена, какой ты быстрый, — осадил приятеля Сергей, — завтра у Леночки выходной поедем подавать заявление, а потом начнем думать над этой проблемой.

— А решать тут нечего, — серьезно произнесла девушка, начавшая приходить в себя после навалившихся событий, — свадьба дело затратное и абсолютно не влияющее на ход совместной жизни. Думаю, соберемся отпраздновать узким кругом прямо в этом кафе, где познакомились, с хозяином договорюсь. Единственное в чем не смогу себе отказать — свадебное платье, о нем мечтает каждая.

— Да Серега, повезло тебе, — усмехнулся Смирнов, — найти красивую женщину сейчас не проблема, но чтобы к тому же была рассудительной и не расточительной, это редко сочетающиеся качества.

— По поводу узкого круга меня одолевают сомнения, — рассмеялся Колотов, — да ну ладно, площадь здесь приличная уместимся.

Не успел майор закончить фразу, как у него зазвонил телефон. Глянув на номер, он, улыбаясь, покачал головой и включил громкую связь.

— Сереженька, здравствуйте. Вы таки большой молодец, поздравляю вас и Леночку. Помните, обещали пригласить на свадьбу, позвонил, а то в суматохе забудете про старика.

— Как можно, Яков Самуилович, благодаря вам нашел половинку, это же вы пригласили в кафе отведать фирменную курочку. — Слегка переиначив реальную ситуацию, Колотов польстил собеседнику.

— У меня просьба.

— Говорите, слушаем.

— Не вздумайте покупать готовое платье. Мой старый приятель шьет самые лучшие наряды в городе для таких случаев. Адрес и телефон сброшу. Уважьте старика, сделайте заказ, это будет мой подарок.

— Спасибо, Яков Самуилович, от предложений, сделанных от чистого сердца, грех отказываться.

— Вот и хорошо, договорились, не буду больше отнимать время.

— Постойте, чисто профессиональный вопрос. А как так быстро узнали о том, что произошло?

— Сереженька, я уже старый человек и живу в этом городе с рождения, не в обиду будет сказано, именно поэтому агентура у меня почище вашей, и таки скажите, что это не так. — Под общий хохот собравшихся резюмировал старина Гольцман.

Глава 21

Визит в столицу

Уже пятую ночь к ряду Виктор вывозил «Саймона» на ночную работу. Днем приходилось навещать точки предстоящих дислокаций, выбирая места, где можно уверенно припарковать машину вне поля действия камер видеонаблюдения, которых с каждым годом становилось все больше. Благо Сергей Иванович основную их массу вычислял шарясь по интернету прямо в своей «хижине», но только те, что имели связь с сетью, а таких была львиная доля, поскольку опьяненные открывающимися возможностями хозяева желали иметь доступ к ним со своего смартфона в любое время суток. Бедолаги не понимали, что тем самым наделяют посторонних, но значительно более продвинутых в освоении новых технологий лиц, возможностью пользоваться их устройствами. Те же единицы что работали в автономном режиме, приходилось находить визуально, осматривая место предстоящей работы. За ночь позицию меняли как минимум дважды, но нужен был еще хотя бы один запасной вариант, на тот случай если кто-то из хозяев, прежде не имевших подобной привычки, вдруг почему-то в эту ночь отключил роутер. По уговору с «Саймоном» Смирнов не задавал старику вопросов по поводу того как продвигается работа, ожидая момента когда появится результат о котором можно будет говорить.

Сегодня ближе к трем часам сон сморил Виктора, откинувшись на водительском сидении, мужчина только было задремал, как напарник потеребил за плечё.

— Возвращаемся на базу, спим до десяти, устал жутко, потом расскажу что получилось, — пробубнил на ухо Сергей Иванович как заправский шпион.

— Понял, запуская двигатель и параллельно растирая глаза, — ответил Виктор.

Ровно в назначенное время, старик был чертовски пунктуален и сильно раздражался, если кто нарушал уговор, Смирнов открыл калитку и вошел во двор. Через пару минут он уже сидел напротив источника информации.

— В целом «спецы» пользуются услугами гипнотизеров в различных ситуациях, наивно было полагать, что это не так. Некоторые даже состоят в штате. Информация на эту публику закрыта, но можно сказать условно, все что мог, скопировал, сплошь одни мужики. Но данных по их использованию в случаях аналогичных нашему нет, толи это действительно так, толи их не доверили электронным носителям. Выяснить это не в пределах моей компетенции.

— Спасибо, это не плохой результат, учитывая в какие базы данных удалось заглянуть.

— Не перебивай, — проворчал старик. — Во всей этой кутерьме есть один интересный момент. В отдельных документах фигурирует некая группа «Тибет», как понял состоящая из лиц обладающих неординарными способностями. В составе пятнадцать человек, судя по позывным, есть одна баба — «Первая». — «Саймон», задумавшись, замолчал.

— Как понимаю, добраться до личных данных не удалось?

— Ну почему. Файлы серьезно запаролены, вскрыл парочку. — Сергей Иванович взял паузу.

— И что? — Сгорая от нетерпения, поинтересовался Виктор.

— А вот здесь самое интересное, они пустые, как и те, что открывал в твоем компьютере.

— Постой, а зачем тогда весь этот цирк с паролями.

— Думаю, это ловушка, те, кто создавали файлы, ведали, что в них, а тот, кто подобрал нужные цифири, дал знать, что некто интересуется членами группы.

— Так просто?

«Саймон» улыбнувшись, пожал плечами. В комнате на некоторое время воцарилась тишина. Нарушил ее Сергей Иванович.

— Витя, мой тебе совет — оставь в покое эту группу. Думаю, людишек туда подобрали не простых, становится у них на пути смертельно опасно, а там, поступай, как знаешь…. Да, работа еще имеется? — поинтересовался старик.

— Неделю меня не будет, нужно смотаться в столицу. Лично навещу издательство, проконтролирую состояние недвижимости, а кроме того, там у меня неожиданно нарисовался весьма влиятельный помощник, заинтересованный в ходе расследования, попробую озадачить.

— В смысле перевести стрелки.

Виктор задумался и, улыбнувшись, добавил.

— Можно и так сказать. А пока попробуй нарыть информацию на местных гипнотизеров. Прихвати округу с запасом, возможно, не там копаем, а там глядишь чего-то и выловим. Вот деньги за проделанную работу, плюс премия и аванс на будущее. — Виктор положил на стол приличную пачку купюр.

— Ты там осторожнее, буду ждать. — С искренним беспокойством в глазах проговорил старик, закрывая за гостем калитку.

Через полтора суток, ближе к вечеру, Смирнов уже поднялся в одну из своих московских квартир, оставив машину на подземной парковке новомодного здания. Подъезжая к городу, мужчина намерено остановился у придорожного кафе поужинать, чтобы не заходить в магазин и не заниматься приготовлением пищи. Теперь оставалось только разложить постель и завалиться спать. Все намеченные дела естественно были отложены на завтрашнее утро и последующие дни. Побросав одежду на тумбочку у кровати и быстро ополоснувшись в душе, он уже был готов завалиться в постель, как его планы нарушил телефонный звонок.

— Добрый вечер, Виктор Леонидович, хорошо, что приехали, назрел важный разговор, думал как встретиться, а тут такая удача. — Голос отставного полковника Рожкова, начальника службы безопасности Сапфирова, сейчас хотелось слышать меньше всего, даже визит к родителям, учитывая перипетии последних дней да дорогу, Виктор оставил на завтра.

— Откровенно говоря, не ожидал что позвоните, только зашел в квартиру, давно не ездил на большие расстояния, намеревался лечь отдохнуть.

— Так и не отказывайте себе, встретимся завтра в десять, заеду в гости, если не против? Поделюсь кой-какой информацией, уверен, это существенно подкорректирует ваши планы.

— Раз так, буду ждать, — пробубнил Виктор в трубку, прежде чем нажал кнопку отбой.

Поставив в смартфоне будильник на полдесятого, Смиронов наконец положил голову на подушку.

На следующий день звонок гостя застал Виктора уже в относительно бодром состоянии. Он успел принять душ, сгоняя оставшуюся сонливость, почистить зубы и собрать постель. Поздоровавшись, Павел Александрович прошел в зал и бесцеремонно расположился на диване, давая понять, что разговор не будет коротким.

— Стало быть так, Виктор Леонидович, — полковник без лишних реверансов сразу перешел к делу, — искать киллера среди местных и простых гипнотизеров не имеет смысла. — Смирнов хотел поинтересоваться почему, но Рожков не дал задать вопрос, подняв руку. — Консультант со степенью академика убедил, что работал специалист экстра-класса. Старушка свидетельница и консьерж поддались воздействию, и тот, кто вгонял их в транс, был уверен, что осечки не будет. Обычные гипнотизеры способны устойчиво воздействовать лишь на определенную группу лиц, их мастерства или опыта, не знаю как назвать, не хватает на всех, людей, не поддающихся их воздействию довольно много. Не с проста, проводя публичные выступления, наверное, бывали на таких, выбирают из зала персонажей, с которыми не будет проблем. Интересующий нас человек способен подчинить своей воле любого встречного, причем научится этому по существующим методикам не возможно, это врожденный, весьма редкий дар. Управление объектом с помощью голоса по телефону, обычно, достигается в несколько полноценных сеансов, позволяющих глубоко забраться в подсознание. Те же люди, о которых шла речь, способны проделать это, встретившись с клиентом, скажем в магазине или еще где либо, обменявшись парой фраз. Вероятнее всего именно такому воздействию подверглись Александр и Октябрина. Один, говоря по телефону, получил команду выехать на встречную полосу, другая свернула с маршрута и отправилась в квартиру на закланье. В настоящее время таких умельцев, по существующим данным, трое, двое мужчин, но у них на момент совершения преступлений алиби, и женщина, — Виктор, улыбаясь, оборвал гостя.

— Сотрудник подразделения «Тибет» с позывным «Первая», — произнес он, повергая гостя в шок.

Рожков смотрел на Смирнова с нескрываемым удивлением и уважением.

— Откровенно говоря, не думал, что сможете добраться до такой информации.

— Не расстраивайтесь Павел Александрович, это все что удалось узнать.

— Не мудрено, сведения о группе находится в специальном архиве, и хранятся, как сейчас принято говорить, на бумажных носителях. Получить доступ к ним практически не реально, были единичные случаи.

— Но вам как понимаю, удалось?

— Увы.

— Значит, знаете не больше нашего.

— Не торопитесь. Мне посчастливилось переговорить с человеком кто по долгу службы ознакомился с архивом.

— И что, поделился секретной информацией? — усмехнулся Виктор.

— Дело в том, что группа была расформирована и вся их история теперь в прошлом.

— И чем же они занимались?

— Сопровождением важных правительственных переговоров и заключением сделок на высшем уровне.

— Это как?

— Защита членов делегации от различных типов воздействий, какие практиковали сами, вскрытие истинных замыслов противной стороны и тому подобное. Причем «Первая» была ведущим специалистом, хотя и пришла в группу последней. Она не только в совершенстве владела гипнозом и пресекала попытки таких воздействий, но и читала мысли как своих сотрудников, так и партнеров.

— Распустили то почему? Или сейчас потребность в специалистах такого профиля отпала?

— Аналитический центр на моей прежней службе пришел к выводу, что «Тибетцы», при желании, могут перехватить управление государством, особенно после того как сделки и договора стали заключаться не в интересах державы а неких финансово промышленных групп, руководство которых так же углядело в этой структуре опасность.

— И что, им как людям служивым дали команду разойдись и успокоились?

— А вот здесь вы правы, группу обнулили. Надеюсь, понимаете, о чем речь. Сделать это оказалось не просто, учитывая профессионализм контингента. В итоге уцелел лишь один человек, отгадайте кто?

— «Первая»? А у двух мужчин, о которых говорили прежде, в результате организовалось алиби в виде холма с крестом.

— И вот тут возникает вопрос, какова причина? Возможно, до нее просто не смогли добраться, поскольку предвидела исход и залегла на дно, имея опыт конспиративной работы и не только. Или кто-то во властных кабинетах взял ее под крыло, нацелив на решение своих задач. С чем мы собственно и могли столкнуться. Тогда вероятность выиграть эту партию или хотя бы свести в ничью, равна нолю. Сейчас ищем возможность найти эту женщину, но информации о ней, кроме той, что рассказал, нет никакой. Настоящие имя, фамилия, место рождения может они и есть в архиве, но допуск к нему закрыт.

— Забавно, получается, есть еще в стране хоть что-то чего нельзя купить?

— Издеваетесь Виктор Леонидович? А у нас, кстати, остается надежда на вас, хоть и маленькая.

— О как…. Думаете смогу разрешить этот ребус?

— Если она убрала Александра и Октябрину, а по всему это так, то возможно где то допустила оплошность, зацепившись за которую можно будет выйти на нее.

— Вы хоть понимаете, в какую игру втягиваете меня, учитывая возможности этой дамы.

— Безусловно. Одно могу сказать, если приехали в Москву в надежде, задействовав старые связи, найти информацию по группе «Тибет», оставьте затею, это может стать большей проблемой, чем та, с которой столкнулись прежде, особенно если «Первую» курирует кто-то на самом верху.

— Постойте, а не вы только что предлагали заняться ее поиском?

— Это разные вещи, я имел ввиду, проводя обычное расследование в рамках уголовного дела, найти зацепку, остальное наша забота. А вы собираетесь афишировать по всей Москве, что ищите секретного агента спецподразделения.

— Стало быть, пытаетесь уберечь, — с явным сарказмом произнес Виктор.

— Просто надеюсь решить задачу, максимально оградив от проблем вашу буйную голову, кстати, уже во второй раз, — С некой обидой и злостью парировал полковник.

Смирнов задумался.

— Извините, Павел Александрович, откровенно говоря, зная крутой нрав Сапфирова, давно предполагал, что не прикопан в лесу благодаря вам. Попробую помочь, чем смогу. Простите за любопытство, а чем обусловлено столь лояльное отношение к моей персоне?

— Секрета нет никакого, младшая дочь поклонница вашего творчества, досконально знает журналистские расследования, естественно те, что попали в печать, даже использует некоторые материалы, читая лекции. О романах вообще молчу, собрала библиотеку. Так что, Виктор Леонидович, огорчать ее, мне, как понимаете, совсем не хочется.

— Стало быть, преподает?

— Да, в университете. Закончила аспирантуру, защитилась, думала заняться адвокатской деятельностью, но послушалась совета отца осталась на кафедре.

— Позвольте, сделаю девушке подарок?

— Какой? удивился полковник.

Смирнов поднялся с дивана и, порывшись в привезенной дорожной сумке, достал книгу.

— Это сигнальный экземпляр присланный редакцией. В книжных магазинах появится не скоро, так что будет возможность прочитать первой, корректоры и редакторы не в счет. … Кстати как зовут? — поинтересовался Виктор, взяв со стола ручку с намерением сделать дарственную надпись.

— Катенька.

Екатерине Павловне Рожковой от Виктора Смирнова с уважением и почтением, аккуратно вывел мужчина на внутренней стороне переплета, поставив ниже размашистую подпись.

Глава 22

Родители

Загородный дом четы Смирновых располагался в Подмосковье в элитном поселке. После встречи с Рожковым Виктор поменял планы кроме прежнего первого пункта — встречи с родителями. Почти каждый день он разговаривал с ними по видеосвязи, но это, ни в коей мере не могло заменить живого общения, по которому мужчина, откровенно говоря, соскучился. Предупреждать о том, что приедет, не стал, решил сделать сюрприз, но получилось лишь отчасти. Когда подъезжал ворота во двор уже оказались открыты, по всей видимости, охрана с КПП позвонила и известила жильцов о посетителе, хоть и просил этого не делать. Отец стоял на дорожке, ведущей к парадному входу в дом. Дождавшись пока сын припаркует машину и выберется наружу, отставной генерал зычно прокричал, обращаясь к супруге.

— Мать, иди встречать гостя, — а сам, широко расставив руки, зашагал к родимому чаду, в итоге заключив в крепкие объятия.

Старики знали, по какой причине Виктор вынужден находится в ссылке.

— Что-то стряслось? — с волнением в голосе поинтересовался Леонид Андреевич, ослабив хватку и посмотрев сыну в глаза.

— Да все путем батя не переживай, амнистия.

— Это как?

— Жизнь штука не предсказуемая, порой даже тем, кто считает, что живет у Бога за пазухой, судьба преподносит сюрпризы. Раньше Сапфирову очень мешал, теперь стал необходим.

— Будешь на него работать? — голос генерала звучал с раздражением и волнением.

— Просто его служба безопасности оказалась крайне заинтересована, чтобы расследование, в котором по воле случая принимаю участие, было завершено не формально, что не нарушает моих принципов. Будет время, расскажу.

Антонина Алексеевна не шла, летела по дорожке, завидев любимое дитяти. Виктор бросился навстречу матери, обхватив женщину руками и оторвав от земли, он закружил ее словно ребенка.

— Смотри не урони, — смеясь, предостерег отец сына.

Поставив родительницу на ноги, Смирнов расцеловал ее в щеки.

— Как же я соскучился.

— Мы тоже родной, — смахивая слезу, пробормотала Алексеевна, пойдемте в дом. — Возвращаешься в Москву? — поинтересовалась женщина.

— Пока нет, но смогу приезжать.

— Опять взялся за старое, — проворчал генерал, — ведет какое-то расследование.

— Ты не исправим и в глуши нашел приключения, — вторя тону мужа проговорила женщина, — а я не переживала, думала, остепенился, пишешь книги.

— Да так оно и есть мамуля, ничего серьезного. Устроился в местную газету на полставки, пишу статьи, а там не столица любой криминал уже событие.

— Тебе что денег не хватает? — Антонина Алексеевна явно была удивлена.

— Все нормально мам, просто иногда от сочинительства нужно отвлекаться, заполняя паузу чем-то другим. Не помню, кто сказал, что лучший отдых это смена деятельности. Поначалу даже не думал об этом, но на меня вышел главный редактор газеты и сумел-таки убедить, шо это необходимо. — Последние слова Виктор произнес с явным одесским говором, намекая на национальность главреда.

— Лучше бы он уговорил тебя найти хорошую девушку и завести отношения, а то время идет, боюсь внуков не дождемся.

— Яков Самуилович может, — рассмеялся Смирнов, — он тут буквально недавно в два счета вывел на финишную прямую к свадьбе начальника уголовного розыска. А Серега у нас закоренелых холостяк.

— Постой, это что Гольцман до сих пор руководит газетой? — Алексеевна явно была удивлена.

— Причем довольно успешно, заезжего журналюгу, — Виктор имел ввиду себя, — вычислил на раз. И скажу откровенно, отказать ему практически не возможно аргументами загоняет клиента, словно шар в лузу.

— Это я попросил Яшу присмотреть за оболтусом, — раскрывая секрет, повинился Леонид Андреевич перед супругой, — и честно говоря, не ожидал, что старый лис найдет такой оригинальный способ и просьбу выполнить и поднять рейтинг издания.

— Ага, кругом заговоры, — качая головой, рассмеялся Виктор.

— А ты как думал, пытаемся держать ситуацию под контролем, а если не получается то хотя бы корректировать в нужном направлении.

— Кстати, тебя в управлении еще помнят.

— Имеешь в виду Скрябина? так он начинал у меня в розыске лейтенантом.

— С Юрием Константиновичем пересекался заочно, хотя личный состав им доволен.

— А кто кроме него?

— Топалов, эксперт.

— Иван Степанович? … Еще работает? он на пару тройку лет старше меня. Но скажу откровенно — спец от Бога, таких и в главке можно было по пальцам пересчитать, хотя отбирали лучших.

— Он только посмотрел на меня и сразу понял, чей сын, уточнил отчество и невзначай спалил перед операми. Мужики на земле к генеральским детям относятся, мягко говоря, не очень. Но, слава Богу, нашли общий язык, они, конечно, поковырялись в моей подноготной, здесь без обид, теперь я свой.

— Как же Степанович в таком возрасте выбирается на ночные происшествия?

— Не поверишь, говорит сейчас легче чем в молодости, хоть есть чем заняться, бессонница замучила.

— Кстати, передашь от меня посылочку.

Леонид Андреевич поднялся с дивана и отправился в кабинет на второй этаж, вернулся быстро, неся в руках инкрустированную серебряными пластинами коробку из красного дерева.

— Что там? — Виктор в определенной мере был озадачен.

— Смотри, — генерал поднял крышку, в отделанной красным бархатом внутренней части в специальных углублениях красовались девять трубок, одна интереснее другой.

— Постой батя, так он не курит?

— Знаю, причем принципиальный противник, а вот трубки коллекционирует. Меня как-то наградили в виде презента, лежат, пылятся, а мужику будет приятно. Думаю таких у него нет.

— Интересное хобби, не знал. Да и знакомы, собственно говоря, шапочно. Теперь будет повод, напросится в гости, если согласится, напишу статью о его необычном увлечении.

Антонина Алексеевна копошилась на кухне, готовя обед, мужчины остались одни и Виктор принялся излагать отцу детали странного дела, в том числе и информацию, полученную от службы безопасности Сапфирова. Выслушав сына, Леонид Андреевич, выдержав небольшую паузу, сделал собственное заключение.

— Исполнительницу не найдете, да и взять ее не реально. Если бы владела только гипнозом, а тут читает мысли и Бог еще знает что может. Сам конечно не верю во всякие сверхспособности, правда, слышал, что в КГБ и ГРУ существовали группы таких умельцев, но лично сталкиваться не доводилось. Хотя теперь, после того что рассказал об Игорьке Лагуткине, помню его пацаном, прежнее мнение придется изменить. С экспериментом молодцы ловко придумали, против фактов не попрешь. Говоришь, точно указал все вещи и где были спрятаны. — Виктор в знак утверждения кивнул. — В целом у твоих друзей вырисовывается «глухарь», начальство не любит, но что поделаешь, бывает и довольно часто. Теперь как суицид не проведешь. Хоть дело мужа этой Октябрины сюда не пристегивайте.

— Так и не получится, там фактов, подтверждающих убийство ноль. То, что поведал Лагуткин, в суд не предъявишь. Да и с Самойловой все бы прошло гладко, если бы не тумбочка, похоже, даром предвидения килерша не обладает, раз так прокололась.

— Не факт, может нарочно оставила зацепку, играя в кошки мышки, будучи уверенной, что ей это ничем не грозит. Тут вопрос в другом, неужели Сапфирова решили подвинуть? Обычно такие вопросы решают проще.

— Имеешь в виду устранение? Так на него было неудачное покушение.

— Да нет. Сам же служил в Следственном комитете и знаешь что на этих ребят там горы уголовных дел приправленных компроматом, свалить любого, если в этом вдруг станет заинтересовано государство не проблема. Убийство родственников имеющих птичьи права на наследство в этом ракурсе вообще не имеет смысла, притом, что и делить то будет нечего, все добытое преступным путем зачислят в бюджет и со временем, через приватизацию, передадут в другие руки.

— Но причина, по которой их убили таким способом, существует.

— Безусловно, однако, будьте готовы к тому, что вы ее не найдете. Да и вот еще, если полковник Рожков прав по поводу того с кем столкнулись, держитесь от этой дамы подальше. Хотя, полагаю, после того как работу выполнила, убралась из города, а возможно и из страны.

— Мальчики, хватит секретничать, — оборвала беседу Антонина Алексеевна, — пойдемте в гостиную, стол уже накрыт.

Только теперь Смирнов учуял добравшийся до них аромат материнского борща, который любил с детства.

— А на второе надо полагать фирменный мясной салат? — Скорее констатировал, чем предположил Леонид Андреевич.

— Как вы догадались, Шерлок? — пошутил Виктор.

— Это элементарно Ватсон, — в тон сыну ответил генерал.

— Вчера как чувствовала, были с отцом в магазинах, закупила продуктов с запасом на несколько дней. Теперь есть чем кормить двух мужиков, — радостно сообщила Антонина Алексеевна, когда сели за стол. — Погостишь несколько дней?

— Не мамуль, утрясу дела и двигаю обратно.

— Расследуешь что-то серьезное?

— Работают штатные сотрудники, мужики толковые, я так, на подхвате, освещаю в прессе что можно. — Виктор не хотел пугать родительницу, отчего в отличие от отца не стал открывать ей нюансы.

— А дела-то, какие?

— Надо было встретится кое с кем, получить информацию, но все неожиданно утряслось. Параллельно планировал заглянуть в издательство. Так что осталась самая простая задача. Завтра с утра решу по быстрому, приеду поем, посплю до вечера и назад.

— Поедешь в ночь?

— Машин меньше, да и спокойнее.

— Витюшь, не поняла, ты до завершения следствия возвращаться не собираешься или совсем? Люди из провинции стремятся в столицу, а не наоборот.

— Сюда едут за деньгами и карьерой, а мне повезло, средств для жизни более чем достаточно, могу заниматься тем, что нравится. Говорят счастье, когда погружен в любимое дело, а если оно еще и кормит, то не имеет значения, где находишься.

— Не скажи, уровень жизни там и тут даже по ощущениям разный. — Не унималась родительница, желавшая чтобы любимое чадо жило совсем рядом.

— Не знаю, мне показалось, что там жизнь более настоящая, люди бесхитростные встречаются не в кафе и ресторанах, а ходят друг к другу в гости, как когда-то в забытом детстве. Хотя, виртуальная действительность в виде соцсетей и там начинает прогрызать прежние устои. Но они еще хоть в какой-то мере сохранились, а это многого стоит.

— Рассуждаешь как старый дед, измученный ностальгией по молодости.

— Мать, не наезжай на сына. Вернется сюда, затянут прежние дела будешь ночами вскакивать от каждого звонка, а днем накручивать себя, что долго не звонит.

— Лёнечка, а может ты и прав, — Антонина Алексеевна задумалась.

— Захочешь жить рядом? продадим халупу и купим домик у моря. В конце концов, это и наш родной город.

— Серьезно? — женщина была удивлена таким мыслям мужа, — а как же мои розы, сад? — не унималась она.

— Так это ж не завтра.

— А когда?

— Гольцман, как понял, освободился от прежней задачи. Теперь возьмется и женит нашего оболтуса. Родится внук или внучка, и посмотрю, как ты усидишь на своих грядках, — смеясь, ответил генерал.

Глава 23

Предчувствие

Обратная дорога показалась Смирнову короче, хотя мужчина отчетливо понимал это лишь ощущение. Пожалуй, сказалось то, что устал намного меньше. Уже подъезжая к городу, набрал по телефону Колотова.

— Серега, здравствуй, скоро буду, ты где, нужно переговорить.

— Привет Витя. Быстро обернулся. Что-то срочное?

— Скорее важное.

— Я в управлении, когда ждать?

— Думаю через полчаса. Подъеду, спустишься, поговорим.

— Лады.

Через означенное время майор уже сидел в машине друга, слушая и переваривая новую информацию.

— Да уж дела, — качая головой, произнес Колотов. — Тут, пожалуй, твой отец прав, «глухарь» нарисовался конкретный. Да и Бог с ним, поставят клизму. Первый раз что ли?

— Если бы не тумбочка закрыли бы как суицид и не портили отчетность. Интересно то, что батя считает, зацепку дама оставила не случайно, хотя как по мне, прокололась ввиду непредвиденного стечения обстоятельств.

— Может и так, но вокруг этого дела все равно много странного.

— Что имеешь ввиду?

— Если бы не твой одноклассник основной улики, доказывающей что это убийство, не было бы.

— И что? — Удивился Виктор.

— Знаешь после того как Игорь нашел спрятанные вещи пришлось иначе смотреть на происходящее вокруг. Допускаешь, что управляет им тот, кто наделил даром. Откуда в голове Лагуткина появилась идея, вернувшись в прошлое посетить квартиру Самойловой?

— Думаю тут все просто. Событие для города не ординарное. Как говорится, грех было пройти мимо, особенно когда вовсю велись споры убийство это или нет.

— Может и так, а может и по-другому.

— Со слов Игорехи к таким способностям пришел через Холодова. Учитель обычно знает и умеет больше ученика, так что вполне возможно художнику известны недоступные нам детали дела.

— Об этом человеке не мешало бы узнать больше, но я говорил не совсем об этом, а о том кто направляет действия и поведение людей с необычными способностями. Если отвлечься от самого расследования и посмотреть что произошло благодаря нему вокруг, складывается забавная картина. Смотри, знакомство с тобой и Игорем, сдвиг в моем мировоззрении, изменение в поведении твоих врагов и даже предстоящая свадьба, — Колотов хотел продолжить перечень, но Смирнов оборвал друга.

— Ого, Серега, тебя окунуло в философствования. Давай серьезно поговорим об этом в следующий раз. Сутки в дороге голова соображает туго нужно отдохнуть. Кстати, чуть не забыл, серый кардинал Сапфирова просил покопаться в деле на предмет зацепок, способных вывести на исполнительницу. Всю дорогу крутил в башке факты в пустую. Подумайте с Геной на досуге, может, чего увидите.

— Они рассчитывают через такого профессионала выйти на заказчика? Глупо. Вообще, в устранении Самойловых с целью надавить на Сапфирова не вижу особого смысла. Тут твой отец опять прав, есть проверенные и более действенные способы, безотказно работающие в отношении любого человека, сколь высоко бы не взлетел. За любыми большими деньгами по пятам ходит уголовная статья, причем не одна. Если клиент получил активы в пользование и не делится, ему для начала объяснят, чем это в итоге закончится. А Сапфирову, как понимаю, никто ничего не предъявил, или его служака выдал не всю информацию.

— Рассуждаешь верно. Но убийство Октябрины и Александра должно иметь мотив, или тогда придется допустить, что этих двоих ликвидировали в такой не простой способ ради удовольствия.

— Так это тоже мотив. Вон маньяки за ради этого творят такое, что на голову не натянешь.

— Полагаешь у «Первой», после того что произошло с группой, крыша поехала?

— Тоже вариант, причем если это так, то очень скоро нечто подобное вынырнет в другом месте. Но как по мне вероятность этого крайне мала, а причина, по которой убрали эту семейную пару, кроется в другом, и то что мы ее не нашли, означает лишь то что копали не в том месте.

— Вот с этим согласен. Но как выйти на истину ума не приложу.

— Для начала поезжай, отоспись, а то выглядишь неважно.

— Совсем забыл, — Виктор неожиданно перевел разговор в другую плоскость, — у меня же подарок для Ивана Степановича.

— Для Топалова? — Колотов был удивлен.

— Батя с ним работал, ты же знаешь. Вот передал набор трубок. Не знал что у вашего эксперта такое хобби. Сейчас смотаюсь, отдам, затем домой и в койку.

Проснулся Смирнов рано. Ополоснувшись в душе и позавтракав, принялся прикидывать планы на день. Первым делом просмотрел на свежую голову статью, подготовленную для местной газеты, и отправил на редакционную почту. Заниматься поиском киллера среди местных персонажей, в той или иной мере владеющих гипнозом, после всего, что узнал, не имело смысла. Но «Саймон» пока этого не ведал и собирал не нужную информацию. Следовало навестить старика и, рассчитавшись за проделанную работу, нацелить на что-то другое, чтобы не понял, что занимался бесполезным делом. В его возрасте трата времени в пустую была недопустимой и обидной, а Виктор хотел избежать связанного с этим неприятного момента в отношениях, причем уплаченные деньги, в этом случае, не являлись оправданием за допущенные просчеты.

Отправляться к Сергею Ивановичу в столь ранний час не имело смысла, следовало дождаться как минимум десяти часов, раньше можно было приходить лишь по приглашению. Как и любой порядочный хакер «Саймон» любил работать по ночам, поэтому вставал поздно. В связи с этим было решено занять имеющийся временной интервал прогулкой по набережной. В этот час, в межсезонье здесь встречались разве что пенсионеры, поднимаемые не ведомой силой на ноги не свет не зоря, но которые, в связи со своей немногочисленностью, не могли помешать побыть наедине с собой и поразмышлять.

К знакомой калитке Смирнов подошел без четверти одиннадцать. Иванович прохаживался по двору о чем-то думая. «Похоже, это заразно», — подумал Виктор, вспомнив, чем сам занимался целое утро. Завидев гостя, старик обрадовался.

— Как хорошо, что пришел, есть новость. Пошли, расскажу.

В комнате, усадив посетителя на табурет, «Саймон» первым делом протянул флешку.

— Здесь то, что было заказано. Личные данные гипнотизеров по всей области включая и наш город. Думаю, ничего интересного там не найдешь.

— Но ведь чем-то хотели удивить, — Смирнов решил подтолкнуть мужчину к важной части разговора.

— В общем, весь этот хлам, — Иванович кивнул на флешку, имея ввиду содержащуюся там информацию, — собрал и скомпоновал быстро. Но там фигурируют лишь те о способностях кого доподлинно известно и те, кто по неосторожности засветился в тот или иной способ.

— Так, — Смирнов уловил ход мысли собеседника.

— Но ведь кто-то пользуется гипнозом в тихую, извлекая при этом ту или иную выгоду и особо не привлекая к себе внимания.

— Хорошо, согласен. Но как их найти?

— Вот! — «Саймон» засиял как новая копейка. — Именно над этим и думал.

— И.

— Подо что можно замаскировать гипноз?

— Ну не знаю, — Виктору не просто было сразу ответить на этот вопрос, может под магию или необычные способности.

— В точку. Вот и решил, пока было время пошарахаться по сайтам и группам в соцсетях эзотерической направленности, соответственно с привязкой к нашему региону. Помойка та еще, там, как понял, больше россказней, чем конкретных фактов. И все же искал сведения о ярких неординарных событиях. — Старик замолчал, над чем-то размышляя.

— Что-то нашли? — Смирнов, съедаемый любопытством, подталкивал собеседника к продолжению разговора, — Иванович, не томи.

— Пожалуй, да. Предчувствие, которое прежде не подводило, говорит, что зацепил нечто-то важное, хотя поначалу не придал значения. Натолкнулся в одном из чатов на спор двух «куриц» о том способны ли ушедшие в мир иной помогать своим близким оттуда. Грызня была знатная, приправленная междометиями, которых слыхивать не доводилось. Поначалу просто решил просмотреть, кто взял верх. Доказывавшая что помощь возможна, ссылалась на известных авторов и описанных ими случаях подтверждающих это, и в целом выглядела весьма подкованной. Оппонентка называла все бреднями и вымыслом, требуя фактов которые можно проверить. Аргумент — ты сама с этим сталкивалась или может, знаешь людей кто ощутил это на себе и способен подтвердить, напрочь выбивал почву из под ног спорщицы. И вот тогда она поведала об интересном случае, правда рассказанном матерью, но что важно произошедшем в нашем городе. Несовершеннолетнюю девчушку, у которой погиб старший брат и умерла мать, должны были забрать органы опеки, но все кто не приходил не смогли ничего сделать. В квартире их охватывал невесть откуда взявшийся ужас и еще, какое-то время спустя, мучили психические расстройства. Некоторым даже пришлось обращаться за соответствующей помощью. Причем на соседей, что помогали ребенку, сия напасть не действовала. Тогда чиновники, опасаясь за свое здоровье, нашли выход, отправив пообщаться с девочкой заведующего местной психушки. Его, по утверждению рассказчицы, духи брата и матери, оберегавшие ребенка от злых людей, восприняли хорошо и позволили забрать девочку, но не в детдом, а в клинику.

После того как Виктор столкнулся со способностями Лагуткина, он вполне допускал что рассказанное не небылица, а поэтому поинтересовался.

— А каким боком тут гипноз?

— Как по мне, то умершие родственники здесь не причем, и скорее всего сама девочка воздействовала на тех, кому не доверяла, нанося травму психике. Кстати, у весьма известного медиума — Вольфа Месинга, дар, в том числе и к гипнозу, открылся в детском возрасте, когда он, по сути, остался один и должен был буквально выживать.

— Думаю, в этом что-то есть, — переваривая информацию, произнес Смирнов. — Но меня интересует не ребенок, а взрослая женщина.

— Полагаю, что девочка ей уже давно стала. Кстати, случай не ординарный, а в местной прессе о нем ни слова. Просмотрел публикации за двадцать с лишним лет, бегло по заголовкам, вдобавок зарядил поисковую программу на ключевые группы слов в текстах.

— Как понимаю информации о барышне ноль.

— Зато есть данные рассказчицы и ее мамы. Не абы что, может очередные бабские выдумки, но думаю, проверить стоит.

— С этим проблем не будет, прикрою интерес написанием цикла статей о необычных людях города. Спасибо Иванович за не формальный подход к делу. Вот оплата за проделанную работу, — Виктор положил на стол купюры, после чего продолжил. — Будет еще задание. Нужно собрать досье из открытых источников о полковнике Рожкове Павле Александровиче, бывшем сотруднике Федеральной службы охраны, а теперь начальнике службы безопасности бизнесмена Сапфирова и Холодове Александре Николаевиче, местном знаменитом художнике.

Глава 24

След

Навигатор вывел к нужному дому, припарковав машину на свободном месте, Виктор двинулся вдоль подъездов, на которых как назло отсутствовали таблички с номерами квартир. Строение было старой постройки, но двери новые с кодовыми замками. По стечению обстоятельств во дворе не было никого из жильцов, в связи с чем, Смирнову пришлось прикидывать, в каком из подъездов находится нужная квартира. Опустившись на скамейку у выбранного по расчетам парадного, решил подождать, когда появится хоть кто ни будь из обитателей дома. Затевать разговор с барышней, затеявшей спор в чате, посчитал лишним, поскольку она пересказывала слова матери. Черпать информацию следовало из первоисточника. Хотя наиболее вероятным был вариант, что девушка в пылу перепалки просто выдумала рассказанную ситуацию, чтобы хоть что-то противопоставить аргументам соперницы. Через десять минут из-за угла дома вышла пожилая женщина и зашагала по дороге. Нужно было ловить удачу, Виктор поднялся и направился на встречу.

— Извините, пожалуйста, вы в этом доме живете?

— Да, а что?

— Не подскажите, в каком подъезде находится сорок седьмая квартира? — собеседница, как показалось Виктору, удивилась и насторожилась.

— А кто вам нужен? — задала она встречный вопрос.

— Филькина Алла Владимировна.

— И по какому вопросу?

— Так это вы? Правильно понял?

— Допустим. А вы кто? Работник пенсионного фонда, или кем там сейчас представляются мошенники, охмуряющие стариков?

Виктор, не ожидавший такого отпора, непроизвольно рассмеялся.

— У нас на районе не забалуешь, чуть, что не так, мигом вызываем участкового или наряд. … Смеется он. … И предупреждаю в квартиру не пущу.

— Так мне и не надо, — продолжая улыбаться, проговорил Смирнов, — а в целом подход к посторонним правильный. Только сейчас жулики начали представляться журналистами. — С этими словами Виктор вынул из кармана удостоверение и протянул Алле Владимировне.

Внимательно изучив документ, женщина хмыкнула.

— Да понимаю, сейчас корочки сотрудника полиции сделать не проблема. Единственное что могу предложить для установления личности все-таки вызвать участкового, который может оказаться кстати. — Услышать последние слова дама никак не ожидала.

— А что случилось? — уже более дружелюбно поинтересовалась она, давая понять, что разговор можно переводить в деловое русло.

— Общаясь с подругами в интернете, ваша дочь рассказала интересный случай, — Виктор в общих чертах напомнил женщине, о чем идет речь, — при этом уверяла, что услышала историю от вас. В настоящее время задумал написать цикл статей об интересных людях и необычных случаях в нашем городе, поэтому и решил встретиться и получить информацию так сказать из первых уст.

— Так вам и так все известно.

— Постойте, вы лично знакомы с кем-то из этой семьи? Может, помните фамилию, адрес или знаете, что стало с девочкой.

— Увы, более того, сейчас даже не вспомню, кто рассказал историю, давно это было и ко мне не имело никакого отношения, поэтому в памяти и не отложилось.

— Похоже, наткнулся на очередную порцию сплетен, — сожалея, произнес Смирнов.

— Ну почему же. Брат девчонки покончил с собой на почве необычной любовной истории, мать в результате этого умерла от сердечного приступа. Об этом в свое время говорил весь город. Событие, сами понимаете, не обычное. Так что обратитесь в полицию, они помогут узнать и фамилию и адрес, а там пообщаетесь с соседями, кто жив. В общем, не мне вас учить.

— Спасибо, Алла Владимировна. Приятно было познакомиться, непременно последую вашему совету.

— Вы уж извините, что восприняла в штыки, жизнь теперь пошла не та, что прежде, всего следует опасаться, а раньше ключи от квартиры оставляли под ковриком.

Добравшись до машины, Виктор посмотрел на часы, уже было двадцать минут первого, время предрасполагало к обеду, не думая, он отправился к кафе, где частенько зависали с Колотовым. Сегодня Сереги здесь не оказалось, была не смена Леночки, но без знакомых не обошлось. Ближе к входу за столом у окна Смирнов обнаружил своего можно сказать начальника. Гольцман только сделал заказ, официант, отойдя от него, шел на кухню, а старик, достав увесистый блокнот с которым никогда не расставался, принялся рассматривать содержащиеся там записи, дабы не терять время.

— Яков Самуилович, позволите составить компанию? — Для приличия поинтересовался Виктор, наперед зная, что отказа не будет.

— Виктор Леонидович, рад видеть, присаживайтесь непременно.

Официант, обнаружив нового посетителя, тут же подошел к столу.

— Вам как всегда, спросил парень у постоянного клиента.

— Да, на первое борщ, на второе вашу фирменную курицу.

— Как поездка в столицу? — Поинтересовался Гольцман.

— Нормально, заскочил в издательство, а главное проведал родителей.

— Как Антонина Алексеевна, чем занимается?

— Чувствует себя неплохо, развела сад да уйму цветочных клумб, собственно как большинство женщин в ее возрасте живущих не в квартирах, а на земле. Кстати была удивлена, узнав, что вы еще возглавляете газету. А вот отец сплоховал.

— А что такое?

— Спалил вас с потрохами.

— Это как?

— Рассказал, что просил приглядеть за мной.

— Витечка, подумайте, ну как же я мог отказать, мы ведь старые друзья. Это, во-первых. — Гольцман многозначительно поднял вверх указательный палец.

— А во-вторых? — Улыбаясь, поинтересовался Смирнов, давая понять, что не в обиде на старика.

— Это для других вы взрослый состоявшийся человек, а для родителей всегда останетесь ребенком, которого надо опекать, и с этим, увы, ничего не поделаешь. Кстати, простите за нескромный чисто меркантильный вопрос, собираетесь остаться или переберетесь в столицу?

— Хотите, от меня избавится? — шутя, поинтересовался Виктор.

— Что вы, напротив. Предыдущая статья зашла читателям, ждут продолжения, так что без вас никак.

— Задел есть всегда, на это счет не переживайте.

— А над чем работаете теперь?

Виктор не спеша поведал главреду историю, всплывшую в интернете благодаря Алле Филькиной, и о том, как прошла встреча с женщиной.

— Зацепка есть, подключу Колотова, возможно, выйду на очевидцев и фигурантов этого случая.

— Не пойму, а зачем вам это?

— Похоже, вырисовывается ниточка, потянув за которую удастся продолжить одно затянувшееся расследование.

Неожиданно Гольцман задумался, молчание длилось несколько минут, по всему походило человек для себя принимал важное решение, в связи с чем, Виктор не обрывал образовавшуюся паузу, в тоже время не понимая, что в рассказанной истории было такого, что напрягло старика.

— Не беспокойте Сергея Анатольевича. Сначала хотел промолчать, но в итоге все равно докопаетесь, а там и поймете, что Гольцман владел информацией, но не поделился. Был такой случай, знаю конечно не много, но достаточно для того чтобы начать поиски. Фамилия у семейства запоминающаяся — Орловы. Жили в районе примыкающем к судостроительному заводу, в прошлом это их жилой фонд. Улица Южная дом десять, квартиру, к сожалению не помню. Девочка осталась одна, родственников, кто мог бы досмотреть, не нашлось, итог вырисовывался один — детдом. Но вот забрать ее из квартиры органы опеки так и не смогли. Пришлось подключать Шведова Аристарха Васильевича, заведующего психбольницей. Что дальше стало с ребенком, ему, в определенной мере, полагаю известно.

— Постойте, Яков Самуилович, а вы что этим не заинтересовались? Не похоже на выпускника журфака.

— Хотел было, но Бог миловал.

— Это как? говорите загадками.

— Случай, согласитесь, не ординарный, начал собирать материалы и готовить статью, намеревался навестить Аристарха, но не успел. Буквально через сутки с небольшим, как девочка оказалась вне дома, ко мне в редакцию наведались сотрудники ФСБ, причем не нашего местного управления. Настоятельно рекомендовали забыть о случившемся и изъяли все собранные материалы, после чего стало очевидным, что Шведов имеющейся информацией не поделится, да и она теряла смысл, разве что для интереса. Уж простите, решил не наживать неприятностей и выбросил ситуацию из головы, до сегодняшнего дня пока вы о ней не заговорили.

— Заведующий больницей еще работает?

— Нет уже несколько лет на пенсии, тянул до последнего, в итоге подвели суставы, ходит с большим трудом, пришлось уйти на покой.

— Координаты подскажите?

— Более того позвоню и попрошу с вами встретится, он не жалует посторонних. Правда ответит ли на вопросы, будет зависеть от вас.

— Да уж, случай более чем интересный.

— По-прежнему полагаете, что поможет в расследовании?

— Сейчас даже появилась некая уверенность.

— Мне бы не хотелось, чтобы вы лезли в это дело, — Гольцман на мгновение замолчал, — но зная ваши принципы, уверен, совету не последуете, тогда, по крайней мере, будьте осторожны.

Глава 25

Мозгоправ

Собираясь навестить бывшего заведующего психиатрической больницы, Смирнов собрал и просмотрел имевшуюся в интернете информацию об этом не простом человеке. Ведя беседу с врачом этого профиля, причем имеющим огромный опыт практической работы, было глупо уповать на приемы, используемые журналистами и в какой-то мере следователями, позволяющими расположить к себе собеседника. Они ему были известны в полной мере, более того, на практике специалист такого уровня, безусловно, владел ими на порядок искуснее. Поэтому Виктор, впервые столкнувшись с подобной задачей, пытался найти особый подход к столь необычному общению в ходе предстоящей встречи. Автобиография и материалы кандидатской, которую Аристарх Васильевич защитил в тридцать четыре года, не дали никаких зацепок, ломать голову и дальше можно было сколь угодно долго, но от этого ощущение, что добыть информацию не удастся, только усиливалось и это сыграло свою роль. Виктор прервал мучения и решил действовать, в конце концов, до истины можно было докопаться, идя другим путем, подключив службу безопасности Сапфирова.

Первым делом Смиронов созвонился с Гольцманом, уточнив, переговорил ли старик со своим давним приятелем о предстоящем визите. Получив утвердительный ответ, набрал номер Шведова, дабы согласовать время, когда можно будет подъехать. Услышав: «Да хоть сейчас», — решил быстрее поставить точку в одолевавших сомнениях. Ехать предстояло на другой конец города, где слегка поодаль от многоэтажек почти у самого моря на возвышающемся над ним каменистом плато располагался небольшой район частных застроек. Найти улицу и дом здесь не составляло труда. Нужное строение занимало место в крайнем ряду метрах в семидесяти от обрыва, откуда открывался чудный вид на охватываемую городом бухту. Заполучить здесь участок на строительство было не просто, но Шведову похоже пошли на встречу, скорее всего ввиду того что у власть имущих часто возникают жизненные ситуации требующие вмешательства специалиста его профиля. Причем афишировать такого рода проблемы не принято, а здесь навестить врача можно было, так сказать, чисто по-соседски. О том, что доктор пребывал явно не в своей когорте, говорила весьма скромная по местным меркам постройка, и лишь забор соответствовал здешнему статусу.

Припарковавшись у ворот, Виктор подошел к калитке и нажал на звонок.

— Проходите не заперто, — услышал он в динамике, располагавшемся у глазка видеокамеры.

Помня о том, что доктору тяжело ходить, молодой человек быстро прошел к дому и, приоткрыв дверь, поинтересовался.

— Аристарх Васильевич, можно?

— Не стесняйтесь, к сожалению, не могу встретить, уж извините.

Мужчина крепкого телосложения стоял посреди комнаты, опираясь на две палки, это выглядело столь не естественно, что хозяин дома уловил недоумение в глазах гостя.

— В руках силы хоть отбавляй, а вот с ногами беда, — произнес он, скорее констатируя факт, чем оправдываясь. — Проходите за мной, можно было бы присесть здесь на диван, но привык вести деловые разговоры в кабинете, там обстановка больше располагает к решению серьезных вопросов.

Под кабинет была отведена довольно просторная квадратная комната, окно которой смотрело в сторону моря. У противоположной стены стоял рабочий стол, опоясанный сзади и слева книжными шкафами. Справа от двери находились два кресла с массивными высокими спинками. Указав на дальнее, Шведов произнес.

— Располагайтесь, — а сам опустился в то, что было ближе.

— У вас тут прям как на капитанском мостике, — кивнув на окно, заметил Смирнов.

— Да, море это здорово. Когда штормит, ставлю секцию на проветривание и слушаю шипящий голос, способствует релаксации. Особенно полезно после тяжелого дня. — Мужчина сделал короткую паузу, после чего продолжил. — Яша очень хвалил вас и просил помочь.

— Значит, замолвил слово, — улыбнулся Виктор, — обязательно поблагодарю.

— А я ведь помню вас еще маленьким.

— Неужели? у меня были проблемы в детстве? — поинтересовался Смирнов.

— Просто с вашим родителем приходилось регулярно пересекаться. Наши пациенты довольно часто доставляли хлопоты полиции и порой не простые. Кстати, насколько знаю, вы учились в столице и там же проходили службу, сделав не плохую карьеру. Что заставило вернуться?

Услышав вопрос, Виктор моментально понял, от ответа во многом будет зависеть, станет ли собеседник откровенничать. Более того, Шведов мог знать определенные перипетии судьбы Смирнова а стало быть сокрытие чего либо моментально переводило общение в плоскость недоверия. Сделав небольшую паузу, собравшись с мыслями, Виктор во всех подробностях, так же как когда-то Колотову и Шматко, поведал Аристарху Васильевичу, какие проблемы заставили переехать в родной город.

— Да уж, обстоятельства порой сильнее нас, — подвел мужчина итог сказанному, когда гость закончил повествование, — но вы не отчаивайтесь, возможно, скоро все переменится.

— Не поверите, выпав из столичной суеты в провинциальную жизнь, впервые за многие годы почувствовал вкус жизни. Здесь все иначе, в людях меньше фальши, друзья бескорыстные. Буквально на днях Москва опять стала открыта, но, откровенно говоря, не тянет, если не брать в расчет обосновавшихся там родителей.

— Вы уж извините старика, замучил расспросами, большую часть времени коротаю один, приятели навещают не часто, проблем сейчас у всех хоть отбавляй, ритм жизни ломает обывателя. Рассказывайте, какое дело привело ко мне.

— А Яков Самуилович не предупредил о чем пойдет речь?

— Воздержался и это, откровенно говоря, удивило.

— Меня интересует Наталья Орлова. Все что знаете и сочтете нужным или возможным рассказать. По имеющейся информации именно вам удалось забрать ее из дома.

— Расписку о неразглашении с меня не брали, да если бы даже и так, с одной стороны я стар, и мне нечего бояться, с другой понимаю, что информация вам нужна не ради праздного любопытства. Хотя, представители соответствующих органов настоятельно рекомендовали забыть этот случай, но это, увы, не возможно. В моей практике ничего подобного больше не случалось, а повидал многое.

— Говорят вас привлекли к делу после того как у сотрудников опеки, пытавшихся увести девочку, случились психические расстройства? Полагали, что ее оберегали духи умерших брата и матери.

— Последнее, уверяю, не имело никакого отношения к действительности, обычные домыслы. После общения с теми, кто побывал в квартире, был на сто процентов уверен, что люди подверглись сильнейшему гипнотическому воздействию, без ограничения врачебным принципом не навреди. Трудно было поверить, что до такого состояния их довел ребенок, впоследствии все проходили курс реабилитации. Меня же она ждала в прихожей, словно знала о визите, и это само по себе было удивительным. После того как встретились глазами, понял, этот милая девчушка может сделать так что даже не перешагну порог, а ведь я сам практикую гипноз. Помимо этого ощутил нечто напоминавшее сканирование головы, скорее всего, Наташа считывала мысли. Со мной ушла без разговоров, не причинив вреда, скорей всего, поскольку знала о том, что произойдет дальше и это её устраивало. Так что добавьте в копилку способностей еще и дар предвидения. Случай был не ординарный, откровенно говоря, не знал что делать. Решил посоветоваться со своим научным руководителем профессором Звягинцевым. Николай Александрович обещал помочь. На следующий день от него приехал человек, явно сотрудник спецслужб, причем не обычный. От него исходила такая же сила, как и от Орловой, спорить с ним или возражать было бесполезно, а кроме того, девочка отнеслась к нему как к близкому родственнику. Уже после того как мужчина ее забрал, в больницу наведались люди теперь уже с соответствующими документами, вот они-то и порекомендовали позабыть обо всем.

— А что случилось с родными?

— Брат покончил с собой на почве неразделенной любви, выбросился из окна, мать не перенесла этого и скончалась от сердечного приступа. Это все что знаю, причем со слов сотрудников органов опеки, состоянием здоровья которых пришлось заниматься.

— Выбросился из окна, — почти на распев произнес Смирнов, явно о чем-то думая.

— А что вас удивляет? — поинтересовался Шведов, — случай довольно распространенный особенно в подростковом возрасте у лиц с хрупкой психической конституцией. Правда, в большей мере, это свойственно особям женского пола, которые по природе более впечатлительны и эмоциональны.

— Просто сейчас расследуем случай, где вполне успешная женщина свела счеты с жизнью именно в такой способ, — о том, что потерпевшую побудили к этому с помощью гипноза, Виктор намеренно промолчал, поскольку стопроцентных доказательств этому не было, если не брать в расчет, то, что поведал Лагуткин.

— Что ж, и это не редкость, причин тому известна масса, хотя суицид явление глубоко не познанное. Виктор Леонидович, хоть чем-то я вам помог? — поинтересовался старик у гостя.

— Вероятнее всего да, причем, думаю, весьма значительно, но со стопроцентной уверенностью это можно будет утверждать, когда расследование будет завершено. Порой как получается, все факты укладываются в версию, а маленькая деталь вдруг разрушает, казалось бы, очевидное дело и правду приходится искать заново.

— Хотелось бы узнать, как сложилась судьба Орловой. Если что станет известно и можно будет рассказать, поведайте, уважьте старика.

— Непременно, не сомневайтесь.

Завершив деловой разговор, Виктор еще около часа говорил с Аристархом Васильевичем о разных пустяках, Шведов был просто кладезем всяких забавных историй имевших место в его жизни.

Глава 26

Соседка

Добравшись до машины, Смирнов несколько минут сидел за рулем, не запуская двигатель. С одной стороны удивило необычное чутье «Саймона», предположившего, что девочка гипнотизер, а кроме того, не давало покоя сходство способа, посредством которого ушли из жизни брат Орловой и Самойлова. Скорее всего это было совпадением, связи между этими смертями не просматривалось, да и из того что ребенка забрали представители спецслужбы отнюдь не следовало, что девчушка стала агентом с позывным «Первая», хотя, вероятность такого события была довольно высока. Сергей Иванович, зацепившись за спорщиц в интернете, предполагал, что вышел на местного гипнотизера, возможно имевшего мотив извести семейство Самойловых, или получившего заказ от здешнего заинтересованного лица, скажем мэра Сапунова. Но оказалось, что Наталья Орлова не просто попала в поле зрения ФСБ, а скорее всего, оказалась в их структуре. При этом Виктор был согласен с отцом, убирать представителей местного бизнеса, задействовав эксклюзивные возможности верхнего эшелона спецслужб, не имело смысла. Так или иначе, но во всей этой истории много чего не стыковалось и у Виктора не оставалось ничего кроме как задействовать способ довольно часть дававший положительный результат в такой ситуации. Нужно было продолжать собирать информацию по делу, в том числе и о семье Орловых, в надежде, что, в силу действия закона — перехода количественных изменений в качественные, на определенном этапе вновь добытые сведения позволят распутать клубок ныне сложившихся несуразностей. В этом плане наиболее простым шагом виделось общение с соседями Орловых, они, вне всякого сомнения, знали о девочке больше чем Шведов, в контакте с которым Наташа пробыла чуть более суток. Именно этим Смирнов решил заняться прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик.

Проехав через арку во двор нужного дома, Виктор осмотрелся, припарковать машину можно было у трансформаторной подстанции со стороны глухой стены, где на специально выделенной для этого площадке имелось несколько свободных мест. Вместе с этим молодой человек обратил внимание на собравшуюся группу старушек, оккупировавших две лавочки возле одного из парадных. Пристроив машину, мужчина подошел к ним.

— Добрый день, извините, что прерываю беседу, мне нужно пообщаться с людьми, знавшими Орловых.

— Так не живут они здесь давно. — Проговорила невысокого роста полная женщина, внимательно всматриваясь в лицо Виктора.

— Знаю, даже предполагаю, что значительная часть жильцов в доме, за это время поменялась и все же надеюсь, что кто-то остался.

— А с чем связан интерес? Да и вообще кто ты таков? — Подала голос крепкая старуха, в грубо вязаной кофте, сидевшая на противоположной скамейке, и чуть помолчав, добавила. — Раньше тебя тут не видели.

Смирнов понял, что интересующие его люди есть как и то, что заполучить от бабок нужную информацию будет не просто. В этот момент, откровенно говоря, пожалел, что поторопился и не напряг Шматко, который по прописке мог пробить нужный контингент, правда и тогда для общения желательно было бы иметь рядом участкового, народ нынче не безосновательно подозрителен к посторонним. Но раз уж приехал, нужно было как-то решать вопрос, и Виктор сделал ставку на присущее женщинам любопытство.

— Стало быть, не знаете, — с сожалением произнес он, параллельно взглядом окидывая двор, тем самым давая понять, что будет искать новый источник информации.

— А почему мы должны чем-то делиться с первым встречным? Скажи, кто такой, а там посмотрим, — не унималась старуха в кофте.

— Вера, не наезжай на человека. — Оборвала подругу женщина, заговорившая с Виктором первой. — Это писатель Виктор Смирнов.

— Уверена?

— Внук Ванька читает детективы и его в том числе. Показывал фото в интернете, говорил, приехал к нам в город, хотел встретиться.

Удача неожиданно свалилась в руки, моментально изменив отношение придирчивых старушек.

— А что хотели узнать об Орловых? — поинтересовалась худенькая женщина, сидевшая на краю скамейки слева от мужчины.

— У них за границей недавно умер дальний родственник, оставивший значительное состояние, — Смирнов импровизировал, — ко мне обратились с просьбой отыскать наследников, поскольку прежде служил в Следственном комитете, а позже вел журналистские расследования и имею в этом определенный опыт. Соседи, друзья и знакомые, как правило, обладают информацией способной направить и ускорить поиски.

— Если кого и искать так это Наташеньку.

— Постойте, так у Валентины Петровны Орловой было двое детей сын и дочь?

Женщины переглянулись между собой и сразу стали хмурыми.

— Так Денис разбился. — Всхлипывая и смахивая слезу, проговорила худая старушка.

— Автомобильная авария? — Виктор делал вид, что не знает в чем дело.

— Помогите взобраться на третий этаж, дома выпью сердечного, успокоюсь и все расскажу. — Женщина поднялась и направилась к подъезду, подруги смотрели на нее так, словно речь шла о гибели ее ребенка.

Уже в квартире, не снимая обуви, прошла на кухню, где в навесном шкафчике стояла целая батарея лекарств в бутылочках, выбрав нужное, хозяйка накапала три десятка во взятую там же стопку и, разбавив водой, поморщившись, глотнула содержимое. По помещению тут же пополз стойкий запах валокордина. Махнув рукой, она пригласила гостя проследовать за ней в комнату и присесть рядом на старом повидавшем виде диване. В квартире буквально во всех мелочах витал дух Советской эпохи. Минуты через три женщина кивком головы дала знать, что готова говорить.

— Извините, не знал, что чужая беда так растревожит ваши чувства.

— Почему чужая? — тяжело вздыхая, обронила собеседница.

— Не понял? — ситуация Виктору показалась странной.

— Валюша Орлова моя подруга, жила в соседней квартире. Так получилось, что как вселились в дом, у нас уже не было мужей. Ее дети мне были как родные, своих Бог не дал. Вот здесь, — женщина обвела взглядом комнату, — росли, можно сказать на глазах, шалили, делали уроки, когда мать просила присмотреть. Дениска был старшим, добрый и покладистый мальчик. Учился с усердием, мы с Валей так радовались когда поступил в университет на бюджет, денег чтобы оплатить учебу у нас даже в складчину бы не хватило. Окончил с красным дипломом, но времена пошли такие, что трудоустраиваться надо было самостоятельно. Занялся бизнесом, дело мало-помалу стало налаживаться.

— И что произошло? — зная ответ, поинтересовался Смирнов.

— Он выбросился из окна и разбился насмерть.

Еле успела договорить хозяйка, как на щеки хлынули слезы. Сдернув сплеча тонкий платок, она закрыла им лицо. Дождавшись пока женщина успокоится, Виктор спросил.

— И что толкнуло на столь отчаянный шаг?

— Разбитое сердце. Денис оказался очень ранимым хоть давно вышел из подросткового возраста. Со школы встречался с девочкой, затем вместе учились в университете, дело шло к свадьбе. Мы с Валей души не чаяли в избраннице, столько лет вместе и тут, за несколько дней до росписи, Октябрина заявила, что любит другого и расстается с Денисом. Нашелся богатый кавалер, и все рухнуло в одночасье, так что выходит она никогда не любила нашего мальчика, а лишь использовала, пока искала более подходящую партию.

Услышав имя избранницы сына Орловой, Смирнов опешил, если речь шла о Самойловой, то расследуемое ребятами дело принимало совсем другой оборот.

— Фамилия девушки часом не Фролова?

— Да,… а вы что ее знаете?

— Недавно Октябрина Самойлова, это ее новая фамилия по мужу, покончила с собой ровно в такой же способ, как и Денис.

— Я слышала, что какая-то богачка выбросилась в окно, но и в мыслях не было что это она. Стало быть, есть справедливость на свете, — женщина, размышляя над новостью, покачала головой. — Наверное, пьяная была или наркотики, бесятся с жиру, — вслух проговорила она то, что крутилось в голове.

— Там не все так просто, — уточнил Виктор, — следствие еще не закончено.… А что произошло после гибели Дениса?

— Валюша не перенесла этот удар, сердце не выдержало. Хоронили в один день рядом. Наташенька осталась сама. Затем несколько раз приходили «крысы» из опеки, хотели забрать девчонку в детдом. Я умоляла оставить ребенка на мое попечительство, просила помочь оформить документы, так они смеялись в ответ. Правда и забрать Наташу не смогли. Там в квартире творилась сущая чертовщина, первые передрались между собой, вторые вылетели перепуганными насмерть, словно увидели оживших покойников. Затем за Наташенькой пришел доктор из больницы, и она как не странно ушла с ним, шепнув на ухо чтобы не переживала мол теперь у нее будет все хорошо, а я ревела как белуга.

Виктор терпеливо дослушал рассказ старушки, полученная информация ставила все на свои места.

— Стало быть, искать следует Наташу, — резюмировал он, придерживаясь линии выдуманного поиска наследника, — а у вас часом не сохранились ее фотографии?

— Так она там еще ребенок.

— Ничего сейчас есть компьютерные программы, которые способны представить, как меняется человек с возрастом. Может пригодиться.

Женщина достала из старого трельяжа альбом и, открыв на нужной странице, протянула гостю.

— Не против если пересниму на телефон.

— Пожалуйста, коли надо.

Предложив хозяйке, опустится вниз к подругам, Виктор засобирался.

— Идите сами, останусь дома, а то измучают вопросами, — проговорила она, закрывая дверь.

Глава 27

Месть

Колотов вышел с совещания в приподнятом настроении, работой уголовного розыска, с момента как Сергей его возглавил, начальство было более чем довольно. Процент нераскрытых дел оказался на минимальном уровне за последние пять лет. Откровенно говоря, майор не ожидал таких результатов. Более того, нынешние показатели не связывал со своей деятельностью, полагая, что нынче повезло, и криминогенная обстановка просто сложилась благоприятным образом. Единственной значимой занозой в заднице было дело Самойловой, но после того как в ходе многочисленных проверок выяснилось что мэр города, у которого был очевидный мотив, не имеет к делу никакого отношения, даже полковник Скрябин перестал давить, требуя его скорейшего завершения. Зайдя к операм, Сергей окинул взглядом помещение, все были на местах и ждали начальника.

— На сегодня все, работу нашу похвалили, так что можете отдыхать с чистой совестью.

Услышав слова шефа, молодежь растворилась, словно и не было, за своим столом остался только Шматко.

— Ну что, пойдем и мы что ли? — только и успел произнести Колотов, обращаясь к другу, как у него зазвонил телефон. — О, Смирнов, может, что нарыл нового, — произнес майор, переводя телефон на громкую связь. — Витя добрый вечер, если нужна компания, то мы готовы, а то после свадьбы, сам понимаешь, посидеть, как прежде не получится, — пошутил он.

— Гена рядом?

— Да.

— Вот и хорошо. Подъезжайте ко мне, есть информация, которая ставит точку в деле Октябрины.

— Сейчас будем, — поднимаясь из-за стола, вклинился в разговор Шматко.

Отключив телефон, Сергей, разводя руками, с сожалением в голосе произнес, — нам с тобой сегодня не отдохнуть.

— Это как сказать, — возразил Гена начальнику.

— Не понял? — удивился Колотов.

— Серега, по-моему, ты заработался. По дороге заскочим в супермаркет прихватим чего ни будь крепенького из приличного, думаю, Витек не будет против, да и ты пока не окольцован. А, кроме того, как понял, обмоем закрытие дела.

В квартиру друга мужчины ввалились не с пустыми руками.

— Стол в аренду сдашь? — шутя, поинтересовался Шматко, обращаясь к Виктору.

— Разве что до утра. — Смеясь, парировал Смирнов, пропуская Гену на кухню.

— Серега, так он совесть совсем потерял и здесь опередил, — пробурчал капитан, глядя на накрытую «поляну».

— Это не беда, обидно, что в главном обскакал.

— Мужики давайте без самобичевания, я человек вольный, поэтому занимался одним делом, а вам параллельно приходится тащить целый воз. Так что, как минимум, условия не равные, да и заслуги моей в сложившемся ходе вещей мало.

— Это как? — удивился Шматко.

— Скоро поймешь, а пока, для разогрева, давайте по маленькой.

— Только рассказывай не спеша со всеми подробностями, а то деловая встреча быстро превратится в обычную пьянку, — предупредил друга Колотов.

— Ну, смотри, сам попросил, — заметил Виктор и продолжил, — нашлась женщина гипнотизер, уроженка нашего города, о которой практически никто не знает.

— Постой, в нашем случае работал профессионал высочайшего класса каких в стране можно по пальцам пересчитать. Или начальник безопасности Сапфирова и консультирующий его академик не правы?

— Не гони лошадей Серега, — Смирнов загадочно улыбнулся.

— Хорошо…. Кто такая?

— Орлова Наталья Николаевна.

— И как нашел?

— Заслуга не моя, проявил инициативу работающий в паре хакер. Добросовестно прошерстив тех, кто учтен, решил поискать нужного человека среди людей с необычными экстрасенсорными способностями, наподобие как у Лагуткина. Исходил из того что некто вполне мог выдавать гипнотические способности за нечто более оригинальное, используя для получения дохода или повышения статуса в неком сообществе. Стал вычесывать закрытые группы в соцсетях соответствующей направленности и наткнулся на необычный спор, как по мне не имевший к гипнозу никакого отношения. Две барышни судачили — могут ли умершие родственники помогать тем, кто жив. Небылиц по этому поводу не имеющих доказательств можно сыскать уйму. Но там, в качестве аргумента, был приведен случай произошедший в нашем городе, когда работники службы опеки не могли забрать несовершеннолетнюю девочку, оставшуюся без родных. Оказавшись в квартире, чиновники вели себя не адекватно, скандалили друг с другом, а в итоге на них наваливался неописуемый ужас. Всем приходившим в итоге пришлось проходить курс реабилитации. Молва понесла мысль, что души умерших матери и брата ограждали девчонку от злых людей, намеревавшихся отправить ребенка в детдом.

— Такое событие действительно имело место? — спросил Шматко, который после знакомства с Лагуткиным был готов верить во многие мистические вещи.

Виктор в подтверждение кивнул.

— А причем тут гипноз? — поинтересовался Колотов.

— Вопрос вполне уместный. Как по мне связи никакой, а напарник предположил, что дело не в душах, ушедших в мир иной, а сам ребенок, владея гипнозом, внушал приходящим страхи и ужасы. Сослался при этом на то, что подобные способности в условиях стресса в детском возрасте проявились у Вольфа Мессинга.

— Постой, Витя. Здесь речь идет о ребенке, а в нашем случае фигурирует женщина.

— Не поверишь, дети имеют привычку превращаться во взрослых, — не зло съязвил собеседник, помня, что сам в свое время задал ровно такой же вопрос, — случай то был давно.

— Допустим, но гипнотизерша, ликвидировавшая Самойловых, не человек с улицы, а сотрудник особых структур. Мы же уже говорили об этом.

— Дальше слушать будем? — Виктора явно потешало неведение, в котором еще прибывали собеседники.

— Хорошо,… и что случилось потом, кто-то сумел справиться с этой девочкой?

— Увел ее из дома Аристарх Васильевич Шведов. Слышали о таком?

— А как же, — ответил Колотов, — это прежний заведующий психушки, врач от Бога, скольких избавил от алкоголизма, закодировав, думаю не сосчитать. Встречался с ним? — уточнил Сергей.

— Обижаешь.

— И что сказал?

— Поведал, что ничего подобного в жизни не встречал. Чтение мыслей, ясновидение и самое главное гипноз, причем последний на таком уровне, что он, со своими умениями, девочке в подметки не годится. Но что наиболее интересно, забрал у него Наташу представитель спецслужб с такими же способностями. Так что, вероятнее всего, «Первая» это Орлова.

— А что случилось с родными, что девочка осталась одна? — спросил Шматко.

— Очень уместный и важный вопрос, — улыбнулся Смирнов. — Брат покончил с собой, выбросившись из окна, мать не перенесла этого и умерла от сердечного приступа. — Виктор взял паузу.

— Еще один попрыгунчик, уж он-то сиганул не под воздействием гипноза сестры? — Гена почесал затылок, — а что, мог, не подумавши, обидеть ребенка.

— На суицид парня толкнула размолвка с девушкой, которая ушла к более богатому кавалеру. Причина банальна, и основная масса людей, оказавшись в подобной ситуации, не идет на столь радикальные меры. — Смирнов опять замолчал. — А теперь самое главное, знаете, как звали его роковую возлюбленную?

— Неужели Октябрина Самойлова? — моментально отреагировал Колотов.

— Да, но тогда еще Фролова.

На кухне воцарилась тишина. Ее первым нарушил Сергей.

— Получается что смерть четы Самойловых банальная месть. Витя, скажи откровенно как сыскарь сыскарю, ты бы стал искать причину произошедшего в отношениях такого срока давности.

— Так уже отвечал, и в мыслях не было. Если бы в дело не вмешался случай, в лице инициативы помощника, до сих пор пребывал бы в неведении.

— Да,… раскладец,… офигеть можно, — майор реально был удивлен. — Понятно, что по классике месть «блюдо» что подают холодным, но не до такой степени. Это сколько ж лет прошло?

— Почитай годков семнадцать, — прикинул Смирнов.

— Да, кстати, — поинтересовался Шматко, — а почему она не порешала с ними раньше? у кого-то есть мысли по сему поводу?

— Разве что предположения,… — задумавшись, произнес Виктор, — думаю, пока пребывала на службе, возможности банально не было. Время группы однозначно расписывали буквально по минутам да даже если по часам, вырваться из той круговерти по своим делам было не реально. А затем, после того как «Тибет» расформировали, чтобы уйти из под зачистки перешла на нелегальное положение. История ее жизни ликвидаторам была известна, так что соваться сюда и крутится возле Самойловых, было опасно. Выждала, пока все уляжется, и сработала, да так что по большому счету комар носа не подточит.

— Не скажи, с тумбочкой наследила — вставил резюме Гена.

— Да, забавно вышло — наследила, не оставив отпечатков, — Серега улыбнулся. — Только если бы не Игорь, с возможностью заглядывать в прошлое, дело давно бы закрыли как суицид. Походу, его вмешательство в процесс расследования предсказать не смогла или, возможно есть какая-то иная причина. Но так или иначе, доказать что Орлова убийца даже теперь когда вся информация имеется не получится. Ее присутствие в квартире Самойловых и на трассе, где погиб Александр, подтвердить нечем, улик никаких, даже тумбочка без отпечатков, в общем, все ни о чем. В результате дело, по сути, раскрыто, а по факту останется глухарем. Подавать ее в розыск можно разве что под надуманным предлогом. Только, если даму не нашли лучшие спецы из ФСБ, у нас надежд вовсе никаких. Да и вообще, скорее всего она где-то за кордоном, документов из прошлой жизни, полагаю, припасено вагон и маленькая тележка, причем таких о которых даже коллеги по цеху представления не имеют. А деньги с ее способностями не проблема. Так что мужики выпить за завершение дела не получится, разве что упиться от ощущения бессилия.

— Пусть так, — обрывая тираду друга и наливая в пустые стопки, сказал Смирнов, — зато с сего дня можно выкинуть из головы все мысли об этом расследовании, а это тоже не мало.

Глава 28

Передышка

Не смотря на то, что последний месяц осени начал отсчитывать свои первые дни, погода на удивление стояла теплая. Днем столбик термометра в тени поднимался до двадцати, а на солнце по ощущениям было и вовсе жарко как летом, даже морская гладь сияла по-особому, призывая к водным процедурам не только «моржей», но и не склонных к осенним купаниям обывателей. Ночью моросил дождь, от чего спалось легко. Виктор забыл, когда поднимался после десяти, даже не смотря на то, что временами засиживался за компьютером почти до утра. Сидевшие внутри биологические часы обычно поднимали в половину седьмого, а сегодня отчего-то дали приятный сбой. Смирнов чувствовал себя не просто отдохнувшим, во всем теле, а главное в голове ощущалась необычная легкость. Возможно, это было связано с тем, что в ближайшей перспективе не наблюдалось никаких срочных дел при наличии которых, даже засыпая, продумывал план дальнейших действий.

Не спеша позавтракав, молодой человек вспомнил что недавно нагрузил «Саймона» работой, в связи с чем следовало навестить старика ведь чего гляди в очередной раз, проявив инициативу, Сергей Иванович мог накопать нечто весьма важное, а он тут разнежился, наслаждаясь отсутствием серьезных проблем.

Знакомую калитку Смирнов открыл уже ближе к двенадцати, и не успел дойти до двери, как на порог вывалился Иванович на очередной перекур.

— О, работодатель, — улыбаясь и протирая пальцами стекла очков, проговорил старик, — а я тут уже наковырял материал под обе задачи, будет что посмотреть вечерком. Погоди, подымлю, поговорим конкретнее.

Через пару минут Виктор сидел на любезно предоставленном табурете у стола, где «Саймон» организовал рабочее место.

— С чего начнем? — задал вопрос Иванович, — со странного или с непонятного.

— Умеете заинтриговать, давайте со второго.

— Тогда поговорим о художнике. С биографией у него как бы все ровно. Родился на Донбассе, окончил школу, служил на флоте, затем институт, подробнее посмотришь сам. Дальше пошли места работы, регалии, кстати, член союза художников России. Много информации о персональных выставках, галереях, где представлены картины, общий перечень работ с приблизительной оценочной стоимостью, соответственно на настоящий момент.

— Иванович, и что же во всем этом непонятного? — Смирнов вопросом оборвал собеседника.

Старик улыбнулся.

— Уж не знаю почему, решил поискать по фотографии похожих на него людей, так сказать двойников. Отыскалось приличное количество, но в каждом имелись определенные изъяны, и лишь одно фото было их лишено, причем сделанное полтора века назад, прогонял по программе детального сравнения. Интересно то, что тоже известный художник, жил в Риме. Взглянул навскидку на работы, как по мне, стиль и манера письма та же что и у Холодова, хотя могу ошибаться в вопросах изобразительного искусства профан. Захочешь, проконсультируешься у профессионала. И тут меня как что-то подтолкнуло копнуть глубже.

— В каком смысле?

— Решил не ограничиваться фотографиями, а пристегнул еще портреты и автопортреты известных живописцев. Ясное дело здесь можно было уповать лишь на определенное сходство. Забавным оказалось то, что все выявленные совпадения на мой дилетантский взгляд писали опять-таки все в той же манере. Но и на этом странности не закончились, — Виктор внимательно слушал собеседника, даже не думая перебивать. — Холодов довольно часто путешествует по миру, появился соблазн сопоставить места, где жили двойники художника с его заграничными поездками. Благо мужчина человек рачительный экономит время, пользуясь для перемещения в основном самолетами, в силу чего выполнить сформировавшуюся задачу, оказалось относительно легко. Он побывал во всех без исключения интересующих меня точках, — наконец Иванович замолчал, пристально посмотрев в глаза Смирнова в надежде разглядеть в них реакцию на предоставленную информацию.

— А кроме этого еще что-то посещал?

— Да,… то, что у магов и экстрасенсов всех мастей принято считать местами силы. Так что наша местная знаменитость с двойным дном, говорить о скелетах в шкафу в этом случае мелко.

— Прям Дункан Маклауд, обремененный вечностью, живет в разных местах, — полушутя Виктор облачил в словесную форму описанную ситуацию.

— Нет, больше походит на особую форму быстрой реинкарнации причем в таком же теле, — на полном серьезе возразил «Саймон». — Есть множество школьных, студенческих и более поздних фотографий, на которых можно утверждать смело присутствует один и тот же человек в разные периоды жизни. Причем на них же имеются другие люди, с которыми Холодов общается в соцсетях. Увы, но в данном случае биография полностью подтверждается. Что это за феномен разбирайся сам, если нужно. — Иванович на минуту замолчал, а затем поинтересовался, — ну что удивил?

— Уже не первый раз, с девочкой тоже оказались правы. Понять не могу, откуда вам навевает такие мысли?

— Сам не знаю, — усмехнулся старик.

— Сергей Иванович, а что по второму персонажу? Как понял с ним связано нечто странное. Не удивлюсь, если нарыли, что Рожков работает на одну из иностранных разведок, — шутя, произнес Виктор.

— Не,… полковник служака честный, на не малый уровень выгреб сам. Родители из работяг помочь в этом деле никак не могли. По всему быть бы ему генералом, но женился рано, на такой же простушке, стало быть, по любви, а приласкал бы дочь продвинутого папы и карьера пошла бы в гору совсем по другому. Вся информация, что удалось собрать, на флешке, посмотришь дома, о нынешних делах после увольнения сведений совсем мало. Если важно, думаю можно поинтересоваться у господина Сапфирова, что могу сказать однозначно он его правая рука. — Саймон ехидно улыбнулся. — Откопать что твои проблемы, так или иначе, связаны с этой парочкой было не сложно, но лично для маня интересное заключается в другом.

— Уж поведайте? — усмехаясь, попросил гость.

— То, что с этими двумя персонажами бодаешься давно ясно из прежде проведенных расследований. Стало быть, знаешь всю их подноготную, и тут возникает вопрос, зачем подбросил работу по сбору досье на полковника? — старик пристально посмотрел в глаза собеседнику.

Виктор не хотел оставлять помощника без нормального дохода, учитывая его материальное положение, но, заявив это открыто, мог обидеть человека, в силу чего судорожно искал в голове удобоваримый ответ.

— Собрать информацию полдела, хотя тех, кто может сделать это качественно тоже не много. Помогали мне в этом прежде разные люди, а вот сталкиваться с человеком, практикующим при этом столь своеобразный подход, пришлось впервые. Если бы не ваше особое видение направлений поиска, не выйти бы нам на Наталью Орлову. Именно поэтому и решил поручить покопать на Холодова и Рожкова и не ошибся, опять отыскали весьма необычные факты.

— Выкрутился. — Пробурчал старик, давая понять, что осознает — гость вешает лапшу на уши. — Ладно, не будем раздувать конфликт, но это в том случае если честно поведаешь все, что касается одного заинтересовавшего обстоятельства. — «Саймон», о чем-то задумавшись, замолчал.

— Не томи Иванович, — Смирнову не терпелось узнать, что за карту держит старик в рукаве.

— Скажи Витя, тебе знакома эта дама? — Сергей Иванович вывел на монитор фотографию девушки, с буквально рисованными правильными чертами лица в изысканном вечернем платье, изображение, скорее всего, было позаимствованную из какого-то глянцевого журнала.

Виктор долго всматривался в экран, по всему было видно, что напрягает память.

— Однозначно нет, даже не встречал, такую красотку непременно бы запомнил.

— Да ладно, — эти слова Иванович произнес так, словно выдвигал обвинение.

Смирнов еще раз посмотрел на фотографию, каким-то непонятным образом она притягивала взгляд, барышня, изображенная на ней, пробуждала в мужчине смешанные чувства.

— Говорю же нет, — уже с небольшим раздражением добавил гость.

— Стало быть, не знаешь кому подарил экземпляр последнего романа еще не появившегося в магазинах, причем с дарственной надписью? — С явным укором произнес старик.

Только после этих слов картина для Виктора прояснилась.

— Постой, это что Катя Рожкова? — «Саймон» утвердительно кивнул, после чего Смирнов подробно рассказал при каких обстоятельствах и почему сделал подарок.

— А я голову ломаю, — почти извиняясь, произнес Сергей Иванович. Думал вот судьба злодейка выкинула фортель, влюбился парень в дочь врага. А тут оказывается, девушку не знает, да и проблемы с отцом как бы ушли в прошлое.

— Видел только детские фотографии и то один раз, даже не зная имени. Когда заказывал сбор данных на полковника прежде, по этическим причинам просил все что касается семьи отфильтровывать.

— Так барышня получается как бы твой ангел хранитель?

— Да, не знай Рожков о ее отношении к моему творчеству, не стал бы переубеждать Сапфирова что лучше не решать со мной вопрос просто и кардинально.

Старик опять задумался.

— Знаешь, скорее всего, это не случайно, думаю, здесь таится некий знак.

— Возможно,… к мистике после определенных событий стал относиться не просто терпимо, знать бы только о чем хотят сказать высшие силы? — молодой человек, изображая непонимание, развел руками и улыбнулся.

— Это у вас образованных мистика да эзотерика у меня их определенные проявления объединяются в простонародном понятии — чуйка.

— И что же она подсказывает?

— Вы должны быть вместе, — Сергей Иванович на пару секунд замолчал, а затем продолжил. — Вить, а почему бы тебе не жениться? Вариант шикарный, хороша собой, умна, да и тебе по возрасту как бы давно пора.

— Иванович, не наезжай, мать вон при встрече весь мозг проела.

— Смотри, дело твое. Хотя,… — старик усмехнулся, — если судьбой предназначена на кривой козе не объедешь.

Мужчины еще какое-то время поговорили о пустяках и Смирнов, положив в карман флешку, а на стол причитающуюся за работу сумму, засобирался домой.

Уже в квартире, усевшись на диван, Виктор набрал номер Рожкова, ожидавшего, что местные опера совместно со Смирновым отыщут зацепку, через которую можно выйти на убийцу супругов Самойловых.

— Добрый день, Павел Александрович, есть новости, — произнес молодой человек, услышав знакомый голос. После чего кратко изложил информацию о Наталье Орловой.

— Стало быть, причина обыденная месть.

— По общему мнению, другого и быть не может.

— Долго же ждала.

— Психическую травму, полученную в детстве, выкинуть из головы не просто, вот она и стерла ее кровью. Причем замете заставила Октябрину умереть так же как погиб брат.

— Да, как не беги вперед прошлое неотступно следует по пятам, — задумчиво произнес полковник, после чего добавил. — Выходит, к моему шефу эти две смерти не имеют никакого отношения и в расследовании можно ставить точку, барышню пусть ищут те, кому это надо.

— Сомневаюсь, что найдут, — высказал мнение Виктор.

— Спасибо за новость, решил проблему. Нужна будет помощь, звони, — сказал полковник напоследок и повесил трубку.

Часть вторая

Дар Богов

Глава 29

Неожиданная новость

Время шло к обеду. Шматко прикинул, что есть смысл, пока часть офицеров торчит на совещании у Скрябина, опуститься в столовую и без толкотни в очереди поесть, тем более что позавтракать, толком не успел. Капитан подошел к двери и в этот момент зазвонил телефон.

— Слушаю, — недовольно пробурчал он в трубку. — На связь вышел приятель из ГИБДД.

— Генчик, а где Колотов?

— На совещании у шефа, сидят с утра видать решают вселенские проблемы. А что?

— Битый час дозвониться не можем.

— Так не мудрено, Серега перед свадьбой стал рассеянным, забыл телефон в кабинете, трезвонит как подорванный.

— Слышь, может, выручишь. Константиновича напрягать не мой уровень, да и мужик он жесткий.

— Проблема то в чем?

— У нас тут ДТП странное, двое погибших.

— Толя, ты ничего лишнего не курнул? Это же ваша парафия, нам своих жмуров хватает.

— Попомни мои слова, все равно напрягут. Только сейчас свидетели еще здесь, а потом будете искать роя землю. Народ то у нас ушлый, поглазеть так завсегда, а как давать показания разбегаются как тараканы.

— И что там у вас?

— Групповой суицид.

— Это как?

— Приедешь, узнаешь, — с раздражением ответил приятель.

— Называй координаты.

— Вот это деловой разговор. У банка на бульваре Судостроителей.

Не успел капитан спрятать телефон в карман, как дверь распахнул Колотов. Увидев друга на «низком старте», майор поинтересовался.

— Куда намылился?

— Поехали, по дороге расскажу.

Выбравшись из машины и пожимая руки сотрудникам, Сергей окинул взглядом место происшествия. Двое крепких высоких мужчин лежали под седельным тягачом марки Вольво. Судя по картине можно было предположить, что машина переехала их передними колесами и естественно, имея солидную массу, нанесла травмы не совместимые с жизнью. Причем скорость автомобиля, скорее всего, была не большой, поскольку погибшие не побывали под задними осями. Ребята из ГИБДД предусмотрительно успели накрыть тела, чем смогли. На открытом участке дороги вдвоем угодить под колеса такой заметной машины, это надо было очень постараться.

— Кто видел происшествие? — поинтересовался майор у толпы зевак, которая после их приезда начала заметно «таять».

— Анатольевич, — обратился к начальнику УГРО капитан Анисимов, — основная свидетельница у нас в машине, поняли, что будите не скоро, данные записали, просили присесть и подождать, не на ногах же торчать битый час.

Не высокого роста дама средних лет, поняв что разыскивают ее, выбралась из патрульного авто и направилась навстречу.

— Здравствуйте, майор Колотов, — представился Сергей, по привычке продемонстрировав удостоверение.

— Краснова Ольга Васильевна, — пробормотала свидетельница.

— Вы, Ольга Васильевна, не волнуйтесь, расскажите, что видели по возможности в подробностях.

— Я шла позади вот этих мужчин, — Краснова наклоном головы, стараясь не смотреть под колеса грузовика, указала на тела погибших. — Похоже, никуда не спешили, а скорее всего кого-то ждали.

— Почему так решили? — уточнил майор.

— Просто когда из дверей банка вышла женщина, они оживились и быстро двинулись на встречу. Неожиданно, почти из неоткуда, появилась такси и остановилась в паре шагов от неё. Мужчины бросились к машине, надеясь перехватить, и тут все и произошло.

Серегу внутри покоробило от услышанной несуразицы, но, понимая душевное состояние свидетельницы, он уточнил.

— Такси припарковалось к тротуару?

— Да.

— Потерпевшие бежали по нему? — дама в ответ кивнула, — так как же они оказались на дороге?

— Ой, извините. Женщина, увидев этих двоих, не стала садиться, а развернулась навстречу, держась за дверцу, и тут случилось невероятное. Вместо того чтобы, сделав несколько шагов, добраться до нее, мужчины стремглав кинулись перебегать дорогу, словно испугались чего-то. Водитель среагировал, но не мог предположить, что люди буквально бросятся под колеса.

— И что было потом.

— Дама села в такси, и оно тут же уехало.

— Вы свои координаты оставили? — поинтересовался Колотов.

— Да, и телефон тоже.

— Если вспомните какую-то деталь обязательно сообщите, — майор протянул визитку, а пока не смею больше задерживать.

Сергей задумался, в голове роились мысли: «Отмочить такое могла разве что Орлова. Почему осталась в городе? Кто эти двое? вероятней всего те, кто послан по ее душу».

— Видя состояние начальника УГРО, Анисимов поинтересовался.

— Ну что Анатольевич, не зря вызвали.

— Не зря Толя, ой не зря. Только чую, головняк с этим делом будет тот еще.

— Похоже, пасли клиента из банка с большой сумой, думаю, тут без участия сотрудника не обошлось. По горячим следам, надо полагать, вычислите быстро, — поделился версией Анисимов.

— Ага, а потом пацанов, заточенных на гоп-стоп, в последний момент замучила совесть, и они решили свести счеты с никчемной жизнью, бросившись под колеса грузовика.

Анатолий скривился, поняв, что сморозил глупость, и отошел в сторону. Обернувшись к Шматко, расположившемуся за спиной шефа, Сергей распорядился.

— Гена вызывай наших. — Капитан сделал телефонный звонок, после чего шепотом поинтересовался.

— Думаешь тоже, что и я.

— А есть другие варианты?

— Так может сообщить Виктору, а то неудобно получится.

— Молодец что напомнил, свяжись обязательно. — По всему было видно, что Колотова гложет некая мысль, — как полагаешь, зачем пошла в банк, там же не засветится под камерами не реально?

— Ну, даешь Анатольевич, — удивился Шматко, — зачем туда ходят, за бабками.

— С ее способностями деньги можно взять у любого прохожего, приплюсуй к этому опыт пребывания на нелегальном положении, такие проколы не уровень Орловой.

Шевроле Топалова припарковался сразу за смертоносной фурой. Эксперт медленно выбрался из машины, больные суставы сковывали движения, и первым делом направился к Колотову.

— Умеете вы Сергей Анатольевич находить работу, — пошутил старик, протягивая руку.

— Если бы только работу, Иван Степанович. — Со скорбным видом произнес майор.

— А что еще?

— Проблемы,… сами знаете, на какое место.

— Да полно вам, было бы из-за чего расстраиваться в этом деле мы все не малые специалисты, — подбадривая Сергея, с улыбкой проговорил Топалов.

— Иван Степанович, документов при убиенных не обнаружено, нужны будут хорошие фото, насколько возможно, попробуем запустить поиск по лицам. А, кроме того, как всегда дактилоскопия, хотя, думаю, в базе их пальчиков нет. А мы с Геной, пока, прогуляемся в злачное финансовое учреждение, — Серега кивнул на банк, — их камеры должны были заснять произошедшее. Сравним с показаниями свидетелей.

Посещение жонглирующей деньгами «конторы», сотрудники которой обычно ревностно относятся к информации происходящей внутри и отчасти снаружи, упрощалось тем, что это был центральный офис, в котором находился начальник службы безопасности, в прошлом заместитель Скрябина, вышедший на пенсию два года назад как раз под освободившееся «хлебное» место, и соответственно знакомый с Колотовым лично.

Проходя в просторный холл, майор показал удостоверение охраннику и попросил пригласить шефа. Через пару минут навстречу необычному посетителю шагал коренастый, коротко стриженый мужчина в строгом черном костюме.

— Здравствуйте, Афанасий Львович, — улыбнулся Колотов и пожал протянутую руку.

— Какими судьбами Сережа, слышал, пошел на повышение? — в пору, когда Трофименко был замом начальника управления, Сергей пребывал на должности старшего опера. Произнося эти слова, подполковник крепко стиснул руку Шматко, — гляжу, и молодежь растет.

— Да есть малехо, — ответил майор за обоих.

— Рассказывайте в чем проблема.

— Тут прямо напротив вашей конторы произошло странное ДТП, свидетель рассказывает небылицу. Хотелось бы посмотреть видео.

— Без проблем, следуйте за мной.

Охранник, дежуривший на пульте, перемотал запись до того момента как незнакомка вышла из дверей банка и направилась к дороге. Далее все произошедшее в точности соответствовало показаниям свидетельницы Красновой.

— Вот это кино, первый раз такое вижу, — пробурчал Афанасий Львович, — что думаете? — Спросил он у действующих сотрудников.

— То, что ее поджидали на выходе из банка, полагаю, вне сомнений? И тут возникает вопрос, откуда у них информация о том, когда и зачем пришла? Возможен внешний источник либо навел кто-то из ваших сотрудников, — Колотову требовалось добыть в банке максимум информации, поэтому говорил то, что поспособствовало бы этому, а не то о чем думал. Сергей на мгновение замолчал, после чего продолжил. — Думаю, Афанасий Львович, в ваших интересах все выяснить прямо сейчас.

— А что могло заставить их бросится под машину? — поинтересовался Трофименко.

Колотов знал ответ на вопрос, как и то, что правильнее будет промолчать.

— Выясним, кто клиентка тогда возможно что-то узнаем, а пока неплохо бы было понять, зачем приходила и кто с ней контактировал.

— Саша, крутни кинуху назад, до места, когда женщина входит в банк, — распорядился начальник безопасности. И через несколько секунд, явно напрягшись, скомандовал, — стоп.

— Отлично, начало есть, — пробормотал Колотов. Что за сотрудница ее встречает?

— Управляющая центральным офисом.

— Саня поищи по другим камерам куда пошли.

— Афанасий Львович, прямо в хранилище, но там камеры нет. Вот Светлана Игоревна на время вышла, пока клиентка открывала ячейку, — мужчина указал на нужный монитор, — затем зашла и вышли вдвоем. Причем замете, — проявив наблюдательность, отметил охранник, — у посетительницы с собой нет даже дамской сумочки. Стало быть, то, что взяла, умещается в руку, карман или декольте.

— А можно как-то встретиться с управляющей? Она ведь должна была проверить документы у посетительницы.

— Так вот смотрит паспорт, — предугадав команду начальника, сказал Александр, остановив нужный фрагмент. — Кстати, на выходе из хранилища его у клиентки уже нет.

— Хороший сотрудник, — похвалил охранника Сергей, — половину работы за нас сделал. И все-таки как на счет управляющей?

— Пойдемте, не вопрос.

Идя по коридору и ступеням на второй этаж, Трофименко набрал номер и предупредил коллегу о предстоящем визите. Уже через пару минут Колотов и Шматко оказались в довольно просторном кабинете, где Афанасий Львович незамедлительно представил гостей хозяйке помещения. После чего Сергей, решивший подойти к делу деликатно и издалека, заговорил.

— Светлана Игоревна, на дороге прямо напротив банка произошло происшествие, свидетелем которого стала ваша клиентка. Нам нужно разыскать женщину.

— Извините, — собеседница была слегка обескуражена, — а я чем могу помочь?

— Вы лично встретили ее в зале и провели в хранилище, проверив при этом паспорт.

— Документ взяла машинально по привычке, необходимости в этом не было это Самойлова Октябрина Витальевна, с которой мы в приятельских отношениях.

Услышав имя и фамилию, Колотов с Шматко в недоумении переглянулись, и этого оказалось достаточно чтобы наваждение, окутавшее женщину, начало таять. Наконец, в полной мере осознав, что сказала, и побелев при этом, Светлана Игоревна стала медленно оседать и точно упала бы, но Трофименко, стоявший рядом, вовремя, подхватил даму, усадив на стул. Легко встряхнув женщину за плечи и пристально посмотрев в глаза, убеждаясь, что она в сознании, Афанасий Львович предложил.

— Вызвать скорую?

— Не стоит, — пробормотала хозяйка кабинета, — уже легче, дайте воды.

Шматко поднял стоящую на столе бутылку минералки и, наполнив расположенный здесь же стакан, подал управляющей. Колотов понял, что задавать вопросы не имеет смысла, следует подождать пока дама придет в себя тогда все и расскажет. Сделав несколько глотков, Светлана Игоревна заговорила.

— Я ведь была на ее похоронах, но сегодня, говоря по телефону и встретив в банке, каким-то образом совершенно забыла, что ее нет. Более того, я видела именно Октябрину. — Руки женщины задрожали.

— Не накручивайте, здесь любому стало бы не по себе. На деле вы столкнулись с человеком обладающим гипнозом, и все что грезилось просто внушение. — После этих слов Колотова дама с облегчением выдохнула.

— Тогда получается, что я впустила постороннего человека в хранилище.

— Находясь под такого рода воздействием вы не могли поступить иначе, — опять, успокаивая собеседницу, произнес майор. — Интересно только какую ячейку открыли?

— Самойловой.

Сергей усмехнулся, давая понять, что это вовсе не обязательно.

— Постойте, — встрепенулась Светлана Игоревна, — провожая гостью, я не вернула второй ключ на место, а пришла с ним в кабинет, — женщина обернулась на свое рабочее место, — вон он лежит справа от клавиатуры. По нему можно определить какая ячейка была вскрыта. Афанасий Львович, войдите в клиентскую базу с моего компьютера, номер на ключе, — устало произнесла женщина.

Трофименко провозился недолго и наконец, последовало резюме.

— Самойловой, и это думаю наилучший вариант.

— Почему? — Поинтересовался Колотов.

— Судите сами, Сергей Анатольевич, была бы ячейка другого клиента огласки не избежать и надо открывать дело о мошенничестве и двойном убийстве, а не о ДТП. Чувствую, вы что-то знаете, но не договариваете, это ваше право и, по сути, правильно, в связи с чем, у меня вопрос, уверены, что поймаете фигурантку?

— Нет, — ответил майор, понимая к чему ведет бывший зам Скрябина.

— Два глухаря думаю ни к чему. Ячейка Самойловой не на ответственном хранении, было там что, или не было, достоверно знала лишь покойница. О том, что произошло, в полной мере ведаем я, Светлана Игоревна и вас двое. Предлагаю договор, банк не подает заявление о происшествии, нам репутация дороже, в результате нет дела о мошенничестве, вам меньше проблем, да и без упоминания о гипнозе то, что случилось на улице, сможете квалифицировать как дорожно-транспортное.

— Хорошо, по рукам, — согласился Сергей, понимая, что отыскать Орлову не удастся, а в том, что это была она, молодой человек не сомневался. — Думаю, Светлана Игоревна не против? — Подытожил он, и мужчины посмотрели на управляющую, которая в ответ кивнула.

Уже выйдя из банка в сопровождении Трофименко, Сергей заметил.

— Афанасий Львович, полагаю в курсе как сделать, чтобы запись, которую видели, пропала по техническим причинам? Только будет просьба, для нас сделайте нарезку, где камеры зафиксировали лицо мошенницы и можно слепить фото, соответственно удалив всю прочую информацию. Кто знает, возможно, пригодится в будущем.

Глава 30

Новое расследование

В этот же день вечером приятели собрались обсудить последние события. Информацию излагал Колотов, Гена лишь раз вставил свои пять копеек. Смирнов слушал, не перебивая.

Не спеша Серега рассказал о договоре с сотрудниками банка, уточнив, что не должен был распространяться по этому поводу, и делает это, лишь безраздельно доверяя Виктору, полагая, что информация через него не выползет наружу. При этом, откровенно говоря, майор понимал, что утаить сей факт, было бы себе дороже. О таком странном ДТП непременно будет судачить весь город, тема так сказать горячая. Гольцма не упустит ее из вида, и озадачит Смирнова написать статью. Витя профессионал свидетелей отыщет однозначно. Опросив, поймет, что основной фигурант происшествия дама, вышедшая из банка и уехавшая на такси. Чтобы узнать, кто такая навестит финансовое учреждение, где по понятным причинам упрется в стену, затем обратится за помощью, зная, что мы не могли не пройти по столь очевидному маршруту, потянет за ниточку и враз поймет, что чего-то не договариваем. Тогда на дружеских отношениях можно будет поставить крест. А оно стоит того?

Поведав обо всех обстоятельствах сложившихся вокруг происшествия, Колотов на время замолчал, давая возможность приятелю переварить услышанное, а затем продолжил.

— Витя, наши действия, вне сомнения, идут в разрез с твоими жизненными принципами, ты уж извини, что втягиваем в эту ситуацию, но получилось как получилось. Зато не стали юлить и открыли все карты, — явно оправдываясь, произнес майор.

Как ни странно, Смирнов отнесся к услышанному спокойно.

— Серега, не гони волну. Собственно говоря, подавать заявление в полицию или нет, это право потерпевшей стороны, то есть банка. Их понять можно, репутационные издержки порой перевешивают чисто материальные. В данной ситуации коллизия может возникнуть только в случае если наследники потребуют вскрыть ячейку, имея точные сведения о том, что там находилось. Причем, поскольку это было не ответственное хранение у них должны будут быть не опровержимые доказательства того что Самойлова это нечто положила, чего, при отсутствии нарушений работы банка с хранилищем в принципе быть не может. А кроме того, есть вероятность что ячейка использовалась как обманка, для того чтобы убедить охотившихся за неким активом Октябрины что он, так сказать, вне доступа. А теперь о самом главном, в том что это Орлова из присутствующих думаю ни кто не сомневается, но доказать это, не задержав, возможности нет. Во что выливаются попытки стать у нее на пути, увидели на практике.

— А если задействовать группу спецназа? — поинтересовался Шматко.

— А кто даст гарантию что под ее воздействием спецы не начнут палить друг в друга? — копируя тон приятеля, спросил Виктор. — Риск огромен. Так что это, пожалуй, один из тех случаев, когда есть смысл отступить от принципов. Поэтому мужики, считаю, что поступили верно. А бонусом будет то, что не повесите на себя тупиковое дело о мошенничестве в банке. Ваш бывший начальник толковый мужик, быстро сориентировался.

— Спасибо, откровенно говоря, утешил, — подвел итог Колотов.

— Интересно, что было в ячейке? — продолжил рассуждать Смирнов, — и почему Орлова пошла столь не логичным путем?

— Ты о чем? — уточнил Гена.

— Судите сами, она знала, что у Самойловой имеется нечто ценное и что хранится оно в банковской ячейке, ключ от которой заполучила, с ее способностями все это не проблема. При этом ведь могла заставить Октябрину саму изъять содержимое, после чего устранить, но поступила иначе. Почему? Тогда и визит в банк был бы не нужен. Предположить, что не продумала этот момент можно, но только не в случае с нашей фигуранткой.

— Кстати, — вспомнил Сергей, — Трофименко должен подкатить фото.

— Думаю, оно ничего не даст. Наверняка, отправляясь в банк, загримировалась. Более того, у меня есть детская фотография, используя возможности нынешних компьютерных программ можно было бы спрогнозировать, как женщина выглядит к нынешним годам, но полагаю это тоже пустышка. Отсекая зацепки из прошлого, скорее всего, делали пластику. Так что для вас это дело закрыто. Покопаться во всем этом можно разве что для интереса, причем, не переходя соответствующих границ, чтобы не стать на ее пути. И позволить себе это может разве что не обремененный заботами такой лоботряс как я, у вас и на службе дел хватает.

— Можешь на нас рассчитывать, подсобим, чем сможем, — расписался за двоих Колотов, — как собираешься узнать, что было в ячейке?

— При обычных возможностях докопаться до этого просто не реально, но шанс есть. Попробую уговорить Лагуткина, может согласиться помочь. Правда Игореха вернется из командировки только через день, но есть еще и другая проблема, художник Холодов тоже в отъезде, так что, придется ждать доступа к картине.

Время тянулось медленно, узнав, что одноклассник уже в городе, Смирнов, выдержав паузу в течение суток, любопытство буквально сверлило изнутри, сделал звонок и договорился о встрече. В назначенное время Виктор стоял на пороге квартиры с бутылкой дорогого шампанского и огромным букетом для супруги приятеля. Нажав на звонок, Виктор запереживал. Если Игорь откажется, другого варианта узнать что хранила Самойлова, просто не было.

Хозяйка встретила гостя доброжелательно.

— Ну что вы, не стоило так тратится, — произнесла Люба, — по внешнему виду которой все же было видно, что женщина польщена вниманием к своей персоне. — Раздевайтесь, проходите в зал поужинаете с нами, у меня все уже почти готово.

— Любашенька, погоди не суетись. — Лагуткин четко уловил настроение друга. — Сначала мы с Виктором обсудим проблему, а уже затем сядем за стол, а то кусок в горло не полезет, — улыбаясь, произнес хозяин, по глазам приятеля определив, что предложил оптимальный вариант.

— Только постарайтесь не долго, — слегка насупившись, ответила супруга.

— Это уж как пойдет.

Мужчины прошли в комнату сына, которую одноклассник, ввиду того что отрок пребывал на учебе, использовал как своеобразный кабинет. Внимательно выслушав Смирнова, Игорь на минуту закрыл глаза и сидел молча, по всему походило прислушивается к внутренним ощущениям, а может просто в такой способ искал правильное решение.

— Хорошо, — наконец произнес он, — нужно знать точное время, когда женщина зашла в банк.

— Не вопрос, — Виктор протянул другу заранее заготовленную записку, где фигурировали необходимые данные, добавив фотографию, — а вот так она выглядела в этот момент.

— Думаю это лишнее, — Игорь, вскользь взглянув на изображение, вернул другу фото.

— Почему? — окунаясь в недоумение, поинтересовался Смирнов.

— Расскажу потом, сам хочу сначала проверить.

— Жаль что Холодов в отъезде, придется ждать.

— Ты и в этом осведомлен? — удивился Лагуткин, после чего, видя, как приятель буквально сгорает от нетерпения, рассмеялся. — Зато не знаешь главного. Теперь картина, с видом набережной, мне не нужна. Александр Николаевич отучил от этого атрибута сыгравшего роль на начальном этапе. Уходить в прошлое стало проще. Достаточно иметь развитое воображение, чтобы детально представить место, с которого предстоит начать путешествие, но можно обойтись и без этого. Сейчас увидишь сам. Требование одно — сиди тихо как мышь, молчание нарушишь, когда заговорю с тобой.

После этих слов Игорь запустил компьютер, дождался загузки, вошел на яндекс карты и, выбрав режим панорамы, переместился в нужную точку города. Немого поколдовав с углами обзора, в итоге получил вид банка с бульвара Судостроителей. Затем откинулся в кресле, положив руки на подлокотники, и замер. Через какое-то время Виктору показалось, что лицо друга изменилось, теперь он больше походил на экспонат из музея восковых фигур, даже не возможно было определить, дышит ли. Ожидание тянулось томительно долго, хотя в действительности времени прошло не много. Наконец Смирнов заметил, как у Игоря шевельнулись пальцы, а затем на лицо вернулся обычный румянец, но он терпеливо ждал, выполняя наказ друга. Через пару минут Лагуткин поднялся, но еще молчал, разминая шею.

— В банке была та же женщина что в квартире Самойловой и на месте аварии мужа.

— В этом как бы сомнения не было. Но как определил?

— Помнишь, предположил, что фото не понадобится. Присущая ей сила вновь поставила меня за спину, причем не раз столкнувшись с ее действием, могу отличить от вибраций другого мага, ровно как собака по запаху распознает кто перед ней.

— Постой, так ты видел, что было в ячейке?

— Увы, она перекрыла обзор телом. Одно могу утверждать точно, содержимое поместилось в зажатой руке.

— Печально, — Виктор бы явно расстроен, — это была последняя надежда узнать, что хранила Октябрина.

Лагуткин какое-то время молчал, о чем-то думая.

— Ну почему? — наконец произнес он, — закладку в ячейку делала Самойлова, она сверхъестественными способностями не обладает, если знать время, когда это было, можем повторить попытку. Только для этого твоим друзьям придется наведаться в банк, тебе такую информацию никто не предоставит.

После этих слов настроение у Смирнова наладилось.

— А теперь пошли ужинать, — завидев изменение в состоянии приятеля, сказал Игорь, — а то Любаша на нас разобидится.

Глава 31

Итальянцы

В редакцию газеты Виктор заскочил с самого утра, при нем было несколько статей, которые можно было опубликовать в ближайших номерах. Заглянув в кабинет к Гольцману, рассчитывал просто передать флешку и засвидетельствовать почтение, но Яков Самуилович был настроен иначе. Старику хотелось поболтать. В непринужденной форме он поведал о последних важных событиях в городе, таким образом, подбросив Смирнову темы для будущих работ, не обошел вниманием и происшествие у банка. Чувствуя, что беседа может затянуться на долго, Виктор решил, используя момент, улизнуть от присевшего на уши главреда.

— Яков Самуилович, хорошо, что напомнили, — Смирнов посмотрел на часы, изображая не свойственную ему забывчивость, — у меня встреча с Колотовым, обещал подкатить сведения по этому делу. Так что извините, договорим в следующий раз, — молодой человек, разведя руки, поднялся, — разрешите откланяться, опаздываю, — произнес он с наигранным, но весьма правдоподобным сожалением.

— Конечно, конечно, добыча информации для журналиста дело первостепенное. По возможности держите в курсе, — с пониманием проговорил Гольцман.

Оказавшись на улице, Виктор выдохнул и не спеша побрел к управлению. Серега был нужен, но совсем по другому вопросу, требовалось узнать когда Самойлова арендовала ячейку, а также даты и время когда ее навещала. Тайна того что в ней хранилось не давала покоя. По мнению Смирнова эту информацию Колотов, используя знакомство с начальником службы безопасности банка, мог получить без напряга. Уже внутри здания он продемонстрировал сержанту удостоверение прессы и назвал цель визита — встреча с начальником уголовного розыска. Молодой полицейский поднял трубку и набрал нужный номер.

— Товарищ майор, тут к вам журналист Смирнов, что делать?

— Пропусти.

— Подниметесь на второй этаж, повернете направо, — начал было указывать путь следования сержант, но Виктор остановил.

— Спасибо, в курсе.

Стучать в кабинет не пришлось, Серега встретил у дверей.

— И где пропадал столько дней? — произнес Колотов, улыбаясь, — хоть бы позвонил.

— Не хотел беспокоить без нужды.

— Стало быть, без нас никак, — пошутил майор, — и это хорошо. Заодно расскажешь последние новости.

— Встречался с Лагуткиным. Игореха согласился помочь, даже так сказать побывал в банке, но что хранилось в ячейке, не узнал.

— А что так?

— Та же ситуация что в квартире Самойловой, неведомая сила держала его за спиной фигурантки, увидеть содержимое ячейки не смог. Правда утверждает что добытая оттуда вещица уместилась в зажатой ладони, а кроме того убежден в банке была та же женщина что заставила Октябрину выбросится из окна. Так что предположение, что это Орлова, подтверждается.

— Получается, нужно искать другой подход, что бы узнать, зачем приходила, — Сергей поморщился, давая понять, что дело глухое. — Даже и не знаю что посоветовать.

— Вариант есть, — произнесенной фразой Виктор удивил приятеля, — только нужна помощь.

— Рассказывай.

— Самойлова не обладала магическими способностями, если знать время, когда делала закладку, тогда Игорь смог бы увидеть, что это было. Пришел просить через знакомого начальника службы безопасности раздобыть информацию. Нужны дата и время аренды ячейки и те же атрибуты моментов посещения хранилища.

Колотов задумался.

— При других обстоятельствах решили бы задачу в два счета, — медленно растягивая слова, произнес он.

— А в чем проблема?

— Видишь ли, я рассказывал тебе, мы договорились, что хороним дело с происшествием в банке, а такой просьбой сами заявим, что продолжаем копать, не по-людски это.

— Согласен,… не подумал. Тогда придется ломать базу данных. Процесс не простой и, к сожалению не быстрый.

— Витя попробуй добраться до информации в такой способ, а уж если не получится, пойду на поклон к Трофименко. Правда надо будет помозговать, чем обосновать просьбу.

— Жаль, что придется задействовать хакерские методы, сколько займет времени не ясно.

— А тебе вынь да полож, — рассмеялся Колотов, — видать заинтересовало не на шутку. Тогда подброшу еще головоломку, уже хотел звонить. Удалось установить личности погибших в ДТП.

— Сережа, эти парни явно прибыли по душу Орловой. Сам понимаешь, откуда они. У них имен и фамилий с твердыми документами как у дурака махорки, даже если добраться до настоящих данных это ничего не дает.

— Не гони лошадей, — майор расплылся в улыбке.

— Хочешь удивить,… попробуй, — парировал Смирнов.

— Покойнички граждане Италии. Не думаю что, отправляя спецов за человеком на своей территории, кто-то бы лепил им такую легенду прикрытия и ксивы. Ведь в случае чего информация могла дойти до посольства, в век интернета это быстро, и поднялся бы скандал.

— Постой, так вы и должны были сделать запрос.

— Отработали строго по инструкции, более того, пришел ответ, там признали в них своих бизнесменов. Ребята занимались заключением договоров на реализацию крупных партий итальянской плитки. Но самое интересное не в этом, их консульский отдел обратился с просьбой содействовать скорейшей переправки тел и никаких требований по поводу тщательного расследования происшествия, что непременно имеет место в случае гибели иностранных граждан.

— Вот это номер, откровенно говоря, ошарашил.

— Это хорошо, будет, чем заняться. С таким поворотом в деле не соскучишься.

— Интересно, какая связь между Орловой и итальянцами? То, что они охотились на нее, и «Первая» их устранила факт.

— Поковыряешь тему, думаю, версий найдешь вагон и маленькую тележку.

— А что еще известно о фигурантах?

— Жили в отеле «Марьяна», арендовали два номера, заселились за два месяца до аварии, в которой погиб Александр Самойлов.

— Даже так! Это становится более чем любопытно.

— А то. Периодически выезжали из города и возвращались обратно, сейчас пробуем выяснять, куда и зачем, так в виде факультативного занятия в целях оказания помощи другу.

— Сережа, нужны будут их фото и официальные данные. Пока нет сведений из банка, чтобы не терять время, попробую нарыть на них что можно из интернета и попутно пробить по своим каналам.

Колотов вернулся к столу и взял пластиковую папку с вложенными в нее бумагами.

— Тебе фото с места ДТП или прижизненные?

— Естественно вторые.

— Тогда держи, здесь все что потребуется. Знал что попросишь, приготовил заранее.

— Вот спасибо, — после этих слов Виктор внезапно замолчал, о чем-то задумавшись.

— Что-то еще? — поинтересовался майор.

— Появилась шальная мысль.

— Поделишься?

— Обязательно но только после того как проверю, не хочу спугнуть удачу.

— Не думал что суеверный, хотя после «фокусов» твоего одноклассника не мудрено, сам стал смотреть на многое иначе.

— Еще раз спасибо за информацию, с ней дел наметилось выше крыши. Передавай привет Гене.

Выйдя из управления, Виктор быстрым шагом направился к дому, где, опрометчиво, не зная сложившегося расклада, оставил машину. Уже через час Смирнов катил по шоссе к загородному особняку Самойловых. Припарковав авто недалеко от ворот, молодой человек, пройдя десяток шагов, нажал кнопку звонка на калитке, глядя в глазок видеокамеры.

— Кто? — послышался знакомый голос. Виктор не успел ответить, как динамик прохрипел, — а, это вы. Цель визита? — По всей видимости, за пультом находился один из тех охранников, с которыми столкнулись во время первого посещения усадьбы еще на пару с Колотовым.

— Нужно переговорить с Виалетой Степановной. Надеюсь управляющая на месте?

— Ждите.

Через несколько минут калитка, щелкнув электронным замком, отворилась, и Смирнов увидел знакомого крепко сложенного парня, который помог выйти на одного из любовников Октябрины.

— Вас ждут в гостиной, следуйте за мной.

Виалета Степановна встретила гостя все в том же строгом костюме.

— Пройдемте в кабинет, сотрудникам не к чему слышать наш разговор, — с достоинством произнесла дама, и уже после того как Виктор закрыл дверь, поинтересовалась. — Какие-то проблемы?

— Меня прислал начальник уголовного розыска, — произнесенная фраза, по мнению Смирнова, должна была сделать управляющую сговорчивей. — В городе произошли неординарные события, которые могут пролить свет на гибель ваших хозяев, возможно, вы владеете сведениями способными разобраться в случившемся.

С этими словами Виктор вынул фотографии ныне покойных итальянцев и положил на стол перед Виалетой.

— Посмотрите внимательно. Вы знаете этих людей? Возможно, приезжали на встречу с Александром Ивановичем не в офис, а в этот дом?

— Были три раза, каждый раз закрывались и о чем-то подолгу беседовали, — уверено, почти не раздумывая, произнесла женщина, — А что?

— Тоже убиты. — С прискорбием сообщил Смирнов.

— Кошмар! — управляющая была явно напугана, и это способствовало извлечению из нее необходимой информации.

— Скажите, если помните, Октябрина Витальевна присутствовала при этих разговорах.

— Что вы, хозяин вел переговоры один.

— А ни чего странного не заметили в его поведении в этот период.

— Да словно с цепи сорвался, стал ежедневно прикладывать руку к хозяйке. Тогда подумала, может, что узнал о ее кавалерах.

— Кстати, не в курсе были ли у Октябрины Витальевны драгоценности, которые она хранила в ячейке банка?

— Никогда не слышала, да и зачем, в доме имеется сейф и охрана. В банк наведывалась часто, но насколько знаю только по делам бизнеса.

— И последний вопрос. Раз все на рабочих местах, стало быть, решился вопрос с наследством. Кто теперь хозяин всего этого великолепия.

— Бизнес, насколько известно, согласно уставным документам отошел Николаю Матвеевичу Сапунову, — Смирнов, понимая, кивнул, — усадьба сводному брату Александра господину Сапфирову. Только он пока прав не предъявил, а содержание дома и обслуги оплачивает мэр, уж не знаю, почему толи не хочет портить отношения с столь влиятельным человеком либо пытается в такой способ наладить контакты.

По дороге в город Виктор пытался не то чтобы разрешить, а упорядочить в голове образовавшийся ребус. По всему получалось Александр Самойлов имел нечто, в получении чего были заинтересованы иностранцы, ведь не о поставках плитки договаривались. Он не однократно вел переговоры, стало быть, готов был уступить, то чем владел. Вопрос, по-видимому, состоял в конечной сумме и, похоже, проблему утрясли. Сделку сорвала Орлова, устранив Александра. В этом можно было бы увидеть случайное совпадение с замыслом Натальи, по воплощению давно вынашиваемой мести, если бы потом она не появилась в банке, выдавая себя за Самойлову. Стало быть, Орлова была в курсе, на что нацелились итальянцы, и по ходу всех дальнейших событий таки стала обладательницей содержимого банковской ячейки. Октябрина, в момент торгов мужа, знала о продаже чего идет речь и по видимому была не согласна с окончательной суммой, за что ее и поколачивали дабы стала сговорчивее, в том что люди занимающиеся бизнесом могут отказаться продать нечто, исходя из принципиальных соображений, верилось мало. Недаром говорят «что нельзя купить за деньги можно купить за большие деньги». Но тогда выходило что правообладателем вещи, которая в итоге вместилась в ладонь, был не Александр, а супруга, иначе в противном случае, можно было просто не обращать внимание на ее капризы. Кстати, если место в хранилище банка арендовано до появления итальянцев это доказывало, что вожделенное нечто принадлежало Октябрине. Забавным во всем этом оказывалось то, что при таком раскладе, месть, как мотив убийства четы Самойловых, с которым все безоговорочно согласились, на деле пребывала в лучшем случае в ранге сопутствующего эффекта. Лишь только это могло объяснить, почему Орлова, со всеми ее способностями, не заполучила желаемое, не убивая супругов. Но больше всего Виктора обнадеживал факт того что о содержимом ячейки знало достаточно много людей как минимум пятеро: Александр и Октябрина Самойловы, двое итальянцев и Орлова. Что означало, загадка не из раздела тайн за семью печатями и ее можно разгадать, даже если вариант с банком и помощью Лагудкина, по какой либо причине, сорвется.

Глава 32

Неожиданные трудности

Авто наконец проехало знак определяющий черту города. Вопрос чем заняться в первую очередь перед Смировым не стоял, требовалось решить проблему с банком, где хранилась необходимая для дальнейших действий информация. Поэтому Виктор направился к дому Ивановича, способного справится с возникшей задачей. Припарковавшись ближе к забору, в непосредственной близости от калитки, он прошел во двор и направился к двери. Обычно хозяин, заслышав шум машины, выглядывал в окно, чтобы определить, кого это принесла нелегкая, и встречал гостя на пороге, но сегодня все было иначе. «Может куда-то ушел по делам», — мелькнуло в голове. Ждать «Саймона», тем более, не ведая сколько на это придется потратить времени, желания у Смирнова не было. Молодой человек уже собирался повернуть назад к машине, но машинально нажал на ручку двери, которая, пискнув давно не смазывавшимися петлями, легко открылась. «Сергей Иванович? — довольно громко проговорил Виктор в образовавшийся проем, — вы дома?» Ответа не последовало. «Похоже, забыл запереть дверь», — нашел объяснение гость, и в этот момент из глубины комнаты послышался приглушенный стон, окунувший пришедшего в состояние тревоги.

Смирнов, не раздумывая, вошел внутрь. Старик лежал на кровати накрытый несколькими одеялами. Он не бодрствовал и не спал, а скорее пребывал в полузабытьи. Положив руку на лоб, Виктор понял причину — высокая температура сжигала мужчину. Надо было срочно принимать меры. Достав телефон, молодой человек набрал номер Гольцмана.

— Яков Самуилович, нужна помощь.

— Что стряслось Витя?

— Вы наверняка знаете лучшую клинику в городе и имеете связи. Необходимо немедля поместить человека провести исследования и по возможности поставить на ноги. Частное заведение приветствуется, я все оплачу.

— Что-то серьезное?

— Не знаю в вопросах медицины не специалист. Похоже на грипп или воспаление легких, на ощупь очень высокая температура, не бредит, но в беспамятстве. Да, понадобится машина для перевозки лежачих больных.

— Диктуй адрес и жди. — Гольцман нажал отбой.

Через час с небольшим Смирнов уже разговаривал у одноместной палаты с врачом, приставленным к «Саймону».

— Яша просил уделить вам и пациенту максимум внимания, — произнес пожилой доктор, который по возрасту явно пребывал на пенсии, но остался так сказать в строю. — Больной вам кто?

— Просто хороший знакомый, а точнее друг.

— Первичный осмотр провели, сейчас девчонки сделают необходимые анализы и картина прояснится. Пациент не столь критичен. Вы хотели бы переговорить, когда очнется?

— Не к спеху, главное чтобы пошел на поправку.

— Тогда доверьтесь нам, отправляйтесь домой, оставьте номер телефона всю необходимую информацию сообщат или звоните мне на прямую, — мужчина протянул визитку.

— Подскажите реквизиты, могу ли сейчас с карты сбросить задаток на лечение?

— Давайте финансовые вопросы решим позже, поручительства за вас Гольцмана вполне достаточно.

Болезнь Сергея Ивановича поломала основной план. Можно было подключить к делу с банком старого приятеля Валентина Решетникова, но такие заказы обычно делались с глазу на глаз. Сбрасывать необходимую для поиска информацию по телефону или через иные электронные сети было верхом глупости. Ехать ради этого в Москву не хотелось, и более того, дело, если не брать в расчет разыгравшийся интерес, не поджимало, и Смирнов решил ждать.

Оказавшись в квартире, Виктор первым делом позвонил Колотову, поделившись информацией, которую получил от управляющей усадьбы Самойловых. В связи с этим у него появилось поручение к другу. Следовало выяснить, с кем общались итальянцы с момента заселения в отель. Особый интерес представляли дамы легкого поведения, услугами которых могли пользоваться мужчины. При таких встречах без спиртного обычно не обходилось, а как говорится что у трезвого на уме то у пьяного на языке, в результате возникала хоть и не значительная вероятность, что кто-либо из них проговорился об истинной цели пребывания в городе.

Сам же Смирнов решил собрать в интернете как можно больше информации об этой парочке. Чем дольше копался в сети, тем острее приходило ощущение, что обнаруженные данные представляют легенду, прикрывающую приехавших в страну персонажей. Именно это обстоятельство настойчиво вбивало в голову мысль, что Орлова, вероятно, не скрывается от спецслужб, как они дружно решили, а является действующим сотрудником, работающим против итальянцев на опережение. В этом случае нарыть на погибших парней, что-либо в открытом доступе было не реально, наверняка все тщательнейшим образом подчистили. Следовало включать другие каналы, и Виктор вспомнил о помощи, которую в случае необходимости предлагал полковник Рожков. Возглавив службу безопасности Сапфирова и находясь в отставке, он отдалился от прежних официальных полномочий но, пожалуй, расширил возможности. А, кроме того, среди людей, задействованных в прошлом на государевой службе, как известно, бывших не бывает.

Ближе к вечеру, когда по идее полковник уже был дома, хотя при особенностях его службы гарантии в этом не могло быть никакой, Виктор набрал номер мобильного.

— Слушаю. — Раздалось в трубке, по всему походило, что телефон Смирнова не значился в записной книжке полковника и, хотя номер определился, было не ясно, кто звонит.

— Павел Александрович, здравствуйте.

— Добрый вечер, Витя, — Рожков узнал собеседника по голосу, — случилось что? — с тревогой в голосе поинтересовался собеседник.

— С безопасностью шефа звонок не связан.

— Хоть это радует.

— В городе произошло странное событие. В ДТП погибло двое мужчин. Под колеса грузовика их буквально загнала женщина, можно с вероятностью в девяносто девять процентов утверждать, что это Орлова. То, что парни охотились на нее факт, как и то, что они итальянцы.

— Даже так! — судя по голосу, полковник был удивлен.

— Дело в том, что были бы свои, то тогда без вопросов. Пытался нарыть на них хоть что-то в сети, информация по ощущениям рафинирована. Сами понимаете, в каком случае такое имеет место. Нужна помощь, не могли бы пробить фигурантов по доступным вам каналам. Уж извините, что обращаюсь, но сами говорили можно в случае чего.

— Молодец что позвонил, — фраза была произнесена так, что сомнений не оставалось, полковник одобряет действия Смирнова, — сбрось все что на них есть, постараюсь помочь.

— Спасибо что не отказали, не буду отнимать больше время. До свидания.

Теперь оставалось только ждать известий от Рожкова и когда поправится «Саймон». На следующий день утром, прикупив фруктов и стандартный набор продуктов, когда не знаешь чего можно, а чего нет, Виктор направился в больницу навестить друга.

Сергей Иванович сегодня выглядел намного лучше, чем вчера, лицо приобрело жизненный цвет, глаза блестели, по всему температура пришла в норму.

— Доброе утро, не скрою, напугали, — произнес Смирнов, пожимая руку старику.

— Спасибо Витя, доктор сказал сутки мог не пережить, такой температуры давно не было, а организм, сам понимаешь, не то что в молодые годы.

— Что определили?

— Грипп, раньше такую хворь переносил на ногах без таблеток, вот силы и не рассчитал.

— Как ребенок, — Виктор с укоризной покачал головой.

— Доживешь до моих лет, сам начнешь впадать в детство, — отшутился «Саймон». — А вот такие апартаменты, — Иванович окинул взглядом палату, — для меня снял зря, можно было обойтись самым простым вариантом.

— Поступил, как посчитал нужным, — с легким раздражением проговорил Смирнов, давая понять, что тема закрыта.

— Ладно, проехали, и так подвел тебя.

— Это в чем? — удивился Виктор.

— Приезжал то, небось, по делу?

— Да, нарисовалась работа, но не горит, поправитесь, сделаете. Здоровье важнее.

— Тут на обходе поинтересовался у лечащего врача, когда можно домой? Так он ничего не сказал, лишь покачал головой, узнай, тебе скажут.

— А вам бы за компьютер, — мечтательно произнес молодой человек, улыбаясь в глаза собеседнику, после чего, сменив тон, добавил. — Сейчас задача вылежать, чтобы избежать осложнений и полностью поправится. Если хотите это приказ. В армии то служили?

— Ой,… давно это было, не помню, — шутя, произнес старик.

— Ничего попрошу главврача приставить к койке самую злую медсестру, на правах старшины, память быстро вернется.

Глава 33

Агенты Ватикана

Прошло чуть больше недели, с момента как Смирнов переговорил с Рожковым. Виктор понимал, проблему, которую навязал полковнику, быстро не решить. Иванович пока был в больнице. В целом проводимое расследование застопорилось и это случилось впервые, когда он не мог сдвинуться с места самостоятельно. Колотов тоже не принес обнадеживающих вестей. Итальянцы вели себя словно затворники с посторонними, в том ключе, что интересовал Смирнова, не общались. Женщин со стороны не водили, «кормившихся» в отеле дам, с низкой социальной ответственностью, отшили сразу, ели в ресторане на первом этаже всегда вдвоем, компаний избегали. Возможно, где-то и отрывались по полной, но отыскать такие места было весьма проблематично. Для этого требовались огромные затраты времени и солидные людские ресурсы, которые Серега мог бы еще подтянуть если бы вел официальное расследование по поводу убийства иностранцев. А поскольку дело было квалифицировано, как обычное ДТП, надеяться было не на что.

Плотно позавтракав, Виктор собирался прогуляться по городу, не для того чтобы отвлечься от проблемы а напротив, иногда во время казалось бесцельных блужданий голову посещали необычные мысли. Он уже подошел к двери и надел туфли, как зазвонил телефон. Взглянув на экран, Смирнов приободрился, на связь вышел полковник Рожков.

— Доброе утро, Виктор Леонидович. Сегодня ближе к семнадцати буду у вас в городе. Примите гостей на посиделки?

— А кто будет с вами, если не секрет? — молодой человек слегка растерялся. — То, что Павел Александрович не стал говорить о деле по телефону, имело объяснение, информация могла быть строго конфиденциальной, но что в ней могло содержаться такого, что Рожкову пришлось оставить Сапфирова без присмотра и отправится на встречу не просто лично, а с помощником.

— В поездку напросилась дочь. У студентов нынче каникулы вот и засиделась дома, ищет впечатлений.

— Хорошо, что предупредили, не хотелось бы ударить перед гостьей лицом в грязь, холостяцкая берлога зрелище то еще, если не навести лоск.

— Да будет вам, в прошлый раз, когда нагрянул неожиданно, было все пристойно.

— Жду с нетерпением, — завершая разговор, произнес Виктор, и он не лукавил, сведения об итальянцах сейчас были как нельзя кстати.

Оставив прежнюю затею с прогулкой, Смирнов первым делом позвонил в ресторан, сделав заказ ужина на три персоны с доставкой в адрес, блюда выбрал на свой вкус. Пяток видов эксклюзивных вин для дам всегда были в баре, как и напитки покрепче для мужского контингента. Управившись с первоочередной задачей, Виктор принялся наводить порядок в квартире.

Звонок в дверь раздался в семнадцать пятнадцать.

— Знакомься Витя, — по свойски произнес полковник, — моя дочь Екатерина.

Мужчина, придерживаясь этикета, поцеловал девушке руку, ощутив нежность ладони пальцами, а бархатистую кожу губами. Барышня держала себя уверенно, ее внешность и формы давали для этого полное основание.

— Так мы как бы заочно знакомы, — ответил Смирнов, намекая на интерес Рожковой к его расследованиям.

Услужливо освободив Катюшу от верхней одежды, Виктор пригласил гостей к столу.

— Думаю, студенты мужского пола не пропускаю ваших лекций, правда при этом и материал усваивают с трудом, — улыбнувшись, произнес молодой человек, явно делая комплемент. — И честно не понимаю, как вы умудрились заскучать в столице?

— Надоело однообразие, а кроме того в этом есть и ваша вина.

— Это как? — откровенно недоумевая, поинтересовался Виктор.

— После того как подарили экземпляр последнего романа читательницы блога и подруги по группе в Контакте стали буквально осаждать, требуя теперь познакомится с автором лично. Вот и выполняю запрос аудитории. Услышала, куда отец собирается и что намерен заглянуть к вам, решила использовать момент.

— Тогда потребуется совместное фото, иначе не поверят, — разливая вино по бокалам, заметил Виктор. Он вдруг поймал себя на мысли, что абсолютно забыл о том, для чего с таким нетерпением ждал встречи с Рожковым и для того чтобы это не стало очевидно гостям решил перевести разговор в деловую плоскость. — Павел Александрович, не поверю, что посетили город, лишь для того чтобы поделиться со мной необходимыми сведениями. Если не секрет, поведайте, каким ветром занесло в нашу глушь?

— Особняк Самойловых записан на Александра, а Николай Петрович оказался единственным наследником. Поначалу решили выставить на торги и сразу продать, но потом шеф решил переоборудовать в летнюю резиденцию, благо, расположен недалеко от моря. Возникла необходимость моего личного присутствия для решения вопросов организации охраны.

— Понятно, но раз уж заглянули ко мне, надо полагать, обладаете кое какой информацией.

— Слышали когда-нибудь о разведке Ватикана? — Смирнов отрицательно покачал головой. — Папский престол утверждает, что такой структуры в их государстве не существует, но на деле, монастыри и приходы в различные способы собирает массу разносторонних сведений. Наряду с этим, есть у них подразделение занимающееся поиском особых артефактов — вещей способных открыть доступ к тайным знаниям прежних либо внеземных цивилизаций, а так же магическим практикам и оккультным обрядам. Не даром на гербе Ватикана красуется два ключа, по легенде, одним они открывают для себя путь к такого рода знаниям, другим закрывают их от всех остальных. Погибшие в городе итальянцы агенты этого подразделения и оказались здесь, как понимаешь, не случайно.

— Вот это новость. — Молодой человек замолчал, размышляя над услышанным.

— Витя, расскажи подробнее, что и как произошло.

— Орлова навестила банк и изъяла из ячейки Октябрины нечто не известное. С ее способностями провернуть такой финт не составило труда. На эту вещь похоже и охотились убиенные. Их трагедия состояла в том, что бедолаги не знали, с кем столкнутся. — Смирнов на мгновение замолчал, прикидывая каким образом повернуть сведения, чтобы у Рожкова не возникло желания наведаться в банк за получением информации. — Что было в ячейке неизвестно, в хранилище камер нет. Правду знали Октябрина, возможно Александр, итальянцы, раз охотились за этой вещью, и Орлова. Заметьте, все, кроме последней, уже мертвы. Если сложить всё вместе, получается, у Октябрины хранился, как вы изволили выразиться, некий артефакт, на который имели вид агенты Ватикана и знания о котором, как оказалось, смертельно опасны. Первый вопрос, который напрашивается, откуда у родственников вашего шефа могла появиться такая вещь?

— Пытаться найти Орлову, чтобы узнать, что это — равносильно самоубийству, — сожалея, уточнил полковник.

— Согласен, но есть другой путь, хотя реализовать его, полагаю, практически не возможно. — Виктор лукавил, делая основную ставку на Лагуткина о способностях которого естественно ни при каких обстоятельствах не собирался рассказывать гостям, ему необходимо было направить мысли Рожкова в такие дебри, в которые не захотелось бы соваться.

— Поделитесь?

— А почему нет. Можно попытаться выяснить поиском каких необычных вещей занят Ватикан, выделив из них то, что может пребывать на территории России и при этом вмещается в банковскую ячейку.

— Вы серьезно вознамерились проникнуть к тайнам, хранящимся за семью печатями? — полковник был в недоумении, надеяться реализовать подобное мог разве что умалишенный, к которым Смирнова отнести было сложно.

— Павел Александрович, я же сказал что это практически не возможно, — успокаивая собеседника, произнес Виктор.

— Так зачем же тогда начинать?

— Чтобы упереться головой в стену, — улыбаясь, ответил молодой человек.

— Для чего? — не унимался Рожков.

— Чтобы остудить любопытство и не сгореть от него. Тягу к такого рода секретам очень сложно выбить из головы другим способом.

— Ну и подходы у вас Виктор Леонидович, — рассмеялся полковник.

Дальше разговор отдалился от информации поведанной Рожковым. Смирнов с искренним интересом расспрашивал Екатерину Павловну о предметах, что преподает в университете и теме уже начатой диссертации, увлечениях помимо работы и даже о предпочтениях в области кулинарии. Ожидаемо затронули тему последнего романа, Виктору была интересна оценка книги первым читателем.

— Катенька, не стесняйтесь, отбросьте то обстоятельство что вы у меня в гостях. Чтобы было легче, скажу, что мне известно, что в вашем закрытом канале вы разбираете мои расследования и романы по косточкам.

— Но как, Вконтакте вроде серьезно защищены?

— Только не для людей, профессионально занимающихся добычей важной информации.

— Знала бы, осторожничала бы в суждениях.

Девушке приятно было осознавать, что молодой человек, который явно нравился, заинтересовался ее персоной.

— И давно держите наш девичник на контроле?

— С тех пор как Павел Александрович поведал о вашем интересе к моему творчеству. — Виктор лукавил, не сказав правду о том, что на группу в соцсетях вышел «Сайсон», собирая информацию на полковника.

— Вы серьезно не обидитесь? — глядя в глаза собеседнику, поинтересовалась Екатерина Павловна.

— Ни в коей мере.

— Откровенно говоря, сюжетную линию следовало бы немного изменить, чтобы интрига сохранялась дольше.

Рожкова стала методично излагать точку зрения, приводя обоснования. Виктор, слушая девушку, молчал.

— Ну, вот и расстроились, — резюмировала девушка, глядя на молодого человека.

— Да нет.

— А о чем задумались?

— В вашем варианте книга действительно получилась бы интересней. Жаль, что вносить изменения уже поздно.

— Вы серьезно?

— Вполне, и теперь имею вопрос. Никогда не думали над тем, чтобы самой писать детективы?

— Что вы, чукча не писатель, чукча читатель, — пытаясь разрядить обстановку, шутя, произнесла барышня.

— Да ладно, все поначалу так думают. У вас типично мужской склад ума, все должно получиться.

— Это потребует много времени.

— Боитесь начать? — Смирнов на мгновение задумался. — А давайте попробуем написать несколько книг в соавторстве. — Мысль сделать такое предложение пришла к Виктору внезапно, когда вдруг остро осознал что хочет завязать отношения с этой женщиной и что нынешняя встреча, если не предпринять мер, может оказаться последней.

— Это как?

— Буду писать черновики, и отправлять вам. Читаете, вносите предложения, обсуждаем, благо видеосвязь позволяет это сделать, в итоге приходим к консенсусу.

— Вы серьезно? Это же не равноправное партнерство.

— Ну почему? Витиеватость сюжета однозначно важнее хорошего изложения. Соглашайтесь, — пытаясь подтолкнуть девушку к принятию правильного решения, Смирнов взял ее за руку.

— Откровенно говоря, не уверена, но давайте попробуем, — согласилась Катюша, не пытаясь высвободить ладонь, и это был добрый знак.

Глядя на дочь, Рожков понимающе улыбнулся, но через пару минут заговорил о деле, им еще предстояло сегодня добраться до усадьбы Самойловых.

Глава 34

Подарок Богов

Иванович поправился довольно быстро. Через неделю от свалившей хвори не осталось и следа, чему врачи в клинике, учитывая возраст пациента, были откровенно удивлены. Оказавшись дома, старик, словно клещ, вцепился в Смирнова.

— Рассказывай Витя, что за работа сорвалась из-за моей болезни?

— Может не сегодня? — поинтересовался молодой человек, выкладывая продукты, купленные в супермаркете по причине того что в «келье» «Саймона» мыши начинали подумывать о смене жилья. — Почистите перышки, придете в себя.

— Хватит зубы заговаривать, итак сколько дней голову занять было нечем, — с раздражением произнес Сергей Иванович, понять которого было не сложно. С одной стороны, соскучился по любимому делу, с другой, понимал что информация, которую следовало раздобыть, нужна была Виктору еще вчера, а он и сейчас скромничает, выписывая реверансы.

— Ну как скажите. — Смирнов поведал старику о том, что следовало узнать в местном банке.

— Завтра к восьми подъезжай, будет готово, — безапелляционно произнес мужчина.

— Рискуете, заходя с домашнего компьютера. Может, подстрахуемся как в прошлый раз, откровенно говоря, не горит. — Попробовал предостеречь напарника Виктор.

— Не боись, на такие случаи есть пару заморочек, запетляю так, что задолбаются искать. Да и захаживал к ним уже как-то, так что дорогу знаю, а кроме того, если бы мы залезли к ним в карман и вывели бабки с какого счета тогда да. И то их скупердяйству имеется предел, сними тысячу другую толком и чесаться не будут, а скачанная информация о посещении банка покойницей, — «Саймон» не договорил, махнув рукой.

— А времени до завтра хватит?

— Сейчас клиентов загоняют в электронный банкинг так что доступ к базам круглосуточный, — уточнил старик.

— Хорошо, как скажите.

На следующий день к назначенному времени Виктор был у калитки. Иванович уже ждал гостя, важно дымя сигаретой.

— Получилось? — поинтересовался Смирнов, подходя к крыльцу.

— А то,… куда они денутся, — рассмеялся хозяин дома, протягивая сложенный вчетверо лист бумаги.

— Ну, спасибо Сергей Иванович, теперь надеюсь дело завертится.

Старик дипломатично не стал интересоваться, о чем идет речь и пропустил гостя в дом. Поболтав о пустяках и справившись о самочувствии хозяина, визитер засобирался, выложив как всегда на стол причитающуюся за работу сумму.

— Витя, забери, — кивнув на деньги, пробурчал старик, — я и так перед тобой в долгу.

— Иванович, — с оттенком метала в голосе, произнес Смирнов. — Вы ценный сотрудник, а я работодатель. Позвольте мне решать финансовые вопросы и давайте впредь к этому не возвращаться.

— Понял, — словно нашкодивший школьник пробурчал «Саймон», по внешнему виду которого было видно, что не обиделся.

Уже оказавшись в квартире и опустившись на диван, Виктор по мобильному набрал Лагуткина.

— Игореха, привет. Если еще помнишь, наконец-то есть нужные данные — даты и время, — Смирнов не хотел уточнять, о чем речь, — сможешь помочь?

— Сейчас не дома, на выезде, — остужая пыл одноклассника, произнес приятель.

— Жаль. Скоро назад?

— Через два дня, но ждать не обязательно, вечерами тоска, номер одноместный, так что могу посмотреть. Вот только о результатах, если что получится, поговорим при личной встрече, по телефону, думаю, не стоит.

— Отлично! — обрадовался Смирнов, — тогда диктую, есть чем записать?

Нажав кнопку «отбой», Виктор стал придумывать, чем занять себя, чтобы не дать любопытству точить душу изнутри. Срок ожидания истекал в пятницу, наконец, нужный день настал. Молодой человек настроился связаться с другом ближе к вечеру, до этого было еще несколько часов, коротая их, он сидел за компьютером, работая над очередной главой нового романа. Неожиданно в дверь позвонили. На пороге стоял Лагуткин, внешний вид говорил что устал, но лицо светилось как у счастливчика неожиданно после долгих изнурительных поисков отыскавшего клад.

— Ты хоть домой заехал? — глядя на дорожную сумку в руках друга, поинтересовался Смирнов.

— Позвонил Любане. Супруга с утра у стариков в деревне, собака с ней, будут завтра, так что с автовокзала сразу к тебе. — Снимая верхнюю одежду и переобуваясь в тапочки, скороговоркой выпалил Игорь.

— Давай хоть накормлю.

— Потом, Витя. В то, что видел невозможно поверить, — усаживаясь на диван и качая головой, бормотал приятель. — «Дар Богов» существует, Октябрина хранила в ячейке его сердце.

Эмоции, от раскрытой информации и возможности поделиться ею, переполняли чувства настолько, что молодой человек на какое-то мгновение утратил способность доступно излагать мысли.

— Постой, давай все по порядку, — урезонил гостя Смирнов, — Что хранила в банке Самойлова?

— Кристалл не земного происхождения напоминающий большой алмаз.

— И это ты понял по внешнему виду? — ехидно улыбнувшись, поинтересовался Виктор.

— Естественно, — словно не заметив интонации в голосе друга, ответил Игорь. — Это не просто ограненный по наружи минерал, внутри содержится почти такой же обработанный камень другого цвета, имеющий при этом три, а может и больше степеней свободы, словно ротор гироскопа. Причем подвешен необъяснимым образом, будто парит в невесомости не касаясь внешней оболочки. Насколько знаю, технологий позволяющих создать нечто подобное наша цивилизация пока не имеет.

— Не слышал о таком чуде, — изменив тон, произнес Смирнов, — и откуда он взялся?

— Существует старая легенда, описание которой невозможно найти даже в эзотерической литературе, она передается из уст в уста в некоторых горных селениях Перу. Согласно этому преданию, некогда еще до конкисты, одно из племен, являющихся частью цивилизации Чуму, спасло странного человека, которого, ввиду его способностей, отнесли к разряду Богов. По поверью мужчину выбросило на берег океана, как полагали аборигены на плоту. Скорее всего, это были останки инопланетного корабля или средства спасения на случай крушения летательного аппарата. Вернула пришельца к жизни верховная жрица. За это позже, когда за ним прибыли соплеменники, спустившиеся с зависшей в небе раковины, племени преподнесли подарок — солидных размеров талисман в виде солнца сработанный из похожего на золото металла, по легенде он был невероятно тяжелым. В центре блестящего круга с лучами красовался камень, по описанию такой же, как оказался в руках Самойловой. В племени подношение нарекли «Даром Богов», сам понимаешь почему, а кристалл назвали сердцем.

— Интересно, и как он попал в Россию? и куда подевалось его обрамление? — толи спросил, толи задал вопрос самому себе Виктор.

— Слушай дальше, — улыбнулся Лагуткин. — Талисман обладал удивительным свойством, он оберегал племя и его земли от посторонних. Хотя людям приходилось торговать с соседями, но никто не мог найти дороги к ним, обмен они осуществляли на чужих территориях.

— Прям как золотой петушок на спице.

— Почти, только круче. Тот указывал сторону, с какой грозит война, а «Дар Богов» вообще исключал возможность внешнего вторжения. И это работало буквально, когда Инки захватили цивилизацию Чуму, племя оказалось не тронутым, живя в рамках своего прежнего уклада. Даже когда пришли конкистадоры, и под их нажимом пала уже цивилизация Инков все оставалось по-прежнему. И так бы, пожалуй, все сохранилось и до наших дней, если бы не желание одного из очередных вождей заполучить всю полноту власти в свои руки. Она у них делилась уже в то время, по нашим понятиям, на светскую, во главе, которой стоял вождь, и духовную, символом оной был «Дар Богов», находящийся в руках жрицы. Просто отобрать оберег возможности не было, это нарушало вековые устои племени, которое в такой ситуации непременно взбунтовалось бы, и жаждущий полного господства человек решил лишить жрицу силы, вынув кристалл из обрамления. Защитные функции оберега перестали действовать, в то время как повсюду рыскали испанцы в поисках аборигенов и принадлежащего им золота. Неожиданно для себя конкистадоры вышли на неизвестное им до сели племя, воины которого не могли противостоять им, в том числе и в силу того что несколько столетий не сталкивались с врагами и напрочь отучились воевать. Началась резня, чужеземцы безнаказанно грабили местных жителей. Жрицу, знавшую тайные проходы в горах, преследовали долго. Женщина пыталось спасти безжизненное тело «Дара Богов» и когда ее практически настигли, бросилась со скалы в глубокую расщелину вместе с дорогой ношей. Достать, что либо от туда было не реально. Сердце «Дара Богов» нашли у убитого вождя, приняв за обычный драгоценный камень. В результате в одном из сундуков, погруженных на галеон, он отправился в межматериковое путешествие и оказался в Испании. С этого момента началась другая история. Дело в том, что все владельцы кристалла по непонятным причинам умирали, в силу чего он получил прозвище «Камень смерти». Его стали передаривать тем, чьей кончины остро желали. В этом своем качестве сердце «Дара Богов» каким-то образом перекочевало в Италию. К тому времени там же оказалась русская эскадра, возглавляемая Ушаковым. На одном из кораблей служил морской офицер, необычайный красавец, без труда сводивший с ума дам. Кроме того ходили слухи что мужчина обладал и некоторой сверхъестественной силой, в сражениях пули и ядра буквально летели мимо него. Естественно он не выстраивал долгих отношений по весьма понятным причинам. Однажды, в его «коллекции» оказалась владелица «Камня смерти», от которой моряк перебрался в постель подруги. Такого коварства дама не могла пережить и решила разделаться с прежде столь желанным кавалером. Якобы в знак примирения, в подарок, она преподнесла изменнику роковой камень, но он не оправдал ожиданий, не причинив новому владельцу вреда, с которым на русском корабле отправился в новое путешествие, и в итоге всплыл в нашем городе.

— Да, история и впрямь похожа на легенду.

— Сам так думал, пока не увидел содержимое ячейки Самойловой. Кстати, каждый раз, навещая сокровище, Октябрина словно подпитывалась его энергией, но в тоже время не обладала магическими способностями, иначе, я попросту бы не увидел что было в ее руках, как в случае с Орловой.

— Постой,… а сам то откуда узнал сие поверье, если его не найти в книгах и оно передается на ограниченной территории Перу местными жителями?

— В свое время историю поведал Холодов, словно знал, что мне предстоит увидеть. Сам то Александр Николаевич бывал в тех краях, полагаю информация от туда.

— Возможно. Кстати, твой гуру неоднократно посещал Италию, да и вообще он, весьма странный персонаж.

— В каком смысле? — поинтересовался Игорь.

Виктор поведал приятелю о том, как однажды, желая поддержать материально напарника по работе, подбросил надуманную задачу, собрать досье на Холодова, просто от денег человек непременно бы отказался. А так же рассказал, какой неожиданный результат с двойниками ныне живущего человека из всего этого получился. Лагуткин явно был удивлен, но не обескуражен, восприняв информацию довольно спокойно.

— А теперь, в дополнение ко всему, расскажу тебе еще одну историю, — проговорил Смирнов. — За содержимым ячейки Самойловой охотились итальянцы — агенты разведки Ватикана, информация точная. Они встречались с Александром, мужем Октябрины, которого ликвидировала Орлова. Хозяйку кристалла убрала она же, а кроме того, опередила итальянцев и отправила их под колеса грузовика.

— То, что Ватикан охотится за различными артефактами не новость, члены ордена иезуитов выполняют миссии подобного рода по всему свету, — оборвал приятеля Игорь.

— Пусть так, но, в связи с событиями, произошедшими в городе, у меня появилась масса вопросов без ответов, — Виктор начал перечислять то, что хотел бы знать. — Каким образом сердце «Дара Богов» оказалось у Самойловых? Откуда о месте его нахождения узнал Ватикан и зачем кристалл им понадобился? Похоже, в нем есть нечто, чего не знаем. Как с артефактом связана Орлова, и какую цель преследовала, заполучив его? Кроме того, почему не завладела желаемым, не убивая Самойловых, хотя, с присущими способностями могла запросто? В последнем случае в качестве объяснения, возможно, было бы принять месть, но в связи с вновь открывшимися обстоятельствами такая версия уже не выглядит столь убедительно. — Смирнов, над чем-то задумавшись, на время замолчал.

— Витя не ломай голову, полагаю, на все твои вопросы могут ответить лишь два человека. Первым номером идет мадам Орлова, но вероятность получить от нее информацию равна нолю.

— А кто второй?

— Мой странный гуру — Александр Николаевич Холодов.

— Думаешь, он захочет со мной разговаривать?

— Не знаю, но могу поинтересоваться. Кстати, встреча с ним, в отличие от аудиенции с Орловой, тебе ничем не грозит.

— Игорек, попробуй договориться, — Виктор смотрел на друга умоляюще, — в этом деле нужно расставить все точки, а то неведение просверлит в мозг.

— Постараюсь, — улыбнулся Лагуткин, поднимаясь с дивана, — а теперь прости пора, — пожимая руку другу, проговорил молодой человек и направился к двери.

Глава 35

Правда

Ждать встречи с Холодовым пришлось недолго. На следующий день, в районе десяти, Виктору позвонил Лагуткин и известил, что вечером, после шести, их ждут в гости.

— Подскакивай ко мне к семнадцати тридцати, и пойдем, — очертил порядок действий Игорь.

— Добро. И как тебе удалось так быстро договориться.

— Да, собственно никак.

— Не понял, — удивился Смирнов.

— Встретились на утренней прогулке собак. Пока прикидывал, как завести разговор о тебе, Николаевич опередил, посмотрел в глаза и, смеясь, сказал: «Не мучайся, приходи с приятелем после восемнадцати, посидим, попьем чайку, расскажу что знаю». Спрашивать откуда у него информация не имело смысла, во все его способности не посвящен, но, думаю, заглянуть в мои мысли для него не проблема.

Ожидание вечера тянулось долго, порой казалось, что время не шло обычным чередом, а почти остановилось, но всё же, нужный час настал. От дома приятеля к мастерской шли молча, каждый думал о своём. Наконец остановились перед входом, и Лагуткин нажал звонок. Холодов открыл дверь через минуту, протянув руку Смирнову, мужчина обратился к Игорю: «Можешь не представлять, молодой человек знает обо мне многое, даже сверх того, да и мне известно о нем не мало. Проводи гостя к столу, а я пока поставлю чайник».

Место для посиделок в мастерской располагалось в дальнем углу, который не просматривался из окон. Здесь находился небольших размеров чисто деревянный стол, к которому прилагались такие же стулья с резными спинками. Чашки из расчета на три персоны, блюдо с пирожными и ваза с конфетами уже ждали гостей. Игорь зажег светильник, в чём-то походивший на абажур, свисавший над столом на пружинном подвесе, позволявшем регулировать высоту. Виктор опустился на место указанное приятелем и стал с любопытством разглядывать стены, где были развешаны законченные автором работы. В легком полумраке, особенно принимая во внимание роль, которую одна из картин сыграла в судьбе одноклассника, полотна, казалось, излучали некую непостижимую таинственность. Это занятие прервал приход хозяина. Разлив ароматный напиток по чашкам, и предложив угощаться всем, что было на столе, Александр Николаевич заговорил.

— А теперь можете расспрашивать о том, что интересует, — при этом он посмотрел на Виктора.

— Первым делом хотелось бы узнать, если конечно возможно, каким образом сердце «Дара Богов» оказалось у Самойловых.

— Его Октябрине передал Денис.

— Брат Натальи? — уточнил Смирнов, впадая в недоумение. Он начал было в мыслях формировать очередной вопрос, но Холодов, зная, о чем речь, взялся отвечать, не дожидаясь пока его озвучат.

— Игорь рассказывал об офицере Российского флота, участвовавшем в знаменитом средиземноморском походе Ушакова, которому передали артефакт в надежде, что он убьет нового владельца? — Виктор кивнул. — Это был капитан одного из кораблей эскадры — Орлов Константин Федорович. Брат и сестра Орловы, его потомки.

— И как же их предку, да и им самим, удалось оставаться в живых, обладая таким подарком?

— Вопрос не простой, хотя, при нынешнем уровне развития науки его уже можно объяснить, правда, упрощая определенные детали. «Дар Богов» был передан племени представителями другой цивилизации в качестве оберега. Для того чтобы понять принцип действия достаточно иметь определенные знания в области квантовой физики или, как минимум, согласится с утверждением Тэслы — что всё окружающее нас есть набор электромагнитных колебаний и волн. В том числе и ДНК человека. Магический кристалл, благодаря двойственной структуре, обладает способностью обмениваться энергией разных миров, при этом настроен так, что вступает в резонансы с ДНК определенного вида, не причиняя им вреда. Сейчас возможно, проводя анализ по сходству, определить, являются ли носители биологическими родственниками. Ровно то же самое делает и сердце «Дара Богов», правда, используя иной принцип. Для членов племени, имеющих между собой родственные связи, он был не опасен, что не скажешь о людях из вне. Используя энергию, перекачиваемую из другого мира, кристалл разрушал жизненные функции чуждого организма, убивая в итоге. Само сердце представляло лишь часть устройства, своего рода излучатель антенны, в которой, роль усилителя, играло обрамление. Пока «Дар Богов» был в сборе, его энергии хватало, чтобы распространять свое влияние на земли племени. Когда посторонние оказывались вблизи границы его действия или, более того, пересекали ее, то на генетическом уровне ощущали опасность и страх смерти, что заставляло избегать пугающего района. Именно так племя было ограждено от чужаков.

— Предположим, все соответствует тому, что вы поведали. Но как во все это вписываются Орловы? — поинтересовался Смирнов.

Холодов улыбнулся, понимая причины нетерпения молодого человека.

— Когда проводят анализ на родство, говорят, что с вероятностью в девяносто девять процентов проверяемый ваш близкий родственник, один процент, или даже меньше, остается на то, что это посторонний человек, просто имеющий ДНК столь совпадающую с вашей. Именно таким человеком, по отношению к перуанскому племени, оказался Орлов, а соответственно и все его потомки. Возьмем чисто визуальную аналогию, вы же, к примеру, хотя и удивитесь, встретив свою точную копию, при этом не связанную с вами как брат близнец родственными узами, но воспримете это нормально. И все же, главную роль в том, что камень оказался в этой семейной династии, думаю, сыграло провидение. Дело в том, что Константин Федорович Орлов являлся потомком волхвов, в силу чего, владел магическими практиками, и именно по этой причине он и связанные с ним поколения были выбраны высшими силами в качестве хранителей кристалла.

— Так вот откуда необычные способности Натальи. — Вставил Виктор.

— Вы правы, они передавались в основном по женской линии. С момента появления в руках Константина Федоровича странного артефакта у него самого, а позже у последователей, в семье рождалось двое детей, мальчик — как продолжатель рода и девочка, которой в наследство переходила магическая сила, многократно усиливавшаяся кристаллом, поэтому женщины, по сути, и являлись его хранителем.

— Постойте, а как же мать Дениса и Натальи, она Орлова по мужу, с несвойственной этому семейству ДНК?

— Да, женщина принадлежит к иному филогенетическому древу, как и все кто рожал от Орловых. Но после вынашивания плода у них в теле остаются клетки детей, в количестве достаточном, чтобы избежать губительного влияния сердца «Дара Богов», но не более того. Поэтому «хозяйками» артефакта были их дочери, которые передавали кристалл девочке рождавшейся в следующем поколении, а не ее матери.

— Но почему в таком случае камень был передан Самойловой, тогда еще Фроловой? причем Денисом.

— Вы отчасти знаете ответ на вопрос…. Октябрина, в свое время, была его возлюбленной, дело шло к свадьбе, а кроме этого, она была беременна. Молодой человек настолько любил и доверял этой женщине, что нарушил требуемый ход вещей. Кристалл должен был перекочевать в руки их дочери после достижения двадцати лет, соответственно от Натальи. Но Денис самолично передал его невесте. Однако барышня, в последний момент, встретила мужчину, который показался ей более выгодной партией. Разрывая связь с Орловым, и не желая обременять нового кавалера чужим ребенком, Октябрина сделала аборт, но подарок не вернула, при этом фрагменты нужного ДНК в ее организме уже были. Осознав что натворил, Денис покончил с собой, мать не пережила смерти сына. Наталья, даже будучи ребенком, могла силой вернуть артефакт, но для этого нужны были весомые основания. Самойлова, кое что знала о кристалле, периодически подпитываясь от него, отсюда ее способности в делах. В тоже время, своего мужа держала от камня на безопасном расстоянии. Однажды, по глупости, поведала ему о возможностях подарка бывшего жениха. Александр стал внимательным и осторожным, понимая, что при необходимости Октябрина способна без труда избавиться от него, завладев всем состоянием.

— Теперь не могу взять в толк, Орлова мстила за смерть брата? Если да, то почему спустя столько времени?

— Ни в коей мере. Денис понес заслуженное наказание, причем выбрал и реализовал его сам. Самойловы до сих пор владели бы артефактом, если бы не пошли на необдуманный шаг, который стал основанием лишить их камня. Александр, опасаясь, что супруга, используя кристалл, рано или поздно изведет его, между ними уже начались не шуточные разногласия, решил избавиться от сердца «Дара Богов», заработав на этом состояние. Он вышел на службы Ватикана и предложил сделку. Итальянцы, что прибыли в город, были уполномочены решить вопрос. Секретная служба Папы давно искала этот элемент магической силы, а тут такое везение. Но им, зная его особенности, нужен был не только кристалл, но и хранивший его человек, всесторонне исследовав которого можно было подобрать уже своего хранителя, через которого появлялась возможность черпать энергию параллельного мира. Но, чтобы делать это в иных масштабах, Ватикану требовалось отыскать еще и не достающую часть «Дара Богов». Район поиска в принципе известен, однако найти в нем точное место столь же сложно как иголку в стоге сена. Правда, имея в руках сердце и хранителя, задача становилась решаемой.

— Каким образом?

— По мере того как части оберега приближались друг к другу, у всех, кто сопровождал хранителя во время поисков, нарастали бы панические настроения, что свидетельствовало о правильности выбранного направления на искомый предмет.

— Так в итоге, итальянцы договорились с Самойловым? — поинтересовался Виктор.

— С ним да. Семейство должно было получить огромное состояние и перебраться жить в Европу, но с Октябриной получилась загвоздка. Женщина не безосновательно полагала что все обещанное получат, но лишь до того момента как надобность в них исчезнет, и тогда их просто уберут по-тихому. Александр периодически поколачивал супругу, склоняя к согласию. Наталья, обладая даром предвидения, поняла, что Самойлов близок к достижению цели. У нее не оставалось выбора, чтобы сорвать сделку пришлось его ликвидировать. Итальянцы переключились на Октябрину и смогли-таки уговорить, чем Самойлова подписала себе смертный приговор. Орлова, в результате, опять становилась хранительницей сердца «Дара Богов». Прибывшие за ним агенты Ватикана были не простыми людьми, в вопросах сверхъестественных способностей каждый был слабее Натальи, но в паре могли одолеть. После гибели Октябрины они решились на неординарный шаг — захватить Орлову. Ошибка состояла в том, что к моменту выхода на нее кристалл уже был в ее руках, усилив данную природой силу кратно. В итоге шансов у них не было.

В мастерской на некоторое время повисла пауза. По сути, Холодов рассказал все, что интересовало Смирнова.

— Да, история. Сначала дело выглядело как банальный суицид. Без Игоря переквалифицировать его в убийство было не реально. Затем мотив — затаенная месть, виделся неопровержимым, а в итоге все оказалось закрученным так, что даже вообразить сложно. Расскажи, не поверят.

— А стоит ли, разве что если использовать как сюжет для будущей книги.

— Постойте, Александр Николаевич, а кому в сложившейся ситуации может передать артефакт Наталья? — словно опомнившись, задал очередной вопрос Виктор.

— Выход один — родить двоих детей и вернуть ход вещей в прежнюю колею.

— Позвольте поинтересоваться, а откуда вы все это знаете? — Смирнов реально был поражен услышанным.

— Давно живу, — шутя, ответил Холодов, вгоняя гостя в ступор, у которого в голове крутилась информация о сходстве хозяина мастерской с людьми из другого времени.

— Кто вы, Александр Николаевич? — Виктор был уверен, суть вопроса собеседнику ясна.

— Художник. — Лукаво улыбаясь, хозяин мастерской ушел от ответа, при этом, в подтверждение своих слов, рукой указывая на полотна, развешанные на стенах.

Content

Игорь Антошенко
Дар Богов

Часть 1 Картина Глава 1 Странное дело

Глава 2 Утром следующего дня

Глава 3 Гость

Глава 4 Усадьба

Глава 5 Встреча выпускников

Глава 6 Вечер

Глава 7 Любовники

Глава 8 Участковый

Глава 9 Мистические способности

Глава 10 Разговор под курицу гриль

Глава 11 «Снасть» на хакера

Глава 12 Осведомитель

Глава 14 Версия

Глава 15 Покушение

Глава 16 Эксперимент

Глава 17 Терзания

Глава 18 Кольцо

Глава 19 Нежданный визит

Глава 20 Предложение

Глава 21 Визит в столицу

Глава 22 Родители

Глава 23 Предчувствие

Глава 24 След

Глава 25 Мозгоправ

Глава 26 Соседка

Глава 27 Месть

Глава 28 Передышка

Часть вторая Дар Богов Глава 29 Неожиданная новость

Глава 30 Новое расследование

Глава 31 Итальянцы

Глава 32 Неожиданные трудности

Глава 34 Подарок Богов

Глава 35 Правда