Владимир Белли

Конвои Второй мировой

Блокада и контрблокада океанских коммуникаций

© Белли В., 2024

© ООО «Издательство Родина», 2024

Глава I

Борьба на океанско-морских сообщениях с начала войны до вступления в войну Италии и капитуляции Франции (сентябрь 1939 г. – июнь 1940 г.)

1. Особенности стратегической обстановки на море к началу войны

Стратегическая обстановка к осени 1939 г. характеризовалась наличием двух созревших очагов войны – в Европе и на Дальнем Востоке.

В Европе гитлеровская Германия, воссоздававшая при поддержке американских монополистических кругов свои вооруженные силы и поощряемая в течение длительного времени англо-французской политикой уступок, продолжала расширять агрессию. Попытки Советского Союза помешать этой агрессии всякий раз наталкивались на англо-французское сопротивление. Оккупировав Рейнскую демилитаризованную зону и Австрию и воспользовавшись Мюнхенским сговором с западными державами, Германия уже в середине марта 1939 г. захватила Чехословакию.

Все эти акции являлись не чем иным, как подготовкой Германии к войне против Советского Союза, а затем и против своих империалистических конкурентов. Поэтому Германия направила первоочередные усилия своей экономики на создание мощной сухопутной армии и авиации. Что же касается флота, то на его строительство из военного бюджета страны выделялось немногим более 10 %, а из рабочих, занятых в военной промышленности Германии, непосредственно на флот работало всего лишь около 5 %.

Делая ставку на быструю победу над Советским Союзом в результате внезапного нападения и предварительного частичного захвата западноевропейской промышленной базы и подневольной рабочей силы, руководители фашистской Германии рассчитывали в дальнейшем без особого труда форсировать строительство своего флота и по его готовности начать действия против Англии и США.

Таким образом, суть была вовсе не в том, как ныне пытаются утверждать некоторые буржуазные историки, что Гитлер не понимал роли «морской мощи» и Редеру не удалось добиться внимания фюрера к флоту из-за его патологической неприязни к большим кораблям и т. п. Решающим было, несомненно, то, что генеральные планы расширения германской агрессии предусматривали в первую очередь войну против континентальных держав и главным образом против Советского Союза, причем в некоторых проектах плана нападение на СССР намечалось еще на осень 1940 г.

Бывший гитлеровский адмирал Ф. Руге пытается доказать, что причина неподготовленности Германии к войне на море якобы состояла в самом по себе принятии зимой 1938/39 года программы строительства «сбалансированного» флота (план «Z») и в отклонении «чрезвычайного плана» командующего подводными силами К. Деница, предусматривавшего широкое использование подводных лодок и крейсеров на морских сообщениях противника. Но если ставка плана «Z» на большие надводные корабли действительно провалилась, то ведь он был принят лишь перед самой войной, а для осуществления плана Деница также необходимы были определенные средства, материальные ресурсы, и главное, время, фактически отсутствовавшие.

Итак, первой и основной особенностью стратегического положения Германии на море было то, что она, направляя все усилия на подготовку армии и авиации к войне против Советского Союза, не располагала достаточными силами для ведения морских операций против Англии и Франции.

Перспективный немецкий линейный корабль «Н», предусмотренный планом «Z», проект 1939 г.

К началу войны в составе германского флота имелось только 2 относительно новых линейных корабля («Шарнхорст» и «Гнейзенау»), 3 так называемых «карманных» линкора, а фактически тяжелых крейсера («Адмирал граф Шпее», «Адмирал Шеер» и «Дойчланд» – впоследствии «Лютцов»), 2 устаревших линейных корабля («Шлезиен» и «Шлезвиг-Гольштейн»), 8 крейсеров, около 40 эскадренных миноносцев и миноносцев, около 70 тральщиков и 20 торпедных катеров. Кроме того, в составе флота находилось 57 подводных лодок, из которых лишь 27 имели водоизмещение от 500 до 750 т и могли действовать на значительном удалении от районов базирования[1].

Следует добавить, что германский флот не имел собственной авиации и почти не мог рассчитывать на помощь и поддержку ВВС, так как подготовка последних (особенно пикирующих бомбардировщиков) была целеустремлена на поддержку наземных войск[2].

Организационно морские силы были сведены в три соединения: линейный флот, разведывательные силы (крейсера, эсминцы, миноносцы, тральщики) и подводный флот.

Если учесть, что флоты Англии и Франции – потенциальных противников Германии – насчитывали в своем составе 22 линейных корабля, 8 авианосцев, более 80 тяжелых и легких крейсеров, более 290 эскадренных миноносцев и миноносцев и 147 подводных лодок, то станет очевидным, что германский флот не мог рассчитывать ни на какие серьезные успехи на море.

Второй особенностью положения гитлеровской Германии на море являлось наличие у нее потенциальных союзников по агрессии – фашистской Италии в Европе и Японии на Дальнем Востоке, хотя сколько-нибудь разработанных планов согласованного стратегического использования вооруженных сил, в том числе флотов этих государств, не было.

Третья особенность заключалась в том, что географическое положение Германии, как и в первой мировой войне, лишало ее возможности беспрепятственной посылки в Атлантику своих боевых кораблей, в том числе и подводных лодок, для действий на сообщениях противника. Использование для этой цели Английского канала, по вполне понятным причинам, было невозможно, а попытки боевых и вспомогательных кораблей пройти в океан с севера почти определенно должны были приводить к встрече с кораблями противника, блокирующими эти выходы.

Политико-стратегическое положение Англии и Франции к началу войны характеризовалось прежде всего банкротством длительной послевоенной политики умиротворения нацистской Германии в целях направления ее агрессии в сторону Советского Союза. В результате эти страны оказались к войне неподготовленными. В частности, армия Англии была намного слабее германской; ее авиация по численности самолетов и их тактико-техническим свойствам уступала авиации Германии, а флот, хотя и обладал многократным количественным превосходством, к отражению угрозы своим морским сообщениям был подготовлен совершенно недостаточно.

Особенностью положения Англии являлась и чрезвычайная ее зависимость от подвоза продовольствия, нефти и стратегического сырья морем. Немаловажное влияние на ее положение оказывало и то, что основные военно-экономические ресурсы Британской империи, включая почти все виды военной промышленности, судостроительную промышленность и военные арсеналы, были сосредоточены преимущественно на юге метрополии, т. е. в сравнительно небольшом удалении от районов развертывания нацистской авиации.

Оценивая обстановку и направленность германской морской стратегии накануне войны, Ф. Руге пишет: «Все усилия флота следовало направить на основную цель – не дать противнику возможности пользоваться морскими путями. Ввиду неравенства в силах не могло быть и речи о том, чтобы пытаться достичь этого действиями флота. Единственным путем к успеху было нападение на суда и военно-морские силы противника всеми имеющимися средствами и во многих местах»[3].

В свою очередь основная задача английского флота состояла в защите сообщений от германских надводных рейдеров, подводных лодок и авиации. Географическая обстановка (Балтийские и Дуврский проливы, узкости между Гренландией, Англией и Норвегией и относительная мелководность района) по-прежнему облегчала англичанам организацию эффективной блокады с широким использованием минного оружия и привлечением авиации, надводных кораблей и подводных лодок. Наряду с этим французские и английские средиземноморские базы обеспечивали защиту важнейшей коммуникации, идущей вдоль западного и южного побережья Европы.

В худшем положении находились трансатлантические коммуникации, соединяющие Великобританию с США, Канадой и другими странами Америки и не обеспеченные в центральной части океана морскими и авиационными базами, что весьма ограничивало использование сторожевых кораблей и наземных ВВС, имевших малые радиусы действия.

Следовательно, несмотря на взаимную неподготовленность к войне друг против друга, Великобритания находилась в еще более незавидном положении к началу войны, чем Германия. Используя против немецких океанских сообщений, в которых Германия не очень нуждалась, такую решительную наступательную форму борьбы, как блокада, Великобритания в отношении остро необходимых для нее океанских сообщений была вынуждена придерживаться целиком оборонительной стратегии, предоставляя гитлеровской Германии инициативу в выборе времени, места и объектов нападения.

2. Общий ход войны

Война началась 1 сентября внезапным нападением нацистской Германии на Польшу, имевшим основной целью создание выгодного плацдарма для будущей войны против СССР. Это произошло всего через неделю после того, как 25 августа 1939 г. Англия заключила с Польшей военный союз и обязалась гарантировать ее целостность и неприкосновенность.

Зная о неподготовленности Англии и Франции к активным боевым действиям на суше и будучи уверено в том, что западные союзники не станут торопиться с выполнением своих обязательств, гитлеровское командование, полностью оголив западные границы, сосредоточило на польском фронте 57 дивизий и 2 бригады регулярных войск общей численностью более 1,5 миллиона человек. Немецкие подводные лодки были развернуты на подходах к английскому побережью, а «карманные» линкоры «Адмирал граф Шпее» и «Дойчланд» высланы в Атлантику, однако им было предписано атаковать английские суда лишь по особому приказанию.

Перейдя границу Польши, германские армии при поддержке авиации нанесли ряд стремительных ударов по основным группировкам польской армии и быстро разгромили ее.

Советский Союз, не связанный никакими обязательствами с Польшей и не желавший безучастно смотреть, как агрессор захватит Западную Украину и Белоруссию, в свое время отторгнутые панской Польшей от России, решил взять их под свою защиту. 17 сентября 1939 г. Советская Армия вступила на территорию Польши. Этот акт, а также заключение в конце сентября – начале октября пактов о взаимопомощи между Советским Союзом и Прибалтийскими государствами знаменовали начало создания Восточного фронта, при наличии которого Германия не могла дальше свободно вести войну на западе и создание которого означало «коренной перелом в развитии войны против гитлеровской тирании в пользу победы демократии»[4].

Но, несмотря на очевидное огромное значение этих действий Советского Союза, Англия и Франция не пожелали изменить свою политику. Правда, 3 сентября ввиду отклонения Гитлером их ультиматума о выводе германских войск из Польши они объявили войну Германии, и 4 сентября началась перевозка английских войск во Францию, однако около 90 французских и 20 бельгийских дивизий, развернутых на границе рейха, бездействовали. Эпизодический характер носили также и события на море. Англо-французские реакционные круги были твердо уверены в том, что Гитлер, добившись победы над Польшей, непременно начнет войну против СССР.

В свою очередь гитлеровская Германия на этом этапе войны не стремилась к решительным действиям против Англии и Франции. 1 октября 1939 г. закончилась немецкая кампания против Польши, а 6 октября Гитлер выступил с официальным предложением западным державам о перемирии. 10 октября премьер-министр Франции Даладье, а 12 октября и премьер-министр Великобритании Невиль Чемберлен отклонили это предложение. На их отказ Германия ответила лишь переразвертыванием основных сил армии и тылов с территории Польши на Западный фронт.

Англия и Франция усилили свои войска, но полностью прекратили даже эпизодические налеты авиации на отдельные объекты противника в прифронтовой полосе, чтобы «не раздражать» Гитлера. Началась так называемая странная война, подлинной причиной которой были опять-таки расчеты на вовлечение нацистской Германии в войну против Советского Союза[5].

Одновременно правящие англо-французские круги развили бурную деятельность по подготовке собственного нападения на СССР как на севере, сразу после начала войны между Финляндией и Советским Союзом[6], так и на юге[7].

Позорный провал этих планов известен. Что же касается действий против Германии, то только в марте 1940 г. Верховный военный совет союзников принял решение об усилении экономической блокады Германии, в частности, путем распространения войны на территорию Скандинавских стран с тем, чтобы отрезать Германию от шведской руды, и на Балканы, чтобы лишить ее продовольственных ресурсов Югославии и Болгарии, нефтеисточников Румынии и т. д. Практически никаких мер для реализации этого решения предпринято не было.

Убедившись в отсутствии у правящих кругов Англии и Франции желания воевать против Германии, Гитлер решил «молниеносными» ударами вывести эти страны из войны и тем обеспечить себе возможность беспрепятственного «восточного похода». В качестве первого предварительного удара еще в октябре 1939 г. германским верховным командованием было намечено проведение Норвежской, точнее Датско-норвежской, операции.

В приказе по германским вооруженным силам от 1 марта 1940 г. указывалось, что эта операция имеет целью предотвращение вторжения англичан в Скандинавию и на Балтику, обеспечение использования железнорудных ресурсов Швеции и расширение стратегических позиций и системы базирования флота и авиации для боевых действий против Англии. Последняя мера позволяла также вывести крупные надводные корабли из-под возможных ударов английской авиации и избежать минной блокады в немногочисленных отечественных базах.

Планируя операцию, германское командование преследовало и еще одну, наиболее важную цель – подготовку плацдарма для нападения на Советский Союз и его изоляции от заморских стран.

Еще в 1937 г. официозный фашистский журнал «Deutsche Wehr» писал: «Для СССР морской путь до Мурманска вокруг Норвегии является в будущей войне единственной связью с океаном. Охрана этого пути крайне важна для СССР. Перерыв его в русско-германской войне имеет огромное значение. Этим объясняется большой интерес Германии к северным норвежским фиордам, представляющим большую ценность в качестве опорных пунктов для блокады Германией морского пути в Мурманск»[8].

9 апреля, ссылаясь на нарушение нейтралитета Норвегии Англией и Францией, которые поставили минные заграждения в территориальных водах Норвегии, Германия оккупировала Данию и высадила войска в Норвегии. Попытки англо-французского флота захватить некоторые прибрежные пункты в южной Норвегии и в районе Нарвика закончились неудачами, и англо-французские войска вынуждены были эвакуироваться.

Спустя месяц, 10 мая, германское командование предприняло наступление через Бельгию и Голландию на Францию. Нет необходимости останавливаться на ходе этой операции, в том числе на едва ли не намеренном выпуске гитлеровским руководством из «дюнкеркской мышеловки» более чем 300-тысячной английской армии, дабы не обострять отношений с Англией и сохранить возможность переговоров с ней в ближайшем будущем.

В результате быстрого разгрома Голландии, Бельгии и Франции от Англии отпала ее основная союзница, а к Германии, наоборот, 10 июня присоединилась Италия, в связи с чем резко изменилось соотношение экономических ресурсов сторон. В частности, уже овладение датскими продовольственными и норвежскими нефтяными запасами позволило Германии «питать» войну в течение многих месяцев и ограничило аналогичные возможности для Англии. Последующий же захват Германией ряда стран Западной Европы лишил Англию возможности получения свыше 200 тыс. т бокситов, железной руды, высококачественных сталей и другого сырья из Франции, свыше 36 тыс. т цинка и 11 тыс. т алюминия из Бельгии, половины всего импорта – 25 тыс. т – ферросплавов, около 600 тыс. т железной руды, 5,4 тыс. т алюминия, большого количества продовольствия из Бельгии и Голландии и т. д. Все это заставило Англию искать новые источники импорта, т. е. неизбежно вело к повышению напряжения перевозок на других, еще сохранившихся коммуникациях. Одновременно гитлеровцы овладели значительным количеством торговых судов захваченных стран (табл. 1).

Выход германских армий к Атлантическому океану привел к ряду серьезных изменений и в обстановке на море. Поскольку у восточного побережья Англии и в Канале получили возможность действовать легкие силы, гитлеровское командование начало переносить центр тяжести действий своих подводных лодок от восточного к западному и северо-западному побережью Англии.

Таблица 1

Приближенные данные о сухогрузном тоннаже Дании, Норвегии, Бельгии и Голландии, захваченном гитлеровской Германией в 1940 г., в бр. рег. т*

* Б. А Беренс. Морской флот и требования войны. М., 1964, стр. 115.

Германская авиация также приблизила свои базы к основным объектам Англии – ее морским коммуникациям, портам и базам, центрам военной и судостроительной промышленности. Это сразу заставило британское адмиралтейство внести крупные изменения в схему развертывания своих сил и в систему перевозок. В мирное время половина обычных грузов и 2/5 импортной нефти разгружались в портах южной части Англии. В новых условиях суда оказались вынужденными следовать в западные порты, главным образом в Ливерпуль и Клайд. Грузы, предназначенные для наиболее уязвимых районов, должны были перегружаться на более мелкие и менее ценные суда или перебрасываться по системе каналов и железным дорогам. Все это усугубляло положение страны.

Одновременно перед Англией встала сложная задача обеспечения защиты сообщений на новом и весьма важном для нее средиземноморском театре.

Таким образом, на первом же этапе войны события на сухопутных направлениях оказали крупное влияние и на общий ход боевых действий на море, и на возможности борьбы на сообщениях[9].

3. Общий ход боевых действий на море

В приложении к директиве № 1 от 31 августа 1939 г. гитлеровского верховного командования («Белый план») перед германским флотом были поставлены следующие задачи в войне против Польши:

• защита побережья от морских или воздушных операций противника;

• защита своих морских сообщений;

• поддержка сухопутных и авиационных операций вдоль побережья;

• использование военно-морского флота как политико-стратегического инструмента в целях

• обеспечения нейтралитета Скандинавских стран и Прибалтийских государств.

На случай, если Англия и Франция начнут военные действия, директива предусматривала объявление опасной зоны на подходах к Англии с опубликованием ее границ по согласованию с министерством иностранных дел и недопущение прохода каких бы то ни было сил противника в Балтийское море. Для решения последней задачи главнокомандующему флотом предоставлялось право в случае необходимости поставить минные заграждения в Балтийских проливах и на подходах к ним.

Одновременно директива № 1 требовала подготовить военно-воздушные силы к нанесению ударов по военной промышленности, морским и сухопутным коммуникациям Франции, а при благоприятных обстоятельствах и к массированным действиям против кораблей и соединений английского флота. Командование флотом конкретизировало эти задачи следующим образом: в операции «Белый план» – проведение блокады Польши и минирование подходов к Балтике; в операции «Оборона границ» (направленной против Англии и Франции) – развертывание сил для последующего (по особым указаниям) нанесения ударов по торговому судоходству и минирование подходов к основным английским портам.

3 сентября после объявления Англией и Францией войны Германии гитлеровские надводные корабли и подводные лодки получили приказ начать борьбу на сообщениях этих государств в Северном море и в Атлантике. Соответственно англо-французское командование нацелило действия своих флотов на защиту сообщений. Лишь небольшой частью сил воюющие стороны стали решать противоположные задачи: Германия – оборонять свои сообщения, Англия и Франция – действовать против них.

Как общий тоннаж судов, находившихся под контролем британского адмиралтейства, так и характер их использования претерпевали в первые месяцы войны многочисленные изменения, но уже к концу 1939 г. стало ясно, что этот тоннаж составляет около 18,5 млн. т дедвейт. Все эти суда имели различные размеры и скорости хода, причем многие из них уже прослужили значительный срок. Из них 1,8 млн. т, или около 10 %, были мобилизованы для непосредственных военных надобностей либо в качестве вспомогательных и специальных судов военно-морского флота, либо в качестве транспортов, выделенных для участия в операциях; 300 тыс. т, или около 1,6 %, использовались в прибрежном судоходстве; 11,5 млн. т, или около 60 %, направлялись для гражданских нужд Соединенного Королевства; 3 млн. т, или около 16 %, использовались для гражданских нужд других стран Британского содружества наций и, наконец, 1,6 млн. т, или около 9 %, обычно находились в ремонте или вне строя по другим причинам. Кроме того, в перевозках в Англию и из Англии принимали участие суда нейтральных стран: США, Швеции, Дании, Бельгии, Голландии, Норвегии и др.

Схема. 1. Основные коммуникации Англии и США в Атлантике в первый период второй мировой войны (цифры – удельный вес в общем объеме перевозок)

Среднемесячный тоннаж судов, прибывавших с грузами в английские порты с сентября 1939 г. по июнь 1940 г., составил около 3,2 млн. нетто рег. т, а тоннаж судов, выходивших в это время из Англии, около 2,6 млн. нетто рег. т[10]. В дальнейшем в связи с потерями судов, их отвлечением от участия в операциях и под влиянием ряда других причин эти цифры снизились. Характерно, что если в мирное время недогруз приходивших в Англию судов выражался сравнительно большими величинами, то в военное время, и особенно в наиболее напряженные годы борьбы на сообщениях, он значительно снизился.

Кроме судоходства для связи с заграницей, в течение всей войны поддерживалось и прибрежное судоходство, в системе которого учитывались как суда, специально назначенные для перевозки грузов и пассажиров вдоль побережья между портами Англии, так и те суда (пришедшие из-за границы или собиравшиеся идти туда), которые не имели на борту импортно-экспортных грузов и временно использовались для транспортировки грузов местного значения.

Итак, несмотря на сокращение судоходства по сравнению с мирным временем, оно по-прежнему было широко разветвленным. Выступая в палате общин 6 декабря 1939 г., тогдашний первый лорд адмиралтейства Уинстон Черчилль заявил, что в море постоянно находятся 2000 британских судов и от 100 до 150 судов ежедневно приходит и покидает порты Великобритании. В отличие от первой мировой войны все это судоходство сразу же начало охватываться системой конвоев (табл. 2).

И все же недостаточно защищенные английские сообщения представляли особенно удобный объект для ударов германского флота. Однако по ряду причин (неподготовленность, нехватка сил, отсутствие решительных целей в войне, занятость подготовкой к войне против СССР и др.) первые действия гитлеровского флота против сообщений, как и вообще его действия на море, не отличались целеустремленностью и активностью. Эта активность возросла лишь в связи с операцией по захвату Норвегии.

К участию в ней гитлеровское командование привлекло весь наличный состав своего флота, включая все боеспособные подводные лодки, около 50 транспортов из состава 1, 2 и 3-й транспортных эскадр, большое количество судов, не входивших в состав эскадр, и около 100 рыболовных траулеров. Общий тоннаж судов, участвовавших в операции, достиг 1,2 млн. т. Практически в этой операции гитлеровцами было использовано «все, что только могло плавать».

Таблица 2

Передвижение английских конвоев за период с 9 апреля по 20 июня 1940 г.*

* За этот же срок в прибрежных водах Англии из Темзы в Ферт-оф-Форт вышли 64 конвоя, включавшие 2105 судов, и в обратном направлении – 65 конвоев, включавшие 2141 судно.

Участие крупных сил германского флота в Норвежской операции еще более снизило напряжение борьбы на морских сообщениях, а последующие действия гитлеровских армий в Голландии, Бельгии и Франции почти вовсе не поддерживались флотом.

Иное положение создалось для Англии. Стремясь затруднить продвижение немецких армий, вторгшихся в Голландию и Бельгию по побережью Северного моря, и тем облегчить положение английского экспедиционного корпуса, адмиралтейство ввело в действие значительную часть своих легких сил флота и авиации. Их напряжение особенно возросло в конце мая 1940 г., когда началась эвакуация английского экспедиционного корпуса из Дюнкерка.

У. Черчилль в своей работе «Вторая мировая война» пишет, что в этой операции участвовали 861 боевой корабль и вспомогательное судно, в том числе 39 эскадренных миноносцев, около 120 шлюпов, корветов, тральщиков и траулеров, более 50 транспортных судов и др. В ходе эвакуации английский флот потерял 243 плавединицы, в том числе 6 эскадренных миноносцев (кроме того, были потоплены 3 эскадренных миноносца французского флота) и 23 эскортных корабля (шлюпы, корветы, тральщики и траулеры). Большое число кораблей было повреждено и среди них 19 эскадренных миноносцев и 14 эскортных кораблей.

Привлечение многочисленных легких сил английского флота к эвакуации из Дюнкерка ограничило возможности защиты морских сообщений, облегчив условия для действий подводных лодок противника. Однако в связи с тем, что эти лодки все еще находились на отдыхе или в ремонте после Норвежской операции, заметных перемен в борьбе на сообщениях не произошло.

Теперь обратимся к Средиземному морю, обстановка на котором резко изменилась в связи с вступлением в войну Италии. Правда, последняя была готова к военным действиям еще в меньшей степени, нежели ее противник[11], да и соотношение сил на море складывалось не в ее пользу:

Таблица 3

Соотношение основных сил флотов воюющих государств на Средиземном море на 10 июня 1940 г. *

* La Marina Italiana nella Seconda guerra Mondiale. Dati Statistics Roma, 1950, P 17.

** В скобках – данные французских источников.

И все же «…итальянский флот был в более выгодном положении: во-первых, с точки зрения защиты своих морских сообщений с Северной Африкой, оборона которой являлась главной задачей, и, во-вторых, ввиду благоприятной возможности наносить удары по растянувшимся перед ним английским коммуникациям. С другой стороны, обе английские эскадры, одна из которых базировалась на Гибралтар, а другая на Александрию, были слишком удалены от центральной части Средиземного моря, чтобы активно действовать силами надводных кораблей на итальянских коммуникациях между Италией и Ливией…»[12].

К большим изменениям в обстановке привела капитуляция Франции. Ее флот, частично сосредоточившийся в Тулоне, по условиям перемирия был лишен права выходить в море. Ряд кораблей капитуляция застала в Оране (Мерс-эль-Кебир), в Дакаре и даже на о-ве Мартиника. Хотя по условиям перемирия они также были оставлены в распоряжении правительства Виши, не исключалась возможность их захвата гитлеровцами и использования против англичан. Лишь небольшая часть французского флота к моменту капитуляции находилась в Александрии, а часть (главным образом подводные лодки, корабли легких сил и вспомогательные суда) ушла в порты Англии и в последующем приняла участие в военных действиях против фашистской Германии и ее сателлитов.

Таким образом, несмотря на то, что за 10 месяцев, прошедших с начала войны и до конца июня 1940 г., на море сколько-нибудь крупных боев и сражений не произошло, общая морская обстановка в связи с событиями на сухопутных театрах претерпела ряд крупных изменений, которые облегчили немцам действия на морских сообщениях и, наоборот, серьезно затруднили для англичан их защиту.

4. Действия немецких подводных лодок на морских сообщениях в 1939 г

Немецкое командование начало развертывание подводных лодок задолго до нападения на Польшу. Между 19 и 21 августа 18 лодок были высланы для позиционно-маневренного использования к северу, северо-западу и западу от Британских о-вов. 28 августа все они достигли назначенных районов. Кроме того, пять-шесть лодок были развернуты в Северном море, а остальные боеспособные лодки были приведены в боевую готовность в базах[13].

Выход в море почти половины наличных подводных лодок явился большим напряжением для подводных сил германского флота, исключившим возможность дальнейшего поддержания угрозы судоходству противника путем своевременной замены одних лодок другими. Но немецкое командование, несомненно, преследовало цель создать наибольшую угрозу английскому судоходству на первом же этане войны, пока противник не построил организованную систему противолодочной обороны, и тем оказать давление на Англию в интересах достижения перемирия. Одновременно немцы хотели бы уничтожить или вывести из строя хотя бы несколько крупных английских кораблей, облегчив тем условия действий своих надводных рейдеров. Наконец, такое развертывание лодок позволяло доразведать направления и интенсивность английского судоходства и заставляло противника распылять свои противолодочные силы.

3 сентября 1939 г. в 21. 00 в 200 милях к западу от Гебридских о-вов подводная лодка U-30 торпедировала без предупреждения первое английское судно – лайнер «Атения» (13 581 т), который шел без охранения из Ливерпуля в Монреаль (Канада) с пассажирами и генеральным грузом.

В связи с тем, что потопление «Атении» вызвало протест английского правительства, германское командование заявило о непричастности к этому своих сил, а 4 сентября отдало всем подводным лодкам категорическое приказание «ни в коем случае, даже если пассажирские суда идут с эскортом, никаких действий против этих судов не предпринимать»[14]. Спустя несколько дней, 7 сентября, на совещании у Гитлера было решено не давать никаких объяснений о случае с потоплением «Атении», пока подводная лодка не возвратится в базу[15], и избегать действий против пассажирских судов в Атлантике и против французских судов вообще[16].

Продолжались действия только против Англии, но и они были недостаточно настойчивыми и носили эпизодический характер. При встречах с торговыми судами подводные лодки либо не трогали их, либо атаковали нерешительно.

Столь же нерешительным было использование подводных лодок и для постановки мин. В течение сентября лодки совершили с этой целью 5 походов, поставив у западных берегов Англии 6 минных банок общей численностью в 56 мин[17]. Между тем более активное использование мин, в частности на выходах из Ирландского моря и у восточного побережья Англии, особенно на подходах к устьям рек Темзы, Тайна и Клайда, могло бы принести немцам крупный успех, ибо первоначальная борьба англичан с минной угрозой, несмотря на привлечение больших сил, не давала должных результатов. Нередко дело обстояло так, что почти половина из поставленных мин выполняла свое назначение, т. е. шестью минами повреждалось или даже уничтожалось три судна. Можно полагать, что вначале англичанам вообще не было известно, какой вид боевых средств применил противник.

Тонущая «Атения»

Правда, английские источники указывают, что немцы, кроме 20 тыс. контактных мин, имели лишь 1,5 тыс. мин с магнитными взрывателями и в первые месяцы войны не могли изготовлять их в большом количестве. Это также был один из грубых просчетов немецкого командования.

К половине сентября значительная часть подводных лодок вынуждена была возвратиться или начать возвращение в базы. Численность лодок, направленных на замену возвращавшихся, оказалась гораздо меньшей, и к 17–18 сентября в море осталось немногим более 10 лодок. Если за первую неделю сентября лодками были потоплены суда общим тоннажем 65 тыс. бр. рег. т и за вторую неделю – 46 тыс. бр. рег. т, то за третью неделю сентября потопленный тоннаж уменьшился до 21 тыс. бр. рег. т, за четвертую – до 9 тыс. бр. рег. т, а за первую неделю октября потери упали до 5–6 тыс. бр. рег. т.

Этот спад был в некоторой степени компенсирован, правда случайным, но все же крупным успехом подводной лодки U-29, потопившей английский авианосец «Корейджес». Находясь на позиции к юго-западу от Ирландии, лодка вечером 17 сентября обнаружила патрулировавший авианосец, который шел со скоростью 15 уз. в охранении двух эсминцев, и атаковала его в момент маневра для принятия на борт возвращающегося самолета. В борт авианосца попали две торпеды, и через 20 минут он затонул.

28 сентября 1939 г. на очередном совещании у Гитлера главнокомандующий флотом Редер, доложив об окончании первой фазы подводной войны в Атлантике и в Канале, подчеркнул решающее влияние на успехи лодок политических ограничений[18]. В частности, по его мнению, только эти обстоятельства помешали действиям лодок против крупных конвоев, направлявшихся из Северной Африки во Францию, и минированию подходов к северным французским портам для помехи переброске туда английских экспедиционных войск.

Вслед за этим гитлеровское руководство провело еще ряд мер по ограничению деятельности лодок. Была подчеркнута необходимость особой осторожности при действиях против судоходства нейтральных стран. Приказы, данные командирам лодок, обязывали их прежде, чем атаковать судно, устанавливать, вооружено ли оно, какому государству принадлежит, в каком направлении следует, что везет и т. п. Это лишало атаки внезапности, создавало угрозу для лодок и снижало решительность их действий.

В октябре операции подводных лодок продолжали оставаться разрозненными и нецелеустремленными. Перевозка английских войск во Францию проходила почти без помех, так как в районе Канала действовали всего две-три лодки, да и те, не решаясь всплывать, редко обнаруживали конвои и еще реже атаковали их. К тому же лодки начали нести потери. В сентябре погибли U-39 и U-27. 8 октября в Дуврском проливе подорвалась на мине и затонула U-42.

10 октября из Вильгельмсгафена вышла с задачей прорыва через Дуврский пролив U-40. С учетом опыта первой мировой войны командир лодки рассчитывал форсировать минные заграждения через 3 часа после полной воды при скорости течения полтора уза. Однако в 3.00 13 октября лодка подорвалась на мине и затонула.

С 10 по 16 октября лодки предприняли первую попытку атаковать конвой методом подвижной ударной группы под руководством командира флотилии, находившегося на борту U-37. Однако результаты атаки оказались незначительными: подводные лодки U-37, U-46 и U-48 потопили из состава конвоя только три судна.

10 октября на очередном совещании в ставке главнокомандующий гитлеровским флотом доложил, что программа строительства подводных лодок может быть успешно выполнена только в том случае, если она будет признана первоочередной. Он перечислил потребности в материалах, в рабочей силе, в развертывании судостроительной промышленности и предложил прекратить чрезмерное расширение заводов Круппа, работавших на армию. Ставка одобрила план, но при условии, что он не будет ограничивать работу заводов, занятых выполнением заказов для армии.

Тогда же Редер заявил, что захват бельгийского побережья не даст преимуществ для подводных лодок. Однако поддержанный Герингом Гитлер заметил, что бельгийское побережье представляет большую ценность для ВВС. Редер добавил, что наибольшее значение для лодок имело бы получение баз на норвежском побережье.

Таким образом, начало октября ознаменовалось обострением противоречий среди гитлеровского высшего командования во взглядах на методы ведения дальнейшей войны против Англии. Вскрылись и новые обстоятельства неподготовленности германского флота к борьбе на сообщениях: отсутствие организации взаимодействия подводных лодок между собой, с надводными кораблями и с авиацией, а также нехватка вспомогательных крейсеров для борьбы против сообщений противника на отдаленных театрах.

Торжественная встреча U-47 по возвращении в базу

Одновременно в связи с отклонением предложения Германии о перемирии были активизированы действия лодок, и в течение 48 часов они потопили 6 судов. Наряду с этим германские подводные лодки добились нового успеха в борьбе против крупных надводных кораблей. В ночь на 14 октября подводная лодка U-47 проникла через неохраняемый пролив Кирк-Зунд на внутренний рейд крупнейшей базы английского флота Скапа-Флоу, дважды торпедировала и потопила линейный корабль «Ройял Оук», после чего благополучно возвратилась в базу.

16 октября Редер внес предложение торпедировать без предупреждения все торговые суда, достоверно опознанные как суда противника (английские или французские), а пассажирские суда в конвоях торпедировать после предупреждения их об этом. Редер и Дениц[19]настаивали на организации строжайшего контроля над всем неприятельским и нейтральным судоходством. Гитлеровское руководство решило создать специальный штаб экономической войны во главе с адмиралом Шустером, однако общий масштаб усилий Германии в этом направлении, в очевидной связи с ожидавшимся развитием политических событий, оставался ограниченным. Не случайно 1 ноября Редер сделал в своем дневнике такую заметку: «…Приоритета строительной программе лодок еще не предоставлено, так как первоочередной задачей сейчас является пополнение вооружением и боезапасом армии. Расширение строительной программы при имеющихся сейчас в наличии лимитах стали, металла и рабочей силы невозможно… Для того чтобы выполнить большую программу строительства подводных лодок, необходимо постоянное давление»[20].

И все-таки даже ограниченные действия гитлеровских подводных лодок вызывали у англичан нервозность, требования усилить защиту судоходства и приводили к фактическому его ограничению. К тому же, опасаясь потерь своих судов, США объявили районы вокруг Англии и Франции опасными для плавания и тем, с одной стороны, еще более сократили ввоз в Англию и Францию различных видов снабжения, а с другой – облегчили немецкому командованию задачу избегать обострения отношений с ними.

Однако все это не решало генеральной задачи усиления подводной блокады Англии, и даже постепенный (с ноября 1939 г.) переход немцев к неограниченным действиям подводных лодок при небольшой их численности не мог привести к крупным переменам. Наоборот, если говорить только о лодках, то потери тоннажа союзников от них в ноябре по сравнению с потерями в сентябре и в октябре уменьшились почти в три раза, и лишь некоторый рост активности в использовании мин, в том числе лодками (в конце октября и в ноябре они выполнили восемь постановок), привел к тому, что общие потери союзного тоннажа в ноябре сохранились на уровне предыдущих месяцев и составили немногим менее 200 тыс. т.

Снижение потерь от подводных лодок частично объяснялось и тем, что англичане стали шире привлекать к охранению судоходства береговую авиацию. Опасаясь атак с воздуха, лодки перешли от дневных надводных атак одиночных судов с использованием артиллерийского оружия к торпедным атакам одиночных судов и конвоев днем из подводного положения. Однако участившееся обнаружение лодок «Асдиками» заставило их отказаться от дневных атак в пользу ночных из надводного положения. Если в сентябре 97 % от общего числа уничтоженных германскими лодками транспортов были атакованы днем, то в ноябре уже более половины транспортов было атаковано и потоплено ночью[21].

Удерживаясь днем на значительном расстоянии от конвоя, подводные лодки с наступлением сумерек, когда авиация становилась уже не слишком опасна, всплывали в надводное положение и, следуя большими ходами (до 17 уз.), быстро сближались с объектами атаки. Непосредственно перед атакой лодки переходили в крейсерское положение (при котором над водой оставалась лишь малозаметная для визуального наблюдения рубка) и атаковали конвой обычно из темной части горизонта. После атаки лодки отворачивали и полным ходом, превышающим скорость большинства кораблей охранения, уходили от преследования.

В такой обстановке 22 ноября на совещании у Гитлера была принята новая программа строительства подводных лодок. Если существовавший до 1 сентября 1939 г. план предполагал наличие в составе флота к началу 1940 г. 31 подводной лодки, готовой к боевым действиям, а к следующим очередным годам соответственно 49, 68, 88, 116, 144 и к началу 1946 г. 178 лодок, то новый вариант плана предусматривал быстрый рост численности подводных лодок в готовности уже с января 1941 г., а именно 88 лодок. В октябре 1941 г. эта численность должна была составить 191 лодку, в марте 1942 г. – 253, в марте 1943 г. – 334 и т. д.[22]Такие темпы строительства подводных сил ранее не имели места. Новый вариант плана свидетельствовал о признании гитлеровским руководством неизбежности затяжной войны.

Схема 2. Направления развертывания немецких подводных лодок и районы действий немецких надводных кораблей во второй мировой войне

Однако и этот внушительный план занимал весьма скромное место среди других ассигнований на военные нужды Германии. На все военное кораблестроение из военного бюджета страны ассигновывалось лишь 12 %, а число рабочих, занятых в судостроительной промышленности, не превышало 3,5 % от общего числа рабочих, занятых в военном производстве. Кроме того, новый план не позволял довести численность подводных лодок до той оптимальной цифры в 700–900 единиц (из них 300 должны были постоянно находиться в море), которая называлась К. Деницем как условие, необходимое для удушения Англии Подводной блокадой. Наконец, этот план не подкреплялся аналогичным усилением авиации, прежде всего для обеспечения боевых действий подводных лодок.

Уже с 11 декабря судостроительные заводы Германии начали переключаться, на расширение строительства подводных лодок. На верфи была возложена задача постройки только корпусов, заказы на механизмы и вооружение распределялись между другими заводами. Одновременно началась ускоренная подготовка личного состава для подводного флота. Правда, уже на раннем этапе выполнения этой программы стали существенно урезаться материальные фонды. Так, вместо 170 тыс. т железа для флота первоначально было выделено лишь 140 тыс. т.

Между тем подводные лодки продолжали действовать в прежних районах, главным образом против судов, совершавших самостоятельное плавание, и ставили мины у восточного, юго-восточного и западного побережий Англии, в частности в Ливерпульском заливе и на подходах к Клайду. Несколько лодок действовало против конвоев, направлявшихся из Норвегии в Шотландию. Число лодок, одновременно находившихся в море, по-прежнему не превышало 12–14 единиц.

В конце декабря немецкое командование впервые наметило некоторые меры к согласованию действий подводных лодок с действиями крупных надводных кораблей. Поскольку последние готовились к выходу на коммуникации во второй половине января 1940 г., на совещании у Гитлера было решено подготовить к этому времени максимально возможное число лодок.

В это же время гитлеровское руководство пришло к заключению, что усиливать действия подводных лодок надо без официальных заявлений об этом. Поэтому 30 декабря командирам лодок было приказано топить без предупреждения все суда вблизи побережья противника, где возможно использование мин, т. е. где потопление может быть приписано подрыву на минах. Тогда же было объявлено, что коммерческие суда всех наций, продающих или передающих их Великобритании, в первую очередь греческие суда, замеченные в зоне, признанной американцами опасной, разрешается топить без предупреждения. Одновременно обсуждалась возможность строительства подводных лодок по еще более широкой программе, которая в дополнение к находящимся в строю обеспечила бы ввод в строй к 1 января 1942 г. еще 316 лодок.

Гибель «Корейджеса»

Тем не менее даже при недостаточном количестве лодок и нерешительном их использовании к концу года экономика Англии начала испытывать напряжение. Промышленность, работавшая раньше на экспорт, частично переключилась на выполнение внутренних заказов. Военные расходы в декабре достигли крупной цифры в 53,5 млн. фунтов стерлингов в неделю. Цены на предметы широкого потребления возросли на 10–15 %.

В итоге деятельность германских подводных лодок за первые четыре месяца войны может быть охарактеризована следующим образом:

• несмотря на неудобства базирования, лодки оказались в состоянии выходить в Атлантику вокруг Шотландии; менее удачными были их попытки прорыва через Ла-Манш;

• лодки находились в море непродолжительное время и относительно часто менялись (очевидно, этим преследовалась цель поскорее дать практику всему личному составу подводного флота);

• первоначально лодки наносили удары по транспортам как торпедным, так и артиллерийским оружием, однако начиная с декабря 1939 г. применение артиллерии сократилось, что объяснялось постепенным распространением конвойной системы, а также вооружением артиллерией одиночно следующих судов; надо подчеркнуть также сравнительную успешность применения подводными лодками мин;

• наряду с действиями против торговых судов как главного объекта лодки добились успехов и в борьбе против союзных боевых кораблей;

• взаимодействие подводных лодок со своими надводными кораблями и с авиацией свелось лишь к согласованным по месту и времени минным постановкам; другие формы взаимодействия не только не применялись, но по-серьезному и не замышлялись.

5. Действия германских и итальянских подводных лодок на сообщениях в первой половине 1940 г

Начало 1940 г. не внесло ничего нового в подводную кампанию. Германские подводные лодки продолжали действовать на подходах к Британским островам до меридиана 20° з. д. и южнее Гибралтара. Периодически отмечалось усиление их активности в Северном море, в проливах между Данией и Норвегией и у юго-западного побережья Норвегии. Несколько лодок готовилось к выходу в районы Галифакса и Фритауна, где, как предполагало гитлеровское командование, конвои сопровождались значительно меньшим охранением, чем в европейских водах.

Минные постановки лодок создавали все большую угрозу союзному судоходству; потери от мин в январе составили 21 судно общим тоннажем 77 116 бр. рег. т. У англичан кораблей не хватало даже для контрольного траления опасных районов, поэтому то один, то другой районы временно закрывались для плавания, и суда вынуждены были отстаиваться в портах или совершать переходы обходными маршрутами.

Однако германские подводные лодки, как и ранее, действовали в одиночестве. Главнокомандующий флота Редер продолжал требовать поддержки для них авиации, но воздушные силы уклонялись от выполнения этих требований.

Не имея сил для активизации действий на морских сообщениях, гитлеровское командование продолжало увеличивать давление на Англию, Францию и нейтральные страны расширением запретных зон на подходах к английскому побережью, в пределах которых суда нейтральных стран подвергались такой же опасности уничтожения без предупреждения, как и суда противника. В частности, в конце января 1940 г. было решено расширить блокадную зону у северо-восточного побережья Шотландии, увеличить размеры угрожаемого района на подходах к Бристольскому заливу, включить в эту зону Ирландское море и добавить новый закрытый район в юго-западной части Северного моря (примерно от Дувра до мыса Фламборо). Полная блокада Английского канала пока не проводилась, дабы оставить кое-какую отдушину для нейтральных судов.

Сославшись на то, что пассажирские суда начали ходить без огней и что англичане стали использовать их для перевозки военных грузов и войск, а также подчеркивая, что вооружение торговых судов равносильно нарушению Лондонской конвенции 1936 г. о нормах ведения войны на море, гитлеровское командование 18 февраля объявило, что не считает себя больше связанным этой конвенцией и что германские подводные лодки отныне будут атаковать в блокадных зонах все суда без предупреждения.

Эти меры привели к некоторому росту потерь союзников. В частности, подводные лодки эффективно действовали в Северном море: за выход они уничтожали в среднем два судна общим тоннажем 3000–4000 т. Особенно успешными были действия некоторых лодок на подходах к Английскому каналу и в Атлантике. Из 164 судов, уничтоженных за первые полгода войны, только 7, или 4 %, были потоплены на переходах в составе конвоев.

25 февраля 1940 г., опасаясь нежелательной реакции США, гитлеровское командование решило отменить походы лодок, намечавшиеся в район Галифакса для постановки мин и действий против судоходства. По политическим мотивам были отменены и походы нескольких лодок в Средиземное море.

Одновременно с конца февраля 1940 г. в порядке подготовки к Норвежской операции германское морское командование начало ставить некоторые лодки в ремонт, что еще более сократило их число в море. Благодаря этому с середины марта в Атлантике не осталось ни одной немецкой подводной лодки.

Немецкий план Норвежской операции предусматривал следующее развертывание подводных лодок: в районе Вогс-фьорда – три, Вест-фьорда – пять, Тронхейма – три, Бергена – пять, Ставангера – две и в районе Оркнейских о-вов – пять. Все они должны были вести разведку и наносить удары по английским боевым кораблям и транспортам с войсками, если таковые будут следовать из Англии в норвежские порты. Часть лодок была выделена для переброски из германских баз в основные пункты высадки дополнительного оружия, боезапаса и снабжения[23].

Но никаких потерь англичанам лодки у норвежского побережья не нанесли. Одной из причин неуспеха германских лодок явилась непригодность в высоких широтах торпед с магнитными взрывателями, которые при проходе под целью не срабатывали. В связи с неудачей гитлеровское командование, не ожидая окончания операции, отозвало находившиеся в этих районах лодки и ускорило подготовку остальных для действий против сообщений.

Следует заметить, что 21 мая 1940 г. главнокомандующий германским флотом пытался выяснить мнение гитлеровского руководства относительно возможной продолжительности войны с тем, чтобы решить, следует ли рисковать посылкой в море всех подводных лодок в надежде на то, что война скоро окончится, или же правильнее считать, что война продлится еще некоторое время. и в связи с этим организовать лучшую боевую подготовку лодок и предусмотреть их строительство на более длительный период Гитлер высказался за второе. Приведенный факт лишний раз подтверждает отсутствие четкой координации гитлеровских военных планов и недостаточную осведомленность в них главнокомандующего флотом.

30 мая 1940 г. германское информационное бюро сообщило: «Во время военных действий в Норвегии экономическая война против Англии была на втором плане. Теперь германский подводный флот имеет новые возможности для своих операций. Подводные лодки могут с новой силой начать свои действия на английских коммуникациях, тем более, что порты восточной Англии так или иначе закрыты». В тот же день несколько пароходов было потоплено у западного побережья Испании. Несмотря на то, что вооружение английских судов артиллерией лишало германские лодки возможности приближаться к ним в надводном положении, гитлеровским подводникам, благодаря хорошему знакомству с типами судов, как правило, удавалось распознавать их национальную принадлежность.

Однако заметного перелома в борьбе на сообщениях не наступило и на этот раз. Основной причиной оставалась ограниченная численность подводных лодок, попытки же ускоренного их строительства встречали серьезные препятствия. Так, 4 июня 1940 г. главнокомандующий ВМС снова доложил гитлеровскому руководству о задержке в выполнении строительной программы из-за нехватки рабочей силы и сырья. Ему было отвечено, что флоту и авиации будет уделено максимальное внимание по окончании операции против Франции, когда можно будет сократить численность армии и уменьшить затраты на ее содержание.

10 июня 1940 г. начали боевые действия итальянские подводные лодки. Из 115 лодок, числившихся в составе итальянского флота, для действий могли быть использованы всего 88[24]. Следует заметить, что и эта цифра в полтора раза превышала количество лодок, которыми располагала в то время Германия, и была больше, чем численность основных противолодочных сил английского и французского флотов на Средиземном море, состоявших из 74 эсминцев и миноносцев.

Из этого числа 8 лодок базировались в Массауа (Эритрея) на Красном море. Из 80 остальных единиц итальянское командование с началом войны развернуло в Средиземном море 49 лодок, т. е. более 60 %, имевшихся в наличии. Перед ними были поставлены две задачи: разведка и нанесение ударов по англо-французскому судоходству. Атаки судов и конвоев предписывалось проводить днем из подводного положения. Однако итальянские подводные лодки, выполнив не без успеха задачи разведки, в действиях против судоходства не добились почти никаких результатов. Ими было уничтожено лишь несколько транспортов. Кроме того, 12 июня 1940 г. подводная лодка «Банолини» потопила к югу от Крита английский крейсер «Калипсо». Сами же лодки к концу месяца потеряли 10 единиц.

Начиная с 13 июня несколько итальянских лодок прошли через Гибралтар для действий в отведенных им районах у Азорских о-вов, у берегов Испании и Западной Африки, но и их успехи были невелики.

Одной из причин низкой боевой эффективности итальянских лодок явилось недостаточно умелое их использование (ориентация только на дневные атаки, недостаточная обеспеченность разведкой и др.). Другой причиной были серьезные технические недостатки лодок, в том числе:

• низкие маневренные качества (например, радиус циркуляции составлял 500 м, в то время как у немецких лодок он не превышал 300 м);

• малая скорость погружения (до 70 сек, в то время как немецкие лодки могли погружаться за 30–40 сек);

• большая шумность двигателей, демаскировавшая лодки; слишком заметный след торпед после залпа.

Итальянское морское командование ограничило использование подводных лодок с низкими тактико-техническими данными, заказало в спешном порядке промышленности 11 новых лодок с улучшенными характеристиками и приступило к изготовлению бесследных электроторпед по немецким образцам. Одновременно были приняты меры к сокращению времени погружения лодок с 60 до 30 сек.

В противоположность итальянским подводным силам немецкие – в Атлантике добились в июне известных успехов, которым содействовало отвлечение союзниками значительных легких сил для обеспечения эвакуации экспедиционного корпуса из Дюнкерка. Последовавшая 22 июня 1940 г. капитуляция Франции вообще вывела из войны значительные противолодочные силы французского флота. В результате потери союзников от подводных лодок в июне в сравнении с предыдущими месяцами оказались весьма высокими и равнялись 58 судам общим тоннажем 284 тыс. т. При этом немецкие лодки с 14 по 17 июня успешно атаковали на линии Галифакс – Великобритания три конвоя и потопили из их состава семь судов.

Однако общие результаты действий германских лодок на протяжении всего первого этапа войны до капитуляции Франции оказались скудными: за 10 месяцев они потопили всею 258 судов общим тоннажем 1 136 916 т, что составляло лишь 6 % от всего торгового тоннажа союзников.

В добавление к предыдущим замечаниям о методах использования подводных лодок необходимо отметить следующее.

В первые месяцы войны эти методы изменялись примерно так же, как в ходе первой мировой войны. Первоначально одиночным лодкам отводились небольшие районы (позиции) на подходах к базам, портам и на узах прибрежных путей сообщения противника. По мере усиления противником противолодочных мер в прибрежной зоне подобный метод использования лодок становился все более опасным и малоэффективным. В конце 1939 – начале 1940 г. гитлеровские лодки стали ограничивать свои действия в прибрежных зонах лишь постановкой мин на вероятных путях судов, а для использования торпед были вынуждены отходить мористее. Позиционный и даже маневренно-позиционный метод использования лодок постепенно превращался в крейсерство в ограниченных районах. Когда же по мере удаления районов действий лодок от берегов радиуса авиации не стало хватать, лодки должны были перейти к свободному крейсерству в обширных районах или вдоль вероятных путей движения конвоев.

Следует отметить принятую немецким командованием практику всестороннего опроса командиров лодок, возвращавшихся из боевых походов, об общей обстановке их действий, судоходстве противника, его тактике борьбы против лодок и о всех значительных решениях, которые пришлось принимать командиру лодки за время похода. Обработанные штабами результаты подобных опросов и собеседований, как правило, доводились до сведения всех командиров лодок, что способствовало повышению уровня подготовки офицерского состава подводных лодок и повышало успешность их действий.

6. Действия германской авиации против судоходства

Действия гитлеровской авиации против морских сообщений противника в первые месяцы войны сводились лишь к ведению разведки одиночными самолетами и к эпизодическим «попутным» бомбардировкам отдельных пунктов на побережье Англии, боевых кораблей и транспортов в море.

Это объяснялось, с одной стороны, теми же политическими ограничениями, которые накладывали отпечаток на действия лодок и надводных кораблей, а с другой – рядом дополнительных обстоятельств. К последним прежде всего следует отнести грубую недооценку гитлеровским командованием роли авиации в борьбе на море. Несмотря на сравнительную многочисленность германских ВВС, насчитывавших к началу войны 4161 самолет, военно-морской флот почти не располагал авиацией. Все ее силы были сосредоточены в руках главнокомандующего ВВС, а в оперативном подчинении главнокомандующего флотом находились лишь 14 эскадрилий боевой и 4 эскадрильи транспортной авиации берегового базирования, всего около 150 самолетов, или 4 % от общего состава ВВС Германии. В это число входили как колесные, так, главным образом, лодочные и поплавковые самолеты.

По соглашению между командованиями ВВС и флотом от 27 января 1939 г. задача борьбы на сообщениях эпизодически должна была выполняться авиационными соединениями, специально выделяемыми из состава ВВС. В частности, в начале войны в распоряжение главнокомандующего гитлеровским флотом было выделено еще шесть боевых групп из самолетов He-111, а также 30-я боевая группа, находившаяся в стадии укомплектования пикирующими бомбардировщиками Ju-88. Однако выделение добавочных сил проводилось редко. К тому же авиация, периодически поступавшая в распоряжение командования флотом, была недостаточно подготовлена к боевым действиям на море.

Отставала и техника. Самолеты, которые командование флотом могло использовать, имели небольшие радиусы действия, будучи плохо вооруженными, становились легкой добычей английских истребителей и потому старались избегать приближения к английскому побережью.

Наконец, германская авиация была вынуждена действовать в условиях ограниченной сети аэродромов Гельголандской бухты или пролетать над территорией нейтральных Дании, Бельгии и Голландии, которые фактически являлись союзниками Англии, а это лишало ее действия внезапности и приводило к добавочным потерям.

Первая атака английских кораблей немецкими самолетами состоялась лишь 26 сентября, но была безуспешной. В данных о союзных потерях за сентябрь, октябрь и ноябрь 1940 г. не значится ни одного судна или боевого корабля, потопленных авиацией. Единственным «успехом» немецкой авиации были атака и потопление германскими самолетами двух своих же эсминцев.

Только 1 ноября 10-му авиакорпусу немецких ВВС была поставлена задача действовать против союзных конвоев с использованием как бомб, так и пушечно-пулеметного вооружения. Несколько атак оказались безрезультатными, и лишь 18 декабря был достигнут первый успех: у северо-восточного побережья Англии два германских самолета потопили английское судно «Спринити» водоизмещением 1490 т. В итоге последующих атак в Северном море до конца года были потоплены десять мелких судов общим тоннажем около 3 тыс. т. Несколько больших успехов германская авиация добилась в январе, но затем они снова упали. При этом основная часть потерь союзникам была нанесена не специально действовавшей против судоходства авиацией, не обладавшей тогда достаточным опытом, а самолетами, выполнявшими другие задачи (разведку, бомбардировку береговых объектов и т. д.) и атаковывавшими суда лишь при случайных встречах или в качестве «запасных» целей.

Положение изменилось лишь с началом активных операций на западном фронте. Из 243 кораблей и судов, потерянных англичанами при эвакуации Дюнкерка (преимущественно мелких), подавляющее большинство было уничтожено именно авиацией. В дальнейшем выход немецких сил на Атлантическое побережье расширил возможности авиации. Уже в мае союзные потери в результате воздушных атак составили 48 судов общим тоннажем 158 348 т[25], однако в июне они уменьшились до 22 судов, или 105 193 т.

В конце ноября немецкая авиация (9-я дивизия) начала производить постановку магнитных мин у побережья противника. Минирование, как правило, выполнялось в темное время суток небольшими группами самолетов, главным образом на подходах к восточным английским портам и базам, в устьях рек и на прибрежных фарватерах[26]. Однако малые масштабы этих действий не могли привести к серьезным результатам.

В декабре морские аэродромы замерзли, и дальнейшие минные постановки авиации возобновились лишь в середине апреля.

С 17 апреля по 3 мая 1940 г. ВВС сбросили около 200 донных мин у юго-восточного побережья Англии. Сначала они сбрасывали мины над портами и устьями рек Голландии и Бельгии, после чего временно перенесли центр тяжести своих действий на юг – до района Бискайского залива. Всего до завершения кампании (22 июня 1940 г.) этим способом было поставлено свыше 1000 мин.

7. Действия германских надводных кораблей против английского судоходства

Из крупных кораблей для действий на сообщениях вначале германское командование выделило лишь два «карманных» линкора «Дойчланд» и «Адмирал граф Шпее». Оперативным приказом от 4 августа 1939 г. им предписывалось:

• вести войну против морской торговли на основе призового права;

• если Германия объявит «опасные зоны», то действовать в них любыми способами; при этом во избежание ошибочных атак со стороны своих подводных лодок до специальных указаний держаться вне этих «опасных зон»;

• в случае встречи с морскими силами противника, даже когда они менее сильны, атаковать их лишь при условии, что это сможет в дальнейшем помочь действиям против судоходства;

• чаще менять место в пределах отведенных им операционных зон, чтобы, сделав ненадежной информацию о себе, всемерно затруднить судоходство противника.

Линкоры вышли в море в августе[27], и к началу войны между Германией и Англией находились: «Дойчланд» – в Северной Атлантике (к юго-востоку от Гренландии) и «Адмирал граф Шпее» – в Южной Атлантике (между Бразилией и о-вом Св. Елены). Пребывание обоих кораблей в зонах ожидания затянулось до конца сентября, после чего им было приказано начать действия: «Дойчланду» – в Северной, а «Шпее» – в Южной Атлантике. Начав крейсерство, корабли периодически обнаруживали одиночные транспорты и либо уничтожали их, либо высаживали на них призовые команды и направляли в Германию.

Операция оказалась непродолжительной. «Дойчланд» ввиду неисправности корабельного самолета и необходимости ремонта механизмов в середине ноября был отозван в базу, а «Адмирал граф Шпее» продолжал свои действия в Южной Атлантике до начала декабря, уничтожив за это время девять судов общим тоннажем 50 089 бр. рег. т.

Несмотря на незначительные непосредственные результаты, это крейсерство германских линкоров имело важные оперативные последствия. Будучи обеспокоено потерями судов, британское адмиралтейство направило в Южную Атлантику 9 поисковых групп, в состав которых входили 2 линейных корабля, 2 линейных крейсера, 5 авианосцев и 11 тяжелых крейсеров – всего 23 корабля, в том числе 6 французских. Для непосредственного прикрытия конвоев адмиралтейство выделило 3 линейных корабля и несколько крейсеров.

«Адмирал граф Шпее» был обнаружен 13 декабря в районе устья реки Ла-Плата. В результате боя с тремя английскими крейсерами линкор получил тяжелые повреждения и укрылся в Монтевидео. Ввиду невозможности отремонтировать корабль и блокады выходов из порта англичанами командир линкора 17 декабря взорвал корабль, а сам застрелился. Экипаж сошел на берег и был интернирован[28]. После этого состав английских поисковых групп был сокращен, но поиски германских рейдеров продолжались.

В конце 1939 г. совершили выход в Норвежское море линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау». На подходах к Исландии они потопили английский вспомогательный крейсер «Равалпинди», но из-за опасения встречи с крупными английскими силами операция была свернута. 26 января главнокомандующий германского флота отметил, что значительное число боевых кораблей противника еще только возвращается из Атлантики в отечественные воды, что ряд крупных боевых кораблей находится в ремонте и что таким образом складывается благоприятная обстановка для нападения крупных кораблей на английские конвои, следующие из Бергена к Шетландским о-вам. Однако и на этот раз решительных действий надводными силами предпринято не было.

Подрыв «графа Шпее»

Реальная угроза удаленным коммуникациям англичан появилась только в апреле 1940 г., когда в море начали выходить первые вспомогательные крейсера-рейдеры, переоборудованные из грузовых судов и имевшие скорость хода 15–20 уз. Их вооружение, как правило, состояло из двух-шести орудий калибра 150 мм, нескольких зенитных орудий или автоматов и двух – четырех торпедных аппаратов.

Правда, в отличие от обстановки первой мировой войны Германия не располагала флотом Открытого моря, который мог бы сковывать крупные английские корабли в отечественных водах. К тому же невелико было и число вспомогательных крейсеров. Наконец, их подготовка затянулась до того времени, когда почти во всех районах уже была введена система конвоев, а против них вспомогательные крейсера действовать не могли. Первый из них, рейдер «Атлантис», вышел в крейсерство 31 марта, «Орион» – 6 апреля, «Виддер» – 6 мая, «Тор» – 6 июня и «Пингвин» – 15 июня 1940 г.

Наряду с этим германские крейсера, эсминцы и надводные минные заградители почти с первых дней войны стали совершать кратковременные походы к восточному побережью Англии для постановки мин. Так, с 17 октября 1939 г. по 9 февраля 1940 г. эсминцы под прикрытием крейсеров предприняли девять успешных походов, поставив на морских путях близ английского побережья (от Темзы на юге до Хамбера на севере) 1800 мин (половина из них якорно-контактных, а половина – донных магнитных).

Большинство минных постановок проходило без противодействия противника. Как свидетельствуют некоторые английские историки, адмиралтейство опасалось постановки мин лодками и авиацией и не было подготовлено к борьбе с надводными заградителями. По тем же данным, немцы, не встречая помех, использовали для точного выхода в намеченные районы английские береговые огни, которые были выключены лишь 21 ноября.

Таким образом, в действиях на сообщениях германский флот использовал надводные корабли всех классов. Однако достигнутые ими результаты (всего до июля 1940 г. было потоплено 29 судов общим тоннажем 136 936 т) оказались незначительными. Основными причинами этого являлись:

• малочисленность крупных надводных кораблей;

• запоздание с подготовкой вспомогательных крейсеров-рейдеров;

• отсутствие операционных баз на удаленных театрах;

• недостаточная согласованность действий надводных кораблей с действиями авиации и подводных лодок. В то время, когда лодки начали боевые действия, «карманным» линкорам было приказано находиться в районах ожидания. Когда эсминцы ставили мины у восточного побережья Англии, германская авиация никаких действий против судоходства не вела и т. д.

Совместные действия крупных кораблей и авиации почти не проводились. Например, линкору «Гнейзенау» с легкими силами и авиацией в составе 127 He-111 и 21 Ju-88 было приказано 7 октября нанести удар по английским кораблям у побережья Южной Норвегии. Однако операция развернулась с опозданием и потому оказалась безуспешной.

«В вопросе применения мин между ВВС и ВМФ, – пишет Руге, – не было единства. Первые рассматривали минную войну как собственную задачу; они намеревались начать ее только тогда, когда будет заготовлено достаточно мин для массовой их постановки, то есть не раньше весны 1940 г. РВМ (руководство войной на море. – Авт.) не хотело, однако, ожидать так долго и приступило к постановке мин подводными лодками с самого начала войны, а эсминцами – с октября, будучи убеждено, что англичанам понадобится очень много времени, чтобы изобрести средства борьбы с магнитными минами. Военно-воздушные силы не без колебаний, как оказалось обоснованных, последовали его примеру и в конце ноября сбросили незначительное число мин (68!)»[29].

Уже во время одной из первых авиационных постановок две германские магнитные мины упали на осыхающую во время отлива отмель, и исследование их английскими специалистами позволило быстро развернуть работу по созданию средств борьбы с ними. Поэтому массовое использование немцами магнитных мин, начавшееся в 1940 г., уже не привело к тому эффекту, которого можно было ожидать. Правда, и в этих условиях применение мин дало значительные результаты. Так, в ноябре и декабре 1939 г. на них погибло 59 судов (203 515 т), и это заставило противника тратить большие усилия на борьбу с минной опасностью.

8. Основные оборонительные мероприятия британского адмиралтейства

Считая, что германский флот, располагающий лишь небольшим числом подводных лодок, будет вести борьбу на сообщениях главным образом надводными силами, британское адмиралтейство ориентировало на это и развертывание своих сил. Кажущееся их превосходство не вызывало сомнений, а география как бы подталкивала начать с того же, что было применено в первой мировой войне, – с дальней блокады.

Основными блокирующими силами должны были стать крупные корабли. На случай прорыва отдельных германских кораблей в Атлантику было решено выделить для непосредственного охранения судоходства на линиях Англия – Канада и Англия – США несколько линейных кораблей, крейсеров и эскадренных миноносцев. Предполагалось периодически изменять маршруты торговых судов, а в узловых районах коммуникаций организовать патрулирование крейсеров[30].

Что же касается борьбы против подводных лодок, адмиралтейство также руководствовалось прежде всего опытом первой мировой войны. Обобщая этот опыт, адмирал Джеллико еще в 1934 г. писал: «Имелись лишь три пути ведения борьбы с подводной угрозой: первый, естественно, Заключался в том, чтобы не допустить выхода подводных лодок в море; второй – топить их во время пребывания в море и третий – непосредственно защищать торговые суда от их нападений»[31].

При этом адмиралтейство, возлагая надежды в основном на недавно изобретенный гидролокатор («Асдик»), которым были снабжены эскортные корабли, считало, что справится с этой угрозой, и больше опасалось надводных кораблей.

К началу войны легкие силы английского флота включали 184 эскадренных миноносца, 30 шлюпов, 9 корветов, 52 сторожевых корабля различных типов водоизмещением от 510 до 2000 т, 44 траулера различных типов постройки 1917–1918 гг., водоизмещением от 440 до 665 т и 24 дрифтера постройки 1917–1918 гг. водоизмещением около 2000 т. Кроме того, в августе 1939 г. адмиралтейством было закуплено у частных фирм около 100 рыболовных траулеров для использования в качестве противолодочных судов.

Однако, во-первых, эти силы были разбросаны по различным театрам (отечественные воды, Средиземное море, Индийский океан); во-вторых, основная часть эсминцев использовалась главным образом для охранения крупных кораблей и вообще в составе соединений надводного флота и, в-третьих, маневренные элементы большей части траулеров и дрифтеров позволяли использовать их лишь вблизи берегов.

Численность самолетов берегового базирования должна была составлять всего 339 самолетов, в том числе: в отечественных водах – для эскортирования конвоев 165, для разведки Северного моря 84, для северных районов Северного моря 24 и для патрулирования на Севере 18; за границей – в атлантических портах сбора конвоев 48. Но фактически к началу войны авиация Берегового командования состояла всего из 16 эскадрилий, имевших в своем составе 265 самолетов. К 1 января 1940 г. эти цифры повысились соответственно до 19,5 и 336, а к 1 июля того же года до 28,5 и 490.

Как отмечается в одном из официозных английских источников: «…Немногочисленные самолеты авиации Берегового командования имели недостаточную дальность полета и могли охранять конвои только на сравнительно небольшом удалении от своих аэродромов. Вооружение этих самолетов состояло из небольшого числа малых бомб, которые могли вызвать гибель лодки лишь в случае прямого попадания в нее. Радиолокаторов на самолетах еще не было».

Не лучше обстояло дело во французском флоте. В его составе к началу войны числилось 78 лидеров и эскадренных миноносцев, 26 миноносцев, 22 сторожевых корабля водоизмещением от 500 до 1200 т и 27 водоизмещением около 150 т. Возможности дополнительного отмобилизования кораблей были еще более ограничены, чем в Англии. Положение облегчалось лишь тем, что судоходство Франции в Средиземном море пока не нуждалось в охранении, и она могла держать основную часть сил в районах Бискайского залива и Ла-Манша. Как и в Англии, во Франции почти не было противолодочной авиации.

В конечном итоге мероприятия адмиралтейства преследовали достижение именно тех целей, о которых говорил Джеллико, но проводились они разрозненно и медленно.

Первые такие мероприятия были направлены на противодействие выходу немецких надводных кораблей и подводных лодок в Атлантику. В частности, для противодействия прорыву крупных кораблей противника адмиралтейство сформировало специальную оперативную группу, в состав которой в начале сентября 1939 г. вошли линейные корабли «Нельсон», «Родней», линейный крейсер «Рипалс», авианосец «Арк Ройял», крейсера «Аврора», «Шеффилд» и десять эскадренных миноносцев, а кроме того, «Северный патруль», в который вошли 7-я и 12-я эскадры и вспомогательные крейсера, переоборудованные из торговых судов. На эти же силы возлагалась задача непосредственного прикрытия судоходства между Англией и Норвегией. Для поддержки Северного патруля было намечено использовать главные силы флота, базирующиеся на Розайт и Скана-Флоу.

Линкор «Нельсон»

Эта же задача противодействия выходу надводных кораблей противника была возложена на подводные лодки, которые предполагалось развернуть в Гельголандской бухте и на выходах из Скагеррака. Они же должны были вести борьбу и с германскими лодками.

Кроме того, для противодействия выходу подводных лодок противника в Атлантику адмиралтейство выделило часть сил ПЛО для патрулирования между южной частью Норвегии и Оркнейскими о-вами, а из наскоро собранных кораблей, в том числе с весьма низкими тактико-техническими характеристиками, создало группировку для патрулирования на подходах к Дуврскому проливу. Последняя должна была также прикрывать перевозки войск и снаряжения из Англии во Францию.

Для наблюдения за западными подходами к Каналу и входу в Ирландское море и для прикрытия судов, совершающих рейсы во французские порты и обратно, в Портленде был сформирован отряд кораблей, который назывался «Силы Канала».

Отдельная группа в составе 3-й флотилии эсминцев и миноносцев была направлена в район Гибралтара с задачей не допустить прохода германских подводных лодок в Средиземное море.

Одним из элементов этих блокадных мероприятий явилось создание минного противолодочного рубежа в Дуврском проливе. Оно было проведено в три этапа. С 11 по 17 сентября минными заградителями «Адвенчур» и «Плоуэр» и несколькими вспомогательными судами под прикрытием крейсера ПВО «Каиро» и флотилии эсминцев было поставлено около 3000 мин в пять линий между Гудвинскими отмелями и бельгийским побережьем: три линии с малым и две с большим углублением. В заграждении был оставлен секретный проход. С 25 сентября по 25 октября была произведена постановка 3636 мин с большим углублением между Фолкстоном и мысом Гри-Не. Последний этап заключался в постановке между двумя минными полями двойной системы индикаторных петель.

Результаты не замедлили сказаться. Если в ночь с 11 на 12 сентября, т. е. еще в начале оборудования барража, одна из немецких лодок прошла через пролив без происшествий, то в октябре на минах подорвались и вышли из строя две германские подводные лодки, а третья, получив повреждения, села на одну из гудвинских отмелей. После этого немцы вынуждены были отказаться от посылки лодок через Канал.

19 ноября адмиралтейство предложило создать аналогичный барраж на северном выходе из Северного моря, между Шотландией и норвежским побережьем, т. е. и здесь повторить опыт первой мировой войны. По предварительным расчетам, требовалось поставить 181 тыс. мин, на что надо было израсходовать 20 млн. фунтов стерлингов. По времени постановка такого заграждения требовала двух лет. Предложение было встречено сочувственно, и 30 ноября кабинет одобрил начало приготовлений. Однако в связи с возражениями Норвегии против примыкания восточного фланга заграждения к ее берегам, учитывая, что оставление неконтролируемых проходов у норвежского побережья сведет эффективность заграждения почти к нулю, от этого плана отказались. Вместо этого было намечено поставить несколько линий минных заграждений в районе сравнительно малых глубин между Фарерскими о-вами и Исландией с центром его приблизительно в широте 62°30’ сев. и долготе 13°30’ зап.[32]

Одновременно с постановкой заграждения в Дуврском проливе адмиралтейство провело несколько минных постановок в водах, контролируемых Германией, с активными целями затруднить судоходство и, главным образом, выход в море надводных кораблей и лодок противника. Для выполнения этой задачи были использованы быстроходные минные заградители, переоборудованные в августе 1939 г. из эскадренных миноносцев «Эск» и «Экспресс», а потом и миноносцы.

Корабли других классов и береговая авиация никаких действий в водах противника не вели. Не предпринимала активных действий и бомбардировочная авиация английских ВВС. По английским же данным, за весь 1939 г. она сбросила на Германию… 31 т бомб. В 1940 г. английской бомбардировочной авиацией было сброшено на различные объекты Германии (в том числе на морские объекты и судостроительную промышленность) всего бомб: в январе – 1 т, в феврале – 1, в марте – 31, в апреле – 112, в мае – 1668 и в июне – 2300 т.

Схема 3. Районы английских и немецких минных постановок и блокадных зон в 1939–1940 гг.

Другой мерой защиты союзнических морских сообщений стала система конвоев, многократно и многосторонне проверенная в первой мировой войне.

Сначала было сделано лишь предварительное распоряжение: в связи с тем, что на переходах морем и в готовности к выходу насчитывалось около 2500 английских судов, обеспечить непосредственную защиту которых не было никакой возможности, 3 сентября адмиралтейство дало указание всем находившимся в иностранных водах судам ввести затемнение, избегать обычных трасс движения, следовать в британские или нейтральные порты и ожидать указаний. Выходы судов из отечественных портов были задержаны. 5 сентября было объявлено о введении в действие системы конвоев, которая сохранилась до окончания войны.

Не останавливаясь на известных положительных и отрицательных сторонах конвойной системы, отметим лишь некоторые новые детали в ее организации по сравнению с концом первой мировой войны. Возглавлял конвойную систему английский морской штаб, в составе которого на базе сохранившейся со времен 1917–1918 гг. так называемой «конвойной комнаты» был развернут специальный департамент торгового судоходства. Взаимодействуя с оперативным и разведывательным департаментами морского штаба, этот департамент непосредственно руководил движением конвоев и одиночно следовавших судов. Управление осуществлялось со специального командного пункта в штабе и с аналогичных командных пунктов, развернутых в штабах командующих базовыми морскими районами.

В самом начале войны было решено подразделить все океанские конвои на три группы:

• конвои с грузами общего характера (включая и войсковые) тихоходные – со скоростью хода до 7,5 уз.;

• конвои того же назначения быстроходные – со скоростью 9,5— 10 уз.;

• войсковые конвои – со скоростью 12–15 уз.

Кроме того, в самостоятельную группу были выделены прибрежные (местные) конвои. Предусматривалось также формирование конвоев специального назначения.

В качестве пунктов формирования конвоев был назначен ряд укрытых с моря заливов на западном побережье Англии, где можно было разместить суда, не только входящие в данный конвой, но и ожидающие очередных конвоев.

Конвоям на определенных направлениях были присвоены условные литеры – преимущественно по первым буквам названий пунктов отшествия и пришествия. Например, конвои из Галифакса в Англию именовались НХ, из Гибралтара в Англию – НЕ и т. д.

На основных трассах были разработаны графики движения конвоев. Так, на линии Галифакс – Англия конвои должны были выходить из Галифакса и Англии одновременно через каждые восемь дней.

Сравнительно быстро установился средний типовой состав океанских конвоев. Чаще всего в них включалось от 40 до 60 судов. Конвои обычно шли в ордере девяти-десяти кильватерных колонн с интервалом между колоннами 5 каб. и с дистанцией между судами в колоннах 3 каб. В этих условиях конвой занимал площадь около 4 миль по фронту и 1,5–2 мили в глубину.

Наиболее сложными проблемами для британского адмиралтейства были, пожалуй, недостаточная численность кораблей ПЛО и невысокие тактико-технические качества большинства из них. Для использования в качестве сил непосредственного охранения конвоев адмиралтейство смогло выделить лишь немногим более 100 кораблей, а именно: 81 эскадренный миноносец (включая миноносцы старой постройки и 3 польских эсминца, избежавших уничтожения в Балтийском море), 30 шлюпов и 9 корветов. Кроме того, в конвоировании принимали участие около 30 французских кораблей ПЛО.

Поэтому на первых порах конвои сопровождались лишь небольшими группами кораблей охранения и на ограниченные расстояния от пунктов формирования, тем более что и немецкие лодки действовали в то время преимущественно в прибрежных водах. Так, конвои, выходившие из Англии в Канаду, эскортировались противолодочными кораблями лишь до меридиана 15° з.д., после чего при них оставался лишь линкор или крейсер для охраны от надводных кораблей противника. Конвои же, не охраняемые крупными кораблями, рассредоточивались (рассыпались), и суда следовали по назначению самостоятельно. В дальнейшем по мере оттеснения немецких лодок в океан и привлечения к эскортированию конвоев кораблей с большим радиусом действия дальность сопровождения конвоев постепенно возросла.

Наряду с корабельным охранением конвои сначала эпизодически, а затем все чаще стали прикрываться авиацией. Для этого в районе западных подходов к Англии использовались самолеты Берегового командования английских ВВС, а в районе подходов к Галифаксу канадская авиация.

В октябре 1939 г. система конвоев была введена на всех основных направлениях английского и союзного судоходства и почти полностью освоена. Естественно, это ограничило боевые возможности подводных лодок противника. Достаточно сказать, что первое судно из состава английских конвоев было потоплено только 14 февраля 1940 г. и то лишь, когда оно отстало от конвоя. В дальнейшем потери судов в конвоях также были весьма незначительными.

Одновременно адмиралтейство начало вооружать торговые суда. Это позволяло, с одной стороны, усилить оборону конвоев и частично компенсировать нехватку эскортных сил, а с другой – обеспечивало известную защиту судам, совершающим переходы самостоятельно.

Тем не менее, несмотря на наличие подобного опыта в первую мировую войну и на возросшую необходимость вооружения судов артиллерией, немедленное решение задачи оказалось невозможным. В частности, за 4 последних месяца 1939 г. английская промышленность выпустила только 441 морское орудие, а в течение всего 1940 г. – лишь 1436 орудий. Между тем эти артиллерийские установки были нужны и для других целей. В результате к концу 1939 г. на торговых судах удалось установить только 1500 орудий. Большинство судов продолжало плавать без каких-либо средств самообороны. Только к концу 1940 г. число судов, вооруженных артиллерией, достигло 4000. Но и эта цифра не решала проблемы.

Особенно тяжело было с зенитным вооружением. До весны 1940 г. единственной защитой судов от авиации противника являлись 120 переносных пулеметов Льюиса, которые ставились на суда только на время перехода вдоль восточного берега Англии, после чего снимались и по суше отправлялись в нужные места для установки на другие суда.

Не меньшая нехватка ощущалась и в личном составе, подготовленном к обслуживанию артиллерии, особенно зенитной.

Одной из существенных мер защиты английского судоходства явилась также постановка минных заграждений, прикрывающих пути следования конвоев и одиночных судов вдоль восточного побережья Англии.

28 декабря адмиралтейство объявило, что в дополнение к минным заграждениям, поставленным ранее на подходах к Фламборо, к устью Темзы и к Дуврскому проливу, производится постановка заграждения от Киннэрдс-Хэд в Шотландии до устья Темзы протяженностью 500 миль и шириной 30–40 миль и что цель его – обеспечение торговым судам надежно охраняемого и протраливаемого прибрежного фарватера шириной до 8 миль. Этой мерой адмиралтейство рассчитывало воспрепятствовать немецким набеговым операциям, а главное, подходу надводных заградителей, миноносцев и подводных лодок противника к районам движения судов с целью постановки мин на фарватерах.

Однако создание этого барьера, предусмотренного еще довоенными планами, проходило медленно. Первая постановка из 240 мин была произведена только 24 января. В феврале и марте также было проведено лишь по одной постановке. И только в начале мая, когда гитлеровцы оккупировали норвежское побережье и угроза судоходству у восточного берега Англии возросла, началась усиленная работа по завершению барьера. Правда, его эффективность на первых порах оказалась невысокой. Так как кораблей, которые могли бы патрулировать в районе заграждения и заставлять лодки противника погружаться, было мало, то последние сравнительно просто определяли фарватеры, через которые английские суда входили и выходили из загражденного района, и сами пользовались этими фарватерами.

Большое внимание с первых же дней войны адмиралтейство вынуждено было уделить противоминной обороне. Здесь также встретилось немало трудностей.

Прежде всего, отмечают английские источники, в адмиралтействе не оказалось органа, который руководил бы этой важной стороной деятельности флота, и его формирование затянулось до 2 октября. По словам Роскилла, «… к этому времени попытки врага нарушить наши прибрежные коммуникации при помощи постановки мин приняли угрожающие размеры. Для борьбы с минной опасностью адмиралтейство ввело в действие большое количество мобилизованных, закупленных и вновь построенных малых судов, а также провело и ряд других мероприятий… Тральные силы были развернуты во всех портах Британских островов и за границей, где немцы могли поставить мины»[33].

Поспешно отмобилизованные тральщики оказались недостаточно подготовленными к борьбе с минной угрозой, особенно к борьбе с магнитными минами. Хотя англичане в прошлом и сами применяли магнитные донные мины[34], а незадолго до начала войны (в июле 1939 г.) проводили опыты по тралению магнитных мин, немецкая их конструкция, в частности тип взрывателя, была для них не ясна. Значительное время ушло на разработку принципа оборудования прорывателей заграждений с мощными магнитами в носовой части и т. д. Большие затруднения вызвала также разработка системы траления, при которой тралились бы мины различных типов. Для лучшей организации борьбы с минами адмиралтейство создало специальный комитет, который должен был работать совместно с минной и торпедной школами и коммерческими фирмами.

Первую попытку траления магнитных мин англичане предприняли только 20 октября. Но уже к этому времени их потери от мин составили 11 судов общим тоннажем 29 490 т. В ноябре положение стало еще более угрожающим. По свидетельству Роскилла: «Минная разведка с большими трудностями обнаруживала и ограждала безопасные проходы в устье Темзы. В середине месяца был открыт для плавания только один из трех глубоководных проходов в реку, и иногда казалось, что немцам удастся полностью приостановить грузовое движение в лондонский порт и из него».

В течение ноября от мин было потеряно 27 торговых судов общим тоннажем 120 958 т. Кроме того, на минах подорвался и затонул эскадренный миноносец «Бланш». Одновременно получил повреждения ряд других кораблей, включая крейсер «Белфаст» и минный заградитель «Адвенчур».

Однако к этому времени сказались два других, уже отмечавшихся ранее обстоятельства: во-первых, ограниченность запаса магнитных мин у немцев и, во-вторых, раскрытие англичанами секрета этих мин. Последнее позволило внести необходимые изменения в конструкцию тралов и в систему траления. Для поиска и уничтожения магнитных мин англичане начали применять специальный трал и устанавливать поисковые устройства на самолетах типа «Веллингтон».

Одновременно было организовано управление по размагничиванию военных кораблей и торговых судов. Работа по размагничиванию потребовала значительного увеличения производства кабеля, а также вызвала добавочную загрузку и напряжение судостроительных и судоремонтных заводов.

Некоторые успехи в борьбе с магнитными минами были достигнуты английским флотом только к концу марта. Так, 28 марта 1940 г. приступили к работе первые четыре тральщика, отвечавшие основным требованиям траления магнитных мин. Постепенно число их начало увеличиваться. Для тех же целей стала использоваться авиация. Действуя группами по три самолета, в течение нескольких дней она уничтожила на подходах к Темзе девять мин.

Нагрузка на тральные силы была настолько велика, что адмиралтейство еще в феврале 1940 г. обратилось непосредственно к тысячам рыбаков с призывом оказать помощь флоту в тралении мин. Если в начале войны тральные силы насчитывали 76 кораблей и 2000 человек личного состава, то к апрелю 1940 г. в их состав входило уже около 320 кораблей и 10 500 офицеров, унтер-офицеров и матросов. Постепенно накопившийся опыт позволил сравнительно быстро обнаружить изменение немцами полярности части своих магнитных мин и применение в них взрывателей замедленного действия.

Одновременно адмиралтейство начало проводить патрулирование районов наиболее вероятного появления противника. Предпринятые еще в сентябре 1939 г. поиски германских надводных кораблей и судов, несмотря на широкое привлечение авианосной авиации[35], результатов почти не дали: английскими кораблями были потоплены лишь два германских парохода и несколько пароходов задержано.

Патрулирование для поиска и уничтожения германских подводных лодок осуществлялось противолодочными траулерами, корветами, китобойными судами и частично эсминцами в Северном море и в районе западных и северо-западных подходов к Англии. Основным оружием надводных кораблей в борьбе с лодками служили глубинные бомбы. Из-за малых скоростей хода траулеров и китобойных судов и отсутствия на них гидролокаторов патрулирование результатов не давало и ввиду нехватки кораблей охранения конвоев было прекращено.

10 сентября 1939 г. самолет авианосца «Арк Ройял» к северо-западу от Ирландии произвел первую атаку подводной лодки с воздуха. Хотя лодка и отделалась небольшими повреждениями, немцам стало ясно, что переходы лодок в надводном положении и дневные атаки с использованием артиллерии не смогут проходить безнаказанно. Правда, первые успехи авианосной авиации в борьбе против лодок оказались невысокими, причинами чего являлись непригодность обычных авиационных бомб против лодок, ограниченность бомбовой нагрузки самолетов, невысокий уровень подготовки летного состава к решению этой задачи и т. д. Не остались безответными и подводные лодки, начавшие не только остерегаться авианосцев, но и охотиться за ними, как за вдвойне соблазнительной целью: во-первых, как за крупными боевыми кораблями и, во-вторых, как за своим особенно опасным врагом.

14 сентября 1939 г. подводная лодка U-39 в 150 милях западнее Гебридских о-вов, не прорывая охранения, атаковала двумя торпедами с дистанции более 4000 м авианосец «Арк Ройял», шедший со скоростью 22 уз. Торпеды, выпущенные из кормовых аппаратов, прошли перед форштевнем авианосца. Эсминцы охранения атаковали подводную лодку глубинными бомбами. Получив повреждения, она потеряла управление, в аккумуляторных отсеках началось бурное выделение хлора. U-39 всплыла и была потоплена. Она оказалась первой подводной лодкой гитлеровского флота, потопленной во время второй мировой войны.

15 сентября самолеты того же авианосца «Арк Ройял» атаковали подводную лодку U-30. Лодка была повреждена, но при этом погибло два английских самолета: стремясь атаковать наверняка, они сбросили бомбы со слишком малой высоты, были повреждены взрывами и упали в море.

Потопление подводной лодкой U-29 английского авианосца «Корейджес» 17 сентября заставило британское адмиралтейство отказаться от использования авианосцев в качестве противолодочных кораблей и возложить задачу патрулирования в районах, опасных от лодок, на береговую авиацию.

Первые вылеты береговой авиации на патрулирование зон и эскортирование конвоев были малоуспешными. Лодки противника обнаруживались редко, еще реже атаковывались и почти не уничтожались[36].

В начале 1940 г., образовав своего рода дозор вокруг Британских о-вов, английские авиация и корабли во взаимодействии с позиционными средствами начали оттеснять германские подводные лодки от берегов. Но сил и средств для сопровождения судов по-прежнему было недостаточно. К тому же только в январе 1940 г. на нескольких самолетах были впервые установлены радары, при помощи которых в марте 1940 г. оказалось возможным обнаруживать надводные цели даже в плохую видимость на расстоянии 18 миль. Разработка специальных противолодочных бомб затягивалась. Авиация действовала, как правило, сама по себе, ее взаимодействие с надводными кораблями носило лишь эпизодический характер. Не удивительно поэтому, что с начала войны и до середины 1940 г. немцы потеряли от английской авиации всего лишь одну подводную лодку (U-64).

9. Действия английского флота на морских сообщениях Германии

Блокирующее географическое положение Англии относительно германского побережья и превосходство ее флота лишили Германию возможности поддерживать океанские сообщения[37]. По этому поводу в директиве гитлеровского командования еще 10 мая 1939 г. писалось прямо: «В случае войны с Англией, помимо отдельных прорывов блокады, мы не можем рассчитывать на торговлю с другими государствами, и в связи с этим задачи защиты торгового судоходства ограничатся, главным образом, Балтикой и прибрежными водами Северного моря»[38].

В составе торгового флота Германии к 1 сентября 1939 г. числились суда общим тоннажем 4 492 708 бр. рег. т[39]. Из них 198 судов тоннажем 829 568 бр. рег. т., т. е. около 20 % от тоннажа, к началу войны находились в иностранных портах.

Предполагая их возвращение в Германию и не исключая попыток новых выходов немецких судов в иностранные порты, адмиралтейство возложило на силы Северного патруля, прикрывавшие свои морские коммуникации, дополнительную задачу перехвата этих судов. Было объявлено, что все суда, идущие через зону патрулирования, обязаны заходить в пункты досмотра. Суда, уклонявшиеся от выполнения этого требования, задерживались и направлялись в порты досмотра в сопровождении кораблей из состава патруля.

До конца 1939 г. силами патруля было обнаружено 646 судов, большая часть которых шла в восточном направлении. Некоторым из них после переговоров или проверки документов разрешили следовать по назначению, а 253 судна были направлены в пункты досмотра. Кроме того, в пункты досмотра зашли самостоятельно 97 судов. В результате проверок было обнаружено и захвачено 17 германских судов.

Попутными действиями английских надводных сил против гитлеровского судоходства явились активные постановки мин в водах противника, имевшие своей главной задачей борьбу с подводными лодками. Для этого использовались быстроходные минные заградители и эсминцы. В частности, в апреле 1940 г. английские корабли были направлены для постановки мин на вероятных путях перевозки железной руды из Северной Норвегии. Вечером 7 апреля силы прикрытия подошли к району Вест-фьорда, и минные заградители начали постановку мин, которую продолжали и следующим утром. А спустя день силы германского флота начали Норвежскую операцию.

С первых же дней войны начали боевые действия против сохранившейся части немецких сообщений и английские подводные лодки. 3 сентября несколько подводных лодок было развернуто у побережья Ютландии, на выходах из Гельголандской бухты, Скагеррака и у норвежского побережья, имея главной задачей действия против боевых кораблей.

В этот же день, через четыре минуты после того, как адмиралтейство передало по радио приказ «начать боевые действия против Германии», произошло первое боевое столкновение: немецкая подводная лодка безуспешно атаковала английскую лодку «Спирфиш», находившуюся на позиции в Каттегате.

10 сентября английская подводная лодка «Тритон», патрулировавшая у норвежского побережья, обнаружила, атаковала и потопила… английскую же лодку «Оксли», которая из-за навигационной ошибки оказалась за пределами назначенной ей позиции.

В дальнейшем, несмотря на сложную минную обстановку в этом районе, некоторые английские лодки добивались успеха. Так, подводная лодка «Сэмон», патрулировавшая в Гельголандской бухте, 4 декабря обнаружила выходившую в море немецкую лодку U-36, атаковала и потопила ее. Той же подводной лодкой 13 декабря были торпедированы и выведены из строя германские крейсера «Нюрнберг» и «Лейпциг».

Одновременно с английскими лодками боевые действия против немецких сообщений вели и подводные лодки французского флота. В частности, в связи с попыткой противодействия немецкому вторжению в Норвегию вместе с английскими лодками в Северном море действовало также 10–12 французских лодок, перешедших из французских баз в Бискайском заливе в английские базы.

Английская авиация из-за недостаточной численности и подготовки начала действия на морских сообщениях Германии намного позже. Только став перед фактом вторжения немцев в Данию и Норвегию, английское командование начало проводить более целеустремленную и активную авиаразведку, используя по ее результатам бомбардировочную авиацию для ударов по военно-морским базам и портам противника, а береговую и морскую авиацию для атак судов и кораблей в море.

В сентябре 1939 г. – мае 1940 г. англичане имели задачей нанести противнику урон в торговом тоннаже и ограничить его транспортные возможности вообще. На следующем этапе эти действия получили более определенную цель: уничтожением судов сорвать подготовку и осуществление вторжения немецких армий в Англию. Однако эффективность этих действий была весьма невелика: в апреле-июне потоплено 12 судов (47 690 бр. рег. т) [40].

Британское адмиралтейство стало использовать авиацию также для постановки мин на путях движения судов и кораблей противника. Подготовка к этому началась еще до войны[41]. В связи с тем, что наиболее благоприятными условиями для навигационных определений, обеспечивающих точность минных постановок, по мнению адмиралтейства, были лунные ночи, которых в среднем в течение месяца в этом районе насчитывается не более семи, предварительный план намечал ориентировочно проводить семь – десять постановок в месяц. Наиболее подходящими районами постановок мин были признаны устья рек Эмс, Эльбы, Яде и оба подхода к Кильскому каналу.

В связи с нехваткой самолетов и поздним получением мин английская бомбардировочная авиация произвела первую постановку только в ночь с 13 на 14 апреля на подходах к устью Эльбы, в Каттегате, на восточных подходах к Кильскому каналу и в зоне балтийских проливов (Бельтов). Двумя ночами позже самолеты «Бофайтер» береговой авиации и эскадрилья самолетов «Свордфиш» морской авиации поставили мины в устьях рек Эмс и Яде, а также на западных подходах к Кильскому каналу.

Постановки мин, как правило, производились небольшими группами самолетов. Всего за апрель и май 1940 г. самолеты бомбардировочной и береговой авиации совершили с этой целью 385 самолето-вылетов и поставили 263 мины. Более 120 самолетов возвратились на аэродромы, не поставив мин из-за невозможности точного выхода в назначенное место. В ряде случаев вылеты откладывались из-за туманов в районе постановки. Потери англичан за это время составили 10 самолетов.

Признав результаты минных постановок самолетами достаточно высокими, адмиралтейство потребовало от министерства авиации увеличить численность самолетов, выделяемых для постановки мин, но немецкое наступление в Западной Европе отодвинуло этот вопрос на второй план, и интенсивность постановок осталась на прежнем уровне. В частности, за июнь 1940 г. авиация совершила 199 самолето-вылетов и поставила 158 мин, потеряв при этом 5 самолетов. На поставленных английской авиацией минах противник до июля 1940 г. потерял 32 судна общим тоннажем 36 927 т потопленными и 2 судна общим тоннажем 4114 т поврежденными.

Таблица 4

Потери германского торгового тоннажа до 9 апреля 1940 г.*

* G. Steinweg. Die deutsche HandelsfloƩe im Zweiten Weltkrieg. Gottingen, 1954. По данным Ф. Руге, всего было настигнуто англичанами 71 германское судно (340 000 г), из них захвачено 15 судов (75 000 г), остальные либо ушли от преследования, либо были затоплены экипажем.

Таким образом, действия английского флота на морских сообщениях Германии уже на первом этапе войны почти целиком свелись к традиционной блокаде, притом дальней, аналогичной блокаде первой мировой войны и имевшей целью даже не столько нарушение океанских сообщений Германии, сколько защиту собственных сообщений. Действия против германского судоходства проводились ограниченными силами и нерешительно. В результате, как и в первой мировой войне, английская блокада не смогла предотвратить ни действий германских подводных лодок в Атлантике, ни выхода в море надводных рейдеров, ни подвоза Германией стратегического сырья из Скандинавии. Не помешала блокада и возвращению в Германию 84 торговых судов общим тоннажем 478 923 бр. рег. т с ценными грузами из иностранных портов, в которых их застало начало войны[42]. Непосредственный урон, нанесенный англичанами торговому тоннажу Германии на этом этапе войны, оказался, как видно из таблицы 4, небольшим.

10. Итоги борьбы на сообщениях

В результате боевых действий всех родов сил германского флота и ВВС против судоходства Англии, ее союзников и нейтральных стран с 3 сентября 1939 г. по 31 июня 1940 г. было уничтожено 701 судно, или 2 335 847 бр. рег. т, т. е. в среднем ежемесячно уничтожалось около 70 судов, или 239 585 бр. рег. т[43]. Иначе говоря, общие потери были близки к таким же потерям союзного тоннажа за последние десять месяцев первой мировой войны (около 2500 тыс. бр. рег. т). Однако если учесть, что в 1918 г. против сообщений действовали только подводные лодки, причем их эффективность уже шла на убыль, а в первые 10 месяцев второй мировой войны одновременно с подводными лодками в операциях принимали участие авиация и частично надводные корабли, кроме того, производились и минные постановки, то конечные результаты германской борьбы против союзных морских сообщений в первый период второй мировой войны следует считать относительно небольшими.

Одна из причин этого состояла в малочисленности немецких лодок и надводных кораблей, в нехватке мин и, наконец, в том, что немецкая авиация почти не была привлечена к этой борьбе. Другой причиной послужили неоднократные ограничения действий тех или иных сил по политическим и иным мотивам. Сюда можно отнести общую медлительность начального развертывания и боевых действий в расчете на достижение перемирия или мира с Англией, сужение деятельности подводных лодок после потопления «Атении», ограничение их действий против французских судов и т. д., но самым важным обстоятельством, определявшим по сути дела и обе предыдущие причины, являлась проводившаяся гитлеровской Германией подготовка к войне против Советского Союза.

Частным обстоятельством, ограничившим результаты боевых действий против судоходства, стало отвлечение основных сил флота для проведения совместных с армией наступательных операций весной 1940 г. Наименьшие потери союзного тоннажа приходятся именно на март-апрель 1940 г., когда и надводные корабли, и подводные лодки, и авиация немцев участвовали в Норвежской операции, а максимальные потери – на май-июнь того же года, когда начали сказываться результаты успешных действий германских сил на суше, облегчившие действия подводных лодок и авиации.

Наибольшее место в потерях союзного тоннажа заняли потери от подводных лодок. За первые десять месяцев войны они составили 300 судов общим тоннажем около 1137 тыс. т, или примерно 43 % по числу судов и до 50 % по тоннажу. Если учесть, что лодок в среднем по списку насчитывалось за это время около 52, то средние потери тоннажа на одну лодку (около 22 тыс. бр. рег. т) оказались более высокими, чем в конце первой мировой войны (2500 тыс. бр. рег. т. примерно на 170 лодок, т. е. около 15 тыс. бр. рег. т на лодку). Основная причина этого крылась, конечно, в неготовности союзников к противолодочной борьбе.

Большой удельный вес потерь тоннажа союзниками от мин (181 судно, или 583 440 бр. рег. т., т. е. 25 % и от числа судов и по тоннажу) объясняется отчасти активным использованием немцами мин, причем всеми носителями: надводными кораблями, авиацией и подводными лодками, и отчасти применением технических новинок в магнитных минах. В частности, к постановке мин были привлечены 22 подводные лодки, которые совершили с этой целью 34 похода и поставили 318 мин. Каждая лодка ставила от 6 до 12, а чаще всего 8–9 мин.

Многообещающим средством нападения на сообщения явилась авиация. Так, если в мае 1940 г. лодки потопили всего лишь 13 судов тоннажем 55 580 т, авиация за тот же месяц уничтожила 48 судов тоннажем 158 348 т[44]. Но возможности авиации в этом отношении только наметились и не получили еще полного развития.

Основными районами потерь торговых судов стали юго-западные подходы к Англии и подходы к Бискайскому заливу, район Шетландских о-вов и воды, омывающие восточное побережье Великобритании.

Кроме безвозвратных потерь тоннажа, за рассматриваемый срок в результате боевых действий и навигационных аварий только из состава английского флота было повреждено и временно выведено из строя 77 судов общим тоннажем 302 095 бр. рег. т[45].

Наряду с потерями английский торговый флот получил за тот же период гораздо более существенные пополнения, в том числе:

• в связи с переходом под английский контроль торговых судов Польши, Дании, Норвегии, Голландии, Бельгии и Франции общим тоннажем около 8 млн. бр. рег. т;

• за счет захвата 260 торговых судов Германии и Италии тоннажем около 500 000 бр. рег. т;

• путем приобретения и аренды у США и нейтральных стран около 700 судов тоннажем около 1,5 млн. бр. рег. т;

• от собственной судостроительной промышленности не менее 400–500 тыс. бр. рег. т.

И все же положение английского судоходства к лету 1940 г. ухудшилось. Во-первых, значительное число судов было мобилизовано адмиралтейством для использования в качестве вспомогательных крейсеров, тральщиков, кораблей противолодочной обороны и т. д. Помимо этого, в связи с введением системы конвоев оборачиваемость судов и объемов перевозок сократились не менее чем на 30–40 %. В итоге если до августа 1939 г. в порты Англии ежемесячно прибывали суда общим тоннажем до 6,6 млн. нетто рег. т, то с сентября 1939 г. эта цифра снизилась до 2,9–3,7 млн. нетто рег. т, а с июля 1940 г. – до 1,5–2,5 млн. нетто рег. т. Аналогично сократился и общий тоннаж судов, уходивших с грузом из портов Англии.

Сокращение судооборота привело к заметному падению ввоза в Англию продовольствия, нефти, различных видов сырья и готовых изделий (и в этом как раз заключался главный итог борьбы на морских сообщениях). Уже летом 1940 г. англичане вынуждены были начать жить в значительной мере за счет запасов, имевшихся в метрополии.

С учетом последнего обстоятельства перспектива была мрачной. Вот как об этом пишут сами англичане: «…Падение Франции и вступление в войну Италии резко изменило обстановку для Великобритании в худшую сторону… Вследствие крайнего напряжения английских морских и воздушных сил в слабых местах образовывались прорывы… Потери английского торгового флота были очень тяжелые, усилия же, направленные к снижению их, не давали результатов. Оставалась только одна жизненно необходимая коммуникация через Атлантический океан, и иностранные обозреватели предсказывали гибель Англии»[46].

Попутно с действиями против союзных сообщений германские флот и авиация нанесли чувствительный урон самому английскому флоту. Они потопили один линейный корабль, один авианосец вывели из строя два линейных корабля, два крейсера, десять эсминцев, один корабль ПВО и две подводные лодки.

Какой же ценой германский флот добился указанных результатов? Если учитывать его потери только при действиях против сообщений, то к ним надо отнести лишь один «карманный» линкор и 23 подводные лодки. При этом в зоне Северного и Норвежского морей (включая Каттегат) погибло 14 подводных лодок, или 60,9 %, на северо-атлантических коммуникациях – 5, или 21,8 %, в зоне Бискайского залива и подходов к Ла-Маншу – 3, или 13 %, и в Балтийском море – 1 лодка. Наиболее значительными были потери лодок от надводных кораблей – 14 (60,9 %) и от мин – 4 (17,4 %). Две лодки (8,7 %) были потоплены подводными же лодками.

На каждую погибшую подводную лодку союзники в среднем потеряли около 13 судов общим тоннажем 50 000 бр. рег. т. Правда, к потерям германских подводных лодок следует прибавить 10 итальянских лодок: 6 потоплено в Средиземном море и по 2 лодки в Красном море и в Индийском океане (в Персидском заливе) [47]. При этом 5 подводных лодок были потоплены надводными кораблями, 2 – авиацией, 1 – подводной лодкой противника, 1 потеряна по навигационным причинам и 1 захвачена в плен.

За тот же период в Германии было построено и введено в строй 19 подводных лодок. В результате потерь списочная численность лодок к концу июня 1940 г. уменьшилась с 57 до 53, а число лодок, находившихся в готовности к действиям, в связи с износом и передачей части кораблей в состав учебных флотилий сократилось с 49 до 27. В ходе весеннего наступления 1940 г. гитлеровцы захватили 4 норвежских, 5 голландских, 3 французских и 1 английскую подводную лодку (потерпевшую аварию у Норвежского побережья), однако ввод в строй этих кораблей требовал времени. Захваченные итальянцами 10 французских подводных лодок также были непригодны к немедленному использованию.

Следовательно, к концу первого этапа войны подводные силы германо-итальянского блока, хотя и нанесли известный урон противнику, сами оказались в значительной степени ослабленными. При рассмотрении их совместных боевых потерь (31 лодка) целесообразно показать роль различных родов союзных сил. Наибольшее количество подводных лодок (20, не считая одного случая совместного потопления лодки надводными кораблями и береговой авиацией) было потоплено союзными надводными кораблями (в том числе 14 – эсминцами, т. е. кораблями, уже получившими на вооружение «Асдики»). При этом 7 лодок держав «оси» были уничтожены в процессе противолодочного патрулирования английских кораблей, т. е. в результате наступательных действий, а 13 – при непосредственном охранении конвоев и соединений боевых кораблей, т. е. в результате оборонительных действий.

Потопление английскими подводными лодками четырех лодок противника подтвердило, как и в первую мировую войну, их большое значение в блокадных действиях.

В то же время потопление береговой и корабельной авиацией (при достаточно интенсивном ее использовании) всего трех лодок, и одной – совместно с надводными кораблями свидетельствовало о низкой эффективности применения авиации. Правда, значение последней в противолодочной борьбе состояло не столько в непосредственном уничтожении лодок противника, сколько в косвенном влиянии на их деятельность. Систематические полеты английской авиации над районами развертывания и действий лодок противника вынуждали последние ходить в дневное время в подводном положении, чем сокращалась их автономность.

Хотя потери лодок от мин составили всего 17,4 %, применение мин на выходах из баз, в узкостях и т. п. значительно стеснило свободу деятельности лодок. В частности, минное заграждение Дуврского пролива вынудило германские лодки ходить вокруг Англии, т. е. примерно вдвое удлинило время их переходов в районы атлантических коммуникаций по сравнению с проходом через Английский канал.

В свою очередь итогом боевых действий английского и французского флотов на морских сообщениях Германии и Италии было почти полное прекращение германо-итальянского океанского судоходства. Правда, непосредственные материальные итоги союзных действий на этих коммуникациях оказались небольшими. Разрозненные сведения о потерях тоннажа стран «оси» позволяют предполагать, что английскими флотом и авиацией в результате прямых атак и постановок мин было захвачено и потоплено всего около 80—100 судов общим тоннажем 400–450 тыс. рег. т. Кроме того, англичане захватили на германских и нейтральных судах около 300 000 т грузов, предназначавшихся для Германии. Одновременно английский флот нанес известный урон германскому флоту. Помимо уничтожения «карманного» линкора и 23 подводных лодок, англичане потопили 2, повредили 2 крейсера и уничтожили несколько эсминцев.

На Средиземном море английский флот в течение июня успехов в борьбе на сообщениях не имел. Итальянцы потеряли лишь 8 судов (8956 бр. рег. т) на минах, 6 судов (6551 бр. рег. т) в результате аварий и неизвестных причин и 2 судна (17 328 бр. рег. т) были затоплены своими экипажами из-за угрозы захвата. Причина столь незначительных результатов крылась в том, что англичане осуществляли на этом театре в первую очередь оборонительные меры, а судоходство противника первые недели по вступлении Италии в войну было сведено к минимуму.

В то же время в состав английского флота было введено 10 вновь построенных лодок, да плюс к тому он пополнился 36 подводными лодками стран, оккупированных фашистской Германией, а именно 2 польскими, 13 голландскими, 4 норвежскими и 17 французскими[48]. В отличие от лодок тех же стран, захваченных Германией и Италией, большинство лодок, перешедших к англичанам, по своему техническому состоянию были почти полностью готовы к боевым действиям.

11. Общие выводы

Роль и место борьбы на океанско-морских сообщениях в общем ходе войны зависели от целей, которые ставили перед собой воевавшие стороны, от важности этих сообщений, для каждой из сторон (особенно от оценки ими степени этой важности для противника) и, наконец, от общей готовности к развертыванию этой борьбы.

Германия, готовившаяся в течение длительного времени к войне на сухопутных направлениях, несмотря на правильные представления о зависимости Англии от морских сообщений, оказалась очень слабо подготовленной к этой борьбе и потому не смогла выдвинуть в ней решительных целей. Отсюда и ограниченная задача, поставленная перед германским флотом.

Англия и Франция, не собиравшиеся воевать против Германии, а рассчитывавшие вступить вместе с Германией в войну против Советского Союза, оказались еще менее подготовленными к защите своих сообщений и, в частности, от подводных лодок. Однако позже, осознав реальность угрозы своим сообщениям, Англия приняла решительные меры для организации и совершенствования их защиты.

Несмотря на ограниченные масштабы борьбы на сообщениях, она с первых же дней войны была направлена обеими сторонами на подрыв военно-экономического потенциала противника, на ограничение возможностей его военного производства, на уничтожение его торгового тоннажа, а кроме того, и защищающих его боевых кораблей, т. е. и на непосредственное ослабление вооруженных сил врагов.

Ход борьбы на сообщениях, как и следовало ожидать, оказался неразрывно связанным с общим ходом войны, в частности, с ходом действий на сухопутных фронтах, а в оперативном отношении в большой степени зависел от хода и исхода кампаний и сражений на приморских операционных направлениях. Эти взаимосвязи и зависимость выражались в первую очередь в следующем:

• сухопутные войска занимали побережье и находящиеся на нем промышленные объекты, источники сырья, пункты вывоза и ввоза, обрывали прежние коммуникации и заставляли противника искать новые источники снабжения, новые направления его транспортировки и т. д.;

• вместе с захватом побережья и портов наступающие на суше армии захватывали в этих портах известную, а при стремительных действиях и значительную часть тоннажа и грузов;

• успешные действия армий на приморских направлениях приводили к расширению системы базирования своего флота и авиации (и к ухудшению таковой для противника), равно как позволяли приблизить базы своего флота и аэродромную сеть к морским коммуникациям противника.

Несмотря на ограниченный размах боевых действий на суше до апреля 1940 г., а на море на протяжении всего рассматриваемого периода, в борьбе на морских сообщениях приняли участие все рода сил флота и частично сухопутная (береговая) авиация.

Ход этих действий опровергает утверждение некоторых историков, будто бы германское командование, начав борьбу на сообщениях, делало ставку вначале на надводные корабли, а затем на каком-то этапе переориентировалось на использование в этих целях только подводных лодок. Этот вывод противоречит также необоснованным утверждениям о том, что крупные надводные корабли английского флота оказались якобы бесполезными в защите морских сообщений уже в начальный период войны.

Наоборот, в рассматриваемый период и надводные корабли и подводные лодки германского флота создавали реальную угрозу и наносили известный урон торговому судоходству Англии. Конечно, при сложившемся соотношении сил сторон подводные лодки по праву должны были занять и фактически заняли ведущее место в этой борьбе, но причина слабой эффективности действий надводных кораблей состояла не в том, что они как средство борьбы на сообщениях не оправдали себя, а в том, что их было мало, да к тому же немцы использовали их далеко не лучшим образом.

Но если взаимоотношения надводных и подводных сил сложились более или менее аналогично опыту первой мировой войны, то совершенно новое место в этой борьбе заняла авиация. Она показала себя прежде всего как активная ударная сила, способная действовать и вблизи побережья и в открытом море. Уже на первом этапе войны она оказалась в состоянии решать многообразные задачи: наносить удары по конвоям и одиночным транспортам противника на переходе морем, а также по его портам, самостоятельно и совместно с подводными лодками вести разведку коммуникаций в интересах лодок и надводных кораблей, наводить их на объекты атаки и действовать вместе с ними против транспортов и эскорта конвоев. Ее важной задачей стало прикрывать с воздуха надводные корабли и подводные лодки при их выходах из баз. Она позволила намного расширить методы применения мин, наконец, она впервые открыла возможность воздействия на глубинные районы развертывания противника: на его судостроительную промышленность и другие объекты, расположенные в оперативном и даже в стратегическом тылу.

Авиация по-новому поставила вопрос о базировании сил нападения на сообщения и сил, осуществляющих их защиту, чрезвычайно ограничила возможности скрытных действий в открытом море (океане) не только надводных кораблей, но и подводных лодок того времени и оказала решительное влияние на все методы действий против судоходства и его защиты.

Следует добавить, что на ход и результаты борьбы против океанско-морских сообщений влияли:

• стратегическое положение сторон на море, их географическое расположение, соотношение сил флотов и характер их развертывания, зависимость сторон от подвоза морем к началу войны и ее изменения в ходе войны;

• военно-географические особенности морских театров военных действий, их протяженность, глубина, пересеченность, характер побережья, навигационные и гидрометеорологические особенности, наличие свободных входов и выходов, узкостей и т. д.;

• направленность, объем судоходства и общее состояние тоннажа сторон;

• соотношение сил нападения и защиты сторон к началу войны и возможности изменения этого соотношения в ходе боевых действий (опыт начального периода войны показал, что это соотношение может претерпевать как частные, постепенные изменения на протяжении длительных отрезков времени, так и крупные кардинальные перемены, вызываемые неожиданно успешным исходом операций одной из сторон, вступлением в войну или выходом из войны отдельных государств-участников той или иной коалиции);

• качественные данные сил сторон и возможность их совершенствования в ходе боевых действий, что позволяло применять

• новые, неизвестные противнику средства и методы нападения и защиты («Асдик», радиолокационные установки и т. д.);

• эффективность разведывательной службы сторон и степень осведомленности каждой из них о характере судоходства противника (его напряженности, объеме, организации, защите и т. п.) и, наоборот, о развертывании и методах использования сил и средств нападения на морские сообщения;

• общий уровень развития военно-морского искусства и гибкость управления силами нападения и защиты каждой из сторон, умение организовать взаимодействие всех родов сил и использовать различные средства и методы борьбы в их наиболее целесообразных сочетаниях в зависимости от обстановки;

• соответствие средств и методов борьбы на сообщениях той конкретной обстановке, в условиях которой она ведется. Даже ограниченный опыт рассматриваемого периода показал, что боевой успех чрезвычайно зависел от того, насколько нападающей стороне удавалось правильно избрать главное операционное направление и конкретные районы действий, определить момент начала действий в этих районах и состав сил, равно как правильно выбрать методы действий. Этот опыт показал также, что к ощутимым результатам могут привести лишь более или менее систематические действия против морских перевозок на ряде направлений при одновременном и массированном использовании различных сил, при этом огромное значение приобретает сохранение размаха боевых действий в течение длительного времени. Ограниченная численность немецких подводных лодок сделала невозможным выполнение этого условия и, как следствие этого, общие результаты их действий оказались более чем скромными. С другой стороны, как и в первой мировой войне, оказалась не в силах полностью, решить поставленную ей задачу и традиционная система английской дальней блокады;

• характер использования сил и средств нападения на сообщения и их защиты в других операциях на морских или на прибрежных направлениях; так, отрыв подводных лодок германского флота для участия в Норвежской операции вызвал заметную паузу и спад борьбы на сообщениях (хотя результаты самой операции улучшили возможности последующей борьбы на сообщениях); широкое использование англичанами легких сил флота для эвакуации союзных войск из Дюнкерка и понесенные при этом потери ухудшили возможности защиты морских сообщений и т. д.;

• возможности расширенного восполнения потерь в тоннаже, в силах и средствах нападения и защиты.

Разумеется, влияние этих и других, менее значительных факторов в различные периоды и в различных районах было неодинаковым, причем они почти никогда не оказывали своего воздействия на ход борьбы на сообщениях одновременно, но с каждым из них воевавшие стороны вынуждены были постоянно считаться и принимать все меры к тому, чтобы в соответствии со своими интересами ослабить или, наоборот, усилить их роль.

Завися от перечисленных выше факторов и прежде всего от общего хода войны, борьба на океанско-морских сообщениях в свою очередь оказывала определенное, прямое или косвенное, влияние на ход войны. В частности, действия германского флота и авиации привели к резкому снижению ввоза в Англию всех видов сырья и продовольствия, что ограничило возможности английского военного производства и ухудшило экономическое положение страны; заставили британское адмиралтейство бросить основные силы флота на защиту сообщений, что ограничило возможности проведения английским флотом иных операций; наконец, они ограничили возможности безнаказанных перевозок английских войск морем.

Глава II

От момента падения Франции до нападения Германии на Советский Союз (22 июня 1940 г. – 22 июня 1941 г.)

1. Стратегическая обстановка на основных океанских и морских театрах

В результате германского наступления в Западной Европе, вступления Италии в войну и капитуляции Франции стратегическая обстановка на основных театрах военных действий значительно изменилась.

Прежде всего стало иным соотношение сил воюющих сторон. Германия получила непосредственную военную поддержку Италии. Военно-экономический потенциал последней был ограничен, и она вступила в войну недостаточно подготовленной, но все же ее армия, флот и авиация представляли собой реально действующую силу. Англия, наоборот, лишилась сначала своих потенциальных союзников Бельгии и Голландии, оккупированных гитлеровским вермахтом, а затем и фактического союзника – Франции. К тому же не исключалось, что часть французских сил, в частности флот, будет использована гитлеровским командованием против Англии. Еще 12 июня 1940 г. морской министр Франции адмирал Дарлан заверил англичан в том, что не допустит перехода французского флота в руки немцев, однако, несмотря на капитуляцию, он не отдал никаких распоряжений флоту об уходе из своих баз во избежание захвата кораблей противником.

Коренные изменения претерпела система стратегического развертывания сторон. Англия потеряла все опорные пункты на континенте, в то время как Германия приобрела их, приблизив сеть своих морских и авиационных баз непосредственно к Англии и получив возможность использовать систему стратегического развертывания вооруженных сил Италии на Средиземном море, где оказались под угрозой и продольная коммуникация и основные опорные пункты английского флота.

Все это создало новую обстановку на морских сообщениях Англии. Они стали рассматриваться и немцами и самими англичанами как самое уязвимое звено в английской стратегии.

Новая обстановка создала непосредственную угрозу английской метрополии. Некогда Наполеон говорил, что Нидерланды (в широком смысле слова, т. е. Бельгия и Голландия) являются «пистолетом, направленным в грудь Англии». Поражение Франции при наличии у германской армии дальнобойной артиллерии и особенно авиации, способных обеспечить переброску войск с континента на острова, несмотря на превосходство английского флота, придало этому афоризму реальный смысл.

Под влиянием германских успехов усилила военные приготовления милитаристская Япония, увеличив угрозу английским колониальным владениям и источникам стратегического сырья на Тихом океане.

Тяжелое положение Англии усугубилось неопределенностью позиции США. Конечно, монополистические круги США не были заинтересованы в разгроме Британской империи, после которого ее богатства попали бы в руки Германии и сделали бы последнюю опасным конкурентом. В то же время в США сознавали, что Англия находится на краю катастрофы. По крайней мере «четыре пятых генерального штаба (имеется в виду генеральный штаб армии США. – Авт.) рассматривали положение Англии как отчаянное»[49].

Тем не менее США не спешили вступать в войну, а ограничивались изучением того, насколько долго Англия сможет самостоятельно продержаться против Германии. Не исключая возможности «самого худшего», т. е. капитуляции Англии, американские правящие и военные крути проявляли особое беспокойство о том, чтобы в руки Германии не попал английский флот, который в дальнейшем мог бы быть использован против США. В качестве одной из мер предотвращения этого американцы рекомендовали англичанам, «если произойдет худшее», отправить флот в Канаду[50].

Главная причина медлительности США состояла не в том, что они не были готовы к войне или что там были сильны сторонники сохранения «выгодного» нейтралитета, а в стремлении монополистических кругов США продать свою помощь Англии по наиболее дорогой цене, предоставить ее лишь тогда, когда Англия почти исчерпает свои ресурсы. В то же время руководители США заняли своеобразную позицию во взаимоотношениях с коллаборационистским правительством Виши. Дипломатические отношения с ним были сохранены, посол США остался в Виши, деловые круги продолжали поддерживать торгово-экономические связи с Францией и т. д.

Таким образом, стратегическая обстановка в Западной Европе к лету 1940 г. характеризовалась возросшими военными возможностями держав «оси» и крайне тяжелым, критическим положением Англии.

Однако основным и решающим фактором, определившим обстановку этого периода, явился переход гитлеровской Германии к непосредственной подготовке главного акта своей агрессии. Давно вынашивая замыслы нападения на СССР, в инспирировании которых принимали прямое участие западные державы, Гитлер сознавал, что совмещение этого нападения с вторжением в Англию для Германии непосильно. Поэтому, признав свои тылы на западе уже обеспеченными, Гитлер 21 июля 1940 г. на совещании высшего генералитета в Рейхенхолле заявил о том, что главная задача теперь – подготовка к нападению на Советский Союз весной 1841 г.

Именно поэтому гитлеровское командование не предприняло попыток захвата французского флота и не начало решительного наступления на Англию. Даже английские историки, далекие от объективной оценки событий того периода, вынуждены признать, что «…это обстоятельство необходимо учитывать всегда, когда мы задаемся вопросом, почему Гитлер не использовал в войне с Великобританией то значительное превосходство в силах, которым он обладал»[51].

Именно поэтому 19 июля 1940 г. Гитлер вместо ультиматума о капитуляции, подкрепленного мощными ударами по судоходству, по портам и базам, по городам и промышленным объектам, предложил Великобритании заключить мир. По той же причине последующие германские действия против Англии носили в основном демонстративный характер, а в период наибольшей активизации воздушных налетов на Лондон преследовали лишь ограниченную цель – принудить английское правительство к заключению мира[52].

Иными словами, в июле 1940 г., когда Англия была в крайне тяжелом положении, уже только одно существование Советского Союза не только обеспечило ей передышку, но и избавило ее от неминуемого военного поражения.

2. Общий ход войны

Итак, в сложившейся обстановке, когда из всех противников Германии в Западной Европе осталась не разгромленной одна лишь Англия, почти полностью лишившаяся боеспособной армии после Дюнкерка, и когда гитлеровское командование приобрело возможность свободно маневрировать получившими серьезный боевой опыт огромными сухопутными и воздушными силами, перенацеливая их на другие стратегические направления, фашистской Германией была начата непосредственная подготовка к войне против СССР.

31 июля 1940 г. на совещании в Бергхофе Гитлер объявил своему генералитету следующую основу для планирования последующих действий: «Надеждой Англии являются Россия и Америка. Если надежда на Россию исчезнет, то Америка также отпадет от Англии, поскольку разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии… Россия является фактором, на который особенно рассчитывает Англия… Если Россия будет разбита, у Англии исчезнет последняя надежда. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия… На основании этого рассуждения Россия должна быть ликвидирована»[53].

Руководствуясь этой установкой, главное сухопутное командование Германии предприняло крупные перегруппировки войск, имевшие видимость подтягивания сил к побережью Ла-Манша, т. е. подготовки к вторжению в Англию. Но совершая эти марши без маскировки, затем войска (по возможности, скрытно) отводились в Германию. Иначе говоря, побережье Ла-Манша явилось лишь промежуточным пунктом для гитлеровских армий, перебрасываемых из Франции на будущий Восточный фронт[54].

Чтобы скрыть до поры истинную цель этих перегруппировок, приказ о них от 9 августа 1940 г. был включен в серию документов по операции «Морской лев». 6 сентября 1940 г. Гитлер особо подчеркнул, что эти перегруппировки не должны создать у советского командования впечатления, будто подготавливается наступление на востоке. Одновременно проводились и другие меры по подготовке нападения на СССР: строительство и ремонт железных дорог, развертывание аэродромной сети и т. п. 18 декабря 1940 г. Гитлер подписал окончательную директиву верховного главнокомандования вооруженных сил Германии № 21, в которой был изложен пресловутый «план Барбаросса».

Не случайно английский историк Батлер пишет: «В декабре 1940 г. Гитлер на первое место поставил запросы сухопутной армии, готовившейся к походу на Россию, отодвинув на задний план потребности флота и авиации». Именно это решение Гитлера вызвало в конце 1940 г. нарекания и жалобы Редера на то, что строительству подводного флота не уделяется внимания. Подобные жалобы, как известно, повторились и в феврале и в марте 1941 г.

30 апреля 1941 г. были окончательно утверждены сроки нападения на СССР, после чего последовало доразвертывание войск, подвоз боеприпасов и всех видов снабжения на исходные рубежи и т. п.

Следовательно, основным направлением и содержанием деятельности главного командования вооруженных сил Германии с июля 1940 г. и до июня 1941 г. явилась подготовка к нападению на Советский Союз. Все остальные мероприятия, равно как и боевые действия некоторой части вооруженных сил Германии против Англии, приобрели второстепенное значение, т. е. были направлены либо на решение частных задач, либо на обеспечение главной задачи – подготовки к нападению на СССР. Конкретно они выразились в следующем.

В Западной Европе они имели целью создание угрозы вторжения в Англию. В частности, в директиве Гитлера о подготовке операции «Морской лев» говорилось: «Поскольку Британия, несмотря на безнадежное военное положение, не проявляет никаких признаков желания договориться, я решил начать подготовку и, если будет необходимость, провести против нее десантную операцию. Цель операции… ликвидировать английскую метрополию как базу для ведения войны против Германии и, если потребуется, оккупировать ее полностью»[55].

Но, обусловливая операцию уже в исходной директиве рядом «если», обратившись к Англии с предложением о мире через три дня после подписания директивы, а главное, уже приняв решение о нападении на СССР, Гитлер и его штабы с самого начала стали рассматривать подготовку к операции «Морской лев», получившей широкую рекламу в печати, по радио и по другим каналам, лишь как средство нажима на правящие круги Англии с целью склонить их к подписанию перемирия или мира.

Правда, во исполнение директивы был проведен ряд мер, в частности, в пунктах от Антверпена до Гавра были сосредоточены 155 транспортов (около 700 000 бр. рег. т), 1277 паромов, барж и лихтеров, большей частью несамоходных, 471 буксир и 1161 мотобот. Одновременно началось сооружение тяжелых батарей у Гри-Не[56]. Но эти меры носили нецелеустремленный характер, действия армии, флота и авиации почти не согласовывались, должного внимания подготовке со стороны главного командования не уделялось. Уже в сентябре выполнение плана операции было отложено на неопределенное время, а 12 октября операция была окончательно перенесена на следующую весну и тем самым с ней было покончено.

Схема 4. Основные направления движения конвоев в Атлантике и в водах Англии с июня 1940 по декабрь 1941 г. и зоны их эскортирования силами ПЛО

Понятно, что на всех стадиях «подготовки вторжения» английское командование предпринимало защитные меры: создавало оборонительные рубежи на побережье, проводило мобилизацию и подготовку сил местной обороны, вело разведку и наносило удары авиацией по местам сосредоточения германских транспортно-высадочных средств.

В результате этих ударов к концу сентября 1940 г. были уничтожены или повреждены 21 транспорт, 214 барж и 5 буксиров.

Со второй половины июля 1940 г. германское командование начало бомбардировочные налеты на Англию. Эти налеты должны были, с одной стороны, дополнительно повлиять на сговорчивость Черчилля, а с другой, – ослабить английские воздушные силы, чтобы они не смогли действовать в Германии, когда она начнет поход на Восток. Для решения этих задач были выделены 2-й и 3-й воздушные флоты в составе около 1200 бомбардировщиков и 1000 истребителей.

Фактически действия германской авиации подразделились на три фазы:

1-я фаза – с июля по ноябрь 1940 г., когда удары наносились главным образом по Лондону, лондонским гаваням и докам и примыкающей к Лондону железнодорожной сети;

2-я фаза – с ноября 1940 г. по февраль 1941 г., когда авиация действовала против других городов;

3-я фаза – с февраля по май 1941 г., когда основными объектами гитлеровской авиации стали порты западного и юго-западного побережий Англии.

Английское командование осуществило ряд мер по усилению ПВО и в свою очередь предприняло ответные бомбардировки германских объектов. Более сильная и активнее действовавшая гитлеровская авиация нанесла Англии значительные разрушения, выведя из строя до 15 % английской промышленности. В связи с переходом к окончательной подготовке нападения на СССР налеты немецкой авиации на Англию сначала были сокращены, а затем почти полностью прекратились.

Наряду с этим гитлеровское командование обсуждало и другие планы операций на западе, в частности план ввода войск на неоккупированную часть территории Франции (операция «Атилла»), овладение Гибралтаром, захват принадлежащих Португалии Азорских о-вов и о-вов Зеленого мыса, использование принадлежащих Испании Канарских о-вов. Но поскольку реализация всех этих планов требовала значительных сил авиации, армии и флота, их выполнение было отложено «до завершения операций на Востоке».

Аналогичное ограничивающее влияние подготовка похода на Восток оказала и на боевые действия германо-итальянских сил в Северной и Восточной Африке и на Балканах. В частности, когда зимой 1940/41 г. потерпело катастрофу итальянское наступление на Египет, а весной 1941 г. итальянцы капитулировали перед англичанами в Абиссинии, Гитлер, опасаясь выхода Италии из войны, согласился помочь ей лишь авиацией и одним армейским корпусом.

28 октября 1940 г. итальянская армия вторглась из Албании на территорию Греции. Однако греческая армия оказала упорное сопротивление, а англичане оккупировали о-в Крит и 11 ноября нанесли тяжелый удар авиацией по итальянскому флоту в Таранто. На просьбы Италии о помощи и на этом направлении немцы согласились оказать ее лишь в порядке совмещения с развертыванием своих сил против СССР на южном стратегическом фланге: в Румынии, где это развертывание началось 11 октября 1940 г., в Болгарии (развертывание началось 2 марта 1941 г.) и в Югославии после того, как там произошел военный путч, направленный против Германии.

В результате быстрых ударов гитлеровского вермахта по греческой и югославской армиям 5 и 6 апреля 1941 г. сопротивление последних было сломлено. Английские войска, спешно переправленные перед этим в Грецию, эвакуировались на Крит, а в Югославии и Греции, особенно в их горно-лесистых районах, создались очаги местного сопротивления. Во второй половине мая Германия, несмотря на господство английского флота на море, захватила Крит посредством воздушно-десантной операции.

3. Ход боевых действий на море

Крупные события в ходе войны изменили обстановку и на морских театрах, В создавшихся условиях английские правящие круги и военное командование вынуждены были поставить новые задачи и перед флотом.

Одной из неотложных задач флота английское командование сочло вывод из строя французских кораблей, которые при капитуляции Франции остались в распоряжении правительства Виши. В итоге двух операций, проведенных 3 июля в Мерс-эль-Кебире и 8 июля в Дакаре, угроза использования этих кораблей против Англии, по заключению адмиралтейства, была устранена[57]. Еще более важной задачей была подготовка флота к отражению вторжения немцев в Англию.

На Средиземном море действия английского флота были направлены на обеспечение перевозок морем, в частности на Мальту, в Грецию и из Греции на Крит и в Египет; на создание помех морским перевозкам противника из Италии в Грецию и в Ливию; наконец, на непосредственное содействие своим сухопутным войскам в Северной Африке, в Греции и на Крите.

Почти аналогичные задачи стояли и перед итало-немецкими морскими силами, а именно: защита своих перевозок в Ливию и Грецию, содействие войскам в Северной Африке и на Балканах и действия против английских сообщений – главным образом в центральной части моря, на подходах к Мальте.

Хотя в ходе решения этих задач стороны развертывали свои силы преимущественно в своих районах театра: Англия, главным образом, в западной и восточной, а Италия в центральной части моря, взаимная близость коммуникаций, а также центральное положение Мальты как одного из основных опорных пунктов англичан зачастую приводили к боевым столкновениям.

Так, 9 июля 1940 г. у мыса Пунта Стило (Калабрия) произошла встреча главных сил итальянского флота (2 линкора, 6 тяжелых крейсеров, 12 легких крейсеров, 24 эсминца), вышедших для прикрытия конвоя из Неаполя в Бенгази, и английского флота (3 линкора, 1 авианосец, 4 легких крейсера и 16 эсминцев). В бою участвовали также береговая итальянская и авианосная английская авиация. Англичане потеряли один эсминец, потопленный подводной лодкой, из состава итальянского флота получил повреждения один линкор, и уже после возвращения в базу английской авиацией был потоплен эсминец.

Французские линкоры в Мерс-эль-Кебире под английским обстрелом

19 июля 1940 г. произошел бой у мыса Спада (северо-западная часть Крита) между легкими крейсерами итальянского флота, вышедшими в операцию против английского судоходства в Эгейском море, и английскими эсминцами (а позже и крейсером), действовавшими против итальянского судоходства. В результате боя итальянский крейсер «Колеони» был потоплен и еще один крейсер поврежден.

Наиболее значительным за этот период был бой у мыса Матапан (27 марта 1941 г.). Главные силы англичан (3 линкора, авианосец, 4 легких крейсера и 13 эсминцев) вышли для прикрытия конвоя, следовавшего на Мальту. Итальянское соединение в составе 1 линкора, 6 тяжелых крейсеров, 2 легких крейсеров и 13 эсминцев осуществляло встречную набеговую операцию. В результате боя как следствие применения англичанами радиолокации, отсутствовавшей у противной стороны, итальянский линкор был серьезно поврежден, а 3 их тяжелых крейсера и 2 эсминца потоплены.

Одновременно с действиями на сообщениях английский флот поддерживал огнем свои сухопутные войска и производил набеги на порты и базы противника. В конце апреля англичане обеспечивали эвакуацию своих войск из Греции на Крит и в Александрию. А с 19 по 31 мая 1941 г. шла напряженная борьба за Крит, в ходе которой английский флот понес серьезные потери.

Итальянский флот в этих операциях почти не участвовал. Частично это объяснялось опасением ударов английской авианосной авиации, ибо итальянская береговая авиация могла прикрывать корабли на расстоянии не свыше 100 миль от своих аэродромов. Не менее важной причиной была также нехватка топлива. С начала войны итальянский флот мог рассчитывать только на запасы нефти, накопленные с 1938 г. и составлявшие 1660 тыс. т. Рассчитывая на короткую войну, итальянские руководители полагали, что эти запасы вполне достаточны. Между тем, вопреки первоначальным исчислениям ежемесячной потребности в топливе в 100 тыс. т, фактический его расход вырос до 200 тыс. т мазута. В феврале 1941 г. запасы топлива упали до 600 тыс. т, но германское командование отклонило просьбу Италии о помощи и только в июне 1941 г. согласилось отпускать Италии ежемесячно 60 тыс. т румынской нефти.

Одновременно английский флот продолжал защищать атлантические сообщения, значение которых для Англии после капитуляции Франции и вступления в войну Италии намного возросло. В связи с создавшейся на Средиземном море угрозой продольной английской коммуникации резко сократилась доставка в метрополию всех видов сырья с Дальнего и Ближнего Востока. Особенно большие затруднения возникли с перевозкой в Англию нефти и нефтепродуктов с Ближнего Востока, а приток румынской нефти, покрывавший 19 % английского импорта жидкого топлива, в связи с германским проникновением в Румынию вообще прекратился. По той же причине стали трудновыполнимыми перевозки войск, вооружения и снабжения из Англии на Ближний и Средний Восток, в частности в Египет.

В результате значительно возросла роль перевозок из Канады, США и стран Центральной и Южной Америки, повысилась роль импорта из стран западной и южной Африки, а также из стран Австралазии (через Панамский канал и вокруг мыса Горн), возросло значение коммуникаций вокруг Африки[58]. Одновременно произошли значительные изменения роли различных портов метрополии: грузооборот южных и восточных портов чрезвычайно сократился, западных – вырос.

В итоге с середины 1940 г. стали складываться следующие основные направления английского судоходства:

Северное трансатлантическое, распадавшееся на две ветви, которые шли непосредственно из Англии по дугам больших кругов: одна – на Ньюфаундленд и Галифакс в Канаде и на северные порты Атлантического побережья США, другая – в районы Вест-Индии – Карибского моря. От этих генеральных путей эпизодически ответвлялись линии на Исландию и Азорские о-ва, а иногда через эти два района совершалось движение и основных конвоев. На этом направлении в течение месяца в каждую из сторон проходило в среднем по 15–18 конвоев в составе 35–40 судов каждый.

Южно-Атлантическое шло на Фритаун – Кейптаун и далее вокруг Африки в Индийский океан. Это направление также имело ответвление на Центральную и Южную Америку. В качестве одной из частных коммуникаций здесь действовала прежняя линия Англия – Гибралтар.

Значение коммуникации вокруг Африки повысилось не только в связи со стеснением английского судоходства на Средиземном море, но и вследствие усиленной перевозки войск и снаряжения на Ближний, Средний и Дальний Восток. Однако, если расстояние из Англии до Сингапура через Суэцкий канал составляет около 8 тыс. миль, то при плавании вокруг Африки судам пришлось покрывать на этом маршруте уже 11 740 миль. При следовании из Англии в Бомбей расстояние возросло с 6000 до 10 700 миль и т. д.

С 21 июня по 31 декабря 1940 г. в районы Среднего и Ближнего Востока было перевезено из Англии морем 213 539 человек, для чего потребовалось сформировать 41 конвой. Всего в конвоях прошло 150 судов, главным образом быстроходных пассажирских лайнеров[59]. После переоборудования вместимость лайнеров «Куин Мэри» и «Куин Элизабет» была доведена до 15–16 тыс. человек.

Средиземноморское направление сохранилось лишь в связи с необходимостью снабжения Мальты. Доставка туда грузов и войск производилась как из Гибралтара, так и из Александрии.

Прибрежные перевозки в водах Англии продолжали сохранять свое значение. Для их осуществления на 15 мая 1941 г. использовалось 1195 судов общим тоннажем 1408 тыс. т дейдвейт, из которых лишь 139 судов обладали вместимостью свыше 2500 т. Так, с 21 июня по 31 декабря 1940 г. только между Ферт-оф-Форт и устьем Темзы проследовало 316 конвоев из 10 547 судов. Большое число конвоев совершало плавания между Ферт-оф-Форт и устьем р. Клайд в обход Шотландии.

Как видим, обстановка, сложившаяся летом 1940 г., превратила проблему поддержания судоходства в Атлантике в одну из важнейших для Англии. Недаром в преамбуле к директиве «Битва за Атлантику», разработанной непосредственно английским премьер-министром и разосланной 6 марта 1941 г., говорилось: «Учитывая различные заявления, сделанные Германией, мы должны считать, что битва за Атлантику уже началась. В течение следующих четырех месяцев мы должны суметь отразить попытку противника отрезать нас от источников продовольственного снабжения и нарушить наши связи с Соединенными Штатами»[60].

Одновременно английский флот продолжал блокаду Германии. Решение этой задачи затруднял ряд обстоятельств. Во-первых, немцы получили возможность использовать запасы сырья, имевшиеся во Франции (металлы, текстиль, жиры, продовольствие и, что особенно важно, нефть). Во-вторых, сохранение дипломатических отношений между Францией и США, продолжавшими поставлять ей некоторые товары, открывало известную брешь в блокаде, так как значительная часть этих грузов фактически поступала в распоряжение Германии. В-третьих, Германия получала сырье от нейтральных стран – Испании, Португалии, Турции, частично Швеции и Финляндии.

Что касается действий германского флота, то они, как и на первом этапе войны, были направлены главным образом против морских перевозок Англии в Атлантике и в водах метрополии. При этом в связи с изменившейся обстановкой германское руководство, сохранив должность командующего морскими силами Северного моря (от бельгийской границы и восточнее), учредило должность адмирала, командующего морскими силами на французском побережье (группа «Вест»), с подчинением ему адмирала Южной Франции (от испанской границы до Сен-Назера), адмирала Бретани (от Сен-Назера до Шербура) и адмирала Северной Франции (от Шербура до бельгийской границы).

Не дождавшись от Англии положительного ответа на предложенный ей мир, 17 августа 1940 г. Гитлер объявил об установлении «полной блокады» Великобритании. Еще до восстановления французских баз Бискайского залива Германия начала использовать их для базирования своих подводных лодок, а на аэродромах Северной Франции развернула военно-воздушные силы. Вслед за наступающими германскими войсками шли поезда со специалистами, командами и оборудованием для восстановления возможностей базирования флота и авиации.

Заканчивая подготовку к нападению на Советский Союз, германское командование в апреле-мае 1941 г. предприняло новый авиационный «блиц» против Англии и ее судоходства. В результате потери английского тоннажа от авиации достигли в апреле 323 454 бр. рег. т. Во второй половине мая с той же целью маскировки последних приготовлений к вероломному походу на Восток в Атлантику были посланы новейший линкор германского флота «Бисмарк» и тяжелый крейсер «Принц Ойген». В период с 22 по 26 мая они вызвали переполох в адмиралтействе. 27 мая «Бисмарк» был потоплен.

«Бисмарк»

4. Действия германских подводных лодок на морских сообщениях во второй половине 1940 г

Возобновив после некоторого затишья боевые действия в конце июня, германские подводные лодки стали постепенно осваивать французские базы Лориан, Ла-Паллис, Брест и, главным образом, Сен-Назер[61]. Это позволило лодкам находиться в районе западных и юго-западных подходов к Англии почти в два раза больше времени, нежели при действиях из собственных немецких баз. Если переход из Гельголандской бухты к западному побережью Англии занимал около 10 суток, то для того, чтобы дойти туда же из французских баз, требовалось не более 4 суток. Отсюда – число лодок, находившихся в районах боевых действий, возросло почти вдвое.

По мере освоения новых баз лодки, законченные постройкой в Германии, после цикла испытаний и боевой подготовки в Балтийском и Северном морях выходили в первый боевой поход в Атлантику (между Фарерскими о-вами и Исландией) и по окончании его возвращались уже в базы Бискайского залива, из которых затем и продолжали дальнейшие походы. Сюда же был переведен главный командный пункт командующего подводными силами группы «Вест». Сначала он размещался в Бресте, затем в Лориане, а позднее – под Парижем.

Из норвежских баз гитлеровские подводные лодки начали действовать в июне-июле 1940 г. Посылались они главным образом в районы северных и северо-западных подходов к Англии. Хотя формальных разграничительных линий между лодками норвежской и бискайской групп установлено не было, сама география позволила им вести «охватывающие» действия против английского судоходства.

По соглашению между германским и итальянским командованием началось перебазирование 26 итальянских подводных лодок в Бордо. Это должно было удвоить численность лодок, действовавших против английского судоходства в Атлантике.

Из факторов, отрицательно влиявших на деятельность германских подводных сил в рассматриваемый период, первым было опять-таки начало непосредственной подготовки к войне против Советского Союза, весьма ограничивавшее темпы наращивания численности лодок. В связи с увеличением числа лодок, находившихся в ремонте, и на боевой подготовке, общее количество подводных лодок, пригодных к боевым действиям, даже уменьшилось. Только к июню 1941 г. число участвующих в боевых действиях лодок снова достигло уровня первых месяцев войны. Летом и осенью 1940 г. в море находилось в среднем 10–15 подводных лодок, из них около 2/3 действовали к западу от Ирландии и Шотландии.

Другим отрицательным обстоятельством являлось отсутствие собственной воздушной разведки, обслуживающей подводные лодки.

Несколько эскадрилий разведчиков дальнего действия, оперативно подчиненных флоту, были переброшены в район Бреста.

Однако радиус действия самолетов Do-18 и BV-138, находившихся в составе этих эскадрилий, не позволял им достигнуть сообщений в районах действия подводных лодок и дальше на запад. На это были способны только четырехмоторные Fw-200, но самолетов этого типа было мало, и не все из них разрешалось использовать для разведки над морем. Командование военно-морского флота не имело даже права давать указания расположенной в районе Бордо 40-й авиагруппе, которой эти самолеты принадлежали.

К тому же по политическим соображениям немецкое командование продолжало ограничивать действия своих лодок. Характерен в этом смысле один из приказов командующего подводными силами, согласно которому применение оружия лодками без предупреждения запрещалось:

• в зоне блокады вокруг Англии – против ирландских судов, имевших особое разрешение на проход, несших соответствующие отличительные знаки и предварительно сообщивших свое название, характер груза и курсы;

• вне зоны блокады вокруг Англии – против всех судов, принадлежность которых противнику вызывает сомнения, а также против невооруженных пассажирских судов противника, следующих без эскорта. Испанские, японские, русские и американские суда, равно как и суда, зафрахтованные этими странами, а также Швейцарией для их снабжения, вообще не должны были задерживаться или подвергаться атакам в этом районе.

Запрещалось проявление инициативы в ведении боевых действий в панамериканской зоне безопасности. Постановка мин в этой зоне и в остальных американских прибрежных водах, не входящих в зону безопасности, могла производиться только с разрешения германского верховного командования.

Как следствие этого и других ограничений командиры лодок вынуждены были затрачивать много времени на опознавание принадлежности судов, иногда заниматься их досмотром, а в ряде случаев отказываться от атак в связи с неопределенной принадлежностью судов. И все же общая эффективность действий германских лодок в новых условиях сразу возросла. Потери союзного тоннажа от лодок, составившие в мае лишь 55 580 бр. рег. т, уже в июне возросли до 284 113 бр. рег. т. Германские историки считают, что лето 1940 г. было периодом наибольших успехов подводных лодок; средний тоннаж судов, потопленных каждой из находившихся в море лодок, был почти в 10 раз больше, чем в 1942 г.

Потери судов и недостаточное количество кораблей охранения заставили британское адмиралтейство назначить в конце июня 1940 г. новые маршруты для трансатлантических конвоев. В частности, корабли, усиливавшие охранение, получили указание встречать конвои из Канады на меридиане 17° з. д. и сопровождать их до меридиана 8° з. д. Там конвои должны были делиться на две части: одна для следования через проливы Минч и Пентланд-Фёрт к восточному побережью Англии, вторая – через Северный пролив (Норт-Чаннел) в Глазго и Ливерпуль. Вследствие неудовлетворительно поставленной разведки немцам удалось выявить это изменение маршрутов лишь в конце августа.

В такой обстановке 11 июля 1940 г. германское командование поставило на повестку дня вопрос об использовании против английского судоходства в Атлантике французских подводных лодок. Считалось, что нападения англичан на французские корабли настолько озлобили личный состав французского флота, что он без колебаний станет сражаться против недавнего союзника. Однако ввиду недоверия к французам от этого предложения в конце концов отказались.

С июля 1940 г. немцы предприняли первые шаги по доснабжению подводных лодок, находящихся в море, топливом и торпедами, чтобы удлинить время их пребывания в районах боевых действий. 17 июля 1940 г. вспомогательный крейсер «Пингвин» передал на подводную лодку UA[62]70 т дизельного топлива и 11 торпед. По установленному порядку лодка, нуждающаяся в дозаправке, должна была вызывать по радио последовательно все находящиеся в море суда снабжения до получения ответа одного из них и назначить ему точку встречи.

18 августа 1940 г. блокадная зона вокруг Британских островов была расширена. Ее границы проходили от французского атлантического побережья через точки: 47°30’ с. ш. и 2°40’ з. д.; 45°00’ с.ш. и 5°00’ з.д.; 45°00’ с.ш. и 20°00’ з. д.; 58°00’ с. ш. и 20°00’ з.д.; 62°00’ с.ш. и 3°00’ в.д. Отсюда линия шла к югу до бельгийского побережья, а затем вдоль бельгийского и французского побережья до исходного пункта. Однако на западных и северо-западных подходах к Англии действовало в это время всего от шести до десяти подводных лодок.

Только в конце лета началось формирование флотилии итальянских подводных лодок в Бордо. В конце августа в Бордо прибыл командующий флотилией. Новая так называемая Атлантическая флотилия должна была сохранять самостоятельность, но общее планирование операций в Атлантике оставалось за немцами[63]. Итальянские подводники должны были использовать тактические приемы своих немецких коллег, для чего немцы организовали для итальянских командиров лодок краткосрочные курсы при школе подводного плавания и привлекли их к участию в боевых походах своих лодок.

Выделенные в состав флотилии итальянские подводные лодки начали прорываться через Гибралтар в Атлантический океан для действий в районе Азорских о-вов и к западу от Испании с последующим возвращением в Бордо. Прорыв через Гибралтар они совершали, как правило, в подводном положении на глубине до 70 м. При этом, по утверждению итальянских источников, за время войны была потеряна лишь одна лодка[64].

Благоприятная погода и оживленное движение на коммуникациях способствовали успехам итальянцев. По их данным, только за октябрь лодки потопили около 75 тыс. т. Но если немецкие лодки с августа 1940 г. по февраль 1941 г. провели в море в общей сложности 2350 дней и потопили суда вместимостью около 1600 тыс. бр. рег. т., т. е. около 680 бр. рег. т на один день пребывания лодки в море, то итальянские лодки за 1580 дней пребывания в море, как считают немцы, потопили лишь 126 тыс. бр. рег. т, или около 80 бр. рег. т на один день.

Одной из причин столь низкой боевой эффективности являлось упоминавшееся выше техническое несовершенство итальянских подводных лодок. Другая заключалась в том, что итальянцы мало отрабатывали тактику сохранения соприкосновения с противником, передачи донесений, обгон тихоходного противника и ночные атаки из надводного положения. Они придерживались старой тактики, заключавшейся в том, чтобы дожидаться в подходящем месте противника, а затем атаковать его из подводного положения с малой дистанции. Применение подобного метода в Средиземном море сулило успехи, но Атлантика была для этого слишком велика.

Сказывались и неудовлетворительные взаимоотношения между немцами и итальянцами. Сейчас некоторые историки пытаются задним числом утверждать «незыблемость сотрудничества обеих сторон, несмотря на различия в национальном характере», однако имеется достаточно данных, свидетельствующих о трудно или вовсе непреодолимых итало-германских трениях, проистекавших не столько из несходства национальных характеров, сколько из-за различий в интересах сторон и отсутствия взаимного доверия.

Так, направляя в штаб итальянской флотилии в Бордо своего офицера связи, Дениц напутствовал его следующими словами: «Ваша работа будет не легкой… Пусть они сами (итальянцы. – Авт.) обнаружат свои недостатки, но не указывайте им на них». Аналогичные настроения были и у итальянцев. Командир 10-й флотилии МАС, командированный в Германию для обсуждения проблем использования лодок в целях скрытной транспортировки малых штурмовых средств, получил указание своего командования «показать союзникам (немцам. – Авт.) кое-что, но не все: открыть только те секреты, которые могли попасть в руки противника; молчать о новых открытиях, находящихся в стадии изучения и испытания»[65].

Что же касается оперативного и боевого взаимодействия подводных лодок германского и итальянского флотов, то ему препятствовали серьезные различия в организации боевой деятельности, в системе радиосвязи и в общих вопросах управления. Попытки выправить положение ни к чему не привели, и с февраля 1941 г. германское командование отказалось от совместных действий с итальянскими лодками, выделив им отдельные районы.

В сентябре 1940 г. немецкие лодки действовали в основном на северных выходах из Ирландского моря и к западу от Шотландии. На совещании у Гитлера 6 сентября Редер докладывал, что противолодочных кораблей противника в этих районах мало и что наиболее значительное беспокойство подводным лодкам доставляет здесь авиация. Успехам германских лодок в большой степени способствовало совершенствование метода ночных атак. Например, 20 сентября 1940 г. в сумерки, находясь в первом боевом походе у западных берегов Ирландии, подводная лодка U-138 атаковала конвой НХ-72 из 47 судов и 7 эсминцев охранения, потопив при этом 2 транспорта и повредив 1. В ночь на 21 сентября на тот же конвой была наведена с берега подводная лодка U-100. Транспорты шли в тесном ордере, что создавало благоприятную для атаки обстановку. Заняв исходную позицию впереди конвоя, лодка провела ряд атак из надводного положения. Сначала было потоплено судно 52[66], которому торпеда попала в правый борт, затем одно из судов 4-й колонны и транспорт 14. Далее были уничтожены танкер и 5 транспортов, а 1 транспорт поврежден. Таким образом, эти две лодки потопили 11 и повредили 2 из 47 судов конвоя[67].

Характерной чертой действий германских лодок в этот период стал переход преимущественно к атакам судов в конвоях. Так, из 59 союзных судов, уничтоженных германскими лодками в сентябре 1940 г., 40, или почти 70 %, были потоплены при следовании в составе конвоев. Это знаменовало собой начало преодоления известного кризиса в использовании подводных лодок, обозначившегося еще в конце первой мировой войны.

Успеху лодок благоприятствовало и то, что они нащупали оживленный район судоходства противника между западным берегом Ирландии, меридианом 20° з. д. и параллелями 50–60° с. ш., где сходились основные пути в Англию с запада и юга.

Характеризуя обстановку, как она тогда оценивалась командованием германскими подводными силами, Руге пишет: «Английская оборона не доросла до уровня немецкой тактики; лодки чувствовали себя хозяевами поля сражения. Плохая погода являлась большим препятствием, чем противолодочная оборона. Организация преследования подводных лодок стояла у противника достаточно высоко, но у него было слишком мало охотников, а потому он обычно не имел возможности преследовать обнаруженную лодку до тех пор, пока ее батарея не разрядится и она окажется вынужденной всплыть, «истощенная голодом».

Однако добиться перелома в подводной войне только успешной тактикой было невозможно, ибо численность лодок, как и ранее, была мала. В сентябре 1940 г. в списках германского флота числилось 56, а в октябре 63 подводные лодки.

Очередной спад активности лодок произошел в начале ноября, когда в северо-восточной части Атлантического океана стояла штормовая погода, а значительное число лодок находилось в ремонте[68]. Постепенно учащались и случаи гибели подводных лодок. Бывало также, что лодки возвращались из боевых походов, не потопив ни одного судна.

До конца ноября 1940 г. германские подводные лодки действовали не дальше 20° з.д. Это облегчало англичанам стягивание сил ПЛО (включая и береговую авиацию, численность которой постепенно возрастала) и переход к более активным противолодочным действиям. Только из-за большого напряжения, которое стали испытывать экипажи лодок, район их операций был перенесен дальше в океан за пределы действия сил ПВО, встречавших и провожавших конвои.

В итоге действия лодок в последние два месяца 1940 г. оказались менее эффективными, нежели в августе – октябре.

Причин этого было несколько. Во-первых, улучшилась система противолодочной обороны конвоев, особенно на ближних подступах к Англии. Во-вторых, будучи вынужденными действовать в океанских просторах, лодки оказались без обеспечения авиационной разведкой. Последнее заставило Деница в декабре выступить с резким требованием ее улучшения и, в частности, оперативного подчинения дальних разведчиков флоту. В-третьих, несмотря на объявление «полной блокады» Англии, германское командование продолжало ограничивать действия своих лодок. Так, в конце 1940 г. Гитлер отдал строгий приказ избегать каких-либо инцидентов с США до начала нападения вермахта на Советский Союз.

В то же время необходимо отметить, что, продолжая действовать как против одиночных транспортов, так и против конвоев, командиры германских подводных лодок накопили большой боевой опыт, опробовали на практике различные приемы поиска и атак противника, ухода от преследования и т. д. Приобрело опыт и командование подводными силами. Оно сумело выработать более или менее стройную систему отработки и ввода в строй законченных строительством лодок. Эта система предусматривала определенный цикл испытаний (общие заводские и приемные испытания, проверку ходовых и маневренных элементов лодок, их мореходных качеств, производство размагничивания и т. д.), боевую подготовку лодок в составе специальных групп и флотилий, в том числе одиночные и совместные тактические учения и т. п. Одновременно были разработаны обеспечение выхода из баз, организация связи с лодками, находящимися в море, и т. д.

В общем итоге действия германских подводных лодок во второй половине 1940 г. были успешными, что объяснялось кардинальным улучшением их развертывания, совершенствованием тактических приемов, достаточно высокой степенью подготовки личного состава и в первую очередь командиров лодок.

5. Действия германских подводных лодок на морских сообщениях в первом полугодии 1941 г

В первые месяцы 1941 г. германские лодки продолжали действовать сравнительно активно. Их численность начала заметно возрастать и составила: в декабре – 75, в январе – 83, в конце февраля – 103 единицы и т. д.[69]В феврале же в Бордо пришли четыре итальянские лодки. Они избежали уничтожения в Красном море и совершили переход вокруг Африки.

К этому времени немецкие подводники в основном освоили новые районы базирования на побережье Норвегии и на Атлантическом побережье Франции. Для увеличения числа лодок, одновременно находящихся в море, немцы начали применять систему сменных экипажей: команда, возвратившаяся из длительного похода, получала отдых, а ее лодка после устранения технических неисправностей выходила в море с другим экипажем.

Действия лодок облегчались тем, что 70 % английских эсминцев – главных противолодочных сил того времени, стояло в ремонте, а значительная часть находившихся в строю была занята на Средиземном море обеспечением коммуникаций и действиями у северного побережья Африки. И хотя в состав флота уже стали вступать корветы новой постройки, оснащенные, как и эсминцы, радиолокаторами, общее положение с защитой английского судоходства продолжало оставаться тяжелым. Выступая в начале января с обзором обстановки, английский министр торгового судоходства Кросс заявил, что «противник, несомненно, приложит все усилия к тому, чтобы сломить наше сопротивление. Сейчас потери превышают пополнение, и Англия оказалась перед фактом сокращения торгового флота, в то время как потребность в нем с началом войны увеличилась».

Положение усугублялось повышением настойчивости германских подводных лодок, в том числе при атаках конвоев. Иногда они наводили на конвои и авиацию. Так, 8 января 1941 г. подводная лодка U-37, обнаружив конвой, следовавший из Гибралтара в Англию в охранении шлюпа и двух эсминцев, потопила на рассвете два судна, после чего в полдень навела на него пять самолетов «Фокке-Вульф», в свою очередь совершивших удачную атаку. Спустя два дня, продолжая следовать за конвоем, лодка снова успешно его атаковала, а затем сообщила координаты конвоя крейсеру «Хиппер», который потопил еще семь судов[70].

7 января 1941 г. в ответ на требования командующего германскими подводными силами ему была оперативно подчинена 40-я разведывательная авиационная группа с базой в Бордо. Правда, командование Люфтваффе добилось сохранения контроля над ее действиями за собой. Первые попытки боевого использования этой группы были почти безрезультатными, так как самолеты или не обнаруживали конвоев или, обнаружив их, давали неверные координаты. Но постепенно авиация приобретала опыт и начинала оказывать подводным лодкам реальную помощь. Так, лишь с помощью разведывательной авиации германское командование сравнительно быстро узнало об очередном изменении маршрутов конвоев адмиралтейством в январе 1941 г.

И все-таки полеты на разведку были редкими. По немецким данным, в полете ежедневно находились обычно два больших самолета. Если их число увеличивалось, то на следующий день вылетов не бывало вовсе. С середины февраля 1941 г. одна машина ежедневно летала из Бордо далеко на запад, затем в обход Британских о-вов направлялась в Ставангер в юго-западной части Норвегии и на следующий день возвращалась обратно.

Радиус действия самолетов Fw-200 оказался недостаточным для боев, которые развертывались теперь далеко в океане. Эти самолеты не могли вести длительный поиск и долго оставаться в соприкосновении с противником. Пространство, просматривавшееся с двух ежедневно летавших машин, было слишком мало, а лодки находились чересчур далеко на западе. Чтобы сблизиться с конвоем, о котором извещал самолет, подводным лодкам требовалось так много времени, что к этому моменту самолет давно уже улетал восвояси, а конвой, для которого большая машина не могла остаться незамеченной, исчезал, резко изменив курс.

В результате германское командование продолжало ориентировать лодки главным образом на самостоятельные действия. При этом они развертывались так, чтобы действовать и одиночно, и совместно небольшими группами из трех – пяти лодок.

В феврале 1941 г. из Киля в Атлантику с последующим возвращением в Сен-Назер вышла U-74. За время похода, продолжавшегося до апреля 1941 г., эта лодка потопила несколько судов общим водоизмещением около 20 тыс. бр. рег. т. 23 февраля, пользуясь сообщением разведывательного самолета, U-74 обнаружила конвой и вызвали в район его движения еще три подводные лодки. В результате совместных последовательных атак девять судов из состава конвоя были потоплены, а остальные рассеялись.

В это же время еще одна группа лодок атаковала другой союзный конвой и нанесла ему тяжелые потери. А несколько дней спустя подводная лодка U-47, атаковав английский конвой к северо-западу от Ирландии, потопила три и повредила два судна из его состава. После этого она навела на конвой шесть самолетов Fw-200, которые в 350 милях к западу от Ирландии потопили еще несколько судов.

Однако, несмотря на эти и другие успешные атаки германских лодок, общие потери противника в январе и феврале 1941 г. – 126 782 и 196 723 бр. рег. т. соответственно – оказались меньшими, чем в декабре 1940 г., когда они равнялись 212 590 бр. рег. т, и особенно в октябре, когда они составили 352 407 бр. рег. т. Основной причиной уменьшения потерь была ограниченная численность лодок, к тому же действовавших почти без помощи авиации.

В то же время февраль 1941 г. явился по-своему переломным месяцем в действиях германских подводных лодок. Дело в том, что из ряда примеров стихийно сложившихся групповых атак лодок стало очевидно, что такие атаки дают хорошие результаты. Поэтому, еще когда Дениц рассчитывал на реальную поддержку разведывательной авиации, было признано целесообразным наводить на обнаруженные конвои не одиночные лодки, а хотя бы небольшие их группы.

Целесообразность групповых атак порождалась и тем, что точность определения самолетом места, курса и скорости конвоя обычно бывала невысока. Объединение шести-восьми и более лодок в группу с развертыванием в завесу, смещающуюся перпендикулярно предполагаемому направлению движения конвоя (при дистанции между лодками 15–20 миль, т. е. при общей длине завесы в 100–150 миль), позволяло перекрывать эти ошибки. Получив от самолетов данные о противнике, группа лодок могла передвигаться с таким расчетом, чтобы середина линии завесы оказалась на предполагаемом курсе конвоя.

Поскольку ограниченное число лодок, которые должны были действовать против судоходства во многих удаленных друг от друга районах, не позволяло формировать большого числа групп, германское командование вначале предполагало применять их только для перехвата особо крупных конвоев или в случаях, когда число находящихся в данном районе лодок позволяло сформировать группу без отвлечения лодок из других районов.

Одновременно командование подводными силами разработало вариант действий групп лодок и без участия авиации. В этом случае, обнаружив конвой, лодка завесы должна была, не предпринимая атаки, дать оповещение короткими сигналами о месте, составе и направлении движения конвоя. С получением этих данных непосредственно от обнаружившего корабля или через береговое командование, остальные лодки завесы или вообще лодки, действующие поблизости, шли на сближение с конвоем. Чтобы успевать за конвоем и не расходовать электроэнергию, лодки должны были двигаться в надводном положении. Наиболее благоприятным временем для атак были признаны вечерние сумерки, когда применение авиации (без радаров) для поиска лодок оказывалось безрезультатным, а обнаружение лодок, находящихся в позиционном положении, надводными кораблями (в том числе и имеющими асдики) было затруднено. В течение темного времени суток лодкам иногда удавалось производить повторные атаки, а с наступлением рассвета они отходили от конвоя, стараясь не терять с ним контакта.

Новый метод действий получил название тактики «волчьей стаи». Организуя походы своих подводных лодок в марте 1941 г., германское командование предусматривало не только их одиночные действия, но и использование в составе «волчьих стай». На практике действия одной из таких «стай» сложились следующим образом (схема 5).

Утром 6 марта 1941 г. подводная лодка U-47 обнаружила конвой, следовавший от Гебридских о-вов в направлении Исландии, и донесла о нем командованию. Последнее передало донесение U-47 на все лодки, находившиеся в этом районе, с приказанием идти на поиск конвоя и по обнаружении атаковать его самостоятельно. В числе других получили это приказание U-99 и U-70, патрулировавшие к югу и западу от Фарерских о-вов. Хотя эти лодки приняли приказание в разное время и занимали относительно конвоя различное положение, их последующие действия объединялись целью поиска и атаки одного и того же объекта.

Так, U-70, вышедшая в море в последних числах февраля и атаковавшая уже один союзный конвой, получила сообщение командования утром 7 марта и немедленно пошла на сближение с конвоем. Обнаружив последний, она погрузилась и стала маневрировать по данным гидроакустики. Незадолго до рассвета лодка всплыла. Оказавшись в голове конвоя и удачно маневрируя, она атаковала четыре транспорта с дистанций 2–4 каб.

В 4.37 U-70 торпедировала танкер водоизмещением 6500 т. В 4.50 транспорт водоизмещением 6400 т получил повреждения от ее торпеды, но не затонул. В 5.10 на лодке слышали отдаленные взрывы глубинных бомб, а спустя несколько минут U-70 выпустила три торпеды в транспорт «Терье Викен» водоизмещением 20 638 т. По-видимому, в это же самое время этот транспорт был атакован подводной лодкой U-99. В 6.05 «Терье Викен» получил попадание двумя торпедами, но остался на плаву. В 6.50 U-99 вторично атаковала этот транспорт, выпустив в него три торпеды, но затонул он лишь в 17 час. 55 мин.

Схема 5. Схема действий подводных лодок в противоконвойной операции 6–8 марта 1941 г.

В 6.25 U-70 атаковала вооруженный голландский танкер водоизмещением 7493 т, спасавший команду с транспорта, торпедированного этой лодкой в 4.50. Лодка выпустила две торпеды в правый борт танкера. Взрыв вызвал погружение кормы на 9 футов. Тем не менее танкер повернул на лодку, открыл артиллерийский огонь, и таранным ударом повредил ей надстройку, вывел из строя оба перископа и снес все с мостика. Внутренние повреждения на лодке были незначительны. После погружения U-70 танкер направился в порт, куда благополучно и прибыл.

По уходе танкера лодка всплыла, однако, опасаясь атак кораблей охранения, снова погрузилась до глубины 80 м. Поднимавшиеся на поверхность пузырьки воздуха выдавали ее присутствие. Последующие атаки кораблей охранения причинили лодке ряд новых повреждений; внутрь прочного корпуса начала поступать вода. Командир U-70 сделал попытку лечь на грунт с тем, чтобы всплыть с наступлением темноты и, обманув бдительность преследователей, оторваться от них. При погружении на глубине свыше 120 м послышался треск; начали деформироваться переборки, быстро нарастал дифферент на корму. В отсеки было дано воздушное противодавление, но лодка продолжала погружаться с дифферентом до 45° на корму. Внутрь прочного корпуса поступило много воды. Для выравнивания дифферента команда перешла в носовой отсек. На глубине 200 м лодка задержалась. Через некоторое время она всплыла и была потоплена кораблями охранения.

Одновременно с U-70 конвой атаковала U-95. Она вступила в соприкосновение с конвоем к концу дня 7 марта и в течение ночи потопила четыре транспорта. Во время последней атаки лодку обнаружили и атаковали эсминцы, сбросившие на нее 20 глубинных бомб. Однако повреждений U-95 не получила и, израсходовав все торпеды, вернулась в Сен-Назер.

Вечером 6 марта на перехват того же конвоя направилась подводная лодка U-99. В 18.00 в расстоянии около 1000 м она обнаружила появившиеся из тумана два эсминца и подводную лодку U-47 и немедленно погрузилась. Эсминцы несколько раз проходили над ней, и на лодке слышали взрывы глубинных бомб. Пробыв под водой около четырех часов, U-99 всплыла и снова направилась в сторону конвоя. В 6.05 она выстрелила двумя торпедами по судну «Терье Викен», атакованному перед этим U-70 и, возможно, U-47. Одна из торпед U-99 попала в транспорт, но он продолжал держаться на плаву. Оставив поврежденный «Терье Викен», лодка направилась к танкеру и, выпустив три торпеды, потопила его. С наступлением рассвета U-99 была обнаружена эсминцем и погрузилась. На нее было сброшено около 50 глубинных бомб. Позднее она всплыла и в четвертый раз обнаружила U-47, которая после этого пропала без вести.

8 марта сразу по окончании описанного боя германское командование перенацелило подводные лодки на действия против обнаруженного авиацией конвоя НХ-133. Каждой лодке были назначены исходные позиции, отстоявшие одна от другой на 7–8 миль. Лодки заняли эти позиции, но конвоя не обнаружили. Возможно, они пропустили его в то время, когда неоднократное появление эсминцев и самолетов противника вынуждало их погружаться.

Через несколько дней U-99, U-100, U-106, U-110, U-551 и еще четыре подводные лодки, находившиеся к юго-востоку от Исландии, снова получили сообщение об обнаружении конвоя и приказание развернуться в завесу, сблизиться с конвоем и атаковать его. Это был конвой НХ-112, следовавший из Галифакса в Англию. Он состоял из 41 судна, охранялся пятью эсминцами и двумя корветами и шел в походном ордере из 10 колонн. Впервые конвой был обнаружен 12 марта сначала разведывательной авиацией, а затем подводной лодкой в 300 милях к югу от Гренландии. Лодки получили приказание в период сближения с конвоем двигаться строем фронта (четыре лодки к северу и четыре к югу от ведущей U-99) на расстоянии 15–20 миль друг от друга. Около 20.00 12 марта лодки начали занимать назначенные им места, и к рассвету 14 марта завеса уже двигалась навстречу конвою (схема 6).

Около полудня 15 марта U-100 обнаружила конвой и, сблизившись с ним к наступлению ночи, торпедировала один из транспортов.

Схема 6. Схема действий подводных лодок в противоконвойной операции 12–18 марта 1941 г.

С рассветом 16 марта конвой, находившийся в 180–200 милях на юго-запад от Исландии, был обнаружен U-110, которая, не атакуя противника, разошлась с ним на контркурсе, а затем повернула и, выйдя на его правый траверз, последовала за ним. С наступлением темноты лодка сблизилась с конвоем и торпедировала из надводного положения танкер водоизмещением 6200 т, а затем отошла к северу. Танкер загорелся, но позже был отведен на буксире в Исландию.

Между 18.00 и 20.00 16 марта конвой был дважды атакован подводной лодкой U-100. Лодка была контратакована, но уклонилась и отошла для подзарядки аккумуляторной батареи и перезарядки торпедных аппаратов.

Около 22.00 конвой дважды атаковала U-99 и потопила танкер водоизмещением 6600 т. В ту же ночь эта лодка потопила еще пять транспортов. Тоннаж шести потопленных ею судов равнялся примерно 60 000 бр. рег. т.

В полночь U-100 снова сблизилась с конвоем и потопила танкер водоизмещением около 8000 т, после чего временно потеряла контакт с конвоем. Около 3.00 17 марта лодка вновь обнаружила конвой и потопила транспорт водоизмещением 5000 т, затем была контратакована эсминцами и потоплена глубинными бомбами.

Примерно через час невдалеке с помощью «Асдика» эсминцы обнаружили и атаковали U-99. Получив серьезные повреждения, лодка всплыла, была покинута личным составом и затонула.

В это же время с конвоем снова сблизилась U-110 и в предрассветной мгле потопила танкер водоизмещением около 8000 т.

17 марта около полудня конвой обнаружила U-106 и торпедировала из подводного положения головной транспорт. Вскоре ей удалось потопить и второе судно.

В дальнейшем активность лодок снизилась. В ночь с 17 на 18 марта конвой был атакован только дважды и оба раза безрезультатно. С приближением к берегам Англии охранение конвоя было усилено, и на рассвете 18 марта действия лодок против него прекратились. В итоге, из девяти лодок группы конвой атаковали шесть (в том числе две лодки, номера и действия которых здесь не указаны). Лодки провели в общей сложности 20 торпедных атак, в том числе 17 ночных из надводного положения, потопили 11 транспортов и танкеров и повредили 5 транспортов.

Таким образом, хотя управление действиями подводных лодок было по существу примитивным, опыт этих двух больших боев показал, что тактика «волчьих стай» себя оправдывает. Докладывая 18 марта 1941 г. об общем ходе подводной войны, Редер отметил, что с 3 по 17 марта лодки потопили около 200 000 бр. рег. т. Правда, за время этих боев немцы потеряли четыре лодки, в том числе U-47, U-99 и U-100, которыми командовали наиболее опытные командиры[71]. Но, с одной стороны, потери, тем более при освоении новой тактики, были неизбежны, а с другой, – более подробное ознакомление с обстоятельствами гибели показывает, что командиры потопленных лодок допускали серьезные ошибки в своих действиях.

В середине марта 1941 г. еще одна, значительно меньшая группа подводных лодок в течение четырех суток несколько раз атаковала конвой SL-68, следовавший из Фритауна в Англию. Атаки, как правило, проводились с наступлением вечерних сумерек и результатом их явилось потопление семи судов.

Если к этим цифрам прибавить мартовский реестр боевых успехов одиночных лодок, то в итоге за месяц гитлеровские подводники потопили 41 судно противника, общим тоннажем 243 020 бр. рег. т. С учетом же боевых действий всех родов германских сил союзные потери в марте превысили февральские примерно на 125 000 бр. рег. т и составили 139 судов общим тоннажем 529 706 бр. рег. т. Английский отчет «Битва за Атлантику» указывает, что «потери в это время начали расти в угрожающей прогрессии».

Наряду с ростом потерь тоннажа англичане встретили и Другие трудности в обеспечении судоходства. Все больше судов, построенных для различного рода специальных перевозок, стали использоваться в качестве вспомогательных крейсеров и транспортов для перевозки войск, военных материалов и боезапаса. С другой стороны, если раньше скоропортящиеся продукты и вообще продукты питания доставлялись в Англию с лежащего рядом континента судами каботажного плавания, то с конца 1940 г. эти продукты стали завозиться из Канады, Южной Америки, Австралии и других удаленных стран на океанских судах.

Положение усугублялось ограниченными возможностями английских верфей отчасти из-за загрузки их заказами флота, отчасти вследствие их разрушения или временного выхода из строя в результате налетов гитлеровской авиации. Хотя подводная война и не достигла еще полного развития, однако ни британская судостроительная промышленность, ни верфи доминионов не были в состоянии даже восполнять потери тоннажа от боевых действий, не говоря уже о его наращивании. Не обещало пока ничего реального англичанам и сотрудничество с США.

Таким образом, положение английского судоходства, а вместе с тем и самой Англии в марте 1941 г. стало тяжелым. И если оно не оказалось катастрофическим, то это произошло главным образом по следующим причинам.

Во-первых, оценив без должных оснований серьезные потери лодок в последних операциях как результат значительного усиления англичанами сил ПЛО и применения ими каких-то новых, более эффективных средств борьбы, германское командование перенесло районы действий лодок еще дальше на запад – южнее и даже юго-западнее Исландии, где конвои по всем признакам должны были ходить почти без охранения. Фактически же это привело к отводу сил из районов, где насыщенность движения судов и хотя бы редкие полеты разведывательной авиации делали коммуникации более уязвимыми.

Во-вторых, и это главное, верховное германское командование, как и раньше, не проявляло особой заботы о росте численности подводных лодок. Среднемесячные темпы строительства лодок по окончании второго квартала 1941 г. даже снизились, а кардинальные мероприятия по усилению Люфтваффе и флота по-прежнему откладывались на период после окончания операции «Барбаросса».

25 марта 1941 г. германское командование снова расширило зону блокады, включив в нее и Исландию с омывающими ее водами. Расширение зоны блокады мотивировалось тем, что англичане используют порты Исландии для захода кораблей и судов.

В это время основная группа из 12 подводных лодок, периодически взаимодействуя с разведывательной авиацией, наносила удары по конвоям в центральной части северной Атлантики и к юго-востоку от Гренландии. Некоторые из этих лодок действовали в 500 милях к востоку от Канады.

В ночь с 3 на 4 апреля 1941 г. в точке с примерными координатами 58° с. ш. и 28° з. д. группа лодок обнаружила и атаковала союзный конвой SC-26. В результате 10 из 22 судов, следовавших в этом конвое, были потоплены. Этот факт вызвал особо тревожный резонанс в Англии. В частности, адмиралтейство решило организовать базу для эскортных кораблей в Исландии, чтобы еще более укоротить участок пути, на котором конвои следовали без охранения.

4 апреля 1941 г. находившийся в Англии американский адмирал Старк заявил: «Вполне очевидно, что положение в Атлантике критическое. По моему мнению, оно будет безнадежным, если мы не предпримем решительных мер, чтобы спасти его».

К этому времени американское командование сочло возможным сделать еще один шаг на пути «вползания» в войну: оно начало периодически организовывать сопровождение американских судов в Северной Атлантике до Исландии боевыми кораблями. Одно из таких эскортирований привело к тому, что 10 апреля на подходах к Исландии во время спасения экипажа голландского судна, потопленного немецкой лодкой, американский эскадренный миноносец обнаружил и атаковал «неизвестную» лодку, находившуюся в подводном положении.

С середины апреля 1941 г., после того как германское командование установило, что усиления противолодочной борьбы к югу от Исландии еще нет, районы действий лодок были снова временно сдвинуты к востоку до меридиана 20° з. д. Еще ранее, чтобы заставить адмиралтейство рассредоточить противолодочные силы, германские лодки впервые были направлены в районы Фритауна и Сьерра-Леоне, где обнаружилось оживление судоходства в связи с сокращением английских перевозок в Средиземном море. Подводная лодка U-124» с 23 февраля по 1 мая 1941 г. за время одного лишь боевого похода в район Фритауна потопила 14 судов суммарным тоннажем 57 626 бр. рег. т. Только в мае в районе Фритаун – о-ва Зеленого мыса группа из 6 германских лодок потопила 32 транспорта.

20 апреля 1941 г. на очередном совещании гитлеровского руководства было доложено, что увеличение численности подводных лодок в ближайшие месяцы с учетом вероятных потерь позволит иметь в море с 1 мая – 37, с 1 июня – 39, с 1 июля – 47 и с 1 августа – 52 лодки. Одновременно было указано, что в связи с усилением английских противолодочных мер и с наступлением коротких и светлых ночей граница операционной зоны из района, примыкающего к северному выходу из Ирландского моря, переносится дальше к западу и пройдет юго-восточнее Исландии.

В первой декаде мая группа лодок атаковала на подходах к Гебридским о-вам конвой ОВ-318. Командиры некоторых лодок незадолго до атаки договорились между собой о способах и последовательности действий. В результате ими были потоплены четыре и повреждены три судна.

Примерно в это же время группа из пяти германских лодок атаковала к югу от Исландии другой конвой. Девять судов из состава этого конвоя были потоплены и три судна повреждены. С 18 по 20 мая 1941 г. та же группа, усиленная двумя лодками, атаковала конвой НХ-126 на подходе к меридиану 40° з. д., т. е. в зоне, где конвой не имел охранения. Обстановка для действий лодок была настолько благоприятной, что они впервые атаковали методом «волчьей стаи» в дневных условиях. В результате семь лодок потопили девять судов.

Характерным для лодок этой группы было то, что некоторые из них (например, U-94, U-111), израсходовав топливо, пополнили его запасы с надводных танкеров, которые были специально для этого высланы в район к югу от Гренландии.

21 мая 1941 г. германская подводная лодка потопила американский пароход «Робин Мур» на полпути между Африкой и Южной Америкой, т. е. в той части океана, которая даже не была включена в блокадную зону. Однако решительных ответных мер на эту акцию со стороны США не последовало.

22 мая 1941 г. на совещании у Гитлера отмечалось, что противник, используя новые средства обнаружения (радар), расширяя зону действия береговой авиации, совершенствуя тактику ПЛО и широко используя надводные корабли всех типов, значительно усилил оборону конвоев. Как видно из материалов совещания, германские лодки продолжали использоваться также для постановки мин. Одним из районов минных постановок в мае стали подходы к Такоради, куда начали поступать грузы для дальнейшей переброски по трансафриканской коммуникации на Средний и Ближний Восток. Союзные потери на минах с марта по май 1941 г. составили 34 судна общим тоннажем около 72 тыс. бр. рег. т.

На совещании обсуждался также вопрос об отводе итальянских подводных лодок из Атлантики в Средиземное море. Можно предполагать, что основными мотивами этого явились:

• низкая эффективность действий итальянских подводных лодок;

• трудности организации надежного и эффективного взаимодействия между немецкими и итальянскими лодками, а также между лодками и крупными кораблями германского флота («Бисмарком» и «Принцем Ойгеном»), которые предполагалось направить в Атлантику;

• необходимость активизировать боевые действия на сообщениях англичан в Средиземном море, особенно в его восточной части, где шли оживленные перевозки из Египта в Грецию;

• некоторое увеличение численности немецких лодок и появление возможности направить их в те районы Атлантики, где до тех пор действовали итальянцы.

В эти же дни в Северной Атлантике началось переразвертывание германских лодок для взаимодействия с готовившимися к выходу «Бисмарком» и «Принцем Ойгеном». Одной из задач лодок должно было стать наведение этих кораблей на конвои противника. Однако в связи с тем, что «Бисмарк» был обнаружен англичанами еще до выхода в океан, подвергся преследованию и 27 мая 1941 г. был потоплен, подводным лодкам не пришлось решать эту задачу. В ходе операции на них была возложена другая задача – прикрыть немецкие корабли от преследующих сил противника. Командование группой «Вест» пыталось сформировать для этого несколько завес лодок и расположить их так, чтобы они могли атаковать преследующие «Бисмарк» крупные английские корабли[72].

Но и эту задачу лодкам решить не удалось, вследствие того, что они оказались разбросанными, преследование «Бисмарка» происходило на больших пространствах, а распоряжения командования в адрес лодок поступали с запозданием.

На последней стадии операции лодкам было приказано следовать в район боя «Бисмарка» с англичанами и попытаться снять с линкора журнал боевых действий, а при возможности и командование группой немецких кораблей. Однако и это приказание выполнено не было. Подводная лодка U-556, принявшая его, находилась слишком далеко и имела всего лишь 4 т топлива, едва Хватавшего, чтобы дойти до базы, a U-74 пришла в указанный район уже после того, как «Бисмарк» был потоплен, и смогла подобрать только одного матроса. Другие лодки вовсе не смогли прийти в этот район.

Отвлечение германских подводных лодок для обеспечения «Бисмарка» привело к некоторому снижению активности их на сообщениях. Другой причиной снижения потерь союзного тоннажа явилось очередное изменение маршрута конвоев, следовавших из Галифакса в Англию с 27 мая 1941 г., и прокладка его через Исландию. В результате лодки в течение трех недель не могли обнаружить конвои.

Потери союзного и нейтрального тоннажа с марта по май 1941 г., т. е. за время активного применения германскими лодками тактики «волчьих стай», составили 412 транспортов общим водоизмещением около 1700 тыс. т. Как отмечается в официальном английском источнике, «это был самый тяжелый квартал за всю войну»[73]. При этом, если до марта 1941 г. наибольшая часть потерь падала на прибрежную (300-мильную) зону, то начиная с апреля и особенно с мая 1941 г. до 90 % потерь стали приходиться на районы открытого океана, где не могли действовать ни корабли охранения, имевшие ограниченный радиус действий, ни противолодочная авиация, базировавшаяся на аэродромы Англии. Однако относительные потери судов в конвоях по-прежнему были меньше, чем потери судов, следовавших одиночно:

Таблица 5

Относительные потери союзных судов, следовавших в конвоях и одиночно с ноября 1940 г. по май 1941 г.

В середине июня 1941 г. U-138 была направлена из Лориана к Гибралтару с задачей проникнуть в базу и атаковать стоявшие там английские линейный крейсер «Ринаун» или авианосец «Фьюриес». Приблизившись к Гибралтару ночью, лодка была обнаружена «Асдиком» с корабля дозора, подверглась ряду атак, получила тяжелые повреждения, всплыла и была потоплена артиллерией эсминца[74].

В июне 1941 г. в связи с началом войны против СССР число германских лодок, находившихся в Атлантике, уменьшилось. В то же время (и это опять-таки характерно в связи с направлением почти всей германской авиации против СССР) союзные потери от действий германских лодок стали занимать в общих потерях значительно большее место, чем ранее. Если в марте 1941 г. они составляли 45,8 % от всех потерь, то в мае выросли до 63,6, в июне достигли 74,1, а в июле поднялись до 77,7 %.

При этом потери германских подводных лодок уменьшились с пяти в марте до двух в апреле и до одной в мае. В июне немцы потеряли четыре лодки, зато в июле снова лишь одну. Одновременно начали нарастать темпы пополнения германского флота новыми лодками. В январе 1941 г. промышленность передала флоту 10 подводных лодок, в феврале – 11, в марте – 13, в апреле – 17, в мае – 21 и т. д. Списочная численность германских лодок на 1 марта 1941 г. составляла 103 единицы, на 1 апреля – 111, на 1 мая – 126 и на 1 июня – 146 единиц.

Количественное и качественное усиление подводного флота Германии создавало реальные предпосылки к дальнейшему росту потерь английского и союзного тоннажа, что могло бы иметь самые серьезные последствия для Англии. Но, как это будет видно из последующих глав, в связи с началом войны Германии против Советского Союза ни того, ни другого не произошло.

6. Боевые действия итальянских подводных лодок на Средиземном море

В результате упоминавшихся выше крупных потерь в начале войны группа итальянских подводных лодок, базировавшихся в Массауа, оказалась небоеспособной. Была ослаблена и их основная средиземноморская группировка. Кроме того, многие лодки получили повреждения и были надолго поставлены в ремонт, а некоторые оказались непригодными к дальнейшим боевым действиям.

Итальянский историк Брагадин в книге «Итальянский флот во второй мировой войне» отмечает, что к концу июня 1940 г. оставшихся лодок было недостаточно для выполнения всех стоявших перед ними задач. Нельзя не заметить, что в связи с почти полным прекращением англичанами своих средиземноморских сообщений лодкам, вопреки Брагадину, наоборот, скорее не хватало объектов атак. В тех же случаях, когда появлялись конвои, следовавшие на Мальту, они сопровождались сильным охранением и попытки итальянских подводных лодок атаковать их заканчивались безрезультатно или гибелью лодок. В частности, почти безрезультатным было участие лодок в блокаде Сицилийского пролива летом и осенью 1940 г. Правда, ввиду отсутствия в составе ВВС Италии дальних морских разведчиков подводные лодки широко использовались для ведения повседневной разведки на театре. С августа 1940 г. итальянцы начали использовать лодки для скрытной доставки человекоуправляемых торпед в районы стоянки крупных кораблей и транспортов противника. Первый такой поход закончился 27 августа гибелью подводной лодки «Ириде» в заливе Бомба.

В итоге к 15 сентября, т. е. более чем за три месяца войны, 47 итальянских подводных лодок совершили 55 боевых походов и провели 12 атак, на них 4 против боевых кораблей и 8 против торговых судов. Сами лодки подвергались атакам противника 38 раз, при этом 22 раза их преследовали надводные корабли и 16 раз авиация.

В начале 1941 г. в связи с занятием англичанами Эритреи оказались отрезанными последние четыре итальянские лодки, находившиеся в Красном море. Им было приказано попытаться пройти вокруг Африки в Бордо, что, как выше указывалось, они и сделали.

Несмотря на наличие таких узких мест в средиземноморской противолодочной обороне англичан, как слабость охранения конвоев, отсутствие специально патрулирующих ударно-поисковых групп и бездействие авиации ПЛО ночью, эта оборона оказалась почти непреодолимой для итальянских подводных лодок. Как правило, они отказывались от атак конвоев, а при попытках атаковать терпели неудачи. Помимо нехватки решительности, одной из важных причин малой успешности атак итальянских подводников явилось отсутствие у них бесследных торпед и неотработанность ночных атак. При дневных же атаках лодки быстро обнаруживались по следам торпед и контратаковывались кораблями охранения, а атакуемые суда уклонялись от торпед. На Средиземном море из-за преобладания ясных погод и высокой прозрачности воды дневные перископные атаки подводных лодок вообще были затруднены.

7. Боевые действия германо-итальянской авиации на морских сообщениях Англии

Если раньше радиусы действий немецкой авиации едва перекрывали восточные районы Англии и Ла-Манша, то новые условия базирования позволяли ей совершать полеты над всей Англией, держать под наблюдением всю зону Ла-Манша, западные подходы к нему и всю зону Бискайского залива. Вне досягаемости германской авиации остался лишь район Гебридских о-вов. Постепенно увеличивалась и численность авиации: 2 сентября 1939 г. Германия имела в строю 4161 самолет, а к 29 июня 1940 г. уже 4476 самолетов всех типов.

Однако, во-первых, начиная с зимы 1940/41 г., пишет французский адмирал де Бело, «необходимость военных приготовлений к боевым действиям на русском фронте явилась новой причиной и новым предлогом для Геринга, чтобы сократить сумму средств, идущих на морскую авиацию». В другом месте он же говорит: «В июне 1941 г. 2/3 немецких ВВС были развернуты на русском фронте»[75]. А во-вторых, использование авиации по-прежнему происходило непоследовательно. Хотя начавшиеся после поражения Франции действия германских ВВС против союзного судоходства, в том числе постановка мин с самолетов, дали неплохие результаты[76], директива гитлеровского руководства № 17 от 1 августа 1940 г. нацеливала авиацию лишь против наземных и воздушных целей.

Потери союзного тоннажа от действий германской авиации сразу снизились. Одновременно сократилась и без того малоэффективная помощь авиации своим подводным лодкам. Частичное ее возвращение к решению этих задач произошло лишь в январе, а главным образом в марте 1941 г., но в оставшийся до начала войны против СССР срок ВВС Германии уже не смогли добиться перелома в этой борьбе.

Но, противопоставив операциям авиации против сообщений действия ее против английских городов с целью «парализовать английский военный механизм путем разрушения отдельных частей страны», гитлеровское командование и здесь не добилось чего-либо существенного. В докладе министерства национальной безопасности Великобритании о размерах ущерба, причиненного этой стране немцами в период «блица», подчеркивалось, что «действительный материальный ущерб не имел серьезного значения для способности Великобритании продолжать войну».

В этот период в действиях германской авиации против сообщений участвовало лишь несколько соединений бомбардировочных самолетов (включая и пикирующие бомбардировщики), небольшая группа торпедоносной авиации и часть истребителей. До середины августа 1940 г. эти силы наносили удары по конвоям в районах к западу и востоку от о-ва Уайт, в устье Темзы и у северо-восточного побережья графства Эссекс. Одновременно подвергались атакам порты и аэродромы юго-восточной и южной Англии. В частности, из 38 налетов, совершенных германской авиацией на различные морские объекты Англии с 10 июля по 12 августа 1940 г., 26 были произведены на суда и конвои, 6 – на порты и суда в районе портов и 6 – на другие цели. В ходе тех же налетов в районах английских портов и судоходных фарватеров самолетами было сброшено около 600 мин.

В результате потери союзного тоннажа от действий гитлеровской авиации составили в августе 1940 г. лишь 53 283 бр. рег. т, в сентябре – 56 328 бр. рег. т., а в октябре упали до 8 752 бр. рег. т. Более систематическими и целеустремленными (см. табл. 6) эти действия стали лишь после директивы германского командования № 23 от 6 февраля 1941 г., требовавшей усилить борьбу против английской военной экономики. Директива, по-видимому, преследовала цель некоторого ослабления военной мощи Англии на период вторжения в СССР. Сопоставление цифр таблицы показывает, что если до февраля 1941 г. включительно германская авиация совершала в несколько раз больше самолето-вылетов, чем английская, то с марта картина стала противоположной: сказалось отчасти усиление английской авиации, отчасти – ослабление ее напряжения в ПВО страны.

Таблица 6

Действия германской и английской авиации на сообщениях в Северном море с ноября 1940 г. по июнь 1941 г. *

* S. Rоskill. The War at Sea 1939–1945, vol. I. London, 1954, p. 332.

Основными методами действий немецкой авиации на сообщениях были одиночные атаки самолетов-торпедоносцев («свободная охота») и групповые атаки торпедоносцев и бомбардировщиков. Метод «свободной охоты» применялся на слабо охраняемых и удаленных коммуникациях противника. В основе групповых действий лежал принцип эшелонирования ударов группами по 15–20 самолетов, причем вслед за атаками торпедоносцев следовали атаки бомбардировщиков. Близость германских аэродромов к районам боевых действий обеспечивала возможность ведения непрерывной разведки и нанесения повторных ударов по конвоям.

Активизация действий германской авиации привела к быстрому росту удельного веса причиняемоего ею ущерба в общем балансе потерь. Если в октябре последний выражался лишь 2 %, а в декабре – 4, то с января 1941 г. он превысил 20, а в апреле составил даже около 47 %. Одновременно заметно выросли общие потери союзного и нейтрального тоннажа. В апреле они достигли 687 901 бр. рег. т.

«Все расчеты показывали, – пишет Руге, – что для того, чтобы Англия в полгода созрела для мирных переговоров, тоннаж судов, потопленных всеми средствами, должен составлять по крайней мере три четверти миллиона тонн в месяц». Отметив, что в результате недостаточного внимания главного командования к проблеме борьбы против судоходства эта цифра была превышена лишь в несколько раз в 1942 г., Руге далее заявляет: «При помощи военно-воздушных сил этого можно было достигнуть раньше и добиваться чаще». В качестве аргумента он приводит мнение специалистов, что сосредоточение усилий против союзного судоходства и портов вместо действий против одного лишь Лондона позволило бы уничтожать (зимой 1940/41 г. минимум 300 000 бр. рег. т в месяц[77].

Повторяя свои расчеты в другой работе, Руге пишет: «Эта цифра кажется очень скромной, если учесть тот факт, что весной 1941 г. сильно истощенная немецкая авиация топила каждый месяц по 200 000 тонн. Это значит, что могло бы быть потоплено по меньшей мере еще два миллиона тонн, не говоря о большом разрушении доков и портовых устройств… Весьма вероятно, что высадка десанта в Северной Африке (ноябрь 1942 г.), например, не была бы предпринята в то время, а была бы отложена по крайней мере на полгода. Во всяком случае немецкая авиация нападала на более сильную во всех отношениях английскую авиацию, вместо того, чтобы заставить ее распылить свои силы по обороне побережья и многих портов Англии. Налеты на Лондон являются повторением битвы при Вердене в 1916 г., т. е. повторением стратегии «взять быка за рога» (если это можно назвать стратегией) с одинаковыми последствиями»[78].

Обратимся теперь к Средиземному морю. Одна из особенностей использования итальянской авиации на этом театре состояла в отсутствии какого бы то ни было ее взаимодействия с флотом, так как «командование итальянских ВВС придерживалось доктрины независимой войны в воздухе, проводимой по своим «собственным правилам», которые никогда не сообщались командованию флота и армии»[79]. Вторым следствием этой доктрины было развитие в Италии преимущественно бомбардировочной авиации, считавшейся универсальной. Минно-торпедной авиации не было вовсе, ее начали создавать только после налета английской авиации на Таранто в ноябре 1940 г.

В то же время итальянская авиация была несовершенной технически, имела невысокий уровень боевой подготовки и недостаточно опытный и стойкий в боевом отношении летный состав. Численность авиации Италии, которая по характеру развертывания могла участвовать в боевых действиях на море, была небольшой: по штатам в Ливии числился 351 самолет (в том числе 150 бомбардировщиков и 144 истребителя), в Восточной Африке – 213 самолетов (150 бомбардировщиков) и в районе Эгейского моря 84 самолета (36 бомбардировщиков). Фактически штаты частей в Ливии и на о-вах Эгейского моря были недоукомплектованы. Наиболее сильная авиационная группировка была развернута непосредственно в Италии.

Надо заметить, наконец, что итальянская авиация действовала почти без связи с германской. Частично это объяснялось тем, что Гитлер до конца 1940 г. не придавал значения Средиземноморскому театру, а, наоборот, рассчитывал на вовлечение части итальянских ВВС в войну против Советского Союза[80].

В результате действия итальянской авиации на море носили нецелеустремленный и разбросанный характер. Командование пыталось использовать ВВС и против английских конвоев, и против боевых кораблей, и против баз. Так, до ноября 1940 г. итальянцами было совершено свыше 70 налетов на Мальту, свыше 50 – на Гибралтар и около 30 – на Александрию. Однако результаты всех этих акций были весьма скромными. При налетах же на английские конвои и соединения боевых кораблей итальянская авиация в большинстве случаев рассеивалась истребителями с авианосцев, в итоге чего потери союзного тоннажа оказались ничтожными. По английским данным, в 1940 г. они составили: в июне – шесть судов общим тоннажем 45 402 т, в последующие четыре месяца – всего шесть судов, а в четвертом квартале вовсе отсутствовали.

В связи со всем этим германское командование, проводя подготовку к операциям на Балканах и в Ливии в декабре 1940 г., решило перебросить из Норвегии на Средиземное море 10-й корпус пикирующих бомбардировщиков численностью около 400 самолетов. Фактически это был отдельный воздушный флот с устоявшейся организацией, боевым опытом и оснащенный современной техникой.

В конце декабря 1940 г. и начале января 1941 г. этот корпус со всеми службами был переброшен на аэродромы Калабрии (Италия) и о-ва Сицилия. Главной его задачей являлась нейтрализация Мальты. По мере усиления он должен был переходить к атакам судов противника и охране своих конвоев. В пределах дальности действия германской авиации оказался и Суэцкий канал, судооборот которого перед войной достигал 35 млн. н. рег. т в год, из них половина приходилась на долю английского тоннажа.

Уже 10 января 1941 г. немецкие пикирующие бомбардировщики при участии итальянской авиации нанесли удар по союзному конвою, следовавшему из Гибралтара в Александрию. Хотя ни один из 14 транспортов потоплен не был, авиация причинила тяжелые потери прикрывавшим конвой боевым кораблям. Так, был поврежден и на целый год выведен из строя авианосец «Илластриес», потоплены крейсер «Саутгемптон» и один эсминец, серьезно повреждены крейсер «Глостер! и ряд других кораблей и транспортов. Именно этот урон заставил английское командование, несмотря на острую необходимость усиления своих армий на Ближнем Востоке, временно полностью отказаться от использования Средиземноморской коммуникации.

В отличие от итальянских атак малыми группами немецкая авиация наносила удары по конвоям, а особенно по авианосцам, большими для того времени группами, состоявшими из 50–60 самолетов.

Почти одновременно германская авиация совершила и первый массированный налет на Мальту. В дальнейшем эти удары усилились. Подавив английскую авиацию, германо-итальянские ВВС стали господствовать во всей зоне Тунисского пролива. Положение Мальты сделалось критическим: после января 1941 г. очередной союзный конвой прибыл туда только 23 марта, а следующий – в мае. Над Мальтой нависла угроза захвата.

В конце января 1941 г. германская авиация предприняла налет на Суэцкий канал, а 30 января сбросила в него 11 магнитных парашютных мин. После подрыва на этих минах четырех судов английское командование на две недели прекратило движение по каналу. В последующем движение по каналу прекращалось с 18 февраля по 10 марта, с И по 22 марта, с 8 по 23 мая, с 24 по 30 мая и т. д.[81]Эти перерывы особенно болезненно отразились на весенних английских операциях в восточной части Средиземного моря.

В феврале 1941 г. в связи с английским наступлением в Ливии германская авиация совершала налеты на порты, использовавшиеся англичанами для подвоза снабжения войскам, и, в частности, целиком вывела из строя Бенгази.

В ходе этих операций, особенно в апреле 1941 г., авиация потопила и повредила несколько десятков английских и союзных судов. В то же время добились некоторых успехов подводные лодки и надводные корабли итальянского флота, и общие потери английского и союзного тоннажа на Средиземном море в апреле составили 105 судов общим водоизмещением 292 518 бр. рег. т, т. е. втрое больше, чем за все предыдущие 10 месяцев боевых действий на театре. В мае 1941 г., в результате занятости германской авиации в операции по захвату Крита и из-за снижения активности флота потери союзного тоннажа снизились до 70 835 бр. рег. т, а в июне они снова сошли почти на нет.

И опять решающим обстоятельством, повлиявшим на ход борьбы против сообщений, явилась переброска авиации на советско-германский фронт. В начале июня 1941 г. германское командование, сняв с Крита и из Греции 8-й авиакорпус Рихтгофена, направило его к границам СССР. Позднее туда же была направлена часть сил 10-го авиакорпуса. Оценивая в связи с этим общий ход борьбы против Мальты, немецкий специалист по авиации Фойхтер пишет: «Соединениям германо-итальянской авиации не удалось сломить сопротивление острова. Это объясняется, во-первых, неожиданной слабостью итальянской бомбардировочной авиации и, во-вторых, крупными потерями германской авиации во время воздушной битвы за Англию. Оставшихся немецких бомбардировщиков не хватило, чтобы выполнять все задачи. Бои в Югославии и Греции, и особенно война против Советского Союза, предъявляли такие огромные требования к существующим соединениям, что не было никакой возможности выделить достаточное количество бомбардировщиков для решающих воздушных налетов на Мальту. Из-за этой слабости не удалось достигнуть цели, которая могла бы иметь важное значение для исхода всех боев в районе Средиземного моря».

8. Боевые действия германских надводных кораблей на сообщениях

Новая обстановка, приведшая к сосредоточению основных сил английского флота в водах метрополии и в Средиземном море, расширила возможности действий германских надводных кораблей в океане. В частности, 23 октября 1940 г. в Южную Атлантику вышел «карманный» линкор «Адмирал Шеер». 5 ноября при атаке одного из союзных конвоев он потопил английский вспомогательный крейсер «Джервис Бэй» и 5 транспортов. В дальнейшем линкор уничтожил еще 11 судов. Общий тоннаж потопленных им транспортов достиг 99 059 бр. рег. т[82]. Дважды, 30 ноября и 1 февраля, в Северную Атлантику выходил тяжелый крейсер «Хиппер», 22 января 1941 г. на коммуникации были высланы линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау». После двухмесячного крейсерства они укрылись в Бресте. Наконец, 21 мая вышли в Атлантику линейный корабль «Бисмарк» и тяжелый крейсер «Принц Ойген».

Вместе с крупными надводными кораблями в Атлантику в дополнение к четырем ранее высланным вспомогательным крейсерам-рейдерам были направлены еще несколько кораблей этого класса: «Комет» – в июле 1940 г., «Корморан» – в декабре 1940 г. и «Рамб-1» – в феврале 1941 г.

Для обеспечения боевых действий крупных германских боевых кораблей и вспомогательных крейсеров в Атлантику было выслано несколько танкеров. К февралю 1941 г. их число достигло восьми. Все они были развернуты группами по два судна в каждой группе таким образом, что три группы оказались в наиболее безопасных районах Атлантики, а четвертая, сформированная из наиболее быстроходных танкеров, стала резервом командования, который мог быть направлен в любой район в зависимости от обстановки.

В итоге германскому командованию удалось создать серьезную угрозу союзному судоходству во всей Атлантике, в Индийском океане и в юго-западной части Тихого океана. Действуя в отведенных для них районах, немецкие корабли нанесли несколько ударов по английским конвоям и вели охоту за отдельными судами, которые, как правило, уничтожали, а иногда захватывали и с призовой командой отправляли в Германию.

Частая смена районов действия, облегчая уход от преследования, в то же время позволяла немецким кораблям охватывать наблюдением почти все основные трассы союзного судоходства. Серьезные же потери, наносимые ими, вынуждали адмиралтейство привлекать к охране конвоев линейные корабли и крейсера, отвлекали эти силы из отечественных вод, облегчая этим возможность выхода в океан других немецких кораблей и втягивая флот в большое напряжение.

Только с ноября 1940 г. по март 1941 г. германские боевые корабли уничтожили 52 судна общим тоннажем 260 тыс. т. Кроме того, с июля 1940 г. по июнь 1941 г. вспомогательными крейсерами германского флота было потоплено 86 союзных судов, или более 500 тыс. бр. рег. т. Из этих потерь около 180 тыс. бр. рег. т пришлось на долю вспомогательного крейсера «Пингвин».

В это же время на ближних подходах к Англии совершали периодические выходы для ударов по судоходству или для постановки мин германские легкие силы, а иногда и крупные корабли. Так, в конце сентября 1940 г. эсминцы, базировавшиеся в Бресте, поставили мины в районе Фалмута, а при возвращении в базу произвели поиск торговых судов в Канале. В декабре группа германских миноносцев совершила набег на прибрежные коммуникации Англии в районе Лендс-энд. Неоднократные выходы к английскому побережью совершали и германские торпедные катера. С июля по декабрь 1940 г. они потопили 18 судов противника тоннажем около 40 тыс. бр. рег. т.

И все же в конечном счете действия гитлеровских надводных сил на коммуникациях не сыграли особой роли. Во-первых, несмотря на давнюю проповедь теории «крейсерской войны», германский флот оказался не подготовленным к ее ведению[83]и прежде всего не располагал необходимыми силами. Во-вторых, надводные корабли в ряде случаев действовали на коммуникациях не лучшим образом; их командиры не проявляли инициативы и изобретательности. В-третьих, действия германских надводных кораблей, как правило, плохо согласовывались с действиями подводных лодок и авиации.

Что же касается действий итальянских надводных кораблей, то, как уже говорилось выше, они выразились в ряде выходов главных сил флота и небольших тактических групп, состоявших из крейсеров или эсминцев, для нанесения ударов по конвоям противника. Обычно эти выходы приводили к встречам с соединениями кораблей противника, и очень редко, да и то небольшим группам итальянских кораблей, удавалось обнаружить и атаковать отдельные суда и даже конвои противника. Однако и эти атаки были мало эффективны.

Минные постановки германскими и итальянскими надводными кораблями производились редко и плохо согласовывались с минными постановками подводных лодок и авиации. Если в последние три месяца 1940 г. потери английского тоннажа от мин оказались значительными, то это произошло главным образом в результате минных постановок гитлеровской авиацией в устье р. Темзы и на подходах к ней, в ходе которых были применены новые типы минных замыкателей[84].

9. Оборонительные мероприятия британского адмиралтейства

По мере постепенного спада угрозы вторжения на острова и решения первоочередных задач отражения воздушных налетов защита морских сообщений становилась все более важной проблемой для Англии. Наибольшее внимание ей было уделено в феврале-марте 1941 г., когда разрабатывались основы организации так называемой «Битвы за Атлантику», нашедшие свое выражение в упоминавшейся директиве британского премьера от 6 марта 1941 г.

Основной инструмент защиты сообщений – дальняя блокада, которую применило британское адмиралтейство с началом войны, в новых условиях, когда германский флот получил возможность использовать норвежские и французские базы, стал недостаточным. Усложнилось непосредственное противодействие выходу надводных кораблей и подводных лодок противника в Атлантику.

В качестве одной из мер такого противодействия с осени 1940 г. адмиралтейство начало развертывать свои подводные лодки на выходах из норвежских баз и шхер, у баз противника в Бискайском заливе и на подходах к итальянским базам. Однако успехи английских лодок были более, чем скромными: за несколько месяцев войны они потопили лишь четыре лодки противника – по две в Бискайском заливе и в Средиземном море.

Осенью 1940 г. на подходах к новым базам противника начала ставить неконтактные донные мины английская авиация. Эти постановки усилились весной. Так, с 27 марта до конца июня 1941 г. авиация Бомбардировочного и Берегового командований, сделав соответственно 205 и 159 самолето-вылетов, поставила 259 мин у Бреста, потеряв при этом 34 самолета. В феврале в тех же целях стали использоваться и надводные корабли.

С марта и особенно с мая 1941 г. англичане усилили патрулирование авиации в Бискайском заливе (начатое еще в октябре 1940 г.), чем было завершено создание там противолодочного рубежа из минных заграждений, позиций подводных лодок и линий патрулирования противолодочной авиации.

Одновременно расширились блокадные меры англичан на севере. Еще в июле 1940 г. британские минные заградители, переоборудованные из торговых судов, начали постановки мин между Оркнейскими о-вами и Исландией. Правда, самопроизвольные взрывы мин в этом районе вызвали сомнения в устойчивости заграждения, но постановки продолжались. В апреле 1941 г. мины были поставлены также в Датском проливе. Слабой стороной этого рубежа являлось отсутствие достаточных надводных сил ПЛО и патрулирования авиации, численность которой в то время была еще весьма небольшой, а задачи обширными. Только в мае 1941 г., когда адмиралтейство отказалось от непрерывного воздушного прикрытия конвоев, сохранив его лишь в районах, опасных от германских подводных лодок, удалось отчасти восполнить этот недостаток.

Наряду с этими мерами авиация Берегового и Бомбардировочного командований с осени начала периодически совершать налеты на базы подводных лодок. Однако, как пишет английский историк, «задача, поставленная перед английской бомбардировочной авиацией, была чрезвычайно трудной, а имевшиеся в наличии силы – недостаточными. Как оказалось, во время налетов на базы, расположенные на побережье Франции, не было уничтожено ни одной подводной лодки противника (немецкой. – Ред.)… Нельзя сказать также, чтобы авиация затрудняла ремонт и обслуживание подродных лодок. Не было нанесено в этот период войны значительного ущерба также и верфям, где эти лодки строились. И вместе с тем с июля 1940 г. по июнь 1941 г. наша авиация понесла значительные потери: 26 самолетов было потеряно во время налетов на базы подводных лодок и 129 – во время налетов на верфи подводных лодок»[85].

По-прежнему не хватало сил и средств для конвоирования судов. Фактически численность кораблей не превышала и четвертой части потребности (табл. 7). Всего на 1 июля 1940 г. в распоряжении британского адмиралтейства насчитывалось 179 эсминцев, 21 корвет, 36 шлюпов и около 130 траулеров, используемых для борьбы с подводными лодками. Часть кораблей находилась в ремонте, и потому для конвоирования англичане могли использовать всего лишь около 200 кораблей. Иногда для охранения конвоя из 40 судов адмиралтейство могло выделить лишь два эскортных корабля[86]. Нехватка сил вынуждала обеспечивать в первую очередь конвои, перевозившие войска, жидкое топливо и вооружение. Менее ценные конвои нередко начинали или заканчивали переход морем вовсе без охранения, т. е. были легко уязвимыми для подводных лодок противника.

Английское командование приняло меры к быстрейшему ремонту, довооружению, доукомплектованию личным составом и вводу в состав флота кораблей польского, норвежского, голландского, бельгийского и французского флотов, избежавших гибели и захвата немцами и пришедших в разное время в порты Англии[87]. В тех же целях еще с 15 мая 1940 г. Черчилль торопил переговоры с Рузвельтом о передаче Англии части эсминцев, угрожая даже возможностью капитуляции Англии. Практически эти переговоры начались 24 июля, но только 2 сентября 1940 г. в Вашингтоне было подписано предварительное соглашение об обмене английских баз в восточной части Атлантики на американские технику и вооружение, в том числе 50 устаревших миноносцев постройки периода первой мировой войны[88]. Фактически первые 8 американских эсминцев были переданы англичанам в Галифаксе лишь 6 сентября 1940 г. Остальные корабли передавались позже с большими затяжками. В то же время американцы начали принимать и осваивать английские базы на Багамских о-вах, на о-вах Ямайка, Сент-Люсия, Тринидад, Антигуа, в Британской Гвиане, на Ньюфаундленде и Бермудских о-вах.

Таблица 7

Расчетная потребность английского флота в малых кораблях и судах *

* М. Роstan. BriƟsh War ProducƟon. London, 1957, p. 470.

Одновременно адмиралтейство форсировало строительство кораблей ПЛО, в частности корветов. Всего с июня 1940 по июнь 1941 г. в Англии было достроено и построено вновь 2 линкора, 2 авианосца, 8 крейсеров, 35 эсминцев, 3 шлюпа, 81 корвет и фрегат, 60 тральщиков, траулеров и бонозаградителей, 293 катера различных типов и 17 подводных лодок. В результате общая численность эскортных кораблей английского флота к июню 1941 г. достигла 695 единиц, в том числе 248 эсминцев и эскортных миноносцев, 300 траулеров и противолодочных яхт, 99 корветов, 48 шлюпов и кораблей береговой охраны.

Полученные из США эсминцы входят в английский порт

На английских кораблях был введен ряд технических новшеств и усовершенствований. В частности, в ноябре 1940 г. на вооружение большинства кораблей ПЛО поступили большие глубинные бомбы новых образцов. В январе на эскортные корабли и самолеты береговой авиации стали устанавливать радары. В мае-июне 1941 г. началось массовое оснащение кораблей ПЛО гидроакустическими средствами обнаружения подводных лодок.

В мае 1941 г. впервые в состав конвоя был включен транспорт, оборудованный катапультой для взлета истребителя «Харрикейн»[89], а в июне того же года силы охранения конвоев пополнились первым английским эскортным авианосцем «Оде-сити», имевшим взлетную палубу для истребителей, что значительно усилило как противовоздушную, так и противолодочную оборону конвоя[90].

Британское адмиралтейство продолжало широко привлекать для ПЛО вблизи берегов, на подходах к портам и базам и для обеспечения следующих прибрежными коммуникациями конвоев катера и вспомогательные суда всех типов, зачастую укомплектованные яхтсменами, рабочими судостроительных заводов, любителями морского спорта и т. д.

«Одесити»

Меры в отношении авиации заключались в увеличении ее численности, расширении перекрываемых ею зон путем повышения радиуса действия самолетов и развития системы их базирования, а также в совершенствовании оружия и технических средств самолетов.

К июлю 1940 г. в составе авиации Берегового командования насчитывалось около 490 самолетов. Однако большая часть их имела ограниченную дальность полета и не была еще оснащена средствами поиска кораблей и подводных лодок. Только в августе в состав этой авиации была передана одна эскадрилья самолетов «Уитли», имевших больший радиус действия и радиолокационную аппаратуру, позволявшую обнаруживать малые корабли на дистанциях до 27 миль. В октябре 1940 г. одна эскадрилья самолетов была впервые перебазирована на Исландию, занятую ранее английскими войсками. В то же время была создана база для летающих лодок на западном берегу Шотландии и начались работы по созданию новых авиабаз в Северной Ирландии. Отказ Эйре разрешить базирование английской авиации в юго-западной Ирландии значительно ограничил возможности выдвижения в океан воздушных дозоров.

К концу 1940 г. минимальная потребность в противолодочной и истребительной авиации в водах метрополии превышала ее фактическое наличие почти в два с половиной раза. Восполнить нехватку береговой авиации за счет авианосной было невозможно, так как состав последней также был ограниченным. Попытки адмиралтейства в марте 1941 г. компенсировать эту нехватку путем привлечения к защите конвоев на северо-западных подходах к Англии новых четырехмоторных бомбардировщиков встретили резкие возражения командования бомбардировочной авиацией и штаба английских ВВС, которые считали, что более важными являются действия против подводных лодок в базах.

Однако даже использование флотом береговой авиации, по-прежнему подчиненной командованию ВВС, встречало многочисленные трудности. Только 15 апреля 1941 г. после длительной междуведомственной тяжбы авиация Берегового командования была передана в оперативное подчинение адмиралтейству.

В июле-августе 1940 г. на вооружение самолетов, привлекаемых к противолодочному патрулированию, вместо прежних авиационных бомб были приняты глубинные бомбы корабельного образца[91]. В апреле 1941 г. в береговой авиации имелось уже 110 самолетов, оснащенных радарами «ASV mark II». Еще в марте одному из этих самолетов удалось обнаружить ночью «Шарнхорст» и «Гнейзенау», а в мае при помощи той же аппаратуры был отыскан после попытки ускользнуть «Бисмарк», что позволило возобновить его преследование.

Нехватка корабельных сил ПЛО, авиации и ограниченные возможности использования крупных кораблей привели к тому, что защита английских конвоев в первые месяцы после поражения Франции и вступления в войну Италии стала менее эффективной и потери судов начали быстро расти. Лишь постепенный рост числа эскортных кораблей позволил адмиралтейству приступить к последовательному увеличению дальности непосредственного охранения конвоев. Если до конца июля 1940 г. конвои, выходившие из Англии в Канаду и в США, сопровождались кораблями охранения лишь до меридиана 15° з. д., то с этого времени зона защиты была отодвинута до меридиана 17° з. д., а в октябре – до меридиана 19° з. д. Далее конвои следовали без охранения и на подходах к Ньюфаундленду встречались кораблями канадского флота.

Конечно, эффективность и этой системы продолжала оставаться низкой. «В течение лета и зимы 1940 г., – пишет один из не посредственных участников конвоирования Д. Макинтайр, – наши конвои в Северной Атлантике несли тяжелые потери. Эскортные силы, малочисленные и недостаточно подготовленные для совместных действий, казалось, были неспособны ни предотвратить эти потери, ни отомстить за них»[92].

9 апреля 1941 г. США заключили договор с Данией «о защите Гренландии», и в тот же день в Гренландии были высажены части американской морской пехоты с тем, чтобы помешать использованию ее портов и вод кораблями Германии[93]. В апреле же между США и Англией было заключено соглашение, по которому американские корабли и самолеты должны были периодически нести наблюдение на путях конвоев и в районах пересечения коммуникаций в Западной Атлантике и информировать английское адмиралтейство о всех обнаруженных кораблях стран «оси», не предпринимая, однако, против них никаких действий.

С учетом этого адмиралтейство разработало новый порядок конвоирования в Северной Атлантике. Вся трасса была подразделена на три зоны: английскую – до 18° з. д., исландскую – от 18° до 35° и канадскую – от 35° з. д. до канадского побережья. В каждой из этих зон конвои эскортировались силами, действующими соответственно с английских, исландских и канадских баз.

При продолжавшейся нехватке кораблей схема эта оказалась нежизненной, и британское адмиралтейство в апреле 1941 г. решило отказаться от непосредственного охранения каждого из конвоев на всем пути их следования и перейти преимущественно к поискам лодок и организации противолодочных барражей, а охранение конвоев осуществлять лишь в районах, наиболее опасных от подводных лодок. В течение апреля эта система была проверена в отдельных районах на практике, а 9 мая была введена повсеместно. По-прежнему самым уязвимым оставался недоступный для авиации район Центральной Атлантики. Для заполнения этого пробела было выделено небольшое количество самолетов типа «Либерейтор».

Однако усиление деятельности германских подводных лодок в апреле и мае 1941 г. снова заставило адмиралтейство перейти к непрерывному конвоированию. Его новая очередная схема заключалась в следующем. В Сент-Джонсе была оборудована передовая канадская база, и в состав ньюфаундлендской группы эскортных кораблей, которая начала действовать 27 мая 1941 г., были включены все имевшиеся в наличии корветы. Конвои направлялись в Англию через Исландию, где эскорт пополнял запасы и далее снова эскортировал конвои противоположного следования от Исландии до Ньюфаундленда. Соответственно пополняли запасы топлива в Исландии и эскортные корабли, следовавшие с конвоями из Англии в Канаду. В этом случае они могли усиливать охранение конвоев от Исландии до меридиана 35° з. д., после чего возвращаться в Исландию самостоятельно или, если по графику на меридиане 35° з. д. или вблизи от него происходила встреча с конвоями, следующими из Канады, усиливать охранение этих конвоев на оставшемся отрезке пути до Исландии. Для этого англичане сформировали четыре эскортные группы с базированием на Гринок (устье р. Клайд) и Лондондерри (Северная Ирландия).

Наряду с этим адмиралтейство продолжало широко практиковать маневр маршрутами сообщений. Так, трансатлантические конвои, следовавшие в Англию из Канады и США и на меридиане 17° з. д. разделявшиеся на два потока (через Пентлендский пролив к восточному побережью Англии и через Северный пролив Ирландского моря в Глазго и Ливерпуль), летом 1940 г. стали плавать без разделения до меридиана 8° з. д. В августе – сентябре 1940 г. в связи с общим изменением обстановки адмиралтейство вынуждено было перенести маршруты подходов к портам восточного побережья Английского канала в менее опасные районы к северу от Ирландии и даже в обход Шотландии, а коммуникацию, ведущую в Средиземное море, отнести дальше к западу. Частичные изменения путей следования конвоев были произведены также в январе, апреле и мае 1941 г.

В ряде случаев, когда своевременно обнаруживалась угроза со стороны германских лодок тому или иному конвою, адмиралтейство, не меняя установившихся направлений движения, изменяло маршрут следования данного конвоя, направляя его в обход района сосредоточения лодок.

Обе эти формы маневра коммуникациями давали положительный результат – приводили к известному сокращению потерь. Но сокращение это обычно бывало лишь временным; немецкая разведка рано или поздно вскрывала перемены, подводные лодки производили переразвертывание, и атаки конвоев возобновлялись.

Меньше беспокойства вызывала у адмиралтейства противовоздушная оборона конвоев в этих районах, так как там периодически появлялись только самолеты-разведчики противника. Но зато перед английским командованием во всей полноте стояла проблема защиты от вражеской авиации всего судоходства, в том числе конвоев, у южного и юго-восточного побережья Англии. Введенное ранее патрулирование истребительной авиации в новых условиях обеспечить судоходство не могло, поэтому в состав охранения конвоев стали включать корабли с усиленным зенитным вооружением. На транспорты начали устанавливать временные (на период перехода) средства зенитной самообороны – автоматы, привязные аэростаты и т. д. С лета 1940 г. англичане перешли в этих районах к ночным проводкам конвоев, что значительно затрудняло действия вражеской авиации. Днем суда отстаивались в портах и базах, для обороны которых были сосредоточены значительные силы истребительной авиации и наземных средств ПВО. Исключение делалось лишь для перевозок, обеспечивавшихся усиленным прикрытием истребителей. Однако потери тоннажа от германской авиации, снизившись в июле 1940 г., далее оставались почти на постоянном уровне 60–70 тыс. т в месяц, исключая октябрь и декабрь, когда они были очень невелики. С марта 1941 г. потери тоннажа снова начали резко расти и, как уже отмечалось в табл. 6, в апреле 1941 г. достигли 323 454 бр. рег. т.

Для защиты от немецких легких сил, в частности от торпедных катеров, в состав охранения английских конвоев выделялись сторожевые катера с усиленным артиллерийским вооружением и средствами радиолокации[94].

Чтобы оградить конвои от угрозы надводных кораблей, в состав их эскорта начиная с осени 1940 г. неоднократно включались и линейные корабли. Как правило, они присоединялись к конвоям вне зоны действий германских лодок и авиации. Крейсера и даже линкоры противника при обнаружении конвоев со столь мощным сопровождением отказывались от нападения на них. Однако обеспечить все конвои таким охранением не было возможности. Попытки заменить боевые корабли вспомогательными крейсерами, переоборудованными из торговых судов, уже в ноябре 1940 г. показали, что эта мера не в состоянии оградить конвои от разгрома.

Продолжалось также вооружение судов. Установилась средняя норма вооружения судна водоизмещением 4000–6000 т: одно 4-дюймовое орудие и 4–6 автоматов «Эрликон». К декабрю 1940 г. через систему подготовки артиллерийских расчетов прошло более 10 тыс. человек. К 1 марта 1941 г. противолодочные орудия имели на вооружении 3434 судна, из них 2943 английских и 491 иностранное, плававшее под английским контролем; 3-дюй-мовыми и 12-футовыми зенитными орудиями были вооружены 1693 судна и легкими зенитными орудиями 4431 судно, в том числе 3434 английских и 397 иностранных судов. Кроме того, примерно на тысяче судов были установлены малокалиберные зенитные автоматы, пулеметы, гранатометы Миллса и ракетницы для выстреливания тросов, змеев и т. п. средств борьбы против самолетов. На английских береговых базах имелись в резерве пулеметы, которыми снабжалось около 300 рыболовных судов при выходах в море. Но даже к середине 1941 г. было вооружено лишь около 25 % английских и союзных торговых судов.

С середины 1940 г. адмиралтейство провело дополнительные постановки оборонительных минных заграждений. Были подновлены некоторые участки заграждения у восточного побережья Англии, поставлены противолодочные заграждения в Северном проливе Ирландского моря, в проливе Св. Георга и между Портсмутом и Шербуром.

В числе защитных мер необходимо отметить и противолодочное патрулирование, эпизодически проводившееся в районах наиболее вероятного пребывания германских подводных лодок. Первый его успех был достигнут в начале 1941 г., когда на вооружение авиации Берегового командования начала поступать радиолокационная аппаратура.

По-иному была организована защита судоходства в Средиземном море, где решающую роль играли:

• особенности театра, ограничивавшие возможности маневра коммуникациями, проходившими через узкую среднюю часть моря;

• наличие у противника значительных сил флота и авиации при расчлененности в то же время английских сил на восточную и западную группировки;

• решимость адмиралтейства удержать Мальту, как главный английский форпост в этом районе, и вытекавшая отсюда необходимость регулярно снабжать и подкреплять ее. В результате проводка даже небольших конвоев на Мальту приобретала характер операций с участием основных сил английского Средиземноморского флота. Так, в обеспечении проводки конвоя из 14 транспортов на Мальту и в Пирей в январе 1941 г. (операция «Эксцесс») участвовали 4 линкора, 2 авианосца, 8 крейсеров, крейсер ПВО, 23 эсминца, 4 корвета и 3 подводные лодки.

Обычно при выходе конвоя из Гибралтара авиация с гибралтарского аэродрома, имевшая радиус действия около 600 миль, вылетала для поиска подводных лодок противника в полосе предстоящего движения конвоя. В это же время разведывательная авиация с Мальты усиливала разведку итальянских баз и центрального района моря с задачей установить местопребывание главных сил итальянского флота. Разведка в районе движения конвоя велась самолетами с авианосца из состава отряда оперативного прикрытия на удалениях 120–130 миль впереди по курсу конвоя и 50–60 миль – на флангах. У баз противника заранее развертывались английские подводные лодки с целью разведки и удара по выходящим силам. Иногда английские лодки патрулировали на фланге конвоя севернее отряда прикрытия. В ходе операции авиация с мальтийских аэродромов наносила удары по итальянским силам. Отряд прикрытия выходил из Гибралтара обычно позже конвоя и догонял его на следующие сутки. В дальнейшем он удерживался к северу от конвоя и несколько впереди его. Для отвлечения внимания противника от конвоя из Александрии обычно выходила эскадра, демонстрировавшая в восточной части моря. На подходах к Тунисскому проливу обе группировки соединялись и могли оказать противодействие всему итальянскому флоту.

При переходе конвоя с Мальты в Александрию задачу оперативного прикрытия выполняла Александрийская эскадра, занимавшая позицию к северу от конвоя и позади его. Гибралтарский отряд в это время возвращался в базу.

В итоге отдельные попытки итальянского флота атаковать английские конвои заканчивались нерешительными боевыми столкновениями и отходом к своим базам. Однако эта система требовала от англичан большого напряжения. Только с 10 июня по 10 ноября 1940 г. английский флот совершил 16 выходов (в среднем по 3 выхода в месяц), каждый продолжительностью от трех до семи суток. Итальянский флот за это же время сделал лишь 3 кратковременных выхода.

В качестве дополнительных мер обеспечения конвоев англичане усиливали удары по итальянским сообщениям, а в отдельных случаях наносили авиацией удары по кораблям в базах (например, налет на Таранто в ночь на 12 ноября 1940 г.). Продолжались постановки мин на выходах из баз противника.

Несмотря на усиление оборонительных мер адмиралтейством, общая их эффективность скорее упала. Если за первые 10 месяцев войны была уничтожена 31 лодка противника (в среднем 3,1 лодки в месяц), то теперь за 12 месяцев англичане потопили 36 лодок (т. е. 3 лодки в месяц).

10. Действия английского флота на сообщениях Германии

Морские перевозки Германии в описываемый период приобрели несколько иной характер, нежели на первом этапе войны. Прежде всего, Германия почти полностью прекратила попытки доставки грузов из-за океана и за океан. Исключение составили лишь немногочисленные рейсы блокадопрорывателей, специально оборудованных для перевозки грузов между Германией и Японией. Другим исключением явились походы танкеров для дозаправки топливом боевых кораблей, вспомогательных крейсеров и подводных лодок, находившихся в Атлантике и в Индийском океане.

Остальные перевозки Германии были сосредоточены главным образом во внутренних водах Балтийского моря. Некоторая часть перевозок шла вдоль норвежского побережья и побережья Западной Европы от Гельголандской бухты до портов Испании.

Используя эти коммуникации, Германия продолжала ввозить лесоматериалы из Швеции и Финляндии (план на 1941 г. предусматривал импорт из Швеции 1,3 млн. т и из Финляндии 1,25 млн. т); железную руду из Швеции (8 млн. т) и Норвегии (1,95 млн. т), а также некоторые продукты сельского хозяйства. Из Германии вывозились уголь и кокс (в Швецию по плану 1941 г. 6,8 млн. т и в Финляндию 1,32 млн. т). Все эти грузы перевозились на германских, шведских и финских судах через Балтийское море.

Не имея возможности воздействовать на все эти перевозки, особенно в Балтийском море, англичане нацелили усилия флота и авиации главным образом против прибрежных перевозок в Северном и Норвежском морях и в зоне проливов Каттегат и Скагеррак. Как правило, эта борьба велась теми же силами, которые решали задачи защиты английского судоходства, и лишь в отдельных случаях для нее выделялись специальные силы.

Так, начиная с июля 1940 г. английские подводные лодки патрулировали на выходах из германских баз с задачей перехвата сил вторжения, если они начнут развертывание. При решении этой задачи английские лодки, действовавшие у побережья Норвегии, понесли тяжелые потери – с июня по август немцами было потоплено шесть лодок, в том числе голландская «0—13. Сами же лодки союзников не потопили ни одного немецкого судна. В связи с этим патрулирование было прекращено и лодки были направлены на позиции в Бискайском заливе, в Северном море и на выходах в Атлантику с основной задачей перехвата лодок противника. Как отмечалось, до конца 1940 г. они тут потопили две германские подводные лодки и несколько судов, потеряв за то же время две свои лодки. В дальнейшем подводные лодки союзников направлялись к побережью и базам противника лишь от случая к случаю, главным образом для того, чтобы вынудить противника держать свои легкие силы в районах захваченных им баз. Первоочередными объектами их действий, как и прежде, были надводные корабли противника.

Действия английской авиации равным образом были направлены на решение оборонительных и наступательных задач. Нанося удары по портам сосредоточения сил вторжения, по боевым кораблям в базах и в море и по базам подводных лодок, ВВС Англии действовали также против вражеского судоходства – отчасти прямыми атаками, отчасти скрытными постановками мин в водах противника. С 10 апреля по 31 декабря 1940 г. английская авиация провела у побережий Норвегии. Голландии, Бельгии и Франции, в Гельголандской бухте и у северо-западного побережья Германии 223 атаки торговых судов и 81 атаку боевых кораблей противника. Атаки производились преимущественно одиночными самолетами типов «Бленхейм», «Хадсон» и «Бофорт», а иногда небольшими группами в два – пять самолетов. Об эффективности этих действий можно судить по данным, приведенным в табл. 8.

Таблица 8

Масштабы и эффективность действии английской авиации против германского судоходства с июня 1940 по июнь 1941 г.

1* S. Rоskill. The War at Sea. 1939–1945, vol. I. London, 1954, p. 339, 507.

2* В том числе «Гнейзенау»—32 000 m.

3* В том числе «Бисмарк»—42 345 т.

4* «Лютцов».

Обращает на себя внимание бездеятельность английской авианосной авиации с июля 1940 по март 1941 г. Одна из причин, несомненно, состояла в том, что возросшая активность немецкой авиации вынудила английские авианосцы уйти на это время в базы западного побережья Англии. Сокращение числа самолетовылетов английской береговой авиации в зимние месяцы свидетельствует о том, что она была недостаточно подготовлена к действиям в сложных условиях погоды.

Таблица 9

Потери и повреждения германского торгового тоннажа на минах, поставленных английской авиацией с июня 1940 по июнь 1941 г.

* S. Rоskill. The War at Sea, vol. I, p. 336, 511.

Эти данные небезынтересно сопоставить с эффектом минных постановок той же береговой, а также бомбардировочной авиацией (см. табл. 9). Эти постановки с июля по октябрь 1940 г. производились главным образом для того, чтобы помешать сосредоточению сил противника для вторжения в Англию у побережий Голландии и Бельгии. С августа 1940 г. англичане начали постановки мин на подходах к Бресту, Сен-Назеру, Лориану и Ла-Рошели. Чехарда цифр в этой таблице свидетельствует о бессистемности минных постановок даже при сравнительно небольшом общем их масштабе. Обращает внимание и тот факт, что число самолето-вылетов намного превышает число поставленных мин. Иными словами, далеко не все самолеты, вылетавшие с минами, сумели их поставить в назначенных местах.

Если сопоставить итоговые данные обеих таблиц, то получится следующая картина:

Таблица 10

Сравнительная эффективность прямых и непрямых действий английской авиации против германского судоходства в 1940–1941 гг.

К тому же удельный вес судов, потопленных авиацией, от общего числа потопленных и поврежденных при прямых действиях составлял 40,5 % и при действиях путем постановки мин 85 %.

Из таблицы 10 явствует, что минные постановки английской авиации в наиболее оживленных районах судоходства были гораздо эффективнее, нежели непосредственные атаки судов. Воздействие мин на подводную часть судов было намного губительнее, чем попадание в палубу бомбы или пушечно-пулеметный обстрел.

Надводные корабли английского флота вели действия против прибрежного судоходства противника лишь изредка и только в водах Ла-Манша, у бельгийского и голландского побережий. В них участвовали преимущественно торпедные катера, иногда миноносцы. Крупные корабли, главным образом крейсера и вспомогательные крейсера, осуществляли патрулирование на выходах из Северного и Норвежского морей, в районе центральной узкости Атлантического океана (между Африкой и Бразилией) и периодически в отдельных районах океана. Результатом этих действий явилось потопление нескольких германских судов во второй половине 1940 г., уничтожение одного судна, следовавшего из Японии в Германию весной 1941 г.[95], и сравнительно успешные действия против судов снабжения (танкеров) в июне 1941 г., когда три таких судна были потоплены, два захвачены, а четыре подверглись преследованию и были затоплены своими экипажами.

Таким образом, из всех сил английского флота наиболее активные действия на морских сообщениях Германии в этот период вела авиация. Но и ее успехи серьезного влияния на ход немецких перевозок не оказали.

11. Действия английских сил на сообщениях в Средиземном море

Итальянские морские сообщения во время войны не выходили за пределы Средиземного моря и использовались исключительно для войсковых нужд. Для их осуществления Италия располагала торговым флотом, состоявшим из 786 судов водоизмещением свыше 500 бр. рег. т каждое и общим тоннажем более 3,5 млн. т. Однако к моменту вступления Италии в войну почти 1/3 этого тоннажа (212 судов, или 1 216 637 бр. рег. т) оказалась в иностранных портах и была либо захвачена противником, либо поставлена на прикол. Известную помощь Италии в перевозках мог оказать немецкий тоннаж, находившийся на Средиземном море (56 судов водоизмещением от 1000 до 10 000 т, а всего 203 512 бр. рег. т) [96].

Основными направлениями итальянских морских перевозок являлись балканское и североафриканское. Транспортировка войск, вооружения и снабжения на Балканы началась сразу после оккупации Италией Албании в 1939 г. Она велась через порт Дуррес (Дураццо) без помех со стороны англичан. К июню 1940 г. на территории Албании была создана группировка итальянских войск численностью около 200 тыс. человек. Перевозки войск продолжались до окончания войны против Греции и достигли еще больших размеров. Только с сентября 1940 по апрель 1941 г. на Балканы было перевезено 623 тыс. итальянских солдат и офицеров и более 700 тыс. различных военных грузов и продовольствия[97]. Перевозки производились частично одиночными судами, а главным образом малыми конвоями в составе двух – трех транспортов с охранением из одного-двух эскортных кораблей. Поскольку расстояние между Бриндизи и Дурресом равно лишь 80 милям, конвои совершали переходы преимущественно ночью.

Перевозки войск и грузов в Ливию начались с момента вступления Италии в войну, но были невелики, особенно вначале. В отличие от балканской эта коммуникация имела значительную протяженность и была весьма угрожаема. Обстановка на ней в течение рассматриваемого периода складывалась следующим образом.

В начале войны главные силы английского флота были нацелены на поддержку отступавших в Киренаике войск и держались в восточном районе моря, силы же, находившиеся на Мальте, были ничтожны. С учетом этого обстоятельства итальянские конвои ходили, главным образом, западнее Сицилии и Мальты на Триполи и далее на Бенгази, а в отдельных случаях следовали и восточнее Мальты из Таранто прямо на Бенгази.

С началом военных действий в Греции (28 октября 1940 г.) и до первого захвата Бенгази англичанами (9 февраля 1941 г.) район операций английского флота сместился к западу. Кроме того, англичане начали использовать свою авиацию с греческих аэродромов и усилили действия авиации с Мальты, получившей подкрепления.

В этих условиях итальянские конвои следовали только западным маршрутом.

С февраля до начала апреля 1941 г. в результате нового наступления немецко-итальянских войск и возвращения ими Бенгази итальянские конвои снова начали ходить попеременно как западным, так и восточным маршрутом.

С апреля 1941 г., когда английские войска оставили Грецию, и особенно со второй половины мая, когда немцами был захвачен Крит, а по Мальте были нанесены массированные удары с воздуха, западным маршрутом стали ходить лишь немногие итальянские конвои, большинство же конвоев направлялось по восточному маршруту.

Состав конвоев, следовавших этими маршрутами, обычно был небольшим – от 3 до 5 транспортов, но число кораблей охранения на один транспорт достигало 4–5. Так, охранение конвоя, направленного в Ливию в конце июля 1940 г. в составе 11 больших транспортных судов, включало 48 боевых кораблей, в том числе 11 крейсеров, 23 эскадренных и эскортных миноносца и 14 других эскортных кораблей.

Переходы конвоев, как правило, осуществлялись в порядке повседневной боевой деятельности и почти непрерывно. Особо важные перевозки (например, 5-й танковой и 15-й механизированной дивизий немцев в январе-феврале 1941 г.) проводились в порядке специальных операций, к обеспечению которых в качестве прикрытия привлекались все силы итальянского флота. Срочные и важные перевозки выполнялись иногда на боевых кораблях – крейсерах и эскадренных миноносцах. В качестве одного из методов обеспечения перевозок итальянская авиация систематически бомбардировала Мальту и заходившие в Ла-Валетту английские корабли.

На ливийских коммуникациях Италии действовали английские подводные лодки 10-й флотилии с Мальты и 1-й флотилии из Александрии. Последние совершали также эпизодические боевые походы в Эгейское море на итальянские сообщения с Додеканесом.

Продолжались отдельные эпизодические столкновения главным образом легких сил на северных и южных подходах к Криту. Они происходили в связи с эвакуацией английских сил из Греции на Крит и последовавшей затем операцией немцев по захвату Крита. В частности, в этот период отмечены боевые столкновения к северу от Крита (28 апреля, 21, 22, 30 и 31 мая 1941 г.). Существенного влияния на общий ход борьбы против морских сообщений они не оказали.

Правда, захват немцами Крита ухудшил положение англичан в восточной части Средиземного моря вообще и серьезно ограничил возможности развертывания английских сил как для действий на итальянских сообщениях, так и для защиты сообщений. Однако немецко-итальянское командование из-за недостачи сил не смогло использовать его как трамплин для дальнейшего продвижения на восток – к побережью Египта.

В конце февраля и в марте 1941 г. английские лодки усилили действия на подходах к Сардинии, Тунису и Триполи и, в частности, произвели несколько минных постановок. В марте того же года они потопили восемь итальянских судов общим тоннажем 22 615 т, крейсер и одну подводную лодку противника. 24 мая 1941 г. при атаке конвоя, следовавшего в Триполи, они потопили итальянский пакетбот «Конте Россо», перевозивший войска; при этом из 2730 человек спаслось только 1500. Всего в мае 1941 г. английскими лодками было потоплено 9 судов противника общим тоннажем 43 699 т.

К июню возросла активность английских подводных лодок на подходах к Генуе, Неаполю и Сардинии. Сюда были направлены все боеспособные лодки 8-й флотилии, базировавшиеся на Гибралтар, и две голландские лодки. В районе между Мальтой и Тунисом продолжали действовать лодки типа «Урсула» (740 т). За июнь итальянцы потеряли от английских лодок 15 судов общим тоннажем 37 120 бр. рег. т.

Английская авиация на протяжении пяти месяцев (июнь – октябрь 1940 г.) действовала против итальянских сообщений лишь эпизодически. Численность ее па Мальте была небольшой, а радиус действия не превышал 100 миль. Соединения, развернутые на египетских аэродромах, также обладали небольшой дальностью полета, притом они были прикованы к сухопутному фронту в Киренаике, где противник вел успешное наступление. Авианосная же авиация имела другие задачи – прикрытие своих надводных кораблей при их выходах в центральную часть моря и атаки надводных кораблей противника.

Возможности английских ВВС возросли в связи с началом использования ими аэродромов в Греции. Это позволило прежде всего улучшить разведку, которая, в частности, и помогла нанести удар по кораблям в Таранто в ночь с 11 на 12 ноября 1940 г.

В итоге за 6 месяцев 1940 г. английская авиация потопила лишь 15 судов противника общим тоннажем около 50 тыс. т, а после того, как в конце декабря на Сицилию был перебазирован 10-й немецкий авиакорпус и налеты на Мальту усилились, результаты ее действий стали еще скромнее. На протяжении следующего полугодия она потопила лишь 12 судов общим тоннажем около 54 тыс. т.

С января 1941 г. англичане начали усиливать свою средиземноморскую авиацию, однако большинство самолетов по-прежнему направлялось на египетский фронт, и перелома в борьбе на морских сообщениях не наступило. Наоборот, последующие поражения англичан в Греции и на Крите привели к еще большему спаду этой борьбы.

Надводные корабли английского флота первоначально серьезных действий против вражеских перевозок не вели. Спустя полгода были сформированы три специальных крейсерских отряда для действий против итальянских перевозок. Первый отряд состоял из двух крейсеров и двух эсминцев и базировался на о-в Мальту; во второй отряд входили два крейсера, которые имели базами либо Александрию, либо Мальту; третий отряд, включавший четыре крейсера, базировался на Александрию. В конце марта 1941 г. в дополнение к этим силам адмиралтейство выделило несколько эсминцев 14-й флотилии.

Основной метод действий этих отрядов состоял в выходах в море по данным разведки и в ночных поисках с использованием радиолокаторов вдоль вероятных путей следования конвоев противника[98]. Эти поиски поначалу были безуспешны, и только когда немецкие войска, заняв Киренаику, осадили Тобрук и вышли на границу Египта, английское командование предприняло более решительные меры.

В директиве командующему Средиземноморским флотом от 14 апреля 1941 г. министр обороны Англии потребовал «прервать всякое движение по морю между Италией и Африкой, максимально используя для этого надводные корабли, поддерживаемые, насколько возможно, авиацией и подводными лодками. Ради этой важнейшей цели придется в случае необходимости пойти на тяжелые потери в линкорах, крейсерах и эсминцах. Гавань в Триполи нужно сделать непригодной к использованию, для чего следует периодически подвергать ее обстрелу, блокированию и минированию… Каждый прорвавшийся конвой противника следует рассматривать как серьезную неудачу наших военно-морских сил…»

Директива подействовала. На рассвете 16 апреля 1941 г. 14-я флотилия эсминцев, выйдя с Мальты, разгромила итальянский конвой из пяти судов, следовавший с охранением трех миноносцев в Африку. Англичане потеряли один эскадренный миноносец. В ночь на 21 апреля 1941 г. четыре английских линкора из состава Восточной эскадры совершили набег на Триполи. При атаке порт освещался осветительными бомбами, сбрасывавшимися самолетами с авианосца «Формидебл». В результате больших разрушений порт на некоторый срок был выведен из строя. Все же общие итоги действий были незначительными: в апреле британские надводные корабли потопили 9 судов общим тоннажем 47 939 т, а в мае лишь 3 судна общим тоннажем 15 002 т.

Таким образом, ни лодки, ни авиация, ни надводные корабли английского флота не смогли прервать итальянских перевозок в Ливию и оказать серьезное влияние на ход действий сухопутных войск. Положение коренным образом изменилось лишь после того, как германская авиация была отозвана со Средиземного моря на советско-германский флот.

12. Итоги борьбы сторон на морских сообщениях

Основным итогом боевых действий всех родов сил германского флота и ВВС в период с июня 1940 по июнь 1941 г. было уничтожение 1380 судов Англии, ее союзников и нейтральных стран общим тоннажем 5 295 293 бр. рег. т, т. е. в два с лишним раза больше, нежели было уничтожено за первые десять месяцев войны, а по тоннажу почти столько же, сколько было потоплено германскими силами в критический для Англии 1917 год первой мировой войны. Но кроме того, здесь следует отметить следующие моменты:

1. Борьба на сообщениях в этот период проходила при соотношении сил, коренным образом изменившемся в пользу держав «оси». И дело было не только в том, что Англия лишилась своего союзника Франции, а Германия приобрела союзника в лице Италии, но и в том, что сами по себе немецкие подводные силы постепенно увеличились против прежнего почти в три раза.

2. Резко изменилась стратегическая обстановка на морских театрах. Под ударами держав «оси» оказались все сообщения Англии в ее отечественных водах, в Атлантике и в Средиземном море.

3. В рассматриваемый период державы «оси» не проводили значительных операций на сухопутных театрах и потому имели возможность сосредоточить усилия флота и авиации только против английского судоходства.

4. Почти все силы держав «оси», участвовавшие в борьбе против морских сообщений, уже имели богатый боевой опыт, чего не было в первые месяцы войны.

5. Если в 1917 г. Германия уничтожила примерно 25 % тоннажа Англии и тоннажа нейтральных стран, который использовали англичане, чем поставила ее сообщения под серьезную угрозу, то за рассмотренный период второй мировой войны этот процент достиг только 12–13, и то лишь в отношении тоннажа, находившегося в распоряжении одной Англии, без учета возможной помощи ей со стороны США.

Однако причиной такой явно ограниченной эффективности борьбы Германии против английских сообщений даже на втором году войны явилась уже не первоначальная ее неготовность к этой борьбе и, тем более, не надежды на то, что с Англией удастся договориться о перемирии (для чего в Англию в мае 1941 г. направился небезызвестный Гесс). Такой основной причиной было го, что, давно готовясь к войне против СССР, а с июля 1940 г. начав активную практическую подготовку к этому (включая переброску сил, развертывание новых баз, финансирование строительства новых сил и средств и т. д.), Германия была вынуждена отказаться от использования тех широких возможностей, которые открывались перед ней для действий на океанско-морских сообщениях в новой обстановке.

Статистика показывает, что основная часть тоннажа – 548 судов, или 2 921 983 бр. рег. т, – как и ранее, была уничтожена германскими подводными лодками. Наибольшие потери от них пришлись на октябрь 1940 г. (352 407 т) и на май 1941 г. (325 492 т). Если учесть, что в течение этого периода средняя списочная численность германских лодок составляла 85 единиц, то окажется, что средние потери союзного и нейтрального тоннажа на одну лодку достигли примерно 34 400 бр. рег. т, т. е. также стали выше, чем на первом этапе войны[99].

Заметно возросли потери тоннажа и от авиации. Они составили 389 судов, или 1 082 270 бр. рег. т, и оказались на втором месте средн общих потерь. В период с марта по май 1941 г. германская авиация по числу потопленных судов заняла даже первое место: подводные лодки потопили 142 судна, надводные корабли всех классов – 42, а авиация – 222 судна. Тоннаж судов, потопленных германской авиацией в апреле 1941 г., достиг 323 454 т, что равнялось успехам подводных лодок в наиболее удачные месяцы.

Снижение потерь тоннажа от мин до 162 судов (309 388 бр. рег. т) произошло, с одной стороны, в связи с сокращением масштабов минных Постановок, а с другой – из-за усиления противоминной обороны англичан.

Наконец, значительный рост потерь английского тоннажа от надводных кораблей (170 судов общим тоннажем 841 890 бр. рег. т) объясняется тем, что на коммуникациях стали более активно действовать германские вспомогательные крейсера и крупные надводные корабли (особенно в начале 1941 г.), а в прибрежных водах активизировали свои действия торпедные катера.

В отличие от первого этапа войны основными районами потерь английских судов явились северо-западные и западные подходы к Англии с постепенным их расширением до центральной части северной Атлантики. По-прежнему значительными были потери на юго-западных подходах. Некоторые потери тоннажа были понесены на территории между Португалией и Азорскими о-вами, а также у побережья Западной Африки.

Конечно, даже эти потери были весьма чувствительны для Англии, тем более, что к ним надо добавить 538 английских торговых судов общим тоннажем 1 985 758 т, получивших с июля 1940 по июнь 1941 г. те или иные боевые повреждения и выведенных из строя на различные сроки. А всего, например в январе 1941 г., бездействовали, находясь в ремонте или ожидая ремонта, сухогрузные суда общей вместимостью около 2,8 млн. т, т. е. почти 13 % всего торгового флота Великобритании[100].

К тому же за указанный период английский торговый флот получил лишь весьма небольшие пополнения. В частности, под английский контроль перешло около 80 % торгового флота Греции, или примерно 500 судов (1,5 млн. т), около 150 судов Югославии (300–350 тыс. т) и около 90 итальянских судов (около 500 тыс. т), захваченных в момент вступления Италии в войну. Если добавить к этому 800–900 тыс. бр. рег. т судов, вновь построенных в Англии, то всего за этот период добавилось около 3,25 млн. бр. рег. т, т. е. на 2 млн. т меньше, чем было потеряно.

Незначительное поступление нового тоннажа объяснялось тем, что при средней годовой производительности английской судостроительной промышленности в 2–2,5 млн. т она почти на 70 % была занята строительством военных кораблей, а часть ее непрерывно привлекалась к ремонту судов, которые в большинстве случаев, получив повреждения, шли именно в Англию. Эти обстоятельства заставили Англию передать заказ на строительство 60–80 торговых судов США. Но, так как «чрезвычайная программа» ускоренного строительства 200 судов грузоподъемностью 10 тыс. т каждое была принята там лишь в начале 1941 г., фактический вклад США в дело восполнения английских потерь в тоннаже пока не ощущался.

Таким образом, общий тоннаж судов, находившихся под английским контролем, снизился с 22 459 тыс. т в сентябре 1940 г. до 20 858 тыс. т в июне 1941 г. Если учесть, что тоннаж судов, использовавшихся для военных потребностей, увеличился с 2192 тыс. бр. рег. т в начале периода до 3428 к концу его, то станет ясным, что транспортные возможности английского торгового флота продолжали угрожающе снижаться.

Поскольку в то же время англичане вынуждены были отказаться от судоходства через Ла-Манш и направить его основной поток к северу от Ирландии, а также отказаться от использования средиземноморской коммуникации и направить все перевозки на Ближний, Средний и Дальний Восток (и обратно), вокруг Африки, постольку оборачиваемость судов и объем перевозок снова резко снизились. Если в мае 1940 г. суммарный судооборот портов Англии составил 3335 тыс. н. рег. т, то в июле он упал до 2573 тыс. н. рег. т, а в январе 1941 г. даже до 1517 тыс. н. рег. т. Соответственно, если в мае 1940 г. из английских портов вышли с грузом суда общим тоннажем 2597 тыс. н. рег. т, а в июле – 1304 тыс. н. рег. т, то в январе 1941 г. их вышло всего лишь 789 тыс. н. рег. т.

Прямым следствием потерь тоннажа явилось значительное сокращение ввоза в Соединенное королевство. Если средний годовой импорт в предвоенные 1934–1938 гг. составлял по продовольствию 22 млн. т, по сырым материалам 26 млн. т и по готовым изделиям 7 млн. т, а всего 55 млн. т, то в 1940 г. этот объем соответственно уменьшился до 18,8; 21,5 и 1 млн. т (общий объем до 41,3 млн. т), а в 1941 г. до 14,7; 15,0 и 0,8 млн. т (общий объем до 30,5 млн. т). Между тем для поддержания военных усилий на должном уровне в Англию необходимо было ввозить ежегодно 43 млн. т различных видов снабжений.

Если же обратиться к характеристике объема ввоза по календарным периодам, то окажется, что за первый год войны в Англию было ввезено 43,5 млн. т грузов снабжения, но уже в сентябре и октябре 1940 г. выяснилось, что объем ввоза в следующий годичный период не превысит 37–38 млн. т. Расчетные же возможности ввоза в течение третьего года войны угрожающе снижались до 32 млн. т. Недаром Черчилль еще 8 декабря 1940 г. писал Рузвельту: «…Потери нашего судоходства за последние месяцы почти равны потерям в самый тяжелый год прошлой войны…. Если сокращение тоннажа будет и дальше идти такими темпами и если одновременно не будет поступать гораздо большего пополнения, чем предвидится сейчас, то это приведет к роковым последствиям».[101]Особенно тяжело ощущалась нехватка жидкого топлива и продовольствия. Министерству продовольствия Англии не раз пришлось вводить все новые ограничения потребления, тяжелым бременем ложившиеся на трудящееся население.

Наряду с ухудшением положения британского судоходства положение судоходства США неуклонно улучшалось. Выступая в конце 1940 г. со специальной статьей по этому вопросу, нью-йоркская газета «Джорнел оф Коммерс», орган торговых кругов США, с удовлетворением отмечала, что американские пароходные компании находятся в состоянии процветания. Несмотря на почти полную отмену американских рейсов в Европу (ибо материалы, закупленные Англией в США, перевозились на английских судах), в США не только не было бездействующего тоннажа, но ощущался даже его недостаток. США заняли место Англии и Германии на многих океанских линиях. В частности, в грузообороте южноамериканских стран и Индии доля пароходных компаний США повысилась до 50 %.

Нельзя не отметить, что, несмотря на резкое снижение объема мирового судоходства, судооборот Панамского канала уменьшился всего на 8—10 %. Если до начала войны в Европе суда под американским флагом составляли всего лишь 1/3 тоннажа, пользовавшегося каналом, то сокращение, происшедшее за счет европейских стран, было почти полностью компенсировано ростом внутреннего американского судооборота.

Косвенным результатом борьбы на сообщениях являлось дальнейшее повышение напряжения английских людских и материальных ресурсов. В частности, только в работах по ремонту поврежденных судов и переоборудованию кораблей и мобилизованных судов для ПВО и ПЛО в марте 1914 г. использовалось 39 % рабочих судостроительных и судоремонтных заводов[102]. Численность женского вспомогательного корпуса флота, личный состав которого использовался главным образом для обеспечения судоходства (в системе учета, связи, медицинского обслуживания, ПВО и т. д.), возросла за год с 5600 до 15 100 человек, а общая численность личного состава военно-морского флота Великобритании за тот же период увеличилась с 281 000 до 420 100 человек[103].

Наряду с потерями торгового тоннажа известные потери, отчасти в борьбе на сообщениях, понес и английский военно-морской флот. Так, в июле 1940 г. в районе Ла-Манша и у юго-восточного побережья Англии были потоплены авиацией и подорвались на минах четыре эсминца. В боях за Грецию и Крит англичане потеряли три крейсера («Бонавенчур», «Глостер» и «Фиджи»), крейсер ПВО («Калькутта») и восемь эскадренных миноносцев.

Со своей стороны немецкий флот потерял в борьбе на сообщениях линейный корабль («Бисмарк»), вспомогательный крейсер («Пингвин») и 20 подводных лодок. Италия потеряла 3 тяжелых крейсера («Зара», «Пола» и «Фиуме»), 3 крейсера («Диас», «Сан-Джорджио» и «Колеони»), 33 эскадренных и эскортных миноносца, 3 вспомогательных крейсера и 17 подводных лодок. Кроме того, ряд крупных итальянских кораблей получил повреждения в базах (Таранто) и в бою у мыса Матапан. Обращает на себя внимание крайняя неравномерность потерь немецкого и итальянского флотов, обратно пропорциональная их боевым успехам, – явный результат отсталости итальянского флота и в технике, и в боевой подготовке.

Германские и итальянские подводные лодки погибали за рассматриваемый период главным образом от надводных кораблей (62,2 %), от совместных действий надводных кораблей и авиации (10,8 %), от подводных лодок (10,8 %) и от мин (8,1 %). Среднемесячные потери подводных лодок держав «оси» стали ниже, чем до июня 1940 г.

С другой стороны, если на каждую лодку, потерянную до июня 1940 г., приходилось около 35 тыс. т уничтоженного тоннажа, то за рассмотренный период эта цифра возросла почти до 80 тыс. т. Не менее важным был и факт увеличения темпов строительства подводных лодок. Потеряв 37 единиц, Германия и Италия за тот же период построили 139 подводных лодок, т. е. в 3,7 раза больше, чем потеряли.

Произошли перемены в районах потерь лодок. Если на предыдущем этапе основные потери германских лодок (60,9 %) были понесены в Северном и Норвежском морях, а на Атлантику пришлось лишь 21,9 %, то теперь потери в Атлантике составили 56,8 %, а удельный вес потерь в Северном и Норвежском морях снизился до 5,4 %.

Наконец, если исключить из числа потерь подводные лодки, погибшие от неизвестных и не упомянутых здесь причин, то окажется, что 27 единиц было потоплено в результате оборонительных мер англичан и только 7 в результате наступательных действий, что говорит о некотором снижении роли наступательных мероприятий союзников против подводных лодок.

Гораздо менее значительными и абсолютно и относительно были итоги боевых действий английского флота на морских сообщениях Германии и Италии. В частности, в западноевропейских водах английской береговой и авианосной авиацией было потоплено лишь 19 германских судов общим тоннажем немногим более 30 тыс. т., а на минах, поставленных английской авиацией, погибло 71 судно общим тоннажем около 70 000 т. Итальянские и немецкие потери на Средиземном море составили до 1 июня 1941 г. 239 судов (417 742 бр. рег. т). Из них 54 судна (190 841 бр. рег. т) были уничтожены английскими подводными лодками и 27 судов (105 295 бр. рег. т) потоплены авиацией.

За тот же период англичане потеряли 16 подводных лодок, из них 6 (37,5 %) в Северном и Норвежском морях, 6 (37,5 %) – в восточной части и 2 (12,5 %) – в западной части Средиземного моря, причем 4 лодки (25 %) подорвались на минах, 4 были потеряны по неизвестным причинам (частично, очевидно, также на минах) и 5 (31,2 %) были потоплены надводными кораблями и 2 – подводными лодками. Если сопоставить потери английских лодок и потопленный ими тоннаж только для Средиземного моря, то окажется, что на каждую погибшую лодку приходится лишь около 19 000 бр. рег. т, т. е. в четыре с лишним раза меньше, чем на одну лодку, потерянную державами «оси».

За тот же период англичане построили 17 подводных лодок. Кроме того, они отремонтировали, укомплектовали и ввели в строй 10–12 лодок союзных стран.

По своим конечным последствиям действия англичан, хотя и затруднили итало-немецкие перевозки в Ливию, все же не смогли привести к серьезному их нарушению и тем самым к изоляции итальянских, а позже немецко-итальянских войск в Северной Африке.

13. Общие выводы

В дополнение к выводам предыдущей главы надо отметить следующее:

1. Нашел дальнейшее подтверждение тот бесспорный факт, что занятие территории противника, ограничение его возможностей базирования и, наоборот, расширение своей системы баз – один из решающих факторов в борьбе на океанско-морских сообщениях. Однако, добившись больших успехов в этом направлении, германское командование в связи с подготовкой к войне против Советского Союза оказалось не в состоянии полностью использовать открывшиеся возможности.

2. Важное значение в борьбе на сообщениях возымела несогласованность действий германского и итальянского флотов. Как пишет начальник немецкого морского архива Ассман, «Средиземное море рассматривалось как вотчина Италии, и, когда она вступила в войну, появился общий противник, но не появилось общих стратегических планов»[104].

3. Двухлетний опыт войны показал, что действия на сообщениях становились наиболее эффективными в тех случаях, когда нападающая сторона использовала для нанесения ударов в широком взаимодействии разнородные силы флота – авиацию, подводные лодки, надводные корабли. Даже без детальных согласований, ведя борьбу в различных районах театра и воздействуя на всю глубину коммуникаций противника, эти силы добивались распыления его внимания, а в итоге и его ослабления на каждом направлении. Далеко не всегда используя этот метод, германское и итальянское командования к тому же вели борьбу с перевозками противника лишь в порядке повседневной оперативной деятельности. В результате усилия флота и авиации распылялись. Это особенно отрицательно сказывалось в Средиземном море, где противник, наоборот, сосредоточивал силы и придавал проводке конвоев характер хорошо подготовленных целеустремленных операций.

4. В течение года продолжали развиваться методы оперативно-тактического использования германских подводных лодок: произошел переход к групповым действиям против конвоев; районы действий лодок частично выносились за пределы сопровождения конвоев кораблями охранения и авиацией; улучшилось взаимодействие с разведывательной авиацией и т. п. Все это позволило преодолеть (причем на длительный период) кризис в использовании подводных лодок, наметившийся в конце первой мировой войны.

5. Некоторые изменения претерпели методы борьбы авиации против сообщений. Авиация стала действовать против конвоев группами, с широким применением как бомбового и стрелково-пушечного оружия, так и торпед. Однако в связи с тем, что немецкие ВВС использовались главным образом в других целях, возможности авиации в этой борьбе стали лишь намечаться.

6. Совершенствуя методы защиты сообщений, англичане на Средиземном море успешно применяли предварительное ослабление сил противника (например, налет на Таранто), «проталкивание» конвоев на Мальту со «сверхмощным» обеспечением, демонстративные выходы боевых эскадр для отвлечения внимания противника от основного объекта и т. п. В Атлантике в числе методов защиты сообщений были применены расширение системы баз, что позволяло в свою очередь расширить зоны противолодочного патрулирования и непосредственного сопровождения конвоев, изменение маршрутов следования конвоев и т. д.

7. Действия на море в рассматриваемый период показали, что борьба на океанско-морских сообщениях является их главным содержанием, причем сторона, менее озабоченная защитой собственных сообщений, имеет возможность действовать на сообщениях противника более активно.

Глава III

От момента нападения фашистской Германии на СССР до начала военных действий на Тихом океане (22 июня – 7 декабря 1941 г.)

1. Особенности стратегической обстановки на море, сложившейся с началом Великой Отечественной войны

Вероломное нападение фашистской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 г. решающим образом изменило ход второй мировой войны. Центр военных действий переместился на Восточный фронт, куда были направлены наибольшие усилия германских сухопутных и военно-воздушных сил за счет чрезвычайного ослабления их сил на Западе и в Северной Африке. Военные события на других театрах стали в тесную зависимость от хода событий на советско-германском фронте. Всего вместе с сателлитами Германия развернула против СССР 190 дивизий, в которых насчитывалось до 3500 танков, 50 тыс. орудий и до 3900 самолетов (60 % из находившихся в строю), в том числе 1, 2 и 4-й воздушный флоты (в составе групп армий «Север», «Центр» и «Юг» соответственно), а всего 61 авиасоединение. Часть германских легких морских сил (миноносцев, минных заградителей, тральщиков, сторожевых кораблей и катеров, торпедных катеров и др.) была передислоцирована из баз Северного моря в базы Балтийского моря, а 6–8 подводных лодок были переведены в Киль для действий совместно с другими силами флота и авиации против советских морских сообщений и боевых кораблей.

Новый фронт, как и быстро возросшая в связи с открытием войны на востоке потребность в стратегическом сырье, вооружении и технических средствах, повысили для Германии значение коммуникаций на Балтийском море и вдоль северного норвежского побережья. Первые из них использовались для вывоза из Швеции железной руды и перевозки войск и снаряжения в Финляндию, а по вторым доставлялось стратегическое сырье из Норвегии (никелевая руда) и перевозились войска и вооружение на северный участок советско-германского фронта.

Резкое ослабление военных действий на западном театре привело к падению интенсивности германских операций против английского судоходства. В частности, гитлеровское командование вынуждено было почти полностью прекратить действия авиации против английских сообщений в Атлантическом океане и Средиземном море, значительно ослабить воздушную разведку и прикрытие авиацией баз своих подводных сил на побережье Бискайского залива и пролива Ла-Манш, а также сократить выделение авиации в помощь немецко-итальянским наземным силам в Северной Африке. К середине 1941 г. значительно снизились налеты 3-го воздушного флота немецкой авиации на Англию.

В результате общие потери английского и нейтрального тоннажа от действий германского флота и авиации снизились с 687,901 т в апреле до 120,975 т в июле, 130,699 т в августе, 104,640 т в ноябре, т. е. в 5–6 раз.

Начало перевозок из Англии в Советский Союз в августе 1941 г. потребовало в последующем некоторого переразвертывания английских сил и повлекло за собой усиление борьбы на северных коммуникациях.

Таким образом, после нападения фашистской Германии на Советский Союз, когда началось размежевание основных государств мира на две коалиции, сообщения в Атлантическом океане и в прилегающих к нему европейских морях стали единым объектом нападения итало-немецких сил и в то же время единым объектом защиты для союзных стран.

В этой новой обстановке военно-экономическое превосходство перешло к союзникам. Что же касается Германии, то для нее военное и экономическое напряжение становилось уже непосильным.

2. Задачи воюющих сторон, соотношение сил и характер их развертывания в борьбе на океанско-морских сообщениях

Гитлеровское военно-морское командование считало, что центром борьбы на сообщениях по-прежнему должен быть Атлантический океан с тем, чтобы дальнейшие потери в тоннаже затруднили англичанам проведение наступательных операций на период «молниеносной» кампании против Советского Союза.

Одновременно усложнилась обстановка на Средиземном море. С одной стороны, ухудшилось положение немецко-итальянских войск в Северной Африке вследствие сокращения отправки на этот участок пополнений[105]. С другой, – итальянцы понесли потери в тоннаже. Если в августе 1941 г. из направленных в Ливию судов общим водоизмещением 284,2 тыс. т было потеряно около 9 %, а в октябре из 137,2 тыс. т потеряно 24 %, то потери в ноябре повысились до 45 %[106].

Наряду с необходимостью улучшить защиту этой важной коммуникации требовалось усилить борьбу против сообщений, по которым осуществлялось снабжение английских войск в Африке, и парализовать английскую базу на Мальте. Эти задачи были возложены главным образом на 10-й немецкий воздушный корпус и на 15 подводных лодок, переброшенных в сентябре – ноябре 1941 г. из баз Бискайского залива.

Важной задачей Германии являлось, наконец, обеспечение перевозок в Балтийском море и усиление защиты коммуникаций вдоль побережья Северной Норвегии.

Главной задачей английского флота оставалось обеспечение трансатлантических перевозок. Большую важность приобрели действия против итало-германских сообщений на Средиземном море, равно как и защита своих сообщений на этом театре.

К середине 1941 г. на Атлантическом театре английский флот как и ранее значительно превосходил флот Германии в крупных кораблях. Однако противолодочных сил и средств было недостаточно, и немецкие лодки, вытесненные из прибрежных английских вод, эффективно действовали на океанских сообщениях.

В составе германского и итальянского флотов для борьбы на сообщениях к июлю 1941 года имелись следующие силы:

• 161 германская подводная лодка, из которых 116 лодок среднего и большого водоизмещения предназначались для действий в Атлантическом океане, Норвежском, Баренцевом и Средиземном морях и 45 лодок малого водоизмещения планировалось использовать в Северном и Балтийском морях;

• 103 итальянские подводные лодки, из них 26, по соглашению с немцами, по мере готовности продолжали направляться в Бордо (Франция) для боевых действий в Атлантическом океане, а остальные действовали в Средиземном море;

• до 1000 самолетов;

• 12 германских крупных надводных кораблей, предназначенных для действий в океане[107], 17 итальянских кораблей, предназначенных для действий в Средиземном море, и значительное количество легких сил (эскадренных миноносцев, сторожевых кораблей и др.), главным образом, для защиты сообщений.

Основные противолодочные силы английского флота включали:

• 248 эскадренных и эскортных миноносцев, 147 корветов и шлюпов, 53 охотника за подводными лодками и до 300 траулеров и яхт; в 1941 г. в состав флота вступили вновь построенные 39 эскадренных и эскортных миноносцев[108];

• 56 подводных лодок, использовавшихся также для нападения на итальянские и германские коммуникации;

• свыше 200 самолетов береговой авиации для действий в пределах 300–400 миль от Британских о-вов.

Из списочного состава германских подводных лодок в июле 1941 г. одновременно в море действовало около 40 (25 %), проходили ремонт и подготовку к походу – до 115 лодок, остальные находились в базах в готовности. В конце 1941 г. с увеличением общей численности лодок в море одновременно действовало до 48 единиц[109]. Из 34 подготовленных к действиям итальянских лодок обычно в море действовало 15–20 (до 50 %).

Таким образом, на каждую состоявшую в списках держав «оси» подводную лодку приходилось около двух кораблей (не считая траулеров и яхт) и двух самолетов противолодочной обороны противника. С учетом же того, что в море одновременно находились 55–65 лодок флотов стран «оси» и 1/3—1/2 английских противолодочных сил, соотношение сил нападения и сил защиты (в части, касающейся кораблей) выражалось примерно как 1:2,5–3.

Германские лодки, дислоцировавшиеся в Северной Норвегии, оперировали в Норвежском и Баренцевом морях и частично на северо-западных подходах к Британским о-вам. Лодки, базировавшиеся на порты Бискайского залива и пролива Ла-Манш, действовали на северных трансатлантических коммуникациях. В июне 1941 г. на широком пространстве, ограниченном линиями Ирландия – Исландия – мыс Фарвель (Гренландия) – Ньюфаундленд – Азорские о-ва – Испания, находилось 22 германских и 6 итальянских подводных лодок. Временами этот район расширялся к югу до Фритауна и Гвинейского залива.

Крупные немецкие корабли после гибели 27 мая 1941 г. линейного корабля «Бисмарк» почти полностью прекратили свою деятельность на сообщениях. Из надводных кораблей против океанских перевозок продолжали борьбу лишь вспомогательные крейсера. В середине года в Индийском океане и частично на юге Тихого океана действовали вспомогательные крейсера «Орион», «Комет», «Корморан» и «Тор», а в Южной Атлантике и в Индийском океане – «Атлантис». Однако в результате развития англичанами системы защиты сообщений, в том числе воздушного патрулирования, действия этих кораблей все более затруднялись и в 1943 г. вообще прекратились. «В целом стало ясно, – пишет Ф. Руге, – что усовершенствование вражеской авиации с установкой на самолетах радиолокационных приборов и радиопеленгаторов и улучшение общей системы службы наблюдения делало продолжение рейдов (линейных кораблей и крейсеров) при отсутствии авианосцев неоправданным предприятием»[110].

На совещании 25 июля 1941 г. главнокомандующий германским флотом настаивал на необходимости всемерно ускорить строительство подводных лодок. «Важно, чтобы ежемесячное количество выпускаемых промышленностью лодок было не ниже 25,– докладывал он, – тогда к 1 июля 1943 г. в строю мы будем иметь 300 готовых лодок; при выпуске же только 21 лодки в месяц и 5 % потерь (или 15 лодок в месяц) рост состава лодок, следовательно, выразился бы всего в 6 единицах, а при потерях 10 % в месяц (30 лодок) получился бы дефицит в 9 лодок… Для выполнения строительной программы лодок потребность в рабочей силе в настоящее время составляет приблизительно 25 000 человек»[111].

Это требование особенно симптоматично на фоне падения активности немецкой авиации на сообщениях. Если в январе – июне 1941 г. она производила в этих целях ежемесячно свыше 1200 дневных и 500 ночных самолето-вылетов, то в июле – декабре эти цифры снизились соответственно до 400 и 350. Одновременно упало ежемесячное число самолето-вылетов против объектов на Британских о-вах: с 1800 в апреле – июне до 1000 в июле – сентябре 1941 г. Это освободило часть английских воздушных сил от задачи прикрытия баз и портов и позволило англичанам усилить воздушное сопровождение конвоев и защиту сообщений вообще. С июня по декабрь 1941 г. английская авиация ежемесячно в среднем совершала на их прикрытие свыше 4700 дневных и 1500 ночных самолето-вылетов.

К середине 1941 г. получила дальнейшее развитие вся система защиты английских сообщений. В состав конвоев стали выделяться эскортные корабли, обладавшие хорошими мореходными свойствами. По мере переоборудования некоторых транспортов во вспомогательные (эскортные) авианосцы и строительства специальных эскортных авианосцев они также включались в состав океанских конвоев.

Однако в связи с продолжавшейся нехваткой противолодочных сил английские корабли и авиация не могли еще сопровождать конвои на всем пути их движения, хотя и использовались с большим напряжением. Так, из имевшихся в строю на конец июня 1941 г. 2 эскортных авианосцев в море находился 1, из 300 эскортных кораблей – 176, или 68 %, и из 68 тральщиков – 56, или 82 %.

3. Боевые действия на коммуникациях в Атлантике

С июля по декабрь 1941 г. из Англии вышли в Атлантический океан 62 конвоя, в которых насчитывалось 3201 судно (наибольший состав конвоев – 85 судов). За тот же период из США и Канады в Англию через Атлантический океан прибыло 50 конвоев – 2485 судов (наибольший состав конвоя – 89 судов). Кроме того, из Англии вышли в Средиземное море 14 конвоев (161 судно), 31 конвой (200 судов) – в порты Ближнего и Среднего Востока и 41 судно – в северные порты СССР. Таким образом, если даже не считать конвоев, пришедших в Англию с юга, в Атлантике в среднем ежемесячно совершали переходы более 26 конвоев, или около 1000 судов.

При таком напряжении коммуникаций группам германских подводных лодок в июне-июле 1941 г. сравнительно легко удалось обнаружить и атаковать несколько конвоев к югу от Гренландии и к юго-западу от Ирландии.

С 21 по 28 июня 1941 г. группа лодок (в том числе U-556, U-651, U-532 и U-562) с помощью авиации обнаружила и атаковала в северо-восточной части Атлантического океана английские конвои ОВ-336 и НХ-133. Лодки действовали самостоятельно, причем не всегда обменивались между собой сведениями о противнике.

24 июня U-651 обнаружила и, не оповещая другие лодки, атаковала конвой ОВ-336, состоявший из 49 судов, следовавших в охранении пяти эскортных кораблей. После потопления одного транспорта лодка была обнаружена. Погрузившись на большую глубину, U-651 избежала преследования, но при этом потеряла контакт с конвоем.

25 июня 1941 г. U-556 установила контакт с конвоем НХ-133, однако атаковать его смогла только на следующий день. Несмотря на помехи со стороны кораблей охранения, лодка торпедировала танкер водоизмещением около 10 тыс. т. Сведениями, переданными U-556 в штаб германских подводных сил, воспользовалась U-562, однако ее атаки были неудачны. В ночь с 26 на 27 июня U-556 вторично атаковала конвой и повредила другой танкер, но во время атаки была обнаружена, контратакована двумя корветами из состава охранения и потоплена глубинными бомбами.

U-651 после атаки конвоя ОВ-336, следуя на восток, 28 июня вновь обнаружила его к западу от Гебридских о-вов. Лодке удалось сблизиться с конвоем и с малой дистанции произвести залп электроторпедами, в результате чего был потоплен транспорт. После залпа U-651 была обнаружена и контратакована кораблями охранения, которые сбросили на нее глубинные бомбы, а затем, когда она из-за повреждений всплыла, потопили ее артиллерией.

Эти действия лодок характерны своей малой успешностью. Только в четырех случаях лодкам удалось занять позиции залпа и атаковать конвой, потопив и повредив при этом три судна. Обстановка же была сравнительно благоприятной. При отсутствии авиации сопровождения лодки беспрепятственно сближались с конвоем в надводном положении на дальность визуального обнаружения; нехватка кораблей охранения, часть которых к тому же часто покидала свои места в ордере для преследования и контратак отдельных лодок, оставляя транспорты почти без прикрытия, позволяла лодкам занимать выгодные позиции для атаки.

В этот период более успешно действовали германские подводные лодки на коммуникациях Британские о-ва – Гибралтар.

В начале августа 1941 г. атакам группы из четырех-пяти лодок подвергся один из конвоев, направлявшихся из Англии в Гибралтар. Преследуя и атакуя конвой на протяжении четырех суток (атаки проводились только ночью), лодки потопили восемь транспортов и два корабля охранения.

Однако общие боевые потери английского и нейтрального тоннажа, в том числе от лодок, резко сократились. Если во втором квартале 1941 г. потери тоннажа от всех сил составили 1630,9 тыс. т, то в третьем квартале они уменьшились до 537,6 тыс. т; уменьшились соответственно и потери от лодок с 875 тыс. т до 377,3 тыс. т.

В августе 1941 г. главнокомандующий германским флотом докладывал верховному командованию: «Ввиду того, что конвои противника сопровождаются все более мощным эскортом, успех может быть достигнут только в том случае, если они будут атакованы не отдельными подводными лодками, а большим их числом одновременно… Число же лодок, которые могут быть сконцентрированы в Атлантическом океане, продолжает оставаться недостаточным. Только при массовом использовании сил мы можем рассчитывать достичь решающих успехов»[112].

В сентябре он заявил: «Для достижения таких же результатов, какие были получены в прошлом году, требуется в три или четыре раза увеличить число наших подводных лодок. Однако это позволит рассчитывать на успех лишь в том случае, если равным образом будет увеличено число разведывательных самолетов, действующих в интересах подводных сил»[113].

Надо учитывать и то, что часть германских лодок почти постоянно отвлекалась от борьбы на сообщениях специальными заданиями. Так, две лодки периодически находились на западных подходах к Британским о-вам с задачей разведки погоды; две-три лодки развертывались в районе Бордо – Азорские о-ва для прикрытия на время перехода блокадопрорывателей и вспомогательных крейсеров, уходивших в Южную Атлантику, Индийский океан, в Японию и т. д.

В сентябре 1941 г. отдельные подводные лодки Германии действовали у берегов Ньюфаундленда и Южной Америки. Так, 10 сентября U-111, вышедшая из Лориана 16 августа, на подходах к устью Амазонки потопила одиночный транспорт. 20 сентября там же она торпедировала еще два транспорта. В дальнейшем, имея ограниченный запас топлива и разрешение возвратиться в базу, U-111 направилась в район о-вов Зеленого Мыса для передачи оставшихся торпед на подводные лодки U-68 и U-57. Встреча с U-68 произошла в 200 милях от берега. Через сутки на U-68 были перегружены торпеды и с U-57, которая получила повреждения при попытке таранить английскую подводную лодку «Клайд» и должна была возвратиться в базу. После приемки топлива U-111 взяла курс на норд-ост. 30 сентября 1941 г. вскоре после рандеву она была обнаружена той же лодкой «Клайд»; обе лодки погрузились и потеряли контакт между собой.

Через несколько часов U-111 всплыла и продолжала следовать в район Лас-Пальмас (Канарские о-ва), где, по полученным сообщениям, находился английский поврежденный транспорт. 4 октября при попытке атаковать этот транспорт лодка была обнаружена и потоплена артиллерийским огнем сопровождавшего конвой траулера.

Осенью 1941 г. произошли изменения в организации и тактике защиты союзных сообщений. В частности, в сентябре США приняли на себя эскортирование быстроходных конвоев в Западной Атлантике; началось вооружение американских судов артиллерией, и им было разрешено заходить в зоны военных действий; американскому флоту вменялось в обязанность применять оружие против подводных лодок, пытающихся помешать судоходству. Были расширены зоны патрулирования самолетов канадской береговой авиации, и стало более тесным их взаимодействие с английскими патрульными кораблями у берегов Канады. Так, в августе к востоку от о-ва Ньюфаундленда подводная лодка U-433, атакованная самолетом, вызванным судами конвоя, была вынуждена отказаться от атаки. Через два дня U-433 подверглась атаке патрульного корабля, который был вызван авиацией. В другом случае в северо-восточной части Атлантического океана английские самолеты, обнаружив подводную лодку U-570, в течение почти суток преследовали ее и вызывали корабли. 27 августа 1941 г. лодка была повреждена самолетом и взята в плен английскими кораблями.

Однако при более активных и продуманных действиях, а также при использовании артиллерии для отражения атак одиночных самолетов, германские подводные лодки добивались определенных успехов.

С 9 по 16 сентября 1941 г. труппа лодок нанесла ряд торпедных ударов по конвою SP-42, следовавшему из Америки в Англию. В составе этого конвоя шли 64 транспорта в охранении эскадренного миноносца и 5 корветов. На рассвете 9 сентября конвой был обнаружен подводной лодкой U-432, которая, безуспешно атаковав его, сообщила о факте обнаружения другим лодкам. С наступлением темноты с конвоем сблизились до 12 лодок. Их атаки продолжались до рассвета 10 сентября. Около 21 часа 10 сентября атаки вновь возобновились и прекратились лишь с рассветом 11 сентября. В течение двух ночей лодки потопили 16 транспортов из состава конвоя. При этом погибла U-501.

В последующие пять суток из-за настойчивых помех авиации, прибывшей для сопровождения конвоя, лодки торпедных атак не производили, хотя продолжали следовать за SP-42 на значительном расстоянии. Только с 12 по 15 сентября они обнаруживались авиацией восемь раз. Так как все лодки успевали своевременно погружаться, предпринятые против них атаки самолетов оказались безрезультатными.

Последние атаки конвоя SP-42 были проведены 16 сентября группой из пяти лодок, продолжавших следовать за конвоем. Результатом этих атак было потопление в районе Гебридских о-вов еще одного судна.

Успехам лодок на первом этапе описанной операции благоприятствовали недостаточная активность кораблей охранения конвоя и отсутствие при нем авиации сопровождения. С 9 по 11 сентября подводные лодки обнаруживались около 20 раз, а атаковывались лишь 3 раза. На втором этапе операции, когда стала действовать авиация охранения, выход лодок в атаки на суда конвоя был затруднен и потери конвоя заметно уменьшились.

В конце ноября командование германскими подводными силами вновь направило группу из трех лодок U-124, U-126 и U-129 в Южную Атлантику в район Кейптауна. Для обеспечения лодок топливом на маршрут перехода было выслано судно снабжения «Питон». Его рандеву с U-124 и U-129 состоялось в районе Азорских о-вов, a U-126 22 ноября в точке 4°12’ ю. ш. и 18°42’ з. д. встретилась со вспомогательным крейсером «Атлантис». Внезапно корабли были обстреляны неожиданно появившимся английским крейсером «Девоншир». U-126 срочно ушла под воду, а «Атлантис» был потоплен.

В последующие двое суток лодки занимались спасением экипажа «Атлантиса» и передачей его на «Питон». Однако судно снабжения вскоре также было обнаружено и потоплено. Подводные лодки U-68 и UA, принимавшие от него топливо, успели погрузиться. В свою очередь U-124 обнаружила и потопила английский крейсер «Дьюнедин». Дальнейшие действия группы из-за перегруженности лодок личным составом, спасенным с «Атлантиса» и «Питона», были прекращены, и они направились в базы[114].

Следует отметить, что крейсерство «Атлантиса», особенно в Индийском океане, было весьма успешным. За 11 месяцев рейдерства он потопил 22 транспорта общей грузоподъемностью 144 тыс. т. Известные успехи одержали и некоторые другие германские рейдеры. Так, еще в августе в Германию возвратился из похода вспомогательный крейсер «Орион», экипаж которого за семимесячный рейд потопил 20 судов общим тоннажем около 80 тыс. т, а в ноябре вернулся «Комет», уничтоживший 7 судов общим водоизмещением 42 тыс. т.

Действия немецкой авиации на морских сообщениях в этот период, в том числе и ее минные постановки у берегов Англии, не отличались активностью. Общее число ее самолето-вылетов для этих целей в ноябре 1941 г. составило лишь 30 % от числа произведенных в марте, а число дневных самолето-вылетов в декабре – лишь 14 % от апрельской цифры. Правда, если среднее число самолето-вылетов германской авиации на каждое потопленное судно противника в апреле равнялось 128, то в июле оно уменьшилось до 92, а в ноябре даже до 70.

Общее снижение активности германских сил на сообщениях позволило англичанам в более спокойной обстановке провести ряд дополнительных защитных мер. Увеличение корабельного состава дало им возможность уже с конца 4941 г. включать в состав охранения конвоев ударные группы из трех-четырех эскадренных миноносцев и других кораблей. При обнаружении подводной лодки эти корабли (вместе с самолетами, если это было возможно) должны были преследовать ее вплоть до уничтожения. Адмиралтейство усилило также противолодочную оборону Гибралтарского пролива, установив на дальних подходах к нему дозоры своих подводных лодок и организовав регулярное патрулирование авиацией примыкающих районов.

Несколько повысилась активность английской авиации и в борьбе против германских сообщений. Так, с июня по декабрь 1941 г. английская береговая авиация совершила в этих целях 3434 самолето-вылета, в результате которых было потоплено 41 судно общим тоннажем 54,1 тыс. т и повреждено 18 транспортов. В среднем на каждое потопленное германское судно приходилось 84 самолетовылета. Потери авиации составили 127 самолетов.

Кроме того, с июля по декабрь на подходах к Бресту, Лориану, Сен-Назеру, а также в проливе Каттегат английская авиация поставила 677 мин, совершив для этого 843 самолето-вылета и потеряв 36 самолетов. За этот же период на английских минах погибло 39 судов общей грузоподъемностью 30,3 тыс. т, а 6 транспортов получили повреждения.

В ноябре 1941 г. основным районом действий германских подводных лодок в Атлантике стала полоса шириной около 500 миль между Ирландией и Азорскими о-вами. В этой полосе лодки должны были перехватывать гибралтарские и фритаунские конвои.

4. Действия на сообщениях в Средиземном море

К середине 1941 г. обстановка на средиземноморском театре также изменилась в пользу англичан. Обе воюющие стороны продолжали осуществлять свои оперативные перевозки, главным образом, на коммуникациях Гибралтар – Мальта и Александрия— Мальта (Англия) и Италия – Ливия (Германия и Италия). Нерегулярность этих перевозок обусловливала и несистематический характер борьбы на сообщениях.

К этому времени низкая эффективность боевых действий итальянского флота определилась уже с полной очевидностью. Если не говорить о подводных лодках Италии с их тактико-техническими недостатками и устарелой тактикой (позиционным использованием одиночных лодок), то одни надводные силы вместе с авиацией, даже без германской поддержки, были вполне способны поддерживать действия своей армии в Северной Африке, обеспечивать ее снабжение, и не только вести эффективную борьбу против английских сообщений и Мальты, этого расположенного рядом «осиного гнезда» англичан, но и захватить ее, чем решительно подорвать английские позиции в Средиземном море.

Однако перед итало-германскими силами ставилась лишь задача защиты своих и нарушения английских сообщений – особенно срыва перевозок в Тобрук и на Мальту. Захват Мальты только планировался, но его все время откладывали. Главное же заключалось в том, что итальянские флот и авиация не сумели достичь взаимодействия, к тому же значительная часть флота (особенно подводных лодок) находилась в ремонте. Что же касается германской авиации, то хотя с июля по октябрь 1941 г. она и несколько усилила свои действия на морских сообщениях и удары по портам Северной Африки, но оказать серьезную поддержку итальянским силам из-за своей малочисленности не могла. Как следствие, страны «оси» постепенно теряли свои позиции в Африке.

В июле 1941 г. с организацией американской базы в оккупированной Исландии английское командование высвободило часть своих атлантических сил защиты коммуникаций и направило их в Средиземное море. В этих улучшившихся условиях 23–24 июля конвой в составе семи транспортов под прикрытием гибралтарской эскадры при переходе из Гибралтара на Мальту, несмотря на ряд нападений со стороны итало-германских сил, потерял всего один транспорт. Несколько позднее под прикрытием тех же сил конвой из семи судов вышел из Мальты и без потерь достиг Гибралтара. Потери англичан в Средиземном море в июне-августе составили всего 7 судов общим тоннажем 16 911 т. С прибытием на театр группы немецких подводных лодок из Атлантики эти потери в сентябре-октябре возросли до 10 судов общим тоннажем около 37,5 тыс. т. Впрочем, основные английские конвои продолжали ходить почти безнаказанно.

В частности, 27–28 сентября из Гибралтара на Мальту проследовал английский конвой из девяти транспортов с войсками, оружием и снабжением под прикрытием эскадры линкоров средиземноморского флота. Попытка итальянцев перед выходом конвоя из Гибралтара атаковать корабли прикрытия человекоуправляемыми торпедами (доставленными итальянскими подводными лодками) успеха не имела из-за трудности проникнуть в темное время суток на внутренний рейд. Этими человеко-торпедами были потоплены танкер и пароход, стоявшие на внешнем рейде Гибралтара. Вышедший в море итальянский флот не смог войти в соприкосновение с английским конвоем. Из-за сильного воздушного прикрытия конвой не был атакован и авиацией. Только ночью итальянские торпедные катера повредили крупный транспорт. Этот же конвой на переходе шесть раз атаковали три германские лодки, но безрезультатно.

Одновременно англичане осуществляли перевозки войск и снаряжения вокруг Африки, в том числе для сил, действовавших в Египте. Так, с августа до конца 1941 г. из Англии вокруг Африки на Средний Восток, в Индию и Австралию было направлено в составе 7 конвоев 110 транспортов общим тоннажем 1211,4 тыс. т, которыми было перевезено 183 028 человек личного состава.

В то же время английский флот усилил действия на итальянских сообщениях. В августе-сентябре 1941 г. английские подводные лодки потопили на подходах к Триполи три крупных итальянских транспорта «Эсперия» (11400 т), «Нептуния» (20 000 т) и «Оцения» (20 000 т). А главное, как уже отмечалось, в связи с началом войны держав «оси» против СССР отправка немецко-германских войск и грузов в Ливию для египетского фронта была резко сокращена.

Попытки итальянцев провести свои конвои под усиленным охранением в Северную Африку до начала ожидавшегося там английского наступления также не увенчались успехом. В лунную ночь на 9 ноября соединение английского флота, состоявшее из двух тяжелых крейсеров и четырех эскадренных миноносцев, атаковало итальянский конвой из семи транспортов, охраняемых двумя тяжелыми крейсерами и десятью эскадренными миноносцами. В результате скоротечного боя англичане уничтожили все семь транспортов и два эскадренных миноносца конвоя, сами не понеся никаких потерь.

В ноябре 1941 г. не удалась и попытка немцев доставить топливо в Африку специально организованным конвоем в составе четырех танкеров, следовавших в охранении крейсеров и эскадренных миноносцев. Сразу же по выходе конвоя из базы английская подводная лодка атаковала тяжелый крейсер «Триест», а самолеты – легкий крейсер «Абруццо», после чего конвой вернулся в базу.

В дальнейшем итальянцы пытались доставлять топливо на крейсерах и эскадренных миноносцах, однако снова понесли значительные потери. Так, в начале декабря 1941 г. английскими миноносцами в районе мыса Бон были атакованы и потоплены два итальянских крейсера, перевозивших бензин.

Для доставки особо важных грузов в наиболее опасные районы, примыкавшие к линии фронта, использовались и итальянские подводные лодки. Выгрузка происходила у берега в темное время суток, с рассветом лодки погружались под воду и отходили мористее. Всего с этими целями за второе полугодие 1941 г. лодки совершили к Ливийскому побережью 46 походов. При этом итальянцы потеряли 3 лодки.

С ростом потерь итальянцев в торговом тоннаже возросли и потери их в перевозимых грузах. Если в первом полугодии 1941 г. они составили 6,6 %, то в августе английский флот и авиация потопили уже 13,6 %, в октябре – 20 %, а в ноябре – более 60 % всех грузов, перевозившихся в Африку для итало-германских войск. Серьезные потери несли также перевозимые войска. Так, в первом полугодии 1941 г. они равнялись 5,1 % от общего числа перевозимого личного состава.

К концу 1941 г. морские сообщения Италии с Северной Африкой практически были прекращены. Почти не восполнялись и потери тоннажа; с судостроительных верфей Италии могли сходить суда общим тоннажем лишь около 220 тыс. т в год. Создалась обстановка, при которой войска «оси» в Африке вообще могли лишиться снабжения.

Для восстановления сообщений с Ливией германское командование было вынуждено экстренно перебросить на средиземноморский театр часть подводных и воздушных сил с других направлений.

Первые шесть германских подводных лодок, направленных сюда из баз Бискайского залива, форсировали Гибралтарский пролив еще в сентябре. Каждая следовала самостоятельно. Курсы лодок прокладывались вблизи испанского Танжера. Для перехода использовалось темное время суток.

9 ноября 1941 г. из Сен-Назера вышла в Средиземное море вторая группа из шести лодок. Последняя из них, U-433, около полуночи 16 ноября была обнаружена английским корветом, безрезультатно произвела по нему 3-торпедный залп, а затем была контратакована и потоплена глубинными бомбами в самом проливе.

В тот же день в Средиземное море из Лориана вышла третья группа из восьми лодок. Ее переход был еще менее удачным. Спустя три дня английский корвет на подходах к Танжеру обнаружил и потопил U-204, а 28 ноября голландская подводная лодка O-21 торпедировала U-95 на подходах к проливу. Кроме того, две подводные лодки вернулись в базу Лориан с серьезными повреждениями. Всего в 1941 г. в Средиземное море было направлено 36 немецких лодок, из них Гибралтарский пролив прошли 26.

Германские подводные лодки сразу же добились успеха на Средиземном море, потопив три крупных английских корабля. 14 ноября U-81 к востоку от Гибралтара одной торпедой повредила авианосец «Арк Ройял», который затонул на следующий день. 25 ноября U-331, находясь в районе Соллум – Мерса-Матрух, обнаружила шум винтов больших кораблей. После всплытия под перископ командир лодки опознал три английских линейных корабля, которые шли строем фронта в охранении восьми миноносцев. U-331 произвела 4-торпедный залп с дистанции около 4 каб. и потопила линейный корабль «Бархэм». 15 декабря U-557 в районе Александрии потопила крейсер «Галатэа». К тому же в декабре в районе Триполи подорвались на минах два английских крейсера, а итальянскими человеко-торпедами в Александрии были повреждены линейные корабли «Куин Элизабет» и «Вэлиент». Все это временно изменило даже соотношение сил на театре, но соответственно ослабило немецкие усилия в Атлантике.

Следует особо отметить затруднения по восстановлению боевых качеств, испытывавшиеся германскими лодками в Средиземном море. Особенно тяжело обстояло с капитальным ремонтом. Выделить дополнительные лодки в восточную часть моря было нельзя до окончательной подготовки базы в Саламисе. На западе главной базой для германских подводных лодок по-прежнему оставалась Специя.

Тонущий «Арк Ройял»

К тому времени все подводные лодки, действовавшие в Средиземном море, перешли под командование германского адмирала в Риме.

К началу 1942 г. с Восточного фронта на Средиземное море были спешно возвращены части 10-го воздушного корпуса 2-го воздушного флота, и действия германской авиации активизировались. В итоге всех мер, предпринятых германо-итальянским командованием, снабжение войск в Северной Африке стало улучшаться. В последующие месяцы (с января по апрель 1942 г.) из Италии в Северную Африку прошли суда общим тоннажем около 420 тыс. т, которые перевезли около 325 тыс. т различных грузов, причем было потеряно всего лишь около 5 % тоннажа.

5. Потери тоннажа и боевых сил в борьбе на сообщениях

В результате обращения фашистской Германией военных усилий против Советского Союза общие боевые потери английского и нейтрального тоннажа в рассматриваемый период сократились до 363 судов тоннажем 1292,5 тыс. т. Среднемесячные потери тоннажа по сравнению с предыдущим периодом уменьшились с 442,1 до 215,4 тыс. т. Если учесть, что в 1941 г. англичанами было построено судов общим тоннажем 815 тыс. т, а потеряно за год около 1800 тыс. т, то станет ясно, что восполнялось лишь около 45 % потерь.

Германские подводные лодки потопили 204 судна, или 906,2 тыс. т, и продолжали оставаться главной силой в борьбе против английских морских сообщений. Резко сократились потери тоннажа от действий авиации. Они упали с 323,4 тыс. т в апреле и 146,3 тыс. т в мае до 32,2 тыс. т в месяц с июня по ноябрь 1941 г. Снизились и средние ежемесячные потери судов от мин с 21,1 тыс. т в январе – мае до 10,3 тыс. т в июне – ноябре 1941 г. Из общих потерь английского и нейтрального тоннажа было потоплено: в Атлантике и на подходах к Британским о-вам 90,8 %, в Средиземном морс – 5,7 и в Индийском и Тихом океанах – 3,5 %.

Потери торгового тоннажа стран «оси» в Средиземном море за рассматриваемый период составили 137 судов общей грузоподъемностью 336,6 тыс. т. С учетом потерь и пополнения на 1 января 1942 г. германский торговый флот располагал тоннажем 3 045 800 бр. рег. т, а итальянский – 1 658 819 бр. рег. т.

Подводные лодки стран «оси» понесли за этот период относительно небольшие потери: германский флот потерял 17, а итальянский – 12 подводных лодок. Надводные корабли Англии продолжали оставаться основными силами в борьбе против германоитальянских лодок. На их долю пришлось около 62 % уничтоженных германских и 50 % итальянских лодок, в то время как авиацией было потоплено всего лишь 5 %. Наибольшие потери германских подводных лодок имели место в Северной Атлантике (65 %), а итальянских – в Средиземном море и в восточной части Атлантического океана.

За исследуемый период германская промышленность построила 124 подводные лодки. При средних ежемесячных потерях в 2,8 единицы состав подводных сил увеличивался каждый месяц на 18 лодок. На конец 1941 г. в списках гитлеровского флота числилось 253 лодки.

Английские подводные силы, осуществляя главным образом защиту своих сообщений, потеряли в Средиземном море пять лодок. При этом три из них подорвались на минах, а две были потоплены надводными кораблями. Из состава сил защиты коммуникаций за вторую половину 1941 г. английский флот потерял эскортный авианосец, восемь эскортных миноносцев, пять корветов и два шлюпа.

6. Итоги и выводы

1. В результате вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз, в котором приняла участие подавляющая часть вооруженных сил Германии и ее сателлитов, решающим театром войны стал Восточный фронт. В этих условиях успехи или неудачи воюющих сторон в борьбе на океанско-морских сообщениях уже не оказывали существенного влияния на общий ход войны и, наоборот, еще в большей степени, чем прежде, сами стали зависеть от хода военных действий на суше, а именно на Восточном фронте.

2. Перенос основных военно-экономических усилий Германии на Восточный фронт привел к резкому снижению угрозы английским океанско-морским сообщениям. Для Англии создалась возможность провести ряд дополнительных мероприятий по защите судоходства (например, наращивание сил и средств для защиты сообщений, совершенствование конвойной службы и т. д.).

Как следствие всех этих факторов, интенсивность боевых действий германских сил на английских коммуникациях резко снизилась. Отсюда средние ежемесячные потери британского тоннажа уменьшились по сравнению с предыдущим периодом более чем в два раза (потери от лодок снизились на 37 % и от авиации – почти в три раза). Одновременно уменьшилась и «удельная эффективность» подводных лодок: с 9,3 тыс. т ежемесячных потерь тоннажа на одну лодку в море в предыдущий период она снизилась до 3,5 тыс. т в рассматриваемый период.

3. Тем не менее потери и повреждения английских и нейтральных торговых судов влекли за собой:

• дальнейшее сокращение тоннажа (за 1941 г. невосполненные потери составили 2414 тыс. т);

• большие потери перевозимого в Англию стратегического сырья и продовольствия, в среднем ежемесячно достигавшие 75,1 тыс. т (5–6 % от всего английского импорта);

• значительное напряжение работы английской судостроительной и судоремонтной промышленности и, как следствие, замедленные темпы строительства и ремонта военных кораблей;

• необходимость использовать значительные силы флота для защиты средиземноморских сообщений, отрывая их от участия в поддержке сухопутных войск в Северной Африке.

4. С другой стороны, большие потери итало-германского тоннажа на коммуникации Италия – Северная Африка, достигшие в ноябре 1941 г. 45 %, привели к значительному ухудшению снабжения итало-германских войск в Ливии, что оказало соответствующее влияние на ход операций. Только к концу 1941 г. после переброски в Средиземное море части германских подводных лодок и авиации эти потери несколько снизились.

5. В борьбе против английских сообщений наибольшее значение по-прежнему имели германские подводные лодки, а затем лишь авиация. Использование надводных кораблей в условиях воздушного и морского превосходства англичан Германия почти прекратила. В борьбе против германо-итальянских морских сообщений наибольшее значение продолжали иметь английские воздушные силы.

Основными английскими силами противодействия итало-германским подводным лодкам на атлантических коммуникациях являлись надводные корабли. На таком же закрытом театре, как Средиземное море, в этой борьбе значительный успех имели английские лодки, потопившие 25 % от числа погибших итальянских и 6 % – от погибших германских лодок.

6. На трансатлантических коммуникациях германские подводные лодки продолжали действовать преимущественно в составе 1–2 групп по 8—12 лодок. Авиация для разведки конвоев и наведения на них лодок почти не применялась. Наряду с этим действовали и одиночные лодки методом крейсерства в обширных районах.

В закрытых морях и ограниченных водных районах подводные лодки действовали позиционным методом на подходах к неприятельским портам и базам и крейсерским методом – в узах коммуникаций. Так поступали английские лодки в Северном и Средиземном морях и германские в Средиземном море и на подходах к Британским о-вам. Действия подводных лодок обеих воюющих сторон в Средиземном море иногда обеспечивались авиацией.

7. На протяжении всего периода слабым местом и у Германии и у Италии оставалось взаимодействие сил нападения, особенно подводных лодок и авиации. Отсутствие в распоряжении германского морского командования авиации, в частности разведывательной, приводило к значительным трудностям в поиске немногочисленными лодками конвоев противника в Атлантике. Однако если лодки вступали в контакт с конвоями, успешность их атак была сравнительно высокой.

8. Несмотря на развитие английской противолодочной обороны, ее надежность продолжала оставаться недостаточной. В частности, если противолодочные корабли, обнаружив неприятельскую лодку вблизи конвоя и предпринимая против нее групповые атаки, нередко добивались успеха, то, действуя одиночно в зонах патрулирования, они очень часто при обнаружении лодки не только не могли уничтожить ее, но не всегда могли даже поддерживать контакт с ней. Численность английских противолодочных кораблей оставалась недостаточной и росла медленно. По-прежнему германские подводные лодки не несли никаких потерь при стоянках в базах. Вместе с тем начала возрастать роль авиации в борьбе с лодками в море.

9. Развернутая еще в 1940 г. система базирования германских сил на побережье Норвегии, Франции (Бискайский залив), Италии и Греции продолжала обеспечивать их деятельность на морских сообщениях противника, что являлось особенно важным для подводных лодок, больше всего нуждавшихся в приближении баз к районам боевых действий.

10. Расширив сеть судостроительных заводов и верфей, германская промышленность во второй половине рассматриваемого периода смогла восполнять потери лодок с большим превышением. Взамен 17 погибших лодок было построено 124. При плане в 190 подводных лодок в составе германского флота к концу периода числилось 236. Строились главным образом средние лодки серии VII С по проектам, разработанным в конце 1940 г., т. е. уже на основе некоторого боевого опыта. Все это позволило германскому командованию в последующий период более широко развернуть борьбу против союзных коммуникаций.

Глава IV

От начала военных действий на Тихом океане до начала перелома в ходе Второй мировой войны (7 декабря 1941 г. – ноябрь 1942 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

1. К концу 1941 г. на советско-германском фронте немецко-фашистские войска группы «Центр», усиленные соединениями из состава германских сил в Западной Европе, дошли до Москвы и начали ее обходить с севера и с юга. Остановив наступление немцев, советские войска 6 декабря перешли в мощное контрнаступление, в результате которого к 31 января 1942 г. обе группировки немцев южнее и севернее Москвы были разгромлены и к 23 февраля отброшены более чем на 400 км на запад.

Одновременно с битвой под Москвой и успешными операциями под Тихвином и Ростовом-на-Дону советские армия и флот героически защищали Ленинград, вели ожесточенные бои под Севастополем, а 26–30 декабря 1941 г., высадив десант на крымское побережье, овладели городами Феодосия и Керчь.

Советские Вооруженные Силы своим зимним контрнаступлением вырвали стратегическую инициативу из рук противника, оказав этим огромное влияние на дальнейший ход второй мировой войны. К весне 1941 г. Красная Армия, закрепляя успехи зимнего наступления, перешла к стратегической обороне. Обе стороны начали подготовку к летней кампании.

Уже с началом войны Германии против Советского Союза правительства Англии, а за ним и США оказались перед необходимостью установить военное содружество с нашей страной. Для США это стало неизбежным с 11 декабря 1941 г., когда вслед за нападением Японии им объявили войну Германия и Италия. Антифашистская коалиция окончательно оформилась заключением 26 мая 1942 г. в Лондоне англо-советского договора о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сателлитов в Европе, равно как о послевоенном сотрудничестве, и подписанием 11 июня 1942 г. в Вашингтоне советско-американского соглашения о принципах взаимной помощи в ведении войны против агрессора. Однако англичане и американцы, продолжая свою ставку на взаимное обессиливание СССР и Германии, всемерно саботировали открытие второго фронта. Фактически Советские Вооруженные Силы продолжали сражаться почти один на один с фашистской Германией и ее союзниками.

Это обстоятельство позволило немцам сосредоточить к середине 1942 г. крупные силы для нового наступления на советско-германском фронте с далеко идущей целью не только уничтожить значительные силы Красной Армии, захватить Кавказ, а тем самым и нефть, но и прорваться в Переднюю Азию с одновременным вводом туда своих войск из Африки. На этот раз недостаток сил заставил немцев вести наступление лишь на южном участке фронта.

В итоге летне-осенней кампании Красная Армия, измотав и обескровив главную стратегическую группировку немцев и накопив силы, перешла в наступление. Центральным событием осенне-зимнего периода явилась Сталинградская битва, в ходе которой советские силы, измотав немецкие войска, подорвали их наступательную мощь. В результате, приняв на себя главные удары немецко-фашистских захватчиков, Советские Вооруженные Силы создали самые благоприятные условия для наращивания англо-американских сил на суше и на море, главным образом многочисленных сил защиты коммуникаций.

Добавочные переброски сухопутных войск и авиации на советско-германский фронт с запада привели к дальнейшему сокращению немецких сил, развернутых в оккупированных странах, на Средиземном море и в Северной Африке. Как следствие этого английской 8-й армии, насчитывавшей 30 тыс. человек, 800 танков и около 1000 самолетов, удалось к концу 1941 г. на североафриканском побережье перейти в наступление, в ходе которого она захватила ряд опорных пунктов и остановилась в районе Эль-Агейлы. В январе 1942 г. немцы снова потеснили англичан к востоку и захватили Мерса-Матрух и Эль-Аламейн. Но продвижение немцев было остановлено. Их войска, испытывавшие недостаток в горючем и снаряжении, были вынуждены начать отступление, оставив англичанам всю Киренаику.

В начале ноября 1942 г. англо-американцы высадили свои десанты в Северо-Западной Африке. Началось постепенное вытеснение немцев из Африки. Причинами этого явились не только слабое сопротивление итальянских войск и нехватка германских сил, связанная с их действиями на Восточном фронте, но и отсутствие надежной защиты коммуникаций в Средиземном море. Осуществлять же такую защиту без захвата Мальты было трудно.

С высадкой союзников в Африке в конце ноября 1942 г. немцы оккупировали Южную Францию, захватив базу французского флота Тулон. Перед захватом Тулона часть базировавшихся там французских кораблей успела перейти в английские базы, но большинство их, в том числе 16 подводных лодок, были затоплены собственными экипажами.

В связи с событиями на Восточном фронте весьма возросло для Германии значение морских сообщений на Балтийском море и в Заполярье[115], а также повысилась роль коммуникаций с Японией для доставки оттуда дефицитных видов сырья и медикаментов.

2. Японские авианосные силы, совершив 7 декабря 1941 г. внезапное нападение на главную базу флота США Перл-Харбор, добились временного стратегического успеха, изменив соотношение сил в крупных надводных кораблях на Тихом океане в свою пользу. Американцы потеряли 4 линейных корабля и крейсер потопленными, 5 линейных кораблей поврежденными и до 250 самолетов уничтоженными на земле.

Флагман японского Объединенного флота линкор «Ямато»

10 декабря 1941 г. на подходах к Сингапуру японской авиацией были потоплены английский линейный корабль «Принс оф Уэлс» и линейный крейсер «Рипалс» – главная угроза вторгшимся в Малайю японским силам. Оба эти обстоятельства позволили японцам почти беспрепятственно продвинуться в южном направлении к крупным источникам стратегического сырья (каучука, нефти и т. д.).

План ведения войны Японией заключался в быстром захвате западного района Тихого океана с установлением «внешнего оборонительного пояса» по линии Маршалловы о-ва – архипелаг Бисмарка – Новая Гвинея – Малайя – Бирма и с последующим поворотом сил против СССР.

Действия японских войск начались вторжением на Филиппинские о-ва. Местные американские военно-морские силы в ряде боев были частично уничтожены, а оставшиеся корабли ушли в порты Австралии. В декабре 1941 г. – январе 1942 г. японцы, захватили п-в Малакка и английскую базу Сингапур, а в феврале-марте 1942 г. – Голландскую Индию. В конце февраля 1942 г. в Яванском море японский флот уничтожил наспех созданную англо-голландско-американскую эскадру (8 крейсеров и 13 эскадренных миноносцев). Однако уже в мае американским силам удалось остановить их продвижение в Коралловом море, а в начале июня при попытке захватить атолл Мидуэй японцы потерпели серьезное поражение, потеряв 4 авианосца (почти половину всего авианосного флота), до 250 самолетов и до 100 летчиков первой линии. Тогда же на северо-востоке японцы захватили о-ва Атту, Кыска и Амчитка на западе Алеутской гряды, однако 16 августа 1942 г. эти о-ва были снова заняты американцами. В августе – ноябре 1942 г. во время сражения за захват Соломоновых о-вов японцы снова понесли крупные потери и лишились там важных позиций.

2. Общий характер задач сторон на море

На атлантическом театре главной задачей германского и итальянского флотов (а частично и их авиации) стала борьба уже не только против одних английских, но против существенно возросших англо-американских океанских и морских перевозок. Одновременно итало-германские военные перевозки, осуществлявшиеся главным образом в бассейне Средиземного моря, определили задачи и роль флотов Италии и Германии по защите сообщений. Соответственно главной задачей англо-американского флота в бассейне Атлантического океана являлась противолодочная борьба.

На Тихоокеанском театре командование США еще до войны придерживалось идеи достижения превосходства на море в интересах свободы использования своих коммуникаций и стеснения перевозок противника. При этом учитывались чрезвычайная зависимость Японии от морских сообщений и ограниченные возможности восстановления ею потерянного торгового тоннажа.

Флот США намечалось развернуть у Гавайских о-вов. В дальнейшем он должен был постепенно продвигаться к Филиппинам, укрепляя свой тыл созданием опорных баз на Маршалловых, Каролинских и Марианских о-вах, а также к югу от Филиппин для действий в Китайских и Южных морях совместно с английским и голландским флотами.

С началом военных действий американское морское командование наряду с развертыванием надводных кораблей и авиации для противодействия японскому продвижению в южном направлении поставило своим подводным лодкам главной задачей борьбу на сообщениях Японии. Следует подчеркнуть, что в начальный период войны подводные лодки США явились единственными, хотя и малочисленными силами, способными наносить удары по торговому судоходству противника. Одновременно лодки использовались для атак японских боевых кораблей, для перевозки грузов, людей и для других целей.

Иные взгляды на ведение войны на море существовали в японском флоте. Идея генерального сражения и завоевания господства на море путем уничтожения боевых кораблей противника силами флота и авиации с одновременным овладением дальними островными районами, которые должны стать основой создания обороны, целиком занимала умы японского командования. Действия флота на неприятельских сообщениях почти исключались. Строя расчеты на «молниеносную» войну, японское командование считало основной задачей своих подводных лодок ведение действий против крупных боевых кораблей: авианосцев, линкоров и крейсеров, поэтому японцы широко использовали подводные лодки для прикрытия своих десантных операций, ведения разведки, транспортировки особо ценных грузов и т. д. На океанских же сообщениях действовало лишь незначительное число лодок, и главные американские коммуникации, идущие от Лос-Анжелеса и Сан-Франциско через Гавайские о-ва, о-ва Самоа и Фиджи в Австралию и через Марианские о-ва на Филиппины – коммуникации, по которым непрерывным потоком перевозились войска и техника из США, – почти не испытывали воздействия японских военно-морских и воздушных сил.

Но уже в самом начале военных действий в связи с осуществлением перевозок сырья из Малайи, Индонезии, Китая и необходимостью поддержания связи с гарнизонами захваченных островов перед японцами встала во всей остроте проблема защиты своих сообщений.

В итоге после начала военных действий на Тихом океане и последовавшего затем почти окончательного размежевания воюющих сторон на две коалиции[116]союзные сообщения на всех океанах стали как бы единым взаимосвязанным объектом нападения сил гитлеровской коалиции и, наоборот, единым объектом защиты для стран антигитлеровского лагеря. Но уже тогда сопоставление военно-экономических потенциалов воюющих сторон позволяло сделать непреложный вывод, что возможности ослабления экономического потенциала союзников действиями германо-японо-итальянских сил были гораздо ниже возможностей защиты этого потенциала союзными силами.

3. Соотношение сил и характер их развертывания в борьбе на сообщениях

Вступление в войну США и Японии лишь утвердило превосходство союзников в людских резервах, материальных ресурсах, боевой технике и вооружении над силами и средствами держав «оси». Соотношение сил на море также оставалось в пользу антигитлеровской коалиции: на Атлантическом театре для флотов союзников и держав «оси» оно равнялось примерно 3:2, а на Тихом океане – только для флотов США и Японии до нападения на Перл-Харбор – 5:4 (см. табл. 11).

На Атлантическом театре к началу 1942 г. в состав германских и итальянских сил для действий на сообщениях входили:

• 266 немецких подводных лодок (в том числе 84 % среднего и большого водоизмещения для действий в Атлантике и 16 % малого водоизмещения для действий на подходах к Британским о-вам, а также в Норвежском, Баренцевом и Средиземном морях[117]; к концу периода число германских лодок увеличилось до 379;

• 90 итальянских подводных лодок (в том числе несколько учебных);

• несколько крупных германских надводных кораблей для действий на океанских коммуникациях в качестве рейдеров и значительные немецкие и итальянские легкие силы для защиты своих сообщений на Средиземном море и нападения на коммуникации союзников;

• авиация, периодически выделявшаяся из состава итальянских воздушных сил и германского авиакорпуса в Средиземном море и из 3-го воздушного флота для действий в Атлантике.

Англо-американские силы для непосредственной борьбы на сообщениях имели:

• надводные силы для борьбы с подводными лодками в Атлантике, в том числе: эскортный авианосец США, 205 английских и 183 американских эскадренных и эскортных миноносца, 91 эскортный корабль (шлюпы, фрегаты, корветы) Англии, 200 английских и 33 американских охотника за подводными лодками, а всего 713 кораблей;

• 61 английскую и до 39 американских (только на Атлантическом театре, сгруппированных в Карибском море и в районе Нью-Лондона) подводных лодок;

• до 540 самолетов английской береговой авиации для действий против подводных лодок в пределах 300–500 миль от береговой черты и до 100 американских самолетов.

В течение 1942 г. английский флот пополнился 73, а американский флот – 82 эскадренными и эскортными миноносцами. К концу года в составе американского флота уже находилось 12 эскортных авианосцев.

Учитывая особую важность коммуникаций, связывающих США и Англию с сырьевыми и топливными районами Мексиканского залива, Карибского моря и портами Южной Америки, а равно их серьезную уязвимость из-за большой протяженности, интенсивности судоходства и слабой защищенности, германское командование избрало основным направлением боевой деятельности своих подводных сил именно эти районы, перенацелив сюда значительную часть лодок из Северной Атлантики.

К началу 1942 г. из списочного состава германских подводных лодок 165 единиц, или 62 %, проходили ремонт и подготовку, примерно 56 лодок (21 %) находились в море и остальные – в базах в готовности к действиям. 30 подводных лодок из числа находившихся в море действовали в Атлантическом океане, 16 – в водах Арктики и Северного моря и до 10–12 – в Средиземном море. Непосредственно в районах боевых действий находилось до 40 лодок, в том числе 20 в Атлантике.

Таким образом, на каждую подводную лодку стран «оси» приходилось уже около трех англо-американских противолодочных кораблей.

С августа 1942 г. с усилением противолодочной обороны в Западной Атлантике и вдоль берегов Северной Америки германское командование вынуждено было частично переместить подводные лодки в центральную часть Северной Атлантики и в Южную Атлантику. Позднее, в период подготовки и проведения союзниками десантной операции в Северной Африке, значительное число лодок было сосредоточено в районе Азорские о-ва – Испания – Западная Африка.

Из списочного состава английских и американских подводных лодок, действовавших на атлантическом театре, только 8—10 единиц были развернуты на германских сообщениях в Северном и Норвежском морях и около 10–15 – в Средиземном море против итало-германских перевозок.

К началу военных действий на Тихом океане соотношение боевых сил США и Японии характеризовалось следующими данными:

Таблица 11

Соотношение боевых сил США и Японии к 7 декабря 1941 г. *

* С.Э. Морисон. Битва за Атлантику. М., 1956, стр. 43; Ф. Руге. Война на море 1939–1945 гг. М., 1957, стр. 241.

Сухопутные и воздушные силы воюющих сторон, выделенные для действий на океанском театре, составляли: японские 400 тыс. человек и 1500 самолетов, англо-американо-голландские 420 тыс. человек и около 1600 самолетов.

С потерями США в Перл-Харборе соотношение в крупных кораблях изменилось в пользу Японии. Однако американские силы нападения на сообщения по-прежнему превосходили японские силы защиты. В частности, в состав флота США входили 73 подводные лодки (из общего состава 112); в том числе тихоокеанские подводные силы состояли из 21 лодки с базированием на Перл-Харбор, азиатские подводные силы – из 29 лодок с базированием на Кавите (о-в Лусон); 23 лодки, не входившие в состав указанных соединений, находились в базах тихоокеанского побережья США; около 75 % подводных сил США составляли большие, или крейсерские, лодки водоизмещением 1200–1500 т и 25 % – средние лодки водоизмещением 920 т; незначительные легкие силы и столь же незначительная береговая авиация.

На тихоокеанском театре также действовали несколько английских и около пяти-шести голландских подводных лодок, перешедших в 1940 г. под контроль британского адмиралтейства.

Возможность свободного маневра силами между атлантическим и тихоокеанским театрами через Панамский канал позволяла, когда это было необходимо, укреплять силы одного театра за счет другого.

С началом военных действий из списочного состава подводных лодок США в море было развернуто до 35 единиц, в том числе: в районе южных морей – 20, на подходах к китайским берегам – 4, в районе Маршалловых о-вов – 8 и на подходах к Японии – 3. Конечно, для серьезных действий против японских сообщений на огромных пространствах Тихого океана этого количества было недостаточно.

Японский флот для защиты своих коммуникаций располагал всего лишь 20 эскортными кораблями, которые обеспечивали не более 15 % потребности в охранении конвоев.

4. Сосредоточение надводных кораблей германского флота в водах Северной Норвегии

Когда в начале 1942 г. для высшего командования Германии стала очевидной неизбежность затяжной и тяжелой войны с Советским Союзом и когда в то же время усиление разведывательных и боевых возможностей союзников в Атлантике чрезвычайно затруднило деятельность там крупных германских надводных кораблей, гитлеровское командование приняло решение перебазировать их из Бреста и баз Северного моря в базы Северной Норвегии. Перед ними были поставлены задачи срыва англо-американских поставок в Советский Союз и оказания тем самым максимальной косвенной помощи Восточному фронту. В феврале 1942 г. линейный корабль «Шарнхорст», а в марте – линейный корабль «Тирпиц» перешли в район Тронхейма и Альтен-фьорда, а в июне сюда же прибыли линейные корабли «Адмирал Шеер» и «Лютцов», тяжелый крейсер «Хиппер» и крейсер «Кельн».

4 июля 1942 г. «Тирпиц», «Адмирал Шеер» и «Лютцов» пытались нанести удар по конвою PQ-17, вышедшему 27 июня из Рейкьявика (Исландия) в порты Советского Союза. Вскоре по выходе из Тронхейма линейный корабль «Тирпиц» был атакован в Лоппском море советской подводной лодкой К-21. Эскадра повернула на обратный курс, отказавшись от выполнения задачи, и конвой атаковали лишь авиация и подводные лодки.

В последующем германские крупные корабли активности почти не проявляли. Если в 1941 г. средние ежемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа от надводных кораблей составляли 41 тыс. т., то в 1942 г. они снизились до 33 тыс. т, а в 1943 г. упали до 4,5 тыс. т.

5. Действия германских подводных лодок в Атлантическом океане

В связи с изменившейся обстановкой наметились два новых района боевых действий германских подводных лодок: первый находился у побережья США и Канады (от Ньюфаундленда до Флориды), а второй охватывал Мексиканский залив, Карибское море и тянулся далее вдоль северо-восточного побережья Южной Америки, включая подходы к Панамскому каналу. С началом военных действий против США немцы направили сюда 12 больших подводных лодок, 5 из них развернулись на коммуникациях от залива Св. Лаврентия до мыса Гаттерас, 5 к концу апреля действовали в Карибском море на узах коммуникаций у о-вов Аруба, Кюрасао, Тринидад и 2 лодки в конце марта проникли в Мексиканский залив.

Днем лодки обычно отлеживались на грунте в нескольких милях от обычных маршрутов судов, а с наступлением сумерек всплывали под перископ и направлялись к берегу. Атаки они, как правило, выполняли в темноте в надводном положении.

Почти не встречая помех, германские лодки до конца апреля 1942 г. потопили у берегов Америки торпедами, а иногда даже и артиллерией 198 судов общим тоннажем 1150,6 тыс. бр. рег. т, в том числе 50 % танкеров. Отдельные подводные лодки добивались больших успехов. Так, U-126 в феврале – июне 1942 г. за два похода в Карибское море потопила 12 транспортов тоннажем около 76 тыс. т. Тогда же U-158 совершила два похода в Мексиканский залив и потопила 18 судов общим тоннажем около 100 тыс. т. U-66 в апреле – октябре 1942 г. за четыре похода к берегам Северной Америки потопила 21 судно общим тоннажем 142,8 тыс. т.

Несколько германских лодок действовали в районе к югу от Британских о-вов и против сообщений Гибралтар – Англия, в частности к западу от Бискайского залива. Так, 13 декабря 1941 г. из Гибралтара в Англию вышел конвой HG-76 в составе 32 транспортов, охранявшихся 16 эскортными кораблями и английским авианосцем «Одесити»[118]. Около 22 час. конвой был обнаружен германской подводной лодкой. Она пыталась атаковать его, но из-за помехи со стороны самолетов не смогла занять позицию залпа. К 15 декабря к конвою стянулись U-131, U-434, U-574 и U-567. 16 декабря U-131 сблизилась с конвоем, но атаковать его из-за помех самолетов не смогла. Контратакованная самолетом, она из-за повреждений всплыла и была потоплена кораблем охранения. В это же время безуспешно пыталась атаковать конвой и U-434. 18 декабря эта лодка была обнаружена и потоплена эскадренным миноносцем. 19 декабря U-574 торпедировала эскадренный миноносец, но затем сама попала под таран и была потоплена шлюпом охранения. 21 декабря конвой атаковали еще три лодки. В результате их атак были потоплены транспорт и авианосец «Одесити» водоизмещением 5540 т. Из приведенного описания видно, насколько усиливал охранение конвоя эскортный авианосец; недаром лодки так стремились его потопить.

Несколько германских лодок действовало вдоль западного побережья Африки. Так, в июле-августе 1942 г. U-201 и U-130 потопили здесь 13 транспортов тоннажем 96,8 тыс. т, а в сентябре – ноябре U-160 и U-504, оперировавшие на коммуникациях Южная Африка – Южная Америка, потопили 16 транспортов тоннажем 103,8 тыс. т.

Из 17 германских лодок, находившихся в водах Норвегии, 3–4 были развернуты в Баренцевом море и на подходах к Белому морю и до 5 единиц – на западных подходах к Англии. Значительную часть своих подводных лодок немцы продолжали держать в Балтийском море для целей боевой подготовки и отработки кадров подводников.

Итак, зона действий германских подводных лодок в Атлантическом океане переместилась в западном направлении. Несколько улучшилась система управления лодками. Как только устанавливались факты усиления или ослабления защиты сообщений либо изменения плотности движения конвоев в каком-либо районе, германское командование немедленно переразвертывало лодки, оставляя одну или две в старых районах для поиска и атаки случайных целей или отвлечения противолодочных сил на себя.

Так, в марте 1942 г. именно в этих целях три германские лодки были направлены в район Фритауна. Действуя к югу от мыса Пальмас (Либерия), они потопили несколько одиночных судов, шедших вне конвоев, а всего около 25 тыс. т, одновременно отвлекая на себя часть противолодочных сил союзников.

Боевые потери союзного и нейтрального тоннажа за январь – июнь 1942 г. достигли 989 судов, или 4147,4 тыс. т, в том числе от подводных лодок 585 судов, или 3080,8 тыс. т. Большая часть судов была потоплена у берегов Америки. Только в западной части Карибского моря с февраля по июль германские лодки потопили 114 судов общим тоннажем 571,4 тыс. т. В июне 1942 г. в Мексиканском заливе, Карибском море и на подходах к нему лодки потопили судов больше, чем они ежемесячно топили на всех театрах[119]. Напряженность коммуникаций в этих районах характеризовалась тем, что только через Панамский канал в обоих направлениях в 1942 г. прошло 2 688 судов.

Особую тревогу в США вызывала потеря танкеров, составлявшая до 3,5 % в месяц от общего тоннажа. «Вследствие резкого сокращения запасов нефти и уменьшения поставок ее из Голландской Вест-Индии и США в Англию, а также на американские базы на Тихом океане военные действия в Европе, Африке и на Дальнем Востоке оказались под угрозой»[120].

Основным методом действий германских лодок в Атлантике оставались групповые атаки. Используя данные всех видов разведки, лодки сосредоточивались на вероятных путях движения конвоев и атаковали их преимущественно в ночное время из надводного положения. Противоконвойные операции (групповые атаки) приобрели особое значение со второй половины 1942 г., когда лодки были оттеснены от берегов Америки, где почти в течение полугода успешно действовали одиночным порядком. При этом в тактику их действий по мере накопления опыта вносились изменения, отчасти в порядке инициативы подводников, отчасти как ответ на англо-американские противолодочные мероприятия или как результат появления новой техники на самих лодках.

Так, уже во второй половине 1942 г. лодки стали развертываться в две завесы – разведывательную и ударную – на расстоянии от 50 до 100 миль одна от другой. В задачу подводных лодок разведывательной завесы входили поиск, обнаружение конвоя и наведение на него лодок ударной завесы передачей условных коротких сигналов непосредственно на атакующие лодки. Дистанция между лодками в разведывательной завесе назначалась от 30 до 40 миль, т. е. равнялась примерно двойной дальности обнаружения конвоя, а в ударной – от 15 до 20 миль. Общая протяженность завес, зависевшая от числа лодок в группе, достигала 300–360 миль.

Гибель американского танкера «Дикси Эрроу», торпедированного U-71 у берегов США, 26 марта 1942 г.

К примеру, в сентябре 1942 г. в Северной Атлантике действовали группы лодок, состоявшие из разведывательной завесы в 10–12 единиц и ударной завесы в 18–20 единиц. 11 сентября U-133 из разведывательной завесы обнаружила союзный конвой и, не атакуя, последовала за ним, передав лодкам ударной группы сигнал о сближении с конвоем в надводном положении. Сведения о месте, курсе и скорости хода конвоя непрерывно репетовались на лодки ударной группы береговой радиостанцией штаба подводных сил. С наступлением темноты пять-шесть лодок стянулись к конвою и начали торпедные атаки, продолжавшиеся до рассвета. Так шло в течение трех суток, пока конвой не вошел в зону противолодочной обороны у английских берегов. В результате атак лодок конвой потерял несколько транспортов.

Иногда, в зависимости от района, германские лодки действовали совместно с надводными кораблями и авиацией. Так, в Баренцевом море с 27 июня по 10 июля 1942 г. в результате грубо ошибочных, едва ли не провокационных действий английского морского командования германские подводные лодки совместно с авиацией нанесли ряд жестоких ударов по уже упоминавшемуся конвою PQ-17, следовавшему из Исландии в Советский Союз в составе 36 транспортов в охранении 6 эскадренных миноносцев, 4 корветов, 3 тральщиков и под прикрытием 2 линейных кораблей и 4 крейсеров. В связи с возможной угрозой нападения «Тирпица», конвой но приказанию адмиралтейства, не пожелавшего «рисковать» силами прикрытия конвоя, рассредоточился: охранение было отозвано, суда «рассыпались» и пошли самостоятельно. Для германских лодок и авиации создалась исключительно благоприятная обстановка, которой они не преминули воспользоваться.

В результате из 36 судов конвоя до порта назначения дошли только 12.

После этого союзное командование, ссылаясь на потери, прекратило отправку конвоев в Советский Союз до наступления полярной ночи. С июля по декабрь 1942 г. в советские северные порты прибыл лишь один конвой PQ-18. 7 сентября он вышел из Рейкьявика и 12 сентября был обнаружен на подходах к Шпицбергену германскими самолетами. На следующие сутки начались атаки судов конвоя авиацией. До 21 сентября в налетах на PQ-18 участвовало до 200 самолетов, которым удалось потопить ряд судов. В этот же период конвой подвергался атакам подводных лодок, потопивших три транспорта.

В октябре 1942 г. германские подводные лодки снова усилили свою деятельность в Карибском море и на подходах к нему, куда дополнительно было направлено четыре-пять лодок из баз Средиземного моря, где, наоборот, действия их сократились.

Одновременно с общим увеличением германских лодок в строю они начали более активно действовать против атлантических конвоев союзников, сосредоточив основное внимание на центральной части Северной Атлантики, где пока что конвои не всегда имели воздушное прикрытие. При этом группы ударных лодок, развернутые между Исландией и Азорскими о-вами или между Исландией и Ньюфаундлендом, взаимодействовали с завесами лодок-разведчиков.

Силы охранения конвоя PQ-17 в бухте Хвальфьорд, Исландия, май 1942 г.

Вот одна из типичных операций. 6 октября 1942 г. в районе 53°54’ с. ш. и 29°30’ з. д. подводная лодка U-353 заняла позицию впереди завесы, состоявшей из трех групп: первой группы («Пантера») в составе 19 лодок (в том числе U-413, U-706, U-410 и U-133); второй группы («Волк») в составе 6 лодок, развернувшейся в 300 милях на юго-восток от первой, и третьей группы («Леопард») в составе 10 лодок, находившейся в 400 милях на восток от второй группы.

10 октября U-353 обнаружила одиночный транспорт, однако судно резко изменило курс и вскоре контакт с ним был потерян.

11 октября та же лодка обнаружила быстроходный конвой в составе трех судов и передала о нем донесение, одновременно попытавшись его атаковать, но безрезультатно. На основе сообщенных данных на сближение с конвоем направились шесть лодок группы «Пантера», однако из-за плохой видимости обнаружить и атаковать конвой им не удалось.

В то же время разведывательной лодкой U-104 (группа «Волк») был обнаружен новый конвой, и на основе ее данных к нему направилась группа «Волк» вместе с частью лодок группы «Леопард», всего до 12 лодок. Группа же «Пантера» продолжала сближение с первым конвоем, который вновь обнаружила U-353. Преследование и атаки этого конвоя, несмотря на штормовую погоду, продолжались до 16 октября. Однако успех лодок был незначителен. Они потопили три транспорта, но при этом U-353 была обнаружена и уничтожена артиллерией кораблей охранения.

6. Операции итало-германских сил в Средиземном море

К началу 1942 г. перед объединенными итало-германскими силами на средиземноморском театре стояла задача закрепить осенние успехи в достижении преобладания на море и в воздухе в районе Южная Италия – Северная Африка для обеспечения безопасности своих коммуникаций и парализования английских перевозок в Тобрук и на Мальту.

Деятельность подводных лодок, в том числе против боевых кораблей, особенно усилилась в период наступления немецких сухопутных сил в Ливии. В частности, германские подводные лодки потопили: 18 марта 1942 г. U-565 – крейсер «Наяд», 16 июня U-205 – крейсер «Хармайони», 11 августа U-73 – авианосец «Игл»[121]и она же 12 августа— крейсер «Каиро». Кроме того, одной из итальянских лодок был потоплен крейсер «Манчестер».

В начале 1942 г. для упорядочения борьбы против английских сообщений германо-итальянское командование разграничило районы деятельности сил: лодкам были предоставлены, главным образом, два крайних района моря – западный, где оперировали четыре-пять лодок, и восточный, где действовали семь-восемь лодок, а авиации и надводным кораблям – центральная часть моря. В Тунисском проливе были усилены минные заграждения, здесь же предполагалось использовать легкие силы, действовавшие из баз Сицилии и Пантеллерии.

В результате принятых мер силам стран «оси» удалось достигнуть некоторого временного преобладания в центральной части Средиземного моря. В январе 1942 г. английский конвой, следовавший на Мальту из Гибралтара, понес значительные потери в транспортах, а другой конвой, вышедший также из Гибралтара в феврале, из-за тяжелых потерь был вынужден вернуться обратно. В июне направлявшиеся на Мальту 2 английских конвоя (из Гибралтара в составе 6 судов, следовавших в охранении линейного корабля, 2 авианосцев, 4 крейсеров и 12 эскадренных миноносцев, и из Александрии в составе 10 судов, охранявшихся 6 крейсерами и 27 эскадренными миноносцами) потеряли 6 транспортов и 3 миноносца из состава охранения.

В августе для обеспечения перехода конвоя из Гибралтара на Мальту англичане предприняли крупную операцию. На подходах к итальянским базам были развернуты английские лодки. Для непосредственного обеспечения конвоя были выделены линейные корабли «Нельсон» и «Родней», авианосцы «Индомитебл», «Викториес», «Игл» и «Фьюриес», 7 крейсеров и 27 эскадренных миноносцев. 11 августа на рассвете конвой был обнаружен итальянской лодкой, а вскоре немецкая лодка U-73 потопила авианосец «Игл». На основе сообщенных лодками данных германская авиация нанесла ряд ударов по конвою, в результате которых были повреждены авианосцы «Индомитебл» и «Викториес», потоплены эскадренный миноносец, транспорт и два других повреждены. 12 августа вечером основные английские силы повернули назад, а конвой, охраняемый 3 крейсерами и 10 эскадренными миноносцами, продолжал движение. Ночью конвой был атакован 12 итальянскими лодками, потопившими крейсер и 4 транспорта. Позднее итало-германские торпедные катера потопили еще 1 крейсер и 4 судна. 13 августа на Мальту из 14 судов конвоя прибыло всего лишь 5.

Гибель авианосца «Игл»

Обстановка вынуждала английское командование осуществлять свои восточные коммуникации по-прежнему вокруг Африки. С декабря 1941 по октябрь 1942 г. из портов Англии в районы Африки, Среднего Востока, Индии и Малайи вышло 225 судов общим тоннажем 3190,8 тыс. т, которыми было перевезено около 568 тыс. человек личного состава.

Однако в дальнейшем деятельность итало-германских сил, особенно авиации, на средиземноморских сообщениях значительно ослабла. И главной причиной этого явилось то, что немцы были вынуждены перебросить отсюда почти все свои воздушные силы на Восточный фронт.

Между тем в сентябре-октябре 1942 г. в связи с подготовкой англо-американских сил к высадке в Африке движение конвоев у восточного побережья Америки и частично в Северной Атлантике и Баренцевом море сократилось. На основе ряда разведывательных данных германское командование усилило группировку своих подводных лодок к востоку и юго-востоку от Азорских о-вов и о-ва Мадейра, а также на подходах к Гибралтарскому проливу. Угроза для союзного и нейтрального торгового судоходства в этом районе усилилась. Так, в октябре из состава одного союзного конвоя в результате его четырехдневного преследования группой из шести-семи германских подводных лодок было потоплено семь судов у о-ва Мадейра и еще четыре у о-ва Тенериф.

Однако, не имея полных сведений о движении англо-американского десанта, немцы не сумели организовать необходимое переразвертывание подводных сил, действовавших в Атлантике, а также дополнительно выслать к Гибралтару лодки из числа находившихся в базах Бискайского залива. На дальних подступах к Гибралтарскому проливу ими было сосредоточено всего около восьми лодок. Наиболее вероятной немцы считали высадку десанта в районе Дакара. Только на десятые сутки после начала высадки союзного десанта германо-итальянскому командованию удалось сосредоточить на обоих подходах к Гибралтару около 25 лодок.

Особенно благоприятную обстановку для действий лодок и авиации создало скопление транспортов союзного десанта на подходах к Гибралтарскому проливу в полдень 4 ноября, когда отряды были вынуждены перестраиваться для входа в пролив. Но этот момент немцы не использовали. Впервые лодки смогли атаковать один из отрядов десанта лишь 7 ноября в 200 милях от Алжира. В итоге подводные лодки и авиация держав «оси» из 350 боевых кораблей и 500 транспортов союзников, на которых было перевезено до 500 тыс. человек, потопили с момента обнаружения десанта и до окончания высадки 30 судов, а также авианосец, крейсер и 3 миноносца. Сами же итальянцы и немцы потеряли в ноябре только в Средиземном море 10 лодок.

Не добившись успеха, итало-германские лодки отошли от североафриканского побережья в прежние районы действий, и лишь небольшая их часть временно задержалась на подходах к Алжиру и Орану.

С высадкой десанта в Северной Африке для союзников обстановка на Средиземном море значительно улучшилась. Расширение базирования и дальнейшее сосредоточение сил предопределили успех их последующих операций в Южной Италии, что в свою очередь дало возможность вскоре вернуть часть сил в Атлантику. С другой стороны, с захватом немцами Тулона улучшилось развертывание и деятельность германских подводных лодок на театре[122].

7. Эффективность действий германских лодок и методы их использования

1942 год характерен наибольшими успехами немецких лодок. В первую половину года больше всего союзных судов было потоплено ими на подходах к США, а также в Мексиканском заливе и в Карибском море. Во второй половине 1942 г. меры, принятые американцами по улучшению конвойной службы и усилению прибрежной противолодочной обороны, ограничили действия лодок. Однако, отойдя от берегов США, лодки с прежней интенсивностью продолжали действовать почти по всему океану и, главным образом, за пределами 400—500-мильной зоны действий противолодочных сил. В связи с продолжавшейся нехваткой эскортных сил потери тоннажа по-прежнему были высоки: в октябре из 139 атакованных судов было потоплено 94, а в ноябре из 157–119.

В своих планах немцы предусматривали иметь в море не менее 1/3 лодок из числа находящихся в строю. Однако фактически в 1942 г. из среднего списочного годового числа в 333 лодки в готовности к боевым действиям находились 154, из них в море в среднем действовали 84 лодки, т. е. 25 % от общего числа, или 55 % от подготовленных. Наряду с этим коэффициент оперативного напряжения ряда лодок намного превышал плановые нормы.

Так, U-331 с июля 1941 по 17 ноября 1942 г. совершила 9 боевых походов и находилась в море 46,5 % всего времени; U-202 с 1 июля 1941 по 20 июля 1943 г. также выполнила 9 боевых походов и находилась в море 57,5 % времени; U-558 с августа 1941 г. по 20 июня 1943 г. совершила 10 боевых походов и находилась в море даже 70,5 % времени.

Подобное увеличение длительности пребывания подводных лодок в море в известной степени достигалось путем доснабжения их в море топливом и боезапасом при помощи лодок снабжения, которые в обиходе называли «дойными коровами». С распространением боевых действий лодок к берегам Северной Америки, в районы Южной Атлантики, а также частично в Индийский океан потребовалось значительное увеличение их автономности, главным образом в целях сокращения до минимума количества переходов морем в район боевых действий и обратно, и тем самым уменьшения числа случаев форсирования противолодочных рубежей, т. е. снижения потерь. Так, подводная лодка U-483, вышедшая из Ла-Паллиса и потопившая на подходах к Нью-Йорку четыре больших судна и два малых патрульных корабля (всего около 20 тыс. т), находилась в море около двух месяцев. За это время U-483 дважды приняла топливо от возвращавшейся в базу U-174 и от подводной лодки снабжения.

Транспортные действия подводных лодок наиболее интенсивно осуществлялись именно в 1942 г. В результате их немцам на определенных этапах удавалось значительно увеличить оперативный радиус лодок и длительность их пребывания в море. Это особенно относилось к лодкам среднего водоизмещения, которые смогли тем самым находиться в море до 40 суток. Возросло время пребывания в море и больших лодок; при автономности в 50 суток некоторые из них находились в море до 90 суток.

Всего немцами намечалось построить до 30 транспортных лодок и в дальнейшем переоборудовать для перевозки грузов несколько лодок XXI серии. Фактически же за время войны было построено 14 таких лодок, из них для снабжения главным образом топливом – 10 лодок и для снабжения торпедами – 4 лодки. В 1942 г. в строй вступило 5 лодок снабжения.

Встреча боевых подводных лодок с лодками снабжения чаще всего происходила в средней части Атлантики в 300–400 милях на юго-запад от о-вов Зеленого Мыса или в 300–500 милях на юго-восток от Гренландии. Координаты встречи каждый раз определялись штабом командования подводными силами, им же устанавливалась и особая система опознавания.

Как видно из вышеизложенного, действия германских и частично итальянских подводных лодок в течение года характеризовались нарастающими успехами. Средние ежемесячные потери союзного тоннажа от действий лодок постепенно увеличивались, достигая в отдельные месяцы 700 тыс. т и более. Возросли потери союзного тоннажа и в пересчете на одну погибшую лодку: если в предыдущий период они равнялись 53,9 тыс. т, то в рассматриваемый период они достигли 67,2 тыс. т. Ежемесячные потери союзного тоннажа на одну лодку в море составили соответственно 3,5 и 6,4 тыс. т.

Однако к концу года эффективность действий германских подводных лодок стала снижаться, а их потери возрастать. Основной причиной этого явилось дальнейшее усиление союзных противолодочных сил и средств, особенно с началом широкого применения для борьбы с лодками авиации, снабженной радиолокационными станциями обнаружения лодок в надводном положении. Уже в 1942 г. от атак авиации погибло 37 германских подводных лодок (в 1941 г. – 3 лодки!).

Одновременно стали уменьшаться потери союзного тоннажа и от других сил германского флота. В частности, во второй половине года средние ежемесячные потери тоннажа от германской авиации составили всего лишь 42,8 против 73,8 тыс. т в первой половине года, а от надводных кораблей соответственно 28,1 против 38,0 тыс. т.

8. Техническое развитие германских подводных лодок

В 1942 г. постройка подводных лодок в Германии продолжалась по довоенным проектам, но уже с некоторым учетом опыта войны, обеспечивавшим лодкам несколько лучшие надводные качества (скорость хода и дальность плавания в надводном положении). Строились средние лодки серии VIIC, большие – серии IXC40, крейсерские – серии IXD, подводные минные заградители – серий VIID и ХВ и транспортные лодки серий XIV и VIIF. На всех новых подводных лодках за счет некоторого увеличения водоизмещения был увеличен запас топлива.

К 1 декабря 1942 г. состав подводных сил Германии увеличился до 386 лодок. В строй ежемесячно при плане ввода 28 лодок вступало: в первой половине года – 17,2 и во второй половине – 19,8 лодок. С учетом потерь немцам за рассматриваемый период удалось увеличить численность подводных лодок на 133 единицы, а находившихся в море – вдвое, хотя флот в общем и недополучил 113 лодок. Причина этого, по мнению командования подводными силами, заключалась в том, что если в начале войны флот получал ежемесячно по 160 тыс. т стали, а в 1941 г. даже 177 тыс. т, то в 1942 г., несмотря на общий рост производства стали в стране, ее лимит флоту был снижен до 119 тыс. т. Нехватка же рабочей силы приводила к повышению сроков ремонта лодок, т. е. к уменьшению времени нахождения их в море. Если в начале периода длительность пребывания лодки в море относилась к длительности ее нахождения на ремонте в базе как 3:2, то к концу года это соотношение снизилось до 2:3.

В 1942 г. для повышения вероятности попадания торпедами на вооружение был принят прибор ФАТ. Он представлял собой разновидность прибора Обри с вмонтированными в него механизмами, позволявшими торпеде осуществлять переход с прямолинейной на криволинейную траекторию любого вида. Если торпеда не встречалась с целью в намеченной точке, она начинала двигаться зигзагами, покрывая определенную площадь.

Некоторые улучшения были произведены и в минном оружии. Если с 1941 г. применялись не только магнитные, но и акустические мины, то в 1942 г. на вооружении появились акустическо-индукционные мины и мины с многоступенчатыми магнитными замыкателями. В 1942 г. германские лодки совершили 21 постановку, поставив 392 мины. Районами постановки стали подходы к базам и портам Великобритании, Советского Союза, Атлантического побережья США, а частично и Средиземное море.

В сентябре подводной лодкой U-517 впервые были использованы специальные снаряды, создававшие впечатление о гибели лодки.

С октября 1942 г. немцы начали устанавливать на подводных лодках средства защиты от радиолокационного обнаружения. Это были прибор «Метокс» и поисковый приемник «Fu-МВ», способные засекать работу радиолокационной станции противника раньше, нежели лодка обнаруживалась ею, что позволяло лодке заблаговременно погружаться. Постепенно качество этих приемников улучшалось, охватив три диапазона волн: метровый, дециметровый и сантиметровый. Одновременно на лодках устанавливались и обычные радиолокационные приборы для обнаружения кораблей и самолетов.

Особенно широкое развитие получили береговые радиостанции для связи с лодками на диапазонах волн до 30 тыс. м.

9. Мероприятия союзников по защите коммуникаций

В конце 1941 г. с усилением подводной угрозы англо-американское командование установило следующее разграничение зон ответственности за противолодочную оборону на атлантическом театре: на флот США возлагалась защита перевозок в западной части океана до меридиана 26° з. д., а на английский флот – в восточной части. В апреле 1942 г. это разграничение было уточнено. От точки 65° с. ш. и 10° з. д. разгранлиния проходила через точки: Ш-57° и Д-26°; Ш-43° и Д-26°; Ш-43° и Д-40°; Ш-20° и Д-40°; Ш-20° и Д-26° и далее на юг (схема 7).

Соглашениями между британским адмиралтейством и управлением морских операций США были уточнены инструкции и наставления по конвойной службе, а также расчет потребности сил и средств защиты сообщений. При этом была установлена такая организация управления конвойной системой:

• конвои, следовавшие из США в Англию, управлялись американским командованием; причем курсы на переход указывались им с обязательным учетом рекомендаций адмиралтейства для английской зоны;

• в западной зоне от мыса Код до меридиана 52° з. д. переходы конвоев обеспечивались корабельными эскортами и противолодочными силами, базировавшимися на Бостон, и авиацией, действовавшей с аэродромов Новой Англии и Ардженшии;

• в центральной части океана, между меридианами 52 и 26° защита конвоев возлагалась на находившиеся под американским командованием эскадренные и эскортные миноносцы и корветы (до 14 кораблей), базировавшиеся на Ньюфаундленд. Воздушное прикрытие в этой зоне осуществлялось самолетами береговой авиации с аэродромов Ардженшии, Ньюфаундленда и Исландии;

• в восточной зоне океана между меридианом 26° и Британскими о-вами для защиты коммуникаций использовались английские эскортные и противолодочные корабли и береговая авиация, дислоцировавшиеся на базы и аэродромы Англии.

Одновременно было расширено базирование сил в указанных пунктах, созданы базы на южной оконечности Гренландии и на юго-западном побережье Африки и введены новые трассы путей для трансатлантических конвоев.

Активное использование новых баз, добавочно стеснив действия германских лодок в восточных и западных районах коммуникаций, позволило еще более оттеснить их в центральную часть океана.

Схема 7. Районирование и разграничение зон защиты морских сообщений в Атлантическом океане

Значительно возросли также англо-американские силы и средства защиты союзных коммуникаций. Так, корабельный состав, использовавшийся главным образом для сопровождения конвоев (эскортные авианосцы, эскадренные и эскортные миноносцы), численно вырос с 430 кораблей на 1 января до 531 к концу года.

Периодически для защиты коммуникаций англичане использовали и подводные лодки. Например, в ходе десантной операции в Северной Африке у баз итальянского флота действовали две флотилии английских лодок с задачей не допустить прорыва итальянских кораблей в район высадки десанта.

Особенно вырос состав береговой и частично авианосной авиации, выполнявших задачи защиты коммуникаций. Это позволило союзникам значительно улучшить систему непосредственного воздушного охранения конвоев. Там, где конвои обеспечивались достаточным числом самолетов, успех германских подводных лодок резко снижался. Так, даже периодическое прикрытие авиацией конвоя НХ-217, совершавшего переход из Америки в Англию в ноябре 1942 г., серьезно затруднило действия лодок. Ряд их попыток атаковать конвой оказался безрезультатным, а две из преследовавших конвой лодок (U-254 и U-611) были потоплены.

10. Действия английского флота и авиации против итало-германских сообщений

Эти действия выполнялись лишь попутно с главной задачей защиты перевозок. От 4 до 10 английских подводных лодок периодически патрулировали в Северном и Норвежском морях, от 3 до 5 лодок – на западных подходах к Британским о-вам и 4–5 лодок в Бискайском заливе с целью поиска и уничтожения германских лодок, а также в качестве оперативного прикрытия конвоев. В Средиземном море наиболее крупные союзные конвои, помимо надводных кораблей, прикрывались еще и 7—14 подводными лодками.

Поэтому германские сообщения вдоль норвежского побережья и в Северном море даже при весьма слабой защите (воздушное прикрытие их в 1942 г. почти отсутствовало) страдали мало. Между тем германское судоходство, хотя и незначительное, играло для Германии немаловажную роль. Так, в 1942 г. из Швеции и Норвегии в Германию было перевезено свыше 9 млн. т стратегического сырья.

С сентября 1941 по ноябрь 1942 г. из Европы на Дальний Восток было направлено 18 германских блокадопрорывателей с различным грузом; из них 14 прибыли к месту назначения, 2 вернулись обратно и 2 были потоплены. С июня 1941 по ноябрь 1942 г. с Дальнего Востока в Германию вышли 17 блока-допрорывателей с различным грузом; из них к месту назначения прибыли 12 судов, 4 вернулись обратно и 1 был потоплен. Из Германии вывозились военные грузы, специальная оптика, ртуть и коммерческие товары, с Дальнего Востока в Германию доставлялись каучук, вольфрам, молибден, олово, хинин, опиум, жиры и др.

За 1942 г. английским флотом, главным образом его авиацией, было поставлено 9711 мин; при этом авиация совершила 4907 самолето-вылетов.

Всего за год английским флотом и авиацией было потоплено 360 тыс. т германского тоннажа.

Судоходство Италии осуществлялось преимущественно по направлениям Италия – Северная Африка, Италия – Албания – Греция и вдоль итальянского побережья. Боевые потери итальянского торгового флота составили за год около 200 транспортов тоннажем свыше 500 тыс. т, в том числе от действий лодок было потеряно 73 судна, или 283 тыс. т, и от действий авиации 76 судов, или 178 тыс. т. Эти потери были восполнены судостроением Италии лишь на 77 %.

11. Морские сообщения Японии и характер их обороны

Из 30 основных видов стратегического сырья внутренние ресурсы обеспечивали Японию только семью позициями. Обычный ввоз Японии морем в 1941 г. составил 48,7 млн. т. С началом военных действий на Тихом океане она полностью лишилась импорта из Америки и начала ввозить сырье и топливо из Китая, Маньчжурии и захваченных стран Южных морей, покрывая этим до 90 % своих потребностей в топливе, 75 % – в железе, 97 % – в никеле, 80 % – в олове, 65 % – в алюминии, 70 % – в каучуке и т. д.

Экономические и военные перевозки Японии должны были обеспечиваться судами общим тоннажем 5996 тыс. т, из которых на долю танкерного флота приходилось около 10 %. В декабре 1941 г. тоннаж судов составлял: обслуживавших армию – 2,1 млн. т, военно-морской флот—1,5 млн. т (без танкерного флота) и экономические перевозки – 1,7 млн. т.

В ходе войны экономические перевозки осуществлялись на трех основных направлениях: между Японией и портами Китая и Кореи, между Японией и районами Южных морей, захваченными на первом этапе военных действий, и между Японией и островами Океании. Интенсивные перевозки имели место в Желтом и Японском морях. Наиболее важные узы коммуникаций располагались у южной части о-ва Хонсю, в районе проливов Симоносэки, Кии и Бунго и Токийского залива. Крупные узы коммуникаций находились также в районе Тайваня, Марианских о-вов и о-ва Трук.

Защиту всех этих сообщений японцы стремились обеспечить универсальным способом – достижением господства на море. Сколь-либо подготовленная система непосредственной защиты судоходства отсутствовала. Проводились лишь отдельные, плохо связанные между собой мероприятия, вроде постановки оборонительных минных заграждений со стороны Тихого океана в районах островов Тайвань и Кюсю, у Филиппинских о-вов, в проливах Цусимском, Лаперуза и Сангарском. Ответственность за оборону сообщений была возложена на военно-морские районы Йокосука, Курэ, Сасэбо и Майдзуру. Постройку 35 специальных эскортных кораблей Япония начала только в конце 1942 г. Все строившиеся корабли вошли в строй к концу 1943 г., но это обеспечило не более 15 % потребности Японии в эскортных силах. В итоге противолодочную оборону сообщений осуществляли малые, по большей части слабо вооруженные рыболовецкие суда, не имевшие средств гидроакустического наблюдения.

12. Действия американского флота на тихоокеанском театре

Потери американского флота в Перл-Харборе и его последующие действия в южном и юго-западном районах Тихого океана с целью воспрепятствовать дальнейшему продвижению японских сил позволили использовать против японских коммуникаций на первых порах только подводные лодки. Американским командованием предусматривалось их развертывание на подходах к Японии, в Желтом и Восточно-Китайском морях, у мандатных территорий, а также в районах о-вов Уэйк, Мидуэй и Алеутских.

К концу декабря 1941 г. у китайских берегов, в районе Южных морей, у Маршалловых о-вов и у берегов Японии находилось до 35 американских подводных лодок. За декабрь они уничтожили 6 японских судов общим тоннажем 31 693 т. Первый транспорт («Ацутасан Мару») был потоплен 15 декабря 1941 г. подводной лодкой «Сордфиш» в районе о-ва Хайнань. По следовавшему без охранения судну сначала из подводного, а затем и из надводного положения было произведено две атаки и выпущено шесть торпед.

Эффективность атак американских лодок в первые месяцы войны была весьма низкой. С начала войны и по февраль 1942 г. они атаковали 100 судов, израсходовали 232 торпеды, но достигли только 18 попаданий, в результате которых было потоплено 18 судов общим тоннажем 76 тыс. т. Еще меньшими оказались успехи авиации и надводных кораблей США. За тот же период они потопили всего 11 судов общим тоннажем 56,8 тыс. т.

Успеху действий американских лодок мешала также слабость разведки. Так, в феврале 1942 г. американцы предполагали атаковать пятью лодками крупный японский конвой с войсками в Яванском море. Однако из-за плохой разведки и оперативных просчетов командования развертывание лодок запоздало, и конвой успел войти в мелководный район, недоступный для лодок. Встретиться с ним смогла только подводная лодка «Сарго», но и она, израсходовав за 3 атаки 13 торпед, не добилась ни одного попадания.

В марте 1942 г. американское морское командование определило две зоны для действий своих лодок: подводные лодки из состава Тихоокеанского флота должны были оперировать в водах, омывающих Японские о-ва, а также в районе Алеутских о-вов; лодкам же из состава Азиатского флота предписывалось действовать, главным образом, в районе к югу от о-ва Хонсю, в районе Филиппинских о-вов и в водах Индонезии. Разгранлиния между этими зонами проходила по параллели 26° с. ш.

Действия лодок в Северной зоне начались с разведки неприятельских оборонительных сооружений и организации защиты гаваней и побережья. Данные этой разведки использовались и лодками и надводными кораблями. Так, первый удар по базам и портам Японии в апреле 1942 г. был нанесен авианосным соединением именно с учетом этих данных.

Весной 1942 г. японцы продолжали наступление, хотя оно и весьма замедлилось. Их передовые отряды пытались прорваться к Австралии, вступили на Новую Гвинею и на о-ва архипелага Бисмарка. В связи с этим значительно увеличилось движение японских транспортов, ибо наряду с вывозом с захваченных территорий различных видов сырья, топлива и продовольствия снова усилились воинские перевозки.

Однако в этот период значительная часть американских подводных лодок была занята разведкой в интересах действий флота в районе Новой Гвинеи и для обеспечения упомянутого выше налета авиации на Японские о-ва. В июне 1942. г. до 25 американских лодок были сосредоточены у о-ва Мидуэй для участия.

В апреле американское командование произвело новое разграничение зон действий своих подводных сил. Вместо прежних двух зон океан был разделен на четыре зоны. Предполагалось, что к северу от 42-й параллели (Северная зона) будут действовать лодки, базировавшиеся первоначально на Датч-Харбор, а впоследствии на Пёрл-Харбор; Центральная зона отводилась для действий лодок Тихоокеанского флота, имевших базой Пёрл-Харбор; в Южной и Юго-Западной зонах должны были оперировать лодки Азиатского, а позднее и Тихоокеанского флотов с базами в Австралии. Такая нарезка зон сохранилась до конца войны.

Схема 8. Основные коммуникации Японии в Тихом океане совместно с другими силами в отражении японской атаки на этот остров

Основным для действий подводных лодок Тихоокеанского флота по-прежнему был район к югу от о-ва Хонсю, охватывавший подходы к Токийскому заливу и проливам Внутреннего Японского моря. В конце 1942 г. деятельность американских лодок здесь расширилась, охватив также район, примыкающий к южному побережью о-ва Хоккайдо. С весны 1942 г. лодки начали действовать и в районе Курильских о-вов. После захвата японцами о-вов Кыска и Атту и увеличения в связи с этим японских перевозок в северном направлении в этот район дополнительно были выделены лодки из базировавшихся на Пёрл-Харбор с доведением общего их числа в Датч-Харборе до 12 единиц. Всего за год в Северной зоне американские лодки уничтожили 6 японских судов общим тоннажем 24,7 тыс. т, а также значительное число рыболовецких траулеров.

Постепенно расширялась сфера деятельности лодок Азиатского флота. Первоначально они действовали в основном севернее Австралии, но затем из них были сформированы два оперативных соединения. Первое, базируясь на Брисбен (восточное побережье Австралии), должно было оперировать в районе Соломоновых о-вов и архипелага Бисмарка. Лодки второго соединения, базирующегося на Фримантл, должны были действовать в районах «Малайского барьера», Южных и Южно-Китайского морей, до о-ва Хайнань – на севере и до Сиамского залива – на юге.

Таким образом, всего лишь 20–25 лодками, разбросанными почти по всему океану, американское командование пыталось не только воздействовать на воинские перевозки противника, но и нарушить его экономические перевозки. Конечно, каких-то успехов при этом можно было добиться только благодаря слабой защите своих коммуникаций японцами.

Середина 1942 г. характеризовалась некоторыми изменениями в тактике использования оружия американскими лодками. Наряду с залпами с острых носовых курсовых углов цели ими стала применяться залповая стрельба торпедами с кормовых углов цели, близких к 180°.

В августе на американских лодках начали устанавливать радиолокационные приборы. В начале сентября 1942 г. подводная лодка «Хэддок», находившаяся в Формозском проливе, ночью при помощи радара обнаружила на дистанции 11 тыс. м японское судно. Преследование продолжалось всю ночь, и на рассвете транспорт был потоплен торпедами. Наибольший успех ночные атаки с использованием радиолокации получили в конце года.

Проведению ночных атак (и надводных и перископных) благоприятствовало и то, что японские транспорты, особенно в начале войны, ходили с включенными ходовыми огнями. В 1942 г. ночные атаки составили около 30 % от общего числа атак, проведенных американскими лодками.

В 1942 г. были предприняты также попытки выполнения атак с помощью гидролокации. Но они не получили распространения в связи с более благоприятными шансами на успех при использовании для обнаружения целей радиолокации.

Всего с декабря 1941 по ноябрь 1942 г. американские подводные лодки на Тихом океане провели в районах действий до 5000 суток (более 40 суток ла каждую лодку). Они атаковали 515 судов, израсходовав при этом 1349 торпед, которыми было потоплено и повреждено 126 транспортов общим тоннажем 544,8 тыс. т. Успешность атак составила 24,6 %.

Еще в середине 1941 г. в США были составлены планы минных постановок на случай войны с Японией, однако выполнение их началось лишь осенью 1942 г. Поскольку не хватало подготовленных торпед, подводные лодки, выходившие в очередной поход, взамен запасных торпед принимали мины. В частности, в октябре-ноябре 1942 г., когда шли бои в районе Соломоновых о-вов, для минных постановок было выделено шесть торпедных лодок, которые поставили заграждения на подходах к Бангкоку, в Сиамском заливе и в Центральной части Тонкинского залива. В декабре три подводных минных заградителя поставили мины у входа и в проливе Бунго между о-вами Сикоку и Кюсю, а также у мыса Инубоэ (в 60 милях восточнее Токио).

В 1942 г. американская авиация действовала на японских сообщениях главным образом против воинских перевозок и судов с десантом в юго-восточной части океана. С декабря 1941 по ноябрь 1942 г. ею было потоплено 40 транспортов общим тоннажем около 247,7 тыс. т, т. е. среднемесячные потери японского тоннажа от авиации составили 20,6 тыс. т против 45,5 тыс. т, приходившихся на долю подводных лодок.

Еще в меньшей степени против японских сообщений использовались американские надводные корабли. За весь рассматриваемый период ими было потоплено всего лишь 10 транспортов противника общим тоннажем около 58,4 тыс. т.

13. Техническое развитие американских подводных лодок

В 1942 г. постройка подводных лодок в США продолжалась по довоенным проектам. Несколько улучшились лишь их мореходные качества и надводные маневренные элементы по сравнению с устарелыми лодками типа «S» постройки 1920–1923 гг. Законченные постройкой за рассматриваемый период 32 единицы относились к классу больших лодок с максимальной надводной скоростью хода до 21 уз. (против 17–19 уз. на лодках довоенной постройки) и подводной скоростью – до 9 уз.

Вооружение новых лодок состояло из шести носовых и двух – четырех кормовых торпедных аппаратов. К концу года на значительной части лодок были установлены радиолокационные приборы наблюдения за надводными кораблями и низколетящими самолетами, а также несколько улучшенная гидроакустика. Использование радиолокации в условиях огромного театра, а тем более ночью, значительно облегчало поиск кораблей в море и весьма повышало эффективность действий подводных лодок.

14. Характер действий японских сил на сообщениях

Как уже сказано, для борьбы на сообщениях японский флот выделял только подводные лодки и то лишь в случаях, когда по тем или иным причинам они освобождались от участия в основных операциях. Так, в декабре 1941 г. группа японских лодок действовала между Гавайскими о-вами и Северной Америкой с целью перехвата и уничтожения американских авианосцев, а когда надобность в лодках отпала, они были направлены для борьбы на сообщениях вдоль побережья США от Сиэтла до Лос-Анжелеса. Так, подводная лодка I-25 на подходах к устью Колумбии в темное время суток потопила торпедами из надводного положения американский транспорт водоизмещением около 20 тыс. т. Другим лодкам в этих же районах удалось уничтожить несколько малых грузовых судов и танкеров. В начале января 1942 г. лодки были отозваны, и в дальнейшем действия их у американских берегов почти не возобновлялись.

Успешнее были действия японских лодок против союзных коммуникаций в Индийском океане, где районы их патрулирования по условиям соглашения между Германией и Японией включали Аравийское море и полосу вод вдоль восточного побережья Африки. Наибольших результатов лодки достигли в Мозамбикском проливе, где ими совместно с двумя надводными рейдерами, снабжавшими их топливом, в течение 1942 г. было потоплено до 20 транспортов. Всего же японские лодки уничтожили в Индийском океане 60 союзных транспортов. С июня 1942 г. несколько лодок действовали на подходах к северо-восточному побережью Австралии, где ими до конца года были потоплены 10 транспортов.

В 1942 г. действия японских лодок на сообщениях, как и рассмотренные выше действия американских лодок, проходили в условиях весьма слабой противолодочной обороны обеих сторон, особенно в Индийском океане.

15. Потери торгового тоннажа и боевых сил

В первой половине 1942 г. на атлантическом театре потери союзного тоннажа неизменно возрастали и к середине года достигли наибольшего размера за войну. Но с этого времени начали увеличиваться и потери итало-германских сил нападения, главным образом подводных лодок.

На тихоокеанском театре общие потери японского тоннажа от союзных сил и по другим причинам также постепенно увеличивались и в октябре 1942 г. достигли 164,8 тыс. т при незначительных потерях американских сил нападения.

Общие потери союзного и нейтрального тоннажа от германо-итальянских и частично от японских действий составили за рассматриваемый период 1874 судна тоннажем 8023,3 тыс. т.

В среднемесячных потерях тоннажа доля подводных лодок возросла до 504,9 тыс. т (в предыдущий период – 151,2 тыс. т); доля авиации выразилась в 64 тыс. т и доля надводных кораблей – в 32,5 тыс. т. Потери союзного тоннажа в июне в 834 196 т оказались наивысшими за всю войну (от подводных лодок наибольшие потери в 729 160 т пришлись на ноябрь 1942 г.). Потери в Северной Атлантике по сравнению с предыдущим периодом снизились и составили 68,8 % от общих потерь (абсолютные потери свыше 5,5 млн. т), а потери в Индийском и Тихом океанах – 21,1 %. Основные потери тоннажа имели место в западной части Атлантики. Среднемесячные потери английского тоннажа в Средиземном море увеличились до 33,1 тыс. т против 12,4 тыс. т в 1941 г. Из общих потерь союзного тоннажа 75 % составили потери сухогрузных судов и 25 % танкеров.

За год в США было построено 5,3 млн. т и в Англии – 1,8 млн. т судов. С учетом потерь англо-американский тоннаж уменьшился более чем на 1 млн. т.

Потери итальянского и германского торгового флотов на Средиземном море за рассматриваемый период составили 235 судов, или 468,7 тыс. т. Общие потери германского тоннажа выразились в 88 судах, или в 286,8 тыс. т. При этом английской авиацией, совершившей 9866 самолето-вылетов на борьбу с судоходством противника, было потоплено и повреждено 63 судна общим тоннажем 143,1 тыс. т. С учетом потерь и нового строительства на 1 января 1943 г. общий тоннаж судов германского торгового флота был равен 2723,2 тыс. т., в том числе в Средиземном море Германия имела 82 судна тоннажем 235,5 тыс. т.

Общие потери японского тоннажа в результате действий американских сил, включая и аварии, составили 188 судов, или 889 405 т. В среднемесячных боевых потерях тоннажа, достигавших 77,7 тыс. т, потери от американских лодок равнялись 45,4 тыс. т (62 % этих потерь пришлось на центральную часть Тихого океана). Вновь построенный японский тоннаж восполнил потери всего на 27 %, но с учетом захваченных судов общий тоннаж флота изменился мало, а тоннаж танкеров на плаву даже увеличился (на 1 января 1942 г. – 587,2 тыс. т, а на 1 января 1943 г. – 687,4 тыс. т).

Потери сил нападения имели весьма неравномерный характер. Как и всегда, они зависели от эффективности защиты сообщений. Так, в первой половине периода германские подводные лодки действовали у берегов Северной Америки почти без потерь; к концу же года, с усилением американской противолодочной обороны, потери их там начали возрастать.

Из 90 погибших германских лодок 39 % было потоплено надводными кораблями и 40,5 % – авиацией. Постепенно возрастая, ежемесячные потери лодок составили в среднем 7,5 единиц. Однако в итоге нового строительства (18,6 лодок в месяц) численность подводных сил за период возросла на 133 единицы. На 1 декабря 1942 г. в составе германского флота числилось 386 лодок.

Наибольшие потери германские подводные силы понесли в Атлантике – 52 единицы, в том числе в северной части океана – 20 лодок и у берегов Америки – 19. Значительными были потери германских лодок и в Средиземном море. Итальянский флот потерял 20 лодок, а японский – 18.

Английские и американские подводные лодки – первые, выполняя главным образом задачу защиты своих сообщений, а вторые, действуя против японских перевозок в условиях слабой противолодочной обороны, – несли незначительные потери. Из 18 погибших английских подводных лодок 38,8 % подорвались на минах и 22,2 % были потоплены авиацией. Для американского флота наиболее характерными были небоевые потери.

Так, из 7 погибших американских лодок 56 % потонуло в результате аварий и столкновений, надводными кораблями и авиацией было потоплено 44 % лодок. За этот же период американской промышленностью было построено 32 лодки, т. е. состав подводных сил США увеличился на 24 единицы и на 1 декабря 1942 г. в строю американского флота находилось 136 подводных лодок. Значительные потери понесли англо-американские силы защиты сообщений. По различным причинам в течение 1942 г. погибли 2 авианосца, 72 эскадренных и экспортных миноносца, 15 эскортных кораблей (фрегаты, корветы и шлюпы) и 40 патрульных кораблей.

16. Итоги и выводы

1. Ход борьбы на океанских коммуникациях в течение 1942 г. зависел от следующих основных обстоятельств.

Состав германских подводных сил значительно увеличился. Уже в августе в них числилось 357 и в море одновременно действовало до 100 лодок, т. е. примерно в 2,5 раза больше, чем в предыдущий период. Возросло число групп лодок, действовавших в Северной Атлантике. Развернулись, хотя и с некоторым запозданием, одиночные действия лодок на подходах к американским берегам. Активизировались действия лодок в Южной Атлантике и в Средиземном море.

В то же время ухудшение обстановки на коммуникациях Италия – Северная Африка заставило германское командование еще к началу периода перевести на Средиземное море часть лодок из Атлантики и перебросить несколько сот самолетов 10-го авиакорпуса 2-го воздушного флота с Восточного фронта.

Медленно, но непрерывно развертывались англо-американские силы защиты коммуникаций, в частности силы и средства противолодочной обороны, что привело к относительному равновесию сил защиты и сил нападения лишь к концу периода.

Обнаружилась полная неподготовленность американского флота к защите коммуникаций в прибрежных зонах США, например в Карибском море и в Мексиканском заливе. В первой половине года германские лодки действовали там почти в полигонных условиях.

В итоге среднемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа от действий итало-германских сил возросли до 668,6 против 215,4 тыс. т в предыдущем периоде; причем потери от действий лодок возросли более чем в три раза при 2,5-кратном увеличении потерь самих лодок в месяц.

Этот общий эффект был весьма различным в разных районах военных действий на море. При некотором снижении успешности действий германских сил (главным образом подводных лодок) на подходах к Британским о-вам, где среднемесячные потери тоннажа снизились с 26 до 20,2 тыс. т, результаты действий лодок в Северной и частично Южной Атлантике оказались наиболее высокими. В этих зонах среднемесячные потери тоннажа союзных и нейтральных стран возросли со 100 тыс. т (в предыдущий период) до 474 тыс. т, а суммарные потери составили 5692,3 тыс. т – около 75 % всех потерь тоннажа.

Одновременно возросла интенсивность действий союзных сил против итало-германских сообщений, равно как и эффективность их борьбы с итало-германскими подводными лодками. Так, потери итало-германского тоннажа с 217,9 тыс. т в первой половине периода увеличились до 273,6 тыс. т во второй половине. Потери же германо-итальянских подводных лодок возросли с 34 до 76 единиц.

На тихоокеанском театре эффективность борьбы на сообщениях обусловливалась, во-первых, направленностью японских операций исключительно на территориальные захваты и па борьбу с главными силами противника. Действиям против неприятельских сообщений и даже защите своих перевозок японское командование почти не придавало значения. Флот к борьбе на коммуникациях подготовлен не был. Во-вторых, действия флота США против японских экономических перевозок имели в этот период второочередное значение и осуществлялись главным образом лишь частью подводных сил.

При боевых потерях японского торгового флота от американских сил в 886,4 тыс. т среднемесячные его потери в июне – ноябре 1942 г. возросли до 88,7 тыс. т против 56,8 тыс. т в декабре 1941 – мае 1942 г.

2. Результатом борьбы на сообщениях на атлантическом театре явились: сокращение англо-американского тоннажа на 1063 тыс. т, ежемесячное нахождение в ремонте поврежденных судов в среднем до 1472 тыс. т и значительные потери перевозимых на судах грузов; серьезное сокращение итало-германского торгового тоннажа на Средиземном море на 438,7 тыс. т, крупные потери военной техники, снаряжения и топлива, перевозимых на судах.

На Тихом океане эта борьба, даже с учетом нового строительства и захваченного японцами тоннажа, привела к сокращению японского торгового флота, к потере около 6 % перевозившихся экономических и воинских грузов и, как следствие, к некоторому уменьшению ввоза в Японию стратегического сырья, топлива и продовольствия (19,4 млн. т в 1942 г. против 20,0 млн. т в 1941 г.).

С одной стороны, борьба на сообщениях вызывала напряжение в судостроительной, а частично и вообще в промышленности воюющих стран и снижала их экономический и военный потенциал, с другой – она требовала привлечения к ней почти всех сил английского флота вплоть до крупных надводных кораблей (например, при обеспечении переходов конвоев на Мальту и т. д.), что приводило к ограничению иных операций флота. Слабость защиты итало-германских сообщений в Средиземном море послужила одной из причин, ускоривших поражение германских войск и потерю странами «оси» своих позиций в Африке.

3. Значение отдельных родов сил в борьбе па сообщениях на морских театрах оставалось весьма различным.

На атлантическом театре в борьбе против союзных сообщений наибольшее значение имели германские подводные лодки, потопившие 75,5 % от общих боевых потерь союзного и нейтрального торгового тоннажа, в то время как на долю авиации пришлось 9,6 %, надводных кораблей – около 5 %, погибло от мин —2,2 %. Наибольшие потери германские лодки продолжали нести от авиации (40,5 %) и надводных кораблей союзников (39 %).

На Средиземном море из общих боевых потерь итальянского и германского торгового тоннажа 58 % было уничтожено подводными лодками и 34 % – авиацией. Наибольшие потери английские лодки несли от мин (41,2 %), авиации (23,6 %) и надводных кораблей (37 %).

На тихоокеанском театре в борьбе на японских сообщениях главенствующую роль играли американские подводные лодки, особенно в действиях против перевозок в юго-западной части океана.

Во всех зонах океана американские лодки потопили 58,6 % тоннажа от общих боевых потерь Японии при сравнительно незначительных собственных потерях. Авиацией США, действовавшей главным образом против японских оперативных перевозок в центральной и южной частях Тихого океана, было потоплено 26,6 % тоннажа от общих его потерь.

4. Относительная эффективность боевых действий германских подводных лодок в рассматриваемый период по сравнению со вторым полугодием 1941 г. возросла, однако была неравномерной и во второй половине 1942 г. существенно снизилась (см. табл. 12).

Высокие успехи германских подводных лодок в первом полугодии явились результатом слабой защиты союзниками своих перевозок у берегов Америки. И если в это время для ежемесячного уничтожения каждых 100 тыс. т союзных и нейтральных судов требовалось иметь в море 12,5 лодок, то во втором полугодии те же результаты достигались уже при наличии в море 19,6 лодок; причем потери лодок на эти 100 тыс. т тоннажа возросли с 0,7 до 1,9 единиц.

Таблица 12

Эффективность действий германских подводных лодок в 1942 г.

Непосредственной причиной столь резкого снижения боевых успехов германских лодок было несоответствие развития их тактико-технических свойств развитию союзных противолодочных сил и средств при значительном в то же время количественном превосходстве последних. Но основным фактором, постепенно склонявшим чашу весов борьбы на океанских и морских сообщениях на сторону союзников, была явная недостаточность усилий, предпринимаемых на этом направлении Германией, продолжавшей подавляющую часть своих ресурсов и энергии расходовать на советско-германском фронте, что создавало исключительно благоприятные условия для развития действий английских и американских сил.

5. В Северной Атлантике основным методом действий германских подводных лодок оставался метод группового использования. За пределами возможностей своей разведывательной авиации лодки действовали самостоятельно, а в этих пределах – иногда при обеспечении разведывательными самолетами.

Торпедные атаки производились каждой лодкой самостоятельно, обычно с наступлением темноты. На закрытых театрах и в Южной Атлантике, а также в Тихом океане для флота США основным методом было крейсерство одиночных лодок.

Преимущественной формой использования германских воздушных сил против коммуникаций продолжали оставаться атаки одиночных судов или конвоев главным образом самолетами-пикировщиками, действовавшими в группах от 4 до 30 машин и наносившими удары с различными интервалами (10–30 мин) и с различных высот (600—3000 м).

6. Действия различных родов сил против сообщений продолжали носить в основном самостоятельный характер. Эпизодически организуемое взаимодействие различных сил являлось в основе оперативно-стратегическим и сводилось преимущественно к разграничиванию зон действий. Взаимодействие подводных сил с авиацией проводилось эпизодически и имело главным образом характер обеспечения действий подводных лодок воздушной разведкой.

Отсутствие не только тактического, но в большинстве случаев и оперативного взаимодействия между подводными лодками и авиацией по-прежнему было одной из наиболее слабых сторон боевых действий на океанских и морских сообщениях. Между тем при начавшемся опережении развития противолодочных сил и средств по сравнению с развитием подводных лодок последние стали особенно нуждаться в помощи авиации. Уже к концу 1942 г. лодки часто бывали вынуждены срочно уходить под воду от оснащенных радиолокацией самолетов сопровождения конвоев и поисковых групп кораблей, теряя в связи с этим контакт с целью из-за своей малой подводной скорости.

Глава V

От контрнаступления советских войск под Сталинградом до Курской битвы (ноябрь 1942 г. – июнь 1943 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

1. В ноябре 1942 г. советские войска, остановив наступление немцев, перешли в контрнаступление северо-западнее и южнее Сталинграда. 29 ноября там была окружена, а в начале февраля 1943 г. ликвидирована крупная группировка немецко-фашистских войск (330 тыс. человек). Захватив инициативу, Советские Вооруженные Силы развернули наступление на всем фронте от Ленинграда до Северного Кавказа. В январе 1943 г. ими была прорвана блокада Ленинграда, а к середине года немецкие войска были отброшены на запад в центре фронта на 600 км и на юге – на 1200–1300 км.

Сталинградская битва потребовала огромных усилий гитлеровской Германии, сосредоточения дополнительных материальных и людских резервов на советско-германском фронте. Это привело к дальнейшему сокращению немецких сил на западе и еще более облегчило англо-американцам наращивание своих сил и средств для перехода в наступление как на суше, так и на море. Однако продолжавшаяся ими политика затягивания открытия второго фронта позволила немцам в начале июля 1943 г., подтянув резервы, перейти в наступление из районов Орла и Белгорода с целью окружить и уничтожить советские войска в излучине Курской дуги, а затем стремительным наступлением взять Москву.

В результате грандиозного напряженнейшего сражения немецко-фашистские войска были наголову разбиты, вслед за чем начался широкий комплекс наступательных операций Красной Армии.

На средиземноморском театре высадка на африканском побережье помогла союзникам изгнать немцев из Северной Африки. В начале июня 1943 г. англо-американские войска при весьма выгодном для себя соотношении сил на суше, на море и в воздухе овладели о-вом Пантеллерия (Италия), а затем ровно через месяц вторглись на Сицилию. Ее захват значительно усложнил положение итало-германских сил в Италии.

В связи с ростом перевозок из Америки на Британские о-ва и в Северную Африку гитлеровское командование пыталось, насколько возможно, увеличить количество лодок для действий на трансатлантических коммуникациях. Успех этих действий зависел, однако, уже не столько от количества лодок, сколько от возможностей судостроительной промышленности Германии организовать строительство лодок с улучшенными тактико-техническими характеристиками.

2. С захватом огромных районов на тихоокеанском театре японцы приступили к укреплению оборонительного рубежа Марианские о-ва – о-в Трук – Соломоновы о-ва – Новая Гвинея – о-в Тимор и к организации обороны в Индийском океане по линии Западная Бирма – Андаманские о-ва – Никобарские о-ва – о-в Суматра. Одновременно они стремились удержать свои позиции в Китае и совершенствовали оборону собственно Японских о-вов, поэтому увеличили воинские перевозки из Японии в южном и юго-западном направлениях. Одновременно усилились перевозки стратегического сырья, особенно топлива, в метрополию из Малайи и района Южных морей. В результате этого проблема защиты сообщений приобретала для японского командования первенствующее значение.

К этому времени преимущество в численном составе сил, особенно авиации, в технике и материальном обеспечении уже перешло на сторону американцев. Поэтому с началом 1943 г. боевые действия на Тихом океане перешли в фазу медленного скачкообразного американского наступления. Начавшись одновременно в районе Южных морей и в центральной части океана, оно привело к захвату Рабаула (о. Новая Британия), к прорыву японского оборонительного рубежа у архипелага Бисмарка, к движению на о-ва Трук и Гуам, к закреплению позиций на Алеутских о-вах, к активным действиям в направлении Новая Гвинея – Минданао до о-ва Тимор и к освобождению Бирмы.

Таким образом, как следствие коренного перелома в ходе военных действий на главном – советско-германском – фронте наметился перелом и на тихоокеанском театре войны.

2. Задачи и силы сторон

На атлантическом театре напряженность коммуникаций Северная Америка – Британские о-ва и США и Англия – Северная Африка в 1943 г. продолжала возрастать. Так, в апреле в Атлантическом океане ежедневно отмечалось около 1540 судов, следовавших в конвоях, в том числе около 670 транспортов в американской зоне. Кроме того, в последней до 120 судов ежедневно совершали самостоятельные переходы (табл. 13). В связи с этим возможный масштаб нападения на сообщения союзников возрос, и борьба против них по-прежнему служила главной задачей для немецкого флота, как и, наоборот, защита их стала основной задачей для англо-американского флота.

Продолжались немецкие перевозки в Балтийском море вдоль норвежского побережья, а также попытки поддерживать сообщения с Дальним Востоком. Так, с декабря 1942 г. по март 1943 г. на Дальний Восток было отправлено пять блокадопрорывателей, из которых два прибыли в порт назначения, два были потоплены и один вернулся обратно. С Дальнего Востока в Германию было отправлено десять транспортов, но только один из них прибыл к месту назначения, четыре возвратились обратно и пять были потоплены.

Таблица 13

Среднее число судов и эскортных кораблей, находившихся ежедневно в американской зоне моря в апреле 1943 г. *

* С.Э. Морисон. Битва за Атлантику. М., 1956, стр. 398–399.

На атлантическом театре в состав сил германского и итальянского флотов для действий на коммуникациях к началу 1943 г. входили:

• 403 немецкие подводные лодки; в том числе 63 % —большого и среднего водоизмещения и 37 % – малого;

• 84 итальянские подводные лодки, из которых 35–36 были подготовлены для действий в основном в Средиземном море;

• несколько крупных надводных кораблей и большое число кораблей легких сил;

• ограниченное количество самолетов, главным образом в Средиземном море.

К началу 1943 г. в водах Северной Норвегии находились основные надводные силы немецкого флота: линейные корабли «Тирпиц» и «Шарнхорст», тяжелые крейсера «Хиппер», «Лютцов» и «Адмирал Шеер», легкий крейсер «Кёльн», 14 эскадренных миноносцев, 21 подводная лодка и до 60 малых кораблей. В Северной Норвегии и Северной Финляндии насчитывалось до 300 немецких самолетов.

К боевым действиям были готовы 212 немецких лодок (52,6 %), остальные проходили подготовку или находились в ремонте. В первой половине рассматриваемого периода в море в среднем находилось до 125 подводных лодок, в том числе в районах действий 80–90 и около 40 – на переходах. До 40–50 лодок действовали в Северной Атлантике, около 30 – в Центральной Атлантике, до 10 – у берегов Америки. Лодки выходили в море из баз Бискайского залива и Северного моря:

Таблица 14

Число выходов и входов подводных лодок из баз Бискайского залива, Норвегии и Северного моря в январе – апреле 1943 г. *

*С. Э Морисон. Битва за Атлантику выиграна. М., 1959, стр. 100.

К концу периода число лодок в море сократилось до 90–95. Командование отозвало часть их в базы для установки дополнительного зенитного вооружения (чтобы отражать атаки одиночных самолетов) и для переподготовки командиров, в связи с принятием на вооружение акустических торпед для борьбы с кораблями охранения.

С начала 1943 г. боевая деятельность немецких надводных кораблей на англо-американских сообщениях еще более сократилась, а действия авиации были сведены до минимума.

В составе сил английского и американского флотов для борьбы на сообщениях в Атлантике находилось:

• надводных кораблей свыше 1600 (табл. 15);

• до 70 английских и несколько американских подводных лодок;

• 750 английских и 920 американских самолетов береговой авиации и 260 английских и американских самолетов авианосной авиации.

На тихоокеанском театре защита воинских перевозок из метрополии в островные гарнизоны и перевозок стратегического сырья являлась наиболее уязвимым звеном японской оборонительной системы. Однако борьба против этих сообщений считалась американским командованием пока что второстепенной задачей и возлагалась главным образом на подводные силы.

К началу периода в состав союзных сил для действий на японских сообщениях входили:

• свыше 100 американских и 6 английских подводных лодок большого водоизмещения;

• почти все американские корабли, указанные в табл. 15;

• незначительная по составу морская береговая авиация.

Таблица 15

Англо-американские надводные силы защиты сообщений на конец 1942 г.

Из списочного состава подводных лодок около 40 находилось в море, в том числе до 20 – в районах боевых действий и 20 – на переходах. В основном лодки были развернуты в районе Южных морей, на подходах к Филиппинским и Японским о-вам, в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях и отчасти в Коралловом море.

Часть американских лодок находилась на атлантическом театре, в том числе не менее 5 в зоне Панамского канала с базированием на Коко-Соло и две группы из 17 лодок, дислоцировавшиеся на английские базы в районе Клайда и Гибралтар. Часть английских и голландских подводных лодок продолжала действовать на Тихом океане.

В состав японского флота для действий на сообщениях входили:

• 61 подводная лодка различных типов, но только 10 из них были развернуты на американских коммуникациях в районах Кораллового моря и моря Фиджи и 4 лодки оперировали в районах Аравийского залива и архипелага Чагос в Индийском океане;

• 35 противолодочных и эскортных кораблей, как силы защиты своих сообщений.

3. Противолодочные мероприятия союзников

В охранении многочисленных атлантических конвоев союзников было занято до 330 эскортных кораблей, а в патрулировании районов и непосредственном сопровождении конвоев – около 1500 самолетов и до 17 дирижаблей. В январе 1943 г. плановой комиссией при Объединенном совете начальников союзных штабов было определено, что в наступившем году для конвоирования судов в Атлантике потребуется 566 эскортных кораблей. И если эскортные силы с большой перегрузкой в той или иной степени обеспечивали перевозки в Северной Атлантике, то у восточного побережья США нехватка их продолжала заметно сказываться на охране судоходства. Этот недостаток в результате нового строительства был ликвидирован лишь в 1944 г.

Как мера усиления защиты сообщений у восточного побережья Северной и Южной Америки была введена система «ступенчатых» (промежуточных) конвоев, позволявшая усиливать состав эскорта на определенных, особо опасных участках маршрутов.

Движение трансатлантических конвоев США – Англия согласовывалось с движением прибрежных конвоев Ки-Вест – Нью-Йорк и Гуантанамо – Нью-Йорк, а также с движением конвоев в Карибском море и Мексиканском заливе. Этим в известной мере предупреждалось скопление торговых судов в определенных, портах и более целесообразно распределялись эскортные силы для защиты судов.

На Атлантической конвойной конференции в Вашингтоне в марте 1943 г. было определено, что борьба против германских подводных лодок остается важнейшей целью союзников на море на ближайший период. Для достижения этой цели противолодочные силы и средства были сосредоточены в наиболее опасных от лодок районах и в первую очередь – в центральной части Северной Атлантики.

В мае 1943 г. для осуществления централизованного руководства действиями противолодочных сил в зонах американского стратегического контроля в Атлантике был создан 10-й флот США. Его командование руководило силами военно-морских округов, эскортными силами и подразделениями авиации, выделенными для борьбы с лодками. В задачу 10-го флота входила разработка маршрутов конвоев и организации их движения.

4. Действия германских подводных лодок в Атлантике

Германское командование[123]сосредоточило усилия своих подводных лодок главным образом на северных трансатлантических коммуникациях союзников, и только отдельные небольшие группировки (по три-четыре лодки) были направлены в Центральную и Южную Атлантику, в восточную часть Индийского океана, а также в Средиземное море и в Арктику. Такое развертывание подводных лодок на широком фронте имело целью выявление районов с наиболее слабой противолодочной обороной, чтобы в дальнейшем, перенацеливая силы на менее защищенные направления, добиваться возможно больших успехов. В частности, установленные в начале 1943 г. три новых маршрута англо-американских конвоев Кюрасао – Аруба – Англия, Кюрасао – Аруба – Гибралтар и Нью-Йорк – Касабланка уже через месяц стали известны германскому командованию.

Основным методом использования лодок в Атлантике оставался метод групповых действий в составе разведывательной и ударной завес или даже в составе трех завес.

Так, с 4 по 8 февраля усилия группы из 20 лодок, организованных в разведывательную (6 лодок) и ударную завесы, были направлены против конвоя SC-118, следовавшего из Нью-Йорка в Англию. На рассвете 4 февраля конвой из 64 транспортов и 12 эскортных кораблей находился в 120 милях к югу от Гренландии. Вследствие плохой погоды и большого волнения моря конвой растянулся, часть эскортных кораблей ушла вперед, чтобы укрыться в районе Исландии, а авиационное прикрытие из-за плохих метеоусловий отсутствовало.

Около полудня конвой был обнаружен лодкой разведывательной завесы U-187, которая, донеся о нем, атаковала и потопила один транспорт. После атаки контакт с конвоем был потерян, и ударные лодки лишились добавочных разведывательных данных. В то же время U-187 была обнаружена гидролокатором одного из кораблей охранения и в течение часа трижды атакована глубинными бомбами. Вынужденная из-за повреждений всплыть, она была потоплена артиллерийским огнем.

В результате прекращения поступления дальнейших сведений о конвое ударная завеса не смогла его найти. Вечером при изменении курса ордер конвоя нарушился; часть судов оторвалась от конвоя. Около полудня 5 февраля одна из лодок разведывательной завесы потопила судно, а две другие были безуспешно атакованы эскадренными миноносцами охранения.

В ночь на 6 февраля отдельные лодки ударной завесы стали входить в соприкосновение с конвоем. Их атаки начались 7 февраля перед рассветом. Несмотря на усиленное охранение, лодки торпедировали семь судов из состава конвоя, в том числе спасательное судно и американский транспорт, доставлявший пополнения на Исландию. Дальнейшее преследование конвоя было прекращено на рассвете 8 февраля из-за его входа в зону сильной прибрежной обороны. Большим успехам германских лодок помешало нарушение U-187 основных положений по разведке.

В одной из следующих «противоконвойных операций», длившейся с 16 по 20 февраля, германские разведывательные лодки действовали более активно и настойчиво, несмотря на сильное сопротивление охранения. 16 февраля разведывательная лодка U-439 обнаружила в западной части океана союзный конвой. Выйдя на траверз конвоя, лодка последовала за ним, передавая сведения о его составе и курсе на лодки ударной завесы. Дважды U-439 подвергалась преследованию кораблей охранения, но снова восстанавливала контакт с конвоем и, следуя на его траверзе, продолжала передавать сведения о нем. 19–20 февраля часть ударных лодок сблизилась с конвоем и с наступлением темноты атаковала его. В результате было потоплено пять судов.

В дальнейшем в связи с продолжавшимся усилением охранения конвоев авианосцами или сопровождением их самолетами береговой авиации, а также в результате оснащения эскортных кораблей и авиации радиолокацией действия лодок все более затруднялись. Насколько радиолокация ухудшила положение лодок, показывает следующий эпизод.

12 марта группа лодок «Унферцагт», развернутая в завесу в 500 милях к юго-западу от Азорских о-вов, двигалась курсом на запад навстречу союзному конвою, ожидавшемуся из Северной Америки в Средиземном море. Вечером конвой был обнаружен лодкой U-130, о чем ее командир немедленно донес в штаб подводных сил. На следующий день лодка была обнаружена радиолокацией эскадренного миноносца, атакована и уничтожена глубинными бомбами в 25–30 милях от конвоя. С рассветом 14 марта контакт с конвоем удалось восстановить, и девять лодок сосредоточились вокруг конвоя на расстоянии от него около 20 миль. В последующие двое суток с наступлением темноты лодки неоднократно пытались сблизиться с конвоем, но всякий раз обнаруживались кораблями охранения с помощью радиолокации и оттеснялись на 12–15 миль от конвоя. 16 марта из-за невозможности прорваться сквозь радиолокационное наблюдение в надводном положении, лодки по приказанию командования отошли за пределы наблюдения охранения и начали выходить в голову конвоя с целью атак из подводного положения. В последующие дни им удалось потопить четыре судна из состава конвоя.

Одновременно с начавшимся усилением зенитного вооружения германских лодок в 1943 г. в организацию противоконвойных операций были внесены некоторые изменения. Лодка, первой обнаружившая конвой, при наведении на цель ударной группы должна была, насколько возможно, сохранять скрытность действий. При этом наводящая лодка давала ударным лодкам сигнал о скрытном стягивании к конвою. Если скрытность не достигалась, то наводящая лодка сближалась с конвоем в надводном положении, отражая атаки самолетов и давая ударным лодкам сигнал сближаться также в надводном положении. Отражение же атак кораблей охранения производилось ею с помощью акустических торпед.

Так, в противоконвойной операции, проводившейся с 22 апреля по 12 мая, группа из 47 германских лодок состояла из трех завес, действовавших по конвою ONS-5. Этот конвой в составе 40 судов 22 апреля 1943 г. вышел из Клайда (Англия) в Канаду и США. Охранение его осуществлялось группой эскортных кораблей в составе двух эскадренных миноносцев, фрегата, четырех корветов и двух вооруженных траулеров. Конвой периодически сопровождался самолетами дальней авиации с аэродромов Исландии и Ньюфаундленда. 26 апреля к конвою присоединились три транспорта и эскадренный миноносец, вышедшие из Исландии. 27 апреля, используя хорошую погоду, корабли охранения пополнили запасы топлива с одного из танкеров, причем усиленное прикрытие конвоя в течение этого времени осуществлялось самолетами с исландских аэродромов.

К 28 апреля первая группа из 15 германских лодок («Стар») находилась в 420 милях восточнее мыса Фарвель; вторая – в составе 19 лодок («Шпехт») – на полпути между мысом Фарвель и Ньюфаундлендом и третья – в составе 13 лодок («Амсель») – юго-восточнее второй группы. На рассвете этого же дня конвой обнаружила подводная лодка первой группы U-650, а вскоре и остальные 14 лодок завесы сосредоточились в районе конвоя. Интенсивные радиопереговоры между лодками позволили кораблям охранения запеленговать их и в течение ночи произвести ряд контратак, в результате которых почти все лодки вынуждены были прекратить преследование. Лишь подводной лодке U-258 удалось прорвать охранение конвоя и потопить один транспорт.

До 6 часов 30 апреля конвой ONS-5 находился в пределах действия самолетов с аэродромов Исландии, а позже прикрывался самолетами с небольшим радиусом действия с аэродрома на Гренландии. 2 мая к конвою присоединилась группа поддержки, вышедшая из Сент-Джонса (о-в Ньюфаундленд). В условиях интенсивного поиска лодок и значительных трудностей заправки топливом в море, корабли были вынуждены посменно уходить в базы для заправки, ослабляя охранение конвоя. Этим воспользовались лодки: в течение 1–3 мая, когда охранение конвоя осуществлялось всего семью кораблями, лодки атаковали восемь транспортов и пять из них потопили. К исходу 4 мая между мысом Фарвель (Гренландия) и банкой Флемиш-Кан (восточнее Ньюфаундленда) сосредоточилось 30 лодок, составивших объединенную группу «Фини» (бывшие группы «Шпехт» и «Амсель») и расположившихся перпендикулярно вероятным путям конвоя.

В течение дня 4 мая самолетам прикрытия удалось не допустить лодки к конвою, но в ночь на 5 мая до десяти лодок прорвались к конвою в надводном положении и потопили еще семь судов.

5 мая днем лодки продолжали следовать за конвоем вне предела видимости, не предпринимая атак. С наступлением темноты несколько лодок пытались сблизиться и атаковать конвой, но каждый раз еще до занятия позиции залпа обнаруживались кораблями эскорта и были вынуждены погружаться, быстро теряя контакт с конвоем из-за малой скорости подводного хода. Пять лодок были контратакованы.

Перед рассветом 6 мая из базы Сент-Джонс прибыла еще одна эскортная группа для усиления поиска и атаки лодок. Ей удалось обнаружить и потопить две лодки. 6 мая лодки прекратили преследование конвоя, которое продолжалось почти девять суток. Из 40 судов конвоя ими было потоплено 13; германские потери составили 6 лодок.

Одновременно с групповыми действиями значительное место продолжали занимать и одиночные действия подводных лодок. Если на северных трансатлантических коммуникациях и на прибрежных сообщениях Северной Америки и Британских о-вов, где движение судов происходило уже почти исключительно в конвоях, действия лодок сопровождались весьма скромными успехами, то в Центральной и Южной Атлантике, а также в Индийском океане отдельные лодки уничтожали иногда за один поход до 8 и даже 12 судов общим тоннажем до 50 и даже до 60 тыс. т.

Характерным в действиях германских лодок являлось длительное пребывание в океане. При автономности в 50 суток некоторые из больших лодок находились в море до четырех и более месяцев. Это достигалось доснабжением ударных лодок в море топливом и частично торпедами с транспортных и тех лодок, которые по тем или иным причинам возвращались в базы до окончания полного срока автономности.

Так, только за первую половину 1943 г. подводные танкеры снабдили топливом в Южной и Центральной Атлантике до 40 лодок. Правда, небольшое количество транспортных лодок (к началу 1943 г. в строю находилось шесть таких лодок и несколько в достройке) не решало задачи в полной мере, но все же сокращало число прохождений лодок через блокадные зоны и тем самым снижало их потери.

В марте – мае в целях дальнейшей активизации боевых действий лодок на главном направлении – северных трансатлантических коммуникациях – германское командование увеличило численность группировки подводных лодок севернее параллелей 45–50° и одновременно уменьшило до 10 лодок группировки их на прибрежных сообщениях Северной Америки и в Средиземном море. Несмотря на это, потери союзного тоннажа в Северной Атлантике за второй квартал 1943 г. снизились до 357,3 тыс. т, а за третий даже до 177,2 тыс. т, составив соответственно лишь 38 и 19 % потерь за январь – март 1943 г.

5. Борьба на Средиземном море

После занятия союзниками в мае 1943 г. Туниса и освобождения Северной Африки от немцев возобновилось сквозное движение союзных конвоев по Средиземному морю от Гибралтара к Порт-Саиду и обратно. В 1943 г. судооборот такого важного узла коммуникаций, как Суэцкий канал, значительно вырос и составил 11 274 тыс. н. рег. т. Незначительная угроза коммуникациям союзников продолжала существовать лишь в Тунисском проливе. С занятием же о-ва Пантеллерия и особенно после занятия Сицилии почти свелась на нет и она. К тому же из-за трудностей с ремонтом около 70 % итальянских лодок оказались небоеспособными.

Практически к середине 1943 г. некоторая опасность англо-американским сообщениям от германских лодок осталась лишь в западной части моря. Но количество лодок здесь непрерывно сокращалось, и их деятельность усложнялась ухудшением условий базирования и ремонта.

В итоге из общего числа союзных судов тоннажем около 11 млн. 7, направлявшихся в Северную Африку за шесть месяцев (с 8 ноября 1942 г. по 8 мая 1943 г.), было потеряно лишь 2,16 %.

Одновременно действия союзников против коммуникаций стран «оси» в Средиземном море встречали все уменьшающееся сопротивление. Движение итало-германских конвоев и отдельных транспортов через самую узкую часть моря по линии Палермо – Тунис осуществлялось со все возраставшими потерями. С ноября 1942 по май 1943 г. при перевозках по этим направлениям было использовано 1278 судов общим тоннажем 1349,4 тыс. т; при этом потери составили 224,3 тыс. т, или около 16,5 %. В конце концов союзники перешли к прямой блокаде Туниса, главным образом силами авиации, в результате чего в Тунисе капитулировали крупные немецко-итальянские сухопутные силы. Правда, эвакуацию своих войск с Сицилии в Италию через узкий Мессинский пролив немцам удалось провести почти без потерь.

6. Попытки улучшить тактико-технические данные германских подводных лодок

В связи с увеличением потерь от авиации немцами был предпринят ряд мер для усиления самозащиты подводных лодок, а именно: установка на лодках счетверенных зенитных пулеметов и усовершенствованных 37-мм зенитных пушек; оснащение лодок аппаратурой для создания помех работе радиолокации и покрытие корпусов и рубок некоторых лодок специальным составом, частично поглощавшим электромагнитные волны; в дальнейшем – постепенное оборудование лодок устройством «Шнорхель», позволявшим им плавать под дизелями на перископной глубине со скоростью хода до 5–6 уз.; при этом на головке «Шнорхеля» устанавливалась радиолокационная антенна. Усиление зенитного вооружения должно было обеспечить лодкам успешную борьбу по крайней мере с одиночными самолетами и тем самым позволить сближаться с конвоями в надводном положении без необходимости срочно уходить под воду при каждом появлении самолетов противника.

Однако, как будет видно далее, все эти меры оказались паллиативом и не могли дать ощутимых положительных результатов. Прежде всего настоятельно требовалось значительно увеличить подводные автономность и скорость лодок, чтобы обеспечить им возможность сближения с конвоями, их атаки и уклонения от противолодочных сил в подводном положении.

В середине 1943 г. на вооружение германских лодок поступили акустическая торпеда для борьбы против кораблей охранения и усовершенствованные приборы технического наблюдения, что позволило в дальнейшем применять ряд новых тактических приемов нападения и уклонения. Но и эти новшества не создали перелома, тем более, что в этот же период англо-американские самолеты и надводные корабли стали оснащаться новыми совершенными средствами радиолокации в сантиметровом и дециметровом диапазонах волн. Получили дальнейшее развитие и средства гидролокации. Усовершенствовалась система походных порядков конвоев и конвойная служба в целом. Все это стало еще более затруднять сближение лодок с противником в надводном положении.

Кроме того, и личный состав подводных лодок уже начал понимать, что Германия терпит поражение. Моральный дух подводников надломился, тем более, что прежние правила отбора для подводного флота наиболее качественного личного состава стали нарушаться. Теперь нередко германские лодки возвращались с моря даже для выполнения мелкого ремонта.

В середине 1943 г. усиление противолодочных сил и средств у восточного побережья Америки и на подходах к Англии вынудило лодки окончательно отойти к середине океана, рассредоточиться на всей его огромной площади и постепенно начать переходить от групповых действий снова к одиночным атакам. В таких же районах, как Карибское море и участки вдоль берегов Гвианы и Бразилии, уже действовали только одиночные лодки, имевшие лишь незначительные успехи.

7. Снижение эффективности боевых действий германских лодок и рост их потерь

Потери тоннажа от лодок при некоторой тенденции к снижению оставались все же высокими. В декабре 1942 – марте 1943 г. средние ежемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа от действий лодок равнялись 380,1 тыс. т (общие потери были 427,2 тыс. т), в апреле – июне они снизились до 229,5 тыс. т (общие потери – 255,9 тыс. т). Поскольку же за это время значительно возросли ежемесячные потери самих лодок – до 11,3 и даже до 24,3 (против 7,5 лодок во втором полугодии 1942 г.), то чрезвычайно упали и потери тоннажа на одну потопленную лодку – с 67,2 тыс. т в предыдущий период до 33,7 тыс. т в декабре 1942 г. – марте 1943 г. и даже до 9,4 тыс. т в апреле + июне 1943 г., т. е. уменьшились соответственно в 2,1 и 7,2 раза.

Иными словами, расчеты немецкого командования поддерживать среднемесячные потери союзного тоннажа в 1943 г. на уровне 1942 г. путем увеличения общей численности лодок (свыше 400 по списку и до 100 в море) не оправдались. Потери союзного тоннажа постепенно уменьшались. К тому же если среднее ежемесячное число германских лодок, находившихся в море, в первом квартале выросло до 127 единиц, то во втором квартале в связи с увеличивающимися потерями и затруднением подготовки к боевым походам оно снизилось до 113.

Таким образом, германские лодки, обладавшие сравнительно высокими надводными, но низкими подводными маневренными качествами, оказались не в состоянии преодолеть систему противолодочных мер союзников. По заявлению Деница, суть вопроса заключалась в следующем: «Существенное усиление авиации противника является причиной настоящего кризиса эффективности действий лодок. Достоверно установлено, что теперь в районе Исландия – Фарерские острова за один день находится больше самолетов, чем недавно было в течение одной недели. Кроме того, авианосцы теперь включаются в состав конвоев, и последние на всем пути через северную часть Атлантического океана находятся под прикрытием авиации… Решающим фактором является широкое использование радиолокационных приборов, которыми оборудованы самолеты и надводные корабли… Приблизительно 65 % потерь имеют место, когда лодки находятся в пути в районы действий или на позициях; только около 35 % потерь происходит возле самих конвоев… Лодки, находясь в море от 6 до 8 недель, затрачивая большую часть времени на переход, следуют в надводном или в позиционном положении; в это время в темноте или при плохой видимости велика опасность нападения с воздуха. За последние месяцы потери возросли с 14 лодок (или 13 % от общего количества лодок, находящихся в море) до 36 или даже 37 лодок, что составляет приблизительно 30 % от общего числа лодок, находящихся в море».

Действительно, если в 1942 г. англо-американские самолеты уничтожили 37 германских лодок, то только в первой половине 1943 г. ими было потоплено 56 лодок, в том числе 50 лодок в Атлантике.

К тому же усилились налеты англо-американской авиации на базы германских подводных сил в Бискайском заливе и на судостроительные центры Германии. Количество самолето-вылетов за первые пять месяцев 1943 г. для ударов по базам достигло 3568 и по заводам – 3414, при этом было сброшено соответственно 9133 и 9745 т бомб.

В то же время выходы из германских баз Бискайского залива блокировались подводными лодками английского флота. Их позиции – каждая размером 20–25 на 40–50 миль – перекрывали в южной части Бискайского залива возможные пути немецких лодок из баз в Атлантику. К западу от меридиана 7° з. д. вела патрулирование английская авиация.

Возросли также потери транспортных лодок. С гибелью четырех специальных лодок снабжения топливом немецкое командование еще в июне 1943 г. решило переоборудовать и использовать в качестве подводных танкеров несколько обычных лодок большого водоизмещения. Но общее ухудшение военного положения Германии не позволило довести это решение до конца.

В результате в 1943 г. при возросшей эффективности противолодочных сил и средств, особенно воздушной угрозы, лодки были вынуждены производить сближение с конвоями преимущественно под водой и из-за малой скорости хода в ряде случаев теряли с ними контакт. Необходимость частых зарядок аккумуляторных батарей и форсированные хода под дизелями приводили к увеличению расхода топлива, что сокращало автономность лодок и заставляло их чаще возвращаться в базы, а это в свою очередь приводило к более частому преодолению зон прибрежной противолодочной обороны противника и к неизбежному увеличению потерь. Так, в период усиленного доснабжения средних лодок в море топливом их автономность доходила до 40 суток; начиная же с марта-апреля 1943 г. она снизилась до 30 и менее суток.

Одновременно падала эффективность действий на сообщениях и других сил германского флота. Если в 1942 г. среднемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа от авиации составили 58,3 тыс. т и от надводных кораблей – 33,0 тыс. т, то в первом полугодии 1943 г. эти цифры упали до 20 и 5,1 тыс. т соответственно.

Между тем развертывание строительства новых лодок XXI и XXIII серий, начавшееся в середине 1943 г., и даже модернизация старых (установка «Шнорхеля» и др.) шли замедленными темпами. Запоздав с новыми конструкциями, немцы были вынуждены продолжать строительство подводных лодок по проектам начального периода войны, а эти лодки по своим данным (прежде всего из-за малых скоростей хода и малой дальности плавания под водой) уже не могли эффективно преодолевать сопротивление противолодочных сил и средств.

В то же время противолодочные силы и средства союзников продолжали пополняться кораблями и самолетами высоких тактико-технических качеств. Главнейшими из этих качеств являлись высокая мореходность и большая дальность плавания кораблей, увеличение дальности полета самолетов, повышение ударной силы кораблей и самолетов, и прежде всего оснащение их более совершенными средствами обнаружения подводных лодок.

8. Действия американских сил против японского судоходства

Американцы продолжали использовать против японских коммуникаций в Тихом океане преимущественно подводные лодки. Последние действовали в Ново-Гвинейском море, на подходах к п-ову Малакка и о-ву Целебес, в Южно-Китайском, Восточно-Китайском и частично в Японском морях, а также на подходах к Японским островам. Одновременно в районах боевых действий находилось до 20 американских лодок. Авиация в борьбе на сообщениях использовалась главным образом в районе Южных морей, преимущественно против оперативных перевозок.

В юго-западной части океана большинство японских конвоев, снабжавших гарнизон о-ва Бугенвиль и базы на о-вах архипелага Бисмарка и на Новой Гвинее, проходили восточнее Филиппин. В районе самих Филиппин японские конвои следовали через проливы Сан-Бернардино или Суригао и дальше – через море Целебес к архипелагу Бисмарка, к Новой Гвинее или к Соломоновым о-вам. На о-вах Палау или Трук при формировании конвоев, а также для охранения их на переходах выделялось по три – пять военных кораблей. В районе Новая Гвинея – Соломоновы о-ва конвои иногда следовали под прикрытием самолетов и крупных надводных кораблей.

Основным районом боевых действий лодок и авиации США в районе Южных морей был архипелаг Бисмарка, в частности подходы к о-ву Новая Британия с якорной стоянкой в Рабауле. В январе в этом районе было развернуто 5 лодок, которые потопили 10 японских судов общим тоннажем около 35 тыс. т.

По окончании боевых действий на Гуадалканале американские лодки действовали главным образом против конвоев с эвакуирующимися войсками и частично выполняли задачи по доставке разведчиков на острова, занятые японцами, а также по спасению летчиков с поврежденных самолетов.

Сначала лодки применяли преимущественно дневные торпедные атаки с предварительным заходом в голову конвоя и с пред-залповым маневрированием без подъема перископа. Это давало им возможность занимать более выгодную позицию для залпа и выходить в повторную атаку.

С февраля 1943 г. американцы начали еще шире использовать радиолокацию, и ночные атаки одиночно действующих лодок вскоре стали их основным тактическим приемом. Противолодочные же японские силы радиолокацией в то время не располагали вовсе. В итоге успешность атак американских лодок к концу периода возросла до 29 %.

В январе-феврале 1943 г. штабом Тихоокеанского флота США был составлен план минных постановок с использованием лодок. В апреле пять американских лодок поставили мины на подходах к Вэньчжоу (Восточно-Китайское море), к Гонконгу и близ о-ва Хоккайдо. Эти заграждения затруднили плавание судов на коммуникациях Малайя – Япония и создали значительное напряжение ограниченных японских тралящих сил.

В начале июня впервые внутрь Японского моря были направлены три американские лодки: «Лепон» – в южную его часть, «Планджер» – в центральную часть и «Пермит» – к западному побережью о-ва Хоккайдо. В связи с минированием японцами еще в начале войны Цусимского и Сангарского проливов лодки проникли в Японское море через пролив Лаперуза. Кроме того, для отвлечения японской обороны в район Курильских о-вов была направлена подводная лодка с задачей обстрела аэродрома на о-ве Матуа. Пролив она форсировала с наступлением темноты в надродном положении.

За время четырехсуточного пребывания в Японском море американские лодки потопили три небольших судна. Такие незначительные результаты при весьма слабой японской противолодочной обороне явились следствием недостаточной подготовленности командиров и их чрезмерной осторожности. Широко разрекламированное американское «вторжение» в Японское море носило чисто демонстративный характер.

24 июня американское командование приняло новый оперативный план, в котором подводным лодкам ставились следующие задачи:

• действуя в районе опорных пунктов противника, причинять максимальный ущерб его кораблям и судам;

• осуществлять минные постановки в водах противника;

• выполнять отдельные задания.

Специальные задания американских лодок включали атаки боевых кораблей и десантных сил противника; разведку; транспортировку небольших войсковых подразделений для выполнения рейдов на базы или береговые сооружения; высадку агентов-разведчиков; эвакуацию войск или гражданских лиц с занятой противником территории; доставку снабжения для воинских частей США, их союзников иди агентов на территории противника. Объекты атак подводных лодок по их значимости располагались в следующем порядке: авианосцы, линейные корабли, вспомогательные авианосцы, танкеры.

В соответствии с этим планом значительная часть американских лодок была отозвана с коммуникаций для выполнения обеспечивающих задач. В частности, за первую половину 1943 г. лодки совершили 6 выходов для скрытных перевозок личного состава и до 15 выходов для разведки в интересах операций, проводимых надводными кораблями и авиацией. Только в конце года план был изменен, и главной задачей лодок снова стала борьба против японских сообщений.

Американская береговая авиация и в этот период действовала на японских сообщениях лишь ограниченно. Базируясь в основном на аэродромы Австралии, она оперировала преимущественно в южной части океана. Так, в марте 1943 г. ею в течение трех дней был несколько раз атакован японский конвой из восьми транспортов с войсками, следовавший в охранении восьми эскадренных миноносцев без воздушного прикрытия. В результате этих атак были потоплены все транспорты и четыре миноносца.

9. Действия японского флота по защите сообщений

Исходя из опыта первой мировой войны и боевых действий в Атлантике в 1939–1941 гг., японское командование определило вероятные потери своего торгового тоннажа в течение первого года военных действий в 800—1100 тыс. т и в последующие годы в пределах 700–800 тыс. т. Фактически потери, понесенные Японией в первый год войны, не превысили предполагавшихся, а потому и не вызвали у японцев особого беспокойства. Это и определило чрезвычайно слабое развитие сил и средств защиты коммуникаций как в 1943 г., так и в последующие годы.

Однако уже в первом квартале 1943 г. среднемесячные потери японского тоннажа значительно превысили запланированные и составили 119,1 тыс. т вместо предполагавшихся 70–80 тыс. т. Это вынудило японское командование предпринять ряд хотя бы паллиативных мер по защите коммуникаций, главным образом от подводных лодок. Так, еще в конце 1942 г. в японском флоте были сформированы две эскортные группы кораблей для охраны торгового судоходства, которые начали действовать с 1943 г. Одна из них включала десять старых эскадренных миноносцев, два дивизиона торпедных катеров и пять переоборудованных канонерских лодок п имела задачей защиту судоходства между Сингапуром и Японией. Вторая группа состояла из четырех старых эскадренных миноносцев, двух дивизионов торпедных катеров и одной канонерской лодки и предназначалась для защиты судоходства на направлении Йокосука – о-в Трук.

Одновременно было несколько расширено строительство противолодочных и эскортных кораблей. В частности, в 1943 г. на верфях Японии было построено 35 эскортных кораблей (все же меньше запланированного их числа – 44) и добавочно включены в состав сил защиты несколько эскадренных миноносцев и четыре канонерские лодки.

Однако даже несколько увеличенный состав этих сил мог обеспечить эскортирование торговых судов не более как на 20–25 %. В первую очередь силы выделялись для защиты судов с особо ценным грузом. Конвои формировались из четырех-пяти транспортов в охранении двух + четырех кораблей и прокладывали курсы, как правило, вблизи берегов с расчетом перехода за ночное время из одного порта в другой. Использование авиации в целях обороны тормозилось отсутствием подготовленного летного состава и отвечающей требованиям материальной части.

Что же касается японских действий против американских коммуникаций, то боевая деятельность их сил, в частности лодок, на сообщениях в Индийском океане в первой половине 1943 г. почти прекратилась. Лишь в районе Аравийского моря оперировали две лодки, потопившие два транспорта.

Более значительные группировки японских лодок были развернуты в районе Южных морей. На подходах к восточному побережью Австралии действовали четыре лодки, которые потопили пять транспортов; на подходах к Сиднею и Брисбену – до трех лодок, потопивших восемь транспортов и у о-вов Фиджи две лодки, уничтожившие два судна. Японские лодки продолжали действовать одиночным порядком, выполняя атаки судов в основном днем из подводного положения.

В феврале 1943 г. для действий в Индийском океане были направлены до пяти германских лодок. Их деятельность была более успешной во второй половине года, главным образом в районе между южной оконечностью Африки и Мадагаскаром.

10. Потери сторон

На атлантическом театре потери союзного и нейтрального тоннажа, достигнув в марте наибольшего значения за период (693,4 тыс. т), начали быстро снижаться, а среднемесячные потери во второй половине периода составили всего 255,9 тыс. т. Общие боевые потери союзного и нейтрального тоннажа составили 468 транспортов тоннажем 2476,8 тыс. т.

Из среднемесячных боевых потерь в 353,8 тыс. т на долю лодок пришлось 315,6 тыс. т (против 504,9 тыс. т в предыдущий период), а на долю авиации—17,8 тыс. т. Эти потери оказались значительно ниже запланированных германским командованием и ниже, чем восполнение потерь новым строительством.

Наибольший урон союзный и нейтральный тоннаж понес в Северный Атлантике (1617,2 тыс. т, или 66,5 %). Однако и там потери снизились почти вдвое по сравнению с прошлым периодом. Несколько повысились потери тоннажа в Средиземном море (262,9 тыс. т, или 10,9 %).

Потери итальянского торгового флота на всех театрах и немецкого – на Средиземном море за период составили 554 судна общим тоннажем 734,6 тыс. т. Из них 285 судов, или 309,7 тыс. т, были потоплены авиацией и 121 судно в 244,6 тыс. т – подводными лодками.

Потери германского торгового флота за этот период составили 62 судна, или 111,1 тыс. т; причем английская авиация с января по июнь потопила и повредила 70,6 тыс. т, совершив 6601 самолетовылет. Иначе говоря, для потопления одного германского судна в среднем требовалось более 100 самолето-вылетов англо-американской авиации.

На Тихом океане общие потери японского тоннажа (в том числе в результате аварий) составили 196 транспортов, или 810,4 тыс. т. Из среднемесячных боевых потерь в 110,8 тыс. т (в 1942 г. – 77,3 тыс. т) американские подводные лодки в среднем ежемесячно топили 88,8 тыс. т, т. е. почти вдвое больше, чем в 1942 г. В центральной части Тихого океана лодки потопили 359,7 тыс. в юго-западной – 122,7 тыс. т, в южной – 104,6 тыс. т и в северной – 34,7 тыс. т японского торгового тоннажа.

Всего за рассматриваемый период японский торговый флот с учетом вновь построенного тоннажа уменьшился на 426,7 тыс. т; его потери восполнялись только на 48 %. На июль 1943 г. тоннаж па плаву составлял: сухогрузных судов + 4 702 449 бр. рег. т и танкеров – 151 бр. рег. т.

Германский флот потерял за период 118 подводных лодок, итальянский – 16 и японский – 13. Главными противниками германских лодок оставались авиация и надводные корабли. Но авиация потопила уже 58 лодок, или 49,2 % (в предыдущий период 40,5 %), а надводные корабли 35 лодок, или 31,4 % (против 39,0 %), иначе говоря, авиация окончательно приобрела основное значение не только как средство разведки, но и как средство уничтожения лодок. Половина итальянских и японских лодок была потоплена надводными кораблями.

Потери германских подводных лодок в Северной Атлантике возросли до 45,7 % от общих их потерь против 22 % в предыдущий период, но значительно снизились у берегов Америки (до 5 % против 21 % в 1942 г.). В общем итоге среднемесячные потери германских лодок составили 16,8 единицы против 7,6 в 1942 г. Однако число лодок, вновь вступающих в строй (в среднем ежемесячно 23 лодки), по-прежнему превышало потери, и на 1 июля 1943 г. подводные силы Германии располагали 430 лодками, т. е. выросли на 44 единицы.

Английские авиация и подводные лодки в Атлантике и американские – на Тихом океане, продолжая действия в условиях ограниченных германо-итальянских перевозок и слабой защиты японцами своих сообщений, имели сравнительно небольшой урон. Англичане потеряли 13 лодок (в том числе 11 на Средиземном море), а американцы – 7. В процентном отношении возросли потери лодок от действий надводных кораблей (41,6 %) и несколько снизился подрыв лодок на минах (33,4 %). Характерным для американских подводных сил явилось относительное увеличение потерь от надводных кораблей (57,1 %) и некоторое уменьшение потерь в результате аварий и столкновений.

С декабря 1942 по июнь 1943 г. в американском флоте вступило в строй 28 лодок, благодаря чему численность подводных сил США с учетом потерь увеличилась на 21 единицу и на 1 июля 1943 г. составляла 157 лодок.

В первой половине 1943 г. потери англо-американских сил защиты составили 14 эскадренных и эскортных миноносцев, 5 фрегатов и корветов и 69 американских патрульных кораблей.

11. Итоги и выводы

1. Результаты борьбы на сообщениях на атлантическом театре и в Средиземном море характеризовались:

• общим переломом в ходе войны, происшедшим в результате поражений Германии на советско-германском фронте, и повышением значения атлантических сообщений в связи с постепенным усилением участия в войне США;

• почти полным разгромом германо-итальянских сообщений и сил нападения на союзные коммуникации на Средиземном море;

• некоторым увеличением состава сил нападения «оси» на сообщения, главным образом германских подводных лодок, но без существенного улучшения их тактико-технических качеств;

• дальнейшим развитием союзных сил и средств защиты сообщений, достигших к середине 1943 г. значительного количественного и особенно качественного превосходства над силами нападения – подводными лодками. Как следствие трансатлантические конвои почти на всем пути следования стали прикрываться авиацией и группами эскортных кораблей (в порядке усиления непосредственного корабельного охранения). Это вынудило лодки, лишенные к тому же воздушного обеспечения, перейти на сближение с конвоями в подводном положении, т. е. малой скоростью, со всеми вытекающими отсюда неблагоприятными последствиями.

В итоге при суммарных потерях союзного и нейтрального тоннажа в 2476,8 тыс. т среднемесячные его потери по сравнению с предыдущим периодом снизились почти вдвое, в том числе потери от лодок уменьшились в 1,6 раза; потери же лодок увеличились в 2,2 раза. Перелом в эффективности действий германских подводных лодок наступил в середине года. Если в январе – марте при потоплении 100 тыс. т торгового тоннажа потери лодок составляли 3,8 единицы, то в апреле – июне они повысились до 10,5 единицы. Число потопленных судов превышало число погибших лодок соответственно в 4,3 и 1,7 раза.

Ход борьбы на тихоокеанских сообщениях определялся, с одной стороны, некоторым увеличением численного состава американских сил нападения, в частности подводных лодок, и общим усилением действий американских морских и воздушных сил в связи с переходом в наступление на японские позиции в районе Южных морей, а с другой – весьма небольшим количественным усилением японских сил защиты коммуникаций. Среднемесячные потери японского тоннажа возросли в полтора раза при незначительных потерях американских сил нападения, в частности подводных лодок.

2. Борьба на океанско-морских сообщениях продолжала оказывать большое влияние на экономический и военный потенциал воюющих стран, составляя в то же время важнейшую часть операций флотов в Атлантике и значительную долю их содержания на Тихом океане. Крупные потери союзного тоннажа, например, приводили к серьезным недостачам ввозимого в Англию сырья:

Таблица 16

Английские потери в импорте сырьевых материалов в первой половине 1943 г.

Кроме того, потери тоннажа вели к чрезвычайному напряжению судостроительной промышленности. Так, в 1943 г. было построено нового тоннажа: в Англии – 2201 тыс. т, в США – 12 384 тыс. т.

Японский тоннаж за первую половину 1943 г. с учетом потерь уменьшился на 419,5 тыс. т. а итало-германский на Средиземном море – на 277,8 тыс. т. Япония потеряла 17 % импортных и воинских грузов. Срыв итало-германских средиземноморских коммуникаций ускорил окончательную потерю странами «оси» Северной Африки.

3. Роль и место различных сил в борьбе против сообщений характеризовались следующим.

На атлантическом театре, включая Средиземное море, силами стран «оси» было потоплено союзного и нейтрального торгового тоннажа от общих боевых потерь: лодками – 90 %; авиацией – 5; надводными кораблями – 2; подорвалось на минах – 3 %, причем наибольшие потери были нанесены в Северной Атлантике и Средиземном море. Совсем иной была роль родов англо-американских сил в уничтожении итало-германского тоннажа: здесь авиацией было потоплено 50 % от общих боевых потерь, подводными лодками – 40, надводными кораблями – 4 и подорвалось на минах – 6 %, причем потери были нанесены главным образом в Средиземном море.

На Тихом океане из общих боевых потерь японского тоннажа подводные лодки потопили 80 %, авиация—19 и надводные корабли – 1 %, причем наибольшие результаты были достигнуты в центральной части океана.

В то же время из 139 погибших в боях лодок стран «оси» было потоплено: авиацией 45,3 %, надводными кораблями – 37,5; совместно надводными кораблями и авиацией – 10,7; подводными лодками – 5,7 и подорвалось на минах 0,8 %. До 60 % союзных лодок было потоплено надводными кораблями, 26 подорвалось на минах и 14 % было потоплено совместно надводными кораблями и авиацией.

4. В Атлантике германские подводные лодки продолжали действовать самостоятельно, без какого-либо обеспечения и взаимодействия с другими силами. В методы использования лодок были внесены некоторые изменения; группы из 20–30 лодок развертывались иногда в три завесы с выделением в каждой из них 2–3 лодок для разведки и наведения. Таким развертыванием против одного и того же конвоя предусматривалось рассредоточение сил охранения и прикрытия конвоя. Однако и в этом случае, даже при длительном преследовании конвоя, из-за помех авиации сближение с целью в надводном положении в любое время суток становилось затруднительным и приводило к увеличению потерь при малых конечных результатах. Наряду с групповыми атаками продолжались действия и одиночных лодок, но с неизменно понижающимися успехами.

В середине 1943 г. для повышения эффективности действий подводных лодок немцы начали устанавливать на них «Шнорхель»[124], стали усиливать их зенитное вооружение для отражения атак одиночных самолетов при сближении с целью в надводном положении, ввели на вооружение лодок акустическую торпеду T-V для борьбы с кораблями охранения, особенно при занятии позиции залпа, развернули строительство лодок XXI и XXIII серий с улучшенными подводными характеристиками. Однако всех этих мер было явно недостаточно, чтобы обеспечить резкий перелом в обстановке, да и проводились они с опозданием.

Действия подводных лодок флотов других воюющих стран носили характер лишь одиночного крейсерства в обширных или ограниченных районах, а действия авиации включали нанесение ударов по конвоям в море и в очень малой степени – по портам и базам. Приемы использования авиации ничем не отличались от ранее применявшихся.

5. Наиболее слабой стороной борьбы германского флота против сообщений союзников по-прежнему было отсутствие взаимодействия различных сил. главным образом авиации и подводных лодок, а также неудовлетворительная организация разведки.

Наоборот, сильными сторонами союзников в их борьбе против германских подводных лодок являлось значительное численное увеличение сил защиты сообщений при быстром качественном их развитии с одновременным широким развертыванием баз в узах коммуникаций.

Глава VI

От Курской битвы до начала изгнания немецко-фашистских войск из пределов Советского Союза (июль 1943 г. – январь 1944 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

Сталинградская и Курская битвы поставили гитлеровскую Германию перед военно-политической катастрофой. 1943 год стал переломным в ходе второй мировой войны на всех театрах.

Понеся огромные потери, гитлеровцы продолжали держать главные силы на советско-германском фронте, усиливая их за счет войск и авиации, перебрасываемых из Западной Европы. Именно это обстоятельство и предопределило успех англо-американцев при высадке десантов на Сицилию и далее в Италию.

С капитуляцией Италии 8 сентября 1943 г. положение немецко-фашистских сил на средиземноморском театре резко ухудшилось. Германия лишилась союзника, большая часть итальянского флота перешла под контроль англичан и американцев; немецкие подводные лодки, потеряв базы в Италии, вынуждены были перебазироваться в Тулон (Франция), Саламис (Греция) и на о-ва Эгейского моря.

Выход из войны фашистской Италии восстановил важнейшую коммуникацию союзников через Средиземное море в Атлантический и Индийский океаны и позволил им перебросить почти все свои силы защиты сообщений из Средиземного моря на другие театры. Англо-американские силы снова стали безраздельно господствовать на столь важном для них морском пути через Средиземное море в Индийский океан. Судоходство вокруг мыса Доброй Надежды резко сократилось, что снизило возможности немецких лодок, действовавших на коммуникациях вдоль атлантического побережья Африки.

Одновременно союзники смогли сосредоточить усилия своих сил защиты судоходства на северных трансатлантических сообщениях, в частности на западных подходах к Британским о-вам и в Бискайском заливе. Все это привело к резкому снижению эффективности германских лодок и увеличило их потери.

На Тихом океане американцы активизировали ранее начатые действия по захвату Новой Гвинеи и продолжали свое скачкообразное продвижение в океане на южном и юго-западном направлениях с попутным созданием баз, в частности на о-вах Гилберта.

Японцы перешли целиком к обороне. Директива японской ставки от 30 сентября 1943 г. предлагала: «…Считая Рабаул центром, приложить все усилия для продолжительной обороны важных позиций в архипелаге Бисмарка и в районе о-ва Бугенвиль… стараться производить доставку военного снабжения в указанные выше районы, а также и особенно на Новую Гвинею, на быстроходных транспортах». Однако японцы уже не могли подтянуть необходимые резервы. Атаками американских лодок и авиации японский торговый флот к концу 1943 г., даже с учетом вновь построенного тоннажа, был настолько уменьшен, что обеспечить перевозки был не в состоянии; импорт составлял лишь 73 % довоенного уровня.

2. Задачи сторон, соотношение сил и характер их развертывания

На атлантическом театре увеличились перевозки, связанные с десантными операциями союзников в Средиземном море и с подготовкой к высадке десанта на континент Европы. Во второй половине 1943 г. перевозки союзных войск в Северной Атлантике возросли по сравнению с первой половиной года почти вдвое. Всего за это время было переброшено из Англии 75 860 человек и в Англию – 522 929 человек. Вообще же ежемесячно в Атлантике совершали рейсы до 50–60 конвоев (в среднем за войну в ней ежемесячно отмечалось лишь 32–35 конвоев). Значительными были перевозки и в американских водах. В 1943 г. через Панамский канал прошло в обоих направлениях 1822 судна (в 1942 г. – 1562 судна), поэтому главной задачей англичан и американцев на море по-прежнему оставалась защита сообщений, а немцев – их нарушение.

В списочный состав германского флота для действий против союзных сообщений к началу периода входили: 430 подводных лодок (против 386 к началу предыдущего периода), из них 91 % крейсерских, больших и средних для действий в Атлантическом океане и частично в Индийском океане.

Военный флот Италии к июлю 1943 г. включал 6 линейных кораблей, 23 крейсера, 37 эскадренных миноносцев и 71 подводную лодку, но вследствие пониженной боеспособности не мог противостоять союзникам при их вторжении в Италию.

Из общего состава германских подводных сил до 207 лодок были подготовлены к боевым действиям. Из них в море находилось 90 единиц, в том числе в Северной Атлантике – до 50, в Карибском море, Мексиканском заливе и на подходах к Южной Америке – до 25, в Южной Атлантике и Индийском океане – до 12 единиц. Несколько лодок из 24, находившихся в водах Северной Норвегии, действовали на советских сообщениях. Германские подводные лодки, как и прежде, развертывались главным образом из баз Бискайского залива и побережья Норвегии.

Итальянские подводные лодки в начале периода проявляли некоторую активность лишь в Средиземном море; с капитуляцией Италии их деятельность прекратилась вовсе. За всю войну за пределы Средиземного моря выходили 42 итальянские лодки, в том числе в Атлантический океан 32 лодки, из них 10 возвратились в свои базы, 16 были потоплены союзниками в Атлантике, 2 включены в состав германских сил, 3 переданы Японии и 1 захвачена англичанами. В итоге из 156 подводных лодок, входивших за время войны в состав итальянского флота (115 числилось к началу войны и 41 была построена за время войны), 84 погибли и 5 были разоружены. С капитуляцией Италии из 67 оставшихся лодок 9 захватили немцы и японцы, 34 – капитулировали и перешли под контроль союзников, а остальные были затоплены или взорваны собственными экипажами.

Англо-американские силы непосредственной защиты коммуникаций, насчитывавшие к началу предыдущего периода 2900 единиц (см. табл. 15), увеличились к началу настоящего периода до 3700 единиц, в том числе на 45 эскадренных авианосцев. Самолетов в обеих странах числилось: в береговой авиации 1592 и в авианосной авиации 1475. Особенно широкий размах получило строительство в США эскадренных и эскортных миноносцев. Так, за вторую половину 1943 г. их было построено 225, и к концу года, с учетом потерь, в составе флота США насчитывалось 574. Английский флот за 1943 г. пополнился только 37 миноносцами.

К этим силам надо добавить 83 английских и несколько американских подводных лодок, действовавших в Атлантике.

На тихоокеанском театре в связи с развивающимся наступлением американских сил коммуникации приобретали для Японии все большую важность. Однако развитие сил их защиты по-прежнему шло медленно, неорганизованно и с большим запозданием. Пополнить торговый флот до норм, полностью обеспечивающих военные действия, Япония уже не имела возможности.

С другой стороны, развитие американцами операций на все большем удалении от США вело к возрастанию важности для них океанских перевозок. Впрочем, японские флот и авиация по-прежнему не проявляли в борьбе против американских сообщений почти никакой активности.

В состав американских сил для борьбы на сообщениях к началу периода входили 157 подводных лодок, главным образом большого водоизмещения, надводные корабли (эскортные авианосцы, эскадренные и эскортные миноносцы и патрульные корабли) и значительное число самолетов береговой и корабельной авиации.

Из общего состава лодок США на Тихом океане находилось 110–118, из них в море было 30–45, а в районах боевых действий до 20 лодок, остальные на переходах. Около 10 американских лодок действовали в районе Южных морей и на подходах к Филиппинам, 5–6 оперировали в Южно-Китайском море, несколько лодок действовали у Японских о-вов и в центральной части Тихого океана. До 43 лодок находилось на атлантическом театре, опираясь на базы в Карибском море, на атлантическом побережье США и в Англии.

В состав японских сил для борьбы на сообщениях входили 67 подводных лодок, частично использовавшихся для нападения на американские коммуникации, 40–45 эскортных кораблей, значительное число рыболовных траулеров и других малых судов, а также группа морской противолодочной авиации, насчитывавшая до 100 самолетов.

Таким образом, соотношение сил продолжало расти в пользу США. Эскортирование японских судов выполнялось по-прежнему в пределах не более 20–25 % потребности. Японцы стремились обеспечить главным образом перевозки топлива в юго-западной части Тихого океана.

3. Действия германских сил на сообщениях

С капитуляцией Италии германское командование неоднократно пыталось пополнить численность своих подводных сил на Средиземном море за счет других театров, но эти попытки приводили к значительным потерям при прорыве через Гибралтарский пролив. Так, с сентября 1943 по май 1944 г. из 27 германских лодок, пытавшихся форсировать его, 14 лодок прорвались, 7 были потоплены при прорыве, а остальные вернулись в базы. Да и сама деятельность германских сил на Средиземном море резко снизилась, и среднемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа упали почти в три раза. Одновременно часть германских подводных лодок, действовавших в Атлантике, по-прежнему отзывалась с моря в базы для перевооружения зенитным оружием и для подготовки командиров к использованию акустических торпед T-V.

Как следствие, число одновременно действующих в море лодок в августе сократилось до 86.

Некоторое переразвертывание подводных сил было произведено и в самом Атлантическом океане. Из районов северных трансокеанских коммуникаций несколько лодок были направлены в Карибское море и в Мексиканский залив, а также на прибрежные коммуникации Гвианы и Бразилии.

В начале июля небольшая группа лодок атаковала конвой на линии Тринидад – Бахия и потопила несколько одиночных судов. Другая группа, состоявшая из восьми – десяти лодок, действуя на параллели Дакара, в 300 милях западнее африканского побережья, потопила шесть транспортов. Третья группа атаковала крупный конвой, направлявшийся из Англии в Северную Африку, и уничтожила три судна из его состава.

В сентябре 1943 г. в связи с окончанием перевооружения значительного числа лодок зенитной артиллерией их количество в море несколько возросло. На северных трансатлантических коммуникациях действовало около 35 германских лодок; увеличилась численность лодок также на подходах к Гибралтару, в районе Азорских о-вов и на южных подходах к Британском о-вам. В Северной Норвегии находилось до 30 германских лодок, в том числе в Баренцевом и Карском морях до 5–7.

Основным методом использования подводных лодок продолжали оставаться групповые действия, преимущественно самостоятельные, при некотором обеспечении разведывательной авиацией. Частичные изменения в групповой тактике были вызваны главным образом усилением зенитного вооружения лодок и принятием на вооружение акустических торпед.

С осени 1943 г. окончательно укоренилась тактика создания вместо одной большой завесы, растянутой по фронту на 200–300 миль, трех-четырех коротких завес, развертываемых на предполагаемом пути движения конвоя на расстоянии по глубине друг от друга, равном примерно суточному переходу конвоя. Поиск возлагался на авиацию, по данным которой лодки стягивались к конвою. При наличии помех со стороны кораблей охранения, последние должны были уничтожаться акустическими торпедами.

Так, во второй половине сентября группа из 31 подводной лодки была сосредоточена против конвоя в составе 25–30 судов, шедшего из Гибралтара в Англию. В течение трех ночей намечалось произвести ряд атак тремя группами лодок.

18 сентября в 9.45 конвой был обнаружен воздушной разведкой. Сообщалось, что из-за сильного воздушного охранения установить состав и курс конвоя затруднительно. В 14.00 от самолетов было получено вторичное сообщение о том же конвое. В это время первая завеса из семи лодок, атака которой намечалась в ночь на 19 сентября, находилась в расстоянии 50–60 миль на зюйд-вест от конвоя.

Около 15.00 лодкам было дано указание штаба сблизиться с конвоем в подводном положении. В 19.30 вечерняя воздушная разведка еще раз донесла о конвое. Несколько раньше, около 17.00, одна из лодок, находившаяся в надводном положении, установила контакт с конвоем и продолжала следовать на его траверзе. Остальные лодки двигались в подводном положении прежним курсом и получили сведения о конвое только в 23.00, когда всплыли. Но эти сведения были уже запоздалыми: лодки находились за кормой конвоя и сблизиться с ними не могли.

Вторая завеса в составе девяти лодок, находившаяся на норд-ост от Азорских о-вов, должна была атаковать конвой в ночь на 20 сентября. Около 7.00 19 сентября лодками завесы было получено сообщение о конвое от одной из лодок первой завесы. Через некоторое время лодки получили данные о конвое и от самолетов-разведчиков, причем эти сведения расходились с упомянутыми данными лодки на 40–50 миль, С 15.00 лодки завесы в соответствии с приказанием начали сближаться с конвоем в подводном положении, периодически всплывая. В 18.30 и в 19.30 место конвоя было уточнено разведывательной авиацией, о чем было также сообщено лодкам.

Около 1.00 20 сентября трем лодкам удалось сблизиться с конвоем, о чем одна из них оповестила ракетой остальные лодки завесы. В течение последующих четырех-пяти часов эскортные корабли конвоя, обнаружив лодки, предприняли ряд контратак, потопив две из них. Вслед за этим штаб подводных сил отдал приказ всем лодкам прекратить преследование, погрузиться и оставаться в том же районе. Таким образом, и вторая завеса не добилась успехов: лодкам не удалось преодолеть противодействие корабельного охранения. Только одна из них за полчаса до получения приказания о прекращении преследования потопила акустической торпедой один из фрегатов охранения. После атаки эта лодка была контратакована эскортным миноносцем и получила повреждения.

Третья завеса, состоявшая из 15 лодок, была развернута примерно в 100 милях севернее второй и должна была атаковать конвой в ночь на 21 сентября. К этому времени обстановка для лодок ухудшилась: самолеты-разведчики при поиске конвоя были сбиты, и завесе было приказано действовать самостоятельно. Около 15.00 20 сентября, основываясь на прежних данных о конвое, лодки вышли на его предполагаемый курс в расстоянии 70–80 миль и перестроились в линию фронта. За час до темноты две лодки всплыли, однако через несколько минут подверглись атаке самолетов и вынуждены были вновь погрузиться. В течение ночи лодки продолжали движение малой скоростью, предполагая войти в соприкосновение с конвоем на рассвете 21 сентября. Перед рассветом на дистанции около 60 миль от подводных лодок конвой резко изменил курс. В этих условиях лодки могли бы сблизиться с конвоем около полудня, но только лишь следуя большой скоростью в надводном положении. Поэтому около 9.00 21 сентября третьей завесе было сообщено об отмене атак с приказанием погрузиться и оставаться в районе до особого распоряжения. В 10.00 конвой снова изменил курс и около полудня прошел вблизи района нахождения лодок. Однако отсутствие воздушной разведки или поиска конвоя специально выделенными лодками привело к тому, что и этот благоприятный момент для атаки конвоя был упущен.

В итоге описанной операции с участием 31 германской подводной лодки за шесть суток (трое из них заняло развертывание лодок) был потоплен лишь один корабль охранения – и то ценой потери двух лодок. Основные причины неудачи:

• несвоевременное поступление сведений о конвое от разведки;

• неиспользование лодками зенитного оружия для отражения атак самолетов;

• ограниченное использование акустических торпед против кораблей охранения;

• небольшой по размерам район операции, позволивший союзникам сосредоточить в нем значительные силы противолодочной обороны.

Примерно в то же время, с 15 по 23 сентября, группой из 21 германской подводной лодки проводилась операция в Северной Атлантике против конвоев ONS-18 (27 судов) и ONS-202 (41 судно), следовавших друг за другом в расстоянии около 90 миль под прикрытием кораблей охранения и самолетов береговой авиации с о-ва Исландия и с о-ва Ньюфаундленд.

Утром 19 сентября первый конвой ONS-18 был обнаружен разведывательной подводной лодкой. По ее данным лодки ударной завесы стали стягиваться к конвою в надводном положении и с разных направлений, вынуждая тем самым авиацию прикрытия рассредоточиться, что улучшало возможности лодок по отражению атак самолетов. С наступлением темноты почти вся завеса (15 лодок) стянулась к конвою. Однако сильное корабельное охранение сдержало натиск лодок. В течение ночи они произвели несколько атак акустическими торпедами по кораблям охранения, но прорваться к конвою удалось всего лишь двум лодкам. С рассветом 20 сентября атаки лодок прекратились; под прикрытием густого тумана они отошли на траверз конвоя, продолжая следовать в общем с ним направлении.

В ночь с 20 на 21 сентября оба конвоя соединились в один, заняв по фронту около 9 миль. К вечеру 21 сентября туман несколько рассеялся. Подводные лодки снова начали стягиваться к конвою, но, атакованные самолетами береговой авиации и с авианосца охранения конвоя, были вынуждены погрузиться. С наступлением темноты атаки лодок по кораблям охранения начались снова и продолжались до рассвета 22 сентября. Однако только двум лодкам удалось прорваться внутрь охранения, причем и их атаки из-за помех оказались неудачными. Одна из лодок при выходе в атаку попала под таран эскортного миноносца и затонула. Дальнейшие атаки из-за тумана прекратились. Лодки, отойдя на траверз конвоя, продолжали следовать за ним.

После полудня туман рассеялся. С наступлением темноты конвой снова подвергся атакам лодок, зашедших с головы. При этом были потоплены эскортный миноносец, следовавший в голове конвоя, и торпедированы три транспорта, два из которых затонули. К утру 23 сентября охранение конвоя было усилено противолодочными кораблями, прибывшими из Исландии и самолетами с Ньюфаундленда. Около полудня снова спустившийся туман (стоявший до утра 24 сентября) исключил возможность дальнейших атак конвоя, который, разделившись на две части, уже подходил к портам назначения.

В этой операции подводными лодками было потоплено семь транспортов и три эскортных корабля, несколько эскортных кораблей получили значительные повреждения. Атакующие потеряли три подводные лодки. Лодки сравнительно легко отражали атаки одиночных самолетов и широко использовали акустические торпеды в борьбе с кораблями охранения. Успех операции снизил туман. Надо думать, при более благоприятных метеорологических условиях применение лодками новых торпед и новой тактики дало бы большие результаты. Подводные лодки преследовали конвой более четырех суток на протяжении 900 миль его пути.

Массовое применение акустических торпед с радиусом чувствительности 300 м при отсутствии надежных средств борьбы с ними принесло немцам безусловный успех. По германским данным, 60 % этих торпед, выстреленных подводными лодками во второй половине 1943 г., достигли цели, создавая угрозу не только для кораблей охранения, но и для транспортов.

В итоге в сентябре-октябре 1943 г. потери союзного и нейтрального тоннажа несколько возросли, а потери германских подводных лодок снизились. За эти два месяца было потоплено 36 лодок против 62 в июле-августе.

Однако эти успехи носили временный характер. Германские новшества сравнительно быстро вызвали и технические ответы и изменения тактики противолодочных сил и средств. В противовес немецким акустическим торпедам на оснащение английских кораблей и частично торговых судов был принят прибор «Фок-сер» – буксируемый источник звука, отвлекающий на себя акустическую торпеду. Полеты самолетов в паре или звеном часто вынуждали лодки уходить под воду. На вооружение противолодочных кораблей были приняты 24-ствольные бомбометы, покрывающие своими бомбами значительную площадь на расстоянии 250 м от корабля. Ударный характер взрывателей этих бомб (по сравнению с взрывателями обычных бомб, срабатывавшими на определенных глубинах) весьма облегчал борьбу с подводной лодкой, сразу давая знать, уничтожена она или нет.

В результате наряду с некоторыми успехами германские подводные лодки стали все чаще терпеть неудачи. Так, в начале октября группа «Росбах», состоявшая из 20 подводных лодок (в том числе U-378, U-336, U-645, U-273 и U-643), двигалась на запад из района Исландии навстречу конвою SC-143, следовавшему из Северной Америки. 6 октября лодки получили сведения о приближенном месте конвоя. На рассвете 7 октября две лодки отделились от группы и направились вперед для поиска конвоя. Через несколько часов одна из них (U-643) обнаружила самолет и эскадренный миноносец, а затем и сам конвой. Однако эта лодка, вынужденная до наступления темноты находиться под водой, не смогла передать сведения о конвое, который проходил южнее движения завесы лодок. 8 октября с рассветом U-643 всплыла и вновь начала поиск конвоя в надводном положении.

В 13.00 U-643 обнаружила два самолета из состава воздушного сопровождения конвоя. Предполагая, что вскоре должен появиться конвой, лодка не погружалась, отражая атаки самолетов зенитным огнем. Вскоре появился третий самолет, и на лодку было сброшено несколько глубинных бомб, разорвавшихся в непосредственной близости от нее. Получив повреждения, подводная лодка потеряла ход. Через несколько минут в ее носовом отсеке взорвалась одна из торпед. В это же время на горизонте показался конвой. Не успев донести о нем, U-643 затонула, а конвой избежал встречи с завесой лодок, пройдя в 30 милях южнее ее.

В ноябре 1943 г. германские подводные силы потопили всего 14 союзных транспортов (66,5 тыс. т), но ценой потери 18 лодок. Впервые число потопленных подводных лодок превысило число уничтоженных ими судов.

На протяжении всего периода германская авиация почти не участвовала в атаках на судоходство. Незначительная ее активность отмечалась только в Арктике и на подходах к Британским о-вам. 6 ноября в Средиземном море в районе Тунисского пролива гитлеровские самолеты Do-217 пытались использовать в атаках управляемые по радио планирующие бомбы, но неудачно. Действия надводных кораблей германского флота почти прекратились. 26 декабря близ мыса Нордкап английские силы потопили линейный корабль «Шарнхорст», пытавшийся перехватить конвой JW-55B, следовавший в Советский Союз.

4. Снижение эффективности действии германских подводных лодок и рост их потерь

В итоге во второй половине 1943 г. эффективность действий немецких подводных лодок значительно снизилась. Среднемесячные потери союзного и нейтрального тоннажа от их действий, несмотря на сохранение общей численности лодок на уровне первой половины 1943 г., снизились до 118,1 тыс. т (общие потери, в том числе от аварий, составили 194,2 тыс. т) против 315,6 тыс. т в предыдущем периоде. Потери союзного и нейтрального тоннажа на одну потопленную германскую лодку в июле – сентябре составили 6,5 тыс. т, а в октябре – декабре – 4,6 тыс. т, против 18,8 тыс. т в предыдущий период, т. е. уменьшились в 4 раза.

Это явилось следствием возрастающего численного и качественного превосходства противолодочных сил и средств над германскими подводными силами и, особенно, широкого применения союзниками авиации. Даже в открытом океане германские подводные лодки вынуждены были держаться в подводном положении. Низкие же их маневренные подводные качества (скорость хода и дальность плавания) не давали им возможности сближаться с конвоями и эффективно атаковать из-под воды. Требовалось резкое повышение тактических качеств подводных лодок.

В связи с этим было принято решение ускорить строительство лодок XXI и XXIII серий. Для этого, равно как и для защиты от англо-американских воздушных бомбардировок, строительство было организовано по секциям на различных заводах с последующей сборкой секций в минимальные сроки на эллингах определенных верфей. Этот метод дал значительную экономию времени. Так, подводные лодки XXI серии строились каждая за 260 тыс. – 300 тыс. рабочих часов вместо 460 тыс. часов, требовавшихся при постройке прежним методом. Одновременно был увеличен план строительства, которым предусматривалось ежемесячно вводить в строй сначала 30, а затем – 40 лодок, вместо 22,5 по старому плану.

Однако под влиянием событий на советско-германском фронте эти планы так и остались на бумаге. Прежде всего не хватало стали – министерство вооружений Шпеера пожирало ее для нужд армии и авиации. Как свидетельствует Дениц, ежемесячный лимит стали, отпускаемый флоту, снизился со 177 тыс. т в 1941 г. до 119 тыс. т в 1942 г. Правда, вступив на пост главнокомандующего флотом, Дениц выпросил у фюрера на февраль 1943 г. добавочно 40 тыс. т стали, но вопрос был решен «только на один месяц». Не хватало и рабочей силы. «Нехватка рабочих для строительства кораблей и создания морских вооружений, – пишет Дениц – возникла в первую очередь из-за призыва судостроительных рабочих в армию»[125], но Гитлер и здесь не счел возможным отвлечься от нужд Восточного фронта.

Подводные лодки XXI и XXIII серий начали поступать от промышленности только во второй половине 1944 г. Но и эти лодки с улучшенными подводными качествами также имели ряд недостатков и не были в полном смысле слова подводными кораблями. Конструирование же и строительство лодок с ускорителями в вале парогазовых турбин, где подводные элементы предполагалось иметь значительно повышенными (скорость хода до 24 уз. в течение четырех-пяти часов), в сложившейся обстановке уже оказались невыполнимыми.

В создавшейся обстановке, находясь в море, германские подводные лодки были вынуждены расходовать значительно больше топлива на частые зарядки аккумуляторных батарей, а это вело к уменьшению их автономности. Малое количество лодок снабжения не могло обеспечить дозаправку боевых лодок топливом в море. Из находившихся в строю лодок снабжения были потоплены: 20 августа 1942 г. авиацией на подходах к Фарерским о-вам – U-464; 15 мая 1943 г. авиацией в Бискайском заливе – U-463; 13 июня 1943 г. у берегов Канады – U-487; 27 июня 1943 г. авиацией в Бискайском заливе – U-459; 30 июля 1943 г. авиацией и надводными кораблями в Бискайском заливе – U-461 и U-462; 4 августа 1943 г. авиацией в Северной Атлантике – U-489; 4 октября 1943 г. авиацией на подходах к Бискайскому заливу – U-460. К началу 1944 г. в строю осталось всего две лодки снабжения топливом и четыре – снабжения торпедами.

Во втором полугодии вместо 30 лодок по плану ежемесячно вступало в строй в среднем 25,5, т. е. за шесть месяцев подводные силы Германии недополучили 27 лодок. Правда, их вступление в строй продолжало еще превышать средние ежемесячные потери, выражавшиеся в 20,5 единиц; в составе германского флота к концу 1943 г. находилось 436 лодок.

Наконец, совершенно неудовлетворительно обеспечивалась боевая деятельность подводных лодок авиацией. В докладе верховному командованию 20 декабря 1943 г. главнокомандующий флотом отмечал: «Подводная война в 1944 году не будет эффективна, если не будет соответствующей авиаразведки; из-за превосходства противника в воздухе наши лодки все более вынуждены ограничивать свои действия в надводном положении»[126].

5. Особенности действий союзных сил

Англо-американский флот и авиация на атлантическом театре действовали против коммуникаций противника лишь попутно с выполнением главной задачи, т. е. защиты своих коммуникаций. Для борьбы против германских сообщений использовались главным образом авиация и частично английские подводные лодки. Так, 22 сентября 1943 г. четыре из шести английских сверхмалых лодок типа «Миджет» проникли в Альтен-фьорд; при этом одна из них подорвала специальным зарядом германский линейный корабль «Тирпиц», чем вывела его из строя на полгода.

За вторую половину 1943 г. потери германского торгового тоннажа в Средиземном море, а итальянского на всех театрах составили 479 206 т, причем подводными лодками было потоплено 121391 т и авиацией – 107 314 т.

Основными мерами по защите сообщений, предпринятыми союзниками во второй половине 1943 г., явились:

Лодка типа «Миджет»

• развертывание аэродромов для авиации и базы легких надводных сил на Азорских о-вах[127];

• организация авианосных поисково-ударных групп американского флота для борьбы с лодками;

• дальнейшее увеличение численности береговой противолодочной авиации;

• развитие средств обнаружения и уничтожения лодок;

• усиление блокадных действий в Бискайском заливе и Английском канале.

База на Азорских о-вах дала возможность почти полностью охватить наблюдением Центральную Атлантику. К тому же авиация и корабли с Азорских о-вов совместно с силами, базировавшимися в Бразилии и на о-ве Вознесения, создали угрозу для германских лодок на коммуникациях Южная Америка – Западная Африка. Кроме того, в Центральной Атлантике действовали три группы поддержки, включавшие американские эскортные авианосцы, самолетами которых за период было потоплено 14 лодок, в том числе несколько лодок снабжения. Союзная авианосная авиация вела патрулирование в зонах океана, остававшихся недосягаемыми для береговой авиации. Можно сказать, что почти весь Атлантический океан оказался под контролем союзной авиации и противолодочных кораблей.

Дальнейшее увеличение численности этих кораблей и конвойных авианосцев, в том числе малых кораблей и катеров, позволило увеличить эскортные силы конвоев почти до полной потребности с доведением глубины охранения до 25 миль, повысить число ударно-поисковых групп и усилить противолодочную оборону на подходах к базам.

Одновременно совершенствовались методы использования сил: была улучшена система конвоирования путем включения в состав эскорта авианосцев; организована поддержка конвоев специальными силами, в том числе усилено прикрытие конвоев в центральной части Северной Атлантики посредством «челночных операций» береговой авиации[128]; улучшена система патрулирования, а также тактика поиска и атаки подводных лодок ударно-поисковыми группами и т. д.

Увеличение потерь немецких подводных лодок в Бискайском заливе и на переходах в районы боевых действий приводило к тому, что от воздействия противника освобождались большие участки коммуникаций.

6. Действия американских сил на японских сообщениях

С развитием борьбы за острова Южных морей японские перевозки для усиления гарнизонов, а затем для их эвакуации значительно возросли. Одновременно выросло значение экономических сообщений Малайя – Юго-Восточная Азия – Китай – Корея – Япония. Между тем японский торговый тоннаж продолжал уменьшаться, а силы защиты сообщений по-прежнему оставались малочисленными. Командование пыталось использовать для целей охранения многочисленный рыболовный флот. Но обладая хорошими мореходными качествами, эти суда не имели гидролокационной и радиолокационной аппаратуры и оказывались малоэффективными в борьбе с лодками.

В то же время силы нападения – главным образом американские подводные лодки – и их активность продолжали возрастать. Так, лодками за первую половину 1943 г. было потоплено 573,5 тыс. т, а за вторую – уже 793,4 тыс. т японского тоннажа. На одну американскую лодку в районе действий ежемесячно пришлось соответственно 5,6 и 6,6 тыс. т уничтоженного тоннажа.

Во второй половине года американские лодки развернули операции в основном против экономических перевозок в юго-западной части океана, вдоль побережья Китая и на подступах к Филиппинским и Японским о-вам. В то же время авиация США действовала преимущественно против воинских перевозок в южной части океана, в районе Южных морей и на подступах к Японским о-вам.

В юго-западную часть океана американское командование выделяло до конца года до 24 лодок (12 базировалось в Брисбене и 12 – во Фримантле). Кроме того, несколько подводных лодок из этих же баз участвовали в операциях флота в районе Новой Гвинеи – архипелага Бисмарка и производили минные постановки на подходах к Японским о-вам. На юге океана действовали несколько лодок, базировавшихся на Пёрл-Харбор.

В районе, ограниченном о-вами Гилберта, восточным побережьем о-ва Минданао и параллелями 9° к северу и к югу от экватора, американские лодки и авиация уничтожили за вторую половину года 2 танкера, 12 транспортов с военными грузами, 22 грузовых судна и 16 малых судов, перевозивших войска, продовольствие, снаряжение и горючее.

Коммуникации, соединяющие Сингапур с портами Японских о-вов, были в этот период наиболее оживленными. Одна из ветвей этих коммуникаций проходила вдоль побережья Малайи, пересекала Сиамский залив, огибала побережье Индокитая и шла на Гонконг, Шанхай и к Японским о-вам; вторая тянулась от Сингапура к северо-западной части о-ва Борнео и далее па север к Филиппинам; третья – на юго-восток к Голландской Ост-Индии; четвертая – от Сингапура к Палау, к о-вам Трук или к Рабаулу.

Северная ветвь коммуникации Сингапур + Китай подвергалась ударам американских лодок и отчасти базировавшейся в Китае авиации. На южном участке пути, который проходил через Сиамский залив, действовали лодки, базировавшиеся на Фримантл. В сферу патрулирования этих лодок входили также Малайский барьер и Филиппины. Только в сентябре на участке Сингапур – Китай лодками было потоплено 7 японских транспортов общим тоннажем около 30 тыс. т. На подходах к Филиппинским островам лодки уничтожили 4 транспорта общим тоннажем около 23,5 тыс. т.

В январе – сентябре 2 американские лодки, действовавшие в Японском море, потопили 6 японских судов тоннажем в 21,5 тыс. т, при этом одна из лодок («Уаху») была уничтожена японской авиацией.

Деятельность подводных лодок США, проводившаяся в повседневном порядке, продолжала носить самостоятельный характер, без взаимодействия с другими силами. Основным ее методом почти до конца года было крейсерство одиночных лодок вдоль основных путей движения судов противника и на узах его сообщений. С октября 1943 г. американцы начали применять также действия групп в составе двух-трех лодок.

Обычная схема действий группы была следующей: лодки развертывались в строй фронта в 25–30 милях одна от другой и производили поиск, используя радиолокацию. Лодка, обнаружившая транспорт или конвой, сообщала данные о его движении другим лодкам группы, наводя их тем самым на цель. Расчет встречи с конвоем и его атака производились лодками самостоятельно, атаки выполнялись в темное время суток. Лодки стремились выходить в атаку одна за другой с интервалом около 30 минут. После атаки и отрыва от противника лодкам назначалась встреча, во время которой происходил обмен информацией, после чего они начинали новый поиск.

Так, 26 сентября две американские лодки направились из Пёрл-Харбора к о-ву Мидуэй, где к ним присоединилась третья лодка. 1 октября группа пришла в Восточно-Китайское море. За время похода она потопила три и повредила семь японских судов. Атаки лодок были раздельны, однако взаимоинформация при обнаружении целей дала положительный результат. В ноябре другая группа в составе трех лодок потопила в районе Марианских о-вов семь японских судов.

Всего за вторую половину 1943 г. американскими силами было потоплено 246 судов, из 997,4 тыс. т японского тоннажа, в том числе лодки уничтожили 180 транспортов, или 793,4 тыс. т (79,4 %). Для этого лодки произвели 589 атак и израсходовали 2255 торпед. Успешность атак составила около 30 %. В течение 1943 г. американские подводные лодки провели в районах действий 6682 суток, что при средней численности в составе флота США 155 лодок составило всего около полутора месяцев на лодку.

7. Действия японских сил

В середине 1943 г. японским командованием был организован так называемый Большой эскортный флот, действовавший независимо от Соединенного японского флота. В состав эскортного флота вошли уже не две группы, а 1-е и 2-е соединения (эскадры) эскортных кораблей и 901-я группа морской авиации в составе 100 самолетов. В каждой эскадре числилось до 30 кораблей. Количество эскортных сил несколько увеличилось еще весной 1943 г. Но тогда это не отразилось на организации сил. Теперь организационная структура претерпела изменение, что свидетельствовало о стремлении усилить защиту сообщений.

В задачу 1-го эскортного соединения входила защита коммуникаций (эскортирование судов) в районе Япония – Филиппинские о-ва – Голландская Индия – о-ва Палау. Задачей 2-го эскортного соединения являлось обеспечение конвоев, направлявшихся из Японии к Марианским и Каролинским о-вам. Защита сообщений в районах баз возлагалась на их командиров.

Несмотря на слабость японских противолодочных сил, они за вторую половину 1943 г. все же потопили восемь американских лодок.

В то же время возобновились действия японских подводных лодок на коммуникациях в Индийском океане: в Аравийском море действовали 4 лодки, потопившие в июле – октябре 10 транспортов, в Бенгальском заливе – 4 лодки, уничтожившие в сентябре – ноябре 3 транспорта. Две японские лодки действовали в Мозамбикском проливе. Периодически несколько лодок оперировали в районе о-вов Фиджи и Новые Гебриды, где ими было потоплено до 5 транспортов и 1 крейсер. За вторую половину 1943 г. японский флот потерял 13 подводных лодок.

8. Потери тоннажа и боевых сил

Общие потери союзного и нейтрального судоходства от сил и средств флотов стран «оси» за период составили 204 транспорта общим тоннажем 1094,8 тыс. т, в том числе от подводных лодок 129 судов – 708,5 тыс. т (небоевые потери – аварии и столкновения – равнялись 108 судам —213,2 тыс. т). Из среднемесячных боевых потерь союзников в 182,4 тыс. т на долю подводных лодок пришлось 118,1 тыс. т и на долю авиации – 50,6 тыс. т.

Наибольший урон союзный и нейтральный торговый флот понес в Атлантическом океане – 342,5 тыс. т (48,8 %) и в Индийском океане 246,0 тыс. т (35,4 %). В два с лишним раза уменьшились потери союзного тоннажа в Средиземном море. Во втором полугодии они составили 112,3 тыс. т против 256,4 тыс. т в первом полугодии.

Из общих потерь союзного тоннажа за 1943 г. на долю сухогрузных судов пришлось 82 % и танкеров – 18 %, т. е. удельный вес потерь наливного флота уменьшился.

В 1943 г., впервые за войну, строительство торгового флота у союзников значительно превзошло потери. За год американской промышленностью было построено 12 384 тыс. т и английской – 2201 тыс. т. С учетом потерь (3735,2 тыс. т) союзный тоннаж увеличился почти на 11 млн. т.

Потери германского торгового флота за 1943 г. составили 312,8 тыс. т. Наибольший ущерб ему был нанесен подводными лодками и авиацией. В течение этого года германской промышленностью было построено 43 судна общим водоизмещением 74 350 т. В итоге торговый тоннаж Германии на январь 1944 г. равнялся 2484,7 тыс. т.

Потери японского тоннажа составили 262 судна общим тоннажем 1052,6 тыс. т, т. е. несколько возросли. Среднемесячные потери японцев от американских сил выразились в 166,2 тыс. т (в том числе от лодок – 132,2 тыс. т) против 110,8 тыс. т (от лодок – 88,8 тыс. т) в предыдущий период. За вторую половину года торговый флот Японии уменьшился на 539,8 тыс. т, т. е. потери восполнились примерно на 43 %. К январю 1944 г. японский тоннаж на плаву составлял: сухогрузных судов – 4170,8 тыс. т. и танкеров – 863,9 тыс. т, иначе говоря, тоннаж сухогрузов значительно сократился, а тоннаж танкеров несколько увеличился.

Германский флот за период потерял 124 подводные лодки, Италия – 11, Япония – 13. Значение авиации в противолодочной борьбе еще более возросло: ею было потоплено почти 70 % от общих потерь немецких лодок (в предыдущем периоде только 49,2 %). Надводными кораблями и подводными лодками союзников было уничтожено 81,8 % итальянских подводных лодок. На 1 января 1944 г. в составе германских сил находилось 458 лодок, т. е. итоговая численность их за период с учетом потерь увеличилась на 28 единиц.

Английские подводные лодки в Атлантике и американские на Тихом океане продолжали действовать в условиях слабой защиты неприятельских перевозок и, как следствие, понесли незначительные потери, равные соответственно 5 и 10 единицам. Характерным для английского флота явились потери лодок на минах, а для американского – от надводных кораблей.

За вторую половину года американские силы пополнились 31 новой подводной лодкой. С учетом потерь подводные силы США увеличились на 21 единицу и па 1 января 1944 г. имели в своем составе 178 лодок.

За этот же период потери английских и американских сил защиты сообщений составили: 1 авианосец, 22 эскортных и эскадренных миноносца, 3 эскортных корабля (шлюп, фрегат и корвет) и 111 (американских) патрульных кораблей.

9. Общие итоги и выводы

1. Результаты и эффективность борьбы на сообщениях во второй половине 1943 г. определялись:

– на атлантическом театре – достигнутым и продолжавшим расти качественным и количественным превосходством англо-американских сил защиты сообщений, главным образом противолодочных сил и средств, над германскими подводными лодками. Отставание развития тактико-технических элементов лодок от совершенствования сил и средств борьбы с ними привело к систематическому снижению успешности действий германских лодок при значительном увеличении их потерь. Среднемесячные боевые потери союзного и нейтрального тоннажа снизились по сравнению с предыдущим периодом почти вдвое. Потери же тоннажа от действий германских лодок уменьшились с 315,6 тыс. т до 118,1 тыс. т, т. е. почти втрое, при значительном увеличении потерь лодок. При потоплении каждых 100 тыс. т торгового тоннажа потери лодок составили уже 17,5 единиц против 5,4 в предыдущем периоде, а число уничтоженных судов (129) уже почти сравнялось с числом потопленных лодок (124);

– на тихоокеанском театре, наоборот, отставание в развитии японских сил и средств защиты сообщений от роста американских сил нападения привело к полному преобладанию последних. Как следствие, среднемесячные боевые потери японского тоннажа выросли почти в полтора раза против предыдущего периода. При потоплении каждых 100 тыс. т торгового тоннажа потери американских лодок составили всего лишь 1,3 единицы.

2. Потери англо-американского тоннажа замедляли его наращивание, но в общем сказывались уже значительно менее, нежели раньше. Потери грузов также значительно снизились. Например, за третий квартал 1943 г. потери грузов Англии составили 35,7 тыс. т из общего ее импорта в 3917 тыс. т.

Японские потери тоннажа, продолжавшие возрастать и недо-восполнявшиеся судостроительной промышленностью, привели к значительному сокращению торгового флота Японии. На конец 1943 г. общий тоннаж Японии составил всего около 4,9 млн. т. При значительном росте потребностей этот тоннаж уже не обеспечивал экономических и оперативных перевозок. Японский импорт в 1943 г. сократился до 16,4 млн. т против 22,1 млн. т в 1940 г.

3. На атлантическом театре германскими силами в течение периода было потоплено: подводными лодками – 64,7 % от боевых потерь союзного и нейтрального тоннажа; авиацией – 27,0; надводными кораблями – 3,3 и подорвалось на минах —3,4 % и т. д. Наибольшие потери союзному и нейтральному тоннажу были нанесены в Северной Атлантике.

На Тихом океане подводными лодками США было потоплено 75,2 % общих потерь японского тоннажа; авиацией – 18,2, подорвалось на минах и погибло от неизвестных причин – 6,6 %. Наибольшие потери японский тоннаж понес в центральной и юго-западной частях Тихого океана.

Из 148 потерянных подводных лодок флотов стран «оси» более половины было потоплено авиацией и 35 лодок – надводными кораблями. До 27 % союзных подводных лодок было потоплено надводными кораблями и 33 % подорвалось на минах.

4. В связи с принятием на вооружение германских лодок акустических торпед и усилением на них зенитного оружия в методы их группового использования были внесены некоторые изменения. В ряде случаев вместо одной создавались три боевые завесы, развернутые последовательно поперек вероятных путей движения конвоев и на расстоянии друг от друга, равном примерно суточному переходу конвоя. При помехах со стороны авиации во время сближения с конвоем лодки должны были маневрировать в надводном положении, отражая атаки одиночных самолетов зенитным огнем, а при помехах со стороны надводных кораблей охранения – атаковать их акустическими торпедами. Этот метод, хотя и временно, несколько повысил успешность действий лодок, однако сопровождался увеличением их потерь.

В тактику американских лодок в конце 1943 г. также были внесены некоторые изменения, а именно лодки начали действовать в составе небольших групп (две – четыре лодки). Такое их количество в группе обусловливалось небольшим составом японских конвоев, а также расположением их путей главным образом вблизи берегов.

5. Одной из наиболее слабых сторон в боевых действиях сил нападения на коммуникации продолжало оставаться отсутствие оперативно-тактического взаимодействия между авиацией и лодками, в том числе необеспеченность последних воздушной разведкой.

Отставание в развитии тактико-технических данных германских лодок, в первую очередь их подводных качеств, от развития противолодочных сил и средств явилось наиболее существенной причиной снижения эффективности их действий. Введение на вооружение лодок торпед T-V, усиление зенитного оружия, а также применение устройства «Шнорхель» смогло обеспечить германским подводным лодкам лишь временный успех.

Глава VII

От начала изгнания немецко-фашистских войск за пределы Советского Союза до высадки союзников в Северной Франции (январь – июнь 1944 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

Исторические победы Советской Армии в 1943 г. положили начало полному поражению фашистской Германии. Окончательно закрепив за собой инициативу, Советские Вооруженные Силы перешли в 1944 г. к ряду связанных между собой крупных наступательных операций. В этих условиях США и Англия собрались, наконец, осуществить вторжение в Западную Европу, одновременно продолжая медленное наступление в Италии.

Немецко-фашистское командование планировало путем стратегической обороны стабилизировать положение на советско-германском фронте и сосредоточенными силами отразить ожидавшееся вторжение американо-английских войск. После этого предполагалось перебросить освободившиеся войска против Советской Армии, а также против союзных войск в Италии, чтобы в наступательных операциях решить исход войны в свою пользу.

В ходе развернутого наступления Советские Вооруженные Силы освободили Крым и, перейдя границу с Румынией, перенесли военные действия за пределы СССР. На северном фланге была окончательно снята блокада Ленинграда, и Советская Армия подошла к границам Финляндии.

Советский флот развернул активные действия на морских сообщениях противника, направленные в первую очередь против эвакуации немецких войск и материальных ценностей. С наступлением Советской Армии на центральном направлении создалась возможность выхода наших сил на южное побережье Балтийского моря, т. е. прямая угроза важнейшим районам строительства и подготовки немецких подводных лодок в южной Балтике.

Таким образом, непрерывное наступление советских войск сорвало замыслы гитлеровского командования насчет стабилизации положения на Восточном фронте и переброски сил для отражения высадки союзных войск в Западной Европе. Одновременно переразвертывание лодок для отражения ожидаемого вторжения вынудило немцев сократить количество лодок в Атлантике.

На Средиземном море союзники, опираясь на господство в воздухе и на море, высадили десант в Анцио (Италия) и овладели Римом. В результате захвата аэродромов в южной и центральной Италии они окончательно ликвидировали угрозу своим сообщениям в средней части Средиземного моря.

Благоприятная обстановка на европейском театре и высокие темпы строительства сил в течение 1943 г. позволили союзникам сосредоточить необходимые силы на Тихом океане для дальнейшего наступления. Япония целиком перешла к стратегической обороне.

Опираясь на о-ва Гилберта, занятые в конце 1943 г., вооруженные силы США высадили в январе-феврале десант на Маршалловы о-ва – ключевую позицию внешней линии обороны Японии. С захватом этих островов, северной части Новой Гвинеи и разрушением с воздуха главной японской базы Трук обстановка в центральной и юго-западной частях Тихого океана целиком изменилась в пользу союзников. Авиация и подводные лодки США, опираясь на новые базы и аэродромы, установили контроль над важнейшими коммуникациями, соединяющими Японию с ее базами на о-вах Палау и Сайпан – опорными пунктами внутренней линии японской обороны, и овладели Марианскими о-вами, прикрывавшими подходы к Филиппинам. Одновременно американские лодки активизировали действия против сообщений Японии с районами Южных морей, из которых она получала стратегическое сырье, продовольствие и нефть, необходимые для продолжения войны.

2. Задачи сторон, соотношение сил и характер их развертывания

В ходе подготовки и проведения союзниками вторжения в Западную Европу и крупных десантных операций на Тихом океане существенно возросло значение морских военных перевозок. Одновременно перед союзными авиацией и подводными лодками была поставлена задача усилить действия против морских сообщений стран «оси», в первую очередь против морских сообщений Японии.

В сложившихся условиях германское командование считало важнейшей задачей своего флота борьбу с военными перевозками союзников в Атлантике, Баренцевом и Средиземном морях и отражение вторжения союзных войск. В целях уничтожения тоннажа союзников и отвлечения их противолодочных сил с главного направления перед частью лодок была поставлена задача нарушения сообщений в Юго-Западной и Южной Атлантике, а также в Индийском океане.

В качестве основных задач ВМФ Японии были поставлены отражение американских десантов, защита связанных с этим войсковых перевозок и. обеспечение доставки стратегического сырья из южных районов.

К началу 1944 г. Германия имела в строю 458 лодок. Из них около 200 проходили боевую подготовку, ремонт и испытания, около 170 находились в готовности к боевым действиям и около 90 – в море. В Атлантике действовало до 50 лодок[129], в Арктике – до 15, на Средиземном море – до 18, в Индийском океане – до 6 (вместе с ними оперировали 5–6 японских лодок). До 80 % лодок, действовавших в Атлантике, развертывались из французских баз в Бискайском заливе, остальные – из норвежских и балтийских баз. В Средиземном море германские лодки базировались на Тулон (Франция) и Саламис (Греция), в Индийском океане – на Пенанг.

Для защиты сообщений союзники располагали к началу периода 118 эскортными авианосцами[130], 1102 эскадренными и эскортными миноносцами, 236 шлюпами, корветами и фрегатами, 1700 колесными самолетами и 520 летающими лодками береговой авиации. Кроме того, союзники имели около 1250 патрульных судов и до 1200 траулеров, тральщиков и катеров, которые частично выполняли задачи противолодочного патрулирования в узкостях, на подходах к портам и базам, а также конвоирования судов в прибрежных водах.

Силы Великобритании обеспечивали защиту перевозок в восточной части Атлантики, Средиземном море, Индийском океане и принимали участие в обеспечении перевозок в Арктике. Корабли и самолеты США действовали в западной Атлантике и Тихом океане. Трансатлантические перевозки севернее параллели 45° с. ш. обеспечивались преимущественно английскими и канадскими кораблями; перевозки из США и Карибского моря до Гибралтара – американскими силами. С марта 1944 г. американские корабли начали сопровождать конвои до Бизерты.

Англичане привлекали к противолодочной борьбе и свои подводные лодки. В начале 1944 г. для решения ими этой задачи выделялось 16–18 лодок; 8 из них действовали в Бискайском заливе и 8—10 в Северном море. Американские лодки решали задачи противолодочной борьбы одновременно с действиями на коммуникациях.

Для борьбы на тихоокеанских сообщениях американцы использовали подводные лодки, базовую и авианосную авиацию и частично надводные корабли. Из 179 лодок США, находившихся к 1 января 1944 г. в строю, 123 единицы были развернуты в Тихом океане. Авиация США привлекалась к действиям на коммуникациях главным образом попутно с решением ею основной задачи – обеспечения десантных операций. В период операции по захвату Марианских о-вов американцы имели в центральной и юго-западной частях Тихого океана 250–300 бомбардировщиков, до 40 торпедоносцев, до 140 патрульных и разведывательных самолетов и до 320 истребителей. Авианосная авиация насчитывала до 700 самолетов, действовавших с 12 авианосцев.

Если учесть, что японцы в районе Марианских о-вов имели до 170 истребителей, 80 базовых бомбардировщиков-торпедоносцев, 70 летающих лодок и до 200 авианосных самолетов, то соотношение сил окажется равным 3: 1 в пользу американцев. Кроме того, японцы имели до 60 эскортных кораблей, до 100 противолодочных самолетов и 86 подводных лодок, около 25 из которых действовали на американских коммуникациях, а остальные решали другие задачи.

В итоге на каждую подводную лодку стран «оси» в строю приходилось до трех противолодочных кораблей (а с траулерами и т. д. – до шести) и до семи противолодочных базовых и авианосных самолетов.

3. Ход борьбы в Атлантике

По северным трансатлантическим коммуникациям союзников в начале 1944 г. ежемесячно проходило около 1000 судов в составе 20–22 конвоев.

Как уже отмечалось, в результате усиления противолодочной авиации союзников немцы вместо метода больших «волчьих стай» иногда бывали вынуждены применять лодки малыми группами и даже одиночно.

Так, в октябре-ноябре 1943 г. большая группа лодок «Тирпиц» была разделена на девять малых групп по три единицы в каждой с задачей действовать вдоль маршрута северо-атлантических конвоев. Днем лодки находились под водой, подвсплывая для наблюдения под перископ один раз в течение часа, а ночью переходили в надводное положение. В результате они меньше обнаруживались авиацией, однако ухудшение их разведывательных возможностей вынудило немцев приблизить районы деятельности лодок к западным подходам к Англии.

В связи с этим английское командование сосредоточило в этом районе почти всю береговую авиацию. На объединенное командование обороной «западных подходов» была возложена задача организации согласованного наступления 15, 18, 19-й авиагрупп береговой авиации, эскадрилий, базировавшихся на аэродромы Исландии, и корабельных соединений с целью вытеснения немецких лодок дальше в океан, где резко снижались их возможности разведки.

Для повышения эффективности действий береговой авиации в ночных условиях англичане обратили внимание на улучшение прожекторов системы Ли, предназначенных для освещения лодки в момент ее обнаружения радиолокатором и последующей атаки. Самолеты получили новый авиационный прожектор L-7 с 60-см зеркалом и силой света 60–80 млн. свечей. Помимо этого, на вооружение авиации поступили 227-кг противолодочные бомбы, реактивные снаряды и самонаводящиеся торпеды. После погружения лодки поддержание контакта с ней обеспечивалось радиогидроакустическими буями.

На вооружение уже почти всех английских противолодочных кораблей поступили бомбометы «Хеджехог», а также глубинные бомбы Мк. 9 с глубиной установки взрывателя до 180 м. Были усовершенствованы и корабельные гидроакустические средства.

Все это заставило германское морское командование в феврале 1944 г. прекратить подводную войну на западных подходах к Англии до вступления в строй достаточного числа новых лодок XXI серии. В приказе К. Деница говорилось, «что на этой стадии войны подводный флот, продолжая боевые действия, должен стремиться не столько к победе, сколько к сохранению своих кораблей и экипажей»[131]. Часть германских лодок по-прежнему отзывалась в базы для оборудования «Шнорхелем», а также укомплектования сил, готовящихся к противодесантной операции.

Весной 1944 г. несколько германских лодок, оборудованных «Шнорхелем», были направлены к побережью США с целью нападения на суда, перевозящие грузы и войска, предназначенные для вторжения. Предполагалось, что действия этих лодок затруднят переброску американских противолодочных сил в Англию для обеспечения вторжения. Первой такой лодкой была U-107, но, безрезультатно атаковав несколько целей, она возвратилась обратно. Одновременно к берегам США посылались и лодки без «Шнорхелей».

Как правило, германские лодки действовали в этом районе одиночно: либо методом свободного крейсерства вдоль коммуникаций, либо позиционно в ограниченных районах (узкостях). Однако такие действия против сильно охраняемых конвоев были недостаточно эффективны. Так, в марте-апреле 1944 г. три лодки потопили всего лишь четыре судна из состава трех конвоев, следовавших из Нью-Йорка в Англию.

Сильная противолодочная оборона северо-атлантических сообщений и угроза вторжения союзников вынудили немецкое командование отозвать лодки из Северной Атлантики, поэтому в конце периода они продолжали действовать только в Баренцевом и Норвежском морях, в Южной Атлантике, Индийском океане и Средиземном море.

4. Борьба на морских сообщениях в Арктике

Для ослабления советского наступления путем более интенсивного нарушения англо-американских перевозок в северные порты СССР германское командование усилило до 24 единиц группировку подводных лодок, базировавшихся на норвежские базы. Лодки использовались методом «волчьих стай», во взаимодействии с разведывательной и ударной авиацией. В течение первой половины 1944 г. по коммуникациям в обоих направлениях прошло восемь союзных конвоев, из состава которых германские лодки потопили три судна и два эсминца[132]. Немцы же потеряли 13 лодок.

В отдельные конвои входило от 15 до 40 судов и от 11 до 23 кораблей охранения, в том числе до двух конвойных авианосцев и двух легких крейсеров в качестве кораблей ПВО. Каждый авианосец нес на борту до 7 истребителей и от 2 до 12 противолодочных самолетов. Для некоторых конвоев выделялось оперативное прикрытие, в состав которого входили линейные корабли и авианосцы.

Противолодочное охранение союзных конвоев обычно строилось в две линии: дальнее охранение осуществляла авиация, действовавшая впереди и на флангах конвоя совместно с ударно-поисковыми корабельными группами; ближнее охранение несли сторожевые корабли, построенные в круговой ордер. Переходы конвоев обеспечивали в своей зоне также и силы нашего Северного флота.

Немецкие подводные лодки развертывались из баз по данным воздушной разведки или разведывательных лодок и образовывали в районе о-вов Медвежий и Ян-Майен завесы в составе от 10 до 17 единиц. С обнаружением конвоя одна из лодок становилась кораблем наведения. Лодки проводили атаки с различных направлений и независимо друг от друга. Следуя в надводном положении после атаки, каждая лодка стремилась занять позиции впереди конвоя для повторных атак.

Наибольшие потери от германских лодок понес конвой JW-56A, вышедший из Исландии 21 января 1944 г. Четыре дня спустя восточнее о-ва Ян-Майен конвой атаковала группа из 10 лодок. Повредив корабль охранения и потопив три судна, лодки, не имея потерь, преследовали конвой в течение трех суток. Основным недостатком обороны конвоя было отсутствие авиационного охранения.

Наиболее показателен с точки зрения успешной обороны переход в СССР конвоя JW-58 из 49 судов. Ближнее охранение конвоя обеспечивали девять сторожевых кораблей и два крейсера, дальнее осуществляли самолеты с двух конвойных авианосцев, а также две корабельные группы поддержки. Задачу прикрытия выполняли две группы кораблей, в составе которых наряду с линкорами находились два тяжелых и четыре конвойных авианосца. 29 марта конвой атаковала U-961, но была потоплена кораблями поддержки и не успела донести об обнаружении конвоя. Утром 30 марта конвой обнаружила разведывательная авиация противника, по данным которой в районе о-ва Медвежий развернулись в завесу 17 лодок. В результате атак самолетов и взаимодействовавших с ними групп поддержки три германские лодки были потоплены, а остальные загнаны под воду. Конвой не потерял ни одного судна. Одновременно авианосные истребители нанесли большие потери немецким самолетам.

Защита союзных перевозок непосредственно в Баренцевом море обеспечивалась ударами Северного флота по силам противника в базах и перехватом их на переходах в районы коммуникаций, построением глубоко эшелонированной обороны конвоев, а также организацией оперативного и тактического взаимодействия нашего Северного флота с силами английского флота, периодически находившимися в операционной зоне Северного флота.

5. Действия флотов обеих сторон в период подготовки к Нормандской операции

Планируя отражение ожидаемого вторжения, германское командование предусматривало атаковать союзный десант в море и на подходах к району высадки лодками, авиацией, управляемыми по радио бомбами-планерами, эсминцами и торпедными катерами. В частности, в этих целях были созданы две группы подводных лодок: 16 февраля – группа «Митте» в составе десяти лодок с базированием на норвежские базы и 22 марта – группа «Лендвирт» из 15 лодок, находившихся в базах Бискайского залива. К июню обе группы были увеличены до 22 и 36 лодок соответственно. Ко времени высадки союзников из группы «Лендвирт» удалось оборудовать «Шнорхелем» всего семь лодок.

Союзники полагали, что к началу вторжения немцы будут способны сосредоточить в базах Бискайского залива до 130 лодок путем переброски их из норвежских и балтийских баз и что в течение следующих десяти дней сюда может быть дополнительно переброшено еще 70 лодок. Вот почему еще за три месяца до начала вторжения союзники сосредоточили усилия авиации берегового командования на вероятных путях следования германских лодок из норвежских баз в Атлантику. Организовав круглосуточное патрулирование самолетов в полосе шириной до 100 миль[133], союзники стремились обнаружить любую лодку, вынужденную всплыть для зарядки батарей. Так, в период с 16 по 30 мая союзная авиация обнаружила в Северном море 22 лодки противника и 6 из них потопила. В июне из 22 обнаруженных лодок было потоплено 9. Большое количество лодок получило повреждения и было вынуждено вернуться в базы. Одновременно англичане организовали интенсивное патрулирование береговой авиации на западных подходах к Английскому каналу и в Бискайском заливе. В результате только за четыре дня до начала вторжения авиация обнаружила в указанных районах 38 лодок противника, 25 из них атаковала и 6 потопила. Итак, союзникам удалось значительно затруднить пополнение группировки германских лодок в базах Бискайского залива.

Готовясь к срыву высадки союзного десанта, германское командование придавало большое значение разведке погоды, которая должна была помочь уточнить вероятную дату высадки и обеспечить деятельность авиации. Для разведки погоды в Центральной Атлантике между Ньюфаундлендом и Азорскими о-вами были развернуты пять лодок, оборудованных «Шнорхелем» и имевших на борту по опытному метеорологу. Установив с помощью радиоразведки местоположение лодок, союзники направили в этот район в мае английскую авианосную группу, а 4 июня такую же американскую группу в составе конвойного авианосца «Кроатан» и нескольких эскортных миноносцев.

25 мая английские самолеты типа «Суордфиш» с конвойных авианосцев «Анцилос» и «Мак-Хендрик» обнаружили U-853, которая успешно отразила их атаку и в дальнейшем продолжала регулярно передавать метеосводки. 15 июня эту же лодку обнаружили радиолокацией корабли группы «Кроатан», однако в течение двух суток самолеты не могли ее найти. 17 июня она была запеленгована во время передачи метеосводки в 30 милях от соединения. Через 11 минут два истребителя обстреляли лодку, убив 2 и ранив 11 человек из ее команды. Лодке удалось погрузиться до прибытия противолодочных самолетов с авианосца. Самолеты поддерживали контакт с лодкой при помощи радиогидроакустических буев. Однако, хотя в преследовании лодки приняли участие три эскортных миноносца, ей удалось оторваться и уйти.

Несмотря на продолжавшийся поиск германских лодок – разведчиков погоды, они успешно решали свою задачу вплоть до середины июля. Устройство «Шнорхель», а также применение акустических торпед и зенитной артиллерии значительно улучшили их обороноспособность.

Для ограничения возможности переразвертывания немецких сил союзники усилили минные постановки в водах Германии. За первые шесть месяцев 1944 г. их бомбардировочная авиация поставила в северо-западных европейских водах 11 465 мин, в то время как за весь 1943 г. – лишь 13 776. На минах, поставленных авиацией за полтора года, погибло 255 германских кораблей и судов всех типов водоизмещением около 175 тыс. т.

Из указанного выше количества мин в течение трех месяцев перед вторжением в Нормандию было поставлено 6875 мин специально для нанесения потерь судам, выполнявшим перевозки на Балтике, вдоль Норвегии и по рекам Германии. Этими минными постановками союзники, очевидно, преследовали и другую цель – создать затруднения для действий нашего Балтийского флота в южном и юго-западном направлении в ходе поддержки приморских флангов Советской Армии. Минная угроза судоходству в Балтийском море вынудила Швецию в самый критический момент отозвать суда, предоставленные ею Германии по чартеру для перевозок.

Тактика минных постановок союзников менялась в зависимости от развития минного оружия и средств постановки, а также от степени противодействия противника. Усиление немцами ПВО подходов к портам привело к значительному увеличению потерь самолетов, ставивших мины с малых высот. К началу 1944 г. благодаря усовершенствованию мин высота их постановки была увеличена с 200–300 до 5000 м. Точность постановки с больших высот обеспечила применение на самолетах новых радиолокационных прицелов Н2. Потери самолетов от зенитного огня резко сократились. 4 января 1944 г. союзная авиация впервые поставила мины с больших высот на выходах из германской базы Брест.

6. Действия германских подводных лодок в период Нормандской операции

Несмотря на длительное ожидание вторжения, германские командование не смогло определить место и время начала Нормандской операции и эффективно помешать союзникам в ее обеспечении.

В целях ПЛО и ПВО своих сил в операции союзники располагали 63 авиаэскадрильями, 30 из которых, укомплектованных самолетами «Либерейтор», «Сандерленд», «Каталина» и «Веллингтон», входили в состав 19-й авиагруппы авиации Берегового командования и предназначались для круглосуточного противолодочного патрулирования в Бискайском заливе и на западных подходах к району высадки десанта, в полосе, перекрывающей дальность плавания лодок под аккумуляторами. Одиннадцать эскадрилий самолетов «Бофайтер» предназначались для борьбы с немецкими надводными кораблями, а пять эскадрилий истребителей «Суордфиш» – для прикрытия конвоев с десантом.

Самолетам 18-й авиагруппы, базировавшейся на аэродромы северо-западной Англии, и двум эскадрильям, находившимся в Исландии, было поручено продолжать препятствовать попыткам прорыва лодок противника из Норвегии в Атлантику. Самолеты 16-й авиагруппы, действовавшие с аэродромов юго-восточной Англии, прикрывали районы высадки десанта с северо-восточного направления, а самолеты 15-й авиагруппы, расположенной на западном побережье Англии, обеспечивали прикрытие конвоев на западных подходах.

К обороне западного фланга района высадки десанта привлекались и надводные корабли. Они входили в соединение «Западная стена», состоявшее из 8 эсминцев, 36 торпедных катеров и других кораблей.

Кроме того, для борьбы с немецкими лодками и миноносцами, находившимися в базах Бискайского залива, были выделены две группы английских эсминцев, одна из которых патрулировала западнее островов Канала, а другая – в 50 милях к северо-западу от о-ва Ушант. Для прикрытия подходов к Каналу в 130 милях к западу от мыса Лендс-Энд были развернуты три английских конвойных авианосца. Ожидая, что германские лодки при переходах в район высадки будут держаться ближе к берегу, чтобы быть под прикрытием своих береговых батарей, англичане выставили вдоль французского побережья несколько минных заграждений.

С получением данных о начале союзного вторжения германское командование привело в боевую готовность группы подводных лодок. В 5.00 6 июня из Бреста в район высадки вышло 15 лодок; одновременно 14 лодок были развернуты на подходах к побережью Бискайского залива против возможной высадки союзников.

Стремясь быстрее достигнуть назначенного района, германские лодки следовали полной скоростью в надводном положении. Между тем авиация союзников только за 6 и 7 июня совершила 2015 самолето-вылетов на прикрытие сообщений, 675 – на патрулирование в зоне высадки, 1324 – на разведку и 551 – на специальное противолодочное патрулирование. Отсутствие обеспечения германских лодок своей авиацией привело к значительным их потерям. В частности, с 6 по 10 июня английская береговая авиация, осуществлявшая патрулирование, 36 раз обнаруживала лодки противника и в 23 случаях атаковала их. Самолетами «Сандерленд» и «Либерейтор» 19-й авиагруппы было потоплено семь лодок и столько же повреждено.

В связи с этим германское командование изменило тактику переходов лодок. Теперь весь путь от входа в Английский канал и до района высадки они стремились проходить в подводном положении. Потери их от авиации резко сократились. До конца июня самолетам удалось потопить всего лишь одну лодку.

Недостаточную эффективность союзной авиации восполнили надводные корабли. С получением от авиации данных о начале движения германских лодок была организована патрульная завеса из надводных кораблей, перекрывавшая вероятные пути следования лодок. Развернувшись на западной границе зоны корабельного патрулирования (на линии о-в Бац – Плимут), завеса стала двигаться в восточном направлении со скоростью, равной наиболее вероятной скорости хода германских лодок в подводном положении. Дойдя до восточной границы зоны (линии Портленд – мыс Хог), завеса повернула назад и начала двигаться на запад навстречу лодкам противника.

14 июня союзная авиация обнаружила немецкую лодку в порту Сент-Питер (о-в Гернсей). Этот факт, а также потопление лодками 15 июня двух английских фрегатов показали, что к району коммуникаций приближаются основные силы лодок. Поиск был усилен, и 18 июня были потоплены еще две лодки противника. В дальнейшем авиация и корабли обнаружили и атаковали, частично успешно, еще ряд лодок, но в результате ухудшения погоды части лодок удалось прорваться в район коммуникаций десанта и 27–30 июня потопить пять судов. Немцы с 6 по 30 июня потеряли 13 лодок.

7. Немецкие подводные лодки в Средиземном море

В первой половине 1944 г. по средиземноморским коммуникациям из западной части в восточную и обратно в среднем ежемесячно проходило уже до 1200 судов против 400 в 1943 г. В основном перевозились войска и снабжение для вооруженных сил союзников в Италии и Северной Африке, а также стратегическое сырье, нефть и продовольствие, шедшие с востока. С мая возросла перевозка войск, предназначенных для вторжения в Южную Францию.

Тихоходные войсковые конвои из США в Средиземное море (UGS-GUS) приходили с интервалом в 7–8 суток и включали до 60–80 судов. В районах Гибралтара или Алжира состав каждого конвоя вырастал иногда до 100 и более транспортов. Танкерные конвои, приходящие раз в месяц из Карибского моря, включали до семи танкеров.

Против союзных перевозок действовали немецкие подводные лодки и авиация. Первые, как правило, оперировали за пределами радиусов своей авиации, базировавшейся на аэродромы южной Франции, а именно на западных подходах к Гибралтару, в центральной и восточной части Средиземного моря. В частности, в феврале 1944 г. здесь действовало до 18 лодок. В связи с большими потерями лодок при форсировании Гибралтарского пролива немецкое командование решило с мая 1944 г. лодки в Средиземное море не посылать.

Основным методом действий лодок являлось одиночное крейсерство вдоль коммуникации, проходящей параллельно африканскому побережью. В феврале – мае 1944 г. германские подводные силы потопили здесь 13 судов общим тоннажем 76 963 бр. рег. т, потеряв при этом 8 лодок (4 из которых потопили корабли; 2 – корабли и авиация; 1 – авиация и 1 погибла на минах).

Одним из основных методов борьбы союзников с германскими лодками стал «свомп», впервые примененный союзниками еще в конце 1943 г. Он заключался в принуждении лодки к плаванию под водой до полного израсходования электроэнергии и кислорода и к всплытию на поверхность в зоне поиска кораблей и самолетов. С поступлением данных об обнаружении лодки для ее поиска выделялось от трех до шести кораблей и самолеты из баз Алжир или Оран. Корабли осуществляли поиск парами, постепенно расширяя его район. Центром поиска считалось последнее место обнаружения лодки. Обычно лодки обнаруживались радиолокационными станциями самолетов, которые и наводили корабли. Применяя указанный метод, противолодочные силы в мае потопили четыре германские лодки. На поиск и преследование лодок затрачивалось от полутора до пяти суток. От преследования кораблями лодки уклонялись уходом на глубину или покладкой на грунт, широко применяя для самообороны акустические торпеды. Атаки авиации отражались зенитным огнем.

Характерным примером использования силами ПЛО метода «свомп» явилось уничтожение U-616. 13 мая эта лодка в 100 милях к западу от Орана потопила два судна из состава американского конвоя FUS-39. Преследующие корабли из состава охранения конвоя потеряли контакт с лодкой. Для помощи им из Орана вышли три эскортных миноносца. К этому времени U-616 потопила еще два судна. Командующий Средиземноморским флотом союзников приказал выслать из Орана дополнительно группу кораблей из четырех эсминцев и несколько самолетов. Помимо этого, после второй атаки союзного конвоя для поиска лодки были выделены три корабля из состава охранения. Таким образом, в поиске U-616 приняли участие до 10 кораблей и несколько самолетов.

Благодаря привлечению к поиску новых сил уже ранее поврежденная лодка была обнаружена самолетом в 30 милях к северу от места атаки. Подошедшие корабли не сумели установить с ней контакт. Лишь ночью одному из поисковых самолетов удалось установить радиолокационный контакт с неизвестным объектом далеко к северу. По сигналу этого самолета в район немедленно прибыли четыре корабля. Обнаружив лодку, они атаковали ее глубинными бомбами, но вскоре снова потеряли контакт.

Днем 15 мая был обнаружен след нефти от поврежденной лодки. Однако корабли и самолеты не смогли отыскать лодку еще в течение двух суток. 16 мая в 22.26 самолет обнаружил U-616 в надводном положении в 30–40 милях от кораблей. Последние быстро сблизились с ней и обстреляли ее, но лодка успела погрузиться, и контакт опять был потерян. Только 17 мая четыре корабля еще раз нащупали U-616 и, проведя в течение ночи несколько атак глубинными бомбами, вынудили ее всплыть. После обстрела лодки артогнем, команда покинула ее и затопила.

Итак, дважды поврежденная подводная лодка при умелом маневрировании в течение пяти суток смогла уходить от преследования 10 кораблей и нескольких самолетов. Почти во всех случаях она первоначально обнаруживалась самолетами в надводном положении. Можно полагать, что будь U-616 оборудована «Шнорхелем» и радиолокационным приемником, ей удалось бы уйти от преследователей. Очевидно также, что экипажи американских кораблей, участвовавших в поиске, были слабо подготовлены к противолодочной борьбе.

8. Активизация германской авиации в Средиземном море

В течение первых трех месяцев 1944 г. германская авиация проявляла незначительную активность. Лишь в апреле из-за потерь и сокращения деятельности подводных лодок, а также в связи с усилением союзниками перевозок войск и снабжения для готовившегося вторжения во Францию германские ВВС усилили удары по коммуникациям противника. На базах в южной Франции было сосредоточено до 140 самолетов, в том числе: 10 разведчиков дальнего действия Ju-88, до 60 торпедоносцев He-111 и Ju-88, около 20 самолетов Ju-88, переоборудованных под истребители сопровождения, и до 50 Do-217 и He-111, вооруженных управляемыми по радио планирующими бомбами.

Учитывая сильную ПВО союзных конвоев, немцы спланировали проведение атак ночью и в сумерки. Ударная авиация вылетала по данным самолетов-разведчиков, которые после обнаружения конвоя продолжали поддерживать с ним контакт. Атака проводилась с применением осветительных бомб. Ею руководил командир эскадрильи, появившейся первой в районе конвоя. Самолеты атаковали с различных направлений, на разных высотах и несколькими волнами.

В составе охранения союзных конвоев обычно находились крейсер ПВО, 1–3 эсминца, 11–13 эскортных миноносцев и сторожевых кораблей. Корабли были оснащены радиолокационными станциями орудийной наводки и имели снаряды с радиовзрывателями. На крейсере ПВО имелась группа управления береговой истребительной авиацией.

Для своевременного обнаружения немецкой авиации и предупреждения конвоев союзники расположили на алжирском побережье радиолокационные станции с дальностью действия 60 и более миль. Перехват авиации противника осуществлялся истребителями с аэродромов Алжира и Орана.

Конвои, как правило, следовали в 6—11 колоннах с интервалами между колоннами до 5 каб. и между судами – до 2,5 каб. Корабли непосредственного охранения располагались в круговом ордере в 15 каб. от судов. Одновременно охранение несли до шести патрульных кораблей, выдвинутых почти на 60 каб. впереди конвоя. Крейсер ПВО, эскадренные миноносцы и буксиры присоединялись к конвою у Гибралтара.

В ночь на 1 апреля 1944 г. германская авиация впервые применила рассмотренную выше тактику при атаке конвоя UGS-36, следовавшего в составе 72 судов и 18 десантных кораблей типа LST в охранении 13 сторожевых кораблей, трех эсминцев и крейсера ПВО. В результате удара низколетящих торпедоносцев Do-217 было повреждено одно судно; немцы потеряли три самолета. Следующая атака, осуществленная 11 апреля по конвою UGS-37, также была неудачна. В обоих случаях успех союзников обеспечили своевременное обнаружение самолетов береговыми и корабельными радиолокаторами, постановка дымзавес, затруднивших самолетам обнаружение судов и закрывших лунную дорожку, по которой низколетящие торпедоносцы определяли свою высоту, а также своевременная постановка огневых завес.

Примером успешных действий германских ВВС явилась атака конвоя UGS-38 22 апреля 1944 г. Конвой шел вдоль африканского побережья в охранении 12 сторожевых кораблей, 2 быстроходных тральщиков, эсминца и крейсера ПВО. Немецкая авиация, учтя опыт предыдущих ударов и важность достижения внезапности, предприняла следующий маневр: 25–30 самолетов, обойдя далеко к востоку Балеарские о-ва, вышли незамеченными к побережью Африки. Следуя вдоль берега на очень малой высоте, они необнаруженными миновали береговые радиолокационные станции и эскадрилью английских самолетов типа «Аэрокобра», патрулировавшую севернее конвоя. Самолеты атаковали конвой тремя волнами. То, что они находились на фоне берега, нейтрализовало радиолокационное наблюдение с кораблей охранения. Обеспечением послужили также радиолокационные помехи, забившие работу корабельных станций. Первая волна из девяти торпедоносцев, атаковавшая конвой через 25 минут после захода солнца, повредила три и потопила одно судно. Вторая волна из семи пикирующих бомбардировщиков Ju-88 нанесла удар по флангу конвоя со стороны берега, потопив одно судно и повредив другое. Наконец, пять He-111 атаковали конвой со стороны моря и потопили эскадренный миноносец.

Учтя печальный урок с конвоем UGS-38, англичане усилили охранение последующих конвоев и разработали более совершенные ордер и организацию огня и маневрирования. В результате при атаке конвоя UGS-40 немецкая авиация потеряла 19 самолетов из 62, не потопив ни одного судна.

В ходе подготовки высадки десанта в южной Франции союзники в целях завоевания господства в воздухе нанесли ряд сильных ударов по германской авиации на аэродромах, чем вынудили противника окончательно отказаться от применения авиации против судоходства на Средиземном море.

9. Борьба на сообщениях в Индийском океане

В начале 1944 г. в Индийском океане действовало несколько японских[134]и шесть немецких подводных лодок, базировавшихся на Пенанг. В частности, до шести лодок оперировали между Бомбеем и Аденом. К концу 1943 г. оборона коммуникаций в Индийском океане продолжала оставаться исключительно слабой. В связи с недостатком эскортных сил большинство судов ходило самостоятельно без охранения[135]. В течение первых трех месяцев 1944 г. союзники и нейтральные страны потеряли там 28 судов общим тоннажем 184 тыс. бр. рег. т. В последующие же три месяца было потоплено всего три судна, а потери стран «оси» за полугодие повысились до четырех лодок (три были потоплены кораблями охранения конвоев, одна – английской подводной лодкой). Столь резкое изменение обстановки объяснялось отчасти усилением обороны коммуникаций, а в основном сокращением группировки немецких лодок в связи с уходом пяти из них обратно в Европу. Взамен их в феврале 1944 г. немцы решили направить в Индийский океан группу лодок из французских баз.

Для затруднения пополнения и смены немецких лодок английское адмиралтейство и американский 10-й флот разработали план их перехвата в районах наиболее вероятной заправки топливом с лодок снабжения и рейдеров. В Атлантике такими районами в этот период могли стать о-ва Зеленого Мыса и Мадейра; в Индийском океане – о-в Маврикия.

В Индийский океан для борьбы с надводными рейдерами было направлено английское оперативное соединение в составе авианосца, двух крейсеров и двух эсминцев. Между тем для снабжения топливом лодок, вышедших из базы Пенанг, немцы послали в район о-ва Маврикия два танкера. Один из них, «Шарлотта Шлиман», 12 февраля был обнаружен и обстрелян английским кораблем из состава авианосного соединения. Видя безнадежность положения, командир танкера приказал затопить судно. Второй танкер, «Брайн», был обнаружен самолетом с английского авианосца только в начале марта. Это произошло во время приемки с него топлива тремя лодками. Судно, обстрелянное английским эсминцем, было затоплено командой. Две лодки, не успевшие пополнить запасы топлива, были вынуждены вернуться в Сингапур.

Для перехвата германских лодок в Атлантике американцы послали к о-вам Зеленого Мыса группу кораблей, ранее действовавшую у Азорских о-вов. В ее состав входили эскортный авианосец «Блок Айленд», эсминец и четыре сторожевых корабля.

15 марта корабельными радиолокаторами была обнаружена U-801 – одна из лодок, следующих в Индийский океан. Однако ей удалось скрыться от преследующих самолетов. При всплытии 16 марта лодка была вновь обнаружена и атакована ударно-поисковой группой самолетов с авианосца. После ее погружения самолеты применили радиогидроакустические буи, но лодке вновь удалось скрыться. Утром 17 марта U-801 запеленговал эсминец в момент, когда она запрашивала Берлин о местонахождении лодки-танкера. Высланный на поиск самолет атаковал и повредил лодку. Она погрузилась. Два сторожевых корабля, осуществляя поиск по следу от вытекающей нефти, произвели восемь атак глубинными бомбами и вынудили лодку всплыть, после чего она была затоплена командой.

19 марта после потопления американской авианосной группой еще одной германской лодки немцы перенесли район заправки своих лодок топливом к западу от о-ва Мадейра.

В этот период из баз Бискайского залива в Индийский океан вышла новая группа из девяти германских лодок. Часть из них, оборудованная устройством «Шнорхель», прошла незамеченной, а две были потоплены американцами в районе о-ва Мадейра.

Немцы вновь перенесли встречу боевых лодок с «дойными коровами» – на этот раз в Центральную Атлантику, на 700 миль западнее о-вов Зеленого Мыса. Здесь в ночь на 17 апреля подводная лодка U-488 снабдила топливом ударные лодки: U-129, направлявшуюся к берегам Бразилии, и U-537, следовавшую в Индийский океан. Используя данные радиоразведки, американцы послали сюда две авианосно-поисковые группы во главе с эскортными авианосцами «Триполи» и «Кроатан». Эти корабли потопили лодку-танкер U-488 и тем помешали пополнить запасы топлива трем немецким торпедным лодкам.

Высокая эффективность действий авианосных противолодочных групп была достигнута в результате применения целесообразного способа поиска, организации тесного взаимодействия между авиацией и кораблями, умелого использования данных радиоразведки, а также применения радиогидроакустических буев и бомбометов. Обычно авианосные самолеты осуществляли патрулирование с использованием радиолокаторов в полосе шириною 200 миль и глубиною 250 миль. Авианосец и корабли его охранения находились в это время в центре полосы и двигались со скоростью, обеспечивающей им сохранение постоянного места относительно самолетов. Одновременно в патрулировании отмечалось до шести самолетов.

В связи с потоплением U-488 Дениц записал в журнале боевых действий: «Пополнение запасов топлива, даже в центральной части Атлантики, вряд ли будет возможно в будущем. Такое положение сохранится вплоть до введения пополнения запасов под водой. В иной обстановке снабжение будет производиться только в срочных случаях с боевых лодок. Все лодки получили указания своевременно возвращаться в базы, чтобы избежать необходимости пополнять запасы топлива в море».

Таким образом, в результате организации союзниками систематического поиска авианосными группами германских лодок в вероятных местах доприема ими топлива было потоплено до 10 единиц и сорваны попытки пополниться топливом многих других лодок. Это обстоятельство и уничтожение судов снабжения в Индийском океане помешали запланированной немцами замене своей группировки лодок в Индийском океане, снизили ее состав, и с середины 1944 г. до конца войны эффективность их действий в этом районе значительно уменьшилась.

10. Оборона японских океанских коммуникаций

Направление и характер японских морских перевозок в начале 1944 г. остались почти прежними, за исключением коммуникации Маршалловы о-ва – Трук – Рабаул. В декабре 1943 г. японцы отказались от движения на ней конвоев вследствие систематических действий американской авианосной авиации в этом районе и угрозы, вызванной наступлением противника в южной части океана.

Рост потерь тоннажа вынудил японцев уделять больше внимания совершенствованию обороны перевозок. По новой организации малые конвои, состоявшие из 2–3 судов, охранялись 1–3 эскортными кораблями, а крупные, насчитывавшие до 15 судов, 7–8 кораблями. Быстроходные лайнеры, перевозившие войска, обычно следовали без охранения. Систематическое патрулирование и противолодочное обеспечение конвоев в районах важных узлов коммуникаций осуществляла морская авиация. Одновременно в охранении конвоев отмечалось от двух до трех самолетов.

Оборона подходов к портам, базам, прибрежным коммуникациям и узкостям собственно Японии выполнялась охранными бригадами и особыми базовыми соединениями, которые входили в состав сил военно-морских районов Йокосука, Курэ, Сасэбо, Майдзуру, Оминато, Осака, Цинкай, Такао. Охранные бригады, как правило, включали в себя один-три дивизиона тральщиков, одно-два соединения морской авиации и отряды обороны отдельных баз и портов. Многочисленные каботажные перевозки по-прежнему осуществлялись одиночными судами.

Помимо этого, часть противолодочных и противовоздушных сил входила в состав объединенного флота Японии и флота китайских вод. Соединения этих сил состояли из двух-трех дивизионов – охотников за лодками, четырех-пяти отрядов кораблей охранения, дивизиона тральщиков и морской авиации. Эти силы обеспечивали выход из баз соединений боевых кораблей, а также несение дозоров и патрулирование на подходах к базам и прибрежным коммуникациям.

Помимо непосредственной обороны перевозок, японское командование стремилось создать систему общего оперативного прикрытия важных коммуникаций. С потерей о-вов Гилберта и Маршалловых японцы пытались укрепить вторую линию обороны, проходившую от о-вов Бонин до Марианских о-вов и далее через восточные Каролинские о-ва до центральной части Новой Гвинеи. Основными опорными пунктами этой линии являлись базы на о-вах Сайпан, Трук и Палау, которые решено было удерживать любой ценой. Считалось, что 2-й флот под командованием адмирала Куриты и оперативное авианосное соединение во взаимодействии с базовой авиацией станут главными силами этого барьера. Но авианосное соединение, потеряв свою авиацию в ноябре 1943 г. в боях за Рабаул, вынуждено было уйти в Японию для пополнения. А в результате ударов, нанесенных в феврале 1944 г. американскими авианосными соединениями по базе Трук и по о-вам Сайпан и Тиниан, японцы потеряли всю базовую авиацию этого района, а также несколько боевых кораблей. Еще ранее 2-й флот покинул Трук и перебазировался на Тавитави (между Филиппинами и Борнео).

Таким образом, уже в начале 1944 г. японцы вынуждены были отказаться от создания сколько-нибудь надежного общего барьера. Конвоирование судов осталось единственной формой обороны перевозок, однако оно обеспечивало лишь некоторую их защиту от лодок. Эскортные корабли, вооруженные в лучшем случае двумя – тремя 12-см универсальными пушками и несколькими пулеметами-автоматами, были беспомощны против тяжелой бомбардировочной авиации, а потери базовой истребительной авиации и отсутствие авианосцев лишали конвои авиационного прикрытия. Именно поэтому взамен конвоев на коммуникации Маршалловы о-ва – Трук – Рабаул японцы перешли сначала на перевозки одиночными судами, преимущественно в темное время суток, а затем в связи с применением американцами летающих лодок, оборудованных радиолокацией, вообще отказались от рейсов надводных судов в Рабаул, перейдя к перевозкам на подводных лодках.

Возрастающая угроза судоходству вынудила японцев в апреле 1944 г. запланировать постройку в течение года 190 эскортных кораблей. Фактически было построено 112. В первой половине 1944 г. были созданы также еще две авиагруппы противолодочных самолетов, насчитывавшие до 200 машин.

Конечно, защита японских перевозок оставалась слабой. За шесть месяцев американцы потеряли всего лишь пять лодок: одна была потоплена надводными кораблями, две – кораблями совместно с авиацией, одна погибла на минах и одна – в результате аварии. При этом четыре лодки были потоплены в районе коммуникаций Япония – Палау – Трук и в зоне Желтого моря, а одна – в Южно-Китайском море.

11. Развертывание и задачи американских подводных сил

По мере продвижения американцев в центральной и юго-западной частях Тихого океана на захваченных островах создавались новые базы флота и авиации. В апреле на атолле Маджуро (Маршалловы о-ва) была организована база для надводных кораблей различных классов, на другом острове – база подводных лодок. В мае такая же передовая база лодок была создана на о-ве Манус (о-ва Адмиралтейства) для лодок Азиатского флота, что облегчило им действия против перевозок в Японию нефти с о-ва Целебес. Захват на побережье Новой Гвинеи баз Холландия и Айтапе обеспечил действия подводных сил Азиатского флота на важнейших коммуникациях Сингапур – Япония и о-в Борнео – Япония. На этих же островах были созданы воздушные базы, позволившие американской армейской и морской авиации контролировать коммуникации Трук – Палау, Моротай – Биак и Сурабая – Амбоина.

К началу 1944 г. на морских сообщениях Японии действовало одновременно 30–35 американских лодок, т. е. около 25 % лодок, находившихся в строю. Все они продолжали решать задачи, поставленные в июне 1943 г. и направленные преимущественно на содействие наступательным операциям вооруженных сил. В частности, в ходе подготовки операции против Маршалловых о-вов четыре американские лодки в течение двух месяцев выполняли фоторазведку предполагаемых районов высадки и других объектов. В самой операции лодки были развернуты на вероятных путях подхода 2-го японского флота. В операции против о-ва Трук десять лодок развернулись на путях отхода военных кораблей и торговых судов. Две лодки предназначались для спасения экипажей сбитых самолетов. При налете авианосной авиации на о-в Сайпан пять лодок решали аналогичные задачи. Действуя в 30–60 милях от острова, они блокировали выходы и? потопили семь торговых судов. Небольшие успехи американских лодок в большинстве названных операций свидетельствуют о недостаточно удовлетворительном взаимодействии их между собой и с другими родами сил, особенно с авиацией.

12. Действия американских лодок против войсковых перевозок

Для максимального нарушения войсковых перевозок из Японии в центральную и юго-западную части Тихого океана американцы избрали в качестве наиболее эффективной формы действий блокаду силами лодок. Так, в мае 1944 г. из 35 лодок, действовавших на театре, 12 патрулировали вдоль линий коммуникаций Япония – Трук и Япония – Марианские о-ва. Это должно было облегчить американским десантным силам захват о-вов Сайпан, Тиниан и Гуам. Основным оперативно-тактическим методом действий лодок был избран метод «волчьих стай», частично примененный американцами еще в конце 1943 г. Более широкое использование этого метода было вызвано, с одной стороны, усилением японцами обороны конвоев, особенно войсковых, а с другой – увеличением числа американских лодок на театре, усовершенствованием связи между ними и освоением командирами лодок методов групповой тактики. «Стаи» из трех-четырех лодок действовали в районах наиболее важных узлов коммуникаций и на подходах к их конечным пунктам.

В середине мая 1944 г. «стая» в составе лодок «Шарк 2», «Пайлотфиш» и «Пинтадо» была направлена в район между Марианскими о-вами и проливом Лусон.

31 мая «Шарк 2» установила контакт с конвоем и немедленно сообщила об этом остальным лодкам. Две из них заняли позиции на флангах конвоя, одна – впереди него. Но конвой, несколько раз изменив курсы, избежал атак.

В это время лодка «Силверсайд», которая действовала в соседнем районе, донесла о появлении еще одного конвоя. «Пайлотфиш», находившаяся в выгодном положении для его атаки, начала выходить на позицию. Между тем «Шарк 2» обнаружила перед собой еще один конвой, с которым установила контакт также и «Пинтадо». Попытки лодок сблизиться с обнаруженными конвоями и атаковать их сорвали появившиеся японские самолеты. Только одной лодке удалось в течение суток поддерживать контакт с третьим конвоем, следовавшим порожняком в Японию, и навести на него остальные лодки. В результате атаки одной лодки был потоплен транспорт.

От дальнейших атак американские лодки отказались, потому что был обнаружен новый конвой, следовавший из Японии на о-в Сайпан. Командир группы приказал одной лодке запять позицию впереди конвоя, а две другие снова послал на фланги. Как только лодки погрузились, конвой внезапно изменил курс, и спланированная совместная атака снова сорвалась. Конвой атаковала только одна лодка (потопив при этом транспорт). Продолжая поддерживать непрерывный контакт с конвоем, две лодки «стаи» вновь предприняли попытку совместной атаки, заняв предварительно позиции на флангах конвоя. Но в момент погружения лодок конвой снова изменил курс, и совместная атака опять не получилась.

Несмотря на схематизм и шаблонность тактики, приведшие к срыву нескольких совместных атак, лодкам группы в результате настойчивых одиночных действий и почти полного отсутствия сопротивления японцев удалось потопить до десяти судов, на которых погиб личный состав половины транспортировавшейся японской дивизии.

13. Борьба американского флота против экономических перевозок

С приближением базирования лодок Азиатского флота США к важнейшим японским экономическим коммуникациям и увеличением их состава с 24 единиц в декабре 1943 г. до 30 – в январе и 36 – в мае 1944 г. американцы развернули интенсивные действия против японских танкеров[136].

Направлениями своих действий американские лодки избрали главную нефтяную коммуникацию Сингапур – Япония и внутренние коммуникации в Южно-Китайском, Яванском и Целебесском морях, по которым осуществлялись местные перевозки нефти. Наряду с лодками в борьбу с танкерами включилась авиация – отчасти сухопутная (с аэродромов Китая), а главным образом морская. В частности, 29 апреля 1944 г. во время налета авианосной авиации на Трук за один день было потоплено пять японских танкеров общим тоннажем 52 тыс. бр. рег. т, т. е. около 6 % от общего их тоннажа.

Основным методом использования американских подводных сил против экономических перевозок противника, в том числе нефти, оставался метод крейсерства одиночных лодок вдоль основных путей движения судов. Так, 19 февраля в 4.00 подводная лодка «Джек», действуя подобным образом, обнаружила японский конвой в составе пяти танкеров и трех эскортных кораблей. Суда шли в двух колоннах, имея один танкер впереди. После залпа из трех носовых торпедных аппаратов был потоплен один танкер, и лодка отошла. Однако, следуя полной скоростью, она к утру снова заняла позицию впереди конвоя. Обнаружив четыре танкера, следовавшие без охранения, «Джек» потопила три из них. Охранение конвоя не смогло обнаружить лодку ни в подводном, ни в надводном положении, что объясняется не только отсутствием на японских кораблях радиолокационных средств и плохим качеством гидроакустики, но и неудовлетворительной эффективностью методов поиска и атаки подводных лодок.

Одновременно американские лодки осуществляли патрулирование в районах мысов и проливов на вероятных путях движения танкеров. Так, 7 мая лодка «Борфиш» потопила японский танкер между о-вами Сикоку и Кюсю. Отдельные лодки действовали также на выходах из портов. Несколько японских танкеров было потоплено в мае-июне в районе порта Манадо в Целебесском море.

В итоге за первое полугодие 1944 г. японцы потеряли 43 нефтеналивных судна общим тоннажем 335 тыс. бр. рег. т, из которых 27 судов (189 тыс. т) потопили лодки.

Попутно американские лодки тем же одиночным методом успешно действовали и против остальных экономических перевозок противника. Так, в январе 1944 г. подводные лодки «Сивулф», «Того», «Сторджен» и «Свордфиш» потопили в японских водах 11 судов. Их успех облегчался тем, что плавание японских судов в прибрежных водах, как правило, осуществлялось одиночно без непосредственного охранения, а патрулирование авиации и противолодочных кораблей на подходах к портам и прибрежным коммуникациям было неэффективно из-за малого состава сил. Лодки, оборудованные радиолокаторами, легко уклонялись от встречи с противником и могли выбирать для своих атак наиболее выгодные время и место. В феврале 1944 г. лодки «Сиун» и «Планжер», действовавшие на подходах к Нагасаки, за три дня потопили пять японских транспортов. Единственным ответом японцев было сокращение движения судов в этом районе.

Наряду с блокадными действиями непосредственно против Японии американские лодки систематически использовались на подходах к портам Маршалловых, Каролинских, Марианских и других островов, являвшихся конечными пунктами коммуникаций. Так, в январе 1944 г. в районе о-вов Палау действовали лодки «Гар» и «Сихорс», в районе о-ва Лусон – «Трешер», а на подходах к Каролинским о-вам – «Тригер» и «Албакор». Несмотря на достаточно сильное охранение (в некоторых случаях до двух – четырех эскортных кораблей на каждый транспорт), американские лодки, потопив 13 судов, не понесли потерь. Успешность их действий объяснялась исключительно их качественным превосходством над силами охранения. Широко используя радиолокацию и преимущество в надводной скорости над конвоями, лодки в светлое время суток преследовали их, а атаки проводили обычно ночью из надводного положения.

14. Действия американской авиации против сообщений Японии

В первой половине 1944 г. американская армейская и морская базовая авиация, оснащенная самолетами B-17, B-24, B-25, B-29, «Каталина» и «Либерейтор», действуя с Маршалловых и Соломоновых о-вов, а позднее с о-вов Адмиралтейства и Новой Гвинеи, фактически установила полный контроль над коммуникациями Трук – Палау, Трук – Рабаул и Моротай – Биак. То же самое произошло и в мае на коммуникации Сурабая – Амбоина. Против сообщений, проходивших вдоль берегов Индокитая и Китая, продолжала действовать только армейская авиация. Одновременно американская авиация привлекалась к минным постановкам на подходах к японским базам, в узкостях и в районах узлов коммуникаций.

Армейская авиация проводила бомбардировки в основном небольшими группами с горизонтального полета и средних высот. В течение первой половины года она потопила 38 японских судов общим водоизмещением 116 351 т.

С марта базовая авиация начала наносить удары по базе Трук, а также о-вам Вола, Яп и Палау с целью уничтожения японской авиации и разрушения аэродромных сооружений. Кроме того, базовая авиация использовалась для минных постановок на выходных фарватерах из базы Трук и о-ва Вола в период проведения американцами операции по захвату порта Холландия на Новой Гвинее.

Основной метод использования базовой авиации заключался в свободной охоте одиночных самолетов или их пары в торпедном или бомбовом варианте. При действиях по разведанным конвоям удары наносились небольшими группами однородной авиации. Широкое распространение получили ночные полеты самолетов типа «Каталина», использовавших радиолокацию. За первые полгода базовая авиация США потопила 23 японских судна общим тоннажем 69 242 бр. рег. т, т. е. втрое больше, чем за предыдущий период.

Американская авианосная авиация действовала в основном против сообщений противника, лежавших за радиусами полета своей базовой авиации, и тем во много раз расширяла район воздушных ударов, в частности по пунктам, где противник не ожидал их и имел слабую систему ПВО. Основным для нее был метод набегов – кратковременных внезапных ударов по портам и другим пунктам сосредоточения транспортов. При этом, если самолеты армейской и морской базовой авиации наносили удары обычно без истребительного прикрытия и потому несли большие потери, то авианосная (бомбардировочная и торпедная) авиация прикрывалась истребительной авиацией, которая обеспечивала завоевание господства в воздухе, а следовательно и большую эффективность ударов.

Потери японского тоннажа от авианосной авиации по сравнению с предыдущим периодом выросли в 12 раз (с 6 судов тоннажем 26 017 бр. рег. т до 71 судна тоннажем 348 288 бр. рег. т).

Действия авианосных соединений на сообщениях обычно проводились в системе обеспечения наступательных операций. С 12 по 23 февраля, например, в ходе подготовки и проведения десанта на Маршалловы о-ва три авианосные оперативные группы в составе 5 больших и 4 легких авианосцев, 6 новейших линейных кораблей, 5 тяжелых крейсеров, 3 легких крейсеров, 2 крейсеров ПВО и 29 эсминцев нанесли удары по главной базе японского флота Трук, крупным аэродромам на о-ве Джалуит и базам на Марианских о-вах.

В результате двухдневных атак базы Трук американская авиация уничтожила 29 торговых судов, 6 боевых кораблей и 270 самолетов, повредила 6 кораблей и нанесла тяжелый ущерб запасам горючего и продовольствия. Группа из 2 линейных кораблей, 2 крейсеров и 3 эсминцев, осуществляя поиск с целью перехвата вышедших из базы кораблей противника, уничтожила крейсер и эсминец.

Самолеты настолько разрушили базовые сооружения, что в дальнейшем японское командование вынуждено было отказаться от базирования флота на о-ве Трук.

Учитывая опыт этого рейда, американцы в дальнейшем широко применяли набеги авианосных групп против японских портов и баз.

15. Потери тоннажа и боевых сил

Общие боевые потери союзного и нейтрального торговых флотов составили за период 118 судов общим тоннажем 619,2 тыс. бр. рег. т, т. е. на 86 судов, или на 475 тыс. т, меньше, чем за предыдущее полугодие. Но за это время союзники построили суда тоннажем около 6,5 млн. т, т. е. общий тоннаж продолжал расти теми же темпами, что и в предыдущий период.

Потери торгового тоннажа от действий подводных лодок составили 78 судов общим тоннажем 472,6 тыс. бр. рег. т; от надводных кораблей, авиации и на минах погибло 32 судна, а от аварий и неизвестных причин – 140 судов. По сравнению с предыдущим периодом доля лодок в потерях торгового тоннажа снизилась с 66 % до 52 %. Впервые за войну торговый флот понес наибольшие потери от лодок в Индийском океане (207 352 т – 44,2 %); в Атлантическом океане и Средиземном море они составили соответственно 39,6 и 16,2 %. Характерно, что рост потерь тоннажа в Индийском океане достиг приведенной цифры при деятельности в этом районе всего 12 лодок по сравнению с 65 лодками, действовавшими в Атлантике, и 14 – в Средиземном море. В результате на каждую лодку в Индийском океане пришлось в шесть раз больше потопленного тоннажа, чем в Атлантике. И, наоборот, каждому потопленному здесь судну соответствовало уничтожение всего 0,12 подводной лодки против 3,2 лодок в Атлантике и 1,4 в Средиземном море.

За рассматриваемый период союзники потопили 130 германских лодок, что впервые за всю войну превысило (на 7 единиц) поступление на флот новых лодок. Наибольшие потери германские подводные силы понесли от союзной авиации – 58 лодок (44,2 %); надводные корабли уничтожили 43 лодки (32,7 %) и, что особенно характерно для данного периода, 15 лодок были потоплены совместными усилиями авиации и кораблей. 81,8 % всех германских лодок было потоплено в Атлантическом океане, в Арктике и в Северном море.

Потери японского тоннажа от действий американских сил на Тихом океане составили 414 судов общим водоизмещением 1 776 248 т, т. е. по сравнению с предыдущим периодом возросли на 700 тыс. т. За это время японцы построили суда тоннажем 877 372 т, что составило лишь 49 % от потерянного тоннажа. В итоге тоннаж Японии уменьшился почти на 900 тыс. т и к концу периода равнялся 4 189 319 т.

В результате потерь, а также отвлечения судов на военные перевозки ввоз в Японию стратегического сырья (без нефти) и продовольствия за первые шесть месяцев 1944 г. сократился примерно на 3 млн. т[137]. Наиболее чувствительным было сокращение ввоза нефти. Потеря 43 танкеров общим водоизмещением 335 тыс. т, а также снижение интенсивности перевозок в связи с введением в апреле обязательного конвоирования всех танкеров привели к сокращению импорта нефти в Японию почти вдвое (с 1 млн. баррелей в январе до 600 тыс. в июне)[138]. В связи с этим японское бюро тотальной мобилизации еще в конце 1943 г. было вынуждено доложить военному кабинету, что «если прекратится поступление материалов, в особенности нефти, с юга, то с течением времени мы потеряем всякую способность к сопротивлению».

Американские лодки потопили 264 японских судна (65,2 %), а авиация—131 судно (29,8 %). По сравнению с предыдущим периодом доля лодок в потерях противника снизилась на 12 %, а авиации выросла на 11,4 %. Резко возросла доля авианосной авиации в потерях судов от всей авиации (с 14,8 % до 70 %). При общем сокращении удельного веса лодок в потерях тоннажа эффективность действий каждой из них повысилась. В среднем ежемесячно на каждую лодку в море пришлось по 10,7 тыс. т потопленного тоннажа против 8,3 тыс. т в предыдущий период.

Американцы потеряли всего пять лодок против девяти в предыдущий период и построили 40 новых подводных лодок. На каждую потерянную лодку пришлось 51,3 потопленных судна, что втрое превысило показатели предыдущего периода.

Японские лодки ни одного транспорта союзников не потопили, потому что привлекались только к борьбе с боевыми кораблями, а также для перевозки грузов окруженным и блокированным гарнизонам. Японцы потеряли 37 лодок, т. е. 1/5 от всех имевшихся. Наибольших успехов в борьбе с японскими подводными силами добились американские надводные корабли, потопившие 25 лодок (66,2 %) и авиация – 5 лодок (12,4 %).

Наиболее характерным для рассматриваемого периода, по сравнению с предыдущим, являлся значительный рост удельного веса потерь германских лодок от надводных кораблей (с 20,5 % до 32,7 %) и снижение роли авиации. На Тихом океане роль отдельных видов сил в противолодочной борьбе осталась такой же, как в предыдущий период.

16. Выводы

1. В первой половине 1944 г. союзники добились новых успехов в борьбе на сообщениях. Объем их морских перевозок по сравнению со второй половиной 1943 г. вырос почти в полтора раза, а тоннаж торгового флота – на 5,6 млн. т. Наоборот, эффективность действий Германии на союзных сообщениях еще более упала, а Япония понесла невосполненные потери в тоннаже, что привело к резкому сокращению объема ее перевозок.

Важнейшим фактором, определившим эти успехи союзников, явился окончательный переход к ним оперативно-стратегической инициативы в действиях на море, благодаря историческим победам Советских Вооруженных Сил в 1943 и первой половине 1944 г.

Используя благоприятную обстановку на европейском театре войны, высокий темп строительства своих сил и слабость японской обороны, в частности скованность самой мощной и подготовленной Квантунской армии на дальневосточной границе Советского Союза, американцы провели на Тихом океане ряд успешных наступательных операций.

2. Первое место в уничтожении тоннажа союзников по-прежнему занимали германские лодки. Однако абсолютные потери судов от них сократились почти на 240 тыс. т. Наибольшие потери имели место в Индийском океане, т. е. на вспомогательном направлении, где противолодочная оборона была наиболее слабой. Снижение эффективности применения лодок объясняется:

• во-первых, сокращением среднего числа их в море с 92 до 70, вызванным отчасти продолжавшимся переоборудованием лодок, отчасти задержкой их в базах для подготовки к отражению ожидаемого вторжения союзных войск в Западную Европу;

• во-вторых, сокращением количества лодок в районах боевых действий в связи с увеличением времени, затрачиваемого лодками на переходы в Индийский океан и к берегам Южной Америки;

• в-третьих, вынужденным отказом германского командования в ряде случаев от применения лодок наиболее эффективным методом «волчьих стай» на северных трансатлантических коммуникациях, по которым осуществлялись наиболее интенсивные, хотя бы и сильнее охраняемые перевозки;

• в-четвертых, задержкой в строительстве и отработке лодок с новыми тактико-техническими данными;

• в-пятых, главным образом усилением союзниками противолодочных мероприятий.

3. Качественное и количественное превосходство, достигнутое противолодочными силами союзников над лодками противника, позволило наряду с усилением оборонительных мероприятий (конвоирование судов) сосредоточить значительные силы на выходах лодок из баз, в блокадных зонах Бискайского залива, Северного и Норвежского морей, а также в «транзитных» районах, через которые лодки проходили в Индийский океан и к берегам Южной Америки, т. е. значительно активизировать наступательные действия, в результате чего ежемесячные потери германских лодок впервые превысили поступление новых лодок от промышленности. Наиболее полно указанное превосходство проявилось в период подготовки и проведения союзниками Нормандской операции, когда за каждое судно, потопленное в Атлантике и Арктике, немцы теряли около четырех подводных лодок.

При этом впервые за войну потери германских лодок от наступательных против них действий превысили потери, понесенные ими от оборонительных действий союзников при конвоировании судов. Наибольших успехов в наступательных действиях добилась авиация, потопившая из 67 лодок самостоятельно 38 и 11 совместно с кораблями. Но эти успехи были достигнуты против лодок, не оборудованных устройством «Шнорхель». С применением последнего потери германских лодок от авиации в блокадных и транзитных районах резко снизились. Особенно показателен в этом отношении опыт Нормандской операции.

Наиболее важным фактором в наступательных действиях против лодок явилось повышение роли надводных кораблей, которые ранее в них почти не принимали участия, а также увеличение потерь от совместных действий кораблей и авиации. Это было достигнуто благодаря широкому использованию союзным командованием авианосных групп в «транзитном» районе о-ва Зеленого Мыса – Мадейра – Гибралтар и корабельных групп на подходах к Англии и Бискайскому заливу.

Уменьшение удельного веса потерь лодок от оборонительных действий союзников произошло в первую очередь в результате применения лодками новой тактики (переход к действиям преимущественно малыми группами и в подводном положении).

4. В борьбе на тихоокеанских сообщениях американские лодки потопили на 64 судна общим тоннажем около 345 тыс. бр. рег. т больше, чем в предыдущий период. Эффективность действий каждой лодки несколько повысилась. Это объясняется прежде всего низким уровнем подготовки японского флота к защите сообщений. Несмотря на некоторое увеличение состава противолодочных сил и введение конвоирования судов на важнейших коммуникациях, японцам удалось потопить всего пять американских лодок.

В частности, вооружение американских лодок радиолокационными средствами при отсутствии последних в японских эскортных силах обеспечило лодкам уверенное обнаружение японских судов и конвоев, а также поддержание контакта с ними, независимо от времени суток и погоды, занятие выгодных позиций вне зоны визуального наблюдения японских эскортных кораблей и широкое применение ночных атак по конвоям из надводного положения.

В ответ на введение японцами конвоирования судов американцы ввели групповой метод использования лодок, чем улучшили возможности обнаружения и преследования лодками конвоев, равно как и сосредоточения в районе атаки превосходящих сил.

5. Роль германской авиации в борьбе на сообщениях резко упала вследствие отвлечения почти всех ее сил на советско-германский фронт и усиления союзниками ПВО конвоев.

В борьбе на тихоокеанских сообщениях американская авиация, наоборот, была применена более широко, нежели ранее, и потопила японских судов на 350 тыс. т больше, чем в предыдущий период. Этому способствовали увеличение группировок авиации, действовавших в центральной и юго-западной частях океана; расширение базирования авиации путем оборудования новых и расширения старых аэродромов на захваченных островах; наконец, эффективное применение авианосных соединений, обладавших высокой подвижностью, большим радиусом действия, значительной ударной мощью своей авиации и способностью обеспечить господство в воздухе в районе боевых действий.

Важным фактором, обеспечившим высокую эффективность американской авиации в борьбе на коммуникациях, явилось также значительное качественное ее превосходство над японской авиацией в результате вооружения самолетов радиолокационными станциями и более современным оружием, а также благодаря гораздо лучшей подготовке личного состава.

Крупные недостатки в подготовке японских летчиков объяснялись в первую очередь сокращением учебных и практических полетов, что было вызвано острой нехваткой авиационного бензина в связи с потерями нефти на морских сообщениях.

Глава VIII

Период решающих побед советских вооруженных сил и наступательных операций союзников (июль 1944 г. – май 1945 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

Продолжая последовательные стратегические операции, Советские Вооруженные Силы одержали в 1944 г. ряд решающих побед над немецко-фашистскими силами, поставив Германию перед неизбежным поражением. Только в период летне-осенней кампании этого года были уничтожены или взяты в плен 96 дивизий и 24 бригады, 219 дивизий и 22 бригады были разгромлены.

К началу 1945 г. Германия лишилась своих союзников в Европе: одна за другой были выведены из войны Италия, Румыния, Болгария, Финляндия и Венгрия. На юге советские войска вышли на подступы к промышленным районам Австрии и южной Германии. На центральном участке началось освобождение Польши и Чехословакии. Разгромив мощную группировку войск противника, Советские Вооруженные Силы освободили северную Норвегию.

Понеся громадные потери, гитлеровское командование, однако, продолжало перебрасывать войска на Восток, сосредоточив против Советского Союза свыше 2/3 своих сил. В связи с этим создалась особенно благоприятная обстановка для действий англичан и американцев в Западной Европе. Высадившись во Франции без особого противодействия и постепенно занимая территории Франции, Бельгии, Голландии, союзные войска продвигались к Германии.

Таким образом, в результате побед Советского Союза на советско-германском фронте и союзных войск на западе Европы Германия оказалась не только политически изолированной, но и лишилась крупных источников сырья, производственных мощностей и рабочей силы оккупированных стран. Ее военно-экономический потенциал резко снизился.

Последующие мощные операции Советских Вооруженных Сил, начавшиеся в январе 1945 г. на фронте от Балтийского моря до Балкан, вместе с наступлением стран антифашистской коалиции на западе привели к разгрому немецко-фашистских сил в центре Германии и к безоговорочной ее капитуляции 8 мая 1945 г.

Названные события оказали решающее влияние на ход борьбы немецкого флота против союзных сообщений. Сосредоточение Германией своих резервов на Восточном фронте, снижение добычи топлива, производства чугуна, стали и цветных металлов, равно как и тотальные мобилизации в армию, обусловив дальнейшее сокращение ресурсов для судостроительной промышленности, тяжело сказались на строительстве подводных лодок. Потеря же баз в Южной Балтике, в Бискайском заливе и в Средиземном море чрезвычайно ухудшила условия базирования лодок. Скопление их в базах Северного моря и проливной зоны Балтийского моря увеличило потери лодок при воздушных налетах.

На Тихом океане обстановка складывалась также под влиянием событий на советско-германском фронте, весьма облегчавших действия американских сил.

Японское командование продолжало удерживать основные сухопутные силы в Маньчжурии, в связи с чем не могло усилить гарнизоны в Индонезии, Юго-Восточной Азии и на островах Тихого океана, против которых были направлены действия американцев.

С занятием силами США Маршалловых (февраль 1944 г.) и Марианских (июнь – август 1944 г.) о-вов, а также о-ва Лейте (ноябрь 1944 г.) начались боевые действия против основной линии японской обороны, проходившей через Индонезию – Филиппинские, Японские и Курильские о-ва. В дальнейшем в результате овладения Филиппинами и занятия о-вов Иводзима и Окинава американцы приблизились непосредственно к Японии. Создались особо благоприятные условия для операций американских подводных лодок в Желтом море и на подходах к Японским о-вам.

2. Характер задач сторон, соотношение сил и их развертывание

В связи с высадкой англо-американских войск в Нормандии в Атлантике усилились войсковые перевозки союзников. На захваченный плацдарм перебрасывались из Англии и США войска, вооружение, боеприпасы, продовольствие, топливо. В этой обстановке главной задачей союзных флотов по-прежнему оставалась защита сообщений. Эта задача выполнялась посредством усиления охранения своих конвоев, все более эффективной блокады баз германских подводных лодок и, наконец, в порядке постепенно усиливавшихся воздушных бомбардировок судостроительных центров Германии. Одновременно небольшая часть союзных лодок и авиации использовалась против ограниченных германских морских перевозок.

Главной задачей германских подводных сил и частично авиации, как и прежде, оставалась борьба против союзных коммуникаций. Однако влияние этой борьбы на ход войны становилось все меньшим: среднемесячные потери тоннажа от германских сил за вторую половину 1944 г. снизились до 71,1 тыс. т против 103,2 тыс. т в первой половине того же года.

В состав германского флота входили к этому времени 452 подводные лодки, в том числе 85 % крейсерских, больших и средних. Из этого количества готовы к действиям были 168 лодок, т. е. около 36 % от списочного состава; остальные находились в ремонте, проходили боевую подготовку или числились в учебных флотилиях. В море одновременно находилось 85–90 единиц, главным образом в районах западных и юго-западных подходов к Британским островам и в Северной Атлантике. Одиночные германские лодки действовали в центральной части Атлантического океана, в Индийском океане, а также в Средиземном море. До 26–28 лодок находилось в водах северной Норвегии для действий против конвоев, направлявшихся в СССР.

Сокращение численности германских лодок в море (в 1943 г. в среднем в море находилось 106 лодок) происходило уже не столько вследствие отзыва их для оборудования новой техникой, сколько в результате топливных затруднений, перебазирования лодок из баз Бискайского залива в базы Северного моря и норвежского побережья, а также ухудшения обеспечения развертывания лодок, особенно при выходе из баз. В частности, уже стало невозможным разграничение районов боевых действий лодок в зависимости от мест их базирования.

Союзные силы, обороняющие сообщения, возросли на 15–20 % по сравнению с предыдущим периодом. Они включали в себя надводные корабли и авиацию (как указано в табл. 17), а также до 70 английских и несколько американских лодок, действовавших в Атлантике из английских баз.

На тихоокеанском театре значение для Японии морских путей из Малайи и Индонезии в метрополию с ответвлениями в Корею, Китай и Индокитай еще более повысилось, но защита коммуникаций оставалась по-прежнему весьма слабой.

Наоборот, состав американских сил, выделявшихся для борьбы против японских сообщений, систематически возрастал. Он включал в себя уже около 140 лодок (кроме того, до 70 лодок действовало на атлантическом театре) главным образом большого водоизмещения и значительное количество надводных кораблей и авиации. Из списочного состава в море одновременно находилось до 50 лодок, из них в районах действий в июле – сентябре 1944 г. – 36, в октябре – декабре – 40 и в январе – апреле 1945 г. – 37 единиц.

Таблица 17

Состав англо-американских сил защиты коммуникаций к середине 1944 г.

* S. Roskill. The War at Sea 1939–1945, vol. II. London, 1956, p.451; vol. III, part I, London, 1960, p. 363.

** «Aircraft Year Book». New York, 1946.

С организацией базирования американских подводных лодок на о-ве Манус (о-ва Адмиралтейства) и Марианских о-вах (о-ва Сайпан и Гуам) сроки их пребывания в районе действий увеличились до 27 суток против 23 в 1942 г. Изменился и характер развертывания подводных сил. В частности, лодки, базировавшиеся на о-вах центральной части океана, стали оперировать в основном в районах Формозского пролива, Филиппин и к югу от о-ва Хайнань. В этих районах постоянно находилось до 15–20 единиц. Лодки из баз Австралии действовали в западной части Южных морей и в районе подходов к Малайскому п-ову. На подходах к Курильским и Японским о-вам, а также в Японском море оперировали лодки из баз на Гавайских и Алеутских о-вах. Переходы лодок из баз до назначаемых им районов совершались без обеспечения, одиночно или иногда в составе малых групп (до трех-четырех лодок).

В состав японского флота, выделенного для защиты сообщений, входило около 115 эскортных и различных противолодочных кораблей, большое число рыболовных судов и незначительная группа самолетов морской авиации. Основная часть из наличных 58 подводных лодок по-прежнему выполняла задачи по обеспечению действий надводных кораблей и авиации, и только 5–6 лодок в середине периода некоторое время оперировали на сообщениях союзников в Индийском океане.

3. Действия германских сил против союзных сообщений во второй половине 1944 г

К началу июня 1944 г. в портах Бискайского залива базировались: в Бресте 1-я и 9-я флотилии (20–24 лодки), в Лориане 2-я и 10-я флотилии (20–24 лодки), в Сен-Назере 6-я и 7-я флотилии (до 32 лодок), в Ла-Паллисе 3-я флотилия (12–15 лодок) и в Бордо 12-я флотилия (10–12 лодок), т. е. всего около 100 подводных лодок. Боевая деятельность германских лодок, выделенных из этого общего состава, в ходе Нормандской операции не принесла немцам желаемых результатов. И хотя германское командование вплоть до середины августа продолжало направлять лодки в Ла-Манш, но уже к концу июня их действия против потока судов, пересекавших пролив, стали совершенно безуспешными.

Одновременно для действий против десанта германское командование пыталось перебросить к побережью Ла-Манша по внутренним путям хотя бы часть подготовленных к этому времени многочисленных «карликовых» лодок. Но вывод из строя большинства железнодорожных узлов бомбардировками союзной авиации и перегруженность оставшихся узлов войсковыми перевозками отодвинули на задний план сосредоточение этих лодок в районе высадки. Туда было доставлено лишь небольшое их число, однако и они вследствие низких технических качеств почти не были использованы.

Причинами общего неуспеха германского флота послужили, таким образом, отчасти запоздалое развертывание лодок, а главным образом совершенно недостаточное их обеспечение с воздуха[139]при отсутствии поддержки со стороны иных сил.

Не оказав заметного влияния на исход десантной операции, лодки сами оказались вынужденными уходить из Бискайского залива. «…Наши подводные лодки, – пишет Дениц, – потеряли возможность использовать опорные пункты на побережье Бискайского залива. Поэтому в конце августа… 1944 г. лодки стали постепенно переразвертываться в норвежские базы».

7 августа всем германским лодкам было дано приказание по окончании срока пребывания в море возвращаться уже только в базы Северного и Балтийского морей и побережья Норвегии. А несколько раньше лодки из Бреста, Лориана и Сен-Назера перешли в Бордо и Ла-Паллис, а затем также в базы Северного моря. 25 августа командование группы «Вест» во Франции было расформировано.

В августе союзные войска высадились в Южной Франции. Тем самым была прекращена деятельность основной базы германских подводных сил на Средиземном море в Тулоне. Одиннадцать германских лодок, находившихся в базе, были либо затоплены личным составом, либо потоплены при воздушных налетах на базу. В море осталось три лодки, позднее потопленные союзниками. В общем итоге из 62 германских подводных лодок, прорвавшихся в Средиземное море начиная с 1941 г., погибли в море 48; 11 были потоплены и повреждены в базах и 3 капитулировали в конце войны.

Столь же спорадически и малоуспешно действовала и германская авиация, также прекратившая свою боевую деятельность на Средиземном море после высадки союзников в Южной Франции. С конца года союзные конвои при выходе в Средиземное море из Атлантики рассредоточивались у мыса Европа. Далее суда следовали самостоятельно.

С ликвидацией баз во Франции обстановка для германских лодок резко ухудшилась: развертывание их для действий в океане должно было теперь производиться через английскую зону сильной противолодочной обороны в районе Оркнейские – Шетландские о-ва – Исландия, что требовало слишком много времени. Не случайно Дениц жалуется, что «лодки находились в море в среднем 37 суток, а из них только 9 суток действовали в назначенных им зонах». Скопление германских лодок в базах Северного моря и норвежского побережья создавало благоприятные условия для деятельности союзной авиации. Если в январе-июне 1944 г. немцы потеряли в базах всего 5 лодок, то в июле-декабре того же года – уже 23 лодки, а в январе – мае 1945 г. в базах было уничтожено 39 лодок. К тому же удары союзной авиации по базам удлиняли время восстановления боевых качеств лодок.

В то же время союзники усилили деятельность противолодочных сил и минные постановки у германских баз. В результате в течение августа – декабря 1944 г. на подходах к базам Северного моря и норвежского побережья была потоплена 21 германская лодка, в том числе 4 – английскими лодками.

В конечном итоге, несмотря на наличие в конце 1944 г. в готовности к действиям до 140 германских лодок при списочной численности в 485 единиц, количество их в море уменьшилось до 65–70, а непосредственно в районах действий в среднем всего до 40.

Правда, германские лодки все еще продолжали не без успеха действовать и в Атлантике, и в Индийском океане. В последнем оперировали лодки группы «Монсун», базировавшиеся на Джорджтаун (Пенанг). В июле – ноябре в Мозамбикском проливе и в районе Сейшельских о-вов они потопили 10 транспортов. В июле – августе 1944 г. потери союзного тоннажа в Индийском океане даже превзошли потери в Атлантике (соответственно 87,9 и 74,1 тыс. т). Но это были уже последние усилия, которые не могли внести перемен в общий ход борьбы.

В октябре часть лодок этой группы была отозвана в Германию для оборудования устройством «Шнорхель». В Индийском океане до конца апреля 1945 г. оставались только шесть лодок. В январе в связи с занятием союзниками Малайского п-ова германские лодки вынуждены были перейти в Джакарту (о-в Ява), что ухудшило их базирование и снизило успехи. После капитуляции Германии немецкие лодки, оставшиеся в дальневосточных водах, были захвачены японцами (позднее по условиям перемирия они были затоплены).

Всего в Индийском океане с мая 1943 г. до конца войны германскими и японскими лодками было потоплено 110 транспортов общим тоннажем 668 953 бр. рег. т. При этом из 45 германских лодок, направлявшихся в разное время из Атлантического океана в Индийский, дошло до баз Малакки только 16. Часть лодок, не достигнув мыса Доброй Надежды, была потоплена, отдельные лодки по разным причинам возвратились в германские базы. Из лодок, действовавших в Индийском океане, возвратились на атлантический театр только 5.

Основная масса германских подводных лодок продолжала действовать в Северной Атлантике. В районе Большая Ньюфаундлендская банка – Гренландия – Исландия оперировало до 12–15 лодок, по результаты их действий были весьма невелики: корабельное и воздушное охранение конвоев настолько улучшилось, что лодки были не в состоянии его преодолеть. У берегов США, в Мексиканском заливе и в Карибском море периодически действовали две-три лодки. В районе Азорских о-вов продолжала операции группа из четырех – шести лодок. В декабре она атаковала конвой из 21 судна, следовавший в охранении 4 эскортных кораблей, и потопила 2 транспорта. Всего в Северной Атлантике из общего числа 266 конвоев, в составе которых насчитывалось 12 906 транспортов, лодки за 1944 г. потопили лишь 13 судов.

Больший успех лодки, оборудованные «Шнорхелем», имели в проливе Ла-Манш, в Ирландском море и на юго-западных подходах к Британским о-вам. В этих районах они потопили: в августе суда тоннажем 24,8 тыс. и в декабре 45,8 тыс. т.

Общие потери союзного и нейтрального тоннажа от германских сил за вторую половину 1944 г. составили 87 транспортов общим тоннажем около 426,4 тыс. бр. рег. т, в том числе от лодок 54 судна, или 300,7 тыс. бр. рег т. Потери лодок только в море за этот промежуток времени достигли 95 единиц.

Правда, общие среднемесячные их потери в последние четыре месяца 1944 г. снизились и составили всего 14 единиц против 27 в предыдущие четыре месяца. Это явилось опять-таки прямым следствием повышения скрытности действий лодок в связи с оборудованием их «Шнорхелем» и поисковыми радиолокационными приемниками, равно как и связанного с этим некоторого изменения тактики. Лодки стали действовать в прибрежных зонах одиночно, производя сближение исключительно под «Шнорхелем». Такой метод значительно затруднял действие противолодочной авиации: в сентябре она обнаружила 21 лодку и атаковала 10, в октябре – всего 10 и атаковала 3. В прибрежных водах снизилась эффективность действий и корабельных сил: гидроакустический поиск лодок затруднялся здесь из-за неблагоприятных гидрологических условий – мелководности районов, скального рельефа дна и т. д.

4. Развитие германских подводных лодок и средств борьбы с ними

Вследствие затянувшихся сроков разработки и постройки скоростных лодок немцы еще с 1943 г. приступили к некоторой модернизации лодок, состоящих в строю. Эта модернизация имела основным назначением улучшение подводных качеств лодок и их средств наблюдения и связи и включала главным образом оборудование лодок устройством «Шнорхель» и установку радиолокационных поисковых приемников. Считалось, однако, что установка «Шнорхеля» служит лишь известным паллиативом до поступления от промышленности лодок с мощной парогазовой турбиной, а также лодок XXI и XXIII серий со значительно увеличенной емкостью аккумуляторных батарей и мощностью электродвигателей. Хотя головка «Шнорхеля» по размерам была больше перископной, но радиолокационные приборы метрового и дециметрового диапазона волн, состоявшие в 1944 г. на вооружении союзных кораблей и самолетов, с трудом обнаруживали лодку, идущую под «Шнорхелем». Поэтому на первых порах «Шнорхель» значительно повысил оперативно-тактическую эффективность лодок. Но процесс установки на лодках этих устройств проходил медленно. К середине 1944 г. в составе германского флота находилось еще весьма мало лодок, оборудованных «Шнорхелем».

Надо заметить, что к этому времени союзные корабельные и воздушные противолодочные силы настолько улучшили свои боевые качества при громадном в то же время количественном превосходстве над лодками, что последние все чаще избегали нападать на конвои, предпочитая атаковать одиночно идущие транспорты. Именно этим и объясняется сравнительный успех действий лодок в Индийском океане, где транспорты совершали переходы одиночным порядком и слабо охранялись.

К этому времени, а практически еще в начале 1944 г. вследствие ограниченных возможностей судостроительной промышленности немцы принуждены были отказаться от форсирования отработки и постройки скоростных лодок XVII и XVIII серий с парогазовыми турбинами мощностью от 2500 до 15 000 л. с., работавшими на маловодной перекиси водорода в качестве окислителя жидкого топлива и обеспечивавшими скорость хода под водой до 21–24 уз. в течение 4–5 час. К концу войны Германией было построено лишь несколько малых лодок XVII серии, использовавшихся в качестве экспериментальных.

Еще ранее германская промышленность приступила к разработке и постройке более посильных для нее лодок XXI серии водоизмещением в 1621 т и XXIII серии – в 232 т. Эти лодки имели дизель-электрические двигатели и аккумуляторные батареи большой емкости для обеспечения скорости хода под водой в течение нескольких часов соответственно 17,5 и 12,5 уз., а также устройство «Шнорхель». Первые предназначались для действий в Атлантике в составе небольших групп (три-четыре лодки), а вторые – в прибрежных (закрытых) морях. Промышленности было заказано 290 лодок XXI серии (фактически было построено 132) и 260 лодок XXIII серии (было построено 63). Первая лодка XXI серии, U-2501, спущенная на воду в апреле 1944 г., вступила в строй только в конце 1944 г., а из общего числа построенных лодок было подготовлено к боевым действиям всего лишь 30–35.

Подлодка U-1406 XVII серии. Фото сделано вскоре после капитуляции фашистской Германии

Одновременно интенсивно строились лодки старых проектов. Всего с июля 1944 г. до конца года было построено 159 лодок различных типов (серий) при потере в то же время 118 лодок; а в январе – мае 1945 г. было построено 59 лодок при потере 145.

Подлодка XXI серии

Наряду с этим широко велись работы по усилению оборонительных возможностей лодок. К ним относились прежде всего маскирующие средства и средства введения в заблуждение противолодочных сил, в том числе покрытие рубок и выступающих частей корпуса при плавании под водой специальным составом (частично поглощающим радиолокационные импульсы), применение металлической фольги для создания «ложных» экранов, создание с помощью химических патронов «пузырчатых» целей, отражающих гидроакустические посылки, уменьшение шумности работающих механизмов и устройств путем установки их на амортизаторы и т. д.

Однако последовавшие вскоре некоторые усовершенствования средств защиты коммуникаций свели на нет и указанные элементы развития германских лодок. Эти меры включали:

• оснащение надводных кораблей и самолетов радиолокационными станциями сантиметрового диапазона волн, что позволяло обнаруживать головки перископа и «Шнорхеля»;

Подводная лодка XXIII серии

• применение ударно-поисковыми группами радио-гидроакустических буев, что увеличило возможности поиска лодок в море;

• улучшение на надводных кораблях гидроакустических средств обнаружения лодок, что создало надежное круговое наблюдение вокруг охраняемых объектов и привело почти к 100-процентному обнаружению лодок при нападении их на конвои, поскольку атаки из-под воды, проводившиеся на малой скорости, были весьма продолжительными по времени;

• увеличение численного состава эскадренных и эскортных миноносцев (за 1944–1945 гг. англичанами было построено 44 единицы и американцами – 355);

• появление новых средств уничтожения лодок в виде многоствольных бомбометов «Хеджехог» и «Сквид» с дистанцией бомбометания первого до 250 м и второго от 300 до 360 м.

Одновременно значительно увеличилось число авианосных поисково-ударных групп, постоянно действовавших в Атлантическом океане.

Все это весьма снизило число успешных атак конвоев германскими лодками. Так, в Северной Атлантике в конце 1944 г. лодки атаковали только каждый 21-й совершавший переход конвой и топили при этом лишь один транспорт из его состава.

В итоге уже начиная с 1943 г. техническое развитие германских лодок неизменно отставало от развития сил и средств борьбы с ними. Однако следует заметить, что ожидавшееся появление скоростных лодок с более совершенным оружием и средствами наблюдения снова изменило бы положение в пользу лодок.

Подводная лодка XXVI серии (лодки этого типа были заложены, но до конца войны в строй не вступали)

5. Борьба на сообщениях в Атлантике в 1945 г

Известные успехи лодок, оборудованных «Шнорхелем», и подготовка лодок XXI и XXIII серий определили некоторые изменения в развертывании германских подводных сил. Лодки со «Шнорхелем» предполагалось использовать преимущественно в прибрежных районах. Лодки новых типов на первой стадии использования оперировали одиночно и только из подводного положения, поскольку они обладали значительным районом плавания под водой. Одновременно шла подготовка для использования их в составе групп из четырех – шести лодок.

В январе 1945 г. у Британских о-вов действовало до 10–12 переоборудованных и новых германских лодок. Только в Ирландском море они торпедировали до 10 транспортов, авианосец «Тейн» и несколько других кораблей.

К началу февраля в тех же районах находилось уже около 25 таких лодок. Впервые с 1941 г. лодки стали серьезно угрожать союзному и нейтральному судоходству в прибрежной зоне. Они скрытно занимали позиции на выходах судов из пунктов стоянки и, обладая значительной подводной автономностью, длительное время находились на этих позициях. Наличие же на лодках поисковых радиолокационных приемников позволяло им своевременно погружаться при появлении сил ПЛО и зачастую избегать обнаружения. Пользуясь мелководьем, лодки часто ложились на грунт, где на фоне подводных скал и затонувших судов гидроакустика надводных кораблей оказывалась недейственной.

В марте-апреле активность германских лодок в прибрежных зонах еще более возросла: общий тоннаж потопленных ими судов увеличился соответственно до 65 тыс. и 73 тыс. т. Однако и лодки несли значительные потери. Только в апреле у берегов Англии было потоплено 10 лодок.

В этот же период несколько лодок действовали на подходах к побережью Северной Америки и в районе Азорских о-вов.

В конце марта из баз норвежского побережья к американским берегам направилась группа германских лодок в составе U-1235, U-880, U-518, U-546, U-881 и U-805. Предполагая, что на лодках установлены ракеты для обстрела побережья США, американское командование с целью перехвата лодок развернуло 11 апреля на меридиане 30° з. д. барраж протяженностью 120 миль из двух групп кораблей. Каждая группа состояла из конвойного авианосца и 10 эскортных миноносцев. Первая группа развернулась к северу от параллели 48°30′с. ш., вторая – к югу.

Вечером 15 апреля U-1235 была обнаружена миноносцем. Лодка погрузилась, но была атакована двумя кораблями и потоплена глубинными бомбами. Через несколько минут была обнаружена U-880 и в свете прожекторов и осветительных снарядов обстреляна артиллерией. Лодка погрузилась, но вскоре два миноносца установили с ней контакт и в начале следующих суток потопили ее глубинными бомбами.

Остальные лодки продолжали движение, находясь несколько южнее барража. 18 апреля U-805 была обнаружена, однако преследование и атака ее одним из кораблей барража остались безрезультатными. 21 апреля перед уходом кораблей барража в Ардженшию один из миноносцев обнаружил U-518 и во взаимодействии с другим кораблем потопил ее.

В это время на меридиане 45° з. д. был развернут другой американский противолодочный барраж из 2 авианосцев и 22 эскортных кораблей. Эта завеса (протяженностью до 120 миль по фронту с центром на параллели 45°) двигалась в восточном направлении. 23 апреля корабли барража дважды обнаружили U-546, но атаковать ее не смогли. Наоборот, на следующий день лодкой был потоплен сторожевой корабль. К вечеру в районе его гибели сосредоточилось шесть кораблей, которые обнаружили и потопили U-546.

Таким образом, хотя и ошибочно оценив угрозу со стороны этих шести лодок, американское командование организовало специальную операцию против лих силами четырех авианосно-поисковых групп в составе четырех эскортных авианосцев и около 40 сторожевых кораблей. Операция проводилась на расстоянии 1500 миль от американского побережья. Поиск осуществлялся подвижными завесами кораблей с дистанцией между ними 50–60 каб. с задачей обнаружить лодки, идущие в подводном положении. Авианосная авиация осуществляла в полосе глубиной до 160 миль поиск лодок, следовавших в надводном положении. Поскольку зарядка аккумуляторов с помощью «Шнорхелей» была почти невозможна из-за сильного волнения моря, лодки вынужденно всплывали и обнаруживались радиолокаторами самолетов и кораблей. В итоге было потоплено четыре лодки[140].

С овладением Советскими Вооруженными Силами 2 мая Берлином и дальнейшим продвижением советских войск на запад, а союзных войск на восток – 8 мая 1945 г. Германия капитулировала. Немецкие лодки прекратили свои действия. Из 407 подводных лодок, числившихся к этому времени в составе флота, 221 была затоплена своим личным составом, 30 разделены между союзниками и 156 лодок позднее уничтожены по условиям перемирия.

6. Действия на коммуникациях в Тихом океане

Борьба на сообщениях в Тихом океане по-прежнему проходила в условиях постепенного захвата американцами японских позиций в центральной и юго-западной частях океана и чрезвычайной слабости защиты Японией своих коммуникаций. Так называемый Большой эскортный флот продолжал оставаться малочисленным и ни в какой мере не обеспечивал оборону конвоев. Минные заграждения для защиты сообщений в проливах Лаперуза, Сангарском, Цусимском и Формозском, а также между о-вами Формоза и Кюсю оказались маложивучими, не подновлялись постановкой новых мин и были известны американскому командованию, т. е. почти не представляли опасности для американских лодок.

Слабость защиты сообщений усугублялась своеобразной организацией японского транспортного флота. Торговые суда Японии продолжали оставаться поделенными между военно-морским флотом, армией и гражданским ведомством, причем последнее вовсе не располагало силами охранения.

Во второй половине 1944 г. система конвоев продолжала несколько улучшаться. В частности, постепенно было введено постоянное патрулирование самолетов на наиболее угрожаемых участках перехода: Манилла – Гонконг, Такао – Сингапур, Формоза – Филиппины. Однако для такого контроля четырех наличных эскортных авианосцев было совершенно недостаточно.

Впрочем, если японские патрульные самолеты и обнаруживали американские лодки, то атаки по ним кораблей охранения были малоэффективными вследствие низких качеств гидроакустической аппаратуры. Слабое охранение судов не в состоянии было сколько-нибудь надежно отражать атаки лодок, особенно групповые. Несостоятельной оставалась и противовоздушная оборона японских конвоев. Особенно это сказалось, когда для борьбы против японских сообщений американцы начали привлекать свои авианосцы. В этих случаях японские суда за пределами радиуса действий истребителей береговой авиации оказывались беззащитными.

Действия японских сил против союзных сообщений еще более ослабли. Во второй половине 1944 г. в Индийском океане эту задачу выполняли всего шесть лодок. К концу года и они были отозваны в Тихий океан, где в последующие месяцы их потопили американские корабли.

Что касается американских сил, то их боевые действия на сообщениях по-прежнему были направлены в основном против оперативных перевозок, связанных с попытками японцев усилить одни из островных гарнизонов или эвакуировать другие. Удары наносились преимущественно береговой и авианосной авиацией, главным образом по торговым судам в портах и базах.

Так, при подготовке американцев к вторжению на Марианские о-ва и о-в Палау самолеты авианосных соединений фактически парализовали судоходство в этих районах. За три дня до высадки американских войск на Сайпан в июле 1944 г. эти самолеты потопили 10 из 12 японских судов и эскортный корабль из состава конвоя, покидавшего стоянку. При налете авиации на Палау в сентябре самолеты уничтожили суда общим тоннажем около 90 тыс. т.

В августе – октябре авиация и частично надводные корабли при рейдах на о-ва Бонин и Волкано и на ряд пунктов Филиппин уничтожили значительное количество торговых судов, главным образом малых и барж.

С завершением операций у Западных Каролинских о-вов и с организацией на них передовых баз и опорных пунктов создались условия для захвата Филиппин, этого своеобразного центра не только коммуникаций, но и последнего океанского пояса обороны Японской империи. Операция началась во второй половине октября сражением за залив Лейте, когда японцы вследствие неудовлетворительной разведки и недостаточной настойчивости упустили случай разгромить основные американские десантные силы и, наоборот, сами понесли крупные потери.

В январе-феврале 1945 г. Филиппины были окончательно захвачены. Перенос туда базирования своих сил позволил американцам почти целиком нарушить последнюю японскую коммуникацию, связывавшую метрополию со странами Южных морей и обеспечивавшую получение оттуда сырья и, самое главное, жидкого топлива.

В течение всего этого времени результаты действий американской авиации на сообщениях зачастую даже превышали итоги деятельности лодок. Так, в сентябре 1944 г. одна только палубная авиация США потопила 55 транспортов общим тоннажем 213,2 тыс. бр. рег. т, тогда как лодки уничтожили 47 судов – 181,3 тыс. т[141].

В некоторых случаях действия авиации обеспечивались разведкой лодок.

Так, 4 сентября 1944 г. японский конвой, находившийся на северных подходах к о-ву Иводзима, около полудня был обнаружен американской лодкой. Последняя, не атакуя, сообщила данные о конвое на одно из авианосных соединений, самолеты которого в течение дня дважды атаковали конвой и потопили один эскадренный миноносец и пять транспортов общим тоннажем около 23,5 тыс. т. Ночью этот же конвой атаковали корабли охранения авианосного соединения и также имели некоторый успех.

С июля 1944 по май 1945 г. самолетами с американских авианосцев было потоплено 234 японских судна общим тоннажем 817,5 тыс. т, что составило около 30 % общих боевых потерь тоннажа за этот период.

В последующих операциях американских сил при овладении о-вами Иводзима и Окинава действия авиации непосредственно против сообщений носили более ограниченный характер и сочетались с нанесением ударов по портам и базам Японии. Точно так же менее интенсивно против перевозок стали использоваться и лодки, значительное количество которых привлекалось к обеспечению десантных операций. В частности, при высадке десанта на о-в Иводзима для обеспечения операции было развернуто 32 лодки: между о-вами Окинава – Формоза – Лусон, на подходах к японским берегам (в том числе девять лодок для спасения летчиков со сбитых самолетов), между о-вом Чечжудо и Шанхаем и на северных подходах к Формозскому проливу. Наиболее интенсивно против экономических японских перевозок лодки действовали в Китайских морях. Для этого временами использовалось до 30–35 лодок. Всего же за 1944 г. американские лодки провели в море 11 700 суток.

В июле 1944 г. в северной части Южно-Китайского моря действовали две группы лодок. В этом районе происходило наиболее интенсивное движение конвоев. В порту Такао на западном берегу о-ва Формоза сходились пути конвоев, следовавших из портов Внутреннего Японского моря и Шанхая на юг через Формозский пролив, а также из Сингапура, с о-ва Хайнань и из Гонконга на север через тот же пролив.

Первая группа из четырех лодок, вышедшая из Пёрл-Харбора, действовала между островами Формоза и Лусон и к юго-западу от последнего. В течение первой половины июля лодки, не понеся потерь, потопили 8 транспортов – 40,5 тыс. т. Поиск судов они проводили совместно, а атаки самостоятельно.

Вторая группа из трех лодок, вышедшая из базы о-ва Мидуэй, действовала на юго-западных подходах к Формозе. 30 июля около полудня одна из лодок этой группы обнаружила конвой, следовавший под прикрытием двух-трех самолетов. До 20.00 лодка, не предпринимая атаки, следовала за конвоем и сообщала сведения о нем на другие лодки. Около полуночи лодки сблизились с конвоем. В результате ряда атак они потопили пять транспортов общим тоннажем 39,1 тыс. бр. рег. т. Несколько раз две лодки из состава группы были безрезультатно контратакованы кораблями охранения, причем одна из них, не погружаясь, отражала атаку торпедами.

Больших успехов, как правило, группы американских лодок добивались при обеспечении их разведкой. Так, 18 августа разведывательная лодка обнаружила находившийся на выходе из пролива Палаван (между о-вами Борнео и Палаван) конвой, направлявшийся на север. Лодка направилась за конвоем, сообщая сведения о нем на лодки группы, патрулировавшей у южной оконечности Лусона. Последние направились на перехват конвоя и 23 августа с наступлением темноты нанесли по нему ряд торпедных ударов, потопив пять судов общим тоннажем 28,2 тыс. бр. рег.

т. После атаки, на рассвете 24 августа, подводная лодка «Хардер» была обнаружена кораблями охранения конвоя, подверглась преследованию, а затем была потоплена глубинными бомбами.

С конца августа японцы стали направлять часть конвоев и одиночных судов не через Формозский пролив, а вдоль восточного побережья Формозы. Но этот обходной маршрут вскоре был обнаружен американскими лодками, действовавшими между о-вами Лусон и Формоза. Так, уже 8 сентября японский конвой, следовавший вдоль восточного побережья острова, заметила «Спейдфиш». Она сообщила об этом на группу лодок, находившуюся у северной оконечности Формозы. В результате две лодки (в том числе «Спейдфиш») произвели четыре атаки по конвою и потопили четыре судна, всего 11,9 тыс. т. В дальнейшем этот маршрут был японцами отменен.

Групповой метод использования лодок, введенный американским командованием в конце 1943 г., применялся до конца войны:

Таблица 18

Число выходов американских подводных лодок в составе группразличной численности с 1 апреля 1944 по 1 мая 1945 г. *

* Т. Rоskoe. U.S. Submarine Operations in the World war II. Annapolis, 1950, p. 504.

Одновременное количество групп в море не превышало трех-четырех. Обычно лодки вели поиск из надводного положения в строе фронта вдоль путей движения конвоев, в расстоянии между собой 25–30 миль, или развертывались на подходах к районам сосредоточения неприятельских судов. При обнаружении конвоя, пользуясь преимуществом в скорости хода, лодки стремились выйти на курс цели, причем каждая лодка маневрировала самостоятельно. Стрельба выполнялась залпом двух – четырех торпед с дистанции 4—12 каб. Средний процент успешности стрельб в 1944 г. составил 33,4 %, а в первую половину 1945 г. – 18,4 %. Снижение – следствие увеличения дальности залпа в результате некоторого усиления корабельного охранения конвоев.

Наряду с групповыми действиями были широко распространены одиночные атаки лодок. В условиях слабой японской обороны и более или менее известных маршрутов судов такие действия имели значительный успех в Желтом море и на подходах к Японским о-вам. Так, подводная лодка «Тэнг» за один поход в Желтом море, продолжавшийся около месяца, потопила 10 судов общим тоннажем 39,4 тыс. бр. рег. т.

К началу 1945 г. японское судоходство значительно сократилось и в Китайских морях: потери возрастали, а новое судостроение было не в состоянии восстанавливать их. Конвои из Сингапура, Сайгона и Формозы прекратились. Продолжали совершать переходы лишь одиночные суда вдоль азиатского берега по линии Сингапур – Япония с немногими ответвлениями в Южно-Китайском море, и сохранились коммуникации в Восточно-Китайском, Желтом морях и внутренних водах Японии. Ввоз стратегических материалов за 1944 г. уменьшился почти в два раза по сравнению с 1942 г., в том числе по углю и различной руде – втрое. Захват американскими силами Филиппин и о-вов Иводзима и Окинава почти полностью ликвидировал и оставшиеся коммуникации.

В этот период американские лодки продолжали действовать в Китайских морях, частично на подходах к Японским о-вам, а также в районах проводимых флотом десантных операций – в основном для обеспечения авиации и ведения разведки. В море по-прежнему находилось 35–40 лодок, но в Китайских морях из этого числа всего 12–16 лодок, из которых в некоторых районах создавались 2–3 группы.

Наибольшие успехи достигались при совместных действиях лодок с авиацией. И хотя американское командование не добилось организации тактического взаимодействия, полезным оказывалось даже оперативное взаимодействие.

Так, в январе 1945 г. неоднократно был атакован конвой, следовавший из Японии в Сингапур и состоявший из восьми танкеров и пяти транспортов в охранении восьми эскортных кораблей. 8 января его обнаружила и атаковала в Формозском проливе группа из трех лодок, потопившая два танкера и два транспорта. Избегая дальнейших потерь, конвой укрылся в Такао. Но здесь на следующий день при налете на порт авиации было потоплено четыре судна.

Из оставшихся судов был сформирован и двинулся дальше новый конвой. К северо-востоку от о-ва Хайнань он был обнаружен группой лодок, одна из которых безуспешно атаковала его. Кроме того, японская разведка установила наличие еще одной группы лодок в районе Сайгона, через который пролегал курс конвоя, поэтому конвой укрылся в Гонконге. На следующие сутки при налете на порт авианосной авиации было потоплено еще два танкера и несколько кораблей охранения. Уцелевшие танкер и два судна в охранении четырех эскортных кораблей продолжали движение, и, наконец, 27 января всего один танкер и три корабля охранения прибыли в Сингапур. Иначе говоря, по пути от Формозы до Сингапура конвой был почти весь уничтожен последовательными атаками лодок и авиации.

В результате последующих потерь судов в море и в портах, когда, например, при очередном воздушном налете в феврале на Такао и Гонконг было потоплено до 250 тыс. т торгового тоннажа, движение конвоев в северной части Южно-Китайского моря и в южной части Восточно-Китайского моря почти прекратилось. Лишь одиночные суда, держась у самого берега, совершали переходы по малым глубинам из Сингапура и Гонконга в Японию.

Для перехвата и уничтожения этих судов в Южно-Китайском море в феврале – мае 1945 г. действовало всего семь – девять американских лодок. Большая же часть была развернута в это время в Желтом море и на подходах к Японским о-вам. В феврале – апреле лодки потопили в Восточно-Китайском и Желтом морях, а также на подходах к Японским о-вам и в районе десантных операций до 90 судов общим тоннажем около 300 тыс. т. За этот же период авиацией было потоплено 60 судов в 104,3 тыс. т.

Одновременно американская авиация стала более активно использовать мины. При этом если в 1944 г. мины ставились на весьма широком фронте (на подходах к Бангкоку, Сингапуру, Палембангу, Сурабае, Рангуну и к ряду пунктов в Китайских морях), то в 1945 г. минные постановки осуществлялись исключительно у Японских о-вов: в Токийском заливе, на подходах к базам Внутреннего Японского моря, на выходах из проливов Кии, Бунго и Симоносекском. Наряду с нанесением ущерба торговому флоту эти постановки вызывали большое напряжение тралящих сил, особенно при выходах в море соединений японского флота.

Итак, потеряв за рассматриваемый период 804 судна, торговый флот Японии с учетом нового строительства уменьшился по сухогрузным судам до 1924,7 тыс. т и по танкерам до 460 тыс. т. Ввоз топлива в марте уменьшился и составил всего около 40 тыс. т, а в апреле движение танкеров по коммуникациям Южно-Китайского моря почти прекратилось. Особенно остро нарушение нефтяной коммуникации сказывалось на боевой деятельности флота и авиации.

7. Потери тоннажа и боевых сил в борьбе на сообщениях

На атлантическом театре потери союзного и нейтрального тоннажа резко упали; в октябре, например, они составили всего 11,7 тыс. т, т. е. были наименьшими за всю войну. Общие боевые потери тоннажа с июля 1944 г. до конца боевых действий в Европе от германских сил выразились в 192 транспортах, или 865,2 тыс. т. Германские подводные лодки с июля по декабрь 1944 г. ежемесячно топили 50,1 тыс. т, а с января до 9 мая 1945 г. – 65,5 тыс. т торгового тоннажа. Увеличение потерь в 1945 г. явилось следствием установки на лодках «Шнорхелей», а главное, начавшегося использования лодок XXI и XXIII серий.

Снижение боевых потерь тоннажа увеличило относительное значение небоевых потерь, происходивших вследствие аварий и столкновений судов, а также по неизвестным причинам. Эти потери составили 1/3 от общих потерь.

Наибольшие потери тоннажа продолжали иметь место в Атлантическом океане, главным образом на подходах к Британским о-вам. Значительными были потери и в Индийском океане, где за рассматриваемый период они выразились в 113,7 тыс. т.

Конечно, все эти потери уже не имели для союзников прежнего значения. Новое судостроение значительно перекрывало их. Лишившись в 1944–1945 гг. 2032, 3 тыс. т судов, союзники построили только за 1944 г. 11 639 тыс. т в США и 1710 тыс. т в Англии.

Потери тоннажа Германией в рассматриваемый период происходили в основном при эвакуации войск с побережий Балтийского и Черного морей, Норвегии и Западной Европы. В 1944–1945 гг. эти потери от англо-американских сил составили 134 судна общим тоннажем 375,8 тыс. бр. рег. т. В то же время за 1944 г. германская промышленность построила всего 73 судна в 150,4 тыс. т. С учетом потерь и восполнения торговый тоннаж Германии на 1 января 1945 г. равнялся 2121,5 тыс т.

На тихоокеанском театре, наоборот, потери японского тоннажа продолжали возрастать и в октябре достигли 503,4 тыс. т – наибольшего числа за войну. Боевые потери тоннажа составили за период 763 судна – 2868,3 тыс. т. В результате аварий погибло 93,5 тыс. т. Во второй половине 1944 г. средние ежемесячные потери были равны 334,2 тыс. т (в первой половине 1944 г. – 287,0 тыс. т), но в январе – апреле 1945 г. вследствие общего сокращения японских перевозок они снизились до 190,8 тыс. т. Соответственно на долю лодок пришлось 217,0 и 70,2 тыс.

В итоге, если в 1943 г. импорт Японии выражался в 16,4 млн. т, то в 1944 г. он снизился до 10,1 млн. т. Неуклонно уменьшался тоннаж: в январе – июне 1944 г. японской промышленностью было построено 877,4 тыс. т, т. е. потери восполнялись на 49 %, а в июле – декабре – 821,8 тыс. т, т. е. потери покрывались уже всего лишь на 40 %. Все же тоннаж, используемый для перевозок, был довольно значителен. Если на 1 июля 1944 г. сухогрузных судов числилось 3204,3 тыс. т, а танкеров 837,3 тыс. т, то на 1 октября 1944 г. соответствующие цифры составили 2601,6 и 872,3 тыс. т, на 4 января 1945 г. – 1925,4 и 860,9 тыс. тина 1 мая 1945 г. – 1924,7 и 460,0 тыс. т. Однако уже с марта 1945 г. значительная часть торговых судов Японии бездействовала из-за отсутствия горючего.

Потери германских лодок составили за период 263 единицы, т. е. в среднем за месяц 25,5 лодок против 21,7 в первой половине 1944 г. Основной силой в борьбе с лодками явилась авиация. Ею было уничтожено 51,4 % всех потопленных германских лодок (в предыдущий период их потери от авиации составили около 45 %). Потери от надводных кораблей снизились до 28,5 % против 32,7 % в первой половине 1944 г. Вследствие активизации действий лодок на подходах к Британским о-вам увеличились их потери от мин (7 % против 3 % в предыдущий период).

Значительно возросли потери немецких лодок в Бискайском заливе (20,2 % против 15,2 % в предыдущий период) и в базах (23,3 % против 4 %) – как следствие усиления действий авиации на этих направлениях. Одновременно снизились потери лодок в Северной Атлантике и на подходах к Гибралтару, Азорским о-вам и Кейптауну.

Несмотря на значительные потери во второй половине 1944 г. (в среднем 19,8 лодок в месяц), они все же уступали числу новых лодок, ежемесячно вводимых в состав флота (26,5 единиц). Только в январе – мае 4945 г. потери лодок почти в 2,5 раза превысили их восполнение.

На Тихом океане основными причинами потерь японских лодок, как и в предыдущий период, были надводные корабли.

Английские лодки в Атлантике и американские на Тихом океане несли весьма небольшие потери. Характерным для американского флота был высокий уровень (до 30 %) небоевых потерь.

За второе полугодие 4944 г. и первое полугодие 1945 г. в Англии было построено 30 лодок. К концу войны в Европе в составе английского флота числилось 149 лодок. С 1 июля 1944 по 1 мая 1945 г. американской промышленностью было построено 60 лодок. Численный состав подводных сил США с учетом потерь увеличился на 42 единицы. К окончанию войны с Германией в составе флота США находилось 255 подводных лодок.

Потери союзных сил защиты коммуникаций на всех театрах составили за период 2 авианосца, 135 эскадренных и эскортных миноносцев, 14 противолодочных кораблей и до 270 патрульных катеров и кораблей.

8. Итоги и выводы

1. Ход и результаты борьбы на атлантическом театре в период июль 1944 г. – май 1945 г. определялись:

• дальнейшими поражениями германских вооруженных сил на советско-германском фронте и окончательным разгромом немецких войск под Берлином, приведшим к безоговорочной капитуляции Германии. В связи с этим почти все усилия немцев до конца войны продолжали направляться на Восточный фронт и эффективность их борьбы на океанско-морских сообщениях систематически снижалась;

• занятием союзными войсками западноевропейского побережья. Потеря немцами баз в Бискайском заливе, а затем на юге Франции, в Италии и на Балтике привела к резкому ухудшению условий для боевых действий подводных лодок;

• дальнейшим усилением союзных противолодочных сил и средств, в результате чего они достигли подавляющего количественного и качественного превосходства над германскими лодками, обладавшими относительно низкими подводными качествами.

В итоге среднемесячные потери союзного тоннажа от германских сил уменьшились до 84,0 тыс. т против 103,4 тыс. т в предыдущий период и почти втрое по сравнению с потерями в 1943 г. Потери тоннажа от лодок уменьшились даже в 4 раза против 1943 г. В то же время, если при потоплении 100 тыс. бр. рег. т в июле – декабре 1944 г. потери лодок составляли 38 единиц, то в январе – мае 1945 г. уже 54; число потопленных лодок превышало число уничтоженных ими судов соответственно в 2,1 и 2,7 раза.

На Тихом океане ход борьбы на сообщениях определялся:

• возможностью для США вследствие связанности Германии борьбой против Советского Союза направить основные усилия против Японии;

• продолжавшимися в результате этого ростом американских сил и их систематическим наступлением на японские позиции;

• некоторым усилением японских оперативных перевозок в связи с эвакуацией гарнизонов с островов центральной части Тихого океана и районов Южных морей при весьма незначительном усилении сил и средств защиты сообщений.

При общих потерях японского тоннажа в 2867,8 тыс. т среднемесячные его потери оставались почти на прежнем уровне, а потери американских лодок были совсем незначительными.

2. В результате снижения эффективности действий германских подводных сил, вызванного ухудшением базирования лодок, а главным образом отставанием их технического развития от развития противолодочных сил и средств, борьба против союзных сообщений в Атлантике оказывала все меньшее влияние на экономический и военный потенциалы союзных стран, а отсюда и на ведение операций, в частности десантных. Снижение потерь в тоннаже обусловило и значительное уменьшение потерь в перевозимых сырье, топливе, продовольствии, вооружении и технике.

Хотя потери тоннажа и приводили к известной нагрузке на судостроительную промышленность, однако в результате ее усилий они намного перекрывались. Например, в 1944 г. потопленный тоннаж был восполнен более чем в 9 раз, а за пять месяцев 1945 г. – в 7 раз при значительно в то же время сокращенной программе строительства.

Наоборот, на Тихом океане борьба США против японских коммуникаций продолжала оказывать серьезное влияние на экономический и военный потенциалы Японии и на проведение ею военных операций. Значительное общее уменьшение торгового тоннажа (на 1661,4 тыс. т) сократило японский импорт в 1944 г. в два раза, а в 1945 г. даже в 7,5 раза по сравнению с 1941 г. Сокращение же импорта топлива привело к тому, что часть соединений и кораблей флота иногда не могла выходить в море, а подготовка авиации была сведена к совершенно недостаточному минимуму.

3. Роль различных сил в борьбе на сообщениях характеризовалась следующими данными:

На атлантическом театре германские лодки потопили 66,3 % от общих боевых потерь тоннажа, авиация – 8,3, надводные корабли – 1,3, подорвалось на минах – 14,9 и погибло по другим причинам – 9,2 %.

На тихоокеанском театре американскими силами было потоплено тоннажа: лодками 55,2 % от общих боевых потерь, авиацией – 38,1, надводными кораблями – 0,1, подорвалось на минах – 3,4 и погибло по другим причинам – 3,2 %.

4. Методы использования лодок в основном остались теми же, что и в предыдущий период. Однако наметившееся стремление к уменьшению численности лодок в группах и завесах продолжалось.

В Атлантическом океане вследствие дальнейшего усиления воздушного охранения конвоев большие группы лодок, державшихся при поиске и сближении с целью в надводном положении, легко обнаруживались даже в открытом океане. Малые же группы лодок, развернутые на различных направлениях, создавали большее напряжение для противолодочных сил и гем несколько улучшали условия своих действий.

На заключительном этапе действий в Атлантике в связи с начавшимся вступлением в строй германских лодок XXI и XXIII серий с улучшенными подводными качествами наметилась тенденция к выполнению атак группами лодок в составе четырех-пяти единиц при взаимодействии их между собой. Однако этот метод не был отработан.

В деятельности лодок, а равно и авиации против сообщений одной из наиболее слабых сторон оставалось отсутствие взаимодействия различных сил, в частности отсутствие разведывательного обеспечения, особенно при действиях в открытом океане.

5. Особым фактором, повлиявшим на успешность действий лодок в рассматриваемый период, явились изменения в их базировании. На атлантическом театре, например, потеря немцами баз на побережье Бискайского залива, в Средиземном море, в Норвегии и на Балтике привела:

• к сосредоточению значительного количества лодок в базах Северного моря и в проливной зоне Балтийского моря (что, как следствие, вызвало рост потерь лодок от авиации в базах);

• к значительному удлинению сроков восстановления боевых качеств лодок;

• к ухудшению условий развертывания лодок, так как при выходе в океан приходилось форсировать зоны сильной противолодочной обороны и сокращать сроки пребывания в районах боевых действий.

В Тихом океане по мере продвижения американцев в западном направлении система базирования сил США приближалась к основным районам действий, благодаря чему сокращалось время перехода лодок морем и увеличивалось время пребывания их в зонах действий.

Глава IX

От окончания войны против Германии до капитуляции Японии (май – август 1945 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

В результате разгрома фашистской Германии, освобождения в связи с этим огромных военных ресурсов союзной коалиции и последовавшей за этим передислокации ряда частей флота и авиации союзников (например, 8-й воздушной армии США, многих английских кораблей и т. д.) с западноевропейского театра военных действий на восток обстановка на Тихом океане изменилась коренным образом в пользу союзников.

Однако, несмотря на существенное снижение мощи, японские флот и авиация по-прежнему сохранили боеспособность и могли еще оказать ожесточенное сопротивление при защите собственно Японии. Что же касается японской армии, то потери ее были гораздо менее значительны, она оставалась вполне боеспособной, и при переносе США боевых действий на Японские о-ва вторгшиеся войска, несомненно, встретили бы сильный отпор – к тому же не только со стороны вооруженных сил, но и населения. А лучшая часть японских сухопутных войск, Квантунская армия, насчитывавшая около 1 млн. человек и до 1000 самолетов, находилась в Маньчжурии, будучи по-прежнему направлена против Советского Союза. Наконец, если в результате боевой деятельности американских флота и авиации сообщения Японии с районами Южных морей нарушились, то крупной промышленной и сырьевой базой Японии продолжали оставаться Маньчжурия и Корея.

Захват Марианских о-вов, а 16 марта и о-ва Иводзима из группы Рю-Кю приблизил базирование американских флота и авиации непосредственно к Японии, после чего американцы высадились на о-ве Окинава. Одновременно продолжались боевые действия на Филиппинах. Японцы упорно оборонялись, но большинство их гарнизонов на отдельных разобщенных и удаленных от метрополии островах, лишившись регулярных пополнений, подвоза боеприпасов и продовольствия, не были в состоянии оказать длительное сопротивление и уничтожались по частям.

Встретив упорное сопротивление при захвате о-вов Рю-Кю, американцы наращивали силы для последующих операций, планируя в ноябре 1945 г. высадиться на юге о-ва Кюсю в составе 14 дивизий, а весной 1946 г. силами 25 дивизий вторгнуться на о-в Хонсю. Учитывая трудности предстоящих операций, особенно на суше, США возлагали большие надежды на вступление в войну Советского Союза.

2. Задачи и силы сторон в борьбе на сообщениях

Несмотря на неблагоприятную обстановку, агрессивные круги японского империализма прилагали все усилия к продолжению войны, рассчитывая, как перед этим и Гитлер, на благоприятный поворот, если не в военных, то в политических событиях. Японское командование пыталось создать систему активной обороны, опирающуюся на острова метрополии, на Маньчжурию, Китай и позволяющую вести затяжную войну. Флоту и авиации были поставлены задачи поддерживать безопасность морских коммуникаций; прикрывать главные военно-экономические объекты страны; в том числе авиации – путем атак самолетами «камикадзе»[142]уничтожать боевые корабли, транспорты и амфибийные силы США.

Свои лодки японцы продолжали использовать почти исключительно против боевых кораблей. Защита коммуникаций по-прежнему оставалась слабой. Япония оказалась неподготовленной и к отражению минного наступления. В частности, отсутствовали средства борьбы с гидродинамическими минами, в результате чего ряд японских портов был полностью заблокирован. Не имела достаточных сил и средств для отражения авиации противника и ослабленная противовоздушная оборона.

Директивы Объединенного комитета начальников штабов предписывали американским флоту и авиации в дополнение к десантным операциям и содействию армии продолжать борьбу против японского судоходства, в том числе в Восточно-Китайском и Японском морях, добиваться господства в воздухе и на море и, в частности, постановкой мин заграждения затруднить использование ряда баз, портов и проливов, завершив тем блокаду Японии.

Американский флот уже в несколько раз превосходил остававшиеся в строю силы японского флота (см. табл. 19), тем более, что Япония испытывала острую нехватку топлива и далеко не все корабли могли выходить в море. Что же касается экспортных сил, то за рассматриваемый период в Японии было построено лишь 18 кораблей (вместо 25 по плану), а с начального момента их строительства, т. е. с 1 апреля 1942 г. – всего лишь 167 единиц.

В мае 1945 г. японские ВВС насчитывали около 11 000 самолетов, из них 2500 учебных. Из общего числа 8500 боевых самолетов 64 % составляли истребители, остальные – двухмоторные бомбардировщики (22 %), разведывательные и другие специальные самолеты.

Американская авиация имела крупное количественное и особенно качественное превосходство над японской. Лишь в морской авиации США, включая авиацию морской пехоты, на 1 января 1945 г. насчитывалось 26 438 самолетов, в том числе истребителей 12 034 и бомбардировщиков-торпедоносцев 13 508.

Значительная часть этих сил (в середине 1945 г. свыше 11 тыс. самолетов), а также большое количество армейской авиации, в основном состоявшей из тяжелых, четырехмоторных самолетов, были развернуты против Японии.

Таблица 19

Состав флотов США, Англии и Японии на Тихом океанев начале 1945 г. *

* «Кампании войны на Тихом океане». М., 1956, стр. 421. Из семи японских авианосцев только два были укомплектованы летным составом.

При этом, если бомбовая нагрузка наиболее крупных японских самолетов составляла всего около 1000 кг, американские бомбардировщики типа В-29, базируясь вблизи Японии, имели возможность поднимать до 9000 кг.

Армейской авиацией, действовавшей против Японии, включая 20-е Бомбардировочное командование, в мае 1945 г. было произведено 32 959, в июне – 33 164 и в июле – 27 871 самолетовылетов. Принимая среднее оперативное напряжение за 6 самолето-вылетов в месяц, можно считать, что в мае на театре находилось около 5 тыс. армейских самолетов.

Подготовка летного состава бомбардировочной авиации американских ВВС значительно превосходила подготовку японского личного состава. Каждый американский летчик имел налет на боевую подготовку не менее 500 часов. Соответствующий же налет японского летчика из-за нехватки бензина составлял менее 100 часов.

Базирование соединений авиации и флота США на о-вах Рю-Кю помогло почти вовсе пресечь южную морскую коммуникацию, связывающую Японию с портами Южно-Китайского моря.

В то же время коммуникации, связывающие Японию с Азиатским материком. расположенные в Восточно-Китайском и Японском морях стали подвергаться мощным налетам тяжелой бомбардировочной авиации американцев, дислоцирующейся на аэродромах о-вов Рю-Кю, Марианских и в Китае. Истребители И-51, базирующиеся на аэродромах о-вов Иводзима и Окинава, могли сопровождать свою тяжело-бомбардировочную авиацию вплоть до средней части о-ва Хонсю, чем были снижены потери бомбардировщиков.

3. Действия американских подводных лодок

К маю 1945 г. действия на сообщениях в юго-западной части Тихого океана подходили к концу. Американская подводная и воздушная блокада, организованная у берегов Индокитая, парализовала движение, и только одиночные японские конвои и транспорты иногда ходили между Сайгоном и Сингапуром.

В мае-июне американские лодки, действуя на сообщениях с Маньчжурией, потопили в Желтом море один фрегат и несколько небольших судов. Лодки, действовавшие у восточного побережья Японии, имели небольшое количество встреч, в основном с мелкими судами, которые ими уничтожались артиллерийским огнем.

Наиболее интенсивные перевозки происходили в Японском море. После потери в 1943 г. «Уаху» американские лодки до мая 1945 г. там не появлялись. Теперь было решено послать лодки и сюда. Американцы считали, что проливы, ведущие в Японское море, сильно минированы, и до получения приборов по обнаружению мин проходить сквозь проливы опасались. После того как девять лодок были оснащены гидролокационными миноискателями, они прошли тренировку у острова Гуам и 27, 28 и 29 мая вышли оттуда тремя группами.

На этот раз было намечено проникнуть в Японское море с юга. Заграждение в западном Цусимском проливе состояло из четырех линий мин, отстоявших друг от друга примерно на 900 м, минные интервалы равнялись 45 м. Лодки прорывались в подводном положении, на что требовалось 16 часов. Миноискатели дали возможность обнаруживать и наносить на карту одновременно четыре-пять мин. Кроме мин, иного противодействия лодки не встретили.

Войдя в Японское море, группа «Хайдеманс Хеликэтс», из трех лодок направилась на северо-запад, имея задачей перерезать пути, ведущие в Хакодате и Оминато. Группа «Пирсис Поулкэтс», также из трех лодок, оперировала на юго-западе. У восточного побережья Кореи развернулась группа «Риссер Бобкэтс». Атаки должны были начаться 9 июня с заходом солнца, после занятия всеми лодками своих позиций.

В ожидании назначенного времени командиры американских лодок наблюдали большое число судов, движущихся во всех направлениях, ярко освещенных и без всякого охранения. В результате за первые 12 дней лодками было потоплено 27 судов общим тоннажем 57 тыс. бр. рег. т и 1 подводная лодка. Несколько судов было повреждено[143]. Правда, если с 9 по 12 июня было потоплено 18 судов, то с 12 по 20 июня потери снизились до 9 судов в результате переброски сюда японцами части противолодочных сил с других направлений. На эффективности действий американских лодок сказалось также и низкое качество новых электрических торпед Мк. 18, которые часто не взрывались.

В ночь на 24 июня лодки в надводном положении вышли обратно через пролив Лаперуза, опять-таки не встретив противодействия. За время операции была потеряна лишь одна лодка в заливе Тояма. По возвращении первой группы была послана вторая в составе шести лодок, которые также прошли через Цусимский пролив и действовали в Японском море до конца войны.

Всего за рассматриваемый период американские лодки потопили 76 японских судов общим тоннажем 153,9 тыс. бр. рег. т в основном в средних широтах, включая и Японское море. Американцы же потеряли пять лодок. На каждую из них приходилось свыше 15 потопленных японских судов, или 30 тыс. т, т. е. в 10–15 раз больше, нежели в конце войны приходилось на немецкие лодки – такова была цена различных условий их действий.

Помимо боевой деятельности, американские лодки широко использовались для спасения летного состава американских ВВС. Только за 1945 г. ими было поднято из воды 380 человек летного состава.

4. Действия авиации США на коммуникациях Японии

В борьбе с судоходством Японии на последнем этапе войны американцы широко использовали авиацию и берегового базирования и авианосную. Удары наносились как по коммуникациям, так и по центрам судостроительной промышленности. Нанесение непосредственных ударов дополнялось минными постановками на подходах к портам и в проливах.

Для лучшего сосредоточения усилий против объектов в Японии самолеты 20-го Бомбардировочного командования в ноябре 1944 г. были перебазированы с аэродромов Китая на Марианские о-ва. За май – август они совершили 27 359 боевых вылетов и сбросили 121 791 т бомб, в том числе 1528 вылетов было произведено на постановку мин.

Большие потери судоходству были нанесены атаками авианосной авиации. В частности, с 10 июля по 15 августа она нанесла ряд ударов по портам, только за две атаки 14 и 15 июля уничтожив 140 японских судов (71 тыс. т), включая 6 паромов, обеспечивавших перевозки на линии Аомори – Хакодатэ, что больше всего сказалось на доставке угля. При этом основное противодействие налетам оказывала японская зенитная артиллерия. Так, за июль и половину августа из 362 самолетов, потерянных англичанами и американцами в налетах на Японию, только 13 были сбиты авиацией, а 245 погибли в результате зенитного огня[144](менее 1 % от числа самолетов-вылетов).

В борьбе с японским судоходством принимали участие также самолеты 14-го авиакорпуса США, базировавшегося в Китае. Имея первоначально основной задачей бомбардировочными действиями и минными постановками в портах побережья Китая и на р. Янцзы не допускать морских перевозок сырья из Китая в Японию, это соединение перенесло в последние месяцы свои усилия в борьбе с перевозками на районы собственно Японии. Помимо бомбардировочных ударов по объектам судоходства, 14-й авиакорпус принимал участие и в минных постановках.

Потери в самолетах 14-го авиакорпуса США были втрое меньше потерь японской авиации за тот же период. Это объясняется слабой ПВО и в первую очередь малым количеством японских истребителей: у Японии насчитывалось здесь всего около 600 самолетов всех типов, разбросанных на большой территории.

На операции американской авиации, базировавшейся в Китае, оказывали большое влияние трудности материально-технического обеспечения. Снабжение ее частей из-за отсутствия иных путей проводилось при помощи транспортной авиации из Индии, а между тем на заправку лишь одного тяжелого бомбардировщика расходовалось несколько десятков тонн топлива и 6–9 т боезапаса. Для перевозки топлива в Китай американцам пришлось даже переоборудовать часть боевых самолетов В-24. Воздушный транспорт функционировал и в других районах театра. Весь этот большой объем воздушных перевозок не подвергался воздействию со стороны японцев. Впрочем базирование и радиус действия их самолетов даже не позволяли выполнить эту задачу.

5. Действия «камикадзе»

Действие «камикадзе» – летчиков-смертников были направлены не только против боевых кораблей флота США, но и против транспортов, участвовавших в десантных операциях. Усилия «камикадзе» достигли особенного размаха при попытках японцев отразить американскую операцию против о-ва Окинава – последнего форпоста на подходах к Японии. Эта операция превосходила все прочие операции США по количеству участвовавших сил, отличалась наибольшей протяженностью коммуникаций и, соответственно, трудностью материально-технического обеспечения.

Группа «камикадзе» готовится к вылету, 1945 г.

Сосредоточение и движение к о-ву Окинава около 1200 американских кораблей и судов прошло без помех со стороны японцев, но с 6 апреля по 22 июня против американских сил было произведено в общей сложности 1900 вылетов «камикадзе», из них 1050— летчиками морской авиации (всего морская авиация совершила 3700 вылетов) и 850 – летчиками армейской авиации[145]. Среди этих атак 10 было особенно крупных, в которых участвовали десятки и сотни самолетов.

Кроме современных самолетов, для налетов «камикадзе» в большом количестве использовались устаревшие типы машин. Имело место применение и специальных самолетов-снарядов «Бака», управляемых летчиками-смертниками. Эти самолеты-снаряды подвешивались к самолетам, доставлялись ими к месту атаки, отцеплялись в 30–50 км от цели и, управляемые смертниками, шли на цель.

Поскольку трудно было отличить атаку «камикадзе» от падения обыкновенного сбитого самолета, постольку выводы об эффективности этих атак можно сделать лишь из меньшего числа случаев, о которых точно известно, что самолеты действительно атаковали определенные корабли (см. табл. 20).

Таким образом, из 477 атак успешных было 172. Вероятность попадания в цель находилась в прямой зависимости от ее величины и маневрирования. Как видно из таблицы 21, для больших кораблей маневрирование более чем в два раза снижало процент попаданий, а эффективность зенитного огня от маневра кораблей страдала незначительно.

В результате атак «камикадзе» американцы потеряли 24 корабля и судна потопленными и 164 поврежденными. В то же время от прочих атак авиации они потеряли соответственно 2 и 61 единицы, а по другим причинам – 8 и 143 единицы[146]. Потери американской авиации составили 763 самолета.

Таблица 20

Результаты атак «камикадзе» по различным кораблям и судам

Таблица 21

Эффективность атак «камикадзе» и их отражения

В боях за о-в Окинава японцы придерживались своих прежних взглядов, и главными объектами их нападения по-прежнему оставались боевые корабли. Эффективность атак «камикадзе» при лучшей организации их использования и более сильном прикрытии истребительной авиацией могла быть выше. Нанеся значительные потери американцам и заплатив за частный успех большим количеством потерянных самолетов и людей, японская авиация не добилась выполнения задачи. Иная обстановка могла бы сложиться, если бы главным объектом ее атак были транспортные суда.

6. Минные постановки американской авиации

Американская авиация начала проводить минные постановки на Тихом океане с конца 1942 г.[147]Особо ценный опыт дали ей минные постановки на реке Янцзыцзян. На этой основе были созданы специально подготовленные части, которые в последующем себя полностью оправдали. Наибольшего масштаба постановки мин достигли в 1945 г. К этому времени чрезвычайно возросло значение перевозок между метрополией, с одной стороны, и Северным Китаем и Кореей, – с другой, а также между островами собственно Японии. Широко развернутая в этих районах минная война нанесла японскому судоходству огромные потери.

Американский авианосец «Банкер Хилл» после успешной атаки «камикадзе». 11 мая 1945 г.

По данным военно-морского министерства США, американцы поставили в водах Японии и оккупированных ею территорий 25 тыс. мин различных типов, из них около 13 тыс. до конца марта 1945 г. и остальные 12 тыс. – за последние месяцы войны. В основном мины ставила авиация, которая лучше других родов сил могла проникать во внутренние воды Японии, производить постановки у баз и портов. Для этих целей применялся обычно самолет В-29, который в зависимости от дальности полета мог брать до 12 мин различных типов. Из указанного общего числа мин 85,5 % были поставлены авиацией, остальные – надводными кораблями и подводными лодками. Из общего числа мин, поставленных авиацией, 98 % пришлось на долю стратегических ВВС, 3 – береговой авиации и 1 % – авианосной авиации. Всего на минные постановки авиация совершила 4760 самолето-вылетов.

Американцы использовали мины различных типов, в том числе магнитные, акустические и гидродинамические. Если с магнитными и акустическими минами японцы еще научились бороться, но им на это не хватало средств, то методов и средств борьбы с гидродинамическими минами они не выработали. В итоге только на американских минах, поставленных с конца марта, Япония потеряла потопленными и поврежденными 322 различных судна общим тоннажем 685 622 тыс. бр. рег. т, из них во Внутреннем Японском море было потеряно 123 судна и повреждено до 125 судов.

Минное наступление последних месяцев, известное как «кампания внутренней зоны», американцы делят на пять фаз[148].

Первая фаза (с 27 марта по 2 мая) имела основной целью сковать японский флот, не дать ему возможности оказать противодействие операции против о-ва Окинава. За четыре дня до ее начала, ночью 27 марта, 99 самолетов В-29 20-го Бомбардировочного командования поставили около 1000 мин в Симоносекском проливе. Такого количества мин в один прием не ставила еще авиация ни одной из воюющих стран. В дальнейшем это заграждение подновлялось 14 раз, а всего за время войны в этом проливе было поставлено 2800 мин. На них японцы потеряли до 150 кораблей и судов.

Вторая фаза (с 3 по 12 мая) имела задачей нарушение морских сообщений между важнейшими промышленными районами Хонсю – Токио, Нагоя и портами Внутреннего моря – Кобэ, Осака, а также поддержание блокады Симоносекского пролива. Всего было произведено 195 самолето-вылетов и поставлено 1422 мины, в том числе впервые ставились гидродинамические мины. Эти минные постановки парализовали движение в Симоносекском проливе, за исключением самых мелких судов.

Третья фаза (с 13 мая по 6 июня). Вследствие больших потерь от мин судоходство из портов Внутреннего моря переместилось в порты северо-западной части о-вов Хонсю (Ниигата, Майдзуру) и Кюсю. Самолеты В-29 производили минные постановки у портов западной части о-вов Хонсю, Кюсю и подновляли заграждения Симоносекского пролива. Потери на минах потопленными и поврежденными судами составили за эту фазу 75 судов общим тоннажем около 300 тыс. т.

Четвертая фаза (с 7 июня по 8 июля). Постановки проводились у более мелких портов о-ва Кюсю и у северо-западной части о-ва Хонсю, а также подновлялись заграждения в ранее заминированных районах, особенно в районе Кобэ – Осака. По американским данным, за этот период японцы потеряли потопленными и поврежденными на минах суда общим тоннажем около 200 тыс. т.

Пятая фаза (с 9 июля до перемирия) основной целью имела усиление блокады портов собственно Японии и перенос минной войны в порты Маньчжурии и Кореи. В основном использовались гидродинамические мины.

Первые мины в портах Кореи были выставлены 12 июля 1945 г. И в то время, как основной целью являлась борьба с экономическими перевозками через южные порты Кореи, одним из первоочередных объектов минных постановок был избран ближайший к советской границе северный порт Кореи – Расин.

Постановка заграждений у баз и портов собственно Японии проводилась в основном ночью как группами, так и отдельными самолетами. Наличие на самолетах В-29 радиолокационных прицелов и относительно низкая (600—1000 м) высота сбрасывания дали возможность ставить мины с большой точностью в любых метеоусловиях. Минные постановки в районах сильной ПВО обеспечивались бомбардировкой средств ПВО баз и портов. Обычно большое количество целей, идущих на разных высотах и различными курсами, снижало эффективность огня зенитной артиллерии.

Для борьбы с минами в составе японских сил, предназначенных для защиты судоходства, находилось 12 дивизионов тральщиков, которые дислоцировались в восьми военно-морских районах. В дивизион входило не менее шести тральщиков. Помимо кораблей специальной постройки, использовались торговые и рыболовные суда. Японцы лихорадочно бомбили и тралили минные поля, применяя для этой цели и небольшие тральщики-смертники, но из-за крупных потерь в тральных силах в июле должны были прекратить траление. Ряд баз и портов оказались вовсе заблокированными, тем более, что служба размагничивания так и не была организована.

В результате по окончании войны американским тральщикам пришлось тралить больше свои мины, нежели японские, которых было выставлено небольшое количество, в основном якорных. Всего за время войны на Тихом океане американцы уничтожили около 10 тыс. мин, в большинстве собственных и потеряли при этом 45 кораблей.

7. Использование японцами человекоуправляемых торпед

Кроме обычных подводных лодок, японцы построили большое количество сверхмалых лодок и человекоуправляемых торпед. Несмотря на то, что эти торпеды применялись лишь в последний период войны и лишь в самой малой степени предназначались против американских сообщений, все же их использование заслуживает освещения. (Для сокращения назовем их человеко-торпедами).

Первоначально японцы пытались использовать подводные лодки, вооруженные человеко-торпедами, против кораблей и судов противника на его якорных стоянках, прежде всего у Окинавы, но такие атаки без поддержки авиацией и другими силами флота оказались неэффективными и вели только к потерям лодок. В связи с этим японское командование приняло решение атаковать человеко-торпедами корабли противника лишь на переходах морем.

Так, 18 июля вышла из базы лодка I-58, имея на борту, кроме обычных торпед, шесть человеко-торпед. 28 июля на коммуникации Гуам – Лейте она обнаружила большой танкер и атаковала его двумя человеко-торпедами. Танкер затонул. На следующий день I-58 потопила американский тяжелый крейсер «Индианаполис», следовавший без охранения к о-ву Лейте с о-ва Сайпан, где с него были выгружены части атомных бомб, впоследствии сброшенных на Хиросиму и Нагасаки. В результате 6-торпедного залпа обычных торпед, из которых три попали в корабль, последний через 15 минут затонул, не успев даже донести по радио об атаке.

Пилот японской одноместной человекоуправляемой торпеды «Тип 93» на учениях

10 августа I-58 обнаружила на дистанции 6400 м эсминец, следовавший зигзагом. По нему была выпущена человеко-торпеда.

В это время появился второй миноносец, по которому также была выпущена человеко-торпеда. Обе попали в цель. 12 августа I-58 обнаружила авиатранспорт водоизмещением 15 тыс. т и также потопила его человеко-торпедой.

Из 11 лодок, использовавших человеко-торпеды, 4 были потоплены, 6 вернулись в базы, по тем или иным причинам не выпустив ни одной человеко-торпеды, и только 3 смогли выпустить 12 человеко-торпед. В результате их атак были потоплены несколько кораблей, танкер и авиатранспорт. За войну погибло 80 водителей торпед и сверхмалых подводных лодок.

8. Подготовка удара по Панамскому каналу

Хотя грузооборот Панамского канала в условиях войны и уменьшился, но транспортное значение его для США, естественно, повысилось.

План нанесения авиационного удара по каналу зародился у японского командования в конце 1944 г., когда заканчивалось строительство самых крупных лодок специального назначения I-400 и I-401, рассчитанных на приемку трех самолетов со складывающимися крыльями в варианте торпедоносцев-бомбардировщиков. Первая из них должна была вступить в строй в декабре 1944 г., вторая – в январе 1945 г. Для большей гарантии успеха было решено дополнительно переоборудовать две лодки (I-13 и I-14) для приемки двух самолетов на каждую. В основу плана была положена идея самостоятельного скрытного перехода лодок в исходную точку, откуда десять самолетов, шесть в торпедном и четыре в бомбардировочном варианте, должны были нанести два последовательных удара по Гатунским шлюзам канала.

Японцы рассчитывали и на определенный моральный эффект, поскольку за время войны территория США и вообще Америки не подвергалась ни артиллерийским, ни бомбовым ударам, за исключением нескольких случаев обстрела японскими лодками удаленных островов и одного случая в августе 1942 г., когда самолет с японской лодки I-25, совершив по одному налету днем и ночью, сбросил четыре зажигательные бомбы в леса штата Орегон. Известно также, что в течение войны с Японских островов было выпущено по ветру в сторону США около 10 тыс. воздушных шаров с зажигательным веществом и небольшими бомбами. Около 900 шаров достигли территории США, в результате чего в нескольких штатах возникли пожары.

Основные выделенные для операции лодки имели дальность плавания 37 тыс. миль, вполне обеспечивающую переход к району действий и обратно, равно как и возможность длительное время находиться на подходах к каналу для изучения и выбора обстановки. Назначенные дополнительно лодки типа I-13 обладали значительно меньшей, но все же достаточной дальностью плавания (21 тыс. миль). Кроме того, имелась возможность передачи им топлива с лодок типа I-400.

Японская подлодка I-400

В феврале 1945 г. все четыре лодки были сведены в отряд особого назначения, но в связи с неготовностью самолетов фактическую подготовку смогли начать лишь в конце апреля. Однако здесь японцев постигли неудачи. Во время одного из выходов I-401, наскочив на мину, получила повреждение, и выход ее в операцию был отложен. В конце июня во время тренировочных бомбометаний по макету шлюзов два самолета разбились. Тем временем обстановка продолжала ухудшаться, американцы захватили о-в Окинава, авианосная авиация США наносила удары по объектам собственно Японии, и японцы готовились к обороне метрополии.

Лодки I-13 и I-14 были перенацелены против авианосцев в районе о-вов Улити. Лодки I-400 и I-401 получили задание также сначала произвести воздушный налет на авианосцы у о-ва Улити и лишь затем, приняв самолеты обратно, направиться в район канала. Налет на авианосцы был запланирован на 25 августа, и поэтому лодки, уже успевшие выйти на выполнение задания, были возвращены в базу в связи с окончанием войны.

9. Вступление в войну Советского Союза и разгром Японии

Понеся большие потери в боях за о-в Окинава, американцы ожидали еще большего сопротивления при высадке в Японии.

Пользуясь господством в воздухе и на море, они вели систематические операции, направленные на подрыв ее экономической мощи и моральной стойкости личного состава вооруженных сил и населения. В этих целях широко применялись массированные бомбардировки густонаселенных городов с применением зажигательных бомб, обстрелы прибрежных пунктов огнем корабельной артиллерии. Всеми средствами велась пропаганда неизбежности поражения Японии, и завершающим актом этого вида «наступления» было сбрасывание атомных бомб на не имевшие военных объектов Хиросиму и Нагасаки, где погибли сотни тысяч людей. Однако и эти бомбы не прекратили японского сопротивления.

В ответ на американскую пропаганду листовками и по радио японцы отвечали, что потомки самураев будут сражаться за свою землю до последнего человека, что при необходимости правительство и император отойдут на азиатский материк и будут драться до победного конца. Таким образом, Маньчжурия и Квантунская армия являлись крупным политическим и стратегическим резервом Японии. Требование США, Великобритании и Китая от 26 июля 1945 г. о безоговорочной капитуляции было категорически отклонено Японией.

В связи с этим союзники обратились к Советскому правительству с просьбой ускорить вступление в войну против Японии, чтобы сократить сроки ее окончания и количество жертв. Советское правительство, давшее это обещание еще на Ялтинской конференции (4—12 февраля 1945 г.) и верное союзническому долгу, объявило Японии о состоянии войны с 9 августа 1945 г.

К этому времени японская армия насчитывала 5 млн. человек, из них в составе Квантунской армии около 1100 тыс. человек. В состав японского флота, помимо сил, указанных в табл. 19 и за эти месяцы понесших лишь незначительные потери, входили до 50 лодок-«малюток», до 200 торпедных катеров и т. д. Военно-воздушные силы Японии сохранили около 8000 самолетов, в том числе морская авиация насчитывала 500 бомбардировщиков и торпедоносцев, свыше 1000 истребителей и 300 разведывательных самолетов.

Задачей Советских Вооруженных Сил являлся разгром Квантунской армии, т. е. ликвидация японского плацдарма в Маньчжурии и Северной Корее. В соответствии с этим в числе задач Тихоокеанскому флоту были поставлены нарушение коммуникаций противника в Японском море, главным образом лодками и авиацией, а также затруднение базирования противника в портах Северной Кореи систематическими действиями авиации и флота.

Положение Кореи облегчало японцам прикрытие коммуникаций, проходящих вдоль ее побережья. К тому же очень неудобно для наших сил прошла разграничительная линия в Японском море, определившая районы действий американских вооруженных сил и Тихоокеанского флота: от мыса Болтина (Корея, 40°50’ с. ш. и 129°45’ в. д.) через точки Ш =40°, Д =135° и Ш =45°, Д =140°, а отсюда по параллели 45°41’ до линии, соединяющей мыс Крильон (Сахалин) с мысом Соя (о-в Хоккайдо). Севернее и западнее этой линии действовали советские силы, южнее и восточнее – вооруженные силы США. Ограниченность зоны не давала возможности нашим силам действовать на всем протяжении японских коммуникаций, ограничивала возможности ведения разведки и затрудняла нанесение совместных ударов взаимодействующими силами – в первую очередь лодками и авиацией. В то же время эта линия позволяла японцам внезапно появляться в нашем ограниченном районе, что вело к повышенному напряжению наших сил.

С вступлением СССР в войну с Японией вооруженные силы США резко снизили активность, за исключением отчасти лодок и авиации, действия которых, однако, в ряде случаев сводились не к помощи, а к помехам нашему флоту. Это прежде всего относится к минным постановкам, осуществлявшимся американской авиацией. Если последняя постановка у самого южного порта Кореи Фузана была произведена 26 июля и там всего было поставлено 197 мин, то минирование северных портов Кореи у самых наших границ продолжалось и после вступления Советского Союза в войну. Последняя минная постановка у порта Расин была произведена 8 августа, т. е. накануне войны и за четыре дня до высадки в этом порту нашего десанта, причем было выставлено 420 мин, а минирование порта Гензан было произведено даже 11 августа, что послужило прямым препятствием для действий нашего флота и привело к потерям в кораблях и судах.

Действия наших авиации и флота против перевозок, питающих Квантунскую армию, были завершены морскими десантами, которые захватили основные порты Северной Кореи – Расин, Сейсин и несколько позже Гензан.

В 10 час 30 мин 9 августа, т. е. сразу по вступлении в войну СССР, открылся Высший японский совет по руководству войной, где впервые на повестке дня открыто был поставлен вопрос о принятии Потсдамской декларации, т. е. о безоговорочной капитуляции. В 23.00 14 августа, когда стало известно о полном разгроме Квантунской армии, в Швейцарию была отправлена срочная телеграмма, в которой четыре державы уведомлялись о принятии Японией условий Потсдамской декларации.

10. Итоги и выводы

В результате боевых действий американских лодок и авиации общие потери японского тоннажа (включая потери на минах) за май – август 1945 г. составили потопленными 351 судно, или 682 794 т, в том числе лодки уничтожили 76 судов (166 637 т).

Наиболее эффективным месяцем за период для лодок явился июнь, в течение которого было потоплено около 56 % тоннажа, уничтоженного лодками за это время. Больше всего потерь – свыше 63 % от потопленного лодками тоннажа – пришлось на центральную часть театра. Потери американцев с 1 января до конца войны составили пять лодок, из них одна была потоплена в Японском море.

Значительных результатов добилась авиация США, потопившая за период 122 судна общим тоннажем 255 381 бр. рег. т, т. е. 37,4 % уничтоженного тоннажа. Из этого количества на долю авианосной авиации пришлось 17 %, авиации флота, базирующейся на аэродромах, – 13,3 и сухопутной авиации – 7,1 %. Надо отметить резкое снижение потерь японце® от действий авиации в апреле, а отчасти в мае-июне вследствие отвлечения авиации на операции против о-ва Окинава.

Обращает внимание эффективность минных постановок, в результате которых японский торговый флот с мая до конца войны потерял потопленными 153 судна, или 260 785 7, т. е. 37,1 % уничтоженного тоннажа.

Потери поврежденными судами выразились в 234 судах, или в 620 805 т. Наибольшая часть судов была повреждена минами: на заграждениях, поставленных авиацией начиная с апреля, получили повреждения 134 судна общим тоннажем 383 036 бр. рег. т, или 57 % всех поврежденных судов. Таким образом, за период минного наступления на «внутреннюю зону» на потопление и повреждение одного судна пришлось 38 поставленных мин. Больший процент судов, поврежденных на минах, нежели потопленных, можно объяснить тем, что мины ставились у баз, портов и на малых глубинах, где поврежденные суда либо получали быструю помощь, либо выбрасывались на берег или на мель.

В результате непосредственных действий авиации было повреждено 72 судна тоннажем 195 982 т, что составило 30 % от всех поврежденных судов.

Американское судоходство по-прежнему почти игнорировалось японцами. В частности, сухопутные силы США, располагавшие собственным транспортным флотом, потеряли за войну всего 31 судно потопленным и 2 поврежденными общим тоннажем в 200 058 т. Из них 18 подорвались на минах или были потоплены лодками и авиацией, 11 – огнем с берега, остальные погибли по другим причинам[149].

Из сил, так или иначе участвовавших в защите коммуникаций, японцы потеряли с 1 апреля до окончания войны 16 эскадренных и эскортных миноносцев потопленными и 14 поврежденными. Американские потери составили соответственно 16 и 67 миноносцев. Малое количество потопленных американских кораблей по отношению к поврежденным, всего около 25 %, можно объяснить тем, что урон наносили кораблям в основном самолеты-«камикадзе», а их разрушительное действие, направленное на надводные части кораблей и судов, обычно было недостаточным для уничтожения объектов атаки.

Подводных лодок японцы за рассматриваемый период потеряли восемь, американцы – пять.

В результате американских действий состояние японского тоннажа систематически ухудшалось, ввоз сырья и продовольствия, а отсюда и военно-экономический потенциал Японии непрерывно снижались. Если общий индекс производства Японии в 1944 г. по сравнению с 1937 г. составил 144, то в 1945 г. он упал до 57. Прежде всего это сказалось на авиационной и судостроительной промышленности. Резкое же снижение ввоза жидкого топлива оказало пагубное влияние на подготовку личного состава, прежде всего летного, равно как на боевую деятельность авиации и флота в целом.

Итак, японцы явно недооценили значение океанско-морских коммуникаций: они плохо защищали свои сообщения и недостаточно активно действовали против американских. Лишь в ноябре 1943 г. после значительных потерь тоннажа была создана специальная организация по защите судоходства, которая, однако, вследствие недостатка сил не смогла решить своей задачи. В последний же период особенно сказалась неподготовленность к борьбе с минами, в частности с гидродинамическими. Американские же пути сообщения, несмотря на их значимость и большую протяженность, почти не подвергались японским атакам.

Конечно, создавшееся на Тихом океане положение было следствием резкого неравенства военных потенциалов Японии и Соединенных Штатов. Благодаря тому, что СССР принял на себя удар основных сил гитлеровской Германии, США смогли сосредоточить главные усилия именно против Японии. Борьба США была облегчена также рядом крупных политико-стратегических ошибок Японии, в частности в области распределения ресурсов и усилий. Здесь особенно сказалось типичное для Японии соперничество между флотом и армией вместе с поддерживавшими их крупными монополистическими компаниями.

Все же, несмотря на значительные потери и снижение уровня производства, Япония готовилась к энергичному продолжению войны, и только вступление в войну Советского Союза, с последовавшим за этим быстрым разгромом Квантунской армии, вынудило японское правительство прекратить сопротивление и капитулировать.

Примечания

1

Ф. Руге. Война на море 1939–1945 гг. М., 1957, стр. 67.

2

Командование гитлеровской авиации неоднократно утверждало, что авиация сможет самостоятельно разгромить (покорить) Великобританию в течение нескольких месяцев.

3

F. Rugе. Op. cit., р. 160.

4

«Фальсификаторы истории» (Историческая справка). М., 1948, стр. 63.

5

Подробную характеристику событий этого периода см.: «История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 гг.», т. 1. М., 1960.

6

Советские Вооруженные Силы начали боевые действия против зарвавшихся провокаторов – правящей верхушки Финляндии 30 ноября 1939 г.

7

Подготовка Англии и Франции к нападению на СССР со стороны Турции и Ирана началась еще до вторжения гитлеровских армий в Польшу, но особенно активные шаги в этом направлении были предприняты после начала советско-финской войны. Полностью закончить эту подготовку предполагалось к весне 1940 г.

8

«Deutsche Wehr», 1937. N 20.

9

Одним из косвенных следствий успехов гитлеровской армии во Франции явилось то, что наряду с прочим вооружением немцы захватили во Франции образец английской гидроакустической установки «Асдик», после изучения которого были внесены изменения в тактические приемы действий подводных лодок.

10

Различие в цифрах прибывавшего и выбывавшего тоннажа вызвано, очевидно, повторной регистрацией некоторых судов, переходивших из порта в порт с остатком импортных грузов.

11

В частности, итальянский флот не имел авиации, а сухопутная авиация могла действовать не далее 100 миль от берега, на кораблях не было ни радиолокации, ни гидроакустики, не хватало топлива и т. д.

12

G. Fiorovanso. Die Kriegführung der Achsen Mittelmeer. – «Marine Rundschau», 1958, Hf. 1, S. 17–24.

13

Из них около 15 единиц находились в базах Северного моря, 10 – в базах Балтийского моря, 3 лодки не были готовы к боевым действиям. 4 проходили боевую подготовку и 1 была выделена для противолодочных испытаний (Brassey’s Naval Annual 1948. London, 1948, p. 32).

14

Brassey’s Naval Annual 1948, р. 39.

15

По возвращении U-30 всему ее личному составу было дано указание держать факт потопления «Атении» в строжайшем секрете. Из вахтенного журнала лодки были вырваны соответствующие листы.

16

Можно предполагать, что, стремясь ударами по морским сообщениям принудить Англию к перемирию, фашистское руководство не хотело в то же время раньше срока раздражать Францию, тем более, что рассчитывало разделаться с ней лишь действиями одних сухопутных сил.

17

К постановке мин привлекались лишь малые подводные лодки (II серии), так как выполнение этой задачи не требовало длительного пребывания в море. До конца 1939 г. было проведено еще 16 походов лодок для постановки мин. Общий перечень минных заграждений, поставленных немецкими лодками за время войны, приведен в работе Л. М. Еремеева и А. П. Шергина «Подводные лодки иностранных флотов во второй мировой войне». М., 1962.

18

При этом была названа завышенная цифра английских потерь 232 000 т, тогда как, по проверенным послевоенным данным, за весь сентябрь германские подводные лодки потопили лишь 39 судов общим тоннажем 153 879 т.

19

Дениц в то время командовал подводными силами германского флота.

20

Brassey’s Naval Annual, 1948, р. 55.

21

«Битва за Атлантику». Пер. с англ. Л., 1947, стр. 14.

22

Развернутый план строительства подводных лодок с ноября 1939 г. по июль 1943 г. см.: Л. М. Еремеев и А. П. Шергин. Указ. соч., стр. 26.

23

Данные о фактическом использовании этих подводных лодок см. в книге И. С. Исакова и Л. М. Еремеева «Транспортная деятельность подводных лодок». М., 1959.

24

Из остальных лодок 7 были устарелыми, а 20 – годными лишь для учебных целей.

25

В это количество входят также суда под торговым флагом, потопленные в период эвакуации Дюнкерка.

26

Наряду со скрытными ночными постановками иногда проводились и дневные постановки мин с демонстративными целями, чтобы втягивать в напряжение тральные силы английского флота.

27

Одновременно вышли суда снабжения этих кораблей «Альтмарк» и «Вестервальд».

28

Данные об обстоятельствах встречи и ходе боя см.: Л. Еремеев Некоторые итоги крейсерских операций германского флота. М., 1949.

29

Ф. Руге. Указ. соч., стр. 89.

30

Дж. Батлер. «Большая стратегия». Сентябрь 1939 – июнь 1941. М., 1959, стр. 97.

31

Дж. Джеллико. Подводная опасность. М., 1937, стр. 8.

32

Впоследствии этот район был основательно загражден и стал именоваться немцами «Розенгартен».

33

S. Roskill. Op. cit., vol. I, p. 23.

34

Во время первой мировой войны английский флот ставил такие мины в устье реки Шельды и у Зеебрюгге, а во время интервенции в Северной России – в Северной Двине.

35

Только самолеты с авианосца «Арк Ройял» с октября 1939 г. по февраль 1940 г. обследовали площадь 4 500 000 кв. миль.

36

О низком уровне подготовки этой авиации говорится в книге Д. Макинтайра «Истребитель подводных лодок» (М., 1958, стр. 106).

37

В 1938 г. тоннаж судов, прибывших в 12 наиболее крупных портов Германии из-за границы, составил 28 452 тыс. н. рег. т., а в 1939 г. – 20 738 тыс. н. рег. т.

38

Brassey’s Naval Annual 1948, р. 30.

39

G. Stеinwеg. Die deutsche Handelsflotte im Zweiten Weltkrieg. Gottingen, 1954.

40

S. Rоskill. Op. cit., vol. I, p. 339–340.

41

Как свидетельствует Роскилл, создание мин для авиации было санкционировано еще в 1936 г., однако заказ на изготовление первой опытной партии был выдан промышленности лишь в июле 1939 г.

42

Так – по английским данным, Ф. Руге называет около 100 судов тоннажем до 500 тыс. рег. т.

43

В это число входят 264 английских судна тоннажем 1 008 791 бр. рег. т.

44

Случаи превышения потерь тоннажа от действий авиации над потерями тоннажа от подводных лодок отмечались и позже, например в апреле 1941 г.

45

Этот вид «временных» потерь заслуживает особого упоминания, потому что в дальнейшем средний общий тоннаж судов, получивших повреждения и нуждающихся в ремонте, достиг весьма значительных размеров – 1,5–1,7 млн. т.

46

«Битва за Атлантику», стр. 16.

47

В Средиземном море союзники потеряли в июне 1940 г. только два судна общим тоннажем 15 445 бр. рег. т.

48

Все эти подводные лодки находились под юрисдикцией своих эмигрантских правительств, но фактически использовались по планам британского адмиралтейства.

49

Davis and Landley. How War Came. New York, 1942, p. 93–94.

50

Более подробные данные об англо-американских взаимоотношениях в этот период см.: «Против фальсификаторов истории второй мировой войны». М., 1959, стр. 276–279.

51

Дж. Батлер. Большая стратегия. Сентябрь 1939 – июнь 1941. М., 1959, стр. 489.

52

В дополнение к уже опубликованным у нас материалам в вышедшей в 1958 г. в Гёттингене книге К. Klee «Das unter nehem Seekrieg» документально доказывается, что Гитлер отказался от вторжения в Англию летом 1940 г. не в силу военно-технической неподготовленности Германии, а главным образом по политическим соображениям: в частности, он считал, что от поражения Англии до разгрома Советского Союза больше выиграют Япония и США, чем Германия.

53

Дневник начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Гальдера за период: август 1939 – сентябрь 1942 гг. Запись от 31 июля 1940 г. (см. «Военно-исторический журнал», 1959, № 2, стр. 67).

54

Т. е. в известной мере повторилась история «Булонского лагеря» Наполеона в начале XIX столетия.

55

Brassey’s Naval Annual, 1948, London, 1948, p. 116.

56

Ф. Руге. Война на море 1939–1945 гг. М., 1957 г., стр. 126. По материалам совещания у Гитлера, число судов выражалось другими цифрами (транспортов – 168, барж – 1697, буксиров – 360).

57

В ответ на эту акцию 5 июля 1941 г. правительство Виши приняло решение о разрыве дипломатических отношений с Англией.

58

Подсчеты показывают, что удельный вес тоннажа судов, прибывших в Англию из стран Северной Европы, снизился с 24 % в 1939 г. до 4,6 % в 1940 г. и до нуля в 1941 г. Наоборот, удельный вес тоннажа судов, прибывших из стран Северной Америки, вырос за то же время с 17 до 27 %, а из стран Южной и Западной Африки с 3,1 до 6,4 % и т. д.

59

С мая 1942 г. лайнеры привлекались к перевозкам войск из Нью-Йорка в Англию, совершая рейсы без охранения, самым полным ходом или в сопровождении одного-двух крейсеров.

60

S. Rоskill. Op. cit., vol. I, p. 609.

61

Так, из Лориана подводные лодки начали действовать уже 10 июля 1940 г.

62

Подводная лодка «Batiray», строившаяся немцами для Турции.

63

В дальнейшем Атлантическая флотилия была переименована в Главное командование итальянских подводных сил в Атлантике. Как утверждают некоторые итальянские источники, германское командование предоставило итальянцам известную самостоятельность потому, что не хотело передавать в подчинение итальянскому командованию свою авиацию и сухопутные войска, действовавшие на Средиземном море.

64

Потери гитлеровских лодок при прорыве через Гибралтар в Средиземное море в сентябре 1941 г. были более значительными; тогда из 20 прорывавшихся лодок было потоплено 5.

65

В. Боргезе. Десятая флотилия МАС. М., 1957, стр. 213.

66

Номера транспортов означают: первая цифра номер кильватерной колонны в составе конвойного ордера, а вторая – порядковый номер в колонне, считая от головного судна.

67

Ф. Руге относит потери этого конвоя на счет подводной лодки U-47 и еще пяти других лодок, но сопоставление данных ряда источников, в том числе немецких, показывает, что урон конвою был нанесен только U-100 и U-138.

68

Как видно из доклада Редера 14 ноября 1940 г., в это время в Лориане уже началось строительство убежищ для подводных лодок, которое велось силами организации Тодта, широко использовавшей рабочих, угнанных силой в Германию из других стран.

69

В начале 1941 г. немцами стали распространяться слухи о том, что подводный флот Германии увеличился не только за счет собственного строительства, но и за счет получения 30 подводных лодок от СССР. Этим преследовалась цель создать преувеличенное впечатление о численности германского подводного флота и одновременно в порядке подготовки вероломного нападения на Советский Союз обострить советско-английские отношения.

70

Ф. Руге. Указ. соч., стр. 172. По другим данным, «Хиппер» обнаружил и атаковал не этот конвой, а другой, проходивший в этом районе.

71

По немецким данным, каждая из этих лодок с начала войны потопила более чем по 200 тыс. бр. рег. т. Обстоятельства гибели названных подводных лодок см. в кн.: Д. Макинтайр. Истребитель подводных лодок, М., 1958, стр. 47–57.

72

Подробности см. Brassey’s Naval Annual 1948, р. 201–213, где приведено, в частности, содержание всего радиообмена между командованием германского флота, «Бисмарком» и подводными лодками.

73

«Битва за Атлантику». Пер. с англ. Л., 1947, стр. 26.

74

В некоторых английских источниках отмечается, что это был один из первых случаев обнаружения лодки «Асдиком». Как видно, это произошло лишь через 22 месяца после начала войны.

75

«La Revue Maritime», 1954, N 97.

76

По данным Ф. Руге, почти совпадающим с данными официальных английских источников, германская авиация в конце июня и в июле 1940 г. потопила 38 судов общим водоизмещением 70 000 бр. рег. т.; кроме того, на минах, поставленных авиацией, подорвалось 14 судов противника общим тоннажем более 35 000 бр. рег. т.

77

Ф. Руге. Указ. соч., стр. 142.

78

F. Rugе. German Naval Strategy across Two Wars. – «U.S. Naval Institute Proceedings», 1955, N 2, p. 162.

79

G. Fiorovanzo. Italian Strategy in the Mediterranean 1940–1943. – «U.S. Naval Institute Proceedings», 1958, N 9.

80

В сентябре 1940 г. Редер пытался доказать Гитлеру, что в плане войны против Англии значение Средиземного моря исключительно велико. Он предложил совместными с Италией усилиями захватить Мальту, создать угрозу с суши Суэцкому каналу, вовлечь в войну Испанию и установить контроль над Гибралтарским проливом. Но Гитлер, заявив, что «эти мысли произвели на него глубокое впечатление», не последовал им (см. F. Ruge. Op. cit., р. 163).

81

Б. А. Беренс. Морской флот и требования войны. М., 1964, стр. 202.

82

По данным Руге, «Адмирал Шеер» захватил 2 танкера и потопил 12 судов общим тоннажем 137 000 бр. рег. т.

83

Например, не были подготовлены ремонтные базы на удаленных островах. Случаи такого ремонта, какой был произведен рейдером «Атлантис» в конце 1940 г. на (Кергеленских о-вах (южная часть Индийского океана), оказались единичными.

84

По английским данным, с 1 октября 1940 по 1 апреля 1941 г. из 80 судов, подорвавшихся на минах в английских водах, 90 % шли в прибрежных водах. Из этого числа 61 судно следовало в конвоях и 19 самостоятельно.

85

Дж. Батлер. Указ. соч., стр. 435–436.

86

«Битва за Атлантику», стр. 17.

87

По данным английской печати того времени, под контроль адмиралтейства поступили 60 голландских кораблей, в том числе эсминцы, подводные лодки, эскортные корабли и тральщики; 9 польских кораблей, в том числе эсминец и подводные лодки; 50 норвежских кораблей, в том числе эсминцы; 49 французских кораблей, в том числе 3 эсминца и 7 корветов, а также 7 бельгийских кораблей.

88

Подробности об этих переговорах см. в предисловии к книге С. Э. Морисона «Битва за Атлантику выиграна» (М., 1959). По свидетельству ряда американских авторов, это соглашение «увенчало длительный процесс вытеснения Англии из американских морей» и «ликвидацию остатков ее военной мощи в Западном полушарии».

89

По выполнении задачи самолет в случае большого удаления конвоя от береговых аэродромов обрекался на гибель; летчик должен был выброситься на парашюте в расчете на спасение кораблями охранения.

90

Авианосец «Одесити» был переоборудован из немецкого транспорта «Ганновер».

91

В то время как с начала войны до июля 1940 г. 400-фунтовыми фугасными бомбами, состоявшими на вооружении противолодочной авиации, несмотря на многочисленные атаки, не было потоплено ни одной лодки противника, применение глубинных бомб позволило потопить подводную лодку уже через месяц после получения нового оружия.

92

Д. Макинтайр. Указ. соч., стр. 47.

93

Как известно, США, проводя агрессивную политику, направленную против Советского Союза и других стран социалистического лагеря, продолжает «защищать» Гренландию и по сие время.

94

Известное представление о ходе этой борьбы дает книга Питера Скотта (см. Питер Скотт. Битва в узких морях. М., 1948).

95

Из пяти судов, направленных из Японии в Германию, помимо указанного, три прошли не замеченными англичанами и одно во избежание захвата было потоплено собственным экипажем.

96

Кроме того, под итальянским контролем в различное время находилось некоторое количество французских, югославских и греческих судов, захваченных в портах этих стран, и часть торговых судов Турции, франкистской Испании и Португалии, использовавшаяся на основе временных фрахтов. Таким образом, фактически тоннаж, имевшийся в распоряжении Италии, был выше приведенных цифр.

97

J. Playfair and others. The Mediterranean and Middle East, vol. I. London, 1954, p. 314.

98

О наличии радиолокаторов на английских кораблях итальянцы не знали вплоть до боя у мыса Матапан 27–28 марта 1941 г.

99

Некоторые германские подводные лодки на этом этапе добились больших успехов. Так, U-39 с июня 1940 по март 1941 г. совершила 7 боевых походов, за время которых находилась в море 127 суток, потопив при этом 37 судов общим тоннажем 241 523 бр. рег. т и повредив 7 судов общим тоннажем 47 400 бр. рег. т.

100

Дж. Батлер. Указ. соч., стр. 374.

101

W. Churchill. The Second World War, vol. II. London, 1950, p. 507, 532.

102

M. Pоstan. British War Production. London, 1956, p. 61.

103

S. Rоskill. Op. cit., vol. I, p. 576.

104

Аналогичные признания делают и другие немецкие авторы.

105

По данным La Marina Italiana nella Seconda guerra Mondiale. Dati Statistici. Roma, 1950, p. 118–119, в мае 1941 г. сюда было перевезено 6120 человек, в июне – 5670, в сентябре – 3860, в ноябре – 2155 и в декабре – 783 человека.

106

По явно преувеличенным данным Ф. Руге, потери направляемого в Северную Африку тоннажа составляли: в августе – 33 %, в октябре – 63 и в ноябре – свыше 70 %.

107

Линейные корабли «Тирпиц», «Шарнгорст», «Гнейзенау», «Адмирал Шеер» и «Лютцов» и семь крейсеров.

108

S. Roskill. The War at Sea 1939–1945, vol. I. London, 1954, p. 464.

109

На конец 1941 г. в составе германского флота числилось 253 подводные лодки.

110

Ф. Руге. Война на море 1939–1945 гг. М., 1957, стр. 184.

111

Brassey’s Naval Annual 1948. London, 1948, p. 224–225. В 1940 г. и в первой половине 1941 г. в среднем ежемесячно в строй вступало 8 подводных лодок, а средние потери составляли 3 % от списочного состава.

112

Brassey’s Naval Annual 1’948, р. 228.

113

Ibid., р. 235.

114

Кроме немецких подводных лодок, участие в спасении личного состава этих судов принимали четыре итальянские лодки. Подробное описание этих событий см.: И. С. Исаков и Л. М. Еремеев. Транспортная деятельность подводных лодок. М., 1959, стр. 83–85.

115

По данным Деница, для вооруженных сил Германии на север вдоль побережья Норвегии в 1942 г. было перевезено 291 178 человек, сухопутных транспортных средств – 8974 единицы и снаряжения – 907 882 т.

116

Исключая взаимоотношения между Советским Союзом и Японией.

117

В Средиземном море в начале 1942 г. находилась уже 21 германская лодка, из них была сформирована 29-я флотилия (с базированием на Специю). К этому же времени на этот театр было доставлено несколько немецких торпедных катеров.

118

Первый конвой, имевший в своем составе эскортный авианосец.

119

С 16 февраля до 30 ноября лодки потопили в этом районе 1362,2 тыс. т, т. е. больше, чем в Северной Атлантике.

120

С. Э. Морисон. Битва за Атлантику. М., 1956, стр. 207.

121

Авианосец «Игл» был атакован U-73 при эскортировании им конвоя, шедшего из Гибралтара на Мальту, и затонул в результате попадания трех торпед.

122

При захвате немцами Тулона 61 корабль французского флота, в том числе 16 подводных лодок, был взорван своими экипажами.

123

В январе 1943 г. в результате неудовлетворенности Гитлера действиями флота главнокомандующим военно-морского флота Германии вместо Редера был назначен командующий подводными силами К. Дениц.

124

Устройство, обеспечивающее работу дизелей под водой

125

К. Дениц. Указ. соч., стр. 363–364.

126

Brassey’s Naval Annual 1948. London, 1948, p. 373.

127

Первый конвой с оборудованием для авиационной базы прибыл на Азорские о-ва 9 октября 1943 г.

128

«Челночными» стали называться операции авиации, корда самолеты, вылетев с аэродромов одного района, например Англии, и выполнив задачу, следовали на аэродромы другого района, например Америки.

129

Включая лодки на переходах.

130

На каждом авианосце базировалось 19–22 противолодочных самолета.

131

С. Э. Морисон. Указ. соч., стр. 228.

132

Несмотря на столь незначительные потери, союзники с 5 апреля 1944 г. и на весь период летнего светлого времени прекратили отправку конвоев в северные порты Советского Союза и возобновили их только в августе.

133

Учитывалось, что предельная дальность плавания германских лодок без «Шнорхеля» под водой со скоростью 4 уз. равна 94 милям.

134

Три из них являлись бывшими итальянскими. Они были переоборудованы в базе Пенанг и укомплектованы смешанными командами во главе с немецкими офицерами.

135

За последние четыре месяца 1943 г. из 21 судна, потопленного лодками, только 2 следовали в составе конвоя.

136

За последние четыре месяца 1943 г. было потоплено 15 японских танкеров общим водоизмещением 111 тыс. т, в том числе 14 – лодками.

137

Взято ориентировочно с учетом того, что за весь этот год импорт Японии сократился на 6,3 млн. т.

138

В 1943 г, ежемесячное потребление нефти Японией составляло около 1,2 млн. баррелей (американ. баррель=158,76 л).

139

Если союзники сосредоточили для участия в операции около 11 тыс. самолетов, то немцы противопоставили им совершенно незначительные воздушные силы, так как немецкая авиация по-прежнему была сосредоточена на Восточном фронте.

140

U-881 из состава группы была потоплена позднее – в начале мая 1945 г.

141

Т. Роско. Боевые действия подводных лодок США во второй мировой войне. М., 1957, стр. 481–482.

142

Так назывались самолеты с зарядом взрывчатого вещества, управляемые летчиками-смертниками, которые должны были направлять их на неприятельские корабли, транспорты и иные объекты.

143

Т. Роско. Боевые действия подводных лодок США во второй мировой войне. М., 1957, стр. 449.

144

«Кампании войны на Тихом океане». М., 1956, стр. 451.

145

«Кампании войны на Тихом океане», стр. 420.

146

«Кампании войны на Тихом океане», стр. 422. По данным Г. Фойхтера (G. Feuchter. Geschichte des Lubtkriegs Entwicklung und Lukunft. Bonn, 1954), американцы потеряли у о-ва Окинава потопленными 33 корабля и 47 транспортов с войсками и поврежденными 223 – все от атак авиации.

147

Поскольку основные минные постановки авиацией были выполнены в рассматриваемый период, здесь дается и их общая характеристика.

148

A. S. Lott. Japan’s Nightmare – Mine Blockade. – «U.S. Naval Institute Proceedings», 1959, N 11, p. 39–51.

149

«U. S. Naval Institute Proceedings», 1946, N 3, р. 466.

Content

Владимир Белли
Конвои Второй мировой
Блокада и контрблокада океанских коммуникаций

Глава I Борьба на океанско-морских сообщениях с начала войны до вступления в войну Италии и капитуляции Франции (сентябрь 1939 г. – июнь 1940 г.)

1. Особенности стратегической обстановки на море к началу войны

2. Общий ход войны

3. Общий ход боевых действий на море

4. Действия немецких подводных лодок на морских сообщениях в 1939 г

5. Действия германских и итальянских подводных лодок на сообщениях в первой половине 1940 г

6. Действия германской авиации против судоходства

7. Действия германских надводных кораблей против английского судоходства

8. Основные оборонительные мероприятия британского адмиралтейства

9. Действия английского флота на морских сообщениях Германии

10. Итоги борьбы на сообщениях

11. Общие выводы

Глава II От момента падения Франции до нападения Германии на Советский Союз (22 июня 1940 г. – 22 июня 1941 г.)

1. Стратегическая обстановка на основных океанских и морских театрах

2. Общий ход войны

3. Ход боевых действий на море

4. Действия германских подводных лодок на морских сообщениях во второй половине 1940 г

5. Действия германских подводных лодок на морских сообщениях в первом полугодии 1941 г

6. Боевые действия итальянских подводных лодок на Средиземном море

7. Боевые действия германо-итальянской авиации на морских сообщениях Англии

8. Боевые действия германских надводных кораблей на сообщениях

9. Оборонительные мероприятия британского адмиралтейства

10. Действия английского флота на сообщениях Германии

11. Действия английских сил на сообщениях в Средиземном море

12. Итоги борьбы сторон на морских сообщениях

13. Общие выводы

Глава III От момента нападения фашистской Германии на СССР до начала военных действий на Тихом океане (22 июня – 7 декабря 1941 г.)

1. Особенности стратегической обстановки на море, сложившейся с началом Великой Отечественной войны

2. Задачи воюющих сторон, соотношение сил и характер их развертывания в борьбе на океанско-морских сообщениях

3. Боевые действия на коммуникациях в Атлантике

4. Действия на сообщениях в Средиземном море

5. Потери тоннажа и боевых сил в борьбе на сообщениях

6. Итоги и выводы

Глава IV От начала военных действий на Тихом океане до начала перелома в ходе Второй мировой войны (7 декабря 1941 г. – ноябрь 1942 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Общий характер задач сторон на море

3. Соотношение сил и характер их развертывания в борьбе на сообщениях

4. Сосредоточение надводных кораблей германского флота в водах Северной Норвегии

5. Действия германских подводных лодок в Атлантическом океане

6. Операции итало-германских сил в Средиземном море

7. Эффективность действий германских лодок и методы их использования

8. Техническое развитие германских подводных лодок

9. Мероприятия союзников по защите коммуникаций

10. Действия английского флота и авиации против итало-германских сообщений

11. Морские сообщения Японии и характер их обороны

12. Действия американского флота на тихоокеанском театре

13. Техническое развитие американских подводных лодок

14. Характер действий японских сил на сообщениях

15. Потери торгового тоннажа и боевых сил

16. Итоги и выводы

Глава V От контрнаступления советских войск под Сталинградом до Курской битвы (ноябрь 1942 г. – июнь 1943 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Задачи и силы сторон

3. Противолодочные мероприятия союзников

4. Действия германских подводных лодок в Атлантике

5. Борьба на Средиземном море

6. Попытки улучшить тактико-технические данные германских подводных лодок

7. Снижение эффективности боевых действий германских лодок и рост их потерь

8. Действия американских сил против японского судоходства

9. Действия японского флота по защите сообщений

10. Потери сторон

11. Итоги и выводы

Глава VI От Курской битвы до начала изгнания немецко-фашистских войск из пределов Советского Союза (июль 1943 г. – январь 1944 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Задачи сторон, соотношение сил и характер их развертывания

3. Действия германских сил на сообщениях

4. Снижение эффективности действии германских подводных лодок и рост их потерь

5. Особенности действий союзных сил

6. Действия американских сил на японских сообщениях

7. Действия японских сил

8. Потери тоннажа и боевых сил

9. Общие итоги и выводы

Глава VII От начала изгнания немецко-фашистских войск за пределы Советского Союза до высадки союзников в Северной Франции (январь – июнь 1944 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Задачи сторон, соотношение сил и характер их развертывания

3. Ход борьбы в Атлантике

4. Борьба на морских сообщениях в Арктике

5. Действия флотов обеих сторон в период подготовки к Нормандской операции

6. Действия германских подводных лодок в период Нормандской операции

7. Немецкие подводные лодки в Средиземном море

8. Активизация германской авиации в Средиземном море

9. Борьба на сообщениях в Индийском океане

10. Оборона японских океанских коммуникаций

11. Развертывание и задачи американских подводных сил

12. Действия американских лодок против войсковых перевозок

13. Борьба американского флота против экономических перевозок

14. Действия американской авиации против сообщений Японии

15. Потери тоннажа и боевых сил

16. Выводы

Глава VIII Период решающих побед советских вооруженных сил и наступательных операций союзников (июль 1944 г. – май 1945 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Характер задач сторон, соотношение сил и их развертывание

3. Действия германских сил против союзных сообщений во второй половине 1944 г

4. Развитие германских подводных лодок и средств борьбы с ними

5. Борьба на сообщениях в Атлантике в 1945 г

6. Действия на коммуникациях в Тихом океане

7. Потери тоннажа и боевых сил в борьбе на сообщениях

8. Итоги и выводы

Глава IX От окончания войны против Германии до капитуляции Японии (май – август 1945 г.)

1. Особенности стратегической обстановки

2. Задачи и силы сторон в борьбе на сообщениях

3. Действия американских подводных лодок

4. Действия авиации США на коммуникациях Японии

5. Действия «камикадзе»

6. Минные постановки американской авиации

7. Использование японцами человекоуправляемых торпед

8. Подготовка удара по Панамскому каналу

9. Вступление в войну Советского Союза и разгром Японии

10. Итоги и выводы

Примечания