Саша Паулан

Четырнадцать дней до…

Посвящается М.

Паулан, Саша.

Четырнадцать дней до…: [роман] / Саша Паулан. – Москва: Издательство АСТ, 2023. – 288 с. – (Зимняя романтика).

© Саша Паулан, 2023

© Соломатин М., иллюстрация на обложке

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2023

Плейлист

Coldplay – Christmas Lights

Björk – Like Someone in Love

Céline Dion – On ne change pas

Kelly Clarkson – Underneath the Tree

Asaf Avidan – One day

Sarah Connor – Christmas in My Heart

AnnenMayKantereit – Warte auf mich

Aretha Franklin – I Say a Little Prayer

Elvis Presley – Blue Christmas

Ella Fitzgerald – Let It Snow

Moby – Natural Blues

Frank Sinatra – Silent Night

Michael Bublé – Cold December Night

Wham! – Last Christmas

18 декабря

– Мам, я прошу тебя! Хватит уже причитать! – Все утро мама ходит по квартире в дурном настроении, и от этого у меня тоже оно портится.

– Нет, Соня, ты точно решила довести меня! Я с ума с тобой сойду! До Нового года две недели, и ты решила мне такой подарок сделать? – глаза у мамы закатились – и, как всегда, театрально. – Ни в какой Санкт-Петербург ты не поедешь! Пойми, я спать не буду. Как ты собираешься там быть одна? В шестнадцать лет!

– Ну, во-первых, я там буду не одна. Я же остановлюсь у бабушки. – Это точно был не тот аргумент, который хотела услышать мама, но это был мой единственный аргумент, поэтому пришлось им воспользоваться.

– А как же Новый год? Ты же хотела встретить его с друзьями… – мама предприняла попытку убедить меня остаться.

– Думаю, я не много потеряю, если проведу его в одиночестве. И девчонки сильно не расстроятся. А ты все равно к теть Лене уедешь, – ответила я.

– Ой, ну делай что хочешь… Но нельзя проводить все время с книгами и рисунками! Нужно общаться с друзьями! Думаешь, Елизавета Михайловна отменит свои планы? – мама перешла в агрессивное наступление.

– Мам, я общаюсь с друзьями, а не только читаю и рисую. А бабушка сказала, что планы никакие не испорчу ей, – как можно ласковее я попыталась ответить.

– Это она сейчас так сказала, из вежливости! – мама не хотела отступать. – Думаешь, я плохо ее знаю?

– А мне показалось, что она даже была немного рада… – я вспомнила наш телефонный разговор с бабушкой.

– Ох, Сонечка, ты пока плохо знаешь взрослых. Ладно, но не забывай мне хоть иногда писать, – сдалась мама и шмыгнула носом, словно пытаясь остановить слезы.

– Каждый вечер буду звонить или писать, – пообещала я.

– Хорошо, – тихо всхлипнув, мама повернулась в сторону кухни. – Пойдем, позавтракаем.

Мама знала, перед чем я не смогу устоять: вареники с черешней. С большим удовольствием я приступила к завтраку и даже почти правильно отвечала на мамины вопросы, хотя все мысли были заняты предстоящей поездкой.

Ощущение, что мир перевернулся… Я решилась круто изменить свою жизнь – в следующем году после окончания школы я поеду поступать в Санкт-Петербург. Почему Питер? У меня нет ответа. Последний раз я была там пять лет назад, когда папа был еще жив. Да, там живет моя бабушка, но почему-то она не приняла мою маму и, конечно же, меня. Мои родители познакомились, когда были студентами. Очаровательный кудрявый поэт приехал к другу в Москву отмечать Новый год, а в гостях (как в советском кино) была первая красавица вуза (моя мама). Потом появилась я. Бабушка считала, что мама испортит жизнь и карьеру отца, но она оказалась неправа – его жизнь испортила неуверенность в себе. Он очень сложно переживал то, что его стихи не хотели печатать, и боялся действовать. Однако он с радостью ходил на работу в школу, где был учителем литературы. Дети его обожали. Он постоянно читал им короткие смешные стихи. А потом заболел… И вот уже пять лет после смерти отца мы с бабушкой иногда созваниваемся и посылаем друг другу открытки. На этом наше общение и заканчивается. Но на удивление она оказалась готова пустить меня к себе на две недели. Конечно, я понимаю, что нам будет некомфортно, но маме станет спокойнее, если рядом будет взрослый человек – так я не совершу никаких «страшных» и «глупых» поступков. Хотя, если честно, самое страшное, что я совершала… это однажды пропустила занятия в музыкальной школе. Но если бы вы видели, какая стояла погода в тот день! Любимая золотая осень, солнце и легкая прохлада. Поэтому я укуталась посильнее в шарф, включила в наушниках Björk и пошла в парк – читать новый роман Габриэля Косты. И на этом все безумные поступки в моей жизни закончились. Совсем негусто. Получается, я очень даже скучный подросток по сравнению с многими сверстниками. Но мне совершенно комфортно в своей скукоте. У меня есть книги, карандаши с бумагой и музыка. Воображение мне не дает скучать.

Да, я закрытый человек, у которого нет друзей. Точнее, нет настоящих друзей. Конечно, я общаюсь с одноклассниками, но почему-то никого не пускаю в свою жизнь так глубоко, чтобы назвать человека другом. Страдаю ли я от этого? Думаю, нет. Я не испытываю грустного чувства «одиночества». Это мой выбор, с которым мне комфортно жить. Но, конечно же, я совсем не против, если в моей жизни появятся люди, с которыми я смогу ее делить.

После завтрака я еще раз проверила электронный билет. Да, это правда – я еду в Санкт-Петербург! Мечты сбываются? Мечты сбываются! Сегодня «Сапсан» домчит меня до лучшего города на земле. Вещи собраны, план составлен, плейлист в дорогу готов.

На всякий случай заглянула в заметки на телефоне, чтобы убедиться, что я ничего не забыла вписать, и мои каникулы будут разнообразными и приятными.

План:

• посмотреть вуз;

• попробовать наладить отношения с бабушкой;

• посетить минимум три музея;

• зайти в главный книжный магазин города;

• встретить Новый год ☺

– Я провожу тебя, – мама заглянула в комнату. Значит, она не обиделась.

– Спасибо, мамуль. – Больше всего на свете мне не хочется ее расстраивать. Мы всю жизнь были вдвоем: мама и дочь, подруги, поддержка. Именно поэтому моя идея поехать на две недели одной, чтобы принять решение о переезде, вывело маму из равновесия. Мы думали, что всегда будем жить по соседству, гулять с собаками (мама что-то еще про внуков говорила), а по воскресеньям ездить на завтрак в наше любимое кафе. Сейчас мы понимаем, что мой переезд в Санкт-Петербург точно разрушит все наши планы. Но, кажется, я выросла и готова строить свою жизнь. Где все равно есть место для мамы – осталось только ей это как-то объяснить.

– Сонь, пожалуйста, будь аккуратной! И присылай фотографии. Я буду очень скучать, – мама аккуратно заправила мои кудряшки в шарф.

– Есть, капитан! Ежедневный отчет буду высылать! – я улыбнулась и уткнулась в маму. Как же я люблю ее запах.

– Я тут для бабушки собрала кое-что… Хотя и не хотела… Но вроде как родня, и она будет присматривать за тобой. Вот! – мама дала мне шопер, в котором были какие-то свертки. – Подари ей, пусть порадуется. Там все самое необходимое для пенсионера. Обязательно напиши, когда сядешь в такси.

Холодный московский ветер не хотел отпускать путешественников. Он играл со снегом и людьми, не позволяя быстро двигаться и заходить в вагоны. Казалось, еще чуть-чуть – и поезд не сможет поехать от сопротивления. Но когда проводники сказали, что поезд отправляется, ветер, словно смирившись со своим проигрышем, успокоился. Вокзал погрузился в тишину.

Мы крепко обнялись, и я зашла в вагон. Вот она, самостоятельная жизнь. Впереди четыре прекрасных часа с музыкой и ожиданием.

За окном огромными хлопьями падает снег, по коже бегут мурашки, и складывается ощущение, что я героиня романтической рождественской мелодрамы, – вот именно сейчас в вагон зайдет парень с гитарой, который выше меня, у него взлохмачены волосы, а на шее причудливый шарф. Он обязательно сядет напротив и после минутного молчания попросит один наушник. А потом «бах» и склейка – мы стоим около елки и ровно в полночь впервые целуемся, вокруг нас шум хлопушек, крики «Ура!» и смех.

Так, кажется, нужно меньше смотреть фильмы.

Выйдя из здания вокзала, я глубоко вдохнула морозный питерский воздух. Он кажется таким родным. Я дома. На секунду мне почудилось, что я все та же маленькая девочка, которая бывала тут раньше. Люди, толкаясь, бежали в метро, запрыгивали в машины и пытались спастись от ветра. Я стояла словно невидимка: меня ни разу не пихнули. Казалось, даже мороз и ветер не трогали, настолько мне было хорошо. Из мыслей меня выдернул автомобильный гудок. Вздрогнув, я помахала водителю, который резво выскочил, чтобы помочь мне с багажом. Быстро написав маме СМС, я села в машину.

– Первый раз в Санкт-Петербурге? – милый таксист со стильной седой бородой посмотрел на меня в зеркало заднего вида, когда мы сели в машину.

– Не первый. Мой папа из Питера, а мама из Москвы, – я улыбнулась в ответ.

– Ох, как это романтично! Моя первая любовь была тоже из Москвы. Сколько же я ей стихов посвятил… Хотите, прочту один? – глаза мужчины заблестели. – Жаль, что нам недолго ехать.

– Да, конечно! – мне кажется, именно такими я и представляла питерцев – романтичные, читающие стихи и не теряющие воспоминаний прошлого.

Мужчина тихо начал читать стихотворение, а по мне крупными горошинами побежали мурашки. Жаль, что я не додумалась включить диктофон! Это стихотворение хотелось слушать, читать и рассказывать, смакуя каждое слово…

Я хочу написать еще больше,

Чтобы вместе с первым дождем

Мысли встали на место, и позже

Я сказал наконец-то: «Вдвоем».

Я хочу перемен в серой массе,

Что зовется с небрежностью «жизнь»,

А еще я хочу с уважением

О друзьях твоих говорить.

Просыпаться хочу я так рано,

Чтобы солнце ласкало лицо,

Чтобы вид на московские храмы,

И тебя с обручальным кольцом.

Половиной делиться с тобою,

Чтоб, одевшись в будничный фрак,

Я б обнялся со старой Москвою,

Чмокнув в щечку тебя, как дурак.

Много вечной любви и заботы,

Много трепета и теплоты,

Чтобы в вечер с любимой работы

Ехать в дом, где так ждешь меня ты.

Чтобы счастье лилось до забвения,

Чтобы свет нам дарил сотню раз

Яркость красок и притяжение

Кисло-сладкое, как Яблочный Спас[1].

– Спасибо… Это было… Было до слез… – Мне даже не верится, что можно так любить. Что-то в моем сердце отозвалось тоскливой мелодией, хочется испытать такие же чувства.

– Это вам спасибо! Надеюсь, что Санкт-Петербург заставит вас поверить в чудо, – сказал он и улыбнулся невероятно теплой улыбкой. – До встречи!

Я подошла к подъезду. Стоп! Я подошла к парадной. Меня пробила легкая дрожь. Интересно, как сейчас выглядит бабушка, как она меня встретит, возникнет ли у нас контакт? Вдох-выдох.

– София! Как ты выросла! – дверь мне открыла бабушка, точнее, она официально была бабушкой, но выглядела совершенно потрясающе и молодо. Блондинка с каре, легкий макияж, тонкая талия и стильный домашний костюм. Не бабушка, а голливудская актриса! Да, кажется, все-таки люди меняются.

– Бабушка… Привет! – мои глаза готовы были выпрыгнуть из орбит, а рот отказывался закрываться. Я помнила, что она всегда хорошо выглядела, но чтобы так!..

– Да, давно мы с тобой не виделись! И мне приятна такая реакция! – она звонко засмеялась. – Мой руки и за стол! Мне кажется, нам пора нормально познакомиться.

Квартира, как и бабушка, меня тоже поразила – это была квартира не «бабушки», а современной женщины. Лаконичная мебель, нежные розовые оттенки и стильные аксессуары. Я ее помнила совсем другой: много бежевого и старой мебели, хрусталь в шкафах и смешной ковер в гостиной. Интересно, это была такая мода или бабушка сейчас переосмыслила свое отношение к окружающему ее пространству? Я прошла в гостевую спальню, которая раньше была комнатой папы. К сожалению, в ней тоже ничего не осталось, что могло бы напомнить мне о детстве. Зато широкий подоконник так и манил сесть на него и читать книжку. Думаю, какой-нибудь из вечеров я так и проведу.

Распаковав вещи, я отправилась на кухню, где за ужином мы с бабушкой начали заново узнавать друг друга. Первые минуты чувствовалось настоящее смущение, словно мы не родственники, а чужие люди. Отчасти это так и было… Редкие телефонные звонки и письма точно не сближают людей. Но чем больше мы разговаривали, тем быстрее ощущение неловкости пропадало. И вот мы уже безостановочно болтаем, смеемся и даже обнимаемся. Но усталость от дороги и огромного количества положительных эмоций дала о себе знать – глаза начали закрываться…

Не наговорившись, мы с бабушкой ушли по своим комнатам. Было сложно представить, что бабушка такая… своя. Думала, что мы проведем эти две недели особо не общаясь друг с другом. Как хорошо, что я ошибалась! Кажется, это будут отличные зимние каникулы. Первые впечатления от Санкт-Петербурга очень даже хорошие! Надеюсь, они не обманчивые.

Я решила еще немного побороться со сном и, удобно устроившись на подоконнике, отправила маме СМС: «Мамуль, все хорошо! Я заново познакомилась с бабушкой… Люблю!»

19 декабря

Вчера вышел очень уютный вечер, и, кажется, мы с бабушкой очень быстро нашли общий язык. Но она точно была нетипичной бабушкой. Я не встречала еще ни одну бабушку, которая на ужин для своей внучки (даже, если я не ошибаюсь, нелюбимой) заказывала пиццу. Это просто какая-то фантастика! Может, мама ошибалась в ней? Мне хотелось как можно больше расспросить бабушку о прошлом, но сначала все-таки нужно еще чуть больше привыкнуть друг к другу. Стать ближе. Мы столько лет нормально не общались, будет странно, если я пристану с расспросами.

– Ну что, какие планы на сегодня? – бабушка заглянула ко мне в комнату.

– Сегодня я хотела просто погулять по городу, заскочить в музей и попробовать пышки, – сонно ответила я. – Ты куда-то уходишь?

– Да, мы с девчонками хотим навестить нашу подругу. Что-то последнее время она начала сдавать. Надо взбодрить старушку, – бабушка даже как-то хитро заулыбалась. – Ключи я оставила на кухонном столе. Смотри, будь аккуратной. Если что – сразу мне звони.

– Спасибо! – мне тоже захотелось улыбнуться. Бабушка оказалась еще и с чувством юмора.

– Все, я побежала! Целую! – ответила бабушка и резво выскочила из моей комнаты.

Быстро приведя себя в порядок и позвонив маме, я вышла в морозный город. Плюшевая шуба не очень хорошо спасала от питерского мороза, поэтому я сильнее укуталась в шарф. И, кажется, даже вприпрыжку пошла в ближайшую пышечную. Начать утро с пышки и кофе – что может быть лучше?

Вы когда-нибудь пробовали эти пышки? Они же просто тают во рту! Думаю, я готова завтракать ими каждый день. Но времени на расслабление нет – меня ждет Эрмитаж. С папой мы однажды ходили туда вдвоем. Это был наш день: мы немного походили по музею, который меня поразил своими величиной и красотой, потом гуляли по парку и ели сладкую вату. И как же прекрасно было сидеть у папы на плечах… Мне казалось, что я выше всех, а папа сильнее всех. И смеялась я громче всех. Но больше так не смеюсь… Каждый раз, когда я вспоминаю тот день, мне кажется, что вокруг пахнет сахаром.

Прошло несколько лет, я выросла, а Эрмитаж опять меня поразил своими величиной и красотой. От переизбытка эмоций и вдохновения я вышла на улицу. После посещения музеев мне всегда хочется творить: конечно же, в первую очередь рисовать, потом писать стихи, лепить из глины посуду, сочинять музыку. Все. Мне хочется делать все, что можно назвать творчеством. Но пока я останавливаюсь на рисовании. Посмотрим, что будет дальше. Может быть, через много лет мне надоест рисовать и я начну шить?

Какой же прекрасный зимний Санкт-Петербург! Можно я каждое утро буду съедать пышку и приходить сюда? Разве существует что-то лучше вкусной еды и классного музея? Думаю, соперников найдется немного. Но мне хотелось получить еще больше впечатлений, насытиться городом и атмосферой, поэтому я решила продолжить прогулку.

Следующий пункт – Спас-на-Крови. Пусть у меня получается совсем типичный туристический маршрут, но для меня он какой-то особенный. Родной. Маршрут, по которому водил меня папа. А сейчас я уже сама могу по нему гулять. Интересно, как раньше люди строили свои планы и маршруты без онлайн-карт? Мороз, солнце – настоящая пушкинская зима. Почему-то мне захотелось остановиться на набережной реки Мойки. Вокруг не город, вокруг – произведение искусства. Да, я твердо решила, что буду тут жить. Несмотря на ветра и на дожди, которые, как говорят, идут очень часто. Я чувствую себя дома.

Думаю, на сегодня с прогулками нужно закончить. В Михайловском саду я окончательно замерзла, но мне в голову пришла отличная идея – я приготовлю обед для нас с бабушкой. Тыквенный суп и запеченный камамбер, мне кажется, бабушка сможет оценить.

– Алло, мам, привет еще раз! – радостно закричала я в телефон.

– Солнышко, что-то случилось? – голос у мамы дрогнул.

– Все хорошо, просто я хотела узнать рецепт твоего тыквенного супа, – я засмеялась, успокаивая маму. – Хочется как-то порадовать бабушку.

– Я не думаю, конечно, что бабушка его оценит. Не помню, чтобы она хоть раз похвалила мою еду, – мама как-то печально хмыкнула в трубку.

– Знаешь, она показалась мне совсем другой… Не такой, как я ее помню… – проговорила я.

– Дорогая, не думаю, что люди могут кардинально поменяться… Но рецепт я тебе пришлю. Может быть, ты сможешь растопить ее сердце? – сказала мама.

Да, придется приложить немало усилий, чтобы их помирить. Почему же со взрослыми бывает сложнее, чем с детьми? Дети могут заключить мир сразу после ссоры: мирись, мирись, мирись и больше не дерись… Жаль, с мамой и бабушкой так легко не получится.

Телефон завибрировал, и на экране высветилось сообщение от бабушки. Она написала, что вернется к шести часам, поэтому у меня оставалось достаточно времени на приготовление ужина. Очень надеюсь, что она не будет против того, что я хозяйничала на кухне. Если вспомнить мамины рассказы о ней, то за такое я могу нарваться на грубость. Но вчера вечером бабушка была такой милой, что, мне кажется, она будет рада. Проверим! Я не из пугливых.

– Привет! А чем это у нас так вкусно пахнет? – бабушка заглянула на кухню. – Соня! Какой приятный сюрприз! Я очень голодная! Знаешь, некоторые мои подружки-старушки отказывают себе в еде, чтобы сохранить фигуру, а я такими глупостями не увлекаюсь. Я все еще как грациозная лань!

– Я решила приготовить ужин и сказать тебе спасибо! – Ее шутка меня расслабила. – Спасибо, что приняла меня! Я провела сегодня невероятно чудесный день!

– Нет-нет, не надо благодарить! Я так много глупых поступков совершила… Я сама должна была позвать тебя в гости. Но давай на время отложим серьезные разговоры и поужинаем. Расскажи мне о первых впечатлениях, – запричитала бабушка.

Когда мы разобрались с ужином, бабушка заварила травяной чай и с грустью в глазах взглянула на меня.

– Знаешь, такой суп готовила твоя мама, когда я приехала первый раз к твоим родителям в гости. Я была такой… глупой, что нагрубила ей. Но вкус этого супа запомнила навсегда, – судя по всему, бабушка решила поговорить о прошлом.

– Расскажешь? – мне стало дико интересно услышать ее версию событий.

– Ох, Соня, знала бы ты, как мне стыдно за меня прошлую… С чего бы начать?.. – печально сказала бабушка и начала свой рассказ. – В молодости я была очень нервной, неуверенной в себе и заносчивой. А еще и эгоистичной. Поэтому мне было очень тяжело, когда мой единственный сын решил так рано жениться! Да еще и на девочке из Москвы. Это был удар в спину. Им было по двадцать лет. Какая свадьба? Год они дружили, переписывались и созванивались. А как только Роману исполнилось двадцать один, он получил диплом, собрал вещи да уехал к твоей маме. Они на следующий день и расписались. Уж не знаю, как у них это вышло. Им, конечно, повезло. Родители твоей мамы поселили их в отдельной квартире и помогали. А через девять месяцев появилась ты. Каким же счастливым он мне позвонил! А я… Не смогла простить, как мне казалось, предательства… Но решила приехать и посмотреть, на что он променял родную мать.

И что ты думаешь? Рома встретил меня на вокзале, привез домой. Сколько же счастья было в его глазах и в глазах твоей мамы! На обед она приготовила тыквенный суп. Ох и удивилась я! Кормить мужчину овощным супом?! Надо же додуматься! Это сейчас люди стали больше заботиться о правильном питании. А тогда… Тогда не смогла я принять ни маму твою, ни выбор сына, ни тебя… Потом я два года называла тебя просто «девочка»… Я уехала. Но, конечно, скрепя сердце начала вливаться в вашу жизнь. Вера с Ромой позволили, но было уже поздно. А дальше ты и сама все знаешь…

– Бабушка… – я посмотрела на нее, мы не могли остановить слезы.

– Сонечка, прости! Скоро Новый год, я больше ни о чем не прошу! – всхлипывая сказала бабушка.

– Бабушка… Спасибо за откровенность! Ты тоже меня прости! Я столько лет хотела побыть настоящей внучкой, но боялась проявить эмоции… Не хотела обижать маму, – честно призналась я.

– И правильно! Зато сейчас мы сможем наверстать упущенное, – сказала бабушка, улыбаясь.

Когда все слезы были выплаканы, мы разошлись по комнатам. Этот момент я запомню навсегда. Сегодня я обрела бабушку. И как жаль, что близкие люди иногда становятся так далеки друг от друга. Надеюсь, это получится исправить.

День пролетел незаметно. Ощущение, что я успела только один раз моргнуть. Такое количество эмоций и впечатлений придавливали меня к кровати. Я даже не в состоянии пошевелиться. Так хочется замедлить время… Но секрет в том, что тянется оно только на уроках, а каникулы мелькают, словно молнии летним днем.

Я собрала оставшиеся силы и написала СМС: «Мамуль, спокойной ночи! Бабушка у нас, оказывается, очень даже ничего!»

20 декабря

Вот сегодня тот день, когда я посмотрю на Академию Художеств не на фото. Разве может быть институт прекраснее? В нем мне нравится все: здание, направления, преподаватели, история. Я приложу максимум усилий, чтобы первого сентября зайти в него в качестве первокурсницы!

Когда я подходила к зданию, у меня даже закружилась голова, как обычно бывает от переизбытка эмоций. Бабочки в животе еще никогда так не трепетали. Это волшебство! Здание 1757 года, река и пушистый снег… Я должна это нарисовать. От нахлынувших эмоций на глазах появились слезы. Жаль, что мама не видит всей этой красоты.

«Очень красиво! Дух захватывает. Уже решила нарисовать?» – получила я ответ на фотографию. Мама слишком хорошо меня знает.

«Мама… Очень! Я невероятно вдохновлена!» – быстро напечатала я в ответ.

«Значит, ты все решила точно… Я очень рада! Честно!» – через некоторое время написала мама.

«Спасибо! Люблю тебя!» – ответила я. И правда, сейчас я испытывала любовь ко всему: к маме и бабушке, к горожанам и Санкт-Петербургу, к снегу и солнцу. К себе.

Кажется, я готова смотреть на Академию целый день, но все-таки сейчас холодно. А по плану – еще взглянуть на маленький памятник «Чижик-Пыжик». Хочется загадать желание. Папа перед сном мне часто напевал песенку «Чижик-Пыжик, где ты был?» Не думаю, что она детская, но папе можно это простить. Хорошим папам вообще многое прощается, особенно глупые песенки.

Как мне повезло, что таксист попался неболтливый. Снег прекратил идти, и я смогла насладиться красотой города. Украшенные витрины магазинов, огоньки и люди. Романтика. А через несколько минут я оказалась у «Чижика». Осталось только загадать желание и кинуть монетку. Если она останется лежать на камне, то желание исполнится. Открыв кошелек, я поняла, что у меня всего три попытки. Испытаем судьбу? Хотя я так не люблю рисковать…

– Знаешь, а я могу кинуть монетку, и твое желание исполнится, – неожиданно чей-то голос выдернул меня из мыслей.

– Знаешь, ты так тихо подошел, что я сама вместо монетки могла туда броситься от испуга, – взглянув на говорящего, я улыбнулась: передо мной стоял высокий парень моего возраста с хитрыми карими глазами. Его темные волосы, которые торчали из-под короткой шапки, смешно развевались на ветру. А улыбка поражала искренностью.

– Прости, я не планировал тебя пугать, просто захотелось подойти. Ты долго стояла, я сразу понял, что ты неместная, – ответил он мне с радостью.

– Ага, пока неместная, – уточнила я.

– Попробуешь бросить монетку? – парень не переставал улыбаться.

– У меня три попытки, – немного подумав, ответила я ему. Вот настырный какой.

– Давай, если у тебя не получится с двух попыток, то третью брошу я, а ты загадаешь желание? – спросил он.

– Хм… Ты хочешь, чтобы я рискнула судьбой? – мне начинал нравиться наш разговор.

– А почему бы и нет? Кто не рискует… – парень подмигнул мне.

– Тот я! Но давай попробуем! – ответила я и засмеялась.

Раз, два, ТРИ – мимо.

Раз, два, ТРИ – мимо.

Обидно немного. Мне хотелось утереть нос этому зазнайке. Хоть и красивому зазнайке.

– Ну, теперь моя очередь, – сказал парень и взял мою монетку.

– Стой, а почему я должна тебе верить? Может, ты используешь мою монетку для своего желания? – наигранно спросила я.

– А тебе жалко одного малюсенького желания? – он двумя пальцами показал размер желания.

Мы не могли перестать улыбаться. На улице постепенно темнело, а снег опять пошел огромными хлопьями. Черная шапка моего нового знакомого-незнакомца постепенно становилась белой.

Раз, два, ТРИ – он аккуратно подбросил монетку, и… она упала на камень и осталась на нем лежать.

– Пусть ее мечта исполнится, – тихо прошептал парень.

– Ура! Как у тебя это получилось? – закричала я.

– Я живу рядом, и все детство бегал тренироваться. Хотел велосипед. Очень хотел. Кстати, мечта сбылась! – он опять мне подмигнул.

– Это какое-то… волшебство. Спасибо! – проговорила я.

– Ну все, подруга, пусть твоя мечта исполнится. А мне надо бежать. – Он развернулся и быстро пошел по мосту.

– Пока… – сказала я ему вслед, но он меня уже не услышал.

Я так и осталась стоять с открытым ртом. Что это было? Честно, я уже представила, что он решил познакомиться таким необычным, даже «питерским», образом. А имя не спросил. В голове промелькнула уже заезженная фраза: «Это Питер, детка!»

– Соня, как погуляла? – бабушка встретила меня сразу, как только я открыла дверь. – Щеки какие красные, как у Снегурочки! Замерзла? Пойдем греться ужином.

– С радостью! – я не заметила, как замерзла и проголодалась.

На столе меня уже ждал ароматный ужин – спагетти с соусом песто и зеленый салат. Да, моя бабушка оказалась не из тех, кто станет печь пирожки.

– У меня сегодня был чудесный день! Я съездила посмотреть на Академию и влюбилась в нее еще сильнее, – сказала я, садясь за стол.

– У тебя так горят глаза, что у меня складывается ощущение, что ты встретила еще и юного художника. – Бабушка улыбнулась, а я почувствовала, как у меня краснеют щеки.

– Нет, художника я не встретила. Хотя кто знает… – немного смущаясь, ответила я и начала мять салфетку.

– А вот это уже интересно! Расскажи все в мельчайших деталях. В моем возрасте романтика уходит на второй план. Поэтому я с удовольствием послушаю, – сказала бабушка и забрала у меня полностью скомканную салфетку.

– А никакой романтики и нет. Есть просто необычная встреча, – я пожала плечами.

Когда с ужином и рассказом было покончено, мы переместились на балкон, чтобы выпить чаю.

– Иногда с таких встреч начинается что-то великолепное. Санкт-Петербург – город любви и романтики… Но еще это город и опасности, поэтому будь аккуратна с незнакомцами! – сказала бабушка, однако все равно было понятно, что она для галочки меня предупредила. Выражение ее лица было романтично-мечтательным.

– Вокруг люди ходили, поэтому я была в безопасности. Да и в Москве много странных людей, поэтому я всегда стараюсь контролировать ситуацию, – ответила я с улыбкой.

– Вот и молодец! Жаль, что вы не обменялись номерами. Но для третьего дня – это уже много, – подбодрила меня бабушка.

– Это точно! Во всяком случае, я прониклась духом города, – заулыбалась я.

– Забыла сказать! Надеюсь, что у тебя на завтра нет важных планов. Мы с тобой приглашены на день рождения моей лучшей подруги Екатерины Романовны. Я буду рада, если ты составишь мне компанию и поможешь выбрать букет. Кто, если не будущий художник, справится с этим лучше? – сказала бабушка с нескрываемой гордостью в голосе.

– Я с большим удовольствием! – Мне действительно было приятно, что бабушка попросила помочь и пригласила меня с собой.

«Мам, это был прекрасный день! Какая я у тебя счастливая!»

21 декабря

– Соня, я рискнула и сварила нам кофе по особому рецепту, – меня разбудил голос бабушки.

– Уже бегу! – Кофе я люблю, а «по особому рецепту», уверена, люблю еще больше.

На столе стояли две чашки кофе и ароматные булочки, присыпанные сахарной пудрой.

– Булочки пекла не я, – бабушка захихикала. – Пока ты спала, заезжал мой друг, Игорь Сергеевич, он булочки и привез.

– Бабушка… А ты говорила, что далека от романтики, – мне дико захотелось ее обнять.

– Не болтай, а садись лучше завтракать. В Риме я попробовала кофе с лимоном, после этого пью только так. Как тебе? – спросила бабушка после того, как я сделала первый глоток.

Неожиданно, но кофе оказался невероятно вкусным. Крепкий, сладкий и с ноткой кислинки.

– Это что-то нереальное. Приеду домой и сварю маме, – мечтательно сказала я.

– Боюсь, пробовать она его не захочет… Так, ну хватит о грустном! Давай собираться. Ты брала с собой что-нибудь нарядное? Мы будем у нее дома, но она настоящая леди, поэтому лучше не в спортивном. К ней я всегда хожу при полном параде, – предупредила меня бабушка.

– Нарядного нет. Но я что-нибудь придумаю, – уже на бегу крикнула я.

Сходить на праздник к бабушкиной подруге – совсем не плохо. Посмотрю на нее, какая она среди друзей. Что же надеть? Толстовки придется отложить. Светлые джинсы, бежевый объемный свитер, золотое колечко и маленькие сережки. Взглянув в зеркало, я осталась вполне довольна собой. Стильно и скромно, а кудряшки делают мой образ даже каким-то романтичным. Думаю, «леди» оценит.

– Бабушка! Да ты вылитая голливудская актриса! – воскликнула я, когда бабушка вышла из своей комнаты. На ней был черный брючный костюм и крупное колье. Строгая прическа очень выгодно подчеркивала тонкую шею, а стрелки на глазах придавали особый роковой шик. Одним словом – звезда!

– Ха-ха-ха! Соня, мне нравится твоя реакция. Люблю, когда женщина честно может оценить другую женщину. – С лукавой улыбкой бабушка поправила пиджак. – La beauté c’est l’éternité qui dure un moment. Красота – это вечность, которая длится мгновение. Ты, кстати, тоже отлично выглядишь! Настоящая красавица!

– Спасибо! – я немного засмущалась.

– Выше нос, Соня! А сейчас мы доедем до одного милого цветочного магазина, – сказала бабушка и с заботой завязала на мне шарф. – Можно, конечно, и прогуляться до него пешком, но что-то мне совсем лень. Прокатимся на автобусе.

Магазин и правда оказался очень милым. А какой там стоит аромат! На полках помимо цветов в горшках стояли медовые свечи, баночки с медом и вареньем.

– Добрый день! – нам навстречу из холодного блока магазина вышла девушка, которая была похожа на француженку. Возможно, это из-за ее причудливого бежевого берета и стрижки-каре. – Вы впервые у нас? У нас большой выбор меда с анапской пасеки и алтайского варенья. Ну и медовые свечи из Сибири.

– Я как-то к вам забегала, – в растерянности ответила бабушка. Она явно была удивлена не меньше меня. – Но не обратила внимания на всю эту красоту! Купила уже готовый букет весенних цветов. А сейчас нам нужен шикарный букет роз.

– Бабушка, ты же попросила помочь с выбором букета! – воскликнула я с укоризной – мне точно не хотелось идти в гости с банальным букетом.

– Прости, дорогая! У меня глаза разбежались, поэтому я лучше роз ничего не придумала, – засмеялась она.

– А я придумала! – я взглянула на бейджик девушки. – Рита, думаю, нам нужен зимний букет. Давайте его соберем из хвойных веточек, эвкалипта, красных ягод и хлопка.

– Ого! А вы разбираетесь! Сейчас сделаем, – сказала девушка и с азартом ушла собирать букет.

Минут через десять Рита подготовила невероятный зимний букет, который она упаковала в белый тонкий картон.

– Готово! – девушка широко улыбнулась и передала бабушке букет. – Я только начала изучать флористику, и это мой первый зимний букет.

– У вас талант! – бабушка была невероятно довольна. – Спасибо большое! Чудесный букет. От него даже веет ароматом Нового года.

– Бабушка, давай в дополнение к букету возьмем мед и свечку? – попросила я. Мне очень захотелось купить в этом милом магазине еще что-нибудь.

– О да! От свечек такой приятный запах! Может, возьмем свечку с сотами? – бабушка взяла с полки толстую свечку.

– И мне она очень понравилась! – я была довольна бабушкиным выбором.

– Значит, у нас схожи вкусы. Думаю, Екатерине Романовне тоже понравится, – подмигнув, сказала бабушка.

Минут через пятнадцать мы подошли к дому и поднялись по крученой лестнице на третий этаж. Бабушка три раза нажала на звонок – два коротких и один длинный.

– Не обращай внимания, просто мы с Катей дружим с самого детства и придумали такой сигнал, – пояснила она.

Дверь нам открыла настоящая аристократка: высокая худощавая женщина; седые волосы уложены в аккуратную прическу, в ушах небольшие серьги с зеленым камнем; белая блузка с зеленой брошью, черные широкие брюки и лодочки на маленьком каблучке.

– Добрый день, дамы! Вы первые. Проходите быстрее, – Екатерина Романовна расплылась в улыбке. – Лизавета, скорее знакомь меня с такой красивой внучкой! Это даже незаконно – столько лет ее скрывать от меня!

– Соня, это моя подруга Екатерина Романовна. Катюша, это моя внучка Соня, – как-то смущаясь, представила бабушка.

– Я очень рада с вами познакомиться! Это вам! – сказала я и протянула букет с маленьким пакетиком.

– Какая прелесть! А какой аромат! Большое спасибо! Срочно нужно поставить букет в вазу и на стол, – искренне радуясь, воскликнула именинница.

Екатерина Романовна поставила букет в красивую хрустальную вазу и с грустью произнесла:

– Лиза, звонил Игорек, то есть Игорь Сергеевич, сказал, что не сможет приехать.

– Да, я знаю… – мне показалось, что бабушка даже покраснела, взглянув на меня. А мне стало все понятно без слов.

– Это еще не все подарки, Катюш, – бабушка достала из сумки маленькую коробочку в подарочной бумаге. – Но этот подарок я положу под елку, а откроешь его утром перед Новым годом. Хорошо?

– Лиза, какая хитрость! – возмутилась Екатерина Романовна.

– Не переживай, – со смехом начала бабушка, – на Новый год ты получишь еще один новогодний подарок.

В дверь позвонили, и хозяйка пошла встречать гостей. Минут через тридцать в квартире уже было восемь человек. Меня со всеми познакомили. Удивительно, но вся компания дружит еще с детства! Это невероятно трогательно… Такие они разные, но чем-то похожи друг на друга. Добрые и веселые. Мне было очень интересно наблюдать, как они общаются и относятся друг к другу. Кажется, что они больше чем друзья – они семья. А сколько приятных слов было сказано имениннице! И это были не стандартные тосты и поздравления – это были слова, произнесенные от всего сердца.

Где-то через час в дверь позвонили еще раз.

– Дорогие, думаю, это Марк. Когда-нибудь он станет пунктуальным. И, кажется, он опять забыл ключи, – Екатерина Романовна направилась открывать дверь. – Соня, хоть со сверстником пообщаешься, а то старички тебе, наверное, уже надоели со своими историями из молодости.

– А где это ты тут старичков увидела? – ей вслед крикнул Владимир Петрович, похожий на седой воздушный шарик, и под общий хохот продолжил: – Мы тут все еще ого-го! Я вообще чуть старше Сони!

Неожиданно в комнату вбежала собака, корги, которая сразу подскочила к столу. Она, кажется, всех знала и точно понимала, кто сможет поделиться с ней чем-нибудь вкусненьким.

– Вова, не смей ничего давать собаке со стола! У него есть своя еда, – Екатерина Романовна крикнула уже из кухни. – А мы сейчас подойдем.

– За этот взгляд ему можно все отдать, – Владимир Петрович не удержался и дал собаке кусочек сыра.

– Соня, познакомься, это мой внук, Марк, а эта несчастная коротколапая собака – Кефир. Ему не повезло ни с ростом, ни с именем, – в комнату вместе с Екатериной Романовной вошел парень с букетом в руках.

– Ба, ему и с лапами, и с именем повезло, – с улыбкой парировал внук.

– Марк, так она и не про него говорила, – пошутил Владимир Петрович. Да-да, он был главным юмористом в их компании.

– Дядь Вов, спасибо! – согнувшись от смеха проговорил Марк.

– Вы только посмотрите, какой красивый торт принес мой внук! – Екатерина Романовна с гордостью поставила торт на стол.

А торт был действительно красивым: медовик, усыпанный свежими ягодами малины, черники и ежевики.

– Все, садимся за стол! – скомандовала именинница. – Марк, проходи к Соне.

– Привет, я Марк. А ты ему нравишься, – представился парень и посмотрел на свою собаку. Кефир уже был у моих ног.

– А я Соня. И он тоже мне нравится, – ответила я и погладила этого милого пса.

И все завертелось по новой: музыка, поздравления, смех, истории из юности. У меня даже сложилось ощущение, что я стала частью этой компании друзей и вместе с ними переживала моменты их жизни.

– Друзья, мне кажется, пришло время выпить что-нибудь горячее! – Екатерина Романовна хитро посмотрела на Марка.

– Я готов, – Марк улыбнулся бабушке. – Но мне понадобится помощник. Соня, поможешь?

– Марк делает невероятный глинтвейн! Когда он с родителями в прошлом году гостил в Мюнхене, его там научили варить настоящий немецкий глинтвейн. И, представляете, он не говорит рецепт! Скрывает какой-то секретный ингредиент! – Екатерина Романовна с нежностью посмотрела на внука.

– Ба, не думай, что сможешь надавить на меня, и я все тебе расскажу. Секрет есть секрет. – Марк встал и протянул мне руку. – Пойдем?

Мы прошли на кухню, Кефир радостно попрыгал за нами.

– Не боишься, что я узнаю секретный ингредиент? – спросила я, нарезая яблоки.

– А его нет! Весь секрет в том, что бабушка любит, когда я готовлю, – Марк пожал плечами.

– Получается, секретный ингредиент – любовь бабушки? – пошутила я. Думаю, мне нужно быть аккуратнее с сарказмом.

– Получается, так, – улыбнулся Марк.

Мы засмеялись и положили в кастрюлю мандарины, которые Марк почистил, яблоки, мед, корицу и немного гвоздики.

– А вообще, у тебя просто мировая бабушка! Настоящая аристократка, – сказала я.

– Она в молодости была балериной, а потом много лет преподавала в хореографическом училище. Кстати, твоя тоже совсем не промах. Очень красивая. Ее даже бабушкой не назовешь, – Марк ответил комплиментом на комплимент.

– Я, если честно, сама удивилась, когда ее встретила. Мы давно не виделись, – призналась я.

Глинтвейн постепенно начал согреваться, и кухня заполнилась ароматом праздника.

– Главное, не дать ему закипеть, – проговорил Марк.

– А я никогда не пробовала глинтвейн, – сказала я и вдохнула аппетитный аромат.

– Разве такое бывает? – удивился Марк.

– Мне почему-то кажется, что он горький, – немного засмущавшись, сказала я.

– Сейчас ты убедишься в обратном, – ответил Марк с уверенностью.

– А можно вопрос? – спросила я, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Конечно! – кивнул он.

– Это же ты был у памятника? Почему ты так резко убежал? – набравшись смелости, выпалила я.

– Ага, это был я. Убежал… От стеснения. Я и сейчас чуть не убежал… Представляешь мой шок, когда я захожу к своей бабушке, а ты сидишь за праздничным столом? – ответил Марк и покраснел.

– И ты меня сразу узнал? – продолжила я расспрос.

– Сразу. Твои кудряшки… Я их заметил… – сказал Марк и покраснел еще сильнее.

Мне кажется, я покраснела вместе с Марком. Ощущение, что щеки пылали огнем.

– Пойдем, выпьем глинтвейн и, если ты не против, сходим прогуляемся с Кефиром? – немного запинаясь, спросил Марк.

– Пойдем! – я обрадовалась предложению и зачем-то добавила: – Мне всегда хотелось завести собаку.

– Для Питера сегодня слишком шикарная погода. – Марк кинул палку Кефиру, который с большим энтузиазмом бегал по полянке.

На улице уже стемнело, был мороз, под ногами скрипел снег, ветер успокоился, а на небе стали появляться редкие звезды.

– В Москву тоже нечасто приходит настоящая зима, – ответила я. Кажется, мы все еще стесняемся. Разговоры о погоде, серьезно?

– Как твои первые впечатления о городе? Я так понимаю, ты была тут только в детстве? – спросил меня Марк.

– Ага, но уже тогда город запал мне в душу. А сейчас я уже влюблена. В город, – зачем-то добавила я.

– Знаешь, я тоже очень его люблю. И он мне не надоел. Этот город постоянно меня удивляет. Он всегда разный, живой. Мне кажется, он тоже общается с жителями. И мне нравится его изучать, – сказал Марк.

– Значит, ты хорошо знаешь Питер? А готов ответить на каверзные вопросы про него? – я решила помучить Марка.

– Ого! Давай попробуем, – Марк впервые на этой прогулке посмотрел на меня. Кажется, ему понравилась идея.

– Та-а-к… С чего бы начать? Как называется самый широкий мост? – задала я первый вопрос.

– Ну это легко! Синий мост, – ответил Марк даже не задумываясь.

– Хорошо, а самый большой мост? – мне хотелось его подловить.

– Вопрос для первоклашки. – Марк слепил снежок и кинул его Кефиру. – Дворцовый.

– А какой самый теплый район? – продолжила я.

– Центральный, – на ответ Марк потратил ровно секунду.

– А сколько в городе вокзалов? – с каждым ответом Марка я понимала, что он действительно хорошо знает город.

– Пять! А давай я тебе позадаю вопросы? Мне кажется, это будет интереснее, – Марк расплылся в улыбке.

– Хитрец! Ну давай, – я была в предвкушении.

– Готова? Почему Фонтанка получила такое название? – спросил он.

– Из нее поступала вода для фонтанов! – радостно ответила я.

– Ок, усложню! Дай секунду подумать… Как называется первый музей города? – спросил Марк.

– Знаешь, я готовилась к поездке, – почему-то мне стало так легко с ним, – Кунсткамера.

– Молодец! Получается, ты готова к переезду, – он засмеялся и кинул в меня снежком.

– Ах так?! Ну держись! – я кинула снежком в ответ.

Сколько лет я не играла в снежки? Я уже забыла, что это очень весело. Мы кидались снегом друг в друга и в Кефира, который с радостью пытался поймать каждый снежок. Минут через двадцать, когда уши и щеки горели от мороза, Кефир стал похож на снеговика, а перчатки промокли насквозь, мы решили вернуться домой.

– Нет, ну вы посмотрите на них, все мокрые! – Екатерина Романовна всплеснула руками. – Вам что, по пять лет? Вы в сугробы прыгали? Заболеете же!

– Катюш, ты лучше сделай им чай, – бабушка подмигнула мне. – Пусть дети отдыхают.

Уже поздно вечером мы вернулись к бабушке домой и сели на кухне за столом. Почему-то спать не хотелось идти. Не терпелось поделиться своими впечатлениями.

– Бабушка, у тебя обалденные друзья! – сказала я.

– Обалденные? Так их еще не называли, – бабушка громко засмеялась в ответ. – Но я с тобой полностью согласна. Они действительно обалденные!

– Жаль, что Игорь Сергеевич не пришел. Мне было бы интересно на него посмотреть, – я подмигнула бабушке.

– Соня, что за намеки?! Он просто друг! – было заметно, как бабушка смутилась.

– Да, бабушка, друг, который привозит булочки на завтрак… – я сделала ангельское лицо.

– А-ха-ха, у тебя острый ум! – бабушка засмеялась в ответ.

– И зоркий глаз, поэтому я все замечаю, – хихикнула я.

– Ладно, хватит обо мне, ты лучше расскажи, как вы погуляли с Марком? – теперь бабушка мне подмигнула, а я покраснела.

– Мы погуляли отлично! Кефир – просто очаровательный пес, – сказала я.

– А Марк? – бабушка с серьезным выражением посмотрела на меня.

– А Марк тоже… очаровательный… И представляешь, оказывается, это он был тогда у памятника! – я решила поделиться этой невероятной новостью.

– Неужели? По вашей встрече можно написать сценарий для фильма, – бабушка всплеснула руками.

– Бабушка… – пролепетала я.

– Что «бабушка»? Это же так романтично! – ответила она и мечтательно прикрыла глаза.

На секунду бабушка задумалась.

– Жаль, что про романтику я вспомнила поздно, – вздохнула она. – Но расскажи, как вы погуляли?

– Было очень весело: мы отвечали на вопросы о городе и играли в снежки с собакой, – рассказала я.

– А поцелуй? – с нескрываемым любопытством спросила бабушка.

– Бабушка! Какой поцелуй? Я только с ним познакомилась! – попыталась я возмутиться.

– У молодежи всегда все быстрее… – с улыбкой сказала бабушка.

– Не у всех… – тихо сказала я.

– Не обижайся на глупый вопрос! Видимо, мне действительно романтика в голову ударила, – примирительно сказала бабушка и погладила меня по волосам.

– Я и не обижаюсь! Если бы это было кино, то мы бы точно поцеловались, – задорно ответила я.

И на такой поэтичной ноте мы с бабушкой разошлись по своим комнатам.

Уже у себя в комнате я задумалась: действительно, это был самый романтичный момент в моей жизни. Несколько моих свиданий были до банальности скучны: просто прогулки по району и вопросы о школе. Никакой романтики или неожиданных моментов. Да и сейчас просто прогулка с парнем и его собакой. И это даже не свидание. Но наше знакомство похоже на… волшебство. Может быть, поэтому мне было так легко? Это просто дружеское общение, которое ни к чему не обязывало.

Интересно, а я Марку понравилась? Потому что, кажется, он мне – да… Только я пока не понимаю, что делать с этим чувством… А может быть, мне голову вскружили город, зима и новогоднее настроение? Ведь правда наше знакомство – как сцена из фильма. Вдруг мне понравился не сам Марк, а кинематографичность знакомства?

«Мама, бабушка с друзьями умеет зажигать… А я сегодня чувствую себя героиней фильма!»

22 декабря

На сегодня у меня в планах было посещение музея, но их нарушило входящее СМС: «Привет! Если ты вчера не очень замерзла, то я хотел бы позвать тебя сегодня погулять ☺».

И следом второе: «Ой, это Марк. Мы вчера у бабушки моей были…»

«Привет! А где ты взял мой номер?»

«Мне дала его Елизавета Михайловна».

«Любопытно ☺».

«Так что насчет свидания?»

Свидание? Свидание! Я готова взорваться от эмоций. Кажется, я понимаю, для чего нужны подруги. Что же мне ему ответить?..

«Я думала, что уже никто не ходит на свидания. Все просто зависают…»

«Фу! Мы же в Санкт-Петербурге! Тут только свидания ☺».

«Тогда я согласна ☺».

«Зайду за тобой в 2 часа, ок?»

«Ок. Тогда буду ждать ☺».

– Бабушка, я в два часа пойду гулять с Марком. – Почему-то мне было стеснительно это ей говорить.

– Отлично! Несколько дней в городе, а уже идешь на свидание, – бабушка поставила на стол мятный чай и печенье курабье. – Может, чего-то хочется на завтрак?

– У меня как-то нет аппетита… – ответила я.

– Дорогая, ну так всегда перед свиданием с мальчиком, – улыбаясь, сказала бабушка.

– Ой, это не свидание… Мы просто погуляем, – начала я возмущаться.

– Думаю, это свидание. Он вчера от тебя глаз не мог оторвать, – бабушка продолжила меня поддразнивать.

– Правда? – спросила я.

– Конечно! – улыбнулась в ответ бабушка.

Наш разговор прервало новое СМС: «Одевайся теплее. Я кое-что придумал ☺».

Так, и что же он придумал? От волнения меня уже начала пробивать мелкая дрожь. Неужели я иду на свидание?! Наверное, маме пока лучше не говорить, а то она опять заговорит о «глупых» поступках. Но так хотелось с кем-нибудь поделиться своими эмоциями.

Когда стрелки часов медленно подошли к половине второго, я уже не могла найти себе места, успев трижды переодеться и выпить несколько чашек чая. Но вот ровно в два часа в дверь позвонили. Я ухмыльнулась, вспомнив, что бабушка Марка говорила про его непунктуальность.

– Я так понимаю, что на чай ты не останешься, а сразу уведешь мою внучку на прогулку? – бабушка была очень довольна.

– Если вы не против, то да, – Марк выглядел крайне смущенным.

– Бегите-бегите! Только будьте аккуратны! – крикнула нам бабушка.

Мы выбежали на мороз. Яркий снег слепил глаза, поэтому я не могла понять: я щурюсь от света или удовольствия?

– Я думала, что ты возьмешь с собой Кефира, – сказала я.

– Эй, я позвал тебя на свидание со мной! – Марк театрально поставил руки в боки.

– А-ха-ха, я и не против. Так какие у нас планы? – спросила я.

– Сначала сюрприз, а потом мы пойдем пить самый вкусный чай в городе, – Марк заинтриговал меня своим ответом.

– Я могу лопнуть от любопытства! – засмеялась я.

– Не лопнешь! Скоро уже доберемся, – сказал он и тоже засмеялся.

Неожиданно Марк взял меня за руку. От смущения я хотела как-нибудь пошутить, но вовремя опомнилась. Дурочка, это же СВИДАНИЕ! Мы идем по прекрасным старинным улочкам города, падает пушистый снег, и отличный парень держит мою руку. Не испорть это глупыми шутками.

– Ну что, ты готова продолжить детские зимние забавы? – с невероятной радостью Марк посмотрел на меня.

– Ты опять хочешь играть в снежки? – Кажется, я чего-то не понимаю в свиданиях.

– Лучше! Повернись! – ответил Марк.

Когда я повернулась, то увидела, что на Дворцовой площади установлена огромная горка, с которой можно кататься на ватрушках.

– Марк! – я закричала так, что на нас обернулись две мамы с детьми. – Это очень классно!

– Мне показалось, что тебе понравится, – сказал Марк с довольной улыбкой.

– Очень! Давай быстрее поднимемся! – от радости я даже запрыгала.

Юху! Это было незабываемо! Мы целый час катались, смеялись и снова катались. Это точно лучшее первое свидание в моей жизни!

Мы даже не заметили, что на улице стемнело. К горке приходило все больше людей, поэтому мы решили не стоять долго в очереди, а пойти прогуляться. Теплый свет фонарей добавлял романтики нашей прогулке, а Марк снова взял меня за руку и сказал:

– Сейчас я покажу тебе свое любимое кафе. Может быть, я преувеличил, что там самый вкусный чай… Но он там действительно вкусный, его большой выбор, и вполне неплохая еда, – Марк попытался разрекламировать мне кафе.

– А что за кафе? – спросила я, хотя была готова пойти с ним совершенно в любое место.

– Милое местечко, где можно не только перекусить, но и почитать, – ответил он с загадочной улыбкой.

Кафе оказалось невероятно уютным. Внутри оно делилось на два зала: купить кофе с собой и место с библиотекой. По всем стенам стояли шкафы с книгами. Небольшие круглые столики и мягкие кресла.

– Мне нравится, что тут дают книгам вторую жизнь. Ты можешь отдать свои старые книги за чашку кофе, можешь посидеть почитать книгу или купить любую из них. Кстати, тут очень много интересных экземпляров, которые уже не печатаются, – сказал Марк и подмигнул мне.

Мы сели за столик в углу и заказали облепиховый чай с дыней и круассаны.

– Ты много читаешь? – спросила я. Мне показалось это немного необычным для парня моего возраста.

– Стараюсь. Конечно, больше книг я читаю для поступления в вуз… – отчего-то смущаясь, ответил Марк.

– На кого планируешь поступать? – спросила я, не скрывая любопытства.

– Хочу быть ветеринаром, – с полной уверенностью ответил Марк.

– Мне кажется, у тебя получится! Кефир у тебя просто замечательный, – ответила я, с легкостью представив Марка в ветеринарной клинике.

– Спасибо, – Марк застенчиво опустил глаза, – бабушка рассказала, что ты хочешь быть художницей.

– Да, я рисую – сколько себя помню, – настал мой черед смущаться.

– А можешь показать? – глаза Марка загорелись любопытством.

– Ой, я, честно, немного стесняюсь… Даже никуда в социальных сетях не выкладываю… – предприняла я тщетную попытку сопротивления.

– Давай ты покажешь одну свою самую любимую картину? Ты же их фотографируешь? – предложил Марк.

– Фотографирую… – еще больше растерявшись, ответила я и достала телефон.

– Пожалуйста, не смущайся, – попросил Марк. – Я уверен, что ты круто рисуешь.

– Наверное, любимый рисунок вот этот, – я нажала на фотографию. – Как-то я ехала в метро, и напротив меня сидел мальчик лет трех со своей семьей. У него был такой взрослый и печальный взгляд, что я не удержалась и нарисовала его. Но только застеснялась отдать рисунок.

– Ого! Это такой классный рисунок! Ты очень талантливая, честно, – ответил Марк и посмотрел на меня глазами, полными восхищения.

– Спасибо, – я хотела убрать телефон, но неожиданно начала листать фотографии и показывать Марку другие мои работы. – А вообще я рисую в разных стилях. Моя мечта – рисовать обложки для книг.

– Это круто! Тебе точно нужно показывать свои рисунки, не стесняйся! И я уверен, что ты определенно сможешь делать стильные обложки.

– С-спасибо, – у меня на глаза навернулись слезы.

– Эй, ну ты чего? – Марк заглянул мне в глаза. – Если ты начнешь плакать, то и я начну. А если мы будем плакать оба, то и соседний столик может начать плакать, а потом начнут плакать те, кто зашел за кофе, а затем просто проходящие люди… И в конечном итоге будет плакать весь город! Оно тебе надо?

– Думаю, не хочу, чтобы плакал весь город, – ответила я, заулыбавшись и шмыгнув носом. У Марка с такой легкостью получается меня смешить.

– Я отойду на минутку? – неожиданно спросил он.

– Да, конечно… – ответила я и растерялась. Если он сейчас уйдет, то я точно заплачу. Ну надо же быть такой глупой и почти разрыдаться на свидании от комплимента? Наверное, это его и испугало… Плакса!

Но я решила дать себе шанс и просто поизучать книги, чтобы отогнать мысли от побега со свидания. Каких тут экземпляров только не было! Классическая литература, современная проза, детские детективы, норвежская проза. Когда я перееду в Питер, то точно буду частым посетителем этого кафе.

Неожиданно моего плеча кто-то коснулся. Я обернулась и увидела Марка.

– Извини, я знаю, что на первом свидании принято дарить цветы, но мне захотелось подарить тебе кое-что другое, – смущаясь, сказал Марк и протянул мне книгу, упакованную в крафтовую бумагу и перевязанную красной лентой. На бумаге фломастером было написано: «Верь в свой талант».

На мои глаза снова навернулись слезы, а губы предательски задрожали. Не-е-ет! Я не стану плакать.

– Можно открыть? – уже почти не дрожащим голосом спросила я.

– Я думаю, нужно, – Марк с улыбкой смотрел на меня и не отводил взгляд.

Ленточка с легкостью поддалась, и, развернув бумагу, я даже тихонько ахнула. Мне очень хотелось эту книгу, но почему-то я все время забывала ее купить. Это оказалась иллюстрированная книга писем Винсента Ван Гога брату Тео.

– Большое тебе спасибо! – сказала я и прижала книгу к груди.

– Наверное, это немного банально – подарить художнице книгу о художнике, но я подумал, что тебе понравится, ведь тут не просто биография, а личные письма, которые помогут узнать в нем не столько художника, сколько человека.

– Мне очень нравится! Это так неожиданно. И так по-питерски, – сказала я.

– Ага, любим мы читать, – Марк улыбнулся и подмигнул.

И мы опять засмеялись. И больше не хотелось плакать. Мне показалось, что я самая счастливая, может, не во всем мире, но точно в Санкт-Петербурге.

Марк проводил меня до дома. Мы остановились около парадной. Снег продолжал падать пушистыми хлопьями, добавляя романтики в и без того романтичный момент.

– Марк, спасибо за чудесный день и за подарок, – сказала я и посмотрела в его глаза.

– И тебе большое спасибо, – проговорил Марк.

Мы стояли, не зная, о чем еще говорить, и растерянно смотрели друг на друга. Должен ли произойти первый поцелуй? Или еще слишком рано для него? Марк взял меня за руку и…

– Наконец-то вы вернулись! – к нам подошли наши бабушки. – А мы тоже гуляли. Погода замечательная. Пойдемте уже пить чай.

Нам ничего не оставалось, как вместе пойти домой к моей бабушке. А через два часа, когда Марк с Екатериной Романовной ушли и я в подробностях рассказала про сегодняшний день бабушке, почти без сил пошла в комнату и включила музыку в наушниках с надеждой почитать книгу. Но все мысли были заняты Марком. Легкий рок от AnnenMayKantereit, свет луны и падающий снег за окном настраивали на мысли о романтике. Интересно, он поцеловал бы меня, если бы нам не помешали? Думаю, поцеловал бы. Он так смотрел мне в глаза… До него ни один парень так на меня не смотрел. Может, поэтому у меня и не получилось построить отношения? Я ждала такого взгляда. Хотя было две попытки… Наверное, очень важно, как на тебя смотрят. А те парни смотрели на меня как просто на симпатичную одноклассницу. Да и мне самой не нужны были отношения. «Моя дочь замужем за рисованием», – кажется, так мама пошутила в разговоре обо мне со своей подругой. Отношения совсем не входили в мои планы. Я собиралась готовиться к поступлению и переезду. А тут Марк… И это выглядит как настоящий знак, что я приняла правильное решение!

«Мамуль, сегодня я почувствовала себя ребенком. Даже очень счастливым ребенком!»

23 декабря

Утром меня разбудил звук входящего сообщения: «Доброе утро. ☺ Прости, что не написал вчера. Бабушка болтала весь оставшийся вечер, а потом уже было поздно писать. Не хотел тебя будить».

«Доброе. ☺ Мы тоже с бабушкой долго разговаривали ☺».

«Я рад, что ты согласилась на свидание…»

«А я рада, что ты позвал…»

«Я хотел тебя поцеловать… И нам так глупо помешали…»

«Это даже смешно ☺».

«Смешно, что хотел поцеловать?»

«Смешно, что нам помешали БАБУШКИ ☺».

«Главное, что они подошли ДО».

«Это точно. ☺ Но, если честно, ты нравишься моей бабушке, и она очень рада, что ты меня позвал на свидание».

«Моя пока не знает, что у нас было свидание, а не дружеская встреча, но Елизавета Михайловна точно ей все расскажет ☺».

«Думаю, даже сегодня, а-ха-ха».

«Они столько лет дружат, но все равно находят, о чем разговаривать каждый день».

«Я даже немного завидую их дружбе. У меня нет таких друзей».

«Понимаю, я с детства за ними наблюдаю, поэтому мне тоже хотелось себе такую компанию. Если хочешь, я тебя познакомлю со своими друзьями?»

«У тебя их много?»

«Нет, трое – Денис, Мира и Аня. Мы дружим с начальной школы».

«Ого! Очень круто! Я бы с радостью познакомилась, если тебе не кажется, что это слишком рано…»

«Ты же переедешь в Питер, тебе понадобятся друзья. ☺ А ребята у меня прикольные ☺».

«Тогда я согласна. ☺ А я хотела тебя спросить… может, мы сегодня сходим погулять?»

«Ой, я бы с радостью, но я сегодня должен помочь родителям…»

«Ничего страшного, я понимаю».

«Я серьезно. Я бы ОЧЕНЬ хотел сегодня с тобой встретиться. Кстати, а как тебе мама позволила пропустить две недели школы?»

«А-ха-ха, я не пропускаю – у нас каникулы. Просто в нашей школе нужно было сделать срочный ремонт, поэтому нас раньше отправили отдыхать. Но мы сдавали внеплановые контрольные из-за этого».

«Вау! Это круто ☺».

«Согласна».

«Извини, мне нужно бежать на урок. Я тебе позже напишу».

«Легкого дня ☺».

Полная радости и хорошего настроения, я подбежала к окну. Мне нужно было проверить, что все это не сон. София! Это реальность – за окном Санкт-Петербург, в телефоне СМС от классного парня, мама не вредничает, а бабушка оказалась очень милой. Чувствую себя принцессой: если я запою, то ко мне прилетят птицы и прибегут разные зверушки. Да и хорошо, что Марк не сможет встретиться. Сегодня Питер решил показать свою любимую погоду: мелкий снег с дождем и туман. Не думаю, что удалось бы долго гулять.

Бабушка уехала к ученику. Оказывается, она снова решила преподавать французский язык, поэтому я первую половину дня была предоставлена сама себе. Из дома выходить совершенно не хотелось, поэтому я решила заказать доставку еды и включить свой любимый новогодний фильм «Отпуск по обмену». Через час, устроившись на диване с пиццей и чаем, я поняла, что у бабушки совсем не украшена квартира к Новому году. Если я сама украшу, то это будет приятным сюрпризом. Вот только бы знать, есть ли у нее украшения… Ладно, будет лучше, если я схожу в магазин и куплю какой-нибудь минимальный набор украшений. Хорошо, что я смогла достаточно накопить денег для этой поездки.

Укутавшись посильнее в шарф, я вышла на улицу. И, вздрогнув, смело побежала в тот цветочный магазин, где мы с бабушкой купили букет. Почти влетев в магазин, я с радостью поздоровалась с Ритой:

– Добрый день! А я опять к вам.

– Привет! Еще один букет? – Рита встала из-за прилавка и улыбнулась мне в ответ. – Кстати, после вашего букета я сделала несколько подобных, и они разлетелись как «горячие пирожки».

– Ого! Я рада. Но сегодня мне нужен рождественский венок на дверь. Скажите, что они у вас есть… – произнесла я с мольбой в голосе.

– Есть! Сейчас покажу. А может, перейдем на «ты»? Мне кажется, я совсем ненамного тебя старше, – улыбнулась Рита.

– Да, конечно, – я немного запрыгала, пытаясь отогреться.

– А давай я сделаю тебе чай с медом, а то, боюсь, ты до дома не добежишь, – и, не дожидаясь ответа, Рита заварила чай в кружке.

– С удовольствием! – я еще раз убедилась, что Санкт-Петербург – точно мой город! Только посмотрите, какие тут люди.

Рита подала большую кружку чая и подвинула ближе ко мне упаковку с печеньем.

– Большое спасибо! – сказала я после первого глотка, который разнес тепло по всему телу.

– Грейся, а я вынесу несколько венков, чтобы ты могла выбрать, – улыбнулась Рита.

– Спасибо! – еще раз поблагодарила я.

Через несколько минут, когда теплый чай согрел меня, Рита вынесла три венка.

– Ну как? – спросила она.

– Красивые… Но мне хотелось что-то другое… – немного растерянно ответила я. Мне показалось, что на этих венках слишком много всего намешано, они казались слишком надуманными. – И, если честно, ценник «кусается». Я не рассчитывала на такую сумму.

– А давай сделаем вместе? И раз ты мне поможешь, то я его продам тебе со скидкой, – неожиданно предложила Рита.

– Ой… А так можно? – испуганно спросила я.

– Мне можно! Это магазин моих родителей, – засмеялась Рита.

– Как здорово! – обрадовалась я. – Спасибо!

И мы взялись за работу! К основе прикрепили ветки, покрасили грецкие орехи золотой краской и приклеили их к готовому венку, добавили маленькие елочные игрушки и красные ягоды.

– Вроде здорово получилось! – сказала я и придирчиво осмотрела венок. – Спасибо! Мне очень понравилось мастерить, если так можно выразиться!

– Хм… Чего-то не хватает… – Рита оглядела магазин. – Смотри!

Она достала пачку карамелизированных апельсиновых чипсов и несколько штук высыпала на стол.

– Давай попробуем их добавить? – предложила девушка.

И точно! Апельсиновые дольки отлично дополнили венок.

– Рита! Большое спасибо! Мне очень-очень нравится! – поблагодарила я. Венок у нас действительно получился очень красивым.

– Не за что! Слушай, а как тебе такая идея: не вешать венок на дверь, а положить его на стол? А в центр можно поставить свечку, – Рита сняла с полки толстую свечу из медовых сот. – Мне кажется, очень здорово получится.

– О! – воскликнула я от радости. – Это очень стильно, думаю, бабушка оценит!

– Так это сюрприз для твоей бабушки? – спросила Рита. – Тогда свеча будет в подарок!

– Рита, я так не могу… – я попыталась сопротивляться.

– Возражения не принимаются! – она засмеялась и положила свечу с подставкой в пакет к венку. – Мне хочется сделать что-нибудь приятное. Видимо, я от тебя заразилась новогодним настроением!

Расплатившись за венок, по совету Риты я побежала в сторону небольшого магазина, где можно купить новогодние украшения. Хорошо, бабушка написала мне, что задерживается, поэтому у меня будет время на подготовку маленького и уютного сюрприза.

В магазине я купила несколько светодиодных гирлянд, небольшие фигурки Деда Мороза и Снегурочки. Да, бюджета на украшение всей квартиры не хватило. Но я точно смогу украсить балкон. По пути к дому в пекарне я еще купила рождественский штоллен[2] с цукатами. Ну все! Вперед, создавать новогоднее настроение!

Венок я положила на чайный столик. Рита была права – так он смотрится еще лучше, чем на двери. В центр венка поставила свечку, а по бокам фигурки и развесила гирлянды по балкону. Как только я закончила, услышала, что бабушка открывает дверь.

– Бабушка, привет! У меня для тебя маленький сюрприз. Можешь не выходить из комнаты, пока не позову? – крикнула я.

– Соня, не пугай меня! Надеюсь, ты не принесла мне котенка? Я еще не такая одинокая, – бабушка улыбнулась и зашла в ванную комнату. – А сюрпризы я люблю!

– Подожди пять минуточек. – Я убежала на кухню, заварила чай и нарезала кекс.

Быстро переместив все на балкон, я включила гирлянды, зажгла свечку и позвала бабушку.

– Сонечка… Как красиво и уютно! – с придыханием сказала бабушка.

– Мне показалось, что нужно создать новогоднее настроение, – ничуть не смущаясь, сказала я.

– Это чудесно! Спасибо большое! В этом году я почему-то не успела поставить елку, – сказала бабушка и обняла меня. – Но давай нарядим елку на днях?

– Давай! А я включила себе фильм и поняла, что чего-то не хватает. И решила, что пора готовиться к празднику, – сказала я, очень довольная собой.

Мы пили чай, ели кекс и разговаривали. Бабушка рассказала про своих новых учеников. И я задумалась о том, что учителя всегда такие энергичные, потому что общаются с детьми. Я с удовольствием слушала ее истории, но еще с большим удовольствием любовалась ей. И находила папины черты в ней: вот она смешно во время разговора мнет себе указательный палец, а потом улыбается одним уголком губ, а сейчас смешно дует на волосы, которые падают на глаза. Я даже не задумывалась, как мы похожи на своих родителей. Интересно, какие у меня мамины черты? От папы мне точно достались любовь к чтению и кудряшки. От мамы – любовь к музыке и форма губ. А жесты? Надо будет внимательно понаблюдать за мамой.

Время за разговорами пролетело очень быстро, мы даже не успели заметить, как на город спустился вечер. Бабушка решила пораньше лечь спать, и мы разошлись по своим комнатам.

Интересно, смогут ли мама с бабушкой наладить отношения? Нужно было это загадывать тогда у Чижика. Мне до безумия захотелось встретить Новый год вместе c ними, ощутить семью. Просто вышло так, что после смерти папы мы с мамой всегда отмечали праздник у ее друзей. И ни разу я не чувствовала себя на своем месте. Конечно, мамины друзья все были милыми со мной, дарили сладости и игрушки, а позже карандаши и альбомы для рисования. Но вот чего-то мне все равно не хватало… Тепла и уюта. И главное – ощущения, что это и МОЙ праздник. А взрослые слишком быстро переключались на свои темы, которые поддержать у меня не получалось.

Бабушка смогла бы очаровать маму, это точно. Но вот смогла бы мама ее простить? Этот вопрос уже сложнее. Каждый день, что я тут, в маминых голосе и сообщениях слышится ревность. Жаль, что взрослые иногда ведут себя слишком по-детски. Столько времени мы из-за этого потеряли. А теперь придется приложить побольше сил, чтобы его наверстать.

На часах было уже десять вечера, а Марк так мне и не написал. Я уже успела расстроиться, но потом вспомнила, что он должен был помочь родителям. Наверное, все еще занят. Но первой я писать не буду. Он обещал, пусть первым и напишет. С другой стороны, почему я не могу сделать это первая? Могу! И, только взяв в руки телефон, я получила СМС от него: «Не спишь?»

«Ну, время еще детское ☺».

«А-ха-ха! ☺ Прости, не мог раньше написать. Родители на меня насели и держали в плену ☺».

«Понимаю. Ничего страшного ☺».

«Чем ты сегодня занималась? Ходила куда-нибудь?»

И я в подробностях рассказала Марку весь сегодняшний день.

«Классная идея с венком!»

«Я просто не знала, есть ли у бабушки искусственная елка или она ставит настоящую… А так захотелось праздника ☺».

«Это мой СА-А-АММЫЫЙ любимый праздник!»

«Мой тоже!»

«Веришь в Деда Мороза?»

«Перестала, когда маме на работе он перестал давать сладкий подарок ☺».

«А-ха-ха! ☺ А мне в детстве старший брат рассказал, что его не существует. Ты даже не представляешь, сколько я выплакал слез ☺».

«Так ты был плаксой?»

«Не-а, однако это был сильнейший удар. ☺ Но родители смогли меня успокоить подарком. Хоть и не от Деда Мороза, но я получил просто невероятную пожарную машину».

«Получается, ты с детства хотел помогать?»

«Хм… Не задумывался над этим. Да многие мальчишки хотели стать пожарным, полицейским, врачом или космонавтом».

«Или супергероем. ☺ Но немногие потом выбирают себе такую профессию».

«Но и я профессию пожарного не выбрал ☺».

«Ветеринар – тоже очень важная профессия. Если бы я не любила так рисовать, то тоже пошла бы учиться на ветеринара ☺».

«У тебя есть еще время передумать».

«Ну нет! Я уже все решила».

«Я шучу. ☺ Уверен, что ты правильно выбрала профессию. Но хватит о будущем, давай о настоящем. ☺ Ты завтра свободна?»

«Эй! Это был мой вопрос!»

«Ты утром спрашивала про сегодня, а я спрашиваю про завтра».

«Какой же ты хитрый! Хорошо! Завтра я совершенно свободна. И у меня есть маленькая идея, как нам провести время».

«Ты меня заинтриговала».

«Не переживай, это не музей».

«А я люблю наши музеи, поэтому не расстроился бы».

«Хм… Буду надеяться, что моя идея тебе тоже понравится».

«Я уверен, что понравится…»

Мы еще немного попереписывались и решили встретиться завтра в обед. Мне безумно понравилось, как мы разговариваем, – складывается впечатление, что мы очень давно знакомы. С ним мне легко шутить, легко смеяться и не страшно говорить… Чаще всего в компании с парнями я просто молчу, а сейчас мне хочется говорить. Говорить о себе, будущем, Питере и Москве, о бабушках и родителях, книгах и музыке. Говорить… о нем. Никогда я не встречала таких интересных парней. Мне нравятся его любопытность и жажда узнавать что-то новое. Он любит животных, любит спорт и стихи, книги и фильмы, путешествия и историю. Мне показалось, что он знает все на свете. С ним нескучно. Это же очень важно, что мы можем разговаривать о чем угодно.

Я представить не могла, что решусь когда-нибудь позвать парня на свидание. Оказывается, это очень легко. Да, волнительно, но не страшно. И мир не перевернулся. Может быть, это из-за того, что Марк мне действительно понравился? Я удивляюсь сама себе и своим чувствам, которые неожиданно нахлынули. Мне казалось, что моя реальная перспектива – уехать в одиночестве жить к горам, немного сойти сума и рисовать каждый день небо, которое никогда не бывает одинаковым. А тут – бум! – и мне понравился парень. А главное, я ему тоже. Может, это уже с ним что-то не так? Зачем ему заучка, которая рисует каждую свободную минуту, а когда устает рисовать – читает?

Я подбежала к зеркалу, чтобы оценить себя. Кудряшки и зеленые глаза смотрятся вполне мило. Повертевшись немного, приняла тот факт, что я вполне ничего. Интересная. Получается, что с Марком все нормально. Все с ним «так». Мысленно посмеявшись, я решила немного порисовать. Тихонько включив музыку в наушниках, достала блокнот А4 и карандаши – захотелось нарисовать новогоднюю открытку.

Когда я рисую, иногда складывается ощущение, что вхожу в какой-то транс: я не замечаю ничего вокруг. Мир перестает существовать. Есть только я, карандаш и лист бумаги, который постепенно превращается в рисунок.

Из этого состояния меня вывела вибрация сотового – написала мама. Вот же! Я совсем забыла ей написать… Так мне может влететь. Не хотелось бы ссориться перед праздниками…

Придирчиво посмотрев на рисунок, я осталась довольна. Кажется, даже не задумывалась, что буду рисовать, но подготовка к празднику сделала свое дело: я изобразила фрагмент старого дома с красной дверью, на которую прикреплен рождественский венок. Думаю, я смогу сделать из этой открытки конверт для подарка. Получится неплохо.

Телефон завибрировал снова. Ой, все-таки мне влетит. Нужно срочно ответить.

«Мам, а я сегодня настоящая новогодняя фея!»

24 декабря

Проснувшись утром, я пошла на кухню. Почему-то сил не было совсем, стоило пораньше лечь спать, а не рисовать до глубокой ночи. Бабушка написала, что оставила мне оладьи на завтрак, а сама уехала к ученику. Заварив кофе, я щедро полила оладьи малиновым вареньем. Настоящий кайф. Завтрак – мой любимый прием пищи. И завтрак – это время, чтобы прийти в себя, простроить план на день и все обдумать в спокойной обстановке.

Кстати, о планах: я совсем сбилась со своего «посетить три музея». Нужно спросить у бабушки, куда бы она посоветовала сходить. А будет здорово, если она составит мне компанию. Я, конечно, не боюсь одиночества и совершенно спокойно могу сходить в музей, кино или кафе одна, но с бабушкой точно будет интереснее.

Звук сообщения вернул меня из моих мыслей: «Доброе утро! Я зайду за тобой часика в два. Это будет нормально?»

«Привет! Отлично, буду ждать».

«Ты утром совсем немногословна ☺».

«Это точно. ☺ Утром моих сил хватает только на завтрак».

«Тогда я не буду тебя отвлекать. ☺ До встречи!»

Эх! Да ты меня и не отвлекал. Сообщения от Марка меня взбодрили – я вспомнила, что у нас сегодня свидание. И даже сама природа была за нас: на улице опять светило солнце. Очень надеюсь, что свидание ему понравится! Не знаю почему, но я решила, что будет здорово сходить на мастер-класс по лепке елочных игрушек. Хорошо, что я смогла найти гончарную мастерскую со свободным окошком для записи. В чужом городе было бы проблемно придумать зимнее свидание. Можно было пойти кататься на коньках, но это и так самый распространенный вид зимних свиданий. Да и я не люблю кататься на коньках, хоть и неплохо умею. Поэтому мне захотелось сделать что-нибудь не совсем обычное и, главное, новогоднее. А елочные игрушки останутся на память, даже если у нас… ничего не получится в отношениях. Резко мое настроение испортилось. Встряхнув волосами, я отогнала плохие мысли. Лучше жить здесь и сейчас. Насладиться нашей историей, даже если она окажется короткой. Зато у меня точно будет друг, а значит, станет не так страшно переезжать.

– Сонечка, ты дома? – крикнула бабушка, зайдя в квартиру.

– Да, еще дома. Привет! – в ответ прокричала я, выскочила к ней в коридор и обняла.

– Еще? А куда ты собралась? – удивленно спросила бабушка.

– Встречусь с Марком… – почему-то очень тихо ответила я ей.

– Все-таки свидание? И куда он тебя позвал? – начала расспросы бабушка, не скрывая радости.

– Свидание… – я дико засмущалась и опустила голову. – Это я его позвала. В гончарную мастерскую.

– Как здорово! Да ты настоящая современная женщина, только очень юная, – бабушка погладила меня по голове. – Это, мне кажется, нестандартное свидание. В хорошем смысле этого слова. Романтично-нестандартное.

– Я тоже так подумала. Мы пойдем делать елочные игрушки. Только он еще не знает. Надеюсь, он не подумает, что это глупо… – неожиданно я засомневалась в своем решении.

– Соня, это прелестно! Мужчины, конечно, не очень любят сюрпризы. Но мужчины шестнадцати лет точно смогут оценить такое свидание.

Мы громко засмеялись. И от этого мое волнение улетучилось, словно его и не было. Смех – отличное лекарство.

– А время у тебя еще есть, чтобы попить со мной чай? – спросила бабушка.

– Есть! – кивнула я.

Мы налили ароматный чай в большие кружки и вышли на балкон. Причудливые облака разной формы проплывали по небу, но ни разу не закрыли солнце – на улице мороз. В такую погоду сразу вспоминается стихотворение Пушкина: «Мороз и солнце; день чудесный!..» Люблю такую зиму. Есть ощущение детства, когда мороз совсем не пугает и не хочется возвращаться с прогулки. Кажется, раньше зима была другой. Или я была другой? Я посмотрела на бабушку, она с блаженной улыбкой закрыла глаза.

– Бабушка, а ты не хочешь мне рассказать про Игоря Сергеевича? – с хитростью и любопытством спросила я.

– Ха-ха, мне кажется, мы меняемся местами: теперь ты будешь расспрашивать про моего кавалера? – бабушка улыбнулась. – Но мне пока совсем нечего рассказывать, если честно.

– Нечего? А как же булочки на завтрак? – я была настроена выведать у бабушки все подробности, поэтому перешла в наступление.

– Пока мы только друзья. Пока. Мы просто слишком много лет дружим. Но я тебе все расскажу, как сама разберусь. Хорошо? – бабушка посмотрела на меня с легкой грустью, а мне сразу захотелось ее обнять.

– Конечно! Бабушка, ты не переживай… – вместо объятий ответила я.

– Сонечка, я и не переживаю. Я просто думаю, – она улыбнулась уголком губ. – Уже почти два часа, тебе не пора собираться? Или ты хочешь заставить Марка тебя ждать?

– Не хочу, – я хихикнула. – Пойду собираться.

– Хорошего вам дня! – вслед ответила бабушка.

– Спасибо! – я повернулась и послала ей воздушный поцелуй.

Раздался звонок в дверь. Я посмотрела на экран мобильного: 13:55. Скорее всего, это Марк. Открыв дверь, я увидела Марка с улыбкой до ушей.

– Привет! Мне тут бабушка передала сладости для Елизаветы Михайловны, – Марк помахал пакетом.

– Привет! Проходи, – я пропустила Марка и почему-то закричала. – Бабушка, к тебе Марк пришел!

– Сонечка, думаю, Марк пришел к тебе, – улыбаясь, бабушка вышла в коридор. – Привет, дорогой!

– Елизавета Михайловна, я и к вам пришел, – со смехом Марк надул губы, как обиженный ребенок. – Ба передала вам сладости.

– Мои любимые немецкие марципановые конфеты! – бабушка заглянула в пакет. – Спасибо, Маркуша! Пойду позвоню Кате.

Когда с любезностями было покончено, я аккуратно подпихнула Марка к выходу:

– У нас не так много времени.

– Так ты мне скажешь, куда мы идем? – спросил он, с легкостью поддаваясь мне.

– Пока нет! – я стала вбивать адрес в приложении, чтобы заказать такси.

– О нет! Давай я закажу такси! Мне как-то неловко… – Марк начал сопротивляться.

– Тогда какой это будет сюрприз, если ты узнаешь, куда мы едем? – я встала на цыпочки и щелкнула пальцами его в нос.

– Да ты хитрый стратег! – он щелкнул меня в ответ.

Подъехало такси, и мы с комфортом уселись на заднее сиденье.

– Привет, ребята! Погода классная, чего не гуляете? – водитель с харизматичными усами повернулся к нам. – Спешите?

– А мы и едем гулять! – Марк решил поддержать разговор. – Думаю, спешим.

– Эх, молодежь, всегда куда-то спешите. Тогда поедем под романтичную музыку, – водитель переключил радио на мелодичную волну.

Марк посмотрел на меня, улыбнулся и достал телефон. Через несколько секунд я получила сообщение: «Привыкай. ☺ У нас очень разговорчивый народ».

«Ага, я уже это поняла».

Минут через двадцать мы добрались до места.

– Пока! – водитель зашевелил усами. – Хорошего дня!

– Спасибо, и вам! – ответил Марк, а я просто помахала водителю рукой.

– Забавный дядька. Так куда мы приехали? – Марк взял меня за руку и посмотрел на здание.

– Потерпи еще пару минут, – я заглянула ему в глаза, и у меня подкосились ноги.

– Оп-ля, аккуратнее! – Марк крепче сжал мою руку и опять улыбнулся так, что я готова была растаять на месте. – Очень скользко.

– Спасибо! Идем, – я потянула его к дверям, и мы зашли в мастерскую.

– Ого! Это гончарная мастерская? – глаза Марка расширились и стали похожи на два блюдца.

– Да, надеюсь, тебе понравится… – смущенно спросила я.

– Мне уже нравится! – ответил Марк с радостью в голосе.

Мы подошли к администратору, высокой девушке с ярким макияжем глаз, которая еще издалека поприветствовала нас взмахом руки.

– Добрый день! На какой мастер-класс вы записаны? – спросила она.

– На изготовление елочных игрушек из полимерной глины, – ответила я.

– Так, отлично! Соня и Марк? – уточнила девушка.

– Ага, это мы, – ответила я и посмотрела на Марка.

Глаза Марка, которые только успели вернуться в нормальное состояние, снова расширились.

– Сонь, это просто что-то невероятное, – прошептал Марк, пока мы снимали верхнюю одежду и надевали на себя фартуки и бахилы. – Мне всегда хотелось попробовать сделать что-нибудь своими руками. Честно-честно!

– Я рада! Хоть это не такая глина и мы будем лепить без гончарного круга, думаю, все равно будет весело. – Я опять почувствовала себя самой счастливой на всей планете. – Мне тоже хотелось, но почему-то никак не могла собраться и пойти.

– Знаешь, хорошо, что ты тоже в первый раз, – Марк засмеялся. – Так я буду увереннее себя чувствовать.

– Не замечала в тебе неуверенности, – подмигнув, я кивнула в сторону зала. – Идем?

Мы зашли в зал. К нам подошел преподаватель лет двадцати.

– Привет! Я Паша. Готовы творить? – спросил он с широкой улыбкой.

– Готовы! – ответил Марк и немного задвинул меня назад.

– Тогда вперед! Сегодня мы с вами сделаем по три игрушки. Вы видели наши работы? – уточнил Паша.

– Да, я смотрела – мы сделаем плоские игрушки, похожие на блинчики, – ответила я, довольная собой.

– Хорошее сравнение! – он улыбнулся. – Вы можете придумать игрушки сами, а можете воспользоваться трафаретом.

Марк с нескрываемым любопытством взглянул на меня и ответил:

– Думаю, мы справимся сами!

– Отлично! Тогда вперед! – опять повторил Паша и выдал нам глину, ножи и палочки для работы.

За нашим столом сидели мама с дочкой лет пяти и парень с девушкой постарше нас, у которых тоже было свидание.

За столом я тихо спросила у Марка:

– У тебя уже есть идеи?

– Если честно, у меня есть одна мысль… Давай сделаем одну игрушку вместе, разделим ее пополам… И у нас будет игрушка, которая становится цельной, когда соединяешь две половинки. – Марк покраснел, а у меня опять защипало в носу.

– Давай! – прошептала я в ответ, и мы начали лепить.

От переполняющих чувств у меня задрожали кончики пальцев. Я немного испугалась, что Марк захочет слепить сердце, но волнение прошло сразу, когда я увидела, что он вырезает из красного теста круг.

– Ты чего? – он посмотрел на меня.

– Просто задумалась, – я хмыкнула и подмигнула ему сразу двумя глазами.

– Не хочешь использовать красное тесто? Я подумал, что красный и зеленый – новогодние цвета… – с беспокойством заметил он.

– Давай красный, зеленый и белый, – кивнула я, соглашаясь.

Мы украсили красный кружок белыми и зелеными звездочками, разрезали его напополам и сделали на каждой части по дырочке для лент.

– Не произведение искусства, но мне нравится! – Марк с довольной улыбкой рассматривал наше творение.

– Мне тоже нравится! Что еще будем делать? – мне не хотелось заканчивать наше свидание.

Мы слепили по елке, и Марк очень аккуратно вылепил машинку, а потом помог мне сделать звездочку. Получилось вполне прилично.

Когда мастер-класс закончился, наши игрушки положили в белые коробки и перевязали их лентами – коробочку Марка обвязали зеленой лентой, а мою красной. Я улыбнулась внутри – забавное совпадение.

– С наступающим Новым годом! – попрощалась с нами администратор студии. – Ждем вас снова!

– Большое вам спасибо! С наступающими праздниками, – ответили мы.

Марк бережно положил коробки в рюкзак.

– Соня, спасибо тебе большое! – сказал Марк, когда мы вышли на улицу, и взял меня за руку.

– И тебе спасибо! Боялась, что ты не сильно оценишь такое детское мероприятие, – сказала я и заглянула ему в глаза.

– Эй, мы с тобой ровесники! Не записывай меня в старички, – засмеялся он.

– Три месяца – большая разница, – продолжила я подшучивать над ним.

Мы засмеялись.

– Куда дальше? – спросил Марк.

– Если честно, то я не продумала, чем мы дальше будем заниматься… – я растерялась. Надо же было так оплошать! Позвала на свидание, а продумать до конца не смогла.

– И отлично! У меня есть идея. Бежим быстрее! – Марк потянул меня к автобусной остановке, на которую уже подъезжал автобус. – Сейчас я тебе покажу, почему в Питере все любят общественный транспорт.

Мы заскочили в автобус, и тут с задней площадки я услышала громкий голос:

– Кто заплатит за проезд, тот получит «Мерседес»! – в нашу сторону двинулся кондуктор. Мужчина был похож на почтальона Печкина.

Я испугано посмотрела на Марка и спросила взглядом: «Что происходит?»

– Это самый веселый кондуктор Питера. Он постоянно говорит смешными стишками, – прошептал на ухо Марк. – Он наша местная звезда.

– С Новым годом поздравляю и оплату собираю! – кондуктор подошел к нам. Я не выдержала и засмеялась, пока Марк покупал билеты. Кондуктор улыбнулся мне в ответ и направился к другим пассажирам, которые зашли с нами на остановке.

– Вы не бойтесь заплатить! Чтоб автобус мог катить! – уже больше половины пассажиров начала смеяться в голос. Чувствуя одобрение, мужчина продолжил. – Мандарины не возьму, я за деньги всех везу!

– Я буду чаще ездить на автобусе, – все еще смеясь, сказала я Марку.

– Нам пора выходить, но можем проехать еще остановку, – предложил он.

– Новый год приходит к нам! И хлопушки трам-па-пам! – кондуктор продолжал свое шествие по автобусу.

– Давай выйдем, а то я лопну от смеха! – сквозь смех попросила я.

– Всех детишек с Новым годом! Потанцуйте хороводом! – крикнул он нам вслед, а я помахала в ответ рукой.

– А куда мы идем? – мы вышли недалеко от маленького торгового центра.

– Выбирать котенка… – Марк улыбнулся, а я, кажется, не дала ему договорить.

– Что? Это розыгрыш? – я почти закричала. – Только не говори, что ты решил сделать мне такой подарок?!

– Ха-ха-ха, нет, конечно! Я хотел бы, чтобы ты помогла мне выбрать котенка для бабушки. Ну, чтобы ей было не так скучно одной в квартире. – Марк посмотрел на меня и спародировал кота из «Шрэка». – Но хотел бы дополнить, что я против того, чтобы животных дарили людям, которые к ним не готовы.

– Ладно, пойдем! Умеешь ты уговаривать! – ответила я и легонько пихнула Марка плечом. И добавила, вспомнив наш разговор с моей бабушкой: – А бабушка не будет против?

– Уверен, что нет. Она давно говорит, что ей нужно завести кого-нибудь, «чтобы не так скучно было смотреть сериалы». Поэтому я решил выбрать котенка, подумал, что с собакой ей тяжелее будет.

– А почему мы сюда приехали? – спросила я.

– Сначала я хотел купить породистого котенка и даже договорился с родителями, но вчера увидел рекламу, что тут проходит благотворительная выставка кошек и котят из приюта… И мне показалось, что так будет даже лучше… – смущаясь, рассказал Марк.

– Конечно! Пойдем быстрее! Мне жуть как интересно, – улыбнулась я и аккуратно коснулась его руки.

И мы зашли на выставку. Каких котов тут только не было: черные, коричневые, рыжие, белые, черепаховые. Мы подходили и рассматривали всех.

– Может, взять уже взрослого? – мы остановились около серого кота с очень серьезным выражением на его усатой мордочке.

– Ты же хотел котенка… – напомнила я.

– Не думал, что выбрать котенка – это очень сложно! – ответил Марк, и мы рассмеялись.

– Тогда пойдем сразу к котятам и не будем смотреть ни на кого больше, – улыбнулась я и потянула Марка в сторону от этого кота.

– Пойдем! – согласился Марк, погладив кота еще некоторое время.

И мы почти вприпрыжку пошли к котятам. И одного взгляда хватило, чтобы понять, какого котенка Марк заберет: белая кроха, увидев Марка, полезла по своим соседям, чтобы дотянуться до его руки.

– Все, заберем эту Снежинку! – с уверенностью сказал Марк.

– Ой, я думаю, она вас выбрала, – женщина-волонтер подошла к нам поближе. – Для себя берете?

– Нет, для бабушки, – Марк улыбнулся такой обезоруживающей улыбкой, что мне показалось, женщина отдала бы нам этого котенка вообще без дополнительных вопросов.

– Отлично! А то я испугалась… Такие молодые, а котенка выбирают, – с облегчением сказала она.

Марк заполнил анкету со своими данными, потом мы купили переноску, корм и несколько игрушечных рыбок. А еще мы вместе купили корм для приюта. Скоро Новый год, у лохматых жителей тоже должны быть подарки.

Мы вызвали такси, потому что было немного страшно перевозить такую кроху в общественном транспорте. Снежинка, конечно, отказалась сидеть в переноске, поэтому Марку пришлось расстегнуть куртку и посадить ее туда, чтобы она не замерзла. Иногда она высовывала голову и, мурча, утыкалась своим маленьким розовым носиком в подбородок Марку.

– Кажется, она влюбилась, – я почесала ее за ухом, отчего она еще громче замурчала.

– Кажется, это взаимно. Ты же поднимешься со мной? Бабушка будет очень рада тебя увидеть, – сказал Марк, когда мы вышли из такси.

Одной рукой он придерживал Снежинку под курткой, а второй держал переноску, в которой лежала упаковка корма. У меня был пакет с лотком и игрушками. Марк не отдал мне тяжелый пакет. «Джентльмен», – почему-то усмехнулась я про себя.

– Поднимусь, – помахала я пакетом. – Хочу посмотреть на реакцию Екатерины Романовны.

Мы поднялись, и я позвонила в дверь.

– Иду, иду! – в ответ на звонок крикнула Екатерина Романовна. – Маркуша, это ты?

– Это мы, ба! – крикнул Марк. От его слова «мы» у меня пробежали мурашки. Было в этом что-то романтичное.

– Ого! Вот это приятный сюрприз! Добрый вечер, Сонечка! – поприветствовала меня бабушка Марка.

– Добрый вечер, Екатерина Романовна! – поздоровалась я в ответ.

– А у меня твоя бабушка в гостях. Марк, снимай куртку, почему стоишь? И что это за переноска? – Екатерина Романовна переводила взгляд с Марка, на переноску и на меня.

– Елизавета Михайловна, можно вас? – Марк решил собрать всех в коридоре.

– Что случилось? – уже взволнованная, прибежала моя бабушка.

– Пока ничего! Но вот сейчас… – и Марк распахнул куртку.

– Боже мой! – одновременно вскрикнули наши бабушки.

– Какая прелесть! Это мне? – Екатерина Романовна подошла поближе и погладила Снежинку, отчего та проснулась и зевнула.

– Конечно, тебе! – довольный Марк передал котенка бабушке.

– Это мальчик или девочка? – Екатерина Романовна аккуратно взяла котенка.

– Девочка! – ответил Марк.

– Нужно придумать ей имя… – проговорила Екатерина Романовна, аккуратно гладя котенка.

– Ба, я уже придумал – Снежинка, – ответил Марк и добавил: – Если ты не против…

– Чудесное имя! Новогоднее! – Екатерина Романовна погладила котенка, а та лизнула ее в ответ. – Тем более сегодня сочельник. Вы же знаете, что завтра католики отмечают Рождество? Ах да! Конечно, знаете! Ваше поколение намного более продвинутое, чем наше. И путешествуете вы по миру больше.

Мы прошли в комнату и посадили Снежинку на диван. Она деловито прошлась по нему, огляделась вокруг. «Мяу!» – потребовала она, чтобы ее сняли с дивана.

– Хочет спуститься, – Екатерина Романовна спустила Снежинку на пол. – С ней мне теперь точно некогда будет скучать. Спасибо, тебе Маркуша. И тебе, Сонечка!

Снежинка отправилась изучать квартиру, обнюхивая все вокруг. А мы пошли за ней следом, словно утята, которые идут за своей мамой. И вот Снежинка добралась до пакета, где лежали ее игрушки. Не боясь шороха, она достала рыбку и поскакала с ней обратно в комнату.

– Бандитка! – резюмировала Екатерина Романовна, а мы со смехом закивали.

Снежинка продолжала играть, а мы – наблюдать за ней.

– Наверное, ничего лучше животных природа не придумала… – сказала моя бабушка.

– Согласен, – Марк попытался отобрать рыбку у Снежинки. – Животные мне нравятся больше людей.

– Так ты уже стал совсем взрослым, – бабушка погладила его по голове. – А я и не заметила.

– Елизавета Михайловна, а я думал, что для вас с бабушкой я всегда буду маленьким, – он улыбнулся ей в ответ.

– Да! И ты, и Соня будете всегда маленькими. Тогда скажу так: ты стал мудрым, – улыбнулась бабушка.

Посмотрев на них, я подумала, что именно Марку достались тепло и забота моей бабушки, а не мне. Удивительно, но никакой ревности я не ощутила. Внутри, наоборот, распространилось тепло, пусть и с капелькой грусти. Бабушка повернулась ко мне, словно почувствовала мои мысли, и, придвинувшись поближе, погладила и меня по голове.

– Катюш, ну посмотри, какие внуки у нас получились! – с гордостью сказала она.

– Они другими и не могли получиться! Наша порода! – засмеялась Екатерина Романовна.

Мы громко расхохатались. И вместе с этим смехом, кажется, ушли последние напряжение и грусть. А Снежинка, посмотрев на нас, радостно прыгнула на шторы.

– Я же говорю – бандитка!

Устроившись на балконе, мы с бабушкой задумчиво смотрели в окно, наслаждаясь уютной погодой. Снег, кажется, укрыл весь город и не планировал останавливаться. Ветер заботливо переносил снежинки с дороги на припаркованные машины и крыши домов. Казалось, вся природа готовится к празднику.

– Очень уютно, – почему-то шепотом сказала я.

– Согласна. Так тихо… – и, помолчав, бабушка продолжила: – У вас получились очень красивые игрушки.

– Спасибо! – мне было приятно, что бабушка оценила.

– Какие планы у тебя на завтра? – спросила она.

– Завтра – никаких! Я только хотела предложить тебе поставить елку, – нерешительно сказала я.

– Отлично! А еще я думала показать тебе свой любимый музей. Он, конечно, новый, но такой необычный! – радостно сказала бабушка.

– Это было бы здорово! У меня в плане было посетить три музея, но сходила я только в один… – Мне стало немного грустно, что я не выполняю все из своего и так маленького списка.

– Я думаю, свидания интереснее музеев, – хитро сказала бабушка.

– Бабушка! – я воскликнула, но не смогла сдержать улыбку.

– А что? Хочешь сказать, что я неправа? – бабушка засмеялась в ответ.

– Мне нравятся музеи… – я все еще пыталась защититься.

– Но они все проигрывают Марку, – засмеялась бабушка.

– Проигрывают, – ответила я, сдавшись под ее натиском.

– Поэтому, чтобы твоя мама не отчитывала меня, я свожу тебя в музей. А то ты приехала ко мне в гости, а мы видимся только вечерами.

– Зато какие у нас уютные вечера… – протянула я.

– Уютные, – согласилась бабушка. – Но мне хотелось бы, чтобы твоя мама спокойнее тебя отпускала ко мне.

– Уверена, что она не будет против, – немного поразмыслив, ответила я.

– Знаешь, я тут подумала… – бабушка засмущалась. – Когда ты поступишь в академию, я хотела предложить тебе жить со мной, а не в общежитии… Мне хотелось бы побольше с тобой времени проводить.

– Бабушка… Спасибо! – я немного растерялась от ее предложения.

– Ты не подумай, я понимаю, что ты уже взрослая и тебе было бы интереснее жить с одногруппниками… Ты обсуди это с мамой, – все еще смущаясь, сказала бабушка.

– Я уверена, нам будет классно вместе! – обрадовалась я.

– Обещаю сильно не контролировать! – бабушка, смеясь, подняла руки в жесте «сдаюсь».

– А я вот этого пообещать не могу! Все будет зависеть от того, что ты мне расскажешь про Игоря Сергеевича. – Я решила шантажом выведать все романтичные подробности бабушкиной дружбы.

– Соня! Не забывай, кто тут старший, – наигранно серьезно сказала бабушка.

– Иногда мне кажется, что я, – ответила я с улыбкой, тряхнув волосами.

Еще немного посмеявшись, мы разошлись по своим комнатам. Бабушка предложила интересный вариант – жить с ней. Будет ли мне комфортно? А она сможет? Все-таки бабушка столько лет живет одна… Не буду ли я ей мешать? Да, эта неделя прошла здорово, мы много разговариваем, веселимся… А что будет, когда начнутся обычные будни? Сможем ли мы справиться со стрессом от переезда и учебы? Сможет ли мама справиться с таким стрессом, что я живу с бабушкой? А как же Марк? Не будет ли бабушка контролировать нас?

Решив пока не забивать себе голову вопросами, на которые у меня нет ответов, я снова взялась за блокнот. Вдохновение набросилось на меня так сильно, словно карандаш был недоступен как минимум несколько лет. Я даже не решила, что рисовать. Рука двигалась сама, изображая Марка и Снежинку. Они такие милые. Удивительно, как такая малышка может содержать в себе столько нежности? А Марк такой заботливый. Он точно будет отличным ветеринаром.

Я осталась очень довольна рисунком. Маленькая Снежинка, которая с любовью смотрит на Марка, и такой большой человек, который с трепетом целует котенка в нос. Дорисовав несколько снежинок на волосах Марка, я отложила листок в сторону. Может быть, теперь это мой самый любимый… Куплю завтра рамку и подарю его Марку на Новый год. Говорят же, что лучший подарок – это подарок, сделанный своими руками.

Марк целует котенка в нос. А меня он все еще не поцеловал. Нам опять помешали бабушки. Мне стало смешно. И жарко. Почему у нас все никак не получается поцеловаться? Может, это знак? Мы не слишком спешим? После праздников я же уеду в Москву. А в Питер вернусь только летом… Наверное, нам вскружили голову новогодняя атмосфера, романтичный снег, веселые друзья наших бабушек?

Я распахнула окно. Морозный ветер влетел в комнату, раскидывая все, что поддалось его силе. Вздрогнув, я поняла, что должна отпустить себя. Соня, просто плыви по течению. Просто будь здесь и сейчас. Я же просила себя об этом раньше! Успей насладиться. Но почему-то плохие мысли всегда сильнее хороших. Человек устроен так, что сначала представляет все самое ужасное, а уже потом только – позитивное. Я еще минутку постояла у открытого окна, подышала морозом и закрыла его. Главное, не заболеть. А то это окажется очень грустный Новый год. Ох! Я же еще не узнала у бабушки планы на праздник! Нужно завтра уточнить.

Ветер успел раскидать по комнате листы из блокнота. Нагнувшись за рисунком, я поняла, что хочу встретить Новый год… с Марком. Это было бы идеальным завершением года. И идеальным началом нового года. Вот бы остаться тут… Не хочу возвращаться в Москву. Опять делать вид, что мне комфортно и интересно общаться с «подружками». Быть той самой «странной одноклассницей». Тут я своя. Настоящая. Веселая и привлекательная. Даже смогла открыться парню.

Что же будет эти полгода, когда я в Москве, а Марк в Санкт-Петербурге? Смогут ли соцсети заменить живое общение? И не будут ли против наши родители, смогут ли они нам помогать и оплачивать наши поездки? Да… Кажется, я вляпалась… Вопросов скопилось больше, чем ответов. Вот что происходит, когда отключаешь голову и начинаешь жить чувствами. Может быть, это и есть глупый поступок? Марк будет тут, в привычном мире, со своими друзьями. Будет ли у него вообще желание, чтобы уделять мне внимание? Получается сохранить отношения на расстоянии? Хороших примеров мне в голову не пришло…

Сколько бы я ни пыталась отогнать от себя эти мысли, они настойчиво возвращались. Решив обмануть себя, я открыла книгу Джонатана Сафрана Фоера. Надеюсь, чужие семейные проблемы смогут переключить мое внимание на себя. Этот план сработал. Я сумела оторваться от книги, только когда бабушка постучала в мою комнату.

– Не спишь? – тихо спросила она.

– Нет, – почему-то тоже тихо ответила я.

– И мне не спится. Прости, я подумала, что огорошила тебя своим предложением пожить у меня… Но я действительно этого хочу, – сказала бабушка.

– Спасибо! Просто у меня все тут как-то завертелось… – растерянно ответила я.

– Все будет хорошо! У тебя еще очень много времени, чтобы взвесить все за и против, – бабушка сделала ударение на «за» и улыбнулась. – В любом случае теперь это твоя комната.

Оглянувшись вокруг, бабушка увидела на столе рисунок с Марком.

– Он хороший мальчик. Надеюсь, он тебя не обидит, – немного грустно сказала бабушка.

– Пока он меня только радует, – я как можно веселее улыбнулась ей в ответ. Кажется, бабушка начала переживать, что у нас с ним что-то начинается.

– А рисунок просто потрясающий. Я еще в детстве отметила, что у тебя талант. Ладно, спокойной ночи! – ласково сказала бабушка.

– Спокойной ночи, бабушка! – ответила я и укуталась в одеяло.

– И не забудь про музей! Завтра много дел, подниму тебя пораньше, – бабушка подмигнула мне и закрыла дверь.

– И будем наряжать елку! – крикнула я вслед.

Бабушка. Какое это приятное слово. Оно такое уютное, теплое и родное. И бабушка у меня отличная! Кажется, самая лучшая.

Почти проваливаясь в сон, я написала маме: «Завтра иду в музей. Пока получается придерживаться своего плана».

25 декабря

Утром я проснулась не только от яркого солнца, которое светило в окно, но и от звуков лопат, которыми с большим энтузиазмом работали дворники. Снег решил украсить город сугробами, не подозревая, что ему будут рады только дети. А может быть, он и хотел порадовать только их? Солнце слепило глаза – значит, на улице опять мороз. Я потянулась и решила, что уже пора вставать. Сегодня точно будет отличный день. Все вечерние переживания, казалось, тоже спрятались под большим сугробом. Даже хорошо, что Марк сегодня опять занят, и я проведу время с бабушкой. Жалко, что завтра ему в школу, но вечером мы встретимся.

На часах было восемь утра. Я постаралась тихонько проскользнуть в ванную комнату, но услышала, что на кухне негромко играла музыка. Неужели бабушка уже не спит?

– Ты чего не спишь? – я заглянула к ней.

– Дворники разбудили, – как всегда, с улыбкой ответила она. – Приходи завтракать. Я напекла блинчиков.

Я быстро сбегала умыться и вернулась на кухню.

– Обожаю блинчики! – Живот заурчал, как у голодного тигра.

– Здоровый аппетит подростка, – в ответ на урчание сказала бабушка. – А с чем ты любишь? У нас есть сметана и малиновое варенье.

– О, со сметаной больше всего люблю. И запивать чаем с лимоном, – я почувствовала себя маленькой девочкой. Было очень приятно видеть, как бабушка суетится с завтраком. – Давай я чем-нибудь помогу?

– Ты поможешь, если съешь как можно больше блинов, – ответила бабушка и засмеялась.

– Я думала ты не из тех, кто что-то печет, – я решила немного подразнить бабушку.

– Почему? – удивилась она.

– Мне показалось, что ты любишь легкую и красивую еду, как в ресторанах, – поделилась я своим впечатлением о ней.

– Ты забавная, – бабушка погладила меня по волосам. – Мне кажется, что блины тоже легкие и красивые.

– Как же вкусно! – с набитым ртом я попыталась похвалить бабушку.

– Соня, жуй спокойно. Никто же не отберет! Вся в отца. Тот тоже вечно спешил… – бабушка дотронулась до моей щеки.

– Просто очень вкусно! – я запила блин чаем. Вот и еще одна черта, которая мне передалась от папы.

– Спасибо! Я думала, что уже разучилась печь блины, – довольная собой, ответила бабушка.

– Точно не разучилась, – со счастливым видом ответила я.

Съев почти все блины, мы с бабушкой откинулись на спинки стульев. Это было вкусно. Не знаю, кому еда придает сил, у меня она точно силы забирает. Сейчас мне даже двигаться было сложно.

– Думаю, после такого сытного завтрака нам нужно подождать, прежде чем начать наряжать елку, – словно прочитав мои мысли, бабушка похлопала себя по животу.

– Это точно! Я не в состоянии поднять даже один елочный шарик, – с трудом ворочая языком, ответила я.

– А я себя ощущаю шариком.

И мы захихикали.

– Мне нужно подготовиться к завтрашнему ученику. Думаю, часика через два сможем начать наряжать. Согласна?

– Согласна!

С самого раннего детства я очень люблю наряжать елку перед Новым годом. Раньше с родителями уже этот процесс превращался в праздник – папа всегда прятал маленький подарочек под елку и говорил: «Смотри, невидимый помощник Деда Мороза подложил тебе подарок!» Я с радостными криками прыгала под елку и находила в красивых пакетах какую-нибудь приятную мелочь – заколки, пазл, маленькую куколку или шоколадное яйцо. После смерти папы мама перестала так делать, да и я уже не верила в Деда Мороза… Жаль, но это осталось очень приятным, однако грустным воспоминанием.

– Елка, конечно, у меня уже старая, но все еще красивая, – мы с бабушкой зашли в гардероб. – Сонечка, тебе придется попробовать ее достать с полки. Если не получится, то я попрошу соседа.

– Я попытаюсь, – коробка с елкой действительно оказалась тяжелой, но помощь соседа не понадобилась.

– Аккуратней! – попросила бабушка и сильнее схватилась за стул, на котором я стояла.

– Фух! – выдохнула я, чуть не уронив коробку. – Готово!

– Ура! А еще вот та, с игрушками, – бабушка тыкнула в коробку.

– А это что? – я показала на подарочную коробку, где были изображены бабочки. – Ее тоже достать?

– Ого! Я ее так давно не видела… Доставай! Потом покажу, что там, – скомандовала бабушка.

Спустив все нужные коробки, мы с бабушкой аккуратно протерли с них пыль.

– Дотащим их в гостиную?

Минут через двадцать пыток, а по-другому нельзя назвать распаковку и установку такой большой искусственной елки, мы сели на пол.

– Это было нелегко, – подытожила бабушка и вздохнула.

– Можно и так сказать. Но это того стоило, – я провела рукой по пушистым веткам. – Теперь игрушки?

– Да, лучше сразу их повесить. Если мы сделаем перерыв, то я точно сегодня к елке не подойду, – бабушка достаточно резво вскочила на ноги.

– Какие красивые игрушки! – я заглянула в коробку, в которой лежали деревянные игрушки. Там Щелкунчик, снеговик, снежинки, гномы, олени! От этой красоты у меня перехватило дыхание.

– Давным-давно мне мой дедушка подарил этого снеговичка. Он выпилил его сам. И после этого я стала просто одержима деревянными игрушками. Даже не могу вспомнить, когда у меня на елке были стеклянные или пластмассовые. – Бабушка очень бережно повесила снеговика на елку.

– А у нас всегда стеклянные игрушки. Но тоже очень красивые, – сказала я.

– Согласна, стеклянные тоже красивые. Мне особенно нравятся расписные. Но свою традицию я не нарушаю, – миролюбиво сказала бабушка.

– У нас с мамой тоже есть своя традиция – мы каждый год покупаем в ГУМе на ярмарке новогоднюю игрушку, – рассказала я.

– Это хорошая традиция, Сонечка. Думаю, она вас с мамой очень сближает, – бабушка улыбнулась и повесила игрушку на елку.

– Ага, – согласилась я и взяла Щелкунчика.

– Кстати, этого Щелкунчика подарил мне Марк. Он привез двух из Мюнхена. Одного мне, другого Екатерине Романовне, – похвасталась бабушка.

Я не решилась сразу повесить игрушку. Захотелось рассмотреть ее получше. Тоненькое основание, красный камзол и приклеенная белая борода. Очень красивый Щелкунчик, сказочный. Какой же Марк галантный. И заботливый.

– Ну, дорогая, улетела в свои мечты? – голос бабушки вернул меня в реальность.

– Есть немного… – ответила я и повесила игрушку на елку.

– Когда твой папа был маленьким, нам повезло – каким-то чудом прямо перед Новым годом у друзей твоего дедушки оказались лишние билеты на «Щелкунчика» в Мариинку. Я была на седьмом небе от счастья! Но не представляла, как пятилетний мальчишка сможет спокойно просидеть весь спектакль. И что ты думаешь? Он был тише мышки. Его так захватил балет, что он не хотел уходить из тетра. И, конечно же, мне пришлось шить костюм Щелкунчика. И самое смешное, что он неделю в нем ходил! Перед сном складывал костюм на стульчик около кровати, утром надевал и целый день ходил в нем. Такой он был забавный и милый в этом костюме…

У бабушки на глазах проступили слезы. Я легонько коснулась ее ладони.

– Он всегда мог меня рассмешить, – тихо сказала я.

– Стихами? – с грустной улыбкой спросила бабушка.

– И не только! Он вообще очень много шутил и играл со мной, – поделилась я.

– Он был замечательный…

– Самый лучший…

– Все! Погрустили? Продолжаем работать. У нас еще елка почти пустая, – сказала бабушка и вытерла слезы.

Уже без разговоров мы продолжили украшать елку. И, не отвлекаясь, справились достаточно быстро.

– Красота! – сказала бабушка.

– Красота! – подтвердила я.

Мы отошли от елки, чтобы лучше ее разглядеть. Зажгли гирлянды и задернули шторы, чтобы понять, как елка будет выглядеть вечером. Желтый свет лампочек разлился по елке и комнате словно мед, создавая атмосферу уюта и тепла.

– Может, просто весь день просидим у елки? – предложила бабушка.

– О нет! Протестую! – я засмеялась. – Ты обещала мне поход в музей.

– Ну что же, обещания нарушать нельзя. – Бабушка взяла коробку с бабочками и потрясла ей. – Пойдем перекусим, и я покажу, что внутри.

Аромат мяты заполнил кухню. Бабушка разлила чай по чашкам, которые были украшены маленькими розовыми цветочками, и достала из духовки пирог со шпинатом.

– Для меня очень важно, чтобы не только еда была красивой, – начала бабушка, – но чтобы и подавали ее красиво. Достань, пожалуйста, вон те тарелки.

Я поставила нас стол две плоские тарелки из той же коллекции, что и чашки.

– Такой нежный сервиз… Я тоже люблю красивую посуду. Особенно кружки. Я даже не успела заметить, как в моей коллекции их оказалось уже больше двадцати, – похвасталась я.

– Значит, ты с легкостью справишься со званым ужином. Или с красивыми посиделками с друзьями, – похвалила меня бабушка.

– Пока я только помогала маме устраивать ужины с ее друзьями, – сказала я. – И мне очень нравится.

– У тебя еще все впереди. Кстати, ты не будешь против отметить Новый год тут? Придут мои друзья, которые были у Екатерины Романовны на Дне рождения. И Марк, думаю, будет тоже, – бабушка с любопытством и иронией посмотрела на меня. – Вот мы с тобой и устроим званый ужин.

– Конечно, не против! – я чуть не вскочила со стула.

– Тогда обсуди это с мамой. Я ей звонила… Мне показалось, она была не очень довольна, что ты останешься тут на праздник… – сказала бабушка, немного смущаясь.

– Мы с мамой обсуждали это перед моим отъездом. Она сказала, что если я не помешаю твоим планам, то могу остаться, – радостно выпалила я.

– Тогда все решено! Но ты все равно позвони и еще раз обсуди, – бабушка подмигнула мне и положила второй кусок пирога.

Когда мы закончили с обедом, я помыла посуду и бабушка наконец-то открыла коробку с бабочками. Сгорая от любопытства, я заглянула в нее. В ней лежали старые открытки, рисунки и письма.

– Еще немного погрустим? – спросила бабушка и улыбнулась. – Ты прости, просто сегодня на меня нахлынули воспоминания. Ты поймешь меня, когда станешь чуть старше.

– Тогда пусть это будет светлая грусть, – согласилась я.

Бабушка достала из коробки рисунок, на котором неровным детским почерком было написано: «С 8 МАТРА, МАМУЛЯЧКА!» – и нарисованы три цветка, отдаленно напоминающие тюльпаны.

– Это нарисовал твой папа, а смотри еще, – и бабушка достала другой рисунок. На нем уже аккуратным почерком, но все с теми же ошибками было написано: «С 8 МАТРА, БАБУЛЯЧКА!» Вот только цветы были уже больше похожи на тюльпаны.

– А это уже я? – мне стало смешно.

– Да! Вот рисуешь ты точно лучше папы. И еще один твой рисунок, – бабушка достала лист, на котором был изображен заяц в шапке Деда Мороза, который нес мешок с подарками. «С НОВЫМ ГОДАМ!» – гласила надпись вверху рисунка.

– Думаю, мне нужно добавить эти рисунки в портфолио для поступления! – засмеялась я, вспомнив, с каким удовольствием я их рисовала.

Когда мы перестали смеяться, бабушка показала письма, написанные друг другу ее родителями, еще несколько папиных рисунков и открытки, которые ей присылали друзья.

– Как здорово, что ты это все хранишь… – сказала я и обняла бабушку.

– Когда я стану совсем старенькой, буду пересматривать и вспоминать, – сказала бабушка и закрыла коробку. – Собираемся в музей?

На сборы мы потратили совсем немного времени. И в хорошем настроении вышли на морозную улицу.

– Жаль, что на этом маршруте не веселый кондуктор, – сказала бабушка, когда мы подошли к автобусной остановке. – Есть один мужчина-кондуктор, который читает короткие стишки.

– А я знаю, мне Марк показал, – ответила я и подумала, что могу расстроить бабушку тем, что она не успела мне показать кондуктора, который знаменит на весь город.

– Отлично! Согласись, очаровательный мужчина, – улыбнулась бабушка.

– Кондуктор? – спросила я в недоумении.

– А-ха-ха! Марк, конечно же, очаровательный, но – да, я имела в виду кондуктора.

– Очаровательный! – смеясь, согласилась я. – В Москве, кстати, нет кондукторов.

– Без них совсем не та атмосфера в транспорте, – хмыкнула бабушка.

Через несколько остановок мы вышли из автобуса.

– Давай прогуляемся немного. Очень люблю Невский проспект, – бабушка взяла меня под руку.

– Конечно, давай!

Мы медленно шли по улице. Снег, скрипя под ногами, создавал музыку зимы. Скрип. Скрип. Скрип-скрип. Солнце пыталось бороться с морозом, поэтому на некоторых домах сосульки висели такие длинные, что можно было их сорвать.

– В детстве я бы не прошла мимо такой сосульки, – бабушка указала рукой на сосульку идеальной формы. – Разгрызла бы за пару минут.

– А я и сейчас с трудом сдерживаюсь, – мы переглянулись и… прошли мимо такой манящей сосульки.

– Les gens vieillissent mais ne deviennent pas adulte, – сказала бабушка по-французски и перевела: – Люди стареют, но не взрослеют.

– Это точно! – закивала я в ответ. – А может, мне начать учить французский язык? Он очень красиво звучит.

– Почему бы и нет? – сказала она, и мне показалось, что бабушке от моих слов стало приятно. – Я с удовольствием позанимаюсь с тобой. Но учти, я строгий учитель.

– Строгий? – удивилась я. – Сложно в это поверить.

– Очень! – засмеялась бабушка. – Но справедливый!

– Тогда можно рискнуть! – засмеялась я.

– Вот мы и пришли, – бабушка указала на дверь.

– «Музей теней»? – с удивлением прочитала я название.

– Удивлена? Я хоть и взрослая, но современное искусство мне нравится, – сказала бабушка и тряхнула волосами.

– Я удивлена, что такой музей есть, а не тому, что ты любишь современное искусство, – с нежностью сказала я, и мы зашли в музей.

– Мне захотелось тебе показать другой взгляд на Петербург, – загадочно произнесла бабушка.

И мы на два часа погрузились в невероятную атмосферу света и тени, простых, но таких необычных вещей, в легенды и факты. Мне кажется, я сделала тысячу фотографий, потому что хотелось запечатлеть каждый уголок света, каждую тень, которая собиралась в четкую фигуру и рассказывала историю. Это был один из самых неожиданных музеев, где смогли переплести, как казалось, совсем разные вещи: современный подход к искусству и историю города.

– Санкт-Петербург просто нереальный, – прошептала я, когда мы вышли из музея.

– Реальный, – бабушка улыбнулась. – Просто он по-настоящему твой город.

– Думаешь? – словно ребенок, я спросила у бабушки.

– Конечно! Если бы не думала так, то не сказала бы, – бабушка погладила мои волосы.

– Мне тут так хорошо. Знаешь, мне тут «дышится», – сказала я и глубоко вдохнула.

– И мне! – ответила бабушка, взяла меня под руку, и очень медленно мы пошли к остановке.

Мы шли в полной тишине, не разговаривая, наслаждаясь атмосферой города, впечатлениями от музея и компанией друг друга. Скрип. Скрип. Скрип-скрип. Снег продолжил свою мелодию, а мы поняли, что наконец-то есть друг у друга. И наши тени создавали уже новую историю. Историю нашей семьи.

Дома мы зажгли гирлянды на елке, сварили какао и разложили на тарелки остатки пирога.

– Что будем смотреть? – продолжила я наш разговор. Всю дорогу из музея мы пытались с бабушкой выбрать фильм на вечер. Как оказалось, сделать это было сложно. Слишком много у нас любимых новогодних фильмов.

– Так, я приняла волевое решение на правах старшего, – бабушка взяла пульт у меня из рук. – Давай посмотрим фильм «Чудо на 34-й улице»?[3] Я понимаю, что он даже старше меня, но это не делает его плохим.

– Давай! – мне кажется, я была согласна на любой фильм. Я люблю такие уютные вечера. Иногда мы с мамой устраиваем киновечера с вкусняшками.

И с первых нот, которые прозвучали в фильме, нас перенесло в рождественскую сказку. «Ты имеешь право верить во все, во что хочешь», – прозвучало в фильме. Я положила голову бабушке на плечо. Я верю. Верю, что следующий год будет прекрасным. Разве может быть по-другому, когда этот год заканчивается так? От нахлынувших чувств я крепче обняла бабушку. Вот бы еще маму сюда. Хочется, чтобы она тоже насладилась семейным уютом, помирилась с бабушкой, познакомилась с ее друзьями. Познакомилась с Марком… И тут я поняла, что еще ни слова маме про него не сказала. Когда уже можно будет рассказать ей? Мама порадуется? Или испугается? Вопросы беспокойным гулом заполнили все мои мысли. На минуту я потеряла сюжетную нить фильма. Сильно зажмурившись, я досчитала до трех и вернулась в настоящее, где есть только бабушка, я, потрясающий фильм и горячее какао.

После фильма я прочитала короткое СМС от Марка: «Как музей?»

«Классно! Мне очень понравился».

«Жаль, что мы сегодня не увиделись… Я соскучился…»

«Я тоже…»

«Завтра моя очередь устраивать свидание. Согласна?»

«Согласна ☺».

«Хотел сказать, чтобы ты теплее одевалась, но, думаю, ты и так поняла, что тут нужно ВСЕГДА тепло одеваться».

«Ага, хотя я видела людей в легких куртках. На них даже смотреть было холодно».

«Это те питерцы, которые не подстраиваются под погоду ☺».

«Ты тоже такой?»

«Нет, я подстраиваюсь ☺».

«Кстати, как Снежинка?»

«Снежинка сегодня весь день терроризирует бабушку».

«И что бабушка?»

«Довольна. ☺ Мне кажется, она ей все готова простить. Кстати, я сегодня повесил наши игрушки на елку».

«Ой… А мы украшали с бабушкой елку, и оказалось, что она использует только деревянные игрушки… Я их повешу уже дома».

«Ничего страшного, что-нибудь придумаем».

Я решила не спрашивать, что же такое мы придумаем. Пусть это останется сюрпризом. И мы продолжили разговаривать о пустяках и о важном, обмениваться фотографиями классных и смешных моментов, которые были у нас в жизни, делиться школьными историями. Мы стали еще больше узнавать друг друга. И от этого становилось так тепло. И это тепло медленно бежало по мне. Ощущение, что мое тело раньше было пустым… А с каждым новым словом, сообщением я наполнялась и превращалась в цельную себя. Такое я испытываю, когда рисую. И впервые – от общения с человеком. Наверное, можно сказать, что я рисую свою новую жизнь?

«Мамуль, сегодня я по-новому посмотрела на Санкт-Петербург…»

26 декабря

Первую половину дня я была предоставлена сама себе: бабушка ушла по делам (но я уверена, что она пошла на свидание с Игорем Сергеевичем, потому что уж слишком нарядной и счастливой вышла из дома), а Марк был на учебе. Чтобы зря не тратить время, я решила пойти и купить рамки для картин, которые хочу подарить бабушке и Марку.

Я всегда думала, что погода в Санкт-Петербурге – это русская рулетка: ты никогда не угадаешь, какой она будет завтра. Но эта зима (может быть, из-за моего приезда?) оказалась настоящей и предсказуемой: на улице было холодно и шел снег. Жаль, что сегодня он не был пушистым. Колючие снежинки больно били по лицу, поэтому я решила ускориться и купить рамки в ближайшем магазине с канцтоварами. Быстро выбрав подходящие, я собралась домой, но мое внимание привлекла пышечная. Живот заурчал, прося остановиться и зайти хотя бы за одной пышкой. Почему бы и нет – решила я со скоростью голодной кошки и забежала в кафе. А почему бы мне не взять пышки и кофе с собой, зайти в цветочный и угостить Риту? Может, она станет моей первой питерской подругой? Я улыбнулась от этой мысли, забрала заказ и уже со скоростью ленивца, чтобы не разлить кофе, пошла в цветочный.

– Привет! Ты решила скупить у меня все? – Рита радостно вышла ко мне навстречу.

– Привет! – я подняла пакеты. – Лучше! Я пришла угостить тебя кофе.

– Спасибо! – мы положили пышки на тарелки, добавили в кофе корицу и, довольные, сели наслаждаться компанией друг друга.

– Как у тебя дела? – спросила я с набитым ртом.

– Готовлюсь к сессии, сдаю зачеты. Поэтому ничего интересного не происходит. Дом – работа, работа – дом. И в маленьких перерывах между этим забегом добавляется учеба. Ощущаю себя по-настоящему взрослым человеком, – ответила Рита, и мы засмеялись. – Но после сессии будет поинтереснее.

– А на кого ты учишься? – спросила я.

– На экономиста. Но, кажется, останусь флористом. Мне очень тут нравится. Хотя и экономика мне легко дается.

– Я почему-то думала, что ты учишься на дизайнера одежды, – я посмотрела на ее берет и бежевую вязаную кофту с вышитыми на ней цветами.

– Почему? – спросила Рита и, проследив за моим взглядом, поправила берет. – Поняла! В чем-то ты права. Я иногда шью одежду. Но я не смогла определиться, на кого мне поступать, поэтому мы с мамой договорились, что получу серьезную профессию. А остальное будет в качестве хобби.

– Как интересно! – воскликнула я. Рита меня опять поразила. Теперь своей легкостью выбора. Казалось, она не думает часами, как ей поступать, а свободно принимает правильное решение. Мне не мешало бы научиться такому подходу.

– Ты лучше расскажи мне, как у тебя дела? Как твой парень? – Рита задала мне вопрос, который смутил и обрадовал меня. «Твой парень» прозвучало так приятно.

Я покраснела. Надо же было тогда проболтаться. А она все запомнила.

– А я не знаю, парень он мне или пока только друг, – скромно ответила я.

– Почему? – Рита с удивлением подняла брови.

– Просто мы об этом не говорили. Мы пока ходим на свидания, – ответила я.

– Знаешь, мне кажется, что сейчас никто официально и не предлагает встречаться. Все получается само собой, – Рита немного шокировала меня своим ответом.

– Думаешь? – опять спросила я.

– Не думала бы – не говорила бы! – как бабушка, ответила мне Рита.

– А мы даже не целовались… – сказала я и почувствовала, как краснею.

– Да? Ну это тоже не страшно. Он же твой ровесник? Скорее всего, он так же, как и ты, волнуется, – Рита попыталась успокоить меня.

Кажется, спокойствие и уверенность Риты передались и мне.

– Вообще-то, да, я чувствую, что он тоже нервничает, – продолжила я разговор.

– Наверное, это у вас двоих впервые. Эх, первая любовь… – очень театрально Рита закатила глаза и поднесла ладонь тыльной стороной ко лбу.

– Да ну тебя! – мне стало смешно и показалось, что со смехом пропадает и волнение. – А что у тебя с любовью?

– А я больше не верю в любовь, – разоткровенничалась со мной Рита.

– Это как так? – удивилась я.

– Обожглась на одном дураке, – грустно сказала Рита и посмотрела в окно.

– Вот это ты зря. Дураки приходят и уходят, а любовь остается навсегда. В нее нельзя прекращать верить, – сказала я.

– Думаешь? – спросила Рита или передразнивая меня, или вполне серьезно.

– Не думала бы – не говорила бы! – а я ответила, уже передразнивая ее.

– А тебе палец в рот не клади! – Рита засмеялась.

– А то! Могу и откусить! – ответила я и щелкнула зубами.

Наше веселье прервал звук колокольчика, который веселым звоном оповещает, что в магазин кто-то зашел. Это была красивая молодая женщина в шубе и на высоких каблуках.

– Это надолго, – прошептала мне Рита. – Пойду помогу с выбором.

Я решила не мешать ей работать и отправилась домой упаковывать картины в очень красивую бумагу, которую купила у Риты в магазине. Для бабушки выбрала белую с серебряными снежинками, а для Марка синюю с космонавтом, который стоит на луне около елки и держит в руках звезду.

С упаковкой картин я справилась быстро. Придирчиво их осмотрев, я осталась довольна. Решила, что пока не буду класть бабушкин подарок под елку, поэтому спрятала в шкаф оба. Чрезвычайно довольная собой, я включила песню Coldplay «Christmas Lights» и начала собираться на свидание. Напевая и пританцовывая в ритм, через двадцать минут я была полностью готова к свиданию и холодной погоде.

Марк написал СМС, что уже поднимается. Открыв дверь, я ахнула.

– Это что? – спросила. Марк стоял на лестничной клетке с охапкой елочных веток.

– Я подумал, что ты хотела бы повесить игрушки, которые мы делали… И вот купил несколько веточек… – с улыбкой ответил мне Марк.

– Марк, большое спасибо! Надо поставить их в вазу, – от волнения и нахлынувших романтических чувств я немного засуетилась.

Мы поставили веточки в вазу и вместе повесили игрушки.

– Пустовато… – резюмировал Марк.

– А мне и так нравится… – Мне действительно понравился этот минимализм, ничего лишнего.

Мы посмотрели друг на друга, Марк легонько коснулся моей руки и…

– Нам пора! – он вскочил с испуганным взглядом.

– Да, пойдем… – я опешила от его реакции.

Внутри меня что-то сжалось, и почему-то захотелось заплакать. Что между нами происходит? Кажется, этот вопрос еще долго будет звучать у меня в голове. А настроение куда-то идти резко пропало.

– Прости, я… Я повел себя странно, – сказал Марк, когда мы вышли на улицу и сели в такси.

– Нет, все нормально, – ответила я так, что сама испугалась своего сухого тона.

– Я постараюсь сейчас поднять тебе настроение… – сказал Марк, но всю оставшуюся дорогу мы ехали молча.

Когда мы вышли из такси, я поняла, что Марк привез меня на каток! Кажется, этот вечер будет испорчен полностью. Хорошо, что острые снежинки сменились на хлопья. Хоть не так неприятно будет кататься. Может, стоило ему намекнуть, что я не люблю кататься на коньках? Я подняла глаза на Марка. Он стоял с широкой улыбкой и горящими глазами. И в эту же секунду я поняла, что вечер не будет испорчен, если я сама не стану его портить.

– Отлично! Я в этом году еще не каталась. А ты? – я протянула руку Марку.

– Уже катался, – Марк заулыбался еще шире. – Мне очень нравится! Мы с друзьями часто ходим на разные катки.

– С теми друзьями, с которыми ты хотел меня познакомить?

– Ага! – кивнул Марк и повел меня переобуваться.

Совсем скоро мое настроение кардинально поменялось: мне было безумно весело, уютно и хорошо. Я даже получила удовольствие от катания. Может, на это повлияла новогодняя музыка, или Марк, который ни на секунду не отпускал мою руку, или снег, который красиво падал при свете фонарей хлопьями, похожими на кусочки ваты…

– Посмотри, какие огромные звезды… – Марк остановился и поглядел вверх.

– Давно не видела таких… – я тоже подняла глаза к небу.

– Соня… – Марк посмотрел на меня.

– Да? – спросила я, но вместо ответа был… поцелуй. Самый романтичный поцелуй. О таком, мне кажется, мечтает каждая девушка.

Из динамиков на катке доносились слова песни «…И все, о чем мечталось, проси, загадывай и желай…» – и мое желание исполнилось. Вот тут, на катке. Вот так кинематографично, романтично и по-новогоднему. И именно сейчас я поняла, что люблю кататься на коньках. Оказывается, мне просто нужен был парень, чтобы не грустить на катке. Но именно определенный парень. Я хмыкнула от этой мысли.

– Ты чего смеешься? – с настороженностью спросил меня Марк.

– Я не смеюсь, – ответила я и поцеловала его в ответ.

Казалось, весь мир остановился. Музыка стихла. Люди исчезли. И только снежинки-перышки падали на землю. Мы готовы были так простоять весь вечер, или даже всю жизнь.

– На вас дети смотрят! – чей-то голос вырвал нас из нашей реальности и вернул на каток. По ушам, словно накрыв лавиной, резко ударил шум: музыка, разговоры, смех, звуки коньков по льду.

– Пойдем погуляем? – Марк потянул меня к выходу с катка.

– Пойдем! – я с легкостью покатилась за ним.

– Знаешь, я очень люблю Питер за то, что музыканты играют на улице даже зимой, – Марк положил немного денег саксофонисту, который одиноко играл на Дворцовой площади.

– Не уходите, – сказал музыкант. – Я сыграю для вас.

В тишине раздалась знакомая мелодия «Last Christmas». Редкие прохожие останавливались где-то позади нас, не подходя близко, словно боялись разрушить этот волшебный момент. Музыкант играл для нас. Мелодия разносилась по Дворцовой площади, укутывая нас в атмосферу романтики Нового года. Радость перемешивалась с грустью, превращаясь в восхищение. Восхищение моментом. Я сжала руку Марка, чтобы убедиться в реальности. Да, это правда. Я не сплю. Марк посмотрел на меня, будто тоже хотел проверить, наяву это или нет.

Замерзшие пальцы саксофониста иногда с трудом попадали на клавиши, но он доиграл мелодию. Несколько секунд мы стояли в полном оцепенении, смотря на музыканта.

– Спасибо! С наступающим вас Новым годом, – сказал он, убрал саксофон в футляр и неспешно ушел.

– Это вам спасибо… – Марк растерянно посмотрел ему вслед.

– Это случайность? – я не могла поверить, что это не было запланировано.

– Чистейшая! – Марк поднял меня на руки и закружил.

А потом поцеловал. А потом поцеловал снова. Снова и снова.

Когда прилив нашей нежности закончился, мы пошли дальше гулять по вечернему городу, согреваемые мыслью, что мы есть друг у друга.

– Хочешь сыграть в одну игру? – спросила я.

– Я видел фильм ужасов, который начинался примерно с такого вопроса, – Марк засмеялся в ответ. – Что за игра?

– У мамы есть одна игра с вопросами, которые нужно задавать себе перед Новым годом. Мы ее немного модернизировали: задаем вопросы друг другу и вместе на них отвечаем, – рассказала я, немного смутившись.

– Звучит любопытно. Давай попробуем, – Марк закивал головой, соглашаясь сыграть.

– Тогда начнем с простых вопросов. Твой любимый новогодний фильм? – задала я первый вопрос.

– «Один дома», в детстве мечтал повторить приключения Кевина, – не задумываясь, выпалил Марк.

– Ой, я его тоже очень люблю. Тогда назову «Отпуск по обмену», потому что там классные герои. Я его смотрю каждый год. И я почему-то очень люблю романтичные фильмы. В них герои совершают такие красивые, но в тоже время простые поступки, – ответила я.

– Мне, кстати, такие фильмы тоже нравятся. Точнее, понравились. А точнее, мне пришлось их полюбить, – сказал Марк и ввел меня в небольшой ступор.

– Почему? – я испугалась, что он сейчас мне начнет рассказывать, например, про свою бывшую девушку, с которой они смотрели фильмы.

– Просто у нас с друзьями есть женский и мужской дни. В мужской мы ходим на хоккей или футбол, смотрим ужастики. Ну, знаешь, делаем что-то, что ближе парням. А в женский – смотрим романтичные фильмы, объедаемся мармеладом или ходим на шопинг. И со временем нам все это стало нравиться. Теперь у всех нас общие интересы. Нам одинаково нравится ходить на хоккей и смотреть романтику, – пояснил Марк.

– Ого! Это очень классное решение. И очень необычное, – ответила я с облегчением.

– Мы просто хотели, чтобы было здорово проводить время всем вместе, – дополнил Марк.

– Следующий вопрос… Готов? – весело спросила я.

– Еще как готов! – Марк засмеялся, а от его улыбки у меня пробежали мурашки. Кажется, это самая красивая улыбка…

– Любимая новогодняя еда? – спросила я, напустив на себя грозный вид.

– Хм… Пусть будет фруктовый рулет, который готовит бабушка, – ответил он, немного подумав.

– А у меня мандарины! Без них не могу зимой, – сказала я и прищурилась, представив сочные и сладкие мандарины.

– Какая ты хитрая! Это легкий ответ, – Марк тыкнул мне пальцем в нос: пыньк.

– Ну а что такого? – я тыкнула его в ответ: пыньк-пыньк.

– Тогда мой вопрос. Он будет сложным. Любимая… новогодняя песня? – Марк сделал напряженное лицо.

– А-ха-ха! Так… Это действительно сложный вопрос. У меня их много. И, кстати, не все песни про Новый год, но я их слушаю в праздники, – смеясь, ответила я.

– Так какая? – продолжил спрашивать Марк.

– Пусть будет новогодняя – Ella Fitzgerald «Let It Snow». А у тебя? – Я сумела сделать выбор, хотя это было сложно.

– Не будешь смеяться? – спросил Марк со смущением в голосе.

– Нет, конечно! «В лесу родилась елочка»? – спросила я и прыснула от смеха, представив, как Марк танцует под эту песню.

– Лучше! «Зима в избушке». Мы ее на уроках музыки в начальной школе пели, мне так она понравилась тогда! Я с ней даже на концерте выступал, – ответил Марк и покраснел.

– Что? – я не могла представить Марка на сцене. Он иногда такой скромный.

– Серьезно! Отжигал не по-детски! – ответил он, и нас накрыло смехом.

– Тогда мой вопрос, – сказала я, когда мы отсмеялись. – Какой у тебя был лучший подарок на Новый год?

– Лучший… Знаешь, меня радовали все подарки. Поэтому лучшим назову путешествие. Мы с родителями улетели зимой на море. Море зимой! Вот это меня прям поразило, – ответил Марк, немного подумав.

– Мой лучший подарок – планшет для рисования, – у меня уже был готов ответ на этот вопрос.

– О, это еще и полезный подарок, – сказал Марк как-то по-взрослому и спросил. – А какое лучшее утро у тебя было в этом году?

– Ого! Надо подумать… Я не помню, что это был за день. Но помню, что это было лето. Я читала всю ночь, не могла оторваться от книги. А когда выглянула в окно, то увидела невероятное розовое небо. И стало так уютно и хорошо, как будто этот рассвет раскрасил все печали в яркие краски. А у тебя? – рассказала я и сощурилась, вспомнив свои впечатления.

– Это тоже было летом. Мы с друзьями на выходные уехали ко мне на дачу. Удивительно, но родители отпустили нас одних. Всю ночь мы жгли костер, жарили сосиски, рассказывали разные истории. И вот уже стало светать. Кефир уснул у меня в ногах, костер погас… Я посмотрел на ребят, и мне стало так хорошо! Меня накрыло ощущение вселенской любви. Я смотрел на них и думал, что мне с ними очень повезло: они умные, смелые, смешные, ранимые, настоящие… Понимаешь, о чем я? – ответил Марк, а я с легкостью представила эту картину, отчего у меня немного защипало в носу.

– Наверное, понимаю… – ответила я с легким сожалением.

– Жаль, что я постеснялся им сказать. Но, уверен, они и сами все поняли, – Марк хмыкнул, вспоминая тот момент.

– Хотелось бы и мне иметь таких друзей… – сказала я, не понимая, к кому обращаюсь – к себе или Марку.

– Будут! Поверь мне! Не всегда же друзья приходят в нашу жизнь из детства. Иногда они появляются в конце школы, или в вузах, или на работе. Но они появляются! А ты… ты такая… У тебя они точно будут! Самые лучшие. Вот! – почти прокричал Марк. – А теперь твоя очередь задавать вопрос.

– Спасибо, – ответила я, смущаясь. – А кому ты благодарен в этом году и за что?

– Это очень глубокий вопрос… Конечно же, родителям, но ты хочешь что-то другое услышать? – хитро спросил Марк.

– Да! – мне хотелось услышать что-нибудь нестандартное.

– Учителю биологии! Он всегда меня поддерживает и помогает в учебе. А ты?

– Я тогда тоже назову свою преподавательницу рисования. Я благодарна ей, что она не пыталась меня сломать и переучить рисовать. Она очень бережно направляет меня, сохраняя мой стиль.

– Слушай, а классно же, что у нас такие хорошие преподаватели. Мне даже грустно из школы будет уходить, – усмехнулся Марк.

– А я с радостью уйду! – я решила ответить честно. – Хочу быстрее поступить в Академию.

– Моя бабушка сказала бы тебе: «Не торопи время. Живи сегодня!» Она часто мне это говорит, когда я начинаю чего-то очень ждать.

– Я себе и сама так иногда говорю.

– Мне кажется, стало уж очень холодно. Может быть, зайдем в какое-нибудь кафе? – предложил Марк и потер свои ладони.

– Давай! – быстро согласилась я.

На самом деле, мы так замерзли, что сил выбирать кафе у нас уже не было. Мы забежали в кондитерскую, заказали два горячих шоколада и сели за дальним столиком – оттаивать. Когда мы оказались под освещением уютных ламп, я застеснялась. На темной улице я чувствовала себя спокойнее, ведь Марк не мог разглядеть моего волнения. Я ощутила, как лицо краснеет, и от этого засмущалась еще больше. Подняв глаза на Марка, я увидела, что он тоже сидит с красным лицом. От мороза или от стеснения?

– Теперь мой вопрос, – Марк решил продолжить нашу игру. – Какая у вас в семье есть новогодняя традиция?

– У нас их несколько. Одна из любимых – вместе с мамой мы рисуем календарь на декабрь. И каждый день зачеркиваем числа. И этот декабрь первый, когда мы нарушили традицию. Из-за моей поездки, – рассказала я, и мне стало немного грустно.

– Очень милая традиция. Не грусти, что она в этом году нарушилась. Вам нужно ее как-то модернизировать. Например, посылать СМС, отмечая день. У нас тоже огромное количество традиций. Но они не такие творческие, как у вас. Одна из любимых – мы ходим в баню.

– Что? Ты серьезно? Как в кино? – я была в шоке от его ответа.

– Шучу! – Марк засмеялся. – Любимая традиция – мы пишем на бумажке самые грустные события, которые у нас произошли за год, и сжигаем их. Чтобы сильно не переживать.

– Мне кажется, это очень важная традиция…

– Она полезная. Так мы отпустили мою тройку в четверти по геометрии, – Марк рассмешил меня своим ответом. – И папе пришлось отпустить дорогущее мамино платье, которое она купила.

И как-то незаметно наша игра сошла на нет. Мы просто сидели в обнимку и разговаривали, все больше узнавая друг друга. Еще сильнее погружаясь друг в друга. Мне хотелось, чтобы этот момент длился как можно дольше, но шоколад в кружках закончился, а время стремительно двигалось вперед – нужно было возвращаться домой. Не хотелось заставлять нервничать наших близких. Мы вышли из кафе и направились в сторону моего дома. Тепло рук Марка согревало пальцы даже через перчатки.

– Спасибо тебе за этот вечер, – Марк встал напротив меня и взял мои руки в свои. – Если бы меня спросили про лучший вечер этого года, я назвал бы сегодняшний.

– Я бы тоже… – Марк не дал мне договорить. Да я уже и не хотела говорить, потому что его теплые губы коснулись моих.

– Давай я тебя завтра познакомлю со своими друзьями? – неожиданно спросил он.

– Давай!

– Тогда завтра днем я за тобой зайду.

– Хорошо, – мои ноги стали ватными. – До завтра!

– До завтра, Соня-засоня!

Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

– Все хорошо? – бабушка вышла в коридор.

– Все очень хорошо… – я с трудом смогла ответить.

– У-у-у, дорогуша, случилась первая любовь? – спросила бабушка, улыбнувшись.

– Не знаю, бабушка. Но что-то очень на нее похожее, – честно ответила я.

– Пойдем, расскажешь все в подробностях.

Мы пошли с бабушкой на кухню, и я рассказала ей про сегодняшнее свидание. Конечно, про количество поцелуев я умолчала. Почему-то мне было стеснительно рассказывать о них. Решила остановиться на одном. Но по хитрому взгляду бабушки я поняла, что она не сильно мне поверила. Пусть так, главное, что она не акцентировала на этом внимания.

– Сонечка, это, конечно, прекрасно. Но что скажет мама? Она отпустила тебя ко мне в гости, а ты тут встретила парня. Я думаю, тебе нужно с ней поговорить, – с заботой в голосе сказала бабушка.

– У нас с мамой нет секретов друг от друга. Я ей все обязательно расскажу, – с неохотой ответила я. Мне хотелось оттянуть разговор с мамой. Я просто не знала, с чего его начать.

– Ну и умничка! Думаю, мама только порадуется за тебя, – бабушка поняла мои внутренние терзания.

– Сначала мама очень испугается. И задаст миллион вопросов. А потом уже порадуется, – мне стало немного смешно, когда я представила, как мама начнет заваливать меня вопросами.

– Смысл в том, что мама порадуется за тебя. А куча вопросов – это нормально. У человека два периода «почемучки» – когда он маленький и только узнает мир и когда сам становится родителем.

– Да, мама меня в детстве называла почемучкой, – ответила я и засмеялась.

– Вот и ты, как взрослая, прояви терпение и ответь на все мамины вопросы, – сказала бабушка.

– Хорошо! – этот разговор с бабушкой меня успокоил. – А тебе было сложно рассказать о первой любви родителям?

– Конечно, сложно! Но твой дедушка был отличным парнем. Родители его сразу приняли в семью.

– Дедушка был твоей первой любовью? – с удивлением спросила я.

– Да, как-то так у нас получилось… – бабушка улыбнулась в ответ.

– Это так романтично. Как в кино! – я почти вскочила с места.

– Ну, жизнь вокруг я бы не назвала «как в кино», но дедушка действительно был романтичным, – с грустью подметила бабушка.

– Пусть жизнь и не как в кино, зато любовь! – я все-таки вскочила на ноги и закружилась по кухне под счастливый смех бабушки.

– Ох, Соня, аккуратней! – сказала бабушка, когда я в танце чуть не снесла чайник с плиты. – И с любовью аккуратней!

– Почему? – я остановилась.

– По кочану! – бабушка подошла ко мне и обняла. – Потому что первая любовь не всегда как в кино.

– Ну бабушка!

– Я молчу! Наслаждайся моментом. Просто старайся, чтобы голова была холодной, – посоветовала бабушка, сбивая меня с романтичных мыслей.

– Постараюсь, – пообещала я.

– Умничка! – бабушка поцеловала меня в лоб. – Я что-то сегодня устала. Пойдем отдыхать?

– Да, пойдем! – согласилась я, и мы разошлись по своим комнатам.

Сна у меня не было ни в одном глазу. Конечно, танцевать и петь уже не хотелось, но бабочки, которые поселились в животе, порхали и дарили невероятное ощущение легкости. У меня появился парень. Я впервые влюбилась. Это все происходит со мной? Мне захотелось ущипнуть себя, чтобы проверить, не сон ли это. Ай! Больно. Значит, не сон. Я подошла к окну. Снежинки романтично падали под освещением полной луны. Я решила загадать желание. В полнолуние перед Новым годом же можно? Пусть все будет по-настоящему. Не знаю, почему я загадала именно это. Может быть, потому, что я теряюсь между реальностью и своим воображением?

Интересно, о чем сейчас думает Марк? Переживает ли он так же, как и я? Кажется ли ему все происходящее с нами нереальным? Фрагментом из романтичной мелодрамы, в которую нас поместили случайным образом. Наверное, он тоже сейчас не может уснуть и думает, думает, думает. Ведь мы с ним оказались очень похожи.

И тут я вспомнила, что завтра он познакомит меня со своими друзьями. Паника накрыла меня вместе с моими бабочками. В чем же пойти? Я подбежала к шкафу. Нужно было брать больше одежды. Больше красивой одежды, а не уютной. Раз выбор у меня невелик, я решила остановиться на черных джинсах и черной толстовке, на которой было несколько капель от краски. Но они выглядели очень художественно, поэтому я решила не счищать их. Женщина в черном – подумала я. Ну и пусть. Зато настоящая. Марк так описывает своих друзей, что мне кажется, если я попытаюсь что-то из себя строить, то они меня не примут. Лучше быть собой. Правда же, всегда лучше?

Почему часто говорят, что первая любовь бывает болезненной? У бабушки первая любовь стала единственной. Да, множество людей вспоминают свою первую любовь с теплотой. Нет, я не думаю и не представляю, что мы с Марком будем всю жизнь вместе. Я даже не примеряю его фамилию к своему имени. Просто мне не кажется, что будет больно. Я хочу наслаждаться этим новым чувством и новыми эмоциями.

В телефоне высветилось сообщение от Марка: «Думаю о тебе».

«Я тоже…»

«Не могу уснуть. Даже не знаю, как завтра идти в школу».

«Только не надо из-за меня прогуливать. Наши бабушки этого не поймут ☺».

«Завтра и не получится прогулять – итоговая контрольная».

«Хорошо. ☺ А ты рассказал друзьям обо мне?»

«Если честно, то да. Они уже умоляют их познакомить с тобой».

«Ой, а почему?»

«Потому что я им постоянно рассказываю о тебе…»

«А что ты говоришь?»

«Рассказываю, какая ты… И что ты мне очень нравишься…»

«Ты мне тоже очень нравишься…»

«Что бы ответили в твоем любимом романтичном кино на это?»

«Думаю, ответили бы поцелуем ☺».

«Это был бы прекрасный ответ!»

«Согласна ☺».

«Хорошо, что ты не видишь, как я сейчас покраснел».

«Ха-ха, я тоже покраснела. И это было бы невозможно списать на мороз».

«Кстати, ты привезла в Петербург настоящую зиму».

«Почему?»

«Чаще всего она у нас серая и мокрая. А в этом году морозная, снежная и солнечная».

«Я рада, что смогла порадовать город своим приездом ☺».

«И меня…»

«И тебя…»

Телефон погас. Кажется, мы не знали, что сказать, чтобы не испугать друг друга. Все идет так романтично, не хотелось бы все испортить каким-нибудь глупым сообщением.

«Извини, кажется, я уже засыпаю. Спокойной ночи, Соня», – мне пришло еще одно сообщение от Марка.

«Спокойной ночи, Марк… До завтра», – напечатала я, сгорая от приятного волнения.

«До завтра! Это был лучший день», – прочитала я сообщение, прижала телефон к груди и закрыла глаза, погрузившись в мысли.

Завтра! Уже завтра мы опять встретимся с Марком! Мои бабочки запорхали с новой силой. Я плюхнулась на кровать и включила музыку в наушниках. Выбрала песню немецкой рок-руппы 90-х, которая так и не смогла добиться славы. А жаль. Несколько их песен поселились у меня в сердце навсегда. Особенно хорошо им удавалось петь о зимней романтике. «Твое Солнце будет светить зимой. Твое Солнце будет светить для тебя. Твое Солнце не растопит снежинку, которая упала тебе на ресницы». Музыка поглощала меня. Перед глазами возник образ Марка. Он берет меня за руку… и мы катимся на коньках. Крупные снежинки падают и замирают у него на волосах. Почему он в такой холод не носит шапку? Мы катимся вперед и не останавливаемся. «Твое Солнце будет греть тебя самой холодной зимой». На небе зажигаются звезды, как маленькие светлячки. Мы останавливаемся, Марк смотрит на меня, наклоняется к моему лицу и целует. «Только помни, что ты тоже Его Солнце». Песня закончилась… Вместе с ней растаяла и картинка нашего свидания. Я укуталась в одеяло и подошла к окну. Я тоже его солнце. Попыталась на небе найти Большую медведицу. Если увижу, то все будет хорошо. Глупость какая, но я с детства так делаю. Ага, вот и она! Не глупость. Улыбнувшись своим мыслям, я села на подоконник и заново включила эту песню. «Твое Солнце не обожжет тебя, если ты будешь аккуратна к нему». Не обожгусь ли я? Или не обожгу ли я его? Сможем ли мы беречь друг друга? «Твое Солнце способно сохранить снег. Твое Солнце сотворит чудо на Новый год». Эту песню можно слушать бесконечно, особенно когда идет снег. Но пора ложиться спать. А то завтра ребята меня увидят не в самом лучшем виде.

Надо написать маме. Сейчас соберусь с силами. Как же страшно. Но почему? Мы же всегда с ней делились самым сокровенным, своими страхами и переживаниями. Почему так страшно рассказать, что за несколько дней моя жизнь (да и я сама) поменялась? Конечно, меня тоже пугают эти перемены. И, конечно же, я бы не бросилась в эту историю с Марком, если бы бабушка не знала его. Поэтому я не совершаю большую глупость. Ведь так? А если мама подумает, что история семьи повторяется? Папа из Петербурга, мама из Москвы. Как и мы с Марком. Нет, у нас своя история. И вообще-то, я сама переезжаю в Питер, я об этом мечтала. Просто знакомство с Марком укрепило мое желание. Да и разве можно не влюбиться в Санкт-Петербурге?

Мое сердце кольнуло, мурашки пробежали по всему телу и стукнулись на кончиках пальцев ног. Я сказала «влюбиться»? Нет, нет, нет! Это только ощущение. Наше знакомство, романтичная музыка, снег, игры в снежки, прогулка, коньки, поцелуи… Все это и создало ощущение любви. Но это же не любовь? Разве можно вот так сразу влюбиться? Мне стало так жарко, что пробило в пот. Что же мне теперь делать?

Разнервничавшись так сильно, я стала ходить по комнате. А Марк? Он тоже влюбился? Нет, конечно! Я ему просто понравилась. Парни разве так быстро могут влюбиться? Вот почему я решила поехать в Питер сейчас? Лучше бы на новогодних каникулах вместе с мамой. Тогда бы не было никаких проблем! Но только… Марка бы тоже не было. Но он бы мог появиться в моей жизни позже, после переезда. Это судьба? Мы бы все равно встретились. А если это так, то какой смысл переживать? Не думаю, что это сильно успокоит маму. Уехала к бабушке на две недели и сразу нашла себе парня. Это вообще не в моем стиле. «Это влияние твоей бабушки!» – скажет мама. «Бабушка тут совсем ни при чем…» – отвечу я. Надеюсь, мы не поссоримся. Мы же почти никогда не ссоримся. Я не хочу заканчивать этот год обидами. Я просто хочу… сказки? Настоящая жизнь может быть сказочной? Я же немногое прошу! Просто чтобы мама не переживала, чтобы она могла мне доверять и позволила самой принимать решения.

Кажется, я накрутила себя так, что у меня начали трястись руки. Я же ничего плохого не совершаю. Я не придумала план по захвату всей вселенной, я не забрала игрушку у ребенка, или что еще ужасное можно сделать? Я всего лишь первый раз влюбилась.

Я закрыла глаза, чтобы успокоиться.

Раз… Два… Три…

«Мам… Кажется, я влюбилась…»

27 декабря

Утро выдалось прекрасным и уютным, несмотря на то, что солнца не было. Ветер, который поднялся ночью, успокоился, и теперь снег спокойно падал, а не летал по городу. Спокойствие. Вот как можно было бы назвать это утро. Мы позавтракали с бабушкой, и она уехала к ученику (вот бы мне ее энергию), а я вернулась в кровать.

«Твое Солнце будет светить зимой» – снова звучало у меня в наушниках. Я улыбнулась, перечитав нашу переписку с мамой. И вот почему я так нервничала? Мама приняла (и даже порадовалась!) совершенно спокойно эту новость. Нет, конечно, она была немного шокирована и испугана: «Что-о-о??? Соня, ты несколько дней в городе! Когда ты успела?» Это был первый шок. «Знаешь, доча, только с тобой такое могло произойти! Город, думаю, тоже в тебя влюбился и решил задержать тебя, подкинув парня», – а потом принятие.

«А-ха-ха! ☺ Я была влюблена в город и без парня».

«Он хотя бы из приличной семьи?»

«Мам…»

«Ну а что? Я рада за тебя! Честно! Но я же имею право задавать “родительские” вопросы?»

«Конечно! Его родители – инженеры».

«Интересно, он выбрал совершенно другое направление… И родители одобрили. Видимо, мальчишка умеет отстаивать свое мнение».

«Ма-а…»

«Ладно, не буду тебя мучить! Тогда сама расскажи про свидания подробнее, чтобы мне не приходилось вытягивать всю информацию из тебя клещами ☺».

И я рассказала маме всю нашу причудливую историю с Марком: про наши два знакомства, про свидания и поцелуи, про Кефира и прогулки, про глинтвейн и друзей.

«Думаю, он хороший мальчик…»

«Я тоже так думаю…»

«Жаль, что я не могу с ним познакомиться сейчас».

«Не слишком ли быстро?»

«Ты же знакома с его семьей».

«Я знакома только с бабушкой».

«Вот ты вредина, Соня».

«А ты не замечала? ☺»

«Замечала. ☺ А хотя бы фото я могу попросить?»

Я отправила маме наше селфи на катке.

«Какие вы милашки! Очень атмосферная фотография! Просто зимняя открытка».

«Мам, прекрати».

«Ну чего ты смущаешься? Я тоже когда-то первый раз влюбилась. Я тебя прекрасно понимаю!»

«Спасибо…»

Было уже совсем поздно, когда мы с мамой решили пойти спать, но я все равно выспалась и чувствовала себя отдохнувшей. Наверное, это из-за того, что я получила поддержку от мамы.

Марк прислал мне СМС, что собирает всех у своей бабушки. Она уезжает к сестре, будет только утром и не хочет оставлять Снежинку одну. А я решила начать знакомство с его друзьями с чего-то приятного. Например, шарлотки. Не идти же в гости с пустыми руками?

Похозяйничав на кухне, через час я наколдовала два ароматных пирога. Один решила взять к Марку, другой оставить для бабушки. Время тянулось томительно медленно, и, чтобы его как-то скоротать, пока пироги стояли в духовке, я решила прибраться в квартире. Вот и часы показали два. Пироги готовы, квартира блестит от чистоты, мои глаза блестят от предвкушения. Как только я упаковала пирог, раздался телефонный звонок от Марка.

– Привет! Не хочешь погулять со мной и Кефиром? – спросил Марк.

– Привет! Давай, – я обрадовалась его приглашению.

– Тогда сможешь подойти на нашу полянку? – уточнил он.

– Конечно! А ты будешь с ребятами? – с волнением в голосе спросила я.

– Нет, они подойдут позже. Тоже решили заскочить после школы домой, – по голосу Марка я поняла, что он улыбается.

– Хорошо! Бегу.

– До встречи!

Быстро переодевшись и укутав пирог в дополнительный слой фольги, я выбежала из дома. За пятнадцать минут добралась до полянки. Немного задержалась, чтобы издалека понаблюдать за Марком с Кефиром. Но Марк меня быстро заметил и помахал рукой. А Кефир бросился ко мне на всей скорости своих лап.

– Привет, малыш! – я была очень рада видеть его. В ответ Кефир меня лизнул.

– Привет, Соня! – Марк подбежал ко мне и поцеловал в щеку.

– Привет! – я засмущалась и зачем-то отдала пакет Марку. – Я с пирогом.

– Ого! Это ты сама приготовила? – не скрывая удивления, спросил Марк.

– Ага, это шарлотка, – с гордостью ответила я. В своей шарлотке я была уверена.

– Ребята будут рады. Бабушка нам тоже вкусностей наготовила.

– Это отлично… – от упоминания о друзьях я опять разнервничалась.

– Ты переживаешь? – Марк все понял по моему лицу.

– Есть немного… – честно призналась я.

– Зря, я же говорил, что ребята у меня классные. Хочешь, я тебе про них расскажу побольше? – Марк взял меня за руку.

– Да! – закивала я, и от его прикосновения мне стало спокойно.

– Так, начну тогда с Миры. Она самая яркая среди нас, хочет быть режиссером. Обожает спорить, говорить о кино и театре и любит необычную одежду. Смеется больше всех на свете. Она наше солнце, – начал рассказывать Марк.

– Солнце? – я впервые услышала от ровесника такой эпитет про подругу.

– Ты когда ее увидишь, все поймешь, – Марк улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой.

– Хорошо! Рассказывай дальше! – я была заинтригована рассказом.

– Дальше – Денис. Он классный фотограф, который мечтает быть юристом. Очень сдержанный, душевный. Денис всегда готов помочь и выслушать. В нем удивительно гармонично сочетаются творческий хаос и любовь к точности. Уверен, что он будет классным адвокатом. У него отличная память.

– Мы найдем с ним общий язык, – я легонько ткнула Марка. – Фотограф и художница.

– Но-но! Полегче на поворотах. Тебя сейчас от сугроба спас пирог.

Мы засмеялись, Кефир сразу переключился на нас. Мы начали подкидывать снег, который он с радостью пытался ловить, смешно подпрыгивая.

– И осталась еще Аня. Она наша «суперзвезда».

– Почему? – я не прекращала удивляться.

– Мы ее никогда не видели сонной, без прически. Она всегда нарядная и с легким макияжем. Даже на даче она будет стильно одета.

– А на кого она собирается поступать учиться? – меня кольнула ревность, хотя сама я несколько минут назад тоже спровоцировала Марка на это чувство. Нужно быть аккуратнее – оказывается, это не так уж и приятно.

– Она собирается поступать на маркетинг.

– Вы такие разные! Это классно! – восхитилась я.

– Дружба вообще необычное состояние. Вы дружите, потому что вы сами решили, что вам круто вместе, и вы готовы каждый день общаться, радоваться и поддерживать друг друга. Вы не родственники, не влюбленные, но вам просто круто вместе, хоть вы и разные. Вот такое сумбурное понимание дружбы у меня.

– А можно вопрос? – я стеснялась его задавать, но он мучил меня.

– Конечно! – охотно согласился Марк.

– Ты сказал «не влюбленные», неужели никогда не думали встречаться? Вас же четверо…

– Не думали, – твердо ответил Марк и обнял меня. – Мы действительно друзья. Очень разные. Очень одинаковые. Очень друзья. Как-то так.

– Я поняла! – его ответ полностью меня успокоил.

– Молодец! А сейчас ты не поможешь мне с Кефиром? – Марк протянул мне поводок.

– Мне можно его вести? – я остановилась от удивления.

– Можно! – радостно ответил мне Марк и вложил в руку рулетку.

– Я думала, владельцы собак не любят давать выгуливать другим людям свою собаку, – я улыбнулась от того, что Марк мне доверяет.

– Тебе можно… – это прозвучало так мило, что на моих щеках опять заиграл румянец.

Я закрепила поводок, и мы спокойно пошли к Елизавете Михайловне.

Марк быстро помыл лапы Кефиру и положил ему корм.

– Накроем на стол? – он начал доставать продукты из холодильника.

– Давай! А можно разогреть пирог? – спросила я. Мне было немного некомфортно хозяйничать на кухне у Екатерины Романовны.

– Чувствуй себя как дома, – сказал Марк и отправил пирог в духовку.

– Бабушка приготовила свое фирменное мясо по-французски. Сделаем овощной салат, и будет «пальчики оближешь»!

Марк расположил мой пирог в центре стола, я расставила тарелки и стаканы для сока. Круглый стол придавал особый шарм этому званому ужину. А Снежинка, которая делала попытки запрыгнуть на стол, показывала, что ужин не званый, а дружеский.

– Знаешь, это похоже на то, что мы давно женаты и сейчас ждем гостей, – сказал Марк, когда посмотрел на стол и в третий раз отправил Снежинку играть с Кефиром. – Мне нравится!

– Марк… – я дико засмущалась.

– Извини! Нахлынули эмоции, – он чмокнул меня в щеку.

К счастью, этот неловкий разговор прервал звонок в дверь. Я решила, что мне будет комфортнее посидеть с Кефиром. Марк взял Снежинку на руки и пошел открывать дверь. Но прийти в себя мне не удалось – через пару минут ребята всей гурьбой ввалились на кухню. Кефир начал радостно лаять и прыгать на них. Ребята стали его гладить и целовать. Марк, заметив мое замешательство, подошел ко мне и взял за руку. «Все хорошо», – сказал он мне одними глазами. «Спасибо», – с благодарностью ответила я.

Когда Кефир радостно переключился на печеньку, которую ему дал Денис, я смогла всех разглядеть. Именно такими я себе их и представляла.

– Привет! Я так рада! Мы так рады с тобой познакомиться! Марк нам все уши прожужжал! – первой заговорила Мира, рыжая девушка с веснушками. На ней были яркий желтый свитер и зеленые штаны. И правда, она – солнышко. – Меня зовут Мира!

– Привет! Я Аня, – хрупкая блондинка улыбнулась, поправила свой высокий хвост и указала на Дениса, который был ниже Марка и с аккуратной прической. – А этот молчун – Денис.

Денис помахал мне одной рукой, а второй пытался отцепить Снежинку со своих джинсов.

– А Денис и сам может представиться! – ответил он, легонько пихнув Аню в бок.

– А я Соня! И я тоже очень рада! – ответила я.

– И мы счастливы! – засмеялся Марк и указал на стол. – Давайте уже поедим!

– А давайте! Я умираю как есть хочу! Мама пыталась меня накормить, но я выдержала ее натиск. Знала, что Екатерина Романовна что-нибудь вкусное приготовит! – Мира первой села за стол. – У мамы начался период французской кухни – кормит нас с отцом луковым супом и запеченным сыром.

– Бррр! – Денис галантно пропустил Аню поближе к Мире. – А до лягушек еще не дошли?

– Думаю, и не дойдем! Папа сказал, что если мама не прекратит со своими экспериментами, то мы с ним будем вынуждены уехать в Оренбург к его тетке, которая умеет замечательно готовить, – ответила Мира, громко засмеявшись.

– Кстати, луковый суп – это вкусно! – Аня вздернула нос. – И модно!

– Мода модой, Ань, а я третий день страдаю!

И все засмеялись. Напряжение, которое витало в воздухе, улетучилось.

– Бозе, как это вкушно! – с набитым ртом сказала Мира.

– Мир, ты приходи к бабушке почаще! – сказал Марк.

– Буду! А что это за пирог? – быстро закончив с мясом, Мира продолжала поедать все глазами.

– Этот пирог приготовила Соня, – сказал Марк, и все посмотрели на меня, отчего я опять засмущалась.

– Соня, он выглядит потрясно! С тебя рецепт! – Аня с теплотой мне улыбнулась, и мое смущение стало пропадать.

Марк аккуратно разрезал пирог, положил всем на блюдца и налил новую порцию сока:

– Налетай!

– Очень вкусно! – Мира опять съела быстрее всех.

– Мир, ты вообще жуешь? – Денис поднял брови. – Ты знаешь, что вредно так быстро есть?

– Денисик, конечно, знаю! Но если бы у тебя было три брата и мама готовила луковый суп, то ты понял бы, что вкусное надо съедать быстрее, – парировала Мира.

– Правда, Сонь, пирог получился отменный, – Марк погладил мою ладонь.

– Спасибо! В следующий раз приготовлю абрикосовый, – зачем-то пообещала я.

– Ты со следующим разом не затягивай! А то я на французской кухне долго не протяну. – И все снова засмеялись от Мириной шутки.

Когда вся еда была съедена, мы перешли в гостиную. Марк негромко включил рождественский альбом Дайаны Кролл. Под звуки джаза Кефир уснул, подняв лапы кверху. Мы с Марком сели рядом с ним, Аня уместилась на кресле, Денис сел на пол возле нее, а Мира, накидав подушки на пол, легла на них сверху.

– Кажется, девушек у нас стало больше, – начал Денис, – но это не значит, что мы будем устраивать меньше «мужских дней»?

– Ой, Денис! Не переживай! У нас они уже давно стали общими, – Мира кинула в него подушкой. – Верни обратно, пожалуйста.

– Соня, а Марк тебе рассказывал про наши разделения? – Денис повернулся ко мне, но кинул подушкой в Миру.

– Хамло! – весело прокричала Мира.

– Не перебивай старших! – Денис с серьезным видом пригрозил ей пальцем.

– Денис, Мира! Хватит уже! – Аня решила приструнить друзей. – Вы хотите, чтобы мы весь вечер слушали ваши детские разборки?

– А что я? Я ничего! – Мира прикрылась подушкой. – Так что Марк тебе про нас рассказывал?

– Многое! – я хитро улыбнулась. – И про ваши развлечения тоже.

– В этом весь Марк: рассказал все самое интересное, а нам ничего не оставил, – наигранно возмутившись, Мира кинула подушкой в Марка.

– Мира! – Марк бросил подушку обратно.

– Молчу-у-у! – Мира помахала платком над головой.

На какой-то момент мне показалось, что меня тут нет. Я просто смотрю фильм про друзей, где у них своя атмосфера, свои шутки, своя манера общаться. Вопросы, которые ребята мне задавали, возвращали меня в настоящее. Так приятно было оказаться среди них. Стать частью этой вселенной.

– А про «Зеленый бал» Марк тебе рассказывал? – спросила Аня.

– Фу-у-у… – Мира сделала вид, что ей противно.

– Ничего не «фу»! Это наш последний бал! – Аня сделала серьезное лицо.

– Что за «Зеленый бал»? – я посмотрела на Марка.

– Каждый год в школе проводят «Зеленый бал». Он только для старшеклассников, поэтому его можно посетить всего два раза – в десятом и одиннадцатом классах, – пояснил Марк.

– А почему «Зеленый»? – мне показалось это название нелогичным.

– Потому что наш директор не хотел быть банальным и называть бал «Снежным» или «Зимним». И теперь все мучаются, потому что нужно быть в зеленом, – ответила Мира.

– Ну, у тебя проблем с зеленым цветом нет, – Аня указала на штаны Миры.

– Я просто не люблю, когда мне не оставляют выбора. А зеленый я люблю, – пробурчала Мира.

– На самом деле, это очень классный бал, – Аня продолжила рассказ. – Во-первых, музыку выбираем мы сами. Ну, я имею в виду школьников. Во-вторых, это классно, что перед Новым годом можно потусить в красивых нарядах. И главный плюс, что там нет младших классов.

– А вы ходите туда парами? – мне показалось, что я могу разбить компанию, если Марк меня позовет туда.

– В том году я ходил туда в качестве фотографа, – сказал Денис. – Марк с Мирой, а Аня пришла со своим другом.

– «Другом», – сказала Мира и показала пальцами кавычки.

– Мира! – Аня покраснела.

– А что? – спросила Мира и высоко подняла брови.

– Не переживай, – сказал Марк. – Мы ходим не парами. Мы ходим компанией.

Я с благодарностью посмотрела на него.

– Денис, а ты фотик будешь брать? – Аня решила сменить тему.

– Конечно! Ты мне не простишь, если я оставлю тебя без новых фотографий, – ответил Денис и с нежностью посмотрел на Аню.

Интересно, Денис с Аней замечают искры, которые между ними? И Марк с Мирой их не видят? Или делают вид, что не видят?

Аня погладила Дениса по волосам:

– Ты – мой спаситель!

– Ты – мой вдохновитель!

Наш смех разбудил Кефира. Он неодобрительно посмотрел на нас, спрыгнул с дивана и ушел в коридор. А Снежинка продолжила свою охоту за волосами Миры.

– Снежинка, ты у меня получишь! – Мира взяла котенка на руки. – Ох, за твои глазки тебе можно все простить.

– Она этим и пользуется! – хмыкнул Марк. – Воспитывает бабушку.

– А ты, будущий ветеринар, помог бы Екатерине Романовне с воспитанием, – подколола его Мира.

– Она отказывается принимать такую помощь! Говорит, что сама справится: «Это мой монстр, мне его и воспитывать».

И мы снова засмеялись.

– Это все, конечно, здорово, – сказала Аня. – Но давайте вернемся к обсуждению бала! Марк…

– Да, Соня, – Марк перебил подругу, – ты не хотела бы пойти со мной на этот бал?

– Yes! – Мира вскинула руки вверх.

– Ой, у меня нет ничего зеленого… – я засмущалась, а внутри меня опять радостно затрепетали бабочки.

– Сонь… – Марк посмотрел на меня.

– Конечно, пойду! – я попыталась сказать это максимально спокойно, хотя радость переполняла меня.

– Спасибо! – Марк улыбнулся мне в ответ.

– Отлично! Тогда надо, чтобы Марк внес тебя в список, – добавила Аня.

– Ань, я помню про список, не переживай, – успокоил Марк подругу.

– А я не переживаю. Просто знаю, что нужно вас контролировать! – хмыкнула Аня и повела плечом.

– Почему это? – в разговор вклинился Денис.

– А кто в том году пришел не в зеленом? – Аня сурово на него посмотрела.

– Так я же был фотографом… – Денис попытался оправдаться.

– И это не значит, что можно нарушать дресс- код! – Аня продолжила возмущаться.

– Аня!

– Денис!

– Ребята! – это уже Мира. – Вы своими вечными спорами только напугаете Соню.

– А-ха-ха! Я не из пугливых! – сказала я и показала бицепс, как это делают спортсмены.

– Это точно! – поддержал меня Марк. – Соня вообще воин!

– Хватит шутки шутить! Я пытаюсь серьезно поговорить! – Аня обиженно насупилась.

– Прости, – Денис протянул ей кулак. – Говори.

– Так вот, – Аня стукнула своим кулаком об кулак Дениса, – на бал необязательно идти в вечернем платье. Но желательно в красивом наряде. Можно в пиджаке, блузке. Главное – в нарядном. Не в толстовке!

– Слушай, а Маринка с Игорем в том году пришли в толстовках. – Мира перенесла Снежинку на кресло к Ане.

– Так они пришли в парных толстовках, – Аня покрутила свой хвост и продолжила: – Это очень даже мило смотрелось. Хоть и непразднично.

– Поэтому, Соня, чтобы избежать нотаций, покажи свой наряд Ане, – улыбнулся Марк.

– С удовольствием! – я посмотрела на Аню, которая была стильно одета: высокие джинсы и укороченный бежевый свитер.

– Учись, Мира! – Аня послала мне воздушный поцелуй.

– Крепись, Соня! – Мира передразнила Аню и послала ей воздушный поцелуй.

– Держитесь все! – засмеялся Денис и послал всем поцелуи.

– Слушайте, а не хотите погулять? – сказал Марк, и мы услышали, как Кефир побежал в нашу сторону.

– Кто-то услышал любимое слово, – Денис подбежал к Кефиру и взял его на руки. – Пойдешь гулять?

Кефир замотал всем телом.

– Конечно, пойдет. Верни собаку на пол, – Мира вскочила на ноги и подбежала к Денису. – А кто его поведет? Чур я!

– А можно я свою собаку сам поведу? – Марк улыбнулся друзьям.

– Можно, конечно, но это скучно! – Мира захлопала ресницами. – Дай ему отдохнуть от тебя.

– Ладно, – протянул Марк.

– Вы заметили, что в этом году зима просто сказочная? – спросила Аня и втянула носом морозный воздух.

– После трех месяцев дождей, не поверишь, заметили! – с деловым видом ответила Мира.

– Язва! – крикнула Аня и бросила в Миру снежком.

– Держи собаку! – Мира отдала поводок Марку и побежала за Аней, по пути кидая в нее снежки.

– Денис! – закричала Аня. – Помогай!

И Денис бросился в пучину снежной битвы. Марк спустил Кефира с поводка, и тот с радостным лаем побежал к ребятам.

– Ты как? – спросил меня Марк.

– Отлично! Чувствую себя своей, – честно ответила я.

– Я очень рад. Ты понравилась ребятам, – Марк приобнял меня.

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Если бы ты им не понравилась, они бы это как-нибудь показали, – спокойно ответил Марк.

– Да? – с сомнением произнесла я.

– Ага! Помнишь, сегодня рассказывали про «друга» Ани? Так вот, он дико не понравился Мире с Денисом. Они не могли остановиться и постоянно над ним шутили. Это было, конечно, некрасиво, но эффективно. Больше он не клеился к ней, – рассказал Марк.

– А вдруг там была настоящая любовь? – моему возмущению, казалось, не было предела.

– Точно нет. Ане просто хотелось пойти на бал с парнем, а он к ней класса с восьмого лип. Это ее сосед, – пояснил Марк.

– А если бы я им не понравилась?.. – испуганно спросила я.

– Такое исключено, – твердо ответил Марк.

– Ну ты просто представь… Ты бы позволил им шутить надо мной? – я не могла успокоиться.

– Такое поведение у них было разовое. Они не стали бы как-то обидно над тобой шутить.

– Марк…

– Я бы не позволил им как-то плохо себя вести с тобой.

Я обняла его руку своими руками. Иногда наши жесты значат больше, чем слова. Этим объятием я говорила спасибо. Мы стояли и молча смотрели на друзей, которые веселились, словно маленькие дети. Совсем недавно мы так же играли в снежки вдвоем. И нам не хотелось перебивать те ощущения.

– И что вы стоите? – крикнула Мира.

– Смотрим! – крикнул в ответ Марк.

– Глаза сломаете!

– Починим!

– Ну как хотите! – ответила Мира и помогла Ане завалить Дениса на снег.

– Сумасшедшие! – Марк кинул в друзей снежком.

– Кто? Мы? – три залепленных снегом человека бросились на нас.

– Кажется, нам конец! – Я быстро слепила снежок и бросила в ребят. В ответ на меня прилетело сразу шесть снежков.

– Берегитесь! – Мира поправила шапку, которая съехала ей на глаза.

«И началась великая битва…» – так написали бы в учебнике истории, если бы этот момент был важен для кого-то, кроме нас. А для нас он значил очень многое: у меня появились друзья; ребята были рады; Кефир наслаждался играми. Запах зимы смешивался со счастьем отдельных людей. Может быть, именно это делало зиму в Санкт-Петербурге такой сказочной?

Мы вернулись в квартиру. Одежда у ребят была насквозь мокрая, мы с Марком, на удивление, остались почти сухими. Марк дал друзьям свою одежду, и, когда они все переоделись, мы снова сели на кухне отогреваться облепиховым чаем.

– Если я заболею, то мне точно не отвертеться от лукового супа, – весело сказала Мира.

– Я уже хочу его попробовать, – ответил ей Денис.

– Это очень легко устроить. Приходите завтра все ко мне на суп! – со смехом пригласила нас Мира.

– К сожалению, я не могу! Мне нужно идти на день рождения хомячка двоюродной тети троюродной сестры моей мамы, – ответил Марк.

– Как жаль! Может быть, тебе передать в контейнере? Для хомячка, – Мира решила поддержать шутку.

– Ты хочешь, чтобы это был его последний день рождения?

– Да ну тебя! – Мира показала ему язык в ответ. – В Мюнхене ты так в снежки не поиграешь. Будешь скучать по снегу?

Я в недоумении посмотрела на Марка, а он серьезно на Миру.

– Ой… Я что-то не то сказала?.. – Мира вжалась в спинку стула.

– Что ты имеешь в виду? – после недолгой паузы я спросила у Миры.

– Соня… – Марк закрыл глаза и вздохнул. – Я не успел сказать… Я не знал, как сказать…

– Что? – почти шепотом спросила я.

– Мы с родителями переезжаем в Мюнхен. И, кажется, навсегда. Им давно предлагали работу, они решили согласиться, – выпалил Марк и посмотрел на меня. – Я готовлюсь к поступлению в ветеринарную академию…

Внутри меня все оборвалось. Было ощущение, что я сорвалась с обрыва и летела, летела… «Тебе понадобятся друзья…» Я вспомнила эти слова Марка. Вот что они значили. Вот почему он так тянул с поцелуем. Остается один вопрос: зачем? Зачем он все это начал?

Мне хотелось зарыдать и выбежать из квартиры. Но я не хотела показывать себя слабой плаксой. Собрав все силы, я сказала:

– Мюнхен очень красивый город. Но снега там действительно не так много.

– Соня… – Марк попытался взять меня за руку.

– Ребята, спасибо за классный день! Но мне нужно идти, я обещала бабушке вернуться пораньше. – Я встала и направилась к выходу. – Очень рада с вами познакомиться.

– Соня, постой! – Марк выбежал за мной в коридор и схватил за руку.

– Отпусти, – очень спокойно сказала я. – Мне нужно домой.

– Я тебя провожу… – в растерянности сказал Марк.

– Лучше побудь с друзьями. Вы же надолго расстанетесь, – я вырвала свою руку из его.

– Соня… – с мольбой проговорил он.

– Пока! – сказала я и выбежала. И бежала я до самого дома, боясь, что если остановлюсь, то не выдержу и разрыдаюсь.

Только забежав в квартиру, я позволила себе расплакаться, рухнув на пол. На звук моих рыданий из комнаты вышла испуганная бабушка.

– Соня, деточка, что случилось? – бабушка опустилась ко мне.

– Ничего! – я огрызнулась сквозь слезы.

– Пойдем, я налью тебе воды. Нужно успокоиться. Тебя кто-то обидел? – бабушка помогла мне снять обувь, шубу и дойти до кухни. – Рассказывай.

Я не знала, с чего начать. С того, что я придумала и поверила в сказку, которая так быстро оборвалась? Или с того, что я первый раз в жизни влюбилась и эта любовь причинила мне боль?

– Соня, не молчи! Я волнуюсь! – бабушка сжала мне руку. – Пожалуйста!

– Бабушка, Марк с родителями уезжает… – я всхлипнула. – Навсегда! Понимаешь?

– Сонечка… – бабушка погладила меня по волосам. – Aimer n’est pas sans amer. Любви не бывает без горечи.

– Ты знала? – неожиданно мне пришло понимание. – Ты знала?

– Знала, – бабушка опустила голову. – Но не могла тебе сказать…

– Почему?! – мои нервы были уже на пределе. – Почему?!

– Сонечка, я не могла позволить себе вмешиваться в твои отношения… Я уже однажды вмешалась в отношения твоих родителей… Понимаешь? – бабушка дотронулась до моей щеки. – А ты была такой счастливой. Мне не хотелось вмешиваться.

– Но это же другое! – я была в растерянности. – Что бы изменилось, если бы ты мне сказала?

– Твое мнение обо мне… Вот что могло измениться. Я не хочу больше мешать. Вспомни, что я тебе рассказывала… – в растерянности проговорила бабушка.

– Прости, наверное, ты права… – я, кажется, начала понимать, что бабушка имеет в виду.

Неожиданный звонок в дверь прервал наш разговор. Сердце забилось: Марк-Марк-Марк.

– Я открою дверь, – сказала бабушка. – Посиди тут.

Я прислушалась. Да, это пришел Марк, но бабушка его не пускала.

– Маркуша, ей нужно прийти в себя, – спокойным, но твердым голосом сказала бабушка.

– Елизавета Михайловна! Мне надо ей все объяснить! – вскрикнул Марк.

– Не сегодня. Приходи завтра, – все так же твердо сказала бабушка.

– Она меня уже ненавидит? – с такой печалью сказал Марк, что мое сердце сжалось и мне опять захотелось плакать.

– Марк, не говори глупости, – уже ласково ответила ему бабушка.

– Но я, наверное, ее сильно обидел…

– Вы просто слишком юные… Иди домой, а завтра со свежей головой приходи. Я постараюсь Соне все объяснить…

– Спасибо…

Бабушка закрыла дверь за Марком и пошла ко мне. Что она хочет мне объяснить? Я и так все понимаю! Просто ему хотелось как-нибудь весело провести время до отъезда, привести на бал новую девушку. А я – дура! Полнейшая дура, которая втрескалась в первого попавшегося парня, который как-то проявил себя.

– Это был Марк… Хотел поговорить, – бабушка вернулась ко мне.

– Нам с ним не о чем разговаривать! – категорично ответила я и закрыло лицо ладонями.

– Ты уверена? – бабушка села рядом со мной.

– Уверена! – почти закричав, ответила я.

– Сонечка, ты пойми, он просто не знал, как тебе сказать… Он встретил такую чудесную девушку, которая покорила его. Но которая живет в другом городе и пробудет тут только две недели. Как ему сказать, что он уезжает в другую страну, когда у него вспыхнули чувства? Ему тоже тяжело. Вдруг он думал, что для тебя это просто приключение на каникулы? Марк же не знает твоих чувств. Он не знает, что ты испытываешь к нему.

– Но я же не смогу быть с ним… Я не хочу больше его видеть… Мне больно! – закричала я.

– Больно… Это любовь, она не всегда сказочная… – ответила бабушка и обняла меня.

– Но я поверила в эту зимнюю сказку… Намечтала… – всхлипнула я.

– Поговори с ним завтра, – попросила бабушка.

– Нет! Я не могу! – Мне захотелось вырваться и спрятаться в шкаф.

– Поверь, он не хотел ничего плохого. Вы просто еще не умеете жить с такими чувствами. – Бабушка говорила таким успокаивающим голосом, что мне действительно становилось легче.

– Все было бы проще, если бы он сказал сразу… – продолжила я шмыгать носом.

– Знаешь, могло быть так же тяжело…

– Но я бы знала, что меня ждет… Что после Нового года я опять останусь одна…

– Ты не останешься одна! У тебя теперь есть друг.

– Не нужен мне такой друг…

– Сонечка, ты завтра будешь думать по-другому. Сейчас в тебе говорят эмоции…

– Завтра ничего не изменится. Он обманул меня.

– Такая ты у меня еще маленькая…

– Бабушка, я не маленькая. Я понимаю, почему ты мне не рассказала. Может быть, ты подумала, что для меня это тоже просто зимнее приключение, но нет. Я не понимаю Марка… – твердо ответила я и отстранилась от бабушки.

Силы на общение у меня пропали. Я не хотела больше слушать, какой он хороший и что я все не так себе представляю.

– Бабушка, прости, я пойду к себе. – Я встала и собралась уходить.

– Конечно… – бабушка подошла ко мне, обняла и прошептала: – Я рядом. Все будет хорошо. Все будет…

Вот и закончилась новогодняя история первой любви. Какая же я, оказывается, глупая… Привыкла все держать под контролем, а, получив немного свободы, сразу вляпалась в историю, которая поменяла всю мою жизнь, поменяла меня. Я не готова переезжать в Санкт-Петербург! Поступлю учиться в Москве… Может быть, Академия тоже меня разочарует, как и первая любовь? И я буду страдать еще больше.

Слезы покатились по щекам, словно первые весенние ручейки. Мне стало нестерпимо жалко себя. А еще жалко маму и бабушку. За несколько часов я смогла разочароваться в себе и точно разочарую их.

Боль сковала меня, я лежала на кровати, поджав ноги. Как же жаль, что мама далеко. Она бы меня обняла, и все бы прошло, словно это был сон. Каждый раз, когда мне становилось из-за чего-то грустно, я так же ложилась на кровать и тихо плакала. Мама ложилась ко мне, обнимала и легонько гладила. И в этот момент вся моя боль уходила. А сейчас? А сейчас я одна. И я запуталась. В своих мыслях, в происходящем.

Телефон безостановочно вибрировал от звонков Марка. Мне не хотелось его слышать, не хотелось с ним говорить. Закрыв голову подушкой, я попыталась остановить слезы. Но каждый раз, когда на экране телефона высвечивалось «Марк», мои дурацкие бабочки предательски начинали трепетать. Я взяла телефон, чтобы прочитать сообщения.

«Поговори со мной, Соня».

«Прошу».

«Прости меня!»

«Я просто не знал, как сказать… Когда был подходящий момент?»

«Я не хотел тебя обижать, поверь мне…»

Я удалила все сообщения и выключила телефон. Не хочу, не хочу, не хочу! Слезы снова брызнули из глаз. Чтобы как-то прийти в себя, я открыла окно. Холодный воздух обжег лицо, слезы остановились и дыхание пришло в норму. «Живи здесь и сейчас» – а как жить, если «сейчас» совершенно отвратительное? Взрослеть – это больно. Почему этому не учат в школе и так редко говорят родители? На улице какая-то пара в шапках с помпонами, стоя в обнимку, смотрела, как их собаки играют в снегу. Мы могли бы так же… Хлоп! Окно закрыто. Вместе с этим хлопком я оставила свои мечты о прекрасной любви на морозе, где им самое место. Может быть, любовь нужно как-то заслужить? Может быть, она не дается просто так? Нельзя приехать в город своей мечты, сразу встретить настоящую любовь и жить долго и счастливо.

Я представила, что, пережив это разочарование, я возвращаюсь в Москву, там поступаю учиться и в перерыве между лекциями, когда все бегут в столовую, я сталкиваюсь с художником из параллельной группы… И вот он сбивает меня с ног, листы с рисунками рассыпаются по полу, он помогает мне их собрать… мы смотрим друг на друга, и… и ничего! Я не смогла представить. Я не хочу больше любви. Решено: уеду в горы и буду жить в одиночестве.

Разочарование сменилось злостью на себя. Мне теперь нужно рассказать маме, что я передумала переезжать и что любовь оказалась совсем не любовью. «А чем?» – спросит мама. «Мечтами», – отвечу я. Мама будет плакать, тихо, не устраивая истерик. А когда успокоится, поймет, что все вернется на свои места, – я буду рядом. А вот мне придется тяжелее – нужно будет принять тот факт, что я останусь в родном городе с разбитыми мечтами.

Мне снова захотелось подойти к окну, чтобы взглянуть на Санкт-Петербург, убедиться в своей правоте. Огромные хлопья снега медленно падали, кружась в причудливом танце, словно это был балет снежинок. Теплый блеск луны, горящие фонари и свет из окон домов так уютно освещали улицу, что мне захотелось превратиться в снежинку, которая будет просто танцевать. Зимний город был прекрасен, но не сумел убедить меня переехать. «Нет, ты слишком меня обидел», – сказала я городу.

Когда я включила телефон, мне снова пришли СМС от Марка. Не читая, я их удалила. В чем смысл? Даже если представить, что я его прощу, то что дальше? До Нового года четыре дня, после праздника я уеду домой, а дальше The End, который так и не станет Happy End.

Как жаль, что у меня нет близкой подруги, которой можно было бы написать или позвонить. Она сказала бы, какой Марк дурак и какое я солнышко и лучшая девушка на свете. А я просто сижу в одиночестве и могу поделиться переживаниями только с мамой и бабушкой. А они точно не поддержат меня так, как мне бы хотелось. А может, и не было бы этой всей ситуации, если бы у меня была подруга? Я не была бы такой доверчивой. И мы вместе поехали бы в Питер и просто классно провели бы время с Марком и его друзьями. Большой компанией сходили бы на каток и в кафе, помогли бы Марку выбрать котенка. Мы бы подружились с Мирой, Денисом и Аней. Гуляли бы вместе, обсуждали учебу, кино и все-все, что обсуждают друзья: серьезное и глупое. И все вместе проводили бы Марка в аэропорт… Но такой подруги у меня нет. Я не поеду провожать Марка, не встречусь больше с его друзьями. Да и с ним будет только случайная встреча через много лет, когда я приеду к бабушке, чтобы опять представить, как могла сложиться моя жизнь, если бы я переехала в Петербург. А Марк приедет из Мюнхена, чтобы Екатерина Романовна могла понянчиться с правнуками. Да, я нарисовала замечательную картину своего будущего, где в моей жизни нет ярких красок и радостных моментов, где есть только печаль и серость, как будто кто-то раздавил графитовый карандаш.

Человек часто совершает эту ошибку: думает, что его жизнь может превратиться в сценарий романтической мелодрамы, которую крутят в кино в День святого Валентина, или роман, который ты читаешь с улыбкой, понимая, что герои созданы друг для друга. Но в жизни все оказывается по-другому: ты можешь влюбиться в парня, а он уезжает в другую страну. Да-да, насовсем; тебе понравится девушка, которая никогда не обратит на тебя внимания; ты можешь улететь в Париж и не встретить там свою любовь; на самой классной вечеринке ты не встретишь своего идеального принца. Вот так. Жизнь может быть жестокой. И надо об этом всегда помнить. И не совершать такую ошибку, как я. Больше я не буду смотреть романтические фильмы и читать книги о любви. Заменю их, например, документальными короткометражками и биографиями великих людей. Так и сделаю, хватит уже этих розовых очков. Буду смотреть на мир реально. А Марк? Пусть спокойно переезжает в Мюнхен. Я вычеркну из своей памяти эти дни. Главное, что я подружилась с бабушкой, и теперь с большим удовольствием мы с ней будем созваниваться и переписываться. Летом она приедет к нам с мамой. Я покажу ей город и свои любимые места, мы сходим в театры, музеи и кафе. А мама посмотрит, какая бабушка замечательная, и сможет оставить свои обиды позади. И мы станем собираться вместе по праздникам. Так и будет.

Мысли путались с чувствами. Я села на пол, облокотилась на кровать и встряхнула головой, надеясь, что это меня отрезвит. Контрастный душ помог бы лучше. А может, мне завтра уехать домой? Встречу Новый год с одноклассницами. Или пойду с мамой в гости. Пусть мне будет скучно… Скучно. Но мне не придется встречать Новый год с Марком. Эта ссора не отменит бабушкин план отмечать праздник у нее. А Екатерина Романовна точно придет с Марком. И всю праздничную ночь мы будем молча смотреть друг на друга. Или еще хуже – Марк не придет, и я буду весь праздник думать о нем. Нет смысла врать себе – в любом случае я буду думать о нем. И неважно, буду я в Москве или в Питере; будем мы отмечать Новый год вместе или по отдельности.

Ощущение, что мысли о Марке надолго поселились у меня в голове. И нужно что-то сделать, чтобы они ушли. Можно попробовать начать встречаться с одноклассником. Сережа давно на меня засматривается. И уже года три дарит мне валентинки на День всех влюбленных. Жаль, что у меня никогда не было к нему ответных чувств. Для меня он слишком правильный. Все в нем идеально: от прически, где каждая волосинка лежит на нужном месте, до идеально сидящей на нем одежды, словно он только что сошел со страниц модного журнала. Но если любовь приносит боль, не лучше ли быть с просто хорошим парнем? И неважно, что в отношениях будет любить кто-то один… Такой парень, как Сергей, всегда будет рядом, будет поддерживать и красиво ухаживать. Бывают же такие романы счастливыми… Или это опять только в кино возможно? Я попыталась представить, как целуюсь с Сергеем. Бр-р-р. Ничего во мне не шелохнулось. Пусто и неромантично. Нет, роман без любви не для меня. Мне хочется вечерних прогулок и объятий, поцелуев под снегопадом, играть в снежки или вместе летом кататься на велосипедах. До безумия банальные, но такие романтичные вещи… Мне даже понравилось кататься на коньках с Марком! Это же что-то значит? Оказывается, я не любила коньки, потому что меня никто не держал за руку. А если точнее, то меня не держал за руку Марк. И смеюсь я опять громко…

Собрав всю волю в кулак, я взяла телефон, чтобы написать маме. Кажется, пора заканчивать с этими вечерними СМС, которые могут ее напугать…

«Мама, я останусь в Москве…»

28 декабря

Утро было ужасным. Вечером я переписывалась с мамой несколько часов. Она смогла уговорить меня остаться на Новый год у бабушки, чтобы не обижать ее. Сейчас я понимаю, что это правильное решение. Мне не хотелось бы испортить только наладившиеся с ней отношения. Отражение в зеркале меня испугало – на меня смотрело лохматое нечто, которое плакало половину ночи.

– Доброе утро, Соня! Приходи завтракать! – крикнула мне бабушка.

– Доброе утро! – я подошла и обняла бабушку.

– Сырники с клюквой, греческий йогурт и кофе, – озвучила бабушка и пододвинула мне тарелку.

– Если честно, я не голодная… – есть мне совсем не хотелось.

– Дорогая моя, так не пойдет, – бабушка улыбнулась. – Ты и так слишком худая, чтобы отказываться от завтрака.

– Спасибо, – я улыбнулась бабушке в ответ.

– Налетай! А то мне будет неуютно есть, если ты станешь просто на меня смотреть, – бабушка старалась меня рассмешить.

Я попробовала кусочек сырника. Он был невероятно нежным. Творог таял во рту, а греческий йогурт отлично дополнял клюкву. Поговорка, в которой говорится, что аппетит приходит во время еды, не врет – я позавтракала с большим удовольствием.

– Вот и молодец, – сказала бабушка, когда я все доела. – Может быть, добавки?

– Спасибо! Я наелась. Очень вкусно, – я поцеловала бабушку и пошла мыть посуду.

– Соня… – по бабушкиному тону я поняла, что она хочет вернуться ко вчерашнему разговору. – Ты не поговоришь с Марком?

– Бабушка, мне правда не хочется пока с ним говорить, – меня переполняли эмоции и казалось, что еще один вопрос – и я разрыдаюсь.

– Хорошо! Захочешь – поговоришь. Какие у тебя планы на сегодня?

– Я хотела зайти в «Дом книги».

– Обожаю его! Могу часами выбирать книги и гулять по магазину.

– Не хочешь со мной? – спросила я из вежливости, однако мне хотелось побыть одной.

– Я бы с удовольствием, но сегодня у меня последний рабочий день в этом году, – ответила бабушка, и мне показалось, что она поняла мое желание одиночества. – Но в следующий раз обязательно сходим вместе.

– Конечно! – сказала я. – Пойду собираться.

«Дом книги» поразил меня настолько, что я совсем забыла о Марке и о своих чувствах. Я погрузилась в волшебный мир. Себе я решила не покупать никакую книгу, чтобы не везти ее в Москву. Куплю бабушке что-нибудь в дополнение к картине. Жаль, я не знаю, что она любит читать. Посмотрим, сумею ли угадать.

На первом этаже магазина расположили огромное количество сувениров: магниты, блокноты, картины, закладки, кружки. Мне захотелось купить сразу все. Мое внимание привлекли лаконичные магниты с надписями «Питер лучше Москвы», «Москва лучше Питера» и «Если хочешь влюбиться – переезжай в Питер». Первые два меня насмешили, а второй расстроил. Жаль, что нет магнита «Если хочешь разбить себе сердце – переезжай в Питер», он мне подошел бы больше. Повертев магниты в руках, я вернула их на место. Не хочу сравнивать эти два города и не хочу думать о любви. Резко развернувшись, я пошла выбирать книгу для бабушки.

Пройдя мимо стеллажей с классической литературой, я подошла к русской современной прозе. Мне пришла в голову идея купить бабушке книгу любимой маминой писательницы Наринэ Абгарян. С чего бы мама посоветовала начать знакомство с автором? Наверное, со сборника рассказов. Мама говорила, что они очень теплые и пропитаны любовью к людям и родине. Обложка этого сборника просто прекрасна. Когда я увидела ее впервые, мне еще больше захотелось рисовать для книг: красные живые цветы на серой безжизненной стене. Эта иллюстрация завораживает и заставляет задуматься о жизни.

Как зомбированная, я подошла к стеллажу с комиксами и графическими романами. Обожаю читать биографии в комиксах. Мое внимание привлек графический роман про уличного художника Бэнкси. Интересно, в нем есть ответ, кто этот человек? Марк бы оценил эту книгу – почему-то мне так показалось. Я решила купить ее для него, все равно на Новый год он придет… Мне стало очень грустно. Кажется, быстро выкинуть Марка из головы у меня не получится.

Из магазина совершенно не хотелось уходить, поэтому я продолжила гулять между рядами с книгами. Что бы еще купить? И словно пораженная молнией, я вспомнила о Рите. Точно! У меня же появилась питерская подруга. Что я могу ей подарить? Она такая необычная девушка, но я о ней мало что знаю. Ей нравятся флористика и мода. Во флористике я вообще ничего не понимаю, поэтому остановлюсь на моде. Потратив полчаса, я отчаялась найти что-то стоящее. И тут случилось чудо! Я увидела альбомы для раскрашивания, которые были вдохновлены фотографиями из самого популярного журнала о моде и стиле. Это то, что нужно! От переполняющей меня радости захотелось прыгать.

Из магазина я вышла совершенно довольной. Настроение было таким хорошим, что даже вчерашняя ситуация мне стала казаться не такой ужасной. Я поступлю как взрослый человек – вручу Марку подарок и пожелаю удачи. Я же действительно хочу, чтобы у него все было хорошо.

Чрезвычайно довольная собой, я решила зайти в кафе, чтобы выпить кофе. Уютно устроившись у окна с чашкой вкусного напитка и маленьким пирожным, я стала наблюдать за проходящими мимо окна людьми. Еще с детства у меня появилась привычка – придумывать людям истории. Чтобы скоротать время в метро, я смотрела на человека и придумывала, кто он по профессии, куда едет, влюблен ли он. Мимо окна прошли парень с девушкой с очень грустными лицами. Я решила придумать их историю: почему же они грустные? Пусть он будет моряком, который всю жизнь проводит на корабле. А только раз в год на две недели выходит на сушу. И вот однажды он гулял по солнечному городу и встретил прекрасную девушку в легком белом платье. Он сразу обратил на нее внимание, ведь ее платье так красиво развевалось на ветру, словно парус. А она? Пусть она будет искусствоведом, который ужасно боится воды. И в тот день она шла и мечтала о любви. Навстречу ей шел молодой человек, который с невероятным интересом рассматривал архитектуру города и изучал дома. После первого поцелуя они поняли, что созданы друг для друга. Только есть одно «но»: он не может без воды, а она не любит воду. Тогда они поклялись друг другу, что будут вместе. И вот уже пять лет он приплывает к ней на две недели. И это лучшие две недели в году, которые так быстро проходят…

Мне стало немного смешно от этого рассказа, поэтому я решила выбрать кого-нибудь еще. К окну подошла эффектная женщина, которая посмотрела на свое отражение, поправила прическу, улыбнулась и, довольная, пошла дальше. Кто же эта женщина? Она успешная бизнес-леди, которая спешит на свидание… Опять любовь? Нет. Она спешит на свидание со своим сыном. Ему три года, у него очаровательные белые волосы, и сегодня у него появятся дом и мама. А у нее появится сын. И они станут самыми родными друг для друга людьми.

Когда придумываешь такие истории, время в метро проносится очень быстро и интересно. И сейчас я не заметила, как просидела сорок минут в кафе. Расплатившись, я вышла на морозную улицу, которая была залита солнечным светом. Сейчас бы на каток…

– Бабушка, я дома! – крикнула я, когда зашла в квартиру.

– Как поход в магазин? Похвастаешься? – бабушка вышла ко мне навстречу.

– Я купила для Риты раскраски в подарок. Помнишь девушку из цветочного? Мы с ней немного сдружились, – я решила не рассказывать бабушке, что купила книгу еще и для Марка.

– Это здорово! Она очень милая, – улыбнулась бабушка.

– Ага! Пойду переоденусь, – сказала я и пошла в свою комнату.

Через несколько минут в комнату постучалась бабушка.

– Сонечка, приходил Марк… – немного смутившись, сказала бабушка.

– Что он хотел? – максимально равнодушно спросила я.

– Поговорить… – бабушка заглянула мне в глаза.

– Нам пока еще не о чем разговаривать. Бабушка, я пока не готова… – я попыталась ответить максимально равнодушным голосом.

– Соня, я даже не предполагала, что ты такая решительная, – с удивлением в голосе проговорила бабушка.

– Я не решительная… Наоборот, я трусиха. Мне страшно с ним разговаривать. Боюсь показаться слабой, – с грустью призналась я.

– Детка, ничего страшного нет в том, чтобы показать свою слабость. Поверь мне, – сказала бабушка своим успокаивающим тоном.

– Я верю, но все равно боюсь, – сказала я и опустила голову.

Бабушка обняла меня и погладила по волосам.

– Ему тоже страшно. У Марка это тоже впервые.

– Ладно, если он мне позвонит, то я с ним поговорю.

– Вот и умничка!

Бабушка посмотрела на меня так, будто хотела еще что-то сказать, но не решилась. Чтобы скрыть этот неловкий момент, я начала разговор уже на другую тему:

– А у тебя ученик отменился?

– Нет, я через час поеду.

– А почему ты сама ездишь к ученикам?

– Я не ко всем езжу. Сегодня у меня занятие с мальчиком Петей. Он совершенно очаровательный первоклашка, но его родители много работают, поэтому мы договорились с ними, что я буду сама приезжать.

– Не устаешь? – я все еще удивлялась бабушкиной энергии.

– Нет, для меня это, наоборот, стимул. Стимул держать себя в руках и хорошо выглядеть. А то я такая ленивая, что, если бы мне не нужно было ездить к ученикам, я бы быстро потеряла форму.

– Бабушка, да ты кокетка, – я заулыбалась, глядя на бабушкину реакцию.

– Соня, я не напрашиваюсь на комплимент! – бабушка немного покраснела от смущения.

– Совсем-совсем? А то мне показалось… – с хитростью сказала я и подняла бровь.

– Соня! – как можно серьезнее сказала бабушка.

– Бабушка, ты великолепно выглядишь! – Я подошла к ней и обняла.

– Спасибо! – бабушка обняла меня в ответ. – Это очень приятно слышать.

Наш разговор прервал неожиданный звонок в дверь.

– Ты кого-то ждешь? – в недоумении спросила я у бабушки.

– Нет. Думаю, это к тебе… – немного тихо сказала она и пошла открывать дверь.

– Бабушка… – я не знала, что сказать.

Внутри меня все сжалось. Я чувствовала, что пришел Марк. Он хочет поговорить, но сил и желания на разговоры у меня не осталось. Мне просто нужно побыть одной и постараться себя собрать из тех кусочков, которые совсем недавно были мной.

– Елизавета Михайловна, – я услышала голос Марка в коридоре, – можно к Соне?

– Пойдем, я провожу тебя, – даже слишком ласково сказала бабушка.

Я слышала их шаги, еще несколько секунд, и Марк зайдет в комнату. Будет слишком глупо, если я спрячусь в шкаф?

– Соня, к тебе Марк пришел, – все так же ласково сказала бабушка. – Вы тут поговорите, а я поехала к ученику.

– Спасибо, Елизавета Михайловна, – очень галантно сказал Марк. И от этого меня немного передернуло – он обучен хорошим манерам, а сказать девушке, что уезжает, не додумался. Тоже мне «кавалер»!

Бабушка тихонько закрыла дверь и пошла собираться. Мы молчали до тех пор, пока не услышали, как захлопнулась входная дверь.

– Соня… – почти прошептал Марк.

– Что? – мой голос предательски дрогнул. Я села на подоконник.

– Прости меня… – Марк сделал шаг в мою сторону.

– За что тебя простить? – с вызовом спросила я.

Марк замялся и ничего не ответил.

– За молчание, – через некоторое время сказал он.

Этим ответом он выбил меня из моих мыслей. До этого мне хотелось кричать и требовать, чтобы он все объяснил. А в его «за молчание» было сказано больше, чем я могла требовать.

– Марк… – тихо сказала я и отвернулась в окно. – Я простила тебя сразу, но…

– Что «но»? – Марк сделал еще шаг ко мне.

– Но мне больно! – твердо ответила я и продолжила: – Больно и обидно. У нас все так быстро завертелось…

– Именно поэтому я все никак не мог сказать… Мне было страшно спугнуть то, что у нас зарождалось… – Марк шмыгнул носом, и я повернулась. Не знаю, ждала ли я, что он начнет плакать. Марк не плакал, но в его глазах можно было увидеть целый океан грусти, в котором я сразу начала тонуть.

– Понимаешь, за несколько дней тут моя жизнь, да и я сама, изменилась! – по моей щеке побежала слеза. – А сейчас? Сейчас все будет как прежде? Несколько дней новой жизни, которая меня окрылила, и резкий скачок назад. Я так не хочу. Я так не могу…

– Соня, – Марк сделал еще шаг и оказался на расстоянии вытянутой руки от меня. – Прости меня, я кретин… Я сначала думал, что для тебя это просто развлечение, чтобы было нескучно в Питере…

– Марк, ты совсем дурак? – искренне спросила я. – Разве ты не понял, что я тебе открылась? Я никому так много о себе не рассказывала, как тебе.

– Конечно, понял… И было уже поздно тебе рассказывать… – Марк посмотрел на меня с невероятной грустью.

– И ты планировал просто поставить меня перед фактом, что ты уезжаешь? – спросила я.

– Я не знаю… – Марк подошел ко мне вплотную. – Я просто не хотел тебя обижать… Я не хотел тебя отпускать. Мне хотелось как можно дольше пробыть с тобой. Знаю, я поступил слишком эгоистично. Я думал только о себе.

– Если бы ты раньше сказал, то мы могли бы что-нибудь придумать… – слезы медленно продолжали капать у меня из глаз.

– Что? – тихо спросил Марк. – Я всю голову сломал, пытаясь хоть что-то придумать…

– Я не знаю, – призналась я. – Но, если бы ты сказал раньше, мне было бы намного легче.

– Думаешь? – Марк посмотрел мне в глаза и аккуратно стер слезинку с моей щеки.

– Наверное, – ответила я и отвела взгляд. – Я бы не строила планы…

– Планы? – повторил Марк.

– Да, – кивнула я. – У меня был план переезда. И ты в нем тоже оказался…

– Соня… – Марк обхватил мое лицо ладонями и поцеловал. Сил сопротивляться не было.

– Марк, прекрати, – попросила я.

– Я не могу, – твердо сказал Марк и поцеловал меня снова. А я не могу оттолкнуть его. Почему все происходит именно так?

– Давай все закончим, – взмолилась я. – Не хочу, чтобы все стало еще хуже. Давай просто остановимся и Новый год встретим как друзья.

Марк сделал шаг назад.

– Как друзья? – растерянно спросил он.

– Да, – я была полна решимости. – Больше никаких поцелуев, держаний за руки или обнимашек. НИ-ЧЕ-ГО!

– Ничего… – Марк зажмурил глаза. – Я так не хочу.

– Я тоже, но и страдать не хочу… – Мне было больно это говорить, но я решилась: – Лучше оставить все как есть. Я вернусь к своей прошлой жизни.

Марк печально посмотрел на меня. От этого взгляда по мне пробежали мурашки.

– Иди домой, – попыталась максимально спокойно сказать я. – Это не кино, это жизнь. И в ней случается всякое. Поэтому сейчас мне хочется поставить точку.

– Сходи со мной на бал, – попросил Марк. – Пусть наша точка будет красивой.

– Наша точка уже поставлена, – я слезла с подоконника и пошла к выходу. – Передавай привет друзьям.

Марк, опустив голову, пошел следом. От его вида у меня внутри все сжалось.

– Соня… – начал он.

– Марк, я все сказала! – я попыталась произнести это холодным голосом.

Я открыла дверь и пропустила Марка. Он вышел без слов, даже не взглянув на меня.

Как только дверь захлопнулась за его спиной, слезы огромными каплями полились у меня из глаз. Почти ничего не видя, я добежала до кровати у упала лицом в подушку. Прорыдав несколько минут, я села на кровать, поджав ноги, и попыталась прийти в себя. Я никогда не видела себя такой: впервые у меня получилось собраться и с холодной интонацией ответить. Я справилась с эмоциями, пусть и не сразу, но мне удалось!

От всех эмоций и выплаканных слез у меня разболелась голова. Я пошла на кухню, заварила чай и открыла окно. Кухня наполнилась морозным воздухом и счастливыми криками детей, которые кидались снегом и бегали друг за другом.

От свежего воздуха головная боль стала проходить, я села на стул и сделала глоток чая. Я поняла, что повзрослела. Одно разочарование, один разговор, одна боль – и ты уже не просто школьница, а взрослая девушка. Но было ли взрослым мое решение отказаться идти с Марком на бал? Может быть, нужно согласиться и поступить по-взрослому, как голливудская актриса, не получившая «Оскар», которая аплодирует и улыбается сопернице, хотя внутри чувствует себя полностью раздавленной от обиды? Нет, я не чувствовала в себе столько сил, чтобы прийти на бал и быть холодной, отстраненной или делать вид, что между нами ничего не произошло.

Я допила чай, закрыла окно и пошла к себе в комнату. А не глупо будет дарить Марку подарок? Наверное, взрослая версия меня подарила бы. Значит, и я подарю. Что точно по-взрослому, так это удалить наши фотографии с телефона. Так делают во всех фильмах. Я открыла галерею, выбрала фотографии, но не смогла нажать на кнопку «удалить». Все-таки в жизни это тяжелее. Я не хочу их удалять. Пусть они останутся напоминанием того, что я должно жить разумом, а не чувствами. Грустным напоминанием о новогоднем чуде, которое разбило мне сердце…

Как же мне хочется с кем-то это обсудить. Но бабушка все равно поддержит Марка, а мама далеко. Мне нужно, чтобы кто-то сказал, что я делаю все правильно. Я ухмыльнулась – взрослая девушка, которая ждет, чтобы за нее приняли решение. Соня, ты просто фантастическая дура, а не взрослая! Сама придумала новогоднюю сказку, сама в нее поверила, а потом еще умудрилась разочароваться! Вывод такой: Деда Мороза не существует, магии не существует, любви… не существует. А если любви не существует, то что я чувствую? Боль, разочарование, жалость. Но под этим всем, кажется, все-таки спряталась любовь. Просто она сейчас стала такой маленькой, что ее не видно. Я ведь уже призналась себе, что влюбилась в Марка. А теперь нужно поверить, что это какое-то другое чувство. Я еще и противоречивая дура. Противоречивая фантастическая дура, которая верит в новогоднее чудо. Почему-то, когда я себя обзывала, мне становилось легче. Забавно, мне хотелось винить во всем себя, но не Марка.

Я подошла к зеркалу и с разочарованием посмотрела на себя: я не могу обрезать волосы под каре, как делают многие девушки, когда расстаются с парнями. Мои кудряшки просто будут стремиться вверх, если я решусь на такую стрижку. Когда маме грустно, она всегда красит губы яркой красной помадой. Говорит, что она ее защищает и делает уверенней. Думаю, у бабушки должна быть такая помада. А уверенность в себе мне сейчас точно не повредит.

Я открыла шкафчик с бабушкиной косметикой, в котором словно в магазине все стояло аккуратно: помады, крема, тушь. А вот и она – алая помада. Отражение в зеркале меня немного напугало, я никогда не красила губы яркими помадами – только блестящими бальзамами. Я закрыла глаза и постояла так несколько секунд. Нет, это не мое, поняла я, когда открыла глаза. На меня смотрела взрослая, серьезная девушка. Она даже показалась эффектной. Но это точно не я. Мне осталось только стереть помаду и пойти искать уверенность новым способом. Но никаких идей больше не появилось. И от этого мне захотелось опять разрыдаться. Стены квартиры стали давить, я почувствовала себя мышонком в клетке. Лучше выйти на улицу – прогулка всегда помогает, когда хочется что-то обдумать, собрать мысли в кучу или принять какое-нибудь важное решение.

Хорошо, что у бабушки сегодня ученик, и она не присутствовала при нашем разговоре с Марком. Не хочу, чтобы она видела меня такой… сломленной? Истеричной, подавленной, холодной. Приехала внучка в гости, собиралась остаться жить с ней, придумала себе любовь, разочаровалась в любви, а потом решила не переезжать. Наверное, мама и правда понимала, что мне будет лучше пока жить с ней. И я не должна вмешивать бабушку в свои переживания. Может быть, я и повзрослела, но веду себя как ребенок.

Я была уже готова надеть шубу, чтобы выйти на улицу, но неожиданно прозвучал звонок в дверь. Испугавшись, я посмотрела в глазок. Темнота…

– Кто там? – немного дрожащим голосом спросила я.

– Свои! – из-за двери послышался знакомый голос.

Я снова посмотрела в глазок и увидела улыбающееся лицо Миры. Зачем она пришла? Мне совершенно не хотелось с ней говорить. Мне вообще ни с кем не хотелось разговаривать. Но будет глупо, если я не открою ей дверь. Глубоко вздохнув, я повернула ручку замка.

– Привет! – сразу затараторила Мира. – Я понимаю, что ты сейчас вряд ли захочешь с кем-то из нас разговаривать, но…

Мира развернула большой лист бумаги, на котором разноцветными маркерами было написано «СОНЯ».

– …Именно поэтому мы будем молчать, а ты просто читай, – продолжила Мира и поменяла плакат.

«ПРОСТИ, ПОЖАЛУЙСТА, МАРКА» – Мира сделала шаг в сторону.

На ее место подошел Денис с новым плакатом:

«НАС ТОЖЕ ПРОСТИ. МЫ НЕ ХОТЕЛИ ТЕБЯ ОБИДЕТЬ» – было написано на втором плакате.

Денис отошел в сторону, а ко мне подошла Аня со следующим плакатом:

«ТЫ ОЧЕНЬ НРАВИШЬСЯ МАРКУ».

В носу у меня защипало, и из глаз медленно потекли слезы. Это было так глупо-романтично, что я почувствовала себя героиней новогодней мелодрамы.

Аня подвинулась к ребятам, а за ней с новым плакатом и букетом сухой лаванды стоял Марк. Бабочки внутри меня очнулись, словно после спячки. Мне даже показалось, что вот-вот – и я взлечу!

«ПОЙДЕШЬ СО МНОЙ НА БАЛ?»

Мы смотрели друг на друга и молчали. Каждый из нас был в ожидании. В ожидании решения, которое я приму. Марк нарушил тишину:

– Соня, – он протянул мне букет, – я понимаю, что был неправ. Я поступил глупо и некрасиво, но это только из-за того, что у меня такое впервые. Я надеюсь, что ты сможешь меня простить и пойдешь со мной на бал.

Я молча взяла букет. Мне так много хотелось ему сказать, но в горле пересохло от волнения. Немного успокоившись, я взяла себя в руки и сказала:

– Пойдемте пить чай…

– Ур-р-ра-а-а!!! – закричала Мира, а с лица Марка пропало напряжение.

Мы прошли на кухню, я положила букет на стол, и от него расплылся аромат уюта и тепла.

– Сонь… – Марк посмотрел мне в глаза.

– Да, я пойду с тобой на бал, – тихо ответила я и отвела взгляд.

– Ура! – снова закричала Мира.

– Тише ты! – буркнула на нее Аня. – Спугнешь их.

Марк помог мне расставить кружки с чаем.

– Кто придумал идею с плакатами? – немного стесняясь, спросила я.

– Ой, это Аня! – Мира заулыбалась подруге. – Она у нас спец в любовных делах.

– Мира! – Аня пнула ее по ноге. – Мне правда показалось, что это поможет.

– А вот цветы такие придумал купить Марк, – поддержал Друга Денис.

– Я очень люблю сухоцветы, – сказала я и поднесла ароматный букет к носу.

– Вас, женщин, сложно понять, – сказал Денис. – Вам или сто одну розу подавай, или полевые цветы.

Аня пнула и Дениса, а он только ойкнул в ответ.

– Нам главное не цветы, а внимание! – сказала она.

Мы с Марком переглянулись и улыбнулись друг другу. Было очень приятно наблюдать за общением ребят.

– Я очень рад, что ты согласилась пойти на бал. Тебе понравится. Обещаю! – Марк взял меня за руку. – Я зайду за тобой в половине шестого, хорошо?

– Хорошо, – я улыбнулась ему в ответ. Все переживания и злость у меня исчезли. Почему бы не закончить этот год балом? Вполне неплохая идея. – Только мне не в чем идти… У меня ничего зеленого нет. Я постараюсь завтра себе что-нибудь купить…

– А приходи утром ко мне, мы что-нибудь подберем тебе из моего гардероба, – предложила Аня. – Нет смысла тратиться из-за одного вечера.

– Спасибо! – это было так мило с ее стороны, что мне захотелось ее обнять.

– Тогда я с вами! – Мира заерзала на своем месте и показала парням язык. – Устроим девичник.

– А мы тогда устроим мальчишник! – Денис показал язык в ответ.

– Мира, Денис! – Аня, словно старшая сестра, попыталась прекратить детские шалости.

– Что? – хором спросили ребята.

– Прекратите! У нас серьезный разговор. – На лице Ани появилось хмурое выражение.

– Ань, боюсь, что только ты так серьезно воспринимаешь этот бал, – примирительно улыбнувшись, сказала Мира.

– Ну вас! – Аня показала язык Мире и обратилась к Марку. – Ты уже выбрал, в чем пойдешь?

– Еще нет, – растерянно проговорил Марк.

– А уже пора бы. Ладно, утром пришли мне фотографию своего образа, – попросила Аня.

– Ань, зачем? – Марк удивился, а я – не меньше него.

– Зачем? Затем! – Аня всплеснула руками. – Чтобы мы с Соней подобрали подходящий наряд. Или тебе не хочется, чтобы вы сочетались?

– Хочется, наверное… – Марк растерялся.

– Ань, не мучай его, – попросила Мира. – У них же все равно что-то общее будет.

Все в недоумении посмотрели на Миру.

– Я про зеленый цвет, – засмеялась она. – А вы про что подумали?

Все громко засмеялись. Думаю, каждый из нас представил что-то свое, но никто не ожидал такого простого ответа.

– Я понял, пришлю завтра фотку, – сказал Марк.

– Вот и отлично! – Аня была крайне довольна и, повернувшись ко мне, сказала. – Я скину тебе свой адрес. Тебе совсем недалеко идти.

– Спасибо, – поблагодарила я.

– А Елизавета Михайловна не будет против? – спросил меня Марк.

– Она будет только рада, – честно призналась я, а Марк с таким воодушевлением посмотрел на меня, что стало ясно – еще он боялся обидеть и мою бабушку. Вот это мы заварили кашу…

– Я думаю, Елизавета Михайловна сама была бы не против сходить на бал, – засмеялась Мира.

– Это точно! – подтвердила Аня. – Она у тебя такая современная и красивая. Наш физрук бы точно втрескался в нее. А пока от его любви будет страдать химичка.

– Он такой любвеобильный? – смеясь, спросила я.

– Ага! – Аня кивнула. – Каждый год влюбляется в разных учительниц. Носит им цветы и конфеты.

– Прикольный почти семидесятилетний мужичок, который с возрастом не растерял романтику, – хихикая, сказал Денис.

– И это здорово! – крикнула Мира. – Но вообще, вся эта любовь-морковь не для меня.

– Посмотрим, что ты скажешь, когда будешь учиться в универе, – Аня подмигнула подруге.

– Это же и скажу, – Мира подмигнула в ответ.

Я посмотрела на Миру и поняла, что не могу представить кого-то рядом с ней. Она такая яркая, экспрессивная и открытая. Кто же сможет совладать с такой девушкой?

Аня не стала спорить с Мирой, вздохнула и посмотрела на Дениса – тот понимающе кивнул.

– Слушайте, на улице такая классная погода, может, прогуляемся? – спросила Мира.

– В такой мороз? – вздернула брови Аня.

– Если бы ты не выпендривалась своей шубкой, а ходила в пуховике, то мороз был бы тебе не страшен, – Мира не могла успокоиться и продолжала ерзать на стуле.

– Мир, пожалуйста… – взмолилась Аня. – Просто УС-ПО-КОЙ-СЯ!

– Ань, правда, пойдем, погуляем, – Денис так посмотрел на Аню, что та не выдержала и встала.

– Уговорили, – Аня закатила глаза. – Идем. Чего сидите?

Нас не нужно было долго уговаривать, мы встали, всей гурьбой вышли в коридор, а затем выскочили на улицу.

– Только, чур, без всяких игр в снежки! – грозно сказала Аня.

– Хорошо, – ответил Денис и выкинул снежок.

Интересно, когда они поймут, что созданы друг для друга?

Между нами с Марком оставалась неловкость. Он попытался взять меня за руку, но я убрала ее в карман шубы.

– Марк, не надо… – попросила я.

– Почему? – он замедлил шаг.

Мне так хотелось ответить: «По кочану!» – как иногда отвечают взрослые на детские вопросы, но я сдержалась.

– Марк, я согласилась пойти на бал, но не хочу, чтобы мне было больно.

Мы продолжили молча идти.

– Понимаешь, я буду скучать по тебе… – очень тихо сказала я.

– Я тоже буду по тебе скучать… Именно поэтому я хочу держать тебя за руку, пока есть такая возможность, – сказал Марк и снова попытался ухватиться за мою руку.

– Я не вижу смысла делать друг другу больнее. Давай эти дни проведем как обычные друзья… – мне так сложно было это произнести.

Марк остановился и посмотрел на меня.

– Если бы я мог хоть что-то изменить, поверь, я бы изменил.

Он протянул мне руку. Во мне боролись два желания: взять его руку или остаться холодной. Немного постояв, я решилась… и взяла его руку. Тепло Марка побежало по моей руке. Его счастливый взгляд заставил мое сердце биться быстрее. Его улыбка дарила мне надежду.

– Эй вы! Улитки! Почему так медленно? – Мира повернулась к нам и закричала. Мы даже не заметили, что так сильно отстали от ребят.

– Догоним? – спросил Марк. В ответ я лишь кивнула, и мы, держась за руки, побежали к друзьям.

И на этой прогулке я больше не думала, что Марк уедет, что я опять буду одинокой. Я была в окружении друзей и громкого смеха, рядом с парнем, к которому у меня есть ответные чувства. А вокруг нас стояла сказочная зима, и казалось, что у нас есть только сегодня. И что это «сегодня» будет «навсегда».

Звонок бабушки вернул меня в реальность. Надо было предупредить, что я пошла гулять. Мне нестерпимо захотелось пойти домой. Мы договорились с Аней и Мирой встретиться утром, чтобы подготовиться к балу. Все хотели проводить меня, но я настояла на том, чтобы пойти одной. Не хочу привыкать к тому, что меня кто-то провожает до дома.

Войдя в квартиру, я почувствовала аромат булочек с корицей. Кажется, бабушка виделась с Игорем Сергеевичем. Эта мысль подняла мне настроение.

– Привет, бабушка, – поздоровалась я, заходя на кухню.

– Привет, дорогая! Как у тебя настроение? – спросила бабушка.

– Знаешь, кажется, намного лучше, – сказала я. – Марк заходил.

– Вам удалось поговорить? – спросила бабушка

– Удалось… Он два раза заходил… – немного смущаясь, ответила я.

– Вы сейчас ходили вместе гулять? – продолжила расспрашивать бабушка.

– Ага, – закивала я. – Еще с ним были ребята.

– Кстати, очаровательный букет, – бабушка заулыбалась. – А запах лаванды…. Ммм…

– Марк с друзьями устроили мне сюрприз… – я покраснела.

– Ого! – бабушка вздернула брови. – А какой?

– Пришли с плакатами и пригласили на бал, – ответила я.

– Бал? – удивилась бабушка. – А! Ты про школьный бал! Кажется, «Зимний» или «Снежный»?

– «Зеленый бал», – поправила я. – Нужно быть в чем-то зеленом.

– Как здорово! – бабушка с восторгом хлопнула в ладоши. – Что же тебе надеть? Может быть, завтра пройдемся по магазинам? Мне бы тоже не помешало новое платье на Новый год. Во сколько бал?

– Ой, – я растерялась оттого, что бабушка засыпала меня вопросами. – Бал вечером. Аня, подруга Марка, позвала меня к себе, чтобы мы вместе подготовились к нему… Но я могу все отменить, и мы пройдемся по магазинам…

– Соня, не переживай! – сказала бабушка. – Аня – замечательная девушка. И стильная – я уверена, что с ней вы подберете наряд лучше, чем со мной.

– Бабушка, ну ты чего? – мне стало немного неловко. – С тобой мы точно что-нибудь классное купили бы.

– Я не так хорошо разбираюсь в современной моде, – сказала бабушка, и по ее тону было понятно, что она ждет комплимент.

– Вообще-то, Марк и все ребята тебя считают очень стильной и молодой, – сказала я чистейшую правду.

– Серьезно? – бабушка немного наигранно удивилась.

– Серьезно! – смеясь, ответила я. – И я с ними полностью согласна.

– Ну все, успокоила старушку, – тоже засмеялась бабушка.

– Бабушка! Тебе до старушки еще много-много лет, – с возмущением сказала я.

– А-ха-ха! – бабушка смеялась так заразительно, что я не могла остановиться улыбаться. – Норма комплиментов на сегодня выполнена.

– Но не перевыполнена? – я решила немного поддеть бабушку.

– А комплиментов много не бывает! – она вздернула голову вверх.

Мы выпили еще по кружке чая и съели булочки. Бабушка попросила показать ей плакаты, с которыми пришли ко мне ребята. Мы перешли в мою комнату, букет лаванды я положила на стол, а плакаты разложила на кровати.

– Это очень романтично… – сказала бабушка, когда рассмотрела все плакаты.

– Очень, – согласилась я.

– Ты словно героиня кино, – бабушка села на кровать и взглянула на меня.

– Если честно, я тоже так подумала, – с грустью сказала я.

– Не грусти… Некоторые девушки за всю жизнь не испытывают такого чувства. А для тебя сделали такой романтичный жест, – бабушка попыталась меня поддержать.

– Но в кино бывает Happy End. А у нас с Марком только самый обычный The End, – сказала я фразу, о которой думала раньше.

– А слышала поговорку, что конец – это новое начало? – спросила бабушка.

– Слышала, – подтвердила я. – Но, если честно, не думаю, что меня ждет «начало». Больше похоже на «возврат».

– Соня, не пытайся угадать будущее, – бабушка подошла ко мне и легонько потянула за нос.

– Ладно, – вяло согласилась я. Не думаю, что нужно особенно нагружать бабушку моими переживаниями.

– Я пойду к себе, если ты не против, – сказала бабушка. – А то сериал сам себя не посмотрит.

Я засмеялась и обняла бабушку. Когда она ушла к себе, я убрала плакаты обратно в шкаф и легла на кровать. Разблокировав телефон, я увидела сообщение от Марка – он прислал фотографию Кефира, который сидит на сугробе. «Зимний привет от Кефира», – подписал Марк снимок. Я взяла листок бумаги из блокнота и простой карандаш и быстро набросала эскиз: Кефир сидит на большой снежинке, а вокруг падают маленькие.

«Зимний привет Кефиру», – написала я и отправила Марку фотографию рисунка.

Через несколько минут получила ответ: «Кефир благодарит тебя за такой чудесный портрет».

«Спасибо!»

«А еще он говорит, что тебя не хватало на прогулке…»

«Не хватало только ему?»

«Мне тоже…»

Знал бы ты, как мне хотелось с вами погулять. И не только сегодня. Каждый день.

Я растерянно смотрела на экран телефона, не зная, что ответить. Сама задала провокационный вопрос, а теперь не знаю, что написать.

Но Марк прервал молчание: «Как Елизавета Михайловна?»

«Она хорошо, довольная».

«Почему довольная?»

«Во-первых, думаю, у нее роман с Игорем Сергеевичем. А во-вторых, ей понравился твой сюрприз».

«Я бы не назвал это сюрпризом…»

«А чем же?»

«Извинением…»

«Романтичным извинением. Мне было приятно… Ничего романтичнее я не получала…»

«Для меня это тоже самый романтичный поступок».

«Я очень удивилась, когда увидела ребят с плакатами…»

«Ты им очень понравилась!»

«Они мне тоже…»

«Волнуешься перед завтрашним балом?» – Марк решил перевести тему. До этого вопроса я не очень сильно волновалась. А сейчас поняла, что реально волнуюсь! Я встречу одноклассников и знакомых Марка. Как он планирует меня представлять? «Привет! Это Соня, моя подруга» или «Привет! Это Соня. Она внучка подруги моей бабушки». Что-то мне оба эти варианта не нравятся. «Привет! Это Соня. Девушка, которую я обманул», – так будет честнее.

«Знаешь, до твоего вопроса я не сильно волновалась. Мне кажется, времени не было, чтобы начать волноваться…»

«Не волнуйся, там все будет классно».

«Просто я никогда не ходила на школьные балы… Ты уверен, что нам надо иди?»

«Уверен! За музыку отвечает Никитка. У него отличный вкус».

Из-за музыки я вообще не переживала. Но решила ему подыграть. Возможно, парни и правда не умеют правильно считывать женское настроение. Я хотела сказать, что мой вопрос был про то, нужно ли идти нам. Может быть, стоит пойти только ему? Но я не решилась это сказать и напечатала банальный ответ: «Это классно ☺».

«Уверен, что ты здорово танцуешь».

«С чего ты так решил?»

«Ты красиво катаешься на коньках… Поэтому мне кажется, ты и танцуешь красиво…»

«Спасибо… Проверим. ☺ Я давно не танцевала».

«На моем фоне ты точно будешь выглядеть как профессиональная танцовщица».

«Даже не могу представить тебя в танце ☺».

«Ты видела, как танцуют маленькие собачки на задних лапках?»

«Видела. ☺ Смешно».

«Я танцую еще смешнее:))))))».

«Теперь я еще больше напугана».

«Не бойся, ты можешь сделать вид, что пришла с Денисом».

«Ладно, ты же помнишь, что я не из пугливых?»

«Тогда ты поддержишь мои дикие танцы?»

«Придется, не бросать же тебя там одного, пляшущего вокруг елки».

«Это прям поступок благородной леди».

«Не спеши, я еще его не совершила! Вдруг твой танец будет настолько диким, что я сбегу?»

«Я сбегу вместе с тобой…»

Вот же глупый мальчишка… Сбежит он вместе со мной! Лучше бы он остался вместе со мной. Вот нужен ему этот переезд? В Санкт-Петербурге достаточно животных, которым нужен классный ветеринар.

Мое настроение падало и поднималось. Как только я забывала, что наша история закончится через три дня, что-то мне об этом напоминало. Почему ты не можешь просто отстать от меня? Почему я не могу просто не думать о тебе?

«Но кто-то же должен остаться, чтобы развлекать других гостей бала?» – я быстро напечатала текст.

«Значит, ты думаешь, что я буду выглядеть как шут? ☺»

«Ты первый начал пугать меня своим танцем. ☺ Ты же знаешь, какое бурное воображение у художников? Я представила самый худший танец в мире».

«Эй! Я не так уж и плох!»

«Сдаешь назад?»

«Нет, просто пытаюсь как-то реабилитировать свои танцевальные способности в твоих глазах ☺».

«Словами не реабилитируешь танец…»

«Тогда я пойду репетировать».

«Не забудь скинуть Ане фотку своего наряда».

«Точно! Я уже забыл! Ты спасла меня от мучительной расправы».

«Вот еще один благородный поступок».

«Да, копилка пополняется».

Ощущение, что мы можем болтать обо всем как раньше, у меня пропало. Я чувствовала, что наша переписка была натянутой, а шутки – неестественными. И от этого становилось грустно. Легкость пропала. Легкость, которая меня поразила. Легкость, которой я поверила.

«Марк, меня бабушка зовет. Мне нужно идти…» – я решила соврать, чтобы прекратить разговор.

«Хорошо! До завтра…» – кажется, он понял, что я вру. Сам виноват.

Завтра я впервые иду на бал. Пусть это и не настоящий бал, а просто школьная дискотека, но это будет в первый раз… Марк думает, что я хорошо танцую. Но как на самом деле я танцую? Я никогда не задумывалась над этим. Я просто танцевала в такт музыке. Что же делать? Я включила в наушниках музыку и встала перед зеркалом. Ощущение, что мое тело парализовало, я не могла сделать ни одного движения. А если зайдет бабушка, а я дергаюсь перед зеркалом? Она вызовет или скорую помощь, или экзорциста. Мне стало смешно от мысли, что бабушка увидит меня за таким глупым занятием. Может быть, танцы – это не совсем мое? Я включила в разделе «популярное» первый трек, закрыла глаза и попыталась поймать ритм музыки. Латиноамериканский мотив, без моего ведома, заставил тело двигаться. И вот я уже вскидываю руки, двигаю бедрами и машу волосами… Я немного приоткрыла глаза, чтобы посмотреть на себя в танце. Получается вполне неплохо. Да, не Дженнифер Лопес, но и не Буратино. Я где-то посередине. А это, я считаю, успех!

Конечно, я зря ввязалась в эту авантюру под названием «Зеленый бал». Один мой внутренний голос говорил: «Это будет круто! Ты классно проведешь время». Но другой был категоричен: «Ты зря согласилась пойти! Этот бал заставит тебя страдать еще больше». И что мне прикажете делать? Как договориться с самой собой? В борьбе за правильное решение спорят разум и чувства. А есть оно вообще – «правильное решение»? Мне кажется, что его нет. Правильное решение мог принять Марк, если бы сказал, что он уедет. А сейчас… сейчас любое решение неправильное.

А еще меня сильно беспокоило, что Аня готова поделиться со мной одеждой для бала. Интересно, так все подруги делают? Еще ни разу у меня не было такого, чтобы я менялась одеждой, брала чужую или давала поносить свою. Это даже как-то странно. Она так уверенно меня позвала в гости и предложила помощь, что я не смогла отказать. Наверное, я и не хотела отказываться. Это новый опыт дружбы для меня. С этой компанией слово «дружба» раскрывается по-новому. У дружбы много граней: поддержка, любовь, защита, направление, помощь. Но главное – легкость в общении и способность шутить друг над другом.

Я даже могу представить, как через много-много лет Аня, Мира и Денис собираются вместе. К ним на неделю прилетает из Германии Марк. И вот они, четыре пенсионера, едут летом к Мире на дачу. Ее дом выкрашен в желтый цвет, по всему участку высажены подсолнухи, а на деревьях спеют желтые яблоки. Солнце светит так ярко, что волосы Миры, не тронутые сединой, выглядят как огонь. Друзья разложили на столе в беседке разные вкусности. Марк с немецким акцентом говорит, что привез невероятные крендельки, которые очень вкусно печет его жена Катарина. Все с нескрываемой грустью говорят, что им так жаль, что она опять не смогла вырваться в это маленькое путешествие на родину своего мужа. Но грусть очень быстро сменяется смехом – Аня с Денисом начинают спорить, словно им опять по шестнадцать лет. Дружба проверена годами. Их четверо, пятый им совсем не нужен. Точно! Я пятое колесо в их дружбе, которое будет только мешать. Зря я поверила в то, что могу так легко найти друзей и… парня. Я даже представить себя не могу рядом с ними. Поэтому я запрещаю себе мечтать. Это просто курортный роман, который неожиданно завертелся и ожидаемо закончился. Вполне по-взрослому.

Как же я устала от этих взрослых и детских поступков и решений! Неужели нельзя просто жить жизнью обычного подростка? Неужели каждый подросток сталкивается с такой проблемой, как «первая любовь»? Может, мне поговорить об этом с Аней завтра? Думаю, она точно влюблялась и знает, что делать с этим чувством.

У меня так много вопросов, но я не знаю, существуют ли на них ответы. Может, составить список за и против? Но чем он мне поможет, если Марк все равно уедет? Какое решение я должна принять? Мне всего лишь нужно разлюбить. А этому никто не научит. Что там говорят про время? Что оно лечит… А еще и калечит. Мне станет не так больно через месяц или два? Или должен пройти год? Если я останусь в Москве, то точно быстрее смогу забыть Марка… А Питер, его улицы, памятники и ветер будут напоминать о нем.

Интересно, как сейчас отреагирует мама? Скажет, что это и есть тот самый глупый поступок? А я с ней соглашусь. Глупый поступок глупой девчонки. Просто эта девчонка так хочет новогодней сказки, что закрывает глаза на свою боль. Жаль, я не осознавала, что боль и любовь ходят рядом…

«Мама, завтра я иду на бал! Главное – не превратиться в тыкву».

29 декабря

Утром я проснулась в прекрасном настроении. Не знаю, оттого, что я иду на бал с Марком, или оттого, что у меня будет настоящий девчачий день с примеркой платьев и подготовкой к балу.

Наскоро перекусив, я собралась к Ане и, чмокнув бабушку, выбежала на улицу. До Нового года осталось три дня! Очень надеюсь, что такая погода продержится до праздника, – мороз щекотал нос, солнце грело изо всех сил, а снежинки весело скрипели под ногами.

До Ани я добралась за 10 минут. Когда я вышла из лифта, она уже меня ждала. На ней был розовый плюшевый спортивный костюм, а на голове – намотано полотенце.

– Привет, – Аня обняла меня. – Ты первая. Мира еще дрыхнет.

– Привет, – я улыбнулась и обняла ее в ответ.

– Проходи, не стесняйся, – Аня пропустила меня в квартиру. – Родителей сегодня нет. У нас свобода!

– Спасибо, – я разулась и повесила шубу на вешалку.

– Экскурсию? – спросила Аня.

– В смысле? – я не поняла, что она имела в виду.

– Ну квартиру показать? – она засмеялась и легонько потянула за собой. – Моя мама – дизайнер интерьеров, поэтому она продумала каждую деталь в квартире.

– Очень стильно! – квартира была словно из журнала про ремонт: белые стены, синяя мебель и черные аксессуары.

– Но одна комната сделана по моему вкусу, – заулыбалась Аня. – Моя комната.

– Я не удивлена, – по-доброму пошутила я.

– Эй! – Аня засмеялась. – Я еще не успела позавтракать. Не хочешь перекусить?

– Я позавтракала, но от чая не откажусь, – ответила я.

– Тогда пойдем, у меня такие эклеры – закачаешься! – Аня даже зажмурилась, представляя эклеры.

Кухня поразила меня своей чистотой. Ощущение, что мы зашли в стерильную операционную. Все было белым: шкафчики, стол, стулья, посуда.

– Ого, – присвистнула я. – Очень стильно.

– Спасибо, – Аня включила чайник. – Только не так уютно. Словно павильон для съемок фильма про одержимого чистотой маньяка.

– Да ну тебя! – я засмеялась от того, как точно Аня описала мои впечатления.

– Я серьезно, – Аня засмеялась в ответ. – Здесь комфортно только маме. Папа даже ужинать уходит в гостиную, боится тут что-нибудь испачкать.

– А в гостиной не боится? – удивленно спросила я.

– А к гостиной мама спокойнее относится, – ответила Аня, разлила по кружкам чай и поставила на стол красивую белую тарелку с эклерами.

– Приятного аппетита! – с набитым ртом проговорила Аня. – Налетай! Это специальные, новогодние. Мама вчера испекла.

Долго уговаривать меня не пришлось. Я попробовала эклер, который был украшен снежинками из глазури. Если честно, это был не эклер, это был «самыйвкусныйвжизни» эклер. Вот так бы я его описала. Мандариновый крем и тесто таяли во рту. Кажется, этот эклер может посоревноваться с пышкой за первое место в списке моих любимых десертов.

– Ммм… – промычала я. – Это очень вкусно.

– Я постоянно ругаюсь с мамой, чтобы она их не готовила, – Аня засмеялась, глядя на то, как уже третий эклер пропадает у меня во рту.

– Почему ругаешься? – удивилась я.

– Я не могу остановиться их есть, а потом приходится сгонять их на беговой дорожке, – призналась Аня.

– У тебя обалденная фигура! – сказала я. – Тебе можно каждый день есть эклеры.

– Спасибо, – Аня улыбнулась. – У тебя тоже фигура – закачаешься!

– Кукушка хвалит петуха… – улыбнулась я.

– Что? – кажется, Аня не поняла меня.

– Поговорка есть такая: кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку, – ответила я.

– Ты слишком долго живешь с бабушкой, – Аня засмеялась, а потом спохватилась. – Извини! Я ляпнула не подумав. У тебя классная бабушка.

– Все нормально, – улыбнулась я. – Понятно, что ты не со зла.

– Ага-ага, – закивала Аня и пошла открывать дверь Мире, которая настойчиво позвонила в дверной звонок.

– Привет! – пытаясь отдышаться, закричала Мира. – Еле вырвалась из дома.

– Тебя там били? – пошутила Аня.

– Лучше бы били! – Мира плюхнулась на стул и схватила эклер. – Мама перешла на индийскую кухню.

– И? – Аня вздернула бровь.

– Что «и»? Лучше чаю налей, – сказала Мира. – Вы же знаете, как моя мама готовит. Думала, что хуже лукового супа уже не будет. Как же я ошибалась!

– Тебе не нравится индийская кухня? – смеясь, спросила я.

– Мне не нравится индийская кухня моей мамы, – тоже смеясь, ответила Мира. – А против самой индийской еды я вообще ничего не имею.

– Может быть, тебе сделать завтрак? – спросила Аня.

– Ты моя спасительница! – Мира послала Ане воздушный поцелуй.

Аня быстро пожарила яичницу с желтыми помидорами, добавила туда сыр, украсила зеленью и поставила тарелку перед Мирой. Эта яичница была самым ярким пятном на кухне.

– Приятного аппетита, – сказала Аня и сделала нам всем еще чай. Какая она хозяйственная. Так быстро сделала завтрак, поухаживала за нами. Я даже не могла представить, что за внешностью холодной красотки скрывается такая заботливая девушка.

– Я, конечно, никого не тороплю, – заметила Аня. – Но мне уже хочется начать готовиться. Мира, ты взяла с собой одежду или домой потом пойдешь переодеваться?

– Домой – ни ногой! – почти закричала Мира. – Взяла шмотки с собой.

– Отлично, – одобрила Аня. – Кстати, Марк прислал фоточку своего костюма…

Аня хитро посмотрела на нас, ожидая реакции. Мы, словно пораженные молнией, сидели и не шевелились. Но по лицу Ани нельзя было догадаться, понравился ли ей образ Марка или нет. Настоящий шпион.

– Раз все доели, пойдемте в мою комнату. – Аня встала из-за стола и помыла посуду быстрее, чем мы спросили, чем ей помочь, – «Ой, две тарелки я и сама помыть могу».

И вот мы зашли в главную и самую красивую, по мнению Ани, комнату в квартире. Я ждала, что вся комната окажется розовой и везде будут мягкие игрушки и косметика. Но я ошиблась. Уже второй раз. Аня не перестает меня удивлять. Стены комнаты были выкрашены в серый цвет. Да, розовый декор был, но это был пудровый розовый, который не бросался в глаза, а очень элегантно подчеркивал женственность хозяйки комнаты. Мебель была из дерева с зеленой обивкой. Комната-мечта. Стильно, романтично, женственно. Большой шкаф с одеждой мог бы шокировать своим размером, но что меня действительно поразило – это книги. Они были плотно прижаты друг к другу в книжном шкафу, лежали на подоконнике, рабочем столе и одна на кровати. Значит, Аня утром читала – отметила я, и мне почему-то стало приятно от этой мысли.

– Это все твои книги? – шокированно спросила я.

– Конечно! – подтвердила Аня.

– И ты все их читала? – я подошла к книжному шкафу. На меня смотрели книги разных жанров: классика, романы, фэнтези. Пробежав глазами по книгам, я поняла, что у нас с Аней очень схожи вкусы. На полке стояли книги нескольких моих любимых писателей: Генрих Белль, Кадзуо Исигуро, Корнелия Функе, Нил Гейман. От такого количества книг у меня даже немного закружилась голова. Жаль, что у нас не было возможности с Аней поговорить вдвоем. Столько книг с ней хочется обсудить!

– Потрясающая библиотека, – похвалила я. – Мне до такой еще далеко.

– Если что-то хочется почитать, то можешь взять, – предложила Аня.

– Я сейчас читаю две книги… – начала я.

– Бла-бла-бла, мы все любим читать, – перебила меня Мира. – Но если не начнем подготовку, то потом мы не успеем, и нам, Сонь, придется успокаивать Аню. Поэтому – за работу!

Мы с Аней переглянулись и засмеялись. Книголюбы при виде книг забывают обо всем.

– Ну хватит ржать, – тоже начала смеяться Мира. – Ты лучше фотку покажи.

В эту секунду я так заволновалась от любопытства, что у меня перехватило дыхание.

– Готовы? – Аня достала телефон.

– Готовы! – сказали мы хором с Мирой.

Аня показала нам фотографию. Жаль, но Марк прислал только фотографию костюма. А мне было так интересно посмотреть на самого Марка.

– А чего я-то переживаю? – вдруг спросила Мира и посмотрела на нас. – Это же Соне идти с ним, а не мне.

– Да и Соне не нужно переживать, – поддержала меня Аня. – У меня зеленой одежды много. Но вы увидели, в каком классном костюме Марк пойдет?

А костюм был действительно классным. Зеленый цвет очень здорово подойдет к темным волосам Марка.

– А сейчас начнется самое интересное, – сказала Аня, сняла полотенце с головы, завязала волосы в пучок и открыла шкаф. – Я достаю одежду.

И вот Аня удивила меня в третий раз: вещи в шкафу висели в аккуратном порядке и по цветам. Каждое платье, кофта или брюки находились на отдельной вешалке. Мне стало немного стыдно, я вспомнила свой шкаф, который не отличался порядком. В нем был творческий хаос, если можно так назвать.

– Я очень люблю одежду, – увидев мой взгляд, начла оправдываться Аня. – И мне некомфортно, когда вещи неаккуратно висят.

– Ага, они живые, – поддразнила подругу Мира. – Она с ними разговаривает.

– Очень круто, – поддержала я Аню. – По утрам у тебя явно нет проблем, что выбрать.

– Это точно, – кивнула Аня. – Я вообще с вечера готовлю образ.

– А на бал ты уже придумала, что надеть? – спросила я.

– Если честно, я еле сдержалась, чтобы не подбирать ничего, – хихикнув, ответила Аня. – Но решила, что мы вместе все выберем.

– Как хорошо, что у меня нет таких проблем, – сказала Мира и достала из своего рюкзака зеленую блузку и длинную зеленую юбку с маленькими желтыми цветочками. – А можно утюг?

Мира начала гладить свой наряд, а Аня доставать одежду из шкафа.

– В чем тебе будет комфортнее? – спросила она.

– Даже не знаю, – я растерялась от такого количества красивой одежды.

– Ну, более спортивное, классическое или современное? – Аня продолжила расспрос.

– Что-нибудь удобное, – попросила я.

Аня задумалась на несколько секунд.

– Та-а-ак… Давай тогда сначала подберем мне, а потом тебе? – протяжно спросила она.

– Да, давай! – ответила я с облегчением. Проще будет выбрать из оставшейся одежды.

– Ты же понимаешь, что не вся одежда может быть зеленой? – спросила Аня, увидев мою реакцию на то, что она достала коричневую юбку.

– Я почему-то решила, что мы будем полностью зеленые, – засмеялась я.

– Ага, зеленые человечки, – Мира прыснула от смеха.

Под общий хохот мы с Аней продолжили перебирать одежду. Наконец она остановилась на короткой коричневой облегающей юбке и коричневой водолазке.

– Что-то нужно наверх… – задумчиво сказала Аня.

– Может, есть пиджак? – спросила я.

– Хм, – Аня была растерянной. – Я почему-то пиджаки не ношу.

– Жаль, – сказала я. – Мне кажется, очень классно смотрелось бы.

– Точно! – закричала Аня и выбежала из комнаты.

– Что это было? – Мира, которая спокойно лежала на кровати, наблюдая за нами, даже привстала.

– Наверное, какая-то идея в голову пришла, – я пожала плечами и села на кровать к Мире.

Через несколько минут Аня так же быстро прибежала обратно. В руках у нее был чехол для одежды.

– Вспомнила! – почти крича, с радостью сообщила Аня. – У мамы есть пиджак.

Аня аккуратно достала его из чехла. Это был объемный пиджак глубокого зеленого цвета.

– Какой красивый, – прошептала Мира. – А мама разрешит его надеть?

– Без проблем, – сказала Аня. – У мамы тоже много вещей. Некоторые она носит по одному разу.

– Примеряй скорее, – поторопила я подругу.

Аня зашла за приоткрытую дверцу шкафа и переоделась в юбку и водолазку. Выйдя к нам, она надела пиджак, который оказался ей велик и прикрывал юбку. Но в нем она смотрелась так стильно, что мы с Мирой в восхищении открыли рты.

– Бомбически, – похвалила Мира. – Это просто огонь!

– Правда? – Аня покрутилась у зеркала. – Сейчас ботинки принесу.

– Правда! – крикнула я вслед убегающей Ане.

Вернулась Аня с черными ботинками на толстой подошве. Быстро завязав шнурки, она опять подскочила к зеркалу.

– Слушайте, – Аня осталась довольна своим отражением, – очень даже неплохо. Чего-то только не хватает…

– Может быть, сережек? – я была с ней согласна, казалось, что образ не завершен.

– Так-так-так, – Аня подошла к шкатулке с украшениями. – Поняла!

– Что поняла? – подала голос Мира.

– Нужно что-то на шею, – ответила Аня и достала крупное ожерелье в виде цепи.

– Это нечто, – у меня пропал дар речи, когда я увидела полностью готовый образ.

– Спаси-и-ибо, – пропела Аня. – Теперь возьмемся за тебя?

– Стойте-стойте! – прервала Мира. – Мне нужны музыка и чипсы. Только не говори, что у тебя их нет.

Мы переглянулись и засмеялись.

– Музыку выбирай сама, а я принесу чипсы, – Аня сняла ботинки и пошла за чипсами.

– А что ты слушаешь? – спросила я, даже не могла представить, какую музыку любит Мира.

– Ой, вообще все, – ответила Мира. – Но сейчас нам нужно что-то стильное.

Мира включила саундтрек к фильму «Красотка», и в комнату, пританцовывая, вошла Аня.

– Обожаю этот фильм, – все еще танцуя, сказала Аня и кинула Мире пакет чипсов.

– Мерси, – сказала Мира и тоже стала немного пританцовывать.

Я смутилась от их раскрепощенности и продолжила просто сидеть и смотреть на них. Аня, подпевая песне, подошла ко мне и потянула за руки.

– Танцуй, – попросила она.

И я затанцевала. Это было так легко и естественно, что я засмеялась. Мира радостно прыгала на кровати, Аня пела, я хохотала. Как же мне не хватало таких встреч с подругами в Москве. В эту минуту я забыла о том, что уеду, что, возможно, мы больше не встретимся, что сердце мое разбито. Я была здесь. В моменте. И этот момент был мне дорог. Мне казалось, что я могу взлететь, словно птица, которая вырвалась на свободу из клетки. Вот только с небольшой разницей – моя клетка была создана мной. И я сама в нее села и захлопнула дверцу.

– Все, я больше не могу, – Мира плюхнулась на кровать и сделала музыку тише. – Продолжайте выбирать одежду, а я понаблюдаю.

– Дай отдышаться, – взмолилась я и посмотрела на часы. – Как время летит! Уже два часа!

– Так, тогда собираем тебя, обедаем и делаем макияж, – почти приказным тоном сказала Аня.

– Ок, – я была согласна на все.

Аня внимательно посмотрела на меня.

– Брюки мои будут тебе маловаты, – сказала она, и от этих слов я немного засмущалась. – Может, платье? Только у меня их всего два зеленых.

– Давай платье, – закивала я в ответ.

Аня предложила мне легкое платье с пышной юбкой.

– Мы его с мамой купили мне на прошлогодний бал, но пошла я в другом. Поэтому никто меня в нем не видел, – Аня дала платье мне в руки и указала на дверцу шкафа.

Не споря, я пошла примерять платье. Хотя сразу поняла, что оно мне не подходит. Оно слишком «девчачье», слишком кукольное и романтичное. А мне не хотелось прийти на школьный бал в образе принцессы.

– Скукотища, – подтвердила мои опасения Аня.

– Ага, – Мира тоже была согласна. – Совсем не твое.

Я молча подошла к зеркалу. На меня смотрела кудрявая кукла, которую только что достали из коробки. Может быть, в одиннадцать лет я бы влюбилась в это платье, но сейчас…

– Совсем не мое, – согласилась я, и мне стало немного грустно от этого. – А можно второе посмотреть?

– Конечно! Только оно не очень праздничное. – Аня подошла к шкафу и достала зимнее трикотажное платье изумрудного цвета. – Хотя! Посмотрите, оно идеально по цвету сочетается с костюмом Марка. Срочно нужно померить.

Я с радостью взяла платье и пошла переодеваться. Даже не видя себя в зеркале, я поняла, что это то, что нужно! Платье было ниже колен и очень красиво облегало мою фигуру.

– И ты скрываешь эту фигуру за толстовками? – сказала Мира, когда я им показалась.

– Ну, я не только в толстовках хожу, – пробормотала я, дико довольная от комплимента.

– Я даже не думала, что такое простое платье может так круто выглядеть! – Аня захлопала в ладоши.

– А аксессуары какие? – спросила Мира.

– Я думаю, мое колье-цепь отлично вписалось бы… – начала говорить Аня, но я ее перебила.

– Оно тебе идеально подходит! Я кое-что взяла, – сказала я и достала из своей сумки кулон в виде снежинки на тонкой цепочке.

– Какой романтичный, – Аня осталась довольна, что у меня был свой кулон, который отлично подходил к платью.

– Спасибо! Мне его мама подарила несколько лет назад на Новый год, – рассказала я. – И самое интересное, что он подходит под все.

– Он и правда красивый, – Мира аккуратно взяла кулон.

– Давайте закажем пиццу? – предложила Аня.

– Подруга, у тебя температура, – пошутила Мира. – А как же фигура?

– От одного кусочка хуже не станет, – отшутилась Аня и встала в модельную позу.

Минут через сорок привезли пиццу, Аня включила на ноутбуке фильм «Титаник», мы забрались на кровать и стали смотреть на невероятную историю любви Розы и Джека. Романтичные герои так нас захватили, что я не удержалась и спросила:

– Ань, а что у вас с Денисом?

– Что? – Мира поперхнулась пиццей.

– Вообще ничего, мы друзья, – ответила Аня и густо покраснела.

– В нашей четверке романтики нет, – даже как-то строго ответила Мира, а потом с улыбкой продолжила: – Имею в виду – между нами. Романтика со стороны позволительна.

– Извини, – я посмотрела на Аню, – мне просто показалось.

– Мы просто с детства все дружим, – Аня говорила, все еще смущаясь. – Наши родители нас тоже постоянно женят: «Вот закончите университеты и создадите семью», «А где твой жених?», «Муженек тебя проводит до школы?» и бла-бла-бла.

– Поняла, – сказала я. – Еще раз извини.

– Все ок, – Аня улыбнулась мне так широко, что я ей не поверила. Но если ей не хочется признаваться, то я не буду настаивать.

Когда пицца была съедена, мы решили заняться макияжем. Пока мы с Мирой рисовали себе зеленые стрелки на глазах, Аня выпрямила волосы и завязала их в высокий хвост. Мира завязала себе пучок. А я… Я так и осталась с непослушными кудряшками.

– Может, попробуем выпрямить тебе волосы? – спросила Аня, аккуратно рисуя такие же темно-зеленые стрелки.

– Это бесполезно, – я хихикнула, вспомнив, как однажды два часа выпрямляла волосы, а потом попала под дождь, и они обратно закудрявились. – Если мы попадем под снег, то все закудрявится за секунду.

– Ну и ладно! – Аня наконец дорисовала стрелки. – Твои кудряшки безумно тебе идут.

– Спасибо, – мне было приятно. – Мне они, конечно, иногда надоедают, но я приняла тот факт, что это прическа на всю жизнь.

– Если у тебя красивый череп, то можно налысо, – пошутила Мира.

– Только если решу стать панк-певицей, – я поддержала шутку Миры.

– А что? Панк-певица Соня и макияж как у панды! Как его называют? Смоки-айс? Круто же! – и мы все засмеялись, представив меня в таком образе.

– Слушайте, а может, мы сами дойдем до школы? Без парней, – спросила Аня. – Встретимся с ними там.

– Хочется эффектно появиться? – спросила Мира, которая отлично знала свою подругу.

– Если честно, то да, – ответила Аня, крутясь перед зеркалом.

– Я согласна, – сказала я. – Можно и без парней дойти.

– Тогда я сейчас напишу Денису, – сказала Аня, оглянулась на нас и добавила: – И Марку.

Пока Аня отправляла СМС, мы с Мирой еще раз посмотрели на себя в зеркало. Какая же классная идея, подумала я, сделать бал, где все наряжаются в одежду одного цвета.

– Сонь, а ты реально так сильно обиделась на Марка? – спросила Аня, когда мы вышли на улицу.

– Хм, – я задумалась. – Обиделась, наверное, не то слово… Я расстроилась, разочаровалась в себе, испугалась… Скорее так я описала бы свои чувства.

– Разочаровалась в себе? – переспросила Мира.

– Да, – ответила я и опустила глаза.

– Почему? – с удивлением спросила Аня.

– Потому что поверила в сказку… – очень тихо, сгорая от смущения, прошептала я.

– Понимаю, – Аня взяла меня за руку. – Ваше знакомство реально сказочным получилось.

– Зимнее чудо, – подтвердила Мира.

– Девчонки, – сказала я и остановилась, – спасибо вам! Вы такие классные. Жаль, что вы раньше не появились в моей жизни!

Аня с Мирой переглянулись и одновременно обняли меня. Так мы и стояли, а снег крупными и мягкими снежинками падал на нас. И было ощущение, что на улице остались только мы втроем. Три подруги. Три разные девушки. Три мечтательницы, которые верят в любовь. Неожиданный порыв ветра вернул нас в реальность, и мы, смеясь, побежали к школе.

У входа в школу нас уже ждали Марк и Денис. Рядом с ними был какой-то парень невысокого роста.

– Так, – грозно сказала Мира и замедлила шаг. – Если они притащили для меня Тучу, я прибью их.

– Тучу? – переспросила я.

– Ага, – недовольно сказала Мира. – Ромка Тучков. Самый известный дурак школы. Ни дня не проходит, чтобы он ничего не натворил.

– А почему думаешь, что они его тебе притащили? – все еще ничего не понимая, спросила я.

– А он влюблен в Миру, – захихикала Аня.

– Шел бы он со своей любовью, – прорычала Мира, и мы подошли к парням.

– Привет! – первым поздоровался Денис. – Отлично выглядите!

– Это ты нас еще без верхней одежды не видел, – кокетливо сказала Аня.

– Раздевайтесь! – пошутил Туча.

– Тучков, иди… – начала Мира и запнулась. – Иди в школу, не беси.

Рома сразу поник, развернулся и поплелся в школу.

– Всем пока, – грустно сказал он и скрылся за дверью.

– Готова? – спросил меня Марк.

– Готова, – подтвердила я.

Мы прошли к раздевалкам, и парни галантно помогли нам раздеться.

– Уф, – Денис не смог сдержать эмоций и, глядя только на Аню, сказал. – Вы реально отлично выглядите!

– Спасибо! – мы ответили хором.

– Вы тоже! – сказала я. А парни действительно смотрелись здорово: на Марке были зеленый костюм, белая футболка и белые кроссовки. Но самой интересной деталью оказался белый платок, который аккуратным треугольником выглядывал из кармана пиджака. Денис был одет проще, но не менее стильно: зеленая рубашка, бежевые брюки и тоже белые кроссовки.

– А в кроссовках вам не холодно? – ехидно спросила Мира.

– Красота требует жертв, – смеясь, ответил Денис.

Школа постепенно наполнялась людьми в зеленой одежде. Платья, кофты, рубашки, пиджаки, брюки, шарфы, беретки и кепки. Все суетились, здоровались, пихались и обнимались – школа стала похожа на оживший лес, где все неожиданно задвигались.

– Всем спокойно! – неожиданный громкий женский голос смог всех остановить. Ощущение, что все перестали дышать. – Я всех приветствую! И сейчас все медленно и не разговаривая проходите в спортивный зал. Если услышу хоть писк… отправлю домой.

Словно отрепетировав, все двинулись по направлению к залу, не пихаясь и не наступая друг другу на ноги.

– Кто это? – очень тихо спросила я у Марка, но тот только приложил палец к губам. И так, в полной тишине, мы зашли в спортивный зал.

– Фух, – выдохнул Марк. – Это учительница физкультуры. С ней лучше не спорить. НИ-КОГ-ДА.

– Неплохо она вас выдрессировала, – подколола я Марка.

– После сотни отжиманий, думаю, ты тоже ее слушалась бы, – защитила друга Мира.

– Это точно, – согласился Марк. – Физрук у нас поприятнее, жаль, что они меняются.

Шутки шутками, но зал был потрясающе украшен: в центре стояла высокая пушистая елка, на которой висели зеленые шары разного оттенка, что делало ель очень необычной; сбоку по всей стене были расположены столы с зелеными скатертями, на которых стояли напитки, зеленые стаканчики с тарелками, чипсы, пирожные и конфеты; по всему залу были расклеены зеленые снежинки, а с потолка свисала зеленая мишура.

– Новогоднее болото, – сказала с улыбкой Мира, посмотрев на мою реакцию.

– Но красивое, – ответила я. – Точнее, необычное.

– Сейчас наш директор будет говорить, – Марк показал на высокого мужчину лет пятидесяти, который взял микрофон. – Глеб Игнатьевич.

– Дорогие ученики, – начал директор и поправил зеленый галстук, – и наши гости! Я рад вас приветствовать на ежегодном «Зеленом балу»! В первую очередь я хочу поздравить вас с наступающим Новым годом!

По залу пробежали аплодисменты и крики «ура».

– Во вторую очередь, – продолжил Глеб Игнатьевич, – мне хочется напомнить о традициях и правилах бала: ведите себя достойно, будьте аккуратны и, главное, ТАНЦУЙТЕ!

Зал взорвался аплодисментами, свет погас, включились цветомузыкальные установки и громко заиграла музыка.

– Сразу танцевать или что-нибудь перекусим? – спросил меня Марк.

– Давай перекусим, – решила я. Мы подошли к столу, Марк налил нам сок и положил два пирожных в виде снеговиков на тарелку.

– Марк, – к нам подошли две девушки, – тебе своих девчонок не хватило?

– Ох, Лиза, – Марк повернулся к брюнетке с темными волосами и красной помадой, – вас мне хватает с избытком.

– Тогда зачем подружку привел? – спросила вторая, не понимая сарказма Марка.

– Чтобы было о чем поговорить, – спокойно ответил Марк.

– Ну ты и хамло! – ответила первая, и, развернувшись на высоких каблуках, девушки пошли в сторону компании парней.

– Извини за это представление, – сказал Марк и взял меня за руку.

– Это было очень интересно, – мне понравилась холодная реакция Марка на таких эффектных девушек. – Они твои одноклассницы?

– Нет, с параллельного, – ответил Марк.

– Веселые девчонки, – сказала я и съела пирожное.

– Обхохочешься, – засмеялся Марк и тоже съел пирожное.

– Пойдем танцевать? – спросила я.

– Мне хотелось как можно дольше оттянуть этот момент, – заулыбался Марк. – Пойдем!

Мы подошли к елке, где уже танцевали Мира, Аня и Денис. Мира, увидев, что мы движемся в их сторону, активно замахала нам руками. Я помахала ей в ответ. Ребята так по-разному двигались, что я залюбовалась ими. Танец Миры был больше похож на вызов дождя индейцем: руки и ноги принимали причудливую форму – если бы у нее был бубен, то точно пошел бы дождь или начала цвести пшеница. Танец Дениса больше походил на прыжки, когда человек ждет автобус в мороз. Только его прыжки разбавлялись вспышкой фотоаппарата: он умудрялся танцевать и фотографировать. А вот Аня… Аня была королевой танцпола: ее движения были четкими и красивыми, она попадала в ритм музыки, и казалось, что танец был отрепетирован. Думаю, она тоже готовилась перед зеркалом, только в отличие от меня она не стеснялась смотреть на себя.

Мы подошли к ребятам, и я начала нервничать по двум моментам. Первый: как я буду двигаться? Второй: как будет двигаться Марк? Но он не дал мне опомниться и подумать. Он сразу начал танцевать. И его танец был таким веселым, таким нелепым, но естественным. Марк сразу проникся музыкой. Мне не оставалось ничего, кроме как начать танцевать. Вдох-выдох. И я, словно покинув свое тело, стала танцевать. Без стеснения, без мыслей. Просто я и танец. Со стороны мы, скорее всего, выглядели смешно: пять человек, которые так по-разному танцуют под одну песню, словно у каждого играет своя музыка.

После нескольких мелодий музыка начала становиться тише, и мы постепенно стали двигаться медленнее, пока полностью не остановились.

– Добрый вечер! – раздался радостный голос в микрофон. – Вы же не думали, что на нашем «Зеленом балу» будут только танцы?

Мы посмотрели на сцену. Там стояла красивая блондинка в зеленом атласном платье.

– Это наша учительница английского, Светлана Георгиевна, – сказал Марк. – Она очень клевая.

– Поэтому, – продолжила учительница, – я хочу пригласить на сцену Лизу Махову! Она споет вам замечательную новогоднюю песню.

На сцену вышла та девушка, которая подходила к нам с Марком. На сцене ее платье показалось еще короче. Несколько парней одобрительно засвистели, когда Лиза подошла к учительнице и взяла микрофон.

Заиграла музыка, и почти с первых нот я узнала песню Мэрайи Кэри «All I Want For Christmas Is You». Но стоило Лизе начать петь… Ее голос, казалось, способен разбить стекла, разорвать меня на кусочки и разрушить школу. Однако нужно отдать должное Светлане Георгиевне – английское произношение у Лизы было на высшем уровне. Я повернулась, чтобы посмотреть на учительницу. Ее реакция вызвала у меня улыбку. Кажется, она тоже не ожидала, что у Лизы такой «талант».

– Это больше похоже на пытку, чем на пение, – Мира сказала это достаточно громко, и подруга Лизы даже шикнула на нее и приложила палец к губам.

– Шикни себе… – пробурчала Мира.

– Согласна, – Аня поддержала Миру. – Ощущение, что мы в плену и нас мучают звуком пенопласта.

Мы засмеялись и пошли к столам, чтобы выпить газировки.

– Прости, что не предупредил тебя, – пытаясь перекричать голос Лизы, сказал Марк и налил нам с Мирой газировку, пока Денис наливал Ане.

– Если бы я знала, что такое может быть, то подумала бы несколько раз, прежде чем согласиться, – пошутила я.

– В прошлом году она не выступала, – сказала Аня. – Это для нас тоже сюрприз.

– А мне интересно, что еще нас ждет, – сказал Денис и сфотографировал нас.

– Никитка говорил, что будет Женя выступать, – сказала Мира.

– Женя? – удивился Денис. – Он поет? Или как Лиза?

– Это брат Никиты, – пояснил мне Марк. – Он классно поет.

– Хуже этого, – Мира кивнула в сторону Лизы, которая, не попадая в такт музыке, начала танцевать, – уже не будет. А вообще, Женя занимается вокалом.

– Посмотрим, – пробурчал Денис и снова сфотографировал нас. Конечно, мне показалось, что фотографировал он не нас, а Аню. Но вдруг на какой-то из фотографий я тоже неплохо получилась?

Наконец-то музыка затихла. Со скоростью пули на сцену выскочила Светлана Георгиевна.

– Давайте похлопаем Лизе, – она попыталась забрать микрофон у девушки.

– Я хотела еще поздравить… – Лиза попыталась удержать микрофон, но учительница оказалась сильнее.

– Лично всех поздравишь, – прошипела учительница. – Спасибо Лизе! Давайте еще раз похлопаем.

По залу прошлись жидкие аплодисменты. Все находились в небольшом шоке от выступления.

– Готовы дальше танцевать? – словно профессиональный тамада, учительница попыталась вернуть всех в чувства.

– ДА! – кто-то заорал из зала.

– Никита, включай музыку! – почти заорала в микрофон Светлана Георгиевна.

Ко всеобщему облегчению, Никита включил хороший танцевальный трек, под который все постепенно начали двигаться. Долго уговаривать не пришлось, мы отошли от столов и стали танцевать. И все повторилось: мы танцевали, погрузившись в музыку. Песня сменялась песней, мы продолжали танцевать, изредка перекидываясь фразами по типу «Классная песня», «Люблю этот трек», «Еще одна песня, и все». Неожиданно для всех на сцену стали выносить музыкальные инструменты – барабанная установка и две гитары. Через пару минут к микрофону вернулась Светлана Георгиевна. Постучав по микрофону, она дала знак Никите, что пора выключать музыку.

– Как настроение? – весело спросила она. – Готовы еще к маленькому поздравлению?

– Готовы! – кто-то опять выкрикнул из зала.

– Давайте поприветствуем группу «Чехорда»! Ну и ваших одноклассников – Женя, Сережа, Костя, Миша!

И в этот раз почему-то зал взорвался аплодисментами. Может быть, живая музыка вызывает больше эмоций?

– Всем привет! – к микрофону подошел высокий худой парень с короткой стрижкой. – Меня зовут Женя, если кто-то не узнал. А это наша кавер-группа «Чехорда». Мы исполним для вас несколько песен. Надеюсь, они вам понравятся! Первая песня будет посвящена одной классной девушке.

Все в зале начали оглядываться с немым вопросом: «Кто же эта девушка?» Женя немного помолчал, сохраняя интригу. Барабанщик тихо начал отстукивать мелодию палочками.

– Эта девушка… – продолжил Женя, – гостья нашей школы. А для гостей, тем более перед Новым годом, мы готовы спеть песню ее любимой группы.

Я посмотрела по сторонам в поисках этой девушки и неожиданно поняла, что это я! Большинство ребят смотрели на меня с улыбкой. Конечно, кроме Лизы и ее подруги, которые поджали губы, а потом, расталкивая людей, пошли к выходу из зала.

– Мне захотелось сделать тебе сюрприз, – заговорил Марк. – Не сюрприз-извинение, а настоящий. Надеюсь, тебе понравится…

Я стояла, словно приросла к полу, не зная, как на это реагировать. Марк смотрел мне прямо в глаза и протянул руку. Из транса меня вывела мелодия, которую я могу узнать с первой ноты – «Чехорда» начали играть песню AnnenMayKantereit «3. Stock» – одна из моих самых любимых песен.

– Как ты узнал? – только и смогла сказать я и протянула Марку руку.

– Просто ты однажды говорила об этой песне, – ответил Марк и закружил меня в медленном танце.

В моем первом медленном танце. Сначала я чувствовала себя неуклюжим слоненком в цирке, но потом… растворилась в танце. Я не замечала людей, которые окружили нас, почти не слышала музыки – просто танцевала, уткнувшись лицом в Марка.

– Соня, – прошептал Марк.

– Что? – я подняла на него глаза.

– Мне хочется тебе что-то сказать, – Марк убрал мою кудряшку за ухо.

– Что? – я не могла подобрать слов.

– Ты очень красивая, – сказал он.

– Спасибо, – сказала я тихо и опять уткнулась в него. – Ты тоже…

– Я еще кое-что хочу сказать, – прервал молчание Марк.

Я посмотрела в его глаза, даже не догадываясь, что он хочет мне сказать.

– Это такая песня… Ее текст… – невнятно начал Марк.

– Да, я ее очень люблю, – сказала я и опять прижалась к нему.

– А я, кажется, люблю тебя… – сказал Марк и сжал меня так сильно, что я не могла ни посмотреть на него, ни вырваться.

– Отпусти, – почти пропищала я.

– Ты не уйдешь? – спросил Марк.

– Нет, – ответила я, но по интонации не поняла, было это сказано с нежностью или твердо.

Песня продолжалась, мы танцевали и больше не говорили. А чертовы бабочки у меня в груди бились так, что складывалось ощущение, что они готовы вырваться наружу и заполнить весь зал, город или даже весь мир. Мне хотелось петь, танцевать, рыдать, кричать. И бежать. Просто бежать. Подальше от этого бала, подальше от Марка. Бежать так быстро, чтобы я могла вернуться на двенадцать дней назад. Меня переполняло ощущение счастья и боли. Мне впервые признались в любви. И так обидно, что любовь эта взаимная. Но несчастливая.

Я никогда так не ждала, чтобы эта песня закончилась. Я никогда так сильно не хотела, чтобы эта песня не заканчивалась. Вот что значит «голова идет кругом от любви» – ты не можешь понять, что тебе нужно. Но песня закончилась. Я посмотрела на Марка, потом посмотрела вокруг. Столько улыбок, столько радостных лиц… Я не в праве сейчас всех обижать своим побегом. После финальных нот зал захлопал нам.

– Ну вы сразили всех, – сказала Аня, подойдя к нам.

– Это было красиво, – поддержал ее Денис.

– Я чуть не заплакала, – сказала Мира, вытирая слезы.

– Чуть? – усмехнулась Аня.

– Ладно, заплакала, – согласилась Мира. – Песня трогательная.

– Ребят, а вы чего? – спросил нас Денис. Мы стояли в состоянии шока, не понимая, что нам делать дальше.

– Нам нужно поговорить, – непонятно к кому обращаясь, к Денису или ко мне, сказал Марк.

Он взял меня за руку и потянул к выходу. Я на ватных ногах пошла следом.

– Вы куда? – нам перекрыл дорогу учитель физкультуры.

– На воздух, – ответил Марк. – Голова кружится.

– Тогда идите в медпункт, – крикнул нам вдогонку учитель.

– Стой! – закричала я. – Куда ты меня тащишь?

– Поговорить! – почему-то тоже закричал Марк. – Прошу…

И я сдалась. Уже без вопросов пошла за ним. Даже если он поведет меня на улицу. Я пойду в любую точку этого мира, если он будет держать меня за руку. Но Марк повел меня под широкую лестницу, которая вела на второй этаж школы. Под лестницей на стульях, которые там хранились, сидели двое мальчишек, примерно пятиклассников, и о чем-то активно болтали.

– Дуйте домой, – почти грозно сказал Марк, и мальчишки, подхватив свои портфели, быстро убежали. Марк указал мне на стул. Я села, не проронив ни слова. Он сел напротив меня и взял мои руки.

– Соня, прости меня! – он взглянул мне в глаза. – Я настоящий придурок…

– Почему? – спросила я.

– Потому что… – начал он и замолчал.

– Потому что признался в любви? – уточнила я с какой-то жесткой интонацией.

– Нет, – Марк погладил мою руку. – Потому что потерял тебя…

– Марк, – у меня потекли слезы. – Ты не потерял меня…

– Сонь, это так странно, – после недолгого молчания сказал Марк. – Я никогда не влюблялся… А в тебя, мне кажется, влюбился с первого взгляда… Тогда, у памятника.

– Марк, – мне нравилось произносить его имя, оно казалось невероятно мягким и уютным. – Я, кажется, тоже люблю тебя…

– Правда? – очень тихо спросил он.

– Да, – я ответила и закрыла глаза то ли от смущения, то ли чтобы не заплакать.

Марк поцеловал меня, но от неожиданности я вздрогнула, и он отпрянул от меня.

– Что-то не так? – испуганно спросил он.

– Все хорошо, – я улыбнулась в ответ и потянулась к нему.

Там мы и сидели в тишине, смотря друг другу в глаза, заменяя слова поцелуями. И в этих поцелуях было что-то большее. Большее, чем притяжение. В них были спрятаны недосказанность, любовь, потеря, нежность и страх.

– Может, пойдем к ребятам? – спросила я.

– Давай еще посидим, – попросил меня Марк.

– Давай, – с легкостью согласилась я, и Марк меня обнял.

– Я не знаю, что делать… – сказал Марк.

– Ты неплохо справляешься, – пошутила я.

– Глупышка, – Марк щелкнул меня по носу.

– Сам глупыш, – я щелкнула его в ответ.

– Я не могу не уехать с родителями, – печально сказал Марк.

– Я понимаю, – кивнула я. Мне и правда стало все понятно. Как бы нам ни хотелось принимать серьезные решения, пока мы этого не можем – мы зависим от родителей. А переезд – это важное решение, к которому родители Марка долго готовились и планировали. И главное, он тоже к этому готовился и хотел переехать.

– Можно тебя попросить кое о чем? – Марк опять убрал мою кудряшку за ухо.

– О чем? – спросила я.

– Пожалуйста, останься в Питере. Переезжай летом, как и планировала, – тихо попросил Марк.

– Я не могу, – сказала я. – Даже больше: я не хочу переезжать сюда, если тебя тут не будет. Я останусь в Москве.

– Соня… – Марк с такой грустью посмотрел на меня, что сердце мое сжалось, и казалось – вот-вот – и я изменю свое решение.

– Нет, Марк… – я собрала все свои силы, – я не перееду. Давай лучше поступим по-другому?

– Как? – воодушевленно спросил меня Марк.

– У нас осталось два дня… Давай их проведем так, будто дальше ничего не будет? Не будет твоего переезда, я не вернусь в Москву, мы не расстанемся… – предложила я. – Просто два дня, в которых не будет разговоров и мыслей о плохом?

– Будем жить здесь и сейчас? – грустно усмехнулся Марк.

– Именно! Здесь и сейчас! – воскликнула я.

– Давай, – согласился Марк.

– Пойдем танцевать? – спросила я и встала.

– Давай еще минутку посидим, – Марк потянул меня за руку и поцеловал.

– Только если минутку, – сдалась я.

Не знаю, сколько мы так просидели, но через время все-таки решили пойти танцевать. Как только мы вошли в зал, нас сразу захватила пьянящая атмосфера праздника. Мы нашли друзей, все так же необычно танцующих, у елки. Подхватили ритм и присоединились к танцу. Песни сменялись, но настроение и желание танцевать никуда не уходили. Казалось, что даже учителя стали меньше за нами следить, – они собирались в одном месте и даже немного пританцовывали.

Но все хорошее, конечно же, заканчивается. «Зеленый бал» подошел к концу. Музыка стихла, когда на сцену вышел директор школы.

– Ребята, – заговорил он, – хоть и грустно это говорить, но наш бал, «Зеленый бал», закончился! – по залу прошелся недовольный гул. – Да-да, нам тоже хочется еще! Но! Впереди у вас каникулы, наслаждайтесь зимой, дарите подарки и продолжайте верить в чудо! С Новым годом!

Под громкие аплодисменты директор спустился со сцены и подошел к учителям, которые уже стояли у выхода из зала. Аккуратной толпой нас провели к гардеробу, где мы быстро оделись и выскочили на улицу. Разгоряченные после танцев, мы не чувствовали мороза. Снег хрустел под ногами, а далекие яркие звезды помогали фонарям освещать дорогу.

– Спасибо, ребят! – сказала я. – Это был правда классный бал.

– И даже никто не превратился в тыкву! – засмеялась Мира. Забавно, она повторила шутку, которую я написала маме.

– Жаль, что половину вечера вас где-то носило, – поддела нас Аня, за что получила локтем от Миры.

– А куда вы ускакали? – спросила нас Мира, и уже Аня в ответ пихнула ее локтем.

– Поговорить, – честно ответил Марк.

– Под лестницей? – спросил Денис.

– Ну, у нас небольшой выбор укромных мест, – засмеялся Марк.

– И о чем же вы разговаривали, если не секрет? – спросила Аня.

– Обо всем, – ответила я.

– А если точнее? – не успокаивалась Аня.

Мы переглянулись с Марком. Я постаралась сказать ему одними глазами: говори.

– О том, что у нас есть два дня, – заговорил Марк. – И что эти два дня мы проведем так, будто не знаем, что будет дальше.

Все замолчали, обдумывая сказанное Марком. Было интересно наблюдать, как ребята переживают за нас. Было даже видно их сожаление, что у нас осталось только два дня. У нас: у нас с Марком, у меня с друзьями. Два дня, когда мы можем почувствовать себя героями моего любимого сериала «Друзья». Что ж, на последней серии я плакала. Мне было грустно. Но это светлая грусть. С нами будет так же.

– Хм, – Мира прервала мои размышления. – Это, наверное, правильное решение.

– Я согласен, – поддержал Денис.

– Да, я тоже думаю, что это правильно, – сказала Аня. – Зачем портить праздник?

И мы с облегчением расхохотались. И уже смеясь и подшучивая друг над другом, мы дошли до моего дома.

– Спасибо вам! – еще раз повторила я.

– И тебе спасибо, – сказала Аня и обняла меня на прощание. А потом мы обнялись с Мирой и Денисом.

– Быстрее бы завтра, – сказал Марк, когда ребята немного отошли от нас, чтобы мы могли попрощаться.

– Почему? – спросила я.

– Чтобы снова тебя увидеть, – тихо ответил он и поцеловал меня в нос.

– До завтра, – пролепетала я, развернулась и, радостная, забежала в парадную.

Дома уютно пахло свежезаваренным чаем и смородиной. Бабушка, улыбаясь, вышла меня встретить.

– Как все прошло? – спросила она.

– Кажется, идеально! – честно и с радостью ответила я.

– Так же идеально, как и твой образ? – сказала бабушка, когда увидела платье. – Ты отлично выглядишь!

– Спасибо! – сказала я и обняла ее.

– Пойдем попьем чай, – предложила бабушка. – Ты голодная?

– Если честно, я бы перекусила, – ответила я.

– Тогда сначала рататуй, а потом чай, – сказала бабушка. – Переодевайся и приходи на кухню.

Во время ужина я рассказала бабушке о подготовке к балу, о самом бале, о песнях, танцах и настроении. Умолчала почему-то только о нашем разговоре с Марком.

– Больше ничего не хочешь рассказать? – с лукавой улыбкой спросила бабушка. – По твоим счастливым глазам все видно.

И я не удержалась – все рассказала. Бабушка взяла меня за руку.

– Это и есть новогоднее чудо, – сказала она. – Вы еще дети, но смогли принять такое взрослое и мудрое решение. Вашу боль вытеснят приятные воспоминания.

– Спасибо, бабушка! – мне было спокойно рядом с ней. Хотелось еще сидеть и разговаривать, разговаривать, разговаривать… Но сил у меня совсем не оставалось, казалось, я могу уснуть за столом. – Я пойду спать. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, дорогая! – сказала бабушка. – Приятных снов.

– И тебе, – уже еле ворочая языком, ответила я и поплелась в свою комнату.

Из последних сил я напечатала маме СМС:

«Это был классный бал. Даже в обычном платье я почувствовала себя принцессой».

30 декабря

Ночь я проспала спокойным сном, даже приятным: мне снился бал. Только не школьный, а настоящий. Это был большой зимний бал в прекрасном стеклянном дворце, где собрались принцы и принцессы, короли и королевы. И я была одной из них. И Марк был одним из них. Всю ночь мы вальсировали… Его белый фрак с голубым галстуком-бабочкой сочетался с моим белым пышным платьем, украшенным голубыми цветами. Но это был не просто зимний бал… Он был волшебный и сказочный. Пока играла музыка, прямо с потолка на танцующих людей падали крупные снежинки. Однако от них нам не было холодно! Если музыка начинала играть быстрее, то и снежинки ускорялись, кружась в своем волшебном белом танце…

Поэтому я проснулась в замечательном настроении. Хоть и не принцессой. Выглянув в окно, я увидела снежинки, которые перекочевали из моего сна в Санкт-Петербург: снежинки, проделывая забавные виражи, падали на землю, дома, людей и машины. Солнце спряталось за облаками, но это не испортило настроения. Через два дня Новый год! Два дня! Мне хотелось закружиться в танце, но… я пошла умываться и чистить зубы. Из снежной сказки в зимнюю реальность.

Бабушка еще спала, поэтому я в одиночестве сварила себе кофе, положила печенье с корицей и села завтракать. Мне так хотелось написать Марку, но я держалась: на часах восемь утра, пусть спит. Хотя нам осталось два дня, мог бы и пораньше проснуться. Но не буду вредничать, просто подожду. Интересно, чем мы сегодня займемся? Просто погуляем, зайдем в кафе, пойдем в кино? Может быть, позвать его в музей? У меня же было три музея по плану… Вздохнув то ли от невозможности придумать решение, то ли от мыслей, которые гнала от себя, я пошла к себе в комнату.

«Я люблю тебя», – эти слова Марка пульсировали у меня в голове. А еще они навалились на меня тяжелым грузом. До этого я могла переживать только о себе, смаковать свою грусть, жалеть. Но сейчас! Сейчас я понимаю, что Марк тоже будет, наверное, страдать и с грустью вспоминать наши две недели, наш Новый год. И никакая, даже самая веселая, рождественская ярмарка не сравнится с нашим балом.

Но какое же прекрасное чувство, когда тебе признаются в любви! От этого хочется летать. Вот реально, ощущение, что руки превращаются в крылья, и ты сможешь взлететь с первым порывом ветра. И лететь… Лететь, наслаждаясь свободой. Лететь, радуясь ветру. Лететь, наслаждаясь взаимной любовью.

Получилась какая-то сложная арифметика: любовь = легкость чувств + тяжесть грусти. И как же жить? Можно ли изменить это уравнение? Наверное, нет. Но можно изменить свое отношение к нему. Я же решила, что у нас есть только два дня, которые мы проведем вместе, будто потом не наступит расставание.

Телефонный звонок прервал мои размышления. Марк. Все-таки решил позвонить мне пораньше.

– Привет, – сказал он тихо, – я тебя не разбудил?

– Доброе утро, – тоже тихо ответила я, – нет, я уже давно проснулась.

– Это отлично! – уже более громко сказал Марк. – Мне можно прийти?

– Конечно, – ответила я и, кажется, улетела на седьмое небо от радости. – Только бабушка еще спит.

– Давай тогда я попозже приду? – засомневался Марк.

– Нет, приходи сейчас, – попросила я. Мне хотелось как можно быстрее его увидеть.

– Хорошо, – сказал он. – Минут через двадцать буду.

До Нового года два дня, а мы с бабушкой не успели обсудить праздничный стол! Кажется, я придумала занятие на сегодня… Словно прочитав мои мысли, бабушка постучалась в комнату.

– Доброе утро, Сонечка, – поздоровалась она. – Что-то я сегодня с трудом проснулась.

– Доброе утро! – я помахала рукой. – А я, наоборот, проснулась рано.

– Давно не спишь? – спросила бабушка и села на кровать.

– Часа полтора, – я посмотрела на часы. – К нам хочет зайти Марк.

– Отлично, – обрадовалась бабушка. – Какие у вас планы на сегодня?

– Пока никаких, – сказала я. – Но нам, наверное, нужно придумать меню на завтра?

– Спасибо, – ласково ответила бабушка. – Меню мы с Екатериной Романовной уже продумали.

– Хорошо, тогда мы сходим закупить продукты, – предложила я.

– Сонечка, не переживай, – сказала бабушка. – Вы идите гулять с Марком, а мы закажем продукты. Не совсем же мы древние, умеем пользоваться приложениями с доставкой.

– Бабушка, – я засмеялась, – я и не считаю вас древними, просто хотела помочь.

– Завтра точно помощь пригодится, – сказала она. – Нужно будет много готовить. И, конечно, сходить в магазин, если чего-то не будет хватать.

– Отлично, – кивнула я головой. – Договорились!

– Иди открывай дверь, – сказала бабушка, когда раздался звонок. – Я пока чайник поставлю. Мороз такой, Марк, наверное, замерз, пока с Кефиром гулял.

Я пошла встречать Марка, а бабушка – на кухню. Мое сердце радостно билось в ожидании нашей встречи. Десять, девять, восемь, семь…

– Привет! – радостно сказал Марк, когда я открыла дверь. – Бабушка сырники передала.

– Отлично! Проходи, – сказала я, и мы неловко обнялись, еще не понимая, как нам вести себя, когда рядом кто-то из взрослых.

– Елизавета Михайловна, доброе утро! – сказал Марк, когда мы зашли на кухню. – А бабушка сырники передала, – он поставил контейнер на стол.

– Привет, дорогой, – сказала бабушка. – Сейчас с ними чай и попьем.

Мы сели за стол, бабушка разлила горячий облепиховый чай по кружкам и разложила по тарелкам горячие сырники.

– Катюшины сырники самые вкусные, – похвалила она подругу.

– У вас тоже очень даже ничего, – Марк попытался сделать бабушке комплимент.

– «Очень даже ничего»? – засмеялась бабушка. – Интересная шкала оценки.

– Я имел в виду, что у вас тоже очень вкусные сырники получаются, – засмеялся Марк в ответ.

– Спасибо, дорогой! – сказала бабушка. – А какие у вас планы на сегодня?

– Мы еще не решили, – ответил за нас Марк. – И от помощи с продуктами бабушка отказалась.

– Сходите в кино, – предложила бабушка.

– А может, в музей? – спросила я.

– Хм, – Марк задумался. – Давай в музей. У меня есть один на примете.

– Отлично, – я была рада, что он согласился.

Для приличия мы посидели с бабушкой еще минут тридцать, я помыла посуду и пошла собираться. Интересно, о чем они будут разговаривать? Будет ли бабушка спрашивать про меня? Но времени гадать не было, поэтому я быстро оделась и была готова отправиться на улицу.

Как только за нами закрылась дверь, Марк повернул меня к себе и поцеловал.

– Я очень соскучился, – сказал он тихо.

– Я тоже… – у меня перехватило дыхание.

– Готова увидеть самый необычный памятник? – спросил Марк. – Поправка: если ты его сможешь увидеть.

– Готова, – кивнула я. – Только ничего не поняла.

– Скоро увидишь! – подмигнул он мне. – Или нет.

Недоумевая, я села в такси, которое вызвал Марк, и в полной тишине мы поехали по заснеженной улице. Город начинал просыпаться: люди ходили по магазинам, яркие новогодние гирлянды отражались в витринах, дети с радостными воплями бегали по сугробам.

– Вот и приехали, – сказал Марк, когда мы остановились на набережной реки Фонтанки.

Мы вышли из машины, я оглянулась, но не увидела никакого необычного памятника.

– Нам надо немного пройтись, – сказал Марк и взял меня за руку.

– Ты решил меня запутать? – весело спросила я.

– Может быть, – ответил он загадочным тоном.

Минут через пять Марк остановился.

– Ты готова? – спросил он.

– Еще как! – я сгорала от любопытства.

– Поворачивайся, – скомандовал Марк.

Я повернулась, но не увидела памятника. Пустота. Кажется, я была готова взорваться от возмущения, не понимая этой игры Марка.

– А где памятник?

– Видишь постамент? – Марк тыкнул пальцем немного левее.

– Вижу, – растерянно сказала я. – А памятник-то где?

– Подойди поближе, – уже смеясь, ответил Марк.

– Марк, – я так громко засмеялась, что чуть не согнулась пополам, – это смешно!

– Памятник Человеку-невидимке, – Марк тоже все еще смеялся. – Мне кажется, что это реально классный памятник.

– Согласна, – я попыталась успокоиться. – Вот что ты имел в виду, когда говорил, что я его могу и не увидеть.

– Мне показалось, что ты оценишь такой необычный экземпляр, – Марк поцеловал меня в нос.

– А это настоящий памятник? – спросила я.

– Когда-то на этом постаменте стояли настоящие бюсты, но с ними вечно что-то случалось. А потом кто-то из местных написал «Человеку-невидимке» – так и осталось, – ответил Марк. – Я подумал, что это тоже неплохо передает настроение города.

– Я, кстати, люблю это произведение Уэллса, – сказала я. – Прикольно, что памятник получился спонтанно.

– Ага, – согласился Марк. – Может, пойдем в музей?

– Только если его можно увидеть, – хмыкнула я. – А то что-то сегодня холодно.

– Увидишь, – ответил Марк и обнял меня. – Хотя я готов всю зиму так простоять.

И эти несколько секунд мне показались нежной вечностью. Тепло разлилось по всему телу, даже морозный воздух показался горячим.

– Ладно, – Марк с неохотой отстранился от меня, – поехали в музей.

– Поехали… – с грустью ответила я.

Марк вызвал такси, и мы помчались в музей. Вот только это был сюрприз – я опять не знала, куда мы направляемся. Как легко удивлять приезжих!

– Как учеба, молодежь? – сделав радио тише, спросил нас водитель.

– К счастью, уже закончилась, – отозвался Марк. – Законные каникулы.

– Давно такой зимы не было, – продолжил разговор водитель. – Настоящая сказка.

– Это точно, – подтвердил Марк его слова.

– Сейчас бы на санках кататься… – мечтательно проговорил водитель.

– С санками сложнее, но на коньках можно, – ответил Марк.

– Да, – кивнул водитель. – Вот в детстве всю зиму с друзьями гоняли на санках… Вы уже, наверное, этого не поймете…

– А мы на плюшках катались, – влезла я в разговор.

– О, – протянул водитель. – Не все потеряно! Молодцы!

Чувствовалось, что водителю хочется пообщаться. Но нам хотелось насладиться обществом друг друга, атмосферой красиво украшенного города, ощущением праздника. Наконец машина остановилась, мы вышли, и Марк взял меня за руку. Больше всего на свете в этот момент мне хотелось, чтобы он не отпускал мою руку. НИ-КОГ-ДА. Его прикосновение дарило столько эмоций, что я от радости раздувалась как воздушный шарик. Еще два дня. Только два дня. Поежившись от мыслей или холода, я посильнее сжала его руку.

– Я помню про твой план, – сказал Марк. – Поэтому долго думал, как совместить музей и романтическое свидание перед Новым годом.

– И что же ты придумал? – спросила я взволнованно.

– Надеюсь, тебе понравится, – Марк не ответил на мой вопрос, но показал на здание, где виднелась надпись «Музей».

Все еще не понимая, чему посвящен этот музей, я подошла к кассе вслед за Марком. Он купил билеты, и мы зашли в здание. Первым, что мы увидели после гардероба, была большая елка, украшенная разными игрушками. Елочные гирлянды радостно приветствовали посетителей разными цветами.

– Это музей «Старый Новый год», – смущенно сказал Марк. – Пусть немного старомодно, но мы же в Питере…

– А я люблю «старомодное», – улыбнулась я, и мы отправились в путешествие по традициям праздника.

Мы с невероятным интересом начали изучать экспонаты: елочные игрушки, открытки, газеты, костюмы и маски. Так интересно было окунуться в новогоднюю атмосферу того времени, когда наши бабушки, дедушки и родители были детьми. Потом, не успев отойти от первых впечатлений, мы пошли смотреть видеозаписи новогодних выступлений советских артистов. Это просто чудо! Голова кружилась от красоты, мерцающих огоньков и ощущения праздника.

– Молодые люди, – к нам подбежала девушка в костюме Снегурочки. – Во-первых, не хотите сфотографироваться с Дедом Морозом? А во-вторых, поучаствуете в наших конкурсах?

– Ага, – хором сказали мы, отвечая на два вопроса сразу.

Девушка со скоростью ракеты отвела нас к Деду Морозу, с которым мы сделали селфи. А потом с такой же скоростью она повела нас участвовать в новогодних конкурсах. Мы подошли к людям, которые уже ждали начала. Компания собралась не очень большая: мужчина с женщиной, молодая мама с ребенком лет пяти и парень с девушкой, которые были немного старше нас.

– Начнем? – радостно спросила Снегурочка.

– Начнем! – ответил за всех парень.

– Если вы хотите получить подарки от Деда Мороза, то вам нужно ответить на несколько вопросов. Что использовали советские дети вместо санок?

– Портфель! – радостно засмеялся мужчина.

– Верно, – Снегурочка захлопала в ладоши. – Вам конфетка! Что на макушке у елки?

– Звезда! – еще громче закричал мужчина.

– Какой вы резвый, – улыбнулась Снегурочка. – Тогда вопрос посложнее: как зовут королеву снега?

– Снежная Королева, – сказала молодая мама.

– Да! – внучка Деда Мороза запрыгала от радости и отдала ребенку почти все конфеты.

Но на вопросах Снегурочка не остановилась. Она устроила нам дополнительные конкурсы: вырезание из бумаги снежинок на скорость, поиск конфетки в большом мешке. Еще мы отвечали на зимние загадки и все вместе придумывали новогоднее стихотворение. Но самым милым было то, что с победой любого участника мешочек с конфетами у ребенка пополнялся – все отдавали свои конфеты ему. Вот так незаметно, с юмором, с ощущением детства пролетело два часа. Уже немного уставшие, мы собрались уходить из музея.

– Стой, – Марк неожиданно остановился. – Я кое-что забыл…

– Что? – я резко затормозила и чуть не врезалась в елку.

– Я немного стесняюсь, – забубнил Марк. – Музею можно подарить игрушку, и она будет лежать в качестве экспоната…

– Ого, – я не понимала, что Марк этим хочет сказать.

– Я принес из дома елочную игрушку, – Марк достал из рюкзака бумажный сверток, в котором был стеклянный пингвин на санках.

– Какой красивый, – я аккуратно взяла игрушку в руки, чтобы получше рассмотреть.

– Так вот, – продолжил Марк, – давай вместе подарим этого пингвина музею? Чтобы он тут остался на память о… о нас…

– Давай, – мне захотелось заплакать от этого романтичного предложения.

Мы передали игрушку куратору музея, который пообещал, что скоро выложит ее на витрину. Ну что ж, это самый необычный способ увековечить свои отношения, которые закончатся сразу же после такого прекрасного праздника. Красивый финал сказки. У Золушки была хрустальная туфелька, у меня – стеклянная елочная игрушка. Вполне неплохо. И пусть это пингвин на санках. Но разве можно представить что-то более новогоднее?

Идти домой совсем не хотелось, но наш предпоследний день рано или поздно все равно должен закончиться. Мы вышли из музея, поглощенные своими мыслями. Я посмотрела на Марка. Такое загадочное выражение лица… Интересно, о чем он думает? Понимает, что затеял самое романтичное предновогоднее свидание? Оно такое питерское. Уверена, что ни один парень в другом городе не повел бы девушку смотреть памятник, которого не существует. Или в музей, где ноль современности и технологий. Но где есть праздник. Настоящий, традиционный и добрый.

Мы сели в автобус. К сожалению, без того милого кондуктора. Я положила голову Марку на плечо и стала смотреть в окно. Мимо нас проплывали дома, где так уютно горел свет в окнах. В некоторых из них можно было увидеть елки, которые светились, казалось, тысячью огоньков. На остановке с громкими поздравлениями в автобус ввалилась компания из пяти Дедов Морозов, которые начали дарить пассажирам мандарины. Не растерявшись, Марк быстро открыл рюкзак и достал шоколадку.

– И вас с Новым годом, – сказал Марк и протянул шоколадку Деду Морозу, давшему нам мандаринки. Молодой парень, скрывавшийся под бородой и париком, растерялся, подумал пару секунд и взял шоколадку.

– Еще никто не поздравлял Деда Мороза в ответ, – радостно сказал он. – Пусть у вас все получится.

И так же, с громкими поздравлениями, все пятеро выскочили на следующей остановке.

– Кажется, слишком много Дедов Морозов за один день, – засмеялся Марк.

– Лучше много, чем ничего, – хихикнула я и снова положила голову ему на плечо.

По автобусу расплылся запах мандаринов, в животе заурчало, и я тоже решила почистить свои. Быстро расправившись с кожурой, я разделила мандарин пополам и дала одну часть Марку. Так мы и ехали: тишина со вкусом мандарина. Жаль, что это не кольцевая линия метро, где можно кататься весь день. Выйдя на своей остановке, мы медленным шагом направились в сторону моего дома. Хотелось сказать спасибо погоде – мороз отступил, и прогулка выходила приятной.

– Это был классный день, – сказала я. – Спасибо!

– Тебе спасибо! – ответил Марк. – Я рад, что тебе понравилось.

– Конечно, понравилось! Я же выполнила все пункты своего плана. – Мне захотелось отшутиться.

– Значит, нужно придумать новый план на следующий год, – сказал Марк и осекся.

– Придумаю, – я попыталась сказать это максимально весело.

– Сонь, – Марк легонько пихнул меня. – А знаешь что?

– Что? – я пихнула его в ответ.

– Я люблю тебя, – крикнул Марк, схватил и закружил меня.

– Я тоже тебя люблю, – радостно прошептала я, когда он поставил меня на землю. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом поцеловались. И снова земля ушла у меня из-под ног. В этот момент я обожала весь мир. В этот момент я ненавидела весь мир. Обрела и потеряла любовь. Вот такой ты безжалостный, Санкт-Петербург.

Бабушка встретила меня очень довольная – видимо, у нее день прошел не хуже моего. По квартире витали аппетитные ароматы, и я поняла, что была очень голодна. Быстро переодевшись в домашнее, зашла на кухню, где меня уже ждал накрытый стол.

– Завтра самый майонезный праздник, поэтому сегодня я решила приготовить что-нибудь легкое, – сказала бабушка и показала на тарелку, где лежали рыбный стейк и брокколи.

– Спасибо! – сказала я и набросилась на еду.

– Кажется, жених тебя не кормит, – засмеялась бабушка.

– Мы так увлеклись музеем, что забыли поесть, – захихикала я.

– Вот она – молодость, – хмыкнула бабушка, – я не могу позволить себе забыть об обеде, а то буду вялой и унылой.

– Это не молодость, это конкурсы от Снегурочки, – ответила я и рассказала бабушке, как прошел наш сегодняшний день с Марком.

После ужина мы вышли на балкон. Укутавшись в клетчатые пледы, с имбирным чаем в руках, мы сели на балконе, чтобы посмотреть, как в темнеющем небе появляются звезды. За окном потрескивал мороз, который днем набирался сил, позволив людям погулять. Дома было тепло и так уютно, что хотелось остановить время.

– Я хоть и взрослая, но в чудеса верю, – сказала бабушка.

– Хм. – Я сделала глоток чая. – Кажется, я тоже верю…

– Кажется? – удивилась бабушка.

– Ну знаешь… – я замялась.

– Поняла, – кивнула бабушка. – Но можно маленький совет?

– Можно… – я была в растерянности, совсем не хотелось нравоучений.

– Не переставай верить в чудеса! – сказала бабушка. – И «чуди» сама!

– Что ты имеешь в виду? – я все еще ничего не понимала.

– Ты можешь сама сотворить чудо для кого-то, – сказала бабушка. – Поверь, это так же приятно! Да, сейчас тебе кажется, что чудес не бывает, раз у вас с Марком все так вышло… Но завтра Новый год! Дай чуду шанс!

– Спасибо, бабушка, – немного с грустью улыбнулась я. – Постараюсь верить.

– И «чудить»? – весело спросила бабушка.

– И «чудить», – засмеялась я.

Мы в тишине продолжили любоваться звездами, которые, как светлячки, вспыхивали на небе. Как же мне не перестать верить в чудо? Легко сказать. Я же верила… И что из этого вышло? Просто мимолетный «пшик». А как самой сотворить чудо? Кажется, я совсем запуталась в своих мыслях, чувствах и желаниях. Одновременно мне хотелось всего и ничего…

Вечер плавно перетекал в ночь, а мы все еще сидели на балконе, погруженные в мысли. Нашу тишину нарушали редкие прохожие, у которых под ногами весело скрипел снег.

– Ну что, – прервала тишину бабушка, – думаю, надо пойти спать. Завтра нам понадобятся силы.

– Это точно, – отозвалась я. – Спокойной ночи!

Спать не хотелось – мне было жалко заканчивать этот день, поэтому я взяла блокнот, карандаши и включила музыку в наушниках. Рисование всегда успокаивает. Вот и сейчас, пока я рисовала персонажей из любимой книги, мне стало спокойнее. Мысли перестали хаотично бегать, меняя мое настроение. Сейчас я чувствовала приятную грусть. Завтра Новый год – это приятно. Завтра наш последний день с Марком – это грустно. А послезавтра я оставлю в старом году все тревоги, беспокойства, все планы. И Марка. Я оставлю его во вчера.

Сон подкрался незаметно, глаза начали слипаться, и я уже с трудом водила карандашом по бумаге. Переодевшись в пижаму, я написала маме СМС и легла под одеяло, которое уютным объятием укрыло меня от всех переживаний.

«Мам, а у вас в детстве был очень уютный Новый год!»

31 декабря

Утром я проснулась от запаха любимого мандаринового кекса, которым мама меня балует по праздникам. Видимо, бабушка решила поднять мне настроение вкусняшкой. План сработал. Настроение у меня было прекрасное. Потянувшись, я выкарабкалась из одеяла. Одиннадцать утра! Почему же бабушка меня не разбудила?! Яркое солнце светило в окно, зазывая пойти гулять. Но! Сегодня Новый год! Поэтому я быстро умоюсь и отправлюсь помогать бабушке. Вечером придут Екатерина Романовна с Марком, поэтому, солнце, прогулка будет, но позже. Еще же и подарки нужно незаметно положить под елку! Дел невпроворот. А я и Риту хотела поздравить. Нужно как-то все успеть.

Из-за закрытой кухонной двери доносились тихие голоса. Неужели уже кто-то пришел? На цыпочках я подошла к двери… Мама? Мама!

– А что ты тут делаешь? – закричала я, открыла дверь и бросилась маме на шею.

– Соня, – мама засмеялась, – решила устроить тебе сюрприз.

– Это лучший сюрприз! – я все никак не могла отпустить маму. – Я так рада, что ты приехала.

– Я не могла оставить тебя без красивого платья на Новый год, – мама хитро улыбнулась. – А то я знаю тебя, встречала бы в толстовке.

– Бабушка, а ты знала? – спросила я.

– Знала! – бабушка захихикала. – Но молчала как шпион. Чудеса ведь случаются.

– Какие вы хитрые! – я обняла бабушку.

– Будешь кекс? – спросила мама.

– Еще спрашиваешь, – ответила я и с огромным удовольствием откусила кусок горячей выпечки. – Блаженство…

– Какие у тебя планы на сегодня? – спросила мама.

– Собиралась помогать с праздничным столом, – ответила я и посмотрела на маму с бабушкой.

– Знаешь, дорогая, три хозяйки на одной кухне… – бабушка улыбнулась. – Мне кажется, мы больше мешать друг другу будем.

– Поэтому ты смело можешь пойти погулять, – сказала мама.

У меня сложилось впечатление, что меня выпроваживают. Но я понимала, что маме с бабушкой нужно многое обсудить, поэтому я смогу сбегать поздравить Риту. Думаю, это даже лучше, чем резать салаты. Позавтракав и наобнимавшись, я ушла к себе в комнату. Через несколько минут в дверь постучалась мама.

– Извини, – сказала она, – мы бы с радостью хотели начать подготовку вместе… Просто нам с бабушкой нужно поговорить.

– Все хорошо, – сказала я. – Понимаю.

– Какая же ты у меня взрослая, – обняла меня мама. – А я даже не заметила.

– Сегодня мне хочется побыть ребенком, – с небольшой грустью в голосе сказала я.

– Тогда надень шапку, когда пойдешь гулять, – засмеялась мама.

– Я, кстати, схожу погулять, – ответила я.

– Одна? – удивилась мама.

– У меня появилась знакомая, которую я хотела бы поздравить с Новым годом, – рассказала я.

– Что за знакомая? – немного взволнованно спросила мама.

– Девушка из цветочного магазина. Она чуть старше меня. Помогла нам с бабушкой сделать букет на день рождения, и венок мы с ней делали.

– Ой, венок очень красивый, – похвалила мама. – Хорошо, только ты уж сильно долго не гуляй. Я соскучилась.

– Я тоже соскучилась, – заулыбалась я и сжала маму в объятиях.

– Ладно, хватит сантиментов, – мама вытерла слезинку с уголка глаза. – Пойду помогать Елизавете Михайловне.

Когда мама вышла из комнаты, я села на кровать и упаковала альбомы в красивую бумагу со снежинками. Получилось мило и не очень навязчиво. Не хотелось бы своим подарком ставить в неловкое положение новую подругу. Через некоторое время я уже была готова и, чмокнув маму с бабушкой, выскочила на улицу.

Морозный ветер обжигал лицо, но я не могла перестать улыбаться! Сегодня Новый год! Ничто не способно мне испортить настроение. Даже наш с Марком «один день». И вприпрыжку я направилась к цветочному магазину. Прыгая и улыбаясь, словно первоклашка перед каникулами, я поняла, что Рита может сегодня не работать… Наверное, это все-таки мне испортит настроение. Но, к моей радости, подойдя к магазину, в окне я увидела Риту, которая что-то упаковывала за прилавком.

– Привет! – закричала я, открыв дверь и впустив в магазин холодный воздух.

– Я так и знала, что ты придешь, – Рита улыбнулась и вышла ко мне навстречу, чтобы обнять. – Как у тебя дела?

– Знаешь, отлично! – сказала я. – У меня для тебя есть маленький подарок.

Немного смущаясь, я достала из шопера подарок. Дарить подарки я люблю больше, чем получать. Эмоции зашкаливают, когда человек в предвкушении снимает бумагу, ты видишь его улыбку, замешательство и… радость! Неповторимое чувство. А вот получать подарки мне всегда немного страшно, вдруг я не проявлю необходимых эмоций и обижу человека.

Но мое смущение быстро прошло, потому что Рита с нескрываемой радостью начала распаковку подарка. Она аккуратно сняла бумагу и достала альбомы.

– Соня… – сказала Рита, рассматривая иллюстрации. – Это так красиво! Большое спасибо!

– Не за что! – я была польщена, что смогла угадать с подарком.

– А у меня для тебя тоже есть подарок, – загадочно проговорила Рита.

К этому я не была готова. От волнения по телу пробежали радостные мурашки.

– Ты пришла прямо вовремя, – продолжила Рита. – Я только закончила упаковывать его.

– Ого, – сказала я, когда Рита дала мне красивый сверток в голубой бумаге, перевязанный широкой белой лентой. – Спасибо! Можно открыть?

– Нужно, – засмеялась Рита. – Но если хочешь, открой его дома.

– Нет, – отказалась я и хихикнула. – Я лучше тут. А то умру от любопытства.

С приятным волнением я развязала ленту и раскрыла бумагу. Ахнув от нахлынувших эмоций, я стала рассматривать подарок. Рита очень творчески подошла к выбору, и мне стало немного неловко за свой подарок – он сразу показался слишком простым. А подарок Риты был новогодним и продуманным. Конечно, меня сразу поразила брошь в виде рождественского цветка пуансеттии, бархатные лепестки красного цвета казались такими живыми, что мне даже захотелось понюхать брошь. Но вот что точно обладало ароматом, так это свечи – Рита положила три медовые свечи в виде луны: месяц, полумесяц и полная луна. Ну и приятным дополнением к подарку были карамельки в виде трости. Я посмотрела на Риту, и на моих глазах выступили слезы. Как жаль, что мы с ней больше не увидимся…

– Большое спасибо, – тихо сказала я.

– И тебе, – ответила Рита и обняла меня.

– Брошь чудесная, – сказала я и аккуратно сложила свой подарок в сумку.

– Кстати, я сама ее сделала, – немного смущаясь, сказала Рита.

– Правда? – спросила я. Мне было безумно приятно, что Рита своими руками сделала для меня подарок.

– Правда, – ответила она и заулыбалась.

– Если честно, я боялась, что могу поставить тебя в неловкое положение своим подарком, – призналась я. – А сейчас…

– Хочешь сказать, что я поставила тебя в такое положение? – Рита наигранно надула губы.

– Нет, – засмеялась я. – Хочу сказать, что ты поставила меня в невероятно приятное положение.

– Я рада, – сказала Рита и снова обняла меня.

– А ты до закрытия будешь работать? – мне показалось несправедливым, если Рита будет работать до десяти вечера.

– Конечно, нет, – ответила Рита. – Я часов в пять закрою магазин. Мы и не планировали сегодня открываться, но я решила не мешать маме готовить, поэтому сбежала сюда. Да и тебя ждала.

– Я рада, что ты сегодня тут, – ответила я и рассказала Рите все про себя и Марка, про наш план, про мой переезд.

– Ой, Соня, – Рита внимательно посмотрела на меня. – Я тебя еще мало знаю, но ты производишь впечатление сильной девушки. Уверена, что у тебя все будет хорошо!

– Хо-ро-шо… – протянула я, будто пробуя на вкус это слово. – Знаешь, я тоже уверена, что так все и будет. Может быть, следующий год принесет мне настоящее новогоднее чудо, раз этот не смог.

– Правильный настрой! – одобрительно кивнула Рита, и мы громко засмеялись.

Время за общением пролетело незаметно, но даже приятная беседа с новой подругой не могла заменить уютную подготовку к празднику с мамой и бабушкой. И Марком. Поэтому я быстро собралась, обняла Риту и пошла в сторону дома. Я даже не могла честно себе ответить на вопрос: к кому мне хочется больше? Но меня позабавила мысль, что если бы Марк не уезжал, то мама сегодня познакомилась бы с моим парнем. А так… Так мама познакомится с внуком бабушкиной подруги. Пусть и с маленькой историей, в которой есть я. Надеюсь, знакомство пройдет легко. Не хватало еще садиться за новогодний стол с плохим настроением и недосказанностью. Пусть сегодня будет большой радостный праздник семьи и друзей. Больше ничего и не прошу. Только вот такое маленькое чудо – душевный праздник.

Стоило только войти в квартиру, как мне навстречу выскочил Кефир. Неужели Марк уже пришел? Только этого не хватало… Надеюсь, знакомство с мамой прошло без потерпевших.

– А мы даже не слышали, как дверь открылась, – сказала бабушка, выйдя в коридор.

– А Екатерина Романовна уже пришла? – спросила я.

– Я думаю, тебя больше интересует, пришла ли она с Марком, – засмеялась бабушка, а я густо покраснела.

– Бабушка… – я не нашлась, что ответить.

– Они вместе пришли, – сказала бабушка и потрепала меня по волосам.

– И как? – допытывалась я.

– Все хорошо, – тихо сказала бабушка. – Пойдем на кухню. Оказывается, нам нужна дополнительная помощь.

– Сейчас приду, – сказала я. – Нужно кое-что сделать.

Я быстро шмыгнула к себе в комнату, взяла подарки, которые подготовила, а потом так же быстро шмыгнула в гостиную, чтобы спрятать их под елку. Как хорошо, что у Риты в магазине большой выбор. Я успела купить для мамы вполне хороший подарок – набор натуральных масел для ароматерапии и свечи. Ну вот и все. Главная задача на сегодня выполнена. Осталось собрать всю волю в кулак и зайти на кухню.

Вдох-выдох, один шаг. Я открыла дверь и увидела, что бабушки колдуют над чем-то из теста, Марк трет яблоко, а рядом с ним, смеясь, сидит мама и режет овощи.

– Всем привет, – сказала я, переключив их внимание на себя.

– Сонечка, привет! – мама помахала рукой.

– Здравствуй, дорогая, – Екатерина Романовна даже во время готовки оставалась настоящей аристократкой.

– Привет, – поздоровался Марк так тихо, что я едва его услышала.

– Так, – бабушка взяла ситуацию под контроль. – Иди к Вере с Марком и помоги им нарезать овощи, а то они только и делают, что смеются! Оставят нас без винегрета.

Марк с мамой переглянулись и засмеялись. Я уже не понимала, что мне думать и что мне делать. Поэтому я просто взяла нож и молча стала резать картошку. Из-за неловкого молчания (у меня даже сложилось впечатление, что я лишняя) бабушка сделала громче звук у телевизора, где показывали советский новогодний фильм, а потом, даже не сговариваясь, они вместе с Екатериной Романовной начали подпевать песне про пять минут. А через некоторое время к ним подключился Марк. Теперь переглянулись мы с мамой. И тоже запели! «Хор неровных голосов» – так можно было бы назвать наш квинтет. Это было до мурашек приятное единение. Оно длилось несколько минут, но сумело разбить неловкость между нами. Думаю, музыка – самая мощная сила. Особенно новогодняя музыка.

– Марк, когда пойдешь гулять с Кефиром, не забудь зайти за Снежинкой, – сказала Екатерина Романовна. – Соня, поможешь Марку?

– Конечно! – ответила я даже как-то чересчур воодушевленно. Но у нас сегодня последний день, а мы тратим его на нарезку салата.

– Вот и отлично! – ответила она. – А то Снежинке одной будет страшно!

– Ба, а так будет страшно нам всем, – засмеялся Марк и, повернувшись к маме, продолжил. – Снежинка совсем не из пугливых. Она уже Кефира воспитывает, – сказал Марк и очень тихо добавил: – И бабушку тоже.

– Марк, не спорь со старшими, – наигранно возмутилась Екатерина Романовна.

– Ба, с тобой не поспоришь! Ты чемпион по переспориванию, – продолжил шутить Марк.

– Это точно, – поддержала его моя бабушка.

– Так, подруга, а ты на чьей стороне? – Екатерина Романовна театрально всплеснула руками.

– Конечно, на твоей, – бабушка послала подруге воздушный поцелуй.

– То-то же, – довольная собой, ответила Екатерина Романовна.

Чтобы Кефир не мучился от ароматных запахов, которые витали по кухне, мы решили выйти с ним на прогулку. Нас встретили мороз, сугробы и пустые улицы. Большинство людей, так же как и наши родственники, были заняты подготовкой к главной праздничной ночи года. Марк спустил Кефира с поводка, и тот весело засеменил к ближайшему сугробу, чтобы вырыть норку и поваляться в снегу. Мы с Марком молчали. Казалось, что любое сказанное слово приведет к разговору о нашем расставании. Так и получилось…

– Мне не хочется, чтобы этот год заканчивался, – Марк первым нарушил тишину. Он повернулся ко мне и обнял.

– Мне тоже, – я глубоко вдохнула морозный воздух, отчего у меня заслезились глаза. Или от слов Марка.

– Может, следующий будет еще лучше? – сказал Марк, но я не поняла, обращается он ко мне или это просто риторический вопрос, из тех, что многие задают себе перед Новым годом.

– Может быть, – повторила я и решила сменить эту тему. – А твои родители приедут отмечать?

– Нет, – ответил Марк. – У них не получилось вырваться из Мюнхена.

– Жаль, я хотела бы с ними познакомиться, – ответила я.

– Кстати, у тебя очень классная мама, – улыбнулся Марк и сделал банальный, но приятный комплимент: – Теперь понятно, в кого ты такая красивая.

– Спасибо! А я смотрю, вы с мамой быстро подружились, – поддела я Марка.

– У нас есть с ней кое-что, что нас сближает, – Марк засмеялся и чмокнул меня.

– Что же? – не поняла я.

– Любовь к винегрету, – ответил Марк и щелкнул меня по носу.

– Марк! – воскликнула я с возмущением.

– Ты, – сказал Марк. – Ты нас сближаешь…

Я расчувствовалась, встала на носочки и поцеловала Марка.

– А это за что? – усмехнулся Марк.

– За вкусный винегрет, – ответила я и тоже щелкнула его по носу.

Мороз становился все сильнее, Кефир уже начал поджимать лапы, поэтому мы решили закончить прогулку и пойти за Снежинкой. Быстро собрав все необходимое и усадив кошку в переноску, побежали обратно. Время плавно двигалось к семи вечера, а остальные гости должны были прийти к восьми, оставалось успеть накрыть на стол.

Снежинка по-хозяйски сразу пошла изучать квартиру и, конечно же, елку, под которой количество подарков увеличилось – бабушки не теряли зря времени. Кефир, уставший от прогулки, растянулся под батареей в моей комнате. Марк пошел помогать бабушкам, а мама перехватила меня, чтобы поговорить.

– Сонечка, как ты? – спросила мама, села на кровать и похлопала рядом с собой, призывая сесть рядом с ней.

– Нормально, – ответила я и села на кровать в позе лотоса.

– Марк – очень хороший мальчик, – сказала мама и погладила меня по коленке. – Жаль, что все так получилось.

– Мне тоже жаль, – сказала я.

– Знаешь, мне кажется, в нашей семье не получаются отношения, если ОН из Питера, а ОНА из Москвы, – грустно проговорила мама.

– Мне казалось, что у меня получится сломать эту «традицию». – Я с грустью улыбнулась и посмотрела на маму.

– Я хотела узнать, ты точно решила не оставаться в Питере? – спросила мама, продолжая печально смотреть на меня.

– Мам, точно! – мне совершенно не хотелось разговаривать на эту тему. – Ты же сама не хотела, чтобы я переезжала. Вот я и не перееду.

– Неважно, чего хочу я, – сказала мама. – Ты мечтала жить в Санкт-Петербурге. Твоя мечта для меня важнее.

– Мам, честно, я уже не знаю, о чем мечтаю, – без сил ответила я.

– Ладно, у тебя еще есть немного времени, чтобы передумать, – сказала мама и улыбнулась. – Я поддержу любое твое решение.

– Останусь в Москве, – ответила я с твердостью в голосе. – Питер теперь точно мне не подходит.

– Хорошо, – согласилась мама. – А ты не хочешь посмотреть, какое платье я тебе привезла?

– Очень хочу! – ответила я и вскочила с кровати.

– Вот, – мама сходила в бабушкину комнату и принесла платье мечты: короткое бархатное платье с рукавами-фонариками.

– Мама, – крикнула я и бросилась обнимать ее. – Это просто… Вау! Какое оно классное! Я думала, ты привезла какое-нибудь мое старое платье.

– В Новый год только в новом платье, – мама счастливо рассмеялась.

– Вот его бы на «Зеленый бал»… – мечтательно протянула я.

Когда стол был накрыт, мы все пошли переодеваться, чтобы встретить гостей нарядными. Свое платье я дополнила брошкой, которую подарила мне Рита. Сегодня я буду самой стильной, без скромности подумала я, нарисовав стрелки. Когда я зашла в гостиную, в которой одиноко сидел Марк, погруженный в новогодний фильм, мне стало немного неловко. От непривычно короткого платья или оттого, что мы находились в комнате одни.

– Соня, – Марк вскочил, когда увидел меня и, немного запинаясь, сказал: – Ты… Ты очень красивая… Тебе очень идет.

– Спасибо… Ты тоже… Тоже отлично выглядишь! – Марк действительно классно выглядел: белый свитшот, светлые джинсы и яркое новогоднее дополнение – носки со снеговиками.

– Можно я тебя поцелую, пока никого нет? – спросил Марк и, не дожидаясь ответа, поцеловал меня до головокружения. Чертов последний день. Ну почему?

– Мне тоже хочется танцевать, – очень тактично сказала бабушка, когда поняла, что мы не заметили, что она вошла в комнату. Мы с Марком немного отстранились друг от друга, но продолжили держаться за руки. Интересно, мы достаточно взрослые, чтобы не стесняться этого?

– Если вы не против, то я включу побольше света, пока мы все не сядем за стол. А потом сделаем более уютное освещение, – сказала бабушка.

– Конечно, – сказали мы с Марком и одобрительно закивали.

В дверь позвонили, и мы всей большой компанией вышли в коридор встречать гостей. Первым пришел Владимир Петрович со своей женой Анной Николаевной. Снежинка, недолго думая, прыгнула ему на руки в надежде сорвать с него серебристый галстук. В то время как Кефир заставил Анну Николаевну чесать ему живот.

– Ух ты! – отцепляя от себя Снежинку, вскрикнул Владимир Петрович, когда увидел маму. – Верунчик, ты тоже тут! Рад, очень рад!

– Привет, дядь Вов, – ответила мама, сильно смущаясь, и обнялась с ним.

В общей суматохе никто не заметил, что дверь тихонько открылась и в квартиру вошел… Дед Мороз.

– А кто готов рассказать стишок? – басом спросил он, привлекая внимание.

– Игорь! – радостно крикнула бабушка.

– Я не Игорь! Я Дед Мороз! – засмеялся он в ответ. – Читать стихи будете?

– Может быть, дети расскажут? – засмеялась Екатерина Романовна. – Они же в школе что-то учат.

– Вы для меня все дети, – засмеялся Дед Мороз. – Я же старый.

– Привет, Дед Мороз! Меня зовут Вова. Я весь год был хорошим мальчиком. Отдавай мой подарок, – засмеялся Владимир Петрович.

– Только после стихотворения, – сурово сказал Дед Мороз.

– Уговорил! – ответил Владимир Петрович и прочитал короткий стишок:

Новый год – пора чудес!

Даже если ты уехал в лес!

Посмотри по сторонам —

Счастье ходит где-то там!

– Какой ты хороший мальчик, Вова! Подарю тебе и всем твоим друзьям подарки! – сказал Дед Мороз и достал из мешка пакет с мандаринами, ананас, сыр, икру и шампанское.

– Игорь! – бабушка всплеснула руками. – Ну все же уже купили! Куда столько еды?

– Смотри, как нас много! Все съедим, – довольный собой и произведенным эффектом, сказал он и снял накладную бороду и шапку.

Лицо Игоря Сергеевича мне показалось безумно знакомым. Точно!

– Ой, – сказала я. – Это же вы?

– Это я, – улыбнулся он. – Привет!

– А как это вы познакомились? – удивилась бабушка.

– А я подвозил твою внучку, когда она приехала в Питер, – рассказал Игорь Сергеевич.

– И вы прочитали мне прекрасное стихотворение… – опустив глаза от смущения, проговорила я.

– И это тоже было, – подтвердил он. – А я был уверен, что мы еще встретимся!

– Ты опять подрабатывал таксистом? – спросила бабушка.

– Ты же знаешь, мне иногда нужно кататься по городу, – ответил Игорь Сергеевич и улыбнулся бабушке. От его улыбки щеки бабушки залились румянцем.

– Кажется, партнер для танцев у твоей бабушки уже есть, – прошептал мне Марк.

– А пойдемте к столу, – предложила Екатерина Романовна.

– Точно, – согласилась мама. – Проводим Старый год.

Мы сели за стол, и бабушка приглушила свет. По комнате разбежались разноцветные огоньки от елочной гирлянды. Тепло. На краткий миг повисло молчание. Все наслаждались моментом и уютной атмосферой предстоящего праздника.

– Вы как хотите, а я начну есть! – сказала Екатерина Романовна. – Марк, поухаживай за своей бабушкой.

Никого не пришлось долго уговаривать, потому что вкуснейшие салаты и закуски приковывали к себе взгляд и вызывали аппетит. Владимир Петрович сделал погромче телевизор, потому что он считает, что Новый год без новогодних фильмов – не Новый год. Все были за – добрые истории и песни отлично дополнили беседу. Я посмотрела вокруг… Кажется, это именно то, чего мне хотелось. Я в кругу большой семьи, которая состоит из родственников и друзей. Все так оживленно разговаривают, смеются, наслаждаются друг другом и атмосферой. Волшебной атмосферой, которую сами и создают. Я перевела взгляд на Марка, который успевал ухаживать за своей бабушкой и моей мамой. У нас остался последний день. Даже последние часы.

– Соня, выше нос, – шепнул мне Игорь Сергеевич и подмигнул.

– Что-то случилось? – тихо спросил меня Марк и взял за руку.

– Все хорошо, – я сжала его руку. – Просто задумалась.

Из своих мыслей я вернулась в настоящее, которое шумными звуками телевизора, громкими разговорами и смехом захватило меня и заставило улыбнуться. Да и пусть у нас остался один день. Зато какой! Новогодний! Праздничный. Теплый. Наш снежный день…

– А давайте потанцуем? – спросила я от нахлынувших на меня чувств.

– Соня дело говорит! – поддержал меня Владимир Петрович. – Только девушек у нас больше. Будем меняться!

Недолго думая, Владимир Петрович пощелкал каналы и остановился на музыкальной передаче. И по очереди мы закружились в танце. Менялись пары. Менялось настроение танца. Менялись мысли. Иногда кто-нибудь подхватывал Кефира со Снежинкой и тоже крутил их в танце. Но, уставшие от такого внимания к себе, животные быстро ретировались на кухню. Наконец-то мы опять совпали с Марком. Я не удержалась и сильнее прижалась к его груди. Его дыхание успокаивало, я закрыла глаза. Мне хотелось, чтобы мы остались вдвоем.

– Кажется, танцы стали нашей фишкой, – сказал Марк мне на ухо.

– Почему? – спросила я и посмотрела в его глаза.

– Сначала я позвал тебя танцевать на нашем «Зеленом балу», теперь ты организовала домашние танцы, – хихикнув, ответил Марк.

– Ну тебя, – почему-то довольная собой, ответила я.

– Кстати, ты танцуешь лучше всех, – сказал Марк.

– Спасибо! – ответила я и, засмеявшись, сказала. – Опасный комплимент среди такого количества женщин.

– Это точно, – засмеялся Марк и передал меня в руки Игоря Сергеевича.

– Я больше не могу, – Владимир Петрович сел на диван, когда музыка стихла. – Соня, спасибо! Расшевелила ты нас.

– Значит, можем переключиться на что-то спокойное, – неожиданно сказала Анна Николаевна.

Все посмотрели на нее с удивлением. «Спокойное» в Новый год? Хотелось петь и танцевать.

– Я принесла настольную игру, – ничуть не смутившись нашей реакцией, продолжила Анна Николаевна. – Вова, достань из моей сумки.

Владимир Петрович бросился к сумке жены и достал небольшую коробку.

– Это очень легкая игра на память, – начала рассказывать Анна Николаевна. – Нужно разложить карточки рубашками вверх, а потом открывать по две и запоминать. А если найдете две одинаковые, то забираете их себе. Все легко. Ой, если открыли непарные карты, то ходит следующий игрок.

Анна Николаевна обвела нас взглядом. И чтобы ее не расстраивать, мы дружно улыбнулись. Бабушка аккуратно подвинула тарелки, освобождая место для карточек. А Владимир Петрович помог жене их разложить. И случилось маленькое новогоднее чудо – то, что минуту назад казалось скучным, увлекло нас с такой скоростью, что все забыли про танцы. Из-за того, что нас было больше, чем предполагали правила, игра быстро заканчивалась, но мы снова раскладывали карточки и продолжали искать одинаковые изображения снеговиков, мандаринок, елок, подарков и игрушек. Смеясь и подсказывая друг другу, мы меняли правила игры, делились на команды, потом снова играли по одному. Нас захватил настоящий зимний азарт. Как обидно, когда вместо нужного изображения конфеты ты открываешь карточку с санками!

– Друзья, а не пора ли нам проводить старый год? – прервала Екатерина Романовна. Время за игрой пронеслось быстро. А на часах было уже почти одиннадцать.

– Это ты хорошо подметила, – согласилась бабушка.

– Ба, давай помогу все расставить, – Марк выхватил большую тарелку с салатом из рук бабушки. И все дружно накрыли на стол.

Оказывается, азарт вызывает аппетит. С большим удовольствием я отрезала себе кусок фруктового рулета, который приготовила Екатерина Романовна. Теперь я понимаю, почему Марк считает его любимым новогодним блюдом. Рулет таял во рту, и казалось, что я готова проглотить его полностью.

Минуты бежали с невероятной скоростью. До Нового года оставалось пятнадцать минут. Мое сердце застучало с невероятной скоростью. Я, как всегда, начинаю волноваться. Какое желание загадать? Исполнится ли оно?

Игорь Сергеевич принес шампанское из холодильника. Все подготовили бокалы и замерли в ожидании. Казалось, что весь город погрузился в тишину, ожидая волшебства.

Один… Два… Три… Ба-бах – открылось шаманское и бокалы наполнились пенным напитком. Четыре… Пять… Что мне загадать? Шесть… Я не знаю! Семь… Восемь… Марк взял меня за руку. Девять… Десять… Наш последний день. Одиннадцать… Хочу не переставать верить в чудо! Двенадцать…

– С Новым годом! – закричали мы все хором под громкие хлопки салюта, которые разносились с улицы.

Испугавшись оглушительных звуков, Снежинка запрыгнула на руки Екатерине Романовне, а Кефир прижался к ногам Марка. Всей дружной компанией мы выскочили на балкон, чтобы насладиться салютом. Яркие разноцветные вспышки переносили в детство, когда салют казался чем-то волшебным. Да и сейчас темное небо, которое окрашивалось яркими искрами, казалось не менее волшебным.

– А может быть, выйдем на улицу? – предложил Владимир Петрович. – Бесплатный салют лучше смотрится не через окно.

И под одобрительный смех мы все вышли в коридор.

– Знаете, мы лучше останемся с Кефиром и Снежинкой, – сказал Марк и легонько сжал мою руку.

– Да, – поддержала я его, не понимая, почему он так решил сделать. – А то им страшно.

– Вот и правильно, вы уже слишком взрослые для салюта, – улыбнулась бабушка и подтолкнула маму к выходу.

– Пойдем посмотрим салют? – Марк потянул меня на балкон. – Я соскучился.

– Я тоже… – тихо сказала я. Мы почти весь день вместе, но как будто не рядом.

– Мне хочется тебе кое-что сказать… – еле слышно произнес Марк.

– Что? – голос у меня дрогнул.

– Я поговорил с родителями… – сказал Марк и осекся.

– И? – я не понимала, к чему он ведет.

– Я никуда не переезжаю! – сказал Марк и широко улыбнулся.

Совершенно не понимая, что происходит, я сидела, не произнося ни слова.

– Почему ты молчишь? – спросил Марк и опустил глаза.

Мое сердце бешено заколотилось. ОН. ОСТАЕТСЯ. В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.

– Ты не шутишь? – спросила я.

– Нет, – Марк посмотрел на меня.

– Я не могу поверить! – радостно закричала я и не заметила, что по щекам у меня текли слезы. Слезы радости.

– Иди сюда, – сказал Марк и притянул меня к себе.

Ба-бах! – раздался новый залп салюта, и Марк поцеловал меня.

Ба-бах! – новый залп, а мы все целуемся.

Ба-бах! – еще один залп, Марк вытер слезы с моего лица.

– Я люблю тебя, – сказал он.

– А я люблю тебя, – ответила я. – Это лучший подарок на Новый год.

– Эй, – наигранно возмутился Марк. – Вообще-то подарок тебя ждет под елкой. Ты же останешься в Питере?

– Кажется, да… – ответила и улыбнулась. Я. ОСТАЮСЬ. В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.

– Это лучший подарок, – сказал Марк и снова поцеловал меня. – Ты – мой лучший подарок.

Кефир со Снежинкой полностью успокоились и уже с интересом наблюдали за салютом, который так активно запускали люди на улице. Я посмотрела вниз и увидела, что мама машет мне рукой и показывает, что они возвращаются домой. Я помахала ей в ответ и улыбнулась. Кажется, это мой лучший Новый год. Нет, это точно мой лучший Новый год!

Когда гости вернулись, бабушка позвала всех к елке:

– Друзья, пришло время открывать подарки!

– Я думал, что подарки закончились на Деде Морозе, – пошутил Владимир Петрович.

– Ну уж нет! – сказала Екатерина Романовна. – Я рассчитываю еще на один подарок.

– И он ждет, – засмеялась бабушка. – Но серьги тебе невероятно идут.

– Спасибо! – ответила довольная Екатерина Романовна. – Мне так хотелось открыть твой подарок сразу! С трудом дождалась.

– Это точно, – подтвердил Марк. – Ба ходила вокруг этого подарка как кот вокруг сметаны.

Мы сели около елки и по очереди стали дарить подарки. Это было так прекрасно! По квартире разносились аплодисменты и смех. Но вот и до меня дошла очередь… Трясущимися руками я протянула свой подарок Марку. Он аккуратно снял обертку и увидел рисунок. После нескольких секунд разглядывания… он бросился обнимать меня.

– Марк, полегче! – засмеялась Екатерина Романовна. – Раздавишь Соню.

– Ба, ты только посмотри на этот рисунок! – сказал Марк и показал бабушке рамку с моим рисунком.

– Сонечка, как красиво! – похвалила меня Екатерина Романовна, а я вся залилась краской от смущения. – И как чудесно получилась Снежинка.

– Спасибо, – мое смущение стало еще сильнее.

– Теперь моя очередь, – сказал Марк, когда все рассмотрели рисунок и комикс.

Марк снял с ветки небольшой конверт и протянул его мне:

– У меня маленький подарок…

– Спасибо, – я открыла конверт и ахнула… Внутри лежало два билета на концерт симфонического оркестра, который будет играть музыку из фильмов «Гарри Поттер».

– Надеюсь, ты не откажешься осенью со мной сходить, – смущаясь, сказал Марк.

– Соня, значит, осенью ты снова приедешь! – сказала бабушка и обняла меня.

– Если честно, я решила поступать учиться в Питере, – сказала я и посмотрела на маму с бабушкой.

Возникло неловкое молчание, которое нарушил Марк.

– Я, кстати, тоже остаюсь в Питере, – улыбаясь, произнес он и взял меня за руку.

– Марк! – всплеснула руками Екатерина Романовна. – Почему ты молчал?

– Я хотел сделать сюрприз, – улыбнулся он. – Это неожиданно и для меня.

– Какая же хорошая новость! – сказала Екатерина Романовна и подмигнула моей бабушке.

Немного придя в себя от новостей, все продолжили вскрывать подарки и поздравлять друг друга. Незаметно для всех, но не для меня, мама выскользнула на кухню. Посидев для приличия пару минут, я пошла за ней.

– Мам, ты чего? – я подошла к маме, которая смотрел в окно.

– Все хорошо, – ответила она и вытерла слезу.

– Почему ты плачешь? – я обняла маму и вдохнула такой родной запах духов.

– От радости, глупышка, – сказала мама и погладила меня по голове.

– Не врешь? – шмыгнула я носом.

– Конечно нет! – мама улыбнулась и посмотрела мне в глаза. – Я очень рада! Мне кажется, ты приняла верное решение.

– Надеюсь, – я продолжила шмыгать носом.

– Марк – очень хороший мальчик, – теперь уже мама обняла меня. – Видишь, у вас получилось! Москва и Санкт-Петербург могут быть вместе.

Я крепче прижалась к маме. Даже не думала, что за четырнадцать дней моя жизнь может так круто поменяться. И от этого мне стало очень страшно. А еще и очень интересно. Что меня ждет впереди?

Под шум редкого салюта на кухню вошла бабушка. Она остановилась и посмотрела на нас в растерянности. Мама улыбнулась и позвала бабушку. Теперь мы стояли и обнимались втроем. Три женщины одной семьи. Три женщины разных поколений. Три женщины, которые верят в новогоднее чудо и любовь.

– Знаете, это был прекрасный год, – сказала бабушка. – У меня появились вы.

– А у нас – ты, – хором сказали мы с мамой.

– Вера, пойдем к гостям, – сказала бабушка маме и показала на Марка, который переминался с ноги на ногу, боясь нарушить наше уединение. – А то Марк уже места себе не находит.

– Привет, – сказал Марк и подошел ко мне.

– Привет, – ответила я и почему-то застеснялась его.

– Какие планы на следующий год? – спросил меня Марк и поцеловал.

– Быть… – прошептала я. – Просто быть… счастливой.

– Я постараюсь тебе помочь, – тоже шепотом сказал Марк и обнял меня.

Мы стояли в полной тишине, и только биение наших сердец было похоже на взрывы салютов. Я вспомнила свой план на эти две недели и ухмыльнулась: кажется, он перевыполнен… Пункта «найти любовь» в нем не было, но как же я рада, что все сложилось именно так.

Посмотрев в окно, я увидела, как падает звезда. Пусть у всех сбываются мечты – успела загадать желание… Ведь моя сбылась. Ее исполнил «Чижик-Пыжик».

Эпилог

1 сентября

Первое сентября в Питере выдалось холодным, но солнечным. Небо было таким низким, что казалось вот-вот… и ты сможешь дотронуться до облаков, которые время от времени прятали солнце. Ветер понял, что наступила осень, и решил проучить всех людей, которые почему-то рискнули довериться солнцу и вышли в легкой одежде. Вшух – и футболка у парня надулась как парус. Вшух – и с мальчика улетела кепка, за которой очень смешно засеменила его бабушка. Вшух – и край моего шарфа взлетел словно легкая пушинка.

Сбываются ли мечты? Теперь я точно знаю – да! Моя мечта переехать в Санкт-Петербург исполнилась. Я поступила в вуз. Я живу вместе с лучшей бабушкой на свете. Моя мечта быть тут вместе с Марком… исполнилась. Посмотрев по сторонам, я увидела его. Он бежал в мою сторону с букетом оранжевых хризантем.

– Привет! – он приподнял меня и поцеловал в нос. – Как дела, студентка?

– Хочу быстрее начать учиться! – ответила я, а Марк подхватил меня на руки и закружил. От прилива счастья я засмеялась и сильнее обхватила Марка за шею.

– Эй, у нас еще два выходных! В понедельник начнем думать об учебе, – он опустил меня на землю. – Готова отмечать?

– Еще как! – мы взялись за руки и пошли в кафе, где подавали просто гигантские молочные коктейли с шоколадом, печеньем, ягодами и мармеладом. – Надеюсь, мы не опоздаем.

– Я, наверное, никогда не привыкну к твоей пунктуальности, – Марк засмеялся и взглянул на часы. – У нас еще полно времени.

– А вот будущему врачу не мешало бы стать более пунктуальным, – в миллионный раз поддела я его.

– Вот ты меня и научишь, – Марк легонько ущипнул меня.

Минут через десять, подгоняемые ветром, мы вбежали в кафе.

– Видишь, мы первые! – Марк с довольной улыбкой посмотрел на меня, когда девушка проводила нас к столику.

– Вижу! – передразнила я его. – А вот и Аня с Денисом.

– Привет! – поздоровались они хором.

– Еще ничего не заказывали? – спросила Аня.

– Не успели, сами только зашли. Давайте пока закажем коктейли на всех? – ответил Марк.

– Можно нам пять классических коктейлей? – попросил Марк у официанта. – Начнем стандартно.

– Лучше шесть… – Аня хитро посмотрела на нас с Марком и пояснила. – Мира будет не одна.

– Вот это новости! А чего же это вы молчали? – Марк от удивления поднял брови.

– Ты же знаешь Миру… Она рассказывает все, когда полностью в чем-то уверена, – защитила подругу Аня.

Через десять минут нам принесли шесть больших стаканов с молочными коктейлями, со взбитыми сливками и тремя вишенками сверху.

– Простите за опоздание! – раздался веселый голос Миры, и потом немного смущенно: – А это Егор.

– Привет всем! – Егор оказался таким же рыжеволосым и улыбчивым, как и Мира. И самое забавное, что у ребят были одинаковые разноцветные шарфы. От Миры я не ожидала парного образа. Это было так мило и трогательно.

– Привет! Садитесь быстрее. Нельзя дать согреться этому коктейлю, – Денис указал на стаканы и улыбнулся ребятам. И Мира поняла по взглядам, что она может быть спокойна: все будет хорошо – друзья приняли ее парня.

– Нам начать расспрашивать или вы все сами расскажете? – Марк поднял стакан. – И с первым взрослым учебным годом!

Мы чокнулись стаканами, и Мира с Егором, перебивая друг друга, рассказали, как познакомились на подготовительных курсах для поступления на режиссерский факультет; как сильно спорили о кино и как однажды решили пойти спорить в кафе, и потом, все еще споря, Егор пошел провожать Миру домой, а на следующий день они поняли, что нравятся друг другу и больше спорить не хотят.

– Ну что, поменялось твое отношение к любви? – спросил Марк.

– Не думала, что это скажу, но любовь-морковь оказалась для меня, – засмеялась Мира.

Заказав всем по второму молочному коктейлю со вкусом бабл-гам, Денис решил сказать тост:

– А давайте выпьем за любовь, которая всегда приходит неожиданно!

Все в непонимании посмотрели на Дениса.

– Сейчас придет еще «плюс один»? – Мира ткнула локтем Егора.

– Нет, мой «плюс один» уже тут, – Денис положил руку на плечо Ани, а та, смущаясь, уткнулась в него носом. Я была так рада этому, что чуть не закричала: «Я знала! Я все понимала». Забавно, что ребятам потребовалось столько времени, чтобы понять, что они не просто друзья.

– Мы просто так много времени проводили вместе, когда Марк помогал Соне с переездом, а Мира занималась на курсах… И у нас все как-то завертелось и закрутилось… – Аня с испугом посмотрела на нас, ожидая реакции.

– УРА! – мы так громко закричали, что на нас обернулись другие посетители кафе.

– Объявляю этот год – годом любви! – Мира на радостях поцеловала Егора в щеку.

– Все же видели на открытках надпись: «Один город. Одна любовь»? – спросил Денис.

– Конечно, – закивала Аня, соглашаясь с ним.

– А у нас получилось: один город и много любви, – улыбнулся Денис, довольный своим каламбуром.

– Это точно, – хихикнула Мира. – Много любви, как мостов в Питере.

Кажется, это лучшее начало учебного года. Разве могла я такое представить еще год назад? Конечно нет!

– Кстати, ребят, наши бабушки пригласили нас всех отметить первое сентября. Все за? – спросила я. – Они решили собраться у нас дома и приготовить фруктовый рулет Екатерины Романовны. Кусочек Нового года в начале осени.

– Конечно! – хором ответили друзья.

Мы вышли на улицу. Город зажег фонари, создавая уют. Ветер наконец-то сжалился над горожанами и теперь гулял только между старыми зданиями, пугая местных кошек. Я посмотрела на друзей: все улыбались и выглядели невероятно счастливыми. Марк поймал мой взгляд, придвинулся ближе и обнял. Я поднесла букет к носу и вдохнула приятный аромат цветов.

Впереди нас ждал уютный вечер.

Впереди нас ждали смех и веселые разговоры.

Впереди нас ждало будущее…

Благодарности

Кажется, все это сон! Кто-нибудь, ущипните меня!

Еще совсем недавно я маленьким мальчиком сидел в библиотеке, зачитывался детскими детективами и не мог даже разрешить себе мечтать, что у меня самого выйдет книга. Я хочу сказать себе прошлому: у тебя все получилось! Наверное, не зря я мучил своими первыми «книгами» маму с сестрой. Надеюсь, эта у меня получилась лучше.

В первую очередь я, конечно, хочу поблагодарить свою семью. Я вас очень люблю! Спасибо, что вы всегда рядом, что верите в меня и поддерживаете. Это бесценно. Вы всегда в моем сердце.

Мама и Женя, я смог вас удивить? Спасибо, что показали мне мир книг и покупали все, которые я хотел.

Ксюша, лучше сестры невозможно представить! Люблю тебя отсюда и до бесконечности. Твоя вера в меня каждый день вдохновляет и заставляет стремиться к большему. Не хватит слов благодарности, чтобы я мог передать все свои чувства к тебе.

Максим, спасибо, что привел меня в профессию. Спасибо за стихи, которые вдохновляют. В них есть все. И без твоей поддержки у меня точно ничего не получилось бы.

Спасибо моим феям-крестным (девушки, вы прекрасны!) и издательству «АСТ».

Оля Кузнецова и Юля Кузьминых, спасибо, что дали шанс. Без вас моя мечта так и осталась бы мечтой. Я невероятно счастлив, что судьба нас свела.

Ира Рожнова, без твоей поддержки я бы не решился! Я счастлив, что ты оказалась в моей жизни. Спасибо за все приятные слова, которые я навсегда сохраню в себе.

Аня Маслова, спасибо за помощь и идеи! Кажется, из нас получилась отличная команда.

Аня Алтунбаева, Алла Крутова, Павла Стрепет, Ксюша Кудакова и Настя Жукова, спасибо за теплые слова и поддержку!

Даша Орлова, я очень рад, что ты согласилась стать моим литературным редактором. Наши разговоры меня вдохновляли. Спасибо, что была добра к тексту и ко мне. С тобой моя тревожность пропадает. Надеюсь, ты согласишься еще со мной поработать. А не согласишься… Нет, у тебя не получится мне отказать. Спаси-и-ибо!

Отдельное спасибо художнику, корректорам, дизайнеру и верстальщику. Вы воплотили идею в настоящую книгу. Вау! Волшебники!

Спасибо всем моим друзьям и близким, которые постоянно спрашивали и торопили меня с написанием книги. Хочу верить, что я вас не разочаровал.

Пусть в Новом году сбудутся все ваши мечты!

Примечания

1

Исаев Максим. Я хочу написать еще больше…

2

Немецкий рождественский кекс.

3

«Чудо на 34-й улице» – рождественская комедия 1947 года. Режиссер Джордж Ситон.

Content

Саша Паулан
Четырнадцать дней до…

18 декабря

19 декабря

20 декабря

21 декабря

22 декабря

23 декабря

24 декабря

25 декабря

26 декабря

27 декабря

28 декабря

29 декабря

30 декабря

31 декабря

Эпилог 1 сентября

Благодарности

Примечания